Воздух в тот день казался тяжелее. Осенний прохладный ветерок должен был освежать, но для Эйса он был колючим. Возможно, всё дело было в словах Рины, которые не переставали звучать у него в голове.

Потребовались годы, чтобы собраться с духом и дойти до этого момента. Небольшой парк возле их старой школы был тихим, золотые листья устилали землю, хрустя под ногами, пока они шли.

Рина улыбнулась ему — той же улыбкой, что дарила ему с детства. Лёгкой, беззаботной, от которой мир казался не таким уж плохим. Он считал это своим сигналом, зелёным светом, и решил, что сегодня — тот самый день.

Он остановился, сердце бешено колотилось в груди, как барабан.

— Рина, — начал он, и голос слегка дрогнул.

Она повернулась к нему, слегка склонив голову от любопытства, её тёмные глаза сверкали в лучах дневного света.

— Что-то не так, Эйс? — спросила она, засунув руки в карманы куртки.

Он сглотнул и провёл рукой по затылку. Ладони были влажными, а пульс стучал в висках, но он продолжил.

— Мы столько лет дружим, — начал он, натянуто улыбаясь, чтобы успокоить нервы. — Ты всегда была рядом, несмотря ни на что. И я... я думаю, пришло время сказать это. Ты мне нравишься, Рина. Ты нравишься мне уже давно. Я хочу быть больше, чем просто другом.

Он затаил дыхание, ожидая.

Рина моргнула, её выражение изменилось. Губы приоткрылись, будто она собиралась что-то сказать, но не произнесла ни слова. Она ненадолго отвела взгляд, нервно теребя ремешок своей сумки.

Наконец, она вздохнула и подарила ему ту самую извиняющуюся улыбку, которую он видел, когда она отвечала незнакомцам, спрашивающим дорогу. Она не была предназначена для него.

— Ты хороший парень, Эйс, — сказала она мягко, почти ласково. — Но я не хочу сейчас встречаться.

Грудь Эйса сжалась, и на мгновение ему показалось, что он не может дышать. Он ожидал такого исхода, но услышать это было гораздо хуже, чем представить.

— Просто... я не готова, — продолжила она, мельком взглянув на него, прежде чем опустить глаза. — Ты много для меня значишь, и я не хочу разрушать то, что у нас есть.

Он хотел возразить, сказать что-нибудь, что угодно, чтобы она увидела его таким, каким он видел её. Но он просто стоял, засунув руки глубоко в карманы. Он кивнул и ответил:

— Всё в порядке. Я понимаю.

Но он не понимал.

Последующие дни прошли в тумане оцепенения и сомнений. Он твердил себе, что это не личное, что дело не в нём. Что, возможно, она действительно не была готова, как и сказала.

Но всё это рухнуло, когда меньше чем через неделю он увидел её.

Рина вышла из кафе вместе с Дюком. Дюком — с его дерзкой ухмылкой, дизайнерской курткой, перекинутой через плечо, и уверенной походкой, привлекающей внимание. Её рука была переплетена с его, а щёки порозовели, когда она смеялась над его словами.

Эйс замер на тротуаре, наблюдая за ними с другой стороны улицы. Они его не заметили, слишком погружённые в свой маленький мир. Рина выглядела сияющей, будто нашла недостающий пазл.

А Эйс? Он остался гадать, был ли у него вообще шанс.

Тогда его осенило — внешность имеет значение. Неважно, что он был рядом с ней годами, всегда готовый поддержать. Неважно, что он отдал ей своё сердце на блюдечке.

Дюк сумел привлечь её внимание, заставить её улыбаться именно так.

Эйс сжал кулаки, ногти впились в ладони, когда он развернулся и пошёл в противоположную сторону. Боль в груди горела, но под ней шевелилось что-то ещё — горечь, которую он не мог подавить.

Если сейчас он недостаточно хорош, будет ли когда-нибудь?

Лёжа в кровати, он не чувствовал тепла, несмотря на груду одеял, наваленных на него. Холод, казалось, проникал в кости, задерживаясь, как боль в груди. Эйс смотрел в потолок, его ум запутался в мыслях, которые он не мог распутать. Потерянный. Преданный. Обманутый. Вот что он чувствовал, и тяжесть этого давила.

Он вспомнил улыбку Рины — ту, что была не для него. То, как её рука идеально легла в руку Дюка, будто так и было задумано. Воспоминание цеплялось за него, острое и болезненное. Это было больно так, как он не знал, чем унять.

В какой-то момент усталость взяла верх. Глаза закрылись перед холодом, перед бурей в его голове, и он погрузился в беспокойный сон.

Эйс пошевелился, тело было вялым, но странное тепло окутывало его. Оно не было тяжёлым и удушающим, как раньше. Оно было другим — мягким, утешающим. Он нахмурился, приоткрыв глаза.

Солнечный свет пробивался через незнакомое окно, оставляя золотые полосы в комнате, которую он не узнавал. В воздухе витал лёгкий аромат цветов, настолько нежный, что казалось, он исчезнет, если вдохнуть слишком глубоко.

Он моргнул, пытаясь понять, где находится. Голова была мутной, будто он проспал дни, а может, и дольше. Медленно он приподнялся, но движение резко остановилось, когда он увидел её.

Перед ним стояла девушка.

Хрупкая, но собранная, она казалась почти неземной. Шёлковые чёрные волосы ниспадали на плечи, а миндалевидные глаза излучали тихую силу. Но в них было ещё что-то — что-то неуловимое, будто жалость, мерцающая под поверхностью.

— Прости, Сяо Чжи, — начала она, её голос был тихим, но твёрдым, будто она повторяла эти слова сотню раз перед тем, как произнести их.

Эйс замер. Сяо Чжи?

Имя отозвалось в его голове, чуждое и неуместное. Кто такой Сяо Чжи?

Он инстинктивно взглянул на свои руки. Они не были его. Более узкие, с аккуратно подстриженными ногтями. Сердце забилось чаще, когда он дотронулся до своего лица, паника нарастала с каждой секундой.

Это было не его тело.

Её голос вернул его к реальности.

— Ты хороший парень, но я не могу быть с тобой.

Слова ударили его, как знакомый удар, но в то же время казались чужими. Эйс смотрел на неё в недоумении. Он хотел спросить, что происходит, но горло сжалось, голос застрял под грузом непонимания.

Она продолжила, мягко, но непреклонно:

— Надеюсь, ты найдёшь того, кто по-настоящему оценит тебя.

С этими словами она сделала шаг назад. Её выражение было невозмутимым, взгляд спокойным, но отстранённым, будто она уже была далеко.

Дверь тихо закрылась за ней, звук почему-то казался окончательным.

Эйс сидел в наступившей тишине, солнечный свет теперь казался тяжёлым на его коже. Мысли кружились, не находя опоры. Это была не его жизнь. Не его тело. И всё же горечь отказа ощущалась мучительно реальной.

И всё равно его разум был спокоен, даже безмятежен, будто душа перезагрузилась после всего.

Что произошло?

Прошла неделя.

Эйс всё ещё не выходил из своей комнаты.

Пространство вокруг было тихим, уютным — таким, что казалось одновременно чужим и знакомым. Солнечный свет изредка пробивался сквозь деревянные ставни, отбрасывая на пол меняющиеся узоры, но этого было недостаточно, чтобы согреть ледяную пустоту в его животе.

Смятение и страх неотступно грызли его сознание.

С одной стороны, он был Эйсом — шестнадцатилетним парнем, который привык к обычным жизненным трудностям. Но теперь он оказался заперт в теле взрослого человека, прожившего уже двадцать лет.

А с другой стороны — была система.

Она маячила в уголке его разума, как непрочитанное сообщение, ожидая, пока он станет достоин его внимания.

Странная, незнакомая сила, которую он не знал, бояться или принять. Было ли это проклятием? Или вторым шансом?

А ещё был Сяо Чжи.

Изначальный владелец этого тела. Имя, которое звучало пусто, когда он произносил его, будто оно ему не принадлежало. Информация, всплывавшая в его памяти, рисовала мрачную картину.

Сяо Чжи родился в знатной семье — с глубокими корнями в культивации и силе. Но он был позором, бездарным неудачником в роду, полном гениев. Настолько плохим, что его практически отреклись, отправив в эту глухую деревню учителем — лишь бы не видеть.

И, словно этого было мало, он ещё и вёл себя высокомерно. Слишком гордый, чтобы строить настоящие связи, слишком ослеплённый своим происхождением, чтобы осознать собственную ничтожность.

А значит...

Эйсу не нужно было беспокоиться, что кто-то заподозрит подмену.

Ни друзей, которые заметили бы перемену. Ни семьи, которая бы проверила. Никого, кому было бы дело.

Эта мысль должна была обеспокоить его, но вместо этого она странным образом успокаивала. Если кто и должен волноваться, так это изначальный Сяо Чжи — где бы он теперь ни был.

По крайней мере, так Эйс убедил себя.

Последнюю неделю он провёл, запершись в этой комнате, ища ответы на вопросы, которых не существовало. Пытаясь осмыслить невозможное.

Но сколько бы он ни размышлял, правда оставалась неизменной.

Он больше не был Эйсом.

И рано или поздно ему придётся встретиться лицом к лицу с тем, что ждёт его дальше.

Едва он подумал об этом, как в дверь постучали.

Эйс замер.

Это был первый звук, нарушивший его уединение за всю неделю. На мгновение он подумал проигнорировать его, но любопытство взяло верх. Медленно он подошёл к двери, заколебался, затем приоткрыл её.

Снаружи стояла маленькая девочка, едва доходившая ему до пояса. В руках она сжимала плетёную корзинку с фруктами, её крошечные пальцы крепко обхватывали ручку. Круглые глаза смотрели на него снизу вверх, неуверенно, но решительно.

Эйс распахнул дверь полностью.

Девочка — Лю Мэй.

Имя всплыло в его сознании само собой. Одна из его учениц. И этот факт озадачил его ещё больше.

Этот Сяо Чжи — прежний Сяо Чжи — был известным пьяницей, озлобленным, жестоким человеком, который не гнушался избивать своих учеников. Даже тех, кому не было и десяти.

Возможно, именно поэтому у него было всего два ученика.

Конечно, деревня была маленькой, едва ли набиралась полноценный класс, но всё же... Как такого, как он, вообще допустили к преподаванию? И более того — почему эта девочка стояла здесь, беспокоясь о нём?

— Учитель... — голос Лю Мэй был тихим, неуверенным.

Эйс уставился на неё, всё ещё пытаясь осознать ситуацию. Он отступил в сторону и жестом пригласил её войти. Она замешкалась, затем зашла, прижимая корзинку к груди.

Он прочистил горло.

— Что привело тебя сюда, Лю Мэй?

Она покачалась на носочках, опустив взгляд.

— Вы не выходили на улицу, — сказала она. — Совсем.

Эйс моргнул.

— Я подумала, может, вы застряли, — добавила она, украдкой взглянув на него. — Или... может, превратились в призрака.

Эйс чуть не поперхнулся.

— В призрака?

Лю Мэй серьёзно кивнула.

— Мама говорит, призраки прячутся в тёмных комнатах.

Она огляделась, будто ожидая увидеть одного из них в тенях.

Эйс выдохнул, проведя рукой по волосам.

— Я не призрак.

Она прищурилась, не убеждённая.

— Но вы такой бледный.

— Это просто... — он вздохнул. — Неважно.

Лю Мэй протянула корзинку.

— Я принесла фрукты! Вам нужно есть, а то правда станете призраком.

Эйс замешкался. Её крошечные руки всё ещё крепко сжимали ручку, будто она ожидала, что он отшвырнёт её прочь.

Вместо этого он подвинул ей стул.

— Садись, — мягко сказал он.

Лю Мэй колебалась, затем подчинилась, болтая ногами, пока ставила корзинку на стол.

Эйс сел напротив. Он взял спелый сочный фрукт и откусил.

Сладость разлилась по языку.

Глаза Лю Мэй загорелись.

— Вкусно, правда? Я сначала проверила!

Эйс рассмеялся — впервые по-настоящему с тех пор, как очнулся в этом мире.

— Да. Неплохо.

Лю Мэй сияла, её маленькая фигурка заметно расслабилась.

Эйс изучал её, задумавшись. Если кто-то вроде неё всё ещё мог проявлять доброту после всего, что натворил прежний Сяо Чжи... Может быть. Просто может быть, у него здесь был реальный шанс.

"Динь!"

«Запущена фермерская система!»

Вы получили 4 участка земли!

Вы получили 100 золотых кредитов!

Вы получили 20 семян лунного камня!

Магазин разблокирован!

«Хозяин! Давайте покорим мир — не мечами и грубой силой, а настоящей культивацией... фермерством!»

Из всего, чего он ожидал после того, как съел фрукт, это было последним.

Его взгляд скользнул к Лю Мэй. Она всё ещё болтала ногами, её маленькие пальчики барабанили по краю корзинки. Совершенно не подозревая о системном уведомлении, которое только что появилось перед ним.

«Новый квест: Исцеление Лю Мэй»

Лю Мэй страдает от болезни, из-за которой забывает важные вещи. Иногда её даже считают сумасшедшей из-за странного поведения.

Подсказка: Множество духовных яблок могут исцелить её!

Эйс нахмурился. Забывает важные вещи?

Он стиснул зубы. Он ещё мало знал о ней, но даже за это короткое общение стало ясно, что она не сумасшедшая. Просто ребёнок, от которого отвернулись, потому что люди не понимали её состояния.

"Ну... может, потому что она добра ко мне, несмотря на то, каким я был."

Эйс замер. Нет — он не был жестоким. Это был прежний Сяо Чжи.

Он поморщился и отбросил мысль, откусывая ещё кусочек фрукта.

— Открыть магазин.

По его команде перед ним возникло прозрачное окно, золотистый текст выстроился ровными рядами. Лю Мэй, конечно же, ничего этого не видела. Она лишь наблюдала, как её учитель жуёт яблоко, уставившись в пустоту.

Она склонила голову, но ничего не сказала.

"Ладно... может, теперь я понимаю, почему люди называют её странной. Но знаешь, она вроде милая."

Его внимание вернулось к интерфейсу магазина, пробежалось по списку доступных предметов. Затем он заметил его —

Предмет: Семена духовных очищающих яблок (Рекомендуется!)

Цена: 1,000 золотых кредитов

Эффект: Помогают очистить дух и слегка повышают талант к культивации (примерно на 0,001%).

Эйс подавился яблоком.

— ...Учитель?

Он сглотнул и отмахнулся.

— Ничего. Просто... просто думаю.

Неделю назад он был другим человеком в другом мире.

Теперь он — учитель с сомнительным прошлым, фермерской системой и больным ребёнком, которому для исцеления нужны духовные яблоки.

Проводив Лю Мэй, Эйс снова обратил внимание на интерфейс системы.

Четыре участка земли. Десять семян лунного камня.

Даже идиот понял бы, что это значит.

Культивация!

Уголок его губ дрогнул в ухмылке. Если это было что-то вроде тех фермерских игр, в которые он играл...

Эйс активировал функцию фермерства, и мир вокруг изменился.

Внезапно он оказался в огромном открытом пространстве — виртуальной ферме внутри системы. Ощущения были на удивление реалистичными, как будто он шагнул в трёхмерную игру. Почва была тёмной и плодородной, воздух свежим, а тёплый золотистый свет окутывал всё вокруг.

Лучшая часть? Ему не нужно было заниматься фермерством вручную.

Одной лишь мыслью он поместил семена лунного камня в почву. Земля сдвинулась, будто отвечая на его волю, аккуратно высаживая каждое семя.

«Семена лунного камня посажены!»

«Время роста: 4 часа.»

Эйс усмехнулся. Легко.

Более того, он понял, что может выйти в любой момент — ему не нужно оставаться в системном мире, пока растёт урожай.

Вернувшись в реальность, он потянулся, обдумывая следующий шаг. Четыре часа, которые нужно убить, да?

Вздремнуть было бы неплохо.

...Не-а.

Вместо этого он решил расчистить участок за своим домом.

Земля была заросшей сорняками и дикими кустами, но с некоторыми усилиями он мог превратить её в настоящий сад. Раз система позволяла переносить игровые предметы в реальный мир, он решил, что не помешает поэкспериментировать.

Выращивание оставшихся семян лунного камня в реальном мире не только проверит их рост, но и даст ему продуктивное занятие.

Итак, с новой энергией Эйс взял ближайшую мотыгу и принялся за работу.

В тихом уголке, скрытом за зарослями кустов, притаились двое детей, их глаза были прикованы к фигуре, усердно работающей в саду.

Лю Мэй прижимала к себе корзинку, её лицо было спокойным, но странно довольным. Рядом с ней мальчик того же возраста — Шань Ифэн — хмурился, его поза выдавала напряжённое недоверие.

— Я думал, у тебя опять один из твоих глупых моментов, — пробормотал Шань Ифэн, понизив голос. — Но похоже... ты была права.

Лю Мэй склонила голову.

— Учитель теперь другой.

Её голос был лёгким, почти мечтательным, будто она констатировала очевидный факт. Шань Ифэн нахмурился.

В отличие от Лю Мэй, он по-настоящему боялся Эйса — Сяо Чжи. Все в деревне знали, каким был их учитель: пьяницей, грубияном, тем, кто избивал учеников по малейшему поводу. Единственная причина, по которой Шань Ифэн всё ещё здесь, заключалась в том, что он был единственным в деревне, кто хоть что-то знал о настоящей культивации. Он хотел учиться. Он хотел стать сильнее.

Но он также не хотел получать побои.

Именно поэтому он уговорил Лю Мэй пойти с ним, используя её как буфер между собой и их непредсказуемым учителем.

И всё же...

Шань Ифэн взглянул на неё, чувство вины заползая в грудь.

"Она слишком доверчивая."

На мгновение ему стало стыдно. Но он быстро отбросил это чувство.

"Во всей деревне только я с ней играю. Самое меньшее, что она может для меня сделать — это вот так."

Эта мысль тоже не принесла ему облегчения, но вместо того, чтобы зацикливаться на ней, он поднял с земли небольшой камень и протянул ей.

— Вот, — прошептал он, вкладывая камень ей в ладонь. — Брось это в учителя.

Лю Мэй не колебалась. Она не спросила, зачем.

Она просто взяла камень, развернулась и направилась прямиком к Эйсу.

Лю Мэй подошла ближе, камень крепко зажат в её маленькой руке. Она подняла руку и с лёгким усилием швырнула его в Эйса.

Эйс как раз выдёргивал упрямый пучок сорняков, когда что-то маленькое и твёрдое ударило его в спину.

Он замер.

Медленно он обернулся, только чтобы увидеть Лю Мэй, стоящую перед ним с пустыми руками и смотрящую на него широко раскрытыми, глазами даже не моргая.

— ...Ты только что бросила в меня камень? — спросил Эйс, его голос был опасно спокоен.

Лю Мэй кивнула.

— Угу.

Эйс резко выдохнул, прижав пальцы к вискам.

— Зачем?

Лю Мэй моргнула.

— Шань Ифэн велел мне.

Эйс проследил за её взглядом к ближайшему углу, где мальчик — Шань Ифэн, второй ученик — безуспешно пытался слиться с тенью.

Их взгляды встретились.

Шань Ифэн застыл, как олень, ослеплённый светом. Затем, в мгновенном решении, он развернулся и бросился наутек.

Эйс вздохнул.

— Лю Мэй.

— Да, учитель?

— Приведи его.

Лю Мэй кивнула, развернулась и тут же бросилась за Шань Ифэном.

Эйс наблюдал, как они удаляются, потирая место, куда попал камень. У него было ощущение, что иметь дело с этими двумя окажется утомительнее, чем с самой фермой.

Не успел он моргнуть, как прошло четыре часа, и Эйс поспешил в систему проверить свои посадки.

Семена лунного камня? Он никогда о них не слышал — определённо ничего подобного не было на Планете. Любопытство вспыхнуло, когда он вошёл в систему, чтобы собрать урожай.

Приблизившись к участку, он увидел ярко-синий экран, материализовавшийся перед ним.

Предмет: Цветок лунного камня (Уровень 1)

Эффект: Используется в алхимии, работает как тоник.

Количество: 16 цветов

Цена: 10 золотых кредитов за каждый

Каждое семя дало четыре цветка. Эйс уставился на экран в недоумении.

Цветы лунного камня можно было продать по 10 золотых кредитов за штуку. С 16 цветами это уже приличная сумма. Он быстро прикинул потенциал фермерства.

— Если каждый цветок продаётся за 10 кредитов, а семена — тоже за 10... — пробормотал он себе под нос. — Каждый урожай приносит втрое больше вложений. К десятому урожаю будет 1200 кредитов. Этого хватит на семена очищающих духовных яблок.

Его воодушевление росло, когда он начал обдумывать все возможности. Он мог добиться реального прогресса здесь, стать сильнее и накопить богатство, просто уделяя немного времени фермерству.

Но прежде чем он успел слишком углубиться в свои мысли, звук плача прервал его концентрацию. Эйс повернулся к источнику.

Это был Шань Ифэн.

Мальчик сидел на земле, одна из его ног была в захвате у Лю Мэй, которая — к удивлению — с лёгкостью тащила его за собой. Эйс моргнул, не зная, как реагировать, пока наблюдал за их приближением.

Хрупкая фигура Лю Мэй резко контрастировала с мальчиком, но её хватка была твёрдой, и она шла к Эйсу, будто в этом не было ничего необычного.

Когда их взгляды встретились, Лю Мэй ярко улыбнулась и радостно крикнула:

— Учитель! Я его поймала!

Эйс просто смотрел в недоумении. Он не мог не подумать: "Теперь понятно, почему люди считали её... ну, кем они там считали. Но это скоро изменится."

Лю Мэй гордо ухмылялась, её миссия была выполнена. Шань Ифэн, тем временем, выглядел совершенно униженным, безуспешно пытаясь вырваться.

Эйс присел на небольшой камень в саду, похлопав по свободному месту рядом.

— Садитесь со мной.

Лю Мэй не заставила повторять дважды. Она плюхнулась рядом, весело болтая ногами.

Шань Ифэн, напротив, заколебался. Он всё ещё отряхивался, пытаясь сохранить хоть каплю достоинства после того, как его протащили по земле, словно мешок с рисом. Он бросил взгляд на Лю Мэй — которая сияла, будто не совершала акта чистой жестокости — и вздохнул.

Медленно, осторожно, он подошёл и сел, оставив небольшой промежуток между собой и Лю Мэй. На всякий случай.

Эйс взглянул на него.

— Удобно?

Шань Ифэн что-то пробормотал себе под нос, но Лю Мэй энергично кивнула.

— Да! Здесь хорошо.

Эйс усмехнулся.

— Рад это слышать.

Наступило короткое молчание, прежде чем Лю Мэй повернулась к Шань Ифэну, её глаза сверкали.

— Ты очень плохо убегаешь.

Шань Ифэн нахмурился.

— Я не убегал. Я... стратегически отступал.

Лю Мэй склонила голову.

— Но я тебя поймала.

— ...Это был несчастный случай.

— Ты всегда так говоришь.

Эйс усмехнулся, наблюдая за их перепалкой. Он ожидал, что Шань Ифэн будет дуться после случившегося, но то, как он продолжал спорить с Лю Мэй, было хорошим знаком — дети быстро отходили.

Шань Ифэн фыркнул и повернулся к Эйсу.

— Учитель, вы на нас не злитесь?

Эйс моргнул.

— А за что мне злиться?

— Ну, может, потому что я велел ей бросить камень? — пробормотал Шань Ифэн, потирая больную руку. — Она обычно слишком сильная, прямо как медведь.

Лю Мэй драматично ахнула.

— Я не медведь!

— Ну как бы...

— Нет!

— Ты тащила меня, как медведь.

Лю Мэй скрестила руки и надула щёки.

— Если бы я была медведем, я бы тебя съела.

Шань Ифэн отодвинулся на дюйм.

— ...Ладно, хорошо, не медведь.

Эйс откинулся назад, скрестив руки, и окинул детей взглядом.

— Ладно, Шань Ифэн... что привело тебя сюда?

Шань Ифэн заколебался, взглянув на Лю Мэй, которая всё ещё счастливо жевала фрукт, будто не тащила его через пол сада. Наконец, он пробормотал:

— Эм... я думал, Лю Мэй врёт.

Эйс поднял бровь.

— О чём?

— Она сказала, что вы не ударили её, когда она вас встретила, вот я и решил проверить сам.

Эйс уставился на него.

— Ты пришёл сюда, чтобы проверить, не жестокий ли я?

Шань Ифэн кивнул.

— Ну, да. Раньше вы же...

Эйс вздохнул.

— Понял.

Детская наивность. Эйс покачал головой, ощущая странную смесь умиления и вины.

Он решил немного подразнить их.

— Хм... вообще-то, теперь, когда ты заговорил... — Он потер подбородок, делая вид, что глубоко задумался. — Я действительно сильно ударился головой и, кажется, потерял память. Может, если я вас двоих немного побью, она вернётся?

— НЕТ! — взвизгнул Шань Ифэн, отпрянув назад. Затем, будто осознав, что переборщил, он прочистил горло и неуверенно спросил: — У-учитель... это значит, вы забыли свои техники культивации?

Эйс пожал плечами.

— Может быть.

Глаза Шань Ифэна загорелись.

— Тогда можете бить меня! Просто чтобы проверить, вспомните ли вы их! Я хочу научиться!

Эйс моргнул. Затем расхохотался.

Тем временем Лю Мэй — совершенно невозмутимая — уже чувствовала себя как дома. Она зашла внутрь, взяла корзинку с фруктами, которую подарила Эйсу ранее, и теперь счастливо жевала.

С набитым ртом она небрежно добавила:

— Учитель, можете бить и меня.

Эйс чуть не поперхнулся.

— Не волнуйтесь, я сильная, — продолжила она совершенно серьёзно. — Я не заплачу.

Эйс потер переносицу.

— Вы двое... вы что-то особенные.

Он театрально вздохнул, затем выпрямился.

— Ладно. Слушайте сюда. Кто я по-вашему? Я больше не буду вас бить.

Шань Ифэн прищурился.

— Больше?

— Именно. Я начал новую жизнь. — Эйс похлопал себя по груди. — Отныне я добрый и терпеливый учитель.

Лю Мэй проглотила кусок.

— А что значит «терпеливый»?

— Это значит, что я не стану швырять тебя через забор, даже если ты будешь действовать мне на нервы.

— Ооо. — Она кивнула. — Это хорошо.

Шань Ифэн всё ещё выглядел слегка скептично, но прежде чем он успел что-то сказать, Эйс взглянул на небо. Уже стемнело.

— Ладно, на сегодня хватит. — Он хлопнул в ладоши, затем сделал им знак следовать за ним. — Пошли, провожу вас.

Дойдя до края сада, Эйс присел на корточки, чтобы быть с ними на одном уровне.

— Теперь слушайте внимательно. Занятия начнутся через три дня.

Шань Ифэн нахмурился.

— Через три дня? Почему не завтра?

Эйс усмехнулся.

— Потому что мне нужно время подготовиться... и потому что я так сказал.

— А.

— И ещё. Мы не будем заниматься в школе.

Лю Мэй склонила голову.

— А где тогда?

Эйс обвёл рукой вокруг.

— Прямо здесь. Уроки будут у меня дома.

Дети переглянулись, затем просто кивнули в знак согласия.

После этого, не проронив больше ни слова, они развернулись и помчались прочь, соревнуясь друг с другом, будто ничего не произошло.

Эйс смотрел им вслед, качая головой от удивления.

— Ну что ж, — пробормотал он себе под нос, потягиваясь, — по крайней мере, они всего лишь дети. Должно быть, исправить свою репутацию будет не так уж сложно, да?

...Надеюсь.

Следующие два дня пролетели в бесконечной череде фермерских работ. Эйс почти не отдыхал, полностью погрузившись в цикл посадки и сбора урожая внутри системы.

«Ваши цветы лунного камня готовы к сбору.»

«Вы собрали 16 цветов лунного камня, продолжайте культивацию, хозяин.»

«Семена лунного камня посажены. Созреют через четыре часа.»

«Ваши цветы лунного камня готовы к сбору.»

«Вы собрали 16 цветов лунного камня, продолжайте культивацию, хозяин.»

«Семена лунного камня посажены. Созреют через четыре часа.»

...

Уведомления появлялись снова и снова, так часто, что Эйс почти слышал их во сне.

Это было изнурительно, но в то же время странно приятно.

И сегодня — наконец-то — он накопил достаточно для своей первой крупной покупки.

Перед ним появилось небольшое уведомление.

«-1,000 золотых кредитов списано. Вы получили: Семя духовного очищающего яблока.»

Эйс выдохнул, глядя на крошечное, казалось бы, обычное семя в своей ладони.

После двух дней непрерывной работы — действительно ли оно того стоило?

...Пожалуй, сейчас он это узнает.

«Поздравляем! Вы получили семя фруктового дерева.»

«Скрытый квест выполнен!»

— Награда: Участок земли для выращивания деревьев.

Эйс поднял бровь.

— Специально для меня, да?

Хотя он не жаловался.

Он снова вошёл в систему, его тело исчезло из реальности, когда он перенёсся на виртуальную ферму.

Его первоначальные четыре участка всё ещё были заняты цветами лунного камня — бесконечным циклом посадки, сбора и перепродажи для заработка. Но теперь появилось кое-что новое: свежий участок с более глубокой почвой и насыщенной жизненной энергией.

Специальная земля для деревьев.

Без колебаний Эйс поместил семя духовного яблока в почву. Мгновенно над ним появилось небольшое уведомление.

«Время роста: 10:00 часов.»

Он тихо свистнул.

— Всё равно лучше, чем ждать годами.

Довольный, он вышел из системы, вернувшись в реальный мир.

Теперь, когда его фермерские планы были налажены, Эйсу предстояло столкнуться с другой реальностью — миром, в котором он застрял.

Богатство давало силу, но только если у тебя было достаточно сил, чтобы его защитить.

Если ты богат, но слаб? В лучшем случае тебя просто обманут, заставив платить бешеные "проценты за защиту". В худшем? Ограбят, изобьют или того хуже.

Поэтому Эйс не собирался становиться мишенью.

Именно поэтому он пока не планировал продавать цветы лунного камня на рынке.

По крайней мере, не сейчас.

Собрав последний урожай, Эйс наконец рухнул на кровать.

Прошли дни с тех пор, как он последний раз нормально спал, а завтра начинались его первые уроки с двумя сорванцами. Он заслужил хотя бы несколько часов отдыха.

--- Следующий день ---

Утро наступило быстрее, чем он ожидал.

Эйс сразу же отправился в систему проверить долгожданный урожай.

«Собрано: 17 духовных очищающих яблок (Уровень 1), 3 духовных очищающих яблока (Уровень 2)»

Неплохо. Он не знал, почему три яблока оказались высшего уровня, но жаловаться не собирался.

Пересадив семена лунного камня на обычные участки, он поместил ещё одно семя духовного яблока на специальную землю. Лучше держать ферму в работе, пока он занят другими делами.

Теперь, с фермерством покончено, он переключился на следующее важное событие дня — преподавание.

Эйс достал свежесобранные яблоки из системы, тщательно их вымыл, а затем привёл в порядок себя. Внешний вид его мало волновал всё это время, но для учеников стоило выглядеть презентабельно.

Главное, он потратил оставшееся время, вспоминая всё, что знал о боевых искусствах и культивации.

Шань Ифэн ясно дал понять, что хочет учиться, и хотя Эйс не был мастером культивации, он не собирался приходить неподготовленным.

Как только он закончил, воздух наполнился знакомыми звуками —

Смех. Крики. Топот.

Неуловимая атмосфера двух взволнованных детей, несущихся к его дому.

Эйс тихо усмехнулся, качая головой.

— Ну вот и началось.

...

— Разве мы обязательно должны есть это яблоко?

Шань Ифэн был тем, кто выразил протест, разглядывая фрукт в своих руках, будто это была ловушка.

Тем временем Лю Мэй уже откусила от своего, счастливо жуя, словно это было самое вкусное, что она пробовала.

Эйс, видя недовольное выражение Шань Ифэна, усмехнулся.

— Знаешь, одно яблоко в день — и врач не нужен.

Лю Мэй, уже доедающая второе яблоко, подняла на него широкие любопытные глаза.

— Это правда, учитель? Можно я дам одно маме?

Эйс чуть не поперхнулся. «Невинность... о боже, какая же она невинная.»

Что вообще творилось в голове у Сяо Чжи раньше? Он что, слепой, чтобы не видеть, насколько чисты эти дети?

С усмешкой он погладил Лю Мэй по голове.

— Конечно, конечно. Я дам тебе яблок с собой.

Затем он повернулся к надувшемуся Шань Ифэну.

— Ифэн, поучись у Лю Мэй.

Возмущённый Шань Ифэн тут же огрызнулся:

— Но она же тупая! Совсем тупая—

"Шлёп."

Тяжёлая рука опустилась на его голову, не давая договорить.

Прежде чем он успел возмутиться, Эйс запихнул ему в рот дольку яблока.

— Жуй, — приказал он, затем снова повернулся к Лю Мэй.

— Не расстраивайся из-за его слов.

Лю Мэй, уже доедающая третье яблоко, моргнула.

— Что он сказал?

Эйс вздохнул.

Перед ним сидели одновременно благословение и наказание.

Когда Лю Мэй потянулась за четвёртым яблоком, Эйс инстинктивно остановил её.

— Можно ещё одно, учитель? Оно вкусное, — взмолилась она, широко раскрыв глаза.

Эйс вздохнул.

— Мэй, у тебя заболит живот, если съешь больше.

Это была чистая ложь.

Если бы это были обычные яблоки — возможно. Но это были духовные очищающие яблоки. Он не знал, насколько они редки в мире культивации, но точно понимал, что раз они увеличивают талант на 0.001%, то расстройство желудка от них не получишь.

Однако он остановил её не из-за жадности. Наоборот, он был рад, что она их ела — если система говорила правду, они должны были улучшить её здоровье.

В корзине оставалось тринадцать яблок Уровня 1. Три яблока Уровня 2 он отложил на потом.

— Начнём занятия, — сменил тему Эйс. — Поешь ещё на перемене.

— Хорошо, учитель! — Лю Мэй сияла, её улыбка была настолько яркой, что Эйс едва не растаял.

Подавив внезапное желание ущипнуть её за щёки, он повернулся к Шань Ифэну, который тоже доел своё яблоко — хотя выглядел так, будто ел его под принуждением.

Эйс усмехнулся.

— Шань Ифэн, что ты знаешь о культивации?

Услышав это слово, Шань Ифэн оживился. Он вскочил, будто стоял на официальном занятии.

— Мир культивации начинается с ранга Воина, затем Серебряный, Золотой, Тёмно-Золотой и, наконец, Легендарный! — с энтузиазмом продекламировал он. — И каждый ранг делится на четыре стадии: Начальную, Среднюю, Высокую и Пиковую!

Эйс поднял бровь.

— О? Ты знаешь немало. Где ты этому научился?

Шань Ифэн горделиво выпрямился.

— Я прочитал в книге!

Эйс усмехнулся.

— А ты вообще понимаешь, что это значит?

Уверенность Шань Ифэна пошатнулась.

— ...Нет.

Лю Мэй, которая продолжала жевать яблоко, моргнула.

— Тогда зачем ты это сказал?

Шань Ифэн скрестил руки.

— Потому что это звучит круто.

Эйс рассмеялся.

— Что ж, справедливо. Тогда начнём с основ.

Эйс кивнул в ответ на слова Шань Ифэна, но решил объяснить всё более подробно. В конце концов, красивые слова ничего не значили, если ребёнок не понимал их сути.

— Хорошо, слушайте внимательно. Культивация делится на пять основных рангов. Представьте их как уровни в игре — каждый делает вас сильнее предыдущего.

Шань Ифэн наклонился вперёд, заинтересованный, а Лю Мэй просто моргнула, продолжая с удовольствием жевать своё яблоко.

Эйс поднял один палец.

— Первый — Ранг Воина. С него начинают все культиваторы. Он делает тебя сильнее обычного человека — примерно как интенсивные тренировки — но это только начало.

Шань Ифэн нахмурился.

— То есть, как много отжиматься?

Эйс усмехнулся и продолжил:

— Вроде того, но он также усиливает так называемую силу души — особую энергию внутри тебя, которая позже позволит использовать техники.

— Значит... как накапливать силу?

— Именно, — подтвердил Эйс.

Он поднял второй палец.

— Далее — Серебряный Ранг. На этой ступени культиваторы начинают использовать базовые техники души. Представь это как изучение первых специальных приёмов.

Глаза Шань Ифэна загорелись.

— Типа метать огненные шары?!

Эйс кашлянул.

— Эм... не совсем. Но на этом уровне ты сможешь усиливать атаки с помощью силы души.

Глаза Лю Мэй заблестели.

— Значит, я могу стать ещё сильнее?

Эйс криво улыбнулся.

— Если будешь культивировать, то да.

Он поднял третий палец.

— Затем идёт Золотой Ранг. Здесь люди становятся по-настоящему сильными. В небольших городах такой уровень уже считается могущественным. Некоторые на этой ступени могут даже приручать духов демонов — то есть заключать союз с мощным зверем для помощи в боях.

Шань Ифэн от изумления открыл рот.

— Погоди, значит, у людей могут быть питомцы-монстры?!

— Что-то вроде того, — согласился Эйс.

Глаза Лю Мэй засияли.

— А у меня может быть медведь?

Шань Ифэн застонал.

— Конечно, тебе захотелось медведя...

Эйс проигнорировал их и поднял четвёртый палец.

— Теперь — Тёмно-Золотой Ранг. Здесь люди становятся очень, очень сильными. В малых городах их считают элитой. Они используют мощные техники и обычно занимают важные посты, например, генералов или правителей.

Шань Ифэн нахмурился.

— Значит, они как боссы?

Эйс кивнул.

— В общем, да. И наконец... — Он поднял все пять пальцев. — ...Легендарный Ранг. Эти люди сильнейшие в большинстве мест. Настолько, что один из них может сражаться против целой армии слабых культиваторов.

Шань Ифэн ахнул.

— Как финальный босс?!

Эйс усмехнулся.

— Точно. Они настолько редки, что большинство людей никогда их даже не увидит.

Шань Ифэн сжал кулаки, глаза полные решимости.

— Тогда я хочу стать таким! Нет — ещё сильнее! Есть ли ранг выше Легендарного?

Эйс коротко рассмеялся.

— Кто знает? Если есть, тебе самому придётся это выяснить.

Лю Мэй, которая до этого молча впитывала информацию, неожиданно подняла руку.

— Учитель, а я могу стать медведем?

Шань Ифэн застонал.

— Это так не работает, Лю Мэй.

Эйс лишь вздохнул, потирая виски.

— Давайте сначала разберёмся с основами, прежде чем думать о питомцах-монстрах и медведях, хорошо?

Эйс взглянул на Лю Мэй, наблюдая, как она без усилий откусывает очередное яблоко. Её силы уже хватало для Ранга Воина, что было удивительно.

Он не знал, откуда у неё такая сила, но одно было ясно — она опережала его.

А это, к его огорчению, означало, что он сам всё ещё застрял на Ранге Воина.

"Не все в жизни движутся вперёд. Одним суждено величие, а многие становятся лишь ступеньками для других."

"Признай это", — с горечью подумал Эйс. — "Так устроен мир."

Глядя на воодушевлённого Шань Ифэна и от природы сильную Лю Мэй, он вдруг почувствовал себя потерянным. "Что я вообще должен с ними делать?"

Как будто в ответ на его сомнения, перед глазами возник знакомый экран.

«Поздравляем! Вы выполнили квест.»

Обучите других основам мира культивации.

Награда: 2 индивидуальных учебника по культивации.

Эйс моргнул. "...Слишком удобно?"

Хотя он и ожидал награды, это казалось подозрительно своевременным. Но, немного подумав, он собрался. "Что самое худшее может случиться?"

Он принял награду, и мгновенно перед ним материализовались две книги.

«Предмет: Индивидуальный учебник по культивации»

«Описание: Легендарный предмет, созданный Богом Боевых Искусств. Достаточно капли крови владельца, чтобы книга разработала наиболее подходящую технику культивации.»

"Ну что ж..."

Эйс пока отложил учебники. Его приоритеты были ясны: сначала нужно вылечить Лю Мэй от её болезни, затем помочь Шань Ифэну заложить прочный фундамент перед началом культивации.

А сейчас им нужен отдых. По крайней мере, так он понял из своих воспоминаний.

— Вы двое, отдохните, — сказал Эйс, доставая два яблока — по одному каждому.

Это были не обычные очищающие яблоки 1 уровня.

«Предмет:» Очищающее духовное яблоко (Уровень 2)

«Эффект:» Очищает дух и слегка увеличивает талант к культивации (примерно +0.005%).

Яблоко 2 уровня было в пять раз эффективнее, давая в пять раз больший прирост таланта.

Раздавая яблоки, он задумался: "А что вообще означает "талант к культивации"?* В тот же миг перед ним появился новый экран.

«Уровни таланта к культивации»

Без корня (нет надежды на культивацию)

Обычный талант

Необычный талант

Редкий талант

Небесный талант

Талант Благословенной Гордости (доп. информация заблокирована)

...

День пролетел незаметно, гораздо быстрее, чем ожидал Эйс.

Обучать этих двоих... оказалось не так уж плохо.

Он думал, что это будет изматывающе, но вместо этого сам получал удовольствие. Возник редкий баланс — он учил, они учились, и по пути чему-то учился даже он сам.

Это было странно... гармонично.

Перед уходом Эйс дал каждому по пять очищающих яблок. — Возьмите и не ешьте всё сразу.

Лю Мэй сияла, обнимая яблоки как сокровище. Шань Ифэн же скептически их разглядывал, но всё равно крепко сжал в руках.

Они помчались прочь, их смех эхом разносился вдали. Эйс наблюдал, как они исчезают на тропинке, прежде чем вернуться в дом.

"Пора снова за работу."

Закрыв за собой дверь, Эйс снова вошёл в системное пространство. Его руки дрожали от нетерпения, когда он увидел свою ферму — ряды созревших цветов лунного камня, готовых к сбору.

Он не колебался.

Собрав весь урожай, он сразу же продал его системе, наблюдая, как растёт счёт золотых кредитов.

«Золотые кредиты: 1,600 GC»

Неплохая сумма, но, просматривая системный магазин, Эйс не мог сдержать вздох.

— ...Всё ещё недостаточно.

Цены на предметы высокого уровня были заоблачными. Если он хотел купить что-то по-настоящему мощное, ему нужно было значительно расширить свою ферму.

«Ваши духовные очищающие яблоки готовы к сбору.»

Системное уведомление разбудило Эйса.

Не теряя времени, он вошёл в систему, очистил ферму, продал цветы лунного камня и собрал урожай духовных яблок.

Это уже стало рутиной.

Но сегодня он хотел сделать что-то иное.

Выйдя на улицу, Эйс решил совершить утреннюю пробежку. Солнце ещё не полностью взошло, окрашивая небо в тусклые золотые тона. Дорожка была едва освещена, но этого хватало.

Во время бега он заметил, что его шаги стали удивительно лёгкими.

Это из-за Ранга Воина?

Или потому что в душе он всё ещё 16-летний подросток в 20-летнем теле?

Какой бы ни была причина, он решил не зацикливаться. Пока что он просто жил, как получается.

Замедлив шаг, чтобы перевести дух, он уже приближался к дому, когда—

— Помогите! Кто-нибудь, помогите!

Голова Эйса резко повернулась в сторону звука.

Крики доносились из леса.

Того самого леса, о котором ходили слухи, что он проклят. Даже отчаянный Шань Ифэн не осмеливался туда заходить.

— Глупо, — отругал себя Эйс, но ноги уже несли его вперёд.

Он должен развернуться. Он знал, что должен.

И всё же...

Голос принадлежал женщине.

Даме в беде.

Классический сценарий — как в приключенческих историях, где герой спасает прекрасную незнакомку и получает её благодарность.

Это было заманчиво. Слишком заманчиво.

Его шаги замедлились, когда он вошёл в лес, а тени сгустились по краям его зрения.

И затем—

⚠ СИСТЕМНОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ ⚠

«Хозяин не должен намеренно искать смерть!»

«Хозяин не должен намеренно искать смерть!»

«Хозяин не должен намеренно искать смерть!»

Сообщение заполонило экран, мигая так агрессивно, что ему пришлось щуриться от яркого текста.

— Ладно, ладно! Я понял! — проворчал он, размахивая рукой, будто отгоняя предупреждение.

Крики о помощи уже стихли.

Лес, теперь жутко тихий, словно шептал, что лучше забыть об этом.

С вздохом Эйс развернулся. Забудь о роли героя — он не собирался рисковать жизнью ради незнакомки.

Эйс подготовил новую партию духовных яблок для сегодняшнего урока. На этот раз яблок 2 уровня не было, но это не имело значения.

Пяти яблок 1 уровня должно хватить.

На тренировочной площадке Шань Ифэн лежал на земле, стиснув зубы, и отжимался так, будто от этого зависела его жизнь.

Тем временем Лю Мэй сидела рядом, с удовольствием жуя яблоко и наблюдая за Ифэном, словно за увлекательным представлением.

Эйс переключил внимание на системный магазин.

Лучшие семена — лучший урожай. Лучший урожай — больше золотых кредитов.

Очевидный выбор.

Но была проблема.

Чтобы открыть лучшие семена, ему нужно повысить уровень фермы.

Он нахмурился. "Погоди... но как тогда я получил семена духовных яблок?"

Духовные яблоки были высококачественными культурами, и если ферма имела ограничения по уровню, он вообще не должен был иметь к ним доступ.

Как только замешательство улеглось, перед глазами вспыхнуло системное сообщение.

«Это был подарок для хозяина. Разве вас не проинформировали?»

— Что? — Эйс моргнул. "Нет, мне об этом не говорили."

Ответ системы?

« •••••••••••• »

Долгая пауза.

Затем появилось новое сообщение.

«Простите мою некомпетентность. Вот компенсация для хозяина.»

Вы получили 100,000 опыта.

Ваша ферма повысилась до 5 уровня.

Открыты семена духовных томатов.

Открыты семена духовной капусты.

Открыта духовная курица.

Открыта духовная свинья.

Открыта духовная корова.

Вы получили пять дополнительных участков земли.

Вы получили один участок для выращивания деревьев.

...

Эйс стоял, ошеломлённо глядя на экран.

Глубокий вдох. Медленный выдох.

И затем—

— Просто добавить слово «духовный» ко всему подряд не делает это особенным!

Ему хотелось обругать систему, но, честно говоря? Он всё равно возьмёт награды.

Размышления Эйса прервал голос Лю Мэй.

— Учитель, учитель! Можно мне ещё яблок?

Интерфейс системы исчез, когда он моргнул и увидел перед собой девочку.

— Подожди здесь, хорошо? Учитель принесёт. И следи за Ифэном.

Оставив её, он быстро вернулся в комнату и снова открыл системный магазин.

«Семена духовных томатов» — 20 золотых кредитов за семя

«Эффект:» Усиливают жизненную энергию и немного ускоряют восстановление сил.

«Семена духовной капусты» — 50 золотых кредитов за семя

«Эффект:» Лечит лёгкие внутренние травмы и обладает слабыми целебными свойствами.

«Духовная курица» — 1,000 золотых кредитов за цыплёнка

«Эффект:» Даёт духовные яйца, улучшающие выносливость и слегка укрепляющие кости.

«Духовная свинья» — 5,000 золотых кредитов за поросёнка

«Эффект:» Употребление духовной свинины ускоряет восстановление мышц и со временем увеличивает базовую силу.

«Духовная корова» — 10,000 золотых кредитов за телёнка

«Эффект:» Даёт духовное молоко, ускоряющее восстановление духовной энергии и укрепляющее силу души.

Эйс вздохнул, проверив баланс — 1,500 золотых кредитов.

— На свинью или корову не хватит, но духовную курицу могу позволить.

С этой мыслью он совершил покупку.

Мгновенно появилось уведомление:

«Духовная курица приобретена! Созреет через 2 часа.»

На экране фермы появилась коробка с таймером и надписью «Духовный цыплёнок».

Довольный инвестицией, Эйс также купил семена духовной капусты и посадил их на свободных участках.

Он взглянул на статус фермы.

Теперь у него было 2 участка для деревьев и 9 обычных участков.

1 участок для деревьев занят яблоней.

4 участка засажены цветами лунного камня.

5 участков отведены под духовную капусту.

К завтрашнему дню он планировал засадить все участки капустой — у неё была самая высокая цена перепродажи.

Каждое семя стоило 50 кредитов, но созревший за 12 часов кочан можно было продать за 500 — десятикратная прибыль.

Пока это лучшая инвестиция.

Когда Эйс завершал планирование, раздался знакомый голос—

— Учитель! Учитель!

Лю Мэй.

Эйс вышел из системы, схватил горсть духовных яблок и вышел к ней.

Как только Лю Мэй увидела, как Эйс выходит из комнаты, её глаза расширились от восторга.

— Учитель! Вы призрак! — ахнула она. — Я только что заглянула в комнату, а вас там не было!

Эйс лишь рассмеялся и взъерошил ей волосы.

— Если бы я был призраком, разве я мог бы сделать так?

Лю Мэй захихикала, отмахиваясь от его руки, пока они шли во двор.

В отличие от того, как он оставил Шань Ифэна, на этот раз там была компания.

Группа из трёх человек стояла неподалёку, их глаза осматривали местность, будто искали что-то... или кого-то.

Одна женщина. Двое мужчин.

Даже не разговаривая с ними, Эйс понял, что они — культиваторы.

Их одеяния, оружие, манера держаться — всё указывало на одно и то же.

Женщина стояла с налётом непринуждённой власти, в то время как двое мужчин сосредоточенно осматривались, их движения были точными и выверенными.

Мечи покоились у их поясов, но по тому, как они держались, было ясно — они готовы выхватить их в мгновение ока.

Шань Ифэн и женщина, казалось, беседовали, но Эйс не знал о чём.

...

Шань Ифэн, всё ещё выполнявший отжимания, заметил трёх фигур, спускающихся с неба, их мечи сверкали под ногами.

Его руки слегка дрожали — не от усталости, а от чистого восторга.

Настоящие культиваторы.

На мгновение в его сознании мелькнула осторожность. Родители не раз предупреждали его не приближаться к незнакомцам.

Но как только их мечи скрылись в ножнах, а женщина во главе группы встретилась с ним взглядом, все сомнения исчезли.

Вместо того чтобы убежать, он встал, отряхнул одежду и спросил, едва сдерживая волнение:

— Вы настоящие культиваторы?

Женщина улыбнулась его энтузиазму.

— Мы настоящие.

Шань Ифэн сжал кулаки, его глаза буквально сверкали.

— А вы можете летать куда угодно? Это правда так быстро, как говорят?

Она рассмеялась.

— Не совсем куда угодно. Некоторые места имеют ограничения, а скорость зависит от уровня культивации. Но да, это довольно быстро.

Шань Ифэн кивнул, будто запоминая ценную информацию.

— А... вы можете разрубить валун одним ударом меча? Мой учитель говорит, что культивация — это не только сила, но я всё равно думаю, что летающий меч — это круче всего!

Женщина склонила голову, развлечённая.

— Достаточно сильный культиватор может, но одной грубой силы мало. Нужны точность, техника и контроль.

Шань Ифэн внимательно слушал, впитывая каждое слово.

— Тогда как мне стать таким, как вы?

Женщина изучающе посмотрела на него. Он был молод — не старше десяти — но его преданность делу была очевидна. Она видела, как он тренировался до их приземления.

— Терпением, упорным трудом и правильным руководством, — сказала она. — Одной силы недостаточно, чтобы стать истинным культиватором. Важны сердце и дисциплина.

Шань Ифэн оскалился в улыбке.

— Тогда я никому не проиграю!

Женщина снова рассмеялась, в её глазах мелькнуло одобрение.

— Вот это дух!

...

"Главное, чтобы с ним всё было в порядке."

Эйс подошёл, Лю Мэй следовала за ним, и он прочистил горло.

— Чем могу помочь уважаемым культиваторам?

Двое мужчин мельком взглянули на него, но ничего не сказали, продолжая поиски.

Женщина-культиватор, однако, повернулась к нему с улыбкой.

Эйс почувствовал, как напрягся.

Культиваторы были безрассудными существами. Смертные значили для них мало, их жизни — в лучшем случае неудобство.

По крайней мере, так он понял из всех прочитанных романов.

И теперь он узнает, насколько реальность соответствует вымыслу.

— Вы, должно быть, учитель мальчика, — сказала женщина, обращаясь к Эйсу. — Я Чжао Юнь, а это мои собратья по секте — Вэй Хэн и Ло Чэнь.

Она окинула Эйса оценивающим взглядом с головы до ног. Лёгкий смешок вырвался у неё, хотя она быстро его подавила.

Просто Ранг Воина, обучающий двух детей с потенциалом Серебряного Ранга?

Это было почти смешно.

Вслух она этого, конечно, не сказала. Не было нужды.

Вместо этого она слегка покачала головой.

Серебряный Ранг мог впечатлять смертных, но в её секте?

Его едва хватало на должность привратника. Жизнь в услужении, а не в славе.

Отбросив мысли, Чжао Юнь снова заговорила.

— Вы случайно не видели здесь женщину? Белые волосы. Красавица — вы бы сразу заметили.

Эйс слегка нахмурился, будто пытаясь вспомнить. Через мгновение он ответил честно:

— Никого подобного я не видел, но в лесу слышал женские крики о помощи. Я был слишком слаб, чтобы последовать на звук, так что не уверен, было ли это галлюцинацией или настоящим криком...

Услышав это, Вэй Хэн тут же напрягся.

— Это, наверное, Старшая Сестра! Она в опасности!

Ло Чэнь, однако, не спешил действовать. Его пронзительный взгляд уставился на Эйса, изучая того.

— Вы уверены? — холодно спросил он. — Если вы заманиваете нас в ловушку... лучше приготовьте свою шею.

Эйс взглянул на Ло Чэня, чувствуя лёгкое раздражение.

"Я лишь сказал, что слышал крики. Я не утверждал, что видел её."

Но он знал, что спорить бесполезно. Вместо этого он обратился к Чжао Юнь.

— Госпожа, я не знаю, та ли это женщина, которую вы ищете, но лес считается опасным...

Не дав ему закончить, резкий порыв ветра пронёсся мимо.

"Ш-ш-ш."

Пока он осознал движение, Чжао Юнь уже оказалась позади него.

Инстинкты кричали о подлом нападении, но прежде чем он успел представить свою отлетающую голову, она уже присела рядом с Лю Мэй.

Девочка моргнула от неожиданности, но продолжила жевать яблоко.

Чжао Юнь ласково погладила её по голове.

— Девочка, где ты взяла эти яблоки?

Эйс сузил глаза.

"Она чувствует их."

Энергия духовных яблок не была чем-то, что обычный человек мог обнаружить, но для культиватора она была очевидна.

Взгляд Чжао Юнь задержался на наполовину съеденном фрукте в руках Лю Мэй. "Очищающие духовные яблоки. В этой глуши?"

Лю Мэй, не подозревающая о её интересе, ответила между укусами:

— Учитель их выращивает! Он волшебным образом даёт их каждый день с вчерашнего дня!

Эйс сдержал стон.

"Чёрт возьми, Лю Мэй! Не болтай такое всем подряд!"

— Вы выращиваете эти яблоки? Правда? — Чжао Юнь подняла взгляд на Эйса, её глаза сверкали любопытством.

Эйс заставил себя рассмеяться, махнув рукой:

— О нет, конечно нет. Я купил их у странствующего торговца.

— У странствующего торговца?

— Да, — кивнул Эйс, сохраняя невозмутимое выражение лица. — Ну знаете, такие, что появляются и исчезают, продавая редкие вещи. Мне просто повезло.

Она протяжно "хмыкнула", задержав на нём взгляд чуть дольше необходимого, но ничего не сказала.

Ло Чэнь и Вэй Линь, наблюдавшие издалека, наконец подошли ближе.

— Если это так, — скрестил руки Ло Чэнь, — не продадите нам несколько?

Эйс замешкался.

Продажа духовных яблок не была проблемой — он всегда мог вырастить новые. Но перед ним были не обычные покупатели.

Это были культиваторы, люди, способные почувствовать истинную ценность яблок. Если они проявят слишком большой интерес, это может привести к неприятностям.

С другой стороны, прямой отказ мог обернуться ещё хуже. Например... его головой, катающейся по земле. Лучше не дорисовывать эту картину.

Его взгляд скользнул к Лю Мэй, которая всё ещё счастливо жевала, совершенно не замечая нарастающего напряжения.

Шань Ифэн же наблюдал за происходящим с трудно скрываемым возбуждением.

Чжао Юнь легонько постучала по рукояти меча:

— Что скажете, учитель?

Эйс медленно выдохнул:

— У меня осталось не много, но, пожалуй, могу поделиться. Сколько вы готовы предложить?

Он решил проверить почву.

Чжао Юнь усмехнулась:

— Это зависит. Сколько с вас взял тот "странствующий торговец"?

Эйс почувствовал, как у него ёкнуло в животе. Теперь он понял.

"Она не пытается купить яблоки — она проверяет мою историю. Но зачем?"

Как раз когда он лихорадочно искал ответ, его зрение помутнело, и перед глазами возник прозрачный экран, сбивая ход мыслей.

«Новое препятствие.»

«Преодолейте его и получите 100 лет "мудрости".»

Конечно, это должно было появиться именно сейчас.

Ладно. Неважно. Разберёмся с этим позже.

Сейчас нужно сосредоточиться.

— Одна золотая монета за яблоко, — наконец произнёс он, сохраняя голос ровным.

Смелый ход, но это был самый простой ответ. Если цена покажется слишком низкой или высокой, он всегда мог свалить всё на загадочного "торговца".

В любом случае, это уже не его проблема.

Чжао Юнь приподняла бровь, внимательно изучая его. Ло Чэнь фыркнул, а Вэй Линь переглянулся с товарищем.

Эйс сохранял нейтральное выражение, внутренне готовясь к их реакции.

— Да, конечно... как будто этот простак может нас обмануть, — пробормотал Ло Чэнь себе под нос.

Но Чжао Юнь не стала его разоблачать.

Решив подыграть, она скрестила руки и усмехнулась:

— Слушай, когда этот "странствующий торговец" снова появится, купи для меня больше яблок. Я дам тебе столько золота, сколько нужно. Я хочу ещё этих яблок. Ты меня слышишь?

Эйс изобразил улыбку, не подозревая, что его блеф уже раскрыт, и ответил:

— Как гром.

Внутри он проклинал всё на свете. "Теперь мне придётся поддерживать эту нелепую ложь? Чёрт побери."

Ло Чэнь скрестил руки и вмешался:

— Сестра Чжао, разве нам не следует сначала найти Старшую Сестру? Мы всегда можем вернуться к смертным позже.

Вэй Линь молча кивнул в знак согласия.

Чжао Юнь бросила последний взгляд на Эйса и спросила:

— Как тебя зовут?

— Эйс, — ответил он без колебаний.

В этот момент Лю Мэй и Шань Ифэн удивлённо повернулись к нему.

— Учитель, разве тебя не зовут Сяо Чжи? — наклонил голову Шань Ифэн.

— Нет.

— Но это так! — настаивала Лю Мэй.

— Нет.

— Да!

— ...Нет.

Лю Мэй вдруг вытащила деревянную табличку и торжествующе подняла её:

— Учитель, смотри! Здесь написано "Сяо Чжи"!

Эйс просто смотрел на Лю Мэй, его мысли теперь представляли полный хаос.

Чжао Юнь лишь усмехнулась, но не стала комментировать дальше.

— Слушай, Эйс или Сяо Чжи, как тебе угодно, — сказала она с ухмылкой. — Советую выполнить то, о чём я тебя попросила.

С этими словами она развернулась, и троица исчезла вдали.

Эйс выдохнул, наблюдая, как они уходят. Это было странно. Нет, вся ситуация не имела смысла.

Погружённый в мысли, он едва заметил, как Лю Мэй дёрнула его за одежду.

— Учитель, ещё яблок? — спросила она, глаза сияли ожиданием.

Эйс покачал головой:

— Нет, у меня больше нет яблок.

Лю Мэй подозрительно сузила глаза, затем повернулась к Шань Ифэну:

— Учитель, даст мне больше яблок, если я побью Шань Ифэна?

— Что? — Шань Ифэн моргнул в замешательстве.

Эйс провёл рукой по лицу.

"Что за извращённая логика?!"

— Ладно, хватит шуток. Лю Мэй, Шань Ифэн, подойдите сюда.

Они встали рядом, как послушные цыплята, уставившись на Эйса.

— Протяните ладони.

Лю Мэй первой выполнила просьбу, без колебаний вытянув руки. Эйс уколол её палец иглой, позволив капле крови упасть на книгу, которую достал — хотя ни один из них не понимал, что он задумал.

Шань Ифэн, более скептичный, на мгновение заколебался, прежде чем неохотно протянуть руку. Эйс повторил процедуру.

Через несколько секунд перед ним вспыхнуло уведомление.

«Техника культивации успешно создана» x2.

Каждая книга была создана специально для своего обладателя, как и гарантировала система.

— Вот, — сказал Эйс, вручая им руководства. — Тренируйтесь соответственно.

Лю Мэй приняла свою с простым кивком, в то время как Шань Ифэн не мог сдержать восторга.

— Руководство по культивации... настоящее руководство по культивации! — его глаза сверкали. Теперь он наконец сможет культивировать! Летать по небу!

— Спасибо огромное, учитель!

В этот момент все трудности, все синяки — будь то от пьяных выходок Эйса в прошлом или его вспыльчивости — казались того стоили.

Теперь, когда у него была настоящая техника, он был полон решимости преуспеть.

Ощущая триумф, он повернулся к Лю Мэй:

— Мэйэ, поблагодари учителя!

Эйс едва сдержал смех при виде такой перемены в поведении Шань Ифэна. Мальчик, ещё недавно настороженный и саркастичный, теперь был смертельно серьёзен.

С лёгкой усмешкой он отправил их тренироваться, а сам вошёл в системное пространство.

Спустя несколько часов Эйс завершил очередной сбор урожая. Как и планировал, он очистил участки от цветов лунного камня и засадил их духовной капустой.

Затем собрал новую партию духовных яблок и посадил ещё одно семя на оставшемся участке для деревьев.

На этом подготовка была завершена.

Однако одна проблема оставалась нерешённой — система ещё не выдала награду за квест. Это означало, что Чжао Юнь и её товарищи вернутся, и ему нужно быть готовым.

— Хлопотно, — пробормотал он себе под нос.

В этот момент весёлый голос Лю Мэй вывел его из раздумий.

— Учитель, учитель! Мы пошли домой! — сияла она.

Эйс не мог не улыбнуться. Было что-то приятное в том, чтобы видеть её такой счастливой.

Это успокаивало.

И самое лучшее? Её можно было пичкать духовными яблоками бесконечно без единой жалобы...

"Стоп. Он покачал головой. Что за странная мысль?"

Откашлявшись, он вручил каждому по пять духовных яблок.

— Вот, подарок для вас.

Шань Ифэн, к удивлению, не колебался и с радостью принял их.

С подарками в руках дети весело убежали, оставив Эйса одного.

Он потянулся, наслаждаясь моментом покоя. Наконец-то перер... ДИНЬ!

«Феникс-курица созрела!»

Он резко поднял голову.

— ...Феникс-что?!

«Название:» Феникс-курица (духовная курица)

«Эффект: Откладывает духовное яйцо каждые 3 часа.»

Эйс уставился на экран, его лицо исказилось в гримасе. "Ну да, конечно. Духовное яйцо, как же. Хватит лепить "духовный" ко всему подряд!"

Его взгляд скользнул к мелкому шрифту:

«Примечание: Феникс-курица не имеет настоящего родства с легендарным Фениксом.»

А ниже — особенно снисходительный пример:

«Если назвать водяную змею драконом, она от этого драконом не станет.»

Эйс фыркнул:

— Значит, это просто приукрашенная курица?

...

Эйс принял горячий душ, позволяя пару и воде смыть дневную усталость.

Пока он намыливался, он открыл экран инвентаря, и его взгляд упал на удручающе низкий баланс — 12 золотых кредитов.

Он вздохнул. "Снова на мели."

Все его доходы были вложены в ферму, но это ненадолго. Уже завтра духовная капуста будет готова к сбору, а значит — прибыль.

На его лице расплылась широкая улыбка. "К этому времени завтра я буду купаться в золотых кредитах."

С этой приятной мыслью он закончил мыться, вытерся и забрался в кровать. Сон настиг его легко, неся с собой грёзы о полях, сверкающих духовной капустой, и будущем, где ему не придётся считать каждый кредит.

Рано утром первое, что увидел проснувшийся Эйс — поток системных уведомлений.

«Духовная капуста готова к сбору!»

«Духовные очищающие яблоки готовы к сбору!»

«3 духовных яйца доступны в курятнике.»

Всё ещё сонный, он одним мысленным приказом собрал всё и сразу приступил к делу.

Он продал всю созревшую духовную капусту системе, получив приятные 4,500 золотых кредитов, и немедленно засадил все девять участков новыми семенами, что вернуло его баланс к 4062 кредитам.

"Эффективность в лучшем виде."

Затем он проверил инвентарь — три корзины яблок и три духовных яйца аккуратно лежали в хранилище.

Из любопытства он осмотрел духовные яйца. Система тут же предоставила примечание:

«Духовные яйца имеют отрицательный шанс вылупления в другую духовную курицу.»

Эйс фыркнул. "Отрицательный шанс? То есть ноль. Что за витиеватый способ сказать "невозможно"."

Он махнул рукой. У него были дела поважнее.

Как раз когда он закончил утренние приготовления, снаружи донёсся весёлый гомон двух знакомых голосов.

...

Шань Ифэн скрестил руки и посмотрел на Лю Мэй:

— Мэй, ты вчера культивировала, как я говорил?

Лю Мэй покачала головой:

— Нет, мне нужно было спать.

— А? Ладно, но если ты правда хочешь быть культиватором, нужно прилагать усилия.

Лю Мэй надула губы:

— Нет, я буду женой учителя.

Шань Ифэн растерянно спросил:

— Что? Почему?

— Вчера мама сказала выйти замуж за мужчину, который может обеспечить, — деловито заявила Лю Мэй. — А учитель — лучший.

Шань Ифэн вздохнул, потирая виски:

— Мэй, это не так работает.

Лю Мэй наклонила голову:

— А? Но мама так сказала.

— Она имела в виду, когда ты вырастешь!

Лю Мэй моргнула:

— О... Тогда я быстрее вырасту.

Шань Ифэн вздохнул:

— Так взросление тоже не работает.

Лю Мэй ахнула:

— Погоди! Я что-то не так делаю? Надо культивировать, чтобы вырасти?

Шань Ифэн уставился на неё:

— Нет! Это не... хотя... может, и стоит попробовать.

Лю Мэй решительно кивнула:

— Хорошо! Я буду очень усердно культивировать и выйду за учителя завтра!

Шань Ифэн простонал:

— Это не... эх, неважно.

Их разговор продолжался даже у дверей.

Эйс пропустил их болтовню мимо ушей — обычные детские разговоры.

Вместо этого он пригласил их внутрь и приготовил омлет.

Это был не простой омлет. Сделанный из духовного яйца, он должен был быть либо невероятно вкусным, либо иметь особые свойства.

Описание системы подтвердило:

«Духовный омлет»

Эффект: повышает выносливость и укрепляет кости.

Эйс удовлетворённо кивнул:

— Ладно, ешьте.

Он наблюдал, как Лю Мэй и Шань Ифэн с детским энтузиазмом уплетают омлет.

Лю Мэй, как обычно, устроила беспорядок — кусочки яйца прилипли к её щекам. Серьёзный Шань Ифэн ел методично, смакуя каждый кусочек.

Когда они закончили, Эйс постучал по столу, привлекая их внимание:

— Теперь, когда вы сыты, пора на урок культивации.

Лю Мэй наклонила голову:

— Но учитель, я же говорила — мне не нужно культивировать. Я уже сильная.

— А я говорил, что это глупо, — пробормотал Шань Ифэн.

Эйс вздохнул, потирая виски:

— Лю Мэй, если ты не будешь культивировать, ты не сможешь победить медведя. Если ты не сильная, ты не сможешь завести медведя.

Лю Мэй драматично ахнула:

— Точно! Мне нужно быть сильной, чтобы защищать деньги учителя!

Шань Ифэн чуть не подавился воздухом:

— Это... не так работает.

Подавляя смех, Эйс откашлялся:

— В общем, начнём с основ.

Он встал, жестом приглашая их следовать за ним.

Они вышли на небольшую поляну за домом. Воздух был свеж, на траве ещё блестела утренняя роса.

Эйс сел в позу лотоса, показывая им сделать то же самое:

— Прежде всего, культивация — это не только про силу. Это про понимание своей энергии. Закройте глаза и дышите глубоко.

Шань Ифэн, рвущийся учиться, сразу закрыл глаза. Лю Мэй прищурила один глаз и подглядывала за Шань Ифэном другим.

— Лю Мэй, — предупредил Эйс.

Фыркнув, она наконец закрыла оба глаза.

— Хорошо. Теперь сосредоточьтесь на дыхании. Представьте внутри маленький шарик энергии, как крошечное пламя или светящийся камень.

Воцарилась тишина, пока они концентрировались.

Прошло несколько минут. Брови Шань Ифэна были нахмурены в глубокой концентрации, его дыхание ровное. Лю Мэй же ёрзала. Шевелила пальцами ног. Почесала нос. Громко вздохнула.

— Учитель, мне кажется, моё пламя уснуло.

Эйс ущипнул переносицу:

— Оно не спит — ты просто нетерпелива. Сосредоточься.

— А если моё пламя ленивое? Как я?

Шань Ифэн простонал:

— Твоё пламя такое же тупое, как ты.

Лю Мэй надула губы:

— Ты просто завидуешь, что моё симпатичнее.

Эйс вздохнул:

— Ладно, попробуем иначе.

Он достал из инвентаря два духовных яблока:

— Вот. Откусите.

Дети не заставили себя ждать, уплетая яблоки, будто это лучшая еда на свете.

— Теперь снова закройте глаза. В этот раз вместо того, чтобы искать энергию, попробуйте почувствовать, как тепло от яблока распространяется внутри вас.

Лицо Лю Мэй сморщилось в глубокой концентрации. Шань Ифэн, уже знакомый с процессом, быстро адаптировался, его дыхание снова выровнялось.

Вскоре тело Шань Ифэна слегка задрожало. Вокруг него мелькнуло слабое золотое сияние.

Эйс усмехнулся:

— Хорошо. Ты начинаешь чувствовать.

Шань Ифэн распахнул глаза в возбуждении:

— Я что-то почувствовал! Тёплое, как маленький огонёк внутри!

Эйс одобрительно кивнул:

— Это твоя духовная энергия циркулирует. Продолжай практиковать это ощущение.

Лю Мэй снова приоткрыла один глаз:

— Учитель, кажется, я тоже почувствовала, но... мне кажется, я просто сыта.

Эйс медленно выдохнул.

"Обучать культивации, возможно, сложнее, чем самой культивации."

В мире культивации мануалы классифицировались по рангам, каждый из которых обозначал уровень силы, который они могли раскрыть. От низшего к высшему они распределялись следующим образом:

- Земной Ранг

- Мортальный Ранг

- Небесный Ранг

- Духовный Ранг

- Божественный Ранг

Но была ещё одна категория — Неполный Ранг.

Это были уникальные, непонятые техники. На первый взгляд они казались дефектными, но на самом деле создавались для одного конкретного человека. Для всех остальных они были совершенно бесполезны. Неважно, насколько талантлив или ресурсообеспечен был культиватор, если техника не предназначалась для него, он никогда не смог бы её освоить.

В данный момент Эйс был вынужден использовать мануал Земного Ранга — настолько базовый, что даже уличные попрошайки не захотели бы его. (Преувеличение. Конечно, такие мануалы редки, но всё равно — мусор.)

Семья Сяо, несмотря на свой размер и престиж, обладала лишь двумя мануалами Мортального Ранга. И те были предназначены только для «достойных». Такому «мусору», как Сяо Чжи? Ему даже не дали шанса.

Поэтому его обучили лишь минимуму, чтобы сохранить видимость приличия.

Мануал Земного Ранга.

Эйс сидел, скрестив ноги, и глубоко вдохнул, заставляя себя войти в привычный ритм культивации.

Как только он активировал технику, его тело сопротивлялось. Тупая боль распространилась по конечностям, словно его меридианы были забиты песком. Энергия просачивалась вяло, будто он пытался пить через забитую соломинку.

Грудь сжалась. Кости ныли. Мышцы напряглись, словно их сковывали ржавые цепи.

Таков был недостаток техники Земного Ранга — неэффективная, болезненная и грубая. Усилий требовалось в два раза больше, а результат был вполовину меньше.

Он стиснул зубы и продолжил.

Поток духовной энергии был слабым, как мерцающая свеча, борющаяся с ветром. Он пульсировал неравномерно — то тек, то останавливался. Меридианы горели, будто изнутри их кололи крошечные иглы.

Он резко выдохнул.

Разочарование терзало его. Это чувство было ему знакомо. Каждая сессия была такой — борьба с собственными ограничениями.

Но на этот раз что-то было не так.

Сессия культивации давалась тяжелее, чем обычно. Энергия отказывалась стабилизироваться, выскальзывая из-под контроля, как бы он ни концентрировался.

Тревожный знак.

Затем—

"Хруст."

Резкая боль пронзила меридианы, заставив всё его тело дёрнуться. Он закашлялся, и во рту появился привкус железа. Кровь потекла из уголка губ.

— Чёрт...

Это было не просто неэффективно — это причиняло ему вред. Несовершенный метод циркуляции техники Земного Ранга разрывал его тело изнутри.

Эйс сжал кулаки. Это было лучшее, что дала ему семья Сяо.

Тем временем...

Рядом с Эйсом Шань Ифэн и Лю Мэй погрузились в культивацию, полностью сосредоточившись на своих новых путях.

Для Шань Ифэна этот момент был ничем иным, как исполнением мечты.

Он отгородился от всех отвлекающих факторов, его чувства были полностью сосредоточены на потоке духовной энергии, текущей по его телу. Техника, которую дал ему учитель... была слишком хороша. Слишком плавна. Слишком отточена.

Она ничем не напоминала мануал Земного Ранга, через который страдал Эйс.

С самого детства он восхищался культиваторами. Его старший брат был одним из них, и истории, которые он рассказывал, были легендарными — о полётах по небу, о поражении врагов взмахом руки, о вершинах гор, недоступных обычным людям.

Годами Шань Ифэн мечтал пойти по стопам брата.

Но потом брат перестал приезжать.

Прошёл год. Затем ещё один.

Ни писем, ни новостей. Только тишина.

Решив выяснить, что случилось, Шань Ифэн поклялся стать культиватором.

И вот представился шанс.

По слухам, в город собирался переехать культиватор из знатной семьи — единственный в жизни шанс!

Несмотря на то, что ему было всего десять лет, Шань Ифэн придумал план, как стать учеником этого культиватора. Он уже продумывал шаги вперёд, полный решимости учиться, расти и преодолевать свои пределы.

Но была одна проблема.

Его мать запретила ему приближаться к этому человеку.

— Культиваторы из больших семей всегда приносят неприятности, — предупредила она.

И она была права.

Она говорила, что это опасно.

Но он отказался слушать.

Вместо этого он уговорил Лю Мэй пойти с ним, используя её как отвлекающий манёвр.

К счастью для него, культиватор решил остаться здесь в качестве учителя.

Так он оказался под опекой Сяо Чжи — печально известного пьяницы.

Сначала всё было не так, как он представлял.

День за днём его избивали.

Даже Лю Мэй не щадили.

Месяцами он терпел эти побои, постоянно задаваясь вопросом, не ошибся ли он в выборе.

Ситуация была настолько серьёзной, что его собственные родители вместе с Лю Мэй однажды устроили разговор с учителем.

Но теперь... теперь учитель наконец раскрылся.

Возможно... всё это было испытанием.

Проверкой на выносливость.

Да. Должно быть, так. культиватор должен быть сильным.

Он убедил себя, что каждый удар, каждый синяк, каждое ругательство были частью какого-то грандиозного плана.

И сейчас, сидя в тихой медитации, он чувствовал это — плавную, тёплую энергию, окутывающую его.

Такого он ещё никогда не испытывал.

Это было спокойно.

Безмятежно.

Умиротворённо.

Часть его не хотела прекращать культивацию.

Затем—

— Учитель, это слишком сложно! У меня живот пустой!

Шань Ифэн приоткрыл один глаз, уже жалея об этом.

— Как и твоя голова, — пробормотал он себе под нос.

Лю Мэй кивнула. Будто получив мудрое наставление, она тут же повернулась к Эйсу с той же жалобой, совершенно невозмутимая.

Шань Ифэн вздохнул. Он никогда не поймёт Лю Мэй.

Другие дети их возраста понимали, что хорошо, а что плохо. Лю Мэй? Нет.

— Не ешь всё, что видишь, — ей постоянно говорили.

И всё же—

Буквально на прошлой неделе, когда она была с Шань Ифэном, она подняла камень.

Понюхала его. Лизнула. Укусила.

Затем, будто предательство ударило её по лицу, она повернулась к нему и сказала:

— Шань Ифэн, этот камень невкусный.

Конечно невкусный! Это же камень!

Воистину, быть её ангелом-хранителем было его крестом.

Прежде чем он мог глубже погрузиться в свой экзистенциальный кризис, Эйс внезапно бросил им что-то.

— Возьмите по одному и направьте свою энергию в камень.

Шань Ифэн мгновенно подчинился.

Лю Мэй... тоже подчинилась.

Шань Ифэн моргнул.

Подождите.

Она выполнила инструкцию?

Она не спросила «что такое энергия?» или «что значит направить?»

Она просто сделала это?

Неужели она... становится умнее?

Шань Ифэн просто смотрел на Лю Мэй в полном недоумении.

Эйс наблюдал за двумя детьми, полностью погружёнными в культивацию.

С улыбкой он развернулся и направился в дом. Попав в системное пространство, он собрал очередной урожай Духовных Яблок и два Духовных Яйца.

В голове мелькнула мысль:

"А курице вообще не нужно есть?"

Тишина.

Система проигнорировала его.

Эйс решил, что ему не настолько интересно, чтобы настаивать, и покинул пространство.

Он присел рядом с кроватью, достал из-под неё деревянный ящик и открыл его.

Внутри лежали старые памятные вещи — воспоминания о родителях. Среди них, аккуратно спрятанные, было состояние. Его мать тайно подготовила для него достаточно богатства, чтобы он мог жить роскошно всю жизнь.

Без лишних вопросов. Сяо Чжи был глубоко любим своей матерью.

Больше всего на свете. Возможно, даже слишком.

Он вздохнул, перебрал содержимое, достал два Духовных Камня и аккуратно вернул ящик на место.

Только он вышел на улицу—

— Учитель, это слишком сложно! У меня пузико пустое!

...

Эйс наблюдал, как дети осторожно направляли энергию в Духовные Камни.

Он молча кивнул, видя их старания.

— Ладно, достаточно. Молодцы, — наконец сказал он. — Теперь отдайте камни.

Шань Ифэн без колебаний протянул свой камень с выражением тихой решимости, будто это было самое важное задание в его жизни.

Лю Мэй же уставилась на свой камень, склонив голову набок.

Вместо того чтобы отдать его, она потрясла им, поднесла к уху, словно торговец фруктами, проверяющий спелость.

Шань Ифэн вздохнул:

— Лю Мэй, просто отдай его Учителю.

— Подожди, подожди, — пробормотала она, щурясь на камень.

— Что ты делаешь? — едва сдерживая смех, спросил Эйс.

— Проверяю, созрел ли он, — серьёзно ответила она.

Шань Ифэн схватился за лицо:

— Это камень, а не фрукт!

Эйс медленно выдохнул:

— Лю Мэй.

Девочка сидела, уставившись на него большими влажными глазами, сжимая живот, будто молча страдала от голода несколько дней.

Наконец она нехотя протянула камень.

Даже покачнулась, словно увядающий на солнце цветок.

— Хооооооочу есть, — слабо пробормотала она, прислонившись к Шань Ифэну, который тут же оттолкнул её.

— Ты же ела перед культивацией! — огрызнулся он.

Лю Мэй моргнула.

— Да... но это было оооооооочень давно.

— Прошёл всего час!

— Вот именно! — надула щёки она. — Это долго!

Эйс наконец рассмеялся. Она была слишком милой — и настоящей обжорой.

...

Забрав Духовные Камни, он осмотрел их, взглянул на детей и объявил:

— Шань Ифэн, 65 очков души.

Лю Мэй, 97 очков души.

Он замолчал, потирая подбородок.

— Лю Мэй, ты скоро готова перейти в Серебряный Ранг. Начнём подготовку.

Девочка просияла, подпрыгивая на месте:

— Серебряный Ранг! Значит, я стану суперсильной?!

Шань Ифэн же слегка нахмурился:

— А я, Учитель?

Эйс усмехнулся:

— Тебе ещё далеко. Но не волнуйся, у тебя есть талант.

Конечно, в глубине души Эйсу вся ситуация казалась забавной.

Его ученики вот-вот превзойдут его.

Он, взрослый мужчина, застрял на Ранге Воина, не в силах переступить порог Серебряного.

А его ученики — один из которых пытался есть камни — скоро оставят его позади.

Прежде чем он успел погрузиться в размышления о своих неудачах, появилось системное сообщение:

«Дополнительное задание разблокировано:»

Задача: Привлечь учеников и добиться их официального признания тебя как учителя.

Награда: «Спокойная жизнь».

Эйс прищурился:

— «Спокойная жизнь»? Ага, конечно. Потому что система точно заботится о моих интересах.

Пока он отвлекался на подозрительное задание, Лю Мэй — его "самоназначенная жена" — уже обнаружила в доме две корзины Духовных Яблок.

Когда он заметил, она уже радостно хрумкала, раздув щёки, как белка, запасающая еду.

— Мэй... — начал Эйс, но тут же замолчал.

Честно говоря, ей всё равно нужно было есть эти яблоки.

Какое бы загадочное состояние у неё ни было, Духовные Яблоки должны были помочь ей восстановиться.

А раз система дала ему связанное с этим задание, он решил позволить ей продолжать.

Вместо этого он повернулся к Шань Ифэну:

— Ифэн, присоединяйся к Мэйэр и поешь яблок. Чем больше съешь, тем больше очков души получишь.

Конечно, это была откровенная ложь.

Но неважно — дети всё равно не поймут, когда он врёт.

Как и ожидалось, Ифэн, полностью убеждённый, с жадностью схватил яблоко и начал есть.

Эйс вернулся в дом, разбил Духовные Яйца и начал готовить омлет.

Только он собрался приступить—

— Учитель! Учитель! Сестра Се Нинъэр ищет тебя! — раздался голос Лю Мэй с улицы.

Рука Эйса замерла в воздухе.

В груди внезапно кольнуло.

Почему?

Неохотно он вышел. Увидев её, он вспомнил — неприятно, словно старую рану разбудили.

Когда он впервые попал в этот мир, она была первым человеком, которого он увидел.

Тогда она смотрела на него добрыми, полными жалости глазами, говорила, что он хороший человек. Что он должен найти того, кто по-настоящему оценит его.

Эти слова засели в нём.

Но сейчас? Сейчас они казались кинжалом, застрявшим между рёбер.

В голову хлынули воспоминания — воспоминания Сяо Чжи. Тот упорно добивался её, уверенный, что чувствует любовь.

Эйс усмехнулся про себя. Любовь? Нет. Скорее, похоть, отчаяние и глупое желание быть для неё кем-то важным.

Так почему же её присутствие всё ещё давило на грудь?

Он сжал пальцы. Убеждал себя, что ему всё равно. Что это неважно.

Но это было не так.

— Что привело тебя сюда, Нин... госпожа? — спросил он, на ходу меняя обращение.

Се Нинъэр, похоже, не заметила.

Вместо этого её взгляд упал на детей, в глазах вспыхнуло любопытство. Они были куда живее, чем она ожидала.

Она присела рядом с Лю Мэй, её голос был мягким, но твёрдым:

— Учитель бил тебя недавно?

Эйс замер на полпути.

А, вот как?

Хорошо. Игнорируешь меня? Я тебя тоже проигнорирую.

Не сказав ни слова, он развернулся и зашёл в дом.

Но Се Нинъэр почти не обратила на это внимания — её взгляд был прикован к Лю Мэй.

Девочка уставилась на неё, продолжая жевать, совершенно невозмутимая.

— Ммм... Учитель... хрум... даёт нам... глоток... яблоки... хрум... всё время!

Се Нинъэр не ответила сразу.

Она наблюдала, искала, в глазах мелькали сомнения.

Она видела синяки раньше. Не свежие, но слабые, желтоватые следы на руках Лю Мэй несколько недель назад — тогда они казались слишком старыми, чтобы беспокоиться.

А Шань Ифэн... он всегда вздрагивал, когда взрослый повышал голос.

Люди шептались об Эйсе. Даже сейчас некоторые называли его безрассудным, недисциплинированным. Человеком, недостойным учеников, тем более детей.

Раньше она игнорировала эти шёпоты.

Но синяки. Вздрагивания.

Это заставляло её задуматься.

Вызывало сомнения.

Она слегка сжала пальцы:

— Ты уверена? — тихо спросила она.

Лю Мэй энергично кивнула, подняв яблоко, будто это был ответ на все вопросы жизни.

— Да! Только яблоки, яблоки, яблоки!

Шань Ифэн, стоя рядом, кивнул, словно старейшина, подтверждающий священную истину.

— Угу. Учитель больше нас не бьёт.

Се Нинъэр замерла.

"Больше".

Что-то внутри неё сжалось.

Значит, раньше бил? Было время, когда...

Лю Мэй прервала её мысли, драматично ахнув:

— О! И яйца! Учитель теперь делает омлеты!

Се Нинъэр тихо выдохнула.

Она хотела верить им.

И всё же в глубине души всё ещё не была уверена.

— Сяо Чжи, нам нужно поговорить.

Се Нинъэр вошла в дом как раз в тот момент, когда Эйс закончил готовить омлет.

Он подумал проигнорировать её, но в её тоне была тяжесть, заставившая его замереть.

— ...Ладно, дай мне сначала отнести это детям. Потом поговорим.

Взяв тарелки, он вышел на улицу, поставил омлеты перед нетерпеливо ждущими детьми и вернулся, закрыв за собой дверь.

— Правда ли, что ты бил их раньше?

Эйс на секунду замер, затем выдохнул.

— Да, бил.

Он мог бы отрицать — хотел отрицать — потому что это был не он. Это был Сяо Чжи, оригинальный.

Но правда оставалась правдой.

В отличие от остальной деревни, знавшей о его проступках, Сяо Чжи, похоже, был осторожен с Се Нинъэр.

Он тщательно скрывал свою жестокость, никогда не поднимал руку на детей, когда она была рядом.

Искажённая попытка сохранить образ, будто это могло стереть то, что он делал, стоило ей уйти.

Если бы он просто... не бил их вовсе, всё было бы проще. Но, видимо, прежний Сяо Чжи не отличался умом.

Се Нинъэр села, не отводя взгляда от Эйса.

Эйс же делал всё возможное, чтобы не смотреть на неё. Он лихорадочно искал ответ — что угодно — но ничего не приходило в голову.

— Кажется, ты изменился, — наконец сказала она.

"Конечно, изменился. Я буквально другой человек."

Слова горели на языке, но он проглотил их. Вместо этого он выбрал нейтральный ответ:

— Да, изменился...

Се Нинъэр не ответила сразу. Она долго изучала его, прежде чем заговорить снова, на этот раз тише:

— Скажи... ты меняешься, потому что действительно хочешь исправиться, или... — она запнулась, затем, сделав глубокий вдох, продолжила: — Или потому что думаешь, я дам тебе второй шанс, если ты изменишься?

Тишина заполнила комнату.

Эйс медленно выдохнул.

Как он должен ответить на это?

Он изменился, потому что был другим человеком. Потому что не находился в депрессии, как Сяо Чжи.

Но менялся ли он когда-нибудь ради неё?

И тут—

— Учитель! Учитель! Та красивая тётя вернулась! И ещё одну красивую тётю привела!

Восторженный голос Лю Мэй разорвал момент.

Эйс мгновенно развернулся, ухватившись за возможность сбежать.

— Похоже, у нас гости, — пробормотал он, направляясь к двери.

"Что угодно, лишь бы избежать этого разговора."

Когда Эйс вышел на улицу, его взгляду предстало зрелище, заставившее его замереть.

Там стояли две женщины, избитые и едва державшиеся на ногах. Их одежды были в крови, некогда безупречные одеяния порваны и испачканы. Одна из них, явно в худшем состоянии, тяжело опиралась на другую, её тело дрожало от истощения. Несмотря на раны, в ней всё ещё чувствовалась властная аура, но было ясно — она едва держалась в сознании.

Вторая женщина, хоть и в лучшей форме, имела дикий, испуганный взгляд — будто только что вырвалась из ада.

Первой среагировала Се Нинъэр, без колебаний бросившись вперёд.

— Быстро! Заносите её внутрь! — сказала она, уже поддерживая раненую.

Эйс потер лоб, чувствуя приближающуюся головную боль. Он ожидал проблем, но не таких.

Всё же он не стал спорить.

Без лишних слов Чжао Юнь почти на руках занесла свою бессознательную сестру внутрь, следуя за Се Нинъэр. Эйс наблюдал, как они действовали с отработанной чёткостью, руки их не дрожали, несмотря на прерывистое дыхание.

Внутри Се Нинъэр не теряла времени: уложив женщину на кровать, она схватила ткань и миску с водой.

— Осторожно положите её, — проинструктировала она.

Чжао Юнь послушалась, уложив Чжао Мэй. Как только она отпустила сестру, та тихо застонала от боли.

Се Нинъэр не медлила — она взяла бинты, которые были у Эйса, и начала перевязку. Её движения были уверенными: она снимала пропитанные кровью повязки и заменяла их свежими.

Эйс стоял у входа, скрестив руки.

Се Нинъэр бросила на него взгляд.

— Ты не поможешь?

Эйс вздохнул, но подошёл ближе. Похоже, выбраться из этой ситуации будет нелегко.

...

Чжао Юнь сидела на краю деревянного стула, не сводя глаз с бессознательной сестры. Тусклый свет в маленьком доме Эйса отбрасывал длинные тени, делая происходящее ещё более сюрреалистичным.

Её сестра, Чжао Мэй, гордая и непобеждённая ученица-ядро секты Лазурного Неба, лежала без движения, её дыхание было поверхностным. Тело покрывали спешно наложенные бинты. но кое-где уже проступала алая кровь — жестокое напоминание о битве, из которой они едва выбрались.

Она не ожидала, что лес окажется настолько опасным.

Чжао Юнь сжала кулаки, ногти впиваясь в ладони. Они отправились в путь уверенно — она, культиватор золотого ранга, вела двух братьев по секте серебряного ранга на поиски старшей сестры.

Когда они наконец нашли Чжао Мэй, та уже сражалась с зверем 3-го класса — существом, равным по силе тёмно-золотому культиватору.

Несмотря на раны, Чжао Мэй сражалась яростно. Казалось, она в невыгодном положении: истекала кровью, а зверь неумолимо атаковал. Но она стояла насмерть, обмениваясь ударами, как неукротимая сила природы.

На мгновение Чжао Юнь поверила, что они могут победить.

Но реальность оказалась куда жестокой.

Битва затянулась, с каждой минутой становясь всё отчаяннее. И тогда, когда им показалось, что появился шанс, — Лу Чэнь, серебряный ранг, совершил роковую ошибку. Неверный шаг, мгновение промедления.

Когти зверя разорвали его без усилий.

Чжао Юнь до сих пор слышала его хриплый вздох, бульканье крови, заполняющей лёгкие. Его тело рухнуло на землю, глаза остекленели ещё до того, как жизнь покинула их.

Но не было времени горевать.

Нужно было бежать.

Она едва успела помочь Чжао Мэй подняться, когда лес погрузился в тишину — тишину куда более пугающую, чем только что отгремевший бой.

Затем задрожала земля. Воздух сгустился от давящей силы.

Появился зверь 4-го класса.

Дыхание Чжао Юнь застряло в горле. Он был сильнее, быстрее — шансов на победу не было.

Она взглянула на последнего оставшегося брата по секте, Вэй Линя, и в тот же миг увидела в его глазах обречённость.

Он уже понял их положение.

Ученик-ядро ценнее внутреннего ученика.

Без колебаний Вэй Лин рассмеялся — горько, бесстрашно — и шагнул вперёд.

— Бегите! — крикнул он. — Если кому-то и суждено умереть, пусть это буду я!

Чжао Юнь хотела возразить, но не успела — он уже бросился вперёд, меч сверкнул, встречая зверя лицом к лицу.

Она не оглянулась.

Не смогла.

С едва сознательной Чжао Мэй она бежала, чувство вины давило, как свинец, а последний бой Вэй Линя навсегда врезался в память.

Они бежали наугад, спотыкаясь о густые заросли, каждый шаг давался тяжелее предыдущего. Когда силы были уже на исходе, они наткнулись на маленький дом — жилище человека, у которого были духовные яблоки.

Эйс отошёл в тихий угол, открыл системный магазин и начал просматривать полезные предметы. Его взгляд упал на Духовные Помидоры — известно, что они значительно повышают жизненную силу и ускоряют восстановление энергии. Заманчиво, но до созревания Духовных Капуст оставалось всего два часа, и заменять их он не собирался.

Прокручивая дальше, он заметил полный эффект Духовных Капуст. Они не только улучшали здоровье, но и обладали лечебными свойствами — могли залечивать внутренние травмы и слегка ускорять восстановление внешних ран.

...

Семена Духовных Помидоров — 20 золотых кредитов за семяЭффект: Усиливают жизненную силу и слегка ускоряют восстановление энергии.

Семена Духовных Капуст — 50 золотых кредитов за семяЭффект: Лечат лёгкие внутренние травмы и обладают слабыми целебными свойствами.

В его голове созрел план.

— Чжао Юнь, — позвал он, выводя девушку из задумчивости. Та уставилась на раненую сестру, её лицо омрачилось беспокойством.

Она повернулась к нему, недоумённо моргнув.

— Как думаешь, помогут ли Духовные Капусты твоей сестре, если сварить из них суп?

Чжао Юнь замерла, ошарашенная странным вопросом. Но, осознав его слова, её глаза расширились от шока.

— Да! Да, конечно! Если ты достанешь Духовные Капусты, я сделаю всё, что в моих силах! — воскликнула она, в голосе слышалась отчаянная надежда.

Эйс кивнул, сохраняя спокойное выражение лица, и продолжил, приводя план в действие.

— Мой учитель пришлёт Духовные Капусты. Они прибудут менее чем через три часа.

Лицо Чжао Юнь озарилось надеждой — пока она не услышала следующее.

— Но.

Это слово заставило её напрячься. Конечно, всегда есть цена. Она знала, что на благотворительность рассчитывать не стоит, особенно в мире, где ничего не даётся просто так. Стиснув зубы, она приготовилась к любому требованию этого смертного.

— Мой учитель хочет распространить свою сельскохозяйственную продукцию, — плавно продолжил Эйс. — Сначала тебе нужно рассказать об их эффективности. А когда бизнес наладится, ты будешь защищать меня, пока я его развиваю.

Чжао Юнь даже не задумалась.

— Клянусь, — твёрдо сказала она, голос не дрогнул. — Я сдержу обещание и исполню волю твоего учителя.

Эйс внутренне улыбнулся.

Обещание, данное в отчаянии, — мощная вещь.

Прошло два часа, и Духовные Капусты наконец созрели.

Эйс собрал девять кочанов — их листья были плотными и переливались духовной энергией. Вместо того чтобы продать их, как обычно, он извлёк их из системы и аккуратно разложил на столе.

Чжао Юнь глаза полезли на лоб.

— Это действительно Духовные Капусты! — воскликнула она, подходя ближе в недоверии. Но, рассмотрев их, она задала другой вопрос. — Почему они такие большие? Я никогда не видела капусту такого размера!

Эйс даже глазом не моргнул.

— Мой учитель — гений, — беззастенчиво солгал он.

Чжао Юнь была слишком потрясена, чтобы сомневаться.

— Иди и готовь суп, — велел он, махнув рукой. — Если не умеешь, спроси Се Нинъэр — она во дворе с детьми.

Когда Чжао Юнь поспешила прочь, Эйс вернулся к системе. Он потратил ещё 450 золотых кредитов, засадив все девять грядок новыми семенами Духовных Капуст, оставив на счету около 3 600 золотых кредитов.

Уголки его губ дрогнули в довольной усмешке.

Если не может быть сильнейшим, то станет богатейшим.

Духовные Капусты оказались чрезвычайно эффективными.

Чжао Мэй, которая ещё несколько часов назад не могла встать с постели, уже ходила самостоятельно. Столь быстрое восстановление потрясло обеих сестёр.

Перед возвращением в свою секту сёстры Чжао выразили Эйсу искреннюю благодарность, низко поклонившись на прощание.

К тому времени стемнело. Эйс проводил Нинъэр и детей, наблюдая, как они растворяются в ночи.

С усталым вздохом он вернулся в дом, собрал ещё две корзины Духовных Очищающих Яблок и наконец лёг спать.

На следующий день занятий не было.

Накануне он получил системное сообщение, но истощение сразило его прежде, чем он удосужился прочитать его. Теперь, протирая сонные глаза, он открыл его.

«Новое препятствие преодолено.»

«За выполнение вы получите 100 лет «мудрости».»

Статус: выполнено.

И система немедленно выдала награду.

Без предупреждения его зрение помутнело. Мир вокруг мелькнул — ослепительно белый сменился бездонной чернотой. Давящая тяжесть сжала грудь — он не мог дышать, не мог пошевелиться, словно тонул в бесконечной тьме. Затем так же внезапно он стал невесомым, беспомощно парящим в пустоте.

А потом пришла боль.

Его разум затопило — неудержимый поток знаний обрушился на сознание. Они впивались в мозг, разрывая мысли, как яростный шторм. Кости ныли, нервы горели, голова вот-вот расколется.

А потом он оказался в другом месте.

Бесконечная библиотека простиралась во всех направлениях, книги шептали свои секреты прямо в его разум. Он протянул руку к одной — и знание хлынуло в него, даже не требуя открыть её. Груз ста лет вдавился в его мысли, погружая в теории, расчёты и техники культивации, о которых он даже не мечтал.

И затем... он вернулся.

На свою кровать.

С криком.

Часы пролетели, его голос охрип от бесконечных воплей. Конечности дёргались, будто пытаясь отторгнуть навязанную мудрость. Ответы, формулы, древние методы — всё гремело в черепе, как хаотичная симфония информации. Слишком много. Слишком быстро.

Когда его тело наконец успокоилось, прошло шесть часов.

Задыхаясь, он уставился в потолок, весь в поту, сердце всё ещё бешено колотилось.

Это... это было не то, чего он ожидал.

Так называемая «столетняя мудрость» оказалась не аккуратно разложенными знаниями — а опытом, инстинктами и информацией, которую обычный человек не способен переварить сразу.

Но когда боль утихла, стали видны преимущества.

Теперь он знал вещи — бесчисленные вещи. Тонкости культивации, секреты создания пилюль, искусство разрушения формаций. Решения проблем, о которых он даже не задумывался, теперь свободно кружились в его голове.

Это было ошеломляюще. Устрашающе.

И... немного захватывающе.

Эйс схватил лист бумаги, его руки всё ещё слегка дрожали после «награды» системы. Он быстро записал земную технику культивации, которой его обучала семья — ту самую, с которой он годами боролся.

Раньше она казалась ему жёсткой, неполной — плохо продуманной, будто созданной не для людей. Но теперь, глядя на знакомые строки, он увидел их иначе.

Недостатки — очевидные слабости, которых он раньше не замечал — буквально бросались в глаза. Неэффективная циркуляция энергии, узкие места, замедляющие прогресс, противоречия в дыхательных техниках — всё стало кристально ясно.

С новым сосредоточением он обмакнул кисть в чернила и начал переписывать.

Строку за строкой, штрих за штрихом он модифицировал технику, подгоняя её под свои нужды. Изменил поток энергии, устранил неэффективность, вложил в неё новое понимание.

Старая техника была как не огранённый алмаз — функциональная, но грубая. Теперь же он отполировал её, превратив в нечто, созданное специально для него.

Когда он положил кисть, простая земная техника эволюционировала в смертную.

Эйс откинулся назад, медленно выдыхая.

В этот момент, когда он экспериментировал с новыми техниками, проверяя пределы своих знаний, его прервал знакомый радостный голос:

— Учитель!

Он обернулся и увидел Лю Мэй, подпрыгивающую на подходе, полную своей обычной энергии. Но на этот раз она была не одна.

Позади неё стояла женщина — Лю Хун, мать Мэй. Эйс вспомнил её имя по деревенским пересудам, по шёпотам о вдове, воспитывающей "безнадёжного" ребёнка.

Не успел он пригласить их войти, как Лю Хун опустилась на колени.

— Спасибо вам, Учитель, — её голос дрожал от нахлынувших эмоций.

Эйс замер, ошеломлённый этим жестом.

— Мою Мэй... Мне советовали от неё отказаться. Но я не могла. Она — моё дитя. У неё не было отца, а я... я не могла бросить её, когда я у неё одна.

Её руки сжались в кулаки на деревянном полу. Эйс видел годы борьбы, запечатлённые в морщинах на её лице, усталость, тяготившую её так долго.

— Её называли глупой. Умственно отсталой. И самое страшное? Её поступки лишь подтверждали эти оскорбления. Никто не верил в неё, и чем больше её высмеивали, тем больше она замыкалась.

Лю Хун подавила рыдание, но когда подняла глаза, в них светилось что-то новое.

— Но в последнее время... она меняется. С тех пор как вы начали кормить её теми яблоками, она постепенно улучшается. Она теперь понимает вещи — по-настоящему понимает. И... — Она сглотнула, словно следующие слова могли разбить её.

— Она извинилась.

Эйс моргнул.

— Она посмотрела на меня и сказала, что сожалеет. Сожалеет обо всём. Вы понимаете, что это значит? Моя Мэй — у неё наконец хватило ясности ума, чтобы осознать содеянное. Чтобы почувствовать раскаяние. Чтобы попытаться всё исправить.

Слёзы текли по её лицу, но она улыбалась.

— Я никогда не думала, что услышу от неё эти слова. Я думала, она навсегда останется... в своём мире. Но нет. Она меняется, растёт, и всё благодаря вам.

Её голос дрожал, но она продолжила:

— Я всё ещё ненавижу вас за то, что вы сделали раньше. За то, что причинили боль моей дочери. — Её пальцы дрожали, когда она вытирала слёзы. — Но я не могу отрицать то, что вы сделали сейчас. Вы исцелили её. Дали ей шанс, которого у неё никогда не было. И за это... я благодарна. Так благодарна.

Эйс молчал, глядя на женщину перед собой.

Она всё ещё ненавидела его. Он не мог её винить — прежний Сяо Чжи совершал ужасные поступки. Но слышать благодарность от того, кому он причинил боль? Это было ново.

Рядом стояла Лю Мэй, тихо наблюдая. В её глазах не было привычного непонимания или слепого восторга — только осознанное понимание.

Это был момент ясности, тихое чудо.

Эйс наклонился и помог Лю Хун подняться.

— Пожалуйста, — сказал он тише обычного. — Я сожалею о содеянном. И намерен измениться.

Эйс глубоко вдохнул.

— И, — продолжил он, — я хочу взять вашу дочь в ученики.

Глаза Лю Мэй округлились, её ротик сделал удивлённое "о". Лю Хун же напряглась.

Учитель и ученик — их отношения строились на долге и обязательствах. Учитель передавал знания по своему усмотрению, и пока компенсация была получена, сделка считалась завершённой.

Но учитель и ученик в традиционном смысле? Это была совершенно иная связь. Учитель не просто обучал — он воспитывал, направлял и формировал ученика, как собственное дитя. Не было бы скрытых уроков или утаённых знаний.

Учитель мог поправлять, ругать и наказывать при необходимости, но точно так же он защищал, лелеял и гордился ростом ученика.

Это также означало, что она не сможет видеться с дочерью без его разрешения.

— В ученики? — осторожно переспросила она.

— Да. У неё есть потенциал, — Эйс говорил спокойно и серьёзно. — Больше, чем люди думают. Я хочу обучать её, помочь ей расти дальше.

Лю Хун колебалась. Годы она защищала дочь от жестокости мира, от тех, кто видел в Мэй лишь обузу. И теперь человек, когда-то причинивший ей боль, предлагал стать её учителем?

Она посмотрела на дочь — та с необычной сосредоточенностью смотрела на Эйса. Не слепо соглашаясь, не просто кивая — она действительно слушала.

Лю Мэй сжала кулачки.

— Учитель, я хочу учиться! — воскликнула она искренне. — Хочу стать сильной, как вы!

Эйс моргнул. Сильной, как он? Это было спорно. Но видя решимость на её лице, он понял одно — она приняла решение.

Лю Хун глубоко выдохнула. Затем, с примесью колебаний и надежды, кивнула.

— Хорошо, — сказала она. — Я доверю вам будущее своей дочери.

— Лю Мэй, соверши коутоу.

Прим коутоу: обряд тройного коленопреклонения и девятикратного челобитья

Впервые она не была своей обычной весёлой, рассеянной версией себя. Вместо этого лицо Лю Мэй выражало серьёзность — решимость.

Без колебаний она опустилась на колени, коснувшись лбом пола в традиционном жесте уважения.

Эйс молча наблюдал. Он ожидал колебаний, ошибки, может, даже смешка в процессе. Но она была сосредоточена.

Её движения были точными, поза — искренней.

Она действительно признавала его своим учителем.

Знакомый звон системы прозвучал в сознании Эйса.

«Ученик получен.»

Перед ним появилось новое сообщение:

1/9 — Вы можете иметь не более 9 прямых учеников. Выбирайте с умом.

Его взгляд скользнул к следующей информации:

1-й ученик: Лю Мэй

Талант к культивации: Редкий

Текущая сила души: 98

Особое телосложение: Отсутствует

Эйс потер подбородок.

— Всего девять учеников? Не десять, не без ограничений. Почему? Была ли в этом скрытая причина, или система просто ограничивала его?

Лю Мэй имела большой потенциал, но её прошлое состояние делало её необычным первым выбором.

Всё же он взглянул на неё — сидящую с широко раскрытыми глазами, её обычная рассеянность заменена редкой сосредоточенностью.

Он не сожалел о своём решении. Ни капли.

Полуденное солнце пробивалось сквозь окна, наполняя маленький дом теплом. Эйс сидел за столом с Лю Мэй и её матерью Лю Хун, атмосфера между ними была удивительно лёгкой.

Эйс прервал комфортное молчание:

— Оставайтесь на обед. Гостей у меня редки, да и есть в одиночестве не хочется.

Лю Мэй радостно закивала, а Лю Хун на мгновение заколебалась, но затем с благодарной улыбкой ответила:

— Хорошо, учитель.

Эйс направился на кухню, ожидая найти остатки огромных духовных капуст, которые он предоставил. Однако полки оказались пусты. Он удивлённо моргнул.

— Погодите-ка... Эти капусты были огромными! Вам нужна была всего одна, где же вторая? Чёртовы культиваторы-обманщики, — пробормотал он.

Покачав головой от возмущения, он открыл систему, достал свежие духовные яблоки, яйца и капусты, после чего посадил новые семена духовных капуст. Свернув рукава, он собрался готовить, но тут в кухню вошла Лю Хун.

— Позвольте мне, — сказала она с лёгкой улыбкой. — Вы и так сделали достаточно.

Эйс на мгновение заколебался, но затем кивнул с благодарностью. Прошло много времени с тех пор, как кто-то готовил для него.

В прошлой жизни его мать всегда готовила ему еду.

Даже со ста годами знаний в голове, знать, как готовить, и действительно готовить — две разные вещи.

Наблюдая, как Лю Хун ловко управляется на кухне, он ощутил тепло этого момента.

Ненадолго он позволил себе вспомнить о матери с Земли. Как она там? Вспоминает ли его?

Его мысли прервал весёлый голосок:

— Учитель! Смотрите! Кажется, я достигла Серебряного ранга!

Эйс обернулся и увидел Лю Мэй, радостно подпрыгивающую в дверном проёме, её лицо сияло от счастья.

— Не "учитель", а "мастер", Мэйэр, — поправил он с игривой усмешкой. — Ну-ка, давай посмотрим.

Когда он подошёл проверить её прогресс, его разум взорвался системными уведомлениями:

«Поздравляем! Ваш первый ученик достиг Серебряного ранга.»

Вы получили духовного бота.

Вы получили 200 000 опыта.

Список наград впечатлял — его первый помощник на ферме и огромное количество опыта.

— Духовный бот, говорите? — пробормотал он с интересом. Хотя бот пока не мог покинуть систему, перспектива, что это может измениться, вызывала любопытство.

Затем последовал рост уровня:

«Ваш уровень повышен на 5!»

Награды:

Открыт запас корма для приручения зверей

Получено 10 000 золотых кредитов

Добавлено 10 грядок

Добавлено 2 участка для деревьев

Эйс медленно выдохнул, осмысливая всё. Он проверил свой текущий профиль:

Профиль:

Уровень: 10

Талант: Обычный

Ранг: Пик Воина

Активы:

Грядки: 19

Участки для деревьев: 4

Золотые кредиты: 13 162

Домашние животные:

1 Духовная курица

Закрыв интерфейс системы, Эйс снова посмотрел на Лю Мэй, которая всё ещё сияла от гордости за свой прорыв.

— Молодец, Мэйэр, — сказал он, взъерошив ей волосы. — Если так пойдёт и дальше, ты станешь моим самым перспективным учеником.

Лю Мэй надулась от гордости, но затем спросила с недоумением:

— Но мастер... Разве я не ваш единственный ученик?

— Иди помоги маме.

Наблюдая, как она уходит, Эйс открыл меню системы и перешёл к новому приобретению — Духовному боту.

Описание было кратким:

«Духовный бот: Разумный помощник на ферме, выполняющий команды пользователя. Может работать в системном пространстве.»

— Неплохо, — пробормотал Эйс. Помощник, автоматизирующий работу на ферме, сэкономит ему массу времени.

Без колебаний он сделал следующее вложение:

«Потрачено 10 000 золотых кредитов — приобретена 1 Духовная корова»

Духовная корова станет ценным дополнением, обеспечивая молоко с потенциальной пользой для культивации.

«Потрачено 2 000 золотых кредитов — приобретено 2 семени Духовных яблок»

Посаженные на двух новых участках, эти яблоки увеличат продуктивность фермы.

«Потрачено 500 золотых кредитов — приобретено 10 семян Духовных капуст»

Посаженные на десяти новых грядках, капусты скоро будут готовы к сбору.

Оставшиеся 562 золотых кредита Эйс выделил Духовному боту.

— Займись фермой, — приказал он. — Собирай урожай и автоматически пересаживай.

Духовный бот слегка кивнул и исчез в системном пространстве, приступив к работе.

Теперь, когда ферма работала самостоятельно, Эйс обратил внимание на следующую цель — запас корма для приручения зверей.

Однако при нажатии он увидел значок замка:

«Заблокировано: требуется 50 000 золотых кредитов для разблокировки.»

Эйс удивился, но успокоил себя — ждать осталось недолго.

Ему предстоял долгий путь, но одно было ясно — его ферма постепенно превращалась во что-то большее, чем просто эксперимент в культивации.

Обед прошёл в тёплой и оживлённой атмосфере. Лю Хун приготовила простую, но вкусную еду, используя свежую духовную капусту, яйца и яблоки, которые Эйс достал ранее.

Аромат наполнил маленький дом, и Эйс осознал, как давно он не ел нормально приготовленной домашней еды.

За едой Лю Мэй радостно рассказывала о своём продвижении до Серебряного ранга, её глаза сияли от счастья.

Лю Хун, напротив, оставалась сдержанной, но временами бросала на Эйса взгляды, в которых смешивались благодарность и остатки настороженности.

Закончив есть, Лю Хун встала и погладила Лю Мэй по голове.

— Мне пора возвращаться. Мэйэр, ты останешься здесь и будешь помогать мастеру, — сказала она, в голосе звучали гордость и нерешительность.

Эйс, однако, нахмурился.

— Помогать? — Он посмотрел на маленькую девочку, которая смотрела на него большими полными энтузиазма глазами.

— Мастер, я сделаю всё возможное! — торжественно заявила Лю Мэй, выпрямившись, как будто получила важное задание.

Эйс вздохнул.

— Мэйэр, я ценю твой энтузиазм, но сейчас тебе здесь нечего делать.

Лицо Лю Мэй потемнело.

— Но... я же теперь ваша ученица. Разве мне не следует остаться и помогать?

Эйс покачал головой.

— Сейчас тебе здесь нечем заняться. Кроме того... — Он замолчал, потирая виски. — Ладно, неважно. Мне ничего не нужно, иди-иди.

Лю Мэй надула губы, но в конце концов сдалась.

— Хорошо... Но мастер, обещайте, что будете учить меня как положено!

Эйс усмехнулся.

— Я не беру учеников просто так.

Удовлетворённая этим ответом, Лю Мэй наконец ушла с матерью.

---

Ранним утром Эйс услышал шаги. Выйдя наружу, он увидел Шань Ифэна и Лю Мэй.

Ифэн поздоровался первым:

— Доброе утро, учитель.

Сразу за ним Лю Мэй сияюще улыбнулась:

— Доброе утро, мастер!

— Почему ты называешь его мастером? — с недоумением спросил Шань Ифэн.

Лю Мэй горделиво выпрямилась.

— Я называю его мастером, потому что он мой мастер.

Ифэн поднял бровь.

— Тогда и я могу так его называть.

Лю Мэй покачала головой.

— Нет, ты всего лишь его ученик, а не последователь.

Ифэн нахмурился.

— Какая разница?

— Огромная, — серьёзно сказала Лю Мэй, скрестив руки. — Но я не буду объяснять.

Бровь Ифэна дёрнулась.

— Эй, с каких пор ты так хорошо умеешь огрызаться?

Лю Мэй самодовольно усмехнулась.

— Ха! Значит, ты тоже думал, что я дурочка?

Эйс слегка кашлянул, скрывая смешок.

Шань Ифэн цокнул языком.

— Так ты называешь его мастером только потому, что ты его последователь?

Он повернулся к Эйсу с решительным взглядом.

— Учитель! Возьмите и меня в последователи!

Эйс внимательно изучил горячее выражение лица Шань Ифэна, затем покачал головой.

— Стать учеником — не решение, которое принимают по прихоти, Ифэн. Сначала получи разрешение родителей. Если они согласятся, тогда поговорим.

Лицо Шань Ифэна потемнело.

— Но...

— Никаких "но", — прервал его Эйс, тон был твёрдым, но не грубым. — Отношения учителя и ученика — это обязательство, а не просто титул, который можно присвоить по желанию. Иди домой, спроси родителей, и если они одобрят, я рассмотрю твою просьбу.

Лю Мэй самодовольно усмехнулась, глядя на расстроенного Ифэна.

— Видишь? Мастер — это не то же самое, что учитель.

Ифэн раздражённо цокнул языком, но не стал спорить.

— Ладно. Я спрошу их позже.

Эйс одобрительно кивнул, затем хлопнул в ладоши.

— Хорошо, хватит об этом. Сегодняшний урок — о мечах.

Глаза Лю Мэй загорелись от возбуждения, а Ифэн выпрямился, временно забыв о разочаровании.

Эйс провёл их во двор, где на простой деревянной стойке лежали три тренировочных меча. Он взял один и подбросил Ифэну, который поймал его с лёгкостью, затем вручил другой Лю Мэй.

Последний меч он лениво покрутил в руке, прежде чем направить на учеников.

— Сначала поговорим о форме. Меч — продолжение вашего тела, а не просто оружие, которым можно размахивать. Если обращаться с ним, как с палкой, то и драться будете, как дураки.

Ифэн серьёзно кивнул, крепко сжимая меч. Лю Мэй же держала свой неуклюже, перебирая пальцами в поисках удобного хвата.

Эйс вздохнул.

— Мэйэр, ослабь хватку. Если держать слишком крепко, удары будут скованными. — Он встал позади неё и поправил её хват. — Видишь? Позволь весу меча направлять твои движения, не сопротивляйся ему.

Лю Мэй слегка кивнула, сосредоточившись.

Эйс повернулся к Ифэну.

— Ты, кажется, знаком с мечом. Раньше тренировался?

Ифэн ухмыльнулся.

— Немного. Брат давал мне помахать пару раз.

— Хорошо. Тогда посмотрим, оправдаешь ли ты свою уверенность.

Эйс принял стойку, подняв меч с ленивой, но опытной грацией.

— Попробуйте попасть по мне. Оба.

Ухмылка Ифэна стала шире, а Лю Мэй сглотнула. Урок только начался.

...

Тренировка с мечами продолжалась ещё несколько часов, пока усталость не настигла их.

Ну, по крайней мере, Эйса и Шань Ифэна.

Лю Мэй, достигшая Серебряного ранга, обладала гораздо более сильной душой, позволяя ей продолжать без малейших признаков усталости.

Тем временем Эйс — несмотря на то, что был их учителем — с трудом поспевал за ними.

Пытаясь скрыть усталость, он быстро объявил перерыв.

— Ладно, на сегодня хватит.

Не дожидаясь возражений, он развернулся и зашёл внутрь, плюхнувшись на стул с долгим вздохом.

"Фух... Неужели я правильно поступил, взяв её в ученики?"

Сомнения закрались в его мысли. Сможет ли он действительно научить её чему-то? Она уже была на начальном Серебряном ранге, а он всё ещё оставался на пике Ранга Воина.

Прежде чем мысль успела укорениться, он легонько шлёпнул себя по щеке.

"Не надо усложнять. У меня есть система, и даже если я не смогу её учить, то хотя бы накормлю досыта."

Решив сохранять позитивный настрой, он достал несколько Духовных Яблок и вскипятил литр Духовного Молока.

Когда всё было готово, он вынес угощение детям.

— Сегодняшний спецвыпуск — молоко и яблоки. Угощайтесь.

Глаза Лю Мэй сразу же загорелись.

— Мастер, вы лучший!

Она с энтузиазмом схватила яблоко и откусила большой кусок.

Ифэн, всё ещё отдыхиваясь, принял свою порцию с кивком.

— Спасибо, учитель.

Эйс откинулся назад, наблюдая, как они едят, и позволил себе лёгкую улыбку.

После ещё пары часов тренировки пришло время расходиться. Эйс убедился, что дети полностью вымотаны, прежде чем вручить каждому аккуратно упакованный свёрток — литр Духовного Молока и несколько Духовных Яблок на потом.

Провожая их взглядом, он не мог не почувствовать удовлетворения от своих учеников.

«Духовная Корова»

Стоимость: 10 000 золотых кредитов

Производство: 1 литр Духовного Молока каждые 2 часа

Эффекты: Укрепляет силу души, ускоряет восстановление духовной энергии.

Стоила каждого потраченного кредита.

Шань Ифэн ворвался в дом, запыхавшись.

— Пап! Я вернулся!

Внутри его отец, Шань Эрби, лежал на кровати, бледный и уставший. Тем не менее, он слабо улыбнулся.

Ифэн поспешил к нему, осторожно разворачивая свёрток от учителя. Он достал яблоко и начал чистить его, движения медленные и аккуратные.

Его отец всегда смотрел на него с сожалением.

Ифэн никогда не спрашивал почему. Он уже знал.

Их семья еле сводила концы с концами. Отец был болен. Мать целыми днями работала. Ему следовало оставаться дома и помогать.

Но... он хотел учиться.

И скучал по брату.

Поэтому он убеждал себя, что ходить на занятия — не плохо. Что принесённые яблоки компенсируют его отсутствие. Что он не эгоист.

Хотя чувство вины никогда не уходило.

Натянув улыбку, Ифэн протянул очищенное яблоко.

— Вот, пап! Ты должен много есть, ладно? Сегодня я буду готовить! Я умею варить рис — я видел, как мама это делает!

Шань Эрби слабо рассмеялся. Его десятилетний сын на кухне? Это был рецепт катастрофы.

Прежде чем он успел что-то сказать, раздался звонкий голос:

— Дядя! Как вы себя чувствуете?

Лю Мэй впорхнула в дом, сияя.

Шань Эрби моргнул. Ифэн застонал.

— Ты зачем здесь?! — прошипел он.

Лю Мэй улыбнулась.

— Я пошла за тобой!

— Иди домой!

— Не-а!

Ифэн сдался и замаршировал на кухню.

Там он достал бутылку Духовного Молока из свёртка и налил в кастрюлю, чтобы вскипятить.

Лю Мэй заглянула ему через плечо.

— Ооо, что делаешь?

— Готовлю молоко для папы, — пробормотал Ифэн.

Лицо Лю Мэй сморщилось.

— Ты что, хочешь его убить?

Ифэн замер.

— Чего?! О чём ты?!

Лю Мэй указала на кастрюлю с паром.

— Это же Духовное Молоко! Оно суперсильное! Если твой папа его выпьет — БУМ! Он может взорваться!

Глаза Ифэна округлились.

— ЧТО?!

— Ага! — Лю Мэй серьёзно кивнула. — Обычные люди не могут его пить! Только культиваторы, вроде нас!

Ифэн почувствовал, как у него ёкнуло в животе. Он даже не подумал об этом.

Лю Мэй схватила его за запястье.

— Быстрее! Нужно позвать мою маму! Взрослые знают, что делать!

Ифэн замешкался, затем быстро кивнул.

— Да! Бежим!

Они помчались прочь, выбегая из дома с максимальной скоростью.

В отдалённом горном хребте молодая женщина парила в небесах, стоя на мече, рассекая прохладный горный воздух. Приблизившись к вершине, она остановилась и спустилась на каменную тропу, ведущую вверх.

Её шаги были быстрыми, но точными, стук сапог отдавался эхом от древних камней. Преодолев тысячи ступеней, она достигла уединённого зала.

На первый взгляд зал казался пустым, но признаки жизни присутствовали — свежеподметённый пол, лёгкий аромат благовоний, тёплый чайник на деревянном столе.

Не колеблясь, она опустилась на колени.

— Учитель, у меня срочные новости.

Гора, ещё мгновение назад жившая шелестом листьев и пением птиц, погрузилась в зловещую тишину. Давление этой тишины ощущалось как невидимая сила.

Затем из зала раздался голос — спокойный, но с явной угрозой:

— Говори.

Она сглотнула и собралась с духом.

— Учитель, мы встретили смертного, который может быть связан с Бессмертным Садом.

Тяжелая пауза. Затем резкий ответ:

— Почему ты так решила?

Она достала из хранилища восемь Духовных Капуст и положила перед собой. Ярко-зелёные овощи слабо пульсировали духовной энергией, превосходя всё, что она когда-либо видела.

— Их размер, мощность... Ничто из того, что я встречала, даже близко не сравнится. Они исключительны, Учитель.

Тишина. Затем голос, ставший холоднее и острее:

— Тогда почему этот смертный не стоит сейчас на коленях передо мной?

Дрожь пробежала по её спине. Она опустила голову:

— Учитель, смертный — всего лишь посредник. Он назначен посланником для этого региона. Его поимка ничего не даст.

Её голос дрогнул, прежде чем она заставила себя продолжить:

— Более того... он потребовал моей защиты в обмен на спасение сестры. Я... дала ему слово.

Зал погрузился в бездну молчания. Она не смела дышать, пальцы вцепились в ткань одежды в ожидании приговора.

Затем голос, прежде полный абсолютной власти, смягчился:

— Если таков твой выбор, пусть будет так. Следуй своему сердцу и знай — твой Учитель будет на твоей стороне.

Зрение Чжао Юнь расплылось. Она не заметила, как слёзы наполнили её глаза.

Склонив голову ещё ниже, она прошептала дрожащим от благодарности голосом:

— Учитель... спасибо. Большое спасибо.

«"Динь!" На вашей ферме закончились золотые кредиты. Ваш Духовный Бот перешёл в AFK-режим.»

Эйс, собиравшийся спать, резко сел.

Нахмурившись, он вошёл в систему проверить ситуацию.

Внутри его Духовный Бот, теперь "на перерыве", небрежно пил чай, читая газету.

Эйс моргнул:

— ...С каких пор боты устраивают кофе-брейки?

Бот лениво перевернул страницу:

— Профсоюзные правила.

Эйс открыл рот, закрыл, затем просто покачал головой и проверил инвентарь.

Не раздумывая, он продал все Духовные Капусты, получив 9 500 золотых кредитов.

Из 19 грядок 11 уже были засажены семенами капусты благодаря ранее выделенным 562 кредитам.

Теперь время инвестировать.

Он купил Духовного Поросёнка за 5 000 кредитов.

«Духовный Поросёнок — 5 000 золотых кредитов»

Эффект: Употребление мяса ускоряет регенерацию мышц и повышает базовую силу.

Затем засадил оставшиеся 8 грядок капустой (50 кредитов за грядку).

Приобрёл ещё четырёх Духовных Кур — которых система величественно именовала "Феникс-Курами"!

Довольный, он отдал чёткие указания боту: собрать яблоки и продать остальное.

Закончив дела, Эйс наконец лёг спать, зная, что ферма продолжит работать без сбоев.

Утром его ждал приятный сюрприз.

Количество Феникс-Кур увеличилось до одиннадцати, появился взрослый Духовный Кабан с двумя поросятами, и почему-то теперь было две Духовные Коровы вместо одной.

Эйс нахмурился, пересчитывая животных:

— Погодите. Вчера вас было меньше.

Его взгляд упал на Духовного Бота, всё ещё потягивающего чай.

— ...Я тебя просил расширять ферму?

Бот перевернул страницу газеты.

Эйс прищурился:

— Это я управляю фермой, или ферма управляет собой?

Бот просто сделал ещё один глоток.

Проверив инвентарь, он обнаружил 40 аккуратно сложенных Духовных Яблок. Довольно кивнув, он достал их, ожидая прибытия учеников.

Однако прошёл час сверх обычного времени встречи, а никто не появился.

Эйс нахмурился:

— Странно.

Обеспокоившись, он решил отправиться в деревню. Он не мог позволить себе потерять этих детей — в последнее время они стали источником радости.

По пути раздражение нарастало:

— Почему мой предшественник решил, что жить так далеко от деревни — хорошая идея?

Только сейчас, пройдя это нелепое расстояние, он по-настоящему оценил преданность Шань Ифэна.

— Этот паренёк действительно проделывал этот путь каждый день? — пробормотал он, вытирая пот со лба. — Чёрт. Нужно дать ему скидку на обучение.

Пауза.

— ...Стойте, мне вообще платят?

В деревне реакция была мгновенной — люди избегали его, словно чумы. Будто демон прошёлся по их улицам.

Эйс вздохнул, но не стал обращать внимания. Он пришёл не за дружбой, а за учениками.

Первым делом он решил проверить Лю Мэй по двум причинам.

Во-первых, её мать Лю Хун, в отличие от большинства, хотя бы примирилась с ним. Если что-то случилось, она могла помочь разобраться.

Во-вторых... он не хотел терять свою первую ученицу.

...Да, я знаю, это делает меня лицемером. Прости, Ифэн.

Блуждая по деревне, он остановил случайного ребёнка, чтобы спросить дорогу.

Когда он наконец добрался до дома Лю Мэй, перед ним открылась неожиданная картина.

Шань Ифэн крепко спал, его голова покоилась на коленях Лю Хун, которая нежно гладила его волосы. Рядом сидела Лю Мэй, её лицо искажено беспокойством.

Увидев Эйса, она обрадовалась и уже открыла рот, чтобы крикнуть: "Мастер—", но что-то остановило её. Вместо этого она тихо спросила:

— Мастер, почему вы здесь?

Эйс нахмурился от её странной реакции. Понизив голос, он спросил:

— Что случилось?

Лю Хун взглянула на дочь, и одного её строгого взгляда хватило, чтобы Лю Мэй замолчала.

Девочка на мгновение заколебалась, затем опустила голову и убежала.

Хмурость Эйса усилилась:

— Какого чёрта происходит?

Лю Хун глубоко вдохнула:

— Сяо Чжи.

Её тон — слишком ровный, слишком спокойный — заставил его напрячься.

Их взгляды встретились, и впервые он увидел в её глазах нечто большее, чем настороженность.

Горе.

— Молоко, которое ты дал им... — медленно начала она.

Пауза.

Тишина стала удушающей.

Эйс приготовился к удару, в животе скрутило тяжёлое предчувствие.

Затем финальный удар:

— Оно убило отца Шань Ифэна.

— Почему?..

Эйс не мог понять. Разве он не говорил, что Духовное Молоко предназначено только для культиваторов?

Ответ пришёл сам собой — да, это была его халатность.

Ифэн, должно быть, искренне верил, что помогает отцу, делится с ним чем-то ценным.

Лю Хун вздохнула, её лицо стало серьёзным, когда она начала рассказ:

— Шань Эрби... отец Ифэна... давно болел. Его жена, мать Ифэна, сбежала из деревни, оставив их обоих. Но Ифэн не знает этого. Отец всегда говорил ему, что она работает... и он верил.

Эйс сжал кулаки.

— Вчера, — продолжила Лю Хун, — дети прибежали ко мне за помощью. Ифэн сказал, что его отец поранился, и я пошла приготовить им еду. Но то, что я увидела...

Она сделала дрожащий вдох:

— Было невыносимо.

Эйс молча ждал.

— Когда я вошла на кухню... Шань Эрби лежал на полу, уже доползший до кастрюли с кипячёным молоком. Он пил его — задыхаясь, отчаянно — словно умирающий от жажды. Должно быть, он умирал от голода.

Живот Эйса скрутило.

— Ифэн вбежал и увидел его. Он запаниковал.

Лю Хун ненадолго закрыла глаза.

— Он кричал на отца, умолял остановиться. Рыдал, называл его дураком — говорил, что тот "взорвётся". Бил его, слабые детские удары, больше похожие на протест. Но отец только улыбался.

Её голос стал тяжелее:

— Сначала я не поняла. Это же просто молоко. Но тогда Лю Мэй прошептала мне: "Мастер дал его мне и Ифэну, мы учимся культивации, поэтому оно полезно для нас. Но для дяди... это яд".

По спине Эйса пробежал холодок.

— Шань Эрби... этот идиот, — прошептала Лю Хун, голос дрожал. — Он обнял Ифэна, прижал к себе и сказал: "Твой папа любит тебя, но я болен. Я больше не могу тебе помогать. Дай мне отдохнуть".

Горькая тишина повисла в воздухе.

Эйс резко вдохнул. Что мог поделать десятилетний ребёнок? Оставшийся один в этом мире, чья единственная родная душа — мать — бросила его?

Лю Хун покачала головой:

— Ифэн не переставал плакать с тех пор. Только сейчас, полностью вымотавшись, он наконец успокоился.

Эйс посмотрел на спящего мальчика — его грудь вздымалась от тихих всхлипываний, маленькие руки всё ещё сжимали ткань платья Лю Хун.

Атмосфера была тяжёлой. Никто не говорил.

Эйс сидел, глядя на Ифэна, ум лихорадочно работал.

Теперь он понял. Не каждый мог потреблять продукты из системы.

Он должен был знать лучше.

Разве не получил он недавно сто лет мудрости? Где же была эта мудрость, когда она действительно понадобилась?

Эйс сжал кулаки. Смерть Шань Эрби лежала на нём.

Но... в душе он всё ещё был ребёнком, нельзя измениться за одну ночь. Он думал, что делится чем-то хорошим, а не сеет горе.

Лю Хун вздохнула, глядя на Эйса, стоявшего у двери — его обычно беззаботное выражение сменилось редкой серьёзностью.

— Сяо Чжи, — твёрдо сказала она, скрестив руки. — Иди домой. Я позабочусь о Шань Ифэне и Лю Мэй.

Эйс нахмурился:

— Но...

— Никаких "но", — прервала она. — Ифэну нужно время. Он только что потерял отца. А Лю Мэй... тоже потрясена. Дай мне с ними разобраться.

Эйс колебался. Он знал, что она права, но часть его не хотела уходить. Эти дети стали его ответственностью — по крайней мере, он так чувствовал.

Но что он мог здесь сделать? Ничто не вернёт Шань Эрби.

Лю Хун смягчила тон:

— Я пришлю их к тебе, когда им станет лучше. Ты их учитель, и ты нужен им сильным, а не винящим себя здесь.

Эйс глубоко вдохнул, заставив себя кивнуть:

— ...Хорошо.

В последний раз взглянув на спящего Ифэна и встревоженную Лю Мэй, он развернулся и вышел, тяжесть ситуации давила на плечи.

...

На следующий день Эйс сосредоточился на уходе за травами в саду. Работа успокаивала, отвлекая от гнетущего чувства вины.

В отличие от мгновенных результатов в системе, реальный процесс был мучительно медленным. Семена Лунного Камня, которые он посадил, никак не прорастали.

Он вздохнул. Если бы реальность работала как система.

Затем к его дому пришли двое гостей.

Один был знакомым лицом — Чжао Юнь.

Другой — мужчина лет сорока, крепкого телосложения, с аурой спокойной власти.

Чжао Юнь шагнула вперёд, почтительно кивнув:

— Мастер Сяо, позвольте представить Хуа Тигра.

Эйс заставил себя улыбнуться, подавляя усталость:

— Добро пожаловать. Проходите.

— Ещё раз спасибо за Духовную Капусту, Мастер Сяо, — сразу сказала Чжао Юнь, в голосе слышались благодарность и формальность. — Как и обещала, я выполню свою часть сделки, раз вы выполнили свою.

Затем она повернулась к Хуа Тигру, который почтительно кивнул:

— Мастер Сяо, семья Хуа хотела бы установить с вами деловые отношения. Мы гарантируем справедливую цену — на 50% выше рыночной.

Предложение было заманчивым, но Эйс не был в настроении для переговоров. Его разум всё ещё был затуманен вчерашними событиями.

— Благодарю за предложение, — вежливо ответил он. — Мне нужно посоветоваться с учителем, прежде чем принимать решение.

Ни Чжао Юнь, ни Хуа Тигр не выразили сомнений. Они полностью верили, что у него есть учитель.

Это играло Эйсу на руку.

— Учитель!

— Мастер!

Два голоса прозвучали одновременно.

Эйс замер на мгновение, затем резко встал — внутри бушевали эмоции: облегчение, вина, что-то ещё, что он не мог определить. Он сжал чашку, затем быстро поставил её и бросился к знакомым голосам.

Чжао Юнь подняла бровь, заинтересованная его реакцией, но промолчала.

Хуа Тигр, удивлённый внезапной переменой атмосферы, переглянулся с Чжао Юнь и последовал за Эйсом.

На пороге двора стояли Лю Мэй и Шань Ифэн.

Лю Мэй робко улыбалась, её обычная жизнерадостность приглушена вчерашним происшествием. Но Ифэн выглядел иначе — ни шуток, ни сарказма. Его глаза были красными, кулаки сжаты по швам.

Они вернулись.

Эйс медленно выдохнул, собрался с мыслями и сделал шаг вперёд.

И тогда...

Шань Ифэн упал на колени.

— Пожалуйста, примите меня в ученики, Учитель!

Эйс затаил дыхание, глядя на Шань Ифэна, всё ещё стоявшего на коленях. Плечи мальчика дрожали, но кулаки были сжаты до побеления костяшек.

Долгое время Эйс не мог вымолвить ни слова.

Принять ученика — нелёгкое решение. Речь шла не просто об обучении — это ответственность. Связь. Обещание. А сейчас Ифэн был уязвим, действуя под влиянием горя и отчаяния.

Действительно ли он этого хотел?

Эйс взглянул на Лю Мэй, стоявшую позади Ифэна и теребившую край рукава. Её лицо выражало смятение — надежду и тревогу одновременно.

Она молчала, но её глаза метались между Эйсом и Ифэном, беззвучно подталкивая к ответу.

Хотела ли она, чтобы он согласился?

Эйс внутренне вздохнул. Он не был настоящим мастером в традиционном смысле. Чёрт, он едва справлялся с собственной жизнью, не то что с чужой. Но...

Он снова посмотрел на Ифэна.

Это не был каприз. Мальчик искал не просто учителя — он искал опору, когда весь его мир рухнул.

И в глубине души Эйс знал: если он отвергнет Ифэна сейчас, тот может не оправиться никогда.

Медленно выдохнув, он сделал шаг вперёд.

— Если хочешь стать моим учеником, будь готов, — сказал он твёрдо. — Я не добрый учитель. Не буду нянчиться. Не буду держать за руку. Тебе придётся тяжело работать, терпеть боль и доказывать себя на каждом шагу.

Ифэн не колебался. Его лоб коснулся земли.

— Я готов!

Лю Мэй тихо выдохнула, на губах мелькнула едва заметная улыбка.

Эйс выдохнул.

— Тогда вставай, ученик.

Чжао Юнь и Хуа Тигр переглянулись, затем кивнули в знак понимания.

— Мы удалимся, — с почтительным поклоном сказала Чжао Юнь. — Мастер Сяо, думаю, мы скоро снова увидимся.

Хуа Тигр сложил ладони:

— Поздравляю с принятием ученика. Пусть ваш путь будет плодотворным.

С этими словами они ушли, оставив Эйса наедине с учениками.

Когда дверь закрылась, Эйс повернулся к детям, скрестив руки. Напряжение между ними уже было ощутимо.

— Ифэн, — велел он мальчику выпрямиться. — Отныне Мэйэр твоя старшая сестра.

— Да! Зови меня Старшей Сестрой! — тут же подхватила Лю Мэй, напыщенно выпятив грудь.

Ифэн посмотрел на неё с недоверием:

— Но я старше тебя!

Эйс покачал головой:

— Она стала моей ученицей первой, ты — вторым. В культивации возраст — всего лишь число.

Ифэн застонал:

— Это нечестно! Как у меня может быть младшая старшая сестра?

Лю Мэй самодовольно ухмыльнулась:

— Ты просто завидуешь. Ничего, младший брат, я о тебе позабочусь~.

Ифэн скрестил руки:

— Мне не нужна забота! Я тоже умею драться!

— Конечно, конечно, — Лю Мэй потрепала его по голове, как ребёнка.

— Прекрати!

Эйс усмехнулся, отходя в сторону и позволяя перепалке продолжаться, пока сам направлялся на кухню. Их поддразнивания были освежающими — впервые с вчерашнего дня Ифэн снова звучал как обычный ребёнок.

Шум позади стих, когда он сосредоточился на приготовлении еды.

Сначала он достал несколько духовных яблок — их яркая кожура слабо светилась в свете фонаря. Поставив их на стол, он направился к загону с духовными свиньями.

Эти животные, откормленные и полные духовной энергии, давали не только вкусное, но и питательное мясо. Эйс быстро выбрал одного и с привычной лёгкостью быстро его забил.

Вскоре кухню наполнил насыщенный аромат жареной свинины, когда он готовил мясо на умеренном огне, сохраняя сочность. Молоко подогревалось на плите, и вскоре весь дом наполнился аппетитными запахами.

Тем временем в главной комнате...

— Ладно, но раз я младший брат, ты должна меня учить! — заявил Ифэн, всё ещё хмурясь.

Лю Мэй наклонила голову, делая вид, что размышляет:

— Хм... Пожалуй, могу научить тебя, как бесплатно получать еду на рынке.

— Что?! Это же не настоящая тренировка!

— Это если ты голоден.

— Это просто обман людей!

— Это называется стратегией~.

Эйс покачал головой, слушая из кухни, и позволил себе улыбнуться. Эти двое... возможно, с ними всё будет в порядке.

...

Закончив сервировку, Эйс поставил на стол блюда с жареной духовной свининой, тёплым молоком и свежими яблоками.

— Ешьте, — просто сказал он.

Лю Мэй первая отреагировала, её глаза загорелись, когда она потянулась за куском мяса. Ифэн замешкался, его обычный энтузиазм притупился, но в конце концов он сел и взял палочки.

Трапеза началась тихо, но после первого укуса Лю Мэй издала довольный звук:

— Ммм! Мастер, это очень вкусно!

Эйс откинулся на спинку стула, наблюдая за ними:

— Хорошая еда важна для культивации. Ваши тела должны быть сильными.

Ифэн рассеянно кивнул, медленно пережёвывая. Он почти не разговаривал, и Эйс решил не давить на него.

Когда еда подошла к концу, Лю Мэй взглянула на остатки и робко спросила:

— Мастер... можно я отнесу немного маме?

Эйс встретился с ней взглядом и кивнул:

— Конечно.

Она просияла:

— Спасибо! Она в последнее время устаёт, так что это ей очень поможет.

Рядом с ней Ифэн затих, положив палочки на чашку. Его брови слегка нахмурились, будто он погрузился в раздумья.

— ...Мама, — пробормотал он себе под нос.

Лю Мэй, всё ещё воодушевлённая, не сразу заметила его перемену настроения, но Эйс уловил.

Ифэн уставился в чашку, пальцы сжали край. Он пытался что-то вспомнить, ухватиться за смутный образ в памяти — но его не было.

Эйс молча наблюдал, как лицо мальчика исказилось, затем снова стало бесстрастным.

— Я... помогу упаковать, — наконец тихо сказал Ифэн.

Лю Мэй радостно улыбнулась, ничего не заметив:

— Хорошо!

Эйс ничего не сказал, но мысленно отметил — раны Ифэна были не только вчерашними. Некоторые шрамы оставались с ним давно.

После того как еду упаковали, Эйс и Шань Ифэн проводили Лю Мэй домой. Солнце уже клонилось к закату, отбрасывая длинные тени на дорогу. Лю Мэй шла впереди, осторожно неся в руках небольшой узелок с едой.

Когда они подошли к её дому, Лю Мэй обернулась к ним с сияющей улыбкой.

— Спасибо, учитель! Ифэн! До завтра!

Эйс кивнул, а Ифэн скрестил руки.

— Обязательно расскажи маме, какой я молодец, что помог донести еду, — сказал он с ухмылкой.

Лю Мэй показала ему язык.

— Я расскажу, что ты всё время ворчал.

— Я не ворчал!

— Ещё как ворчал!

Эйс рассмеялся, прерывая их шутливый спор.

— Иди домой, Лю Мэй.

Она скорчила рожицу Ифэну, развернулась и побежала в дом, скрывшись за дверью.

Эйс и Ифэн отправились обратно, и дорога стала тише без болтовни Лю Мэй.

Некоторое время они шли в комфортном молчании, но потом Ифэн пнул камень на тропинке и вздохнул.

— Знаешь, учитель, мне кажется, Мэйэр должна меня больше слушаться.

Эйс приподнял бровь.

— Да?

— Ага! Я старше её, да и вообще умный, — Ифэн надул грудь. — Но она меня не слушает! Делает, что хочет. Даже когда я даю ей полезные советы!

Эйс усмехнулся.

— Например?

— Ну... — Ифэн задумался. — Например, что нельзя всем доверять! Она верит каждому слову. Однажды её обманули, и она отдала все свои сладости, потому что кто-то назвался «экспертом по вкусу».

Эйс фыркнул.

— И ты не помог?

— Я пытался! Но она сказала: "Делиться — это хорошо, Ифэн!" — Он передразнил её, разведя руками. — А я такой: "Нет, Мэйэр, не в этом случае!"

Эйс покачал головой, развлечённый.

— И что было потом?

— Она расплакалась, когда поняла, что её обманули, — Ифэн вздохнул. — Пришлось идти и отбирать её сладости обратно.

Эйс приподнял бровь.

— Ты подрался?

— Конечно! Это был вопрос принципа, учитель! Нельзя так пользоваться доверчивостью таких, как Мэйэр.

Эйс задумался.

— И ты победил?

— ...Нет, — Ифэн поник. — Они были старше. Но сладости я вернул! Так что это всё равно победа.

Эйс рассмеялся.

— Ты очень о ней заботишься.

Ифэн фыркнул.

— Ну да. Она мой друг.

Эйс взглянул на него. Мальчик шёл, засунув руки в рукава, с выражением гордости и смущения на лице.

— ...Это хорошо, — после паузы сказал Эйс. — Хорошо, когда есть люди, о которых заботишься.

Ифэн посмотрел на него, затем отвёл взгляд и пнул ещё один камень.

— ...А у тебя есть такие, учитель?

Шаги Эйса замедлились.

Ифэн украдкой взглянул на него, глаза сверкали любопытством.

Эйс задумался, затем ответил:

— Есть.

Ифэн моргнул, потом ухмыльнулся.

— Тогда если кто-то попробует тебя обмануть, я и за тебя побьюсь!

Эйс коротко рассмеялся.

— Теперь ты будешь защищать своего учителя?

— Конечно! — Ифэн самодовольно улыбнулся. — Как я защищал Мэйэр.

Эйс покачал головой.

— Ладно. Буду на тебя рассчитывать.

Ифэн твёрдо кивнул.

— И правильно. Я же будущий великий культиватор.

Они продолжили путь, и воздух между ними стал немного легче.

Эйс поймал себя на улыбке. Возможно, он здесь учитель, но иногда эти дети учили его сами.

На следующий день рано утром Эйса разбудили звуки ударов деревянного меча о предмет.

Шань Ифэн, который теперь жил с ним, тренировался с мечом на рассвете.

Эйс не стал сразу прерывать тренировку мальчика. Тот был сосредоточен, его маленькая фигура уверенно выполняла каждый удар.

Хотя его форма была грубой, в каждом движении чувствовалась решимость.

Эйс понаблюдал за ним, затем обратился к своей системе.

Новых уведомлений не было. И это само по себе было необычно.

"Значит, теперь всем управляет Дух-Бот?"

В последний раз, когда он заходил в системное пространство, Дух-Бот сидел и пил чай, читая газету, словно какой-то учёный старец. Это уже было странно.

Но ещё страннее было то, что количество его фермерских животных за ночь таинственным образом удвоилось.

Эйс нахмурился. "Что он ещё учудил?"

Не раздумывая, он вошёл в системное пространство.

Внутри его встретила привычная идиллическая картина фермы. Но прямо посреди неё стоял Дух-Бот, методично кормящий коров.

Эйс прищурился.

— ...Это просто визуальный эффект?

Насколько он понимал, дух-животные не нуждались в пище. Они просто существовали в рамках механики системы.

Но здесь Дух-Бот спокойно кормил их, как обычный скот.

Бот повернул к нему свою механическую голову.

— Мастер Эйс, вы пришли.

Эйс скрестил руки.

— Что ты делаешь?

Бот поставил контейнер с кормом.

— Оптимизирую эффективность.

Эйс приподнял бровь.

— Что это значит?

Дух-Бот не ответил сразу. Вместо этого он указал на коров, которые мирно жевали.

— Хотя дух-животные могут существовать без пищи, правильное питание улучшает их жизнеспособность. Более сильные животные дают продукцию лучшего качества.

Эйс моргнул. "Лучшего качества?"

Он снова посмотрел на коров. Те действительно выглядели блестящее, чем раньше... и, возможно, крепче.

Бот продолжил:

— Этот метод применим ко всему дух-скоту. Дух-куры будут нести лучшие яйца. Дух-свиньи дадут более насыщенное мясо. А дух-коровы будут давать улучшенное молоко.

Эйс прищурился.

— То есть ты говоришь, что кормление улучшает их продукцию?

Бот медленно кивнул.

— Именно так.

Эйс задумался. Это... на самом деле имело смысл. Он относился к ферме как к игровой механике, полагая, что всё останется неизменным. Но если система была задумана более реалистичной...

Стоп.

Его взгляд упал на контейнер с кормом.

— И чем именно ты их кормишь?

Бот наклонил голову.

— Особым составом, созданным из неиспользованных ресурсов системы.

— ...Ты превращаешь системные данные в корм для животных?

Бот кивнул.

— Эффективность — это ключ.

Эйс не знал, восхищаться ему или беспокоиться.

«Профиль хозяина:»

Уровень: 10

Талант: Полу-обычный талант [примечание: не прекращай есть дух-яблоки!]

Ранг: Пик воина

Активы:

Участки земли: 19

Участки для деревьев: 4

Золотые кредиты: 162

Дух-животные:

Дух-куры: 14 (уровень 1), 6 (уровень 2)

Дух-свиньи: 4 (уровень 1), 1 (уровень 2)

Дух-коровы: 3

...

— 162 золотых кредита? И всё?

Эйс уставился на цифру, его выражение лица сменилось с недоверия на раздражение.

Он повернулся к Дух-Боту.

— Ты серьёзно говоришь, что использовал мои золотые кредиты, чтобы сделать корм для животных, а золотые кредиты — это просто неиспользованные данные системы?

Бот кивнул, невозмутимо.

— Да, мастер. Золотые кредиты — это просто неиспользованные данные системы, которые не смогли визуализировать свою ценность.

Эйс потер виски.

— То есть, если я правильно понимаю... ты взял мои системные средства, превратил их в корм для скота и теперь ведёшь себя, будто это гениальный план по оптимизации?

Бот склонил голову.

— Именно так.

Эйс тяжело вздохнул. Он волновался о пропущенных уведомлениях, но, похоже, Дух-Бот принимал решения без его ведома. Если так пойдёт дальше, он проснётся однажды и обнаружит, что бот управляет всей фермой самостоятельно.

— Ладно, — пробормотал он, махнув рукой. — Но в следующий раз хотя бы предупреди, прежде чем тратить мои средства.

Бот на секунду задумался, затем ответил:

— Принято к сведению.

У Эйса было ощущение, что это «принято к сведению» абсолютно ничего не значило.

Эйс вышел из дома, неся несколько корзин со свежими Дух-Яблоками из системы.

— Ифэн, помоги мне здесь.

— Да, учитель! — Мальчик тут же прекратил тренировку с мечом и подбежал, его маленькое, но крепкое тело излучало энергию.

Эйс кивнул и жестом велел ему следовать за собой.

Они направились за дом, где аккуратно лежали разделанные куски свинины, заготовленные накануне.

Каждый кусок был тщательно обрезан, весом около килограмма или чуть больше.

Эйс поставил яблоки и повернулся к Ифэну.

— Я хочу, чтобы ты отнёс это в деревню. Голову свиньи отдай семье, которую уважаешь больше всего. Остальное раздай другим семьям.

Ифэн моргнул, осознавая важность просьбы. Это была непростая задача, особенно для десятилетнего ребёнка.

Эйс внимательно наблюдал за его реакцией.

— Справишься?

Ифэн замешкался лишь на мгновение, прежде чем его лицо стало решительным.

— Я сделаю это, учитель. Обязательно.

Эйс слабо улыбнулся.

— Хорошо. Когда-нибудь ты поймёшь, зачем это нужно.

Без лишних слов он сложил всё в одну корзину. Ноша была тяжёлой, но Ифэн поднял её без жалоб, отрегулировав стойку, чтобы удержать равновесие, и направился к деревне.

Эйс проводил его взглядом, чувствуя тихую гордость.

"Там, откуда я родом, это, наверное, сочли бы детским трудом..."

Шань Ифэн уже достиг ранга Пика Воина. Вес корзины не был для него проблемой.

Это задание было не просто физической тренировкой — оно учило ответственности, общности и пониманию ценности щедрости.

Эйс выдохнул и повернулся к дому.

Из-за дерева появилась Чжао Юнь и поклонилась.

— Мастер Сяо, семья Хуа выразила благодарность за вашу готовность торговать с ними. В знак признательности они пообещали вам Грифоновые Горы.

Эйс взглянул на неё с любопытством.

— Чжао Юнь, что ты думаешь о свинине, которую унёс мой ученик?

— Она превосходна, Мастер Сяо, — без колебаний ответила она.

Эйс усмехнулся.

— Твоя секта хочет немного?

Чжао Юнь на мгновение застыла.

Она едва сдерживала волнение, когда спросила:

— Мы... правда можем получить немного?

Её голос дрожал от нетерпения, и она даже не смогла закрыть рот.

— Да, — подтвердил Эйс. — Взамен защищайте эту деревню. Не вмешивайтесь в их жизнь, но не позволяйте им столкнуться с смертельной опасностью. И ещё кое-что — Лю Хун, мать той девочки. Если ей когда-нибудь будет угрожать опасность, я ожидаю, что вы вмешаетесь без промедления.

Выражение лица Чжао Юнь стало серьёзным. Она выпрямилась и поклонилась.

— Благодарю за вашу щедрость, Мастер Сяо. Я передам вашу просьбу своей секте.

— Хорошо. Также мне понадобится твоя помощь, чтобы позже провести нас к Грифоновым Горам.

— Поняла, — твёрдо сказала Чжао Юнь. Она развернулась, чтобы уйти, и в её глазах читалось уважение.

Шань Ифэн шагал вперёд, тяжёлая корзина давила на руки, но он не сдавался. Его шаги привели его к дому Лю Мэй — без колебаний, без сомнений.

В деревне шептались о смерти его отца, бросали жалостливые взгляды, но когда ему было трудно, никто не протянул руку помощи. Никто, кроме матери Лю Мэй.

И за это она заслуживала свиную голову.

Он постучал в дверь. Вскоре появилась Лю Хун, удивлённая его визитом.

— Ифэн? Что привело тебя так рано?

Не говоря ни слова, он поставил корзину и поднял свиную голову обеими руками, протягивая её ей, как подношение.

Лю Хун моргнула.

— Откуда у тебя это?

Её замешательство было понятным. Еды не хватало, а мясо? Это было роскошью. Целая свиная голова — нечто немыслимое, символ достатка, который никто в деревне не мог себе позволить.

— Учитель приготовил! — с гордостью сказал Ифэн. — Он велел: "Отдай голову тому, кого уважаешь больше всего". Возьмите, тётя!

Лю Хун уставилась на него, ошеломлённая.

— Ох, это...

Она колебалась. Эйс изменился — это было очевидно. Если он отправлял еду, возможно, он хотел наладить отношения со старостой деревни. Это имело бы смысл.

— Тебе стоит отнести это старосте, — осторожно предложила она.

Но Ифэн стоял на своём, крепче сжимая голову.

— Учитель сказал отдать тому, кого я уважаю, а не старосте. Возьмите, или я не стану раздавать остальное мясо деревне.

Лю Хун выдохнула, понимая, что его не переубедить. Для Ифэна это не было вопросом политики или стратегии. Это было просто — честно.

Наконец она приняла голову.

— Ладно, Ифэн. Спасибо.

На его лице мелькнула редкая улыбка, когда она взяла голову.

Лю Хун посмотрела на решительного мальчика и тихо вздохнула, уголки её губ дрогнули.

— Заходи, Ифэн. Ещё рано.

Ифэн на мгновение заколебался, но кивнул и переступил порог. Его встретило знакомое тепло дома Лю Мэй, наполненное ароматом трав.

Положив голову на стол, Лю Хун зашла в спальню и разбудила дочь.

— Мэйэр, вставай. Ифэн пришёл.

Лю Мэй застонала, натянув одеяло на голову.

— Ещё пять минут...

Лю Хун рассмеялась и стащила одеяло.

— Хватит спать. Твой друг здесь, и у вас есть работа.

Сонно моргая, Лю Мэй села, её волосы были растрёпаны. Она потёрла глаза и посмотрела на Ифэна.

— Э? Что ты здесь делаешь так рано?

Ифэн фыркнул.

— Помогаю учителю раздавать свинину.

Лю Мэй оживилась.

— Свинину? Ту самую, со вчера?!

Её мать кивнула.

— Помоги Ифэну. Вы двое разнесёте её по семьям в деревне.

С новой энергией, которую могла дать только еда, Лю Мэй вскочила с кровати.

Лю Хун начала сортировать мясо, аккуратно раскладывая порции и объясняя детям:

— Вот куда вы отнесёте его.

Она отмерила четыре килограмма свинины и положила в ведро.

— Мэйэр, отнеси это дяде Луну.

Затем она взяла ещё четыре килограмма и протянула Ифэну.

— А ты, Ифэн, отнеси это старосте.

— Три килограмма мяса для бабушки Цеси, она живёт с сыном.

— Шесть килограммов для второго дяди Ифэна. У них слишком много детей.

...

Вскоре каждая семья получила хотя бы несколько килограммов мяса.

Деревня была небольшой — всего 18 семей, — но ноша оказалась нелёгкой даже для такого сильного, как Ифэн. Одна свинья могла весить больше ста килограммов.

Но справедливость заключалась не в том, чтобы дать всем поровну. В некоторых семьях было больше ртов, поэтому они получали больше. Это не было равно, но было честно.

Когда последняя порция была доставлена, Ифэн облегчённо вздохнул.

— Спасибо, тётя. Вы мне очень помогли.

Лю Мэй надула щёки.

— А я?

Ифэн усмехнулся.

— Ты просто шла за мной.

Лю Мэй ахнула, уперев руки в бока.

— Я сделала столько же, сколько и ты!

— Нет. Я нёс больше.

— Только потому, что ты взял себе лёгкие ведёрки первым!

— Кто не успел, тот опоздал, — поддразнил Ифэн, скрестив руки.

Лю Хун рассмеялась и выпроводила их за дверь.

— Ладно, ладно. Хватит спорить. Возвращайтесь к своему учителю.

Всё ещё игриво препираясь, дети зашагали прочь, их голоса разносились в утреннем воздухе.

Эйс сидел в позе лотоса, погружённый в молчаливую медитацию. Его дыхание было ровным, душевная сила циркулировала по телу, очищая энергию. Спустя некоторое время он достал Духовный Камень и измерил свой прогресс.

99.

— Всё ещё не могу преодолеть сотню, — пробормотал он. — Всё-таки дело в таланте.

С вздохом он откинулся назад и открыл системный интерфейс, проверяя свои характеристики.

«Список учеников:»

1. Лю Мэй (...)

2. Шань Ифэн

«Талант к культивации:» Полу-редкий

«Текущая душевная сила:» 74

«Особое телосложение:» Железное Тело Варвара (Дремлющее)

Эйс постучал пальцами по колену, погружённый в раздумья. "Дух-Яблоки определённо улучшают талант..." Его глаза сверкнули интересом. "Может, мне стоит съесть их ещё больше? Кто знает, может, и я достигну Серебряного Ранга."

Как только он углубился в размышления, звук приближающихся шагов вернул его в реальность.

Дверь скрипнула, и в комнату вошли две маленькие фигуры.

— Приветствуем, учитель! — хором сказали Лю Мэй и Шань Ифэн, вытянувшись по стойке "смирно", как подобает ученикам.

Эйс окинул их взглядом, затем кивнул.

— Вы оба пришли вовремя, — сказал он твёрдым тоном. — Мы начнём интенсивную тренировку в уединённом месте.

Лю Мэй удивлённо моргнула.

— В уединённом месте?

Эйс кивнул.

— Лю Мэй, тебе нужно попрощаться с матерью.

Лю Мэй замешкалась, её маленькие руки сжали ткань рукавов. Мать была единственным постоянным человеком в её жизни, тем, кто всегда защищал её, несмотря ни на что. Мысль о том, чтобы оставить её, даже ненадолго, сжала ей грудь.

— Но... разве мы не можем тренироваться здесь? — спросила она тише обычного.

Эйс не ответил сразу. Он просто наблюдал за ней, ожидая, как она справится с этим колебанием.

Шань Ифэн, стоявший рядом, лёгко толкнул её локтем.

— Мэйэр, учитель сказал, что это для культивации! Если мы останемся здесь, то никогда не станем сильнее.

В его голосе звучала уверенность, которой он сам не до конца чувствовал, но он старался подбодрить её.

Лю Мэй взглянула на него, нахмурив брови.

— Но моя мама...

— С ней всё будет в порядке! — быстро сказал Ифэн, хотя и не был в этом уверен. — А когда ты вернёшься, то станешь ещё сильнее! Разве это не сделает её гордой?

Лю Мэй прикусила губу, крепче сжав рукава.

— Но... что, если я ей понадоблюсь?

Шань Ифэн вздохнул, почесав затылок. Он не был мастером слов, но понимал, каково это — остаться без опоры. Он потерял свою поддержку, но у Лю Мэй она ещё была.

— Твоя мать хочет, чтобы ты была в безопасности и сильной, верно?

Лю Мэй слабо кивнула.

— Тогда давай станем сильнее, — настаивал он. — Так ты сможешь защитить её. Что, если что-то плохое случится, пока мы слабы? Мы должны стать достаточно сильными, чтобы помочь тем, кто нам дорог.

Губы Лю Мэй задрожали. Она знала, что он прав. Она слышала шёпоты деревенских — о тяжёлых временах, о том, как её мать работала без устали, чтобы у них была еда. Если она станет сильнее, возможно, однажды сможет облегчить жизнь матери.

Наконец, после долгого молчания, она выдохнула и кивнула.

— Ладно... но я всё равно попрощаюсь как следует.

Эйс, всё это время молча наблюдавший, наконец заговорил:

— Хорошо. Иди сейчас, но не задерживайся.

Лю Мэй развернулась и побежала, её маленькая фигурка скрылась из виду, пока она спешила домой.

Шань Ифэн проводил её взглядом, затем повернулся к Эйсу.

— Учитель, я правильно сказал?

Эйс слегка усмехнулся.

— Ты справился хорошо.

Шань Ифэн ухмыльнулся, выпрямившись.

— Конечно! Я ведь ваш ученик.

Эйс рассмеялся.

— Ладно, давай готовиться.

Лю Мэй бежала так быстро, как только могли её ноги, её сердце стучало громче, чем шаги по земляной тропе. Она не знала, сколько времени у неё есть до того, как учитель и Ифэн уйдут, но она должна была увидеть мать.

Их маленький дом показался впереди, знакомый аромат трав витал в воздухе из открытого окна. Лю Мэй замедлила шаг, вытерла руки об одежду и вошла внутрь.

Её мать, Лю Хун, сидела за деревянным столом, растирая лекарственные травы в мелкий порошок. Она подняла взгляд, как только Лю Мэй вошла, её острый, но мягкий взгляд заметил раскрасневшееся лицо дочери.

— Мэйэр? Что случилось?

Лю Мэй замешкалась, снова сжимая рукава.

— Мама... Учитель сказал, что мы будем тренироваться в уединённом месте. Я пришла попрощаться.

Руки Лю Хун замерли над ступкой. Между ними повисла глубокая тишина.

— ...Понятно, — наконец сказала она, и её голос был невозмутим.

Лю Мэй беспокойно заёрзала.

— Я не хочу оставлять тебя, но... но я хочу стать сильнее! Ифэн сказал...

Лю Хун отложила пестик и протянула руку, бережно взяв маленькие руки дочери.

— Тебе не нужно объяснять, малышка. Я понимаю.

Лю Мэй удивлённо посмотрела на мать, вглядываясь в её лицо.

— Правда?

Лю Хун кивнула.

— Твой учитель — не безрассудный человек. Если он говорит, что тебе нужно уйти, значит, на то есть причина.

Лю Мэй прикусила губу, её голос стал тише.

— Но... что, если я тебе понадоблюсь?

Лю Хун тихо рассмеялась, поправляя слегка растрёпанные волосы дочери.

— Глупенькая. Ты ещё такая маленькая — чем ты можешь мне помочь?

Лю Мэй надула губы.

— Я могу многое! Я могу носить корзины, помогать с травами, и... и...

Лю Хун тепло улыбнулась.

— Ты поможешь мне больше всего, если станешь сильной, Мэйэр.

Губы Лю Мэй задрожали. Она всё ещё чувствовала, что бросает мать.

Заметив смятение дочери, Лю Хун обняла её.

— Я буду здесь, когда ты вернёшься. Но когда ты вернёшься, я хочу увидеть свою дочь ещё более удивительной, чем сейчас.

Маленькие пальцы Лю Мэй вцепились в одежду матери, её глаза наполнились слезами.

— Я буду стараться, — пообещала она.

— Я знаю.

Лю Хун медленно отпустила её и взяла со стола маленькую потёртую заколку в форме серебряного лотоса. Она вставила её в волосы дочери.

— Возьми это с собой. Если когда-нибудь затоскуешь по дому, просто коснись её и вспомни — я всегда буду ждать тебя.

Лю Мэй уставилась на заколку в своих волосах, её зрение расплылось, когда тёплые слова матери проникли в сердце. Её губы задрожали, и прежде чем она успела остановиться, плотина прорвалась.

Слёзы потекли по её лицу, пока она крепко прижималась к Лю Хун, рыдая без остановки.

— Я не хочу оставлять тебя, мама! — плакала она, её маленькие плечи дрожали. — Что, если я не смогу вернуться очень долго?

Лю Хун тихо вздохнула, гладя дочь по спине медленными успокаивающими движениями.

— Глупенькая... Ты не уходишь навсегда. Это просто тренировка. Однажды ты вернёшься сильнее, мудрее... и я буду здесь, ждать тебя.

Лю Мэй всхлипнула, уткнувшись лицом в одежду матери.

— Но я буду так сильно скучать...

— Я тоже буду скучать. — Голос Лю Хун был спокоен, но в нём звучала тёплая нежность. — Поэтому ты должна стараться. Сделай меня гордой, Мэйэр. Тогда, когда ты вернёшься, ты расскажешь мне о своих приключениях.

Лю Мэй икнула, вытирая слёзы. Потребовалось ещё пару минут, чтобы успокоиться, её маленькое тело всё ещё дрожало от переполнявших эмоций.

Наконец она сделала глубокий, неровный вдох и отступила. Её лицо всё ещё было красным от слёз, но в глазах появилась новая решимость.

— Я пойду сейчас, мама, — прошептала она.

Лю Хун улыбнулась, поправив заколку в волосах дочери.

— Тогда иди. Твой учитель и Ифэн, наверное, уже ждут.

Лю Мэй прикусила губу, но кивнула. Бросив последний долгий взгляд, она развернулась и выбежала за дверь.

Её ноги быстро несли её по знакомой тропинке, сердце всё ещё было тяжёлым, но решимость — непоколебимой.

Эйс достал из-под кровати небольшую шкатулку и молча вынес её во двор.

Шань Ифэн, не в силах сдержать любопытство, спросил:— Учитель, что это?

Эйс не ответил. Вместо этого он подошёл к саду, где росли Лунные Цветы, и, не колеблясь, выкопал яму глубиной в несколько метров.

— Откроешь эту шкатулку только после моей смерти. Понял? — его голос был спокоен, но твёрд.

Глаза Шань Ифэна расширились от ужаса.— Учитель... вы умираете?

— Нет, — ответил Эйс, не отводя взгляда. — Просто скажи мне: ты понял? И пообещай, что не откроешь её раньше времени.

Тяжёлое молчание повисло между ними, прежде чем Шань Ифэн наконец опустил голову.— ...Да, учитель. Обещаю.

— Хорошо. Теперь давай приберёмся в доме, пока твоя старшая сестра не вернулась, — сказал Эйс.

— Хорошо, учитель! — оживился Шань Ифэн.

С этими словами они вернулись в дом и принялись наводить порядок.

В комнату вошла Чжао Юнь, её взгляд упал на Эйса, занятого уборкой.— Мастер Сяо, вы готовы к отправлению?

Эйс на мгновение поднял глаза, затем продолжил своё занятие.— Я просто жду, когда вернётся маленький бесенок.

Шань Ифэн молча стоял рядом, внимательно разглядывая Чжао Юнь. Он узнал её — это была та самая женщина, что приходила раньше. Тогда она не проявляла особого уважения к его учителю. Но теперь... теперь она называла его «Мастером».

Не в силах сдержать любопытство, Шань Ифэн дёрнул Эйса за рукав.— Учитель, она тоже ваша ученица?

Эйс задумался на мгновение, затем покачал головой.

Он действительно заметил перемену в поведении Чжао Юнь после случая с дух-капустой, и на то могли быть только две причины.

Первая — благодарность за спасение её сестры. Но это казалось маловероятным. Уважение — да, но называть его «Мастером»? Вряд ли.

Нет, настоящая причина была в другом.

Его взгляд слегка дрогнул. Продукты системы.

Они уже доказали свою исключительность, способную впечатлить даже опытных воинов. Вот что стояло за её переменой.

Подозрения укрепились после недавних действий Хуа Тигра — он предложил на 50% выше рыночной цены за товары Эйса.

Эйс усмехнулся про себя.

"Пусть мне шестнадцать в душе и двадцать по паспорту, но с вековой мудростью в голове меня не так просто обвести вокруг пальца".

Он взглянул на Шань Ифэна, всё ещё с подозрением разглядывающего Чжао Юнь, и потрепал его по волосам.— Нет, она не моя ученица. Не волнуйся, даже если бы я её принял, она была бы твоей младшей сестрой. — Он сделал паузу. — Чего не случится.

Шань Ифэн кивнул, казалось, удовлетворившись ответом. Он расслабился, но продолжал наблюдать за Чжао Юнь с осторожностью.

В этот момент по тропе прибежала Лю Мэй, её маленькая фигурка слегка запыхалась. Глаза были красными, но она больше не плакала — в её взгляде читалась тихая решимость.

Эйс оценивающе посмотрел на неё и одобрительно кивнул.— Пора в путь.

Перед отправлением он повернулся к Чжао Юнь.— Не забывай — ты выполняешь свою часть договора. Взамен будешь получать дух-свинину ежедневно.

Чжао Юнь приложила кулак к груди в знак уважения.— Поняла, Мастер Сяо.

В её голосе не было и тени раздражения — лишь искренность.

Что... неожиданно приятно.

Вчетвером они отправились в путь, перемещаясь от деревни к деревне, останавливаясь для отдыха и пополнения запасов.

Это путешествие было роскошным по-своему. Каждый день они ели дух-кур — деликатес, которому позавидовали бы даже высокоранговые культиваторы.

Каждый раз, разбивая лагерь, Чжао Юнь не могла не заметить, что у Эйса словно бесконечный запас дух-кур.

"Они редки даже в джунглях...", — хотела она спросить, но сдержалась. Посланника Божественного Сада лучше не злить.

Дни шли, превратившись в неделю. Несмотря на долгий путь, дети оставались полны энергии, будто усталость была им незнакома.

Чжао Юнь ожидала, что они будут с трудом переносить дорогу, но вместо этого с удивлением разглядывала Лю Мэй.

"Десятилетняя девочка Серебряного Ранга?! Я знала, что у неё потенциал, но такой прогресс — невероятно!"

Путешествие продолжилось, пока они не достигли подножия Грифоновых Гор. Чжао Юнь взяла на себя роль гида:— Эта гора всегда была местом уединения. Когда-то здесь была древния секта, давно исчезнувшая. Кладоискатели очистили её от сокровищ, и теперь сюда заглядывают лишь торговцы, ищущие короткий путь в город у подножия.

Эйс внимательно слушал, анализируя информацию. Близость города означала торговлю и доступ к новостям.

— Но кроме торговцев, сюда никто не приходит, — добавила Чжао Юнь.

"Значит, уединение гарантировано", — отметил про себя Эйс.

Он повернулся к Лю Мэй и Шань Ифэну:— На этой горе мы начнём тренировки — без единого вмешательства.

Он сделал акцент на последнем слове, давая Чжао Юнь понять намёк.

Та кивнула:— Я позабочусь, чтобы торговцы знали — срезать путь через гору не получится.

Эйс усмехнулся:— Хорошо. Тогда начинаем.

— Учитель, учитель! Смотрите! Я теперь на Серебряном ранге!

Взволнованный голос Шань Ифэна нарушил тишину, прервав медитацию Эйса.

Открыв глаза, Эйс взглянул на мальчика и тихо усмехнулся.

"Теперь он сильнее меня, да?"

Прошёл месяц с тех пор, как они поселились в горах. Первым заданием, которое Эйс дал своим двум ученикам, была уборка территории, а Чжао Юнь договорилась с семьёй Хуа о помощи в строительстве нового жилья.

Каждую неделю слуга из семьи Хуа приезжал за духовными товарами — в основном дух-яблоками, дух-капустой, а иногда и дух-яйцами.

Однажды Эйс добавил несколько килограммов дух-свинины, и, к его удивлению, глава семьи Хуа лично приехал поблагодарить его.

Это лишний раз показало, насколько ценны дух-свиньи.

Чжао Юнь тем временем приезжала каждую неделю с группой учеников и каждый раз забирала с собой десять дух-свиней.

Да, именно десять.

Взамен Эйс получил небесную технику культивации — сделкой он остался более чем доволен.

Теперь, глядя на взволнованного мальчика перед ним, Эйс протянул ему дух-камень.

Без колебаний Шань Ифэн взял его и направил в камень свою духовную энергию.

Через мгновение внутри камня замерцали звёзды — всего 106.

У него действительно получилось.

Как только Эйс осознал прорыв мальчика, в его сознании раздался знакомый звук уведомления.

«Ученик повысил уровень!»

Ранг: Воин → Серебряный.

Награда: 200 000 опыта.

Ваш Дух-бот повысил уровень. (Теперь Дух-бот 2 уровня.)

«Вы повысили уровень на 2!»

Награды:

Разблокировано семя Дух-мангового дерева.

Разблокирована Дух-рис.

50 000 золотых кредитов.

+10 участков земли.

+4 участка для выращивания деревьев.

Эйс медленно выдохнул.

"Всё идёт быстрее, чем я ожидал."

— Молодец. А где твоя старшая сестра?

— Учитель, она сейчас в затворничестве. Можно мне в город? Пожалуйста! Вы же обещали!

Эйс почувствовал противоречие.

Действительно, он пообещал Ифэну, что тот сможет посетить город, как только достигнет Серебряного ранга — но кто бы мог подумать, что мальчик добьётся этого всего за месяц?

"Не может быть, чтобы это был просто талант," — подумал Эйс, прищурившись на ребёнка перед ним.

Дух-яблоки, дух-яйца, дух-молоко, дух-курица, дух-свинина — всё это обладало высокой энергетической ценностью, но не должно было давать такой быстрый рост...

Хотя, стоп. Должно.

Эйс вздохнул. Мальчик, безусловно, стал сильнее, но отпускать его одного в город?

Ни за что.

Он всё ещё ребёнок.

Даже сам Эйс мог бы его обмануть, предложив пару сладостей — что уж говорить о мошенниках в шумном городе?

"Так не пойдёт. Придётся использовать козырную карту."

— Чжао Юнь, — наконец позвал он, активировав талисман.

С другой стороны немедленно раздался голос: — Да, учитель Сяо?

— Приходи как можно скорее, — сказал он, в голосе звучала непреклонность.

Затем он повернулся к мальчику:

— Ифэн, ты можешь пойти в город. Но...

Ифэн, который уже подпрыгивал от нетерпения, замер на месте, и его широкая улыбка дрогнула. — Но?

Эйс вздохнул, потирая виски. У него было плохое предчувствие.

— Но... с тобой пойдёт Чжао Юнь.

Мальчик моргнул. — Сестра Чжао Юнь идёт со мной?

— Да.

На мгновение восторг Ифэна поутих. Его плечи напряглись, а улыбка стала менее уверенной. Чжао Юнь была строгой — никаких побегов, безрассудных развлечений, никакого блуждания по чудесам города без её пристального внимания.

Эйс наблюдал за ним, втайне надеясь, что мальчик передумает. Он силён, да, но всё ещё ребёнок. А город... ну, город — это не только место чудес. Там хватало опасностей — карманники, бродячие культиваторы и похуже. Будет ли Ифэн к этому готов?

Однако Ифэн почти не колебался. Мысль о том, чтобы наконец ступить на оживлённые улицы, увидеть новое, попробовать новую еду — была слишком заманчивой.

Он вдруг подбросил кулаки в воздух.

— Ладно! Я не против! — объявил он, и его энтузиазм вернулся в десятикратном размере.

Эйс выдохнул, уже сожалея о своём решении. — Надеюсь, я не пожалею об этом.

— Учитель Сяо, какие будут приказания?

Чжао Юнь появилась быстро, её осанка была прямой, а тон почтительным, несмотря на срочность вызова.

Эйс почувствовал лёгкий укол вины. Он всегда так себя чувствовал, когда вызывал её подобным образом — настолько, что каждый раз готовил для неё дух-омлет.

Она никогда не жаловалась. Но он — да.

Прочистив горло, он быстро перешёл к делу:

— Кхм. Дело вот в чём...

Он объяснил ситуацию, рассказав, как Шань Ифэн достиг Серебряного ранга быстрее ожидаемого и теперь хочет отправиться в город, поэтому ему нужен сопровождающий.

Ожидая хотя бы намёка на раздражение, Эйс взглянул на Чжао Юнь — и увидел, что она полностью замерла.

Её глаза стали размером с монеты, рот приоткрылся, словно она пыталась что-то сказать, но не могла. Через мгновение она прижала руки к губам, будто пытаясь сдержать шок.

— Шань Ифэн... этот мальчик... он уже Серебряного ранга?

— Да.

Чжао Юнь резко вдохнула, теперь сжимая виски. — УЖЕ?

Она зашагала туда-сюда, бормоча что-то под нос, затем резко остановилась и уставилась на Эйса, будто он только что сказал ей, что небо стало фиолетовым.

Её реакция была настолько преувеличенной, что Эйс не смог сдержать удивлённую бровь.

Неужели это действительно так шокирует?

— Учитель Сяо, можно мне увидеть мальчика?

Эйс моргнул от её энтузиазма. — Эм... да? Ведь именно ты будешь сопровождать его в городе.

— О... да, вы правда это сказали.

Чжао Юнь кивнула, но было ясно, что она не слушала. Её возбуждение переполняло её, полностью затмевая обычную сдержанность.

Прежде чем Эйс успел что-то добавить, она рванула прочь — исчезла в мгновение ока, оставив после себя лишь пустое пространство.

Эйс посмотрел на то место, где она только что стояла, затем выдохнул и покачал головой.

"Она не хотела быть неуважительной, — подумал он. — Просто была слишком шокирована."

Это напомнило ему, как дети реагируют на пролетающий вертолёт. Нет реальной причины так волноваться, но они всё равно выбегают, глаза горят от восторга, лишь бы мельком его увидеть.

По крайней мере, — вздохнул Эйс, — "Ну хоть так я смогу себя успокоить".

Чжао Юнь внезапно повернулась к Эйсу, её глаза сверкали чем-то, чего он не мог понять.

— Мастер Сяо...

Эйс вскочил с места, словно его ударили током.

— Нет. О чём бы ты ни думала — нет. Я не беру учеников, — твёрдо заявил он, откашлявшись. — Кхм. Просто иди уже.

Чтобы сгладить ситуацию, он поспешно добавил:

— Я угощу тебя великолепным духовным омлетом и целой Духовной Курицей, когда задание будет выполнено.

Лицо Чжао Юнь мгновенно просияло.

— Договорились! — без колебаний ответила она.

Не теряя ни секунды, она призвала своего связного зверя — великолепного белого тигра с гладкой шерстью и пронзительными голубыми глазами. Одним ловким движением она взгромоздила Шань Ифэна ему на спину.

Прежде чем Эйс успел моргнуть, тигр прыгнул вперёд, и двое исчезли вдали, оставив после себя лишь порыв ветра и медленно оседающее облако пыли.

Эйс выдохнул, потирая виски.

— Чёрт, она действительно Золотого Ранга...

Глубоко вздохнув, он наконец обратил внимание на то, чего ждал весь день — свою любимую систему.

.....

Эйс шагнул в системное пространство, но тут же замер.

Что за чёрт тут происходит?!

Перед ним простирался потрясающий рай — совсем не похожий на жёсткие, игровые поля, к которым он привык.

Хрустально-чистая река извивалась среди буйной зелени, отражая золотистый свет заходящего солнца.

Ферма, некогда простая, теперь выглядела как сон, каждый участок украшен замысловатыми декорациями.

[[image:/storage/reader-images/72561240faca707d04faa7ec8ae81164a8740049.jpg]]

Его глаза метались в поисках кого-то — вернее, чего-то.

Духовный Бот?

Где этот неуклюжий железный увалень?

Вместо него посреди поля грациозно стояла потрясающе красивая девушка.

Одетая в безупречную фермерскую одежду, она излучала почти неземное обаяние.

Лёгкий ветерок играл с её волосами, её нежные руки касались созревших растений. Она была прекрасна — настолько, что на мгновение его "младший брат" будто попросился на свободу.

Но что-то в ней казалось... странным.

И тут до него дошло.

Это Духовный Бот?!

Его мышцы напряглись, но, вспомнив предыдущие уведомления системы, он почувствовал, как странное спокойствие успокаивает его "младшего брата".

Верно — его Духовный Бот повысил уровень.

Но такая трансформация — это уже перебор.

Прежде чем он успел выразить своё недоумение, девушка повернулась к нему, её яркие глаза сияли от возбуждения.

— Хозяин, я улучшилась! — гордо объявила она, сияя. — Смотри! Даже поля теперь с украшениями!

Эйс уставился на неё, затем на яркие поля, потом снова на неё.

Что. За. Чёрт.

.....

«Профиль Хозяина:»

Уровень: 12

Талант: Необычный Талант [примечание: не переставай уплетать духовные яблоки!]

Ранг: Пик Воина

Активы --->

Участки земли: 29

Участки для деревьев: 8

Золотые кредиты: 61 724

Домашние животные --->

Духовные курицы: 1 (уровень 1), 24 (уровень 2)

Духовные свиньи: 10 (уровень 1), 5 (уровень 2)

Духовные коровы: 6 (уровень 1), 4 (уровень 2).

Казалось, всё прошло улучшение — особенно животные. Теперь было больше зверей второго уровня.

Взгляд Эйса скользнул к его золотым кредитам. Как и ожидалось, Духовный Бот тратил их без остановки, постоянно улучшая Духовных Животных без его прямого указания. Он вздохнул, потирая виски.

Затем его осенило.

Точно, теперь я наконец могу купить эту вещь.

Его пальцы быстро вызвали меню магазина.

«Запас корма для приручения зверей»

Эффект: С правильными фермерскими продуктами и идеальной смесью можно создать специализированный корм для зверей разных рангов.

Цена: 50 000 золотых кредитов

Не раздумывая, он совершил покупку.

«Вы разблокировали Запас корма для приручения зверей!»

Как только уведомление исчезло, он услышал резкий вдох за спиной.

Обернувшись, он увидел Духовного Бота — теперь прекрасную девушку — которая смотрела на него с возмущением, скрестив руки на груди.

— Зачем ты тратишь ресурсы? — возмутилась она, её голос звучал раздражённо.

Эйс моргнул.

— Что значит "трачу"? Разве это бесполезная покупка?

Она застонала, ущипнув переносицу.

— У тебя даже нет ни одного зверя. И кроме того, ты даже не знаешь, какие ингредиенты нужны для приготовления правильного корма для каждого ранга!

Эйс смущённо кашлянул, отводя взгляд.

— Ну... для этого ведь ты у меня есть, разве нет?

Духовный Бот на мгновение замер, словно не находя слов. Затем она пробормотала себе под нос, почти шёпотом:

— ...Кстати, я теперь могу покинуть системное пространство.

Эйс напрягся.

— Что?

— Я сказала, что могу выйти из системного пространства. Можно? — фыркнула Духовой Бот, её тон смешал в себе возбуждение и раздражение.

Эйс нахмурился, наблюдая, как она переминается с ноги на ногу, словно нетерпеливый ребёнок. Он не мог понять, злится она или радуется — а может, и то, и другое.

Всё же, вывести её наружу не повредит, правда?

— Но как же ферма? — спросил он, скрестив руки. — Я только что получил улучшение: новые участки, деревья Духовного Манго, Духовный Рис...

— Хотя бы дай мне отпуск! — взмолилась она, её выражение лица мгновенно стало жалобным, а яркие глаза заблестели, будто от нахлынувших слёз.

Эйс застонал, потирая лицо.

— Уф. Ладно, ладно. Но на сколько времени ты просишь?

— На один день, — быстро ответила она. — Пока я не могу оставаться снаружи дольше.

Эйс моргнул. О. Всего один день? Почему ты сразу не сказала! Я думал, ты хочешь хотя бы на месяц!

— Хорошо, — сдался он.

— Засади дополнительные участки Духовным Манго и Духовным Рисом. Тогда я тебя выпущу.

— Договорились, Хозяин! — радостно воскликнула она и мгновенно исчезла.

Эйс наблюдал, как она носится по ферме, её движения плавные и отточенные. Рядом с ней материализовался светящийся портал, и она стала доставать оттуда семена одно за другим.

Пока она работала, Эйс не мог не заметить, как его золотые кредиты стремительно тают.

10 000... 7 500... 5 000..

Он поморщился.

Когда она наконец закончила, она с удовлетворением отряхнула руки. Тем временем Эйс тупо уставился на итоговую цифру, мигающую на экране.

«Золотые кредиты: 2 600»

— ...Хм, думаю, теперь мы можем выйти.

Вместе с Духовным Ботом Эйс вызвал из системного пространства Духовную Курицу второго уровня.

Как только они оказались снаружи, Духовный Бот замерла, её глаза расширились от изумления. Она смотрела на пышные зелёные горы, на то, как утренний солнечный свет заливал дом, окрашивая всё вокруг в золотистые тона.

— Красота, — прошептала она, слово сорвалось с её губ, пока она стояла, заворожённая этим зрелищем.

— Это потрясающе! Сестра, прости — раньше я думал, что ты не крутая!

Голос Шань Ифэна дрожал от восторга, пока он цеплялся за спину белого тигра. Зверь мчался по пересечённой местности на полной скорости, и, если бы он не кричал, Чжао Юнь могла бы его не услышать.

Хотя на самом деле она слышала его прекрасно — её чувства Золотого Ранга гарантировали это — но она промолчала. Вместо этого она просто наслаждалась детским восторгом в голосе мальчика.

— Я недавно получила этого зверя в подарок от мастера за хорошую работу! — крикнула она в ответ, заражаясь его энтузиазмом без особой причины, просто потому что это было весело.

Глаза Шань Ифэна загорелись восхищением.

— Это так круто!

Вскоре они достигли городских ворот. Ловким движением Чжао Юнь соскочила с тигра и потрепала его по голове.

— Дикси, будь хорошей девочкой. Я позову тебя позже.

Величественный зверь тихо заурчал, прежде чем исчезнуть в вспышке света, слившись с телом Чжао Юнь.

Шань Ифэн, наблюдавший за этим с широко раскрытыми глазами, ахнул.

— Вау, сестра! Это было потрясающе! Я тоже такого хочу!

Чжао Юнь рассмеялась, положив руку на бедро.

— Хе-хе, давай сначала насладимся прогулкой. Если будешь себя хорошо вести, позже научу тебя, как приручить своего.

— Правда?! Ладно! — оживлённо кивнул Ифэн, его восторг буквально излучался из него.

Они вошли в оживлённый город, мгновенно оказавшись в море людей. Торговцы перекрикивали друг друга, стараясь продать свой товар, а смех и болтовня наполняли улицы. Аромат жареного мяса и свежеиспечённого хлеба витал в воздухе, заставляя живот Шань Ифэна урчать.

— Сестра Чжао, я хочу сначала поесть. Я голоден, — сказал он, дёргая её за рукав.

Чжао Юнь взглянула на него и усмехнулась.

— Ладно, я знаю хорошее место.

Без колебаний она повела его по оживлённым улицам, ловко маневрируя между торговцами и покупателями, пока они не оказались у известного ресторана.

Аромат пряностей и жареного мяса встретил их, как только они переступили порог. Официант вежливо кивнул, и Чжао Юнь быстро сделала заказ.

— Лучшее куриное блюдо и лучшую свинину! — с энтузиазмом объявил Шань Ифэн, когда Чжао Юнь спросила, что он хочет.

Она рассмеялась и заказала для себя простой суп и говядину.

Пока они ждали еду, Ифэн облокотился на подоконник, его внимание привлекла толпа, собравшаяся на площади. В воздухе витало возбуждение.

— Сестра Чжао, что там происходит? Похоже, что-то важное.

Чжао Юнь последовала за его взглядом и улыбнулась.

— Это? Это отборочные для турнира «Восходящий Дракон и Феникс». Соревнование для детей до пятнадцати. Разыгрывается семь престижных титулов — четыре Дракона и три Феникса. Их получают только самые сильные, умные и талантливые бойцы.

Глаза Ифэна загорелись.

— Какие это титулы?

— Для драконов есть Лазурный Небесный Дракон, Багровый Пламенный Дракон, Изумрудный Земной Дракон и Теневой Клык Дракон. Каждый представляет разный вид силы и мастерства в бою.

— А фениксы?

— Их три — Золотой Сияющий Феникс, Алый Лунный Феникс и Серебряный Ветреный Феникс. Их вручают самым выдающимся участникам, тем, кто обладает грацией, скоростью или подавляющим присутствием.

— Сестра Чжао, значит, если я побью того парня, я стану одним из Драконов или Фениксов? — спросил Шань Ифэн, его глаза сверкали от возбуждения.

Чжао Юнь рассмеялась, покачав головой.

— Нет, это только отбор. Сейчас выбирают кандидатов, которые будут представлять город.

Она откинулась на спинку стула, наблюдая за толпой.

— Награды огромные. Город получает признание, а победители — невероятные призы. Но видишь ли... у простолюдинов мало шансов. Ученики сект доминируют в турнире, забирая все титулы. Даже если ты силён, максимум, чего можно добиться, — это второе место.

Ифэн нахмурился.

— Это нечестно.

Чжао Юнь усмехнулась.

— Жизнь редко бывает справедливой.

После небольшой паузы Ифэн посмотрел на неё с любопытством.

— Сестра Чжао, а ты была одной из Драконов?

Чжао Юнь тихо рассмеялась, её тон был лёгким, но искренним.

— Ха... хотелось бы. Но нет. Я была слишком старой, когда стала достаточно сильной. К тому же, у меня не хватало таланта, чтобы заслужить один из этих титулов.

Она признала это без тени горечи, словно давно смирилась со своими пределами.

Однако Ифэн выглядел неубеждённым. Он сжал кулаки.

— Тогда я это сделаю! Я возьму один из этих титулов для нас!

— Ха, смелые слова, малыш. Посмотрим, сможешь ли ты их подкрепить.

Грубый, заплетающийся голос прервал их. Пьяный мужчина, источающий запах алкоголя и высокомерия, пошатываясь, подошёл к их столу. Его глаза сверкали насмешкой.

— Держу пари на Тысячу золотых, что ты не продержишься и минуты против того парня, — хмыкнул он, указывая на молодого бойца в отборочном круге.

Выражение лица Чжао Юнь мгновенно потемнело. Её глаза загорелись смертоносной решимостью.

Неужели этот дурак действительно подошёл к её столу, Золотому Рангу, и несёт эту чушь?

Её пальцы дрогнули, готовые выхватить меч. Она не была Драконом, нет, но она не была и простолюдинкой, чтобы терпеть такое неуважение.

Давление вокруг них стало удушающим. Некоторые посетители инстинктивно отодвинулись.

Но в тот момент, когда она собралась действовать, маленькая рука дёрнула её за рукав.

— Сестра Чжао, подожди!

Глаза Шань Ифэна горели азартом, совершенно не испугавшись напряжения в воздухе. Он повернулся к пьянице, ухмыляясь.

— Я побью его — за минуту!

Его голос звучал с абсолютной уверенностью, а кулаки были сжаты в предвкушении.

Взгляд Чжао Юнь переключился на Шань Ифэна, её острые глаза оценивали ситуацию.

Противник был Младшим Серебряным Рангом, в то время как Шань Ифэн только что вошёл в Начальный Серебряный Ранг — на целую ступень ниже. По логике, он должен был быть в невыгодном положении.

И всё же мальчик стоял там, переполненный непоколебимой уверенностью, его кулаки сжаты в нетерпении.

Откуда взялась эта самоуверенность?

Искра любопытства мелькнула в груди Чжао Юнь, быстро сменившись азартом.

Она собиралась увидеть не просто матч — она собиралась увидеть настоящую силу ученика, лично обученного посланником Божественного Сада.

Толпа ревела от возбуждения, когда мальчик лет четырнадцати стоял на сцене в молчаливом ожидании. Его острый взгляд скользил по зрителям, бросая вызов любому, кто осмелится выступить против него.

Отбор был прост — свободный бой. Любой мог бросить вызов, и последний оставшийся на ногах объявлялся победителем.

Это был жестокий, беспощадный метод, но их город давно отказался от идеи взращивания чемпионов. Годами у них не было победителей. В конце концов, финансирование соревнований сократилось, оставив лишь этот примитивный отбор.

Среди толпы одинокий ребёнок вышел вперёд, выделяясь, как белая ворона.

Шань Ифэн.

Его противник был на целую малую ступень выше — явное преимущество в любом бою. Но Ифэн не дрогнул. Не колебался.

Он просто шагнул на сцену, будто победа уже была в его кармане.

Как только Шань Ифэн ступил на сцену, толпу охватил смех.

— Ха! Гляньте на этого малыша! Он что, заблудился по дороге на детскую площадку?

— Десятилетний? Кто-нибудь, позовите его родителей, пока он не опозорился!

— Эй, пацан! Ты потерялся? Ларьки с едой вон там!

Насмешки заполнили воздух, пока зрители издевались над юным претендентом. Они пришли не для шуток — они хотели увидеть настоящий бой.

Четырнадцатилетний боец, Нга Сун, сначала усмехнулся. Ребёнок? Это было оскорбительно.

Но как только он собрался присоединиться к смеху толпы, остановился.

Он почувствовал.

Этот мальчик не был просто глупцом, слепо лезущим в бой. Он был Серебряного Ранга.

Ухмылка Нга Суна исчезла. В этом ли была его уверенность?

Перемена была едва заметна, но толпа её уловила. То, как Нга Сун выпрямился, как напряглись его мышцы — он воспринимал это всерьёз.

Смех стих. Насмешки сменились шёпотом.

Они ожидали шоу, но кто мог подумать, что лучший боец города действительно готовится к схватке с десятилетним?..

Как только бой начался, Нга Сун не стал терять времени.

Его нога ударила по сцене, когда он рванул вперёд, его кулак окутан лёгким серебряным сиянием.

— Кулак, Разрушающий Горы!

Воздух треснул, когда удар устремился к груди Шань Ифэна. Толпа едва успела среагировать, как — "БАМ!"

Удар достиг цели.

В толпе пронёсся вздох. Прямое попадание! Бой уже окончен, не так ли?

Но затем — что-то было не так.

Шань Ифэн не шелохнулся.

Он должен был пошатнуться, должен был выплюнуть кровь, должен был хотя бы показать боль.

Но он стоял непоколебимо.

Глаза Нга Суна расширились, когда он отдернул кулак, ожидая повреждений — ожидая хоть чего-то.

Ничего.

Тело Шань Ифэна поглотило всю силу удара.

Прежде чем Нга Сун успел среагировать, Ифэн нанёс ответный удар.

Его маленький кулак врезался в бок Нга Суна. Тот пошатнулся, удивлённый внезапной силой контратаки.

Но это было ещё не всё.

Стиснув зубы, Нга Сун ответил, обрушив град приёмов — каждый быстрее, каждый сильнее предыдущего.

Но сколько бы он ни бил, сколько бы силы ни вкладывал в каждый удар —

Шань Ифэн поглощал всё.

И с каждым принятым ударом его контратаки становились точнее, сильнее и быстрее.

Сначала Нга Сун доминировал. Бой явно шёл в его пользу. Разница в опыте была очевидна.

Но к двадцатой секунде всё изменилось.

Движения Ифэна преобразились.

Теперь он не просто защищался — он уворачивался от атак, которые раньше принимал на себя.

Его удары стали точными, каждый нацелен в слабые места стойки Нга Суна.

Удар в рёбра.

Ладонь в плечо.

Подсечка.

Нга Сун закачался.

Толпа замерла.

К двадцать пятой секунде Нга Сун уже еле держался.

К тридцатой секунде финальный удар Шань Ифэна достиг цели.

С оглушительным "БАМ!" Нга Сун слетел со сцены.

Пыль поднялась на месте его падения. Арена погрузилась в ошеломлённую тишину.

И затем —

Толпа взорвалась.

Чжао Юнь наблюдала из ресторана, её глаза сияли восхищением.

Он победил.

Оба бойца были в одном ранге, но один имел преимущество. И всё же Шань Ифэн доминировал — с лёгкостью.

Возможно... просто возможно, у него действительно есть шанс стать одним из Драконов.

Разве он не говорил, что тренируется всего два месяца?

Волна возбуждения прокатилась по ней, но она тут же вспомнила пьяницу, который устроил этот беспорядок.

Она повернулась, её лицо потемнело.

— Плати. Тысячу золотых. — Её голос звучал с ледяной властностью. — Или я сама отрублю тебе голову.

Когда она выпустила ауру Золотого Ранга, воздух вокруг сгустился.

Простолюдины, возможно, не знали её ранга, но даже слабейшие понимали — её нельзя злить.

Пьяница, теперь трезвый как стекло, рухнул на колени, его тело дрожало.

— Я... я был дураком! Пощадите! Это всё, что у меня есть! — Он рыдал, его голос охрип от ужаса.

Дрожащими руками он вытряхнул жалкую кучку в семьдесят медяков.

Даже не серебра, не говоря уже о тысяче золотых, которые он так уверенно поставил.

Чжао Юнь уже ожидала этого. Она и не собиралась брать его деньги — просто хотела проучить.

Её глаза сузились. — Если я ещё раз услышу, что ты пьёшь, я сотру тебя и твой род с лица земли. А теперь исчезни, не хочу видеть твою рожу.

Мужчина побледнел, даже обмочившись от страха.

Он бился головой об землю, кланяясь снова и снова.

— С-Спасибо! Большое спасибо! — Слёзы текли по его лицу — то ли от страха, то ли от благодарности, он и сам уже не понимал.

Дурак.

Чжао Юнь фыркнула и ушла.

Её внимание вернулось к главному.

К этому моменту толпа уже окружила Шань Ифэна, их любопытство пересилило сдержанность.

— Как тебя зовут, парень?

— Из какой ты знатной семьи?

— Я никогда его не видел — наверное, он из тайной секты!

Чжао Юнь вздохнула.

Она направилась к сцене, демонстрируя эмблему на своём одеянии.

Увидев её, толпа замерла.

Затем шёпот разнёсся, как wildfire.

— Тьфу. Опять Летающий Меч...

— Они всегда переманивают всех талантов!

— Хмф. Зачем вообще выбирать представителя города, если секта его заберёт?

Недовольство витало в воздухе. Но никто не осмеливался высказать его вслух.

Один за другим зрители отвернулись, их интерес к турниру угас.

Им было всё равно, кто представит город.

Чжао Юнь скрестила руки, её губы тронула усмешка, когда она взглянула на мальчика рядом.

— Ну, ты определённо устроил переполох. Думаешь, после этого у нас будет спокойный отдых? — Её тон был серьёзным, но насмешливый блеск в глазах выдавал её забаву.

Шань Ифэн, всё ещё на подъёме после победы, едва услышал её слова — пока его не осенило. Его восторг поутих, когда он повернулся к Чжао Юнь с широкими, надеющимися глазами.

— Но... но тысяча золотых! Это же целое состояние, сестра Чжао! Ты получила их?

В его голосе звучала настойчивость, ум уже рвался вперёд.

— Если бы у меня были эти деньги, я бы отдал их Мастеру! Может, тогда он разрешил бы матери Лю Мэй жить с нами на горе!

— Ифэн, он был пьяницей, у него ничего не было.

Пьяница был нищ.

Его плечи поникли, свет в глазах померк, когда разочарование накрыло его.

Чжао Юнь, всегда быстрая на действия, протянула руку и взъерошила его волосы с усмешкой.

— Доверься мне. Я уговорю твоего мастера взять мать Лю Мэй, ладно?

Лицо Шань Ифэна мгновенно просияло.

— Правда?!

— Правда.

Цвет вернулся к его щекам, а улыбка снова расплылась по лицу.

Чжао Юнь хлопнула в ладоши. — Теперь, когда ты уже заявил о себе, давай воспользуемся гостеприимством.

Шань Ифэн моргнул. — Гостеприимством?

— Особняк семьи Хуа, конечно. У них отменная еда, а раз ты устроил переполох, грех не воспользоваться этим.

Его глаза буквально заискрились. — Вкусная еда? Да!

И с этими словами они направились к особняку семьи Хуа, перспектива пира вытеснила все остальные заботы из головы Шань Ифэна.

Пока они шли к особняку, в тени маячили невидимые фигуры.

Несколько теней следовали за ними, их движения бесшумны, присутствие едва заметно. Затем, после короткой паузы, одна из них внезапно исчезла, растворившись в ночи, как дымок — чтобы доложить.

Остальные остались, их взгляды прикованы к мальчику.

Кто он?

Как ребёнок так легко одолел противника Серебряного Ранга?

Любопытство, а возможно, и нечто большее, удерживало их там, в наблюдении.

Тем временем, совершенно не подозревая о наблюдателях, Шань Ифэн буквально подпрыгивал на ходу, приближаясь к цели.

— Наконец-то мы здесь! — воскликнул он, голос дрожал от возбуждения.

Чжао Юнь лишь усмехнулась, прежде чем распахнула величественные деревянные ворота.

Как только они переступили порог, их встретили двое стражников. Их острые взгляды оценили гостей, ненадолго задержавшись на Шань Ифэне, прежде чем переключиться на Чжао Юнь.

На их лицах мелькнуло узнавание.

Затем, без слов, их взоры упали на эмблему Летающего Меча у её пояса.

Этого было достаточно.

С почтительным кивком они посторонились и жестом пригласили их войти.

Роскошные залы особняка семьи Хуа полностью оправдывали ожидания. Резные колонны с позолоченными драконами, извивающимися к потолку, обрамляли галереи.

Мягкий свет фонарей создавал уютную атмосферу, а в воздухе витал тонкий аромат благовоний.

Управляющий провёл их по коридорам и наконец привёл в гостевую комнату.

— Пожалуйста, подождите здесь, — поклонился он и удалился.

Вскоре слуга вошёл с подносом, уставленным дымящимися блюдами, чьи насыщенные ароматы заполнили помещение.

[[image:/storage/reader-images/fc329c88b7a2cd08acc90271d9fe8f4f3a497a94.jpg]]

Чжао Юнь и Шань Ифэн даже не притронулись к еде в ресторане. Теперь голод давал о себе знать в полную силу.

Как только тарелки оказались на столе, Шань Ифэн тут же набросился на угощения.

Он схватил жареную куриную ножку, его маленькие руки с трудом обхватывали её сочную, блестящую поверхность.

Золотистая корочка хрустнула под его пальцами, выпуская волну дымного аромата. Не раздумывая, он впился в неё зубами, сок стекал по его пальцам, а нежное мясо буквально таяло во рту.

Затем его взгляд упал на тарелку с жареной свининой и духовными грибами.

Не утруждая себя палочками, он отломил кусок и отправил прямо в рот.

Вкус взорвался — сладковато-пикантный соус идеально сочетался с глубоким земляным оттенком грибов, заставив его удовлетворённо заурчать.

Едва прожевав, он потянулся за паровыми булочками, запихивая одну целиком в рот. Мягкое тесто раскрылось, обнажив ароматную мясную начинку, тепло которой разлилось по телу, словно уютное объятие.

Чжао Юнь смотрела с умилением, как мальчик пожирает всё на своём пути, его глаза сияли от восторга.

Ненадолго она позволила ему насладиться моментом, лёгкая улыбка играла на её губах.

Но затем, не устояв, взяла палочки и присоединилась к трапезе.

— Вам нравится угощение?

Тёплый, но властный голос прервал их обед.

Чжао Юнь и Шань Ифэн подняли глаза. В комнату вошёл старец с длинной седой бородой, его шаги были размеренными и точными.

Несмотря на возраст, его осанка была прямой, а глаза сверкали острым умом.

На его губах играла добрая улыбка, когда он обратился к ним.

Затем его взгляд остановился на Ифэне.

— Так вот он, юный гений? — промолвил он с лёгкой усмешкой.

Чжао Юнь вытерла рот салфеткой, прежде чем ответить:

— Новости, похоже, распространяются быстро.

Старец рассмеялся, поглаживая бороду.

— Действительно, быстро.

Затем, будто вспомнив что-то, он рассмеялся ещё раз.

— Ах, где же мои манеры? — покачал головой он. — Меня зовут Хуа Тига. Я младший брат Хуа Тигра, с которым вы уже знакомы.

Чжао Юнь кивнула в знак признания, а Ифэн с любопытством уставился на старика, его рот всё ещё был набит едой.

Взгляд Хуа Тига задержался на мальчике, изучая его с растущим восхищением.

— А этот мальчик — Шань Ифэн — ученик мудреца, который поставляет вашей семье духовные продукты, — добавила Чжао Юнь.

Выражение лица Хуа Тига прояснилось.

— Понимаю, понимаю... — задумчиво кивнул он, его глаза сверкали, пока он разглядывал юного вундеркинда.

— Серебряный Ранг в десять лет... Настоящий гений.

Его слова звучали искренне, но Чжао Юнь промолчала.

Потому что в этот момент она вспомнила о другом.

О другом ребёнке.

О другой ученице Эйса.

Лю Мэй.

Ещё одном исключении. Ещё одном невозможном таланте.

Она не могла не задаться вопросом: какие же ресурсы позволяют выращивать таких монстров?

— Мастер, а кто эта женщина? — спросила Лю Мэй, её голос был приглушён куском сочного свиного сала, который она жевала.

Сок стекал по её подбородку, но она не обращала внимания, наслаждаясь вкусом.

Эйс, развалившись в кресле, небрежно откусил от хрустящего Духовного Яблока и ответил:

— Это новая служанка.

— А.

Это всё, что сказала Лю Мэй, прежде чем полностью сосредоточиться на блюде перед ней.

Не раздумывая, она потянулась за следующим куском свинины, её маленькие пальцы скользили по тарелке в поисках самого сочного куска.

Эйс понаблюдал за ней с улыбкой, затем снова заговорил:

— Мэйэр.

Лю Мэй подняла глаза, её щёки были набиты едой.

— Да, Мастер?

Эйс откинулся на спинку кресла, вертя яблоко в пальцах.

— Как тебе еда, которую мы едим каждый день?

Глаза Лю Мэй тут же загорелись.

— Вкусная! — воскликнула она, едва проглотив.

Эйс усмехнулся, откусив ещё кусочек.

— Но разве тебе не кажется, что она... однообразная? Может, даже скучная?

Лю Мэй остановилась на полуслове, её брови нахмурились, будто Эйс сказал нечто возмутительное. Затем она твёрдо покачала головой.

— Нет! Совсем не скучная — она вкусная!

Её выражение было настолько искренним, что Эйс не смог сдержать смех.

Эта маленькая обжора жила ради следующей трапезы.

Эйс небрежно достал сверкающий Духовный Камень и положил его в жирные ладошки Лю Мэй.

Её пальцы, вымазанные в масле, оставили следы на гладкой поверхности, пока она смотрела на камень в замешательстве.

— Што эо? — пробормотала она, её щёки были набиты, как у бурундука, запасающего еду на зиму.

Эйс приподнял бровь, сдерживая смех.

— Повтори, когда проглотишь.

Лю Мэй моргнула, будто только сейчас осознав, что её рот переполнен.

С усилием она проглотила кусок, вытерла руки о рукава — проигнорировав вздох Эйса — и снова посмотрела на камень.

— Что это, Мастер? — наконец повторила она чётче, хотя её губы всё ещё блестели от жира.

Эйс вздохнул, покачав головой.

— Это Духовный Камень, Мэйэр. Неужели ты уже забыла?

Лю Мэй наклонила голову.

— Ооо... это та штука, в которую вкладываешь энергию и смотришь свой ранг, да?

Её тон выдавал лишь смутные воспоминания.

— Да, та самая штука, — сухо ответил Эйс.

Без лишних слов Лю Мэй взяла камень, её лицо исказилось от концентрации, когда она вложила в него свою энергию.

Камень вспыхнул мягким светом. Довольная, она протянула его Эйсу с невинной улыбкой, ожидая похвалы.

Эйс взял камень, его острый взгляд скользнул по мерцающей поверхности. Внутри мерцали 240 крошечных звёзд — Лю Мэй уже достигла Младшего Серебряного Ранга.

Как только он осознал это, перед ним появилось чёткое системное уведомление.

«Квест:» Победа вашего ученика на турнире «Четыре Дракона и Три Феникса».

«Награда:» 1 Божественно-Уровневое руководство по культивации (созданное специально для пользователя) и другие полезные предметы.

Глаза Эйса расширились, сердце забилось чаще.

Персональное руководство по культивации?

Божественно-Уровневая техника?

Это была не обычная награда.

Каждое слово звучало слаще предыдущего.

Но одного энтузиазма для победы в турнире было мало. Нельзя было считать цыплят до их вылупления.

Сначала нужно было оценить ситуацию.

— Четыре Дракона и Три Феникса... — пробормотал он задумчиво.

— Что, Мастер? — Лю Мэй подняла на него глаза.

Эйс быстро покачал головой.

— Ничего, ничего. Возвращайся к тренировкам. Я позову тебя, если понадобится помощь.

Лю Мэй уставилась на него с ожиданием, и Эйс вздохнул.

— И да, я позову тебя, когда будет время еды.

Довольная, девочка заулыбалась и убежала в свою комнату.

Эйс откинулся на спинку кресла, потирая подбородок.

Турнир «Четыре Дракона и Три Феникса»...

Его ученики будут сражаться там.

И один из них должен победить. Обязан.

Хуа Тинг наклонился вперёд, поглаживая бороду с хитрой искоркой в глазах.

— Мальчик, я хочу, чтобы ты представлял нашу семью Хуа на предстоящем турнире.

Его слова звучали весомо, но они не были сказаны спонтанно. Он уже собрал информацию — или, точнее, вытянул её из самого разговорчивого источника.

Шань Ифэн.

И, по словам мальчика, Эйс не планировал участвовать. А раз сам Ифэн ничего об этом не слышал, значит, его мастер, скорее всего, просто отправил его заявить о себе.

Это была ситуация взаимной выгоды.

Конечно, Хуа Тинг не знал, что Эйс в этот момент как раз размышлял о турнире.

Шань Ифэн, к удивлению, не прыгал от восторга. Он скрестил руки, театрально постукивая себя по подбородку.

— И что я получу за это?

Брови Чжао Юнь взлетели вверх. Она ожидала, что мальчик согласится мгновенно, с присущим ему энтузиазмом. Но вместо этого он... торговался?

Хуа Тинг рассмеялся, не смутившись.

— Конечно, мы не попросим тебя просто так. Мы не настолько бесстыжие.

Не раздумывая, он достал из рукава изящную шкатулку и открыл её, демонстрируя сверкающий жетон.

— Это, — сказал он с намёком на искушение, — жетон в Царство Зверей. С ним ты сможешь заключить договор с духовным зверем — безопасно, без обычных рисков.

Глаза Чжао Юнь слегка расширились при виде жетона.

Шань Ифэн, однако, повернулся к ней.

— Сестра, это что-то хорошее?

— Да, Ифэн, — терпеливо ответила она. — Это очень ценно. Но тебе стоит подумать, прежде чем—

— Ладно, я согласен!

Чжао Юнь моргнула.

— Эй, ты мог бы сначала выслушать меня!

— Но ты сказала подумать, и я подумал, — невозмутимо парировал Ифэн. — И мой ответ — да, я хочу это!

Чжао Юнь уставилась на него, затем вздохнула, потирая виски.

"Зачем я вообще беспокоюсь?"

— Ладно, делай что хочешь, — пробормотала она, уже смирившись с грядущим хаосом.

— Держись ближе ко мне, — прошептала Чжао Юнь, её голос был тихим, но твёрдым.

Шань Ифэн послушно следовал за ней, пока они осторожно продвигались по тёмному переулку. Воздух был густым от напряжения, лёгкий запах сырого камня витал вокруг, чем глубже они заходили.

Без колебаний Чжао Юнь призвала своего зверя — высокое бронированное создание с блестящими клыками и острым взглядом, которое тут же встало в защитную стойку перед Шань Ифэном.

И затем...

— Чёрт! Нас обнаружили! Рассредоточьтесь — все, уходим!

Как только прозвучал сигнал тревоги, силуэты в тенях пришли в движение. Как дрессированные крысы в лабиринте, они растворились в сети переулков, исчезнув прежде, чем Чжао Юнь успела среагировать.

Чёрт побери!

Она рванула за ними, её фигура мелькнула, словно размытое пятно, пока она пыталась сократить дистанцию — но сколько бы быстро она ни была, как бы остры ни были её инстинкты, ей не удалось поймать ни одного.

Чжао Юнь стояла на краю крыши, сжав кулаки. Я, Золотой Ранг, и не смогла поймать даже одного из них?

Она цокнула языком от досады и повернулась к Шань Ифэну, который оставался в безопасности под защитой её зверя.

Мальчик, вместо того чтобы выглядеть обеспокоенным, просто широко улыбнулся.

— Сестра Чжао, всё в порядке. Не надо расстраиваться.

— Я не расстраиваюсь, — пробормотала Чжао Юнь, скрестив руки. — Я просто беспокоюсь, что они могут напасть на тебя, когда ты будешь один.

Шань Ифэн, совершенно невозмутимый, подмигнул ей игриво. — О! Тогда, сестра Чжао, тебе лучше не подводить меня с защитой, ладно? Хе-хе!

Чжао Юнь сузила глаза. — Маленький проказник!

Без предупреждения она бросилась к нему, но Ифэн рассмеялся и увернулся, уворачиваясь от её попыток поймать его, словно озорная обезьянка.

Их прежнее напряжение растаяло, и они на мгновение забыли о нависшей над ними угрозе.

Спустя несколько часов они наконец успокоились и приготовились возвращаться.

— Нам правда нужно возвращаться? — спросил Шань Ифэн, в его голосе звучало нежелание, когда он бросил тоскливый взгляд на оживлённые улицы позади.

— Да, нужно, — ответила Чжао Юнь с драматичным вздохом. — Не могу дождаться своего омлета... кхм... то есть... твой мастер убьёт меня, если я опоздаю.

Она кашлянула в кулак, но оговорка уже вырвалась наружу.

Шань Ифэн прищурился, не веря. — Ты заколебалась.

— Нет, не заколебалась.

— Ты точно заколебалась.

— Заткнись и залезай на Дикси, — фыркнула она, с привычной лёгкостью взобравшись на своего призванного зверя.

Всё ещё подозрительный, но не желающий спорить дальше, Шань Ифэн забрался следом, и по быстрой команде Дикси взмыл в небо.

Как только они приземлились, Шань Ифэн буквально спрыгнул со зверя, его глаза загорелись, когда до него донёсся знакомый аромат.

— Это свинина! Это свинина! — закричал он, бросаясь к дому, будто не ел несколько дней.

Чжао Юнь покачала головой, наблюдая за его выходками, но двинулась, чтобы отозвать своего зверя. Прежде чем она успела, раздался голос.

— Оставь её, — спокойно сказал Эйс, выходя на крыльцо. — У меня тут есть корм для зверей.

Чжао Юнь замерла, приподняв бровь, но не стала спрашивать. Просто кивнула и последовала за Шань Ифэном внутрь — будто её вообще приглашали.

Эйс прислонился к дверному косяку, наблюдая, как она без тени сомнения шествует в дом.

Она обернулась, встретившись с ним взглядом.

— Мой омлет... кхм... то есть я хорошо его сопроводила, — сказала она, откашлявшись, будто это могло исправить ошибку.

Эйс усмехнулся. — Да. Твой омлет.

Чжао Юнь отвела взгляд, что-то пробормотала себе под нос и направилась на кухню.

...

В большом зале семьи Сяо царило напряжение. Длинный стол протянулся через всю комнату, где сидели старейшины и ключевые члены семьи, их лица выражали всё — от возмущения до беспокойства.

— Глава семьи! Эти Хуа совсем распоясались со своими требованиями!

Старейшина Сяо Бо ударил кулаком по столу, заставив чашки задрожать.

— Они хотят, чтобы наш гений, Сяо Лин, женился на их родственнице? Это откровенное принуждение!

— Они что, думают, мы слепые? — фыркнул другой старейшина, Сяо Фан. — Семья Хуа явно пытается заполучить сильную кровь под своей фамилией. Талант Сяо Лина беспрецедентен — выдать его замуж значит лишиться нашего величайшего будущего лидера!

— Но открытый отказ может принести проблемы, — вмешался более осторожный старейшина. — Семья Хуа не из тех, кто легко прощает унижения. Готовы ли мы к последствиям?

— Готовы или нет, мы не можем склоняться перед их наглостью! — рявкнул старейшина Бо, его лицо покраснело от гнева. — Если мы согласимся, какой сигнал это подаст? Что семьёй Сяо можно диктовать? Что наших талантов можно торговать, как скот?

— А что насчёт самого Сяо Лина? — подал голос младший член семьи, Сяо Жэнь. — Кто-нибудь вообще спросил, чего он хочет? Разве его мнение не должно учитываться в решении о его собственном будущем?

В зале на мгновение воцарилась тишина, прежде чем другой старейшина фыркнул.

— Хм. Молодёжь нынче слишком изнеженная. Браки — это союзы! Думаете, в наше время у нас была роскошь выбора?

— Времена изменились, старейшина, — парировал Сяо Жэнь. — И Сяо Лин — не просто ученик. Он вундеркинд. Если мы загоним его в ситуацию, которую он ненавидит, что, если он отвернётся от семьи?

По залу пробежал ропот согласия, но некоторые всё ещё выглядели неубеждёнными.

Во главе стола сидел Сяо Уцзы, глава семьи, сохраняя молчание. Его брови были нахмурены, пока он слушал разгорающиеся дебаты.

Наконец он тяжело вздохнул и потер виски. — Дайте мне передохнуть. — Его голос звучал устало. — Дайте мне сначала собраться с мыслями, прежде чем вы все доведёте меня до головной боли.

Зал тут же затих. Несмотря на накал страстей, все знали, что давить на главу семьи слишком сильно не стоит.

Пока всё, что они могли — ждать его решения.

В уединённом дворике поместья Сяо лунный свет мягко освещал тихое пространство. У окна стояла женщина, её длинные одежды колыхались на ночном ветерке.

Несмотря на спокойствие момента, в воздухе висела невысказанная тяжесть.

— Нинъэр, как мой сын? — Её голос был ровным, но под поверхностью сквозила боль, понятная только матери.

Молодая женщина перед ней слегка опустила взгляд, ненадолго заколебавшись. — Старейшина... ваш сын изменился.

Се Нинъэр, та, что всегда наблюдала за Сяо Чжи из тени, говорила взвешенно. — В отличие от прошлого, теперь он заботится об окружающих. Он защищает, учит и... — она сделала паузу, тщательно подбирая слова, — он держится с силой, которую я никогда в нём не видела.

Сяо Цзыюнь на мгновение закрыла глаза, впитывая сказанное. Каждое слово было как тонкая нить, складывающая образ сына, одновременно чужой и до боли знакомый.

Затем тон Нинъэр изменился. — Старейшина, кажется... ваш сын что-то замышляет.

Сяо Цзыюнь резко открыла глаза, её взгляд стал острым и понимающим.

— Он стал чаще сближаться с семьёй Хуа. Он часто говорит с ними, вмешивается в их дела. — Нинъэр заколебалась, прежде чем продолжить. — Я боюсь... он планирует отомстить семье Сяо.

Тишина.

Воздух между ними стал густым, наполненным эмоцией, которую ни одна из них не решалась назвать.

Долгое время Сяо Цзыюнь ничего не говорила. Она просто стояла, глядя в окно, её пальцы слегка скользили по деревянной раме.

Мир снаружи был огромен, уходя в неизвестность, как и путь, по которому теперь шёл её сын.

Наконец она подняла руку, молча отпуская Нинъэр.

Се Нинъэр заколебалась, желая сказать больше, но тяжесть в выражении старейшины заставила её прикусить язык. С почтительным поклоном она удалилась, растворившись в ночи.

Оставшись одна, Сяо Цзыюнь медленно выдохнула.

Её пальцы слегка сжались, впиваясь в прохладное дерево под ними.

— О, мой мальчик... — её голос был едва слышен, словно стон, подхваченный ветром. — О чём ты думаешь? По какому пути ты хочешь пойти?

— Лили, принеси корм для животных, — лениво позвал Эйс, потягиваясь, словно у него куча времени.

В поле зрения появилась прекрасная девушка... Лили, дух-бот, теперь официально названная, подошла с глубоким недовольством — насколько это позволяло её искусственное лицо.

— Это пустая трата ресурсов, Хозяин. Полная, абсолютная, ничем не оправданная трата ресурсов, — проворчала она, но, несмотря на протесты, всё же принесла плетёную корзину, наполненную печеньем для животных.

Эйс лишь усмехнулся.

— И всё же ты здесь, делаешь именно то, о чём я попросил.

Лили фыркнула и поставила корзину с преувеличенным стуком.

— Только потому, что мой протокол эффективности требует выполнять приказы.

Как только корзина коснулась земли, Дикси, призванный зверь Чжао Юнь, насторожился. Его ноздри дрогнули, уловив запах, и в тот же момент его острый взгляд устремился на корм.

Чжао Юнь, которая мысленно готовилась к великолепной трапезе, которую вот-вот начнёт, замерла. Погоди... Дикси только что... пустил слюну?

Она наклонила голову, наблюдая, как её обычно гордый призванный зверь с тоской смотрит на простые печенья. Его пасть дрожала, а по краям собиралась лёгкая влага.

— Дикси? — неуверенно позвала она.

Большие, умные глаза зверя мельком взглянули на неё, но тут же вернулись к корзине.

Чжао Юнь сузила глаза. О нет. Только не это. Мой величественный, внушающий благоговение призванный зверь сейчас... умоляет?

На мгновение она забыла о обещанной курице — об омлете, о пире, о еде, о которой мечтала весь день. Вместо этого любопытство взяло верх, и она наблюдала, как Дикси осторожно продвигается вперёд, ведя себя как воспитанный, но отчаянно голодный бездомный пёс.

Эйс, конечно, уже наслаждался зрелищем.

— Похоже, кто-то заинтересовался, — заметил он, доставая одно из печений и небрежно подбрасывая его в воздух. Взгляд Дикси следил за ним с лазерной точностью.

Лили скрестила руки.

— Я же говорила. Высококачественный корм, идеально сбалансированный для оптимального развития зверей. Но нееет, Хозяин настаивает на том, чтобы использовать его как обычные лакомства.

Чжао Юнь скрестила руки, и на её губах появилась усмешка, когда до неё дошло.

— Мастер Сяо... что именно в этих печеньях?

Эйс ухмыльнулся, покрутив печенье между пальцами, прежде чем бросить его Дикси.

— О, ничего особенного. Просто кое-что, что я приготовил... с небольшими свойствами, усиливающими дух.

Глаза Чжао Юнь дёрнулись.

— То есть ты хочешь сказать, что мой призванный зверь — мой сильный, благородный, закалённый в битвах зверь — сейчас превратится в обжору ради изысканных лакомств?

Эйс пожал плечами.

— Эй, ты никогда не спрашивала, чем я занимаюсь в свободное время.

Тем временем Дикси уже давно забыл о гордости и с жадностью поглощал угощение с таким энтузиазмом, что даже Чжао Юнь пришлось отвести взгляд.

— Расскажи мне, что произошло в городе.

Голос Эйса был спокоен, но твёрд, когда он взглянул на Чжао Юнь.

— Хорошо, Мастер Сяо, — ответила она, хотя в её глазах мелькнуло лёгкое колебание.

Эйс сразу это заметил.

— Кажется, ты хочешь сказать что-то ещё.

Чжао Юнь слегка кашлянула и потерла затылок.

— Кхм... можно я скажу это после еды? Конечно, могу рассказать сразу, если нужно.

Эйс приподнял бровь, но не стал спорить. Вместо этого он усмехнулся и указал на стол.

— Ладно, сначала еда.

Он подвёл её к столу, где Лю Мэй уже ела — её маленькие руки аккуратно выбирали самые сочные кусочки мяса.

Напротив Шань Ифэн усердно накладывал рис в миски для всех, его брови были нахмурены с глубокой сосредоточенностью, будто правильное распределение риса было самой важной задачей в его жизни.

— Следи, чтобы было поровну, Ифэн, — пробормотала Лю Мэй между укусами.

— Я стараюсь! — огрызнулся Шань Ифэн, поднимая две миски и прищуриваясь, как опытный инспектор риса.

Чжао Юнь, несмотря на себя, рассмеялась и села за стол.

— Семья Хуа хочет, чтобы Шань Ифэн представлял их на предстоящем турнире Дракона и Феникса.

Чжао Юнь небрежно сообщила эту информацию, беря миску и ловко орудуя палочками, чтобы взять кусочек.

Напротив Лю Мэй счастливо набивала рот руками, не заботясь об этикете. Она не выросла с палочками, как и Эйс. Тем временем Шань Ифэн, у которого была возможность научиться, ел палочками, как Чжао Юнь.

Эйс даже не моргнул при этой новости.

— Семья Хуа, да? Ладно, если они всё организуют. Скажи им, что Лю Мэй тоже будет участвовать.

— Конечно, конечно, — кивнула Чжао Юнь, даже не поднимая глаз, полностью сосредоточившись на еде. Она потянулась за ещё одним кусочком омлета — её приоритеты были ясны.

Как и обещал, Эйс приготовил огромный омлет — из сотни яиц. Он был золотистым, воздушным и неотразимым.

Ну... не то чтобы он его приготовил. Лили сделала это. Но это он приказал ей, так что это считалось.

Эйс взглянул на стол, наблюдая за восторженными едоками. Чжао Юнь методично уничтожала свою порцию, смакуя каждый кусочек с непоколебимой преданностью, в то время как Лю Мэй практически вдыхала еду, её щёки раздувались, как у бурундука.

Рядом Шань Ифэн сражался со своей порцией свинины, будто это был его последний ужин. Он почти не поднимал головы, его концентрация была такой же сильной, как если бы он прямо сейчас тренировался к турниру.

Эйс вздохнул и покачал головой.

— Как будто кормлю стаю голодных волков.

Лили продолжала жарить свинину, её движения были быстрыми и точными, пока она обрабатывала партию за партией. Масло шипело, насыщенный аромат наполнял комнату, а золотисто-коричневая свинина блестела под светом.

Эйс, скрестив руки, прислонился к дверному проёму, молча наблюдая. В какой-то момент он даже заметил, как Лили украдкой кладёт пару кусочков себе.

Дух-бот... ест?

Он не стал её разоблачать, но это было странно. У неё же не должно быть вкусовых рецепторов... верно?

После бесчисленного количества тарелок Шань Ифэн первым сдался.

— Я наелся, — простонал он, с драматической усталостью отодвигая тарелку.

Затем, пошатываясь, он поднялся, сделал несколько шагов и почти рухнул на землю. Его грудь тяжело поднималась и опускалась.

Эйс приподнял бровь.

— Ты в порядке?

— Культивирую, — пробормотал Шань Ифэн, почти не двигаясь.

Через несколько минут Чжао Юнь наконец положила палочки, её лицо выражало смесь триумфа и сожаления. Она доела весь гигантский омлет — из гордости или обязательства, оставалось под вопросом.

Без лишних слов она села в позу лотоса и начала медитировать, её желудку явно требовалась перезагрузка.

Эйс, однако, оставался молчаливым. Его взгляд переключился на Лю Мэй.

Она всё ещё ела.

С той же скоростью. В том же ритме. Как машина, созданная для потребления.

Он сам почти ничего не ел, слишком отвлечённый решимостью на лице маленькой девочки. Иногда он заходил на кухню, только чтобы заметить, как Лили снова крадёт кусочек — но пока он решил это игнорировать.

Наконец, он заговорил.

— Лю Мэй... тебе не кажется, что ты уже наелась?

Лю Мэй остановилась, подняв большие невинные глаза, её рот всё ещё был полон.

— Мастер, моя мама всегда говорила: выходи замуж за того, кто всегда сможет тебя накормить.

Эйс моргнул.

— Ладно...?

— Но теперь, когда я стану культиватором, я слышала, что культиваторам не нужно есть, — продолжила она, засовывая ещё кусок свинины в рот. — Так что я запасаюсь.

Эйс уставился на неё.

— Хм.

Величественный зал был наполнен напряжением, голоса поднимались и опускались, словно волны, разбивающиеся о берег. Во главе зала сидел Сяо Уцзы, слушая в молчании, его пальцы лениво постукивали по подлокотнику резного кресла.

Среди собравшихся старейшин и высокопоставленных членов семьи один человек наконец вышел вперёд, его лицо было мрачным.

— Глава семьи, мы больше не можем игнорировать растущее давление со стороны семьи Хуа, — сказал Сяо Бо, его голос звучал напряженно.

— Они агрессивно расширяют свой контроль над алхимическим рынком, занижая наши цены, вытесняя наших торговцев и даже захватывая торговые пути, которые поколениями принадлежали семье Сяо.

По залу прокатился шёпот. Некоторые кивнули в согласии, другие обменялись тревожными взглядами.

Сяо Бо продолжил, его лицо потемнело:

— Но это ещё не всё. Семья Хуа выдвинула возмутительное требование — они хотят, чтобы наш гений, Сяо Лин, вступил в их семью через брак, называя это «символом единства». На самом деле они хотят приковать нашу восходящую звезду к себе, ослабив наше влияние изнутри.

В комнате раздался коллективный вздох, за которым последовал внезапный взрыв возмущённых голосов.

— Это абсурд!

— Какая наглость!

— Они что, думают, что мы настолько слабы, чтобы позволять себя топтать?!

Зал наполнился жаркими спорами. Некоторые утверждали, что отказ от требований семьи Хуа может привести к ответным мерам, другие же заявляли, что уступка обернётся катастрофой в долгосрочной перспективе.

«Сяо Уцзы».

"Так вот моё новое имя."

Он позволил этим словам осесть в его сознании, ощущая их вкус, словно глоток горького вина.

Судьба была жестокой и извращённой штукой. Возродиться — нет, снова оказаться прикованным к семье Сяо. То самое имя, которое когда-то тянуло его вниз, словно кандалы, то самое имя, что привело его к падению.

Он сохранял лицо бесстрастным, холодной маской безразличия, пока голоса вокруг него сталкивались в жарких спорах. Их аргументы — отчаяние, обёрнутое в гордыню — жужжали у него в ушах, как назойливые насекомые.

Они препирались из-за рынков, из-за влияния, из-за брачного предложения, призванного уничтожить их семью изнутри.

"Жалкие."

"Как низко пала семья Сяо?"

Когда-то они стояли неколебимо, сила, которую никто не смел провоцировать. Теперь же они дрожали под давлением маленькой смертной семьи, хватаясь за мимолётную власть, словно утопающие за воздух.

Пальцы Сяо Уцзы продолжали лениво постукивать по подлокотнику кресла. Он слушал, но не реагировал.

"Пока нет."

Он всё ещё оценивал, всё ещё просчитывал.

Если это и вправду была его вторая жизнь, то он не станет тратить её, цепляясь за устаревшие понятия верности и традиций. Семья Сяо не имела к нему никакого отношения. Он ничего им не был должен.

Но сила...

Сила была валютой, которую не могли игнорировать даже мёртвые.

И если ему придётся проложить путь через эту семью, через семью Хуа, через любого, кто посмеет встать у него на пути — пусть будет так.

Его пальцы замерли.

Затем он встал.

Стул скрипнул по отполированному полу, звук прозвучал с тяжёлой окончательностью.

Все голоса стихли.

Все взгляды обратились к нему.

Сяо Уцзы поднял глаза, его лицо оставалось бесстрастным, а голос холодным, как сталь.

— Довольно.

Его голос, хотя и спокойный, нёс в себе вес абсолютной власти.

— Слушайте внимательно. Семья Хуа хочет бросить нам вызов? Тогда мы покажем им, почему семья Сяо стоит выше остальных.

Его взгляд, острый как клинок, скользнул по залу.

— Мы не позволим себе опуститься до уровня нищих, выпрашивающих подачки. Мы не позволим им вонзить свои когти в наше будущее.

Он сделал шаг вперёд, его присутствие стало давящим.

— Мы сокрушим их — но не безрассудно. Сначала мы доминируем на предстоящем турнире. Мы продемонстрируем нашу силу через молодое поколение, доказав всем, что с семьёй Сяо не стоит шутить.

Он дал своим словам осесть, наблюдая, как вес его приказа проникает в их сознание. Затем, без колебаний, продолжил:

— Отправьте их в мои покои.

Его тон был непоколебимым.

— Я лично займусь их обучением.

Глубокое молчание последовало за его словами, наполненное как ожиданием, так и страхом.

Затем, не проронив больше ни слова, Сяо Уцзы развернулся и ушёл, вспоминая своё прошлое.

"Чёрный Конг."

Само это имя когда-то было достаточным, чтобы вызвать дрожь как на небесах, так и в преисподней. Бог войны, которого боялись и боги, и демоны, сила, которую ничто не могло укротить — пока не встретился с ним.

С этим жалким глупцом.

Сяо Чжи, так называемый император.

Пальцы Уцзы сжались в кулак, когда воспоминания о предательстве и падении пронеслись в его сознании. Он был неуязвим, непобедим.

Но его погубила не божественная мощь и не адская магия.

Нет, это было предательство.

Его губы искривились в тёмной улыбке.

В этот раз пощады не будет.

Он найдёт Сяо Чжи и раздавит его, прежде чем тот сможет снова подняться.

Но перед этим... есть кое-что ещё, о чём нужно позаботиться.

Сяо Уцзы сидел в тихой медитации, его дыхание было ровным, пульс — медленным и контролируемым.

Он ждал.

Скоро он встретит так называемые таланты семьи Сяо. Тех, кто должен вернуть угасающий престиж их семьи.

У него не было воспоминаний о том, как семья Сяо пробивалась через мир смертных. Честно говоря, его это не интересовало. Но он знал одно — это поколение, как и то, из которого он был родом, было прогнившим.

Эту гниль нужно было вырезать, прежде чем она распространится дальше.

Единственная мысль закрепилась в его сознании, острая и непоколебимая.

"Уничтожить проблему в зародыше. Задушить предателя до его рождения!"

.....

— Лю Мэй! Остановись, ты же взорвёшься! — тревожно воскликнул Шань Ифэн.

Лю Мэй едва удостоила его взглядом, уже протягивая руку к очередному блестящему кусочку жира.

— Называй меня старшей сестрой, младший брат! — огрызнулась она, ухмыляясь, и без колебаний отправила кусочек в рот.

Шань Ифэн простонал, разрываясь между раздражением и изумлением.

— Старшая сестра, моя нога! — пробормотал он себе под нос.

Эйс ущипнул переносицу, медленно выдыхая.

— Мэйэр, послушай младшего. Я здесь не для того, чтобы выращивать свиней.

Лю Мэй посмотрела на него широкими, невинными глазами, слегка наклонив голову — её коронный приём защиты с помощью милоты.

— Учитель, вы называете меня свиньёй? — спросила она, её голос звучал мягко и ранимо, словно он только что разбил её хрупкое сердце.

Эйс замешкался.

— Э-э... нет, я просто говорю...

— Это хорошо, учитель! — Лю Мэй сразу же перебила его, не дав ему закопаться ещё глубже.

— Вы лучший! Это будет последний кусочек, ладно?

Эйс прищурился.

— Обещаю! Честное слово! — Она подняла кусок свинины, словно давая клятву, затем быстро добавила:

— Последний, последний — окончательно последний, абсолютно окончательно последний!

Эйс вздохнул и махнул рукой в знак поражения.

— Ладно. Пусть будет последний.

Шань Ифэн, едва стоявший на ногах, уставился на Лю Мэй с выражением абсолютного предательства.

— Учитель! — воскликнул он, драматично указывая на неё.

— Она свинья!

Чжао Юнь, только что закончив медитацию, наконец повернулась к Эйсу.

— Мастер Сяо, — начала она, тщательно подбирая слова. — Не согласились бы вы продать Духовных Кур нашей секте?

Эйс слегка откинулся назад, на его губах играла лёгкая улыбка.

— И что именно вы готовы предложить? — В его голосе звучала нотка насмешки. — Золото? Уверен, вы уже поняли, что оно мне бесполезно.

Чжао Юнь нахмурилась, погружённая в раздумья. Её брови сдвинулись, пока она пыталась придумать достойное предложение.

Эйс наблюдал за её борьбой, развлечённый этим редким зрелищем. Это было почти... мило.

— Чжао Юнь. — Его голос прервал её мысли, и она выпрямилась, смотря на него с ожиданием.

— Я не буду продавать Духовных Кур.

Её лицо сразу же поникло.

Эйс едва сдержал смешок — она выглядела как ребёнок, у которого только что отняли любимую куклу.

— Но, — продолжил он, — я готов обменять их на некоторые материалы.

Глаза Чжао Юнь снова загорелись. — Какие материалы, Мастер Сяо?

Эйс постучал пальцами по столу, размышляя. Материалы, которые ему были нужны, предназначались не для простого обмена — они были необходимы для экспериментов с кормом для духовных тварей разных уровней.

Он не мог просто давать высококачественный корм низкоуровневым тварям — это была дорогая ошибка, хотя и не в том смысле, как многие подумали бы.

Он отбросил эти мысли и снова сосредоточился на Чжао Юнь.

— Мне нужны духовные ингредиенты — редкие травы, ядра зверей и камни сущности. Чем чище, тем лучше.

Чжао Юнь кивнула, мысленно перебирая, что может предложить её секта.

Эйс усмехнулся. — Теперь посмотрим, сможет ли ваша секта позволить себе моих кур.

Глаза Чжао Юнь засверкали решимостью. — Какие редкие травы?

Эйс даже не задумался. — Солнечный плод, Корали, Негрил.

Она твёрдо кивнула. — Хорошо. Я достану этих Духовных Кур, Мастер Сяо.

Не сказав больше ни слова, она развернулась и вышла, её мысли уже были сосредоточены на предстоящей задаче.

Снаружи её призывной зверь Дикси лежал, развалившись, с набитым животом после того, как доел последнее печенье. Большой зверь удовлетворённо фыркнул, явно наслаждаясь заслуженным отдыхом.

Но у Чжао Юнь не было времени на лень.

— Просыпайся, нам пора.

Дикси недовольно зарычал, но в итоге подчинился, потянув свои мощные лапы перед тем, как встать.

Чжао Юнь не теряла времени, быстро взгромоздившись на него. Крепко сжав поводья, она наклонилась вперёд.

— Вперёд.

Мощным прыжком Дикси рванул вперёд, поднимая облако пыли, пока они неслись вдаль.

Тем временем в тишине другого покоя раздавался мягкий звон фарфора, когда чай наливали в две изящные чашки. Пар клубился в слабо освещённой комнате, неся тонкий аромат жасмина.

Се Нинъэр сидела напротив старейшины, её пальцы скользили по краю чашки, прежде чем она наконец нарушила молчание.

— Старейшина, — начала она неуверенно, взгляд скользнул к женщине перед ней. — Вам не кажется, что глава семьи изменился?

Старейшина подняла чашку в тишине, медленно отпивая, словно взвешивая слова. Тусклый свет свечей подчёркивал морщины на её состарившемся лице.

Наконец, она выдохнула. — Да.

Её пальцы сжали фарфор, в глазах появился отстранённый взгляд.

— Он изменился... и я уже видела будущее, которое ждёт нашу семью.

Се Нинъэр слегка наклонилась вперёд, ожидая.

— Она возвысится, — продолжила старейшина, её голос был твёрдым.

И затем пауза.

— Но...

Се Нинъэр нахмурилась. — Но что?

Старейшина поставила чашку с деликатной осторожностью, мягкий стук неестественно громко прозвучал в тишине.

— Она возвысится на одном единственном могучем столпе.

Дрожь пробежала по спине Се Нинъэр от тяжести этих слов.

Её мысли метались между двумя одинаково тревожными догадками — либо ученики, посещавшие его частные уроки, были ничем не примечательны, либо...

Или она не осмеливалась представить, что означала другая возможность.

Что-то в Сяо Уцзы изменилось. И дело было не только в его поведении, хотя и оно было тревожным. То, как он говорил, непоколебимая авторитет в его тоне, тяжесть его взгляда — всё в нём казалось... абсолютным.

Он даже перестал колебаться, когда говорил в зале сегодня.

И самое странное? Он проигнорировал очевидную проблему - рынок, который так старательно создавал.

Это беспокоило её больше всего.

Губы старейшины сжались в тонкую линию.— Любыми средствами, — наконец произнесла она, и в её голосе зазвучала скрытая напряжённость, — не допустите, чтобы моя дочь, Сяо Линь, посещала эти частные уроки. Инсценируйте покушение на старейшину Шиян.

Брови Се Нинъэр дрогнули. Она не до конца понимала замысел старейшины, но не посмела усомниться в приказе.

Поклонившись, она поднялась, её шаги были лёгкими, когда она покидала покой.

Старейшина осталась сидеть, её пальцы в задумчивости постукивали по столу. Она повернулась к окну, где серебряный свет луны омывал её изборождённое морщинами лицо.

— Сяо Чжи... — прошептала она, голос едва слышен. — С тех пор как ты ушёл, наша семья сталкивается с кризисом за кризисом...

И теперь, на гребне этих бурь, поднялась новая сила.

Та, которую даже она не могла предсказать.

.....

.....

Се Нинъэр поправила маску, её дыхание оставалось ровным, несмотря на тяжесть предстоящей задачи.

Облачённая в одежды убийцы, она растворилась во тьме, став призрачной тенью среди себе подобных. В ушах звенели слова старейшины: "Путь к отступлению подготовлен. Пусть всё выглядит правдоподобно".

Реалистично? Она внутренне усмехнулась. Эта инсценировка могла выйти из-под контроля в мгновение ока.

Ниже, на тренировочных площадках, собрались юные дарования клана Сяо. Их позы были напряжены, а взгляды — остры и сосредоточены.

Впереди возвышалась старейшина Сяо Шиян, её голос гремел над собравшимися:— Какие бы испытания вас ни ждали — держитесь вместе. Мы готовы прийти на помощь. Пусть он и сильнейший, но сообща вы одолеете любого.

Её слова повисли в воздухе, словно ледяной ветер — тихое предупреждение, облечённое в ободряющие фразы.

Поодаль старейшина Сяо Бо усмехнулся:— Старейшина Шиян, вы слишком придерживаетесь старых правил. Пусть дети уже выступают.

Се Нинъэр сжала рукоять кинжала, бросив взгляд в сторону Сяо Бо. Именно из-за таких старейшин, как он, никто не смел бросать вызов главе семьи.

Почему бы не отвести учеников прямо к нему? В чём причина этих колебаний?

Её мысли обратились к Сяо Уцзы — человеку, некогда вознёсшему их семью к вершинам славы.

Слухи о нём имели основания. Его прошлое было окутано мраком — инцидент много лет назад, когда он надругался над юной девушкой из клана Сяо. Хотя несчастная впоследствии покончила с собой, он остался безнаказанным, защищённый своими приверженцами среди старейшин.

И теперь, несмотря на это, они направляли молодое поколение прямиком к нему. Действительно ли Сяо Уцзы намеревался стать их наставником?

Се Нинъэр не знала ответа. Но она понимала: эта миссия касалась не его, а Сяо Линь.

Её взгляд скользнул по сёстрам — все в чёрном, с лицами, нечитаемыми под масками.

"Всё просто", — напомнила она себе. — "Не нужно убивать. Достаточно инсценировать несчастный случай".

План был прост: организовать покушение на старейшину Шиян, чтобы в возникшей неразберихе Сяо Линь оказалась под ударом.

В напряжённой тишине раздался шёпот:— ...Это безумие.

Се Нинъэр взглянула на говорившую.

Девушка была права. Старейшина могла просто запретить дочери посещать уроки — никто не осмелился бы оспаривать её решение.

Но она выбрала обман.

Се Нинъэр медленно выдохнула, крепче сжимая оружие.Приказы не обсуждались. Их можно было только выполнять.

Луна висела высоко, окутывая тренировочные поля семьи Сяо серебристым светом.

Воздух дрожал от напряжения: младшее поколение стояло в ровных рядах, ожидая дальнейших указаний. Сяо Линь, одна из них, внимательно слушала слова старейшины Шиян, не подозревая о тенях, сдвигающихся над головой.

И тут — начался хаос.

Тёмные фигуры спрыгнули с крыш, клинки сверкали при лунном свете.

Первая волна убийц действовала с убийственной точностью, целясь в старейшу Шиян.

— Засада! Защитить старейшу! — кто-то крикнул.

Юные таланты семьи Сяо мгновенно среагировали, обнажив оружие. Лязг стали разнёсся по полю боя, силуэты мелькали в тусклом свете фонарей.

Се Нинъэр двигалась стремительно, её кинжал сверкнул перед броском. Но её целью была не старейша.

Она целилась в Сяо Линь.

Она ловко пробиралась сквозь хаос, оставаясь незамеченной, пока не сократила дистанцию. Сяо Линь уже обнажила меч, с лёгкостью сразив одного из нападавших. Она была сильна — сильнее, чем ожидала Се Нинъэр.

Но та всё равно нанесла удар без колебаний.

Её кинжал нашёл цель — вонзившись глубоко в бок Сяо Линь, чуть ниже рёбер.

Сяо Линь ахнула, пошатнувшись вперёд. Кровь хлынула на землю.

Идеально.

Достаточно серьёзная рана, чтобы вывести её из строя, но не убить.

Се Нинъэр уже собиралась отступить, но произошло нечто неожиданное.

Сяо Линь повернулась.

Её рука рванулась вперёд, схватив запястье Се Нинъэр. Даже раненая, она не упала. Её глаза, полные шока, встретились с замаскированным лицом Се Нинъэр.

— ...Ты... — прошептала она, сжимая хватку.

Сердце Се Нинъэр заколотилось.

"Она узнала меня?"

Паника вспыхнула в груди. Медлить было нельзя. Вывернув запястье, она освободилась и ударила Сяо Линь рукоятью кинжала по голове.

Хватка ослабла, и Сяо Линь рухнула на землю.

— Линь! — проревела старейша Шиян, её аура вспыхнула.

Се Нинъэр отпрыгнула назад, путь к отступлению уже был продуман. Остальные убийцы тоже начали отступать — их миссия была выполнена.

Она слышала, как члены семьи Сяо сплачивались, защищая своих павших. План сработал — Сяо Линь была нейтрализована, а подозрение падёт на вражеские фракции, а не на них самих.

Се Нинъэр скрылась в ночи, сердце всё ещё бешено колотилось, а в голове звучала одна мысль:

"Она действительно узнала меня."

Запах крови пропитал одежду Се Нинъэр, пока она и её сёстры мчались через тёмные переулки. Их дыхание было прерывистым, шаги быстрыми, но отчаянными.

Миссия завершена. Сяо Линь повержена, и теперь оставалось только одно — бегство.

Их заранее подготовленный путь к отступлению.

Се Нинъэр стиснула зубы.

"Надо только добраться до точки сбора."

Впереди, под деревянными балками заброшенного двора, мерцали тусклые фонари — их выход.

В тенях стояли фигуры. Их союзники.

Облегчение охватило убийц, когда они приблизились.

Но тут —

Странное напряжение повисло в воздухе, тяжёлое и неестественное.

Се Нинъэр замедлила шаг, инстинкты кричали об опасности.

И в этот момент.

Клинки сверкнули при лунном свете — обнажённые, готовые к удару.

Засада.

Одна из её сестёр, Мэй Сян, горько рассмеялась. — Я знала. Я знала, что эта миссия слишком чиста.

— Предатели, — прошипела другая, принимая оборонительную стойку.

Мнимые союзники шагнули вперёд, их лидер — мужчина в тёмных одежде — смотрел на них с холодным безразличием.

— Сожалею, — пробормотал он, голос лишённый сочувствия. — Приказы изменились.

Больше слов не потребовалось.

Он ринулся вперёд, и его меч сверкнул в лунном свете. Остальные последовали за ним, тени выскользнули из укрытий, оружие сверкало смертоносным блеском.

Се Нинъэр едва успела среагировать. Инстинкты кричали — двигаться. Она резко развернулась, первый клинок пронёсся в воздухе в сантиметрах от её горла.

Искры вспыхнули, когда она парировала удар кинжалом, её ноги скользили по влажной земле.

— Вы...! — Её дыхание участилось, в глазах мелькнуло неверие, прежде чем сменилось холодной решимостью. Предательство. Она должна была ожидать этого.

Перед ней был не обычный убийца. Его удары были точными, безжалостными. Их клинки сошлись в смертельном танце, металл звенел в ночи.

Се Нинъэр пригнулась, пытаясь подсечь его, но он легко перепрыгнул через неё. Не дав ей опомниться, он уже был рядом, меч направлен в её рёбра.

Она извернулась в воздухе, её кинжал едва перехватил смертельный удар. От силы удара её отбросило назад, ноги едва находили опору.

Вокруг смыкались новые тени.

Клинок рассек её руку, оставив кровавый след. Другой скользнул по талии.

Она резко вдохнула, сузив глаза. "Они знают, что не могут убить её сразу — теперь они изматывают её."

Хорошо. Если уж ей суждено умереть, она заставит их заплатить за это.

С рычанием она рванулась вперёд, заходя за спину убийцы. Тот едва успел среагировать, как её кинжал вонзился ему в плечо. Лезвие вошло глубоко, вырвав у него стон.

Она не остановилась. Используя его замешательство, она развернулась, атакуя другого. Кровь брызнула, когда тот рухнул, но праздновать было некогда. Уже приближался следующий.

Её тело кричало от боли, усталость подкрадывалась к конечностям, но она отказывалась падать.

Но одна за другой —

Её товарищи падали.

Мэй Сян вскрикнула, когда меч пронзил её живот.

— Беги, чёртова! — выдохнула она, сплёвывая кровь.

Се Нинъэр хотела помочь, но её отбросили, когда другой нападающий ринулся на неё.

Позади Лианьхуа приняла смертельный удар, предназначенный ей, оттолкнув её в последнем усилии.

— Беги! — прошептала она, губы окрасились кровью.

В глазах Се Нинъэр помутнело. Она хотела сражаться, остаться —

Но она знала — это поражение.

Стиснув зубы, она развернулась и побежала.

Она слышала крики своих сестёр, их последние вздохи. Но не оглянулась.

Не могла.

Она мчалась через узкие тропы, тело ныло, сердце было тяжёлым. Обещанное спасение превратилось в кладбище.

Когда она достигла окраины города, её руки дрожали. Одежда была пропитана кровью товарищей.

Она пошатываясь направилась к ближайшим горам, мрачным и безмолвным.

Она сбежала.

Но была единственной.

Совершенно одна.

Она бежала через густой, освещённый луной лес, дыхание прерывистое, пока не достигла Грифоновой горы — давно заброшенного места, где, как говорили, не ступала нога человека.

Измождённая, она осмотрелась, надеясь найти укрытие на ночь. Сердце ёкнуло, когда она заметила дом, зажатый между скалами — неожиданный и странно приветливый.

С облегчением она поспешила к нему, но дверь внезапно распахнулась.

На пороге стояла прекрасная молодая женщина, движущаяся с лёгкой грацией. В её изящных руках была сковорода, но то, как она её держала, вызвало необъяснимый холод по спине Се Нинъэр.

Голос женщины был мягким, почти безразличным.

— Что привело тебя сюда?

Се Нинъэр замерла, дыхание перехватило. Их взгляды встретились, и в тот же миг её осенило.

"Мастер легендарного уровня!"

Это была единственная мысль, которую она успела обработать, прежде чем тьма поглотила её.

.....

...

Свет свечи мерцал, когда старейшина поднялась со своего места, её одежда шелестела по холодному каменному полу.

Девушка в чёрном сглотнула, держа голову опущенной.

Давление присутствия старейшины было удушающим.

— Учебное собрание отменили? — повторила старейшина, её голос был гладким, но с отчётливой холодностью.

— Да, старейша. В связи с состоянием Сяо Линь это было неизбежно.

— Хорошо.

Она медленно, размеренно направилась к выходу.

Её пальцы скользнули по деревянной раме двери, движение почти нежное — но девушка знала больше.

Под этой спокойной внешностью скрывалась та же безжалостность, что принесла ей имя Демонессы Семи Теневых Цветов — имя, вселяющее страх даже в самых закалённых убийц.

Семь Теневых Цветов была организацией, построенной на секретности, и во главе её стояла она — женщина, чья истинная внешность оставалась загадкой для всех, кроме самых близких.

Но быть близким к ней не было привилегией — это был смертный приговор. Те, кого она держала рядом, были не более чем ходячими мертвецами, их судьбы предрешены с момента, когда они переставали быть полезными.

За пределами теней организации её знали под другим именем: Глава Охотников.

Когда людям нужно было кого-то убить, и они хотели, чтобы она взялась за это, они обращались именно к ней.

И никто никогда не ускользал от её хватки, она никогда не проваливала убийство.

Старейша остановилась. — Она сбежала, говоришь ты?

Девушка напряглась. — Д-Да, старейша.

Тихий смешок, мягкий, но с оттенком насмешки.

— Значит, ей действительно удалось сбежать. — Голос старейшины был спокоен, почти забавен, когда она выходила за дверь.

— Похоже, даже мой самый способный вассал не смог удержать её.

Приложив палец к губам, она позволила улыбке тронуть уголки рта, прежде чем наконец нарушить молчание.

— Ничего. Сегодня я в хорошем настроении.

— Турнир «4 Дракона и 3 Феникса» уже на носу, — объявил Эйс, его тон был серьёзен. — Хотя бы один из вас должен попасть в список лидеров.

Шань Ифэн и Лю Мэй переглянулись. Лю Мэй, никогда не отступавшая перед вызовом, шагнула вперёд.

— Учитель, какая у вас самая сильная техника? Научите меня!

Эйс замолчал.

Самая сильная техника?

Он напряг память, но осознал — он даже не знал, что у него есть.

Как только он собрался потянуть время, появилось уведомление.

"Дин!"

Хозяин, вы в опасности! Новое задание!

1. Убить Се Нинъэр

Награда: Шаги Пустотного Кошмара (Божественный уровень)

ИЛИ

2. Спасти Се Нинъэр

Награда: Враждебная реакция Се Нинъэр

Эйс уставился на экран.

Что это за извращённый выбор?!

Его взгляд задержался на первом варианте. «Шаги Пустотного Кошмара». Техника передвижения божественного уровня. Именно то, что ему нужно для турнира. Нет — это было необходимо.

Но цена...

Его руки слегка сжались. Система снова испытывала его.

— Учитель? — голос Шань Ифэна прервал молчание.

Эйс не отреагировал. Он продолжал смотреть на системное сообщение, его мысли спутались.

— Учитель, с вами всё в порядке? — Шань Ифэн настаивал, в его тоне проскользнула тревога.

Затем...

— Учитель! Учитель! Посмотрите, кто это!

Раздался голос Лили.

Эйс резко поднял голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как она вбегает внутрь. В её руках была человеческая фигура, одетая в чёрное.

Его дыхание перехватило.

Се Нинъэр.

Без сознания. В крови.

Выбор больше не был просто словами на экране.

Эйс резко выдохнул. Система даже не дала ему подумать, прежде чем втолкнула реальность прямо в лицо.

Чёрт возьми.

Продолжая смотреть на безжизненное тело Се Нинъэр, его разум превратился в поле боя.

Он никогда не отнимал жизнь. Никогда не стоял на той грани, когда руки запачканы чужой кровью.

Но мудрость ста лет шептала иное.

"Убей её."

Это не было импульсом. Это был холодный, расчётливый довод. Система всё ясно изложила.

Если он спасёт её, то получит лишь враждебность.

Если убьёт — получит технику передвижения божественного уровня, то, что могло изменить его судьбу в турнире, в этом мире.

Преимущества были очевидны.

В какой-то момент Эйс почувствовал, будто у него две сущности — одна, закалённая опытом, стратег с вековой мудростью, и другая — шестнадцатилетний глупец, всё ещё цепляющийся за мир.

Но именно глупец владел телом, он принимал решения, и он решил следовать своим идеалам.

— Ты идиот, — пронеслось в голове. Была ли это вторая сущность? Или просто холодная реальность давила на его разум?

Эйс сжал кулаки.

Может, он и правда был идиотом.

Может, его доброта однажды убьёт его.

Но сегодня будет не тот день.

— Положи её на кровать, — наконец сказал он, его голос был твёрдым. — Мы сделаем всё, чтобы спасти её.

Лили кивнула без колебаний, аккуратно уложив Се Нинъэр на мягкий матрас.

Эйс выдохнул. — Лили, после того как уложишь её, приготовь суп из духовных капуст и вырасти духовные помидоры.

Лили моргнула. — Духовные помидоры?

— На случай, если забыла, — пробормотал Эйс, потирая виски, — они усиливают жизненную силу и ускоряют восстановление энергии. Даже если немного, любая помощь важна.

Это... это был первый шаг.

Может, спасти её было глупо.

Может, это дорого ему обойдётся.

Но он уже сделал свой выбор.

Эйс работал в тишине, полностью сосредоточившись на глубоких ранах, покрывающих бледную кожу Се Нинъэр. Порезы были глубокими, некоторые всё ещё сочились кровью, несмотря на первоначальную обработку.

Он начал обрабатывать её раны. Хотя он никогда этого не делал раньше, благодаря столетней мудрости, полученной в качестве награды ранее, его руки двигались с привычной лёгкостью, будто он проделывал это тысячу раз.

Рядом Лили действовала уверенно, её руки не дрожали, пока она помогала раздеть Се Нинъэр, снимая окровавленную ткань, чтобы обнажить все травмы.

Даже с его решимостью руки Эйса слегка дрогнули, когда он вытирал засохшую кровь. Это было неловко — он никогда раньше не обрабатывал раны — он никогда не видел обнажённое тело женщины.

Хотя кровь покрывала её кожу, её тело оставалось нетронутым — гладким и чистым под ранами.

Его взгляд невольно задержался на её груди, и на мгновение по лицу разлилось тепло. Но он быстро отогнал это отвлечение, напомнив себе, что он лечит раны, а не любуется красотой.

Возможно, это был груз его решения, всё ещё давящий на него.

Его пальцы сжали ткань.

"Если бы я выбрал другой вариант... её бы уже не было в живых."

Отогнав эту мысль, он снова сосредоточился, аккуратно нанося лечебную мазь и перевязывая раны свежими бинтами.

Час прошёл в кропотливой работе, каждое движение было осознанным, каждое дыхание — выверенным.

Когда пришло время дать лекарство, Эйс заколебался. Се Нинъэр оставалась без сознания, её губы слегка приоткрыты, дыхание поверхностное.

— ...Она не сможет выпить это в таком состоянии, — прошептала Лили, глядя на него.

Эйс нахмурился. — Придётся передать его изо рта в рот.

Лили не пропустила, как его выражение лица потемнело при этой мысли.

Она невинно моргнула. — Вы же не собираетесь это делать, Учитель?

Эйс вздохнул. — Конечно нет. Ты сделаешь это.

Лили удовлетворённо кивнула. — Хорошо!

С привычной лёгкостью она сделала глоток тёплого лекарственного отвара, затем наклонилась вперёд, аккуратно прижав свои губы к губам Се Нинъэр, чтобы передать его.

Эйс тут же отвернулся, потирая висок.

— Это странно.

Прошло несколько мгновений, в комнате слышался лишь тихий звук жидкости и поверхностное дыхание Се Нинъэр.

Лили отстранилась, вытирая каплю с подбородка Се Нинъэр, затем повернулась к Эйсу с победной ухмылкой. — Готово!

Эйс выдохнул. — Хорошо. Теперь остаётся только ждать.

Он взглянул на спящее лицо Се Нинъэр, гадая, что она скажет, когда очнётся.

Закончив, Эйс вышел во двор с чашкой чая в руке. Пар лениво поднимался в прохладный воздух, пока он прислонился к перилам, его взгляд остановился на двух детях перед ним.

Дыхание Шань Ифэна было коротким и прерывистым, пока он бежал за Лю Мэй, его лицо исказилось от разочарования.

— Лю Мэй! Хватит убегать, трусиха! — крикнул он, протягивая руки, почти схватив её за одежду — но она ускользнула, как юркая рыбка.

Лю Мэй рассмеялась, кружась на месте. — Трусиха? Нетнет, младший брат, это называется стратегическим отступлением!

— Ты просто боишься! — фыркнул Шань Ифэн, снова бросившись вперёд.

Лю Мэй легко увернулась, держа руки за спиной. — Если ты так уверен, поймай меня.

Шань Ифэн стиснул зубы и ускорился. Его ноги горели, лёгкие болели — но Лю Мэй всё так же легко танцевала впереди, будто перышко.

— Ты слишком медленный, младший брат~ — дразнила она, игриво кружась.

Вена на лбу Шань Ифэна пульсировала.

— ХВАТИТ НАДО МНОЙ ИЗДЕВАТЬСЯ И ДАЙ МНЕ ТЕБЯ ПОЙМАТЬ!

Эйс, наблюдая со стороны, отхлебнул чай. Он покачал головой.

— Какое мирное мгновение.

_____________________________________________________________________________________________________

Рекомендуемая музыка для прочтения Главы: ► [Название]

Выбираем саундтрек вместе! Лучшая музыка для этой главы - это та, что получит больше всего лайков в комментариях ниже.

P.S. Дождитесь завершения голосования, чтобы погрузиться в атмосферу главы с лучшим музыкальным сопровождением!

_____________________________________________________________________________________________________

Дверь скрипнула, и Лили вышла наружу.

— Как она? — спросил Эйс, его взгляд был спокоен.

Лили замешкалась.

— С ней всё будет в порядке, Учитель… но разве это правильно?

Эйс медленно выдохнул, его выражение лица оставалось непроницаемым.

— Правильно или нет… разве это имеет значение? Она всё равно стала бы мне врагом, а спасти её не принесло мне никакой выгоды. Я не люблю убивать. Но это не значит, что я позволю ей терроризировать меня. По крайней мере, кома даёт мне время… чтобы стать сильнее.

Лили нахмурилась.

— И когда это случится?

Эйс потер виски.

— Э-э… после того, как подниму свой талант до уровня своих учеников?

Лили вздохнула, но кивнула.

— Хорошо, Учитель.

Между ними на мгновение воцарилась тишина.

— Лили, расскажи мне больше об этом мире, — сказал Эйс, откинувшись назад и прервав молчание.

Лили склонила голову набок, её брови сдвинулись, пока она собиралась с мыслями. Затем, с лёгким напевом, она начала:

— Давай начнём с ближайшего города. Бело-Дубовый город — им в основном управляют семьи Хуа и Сяо.

Эйс кивнул, давая знак продолжать.

— А деревня, из которой вы родом, Учитель, называется Деревня Сомов.

Эйс моргнул.

— Деревня Сомов? — повторил он, его губы дрогнули. — Что это за название такое?

Лили рассмеялась, в её глазах играл озорной огонёк.

— Ну, Учитель, по легенде, оно появилось потому, что в реке рядом водились гигантские сомы.

Эйс махнул рукой.

— Ага, понятно. Ладно, продолжай.

Выражение лица Лили стало серьёзнее.

— Этот мир, Учитель, огромен — как само небо.

Эйс приподнял бровь.

— Хм, я это вижу.

Лили оживилась.

— Правда?

Он усмехнулся.

— Да.

Она прищурилась, явно сомневаясь.

— Ты просто так говоришь?

— Хватит об этом, — быстро сменил тему Эйс, отхлебнув чай. — Продолжай.

Лили вздохнула преувеличенно.

— Ладно, ладно, Учитель. Королевство, в котором мы находимся, называется Тарз.

Она наклонилась чуть ближе, понизив голос до заговорщического шёпота.

— Ходят слухи, что нынешний король — обжора.

Эйс чуть не поперхнулся чаем.

— О? Кого мне определённо стоит избегать!

Лили снова рассмеялась, покачав головой.

— Думаю, вы бы с ним поладили.

Эйс фыркнул.

— Да чтоб этого не случилось!

Лёгкий кашель раздался из комнаты.

Лили насторожилась.

— Учитель, я проверю.

Эйс махнул рукой.

— Хорошо.

Без колебаний Лили развернулась и снова вошла в комнату.

— Учитель, можно я кое-что скажу? — спросила Лили, выйдя через минуту.

Эйс, всё ещё потягивая чай, повернулся к ней.

— Ты выглядишь обеспокоенной. Что случилось?

Лили на мгновение заколебалась, прежде чем заговорить.

— Учитель, у вас есть планы расширить ферму? Развить её дальше?

Она продолжила, её голос был ровным, но осторожным.

— Учитель, вы не единственный, у кого есть системное пространство. Есть и другие. Некоторые могут пойти на крайние меры, но…

"Дзинь!"

«Вы разблокировали ключевое воспоминание.»

Холодный механический голос прервал её.

«Лили, ваш дух-бот поделился запретными знаниями. Наказание неизбежно — понижение до Золотого Ранга.»

Эйс смотрел в шоке, как тело Лили задрожало. Внезапное давление обрушилось на неё, и она пошатнулась, схватившись за грудь.

— Лили! — Эйс инстинктивно шагнул вперёд, но система уже сработала.

Её уровень культивации был насильно понижен.

Эйс сжал кулаки, под спокойной маской кипело раздражение.

Голос Лили дрожал, но она заставила себя улыбнуться, пытаясь скрыть боль.

— Учитель, я в порядке, — сказала она, хотя слова звучали пусто. — Просто мой уровень понизили.

Она замолчала, её взгляд метнулся в неуверенности.

— Со временем он восстановится… — Её голос дрогнул, и она добавила тихо, почти себе: — Надеюсь…

— Лили… — пробормотал он.

Её слова эхом отдавались в его голове — "надеюсь".

Прежде чем он успел что-то сказать, её фигура дрогнула и исчезла в воздухе.

"Дзинь!"

«У вашего бота недостаточно энергии для выхода во внешний мир.»

Эйс резко выдохнул, глядя на пустое место, где она только что стояла.

Шань Ифэн заметил первым. Лю Мэй, слишком увлечённая тем, что дразнила его, поняла, что что-то не так, только когда он перестал реагировать.

Она моргнула, затем повернулась к Эйсу.

— Учитель, а где сестра Лили?

Эйс отхлебнул чай, его тон был непринуждённым.

— Она отдыхает.

Без лишних слов он встал и направился в свою комнату, оставив детей в замешательстве.

Внутри его ждали несколько корзин с Духовными Яблоками. Он собирался съесть их все.

Его взгляд задержался на яблоках, и на мгновение в голове пронеслась тихая мысль:

"Думаю, вы бы с ним поладили."

Эйс резко выдохнул, затем тихо усмехнулся.

— К чёрту всё. Я делаю это.

Он взял первое яблоко из корзины, поднёс его к губам и откусил большой кусок.

Каждое съеденное яблоко посылало тёплое ощущение по всему телу, пробуждая его чувства.

Одно яблоко стало двумя.

Два яблока стали четырьмя.

Не успел он оглянуться, как дни слились в недели. Он потерял счёт времени между едой и культивацией, его тело инстинктивно поглощало силу Духовных Яблок.

По мере того как Эйс культивировал, прохладное ощущение разлилось по его венам, словно нежный ручей. Оно было освежающим, но бодрящим, будто его изнутри очищало.

В то же время в груди поселилось глубокое тепло, обволакивая его, как уютное объятие. Странный контраст — прохлада и тепло, успокоение и сила.

Больше всего он чувствовал себя сильнее. Его тело вибрировало от новой энергии, каждая мышца пульсировала силой Усталость исчезла, уступив место подавляющему чувству контроля и ясности.

"Так вот что значит Серебряный Ранг?"

"Дзинь!"

«Хозяин успешно достиг Серебряного Ранга.»

Эйс едва успел осознать уведомление, как перед глазами мелькнуло другое сообщение.

«Награда отложена.

Сначала разберитесь с текущей проблемой.»

Он нахмурился. "Проблемой? Какой проблемой?"

И тут — "тук-тук".

Резкий звук нарушил тишину, выводя его из транса.

Его голос был хриплым, когда он крикнул:

— Кто там?

Пауза. Затем…

— Это я. Се Ниньэр.

_____________________________________________________________________________________________________

Рекомендуемая музыка для прочтения Главы: ► [Название]

Выбираем саундтрек вместе! Лучшая музыка для этой главы - это та, что получит больше всего лайков в комментариях ниже.

P.S. Дождитесь завершения голосования, чтобы погрузиться в атмосферу главы с лучшим музыкальным сопровождением!

_____________________________________________________________________________________________________

Эйс медленно выдохнул, его пальцы слегка сжали дверной косяк.

— Я не хочу проблем. Почему бы тебе не уйти после того, как тебя вылечили? — спросил он из комнаты, его голос был спокоен, но тверд.

Его мысли метались. "Она пришла, чтобы убить меня? Может, стоило убить её вместо этого?"

Эта мысль вызвала неприятный холодок вдоль позвоночника. Он не хотел переступать эту черту. Пока нет.

Но прежде чем он успел углубиться в размышления, раздался голос.

— Учитель! У нас проблемы! — тревожный крик Лю Мэй разорвал тишину.

Эйс напрягся. — Что теперь?

— Турнир Дракона и Феникса начинается через три дня, и семья Хуа постоянно приходит, спрашивая Шань Ифэна!

Мысли Эйса остановились. Это...

Не раздумывая, он распахнул дверь.

Он ожидал, что Се Нинъэр набросится на него, усмехнётся, бросит вызов за то, что он спас её против её воли.

Вместо этого она просто стояла там. Никаких обвинений. Никаких атак.

"Верно. Если бы она хотела меня убить, она сделала бы это, пока я медитировал."

Прежде чем он успел что-то сказать, раздался знакомый голос.

— Учитель, учитель! Я скучала по еде!

Эйс моргнул. — А по мне не скучала?

Лю Мэй игриво надула губы. — По вам тоже, но... еда, понимаете, учитель.

"Эта женщина перед тобой замышляет что-то. Избавься от неё."

Голос в голове Эйса был неумолим, давя на его мысли, как тень, подкрадывающаяся из темноты.

— Где твой младший брат? — спросил Эйс, переведя взгляд на Лю Мэй.

— Он тренирует мечевые техники, которые дала семья Хуа, — без колебаний ответила она.

Эйс внимательно посмотрел на неё. — А ты? Почему не тренируешься?

Лю Мэй виновато ухмыльнулась. — Я должна была заботиться о сестре Нинъэр.

Услышав своё имя, Се Нинъэр, которая до этого молча наблюдала за разговором, повернулась к Лю Мэй. Её губы приоткрылись, словно она хотела что-то сказать, но затем она заколебалась и снова сомкнула их.

Лю Мэй подняла бровь. — С каких пор ты стала немой, сестра?

Бросив Лю Мэй сердитый взгляд, Се Нинъэр начала говорить.

— Сяо Чжи, дело в том, что, по словам Чжао Юня, у семьи Хуа только одно место в турнире. Если ты хочешь, чтобы Лю Мэй участвовала, придётся пройти через метод "плати-чтобы-сражаться". Но семья Хуа утверждает, что не может себе этого позволить.

Эйс нахмурился. "Это неприятно."

Он ожидал враждебности от Се Нинъэр, но пока она не проявляла ничего подобного. Напротив, она была спокойна, почти слишком спокойна.

Тогда в его голове раздался голос, полный раздражения.

"Человек, почему ты такой глупый?! Она явно усыпляет твою бдительность!"

Эйс сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем повернуться к Се Нинъэр.

— Нинъэр, не могла бы ты научить Лю Мэй некоторым своим техникам? Взамен я угощу тебя деликатесами.

Взгляд Се Нинъэр оставался невозмутимым. — Какова твоя цель? — спросила она.

Эйс не колебался. — Чтобы Лю Мэй достигла вершины — стала одной из Фениксов.

Нинъэр перевела взгляд на Лю Мэй, изучая её. Затем, как будто это было само собой разумеющимся, сказала: — Ты же знаешь, что она уже на пике Серебра, да?

Эйс моргнул. — Подожди... что?

Лю Мэй рассмеялась, раскачиваясь на пятках.

Эйс провёл рукой по волосам, затем широко улыбнулся. — Это стоит отметить! Я зарежу Духовную Свинью.

Услышав это, Лю Мэй ахнула от восторга и выбежала из комнаты, чтобы поделиться новостью — конечно, со своим младшим братом.

Се Нинъэр подняла бровь. — Это же просто свинья. Почему она так радуется?

Улыбка Эйса стала ещё шире, когда он последовал за Лю Мэй. — О, ты скоро узнаешь.

Нинъэр смотрела ему вслед, в её глазах мелькнуло недоумение. "Кто это? Это определённо не тот Сяо Чжи, которого я знала..."

С этой мыслью она шагнула вперёд, следуя за ним.

...

...

Шань Ифэн усердно тренировался, его деревянный меч рассекал воздух, пока он повторял техники, присланные семьёй Хуа.

Они не потрудились прислать учителя — только техники, как будто этого было достаточно. И всё же последние две недели они приходили каждый день.

Не из заботы, не из добрых побуждений, а просто потому, что больше не могли достать Духовные Овощи.

"Тьфу. Неужели они действительно думали, что Учитель настолько мелочен, что перестанет торговать только потому, что они отказались пустить Старшую Сестру на турнир?"

Эта мысль раздражала его. Он хотел бросить им правду в лицо — что Учителю не нужно их материальное богатство, их так называемый статус или их услуги. У него есть своя магия.

"Можешь создать свинью из ничего? Нет. И, насколько Ифэн был уверен, никто не мог — кроме Учителя."

Резким выпадом и чётким взмахом его деревянный меч ударил по валуну перед ним. Резкий треск разнёсся в воздухе, когда камень аккуратно раскололся пополам.

"Хм. Всё же, это полезная техника, которую они мне дали."

Затем, как раз когда он любовался своим прогрессом, раздалось это.

Тот голос.

Громкий. Неумолимый. Невозможно игнорировать.

— Младший Брат! Младший Брат! Младший Брат!

Это была Лю Мэй.

Она кричала это уже некоторое время, её голос нёсся через тренировочную площадку, как неудержимая сила.

Шань Ифэн застонал, крепче сжимая меч. "Ну вот, началось."

Шань Ифэн глубоко вдохнул, успокаивая себя. Затем, рывком, он бросился вперёд, его деревянный меч рассекал воздух, когда он ударил по Лю Мэй.

Это был всего лишь деревянный меч — да — но он расколол валун пополам. Если он попадёт в неё, она точно почувствует.

Но Лю Мэй была быстрой.

С почти ленивым шагом в сторону она слегка сместилась вправо, меч пролетел мимо на ширину пальца. Её тёмные глаза сверкали от удовольствия.

— Ты медленный. Ты забыл?

Её тон был не чем иным, как издевкой.

Выражение лица Шань Ифэна потемнело. — Ты...!

Без лишних слов он снова бросился в атаку, размахивая мечом с точностью, пытаясь застать её врасплох. Но её уже не было, её лёгкая фигура ускользнула в последний момент перед ударом.

Смех Лю Мэй разносился, пока она танцевала вне его досягаемости, её движения были лёгкими и непринуждёнными.

— Ты тратишь слишком много энергии, Младший Брат. — Она крутанулась на носках, заложив руки за спину. — Ты уже забыл урок Учителя? Сильный удар ничего не значит, если он не попадает.

Шань Ифэн стиснул зубы.

Он не позволит ей играть с ним.

Уперев ногу в землю, он изменил стойку, на этот раз используя импульс от промаха, чтобы развернуться в воздухе. Как только его ноги коснулись земли, он снова оттолкнулся, целясь ниже — по ногам вместо торса.

Лю Мэй моргнула.

— О...!

Застигнутая врасплох на долю секунды, она едва успела перепрыгнуть через его атаку. Её волосы развевались, пока она крутилась в воздухе, но, приземлившись, она повернулась к нему с ещё более яркой улыбкой.

— Ты становишься лучше! — сказала она, уперев руки в бёдра. — Но всё ещё недостаточно хорош.

Шань Ифэн резко выдохнул. — Ты...!

Охваченный чистой яростью, он снова бросился в атаку, размахивая мечом без остановки. Каждый удар нёс силу, точность и раздражение — но Лю Мэй уклонялась от каждого, её смех не прекращался.

— Промах.

— Снова промах.

— О, близко!

Глаз Шань Ифэна дёрнулся.

— Не двигайся!

— Так битвы не работают, Младший Брат. — Лю Мэй подмигнула, уклоняясь от следующей атаки. — Теперь — попробуй ещё раз.

_____________________________________________________________________________________________________

Рекомендуемая музыка для прочтения Главы: ► [Название]

Выбираем саундтрек вместе! Лучшая музыка для этой главы - это та, что получит больше всего лайков в комментариях ниже.

P.S. Дождитесь завершения голосования, чтобы погрузиться в атмосферу главы с лучшим музыкальным сопровождением!

_____________________________________________________________________________________________________

Чжао Юнь прибыла на тренировочную площадку, Она собиралась позвать остальных, но увиденное заставило её замереть.

Шань Ифэн и Лю Мэй участвовали в чём-то, что с трудом можно было назвать спаррингом. Нет, это было нечто совсем иное.

Её острый взгляд уловил детали — Шань Ифэн, глаза которого горели решимостью, каждый удар был точным и мощным. Его движения изменились.

Они стали острее, отточеннее. Каждый взмах деревянного меча нёс в себе силу и цель — уровень мастерства, на который обычно требуются месяцы тренировок.

"Этот парень так сильно улучшился".

Но затем её взгляд переключился на Лю Мэй.

Девушка не просто уклонялась. Она играла с ним.

Без усилий она уворачивалась от каждой атаки, её лицо светилось от удовольствия, будто она забавлялась с котёнком, который пытается её достать.

Брови Чжао Юнь дёрнулись.

"Эта... эта девчонка — монстр".

Шань Ифэн ударил изо всех сил — быстро, точно и с несомненным мастерством. Но Лю Мэй? Она уклонялась от каждого удара с минимальным зазором, словно тень, ускользающая из его пальцев. Это не было везением. Это не было рефлексами.

Это была чистая интуиция.

Шань Ифэн рванулся вперёд, его деревянный меч рассекал воздух, но Лю Мэй просто слегка наклонила голову, пропуская удар с игривой улыбкой.

— Ой, почти попал, младший брат! — звонко произнесла она, глаза сверкали.

Чжао Юнь скрестила руки. Она знала, что Лю Мэй талантлива, но это?

Это было уже смешно.

Лю Мэй внезапно остановилась на полпути, её игривая улыбка не исчезала.

Шань Ифэн увидел шанс. Он рванулся вперёд — но Лю Мэй в последний момент шагнула в сторону, использовала его инерцию и толкнула его прямо на землю.

Глухой стук разнёсся по тренировочной площадке.

— Что...

Не успел он даже осознать произошедшее, как Лю Мэй уже убегала, её смех разносился в воздухе.

Чжао Юнь едва успела среагировать, когда маленькая проказница резко остановилась прямо перед ней, глаза сияли от озорства.

— Сестра Юнь! О, это правда ты, отлично! Ты так хорошо готовишь — давай приготовим сегодня свинину!

Чжао Юнь моргнула.

— Свинину? Учитель ушёл?

Шань Ифэн моргнул, будто всё произошедшее было иллюзией.

Потом до него дошло.

Его глаза расширились, и в следующее мгновение он бросился бежать, как мальчишка, которому только что сказали, что отец привёз новую игрушечную машинку.

Лю Мэй усмехнулась, повернулась к Чжао Юнь с игривым наклоном головы.

— Сестра Юнь, давай не будем тянуть! Разве ты не хочешь тоже попробовать свинину?

Не дожидаясь ответа, она схватила Чжао Юнь за рукав и потащила за собой, её возбуждение было заразительным.

Дикси, её дух-зверь, тихо хрюкнул и последовал за ними, лениво виляя хвостом.

"Звяк!" Нож ударил по деревянной доске, пока Эйс ловко нарезал толстые куски свинины.

Напротив за столом сидела Се Нинъэр, скрестив руки, внимательно наблюдая за ним.

У неё были вопросы. Много вопросов.

— Откуда у тебя эта свинья?

"Чоп."

— Где ты научился так разделывать свинью?

"Чоп."

— Ты же знаешь, что это Духовная Свинья, да? Она не простая.

"Чоп..."

Руки Эйса замерли. Он медленно выдохнул, слегка наклонив голову в её сторону.

— Нинъэр.

— Что?

Он взял ещё один кусок свинины, его взгляд был спокоен.

— Ты нарушаешь покой моих ушей.

Эйс на мгновение сжал нож, затем продолжил резать, делая вид, что её не существует.

Нинъэр слегка наклонилась вперёд, подперев подбородок ладонью, с интересом наблюдая за его реакцией.

— Что ты можешь сделать? — дразнила она, её ухмылка расширялась. — Если хочешь, чтобы я учила Лю Мэй, тебе придётся терпеть меня.

Эйс медленно выдохнул. Нет, нет, где та высокомерная Нинъэр, которая избегала Сяо Чжи как чумы, когда он пытался к ней подойти?

Он хотел сказать это. Очень хотел.

Но стиснул зубы, сосредоточившись на нарезке свинины, решив игнорировать её слова.

И тут, совершенно неожиданно...

— Сяо Чжи, твоя мать предала моё доверие. Могу я отомстить ей?

Его руки замерли.

Эйс положил нож с глухим стуком, наконец повернувшись к Нинъэр. Его выражение лица было невозмутимым, но в глазах бушевала тихая буря.

— Моя мать? — Его голос был спокоен — слишком спокоен. — Единственный человек, который хорошо ко мне относился... и теперь ты говоришь, что хочешь отомстить ей?

Нинъэр встретила его взгляд, не моргнув.

Эйс коротко и безрадостно рассмеялся. — Даже если бы ты хотела, ты что, с ума сошла? Зачем говорить это мне в лицо?

Он не знал, какого ответа ожидал, но её улыбка, будто её забавляла его реакция, заставила его кровь закипеть.

— Кто ты? — наконец спросила Нинъэр, её голос был тихим, но с оттенком чего-то нечитаемого.

Эйс вытер руки тряпкой, медленно выдыхая. — Не тот Сяо Чжи, которого ты знала, это точно.

— Я уже поняла, — признала она, слегка наклонив голову. — Ведь Сяо Чжи ненавидел свою мать всей душой.

Эйс напрягся. На мгновение в его глазах мелькнуло замешательство, прежде чем что-то щёлкнуло.

Его мать отослала его с богатством — более чем достаточным, чтобы изменить его жизнь. Но он никогда не прикасался к нему.

Он утопал в вине, прозябая в той маленькой деревне, окружённый лишь сожалением и ненавистью к себе.

А потом... он повернулся к Се Нинъэр, его взгляд стал острым. — Тебя отправили в деревню, чтобы следить за мной?

Она не стала отрицать. Она даже не колебалась. Она просто усмехнулась.

Теперь всё стало понятно.

Неиспользованное богатство, спрятанное под его кроватью. Отказ использовать его не из-за сентиментальности, а потому что оно насмехалось над ним. Напоминание о всём, что он потерял.

Эйс стиснул челюсть, его ум лихорадочно работал. Чем больше он думал, тем запутаннее становилась ситуация.

— Учитель! Учитель!

Взволнованный голос Шань Ифэна прорезал воздух, когда он ворвался внутрь, запыхавшись от бега. Эйс и Се Нинъэр прервали разговор, и Нинъэр, бросив последний взгляд на Эйса, усмехнулась и растворилась в тенях.

Шань Ифэн, не замечая напряжения в комнате, сиял. — Учитель! Ты наконец вышел! Я скучал по тебе!

Эйс рассмеялся, потрепав Ифэна по голове. — О? Что так тебя взволновало?

Ифэн надулся. — Чему ты научил старшую сестру? Она слишком быстрая! Учитель, разве это не слишком предвзято с твоей стороны?

_____________________________________________________________________________________________________

Рекомендуемая музыка для прочтения Главы: ► [Название]

Выбираем саундтрек вместе! Лучшая музыка для этой главы - это та, что получит больше всего лайков в комментариях ниже.

P.S. Дождитесь завершения голосования, чтобы погрузиться в атмосферу главы с лучшим музыкальным сопровождением!

_____________________________________________________________________________________________________

Эйс приподнял бровь. — Хм? Я ничему её не учил… — Он кашлянул, поправляясь. — Кхм, то есть не ничему… Я не учил её техникам культивации.

Шань Ифэн скрестил руки, явно не веря. — Хм. Не верю.

В этот момент в комнату вошли Чжао Юнь и Лю Мэй, их беседа была лёгкой, пока Чжао Юнь не повернулась к Лю Мэй с любопытством.

— Мэйэр, — спросила она, — кто научил тебя той технике перемещения, что ты использовала ранее?

Лю Мэй ухмыльнулась, гордо выпятив грудь. — Я сама её придумала!

В комнате повисла тяжёлая тишина.

— Ты… придумала? — Эйс, Чжао Юнь и даже Се Ниньэр, которая появилась только чтобы послушать, уставились на неё в ошеломлении.

Только Шань Ифэн остался невозмутим, раздражённо разведя руками. — Видите?! Видите, о чём я?! Учитель, как это вообще справедливо?!

Эйс едва сдержался, чтобы не выкрикнуть: "Научи меня, Учитель!" Искушение было сильным, но он проглотил слова. Это было неуместно.

Вместо этого он простонал про себя: "Система, дай мне что-нибудь! Хватит задерживать мою награду!" Он ругал систему в мыслях, чувствуя, что упускает какой-то тёмный секрет.

Тем временем Чжао Юнь и Се Ниньэр, одинаково заинтригованные, переглянулись, а затем снова обратились к Лю Мэй.

— Мэйэр, покажи ещё раз, — попросила Чжао Юнь, глаза её сверкали любопытством.

— Да, сделай это ещё раз, — добавила Се Ниньэр, её обычно холодное выражение слегка дрогнуло.

Лю Мэй, всегда готовая продемонстрировать свой новый талант, ухмыльнулась.

— Ладно! Смотрите внимательно!

Лю Мэй глубоко вдохнула, её игривая улыбка расширилась, когда она скорректировала стойку. Затем — взмах!

В мгновение ока она исчезла со своего места, появившись в нескольких шагах. Потом снова — взмах! — её фигура замерцала, перемещаясь между позициями, как тень, танцующая на ветру.

Выражение Чжао Юнь быстро стало серьёзным. Слишком быстро. Это не была техника, которую она знала, и уж точно не то, на что способен обычный культиватор Серебряного ранга.

Се Ниньэр, скрестив руки, сузила глаза. — Это перемещение… Не просто скорость, это инстинктивно. Оно течёт.

Эйс, наблюдавший молча, не удержался и потер подбородок. — Мэйэр, как именно ты это создала?

Лю Мэй резко остановилась, слегка запыхавшись. Она наклонила голову, как будто ответ был очевиден. — Просто! Я просто… двигаюсь, когда чувствую, что должна!

Последовавшая тишина была почти комичной.

Челюсть Шань Ифэна отвисла. Чжао Юнь моргнула. Се Ниньэр коротко рассмеялась, не веря услышанному.

Эйс помассировал виски. "Это не объяснение! Это безумие!"

Пока Эйс пытался осмыслить абсурдное объяснение Лю Мэй, он вдруг почувствовал знакомое ощущение — уведомление системы в его сознании.

Шань Ифэн наконец нашёл голос. — Ты хочешь сказать… ты уклонялась от всех моих атак… потому что "чувствовала, что должна"?! Что это за логика?!

Лю Мэй надула губы. — Ну, это сработало, разве нет?

Шань Ифэн задумался, затем кивнул сам себе. — В этом есть смысл, — пробормотал он и, не сказав больше ни слова, ушёл.

Глаз Эйса дёрнулся.

"Какой в этом смысл?! Хотя бы оставь объяснение, тупой ученик!"

Он хотел закричать, схватить парня за воротник и вытрясти из него ответ. Но нет. Он сдержался. Он страдал в тишине.

Вместо этого он резко выдохнул и пробормотал: — У меня нет настроения готовить.

Его взгляд скользнул по комнате в поисках решения… нет, жертвы.

Затем его глаза остановились на Чжао Юнь.

— Чжао Юнь.

Она напряглась. — Э-э… да?

В её голосе дрожал лёгкий страх, и вид культиватора Золотого ранга, трепещущего перед новоиспечённым Серебряным, был почти комичен.

Эйс усмехнулся. — Ты как раз вовремя, приготовь свинину. У меня есть очень важное дело.

Чжао Юнь замешкалась на долю секунды, затем поклонилась. — Да… Учитель Сяо.

Эйс направился в свою комнату, закрыв за собой дверь.

Смесь предвкушения и волнения переполняла его, когда он открыл интерфейс системы, его сердце трепетало от надежды.

Дзинь!

«Награды системы разблокированы.»

Новая функция: Магазин Духовных Зверей

Вы получили Легендарного Духовного Зверя — Снежную Лису (5 хвостов)

Расширение земли: +10 участков

Участки для деревьев: +4

Получена техника культиватора: Пьяный Мастер

Компенсация за задержку системы: 10 000 золотых кредитов

Эйс уставился на уведомление, на мгновение застыв. Затем его губы дрогнули.

— Пятихвостая Снежная Лиса? Легендарный уровень? О. Ладно. Это хорошо.

Больше земли и участков для деревьев? Это означало расширение возможностей для Духовного Фермерства и, как следствие — немыслимое богатство!

Но что действительно привлекло его внимание, так это техника «Пьяный Мастер».

— …Что это за название? — пробормотал он себе под нос.

Он не мог отрицать любопытство, пузырившееся внутри.

"Дзинь!"

— Хозяин, хотите изучить «Пьяный Мастер»?

Эйс на мгновение заколебался. Одно только название звучало… сомнительно. Но если система предлагала это как награду, значит, в этом была ценность.

— Принять.

Как только он подтвердил, поток информации хлынул в его сознание, будто файл был насильно загружен в его мозг.

Его голова загудела, перед глазами мелькали образы — человек, шатающийся, как пьяный, но уклоняющийся от смертельных атак с невероятной точностью; один ленивый шаг, посылающий волны энергии по земле; небрежный взмах руки, опрокидывающий противника вдвое крупнее.

Техника была не просто о бое — она была об обмане, непредсказуемости и подавляющей контратаке, которая приходила, когда её меньше всего ждали.

Эйс сжал кулаки, чувствуя, как новые знания оседают в его костях.

— Это… это именно то, что нужно Шань Ифэну! — Эйс ухмыльнулся, уже представляя, как его ученик шатается, как пьяный дурак, только чтобы уклоняться от атак и контратаковать сокрушительной силой.

Идеальная техника перемещения для кого-то вроде Ифэна, кто слишком полагался на грубую силу.

— Хе-хе… Я обязательно научу его этому.

Его ухмылка расширилась.

С обновлённым настроением Эйс вышел из комнаты, редкая улыбка играла на его губах.

Аромат жареной свинины наполнял воздух, когда он вошёл в кухню. Чжао Юнь усердно следила за сковородой, переворачивая мясо с лёгкостью, в то время как Лю Мэй сидела у огня, подбрасывая дрова, чтобы пламя не угасало.

Его взгляд скользнул по комнате — Се Ниньэр нигде не было видно.

— Учитель! Учитель! Я сделал это! Я сделал это!

Шань Ифэн ворвался в кухню, полностью запыхавшийся, его лицо пылало от возбуждения.

Все замерли, уставившись на него.

Эйс приподнял бровь. — …Сделал что?

Шань Ифэн выпятил грудь. — Я понял!

Эйс моргнул. — Понял что?

Шань Ифэн почесал затылок. — Ключ к перемещению Мэйэр.

Эйс скрестил руки. — Правда? Расскажи.

Долгая, неловкая тишина.

Выражение Шань Ифэна медленно сменилось с уверенности на растерянность.

— …Погодите, нет. Я забыл.

Лю Мэй расхохоталась. Чжао Юнь вздохнула. Эйс помассировал виски.

— Вон отсюда.

_____________________________________________________________________________________________________

Рекомендуемая музыка для прочтения Главы: ► [Название]

Выбираем саундтрек вместе! Лучшая музыка для этой главы - это та, что получит больше всего лайков в комментариях ниже.

P.S. Дождитесь завершения голосования, чтобы погрузиться в атмосферу главы с лучшим музыкальным сопровождением!

_____________________________________________________________________________________________________

Прошло несколько дней, и наконец наступил долгожданный турнир «Дракон и Феникс».

Лю Мэй плелась позади Эйса, опустив голову, с выражением разочарования на лице. Ей не удалось подняться до Золотого Ранга, и тяжесть этого поражения давила на неё, как камень.

Эйс же, со своей стороны, тоже был не в восторге. Он мечтал прибыть на турнир верхом на величественном существе — чем-то грандиозном, достойном его статуса, ведь изначально он получил пятихвостую лису именно как верховое животное.

Вместо этого он сам был ездовым животным.

На его голове восседала недавно приобретённая пятихвостая снежная лиса, развалившись, как королева, совершенно не обращая внимания на неудобства своего «транспорта».

Тем временем Шань Ифэн ушёл на день раньше, чтобы встретиться с семьёй Хуа, в сопровождении Чжао Юня, которого Эйс к этому моменту мысленно понизил до статуса «личного слуги» — девушки на побегушках.

Что касается Се Ниньэр... ну, она была где-то. Не его проблема.

После того, как им показалось, будто они шли целую вечность, Лю Мэй посмотрела на него с искренним беспокойством.

— Учитель, может, отдохнёте? — спросила она необычно вежливым тоном, её взгляд, полный заботы, был устремлён на него.

Эйс стиснул зубы. Ни за что. Он был старшим. Учителем. Как он мог позволить своей ученице беспокоиться о нём? Где его престиж?!

Но затем голос в его голове язвительно заметил:

"Глупец! Какой толк от твоей гордости, если ты вот-вот рухнешь? Думаешь, падение лицом в грязь прибавит тебе престижа?"

Тем не менее, он продолжил путь.

Однако Лю Мэй была настойчива. Она намеренно подстраивала шаг под его, не выпуская его из виду.

После ещё одного изнурительного часа Эйс наконец сдался. Он глубоко вздохнул, побеждённый.

— Мэйэр... давай отдохнём.

— Ура! Хорошо, учитель! — радостно воскликнула она, мгновенно запрыгнув на ветку ближайшего дерева, словно перевозбуждённая белка.

Эйс закатил глаза, но не стал её останавливать. Он достал из инвентаря Духовное Яблоко и бросил его ей.

Лю Мэй поймала его без усилий, широко улыбнулась и откусила большой кусок.

Эйс вздохнул, взглянув на лису, которая по-прежнему беззаботно лежала у него на голове.

— Ну, я тоже Серебряного Ранга, так что всё в порядке. Лисёнок, вот, возьми яблоко, — пробормотал он, положив фрукт рядом с белой лисой.

Лиса уставилась на него.

В её взгляде читалось явное недовольство, словно её лично оскорбил выбор имени. Но в конце концов она откусила большой кусок и стала жевать, демонстрируя неохотное согласие.

Да.

Эйс назвал своего легендарного дух-зверя — пятихвостую снежную лису — просто «Лисёнок».

Потому что, ну...

Это была лиса.

— Учитель, можно погладить Белую Шёрстку? — спросила Лю Мэй, её глаза сверкали озорством.

— Нет.

— Почему?

— Она мой дух-зверь, — ответил Эйс, скрестив руки, как подобает достойному учителю.

По крайней мере, он так думал.

Потому что в следующую же секунду Белая Шёрстка — его якобы преданная спутница — спрыгнула с его головы, взобралась на дерево и уютно устроилась прямо на коленях у Лю Мэй.

Глаз Эйса дёрнулся.

— Эй! Это же... Она мой дух-зверь!

Лю Мэй рассмеялась, от неё так и веяло самодовольством.

— Хе-хе, учитель~ может, просто подаришь её мне?

— Нет.

— Ну пожалуйста, я же твоя любимая ученица!

— Нет, мне больше нравится Шань Ифэн.

— Ой, да ладно, я была твоей ПЕРВОЙ ученицей! Это значит, что у меня старшинство! Ты же отдашь мне Белую Шёрстку, да?

— Лю Мэй, не издевайся надо мной.

Она ухмыльнулась ещё шире, проводя пальцами по невероятно мягкой шерсти Белой Шёрстки.

— Учитель, смотри~ ей явно больше нравится со мной, чем с тобой. Тебе её не жалко? Наверное, она так несчастна с тобой.

Эйсу хотелось плакать.

Не потому, что он был убит горем. Всё это было СЛИШКОМ АБСУРДНО.

Его собственный дух-зверь, его легендарная пятихвостая снежная лиса, предала его средь бела дня — без колебаний, без угрызений совести, даже не оглянувшись.

— Тьфу. Ладно, — проворчал Эйс. — Но теперь я переименую тебя в «Учительницу-воровку питомцев».

— Да! Слышала, Белая Шёрстка? Теперь ты моя! — сияла Лю Мэй, крепче обнимая лису. — И я придумаю тебе самое красивое имя, когда выучу больше слов!

Белая Шёрстка почти не отреагировала, свернувшись ещё плотнее на коленях у Лю Мэй, выглядела совершенно довольной.

Эйс мог только смотреть.

— Что за чёрт...

Дуэт продолжил свой путь, и Белая Шёрстка попыталась устроиться на голове у Лю Мэй, как раньше делала с Эйсом. К сожалению, места там было недостаточно — Лю Мэй была слишком маленькой, а Белая Шёрстка — слишком пушистой.

После нескольких неудачных попыток (и одного почти падения) Белая Шёрстка фыркнула, явно оскорблённая законами физики, и наконец согласилась, чтобы её несли на руках, как избалованную принцессу.

Эйс же шёл впереди с выражением человека, глубоко сожалеющего о своих жизненных выборах.

Вскоре они добрались до реки Тигровый Лес.

Эйс остановился на берегу, глядя на лодки, покачивающиеся на воде.

— Так вот где мы садимся на лодку, да... — пробормотал он, уперев руки в боки.

В груди у него поднялся глубокий вздох.

Честно говоря.

Почему он просто не согласился пойти с группой семьи Хуа?!

Ах да. Потому что он даже не знал, что у них была группа!

Эйс почувствовал, как у него дёрнулась бровь при мысли об одном предательском ученике.

— Шань Ифэн, ты мелкий...!

— Он ушёл, прежде чем я успел попросить бесплатный проезд!

Чем больше он об этом думал, тем больше ему хотелось закричать и ударить Шань Ифэна хотя бы раз. Хотя бы один раз! Один точный удар по голове!

— Учитель, с вами всё в порядке? — наклонила голову Лю Мэй.

Эйс глубоко вздохнул. — Всё нормально.

Белая Шёрстка, уютно устроившаяся на руках у Лю Мэй, зевнула.

Эйс почувствовал себя ещё более преданным.

— Ладно, Система, сделай своё волшебство, — пошутил Эйс про себя. — Дай мне неожиданную награду за неожиданное действие. Например, великолепную лодку.

Он не ожидал ответа. Он просто дурачился. Но затем...

«[ЛАДНО».

Эйс моргнул.

«выживи в море».

...Чего?

«Награда: Кислород».

...Что.

«Описание не требуется. Хозяин, ты знаешь лучше меня. И не забудь—».

И затем... сообщение прервалось.

Прервалось.

Эйс уставился на экран, ошеломлённый.

Что не забыть?! ЧТО Я НЕ ДОЛЖЕН ЗАБЫВАТЬ?!

Холодная дрожь пробежала по его спине.

Голос в его голове вздохнул. Это был вздох измученного родителя, чей ребёнок только что объявил, что собирается жонглировать ножами ради забавы.

"Ты правда должен был это делать? Ты знаешь, что может быть в море? Акулы. И, возможно, не просто обычные акулы — акулы, пожирающие культиваторов. И это если тебе повезёт. А если там есть кракены? А? Думал об этом? ГИГАНТСКИЕ, ПОЖИРАЮЩИЕ КУЛЬТИВАТОРОВ, МНОГОЩУПАЛЬЦЕВЫЕ КРАКЕНЫ—"

Глаз Эйса дёрнулся.

— Заткнись, заткнись, заткнись—!

Но голос не замолкал. Он только подпитывал его тревогу.

Однако его ноги не остановились. Шаг за шагом он приближался к морю.

И затем—

⚠ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ СИСТЕМЫ ⚠

«Хозяин не должен намеренно искать смерти!»

«Хозяин не должен намеренно искать смерти!»

«Хозяин не должен намеренно искать смерти!»

«Хозяин не должен намеренно искать смерти!»

Челюсть Эйса отвисла.

Даже приближаться к морю опасно?

— Учитель... с вами всё в порядке? — спросила Лю Мэй, наклоняя голову и держа в руках снежную лису.

Эйс сжал кулаки.

Нет. Нет, он был НЕ в порядке.

_________________________________________________________________________

Рекомендуемая музыка для прочтения Главы: ► [Название]

Выбираем саундтрек вместе! Лучшая музыка для этой главы - это та, что получит больше всего лайков в комментариях ниже.

P.S. Дождитесь завершения голосования, чтобы погрузиться в атмосферу главы с лучшим музыкальным сопровождением!

__________________________________________________________________________

— Эй, вы двое, лодку ищете?

Из тени выскользнул тощий мужчина, потирая костлявые пальцы. Его желтые зубы обнажились в ухмылке, а глаза сверкали расчетливостью.

Эйс едва взглянул на него.

— Да. Лодку на двоих.

Мужчина усмехнулся — низкий, хриплый смешок, от которого по спине Лю Мэй пробежал легкий холодок.

— Ладно, помогу вам найти за пятьдесят золотых...

Эйс уставился на него, затем медленно с театральностью вздохнул.

— Послушай, кем бы ты нас ни считал, — его голос капал неподдельным раздражением, — мы не дураки. А теперь проваливай.

Мужчина цокнул языком.

— Тьфу. Дурачье.

Бормоча под нос, он скрылся в тени.

Лю Мэй проводила его взглядом, нахмурив брови.

— Учитель... что это было?

— Не обращай внимания. Просто мошенник попытал удачу.

— Но, учитель, мы вообще найдем лодку?

Эйс не ответил сразу. Потому что сейчас лодка была последней из его забот.

Его мысли снова и снова возвращались к зловещему предупреждению системы:

«Хозяин не должен намеренно искать смерти!»

Что скрывается в этом океане? Какая опасность заставила даже систему запаниковать?

В прошлый раз он не осмелился столкнуться с этим.

Что даст ему смелости теперь?

Его взгляд скользнул по воде, чья поверхность под утренним светом казалась обманчиво спокойной.

Но под ней определенно что-то таилось.

И это становилось проблемой.

Эйс и Лю Мэй провели следующие полчаса в поисках лодки, но ответы были одинаковыми:

— Море вокруг Темной долины неспокойно.

— Сегодня пассажиров в Темную долину не беру.

— Если вы не дураки, не пытайтесь пересечь Темную долину в это время месяца.

Кого бы они ни спрашивали, в ответ получали либо нервное покачивание головой, либо резкий отказ.

Даже те редкие лодочники, которые поначалу казались заинтересованными (потирая руки в предвкушении легкой наживы), тут же замолкали, узнав, куда те хотят плыть.

Эйс вздохнул, потирая виски.

— То есть никто не хочет нас перевезти? Совсем никто?

Пожилой рыбак, сгорбленный и пропахший солью и ромом, бросил на него долгий, почти жалостливый взгляд, прежде чем плюнуть в сторону.

— Парень, да ты смерти ищешь.

Эйс напрягся. Это уже второй раз, когда кто-то намекал, что пересечение моря равносильно верной гибели.

Но прежде чем он успел спросить "почему", старик развернулся и ушел.

Лю Мэй фыркнула.

— Учитель, почему все ведут себя так странно? Океан прямо перед нами, и вода выглядит совершенно спокойной!

Эйс не ответил сразу. Вместо этого его взгляд скользнул по горизонту — неестественно ровным волнам, бескрайней водной глади, полному отсутствию лодок на виду.

Как будто все уже знали, что сегодня лучше не выходить в море.

Эйс выдохнул.

"Система сказала не искать смерти. И теперь никто не хочет переправляться. Кажется, я что-то упускаю".

Лю Мэй моргнула, снова глядя на море.

— ...Думаешь, там морское чудовище?

Эйс усмехнулся, но мысль засела у него в голове.

— Огромное, громадное, наверное.

Не добившись успеха, Эйс и Лю Мэй зашли в обшарпанную, тускло освещенную таверну, где воздух был густ от запаха несвежего эля и сырого дерева.

Место не было полностью пустым, но могло бы им быть — лишь несколько человек коротали время в углах, молча потягивая свои напитки.

Бармен даже не поднял головы при их входе, протирая стойку тряпкой, которая выглядела грязнее самой древесины.

Лю Мэй плюхнулась на стул.

— Учитель, что теперь?

Эйс окинул взглядом комнату, наблюдая за кучкой местных, сгорбившихся над своими кружками.

— Ждем. Посмотрим, не найдется ли кто-нибудь, кто рискнет переправиться.

Минуты тянулись медленно.

Затем — громкий скрежет стула по полу.

Мужчина, до этого безвольно сидевший за угловым столом, медленно поднял голову. Его одежда была поношенной, борода неопрятной, а глаза, хоть и красные от выпивки, смотрели удивительно осознанно.

Он покачнулся, подняв наполовину пустую бутылку к губам, затем заковылял в их сторону.

— Я правильно расслышал? Вам двоим нужно в Темную долину?

Лю Мэй выпрямилась.

— У вас есть лодка?

Мужчина ухмыльнулся, обнажив ряд отсутствующих зубов.

— Могу продать вам свою. Всего за пятьдесят золотых.

Эйс прищурился. Слишком дешево. Очень подозрительно дешево.

— Почему вы ее продаете?

Ухмылка пьяницы стала шире.

— Потому что я не настолько туп, чтобы на ней плыть.

Лю Мэй моргнула.

— Но если вы не собираетесь ее использовать, почему бы просто не отдать?

Мужчина посмотрел на нее с долей жалости. Затем, тоном, слишком трезвым для только что опустошенной бутылки, произнес:

— Потому что тогда я бы подарил вам гроб даром.

— Что? Что вы имеете в виду? Объясните!

Он рассмеялся, покачав головой.

— Не важно. Если вы все еще достаточно глупы, чтобы плыть после этих слов... ну... — Он полез в карман и достал старый, ржавый ключ.

— Пятьдесят золотых. Берите или оставьте.

Эйс уставился на ржавый ключ в руке пьяницы, чувствуя, как ладони становятся влажными.

Пятьдесят золотых. Смешная цена.

Слишком смешная.

Его нутро кричало: "ПЛОХАЯ ИДЕЯ!", но голос в голове? О, этот голос просто ликовал.

"Бери. Бери. Бери".

Эйс нахмурился.

— Что? Нет. Я не возьму.

"Бери".

— Нет!

"Бери, трус"

Эйс стиснул зубы.

— Трус? Прошу прощения?! Я просто действую разумно!

"Ты просто боишься".

Эйс фыркнул.

— Я не боюсь. Я просто... стратегически колеблюсь.

"О? Так если бы божественный зверь предложил тебе золотую лодку, ты бы взял не раздумывая?"

Эйс усмехнулся.

— Конечно! Это совсем другое.

"Но когда случайный пьяница предлагает тебе лодку, ты вдруг становишься умным?"

Эйс запнулся.

— Это... это нечестно.

"Куда делся твой дух авантюризма? Твоя смелость? Твоя жажда..."

"У МЕНЯ ИХ НИКОГДА НЕ БЫЛО!" — закричал Эйс в своем сознании.

Тем временем Лю Мэй наблюдала за ним, склонив голову.

— Учитель... Почему у вас такое лицо?

Эйс моргнул.

— Какое лицо?

— Вы выглядите так, будто пытаетесь проглотить очень большого жука.

Эйс драматично вздохнул.

— Мэйэр, я веду войну с самим собой.

Она кивнула с мудрым видом.

— О. Ну, удачи.

Голос в его голове был неумолим.

"Ты прошел весь этот путь, чтобы посмотреть на турнир, а теперь вот ты. Переживаешь из-за какой-то "загадочной опасности" в океане. Слабак. Жалко".

Эйс простонал.

— Я просто хотел посмотреть, как перекормленные уроды бьют друг друга! Вот и все! Почему я вдруг рассуждаю о собственной смертности?!

"Потому что ты протагонист, болван. У тебя есть система".

Эйс чуть не поперхнулся воздухом.

— ЧТО?!

Лю Мэй моргнула.

— Что?

— Ничего! — Эйс отмахнулся, проклиная вселенский внутренний голос, живущий в его голове бесплатно.

Пьяница нетерпеливо постучал ногой.

— Ну? Покупаете или нет?

— Я куплю её, но сначала мне нужно увидеть лодку, — осторожно сказал Эйс.

Пьяный мужчина пошатывался, качаясь, как лист на ветру.— О нет, нет, не-е-ет, так нельзя, парень, — пробормотал он, размахивая наполовину пустой бутылкой.— Я, чёрт возьми, гарантирую, что она поплывёт! Лучшая лодка, которую ты найдёшь — поверь мне! Ик! Да тут тебе никто другую и не продаст!

Эйс уставился на него, затем вздохнул.— Ладно. Я беру.

Он достал 50 золотых монет и шлёпнул их в дрожащую протянутую руку мужчины.

Тот моргнул, увидев деньги, неестественно широко ухмыльнулся и развернулся на каблуках.— Ну тогда пошли за мной! — Он пошатнулся вперёд, едва не споткнувшись о собственные ноги, и повёл их.

Эйс и Лю Мэй последовали за пьяным мужчиной к так называемой «лодке», оба с осторожной надеждой.

Эта надежда умерла мучительной смертью, как только они увидели монстра перед собой.

«Лодка» — если её вообще можно было так назвать — была катастрофой.

Корпус состоял из дыр больше, чем из дерева. Мачта? Кривилась, как старик со сколиозом. Вёсла? Одно было сломано пополам, а второго и вовсе не было.

Эйс уставился. Лю Мэй уставилась. Даже Белая Шёрстка, свернувшаяся в руках Лю Мэй, уставилась.

Пьяный мужчина? Он лишь хихикнул, выглядя слишком довольным собой.

— Что... — Эйс открыл рот, но слов не нашлось.

Он попробовал снова.— Что... за девятый ад... это такое?!

Пьяный мужчина ласково похлопал по гнилому дереву.— Красавица, правда?

Эйс почувствовал, как внутри него что-то умерло.

Лю Мэй, вечная оптимистка, наклонила голову.— Учитель, может, её просто нужно немного починить?

Эйс ткнул пальцем в зияющую дыру в борту.— НЕМНОГО?!

Лю Мэй поджала губы.— Ну, хорошо, много.

— МНОГО?!

Пьяный мужчина махнул рукой.— Вы, молодёжь, такие драматичные. Немного работы, пару заплаток — и она поплывёт как новенькая.

Эйс посмотрел на лодку. Потом на мужчину. Потом снова на лодку.— Сэр, — медленно произнёс он, — этой лодке хватит одной волны, чтобы превратиться в плавучий хлам.

Пьяный мужчина пожал плечами.— Но пока держится.

Эйс прищурился.— Откуда вы знаете?

— Не знаю.

Тишина.

— ...Не знаете? — повторил Эйс ровным тоном.

— Не-а! — Мужчина ухмыльнулся. — Но, эй, за дополнительные 20 золотых я продам вам ведро.

Душа Эйса покинула его тело.

Тем временем голос в его голове ржал."Бери. Бери. Бери".

"Да заткнись уже!" — мысленно рявкнул Эйс.

Однако Лю Мэй уже забиралась на борт.— Мэйэр, что ты делаешь?!

Она потопала по палубе и кивнула.— Учитель, не так уж и плохо! Видишь?

Раздался громкий СКРИП.

Кусок дерева отвалился за борт и плюхнулся в воду.

Эйс повернулся к пьяному мужчине.— Пятьдесят золотых, да?

— Ага.

Эйс глубоко вдохнул.— Мне кажется, я должен чувствовать себя оскорблённым.

Пьяный мужчина лишь насвистывал, уходя с нечестно заработанными деньгами.

Эйс смотрел ему вслед, чувствуя, как дёргается глаз.— Грёбаный вор! Чёрт! Да чтоб тебя! — ругался Эйс, отшвыривая сломанную доску и разбирая обломки вокруг.

К счастью, берег был усеян гниющими остатками брошенных лодок — полузатонувших, треснувших и давно забытых.

Он отрывал всё, что ещё можно было использовать, и тащил к их «лодке», которая больше походила на плавучее бедствие, чем на судно.

Пока он забивал, латал и укреплял, он ворчал себе под нос.— Это не ремонт лодки — это постройка новой! Чёрт, может, даже хуже!

Он вытер пот со лба и застонал.— Если бы не «вековая мудрость» системы в кораблестроении, я бы уже развернулся и просто молился, чтобы Шань Ифэн выиграл тот чёртов турнир без меня.

Голос в его голове усмехнулся."Видишь? Теперь ты признаёшь, что без меня ты ничто".

— Заткнись. Я такого не говорил!

"Да? Значит, ты предпочитаешь возиться тут с мокрыми досками и разбитыми мечтами в одиночку?"

Эйс с силой вбил гвоздь.— Я справлюсь и без тебя!

"Конечно, конечно. И лодка не пойдёт ко дну через пять минут?"

Эйс замолчал, губы дёрнулись.— ...Десять. Я продержусь десять минут.

"Ага. Продолжай вешать себе лапшу на уши, гений".

Эйс испустил долгий, страдальческий вздох.— Клянусь, если я переживу это путешествие, я тебя удалю.

"Удачи с этим, приятель".

Солнце давно село, и луна только начинала подниматься в ночном небе.

Эйс вытер пот со лба, руки болели после полудня, потраченного на латание этого жалкого зрелища.

Он осмотрел свою работу.

Лодка всё ещё была уродливой. Всё ещё скрипела зловеще. Всё ещё излучала ауру «едва держащегося на плаву смертельного капкана».

Но, эй. Теперь она хотя бы не развалится при первом касании воды.— Сойдёт, — пробормотал он, отступая.

Как раз когда он собирался проверить прочность, его внимание привлекло мерцание света.

К ним спешила молодая женщина, запыхавшись, с фонарём в одной руке.— Пожалуйста... пожалуйста! — задыхаясь, сказала она. — Можно мне с вами?

Эйс прищурился на неё. Потом на лодку. Потом снова на неё.— Эта лодка и так уже на грани. Добавить ещё вес? Можно сразу копать себе могилу.

Прежде чем он успел высказать свои опасения, Лю Мэй радостно кивнула.— Конечно! Поднимайтесь!

Эйс медленно повернулся к ученице.— Мэйэр. Моя дорогая, милая ученица.

— Да, учитель?

— Ты в курсе, что эта лодка...

Как только девушка ступила на борт, лодка издала громкий, мучительный скрип.

Душа Эйса покинула его тело.

Он повернулся к девушке, которая беспокойно переминалась с ноги на ногу.— Почему ты так спешишь? — спросил он настороженно.

Девушка закусила губу, выглядев бледной.— Мой младший брат болен. Мне нужно привести врача с другого берега, пока не стало слишком поздно.

Эйс вздохнул, потирая виски.— Ну конечно. Конечно, это что-то срочное. Не может же быть чего-то простого, вроде "я просто хотел посмотреть на океан ночью".

Лю Мэй толкнула его.— Учитель, мы должны ей помочь!

Эйс снова посмотрел на лодку. Потом на девушку.

Голос в его голове любезно вставил:"Ну что, принимаешь свою судьбу или хочешь, чтобы я сначала посмеялся над тобой?".

Несмотря на свои сомнения, Эйс в конце концов вздохнул и разрешил девушке подняться на лодку.

Последнее, чего он хотел, — это ещё один пассажир, утяжеляющий их едва починенное плавучее корыто. Но Лю Мэй уже дала своё согласие, и он не хотел расстраивать девочку.

Лодка слегка покачнулась под ногами девушки, когда та ступила на борт, её хрупкая фигура почти не издала звука.

Она поправила капюшон плаща, укрываясь от солёного ветра, и устроилась на деревянной скамье.

— Меня зовут Сара, — сказала она, убирая прядь волос за ухо.

Лю Мэй, всегда дружелюбная, широко улыбнулась и указала на Эйса.

— Это мой учитель, Сяо Чжи! А я — Лю Мэй!

Эйс лишь сосредоточенно греб, лишь коротко кивнув в знак приветствия.

Он уже жалел о своём решении.

Сара повернулась к Лю Мэй, её любопытный взгляд задержался на маленькой фигурке девочки.

— Ты... очень юная. Куда вы направляетесь?

Улыбка Лю Мэй стала ещё шире.

— Я еду на турнир бойцов! — гордо объявила она.

Выражение Сары мгновенно изменилось, её брови сдвинулись, и она уставилась на Эйса с ужасом в глазах.

Казалось, её взгляд проникал прямо в душу.

Эйс поймал этот взгляд и внутренне застонал. Он уже мог догадаться, о чём она сейчас думает.

Лодка медленно выплывала в открытое море, волны лениво плескались о борта, издавая жуткий ритмичный звук в ночной тишине.

Единственным светом, освещавшим их путь, был мерцающий огонёк фонаря Сары, отбрасывающий длинные танцующие тени на воду.

Эйс, уже сомневающийся в каждом своём жизненном выборе, приведшем его сюда, взглянул на девушку, которая так запросто забралась на его хрупкую, едва держащуюся на плаву лодку-гроб.

— Так... Сара, да? — спросил он, подперев подбородок ладонью. — Что привело тебя на этот прекрасный плавучий кошмар?

Сара слабо улыбнулась.

— Как я уже сказала, мне нужен врач с того берега.

Эйс вздохнул.

— Да, да. Ты это говорила. Но...

— Раз у нас есть время, — вдруг сказала Сара, — может, я расскажу вам историю?

Эйс сузил глаза.

— Это зависит от того, заставит ли она меня пожалеть о том, что я сел в эту лодку.

Сара проигнорировала его и продолжила.

— Вы знали, что люди, пересекающие море ночью в это время года... никогда не возвращаются?

Ветер усилился. Пламя фонаря затрепетало.

Тело Эйса напряглось.

— ...Повтори-ка?

Лю Мэй, которая с удовольствием грызла духое яблоко, замерла с полным ртом.

Голос Сары приобрёл зловещий оттенок.

— Легенда гласит, что как только солнце садится в летние месяцы, море перестаёт принадлежать смертным. Оно становится владением... чего-то другого.

Эйс медленно повернулся к Лю Мэй.

— Почему ты разрешила ей сесть в лодку?

Лю Мэй моргнула.

— Ей нужна была помощь!

Эйс указал на Сару.

— Да, и теперь она бесплатно нас травмирует.

Сара, совершенно невозмутимая, продолжила.

— Никто точно не знает, что происходит с теми, кто путешествует ночью в этот период. Некоторые говорят, что их лодки исчезают без следа. Другие верят, что море просто поглощает их.

Эйс тут же начал грести быстрее.

Сара наклонила голову.

— Почему ты так спешишь?

Эйс бросил на неё убийственный взгляд.

— О, не знаю, Сара. Может, потому что ТЫ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛА, ЧТО МЫ ВСЕ УМРЁМ?

Голос в его голове усмехнулся.

"О, так теперь ты вдруг заботишься о выживании?"

— Не сейчас, старый... кем бы ты ни был! — мысленно рявкнул Эйс.

Тем временем Лю Мэй уплетала яблоко, будто это было лучшее развлечение в её жизни.

— Сара, люди правда исчезают?

Сара торжественно кивнула.

— Каждый. Раз.

В тот же миг из-под лодки раздался глубокий, неестественный стон.

Эйс замер. Лю Мэй остановилась. Сара спокойно смотрела на воду.

Эйс прочистил горло.

— Ладно. Так. Просто для уточнения.

— М-м? — промычала Сара.

— Ты не подумала рассказать нам это ДО того, как мы отплыли?

Сара улыбнулась самой широкой улыбкой, которая, по мнению Эйса, была самой жуткой улыбкой, которую он когда-либо видел, и сказала:

— А вы бы отплыли к Тёмной долине, если бы я это сказала?

Эйс уставился на неё. Потом на Лю Мэй. Потом на чёрные как смоль воды вокруг.

— Давай, Лю Мэй! Греби тоже! — рявкнул он, вцепившись в вёсла, будто от этого зависела его жизнь — а на данный момент он был в этом убеждён.

Лю Мэй, доедая последний кусок яблока, вытерла руки и схватила весло.

— Ладно, ладно. Не паникуй, учитель!

Эйс бросил на неё взгляд.

— Я не паникую. Я... стратегически осторожничаю.

Тем временем Сара сидела на носу лодки, болтая ногами и держа фонарь.

Мягкий свет освещал море впереди, делая воду почти мирной — если не учитывать, что они плыли через легендарную ловушку смерти.

Время от времени Сара хихикала, поглаживая одной рукой что-то белое и пушистое.

Эйсу это не нравилось.

— Почему ты всё ещё смеёшься? — наконец спросил он, гребя быстрее на всякий случай.

— О, без причины, — напевала Сара, её выражение лица было нечитаемым. — Вы двое просто... забавные.

Эйс почувствовал, как у него дёрнулся левый глаз.

— Это не тот ответ, на который я надеялся.

Как ни странно, несмотря на зловещие истории, жуткие звуки и нарастающую паранойю, они не встретили никаких опасностей.

Ни монстров, ни таинственных существ, поднимающихся из моря, — ничего.

Спустя вечность они достигли другого берега.

Эйс и Лю Мэй буквально выпрыгнули на твёрдую землю.

Эйс глубоко вдохнул и выдохнул.

— Ну. Это было не так уж плохо.

Лю Мэй потянулась.

— Видишь? Ты зря волновался!

Эйс бросил на неё убийственный взгляд.

— Прости, что не был оптимистичен насчёт «таинственных исчезновений в море».

Они обернулись к лодке, готовясь попрощаться с Сарой...

Но... Сары там не было.

Её не было ни на лодке, ни на берегу. Вообще нигде.

Словно она испарилась.

Испарилась в воздухе?

По спине Эйса пробежал холодок.

— ...Лю Мэй?

— Да?

— Мы больше не будем подвозить незнакомцев. Поняла?

Эйс и Лю Мэй осмотрелись, но Сары нигде не было.

Неужели она упала в Тёмную реку? Или... может, она была культиватором высокого уровня, который не умел летать, но мог телепортироваться?

Как бы Эйс ни пытался найти логику, ничего не сходилось.

Лю Мэй крепко сжимала Белый Мех, её маленькие ручки дрожали, вцепившись в густую мягкую шерсть. Беспокойство в её глазах было очевидным.

Эйс заметил это. Как взрослый, он должен был её успокоить.

— О, точно, — вдруг сказал он, будто вспомнил давно забытую деталь. — Она же упоминала, что была культиватором Легендарного ранга, разве нет? Как я мог забыть?

— Правда? — прошептала Лю Мэй, её голос был едва слышен, но в нём звучала робкая надежда.

Эйс постучал себя по подбородку, делая вид, что глубоко задумался, а затем вздохнул с театральным драматизмом.

— Ой, подожди. Она же была призраком.

Впервые Лю Мэй издала пронзительный визг — настолько громкий, что его, наверное, услышали бы на другом конце долины.

Мгновенно она бросилась к Эйсу, вцепившись в него с испуганным воплем.

— Учитель, учитель! Держите меня! Не оставляйте меня! — рыдала она, уткнувшись лицом в его одежду.

Слёзы капали на белоснежную шерсть Белого Меха, но пятихвостая снежная лиса даже не шевельнулась.

Она оставалась спокойной в объятиях Лю Мэй, будто понимала страх маленькой девочки.

Эйс вздохнул, покачал головой с улыбкой. Не раздумывая, он подхватил Лю Мэй на руки.

Она была всего лишь ребёнком — лёгкой, как пёрышко. Да и к тому же он теперь был Серебряного ранга. При необходимости он мог носить её целый день.

Лю Мэй вцепилась в него, всхлипывая у него на плече.

Эйс похлопал её по спине. — Ладно, ладно. Пока я здесь, никакие призраки тебя не заберут. Довольна?

Она кивнула, но её ручки не ослабли.

Эйс выдохнул, поправил хватку. — Похоже, мне придётся поносить тебя ещё немного.

Но, держа её близко, он не чувствовал неудобства.

— Наконец-то ты ведёшь себя как ребёнок, — пробормотал Эйс, поправляя хватку, пока Лю Мэй прижималась к его плечу.

Тихий голосок, едва слышный, донёсся до его ушей — настолько мягко, что только он мог разобрать слова.

— Но... но они говорили, что я должна быстрее взрослеть и перестать быть бесполезной...

Хватка Эйса слегка усилилась. Его шаги замедлились.

— Твоя мама так говорила? — спросил он необычно мягко.

Лю Мэй покачала головой. — Нет... она так не говорила.

Эйс слегка наклонил голову. — А что она говорит?

Лю Мэй приподнялась, чтобы посмотреть на него, её страх сменился тёплым, невинным блеском в глазах.

— Учитель, моя мама всегда говорит... что она счастлива видеть меня здоровой и активной! Хе-хе! — Она сияла, радостно ёрзая у него на руках, будто не рыдала от страха минуту назад.

Эйс выдохнул, в уголках его губ мелькнула тень улыбки.

— Тогда это главное, разве нет?

Лю Мэй радостно кивнула, её маленькие ручки обвились вокруг его шеи с хихиканьем.

Эйс вздохнул. — Ладно. Похоже, мне придётся поносить тебя ещё немного.

Лю Мэй сделала драматический вздох. — Учитель! Учитель! Вы называете меня толстой?!

Эйс посмотрел на неё без эмоций. — Я говорю, что тебе слишком удобно.

— Хе-хе-хе, это потому что учитель удобный! — задорно щебетала она, потираясь щекой о его плечо, как избалованный котёнок.

Эйс застонал, но тепло в его глазах не исчезало.

По крайней мере, теперь она вела себя соответственно возрасту.

Снежная лиса, вернувшая себе законное место на голове Эйса, устроилась поудобнее в его волосах, а Лю Мэй оставалась в его руках, её пальчики лениво играли с краями его рукавов.

Дорога бесконечно тянулась перед ними, и их путешествие было далеко от завершения.

Эйс впервые за долгое время позволил себе расслабиться.

Может, это было из-за тепла слов Лю Мэй или из-за абсурдности всего, через что он прошёл, но он сделал нечто странное — нечто несвойственное ему.

Он начал рассказывать истории.

Не обычные ворчания или саркастичные замечания, а реальные истории из своего прошлого мира. Правда, он подавал их так, будто это был мир магии.

Он рассказывал о гигантских городах, чьи башни вздымались до самых облаков, о волшебных зеркалах-экранах, что давали ответ на любой вопрос по одному лишь прикосновению, о железных колесницах, что рычали подобно диким зверям, но при этом не нуждались в духовных камнях для движения.

Лю Мэй слушала с широко раскрытыми глазами, её маленькие ручки сжимали его одежду, когда рассказ становился особенно захватывающим. Даже Белый Мех шевелила ушами, её пять хвостов лениво покачивались в такт словам Эйса.

На мгновение он забыл об опасностях, которые ждали впереди.

На мгновение он забыл, что эти дети — его ученики — были всего лишь детьми.

Резкий звон внезапно раздался у него в голове, возвращая его к реальности.

"Дзинь"

"Хозяин... Вы давно пренебрегали культивацией."

Эйс чуть не споткнулся. — Ой, да ладно! Неужели нельзя побыть в покое хоть минуту?

"Минута покоя? Вы расслабились. Где дисциплина? Где мотивация?"

— Ох, не знаю, — протянул Эйс. — Может, я ещё восстанавливаюсь после того, как пересёк кишащую кошмарами долину с одним ребёнком и одним призраком?

"Хозяин, пожалуйста. Переход через Тёмную реку — это ерунда."

Эйс фыркнул. — Ерунда? Ты сделал так, будто я продирался через саму Реку Перерождения!

"Ах, ну тогда поздравляю. Вашей наградой за выполнение квеста по-прежнему будет кислород."

Эйс моргнул.

— ...Что?

"Разве вы не дышали во время этого путешествия?"

Эйс открыл рот, затем закрыл.

— ...Ты говоришь, что моя награда — это дыхание?

"Верно. Кажется, я упоминал об этом перед началом пути."

Глаз Эйса дёрнулся.

"Если бы у вас был мозг, вы бы поняли, что награда за квест уже выдавалась до его начала. Это значит только одно."

Эйс резко выдохнул. — ...И что же?

"Это значит, что вы гарантированно должны были завершить квест с самого начала."

Эйс замолчал, переваривая эту информацию.

— Хм. Это... разрешено?

"Конечно. С чего бы мне пытаться убить собственного Хозяина? Когда вы стали таким тупым?"

Эйс медленно вдохнул, его пальцы чесались что-нибудь придушить.

Лю Мэй, совершенно не подозревая о буре в голове учителя, весело болтала ногами у него на руках. — Учитель, учитель! Расскажите ещё про машины! Про большие, ревущие!

Эйс вздохнул, поправил хватку и продолжил рассказ.

Тем временем снежная лиса зевнула и обвила хвосты вокруг его головы, наслаждаясь личным транспортом.

— Учитель, этот город такой прекрасный! — глаза Лю Мэй загорелись, когда она увидела высокие стены и величественные шпили города Эфирия.

Эйс последовал за её взглядом, рассматривая огромный, оживлённый город перед ними. Масштабы, здания, возвышающиеся как безмолвные стражи над шумными улицами — это впечатляло, он не мог не признать этого.

Но его руки уже начали болеть.

— Ладно, быстро — слезай уже.

— Учитель, нет! Ты плохой, плохой! — драматично ахнула Лю Мэй.

Она вцепилась в него, как упрямый котёнок, отказывающийся спускаться на землю, и уткнулась лицом в его одежду.

После целого дня, проведённого на руках, она полностью вернулась к поведению ребёнка — её речь становилась всё менее связной, она отказывалась идти сама и настаивала на своём.

Эйс вздохнул, но не стал её отталкивать. Вместо этого он поправил хватку и понёс её прямо в город, а пятихвостая снежная лиса лениво устроилась у него на голове.

Эфирия была наполнена шумом. Улицы кишели людьми, их голоса сливались в хаотичную симфонию — торговцы расхваливали товары, игроки кричали ставки, бойцы хвастались своими шансами.

— Два золота на то, что Железный Коготь выйдет в финал!

— Ха! Железный Коготь? В прошлом году он даже Морозного Змея не победил!

— Морозный Змей в этом году не участвует, болван. В этом году всё решит Гнев Феникса!

Эйс пробирался сквозь толпу, улавливая обрывки разговоров о каком-то турнире. Заинтересовавшись, он заметил мужчину, покачивающегося у обочины с кувшином вина в руках.

Идеально.

Эйс подошёл и протянул пьянице новую бутылку.

— Она твоя, если расскажешь мне про турнир.

Мужчина мутно посмотрел на него, потом на бутылку. Без колебаний он схватил её, откупорил и сделал долгий глоток.

— Ахх! Хорошая штука! — воскликнул он, смакуя вкус.

Эйс скрестил руки.

— Ну?

Пьяница вытер рот, отрыгнул, затем наклонился с видом заговорщика.

— Ах, Турнир Дракона и Феникса? Ты не вовремя пришёл, дружище. Всё это дело отложили!

Эйс приподнял бровь.

— Отложили? Почему?

Пьяница хрипло рассмеялся, покачиваясь после очередного глотка.

— Принцесса… ха! Ненужная принцесса, то есть… объявила, что хочет партнёра для дуэли. Говорит, выберет одного из победителей!

Эйс сузил глаза.

— Ненужная принцесса?

Мужчина захихикал, его дыхание пропиталось алкоголем.

— Ооо, ты не знал? Видимо, ты действительно чужак.

Он икнул, затем наклонился, будто собирался раскрыть величайшую тайну королевства.

— У неё королевская кровь, конечно, но она никому не нужна. Она не золотая жемчужина королевства, как её братья и сёстры. У неё нет таланта, нет поддержки. Просто бедняжка, пытающаяся оставить след, прежде чем исчезнуть в никуда.

Он вытер рот рукавом и вздохнул театрально.

— Вот она и придумала этот трюк. Отложила весь турнир, чтобы найти себе «партнёра для дуэли».

Его голос стал писклявым, подражая изысканному тону:

— "О, я выберу одного из победителей!"

Затем он фыркнул и махнул рукой.

— Тьфу. Как будто кому-то из этих крутых парней она действительно нужна.

Эйс молчал, впитывая информацию. Ненужная принцесса, да?

Лю Мэй, всё ещё сидевшая у него на руках, нахмурилась.

— Это так грубо… Она просто хочет, чтобы её кто-то полюбил.

Пьяница хрипло рассмеялся.

— Детка, в этом мире одного желания мало.

Затем, подняв кувшин, он ухмыльнулся.

— Но, эй, хотя бы у неё есть смелость!

— Принцесса может так делать? — удивился Эйс.

— Конечно может! У неё королевская кровь, как я сказал, — пьяница махнул рукой, будто это объясняло всё.

Эйс приподнял бровь.

— Вау. А я-то думал, люди обычно проявляют больше уважения к своей принцессе.

Пьяница замахал руками.

— Эй, эй, потише! Ты что, хочешь мне проблем навлечь?

Он огляделся, затем снова наклонился.

— Слушай сюда, чужак. Это город Эфирия, столица королевства Тарз. Здесь есть правила. И одно из главных — если встречаешь короля, приноси самые изысканные блюда.

Эйс нахмурился.

— Почему?

Пьяница икнул.

— Потому что король… он жуткий обжора!

В голове Эйса мелькнуло далёкое воспоминание — что-то, что однажды упомянула Лили, его «полезный» дух-бот.

— Слушай сюда, парень, — пьяница говорил заплетающимся языком, наклоняясь с видом заговорщика. — Я расскажу тебе это только потому, что ты выглядишь честным.

Он постучал себя в грудь, будто делился великой мудростью. Затем, лениво ухмыльнувшись, протянул пустую бутылку.

— Но сначала… ещё одну. Горло пересохло.

Эйс вздохнул. Он прекрасно видел, что мужчина тянет время, выпрашивая выпивку. Но, честно говоря, это была неплохая сделка.

Бутылка вина стоила всего серебро, в то время как лодка, готовая развалиться в любой момент, была продана за пятьдесят золотых.

Да, валюта в этом месте не поддавалась логике. Лучше не задумываться.

Без лишних слов Эйс бросил пьянице золотую монету.

— Ладно. Но взамен расскажешь всё — каждую деталь. И где-нибудь в уединении.

На мгновение пьяница обрадовался, потирая монету, как драгоценность. Но затем его поведение неожиданно изменилось.

Он заколебался. Его пьяный туман рассеялся, и когда он заговорил, в его голосе появилась странная ясность.

— …Нет.

Эйс нахмурился.

— Нет?

Мужчина покачал головой, сжимая монету.

— Не в этот раз.

— Эй, старик! Если отказываешься, то верни учителю его монету! — надулась Лю Мэй, разозлившись.

Пьяница, который теперь казался гораздо трезвее, громко рассмеялся.

— О, не будь глупой. И что ты сделаешь, малышка? Побьёшь меня?

— Вполне возможно, — равнодушно сказал Эйс, усмехаясь.

Мужчина приподнял бровь, явно развлечённый.

— Да ну? — затем, усмехнувшись, он потянулся и вздохнул. — Ладно, не кипятитесь. Если вы здесь, чтобы зарегистрироваться на турнир, так и скажите!

Эйс сузил глаза.

— Ты знал?

— Конечно! Я отвечаю за регистрацию! — мужчина снова рассмеялся, гордо постучав себя в грудь. — Я просто хотел проверить малышку — она же на пороге Золотого Ранга, да? Настоящее чудо.

И затем пробормотал:

— Даже дурак зарегистрировал бы своего ребёнка, если бы он достиг такого уровня.

Вопреки ожиданиям Эйса, процесс регистрации прошёл на удивление гладко — даже слишком гладко.

Как раз когда он задумался об этом, Лю Мэй дёрнула его за рукав, её голос был тихим, но настойчивым.

— Учитель, я проголодалась, — пробормотала она, рассеянно поглаживая мягкую шерсть Белого Меха.

Эйс взглянул на неё.

— Может, зайдём в трактир?

Лю Мэй сморщила нос и покачала головой.

— Нет! Я хочу курицу — твою курицу, Учитель!

Эйс цокнул языком.

— Тьфу, ладно. Сначала найдём место для ночлега, а потом я приготовлю.

Довольная, Лю Мэй улыбнулась и крепче обняла Белого Меха.

— Ура! Курица Учителя — самая вкусная!

...

...

Прошла неделя, и наконец наступил долгожданный день отбора.

Структура турнира была простой. Все зарегистрированные участники делились на несколько групп в зависимости от общего числа претендентов.

Из каждой группы в четвертьфинал выходили только лучшие, где и начиналось настоящее соревнование.

Однако не все должны были проходить этот предварительный отбор. Влиятельные семьи, включая семью Хуа, получали прямой доступ в четвертьфинал.

Большинство крупных сект — Летающего Меча, Огненного Лотоса, Тяжёлой Горы и Белого Снега — также получили автоматические места.

Каждой секте выделялся только один гарантированный слот, но этого было более чем достаточно.

Несмотря на эту привилегию, многие секты и знатные семьи всё же отправляли своих молодых талантов на отборочные раунды — либо ради опыта, либо чтобы доказать свою силу.

...

...

— Лю Мэй, постарайся. Если победишь, я приготовлю для тебя Духовную Свинину, — сказал Эйс с ухмылкой.

Лю Мэй надула губы, крепче обнимая Белого Меха.

— Учитель, ты что, хочешь меня откормить, чтобы потом съесть?

Эйс нахмурился.

— Что? Нет! С чего бы я...

Не дав ему договорить, Лю Мэй рассмеялась.

— Хе-хе, ты на секунду выглядел виноватым!

Она уверенно улыбнулась.

— Я выиграю этот турнир, Учитель! Тебе стоит поставить на меня!

С этими словами она развернулась и направилась на арену, в зал для подготовки, где должна была ждать, пока не назовут её номер.

— Неужели она всерьёз думает, что я её съем? — пробормотал Эйс, всё ещё озадаченный её словами.

Голос в его голове на этот раз молчал, не предлагая саркастичных замечаний или непрошеных советов.

Пожав плечами, он решил не зацикливаться на этом. Были вещи поважнее.

— Наконец-то это случилось... Моя долгожданная мечта.

Эйс откинулся на сиденье, наблюдая, как огромная арена наполняется азартом. Момент настал.

Если Лю Мэй или Шань Ифэн победят, у него наконец появится шанс получить божественное руководство по культивации, созданное специально для него.

— Идите и победите для меня, дорогие ученики! Ваш учитель отчаянно нуждается в этом руководстве!

С этой мыслью он направился к своему месту — как вдруг слишком знакомый голос язвительно прошипел у него в голове.

"Ну и мусор. Твой ученик там сражается изо всех сил, а ты сидишь сложа руки, как бездельник. Хорош учитель."

Эйс цокнул языком.

— Бездельник? Да брось. Я ведь кормлю их вкусной едой, разве нет?

"И какая разница? Родители тоже кормят своих детей. Признай, ты просто играешь роль слишком мягкого отца."

— Именно! А значит, я отлично справляюсь с ролью их наставника!

Прежде чем спор в его голове мог разгореться, громкий голос ведущего разнёсся по арене.

— Дамы и господа, момент, которого вы все ждали, настал!

Каждый раунд начнётся с выхода восьмидесяти участников на поле боя! Выживет только один! Победители пройдут в четвертьфинал!

Толпа взорвалась аплодисментами, но среди ликования пробежал ропот недоверия.

— Жестоко. Это просто жестоко.

— Как это вообще можно назвать честным?

— Что, если они набросятся на одного?

Даже Эйс почувствовал тяжесть в груди. Правила оказались куда суровее, чем он ожидал.

Сможет ли Лю Мэй пережить эту бойню?

Первый раунд начался с грохотом.

Эйс наблюдал, как поле боя погрузилось в хаос. Бойцы сталкивались, объединяясь против тех, кого считали сильными соперниками.

К его удивлению, большинство участников были лишь уровня Воина, и лишь немногие достигали Серебряного Ранга.

— Так... не все здесь монстры вроде Лю Мэй. Я уже начал думать, что мир кишит невероятно сильными детьми.

Внутренний голос фыркнул.

"Это потому что ты их перекармливал."

Эйс закатил глаза.

— Ой, да ладно. Всё ради великой цели.

"Дзинь!"

«Предупреждение: Хозяин пренебрёг культивацией. Рекомендуется немедленно принять меры.»

Эйс вздохнул и пробормотал себе под нос:

— Ладно, ладно. Раз Лю Мэй ещё не скоро выйдет, воспользуюсь моментом и загляну в системное пространство.

Оставив своё место, он прошёл по шумным коридорам арены в поисках уединения. Найдя укромный туалет, он заперся внутри и перенёсся в системное пространство.

В мгновение ока мир вокруг него растворился, и он очутился в Пространстве Системы.

Бескрайние поля простирались перед ним: золотая пшеница колыхалась на ветру, кристально чистые озёра сверкали под мягким солнцем. Это было потрясающе, мирно и нетронуто.

— Красота, как всегда, — пробормотал он.

Ли Ли, осторожно высаживающая Духовный Рис, подняла голову, как только появился Эйс. Её глаза широко распахнулись от радости, и она побежала к нему, широко улыбаясь.

— Учитель! Ты наконец пришёл! Я уже начала думать, что ты обо мне забыл.

Эйс усмехнулся, покачав головой.

— Как я мог? Я просто был... занят.

Ли Ли надула губы, но быстро отвлеклась.

— Ладно, Учитель. Корм для духовных зверей, который ты просил, готов.

При этих словах Эйс наконец вспомнил, о чём идёт речь.

Точно — он обменял несколько своих Духовных Кур на материалы для создания высококачественного корма для духовных зверей у Чжао Юня.

Поскольку за процесс отвечала Ли Ли, он не следил за ним.

Всё, что он знал, — это то, что он предложил идею "девушке-омлету", заключил сделкуи оставил остальное на её способные руки.

— Какого ранга корм? — спросил Эйс, скрестив руки.

Ли Ли постучала пальцем по губам, задумавшись на мгновение, прежде чем ответить.

— Учитель, корм Эпического Ранга!

Эйс приподнял бровь.

— О, значит, всего на ранг ниже Легендарного.

Ли Ли быстро покачала головой, размахивая руками.

— Нет-нет! Эпический → Уникальный → а потом уже Легендарный. Так что на два ранга ниже, Учитель!

Эйс, сбитый с толку, потер виски.

— Ладно, ладно. Думаю, тебе придётся как-нибудь подробно объяснить мне систему рангов.

Попрощавшись с мастером, Лю Мэй вошла в переполненную комнату.

Помещение было забито детьми, которые казались старше её, а некоторые были настолько высокими, что ей приходилось задирать голову, чтобы разглядеть их лица.

— Интересно, где же мой младший брат, — подумала она, окинув комнату взглядом, прежде чем тихо занять своё место.

Комната для подготовки была довольно простой — всего лишь огромный зал, заполненный несколькими сотнями стульев. Однако атмосфера здесь была далеко не спокойной.

Уже сформировались группы, некоторые дети сбились в тесные кружки, из-за чего остальным было трудно передвигаться.

Ещё до начала отборочного процесса то и дело вспыхивали потасовки.

— Железный Коготь, ты серьёзно это затеял?

— Ха-ха-ха! Это ты сам пришёл сюда, выставляя напоказ имя своей семьи!

Лю Мэй бросила взгляд на место перепалки. Коренастый юноша стоял, поставив ногу на стул, и смотрел сверху вниз на другого мальчика, распластавшегося на полу.

Проигравший явно получил взбучку, но, судя по его упрямому выражению лица, ему этого было мало.

Лю Мэй откинулась на спинку стула, скрестив руки, и наблюдала с лёгким интересом.

Пока Лю Мэй с весёлым азартом следила за разворачивающимся действом, кто-то резко пнул её стул.

Её реакция была мгновенной — не раздумывая, она развернулась и ударила стулом по голове того, кто его пнул.

— Какого чёрта?! Молодой господин, ты в порядке?!

Два мальчика, стоявшие рядом с пострадавшим, выглядели совершенно ошеломлёнными произошедшим.

Но Лю Мэй ещё не закончила. Она наслаждалась зрелищем, и её грубо прервали.

Сейчас она была крайне раздражена и смерила взглядом мальчика, которого только что ударила.

— Эй, ты — самцовый примат.

— Что?! — Мальчик, теперь окончательно оскорблённый, вскочил с пола.

— Да, ты. Самцовый примат, который не знает, что для него хорошо.

— Ццк! Ты смеешь—!

— Как ты смеешь так разговаривать с молодым господином Айсхартом?! — наконец взорвался один из его прихвостней.

Другой мальчик смотрел на Лю Мэй широко раскрытыми глазами, будто она уже была мёртвой.

Лю Мэй усмехнулась. — Вы даже царапины мне не сможете нанести, а я могу выбить из вас всю дурь.

Трое мальчиков моргнули в замешательстве. Что она имела в виду?

К этому времени шум привлёк внимание зевак, которые перешёптывались между собой.

Айсхарт почувствовал тяжесть их взглядов, его гордость была задета. Он не мог просто так это оставить.

— Пацаны, — прорычал он, — давайте покажем этой девчонке, почему мужчины всегда превосходят!

С этими словами все трое разом бросились на неё.

В тот момент, когда Айсхарт и его прихвостни ринулись на Лю Мэй, воздух в комнате для подготовки накалился.

Некоторые из собравшихся детей перешёптывались, их голоса полны ожидания, а другие ухмылялись, уже предвкушая, как высокомерную девчонку прибьют к ногтю.

В конце концов, как одна девчонка может справиться с тремя мальчишками одновременно?

Но как только их кулаки и пинки полетели в её сторону, Лю Мэй двинулась — грациозно, плавно, словно вода, просачивающаяся сквозь трещины в разбитой чашке.

Удар Айсхарта был направлен прямо в её лицо, но с лёгким наклоном головы она уклонилась, и он пролетел мимо, заставив его пошатнуться вперёд.

Его прихвостень слева попытался схватить её сзади, но ухватил лишь воздух, так как в последний момент она присела.

Другой подручный, явно не самый умный из троицы, уже замахнулся для дикого пинка — и, к его несчастью, его нога угодила прямиком в живот Айсхарта.

— Ты идиот! — закашлял Айсхарт, отступая.

— П-прости, молодой господин!

Но у них не было времени на перегруппировку, потому что Лю Мэй уже действовала.

— Эй, примат, — позвала она небрежно, её голос звучал насмешливо, пока она скользила за спину Айсхарта и лёгким движением ноги ударила его под колено.

Он моментально опустился в нелепый присед.

— Что—? — Айсхарт едва успел среагировать, как ладонь Лю Мэй шлёпнула его по затылку, заставив дёрнуться вперёд.

Толпа взорвалась смехом.

Лицо Айсхарта покраснело от ярости, он зарычал: — Атакуйте её вместе! Не жалейте сил!

Два прихвостня бросились на неё одновременно, размахивая кулаками, но Лю Мэй в последний момент просто шагнула в сторону.

Мальчишки врезались друг в друга с болезненным стуком, застонав и рухнув на пол.

— Ццк, ццк, — вздохнула Лю Мэй, разочарованно качая головой. — Если уж собрались драться, так хоть координируйтесь.

Айсхарт, теперь пылая яростью, снова бросился на неё. На этот раз он был быстрее и решительнее. Его кулак прорвал воздух, словно молот — но попал в пустоту.

Лю Мэй уже исчезла.

Прежде чем он успел понять, что произошло, острая боль вспыхнула у него на лбу.

Шлёп!

— Что за— — Айсхарт отшатнулся, хватаясь за лоб.

Лю Мэй ухмыльнулась, вертя ладонью. — Я называю это «приматовым шлёпом». Эффективно, не так ли?

— Ты маленькая—!

Айсхарт снова замахнулся, вложив в удар всю свою силу. Но Лю Мэй легко уклонилась, наблюдая, как его кулак летит прямиком в одного из его же прихвостней — снова.

— Только не сно—АААРГХ! — Прихвостень отлетел назад, стеная от боли.

Лю Мэй наклонилась вперёд, уперев руки в боки. — Вау, Айсхарт. Ты уверен, что не на моей стороне? Ты нанёс больше вреда своей же команде, чем я!

Толпа заходилась от смеха, некоторые держались за животы, другие вытирали слёзы.

Айсхарт, тяжело дыша, выглядел так, будто вот-вот взорвётся. Его лицо было настолько красным, что непонятно, от ярости или от стыда.

Единственный оставшийся прихвостень заколебался, явно сожалея обо всех жизненных решениях, приведших его к этому моменту.

Но Лю Мэй ещё не закончила.

— Ладно, давайте завершим это, — сказала она небрежно.

С внезапным всплеском скорости она шагнула вперёд, легко избежав отчаянного последнего удара Айсхарта.

Одним плавным движением она подставила ногу ему под лодыжку, отправив его на спину с громким глухим стуком.

На мгновение в комнате воцарилась мёртвая тишина.

Затем раздались аплодисменты.

— Она его уничтожила!

— Это было невероятно смешно!

— Айсхарта разыграли, ха-ха-ха!

Лю Мэй отряхнула руки и с самодовольной ухмылкой посмотрела на Айсхарта. — Было весело, примат. Давай как-нибудь повторим.

Айсхарт лежал на полу, стеная от боли. Стиснув зубы, он жестом подозвал к себе последнего оставшегося подручного.

Тот наклонился, и Айсхарт что-то прошептал ему на ухо.

Мальчик тут же кивнул и бросился прочь.

Всё ещё держась за ноющее тело, Айсхарт пробормотал себе под нос, его глаза пылали ненавистью. — Не думай, что ты в безопасности.

Эйс, убедившись, что всё в порядке с кормом для духовных зверей, повернулся к Лили. — Ладно, похоже, всё готово. Я пойду.

Лили, всё ещё держа в руках охапку свежесобранного Духовного Риса, нахмурила брови. — Учитель, перед тем как уйти, у меня есть предложение.

Эйс склонил голову. — Какое?

Она вытерла руки о фартук и жестом указала на бескрайние поля позади себя. — У вас теперь больше 3 миллионов золотых кредитов, Учитель. Но на что вы собираетесь их потратить? Ваши духовные звери достигли своего максимума, и вкладывать больше не во что.

Эйс моргнул. — Что? Погоди, с каких пор у меня столько золотых кредитов?

Лили скрестила руки и кивнула. — Я ведь работала день и ночь. Так что вместо того чтобы копить золотые кредиты, как дракон на куче сокровищ, почему бы не начать запасать продукты с фермы? Никогда не знаешь, когда могут пригодиться высококачественные ингредиенты или Духовные Злаки. Или, может быть... ну, не знаю... вложиться во что-то полезное? Снаряжение, ресурсы для культивации, редкие семена?

Эйс потер подбородок, окидывая взглядом процветающие поля, размышляя над её словами. — Возможно, ты права, но у меня нет времени думать об этом сейчас. Турнир ещё идёт.

Лили вздохнула с раздражением. — Хорошо, хорошо. Но хотя бы не оставляйте своё богатство без дела. Даже если сейчас оно вам не нужно, накопление ресурсов — всегда мудрое решение.

Эйс лениво отдал ей честь. — Принято к сведению, главный фермер Лили.

Лили закатила глаза, но улыбнулась. — Идите и выиграйте турнир, Учитель.

С этими словами Эйс покинул системное пространство, и его зрение вернулось к реальности. Он вышел из уборной, потянулся и направился обратно на своё место сквозь шумную толпу.

Атмосфера на арене была наэлектризована. Зрители кричали, ревели и делали ставки, азарт витал в воздухе.

На арене первый раунд подошёл к концу. В центре поля битвы стояла одинокая фигура: молодая женщина в гладких в серебристых одеяниях её длинные волосы цвета обсидиана развевались на ветру, пока она ровно дышала.

Её меч, мерцающий остаточной энергией, всё ещё гудел после последнего удара. Вокруг неё лежали поверженные участники, некоторые стонали, другие были без сознания.

Пыль осела, и голос ведущего прогремел:

— И победитель первого раунда — леди Флоу, мажор Серебряного Ранга!

Толпа взорвалась аплодисментами, некоторые скандировали её имя, другие сокрушались о проигранных ставках.

Эйс наклонился вперёд, его глаза сузились от интереса. — Чёрт. Это было эффектно.

Когда первая победительница покинула сцену, начался следующий матч. Бойцы выходили на поле, битвы вспыхивали, как лесной пожар, и один за другим появлялись новые победители. Некоторые схватки были взрывными, с столкновениями ци и навыков, другие заканчивались мгновенно, решённые одним точным ударом.

Раунды продолжались, напряжение нарастало с каждой минутой. И затем...

— Участница Лю Мэй, выходите на сцену!

Эйс слегка выпрямился. Он ждал этого.

Лю Мэй встала, отряхнула одежду и направилась к полю битвы с лёгкостью человека, идущего на пикник.

Момент настал.

Голос рефери прозвучал над ареной:

— Начали!

В мгновение ока три бойца Серебряного Ранга двинулись, их взгляды приковались к Лю Мэй, как волки, окружившие добычу.

Участники Ранга Воинов не вмешивались. Зачем им это? Пусть Серебряные Ранги сражаются между собой, оставляя слабым бойцам шанс пройти незамеченными.

Боец Серебряного Ранга с толстым шрамом на челюсти усмехнулся.

— Леди, не вините нас за то, что произойдёт. Вы перешли дорогу Молодому Мастеру — это просто последствия.

Лю Мэй не ответила. Ей не было интересно. Её глаза мелькнули, когда она осмотрела окружение, разум уже обрабатывал поле битвы, как шахматную доску.

Затем они атаковали.

Первый боец бросился вперёд, его клинок сверкал энергией.

— Шесть ударов молнии!

Его меч попал в цель — но не в Лю Мэй. Вместо этого он поразил участника Ранга Воинов, стоявшего рядом. Несчастный воин отшатнулся, глаза расширились от шока.

В шаге от него Лю Мэй стояла невредимой, и лёгкий смешок сорвался с её губ. — Ой! Это было близко.

Лицо бойца Серебряного Ранга исказилось от ярости. Стиснув зубы, он вырвал меч и снова ринулся в атаку, его два союзника прикрывали фланги.

Сталь сверкала. Трое наносили удары с точностью, их клинки рассекали воздух, но...

Удар! Ещё один Воин рухнул.

Хруст! Раздался стон боли, когда очередной боец получил удар, предназначенный для Лю Мэй.

Воины поняли слишком поздно — они были не просто зрителями в этой битве. Они были жертвами.

— Чёрт возьми! Она использует нас как щиты! — крикнул один из них, отступая.

Паника распространилась с быстротой лесного пожара. Оставшиеся Воины бросились к краям арены, пытаясь избежать смертоносного перекрёстного огня.

Но Лю Мэй следовала за ними — медленно, методично — её присутствие было как тень, от которой невозможно избавиться.

Каждый её шаг заставлял противников метаться, их хаотичные увёртки только подставляли их под удары.

Ей не нужно было атаковать. Поле битвы работало за неё.

Надежда на спасение таяла. Серебряные Ранги, теперь отчаявшиеся, осознали, что их же удары нанесли Воинам больше вреда, чем девушке, с которой они должны были сражаться.

Их атаки никогда не достигали её — но они достигали кого-то.

Один из них стиснул зубы. — Тьфу! Хватит играть! Окружите её снова!

В тот момент, когда они шагнули вперёд, Лю Мэй тоже двинулась — на этот раз её ухмылка стала шире.

С края арены один из Воинов наконец понял, что происходит. Его глаза расширились от ужаса, когда он наблюдал за хаосом.

— Они делают вид, что сражаются друг с другом, а сами уничтожают нас одного за другим! — закричал он, голос дрожал от ярости. — Они думают, что мы дураки!

Другой Воин, уже кипящий от предыдущих атак, сжал кулаки. — Покажем им, что с нами нельзя так обращаться!

Боевой клич прозвучал, когда Воины, до этого державшиеся в стороне, бросились вперёд.

Трое Серебряных Рангов почувствовали, как у них ёкнуло в животе.

— Подождите! Это не то, что вы думаете... — начал один из них, но было уже поздно.

Воины не слушали. Время для объяснений прошло.

Серебряные Ранги, когда-то хищники, теперь оказались окружены со всех сторон.

Даже другие участники Серебряного Ранга, до этого наблюдавшие за схваткой, присоединились к атаке.

Лю Мэй сделала шаг назад, наблюдая, как поле битвы погружается в хаос.

Затем, с лёгким смешком, она прошептала: — Это было проще, чем я думала.

Лю Мэй наблюдала за происходящим с безмятежным выражением лица, её глаза сверкали от удовольствия.

Всего за несколько минут на поле боя воцарился хаос. Уверенные в себе бойцы Серебряного ранга перешли к обороне, их мечи едва успевали парировать атаки, сыпавшиеся со всех сторон.

Один из них — мужчина со шрамом, который возглавлял атаку, — теперь отбивался от трёх бойцов Ранга Воина, его лицо исказилось от раздражения.

— Чёрт возьми! Мы должны были устранить её, а не оказаться в окружении!

Другой бойец Серебряного ранга едва увернулся от летящего удара разъярённого Воина.

— Это... это не должно было так закончиться!

Лю Мэй крутанулась на месте, легко уклонившись от случайного удара, затем прикоснулась к подбородку, изображая задумчивость.

— Ох, дорогие... похоже, вы немного заняты. Мне вернуться позже?

Её насмешки только подлили масла в огонь.

Один из Серебряных рявкнул:

— Ты, маленькая...

Но он не успел закончить. Воин тараном врезался в него сбоку, и оба покатились по полю боя.

Эйс, наблюдавший с трибун, тихо свистнул.

— Чёрт. Она превратила их в свою личную демонстрационную команду.

На этот раз внутренний голос не насмехался, а похвалил Лю Мэй.

"Она идеально управляет ходом битвы. Каждое её движение заставляет кого-то другого действовать. Это не просто мастерство — это чистая интуиция".

На арене ситуация полностью изменилась. Бойцы Серебряного ранга, которые должны были доминировать, теперь разваливались на части, их собственная ярость и неосторожность делали их уязвимыми.

Лю Мэй, не тронутая и улыбающаяся, наконец решила, что пора заканчивать.

Она мягко выдохнула — и затем...

Двинулась вперёд.

В мгновение ока она оказалась среди них.

Взмах запястья — один Серебряный полетел в сторону.

Смена стойки — другой споткнулся о отступающего союзника.

Она танцевала по полю боя, как призрак, каждый шаг был выверен, каждое действие — осознанно. Она не просто сражалась — она дирижировала.

И один за одним её противники падали.

Последний оставшийся Серебряный отступил, его глаза метались по сторонам, глядя на поверженных союзников.

— Не может быть... этого не происходит.

Лю Мэй наклонила голову.

— Я понимаю. Это сложно осознать.

Одним резким движением она сократила дистанцию.

У последнего бойца не было времени среагировать, прежде чем резкий удар обрушился на его плечо.

Его тело напряглось — и рухнуло.

На поле боя воцарилась тишина.

Затем...

— Победитель 19-го раунда — леди Лю Мэй, пик Серебряного ранга! — прогремел голос ведущего.

Эйс откинулся на спинку сиденья, ухмыляясь.

— Ну, это было весело.

Лю Мэй, всё ещё на поле боя, хлопнула в ладоши, словно стряхивая пыль. Затем развернулась и сошла со сцены — будто только что завершила неспешную прогулку.

Толпа бушевала, их недоверие было осязаемым. Никто не ожидал, что девушка одержит победу — и уж тем более не предполагал, что она будет так легко и искусно доминировать на поле боя.

Шёпоты пробежали по трибунам, одни полные восхищения, другие — откровенного шока.

Но те, кто понимал истинный вес этой победы — те, кто знал подоплёку, — были потрясены ещё больше.

Среди побеждённых бойцов был настоящий ученик одного из топовых сект.

Его личность оставалась тайной, как того требовала традиция. Эти ученики часто участвовали в турнирах инкогнито, раскрывая себя только после победы, их триумф был заявлением о доминировании их секты.

Но в этот раз...

Неизвестная девушка вышла победителем.

Она не полагалась на грубую силу. Она не подавила их мощью.

Она переиграла их. Столкнула их друг с другом. Ушла без единой царапины.

Было ли это подло? Конечно. Но это была победа.

....

....

Внутри величественного павильона с видом на арену сидели две фигуры, наблюдая в тишине.

Хуа Тинг поглаживал бороду, его глаза сверкали любопытством, когда он повернулся к Шань Ифэну.

— Шань Ифэн, почему ты не упомянул, что твоя старшая сестра настолько сильна?

Шань Ифэн встретил его взгляд спокойным, непоколебимым выражением.

— Ты не спрашивал.

Хуа Тинг рассмеялся.

— Хо-хо, справедливо! Но скажи, уверен ли ты в победе над вундеркиндом семьи Сяо? Кажется, в этот раз они привезли монстра.

Шань Ифэн на мгновение замолчал. Так называемый монстр — Сяо Лин — был печально известен.

Ярчайший талант семьи Сяо. Золотой ранг до совершеннолетия. Гений, чьё имя гремело по всему региону.

Ходили слухи, что семья Хуа даже пыталась заставить семью Сяо выдать Сяо Линя замуж за их род — попытка заполучить этот чудовищный талант для себя.

Шань Ифэн сжал кулаки, его решимость окрепла.

"Талант, не поддающийся описанию, уже Золотой ранг... Но я могу устоять, даже будучи на пике Серебра".

"Учитель не зря кормил меня лучшей пищей, доступной в этом мире".

Его губы разомкнулись, голос был твёрдым, непоколебимым.

— Я выиграю.

Это не было высокомерием. Это была уверенность — заслуженная и абсолютная.

Однако Хуа Тинг лишь усмехнулся, приняв это за юношескую гордость или попытку успокоить себя. Он надеялся, что это последнее.

— Хорошо. «Настоящий» турнир начинается завтра. Отдохни и будь готов.

С этими словами Хуа Тинг развернулся и пошёл прочь.

Шань Ифэн последовал за ним, его ум был остёр, как бритва, сердце — спокойно.

.....

.....

Сяо Лин, остававшийся равнодушным на протяжении всего турнира, наконец шевельнулся, когда до него донесся голос Сяо Уцзы.

— Послушай, парень, — сказал Сяо Уцзы, его тон был непринуждённым, но с оттенком чего-то более тяжёлого. — Та девушка... скоро достигнет Золотого ранга. Возможно, в середине боя. Возможно, ещё до его начала.

Взгляд Сяо Лина стал острее.

— Глава семьи, что ты пытаешься сказать? — спросил он настороженно.

Сяо Уцзы усмехнулся, низко и многозначительно.

— О, нет, нет. Я не пошлю тебя устранять проблему, пока она не проявилась полностью. — Он повернулся, его взгляд теперь был устремлён на фигуру вдали.

— Но я хочу, чтобы ты разузнал о человеке, с которым она.

Сяо Лин последовал за его взглядом. Как только его глаза упали на молодого человека, его выражение изменилось — в нём читались узнавание, недоверие и что-то, граничащее с замешательством.

— Глава семьи... разве ты не помнишь? Он... он был частью семьи Сяо. Сяо Чжи, — прошептал Сяо Лин, его голос едва слышен. — Одно слово, и...

Он не успел закончить.

Сяо Уцзы исчез.

Мгновение спустя он появился перед Эйсом, его тёмные глаза сверкали жестокой потехой.

— Ха-ха-ха... Я никогда не ожидал... — Его смех был тихим и насмешливым. — Я никогда не ожидал, что ты будешь настолько бесполезной тратой потенциала, даже в детстве.

Тело Эйса напряглось. Инстинктивно он шагнул вперёд, поставив Лю Мэй за спину. Он не говорил. Ему не нужно было.

Воспоминания нахлынули на него — груз прошлого давил. Это был человек, ответственный за изгнание его предшественника. Человек, который когда-то определял его судьбу.

Сбоку другой голос прорезал напряжённость.

— Уцзы, — лениво произнёс Хуа Хуа, его насмешка едва скрывала сталь в словах. — Он гость нашей семьи Хуа. Я должен воспринимать это как объявление войны?

Сяо Уцзы даже не удостоил его взглядом.

— Пошёл вон. Это семейное дело.

Хуа Хуа рассмеялся.

— О, пожалуйста. Ты же сам его отрёк, помнишь?

Воздух стал тяжёлым, наполненным присутствием интенсивной кровожадности.

Ауры столкнулись — два эксперта Тёмного Золотого ранга стояли лицом к лицу, их одного присутствия было достаточно, чтобы более слабые культиваторы покрылись холодным потом.

Никто не двигался.

Никто не отступал.

Момент растянулся, наполненный невысказанными обещаниями кровопролития.

Затем...

Появились другие присутствия. Всё больше и больше фигур наблюдали, выжидали.

Глаза Сяо Уцзы мелькнули расчётом, прежде чем он медленно отступил.

Небольшая неудача. Не более.

— Кучка смертных, — прошипел он, его мысли кипели злобой.

"Просто подождите. Скоро я вознесусь. Вот тогда я приду за вашими головами".

Его взгляд вернулся к Эйсу, холоднее, чем прежде.

— Сяо Чжи, — произнёс он, его голос был шёпотом смерти.

— Мы ещё встретимся.

Он развернулся, уходя, но не прежде, чем бросить последнее обещание через плечо.

— И это будет наша последняя встреча.

Когда присутствие Сяо Уцзы исчезло, Эйс медленно выдохнул, но тяжесть, давившая на его грудь, не ослабла.

Впервые за долгое время он почувствовал себя... незначительным.

Все это время голос в его голове повторял одни и те же леденящие душу слова:

— Молись, чтобы выиграть турнир. Старик действительно намерен убить тебя... но не так легко.

Эйс сжал кулаки.

— Почему?

Почему Сяо Уцзы сначала отрекся от него, а теперь открыто угрожал перед зрителями?

Было ли это демонстрацией силы? Предупреждением? Или он искал скрытых врагов, ожидая, кто осмелится выступить?

Эйс не мог точно определить причину, но в глубине души его грызло чувство — тяжелое, удушающее ощущение, что между ними лежала огромная вражда.

Та, о которой он не помнил.

Его мысли прервал звук приближающихся шагов.

Хуа Хуа подошел, излучая свою обычную беззаботную надменность, за ним следовал Хуа Тигр.

— Приветствую, мастера Сяо. — Он сделал паузу, затем усмехнулся и поправился. — Кхм, то есть, приветствую, мастера Чжи.

В его голосе звучала явная насмешка, но взгляд скользнул в направлении, куда ушел Сяо Уцзы, — настороженный и расчетливый.

Эйс не ответил сразу, все еще погруженный в водоворот своих мыслей.

Хуа Хуа, всегда проницательный, не стал давить. Вместо этого он сменил тему:

— Я видел твоего ученика... точнее, обоих. Из них вырастут настоящие монстры.

Его усмешка расширилась:

— Я бы на твоем месте забеспокоился, мастер Чжи. Дайте им пару лет, и они могут превзойти тебя.

Хуа Тигр, до сих пор молчавший, лишь погладил бороду, его острый взгляд был устремлен на Лю Мэй.

В последний раз он видел девушку, когда она только достигла Серебряного Ранга.

Это было всего несколько месяцев назад.

А теперь она уже приближалась к Золотому Рангу.

Они станут монстрами?

Нет.

Эта девушка уже была монстром.

— Мастер Чжи, не хочешь ли остаться с нами на время турнира?

Тон Хуа Хуа был непринужденным, но в его остром взгляде было что-то большее — предложение, защита от опасности, с которой Эйс только что столкнулся.

Приглашение? Да. Но и спасательный круг.

Эйс заколебался.

Что-то внутри подсказывало ему отказаться, действовать осторожно. Будет ли принятие их гостеприимства знаком слабости? Затянет ли это его глубже в политические игры могущественных семей?

Но затем... он взглянул на Мэйэр.

Лю Мэй стояла рядом, ее маленькие руки сжаты в кулаки. Она дрожала, но не от страха — скорее, встреча с Сяо Уцзы выбила ее из колеи.

Эйс медленно выдохнул.

— Хорошо, — сказал он твердо. — Я принимаю ваше предложение.

— Тебе понравится у нас, мастер Чжи, — Хуа Хуа улыбнулся с пониманием.

Затем, словно вспомнив что-то, он рассмеялся:

— О, кстати, та свинина, которую ты нам дал... это было лучшее, что я когда-либо пробовал. Даже поставщики с черного рынка не сравнятся. Чем бы ты ни кормил этих свиней, это нечто невероятное.

Эйс усмехнулся, но не стал развивать тему. Он давно понял, что продукты его фермы — вне конкуренции.

— Хорошо, что я взял немного с собой в дорогу, — сказал он небрежно. — Давайте разделим трапезу.

Глаза Хуа Хуа загорелись:

— Это лучшая новость за весь день!

Эйс взглянул на Лю Мэй, которая все еще стояла рядом. Он ведь обещал ей хорошую еду.

— Теперь нельзя жадничать, — подумал он про себя, и на его губах мелькнула легкая улыбка.

На следующий день самые влиятельные представители семьи Хуа — глава семьи Хуа Хуа и два брата, Хуа Тинг и Хуа Тигр — собрались в большом павильоне с видом на арену турнира.

Утренний воздух был свеж, наполнен шепотом зрителей, жаждущих новых битв.

Эйс сидел рядом, скрестив руки, его взгляд был прикован к арене. Сегодня начинался настоящий турнир, и, несмотря на скрытые опасности, он не мог отрицать, что внутри него разгоралось волнение.

Рефери вышел на сцену, его голос прокатился по колизею:

— Первый бой дня! Леди Флоу, высший Серебряный Ранг — выходите!

На арену вышла грациозная фигура, ее движения были столь же плавными, как и ее имя. Одетая в струящийся шелк, она излучала спокойную уверенность, ее аура Серебряного Ранга мягко колебалась вокруг.

— И её противник — молодой мастер Джек, средний Серебряный Ранг!

Молодой человек шагнул на поле боя, его стойка была жесткой, глаза горели решимостью. Хотя ему не хватало изящества соперницы, в его взгляде читался огонь.

Толпа затихла в ожидании.

— Помните: ваша жизнь и смерть ничего не значат, если вы не сдадитесь, — голос рефери прозвучал твердо и бесстрастно. — Поднимите руку, если хотите сдаться.

Ни один из участников не пошевелился.

Воцарилось напряженное молчание.

Затем...

— Фью-у-у-у-у-у!

Резкий звук свистка возвестил начало боя.

Толпа взорвалась.

— Леди Флоу! Я поставил на тебя — не подведи!

— Джек! Если проиграешь, я тебя прикончу!

Смех и крики наполнили воздух, одни зрители ревели от возбуждения, другие подбадривали ради забавы.

Но на сцене не было места веселью.

Флоу стояла молча, ее меч был поднят, глаза закрыты, словно она медитировала, а не готовилась к схватке.

Джек не терял времени. В бою не было места словам — только дураки упрекали противников за недооценку.

Он рванул вперед, его скорость впечатляла, намерение было ясным. На полпути он исчез — чтобы в следующее мгновение появиться за спиной Флоу. Его кулак ударил точно, сокрушительной силой обрушившись на ее спину.

Флоу отлетела через всю арену, врезавшись в угол с оглушительным ударом. Кровь брызнула на землю, когда она закашляла, ее тело дрожало от удара.

Джек усмехнулся:

— Вот что бывает за недооценку.

Но затем...

Его зрение помутнело. Мир исказился неестественным образом.

И затем... он увидел себя.

Точнее... он увидел свое тело.

С трибун донеслись ужасные возгласы.

Безголовый труп Джека замер, а затем рухнул, кровь растекалась под ним.

Первая смерть турнира.

Тишина окутала арену.

Флоу медленно подняла голову, ее глаза открылись с леденящим спокойствием. Без единого слова она сошла со сцены.

На ее теле не было ни царапины — след от удара исчез.

И все же окровавленный клинок в ее руке говорил об обратном. Кровь, капающая с лезвия, была неопровержимым доказательством — это не было иллюзией. Все было реально.

— П-Победитель — Леди Флоу! — объявил рефери, его голос прозвучал над ошеломленной тишиной.

На мгновение толпа замерла, осознавая произошедшее.

Затем те, кто поставил на нее, взорвались ликующими криками.

Выражение Эйса оставалось непроницаемым, пока он осмысливал правила.

— Им разрешено убивать? — спросил он.

Хуа Хуа кивнул.

— Да, Турнир Дракона и Феникса воспринимается очень серьёзно. Сила определяет судьбу здесь.

Голос в голове Эйса отозвался эхом:

"Так ты готов пожертвовать жизнями своих учеников ради своей жадности?"

Эйс проигнорировал его, сжав челюсти.

— Мне нужно поговорить с моими учениками.

Члены семьи Хуа не стали его останавливать. Они лишь наблюдали, как он направился в зону подготовки.

— Мэйэр! Ифэн! — позвал он, оглядывая толпу.

На мгновение он не мог их найти. Затем заметил двоих, спокойно беседующих, словно они не на пороге битвы, где смерть — реальная возможность.

Он резко выдохнул и подошёл.

— Вот вы где.

Лю Мэй наклонила голову.

— Что-то не так, Учитель?

Эйс замедлился перед ответом.

— Как насчёт того, чтобы сняться с турнира?

Лю Мэй улыбнулась, её уверенность не дрогнула.

— Учитель, всё в порядке. Мы никого не убьём.

Эйс сузил глаза.

— Я как раз боюсь обратного.

— Не волнуйтесь, — успокоила она. — Я справлюсь.

Он повернулся к Шань Ифэну, который лишь усмехнулся.

— Учитель, просто смотрите. У меня для вас большой сюрприз.

Эйс нахмурился. Они были слишком уверены в себе. Возможно, не осознавали опасности.

Он вздохнул.

— Если ваш противник — Золотой Ранг, сдавайтесь. Поняли?

— Да, Учитель, — ответили они хором.

Взгляд Эйса стал твёрдым.

— Если не сделаете этого, я накажу вас даже после смерти.

Даже произнося это, он почувствовал вину. Глубоко внутри он не хотел, чтобы они сдавались.

Где-то в глубине души он уже сделал выбор — позволить им сражаться, позволить им рискнуть всем.

Это была азартная игра.

Либо они победят и добудут для него мануал божественного уровня, либо погибнут, пытаясь выиграть.

В конце концов, он решил поставить их жизни на кон ради своей выгоды.

У Эйса не было времени размышлять, так как Шань Ифэна уже вызвали на арену.

— Следующий — Хуа Фэн из семьи Хуа! — объявил ведущий.

Это был псевдоним, который дала Ифэну семья Хуа. Поскольку он представлял их, имя без «Хуа» было бы неуместным.

Ифэн усмехнулся и махнул рукой.

— Ладно, смотрите на меня, Учитель! — весело сказал он, шагая вперёд.

Эйс скрестил руки, его беспокойство не утихало.

Лю Мэй, стоя рядом, ободряюще улыбнулась.

— Всё в порядке, Учитель. Младший брат стал намного сильнее.

— Я всё равно волнуюсь, Мэйэр. Разве учителю нельзя волноваться? — пробормотал Эйс.

Лю Мэй хихикнула.

— Вы нам не доверяете?

Эйс бросил на неё взгляд.

— Ты становишься всё наглее. Наверное, стоит меньше тебя кормить.

— Что?! Учитель, если я не буду есть, как же я вырасту?!

— Останешься маленькой на всю жизнь, — равнодушно ответил Эйс.

Лю Мэй сделала драматический вздох.

— Это жестоко!

Напряжение спало, и Эйс рассмеялся, несмотря на свои переживания.

Затем ведущий продолжил:

— Его противник — Ху Ли из семьи Ху, также пиковый Серебряный Ранг!

Толпа зашумела от возбуждения.

Как и в предыдущем матче, судья поднял руку.

— Если кто-то из вас желает сдаться, поднимите руку сейчас.

Ни один из бойцов не пошевелился.

Судья кивнул, поднёс свисток к губам и дунул.

"Фью-у-у-ут!"

Звук свистка разнёсся по арене.

Ху Ли усмехнулся, на его лице растянулась насмешливая ухмылка.

— Хуа Фэн, да? Почему бы тебе не сдаться, пока я не убил тебя?

Эйс, стоя в стороне, пробормотал себе под нос:

— Ху Ли дерьмо, — и расхохотался.

Он опёрся на Лю Мэй, не в силах сдержаться.

Лю Мэй моргнула в недоумении.

— Учитель, что такое «Ху Ли дерьмо»?

— Ничего, дорогая. Абсолютно ничего, — ответил Эйс, всё ещё смеясь. Он быстро сменил тему. — Ну, кто, по-твоему, победит?

— Младший брат, — без колебаний ответила она.

— Хорошо, я полностью доверяю тебе... и ему, — ухмыльнулся Эйс.

— А ещё, — лукаво добавила Лю Мэй, — младший брат сказал, что хочет, чтобы принцесса стала его партнёршей!

Эйс совсем забыл об этом.

Принцесса — та самая, что объявила о поиске культиватора партнёра для двойного культивирования и перенесла турнир на неделю.

Прим переводчика Принцесса явно заказывает первый вариант (со всеми спецэффектами)

Наш Ифэн же искренне думает, что это типа группового задания по физре 😂 полагаю.

— Не знал, что у него такие... изысканные вкусы, — усмехнулся Эйс.

На арене Ху Ли уже начал атаку, его удары были яростными. Каждый удар заставлял Шань Ифэна отступать шаг за шагом.

"Бум!"

Прямой удар в живот отправил Ифэна в сторону, едва удерживающего равновесие на потрескавшемся камне арены.

"Бам!"

Следующий удар пришёлся в плечо. Тело Ифэна скрутилось от удара, его дыхание стало тяжёлым.

Толпа зашепталась.

— Хуа Фэн проигрывает.

— Ху Ли не даёт ему ни шанса!

Ху Ли ухмыльнулся, уверенность переполняла его.

— Что случилось, Хуа Фэн? Уже не такой наглый? Давай, сдавайся.

Но в момент, когда он занёс руку для очередного удара...

Что-то изменилось.

Тело Ифэна закачалось, его стойка стала неровной и непредсказуемой. Вместо чётких уклонов его движения стали... хаотичными.

Нет, не хаотичными.

Непредсказуемыми, неестественными.

Глаза Эйса расширились. Он медленно разжал руки, осознавая происходящее.

Это... техника Пьяного Человека?! Как? Я показал ему её лишь раз!

Кулак Ху Ли пролетел в миллиметре от Ифэна, который, казалось, потерял равновесие, но затем изогнулся под невозможным углом. Его рука лениво взметнулась вверх.

"Шлёп!"

Ладонь ударила Ху Ли по лицу. Это был даже не полный удар, но его нелепость заставила Ху Ли пошатнуться.

— Что за чёрт? — прошипел Ху Ли, пытаясь восстановить равновесие.

Он атаковал снова, но Ифэн качался, уклонялся, двигался так, как будто был пьян. Его тело изгибалось и скручивалось, словно у человека в запое, но каждое движение оказывалось точным.

Неудачный замах. Шаг в пустоту.

Удары Ху Ли больше не достигали цели.

Ифэн внезапно улыбнулся, его глаза загорелись азартом. Его ноги замелькали —

И затем он нанёс удар.

Кулак, небрежный и непримечательный, но он попал точно в рёбра Ху Ли.

"Хрусь!"

Звук разнёсся по арене.

Ху Ли пошатнулся, закашлявшись. Он едва успел понять, что произошло, как...

"Бам!"

Колено в челюсть.

"Бум!"

Локоть в висок.

Тело Ху Ли рухнуло на камень, дёргаясь в конвульсиях.

Воцарилась тишина.

Судья замедлился, прежде чем поднять руку.

— П-победитель... Хуа Фэн!

Эйс медленно выдохнул, не отрывая взгляда от Ифэна, который не проявлял радости, несмотря на победу.

Лю Мэй дёрнула его за рукав.

— Учитель, вы видели? Младший брат просто потрясающий!

— Противоборство, которого вы все ждали! Железный Коготь, Пик Серебряного Ранга.

На сцену вышел высокий мужчина, его мускулистое тело покрыто старыми боевыми шрамами, самый заметный из которых пересекал обнажённую грудь по диагонали. С уверенной ухмылкой он поднял руку, отвечая на рёв толпы, и кивнул в такт их приветствиям.

Затем рефери развернулся, представляя его соперника.

— И его противник, Рейнджер, Высший Серебряный Ранг!

На арену вышел худощавый, жилистый мужчина, его движения были лёгкими, но непримечательными. В отличие от приветственных криков, которые получил Железный Коготь, толпа разразилась бурями неодобрения и насмешек.

Железный Коготь был не обычным участником. Он сражался в прошлогоднем турнире, дошёл до финала, где бился за титул Багрового Пламени Дракона, но потерпел сокрушительное поражение — именно в той битве он получил этот шрам.

Титул Багрового Пламени Дракона олицетворял силу, страсть и несгибаемый дух.

На этот раз он совершил небольшой, но ключевой прорыв — и достиг Пика Серебряного Ранга. Он был не просто очередным участником. Он был фаворитом на победу в этом году.

Железный Коготь хрустнул костяшками пальцев, звук зловеще разнёсся по арене. Он усмехнулся, его покрытая шрамами грудь поднималась и опускалась в ровном ритме, пока он принимал стойку.

Напротив него Рейнджер поправил перчатки, его движения были точными, выверенными. Его худощавое телосложение резко контрастировало с мощной фигурой Железного Когтя, что делало недовольство толпы ещё громче.

— Скукота!

— Просто сдайся!

— Это даже минуты не продлится!

Железный Коготь усмехнулся, подняв руку, чтобы утихомирить насмешки.

— Расслабьтесь. Я быстро с этим разберусь.

Рефери взглянул на обоих бойцов.

— Кто-нибудь из вас хочет сдаться?

Оба покачали головами.

"ФУУУУУИТ!"

"БУМ!"

Железный Коготь рванул вперёд, земля треснула под его ногами, когда он бросился в атаку, его кулаки, покрытые железом, обрушились вниз, словно валуны.

"ВЖИК!"

Но Гребца уже не было.

Мерцание — лишь размытое движение — и он снова появился у бока Железного Когтя.

"БАМ!"

Удар ладонью по рёбрам.

Железный Коготь хмыкнул, но едва пошатнулся. Он размахнулся мощной рукой, но Рейнджер уже снова исчез, появившись с другой стороны.

"БАМ!"

Ещё один удар — на этот раз по плечу.

Насмешки толпы стихли.

Железный Коготь зарычал.

— Ты...!

"БУМ!"

Он топнул ногой, расколов сцену, подняв в воздух пыль и обломки. Его аура вспыхнула, блокируя поле боя, загоняя Рейнджера в свою зону досягаемости.

— Попался.

"ВЖИК!"

Металлический кулак рванулся вперёд — быстрее, чем прежде.

Но он снова промахнулся.

"БАМ! БАМ! БАМ!"

Атаки Рейнджера стали быстрее, неумолимыми. Его худощавое телосложение не имело значения — его удары были точными, используя каждую брешь.

Раздражение Железного Когтя росло. Его кулаки были мощными, но медленными, словно он пытался поймать ветер.

И затем...

"ШШК!"

Пальцы Рейнджера скользнули по старому шраму Железного Когтя.

От чего Железный Коготь дёрнулся, и это не ускользнуло от взгляда Рейнджера.

Слабость!

Взгляд Рейнджера заострился. Вот оно.

Он изменил ритм, больше не целясь в случайные точки — теперь он сосредоточился на этом месте.

— Хватит бегать, я сказал! — рёв Железного Когтя прокатился по арене, когда он внезапно резко остановился.

Он закрыл глаза. Насмешки и крики толпы растворились в фоне, его уши уловили малейшее движение воздуха.

Уголки его губ дрогнули в усмешке.

Резким движением он нанёс удар — резкий пинок вправо, за которым последовал сокрушительный удар кулаком в землю.

"ТУД!"

Рейнджер, который до этого скользил по полю боя, словно призрак, был на полпути к атаке, его клинок был направлен на горло Железного Когтя — но пошатнулся, когда земля под ним треснула.

Этого мгновения потери равновесия хватило Железному Когтю.

Его фирменное оружие, жестокий железный коготь, прикреплённый к предплечью, сверкнул на солнце, когда он нанёс безжалостный удар.

"ШШК!"

Чистый разрез по горлу.

Глаза Рейнджера расширились в безмолвном ужасе, его тело обмякло, безжизненно рухнув на землю.

На мгновение воцарилась тишина.

Затем...

Арена взорвалась!

— Да! Не смей проигрывать — я поставил на тебя все свои сбережения!

— Вот как это делается, Железный Коготь!

Дикие крики и ликующие возгласы наполнили воздух, толпа ревела от восторга, окровавленное поле боя разжигало их азарт.

— Далее у нас Лю Мэй, тёмная лошадка, чья истинная сила остаётся загадкой!

Рефери объявил это, успокаивая толпу.

— А на другой стороне — прошлогодний финалист за титул Теневого Клыка Дракона, Спи Дин из секты Небесного Меча.

Волна возбуждения прокатилась по толпе, когда Спи Дин вышел на сцену.

Титул Теневого Клыка Дракона давался тем, кто был быстр, хитёр и чьи удары были подобны фантомным.

Как финалист прошлого года, Спи Дин также был одним из фаворитов публики.

Лю Мэй, напротив, вышла на платформу неспешным шагом, её миниатюрная фигура делала огромную на вид сцену ещё больше.

— Я слышал, ты победила ученика из секты Белого Снега во время отборочного этапа.

Голос Спи Дина разнёсся по сцене, его тон был непринуждённым, но с оттенком вызова.

Лю Мэй лишь рассмеялась, не удостоив его ответом.

Рефери шагнул вперёд.

— Бойцы, если кто-то из вас хочет сдаться, поднимите руку сейчас.

Никто не подал признаков сдачи. Затем рефери дал свисток.

(Давайте пропустим этот "ФУУУУУИТ", ладно?)

— Бой!

Спи Дин мгновенно исчез с места.

Сцена тут же заполнилась его послеобразами, мерцающими, как призраки. Где бы он ни появлялся, оставался задерживающийся на секунду силуэт, создавая головокружительную иллюзию множества фигур, движущихся одновременно.

Обычный человек был бы ошеломлён этим зрелищем.

Но Лю Мэй тихо хихикнула, совершенно невозмутимая.

Вместо атаки она крутилась, прыгала, изгибалась под странными углами или даже резко садилась.

Зрители были в замешательстве.

Она что, издевается над ним?

Однако Спи Дин чувствовал, как давление нарастает.

Хотя его послеобразы маскировали настоящие атаки, позволяя ему бить из слепых зон, Лю Мэй уклонялась от каждого удара с ювелирной точностью.

Для зрителей Со стороны казалось, будто каждый удар попадает в неё, но на самом деле она уклонялась от всех атак. Они видели лишь запоздалый фантом Спи Дина, который для неподготовленного взгляда выглядел как реальная атака.

Между тем, что они видели, и реальностью существовала задержка.

После прыжка Лю Мэй — клинок Спи Дина ударял в место её приземления.

После её поворота — его атака рассекала её тело.

Для неподготовленного взгляда Лю Мэй получала удар за ударом.

Но на самом деле она уклонялась от всего безупречно, её движения синхронизировались с атаками Спи Дина на уровне, который казался почти сверхъестественным.

Спи Дин стиснул зубы. Его самые быстрые атаки промахивались. Даже его самые непредсказуемые удары не могли её задеть, словно она заранее знала, куда они попадут.

— Как она всё ещё стоит, несмотря на то, что её бьют снова и снова?

Шёпот пробежал по толпе, каждый зритель выражал одно и то же недоумение.

Для их глаз клинок Спи Дина попадал каждый раз с убийственной точностью — но Лю Мэй оставалась нетронутой, ни капли крови.

Аххи и растерянные шёпоты наполнили арену.

Наконец, на месте комментатора старик медленно открыл глаза, его мутный взгляд сверкнул редким интересом.

— Эта девочка — драгоценность, — пробормотал он.

Молодой комментатор рядом с ним удивился.

— Что вы имеете в виду, Старый Мастер Слепец?

Старик медленно вздохнул, прежде чем ответить с лёгкой улыбкой.

— Девочка движется так быстро... что для смертных глаз её движения казались обычными.

Глаза молодого комментатора расширились от осознания.

— Её скорость превосходит человеческое восприятие, — продолжил Старый Мастер Слепец. — Для толпы кажется, будто в неё попадают — но на самом деле она уклоняется от каждого удара безупречно, всего на секунды опережая атаку.

Он тихо рассмеялся, покачав головой.

— Скорость парня впечатляет, почти идеальна. В любой другой год он уже заслужил бы титул Теневого Клыка Дракона... но сегодня он встретил гору.