Наблюдение за сыном маминой подруги Joo Haena — В постель я тебя не уложу, так что можешь не волноваться. Сэ И, впервые очутившись в особняке маминой приятельницы — супруги главы крупной корпорации, — слышит просьбу подтянуть по учёбе её «балбеса», младшего отпрыска. Поднявшись наверх, чтобы проверить ученика, она застаёт отличный вид на спину взрослого мужчины. А беда в том, что на глаза ему она попалась, а не только спину разглядела. В одночасье заработав ярлык извращенки, Сэ И всё же доводит поручение до конца, и мамина подруга, заметив это, озвучивает ей ещё одну, довольно щекотливую просьбу — присматривать за старшим сыном, Тэ Сын Джу, и держать её в курсе. Статный, видный старший сын, а смотрины проваливает, к тому же ещё и девственник. Уж не неполадки ли у него в этом плане? Заинтересовавшись этим вопросом, она отправляет Сэ И шпионить. Понятное дело, у Сэ И ни малейшего шпионского дара — просто катастрофа. Она лишь разбудила в Сын Джу порочные наклонности, и он обо всём прознал. — Ты что, хочешь сказать, что потеряла память и забыла, как мыться? Вряд ли нужно было подглядывать так близко... Прошу прощения, мадам, но ваш сынок, похоже, тот ещё псих... ==================== Том 1 Глава 1 Часть 1 — Помнишь, я говорила, что владелица этого универмага — мамина близкая подруга? Эту фразу мама повторяет каждый раз, когда приходит в универмаг «Тэсын». В детстве я восхищалась мамиными словами, а повзрослев, начала сомневаться: правда ли это? Но сейчас я просто пропускаю это мимо ушей, думая: «Ну и ладно». Не зная, что творится в душе дочери, Хе Чжон не могла скрыть радостного выражения лица, входя в двери универмага, где не была уже давно. Прошло уже около десяти лет с тех пор, как Хе Чжон стали называть не невесткой директора Има, а женой директора Има [1]. Несмотря на то, что у неё было собственное имя — Ким Хе Чжон, люди называли её именно так. [1] Директор Им (임 교장): Речь идет о директоре школы. В Корее обращение по должности является знаком уважения и часто заменяет имя. Быть невесткой или женой уважаемого человека (например, директора школы) налагает на женщину определённые социальные обязательства и ожидания. Район Юволь-дон, где жила Сэ И, находился на границе Сеула и провинции Кёнгидо. Район, который не совсем принадлежал Сеулу, но притворялся им. Здесь было особенно много тех, кто родился, вырос и веками жил на этом месте, нежели тех, кто уезжал в другие края. В отличие от Сеула, где всё двигалось в бешеном ритме, здесь время текло очень медленно, словно застыло. В районе, где все знали даже, сколько ложек у кого в доме, её семья до сих пор жила, словно приклеив на лоб имя дедушки, давно ушедшего на пенсию из сферы образования, как визитную карточку. Хотя он оставил пост уже более десяти лет назад, при упоминании «директора Има» люди по-прежнему вспоминали сначала дедушку, а не её отца, который был действующим директором. Титул «директор Им» в Юволь-доне принадлежал человеку настолько добродетельному, что он мог бы жить и без законов. Эта планка действовала как скрытое принуждение и давление окружающих, требуя, чтобы не только дедушка, но и вся её семья жила жизнью, никогда не выходящей за рамки закона, порядка и общепринятых норм. Проще говоря, если кто-то из местных ругал тебя, нужно было слушать с улыбкой, а если просили о помощи — с радостью откликаться. Сделаешь хорошо — выйдешь в ноль, сделаешь плохо — услышишь только брань. Той, кто старался понять положение Хе Чжон лучше всех, была она, Им Сэ И. Ведь её мать, будучи старшей невесткой в таком доме, проводила семь поминальных церемоний в год и жила под гнётом старомодных свёкра и свекрови, испытывая на себе все тяготы жизни замужней женщины [2]. [2] Сиджипсари (시집살이): Традиционная жизнь замужней женщины в доме мужа, подразумевающая тяжёлый труд, служение родственникам мужа (особенно свекрови) и строгое соблюдение иерархии. Часто ассоциируется с большими психологическими и физическими нагрузками для невестки. Поэтому каждый раз, приходя в универмаг и видя, как Хе Чжон называет владелицу этого места своей подругой, Сэ И с трудом подавляла подступающую жалость. В отличие от подруги, живущей в положении, которому все завидуют, мама Хе Чжон в наше время всё ещё живёт старомодной жизнью под именем чьей-то невестки и чьей-то жены. До чего же это грустно. Сэ И ни разу не видела владелицу универмага, которой хвасталась Хе Чжон. Поэтому она догадывалась. Должно быть, хозяйка универмага «Тэсын», которой так гордится мама, вовсе не близкая подруга, а просто знакомая. Велика вероятность, что эта самая хозяйка даже не помнит Ким Хе Чжон, которая хвастается ею каждый раз, приходя сюда. Словно чтобы разбередить нахлынувшую жалость, взгляд привлёк яркий шарфик, напоминающий о весне. — Мам, тебе что-нибудь хочется? Может, купить этот шарф Хе Джон, одетой в тусклую одежду ахроматических цветов? До её дня рождения осталось немного, может, опустошить заначку? Деньги копились с определённой целью, но колебания были недолгими. Только она собралась потянуть маму за рукав и предложить купить шарф, как… — Сэ И, давай заглянем вон туда. — Куда? Миновав этаж лобби, полный ароматов всевозможной косметики, и направляясь на самый верхний этаж, чтобы зарегистрироваться в культурном центре — сегодняшнем пункте назначения, Хе Чжон вдруг сошла с эскалатора. Этаж, полный люксовых бутиков. Что заставило её сойти здесь, хотя обычно она даже не смотрела в эту сторону? Сэ И с недоумением последовала за ней. — Вон тот галстук, он бы так хорошо подошел нашему Сэ Джуну, правда? Давай зайдем. Ха. Не отцу, а Сэ Джуну. В тот момент, когда она услышала имя брата, вся нежность и жалость к маме, которые она испытывала до сих пор, исчезли, как пыль. Зачем студенту колледжа галстук, и с чего вдруг заходить в люксовый бутик с улыбкой? — Мам, этот галстук Сэ Джуну не пойдет, так что давай просто пойдем в культурный центр. — Почему не пойдет? В наши дни мужские галстуки так же красивы, как и женские шарфы. Простите! Вон тот, покажите нам, пожалуйста. Среди вещей, на которые она указывала, наверняка были только дорогие товары, от цен на которые глаза на лоб полезут. Хе Чжон бесстрашно указала пальцем на галстук из самой дорогой линейки. Сотрудник, нацепив вежливую улыбку, принёс и показал вещь, на которую указала Хе Чжон. На лице Сэ И, смотревшей на мать, в глазах которой уже горело желание купить, проступила горечь. Сын и дочь. Она слышала, что во времена её матери царила атмосфера предпочтения сыновей. Но сейчас мир изменился. Говорят, что современные родители предпочитают дочерей сыновьям, но её семья всё ещё следовала древним обычаям. Не говоря уже о том, что они без стеснения использовали слово «старший внук» [3]: всё, что покупалось, в первую очередь предназначалось младшему брату Сэ Джуну. Даже когда она стояла рядом, у неё даже из вежливости не спрашивали: «Тебе ничего не нужно?» [3] Старший внук (장손, чансон): Старший сын старшего сына. В традиционной корейской конфуцианской культуре он занимает особое положение, так как является продолжателем рода и главным наследником, ответственным за проведение поминальных церемоний (чеса). Ему часто отдается предпочтение перед другими детьми. Вот почему она кричала о том, что хочет стать независимой. До школы из Юволь-дона было далеко, да и терпеть жизнь в роли девочки для битья только потому, что она дочь, было уже невмоготу. — Чтобы стать независимой прямо сейчас, мне придется пахать на подработках? Бормоча себе под нос, Сэ И прищурилась, вспомнив кое-что. Им Сэ Джун, который под предлогом занятий взял мамину машину и заставил их мучиться. Она с опозданием вспомнила слова, которые этот паршивец бросил утром, крутя ключи от машины на пальце. «Мам, ты же помнишь то, что я тебе вчера показывал? Ты должна купить именно это». Почему именно в этот момент всплыло лицо Сэ Джуна, полное наигранной милоты? Она-то думала, что Хе Чжон притащила её в универмаг просто для того, чтобы зарегистрироваться в культурном центре. Не зная об этой скрытой цели, она даже отложила поход в университетскую библиотеку и пошла следом. — Дайте вот этот. Хе Чжон, обычно призывавшая к бережливости и экономии, сейчас спокойно открывала кошелек, чтобы купить галстук, который был далёк от понятий бережливости. В тот момент, когда глаза Сэ И начало жечь от нахлынувшего чувства предательства, атмосфера в мирном универмаге внезапно и резко изменилась. Подняв глаза в поисках причины, она увидела нескольких крепких мужчин в черных костюмах и с наушниками в ушах, шагающих в их сторону. Собирая на себе взгляды покупателей, мужчины двигались к бутику, в котором находилась Хе Чжон. Что происходит? Пока она недоумевала, сотрудник, обслуживавший Хе Чжон, даже не извинившись, направился ко входу. Хе Чжон с кошельком в руках и растерянным выражением лица смотрела в спину уходящему сотруднику. Что это за обслуживание такое? Они дискриминируют людей только потому, что мы покупаем всего лишь один галстук? Сэ И уже собиралась в гневе подойти к Хе Чжон, когда раздалось: — Ви-ай-пи скоро прибудет. Мужчины, похожие на телохранителей, плотно окружили не только вход в магазин, но и прилегающую территорию. При этом они смотрели на Хе Чжон, стоявшую с галстуком, и на неё саму, как на посторонние примеси. Кто бы ни был этот VIP, разве можно так бросать клиента, которого обслуживали? Сэ И с укором посмотрела на сотрудников магазина, выстроившихся в ряд у входа, и подошла к Хе Чжон. А затем: — Пойдем в другое место, мам. Уходим. Здесь только цены высокие, а этот бренд Сэ Джуну всё равно не подхо… Она даже не успела договорить, как Хе Чжон почему-то вытянула шею и уставилась на вход в магазин. Не обращая ни малейшего внимания на слова дочери, она сосредоточила всё своё внимание на ком-то. На кого она так смотрит? — подумала Сэ И. — Госпожа, вы пришли. В сопровождении мужчины, одетого и сложенного похоже на телохранителей в черных костюмах, окружавших магазин, внутрь вошли две женщины. Менеджер и сотрудники магазина явно нервничали при появлении двух женщин, но вскоре поприветствовали их с лицами, полными улыбок. То, как они согнулись в поклоне, словно телефоны-раскладушки, выглядело чрезвычайно почтительно. Кто эта женщина, что они так себя ведут? ---------- Том 1 Глава 2 Чрезмерная реакция людей — это одно, но аура женщины маленького роста и хрупкого телосложения тоже была неординарной. Сэ И не могла отвести глаз от её образа. Женщина, обладающая такой харизмой, что невольно вырывалось «Вау», без колебаний вошла в магазин. Она ответила на почтительные приветствия сотрудников лишь легким движением губ и окинула магазин беглым взглядом. На ней не было ничего вычурного, просто ахроматический костюм, но присутствие этой женщины было особенным, словно на неё одну был направлен луч прожектора. Красота молодой женщины, стоявшей рядом, тоже была значительной, но она меркла, подавленная аурой и властностью женщины средних лет. — Я слышала, что костюм моего сына, который я заказывала в прошлый раз, прибыл? — Да, госпожа. Мы как раз ждали, получив сообщение от начальника Со. Не присядете здесь ненадолго? Я сейчас же всё подготовлю и вынесу. Чон Су Хван, ты что делаешь? Не подаешь госпоже чай. Иногда в отношении людей можно почувствовать невидимую силу власти. Сейчас был именно такой момент. Даже голоса сотрудников звучали совершенно иначе, чем когда они обслуживали Хе Чжон. Из-за визита VIP магазин был полон людей в черных костюмах. В отличие от решительных выражений лиц охранников, лица охраняемых женщин были бесстрастны, словно всё это было для них обыденностью. Поскольку траты у них другие, то и отношение другое. В конце концов, в капиталистическом обществе тот, у кого много денег — король. Но всё же, есть очередь, и так поступать нельзя. Моя мама тоже VIP в Юволь-доне. Сэ И повернула голову в поисках сотрудника, чтобы спросить, как долго они собираются держать людей в ожидании. — Сэ И, пойдем. В этот момент Хе Чжон, которая притворялась, что не слышит, когда дочь звала её уйти, сказала это с застывшим лицом. В её взгляде, когда она клала галстук, который держала в руках, читалось глубокое сожаление. В Сэ И проснулось упрямство, и она уже собиралась сказать Хе Чжон купить галстук, как чей-то голос прервал её. — Простите, вы случайно не Ким Хе Чжон? Когда они обернулись, женщина, которую называли VIP или «госпожа», встала с дивана и спросила, глядя на Хе Чжон с сомнением. Лицо Хе Чжон на мгновение окаменело, но вскоре расплылось в мягкой улыбке. Уголки губ Хе Чжон, смотревшей на женщину средних лет, мелко дрожали. Знакомая? Раз она спросила «Хе Чжон», значит, имя верное. Но Хе Чжон и эта женщина средних лет казались несовместимыми, как вода и масло. Как бы это сказать? Слишком разнородными? Сэ И подумала, что маму перепутали с какой-то однофамилицей, и с безразличным лицом повернулась, чтобы уйти. Но Хе Чжон шагнула навстречу женщине и широко улыбнулась. — Верно, Мён Хён. Мы так давно не виделись, да? — Боже, это правда ты, Хе Чжон? Что это за сюрприз? Мы и правда давно не виделись. Ты знаешь, как я скучала по тебе? Подруга по имени Мён Хён, похоже, действительно была рада встрече, а не говорила пустые слова: она поспешно подошла и крепко обняла Хе Чжон. — Эй, я уж думала, ты умерла. Никто из наших не знал твоих контактов. — Скажешь тоже, умерла. Живу вот, всё хорошо. — Вот именно. Если живёшь хорошо, надо было связаться со мной. Кстати, рядом… это твоя дочь? Мён Хён, на глазах которой навернулись слёзы, только сейчас заметила стоявшую рядом Сэ И и спросила. Хе Чжон кивнула и с улыбкой посмотрела на Сэ И. — Да. Моя дочь. Сэ И, поздоровайся. Та подруга, которой мама хвасталась? Владелица этого универмага. Это она. — Ну что ты такое говоришь? Она правда очень красивая, вся в тебя. Привет, тебя зовут Сэ И? Сэ И не верила своим ушам и лишь молча хлопала глазами. Владелица универмага, которую она считала выдумкой, действительно была маминой подругой? Она тайком ущипнула себя за тыльную сторону ладони, но боль подтвердила реальность происходящего. Мамина подруга действительно была владелицей универмага «Тэсын». Реально. Раз уж они случайно встретились в магазине, она думала, что они просто поздороваются и разойдутся. Тем более что на лице Хе Чжон, которая хвасталась подругой при каждом посещении универмага, вместо радости читалась какая-то необъяснимая неловкость. Но Мён Хён, казалось, думала иначе. Она не отпускала руку Хе Чжон, выражая радость от встречи с давней подругой. Было очевидно, что она хочет провести вместе больше времени. — Хе Чжон, раз уж мы так встретились, может, посидим в кофейне? Нет. Поедем ко мне домой? Это недалеко отсюда. У тебя же есть время? — А? К-к тебе домой? — Почему, не хочешь? — Нет. Не то чтобы не хочу. Мне-то нормально, просто боюсь тебя стеснить. — Стеснить, скажешь тоже. Мы так давно не виделись, будет обиднее, если вот так разойдёмся. Шин Мён Хён поспешила покинуть универмаг, как только забрала одежду сына. И всё это, крепко держа Хе Чжон за руку. Сэ И послушно следовала за мамой и её подругой. Она была изрядно удивлена, но старалась не показывать эмоций на лице. Говорили, что какими бы близкими они ни были в старшей школе, они не общались уже почти тридцать лет. Видя, как Шин Мён Хён с ходу приглашает домой такую подругу, Сэ И подумала, что Хе Чжон имела право хвастаться. — Вы на машине? — Сын взял мою машину и уехал в университет, так что… Мён Хён, дай мне адрес. Я возьму такси и поеду следом. — Глупости. Зачем такси, когда есть моя машина? Шин Мён Хён, глядя на плавно остановившийся дорогой автомобиль, повела Хе Чжон за руку. Глаза Сэ И на мгновение округлились при виде черного большого седана, на котором не было ни пылинки, но Хе Чжон подала ей знак, и она тут же опустила голову, скрывая выражение лица. Дорогая машина, на которой им не доводилось ездить за всю жизнь. В отличие от Шин Мён Хён, которая села в машину совершенно естественно, у неё и у Хе Чжон были неловкие лица. — Тебя зовут Сэ И, да? Секретарь Юн, посади Сэ И на переднее сиденье, а сам поезжай на другой машине. Хе Чжон, ты садись со мной сзади. — Понял, госпожа. Если вы отправитесь первыми, я сразу же поеду следом. — Хорошо. Увидимся дома. Мён Хён мягко улыбнулась секретарю, который поклонился, и тут же повернулась к Хе Чжон. Шин Мён Хён, которая держала Хе Чжон за руку и расспрашивала обо всём на свете, выглядела взволнованной, словно старшеклассница в школьной форме. — Ты приходила в наш универмаг, так почему даже не подумала связаться со мной? Хе Чжон, мне становится обидно. Ты даже поймала букет на моей свадьбе, как ты могла прервать связь почти на тридцать лет? Девчонки сильно удивятся, когда узнают, что ты нашлась. — И правда. Жизнь такая суматошная, время пролетело незаметно. Если она даже поймала букет Мён Хён, значит, они точно были очень близки. Но почему Хе Чжон до сих пор прерывала все контакты с друзьями? Ответ пришёл сам собой. Она жила у придирчивой и строгой свекрови. Было ли у Хе Чжон время беззаботно встречаться с друзьями? У мамы до сих пор есть свекровь, которая заставляет её прислуживать. Причина, по которой она не могла связаться с друзьями, стала понятна сама собой. — Точно. Время летит слишком быстро, да? Мне кажется, я всё ещё та старшеклассница, которая болтала с тобой по телефону всю ночь, а мой сын уже в том возрасте, когда ходит на свидания вслепую. Время беспощадно. Правда? — Твой сын уже ходит на свидания вслепую? — Какое там «уже». Ему за тридцать перевалило. — Хотя нашей Сэ И уже пора заканчивать магистратуру, твоему сыну, наверное, тридцать или тридцать один, где-то так? — Тридцать один. Хе Чжон и Мён Хён говорили о скоротечности времени. Сэ И пропускала разговоры взрослых мимо ушей, устремив взгляд на пейзаж за окном. Хорошая машина, наверное, поэтому едет так мягко. Сколько стоит такая тачка? Наверное, безумно дорого? Отец, которому скоро на пенсию, ходит в школу пешком, без машины. Было бы здорово купить ему такую… нет, хотя бы машину попроще. В её доме из машин — только дедушкин автомобиль, которому уже почти десять лет и который вот-вот развалится, да седан среднего класса, который братец со слезами выпрашивает у мамы каждый раз, когда едет в университет. Машину с потрясающим комфортом, дорогими кожаными сиденьями и подголовниками она видела только проезжающей по улице, а сегодня впервые ехала в такой сама. Деньги — это всё-таки хорошо. Сэ И выбросила из головы тревожные мысли и повернула голову, оглядываясь на притихшее заднее сиденье. Она увидела Хе Чжон, которая, в отличие от широко улыбающейся женщины, смотрела в окно со сложным выражением лица ---------- Том 1 Глава 3 Она говорила, что они были не разлей вода, но Хе Чжон не выглядела такой же радостной, как Мён Хён. Почему она делает такое горькое лицо, когда подруга, которой она хвасталась каждый раз в универмаге, сидит рядом? — Ты всё ещё живёшь здесь? — Конечно. Ты же знаешь, где мой дом, как ты могла ни разу не заехать за тридцать лет? Даже если бы мы пересеклись где-то, ты бы меня не узнала и прошла мимо. — Ты совсем не изменилась. Это я… сильно постарела. Слушая горькие слова Хе Чжон, Сэ И первой вышла из машины, прибывшей к дому. Мир, открывшийся после поездки по извилистой кольцевой дороге Намсана, совершенно отличался от того мира, который она знала. Высокогорный район — это одно, но особняк, окруженный стеной, похожей на крепостную, она видела только в кино или по телевизору. Хе Чжон и Мён Хён вышли из машины, остановившейся у стены, которая была в два-три раза выше её роста. — Хе Чжон, поужинай сегодня у нас. Давай наговоримся вдоволь о том, что упустили за это время. А? Выражение лица Мён Хён, говорившей это ласково, было искренним, без капли притворства. Мён Хён с элегантно убранными волосами, в ахроматическом костюме-двойке с ярким шарфом в качестве акцента, выглядела не только изысканно, но и намного моложе своих лет. Напротив, при виде мамы в черных брюках, жакете, купленном неизвестно сколько лет назад, и старых лоферах на низком каблуке, у Сэ И защемило сердце. Говорят, подруги, но разница в их внешнем виде была разительной. Кажется, она поняла, почему лицо Хе Чжон омрачилось при встрече с подругой, которой она так хвасталась. — Кстати, сколько, ты говорила, лет Сэ И? Я слышала, ты вышла замуж спустя долгое время после того, как я родила Сын Джу. Ты забеременела сразу после свадьбы? — Да. Так и было. Нашей Сэ И теперь двадцать пять. Сэ И молча слушала разговор взрослых, идущих впереди, и вошла на территорию особняка. Когда они прошли через огромные ворота и оказались внутри, перед ними открылся ещё один, совершенно иной мир. Сколько ступенек они прошли после ворот? Раскинулся очень широкий зеленый сад, а за ним стоял особняк, от вида которого отвисала челюсть. Величественный черный мрамор, соединяющий особняк и сад, выглядел как вершина роскоши. Черный мрамор, выложенный в саду как прогулочная дорожка, разительно отличался от обычного сада. А густые деревья за домом щеголяли нежной зеленью, возвещая о том, что весна в самом разгаре. Два крыла особняка также были соединены проходом из черного мрамора, а дом с панорамными окнами даже снаружи создавал ощущение прохладного простора. Особняк напоминал галерею, выделяясь своим современным стилем. Сэ И, глядя на это нереально огромное место, перестала удивляться. Со временем восхищение и трепет при виде дома маминой подруги исчезли, и в сердце осталась лишь ноющая жалость к Хе Чжон. Время дружеской беседы взрослых в гостиной продолжалось довольно долго. Войдя в гостиную, они пили чай, который, как говорили, было трудно достать, и погрузились в воспоминания. Взрослые, не замечая времени за разговорами о том, что накопилось, в конце концов дошли до обсуждения детей. — Если так посмотреть, Сэ И очень на тебя похожа. Когда мы учились в университете, за тобой бегало так много парней. Теперь уж можно сказать: ты и училась хорошо, и лицом была красива, я тебе очень завидовала. — Это всё дела минувших дней. Я бы не хотела, чтобы Сэ И была похожа на меня. Хочу, чтобы она просто жила обычной, благополучной жизнью. — Обычной? С такой-то незаурядной красотой. Парни толпами бегают, да, Сэ И? Сэ И смутно улыбнулась, держа чашку чая. Вместо неё ответила Хе Чжон. — У Сэ И нет времени на свидания и всё такое. Она надрывается на подработках, чтобы оплачивать не только свою учебу, но и давать карманные деньги брату. — Боже, наша Сэ И не только красавица, но и способная? Оплачивает учёбу и даёт карманные деньги брату с помощью репетиторства? Когда удивленная Мён Хён спросила об этом, на лице Хе Чжон, которая до этого только отвечала на вопросы, наконец появился румянец. — Она была лучшей на потоке при поступлении в университет, и, говорят, известна на рынке репетиторства. Верно, Сэ И? — Нет. Просто… мне повезло. И дети, которых я учила, хорошо усваивали материал. Сэ И было непривычно и неловко видеть, как Хе Чжон хвалит её перед кем-то. Обычно Хе Чжон была щедра только к младшему брату Сэ Джуну, а к ней всегда скупа. Мён Хён, не заметившая её замешательства от похвалы Хе Чжон и принявшая это за скромность, прониклась ещё большей симпатией. И в итоге сделала неожиданное предложение. — Сэ И, не хочешь попробовать позаниматься с моим сыном? — Простите?.. — Он сейчас в третьем классе старшей школы [1], но совсем не учится, у меня душа изболелась. Какой толк нанимать крутых репетиторов из Тэчхи-дона [2], если оценки не растут? Он хвастается, что поступит в иностранный университет, но туда ведь не просто так берут. Мне неловко такое говорить, но парень он добрый. И вроде не глупый. Но как только экзамен — стабильно в хвосте списка, не пойму, в чем проблема. Он как раз сейчас на втором этаже, Сэ И, не поднимешься познакомиться? Я напишу сыну сообщение. А? [1] Третий класс старшей школы (Go-3): Выпускной класс в корейской школе (соответствует 12-му классу). Самый важный и напряженный год для школьников, так как они готовятся к вступительным экзаменам в университет (Сунын). [2] Тэчхи-дон (Daechi-dong): Район в Сеуле, известный как «мекка образования». Там сосредоточено огромное количество элитных подготовительных курсов (хагвонов) и живут семьи, одержимые образованием детей. Сэ И с растерянным лицом посмотрела на Хе Чжон. Хе Чжон пристально посмотрела на подругу Мён Хён, обдумывая что-то. Словно приняв решение, Хе Чжон подняла голову, посмотрела на Сэ И и кивнула. — Кстати, отлично вышло. Поучишь сына Мён Хён, и сможем купить машину Сэ Джуну. А то его машина старая, я как раз хотела её поменять. Сэ И, что ты делаешь? Иди скорее наверх. При словах Хе Чжон Мён Хён вздрогнула от удивления, но Сэ И отреагировала иначе. Эти слова были слишком знакомы. Что бы она ни делала, куда бы ни шла, в мыслях Хе Чжон всегда глубоко сидел Сэ Джун. Этот факт был совсем не новым, поэтому Сэ И встала и тихо направилась на второй этаж. Ещё недавно она удивлялась, что Хе Чжон хвалит её. Честно говоря, похвала перед подругой заставила её сердце трепетать. Сколько времени прошло с тех пор, как меня хвалили? Хе Чжон, которая хвалила только Сэ Джуна, почему-то посмотрела на неё с гордостью и превознесла до небес. Когда Сэ И смотрела на Хе Чжон растерянным взглядом, ответный взгляд матери был мягче, чем когда-либо. Сердце Сэ И переполнилось эмоциями. Обида, которую она держала на маму до сих пор, бесшумно исчезла, а комок благодарности подступил к горлу. Но это чувство тут же сменилось разочарованием. Воодушевление улетучилось, когда она поняла, что у похвалы Хе Чжон была причина. Она так меня расхвалила, потому что хотела купить машину Сэ Джуну. Не потому что гордится мной, а ради Сэ Джуна. Раздувшееся сердце тут же сдулось. Было обидно, но показывать это было хлопотно. Сэ И поднялась по лестнице на второй этаж, не сказав ни да, ни нет. Отказываться не было причин. Пусть Сэ Джун сам покупает себе машину. Она как раз думала, не найти ли ещё одну подработку, так как хотела стать независимой. Для неё эта возможность была настоящим подарком судьбы. Получать похвалу, которой раньше не было, было неловко и странно. Будет ли слишком меркантильно сказать, что получение реального источника дохода в виде подработки радует больше? Но она меркантильная женщина. Если это поможет стать независимой, она готова на всё. Ожидать любви от Хе Чжон ей уже осточертело. В этот момент она поднялась на второй этаж. Что это? Сэ И смотрела на невероятное зрелище глазами, готовыми вылезти из орбит. В одно мгновение всё её тело словно окаменело: она не могла пошевелиться, да и тело не слушалось. Словно получив удар по голове, она была в шоке, только таращила глаза и не могла отвергнуть открывшуюся перед ней сцену, просто принимая её. Что это за парень? Почему он открыл дверь в ванную и стоит совершенно голый? Может, это чтобы проходящие мимо могли полюбоваться? Вид сзади мужчины, на котором не было ни нитки, сначала вызвал шок, а затем восхищение, от которого невозможно было оторвать взгляд. Трапециевидные мышцы, словно раскалывающие широкую спину надвое, и упругие, туго натянутые широчайшие мышцы спины были совершенно иного уровня, нежели бугристые мышцы качков, помешанных на тренажерном зале. Можно сказать, это были утонченные мышцы, упругие, но не чрезмерные, от одного вида которых невольно вырывалось восхищение. Удивленный взгляд Сэ И, с восхищением рассматривавшей белую и упругую мужскую спину, невольно медленно пополз вниз. И дыхание перехватило при виде ягодиц, которые были настолько подтянуты, что казалось, одними тренировками этого не добиться. Вот про такое тело говорят «благословенное». За всю свою жизнь она ни разу так детально не рассматривала мужское тело и не восхищалась им. Но этот мужчина был другим. Как можно родиться с таким телом? Или он создал его фанатичным уходом за собой? Поднявшись по лестнице и замерев как вкопанная перед гостиной второго этажа, она всё ещё не могла отойти от шока. Голое тело мужчины, увиденное сразу, как только она поднялась. Хоть это и был вид сзади, счастье, что она не закричала от неожиданности. Она сотни раз видела жалкую полуголую спину младшего брата, с которым у них разница в четыре года. Но при виде спины, которая кардинально отличалась от хилой и бледной спины Сэ Джуна, даже сквозь испуг прорвалось восхищение. Приди в себя, Им Сэ И. И иди скорее к цели, пока не поздно. Как ему будет стыдно, если он узнает, что за ним так наблюдают? Так что давай, уходи поскорее… В тот момент, когда она приняла решение, в зеркале ванной отразилась широкая мужская грудь. Спина была удивительной, но грудь мужчины была ещё более потрясающей. Кто сказал, что Бог справедлив! У мужчины было фантастическим не только тело, но и лицо. Они даже не одного пола, но почему она чувствует поражение просто глядя на него? Если даже ей, женщине, так кажется, то каково мужчинам? С груди на лицо, и снова посмотрев на грудь, она, не замечая, как краснеет лицо, опускала взгляд всё ниже и ниже. Неужели… «там» тоже отражается в зеркале? Н-нет же? — думала она, но инстинктивно не могла остановить опускающийся взгляд. Её глаза, сканировавшие наготу через зеркало, остановились на подвздошной кости мужчины, отражавшейся в краю зеркала. Глоть. Сэ И, сама того не замечая, сглотнула сухую слюну и инстинктивно приподнялась на цыпочки, чтобы заглянуть ещё ниже, но тут разум прояснился. Что я творю? Ты с ума сошла, Им Сэ И? Если она продолжит смотреть на мужчину, это будет уже не «увидела то, что было видно», а подглядывание. Так что давай скорее искать комнату сына-старшеклассника тети Мён Хён, — подумала она, как вдруг по спине пробежал непонятный холод. Что такое? Сэ И медленно подняла взгляд, почувствовав странное, неописуемое ощущение. И… увидела. Глаза мужчины в зеркале, который смотрел на неё как на преступницу. ---------- Том 1 Глава 4 Часть 2 В отличие от неё, застывшей на месте от шока так, что она даже не могла охнуть, мужчина протянул длинную руку и в одно мгновение схватил белое полотенце, обернув его вокруг талии. Не прошло и одной секунды, как обнаженная нижняя часть тела мужчины скрылась за большим полотенцем. Лицо Сэ И горело от стыда и унижения, словно её поймали на месте преступления. Она не могла даже поднять голову и застыла, как ледышка. То, что этот мужчина думает о ней — проблема второстепенная. Её собственная совесть и чувство вины лишили её возможности даже оправдаться. — Ты ведь, наверное, не воровка. Неужели в такой ситуации у него возникают подобные подозрения? Опустив голову, она смотрела на кончики своих пальцев ног — единственную часть тела, которой она шевелила, — и думала. Учитывая количество камер наблюдения, которые она видела при входе в особняк, как такая женщина, как она, у которой напрочь отсутствуют спортивные навыки, могла бы прорваться через железную охрану? К тому же сейчас был белый день. Даже если отбросить эти причины, в наше время трудно представить, что кто-то заберется в такой дом, чтобы что-то украсть. Это шутка такая, про вора, у которого либо кишка не тонка, либо с головой не всё в порядке, раз уж нормальный вор даже пытаться бы не стал? — Приходило ли нам уведомление о том, что в нашем районе живет сексуальный преступник? Что-то не припомню. — Простите. Я… я не всё видела. Это правда. Клянусь. На саркастические слова мужчины Сэ И просто склонила голову. Ей следовало просто пройти мимо, не обращая внимания на то, открыта дверь или нет. То, что она остановилась от шока и увидела голое тело мужчины — это её вина. Если бы она знала, что, поднявшись на второй этаж, увидит подобное, то лучше бы отказалась от репетиторства. — «Простите»? Вы это искренне? Для простой ошибки вы простояли на этом месте довольно долго, вам не кажется? — Я так удивилась, что просто… Если вам было неприятно, я ещё раз приношу извинения. — Было неприятно. А если извинений недостаточно? Сэ И, кланявшаяся в пояс, плотно сжала губы, с которых снова готовы были сорваться слова извинения. Она была виновата лишь в том, что послушалась просьбы маминой подруги, сказавшей, что сын-старшеклассник находится на втором этаже, и пошла к нему. Это мужчина распахнул дверь ванной и стоял совершенно беззащитным и голым. Она признаёт, что непреднамеренно смотрела слишком долго, пораженная увиденным по пути. Но разве это такой проступок, за который нужно допрашивать её, как преступницу? Но она знала, что, если скажет это сейчас, это будет звучать не как протест, а как оправдание, поэтому Сэ И пришлось стерпеть, хоть ей и было обидно. Именно в этот момент из ванной снова раздался низкий голос. — Глаза опусти. — Что?.. Мужчина свирепо вскинул густые брови, глядя на Сэ И, которая тупо смотрела в сторону ванной, не понимая, о чем речь, и холодно процедил, словно предупреждая: — Я сказал, не пялься на моё тело, ни на одну его часть. А. Сэ И, спохватившись, быстро опустила глаза в пол. Даже если он сам держал дверь открытой, тот факт, что она откровенно пялилась на мужскую наготу, уже нельзя было отменить. Сначала она смотрела от испуга, потом — с восхищением, и, наконец, продолжала подглядывать из любопытства. Обычно она даже представить себе такого не могла. Это был позор, который она хотела бы стереть ластиком, если бы это было возможно. — Ещё раз прошу прощения. Извините. Однако у неё не было той наглости и бесстыдства, чтобы притвориться, будто ничего не произошло. Всё, что она могла сделать — это максимально вежливо извиниться. Мужчина, казалось, пропустил мимо ушей извинения девушки, чье лицо покраснело от стыда. Вместо этого он окинул её холодным взглядом с ног до головы, словно возвращая ей то, что получил сам. — Незнакомое лицо. — А, это… В такой ситуации было затруднительно спокойно объяснить, кто она такая и зачем поднялась на второй этаж. Обычная рассудительная Им Сэ И смогла бы без проблем всё объяснить и убедить мужчину, но нынешняя Им Сэ И была в полуобморочном состоянии, душа ушла в пятки. Да и она сама не знает, кто этот мужчина. Она была не настолько общительной, чтобы представляться тому, кого даже не знает. — Не надо долгих речей. Имя, адрес, номер телефона. Говори этот набор из трех пунктов. — Что?.. — Не знаете, что такое проверка личности? Ладно, допустим, вы вошли в дом, но когда вы так откровенно пялились на чужое голое тело, вы же, по крайней мере, должны были подумать о последствиях? А разве не он сам стоял голым при открытой двери, словно предлагая посмотреть? Услышав, что её собираются призвать к ответу за то, что она увидела показанное, Сэ И почувствовала, как даже жалкие остатки вины исчезают, словно пыль. Она извинилась достаточно искренне. Разве она могла подумать, что в доме, куда она пришла впервые, будет кто-то голый? Да и сейчас то же самое. Хоть он и прикрыл нижнюю часть тела белым полотенцем, ей некуда было деть глаза. Даже при виде его роскошного торса, которым она восхищалась ещё минуту назад, теперь у неё не возникало никаких эмоций: настолько испортилось настроение. — Можете сказать точно, чего вы хотите? — Это вопрос мне? — Да. — Я же вроде сказал? Имя, адрес, телефон — давай сюда набор из трех пунктов. Если тебя подослали в мой дом по чьей-то указке, то… Подослали? О чем это он вообще? В тот момент, когда ошарашенная Сэ И прищурилась и уставилась на мужчину, раздался звук двери, и кто-то вышел из комнаты в конце коридора. Мужчина, приближающийся к ним, был очень похож на того, что стоял перед ней. Только внешность у него была скорее студенческая, чем мужская, и, к счастью, тот, кто вышел из комнаты, был одет. — О, брат, когда ты пришел? — Только что. А что вы тут делаете? — спросил парень, выглядевший моложе, глядя на мужчину, который стоял, обернувшись полотенцем, словно в противостоянии с ней. Только тогда к Сэ И вернулась хоть какая-то способность мыслить. Судя по всему, эти двое были братьями. Тот, кого она должна была встретить, поднявшись на второй этаж — это не тот староватый мужчина, который допрашивает её, как мышь, стоя топлес и прикрывшись полотенцем, а этот молодой парень в повседневной одежде и с кроткой улыбкой. Сэ И тут же посмотрела на молодого парня и спросила: — Ты, случайно, не Сын Хё? — А, да. Я Тэ Сын Хё. Мама сказала, что скоро поднимется, но так и не зашла, вот я и вышел посмотреть. А что вы тут делаете с моим братом? Глаза Сын Хё суетливо бегали, пытаясь понять атмосферу, переводя взгляд с брата, на бедрах которого болталось лишь полотенце, на неё, чье лицо было пунцовым даже на первый взгляд. Сэ И беззвучно и глубоко выдохнула, думая про себя: И правда. Что я здесь делаю? Сэ И с трудом проглотила слова, которые не могла никому задать. И неловко улыбнулась, глядя на Сын Хё. Она ведь не могла сказать, что невольно разглядывала голого брата, так что оставалось только улыбаться. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сын Джу настойчиво разглядывал женщину. Его сердце, которое не просто удивилось, а было в шоке, никак не могло успокоиться. Длинные прямые волосы, спускающиеся до спины, гладкая кожа, на которой, словно на фарфоре, не видно даже пор, изящные черты лица и, как завершающий штрих, тонкая длинная шея. Когда в зеркале отразилась женщина, обладающая всеми данными, чтобы затронуть мужские сердца, Сын Джу подумал, что у него галлюцинации. Неужели в этом доме, пока я не знал, начало вить гнездо красивое привидение-девственница? Или мне мерещится от усталости? Но женщина в зеркале была реальной. То, как женщина с нереально красивым лицом в упор разглядывала его тело, не было иллюзией. В этот момент Сын Джу осознал, что он голый, и быстро прикрыл низ полотенцем. А затем обернулся и встретился взглядом с женщиной, отражавшейся в зеркале. Кто ты такая, черт возьми? Он уставился на женщину, прищурив глаза, словно задавая вопрос. Незнакомое лицо. Новая домработница? Для этого её наряд слишком прост. Никто из домработниц в этом доме не работал в джинсах, белой футболке и простом черном жакете. Тогда кто? В этот дом не мог войти кто попало. Разгуливать здесь открыто означало, что это человек, которому разрешено здесь находиться. Взгляд Сын Джу сузился, наполняясь подозрением. Если его догадка верна… Сын Джу посмотрел на женщину с перекошенным лицом и холодным взглядом. — Ты ведь, наверное, не воровка. Он не собирался аплодировать актерской игре женщины, которая притворялась невинной, покраснев, как помидор, с того момента, как их взгляды встретились в зеркале. Нет, аплодисменты, вероятно, уже обеспечила матушка. ---------- Том 1 Глава 5 Значит, она проникла в его личное пространство, чтобы создать с ним эту нелепую «случайность». Как только Сын Джу догадался, кто эта женщина, он злобно скривил губы. — Приходило ли нам уведомление о том, что в нашем районе живет сексуальный преступник? Сын Джу чрезмерно обвинял женщину. Он хотел услышать, какие оправдания она придумает. При его словах глаза женщины округлились, и она быстро опустила голову. — Простите. Я… я не всё видела. Это правда. Клянусь. Смысл слов, сказанных тихим голосом, словно она вот-вот заползет в нору, был ясен. Эмоции, наполнявшие маленькое лицо женщины, были отчетливы, словно их можно было потрогать руками, даже без слов. Вина. Растерянность. И любопытство. Разнообразные эмоции женщины были настолько явными, что это Сын Джу, наоборот, растерялся. Что с этой женщиной? Он подумал, что мать, недовольная свиданиями вслепую, которые проходили раз в две недели по выходным, в конце концов притащила женщину прямо в дом. Но для женщины, пришедшей на смотрины, её замешательство не выглядело наигранным. Большинство тех, кто приходил на свидания до сих пор, были женщинами, которых дома носили на руках. Даже совершив ошибку, они никогда не извинялись, а вместо этого привычно перекладывали вину на другую сторону — типичные неприятные особы из высшего общества. Но эта женщина была другой. Если разобраться, неосторожен был он, а не женщина. Он мылся беззащитно, даже не закрыв дверь ванной, и переводил дух после бритья, стоя голым. Когда он набросился на неё с обвинениями, перекладывая вину с больной головы на здоровую за то, что создал сцену, которую вошедший на второй этаж мог увидеть даже против воли, женщина не стала разбираться, кто прав, кто виноват, а сразу начала извиняться. Столь покорное поведение женщины казалось ещё более подозрительным. — «Простите»? Вы это искренне? Для простой ошибки вы простояли там довольно долго, вам не кажется? Поэтому Сын Джу реагировал ещё более язвительно. Женщина даже не могла встретиться с ним взглядом. Чем больше он нападал словами, тем бледнее становилось её красное лицо, и это подстегивало его садистские наклонности. Сын Джу давил на женщину, требуя назвать адрес, имя и номер телефона. Хотя она охотно извинялась, у неё, похоже, было странное упрямство в другом: она плотно сжала губы и не давала ответа, который он хотел. Ожидая ответа женщины, Сын Джу в итоге лишь усмехнулся над собой от нелепости происходящего. Зачем я требую её имя, адрес и телефон? Что я с ними буду делать? Всё, что сделала женщина — это посмотрела на него, находившегося в открытой всем ветрам ванной. Это дело можно было бы закончить, приняв извинения, но почему он не может просто пройти мимо и затевает ссору, что ему не свойственно? Но она раздражала его с того самого момента, как он впервые увидел её в зеркале. Слишком нереальная внешность раздражала, а добрые глаза лишь сильнее разжигали желание помучить. К тому же он почувствовал неприязнь из-за сильного первого впечатления от женщины, которое, казалось, не забудется очень долго, хотя он видел её впервые. Что я творю с незнакомой женщиной? В тот момент, когда он подумал, что нужно просто проверить её личность и отправить восвояси... — О, брат, когда ты пришел? — Только что. — А что вы тут делаете? Младший, Сын Хё, вышел из комнаты с выражением легкого удивления. И спросил, глядя на него и женщину, стоявших друг напротив друга. Сын Джу не нашёл, что ответить. Но у женщины, похоже, ответ был. — Ты, случайно, не Сын Хё? Когда женщина точно назвала имя младшего брата, на лице Сын Джу отразилась досада. Он подозревал, что мать отправила к нему на второй этаж кандидатку в невесты, не спросив его разрешения. Но оказалось, что женщина искала не его, а Сын Хё? Сын Хё, который, похоже, тоже знал о существовании женщины, ярко улыбнулся и кивнул. Только тогда женщина, словно с облегчением, слабо улыбнулась. В этот момент Сын Джу посмотрел на лицо младшего брата. Парень улыбался гораздо шире, чем обычно. Словно влюбленный по уши. У матери вообще есть голова на плечах? Что она собирается делать, приставив к восемнадцатилетнему парню, у которого кровь кипит, женщину с такой выдающейся внешностью, на которую запал бы любой нормальный мужчина? Тц. Сын Джу нахмурился от недовольства. Простояв как вкопанный до тех пор, пока женщина и Сын Хё не скрылись в комнате, он яростным шагом вошел в свою комнату. Бам. Сын Джу, захлопнувший дверь так, словно хотел её сломать, чувствовал необъяснимый гнев. Хорошо, что он прикрылся, иначе обвинять только женщину было бы неуместно. Если он не сошел с ума, как член мог встать в такой момент? Сын Джу, чувствуя себя невероятно нелепо и закипая от злости, сорвал полотенце с бедер и швырнул его на пол. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ В тот момент, когда она заглянула в открытую дверь ванной, Сэ И почувствовала себя так, словно кто-то поставил ей подножку прямо перед финишем. Или, может быть, она сама споткнулась о камень. В любом случае, нужно было быстро выбираться из этой нежелательной ситуации. К счастью, Сын Хё не стал ничего додумывать и не потребовал объяснений. Сэ И стерла образ обнаженного мужчины из головы и сосредоточилась исключительно на Сын Хё. Она изо всех сил блокировала все мысли, стремящиеся к мужчине, прикрывшему нижнюю часть тела полотенцем. — Ты, говоришь, в третьем классе старшей школы? Твоя мама попросила меня позаниматься с тобой, может, поговорим немного? — Хорошо. Мальчик по имени Сын Хё обладал открытым характером и часто улыбался. В отличие от своего брата, который смотрел на людей свысока, чрезмерно напрягая глаза. Сэ И, чувствуя некоторое облегчение, вошла в комнату Сын Хё. Однако, если обычно у выпускника книжные полки должны быть забиты сборниками задач и справочниками, то у Сын Хё книг было мало. Даже сейчас на столе лежала не книга, а планшет. — Присаживайтесь. Сын Хё уступил ей свой стул, а сам сел на кровать и добродушно улыбнулся. Садясь на стул, Сэ И подумала: «Сын Хё — улыбчивый ребенок». Независимо от того, какой у него средний балл и насколько хорошо или плохо он учится, светлое лицо Сын Хё было приятно видеть. — Не знаю, что вам сказала мама, но я… тупица. — А?.. — С учебой у меня всё пропало. Вспомнились сетования Мён Хён о том, что даже самые крутые репетиторы из Тэчхи-дона не могут поднять оценки Сын Хё. Но тогда она и подумать не могла, что Сын Хё будет так ясно улыбаться, называя себя тупицей. Столь откровенное признание лишь усилило симпатию Сэ И к Сын Хё. Но слова, предлагающие начать учиться вместе, застряли в горле из-за того, что сказала Хе Чжон. «Если ты так хочешь, наша Сэ И может заняться репетиторством. Наша Сэ И в прошлом году помогла поступить в Корейский университет ребенку, у которого был третий уровень в школьном рейтинге». «Правда?» «Только берет она за уроки довольно дорого. Потому что наша Сэ И действительно способная. И, может, неловко такое говорить тебе, но если Сэ И хорошо обучит твоего сына, я бы хотела, чтобы вознаграждение было соответствующим, ты не против?» «А?.. К-конечно». «На самом деле, Сэ И всё время твердит о независимости, потому что школа далеко от дома, но я хочу сначала купить машину её брату, а потом уже отпустить её. Для этого ей нужно заработать изо всех сил». «Но, Хе Чжон, не мне вмешиваться, но разве это нормально, что Сэ И подрабатывает, чтобы купить машину брату? Не стоит требовать этого от сестры, твой сын тоже должен усердно работать и…» «Наш Сэ Джун — единственный сын в третьем поколении [1], подруга». [1] Единственный сын в третьем поколении (3대 독자): То есть является единственным продолжателем рода по мужской линии на протяжении трех поколений. В традиционных корейских семьях к таким детям относятся как к величайшей драгоценности и чрезмерно балуют. Словно говоря: «Что за чушь ты несешь?», Хе Чжон оборвала Мён Хён. Сэ И сделала вид, что не слышала разговора за спиной, и поднялась на второй этаж. Если она не возьмет на себя репетиторство Сын Хё, Хе Чжон определенно будет разочарована. Более того, её собственная независимость станет ещё более призрачной. — Хм, не рановато ли сдаваться? Никогда не поздно сдаться после того, как попробуешь всё возможное. Я помогу тебе. — Эй, даже учителя, которые реально крутые, поучили меня немного и бросили. Сказали, лучше уж искать варианты с поступлением за пожертвование. — До промежуточных экзаменов осталось два месяца, верно? Давай попробуем позаниматься до этого времени, а если не выйдет, я помогу найти другой способ. Попробуешь поучиться со мной? — Хорошо. Сын Хё, видимо, обладая хорошим характером, отвечал с неизменной улыбкой. В тот момент, когда Сэ И уже готова была расслабиться, видя, как он отличается от брата, который всем своим видом выражал неприязнь… Дверь комнаты распахнулась без стука. Мужчина, который только что был обернут полотенцем, теперь был полностью одет и смотрел на них. Сэ И посмотрела на мужчину удивленными глазами, но он смотрел не на неё, а на Сын Хё. — Тэ Сын Хё. — А? — Не закрывай дверь, держи открытой. — Почему? — В наши дни извращенцы бывают не только среди мужчин. С женщинами тоже нужно быть осторожным. Так что, когда кто-то у тебя в комнате, разговаривай с открытой дверью. Тем более, если это женщина. — Чего? Сын Хё сделал ошарашенное лицо, но мужчина не убрал строгого взгляда. А Сэ И никак не могла пошевелиться. То есть, по словам этого мужчины, извращенка — это она. Сэ И крепко зажмурилась, думая, как развеять это недоразумение. В любом случае, после окончания урока с Сын Хё ей не придется встречаться с этим человеком. Хотелось бы прояснить ситуацию прямо сейчас, но это казалось невозможным. Оставалось только одно — не обращать внимания, другого способа не было. ---------- Том 1 Глава 6 Пять часов утра. Хотя было ещё время сумеречного рассвета, в гостиной ярко горел свет. Это было время, когда бывший директор Им, вышедший на пенсию уже более десяти лет назад, и его жена, госпожа Бэк Ын Соль, поднимались на гору за домом. Слыша похвалы соседей о том, как приятно видеть супругов, поднимающихся в гору вместе, Бэк Ын Соль каждый день без исключения брала мужа за руку и шла на гору. Хе Чжон, как всегда, встала раньше свёкра и свекрови и приготовила зеленый сок из капусты и шпината. — Отец, матушка, выпейте сок перед выходом. — Ох, спасибо. В отличие от бывшего директора Има, который с улыбкой принял стакан с зеленой жидкостью, Бэк Ын Соль окинула невестку придирчивым взглядом. Словно искала, к чему бы придраться. Хе Чжон, зная этот колючий взгляд свекрови, сделала вид, что не замечает его, и смотрела только на свёкра. Всё-таки в присутствии директора Има Ын Соль вела себя менее злобно. — Теперь и от сока тошнит. Что за мучения, вставать ни свет ни заря из-за меня. Больше не буду пить этот сок. — Что ты такое говоришь, дорогая? Ты всё равно бездельничаешь дома, какой это труд — встать на рассвете и сделать сок? Зачем отказываться от того, что пила? Глядя на Ын Соль, которая злобно закатила глаза, Хе Чжон проглотила подступающий вздох. Было бы хорошо, если бы она воздержалась от неприятных слов с самого утра, но от Ын Соль нельзя было ожидать такой тактичности. — Дочь из разорившейся семьи, скажи спасибо, что я тебя приняла, а не выгнала. Если бы не Сэ Джун… — Хо-хо, что с тобой сегодня с утра пораньше? Пойдем. Сходим вместе на гору, подышим свежим воздухом. — Ты слишком добрый, и это твоя беда. И наш директор Им такой же. Хе Чжон взяла пустой стакан, который протянул свёкор, и посмотрела в спину уходящим свёкру и свекрови. Она старалась не показывать, что её задели эти слова, но лицо само собой окаменело. Ядовитые речи Ын Соль она слышала не день и не два. Не было причин снова расстраиваться, но именно сегодня в носу предательски защипало. — Мама. Звука открываемой двери не было слышно, но на осторожный зов Хе Чжон моргнула влажными глазами. Она выпрямила спину, ссутулившуюся от слов Ын Соль, и посмотрела на Сэ И, выходящую из комнаты, глазами, в которых исчезли и обида, и самобичевание. «Если так посмотреть, Сэ И очень на тебя похожа. Когда мы учились в университете, за тобой бегало так много парней. Теперь уж можно сказать: ты и училась хорошо, и лицом была красива, я тебе очень завидовала». Глядя на дочь, которая была её точной копией, Хе Чжон вспомнила слова Мён Хён, и её лицо остыло. Дочь, красотой которой все восхищались с самого рождения. Другие завидовали и шумели, но она, глядя на Сэ И, сосущую её грудь, содрогалась. Взгляд Ын Соль, злобно смотревшей на неё при слове «дочь», застрял в сердце и не забывался. Почему ты родилась девочкой и так мучаешь меня? Если уж суждено было родиться дочерью, то лучше бы просто… Она никому этого не говорила, но, глядя на новорожденную Сэ И, она бесчисленное количество раз думала о плохом. Сэ И родилась в самое тяжелое и мучительное время её жизни. Если бы родился сын, ей не пришлось бы терпеть столько унижений от Ын Соль. — Что? Если позвала, говори. — Я сегодня зайду к твоей подруге. Мы договорились начать занятия с сегодняшнего дня. Застывшее лицо Хе Чжон слегка смягчилось при слове «занятия». Если отправить сына Шин Мён Хён, хозяйки «Тэсын Групп», в университет, вознаграждение точно не будет маленьким. Тогда станет легче дышать не только в вопросе машины для Сэ Джуна, но и ей самой, всё ещё выпрашивающей деньги у свекрови. Для этого Сэ И должна постараться. Не просто хорошо учить, а сделать всё возможное, чтобы Сын Хё обязательно поступил в университет. — Веди себя осторожно. Знакомые люди страшнее всего. И что бы ни случилось, отправь сына Мён Хён в хороший университет. — Я постараюсь. От вялого ответа Сэ И у Хе Чжон внутри вскипел гнев. То, что Сэ И была умной — это хорошо, но ей не нравилось, когда она превосходила Сэ Джуна. Как и говорила Ын Соль, казалось, что из-за успешной Сэ И подавляется дух её единственного драгоценного сына. Каждый раз, думая о Сэ Джуне, который отставал от Сэ И во всем, сердце Хе Чжон болело. Если уж она живет, подавляя брата, то должна сама это компенсировать. А она говорит «постараюсь»? Всего лишь «постараюсь»? — Обязательно отправь. Если ты не справишься, как я буду смотреть в глаза подруге, которую встретила спустя столько лет? — Я попробую... Хе Чжон холодно отвернулась от дочери, которая так и не дала желаемого ответа. В этот момент Хе Чжон отвела взгляд от своего свирепого отражения в зеркале. А также от дочери, которая стояла и безучастно смотрела на неё. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сын Джу сидел на диване в гостиной и проверял время. В этот золотой полдень выходного дня он скрестил руки на груди и с недовольным выражением лица смотрел в окно. Она сказала, в пять? Младшего привез водитель из академии пять минут назад, так что с ним порядок. Уже почти без десяти пять, а женщины всё ещё не было видно. Женщина без чувства времени — это худшее, что может быть. — Тэ Сын Джу, тебя в последнее время часто видно дома? Если бы не мать, позвавшая его с язвинкой в голосе, он бы не отвёл взгляда от сада. Не заметив Сэ И, которая бежала со всех ног, боясь опоздать, он безразлично посмотрел на Мён Хён. — Вы же сами когда-то говорили, чтобы я жил дома. — Так ты собираешься переехать? — Нет. — Вот поэтому и говорю. Свидания проваливаются одно за другим, в компании говорят, что ты не просто подгоняешь сотрудников, а изводишь их. Ты знаешь, что твой отец в последнее время из-за тебя весь извелся, или не знаешь? — Неужели он извелся из-за меня? Разве что он переживает, что партия, которую он поддерживает, не станет правящей на этих выборах. Ему было всё равно, что Мён Хён неодобрительно смотрела на него, так как он не уступал ни в одном слове. В любом случае, то, что в компании его будут ругать, сделай он хорошо или плохо — это свершившийся факт. Место прямого наследника владельца, будучи молодым, вовсе не так удобно, как думают другие. К нему относились как к парашютисту, внезапно свалившемуся с неба, и единственные, кто оказывал ему теплый прием — это члены совета директоров. К тому же он холоден, не подпускает к себе близко и не прощает ошибок, так что он даже не думал винить сотрудников, которые его ругали. Чувство лишения, которое испытывали его ровесники, видя, как кто-то их возраста занимает пост руководителя только потому, что он внук владельца, должно быть огромным. Он понимал это, но и только. У него не было желания подыгрывать детской враждебности сверстников. Сразу после окончания отечественного университета Сын Джу уехал в США, получил степень MBA, изучил работу филиала и вернулся. Он, для которого с рождения было естественным находиться в центре внимания, загнал себя в нынешнее состояние, не прощая себе даже малейших ошибок. Одним словом, можно сказать, что он жил, стараясь быть сыном, оправдывающим ожидания родителей и внимание окружающих. Но прямо перед возвращением на родину он стал свидетелем внезапной смерти друга, и это событие заставило его почувствовать скептицизм и отвращение к жизни. Он не был уверен, ради чего жил так яростно и должен ли продолжать так жить. Через смерть друга он осознал, что жизнь, человеческое существование может оборваться в один миг, напрасно и пусто. Лучший друг детства должен был вернуться на родину примерно в то же время, закончив учебу вместе с ним. Если бы он не получил сообщение о расставании от девушки, если бы не остановился на пешеходном переходе, увидев Сын Джу, ждущего в уличном кафе, возможно, этот друг был бы жив. В тот момент, когда последний образ друга, стоящего неподвижно, несмотря на несущуюся машину, четко отпечатался на сетчатке, Сын Джу яростно прикусил губу. И произнес то, о чем даже не думал. — Та женщина. Образ машины, сбивающей друга, исчез, а вместо него всплыли круглые глаза женщины, смотревшей на его голое тело. И безупречно красивое лицо тоже. — Какая женщина, кто? — Дочь маминой подруги. Я слышал, она будет заниматься репетиторством с Сын Хё. — А, Сэ И? Откуда ты знаешь Сэ И? На вопрос Мён Хён Сын Джу ухмыльнулся, подняв уголок рта. Она сказала, что это дочь подруги, которую она встретила спустя тридцать лет, и с которой даже не поддерживала связь? Насколько хорошо она её знает за это время, раз доверие Мён Хён к женщине кажется таким глубоким. В этот момент вырвались слова, порожденные то ли капризом, то ли раздражением. — Она глаз не могла оторвать от моего голого вида. — Что?.. — Я уж подумал, это очередная женщина, которую прислала мама. Она не просто с восхищением смотрела на моё голое тело, а выглядела так, будто сгорала от нетерпения облизать меня. — Тэ Сын Джу! Что ты такое несешь… Мён Хён начала кричать, но осеклась. Затем она посмотрела в сторону входной двери и побелела. Сын Джу, глядя на мать, повернул голову туда, куда был устремлен её взгляд. Неизвестно, кто открыл ей дверь, но женщина, которую он только что так яростно порицал, стояла у входа в гостиную с выражением ужаса на лице. Должно быть, всё слышала. Сын Джу пожал плечами, оторвал спину от дивана, на который лениво опирался, и встал. И с высоты своего роста под метр девяносто посмотрел сверху вниз на мать и женщину. — С-Сэ И, ты пришла? — Здравст… вуйте. — Да. Иди скорее наверх. Сын Хё недавно пришел из академии и ждет тебя. — Хорошо. В отличие от заметно растерявшейся матери, женщина, хоть и была бледна, поднялась на второй этаж с невозмутимым видом. Сын Джу не сводил с неё глаз. Другая бы убежала в слезах, но эта, надо же, не плачет? Он думал, что она будет оправдываться перед Мён Хён, доказывая свою невиновность и утверждая, что он несет чушь, но женщина поднялась на второй этаж, не сказав ни слова. Удивленный её неожиданным поведением, Сын Джу приподнял и опустил брови. А у неё есть стержень. Сын Джу отвел взгляд от второго этажа, где полностью скрылась фигура женщины, молча пересек гостиную и уже собирался обуться. Та-да-да, — послышались быстрые шаги, и от резкого шлепка Мён Хён по спине его тело на мгновение пошатнулось. И посыпались упреки. — Почему ты, не бывая дома, приходишь только чтобы натворить дел? Тебе больше нечего сказать дочери маминой подруги, кроме как выдумывать такие слова? Я из-за тебя действительно!.. Слушая полные укора слова, Сын Джу молча надел обувь. После этого он перехватил запястье матери, которая снова замахнулась на него, и сказал: — Кроме вас, мама, эта женщина — первая, кто видел тело вашего сына с момента рождения и до сих пор. Не верите — не надо. — Что?.. Э-это значит, ты до сих пор даже не спал с женщиной? Разве это означает именно это? Сын Джу пожал плечами и вышел из дома. Думая о том, что красный свет заката, завершающего день, похож на лицо женщины, красневшей при виде его наготы, Сын Джу широким шагом вышел за ворота. ---------- Том 1 Глава 7 Часть 3 Оказывается, человек может просто умереть и от стыда. Сын маминой подруги намеренно дождался её и бросил бомбу из слов прямо ей в лицо. Сэ И больше волновалась не из-за собственного стыда, а из-за побледневшего от шока лица Мён Хён. Но ещё больше её беспокоил этот мужчина. После такого ты всё равно бесстыдно пойдешь заниматься с моим братом? Словно спрашивая это, мужчина ухмыльнулся, глядя на неё. Она изо всех сил старалась казаться невозмутимой, но ноги, поднимавшиеся на второй этаж, давно дрожали. Может, просто уйти? Если оступиться, плохая встреча может превратиться в действительно злую судьбу. Такие связи лучше прерывать в зародыше. Потом жалеть будет поздно. Так что… — Учитель, вы пришли? В тот момент, когда она поставила ногу на последнюю ступеньку и колебалась, не спуститься ли обратно, появился жизнерадостный подросток. Приветствие прозвучало как нельзя вовремя, и Сэ И разгладила нахмуренное лицо. — Я опоздала? — Нет, вы пришли за 5 минут до начала, это отлично [1]. [1] Отлично (양호): Термин, часто используемый в армии или официальных отчетах для обозначения удовлетворительного состояния или соответствия норме. Здесь подчеркивает формальность или игривость тона. Отлично. Почувствовала себя слугой, которого хвалит господин. Ну, он и есть своего рода господин. Разве Хе Чжон не дала строгий наказ перед её уходом? Любыми способами отправить в университет Сын Хё, который с гордостью заявляет, что он худший в школе. Говорят, что хорошее дерево узнается по росткам, так что остается только верить в жизнерадостность Сын Хё. — Слава богу. Тогда пойдем и начнем заниматься? — Да. Сын Хё жизнерадостно улыбнулся и кивнул. Сэ И поднялась на последнюю ступеньку и вошла в комнату Сын Хё. Валявшаяся на полу как попало сумка и чистый стол, на котором не было даже справочников, заставили сердце упасть, но у неё не было другого выхода. Сын Хё сел за пустой стол и посмотрел на неё с ясным выражением лица. Думая, что он всё же лучше своего брата, она достала из сумки справочники. Чтобы смыть клеймо извращенки, она должна отправить Сын Хё в университет, что бы ни случилось. Сэ И с невиданным ранее упорством посмотрела на сидящего рядом Сын Хё. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Чувства Мён Хён, смотревшей в спину статному сыну, пересекающему сад и выходящему за ворота, были неописуемо сложными. — Я родила его из своего чрева, но совершенно не понимаю, что у него внутри… Внешне он был нормальным, нет, даже исключительно превосходным, поэтому она была спокойна, а тут — что? Что он сказал? Единственные, кто видел его голым — это она и Сэ И? Как он может говорить такое, даже не меняясь в лице? И нормален ли сын, который говорит, что до сих пор даже не спал с женщиной? — Я родила его таким красавцем, а он даже не пользовался этим телом и давал ему пропадать? Ох, сердце разрывается. Она была благодарна уже за то, что он вернулся целым и невредимым после учебы в свободной стране, не натворив бед. Дети из других семей возвращались из-за границы с проблемами — наркотики, женщины, и требовалась «тихая уборка», но Сын Джу не доставлял таких хлопот. Вернувшись на родину, он погрузился в работу в компании, и она успокоилась. Но, возможно, успокаиваться не стоило. Неужели он до сих пор ни разу не встречался с женщиной? Наверное, это была шутка, чтобы поддразнить её. Как мать, родившая троих сыновей, Мён Хён обычно и бровью не вела на простые вещи. Старший сын, которого ругают за трудоголизм и перфекционизм, был надежным; среднего сына, свободного духом и уехавшего учиться в Америку, она наполовину отпустила. А младший, который весело кричит, что он последний в классе, но не во всей школе… Мён Хён приложила руку ко лбу и покачала головой. Она просто старалась внушить себе, что всё нормально, но если подумать, все её сыновья были со странностями. В отличие от других наследников чеболей в третьем поколении, они не попадали в скандалы с наркотиками, алкоголем или женщинами, поэтому в глазах других это могло казаться мелочью, но всё же слова о том, что тридцатиоднолетний парень не имел отношений с женщиной, нельзя было пропускать мимо ушей. — Может, он гей? Говорят, сейчас есть родители, которые спокойно принимают сексуальную ориентацию своих детей, но у неё сердце начинало тревожно биться от одной только мысли. Что, если её предположение верно и его ориентация такая? Может, поэтому он так равнодушно относился к свиданиям вслепую? Но почему тогда он так взъелся на Сэ И? Подождите-ка. Сын Джу обычно не проявлял особого интереса к другим людям. Будь то мужчины или женщины. Даже к своим братьям. Может, ей показалось, что, увидев входящую в дом Сэ И, Сын Джу сверкнул глазами, как хищник, увидевший добычу? Это просто её иллюзия? «На самом деле, Сэ И всё время твердит о независимости, потому что школа далеко от дома, но я хочу сначала купить машину её брату, а потом уже отпустить её. Для этого ей нужно заработать изо всех сил». Слова Хе Чжон, которые она тогда пропустила мимо ушей, вспомнились именно в этот момент. Имея рядом дочь, которой все бы гордились, Хе Чжон, похоже, не понимала, что это благословение. Предпочтение сыновей, которое Мён Хён не могла понять, Хе Чжон демонстрировала открыто. Сэ И слушала рассказы Хе Чжон с бесстрастным лицом. Казалось, её это не трогает, словно это обыденный разговор. Глядя на неё тогда, Мён Хён было очень жаль девушку. Сколько времени прошло? Пока Мён Хён с серьезным лицом погрузилась в раздумья, совсем рядом послышалось движение. Мён Хён подняла голову и увидела Сэ И, которая уже закончила урок и спустилась вниз. — Госпожа. — Эй, какая я тебе госпожа. Зови меня тетей. Ну как, нашего балбеса можно чему-то научить? Не совсем безнадежен? Он не капризничал во время урока? Младший сын, от которого отказались даже известные репетиторы Тэчхи-дона и высокооплачиваемые преподаватели, советуя отправить его учиться за границу. Будет ли толк, если отправить за границу того, на ком поставили крест в Корее? В кого он уродился с такими мозгами? Хотя характер у него самый лучший из троих сыновей. Может, потому что она слишком откровенно высказала свои переживания? Сэ И спокойно посмотрела на неё и улыбнулась. — Сын Хё пообещал мне усердно учиться до промежуточных экзаменов. Конечно, оценки не могут взлететь сразу, но я постараюсь вместе с Сын Хё, чтобы госпо… хм, тетя не была разочарована. — Боже, если так, я буду только благодарна. Ох, что это я. Сэ И, садись. Давай посидим и поговорим. Я же не наказываю тебя, зачем стоять… Госпожа Ким, принесите нам чаю, пожалуйста. Мён Хён крикнула в сторону кухни, взяла Сэ И за руку и усадила рядом с собой. Поскольку они виделись всего один раз до этого, и сегодня был второй, Сэ И всё ещё чувствовала себя неловко. Но Мён Хён не могла отвести от неё глаз. — Ты такая красивая, Сэ И, наверное, вся в маму? — Спасибо… — Да, ты говорила, что в этом году заканчиваешь? Ты занята подготовкой к трудоустройству, не отняла ли я у тебя драгоценное время своей просьбой? Как мать сына брачного возраста, она в последнее время часто заглядывалась на молодых девушек. Но Сэ И была особенной. То ли потому, что она дочь подруги, то ли потому, что ей самой хотелось такую дочь, но чем больше она смотрела, тем больше завидовала Хе Чжон. — Нет. На самом деле я бы хотела поступить в докторантуру, но… по обстоятельствам собираюсь искать работу. И Сын Хё такой добрый и светлый, что мне самой хочется его учить. — Сэ И, правда, спасибо тебе. Мён Хён крепко сжала руку Сэ И, выражая благодарность. Репетиторы, которые брались за Сын Хё, обычно теряли энтузиазм уже после первого урока. «У него нет способностей к учебе, матушка. Если нужно подготовить его к общегосударственному в этом году, я умываю руки». Для Мён Хён, которая слышала только негатив, слова Сэ И были словно бальзам на израненное сердце. — Это я должна благодарить. — Кстати, Сэ И, то, что ты говорила про желание стать независимой, всё ещё в силе? Мён Хён осторожно начала разговор. Сэ И можно доверять, не так ли? Хоть они и не были знакомы раньше, почему-то Мён Хён чувствовала, что Сэ И — надежный человек. — Желание стать независимой всегда сильно. Но я пока не готова… — Может, мне помочь? — Что? Сэ И удивленно моргнула большими глазами. И даже это выглядело так красиво. Сэ И, хочешь быть моей дочерью? — эти слова готовы были сорваться с языка, но она сдержалась. Вместо этого: — У нашей компании есть пустующие офистели [2]. [2] Офистель (오피스텔): Тип многоквартирного жилья в Корее, где в одном здании могут совмещаться жилые и офисные помещения. Обычно это небольшие студии. — Нет, я не могу так обременять вас. — Я думала, ты сразу согласишься, но Сэ И, наоборот, смутилась и решительно отказалась. Это только повысило доверие к ней. В мире, где многие с радостью хватаются за чужую доброту, Сэ И отказывалась быть в долгу. Её можно было понять: ей вдруг предложили бесплатно пожить в пустующем офистеле без всяких условий. Мён Хён сглотнула и, глядя в глаза Сэ И, с трудом заговорила. — Я не имею в виду дать офистель бесплатно… просто, Сэ И, я бы хотела, чтобы ты кое-что сделала… Боже, о чем я вообще говорю, держа тебя тут. Нет, забудь, Сэ И. Если подождать, найдется какой-нибудь другой способ. Сэ И было любопытно, что хотела сказать Мён Хён, но она не стала расспрашивать. Прежде всего она собиралась приложить все усилия для поступления Сын Хё. Она хотела отплатить Мён Хён хотя бы этим за то, что та ей поверила. Пожалуйста, пусть всё получится, как я хочу. Сэ И искренне молилась про себя. ---------- Том 1 Глава 8 Спустя 11 месяцев. — Учитель, я поступил! В тот момент, когда она услышала голос Сын Хё, кричащего в трубку так, что телефон чуть не лопнул, Сэ И едва не расплакалась. Это был момент, когда вознаграждались все усилия прошедшего года, в течение которого ни Сэ И, ни Сын Хё не поддавались чужому мнению, хотя все твердили, что это невозможно. — Учитель, почему вы молчите? Я говорю, я поступил. — Сын Хё… Она лишь произнесла его имя, но по щекам, замерзшим на холоде, потекло что-то горячее. Больше всего она была благодарна Сын Хё, который верил ей и следовал за ней. Телом он был взрослым, но душой — сущий ребенок, и вот теперь этот Сын Хё станет студентом. — Учитель, мне кажется, я сейчас взлечу. Мне так хорошо. — Поздравляю. Искренне поздравляю, Сын Хё. Сэ И вытерла мокрые щеки рукой и сказала с улыбкой. Прошедший год пронесся в голове, как в калейдоскопе. Особенно тот мужчина, который доставлял ей столько неудобств. Каждый раз, когда она приходила в особняк «Тэсын Групп» для занятий с Сын Хё, этот мужчина почему-то всегда торчал в гостиной. Стресс от того, что он словно пришел следить за ней, был невообразимым. Она не раз слышала, как Сын Хё ворчал, что брат живет отдельно и не приходит в родительский дом, даже когда зовут. Не приходит, как же. Доходило до того, что перед тем как нажать на звонок у ворот дома «Тэсын», Сэ И складывала руки и молилась. Пожалуйста, пусть сегодня этого человека не будет. Она усердно молилась, сложив руки, но молитвы никогда не сбывались, и мужчина неизменно сидел в гостиной. Не то чтобы он как-то вредил ей или заговаривал. Он просто смотрел на неё полным подозрения взглядом, а когда она собиралась подняться на второй этаж, звонил Сын Хё. «Учись с открытой дверью». Почему именно в этот радостный момент всплывает образ мужчины, который переворачивал ей душу словами, выставляющими её извращенкой, и при этом противно ухмылялся? — Кстати, учитель, мама просила вас зайти к нам домой. — Меня? — Да, она сказала прийти сегодня. — Сегодня? — А что, не получается? Если у вас есть планы, попросить перенести на другой день? — Нет, я приду. Но если я выеду сейчас, из-за пробок немного опоздаю, это ничего? — Она сказала поужинать вместе. Сказала, чтобы вы не торопились и ехали спокойно, мы подстроимся под ваше время. Она была сыта и без ужина, но Сэ И покорно согласилась и повесила трубку. Положив телефон в карман фартука, она оглядела зал: видимо, из-за того, что скоро конец рабочего дня, посетителей почти не осталось. Её подруга Джу Ён перед окончанием магистратуры вместо поиска работы выбрала открытие кафе. Прошло всего две недели с тех пор, как она открыла кафе, вытянув у отца деньги, отложенные на её свадьбу. Сэ И не смогла отказать подруге, которая первой попросила о помощи, и в последнее время подрабатывала здесь. До конца смены оставался час, но она уже собиралась сказать, что уйдет пораньше, и повернула голову в поисках Джу Ён. — Кто звонил? Твой фанат номер один? Джу Ён, выйдя из небольшой кухни, вплотную подошла к ней и подмигнула. Джу Ён, которая была ниже её ростом, была одета в белую рубашку и фартук, а волосы были задорно собраны в хвост. Благодаря Джу Ён, на которой отлично сидели джинсы — любимая одежда мужчин, — в кофейне уже появились постоянные клиенты, заходящие каждый день. Работы было не так много, но всё же посетители были, и ей было неловко отпрашиваться пораньше. — Фанат — это у тебя, откуда у меня. Сын Хё поступил. Поэтому госпожа попросила зайти к ним. — Может, хотят дать премию или типа того? — Кто знает. Она втайне надеялась, но выражение радости исчезло с её лица в одно мгновение. Какой толк от премии? Она всё равно не сможет ею воспользоваться. Из-за денег за репетиторство между Хе Чжон и Мён Хён уже несколько раз возникали неловкие ситуации. «Мён Хён, насчет оплаты за уроки Сэ И, не могла бы ты переводить деньги на мой счет?» «Зачем переводить деньги Сэ И тебе?» «Всё равно это деньги, которые она мне отдаст, просто так меньше возни». «Ты… отбираешь у Сэ И деньги за репетиторство?» Для Мён Хён это было совершенно непостижимо, но Хе Чжон, не понимая этого, требовала уверенно. Мён Хён упрямо твердила, что ни за что так не сделает, и с тех пор отношения между Хе Чжон и Мён Хён охладели. Причина, по которой Хе Чжон, часто посещавшая дом «Тэсын» под предлогом уроков Сын Хё, в какой-то момент перестала туда ходить, оказалась в вопросе перевода денег. Получив отказ от Мён Хён, Хе Чжон сорвала злость на ни в чем не повинной Сэ И. Она сменила гнев на милость только после того, как Сэ И пообещала переводить ей всю сумму, полученную за репетиторство. «Не говори Мён Хён, а то она опять меня неправильно поймет». «Хорошо». После этого у Хе Чжон появился комплекс жертвы по отношению к Мён Хён. Она велела следить за языком при Мён Хён, и Сэ И всё чаще просто молча улыбалась в ответ на вопросы Мён Хён о том, как поживает её мама. Она отчаивалась, что только учит, а в руках ничего не остается, но Сын Хё поступил. Сэ И довольствовалась этим. — Чего у тебя такое лицо? Ты добилась поступления для бестолкового чеболя в третьем поколении, должна напевать от радости, а у тебя вид, будто что-то протухло. — Ничего. — Что, боишься, что если госпожа даст премию, мама отберет её и отдаст Сэ Джуну? Точно. Ты же говорила, что на деньги, заработанные за этот год, купишь машину Сэ Джуну? Эй, не делай этого. Купишь машину — в следующий раз она потребует купить дом. Так что с самого начала жестко отруби… Слушая ворчание Джу Ён, Сэ И сняла фартук. Аккуратно сложив его, она достала висевшую толстую пуховую куртку и надела её. Она знала, что Джу Ён права. Но деньги уже ушли к Хе Чжон, и вернуть их было невозможно, у неё не было никакого выбора. — Джу Ён, извини, я только сегодня уйду пораньше. — Да ладно тебе извиняться. Иди скорее. Джу Ён вышла следом, провожая её. Высокий хвост Джу Ён задорно качался в такт её машущей руке. Сэ И улыбнулась подруге в ответ и вышла из кафе. Чтобы не опоздать к ужину, нужно было поторопиться. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ [Брат, я поступил.] Прочитав сообщение, пришедшее за час до конца рабочего дня, Сын Джу нахмурился. Сегодня первое апреля? Что за бред? Средний балл 8-го уровня [1]. Он поступил в университет с этим «великолепным» табелем? Неужели планка для поступления в вузы настолько упала? Вряд ли младший настолько осмелел, чтобы шутить с ним такие шутки. [1] 8-й уровень (등급): В корейской системе оценки школьников существует 9 уровней (1-й — высший, 9-й — низший). 8-й уровень означает, что ученик находится в самом низу рейтинга успеваемости. — Я думал, она только извращенка, а она, оказывается, умудрилась отправить этого балбеса в университет? Способная, однако. Женщина, которая прошлой весной откровенно подглядывала за ним на втором этаже, похоже, всё-таки умудрилась отправить в университет его младшего брата, который чуть не стал позором семьи. Может, она скрывает свою истинную натуру? Она каждый раз заходила домой, словно для проверки, когда у младшего были занятия, но, может, это было недоразумение? Смелость, с которой она разглядывала его тело, словно ощупывая взглядом, куда-то делась: каждый раз, встречаясь с ним, эта женщина вжимала голову в плечи и убегала. Позже она не только избегала зрительного контакта, но и просто кивала головой при встрече, обращаясь с ним как с невидимкой. Впрочем, с Сын Хё отношения у неё, видимо, были неплохие: через приоткрытую дверь он часто слышал её звонкий смех. Подумав, что она, к счастью, не такая уж плохая, как казалось, он тут же с цинизмом одернул себя: а мне-то какое дело? Наступил новый год, и январь уже перевалил за середину. Скоро состоится регулярное собрание акционеров, и его прошлогодние достижения будут у всех на устах. Сейчас не время праздно думать о женщинах. [Брат, говорят, чтобы ты сегодня придешь ужинать домой. Наша учительница тоже будет.] Не читая повторно пиликнувшее сообщение, он перевел телефон в беззвучный режим. Судя по стопке документов, ночная работа была неизбежна, какой уж тут ужин. Он только собирался нажать кнопку интеркома, как дверь открылась после стука, и вошел его секретарь Чан Хо Ёль. Он уже слышал от отца, что Хо Ёль, поступивший на работу начальником отдела, на этом собрании акционеров перепрыгнет должность директора и будет назначен управляющим директором. Тогда Хо Ёль, будучи заместителем, получит повышение до начальника отдела? То, что у начальника отдела есть секретарь — это нонсенс, но разве «золотые ложки» [2] действуют в рамках здравого смысла? Предвзятость — вещь неизбежная. [2] Золотая ложка (금수저): Термин, обозначающий людей, родившихся в богатых и влиятельных семьях. — Начальник, заказать вам ланч-бокс? — Будьте добры. — Сейчас всё подготовлю и принесу. Хо Ёль поклонился и вышел из кабинета, не дожидаясь слов благодарности. Он был выпускником того же университета, и, будучи новичком, оказался весьма толковым, поэтому председатель Тэ, его отец, лично приставил его к нему секретарем. До сих пор они работали слаженно, без особых нареканий. Он был немногословен и сообразителен, так что Сын Джу хотел бы оставить его при себе, но у Хо Ёля могли быть другие планы. В тот момент, когда он подумал, что нужно спросить мнение Хо Ёля перед назначением на должность управляющего директора, экран телефона, лежащего на столе, загорелся, оповещая о новом сообщении. Сын Джу с безразличным видом взял телефон и проверил сообщение. И долго не отрывал взгляда от экрана. [Брат, правда же наша учительница красивая? Если вдруг заинтересуешься, скажи в любое время. Я вас официально познакомлю.] Одна фотография, отправленная младшим братом. Извращенка, та самая женщина. Но его взгляд надолго задержался на прекрасном образе, в котором не было и намека на извращенность. ---------- Том 1 Глава 9 Зимняя ночь наступила рано. Сэ И вышла из автобуса и долго шла вверх по темному переулку. Для машин этот район был удобен, но для пешеходов — не очень: крутые подъемы и плохой общественный транспорт. Остановки были далеко, так что без машины здесь действительно неудобно. Хотя спустилась тьма, и людей не было видно, машины с включенными фарами то и дело проезжали мимо неё. Почти год она ходила по этой дороге туда и обратно. И о многом думала, пока шла. Почему богачи собираются и живут в таких местах? Потому что здесь хороший фэншуй? Потому что красивый вид? Причина неизвестна, но, видимо, жить вперемешку с обычными людьми им тоже неудобно. И сегодня она тоже думает об этом. Сколько ещё ей придется подниматься сюда пешком? Возможно, потом она будет скучать по этому времени, когда ходила здесь одна, хоть это и было неудобно. Ведь больше сюда приходить не придется: сегодня она была последний раз в этом районе. Шаг замедлился, и в памяти сами собой всплыли красивые картины четырех времен года, которые она видела здесь за прошедший год. Весна, полная ароматов цветов; лето, когда земля была такой горячей, что каждый шаг давался с трудом и было обидно за отсутствие машины; осень, когда она невольно замедляла шаг, поднимаясь по дороге, усыпанной красными и желтыми листьями, падающими на ветру. И здесь она встретила первый снег. Если подумать, это было долгое время, но вспоминая время, проведенное с Сын Хё, она понимала, что всегда улыбалась. — Какое счастье. Что бы ни случилось, она очень хотела отправить Сын Хё в университет. Когда оценки не росли, она переживала больше него, губы пересыхали от волнения, и она делала всё возможное ради Сын Хё. К счастью, Сын Хё понял её энтузиазм и усилия, и сам старался так усердно, что говорил, будто никогда в жизни так не выкладывался. Вспоминая взволнованный голос прилежного ученика, сообщившего ей новость о поступлении, Сэ И невольно улыбнулась. Только когда кончик носа покраснел и замерз на особенно холодном ветру, она добралась до особняка семьи Тэ. Поздоровавшись с охранником, который выглянул из будки, чтобы проверить посетителя, Сэ И поднялась на несколько ступенек и встала перед воротами. Только она подняла руку, чтобы нажать на звонок, как кто-то открыл дверь изнутри и вышел. В тот момент, когда она от неожиданности попятилась, вышедший из ворот Сын Хё крепко обнял её. — Учитель! Услышав растроганный голос парня, который был намного выше её, у Сэ И защипало в глазах. В начале репетиторства у неё было предубеждение насчет Сын Хё, чеболя в третьем поколении. Драгоценный младший сын богатой семьи, наверняка у них есть свои способы поступить в университет, даже если не учиться усердно. Скептицизм по поводу того, изменит ли что-то её усердие, тоже присутствовал. Но мальчик, который называл себя тупицей и широко улыбался, достиг желаемой цели. Ей хотелось сказать, что она благодарна за возможность пройти этот путь вместе. — Сын Хё, поздравляю. — Это всё благодаря вам, учитель. Огромное спасибо. Уча детей, она никогда не чувствовала такого большого удовлетворения, как сейчас. Вероятно, Сын Хё станет одним из немногих людей, которые подарили ей такое огромное волнение, которое она не забудет до самой смерти. — Я же сказал привести учителя в дом, холодно ведь, а вы тут стоите? При звуке строгого голоса двое, крепко обнимавшие друг друга, отстранились. Человеком, вышедшим за ворота, заложив руки за спину, был председатель Тэ. Хотя она учила Сын Хё довольно долго, у Сэ И почти не было возможности видеть председателя Тэ. Увидев её, неловко стоящую, председатель Тэ громко рассмеялся и тут же протянул руку для рукопожатия. Сэ И взяла руку председателя Тэ обеими руками. — Наконец-то я вижу учителя, который сделал из нашего домашнего балбеса человека. Я Тэ Гён Чхоль. — Приятно познакомиться, господин председатель. Я Им Сэ И. — Да, учитель Им. Проходите скорее. Жена выгнала меня, сказав, что Сын Хё вышел и не возвращается. Нечего стоять на холоде, зайдем и договорим. Даже председатель могущественной корпорации не мог скрыть радости от поступления сына в университет. Глядя на то, как председатель Тэ, широко улыбаясь так, что глаз не видно, обнимает сына за плечи, Сэ И снова почувствовала прилив зависти. Когда она поступила в университет с лучшим результатом, дедушка и отец радовались и смеялись, а бабушка и мама говорили не улыбаться, потому что она преграждает путь брату. Ей так завидно было видеть, как они открыто радуются и получают поздравления. — Учитель, заходите. — Да. Ведомая Сын Хё, Сэ И переступила порог ворот. Образ ласковых отца и сына, идущих впереди, глубоко врезался ей в память. На протяжении всего ужина во взглядах Гён Чхоля и Мён Хён, обращенных на Сэ И, читалось глубокое доверие и любовь. Доверие Мён Хён к Сэ И, которая смогла устроить Сын Хё в университет, куда никто не верил, что он поступит, стало практически безграничным. Если Сэ И смогла отправить Сын Хё в университет, то, возможно, стоит обсудить с ней и проблему Сын Джу — это был вполне естественный ход мыслей. Возможно, проблема Сын Джу даже сложнее, чем поступление Сын Хё. Но нельзя вечно держать проблему в себе и мучиться. Ей с самого начала хотелось посоветоваться с Сэ И. Хотя это не та проблема, которой можно легко поделиться с кем угодно, Сэ И странным образом вызывала доверие и надежду. Поэтому, когда ужин закончился и Сэ И встала, чтобы уйти, Мён Хён взяла её за запястье и повела в гостиную. Муж и Сын Хё поднялись на второй этаж, и в пустой гостиной остались только она и Сэ И, что позволило поговорить о важном. — Госпожа, вы хотели мне что-то сказать? — Сэ И, я же просила не называть меня госпожой. Если сложно звать тетей, зови мамой. Дочь моей подруги — всё равно что моя дочь. — Я постараюсь, постепенно. Как же красиво выглядела Сэ И, отвечающая так скромно. Мён Хён смотрела на неё глазами, полными любви. Как же счастлива Хе Чжон, имея такую дочь. Если бы у неё была такая дочь, она была бы сыта, даже не поев. Как было бы хорошо иметь такую дочь, на которую можно положиться, как на подругу, вместо этих немногословных сыновей. — Сэ И, человек такое хитрое существо: ещё недавно я думала, что буду счастлива, если Сын Хё просто поступит в университет, а как только это случилось, появилось другое желание. — У вас есть какие-то переживания? — Есть. Ещё какие. Где ещё найдешь такие переживания? Из-за вполне здорового сына она в последнее время совсем потеряла сон. Пока Сэ И усердно занималась с Сын Хё, она была занята тем, что отправляла Сын Джу на свидания вслепую. Она получила множество рекомендаций от женщины, известной организацией браков в семьях чеболей. Хоть и не каждую неделю, но пару раз в месяц Сын Джу ходил на свидания, но каждый раз отказывал, говоря, что ни одна не нравится. Что тут ещё скажешь? Этот парень действительно гей? Не то чтобы быть геем — это плохо. Проблема была в том, что ей было трудно принять сексуальную ориентацию сына. Но если его сексуальные предпочтения действительно отличаются… Не встретил ли он женщину, на которой хотел бы жениться, или у него действительно проблемы с ориентацией — сколько бы она ни присматривалась, понять не могла. Она даже думала спросить Сын Джу напрямую. Но не было гарантии, что он ответит честно. Если она заведет этот разговор и они отдалятся друг от друга… Поэтому Мён Хён оставалось только с надеждой смотреть на Сэ И. — Сэ И. У меня есть к тебе большая просьба… «Спаси утопающего — он с тебя еще и мешок с вещами потребует» [1] — так это выглядело, но ей хотелось попросить ещё об одном, и губы пересохли от чувства вины. Сердце было тяжелым, как камень, она опустила глаза и вздохнула, когда Сэ И молча и крепко сжала её руку. [1] Поговорка означает неблагодарность или наглость, когда человек, получив помощь, требует большего. — Я не знаю, о чем речь, но если вы хотите что-то сказать мне, говорите, не стесняйтесь. Услышав ласковые слова Сэ И, Мён Хён почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Трое сыновей, а толку — никто не понимает её душу. А дочь подруги утешила её теплыми словами. Мён Хён крепко сжала руку Сэ И и разомкнула бесстыдные губы. — Наш Сын Джу, ты же знаешь его, Сэ И? — Да. — Не могла бы ты… присмотреть за ним? Сэ И замешкалась с ответом, словно не понимая, о чем речь. Оно и понятно. Сказать Сэ И присмотреть за Тэ Сын Джу — она наверняка понятия не имеет, что это значит. — Сэ И, ты говорила, что хочешь учиться дальше? Как насчет учебы за границей вместо докторантуры здесь? Учеба за границей ведь тоже неплохо? — Было бы здорово поехать учиться за границей… Но в моей ситуации… это, кажется, сложно. — Если сделаешь это дело, я отправлю тебя учиться за границу. При этих словах умные глаза Сэ И дрогнули. В этот момент Мён Хён инстинктивно почувствовала, что шанс есть только сейчас. — Что тебе нужно сделать, так это… Оглядевшись по сторонам, словно остерегаясь кого-то, Мён Хён максимально понизила голос. Она начала разговор, который невозможно было начать без доверия, и лицо Сэ И, слушавшей её, медленно каменело. ---------- Том 1 Глава 10 Часть 4 Даже сев в автобус и отправившись домой, Сэ И всё ещё не могла поверить в предложение, которое услышала от Мён Хён. Чувства были совсем иными, нежели когда она взялась за репетиторство Сын Хё. Копать под мужчину, который недовольно смотрит на неё при каждой встрече — для этого нужна недюжинная смелость. Но это действительно был отличный шанс получить то, чего она хотела. Независимость и учеба за границей. Перед лицом того, что мечта, к которой она так стремилась ещё до совершеннолетия, может стать реальностью, Сэ И не могла просто пропустить слова Шин Мён Хён мимо ушей. «Не могла бы ты провести небольшое расследование насчет нашего Сын Джу? Абсолютно ничего незаконного, я и не прошу такого. Просто узнай, с кем он встречается после работы, что делает? Нет, скажу честно. Просто узнай, живет ли он нормальной жизнью, всё ли у него хорошо… Ха…» Просьба провести расследование о том, с кем встречается старший сын «Тэсын Групп». Но проверить, нормально ли он живет? В чем может быть проблема у мужчины, у которого нет недостатков, который, наоборот, превосходит других? На её взгляд, он достаточно хорош, чтобы пользоваться популярностью у женщин, так почему? Может, у него беспорядочные связи с женщинами? Строя догадки в одиночестве, она внимательно слушала Мён Хён. «Если твоя мама будет против твоей независимости, и если ты сама не против, Сэ И, я могу устроить тебя стажером в „Тэсын Групп“». «Вы… всё это говорите всерьез?» Но то, что вышло из уст Мён Хён, превзошло все её ожидания. Предложение Мён Хён звучало для Сэ И совершенно нереалистично. Когда она долго не отвечала, не в силах поверить, Мён Хён сделала ещё одно предложение. «Конечно. Я поддержу всем, что тебе понадобится». «Правда?» Сэ И, молчавшая всё это время, всё же переспросила, не веря. Действительно ли она говорит это всерьез. Мён Хён тут же кивнула, крепко сжав её руку и встретившись с ней взглядом, полным мольбы. Сэ И сказала, что подумает, и вышла из особняка «Тэсын». Даже после того, как тяжелые ворота с грохотом закрылись, её сердце колотилось как бешеное. Даже сейчас, когда автобус почти доехал до её дома, скорость сердцебиения не уменьшилась. Тэ Сын Джу. Стоит только узнать о его образе жизни и доложить Мён Хён, как она сможет обрести независимость, о которой так мечтала. Она не знала, почему Мён Хён интересуется личной жизнью сына, но, если она просто проследит за Тэ Сын Джу, то сможет быстро получить желаемое. «Неужели можно так легко получить и независимость, и учебу за границей?» В тот момент, когда она повернула голову к окну, не веря в свалившуюся на неё реальность, вдоль темной дороги потянулся знакомый пейзаж. Район, где имя дедушки всё ещё звучало раньше её собственного имени. Автобус остановился в районе, где жизнь текла, как застоявшаяся вода в озере, практически не меняясь со временем. Здесь Сэ И была внучкой и дочерью директора Има. Имя «Им Сэ И» здесь было даже не нужно. Она должна была выйти в районе, где уже двадцать лет живет как бесполезная дочь, а не сын, и где ей, возможно, придется и дальше жить, принося жертвы по принуждению. Как бы она ни барахталась, реальность хватала её за лодыжки и не отпускала. Но теперь появился шанс вырваться. Сэ И встала с места и вышла из автобуса. В тот момент, когда пронизывающий ветер обвил её тело, автобус, остановившийся для высадки, уехал. — Если бы только можно было сбежать отсюда… Сэ И тихо пробормотала себе под нос, глядя на темное небо. В этот момент с одной стороны темной автобусной остановки послышался звук шагов — кто-то встал и направился к ней. Испуганно обернувшись, Сэ И расслабилась, увидев, кто это. — Ты меня напугал. Но почему ты здесь, на улице же холодно? — Сбежать? Скажешь тоже, сбежать. Ты думаешь, это возможно? Даже если у тебя есть мысли сбежать из дома, забудь. Ты никогда не покинешь этот дом. Потому что я этого не допущу. Услышав слова Сэ Джуна, Сэ И почувствовала, как перехватило дыхание. Да, Сэ Джун был прав. Даже если она захочет уехать отсюда, никто ей не позволит. Ни Сэ Джун, ни остальные члены семьи. Поэтому ей приходилось скрывать свои мечты и надежды. Сэ И сглотнула и, притворившись, что ничего не случилось, спросила Сэ Джуна: — Я спрашиваю, почему ты здесь? — Вот именно. Почему я здесь? Ещё и одиннадцати нет, а они говорят, что так волнуются, и велели мне выйти тебя встретить. Отец, может, и правда волновался, но ты же знаешь, что бабушка не любит, когда её драгоценный внук выходит на улицу ночью? Сэ И прикусила губу, с которой готов был сорваться вздох. Судя по словам Сэ Джуна, спокойно зайти в свою комнату по возвращении домой не получится. Хе Чжон будет ждать её с ещё более недовольным лицом, чем бабушка. — Зачем ты вообще вышел. — Вот именно. Впредь не беспокой меня и скажи отцу как есть. Что по таким дорогам ночью можно ходить и одной. Неужели из-за тебя единственному сыну в третьем поколении семьи Им, то есть мне, нужно выходить на ночную дорогу и жалко мерзнуть на автобусной остановке? Впредь будь осторожнее, поняла? Сэ Джун толкнул её плечом и прошел мимо шаркающей походкой. Глядя на брата, который шёл вразвалочку, волоча тапочки, Сэ И приняла окончательное решение, отбросив колебания. Сделаю это. Независимость. И выберусь из этого проклятого места. Она сжала кулаки, глядя на удаляющуюся спину Сэ Джуна, приняла решение и снова зашагала. Ей не хотелось входить в ярко освещенный дом из-за бабушки и мамы, которые будут отчитывать её сдавленными голосами. От одной мысли о раздражении и нервозности, которые обрушатся на неё, ни в чем не виноватую, становилось тошно. — Но это продлится недолго. Сэ И решительно зашагала к дому. Это была ночь, когда даже свет уличных фонарей, пронзающий глаза, казался совсем не радостным. — А ну иди сюда. Как только она вошла в дом, Хе Чжон с рассерженным лицом схватила её за руку и потащила на кухню. Дедушка и бабушка, уже поужинавшие, сидели в гостиной и смотрели дораму, а отец и Сэ Джун ели фрукты рядом с ними. Только один человек, мама, ждала её возвращения, проглядев все глаза. Оживление на лице мамы, которая, будучи членом семьи, всё же не могла влиться в неё и кружила вокруг как чужая, появлялось только тогда, когда она была с Сэ И. Потому что самым слабым звеном в этом доме была именно она. — Почему ты приходишь только сейчас? До выпуска осталось совсем немного, до каких пор ты будешь торчать в кафе Джу Ён, который даже денег толком не приносит? — Я буду готовиться к трудоустройству. — Это само собой, а Мён Хён с тобой не связывалась? Говорят, её младший сын провалил экзамены? Разве сейчас не время для объявления результатов вступительных экзаменов? Лицо Хе Чжон было напряжено: вдруг она что-то услышала? Она не могла скрыть надежду: а вдруг Сын Хё каким-то чудом поступил? Сэ И, глядя на такую маму, испытывала сложные чувства, думая, стоит ли говорить правду. — Он поступил. — Поступил? Боже! Значит, она должна выразить тебе благодарность? Кроме слов о поступлении, она ничего такого не говорила? Что хочет встретиться, или что перевела деньги на счет, а? Может, было бы лучше, если бы она могла просто ненавидеть Хе Чжон? То ненависть, то жалость, то сочувствие, то снова обида. Её чувства к Хе Чжон всегда были сложными. И от того, что их нельзя было определить одним словом, становилось ещё тяжелее. — Мама. — Что? Если ты думаешь, что выполнила свой долг, добавив деньги, заработанные на обучении младшего сына Мён Хён, на покупку машины Сэ Джуну, то ты ошибаешься. Наш Сэ Джун — единственный продолжатель рода в третьем поколении. Ты, как старшая сестра, не должна думать, что всё закончится покупкой одной машины для брата. Мён Хён определенно выразит свою благодарность материально. Тогда купим нашему Сэ Джуну то, что ему нужно. А ты устроишься на работу, потихоньку накопишь денег и выйдешь замуж. В голове Хе Чжон был только Сэ Джун. Ни слова о том, что Сэ И пришлось нелегко, ни мысли о том, не трудно ли ей было одной ехать на автобусе поздно ночью. — И впредь скажи дедушке и отцу, чтобы не заставляли Сэ Джуна выходить тебя встречать. Время ещё не такое уж позднее, зачем отправлять ребенка встречать тебя? Я правда не понимаю, зачем они заставляют моего сыночка, который и так еле отдыхает на каникулах, делать такие пустяковые дела. Ей, работающей каждый день, тяжелее, чем Сэ Джуну, который бездельничает дома. В будни она помогает в магазине подруги, а по вечерам учится для трудоустройства, так что ей действительно хотелось отдохнуть хотя бы в выходные. И всё же на неё, пришедшую с улицы, не бросили ни одного теплого взгляда — только беспокойство о Сэ Джуне. — Мам, может, отец нагулял меня на стороне? Слова, которые она иногда бормотала про себя, пока росла, вдруг вырвались наружу. Хе Чжон с раздражением обернулась и вяло переспросила: — Что за чушь ты несешь ни с того ни с сего? — Просто кажется, что твой ребенок — только Сэ Джун. Когда она говорила это в прошлый раз? А, это было, когда Сэ Джун поступил в университет, и Хе Чжон советовала ей взять академический отпуск. Сэ И получала стипендию на все четыре года и умоляла, что не будет просить денег у семьи, но Хе Чжон всё равно устроила скандал, требуя, чтобы она взяла отпуск. «Наш Сэ Джун поступил в университет, думаешь, нужны только деньги на учебу? Нужно давать карманные деньги, и на языковые курсы отправить, куда все ездят. Зарплаты твоего отца на всё не хватит, так что заработай и добавь. Ты что, зря старшая сестра?» А как же я? Я заработаю денег, отдам всё Сэ Джуну, а я? Поэтому, несмотря на протесты Хе Чжон, Сэ И не взяла академический отпуск. И в магистратуру, против которой они были, поступила по своему упрямству. Поэтому ей было ещё тяжелее и физически, и морально. А теперь они требуют, чтобы она устроилась на работу. Если сейчас так, то представить жизнь после выпуска было просто страшно. Поэтому Сэ И хотела стать независимой. Хотела пожить так хотя бы раз, полностью для себя. И словно чудо, появился человек, готовый с радостью поддержать эту независимость. — Я собираюсь стать независимой. ---------- Том 1 Глава 11 В ту ночь, когда Сэ Джун вышел её встречать, Сэ И довольно долго выслушивала нотации от Ын Соль и Хе Чжон. О том, что единственный продолжатель рода чуть не попал в опасность, выйдя на темную ночную дорогу из-за неё. Дом, где считалось само собой разумеющимся, что она выходит встречать Сэ Джуна, когда тот возвращается пьяным в стельку, но случалась катастрофа, если Сэ Джун выходил встречать её. Выслушав около часа нотации бабушки и мамы, терзавшие уши, она вошла в свою комнату и долго сидела на кровати, не шевелясь. Что-то тяжелое легло на сердце и не отпускало. Обида, гнев, горечь и разочарование — сложные чувства, которые невозможно определить одним словом, заставили её не спать всю ночь. Это называется газлайтинг? Говорят, если эмоциональное насилие продолжается, в конце концов к нему привыкаешь. Она подумала, не в таком ли она состоянии. Другие люди, по крайней мере, не унижали её. Она, которую хвалили как выдающуюся и прилежную студентку, получала такое обращение, стоило ей только переступить порог дома. После того дня, когда Сэ Джун вышел её встречать, Сэ И почти не открывала рот дома. Всё, что она сделала — это отправила смайлик с поднятым большим пальцем и улыбнулась в ответ на сообщение Сын Хё с фотографией с вечеринки для первокурсников. Так прошло несколько дней. Сегодня был день её выпуска из магистратуры. Все фотографировались с семьями, но никто из её семьи не пришел. Хоть она и получила диплом как представитель выпускников, у неё в руках не было даже обычного букета цветов, который был у каждого выпускника. Другие однокурсники выходили с семьями, сияли улыбками и фотографировались, но у неё не было никого, с кем можно было бы это сделать. Зал, битком набитый людьми, опустел, как только закончилась церемония, остались единицы. Она, сидевшая на стуле до последнего, встала и только собиралась снять академическую шапочку с головы. — Может, оставишь её? Кто-то стоял перед открытой дверью зала, из которого уже вышли все люди. Неужели это мне? — подумала она, и в тот момент, когда она сняла шапочку и взяла её в руку, перед ней внезапно возник огромный букет цветов. Сэ И резко вдохнула и подняла удивленные глаза: перед ней стоял человек, которого она совершенно не ожидала увидеть. Тэ Сын Джу в черном кашемировом пальто и сером костюме, сунув одну руку в карман брюк, другой протягивал ей букет цветов, настолько большой, что она едва ли могла его удержать. — Не возьмете? — Почему вы мне это даете?.. — Скажем так, в качестве благодарности от члена семьи за то, что отправили Сын Хё в университет. А. В носу мгновенно защипало. И глазам стало горячо. Она крепче сжала диплом и протянула другую руку, чтобы принять букет. Когда она прижала к груди огромный букет, который невозможно было обхватить одной рукой, аромат цветов ударил в нос. — Спаси… бо. Сэ И поблагодарила его сдавленным голосом. — Если благодарны, выходите. — Что? — Не отделывайтесь словами, покажите доказательства. Вы собираетесь оставаться здесь вечно? Нет, конечно. Пока Сэ И стояла с озадаченным видом, Сын Джу широким шагом поднялся по ступенькам между рядами. Глядя на его удаляющуюся уверенную походку, Сэ И с запозданием последовала за ним и вышла из зала. Тусклого февральского солнца было явно недостаточно, чтобы растопить холод зимы, но его вполне хватало, чтобы осветить улыбающиеся лица людей, пришедших сегодня на церемонию вручения дипломов. Когда мужчина, ушедший далеко вперед, обернулся и посмотрел на неё, его лицо заполнило всё поле зрения Сэ И, словно под увеличительным стеклом. Ту-дум, ту-дум. Ту-дум-ту-дум. Может, это из-за своенравного сердца? С каждым шагом, приближающим её к Сын Джу, сердце билось всё сильнее. Пока Сэ И шла к нему, количество взглядов, украдкой бросаемых на Сын Джу, росло. Самому Сын Джу, казалось, было всё равно, но Сэ И не могла этого не замечать. Если бы только взгляды — она бы ещё как-то притворилась, что не замечает, но теперь слышался и шепот. К тому же однокурсница, с которой она была знакома, широко раскрыла глаза при виде неё и беззвучно спросила губами: «Твой парень?» Было бы странно, если бы люди не узнали высокого, красивого мужчину, от которого неизбежно исходил дух богатства и аристократизма. Сэ И сказала однокурснице, полной любопытства, что нет, но та, похоже, не поверила. Просто сын маминой подруги. Поверят ли, если она скажет это? — Встаньте рядом со мной на минутку. — Что? Зачем? Зачем вставать рядом? Когда мужчина, который всегда относился к ней настороженно, вдруг улыбнулся и позвал подойти, ей стало скорее страшно, чем приятно. Что он задумал? Но у мужчины, который специально пришел с букетом цветов, не было причин иметь скрытый умысел. Видимо, её воображение разыгралось, потому что Сын Джу посмотрел на неё с легким раздражением и глубоко вздохнул. — Я ведь сейчас не на иностранном языке говорю, вы корейский не понимаете? Я сказал, подойдите и встаньте рядом со мной. — Мне… рядом? — Нет, я сам. Я подойду, а вы просто стойте как есть. Сын Джу в один миг сократил расстояние между ними широкими шагами. Встав рядом с ней, державшей в руках цветы, шапочку и диплом, Сын Джу достал телефон из кармана и поднял его перед собой. — Что вы делаете? — Перестаньте любопытствовать и просто улыбнитесь, а? — Улыбнуться? — Мы фотографируемся, вы что, плакать собрались? — А зачем нам фотографиро… …ваться? — хотела спросить она, но Сын Джу зыркнул на неё холодным взглядом. Она почти не видела, чтобы он улыбался, но его суровый взгляд был ей уже очень знаком. Глаза были такими острыми и пронзительными, что, когда он смотрел на неё этими узкими глазами, у неё действительно подкашивались ноги. Сэ И неловко стояла, глядя на экран телефона. Сын Джу, стоявший рядом, наклонил голову в её сторону, выбирая ракурс для фото. Теперь осталось только сфотографироваться. И на этом всё, они разойдутся своими дорогами. Именно в этот момент послышался суетливый топот. И знакомый голос. — Им Сэ И, если ты пришла с парнем… Ха… Не утерпев, та однокурсница, которая спрашивала, парень ли это, в итоге притащила и Джу Ён. Если бы пришла только Джу Ён — ещё куда ни шло. Но подошла целая толпа, включая родителей и бабушку Джу Ён, и они уставились на неё и Сын Джу, как на обезьян в зоопарке. — Ты! — Нет. Джу Ён, правда, нет. — Если нет, то почему вы так нежно стоите и фотографируетесь? Если мужчина пришел на выпускной, куда не пришли даже родители — надо хватать его, Сэ И. Пока Джу Ён, не скрывая возбуждения, делала поспешные выводы, раздался звук затвора «Щелк», и Сын Джу, который был в кадре вместе с ней, опустил поднятый телефон с горькой усмешкой. — Ох, чей же это сынок, до чего красивый. Нашей Джу Ён тоже надо встретить такого мужчину и поскорее выйти замуж. Похоже, подруга Джу Ён выйдет первой. Подруга Джу Ён, когда будешь выходить замуж, обязательно передай букет нашей Джу Ён. Чтобы она сразу почувствовала стимул и вышла замуж. Бабушка Джу Ён широко улыбалась и нахваливала Сын Джу, не сводя с него глаз. Проблема была в том, что лицо мужчины, которого хвалили, выглядело крайне недовольным. — Вы, кажется, неправильно поняли, я не её парень. — Эй, да сразу видно, что парень. Даже когда Сын Джу твердо сказал «нет», бабушка Джу Ён, казалось, не поверила. И не только бабушка, но и остальные тоже. Сэ И была в замешательстве от этой ситуации, но Сын Джу выглядел ещё более ошарашенным. — Бабушка, говорят же вам, нет. Мам, пап, сфотографируйте нас с Сэ И, пожалуйста? Я тебя так долго искала. Уж думала, не сможем сфотографироваться вместе, так переживала. — Извини. Я была в зале. Джу Ён, услышав ответ Сэ И, сделала понимающее лицо и взяла её под руку. А затем посмотрела на Сын Джу, который стоял чуть поодаль. — Можете сфотографироваться с нами. — Нет, спасибо. Я уже сделал фото для подтверждения и отправил, так что мне достаточно. Сфотографируйтесь вдвоем. И, Им Сэ И, то, что вы тогда подсмотрели моё голое тело — будем считать, что этого не было. Так что можете больше не испытывать чувства вины за то, что подсмотрели за мной голым. Поздравляю с выпуском и желаю удачи, до свидания. Он улыбался. По крайней мере, до того, как Тэ Сын Джу открыл рот, Сэ И слегка улыбалась. Но от слов, брошенных Тэ Сын Джу с видом щедрого благодетеля, лицо Сэ И побелело. Ч-что он несет, этот мужчина! — С-Сэ И, ты?.. Дрожащие губы не могли разомкнуться. Вчера Сын Джу казался ей не очень приятным, но после того, как он подарил цветы, она почувствовала благодарность. Однако благодарность продлилась недолго. Появившись на выпускном, куда его не звали, и подарив мгновение трогательности, мужчина в итоге столкнул её с обрыва и с облегченным видом зашагал к парковке. Сэ И, крепко сжав кулаки, не могла ни говорить, ни дышать, ни двигаться. Только лицо её покраснело, как помидор, от стыда. — Ты ви-видела? Говорю же, нет. — Ну и как? Что «как»? — Такой же красивый… и там тоже большой? Ах, серьезно. Сэ И широко раскрыла глаза и впервые посмотрела на подругу Джу Ён убийственным взглядом. О чем ты вообще спрашиваешь? Какая связь между красивым лицом и размером «там»? Сэ И, не видя смысла отвечать, отвернулась от Джу Ён. И пробормотала слова, которые не смогла сказать вслух: — Я всё видела, но этого не видела. Довольна?! ---------- Том 1 Глава 12 Не желая потом жалеть о своей опрометчивости, Сэ И после выпускного целую неделю мучительно размышляла. А затем сообщила Мён Хён о своем решении. Мён Хён тут же ответила согласием и отправила сообщение с адресом офистеля, где Сэ И будет жить самостоятельно. Она также пообещала, что, как только Сэ И назовет день переезда, секретарь подготовит всё необходимое. Проверив сообщение на телефоне, Сэ И вышла из комнаты и направилась на кухню. Подойдя к Хе Чжон, которая была занята приготовлением ужина, Сэ И глубоко вздохнула и с ходу объявила: — Я буду жить отдельно. — Что? — Жилье я нашла, скоро перевезу вещи. Хе Чжон сделала такое лицо, словно её это раздражало и она снова слышит этот вздор. Вчера на деньги, заработанные Сэ И за обучение Сын Хё, была куплена подержанная машина для Сэ Джуна. Хе Чжон выглядела виноватой перед Сэ Джуном, который ворчал, что машина подержанная. Но самой Сэ И, заработавшей эти деньги, она не сказала ни слова благодарности. Она больше не хотела так жить. Для неё это решение далось нелегко, после долгих раздумий, а Хе Чжон выглядела недовольной: «Лучше бы работу нашла, какая ещё самостоятельная жизнь?» — Независимость — это тебе не хухры-мухры, денег нет, так что прекрати нести этот бред… — Тетя предложила мне пожить в её квартире. — Тетя? — Мама Сын Хё. Она просила называть её просто мамой, но мне пока непривычно, так что я зову её тетей. Тетя из «Тэсын Групп» сказала, что у них есть пустующий офистель компании, и предложила пожить там. И если захочу, она возьмет меня стажером. Сэ И сама говорила это, и сама не верила. Даже если она помогла Сын Хё поступить, что такого она в ней увидела, чтобы делать такие щедрые предложения? Как бы ей ни была интересна личная жизнь старшего сына, если бы она захотела, у неё были бы способы получше, чем использовать её, но она проявила к ней огромную доброту. Возможно, она просто пожалела Сэ И. — С чего это она вдруг предлагает тебе жилье? Что и как ты ей наговорила? — Ничего особенного. Видимо, она очень благодарна за поступление Сын Хё. Наверное, поэтому и сказала. — Да? Хе Чжон нахмурилась, словно её это задело. Похоже, чувствуя относительную обделенность и неполноценность, она вместо благодарности за хорошее предложение выглядела скорее раздраженной. — Пусть только не важничает, одалживая жилье компании, которое даже не на её имя записано. Ворча, Хе Чжон перестала перебирать зелень, уставилась в пустоту, словно о чем-то думая, а затем резко повернулась к Сэ И. — Это же отлично, Сэ И. Раз это жилье компании, поживи там немного, а потом уступи его нашему Сэ Джуну. Чтобы наш Сэ Джун меньше мучился. Ты же знаешь, как сейчас трудно найти жилье в Сеуле? Если будет квартира, которую дают бесплатно, наш Сэ Джун сможет с комфортом ходить в университет. И кто знает? Может, за то, что ты отправила их младшего сына в вуз, они и нашего Сэ Джуна возьмут на работу в «Тэсын Групп»? Сын Хё в университет отправила она, почему же Хе Чжон надеется, что на работу возьмут Сэ Джуна? Лицо Хе Чжон сияло от радости, она повернула голову и посмотрела на Сэ Джуна, который сидел в гостиной и смотрел телевизор. Взгляд, полный любви, всегда доставался Сэ Джуну, до неё он никогда не доходил. Сэ И горько улыбнулась и ушла в свою комнату. Хе Чжон, словно получив всё, что хотела, больше не задерживала её. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Шух. В одно мгновение кто-то быстро прошел перед глазами, и это был силуэт, странно знакомый до дежавю. Это не офис, а пентхаус, где он живет один, здесь не должно быть знакомых людей, но по шее пробежал холодок. На верхнем этаже, где он живет, было всего две квартиры, в одной жил он, а другая всё ещё пустовала. Это было место, где не могло быть слышно присутствия людей, если только кто-то не переехал. Бах. Но на этот раз послышался звук поспешно закрывающейся двери. Выйдя из лифта, Сын Джу прищурился и огляделся. Кто-то переехал? Шаги к дому замедлились. Наконец-то в пустующую квартиру по соседству кто-то въехал? Сын Джу прошел по коридору и остановился перед дверью своего офистеля. Подняв руку к кодовому замку, он перевел взгляд на соседнюю дверь. Весь этаж, на котором он жил, принадлежал компании. Соседняя квартира пустовала с тех пор, как он въехал, и он не слышал, чтобы кто-то собирался заселяться. — Надо спросить в административном отделе? Сын Джу не очень радовала перспектива делить этаж с незнакомцем. Именно поэтому он настаивал на этом месте, хотя мог переехать в более хорошее. Несмотря на то, что у него было два младших брата, он четко разграничивал территорию и тщательно оберегал свою личную жизнь от вторжений. Возможно, поэтому присутствие незнакомца так раздражало его нервы. Набирая код и открывая дверь, он не мог скрыть неприятного чувства. Было бы лучше, если бы они столкнулись лицом к лицу. Кто же въехал? Он задумался, но потом лишь усмехнулся от безысходности. — Кто бы это ни был, какое мне дело. День был слишком утомительным, чтобы заботиться ещё и о соседях. Бах. Сын Джу не знал, что, как только он закрыл дверь и вошел внутрь, дверь соседней квартиры слегка приоткрылась. Пока он снимал обувь и шел в гостиную, массируя уставшую шею, он не знал, что женщина с телефоном в руке ошивается перед его дверью и прикладывает ухо к закрытой двери, прислушиваясь к звукам. Кто-то посмел преследовать Тэ Сын Джу, словно сталкер, уже целых два дня. Но Сын Джу, ничего не подозревая, устало опустился на диван и тупо уставился в пустоту. Это было его любимое время суток, время, когда он мог полностью сосредоточиться на себе, но сегодня он не мог избавиться от странного ощущения. Слишком устал, что ли? В тот момент, когда он закрыл глаза, разминая одеревеневшие плечи, из-за двери донесся слабый звук. Что это? Мгновенно по всему телу пробежали мурашки. Сын Джу быстро встал с дивана. Волосы на голове встали дыбом — он не помнил, чтобы когда-либо так напрягался, живя в этом доме. Он нервно подошел к прихожей и приложил ухо к двери. Топ, топ, топ. Слабые, но отчетливые шаги. Мысль о том, что кто-то находится перед его дверью, пронзила всё тело напряжением и неприятным чувством. Кто это, черт возьми? Он быстро распахнул дверь. Не обуваясь, он открыл дверь и вытянул шею наружу, и в этот же момент дверь соседней квартиры захлопнулась с громким стуком. Ха. С его губ сорвался стон недоумения. Значит, это правда: тот, кто живет по соседству, ошивался перед его дверью. Как они смеют. Сын Джу свирепо уставился на плотно закрытую дверь и нервно откинул упавшие на лоб волосы. Там кто-то есть. И этот кто-то, кто следит за ним, живет прямо по соседству. Тогда я не могу сидеть сложа руки. Сын Джу вернулся в квартиру, надел обувь и снова вышел. Когда он ехал в лифте, направляясь в офис управления, его лицо было решительным как никогда. ---------- Том 1 Глава 13 Попалась? Сердце колотилось как бешеное, словно готово было пробить грудную клетку. Говорят, если делать то, что тебе несвойственно, жди беды — и она была тому живым примером. С того момента, как она переехала, Сэ И горько жалела о том, что так опрометчиво приняла предложение госпожи из «Тэсын Групп». Как бы ей ни хотелось независимости, следовало сначала спокойно узнать, куда именно она переезжает. Офистель оказался намного больше, чем она думала, что давило на неё, да и следить за Тэ Сын Джу было не по себе. Сказать тете, что она не может этого сделать, и съехать? Она знала, что это лучший выход, но проблема была не в семье Тэ, а в Хе Чжон. Хе Чжон разрешила ей жить отдельно только с целью использовать её, чтобы облегчить жизнь Сэ Джуна в Сеуле. Но если так пойдет дальше, то жизнь в Сеуле не станет легче, а, наоборот, придется навсегда попрощаться с «Тэсын Групп». Что делать? Может, выйти прямо сейчас и поздороваться с Тэ Сын Джу с невозмутимым лицом, как добрая соседка? А что, если Тэ Сын Джу узнает её? Выпускной был совсем недавно. Было бы страннее, если бы не узнал. Чем больше она думала, тем яснее становилось, что этот тип, Тэ Сын Джу, не промах. И уж точно не тот человек, который будет стесняться в выражениях, если перед ним кто-то стоит. Так что, узнав, что она поселилась по соседству, он наверняка сразу начнет подозревать. Извращенка. За одну ошибку Тэ Сын Джу не только заклеймил её позором, но и приходил почти каждый уик-энд в течение года, словно надзиратель, под предлогом проверки, что она делает с его братом Сын Хё. И это ещё не всё? Он прилюдно раскрыл, что она видела его голым. Шпионить за таким человеком — у неё не было уверенности. Что же теперь делать? А, кепка и маска. Сначала прикрою лицо и просто поздороваюсь. Если прятаться внутри, подозрительный мужчина станет подозревать ещё больше. Сэ И поспешно бросилась внутрь и начала рыться в ещё не разобранном чемодане. «Сэ И, не стесняйся, переезжай. Там „полный фарш“, вся нужная техника есть, и я велела наполнить всё необходимое для жизни, так что заходи просто с личными вещами». Слова Мён Хён были правдой. Офистель с полной комплектацией, где было абсолютно всё, оказался не тем уютным гнездышком, о котором она мечтала. Это был огромный офистель площадью почти 170 квадратных метров. Две комнаты, гостиная такая огромная, что не будет преувеличением назвать её спортплощадкой, а кухня была настолько высококлассной, что даже страшно было там что-то готовить. Хе Чжон ещё не видела этого, но если увидит, то это настолько идеальное пространство, что она может тут же потребовать отдать его Сэ Джуну. Поэтому Сэ И ещё не распаковала вещи. Точнее будет сказать, не осмелилась распаковать. Она только спала на кровати и старалась оставлять минимум следов, но чувство тревоги от того, что она, кажется, попалась Тэ Сын Джу ещё до начала «работы», было неописуемо велико. Порывшись в большом чемодане и достав маску и кепку, она приложила руку к груди, пытаясь успокоить сбивчивое дыхание, и прошептала: — Ха, пожалуйста, пусть всё обойдется. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Часть 5 Их отношения можно было описать так: ровно три раза они столкнулись по-настоящему, а в остальное время просто проходили мимо друг друга, как невидимки. Однако нельзя сказать, что эти три встречи были приятными. Первый раз она увидела Тэ Сын Джу совершенно голым. Пусть это и был вид сзади, но мужчина, который невольно вызывал восхищение, на некоторое время лишил её покоя. А во время последней встречи он нанес сокрушительный удар, напомнив об ошибке того дня. И сделал это в присутствии подруги и её родителей. Возможно, именно из-за этой последней встречи она и приняла предложение Мён Хён — из чистого упрямства. Она убеждала себя, что приняла это решение после рациональных раздумий, но на самом деле была просто зла на Тэ Сын Джу. К тому же, свою роль сыграло и беспокойство Мён Хён. Лицо матери, полной тревоги за сына, долго не выходило у неё из головы. Насколько же сильно она волновалась за сына, раз без колебаний предоставила ей такую квартиру и попросила провести тайное расследование? — Так что нужно быть начеку. Мы живем по соседству, и если встретимся ещё и в компании… Если сейчас повести себя неправильно, это вызовет подозрения, которые потом будет невозможно развеять. Так что давай, Им Сэ И, сделай всё как надо. Как говорится, кризис — это возможность, так что используй этот шанс… Сэ И отложила телефон и поглубже натянула кепку. Этого показалось мало, и она надела маску, полностью скрывающую её маленькое лицо, после чего бешено бьющееся сердце немного успокоилось. — Фух. Глубоко выдохнув, Сэ И собрала всю свою смелость, открыла дверь и вышла. Коридор был пуст, и она подошла к двери квартиры Тэ Сын Джу, расположенной неподалеку от её собственной. Сглотнув от волнения, она нажала на звонок. Сердце, которое, казалось, успокоилось, забилось с новой силой, но изнутри не доносилось ни звука. Она снова нажала на звонок. И стала смирно ждать хоть какого-то признака присутствия хозяина. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сотрудники службы безопасности все как один нервничали из-за Сын Джу, который скрестив руки на груди и с выражением крайнего недоумения на лице наблюдал за разделенным экраном монитора. Когда Сын Джу внезапно спустился в комнату охраны и попросил прокрутить записи с камер, сотрудники отнеслись к этому как к обычному делу. Но после просмотра записей никто не смел даже громко дышать. Сталкер. Никто не произнес это вслух, но видеозаписи заставляли всех думать об одном и том же. Благодаря высокому разрешению можно было отчетливо разглядеть черты лица женщины на видео. Женщина въехала сюда два дня назад и с того самого дня преследовала Сын Джу. Глядя на женщину на мониторе, которая следовала за ним в основном по утрам, когда он уходил на работу, Сын Джу молчал, а затем с холодным выражением лица криво усмехнулся. — Это была ты? В то время как никто из сотрудников охраны не издавал ни звука, лишь Сын Джу улыбался пугающей улыбкой. ---------- Том 1 Глава 14 Нет дома? Не может быть. Специально не открывает? Он ведь не заявил в полицию? Отсутствие реакции на звонок вызывало ещё большую тревогу. Нажать ещё раз? В тот момент, когда Сэ И протянула руку к звонку, послышался звук открывающихся дверей лифта. Испуганно обернувшись с выражением ужаса на лице, она встретилась взглядом с Сын Джу, который только что вышел из лифта. Дзинь-дон. Сэ И, запоздало осознав, что невольно нажала на звонок, поспешно опустила руку и повернулась к нему. Затем она почтительно сложила руки и низко поклонилась. — Здравствуйте. Я ваша соседка, переехала два дня назад. Мне сказали, что на этом этаже всего две квартиры, поэтому я подумала, что нужно поздороваться, и зашла… как раз вовремя, вы пришли. Она изо всех сил старалась говорить как можно спокойнее, и, как и планировалось, приветствие прозвучало гладко. Проблема была в ногах, которые заметно дрожали. Ноги, упирающиеся в пол, тряслись так, что казалось, она вот-вот упадет. — А, так вы та самая соседка, что переехала? Но странно, в голосе Сын Джу не было ни настороженности, ни подозрения. Лишь сухая констатация факта. Получилось. Кажется, он не особо подозревает её, как она боялась, так что теперь нужно скорее идти домой. Сэ И переставила дрожащие ноги и, не поднимая тщательно скрытого лица, направилась к своей двери. — Да. Раз уж мы поздоровались, я пойду… — Постойте. Но он преградил ей путь. Когда его ноги, намного больше её собственных, перекрыли дорогу, Сэ И вдохнула и замерла. Она чуть не наступила на его ботинки, на которых не было ни пылинки. Что он хочет, внезапно преграждая путь без слов? Но Сэ И не могла ему возразить. Она склонила голову под углом сорок пять градусов и ждала, что он скажет. — Мы соседи, может, покажете лицо перед уходом? Раз вы получили этот офистель от компании, значит, я должен вас знать. И приходить здороваться в такое время, закрыв лицо кепкой и маской — это невежливо. Эй, соседка. Может, снимите? Нет, для меня гораздо выгоднее, если вы не узнаете во мне соседку. Мы не в том положении, чтобы узнавать друг друга и здороваться, зачем вы так? Если офистель принадлежит компании, неужели его дают только сотрудникам? Бывают же и исключения! — Извините, я очень стеснительная. И пока я не работаю в той же компании, что и вы, сосед. Не сегодня, а когда станет немного привычнее, я сама приду, сниму кепку и маску и поздороваюсь с вами снова. Тактическое отступление. Если продолжать болтать здесь, это вызовет только подозрения. Сэ И быстро обошла его и направилась к своей двери. К счастью, он больше не удерживал её и спокойно отпустил. Слава богу. Если бы не его тихое бормотание, когда она уже открывала дверь, чтобы войти, её день мог бы закончиться вполне сносно. — Я же говорил не пускать кого попало. Извращенцы бывают не только среди мужчин, так что теперь мне самому придется беречь своё тело? Ч-что он сказал? В отличие от мужчины, который невозмутимо вошел в свою квартиру после того, как взбаламутил душу человеку, Сэ И некоторое время не могла пошевелиться, не веря своим ушам. Что это, раз он говорит про извращенца, значит, он знает, что это я? Не может быть, я же всё закрыла! Он узнал? Как? Нет… же? Он ведь не это имел в виду, правда? Она запоздало обернулась, но мужчины уже не было видно. Бах. Дверь, в которую вошел мужчина, захлопнулась с громким звуком, словно предупреждая её. — Ох, мне такое и даром не нужно, вот ещё. Красивый, с отличным телом, да ещё и с идеальным происхождением — Сэ И никогда даже не смела мечтать о таком мужчине. Так что то, что она любовалась им в тот день… ну да, это ничем не отличалось от инстинктивного восхищения при просмотре шедевра живописи. Она даже не думала о том, чтобы что-то с ним сделать. — За кого он меня принимает. Вот поэтому его мать и нанимает людей, чтобы следить за ним. Обычно Сэ И редко выходила из себя, но на этот раз она покраснела от злости, не в силах сдержаться. Правда, за кого он меня принимает. После такого её мягкое сердце по отношению к нему неизбежно ожесточилось. — Я вытрясу из него всё до последней пылинки и всё доложу. Даже въехав сюда, она чувствовала угрызения совести и следила за ним робко, но теперь — держись. Посмотришь, как я тебя выпотрошу. Дом, работа — неважно, вытрясу всё, как пыль из ковра, и доложу твоей маме. Сэ И, словно срывая злость, с грохотом захлопнула дверь и вошла внутрь. Она и не подозревала, что в соседней квартире, услышав этот звук, разразились громким хохотом. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ «Тэсын Групп» давно расширила свои сферы деятельности от универмагов, дистрибуции, отельного бизнеса и курортов до электроники и химии. Группа состояла из шести дочерних компаний: электроникой и химией руководил отец Сын Джу, Тэ Гён Чхоль, а курортами и отелями — его дядя, Тэ Мён Чхоль. Дистрибуцию и универмаги возглавляли профессиональные менеджеры, но Сын Джу рассматривался как наиболее вероятный кандидат на пост следующего президента. Сейчас он набирался опыта в головном офисе, но в конечном итоге его местом должны были стать универмаги. Судя по результатам работы, никто бы не возразил, если бы Сын Джу сразу повысили до вице-президента. Но была проблема. Не только его молодой возраст — тридцать два года, но и, что более важно, репутация среди сотрудников. Сын Джу, будучи перфекционистом, с трудом прощал ошибки других. Возможно, из-за суровой оценки промахов, его оценка способностей обычных сотрудников тоже была жесткой. Восприятие Сын Джу сотрудниками, которого они считали человеком, оценивающим только по способностям, без какой-либо человеческой теплоты, становилось всё холоднее. Работа в коллективе — это тоже человеческие отношения, но Сын Джу не стремился держать людей рядом с собой, а из-за его характера мало кто решался к нему приблизиться. Именно поэтому председатель Тэ, не выдержав, отправил Сын Джу на свидания вслепую. В надежде, что женитьба хоть немного смягчит его холодный нрав. Но прежде чем смягчился его нрав, Сын Джу заморозил своих партнерш по свиданиям. Таков был результат последнего года, в течение которого Сын Джу ходил на свидания. К женщинам он был равнодушен, желания жениться не проявлял, отчего председатель Тэ и так переживал, а тут ещё жена подлила масла в огонь, когда он собирался на работу. — Дорогая, что ты сейчас сказала? — Я сказала, что нашему Сын Джу… возможно, нравятся мужчины. — Мужчины? Ты хочешь сказать, что наш сын — гей? Председатель Тэ, держа в руках пиджак, свирепо посмотрел на Мён Хён и задал вопрос сдавленным голосом. Мён Хён, помогая мужу надеть пиджак, глубоко вздохнула. — Не злись. В мире такие люди не редкость, и я не могу гарантировать, что мой сын — исключение, поэтому и говорю. На всякий случай, давай будем морально готовы. — Не говори ерунды и… Председатель Тэ резко оборвал жену и с упрямым выражением лица продел вторую руку в рукав. Хлоп-хлоп — Мён Хён мягко отряхнула спину его костюма, но её лицо выражало глубокую тревогу. Он знал, что в последние дни у жены было плохое настроение, но не думал, что она мучается из-за таких нелепых мыслей. Сын Джу, который выглядит мужественнее всех на свете — гей? Чушь собачья, конечно. Думая так, он поправил одежду и уже собирался выйти из спальни. — Я не хотела говорить этого, но вечно скрывать тоже нельзя. Он говорит, что единственная женщина, которая видела его голым — это я, его мать. Ты можешь гарантировать, что это ерунда? — Что?.. Председатель Тэ с недоверием обернулся к жене. То есть, Тэ Сын Джу до сих пор не делал „этого“ с женщиной? Разве такое возможно? В возрасте, когда кровь кипит, а гормоны бушуют, это не то, что можно сдержать силой воли. Это инстинкт. Инстинкт! — Так он сказал, твой старший сын. Что я единственная, кто видел его голым. Была ещё одна, но Мён Хён не смогла сказать об этом мужу и прикусила губу. Как ни крути, это не укладывалось в голове. Почему сын, которым можно гордиться где угодно, избегает женщин? — Ты уверена? — Да. Поэтому я прошу, возьми одного стажера в компанию. — Стажера? Он удивленно поднял брови, не понимая, к чему это, и Мён Хён осторожно рассказала о деле, которое она втихую организовала. Что хочет незаметно приставить к Сын Джу человека. Но кого попало не приставишь, поэтому она хочет отправить Сэ И. Председатель Тэ, который хмурился и выказывал недовольство, при имени Сэ И тут же поджал хвост. Доверие к Сэ И, которая помогла Сын Хё поступить в университет, в этой семье было поистине огромным. Мён Хён осторожно раскрыла план: она уже поселила Сэ И по соседству с Сын Джу, и если председатель Тэ разрешит, то хочет устроить её стажером, чтобы следить за сыном и в компании. Председатель Тэ, который в обычной ситуации наверняка бы отругал или пристыдил её, сегодня не смог сказать ни слова. — Дорогой, ну что? — Учителю Им Сэ И можно доверять, так? Ты же понимаешь, что будет с твоим сыном, если слухи просочатся наружу? — Конечно, можно, поэтому я тебе и говорю. Наша Сэ И сделала то, что не смогли сделать репетиторы из Тэчхи-дона с многомиллиардными зарплатами. К тому же она и красавица, и учится прекрасно, так что взять её стажером — это нам только в плюс, никакого ущерба. И, судя по тому, что я видела, она умеет держать язык за зубами, так что жалеть не придется, не волнуйся. — Раз так… Я скажу начальнику Ану, пусть присылает её сегодня в компанию. — Да, хорошо. Мён Хён проводила мужа с выражением облегчения на лице. Хоть Сэ И и дочь подруги, при мыслях о ней на лице сама собой появлялась улыбка. Сын Хё, который славился как школьный балбес, стал студентом. Каждое утро, видя Сын Хё, уходящего в университет, Мён Хён снова и снова благодарила Сэ И. Сэ И сделала то, что все считали невозможным. С такими способностями она, возможно, сможет разобраться в Сын Джу и даже помочь найти решение. Для начала нужно наблюдение, а не решение. Сэ И можно доверить это дело. Настолько сильно Мён Хён верила в Сэ И. ---------- Том 1 Глава 15 Прошло несколько дней, но Сэ И почти не сталкивалась с Тэ Сын Джу. Она выходила следом, как только слышала, что он выходит из дома утром, но он тут же уезжал на машине из подземного паркинга, и всё, что ей удавалось поймать камерой телефона — это либо затылок мужчины, либо задний бампер его машины. — Нужно что-то придумать. Кафе Джу Ён всё ещё не нашло сотрудника, поэтому Сэ И не могла полностью бросить работу. Из-за этого она не могла следить за Тэ Сын Джу целыми днями, как папарацци. Приходилось ловить его во время ухода и прихода с работы, но улов был невелик. Пролистывая фотографии на телефоне, она видела одни затылки, ничего существенного. Мён Хён явно предоставила ей офистель не для того, чтобы любоваться видом спины сына, так что нужны были решительные меры. — Может, сказать, что я не справляюсь, пока не поздно? Всё-таки огромный и роскошный офистель был для неё бременем, да и встречаться с соседом, который считает её извращенкой, было неловко. Будь она наглой и пробивной, было бы проще, но перед Тэ Сын Джу у неё дрожали ноги от напряжения, так что не то что наблюдать за ним — счастье, если сама не окажется под наблюдением. Определенно, таланта к таким делам у неё не было ни на грош. — Лучше встретиться с тетей и рассказать всё как есть. От того, что я мучаюсь в одиночку, решение не появится. Она отправила сообщение Джу Ён, что задержится в кафе, и позвонила Мён Хён. На вопрос, можно ли встретиться сегодня, Мён Хён с радостью согласилась и пригласила её домой. Повесив трубку, Сэ И поспешила в ванную, чтобы собраться. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Выйдя из автобуса и поднимаясь по крутой дороге к особняку семьи Тэ, Сэ И наслаждалась видом весенних цветов, благоухающих повсюду. Поднимаясь по дороге, по которой она думала, что больше не пройдет, Сэ И размышляла. В этом районе всё было прекрасно. Защита частной жизни высокими стенами казалась привлекательной, а безразличие соседей друг к другу вызывало ещё большую зависть. Сэ И с рождения знала, как тяжело жить под пристальными взглядами людей. Постоянный разрыв между тем, какой её видели другие, и тем, кем она была на самом деле, снова и снова ранил её. Пик. Как только она нажала на звонок у ворот, окруженных высокой стеной, дверь открылась. Толкнув дверь, которая была намного выше её роста, она увидела крутую лестницу. Поднявшись по ней, она окажется в саду с зеленеющим газоном. Пока она тяжело поднималась по ступеням, радостное настроение, которое она испытывала по пути сюда, постепенно угасало. Решения нет, а получила она много. Поэтому сложные и тягостные чувства подавляли редкую радость. Прошло уже три недели с тех пор, как она пошла поздороваться с Тэ Сын Джу, ставшим её соседом, и нелепо столкнулась с ним. Но в камере её телефона не было ничего, что можно было бы предъявить в качестве доказательства. Из-за того, что она пришла к Мён Хён с пустыми руками, шаги к особняку были тяжелыми. — Наша Сэ И пришла! Мён Хён, пившая чай в саду, увидела её, широко улыбнулась и поманила рукой. Сэ И поправила сумку и направилась к столику, где сидела Мён Хён. Сидя в тени зонта, похожего на раскрытый парашют, Мён Хён накинула на плечи плотную шаль, словно аристократка, видимо, из-за всё ещё прохладного ветра. — Как вы поживали всё это время? — Я-то всегда хорошо. Но, Сэ И, мне так было неудобно, что я отправила на твой выпускной только Сын Джу. В начале года столько мероприятий в компании, да ещё домашние дела навалились, совсем времени не было. Правда, извини, Сэ И. — Не говорите так. Вы не обязаны были беспокоиться о выпускном, спасибо вам. И то, что вы для меня сделали, уже настолько велико, что я не смогу отплатить. Поэтому… я всё думаю, этот офистель слишком велик для меня… Сэ И выложила свои истинные мысли, едва сев за стол. Прошло три недели после переезда, но офистель всё ещё казался чужим. Она не была уверена, что когда-нибудь привыкнет к нему. К тому же у неё не было ни таланта, ни уверенности в том, чтобы копать под кого-то. — Сэ И, я понимаю, что с твоим характером тебе неловко, но ты же не будешь жить там вечно, это временно перед отъездом на учебу, так что не переживай. Живи. Поживешь в просторном месте — привыкнешь. Я говорю тебе как мама, так что слушайся. Слова Мён Хён, которая так легко назвала себя мамой, оставили горький привкус. Мама, которая её родила, смотрела только на Сэ Джуна. А Мён Хён, с которой у неё не было ни капли общей крови, смотрела на неё так ласково, что это не приносило чистой радости. — Кстати, Сэ И, председатель просил тебя зайти сегодня в компанию, у тебя будет время? — Время я найду, но зачем, тетя? — Наверное, по поводу твоего трудоустройства стажером. Не волнуйся, иди и встреться с ним. Я ему всё объяснила, так что он не будет говорить ничего лишнего. На самом деле Сэ И пришла сказать, что умывает руки. А тут стажерство. Об этом уже говорили, но в глазах потемнело. Сэ И искала момент, чтобы сказать, что не может этого сделать. И, наконец, набралась смелости и посмотрела на Мён Хён. В тот момент, когда Сэ И собиралась открыть рот… Мён Хён приложила руку ко лбу с мучительным выражением лица. Собранная с трудом смелость рассыпалась, как песок, при виде этого. — А, Сэ И, ты говорила, что пришла что-то сказать? Да, что такое? — Это… Сэ И замялась, не зная, как сказать. Ей хотелось помочь Мён Хён, которой было так тяжело. За три недели она поняла, что её способностей недостаточно, но язык не поворачивался сказать об этом. — Тетя. — М? — Мне интересно, почему вы попросили об этом именно меня. Даже если я многого не знаю, у вас наверняка есть люди, которые могли бы провести расследование гораздо точнее и профессиональнее, если бы вы захотели. Почему я? И можно ли мне так просто принимать вашу доброту? Меня это всё время беспокоило. Я хотела бы помочь, но не могу с уверенностью сказать, что справлюсь. Честно говоря, я подумала, что правильнее будет сказать, что я не смогу, поэтому и попросила о встрече. Сэ И говорила искренне, с серьезным лицом. Вместо того чтобы рубить с плеча отказом, она хотела рассказать о своих чувствах и неуверенности. Услышав её слова, улыбка исчезла с лица Мён Хён, а взгляд стал серьезным и спокойным. Она молчала некоторое время, словно тщательно подбирая слова, а затем заговорила. Сэ И, наблюдавшая за ней, невольно напряглась. — Потому что я доверяю тебе. Я попросила тебя, Сэ И, потому что верю тебе. А другим я верить не могу. Я боялась, что если расскажу кому-то, слухи просочатся и навредят моему сыну, поэтому из эгоистичных побуждений попросила тебя. Как ты и сказала, почему бы мне не найти кого-то другого для этого дела? Наверняка есть много людей, которые могли бы «выпотрошить» Тэ Сын Джу быстрее и эффективнее. Но я не могу подвергать сына такому риску. Из-за имиджа «Тэсын Групп» в этой стране и ради имиджа моего сына, который должен унаследовать управление, нужно действовать максимально тайно. Слова Мён Хён были искренними с самого начала. Но упоминание имиджа группы накладывало тяжелую ответственность, а слова о том, что на кону имидж Тэ Сын Джу, заставляли хотеть сбежать ещё до того, как она дослушала. У меня нет ни таланта, ни способностей для таких грандиозных дел, тетя. Эти слова готовы были сорваться с губ. Вот почему ей дали офистель в сто семьдесят квадратов, стажировку и пообещали учебу за границей. Если она не сохранит секрет и проболтается… Сэ И крепко зажмурилась. Мысли о последствиях, которые она даже не хотела представлять, пронеслись в голове. Зачем я в это ввязалась? Сожаление накатило волной. — Сэ И. На этот раз она даже не смогла ответить на зов Мён Хён, полный мольбы. Ей было просто страшно и тоскливо, она избегала взгляда Мён Хён. — Узнай только… нравятся ли нашему Сын Джу… — Что? Может, она слишком перенервничала? Она пропустила самую важную часть слов Мён Хён. Кажется, она просила узнать, что ему нравится. Когда она переспросила с отсутствующим видом, Мён Хён понизила голос и сказала с мрачным выражением лица: — Узнай, нравятся ли ему мужчины. Что это значит? Слушая слова Мён Хён, Сэ И не знала, какое выражение лица ей сделать. Сексуальные предпочтения Тэ Сын Джу, который казался идеальным, отличаются от предпочтений обычных людей? У Мён Хён было лицо человека, чей мир рухнул. Сэ И была удивлена не меньше. У неё не было таких друзей или знакомых, поэтому она не могла сказать, что полностью понимает чувства Мён Хён, но пока она подбирала слова утешения… — На самом деле, весь прошлый год я заставляла Сын Джу ходить на свидания вслепую. Хоть он и говорил, что не хочет, но ходил, как я просила, и я думала, что дело не доходит до свадьбы просто потому, что ему никто не нравится, но… — Вам, должно быть, было очень тяжело. Не найдя подходящих слов утешения, она смогла выдавить только это. Услышав слова Сэ И, глаза Мён Хён наполнились слезами, готовыми вот-вот пролиться. — Поэтому я и попросила тебя. Наш Сын Джу сказал, что единственные женщины в мире, видевшие его голым — это я и ты. Да, понятно, — хотела сказать она, но её мозг мгновенно замерз. Единственные женщины, видевшие его голым — это она и Мён Хён? Даже если это так, как он мог сказать такое матери? Она и так догадывалась, что он не совсем обычный мужчина, с первой встречи. Но теперь поняла: он не просто необычный, он псих. Не Сын Хё был балбесом, а его старший брат Сын Джу. — Поэтому, Сэ И. А что, если она спросит, как я увидела Тэ Сын Джу голым? Сказать правду, что в первый день, когда я пришла в этот дом, мне сказали подняться на второй этаж, и я увидела вашего сына голым в открытой ванной? Вместо вопроса, который она ожидала, Мён Хён крепко сжала её руку и посмотрела на неё умоляющим взглядом. — Ты единственная, кого я могу попросить сделать это тихо. Так что, пожалуйста, проверь сексуальную ориентацию моего сына. Нет, тетя, как я могу проверить ориентацию вашего сына? Он считает меня извращенкой… Она не могла сказать правду и лишь вращала глазами от замешательства. — Я уже всё обсудила с мужем. Даже наш председатель сказал, что тебе, Сэ И, можно доверять… Поэтому он и просил тебя прийти сегодня в компанию. Ради меня, только один раз, а? Если ты сделаешь это, я выполню всё, что ты захочешь. Прошу тебя. Она не могла оттолкнуть руку Мён Хён, которая цеплялась за неё, как репейник. Нужно просто узнать ориентацию этого мужчины, Тэ Сын Джу. Тогда она хоть немного отплатит Мён Хён, которая верила в неё и смотрела с теплотой. Возможно, она относилась к ней теплее, чем Хе Чжон. Она просила так искренне, что Сэ И не смогла сказать «нет». Сэ И несколько раз поколебалась, а затем подняла голову и встретилась взглядом с Мён Хён, которая смотрела на неё с мольбой. — Я… попробую. — Спасибо, Сэ И. Глядя на Мён Хён, которая заплакала от облегчения, Сэ И почувствовала огромную ответственность. ---------- Том 1 Глава 16 После того как Мён Хён долго плакала, она лично попросила начальника Юна отвезти Сэ И в штаб-квартиру «Тэсын Групп» на своей машине. Когда Сэ И садилась в тот самый автомобиль высшего класса, на котором она впервые приехала в особняк Тэ вместе с Хе Чжон, её лицо окаменело от напряжения. — Начальник Юн, ведите осторожно и довезите нашу Сэ И до компании в целости. — Да, госпожа. Начальник Юн сел за руль и спокойно вывел машину из переулка. В будний день утром, незадолго до обеденного перерыва, на дорогах почти не было пробок. От особняка до компании было всего около двадцати минут езды. За это короткое время Сэ И должна была привести в порядок свои спутанные мысли. Председатель и его супруга глубоко доверяют ей и хотят проверить то, что может быть позором их сына. Мужчина, который выглядит настолько идеальным, что и иголку не подточишь, возможно, любит не женщин, а мужчин. Она должна подобраться к Тэ Сын Джу, не вызывая подозрений, и осторожно разузнать о его личной жизни. Сможешь ли ты, Им Сэ И? — спросила себя Сэ И. Тэ Сын Джу не был обычным мужчиной. Даже если она устроится в компанию, они не будут на равных: он будет начальником, имеющим власть, а она подчиненной. Он не тот человек, который легко потеряет бдительность только потому, что они живут по соседству. Но ясно одно. «Тэ Сын Джу, ты первый человек в моей жизни, кто обозвал меня извращенкой. С какой стороны ни посмотри…» Если поменяться местами, то у неё-то как раз нормальные сексуальные предпочтения, а вот у него — другие. И кто кого называет извращенцем? Если подумать, это было обидно. Оглядываясь на свою жизнь, она всегда шла по пути примерной ученицы. Из-за репутации дедушка-педагога и отца, действующего директора школы, она жила, не смея даже мечтать о банальном бунте. И её — в извращенки? Ещё раз подумав об этом, она почувствовала обиду. Погруженная в мысли, она подняла глаза и увидела, что они уже перед главным зданием «Тэсын». Машина плавно сбавила скорость и остановилась, а начальник Юн обернулся и сказал ей: — Мы приехали. Мне зайти вместе с вами? — Нет. Я могу идти одна. Мне нужно подойти к стойке информации в лобби на первом этаже и сказать, зачем я пришла, верно? — Да. Я свяжусь с лобби ещё раз, так что вам нужно будет просто сказать, что вы пришли к председателю, и вас сразу проводят. — Спасибо. Сэ И попрощалась, вышла из машины и посмотрела на высокое здание. Прищурившись от солнечного света, отражающегося от невероятно высокого здания, она медленно поднималась по ступеням. В это время толпа мужчин в темных костюмах спускалась по лестнице. Видя, как они спускаются в две шеренги, она смотрела на них без особых мыслей. Нужно ли уступить дорогу? Отойдя к краю лестницы, она подняла глаза и встретилась взглядом с мужчиной, идущим впереди всех. Это Тэ Сын Джу. Как мы могли так встретиться? Она узнала его сразу, но он, похоже, не узнал её и, спустившись по лестнице, сел в ожидавшую машину. Мужчины, следовавшие за ним, остановились перед машиной и низко поклонились. — Какая важная птица. Один из мужчин в группе покосился на неё, словно услышав её саркастическое бормотание себе под нос. Чувствуя, как на воре шапка горит, Сэ И продолжила подниматься по лестнице. Она поспешила войти в здание, даже не подозревая, что машина, в которую сел Сын Джу, не уехала, а стояла на месте, и он наблюдал за её удаляющейся спиной. Часть 6 «Рассчитываю на тебя». Вот и всё, что сказал председатель Тэ. Остальные инструкции Сэ И получила от руководителя секретариата, и, услышав, что приступать нужно сразу, она отправилась прямиком в кафе Джу Ён. — Я стала стажером в «Тэсын Групп». Сказали выходить на работу со следующей недели. Джу Ён с пустым выражением лица смотрела на Сэ И, а затем, словно не веря в реальность происходящего, ущипнула себя за руку. Слегка поморщившись от боли, она снова спросила: — Это правда? — Ага. Казалось, она не может поверить словам Сэ И о том, что та вдруг стала стажером и выходит на работу чуть ли не с завтрашнего дня, хотя даже резюме не подавала. Сэ И и сама была в шоке. Она знала, что у «высоких людей» свои методы, но чтобы настолько? Такая оперативность поражала. Ей велели выходить на работу в «Тэсын Групп» уже со следующей недели, хотя она совершенно не была готова. Разве так бывает? — Это вообще возможно? Даже если это стажировка, как можно выходить на работу без подачи заявления? А как же наше кафе? Что мне делать? Сэ И даже не могла выдавить извинения и лишь виновато опустила голову. Она помогала в кафе Джу Ён, которая предпочла бизнес работе по найму, всего около четырех месяцев. Кафе ещё толком не встало на ноги, и ей было трудно объяснить, почему она должна уйти. — Прости, Джу Ён. — Тебе не за что извиняться. Конечно, работа в такой крупной компании, как «Тэсын», полезнее для твоей карьеры, чем в маленьком кафе. Но всё равно странно. Это не мошенничество? Ты ведь даже не подавала заявку, и вдруг — на работу. Это вообще нормально? Вряд ли у председателя есть причины лично меня обманывать, Джу Ён. Не думаю, что это так. Сэ И не могла сказать подруге, что встречалась с председателем «Тэсын» лично и приняла решение, поэтому лишь растерянно молчала. — В любом случае, хорошо, что у тебя появилась такая возможность. Джу Ён стерла с лица обиду и поздравила подругу. Начав с того, что «хорошие оценки всегда приносят плоды», она осыпала Сэ И комплиментами, от которых та почувствовала себя сытой без еды. Получив полную порцию сожалений и поздравлений от подруги, Сэ И отправилась домой. Не в Юволь-дон, а в роскошный офистель в престижном районе, где сосредоточены элитные офисные здания. Сэ И села в автобус и прошла в конец салона. Сев на свободное место и глядя в окно, она вдруг осознала, что от кафе Джу Ён до её дома всего пять остановок. Раньше дорога до учебы занимала у неё больше часа. В часы пик она выматывалась до предела, просто добираясь до университета и обратно. Сэ Джуну добираться было ближе, чем ей, но Хе Чжон хотела купить машину только драгоценному сыну. И купила ему небольшую машину на деньги, заработанные Сэ И. Хотя Сэ Джун и ворчал, что машина подержанная. Ничего. Благодаря этому я стала независимой. Обида, которая копилась слоями, иногда прорывалась наружу. Вспомнились чьи-то слова о том, что даже к родным детям любовь бывает разной. Она считала, что ей достается меньше, а Сэ Джуну — с избытком, но обида и раны не исчезали так просто. Ничего. В окне показались уже ставшие привычными улицы, и Сэ И, отбросив тяжелые мысли, встала с места. Пик. Она приложила карту к валидатору и вышла на остановке. Из-за переменчивой погоды люди были одеты кто во что горазд. Сэ И встала перед пешеходным переходом, где собралась толпа, и посмотрела на светофор. Между красными сигналами светофора быстро проносились машины. И в одной из этих машин сидел мужчина, который нахмурился, увидев её. Ничего не подозревающая Сэ И, увидев зеленый свет, начала переходить дорогу. ---------- Том 1 Глава 17 Им Сэ И. Сегодня он столкнулся с ней на улице уже дважды. Считать ли это случайностью или спланированной встречей? Им Сэ И наконец появилась даже в главном офисе «Тэсын». Он знал, что она ошивается вокруг него утром и вечером, и думал, что на этом всё закончится, но ситуация развивалась как-то странно. — Зачем она вообще меня преследует? Вряд ли она настоящий сталкер. Для слежки радиус её действий слишком ограничен офистелем, так что это тоже не подходит. Он знал, что она иногда фотографирует его со спины на телефон, но делал вид, что не замечает. Сколько это уже продолжается, недели три? Он слышал, что офистель Им Сэ И предоставила его мать, Шин Мён Хён. Можно было бы подумать, что она просто помогает дочери давней подруги, но было в этом что-то неприятное. Никому не приятно, когда за ним следят. Тем более, если это женщина, которая бросала на него похотливые взгляды. Узнав, что она поселилась по соседству, Сын Джу стал запирать дверь тщательнее, чем когда-либо. Своё тело я берегу сам. В прежние патриархальные времена мужчины могли представлять угрозу для женщин. Но времена изменились. Современные женщины стали активными, и их сексуальные проявления порой были чрезмерно откровенными. Взять хотя бы женщин, с которыми он встречался в прошлом году. Он даже не хотел вспоминать, сколько женщин делали ему непристойные предложения, несмотря на то, что это были встречи, устроенные семьями с оглядкой на репутацию. «Если не хотите жениться, может, просто повстречаемся? Если и это лень, может, переспим? Я сниму номер. Вы мне нравитесь, господин Тэ Сын Джу. Не обязательно как муж, можно и просто для свиданий». Не то чтобы активность женщин была чем-то плохим. Но секс — это действие по обоюдному согласию. Он знал, что можно получить физическое удовольствие и без любви. Но его не интересовали такие отношения. А игры в любовь он ненавидел ещё больше. Глядя на своего друга Бо Хёна, он понял, что чувства не поддаются контролю разума. Видя, как Бо Хён поставил свою жизнь на кон ради чувств, которые рано или поздно улетучились бы, и в одночасье исчез из этого мира, Сын Джу принял решение. Он никогда не позволит любви управлять собой. И не позволит появиться в своей жизни женщине, способной на такое. В любом случае, чтобы унаследовать компанию, ему не избежать брака. Причина, по которой он ходил на свидания вслепую по указке семьи, заключалась именно в желании выполнить свой долг старшего сына семьи Тэ. Как ни украшай, брак — это всего лишь контракт. Было бы хорошо прожить вместе всю жизнь, но если не получится — что ж поделать. Всё же нужно было выбрать подходящую пару, поэтому он ходил на смотрины. Пока он не встретил женщину, которая бы ему понравилась, поэтому брак откладывался. Впрочем, он и не спешил. Сын Джу заехал на подземную парковку, остановил машину и вошел в лифт. Если лифт не будет останавливаться на других этажах, подъем домой займет всего минуту. Главное, чтобы не остановился в лобби. Даже эта минута казалась скучной, и он начал что-то делать в телефоне, как вдруг лифт остановился на первом этаже. Кто-то вошел, но он не отрывал взгляда от телефона. И тут… — Эм… здравствуйте? В лифте были только они двое, так что приветствие, очевидно, предназначалось ему. Он поднял голову и снова увидел её. На этот раз она была без кепки и маски, и то, как она приветливо улыбалась, казалось ещё более подозрительным. — Вы же говорили, что очень стеснительная? — Я переехала уже довольно давно, если бы я до сих пор стеснялась, это было бы уже диагнозом. К тому же тетя просила меня подружиться с соседом. — А, вы встречаетесь с моей матушкой и ведете такие разговоры? С Мён Хён — ладно, но что она делала в компании? Он уже собирался спросить прямо, но, как назло, скоростной лифт прибыл на нужный этаж и остановился. Девушка легко улыбнулась и вышла первой. Передав только слова его матери о том, чтобы они подружились. — Эй. Соседка. Сын Джу окликнул девушку, которая уже дошла до своей двери, кратким и ясным словом. Он слышал её имя, но уже забыл, а слово «соседка» указывало на неё точнее всего. — Вы были сегодня в нашей компании, по какой причине? — А… я, со следующей недели выхожу на стажировку в «Тэсын Групп». Заходила поздороваться. Стажировка? С каких это пор наша компания набирает стажеров в это время года? Неужели соседка попадает в компанию по той же схеме, что и он сам? — Не стажер, а парашютистка, я полагаю? — Пожалуй, и это верно. В любом случае, мы увидимся в компании, так что прошу позаботиться обо мне. Девушка, от которой он ожидал смущения, наоборот, спокойно признала факт и даже поклонилась. Сын Джу прищурился и долго смотрел на неё. Значит, теперь она расширяет свою территорию от офистеля до компании? Ну, попробуй. Не знаю, что ты задумала. Сын Джу лишь кивнул и направился к своей двери. Его настороженность по отношению к этой женщине возросла до предела. Невозмутимое выражение лица Сэ И рассыпалось вдребезги, как только она открыла дверь и вошла в квартиру. — Ох, моё сердце. Как же она будет работать с ним в одной компании с понедельника? Председатель Тэ, с которым она встретилась в его кабинете, на самом деле говорил немного. Лишь задал короткий вопрос: «Стажировка на три месяца, вас устроит?» «Если вы вдруг заметите какие-то странности за моим сыном, не могли бы вы прийти сначала ко мне, а не к моей жене? Она только с виду сильная, а на самом деле у неё слабое сердце». Он сразу показал искреннюю заботу о жене. Сэ И ответила, что так и сделает. Подруга её мамы живет, получая такую трогательную любовь от мужа. В отличие от Мён Хён, у которой есть надежный муж, на которого можно опереться в трудную минуту, у Хе Чжон такого не было. Отец Сэ И, сын директора Има, которого и самого называли директором Имом, был просто хорошим человеком для всех. Но на этом всё. Её отец не был тем надежным человеком, на которого могли бы опереться Хе Чжон или она сама. Он был почтительным сыном для родителей и хорошим учителем в школе, но как муж и отец он был близок к провалу. Зная, что бабушка со своим скверным характером до сих пор терроризирует маму, которой уже за пятьдесят, отец закрывал на это глаза и делал вид, что ничего не замечает. Если бы он думал о Хе Чжон хотя бы немного, они бы жили отдельно, и тогда мама, возможно, не была бы так одержима Сэ Джуном. Сэ И вышла из кабинета председателя с чувством зависти, думая о Хе Чжон. А со следующей недели ей предстояло выходить на работу в компанию, где руководил этот председатель. Сторона председателя Тэ хотела, чтобы она максимально тайно и осторожно «выпотрошила» Тэ Сын Джу. Стажер «потрошит» управляющего директора? Это не совсем невозможно, но и нелегко. Ответственность давила на плечи, возможно, поэтому ужинать совсем не хотелось. Сэ И подошла к окну и посмотрела на далекий центр города. Мир лежал у её ног. Вот почему богачи предпочитают пентхаусы? В тот момент, когда Сэ И усмехнулась от удовлетворения… Дзинь. Раздался звонок. Кто это? В такое время к ней никто не мог прийти. Она ничего не заказывала, может, посылка? Но она ничего не покупала. Глядя на панель видеодомофона на стене, она никого не увидела. Видимо, кто-то стоял в слепой зоне камеры. Звонок раздался снова, и ей пришлось подойти к двери. — Кто там? — Это я. Открывай. «Я» — это кто? Но узнав знакомый мрачный и влажный голос, Сэ И задвигалась быстрее. Она открыла дверь босиком и увидела маму с красным носом, словно она плакала, стоящую с опущенной головой. Хе Чжон, которая даже не взглянула на неё, когда она уходила из дома с чемоданом. Она даже не давала ей этот адрес, но не успела Сэ И спросить, как она его узнала, Хе Чжон оттолкнула её и вошла внутрь. Сэ И думала, что мама начнет жаловаться на жизнь, но вместо этого Хе Чжон начала её обвинять. — Это что такое? Как ты… могла жить в таком месте и не сказать маме? Ты одна в таком огромном, таком хорошем месте, как ты могла, ты… Сэ И закрыла дверь и подошла к Хе Чжон, которая стояла посреди гостиной с округлившимися глазами. Но Хе Чжон, казалось, оправившись от шока, начала деловито осматривать дом. На дочь она не обращала внимания, её интересовала только квартира. Она увидела гостиную, которая была несравненно просторнее гостиной в Юволь-доне, с восьмидесятидюймовым телевизором, бежевым диваном и ковром, цену которого невозможно было угадать. Увидев кухню с обеденным столом на восемь персон и лучшей кухонной утварью и техникой, а также две комнаты, одна из которых использовалась как кабинет, а другая как спальня, Хе Чжон свирепо посмотрела на молча стоящую дочь. — Ты одна живешь так хорошо… ты и правда ужасная девчонка, да? Неужели то, что она живет одна в доме, который несравнимо лучше их дома в Юволь-доне, где живут три поколения, заслуживает такой страшной обиды? Взгляд Хе Чжон, смотревшей на неё как на преступницу за то, что она живет в хорошем месте, заставил обиду вырваться наружу. — А мне нельзя одной жить хорошо? Она всё-таки спросила. ---------- Том 1 Глава 18 Зная, что нужно терпеть и молчать, Сэ И невольно высказала свою обиду. Выражение лица Хе Чжон тут же изменилось. — Нельзя. Категорически нельзя. Ты до сих пор этого не поняла? Я твердила тебе это всё время, пока ты росла, неужели ты со своими хорошими мозгами не понимаешь? Почему не понимаешь? Почему?! Хе Чжон впервые в жизни накричала на неё. Живя со свекрами, Хе Чжон обычно почти не повышала голос. Но сейчас она смотрела на дочь с ненавистью и кричала. Сэ И от испуга закрыла рот рукой. Иначе у неё вырвался бы стон ужаса. Они были матерью и дочерью, но всегда соблюдали некую черту. Но сейчас Хе Чжон в одно мгновение перешла эту черту. — Я скажу тебе прямо, так что запомни навсегда. Из-за тебя я пережила боль, которую не должна была пережить. Я освободилась от этой боли только когда родила Сэ Джуна. Поэтому Сэ Джун для меня дороже тебя. Единственный способ отплатить за боль, которую я пережила из-за тебя — это быть доброй к Сэ Джуну. Я ни разу не разрешала тебе жить одной в таком роскошном месте и наслаждаться всем этим. Так что, Сэ И. Нет. Сэ И медленно покачала головой. Ей хотелось вырвать из ушей всё, что она сейчас услышала. Лучше было думать, что она заблуждалась, считая себя дочерью, которую мама хоть немного любит. Ей хотелось отрицать тот факт, что она для мамы — лишь боль, и единственный способ облегчить эту боль — угождать Сэ Джуну. — Мама, прости, но уходи, пожалуйста. — Ты сейчас выгоняешь меня? Даже не спросив, почему я пришла? Меня, которая родила тебя и вырастила, ты выгоняешь? Сэ И не хотела понимать Хе Чжон, которая так откровенно выражала свой гнев. Если бы она с самого начала поделилась своей болью и положилась на неё, возможно, у Сэ И не было бы такого чувства пустоты. Но Хе Чжон выбрала перекладывать свои раны на неё. И что мне делать? Даже не спрашивая, Сэ И могла догадаться, почему Хе Чжон плакала. Дедушка и отец, наверное, задержались. Поэтому свекровь и невестка ужинали вдвоем, и госпожа Бэк Ын Соль, недолюбливающая Хе Чжон, снова прошлась по ней язвительными словами. Хе Чжон наверняка старалась терпеть до конца, но под градом ударов Бэк Ын Соль, бьющей по самым больным местам, расплакалась и ушла из дома. Сэ И понимала это и даже сочувствовала ей. Но почему она приходит к ней и делает то же самое — ранит и ковыряет раны? Сколько ещё она должна терпеть этот порочный круг, когда мама срывает на ней злость за свои обиды? Поэтому она сказала то, чего не следовало. Ей нужно было понять, успокоить и предложить отдохнуть в комнате, но эти слова застряли в горле. Я тоже хочу жить, мама. Она больше не хотела, чтобы её сердце царапали только потому, что маме больно. Хе Чжон посмотрела на неё страшным взглядом и пошла к выходу. Держи. Держи меня. Игнорируя безмолвный крик, исходящий от всего тела Хе Чжон, Сэ И отвернулась. Бах. Сэ И рухнула на пол в гостиной под звук захлопнувшейся двери, словно подкошенная. Слез уже не было. Просто было грустно. И пусто. Сколько она так просидела? Раздался яростный стук в дверь. Сэ И тупо посмотрела на дверь, а затем встала с выражением усталости на лице. Она открыла дверь с лицом, похожим на маску, лишенную души, и увидела Хе Чжон. — Скоро я пришлю Сэ Джуна. — О чем ты… — Он будет ходить в университет отсюда, так что имей в виду. Тут две комнаты, и тебе одной жить в таком хорошем доме — это расточительство. Так что… — Не хочу. Это был первый раз. Она никогда так четко не высказывала своё мнение в лицо матери. Хе Чжон от удивления вытаращила глаза. — Ах так? Тогда и ты здесь не живи, возвращайся домой. Возвращайся, устраивайся на работу и помогай Сэ Джуну. На жалкую зарплату твоего отца мы не можем купить нашему Сэ Джуну то, что он хочет, и ребенок только страдает, а если и ты будешь зарабатывать, будет лучше, чем сейчас. Сэ И закрыла глаза от отчаяния, слушая пронзительный голос Хе Чжон, звучавший как звон в ушах. В этот момент открылась дверь соседней квартиры. Испугавшись звука открывающейся двери и чьего-то присутствия, она открыла глаза. Тэ Сын Джу, держась за ручку двери, холодно смотрел на неё и Хе Чжон. — Я думал, ты извращенка, а ты Сим Чхон [1]? [1] Сим Чхон: Героиня корейской народной сказки, символ дочерней почтительности, пожертвовавшая собой ради слепого отца. О чем это он? Тэ Сын Джу спросил, сверля взглядом медленно моргавшую Сэ И. Недоразумение насчет извращенки, видимо, ещё не рассеялось, но при чем тут Сим Чхон? — А вы кто такой, чтобы называть других извращенцами и Сим Чхон, неся всякую чушь? Не вмешивайтесь в чужие дела и… — Женщина, это общественное пространство. Я знаю всех жильцов на этом этаже, и вы явно не из их числа. Если продолжите шуметь, я вызову полицию. Давайте не будем заставлять друг друга краснеть и тем более доставлять неудобства. — Ч-что вы сказали? Вместо растерявшейся и начавшей заикаться Хе Чжон, Сын Джу посмотрел на Сэ И и позвал: — Соседка. — Да? — Выпроводи её. Шумно. Или мне выпродить и тебя, соседку? Бах. — Что это за тип такой? Ты знаешь, кто он? На взволнованный вопрос Хе Чжон Сэ И тупо посмотрела на закрытую дверь соседа и сказала: — Сын маминой подруги. Но если он сказал, что выгонит нас, это не пустые слова. Он правда выгонит. Так что, мама, иди по-хорошему. Хе Чжон, которая только что грубила, узнав, кто этот мужчина, перестала громко возмущаться и ругаться. Она лишь сыпала проклятиями про себя. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Утром понедельника в главном офисе «Тэсын Групп» свет зажегся рано. Сотрудники, идущие к входу, и машины, стоящие в очереди на парковку, возвещали о начале новой недели. Восемь утра. Коридор, ведущий к кабинету управляющего директора, был ещё пуст. Сын Джу, выйдя из лифта для руководителей, прошел мимо офисов, расположенных вдоль коридора, и направился в свой кабинет в самом конце. Проходя мимо первого и второго отделов продаж, отдела стратегического планирования и административного отдела, Сын Джу вдруг остановился, что было для него нехарактерно. Что это? Через большое окно, открывающее вид на офис, он увидел странную картину. Несколько прилежных сотрудников уже пришли на работу и сидели на своих местах, что было вполне обычно. Но сотрудники, которые должны были сидеть по своим местам, собрались в круг. Словно замышляли какой-то заговор. Сын Джу подошел к окну и заглянул внутрь. Трое мужчин и одна женщина. Трое мужчин кружили вокруг женщины, как трутни вокруг пчелиной матки, и расплывались в улыбках. Что за цирк на рабочем месте. Он уже собирался цокнуть языком и пройти мимо, но лицо «королевы» показалось знакомым. Женщина-извращенка, которая с прошлой недели стала для него Сим Чхон. Ему было жаль её, так как казалось, что её заставляют жертвовать собой против воли. Женщина, которая несколько дней вызывала у него сочувствие, о котором он даже не подозревал, сейчас весело смеялась в окружении троих мужчин. Тут поневоле опешишь. Что это такое? Кто она вообще, черт возьми? Его семья уже доверяла этой женщине безгранично за то, что она отправила Сын Хё в университет. Они поверили бы ей, даже если бы она сказала, что делает соевую пасту из красной фасоли [1]. Дело дошло до того, что второй брат, Сын Гoн, который учится в Америке, позвонил и спросил про неё. [1] Поговорка: «Делать соевую пасту (меджу) из красной фасоли» означает говорить заведомую ложь или нелепость. Меджу делают из сои (желтой/белой фасоли). Смысл: ей верят настолько, что примут даже очевидную ложь за правду. «Сын Хё говорит, что хочет познакомить её со мной, она красивая? Как она тебе, брат? Если красивая, может, я подойду ей больше, чем ты?» «Заткнись». Прошло совсем немного времени с тех пор, как он обругал брата и повесил трубку за невежливый звонок без учета разницы во времени. Появилась как дочь маминой подруги, стала репетитором Сын Хё, а теперь превратилась в стажера в его компании. Заполучила офистель, который дают только руководителям, следила за ним, а теперь метит в королевы «Тэсына»? — Господин управляющий директор, что вы здесь делаете? Что-то случилось внутри? Сын Джу был настолько сосредоточен, глядя внутрь, что не заметил присутствия другого человека, пока Хо Ёль не подошел и не спросил. Сын Джу отвел взгляд от смеющейся женщины и отошел от окна. Место, где сейчас находилась эта женщина — административный отдел. Отдел, где больше всего черной работы, и куда поэтому регулярно набирают стажеров. — Идемте. Он специально придал голосу строгости, но Хо Ёль не мог оторвать взгляда от офиса, который разглядывал Сын Джу. Видя, как взгляд, полный интереса, падает на соседку, Сын Джу почувствовал странное недовольство. — Похоже, пришел новый стажер. — И что? — Правда красавица, не так ли? Ого, кажется, у заместителя Джина и заместителя Гона глаза на лоб полезли… то есть, они полностью очарованы. Да, признаю. Глаза на лоб. Их глаза, обычно мутные, как у дохлой рыбы, при виде женщины действительно засияли совершенно иначе. — А что с твоими глазами, начальник Чан? — Простите? О чем вы… — Следите за своим взглядом. Чтобы не возникло недоразумений. — А, п-простите. Сын Джу зашагал прочь, словно наступая на извинения Хо Ёля. С самого утра! Тц! Он невольно цокнул языком и вошел в свой кабинет, но настроение так и не улучшилось. Он забеспокоился: не очарует ли она своей внешностью, покорившей Сын Хё, всех мужчин в этой компании? Ну, это просто невинное беспокойство руководителя компании об эффективности работы, — подумал он, грубо открывая дверь кабинета. ---------- Том 1 Глава 19 Определенно, информации здесь гораздо больше, чем в офистеле. Сэ И пришла в компанию пораньше, боясь опоздать в первый же день, и благодаря помощи сотрудников, которые охотно выкладывали всё, стоило их только слегка подтолкнуть, смогла получить общее представление о Тэ Сын Джу. Как и ожидалось. Красив, но холоден и невоспитан — репутация в компании была такой же скверной, как и впечатление от него. — Правда это или нет, но я ни слова из услышанного не смогу передать председателю или госпоже. Как бы они расстроились, узнав, что их сына в компании поливают такой отборной бранью. Сын Хё добрый и светлый, почему же управляющий директор стал таким социопатом? Глядя на атмосферу в семье, трудно представить, как можно вырасти таким колючим. Сэ И искренне сочувствовала. В отличие от фотографий его затылка, которые она делала, когда он уходил и приходил в офистель, живые истории с места его работы были настолько суровыми, что их трудно было передать другим. «Недавно в переговорной он придирался к директору по продажам, тыкая носом в прошлогодние показатели. Даже если он управляющий директор и сын председателя, как можно так отчитывать директора, который ему в дяди годится? Мы же не в Америке, он что, забыл про уважение к старшим? Вот уж правда, родиться у богатых родителей — это величайшее счастье, я это реально прочувствовал». «Работает он хорошо. Только работает. Социальные навыки — ноль…» Живых свидетельств заместителя Джина и заместителя Гона, которые дружелюбно пожали ей руку сразу по приходу, было бы достаточно, но на этом показания не закончились. Как и говорили однокурсники, стажеры становятся мастерами не в работе, а в мелких поручениях — она весь день простояла у ксерокса. Сотрудники административного отдела были благосклонны к ней, только что закончившей магистратуру и пришедшей стажером. Возможно, потому что в этот раз новичков больше не было, все были добры к ней как к самой младшей в отделе. Напряжение, которое она испытывала до прихода в компанию, оказалось напрасным — она влилась в атмосферу сразу же. У неё был зоркий глаз и хорошая смекалка, так что она быстро уловила настроение в команде и быстро узнавала всё о Тэ Сын Джу, работающем в кабинете в конце коридора. Чем больше она узнавала о Тэ Сын Джу, тем больше ей казалось, что она вязнет в болоте. Ей было сложно понять, насколько можно верить отзывам сотрудников, но работа ей подходила, и корпоративная жизнь была настолько веселой, что она даже подумывала о том, чтобы устроиться официально. — Посмотрите вон туда. Характер дрянной, вот и ест один, ни один руководитель с ним не садится. Это было в обеденный перерыв, любимое время Сэ И. Она взяла поднос в столовой и направлялась к раздаче, когда услышала чье-то бормотание, и все сотрудники, стоявшие в очереди, дружно посмотрели в одну сторону. Тэ Сын Джу, снова он. Как и сказал сотрудник, он действительно бросался в глаза, обедая в одиночестве, как остров, в то время как все остальные ели группами. — Но всё же он управляющий директор, не слишком ли грубо вы говорите? Ми Сон из административного отдела, стоявшая впереди, укоризненно одернула заместителя Гона. Но заместитель Гон не отступил от своих убеждений. — Там, где не слышат, и президента ругают, а уж управляющего директора — раз плюнуть. — А там, где слышат? Заместитель Гон, у вас хватит смелости обругать управляющего директора в его присутствии, став героем? — С ума сошла? — прошептал заместитель Гон, накладывая аппетитную еду на поднос. Сэ И, стоя позади них, молча слушала разговор. Прошло уже три недели, как она пришла в компанию, но каждый раз, слыша подобные разговоры, она думала, что Тэ Сын Джу жалок и несчастен. Часть 7 Заместитель Гон и заместитель Джин особенно усердно, чуть ли не брызжа слюной, ругали управляющего директора Тэ Сын Джу. Однако, начав работать в компании, она поняла, что на самом деле у управляющего директора и рядовых сотрудников очень мало шансов встретиться. Если не считать случайных встреч в коридорах, точек соприкосновения почти не было, но слухи о Сын Джу были слишком злобными. Словно кто-то намеренно распускал о нем небылицы. Почему слухи такие плохие? Другие могли бы посплетничать и забыть, но для неё он был соседом, сыном маминой подруги и старшим братом её ученика, так что она не могла просто пропустить это мимо ушей. К тому же, разве они уже не здоровались лицом к лицу? У неё не было особых причин хорошо относиться к Тэ Сын Джу. Но она не могла забыть Мён Хён, у которой наворачивались слезы из-за такого сына, и больше не могла делать вид, что ничего не знает. Если это единственный способ отплатить за доброту, то выбора нет. В то время как сотрудники, набравшие полные подносы еды, направлялись к свободным местам, она, подстраиваясь под бешеный ритм своего сердца, направилась в совершенно другое место. — Госпожа Сэ И, куда… Ой. Не замечая, что Ми Сон стоит с открытым от удивления ртом, Сэ И поставила поднос на свободное место напротив Сын Джу. Сын Джу, аккуратно жевавший еду, замер и медленно поднял голову. Сэ И отодвинула стул, села, закрыла и открыла глаза, словно перед молитвой, и зачерпнула ложкой рис. — Соседка. Он что, будет всегда звать меня так, потому что я не назвала своего имени? Здесь компания, и меня должны звать по имени, а не «соседка». — Им Сэ И. — Хорошо, госпожа Им Сэ И. Что вы сейчас делаете? — Ем, господин управляющий директор. А вы считайте, что меня здесь нет, и продолжайте есть. — Что? Тэ Сын Джу с грохотом положил ложку, скрестил руки на груди и посмотрел на неё взглядом, полным ледяного холода. Сэ И, стараясь не обращать внимания на окружающих, встретилась с ним взглядом. — Я сейчас… — Да. — Становлюсь сорокой, которая платит за добро [1]. [1] Сорока, которая платит за добро: Отсылка к корейской народной сказке, где сорока спасает человека в благодарность за спасение. — А сороки нынче едят мясо? — Сороки от природы всеядны. Проигнорировав его сарказм, она тщательно пережевывала свинину в острой приправе. Она села сюда с чувством сороки из сказки, которая бьет головой в колокол. Сотрудники смотрели через цветные очки на него, всегда обедающего в одиночестве. Но смогут ли они продолжать злословить, если увидят, как он мирно ест с кем-то, даже если это всего лишь стажер? Полностью исключив возможность того, что сотрудники могут понять её намерения превратно, Сэ И торжествовала от своего доброго поступка. Она лишь надеялась, что никто не подумает, будто она клеится к такому типу, как Тэ Сын Джу. Сэ И, видя его кислое выражение лица, даже не постеснялась понизить голос и дать совет: — И, господин управляющий директор, если хотите и дальше смотреть на меня, может, улыбнетесь хоть немного? — Ха. С удовлетворением глядя на него, усмехнувшегося от нелепости, Сэ И положила в рот ложку риса. С сегодняшнего дня никто не будет ругать управляющего директора Тэ Сын Джу за то, что он ест один. Я так стараюсь, не может быть, чтобы это не сработало. Сэ И чувствовала гордость от того, что хоть немного отплатила Мён Хён за доброту. ---------- Том 1 Глава 20 Вернувшись из столовой, Сын Джу издал смешок, полный недоумения. Он вспомнил женщину, которая превратила его, не любившего общаться с людьми, в обезьяну в зоопарке. Даже после того, как Хо Ёль постучал и вошел, чтобы лично приготовить чай, её лицо никак не выходило у него из головы. — Начальник Чан. — Да, господин управляющий директор. — Я про стажера из административного отдела. — А, вы про госпожу Им Сэ И? Сын Джу пристально посмотрел на Хо Ёля, который сразу назвал имя Им Сэ И, стоило только спросить про стажера. Сообразительный Хо Ёль не мог не понять этот взгляд, вопрошающий: «Откуда ты знаешь это имя?». Хо Ёль тихонько пододвинул к нему чашку чая, выпрямился и встал по стойке смирно. — В наши дни, если не знаешь госпожу Им Сэ И, на нашем этаже тебя сочтут шпионом. — Причина? — Во-первых, выдающаяся внешность, а также, полагаю, доброе сердце, общительный характер и сообразительность — она всё схватывает на лету. Всё, кроме выдающейся внешности — лишь приукрашенные эпитеты, чтобы подогнать под ответ. Красивая, поэтому популярна. Это утверждение не было ложным. Когда он впервые увидел её в зеркале, подглядывающую за ним, он тоже сначала не мог отвести глаз от её невероятной внешности. Если даже он так отреагировал, что говорить о других. Сын Джу посмотрел на Хо Ёля, словно проверяя, и тихо спросил: — Короче говоря, популярна, потому что красивая? — Вероятно… да. Конечно, появилась молодая и красивая сотрудница, как она может быть непопулярной. Он понимал это, но, услышав подтверждение от Хо Ёля, настроение мгновенно испортилось. Он совершенно не мог понять намерений родителей. Зачем они так явно подсунули ему под нос женщину, которая будет мутить воду в компании? Может, раз он не добивается результатов на свиданиях вслепую, они пытаются навязать ему Им Сэ И таким детским способом? Эта женщина с самого начала, как только увидела его, имела скрытые намерения. Каким бы голым ни был мужчина, нормальная женщина закричала бы или отвернулась. Но она не только жадно разглядывала его со спины, но и приподнималась на цыпочки, чтобы увидеть то, что не отражалось в нижней части зеркала. Может, раз она запала на него с первого взгляда, её специально поместили в поле его зрения, чтобы привлечь его интерес? Если они придумали другой способ, раз он отшивал всех женщин, с которыми встречался в прошлом году… — Вы ошиблись человеком. — Простите? — Ничего. Можете идти. — Но, господин управляющий директор. В тот момент, когда Сын Джу взял чашку чая и велел Хо Ёлю уйти, тот посмотрел на него с видом человека, которому есть что ещё сказать. — Что такое? — Это… кажется, госпожа Им Сэ И очень интересуется вами. На всякий случай, лучше быть осторожнее… Я тоже так думаю. Хоть я и красив, но когда женщина не может скрыть своей симпатии, это ставит меня в весьма неловкое положение. В тот момент, когда Сын Джу высокомерно приподнял уголок рта и сделал глоток ароматного чая… — Она расспрашивала о вас повсюду, а сегодня в столовой даже села за ваш столик, из-за чего среди сотрудников ходит много разговоров. — Хватит. Даже если она расспрашивает обо мне, я не могу уволить уже принятого стажера по своей прихоти, так что оставьте это. Пусть копает. Всё равно услышит только хвалебные отзывы о том, что он хорошо работает и четко разграничивает личное и служебное. В тот момент, когда он ухмыльнулся и допил чай… — Хм… сейчас популярность госпожи Им Сэ И невообразимо высока, и я лично обеспокоен тем, что если вы случайно будете втянуты в какую-то историю с ней, сотрудники могут начать плохо о вас говорить. Не принимайте это близко к сердцу. Бах! Взвинчивает нервы до предела, а потом говорит не принимать близко к сердцу? Прежде чем он успел спросить, с каким намерением это было сказано, догадливый Хо Ёль забрал чашку и покинул кабинет. Что это за неприятное чувство? Значит, Чан Хо Ёль хотел сказать, что Им Сэ И популярна, поэтому, чтобы не нарваться на критику, лучше не приближаться к ней? А я? Я что, не популярен? С таким происхождением, с таким лицом, с таким телом — он просто не распространяет феромоны, но условий для отсутствия популярности у него нет. И он не интересуется Им Сэ И. Это она интересуется им. Ходит за ним, фотографирует, а теперь ещё и расспрашивает о нем повсюду. Видимо, этого ей мало. — В чем мое очарование? Может, не заставлять её так мучиться и рассказать самому? Любопытство по поводу Им Сэ И стало невыносимым. Ему захотелось спросить её лично, зачем она хочет знать о нем и что именно ей нужно рассказать. Женщина, обладающая талантом волновать душу. Вредная, если приблизиться, но вызывающая желание сделать это. Сын Джу ухмыльнулся и вывел документы на монитор. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Вернувшись после обеда, она сразу поняла, что взгляды сотрудников стали необычными. Раньше многие предлагали ей кофе после еды: «Наша младшенькая, хочешь спать? Выпей и работай», так что она не знала, куда девать стаканчики, но сегодня её руки были пусты. — Госпожа Сэ И, а ты смелая. Не знала, что ты такого уровня, чтобы есть вместе с управляющим директором. Впредь нам обращаться к тебе так же, как к нему? Слова, брошенные с сарказмом заместителем Гоном, который всегда смотрел на неё благосклонно, вонзились в сердце, как кинжал. — Что вы такое говорите. Я просто… — Я понимаю, когда только приходишь в компанию, всё кажется простым. Госпожа И Сэ И красивее всех, образование хорошее, так что амбиции могут быть большими, но… хм… я думаю, это невозможно. Так что не трать усилия зря, как насчет меня? Что за бред он несет? В груди стало тесно, словно обед встал поперек горла. Пока она растерянно молчала, не в силах даже выразить неприязнь, подошла Ми Сон и сердито посмотрела на заместителя Гона. — Заместитель Гон, повторите, что вы сейчас сказали. Что? Вы думаете, раз госпожа Сэ И молодая и стажер, можно говорить всё, что вздумается? Это уже перебор. Вы не различаете, что можно говорить, а что нет? — Я же не тебе сказал, госпожа Ми Сон, чего ты злишься? Госпожа Ми Сон, ты такая страшная, разве можно что-то сказать? Я просто дал дружеский совет. Чтобы зря не старалась. — Какое вам дело, зря она старается или нет? На резкие слова Ми Сон заместитель Гон неловко отвернулся. Сэ И даже не смогла сказать спасибо Ми Сон и лишь теребила холодные кончики пальцев. Похоже, её попытка стать «благодарной сорокой» пошла не по плану. Действия Сэ И, совершенные лишь из жалости к тому, что управляющего директора Тэ Сын Джу ругают без причины, вызвали эффект бабочки. Волна, поднятая одним маленьким поступком, принесла бурю в её спокойную офисную жизнь. — Знаешь, что новый стажер подкатывала к управляющему директору? — Я тоже слышала. Боже, нынешняя молодежь. Слышала, что они бесстрашные, но чтобы так кидаться на управляющего директора на глазах у всех сотрудников? — Говорят, до этого она ещё и расспрашивала о нем мужчин-сотрудников. — Она правда пришла в компанию, нацелившись на нашего управляющего директора? — Иначе и быть не может. Ох. Сэ И заперлась в кабинке туалета и была вынуждена слушать однобокие разговоры о себе. Всё не так. Она просто из добрых побуждений составила ему компанию за едой, потому что ей не нравилось, что его ругают. Почему это превратилось в то, что она к нему подкатывала и вешалась на него? Она интуитивно чувствовала, что бесполезно оправдываться и говорить, что у неё не было таких нечистых намерений. Видимо, она слишком легкомысленно отнеслась к тому, что реальная работа отличается от учебы, так как это был её первый опыт. Взгляды старших коллег, которые ласково называли её «наша младшенькая», давно стали холодными, как снежная буря. Даже Ми Сон, которая заступалась за неё, стала держать дистанцию, видимо, не в силах игнорировать атмосферу вокруг. ---------- Том 1 Глава 21 Она пришла в компанию с огромной ответственностью выяснить сексуальную ориентацию Тэ Сын Джу, но, едва получив первую зарплату, стала врагом номер один для всей компании. Сэ И обхватила голову руками. Почему всё идет наперекосяк? Её действия явно были продиктованы добрыми намерениями, но никто этого не признавал. Когда снаружи стало тихо, она осторожно вышла из кабинки. Скоро обед, но аппетита не было, и теперь она боялась идти в столовую. — Пойду немного прогуляюсь. В её душе была зима с метелью, но на улице стояла солнечная весна. Если не выйти и не впитать в себя весеннюю энергию, у неё не будет сил продержаться до конца рабочего дня. Сэ И вышла из компании, прихватив только телефон. Поскольку было обеденное время, лобби было пустым, а парк перед компанией — немноголюдным. Сэ И села на скамейку под деревом с нежно-зеленой листвой и уже собиралась тяжело вздохнуть от грусти. А? Она увидела Тэ Сын Джу в костюме, входящего в парк. Поникшие глаза Сэ И округлились, и она инстинктивно подняла телефон, ища приложение камеры. В это время Тэ Сын Джу должен был сидеть в столовой и есть в одиночестве, но он был здесь. Наблюдая за ним в компании, она заметила, что он ведет механически размеренную жизнь. Он приходил на работу не позднее восьми утра, и в отличие от большинства руководителей, которые обедали где-то снаружи, Тэ Сын Джу ел в столовой вместе с сотрудниками. И вот этот человек появился в парке перед компанией в обеденное время. Увидев, как он бродит по парку в костюме, словно на прогулке, Сэ И уже по привычке нажала на приложение камеры и поймала его в кадр. Он действительно красив. Наверное, поэтому она и стала врагом общества. Щелк. Сэ И сфотографировала его, хоть и со спины. Сколько кадров она сделала? В тот момент, когда она снова нажала кнопку, чтобы снять его, Сын Джу внезапно повернул голову и посмотрел на неё. Сэ И замерла, пристально глядя на него через экран. И увидела, как Тэ Сын Джу подмигнул в её сторону. Он что, подмигнул? Мне? Бу-дум. Послышался звук, словно сердце с грохотом упало, отделившись от тела. Он точно подмигнул? Рука, державшая телефон, задрожала и ослабла. Сэ И перехватила телефон поудобнее и уставилась в экран. В кадре всё ещё был Тэ Сын Джу. Зачем? Зачем он это сделал? Сэ И даже не смогла нажать на кнопку спуска и тупо смотрела через экран телефона на Тэ Сын Джу, который смотрел на неё. Объект съемки, на который она нацелилась. Увидев, что этот объект приближается к ней, Сэ И опустила телефон на колени. Надо бежать. Госпожа, простите, но ваш сын, кажется, тот ещё псих. Тэ Сын Джу подходил всё ближе, и она вскочила со скамейки и побежала. Не зная, что неподалеку едет курьер на мотоцикле, который как раз смотрел в телефон, Сэ И бежала изо всех сил, чтобы сначала оторваться от Сын Джу. — Стой! — С дороги, с дороги! И одновременно раздались испуганные голоса двух мужчин. Сэ И остановилась и просто обернулась на звук. Увидев мотоцикл, который не успел затормозить и несся прямо на неё, она инстинктивно зажмурилась. В этот момент кто-то обнял её, и они упали на землю. Сэ И крепко зажмурилась. Уткнувшись носом в грудь мужчины, который крепко прижимал её к себе, чтобы не упустить, она долго не шевелилась. Слава богу. Не больно. Только тогда она приоткрыла плотно сжатые веки, и, увидев лицо мужчины, обнимавшего её, в ужасе открыла рот. Тэ Сын Джу, почему ты! Почему ты обнимаешь меня? Сэ И не смогла вымолвить ни слова из того, что хотела спросить, и лишь тяжело дышала. Она была в панике и не могла толком осознать ситуацию, когда кто-то спросил её: — Вы в порядке? Мотоцикл, валяющийся на земле, всё ещё вращающееся колесо, и упавший курьер в шлеме. А ещё мужчина, обнимающий её. Услышав слова, Сэ И наконец пришла в себя. — Управляющий директор. Сэ И поспешно позвала мужчину, который крепко обнимал её, нахмурившись и потеряв сознание. Но мужчина не ответил. Лишь его тепло, крепко обнимавшее её для защиты, окутывало её, словно опекун. — Эй, господин Тэ Сын Джу. Очнитесь. А? Несмотря на её зов, Сын Джу не открывал глаза. Испугавшись, Сэ И начала задыхаться. Вдали, с воем сирены, яростно мчалась скорая помощь, которую кто-то вызвал. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сэ И трясущимися руками первым делом связалась с Мён Хён. Внезапная авария мгновенно лишила её рассудка. Сэ И, приехавшая в больницу даже не отряхнув пыль после падения на землю, была полностью поглощена мыслями о Сын Джу, который был без сознания. — Опекун пришел? — Ещё нет. — Это плохо. Свяжитесь, пусть скорее приезжают. Нужно немедленно проводить обследование, но без подписи опекуна мы не можем. — М-может, я подпишу? — Кем вы ему приходитесь? — Я… я сотрудник. Он мой начальник. Сэ И со слезами на глазах подписала согласие на обследование. Где и как он пострадал, раз он без сознания? Мотоциклист, благодаря шлему, не получил серьезных травм. Она тоже не пострадала, так как Сын Джу крепко обнял её при падении. Проблема была в этом мужчине. Лучше бы пострадала она. Сэ И не могла вынести чувства вины за то, что из-за неё пострадал другой человек. — Сэ И. Мён Хён, прибежавшая вместе с начальником Юном, в испуге позвала её, стоявшую у входа в приемный покой с потерянным видом. Сэ И, чьи руки дрожали от тревоги и беспокойства, увидев Мён Хён, тут же низко опустила голову. — Что случилось, а? — Из-за меня… Если бы она не побежала, этого бы не случилось. Пытаясь избежать момента, она навредила другому человеку. Каковы бы ни были намерения, результат был ужасным. — Почему, где Сын Джу? Сказали, он ранен? Насколько сильно… Мён Хён, от которой она ожидала упреков и обвинений, лишь спрашивала, где Сын Джу и каково его состояние, не произнося слов обвинения. — Госпожа, из-за меня… — Опекун господина Тэ Сын Джу, можете зайти на минуту? Медсестра, вышедшая из приемного покоя, позвала их. Прежде чем Сэ И успела двинуться, Мён Хён первой вбежала в приемный покой. При виде Мён Хён, полной тревоги за сына, Сэ И сжала похолодевшие пальцы. Начальник Юн, наблюдавший за этим, ласково обнял её за плечи. — Серьезных проблем не будет. Госпожа приехала, так что не волнуйтесь слишком сильно. — Спасибо. — Зайдем и мы? — Да. Сэ И ответила еле слышным голосом и проглотила слезы. Сейчас не время плакать. И у неё не было права плакать. Врач сухо сообщил результаты обследования: только ушибы, серьезных проблем нет. Услышав результаты рентгена и КТ, Мён Хён и Сэ И вздохнули с облегчением. — Но почему он не приходит в сознание, доктор? — Похоже, это из-за временного шока, он очнется, когда закончится капельница. Если и тогда не очнется, проведем повторное обследование. Сын Джу, которого перевели из приемного покоя в палату, лежал с бесстрастным лицом, словно спал, и не открывал глаз. Не обращая внимания на переживания окружающих, он один был спокоен. Всё же слова врача о том, что он серьезно не пострадал, позволили Сэ И немного расслабиться. — Простите. Когда врач вышел, Сэ И склонила голову перед Мён Хён и начальником Юном. Из-за неё Тэ Сын Джу пострадал. Дело, о котором её просили, не сдвинулось с места, а она только доставила неприятности, так что ей нечего было сказать в свое оправдание. Впору было усомниться, не дура ли она на самом деле, а вовсе не умная. — За что ты извиняешься. Сэ И, ты прошла обследование? Ты тоже, должно быть, испугалась, давай проверимся сейчас. — Нет, я в порядке. — Слава богу. Слезы, подступившие при словах Мён Хён, возможно, были вызваны тоской по материнской заботе, которой у неё не было. Если бы она пострадала, прибежала бы Хе Чжон так же, как Мён Хён прибежала, услышав о травме сына? После того дня, когда Хе Чжон приходила в офистель, от неё не было ни слуху ни духу. — Что, где-то болит? Заметив, что лицо Сэ И помрачнело от мыслей о Хе Чжон, Мён Хён подошла, взяла её за плечи и спросила. Сэ И покачала головой. Ничего не болело. Просто на душе было тяжело. — Нет. Просто из-за меня управляющий директор пострадал… Я не смогла толком выполнить вашу просьбу и только навредила ему… — Нет. Я всё думала, пока ехала сюда, не случилось ли это из-за того, что я возложила на тебя лишнее бремя. Я очень жалела. Это дело моего сына, а я всё свалила на тебя, а мы сидели сложа руки. Любит мой сын мужчин или женщин — что толку это выяснять? Это всё мой эгоизм. Придет время, и наш Сын Джу сам расскажет, а я не вытерпела и попросила тебя о сложном одолжении, мне было не по себе. — Нет… Прежде чем она успела договорить, послышался слабый стон. Сэ И посмотрела на Сын Джу, который лежал с закрытыми глазами. Скорчив болезненную гримасу, он медленно поднимал веки. — Управляющий директор. В тот момент, когда она подошла к кровати и позвала его, мутный взгляд обратился на неё. И он произнес слова, от которых у всех перехватило дыхание. — Кто… вы? Для Сэ И, и уж тем более для Мён Хён, это был звук рушащегося мира. ---------- Том 1 Глава 22 — Сын Джу, ты в порядке? Ты же в порядке, да? Сын Джу смотрел на женщин, стоявших перед ним, а затем закрыл глаза. Нахлынуло сильное головокружение и тошнота. Кто эти женщины? Знаю ли я их? Не знаю. Не помню. Он снова открыл глаза и посмотрел на трех женщин. Женщина, которая первой назвала его «управляющим директором», одним словом — красавица. Точно в его вкусе. Его сердце так затрепетало при виде этой женщины, что он даже подумал: «Неужели я был в отношениях?». Женщина позади неё, элегантная и достойная… Хм, просто вызывает ощущение родства. Сердце не трепещет. Ах, если бы затрепетало, это была бы проблема? Разница в возрасте казалась слишком большой для него. А третья женщина — никаких особых эмоций. Словно человек, которого он знает или нет — неважно. Значит, важны две женщины перед ним. — Сын Джу, что с тобой? Где-то болит? — Простите, но кто вы? — Ты… не узнаешь меня? Я твоя мама. Сын Джу, правда не узнаешь маму? Значит, мама. То, что он не помнит, слегка беспокоило, но это не было похоже на ощущение рухнувшего мира или страха. Просто мысль, что что-то сломалось, но скоро починится — такое вот равнодушное беспокойство. — Госпожа, я приведу доктора. — Начальник Юн, скорее. Из-за того, что он не узнавал людей, женщина средних лет побледнела так, словно вот-вот упадет в обморок, будто это великая беда. И ещё одна женщина. Та даже не могла подойти к нему, стояла позади, прикрыв рот рукой. Её огромные глаза уже были мокрыми от слез. Так и хочется слизать. Что за черт, я извращенец? Почему я думаю о том, что хочу слизать её слезы? Он не помнил, каким был раньше, но чувства к женщине были удивительно яркими. В этот момент в палату вошел врач с несколькими интернами и медсестрой. — Доктор, мой сын меня не узнает. Что делать? — Опекун, подождите минуту, пожалуйста. Врач успокоил взволнованную мать, подошел к нему и засыпал вопросами. На большинство вопросов он не мог ответить. Нужно же помнить, чтобы отвечать. Только тогда он начал немного беспокоиться. Появилось опасение: смогу ли я справиться, если это состояние беспамятства затянется? — Давайте проведем дополнительные обследования. И врач в одностороннем порядке повез его на всевозможные обследования. Ему сказали, что он столкнулся с мотоциклом и упал на землю. Решив, что мог повредить голову, Сын Джу покорно проходил обследования. Обследования длились целый день. Те, кто привез его, уставшего, в палату и усыпил уколом, на следующий день, как только он пришел в сознание, сказали нечто нелепое. — Похоже на временную амнезию. Врач с невероятно серьезным лицом объявил диагноз, и, как ни смешно, в этот самый момент память к нему вернулась. Но он вел себя как человек, который всё забыл и потерял память. — Это временное явление, после отдыха всё должно пройти. — Э-это правда? Если он просто отдохнет, память… вернется? — Мы не можем гарантировать, что она точно вернется, но в большинстве случаев память возвращалась в течение недели, так что давайте надеяться. Врачи — это та категория людей, которые не говорят ничего, за что пришлось бы отвечать, даже если опекун проходит через адские муки, поэтому Сын Джу мысленно усмехнулся над расплывчатыми словами доктора. Его мать отчаялась, словно настал конец света, но это беспокойство быстро пройдет, когда он поправится. — Что же делать. Мён Хён хотя бы могла ухватиться за врача и поговорить, а вот Сэ И, стоявшая в стороне, плакала от беспокойства за него. Сын Джу не мог отвести от неё глаз. Сколько раз в жизни кто-то плакал ради меня? Родители — понятно, но Им Сэ И, почему ты плачешь из-за меня? Потому что я пострадал из-за тебя? Есть женщины, которые прекрасно живут даже после того, как довели любимого мужчину до смерти, а ты плачешь всего лишь из-за моей травмы? Может, это игра? Или искренне? Поэтому он хотел узнать об этой женщине. Женщины, которых он знал, никогда не плакали ради другого. Лишь эгоистично гнались за собственным счастьем. — Вы можете выписываться. — Выписываться, когда у него нет памяти, доктор? — Даже если он останется в больнице, лечить особо нечего. У Мён Хён было такое скорбное лицо, словно ему объявили о смерти. Он хотел сказать: «Я в порядке, и, к сожалению, я слышал, как мама просила Сэ И разузнать, нравятся ли мне мужчины или женщины, и я всё помню», но сдержался. — Сын Джу, поехали домой. Мама… В родительский дом? У меня есть свой дом. Если поехать туда, Сэ И, возможно, будет трудно приходить. А даже если придет, оставит ли их Сын Хё наедине? Зная характер младшего, он будет из кожи вон лезть, чтобы вклиниться между ними. Он ни за что не пойдет на такое хлопотное и утомительное дело. Ради светлой студенческой жизни младшего брата он поедет не в родительский дом, а к себе. — Я жил с родителями? — Нет, но всё же ты плохо себя чувствуешь, нужно домой. Плохо себя чувствую, как же. Ушибы помазали мазью, в остальном он был совершенно здоров. — Тогда я поеду к себе и отдохну. — А, э, т-так и сделаешь? — И я ещё со вчерашнего дня хотел спросить: кто эта женщина? — А?.. Растерялась не только Мён Хён. Сэ И тоже широко раскрыла всё ещё красные от слез глаза и беззвучно шевелила губами. Конечно, объяснить будет трудно. Сейчас было бы неловко объяснять, кто такая Им Сэ И. Сейчас не время признаваться, что это женщина, приставленная следить за ним. Тогда... Глаза Сын Джу злорадно блеснули, и он спросил: — Она моя девушка? Часть 8 — А, э? Мён Хён растерянно забегала глазами. Её мозг, не сумевший решить, какой ответ будет правильным, похоже, перегрелся. В таких случаях нужно действовать быстро. — Раз уж она моя девушка, может, попросим её поухаживать за мной? Мне кажется, в моем возрасте как-то неловко, чтобы мама ухаживала за мной. Он собирался лично продемонстрировать, что нет лучшей возможности, чтобы выяснить, нравятся ли ему мужчины или женщины. Он и во сне не мог представить, что родители подозревают его в таком, а чтобы проучить женщину, которая дерзко преследовала его с такими коварными намерениями, лучше способа не придумаешь. — Эта женщина мне кажется более знакомой, чем мама. Наверное, потому что мы встречаемся? — А, э? Оставив маму, которая, как потерянная, открывала рот, но издавала лишь звуки, а не слова, он посмотрел на Сэ И и заговорил. У неё тоже было такое выражение лица, словно она не знала, как воспринимать эту ситуацию и как себя вести. — Что вы делаете? Не поможете мне? Как только он протянул руку и сказал это, Сэ И тут же подошла и взяла его под руку. Сын Джу приподнял уголок рта в зловещей улыбке. ---------- Том 1 Глава 23 Мён Хён не могла вымолвить ни слова и лишь растерянно смотрела, как Сын Джу уводит Сэ И. Диагноз «потеря памяти» уже был абсурдным и поразительным, но то, что Сын Джу сейчас ошибочно принимал Сэ И за свою девушку — это было ещё хуже. Нужно ли пойти и сказать ему правду прямо сейчас? Она доверяла Сэ И, но не доверяла собственному сыну, поэтому ей было тревожно, а сердце колотилось как бешеное. — С госпожой всё будет в порядке? Кажется, нет. Но что поделать? Другого выхода не было. То, что он чувствует близость к Сэ И, потеряв память, для Мён Хён звучало так, будто Сын Джу глубоко запечатлел её в своем сознании. Они живут по соседству всего около двух месяцев? Вряд ли они успели так сблизиться за это короткое время. Если бы её сын был настолько общительным, всего этого бы не случилось. Если бы он был способен поддерживать дружеские отношения и чувствовать внутреннюю близость с другими, о чем бы она беспокоилась? Она слышала, что даже в компании у Сын Джу и Сэ И почти нет точек соприкосновения. Да разве только с Сэ И? Говорят, и с сотрудниками так же. Мён Хён глубоко вздохнула и подняла глаза, полные отчаяния. Но почему взгляд сына, которым он смотрел на Сэ И, показался мне таким странным? Может, мне показалось? — Начальник Юн. — Да, госпожа. — Свяжись с домом и отправь Юн Хи к Сын Джу прямо сейчас. Придумай какой-нибудь предлог. — Да, я распоряжусь. Нужно отправить кого-нибудь, чтобы защитить Сэ И от Сын Джу. Сейчас всё нормально, но если у него возникнут подозрения, с характером Тэ Сын Джу он точно не оставит это просто так. Мён Хён зашла в туалет, переоделась и последовала за сыном и Сэ И, выходящими из палаты. — Что же мне делать с таким огромным долгом перед Сэ И? Когда водитель открыл дверь, Мён Хён тихо пробормотала, глядя на Сын Джу, садящегося на заднее сиденье. Не зная о её переживаниях, Сын Джу заставил Сэ И, которая закрыла дверь и собиралась сесть спереди, сесть рядом с ним сзади. Почему-то атмосфера вокруг Сын Джу казалась странной. Но раз он ничего не помнит, спрашивать было нечего. Мён Хён обхватила голову, которая раскалывалась от боли, и закрыла глаза. Теперь проблема была не в том, нравятся Сын Джу женщины или мужчины. Проблемой была Сэ И, которую втянули в это дело из-за неё. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ — Что ж, отдыхайте, господин управляющий директор. Я пойду. Она только обрадовалась, что они не одни, как водитель, который помог Сын Джу подняться в квартиру, попрощался, собираясь уйти в одиночку. Сэ И с мольбой посмотрела на водителя, направляющегося к выходу. Если уходишь, забирай и меня, что мне делать одной здесь? — Соседка. А? Её глаза округлились, когда Сын Джу, сидящий на диване, откинул голову назад и слабо позвал её. Он же сказал, что ничего не помнит. Что у него амнезия? Но откуда он знает, что я живу по соседству? Неужели память вернулась так быстро? Сэ И посмотрела на него с надеждой. Решив, что если память вернулась, она честно во всем признается и попросит прощения. И она собиралась отбросить жадное желание уехать учиться за границу, используя информацию, добытую слежкой за этим мужчиной, и отправиться в библиотеку, чтобы смирно готовиться к трудоустройству. Если человек надеется на удачу, это обычно заканчивается плохо. Зная это, Сэ И всё же в отчаянии понадеялась на авось. И вот к чему привело копание под ни в чем не повинного мужчину. — Вы помните, что я живу по соседству? При её вопросе Сын Джу на мгновение вздрогнул, но так и не ответил. Не услышал? Спросить ещё раз? Однако он выглядел таким измотанным, закрыв глаза от усталости. Даже она, наблюдавшая со стороны, не помнила, как прошли эти два дня, а каково ему, пострадавшему? Наверное, он ещё… не помнит? Но спросить-то можно? — Эм, господин управляющий директор… может, вы хоть что-то вспомнили? — Нет. При холодном ответе надежда, теплившаяся в душе, угасла. У него были опущены плечи, но тут Сын Джу оторвал спину от дивана, на который опирался. Он снял пиджак, расстегнул пуговицы на рубашке и поднял руку, обнажая синяк, налившийся синевой. Вероятно, он получил его, когда упал, обнимая её. Если подумать, она тоже выглядела ужасно. Сходить домой? Или можно оставить этого мужчину одного? Пока она раздумывала, Сын Джу открыл глаза и смотрел на неё. Она посмотрела на него, словно спрашивая: «Что?». — Ты сказала, что живешь по соседству? — Что? — Если я поселил свою девушку по соседству, значит, я, должно быть, сильно тебя любил… Сын Джу пристально смотрел на неё. Это был не взгляд, полный эмоций, от которого хотелось бы отказаться, будь это признание, а настойчивый взгляд, словно он хотел вывернуть её душу наизнанку. Сэ И отвернулась, избегая его глаз. И усомнилась. Она понимала, что он потерял память из-за травмы головы, спасая её, но Сэ И совершенно не понимала, почему он ошибочно считает именно её своей возлюбленной. — Послушайте, мы… — Слово «мы». Приятно слышать. При этом он улыбнулся. Обычно у него было лицо, лишенное эмоций, но улыбка полностью меняла его. Она с первого взгляда не имела иммунитета к его красивому лицу. Просто он первым назвал её извращенкой и отстранился, иначе она, возможно, влюбилась бы по уши. И вот такой мужчина улыбался ей сейчас. Думая, что она его девушка. Она знала, что это временное заблуждение, но сердце билось быстро, потому что у неё не было иммунитета к мужчинам. Дочь директора Има всегда должна была быть безупречной и скромной. Хе Чжон с момента её поступления в университет твердила, что задерживаться на подработках можно, но встречаться с кем-то или заводить парня — категорически нельзя. Никто ей особо не нравился, да и не хотелось выслушивать упреки мамы из-за отношений, поэтому Сэ И ни разу не встречалась с парнями. Наверное, поэтому сердце так колотилось от одной его улыбки. — Мне нужно помыться, поможешь? Прозвучали слова, то ли в шутку, то ли всерьез. Когда глаза Сэ И расширились так, что, казалось, вот-вот вывалятся, он громко рассмеялся. Кажется, этот мужчина потерял не только память, но и здравый смысл. Как он может просить её помочь ему помыться? Это говорят сиделке, а не девушке. Может, поэтому у неё невольно вырвался резкий ответ: — Вы же не хотите сказать, что из-за потери памяти забыли даже, как мыться? — Наверное. Я просто спросил, потому что хотел помыться вместе, но если не хочешь, иди к себе помойся. Сын Джу медленно встал с места, но не сразу двинулся. Что с ним? — подумала она, и тут вспомнила про потерю памяти. — Вы не знаете, где ванная? — Разве это не очевидно? Я даже своего имени не помню. Думаешь, я помню, где ванная? При словах, вызывающих чувство вины, её глаза, которые она закатила, вернулись на место. Сэ И оглядела квартиру Сын Джу. Интерьер был другим, но планировка похожа. Значит, ванная должна быть в спальне, и она решила проводить его туда. Чувствуя, что он идет следом, Сэ И молча прошла мимо спальни и гардеробной к ванной. Он снял пиджак и оглядел спальню, гардеробную и ванную, словно незнакомое место. Когда она слегка отступила, он начал расстегивать пуговицы рубашки и вошел внутрь. Снимал бы, когда я уйду. Сэ И отвернулась, не желая снова прослыть извращенкой. И с трудом задала вопрос, который хотела задать с самого начала. — А мне… тоже помыться и вернуться сюда… да? Она спросила, глядя на него с опаской, а он смотрел на неё так, словно спрашивал, зачем она задает очевидные вопросы. ---------- Том 1 Глава 24 Хе Чжон ждала Сэ Джуна. Уже пора бы. Если бы он ехал на общественном транспорте, то прибыл бы вовремя без проблем, но теперь Сэ Джун был водителем собственной машины. Время прибытия зависело от ситуации на дорогах, поэтому даже придя на место встречи, она вытягивала шею, глядя на дорогу. Возможно, из-за того, что здесь было много дорогих офистелей и зданий, на улице было особенно много дорогих иномарок. К тому же за рулем большинства из них были ровесники её сына. — Нашему Сэ Джуну тоже надо было купить такую машину. Зарплата госслужащего со стажем была очевидной. Другие завидовали, что муж директор школы, но она до сих пор не знала точной суммы его зарплаты и не получала её в свои руки. Свекровь Ын Соль до сих пор держала в руках бразды правления финансами их семьи, хотя свекор давно ушел на пенсию. Придумывая нелепые отговорки, что если доверить зарплатную карту сына невестке, она переправит деньги своим родителям. Ей было двадцать три года. Бизнес отца в Инчхоне, среднее предприятие, одним словом, прогорел дотла. Она росла в достатке, считая себя лучшей в мире, но в одночасье судьба изменилась. Их выгнали из дома, и семья разбрелась кто куда. Жизнь Хе Чжон, которая после окончания университета мечтала об учебе за границей, была загнана в тупик, которого она никогда не знала. Брак с мужем был вынужденным выбором. Она не особо любила мужа и уж тем более не встречалась с ним. Нынешний муж, брат её подруги по педагогическому колледжу, говорят, влюбился в неё с первого взгляда и всё время питал к ней чувства. И тут семья Хе Чжон разорилась. Она провела три года как в тумане. Крах отца низверг жизнь всей семьи в адскую бездну. Хе Чжон на собственном опыте узнала, до какого дна может упасть человек из-за денег. Дошло до того, что она прервала все контакты не только с однокурсниками, но и со всеми, кто её знал. Близкие подруги были в основном дочерьми богатых семей. Чем больше она узнавала об их жизни, тем невыносимее становилось сравнение с её собственным жалким положением. Поэтому она полностью отрезала себя от новостей. И сосредоточилась на зарабатывании денег. Но она поняла, что даже устроившись на работу, не сможет тратить зарплату на семью. Было много людей, жаждущих получить назад деньги, одолженные отцу. Хе Чжон никому не могла рассказать о своем положении. Больше всего страдала гордость, и она не хотела, чтобы кто-то узнал, что она опустилась на самое дно. В тот момент, когда она думала о смерти, к ней подошел её нынешний муж, Им Кван Джун. Она не могла отказать мужчине, который сказал, что наблюдал за ней целых пять лет и решил взять на себя ответственность. «Верь мне. Я сделаю так, что тебе не будет тяжело». Она не могла не ухватиться за руку Кван Джуна, протянутую ей, стоящей на краю пропасти. Она хотела сбежать от реальности, оперевшись хотя бы на мужа. Кван Джун не был богат, но был добрым и хорошим. Она вышла замуж, надеясь, что он сможет полностью принять её, но… — Мама. Видимо, заметив её, стоящую у дороги, Сэ Джун остановил малолитражку у обочины, включил аварийку, открыл окно и крикнул. Ровесники, которым повезло с родителями, ездили на иномарках и дорогих седанах, а Сэ Джун ездил на жалкой подержанной малолитражке. Хе Чжон казалось, что она видит в этом себя. Она быстро села в машину сына. — Куда теперь ехать? А Им Сэ И неплохо устроилась, да? Этот район ужасно дорогой. — Видишь тот офистель впереди? Заезжай на подземную парковку. — Она правда там живет? Глаза Сэ Джуна округлились. Он спросил на всякий случай, и когда она подтвердила, переспросил, не в силах поверить. — Поезжай уже. Сэ Джун, я сделаю так, что и ты будешь здесь жить. Хе Чжон проглотила эти слова и поторопила сына. Роскошный офистель ночью выглядел ещё роскошнее и распалял низменные желания. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сэ И помылась, высушила волосы и сразу вышла из дома. Направляясь прямиком к соседней двери, она остановилась. Женщина лет тридцати пяти? Женщина в аккуратной блузке и юбке-трапеции стояла перед дверью Сын Джу с большим узлом, завернутым в ткань. В этот момент дверь открылась изнутри, и женщина, стоявшая снаружи, широко улыбнулась тому, кто был внутри. Сэ И невольно попятилась. Ощущение было странным. Сколько она следила за Тэ Сын Джу, она ни разу не видела женщину, которая стояла бы перед ним и улыбалась. Может, вопреки опасениям, Сын Джу не нравятся мужчины? Нужно сфотографировать это как доказательство и сообщить госпоже. Но ей совершенно не хотелось поднимать телефон, который она держала в руке, и фотографировать их. — Заходите. Из открытой двери донесся знакомый голос, и женщина тут же вошла внутрь. Бах — дверь закрылась, словно сообщая о полном разделении двух пространств, оставив Сэ И снаружи. Она не хотела оставлять его одного, так как он потерял память, поэтому быстро приняла душ и вышла, чтобы прийти к нему и хоть как-то позаботиться. Но она упустила кое-что. У Тэ Сын Джу и без неё найдутся люди, которые о нем позаботятся. Ах да, он же старший сын «Тэсын Групп». Ворота особняка, которые она переступала, чтобы учить Сын Хё, были закрыты для посторонних. Мён Хён и председатель Тэ были добры к ней, но если бы не дружба с мамой, она бы никогда в жизни даже не встретилась с ними. Но она забыла об этом. Ошибочно подумала, что они с Тэ Сын Джу стоят на одной ступени. Даже место, где она сейчас живет — предел её мечтаний. Это лишь милость, полученная в обмен на то, чтобы раскопать сексуальную ориентацию Тэ Сын Джу. Глядя на плотно закрытую дверь, Сэ И подумала, что пришло время собственноручно отказаться от чрезмерной доброты. — Человек даже память потерял из-за меня… Ей не хотелось получать выгоду за счет Тэ Сын Джу. Нет, так нельзя. Сэ И бессильно развернулась. Поднимая руку к кодовому замку и набирая номер, она усмехнулась. Люди такие смешные. К хорошему быстро привыкаешь и воспринимаешь как должное. Место, которое поначалу казалось обременительным, теперь стало уютным домом. В тот момент, когда она потянула открытую дверь и собиралась войти… — Им Сэ И. Дверь, которая только что закрылась, открылась, и из щели высунулась голова, позвавшая её по имени. Сэ И, держась за ручку своей двери, обернулась к соседу. — Давай поужинаем. Невинные глаза Сын Джу смотрели на неё так, словно это было само собой разумеющимся. Сэ И не могла встретиться с ним взглядом, опустила глаза и покачала головой. — Нет, я не хо… …чу, — хотела сказать она, но в этот момент он вышел и схватил её за руку. Он, который даже в компании предпочитал есть в одиночестве. Он, для которого было так естественно молча есть и уходить, зная, что сотрудники смотрят на него, сейчас держал её за руку и предлагал поужинать вместе. — Давай поедим, одному невкусно. Он же сказал, что ничего не помнит. Но почему он говорит теплее, чем когда у него была память? Это же нечестно, так себя вести. Она больше привыкла к его свирепому взгляду, говорящему: «А ну встала!», чем к такой доброте. Мужчина, который называл её извращенкой и смотрел с настороженностью, теперь смотрел на неё очень мягким взглядом. — Идите ешьте. У вас же есть с кем поесть. — Что ты вообще себе навоображала? Это женщина, которая пришла приготовить еду. Мама звонила и сказала, что пришлет её. Сын Джу нахмурился. А затем пробормотал себе под нос: «Зачем я вообще оправдываюсь перед ней?». Это выглядело смешно и почему-то трогательно. Ладно, всё равно нужно поесть. Так что поедим вместе. Как он и сказал, одному есть невкусно, поэтому она поест с ним. Других причин нет. — Поедим, ладно. — Давно бы так. Заходи. ---------- Том 1 Глава 25 Она закрыла дверь своей квартиры и последовала за ним. И вдруг заметила ноги Сын Джу, входящего внутрь. Босые ноги. Босиком Сын Джу вышел, чтобы поймать её. В груди снова что-то екнуло. Она не подавала виду, но сегодня из-за Сын Джу её сердце скрипело, словно сломанный механизм. На столе на восемь персон было накрыто на двоих, друг напротив друга. Если подумать, женщина, которая вошла к нему раньше Сэ И, была той, кого она несколько раз мельком видела в особняке семьи Тэ. Женщина тоже узнала её и кивнула ей в знак приветствия. — Им Сэ И, садись. — Да, господин управляющий директор. Сын Джу естественно отодвинул стул и сел, а увидев, что она стоит столбом, кивнул головой. Только тогда Сэ И села. Юн Хи, накрывавшая на стол, подошла к индукционной плите и принесла суп для двоих из кипящей кастрюли. Поставив суп рядом с мисками с рисом, она сказала: «Приятного аппетита». — Поедим и уберем сами, так что возвращайтесь в особняк. Спасибо за работу сегодня. То, как холодно он сказал это Юн Хи, поднимая ложку, заставило даже Сэ И, которая тоже взяла ложку, почувствовать неловкость. Но Юн Хи, видимо, привыкшая к такому, спокойно убрала еду в холодильник, попрощалась и вышла из кухни. — Не ешь? — Ем… В отличие от шумной корпоративной столовой, где чувствовались колючие взгляды людей, трапеза проходила в тишине. И он больше не сверлил её взглядом, как раньше. Но почему еда кажется безвкусной, как песок? Из-за того, что он помылся и переоделся в футболку с коротким рукавом, синяк на руке Сын Джу особенно привлекал внимание. — Не болит? — Что? — Там, рука. Синяк же. — Не особо. Он пожал плечами, словно это пустяк. Как она заметила ещё в столовой, манеры Сын Джу за едой были безупречными, достойными подражания. Он ел аккуратно разложенные закуски понемногу, и не издавал звуков ни при жевании, ни когда ел суп. Хотя он не использовал ложку и палочки одновременно, темп еды был умеренным, и даже то, как он жевал, казалось, отличалось от того, как это делала она. — Что, невкусно? Он уже почти доел рис, а у неё миска была всё ещё полной, так как она только ковырялась в еде. Даже не видно было, что она ела. Заметив это, Сын Джу спросил с недовольным видом. Сэ И положила палочки и посмотрела на него. — Не лезет. Он посмотрел на её лицо и положил ложку. Оставив примерно ложку риса, он отложил прибор, и она с беспокойством сказала: — Господин управляющий директор, поешьте ещё. — У меня тоже особо нет аппетита. Но у тебя такой вид, будто ты хочешь что-то сказать с самого начала. Пойдем в гостиную? Откуда он и это узнал? Она впервые увидела Сын Джу в прошлом году. То есть ранней весной, чуть раньше нынешнего времени года. Но, кажется, сегодня они впервые вот так смотрели друг другу в глаза и нормально разговаривали. Кроме упреков, обвинений и непонятных разговоров, она не помнила, чтобы они о чем-то говорили с Тэ Сын Джу. Первая встреча была слишком впечатляющей. И на выпускном Тэ Сын Джу оставил не менее сильное впечатление. У неё не было столько смелости, чтобы вот так сидеть и разговаривать с ним, нося клеймо извращенки. — Мне тоже есть что сказать, выходи. — Хорошо. Отлично. Сначала она исправит его заблуждение насчет того, что они встречаются, а потом сразу же извинится и чисто закончит эти отношения. Выйдя в гостиную, они сели рядом на диван и неловко посмотрели друг на друга. Так как у Сэ И было срочное дело, она первая взглянула на него и заговорила. — Вы правда… совсем ничего не помните? — Не помню. Его резкий и безжалостный ответ ничем не отличался от обычного. Значит, отрезало только память. Если бы он помнил, он бы вряд ли сидел здесь и разговаривал со мной. В прошлый раз, когда она подсела к нему с подносом в столовой, он смотрел на неё взглядом, готовым убить. Она сказала, что пришла с сердцем «благодарной сороки», а он съязвил, едят ли сороки мясо. Тэ Сын Джу, которого она знала, по крайней мере, не относился к типу людей, переполненных человеколюбием и добротой. Прямолинейный, холодный и высокомерный — типичный представитель высшего общества, каким его представляют обычные люди. Но Тэ Сын Джу изменился. И взгляд, которым он смотрел на неё, и отношение. Поэтому Сэ И была в замешательстве. — Мне правда очень жаль, что вы пострадали из-за меня. — Я не очень-то верю в дежурные слова. Его только обманывали по жизни? Он не только не поверил её с трудом сказанным словам, но и сразу же их отрезал. С самого начала так было. Этот человек совершенно не верил тому, что она говорила. Верил только в то, во что хотел. В такие моменты он точно был Тэ Сын Джу. — Это правда. Настолько, что я хотела бы доказать это, если бы могла… — Докажи. — Как можно доказать чувства? — Не отходи от меня какое-то время и заботься обо мне со всей искренностью, пока ко мне не вернется память. Тогда поверю, что тебе жаль. Сын Джу сказал это, пристально глядя на неё. — Я не очень понимаю, не могли бы вы объяснить конкретнее, что вы сейчас сказали? — Какая часть непонятна? Мне кажется, я сказал ясно, без возможности неправильного толкования. Без возможности, как же. Тут сплошные недоразумения. — «Не отходи от меня какое-то время и заботься обо мне со всей искренностью, пока ко мне не вернется память. Тогда поверю, что тебе жаль» — так вы сказали? Что значит «какое-то время», и что значит «не отходи»… Неужели он всё ещё думает, что я его девушка? Нужно было сказать, что они не встречаются, но не было подходящего момента. Видимо, поэтому заблуждение Сын Джу становилось всё глубже. Но объяснить было трудно. «Я следила за вами, чтобы выяснить вашу сексуальную ориентацию и доложить вашим родителям» — не могла же она в таком признаться. Зная характер этого мужчины, он бы устроил скандал. — Буквально. Жить, не отходя друг от друга. Мне кажется, так я быстрее восстановлю потерянную память. Неужели этот человек действительно не понимает, что предположение о том, что память вернется, если она будет рядом, ещё более нелепо? Это не те слова, которые должен говорить человек, окончивший лучший университет страны, совмещавший учебу и работу в США, добившийся результатов и ставший управляющим директором всего в тридцать два года, не имеющий себе равных в интеллекте. Неужели удар при столкновении с мотоциклом действительно вызвал серьезные проблемы с головой? Рентген, КТ, МРТ — всё показало, что отклонений нет, так что же произошло в этой маленькой голове? — Почему ты замолчала? «Не отходи» означает, что я хочу, чтобы ты была где-то в радиусе моего действия. Честно говоря, мне сейчас страшно. Совсем не выглядите испуганным. Вы, говорящий «мне страшно» с таким безмятежным лицом, пугаете меня больше. И, честно говоря, слова о потере памяти тоже вызывают сомнения. Он естественно общался с Юн Хи из родительского дома, и дома ведет себя непринужденно, не чувствуя себя чужим. Было бы страннее поверить словам о страхе. — Я ничего не знаю. Я не говорю об этом, потому что признать это задевает гордость, но мне чуждо всё: и то, что это мой дом, и моё имя, и семья. Я просто не показываю вида, считая, что как взрослый человек должен терпеть эту запутанную ситуацию. Он говорил, глядя на неё, словно взывая к пониманию. В этот момент Сэ И почувствовала вину за то, что подозревала его. Потерять память — это как оказаться одному в незнакомом мире, где всё чуждо и ново. Она даже не пыталась понять его. Тэ Сын Джу стал таким из-за неё, а она, пытаясь уйти от ответственности, начала с подозрений. — Извините. Я об этом не подумала. — Потому что ты — не я. Верно. Она — не он, поэтому не может полностью понять, что он чувствует. Но её желание помочь ему всем, чем она может — искреннее. — Вы, наверное, устали, отдохнете? Отдыхайте в комнате, а если понадоблюсь, зовите. Я буду здесь, в гостиной… — Будешь в гостиной? Не пойдешь со мной в комнату? В комнату вместе, ага. Чтобы потом проблем набраться. Они никто друг другу, зачем ей идти в спальню Тэ Сын Джу? Тем более, он ничего не помнит. Даже подумать страшно, как Тэ Сын Джу будет подозревать и допрашивать её, когда к нему вернется память. В таких ситуациях веди себя правильно, Им Сэ И. Она гордилась собой за то, что устояла, когда он с такой красотой заманивал её в спальню. Сэ И встала и пошла к спальне Сын Джу. Открыла дверь, посмотрела на него и улыбнулась. ---------- Том 1 Глава 26 Часть 9 — Вы наверняка устали за сегодняшний день, идите в спальню и отдыхайте. Если что-то понадобится, зовите. Я буду ждать здесь. — Почему? — Что? — Почему именно в гостиной? В одной кровати было бы и звать проще, и отвечать. Сын Джу спросил с искренним недоумением. Его лицо было настолько серьезным, что у Сэ И пересохло во рту. — Это… Потому что мы не настолько близки, как вы и я себе напридумывали, — хотела ответить она, но в этот момент телефон, который она крепко сжимала в руке, завибрировал. Словно крича «Подождите!», Сэ И подняла руку, останавливая Сын Джу, и прикусила губу, увидев номер на экране. Мама. При виде имени, сохраненного просто и без всяких ласковых прозвищ, её лицо тут же омрачилось. Может, Мён Хён сообщила Хе Чжон об аварии? И поэтому она звонит ей в такое время, хотя обычно не звонит? Звонок продолжался, а мыслей становилось всё больше. — Не возьмешь трубку? — Возьму. Зная, что он смотрит на неё странно, Сэ И сглотнула и ответила на звонок. В тот момент, когда она поднесла телефон к уху, она заметила, что Сын Джу сверлит её взглядом. Сэ И слегка отвернулась, избегая его глаз. — Да. — Тебя сейчас нет дома? Ни приветствия, ничего — сразу вопрос, полный раздражения. Хе Чжон, которая звонила Сэ Джуну по несколько раз в день и была с ним ласкова, с ней разговаривала совершенно другим тоном. Она не звонила Сэ И первой без дела, и, видимо, Сэ И всё ещё питала слабую надежду. Ничего не изменилось, но почему она, как дура, не может перестать надеяться? — А почему вы спрашиваете? — Я сейчас перед твоим домом. — Сейчас? Услышав, что она пришла без предупреждения, удивленная Сэ И невольно посмотрела в сторону прихожей. — Быстро приходи и открывай. Я буду ждать перед дверью. — Мама, я сейчас… — Всё, что хочешь сказать — скажешь здесь. Не заставляй меня долго ждать, приходи быстрее. Я кладу трубку. Тон Хе Чжон, когда она сказала, что будет ждать, был полон раздражения. Прийти без предупреждения и с порога накричать — такое поведение Хе Чжон уже не было для Сэ И чем-то новым. Обычно она смиренно соглашалась и делала так, как велела Хе Чжон, но сегодня эта ситуация разозлила её до невозможности. Почему всегда я? Но потом она представила, как Хе Чжон жалко ждет её перед дверью. Опять поругалась с бабушкой? И ей некуда было пойти, поэтому она пришла сюда? Нахлынувшие раздражение и гнев тут же сменились беспокойством. — Что-то случилось? — Я ненадолго выйду. Мама пришла. — Да? Тогда пойдем вместе. Я тоже поздороваюсь… Услышав, что пришла Хе Чжон, Сын Джу встал с дивана. Мужчина, который и не думал двигаться, когда она предлагала ему пойти в комнату отдохнуть, теперь широким шагом направлялся к двери. Сэ И быстро подбежала и преградила ему путь. — Нет, потом. — Почему? Мы что, встречаемся тайно от семей? Какие тайные встречи. До сегодняшней аварии мы с вами даже «мы» не были. Надо было сказать об этом раньше. Как бы Мён Хён ни просила подыграть ему, чтобы не шокировать. Надо было сказать. Уже поздно. Всё пропало. — Да... Сэ И с трудом выдавила ответ и посмотрела на него, надеясь на понимание. Сын Джу молча смотрел на неё, а затем слабо улыбнулся. — Ладно, иди. Сказав это тоном человека, делающего одолжение, он вдруг поднял руку и погладил её по голове. От этого неожиданного ласкового жеста она застыла как ледышка. — Мама пришла, чего ты так напряглась? Она что, мачеха? Всё равно не напрягайся. Не застывай. Не позволяй никому обращаться с тобой так, чтобы тебе было больно. Веди себя так же, как со мной. И всё будет хорошо. Шурх, шурх. Грубая рука гладила её по голове, но почему казалось, что гладят её сердце? Видимо, её напряженное лицо во время разговора с Хе Чжон выглядело жалко даже в его глазах. Наверное, это просто ничего не значащий жест утешения. — Хорошо, я постараюсь. В носу защипало, но Сэ И неловко улыбнулась и отвернулась. Если она посмотрит на него дольше, то, чего доброго, расплачется. — Возвращайся сразу. Я не буду спать и подожду. Его голос прозвучал как прощание перед возвращением. Должно быть, услышав звук закрывающейся двери, Хе Чжон и Сэ Джун, стоявшие в коридоре, одновременно посмотрели в её сторону. Хе Чжон, видимо, совершенно не ожидала, что она выйдет из квартиры Сын Джу, и её лицо мгновенно скривилось. — Ты почему оттуда выходишь? Это же квартира сына Мён Хён, разве нет? — У меня было дело. Но что случилось? Почему вы пришли так внезапно, без предупреждения? Сэ И внимательно осмотрела Хе Чжон. Она выглядела уставшей, но следов слез на лице не было, глаза не опухли. Первая мысль была: «Слава богу». — Им Сэ И, ты правда здесь живешь? Нет ведь? Как ты можешь жить в таком роскошном офистеле? Сэ Джун, стоявший рядом с Хе Чжон, вытаращил глаза и спросил с вызовом. Даже не заходя внутрь, он, видимо, почувствовал, что масштаб и уровень этого офистеля отличаются от обычного жилья, и в его полуприкрытых глазах читалась жадность. Сэ Джун с рождения привык получать всё самое лучшее первым. То, что Сэ И живет в месте лучше, чем у него, и наслаждается этим, он, естественно, отрицал. — Чего стоишь? Дверь не открываешь? — Да. Сэ И открыла дверь своего офистеля. Как только дверь открылась, Сэ Джун оттолкнул её и вошел первым. — Ого, что это? Сэ Джун, издавая возгласы, в которых смешались восхищение и раздражение, вошел внутрь, и послышался звук открывающихся и закрывающихся дверей комнат. Хе Чжон, которую она видела впервые за месяц, холодно прошла мимо неё в дом. Это место, где она живет. Но они вошли первыми, словно хозяева, а Сэ И осталась стоять у двери с горьким выражением лица. — Ты не заходишь? — Захожу. В то же время, когда Сэ И закрыла дверь и вошла, открылась дверь соседней квартиры. Сын Джу, который даже дома всегда выглядел безупречно, сегодня был другим. Челка после душа, которую он просто высушил, спадала на лоб, и он был одет в спортивный костюм, который обычно не носил. Ложь о потере памяти вырвалась спонтанно. Услышав разговор матери и Сэ И, пока он якобы был без сознания, он был так поражен, что сказал это импульсивно, наполовину от злости, наполовину от обиды. После того как Сэ И ушла домой помыться, Сын Джу позвонил матери. Матери, которая сказала, что сейчас же приедет к нему с отцом, Сын Джу сказал правду, не желая больше волновать их. Что память вернулась. Что тогда это было из-за временного шока. ---------- Том 1 Глава 27 Он сказал, что возьмет отпуск на эту неделю, и уже собирался повесить трубку. — Маме позвонить Сэ И? Сказать, что ты в порядке? — Нет. Не делайте этого. Я сам скажу госпоже Сэ И. И, мама, если вы взяли Им Сэ И стажером из-за меня, прекратите. Им Сэ И достаточно способная, чтобы её взяли на трехмесячную стажировку и без этого, так что дайте ей заниматься тем, чем она хочет. — Ты… слышал, о чем мы с Сэ И говорили в палате? — Да. — Значит, ты знаешь, что Сэ И живет по соседству и почему она устроилась стажером? — Да. — Прости, Сын Джу. У мамы не было плохих намерений… — Я догадываюсь о причине. Почему вы с отцом так поступили. Поэтому я решил сказать вам. Того, о чем вы беспокоитесь, мама, нет. Тэ Сын Джу любит женщин больше, чем мужчин, так что не волнуйтесь. Я не думаю о браке не потому, что мне нравятся мужчины, а потому, что я пока не встретил женщину, которая бы мне понравилась. — Правда? Ты… точно нет? — Так что не ставьте Им Сэ И в неловкое положение зря. Я сам всё объясню ей подробно, а вы, мама, не вмешивайтесь. Если вы вмешаетесь, Им Сэ И — не тот человек, который скажет, если ей будет обидно. — Это верно. Так он заставил мать замолчать. И собирался прекратить этот злой спектакль. Но как только он помылся и увидел Сэ И, которая стояла перед его дверью и не решалась войти, это желание исчезло без следа. Юн Хи, которую прислали из родительского дома, без колебаний вошла внутрь, а Сэ И, которая должна была войти, молча попятилась. Сын Джу занервничал. Ей стоило сказать всего одно слово: «Подождите», но Сэ И молчала, пока дверь не закрылась. Наверное, хочет сбежать. Он понимал её чувства, но странным образом не хотел отпускать. Желание притянуть её ближе накатывало волнами. Сначала он думал, что Им Сэ И хитроумно просчитала всё и подобралась к нему. Но оказалось, что нет. Расчетливая женщина не была бы такой бестолковой. Видимо, это и была настоящая натура женщины по имени Им Сэ И. Поэтому Сын Джу почувствовал к ней симпатию. Казалось, только он знает эту бестолковую сторону умной женщины. Сын Джу хотел увидеть чистое лицо Им Сэ И без макияжа, сразу после душа, поближе. Он специально попросил отпуск на всю неделю. А домой сообщил, что стажеру Им Сэ И больше нет причин приходить в компанию. Рот матери он закрыл сам, так что наивная Им Сэ И оказалась в его руках. Он думал, что она не откажется побыть с ним, хотя бы из-за порученного ей задания. Сын Джу босиком вышел, чтобы поймать её, пытавшуюся сбежать, и они вместе поужинали. Он планировал создать хорошую атмосферу, глядя ей в глаза и разговаривая в гостиной. Используя фальшивую потерю памяти как предлог, чтобы вызвать у неё сочувствие, Сын Джу не испытывал ни капли угрызений совести. Впервые в жизни он встретил женщину, с которой хотел быть вместе. К тому же она чувствовала вину, считая, что он пострадал из-за неё. Она была готова выполнить любую его просьбу, так что отказываться было бы ещё смешнее, не так ли? «Сын Джу, попробуй влюбиться. Твой мир изменится. Просто от того, что она рядом, сегодняшний день так отличается от вчерашнего. Смешно, но это так. Просто глядя на её лицо, я теряю счет времени. Обнимая её, я чувствую себя Суперменом, который может всё». — У меня это не любовь. Просто симпатия, мимолетное влечение. Сын Джу отрицал свои чувства. Он ни за что не хотел испытывать к Им Сэ И ту любовь, о которой говорил друг. Друг, который любил женщину и расстался с ней, сам шагнул навстречу смерти под колеса машины. Друг, который жил с переполненным сердцем в мире, измененном этой женщиной, отвернулся от мира и исчез, как только расстался с ней. Сын Джу считал друга бесконечно глупым за то, что тот поставил свою жизнь на кон ради таких непроверенных чувств. Сын Джу не понимал, как одна эта женщина могла значить для Бо Хёна больше, чем родители, братья, друзья и знакомые. Поэтому Сын Джу жил, стараясь никогда не поддаваться чувству любви. Неужели у него не было женщин, на которых он обращал внимание? Не было женщин, к которым он испытывал симпатию? Были женщины, которые говорили, что им достаточно просто удовольствия, и просили просто обнять их. Но всё это было мимолетно. В тот момент они привлекали внимание и сердце, но со временем забывались. Поэтому Сын Джу решил: раз чувства — это хаос и иллюзия, он женится на женщине, которую выберет семья. Он не сделает глупого выбора, поддавшись любви или чувствам. Поэтому весь прошлый год он ходил на свидания вслепую. Но, встречаясь с женщинами, рекомендованными семьей, он так и не сказал, что хочет жениться. Иногда, идя на свидание, он, как ни смешно, вспоминал Им Сэ И. Круглые глаза женщины, подглядывавшей за его наготой; её лицо, полное отчаяния, когда он сказал ей держать дверь открытой во время урока с Сын Хё. Её походка, когда она быстро убегала на второй этаж, боясь, что он заговорит с ней. Им Сэ И, которую он знал довольно давно, но с которой толком не разговаривал, всегда вызывала у него любопытство. — Если снова глупо попадешься, я правда брошу тебя в реку Индомсу [1], Им Сэ И. [1] Индомсу (인당수): Место в море, куда прыгнула героиня сказки Сим Чхон, пожертвовав собой. Сэ И, с бледным от напряжения лицом ответившая на звонок и ушедшая, вошла в соседнюю квартиру с матерью и братом. Сын Джу стоял у двери её квартиры, готовый постучать в любой момент. Ему было нормально самому трогать её, но он не хотел, чтобы Им Сэ И трогали другие. Он пока не знал причины, но так чувствовал. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Офистель площадью более ста шестидесяти квадратных метров находился в самом центре города, и интерьер был в прекрасном состоянии, вызывая восхищение. Сэ Джун и Хе Чжон смотрели на Сэ И с упреком, словно то, что она пользуется этим местом одна, было тяжким грехом. — Им Сэ И, ты правда злая. Ты же прекрасно знаешь, как мне тяжело добираться из Юволь-дона в университет, и жила здесь одна с комфортом? Даже не сказав мне приехать и пожить здесь? И мама тоже хороша. Как она могла позволить жить в таком месте только ей? Говоришь, хозяйка — мамина подруга? Для мамы ребенок — только Им Сэ И? Мне купили эту убогую подержанную развалюху, а ей разрешили жить здесь, это нормально? — Вот именно, Сэ И, что ты думаешь насчет того, чтобы Сэ Джун пожил здесь? При словах Сэ Джуна Хе Чжон заговорила, словно только этого и ждала. Сэ И, чувствуя на себе взгляды обоих, старалась казаться невозмутимой. Она больше не хотела показывать, что ей больно. Решив говорить спокойно и только по делу, она открыла рот. — Думаю, об этом нужно спрашивать не меня, а госпожу. Мама, я не буду здесь долго. Я собираюсь переехать в жилье, соответствующее моему положению, и готовиться к трудоустройству… — Ты и правда злая, да? Ты всегда была такой. С детства такая хитрая, притворяешься доброй с невинным лицом, а свою выгоду ищешь умнее всех. А меня выставляешь плохой. Сэ И не стала отвечать на обвинения Хе Чжон. Она молча сжала губы. Она прекрасно знала, что возражения приведут только к эмоциональному столкновению. Даже если у неё на душе не так, Хе Чжон не поверит. Человек, который всегда обвиняет и раздражается. Такой была Сэ И для Хе Чжон. И этот дом тоже. Причина, по которой Мён Хён одолжила ей этот дом, была ясна. Она волновалась за сына. Боясь, что если расскажет другим, поползут слухи, она мучилась в одиночку и в итоге умоляла Сэ И, одолжив ей этот дом. К тому же он принадлежал компании. А родные люди пришли без предупреждения и обвиняли её в том, что она одна здесь хорошо живет, неправильно всё поняв. — И с Мён Хён так же. Что ты такого наговорила моей подруге, что она так взбесилась, когда я попросила переводить деньги за твои уроки на мой счет? Может, ты сказала? Что я отдаю все заработанные тобой деньги Сэ Джуну? — Я такого не говорила. — Если нет, почему она не переводила деньги на мой счет, а переводила на твой? — Деньги, которые приходили на мой счет, я почти все отдавала тебе, мама. Поэтому и машину Сэ Джуну купили. Она каждый раз ходила пешком по району, где плохо ходит транспорт. Как бы Сын Хё ни слушался её и ни старался, у неё тоже были свои трудности. А вдруг Сын Хё не поступит? Каждое мгновение было тревожным. На экзамене важны не только знания, но и состояние в тот день. Деньги, заработанные с таким трепетом, она, даже не потратив на себя, все отдала Хе Чжон. И до сих пор слышит упреки. От обиды Сэ И тихо возразила: — Да, хорошо сказала. Будучи старшей сестрой, купила не новую машину, а подержанную малолитражку — велика заслуга. Как только купила эту машину, сразу же нашептала Мён Хён и сбежала сюда, в «независимость». Как бы ты ни старалась угодить Мён Хён и жить в таком доме, ты — мой ребенок. Ты дочь Ким Хе Чжон. Родители не могли купить машину, а она, сестра, купила. Но Хе Чжон обвиняла её в том, что она купила всего лишь такую машину. Сэ И задохнулась от обиды. От нелепых доводов Хе Чжон в глазах потемнело. Казалось, Хе Чжон ясно давала понять: как ни барахтайся, от реальности не уйдешь. — Я знаю, что я твоя дочь, и что не смогу уйти от этого факта до самой смерти, я знаю это лучше всех… Я твоя дочь, так почему ты так со мной? Тебе так не нравится, что я живу хорошо? Почему? Почему ты из кожи вон лезешь, чтобы отдать всё Сэ Джуну, а со мной так поступаешь? Вопросы, которые она хотела задать, застряли комом в груди. В этот момент вспомнилась Мён Хён, прибежавшая в больницу бледная как смерть после звонка о том, что Сын Джу пострадал. ---------- Том 1 Глава 28 Мён Хён, которая с тревогой молилась, ожидая Сын Джу с обследования, даже не упрекнула её, хотя знала, что он пострадал из-за неё. Тогда Сэ И очень позавидовала Сын Джу. В отличие от Хе Чжон, которая всегда винила её, если что-то шло не так, Мён Хён была другой. Она была осторожна во взглядах и словах, боясь ранить её. — Мама, зачем долго говорить? Она и сама говорит, что ей здесь жить в тягость. Просто скажи маминой подруге, что Им Сэ И съедет, а жить буду я. Площадь как раз подходящая, можно я буду жить с другом? Я видел, тут две комнаты. Сэ Джун, решив, что настал его час, нес всякую чушь, глядя на неё. Он выглядел самодовольным, полагаясь на поддержку Хе Чжон, которая всегда была на его стороне. — Этого не будет. Я не хочу обманывать госпожу. Так что ты даже не думай о том, чтобы жить здесь… — Ты что, Мён Хён? Это твой дом? В тот момент, когда Сэ И отчитывала Сэ Джуна, радовавшегося своим эгоистичным мыслям, Хе Чжон, наблюдавшая за ними, спросила её. — Почему Сэ Джуну нельзя здесь жить? Кто сказал, что тебе можно, а моему сыну нет? — Но госпожа одолжила это место специально мне… — Вот именно. Скажешь, что ты здесь живешь. Мён Хён же не придет сюда проверять, живешь ты здесь или нет, почему ты ведешь себя как хозяйка и решаешь, можно или нельзя? Сэ Джун не чужой. Он твой брат. Он ездит в такую даль на тарахтящей развалюхе, как ты можешь так бессердечно говорить такое? То есть Хе Чжон предлагала ей самой обмануть Мён Хён. Раз Сэ Джун брат, снова, как раньше, отдать лучшее Сэ Джуну, а самой отойти в сторону. — Мама, я так не могу. Думаю, ни Сэ Джуну, ни мне не стоит здесь жить. Так что… — Разговоры только испортят настроение, так что знай: через несколько дней я перевезу вещи Сэ Джуна. Сэ Джун, давай осмотримся здесь с мамой? Нужно прикинуть, сколько вещей перевозить. — Ага, мам. Сэ Джун, обрадованный мыслью о жизни в роскошном офистеле, тут же откликнулся на зов Хе Чжон. В глазах Сэ Джуна, который семенил за Хе Чжон и осматривал офистель, читалось полное удовлетворение. Сэ Джун, которого мама вырастила в тепличных условиях, выглядел нормально, но в нем не было взрослости, соответствующей возрасту. Единственный сын в третьем поколении. Высокомерие и упрямство, взращенные этим великим статусом, были написаны на лице Сэ Джуна. Хе Чжон с очень довольным видом пошла на кухню и даже проверила раковину. Словно они действительно собирались перевезти вещи Сэ Джуна через несколько дней, они открыли все пустые комнаты, и даже комнату, которую занимала она, и вышли из дома, не сказав ни слова. — Мама, подождите. В тот момент, когда Хе Чжон и Сэ Джун выходили и закрывали дверь, Сэ И поспешно позвала Хе Чжон и толкнула закрывающуюся дверь. Хе Чжон и Сэ Джун не обернулись, хотя она звала. Сэ И, с тоской глядя в спины матери и брата, идущих к лифту, побежала и схватила их, когда они уже собирались войти в лифт. — Я поговорю с госпожой и попрошу разрешения, дайте мне немного времени. Перевозить вещи без спроса и ставить перед фактом — это неправильно. Я попрошу разрешить Сэ Джуну жить здесь… — Ладно, ты проси. А мы тем временем будем перевозить вещи. Хе Чжон грубо вырвала одежду из её рук и вошла в лифт. Сэ Джун тоже ухмыльнулся, встал рядом с Хе Чжон и протянул руку, чтобы нажать кнопку. — Кто и куда въезжает? Сэ И зажмурилась от голоса, раздавшегося сзади. Почему этот мужчина вышел именно сейчас? Я же сказала ему отдыхать внутри. И вот, снова попалась. К счастью, Тэ Сын Джу не помнил, кто такая Хе Чжон, но даже это сейчас не утешало Сэ И. — Госпожа Им Сэ И, объясните. — Я объясню всё господину управляющему директору, так что, мама, поезжайте. Сэ И открыла глаза и сказала растерянной Хе Чжон, стоявшей в лифте. И обернулась. Тэ Сын Джу. Мужчина пристально смотрел на неё, требуя объяснений. Но Сэ И, вместо его красивого лица, первым делом увидела ссадину на его исключительно белом лице. Рану, полученную, когда он упал на землю, обнимая её, чтобы спасти от мотоцикла. Пока они молча обменивались взглядами, Хе Чжон, которой она сказала уезжать, вышла из лифта. Вместе с Сэ Джуном. — А, мы виделись мельком в прошлый раз, помните? Вы помните меня? Шин Мён Хён, то есть подруга вашей мамы. Вы же старший сын Мён Хён? В отличие от обрадованной Хе Чжон, лицо Сын Джу было бесстрастным. Он, от которого можно было ожидать хотя бы приветствия при упоминании подруги матери, стоял с прямой спиной. Слегка смутившись, Хе Чжон подтолкнула стоявшего рядом Сэ Джуна в спину и неловко улыбнулась Сын Джу. — Сэ Джун, поздоровайся. Это сын маминой подруги. Я слышала, что вы стали управляющим директором в головном офисе «Тэсын», но не успела поздравить. Поздравляю со званием управляющего директора. — Я стал управляющим директором довольно давно, так что поздравления сейчас неуместны. Вы пришли к Сэ И? В отличие от Хе Чжон, которая говорила с энтузиазмом, Сын Джу говорил без особой радости. Даже в белой футболке и спортивных штанах Сын Джу выглядел выделяющимся, словно был при параде. Крепкое телосложение делало простую футболку ещё более эффектной, и даже его равнодушное выражение лица было настолько харизматичным, что подавляло окружающих. Сэ Джун, увидев такого Сын Джу, похоже, сразу проникся к нему симпатией и хотел произвести хорошее впечатление. — Брат, я Им Сэ Джун. — Брат? Но Сын Джу тут же пресек проявление общительности Сэ Джуна, вскинув бровь и переспросив. Уголки губ Сэ Джуна, который широко улыбался, медленно поползли вниз, и лицо покраснело от неловкости отвержения. — Мама в порядке? — Вы же сказали, что вы подруги. Разве вы не часто общаетесь? Если вы подруги, могли бы спросить у неё сами, а не через меня. — А, ну, я была слишком занята. Но почему вы здесь в такое время? Куда-то идете? Несмотря на то, что Сын Джу поставил Сэ Джуна в неловкое положение, Хе Чжон старалась поддерживать хорошие отношения и заговорила с приветливым видом. Но Сын Джу остался равнодушен к усилиям Хе Чжон. Вместо этого он, как утопающий, хватающийся за соломинку, втянул в разговор Сэ И, стоявшую в стороне. Глядя на неё, застывшую с испуганным лицом, Сын Джу открыл рот. — Нет. Я жду кое-кого. Сын Джу пристально посмотрел на Сэ И, словно говоря, что ждет именно её. Сэ И готова была провалиться сквозь землю. Это не я. Она натянуто улыбнулась, словно говоря это, но ни Хе Чжон, ни Сэ Джун, похоже, не поверили. Наоборот, чем шире становилась её улыбка, тем сильнее становилось подозрение. — Вы не садитесь в лифт? Поезжайте скорее, уже поздно. Сэ И пришлось подойти к лифту, двери которого закрылись, и нажать кнопку вызова. Из-за её необычно высокого и взволнованного тона Хе Чжон и Сэ Джун посмотрели на неё с подозрением. И Тэ Сын Джу тоже. — Садитесь скорее. Когда Сэ И предложила ещё раз, Сэ Джун и Хе Чжон наконец неохотно вошли в лифт. Сэ И помахала рукой маме и брату. Уезжайте. Быстрее, пожалуйста, быстрее уезжайте. Не зная о её чувствах, двери лифта никак не закрывались. Сэ И, махавшая рукой в неловкости, покраснела от смущения. ---------- Том 1 Глава 29 Сэ И заснула, когда за окном забрезжил туманный рассвет. Со следующего дня после того, как Сын Джу пострадал, она спала в гостиной его дома. Уже третий день. За эти несколько дней произошло слишком много событий, и отпуск уже длился три дня. Мужчина, ошибочно считающий её своей возлюбленной, сверлил её взглядом, где бы она ни находилась в этом доме. Словно в кандалах, Сэ И не могла выйти из поля его зрения. Лучше бы она следила за ним тайком, как раньше. Быть вместе было настоящей пыткой. Сэ И проснулась, открыла глаза и долго тупо смотрела в потолок. — Который час… Ой. Первым, что пришло в голову, как только она открыла глаза, был Тэ Сын Джу. Нужно встать раньше него. В последние дни её жизнь была заполнена Тэ Сын Джу. Она была с ним, чтобы ухаживать, но Тэ Сын Джу, похоже, не нуждался в её уходе. Если уж быть усердным, то в меру. Она не считала себя ленивой, но за усердием Сын Джу угнаться не могла. Его размеренная жизнь — зарядка и еда по расписанию, несмотря на травму — была настолько механической, что ей совсем не хотелось брать с него пример. Увидев яркий солнечный свет, пробивающийся через незашторенное окно, тревога Сэ И усилилась. — Что за дом, даже часов нет… Не успела она доворчать, как почувствовала, что кто-то стоит перед ней и смотрит сверху вниз. Сэ И медленно подняла голову. Сын Джу, который был намного выше её, наклонив голову, смотрел на неё, только что проснувшуюся. Сэ И чуть не вскрикнула, но вовремя закрыла рот рукой. — Говорят, с сегодняшнего дня ты, Им Сэ И, уволена. Я сплю? Уволена во время отпуска? Она слышала, что в наши дни иногда сообщают об увольнении по смс. Но она ещё не слышала, чтобы компания сообщала об увольнении через другого человека. — Что?.. — А я в отпуске. Меня уволили? За что? Она пропустила обед и пошла в парк, и Тэ Сын Джу пострадал вместо неё, но разве это повод для увольнения из компании? Она получила первую зарплату, и сотрудники из её отдела говорили, что, возможно, её переведут в штат, и подбадривали работать усерднее. Конечно, после того как она поела с Сын Джу в столовой, все стали холодны к ней. Но всё же почему? Почему именно сейчас? Она и так собиралась уйти, но уйти самой и быть уволенной — это большая разница. — Почему? — Говорят, причина, по которой тебя взяли стажером, решена. Вчера мама звонила и сказала, чтобы ты больше не чувствовала себя обязанной и жила спокойно. А, значит, мне больше не нужно следить за этим человеком? Впрочем, судя по тому, как бледна была Мён Хён, глядя на Сын Джу недавно, ей уже было всё равно, нравятся ему женщины или мужчины. Лишь бы был жив-здоров. В образе Мён Хён, молившейся со сложенными руками, она прочитала её чувства. Бремя слежки за Тэ Сын Джу с целью исчезло, и должно было стать легко, но почему на душе не хорошо и не спокойно? Она собиралась «сдаться властям», чтобы обрести покой, и если проблема решилась сама собой до признания, это же хорошо. Но чувство было действительно странным. Не то чтобы хорошим, но и причин для плохого не было. — Почему такое лицо? Расстроилась, что уволили? Хочешь подать в суд? — Что? — Хоть ты и стажер, но тебя наняли по трудовому договору, а уволили в одностороннем порядке, так что если заявишь в трудовую инспекцию и получишь компенсацию… Сэ И вскочила с места и закрыла рукой рот этому болтуну, несущему какую-то чушь. — Послушайте, вы, кажется, забыли, что вы — управляющий директор «Тэсын Групп». — Точно. У меня же амнезия. Ах да, точно. Сэ И, ошеломленная его признанием, от которого просто нечего было сказать, уже собиралась убрать руку с его рта. Сын Джу схватил её за запястье и сжал, не давая убрать руку. Что? — посмотрела она на него вопросительно, но выражение его лица было странным. — Неплохо. И ощущение твоей руки, и быстрое биение сердца. Что он несет, этот мужчина? От слов, которые внезапно ударили в самое сердце, сердце Сэ И забилось быстрее. Потеряв память, он стал совсем другим человеком? Она знала это и по опыту, но Тэ Сын Джу, которого она видела в компании, был ещё более холодным и бесчувственным мужчиной. Ему было совершенно плевать, как на него смотрят окружающие. Мужчина, которому было всё равно, что о нем думают другие, теперь беззастенчиво сыпал словами, которые волновали её сердце. — П-поедим? Который час? — Перед едой… Сын Джу, держа её за запястье, наклонил голову. Словно собирается поцеловать. Так и сердце разорваться может. В тот момент, когда Сэ И невольно закрыла глаза… Его лицо приблизилось вплотную к её лицу, и её губы пересохли. Он правда собирается поцеловать? Ожидание росло, и кровь в жилах закипела. — Может, умоешься перед едой? И глаза протри. А. Сэ И грубо вырвала руку из его захвата и открыла глаза. На что я надеялась, закрывая глаза перед этим мужчиной? Сэ И редко испытывала чувство стыда в своей жизни. Она была осторожной и рациональной, а не жила чувствами. Но после встречи с этим мужчиной из неё иногда вылезала какая-то другая, не похожая на неё личность. Как сейчас. Сэ И плотно сжала губы и, стараясь казаться невозмутимой, отошла от него. И побежала. Словно забыв, почему она здесь спала, она выбежала из его дома и направилась к себе. Бах. Она закрыла дверь и прислонилась к ней спиной, но сердце всё ещё бешено колотилось. Может, он тоже заметил? Что я неосознанно ждала поцелуя? Нет. Нет же. — Как только к нему вернется память… надо уезжать отсюда. Здесь, видимо, плохая энергетика. Сэ И пробормотала, прижимая руку к трепещущему сердцу. Хоть бы память вернулась к нему поскорее, пока она не влюбилась ещё сильнее. Тот Тэ Сын Джу, который был плохим, считал её извращенкой и остерегался, был гораздо удобнее в общении. Нынешний Тэ Сын Джу… — Опасен. Очень… опасный мужчина. Так что нужно быть осторожной, очень осторожной. Слыша звук двери, захлопнувшейся так, словно она вот-вот сломается, Сын Джу не мог улыбнуться. Сэ И ушла, но её запах всё ещё витал рядом, разжигая желание. Сквозь свободные спортивные штаны всё отчетливее проступали очертания его растущего члена. — Если бы я чуть-чуть не сдержался… я бы сделал это. Как только он увидел Сэ И, опустившую длинные густые ресницы и слегка приоткрывшую ненакрашенные нежно-розовые губы, желание нахлынуло волной. — Раз, два, три, четыре… Обычно достаточно досчитать до двадцати, и он сам собой успокаивается. Сын Джу усердно досчитал до десяти, до двадцати, дошел до тридцати, но «он» не успокаивался, как обычно. Наоборот, жил своей жизнью и становился больше. — Вот беда. Сын Джу с недоумением посмотрел вниз на себя. Он был поражен, видя, как член не только не опадает, а, наоборот, буйствует и дергается. Сэ И не раздевалась, он с ней ничего не делал. Просто увидел, как она шевелит губами с закрытыми глазами, и такая реакция? Из-за неуправляемой эрекции он даже не смог удержать Сэ И, когда та убегала. Но позволить ей сбежать он не мог. Он спокойно дышал, ожидая, когда «он» успокоится. И как только ситуация более-менее нормализовалась, он направился к двери, чтобы поймать её. В этот момент раздался звонок, и Сын Джу, конечно же, подумал, что это вернулась Сэ И. Если она хочет, и я хочу, нет причин сдерживаться. Сын Джу вышел в прихожую и взялся за ручку двери. Она волновала его с самого начала. Зачем сдерживаться? Потому что она дочь маминой подруги? Подумаешь, велика важность. Открою дверь, увижу её — и поцелую. Сын Джу твердо решил и открыл дверь. И в тот момент, когда он собирался схватить за руку того, кого считал Сэ И, и притянуть к себе… — Господин управляющий директор. Густой бас вернул его к реальности. Перед дверью стояла не Сэ И. Это был его секретарь Чан Хо Ёль, который получил повышение до начальника отдела вместе с ним. Хо Ёль с удивленным лицом звал его, видя его напор, с которым он собирался схватить за руку. А позади него стояла ещё одна женщина. На её лице читались явное удивление, шок и нелепая уверенность. Сын Джу покачал головой. Это не я. Но чем больше он это делал, тем крепче становилась ужасная уверенность на лице Сэ И. Финал первого тома. ---------- Том 2 Глава 30 Том 2 Часть 1 — Входите оба. Сын Джу бросил эту фразу с ужасающим выражением лица и зашел внутрь. Судя по покрасневшей шее, ему было стыдно. И Хо Ёль, оставшийся позади, тоже не мог скрыть своего замешательства. Видимо, потому, что она застала их врасплох? Человеческая природа удивительна: даже потеряв память, человек сразу узнает того, кого любит. Наверное, поэтому некоторые называют любовь судьбой. — Господин управляющий директор велел заходить. Вы не идете? — А? Ох… да. Кстати, вы, случайно, не тот стажер, что недавно пришел в административный отдел? Он знает меня? Она, конечно, не могла не знать Чан Хо Ёля, пока копала под Тэ Сын Джу. Говорили, что Тэ Сын Джу, получив степень и вернувшись из американского филиала, был назначен начальником отдела. Обычным начальникам отделов не полагаются секретари, но Сын Джу был исключением. Все сотрудники понимали, что так принято в семье Тэсын. Чан Хо Ёль, который часто задерживался на работе, обслуживая успешного начальника, и поэтому получил повышение до начальника отдела раньше других сотрудников, всегда упоминался в паре с Сын Джу. Но чтобы они были в таких отношениях. Честно говоря, Сэ И уже почти решила, что предположение о том, что Сын Джу нравятся мужчины, нелепо. Поэтому совсем недавно она даже ошибочно подумала, что он может поцеловать её. Но он так и не поцеловал. Наоборот, увидев её горящее желание, он пристыдил её, велев умыться. Плеснув холодной водой в лицо, Сэ И бесчисленное количество раз пробормотала, что сошла с ума. Вот почему говорят: не расслабляйся, пока не проверишь всё до конца. Как ни нелепо, но Сэ И корила себя за бесстыдство. Хотеть поцелуя, даже не почистив зубы. А выйдя, она увидела настоящую пару, смотрящую друг на друга глазами, полными страсти, готовыми поглотить друг друга. Что я себе навоображала? Разве мог Тэ Сын Джу поцеловать меня, имея любимого человека? Сэ И снова мысленно склонила голову перед величием инстинкта, который позволяет узнать любимого, даже потеряв память. Говорят, влюбленные становятся похожими. Если присмотреться, у Хо Ёля и Сын Джу действительно была похожая аура. Сэ И кивнула Хо Ёлю, который смотрел на неё прищурившись. — Да, до вчерашнего дня я была стажером, но, говорят, с сегодняшнего дня меня уволили. — Что? — Это была краткосрочная стажировка. И если вас беспокоит мое присутствие, не волнуйтесь. На самом деле, мама управляющего директора и моя мама — подруги, поэтому я временно жила по соседству. — А, так вы живете не здесь, а по соседству? — Боже, с чего бы мне жить здесь? Это же дом управляющего директора. А управляющий директор любит ва… вас… Сэ И указала пальцем на Хо Ёля, а затем неловко рассмеялась. И поспешно обхватила другой рукой палец, указывающий на Хо Ёля, и опустила его. Неловко улыбаясь, они вошли в квартиру Сын Джу. Как только они вошли, холодный взгляд Сын Джу, словно пулеметная очередь, пронзил её, заставив похолодеть затылок. Сэ И посмотрела на Сын Джу странным взглядом. — Начальник отдела Чан Хо Ёль, по какому делу с утра пораньше? Смущаетесь, да? Потому что я вас застала. Не стоит. Сын Джу, скрестив руки на груди, стоял в гостиной и нарочито холодно спросил Хо Ёля, входящего вместе с ней. Лицо Сэ И, на котором играла понимающая и снисходительная улыбка, медленно окаменело. Откуда он знает имя Хо Ёля? У него же нет памяти? Он же сказал, что ничего не помнит? — Из Германии сообщили, что в партии полупроводников, отправленной на экспорт, обнаружен брак. Они сказали, что произведут дополнительную партию и быстро отправят, но… — Где, в партии, отправленной из Инчхона, есть брак? — Да. — Документы оттуда привез? — Вот они. Хо Ёль открыл портфель и достал папку с документами. Сын Джу взял её и сел на диван. Каждый раз, когда слышался звук перелистываемых страниц, сопровождаемый раздраженным взглядом, Хо Ёль вздрагивал, но Сэ И была удивлена другим. Говорил, что памяти нет. Что ничего не помнит. А судя по тому, что он делает сейчас — какая к черту потеря памяти? Похоже, меня обманули. В тот момент, когда взгляд Сэ И заострился от обиды, Сын Джу, словно прочитав её мысли, перестал листать документы и сказал: — Странно, но рабочие моменты я помню отчетливо. В отличие от людей. Что за бред. Это всё равно что утверждать, что забыл, как пользоваться ложкой, но помнишь, как пользоваться палочками. Какая разница? Сэ И посмотрела на него с подозрением. Странно, но в разговоре с этим мужчиной ей казалось, что это она теряет нить. — Свяжись с заводом, пусть немедленно увеличат объем производства и обеспечат экспортную партию. — Дело в том, что я уже связался с заводом, но они говорят, что будет сложно уложиться в сроки даже с другими экспортными заказами. — Кто сказал, начальник производства? — Да. — Я поеду на завод лично. Вы оба едете со мной. Сказав, что поедет на завод, Сын Джу встал с места и направился в спальню. Но Хо Ёль пристально посмотрел на неё. — Что? — Вы не слышали? Он сказал собираться. Вы же не поедете на завод в таком виде? Только тогда Сэ И осознала, во что одета. Удобные шорты, свободная футболка с коротким рукавом и босые ноги. Но почему она должна ехать на завод? Ей ведь уже сказали, что она уволена и может не приходить на работу? — Он терпеть не может возражений. А? — И ужасно злится на тех, кто заставляет его повторять дважды. И что с того? — Лучше переоденьтесь и ждите. В любом случае, управляющий директор сказал, что поедет на завод, и велел вам, госпожа Им Сэ И, ехать с ним, так что поторопитесь. Не стоит портить день с самого утра, выслушивая раздражение, лучше прийти заранее и подождать — это кратчайший путь к спокойному дню. Это был совет? Сэ И вышла из квартиры Сын Джу с ошарашенным видом. Она собрала достаточно информации о Сын Джу и уже составила о нем мнение. Непростой начальник, лучше не попадаться ему на глаза, а если попалась — ни в коем случае не давать повода для придирок. Сотрудники в один голос твердили, что это правила поведения при встрече с Тэ Сын Джу. Но к ней это не имело никакого отношения. — Я не сотрудница, и мне больше не нужно копать под него, так почему я должна оглядываться на Тэ Сын Джу и слушаться его? Судя по тому, что он помнит работу, можно считать, что половина памяти вернулась. Так что ей нет нужды сидеть как на иголках из-за напрасного чувства вины. Врач же сказал, что память вернется, если он хорошо отдохнет без стресса. Выйдя из квартиры Сын Джу, она подняла крышку кодового замка и задумалась. Не было причин оставаться здесь и усложнять себе жизнь. Она прожила в офистеле почти два месяца, но даже вещи толком не распаковала. Так что надо уезжать. Не стоит оставаться в этом месте с плохой энергетикой и создавать новые проблемы. Уехать отсюда к Джу Ён? Пожить там, подрабатывая, пока не найдет работу, а когда устроится… — Эй, откуда ты узнала, что я приехал, и вышла встречать? Погруженная в мысли, она стояла перед дверью, не набирая код. В этот момент открылся лифт, и из него вышел Сэ Джун с огромным чемоданом. А за ним, словно опекун, стояла Хе Чжон. Сэ И, не в силах закрыть рот от удивления, спросила Сэ Джуна: — Ты правда приехал? — Открывай дверь, мне нужно помочь Сэ Джуну разобрать вещи и ехать домой. — Мама. — Не заставляй меня повторять одно и то же, открывай дверь. Я уже договорилась с Сэ Джуном, так что пока поживите вдвоем. Я буду иногда приезжать, привозить еду. Чего стоишь, не открываешь? Хе Чжон вздернула подбородок. Сэ И пришлось открыть дверь. Сэ Джун, оттолкнув её, вошел первым и без спроса направился в комнату, где жила она. — Я беру эту комнату. — Сэ Джун возьмет большую комнату, а ты, Сэ И, возьми ту маленькую. Всё равно у тебя вещей нет. Нашему Сэ Джуну нужно учиться, ему нужен стол, да и одежды много, так что лучше ему занять большую комнату. Это все твои вещи? Я перенесу их в ту комнату… В любом случае, её мнение никого не интересовало. Они приехали сюда с твердым намерением сделать по-своему. Сэ И молчала, а затем выхватила свой чемодан из рук Хе Чжон. Достала оттуда одежду и пошла в ванную. Утешая себя мыслью, что лучше поехать с Сын Джу на завод, чем оставаться здесь, она подавляла уныние. ---------- Том 2 Глава 31 Скорость машины, мчащейся в Пхёнтхэк, была пропорциональна скорости потока беглого английского, льющегося из телефона, и от этого на душе у Сэ И было неспокойно. Слушая произношение, которое невозможно поставить в корейских школах, она пыталась успокоить бурлящие внутри чувства. В голову, полную тяжелых мыслей, вторгся беглый английский Сын Джу, и, пытаясь перевести его, она не могла думать ни о чем другом. Перед отъездом Хо Ёль категорически отговорил её садиться на переднее сиденье. Пришлось сесть рядом с Сын Джу, но и здесь было неуютно. В партии экспортных полупроводников был брак, и претензии клиента длились довольно долго. Вид Сын Джу, разговаривающего по телефону с серьезным лицом, заставлял её, приехавшую сюда, чтобы отвлечься, чувствовать себя как на иголках. Тэ Сын Джу, которого она наблюдала во время работы в «Тэсын», был занят не только в будни, но и в выходные. Ранний уход и поздний приход — иногда она думала: неужели чеболям тоже приходится жить так напряженно? Должно быть, стресс огромный, и если не снимать его вовремя, можно поддаться искушениям. — Начальник Чан. Позвоните сейчас на завод, скажите задействовать персонал по полной, запустить все простаивающие линии и немедленно доложить, какой объем можно производить в день. — Да, господин управляющий директор. Закончив разговор, Сын Джу снова взял телефон и начал что-то искать. Вид его нахмуренного лба вызывал жалость, и она невольно протянула руку, желая разгладить морщинку, но тут же сжала кулак. Недоразумение насчет его отношений с Хо Ёлем уже рассеялось. Перед тем как сесть в машину, Сэ И не сдержала любопытства и осторожно спросила Хо Ёля, но тот отмахнулся так, что сомнений не осталось. Они точно не выглядели как влюбленные, чья любовь под запретом. «Вы близки с управляющим директором?» «Я? Нет, ни в коем случае. Говорю это только вам, госпожа Сэ И: если бы не просьба председателя, я бы уже сбежал». К тому же Хо Ёль сказал, что его приставил председатель. Эти слова окончательно развеяли подозрения. Так и есть, вряд ли Тэ Сын Джу нравятся мужчины. Трудно представить, что ему нравятся женщины, но мужчины — тем более. Управляющий директор Тэ Сын Джу. Рядом сидел не Тэ Сын Джу, потерявший память, а Тэ Сын Джу, родившийся с золотой ложкой во рту. Видимо, проведя с ним всего пару дней, Сэ И почувствовала ложную близость и решила, что они сблизились. Она чуть не забыла, что Тэ Сын Джу — человек из совершенно другого мира. — Кажется, к вам кто-то пришел? Вопрос Сын Джу прозвучал так тихо, что она едва расслышала, и не нашла, что ответить. Какой чуткий. Он слышал всё, что происходило в соседней квартире? Ему наверняка не понравится, если она скажет, что приходили Хе Чжон и Сэ Джун — и несколько дней назад, и сегодня. Из-за родных, которые входили и выходили, как к себе домой, Сэ И чувствовала себя неловко перед ним. — Пришли мама и брат. — Зачем? Он спросил, глядя в телефон. Его безразличный тон заставил её задуматься: говорить правду или нет? Но она не могла не ответить наследнику «Тэсын Групп», который, по сути, был хозяином дома. — Мой брат учится в Сеуле, и ему далеко добираться, поэтому они хотят, чтобы он жил со мной. — И что, почему? — Что? Он задал сухой вопрос, не поднимая глаз. — Ты сказала, брату далеко добираться, поэтому они хотят, чтобы он жил с тобой? А как он добирался до сих пор? — На своей машине. — И в чем проблема? Пусть ездит дальше. На своей машине. Он сделал очень краткий и ясный вывод. Пусть ездит, как ездил. Она была согласна с ним на сто процентов. Но у Хе Чжон были другие мысли. Сэ И не могла объяснить Сын Джу любовь и рвение Хе Чжон к единственному сыну. — Хм. Сын Джу поднял голову и посмотрел на неё. В ослепительно белой рубашке и темно-сером галстуке он выглядел безупречно. В пиджаке цвета галстука, глядя на неё холодным взглядом, он напоминал того человека, которого она впервые увидела в особняке Тэ. Красивый, но отгороженный чертой, которую нельзя переступать, словно человек из другого мира. — Им Сэ И. Он, который после прихода Хо Ёля всегда добавлял «госпожа» к её имени, назвал её просто по имени, глядя строгим взглядом. — Сэ И. Когда она не ответила, он позвал тише. Её имя сорвалось с его губ, словно вздох. — Я уже спрашивал. Она мачеха? — Нет, ничего такого. — Спрашиваю на всякий случай: у твоей семьи есть на тебя какой-то компромат? Какой может быть компромат в семье? Она покачала головой, но он, похоже, не поверил. — Значит, проблема в самой семье? Сын Джу наклонил голову, пробормотал это и посмотрел в окно. Горы, переходящие от весны к лету, были полны красных и желтых красок. Вдоль дороги, по которой они быстро ехали, ветер срывал белые цветы, и они летели, как снег. День был таким чудесным, а на душе у неё всё так же пасмурно. Её уволили, как жить дальше? Она знала, что желание учиться дальше — это жадность. И что получить помощь для учебы за границей — ещё более невозможно. Она знала это, но отпустить эту мысль было нелегко. Если бы это был Сэ Джун, он бы смог поехать учиться. Потому что он сын. В её семье до сих пор глубоко укоренилось предпочтение сыновей. Дедушка, отец, Сэ Джун — все единственные сыновья, может, поэтому мужчин ценили больше. Но разве все женщины бесполезны? И бабушка, и мама — женщины, но они словно соревнуются, кто больнее ранит другую. Мама не виновата в разорении своей семьи, но бабушка до сих пор относилась к Хе Чжон как к чужой. Она твердо верила, что невестка из разорившейся семьи преградила путь её сыну. Она гордилась тем, что дедушку почитали в районе как директора школы, но винила маму в том, что её собственный сын, отец Сэ И, стал всего лишь директором местной школы. А мама… — Мы приехали, господин управляющий директор. — Выходим. Машина въехала на территорию завода в Пхёнтхэке. Когда она остановилась перед зданием, ожидавшие сотрудники завода выстроились в ряд, словно на параде. Кто-то открыл дверь снаружи, Сын Джу вышел, и она тоже неловко выбралась из машины. — Добро пожаловать, господин управляющий директор. Мужчина, который был намного старше Сын Джу, поклонился, и за ним последовали остальные. У Сын Джу было серьезное лицо, а те, кто ждал его, изо всех сил старались перекинуться с ним хоть словом или встретиться взглядом. — Не вздумай сбежать, иди прямо за мной. У меня всё ещё амнезия. Когда она отошла немного в сторону от окруженного людьми Сын Джу, он, как-то узнав об этом, схватил её за запястье, притянул к себе и прошептал. Словно ему спокойно только тогда, когда она рядом. Она лучше всех знала, что это не так, но ей нравилось это поведение Сын Джу. Возможно, это даже утешало. Она была ребенком, бесполезным с момента рождения. Им Сэ И привыкла к тому, что на неё смотрят с упреком, а не с любовью, потому что она не родилась мальчиком, а Тэ Сын Джу отчаянно нуждался в ней. Она запечатлела в памяти его образ, идущего на шаг впереди неё в сопровождении начальника завода. Странно, но она не могла отвести от него глаз. ---------- Том 2 Глава 32 «Не волнуйтесь. С памятью проблем нет». Мён Хён слышала это от Сын Джу по телефону вскоре после выписки, но, будучи матерью, она не могла не волноваться. Терпевшая всё это время, она больше не могла сдерживаться и, дождавшись, пока муж уйдет на работу, вышла из дома и приехала на подземную парковку дома сына. — Начальник Юн. — Да, госпожа. — Ты знаешь, как там Сын Джу? После того как он велел Юн Хи, которую я отправляла, не приходить, сказав, что справится сам, к нему действительно никто не заходил? — Да, госпожа. Он сказал, что другие тоже будут только мешать, и велел никому не приходить. — Интересно, он хоть ест нормально? — Я слышал от клининговой компании, что госпожа Сэ И, похоже, хорошо о нем заботится. — Сэ И? Неужели они вместе с момента выписки и до сих пор? — Н-ну, да. Получив сообщение, Мён Хён поехала в больницу и услышала, что Сын Джу бросился под мотоцикл, чтобы спасти Сэ И. Сэ И, которая была так напугана, что даже плакать не могла, а только судорожно дышала, сказала это, так что это вряд ли ложь. Но Мён Хён с трудом в это верила. Его лучший друг погиб под колесами машины, и Сын Джу видел это собственными глазами. Это было сразу после его возвращения на родину? Мён Хён вспомнила, как мельком слышала, как Сын Джу рассказывал об этом, выпивая со вторым сыном. Тогда Сын Джу винил себя, говоря, что не то что не бросился спасать друга, а застыл на месте от страха. И этот самый Сын Джу, который не смог даже попытаться спасти друга, бросился спасать Сэ И? «Кроме вас, мама, эта женщина — первая, кто видел тело вашего сына с момента рождения и до сих пор. Не верите — не надо». Почему именно сейчас вспомнились те слова Сын Джу? Может, он с тех пор питал к Сэ И особые чувства? А она, ничего не зная… — Госпожа, вы подниметесь? — Надо бы. Раз уж приехала, как можно уехать, не повидав сына. Надеюсь, он дома? Мён Хён, которая долго не выходила из машины даже после прибытия на парковку, наконец вышла, услышав вопрос начальника Юна. Она поднялась на лифте к квартире сына и вышла в коридор. Оказавшись на этаже, где было всего две квартиры, она медленно пошла к двери Сын Джу. Но вдруг остановилась. Глядя на две двери рядом, Мён Хён попятилась от двери сына и остановилась перед квартирой Сэ И. — Начальник Юн, позвоните. — Да, госпожа. По пути к дому Сын Джу начальник Юн проверил информацию и узнал, что Сэ И и управляющий директор Тэ уехали на завод полупроводников в Пхёнтхэке. Конечно, он доложил об этом Мён Хён. Но звонить в пустую квартиру? Он даже заранее достал телефон, думая, не придется ли звонить в службу безопасности, чтобы открыли дверь. Начальник Юн, стараясь скрыть замешательство, нажал на звонок офистеля, арендованного для Сэ И. Он немного подождал, прислушиваясь, нет ли кого внутри. Может, она попросила позвонить для проверки? Не верит моему докладу о том, что они уехали в Пхёнтхэк? Или думает, что они могут быть вместе под этим предлогом? Поэтому хочет сначала проверить, есть ли Сэ И дома? Начальник Юн, не понимая намерений Мён Хён, строил в уме множество догадок. Как и ожидалось, после звонка внутри долго было тихо. Начальник Юн, не подавая виду, вздохнул с облегчением. Услышав приказ Мён Хён ехать к Сын Джу, он связался с начальником отдела Чан Хо Ёлем. Думая, что слова начальника Чана о поездке в Пхёнтхэк были правдой, начальник Юн уже собирался спросить Мён Хён, что делать дальше. Дверь, из-за которой не доносилось ни звука, тихонько приоткрылась. И послышался голос человека, которого они никак не ожидали здесь услышать. — Какими судьбами в нашем доме? — Нашем доме? — Хе Чжон, стоявшая в дверном проеме, спросила с неловкой улыбкой. И начальник Юн, и Мён Хён не могли скрыть удивления и растерянности. Особенно Мён Хён, которая некоторое время не могла вымолвить ни слова, не веря своим глазам. Хе Чжон, которую она встретила спустя тридцать лет, была не такой, как раньше. В отличие от Мён Хён, которая относилась к ней как к подруге, Хе Чжон каждый раз приходила к ней домой в кричащих нарядах, не скрывая своего чувства неполноценности. Это было неприятно, и они отдалились, а теперь она, не спросив разрешения, выходила из офистеля, принадлежащего компании, называя его своим домом. — А где Сэ И? Мён Хён была весьма удивлена тем, что Хе Чжон вышла из этого дома, назвав его своим, но не подала виду. Вместо этого она спросила о Сэ И. Хе Чжон с неловким видом слегка прикусила губу. Мён Хён, забеспокоившись, не случилось ли чего, шагнула к Хе Чжон. — Мам, а правда можно обставить тут всё как я хочу? Я забираю стол, за которым сидела сестра, ладно? И у меня мало одежды, шкаф пустой, купишь мне одежды? Ты видела людей, которые живут здесь, когда мы шли? Почти все с ног до головы в брендах, ты же знаешь, живя в пентхаусе, нельзя от них отставать? Услышав доносившийся изнутри голос молодого парня, Мён Хён слегка нахмурилась. Это жилье одолжили Сэ И. Конечно, она не могла указывать Сэ И, кого приглашать, но слышать, как сын Хе Чжон болтает без умолку, не зная меры, было неприятно. — Мён Хён, Сэ И тебе ничего не говорила? — О чем? Подруга, встрече с которой она так радовалась спустя тридцать лет, со временем вызывала всё меньше желания видеться. Когда-то они были не разлей вода, делились переживаниями, плакали и смеялись вместе. Но нынешняя Хе Чжон была не той подругой. Мён Хён пыталась сократить дистанцию, думая, что неловкость вызвана долгим отсутствием общения, хотя ей и было неприятно. Но она никак не могла привыкнуть к тому, как изменилась Хе Чжон. Той яркой и беззаботной Хе Чжон больше не было: вместо неё появилась незнакомка. У них были разные ценности и разный образ жизни. Поэтому Мён Хён какое-то время не встречалась с Хе Чжон. После того дня, когда Хе Чжон нагло потребовала переводить деньги за обучение Сын Хё на её счет, они созванивались всего пару раз. Мён Хён чувствовала себя некомфортно, встретившись с ней лицом к лицу в такой неожиданной ситуации после долгого перерыва. — Подожди. Давай спустимся в кофейню внизу и поговорим? У меня есть к тебе просьба, и спросить кое-что хочу. Я скоро выйду. Хе Чжон быстро проговорила это и зашла внутрь. Мён Хён с застывшим лицом направилась к двери Сын Джу. Зная, что начальник Юн наблюдает за ней, она сама нажала на звонок и стала ждать. Внутри было тихо. Если бы там кто-то был, он бы уже выглянул или ответил по домофону, но ничего такого не произошло. — Похоже, дома никого нет? Они уехали на завод в Пхёнтхэк вместе с Сэ И? — Так сказал начальник Чан. Мне узнать подробнее? — Нет, не нужно. Не хочу шпионить за сыном, который уехал по делам. Лучше спустимся вниз? Хе Чжон сказала, что скоро выйдет, значит, спустится сама. — Да. Мён Хён была не в духе. Ей стало неприятно с того момента, как Хе Чжон назвала «своим домом» квартиру, где даже не было Сэ И, и вела себя там как хозяйка. Сегодня ей хотелось узнать наверняка, что произошло с Хе Чжон за последние 30 лет. Она подумала, что ей самой пора действовать, пока Сын Джу не начал испытывать к Сэ И особых чувств. Мён Хён вошла в лифт, вызванный начальником Юном, сохраняя серьезное выражение лица. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ На завод вызвали не только инженеров-технологов, но и директора исследовательского центра, который постоянно разрабатывал новые полупроводники. Брак обнаружен, а нужного объема нет — разве это дело? Сын Джу не стеснялся давить на начальника завода, чтобы запустить простаивающее оборудование. Когда он приказал выплатить сотрудникам щедрую компенсацию за сверхурочную работу, начальник завода, который упирался, говоря, что это невозможно, отступил. К счастью, зарубежные партнеры благосклонно отреагировали на звонок Сын Джу с обещанием немедленно заменить бракованную партию. Маленькие полупроводники очень чувствительны к температуре и влажности. Слова директора исследовательского центра о том, что брак мог возникнуть из-за пыли при транспортировке, имели смысл. Услышав обещание начальника завода тщательно контролировать упаковку новой партии, Сын Джу расслабил нахмуренный лоб. Они приехали утром, а убедились, что остановленная линия запущена, уже почти вечером. Начальник завода предложил поужинать неподалеку, но Сын Джу отказался и сел в машину, которой управлял Хо Ёль. Сын Джу, у которого пересохло в горле от разговоров за целый день, сев в машину, закрыл глаза и откинул голову на подголовник. Иногда из-за недопонимания между офисом и заводом возникали конфликты. В таких случаях Сын Джу не раздавал указания из-за стола, а приезжал лично и решал вопросы. Сегодня был один из таких дней. Сэ И, которая всё это время была рядом, сегодня была на удивление молчалива. Она и так не отличалась особой веселостью или активностью, но чтобы почти не разговаривать — такого не было. Может, она догадалась, что память к нему вернулась? И молчит от обиды? Сын Джу, что было ему несвойственно, украдкой поглядывал на Сэ И. — Господин управляющий директор проголодался, может, заедем в какой-нибудь ресторан поужинать? — Знаешь хорошее место? — Не знаю, но можно найти. Сейчас навигатор сам находит и ведет к ресторанам, если спросить. — Это скорее реклама, а не рестораны. — Но если там совсем невкусно, рейтинг будет низким. Я отвезу вас в место с самым высоким рейтингом в округе. — Валяй. Сэ И, которая и в обед на заводе почти ничего не ела, слушала их разговор с безучастным лицом. Он хотел заговорить с ней, но не знал, что сказать, и только поглядывал на неё, поэтому Хо Ёль позвал её вместо него. — Госпожа Сэ И. — Да? — Скажите, если есть что-то, что вы любите или, наоборот, не едите. Мы-то всеядны, нам всё равно, а вы, может, что-то не любите. — Я тоже ем всё. — Эй, не скромничайте. — Это правда. Я жила с бабушкой, дедушкой и родителями, и меня ругали, если я привередничала в еде. У нас строгая семья. Я ем всё, так что выбирайте ресторан, не беспокоясь обо мне. — Точно всё равно куда? — Да. Сэ И, ответив с легкой улыбкой, снова вернула на лицо бесстрастное выражение. Она держала в руках телефон и нервно теребила его. Если подумать, ему показалось, что она отвечала на звонок раньше. Может, опять что-то случилось дома? — Начальник Чан. — Да, господин управляющий директор. — Здесь поблизости есть море? — Наверное, дамба залива Асан недалеко, поехать туда? — Может быть? Раз уж мы здесь, было бы неплохо посмотреть на море. Госпожа Им Сэ И, вы не против? При его вопросе Сэ И подняла голову. Её лицо, обращенное к нему, было меньше его ладони. Сэ И, похоже, была не против и слабо улыбнулась. Море, хорошо. Услышав её тихий ответ, он только тогда смог расслабиться. С каких это пор его настроение зависит от слов Им Сэ И? Но ему это нравилось. От одного её слова, одного выражения лица на душе становилось то ясно, то пасмурно. Он не знал, что это за чувство, но оно ему нравилось. ---------- Том 2 Глава 33 Часть 2 Они зашли в один из обычных ресторанчиков с яркой вывеской, какие можно встретить на любом побережье. В районе, где теснились похожие друг на друга заведения, в это время буднего вечера почти не было посетителей, и никто не зазывал клиентов, хватая за руки. Войдя в ярко освещенный зал, они заняли столик у окна с видом на море. Хо Ёль, который привел их сюда, уткнулся носом в телефон, выискивая фирменные блюда этого места. Сын Джу, сидевший с безучастным видом, лениво пробежал глазами по меню, а затем посмотрел в сторону. Взгляд женщины с бледным, как полотно, лицом, размером с кулак, застыл на одной строчке меню. — Будьте добры, бутылку соджу. Проследив за взглядом Сэ И, Сын Джу импульсивно заказал соджу. Уж слишком пристально женщина, выглядевшая подавленной весь день, смотрела на изображение бутылки соджу в меню. — Управляющий директор, вы будете пить? Вам же нельзя, вы пострадали. Просто выпейте что-нибудь безалкогольное. Колу, спрайт, фанту — что заказать? — Обойдусь без газировки. Я не так уж сильно пострадал. Пара рюмок соджу не повредит. — И все же, нужно быть осторожнее. Вы столкнулись с мотоциклом, а последствия аварий часто проявляются позже… Так что давайте отменим соджу? Как только бестолковый Чан Хо Ёль предложил отменить заказ, выражение лица Сэ И изменилось. Она не могла сказать «не отменяйте» и растерянно молчала, что выглядело неожиданно мило. Подумаешь, соджу. Ей так хотелось выпить? Сказала бы. — Оставь. — Но вы сегодня и так перенапряглись, а если ещё и соджу выпьете… — Чан Хо Ёль, хватит. — Есть. Он знал, что тот беспокоится о нем, но не собирался менять решение из-за болтовни Хо Ёля. После слов Сын Джу Хо Ёль тут же поджал хвост и подозвал хозяина, ожидавшего заказа. Хо Ёль, не спрашивая его, сам заказал кучу еды. Заказав самое дорогое сашими, алкоголь и напитки, он с гордым видом обратился к Сэ И: — Если хотите что-то еще, говорите, госпожа Сэ И. Ты платишь, что ли? Платить буду я своей картой, чего ты выделываешься? Хо Ёль, который вел себя так важно, что хотелось спросить его об этом, не сводил глаз с Сэ И. То обсуждал с ней вид на ночное море, то улыбался в ответ на её улыбку. Он всегда был таким болтливым? И тут вспомнились слова Хо Ёля в первый день работы Сэ И, когда они вместе стояли у окна. «Правда красавица, не так ли? Ого, кажется, у заместителя Джина и заместителя Гона глаза на лоб полезли… то есть, они полностью очарованы». Что он тогда ответил? Ах да. «А что с твоими глазами, начальник Чан?» «Простите? О чем вы…» «Следите за своим взглядом. Чтобы не возникло недоразумений». «А, п-простите». Наверное, из-за того, что он сказал это слишком сурово, начальник Чан больше не обсуждал при нем внешность Сэ И. Хотя и передал, что она расспрашивает о нем, и посоветовал быть осторожнее. — Ночное море такое красивое, правда? В такие места надо приезжать не с начальником, а с парнем. У вас есть парень, госпожа Сэ И? — Нет. — Ого, с такой внешностью и нет парня? Я знаю, что в компании к вам подходили несколько человек, вы их всех отвергли? — Мне они ничего такого не говорили. Откуда вы знаете то, чего даже я не знаю, начальник Чан? — Я же инсайдер, инсайдер. За это надо выпить, госпожа Сэ И? Конечно, соджу заказал наш управляющий директор, но дамы вперед. Хо Ёль, открыв бутылку соджу, в возбуждении обратился к Сэ И. Сэ И посмотрела на Сын Джу, словно спрашивая разрешения, и он слегка кивнул. Он не знал причины, но сегодня Сэ И, казалось, нуждалась в алкоголе. Всю дорогу из Сеула в Пхёнтхэк она молчала, и лицо у неё было сложное. И когда они ехали сюда с завода — тоже. Как только Хо Ёль налил соджу, Сэ И тут же опустошила рюмку. Крепкая голова? Она сразу же протянула пустую рюмку, удивив Хо Ёля. — Закуски еще не принесли, а вы уже так гоните? — Я… хорошо пью. — О, я тоже. Если бы не руль, я бы с удовольствием выпил с вами на брудершафт, но у меня сильное чувство ответственности, так что сегодня воздержусь. Раз уж ты воздерживаешься. Как только Хо Ёль наполнил рюмку Сэ И до краев, Сын Джу тоже протянул свою. «Управляющий директор, может, не стоит?» Он проигнорировал взгляд Хо Ёля, говоривший то, что тот не смел сказать вслух, и тоже налил себе. Опрокинув рюмку, он выпил половину. Горячая волна алкоголя прокатилась по горлу. А Сэ И выпила всё залпом, не сказав ни слова. — Не торопитесь, госпожа Сэ И. — Вкусно. Давно не пила, так хорошо. Ночное море красивое, компания хорошая. И еда, наверное, будет вкусной. Как только она договорила, принесли еду. Повар, видимо, был мастером: сашими было нарезано изысканно. Сын Джу наполнил её пустую рюмку и положил сашими на её тарелку. Но Сэ И даже не взглянула на рыбу, закусывая соджу перекисшим кимчи. Это зрелище странным образом зацепило его. Почему она оставляет хорошую еду и пьет соджу с одним кимчи? Для вкусовых предпочтений двадцатишестилетней девушки это выглядело слишком убого и жалко. Ему хотелось самому положить вкусное сашими ей в рот. Хотелось упрекнуть: почему кислое кимчи и горькое соджу, когда есть вкусная еда? Но у него пока не было на это права. Он смотрел на неё, сидящую рядом, и сердце сжималось. То, как она пила соджу, выглядело так грустно, словно она плакала сухими глазами. Поэтому он тоже не притронулся к сашими и пил только соджу. Её глаза, сухие и пустые, как пересохший колодец, не давали ему покоя в эту ночь. Выйдя из ресторана, Хо Ёль пошел к машине, чтобы немного вздремнуть перед дорогой, а он и Сэ И неспешно пошли по волнорезу. Дул свежий ветер. — Можно посидеть немного? Я… запыхалась. — Давай. Она ни разу не возразила, говорил ли он с ней на «ты» или на «вы». Глядя на женщину, которая привыкла всё терпеть и проглатывать, он снял пиджак, расстелил его для неё на земле, а сам сел просто так. Хоть и ночь, море оставалось морем. Соленый запах доносился с ветром. И легкий запах соджу от Сэ И. Ветер трепал её волосы, закрывая лицо, и от этого у него щемило сердце. — Знаете… Может, дело было в алкоголе, но её речь стала чуть медленнее, чем обычно, и это было приятно слушать. На безлюдной набережной были только они вдвоем. Свидетели — только ветер и море. В небе, где висела полная луна, смешались свет спутников и звезд. Большое белое облако проплывало прямо над его головой. — Я больше не буду крутиться вокруг вас, господин Тэ Сын Джу. — Почему? И это всё, что она хотела сказать? Что исчезнет из его поля зрения? Сын Джу резко обернулся к ней, почувствовав раздражение. — Вы же всё помните? Амнезия — это ложь, да? Вы поняли, зачем я за вами ходила, и решили так проучить меня. Верно? Верно. Нельзя сказать, что такого намерения не было совсем. И поэтому ты перестанешь крутиться рядом? Потому что я не потерял память? А я вот не собираюсь тебя отпускать. — Да, амнезии нет. Сначала я действительно не помнил, а когда вспомнил, услышал ваш разговор с мамой, который меня так поразил, что я соврал — отчасти чтобы выпустить пар, отчасти чтобы отомстить. И поэтому ты перестанешь крутиться рядом? — Потому что кажется, что вы мне понравитесь. Тяжело вздохнув, она уткнулась лицом в колени. С таким жалким видом, словно взвалила на плечи все беды мира. Но он был рад. «Кажется, что вы мне понравитесь, поэтому перестану крутиться» — разве это не признание в том, что я ей уже нравлюсь? — Нравлюсь — так и ладно. Кто тебе запрещает? Поэтому Сын Джу сказал это. Пусть нравлюсь. Сэ И, уткнувшаяся лицом в колени, резко подняла голову и уставилась на него. — Вам же нравятся мужчины. Я всё видела. Как вы с заместителем Чаном… того. — Абсолютно нет. — Как нет? Я же сама видела. Я верю только тому, что вижу своими глазами. Так что хватит надо мной шутить и врать… Сын Джу усмехнулся, обхватил её за шею рукой и притянул к себе. Её губы, лепетавшие что-то милое, были приоткрыты в изумлении, и он, не мешкая, поцеловал её. Раз веришь только тому, что видишь — поверь в это. Он протолкнул язык в её приоткрытые губы. Это был глубокий поцелуй мужчины и женщины. Сплетаясь языками, исследуя нёбо, жадно проникая глубже. Начав целовать, он не мог остановиться. Сдерживаемое желание заставило Сын Джу потерять контроль. Мир… закружился. Закружился так сильно, что у неё зарябило в глазах. Губы Сын Джу, присосавшиеся к её губам, выпили всё её дыхание. Словно затягиваемая в черную дыру, она не могла ни уклониться, ни отказаться. Она не могла произнести ни слова, лишь тяжело дышала, но даже это дыхание Сын Джу бесстыдно всасывал и слизывал. Его язык скользил по нежной плоти внутри щек, проникая глубоко в горло. Мм, мм. Она пыталась удержаться, схватившись за его плечи, но головокружение было невыносимым. Сэ И совершенно не понимала, как она оказалась в ситуации, когда целуется на виду у всех, сидя на набережной, где может пройти кто угодно. Она не могла с этим справиться. Разве так можно? Сердце колотилось так, словно она совершала что-то плохое. Нельзя. Она должна была сказать «нет», но ей не было неприятно. Возможно, ей хотелось прижаться ещё сильнее, чтобы её «выпили» ещё больше — это и было её истинным желанием. Чмок. Звук влажной плоти, соприкасающейся и разъединяющейся, был непристойным. Возможно, из-за ночной тишины даже звук тяжелого дыхания казался слишком громким и отчетливым, и Сэ И не могла поднять голову. — Я уже начал. Сэ И больше не могла терпеть и уткнулась лицом ему в плечо. Зря она выпила. То ли от поцелуя, то ли от алкоголя — тело горело, и она путалась в причинах. Так нельзя, правда нельзя. Но она не могла открыть глаза. В этот момент он притянул её в свои объятия. Уютно. Сэ И, вдыхая его запах, ударивший в нос, улыбнулась с раскрасневшимися щеками. Алкоголь ударил в голову. Она не могла понять, снится ей это или она действительно в объятиях Тэ Сын Джу. Но одно она знала точно. Тэ Сын Джу — не тот человек, который стал бы так нежно её обнимать. Мужчина, в которого она влюбилась с первого взгляда. Поэтому он всё время не выходил у неё из головы. Она остерегалась, думая, что если продолжит смотреть на него, то однажды влюбится. Но спьяну ответила на поцелуй. Может, это я первая начала? Даже сейчас её беспокоил этот факт. Она не хотела, чтобы он снова её обвинял. Сквозь туман в голове она волновалась: а вдруг это она его поцеловала? С того самого момента, как она его увидела, ей хотелось прикоснуться к Тэ Сын Джу. Поэтому её сочли извращенкой, но ведь ей правда было приятно. А вдруг, когда я открою глаза, он снова назовет меня извращенкой? Но этот момент был прекрасен. И нежная рука, поглаживающая спину, и запах того же соджу, которое они пили вместе, и его теплые объятия, смывающие боль от слов матери. Сэ И зарылась глубже в его объятия. Желание принадлежать кому-то и быть под защитой, если это возможно, было отчаянным. От этого было ещё более одиноко и грустно. Его тепло словно утешало её одиночество, и ей не хотелось отстраняться. ---------- Том 2 Глава 34 В ночь, когда полная луна была особенно яркой, сирень, посаженная перед домом, роняла аромат и листья на ветру. Может, из-за отсутствия детей дом казался особенно пустым, и Хе Чжон вышла во двор одна. Она звонила Сэ Джуну, беспокоясь, поужинал ли он, оставшись один, но он не брал трубку. Увидев офистель, он все уши прожужжал, что хочет там жить, так что, наверное, позвал друга и развлекается. «Ты слышала, что Сэ И хочет продолжить учебу?» Вопрос Мён Хён, заданный днем, всплыл в памяти так ясно, словно прозвучал прямо сейчас. Нет. Не желая признаваться, что не знает того, что знает Мён Хён, Хе Чжон лишь улыбнулась вместо ответа. Сэ И никогда не говорила об этом с ней, с матерью. Она была против магистратуры, но Сэ И закончила её благодаря своему упрямству. А когда ей сказали сразу устраиваться на работу, Сэ И промолчала. Всегда так. Молчит перед матерью, скрывая, что у неё на уме, а подруге матери выбалтывает всё до мелочей. — Злая девчонка, совсем. Благодаря кому она познакомилась с Мён Хён? Её дочь помогла поступить в университет сыну Мён Хён, которого называли бестолковым, но Мён Хён даже не поблагодарила её формально. Что толку, что она богатая? Если у человека нет воспитания. Услышав, что младший сын Мён Хён поступил, Хе Чжон втайне надеялась. Наверняка будет отдельная благодарность. Но когда она спросила Сэ И, та сказала, что никакой премии не было. Как говорится, богатые ещё жаднее — Мён Хён просто одолжила пустующий дом и кичится этим. Когда она встретилась с Мён Хён в кофейне, Хе Чжон хотелось сказать: «Я сейчас же заберу своего сына!», но её положение не позволяло найти Сэ Джуну такое жилье. — Что ты там делаешь? Видимо, заметив, что она не заходит в комнату, муж вышел искать её и позвал со спины. Хе Чжон, скрестив руки на груди, подняла голову и посмотрела на яркую луну. — Скучно без детей, вот и вышла? Могла бы меня позвать. — Обойдусь. — Без детей, которых всегда было полно, дом как монастырь. Родители тоже говорят, что скучно. — Нет ничего хорошего в том, чтобы держать взрослых детей при себе. Отпустить детей, когда они вырастут — это тоже способ любить их. Разве недостаточно матери, которая держит взрослого сына в охапку и не отпускает? На вопрос с подтекстом муж не ответил. А может, этот вопрос и не требовал ответа. За двадцать пять с лишним лет брака она поняла, что добрый, но нерешительный и слишком почтительный сын — это худший муж на свете. Она до смерти ненавидела мужа, которого все хвалили. Зная, что её отношения со свекровью до сих пор плохие, как две параллельные прямые, муж ни разу не вмешался. Если бы он встал на сторону матери или на её сторону, эта утомительная грызня и бесконечное противостояние между женщинами, возможно, уже закончились бы. Но муж не принимал ничью сторону. — Как там Сэ И? Видя, как муж с наивным лицом снова переводит тему, Хе Чжон, которой это осточертело, даже не взглянула на него и не ответила. — Нашей Сэ И, наверное, тоже хотелось побыть одной, не зря ли мы отправили туда Сэ Джуна. — Будь у тебя способности, мы бы не отправили Сэ Джуна в такое место. — Да, ты права. — Нужно выдать Сэ И замуж до твоей пенсии, чтобы получить побольше поздравлений и гостей, разве нет? Скоро муж уйдет на пенсию из школы. Мысль о том, как жить после пенсии, не имея накоплений, делала её тон особенно резким. — Конечно, пока я работаю, гостей будет больше. — Нет ли где подходящего парня для Сэ И? Если знаешь кого-то, кто живет более-менее прилично и у кого нет свекрови, я бы хотела устроить свидание. — Ей всего двадцать шесть. Какое свидание, какой брак? Вот так он говорит, не зная жизни. Нужно выходить замуж сейчас, чтобы встретить нормального мужчину, а если станет старше… Поговорка о том, что красивые удачно выходят замуж, устарела. Сейчас мужчины расчетливы: не хотят жену, которая не работает, не хотят жениться на женщине без способностей, требуют вкладываться в семейный бюджет поровну. — Хватит, поспрашивай вокруг, нет ли хорошего человека. Это единственное, что ты можешь сделать как отец Сэ И. — Что с тобой в последнее время? Почему ты такая злая и колючая? Это из-за подруги, которую ты встретила? Жена владельца «Тэсын Групп», так? Глядя на неё, ты чувствуешь себя жалкой, живя с таким обычным человеком, как я? И поэтому хочешь изводить Сэ И, которая сидит тихо? — Да, верно. Хе Чжон повернулась к мужу и спокойно признала это. Встретив Мён Хён, она почувствовала себя ещё более жалкой. Родительская семья, которая так и не смогла подняться со дна даже спустя тридцать лет; она сама, всё ещё прислуживающая свекрам; и подруга, лицо которой холодело, стоило ей только униженно заговорить о просьбе устроить Сэ Джуна на работу. Всё это раздражало и было противно. Она не понимала, почему Мён Хён не рада Сэ Джуну, но благоволит только Сэ И. Просто умная Сэ И загораживает путь Сэ Джуну, а так, стоит только удаче улыбнуться и появиться возможности, Сэ Джун проявит свои способности ещё лучше. Но Мён Хён, не понимая этого, хотела только Сэ И. «Я хочу познакомить Сэ И с моим сыном, Хе Чжон, ты не против?» Против. Если у Сэ И всё будет хорошо, что будет с нашим Сэ Джуном? Но она не могла высказать свои истинные чувства, боясь испортить отношения с Мён Хён. Она расстроилась и вышла успокоиться, а муж без такта вышел следом и разбередил душу. — Да. Если бы не ты, я, возможно, встретила бы человека получше. Так что не разочаровывай меня больше и ищи мужа для Сэ И. Я тоже буду искать. Хе Чжон оставила мужа с ошарашенным лицом и вошла в дом. Той ночью директор Им стоял на том же месте с мрачным лицом, пока с веток не опали все цветы. ---------- Том 2 Глава 35 Часть 3 Всю дорогу в машине Сэ И не смела взглянуть на Сын Джу. Напряжение сгущалось с каждой минутой, и ей хотелось сбежать прямо сейчас. И вот, когда напряжение, казалось, достигло предела и готово было взорваться, машина въехала на подземную парковку. Сэ И вышла первой, за ней последовал Сын Джу. Хо Ёль, сидевший за рулем, тоже хотел выйти, но Сын Джу жестом остановил его. — Я в отпуске до конца недели, не беспокой меня, если не будет ничего срочного. — Да, господин управляющий директор. Хо Ёль высунул голову в окно и бодро ответил. Сэ И поклонилась ему на прощание и первой пошла к лифту. Пожалуйста, пусть лифт придет быстрее. Находиться рядом с Сын Джу было невыносимо. — Хочешь сбежать всего лишь после одного поцелуя? Словно прочитав её мысли, Сын Джу оказался у неё за спиной и пробормотал это. Сэ И сделала вид, что не слышит, и, глядя только перед собой, шмыгнула в подошедший лифт. Когда он зашел следом с холодной улыбкой на губах, Сэ И, словно убегая, забилась в угол и прислонилась головой к стене. — Хм. С его коротким смешком лифт взмыл вверх. От ощущения, что они с бешеной скоростью несутся на самый верхний этаж, у неё закружилась голова. Зря я пила. Нет, надо было напиться в стельку. Состояние, когда она быстро опьянела от небольшого количества алкоголя, а потом наполовину протрезвела, было тревожным. — Выходи. Как только скоростной лифт остановился, он сказал это твердым голосом. Когда она вышла, звук его шагов позади отдавался в ушах так же громко, как стук её сердца. Подойдя к своей двери, она молча поклонилась Сын Джу и уже протянула руку к кодовому замку… Хвать. Он схватил её за запястье и потащил за собой. Если бы она вырывалась и сопротивлялась, может, у неё бы и получилось. Но Сэ И этого не сделала. Возможно, всю дорогу в машине она представляла себе этот момент. Может быть, коварная Им Сэ И, скрытая внутри неё, всё это время желала Тэ Сын Джу. Открыв дверь, Сын Джу втащил её внутрь, не отпуская запястья. В этот момент она увидела, как он смотрит на неё в свете сенсорной лампы, зажегшейся над головой. Его взгляд, пылающий так, словно он готов сожрать её прямо сейчас, был невыносимо горячим. Сэ И отвернулась. В этот момент свет погас. В тяжелой тишине и темноте Сэ И наконец набралась смелости. Теперь можно посмотреть на него? В темноте ведь не видно. Так что совсем чуть-чуть… В тот момент, когда Сэ И подняла голову и посмотрела на него, его тело, гораздо больше и крупнее её собственного, мгновенно накрыло её. Сэ И приоткрыла губы навстречу его горячим губам. В щель проник его влажный язык. И начал сосать. Высасывая всю её слюну, всё дыхание без остатка. Этот звук, это ощущение были такими непристойными, что Сэ И не могла за ним угнаться. Ей не верилось, что внутри мужчины, который смотрел на неё с таким холодным лицом, скрывалась такая горячая страсть. Мужчина, который в одно мгновение пленил её и привел сюда, страстно исследовал её. Ему было мало целовать губы, и его поцелуи спустились на её шею. От невыносимо возбуждающих движений Сэ И тихо застонала. Не в силах сдержать щекочущее желание, она встала на цыпочки, обвила его шею руками и прижалась к нему. «Тебе ни в коем случае нельзя делать то, за что люди будут тыкать в тебя пальцем. Ты родилась бесполезной девчонкой, и если еще и пальцем тыкать будут, я тебя знать не хочу». Это было, когда она училась в средней школе? Как только она поступила в школу, которая раньше была женской, а стала смешанной, за ней до дома увязался мальчик. Тогда Ын Соль заставила её, еще совсем девчонку, стоять на коленях и долго отчитывала. Наверное, с тех пор бабушка и мама начали контролировать её личную жизнь. Для бабушки мама была женщиной, разрушившей жизнь её сына. А для мамы отец был мужчиной, который затянул её в болото. Всё это произошло из-за неудачных отношений, из-за обмана чувством под названием любовь. Поэтому и Ын Соль, и Хе Чжон категорически запрещали ей встречаться с парнями. Поэтому Сэ И совершенно не понимала, что чувствует сейчас. Правильно ли это — так непристойно сосать языки друг друга и тереться телами с Тэ Сын Джу? Для неё всё было впервые, поэтому Сэ И могла только следовать за Сын Джу. Сын Джу крепко прижимал её к себе, не давая вздохнуть. От их тел, соприкасающихся без малейшего зазора, исходил только жар. И его твердое тело. Ощущение было настолько явным, что Сэ И содрогнулась. Когда она попыталась отвести бедра, чтобы избежать контакта внизу, Сын Джу схватил её за талию и грубо притянул к себе. Их центры соприкоснулись, и дыхание обоих стало ещё тяжелее. — Открой. При тихом приказе Сын Джу она обняла его за шею и откинула голову назад. Как только она приоткрыла губы, уже припухшие от глубоких поцелуев, язык Сын Джу ворвался внутрь. Внутри её рта его язык двигался развратно, разжигая пламя желания. Страх, что если зайти дальше, она потеряет себя, внезапно охватил её. Сэ И ослабила руки, которыми крепко обнимала его за шею, и опустилась с цыпочек. И своим языком, который он сосал, вытолкнула язык Сын Джу. — Хватит. Задыхаясь и не в силах нормально дышать, она отчаянно выкрикнула. Он, крепко державший её за талию, отпустил губы, но хватку на талии не ослабил. Наоборот, прижал ещё крепче. Прижав их тела друг к другу, Сын Джу дал понять, насколько он возбужден. Твердая выпуклость головокружительно стимулировала низ её живота. Его член, тершийся о мягкую одежду, был очень твердым и непристойным. — Ты крутилась вокруг меня, не будучи готовой даже к этому? Я снова поцелую тебя. Если не хочешь, можешь дать мне пощечину. — М-м-м. Не дожидаясь ответа, он притянул её за затылок и поцеловал. Посмотрев на её глаза, затуманенные поцелуем, словно облизывая их взглядом, он грубо раздвинул её губы. Влажный язык проник глубоко в горло. Он терся языком и сосал так, словно хотел выпить её целиком. Сэ И не могла его оттолкнуть. Как можно отвергнуть такой поцелуй, такого человека? Это было впервые. И интерес, и чувства. Она не знала, как он, но у неё, с того момента, как они вместе смотрели на ночное море, стена, которую она с таким трудом возводила, рухнула. Когда поцелуй, длившийся так долго, что губы распухли, закончился, Сын Джу прижался своим лбом к её лбу. Даже переводя сбившееся дыхание, Сын Джу не хотел отстраняться от неё. — Ха-а, ха… Ему хотелось даже того дыхания, что вырывалось из её маленьких губ. Было жалко просто отпускать его. Как возможны такие чувства? Потому что это не чувства. Это желание. Сын Джу обхватил лицо Сэ И одной рукой. Женщина, смотревшая на него глазами, наполовину наполненными слезами, была безумно красива. Он не мог отвести глаз от её профиля, когда она пила соджу, но женщина, возбужденная его поцелуем и пытающаяся отдышаться… — До какой черты ты готова дойти? Он всё-таки спросил. До какого предела она позволит ему зайти. Сэ И посмотрела на него дрожащим взглядом. — Остановиться здесь? Или пойдешь до конца? Его вопрос был прямым. Если Сэ И позволит, он собирался идти до конца сегодня. Он очень этого хотел. Сэ И избегала взгляда мужчины, ждущего ответа. Как далеко я могу зайти? Она дошла до этого момента, даже не подумав об этом. Не задумываясь о том, что это за твердость упирается ей в низ живота и чего он хочет, она просто следовала своим инстинктам. Он спрашивал ясно. Секс. Будем мы это делать здесь или нет. Ответ, кроме «да» или «нет», не требовался. ---------- Том 2 Глава 36 Сэ И впервые заглянула в свои чувства. Она, которая всегда думала сначала о дедушке, родителях, брате, сегодня посмотрела в свое сердце. Что я хочу сделать с Тэ Сын Джу прямо сейчас? После принятия решения сожалеть будет поздно. Она знала это, поэтому глубоко задумалась. Её сердце дрогнуло из-за мужчины, который не торопил и ждал. Возможно, это отношения на одну ночь. Нет, было бы страннее, если бы они продолжились. Но всё же… Всё же. Сэ И закончила размышлять и подняла глаза. И посмотрела на него. Ждал ли он когда-нибудь чьего-то ответа с таким нетерпением? Нет. Никогда. Никто не заставлял его ждать. Ему давали то, что он хотел, еще до того, как он успевал захотеть. Но эта женщина не давала желанного ответа и заставляла его нервничать. Говори же. Глядя на неё горящим взглядом, Сын Джу торопил её. В её дрожащих глазах он видел борьбу. Ему хотелось прямо сейчас подхватить её на руки и отнести в свою кровать. И он хотел развратно исследовать её губы, длинную шею, грудь, идеально помещающуюся в его ладонь, впалый живот и горячее лоно между ног. Впервые он испытывал такую отчаянную жажду. Его член, который никак не реагировал на взгляды множества женщин, пытавшихся соблазнить его, был готов взорваться. Он был готов лизать и кусать, как собака, стоит Сэ И только пошевелить пальцем или открыть рот. Хотелось коснуться… Даже в этот короткий миг ожидания ответа его руки подрагивали от желания коснуться её плоти. Сын Джу крепко сжал кулаки, боясь тронуть её без разрешения. В этот момент Сэ И посмотрела на него. Увидев, как её беспокойный взгляд стал особенно ясным, его сердце забилось в безумной тревоге. Не отказывай. Сын Джу беззвучно кричал ей. Сэ И молча смотрела на него. Подняв опущенную руку, она нерешительно коснулась кончиками пальцев его губ. Черт. Он редко ругался, но в этой ситуации ругательство вырвалось само собой. Ты что, убить меня хочешь? Говори. Скажи обнять тебя. Скажи, что хочешь быть в моих объятиях. Казалось, его глаза, налитые кровью от желания, вот-вот лопнут. — Обними… меня. В тот момент, когда долгожданные слова сорвались с губ Сэ И, Сын Джу отчаянно припал к её губам в поцелуе. Дыхание, пересохшее от ожидания, стало влажным, как только он коснулся её языка. Сын Джу целовал её, а руками грубо задирал блузку. Руки, толкающие бюстгальтер, дрожали, не в силах справиться с сильным желанием. Казалось, член взорвется от одного прикосновения к нижнему белью. Сын Джу просунул руку под бюстгальтер. Каждое прикосновение было мягким и теплым. Как такое возможно? Всё его тело яростно реагировало, словно готово было взорваться от одного прикосновения. В этот момент разум был не нужен. Бушевал только инстинкт. Сын Джу с силой толкнул вверх бюстгальтер, который был на ней. Упругая грудь предстала перед его взором. Сын Джу отпустил её губы, которые жадно сосал, и вместо этого укусил грудь. Белая упругая плоть груди и сосок мгновенно втянулись в его рот. — Ах. Ее тихий стон заставил кровь в жилах вскипеть. Он больше не мог остановиться. Как ребенок, не помнящий себя, Сын Джу инстинктивно двигал губами, безумно посасывая грудь Сэ И. — Ах, хватит. Хватит? Мы только начали. Я на грани безумия, вот-вот взорвусь. Теперь я не смогу остановиться, даже если ты скажешь «нет». Он опустил руку, чтобы расстегнуть пуговицу на её брюках. Руки, торопливые от возбуждения, не могли справиться с пуговицей даже с нескольких попыток. Черт, да почему она не расстегивается. Он бормотал сквозь зубы. Дзинь-дон. Кто-то позвонил в дверь. Сэ И, стоявшая перед дверью с полностью обнаженной грудью в расстегнутой блузке, чуть не упала в обморок от звонка. И он тоже был в шоке от того, что в такой ситуации, ослепленный желанием, собирался овладеть Сэ И. — Кто-то… пришел. При повторном звонке Сын Джу убрал руку от пуговицы, которую пытался расстегнуть. Задыхаясь от желания, как безумный, он не подумал о Сэ И. Когда пелена желания спала с глаз, нахлынуло чувство стыда. И голос Хо Ёля, сопровождаемый стуком в дверь. Сын Джу начал запахивать одежду Сэ И, которую сам же беспорядочно расстегнул. Язык не поворачивался даже извиниться. Подавленное желание прорвалось, и он, не разбирая дороги, пытался коснуться её. — Управляющий директор, вас нет? Управляющий директор! Он не знал причины, но не мог ответить Хо Ёлю, который вернулся. В конце концов Хо Ёль позвал его несколько раз и ушел. Всё это время Сын Джу смотрел на неё так, словно хотел просверлить взглядом. Сэ И стояла спиной к нему, пока он пытался выровнять дыхание, а когда поняла, что Хо Ёль ушел, открыла дверь и убежала. Бах. Дверь с шумом захлопнулась. В этот момент казалось, что сердце разорвется. Если Сын Джу сейчас выйдет и протянет к ней руку, она, наверное, снова примет ее. Но он не вышел. Сэ И посмотрела на плотно закрытую дверь и, пошатнувшись, оперлась рукой о стену. «Я уже начал». Она не могла забыть тот момент, когда его признание коснулось её ушей вместе с горячим дыханием. Сэ И, тяжело дыша, вошла в дом. Сенсорная лампа, среагировав на её движение, включилась и выключилась. Пока она стояла одна в темноте, восстанавливая дыхание, в гостиной что-то мелькнуло. Она прищурилась, но не смогла разглядеть, что это. Как только она сняла обувь и вошла в гостиную, то, что мелькало перед глазами, обрело форму. — Ах, сонбэ Сэ Джун ах, там… ах, хорошо. По телу пробежал мороз, словно её облили ледяной водой. На диване двигались её брат и какая-то женщина. Глядя на них, увлеченных сексом и не замечающих её прихода, Сэ И вспомнила себя несколько минут назад. Она ничем не отличалась от них. Опьяненная желанием, она висла на нем и стонала от глубоких поцелуев, словно сходя с ума. Грудь, которую мяли руки Сын Джу. Жар, расцветавший там. — Черт, ты такая узкая. Подвигай задницей. Сильнее, сожми сильнее. При грубом требовании Сэ Джуна движения женщины стали активнее. Сэ И медленно попятилась. Она не могла больше смотреть, как брат занимается сексом. Сначала выйду. Подумаю на улице. Она на цыпочках вышла из дома. К счастью, на этом этаже были только две квартиры: её и Сын Джу. Не имея места, куда пойти, Сэ И села на корточки перед дверью, которую закрыла. Вновь накатила грусть. Зря я пила. Раскаиваясь, она обхватила колени руками и уткнулась в них лицом. Пожалуйста, пусть они скорее закончат и уйдут в комнату. Она закрыла глаза, надеясь не уснуть до этого момента. ---------- Том 2 Глава 37 Сколько бы он ни плескал холодной водой в лицо, жар не спадал. Кто бы мог подумать, что желание — такая головная боль. — Квон Бо Хён, ты был неправ. Мир меняется? С ней ты становишься Суперменом? Нет. Я даже не могу удержать убегающую женщину, какой к черту Супермен. Сын Джу заговорил с умершим другом. Впервые. Каждый раз, когда он вспоминал Бо Хёна, он сжимал зубы и старался отогнать мысли, чувствуя вину за то, что не смог спасти друга, который стоял перед несущейся машиной и даже не пытался увернуться. Но сегодня он сам вспомнил Бо Хёна. И стал спорить с другом, который улыбался, словно владел всем миром, и говорил, что счастлив, утверждая, что тот был неправ. Он не знал насчет любви, но чувство, которое он испытывал к Им Сэ И, было жаждой. Голодом. Ему не терпелось обладать ею, было мучительно хотеть прикоснуться. Желание быть еще ближе, находясь рядом — такое чувство он испытывал впервые в жизни. Каждый раз, когда Хо Ёль смотрел на Сэ И с симпатией, ему хотелось спрятать её за спину, чтобы тот не видел. Поэтому он не сдержался и поцеловал. Схватил за запястье, когда она вышла из лифта и направилась к своему дому, и затащил к себе. — Чан Хо Ёль, если бы не ты… Ему было совершенно неинтересно, зачем приходил Хо Ёль, который, как он думал, уже уехал. Он жалел только о том, что Сэ И, так страстно отвечавшая на его поцелуй, сбежала. Если бы он не отпустил её тогда, он бы сейчас был с ней в постели. Как ни смешно, он мог бы установить рекорд: секс в день первого поцелуя. Гормоны бушевали неуправляемо, как в подростковом возрасте. Может, пробежаться по району, чтобы страсть, похоть, желание исчезли? Он лег в кровать, но сон не шел. В таком состоянии он точно не уснет. Может, и правда выйти пробежаться? Или купить пива в магазине? Решив, что всё лучше, чем просто лежать, Сын Джу вскочил с постели. Он накинул ветровку в гардеробной и уже собирался выйти. Сэ И сидела на корточках перед своей дверью, даже не заходя внутрь. Она оттолкнула меня и ушла, чтобы сидеть здесь? Сын Джу, пораженный, скрестил руки на груди и посмотрел на неё сверху вниз. В этот момент дверь её квартиры открылась, и раздался громкий женский голос. — Милый, боже, кто эта женщина? Женщина, увидев сидящую Сэ И, взвизгнула. Сын Джу с каменным лицом грозно вскинул брови и посмотрел на знакомого парня, выходящего из двери. На крик женщины Сэ Джун в испуге выскочил наружу. Он был настолько растерян, что вышел топлес, в одних трусах. Сэ И, не в силах защищать брата в таком жалком виде, закрыла лицо руками. Но Сын Джу был другим. Ему не нужно было объяснений, чтобы понять ситуацию. В отсутствие хозяина гости устроили балаган. — О, здравствуйте? Сэ Джун, увидев Сын Джу с вытаращенными глазами, поклонился и неловко почесал затылок. Брат Сэ И не имел ни понятия о приличиях, ни такта. Женщина, закричавшая при виде Сэ И, как только вышел Сэ Джун, тут же повисла на его руке, прося защиты. Сын Джу посмотрел на парочку холодным взглядом и спросил: — Почему вы выходите оттуда? — А?.. — Я спрашиваю, как вы вошли в дом, где не было хозяина, и почему находились там до сих пор? Да еще и с посторонним. Это был дом сестры, женщины, а не брата того же пола. Сын Джу не мог простить Сэ Джуну того, что он не только самовольно находился в доме, но и привел туда женщину. Тем более что Им Сэ И, оттолкнувшая его, не могла войти в дом из-за брата и сидела на корточках перед дверью. Что за ничтожество? У него самого было два младших брата, но они никогда бы так не поступили. Не только потому, что он бы этого не потерпел, но и потому, что в семье такого не допускали. — Милый, что это значит? Ты же сказал, что это твой офистель. Разве ты не говорил мне, что родители купили тебе этот офистель? Почему молчишь? Это не твое? Ты солгал мне, затащил сюда и переспал со мной? Громкий голос женщины эхом разносился по коридору. Сэ И, не в силах больше это слушать, медленно встала и тяжело вздохнула. Её уставшее и озабоченное лицо выглядело изможденным. Сын Джу с презрением посмотрел на брата Сэ И, который мялся и не мог оправдаться. Ты сидела здесь из-за такого ничтожества? Гнев закипел. В тот момент, когда Сын Джу, держась за дверь, собирался что-то сказать Сэ Джуну, лицо которого покраснело от стыда, Сэ И, прислонившаяся спиной к стене, выпрямилась и решительно подошла к Сэ Джуну. И — шлеп — со всей силы ударила брата ладонью по спине. — Я же говорила тебе прийти в себя. — Эй, Им Сэ И. Ты с ума сошла? Ты сейчас ударила меня? Он явно знал, что она старшая сестра, но Сэ Джун бесстрашно вытаращил глаза на Сэ И. Когда он назвал её «эй», не добавив «нуна», глаза Сын Джу сузились. — Ты, похоже, девушка Сэ Джуна, так что слушай внимательно. Это не дом Сэ Джуна. Подруга моей мамы любезно одолжила мне этот дом, зная, что я хочу жить отдельно. Так что не верь ничему, что говорит Сэ Джун. Он сын обычного госслужащего, не из богатой семьи, чтобы жить в таком роскошном офистеле, так что не слушай его хвастовство. Женщина была ошеломлена объяснением Сэ И. Она посмотрела на Им Сэ Джуна так, словно её обманули, но, заметив Сын Джу, который выглядел еще более разгневанным, не посмела устроить скандал и быстро направилась к лифту. Им Сэ Джун, стоявший у двери, смотрел на Сэ И с пылающим от гнева лицом. Он воспринял то, что она сказала правду в его присутствии, как публичное унижение. — Ты, завтра же возвращайся домой. — Смешно. Мама ничего не говорит, а ты кто такая чтобы указывать? Думаешь, раз этот мужчина на твоей стороне, ты крутая? Им Сэ И, ты моя шестерка. Как думаешь, что будет, если я позвоню маме и расскажу? Она меня отругает или тебе достанется? Ты терпела это больше двадцати лет и до сих пор не поняла расклад? — Знаю. Она будет ругать меня. От её бесстрастного ответа, в котором не было ни смирения, ни разочарования, Сэ Джун заметно приободрился. Только тогда Сын Джу понял ту тьму, которая иногда проскальзывала в Сэ И. Гнев закипел, когда он узнал причину, почему Сэ И становилась особенно подавленной, когда видела имя матери на экране телефона. Значит, мать Им Сэ И души не чает только в сыне. Чем Им Сэ И хуже этого подонка? Он совершенно не мог понять поведение Им Сэ Джуна, который вместо того, чтобы извиняться перед сестрой, повышал на неё голос. — Короче, я не уйду, так что делай что хочешь. Бах. Когда Сэ Джун закрыл дверь и вошел, Сэ И приложила руку ко лбу. Наверное, у неё кружилась голова. Даже у него, наблюдавшего со стороны, кружилась. Ему вдруг стало интересно, какая тяжесть лежит на плечах этой женщины ростом меньше ста семидесяти сантиметров. — Им Сэ И. — Сделайте вид, что ничего не видели. Завтра я отправлю брата домой, соберу вещи и уеду. — Куда ты уедешь? Оставайся. — Нет. Мне здесь не место. Говорят, к хорошему быстро привыкаешь. Как говорится, из плохого места в хорошее уйти можно, а из хорошего в плохое — нет. Это место для меня слишком роскошное. Правильно будет уйти, пока я не привыкла еще больше. И с вами, управляющий директор, то же самое. Я не должна привыкать… к тому, с чем не смогу справиться. Так что не приближайся. Сэ И проводила черту. Блеск в глазах, которыми она смотрела на него с симпатией, погас, жизнь ушла из них. Сын Джу схватил Сэ И, которая бессильно отворачивалась, за плечи. И развернул её к себе. — Почему нельзя привыкать? Привыкай. Возможно, с этого момента ты сможешь наслаждаться чем-то еще. Сэ И не ответила, но посмотрела на него так, словно спрашивала, что за чушь он несет. Но он был серьезен. Он не собирался смотреть, как Им Сэ И уходит от него в таком подавленном состоянии. Сэ И, даже не подумав возразить, посмотрела на него и бессильно побрела к своему дому. — Хочешь зайти туда и снова ругаться с братом? Пойдем ко мне. Его рука соскользнула с плеча Сэ И и обхватила её запястье. Он держал слабо, так, что она могла бы вырваться, если бы захотела. Сначала Сэ И смотрела с недоверием, но, увидев его решительный взгляд, поняла, что он серьезен. — Я не буду ругаться. Я не тот человек, который скандалит с кем-то, так что не волнуйтесь, идите отдыхать. — Как я могу не волноваться? При этих словах Сэ И прикусила губу. Словно сдерживая нахлынувшие эмоции. От её скорбного выражения лица у Сын Джу пересохло в горле. Он переживал. Вспомнился Сэ Джун, огрызающийся на неё. Им Сэ Джун, который не смел и рта раскрыть перед другими, с Сэ И был другим. Смотрел на неё свысока, как на что-то незначительное. — Зачем вы говорите такие слова? Только путаете меня. Не только у Сэ И голова шла кругом. У него тоже из-за неё мысли и чувства спутались в клубок. Он злился, что с женщиной, которая ему нравится, так обращаются. Почему в семье Сэ И не любят такого прекрасного человека? Ему хотелось забрать её и любить самому. Держать рядом и внушать ей: «Тебя должны любить. Так что цени себя». Он уже сказал, что начал, и даже поцеловал её. Она полностью отдалась его поцелую, а теперь говорит, что он для неё слишком хорош, и думает, что он так просто отступит? — Заходи, я тебя не съем. Сын Джу завел её к себе домой. Они ели вместе у него дома, но в спальню она вошла впервые, поэтому на её лице читалось легкое напряжение. — Я не затащу тебя в постель, так что не волнуйся. — Я хочу лечь, а вы говорите, что не затащите — мне радоваться? Но всё же слава богу. Хоть у одного из нас остался разум. Сын Джу не поверил своим ушам. Ч-что? Он с трудом сдерживает желание, а она говорит, что хочет лечь здесь, в спальне, где стоит кровать? Это не просто подлить масла в огонь еле потухшей страсти, это… Ты что творишь? Сын Джу посмотрел на неё горящим взглядом. — Не знаю, почему вы появляетесь именно тогда, когда я слабее всего, когда мне хуже всего. Я хочу показать себя с лучшей стороны, но вы видите меня только в таком виде. Но мне это не неприятно, и от этого я схожу с ума еще больше. В компании все говорят, какой Тэ Сын Джу злой, страшный и жестокий, но со мной вы не такой, ваш взгляд такой нежный… — Ты не видишь, что я сдерживаюсь? Если сведешь меня с ума, а потом попросишь отпустить — на этот раз я точно не отпущу. — А если я захочу большего? — Черт. Сын Джу выругался, подошел к ней и протянул руки. Схватив её за плечи и притянув в свои объятия, он наклонился и поцеловал её. Это был не нежный поцелуй, а грубый, словно он хотел проглотить её. Терпение, которое он с трудом сдерживал, лопнуло. ---------- Том 2 Глава 38 Часть 4 Их губы яростно двигались. Сэ И, задыхаясь от проникшего глубоко в горло языка, обняла его за шею. Его руки, сжимавшие её грудь через одежду, заставляли дышать чаще. Липкая слюна перемешивалась во ртах. Ещё немного. Сэ И жаждала наслаждения, которое бы стерло все сложные мысли. Она была благодарна ему за то, что он привел её сюда, а не в дом с братом. Вид Сэ Джуна, которого она ненавидела, презирала, жалела и которого так стыдилась, вымотал её до предела. Если бы она хотела за него заступиться, она бы заступилась. Но взгляд Сын Джу, полный презрения, казалось, был направлен не на Сэ Джуна, а на неё, и это жгло. На мгновение она почувствовала себя жалкой. Для Сэ Джуна было естественно отбирать у неё всё. И она уже привыкла считать это нормальным. Но когда Сын Джу посмотрел на неё с упреком, это словно привело её в чувство. — Ах-х. Его руки, уже ласкавшие голую грудь, довели её тело до такой температуры, что казалось, оно вот-вот загорится. В тот момент, когда она подумала, что можно пойти до конца, Сын Джу отпустил сосок, который болезненно посасывал. Он тоже закрыл глаза, чтобы успокоить возбужденное дыхание. Её глаза, смотревшие на него снизу вверх с раскрасневшимся лицом, беспокойно дрожали. — Я возьму тебя. Она была готова к этому. При этих словах её беспокойный взгляд успокоился. — Но не сейчас. — Почему не сейчас? — Потому что ты колеблешься. Я вижу, что ты не хочешь меня, а отчаянно пытаешься забыть свою реальность, и хочешь, чтобы я этим воспользовался? Я трахну тебя только тогда, когда Им Сэ И будет хотеть только Тэ Сын Джу. Тогда я не отступлю, даже если ты будешь отказываться, а сегодня просто поспим. — Вы… серьезно? Сэ И спросила с недоверием. Заставил её гореть, лаская грудь, а теперь предлагает просто спать? Это месть за то, что она убежала раньше? — Ложись. Он откинул одеяло и посмотрел на неё. Когда она молча смотрела на него и не двигалась, Сын Джу подошел, завернул её в одеяло и уложил в кровать. — Если будешь так смотреть, я могу не сдержаться. Хочешь этого? — К-как я смотрела? — Взглядом, который хочет облизать. Он усмехнулся и лег рядом. Закутанная в одеяло, она не могла пошевелиться и смотрела в потолок, а не на него, но почему ей было стыдно даже больше, чем когда он целовал её и ласкал грудь? — Спи. Завтра поедем куда-нибудь вместе. — Вы не просто так это сказали?.. — Я слов на ветер не бросаю. О чем бы ни шла речь. Так что перестань меня провоцировать и спи. Сын Джу накрыл её одеялом и обнял прямо поверх него. Его дыхание было так близко, можно ли так спать? Может, Сэ Джун ждет? Может, уже всё доложил маме. — Спи. Я едва сдерживаюсь. Можно не сдерживаться. Сэ И не решилась произнести эти слова и закрыла глаза. Обнимал ли её кто-нибудь так тесно, укладывая спать? Не знаю. Говорят, есть умные люди, которые помнят себя с раннего детства, но она не помнила. Но тепло Сын Джу, обнимавшего её, туго завернутую одеялом, как кокон, ей нравилось. Нет, это было так хорошо, что в носу защипало. Но Сэ И не подала виду и постаралась уснуть. Это была первая ночь в его объятиях. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ — Почему она не приходит? Пора бы уже. Сэ Джун, устав ждать Сэ И, решительно подошел к двери, открыл её и выглянул наружу. Он был уверен, что они стоят здесь и сплетничают о нем, но их и след простыл. Может, они зашли в ту квартиру? Сэ Джун с подозрением посмотрел на закрытую дверь соседа. Тэ Сын Джу, кажется? Этот ублюдок, всего на девять лет старше него, вел себя как хозяин дома, в котором он остановился, и это бесило. Повезло родиться в хорошей семье, и теперь важничает. Гнев, который он с трудом подавил, снова вспыхнул. — Сестра называется, вместо того чтобы заступиться, унизила меня? Ин Хе, учившаяся на курс младше, была популярна в университете. Красивая, фигуристая — мечта любого парня. С Ин Хе, которая обычно держала дистанцию, называя его «сонбэ», он случайно встретился перед этим офистелем. «Сонбэ, какими судьбами здесь?» «Я живу в этом офистеле. А ты что тут делаешь?» «Сонбэ, правда здесь живете?» Как только он сказал, что живет здесь, выражение лица и тон Ин Хе разительно изменились. Она вдруг подошла, взяла его под руку и начала кокетничать. Какой мужчина откажет девушке, которая так мило просит показать, где он живет? Сэ Джуну повезло хорошо провести время с Ин Хе, и он уже собирался проводить её, как наткнулся на Им Сэ И и Тэ Сын Джу. Они не только смотрели на него с презрением за то, что он привел женщину, но Им Сэ И ещё и без колебаний сказала то, что его опозорило. При воспоминании об этом лицо снова вспыхнуло. Как теперь показываться в университете после такого позора? Те, кто устроил ему этот ад, сейчас наверняка в соседней квартире. Сэ Джун, тяжело дыша от гнева, подошел к соседней двери и нажал на звонок. Не думая о том, что сейчас глубокая ночь, Сэ Джун был на грани взрыва от ярости. Он так старался, чтобы затащить Ин Хе, которой понравился этот дом. Лучше бы она промолчала, чем говорить правду и позорить его. Сестра должна поддерживать брата, а не унижать его вместе с соседом. — Черт, выходи. Не выйдешь? Бах-бах-бах. Не ограничиваясь звонком, он начал пинать дверь ногой. Гнев не утихал. Всё равно не выходите? Я знаю, что вы там вдвоем, посмотрим, сколько вы продержитесь. Пока он пинал дверь с безумными глазами… — Что вы здесь делаете? Двое мужчин вышли из только что прибывшего лифта и спросили, подходя к нему. Охранники с подозрением смотрели на Сэ Джуна, который вышел в белой футболке и трусах. Увидев габариты охранников, Сэ Джун тут же опустил глаза и скромно сложил руки. — Ничего особенного. Я живу здесь, в две тысячи восемьсот второй просто услышал шум и вышел проверить. — Живете в две тысячи восемьсот второй? Как ваше имя, жилец? — Что? Зачем вам? Я правда здесь живу. — Вот мы и спрашиваем. Вы зарегистрированы как жилец? Нам позвонили из службы безопасности, увидев по камерам наблюдения, поэтому мы поднялись. Говорят, вы стучали в дверь две тысячи восемьсот первой, у вас какое-то дело? — Говорю же, ничего особенного. Завтра, завтра подтвержу личность, так что идите. Сэ Джун сказал это с испуганным лицом и быстро шмыгнул в квартиру, боясь, что его схватят. Говорили, что здесь хорошая охрана, но, видимо, это касается не только посторонних, но и самих жильцов. Что делать, если они придираются даже к жильцам, которые платят им зарплату? В отличие от Юволь-дона, где его превозносили только за факт существования, здесь к Сэ Джуну относились совсем не так благосклонно. — Черт, это всё из-за тебя, Им Сэ И. Сэ Джун винил Сэ И, которая так и не вернулась. Мерзкая Им Сэ И, преграждавшая ему путь с самого рождения, раздражала его и во взрослой жизни. Если ушла с таким видом, что не вернется, могла бы и правда переночевать где-то или позвонить. Если пришла, могла бы позвонить в дверь и войти, зачем устраивать сцены на пороге, выставляя его плохим человеком? — Злая судьба. Не зря бабушка и мама ненавидят Им Сэ И. Только посторонние, ничего не знающие, восхищаются умом и красотой. Родные, знающие её нутро, все как один ненавидят её. До чего же она зловредная. Не заплатив ни копейки за учебу, закончила университет на стипендию, и магистратуру, против которой была мама, закончила по своему упрямству. Честно говоря, Сэ Джун завидовал уму Им Сэ И, которая могла бы устроиться в любую корпорацию, если бы захотела. Как бы он ни старался, ему до сестры было как до луны. Поэтому он всё время сравнивал себя с ней. Хоть и говорил себе не делать этого, но при виде её лица язык сам начинал болтать лишнее, а когда мама и бабушка ругали её, ему становилось легче. Сэ Джун знал, что это неправильно, но не мог остановиться. Он ненавидел сестру, но со временем начинал беспокоиться. Конечно, это не значит, что ему было жаль Им Сэ И. Просто злился. Видимо, сосуществовать вместе в этой жизни им не суждено. Если должен выжить только один, Сэ Джун твердо верил, что это будет он. ---------- Том 2 Глава 39 Открыв глаза, она сразу почувствовала тепло чужого тела. А также тяжесть на талии и тяжелую ногу другого человека, лежащую на её ногах так, что она не могла пошевелиться. Как только Сэ И открыла глаза, она впала в панику и замешательство. Она напряглась так, что забыла, как дышать, и рука, обнимавшая её за талию, сжалась крепче. Ах. Широкая грудь, ощущаемая спиной, и горячее дыхание над головой. Слишком сложное искушение с самого утра. — Отпустите… — Еще пять минут. Разве может сонный голос мужчины быть таким сексуальным? Низкий голос прозвучал у самого уха, и по всему телу пробежали мурашки. Она точно помнила, что перед сном завернулась в одеяло, но сейчас одеяло сбилось куда-то вниз, а вместо него её укрывало тепло Сын Джу. Мы так спали? Не веря своим ощущениям, Сэ И тихонько протянула руку к тумбочке и коснулась экрана телефона. Девять утра. Значит, они действительно крепко спали, но как это возможно? От её шевелений ровное дыхание Сын Джу сбилось, словно он проснулся. Что делать? Он точно проснулся, и она тоже. Проблема в том, как естественно выйти из этой позы и поздороваться. «Доброе утро» или «С добрым утром»? Пока Сэ И в панике бегала глазами, раздумывая… Его большая рука бесстыдно задрала её футболку и без спроса сжала грудь. Ах. Большая рука двигалась свободно. Словно по своей собственности. Но странно. Соски, касающиеся его ладони, вели себя особенно. Почему-то дыхание участилось. Стало жарко. И… — Хватит. Сэ И прижала его руку через одежду, не давая двигаться. Больше нельзя. Утро же, к тому же сейчас они трезвые. Его рука, послушно замершая, словно отвечая «ладно», снова начала двигаться. На этот раз другая рука, минуя грудь и живот, направилась к её сокровенному месту. Сэ И в испуге вскочила с кровати. Увидев её ужас, он остался невозмутимым. Положив руку, которой трогал грудь, под голову, он повернулся на бок и улыбнулся ей. Смеется? Ему смешно сейчас? Ох, жарко. Сэ И быстро обмахивалась рукой, пытаясь слезть с кровати. Но бесполезно. Он схватил её за талию, когда она уже спускала ноги, и притянул к себе. Уложив её на спину, он навис сверху. Для Сэ И, привыкшей видеть его в безупречных костюмах, нынешний Сын Джу был непривычным зрелищем. Сонные глаза с поволокой, и губы, которые обычно редко улыбались, сейчас растянулись в широкой улыбке. От его сексуального вида, перед которым не устояла бы ни одна из десяти, Сэ И невольно закрыла глаза. — Им Сэ И. У Сэ И не было иммунитета к его голосу, звучащему так близко. Нет, возможно, у неё не было иммунитета не только к Тэ Сын Джу, но и к мужчинам вообще. — Чего ты так испугалась? Вчера ты даже сосала язык. Вот именно. Вчера была ночь. А сейчас солнце светит вовсю. — Ты собираешься сбежать, хотя так смело соблазняла? Стыдишься даже этого и избегаешь? Но что поделать. Ты не сбежишь. Я тебя не отпущу. Сэ И не могла ничего ответить. Честно говоря, ей было страшно. То, как быстро и глубоко она влюбилась, и этого мужчины, который так искусно её соблазнял. К тому же их отношения были неоднозначными. Между ними стояли матери, и они встретились не сами по себе, поэтому она сомневалась, можно ли так встречаться. Они не могли начать отношения так легко, как обычные мужчина и женщина. Поэтому, зная, что лучше остановиться сейчас, что так нельзя, она закрывала на это глаза. — Так и ребенка можно сделать. Я помоюсь и выйду, собирайся. Позавтракаем по дороге. Сын Джу крепко обнял её, отпустил и слез с кровати. Его тяжесть исчезла, и нахлынуло чувство пустоты. Как только послышался звук закрывающейся двери ванной, Сэ И тут же встала с кровати. И сбежала из его дома. Сердце колотилось так быстро, что утро казалось головокружительным. Войдя в свой дом, Сэ И некоторое время не могла пошевелиться при виде гостиной. В отличие от неё, которая даже вещи не распаковала, боясь оставить следы пребывания, Сэ Джун превратил дом в свинарник и спал на диване. Да, это и была её реальность. В объятиях Сын Джу она, как дура, забыла об этом. Вчера Сэ Джун как безумный звонил в дверь Сын Джу. Увидев, как она испугалась слабого звонка, Сын Джу проверил, кто это, и сказал игнорировать. И больше не обращал внимания на звонки. Не дождавшись ответа, Сэ Джун, видимо, вошел в дом и пил в одиночестве. Банки из-под пива, валяющиеся на столе, недоеденная закуска и затхлый запах непроветренного помещения. Она всё время старалась понять его, но это понимать не хотела. Сэ И подошла к дивану и грубо потрясла спящего Сэ Джуна. Сэ Джун, преследовавший её даже там, куда она с трудом сбежала, был ей так ненавистен, что в её движениях было много эмоций. — Вставай. — Черт, отвали. Я только недавно уснул. Дай поспать, вали отсюда. Сэ Джун нервно огрызнулся и повернулся на другой бок, но она не перестала его трясти. Обычно она уступала Сэ Джуну, делала вид, что не замечает, и прощала. За спиной Сэ Джуна стояла грозная Ын Соль и жалкая, но вызывающая обиду Хе Чжон. Из-за них, готовых разорвать её за любое слово против единственного наследника, Сэ И часто глотала обиду. Но больше нельзя. Больше не глотается. — Вставай. Вставай, говорю. — Что такое, блядь. Сэ Джун с растрепанными волосами вскочил и выругался. Его раздраженный взгляд злобно уставился на неё. — Иди домой. — С чего это? Это твой дом? — Я тоже съезжаю. — Съезжай сама. А мне мама сказала жить здесь, так что я буду жить здесь. Сэ Джун упрямо сопротивлялся. Раздраженный тем, что его разбудили и выгоняют, он решил пойти на принцип. Сэ И посмотрела на брата с жалостью и решительно вошла в комнату, которую занимала, пока он её не занял. И почему он такой шустрый? Сэ Джун уже полностью разложил вещи. Чемодан был пуст, а в шкафу висело довольно много его одежды. Сэ И достала пустой чемодан и начала складывать в него одежду из шкафа. — Ты что делаешь? Прекрати. Если продолжишь, я всё расскажу маме. Что у тебя шашни с соседом. Ты поэтому вчера не пришла ночевать? И устроила скандал, что я привел девушку. Сэ Джун с торжествующим видом наступал на неё. Ей было лень даже отрицать, поэтому Сэ И сложила всю одежду из шкафа в чемодан и застегнула молнию. Затем сгребла в сумку несколько книг, планшет и ноутбук со стола. — Уходи. — Ты с ума сошла? Я же сказал. Я просто так не уйду. Если уйду я, то не один. Я утащу тебя с собой. Как утопленник. Поняла? В глазах кричащего Сэ Джуна осталась только злоба. Казалось, он не верит, что Сэ И, которая всегда была послушной, ведет себя так. Вероятно, для здравого смысла Сэ Джуна было непостижимо, что та, кого он всегда обирал, подавлял и на ком срывал злость, вдруг дает отпор. Она признает. Она жила так до сих пор. Позволяла Сэ Джуну смотреть на себя свысока. Оглядываясь на маму и бабушку. Сэ И решила, что слова больше не нужны, и вышла из комнаты с чемоданом и сумкой. — Ты зачем это выносишь? Что ты собираешься… Эй! Сэ И открыла дверь и выбросила чемодан и сумку наружу. Глаза Сэ Джуна, который еще даже не умылся, расширились, словно он увидел нечто ужасное, но ей было всё равно. — Тебя тоже выбросить? Бери ключи от машины и уходи. Пока я не вышвырнула тебя так же. Сэ И отряхнула руки и посмотрела на Сэ Джуна. Словно предупреждая, что теперь его очередь. Сэ Джун, который до этого громко кричал, понял, что её настрой отличается от прежнего, и бочком пробрался в гостиную, взял ключи от машины и вышел. — Ты маме… — Жалуйся. Своей маме. Сэ Джун, словно не веря в происходящее, потер глаза и посмотрел на неё. Увидев, что она стоит непоколебимо, он понял, что она не отступит, и в гневе вышел из дома. Бах. Дверь закрылась, и наступила тишина. Она сама не знала, откуда у неё взялась смелость сделать это. Руки, с опозданием осознавшие реальность, задрожали. Так просто? Она выгнала из дома единственного наследника в третьем поколении. Она не знала, какие проклятия обрушат на неё мама и бабушка, но Сэ И впервые почувствовала освобождение. Одним словом, стало легко на душе. ---------- Том 2 Глава 40 Отпуск Сын Джу — до выходных, всего два дня. Ей хотелось забыть, что Тэ Сын Джу — сын маминой подруги. Тот, кто остерегался её, в какой-то момент изменился. Настороженность по отношению к ней ослабла, а температура взгляда изменилась. Сначала она тоже сомневалась, не показалось ли ей. Сын Джу спас её от несущегося мотоцикла и пострадал сам. Сначала она недоумевала: почему? Они с Сын Джу были едва знакомы. У него не было причин рисковать собой ради неё в опасной ситуации. Но Сын Джу сделал это. Его отвезли в больницу, и там он повел себя нелепо. Потеря памяти. Сэ И чувствовала вину за то, что чуть не поверила в это. Настолько, что даже не могла сказать «нет» мужчине, который принимал её за свою девушку, хотя возможностей было предостаточно. Но она не сказала. Ей нравилось, что взгляд Тэ Сын Джу, который раньше был полон упрека и насмешки, стал мягким и нежным. Может, он издевается надо мной, потому что я его раздражаю? Эта мысль сменилась симпатией к нему. Тэ Сын Джу, о котором она слышала от других, и Тэ Сын Джу, которого видела она, казались совершенно разными людьми, и это сбивало с толку. И она поняла, что его взгляд на неё изменился. Сын Джу смотрел на неё как на женщину. Голодным взглядом. Поэтому вчера она удержала его, когда он хотел сдержаться и отступить. Только тогда Сэ И убедилась в чувствах Сын Джу. Видя, как он заворачивает её в одеяло и обнимает, она подумала, что, возможно, смогла бы прыгнуть за ним даже в пропасть. Она заглушила внутренний голос, твердивший, что нельзя желать большего. Они не собираются встречаться, просто столкнулись на мгновение и разойдутся — неужели даже это нельзя? Ей хотелось пожить так, как хочется, хотя бы раз. Недолго, всего два дня. Довольно долго Сэ И жила, мирясь с данной реальностью. Терпела, даже когда было обидно. Так что, наверное, нетрудно простить ей этот раз. Сэ И приняла душ и посмотрела на себя в зеркало. Красивая. Не обязательно из-за черт лица, а из-за свежести, присущей середине двадцати. Молодость прекрасна сама по себе. Она жила до сих пор, так и не попробовав отношений, которые есть у всех. Она гордилась тем, что жила, стараясь изо всех сил, но, оглядываясь назад, понимала, что памятных воспоминаний почти нет. Всегда не хватало времени, жизнь давила. Она никогда не ездила в путешествия просто так. Даже поездки с курсом были роскошью. Учеба оплачивалась стипендией, но карманные деньги и деньги на книги ей никто не давал. Когда брат пошел в старшую школу, ей пришлось помогать оплачивать его курсы. Романтика студенческой жизни, которой наслаждались другие, была для неё чужой историей. Поэтому она хотела пожить как все, как её ровесники, всего два дня. А потом она со всем покончит. С этим домом, с мужчиной Тэ Сын Джу. С наблюдением за сыном маминой подруги. С семьей, которая только ранит. И попробует начать заново. Она решила, что теперь будет жить своей жизнью. — Не буду желать невозможного. Стажировка в «Тэсын Групп» закончилась, и пора было выбираться из жизни, похожей на сон. Возможно, период с момента окончания магистратуры и до сих пор был единственным временем, когда она не страдала ни душой, ни телом. Поэтому она решила позволить себе ещё немного жадности. Это не перерастет в страстный роман до конца жизни, но она хотела побыть рядом с Сын Джу всего несколько дней. Слишком роскошное место и человек были ей в тягость, так что всего два дня. Выйдя из ванной, Сэ И тщательно выбирала из своей немногочисленной одежды. В основном это были брюки и удобные футболки или рубашки. Её критерием при покупке одежды была не красота, а то, чтобы не выделяться и быть уместной везде. Будучи студенткой, она считала это естественным, но сегодня пожалела о своем рациональном выборе. После долгих раздумий Сэ И надела бледно-голубую блузку и белую юбку до колен, которые купила для конференции. Завязав бант на блузке и надев юбку, подчеркивающую фигуру, она посмотрела в зеркало и улыбнулась с удовлетворением. Не похоже на меня. Поэтому мне нравится еще больше. Женщина в зеркале была совсем не похожа на обычную Им Сэ И. Глядя на женщину, которая выглядела так, как она хотела выглядеть перед Сын Джу, Сэ И взяла маленькую сумочку. Вещи Сэ Джуна она уже выкинула, так что по возвращении останется только забрать свои. Она смотрела на пустую комнату, откуда убрала вещи Сэ Джуна, когда телефон в руке завибрировал. [Им Сэ И, я уже забыла, как ты выглядишь. Почему не берешь трубку? Очень занята? Свяжись со мной.] Это было сообщение от Джу Ён. [Джу Ён, приду в понедельник.] [Ладно.] Придется какое-то время пожить у Джу Ён, когда я съеду отсюда. А потом нужно серьезно подумать о будущем. Профессор хотел, чтобы я пошла в докторантуру, но, как ни крути, это кажется невозможным. Тогда… Звонок в дверь прервал её размышления над сообщением подруги. — Им Сэ И. Услышав его голос за дверью, она, сама того не зная, покраснела. Слишком долго заставила ждать? — подумала она, поспешно открывая дверь, и увидела его. Ах. При виде его в удобных брюках-карго, свободной рубашке и солнечных очках, у Сэ И невольно вырвался возглас восхищения. — Лицо человека, который влюбился? Тэ Сын Джу с самоуверенным видом спросил это без тени смущения. Сэ И не ответила, но кивнула. Влюбилась. Это ведь не реальность. Исключение. В любом случае, это бабье лето, которое скоро закончится. Мимолетный момент в её сухой жизни, подобный аномальной жаре. Сэ И широко улыбнулась и вышла из дома. Сын Джу крепко сжал её руку. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Янпхён. Показался указатель с крупной надписью. Дорога вдоль реки Намханган, недалеко от Сеула, была очень красивой. Голубая вода была прекрасна, и небо отражало её цвет. — Сначала я хотел поехать на виллу в Канвондо, но вспомнил про Янпхён, где дедушка провел последние годы. Я часто бывал здесь в детстве, но после возвращения из Америки — впервые. Машина въехала в район элитных особняков и углубилась в переулки. Как и в районе, где находился особняк семьи Тэ, здесь тоже повсюду стояли дома, вызывающие восхищение. — Вон там. Как только Сын Джу сказал это, машина подъехала к закрытым воротам. Бип. На звук клаксона вышел седой управляющий, словно ждал их, и тут же открыл ворота. За воротами раскинулся ослепительно зеленый газон, а за ним виднелся двухэтажный дом. — Выходим. Сын Джу остановил машину и сказал, выходя. Было видно, как управляющий подошел к вышедшему первым Сын Джу и поклонился. И в тот момент, когда Сэ И собиралась выйти… Она услышала вибрацию телефона в сумке. Машинально достав телефон, Сэ И прикусила губу, увидев имя звонящего. Мама. В тот момент, когда она собиралась нажать «отклонить», а не «ответить», звонок, к счастью, прекратился. Но как только она открыла дверь машины, телефон снова завибрировал. Наверное, Хе Чжон не перестанет звонить, пока она не ответит. Она знала. Знала, но сегодня не хотела отвечать. Зная, что так нельзя, Сэ И выключила телефон. Это был первый день в её жизни, который она подарила себе как отпуск. Разве нельзя остановить обыденность ненадолго? Даже если потом придется расплачиваться за всё сразу, сейчас она этого не хотела. Она желала сосредоточиться на мужчине, который обернулся и широко улыбался ей, выходящей из машины. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Хе Чжон с изумлением убрала от уха телефон, из которого доносилось сообщение автоответчика, и посмотрела на него. — Выключила телефон? — Мам, Им Сэ И не берет трубку? Я же говорил. Она с сыном твоей подруги. Они встречаются? Этот мужик сумасшедший? Разве такие чеболи не женятся по расчету или типа того? Если он знал, что она твоя дочь, и тронул Им Сэ И только потому, что она смазливая, то Тэ Сын Джу, этот ублюдок, точно не человек, да? Она была так зла, что слова Сэ Джуна пролетали мимо ушей. Поступок Сэ И по отношению к Сэ Джуну был возмутительным, но мысль о том, что Сэ И проигнорировала даже её звонок, привела Хе Чжон в ярость. — Говоришь, вчера не ночевала дома? — Говорю же. Я ждал с пивом на всякий случай до четырех утра, она не пришла. Честно, мам. Слушая Сэ Джуна, подливающего масла в огонь, Хе Чжон снова нажала кнопку вызова. С твердым намерением не останавливаться, пока Сэ И не ответит. ---------- Том 2 Глава 41 Часть 5 Управляющему было где-то за шестьдесят, может, ближе к семидесяти. Его лицо, загорелое от весеннего солнца, расплылось в добродушной улыбке при виде Сын Джу. Радость управляющего была такой искренней, словно её можно было потрогать руками, и Сэ И внимательно наблюдала за двумя мужчинами. — Вы предупредили, что приедете, и мы убрались, но ещё не закончили… Если вы прогуляетесь, мы успеем всё доделать. Вы ещё не обедали? — Передайте тетушке, что можно не торопиться. — Даже если я передам, она всё равно будет делать это с радостью, молодой господин. Вы здесь впервые после смерти председателя. Второй молодой господин заезжал каждый раз, когда возвращался в Корею. — Я собираюсь бывать здесь почаще. — Мы только рады. — Спасибо за теплый прием. Когда Сын Джу поклонился и повернулся, управляющий поспешил в дом. Особняк, где, как говорили, провел свои последние годы дедушка Сын Джу, действительно проветривался — все окна были открыты настежь. Сэ И думала, что Сын Джу равнодушен к другим, но, похоже, к управляющему это не относилось. Когда она удивленно посмотрела на него, Сын Джу смущенно потер нос. — Давно здесь не были? — Лет десять, наверное? Когда дедушка здесь жил, я часто приезжал, а потом как-то не получалось. Одному было бы сложно решиться, но теперь есть с кем приехать, и это хорошо. Пойдем туда? Похоже, тебе нравятся море, реки и всё такое. Откуда он узнал? Море она видела нечасто, но в Сеуле была река Хан. Иногда, когда на душе было тяжело и казалось, что она вот-вот взорвется, Сэ И садилась в метро. Насмотревшись из окна вагона, бегущего над рекой, на безмятежную воду, в которой отражался закат, она чувствовала, что может дышать. Она действительно любила воду. Зная, что она смотрит на него, он беззвучно усмехнулся и пересек газон. Неподалеку расстилалась спокойная гладь реки, к которой вела лестница. Медленно следуя за Сын Джу, Сэ И подошла к причалу, где была привязана лодка. Вода слегка колыхалась на ветру, и старая лодка, словно отвечая ей, чуть заметно покачивалась. Тихий и умиротворяющий пейзаж был так прекрасен, что хотелось запечатлеть его в памяти навсегда. — Какой красивый вид. У Сэ И невольно вырвался возглас восхищения. Погода была идеальной — не жарко и не холодно, ветер был ласковым, а мир вокруг — спокойным. — Ты вторая, кого я привез сюда. Сэ И перевела взгляд с реки на мужчину, стоящего рядом. Значит, он привозил сюда кого-то ещё. Видя тоску в его глазах, она напомнила себе не жадничать, но любопытство взяло верх. — А кто был первым? — Как думаешь? — Наверное, первая любовь? При её ответе его улыбка стала шире. Сын Джу, смотревший на спокойную воду вдалеке, повернулся к ней. Солнце, поднявшееся высоко, слепило глаза, и Сэ И прищурилась, ожидая ответа. Почему-то ей казалось, что у Тэ Сын Джу, вопреки опасениям Мён Хён, богатый опыт в отношениях. Возможно, этот печальный взгляд был связан с воспоминаниями о счастливом времени с хорошим человеком. Поэтому, хоть она сама спросила, ей не очень хотелось слышать ответ. Какая же ты непостоянная, Им Сэ И, — укоряла она себя мысленно. — Мой друг. Врет. Заставил так напрячься, чтобы сказать, что это друг? Какой мужчина будет смотреть с такой тоской, вспоминая друга? Сэ И была уверена, что Сын Джу лжет. Тем более что после слова «друг» его кадык дернулся, словно он сдерживал сильные эмоции. Казалось, он подавляет глубокие чувства. — Меня особо не интересовали любовь, брак, привязанность и всё такое. Я думал, что если и женюсь, то на той, кого выберут родители, по расчету, и собирался так и сделать. Наверное. Он ведь не обычный человек. Сэ И считала это естественным, но не понимала, почему он говорит об этом именно сейчас. Боится, что я буду на что-то надеяться? Она подумала, что легкие отношения с дочерью маминой подруги могут быть для него обременительными. Значит, это предупреждение? «Хоть я и сказал, что начал, я не имел в виду будущее, так что не надейся». Если он хочет отступить, нужно сказать, что всё в порядке. Она уже собиралась заговорить, когда он продолжил. — Друг, которого я привез сюда до тебя, Им Сэ И, говорил: когда любишь, мир меняется. Пейзаж выглядит иначе, и каждый день отличается от предыдущего. Я думал, это бред влюбленного, но, кажется, Бо Хён был прав. Губы Сэ И, готовые что-то сказать, застыли. Его взгляд был таким горячим, что хотелось отвернуться. Слова, слетающие с его губ, были слишком ошеломляющими, и ей хотелось сделать вид, что она их не слышала. Но ни взгляд, ни слова не забывались, они застряли в сердце. Но так нельзя. Поэтому Сэ И через силу заговорила. — Что мы знаем друг о друге? — Разве нужно знать, чтобы чувствовать? На этот вопрос у неё не было ответа. Приезжая сюда, Сэ И хотела остаться для Тэ Сын Джу мимолетным воспоминанием. Не ярким событием, врезавшимся в память, а просто днем отклонения от нормы, о котором вспоминаешь раз в жизни. Но его слова тяжелым грузом легли на сердце. — Кажется, это началось с самого начала. Я следил за тобой взглядом. Нет, это не так. С самого начала взглядом следил не он, а она. Она запала на него с первого взгляда, даже не видя лица. Это она, забыв стыд, смотрела на него как завороженная. — Мой друг, которого я привозил сюда, расстался с девушкой и погиб, не пытаясь увернуться от машины. Ах. Сэ И закрыла рот рукой, подавляя вскрик. Так вот почему он говорил о друге с такой тоской. Она неправильно поняла его глубокий и печальный взгляд, думая, что он вспоминает другую женщину. — И я видел это своими глазами. Эта новость была еще более шокирующей, и Сэ И потеряла дар речи. В такой ситуации неумелые утешения только навредят. Она не знала, насколько сильным был шок от того, что друг погиб прямо на глазах. Если он привез друга в место, где жил дедушка, значит, они были очень близки. Может, поэтому Сын Джу держал дистанцию даже с сотрудниками? Не подпускал никого близко, чтобы снова не испытать боль потери? Сэ И взяла его за руку. Сколько бы она ни перебирала слова, подходящих для утешения не находилось. Поэтому она просто взяла его за руку. — Я даже не думал начинать с кем-то, но уже начал. Поэтому не остановлюсь. Не смогу остановиться. Раз начал, я пойду с тобой до конца. Так что решай ты. Держать меня за руку или отпустить. Это было заявление о том, что он не отпустит её на полпути. Только тогда Сэ И посмотрела на его руку, которую держала. Был ли рядом с ней кто-то, кто обещал не отпускать её руку, если она за неё ухватится? Ни мама, ни папа так не делали. Даже если они держали её за руку, стоило Сэ Джуну протянуть свою, как они отпускали её и брали руку брата. А этот мужчина сказал, что будет держать её руку до конца. — Вы можете обещать? Она знала, что нет ничего более пустого, чем слова, но не могла не спросить. Она собиралась лишь на мгновение коснуться его жизни, а он предложил остаться. У неё не было причин отказываться. Но возможно ли это? В тот момент, когда она посмотрела на него с вопросом, Сын Джу высвободил свою руку и сам взял её. Словно объявляя, что не отпустит, он крепко переплел пальцы и посмотрел на неё. — Нужны слова? Но что поделать? Я уже держу твою руку. Надо было убегать, когда я давал тебе право выбора. В тот момент, когда я взял тебя за руку, ты лишилась этой возможности. Я собственник, и то, что попало мне в руки, не отпущу даже после смерти. Поэтому эту руку я тоже не отпущу. Так что, если у тебя была хоть малейшая мысль сбежать, забудь. Ты тоже теперь просто… начни. Его слова о том, что он лишил её права выбора, парадоксальным образом успокоили Сэ И. Ей было трудно ухватиться самой, но если он будет держать её, у неё найдутся силы держаться. Если только он будет рядом. Сэ И сжала его руку в ответ. Как он и сказал, она тоже уже начала. Как только они вошли в особняк, который родители Сын Джу использовали как дачу после смерти дедушки, их встретили вкусные запахи. — Молодой господин, вы приехали? Тетушка, вышедшая из кухни на звук шагов, поздоровалась с Сын Джу, но всё её внимание было приковано к Сэ И, стоящей рядом. Ваша девушка? — спросил её озорной взгляд, и Сын Джу усмехнулся. — Проголодались? Я торопилась, не знаю, вкусно ли получилось. — Всё, что вы готовите, вкусно. — Что с вами, молодой господин? Говорите такие ласковые слова? Видимо, любовь и правда смягчает сердце. Тетушка оказалась еще более разговорчивой, чем управляющий, открывавший ворота. Она работала быстро: на столе уже стояло множество свежеприготовленных блюд. То, как она выключила плиту и подала рагу, говорило о большой заботе. — Приятного аппетита. — Спасибо. Тетушка поставила рагу перед Сэ И, которая только садилась, и широко улыбнулась. И прошептала ей на ухо, словно секрет: — Наш молодой господин никогда не приводит в дом тех, кто ему не нравится. Видимо, вы ему очень приглянулись, барышня. Вы и на мой взгляд красавица, но я впервые вижу у молодого господина такое расслабленное лицо. Сэ И невольно покосилась на Сын Джу. В отличие от неё, покрасневшей до корней волос, он невозмутимо взял ложку, словно не слышал слов тетушки. — Тетушка, спасибо за еду. И можете говорить громче. Я думал, она красивая только в моих глазах. — Ох, молодой господин, вы даже шутите… Ешьте на здоровье, даже если невкусно. Тетушка рассмеялась и ушла. Но Сэ И было не до смеха. Он дразнит её прямо перед людьми. Сердце колотилось так, что кусок в горло не лез. — Ешь. Она перекусила тем, что он купил на остановке, и на самом деле не была голодна. К тому же от неожиданной похвалы внутри всё перевернулось, и аппетита не было совсем. — Не лезет. — Лучше поесть. Если потом упадешь в обморок от голода, пощады не жди. С чего бы мне падать в обморок от голода? Не замечая её протестующего взгляда, Сын Джу аккуратно ел еду, которую ему положили. Но ел он быстрее обычного. Словно его кто-то подгонял. И вскоре Сэ И узнала, почему он так торопился. Опустошив свою миску, он нахмурился, увидев, что она почти не притронулась к своей. Но ничего не сказал. — Доела? — Да. Как только прозвучал ответ, он встал из-за стола. В тот момент, когда Сэ И тоже собиралась встать, Сын Джу быстро подошел и подхватил её на руки. — Ч-что вы де… Испуганная тем, что внезапно оказалась в воздухе, Сэ И поспешно обхватила его за шею, и Сын Джу тихо рассмеялся. Он вышел из столовой, стрелой взлетел на второй этаж и открыл дверь комнаты. В комнате стояла кровать, такая огромная, что казалось, кроме неё там ничего нет. Ветер, ворвавшийся в открытое для проветривания окно, колыхал занавески. — Не говори «нет», — прошептал Сын Джу, опуская её на кровать. Сэ И протянула руки к нему, смотрящему на неё сверху вниз. Слова отказа никак не срывались с губ. ---------- Том 2 Глава 42 Хе Чжон, не выпускавшая телефон из рук, вскочила со стула. Телефон Сэ И был выключен уже полдня. Скоро нужно было готовить ужин, но из-за беспокойства всё валилось из рук. — Выходной же, сходи на рынок, купи продуктов на суп. И твой муж, и свекор весной совсем без сил, положи побольше осьминогов… Ты меня слушаешь? — А? Ын Соль, стоявшая у входа в кухню, неодобрительно смотрела на Хе Чжон. При звуке цоканья языком лицо Хе Чжон окаменело. — Женщина, которая ведет хозяйство, витает в облаках, когда пора готовить? Из родительского дома звонили? Опять денег просят? Я же говорила тебе сто раз! Порви связи со своими родными. До каких пор ты будешь переправлять деньги мужа своим родителям… — Вы видели? — Что? Она терпела. Но когда Ын Соль снова начала использовать её семью как слабое место, обвиняя в том, чего не знает, терпение лопнуло. Когда это я давала им денег? Да, её семья разорилась, но они никогда не просили у неё денег. А Ын Соль каждый раз, когда хотела придраться, поминала её родню. Да что вы для нас сделали? До каких пор будете оскорблять моих родителей? Гнев заполнил грудь до краев. Если бы она действительно давала деньги, терпеть эти оскорбления было бы легче. Но нет. Она просто придиралась и мучила без причины. Только под предлогом того, что она свекровь. Словно демонстрируя недовольство тем, что делит сына с ней. Ей не раз хотелось развестись из-за этой грязи и низости. — Это не касается моих родителей. Я волнуюсь, потому что не могу дозвониться до Сэ И, и пропустила, что вы сказали, матушка. Повторите, пожалуйста… — Волнуешься, что не можешь дозвониться до этой девчонки, и поэтому не слушала меня? И ты волнуешься за Сэ И? Не смеши. Мы столько лет живем вместе, кого ты пытаешься обмануть? Сказала бы, что волнуешься за Сэ Джуна, я бы поверила. Нет у тебя оправдания… В общем, ты никогда мне не угодишь. Это было взаимно. Ей тоже не нравилась Ын Соль. Нет, она её ненавидела. Хе Чжон ненавидела Ын Соль до дрожи, удивляясь, как можно так сильно ненавидеть человека. И всё же ей приходилось жить с ней под одной крышей. Вероятно, пока свёкры не умрут, она не сможет вырваться из этой жизни. — Я приготовлю ужин. Хоть она и огрызнулась, Хе Чжон первой склонила голову. Такова была пищевая цепь в этом доме. Без Сэ И она была в самом низу. — Что ты приготовишь? Я сказала идти на рынок и купить продукты для супа с морепродуктами. Не забудь мидии и омежник. И достань замороженных крабов перед уходом. — Хорошо… Нужно торопиться, чтобы успеть сходить на рынок и приготовить ужин. При ответе к горлу подступил ком обиды. Ын Соль посмотрела на неё холодным взглядом, хлопнула дверью и ушла, но обида не утихла. Это всё из-за тебя. Хе Чжон нашла более легкий объект для ненависти, чем Ын Соль. Она направила стрелы ненависти на дочь, которая сбрасывала её звонки и даже выключила телефон. Гнев вспыхнул с новой силой. Хе Чжон, сверля взглядом телефон, снова набрала номер дочери. «Аппарат абонента выключен…» Услышав сообщение о том, что телефон всё ещё недоступен, Хе Чжон крепко сжала зубы. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Он раздел её, навис сверху и опустил голову. Сын Джу откровенно наслаждался ею, лежащей на кровати перед окном, в которое беспрепятственно лился свет. Начав с мягкого поцелуя, он спустился ниже, коснулся шеи и двинулся к груди. Сэ И прикусила губу, чувствуя, как соски, которые он уже целовал, снова затвердевают сами по себе. — Мило встали. Он усмехнулся, глядя на её напрягшиеся соски, хотя еще даже не коснулся их. Ей было стыдно и обидно за его дразнящую шутку, и она попыталась прикрыть грудь руками. Но его рука оказалась быстрее. Он без колебаний сжал её белую грудь. Когда его ладонь коснулась твердого соска, у неё невольно вырвался стон. — А-ах… В тот момент, когда желание, которое она хотела скрыть, прорвалось наружу, он встретился с ней взглядом и наклонился. Когда он убрал ладонь, которой медленно стимулировал грудь, сосок, к её стыду, затвердел еще сильнее. Видя это, он широко открыл рот, и Сэ И закрыла глаза. Вместе с горячим дыханием сосок, торчавший в воздухе, втянулся в его рот. Ей, закрывшей глаза от стыда, остались только обостренные чувства. С закрытыми глазами ощущения стали еще острее, и прикосновение горячего языка к соску чувствовалось слишком явно. Каждый раз, когда горячий язык касался и посасывал, Сэ И чувствовала, как её тело чувствительно вздрагивает. Ртом он сосал сосок, а рукой игриво теребил вторую грудь, медленно опуская руку ниже. Каждый раз, когда его рука касалась её обнаженной кожи, Сэ И задерживала дыхание. Странно. Он просто трогал и целовал, а тело горело. И следовали незнакомые ощущения, с которыми она не могла справиться. Ей не верилось, что Тэ Сын Джу сосет её грудь, как ребенок. Сэ И казалось, что это сон. Но вскоре он разбил её мысли. Легкая боль пронзила сосок, когда он слегка прикусил его. Она нахмурилась от боли, и Сын Джу, словно утешая, покатал сосок языком и пробормотал: — Хочется проглотить тебя целиком. Покатав языком, пососав, собрав губы в трубочку, и слегка покусав, Сын Джу наконец выпустил сосок изо рта и взял её за подбородок. Сэ И открыла глаза и посмотрела на него, положившего подбородок ей на грудь. Увидев Сын Джу, смотрящего на неё обжигающим взглядом, мысль о сне отступила, как отлив. Это не сон. Это слишком явная реальность. — Обними меня. При её тихой просьбе его взгляд стал еще глубже. Он молча смотрел на неё, а затем развел её ноги рукой. Движение было таким внезапным, что она не успела даже напрячь бедра. Она в удивлении открыла рот, но Сын Джу уже вторгался между её ног. Отодвинув черные волоски, он раздвинул застенчиво сомкнутые пухлые губы и потер толстым пальцем то место, которое она сама никогда не трогала. — Ах. Стон, которого она вовсе не планировала, сорвался с её губ. Их взгляды встретились, пока он трогал её снизу. Большая рука раз за разом потирала мягкое, но сухое место. — Хватит… я… — Я просто трогаю, а ты уже говоришь «хватит»? Мне нужно вставить сюда свой член и двигаться, а тут так узко, что даже страшно. Не порвется? Он постучал кончиком пальца по закрытому входу и спросил. Ощущение было таким странным, что Сэ И закрыла рот обеими руками. Глядя на её лицо, он затронул клитор кончиком пальца. Чем настойчивее он касался, тем быстрее становилось её дыхание. Вскоре оттуда потекла смущающая жидкость. Горячая и скользкая влага не просто текла, она смочила его пальцы. Ах. Снова вырвался горячий стон, и она еще сильнее прижала руки к губам. — Наконец-то намокла. Не прекращая стимуляцию рукой, он наклонился и скользнул губами вниз под грудь. Ощущение губ и слегка высунутого языка, скользящих по нежной коже, было неописуемо странным. Губы, ласкавшие грудь, скользнули по животу и остановились прямо над тем местом, где быстро двигалась его рука. Сэ И затаила дыхание. Каждый раз, когда двигался его палец, вытекающая смазка издавала непристойный звук. Но это был не конец. Он схватил её за бедро одной рукой, а другой еще сильнее стимулировал клитор. — Ах-ах. Ощущение, что она сходит с ума, накрыло её, и бедра сами собой начали двигаться. В этот момент его палец остановился. И он опустил голову и потер языком то место, которое стимулировал пальцем. Она хотела сказать «нет». Хотела схватить его за голову и оттолкнуть. Но перед лицом ощущений, которые создавал он, уткнувшись лицом между её разведенных ног, она не могла пошевелиться. — Ых. Сэ И сжала простыню в кулаках. Перед лицом слишком явного удовольствия она была беспомощна. На тыльной стороне ладоней вздулись вены, лицо исказилось. Хватит. Она мотала головой, пытаясь вырваться, но он держал её за ноги и не отпускал. Он лизал клитор внутри и всасывал его губами. Сын Джу стимулировал её тело способами, о которых она не знала. Одно только движение пальца заставило её намокнуть до предела, а через ладони, зажимающие рот, прорывались задыхающиеся стоны. ---------- Том 2 Глава 43 Был даже не вечер, солнце светило ярко, но Сэ И была полностью разрушена его руками и губами. Сын Джу не упустил ни единой детали этого зрелища, запечатлевая всё в памяти. Узко. Сын Джу скривился, втискивая готовый взорваться разбухший член в ее узкое лоно. Инстинкт, желание опережали разум, и он, как зверь, прорывался в нее, причиняя боль. Даже видя, что ей больно, он не мог остановиться. Сын Джу притянул её за талию и яростно прижался. Горячее и узкое место схватило его и не отпускало. Инстинкт, рвущийся пробиться сквозь это и войти глубже, бушевал. — Медленно, пожалуйста… В тот момент, когда она повисла у него на плечах и взмолилась, он надавил и вошел до конца. И с этого момента началось. Когда её горячее лоно крепко сжало его член и не отпускало, нить разума, за которую он едва держался, оборвалась. От узости он сходил с ума еще больше. Даже видя искаженное от боли лицо Сэ И, он не мог контролировать инстинкты. Сдерживаемое желание вырвалось наружу, и даже он не мог с ним справиться. Сын Джу, глядя на искаженное лицо Сэ И, импульсивно сунул ей в рот указательный палец. — Соси. Это был палец, который исследовал её глубины. Он сунул его, пропитанный её запахом, в рот, полный слюны. Сэ И с глазами, полными слез, сосала его палец. Прикосновение маленького язычка к пальцу и давление собранных губ сводили с ума. Сын Джу вынул палец и накрыл её губы своими. Он протолкнул язык, желая, чтобы она сосала его так же, как палец, и Сэ И приняла его. В этот момент он снова сильно толкнулся. Она, только что морщившаяся от боли, теперь выглядела затуманенной. Это было так красиво, что часть его тела снова раздулась, готовая взорваться. Так и умереть можно. Но умереть, став с этой женщиной одним целым, казалось неплохой идеей. И словно воплощая эту мысль, Сын Джу начал двигаться как безумный. Звук ударов плоти о плоть был громким. Между ними струился пот, как остатки желания. Но быстрый темп не замедлялся. Входя снова и снова, его член не опадал. Наоборот, внутри неё он становился ещё тверже. Он скреб, тер и вращал туго налитым членом по её стенкам. Желая заполнить её собой до отказа, Сын Джу грубо расширял территорию. — Ах, а-ах. Горячее лоно, текущая смазка, кожа, такая нежная, что, казалось, вот-вот сомнется, и она, задыхающаяся от удовольствия. Сын Джу никогда не терял себя так, как сейчас. Никогда ни в ком так отчаянно не нуждался. Настолько он был сейчас помешан на Им Сэ И. Это всего лишь секс, но он был в отчаянии, словно достиг края света, и сходил с ума. — Ых. В лоне, которое бесчисленное количество раз терлось о его член, разбрызгивая горячую смазку, он замер, уткнувшись членом в глубину. И движения прекратились. Сэ И обняла его за шею и прижалась. Это был пик. Всю ночь на вилле не зажигали свет. Распахнутые окна были закрыты, и спустилась глубокая тьма. В отличие от улицы, где температура упала по сравнению с днем, в комнате было жарко как никогда. Сэ И тяжело дышала, откинув голову назад. Из-за мужчины, прилипшего к её груди, как ребенок. Из-за его аккуратных пальцев, проникающих глубоко внутрь и ворочающихся там, она не могла прийти в себя. От пальцев, которые терли, трясли и тыкали, внутри неё всё было постыдно мокро и горячо. Сэ И, тяжело дыша, запустила пальцы в волосы мужчины. В тот момент, когда она сжала гладкие волосы, ощутимые кончиками пальцев, два сложенных пальца быстро вошли и вышли из неё. — Ах. — Если тронуть здесь… — Ах, хватит. — Ты сходишь с ума. — Хватит, пожалуйста… Сэ И задыхалась. Она стала такой чувствительной, что казалось, сойдет с ума от одного прикосновения. Секс оказался гораздо более откровенным, чем она думала. Можно ли делать это, когда другой человек становится твоей плотью, только ради удовольствия? — промелькнула глупая мысль. Ей было смешно, что она, только сейчас познающая то, что другие уже давно испытали, считает, будто постигла суть секса. Но одно она поняла. Она никогда не забудет этого человека. До самой смерти имя Тэ Сын Джу не стереть из её памяти. Сэ И крепко обняла его мокрую от пота спину. Обнимая мужчину, который заполнял её до безумия, она старалась прижаться ещё теснее. И в итоге заплакала. — Тяжело. — Я же говорил тебе поесть. Если бы она знала, что он так загоняет её, она бы правда доела всё. Не зная этого, она волновалась и не смогла поесть. Опьянев всего лишь от одного слова «красивая». — Раздвинь ноги шире, держись за мои плечи. Если будешь умницей, куплю тебе вкусненького… Сын Джу схватил её за ягодицы и прижался еще глубже. Сэ И не могла отвергнуть его страстные движения. Она говорила, что ей тяжело, больно, но в итоге обнимала его еще крепче. От еще незнакомого удовольствия Сэ И стонала снова и снова. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Председатель Тэ пристально посмотрел на руководителя секретариата О Бён Су. Сегодня у него наконец-то не было вечерних встреч, и он собирался поужинать в кругу семьи. — Председатель. Увидев начальника О, который пришел без предупреждения, председатель Тэ поправил очки. Внезапное появление начальника О в особняке в такое время означало, что возникла проблема, требующая доклада. Его жена Мён Хён тоже забеспокоилась при виде начальника О. — Начальник О, проходите, мы как раз садились ужинать. Поешьте с нами. — Нет, госпожа. У меня есть разговор к председателю. Я подожду, пока вы поужинаете. — Нет, не стоит. Я поговорю и поем, так что вы с Сын Хё начинайте. Начальник О, пройдемте в кабинет. Председатель Тэ встал из-за стола и направился в кабинет, начальник О поклонился Мён Хён и последовал за ним. Открыв дверь кабинета, включив свет и сев в кресло, председатель Тэ увидел, как начальник О встал перед столом. — Что случилось, что без предупреждения в такое время. Что-то произошло? — Говорят, управляющий директор поехал в Янпхён. — В Янпхён? Недавно он сильно испугался из-за внезапной аварии с мотоциклом перед компанией. Сын Джу сказал, что отдохнет пару дней, и он разрешил, думая, что тот будет восстанавливаться дома. Ему стало скучно? Раз поехал в Янпхён, куда обычно не ездит. — И что в этом такого, чтобы приезжать в такое время? Захотел отдохнуть — поехал. В отличие от председателя Тэ, который говорил об этом как о пустяке, у начальника О было серьезное лицо. Сын Джу не брал отпуск с момента возвращения из Америки. Услышав, что он взял отпуск под предлогом отдыха, председатель Тэ даже обрадовался. — Но, кажется, управляющий директор поехал в Янпхён не один. Это было неожиданно. Сын Джу и так не отличался общительностью. Но после возвращения из Америки это стало еще заметнее. Он только недавно услышал, что Сын Джу стал немного свободнее общаться с приставленным к нему секретарем Чан Хо Ёлем, а тут — поехал с кем-то на виллу? Излишняя разборчивость в людях — не лучшее качество для Сын Джу, которому предстоит управлять компанией. Втайне он надеялся, что сын станет более общительным, но понимал, что это не изменится по желанию, и беспокоился. Но услышав, что он поехал в место, где жил дедушка, с кем-то еще, лицо председателя Тэ просветлело. — Если не один, то с кем? — Это… говорят, он поехал с кем-то, кто был стажером в компании. — Со стажером? Бросил сотрудников компании и поехал в Янпхён, где дедушка провел последние годы, со стажером? — Но этот стажер… женщина. — Женщина. Женщина, значит. Слава богу. «Это действительно облегчение», — подумал председатель Тэ, и уголки его губ поползли вверх. Услышав слова Мён Хён, он не подал виду, но сильно переживал. Боясь, что сыну нравятся мужчины, он даже приставил человека следить за ним, но новостей не приходило, и он был как на иголках. А тут поехал с женщиной в Янпхён. Но тут улыбка сползла с его лица. Тот ребенок… тоже был стажером. — Я узнал, что этот стажер немного копал под управляющего директора. Копал? Значит, неужели это тот ребенок… — Знаешь имя? — Да. Узнал. Это Им Сэ И, стажер, поступившая в нашу компанию около двух месяцев назад. Это она. Дочь подруги жены. То, что сын повез в Янпхён женщину, которую он лично нанял стажером… — Что будем делать, председатель? Вот именно, что делать. Оставить как есть или вмешаться — председатель Тэ тоже не знал. Ситуация была нелепой. Тут некого винить, кроме себя. Можно сказать, что он и его жена сами свели их. — Начальник О. — Да, председатель. — Наблюдай тихо. Если возникнут проблемы — докладывай мне. Чтобы жена не знала. Понял? — Да, понял. Сын Джу повез женщину в Янпхён. Это определенно хорошая новость, но то, что это дочь подруги жены, беспокоило. Председатель Тэ задумчиво уставился в пустоту. ---------- Том 2 Глава 44 Часть 6 Сын Джу, поглаживая её впалый живот, отвел её в ванную, вымыл, одел и посадил в машину. Смотреть на её измученный вид и при этом улыбаться — как же это было возмутительно. — Не смотри так волком, я накормлю тебя чем-нибудь вкусным. — Вряд ли сейчас открыты рестораны. — Наверное, почти все закрыты. Поздно вечером рестораны в сельской местности закрываются раньше, чем в городе. Но у Сэ И не хватило наглости просить вызвать тетушку в такой час, чтобы она приготовила еду. Поэтому она просто хныкала, что голодна. Сын Джу усмехнулся с недоумением, когда она оттолкнула его, сказав, что больше не может, потому что у неё нет сил и она голодна. И сказал: «Я же говорил тебе поесть, почему не ела?». Кто же знал? Видимо, поэтому он запихивал в себя еду через силу, но она не думала, что они даже не выйдут из комнаты и будут только заниматься сексом. — Пристегнись. Поехали. — Куда мы едем? — В хорошее место. «Хорошее место» звучало многообещающе. Она надула губы и стала пристегиваться, когда Сын Джу вдруг повернулся к ней, обхватил её лицо руками и прильнул к надутым губам. Снова поднялся жар. Сэ И толкнула его в плечо, когда он постучал кончиком языка по её сомкнутым губам. Ей не было неприятно, но она понимала: если впустит его язык, случится непоправимое. — Такая жадина, трудно открыть рот? — Я голодна. — Ха, вот же. Он лениво улыбнулся и с сожалением отстранился. Сын Джу вывел машину из виллы. Он не стал звать управляющего, вышел из машины и сам толкнул тяжелые ворота. Она вышла следом и помогла ему, кряхтящему от натуги. — Какая умница. Открыв ворота настежь, Сын Джу погладил её по голове. Это короткое прикосновение было слаще и приятнее, чем долгий секс. Сын Джу открыл ей дверцу машины и снова сел за руль. Долго петляя по проселочным дорогам и не говоря, куда они едут, он привез их в неожиданное место — на стоянку отдыха на шоссе. — Выбирай всё, что хочешь. Оппа платит. Открытых заведений было немного, но он говорил с таким важным видом, словно делал одолжение, что это раздражало. Сэ И внимательно изучила меню, ища самое дорогое блюдо. Но когда тот, кто платит, заказывает первым, выбор неизбежно ограничивается. — Я тоже буду удон. Сын Джу усмехнулся, сделал заказ и расплатился картой. В ресторане зоны отдыха, где выключенного света было больше, чем включенного, они уютно устроились за столиком в ожидании еды. От голода у неё текли слюнки, и Сын Джу, найдя это милым, ущипнул её за щеку. Дзинь-дон. При громком звонке Сын Джу встал. Нажав ей на плечо, чтобы она не вставала, он принес поднос обеими руками. Обычно дешевый удон на заправках не отличался вкусом, но сегодня он был невероятно вкусным. Сын Джу, глядя, как она с хлюпаньем втягивает соленую и толстую лапшу, улыбался так широко, как никогда. Склонив головы друг к другу, они съели удон до последней капли бульона. Впалый живот наполнился. Мелочь, а Сэ И была счастлива. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Проведя ещё одну жаркую ночь, они вернулись в Сеул. Как только они прибыли в роскошный офистель в центре Сеула, лицо Сэ И застыло. Счастливые моменты, как ни странно, всегда коротки. А трудная реальность — длинная. Прибыв на парковку с приятными воспоминаниями, она изо всех сил старалась не показывать нахлынувшего беспокойства. — Завтра на работу? — Я и так долго отдыхал, хотя не сильно пострадал. Прошедшая неделя казалась такой длинной, что авария, думалось, произошла целую вечность назад. Сэ И посмотрела на руку Сын Джу, видневшуюся из-под засученного рукава футболки. Синяк уже побледнел. Слава богу. Царапина на щеке тоже почти исчезла, корочка отпала. Раны зажили, и он возвращается к обычной жизни. — Выходим. Сын Джу вышел первым и открыл ей дверь. По дороге от машины до квартиры они молчали. Крепко держась за руки, они смотрели только на цифры этажей в лифте. Когда двери лифта открылись, Сын Джу вывел её за руку. Посмотрев на две двери рядом, он остановился перед её квартирой. — Отдыхай. — Да… Сэ И ответила и высвободила руку. Сын Джу посмотрел на неё непонятным взглядом и слабо улыбнулся. До самого отъезда в Сеул они были как одно целое. Видели, трогали и целовали всё, что можно и нельзя. Они обнимались так отчаянно, словно сегодня конец света, но момент расставания перед дверью был неловким и чужим. — Заходи. Сэ И кивнула и открыла дверь. Теперь нужно освободить и это место. Боясь, что Сэ Джун войдет без спроса в её отсутствие, она сменила пароль перед отъездом с Сын Джу. Сэ И вошла внутрь и закрыла дверь. Щелк. Услышав звук замка, она прислонилась спиной к двери. Казалось, она видела счастливый сон, который ей не принадлежит. Всего один день с небольшим. Время, когда она была не собой. Словно в полусне, казалось, что она сделала много, но, пытаясь вспомнить, думалось, что и вспомнить-то нечего. — Ха-а. Она натворила делов. В отличие от неё, действовавшей импульсивно, Сын Джу сказал, что если начнет, то не отпустит. Действительно не отпустит? Если узнает, кто я такая, как со мной обращаются, и всё равно не отпустит… Я тоже не отпущу. Впервые в жизни дни были теплыми. Даже если она ничего особенного не запомнила, она не хотела отпускать воспоминания о том, как была в его объятиях, вкус соленого удона, который они ели вместе, и горячий, страстный взгляд. ---------- Том 2 Глава 45 — С ума сойти. Смешно, но ему было трудно отпустить Сэ И домой. Они и так жили раздельно, и провели вместе совсем немного времени, но заходить домой одному было тоскливо. Он всё время оглядывался, словно оставил что-то очень важное. Хотя Сэ И уже вошла внутрь и закрыла дверь. Он думал, что она первая влюбилась в него. Считал это само собой разумеющимся. До сих пор женщины, которых он встречал, всегда проявляли к нему интерес первыми. И в университете, и в филиале, и на свиданиях вслепую. Но сейчас он не был уверен в аксиоме, что Сэ И любит его. Казалось, он хочет этого больше. Казалось, он любит её больше. Им Сэ И была пугливее, чем он думал. И не открывала сердце так просто. Даже прижимаясь к ней обнаженным телом и занимаясь любовью, он не чувствовал уверенности, что она — его. Потому что остывала так же быстро, как и загоралась. Сын Джу открыл дверь своей квартиры, но тут же закрыл и нажал на звонок соседней двери. Дзинь-дон. Открой, Им Сэ И. Сын Джу с тревогой смотрел на закрытую дверь. Он уже начал, сказал ей начинать, но ответа не услышал. Он, как дурак, вспомнил об этом только сейчас. Сын Джу снова нажал на звонок, торопя. Дзинь-дон, дзинь-дон. Он уже собирался нажать ещё несколько раз, когда дверь открылась. Увидев её белое лицо в проеме, он невольно вздохнул с облегчением. — Почему, что-то случи… М-м-м. Что случилось. Я же оставил тебя. Сын Джу обхватил её лицо руками и глубоко поцеловал. Он втолкнул её внутрь, заставив попятиться. Сэ И не отпихнула его, целующего грубо, словно отнимая дыхание. Но крепко не обнимаешь. Если бы можно было положить эту женщину в карман и носить с собой… Тогда бы не было чувства, что он её потеряет. От ударов её кулачков по плечу, потому что не хватало воздуха, Сын Джу с трудом оторвался от губ. И её глаза, в которых читалось легкое удивление, посмотрели на него. Вот поэтому я и схожу с ума. Потому что ты такая красивая. — Давай будем вместе. При его словах глаза Сэ И дрогнули. — Я же говорил, бесполезно говорить «нет». Я уже начал, и раз начал, остановиться не могу. Что бы она ни говорила, он уже не мог повернуть назад. Только вперед, к ней. Всё тело, всё сердце хотело её, как можно отступить? Сын Джу решительно вошел в её дом. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Хе Чжон вышла из автобуса и огляделась. На остановке никого не было. Конечно, это же элитный район. Зачем местным жителям общественный транспорт? Если бы отец не разорился, она бы тоже жила в таком месте. И не поднималась бы по этой дороге с жалким видом и чувством зависти. Но падение на дно не было сплошным злом. Небо, на которое она смотрела, пока шла, было синим, ветер приятным, а откуда-то доносился тонкий аромат цветов. Поистине, май заслуживал звания короля сезонов. Пройдя мимо дома с высокой стеной, откуда пахло сиренью, она увидела дом Мён Хён. Самый большой и роскошный в районе, на самом высоком месте — дом её подруги. Она заметила нескольких мужчин в черных костюмах перед домом. Ворота открылись, и суетливые движения мужчин с наушниками в ушах говорили о том, что кто-то собирается выезжать. Хе Чжон невольно ускорила шаг. Охранники поглядывали в открытые ворота. Скоро должен был выйти тот, кто сядет в машину. Хе Чжон тоже заспешила. Вслед за сердцем ускорились и ноги. Живя со свекрами, ей было нелегко выйти из дома. Даже в таком возрасте приходилось каждый раз просить разрешения у свекрови. Поэтому, раз уж вышла, нужно закончить задуманное. — О, подождите. Как и ожидалось. Машина, выезжавшая из ворот, принадлежала её подруге Шин Мён Хён. Машина притормозила, окно опустилось, и она увидела сидящих внутри. Мён Хён куда-то ехала с начальником Юном. Увидев её, Мён Хён вышла из машины. — Какими судьбами, без звонка? Мён Хён выглядела удивленной и растерянной при виде внезапно появившейся подруги. Знала бы — позвонила. Из-за охлаждения в отношениях она тоже долго колебалась, прежде чем прийти. Но не прийти не могла. — Куда-то едешь? У меня к тебе срочный разговор, не уделишь немного времени? Мён Хён, мне нужно сказать тебе кое-что важное сегодня. — Что же делать? Я как раз ехала на встречу. Мён Хён выглядела озадаченной. Глядя на Мён Хён, которая на мгновение задумалась, глядя в пустоту, Хе Чжон огляделась и сказала: — Это насчет твоего сына и моей дочери. Даже десяти минут не найдешь? — Садись. Поговорим в машине. Услышав о детях, Мён Хён перестала колебаться и открыла дверь машины. Выражение замешательства исчезло, сменившись настороженностью. Все такие, когда дело касается детей, но мысль о том, что даже богатая подруга не может выйти за рамки материнского инстинкта, мелькнула в голове. Всё равно отношения с Мён Хён, по сути, разрушены. Значит, нужно просто хладнокровно всё просчитать и получить свою выгоду. — Хе Чжон, у тебя что-то случилось? Почему ты так выглядишь? Ты выглядишь хуже, чем в прошлый раз, что-то стряслось? Что за разговор о моем сыне и твоей дочери? — Мён Хён. Две женщины, сидящие рядом на заднем сиденье, обменялись неловкими взглядами. У Хе Чжон пересохло во рту от волнения. — Говори, Хе Чжон. В чем дело? — Твой сын… Она не верила всему, что говорил Сэ Джун, но Сэ И выключила телефон на все выходные. В воскресенье она поехала к Сэ И с Сэ Джуном, но дочери не было дома, а код от двери был изменен. Она вернулась, не попав в квартиру, и была ужасно зла. К тому же, услышав, что сын Мён Хён выгнал Сэ Джуна, она почувствовала неописуемую обиду. «А твоя сестра? Что сказала Сэ И? Неужели Сэ И тоже сказала тебе уйти?» «Мам, я же говорил, они странные? Старший сын „Тэсын Групп“, этот ублюдок, всего на пару лет старше меня, вел себя со мной как псих, а перед сестрой — тише воды ниже травы». Именно из-за этого она пришла в это неудобное место лично. — Хе Чжон, что с тобой? Если тебе неудобно, давай остановимся и зайдем в кафе? — Нет, не нужно. Мён Хён. Скажу коротко. Хе Чжон перевела дух и посмотрела на женщину, сидящую рядом. Женщину, которая когда-то была подругой, но теперь это слово ей совсем не подходило. Возможно, это будет их последняя встреча. Поэтому нужно было четко расставить точки над i. — Почему ты одолжила Сэ И офистель, не посоветовавшись со мной? Не говори, что это за то, что она отправила твоего младшего сына в университет. Если так, то правильнее было бы дать соответствующее вознаграждение. А ты вместо этого подтолкнула мою дочь к независимости и устроила ее стажером в компанию. Ладно, если бы ты сделала это, потому что Сэ И тебе нравится, но краткосрочная стажировка — это слишком странно для благотворительности. Сколько ни думаю, не могу понять. Что ты делаешь с моей дочерью? Нет, спрошу прямо. Ты знаешь, что твой сын и моя дочь встречаются? На прямой вопрос Хе Чжон Мён Хён ничего не ответила. Видимо, она совершенно не ожидала услышать такое, и на её лице читались замешательство и растерянность. Неужели она скажет: «Давай поженим их»? Хе Чжон прокручивала в голове варианты, чтобы включить и это в свои расчеты. Сколько запросить? Прежде всего она чеболь, а уж потом подруга. Если, как сказал Сэ Джун, Сэ И действительно встречается со старшим сыном «Тэсын Групп», то сейчас самое время сделать крупную ставку. Впервые Хе Чжон не пожалела, что родила Сэ И. ---------- Том 2 Глава 46 Сын Джу осторожно поглаживал руку Сэ И, лежащей спиной к нему. Это были безумные несколько дней. Уговорил поехать в путешествие, а вместо этого не давал ей продохнуть ни минуты. Всё её тело было в красных отметинах от его поцелуев и укусов. И сейчас. Ему хотелось уткнуться носом в её кожу и снова раствориться. Внезапно он почувствовал себя животным, у которого исчезла голова и осталась только нижняя часть тела. Он тоже мужчина, и бывали моменты, когда им управляло желание. Но чтобы это длилось так долго — такого не было никогда. Им Сэ И. Сэ И. Он сошел с ума из-за женщины, которая, когда он звал её по имени, поднимала уставшие веки с длинными ресницами и смотрела на него ясными глазами. Он никогда не думал о собственничестве по отношению к людям. Но ему не хотелось, чтобы эта женщина отходила от него. Хотелось спрятать её так, чтобы никто не видел, и смотреть одному. Это было по-детски, но искренне. Если бы кто-то сказал ему такое, он бы посмеялся и назвал психом, но сейчас сам делал это, и ему было всё равно. — М. Она пошевелилась и тихо застонала, просыпаясь. Сын Джу навалился на неё, словно только и ждал этого момента. — Управляющий директор?.. — Тебя же уволили, забыла? Приди в себя. — Ах да. Теперь не «управляющий директор», а… господин Сын Джу, так? — Вот лиса. Сын Джу обхватил лицо женщины, на котором еще были следы сна, обеими руками и поцеловал. Женщина, мягкая в любом месте, куда бы он ни прикоснулся, не сопротивлялась и послушно открыла рот. Сын Джу прижался к губам и проник языком внутрь. Как только он почувствовал горячее дыхание, его снова накрыло желание. Так нельзя, — подумал он, но остановиться было уже невозможно. Неподвластный разуму, член уже двигался туда, куда должен был войти. Неважно, что Сэ И в испуге распахнула глаза, ему нужно было утолить свой разбушевавшийся голод. Сэ И жила у него уже несколько дней. Когда Сын Джу уходил на работу, она садилась на корточки у окна и смотрела на уменьшившийся мир внизу. И думала, как жить дальше. Время без него тянулось бесконечно скучно. Лучше бы она следила за ним, узнавая о нем что-то новое. Сын Джу возвращался с работы к себе, то есть к ней. Словно чтобы помешать этому времени, по вечерам настойчиво звонил дверной звонок. Когда они занимались сексом, когда она нежилась в ванной, когда они играли в любовь за едой — кто-то звонил, но они игнорировали. Для Сэ И это время было похоже на сон. Нереальное, как мираж, возникающий в голове, когда закрываешь глаза или теряешь сознание. Наблюдение за сыном маминой подруги закончено. Он оказался мужчиной, который не любит мужчин, а умеет сводить женщин с ума от желания. Нужно сделать финальный доклад госпоже и председателю, что им не о чем беспокоиться. Сэ И обняла его за шею и слабо улыбнулась. Обычно «сыновья маминых подруг» слишком идеальны и вызывают зависть. И этот человек такой же. Слишком идеальный, словно из другого мира. Она решила не жадничать и не мечтать о месте рядом с ним. Но это решение было нарушено. Сейчас она жаждала Тэ Сын Джу. Хотела его. До отчаяния. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Слова Хе Чжон были ясными. Когда она озвучила требования, которые никак не могли возникнуть между друзьями, Мён Хён от удивления потеряла дар речи. Неужели Хе Чжон узнала о том, о чем мы просили Сэ И? — всё время, пока она слушала, сердце билось от тревоги. В отличие от Хе Чжон, требовавшей немедленного ответа, Мён Хён сказала, что подумает, и направилась на встречу. — Начальник Юн. Узнай, с кем сейчас Сын Джу. — Будет сделано. — Если он с Сэ И… Как только она произнесла имя Сэ И, лицо Мён Хён исказилось. Это всё её вина. Сэ И помогла поступить в университет Сын Хё, про которого все говорили, что Сеул ему не светит, причем не просто в Сеул, а в университет гораздо лучше ожидаемого. Поэтому она, надеясь на чудо, попросила и за Сын Джу. Мён Хён знала, что это перебор, но тогда она была в таком отчаянии, что готова была хвататься за соломинку. После аварии с мотоциклом она думала, что главное — чтобы Сын Джу был здоров, но… Она сама втянула Сэ И, которая отказывалась. Доверие — это не то чувство, которое может возникнуть в одностороннем порядке. Если она доверяла Сэ И, то и Сэ И доверяла ей, раз согласилась на это нелепое предложение. Когда Хе Чжон потребовала денег, прикрываясь своей дочерью Сэ И и её сыном Сын Джу, в голове стало пусто. Даже когда она замолчала надолго, начальник Юн лишь спокойно ждал, не торопя её. — Подготовьте документы для учебы Сэ И за границей. Она хотела сдержать обещание, данное Сэ И в самом начале. Независимо от того, чего хочет и требует Хе Чжон, желание Сэ И она должна исполнить сама. «Она отправила твоего младшего сына, которого все считали безнадежным, в один из десяти лучших университетов страны. Обычно за такое благодарят, Мён Хён. А не просто умывают руки, предоставив пустую квартиру, и делают вид, что сделали большое одолжение. И даже если моя дочь и твой сын встречаются, из этого всё равно ничего не выйдет. Ты же не примешь мою дочь в невестки? Нет». «Хе Чжон, не надо долгих речей. Я поняла. Говори. Чего ты хочешь». Она предполагала, что если Хе Чжон узнает о просьбе к Сэ И, то может начать шантажировать по-крупному. Но Хе Чжон, похоже, не знала о деле Сын Джу. Она торговалась, используя как предлог то, что Сэ И и Сын Джу встречаются. Мён Хён еще не задумывалась о том, какие чувства у Сын Джу и Сэ И. Но если они встречаются, она не собиралась возражать. Сын Джу настолько скуп на эмоции, что если он кого-то полюбит, не будет причин мешать. «Устрой моего Сэ Джуна в вашу компанию. И думаю, пятьсот миллионов наличными будет адекватной благодарностью. Я слышала, в Тэчхи-доне в таких случаях получают примерно столько». «Ты серьезно?» «Конечно. Деньги переведи на мой счет, а сына не обязательно устраивать прямо сейчас, так что не смотри так. Время есть, ты же сможешь придумать, как оформить его в „Тэсын“ естественным образом? Если ты благодарна Сэ И, то сделать это несложно. Если тебе неловко делать это только для Сэ Джуна, устрой моей Сэ И свидание с кем-нибудь». Устроить свидание? Это было так нелепо, что Мён Хён долго смотрела на Хе Чжон. «Почему мы должны расплачиваться с твоим сыном за благодарность Сэ И? И какое свидание? Сэ И говорила, что хочет замуж?» «Трудоустройство Сэ Джуна — это просьба, а замужество Сэ И — это то, что решать мне, Мён Хён». «Хе Чжон, мне давно было интересно, почему ты так относишься к Сэ И? Сэ И — твоя дочь. Говорят, матерям ближе дочери, а не сыновья, но я тебя совершенно не понимаю». «Потому что ты — не я. Если бы не наш Сэ Джун… Ладно. Я не жду от тебя понимания. У каждого своя жизнь, и то, что в ней происходит, трудно понять другим. Сэ И, даже если она не хочет, я выдам замуж в хорошую семью. Как можно скорее. Если ты сделаешь, как я говорю, это будет хорошо и для Сэ И. Вместо того чтобы работать и обеспечивать Сэ Джуна, пусть Сэ И живет своей жизнью. Она умная и эгоистичная, так что будет жить хорошо». Слушая Хе Чжон, у Мён Хён болело сердце. Вспомнилась застенчивая улыбка Сэ И, когда она говорила: «Я хочу учиться дальше», и к горлу подступил ком. Если Сэ И встречается с Сын Джу и у них развиваются чувства, что же делать? Хе Чжон, что с тобой? Почему ты так изменилась? Хотелось спросить, но Мён Хён промолчала. В старшей школе и университете Хе Чжон была яркой и теплой. Как Сэ И. Что же сделало Хе Чжон такой? На лице подруги, лишенном выражения, читалась тяжелая жизнь, а в сухих глазах — усталость и боль. Но всё же. Почему она срывает это на Сэ И? — Госпожа. Мён Хён, погруженная в мысли с закрытыми глазами, открыла их на зов начальника Юна, сидевшего спереди. Он уже повернулся к ней, словно хотел что-то сказать. — Они сейчас вместе. — Да? — Продолжать наблюдение? Что изменится, если продолжать наблюдать? Не знаю. Даже если у сына есть чувства к Сэ И, судя по тому, какой я видела Хе Чжон только что… Вряд ли. — Нет. И, начальник Юн, возобнови организацию свиданий для Сын Джу. И поищи хорошего парня брачного возраста. — Для парня… кандидатура, случайно, не… госпожа Им Сэ И? Начальник Юн слышал разговор с Хе Чжон, сидя на переднем сиденье. Мён Хён вынужденно кивнула. — Да. Когда найдешь человека, свяжись с Ким Хе Чжон лично. Ах да, контакты Хе Чжон у тебя есть? — Есть. Как только найду подходящего кандидата, сделаю, как вы сказали. — И с Сын Джу поторопись. — Да, госпожа. Она не знала, правильно ли это. Но ей казалось, что это лучшее, что она может сделать. Хе Чжон даже не пыталась скрыть расчетливый взгляд перед ней. Безумный, говорящий о готовности на всё ради сына. Насколько же изранено сердце Сэ И, жившей под таким взглядом? Но Мён Хён отбросила жалость. Всё, что она может сделать для Сэ И — это, как и сказала Хе Чжон, дать ей хороший шанс. Сначала она скажет, что подготовит учебу за границей и поддержит её. А до этого, как и просила Хе Чжон, организовать свидание — тоже неплохо. — Начальник Юн. Для Сэ И, думаю, подойдет парень, который тоже собирается учиться за границей. — Я поищу по вашим критериям. Вместо того чтобы ехать одной в чужую страну, неплохо поехать с хорошим человеком. Мён Хён дала указания, но на душе было неспокойно. Всю дорогу к месту встречи она то и дело тяжело вздыхала, словно выражая тяжесть на сердце. ---------- Том 2 Глава 47 Сэ И, одетая в его белую рубашку, сидела у окна, поджав ноги, и безучастно смотрела на улицу. Сын Джу, с трудом уговоривший поесть её, не желавшую заходить, с теплотой смотрел на неё, сидящую у окна, по которому стекали капли дождя. — Видимо, весна заканчивается. — Жаль? — Я так и не успела толком посмотреть на весенние цветы, а сезон уже проходит… Сын Джу, которому было интересно, на что она смотрит, не мог пропустить слова, прозвучавшие как вздох. Как она и сказала, цвет листьев на деревьях изменился. А с сегодняшним дождем весна закончится, и скоро наступит лето. Услышав сожаление в голосе, Сын Джу задумался. Где можно увидеть весну? И решил, что в регионах севернее Сеула весенние цветы, возможно, еще не отцвели. Он тут же подошел к Сэ И и подхватил её на руки. — Ч-что вы делаете? — Поедем смотреть цветы. — Сейчас? — Да, сейчас. Сын Джу рассмеялся, видя, как она тут же обхватила его за шею, чтобы не упасть. Было бы неплохо вот так, в обнимку, и поехать, — подумал он, что было на него не похоже. Когда он работал без отдыха, выходные не имели значения. Но живя с Сэ И, он ждал выходных. Казалось, он ушел с работы только в пятницу, а уже суббота. Пройдут сегодня и завтра, и ему снова на работу. В компанию, где нет Им Сэ И. От этой мысли улыбка исчезла с лица Сын Джу. Может, снова взять её в компанию? Держа Сэ И в объятиях, Сын Джу уже скучал по ней. — Хочешь снова ходить на работу? — Что вы такое говорите. Это не те слова, которые должен говорить человек, подчеркнувший, что меня уволили, вы же знаете? — Знаю, но… — Вы же сказали, покажете цветы, опустите меня. Я зайду домой переодеться… — Едем так. Сын Джу пробормотал это, опуская её, одетую только в белье и его рубашку, у входа в гардеробную. Сэ И посмотрела на него с недоумением. Ехать так? — спросила она поднятой бровью, и он усмехнулся, понимая нелепость своих слов. Это болезнь. Болезнь под названием «слишком нравится Им Сэ И». В последнее время Сын Джу знал, что он странный. Но ему это нравилось. Проблема была в том, что странный «я» нравился ему больше. Часть 7 — Частенько заходишь в дом мужчины, как в свой собственный, а? Рада, что меня выгнала? Лицо так и светится, так и светится. — В тот момент, когда она выходила из дома Сын Джу и закрывала дверь, раздался знакомый саркастичный голос. Обернувшись на звук, она увидела Сэ Джуна, который, прислонившись к стене, ухмылялся ей. Сэ И помрачнела и отвернулась от него. — Ты сменила код? — Да. — Ты же говорила, что уйдешь, когда велела мне уйти? Но вот, прошло уже больше двух недель, как я ушел, а ты всё еще живешь здесь? Вранье у тебя вошло в привычку. Сэ Джун подошел вплотную, пытаясь подсмотреть код, который она набирала. Сэ И могла бы сменить его снова, но само это действие раздражало. — Можешь просто уйти, как ты и говорила. Ты уходишь, а я принимаю эстафету и захожу. — Не говори ерунды… — А почему ерунда? Ты еще не ответила маме? Ах да, ты же говорила, что не берешь трубку от мамы? У тебя кишка не тонка, но как можно не отвечать маме? — Если нечего сказать, уходи. — Уйти? Я должен осмотреть место, которое скоро станет моим домом. Хочу немного обновить его, прежде чем въеду после твоего отъезда. Слишком скучно, может, попросить сделать ремонт? Ты с ума сошел. Она уже собиралась сказать это, когда Сэ Джун, войдя за ней в квартиру, не разуваясь, прошел внутрь и достал из холодильника бутылку воды. Открыв крышку, он приложился к горлышку и опустошил бутылку. — Ты правда ничего не знаешь? Мама пошла к той тетке из «Тэсын Групп» и… — Мама встречалась с госпожой? — Конечно. Ты избегаешь маминых звонков, игнорируешь нас, когда мы звоним в дверь, естественно, она пошла разбираться с хозяйкой. Похоже, мама получила деньги за то, что ты отправила их младшего сына в университет, и за то, что встречаешься с Тэ Сын Джу, и еще договорилась, что я смогу здесь жить. И насчет моей работы. Эй, Им Сэ И, спасибо. Сэ Джун, засунув руки в карманы и покачиваясь, не был похож на человека, который говорит пустые слова. Но неужели… Мама и госпожа — подруги. Даже если мама отдает всю любовь Сэ Джуну, она бы никогда не опустилась до такого. — Почему не веришь? Показать доказательства? Доказательства? Сэ Джун подошел к ней и открыл банковское приложение на телефоне. И показал ей историю поступлений. Сумма, поступившая на счет Ким Хе Чжон… была ненормальной. Бабушка держала финансы в своих руках, так что мама не могла отправить такую сумму — десять миллионов вон поступило на имя мамы. — Теперь веришь? Говорю же, мама получила деньги. От госпожи из «Тэсын». В отличие от смеющегося Сэ Джуна, Сэ И не могла улыбнуться. Последние несколько дней она впервые в жизни вела себя эгоистично. Не отвечала на звонки мамы, не открывала дверь Сэ Джуну. Я хочу думать только о своем счастье. Этим простым утверждением она изо всех сил отрицала реальность. Мечтала о счастье в объятиях Сын Джу. Не зря ей казалось, что это слишком нереально. Счастье длилось всего полмесяца. — Знай свое место, не рань себя зря. Я говорю это, потому что правда беспокоюсь о тебе: ты и старший сын «Тэсын» — это вообще реально? Им Сэ И, на этот раз ты замахнулась слишком высоко. В магистратуру ты пробилась упрямством, но старшего сына «Тэсын Групп» ты не получишь, как ни упирайся. Так что… — Уходи. Сэ Джун хихикнул и вышел из дома без лишних слов. Только тогда Сэ И издала пустой смешок. — Я никогда не мечтала о несбыточном, ни разу. Сэ И всегда действовала в рамках того, за что могла нести ответственность. С самого раннего детства привычка заботиться о себе самостоятельно стала второй натурой. Поэтому она никого не беспокоила и никому не доставляла проблем. И вот теперь за неё беспокоился не кто иной, как Сэ Джун. Видимо, она действительно замечталась. Но разве нельзя помечтать еще немного? Совсем нельзя? Даже если она будет желать его общества и жаждать его в эти выходные, ничего страшного не случится. Так что она позволит себе ровно столько жадности. А после… Сэ И открыла стоящий чемодан и начала рыться в нем. Сколько бы она ни искала, желая выглядеть красиво, подходящей одежды не было. Ей стало горько и смешно от того, что она так усердно жила, но не смогла купить себе ни одной вещи, которая бы ей нравилась. ---------- Том 2 Глава 48 Надев джинсы и белую рубашку поло и закатав рукава до локтей, он посмотрел на место, где почти исчез синяк. Когда он увидел Сэ И, побелевшую и застывшую при виде несущегося мотоцикла, у него была только одна мысль. Спасти. Надо спасти. Он не хотел чувствовать себя беспомощным, как тогда, когда испуганными глазами смотрел на стоящего перед машиной Бо Хёна и увидел смерть друга. Он не хотел снова испытывать это чувство. Поэтому он обнял её и упал на землю. Царапина на лице почти зажила, и синяк тоже почти исчез. Как исчезают шрамы, так, возможно, он сможет понемногу отпустить и травму, связанную с Бо Хёном. — Если только ты будешь рядом. Сын Джу до сих пор не мог до конца понять любовь Бо Хёна, ради которой тот пожертвовал жизнью. Однако он, возможно, начал понимать, насколько отчаянно Бо Хён нуждался в той женщине. Наверное, это желание было намного сильнее, чем его собственное желание схватить Сэ И, уходящую переодеваться, и оставить её рядом с собой. Он не смел судить о чувствах Бо Хёна, который услышал, что его женщина, с которой он встречался целых два года, выходит замуж за другого. Но одно он мог сказать точно. — На моем месте я бы никогда не отпустил. Разве что набрался бы смелости и пошел бы искать её. Его чувства к Сэ И возникли еще в самом начале. Возможно, поэтому сейчас самое горячее и страстное время. Когда он только подумывал начать встречаться, случилась смерть друга, и он сознательно перестал интересоваться женщинами. Он бесчисленное количество раз клялся себе, что никогда не впустит в сердце женщину, но, сам того не зная, уже впустил. Сын Джу взял ключи от машины и бумажник и вышел из дома. Несмотря на пасмурную погоду и дождь, его шаги были легкими. Время ожидания, пока она соберется и выйдет, не казалось Сын Джу скучным. Когда же она выйдет? Он смотрел на закрытую дверь, не отрываясь, и то и дело усмехался. Казалось, кто-то щекочет сердце, и настроение было воздушным. Сын Джу прислонился к стене и постукивал носком ботинка по полу. Тук-тук. Сколько раз он так постучал? — Вы уже вышли? Послышался звук двери и её голос. Сын Джу поднял голову и посмотрел на Сэ И. Её сияющее улыбкой лицо заполнило его взор. В этот момент сердце, казалось, ухнуло вниз. Думалось, что в мире существует только Им Сэ И. Женщина, которая ворвалась весенним ветром в его скучную повседневность и стала для него всем. Сын Джу пристально смотрел на неё, затем медленно выдохнул задержанный воздух. И, протянув руку, обнял её за плечи и притянул к себе. — Красивая. Он не видел, во что она одета, что на ногах. Только её лицо заполняло всё поле зрения. Красивая. До перехвата дыхания. Настолько, что не хотелось выпускать из рук. Настолько, что хотелось смотреть только на неё. Этого достаточно. Чего еще желать? Было ли когда-нибудь в его жизни что-то, что настолько идеально соответствовало бы его душе? Сын Джу крепко сжал её плечи, думая, что в этот миг его мир — это Им Сэ И. Сердце переполняли эмоции. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сэ Джун, спрятавшись за стеной, наблюдал за Тэ Сын Джу, ожидающим Им Сэ И перед дверью. Тэ Сын Джу, у которого было всё — внешность, происхождение, способности — даже на взгляд стороннего наблюдателя по уши влюбился в Им Сэ И. Если это так очевидно даже ему, неужели Им Сэ И, известная своим умом, этого не замечает? Когда дверь открылась и вышла Сэ И, Тэ Сын Джу посмотрел на его сестру взглядом, с которого капал мед. — Мои слова пропускает мимо ушей. Вечно считает себя самой умной. Не зная, что она самая глупая и наивная. Сэ Джун со сложным выражением лица уставился в пустоту. Может, из-за дождя настроение было паршивым. А при виде того, как Им Сэ И уходит в объятиях соседа, настроение упало еще ниже. Так она поранится. У неё же нет иммунитета к мужчинам. Она жила так сурово, не встречаясь ни с одним парнем, а теперь вдруг потеряла голову из-за какого-то нелепого типа. Стоит ли говорить об этом маме? — Строила из себя умную. Ее бросят. Ей сделают больно. Ему-то какое дело? Отвернуться бы и забыть. Но не получалось. — Нуна, приди в себя, пожалуйста. Сэ Джун с горечью пробормотал обращение, которое никогда не произносил перед Сэ И. ---------- Том 2 Глава 49 Часть 8 Вдоль дороги тянулись густые, раскидистые деревья. К счастью, здесь не было дождя, как в Сеуле, и деревья с нежно-зелеными листьями и цветы, которые так хотела увидеть Сэ И, были в самом цвету. По дороге, словно созданной для прогулок, ветер гнал лепестки, и они кружились, как цветочный дождь. Вжик. Сэ И открыла окно, словно смотреть изнутри ей было недостаточно. И протянула руку, пытаясь поймать падающие лепестки. Сын Джу сбавил скорость. Машины, едущие следом, не сигналили, тоже, видимо, проникшись очарованием уходящей весны. Сын Джу посмотрел на женщину, которая смеялась, глядя на цветы, и была красивее их всех, и уголки его губ поползли вверх. — Весенние цветы так быстро отцветают, заставляя ждать следующего года, поэтому всегда немного грустно. Здесь совсем не так, как в Сеуле… когда мы сможем приехать сюда снова? — В следующем году. Приедем вместе. — В следующем году. Было бы здорово. В словах Сэ И сквозило сожаление, словно она говорила о несбыточной мечте. Я привезу тебя. Когда он прошептал это, она слабо улыбнулась. Ему бы хотелось, чтобы она тоже сказала: «Давай приедем вместе», но она лишь слегка подняла уголки губ. Сын Джу запечатлел этот образ Сэ И в своей памяти. Туннель из цветов закончился, и вокруг открылся типичный сельский пейзаж. Фермы, разбросанные по склонам высоких гор, и пожилые люди, работающие в полях — сезон только начался. — Проголодалась? — А вы? Сэ И закрыла окно и посмотрела на него. Обида от того, что она отвлеклась от него, исчезла, стоило ей улыбнуться. Что такого в Им Сэ И, что при одном взгляде на неё он улыбается? Почему рука сама тянется к ней? Сын Джу взял Сэ И за руку и повернул руль. С ней он готов ехать хоть на край света, но сначала нужно поесть. А потом — туда, где они будут только вдвоем. Чтобы быть вместе всю ночь. В его голове существовали только они двое. Мечтая о времени, в которое никто не сможет вмешаться, Сын Джу прибавил скорость. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Поскольку была суббота, Хе Чжон накрыла на стол для свекров позже обычного, а затем пошла в свою комнату и прилегла. Положив руки под голову вместо подушки, она посмотрела на семейное фото, висевшее на стене. Семья на фото выглядела счастливой: Сэ И, только что поступившая в университет, и Сэ Джун, который сильно вырос, но всё ещё выглядел по-детски. Муж, решившись, повел их в фотостудию в центре города сразу после того, как стал директором школы. Фотографию, на которой впервые была только их семья без свекров, она не решилась повесить в гостиной и оставила в спальне. Она повесила её на стену и часто с гордостью смотрела. «Я работаю фотографом много лет, но редко видел семью, где все такие красивые. Если позволите, я бы хотел выставить это фото в витрине. Взамен сделаю семейное фото бесплатно». Так их фото всё ещё висело в витрине фотостудии, помимо этой спальни. Фотография, на которую было приятно смотреть. Её сын и дочь были такими красивыми, что ими можно было гордиться где угодно. Когда делали это фото, Сэ И говорила, что хочет стать профессором, а Сэ Джун мечтал стать профессиональным геймером. — Разве любой может стать профессором? Нельзя стать кем-то только потому, что ты умный, лучше жить просто. Не мечтай о несбыточном, встреть человека своего круга и живи тихо и спокойно. Это всё, чего хочет мама. Встреча с человеком не своего круга всегда приводит к беде. Нужно выдать её замуж до пенсии мужа, чтобы собрать побольше денег с гостей. Для этого нужно поскорее организовать свидание, но почему она не звонит? Хе Чжон в гневе встала с кровати. Дверь открылась без стука, и свекровь Бэк Ын Соль, чем-то недовольная, уставилась на неё. — Матушка, вам что-то нужно? Слова вырвались механически. При одном виде Ын Соль у неё подкашивались ноги и сердце билось чаще. Заметив неодобрительный взгляд, направленный на кровать, она быстро встала. Ын Соль молчала, пока она поспешно не подошла к двери. — Матушка? — Выйди на минутку. Послушаю, как дела в этом доме. Опять придирается. Ын Соль шла в гостиную, всем своим видом выражая раздражение. Хе Чжон вышла следом, надеясь на помощь свекра, и посмотрела в сторону их комнаты, но там было тихо. Свекровь, воспользовавшись отсутствием свекра, похоже, собиралась выплеснуть на неё всё накопившееся раздражение. Прошло уже двадцать девять лет такой жизни, но каждый раз это было одинаково ужасно, до дрожи. Когда Ын Соль села в кресло, Хе Чжон присела на краешек дивана, сложив руки. Говорят, с возрастом люди становятся мягче, но ледяной нрав Ын Соль с годами не таял. — Где Сэ И, почему она совсем не приходит домой? И Сэ Джун. Что на него нашло, приходит только ночевать. Как ты воспитываешь детей? Зачем девушке на выданье болтаться где попало. — Я же говорила вам, матушка. Им далеко ездить в университет, и моя подруга одолжила пустующий офистель, они живут там. — Какая учеба, Сэ И уже закончила университет? Почему не работает? Если заставила отца так тратиться, должна отработать. Она не работает и шляется где попало, а ты, мать, это позволила? — Я скоро отправлю Сэ И на свидание вслепую. Мы стараемся выдать её замуж до пенсии мужа. Я попросила подругу и мужу сказала поискать, матушка. Зная, что свекровь будет придираться, Хе Чжон ответила без запинки. Она видела, как лицо Ын Соль искажается, но на этот раз не собиралась покорно сносить нападки. На её счет поступила неожиданно крупная сумма. Она просила пятьсот миллионов, но не думала, что ей действительно переведут столько. Траты чеболей отличаются от трат обычных людей. Хе Чжон восприняла это как благодарность за поступление сына подруги в университет или как отступные за расставание Сэ И и Сын Джу. Это было меньше годовой зарплаты мужа, но это была самая большая сумма, которую она когда-либо держала в руках. Так почему она, как дура, боится Ын Соль? Теперь ей не нужно унижаться, выпрашивая деньги на хозяйство. И ей самой уже за пятьдесят. Она больше не хотела жить в страхе, прислуживая свекрови. И на мужа, на которого нельзя положиться, надежды не было. Она решила противостоять Ын Соль своими силами. Из спальни донесся звонок телефона. — Кто звонит в выходной? — Наверное, дети, матушка. Пойду отвечу. Хе Чжон встала и пошла в спальню. Даже на звонки отвечать приходится с оглядкой. Дыхание перехватило, но она, не подавая виду, вошла в спальню и взяла телефон. Номер был незнакомый, но из-за свекрови пришлось ответить. — Да, алло. — Это госпожа Ким Хе Чжон? Номер незнакомый, голос тоже, но собеседник знал её имя. Хе Чжон не могла даже предположить, кто это. — Да, это я, а кто вы? — Здравствуйте, я начальник Юн, мы виделись в доме семьи Тэ. Звоню по поручению госпожи. У вас есть время поговорить? Поручение госпожи? Может, по поводу свидания для Сэ И? Или насчет трудоустройства Сэ Джуна? Если бы речь шла о Сэ Джуне, вряд ли стали бы звонить в выходной. — Да, слушаю. Хе Чжон внимательно слушала спокойный голос. Чем больше она слушала, тем выше поднимались уголки её губ от удовлетворения. — Данные кандидатов, отобранных в финале, я отправлю вам на телефон. Скажите, кто из них вам понравится, и я организую встречу и перезвоню, хорошо? — Буду очень благодарна. Начальник Юн лучше мужа. Она уже подыскала кандидатов и готова организовать встречу, стоит только выбрать. Даже на словах условия звучали неплохо. Осталось только позвать Сэ И домой и сказать ей. Хе Чжон повесила трубку и позвонила Сэ И. Не заблокировала же она меня? — подумала она, ожидая гудков, но телефон Сэ И был выключен. Она звонила снова и снова, но дозвониться не удавалось. Сначала она волновалась, потом разозлилась. Пальцы дрожали, когда она набирала сообщение. Сэ И не отвечала не только в выходные — прошло уже много времени. Теперь она не только не брала трубку, но и не перезванивала. Мерзавка. ---------- Том 2 Глава 50 В Сеуле шел дождь, а в Канвондо было ясно. Пообедав и прокатившись по солнечным и тихим проселочным дорогам, они приехали в отель и провели ночь в объятиях друг друга. А в воскресенье дождь пошел и в Канвондо. Начавшийся с рассвета, он стучал в окно отеля и разбудил Сэ И. Проснувшись от шума еще до восхода солнца, Сэ И посмотрела в окно. Выходные заканчиваются сегодня. Выехав в обед, они приедут в Сеул. Она больше не могла откладывать решение, которое переносила снова и снова. Пора просыпаться от короткого сладкого сна. Глядя на струи дождя, стекающие по стеклу, Сэ И повернула голову и посмотрела на Сын Джу. Какой же он красивый. Говорят, она тоже не промах, но такого совершенного создания она еще не видела. Сэ И протянула руку к щеке мужчины, который выглядел по-разному, когда был серьезен, улыбался или злился. Это в последний раз? Она, у которой всегда всё отбирали, надеялась, что в этот раз у неё появится что-то свое, что не придется отдавать. Но вряд ли. Слова Сэ Джуна вмиг лишили её всякого желания. Не было сил ни на обиду, ни на гнев: внутри всё опустело. Хе Чжон, по словам Сэ Джуна, потребовала у Мён Хён денег, используя её как предлог. Она, как дура, думала, что если будет избегать звонков мамы, то сможет сбежать от реальности, но получила удар в спину. Сэ И снова посмотрела на Сын Джу. Она никогда не касалась его лица по собственной воле. Телами они были так близки, что не осталось места, которое бы они не трогали, но погладить лицо казалось чем-то особенным. Сэ И осторожно коснулась пальцами его лица. От бровей, нахмуренных даже во сне, по гладкой переносице к упрямой ложбинке над верхней губой, и к губам, слишком красным для мужчины. Даже если она больше не увидит этого человека, она запечатлела этот образ в глазах и сердце, чтобы помнить до самой смерти. Она сказала Сэ Джуну, что у неё нет жадности, но это было не так. Когда он смотрел на неё горящим взглядом, жадность, о которой она и не подозревала, поднималась со дна души и заполняла сердце. Появилась напрасная надежда: он любит меня, может, нам можно встречаться? Тэ Сын Джу не разбрасывался словами. Мужчина, который не говорил пустых слов, если не собирался нести за них ответственность, говорил ей о будущем. Что если он начинает, то идет до конца. Но она не была уверена, что сможет дойти с ним до конца. Как это возможно, когда есть Хе Чжон и Мён Хён? Поэтому она принизила его чувства, сказав, что это просто желание. Она сама спровоцировала его, когда он сдерживался, и нагло осталась. Потому что хотела быть в его объятиях, хотела опереться на него хоть ненадолго. Такие у них отношения. Надеяться на большее было глупо. Глядя на спящего Сын Джу, Сэ И начала приводить в порядок свои чувства. Пора заканчивать. Она смотрела на него не мигая. Черное небо посерело от рассвета, шум дождя, пришедшего из Сеула, усилился. Сэ И убрала руку и слегка сжала кулак. Если она будет трогать его дальше, то не сможет совладать с чувствами. Пора заканчивать по-настоящему. Они не влюбленные. Они просто обнимали друг друга, как во сне, в течение короткого времени. Люди, которые никогда не должны были соприкоснуться в жизни, случайно коснулись друг друга, как при стихийном бедствии. Вот и всё. Это был просто секс ради удовольствия, не имеющий никакого значения, они не делили жизнь и уж тем более сердца. Так Сэ И решила для себя. Оторвав от него взгляд, полный нежности, она слезла с кровати. Подняла одежду, брошенную под кровать прошлой ночью в порыве страсти, и надела. Она помялась, но не сильно, можно было выйти из отеля так. Это не несмываемое пятно, носить можно. Всё в порядке. Одевшись, Сэ И оглядела номер. Впервые в жизни она была в отеле с ним. Тот факт, что она даже с семьей ни разу не ездила в путешествие, снова напомнил ей о реальности. Сэ И посмотрела на измятое место, где она спала, забралась на кровать, свернулась калачиком и легла. Повернувшись к нему спиной, она только закрыла глаза. — Разве тебе не говорили, что нельзя трогать спящих людей? Большая рука сжала её грудь, и он пробормотал это. Сэ И попыталась убрать его руку, но бесполезно. Его рука сжимала её грудь еще крепче, не отпуская. Сын Джу глубоко поцеловал Сэ И и прижал к себе. Протолкнув язык в её рот и пососав, он прикусил её подбородок и спустился губами ниже. Рука, полная утреннего желания, уже жадно сжимала обе её груди. Уткнувшись губами в её шею, Сын Джу спросил: — Тронула и убегаешь? Тронула — отвечай. — Если за всё отвечать, жизни не хватит. Мне тяжело. Я хочу прекратить. — Уже встал, не остановить. Им Сэ И. Сын Джу грубо стянул с Сэ И одежду, которую она с таким трудом надела. Её нагота, которую он целовал и кусал всю ночь, была прекраснее, чем в одежде. Обнаженное тело каждый раз приводило его в экстаз. Заставляло набрасываться на неё как безумного, не думая ни о чем. Ему хотелось прямо сейчас вонзить в неё свой разъяренный член. Если он заполнит её маленькое и узкое лоно до отказа, Сэ И заплачет? Но если он всё равно войдет, будет двигаться и тереться, она, кончая, будет стонать от удовольствия. Член в презервативе яростно и непристойно проникал в неё. Ему не надоедало смотреть на то, как они соединяются. Наоборот, хотелось заставить её плакать и стонать еще больше. — Надо сосать потише. Синяки останутся. На белой коже было полно его меток. Когда он провел пальцем по скрытым следам от укусов и поцелуев, Сэ И слабо улыбнулась. И это было так красиво. Он хотел смотреть на это один, никому не показывая. В последнее время Сын Джу сходил с ума по Сэ И. Даже работая, даже за рулем, стоит задуматься — и перед глазами её лицо. Это было непривычно, но не неприятно. Он никогда ничего не ждал от людей, но от этой женщины ждал. Хотел, чтобы она была рядом. Сын Джу прижался губами к оставленной им метке и лизнул её. Смешно, но всё, что касалось Им Сэ И, было ему приятно. Как можно так сильно любить другого человека? Он правда не знал ничего насчет любви или привязанности. Но понимал, что хочет обладать этой женщиной и никому её не отдавать. Сэ И, которая всегда была пассивной, вдруг обняла его за шею и страстно ответила на поцелуй. Открыла рот, впустила свой маленький язычок и свела его с ума. Он схватил её за волосы и проник языком еще глубже. А затем одним махом погрузился во всё ещё тугое лоно. — Ах. Пока он пробивался сквозь тесноту, её тело напряглось. Видя, как Сэ И страдает, принимая его, ему было и жаль её, и сладко. Когда он, оттолкнувшись, снова вошел, Сэ И прижалась к нему всем телом. — Обними меня крепче. Еле держишься, а говоришь такое. Он укусил её за кончик носа с выражением невыносимой нежности. — Возьми меня… полностью. От слов Им Сэ И, желающей принадлежать ему еще больше, у него помутился рассудок. Обхватив её шею одной рукой, а другой держа за ягодицу, он начал грубо двигаться. Звук ударов плоти о плоть наполнил комнату. Смазка, вытекающая из тела Сэ И, делала звуки еще более влажными. Они яростно обнимались, жаждая проникнуть друг в друга еще глубже. Когда Сын Джу опустил руку и покрутил мокрый клитор, её стоны стали громче. Заметив мимолетную пустоту на её лице, когда она тяжело дышала, Сын Джу вышел из неё и отпустил грудь. Пальцы, мокрые от смазки, тоже расслабились. Я здесь, почему у тебя такой взгляд? Он взял её за подбородок, заставил посмотреть в глаза и спросил: — Ты сказала взять тебя полностью? — Ха-а… можно грубо. Еще, еще… Сэ И странно торопила его. Сын Джу посмотрел на неё, а затем спустился ниже. Широко развел её ноги, наклонился и прижался губами. Он начал жадно пить из непристойного источника, в который только что входил. Стимулируя клитор носом, он протолкнул язык внутрь. Когда кончик языка, собранный в трубочку, надавил, горячая смазка хлынула на язык. Глоть. Он проглотил её соки и вытащил язык. А затем втянул в рот нежные половые губы и сильно засосал. Словно ставя клеймо, оставляя на всем её теле четкие следы. ---------- Том 2 Глава 51 Часть 9 Они вышли из номера поздно, уже пообедав в ресторане отеля. Телефон Сын Джу громко завибрировал. Посмотрев на номер, он ответил. Кажется, звонили с работы. Сэ И встала из-за стола, чтобы он мог спокойно поговорить. — Схожу в туалет. Он посмотрел на неё мягким взглядом, словно говоря: «Иди». Сэ И взглянула на Сын Джу, быстро заговорившего, прижавшего телефон к уху, и направилась в уборную. Открыв дверь, она увидела двух женщин, стоящих у раковины, и прошла мимо них в кабинку. — Ты видела? Тэ Сын Джу приехал. — Видела. — Он по-прежнему идеально красив. Когда мы учились за границей, я иногда видела его на вечеринках и восхищалась, но сейчас, может, потому что ему за тридцать? Он не просто красив, он высокомерен, сексуален, и аура у него потрясающая. Ты же была с ним близка? Сэ И затаила дыхание, услышав имя Сын Джу в чужом разговоре. Она не ожидала встретить здесь людей, знающих его. Сэ И невольно прислушалась к разговору женщин, которые взволнованно обсуждали Сын Джу. Разговор женщин, которые его знали. Она понимала, что не стоит подслушивать, но не могла ничего с собой поделать. — Не я была близка, а Квон Бо Хён. Они были не разлей вода. — А, точно. Ты же встречалась с Квон Бо Хёном? Тогда у Тэ Сын Джу будет припадок, если он тебя увидит. Что делать, Сон Чжин Хи? Ты же бросила Квон Бо Хёна ради амбициозного плана стать невесткой «Тэсын». Даже солгала, что выходишь замуж. — Было дело. Хотела использовать Квон Бо Хёна как ступеньку, чтобы добраться до Тэ Сын Джу. Квон Бо Хён? Сын Джу не называл имени. Он только говорил о смерти друга. Не о нем ли речь? — Если бы идиот Квон Бо Хён не умер, у меня был бы шанс, но зная характер Тэ Сын Джу, он вряд ли станет встречаться с женщиной, которая довела его лучшего друга до смерти. Что будешь делать? Сэ И не могла выйти из кабинки, даже закончив свои дела. Разговор женщин был слишком многозначительным. Женщина, встречавшаяся с другом Тэ Сын Джу, бросила его, чтобы подобраться к Тэ Сын Джу? Ей было трудно это понять. Бросить человека, которого любили так, что он готов был умереть, под предлогом замужества? — Это было несколько лет назад, ты всё еще думаешь об этом? Тэ Сын Джу — бизнесмен. Ты не понимаешь, но для нас брак — это не личная жизнь, а сделка ради выгоды всей компании. Ну что? Ты, кажется, злорадствуешь, думая, что у нас с Тэ Сын Джу ничего не выйдет. А я пойду на свидание с ним. Мы уже договариваемся. — С чего бы мне злорадствовать. Но ты правда идешь на свидание с Тэ Сын Джу? — Зачем мне врать? Я три года ни с кем не встречалась и жила скромно только ради того, чтобы встретить Тэ Сын Джу. Надо же добиться цели. — Ты правда невероятная. Снаружи стало тихо после этих хвалебных слов. Только тогда Сэ И вышла из кабинки и подошла к пустой раковине. Вокруг раковины, которой пользовались другие, было мокро. Сэ И включила воду и вымыла руки, а затем вышла из уборной с застывшим лицом. Тэ Сын Джу идет на свидание вслепую. С женщиной, которая встречалась с его лучшим другом и довела его до смерти. — Меня это не касается, — холодно пробормотала Сэ И, словно убеждая саму себя. С кем будет встречаться и на ком женится человек, которого она больше не увидит, не имело к ней никакого отношения. Но лицо уже исказилось от боли. Женщины, болтавшие в туалете, заняли столик неподалеку от Сын Джу. Не нужно было спрашивать, что их интересует: они пожирали глазами его, сидящего в одиночестве. Сын Джу, которому шли и костюмы, и удобные джинсы с рубашкой, смотрел в телефон, не обращая внимания на взгляды окружающих. Сэ И села рядом, но он не отвлекся. — Подожди. Просмотрю документы от начальника Чана, и пойдем. — Не торопись. — Спасибо. Сэ И сделала вид, что не замечает взглядов женщин, устремленных на неё, и посмотрела в окно. Сквозь струи дождя, стекающие по стеклу, как слезы, она смотрела на дерево перед отелем, покрытое нежной зеленью. Чтобы не мешать Сын Джу, занятому телефоном, она сидела тихо, не дрогнув под колючими взглядами посторонних. В этот момент Сын Джу, который даже не смотрел на неё, изучая документы в телефоне, поднял глаза. Черные, они оказались слишком близко. Сэ И ахнула от неожиданности. Боясь, что он заметит, как бешено колотится её сердце, она поспешно опустила взгляд. Его рука, которая, как она думала, не обращает на неё внимания из-за работы, схватила её за тонкое запястье и притянула к себе. — Господин Сын Джу. — Пойдем. Хочу поцеловать тебя. Если не хочешь, скажи. Сын Джу встал, держа её за запястье. Звук отодвигаемого стула привлек внимание сидящих рядом. Сын Джу обнял её за плечи и вывел из отеля. Вдалеке показалась их машина, которую подгонял парковщик, а дождь усилился. Слышен был только шум дождя. Но Сэ И знала, что женщины, вышедшие следом за ними, пристально смотрели на них. Поэтому она попыталась высвободиться из объятий Сын Джу. — Не двигайся, я на грани. — Люди смотрят. — Пусть смотрят. В чем проблема? Сэ И не нашлась, что ответить. Проблем не было. Просто ей не хотелось, чтобы женщина, с которой он пойдет на свидание, видела их. Машина с включенными фарами остановилась перед ними, Сын Джу одолжил зонт у швейцара и посадил её на пассажирское сиденье. Быстро сев за руль, он резко набрал скорость, выехал с территории отеля и остановился в уединенном месте. — Я поцелую тебя. Здесь никто не увидит, так что всё в порядке. — Угх. Не дожидаясь ответа, он притянул её за затылок и поцеловал. Закрыв её широко раскрытые глаза ладонью, он жадно впился в губы. Горячий язык Сын Джу проник в рот. Разделенные подлокотником, они погрузились в поцелуй. Изогнувшись, он не отпускал её. Сын Джу выпил всё её дыхание. Он наступал так, что Сэ И не могла вздохнуть. Опьяненная его языком и губами, она целовала в ответ, но нехватка воздуха давала о себе знать. Только когда она ударила его кулачками в грудь, Сын Джу отпустил её губы. — Ха-а, ха… Сэ И положила руку ему на плечо и тяжело дышала. — Отдышалась? Голос Тэ Сын Джу, опьяненного желанием… был таким? Его невероятно низкий голос прозвучал так, словно царапнул ей уши. — Хватит, поехали в Сеул. Дождь слишком сильный… — Если предложу сделать это здесь, сочтешь меня сумасшедшим? Его слова словно отрезвили Сэ И. Нельзя. Пора потихоньку заканчивать отношения с ним. Госпожа, просившая разузнать о нем, больше не сомневается в его ориентации и организует свидания. Она выполнила свою задачу, и теперь ей нужно просто исчезнуть. Сэ И отвернулась, словно отказываясь, и посмотрела прямо перед собой. Нужно смыть его из сердца, как дождь, который безостановочно смывали дворники. — Не говори «нет». — Господин Тэ Сын Джу, поехали уже. Мы слишком долго здесь… — Один раз, а? Словно доказывая, что это не пустые слова, он протянул руку и повернул её лицо к себе. Сэ И замерла, плененная его взглядом. Глядя в его темные глаза, Сэ И не могла унять биение сердца и лишь тяжело дышала. Каждый раз, когда он приближался, пульс учащался от предвкушения. Когда он приближался, она откидывала голову назад, словно убегая. И в тот момент, когда спина коснулась двери машины… — М. Она попалась и была поглощена им. Когда Сын Джу целовал её, Сэ И возбуждалась от желания, о котором и не подозревала. Надо было оттолкнуть, но она утопала в его поцелуях. Даже когда он задрал рубашку и каснулся голой кожи, она не могла пошевелиться. — Хватит. Сэ И на мгновение отстранилась и, прикусив его губы, снова потянувшиеся к ней, тихо сказала. Больше нельзя. Но увидев глаза, пылающие как огонь, её решимость растаяла. В тот момент, когда предупреждение разума «нельзя» померкло, и она обессилела перед его черными глазами, Сэ И обняла Сын Джу за шею. И страстно поцеловала в ответ. ---------- Том 2 Глава 52 Вернувшись в Сеул, они разошлись по своим квартирам. Сэ И торопилась, думая, что Сын Джу может скоро прийти. Он говорил, что Сэ Джун снова придет сюда? Это тоже возможность, созданная за счет неё. Сэ И медленно оглядела офистель. Сэ Джун имел право желать это просторное и роскошное место. Да разве только Сэ Джун? Она говорила, что ей здесь неуютно, но на самом деле ей здесь нравилось. Сэ И зашла в комнату и сложила в сумку часть распакованных вещей. И связалась с Джу Ён. Подруга, которая говорила звонить в любое время и обещала приехать, бросив всё, была единственной опорой Сэ И сейчас. — Джу Ён, забери меня, пожалуйста. Она не отвечала на звонки мамы, но с Джу Ён поддерживала связь. Единственная подруга, которой можно было открыть душу, без лишних слов сказала, что выезжает немедленно. Дождь, начавшийся еще при отъезде из Сеула, лил до сих пор, нудно и тоскливо. Капли дождя, стекающие по стеклу, казались её собственными слезами, и от этого становилось еще грустнее. Вынеся собранную сумку в гостиную, она не села на диван, а присела на корточки рядом с сумкой, обхватив колени. Она долго смотрела в окно, когда телефон завибрировал. — Алло, Джу Ён. — Я на парковке. Выходи. Или мне подняться? — Нет, я спущусь. Дождь на пороге лета лил довольно сильно, напоминая сезон дождей. Это была мокрая ночь. Вынося вещи, Сэ И, кажется, оглянулась на квартиру Сын Джу. Возможно, поэтому, как только она села в машину Джу Ён, ей стало плохо. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Жар поднялся такой сильный, что даже Джу Ён испугалась, и около полуночи они поехали в отделение неотложной помощи. Только после капельницы мучивший её жар спал. Джу Ён, беспокоясь о подруге, лежащей в маленькой комнатке при кафе, была вынуждена позвонить домой Сэ И. Хе Чжон, забравшая Сэ Джуна, посадила спящую Сэ И в машину и повезла в Юволь-дон. Сэ И, не зная, что вернулась в дом, из которого так гордо ушла, без сознания, спала беспробудным сном, словно в обмороке. Проспав два дня подряд, она открыла глаза и увидела рядом Хе Чжон. — В эту субботу идешь на свидание. Сэ И попыталась встать с кровати. Но головокружение было таким сильным, что она пошатнулась и замерла. От долгого лежания казалось, что тело затягивает в землю. Последним, что она помнила, было то, как она села в машину Джу Ён, а проснулась дома. Скрывать неприязнь стало привычкой. Сэ И не понимала, о чем говорит Хе Чжон, и всё же села, прислонившись к спинке кровати, и посмотрела на маму. — Кто идет на свидание? — Ты. Обязательно так поступать с дочерью, которая только что встала после тяжелой болезни? От обиды защипало в носу и глазам стало горячо. — Не пойду. — Придется. — Мама. Я болела. Тебе не кажется, что это слишком — приставать к человеку, который едва встал на ноги? Я не знаю, как я здесь оказалась, но я только вернулась домой и еще не решила, что буду делать дальше. Так что подожди немного. Я решу, что делать, и скажу тебе… — Нет. Тебе не нужно ничего решать. Просто делай, как говорит мама. Я думала сказать тебе устроиться на работу. Но лучше выйти замуж до пенсии отца. Тебе нужно создать семью, чтобы не думать о глупостях. Глупостях? — Что это значит? — Тэ Сын Джу. Хе Чжон произнесла его имя без запинки. Она смотрела на Сэ И с насмешкой. Словно говоря: «Попробуй оправдаться». Она видела насквозь её чувства, о которых Сэ И никому не говорила, и осуждала их. — Мама, этот человек… — Человек, который тебе совершенно не пара. Говорят, не смотри на дерево, на которое не сможешь залезть. Семья Тэ — друзья, но думаешь, они примут тебя? Думаешь, станут родственниками со мной, женой какого-то директоришки, только по дружбе? Ответ на вопрос Хе Чжон был очевиден. Поэтому Сэ И промолчала. — Ни за что. Мён Хён сказала, что одолжила тебе офистель и посоветовала учиться, потому что ей было жаль тебя. И за поступление Сын Хё она заплатила щедро. И за твою встречу с управляющим директором Тэ тоже заплатила, Сэ И. Чеболи щедрые, ничего не скажешь. И жениха тебе подобрала Мён Хён. Так что иди без разговоров. Твоего замужества хотим не только я, но и Мён Хён. Ты же понимаешь, что это значит? Пока Хе Чжон говорила, Сэ И не могла пошевелиться. Едва дышала, чтобы не задохнуться. Вот оно как. Теперь я действительно не смогу встретиться ни с госпожой, ни с Сын Джу. Она уже слышала это от Сэ Джуна, но подтверждение из уст Хе Чжон ударило под дых. Хе Чжон, словно забивая гвоздь в крышку гроба, добавила, что жениха выбрала мать Сын Джу. Сэ И почувствовала, как рухнула надежда, которую она питала неосознанно. — Отдыхай. Хе Чжон ушла. А Сэ И всё ещё сидела в оцепенении. Она знала, что с Сын Джу ничего не выйдет. Но, видимо, была маленькая надежда. Раз госпожа к ней добра, раз Сын Джу смотрит на неё так горячо, может, есть шанс? Она глупо не могла расстаться с этой надеждой. Сэ И приложила руку к ноющему сердцу. Она не плакала, не желая чувствовать себя жалкой. Просто молча переваривала свалившуюся на неё реальность. Поморгав какое-то время, она огляделась вокруг кровати. Нашла глазами телефон, взяла его и постучала по экрану. Но черный экран не загорелся. Пока она болела, никто не зарядил телефон, он был выключен, и она не стала его заряжать. Ей казалось, что если она увидит хоть какой-то след Тэ Сын Джу, любое сообщение, то не выдержит. Поэтому Сэ И убрала телефон в ящик тумбочки, словно запечатывая его. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Завод работал без сбоев, обеспечивая экспортные поставки, но другая немецкая компания предъявила претензии к товару по причине, которая не должна была быть проблемой. Срочно назначили командировку, и Сын Джу позвонил Сэ И перед вылетом. «Аппарат абонента выключен…» Из-за внезапной проблемы на заводе и во втором отделе продаж объявили чрезвычайное положение. Сын Джу, не успев связаться с Сэ И, поехал в компанию и пробыл там далеко за полночь. Последние дни он был так занят, что даже не видел Сэ И, только отправил смс. А сегодня звонил из аэропорта во время регистрации, но она не ответила. Что случилось? Предчувствие было нехорошим. Но отменить командировку он не мог. Багаж сдан, осталась посадка, и он не мог покинуть аэропорт только из-за плохого предчувствия. Но и садиться в самолет с этой тревогой было невыносимо. Сын Джу долго думал, а затем набрал номер быстрого набора. — Сын Джу, что случилось в такой час? — Мама, у меня к вам просьба. — Разве ты не улетаешь сегодня в командировку? Начальник Юн сказал, что возникли проблемы с экспортом. Ты еще в аэропорту? И что за просьба? Что случилось? Сын Джу колебался. Можно ли говорить матери? Но вскоре понял, что его сомнения напрасны. Мать доверяла Сэ И больше всех. Мён Хён была тем человеком, которому можно было доверить Сэ И. — Я не могу связаться с Сэ И. — Что?.. — Я встречаюсь с Сэ И. Я подумал, что должен сказать вам. Мы встречаемся недавно, но у меня серьезные намерения. Я звонил Сэ И, но телефон выключен. Я приехал в аэропорт, не сказав ей. Она может заволноваться, если я внезапно пропаду, так что, пожалуйста, свяжитесь с ней и передайте. Чтобы позвонила мне, как только включит телефон. Что мне жаль, что улетел, не увидевшись. Передайте только это, пожалуйста. Мён Хён молчала. Но он чувствовал в долгом молчании её растерянность и удивление. Когда дома говорили идти на свидание — он шел. Когда заходила речь о браке — молчал, никогда не говорил, что встречается с кем-то или что ему кто-то нравится. И первой женщиной, о которой он рассказал матери, была Сэ И. Возможно, его сердце с самого начала смотрело только на неё. — Мама, мне пора. — Да, хорошо. Я передам. — Пожалуйста. Закончив короткий разговор, Сын Джу снова набрал номер Сэ И. Телефон всё еще был выключен. Надо было позвонить ей в дверь вчера, хоть и было поздно. Не стоило уходить, думая, что скоро увидимся. Бесполезные сожаления. — Управляющий директор, идемте. В лаунже первого класса, из-за маленького зеленого столика с диваном, к нему торопливо подошел Хо Ёль. Сын Джу убрал планшет в портфель и допил остывший кофе. Полет до Франкфурта, места назначения, займет много времени, и у него была гора документов для изучения. — Я уже связался с немецким филиалом и согласовал время. После завершения дел в Германии мы отправимся в Швейцарию… — Прежде чем мы улетим, начальник Чан, давай проясним одну вещь. — Да, господин управляющий директор, слушаю. — С этой минуты, если свяжется Им Сэ И, докладывай мне в первую очередь, что бы это ни было. Понял? Хо Ёль с удивленным лицом не смог ответить сразу. «Какие у вас отношения с Им Сэ И, раз вы так говорите?» — спрашивали его глаза, но рот молчал. Очень правильное поведение. Но его мысли по-прежнему были заняты Им Сэ И. Беспокойство о ней перевешивало работу. Сын Джу с усилием отогнал эти мысли и встал. Пора отправляться. ---------- Том 2 Глава 53 Мён Хён не могла скрыть растерянности, как только положила трубку. Прошло уже два дня после звонка, но Мён Хён помнила каждое слово разговора с Сын Джу. Поэтому, когда вчера позвонила Сэ И, ей хотелось сказать: «Давай встретимся немедленно». Она слышала от Хе Чжон, но не знала, что Сэ И и Сын Джу действительно встречаются. Она подозревала, но, вспоминая настороженность и неприязнь Сын Джу при первой встрече с Сэ И, не могла представить их вместе. И взгляд, полный неприязни, когда она представила её как репетитора Сын Хё, и холодные кивки при встречах дома. Но Сын Джу позвонил ей из аэропорта перед самым вылетом. И с тревогой в голосе говорил только о Сэ И. Его беспокойство о том, что он улетел, не связавшись с ней, передалось и ей. — Что же это… Она дала денег Хе Чжон не для того, чтобы разлучить Сэ И и Сын Джу. Не потому, что поддалась шантажу Хе Чжон, а в надежде, что Хе Чжон хоть ненадолго оставит Сэ И в покое. Но если Сын Джу и Сэ И действительно встречались, что же она наделала? Став взрослым, Сын Джу почти не открывал душу. После возвращения из-за границы он стал еще более циничным, и с ним было трудно общаться, хоть он и сын. Работа у него шла отлично, но личная жизнь была настолько пресной, что это вызывало беспокойство. Сыновья других семей доставляли проблемы с женщинами, а её сын был настолько ограничен в контактах, что она даже ошибочно заподозрила его в нетрадиционной ориентации. И если такой сын начал смотреть на Сэ И… — Госпожа, Им Сэ И пришла. — Начальник Юн, приготовь чай. Я выйду. Наконец-то. Мён Хён, нервничавшая с самого утра, проверила домофон, отправила начальника Юна на кухню и сама пошла к прихожей. Путь от ворот до дома занимал время, но ожидание было невыносимым. От волнения она теребила руки, а услышав звук двери, расцепила их и натянула улыбку. — Здравствуйте, госпожа. Увидев Сэ И, вошедшую и поздоровавшуюся, Мён Хён почувствовала ком в горле. Два дня после звонка сына всё валилось из рук. Она думала, что только она так переживает, но, видимо, нет. Сэ И выглядела изможденной. Не только лицо, но и тело исхудало. Она выглядела отекшей, как после болезни, и это вызывало жалость. Позвонив Сэ И и пригласив на встречу, Мён Хён чувствовала себя виноватой. После звонка сына, улетевшего в Германию позавчера, сердце колотилось, как при болезни, а сейчас еще сильнее. — Сэ И, мы так давно не виделись, да? — Да. — Проходи скорее. Сэ И вошла. С каждым днем становилось теплее, окна были открыты, и ветер шевелил белые кружевные занавески. Сэ И, бросив на них взгляд, села на диван, куда её пригласила Мён Хён, а Мён Хён посмотрела в сторону кухни. — Начальник Юн, подай нам холодный чай. Сэ И, тебе же лучше холодный, чем горячий? — Да, госпожа. Они сидели и неловко поглядывали друг на друга. Когда-то Мён Хён мечтала о такой дочери, как Сэ И, но сейчас у неё на душе было так тяжело, что она не знала, с чего начать. Но Сэ И, как всегда сдержанная, улыбнулась ей и заговорила первой. — Госпожа, я проверила то, о чем вы просили. — А? Просила… о чем? — Я узнала то, что вас интересовало насчет управляющего директора, можете не волноваться. У управляющего директора нет никаких проблем. Так что не беспокойтесь и можете искать ему хорошую невесту. Я пришла сказать вам это. — Сэ И… Мён Хён позвала ее с выражением ужаса на лице. Но Сэ И лишь тихо улыбалась. От этой невинной улыбки, словно она ничего не знает, сердце Мён Хён разбилось вдребезги. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Тэ Сын Джу любит женщин, а не мужчин. Значит, скоро он пойдет на свидание и женится на хорошей женщине. Она знала, что должна закончить это своими руками, но на самом деле Сэ И не хотела идти в особняк Тэ. Она думала, что лучше просто оборвать связи, но из уважения к Мён Хён, которая была к ней добра, не смогла этого сделать и позвонила. Войдя в особняк Тэ, где его не было, она встретилась с Мён Хён и сказала не волноваться за Сын Джу. Видя лицо Мён Хён, готовой заплакать, у неё тоже подступил ком к горлу, но она подавила его изо всех сил. И улыбнулась. Хе Чжон сказала, что матери уже обо всем договорились. Сын Джу пойдет на свидание с той женщиной, с которой они пересеклись в отеле в Канвондо, а её кандидатуру рекомендовала Мён Хён. В эту субботу днем? Встреча назначена в отеле «Тэсын», дочерней компании группы, что говорило о том, что Мён Хён опасается её. Чтобы успокоить Мён Хён и окончательно разобраться в своих чувствах, Сэ И пришла сюда. — Выпейте чаю. Сэ И только смотрела на чашку, которую принес начальник Юн, но не притронулась к ней. Чай со льдом и ломтиком лимона выглядел освежающим. Но пить не хотелось. Если от кислого вкуса выступят слезы, её могут неправильно понять. — Почему не пьешь? Принести другой? — Нет, госпожа, я пила кофе по дороге… буду пить медленно. — Сэ И, ты обижена на меня? Называешь «госпожа», хотя я просила звать мамой, и смотришь на меня не очень хорошо. — Нет, что вы. Я просто болела несколько дней. Простудилась, и силы еще не восстановились, наверное, поэтому. Не обращайте внимания. И кстати, я слышала от мамы. Что вы потрудились ради меня. Она не хотела говорить этого. Сэ И начала разговор с улыбкой, словно вонзая нож себе в сердце. Хотела косвенно сказать, что не стоит так настораживаться из-за того, что она недолго встречалась с Сын Джу. — О чем… ты? — Я слышала, вы нашли мне жениха. Спасибо. Сэ И сказала это с милой улыбкой. В этот момент Сын Хё, спускавшийся со второго этажа, услышал это и быстро подошел к ним. Сэ И, которая почти не видела Сын Хё после его поступления в университет, улыбнулась ему. — Мама, что это значит? Учитель идет на свидание вслепую? И это ты устроила? — Увидел учителя — поздоровайся. И не вмешивайся в разговор взрослых. Поздоровайся и иди наверх… Мён Хён строго отчитала Сын Хё. Но Сын Хё смотрел не на Мён Хён, а на Сэ И. Прозанимавшись с ней почти год, Сын Хё чувствовал себя с Сэ И свободнее, чем с Мён Хён. — Сын Хё, как дела? — У меня-то нормально. Но разве вы не собирались учиться за границей, учитель? Мама, разве ты не обещала отправить учителя учиться, если она поможет мне поступить? А теперь свидание? Нашей учительнице еще рано замуж, зачем свидание… — Сын Хё, иди наверх. Мама же сказала, у взрослых разговор. — Если я уйду, ты не поддержишь учебу учителя, а попытаешься выдать её замуж за какого-то придурка. Учитель говорила, что хочет учиться. Сэ И с удивлением смотрела на возбужденного Сын Хё. Почему в Сын Хё, которого она считала всегда веселым и беззаботным, проглядывают черты строгого и решительного Тэ Сын Джу? Наверное, потому что они братья. Если так посмотреть, они и внешне похожи. Я скучаю по тебе, Тэ Сын Джу. Тоска, которую она сдерживала, прорвалась из-за пустяка. Сэ И посмотрела на Мён Хён, спорящую с Сын Хё, и встала. — Учитель, почему вы встали? Уходите? — Да. Сын Хё, увидимся. Госпожа, я пойду. Мён Хён растерялась. Она встала следом с видом, что ей еще есть что сказать, но Сэ И даже избегала взгляда. Мён Хён поспешно протянула руку и схватила Сэ И за руку. — Мне нужно еще кое-что сказать, Сэ И. Всего десять минут, у тебя нет времени? — Да. Простите. У меня встреча с подругой. — Сын Джу… Мён Хён сжала её руку и произнесла имя Сын Джу. Сэ И стерла улыбку с лица и посмотрела на Мён Хён. — Простите, госпожа. У меня правда нет времени. И я больше не хочу говорить об управляющем директоре. Дело, о котором вы просили, я закончила сегодня здесь. До свидания. Сэ И мягко высвободила руку из руки Мён Хён, поклонилась и повернулась. Сын Хё, который шел следом, выражая сожаление, она лишь молча улыбнулась. Теперь прощания закончены, и больше ей незачем сюда приходить. Не желая оставлять даже сожалений, Сэ И вышла из особняка, глядя только вперед. ---------- Том 2 Глава 54 Часть 10 Она сменила номер телефона. Ей хотелось вообще не носить телефон с собой, но, к сожалению, это было невозможно. Она отправила сообщение с новым номером только тем, кому он был действительно нужен, и количество звонков заметно сократилось. Наверное, из-за жары в кафе Джу Ён стало больше посетителей. Все столики были заняты, поэтому Джу Ён наняла еще двух сотрудников. Когда Сэ И, завязав свои длинные прямые волосы в хвост, тоже стала помогать, сотрудники были в восторге. — Ты что, одержима работой? Зачем ты так себя загоняешь? Заболеешь ведь. Думая, что если будет больше двигаться, в голову не будут лезть лишние мысли, она быстро убирала со столов, как только посетители уходили. Джу Ён, видя, как Сэ И первой бросается с тряпкой, завидев грязь, не выдержала, схватила её за руку и сказала это. — Я в порядке. На самом деле всё было нормально, но Джу Ён смотрела на неё с тревогой. Когда она уходила стажером в «Тэсын», Джу Ён была такой же, и теперь, когда она ушла оттуда, Джу Ён снова с таким лицом. Что ей делать? Она просто сказала, что встретила мужчину на работе, но не рассказала подробностей. Она знала, что Джу Ён любопытно, но ей было еще трудно говорить о нем спокойно. Прошло всего несколько дней. Наверное, чтобы выкинуть его из головы, понадобится гораздо больше времени, чем то, в течение которого она носила его в сердце. Потому что она была глупым и старомодным человеком. Но Джу Ён не отпустила её руку и потащила за собой. Она оставила кассу самому опытному сотруднику. — Ты не в порядке. Посмотри в зеркало. На тебя смотреть жалко, а ты говоришь «в порядке»? Иди сюда. Сон Хён, я буду в офисе на втором этаже, если что — зови. Понял? — Да. Услышав бодрый ответ сотрудника, Джу Ён повела её на второй этаж. Все пять столиков были заняты. В отличие от просторного первого этажа, второй был… как бы сказать? С приглушенным светом, атмосферой, которая нравилась парочкам? Видимо, поэтому за каждым столиком сидели влюбленные. Сэ И, которую притащила Джу Ён, вошла в помещение, служившее офисом и комнатой отдыха, и села на мягкий диван. — Посмотри мне в глаза. Джу Ён села напротив и сказала властным тоном. Сэ И тут же пристально посмотрела. — Что с тобой происходит? Внезапно сменила номер, уволилась со стажировки, не проработав и двух месяцев из трех. Что-то случилось, да? Я думала, может ли возникнуть проблема из-за того, что ты встретила мужчину на работе, но какая тут может быть проблема? Ты встретила женатого? Поэтому так сильно болела недавно? — Нет. Какой женатый. Откуда у тебя такие дикие фантазии? — А почему тогда у тебя лицо такое серое? — Лицо серое? Правда? Не желая серьезно реагировать на вопрос Джу Ён, Сэ И ярко улыбнулась. Но лицо Джу Ён помрачнело еще больше. Да что ж такое. — Я твоя лучшая подруга или нет? — Конечно. — Тогда почему скрываешь? Видно же, что ты не в порядке, почему не говоришь? Я должна знать, чтобы помочь или хотя бы попытаться. — Ничего такого. Я просто думала, как мне жить дальше. Ты же знаешь? В моем доме Сэ Джун важнее меня. До сих пор я как-то терпела, но мне стало душно от мысли, до каких пор я должна жертвовать собой. Если я устроюсь на работу и буду зарабатывать, мама наверняка скажет отдавать деньги Сэ Джуну, и я подумала: почему я должна это делать?.. В общем, голова шла кругом. Это была отговорка, но она точно описывала текущую ситуацию. Она больше не хотела, чтобы ею помыкали. Не хотела позволять Хе Чжон использовать её. Для этого она должна стать сильной. — До каких пор этот паразит будет жить за твой счет? Отправили бы его в армию. Глядишь, человеком бы стал. Твоя мама тоже хороша. В наше время плачут, если рождается сын, и смеются, если дочь. А она гнобит тебя за то, что ты дочь. Честное слово… — Сказала выходить замуж. — То есть замуж… что? При словах Сэ И у Джу Ён стало такое лицо, словно она сейчас упадет в обморок. Сейчас было не время говорить о браке, поэтому она не верила своим ушам. — У меня свидание вслепую. Завтра. — Эй! Джу Ён закричала. Видимо, у неё поднялось давление: она обмахивала красное лицо рукой, а потом налила ледяной воды из кулера и выпила залпом. — И ты согласилась? — Нет причин отказываться. Свидание не означает, что я сразу выйду замуж. — Смешно. Я думала, твоя мама заставит тебя работать, чтобы приносить деньги, думая о Сэ Джуне. А тут замуж? Это вообще ни в какие ворота не лезет. Слишком внезапно. — Говорят, нужно выйти замуж до пенсии отца, чтобы получить побольше денег в конвертах и чтобы пришло много гостей. Даже ей это казалось абсурдным, что уж говорить о Джу Ён. Как и ожидалось, Джу Ён скорчила гримасу, полную недоумения. — А, хотят выдать тебя замуж до пенсии директора школы? Чтобы заработать на свадьбе? — Как-никак я дочь местной знаменитости. Сэ И пожала плечами, и Джу Ён кивнула, соглашаясь. Но тут же посмотрела на неё с беспокойством. — Но разве тебе не обидно выходить замуж, так и не узнав настоящей любви? Из-за строгой семьи ты ни разу толком не ходила на свидания и не встречалась с парнями. Тот, кого ты встретила на работе — это всего два месяца, и вы сразу расстались, так что это даже любовью не назовешь. Слушай, не ходи завтра на свидание, пойдем лучше в клуб со мной. Подцепим крутого парня, оторвемся по полной и… — Я спала с ним, Джу Ён. — А. Спала. И что? В наше время переспать с мужчиной — это что, событие? Джу Ён говорила небрежно, но лицо у неё было удивленное, и Сэ И слабо улыбнулась. Если подумать, она сама не знала, откуда у неё взялась смелость заняться сексом с Тэ Сын Джу. Может, просто совпало. Какой бы строгой ни была семья, если бы она хотела встречаться, она бы встречалась. Но не было мужчины, который бы ей понравился. А потом появился Тэ Сын Джу. Она делала вид, что ей всё равно, но, приходя в особняк Тэ учить Сын Хё и встречая Сын Джу, она невольно напрягалась. Следила за каждым своим шагом, думая о нем. Она была такой хитрой. Притворялась равнодушной, а на самом деле всё время думала о нем. — Секс — это не так уж важно. — Да, секс — это ерунда. Но, честно говоря, за тебя я волнуюсь. Сколько парней к тебе подкатывали? А ты отшивала всех, строила из себя недотрогу, и тут вдруг — встречалась и спала с мужчиной. Я в шоке. Но раз один раз попробовала, второй будет легче. Мужики — ерунда. Найдешь кого-то получше того парня. — Будет ли кто-то лучше него? — Ну… где-нибудь найдется. А почему вы расстались? Его семья была против? — Тэ Сын Джу. — А?.. Тэ Сын Джу. Как только она назвала имя, Джу Ён затаила дыхание. Она вытаращила глаза так, что они чуть не вылезли из орбит, и не сводила глаз с лица Сэ И, проверяя, правда ли это. Семья Тэ из «Тэсын Групп» была знаменита, как звезды шоу-бизнеса. Как это бывает с чеболями в третьем поколении, поступление Сын Хё в университет стало общественной темой, и благодаря фотографиям папарацци Сын Хё был популярен не меньше айдолов. Тэ Сын Джу — тоже. Кажется, он дал всего одно интервью экономическому журналу? Журнал был раскуплен за несколько часов, а после этого в сети гуляли только короткие видео и фото, снятые тайком. Услышав, что Сэ И встречалась с таким мужчиной, Джу Ён потеряла дар речи и только хлопала большими глазами. — Но всё кончено. Это всё. — Ты вст-встречалась с Тэ Сын Джу? — Поэтому и иду на свидание вслепую. Джу Ён, может, мне так и выйти замуж? Я уже встретила хорошего человека, так что встречу того, кого порекомендует его мама, и… — Эй, подожди. Им Сэ И, погоди. Сэ И прикусила губу. Ей хотелось кому-то рассказать. Ей хотелось излить кому-то душу, которая горела и болела, словно она проглотила раскаленный уголь. Поэтому она в шутку рассказала подруге. — Что ты сейчас сказала? Что? Кто организовал свидание? То есть ты хочешь сказать… мама Тэ Сын Джу нашла тебе жениха? И ты согласилась пойти? — Ага. — Ох. Джу Ён вскочила с места, не в силах сдержать гнев. Вспыльчивая, но редко злящаяся по-настоящему Джу Ён сейчас смотрела в пустоту свирепым взглядом, готовая крушить всё вокруг. Это немного утешило Сэ И. — Не ходи. Нет, иди. Обязательно иди. Я куплю тебе самую красивую одежду, надень её и иди на свидание так, чтобы все видели. И обязательно скажи этому сыну: «Я пошла на свидание из-за твоей мамы». Поняла? — Хорошо, так и сделаю. Она больше не увидит его, но Сэ И ответила ради Джу Ён. Свидание всё равно завтра, и она не собиралась его избегать. ---------- Том 2 Глава 55 Шестизвездочных отелей в Корее было немного, и самым новым, а потому самым популярным среди гостей был «Тэсын Отель Сеул». Вход был величественным, а внутри приглушенный свет в сочетании с золотом и темным деревом создавал атмосферу роскоши. Сэ И прошла через лобби с блестящим мраморным полом и вошла в просторный лаундж. Столики стояли далеко друг от друга, и занятых было больше, чем пустых. В месте, где все сидели компаниями и беседовали, одинокие люди были редкостью, поэтому она интуитивно поняла, что мужчина, сидящий в одиночестве у входа, видимый из лобби — это тот, с кем у неё свидание. Пять минут до назначенного времени. Мужчина, одетый безупречно, не просто пришел заранее, но и сейчас проверял время на наручных часах. Мужчина в очках в серебряной оправе выглядел как образцовый студент, очень худой. Рост где-то метр восемьдесят пять? Худые пальцы, поправляющие очки с толстыми линзами, выглядели немного нервными. Сэ И подошла к нему в тот момент, когда мужчина с нетерпеливым видом копался в телефоне. — Господин Чхве Сон Ён? — Госпожа Им Сэ И? Сон Ён встал и откровенно осмотрел её лицо. Видимо, довольный внешностью Сэ И в белом костюме, который купила Джу Ён, Сон Ён наконец приятно улыбнулся. Сон Ён вежливо протянул ей худую руку. Сэ И, смущенно глядя на руку мужчины, предлагающего рукопожатие, лишь слегка коснулась её кончиками пальцев. — Присаживайтесь. Вы гораздо красивее, чем мне говорили. Меня редко трогает чья-то внешность, но при виде вас, госпожа Сэ И, сердце забилось чаще. — Спасибо за комплимент. — Закажем чай? — Я буду грейпфрутовый сок. — Тогда я… Сон Ён, тщательно выбирающий даже напиток, не выглядел простым человеком. Ей сказали, что его отец владеет частной клиникой в Каннаме, а сам он, получив специализацию, работает наемным врачом. Хе Чжон, которой надоело, что дед и отец работают в сфере образования, просияла при слове «врач». И Сэ И пришла сюда, провожаемая радостной Хе Чжон. — Я слышал, ваша семья — потомственные педагоги. И пользуется большим уважением в районе. — Это потому, что район маленький. Мы живем там давно, и дедушка, и отец работали в одной школе. — Педагоги — это значит, председатель совета директоров частной школы или что-то в этом роде? Я слышал, что даже если авторитет учителей упал, частные фонды живут неплохо. Он получил неверную информацию обо мне. Она сразу поняла, что он пришел на свидание, приняв слова «сфера образования» за «владение фондом». Как и мама, которая просияла при слове «врач», семья этого мужчины, похоже, ошибочно приняла её за дочь богатой семьи, владеющей фондом. Он разочаруется, когда я скажу, что я не дочь владельца фонда, а дочь директора школы. Вчера Джу Ён потащила её в универмаг и купила чистый и строгий костюм-двойку, потратив сумму, равную дневной выручке, чтобы она надела его сегодня. Хе Чжон всегда покупала вещи только Сэ Джуну, ни разу не предложив купить что-то ей. Джу Ён купила ей этот костюм, чтобы показать всем, но, похоже, сегодняшнее свидание закончится провалом. — Видимо, вам не совсем точно рассказали обо мне. — Это взаимно, не так ли? Что вам сказали обо мне, госпожа Сэ И? Наверное, не сказали, что я работаю наемным врачом в дерматологической клинике в Каннаме и мне нужна помощь семьи жены, чтобы открыть свою клинику. Таково мое положение. Я не собирался обманывать с самого начала. Как только открою клинику, у меня будут свои возможности, и я больше не буду просить помощи у семьи жены… Сон Ён замолчал, когда на их стол упала длинная тень. Сэ И зажмурилась от запаха лосьона после бритья, исходившего от мужчины, остановившегося у столика. Мужчина, которого она изо всех сил старалась стереть из памяти, заявил о своем присутствии одним лишь запахом. — Что ты здесь делаешь? — Вы кто? Сын Джу холодно посмотрел на неё сверху вниз и спросил, а Чхве Сон Ён раздраженно спросил Тэ Сын Джу. Но Сын Джу не обратил внимания на Сон Ёна. Он смотрел только на Сэ И, словно она была здесь единственной, и ждал ответа. — Простите, но у меня сейчас свидание. Если вам есть что сказать, позже… — Вставай. — Управляющий директор. — Я сейчас говорю с тобой как управляющий директор? Вставай, Им Сэ И. Или я здесь всё переверну. Взгляды всех присутствующих устремились на них. В лаунже отеля, где было много случайных людей, некоторые узнали Сын Джу, говорившего пугающим низким голосом, и подняли телефоны. Сэ И встала с застывшим лицом. Она не хотела скандала. Она встала только поэтому, а не чтобы пойти за Тэ Сын Джу. Как он узнал и пришел сюда? Удивлена была не только она. Сон Ён тоже встал, не скрывая недовольства. — Госпожа Сэ И, что происходит? Вы же не пришли на свидание, имея отношения с этим мужчиной? — Прошу прощения. У меня нет отношений с этим человеком, но я хочу прояснить недоразумение насчет меня, прежде чем уйти. Я действительно допустила бестактность сегодня, но моя семья — не богачи, как вы думаете, господин Чхве Сон Ён. У нас изначально нет средств, чтобы открыть зятю клинику. Видимо, произошло недопонимание, и эта встреча была организована… Она уже собиралась поклониться в знак извинения. Большая рука преградила путь её лбу. — Не кланяйся кому попало. — Господин Тэ Сын Джу, уберите руку. Я закончу здесь и поговорю с вами… Она не знала, как он появился на месте свидания, но не хотела, чтобы он утащил её как легкую добычу. Она хотела сначала извиниться перед человеком, с которым у неё была встреча, а потом уже разбираться с ним. Но Сын Джу, похоже, совершенно не собирался считаться с её желаниями. Велев ей не извиняться, он с высокомерием посмотрел на её партнера по свиданию. Чхве Сон Ён, видимо, догадавшись о ситуации, посмотрел на них с недоумением. Заметив необычную атмосферу и взгляды окружающих, Сон Ён молча покинул лаунж. Только тогда Сэ И подняла голову и посмотрела на Тэ Сын Джу. Прошло почти две недели? За это короткое время она сменила номер телефона и полностью заблокировала его контакты. Тэ Сын Джу, которого она увидела спустя две недели, был по-прежнему красив. Настолько, что взгляды женщин вокруг быстро приклеились к нему. Сэ И со спокойным лицом села и предложила ему сесть. — Присаживайтесь. — Ты предлагаешь мне сесть на место, где ты была на свидании с другим мужчиной? Он окинул стол кривым взглядом и задал еще более кривой вопрос. Рассерженное лицо Тэ Сын Джу выглядело холодным и безжалостным. Его беспощадный взгляд был острым, как нож, готовый порезать её, но ей было всё равно. В любом случае, она с ним покончила. Нет, между ними и не было ничего, чтобы заканчивать. Но раз уж они встретились, если нужно поставить окончательную точку, она сделает это, хоть и с болью в сердце. Сэ И посмотрела на него с вызовом и спросила: — Тогда сменим место? — За мной. При словах Сын Джу она встала. Взгляды окружающих, устремленные на них, тут же разбежались. Но скоро они снова последуют за ней. Любопытство людей так просто не исчезает. И мужчины, которые красивы даже со спины, встречаются нечасто. Сын Джу пересекал мраморный холл, с трудом сдерживая гнев. Командировка была запланирована на двадцать дней. Он всегда разделял личное и рабочее, что бы ни случилось, но из-за этой женщины впервые в жизни сделал исключение. — Брат, тебе младший не звонил? Он только прилетел в Швейцарию и, смертельно уставший, лег на кровать прямо в одежде. Телефон, поставленный на беззвучный режим, мигал, и он ответил, едва разлепив глаза. Номер Сэ И, с которой он не мог связаться уже больше недели, с сегодняшнего дня не существовал. Что, черт возьми, происходит? Поэтому он отвечал на все звонки. Но голос второго брата из Америки вызвал у него невыносимое раздражение. — Какой звонок? — Сын Хё сейчас в ярости. Говорит, мама обманула его репетитора. Она обещала отправить её учиться за границу, если та поможет ему поступить, а сама устроила ей свидание. Он позвонил мне и устроил истерику, что ему стыдно, и просил меня помочь отправить её учиться за его счет. Я позвонил тебе, чтобы узнать, что вообще происходит. Кто и куда идет? Так вот почему номер изменился? Сын Джу вскочил с кровати. Бросив короткую фразу, вроде «Рассказывай подробно», он молча слушал рассказ брата. Как только Сын Джу повесил трубку, он направился в аэропорт. И увидел Им Сэ И на свидании в отеле, принадлежащем их группе. Глаза налились кровью от гнева в одно мгновение. Он знал, что это отель их группы и многие сотрудники узнают его, но ему было плевать. — Мне нужен сьют, прямо сейчас. — Да, господин управляющий директор. Сейчас подготовим. Слух о том, что он регистрируется в отеле группы, оставив женщину позади, мгновенно разлетится по всем филиалам. Отец, да и мать, сидящая дома, тоже скоро узнают. ---------- Том 2 Глава 56 Этого он и хотел. Он прошел процедуру регистрации и взял ключ-карту. Обернувшись, он увидел, что Сэ И смотрит на него с ошарашенным видом. — За мной, — тихо бросил он, проходя мимо Сэ И. Им Сэ И в белоснежном шелковом костюме с рукавами три четверти была красивее, чем когда-либо. Настолько, что при виде того, как она улыбается и разговаривает с другим мужчиной, у него помутилось в глазах от гнева. Поэтому он без колебаний подошел к ней. Идешь на свидание, оставив меня? Полностью оборвав связь со мной? Ей было абсолютно всё равно, с какими чувствами он сел в самолет, не закончив командировку. Что, прилетев в Корею, он первым делом побежал к соседней двери искать её. Сэ И, которая смотрела на него горящим взглядом, хоть и редко выражала это словами. Женщина, которая не могла отвести от него глаз, теперь смотрела на него равнодушным взглядом, ни холодным, ни горячим. Как ты могла… Казалось, стоит открыть рот, и посыпятся упреки, поэтому Сын Джу плотно сжал губы. Сын Джу изо всех сил старался сдержать волнение и гнев, терзавшие его с момента посадки в самолет и до прибытия домой. Он думал, что раз они соседи, он сможет увидеть Сэ И в любой момент. Прилетев в аэропорт, он помчался в офистель и звонил в дверь до посинения. Но Сэ И там не было. Тогда он пошел в офис управления и услышал там нечто невообразимое. Сказали, что она ушла с чемоданами, причем съехала еще тогда, когда он был там. Он некоторое время смотрел на сотрудника, говорившего невероятные вещи, а потом поехал в родительский дом и набросился на мать как сумасшедший. Им Сэ И ничего не знает. И он не собирался ей рассказывать. — Не идешь? Не хочешь? Тогда поговорим здесь? — Да что с вами, правда? Женщина, смотревшая на него как на чужого, наконец проявила эмоции. Только сейчас она по-настоящему увидела его, загоняющего её в угол посреди лобби, где ходили люди. — Как можно идти на свидание, оставив меня? — А почему нельзя? Кто мы друг другу? Просто телами… Вот же, Им Сэ И. Бедняжка Сэ И не смогла преодолеть рамки примерной ученицы. Даже слова «секс» произнести не может, а творит такие дерзкие вещи? С такой смелостью она провела с ним ночь, а стоило людям что-то сказать, как она спряталась. — Ты нарвалась не на того. Сын Джу подошел к ней вплотную и сказал это как предупреждение. В этот момент Сэ И с глазами, наполовину полными слез, произнесла слова, от которых он чуть не сошел с ума. — Всё равно между нами ничего не было… Ничего не было? Мы так страстно обнимались, и ничего не было? С ума сойти. Сын Джу грубо откинул волосы назад и провел языком по гладкой коже внутри щеки. Сейчас Сын Джу ничего не видел перед собой. Кажется, это началось с того момента, как самолет приземлился на корейской земле. А эта женщина не знает. С таким невинным лицом, думает, что и внутри всё чисто. Как можно упускать её из виду хоть на минуту. Мужчина на свидании смотрел на Сэ И так, словно влюбился с первого взгляда. Видя это, как он мог не сойти с ума. — Ты занимаешься сексом с теми, с кем у тебя ничего нет? И в моем доме, и в своем? Я кого попало не трогаю. И в свой дом кого попало не пускаю. Если женщина не станет моей, я её и пальцем не трону, каким бы сильным ни было желание. Я такой. От яростного тона Сын Джу глаза Сэ И мелко задрожали. В этом взгляде, который не мог ни поверить до конца, ни не поверить, Сын Джу хотелось схватить её за плечи и встряхнуть. Обязательно нужны слова, чтобы определить отношения? Он, как сумасшедший, вернулся, не закончив командировку. Не мог сосредоточиться на работе, потому что не мог связаться с ней. И что еще нужно? Что нужно доказать, чтобы перестать быть «ничем»? Ему искренне хотелось спросить. — Им Сэ И, за мной. Я тебе ясно покажу, какие у нас отношения. Сын Джу схватил Сэ И за руку и направился к лифту. Бесчисленные взгляды провожали их, но никто не посмел последовать за ними в остановившийся лифт. Из-за него, открыто демонстрирующего яростный гнев, люди, стоявшие у лифта, расступились. Сквозь них Сын Джу вошел в лифт. Держа Им Сэ И за руку. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ В гостиной, где Сын Джу устроил переполох, царила тишина. Сын, чей голос становился тем ниже, чем сильнее он злился, усадил Мён Хён на диван и долго молча сверлил её взглядом. Она не думала, что в этот момент вспомнит слова своей матери о том, что с выросшими детьми тоже трудно. — Вы передали Сэ И то, о чем я просил? — Это… Сын Джу, мама собиралась сказать Сэ И, но… Это правда. Она собиралась сказать Сэ И. Если бы не вмешался бестолковый Сын Хё, она бы всё спокойно объяснила и развеяла недоразумение. Но Сэ И в тот день говорила решительно как никогда. Было очевидно, что она пришла с намерением разорвать отношения. Мён Хён не нашла, что сказать, чтобы удержать такую Сэ И. Сэ И ни капли не винила её за то, что она пыталась использовать её, чтобы копать под Сын Джу. Просто спокойно сказала не волноваться. Глядя на такую Сэ И, она не могла действовать опрометчиво. Но Сын Джу, не учитывая обстоятельств, давил на неё. — Собирались, но не было возможности. И вы отправили женщину, которую я люблю, на свидание с другим мужчиной. — Э-это… — Если не эта женщина, ваш сын не будет жить ни с какой другой. Разве я не говорил? Единственные женщины, видевшие меня голым с рождения — это вы и она. Я наконец встретил человека, которого считаю своим. Я видел, как мой друг погиб на моих глазах из-за женщины. Поэтому я решил не поддаваться женщинам, но из-за неё я нарушил и это решение. И вы думаете, я отпущу Им Сэ И только потому, что вы против? Такое было? Раз он не рассказывал, она не знала. Она просто не знала, что делать с Сэ И и Сын Джу. Хе Чжон была так решительна, и правда в том, что она не хотела связываться с такой подругой. Поэтому она решила тайно стать спонсором Сэ И, втайне от Хе Чжон. Хотела отправить её учиться за границу, чтобы помочь осуществить мечту. Но если она скажет это, глаза Сын Джу, возможно, снова нальются кровью, поэтому она не могла этого произнести. — Не будьте против. — Сын Джу. — С другой женщиной я встречаться не буду. Скажите отцу тоже. Если он против, пусть скажет. Я поговорю с ним. На решительные слова Сын Джу она долго смотрела молча, а потом спросила: — Сэ И испытывает к тебе те же чувства? Я спрашиваю, любит ли тебя Сэ И, как ты говоришь. — Я говорил, что люблю? — Что?.. — Не пытайтесь втиснуть нас с Сэ И в рамки любви. Это просто абсолют. Если она скажет «нет», я её удержу. Ваш сын сейчас помешан на этой женщине. Так что не мешайте. Просто примите это. Где сейчас Им Сэ И? Сын Джу пришел не просить разрешения, а уведомить. Мён Хён была подавлена напором сына. Он позвал начальника Юна, узнал место сегодняшнего свидания и, услышав ответ, тут же ушел. Мён Хён приложила руку к больной голове и долго сидела, словно потеряв дар речи. — Что, если Сэ И не испытывает к Сын Джу тех же чувств? Начальник Юн молчал. Он знал, что она ждет совета, но ему нечего было сказать. Видя, как Сын Джу бесится, это было, пожалуй, естественно. — Начальник Юн. — Да, госпожа. — Его не остановить, да? — Вы же знаете характер управляющего директора. Лучше не мешать. Да, верно. Некого винить. Её родной сын такой неистовый. Он не успокоится, пока не получит то, что хочет, жаль только Сэ И. Единственное, что может удержать сына от безумства — это сердце Сэ И. Поэтому Мён Хён отчаянно надеялась. Пожалуйста, пусть их чувства будут взаимны. ---------- Том 2 Глава 57 Часть 11 Сэ И, войдя в сьют, села на диван и упрямо избегала его взгляда. Сын Джу снял пиджак, бросил его на край дивана и начал расстегивать пуговицы на рубашке. Полет занял семнадцать часов. Прямых рейсов не было, поэтому он летел с пересадкой и приехал в отель, не сомкнув глаз. Глядя на неё покрасневшими глазами, он почувствовал головокружение. Но Сын Джу заставил себя сосредоточиться. Если бы он поддавался головокружению, он бы сюда не приехал. — Мы ничего не значим друг для друга? — Мы просто спали вместе. Вот и всё. Разве мы говорили о будущем? Или ходили на свидания, как все? Мы только страстно занимались сексом в постели. Так что признайте это, господин Тэ Сын Джу. Вы же не собирались на мне жениться? — Собирался. Когда он, закатав рукава и ослабив галстук, спокойно сказал это, Сэ И посмотрела на него удивленными глазами. — Что, не веришь? — Что вы обо мне знаете? Вряд ли я настолько хороша в постели, чтобы из-за этого жениться. Что с вами, правда? — Потому что ты мне нравишься. Ты первая женщина, на которую мне приятно просто смотреть, которую еще приятнее трогать, и которую хочется обнимать до безумия. Я же ясно сказал с самого начала, что ты первая, с кем я захотел быть. И что если начну, то не остановлюсь. Так что готовься. Если не верила, что я не отпущу, поверь сейчас. Что тут скрывать? Сын Джу сказал правду. Он влюбился в Им Сэ И с первого взгляда. Потому что она показалась ему красивой. Разве не правда, что внешность — первое, что привлекает мужчину в женщине? А потом ему понравилось её постоянство. Могла бы сдаться, назвав Сын Хё балбесом, но она беззлобно смеялась вместе с его простодушным братом. В отличие от людей, которые всегда подходили с корыстными целями, эта женщина делала всё возможное для Сын Хё, не боясь последствий. Он не мог оторвать глаз от того, как она делала вид, что не слышит, когда он называл её извращенкой, и отворачивалась. Могла бы возмутиться, что это несправедливо, но не стала. Он наблюдал за ней больше года. Иногда специально приезжал в родительский дом, чтобы увидеть её. И вот такая женщина оказалась перед ним. Будучи стажером, она бесстрашно поставила поднос на стол управляющего директора и назвала себя «благодарной сорокой». — Думала, влюбишь в себя и сбежишь, а я отпущу? Думала, переспишь со мной и скроешься — и на этом всё? Думала, я отпущу тебя на свидание с другим? Попробуй выйди за другого. Я отберу тебя даже замужнюю. Если я не смогу тебя получить, возможно, я убью тебя. Ты связалась с таким типом. Поняла? Он выложил всё. Даже если она испугается и убежит — ничего не поделаешь. Он такой. Всегда был таким и не изменится. Так что привыкай. Он потер уставшие глаза и уже собирался пойти в ванную. — Вы же не говорили. Что вы думаете обо мне, почему вы спали со мной. Я думала, это просто страсть. У нас ведь не было ничего общего, и секс случился только из-за минутной искры… Её голос дрожал. — Кто сказал, что это минутная искра? — Я. Я не собираюсь продолжать отношения с вами и не хочу. Я не настолько бесстыдна, чтобы желать человека, с которым меня нельзя сравнивать… Это были не свойственные Им Сэ И слова. Сын Джу прищурился, пытаясь понять её истинные намерения. Ким Хе Чжон недавно приезжала в родительский дом. И начальник Юн начал искать для Сэ И жениха. В Германии, сходя с ума от невозможности связаться с Сэ И, он дал указание Хо Ёлю. Перерыть всё у начальника Юна, раскопать всё, что можно, и собрать всю информацию о Сэ И. Он еще не знал всего, но уже выяснил, что мать Сэ И и его мать действовали сообща. — Это из-за твоей матери? Сын Джу остановился и спросил. Почему она строит догадки о его чувствах, не спросив его самого? Это было обидно. — Я прав? Сэ И не ответила. Она посмотрела на него глазами, полными слез, а затем опустила голову, чтобы скрыть их. Он не сводил глаз с её лица, которое осунулось за то время, что они не виделись. Чего хотела Ким Хе Чжон от его матери? Чем она торговалась, чтобы вытащить дочь на свидание? В голове роились грязные догадки. Всё это было ему противно, но было всё равно. — Наверное, деньги. Ты узнала об этом и сбежала? — Как я могла остаться? Узнав, что моя мать продала меня госпоже и что-то получила взамен, как я могла оставаться рядом с вами? Я не могу. — Можешь. Мне всё равно. Он сказал это спокойно. Он не собирался терять Сэ И из-за каких-то денег. Как он мог отпустить её? Если он бросил работу и прилетел в Корею, услышав, что она встречается с другим. — Оставайся со мной. Не убегай. — Правда, можно любить вас?.. На её дрожащий вопрос Сын Джу ответил твердым взглядом. Этого достаточно. Даже если весь мир будет против него, лишь бы эта женщина смотрела на него таким преданным взглядом. — Иди сюда. Сын Джу потянул её за руку. Всю дорогу он думал только об этом объятии. Сын Джу крепко обнял её, а затем подхватил на руки. — Вы спросили. Ответьте и обнимайте. Сэ И обняла его за шею и проговорила влажным голосом. Сын Джу усмехнулся. — Ты ела? — Я не ела, собиралась поесть с тем мужчиной. — Поедим. Я закажу обслуживание в номер, посиди здесь. Только руки помою. Он усадил Сэ И на диван и поцеловал в макушку. Ему хотелось страстно обнять её прямо сейчас, но нельзя же морить её голодом. Поэтому он с трудом опустил её и направился в ванную. — Поедим потом… Сэ И схватила его за рукав, когда он отвернулся, и посмотрела на него горящим взглядом. Сын Джу сглотнул так, что кадык дернулся. Смотрел ли он когда-нибудь на её губы, застывшие на полуслове, с такой страстью? Она закусила губу, так же крепко, как держала его за рукав. — Поедим потом, и что будем делать? — Обнимите меня. — Черт, с ума сойти. Знаешь, что бывает, когда просишь обнять мужчину, который сходит с ума от желания обнять тебя, Им Сэ И? Сын Джу подхватил Сэ И с кресла. И, не выпуская её из рук, ногой открыл полуоткрытую дверь спальни и опустил её на кровать. Глядя ей в глаза, пока она смотрела на него снизу вверх, он снял пальто и пиджак. А затем грубо ослабил узел галстука. Он был на грани срыва. На этот раз Сэ И сама потянулась к нему. Это были не отношения, навязанные им, она сама прижалась к нему, словно желая этого. — Я всё время ждала. Горячее признание Сэ И заставило его потерять контроль. Эти слова предвещали очень долгую ночь. ---------- Том 2 Глава 58 Их прерывистое дыхание смешалось. Во время глубокого поцелуя, в котором смешивалась слюна, Сын Джу вонзил свой член в пересохшее лоно Сэ И. Став одним целым, он обезумел от желания и довел её до слез. Он безжалостно пробивался сквозь её узкие стенки и бешено двигал бедрами. Сэ И говорила, что они просто спят вместе, но он не собирался делать этого ни с какой другой женщиной. Тэ Сын Джу настолько отчаянно нуждался в Им Сэ И, что вошел в неё без презерватива, как безумный. Горячая плоть обжигала его член. Её тесная плоть стала влажной от его движений. Только так, соединившись с ней, он почувствовал облегчение. И стал терзать её плоть еще грубее. Они были такими горячими, что смазка капала с места их соединения. Неизвестно, сколько раз они занимались этим безумным, бурным сексом. Даже обнимая её снова и снова, Сэ И не верила, что он рядом. Поэтому она не могла не касаться его. Сэ И забралась на него сверху, уперлась руками в его грудь и взяла его. Впервые. Она сама приняла его член, сидя сверху, и медленно двигалась. Ощущения были такими яркими, что казалось, она сойдет с ума. Мужчина, лежащий под ней, протянул руки и сжал её грудь. — Я скучал. Чуть с ума не сошел. — Я тоже… Сэ И выразила свои чувства, приняв его в себя. Забыв стыд и глядя только ему в глаза, Сэ И впервые показала свою жадность. Ей всё еще было страшно. Узнав, что Хе Чжон взяла деньги у Мён Хён, она старалась не желать Сын Джу. Старалась отпустить и сдаться. Но не смогла, и от отчаяния даже пошла на свидание. Но ты удержал меня. Бесстыдно, но я хотела взять эту руку. И, что бы ни говорили, не хотела отпускать. — Мне можно… ах, желать тебя? — Забирай всё. Я отдам тебе. Тихо ответив, глядя в глаза, он мгновенно перевернул её. Она, сидевшая сверху, оказалась внизу и приняла его в себя. Они стали единым целым, и Сэ И испытала восторг от этого чувства. Только теперь она чувствовала, что живет. Что бы ни говорили другие, Сэ И хотела быть рядом с этим мужчиной. Казалось, в мире нет больше никого, кто питал бы к ней такие сильные чувства. Поэтому она была в его объятиях всю ночь. Она провалилась в сон и с трудом проснулась, заметив сквозь открытые шторы туманный рассвет. Который час? Сейчас, когда у неё не было сил пошевелить даже пальцем от усталости, Сэ И не оттолкнула руку, крепко сжимавшую её грудь. Ей было так хорошо, что она улыбнулась. Кто бы мог подумать, что факт того, что она не одна, может так утешать. — Скоро мне нужно на работу. Я не закончил дела и прилетел из командировки из-за тебя. Мне нужно пораньше приехать в компанию и всё уладить, но перед этим давай еще раз. Чтобы ты помнила. Насколько же сильно он собирается это сделать, раз даже предупреждает? Сэ И слабо улыбнулась. Она еще не знала, что эта улыбка превратится в слезы. Его губы, укусившие её за палец ноги, поднялись выше по икре. Добравшись до середины бедра, он открыл рот и сильно укусил нежную кожу. Больно. Она нахмурилась, и он тут же стал успокаивающе зализывать укушенное место. Словно дезинфицируя. Но вскоре язык на коже стал откровенным. Он поднимался всё выше и, наконец, проник между её ног. — Ах. Сэ И открыла глаза от острого наслаждения. Но смотреть на него было слишком стыдно, и она снова закрыла их. Ощущения стали еще острее. Шершавые губы, скользящие по нежной плоти, влажный кончик языка, касающийся промежности и клитора — всё чувствовалось так остро. Она пыталась оттолкнуть его, упираясь ногой в плечо, но он не отступал. Прижимался губами еще настойчивее. — А-ах… Господин Сын Джу. Ах. Сын Джу, знавший, где её трогать, чтобы доставить удовольствие, стимулировал её совершенно откровенно. Она извивалась. А когда он выдыхал горячий воздух прямо в её лоно… — А. Лучше бы он вошел, чтобы остановить этот постыдный поток. Желая слиться с ним, Сэ И умоляюще двигала бедрами. Он свел её с ума, но не собирался входить. Целуя её снизу, он лишь дразнил её пальцами, не давая того, чего она хотела. Его пальцы размазывали горячую смазку, текущую бесконтрольно, по её плоти. И он шептал: — Проси еще. Скажи, что я нужен тебе больше. — Ты… нужен мне, скорее! Сэ И откинула голову и выдохнула горячий воздух. В тот момент, когда она подумала, что больше не выдержит, член, твердый и толстый, вошел в неё. Сэ И изо всех сил обняла его. Не хотела отпускать. Хотелось, чтобы он поглотил её. Она принимала его глубже и стонала. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Когда он тратил деньги направо и налево, было хорошо. Стоило сказать, что деньги кончились, как Хе Чжон снова переводила их на счет Сэ Джуна. Словно из рога изобилия. Когда он попросил продать подержанную малолитражку и купить машину получше, Хе Чжон с улыбкой согласилась. Только тогда Сэ Джун почувствовал тревогу. Сколько же она получила? Разозлившись на сестру, выгнавшую его, он назло ей рассказал маме, что «Тэсын» дал денег. Думала, будешь жить хорошо одна? Это было злорадство. Но Им Сэ И изменилась. После того как она ушла из того дома и тяжело переболела, она относилась к членам семьи как к невидимкам. Им Сэ И, которая всегда звонила, если задерживалась, не ночевала дома без предупреждения. Может, она с тем мужчиной, с которым ходила на свидание? Начать страшно, а падение происходит мгновенно. Примерная Им Сэ И вряд ли так поступит, но что, если это так? — Еще рассвет, почему не спишь? Он сидел в гостиной и смотрел на улицу, когда вышел отец. Сэ Джун посмотрел на отца, который стоял сгорбившись. — Отец. — Что, есть какие-то проблемы? Проблемы… есть. Другие, глядя на их семью, думают, что они дружные. Семья педагогов, известная в округе. Но нет. Если заглянуть внутрь, то хуже некуда. И в этом бардаке он получал самое лучшее обращение. — Насчет сестры. — А что с сестрой? Кстати, я давно не видел Сэ И, где она живет? Она же говорила, что будет жить в офистеле подруги мамы, а потом забрала вещи? В последнее время её и дома не видно. Сэ Джун посмотрел на директора Има с жалостью. В школе и в районе его почитают как директора, но дома он пустое место. Если не считать сыновней почтительности, как отец и муж он — полный ноль, некомпетентный отец. — Я купил машину, отец. — Да, знаю. Сэ И купила тебе её на заработанные деньги. Будь благодарен сестре. В наше время таких, как Сэ И, нет. У неё самой много трат, а она сама вызвалась купить машину брату. — Сама вызвалась? Вы правда не знаете или делаете вид? — О чем… ты говоришь? Директор Им подошел к нему и спросил. Сэ Джуну отец показался таким жалким. Он сам не в том положении, чтобы винить других, но как можно быть настолько равнодушным к детям? — Мама отобрала деньги, заработанные сестрой, и купила мне машину. Вы не знали? Значит, вы не знаете, что я снова поменял машину? Мама пошла к подруге, продала сестру, получила деньги и купила мне машину. Сказав это, он почувствовал себя дерьмом. Он не хотел этого, но, сказав вслух, почувствовал себя пиявкой. Сосущей кровь Им Сэ И, чтобы жить. Дерьмо. Лучше бы он не говорил маме. Что такого в этом офистеле, из-за желания жить в котором он первым продал Сэ И маме? И теперь пытался переложить чувство вины на отца. — Что ты сейчас сказал?.. Мама продала сестру? Что за деньги она получила? И на эти деньги купили тебе машину? Директор Им с ошарашенным лицом допрашивал его. Словно он ничего не знал. Доброе лицо отца, спрашивающего, как такое возможно, на мгновение вызвало у Сэ Джуна отвращение. — Спросите у мамы. И сестра не приходила ночевать. Встав после нескольких часов сидения в гостиной, Сэ Джун захромал от того, что затекла нога. Оставив отца с ошарашенным лицом одного, Сэ Джун ушел в свою комнату. Почему ты не приходишь? Впрочем, на её месте он бы тоже устал от этого дома. Дома, где его превозносят только за то, что он сын, а от Сэ И требуют односторонних жертв. Но ему здесь нравилось. Если не здесь, то никто не будет считать Им Сэ Джуна таким уж важным. Сэ Джун был настолько эгоистичен, что игнорировал ноющую совесть. Но на душе скребло. От вины. Но выразить это он не мог. Боялся, что тогда у него всё отберут. Упав на кровать, Сэ Джун долго не мог уснуть. ---------- Том 2 Глава 59 Отвезя Сэ И к себе домой, Сын Джу рано ушел на работу. «Давай теперь жить вместе. Хочу, чтобы ты была здесь, когда я возвращаюсь с работы. Так что пообещай. Что никуда не уйдешь». «Да, обещаю». Сэ И проводила его до двери. Сказав, что вернется, он ушел, не оглядываясь. В надежде увидеть его отъезжающим, Сэ И вошла в дом и встала у окна. Среди множества машин узнать его машину было трудно. «Всё, что хочешь, кроме учебы за границей. Хочешь учиться — учись. Я помогу». Вспомнился голос Сын Джу, громко заявившего, что сделает всё, кроме учебы за границей, куда она так хотела. «Будь в моих объятиях. Тогда я дам тебе всё, что ты хочешь». Это было так соблазнительно. Ни на кого не опираясь раньше, Сэ И была счастлива уже от одних его слов. Он сказал, что ничего страшного, даже если мама взяла деньги. Для неё это было крушением мира, а он не придал этому значения. «Нет, так не пойдет. Надо забрать тебя. Мне будет спокойнее, если ты будешь рядом. Подумай тоже. Как нам быть дальше. Давай теперь обсудим это нормально. Что для нас лучше. Так что не переживай в одиночку». Хорошо. Сэ И хотела отбросить свою пугливую и зажатую натуру. Даже если это нагло, она хотела видеть только Сын Джу. Он так сказал, и она попробует. Попробует стать женщиной, достойной Тэ Сын Джу. Сэ И смотрела на мир более решительным взглядом, чем когда-либо. Утром ей казалось, что если он будет рядом, она сможет всё. В гардеробной висела женская одежда, которой она раньше не видела. Сэ И спокойно смотрела на неё, которую, как сказал Сын Джу, он приготовил специально. Даже не глядя на бирки, было понятно, что это дорогая одежда. Она не шла ни в какое сравнение с тем, что она носила всегда, и в обычное время она бы даже не подумала такое примерить. Но Сэ И достала платье. Черное, оно сидело на ней как влитое. Решение быть рядом с ним подразумевало её решимость больше не сжиматься. Вместо того чтобы отступать с извинениями, она хотела стать человеком, который отдает больше, чем получает. Она пыталась расстаться с ним и потерпела неудачу. Поэтому снова взяла его за руку. В этот раз Сэ И хотела сделать всё правильно. Каков бы ни был результат, она не хотела жалеть. Как только она зарядила и включила телефон, посыпались пропущенные звонки и сообщения. Почти все от Хе Чжон. Были также номера Джу Ён и Сэ Джуна. [Хотя бы напиши.] В последнем сообщении читались глубокий гнев и разочарование Хе Чжон. Всю жизнь Сэ И молча соглашалась со словами Хе Чжон, даже если они ей не нравились и злили. Она никогда не выказывала такого полного неприятия и не бунтовала, как сейчас. Поэтому Хе Чжон не сможет принять её нынешнюю. Зная это, Сэ И чувствовала горечь. Глядя на список пропущенных, Сэ И нажала на номер. — Ты где сейчас? Как только пошли гудки, Хе Чжон ответила взволнованным голосом. Голос Хе Чжон был низким и хриплым, словно она не спала всю ночь. Эмоциональная пропасть, сквозившая в голосе, не сдержавшем накопившегося гнева, передалась ей через трубку. — Зачем вы звонили? — Зачем звонила? Спрашиваешь, потому что не знаешь причины? Не буду долго говорить. Приезжай домой. Это не телефонный разговор. Я не думаю, что ты провела ночь с мужчиной, с которым ходила на свидание вчера. Так что не усугубляй ситуацию и приезжай домой. Отец тоже ждет. — Приеду. Услышав желаемый ответ, Хе Чжон замолчала. Сэ И повесила трубку и положила телефон в сумку. Наверное, дома переполох. Атмосфера в семье и так консервативная, а тут она пошла на свидание и не ночевала дома. Хорошо, что в последнее время она жила в кафе Джу Ён, иначе бабушка и дедушка тоже потеряли бы сон из-за её отсутствия. Не из-за беспокойства, а из-за своей репутации. Но Сэ И решила теперь думать только о себе. Сын Джу, который грубо любил её всю ночь, взял с неё твердое обещание. Что она больше не сбежит. Что если что-то случится, она первым делом скажет ему. Мужчина, который без колебаний прилетел из Швейцарии в Корею, узнав, что она идет на свидание. Скучаю. Прошло совсем немного времени с тех пор, как он ушел на работу, а тоска уже нахлынула. Сэ И не знала, что «нравиться» — это такое отчаянное чувство, пока не встретила его. Поэтому она так легкомысленно отнеслась к расставанию. Глупо верила, что с глаз долой — из сердца вон. Но человек, застрявший там, в сердце, вызывал тоску, даже когда его не было рядом. Сердце болело так, что она не могла спать и кусок в горло не лез. — Наверное, уже приехал в компанию. Хоть ей и велели ехать домой, Сэ И не поехала туда сразу. Сначала она зайдет в кафе Джу Ён, а потом свяжется с Сын Джу. Если Сын Джу захочет, она готова поехать с ним. «Если захочешь услышать мой голос — звони в любое время. Я постараюсь отвечать на твои звонки. Проверь сама». Вспоминая его сладкие слова, она расправила сжавшиеся плечи. Попробую набраться смелости. Думая только о тебе. Не колеблясь, что бы ни говорили другие. Сэ И всегда жила, отвечая за свои поступки сама. Ей приходилось сталкиваться со всем в одиночку, и поэтому было больно. Но теперь был мужчина, который будет с ней. — Так надежно. Она была одна, но казалось, что не одна. Уходя из дома, Сын Джу крепко обнял её и сказал. Что он всегда будет рядом с ней. Если Сын Джу всегда будет рядом… казалось, ничего страшного нет. Этого достаточно, —подумала Сэ И, выходя из его дома. ---------- Том 2 Глава 60 Не только Сэ Джун не спал всю ночь. Хе Чжон, которая вышла на кухню, как только рассвело, пролежав в постели без сна, тоже не спала. Выйдя из спальни, Хе Чжон включила яркий свет на кухне и молча села за стол. Ингредиенты для зеленого сока, приготовленные для свекров, которые рано утром уходят в горы, так и лежали на кухне, и она не слышала, чтобы Ын Соль заходила. — Ты что делаешь, не приготовила сок? Ты же знаешь, что свекор обязательно пьет его перед походом в горы, и до сих пор сидишь так — что это значит? Есть у тебя ум или нет? Я же говорила, нельзя брать невестку из нищей семьи, но добрый отец пожалел… — Прекратите. Хе Чжон, которая с момента замужества и до сих пор молча слушала слова Ын Соль, как бы обидно и горько ей ни было, впервые перебила свекровь. — Что ты сейчас сказала? Прекратить? Это ты мне сказала? — Да, вам, матушка. Здесь только вы и я, кому же еще? — Ты с ума сошла? Хе Чжон прямо посмотрела на Ын Соль, которая была так возбуждена, что казалось, её сейчас хватит удар. Почему она так боялась этой женщины всё это время? Она считала, что одной ей не справиться, что это слишком страшно и тяжело. Она надеялась, что хоть кто-то заступится, но и муж, и свекор закрывали глаза на несправедливость Ын Соль. Поэтому Хе Чжон всегда была одна. Ей не на кого было опереться, кроме Сэ Джуна. По крайней мере, когда она вышла замуж в этот дом и родила Сэ Джуна, ей говорили «молодец», «потрудилась». Родив Сэ Джуна, Хе Чжон почувствовала, что наконец-то стала членом этой семьи. Она надеялась, что упреки по поводу разорившейся родни прекратятся и её признают полностью. Но нет. Вернувшись после родов, она услышала всё те же придирки свекрови. — Да, сошла. Кто не сойдет с ума, прожив с такой, как вы, почти тридцать лет? Вы же не обычный человек, матушка. Я вышла замуж, родила двоих детей и жила с необычными свекрами до сих пор, хотя другие давно бы уже жили отдельно. Я до сих пор слышу от вас упреки из-за разорившейся родни, у меня отобрали право распоряжаться деньгами, почему вы всё время пытаетесь меня задеть? Больше не было желания угождать, не было причин молчать ради лишней копейки. Объективно говоря, это не огромные деньги, но у неё тоже были средства, чтобы не пресмыкаться перед Ын Соль. Поэтому она впервые дерзко ответила. Глядя на Ын Соль взглядом, полным яда. Глаза Ын Соль расширились от удивления, то ли из-за слов, то ли из-за напора, казалось, она вот-вот упадет. В глазах читался шок, но Хе Чжон не стала извиняться, как обычно. Не хотела. — Задеть тебя? Я тебе подружка? Что я сейчас услышала? Дорогой, иди сюда. Послушай, что она мне говорит. В такую рань я от неё… Ты что, решила меня довести? Змея. Я знала, что ты когда-нибудь так поступишь. Поэтому ты мне не нравилась, вызывала отвращение. Как пиявка, присосавшаяся к моему сыну и пьющая его кровь всю жизнь… — Я пью кровь? А не вы пили мою кровь, матушка? Хе Чжон не отступала. Не сдавалась. Тогда Ын Соль схватилась за шею и начала кричать, брызжа слюной. — Как ты смеешь, невоспитанная… — Хватит, дорогая. Свекор, вошедший на кухню с опозданием, посмотрел на них, не скрывая недовольства. Когда директору Иму пришлось успокаивать возбужденную Ын Соль и он уже собирался выйти из кухни, Хе Чжон не выдержала и повысила голос. — Вы тоже не должны так поступать, отец. — Э-эта, эта, она, кажется, сошла с ума. Мало того что на меня кидается, теперь и тебя хочет прижать. Сын, ты где? Твоя жена с ума сошла. Вставай, иди сюда. Твоя жена нас сживет со свету. Смешно. Раз она не отступает, Ын Соль позвала всех членов семьи, чтобы они встали на её сторону — это выглядело так жалко. То, что семья бедная, то, что один из супругов слабее, делает человека таким жалким. Поэтому она остановила Сэ И. Потребовала денег, чтобы она больше не могла встретиться с Сын Джу, и разбила возможность их отношений. Она сама испытала это на своей шкуре и не могла позволить дочери пройти через то же самое. — Жена, извинись перед матерью. Ты виновата в том, что с утра пораньше подняла шум. — Прошу прощения, но я не буду. Я ни в чем не виновата. Я просто больше не могу терпеть нападки. Так что, если хотите помирить нас, скажите матери извиниться первой. Я пойду. Хе Чжон оставила ошеломленных стариков и ушла в свою комнату. Она не вышла, даже когда молчаливый муж ушел на работу, даже когда свекровь плакала снаружи. Только когда телефон, который она не выпускала из рук, завибрировал, она ответила. И снова стала ждать Сэ И. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Хотя она знала, что Хе Чжон ждет, Сэ И работала в кафе Джу Ён, как обычно. Джу Ён, которая хотела узнать результаты свидания, она сказала: «Провалилось». Джу Ён утешила её, сказав, что свидание — это ерунда, можно сходить еще раз. Сэ И хотела сказать, что снова встретила того человека, но сдержалась. Скажу, когда вернусь из дома. — Я схожу домой ненадолго. — Почему, вызвали из-за проваленного свидания? — Наверное. — Возвращайся скорее. Я куплю хорошего вина и буду ждать. Сегодня я тоже переночую здесь с тобой. При словах Джу Ён Сэ И сделала озадаченное лицо. С сегодняшнего дня она не сможет ночевать в кафе Джу Ён. Но какую отговорку придумать? Если сказать, что снова встретила Тэ Сын Джу, Джу Ён так просто не отпустит. — Джу Ён, сегодня мне, наверное, придется остаться дома. — Почему, всё серьезно? — Нет, не то чтобы. — Ладно, не последний день живем, иди. Если будут ругать, огрызайся. Мама так себя ведет, потому что ты терпишь как дурочка. Так что сегодня выбери момент и дай отпор. — Хорошо. Оставив волнующуюся Джу Ён, Сэ И вышла из кафе. Она шла к автобусной остановке, когда за ней поехала черная машина. Когда Сэ И остановилась, медленно ехавшая машина тоже остановилась. Когда она посмотрела, окно машины опустилось. — Садись. Сэ И с расширенными глазами смотрела на мужчину в машине, не веря своим глазам. Как он узнал, что я здесь? Пока она стояла с удивленным лицом, Сын Джу отстегнул ремень и вышел из машины. Обняв её, застывшую от удивления, за спину, он открыл дверь и посадил её. — Садись. Я мчался как сумасшедший, как только закончил работу. — Как вы узнали, что я здесь? — Теперь я буду знать всё. Всё, что касается Им Сэ И, — сказал Сын Джу, глядя на неё. Только тогда Сэ И расслабила удивленное лицо и улыбнулась. Она испугалась его внезапного появления, но была рада его видеть. — Я ехала домой. — Поедем вместе. — Вы хотите поехать ко мне домой? — с удивлением спросила она Сын Джу. После звонка Хе Чжон Сэ И подумала, что было бы неплохо заехать домой вместе с ним ненадолго. Но она никак не ожидала, что он поедет с ней вот так. — Надо поздороваться. Я перехватил дочь, которую отправили на свидание, чтобы выдать замуж. Если не покажусь, тебя снова отправят на свидание, а я этого не допущу. Что, не хочешь, чтобы я ехал? — Нет. Поедемте вместе, — ответила Сэ И и красиво улыбнулась ему. Она была рада, что с ней едет именно Тэ Сын Джу. Финал второго тома Привет! Прочитать все главы новеллы (97) можно на моем Бусти: https://boosty.to/novelslab?postsTagsIds=19852919. Благодарю за чтение и поддержку! Друзья, еще важное примечание: если вы хотите меня поддержать и оформить подписку с iPhone, то делайте это через любой браузер (даже встроенный в телеграм), ибо в приложении Бусти Apple берет огромную комиссию, в несколько раз превышающую сумму подписки. Спасибо. ---------- Том 3 Глава 61 Том 3 Часть 1 Сын Джу впервые был в Юволь-доне. Юволь-дон, находившийся на самой окраине Сеула, хоть и назывался Сеулом, был больше похож на деревню в провинции Кёнгидо. Сразу за начальной школой, расположенной у въезда в район, теснились маленькие лавочки. Развитие сюда еще не дошло, и атмосфера была совсем не городской. С тех пор как они въехали в район, лицо Сэ И стало напряженным. Костяшки на руке, сжимавшей сумку, побелели, и Сын Джу накрыл её руку своей. — Не волнуйся. — Я не волнуюсь. Говорит громко, а сама дрожит. Она и не знала, что от этого выглядит еще более трогательной и жалкой. Когда машина въехала в узкий переулок, где с трудом могла проехать одна машина, взгляды людей приклеились к ним. Когда они остановились в конце переулка, взгляды местных жителей, стоявших группками, последовали за ними. — Это местные. Им любопытно, что незнакомая машина остановилась у дома директора Има. — Им Сэ И, ты знаменитость в этом районе? — Не я, а мой дедушка. — Понятно. Выходим. Он легонько похлопал Сэ И по руке и вышел из машины. Подойдя к ней, выходящей с пассажирского сиденья, Сын Джу обнял её за плечи и повел к довольно старому частному дому. Дом, построенный с любовью, сочетал в себе следы времени и ухоженную элегантность. Увидев деревянную табличку с именем, какие сейчас редко встретишь, Сын Джу тоже не смог скрыть волнения. Впервые в жизни он пришел в дом девушки, чтобы представиться. Ему казалось, что нужно получить разрешение на отношения. И сказать, чтобы они больше не отправляли эту женщину на свидания вслепую. Хотя Сэ И прямо не говорила об этом, Сын Джу примерно догадывался об атмосфере в её семье. Дом, где к сыну и дочери относятся по-разному. Казалось, что женщина, которую он любит, живет под гнетом предпочтения сыновей, которое часто встречается в семьях, занимающихся бизнесом. — Если мы просто войдем без предупреждения, они могут удивиться, так что я нажму на звонок. Вы правда пойдете со мной? — Я же говорил, что не отправлю тебя одну. Перед тем как нажать на звонок, Сэ И спросила его, словно желая убедиться. Сын Джу крепко взял её за руку. Раньше он всегда держал за тонкое запястье, а сегодня полностью накрыл её ладонь своей. Сэ И слабо улыбнулась, словно поняв его обещание не отпускать и не оставлять одну. Дзинь. Раздался резкий звонок, и он посмотрел прямо перед собой. Сын Джу никогда не слышал, чтобы кто-то говорил, что он производит плохое первое впечатление. Даже если бы так и было, никто не осмелился бы сказать ему это в лицо. И всё же он волновался. Наверное, потому что это семья Сэ И. — Почему они не выходят? Дома точно кто-то есть. Сэ И снова нажала на звонок. Но внутри по-прежнему было тихо. Не в силах больше ждать, Сэ И открыла крышку кодового замка и отомкнула дверь. — Бабушка, мама. Она вошла, зовя родных, но в доме стояла тревожная тишина. На лице Сэ И отразилось беспокойство, и в тот момент, когда она открыла входную дверь и шагнула внутрь… — Разводись. Чего не хватает нашему сыну… Раздался чей-то крик, и Сэ И, вырвав руку, бросилась внутрь. Сын Джу молча последовал за ней. Больше, чем крик старика, его беспокоило то, что лицо Сэ И мгновенно побледнело. Как же это надоело. Услышав яростный голос, доносящийся из комнаты дедушки и бабушки, Сэ И поспешила на кухню. Хе Чжон, которая всегда должна была быть на кухне, там не было. Почему именно сейчас… Именно в тот день, когда она пришла с Сын Джу, случилось это. Хе Чжон, наверное, плачет где-то в доме одна. Она злилась на маму, но каждый раз, видя её такой, сердце разрывалось от жалости. Сэ И растерянно посмотрела на него, стоящего в гостиной. — Иди к маме. Я подожду здесь. — Да, извини. — Не извиняйся. Тебе не за что извиняться. Сэ И кивнула на слова Сын Джу и пошла в комнату родителей. Открыв дверь, она увидела Хе Чжон, одиноко сидящую на кровати. Лицо у неё было изможденное, словно она не спала всю ночь, и только глаза горели гневом. Хе Чжон даже не взглянула на неё, хотя наверняка слышала, как открылась дверь. — Опять поругалась с бабушкой? Сэ И, стоя у двери, смотрела на Хе Чжон, сидящую на краю кровати, а затем медленно подошла и спросила. Она думала, мама злится из-за неё, но, видимо, не только. Ын Соль не была хорошей бабушкой и хорошей свекровью. Её чувства были важнее всего, и она не терпела, когда её волю не исполняли. Поэтому иногда она несправедливо срывалась на Хе Чжон, а иногда и на Сэ И. — Да. — Мама. Там кто-то пришел… — Ты пришла с Тэ Сын Джу? Ты была с этим человеком, когда не ночевала дома? Дочь, ушедшая на свидание, не вернулась и не позвонила. Ты не подумала, что дома будут волноваться? Хе Чжон, смотревшая перед собой, повернулась к ней. В пустых глазах Хе Чжон не было ни гнева, ни ярости. Только усталость и отвращение. — Ты же никогда не волнуешься за меня, мам. Если бы ты не спала, потому что тебе было интересно, как прошло свидание — это одно, но не ври, что не спала из-за беспокойства обо мне. — Верно. Я не волновалась за тебя. Просто разозлилась. Я столько раз говорила тебе «нет», а ты не слушаешь. Помешалась на мужчине, и мать тебе теперь не указ? Но что поделать? У вас с Тэ Сын Джу ничего не выйдет. Даже если вы будете умирать от любви, я вас разлучу. Думала, я позволю тебе устроиться лучше, чем нашему Сэ Джуну? — Я должна отказаться от человека, которого люблю, из-за Сэ Джуна? Почему? Почему я должна это делать? — Если ты не понимаешь даже после того, как я сказала, ничего не поделаешь. Придется мне самой вас разлучить. Хе Чжон быстро выговорила всё это и встала с кровати, выходя из комнаты. Не обращая внимания на Сэ И, которая поспешила следом, она направилась к Сын Джу, стоявшему в гостиной. — Зачем вы сюда пришли? Мы кажемся вам легкой добычей, раз вы вошли без разрешения? Сэ И хотелось провалиться сквозь землю от этих беспочвенных обвинений. Почему она срывает на нем злость на бабушку? Если бы она действительно думала о дочери, она не должна была так обращаться с Сын Джу. Я же сказала. Я люблю его. — Уходите, и больше не встречайтесь с нашей Сэ И. — Я не могу этого сделать. Когда Сын Джу спокойно ответил, глаза Хе Чжон злобно сверкнули. Сын Джу было всё равно на холодный взгляд Хе Чжон, устремленный на него. Но он не мог терпеть, когда этот взгляд обращался на Сэ И. Сын Джу совершенно не понимал, почему она срывает свое несчастье на Сэ И. И не мог этого принять. — Вы думаете, раз мы так живем, нас можно игнорировать и встречаться с моей дочерью? Я лучше всех знаю, каково это — жить, когда тебя презирают за бедность, и вы думаете, я позволю своей дочери жить так же? И вы получили разрешение от матери, господин Тэ? Думаю, там будут против еще сильнее, чем я. Хе Чжон говорила, сверкая глазами. На лице была написана твердая решимость не допустить их отношений, что бы ни случилось. Поведение Хе Чжон явно не было нормальным. Приезжая в Юволь-дон, Сын Джу питал слабую надежду. Что Хе Чжон, возможно, жалеет о том, что требовала деньги у его матери, используя Сэ И. Он думал, она расскажет, почему Мён Хён устроила свидание и почему Сэ И пошла на него, но Хе Чжон с порога слепо заявила о своем несогласии. — Кто там пришел? Хе Чжон не ответила на вопрос директора Има. Она лишь свирепо посмотрела на Сын Джу и ухмыльнулась. ---------- Том 3 Глава 62 — Как и ожидалось, Шин Мён Хён знала, что сын так поступит. Поэтому за спиной устроила свидание для моей дочери, а в лицо делала вид, что ничего не знает, так? Жениха для моей дочери выбрала мама господина Тэ Сын Джу. И вы всё равно хотите встречаться с моей дочерью? — Я твердо сказал матери больше не вмешиваться в наши дела. — И вы думаете, она не вмешается? — Моя семья не будет. — А что делать? Мы будем вмешиваться. — Впредь вы не сможете этого делать. Я не собираюсь этого терпеть. В тот момент, когда Сын Джу твердо ответил, из комнаты вышел дедушка. Дедушка выглядел неважно, но, увидев гостя, вопросительно посмотрел на Сэ И. Сэ И молчала с таким лицом, словно вот-вот заплачет. Не выдержав, Сын Джу представился директору Иму. — Приятно познакомиться. Я Тэ Сын Джу, встречаюсь с Сэ И. — Встречаешься с нашей Сэ И? Когда удивленный дедушка вышел в гостиную, Хе Чжон нахмурилась. Она преградила путь, не давая дедушке и Сын Джу продолжить разговор, и спросила с ледяным лицом: — Я получила деньги от Мён Хён. При условии, что вы с нашей дочерью не будете встречаться. И вы всё равно хотите встречаться с Сэ И? — Я же говорил вам? Я не прошу разрешения. И у своей матери тоже. — Значит, мнение родителей, которые с таким трудом растили детей, вам безразлично? Я, господин Тэ Сын Джу, категорически не даю согласия. Так что уходите. Сын Джу с жалостью посмотрел на Хе Чжон. Она напряглась, как только вышел свекор, и в итоге выгнала его. Увидев, как она подает знаки Сэ И, стоящей в стороне, беззвучно говоря губами: «Выпроводи его скорее», он не мог больше настаивать на том, чтобы остаться. — Пойдем. Сын Джу не собирался оставлять Сэ И здесь одну. — Невестка, где это видано — так выпроваживать гостя, пришедшего в мой дом. Тем более гостя Сэ И. Это невежливо. Гость, присаживайтесь, а ты, невестка, подай чай. — Нет, отец. Не нужно. Это не гость Сэ И, а мой гость. Сын моей подруги. Разговор окончен, так что… Отец, не вмешивайтесь и идите к себе. Дедушка посмотрел на Хе Чжон с легким недоумением. Видимо, из-за нахлынувших эмоций слова Хе Чжон показались грубыми даже постороннему. Дедушка, сдерживая гнев перед посторонним, с недовольным видом ушел в комнату. — Я пойду. Сэ И я заберу… — Нет, я только провожу его и вернусь. Когда он протянул руку, она взяла её, но не послушалась его слов. Сын Джу удивленно поднял бровь, спрашивая взглядом: «Что ты делаешь?», но Сэ И потянула его за руку к выходу. Как он мог оставить её здесь одну? Сын Джу уже собирался настоять на своем и забрать её любой ценой. — Надеюсь, мы больше не увидимся. Хе Чжон бросила им вслед холодное прощание еще до того, как они вышли за дверь. Сын Джу лишь слегка поклонился и вышел из дома Сэ И. Когда они ехали сюда, он не ожидал, что разговор пройдет в такой атмосфере. Он надеялся, что раз он сын подруги, к нему отнесутся дружелюбно. Но Хе Чжон была сама не своя. К счастью, Сын Джу вел себя как обычно. Даже перед лицом Хе Чжон он четко высказал свое мнение. Увидев его решимость защищать её, что бы ни случилось, она воспряла духом. — Улыбаешься? Она шла с ним за руку и, как ни странно, улыбалась. Ситуация была совсем не смешной, поэтому Сын Джу тоже удивился и спросил. — Мы прямо как Ромео и Джульетта, правда? — Не с кем больше сравнить, кроме как с западными детьми? Мы с тобой похожи на подростков? К тому же они выпили яд и умерли. Мы другие. Высокомерный, как всегда. — Ромео и Джульетта. Ха. Видимо, ему не понравилось сравнение, раз он пробормотал это себе под нос. — Но они же остались вместе до конца. Мне нравится, а что? — Тебе нравится эта ситуация? Хорошо, что тебе нравится, но мне тревожно. Так что поехали. Побудешь пока у меня… — Я останусь здесь. Выйдя за ворота, Сэ И повернулась к Сын Джу и сказала. Дом был ей неприятен, мама давила, и хотелось сбежать из этой ситуации, но она не хотела использовать дом Сын Джу как убежище. До приезда домой Сэ И думала пожить у Сын Джу. Поэтому сказала Джу Ён, что не придет, и ушла из кафе. Но, подумав, решила, что так нельзя. Она хотела получить разрешение честно и начать с ним нормальные отношения. Если будут против их встреч, она будет терпеть, пока не разрешат. Если он будет держать её за руку, она сможет бороться сколько угодно. Она никогда не сдавалась, если ставила цель. — Мама будет тебя уговаривать, ты справишься? Я догадывался и раньше, но сегодня убедился, что твоя мама упрямее, чем я думал. Я не хочу оставлять тебя в обстановке, где ты можешь передумать. — Я не засомневаюсь. Сэ И крепко сжала его руку и сказала. Еще недавно она колебалась и боялась. Входя в переулок, ведущий к дому, она сомневалась, правильно ли поступает. Но услышав, как этот мужчина говорит перед её мамой, что любит её, Сэ И успокоилась. — Я тебя не отпущу. — Я тоже не отпущу, не волнуйся. — Не тому человеку говорить «не волнуйся», у кого есть опыт побега. И не только побега? Ты же ходила на свидание с другим мужчиной, кажется? Но ты правда уверена, что хочешь остаться дома? — На самом деле я не успела сказать, но в последнее время я живу в кафе у Джу Ён. И даже если я останусь дома, неужели они съедят родную дочь? Несмотря на её слова, взгляд Сын Джу оставался тревожным. — На мой взгляд, они вполне способны на это. Им Сэ И, звони в любое время. Если ты позвонишь, я приеду, что бы ни случилось, так что звони обязательно. Не выключай телефон и не своди меня с ума. Поняла? Сын Джу сказал это, глядя ей в глаза. Его глаза, которые не дрогнули даже перед Хе Чжон, дрожали от беспокойства, глядя на неё. Видя мужчину, который реагирует только на неё, она была счастлива даже в такой ситуации. — Господин Тэ Сын Джу. Вы мне правда нравитесь. И, кажется, будете нравиться всё больше. Вы справитесь с этим? — Сколько угодно. — Слава богу. Теперь езжайте и не волнуйтесь. Я буду писать и звонить при любой возможности, так что не переживайте. — Обещаешь? Сын Джу говорил серьезно. Сэ И кивнула. Она не думала, что, придя с ним домой, сразу получит разрешение и их ждет хэппи-энд. Она просто хотела показать ему. Кто она, где живет и какая она дома. Немного обидно, что пришлось показать слишком неприглядную сторону, но что поделать. — Садитесь в машину. — Правда не поедешь со мной? Если передумаешь… — Поезжайте уже. Сэ И бодро подтолкнула его в спину. Сын Джу сел с явной неохотой и еще долго не трогался с места. Как только его машина скрылась из виду, Сэ И вошла в дом. ---------- Том 3 Глава 63 Часть 2 Хе Чжон объявила войну не только Сэ И, но и всей семье. Она вела себя колюче, как еж, с головы до ног утыканный иглами. Ын Соль плакала, спрашивая, за что невестка на старости лет так обращается с ней, а директор Им только и делал, что смотрел в пустоту и вздыхал. — Тэ Сын Джу не пара тебе. Иди на свидание. Поначалу она злилась и раздражалась, когда слышала эти слова. Но ситуация повторялась, и Сэ И начала игнорировать слова Хе Чжон. Узнав каким-то образом, что она работает в кафе Джу Ён, Хе Чжон пришла и силой вытащила её оттуда. Короче говоря, Хе Чжон уперлась. Но и Сэ И не собиралась уступать. — Верните деньги. — Какие деньги? Ты мне их на хранение давала? — Те, что вы взяли у госпожи. Продайте машину Сэ Джуна, а то, что уже потратили, я как-нибудь возмещу. Я хочу, чтобы вы лично вернули их госпоже. — С чего бы это? Она дала, потому что у неё денег куры не клюют, зачем возвращать? Сэ И смотрела на Хе Чжон как на незнакомку. Хоть она и жила всю жизнь, придавленная бедностью родительской семьи, Хе Чжон, будучи невесткой директора Има, вела себя достойно. Она порвала связи с друзьями, потому что стыдилась своего положения, но никогда не показывала им свою слабость. Мама изменилась. — Вам самой не стыдно за себя? — Чего мне стыдиться? Тебе стыдно за такую мать? Стыдно, что я взяла деньги у матери парня, который тебе нравится, чтобы разлучить вас? Думаешь, я взяла деньги только ради этого? Я еще получила обещание устроить Сэ Джуна на работу. А если вы с Тэ Сын Джу будете встречаться? Даже если поженитесь, в каком положении окажется наш Сэ Джун? С момента рождения он для меня самый дорогой ребенок. Думаешь, я допущу брак, который унизит моего сына, который намного дороже тебя? — Я еще не говорила, что выхожу замуж. — Вот именно, иди на свидание. Познакомься и выходи замуж. — Я буду учиться. — Какая учеба, когда я говорю тебе выходить замуж? Учеба бесплатная, что ли? Мы не в том положении, чтобы оплачивать твою учебу. Чтобы выдать тебя замуж до пенсии отца, нужно ходить на свидания каждую неделю. Хватит упрямиться, иди на свидание. Свидание. Свидание. Что бы она ни говорила, всё сводилось к свиданиям. Хе Чжон с таким лицом, словно счастье дочери её не волнует, только и делала, что давила. Она же мама. Мама, которая родила меня, но ведет себя так, будто не может видеть меня счастливой. На слова Хе Чжон о свиданиях Сэ И отвечала, что будет учиться. На давление с браком спрашивала, зачем ей свидания, если у неё уже есть любимый человек. Когда Сэ И сказала привести кого-то лучше Сын Джу, Хе Чжон, которая никогда не сдавалась перед Ын Соль, впервые потеряла дар речи. — Мы встречаемся не так давно. Мы встречаемся, потому что нам хорошо вместе, а если станет еще лучше — поженимся, а может, и нет. Мы встречаемся не потому, что вы разрешили, и не расстанемся, потому что вы запретили. Так что прекратите давить. — Могу я передать Тэ Сын Джу твои слова о том, что ты не выйдешь замуж? Нет. Тогда будет скандал. В последнее время Сын Джу звонил ей по несколько раз в день и слал сообщения. После работы он пробивался через пробки, чтобы увидеть её в кафе Джу Ён или в Юволь-доне. В конце затяжного сезона дождей они вместе пили соджу, глядя на дождь и ворча, а в жаркие дни он включал кондиционер в машине на полную мощность и крепко обнимал её. Странно, но, хотя она не любила жару, его тепло ей нравилось. Из-за того, что Хе Чжон была против, их отношения стали еще нежнее, и они виделись каждый день. Хе Чжон отвергла предложение дедушки и отца извиниться перед Ын Соль и закрыть тему. Дедушка и бабушка стали побаиваться Хе Чжон, и из-за её угроз съехать никто в доме не смел даже громко дышать. «Если не съедем, я развожусь». Многомесячный конфликт в итоге ударил по отцу. Отец, известный в округе своей сыновней почтительностью, оказался меж двух огней — женой и родителями — и выглядел ужасно. Сэ И с жалостью смотрела на отца, который не мог ни вмешаться, ни остановить ссору. Сегодня Хе Чжон даже не приготовила ужин. Бабушка, ненавидящая еду на заказ, расплакалась над чачжанмёном [1], который заказала Сэ И, а отец тихонько положил палочки и вышел во двор. [1] Чачжанмён (짜장면): Лапша с черным соусом из бобов, популярное блюдо корейско-китайской кухни, часто заказываемое на дом. — Сэ И, иди к нему. Дедушка, у которого тоже не было аппетита, встал с мрачным видом и намекнул ей. Сэ И убрала со стола и, как велел дедушка, вышла во двор. Ей не хотелось приходить в этот дом. Мама с её упрямством надоела, и отец, который только наблюдал, был ей противен. Может, бросить всё? Родители, брат, бабушка с дедушкой — всё это вызывало у неё такое отвращение, что она уставала с каждым днем. — Почему вышли? — Выпьешь со мной пива? Тут рядом открылась новая пивная, сходим? — Открылась? Я не видел. — Открылась. Я видела, когда шла из библиотеки, там даже посетителей много. — Пиво — это хорошо. — Сегодня я плачу. — И это хорошо. Стараясь скрыть уныние, директор Им даже рассмеялся. За последние месяцы отец так испереживался, что похудел. Сэ И подумала, что эту боль нужно было пережить раньше. С момента замужества и до сих пор Хе Чжон много терпела. Ей было жаль маму, которая и в пятьдесят лет ничего не могла сделать по-своему. Но понять её поступок с необоснованными требованиями к подруге она не могла. Хе Чжон была для Сэ И дилеммой. Хотелось не видеть её вовсе. Поэтому она старалась избегать встреч даже дома. Сэ И шла на шаг позади директора Има, выходя из дома. Даже по дороге в пивную многие здоровались с отцом. Добродушный, он не мог пройти мимо, если с ним заговаривали соседи. Человек, который так хорошо умел делать вид, что не замечает ран своих близких. Но Сэ И промолчала. Может, выпив, она сможет высказаться? Она отложила слова, которые хотела сказать прямо сейчас, на потом. — Это здесь? Новая пивная? — Да. Перед недавно открывшимся заведением стоял ряд венков с лентами. Сэ И уверенно вошла внутрь, ища свободное место. Как раз в глубине зала было свободное место, и она направилась туда. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Опять не берет трубку. Она же знает, что он не может работать, если она так делает. Сын Джу позвонил снова. Хорошо хоть телефон не выключен. Но чем дольше шли гудки, тем больше он хмурился. В этот момент раздался стук, дверь открылась, и вошел Хо Ёль. — Управляющий директор, заказать доставку… — На сегодня всё, я ухожу. Когда он с треском захлопнул папку с документами, Хо Ёль посмотрел на него с ошарашенным видом. Сын Джу выразительно поднял бровь, и только тогда с губ Хо Ёля сорвался нужный ответ. — А, да. Реакция Хо Ёля была вполне естественной. Ведь именно он велел ответить на звонок из секретариата председателя с приглашением на ужин, что планирует работать допоздна. Узнав, что мать устроила свидание для Сэ И, Сын Джу старался не заезжать в родительский дом. Мать — это одно, но младший брат, который бросался к нему с криками «Учитель!», стоило его увидеть, был невыносим. Он не хотел видеть даже брата, который слишком сильно любил Сэ И. Ему не нравилось, что кто-то кроме него находится рядом с ней — это тоже своего рода болезнь. Младший, только ставший студентом, при любой возможности пытался узнать новости о Сэ И. Даже когда показывал, что ему это не нравится, тот и бровью не вел. Дошло до того, что второй брат, живущий в далекой Америке, качал головой и клялся, что никогда не вернется на родину. — Если вы идете на ужин, о котором говорил председатель… — Я туда не иду. — Тогда почему… вы уходите? Вы же сказали, что будете работать допоздна, я подготовил все отчеты, что с ними делать? — Начальник Чан, разве не лучше делать работу в рабочее время? И разве есть проблема в том, чтобы уйти с работы вовремя? — Нет. До свидания, господин управляющий директор. Хо Ёль был догадлив. Знал, когда вступить в игру, а когда выйти, поэтому Сын Джу и держал его при себе. Сын Джу взял пиджак с вешалки и вышел из кабинета. Махнув рукой Хо Ёлю, который выключил свет и вышел следом, он шел по коридору и снова пытался дозвониться. Если и на этот раз не ответит… Ну, погоди у меня. С этой мыслью он набрал номер, и как только поднес телефон к уху, услышал шум. Сын Джу нахмурился и прижал телефон к уху. — Им Сэ И, ты с госпожой Джу Ён? — Нет, я в пивной перед домом. В пивной перед домом? Почему человек, предпочитающий соджу пиву, сидит в пивной перед домом? И вряд ли она пошла в бар одна. Мысль о том, с кем она может быть, заставила его ускорить шаг. — Скинь адрес. — Приедете? — Мы сегодня не увидимся? Я же говорил. Спать не будем, но видеться — обязательно. Услышав его слова, Сэ И тихо рассмеялась. Странно. Еще секунду назад он был раздражен, но, услышав её смех, похожий на звон бубенчиков, невольно улыбнулся в ответ. Сын Джу, которому это было приятно, улыбнулся так же, как Сэ И. ---------- Том 3 Глава 64 Часть 3 В местной пивной, далекой от шика городских баров, гремели устаревшие хиты. Сидеть напротив друг друга отцу и дочери было неловко. Местные ребятишки, завидев отца, ласково звали его «директор школы» и следовали за ним, но для Сэ И отец не был близким человеком. Она не знала, с чего всё пошло не так. Сэ И молчала, пока не опустошила большую кружку пива. Директор Им тоже молчал. — Можно нам еще два по пятьсот? Отец и дочь выпили всё до капли. Сэ И, встретившись взглядом с сотрудником, похожим на студента-подработчика, указала на пустые кружки и сделала заказ. — Тяжело в последнее время? На осторожный вопрос отца Сэ И горько усмехнулась. Отец, который дома предпочитал роль стороннего наблюдателя, вдруг решил проявить участие. Тяжело было не только ей. Бабушке с дедушкой, Хе Чжон, да и отцу, молчаливому наблюдателю, тоже было несладко. Кто-то должен был положить этому конец, но противостояние было равным, и чаша весов не склонялась ни в одну сторону. Так можно бежать параллельно до самого конца. — Вы тоже меня не любили, потому что я дочь? — Что ты такое говоришь? Не любил, потому что дочь? Я очень люблю свою дочь. Люблю. Она пристально посмотрела на лицо отца, который так легко произнес слово «люблю». Любил, но так бездействовал? Мама, по крайней мере, честна. Она сказала, что не может допустить, чтобы дочь жила лучше Сэ Джуна, поэтому не позволит встречаться с любимым человеком. Сэ Джун был безусловным приоритетом, даже если это разрушало её счастье. А отец сказал, что любит. Ей захотелось узнать, что же это за любовь на самом деле. — Вы знаете, с кем встречается ваша дочь? — Знаю. Хорошо… знаю. — Что вы думаете о том, что я встречаюсь с этим человеком? — Сэ И, человеку легче жить, зная свое место. У твоей мамы наверняка есть причины быть против. Жизнь показала, что это так. Взрослые не ошибаются… — Вы жалеете, что женились на маме? Отец не ответил. Как только официант поставил на стол полные кружки, он просто опустошил свою, словно пытаясь погасить пожар внутри. Сэ И безучастно смотрела на отца. Смешно, но она даже не чувствовала разочарования. — Я много думала и долго ждала. — М?.. — Глядя на дедушку и отца, которых все считают замечательными людьми, я думала: почему я чувствую не уважение, а только обиду? Может, проблема во мне? Директор Им смотрел на неё с ошарашенным видом, словно получил удар. Он был настолько потрясен, что застыл. Стоило бы остановиться, но Сэ И не могла. — С детства вы не были тем, на кого я могла бы положиться. — Сэ И… — Наверное, для мамы вы были таким же. Поэтому мама опиралась на Сэ Джуна и была одержима им, а мне опереться было не на кого. Поэтому, отец, я хочу жить отдельно. И какое-то время не хочу общаться с родителями. — Это потому, что мы не разрешили тебе встречаться с тем мужчиной? Из-за этой обиды?.. Нельзя сказать, что этой причины совсем не было. Но это было не всё. — Я хочу жить для себя. Сэ И честно открыла свое сердце. Видимо, она надеялась, что родители хоть раз поверят в неё и поддержат. Возможно, поэтому она колебалась и откладывала решение, даже приняв его. Сын Джу поддерживал её во всем. Сказал, что будет против только учебы за границей. Но её родители были другими. — Живи для себя. Я всегда поддерживал тебя. Как родитель, я больше всех желаю тебе счастья, почему ты… — Правда? Сэ И спросила отца, который оправдывался, заикаясь. Правда ли это. Директор Им не смог ответить. Это молчание показалось Сэ И более искренним, чем оправдания, которые она слышала минуту назад. — Я свяжусь с вами, когда разберусь в своих чувствах. До тех пор я не буду звонить. Пожалуйста, передайте это маме. — Ты уходишь вот так? Когда в доме такой бардак, ты хочешь жить одна? Она уже собиралась встать, решив, что сказала всё, что хотела. Упрек директора Има был направлен на неё. — Бардак в доме — это не то, что я могу исправить. Вы же знаете, что это результат того, что вы годами игнорировали проблемы, которые должны были решать. Сэ И больше не собиралась терпеть несправедливые обвинения. С неё хватит. Директор Им смотрел на неё с недоверием, но Сэ И больше не смотрела на отца. Выходя из пивной, куда они зашли вдвоем, одна, она почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Ей стало легко, но в груди странно щемило. Поэтому она ускорила шаг. Я сказала отцу, теперь надо пойти к Сын Джу. Увижу его, и всё будет хорошо. Он единственный в мире, кто на моей стороне. Человек, который выслушает всё, что бы я ни сказала. Сэ И не заплакала. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ За семейным столом, где все собрались после долгого перерыва, одно место пустовало. Второй сын был за границей, но Сын Джу не пришел, хотя его звали. И Мён Хён в последнее время выглядела неважно. Председатель Тэ, который знал, но делал вид, что не замечает, сегодня не скрывал своего недовольства. — Позвони Сын Джу еще раз. — Он не ответит. Ешьте так. Мён Хён ответила сразу, как только председатель Тэ обратился к руководителю секретариата О Бён Су, который занимался организацией ужина и приглашением членов семьи. Мён Хён, вырастившая троих сыновей, обычно и бровью не вела на мелочи. Но в последнее время она почти не ела, и лицо у неё было мрачнее тучи. Он знал, что это из-за Сын Джу, но вмешиваться было рискованно, так как проблема была сложной. Младший, Сын Хё, обычно создававший настроение, притих и только оглядывался, чувствуя напряженную атмосферу. — Сын Хё, ты голоден? — Нет, мне кислорода не хватает больше, чем еды. Если я останусь здесь, то задохнусь. Папа, можно мне пойти? Я отменил встречу с друзьями, чтобы прийти, но есть одному с вами как-то неловко. Может, вы поужинаете вдвоем? Он сидел тихо, не раскрывая рта, а оказывается, искал повод сбежать. Глядя на сына, который смотрел на них, но руки под столом безостановочно строчили сообщения, председатель Тэ кивнул. — Ладно, иди. Всё равно Сын Джу не пришел. У него тоже не было желания ужинать с сыном, которому это не в радость. Сын Хё пулей вылетел из столовой. Остался только начальник О. — Начальник О, идите тоже поужинайте. И скажите, чтобы подавали еду. — Да, председатель. Когда начальник О вышел, Мён Хён наконец глубоко вздохнула. Видя, что жена выглядит спокойнее без посторонних, председатель Тэ спросил: — До каких пор ты будешь ссориться с Сын Джу? Из-за Сэ И? Дочери твоей подруги. Тебе не нравится она или её мать? Через начальника Юна он узнал о том, что произошло. Услышав эту историю, он некоторое время не мог вымолвить ни слова. Того факта, что подруга требовала денег, было достаточно, чтобы посоветовать разорвать отношения. Он знал, что в мире бывают разные люди, но не хотел иметь дело с теми, кто лишен здравого смысла. Но он ждал решения жены. Он верил, что она поступит мудро и без его слов, но отношения с Сын Джу становились всё хуже и в итоге охладели. — Я думала об этом, и не могу сказать, что виновата только Хе Чжон. Мне было стыдно признаться тебе, но на самом деле я была эгоистична. Когда мне было тяжело, я втянула Сэ И, а как только узнала, что с Сын Джу всё в порядке, Сэ И стала мне в тягость. Когда Хе Чжон потребовала денег, возможно, я подумала, что это шанс. Перевела деньги и устроила свидание для Сэ И, как хотела Хе Чжон. Наш Сын Джу ведь не дурак. Он первым раскусил мои черные мысли. Поэтому он держится на расстоянии, и что я могу ему сказать? Я поступила постыдно для взрослого человека. — Раз знаешь, извинись. Позови Сэ И и извинись. И давай сделаем так, как хочет Сын Джу, он же наш сын. Разве он станет нас слушать? На слова председателя Тэ Мён Хён не ответила ни да, ни нет. Только выражение её лица было сложным. В этот момент дверь открылась, и подали еду. Председатель Тэ предложил жене поесть. — Перестань думать о взрослых сыновьях. Лучше обо мне позаботься. На неловкую шутку Мён Хён наконец взглянула на него с укоризной. Председатель Тэ начал есть, думая, что семейный ужин — это хорошо, но и ужин вдвоем с женой после долгого перерыва — тоже неплохо. ---------- Том 3 Глава 65 На автобусной остановке в Юволь-доне было довольно много людей. Наверное, потому что время близилось к концу рабочего дня. Конечно, многие узнавали Сэ И и здоровались. Сколько раз она поклонилась в ответ? Машина Сын Джу, который каким-то чудом заметил её на остановке, остановилась у обочины. — Садись. Сын Джу открыл пассажирскую дверь изнутри, дотянувшись длинной рукой. Сэ И села рядом с ним так естественно, словно это было её место, и пристегнула ремень. — Ужинала? — Еще нет. — А почему пахнет алкоголем? Он наклонился к ней и принюхался. От одной кружки пива пахнет? — Выпила пива с отцом. — На голодный желудок? — Ну да. Если подумать, мы даже закуски не заказали, пили пиво и говорили. Я сказала всё, что хотела. — Молодец. Хорошо, что сказала. Пей только со мной. Ты становишься смелой, когда выпьешь. При других мужчинах — ни-ни. Сэ И беззвучно рассмеялась над его словами. Он даже не знает, что она сказала, а уже хвалит. Слова, которые она вывалила на отца, камнем лежали на сердце, и ей было не по себе. Но она всегда хотела это сказать. — Я собираюсь жить отдельно. — Отличная мысль. Ты знаешь код от моей двери? Добро пожаловать в любое время. Может, не будем тянуть и соберем твои вещи прямо сейчас? Сын Джу не упускал ни малейшей возможности, словно хищник, подстерегающий добычу. Казалось, в последнее время он думает только о том, как бы им быть вместе. Припарковав машину на общественной стоянке района, он повернулся к ней. При виде его глаз, превратившихся в полумесяцы от улыбки, тяжесть на душе исчезла, и вырвался смех. Ради этого она терпела? Вернувшись домой, она пережила немало трудных моментов. Терпела нелепые упреки Хе Чжон, пропускала мимо ушей требования идти на свидание. Зачем встречаться с другими, когда есть такой замечательный человек? Просто встретиться взглядом — уже хорошо. — Кстати, Им Сэ Джун ничего не говорил? — О чем? — Раз спрашиваешь, значит, не говорил. Ну и ладно. Выходим. Ты, наверное, голодна. Поедим, погуляем и пойдешь домой. Нет, может, уедем? Сын Джу пристально посмотрел на её лицо и чмокнул в губы. Сэ И схватила его за руку, так как казалось, что он готов уехать прямо сейчас. — Сегодня нельзя. — Почему? — Я же говорила. Я высказала всё, что хотела. Наверное, атмосфера дома будет еще хуже. — Тогда тем более хочется тебя забрать. Между бровями Сын Джу пролегла вертикальная складка. Увидев морщинку, которая появлялась, когда он злился или раздражался, глаза Сэ И красиво изогнулись в улыбке. — Тебе не нравится, когда меня ругают? — Конечно. Какой мужчина любит, когда его женщину отчитывают? — А у вас всегда был такой хороший характер? — У кого, у меня? — Да. Разве Тэ Сын Джу не тот человек, который стыдит людей прямо в лицо и говорит всё, что думает? В компании он потерял популярность из-за своего языка, и она даже предложила ему пообедать вместе из жалости, будучи стажером. Неужели его характер изменился за это время? Говорят, любовь положительно влияет на людей, но чтобы настолько? — Им Сэ И, говори прямо. Вопрос «всегда ли у вас был хороший характер» подразумевает, что он у меня плохой. О, как всегда умен. Сэ И вышла из машины и пошла прочь со стоянки, словно не слышала его слов. Если признать это здесь, он снова придерется. Он такой злопамятный: если захочет, то не только съест её с потрохами, но и загонит в угол. Загнать в угол и утащить в отель или к себе домой — таковы были его будни в последнее время. — Им Сэ Джун в последнее время не связывался с тобой? — Почему ты всё время говоришь о Сэ Джуне? Ты встречался с ним? — Встречался. Он даже приходил ко мне домой. Наверное, он в раздумьях. Сэ Джун ходил к Сын Джу? Сэ И остановилась и посмотрела на идущего сзади мужчину, не веря, что брат, который должен был бы убегать при встрече, сам пошел к нему. — В каких раздумьях? Когда вы встречались с нашим Сэ Джуном? Хотя, вы же соседи, могли и видеться. — Им Сэ Джуну осталось недолго гулять на граждане. Что это значит? Сэ И не поняла слов Сын Джу, сказанных со странным выражением лица, остановилась и схватила его за отворот пиджака. Им Сэ Джун — это дырявое ведро, которое протекает и внутри, и снаружи. Он считал её жертвы само собой разумеющимися, вырос эгоистом, но был единственной надеждой мамы. — Им Сэ Джун скоро уйдет в армию. — Не может быть. Сэ Джун говорил, что пойдет в армию после окончания университета. Им Сэ Джун, которого я знаю, никогда не подпишется на страдания добровольно. Он будет откладывать до последнего, пока его не прижмут к стене… Но откуда вы, господин Сын Джу, знаете про армию Сэ Джуна? — Если бы что-то пошло не так, Им Сэ Джун мог бы стать отцом чужого ребенка. — Что это значит? Отцом? Этот придурок влип в историю? От волнения ругательства вылетели сами собой. Она хотела говорить при нем только красивые слова, но иногда, не сдержавшись, случалось такое. — Расскажите толком, о чем речь. — Помнишь ту женщину, которую мы видели в прошлый раз? В тот день, когда ты не смогла зайти в свой дом и сидела на корточках перед дверью. Помню. Сэ И кивнула, и Сын Джу продолжил. — Похоже, она пришла и сказала, что беременна. Когда это было, а она только сейчас говорит о беременности? Им Сэ Джун, не похожий на тебя, поверил ей и пришел ко мне с таким видом, будто мир рухнул… Если бы он не был твоим братом, я бы выгнал его немедленно. Сэ И посмотрела на Сын Джу с беспокойством. Как бы она его ни ненавидела, он был её братом. Она должна была бы подумать: «Так тебе и надо», ведь он жил припеваючи за счет её жертв, но такой мысли не возникло. Сын Джу, заметив её беспокойство, тут же самодовольно сказал: — Не волнуйся. Я всё уладил. — Даже не сказав мне? — А толку говорить, ты бы только расстроилась. Это так, но она всё же сестра, мог бы и сказать. Никто не знал Им Сэ Джуна лучше, чем она. Этот парень скорее обрадуется, что проблема решена, и расслабится, чем пойдет в армию и возьмется за ум. — Он написал заявление о вступлении в армию в моем присутствии. Ей не верилось, что он добровольно написал заявление, хотя мог бы позвонить Хе Чжон и попросить о помощи. К тому же, если он написал заявление сейчас, значит, этой зимой он будет в армии? — Как вы заставили его написать это? — Я же зять. Зять? Что это значит? На мгновение мозг завис, и она не могла вспомнить значение слова. А когда вспомнила, Сэ И вытаращила глаза и посмотрела на него. — Кто это решил? Она возразила Сын Джу, который так естественно употребил слово «зять», но лицо нестерпимо горело. Человек, который страстно занимался сексом, но ни разу не сказал «люблю». «Нравишься» — это был максимум, и вдруг этот мужчина заговорил о браке? Или она забегает вперед? Непонятно. — Ты собираешься выйти замуж за кого-то другого, кроме меня? — Нет, но мы никогда не говорили о браке, верно? И мне всего двадцать шесть, для брака слишком рано. Мы даже на свидания толком не ходили. Говорят, нужно пережить хотя бы пару смен сезонов, чтобы понять человека, а мы провели вместе всего два сезона. — Я провел все четыре. Я влюбился в тебя с первого взгляда. Что за чушь. Она смотрела на него именно с таким выражением. Женщина, помешавшая их прогулке по переулку, пристально посмотрела на Сэ И. А потом на него, стоящего рядом с Сэ И, и Сэ И не знала, куда деваться от смущения. — Это парень Сэ И? — Да, я парень Им Сэ И. — Говорят, видный, красивый и на хорошей машине ездит? Соседи только и говорят, что Сэ И встретила отличного парня. Ну, у директора Има характер золотой, вот и повезло. Сэ И, когда будешь выходить замуж, дай тетушке приглашение. Обязательно приду посмотреть на твою свадьбу. — Да, как только напечатают приглашения, я лично вручу вам. Нет, она не понимала, почему этот человек с не самым лучшим характером ведет себя так мило с её знакомыми, словно у него и правда ангельский характер. Сэ И потянула его за рукав пиджака, пытаясь остановить его ответы на каждое слово. Но Сын Джу посмотрел на неё только после того, как вежливо поклонился соседке. — Хватит нести чушь, пошли есть. — Раз ты так хочешь, ладно. Лицо Сын Джу, говорившего это дразнящим тоном, было полно удовлетворения. Сэ И отпустила его рукав и быстро зашагала к дому. Какая свадьба, если даже предложения толком не было. Не зная её мыслей, Сын Джу шел следом, сияя улыбкой. ---------- Том 3 Глава 66 Наконец-то прорвало. Эмоциональная война, длившаяся несколько месяцев, достигла пика. После напряженного противостояния без единой уступки Ын Соль в итоге ушла из дома. Старушке некуда было идти, и, видимо, она пошла к золовке, потому что та позвонила на телефон Хе Чжон. — Невестка, немедленно приезжайте и заберите их. Ладно бы на день-два, но прислать стариков к нам вот так внезапно — это что такое? Я не могу ухаживать за ними, даже если это мои родители. — Мы все дети, почему я одна должна за ними ухаживать, золовка? Вам, невестке, трудно, а мне легко? Я хоть раз говорила вам ухаживать за матерью? И сейчас то же самое. Я их не посылала, они сами ушли. Так что разбирайтесь сами, зачем вы на меня бросаетесь? — Вы всё сказали? Если вы так будете себя вести, я тоже не буду сидеть сложа руки. Вы знаете, что дом, в котором вы живете, записан на нашего отца? Что будете делать, если я продам этот дом? У вас ничего нет за душой, а к вам относятся как к старшей невестке, вот вы и возомнили о себе. Относились? После звонка золовки, которая кичилась тем, что её отец — директор школы на пенсии, а теперь раздражалась из-за того, что родители пожили у неё всего пару дней, Хе Чжон была в ярости. Раздался звонок в дверь и стук. Опять знакомые свекра или соседи. Ей хотелось пожить спокойно, но люди, которые приходили и звонили в любое время, вызывали отвращение. Хе Чжон с перекошенным лицом открыла дверь и вышла. Даже по дороге к воротам она не скрывала недовольства. — Кто там? На раздраженный голос ответа не последовало. Когда она грубо распахнула ворота, перед ней стояла Мён Хён с растерянным лицом. — К-какими судьбами ты пришла к нам домой? — Извини. Ты удивилась, что я пришла без звонка? Можно войти ненадолго? На осторожный вопрос Мён Хён она отступила назад, приглашая войти. Свекров нет, она даже не убиралась. Ей было не очень приятно, что Мён Хён пришла без предупреждения, потому что придется показывать убогость её жизни. Хе Чжон поспешила внутрь, наблюдая за Мён Хён, которая осторожно осматривала дом. К счастью, в гостиной было чисто. — Садись. — Ага. В отличие от встречи в универмаге, теперь им было некомфортно друг с другом. Слова были неловкими, а действия и выражения лиц — еще более смущающими. Как бы Хе Чжон ни напускала на себя равнодушие, ей тоже было неуютно. Она выбила деньги не у кого-то, а у подруги. Получив деньги, она какое-то время чувствовала себя неловко, но в то же время уверенно. Возможно, именно сила денег, полученных от Мён Хён, позволила ей противостоять Ын Соль. — Чаю? — Нет. Я пришла не чай пить. Я пришла поговорить с тобой. Мён Хён неловко улыбнулась ей и встретилась взглядом. Садясь, Хе Чжон не могла избавиться от тревожного чувства. О чем она хочет поговорить, раз пришла сюда? Она старалась казаться спокойной, но брови подрагивали от напряжения, когда она смотрела на Мён Хён. — Ты знаешь, что Сэ И и наш Сын Джу встречаются? — Ты пришла сказать это? Я говорила, что против, но твой сын упрям как осел. Взрослых не слушает. Не знаю, что он нашептал моей дочери, но даже наша послушная Сэ И изменилась, я и так собиралась тебе сказать. Придержи своего сына, ладно? Хе Чжон говорила с вызовом. Как только прозвучало имя Сын Джу, она отреагировала так, словно услышала что-то непристойное. — Я не против того, чтобы дети встречались. — Какая же ты лицемерка… Ты дала мне деньги — разве это не значило, что ты против? За спиной даешь деньги, а в лицо строишь из себя добрую и говоришь, что не против — думаешь, я растрогаюсь? Я против, против твоего сына. — Почему? Можешь просто назвать причину? — Слишком хорош. Слишком богат. Сэ И ни в коем случае не должна устроиться лучше, чем наш Сэ Джун. Не хочу, чтобы мой сын чувствовал себя ущербным. Ты же знаешь? Твой сын — жесткий человек. Если такой человек станет зятем, сможет ли мой мягкосердечный Сэ Джун жить спокойно? И так жалко, что он рос, подавленный сестрой, нельзя же позволить ему жить так и дальше. — А как же Сэ И? Мён Хён спросила с жалостью на лице. Когда Хе Чжон говорила о Сэ Джуне, любовь лилась через край. Но когда речь заходила о Сэ И, всё было иначе. Холодно, цинично и безразлично. Может, директор Им нагулял её на стороне? Не зря она просила начальника Юна проверить. Но нет. Сэ И родила Хе Чжон. Даже живя в патриархальной семье, она никогда не видела человека, который так дискриминировал бы своих детей. Как можно заботиться только о сыне и заставлять дочь отказаться от счастья ради него? Мён Хён понадобилась большая смелость, чтобы прийти сюда. Но ради детей нет ничего невозможного. На словах это была минутная ошибка, но она чувствовала, что своим эгоизмом ранила Сэ И и поступила плохо с Хе Чжон, поэтому пришла с трудом. — Почему ты беспокоишься о моей дочери? Хватит. Лучше беспокойся о своем сыне и запрети ему появляться в этом районе. Не знаю, почему он ходит сюда, когда ему никто не рад. Район маленький, пойдут странные слухи. Ради моей дочери, прошу, поговори с ним. — Ты против, даже если дети любят друг друга? — Против. Ответ Хе Чжон был твердым. Мён Хён вздохнула, жалея подругу, которая выставляла напоказ свои чувства, совершенно не считаясь с чувствами Сэ И. Она не знала, что в доме кто-то есть, но дверь открылась, и вышел мужчина. Не очень высокий, но довольно симпатичный мужчина, видимо, был сыном Хе Чжон. Увидев сына, Хе Чжон тут же встала. — Проснулся? Мама даст тебе поесть? — Кто это? При вопросе Сэ Джуна Хе Чжон слегка смутилась, но не стала представлять их друг другу. Мён Хён восприняла это как заявление Хе Чжон о том, что она больше не хочет с ней встречаться. Было обидно, но она не собиралась винить её. — Иди умойся. Мён Хён, я сказала всё, что хотела, у тебя есть что добавить? Как видишь, мне нужно кормить сына. Уходи. У Мён Хён тоже не осталось слов. Она пришла с надеждой, что, может быть, удастся наладить отношения, но, видимо, зря. О том, что не удалось решить, можно поговорить с Сэ И. Мён Хён покинула дом Хе Чжон без капли сожаления. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Проводив отца на работу и не позавтракав, Сэ И вышла из дома и направилась к многоквартирному дому, принадлежащему отцу Джу Ён. «Ты правда будешь жить отдельно? Отец сказал, что сдаст тебе дешево, но не знаю, правильно ли я поступаю. Транспорт удобный, но квартира тесновата. Если тебя устраивает, я скину адрес, приезжай». Джу Ён извинялась, что не может пойти с ней из-за кафе, но на самом деле извиняться должна была Сэ И. Дом отца Джу Ён был удобно расположен и чист, так как был построен недавно. Отец Джу Ён сказал осмотреть всё внимательно перед подписанием контракта, и ей очень понравилось. Поэтому она захотела въехать немедленно. Так Сэ И впервые в жизни подписала контракт на аренду жилья. — Она пустует, так что можешь въезжать в любое время. — Можно сегодня? Я бы хотела въехать как можно скорее. — Я распоряжусь, чтобы убрались прямо сейчас, так что въезжай. Если что-то понадобится, звони в любое время. — Спасибо. Заключив контракт, Сэ И вернулась домой. Отцу она уже сказала, что будет жить отдельно, а Хе Чжон собиралась сказать, уходя. Сэ И зашла в комнату и собрала вещи. И тут она усмехнулась. На этот раз я действительно стала независимой своими силами, — нахлынула гордость. Она сложила одежду и вещи в большой чемодан. Нужно ли вызывать такси? Сэ И выходила из комнаты с огромным чемоданом, когда… — Зачем ты выносишь чемодан? Не занимайся ерундой, занеси чемодан в комнату и иди помогать с ужином. Хе Чжон вышла из кухни, преградила ей путь и начала раздражаться. Сэ И посмотрела на Хе Чжон, чье выражение лица в последнее время совершенно изменилось. — Я буду жить отдельно. Я уже сказала отцу. — Независимость, скажешь тоже. Наверное, едешь сожительствовать. Думаешь, я не знаю, что у тебя на уме, и врешь? Не трать силы зря, заноси вещи. Хе Чжон зыркнула на неё и пошла на кухню. Глядя в спину Хе Чжон, Сэ И открыла дверь, вышла и надела обувь. — Сегодня приходила Мён Хён. Если думаешь что-то затеять с Тэ Сын Джу — забудь. Я всё закончила. Примет ли тебя жена чеболя после того, как услышала от меня такое? Пожалуйста, приди в себя. Что еще нужно сделать, чтобы ты перестала мечтать о несбыточном и приняла свою реальность? — И какая у меня реальность? При вопросе Сэ И Хе Чжон слабо улыбнулась. ---------- Том 3 Глава 67 Часть 4 — Реальность? Ты спрашиваешь, потому что не знаешь? Твоя реальность — жить так, как я скажу. Как и раньше, просто найди свое счастье, не задевая Сэ Джуна, Сэ И. Это всё, чего хочет мама. Ей даже не хотелось спрашивать, почему она так себя ведет. Она не собиралась послушно жить так, как хочет Хе Чжон. И тратить эмоции на разговоры, которые идут параллельно и никогда не пересекутся, тоже не хотелось. Поэтому Сэ И взяла собранный чемодан и вышла. — Стой. Хе Чжон закричала и побежала за ней. Она не только преградила ей путь, но и вырвала чемодан. — Я несчастна, а ты хочешь быть счастливой? Думаешь, я позволю? Из-за тебя, моя жизнь из-за тебя… стала такой. Почему ты не делаешь, как я говорю, а своевольничаешь! Хе Чжон выплескивала свои бурные эмоции. Трясла Сэ И, срывая на ней злость. Даже Сэ Джун выбежал босиком из комнаты, чтобы остановить Хе Чжон. И всё же Сэ И молчала. Не хотела говорить. Какой смысл говорить, если тебя не слушают. — Мама, хватит. Что с тобой, правда. — Отпусти, отпусти меня. От чего я отказалась из-за неё. Если бы не ты… Сэ И закусила губу, чтобы не разрыдаться. Если я заплачу здесь, это будет худшее. Хотя Хе Чжон трясла её, Сэ И упрямо сдерживала все эмоции. Хе Чжон так сильно схватила её одежду, что пуговицы оторвались, а ткань помялась. И тут Хе Чжон рухнула на землю во дворе и зарыдала. — Если бы ты не родилась, я бы ушла за ним. Если бы не ты. А. Я не просила меня рожать. Мне тоже было тяжело родиться твоей дочерью. Что я сделала, что ты так со мной? Слова Хе Чжон о том, что она винит её из-за кого-то, были несправедливыми. — Мама, что это значит? Если бы не Им Сэ И, за кем бы ты ушла? Неужели… у тебя был другой мужчина, кроме отца? Несмотря на потрясенный вопрос Сэ Джуна, Хе Чжон не могла ответить и только плакала. Она рыдала так горько, словно рухнул мир, и Сэ И больше не могла терпеть. Она отвернулась от плачущей и винящей её Хе Чжон и закрыла лицо руками. Если она ненавидела её всё это время по такой причине… это было слишком несправедливо. Горячие слезы хлынули из глаз, и тут кто-то подошел и обнял её. — Всё хорошо. Всё хорошо. Ты не виновата. Не успев спросить, как он здесь оказался, Сэ И уткнулась лицом в грудь Сын Джу и излила свою обиду. Мама ненавидела её не из-за Сэ Джуна. Это была лишь поверхностная причина, а не суть. — Забирайте Им Сэ И. Здесь я сам разберусь. Спасибо… что ответили на звонок, и еще больше спасибо, что приехали сразу, как я сказал. Она плакала, но услышала голос, который был еще более мокрым от слез, чем у неё. Им Сэ Джун. Брат, которого она ненавидела и винила за то, что он, будучи единственным продолжателем рода, всегда отбирал у неё всё, плакал и говорил это Сын Джу. — Пойдем. Сын Джу не выпускал её из объятий. Оставив разбросанные по двору вещи, Сын Джу увел только её. Он едва не сошел с ума. Увидев, как Хе Чжон трясет Сэ И, в глазах потемнело от гнева. Когда он посадил Сэ И в машину, Хо Ёль сходил во двор, забрал чемодан и положил его в багажник. Он только закончил дела вне офиса и направлялся в компанию. Сэ Джун позвонил ему в панике, и он велел Хо Ёлю изменить маршрут. Когда они прибыли к дому Сэ И, там происходило нечто ужасное. «Если бы ты не родилась, я бы ушла за ним. Если бы не ты». Услышав это, Сын Джу не мог не посмотреть в сторону. Директор Им, прибывший раньше него, выронил портфель из рук. Слова Хе Чжон повергли всех в шок. — Я уже в порядке. Сэ И, которая долго плакала, уткнувшись лицом в ладони, даже сев в машину, сказала это гнусавым голосом. Это было и мило, и жалко, поэтому Сын Джу просто смотрел на неё. Что в этой красивой женщине так не нравилось её матери? Сын Джу совершенно не интересовало, какая история была у Ким Хе Чжон и какую боль она перенесла. Образ Хе Чжон в глазах Сын Джу был настолько плохим, что ему хотелось, чтобы она исчезла из жизни Сэ И, если не может не влиять на неё. Было бы лучше, если бы эти отношения можно было разорвать. Но это невозможно, поэтому Сын Джу было еще жальче Сэ И. — Выплакалась? — Начальник Чан, сделайте вид, что ничего не видели… — Да, я ничего не видел. Хо Ёль, сидевший за рулем, был напряжен как никогда. Еще бы. У него тоже упало сердце, когда он увидел плачущую Сэ И. Сын Джу приложил тыльную сторону ладони к щеке Сэ И, которая с красным носом и опухшими глазами старалась казаться спокойной. Она плакала так много, что лицо горело. И всё же она молодец, что перестала плакать рядом с ним. Сын Джу убрал руку с её щеки и обхватил ее ладонь. — Ты сказала, что подписала контракт на аренду? — Да. Подписала. Сэ И смущенно улыбнулась и кивнула. По дороге на встречу он получил сообщение от Сэ И. Она прислала фото контракта, написав, что впервые заполнила его собственноручно, и это его дико разозлило. Он ведь писал ей не искать жилье, но она не послушалась. И ответа не было. А потом пошла домой и плакала. — Ты даже не показала мне, сразу решила переезжать? Я же говорил, звони мне, если что. Говорил, что приеду, где бы я ни был. — Это многоквартирный дом отца Джу Ён, новый и хороший. И что делать с тобой, улыбающейся в такой ситуации? Сэ И, я хочу, чтобы ты перестала быть одна. — Посмотрим, хороший ли. Если мне не понравится, я расторгну контракт. — Не хочу. Глядя на неё, упрямо сжавшую губы, с любовью, Сын Джу усмехнулся. Она говорит «не хочу», но он знал, что в итоге она сделает так, как он скажет. Если она хочет пожить отдельно недолго, до свадьбы, что ж, можно и разрешить. Но этот период точно не будет долгим. В этом он был уверен. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ В момент взрыва эмоций вырвались слова, которые не следовало произносить. Хе Чжон тут же пожалела, что раскрыла тайну, которую никому не рассказывала. Выплакавшись, она увидела стоящих рядом ошеломленного мужа и шокированного Сэ Джуна. — Заходи в дом. Муж поднял упавший портфель и на мгновение пошатнулся. — Отец. Сэ Джун бросился поддержать его, но директор Им поднял руку, отказываясь. Выпрямив спину, директор Им медленно вошел в дом. Сэ И, которую она трясла как безумная, не было видно. Наверное, ослушалась и ушла. — Сэ Джун, помоги маме встать. Полагаясь только на сына, Хе Чжон протянула руку Сэ Джуну. Сын, которому она дарила абсолютную любовь с момента рождения, почти отрешенно смотрел на протянутую руку. — Сэ Джун? — Не называй мое имя… Что? Сэ Джун медленно пятился от неё. Словно хотел убежать. Хе Чжон вытаращила глаза, не веря в происходящее. Как я к тебе относилась, а ты так со мной? Я жила так, словно готова отдать тебе печень и желчный пузырь, если попросишь, а ты так со мной? — Мама зовет. Иди сюда. Помоги мне. — Не хочу. Сэ Джун яростно замотал головой и посмотрел на неё с ненавистью. Она не понимала, почему по лицу сына текут крупные слезы. Почему ты плачешь? Плакать хочется мне. Потеряв человека, ради которого жила, после рождения Сэ И, она жила верой в Сэ Джуна. Опиралась на него и любила, как мужа, как любовника, а Сэ Джун отдалялся от неё. Нет, только не ты. Сэ Джун, которому, казалось, было противно даже смотреть на неё, холодно отвернулся. В это невозможно было поверить. ---------- Том 3 Глава 68 Приехав к многоквартирному дому, который она сняла, Сын Джу сразу же открыто выразил недовольство. Кроме того, что дом новый, ему не нравилось ни окружение, ни безопасность. К тому же она сняла квартиру на четвертом этаже, а лифта не было. Дом был построен на маленьком участке, чтобы вместить побольше квартир, поэтому парковка и общий вход были до смешного тесными. Войдя внутрь, Сын Джу нахмурился еще больше. Пусто. В совершенно… пустой квартире стояла пара сумок, а Сэ И выглядела так, словно владела всем миром. — Правда здорово? Где? Он чуть было не высказал всё, что думает, глядя на её разрумянившееся лицо. В последнее время Сэ И часто делала замечания по поводу его манеры речи. «Даже если не улыбаешься, смени тон. Поэтому тебя и ругают в компании», и так далее. Но кто смеет его ругать? Он знал, что Сэ И расспрашивала о нем, когда пришла стажером, но репутация у него была не такой уж плохой. В работе и способностях он превосходил свою зарплату в сотни раз, так что ругать его было не за что. — Почему такое лицо? Вам не нравится, господин Сын Джу? — Нравится… Даже стоя в прихожей и оглядывая квартиру, он задыхался. Она правда хочет жить в такой тесноте? Им двоим здесь будет очень неудобно. Нахмурившись, он вдруг снял туфли и вошел в квартиру. — Что такое? Что случилось? Сын Джу первым делом стал искать ванную. Черт возьми. Открыв дверь ванной, он выругался. Как она может быть такой тесной? Здесь они точно не смогут мыться вместе. А для них было естественно заниматься любовью в постели и продолжать в ванной, пока моются. — Поехали ко мне. — Не хочу. Глядя на ванную, хочется вздыхать, глядя на спальню, куда нужно поставить кровать — еще больше. Зачем она сняла такую квартиру? Спальня была такой маленькой, что туда едва влезла бы двуспальная кровать. А Сэ И радовалась. Тогда нужно дать ей почувствовать неудобство. Сын Джу ослабил узел галстука. Раз ты сказала, что тебе нравится это пустое место, давай проверим, насколько оно хорошо. Когда Сын Джу снял пиджак и начал расстегивать пуговицы на рубашке, Сэ И, почувствовав неладное, напряглась. — Ч-что вы делаете? — Пришел домой — надо пометить территорию. — Зачем господину Тэ Сын Джу метить территорию в моем доме? Тут еще ничего нет, не тратьте силы зря, давайте рационально… Рационально, как же. Наедине с ней у него не было никакой рациональности. Он был зверем, движимым инстинктами. Сын Джу, подходя к пятящейся Сэ И, снял рубашку. А когда он расстегнул ремень, она как раз уперлась спиной в стену. Моя женщина. Сын Джу подошел к ней и наклонился. Их горячее дыхание смешалось, и его руки начали непристойную игру. Сэ И задыхалась, словно вот-вот заплачет. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сотрудники кафе, требующие новоселья, были приглашены. Сын Джу заказал еду, чтобы Сэ И не утомлялась готовкой, и ребята были в восторге, а Джу Ён подняла большой палец вверх. Наевшись до отвала и поглаживая животы, они проболтали до поздней ночи. После полуночи все разошлись, но Джу Ён осталась и внимательно осмотрела квартиру. — Что ты делаешь? — Слава богу, не сожительство. — Говорила же, нет. Сэ И возмущенно отрицала, а Джу Ён издала смешок, похожий на извращенный: «Хе-хе-хе». Они здоровались при встречах, но официально Джу Ён и Сын Джу еще не были представлены друг другу. Поэтому с самого выхода из кафе Джу Ён требовала позвать Сын Джу. — Дай хоть взглянуть на него. Надо же увидеть этого мужчину воочию, чтобы понять, какой у нашей Сэ И вкус. — Ты же видела его. — А, на выпускном? И мельком в кафе? Каждый раз я только ахала, но лица толком не помню. Точно, когда я думаю о том, как удивилась на выпускном, это просто… Но скажи. Это правда то, что сказал господин Тэ Сын Джу в тот день? Что ты видела его голым? — А, это? Тогда ей было так стыдно, что хотелось провалиться сквозь землю, но со временем это стало забавным воспоминанием. Если бы она не увидела его голым, а просто занималась с Сын Хё, стали бы они сейчас парой? Может быть, именно этот драматичный эпизод заставил их запомнить друг друга. Сэ И улыбнулась при воспоминании об этом, а Джу Ён прищурилась, требуя подробностей. — Чем именно хорош Тэ Сын Джу? Он нежный? Или в постели хорош? Причин, по которым он ей нравился, было слишком много, чтобы перечислить. — Всем хорош. — Ну так перечисли, чем именно. Он должен быть действительно особенным, чтобы я могла навести справки о нем через знакомых. Мне до него как до луны, но безумно интересно, что он за человек. Видя нетерпение Джу Ён, Сэ И вспомнила себя совсем недавно. Как она жаждала узнать о Тэ Сын Джу хоть что-то. — Он человек, который сказал, что не отпустит меня, что бы ни случилось. Он всегда на моей стороне, слушает всё, что я говорю, и обещал прийти, когда бы я ни позвала… — Зови. Сейчас. — Что? — Зови. Проверим, правда ли он придет в любое время. Сейчас столько болтунов, что если он придет сейчас, в час ночи, я признаю его. Как настоящего влюбленного. Он, наверное, спит. Не хочется будить. Она медлила, и Джу Ён, закатив глаза, сунула ей телефон со словами: «Звони!». Сэ И пришлось набрать его номер. Пошли гудки, и вскоре послышался его голос. «Алло», — сказала она, и Джу Ён тут же приложила ухо к телефону. И прошептала: «Зови его скорее». — Можете приехать сейчас? — Жди. Сын Джу, который ненадолго уснул, тут же вскочил с кровати после звонка Сэ И. В той же удобной одежде, в которой лег спать, он схватил ключи от машины и спустился в гараж меньше чем за десять минут. Сэ И никогда не звонила ему в такое время. Он решил, что лучше поехать, чем тратить время на расспросы. К счастью, ночные дороги были пусты. Сэ И, умница, выбрала жилье в десяти минутах езды от его дома. Были квартиры просторнее, но она настояла на этой именно из-за близости к нему, сказав такие приятные слова. Сын Джу мчался, почти превышая скорость, и прибыл к дому Сэ И. Почти во всех окнах было темно, и только в квартире Сэ И горел свет. Сын Джу вышел из машины и побежал по лестнице. Взбегая на четвертый этаж, он чувствовал, как колотится сердце. Он думал, что сегодня не увидит её, так как у неё новоселье с коллегами. Но она позвонила. Попросила приехать. Сын Джу, перепрыгивая через ступеньки, добрался до её двери. Дыхание немного сбилось, но рука, нажавшая на звонок, была быстрой. — Господин Сын Джу? Как только дверь открылась и послышался её голос, Сын Джу протянул руки. Коснувшись, он крепко прижал её к себе. Но кто-то смотрел на них. Сын Джу, не выпуская Сэ И из объятий, посмотрел на женщину, стоящую в прихожей. Женщина прикрыла рот рукой и поклонилась. — Ах, отпустите немного… Сэ И завозилась в его объятиях, но Сын Джу не ослабил хватку. Раз с ним поздоровались, надо ответить, верно? Сэ И же говорила. Быть вежливым и улыбаться. Поэтому он поклонился в ответ. — Я, пожалуй, пойду. Оставайтесь наедине… Сэ И, я ушла. Джу Ён, прикрывавшая рот рукой, встретившись с ним взглядом, быстро обулась и выскочила из квартиры. Спускаясь по лестнице, она вдруг крикнула: — Сэ И, признаю! Он хотел спросить, что она признает, но Сэ И схватила его за воротник и втащила внутрь, а затем встала на цыпочки и поцеловала в губы. Сын Джу с радостью открыл рот и встретил её язык. ---------- Том 3 Глава 69 Она встретилась с профессором и обсудила поступление в докторантуру. Профессор сказал, что еще не поздно, и он рад, что она решилась. Она занималась в библиотеке и работала в кафе Джу Ён. Домой она не звонила. Отец не звонил, но Хе Чжон была другой. Она звонила и писала без конца. Сэ И только проверяла сообщения, но не отвечала. Конечно, она волновалась. Как там отец? Вернулись ли бабушка с дедушкой домой? В порядке ли Сэ Джун? «Семья сама разберется. Думай только о себе». Иногда беспокойство нарастало. Тогда Сын Джу, словно читая её мысли, давал советы. Думать о себе. Он всегда ставил её на первое место и говорил быть эгоисткой. Поэтому в последнее время Сэ И жила чуть надменно. Ставя свои чувства выше других. Если подумать, раны всегда наносят самые близкие люди. Чужие люди не могут ранить, и ты не можешь ранить их. Поэтому она не хотела видеть маму, но Хе Чжон пришла в кафе Джу Ён. — Сэ И, твоя мама пришла. Если не хочешь её видеть, иди в офис на второй этаж. Я что-нибудь придумаю. Джу Ён, знавшая, что Сэ И не общается с семьей, подошла к ней и прошептала, как только Хе Чжон вошла. — Не нужно. Раз пришла, придется встретиться. Можно я выйду ненадолго? — Конечно. Но ты уверена, что хочешь пойти с мамой? — Зря беспокоишься. Сэ И сняла фартук и подошла к Хе Чжон, которая смотрела на неё у стойки. Хе Чжон, которую она увидела в конце осени, сильно похудела и выглядела изможденной. — Поговорим на улице. Она прошла мимо матери и вышла из кафе первой. Хе Чжон последовала за ней. Холодный ветер трепал её давно не завитые волосы. Сэ И направилась в парк неподалеку. Лучше сидеть на скамейке рядом, чем друг напротив друга за чаем. Сэ И всё еще было трудно смотреть Хе Чжон в глаза. И такие внезапные визиты тоже были тяжелы. Сэ И вошла в парк, где царила глубокая осень, и села на скамейку. — Ушла из дома и похорошела? — Да. — Почему не берешь трубку? Хе Чжон, севшая рядом, спросила колючим тоном. Ничего не изменилось. Может, потому что она ничего не ждала, слова Хе Чжон больше не ранили так сильно. — Потому что не хочу. — Собираешься совсем порвать отношения? Как бы я тебе ни была неприятна, я твоя мать. Это не те отношения, которые можно так легко разорвать. Упрямство осталось прежним. Нет отношений, которые нельзя разорвать. С момента перерезания пуповины мать и дитя становятся отдельными существами. Если верить Хе Чжон, в мире не должно быть людей, порвавших с родителями, но таких много. Если отношения причиняют боль, лучше держать дистанцию, если не получается разорвать их полностью. — Вы пришли сказать это? — Я развожусь. Хе Чжон сказала это как нечто грандиозное, но Сэ И ожидала этого. Лучше бы она развелась раньше, не откладывая. Тогда рана отца была бы не такой глубокой. — Я развожусь. С твоим отцом. — Это ваше дело. Решайте сами. Мне нечего сказать. — Дрянь. Из уст Хе Чжон вырвалось грубое ругательство. Сэ И признала это. Согласилась. Сейчас она дрянь. Она выбрала быть плохой, чтобы думать о себе и не раниться. Поэтому ругань не казалась несправедливой. — Ты всё еще встречаешься с Сын Джу? Если собираешься замуж, может, мне встретиться с Мён Хён? Лучше, чтобы матери договорились, так свадьба пойдет легче. — Нет. Не делайте этого. При упоминании встречи с Мён Хён лицо Сэ И окаменело. Какое право она имеет говорить о её браке? Какое право? Слова, которые она выплеснула на неё, до сих пор сидели в сердце, как занозы. Когда сердце ныло от внезапно всплывающих слов Хе Чжон, она специально думала о другом. Она нанесла такую глубокую рану, а теперь хочет обсуждать свадьбу? — Я больше не буду против. Я сама займусь подготовкой к свадьбе… — Вот именно. Я не понимаю, почему тот, кто был против, теперь хочет заниматься моей свадьбой. Не делайте этого. Не вмешивайтесь. Я сама разберусь со своим браком. И даже если я выйду замуж, я бы не хотела, чтобы вы приходили. — Ты… ты всё сказала? — Да. Я сказала всё. И больше ничего не хочу слышать. Когда Сэ И встала, Хе Чжон грубо схватила её за руку. Её взгляд был полон гнева и обиды. — Я же сказала. Как бы я тебе ни была неприятна, я тебя родила. — Вот именно. Я не просила меня рожать. Если собирались ранить меня после рождения, лучше бы вообще не рожали. Зная, что это жестоко, Сэ И вонзила шип в сердце Хе Чжон. Она не знала, ранят ли её слова Хе Чжон, но самой Сэ И было больно их произносить. Когда ранишь другого, больно и самому. Невозможно нанести удар и остаться невредимым. И всё же она сказала это, потому что ненависть к Хе Чжон не утихла. Потому что её наглость пугала. Потому что ей не нравилась её самонадеянность, с которой она считала, что может управлять жизнью дочери. Сэ И обняла себя руками и пошла к кафе Джу Ён. Осень подходила к концу. Глядя в высокое небо, Сэ И вдруг почувствовала тоску по одному человеку. Казалось, если она не увидит его прямо сейчас, то заплачет. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Она не собиралась идти сюда. Но ноги сами привели её к высокому зданию, и это, как назло, оказалось здание «Тэсын Групп». — Зачем я сюда пришла. Она не собиралась заходить внутрь. Но уходить просто так было жалко, а зайти в компанию она не могла. Поэтому Сэ И зашла в кофейню в лобби. Заказав горячий американо, она искала свободный столик. — Слышала про управляющего директора Тэ? Приглушенный голос заставил её навострить уши. Фамилия Тэ, к сожалению, была редкой. И в этом районе люди с фамилией Тэ, скорее всего, были связаны с тем, кого она знала, находясь на вершине пирамиды. — А что с ним? — Говорят, он стал совсем другим человеком? Раньше вел себя так, будто готов сожрать сотрудников, а теперь и тон сменил, и отношение? Ого, Тэ Сын Джу. Наконец-то прислушался к моему совету? Она уже собиралась улыбнуться, гордясь им. — И теперь сотрудницы сходят с ума. Лицо красивое, способности ого-го, к тому же из королевской семьи — он просто задирает планку для всех незамужних сотрудниц. К тому же теперь у него характер стал лучше, и к нему не так страшно подходить. — Поэтому в столовой все стараются сесть поближе к нему? — Конечно, надеются встретиться взглядом и начать историю судьбоносной любви, крутятся вокруг него, как гиены. Говорят, у него пока нет девушки? Почему это нет? Я тут, с широко открытыми глазами. Разве для этого просила его быть добрее? Чтобы стать добычей для сотрудниц? Знала бы, что услышу такое — не заходила бы в кофейню. Лучше бы не слышала. — Ваш американо. Услышав, что заказ готов, Сэ И встала. И в этот момент в кофейню вошло знакомое лицо. — Э? Э… Человек, который тыкал в неё пальцем и только экал, не в силах назвать имя, был секретарь управляющего директора Тэ, Чан Хо Ёль, за начальником которого охотились «гиены». Сэ И взяла кофе и прошла мимо Хо Ёля, застывшего в дверях. Глаза Хо Ёля расширились, спрашивая: «Почему вы проходите мимо?», но какое ей дело. Пф. ---------- Том 3 Глава 70 Часть 5 Дверь распахнулась без стука. Сын Джу, читавший отчет, нахмурился и посмотрел на Хо Ёля, который поспешно вошел, широко распахнув дверь. В тот момент, когда Сын Джу собирался спросить, что, черт возьми, происходит, Хо Ёль, бледный, словно увидел привидение, приблизился к его столу. — У-управляющий директор. — Что случилось? Да что такое… — Т-та персона объявилась. Та персона объявилась? Кто это «та персона»? Густые темные брови дрогнули, но Хо Ёль, запыхавшийся от бега, лишь тяжело дышал. — Отдышитесь и говорите. — Н-нет времени, н-нет. Та персона сейчас взяла кофе и у-уходит. Да кто такая «та персона»? Он говорит всё, кроме самого важного, заставляя собеседника изнывать от нетерпения. — Ох, как же трудно. И-Им Сэ И… — Кто? — Ваша возлюбленная, господин управляющий директор. Сэ И объявилась? — Где она? Где ты видел мою Сэ И, начальник Чан? — Кофейня в лобби… Но она взяла только кофе и сразу вышла, скорее, быстрее… Хо Ёль замахал руками, словно подгоняя его. Если собрать слова Чан Хо Ёля воедино, получается, что Сэ И появилась в кофейне в лобби, купила только кофе и вышла. Но прийти сюда и уйти, даже не повидавшись с ним? Разве это имеет смысл? Сын Джу вскочил с места, словно пружина, и вылетел из кабинета. Почти бегом преодолев коридор, он лихорадочно нажал кнопку лифта. Так-так-так. Он нажал несколько раз, но, похоже, ждать лифта придется довольно долго. Почему корпоративный лифт такой медленный? Лифт в его офистеле добирается с верхнего этажа до самого низа меньше чем за минуту. Словно издеваясь над его спешкой, лифт остановился этажом выше. Копуша. Он задрал голову, вздернув брови с выражением полного раздражения, и только тогда лифт прибыл. Едва двери открылись, он вошел внутрь, и нетерпеливая рука нажала кнопку первого этажа. Даже не заметив, что кто-то зашел следом и с ошеломленным видом уставился ему в спину, Сын Джу не отрывал взгляда от медленно сменяющихся цифр. — Управляющий директор Тэ. Кто-то позвал его сзади. Он резко обернулся с раздраженным лицом, но, как назло, увидел своего отца. — Куда направляетесь? — А куда это управляющий директор Тэ направляется с таким лицом? Случилось что-то? Что это такое, даже не заметил, что отец вошел в лифт, куда так спешишь? — Я расскажу позже. — «Позже» — это когда? Сначала поймаю Сэ И. Нужно поймать женщину, которая пришла сюда, но ушла, купив только кофе и даже не повидавшись со мной. Но это были не те слова, которые стоило говорить Председателю Тэ, которого сопровождал руководитель секретариата. К счастью, едва закончились расспросы Председателя Тэ, двери лифта открылись. Сын Джу молча поклонился отцу и тут же вышел из лифта. И побежал. Он рванул изо всех сил, не обращая внимания на то, как расширяются глаза сотрудников, увидевших его бегущим по лобби с развевающимся галстуком. Он бежал так, что сердце готово было разорваться, как тогда, когда он играл в регби во время учебы за границей, — всё ради того, чтобы поймать Им Сэ И. Сын Джу стиснул зубы и, разрезая воздух, преследовал ее по пятам. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ — Невероятно. Ей говорили быть дружелюбной, но кто просил излучать обаяние? Вот почему нельзя терять бдительность. Когда Мён Хён позвала ее и попросила шпионить за Сын Джу, Сэ И думала: «Зачем же заходить так далеко?». Но теперь она понимает это чувство. Ведь сейчас она испытывает то же самое, что чувствовала Мён Хён. Конечно, она знает, что он вежлив с сотрудницами не специально. И все же, при мысли о том, что сотрудницы будут поглядывать на него, к горлу подкатывал жар. — Ай, горячо. Поэтому, быстро отхлебнув кофе, она обожгла язык. Надо было заказать айс-американо, но, как назло, она взяла горячий. Острая боль пробежала по кончику языка. Зря она пришла сюда — только расстроилась и обожглась. Она с обидой смотрела на кофе в своей руке. Внезапно, вместе со звуком ветра, кто-то схватил ее за плечо. В тот момент, когда ее тело пошатнулось, сильные руки поддержали ее и притянули к себе в объятия. И знакомый аромат проник в нос. Сын Джу, уткнувшись ей в макушку, тяжело дышал. Видимо, он бежал сюда: его грудь, прижатая к ее спине, бешено колотилась. — Если пришла сюда… ха, ты должна была повидаться со мной перед уходом. — Начальник Чан сказал, что я приходила? Сэ И спросила, касаясь его твердых рук, крепко обнимающих ее грудь. Видимо, Чан Хо Ёль уже успел донести. Что она была здесь. И как только Сын Джу услышал это, он сразу же выбежал. У Сэ И невольно поползли вверх уголки губ, приподнимая скулы. Ей было так приятно, что смех вырывался сам собой. — Кофе был слишком горячим, я обожгла язык. — Пойдем. Я дам тебе холодный кофе у себя в кабинете. — Можно пойти в кабинет вместе? Когда она высвободилась из его рук и обернулась, Сын Джу смотрел на нее так, словно не понимал, в чем проблема. Его челка была влажной от пота, лицо раскраснелось. Сэ И подняла руку и вытерла его мокрый лоб. Своей прохладной ладонью она остудила и его разгоряченную щеку. — Отлично. Поедем домой вместе. — Но я вышла посреди работы. — Ну и что. Скажи Джу Ён, что у тебя свидание со мной. А если она и после этого скажет возвращаться в кафе, дай мне трубку. — Пф-ф. Сын Джу взял ее за руку и повел в компанию. Даже войдя в здание, он не отпускал ее руку, отчего сотрудники удивленно таращились на них. Некоторые открыто шептались. — Что ты будешь делать, если пойдут слухи?.. — Это то, чего я хочу. Он сжал ее руку еще крепче. Сын Джу, словно напоказ, проигнорировал лифт для руководства, подвел ее к лифту, перед которым стояли сотрудники, и невозмутимо встал. Смотрят сотрудники или нет — он держал ее за руку с легкой улыбкой на лице. Лицо Сэ И горело, но ей это не было неприятно. Возможно, ей это даже слишком нравилось. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Председатель Тэ, заложив руки за спину, смотрел вслед сыну, который стоял, держась за руки с женщиной. Он умчался, будто у него хвост загорелся, — значит, побежал ловить эту женщину. — Руководитель О. — Да, господин Председатель. — В той семье случилась беда? Он не подавал виду, но это не значило, что он совсем не следил за ситуацией. Председатель Тэ был в таком положении, что не мог оставаться равнодушным к женщине, с которой встречается его сын. У него не было намерения устраивать брак по расчету, как у других, но и желания принимать невестку со сложной семейной историей тоже не было. Поэтому он наблюдал. Только если Сын Джу сам расскажет родителям, тогда можно будет вмешаться или дать совет. Он молчал, думая, что если начнет проявлять осведомленность, когда сын ничего не говорит, это будет выглядеть дешево, и с трудом сдерживал зудящие губы. — Да. Они приняли решение о разводе, подали документы, и, как я слышал, сейчас идет период на примирение. — Странно. В таком возрасте нелегко решиться на развод. Ему было интересно, куда это Сын Джу так спешил, поэтому он приказал подать машину ко входу в компанию и ждал в лобби. — Похоже, директор Им торопит события. — Должна быть причина. — Да, господин Председатель. Но это приятно видеть. Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я видел, чтобы управляющий директор Тэ так улыбался. — Да уж, сколько времени. Этот парень в последнее время часто так улыбается. Скупится на улыбки перед нами, а перед своей женщиной… Улыбающееся лицо сына и правда было приятным зрелищем, как и сказал руководитель О. Вернувшись из филиала, Сын Джу перестал улыбаться. Казалось, ему не хватает человеческих отношений и социальных навыков. Председатель все время беспокоился, видя, как резко тот отталкивает людей, словно ему противно, когда кто-то приближается. — Если им хорошо вместе, то и ладно. Желать большего было бы жадностью, верно? — Они хорошо смотрелись вместе. Прекрасная пара, они выглядели такими счастливыми, что мне тоже стало радостно на это смотреть. — Раз руководитель О так говорит, значит, так и есть. Ну что, поехали? Они вышли из лобби и сели в машину, припаркованную перед компанией. До вечерней встречи было еще достаточно времени. Если выехать до пробок, они не опоздают. Председатель Тэ откинул голову на подголовник и расслабленно улыбнулся. Эта улыбка была очень похожа на улыбку Сын Джу. ---------- Том 3 Глава 71 Говорят, после того дня слухи о Сэ И и нем широко разошлись по компании. Они лишь зашли в офис, держась за руки, но разговоры разрослись как снежный ком. Он думал, что ему все равно, будь что будет. Но проблема заключалась в том, что были сотрудники, узнавшие Сэ И. — Несколько человек из административного отдела распускают о Сэ И злонамеренные слухи… Думаю, нужно принять меры. Если начальник Чан говорит о принятии мер, можно даже не спрашивать, насколько эти слухи злобные. Когда Сын Джу плотно сжал губы, выражение лица начальника Чана стало еще более встревоженным. — Когда вы попали в аварию на мотоцикле, в административном отделе, видимо, немного сплетничали. А теперь, когда Сэ И появилась в компании вместе с вами, взволновались даже те сотрудники, которые считали это просто слухами. Поскольку молва быстро распространилась через корпоративный мессенджер… — Как думаете, свадьба сможет это перекрыть? — Что?.. Начальник Чан удивленно моргнул. И чему он так удивляется? Разве он стал бы приводить Сэ И в компанию за руку без такой решимости? Сын Джу знал, что о ней судачили с тех пор, как Сэ И уволилась со стажировки и перестала появляться в компании. Поэтому он специально привел ее в офис за руку, чтобы все видели. Проигнорировал пустой лифт для руководства и поехал на общем. Он уже догадывался, что будут ходить самые разные сплетни, начиная с того, что стажерка вильнула хвостом и охмурила управляющего директора. — Я спрашиваю, сможет ли объявление о свадьбе мгновенно похоронить эти слухи. — Ну это… да. — Я скоро сделаю объявление, так что не волнуйтесь. И если можно установить сотрудников, причастных к этим слухам, сделайте это. — Будет исполнено. — Можете идти. Пришло время забрать ее. Если он терпел независимость Им Сэ И до сих пор, значит, ждал достаточно. Она сказала, что начнет докторскую, и в последнее время так погрузилась в учебу, что ему даже становилось обидно. При ее способностях, позволивших такому оболтусу, как Сын Хё, поступить в университет, ей не о чем волноваться на экзаменах, но Сэ И выкладывалась на полную. Чтобы организовать свадьбу, не мешая ей, он должен действовать сам. Если это позволит забрать Им Сэ И, то чего он не сможет сделать? Сын Джу некоторое время напряженно думал, а затем взял телефон. Он набрал номер, который получил от начальника Чана и сохранил, но ни разу не звонил. Когда пошли гудки, он напрягся. В тот момент, когда он сглотнул сухой комок в горле, на звонок ответили. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Школа после ухода учеников погрузилась в тишину. Учителя будут в учительской до конца рабочего дня, так что в кабинет директора никто не войдет. Директор Им стоял у окна, заложив руки за спину, и смотрел на школьный двор, где падали осенние листья. Осень была глубокой. Заявление о разводе с женой было подано, и период на примирение почти истек. Родители, уезжавшие к младшей сестре, вернулись в его дом, но дети разъехались. Сэ Джун, решивший пойти в армию сразу после окончания этого семестра, жил у друга. В отличие от Сэ Джуна, который иногда давал о себе знать, от Сэ И не было ни весточки. — Я так старался правильно воспитать чужих детей, почему же не приложил усилий к воспитанию своих собственных? Возможно, он устал. Мать, бесконечно ненавидевшая женщину, которую он любил; жена, переносившая ненависть к свекрови на него. Это был порочный круг. Он любил, но эта любовь испарилась гораздо быстрее, чем он думал. Поэтому он стал сторонним наблюдателем. Теперь он жалел об этом, но тогда ему тоже было тяжело. Он устал и от матери, и от жены. Пока он с мрачным лицом пережевывал прошлое, на спортивную площадку, разбрасывая опавшие листья, въехал дорогой автомобиль. Приехал. Он ждал, так как ему заранее позвонили и сообщили о визите. В последнее время он уходил из школы только тогда, когда сгущалась темнота. Район был маленьким, и слухи здесь распространялись быстрее, чем где-либо. Поздний уход с работы был его выбором, так как он не мог поднять голову, чувствуя, что опозорил имя своего отца. — Такой приезд только привлечет внимание людей. Он цокнул языком, глядя на Сын Джу, который остановил машину посреди спортивной площадки и вышел. Учителя ведь еще не ушли и сидят в учительской. — Издалека видно, какой он статный. Наследник «Тэсын Групп» приехал к нему. Причина визита была понятна. Вероятно, чтобы получить разрешение на брак с его дочерью. Может, это хоть немного компенсирует потерю лица из-за развода? Директор Им привел в порядок свое рабочее место и приготовился встречать гостя. Глядя на табличку «Кабинет директора», Сын Джу застегнул пуговицу пиджака. В любом случае, это был человек, к которому нужно проявить уважение, поэтому он принял подобающий вид. Тук-тук. Постучав и выдохнув, он открыл дверь кабинета директора. Директор Им в толстых очках встал с места, словно не знал о его приходе. Хотя Сын Джу ясно видел, как тот стоял у окна минуту назад. Сын Джу закрыл дверь, вошел и поклонился директору Иму. — Как вы поживали все это время? — Добро пожаловать. Директор Им с улыбкой протянул руку для рукопожатия. Сын Джу охотно пожал ее обеими руками. Подумав, что Сэ Джун больше похож на директора Има, чем Сэ И, Сын Джу сел на предложенное место. Кабинет директора оказался не таким большим, как он думал. Взгляд Сын Джу на мгновение задержался на корейском флаге, висевшем за столом, что показалось ему необычным, а затем он встретился глазами с директором Имом. — Итак, у тебя ко мне дело? — Да. То, как он прикидывался, будто ничего не знает, выглядело очень умело. Сын Джу очень рано понял: приятная внешность не означает, что человек хороший. Родившись и выросши в семье бизнесменов, он научился разбираться в людях раньше других. Можно сказать, постиг это сам, без учителей. — Это касается Сэ И? — Нет. Это касается старших. — Это… о чем ты? Что значит «касается старших»? Похоже, я поторопился с выводами. Я думал, ты пришел просить разрешения на брак с Сэ И. Поэтому немного нервничал. Разрешение? У него не было намерений просить у директора Има разрешения на брак с Сэ И. Он пришел заранее попросить о понимании, так как семья директора Има — это те люди, которых нельзя просто отделить от Сэ И, но, похоже, его неправильно поняли. — Так в чем заключается проблема старших? — Если мы поженимся, пожалуйста, просто поприсутствуйте. — Ч-что значат эти слова? — Ровно то, что я сказал. Мы планируем соблюсти все обычные для свадьбы процедуры. Проведем встречу родителей, пригласим семьи и сыграем свадьбу. Но я пришел сказать, что это всё. Я хочу попросить вас не навязывать Сэ И ничего под предлогом семьи. Директор Им выглядел так, словно не понимал его слов. Впрочем, это неудивительно. Как родитель, он наверняка хотел бы руководить свадьбой дочери, но Сын Джу собирался вежливо от этого отказаться. Семья была для Сэ И болью. Раной. В тот момент, когда он услышал ее признание о том, как она держалась изо всех сил в одиночку, без чьей-либо поддержки, Сын Джу пообещал себе стать ее опорой. Ему бы хотелось провести тихую церемонию только для двоих, но ради Сэ И он не мог этого сделать. Нужно забрать ее так, чтобы никто в компании больше не смел шептаться и судачить о них. — То есть ты хочешь сказать, чтобы я только присутствовал на церемонии, так? — Да. Верно. — Ха-а, неожиданные слова, я немного сбит с толку. — А меня больше сбивает с толку то, что вы этого совсем не ожидали. Разве не более странно делать вид, что вы близки как отец только к свадьбе дочери, в то время как до сих пор, когда Сэ И было тяжело, больно и одиноко, вы делали вид, что ничего не замечаете? Я сказал все, что хотел, поэтому откланяюсь. До свидания. Возможно, директор Им мог бы выругаться ему вслед. Но это не имело значения. Он был из тех, кого мало задевала брань. Если Сэ И будет спокойна, он готов и на большее, а уж получить пару проклятий и отшить назойливых людей — это вообще дешевая цена. Когда он открыл дверь и вышел из кабинета директора, люди, похожие на учителей, вздрогнули и быстро разбежались. Они выглядели испуганными, словно их застали за подслушиванием у кабинета, но он, не обращая внимания, спустился по лестнице. Пока он шел к машине, где ждал начальник Чан, дул прохладный ветер. В этот момент Сын Джу подумал: «Хорошо бы весной». Если бы они стали одним целым той весной, когда впервые встретились. От одной этой мысли на его губах застыла счастливая улыбка. ---------- Том 3 Глава 72 — Я женюсь. На слова Сын Джу, который внезапно приехал в выходные без предупреждения, чета Тэ лишь моргала, не в силах ничего сказать. Сын, которого они родили, никогда не спрашивал у родителей разрешения. Это просто уведомление. Он прожил за границей несколько лет — неужели он пренебрег десятилетиями жизни в Корее и решил «съесть с кашей» все правила приличия? Даже если это не последствия учебы за границей, его независимость и самостоятельность с рождения были настолько выдающимися, что он четко и ясно изложил конкретный план: в ближайшее время он освободит офистель, принадлежащий компании, и купит дом для новобрачных на свои собственные средства. — Ты так настроен всё сделать сам, значит, нам нужно только прийти на свадьбу? Я спрашиваю: ты даже не говоришь, на ком женишься, кто будущие сваты, а нам просто нужно сидеть на местах, когда ты нас уведомишь? Председатель Тэ, который до сих пор особо не возражал против того, что хотел делать Сын Джу, сегодня продемонстрировал совершенно иное отношение. Он выглядел человеком, решившим во что бы то ни стало пойти наперекор, так что даже наблюдавшая за этим Мён Хён почувствовала тревогу. Председатель Тэ говорил тоном, явно намеренным открыто пристыдить сына. — Вы же знаете, на ком я собираюсь жениться. Неужели люди, которых вы лично приставили, чтобы разузнать обо мне, притворятся, что не знают? На это ни Мён Хён, ни Председателю Тэ нечего было ответить. До чего дошло, что они даже людей приставили. Они лишь винили родителей, не задумываясь о том, что сами создали недопонимание своими лишними словами. Мён Хён с трудом сдержала слова, которые хотела сказать. — Вы ведь не могли не знать, что может случиться, если оставить мужчину и женщину вместе? Вы говорите, отец, что я все решил сам и просто поставил вас в известность, но я лишь следовал тому, к чему подталкивали родители. Если вам не нравится, что я женюсь, скажите. Ведь кроме брака есть еще и сожительство. — Нет, кто сказал, что мы против брака? Сожительство… Какое еще сожительство? Если родители упрямятся, надо думать, как их убедить, а ты еще больше лезешь в бутылку? Раз ты так себя ведешь, мы, беспокоясь, что ты вдруг полюбил мужчину… — Дорогой! Мён Хён быстро вмешалась, словно затыкая мужу рот. Председатель Тэ тоже, видимо, подумал, что зашел слишком далеко, и с неловким видом откашлялся. Семья наконец собралась вместе, но атмосфера была убийственной. Воспитав троих сыновей и пережив всякое, она думала, что ее больше ничем не удивить, но жизнь оказалась не такой простой. — И еще, мама. Начинается. Мён Хён с трудом успокоила колотящееся сердце и улыбнулась. По крайней мере, она верила в поговорку, что в улыбающееся лицо не плюют. — Да, тебе есть что мне сказать. Говори откровенно, Сын Джу. Если мама может чем-то помочь, я сделаю всё. — Встретьтесь с Сэ И и для начала извинитесь. А, извинения. Она прекрасно знала, что Сын Джу затаил на нее обиду за то, что она заставила Сэ И ходить на свидания вслепую. Зная, что из-за этой обиды он все это время не приезжал домой и вел себя холодно, Мён Хён покорно кивнула. Она и сама, даже желая увидеть Сэ И, не могла с ней связаться. А узнав, что та сменила номер телефона, сильно корила себя. Даже без слов Сын Джу она собиралась встретиться с Сэ И. На самом деле, она давно приняла это решение, но воплотить его в жизнь было не так просто, как хотелось. Но раз уж они женятся, нужно встретиться и извиниться. — Хорошо, я сделаю это. Хоть мои намерения были иными, в итоге я, кажется, причинила Сэ И боль, и мне тоже было не по себе. Я извинюсь. Есть еще что-то? — Убедите подругу мамы, что ей нет нужды встречаться с вами и присутствовать на свадьбе. Поскольку вы сказали, что поможете, чем сможете, проблему с вашей подругой я поручаю вам. Мён Хён так разозлилась, что с силой сжала дрожащие губы. Встретиться с Хе Чжон и поговорить — это не проблема. Но сказать матери невесты, чтобы она не приходила на свадьбу? Дружба уже была разрушена, но если она поступит так, как говорит сын, они станут врагами. Как этот ребенок может сваливать на нее все неприятные дела, которых хочет избежать сам, и при этом делать такое невозмутимое лицо? — Я сказал всё, что хотел, так что пойду. Родили его здоровым и красивым, обеспечили прекрасные условия, как родители почти ни в чем не ошиблись — почему же их старший сын вырос таким? Не только она с ошеломлением смотрела в спину Сын Джу, который высказал только то, что ему было нужно, и развернулся. — Это точно мой ребенок? Это были слова, которые она тоже хотела произнести. Как из ее чрева мог выйти такой наглец? Она надеялась, что в улыбающееся лицо не плюют, но этот парень плюнул и ушел, даже глазом не моргнув. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Выражение лица Хе Чжон, входившей в отель, было мрачным. Если бы она знала, что так будет, не стала бы так громко кричать. Перед лицом развода ее положение было поистине жалким. И все же, когда Мён Хён предложила встретиться, она не могла просто не прийти. Изменившееся из-за развода положение так ее переменило. Хе Чжон догадывалась, зачем ее позвали, поэтому ее лицо было полно тревоги. Получив приглашение встретиться в японском ресторане отеля, она не хотела идти, но была причина. Даже если не хочется, нужно встретиться хотя бы раз. — Вы приехали, госпожа? Начальник Юн, который, видимо, ждал ее у входа в ресторан, вежливо поклонился, как только увидел. Из-за отношения, отличного от прежнего, причина, по которой Мён Хён хотела ее видеть, стала еще яснее. Хе Чжон лишь слегка кивнула в ответ. — Вас ожидают. Прошу сюда. Следуя за начальником Юном, Хе Чжон твердо настроилась. Начальник Юн постучал в дверь забронированной комнаты, открыл ее, и Мён Хён, пришедшая раньше, встала с неловким лицом при виде нее. — Проходи. По кислому выражению лица Мён Хён чувствовалось, как они отдалились друг от друга. Но Хе Чжон улыбнулась. Они встречаются ради цели, так что нет причин не улыбаться. — Я опоздала, да? — Нет, садись. Сначала присядь, поедим и… — Я пришла не есть. Едва сев, Хе Чжон поставила сумку на пустой стул и сразу перешла к делу. Несмотря на все попытки их разлучить, Сэ И и Сын Джу не расстались. Недавно звонил директор Им и сказал, что приходил Сын Джу. Его голос звучал потрясенно, когда он передал слова о том, что даже если они поженятся, директор Им и семья должны только присутствовать. — Приструни своего сына. — О чем ты? Приструнить? Делает вид, что удивлена, хотя все знает. Растерянное выражение лица Мён Хён казалось верхом лицемерия. Если бы она жаждала Тэ Сын Джу в зятья, то не выдвигала бы таких требований Мён Хён. С намерением больше никогда не видеться, она даже взяла плату за поступление Сын Хё в университет. И не только это. Она требовала деньги, поставив условием расставание с Сын Джу. Но, похоже, Сэ И и Тэ Сын Джу все-таки поженятся. Если бы не развод, она бы не строила такую заискивающую мину. Она ненавидела Сэ И, та была объектом ее упреков, но без помощи дочери у нее не было уверенности, что она сможет устроить свою жизнь в будущем. С момента замужества и до сих пор Хе Чжон никогда не зарабатывала деньги собственными руками. Имущества на имя мужа почти не было, и мысль о том, как жить дальше, пугала. Поэтому она не могла помешать браку Сэ И и Сын Джу. Не могла вечно быть против. Носить маску и хихикать, скрывая истинные чувства, было не в ее характере, но выбора не было. От такой жизни у нее уже внутри все болело, но перед старой подругой снова приходилось ломать комедию. У Хе Чжон пересохло во рту, и она подняла стакан с водой, чтобы смочить губы. — Мён Хён. Я буду откровенна. Я действительно не хотела быть с тобой сватами. Мне не хотелось, чтобы дружба стала неловкой, да и ты не хотела брать мою дочь в невестки. Но раз дети говорят, что любят друг друга, я собираюсь дать согласие. Разве ты не для этого меня позвала? — Хе Чжон, нет. Я позвала тебя не для этого. — Если не для этого, тогда зачем? Хе Чжон убрала улыбку и спросила. Мён Хён собиралась что-то сказать, но колебалась. Что за важные слова она хочет сказать, раз так мнется? В тот момент, когда Хе Чжон затаила дыхание и смотрела на рот Мён Хён: — Мой сын сказал, что не хочет, чтобы ты присутствовала на свадьбе. — Ч-что? — Буквально. Прости. Хе Чжон не могла сдержать гнев. Разве это то, что можно уладить словом «прости»? Как можно говорить такое теще? — Твой сын с ума сошел? Как он может так со мной… Он женится на моей Сэ И, и как он смеет так со мной… И ты тоже хороша, как ты можешь передавать мне такие слова? — А разве твоя дочь слушается тебя? Я не могу управлять своим сыном, Хе Чжон. Лицо Хе Чжон, которая, естественно, ждала извинений, совершенно исказилось. Ожидания рухнули без остатка. Мён Хён сделала виноватое лицо, но не взяла свои слова обратно. Хе Чжон не могла поверить в происходящее. Привет! Главы до финала доступны в моей читалке: t.me/tenebrisverbot ---------- Том 3 Глава 73 Часть 6 Сын Джу подошел к окну, прижимая телефон к уху. Глядя на пейзаж далеко внизу, он подавил рвущиеся наружу ругательства. Мён Хён сказала, что встретится с Хе Чжон по его просьбе. Хе Чжон, как и ожидалось, разозлилась на слова Мён Хён и невежливо выбежала вон. — Значит, матушка там одна? — Да. Она не выходит из комнаты, я жду снаружи. Видимо, ей не по себе. Думаю, она скоро успокоится и выйдет. — Скоро туда приедет Сэ И. Начальник Юн, проводите ее как следует. — Им Сэ И приедет сюда? — Да. Сообщите мне, когда Сэ И прибудет. — Понял, господин управляющий директор. Он смотрел сверху вниз на мир, маленький, словно игрушечный, чувствуя себя правителем, но при этом смехотворно не мог совладать с сердцем одного человека. Если бы не Сэ И, он бы просто проигнорировал Ким Хе Чжон. Он бы в одностороннем порядке заблокировал ее, даже не утруждая себя просьбами к матери передать, чтобы та не приходила на свадьбу. Ситуация вокруг была настолько запутанной, что требовала наведения порядка перед тем, как делать предложение Сэ И. Он намеревался начисто отсечь все ситуации, которые могли бы доставить ей боль. Если придется выслушивать проклятия, пусть проклинают его — этого достаточно. Конечно, просьба к матери насчет Ким Хе Чжон была продиктована его обидой. Обидой за то, что она организовала смотрины для Сэ И, и за то, что колебалась, зная о его чувствах. Даже если Ким Хе Чжон не придет на свадьбу, это никак не помешает церемонии. Но для мягкосердечной Сэ И это будет иначе. Поэтому он собирался безжалостно отрезать лишнее. Он не хотел оставлять ни единого повода для ран своей нежной женщине. — Красивое предложение нужно делать после того, как будут улажены все дела. Он не собирался забирать Сэ И кое-как. Он планировал соблюсти все процедуры, как делают другие, с должным этикетом, и привести ее к себе в самом лучшем виде. Раздражало, что перед этим нужно уладить кучу дел, но, как сказала Сэ И, она была еще молода. В этом году сыграть свадьбу будет сложно из-за графика, но он намеревался хотя бы сделать брак свершившимся фактом. — Господин управляющий директор, вам нужно выходить сейчас, чтобы не опоздать. — Иду. Когда Хо Ёль открыл дверь и сообщил об этом, он отошел от окна и взял пиджак. Сегодня он ехал на встречу с человеком, который заставил Сэ И отдалиться от него. Случайность это или злой рок, но эта женщина была замешана в попытках разлучить его с Сэ И не один, а целых два раза. Один раз она намеренно запятнала имя Сэ И, а второй раз это случилось само собой, без ее ведома. Эта женщина и во сне не ведает, что натворила. Он и сам ни сном ни духом не знал об одном скрытом факте, пока не услышал от Сэ И. «Кстати, вы ходили на смотрины?» «Кто, я? Зачем мне смотрины? У меня же есть ты». «Разве? Когда мы были в отеле в Канвондо, там точно была женщина, которая говорила, что у нее смотрины с тобой. Я сама слышала. Женщины разговаривали в туалете. Говорили, что она встречалась с твоим другом... и что он умер после расставания...» Сэ И говорила это в шутку, но замолчала, когда его лицо резко окаменело. Потом она замахала рукой перед раскрасневшимся лицом, приговаривая: «Не бери в голову, наверное, я ослышалась». Но он не мог не взять в голову. Сон Чжин Хи. Внебрачная дочь «Тэсын Групп» и женщина его друга Бо Хёна. Услышав, что эта женщина выходит замуж, Бо Хён покинул этот мир, а сам Сын Джу получил жесточайшую травму в отношении любви. И с такой женщиной у него должны были быть смотрины? После слов Сэ И он выяснил, как так вышло. — Идемте. Когда Хо Ёль открыл дверь, он вышел из кабинета. Он больше не волновался о том, что мать обедает в одиночестве. Он уже просчитал, что Ким Хе Чжон не отступится от свадьбы Сэ И просто так, и не было причин разочаровываться, раз все шло по его прогнозам. — Кстати, вы связались с мужчиной, который будет присутствовать на встрече? — Да, я получил подтверждение, что он придет вовремя. Спустившись на подземную парковку, Сын Джу сел в машину. Подумав, что сегодняшний обед затянется, он откинул голову на подголовник. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сэ И с волнением выдохнула и подошла к японскому ресторану. Хоть и было обеденное время, перед рестораном было безлюдно. Возможно, потому что здесь все места только по брони. Она стояла у входа, озираясь в поисках сотрудника, чтобы спросить, как найти Мён Хён. — Вы пришли. Начальник Юн, увидев ее, поспешно подбежал и поклонился. — Мне передали от управляющего директора, что вы приедете. Я думал, это займет немного времени, но вы добрались так быстро, что я не успел выйти встретить. Прошу прощения. Я провожу вас туда, где находится госпожа. Прошу сюда. После того дня, когда она пришла в особняк с решимостью расстаться с Сын Джу, Сэ И ни разу не связывалась и не встречалась с Мён Хён. Тогда она уходила, безжалостно решив отсечь даже свои чувства, но человеческие дела не всегда идут так, как задумано. Судя по тому, что она снова пришла к Мён Хён с таким трепетом и волнением. Тук-тук. Начальник Юн постучал и открыл дверь комнаты. Мён Хён, видимо, не знала, кто придет, и безучастно смотрела в пустоту, но, увидев Сэ И, сильно удивилась. Сэ И тоже нервничала так, что у нее вспотели ладони. Сэ И осторожно сняла обувь и вошла в комнату с татами. Она хотела выглядеть хорошо перед Мён Хён, поэтому даже попросила Сын Джу выбрать ей одежду перед выходом. Делая шаги, она переживала: вдруг она теперь в немилости? Это человек, которому хочется понравиться, от которого хочется получить любовь больше, чем от кого-либо, но казалось, что сказанные ею ранее слова держат ее за лодыжки. — Сэ И. — Вы были здоровы все это время? — Деточка. Ты… Ах, боже мой. Глаза Мён Хён покраснели, едва она увидела ее. В глазах Сэ И, садившейся напротив, тоже уже набрались и плескались слезы. Не верилось, что она снова вот так сидит лицом к лицу с подругой мамы, о которой с первой встречи думала: «Какая замечательная женщина». А ведь тогда она думала, что это действительно конец. Видимо, не только у нее были такие чувства — Мён Хён поспешно открыла сумку, достала платок и промокнула глаза. Хоть они и не говорили, эмоции ощущались. Глядя друг на друга, они разделяли сложное чувство, которое невозможно определить одним словом. Вместо Сэ И, которая не могла открыть рот, не зная, что сказать, первой заговорила и предложила примирение Мён Хён. — Я была тебе очень ненавистна и ты обижалась на меня, да, Сэ И? Я не буду оправдываться. Просто ты мне нравилась с самого начала, а твоя мама… Ох, что это я несу. Просто я поступила так из-за своей узколобости. Если бы я не считала тебя милой и не доверяла тебе, разве я попросила бы узнать, гей мой сын или нет? Это ведь мой позор. Но перед тобой мне было ничуть не стыдно. Наверное, потому что нам суждено было стать близкими. Сэ И вытирала слезы кончиками пальцев, но на слове «гей» прыснула со смеху. Да, госпожа и председатель действительно так ошибочно думали. Они умоляли ее, когда она всячески отказывалась, заставили ходить с ним в компанию, и тем самым создали повод для их сближения. — Тебе было очень обидно из-за меня? — Сначала да, но позже, когда я узнала правду, мне стало жаль. Я узнала, что моя мать совершила большую грубость по отношению к вам, госпожа, но у меня тоже не хватило смелости навестить вас и извиниться. Простите меня. — Нет, Сэ И. Какая там грубость. Ничего подобного. Она просто попросила о небольшой услуге, о которой могут попросить друзья. Мы с твоей мамой были очень близки. Но мы не виделись много лет и, видимо, не смогли понять все то время, что провели друг без друга. Мне, как взрослому человеку, стыдно, что я показала себя в неприглядном свете, почему же ты извиняешься? — Но, госпожа… — Деточка, правда, теперь зови меня мамой. Назови меня «госпожой» при Сын Джу — он хоть и мой сын, но зыркнет на меня так, что мало не покажется. — Хорошо, мама. Сэ И с жалостью посмотрела на еду, которая была заказана, но к которой даже не притронулись. Наверняка это меню тщательно выбирали для обеда с Хе Чжон. — А вы не будете есть? Я проголодалась. — Проголодалась? Если голодна, надо есть, давай есть, ешь. Мён Хён, сетуя, что не проявила заботу, начала уговаривать ее поесть. Только когда Сэ И предложила поесть вместе, на пасмурном лице Мён Хён появилась мягкая улыбка. Сэ И была виновата и благодарна Мён Хён за то, что та подавляла свои эмоции ради нее. А еще больше она была благодарна Сын Джу, который устроил эту встречу. ---------- Том 3 Глава 74 К счастью, он решил покопаться в слухах о Сэ И, которые распространялись подозрительно быстро и странно. Он думал, что у сотрудников «Тэсын Групп» нет причин для такой сильной враждебности к Сэ И, и, как оказалось, у этих слухов действительно была причина. Сын Джу лично вторгся на вражескую территорию, чтобы уничтожить источник этих слухов. Он специально занял место у панорамного окна, расслабленно откинулся на спинку стула и смотрел на улицу. Если устроить здесь скандал, насколько широко разойдутся слухи? С какой скоростью? Результат будет виден после, но предвкушение росло еще до того, как он начал действовать. Кофейня перед офисом «Тиоти Групп». Он специально выбрал местом встречи кафе, о котором навел справки: оно находилось в окружении офисов и всегда было забито людьми. Как только принесли заказанные напитки, Хо Ёль забрал их и поставил на его столик. В тот момент, когда он поднял чашку, он увидел Сон Чжин Хи с кошельком и телефоном в руках, переходящую дорогу по пешеходному переходу. А также фигуру еще одного человека. Бо Хён был не просто другом. Он был для него словно брат. В отличие от Сын Джу, который с детства был холоден, у Бо Хёна был хороший характер, и вокруг него всегда было много друзей. Бо Хён был таким удивительным, что Сын Джу стал с ним общаться, и это любопытство переросло в глубокую дружбу. Бо Хён был настолько важен для Сын Джу, что они даже решили вместе поехать на учебу за границу после окончания университета. Он и не думал, что встретит женщину, которая была для его друга любовью, равной жизни, при таких обстоятельствах. — Сын Джу. Чжин Хи, уже вошедшая в кофейню, радостно окликнула его. Сын Джу лишь слегка кивнул. Это сильно контрастировало с чрезмерно радостным видом Чжин Хи. Говорят, Сон Чжин Хи, будучи внебрачной дочерью, начала работать в «Тиоти Групп» совсем недавно. Для Бо Хёна тот факт, что она внебрачная дочь, не имел значения. Важна была только она сама. Он защищал ее, говоря, что если любишь, нужно принимать и недостатки человека. Вопреки многочисленным слухам о замужестве, она все еще была не замужем. Ее внешность, в которую было вложено немало денег, стоила внимания, но Сын Джу это не интересовало. — Мы так давно не виделись, правда? Когда мы виделись в последний раз? Прошло столько времени, что я уже и не помню. Сын Джу, ты хорошо поживал все это время? Я слышала о тебе кое-что через знакомых. Иногда даже скучала. — Ну надо же. Не кто-нибудь, а Сон Чжин Хи не должна забывать день, когда видела меня в последний раз. Это было на похоронах моего единственного друга Квон Бо Хёна. Даже если ты не помнишь, я помню отчетливо. Потому что, глядя на тебя тогда, я почувствовал отвращение к таким вещам, как любовь или привязанность. Глядя на то, как ты убегаешь, даже не выдавив дешевой слезинки, торопливо, толком не выразив соболезнования, боясь, что кто-то увидит, — знаешь, о чем я думал? Выражение лица Чжин Хи, которая до этого сияла улыбкой, исчезло. Сын Джу не мог забыть тот день. Наверное, это воспоминание останется живым в его мозгу до самой смерти. Его друг, который так любил Сон Чжин Хи, был так жалок, что Сын Джу впервые разрыдался перед портретом друга. И вот, спустя время, она заявила, что хочет встретиться с ним через женщину, устраивающую браки в высшем обществе. Мать, не зная этой истории, сказала ему попробовать. Если бы он, узнав, что Сэ И идет на смотрины, не примчался к матери как сумасшедший, возможно, он встретился бы с Сон Чжин Хи не так, а как с парой на смотринах. — О чем бы ты ни думал, это прошлое. Сын Джу, давай говорить о настоящем, а не о прошлом. Ты знаешь, что взрослые обсуждали наши смотрины? Госпожа из «Тэсын Групп» сказала, что есть обстоятельства, поэтому немного отложила это, но я настроена положительно. Конечно, я знаю, что ты избегаешь меня из-за друга. Но подумай рационально. Если наш «Тиоти Групп» и «Тэсын» объединятся через брак… — Ты и даром не нужна. Сон Чжин Хи была немало обескуражена тем, как он выплюнул эти слова. Даже если бы Сон Чжин Хи осталась единственной женщиной в мире, он был уверен, что даже не взглянет на нее. Из-за этой женщины он потерял самого дорогого друга. И он должен пойти на смотрины с ней, которая довела его друга до смерти? И более того, жить с ней в браке, касаясь друг друга плотью? — Ты пожалеешь. У меня, помимо Тэ Сын Джу, запланированы смотрины и с другим человеком. «Сонджин Групп», старший сын. «Тэсын» и «Сонджин» каждый год борются за место в рейтинге конгломератов, но если я выйду замуж за старшего сына «Сонджин», этого больше не будет. Потому что «Сонджин» подавит «Тэсын». Так что не встречайся с какой-то бывшей стажеркой, а хватай меня. — Делай что хочешь. Мне не особо интересно, какой синергии добьются грязный ублюдок и дрянь, поженившись. Я уверен, что смогу превзойти «Сонджин» и своими усилиями. И ты вряд ли сможешь так легко выйти замуж за старшего сына «Сонджин». Потому что я этого не допущу. Не на ком свои трюки отрабатывать, так решила на мне отработать? Как только Сын Джу кивнул, Хо Ёль, сидевший за соседним столиком, отправил кому-то сообщение. Не прошло и много времени, как в кофейню вошел ожидавший этого мужчина. — Давно не виделись, Сон Чжин Хи? Чжин Хи с ужасом в глазах посмотрела на мужчину, который приближался к ней развязной походкой. Мужчина в дорогом костюме и темно-розовой рубашке с несколькими расстегнутыми пуговицами внешне выглядел отлично. Но любой бы сказал, что человек выглядит дешевле, чем его одежда. — Т-ты как… Ты когда вернулся в Корею? — Когда вернулся. Вчера. Тяжко из-за смены часовых поясов, но как увидел тебя — так с ума схожу. Мы с тобой в этом хорошо совпадали. Место, время — неважно, как встретимся, так сразу лизались. Так, дай-ка посмотреть, где тут туалет? Хотелось бы, чтобы он был достаточно большим, чтобы мы оба поместились. Мужчина плюхнулся на сиденье и обнял ее за плечи. Этот человек, чья аура отличалась от ауры обычных людей, был известным отморозком в корейской общине в Америке. Он был не просто распутен в связях с женщинами, но, говорят, употреблял наркотики и алкоголь, а иногда даже продавал видео с женщинами, с которыми встречался, поэтому все его сторонились. Однако Сон Чжин Хи, прикрываясь раной от того, что она внебрачная дочь, бесстрашно встречалась с этим мужчиной. Причем встречалась на два фронта, будучи с Бо Хёном. Она с трудом сбежала в Корею, чтобы порвать с этим мужчиной и начать все сначала, но как знать. Получится ли это у нее. — Убери эту руку. Здесь не Америка. — Вот именно, Чжин Хи. Говорят, не в Америке, а тут ты строишь из себя скромницу и собираешься стать невесткой чеболя? Словно ластиком стерла все прошлое, а? Слышал, ты последние пару лет жила тихо, но я не верил, что горбатого могила исправит, а глядя на то, как ты себя ведешь, — ну прям невестка с Чхондам-дона [1] из телевизора, один в один. От этого у меня еще больше стоит. А? [1] Чхондам-дон: Фешенебельный район Сеула, символ богатства и роскоши. «Невестка с Чхондам-дона» — стереотипный образ идеальной, богатой и утонченной жены. Люди, видимо, сотрудники компаний, начали перешептываться, глядя на нее в объятиях мужчины. Сын Джу, сцепив руки, без интереса наблюдал за разворачивающейся перед ним сценой. Сын Джу верил в порочность человеческой природы. Его теория гласила, что в мире нет добрых людей, кроме Сэ И. И он считал, что те, кто жил во зле, должны получить соответствующее наказание. — Я помог вам воссоединиться, так что теперь сами разбирайтесь — здоровайтесь или делайте что хотите. И, Сон Чжин Хи, надеюсь, ты больше не будешь маячить передо мной. Это был лишь показательный пример. Если снова тронешь мою женщину или появишься передо мной, я превращу твои худшие кошмары в реальность. — Да что… почему ты так? Это потому что я сказала, что пойду с тобой на смотрины? Не пойду я. Как ты и сказал, Тэ Сын Джу, ты мне и даром не нужен. Так пойдет? Тогда убери от меня этого человека. — Нет. Я даже не знал, что ты на каждом углу трепалась, будто идешь со мной на смотрины. Но знаешь, как я узнал? Сын Джу встал с места и спросил, глядя ей в глаза, пока она барахталась, пытаясь вырваться от мужчины. Чжин Хи испепеляла взглядом Сын Джу, который слегка наклонился к ней. — Моя любимая женщина услышала. И ты грязно распустила слухи об этой женщине в нашей компании. — Быть того не может. — Вот именно. Я тоже сказал ровно это, когда услышал, что ты замешана в слухах о моей женщине. Быть того не может. А сказать тебе, где она услышала, как ты трепалась о смотринах со мной? Чжин Хи не могла вымолвить ни слова и только пристально смотрела на его губы. — Отель в Канвондо. Дождливый день. Туалет. Может, так вспомнишь? Только тогда Чжин Хи вспомнила и отвернула лицо. — Из-за тебя я чуть не упустил ее. Так что я не мог не взбеситься. Впредь следи за своим языком. Это предупреждение: никогда больше не упоминай мою женщину своим ртом. Сын Джу ухмыльнулся и покинул заведение. ---------- Том 3 Глава 75 В день, когда он встречался с матерью, Сын Джу позвонил поздно. Сэ И как раз собиралась ложиться спать в удобной одежде в месте, которое теперь действительно чувствовалось как ее дом. — Выходи, я перед домом. Услышав «перед домом», она подошла к окну с телефоном у уха. Сын Джу действительно остановил машину под фонарем и стоял снаружи. Сэ И прищурилась и улыбнулась. Просто видеть этого человека уже было счастьем. Не обращая внимания на холодную погоду, она вышла из дома прямо так, не накинув верхней одежды. Ее шаги, когда она сбегала по крутой лестнице, были легкими. Увидев его, ждущего с вытянутой шеей, Сэ И замедлила шаг. Ступенька, еще ступенька — спустившись до конца, Сэ И заложила руки за спину и посмотрела на него. Мужчина, который заставлял ее сердце трепетать от одного взгляда, вообще-то был скуп на улыбки. Но глядя на нее, улыбался. Не специально, а просто потому, что ему было хорошо, улыбка появлялась сама собой. — Ехал бы домой после работы, зачем сюда приехал? — Захотел тебя увидеть. — Ответ мне нравится. Заложив руки за спину, она медленно подошла к нему. Сын Джу протянул к ней руку, и Сэ И взяла ее как нечто само собой разумеющееся. В этот момент Сын Джу с силой потянул ее за руку, и она тут же оказалась в его объятиях. — Скажи, что я тебе так нравлюсь, что ты выбежала даже не одевшись. — Верно. Я была так не в себе от желания увидеть Сын Джу, что даже не подумала одеться. — Тогда я не могу просто так держать тебя в объятиях. Ну-ка, дай посмотреть, моя дурнушка. Сын Джу обхватил ее лицо ладонями и поцеловал. Было холодно, так холодно, что кончик носа покраснел, но его губы, коснувшиеся ее, были горячими. — Тебе нечего мне сказать? — Что именно? — «Люблю», ну или какое-нибудь такое пустяковое признание? Любовь — это пустяк? Когда сердце так переполняет, что оно готово разорваться. И почему это она должна признаваться? Было бы лучше, если бы это сделал он. — Не хочу. — Попробуй. Я обниму тебя жарко. — Сам попробуй. Я обниму тебя жарко. Она улыбнулась, прищурив глаза, словно шутя, но он не улыбался. Глядя на нее глубоким взглядом, он понизил голос. — Ты не справишься. — Справлюсь. — Я люблю тебя. У Сэ И перехватило дыхание. Слова промелькнули быстро, но глубоко вонзились в сердце. Разве слова «я люблю тебя» всегда были такими трогательными? В груди стало так горячо, что невозможно было дышать. Поэтому Сэ И не хотела испытывать это чувство в одиночку. Она хотела, чтобы он тоже узнал. — Я тоже люблю тебя, Тэ Сын Джу. — Разумеется. Им Сэ И суждено любить только Тэ Сын Джу. Я наложил такое заклятие. Какой наглец. Сэ И пробормотала упрек, но в итоге рассмеялась. Даже таким наглым этот мужчина ей безумно нравился. Он посадил ее в машину, сказав, что согреет ее тело, раз она пришла без верхней одежды. Куда он собирается ее везти? Сэ И смотрела на него с ожиданием в глазах. Место, куда он ее привез, было баром в центре города. Бар, где продавали ее любимое соджу и другие виды алкоголя, отличался от других довольно опрятным интерьером. — Сначала дайте соджу. В меню было полно изысканных блюд, но Тэ Сын Джу, подозвав официанта, сделал заказ. Сэ И от смущения уставилась в меню. Последние несколько дней она так переживала из-за встречи с матерью Сын Джу, что почти не ела. Даже встретившись с Мён Хён и сказав, что голодна, она не могла толком проглотить еду. А теперь он заказывает соджу, едва увидев ее? Кто-то хочет испортить желудок? Сэ И заказала комплексный обед, который выглядел самым сытным на фотографии в меню. Поскольку заказ сделал только один человек, официант пристально посмотрел на Сын Джу. Даже под этим настойчивым взглядом Сын Джу оставался невозмутимым. Скорее ей стало неловко, и она снова уткнулась в меню. — Не перекусишь? — Хватит и выпивки. А, ну да. Она уже слышала заказ соджу и хотела спросить, что он будет есть из этого огромного меню кроме алкоголя, но с надутым лицом пододвинула к нему свое меню. — Выбирай. — Не хочу. Как ребенок. Сын Джу сидел с прямой спиной, скрестив руки на груди так, что рубашка натянулась, и, сверля ее взглядом, капризничал как дитя. Кто поверит, если сказать, что у Тэ Сын Джу есть такая сторона? В умах людей Тэ Сын Джу был образом холодного и сдержанного топ-менеджера. Но мужчина, с которым встречалась она, был совершенно другим человеком, нежели в оценках людей. Поэтому у Сэ И невольно вырвался вздох. Сэ И глубоко выдохнула, словно сдерживая готовые вырваться слова, и сказала официанту: — Дайте то же самое. — Понял. Даже когда официант ушел, забрав меню со стола, Сын Джу сидел прямо и сверлил ее взглядом. Если подумать, из-за занятости они только созванивались на этой неделе, и это была их встреча почти спустя пять дней. — Им Сэ И, если что-то скрываешь, выкладывай сейчас. Не пугай людей потом. — Когда я? — Когда? Ты говорила, что думала порвать со мной из-за женщины, которую встретила в отеле в Канвондо? Если бы это не вырвалось случайно, ты бы скрыла это. Если есть подозрения, лучше спроси меня напрямую. Проверь. Я ведь все свои внутренности тебе покажу. — Ничего такого. Не преувеличивай. — Больше ничего нет? Если есть, говори. — Да, не было. — Врушка. Заманил словами о любви, привез сюда, а теперь смотрит так холодно — и что ей делать? Все растроганные чувства готовы были исчезнуть, поэтому Сэ И уставилась на него. Она ничего не скрывает, почему он называет ее врушкой? Она показала Сын Джу все, даже семейную историю, которую действительно не хотела показывать. Ей стало так обидно, что к горлу подступил ком, но тут с губ Сын Джу сорвалось неожиданное имя. — Сон Чжин Хи. — С чего вдруг женское имя? — Имя той женщины, которая, как говорят, сказала, что у нее со мной смотрины в отеле Канвондо. Сын Джу начал говорить и замолчал. Видимо, эмоции захлестнули его; было больно смотреть на то, как Сын Джу с трудом проглатывает слова. Он говорил, что его друг умер из-за той женщины. Видимо, даже само имя все еще было раной, лицо Сын Джу стало гораздо более напряженным, чем когда они вошли в заведение. Сэ И хотела сказать, что он не обязан говорить, но промолчала. — Он был мне как семья. Мы были не разлей вода, настолько, что я спрашивал его мнения, что бы ни делал. Мы закончили один университет, вместе пошли в армию, а после демобилизации вместе поехали учиться за границу. И такой друг полюбил одну женщину. Они выглядели счастливыми. Хотя я и не мог до конца понять чувства друга. Но я услышал, что Сон Чжин Хи, с которой он встречался, сказала, что выходит замуж за другого, и предложила расстаться. Вскоре после того, как он это услышал, его сбила машина, и он мгновенно погиб. Сэ И от потрясения не могла вымолвить ни слова. Сейчас он говорит спокойно, но она не смела даже представить, как тяжело ему было тогда. — Он ехал ко мне на встречу, и мне пришлось беспомощно наблюдать, как умирает мой друг. Сэ И было жаль его. Ей было так жаль его, жившего с такой раной в сердце, что слова не шли с языка. Поэтому она смотрела на него глазами, полными слез. — Женщины стали мне противны. Я не хотел испытывать чувства, будь то страсть или любовь, которые довели моего друга до такого состояния. Сын Джу сказал это, глядя Сэ И в глаза. — Но это смешно. Появилась ты. Однажды ты внезапно свалилась в мой дом и увидела меня, только что вышедшего из душа. Она не могла больше смотреть на то, как он старается говорить легким тоном, боясь, что она расстроится, поэтому Сэ И встала с места и пересела на место рядом с Сын Джу. И крепко обняла его. Было слышно, как кто-то перешептывается, глядя на них, но это не имело значения. Сейчас в ее глазах был только Тэ Сын Джу. Сын Джу молча позволил ей обнимать себя, затем открыл бутылку соджу, которую принес официант. Налил в рюмку и выпил залпом. Сэ И, сидя рядом, не отрывала от него глаз ни на секунду. — Давай поженимся. — Здесь, в такой момент, ты хочешь сказать это? Это ведь искренне. Сэ И снова метнула на его предложение укоризненный взгляд. — Да. И на этот раз я принес кольцо. Сын Джу достал из кармана маленькую коробочку с кольцом. И открыл ее перед ее лицом. — Красивое. — На твоей руке будет еще красивее. После слов Сын Джу она больше не могла отказываться. Сэ И кивнула и протянула палец. Он широко улыбнулся и надел кольцо ей на руку. Все остальное не нужно, нужны только они двое. Ей пришла мысль, что если они смогут прожить всю жизнь вот так, глядя друг на друга, то она с радостью готова пуститься в авантюру под названием брак. ---------- Том 3 Глава 76 Часть 7 Сэ Джун сказал, что отец решил жить отдельно. Скорее всего, он просто переедет из Юволь-дона, но Сэ И было жаль отца, который решился на независимость, когда ему уже перевалило за пятьдесят. В тот момент, когда Сэ И услышала от Сэ Джуна, что отец покидает дом, в котором жил с самого рождения, она на мгновение опешила. От слов о том, что отец впервые высказал свое мнение, пойдя против бабушки, которая была категорически против, у нее защипало в носу. Ни с отцом, ни с матерью Сэ И не чувствовала себя спокойно. Отец был наблюдателем, а мать мучила ее хуже чужого человека. Говорят, они развелись и даже уладили вопросы с семейным реестром. Наверное, это из-за того дня. Как же было бы хорошо, если бы импульсивные слова Хе Джон, которыми она пыталась остановить дочь, решившую уйти из дома ради самостоятельной жизни, слышали только она и Сэ Джун. Но отец тоже слышал. Из-за собственной обиды она не успела разглядеть выражение лица отца. Но все же почувствовала. Слова матери стали для отца таким шоком, что он выронил портфель, который держал в руке. — Зайди домой. Ты что, вообще не собираешься видеть отца с мамой? — Ты и будь с ними добр. Тебя любили больше, чем меня, вот и относись к ним соответственно лучше. А я пока… не готова. — А меня почему тогда видишь? Если подумать, разве не я тебе больше всех ненавистен? Я ведь отнял у тебя, нет, у нуны все, что принадлежит тебе. Даже я сам думаю, что вел себя так своевольно, что это было просто тошнотворно. Настолько, что если бы ты сказала, что не хочешь меня видеть, мне нечего было бы возразить. — Я думала о том, чтобы не видеться. Сэ Джун тут же скривился. Он был настолько прост, что все эмоции сразу отражались на его лице. Сэ И посмотрела на коротко остриженного Сэ Джуна. Лицо красивое, но форма головы еще красивее. Когда она потерла ладонью его круглую, как каштан, голову, Сэ Джун отпрянул в ужасе. — Бабушка сказала прийти. — Она говорила, что дочери бесполезны, так зачем теперь? Стоило произнести это вслух, как нахлынули старые воспоминания. Бабушка и мама, которые твердили, что она бесполезна, потому что девочка, и вместо похвалы всегда осыпали упреками. Эти двое вечно вели холодную войну, но становились единым целым только тогда, когда речь заходила о том, что она дочь. А теперь говорят прийти? Естественно, в конце фразы прозвучала густая обида. — Ей одиноко. И отец, и мама уехали из дома, в итоге остались только бабушка с дедушкой, как тут не быть одинокой. Наверное. Как говорится, когда человек приходит, это незаметно, но когда уходит — сразу видно пустое место. Вся семья внезапно исчезла, остались только двое стариков. Неудивительно, что им одиноко. — Кстати, ты правда выходишь замуж? Не прямо в следующем году же? Сделай это, когда я вернусь из армии. Я возьму тебя за руку и поведу к алтарю. — Не паясничай. С чего это я должна идти, держась за твою руку? — Ты же не хочешь держать за руку отца. Я неправильно понял? Об этом она специально не думала. Сын Джу сделал ей предложение, и они уже пообещали друг другу пожениться. Сын Джу, который все планировал заранее, уже подписал контракт на дом и готовился к свадьбе следующей весной. Но что будет, если передать ему слова Сэ Джуна? — Не паясничай. — Как назначите дату, сразу сообщи. Я возьму отпуск и выйду. — Ты просишь сообщить не ради моей свадьбы, а ради твоего отпуска, да? Скажи честно. Разве нет? — И это тоже, но… мне жаль. Сэ Джун с силой почесал короткие волосы и пробормотал это еле слышным голосом. Его извинения звучали искренне. Но почему вдруг? Им Сэ Джун не то чтобы внезапно повзрослел, а когда они жили в одном доме, он только и делал, что избегал ее. Почему же в последнее время он так липнет? Может, из-за офистеля? Когда она посмотрела на него с подозрением, Сэ Джун, видимо, почувствовав укол совести, отвел взгляд. Он что-то натворил? И тут она вспомнила слова, которые слышала о Сэ Джуне раньше. — Говорят, ты чуть не стал отцом ребенка? — Кто сказал? — Сын Джу сказал, разве нет? По словам Сын Джу, тот человек все уладил. Кстати, с какой стати ты вообще пошел к нашему Сын Джу? Тот человек вряд ли стал бы даже связываться с тобой просто так. Словно вспомнив тот момент, Сэ Джун сильно нахмурился. Его спокойное лицо исказилось, будто он столкнулся с воспоминанием, которое изо всех сил пытался затолкнуть в дальний угол сознания. — Когда я вспоминаю то время… Я благодарен, что он спас меня, когда я тонул. Правда благодарен. Но, нуна, призыв зимой — это уж слишком, не так ли? Где это видано, чтобы зять давил, заставляя уйти в армию в обмен на решение проблемы? Где видано. Здесь видано. Выбор Сын Джу был превосходным. Возможно, именно благодаря тому случаю она сейчас может вот так смотреть в лицо Сэ Джуну и разговаривать с ним. При мысли о родителях, с которыми она вообще не виделась, на сердце становилось тяжело и больно. Когда-нибудь наступит день, когда они снова увидятся, но не сейчас. — Им Сэ Джун, служи хорошо. Нуна будет писать тебе письма поддержки. — Обойдусь. Ишь, какой капризный. Она хотела написать письмо с чувством, что дает лишний рисовый пирожок ненавистному человеку [1], а раз не хочет — ну и ладно. И все же он вызывает гордость. Тот, кто всегда был ненавистным и вызывал обиду, успел вырасти, чтобы исполнять воинский долг и защищать эту страну. [1] Отсылка к пословице «Ненавистному человеку дай лишний пирожок», означающей, что к врагам или неприятным людям стоит проявлять внешнюю доброту, чтобы избежать проблем или успокоить совесть. Сэ И посмотрела на Сэ Джуна с гораздо более спокойной улыбкой. Она молча передала ему пожелание быть здоровым в холодную погоду и взяла Сэ Джуна за руку. Видимо, армия — это все-таки серьезно. Сын Джу сказал, что приедет сразу сюда после работы, чтобы поужинать вместе с Сэ Джуном. Сэ Джун изо всех сил опустил уголки губ, которые поползли вверх, и пробормотал: «Подумаешь, армия, что такого?» — Кстати, что зятю нравится в тебе, нет, в нуне? Да, привычки проявляются именно в такие моменты. Полагаясь только на маму, он жил, почти не используя обращение «нуна», и в конце фраз то и дело проскальзывала фамильярность. Но такое должно раскрываться только когда она одна. Тэ Сын Джу — не тот человек, который пропустит это мимо ушей. — Всё. — Точно, у него пелена на глазах. — Что он говорит? — Подумай сама. Чеболь в третьем поколении, исполнительный директор, умный, красивый. Сколько я ни думаю, единственная причина, по которой зять мог влюбиться в нуну — это лицо. Но у лица срок годности уже должен был истечь, так что это загадка, почему он до сих пор любит тебя. Сэ Джун говорил серьезно, но тут открылась дверь. Увидев его, входящего по паролю вместо звонка, Сэ Джун нахмурился. — Не слишком ли это — свободно делиться паролем, когда вы еще даже не женаты? — А человеку, который притащил женщину в офистель, где живет нуна, не стоит такое говорить. — Бе-е. Не обращая внимания на Сэ Джуна, который изобразил, что его сейчас стошнит, Сэ И вскочила с места, подошла к нему и обняла. Увидев, как она падает в объятия Сын Джу, раскрывшего руки, Сэ Джун опустил голову, словно увидел то, чего видеть не следовало. Заметив, что парень, который знает все, что нужно знать, покраснел до мочек ушей, Сэ И почувствовала прилив озорства. — Сэ Джун говорит, что у тебя пелена на глазах. — О чем это он? — Говорит, что срок годности красивого лица истек, и он совершенно не понимает, почему ты до сих пор меня любишь. — Им Сэ Джун, ты просто иди в армию. А еду покупай себе сам. Было видно, что она шутит, но Сын Джу не мог разобрать, шутка это или правда. Может, из-за слишком серьезного выражения лица? — Нет, зять. Впредь я буду следить за языком. — Если еще раз попадешься на том, что тыкаешь нуне, ты знаешь, что будет? Как он узнал? Разговаривая с ней, Сэ Джун часто смешивал вежливую речь с фамильярным «ты». Это значит, что он не пропустил это мимо ушей. — Почему у тебя такой растроганный взгляд? — Кажется, ты действительно на моей стороне. До сих пор никто так открыто не вставал на мою сторону, так что я счастлива, что ты есть. Видел, Им Сэ Джун? Будь осторожен в будущем. — Конечно. Но, зять, когда мы пойдем? Я голоден. — Жди. Я еще немного обниму нуну. Я сегодня весь день так скучал, что чуть не умер. — Оу, серьезно. Я подожду на улице. Наслаждайтесь встречей и выходите не торопясь. Сэ Джун съязвил и вышел. Еще в прошлом году Сэ Джун и подумать не мог, что получит такое обращение. Слова о том, что никто не знает, как сложится будущее человека, ощущались сейчас так реально. — Не волнуйся, я вместо тебя все коплю и запоминаю. Ты же знаешь? Я злопамятный. Так что ты, Сэ И, просто улыбайся. Возвращать долги и мстить буду я. — Отомстишь за меня? — Конечно. Пусть кто угодно только попробует тебя тронуть. Я никого не оставлю в покое. Почему-то казалось, что так и будет. Когда он говорит, это звучит как истина. Мой настоящий защитник, Тэ Сын Джу. Сэ И широко улыбнулась, думая, что счастлива, потому что у нее есть самый надежный защитник в мире. ---------- Том 3 Глава 77 Искривленная душа, сколько ни старайся, никак не хотела выпрямляться. Поэтому Сэ И тоже было грустно. И когда она провожала брата, коротко остриженного и уходящего в армию, и когда отец отворачивался, ссутулившись. Вопреки боли в сердце, с губ не слетело ни слова. Директор Им развелся. Говорят, что Юволь-дон гудел из-за того, что развода ему показалось мало — он бросил родителей, которым перевалило за восемьдесят, и съехал. Она узнала об этом из-за того, что несколько местных друзей не смогли побороть любопытство и спросили ее. — Сэ И. — Ну что еще. С этой весны она поступает в докторантуру. Пока она отдыхала, мозги не заржавели, и она сдала экзамен, за что Сын Джу погладил ее по голове, сказав, что она молодец. Она подрабатывала в кафе Джу Ён перед тем, как пойти в университет, и голос Джу Ён снова зазвенел — похоже, она опять в кого-то влюбилась. — Вон там, нет, не смотри слишком откровенно, просто скоси глаза. Просто скосить глаза? Такого таланта у нее нет, но если Джу Ён говорит так сделать, придется. Кафе Джу Ён, известное в округе своими вкусными десертами, имело огромный успех. Недаром отец Джу Ён, занимающийся арендным бизнесом, сказал, что ей повезло с деньгами больше, чем ему. Для такой Джу Ён главным интересом в последнее время были красивые мужчины. «Появись хоть один», — выжидала она, и сегодня, похоже, кто-то попался на радар Джу Ён. Сэ И изо всех сил скосила глаза в направлении, куда указывала Джу Ён пальцем. О ком она говорит? Кажется, о тех крепких мужчинах, сидящих за вторым столиком от входа. А? Ты? Сэ И нарушила наказ Джу Ён только скашивать глаза и уставилась на мужчин в открытую. — Ну как, отпад? Отпад. Чей он брат-то. Как только Сын Хё увидел ее, он широко улыбнулся и помахал рукой. Его улыбка была по-прежнему свежей и выглядела такой светлой, что заставила улыбнуться и ее. — Учитель! Если бы Сын Джу услышал, он бы снова сделал замечание. Сказал бы называть не учителем, а невесткой. Сэ И собралась ненадолго выйти к ним, но Джу Ён схватила ее за руку. — Ты знаешь этих мужчин? — Джу Ён, там не мужчины. — Что ты несешь? Они такой отпад, а ты говоришь — не мужчины. А… Тэ Сын Джу есть, типа того? Но все же мужчины, сидящие там, ничуть не уступают твоему… Похоже, они ей здорово приглянулись. Но объект — Сын Хё? Или тот мужчина, что сидит напротив. В любом случае, Сэ И положила руку на плечо подруги, которая с горящими глазами защищала впервые увиденного мужчину. — Я и говорю. Это младший брат Сын Джу. — Что?.. — Я сейчас вернусь. И что это за отчаянное выражение лица сразу после слов о том, что это брат Сын Джу? А ведь хвасталась, что при желании может справиться с разницей в возрасте до десяти лет в обе стороны. Когда Сэ И подошла к столику, Сын Хё вскочил с места. Его радостный вид напоминал большого щенка. Спутник, пришедший с ним, смотрел непонятным взглядом, но так как у нее было дело к Сын Хё, она полностью проигнорировала того мужчину. — Ты с другом? — Не друг… — Учитель угощает. Выбирай все, что хочешь съесть. Сегодня я плачу. На ее великодушные слова другой сидящий мужчина ухмыльнулся, словно это было нелепо. Он был очень красив, но его поведение кого-то точь-в-точь напоминало, так что Сэ И не могла не посмотреть на него. Если смотреть так близко, они, кажется, и похожи. — Встречаясь с чеболем в третьем поколении, нужно не угощать, а чтобы тебя угощали, разве нет? Что он несет? Может, он прицепился к Сын Хё и, внушая ему чувство вины тем, что тот чеболь, заставляет каждый раз платить за себя? А добрый и мягкий Сын Хё не может отказать и просто терпит. Если так… Сэ И сурово посмотрела на мужчину, чья поза даже в положении сидя была развязной. — Сын Хё, не представишь? — А, это… это мой старший брат. — Значит, твой брат… Что? Сын Хё, находя эту ситуацию довольно забавной, с улыбкой наблюдал за реакцией ее и сидящего мужчины. В отличие от нее, которая была не просто ошарашена, а шокирована, косо сидящий мужчина улыбался еще более кривой улыбкой. Значит, этот мужчина, нет, этот человек — тот самый второй брат, Тэ Сын Гон, которого называли свободной душой? Сын Гон, который был в Америке и оставался для нее загадкой, въехал в Корею и пришел в кафе Джу Ён. «Я родила троих сыновей, но как так вышло, что среди них нет ни одного нормального, Сэ И». Что она ответила тогда на жалобы Мён Хён? Зная Сын Джу и Сын Хё, она все же надеялась на рамки нормальности для неизвестного третьего сына. Но Мён Хён была права. — Приятно познакомиться, невестка. Мужчина, который лишь слегка приподнял руку и улыбнулся, был совсем другого сорта, нежели Сын Джу и Сын Хё. Казалось, от него веет какой-то хулиганской аурой. — Здравствуйте, меня зовут Им Сэ И… Прежде чем она закончила приветствие, Сын Гон убрал с лица всякую улыбку и пробормотал с серьезным видом: — Если позволите дать один совет: бегите, пока не поздно. — Что? — Я бы на вашем месте не смог с ним жить. Сейчас-то он, пытаясь хоть как-то жениться, подавляет свой характер, притворяется хорошим, делает вид, что подстраивается, но характер у него не сахар. Я объездил весь мир, но такого человека, как наш брат, еще не встречал. Насколько он своеобразный и холодный. С таким лицом, с такой красотой, и, говорят, с его способностями, позволяющими любому тупице поступить в университет, он мог бы открыть академию в богатом районе и грести лопатой деньги, вращающиеся в частном образовании, и жить счастливо. Неужели мужчин нет, чтобы выбирать такого, как Тэ Сын Джу… Сын Гон, извергавший поток слов, вдруг посмотрел на вход и закрыл рот. Говорит, что брат, а сам злословит о брате без перерыва. Сын Хё легонько тронул за руку Сэ И, которая смотрела на это с удивлением. — Учитель, разрулите ситуацию. Прошу вас, учитель. — Я же сказал называть невесткой, Тэ Сын Хё. Когда уже твоя башка начнет соображать? А, так вот почему двое мужчин застыли в ужасе? Но хотя они и замерзли, ее лицо расцвело ярко, как еще не распустившийся весенний цветок. — Пришел? При виде ее улыбки застывшее лицо Сын Джу тоже изменилось. В отличие от двух братьев, у которых исчезли все эмоции, словно они увидели призрака. — Обед? — Еще нет. Подойдя к ней, Сын Джу первым делом взял ее за руку. Трое братьев с их выдающейся внешностью притягивали взгляды всех женщин в кафе. Видимо, в их жизни такое случалось нередко, так как никто из троих не обращал на это внимания. Сэ И встретилась взглядом с Сын Джу — самым красивым, самым теплым и смотрящим на нее с самым горячим чувством из троих братьев — и ответила: — Давай выйдем вместе. — Спросим у Джу Ён. Значит, он пришел накормить братьев. Чтобы представить ей второго брата, вернувшегося в Корею, и заодно поесть всем вместе, он назначил встречу в кафе Джу Ён. Даже если он не говорил, Сэ И примерно догадалась. — Выпьете чаю перед уходом? — Мы занимали столик, как-то неудобно просто уйти. Эй, вы, что будете пить? Выбирайте быстро. Выражения лиц у обоих были не очень радостными из-за тона, который разительно отличался от того, каким он говорил с ней. Не надо бы так. С Сын Хё они очень близки, так что не страшно, но Сын Гон смотрит на нее как-то косо. — Скажу Джу Ён, чтобы упаковала ланч-боксы, и передам, что мы пообедаем и вернемся. — Хорошо. Сэ И подошла к Джу Ён, увидев, что Сын Джу садится за стол. Можно было не смотреть — Джу Ён наверняка не сводила глаз с трех мужчин. И точно. Как только она подошла, та сразу потянула ее за руку и утащила в слепую зону, невидимую снаружи. — Это все братья Сын Джу? — Ага. — Черт, благословенные гены. И деньги, и внешность — небо отсыпало им всё оптом. Несправедливо. Кстати, Сэ И, тот человек, который до конца сидел и смотрел на тебя искоса, сколько ему лет? О, неужели Джу Ён запала на Сын Гона? Хотя с первого взгляда было понятно, что с ним будет непросто. На самом деле она и сама мало что знала о мужчине, который с порога посоветовал ей бежать и откровенно поносил своего брата. Когда она пожала плечами, показывая, что не знает, на лице Джу Ён промелькнуло разочарование. — Узнать? — Сейчас? Судя по тому, как она обрадовалась, интерес у нее нешуточный. Может, попробовать стать свахой? — Узнаю за обедом. — Не только возраст, но и номер телефона или аккаунт в соцсетях, что-нибудь такое, прошу тебя, подруга. — Попробую. Сэ И сняла фартук, аккуратно сложила его и энергично опустила сжатую в кулак руку, словно призывая к победе. Лицо Джу Ён, не в силах скрыть улыбку на раскрасневшихся щеках, было таким красивым. Сэ И взяла пальто и, выходя, посмотрела на Сын Гона. Он действительно во вкусе Джу Ён. ---------- Том 3 Глава 78 Сэ И, которая пошла следом, думая, что это просто обычный обед, увидев председателя Тэ с супругой, ткнула Сын Джу локтем в бок. Войдя в отдельную комнату китайского ресторана, где трудно даже забронировать столик, Сэ И поздоровалась с уже сидящими старшими и села. Как только они уселись за круглый стол, Сын Джу нарочито повернулся к ней всем телом и спросил: — Что? Он спросил так, словно понятия не имел, почему она так себя ведет. Сэ И улыбалась внешне, но внутри ей было не до смеха. Знай она заранее, хотя бы макияж поправила. С Мён Хён у нее сложились более-менее комфортные отношения, но председатель Тэ — это другое дело. Его строгая и серьезная аура не располагала к легкому общению, и комфортно с ним не было. Особенно когда он молча смотрел прямо на нее — казалось, он видит ее насквозь, до самых костей. — Сэ И тоже пришла. — Как вы поживали все это время? — Ты бы заходила домой иногда, почему совсем не приходишь? Этот человек хоть и молчит, но очень ждал, когда ты придешь вместе с Сын Джу. — Прошу прощения, мы с Сын Джу… Она как раз склонила голову перед председателем Тэ, произнося слова извинения. Его рука подхватила ее опускающийся лоб. Увидев, что он поддерживает ее лоб перед старшими, Сэ И от смущения быстро подняла голову. — Я же говорил не кланяться кому попало, а ты опять. И, отец, вы пугаете ребенка. Мы еще даже не ели. Если вы будете доводить ее до несварения желудка, мы поедим отдельно. Сэ И легонько пнула его ногу под столом. Мол, не делай так. Ему-то удобно говорить, не оглядываясь на других, а она сидит как на иголках. Он даже не заметил, что уголки ее губ дрожат в натянутой улыбке, и смотрел на председателя Тэ с бесстрастным лицом, словно бросая вызов. — Хочешь сказать, чтобы я следил за языком? — Да. — Сэ И, прости. Если из-за меня у тебя будет несварение, как говорит Сын Джу, можете поесть отдельно. Я в порядке, так что делайте, как вам удобно. Как только разрешение председателя Тэ было получено, Сын Джу действительно начал вставать с места. Сэ И потянула его за руку, заставляя сесть обратно. Это не значит, что нам правда нужно есть отдельно, это момент, когда мы должны уступить. Когда она видела Сын Джу, который смотрел на нее с немым вопросом «почему?», глядя на ее умоляющий взгляд, у нее внутри все кипело. Она слегка зыркнула на Сын Джу с этими мыслями, а потом замерла. Такого поведения она ждала от отца. Она хотела видеть отца, который всегда и везде, что бы кто ни говорил, будет на ее стороне. И когда это касалось ее, и когда Сэ Джуна, и даже когда мамы. Она так надеялась, что он хоть раз вступится перед бабушкой и дедушкой, защитит, если они будут ругаться, но эту работу выполнял ее мужчина. — Что, неудобно? Ты побледнела. Хочешь выйти? Выйдешь со мной, подышишь холодным воздухом? Видя, как он тревожится из-за малейшего изменения ее лица, Сэ И покачала головой. Мён Хён, наблюдавшая за этим все это время, цокнула языком, и только тогда Сын Джу, смотревший только на Сэ И, поднял голову. — Сэ И, не хочешь в уборную? — Да, матушка. Глядя на Мён Хён и Сэ И, которые вставали с сумками, Сын Хё подцепил жареный арахис длинными палочками, отправил в рот и пробормотал: — Почему женщины ходят в туалет вместе? Поистине непостижимая вещь. Сидящий рядом Сын Гон в этот момент ударил Сын Хё по голове. Когда Сын Хё потер ушибленное место, последовало сухое замечание: — Ты жри свой арахис. Мён Хён, предложившая ей выйти, увидев это, покачала головой из стороны в сторону. А потом посмотрела на нее и улыбнулась. — Я больше тридцати лет мучилась с четырьмя мужчинами, а теперь, когда есть ты, как же это хорошо. Сэ И кротко улыбнулась. Кажется, она понимает слова Мён Хён. Сэ И вышла из комнаты вместе с Мён Хён. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Она мыла руки и смотрела в зеркало, когда Мён Хён подошла к соседней раковине и включила воду. Вымыв их, она вытянула бумажное полотенце и вытерла влагу. — Сэ И. Мён Хён, выходившая из туалета, обернулась и позвала ее. — Да, матушка. — В тот момент, когда она подошла, Мён Хён взяла ее за руку. Она посмотрела вопросительно: «Что случилось?», но Мён Хён вместо ответа подозвала сотрудника. — Я хочу поговорить в тишине, есть свободная комната? — Да, госпожа. Я провожу вас. Сэ И последовала за сотрудником, держась за теплую, но сухую руку Мён Хён. У нее был отдельный разговор. Поэтому она и позвала ее в туалет вместе. Войдя в комнату, почти такую же по планировке, как та, из которой они вышли, Мён Хён потянула ее за руку и усадила. — Сэ И. Голос звучал тепло, но она напряглась. О чем она хочет поговорить наедине? Может, мама снова нашла Мён Хён? За короткое время в голове пронеслись всевозможные мысли. — Звонила Хе Джон. Так и есть. Почему дурные предчувствия никогда не ошибаются? Можно было бы и не угадать, но они всегда сбываются, заставляя сердце ёкать. От напряжения кончики пальцев Сэ И похолодели. — Она хотела встретиться и обсудить свадьбу, можно ли? — Нет. Я бы хотела, чтобы вы этого не делали. Возможно, в глазах Мён Хён она могла выглядеть некрасиво. Но Сэ И хотела сказать честно. Она не желала, чтобы Хе Джон вмешивалась в ее свадьбу. Мама, которая должна была желать ей счастья больше всех, на самом деле растоптала ее счастье сильнее всех. То, что она натворила, утверждая, что не даст им с Сын Джу быть вместе. Слова, которые гвоздями вбивались в сердце. Со временем они должны были забыться и потускнеть, но, как ни странно, становились только ярче и отчетливее. Поэтому ей тоже было тяжело. Сын Джу говорит пожениться весной, но рядом с ней, кроме Сын Джу, нет другой семьи. Ни отца, ни матери, ни бабушки с дедушкой. Ей даже приходила мысль, что лучше бы она была сиротой. — На самом деле я сомневалась, говорить тебе или нет. До этого звонка я встречалась с Хе Джон по просьбе Сын Джу. По просьбе Сын Джу? Она никогда не слышала об этом от Сын Джу. Ее опущенные глаза расширились, и она невольно посмотрела на Мён Хён. — Сын Джу попросил передать Хе Джон, чтобы она не приходила на свадьбу… Прости. Прости меня, Сэ И. — Сын Джу? — Я была недальновидна. Подумав о твоем положении, мне не следовало передавать Хе Джон такие слова, что бы там ни говорил Сын Джу. Помнишь тот день, когда ты пришла в японский ресторан? Помнит. День, когда она впервые встретила Мён Хён после воссоединения с Сын Джу. Неужели это был тот день? День встречи с Хе Джон? Она посмотрела с немым вопросом, и Мён Хён кивнула. — Да, это был тот день. Хе Джон ушла недовольная, даже не притронувшись к еде, а тут пришла ты, и чувство было такое… странное. И неловко, и непонятно, что вообще происходит. — Прошу… прощения. Сэ И опустила голову. И извинилась. Из-за нее Мён Хён и Сын Джу пришлось пережить то, чего они не должны были переживать. В этот момент, когда от этой мысли у нее защипало в носу: — За что ты извиняешься? Это нам жаль. Не сказала ли я Хе Джон лишнего, даже не спросив твоего мнения… — Вы поступили правильно. Спасибо. Сэ И посмотрела на Мён Хён, говорившую с сожалением, и четко высказала свои мысли. Она благодарна Сын Джу. Она была так благодарна ему за то, что он без слов сделал то, что она должна была сделать сама. Она надеялась, что та хотя бы просто посидит на месте, но, видя Хе Джон, которая до конца желала ей только несчастья, Сэ И отбросила даже последние остатки надежды. Этот факт был настолько горьким, что лицо Сэ И помрачнело. Мён Хён посмотрела на ее лицо и кивнула. Слова были не нужны. Мён Хён поняла ее чувства, а она была благодарна Мён Хён. — Я все сделаю, Сэ И. Давай готовиться так, будто я выдаю замуж свою дочь, я сама обо всем позабочусь. Сын Джу говорит, что весной, тебе подходит? — Да… — Хорошо, я хотела встретиться с тобой, потому что нужно было рассказать про Хе Джон. Теперь пойдем. Еду наверняка уже принесли. Мён Хён, словно утешая ее, похлопала по спине и направилась туда, где сидели остальные. Она все еще крепко держала руку Сэ И. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ После еды все разошлись перед рестораном. Сын Джу, наблюдавший за удаляющейся семьей после прощания, обнял ее за плечи и открыл дверцу машины. Сев в машину, он молча посмотрел на Сэ И, которая глядела прямо перед собой. — Не едем? — Что сказала мама? — Ничего особенного. — Но почему у тебя такое лицо? Когда дело касалось ее, Тэ Сын Джу был проницательнее всех. Стоило измениться взгляду, стоило дыханию стать другим — он замечал это безошибочно. Может, поэтому он так быстро разгадал и ее нутро. Она не могла никому сказать. О чувствах, которые испытывала к Хе Джон. Но этот мужчина понял это и действовал сам по себе. При мысли о сердце Сын Джу, который переживал, как бы не поранилось ее сердце, у нее невольно навернулись горячие слезы. Как она встретила такого человека? Сэ И посмотрела на него глазами, полными чувств. — Чего ты хочешь, раздевая меня взглядом в машине? Она хотела сказать спасибо, сказать, что искренне благодарна за то, что он заботится о ней больше, чем она сама. До того, как он испортил момент. Сэ И издала нелепый смешок и посмотрела на него, крутящего руль. — Тэ Сын Джу. — Говорите, Им Сэ И. — До какой же степени вы меня любите? — Ты поймешь, только если сказать словами? — Скажи словами. Она повернулась всем телом, полностью вбирая его в свой взгляд, и сказала кокетливым голосом. Сын Джу приподнял уголки губ: похоже, ему это нравилось. Она смотрела на него подгоняющим взглядом: «Ну ответь же», и он взял ее руку и поцеловал тыльную сторону ладони. — Настолько, что схожу с ума от желания касаться тебя каждое мгновение? — Тяжелый случай. — Да, тяжелый. На ответ Сын Джу Сэ И молча улыбнулась. Если у меня есть только ты, а у тебя — только я, наш мир становится идеальным. Этого достаточно. Этого хватит. Сэ И больше ничего не желала. Потому что рядом был Тэ Сын Джу. Этого было достаточно, чтобы ее мир был совершенен. Эпилог и экстры можно бесплатно дочитать в моем приложении, здесь обновы выходят редко: t.me/tenebrisverbot ---------- Том 3 Глава 79 Эпилог. Часть 1 Едва вошел один мужчина, шепот в кафе стал необычным. Сэ И даже не нужно было смотреть в зал, чтобы понять причину. Говорят, благодаря ему, появляющемуся в это время, выручка в кафе Джу Ён обновляла рекорды почти каждый день. Насколько же он популярен, что люди выстраиваются в очередь перед кафе, даже зная, что мест нет? И что делать с этим мужчиной, который знает это и, кажется, даже наслаждается? — Пришел. Сэ И почувствовала атмосферу еще до слов Джу Ён, но сделала вид, что не заметила. С тех пор как он начал заходить в кафе, не только подработчицы, но и сама Джу Ён стали ярче краситься. Конечно, они не то чтобы совсем не обращали внимания на Сын Джу, но цель Джу Ён и работниц была в другом. Начальник отдела Чан Хо Ёль, входящий вместе с Сын Джу. Неженатый и опрятно одетый Хо Ёль был куда более реалистичным вариантом, чем Сын Джу. Разумеется, начальник Чан Хо Ёль совершенно не догадывался о коварных замыслах Джу Ён и работниц этого кафе. Сегодня Сын Джу снова вошел в кафе вместе с Хо Ёлем. Едва увидев его, уверенно входящего и бросающего мимолетные взгляды на людей, стоящих в очереди снаружи, Джу Ён расплылась в широчайшей улыбке. — Сегодня я уйду пораньше. — Ну почему-у-у-у. Джу Ён, которая проводила их к столику, оставленному свободным специально для Сын Джу и Хо Ёля, и планировала представить новое меню кафе, выглядела так, словно ее надежды рухнули. Однако Сэ И, не обращая внимания на разочарование Джу Ён, сняла фартук. Она уже сбилась со счета, сколько раз говорила, что увольняется. Но, очнувшись, обнаруживала, что рядом всегда Джу Ён, а на ней — фартук с названием кафе. Но и этой работе действительно пришел конец. До свадьбы оставалось не так много времени, да и нужно было поступать в докторантуру. В последнее время Сэ И была так занята подготовкой к свадьбе с Сын Джу по вечерам, что даже думала, не стоило ли отложить учебу. Сын Джу предлагал просто выбрать всё по каталогу, если ей тяжело, но Сэ И отказалась. Фотографии и реальные вещи наверняка отличаются. Это вещи, которые она выбирает для совместной жизни с Сын Джу, и она не хотела выбирать их необдуманно. — Ты пришла? Как только Сэ И вышла, бесстрастное лицо Сын Джу быстро изменилось. Джу Ён говорила, что каждый раз восхищается, видя такого Тэ Сын Джу. — Здравствуйте, Сын Джу. Начальник Чан, вы тоже пришли? — Да, здравствуйте. Начальник Чан, видимо, почувствовав некую внутреннюю близость, радостно поздоровался с Джу Ён. Он также обменялся взглядами и кивками с каждой из работниц. Лишь один Сын Джу стоял с высокомерным видом. Джу Ён покачала головой, мол, он неисправим, а Сэ И, глядя на это, с улыбкой подошла и взяла Сын Джу под руку. Кто-то из посетителей громко вздохнул, и Сэ И, втайне довольная, вышла с ним из кафе. Когда Сэ И помахала рукой Джу Ён, вышедшей проводить их, Хо Ёль поспешно выбежал следом, держа в руках кофе, который ему передала работница со словами «Сегодня бесплатно». — Я голоден, давай сначала поужинаем. — Хорошо. Начальник Чан тоже едет с нами, верно? — Нет, госпожа. Я планирую сразу поехать домой. Хо Ёль отклонил ее предложение поехать в одной машине и, с видом, что ему достаточно кофе в руке, попрощался и повернулся. Она слышала, что его дом недалеко отсюда. Походка Хо Ёля, уходящего с сумкой за плечами, казалась довольно легкой, и Сэ И улыбнулась, сморщив нос. — Не слишком ли долго ты смотришь на другого мужчину? — Хватит уже. Ты же сказал, что голоден? Что будем есть? — Говоришь так, будто собираешься угостить? — Угощу. Сэ И с гордостью села в машину. Сегодня она получила зарплату от Джу Ён. Пусть сумма и небольшая, но достаточная, чтобы купить Сын Джу то, что он хочет, поэтому она расправила плечи больше обычного. Сын Джу, перестав пристегивать ремень, наклонился к пассажирскому сиденью, словно находя ее милой, и ущипнул Сэ И за щеку. — Ладно. Не буду же я обирать бедняка. — Я же говорю, угощаю! У меня тоже есть деньги, господин Тэ Сын Джу. Поехали, поехали. На слова Сэ И уголки губ Сын Джу поползли вверх. — Раз так, я не откажусь. Куда бы мы ни пошли, чур, не буду жалеть. — Конечно. Сэ И ответила уверенно. Не зная, что пожалеет об этом меньше чем через час. В тот момент она громко хвасталась, уверенная, что сможет накормить Сын Джу досыта. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Когда Сын Джу расстегнул пуговицу пиджака и сел, к их столику подошел управляющий рестораном. — Для нас большая честь принимать вас, господин управляющий директор. Наблюдая, как расширяются глаза Сэ И, Сын Джу лениво улыбнулся. Он невозмутимо принял приветствие управляющего и открыл меню — его вид был таким естественным. С того момента, как он привел ее в китайский ресторан отеля «Сеул», конкурента отеля «Тэсын», Сэ И не могла скрыть беспокойства. Несмотря на то, что она собиралась выйти замуж за Сын Джу, владеющего не только отелем, но и множеством дочерних компаний, она все еще нервничала в таких местах. Сын Джу везде был спокоен и естественен, а она — нет. В тот момент, смочив пересохшие от волнения губы водой, она встретилась взглядом с управляющим, который исподтишка наблюдал за ней. Управляющий с любопытством во взгляде, встретившись с ней глазами, не удивился и не смутился, а невозмутимо кивнул в знак приветствия. Нужно привыкать к такому миру. Внезапно нахлынул страх, но это длилось лишь мгновение. Сын Джу, просматривавший меню, посмотрел на нее и улыбнулся. — Что сегодня рекомендует шеф-повар? На вопрос Сын Джу управляющий ответил так, словно ждал этого. В итоге, только когда они заказали сет-меню и управляющий удалился, приняв заказ, у Сэ И вырвался вздох облегчения. — Не нервничай. — Да. — Если не знаешь, просто спроси. Заказ еды — это не то, из-за чего стоит так переживать. Это просто выбор того, что ты хочешь съесть. Я хочу, чтобы тебе было комфортно, что бы ты ни делала. Она тоже этого хотела. Но иногда места и люди давили на нее. Места, которые были для Сын Джу привычными с рождения, для нее были чужими. Иногда казалось, что она смотрит на другой мир. Но Сын Джу не винил ее. Он держал ее за руку, объяснял все шаг за шагом и улыбался. И тогда напряженное лицо Сэ И постепенно расслаблялось. — Мы ведь пойдем смотреть мебель после ужина, верно? — Я же говорил, давай посмотрим каталог. Зачем мучиться и ехать в магазин, если можно выбрать и так? — Мы будем пользоваться этим вместе, поэтому я хочу выбрать тщательно, с душой. — Знаю, я понимаю тебя. От слов Сын Джу на душе стало тепло. Может, потому что она чувствовала, что ее понимают. Жить среди людей, которые не винят и не упрекают, — это чувство было неописуемо теплым. Потому что дочь, потому что не уступила. В отличие от мамы или бабушки, которые обвиняли ее в эгоизме, Сын Джу принимал всё. Он ждал объяснений, веря, что если она выбрала, значит, на то есть причина. Ее самооценку, съежившуюся от упреков и критики, он укрепил похвалой и доверием. — Давай сегодня будем вместе. — Где? — У меня, у тебя — где угодно. Нет. Давай поедем к тебе. Там тесно, поэтому куда ни глянь — видно тебя, мне это нравится. В этом есть смысл. Место, где жил Сын Джу, было слишком просторным. Одной только дороги от спальни до ванной хватило бы, чтобы вместить весь дом, где жила она. Сэ И тоже была не против и кивнула. — Ешь побольше. Не плачь потом, что тебе тяжело. — Ну ты и скажешь тоже. — А что. Я лишь сказал правду. Еды заказали много, так что съешь все дочиста. Даже если скажешь, что проголодалась, сегодня я поблажек не дам. Даже если он говорил строгим тоном, Сэ И не обманывалась. Потому что он тот человек, который проявит снисхождение, если она скажет, что ей тяжело. Тот мужчина, который вскочит и накормит ее, даже если она просто заикнется о голоде. Сын Джу неспешно наслаждался подаваемыми блюдами. На протяжении всей трапезы он тихим голосом спрашивал, нравится ли ей еда в этом отеле, что именно хорошо, и она отвечала как есть. Это был вкусный ужин и счастливое время. Время с Сын Джу странным образом текло слишком быстро. Ей так нравилось это время, когда они вместе ели и разговаривали, глядя друг другу в глаза, что Сэ И больше смотрела на него, чем на еду. — Пойдем. Доев даже десерт, Сын Джу встал. Застегнув пиджак и приняв опрятный вид, он протянул ей руку. Сэ И взяла его руку и встала. Сын Джу подошел, обнял ее за плечи, и она подумала, что так и закончится этот спокойный вечер. По крайней мере, пока они выходили из отеля, Сэ И была счастлива. ---------- Том 3 Глава 80 Когда свет фар осветил переулок, кошка, прятавшаяся где-то, быстро перебежала дорогу. Сын Джу резко ударил по тормозам, и, несмотря на ремень безопасности, тело Сэ И качнулось вперед от внезапной остановки. — Ты в порядке? Что случилось, не ушиблась? В момент, когда она могла удариться о приборную панель, Сын Джу инстинктивно вытянул руку вбок, защищая ее. Она подняла голову, инстинктивно опущенную от толчка при резком торможении, и замерла, перестав дышать. Сын Джу, глядя на нее, настойчиво спрашивал, но Сэ И не могла ответить. Это была мама. Женщина, которая шла перед машиной в свете фар, как ни посмотри, была ее мамой, Хе Чжон. Сэ И замерла, не двигаясь, словно окаменела, а затем очень медленно и протяжно выдохнула. То, что Хе Чжон пришла, когда они были с Сын Джу, досадно. То, что она узнала, где Сэ И живет, тоже было немного неприятно. — Сын Джу, у меня есть просьба. Сын Джу, видимо, тоже увидел Хе Чжон, поэтому молча смотрел на нее, когда она сказала о просьбе. При виде его, казалось, понимающего всё, ее скованное тело словно отпустило. Нельзя избегать вечно. Отношения с Хе Чжон — это задача, которую в конечном итоге должна решить она сама. В прошлый раз в ресторане она слышала рассказ Мён Хён. Если Сын Джу и Мён Хён действуют, она не может пятиться назад. — Я поговорю с мамой и вернусь. Не выходи из машины, подожди меня. Если ты будешь смотреть на меня из машины и поддерживать, я хорошо поговорю и вернусь. — Я поддерживаю тебя и болею за тебя. Иди. Сын Джу охотно дал ей тот ответ, который она хотела услышать. Словно придавая сил, он протянул руку, погладил ее по голове и открыл заблокированную дверь. Сэ И вышла из машины. Хе Чжон, стоявшая с сумкой, смотрела на нее глазами, полными раздражения. — Когда вы пришли? — Давно. Кажется, я жду здесь часа два. Где ты ходишь, что даже трубку не берешь и заставляешь человека ждать на улице? Она звонила? Сэ И была занята работой в кафе Джу Ён, потом сразу встретилась с Сын Джу, так что времени проверить телефон не было. Она поставила его на беззвучный режим из-за работы и не успела переключить на звонок или вибрацию, так что, даже если звонок был, она бы не узнала. А если бы и знала, ответила бы она на звонок Хе Чжон? Вряд ли. — Быстрее отправляй этого человека и пойдем внутрь. Холодно, я голодна и раздражена, так что не тяни время… — Могу я спросить, куда именно вы предлагаете пойти внутрь? — Ты что, правда, с ума сошла? Злиться на мать тоже надо в меру. Как дочь может так себя вести только из-за того, что я была против брака? Хе Чжон визгливо выразила раздражение. Но Сэ И охватил гнев. Дело было не просто в том, что она была против брака с Сын Джу. Хе Чжон желала ей несчастья. Она открыто говорила, что не хочет, чтобы та была счастлива. Казалось, Хе Чжон совершенно не понимала, в какой шок это повергло дочь. — Мама. Поэтому Сэ И решила сообщить маме. О том, как ей было больно и как сильно она из-за этого обижена на нее. — Я не хочу видеть маму. Не твердите, что мы кровные родственники, родители и дети, и что эту связь не разорвать. В мире много родителей и детей, которые не видятся и не общаются. Я знаю, что чем ближе отношения, тем больше ран мы наносим и получаем. Но вы сказали слишком много слов, которых не следовало говорить. Вы нанесли мне слишком много ран, которых не должно было быть. Не просите меня понять это. — Если не поймешь, ты бросишь мать? Ты сможешь? Разве я так тебя воспитывала? Хе Чжон, не в силах сдержать гнев, топала ногами и упрекала ее. Насколько иронично выглядела Хе Чжон, которая смотрела на нее глазами, полными ненависти, и при этом твердила о родителях и детях. — Мама тоже в итоге рассталась с отцом, с которым прожила почти тридцать лет, потому что не смогла справиться с ранами, нанесенными бабушкой. Даже супружеские узы разрываются, как вы можете думать навязывать отношения родителей и детей только потому, что мы связаны кровью? Для мамы важны только ее раны? А я? Мама развелась и сбежала, а мне что делать? Другого выхода нет. Только нам с мамой не видеться. Сэ И говорила жестокую, но правду. Не то чтобы она не пыталась понять Хе Чжон. Она надеялась бесчисленное количество раз и ждала, что мама изменится. Так было и когда она встретила Сын Джу и сказала, что выходит замуж. Она хотела быть счастливой с Сын Джу и больше всего хотела получить признание мамы. И как поступила Хе Чжон? Мало того, что использовала Сэ Джуна как предлог, так еще и заставляла идти на смотрины, говоря, что нужно выдать дочь замуж до выхода отца на пенсию, чтобы было много гостей. Чтобы разлучить ее с Сын Джу, она пошла к Мён Хён и потребовала деньги. Хе Чжон даже не скрывала эти поступки, а рассказывала о них словно хвастаясь. И после всего этого она говорит: «Мы родители и дети, пойми»? Приходит без предупреждения и говорит: «Пойдем домой»? Почему я должна это делать? В груди было тесно, словно она сейчас взорвется, гнев пузырился внутри. Сердце, которое было наполнено только счастьем рядом с Сын Джу, наполнилось яростью, стоило встретить Хе Чжон. — Я не хочу ненавидеть маму еще больше. Поэтому уходите. Подождите, пока я не скажу, что всё в порядке. — Значит, ты выходишь замуж в богатую семью и хочешь жить припеваючи одна, отцепив обременительную мать. Что, стыдишься, что я взяла деньги у Мён Хён? Боишься, что то, что я пыталась разлучить вас с Сын Джу, станет твоей слабостью? Впрочем, это понятно. Какую жирную рыбу поймала, боишься упустить. Хорошо, признаю. Поэтому я пришла дать согласие на ваш брак. Так что… — Прошу вас, мама. Сэ И, топнув ногой, в отчаянии позвала Хе Чжон. Ей нужно было не мамино разрешение. Ей нужно было понимание. Извинение. Раскаяние. Но Хе Чжон говорила без всего этого. Она по-прежнему не задумывалась о том, какие раны нанесли ее поступки и как тяжело было дочери. — Мне сейчас некуда идти. С твоей бабушкой отношения испортились, оставаться там неловко, я пожила несколько дней у дяди, но там тоже косо смотрят, так что ушла. Так что давай пока зайдем. Зайдем и… — Возвращайтесь к родственникам. Я говорю ясно. Какое-то время, не знаю, сколько это продлится, я не хочу видеть маму. До свидания. Сэ И высказалась в одностороннем порядке и направилась к машине, где сидел Сын Джу. Она сказала такие жестокие слова, но даже слезы не текли. Стала ли она черствой или чувства к Хе Чжон исчезли — она не знала. Слова Хе Чжон больше не ранили сердце. Было пусто. Поэтому, даже сев в машину, она какое-то время не могла смотреть на Сын Джу. — Ты молодец. Но Сын Джу заговорил первым. Сказал, что она молодец. Что делать с этим мужчиной, который говорит, что она молодец, даже не зная, что она сказала и какие жестокие слова бросила Хе Чжон? — Я наговорила столько ужасного. Сказала, что не буду видеться с ней какое-то время. Она сказала, что ей некуда идти, что я ей противна, а я сказала ей идти к родственникам и ушла, сделав вид, что мне все равно. Какая же я молодец? Я ужасная дочь. — Для такой ситуации ты ангел. Посмотри на меня. Я от своих родителей вообще ничего не жду. Внезапно пришло на ум слово «смехотворно грустно». Душа хотела плакать, но лицо улыбалось от его слов. Сын Джу, глядя на Хе Чжон, которая все еще не уходила и сверлила взглядом машину, сдал назад. Было видно, как Хе Чжон медленно идет за машиной. — Хочешь еще что-то сказать матери? — Нет. — Тогда всё. Поехали теперь ко мне. Они не могли подняться в многоквартирный дом вдвоем, пока там была Хе Чжон. Поэтому Сын Джу повернул руль, чтобы поехать к себе. Сэ И, выходившая из отеля со счастливым лицом, теперь с унылым видом смотрела в окно. Возможно, она смотрела в другую сторону, потому что не хотела видеть уменьшающуюся фигуру Хе Чжон. Это было трогательно и жалко, но Сын Джу не стал утешать Сэ И поспешными словами. Как сказано в Писании, иногда враги человеку — домашние его. Сын Джу, жалея Сэ И, пережившую то, чего не следовало бы, то и дело бросал взгляды на соседнее сиденье. И все же, думая, что хорошо, что он рядом, Сын Джу прибавил скорость. ---------- Том 3 Глава 81 На парковке универмага «Тэсын» внезапно стало оживленно. Охранники универмага и несколько сотрудников вышли и смотрели в сторону въезда, словно кого-то ожидая. Парковщики перенаправляли машины посетителей на другую стоянку. — Только что въехали. Как только поступило сообщение по рации, сотрудники начали слаженно действовать. Как и передавали, вдалеке показался черный седан, плавно въезжающий на парковку. Как только машина остановилась, с пассажирского сиденья вышел начальник Юн, а сотрудник открыл заднюю дверь и придержал ее, выпуская Шин Мён Хён и еще одну молодую женщину. Увидев, что людей ждет больше, чем обычно, Мён Хён изобразила извиняющееся лицо. — Вы приехали, госпожа. — Я с самого утра доставила всем хлопот. Мён Хён крепко взяла Сэ И за руку и вошла в универмаг. Ей хотелось бы отвезти ее в место получше и купить вещи получше, но все же она была человеком «Тэсын». Скоро они станут одной семьей, а она, кажется, ни разу не ходила с Сэ И по магазинам, поэтому сегодня решительно направилась в универмаг. — Она действительно красивая, правда? — Тсс. Тише. Чей-то шепот долетел до ушей Мён Хён. Мён Хён с довольным лицом посмотрела на Сэ И, идущую с ней за руку. — Наша Сэ И и правда красавица. — Что вы, мама. — Что значит «что вы». Я знаю, что ты скромная, Сэ И, но когда говорят правду, лучше признать и согласиться. Если красивая женщина говорит, что это не так, что подумают другие? — Спасибо, что хорошо обо мне думаете… Она не только лицом красива. Как здорово она говорит, наша Сэ И. Мён Хён изначально думала, что если бы у нее была хоть одна дочь, у нее не было бы других желаний. У нее было трое сыновей, но все с таким сильным характером, что растить их было тяжело, и вот на старости лет ей привалило счастье. С небес свалилась одна красивая дочь — как же это хорошо. Но Мён Хён не показывала всех своих чувств. Сэ И, будущей невестке, это может показаться обременительным, поэтому она сдерживалась, но сын вел себя хуже, чем Сэ И. Сегодня тоже. Как он узнал, что она договорилась о свидании с Сэ И в то время, когда он должен быть в офисе? Позвонил с самого утра. — Зачем вы предложили встретиться? — спросил он, едва Мён Хён взяла трубку. Если бы Сын Джу был перед ней, она бы, наверное, швырнула телефон ему в лоб. — Мне нужно твое разрешение, чтобы встретиться с Сэ И? — Не задерживайте ее надолго. Купите только то, что собирались, и отвезите домой. И, к сведению, у меня высокие требования. Не навязывайте Сэ И свой вкус, мама, покупайте в моем вкусе. Она старалась не употреблять грубых слов, но это был настоящий дурдом. Она покупает вещи Сэ И, так почему она должна учитывать его вкус, а не вкус Сэ И? Я сделаю по-своему, негодник. Она повесила трубку, не сказав этого, но твердо решила, как и планировала, купить Сэ И только самое лучшее. — Сэ И, давай посмотрим одежду. — Мне? — Не хочешь? Сэ И посмотрела на нее с растерянным видом, а затем застенчиво улыбнулась. Как же это было мило. Мён Хён взяла Сэ И за руку и вошла в бутик. Перед входом встали охранники, следовавшие за ними с парковки, и повесили табличку о том, что магазин временно закрыт. Проходящие мимо люди заглядывали внутрь, но Мён Хён была занята тем, что прикладывала выбранную одежду к фигуре Сэ И. Поэтому она не заметила женщину, которая сверлила взглядом Мён Хён и Сэ И с ядом в глазах. Тот день, когда ее выгнали, даже не пустив в дом Сэ И, заставил Хе Чжон чувствовать себя еще более жалкой, чем при разводе или когда она терпела всяческие унижения от Ын Соль. Она не проявила к матери ни капли уважения. Как тяжело ей было ее рожать. Выросла, питаясь ее плотью и жизнью, а теперь говорит, что не будет видеться? Хе Чжон не помнила, в каком состоянии добралась до родительского дома той ночью. Ей было обидно. Горько. И она снова и снова перебирала в памяти то, что потеряла из-за Сэ И. Вскоре после того, как она вышла замуж за мужа, к ней пришел ее сонбэ, ее первая любовь. После того как бизнес отца прогорел после её окончания университета, она оборвала все связи со знакомыми. Естественно, на свадьбу она пригласила только двух действительно близких подруг и коллег, с которыми работала. Сонбэ, которому чудом удалось узнать новости и найти ее, был тем, кто нравился ей с поступления в университет. «Я очень растерялся, услышав, что ты вышла замуж. Я искал тебя и хотел признаться, когда найду. Ты счастлива, Хе Чжон?» Слушая его слова, она чувствовала, как разрывается сердце. Это был брак ради побега из убогой жизни. О любви думать было некогда. Брак, заключенный с отчаянной мыслью, что она сделает что угодно, лишь бы выбраться из нынешней жизни, — и тут приходит сонбэ и признается. Хе Чжон не помнила, что говорила в кофейне. В голове глубоко засели только слова сонбэ: живи хорошо, но все же свяжись со мной позже. И эти слова стали для нее лучом надежды. Каждый раз, когда Ын Соль изводила ее придирками, каждый раз, когда муж, твердо обещавший защищать ее, стоял в стороне и наблюдал, она вспоминала сонбэ. Она терпела и терпела, но в тот день, когда решила, что больше не вынесет этого брака и позвонит сонбэ, Хе Чжон узнала, что беременна. Почему именно сейчас. Почему! Почему! Всю беременность она была несчастна. Из-за тебя. Если бы не ты. Даже глядя на растущий живот, она ни капли не радовалась. Этот ребенок казался кандалами на ногах, она ненавидела его и чуралась. После родов это чувство стало еще глубже. Дочь. К тому же не сын, которого так хотела Ын Соль. Ын Соль начала открыто ненавидеть ее и гнобить. Говорила, что взяли дочь из бедной семьи и она испортила жизнь ее сыну, без конца давила и мучила ее. Это всё твоя вина. ---------- Том 3 Глава 82 Хе Чжон скрежетала зубами, глядя на кроткую Сэ И. Если бы не ты. Эта установка сохранялась до тех пор, пока она не родила Сэ Джуна. После рождения сына до неё, как ветер, долетели слухи. Сонбэ тоже уже давно женился и создал счастливую семью. Хе Чжон, прижимая к груди новорожденного сына, рыдала навзрыд. И все же хорошо, что был сын. Сэ Джун был для нее существом, которое заменит мужа, на которого можно положиться и которому можно верить больше всех на свете. Поэтому она любила его. Поэтому баловала. Что в этом плохого? Почему все говорят, что виновата только я? Хе Чжон смотрела на Мён Хён и Сэ И, смеющихся в магазине как мать и дочь. — Ты должна компенсировать мне то, сколько я потеряла из-за тебя, Сэ И. После рождения Сэ И ее жизнь была сплошным адом. Только родив Сэ Джуна, она едва выбралась, но из-за Сэ И ее жизнь снова стала жалкой. Злой рок. Хе Чжон не могла думать иначе. Это дитя, рожденное ею, но оно было ужасным и ненавистным. Она не могла забыть вид Сэ И, которая жестоко отвернулась и ушла, хотя она пыталась унизиться и помириться. — Входить нельзя. Хе Чжон решительно вошла в магазин, где висела табличка «Закрыто» и стояли охранники. Несколько охранников, растерянных ее внезапным поведением, схватили ее, но она грубо оттолкнула их. Из-за шума у входа Мён Хён и Сэ И, находившиеся в магазине, посмотрели в ее сторону. Мён Хён старалась сохранить невозмутимое лицо, но Сэ И была другой. Кровь мгновенно отхлынула от ее лица, и она смотрела на нее холодным взглядом, как на чужого человека. Как ты смеешь смотреть на мать такими глазами? Хе Чжон вытаращила глаза. И посмотрела на охранников, державших ее, глазами, сверкающими безумием. Она была готова вцепиться в кого угодно. — Прошу прощения, госпожа. Мы немедленно уладим это. — Нет, пусть войдет. Это моя знакомая. Знакомая. Я твоя знакомая? Человек, который станет сватьей? Строит из себя культурную и благородную, но Мён Хён такая же снобка, как и она. Какая причина не говорить людям прямо, кто она такая? — Мён Хён, мне обидно слышать такие слова. Знакомая. Ты ходишь под ручку с моей дочерью по магазинам, а меня называешь знакомой — что подумают другие люди? А каково мне слышать, что я знакомая, а не сватья. Когда охранники, преграждавшие путь, отступили, Хе Чжон решительно прошла внутрь. И высказала правду. — Хе Чжон, давай пойдем в тихое место и… — Зачем в тихое место? Если это слова, которые нужно говорить там, где не слышат другие, не говори их. Такие слова вообще не говорят, Мён Хён. В отличие от Мён Хён, которой нужно было оглядываться на других, ей не на кого было оглядываться. Поэтому она была увереннее Мён Хён. — Мама. Сэ И не опустила голову. И не отвела взгляд. Это вызывало злость, поэтому она позвала ее ледяным тоном. Хе Чжон посмотрела на Сэ И с ослепительной улыбкой. — Что, дочь? При этих словах Сэ И закусила губу. Хе Чжон улыбнулась еще шире. Снова Хе Чжон появилась перед ней. Казалось, в самый счастливый момент болото несчастья, поджидавшее ее, схватило за ногу. Сэ И, уже знавшая по опыту, что бесполезно барахтаться на краю обрыва, пытаясь не упасть, спокойно смотрела на смеющееся лицо Хе Чжон. Что бы ни случилось, я выберусь. Даже если несчастье будет сверлить ее взглядом, Сэ И не собиралась сдаваться. Сын Джу и Мён Хён верят в нее и ждут, она не может сказать, что не справится. В отличие от Мён Хён, которая с трудом подавляла растерянность разумом и сохраняла невозмутимое выражение лица, Хе Чжон откровенно демонстрировала свои эмоции. Сэ И, расцепив руку с Мён Хён, тихо сказала: — Матушка, извините, но не могли бы вы дать нам машину? — Сэ И, зачем машина? Хочешь поговорить с мамой? Я попрошу людей отойти, поговорите здесь. Лучше на моих глазах. Мне тревожно отпускать тебя одну. — Ничего не случится. Не волнуйтесь. И раз мама приехала сюда, я хочу проводить ее в последний раз, поэтому прошу. Разрешите только сегодня, матушка. Мён Хён смотрела на нее тревожным взглядом, не понимая, что она задумала. Сэ И слабо улыбнулась, чтобы облегчить беспокойство Мён Хён. — Но уходить вот так… — Ах да, матушке ведь будет неудобно добираться домой без машины, верно? Тогда я поеду на такси. Пожалуйста, давайте продолжим шопинг, который не закончили сегодня, в следующий раз. — Сэ И, что за глупости. Машину можно вызвать другую. Поезжай на этой. Поезжай и поговори с мамой как следует. Только не дай поранить свое сердце. Когда проводишь Хе Чжон и выйдешь, обязательно позвони мне. — Да. Даже когда она отвечала с красивой улыбкой, тревога не сходила с лица Мён Хён. Внезапно вспомнилось, как Хе Чжон и Мён Хён впервые встретились в этом универмаге. Тогда Мён Хён, забыв о статусе жены председателя, радовалась Хе Чжон как студентка. Ей было так жаль расставаться, что она с радостью пригласила ее к себе домой. А теперь они избегают даже встречаться взглядами. Сэ И понимала, что неловкая улыбка — это лучшее, что могла сделать Мён Хён. — Возвращайся благополучно. Как будешь ехать, обязательно позвони. — Да, поняла. Сэ И попрощалась и отвернулась от Мён Хён. Хе Чжон, наблюдавшая за ними с саркастическим выражением лица, протянула руку, когда она подошла. Сэ И остановилась и отрешенно посмотрела на протянутую руку Хе Чжон. — Возьми. Как ты брала руку Мён Хён. Разве она была такой послушной дочерью, чтобы хвататься за руку, которую ей не подавали даже в детстве, а теперь вдруг протянули? Вместо того чтобы взять за руку, Сэ И прошла мимо Хе Чжон. — Выходите. Бросив слова, температура которых разительно отличалась от тех, что она говорила Мён Хён, она направилась на парковку. Подумав о Мён Хён, которая смотрит ей в спину, она выпрямилась. Это было невыразимо жалко и ужасно, но Сэ И отчаянно прятала эти чувства, чтобы они не просочились наружу. ---------- Том 3 Глава 83 Мён Хён, видимо, не успокоившись, сменила водителя. Вместо шофера, который вез ее и Сэ И сюда, за руль сел молодой и крепкий незнакомый мужчина и тихим голосом назвал пункт назначения. На экране навигатора, распознавшем голос, появился адрес, и мужчина нажал на него пальцем. — Мы отправляемся. Никто не ответил на слова водителя. Хе Чжон, сидевшая в роскошном автомобиле, не скрывала удивления и восхищения. — Сколько стоит такая машина? — Не знаю. — Если не знаешь, узнай. И скажи Сын Джу, чтобы он купил мне такую же. Она комфортная, и, в общем, для тещи чеболя неплохая машина. Сэ И с трудом проглатывала подступающие ядовитые слова. Каждый раз, когда Хе Чжон открывала рот, невыносимый гнев жестоко раздирал грудь. Мать, которая ни на грош не желала счастья дочери. Мать, которая говорила ей оставаться только в рамках дозволенного ею и жить скромно, теперь дошла до того, что требует от Сын Джу купить ей машину. Она раскопала адрес дочери, которая заявила, что больше не будет с ней видеться, напросилась в машину, и все, что она хотела сказать, — это требование купить авто. — Такого никогда не случится. Так что даже не надейтесь, а тем более не говорите об этом. — Он согласился на ваш брак, ему что, жалко одной машины? — Да, жалко. Сэ И больше не скрывала своих чувств. Нет, не хотела скрывать. Казалось, рыдания вот-вот вырвутся из горла, но она сдерживала их из последних сил, сжав зубы. — Тебе звонят, что ли? Возьми трубку. Ты не берешь телефон? Зачем тогда вообще носишь его с собой? Услышав звонок из сумки, Хе Чжон раздраженно сделала замечание. Сэ И открыла сумку и проверила телефон. Это был Сэ Джун, который вчера вышел в отпуск из армии. — Да, Сэ Джун. — Нуна, ты где? — В машине. — Куда едешь? Я только встал, собирался умыться и поехать к тебе, но раз ты не дома, мы не встретимся? В голосе уже чувствовалась обида. Их отношения брата и сестры, которые, казалось, никогда не станут близкими, стали немного комфортнее после того, как Сэ Джун ушел в армию. Жадный и тщеславный Им Сэ Джун в последнее время сильно присмирел под влиянием Тэ Сын Джу. «Надолго ли его хватит», — говорил Сын Джу, но, по ее мнению, это может продлиться довольно долго. — Если это Сэ Джун, дай мне трубку. — Поговорите позже. Сэ Джун вышел в свой первый отпуск. Но Хе Чжон все-таки выхватила телефон у Сэ И и поднесла к своему уху. После развода Сэ Джун неохотно общался с матерью, и хоть он не игнорировал звонки совсем, как она, но старался избегать разговоров, так что он, должно быть, удивился. — Сэ Джун? Это мама. Что у тебя с голосом? Мама сейчас с нуной, встретимся? Нет. Я сама приеду в Юволь-дон… Услышав, что Хе Чжон говорит Сэ Джуну, Сэ И обернулась с ошеломленным видом. Она поедет в Юволь-дон? Не к родственникам? — Водитель, поезжайте в Юволь-дон. Мама скоро приедет, так что, Сэ Джун, жди. Хе Чжон сказала только то, что хотела, повесила трубку и удовлетворенно улыбнулась. Сэ И с опозданием поняла, что Хе Чжон всегда была такой. Она безумно любила Сэ Джуна, но была ласкова с ним только тогда, когда он слушался. Умный Сэ Джун знал эту черту Хе Чжон и умело ей подыгрывал, а она не могла. — Почему у тебя такое лицо? Твой брат пошел в армию из-за Тэ Сын Джу, этого парня, да? В общем, мне в нем ничего не нравится. Если бы не его деньги, я бы не разрешила тебе выходить замуж. — Если вы не разрешите, я не смогу выйти замуж? — Конечно. На лице уверенной в себе Хе Чжон не было и тени сомнения. Видя эту полную уверенность, Сэ И отвернулась к окну. Есть ли еще на свете такие мать и дочь? Сэ И безучастно смотрела в окно, словно пряча свои истерзанные чувства. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сэ Джун растерянно смотрел на отключившийся телефон. Хмель от вчерашнего еще не выветрился, но его ударило посильнее алкоголя. — Живот не болит? Сварить тебе суп из ростков фасоли? Директор Им говорил, что после развода и переезда из родительского дома вполне доволен жизнью в одиночестве. Отец, который, по его словам, на старости лет увлекся домашним хозяйством, открыл дверь в фартуке, но у Сэ Джуна не было сил даже подшутить над этим. Он сидел на кровати, не отвечая, с отсутствующим видом, и только когда директор Им вошел в комнату, поднял голову. — Что? Что-то случилось? — Отец. — Да, говори. Что стряслось? — Нуна. — Что с твоей сестрой?! Директор Им в последнее время часто говорил детям, что ему жаль. Сестре — по телефону. Ему — в письмах. Получив первое в жизни письмо от отца в армии, он не знал, сколько проплакал. И больше, чем перед ним, отец чувствовал вину перед сестрой Сэ И. Возможно, еще и потому, что она скоро выходит замуж. — Кажется, она с мамой. Сэ И держала дистанцию даже с домом, а с Хе Чжон вообще не встречалась. Почему они вместе? При мысли о бодром голосе Хе Чжон, сказавшей, что едет в Юволь-дон, у Сэ Джуна разболелась голова. — Твоя сестра и мама вместе? — Наверное, мама нашла ее. Нуна не тот человек, кто пошел бы к маме сам. Опять нуне будет тяжело. Для нее семья — это ужас. Я бы тоже так чувствовал на ее месте. Сколько мы с мамой мучили нуну. Ей, наверное, противно. Но разорвать связь нельзя, вот она и терпит через силу. Директор Им молчал. Он лишь смотрел в пустоту сложным взглядом, полным жалости и самоуничижения. Сэ Джун провел ладонями по опухшему от похмелья лицу, словно умываясь. ---------- Том 3 Глава 84 Выйдя из машины, Хе Чжон оглядела Юволь-дон, где прожила двадцать семь лет. Иногда этот тесный район, где все знали о репутации свекров, душил до невозможности. Но сейчас она не чувствовала ничего подобного. Наоборот, знакомая обстановка, в которой она прожила так долго, радовала. Настолько, что в голову пришла нелепая мысль: «Может, снова здесь пожить?». — Это разве не мама Сэ И? — Точно, мама Сэ И. Игнорируя голоса местных женщин, узнавших ее, Хе Чжон направилась в переулок, чуть поодаль от родительского дома. Она слышала, что после развода муж съехал от родителей и живет отдельно. Если бы он сделал это раньше, ей не пришлось бы так страдать. Скоро выйдет на пенсию, но на что он собирается жить? Впрочем, зачем об этом волноваться. Зять — наследник «Тэсын Групп». При одной этой мысли Хе Чжон невольно начинала напевать. Как она и говорила, машину купит, а что с жильем? Попросить купить квартиру на Каннаме? Или лучше сразу здание? Надо будет серьезно поговорить с Сын Джу вместо Сэ И, которая ведет себя так скупо, выходя замуж за такого человека. Зажав под мышкой дешевый клатч, она вошла в кофейню, где договорилась встретиться с Сэ Джуном. Она не видела, как сын уходил в армию, поэтому ее шаги, переступающие порог кофейни, ускорились. — Сэ Джун. Войдя в кофейню, она радостно позвала сына по имени, но Сэ Джун встал с каменным лицом. В его взгляде не было ни радости, ни приветствия — только безразличие. Хе Чжон была так шокирована этим холодным взглядом, словно он смотрел на чужого человека, что потеряла дар речи. Почему ты так смотришь на меня? Что я тебе сделала? Ты, кто, как я думала, бросится в объятия матери, смотришь такими глазами… Хе Чжон обернулась на вошедшую следом Сэ И. Это ты? Она пронзила Сэ И острым, как кинжал, взглядом. Но Сэ И, казалось, это совершенно не волновало. Она лишь слегка улыбнулась Сэ Джуну. Что это, с каких пор вы так близки? — Мама, садитесь. Мне нужно кое-что сказать. Даже если родители развелись, дети не должны так себя вести. Уйдя в армию, он не только ни разу не позвонил ей, но даже не сообщил, что вышел в отпуск. — Вчера вышел в отпуск? Когда обратно? Перед этим встреться с зятем и… — Зачем с ним встречаться? Едва сев, Сэ Джун оборвал слова Хе Чжон. Ее сын, который раньше с милой улыбкой просил то, что ему нужно, смотрел на нее с решительным лицом и осуждающим взглядом. Именно тогда она почувствовала, что что-то пошло не так. Сэ Джун протянул конверт на стол. Довольно пухлый, похожий на деньги. У Сэ Джуна не могло быть таких денег. — Что это? — Отец дал. — Дал, извиняясь за то, что не смог нормально обеспечить алиментами? Хе Чжон взяла конверт со стола, заглянула внутрь и усмехнулась. — Нет. Он дал это, чтобы вы больше не встречались с нуной. — Что за бред собачий?.. Почему я не должна встречаться с твоей сестрой? Почему твой отец запрещает мне видеться с моим ребенком? Хе Чжон не скрывала своих бурных эмоций. Всю жизнь она жила, не смея сказать то, что хотела, и больше не желала так жить. Ее сердце сейчас пылало. Гнев и ярость кипели, как магма, готовая извергнуться, и она сама не могла себя контролировать. Ей было все равно, какими глазами на нее смотрят дети. — Мама. — Верни эти деньги отцу. И передай мои слова в точности. Сэ И — дитя, которое я родила своим чревом, так что пусть не вмешивается. И… Хе Чжон, не в силах унять гнев, говорила бессвязно. В этот момент Сэ И, сидевшая рядом с Сэ Джуном, медленно встала. И поклонилась кому-то за спиной Хе Чжон. Что такое? Хе Чжон обернулась, и ее лицо застыло от холода. Муж, который всю жизнь не был ей опорой, входил в кофейню. Выглядевший гораздо старше, чем когда они расстались, он подошел и сел рядом с ней. Ей было противно даже сидеть рядом, она хотела встать, но директор Им схватил ее за руку и усадил обратно. — Нам ведь больше незачем встречаться? — Верно. Незачем. И так должно быть. Но послушай, что ты творишь? С семьей родителей, с детьми — зачем ты так себя ведешь? Директор Им с жалостью смотрел на Хе Чжон. Но она восприняла это иначе. Она вспылила, приняв слова директора Има за вмешательство. — Что я делаю?! Моим родителям я столько помогала, что они ничего не могут мне сказать, что бы я ни сделала, а дети — это мои дети, так что… — Вот именно. Ты всем всё отдавала, так почему не слышишь в ответ ни одного доброго слова? Ты так старалась для своих родных, для Сэ Джуна. Но посмотри на реальность. Посмотри, кто тебе рад. Хе Чжон подняла глаза. И посмотрела на Сэ Джуна и Сэ И, сидевших напротив. Сэ Джун отвел глаза, а Сэ И смотрела прямо, не уклоняясь. Как и сказал директор Им, дети явно демонстрировали неприязнь к ней. Хе Чжон старалась этого не замечать. Ничего хорошего от осознания этого не будет. — Твоя мать тоже звонила. Сказала, что после того как ты вернулась в родительский дом, то стала такой истеричной, что с тобой невозможно жить. Просила упечь тебя в психиатрическую больницу. Сумасшедшая. Даже если старуха выжила из ума, надо знать меру. Некому позвонить, так звонит бывшему зятю? Сколько я там истерила? Просто выплеснула немного накопившегося гнева и ярости, а она звонит мужу, с которым я в разводе? — Поэтому я подумал, может, тебе стоит ненадолго лечь в клинику? — П-подожди. Что ты сейчас… сказал? К-куда лечь? — Просто отдохни. Я знаю, что тебе было тяжело из-за меня, и знаю, что ты терпела от моих родителей то, чего не должна была терпеть. Поэтому отдохни хотя бы до свадьбы Сэ И. Пройдешь консультации, обретешь душевный покой, а потом увидишься с детьми и со своей матерью… — Ты сейчас кого за сумасшедшую держишь? Я нормальная. Такого нормального человека — куда? В клинику? Ты совсем свихнулся? Никто не стал успокаивать ее бурную реакцию. Сэ Джун, которому она верила, Сэ И, на которую хотела опереться, бывший муж. Все смотрели на нее с жалостью и презрением. Почему? Почему со мной так обращаются? Хе Чжон встала. Она думала, что кто-нибудь остановит, предложит поговорить еще, но никто не стал удерживать, пока она не вышла из кофейни. — Ха, невероятно. Хе Чжон шла по переулку с ошеломленным лицом. Думают, что я прощу такое? Чем больше они так делают, тем злее она станет. Хе Джон с перекошенным от гнева лицом направилась к автобусной остановке. Услышав шум машины, она резко обернулась, однако автомобиль не останавливался, хотя впереди был человек. — О, э… Хе Чжон с ужасом смотрела на приближающуюся машину широко раскрытыми глазами. Однотонный грузовик, видя ее, не только не снизил скорость, но, казалось, даже ускорился. Хе Чжон, побелев, смотрела на машину и в отчаянии закрыла глаза. Кто-то толкнул ее. Следом раздался крик и оглушительный грохот удара, от которого Хе Чжон невольно закрыла уши руками. — Отец! — Папа! Послышались знакомые голоса. Это голоса Сэ Джуна и Сэ И. Но «отец»? Неужели… Нет. Тот человек никогда бы не бросился под машину ради нее. Он делал вид, что не замечает, даже когда Ын Соль поливала ее ядом и безжалостно терзала сердце. Он не мог броситься под машину, чтобы спасти ее. Но сердце колотилось как бешеное. И когда она медленно приоткрыла веки, перед ней предстала такая ужасная картина, что Хе Чжон снова зажмурилась. Реальность, которую хотелось отрицать, даже видя собственными глазами, развернулась прямо перед ней. Что делать. Вид окровавленного мужа, лежащего на земле, заполнил все сознание. И вид детей, рыдающих над отцом. Хе Чжон дрожащей рукой зажала рот. Даже дышать в этот момент казалось грехом. ---------- Том 3 Глава 85 Эпилог. Часть 2 Отец спас Хе Чжон и попал под машину. Она никогда в жизни не видела, чтобы отец так быстро бегал. Когда он, рванувший изо всех сил к маме, оказался перед машиной… — Нуна, не смотри. Не смотри, нуна. В широко раскрытых глазах стояли слезы, и все расплывалось. Сэ Джун, бывший рядом, закрыл ей глаза своей большой ладонью. И заплакал, приговаривая: «Папа, наш папа, что же делать». Сэ И застыла как лед. Единственное, о чем она могла думать, был Сын Джу. Сколько раз она прошептала «Сын Джу» как заклинание? Рука, закрывавшая ей обзор, исчезла, и Сэ Джун безумно бросился к месту аварии. Хе Чжон лежала на асфальте там, куда ее оттолкнули, а люди, ставшие свидетелями аварии, окружили лежащего директора Има. Где-то вдалеке слышалась сирена — кто-то вызвал помощь, но все это казалось таким нереальным. Стоны отца, рыдания Сэ Джуна, и когда она пришла в себя, то обнаружила, что находится перед операционной в больнице. — Сэ И. Увидев мужчину, который бежал к ней, выкрикивая ее имя, Сэ И дала волю слезам, которые сдерживала все это время. Мужчина, прибежавший к ней, тяжело дыша, мгновенно заключил ее маленькое тело в объятия. Сэ И уткнулась лицом в его грудь, где бешено колотилось сердце. — Все хорошо, все хорошо. Сын Джу повторял это снова и снова, словно знал только эти слова. Все хорошо. Все хорошо. Ей было страшно. Видеть отца, видеть маму. И видеть себя, стоящую и наблюдающую за этим как посторонний. Мы семья, как же мы дошли до такого? — Зять, нуна, прошу… Хы-ы-ык. Сбоку послышался плач Сэ Джуна. Он и раньше часто плакал, но этот плач отличался от обычного. В нем была такая глубокая скорбь, что заставляла плакать и тех, кто слышал. — Им Сэ Джун, у тебя есть время реветь? Ты должен защищать. Ты же рос, пользуясь привилегиями сына. Так делай свое дело в такой момент. Даже если хочешь плакать, стисни зубы и терпи. И молись, чтобы отец был в порядке. Свяжись с частью и доложи. — Да, зять. — Я отвезу нуну домой и вернусь, так что не думай, что ты один. — Правда, вы должны приехать. Брат! Мне страшно. — Приеду. Обязательно приеду. Так что до тех пор, Им Сэ Джун, держись и выполняй свой долг. — Да. Дрожащий голос обрел спокойствие от нескольких слов Сын Джу. Как бы я жила без этого человека? Сын Джу, которого она считала просто холодным и черствым, незаметно стал центром ее жизни. — Я тоже останусь здесь. — Езжай домой. Тебе здесь нечего делать. — Я знаю… Но все же я хочу хотя бы увидеть лицо отца после операции. Пожалуйста. — Ты точно хочешь этого? Сын Джу, отстранив ее от себя, посмотрел ей в глаза. Сэ И кивнула. Ей было тревожно и страшно, но после того как она выплакалась в его объятиях, стало немного легче. К тому же, если Сын Джу будет рядом, она сможет это выдержать. Сын Джу внимательно посмотрел на ее лицо, а затем погладил по голове большой ладонью. «Все хорошо», — продолжил он, и от этих слов в груди снова поднялась волна чувств. В этот момент со стороны коридора послышался чей-то громкий плач. — Я знала, что так будет. Если развелась, так исчезни тихо, зачем приперлась в наш район и сгубила моего сыночка! Где эта дрянь? Где Ким Хе Чжон, эта дрянь?! Голос Ын Соль, которой было за восемьдесят, звучал резче, чем когда-либо. Только дедушка, медленно идущий рядом, словно лишившись сил, выглядел уставшим от жизни и измученным. Подойдя к операционной, Ын Соль первым делом начала искать Хе Чжон, а не узнавать о состоянии директора Има. Как только Хе Чжон встала со стула, она тут же бросилась к ней и вцепилась невестке в волосы. Статус жены директора школы в этот момент был неважен. Была только свекровь, которая безоговорочно возлагала вину за несчастный случай с сыном на невестку и хотела заставить ее заплатить за это. — Ты, дрянь, все-таки моего сыночка… А? Хочешь сдохнуть — так дохни сама, зачем моего сына прихватила? Что мы тебе сделали… — Прекрати, прошу. И ты, и мать Сэ И, прошу, хватит. Вы прожили в одном доме двадцать семь лет, вы семья, как можно так грызть друг друга… На крик директора Има, который обычно даже слова поперек Ын Соль не говорил, она выпустила волосы Хе Чжон. — Слава богу, хоть один цел. Пока операция не закончится, никто не смеет устраивать скандал. Зять Тэ тоже здесь, не стыдно вам всем? Сказав это, директор Им опустился на диван. Он посмотрел на табличку с именем сына над дверью операционной, и его мутные глаза наполнились влагой. Сын Джу, наблюдавший за этим, решил, что так дело не пойдет, и повел ее и Сэ Джуна на парковку. — Им Сэ Джун, присматривай за нуной. — А вы, зять? — Я встречусь со старшими и вернусь, ждите здесь. Нет смысла стоять перед операционной, ничего хорошего вы там не увидите. Я позвоню перед тем, как отец выйдет, тогда и подниметесь. Сэ Джун согласился, усадил ее на заднее сиденье и сел сам. Брат и сестра сидели рядом и смотрели, как Сын Джу развернулся и пошел обратно в больницу. — Нуна. Какое счастье. — Что именно? — Что рядом с нами есть зять. Да, счастье. Если бы мы были одни, перед глазами была бы тьма, но Сын Джу появился как настоящий взрослый, утешил нас и позаботился. — Наверное, небеса дали тебе такое счастье, потому что я с детства все у тебя отнимал. Что за глупости он несет. — Так что не ненавидь меня слишком сильно, нуна. Когда Сэ Джун сказал это, положив голову ей на плечо, у нее вырвался смешок, несмотря на ситуацию. Сэ Джун должен быть таким же ненавистным, как и Хе Чжон, но странно — ненависть к нему долго не держится. — Раз понял, веди себя хорошо. — Конечно. Я правда решил. Буду верен нуне и зятю до конца. Хорошо, если бы так. Лишь бы с отцом все было в порядке. Сэ И молилась про себя, выдерживая тяжесть прислонившегося к ней брата. Пожалуйста, пусть он будет жив. ---------- Том 3 Глава 86 Сын Джу вызвал представителя больницы и первым делом уточнил, когда закончится операция. Ему объяснили, что выявлены активное кровотечение из-за разрыва кишечника, перитонит, переломы дистальных отделов обеих бедренных костей, множественные переломы ребер, и проводится экстренная операция на кишечнике, а также сообщили примерное время окончания. Но операция затянулась дольше, чем говорили. Когда он уже начал уставать от удушающего ожидания, к нему подошла Хе Чжон. — Можно поговорить минуту? Сын Джу молча встал. Ын Соль, которая вела себя так, будто вот-вот упадет в обморок из-за аварии сына, молча опустила голову и молилась, а директор Им сидел с закрытыми глазами. Вообще-то, если бы не операция, Сын Джу сам собирался поговорить с Хе Чжон. Хе Чжон вышла из зоны ожидания и вошла в комнату отдыха. Купив воду в автомате, она выпила ее, видимо, от жажды. — Отец детей… — Прежде чем говорить об этом, у меня есть что сказать вам. — М-мне? Растрепанный вид Хе Чжон вполне мог вызвать жалость. Но Сын Джу полностью контролировал слабую часть своей души. Ему нельзя проявлять слабость. Ради того, чтобы защитить Сэ И, он был готов пойти даже на подлость. — Я куплю дом, в котором сейчас живет ваша мать. — О чем это вы? — Это значит, сидите там и не высовывайтесь. Сын Джу не стал ходить вокруг да около, имея в виду, что она должна жить на окраине Кёнгидо вместе с матерью, которая все еще жила в арендованном жилье. — Если вы снова появитесь, я подам заявление на запрет приближения, а если появитесь еще раз — приму соответствующие меры. Не думайте видеться с Сэ И. У вас нет на это права. Честно говоря, я не хочу видеть семью Сэ И. Но ради нее я позабочусь о тесте и Сэ Джуне. Однако с вами, Ким Хе Чжон, я этого делать не хочу. Учитывая, сколько ран вы нанесли женщине, которая станет моей женой, мне было бы сложно это делать, но, похоже, вы еще более наглая и эгоистичная особа, чем я думал, поэтому говорю это. Не заставляйте меня повторять дважды. И не забывайте, из-за кого произошла сегодняшняя авария. — Почему, почему все нападают только на меня? Что я такого сделала? Я просто относилась к ней проще, потому что она мой ребенок. Думаете, Сэ И единственная, кто рос, чувствуя дискриминацию? Думаете, все, кого в детстве любили чуть меньше, ведут себя как Сэ И? — Вот именно. Сэ И еще добрая. Другой человек давно бы отрекся от вас. Если не хотите принимать мое предложение, скажите. Я сразу подам в суд на запрет приближения и покончу с этим. Сын Джу холодно повернулся спиной, словно объявляя, что компромиссов больше не будет. Он даже не взглянул на Хе Чжон, стоявшую с обиженным лицом. Он не собирался давать ей ни малейшего шанса и планировал обращаться с Хе Чжон по-своему. До сих пор он был слишком великодушен. Видимо, поэтому она искала лазейки и пыталась приблизиться. Но отныне Ким Хе Чжон никогда не появится перед его женщиной. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ К счастью, операция директора Има прошла успешно. Водитель коммерческого грузовика утверждал, что тормоза отказали и машину невозможно было остановить, что и привело к аварии. Если бы хоть что-то пошло не так, это могло закончиться трагедией, но, услышав, что жизни ничто не угрожает, все вздохнули с облегчением. Прошел богатый на события год, и наступило начало весны. Сэ И начала докторскую программу и ускорила подготовку к свадьбе. Отношения с директором Имом, которые были натянутыми, стали намного ближе после аварии. То, что отец, которого она всегда считала наблюдателем, попал в аварию вместо Хе Чжон, стало для Сэ И большим шоком. Он мог погибнуть, но бросился, думая, что это верная смерть, — этот поступок отца определенно стер большую часть накопившихся обид. — Как вы себя чувствуете сегодня? — А как я могу себя чувствовать? Считаю дни до следующей недели, когда снимут гипс. — Сильно надоело, да? — Ну, есть такое. Хотелось бы начать ходить до начала семестра, но врач говорит, это невозможно. Но к твоей свадьбе я ведь смогу ходить? Отец постарается. Чтобы своей рукой повести тебя к алтарю. Я сделаю для тебя хотя бы это. Она спокойно слушала все остальное, но при словах «сделаю хотя бы это» и виде отца с покрасневшими глазами слезы потекли неудержимо. — Почему плачешь? Нашей Сэ И досталось много страданий из-за никчемного отца. Говорят, другие отцы души не чают в дочерях, а твой отец любил тебя только в душе, не мог показать это снаружи. Моя мать была слишком своеобразной. Я боялся, что если буду открыто любить тебя, она будет обижать тебя, когда меня нет. Надо было раньше съехать, любить тебя сколько влезет и играть с тобой. Чем ближе день, когда мне придется отпустить тебя, тем больше сожалений. Жалко времени, которое я упустил как дурак… Наша Сэ И в детстве была такой красивой. Она слышала это впервые. — Но слава богу. Ты встретила человека, который смотрит на тебя еще более влюбленными глазами, чем отец. Сначала я волновался: наше положение так ухудшилось, вдруг ты пойдешь в ту семью и будешь страдать. Одной из причин, по которой бабушка изводила твою маму, была бедность ее семьи, вот я и беспокоился. Но теперь у меня нет таких мыслей. Отец так рад, что ты выходишь замуж. — Вы ведь робеете перед Сын Джу. — Робею. Грехи-то есть. У зятя Тэ есть скрытая харизма. Когда он молча смотрит на меня вот так, кажется, он спрашивает: «Ты знаешь свою вину?», и, как говорит молодежь, отец дрейфит. Дрейфит. — Он хороший человек. Сэ И заступилась за Сын Джу перед отцом, который смеялся, отшучиваясь. Когда она заговорила о человеке, при мысли о котором появлялась улыбка, директор Им посмотрел на нее многозначительно. — Что? — Выглядишь хорошо. — Мне хорошо. — Вот и славно, раз тебе хорошо, то и мне хорошо. Впредь живи, думая только о своем счастье. Отец пожил и понял: время летит очень быстро. Времени не хватает даже на то, чтобы думать о себе и своем счастье, так что не болей и не расстраивайся из-за других. Будь то я или твоя мама. Сэ И молча улыбнулась. Она не до конца понимала, что хотел сказать отец, но смутно догадывалась. Кстати, Хе Чжон в последнее время не было видно. Она не звонила, хотя раньше надоедала звонками, и в последний раз Сэ И видела ее перед операционной. — Отец. — Что? Хочешь что-то сказать? — Мама… она не приходила все это время? Директор Им с горькой улыбкой посмотрел в окно. Мир за окном уже полностью сменил зимние цвета. Если зима была бесцветной, то весна — это яркая пастель. Повсюду распустились желтые, красные и белые цветы. — Давай позволим ей жить тихо. И встретимся, когда ты или мы будем готовы. Позволить жить тихо нетрудно. Проблема в Хе Чжон, которая пытается шумно ворваться в их тихую жизнь. Но ее странное затишье беспокоило. — Сказала, что едет далеко заниматься волонтерством. — Волонтерством? Когда? — Скоро. Сказала, что скоро едет, точную дату я тоже не знаю. Сэ И широко раскрыла глаза, не ожидая услышать такую внезапную новость. Слово «волонтерство» меньше всего вязалось с Ким Хе Чжон. Человек, который мыслит уже и эгоистичнее, чем кто-либо, жертвует собой ради других? Разве это возможно? — Вы знаете, где это? — Нет, не знаю. Он ответил, что не знает, но по лицу директора Има казалось, что это не так. Но, похоже, он не хотел говорить, поэтому Сэ И не стала расспрашивать. Волонтерство. Куда же она поехала? Возникло предчувствие, что она уехала не по своей воле, но Сэ И быстро отбросила эту мысль. Что бы там ни было, волонтерство — это хорошо. Она постаралась думать позитивно. ---------- Том 3 Глава 87 Хе Чжон покинула страну. За спиной Хе Чжон, которая упиралась до последнего, говоря, что не поедет, но в итоге вошла в аэропорт в слезах, стояли ее мать и брат. Секретари, приехавшие вместе с Сын Джу, прошли процедуру регистрации вместо Хе Чжон и передали ей билет на самолет и паспорт. — Счастливого пути. — Ты правда говоришь мне уезжать? Хе Чжон, словно не веря, снова задала этот вопрос. Сын Джу кивнул без колебаний. Как только он услышал, что Хе Чжон, одержимая идеей заработать на жизнь, предоставила свой банковский счет фирме, занимающейся голосовым фишингом, Сын Джу начал действовать быстро. Свадьба уже на носу, а она устраивает такие проблемы. Ей велели жить тихо, затаив дыхание, а она не только подает голос, но и ввязывается в незаконные дела — разве можно оставлять ее в этой стране? К счастью, все родственники Хе Чжон были на его стороне. Никто не возразил против того, чтобы отправить дочь и сестру в такую страну, как Камбоджа, на волонтерские работы. Наоборот, его благодарили. Когда она жила в Юволь-доне как жена директора школы, она, должно быть, пользовалась уважением и почетом, но после развода ее положение стало жалким. Если бы она хотя бы хорошо относилась к детям, то получала бы от них сыновнюю почтительность. К одному, который сейчас служил в армии, она была чрезмерно щедра, а к дочери относилась скупо. Тот, кому давали с избытком, не собирался отплачивать матери за доброту, а дочь, с которой обращались скупо, при одном лишь имени Хе Джон каменела в лице. Поэтому оставалось только отправить ее за границу. Как и сказала Хе Чжон, то, что она растила детей, делая различия между ними, не было преступлением, заслуживающим смерти, или ситуацией, за которую ее должны осуждать посторонние. Однако нельзя позволять человеку присасываться, как пиявка, к тому, кого он сам же дискриминировал и ранил. Но Хе Чжон, не задумываясь о своих поступках, снова ранила Сэ И, заявив, что та относится к ней жестоко. Сын Джу был не из тех, кто станет на это смотреть. Платить той же монетой было не в его характере. Его натура успокаивалась только тогда, когда он возвращал полученное в многократном размере, и если для дочери Хе Чжон было трагедией полюбить такого парня — что ж, значит, это трагедия. — Занимаясь волонтерством, хорошенько подумайте. Что вы сделали не так и как вам следует поступать в будущем. Если я получу сообщение, что вы осознали и глубоко раскаялись, я подумаю о вашем возвращении на родину. — Зачем ты так со мной? Я подруга твоей матери. — Я слышал, что эта дружба давно разрушена. Счастливого пути, желаю вам здоровья и усердной работы на благо других. Сын Джу слегка наклонил голову, проявляя минимум вежливости к Хе Чжон. Поняв, что Сын Джу больше не проявит снисхождения, Хе Чжон бросилась к провожавшим ее родственникам и устроила истерику. — Мама, хоть ты его останови. Если я уеду, я там не выживу. Это же не поездка на отдых, мне говорят там волонтерить! Мама, разве это мыслимо? Мне так обидно. Я старая, у меня нет сил, зачем посылать меня туда страдать? Что я такого сделала… — Ты виновата. Еще чуть-чуть, и ты бы отправилась в тюрьму есть казенную баланду. Тебя спасли и отправляют за границу, ты должна кланяться и благодарить, а ты что? Обидно тебе? Мне так стыдно перед зятем Тэ, что я голову поднять не могу. — Нуна, приди в себя. Как человек может так измениться после развода? Я же говорил тебе раньше? Не поступай так с Сэ И. Ты мучила ребенка, а теперь хочешь присосаться к дочери, чтобы жить в роскоши? Это воровская психология, разве так поступают люди? Не делай этого, поезжай, поработай волонтером и возвращайся. А потом извинись перед Сэ И. — С чего бы это! Хе Чжон, сопротивлявшуюся до последнего, пришлось вести к выходу на посадку людям, которых прислал Сын Джу. Было бы хорошо встретиться снова. Но это вряд ли случится, поэтому Сын Джу покинул аэропорт, надеясь, что это место и Хе Чжон подойдут друг другу. Небо, в котором чувствовалось приближение весны, было высоким. Скоро Хе Чжон полетит в это небо. Счастливого пути. Сын Джу ухмыльнулся и сел в машину. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Председатель Тэ странным взглядом смотрел на сына, который невозмутимо сидел за столом и ел. Этот парень, в котором удачно смешалась его кровь и кровь жены, внешне был безупречен. Но его нутро было непостижимым. Он улыбается, но невозможно понять — настоящая это улыбка или игра. Однако в одном председатель был уверен. Настоящее лицо этого парня можно увидеть только перед Сэ И. Посмотрите на него сейчас. Утром он насильно отправил тещу в Камбоджу, а перед своей женщиной притворяется невинным, да еще и кладет ей закуски на ложку… — Дорогой, о чем вы так задумались посреди еды? Он не мог сказать, что думает о том, как бы разгадать истинные мысли своего сына. Наивная Сэ И смеялась, даже не подозревая, что творит Сын Джу за ее спиной. Год назад он просил Сэ И наблюдать за таким парнем и докладывать. Сэ И старалась выполнять это по-своему, но, если подумать, возникало подозрение, что это не Сэ И наблюдала за Сын Джу, а Сын Джу наблюдал за ней. Возможно, именно они и свели Сын Джу и Сэ И по-настоящему. Раз они подсунули ему такую красивую, послушную и нежную девушку, коварный и мрачный внутри Сын Джу вряд ли прошел бы мимо. Он умен, так что наверняка просчитал всё с разных сторон. Проглотить Сэ И, от которой не отказался бы ни один мужчина, было для него естественным делом. — Дорогой? — Просто мне так приятно, что Сэ И наконец пришла и ест с нами. Я подумал, как было бы хорошо, если бы мы часто вот так обедали даже после свадьбы детей… Он уже знал, что Сын Джу купил дом для молодоженов и переделывает его на свой лад. Говорили, что ремонт почти закончен? И все же. Ему пришла мысль, что он сможет ухватить Сын Джу, который всегда ускользал из рук, как бы он ни старался. Если использовать Сэ И. Председатель Тэ с хитрой улыбкой поднял и опустил брови, глядя на Сэ И. Красавица. Она не только подходила сыну как предначертанная судьбой пара, но и была хорошим человеком. ---------- Том 3 Глава 88 В глубине души он беспокоился, не стала ли она мрачной из-за ран, полученных в процессе взросления, но это было совсем не так. Не может быть, чтобы ей не было больно, но она часто улыбалась и хорошо вливалась в их семью. — Сэ И. — Да, отец. Вот почему говорят, что нужно рожать дочерей. Мрачные сыновья никогда не отвечают сразу, когда их зовут. Сидят, словно воды в рот набрали, плотно сжав губы, и только глаза поднимают. — Сын Хё скоро уйдет в армию, дом большой, и нам будет очень одиноко. Едва он закинул удочку, Мён Хён отрицательно замахала головой, мол, не делай этого. Но Председатель Тэ решил попробовать настоять на своем. — Было бы хорошо пожить вместе всего один год после свадьбы. И привязались бы друг к другу. Сын Джу все равно будет занят работой и будет приходить поздно, так что разве ей не будет лучше в этом доме, где есть прислуга, чем сидеть одной в большом пустом доме? — Да, меня это тоже беспокоит. — Поэтому я и говорю, Сэ И, может, всего один год после свадьбы… Когда Сэ И мягко ответила, голос Председателя Тэ зазвучал гораздо увереннее, чем прежде. Но как только он начал говорить, наблюдая за выражением лица Сэ И, раздался громкий стук ложки, словно обрывающий его речь. — Давайте на этом закончим. Встретившись с убийственным взглядом Сын Джу, который, понизив голос, смотрел на него с предупреждением, хорошо подвешенный язык председателя одеревенел. Сидевшая рядом Мён Хён посмотрела на него взглядом «я же говорила», а затем, подав знак Сэ И, встала первой. — Как ты смеешь перебивать отца, невоспитанный, ты ведь даже не знаешь, что я, ч-что я хотел сказать. — Это очевидно. Совместное проживание. Но я против. Ишь ты, какие глаза. Того и гляди, забодает отца и всех остальных. Председатель Тэ не собирался настаивать на совместном проживании, но, увидев реакцию сына, тоже начал закипать. Если будут жить вместе, им что, кто-то навредит? И вообще, кто сказал, что он хочет жить вместе, потому что хочет видеть сына? Он завел этот разговор, потому что Сэ И ему нравится. — Я не тебя спрашивал. Я спросил Сэ И… — Мои слова — это слова Сэ И. Так что остановитесь здесь, чтобы мы не попортили друг другу нервы. Иначе мы больше никогда не придем сюда на обед. — Ты мне сейчас угрожаешь? — Жаль, если вы считаете это угрозой. Председатель Тэ взял кусок ребрышка, положил в рот и начал тщательно жевать. Мясо, которое он жевал вместо Сын Джу, которого не мог «прожевать», было жестким, как и сам сын. — Жуйте осторожнее. А то снова сломаете имплант, который поставили в прошлом году. Ишь как заботится, ворчит. Председатель Тэ, не обращая внимания, снова положил кусок мяса в рот и начал жевать. Сколько ни жуй, неприятное чувство не проходит. Видимо, день, когда он победит сына, никогда не наступит. Это было возмутительно, и он зыркнул на сына, но тот и бровью не повел. Только расстраиваться зря. Поэтому Председатель Тэ молча сосредоточился на еде. Тем временем Мён Хён, поглядывая на кухню, увела Сэ И в гостиную. Увидев растерянное лицо Сэ И, которая вышла следом, не понимая причины, она только тогда рассмеялась. Стало понятно, почему ее муж, обычно бесстрастный как истукан, пошел на такой риск и заговорил о совместном проживании. — Сэ И, не хочешь пойти поесть ттокпокки здесь неподалеку? Это простая закусочная, вести туда начальника Юна было бы неловко, а одной идти не хватало смелости, может, сбегаем сейчас по-тихому? — Мама, здесь поблизости есть такое место? — Разве здесь не люди живут? Я видела, когда проезжала мимо: там довольно много посетителей. Пойдешь? Сэ И с сияющими глазами широко улыбнулась. Слава богу. Мён Хён слышала, что директор Им, будущий сват, недавно попал в аварию, и Сэ И переживала. Она передавала, что хочет навестить его в больнице, но директор Им наотрез отказался. Муж предположил, что тот просто не хочет показываться в травмированном виде, и предложил просто пообедать вместе перед свадьбой, поэтому она воздержалась от визита. И в этой ситуации Сэ И привела Сын Джу в родительский дом, подумав о них. Видимо, поэтому даже муж, который обычно не выражал ни одобрения, ни неприязни, тайком улыбался, когда приходила Сэ И. — Мама, пойдемте вместе. Я люблю ттокпокки, но у меня давно не было возможности их поесть. Как только вы сказали, у меня слюнки потекли. — Правда? Тогда подожди минутку. Я только возьму что-нибудь накинуть из комнаты. — Хорошо. Мён Хён поспешила в комнату и вышла, накинув весенний кардиган. Отец и сын, видимо, уже закончили трапезу и вышли из столовой, но Мён Хён даже не взглянула на них, готовясь уйти с Сэ И за руку. — Мы уходим, вы куда ведете Сэ И? — Скоро вернемся. Мён Хён, даже не сказав, куда они идут, крепко держала руку Сэ И, боясь, что ее отберут, и вышла из дома. Сэ И хихикала: видимо, ей это нравилось. Мён Хён, выйдя за ворота, крепко держала Сэ И за руку и спускалась по переулку. Вдруг Сэ И оглянулась, широко улыбнулась и позвала ее. — Мама. — А? — Оглянитесь назад. — Зачем? Что там сзади… О боже. Она сказала, что они скоро вернутся, но эти двое, отец и сын, уже шли следом за ними. Причем шли не рядом, дружно, а один впереди, другой позади, заложив руки за спину, словно на прогулке, — это выглядело донельзя смешно. — Давайте пойдем вместе. — Деточка, твоему свекру нельзя есть острое и соленое. Доктор Ан следит за его диетой из-за давления, куда его вести? Да и от мужчин только ворчание, никакой пользы, когда мы едим. — И все же я хочу пойти вместе. Думаю, будет здорово, если вся наша семья поест вместе. При словах «наша семья» у Мён Хён защемило сердце. Как подруга, она не могла понять Хе Чжон полностью, но были моменты, которые она понимала. Но те жестокие слова, сказанные Сэ И, то желание, чтобы Сэ И была несчастна, — этого она никак не могла ни принять, ни простить. Поэтому она в какой-то мере понимала нежелание Сэ И видеть мать. — Если ты так сильно хочешь… Идите быстрее. Если идете следом, так и скажите, что идете, зачем красться за спиной? — Кто крадется? Люди просто вышли на прогулку после ужина. — Вы ведь не пойдете за нами, дорогой? — Куда вы идете? Сказал же, что на прогулку. Зачем тогда спрашивать о месте назначения? — Мы идем есть ттокпокки. А вы продолжайте свою прогулку. Когда она отвернулась, Сын Джу, который плелся сзади, быстро подошел и встал рядом с Сэ И. — Тебе захотелось ттокпокки? Сказала бы мне. Я мог бы отвести тебя в место повкуснее, чем здесь. А может, ну их, пойдем только вдвоем? Я тоже, кстати, особо не ужинал, аппетита не было, может, пойдем поедим вдвоем? Звук «ха» вырвался сам собой. Мать впервые захотела ттокпокки и с трудом уговорила будущую невестку пойти с ней, а он не только вмешивается, так еще и пытается увести ребенка? — Нет, поедим все вместе. Думаю, поесть ттокпокки с мамой и папой будет здорово. — Добрая ты душа, — пробормотал Сын Джу, погладив Сэ И по голове. Мён Хён впервые согласилась со словами сына. Действительно, добрая душа. Если бы они встретились в школьные годы, Мён Хён определенно сказала бы Сэ И: «Не водись с ним». Слова запоздали, и она проглотила их. Не успела она оглянуться, как муж уже шагал рядом с ней. Он по-прежнему держал руки за спиной, но выражение его лица было светлее, чем когда-либо. Мён Хён улыбнулась, глядя на шагающую рядом семью. ---------- Том 3 Глава 89 Сын Джу закончил утренние дела и вышел из кабинета управляющего директора. С сегодняшнего дня и на следующие полмесяца у него отпуск, который никто не смеет прервать. — Начальник Чан, я ухожу. — Да, господин управляющий директор. Мы увидимся завтра, но я заранее поздравлю вас. Искренне поздравляю со свадьбой. В ответ на поклон Хо Ёля Сын Джу издал несвойственный ему смешок. Свадьба. Он не знал, что это слово может звучать так приятно, но его скулы уже взлетели к небесам. — Спасибо. — Завтра я лично отвезу вас в аэропорт. Мы выедем так, чтобы не было накладок с прической и макияжем перед церемонией. — Хорошо, спасибо за труды. Сын Джу похлопал Хо Ёля по плечу и вышел из офиса. В коридоре после обеденного перерыва было тихо. Сын Джу шел не быстрым и не медленным шагом, но в одном месте остановился. Административный отдел. Год назад, примерно в это же время, Сэ И работала стажером в административном отделе. Проходя по коридору, если остановиться именно здесь, был виден стол, за которым сидела Сэ И. И она сама. Вокруг Сэ И всегда роились сотрудники-мужчины. Поэтому, когда произошла авария, он под этим предлогом выгнал Сэ И из компании. А потом сам же больше всех жалел об этом. Если бы он позволил ей просто работать в компании, они могли бы иногда тайно ходить на свидания и попробовать то, что люди называют служебным романом. Но он не сильно жалеет. Теперь он приведет Сэ И в свой дом и будет смотреть на нее всю жизнь. Сын Джу как раз собирался продолжить путь. И если бы из комнаты отдыха сбоку внезапно не донесся чей-то голос, он бы уже сел в только что прибывший лифт и ехал на подземную парковку. — Теперь мы должны называть Им Сэ И госпожой? — А что делать? Кто она теперь такая, эта Им Сэ И? Человек, который скоро выходит замуж. — Все-таки женщине нужно быть красивой. С таким лицом она даже хвостом перед управляющим Тэ вильнула и перевернула свою жизнь. Будь это другая женщина, думаешь, управляющий Тэ с его характером вообще взглянул бы на нее? — Взглянул или нет, нас это уже не касается. Ты, постоянно упоминающий Им Сэ И, которая ушла из компании почти год назад, выглядишь так, будто у тебя остались чувства. Знаешь, как это было заметно с самого начала, когда Сэ И пришла в наш отдел? Прекращай. Она уже чужая женщина. — Свадьбы еще не было. Еще не чужая женщина. Если бы она тогда еще немного поработала в компании, я бы мог попробовать… Здравствуйте, господин управляющий директор. Сотрудники, болтавшие на диване в комнате отдыха, увидев Тэ Сын Джу, стоящего в дверях и заглядывающего внутрь, поприветствовали его с перепуганными лицами. Мужчины, которые только что перемывали кости его женщине, теперь смотрели и улыбались, как ни в чем не бывало. Поэтому он и не верит людям. С такими честными лицами говорят за спиной совсем другое. Но это были его мысли, а внешне Сын Джу тоже изобразил добродушную улыбку и сказал сотрудникам: — Кажется, сейчас еще рабочее время? Сын Джу не стал говорить много. Он лишь посмотрел на часы на руке с выражением: «Вам сейчас не время болтать здесь». — Простите. Из-за сонливости после еды мы решили выйти выпить кофе и… Кстати, господин управляющий директор, поздравляем со свадьбой. Один догадливый сотрудник поздравил его. Сын Джу кивнул и снова направился к лифту. Ему было все равно, что они шепчут у него за спиной. Но если кто-то посмеет неосторожно упомянуть Сэ И... Впрочем, как только они поженятся, этого и не случится. Им Сэ И будет полностью принадлежать ему, а он будет полностью принадлежать Им Сэ И. — Слово «принадлежать» мне весьма по душе. Сын Джу пожал плечами и вошел в лифт. Сегодня они с Сэ И договорились встретиться в доме, который станет их жильем для новобрачных. Они сделали тщательный ремонт, и, поскольку должны были привезти вещи для их совместной жизни, договорились встретиться там. Потому что он хотел ее видеть. От того, что ему было интересно их общее гнездышко, сердце забилось быстрее. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Отец выписался из больницы на прошлой неделе. К счастью, сломанные кости чисто срослись, и он просил не волноваться, но некоторое время ему все же будет трудно передвигаться. И все же он сказал, что обязательно придет на свадьбу, за что она поблагодарила его. После аварии отца Сэ И не ездила в Юволь-дон. Несколько дней назад звонила бабушка. Спрашивала, до каких пор она будет так себя вести. Как можно даже носа не казать перед свадьбой? Сэ И извинилась и повесила трубку. Она не собиралась препятствовать присутствию родственников со стороны отца на свадьбе. Но это было все. Другие могли бы сказать, что она жестока, но что поделать, если сердце закрылось и не открывается? Сердце, которое слишком долго надеялось, разочаровывалось и снова получало раны, не смогло найти в себе великодушия даже перед словом «семья». Это не значит, что после свадьбы она совсем не будет с ними видеться, но вряд ли сможет проявлять такую близость, чтобы ласково приходить, делиться своей повседневной жизнью и рассказывать о проблемах. Вместо этого Сэ И обрела другую семью. Новую, которая тепло смотрела на нее и говорила, что она красивая, — на нее, которая за все время, пока росла, редко слышала слова «красивая» или «хорошая». — Он должен скоро прийти. Сэ И проверила время на телефоне и оглядела дом для новобрачных, куда еще не полностью завезли мебель. Вкус Сын Джу был простым. Она медленно осматривала дом, интерьер которого вызывал ассоциации всего с двумя словами: минимализм и роскошь. На самом верхнем этаже просторной и большой виллы начнется их супружеская жизнь. Подойдя к окну, она увидела, как деревья, на которых только что появились почки, качают нежно-зелеными листьями. Опавшие лепестки цветов взлетали в воздух при каждом дуновении ветра, и Сэ И, стоя у окна, долго наблюдала за этим. Она слышала, что мама уехала за границу заниматься волонтерством. «Не знаю, стоит ли мне это говорить, но, Сэ И, мама за границей. Сын Джу попросил знакомого устроить ей психологическое лечение и волонтерскую деятельность». Ни психологическое лечение, ни волонтерство не вязались с Хе Чжон. Она ни за что не согласилась бы добровольно. Как же Сын Джу удалось отправить Хе Чжон так далеко? И при этом не сказать ей ни слова. — Он сделал это, беспокоясь обо мне. Что бы он ни делал, она безоговорочно доверяла ему. Была твердая вера в то, что Тэ Сын Джу не причинит Им Сэ И боли и не заставит ее страдать. Прошлой зимой, надев кольцо, которое Сын Джу подарил ей, делая предложение, и поглаживая его кончиками пальцев, Сэ И думала. Свадьба с Тэ Сын Джу кажется нереальной, словно невероятное чудо. Недаром Джу Ён говорила: «Кажется, ты собрала всю удачу своей жизни и вложила ее в мужчину по имени Тэ Сын Джу». Она тоже это признавала. Они встретились по невероятной судьбе, и теперь, начиная с завтрашнего дня, будут связаны словом «супруги». — О, ты уже здесь? Она не слышала звука открывающейся двери, но Сын Джу вошел внутрь. Сэ И, стоя в конце гостиной, с радостью бросилась в объятия мужчины, который широко распахнул руки навстречу ей. Объятия мужчины, который обнял ее так крепко, что не давал вздохнуть, были неописуемо безопасными и уютными. — Мебель еще не привезли? — Сказали, скоро будет. — А кровать… пришла? — Сказали, что кровать будет чуть позж… Не договорив, Сэ И постучала кулаком по его спине. Не зря его голос стал ниже — его руки уже гладили голую кожу Сэ И. Какой же он распутный: даже движения рук, касающихся ее кожи, были такими чувственными. — Давай сегодня поспим здесь вдвоем. — Завтра нужно рано выходить. — Вот именно. Мы можем спать, крепко обнявшись, а потом встать и пойти. Конечно, поужинав пораньше, мы быстро заберемся на кровать и проведем лишь короткий тест матраса… Конец фразы он прошептал ей на ухо. Сэ И оттолкнула его и сердито посмотрела. Но ничего не могла поделать с пылающими мочками ушей. — Скорее бы кровать привезли. Сын Джу сказал это с озорным выражением лица и снял пиджак. Сэ И взяла снятый пиджак, и они вместе вошли в комнату. Даже споря о том, куда поставить кровать, они не отходили друг от друга. Сэ И положила голову на плечо Сын Джу и оглядела пространство, где они будут жить вместе. В этот момент раздался звонок. Пришло время прибытия вещей, которые они выбрали вместе. ---------- Финал основной истории Отель, в котором проходила свадьба, с самого утра находился под строгой охраной сотрудников службы безопасности, расставленных у входа. Свадебный зал внутри отеля, окруженный обширным лесом, был роскошно украшен всевозможными цветами и ожидал жениха и невесту. Чета Тэ, прибывшая до начала церемонии, с довольными улыбками осмотрела зал, украшение которого вызывало невольное восхищение. Наконец-то их старший сын, Сын Джу, женится. Когда-то они мучились мыслями, не нравятся ли ему мужчины, и сможет ли он с таким характером встретить хорошую женщину, но теперь, когда он женится, родителей переполняли смешанные чувства. Кто-то мог бы сказать, что происхождение Сэ И незначительно. Но председатель Тэ и его жена считали, что более идеального человека не найти. Важнее было то, что Сын Джу женится, а не то, насколько богата семья невесты. «Тэсын Групп» уже сообщила прессе, что дедушка и отец невесты из семьи педагогов. О Сэ И будут ходить всякие слухи, но это ненадолго. Они верили в то, что чужие пересуды долго не живут. — Погода чудесная, правда? — Верно. Лучше и быть не может. Небо голубое, цветы красивые, и нашего сына с ужасным характером забирает кроткая и добрая женщина. Мён Хён красиво прищурилась на слова мужа, который стоял, заложив руки за спину. Посторонний мог бы подумать, что это правда. Что ж, это было недалеко от истины, но и муж, который в день свадьбы открыто принижал сына, тоже не отличался ангельским характером. — Сваты, похоже, еще не приехали? — Все-таки он был травмирован, может, ему тяжело передвигаться. Я отправила начальника Юна, он позаботится о том, чтобы привезти их с комфортом. Вам только нужно вести себя хорошо, дорогой. — О чем ты! Я веду себя отлично. Главное, чтобы два твоих сына не натворили бед. Это было правдой. Лицо Мён Хён помрачнело от неопровержимого факта. Младший, который скоро уходит в армию, несмотря на то что было решено провести скромную церемонию, учитывая обстоятельства семьи Сэ И, притащил толпу своих друзей и носился с идеей спеть поздравительную песню. Второй, вернувшийся из Америки… о нем лучше вообще промолчать. Только голова разболится. В любом случае, скоро прибудут сваты и жених с невестой, и церемония начнется. — Вон и сваты. — О боже, и правда. Пока они, приехавшие первыми, осматривали место проведения церемонии, директор Им входил в зал, сопровождая своих отца и мать. Хотя его движения казались немного скованными, директор Им широко улыбался, приближаясь к чете Тэ. — Мы опоздали. — Что вы, нисколько. Вы пришли как раз вовремя. Это, должно быть, бабушка и дедушка Сэ И? — Да. Это мои родители. Отец, мать, это будущие свекор и свекровь Сэ И. Директор Им и Бэк Ын Соль обменялись неловкими приветствиями с четой Тэ. То ли из-за того, что она делала с Сэ И, Ын Соль молчала, а дедушка выглядел лишенным сил. — Кажется, гости начинают прибывать. Сват, пойдемте встречать. А вы, старшие, располагайтесь здесь с удобством. Если что-то понадобится, наши секретари всегда рядом, просто скажите им. На вежливые слова председателя Тэ старики ответили «спасибо», но секретарей не звали. Поскольку это была первая свадьба после развода сына, директор Им пригласил немного гостей со своей стороны. По мере того как начиналась церемония и люди занимали места, лицо Бэк Ын Соль становилось все мрачнее. От очевидной разницы в уровне двух семей она чувствовала себя подавленной, плечи невольно сжимались, когда директор Им, сидевший смирно, вдруг бросил ей фразу: — Ты так изводила мать Сэ И за то, что она невестка из бедной семьи, а теперь каково тебе быть членом бедной семьи невесты? У Ын Соль был рот, но она действительно не могла ничего сказать. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Оставив Сэ И, которая входила в комнату ожидания невесты с элегантно собранными волосами, украшенными цветами, Сын Джу подошел к родителям. В отличие от Сын Джу, который хотел устроить для Сэ И грандиозное торжество, чета Тэ предложила провести свадьбу только с родственниками и действительно близкими знакомыми. Но вопреки их ожиданиям, посыпались требования пригласительных от людей, связанных с группой. Пришлось неохотно допечатать приглашения и раздать их желающим, поэтому гостей оказалось гораздо больше, чем планировалось. В спешке договорившись с отелем, они обеспечили дополнительные места, и гости хлынули потоком вместе с бесчисленными венками. Сын Джу сегодня услышал поздравлений больше, чем за всю свою жизнь. Среди тех, кто пришел из-за связей отца, было немало незнакомых лиц, но жених перед свадьбой был занят тем, что запоминал их всех. В отличие от них, окруженных толпой, директор Им, стоявший вместе с Сэ Джуном на стороне невесты, искренне приветствовал редких гостей. Именно тогда Сэ Джун, кланявшийся рядом, проворчал: — Отец, вы бы тоже позвали побольше гостей. — Тебя подавляет то, что с нашей стороны так мало людей, сынок? — Немного. — Сэ Джун, папа ни капли не подавлен. Ведь Сэ И — моя дочь, и Сын Джу любит ее больше всех на свете, почему я должен быть подавлен? — Верно. Я видел нуну, когда мы шли, она невероятно красивая, папа. Если бы мама тоже видела это… Эх. Директор Им горько улыбнулся. Нельзя отрицать, что перед свадьбой дочери он ощутимо чувствовал отсутствие Хе Чжон. Он выбрал развод в порыве гнева и из-за мгновенного чувства предательства, но это не значило, что он совсем не понимал чувств Хе Чжон. Наверное, это случилось потому, что раны накапливались слоями, как годовые кольца дерева, на протяжении всей жизни. Но способ, которым она выплескивала боль, был неправильным. Решать свои проблемы, нанося раны другим, — недостойно взрослого человека. Кроме того, поступки жены непосредственно перед разводом было трудно понять кому бы то ни было. Мало того что она требовала денег у Мён Хён, Хе Чжон оправдывала себя тем, что делала это, чтобы предотвратить брак Сэ И и Сын Джу. А Сэ И она вбила гвоздь в сердце словами, чтобы та не смела быть счастливой и жить лучше Сэ Джуна. Сэ И, вероятно, было трудно простить. Ей было страшно думать, как родители могут так поступать. Поэтому Сэ И выбрала не видеться с Хе Чжон, и он уважал этот выбор. — Мама ведь в порядке? — Как только поправлюсь, я собираюсь съездить к ней. Хочу посмотреть, как она живет, обрела ли покой. Сэ Джун посмотрел на него, но больше ничего не сказал. Директор Им широко улыбнулся своей дежурной улыбкой, увидев приближающегося знакомого. Гости все еще шли. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Сэ И в платье с открытыми плечами и Сын Джу в смокинге с бабочкой вошли в зал вместе. Первоначальный план войти под руку с отцом так и не осуществился из-за аварии директора Има. Гости громко зааплодировали, видя, как они входят, держась за руки. В полдень, когда цветы, украшавшие каждый уголок зала, были в полном цвету, Сын Джу и Сэ И пообещали перед множеством свидетелей провести жизнь вместе. Сэ И, ставшая главной героиней свадьбы, о которой мог бы мечтать каждый, счастливо улыбалась. Сын Джу сделал так, чтобы она смеялась. С тех пор как она начала следить за ним с помощью камеры телефона, Сэ И не могла отвести от Сын Джу глаз. Нет, даже раньше. С того момента, как он бесстыдно стоял голым, открыв дверь ванной, и обвинял ее в том, что она видела его тело, Сэ И четко запечатлела Тэ Сын Джу в своей памяти. Благодаря этому человеку она узнала любовь. Даже думая, что им ни за что нельзя быть вместе, она никак не могла от него оторваться. — Я люблю тебя. Пока Сын Хё с друзьями пели поздравительную песню, заставляя гостей надрывать животы от смеха, Сын Джу признался ей, глядя на нее горящим взглядом. Тэ Сын Джу, который редко говорил о любви, почему-то сделал горячее признание. Сэ И бережно сохранила эти слова в своем сердце. С одной только мыслью о том, что этот человек любит ее, она без страха шагнет в будущее. — Им Сэ И. Давай будем счастливы. На сладкие слова Сын Джу Сэ И кивнула. — Я тоже хочу, чтобы ты был счастлив из-за меня. Я буду стараться изо всех сил, чтобы так и было, поэтому ты должен быть рядом со мной. Всегда. — Обещаю. Сын Джу и Сэ И посмотрели друг на друга с нежностью. Стоя под лепестками цветов, разлетающимися на ветру, они упивались взглядами друг друга. Это был момент, наполненный счастьем и смехом. С желанием прожить всю жизнь с этим чувством, двое нежно смотрели друг на друга. Наблюдение за сыном маминой подруги | fin. ---------- Том 3 Глава 91 Экстра 1 Люди иногда впадают в нелепое заблуждение. Они думают, что раз Тэ Сын Джу женился, он стал немного мягче и с ним проще иметь дело. Поэтому, забывая, кто он такой, они подходили к нему с абсурдной фамильярностью, как сейчас. — Здравствуйте, господин управляющий директор. — Да. Женщина, преградившая ему путь с подносом в руках, широко улыбнулась и поздоровалась. Конец двадцатых, должность примерно заместитель? Сын Джу, как всегда, лишь слегка кивнул и оглядел столовую в поисках свободного места. К счастью, в углу виднелся пустой столик. Но как только он направился туда, послышались шаги следующей за ним женщины. Сын Джу и подумать не мог, что она пойдет за ним. Поэтому, как обычно, он сел за пустой стол, поставил поднос и собирался приступить к еде. — Можно сесть здесь? Взволнованный голос женщины раздался в тот момент, когда он взял ложку. Сын Джу поднял бесстрастный взгляд и посмотрел на нее. Свободных мест было полно, и не обязательно было садиться именно напротив него. Зачем она идет на такой риск? Ему должно быть все равно, но за спиной женщины он заметил группу людей, украдкой поглядывающих в их сторону. Административный отдел. Даже не глядя на бейджи, он узнал лица, которые видел пару раз. Это были сотрудники, с которыми Сэ И ходила вместе, когда только пришла стажером. — Господин управляющий директор… нельзя? Нельзя, — уже собирался отрезать он. «В компании умерь свой пыл и улыбайся сотрудникам, ладно? И не ешь в одиночестве, а ешь вместе с другими, если есть возможность. Так вкуснее». Внезапно вспомнилось ворчание женщины, которую он любил больше всего на свете. Сын Джу молча начал есть. Женщина со слегка раскрасневшимся лицом поставила свой поднос напротив него. Это еще можно было стерпеть. Но то, как она исподтишка поднимала глаза и смотрела на него, раздражало. И в этот момент группа, стоявшая за спиной женщины, заняла места неподалеку от него. Взгляды, которыми обменивались женщина и эта группа, сильно действовали на нервы, но Сын Джу подавил вспыхнувшее раздражение. Пора перестать ходить в столовую для сотрудников. Когда у него не было встреч вне офиса, он чаще пользовался общей столовой, а не столовой для руководства. В столовой для руководства невозможно было избежать приветствий и вмешательства со стороны руководителей, которые были намного старше его. К тому же, его секретарь, начальник Чан Хо Ёль, как-то обронил фразу, что, чем чаще он появляется в общей столовой, тем выше качество меню. Поэтому он старался есть здесь, но в последнее время взгляды сотрудниц, задерживающиеся на нем каждый раз, когда он входил, стали утомлять. Сначала он заходил, думая: «Что тут сложного?», услышав, что персонал столовой напрягается, если часто заходит наследник «Тэсын Групп», и это вошло в привычку. Но теперь он не хотел терпеть дискомфорт от чужих взглядов. Чувствуя себя неуютно, он ел быстрее обычного, когда женщина напротив, откровенно разглядывавшая его, вдруг заговорила. — Господин управляющий директор. — Да. — Как там Сэ И? При имени «Сэ И» на бесстрастном лице Сын Джу появилась трещина. Сэ И проработала стажером в «Тэсын Групп» всего около месяца. Конечно, поскольку она устроилась с нечистой целью следить за ним, Сын Джу лично распорядился о ее увольнении сразу после аварии на мотоцикле. Неужели после короткой стажировки Сэ И продолжала общаться с сотрудниками административного отдела? Он прищурился, но, сколько ни думал, не мог вспомнить, чтобы Сэ И рассказывала о таком. И все же женщина бесцеремонно упоминала имя Сэ И в его присутствии. Решив, что у этих слов есть другая цель, Сын Джу холодно посмотрел на женщину, сидевшую напротив. — И что с того? — Все в нашей команде интересуются, как поживает Сэ И. Мы втайне надеялись, что она пригласит нас на свадьбу, но Сэ И даже не связалась с нами. Мы даже не смогли побывать на свадьбе… Поэтому я говорю, господин управляющий директор. Может, как-нибудь устроите новоселье… Сын Джу скрестил руки на груди и посмотрел на женщину циничным взглядом. Ему не нравилось, что она в каждом предложении повторяла «Сэ И, Сэ И», словно звала дворовую собачонку, а не его жену. И было неприятно, что она бесцеремонно упоминает ее, не считаясь с его настроением. Зная характер Сэ И, если бы это был человек, достаточно близкий, чтобы представить его мужу, она бы точно намекнула или познакомила их. Взять хотя бы Джу Ён. Аппетит пропал из-за вида женщины, которая упоминала Сэ И ради удовлетворения своего низкого любопытства только потому, что они очень короткое время работали в одном пространстве. У Сын Джу и без того было не самое лучшее мнение об административном отделе. Он был недоволен заместителями Чин и Кон, которые не могли держать свои глаза при себе, когда Сэ И впервые вышла на работу стажером, а теперь к этому добавилась сотрудница, раздувающая его неприязнь. Недовольство уже проступило на его окаменевшем лице, но, к сожалению, женщина этого не заметила. — Сэ И… — Сотрудница административного отдела Ли Ын Чжин. С тихим вздохом Сын Джу проверил имя на бейдже и позвал ее резким тоном. — Да?.. Ын Чжин, которая нагло заняла место перед ним, прикрываясь знакомством с Сэ И, только сейчас, услышав холодный голос, называющий ее имя, поняла серьезность ситуации и растерялась. Сотрудницы, сидевшие неподалеку и наблюдавшие за этой сценой, тоже испуганно напряглись. — Вам не кажется, что вы слишком свободно и бесцеремонно называете имя моей жены в моем присутствии? Разве не вежливо добавлять хотя бы уважительное обращение? — Что? Женщина выглядела растерянной, словно не ожидала, что он рассердится. Но даже так Сын Джу не собирался спускать это с рук. Независимо от должности, как человек человеку, Ли Ын Чжин совершила большую грубость. Это компания, где нельзя отделить личное от служебного. Здесь строго соблюдается субординация. И когда это Тэ Сын Джу был начальником, который панибратски общается с сотрудниками? К тому же, женщина по имени Ли Ын Чжин была лишь шапочной знакомой, с которой он сталкивался в коридорах, а не тем, с кем он мог бы свободно обсуждать личные дела. Нет, людей, с которыми он мог говорить о личном в этой компании, было крайне мало. Так с какой стати она бесцеремонно называет имя Сэ И? Даже говоря о жене рядового сотрудника, в присутствии мужа принято использовать уважительное обращение. Его разозлило, что она пренебрежительно относится к Сэ И, считая ее всего лишь бывшим стажером административного отдела, и треплет ее имя перед ним. — Мою жену действительно зовут Сэ И, но я не потерплю, чтобы в моем присутствии ее панибратски называли «Сэ И, Сэ И». — И-извините, господин управляющий директор. — Если извиняетесь, может, встанете? Не мешайте чужой трапезе. — Прошу прощения… Лицо женщины, которая садилась с торжествующим видом, стало пунцовым, и она встала с подносом. За соседним столом, где на них поглядывали, атмосфера тоже мгновенно стала такой, словно всех облили ледяной водой. Хотя он говорил тихо, атмосфера была настолько убийственной, что люди вокруг начали коситься на его стол. Не обращая на это внимания, Сын Джу снова взял ложку. [Вкусного обеда. Я выбралась в кафе к Джу Ён.] Вспоминая сообщение Сэ И, отправленное по дороге в кафе к подруге Джу Ён, он медленно съел все, что было на подносе. Где это видано — «Сэ И»? Сэ И ей не подружка… Ха. Чем больше он думал, тем больше это его возмущало. Сын Джу выходил из столовой с лицом, застывшим в пугающей гримасе. Чан Хо Ёль, пришедший на обед с опозданием, поздоровался, но Сын Джу холодно прошел мимо. Чан Хо Ёль быстро последовал за Сын Джу, забыв о подносе. — Начальник Чан, узнайте, кто был близок с Сэ И, когда она работала в административном отделе. — Да, господин управляющий директор. Он догадливо нажал кнопку вызова лифта и отступил на шаг назад. Сын Джу, сверля взглядом пустоту с выражением крайнего раздражения, отдал тихий приказ. ---------- Том 3 Глава 92 Как только двери лифта открылись, Сын Джу пулей влетел внутрь и, не дожидаясь Хо Ёля, нажал кнопку закрытия дверей, уезжая в офис в одиночестве. Хо Ёль, внезапно брошенный и оставшийся без обеда, побрел ко входу в столовую. — С таким лицом, будто готов кого-то убить, приказывает найти людей из административного отдела, которые были близки с госпожой. Как я их найду? Госпожа проработала там всего ничего, около месяца, да и прошло уже больше года, как я должен… Хо Ёль, ворча под нос, входил в столовую, собираясь снова взять поднос. В этот момент мимо него с озабоченными лицами прошли сотрудницы административного отдела, закончившие обед. — Приятного аппе… Тита? Он уже собирался поздороваться. — Что делать заместителю Ли? Она и раньше без повода придиралась к жене управляющего, а в этот раз, похоже, влипла по-крупному? Жена управляющего? И влипла? Тэ Сын Джу, обычно не проявляющий эмоций, бывал особенно чувствителен в одном случае. Когда дело касалось его жены. Хо Ёль прекрасно знал, что Тэ Сын Джу, который и бровью не ведет в делах, касающихся председателя, госпожи или двух братьев, становится как вздыбленный кот, когда речь заходит об одном-единственном человеке — его жене Им Сэ И. У кого же хватило наглости обсуждать жену перед управляющим? Да еще имея к ней неприязнь, вывалить это прямо перед ним? Постойте, заместитель Ли — неужели Ли Ын Чжин? Хо Ёль облизнул пересохшие от напряжения губы и прислушался к разговору сотрудниц административного отдела, стоявших группой. Лица всех выходящих из столовой сотрудниц, опустивших плечи, были как на подбор мрачными. К счастью, скандала не случилось, и большинство людей в столовой спокойно продолжали обедать. Можно сказать, повезло в несчастье. Хо Ёль осторожно пошел следом за удаляющимися сотрудницами. — С ума сошла. Точно свихнулась. Как можно было додуматься пойти за столик управляющего и сделать то же самое, что делала Сэ И? — Заместитель Ли еще раньше говорила, что ей противно смотреть, как Им Сэ И подсаживается к управляющему и клеится, и предложила поспорить, что если Им Сэ И смогла, то и она сможет, и первой… — Хотите сказать, что вы все это знали и не остановили? Вы все с ума посходили? Они только поженились, у них медовый месяц, а вы вместо поддержки решили устроить бардак? Все-таки вы когда-то работали в одном офисе, как можно быть такими жестокими? — вспылила самая младшая сотрудница Ми Сон. От слов Ми Сон, которая была более-менее близка с Сэ И, трое сотрудниц нервно закусили губы. — Заместитель Ли так говорила. Что она намного лучше Сэ И. Что уступает только слегка лицом, а в образовании и происхождении ей не в чем завидовать… Наша вина только в том, что мы просто смотрели, потому что заместитель Ли постоянно об этом твердила. — Только лицом уступает? С ума сойти, честное слово. Заблуждаться тоже надо уметь. Я умываю руки. Она сама себе могилу вырыла, кто ей виноват. Вы же знаете, управляющий Тэ — не простой человек? Думаете, раз он женился на сотруднице, то теперь примет любую, кто к нему полезет? Откуда такая смелость… Разбирайтесь сами. Лицо Хо Ёля, который дошел до лифта и услышал разговор, становилось все бледнее. Сотрудницы административного отдела, говорившие шепотом от страха, толпой вошли в открывшийся лифт. Хо Ёль с полубезумным взглядом смотрел на закрывающиеся двери лифта и тяжело вздохнул. Значит, заместитель Ли Ын Чжин с подносом в руках подошла к управляющему, подражая госпоже, и натворила невообразимых дел. — С ума сошла, что ли? Слова вырвались сами собой. Видимо, она бесстрашно дернула тигра за усы — управляющего Тэ, о котором никогда не говорили как о человеке с хорошим характером. У Хо Ёля пропал даже разыгравшийся аппетит. И в этот момент он вспомнил приказ Сын Джу найти человека в административном отделе, который был близок с женой. Что он собирается раскопать? Кого и насколько сильно он собирается покарать на этот раз? Ощущение, что грядет кровавая буря, — это лишь его иллюзия? Тэ Сын Джу изначально был таким человеком. Как уладить ошибку сотрудницы, которая впала в заблуждение, не зная, что его привязанность ограничена лишь одним человеком? Хо Ёль серьезно задумался. Нужно пройти это максимально тихо и без проблем. Однако предупредить надо жестко, — подумал Хо Ёль и нажал кнопку вызова лифта. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ [Пообедала?] Тэ Сын Джу не был человеком, который говорит сладкие речи, как другие мужчины. Он трогал людей коротко и сильно. Не пропуская сообщение с пожеланием вкусного обеда, Сын Джу коротким сообщением побеспокоился о том, поела ли она. Пока она росла, она никогда не получала любви, когда кто-то беспокоился только о ней и смотрел только на нее. Возможно, поэтому вид Сын Джу, который смотрел только на нее и волновался, иногда трогал ее до слез. — От кого сообщение, что у тебя такое лицо? — Какое лицо? — Лицо, с которого просто капает мед. Как только кафе, где царил хаос из-за наплыва офисных работников в обеденный перерыв, опустело, Джу Ён подошла к ее столику, села и проворчала. — Что это еще за лицо, с которого капает мед? — Посмотри на себя в зеркало — поймешь. Ты такая красивая, что даже завидно, подруга. Сэ И, глядя на Джу Ён, которая уже широко улыбалась, словно и не ворчала секунду назад, немного смущенно высунула кончик языка и засмеялась. Как и сказала Джу Ён, в последнее время она была слишком счастлива. Иногда настолько, что она больно щипала себя за руку, проверяя, не сон ли это. Конечно, при мыслях о родительском доме иногда накатывала грусть. Хе Чжон уехала под предлогом волонтерства за границу, но на самом деле, как она слышала, лечилась в санатории. Она и раньше думала: с чего бы Хе Чжон, которая не из тех, кто поедет волонтерить даже за границу, вдруг решила уехать? «Кажется, зять не хотел, чтобы ты знала, поэтому не сказал, так что не подавай виду. Я тоже много думаю в последнее время, услышав это от отца». Брат, которого выгнали в армию после того, как он натворил дел; мама, уехавшая за границу; отец, который все еще ходит в больницу лечить последствия аварии; бабушка и дедушка, которые на старости лет плакали, сетуя, что им приходится видеть развод сына. Если посмотреть, ее жизнь не была гладкой и ровной. Хотелось бы разом стряхнуть старые эмоции, копившиеся слоями долгое время, но это было нелегко. С дедушкой, бабушкой и отцом, присутствовавшими на свадьбе, она общалась более-менее нормально, но с Хе Чжон — нет. При одной мысли о Хе Чжон у Сэ И тяжелело на сердце. В ее суровую жизнь, усеянную острыми камнями и булыжниками, вмешался Тэ Сын Джу и упаковал ее, по крайней мере, красиво. — Сэ И. — А? Джу Ён, ловко заметившая, что лицо Сэ И помрачнело, стоило ей на миг задуматься о семье, позвала ее. Она попыталась улыбнуться, делая вид, что все в порядке, но улыбка продержалась недолго. Только что ей сказали, что завидуют ее счастливому виду, а она уже снова впадает в уныние — может быть, она все еще не смогла полностью освободиться от семьи. — Ты не голодна? Обеденное время уже давно прошло, боюсь, как бы Тэ Сын Джу не упрекнул меня, что я морю тебя голодом. Пойдем, я угощу тебя чем-нибудь вкусным. — Я угощу. — Ах да. Ты же чеболь? Сэ И, встававшая с места, зыркнула на слова Джу Ён. Какой чеболь… Муж из семьи чеболей. — Если подумать, моя подруга — чеболь. О, Им Сэ И, когда я с тобой, плечи сами собой расправляются, будто туда подложили подушечки. Подруга-чеболь угощает, куда пойдем? Это будет совершенно другой уровень, чем еда, которую покупаю я, мелкий предприниматель, да? На слова Джу Ён, в которых сквозили скрытое ожидание и давление, она рассмеялась. Как и сказала подруга, теперь угостить друга обедом для нее не составляло никакого труда. Ее жизнь настолько изменилась после встречи с Сын Джу, что она с радостью согласилась бы купить не только еду, но и что угодно другое. А главное — теперь у нее появился человек, на которого можно опереться. Знать, что в мире есть человек, который целиком и полностью на твоей стороне, — это придавало гораздо больше уверенности, чем карта с безлимитом. — Джу Ён. — А? — Мне правда можно быть такой счастливой? — Конечно. Можно быть счастливой. Как ты жила до этого. Я считаю, что так же, как существует закон сохранения дерьма [1], существует и закон сохранения несчастья. Моя подруга Им Сэ И, которая достигла дна несчастья и поднялась! Теперь будь счастлива вволю. Тебе можно. [1] Закон сохранения дерьма (кор. сленг): Объем неприятностей в жизни постоянен. Правда можно? В эти дни она была так счастлива, что становилось даже страшно. Возможно, поэтому она хотела, чтобы кто-то сказал ей это. Чтобы кто угодно разрешил ей, как сказала Джу Ён: теперь тебе можно быть счастливой. Сэ И все еще не могла до конца понять родителей. Даже при мысли о том, чтобы жестоко разорвать отношения, тот факт, что она не может радоваться своему счастью в полной мере, возможно, говорит о том, что она глупышка. — Кстати, Сэ И. — М? — Тэ Сын Джу хорошо к тебе относится? — Да. Очень. — Тогда ладно. Просто мне кажется, что Тэ Сын Джу — человек, далекий от нежности. Несмотря на ответ Сэ И, Джу Ён сделала сомнительное лицо. Казалось, она не верит. Сэ И частично согласилась со словами Джу Ён. Верно. Тэ Сын Джу далек от нежности. Но по отношению ко мне, исключительно к Им Сэ И, он не просто горячий, а буквально кипящий. Поэтому я счастлива. Сэ И взяла Джу Ён под руку и пробормотала это про себя. И тут она поняла, что соскучилась по Сын Джу. Может, пообедать с Джу Ён и поехать забрать мужа, который закончит работу через три часа? При мысли о том, чтобы впервые после свадьбы поехать к нему в компанию, сердце почему-то затрепетало. При виде голубого неба, по которому плыли пушистые облака, в груди защекотало еще сильнее. ---------- Том 3 Глава 93 Какой смысл искать сотрудника, который был близок со стажером, проработавшим всего месяц? Вернувшись в кабинет, Сын Джу, чей гнев так и не утих, издал пустой смешок, чувствуя нарастающее раздражение. Сын Джу прекрасно знал, что о его браке много судачат в разных кругах. Браки в семьях чеболей обычно зависят от тщательных расчетов и выгоды. Многие рассматривали это как возможность для резкого усиления влияния и мощи всей группы. Видимо, все думали, что «Тэсын Групп» поступит так же, но это было их глубочайшим заблуждением. Его брак — это личное дело, которое он не обязан объяснять, и уж тем более оправдываться. Любовь. Только благодаря этому чувству он получил Им Сэ И. Если бы не Сэ И, он, возможно, жил бы как обычные наследники групп. Встречался бы с женщинами без чувств, взвешивал бы условия и щелкал калькулятором — занимался бы такими скучными и бездушными вещами. Но небеса помогли ему. Дочь подруги матери спасла его. Другие иногда впадали в нелепые заблуждения, очарованные его происхождением, внешностью и образованием. Они определяли его как объект зависти и судили о нем по-своему. Думали, что старший сын «Тэсын Групп», будущий руководитель, — добрый, благородный, способный человек, образец для общества. Забавно, ведь он совсем не такой человек. Возможно, если бы он не встретил Им Сэ И, то бы жил и умер как абсолютно эгоистичный, расчетливый и закрытый тип, проще говоря — самовлюбленный ублюдок, которому плевать, живут другие или умирают. Но встретив Сэ И, он старается жить, подражая нормальным людям. Раз уж он, на ком поставили крест даже родители, настолько взялся за ум — чего еще желать? Если только его не будут провоцировать идиотскими выходками, как сегодня. Тук-тук. Через пару секунд после стука дверь кабинета открылась. Хо Ёль вошел и встретился с ним взглядом. Хоть он и не совершил преступления, Хо Ёль вздрогнул и остановился. Человек, который должен был подойти к его столу, замер посреди кабинета, низко опустив голову. — Вы совершили преступление без моего ведома? — Нет, господин управляющий директор. — Узнали то, что я просил? — Да. — Кто этот сотрудник, который был близок с Сэ И? — Как вы знаете… Как я знаю? Что я знаю? Он говорит это тому, кто попросил узнать, потому что сам не знает? Как только Сын Джу криво поднял одну бровь, Хо Ёль снова отвел взгляд. — Когда госпожа была стажером, у нее было больше близкого общения с сотрудниками-мужчинами, чем с женщинами, поэтому… Сын Джу посмотрел на Хо Ёля с ошеломленным видом. Что за чушь он несет? Даже если у Сэ И хороший характер, она не обладала такой общительностью, чтобы легко сходиться с мужчинами. Даже следить за ним у нее получалось неуклюже. Близкое общение с сотрудниками-мужчинами? Близость? — Повторите, с кем из административного отдела была близка наша Сэ И? — Я слышал, что когда она была в административном отделе, самой близкой была О Ми Сон. О Ми Сон. Так и думал. Заместители Чин и Кон, которые не могли держать глаза при себе, не были близки с Сэ И, у них просто были грязные мыслишки. Значит, действительно близкой была О Ми Сон. Сын Джу опустил поднятую бровь и сказал мягким голосом: — Попросите О Ми Сон зайти ко мне в кабинет. — Да, господин управляющий директор. Хо Ёль быстро ответил и выскочил из кабинета. Теперь осталось дождаться О Ми Сон. Нужно выяснить, почему та женщина несла перед ним такой бред и почему посмела упоминать его жену, работавшую здесь давным-давно. Мало было Сон Чжин Хи, распускавшей злобные слухи, когда Сэ И была стажером, так теперь появилась Ли Ын Чжин, зовущая Сэ И как дворовую собачонку. Как они смеют упоминать ее так в моем присутствии? Сын Джу впервые за долгое время заскрежетал зубами. Чтобы ясно показать, что бывает, если тронуть его собственность, нужно было сначала четко разобраться в ситуации. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Твердя про чеболей, Джу Ён съела только острые тушеные ребрышки и поспешила обратно в кафе. Несмотря на то, что они встретились впервые за долгое время из-за ее подготовки к свадьбе и учебы в магистратуре, встреча закончилась рано. Кафе по-прежнему процветало, и Джу Ён в последнее время запала на одного мужчину, который часто туда заходил. В отличие от нее, которая не могла завести даже парня, не говоря уж об отношениях, Джу Ён встречалась без перерыва. Даже если они ссорились и расставались, на следующий день Джу Ён появлялась, хихикая и держа парня под руку, чем повергала ее в шок; но после отношений перед выпуском она ни с кем не встречалась. И видя, как она краснеет, рассказывая, что встретила симпатичного человека, почему-то радовалась именно она, Сэ И. — Приехали. Иногда, разговаривая по телефону с Хо Ёлем в шутку, она слышала: «Госпожа, заезжайте как-нибудь в компанию. Я сделаю вам вкусный кофе», но после свадьбы она никак не решалась заехать. Вспоминая, как около одного месяца работала в этой компании и преследовала Сын Джу, смех вырывался сам собой. Тогда она преследовала его так отчаянно, словно человек с какой-то миссией. В телефоне до сих пор, как летопись, хранились многочисленные фотографии Сын Джу, сделанные, чтобы оправдать ожидания госпожи, ставшей теперь ее свекровью. Если подумать, Сын Джу до сих пор не знает, сколько его изображений осталось в ее телефоне. — Показать или не стоит? Она думала, что преследовала его настойчиво, но, глядя на фотографии, сделанные до свадьбы, смеялась от тщетности усилий. Все его изображения были только со спины, и почти не было таких, где четко видно лицо. Если бы Мён Хён тогда не сделала ей то предложение, они с Сын Джу не стали бы супругами. Оглядываясь назад, предложение Мён Хён было для нее чистой удачей. И то, что она встретила ту самую подругу, которой мама хвасталась каждый раз, посещая универмаг «Тэсын», и то, что стала обучать Сын Хё, и то, что преследовала Сын Джу — все это, по сути, было удачей. Сэ И с улыбкой смотрела на высокое здание «Тэсын Групп». Сэ И хорошо знала, что о их браке до сих пор много говорят. Она слышала через третьи руки, что кто-то называл ее Золушкой, а кто-то язвил, что она открыто соблазнила Сын Джу в компании и ей просто повезло его захомутать. Комментарии под статьями об их свадьбе были настолько грязными, что второй раз туда заходить не хотелось, но Сэ И не обращала внимания. Иногда, зная, что реальность бывает большим адом, над такими комментариями можно было просто посмеяться и пропустить мимо ушей. Возможно, после встречи с Сын Джу Сэ И действительно становится взрослой. Потому что она считала, что находить в себе смелость идти вперед, не останавливаясь, даже если иногда страшно и трепетно — это то, с чем она должна справляться, чтобы быть рядом с Сын Джу. — А? Невероятно. Когда я хотела встретиться, носу не показывала, а теперь вот так встречаемся? Пять часов пятьдесят минут. За десять минут до конца рабочего дня Сэ И вошла в здание компании. И в холле, где было еще свободно, так как сотрудники еще не вышли, она встретила Ын Джин, которую знала в лицо. В отличие от нее, невольно улыбнувшейся и кивнувшей от радости при виде знакомого лица, Ын Джин смотрела на Сэ И с выражением полного раздражения. — Уже уходите с работы? — Если кто увидит, подумает, что я ухожу раньше времени, нарушая график. Им Сэ И, раз вышла замуж за директора, теперь тебе плевать на старших коллег? Что это за тон? В ответ на приветствие Ын Джин начала придираться, словно только и искала повод. Будто человек, который ждал встречи с ней, она всем своим видом и словами выражала недовольство. Лицо Сэ И застыло от растерянности из-за внезапных нападок. И тут она вспомнила, что Ын Джин и раньше крайне неодобрительно к ней относилась. Голос, который поливал ее грязью в туалете, вспомнился пугающе живо, хотя прошло уже больше года. Она думала, что все забыла, но, видимо, это не так. — Извините. Если мои слова вас обидели… — Только слова обидели? Ты не знаешь, что ты сама по себе неприятна? Будучи всего лишь стажером, не извинилась за то, что поставила людей в неловкое положение, перестав выходить на работу без предупреждения; будучи всего лишь стажером, открыто соблазнила директора, да еще и не пригласила на свадьбу людей из того же отдела… Лицо Сэ И холодно окаменело именно в этот момент. Из-за чувства неприязни от чьих-то слепых нападок без причины. Время, которое она проработала с Ли Ын Джин, было коротким, и причин для таких обвинений тоже не было. Сэ И не могла понять, почему эта женщина так себя ведет. Поэтому она посмотрела на нее с лицом, с которого полностью исчезла улыбка. — Почему вы злитесь на меня? Я не делала ничего, за что заслуживала бы упреков от вас, помощник менеджера Ли, только на основании того, что мы когда-то недолго работали в одном офисе. — Ты не знаешь, что из-за таких, как ты, нормальных сотрудниц ругают ни за что? Сколько времени прошло, как ты пришла в компанию, а ты директора… А, теперь, раз ты жена директора, если я буду такое говорить, меня уволят? Так ты поступишь? На вопрос Сэ И злобный вопрос Ын Джин вернулся бумерангом. ---------- Том 3 Глава 94 Экстра 2 Выйдя из лифта, председатель Тэ широко раскрыл глаза, заметив двух женщин, стоящих лицом друг к другу в холле. Атмосфера между ними была напряженной, но он не мог отвести глаз от одной из женщин. Председатель Тэ поправил очки, подумав, что ему показалось. Хотя количество сотрудников, спускающихся после работы, увеличивалось, две женщины продолжали стоять, глядя друг на друга, словно в противостоянии. — Начальник О, та женщина, что стоит там, похожа на нашу Сэ И, или это мне только кажется? — Нет, господин. Я тоже вижу младшую невестку. — Правда? Это же наша Сэ И, верно? Обрадовавшись, председатель Тэ быстро направился к Сэ И, но вдруг остановился. — Я не знаю, как такая, как ты, соблазнила директора Тэ, но... Председатель Тэ на мгновение усомнился в своем слухе. Женщина, осыпавшая Сэ И оскорблениями, носила на шее пропуск сотрудника его компании. Председатель Тэ помрачнел, услышав грубые слова сотрудницы в адрес Сэ И. Начальник О подошел к председателю Тэ и тихо прошептал: — Это старшая дочь вице-президента Ли. Ли Ын Джин, помощник менеджера, сейчас работает в общем отделе. — Почему старшая дочь вице-президента Ли говорит такие вещи моей невестке? — Насколько я знаю, перед женитьбой директора Тэ сторона вице-президента предлагала брак. До встречи с Сэ И Сын Джу довольно часто ходил на свидания вслепую. Некоторые организовывала его жена Мён Хён, некоторые — по рекомендации профессиональных свах. В разгар этого он ходил на свидания до четырех раз в месяц, или по крайней мере один-два раза, и отказал довольно многим женщинам. Дошло до того, что его мать, заподозрив Сын Джу в гомосексуальности, попросила Сэ И проследить за ним. — Пойдем. Председатель Тэ, заложив руки за спину, направился к Сэ И. Женщины даже не подозревали о его приближении. Шаги председателя Тэ, идущего к Сэ И, были решительными. — Сэ И. И в тот момент, когда он ласково позвал Сэ И, невестка с удивленным лицом обернулась. — Отец. В отличие от Сэ И, которая называла председателя «Тэсын Групп» отцом, дочь вице-президента Ли не могла скрыть растерянности, ее глаза бегали. Председатель Тэ проигнорировал Ын Джин, которая поклонилась ему, и подошел к Сэ И. — Пришла к Сын Джу? — Да… — И стоишь здесь, в холле? Не поднимаешься в офис? Сын Джу знает, что ты придешь сегодня? — Нет, я пришла без предупреждения, отец. — Раз не сказала, поехали со мной. Твоя свекровь жаловалась, что тебя в последнее время редко видно. Поедешь к нам поужинать? Сэ И попыталась ярко улыбнуться. Было жалко смотреть, как она делает вид, что все в порядке, не зная, что он слышал слова, сказанные ей Ын Джин минуту назад. — Поедем на моей машине. Если по дороге позвонить этому парню Сын Джу, он примчится пулей. Хоть так увижу лицо сына. Этот негодник в последнее время только за тобой и бегает. Совершенно несерьезно. — Извините. Ругает сына, а извиняется Сэ И. Он ведь не ее винил. Прочистив горло, он собирался сказать Сэ И идти к машине... — Председатель. Ын Джин, которая притворялась кроткой и поджала хвост, как только он появился, поспешно окликнула отворачивающегося председателя Тэ. Тот оглянулся на нее холодным взглядом. — Вам есть что мне сказать? — Мы встречались раньше, не знаю, помните ли вы, но мой отец — вице-президент Ли Ын Чхоль. После поступления в компанию я хотела создать повод представиться, но это было непросто... Позвольте представиться должным образом. Ли Ын Джин, помощник менеджера общего отдела. — Ясно. Идите домой. Намерение Ын Джин, упоминающей вице-президента перед ним, словно хвастаясь своей поддержкой, казалось весьма непочтительным. Председатель Тэ с холодным выражением лица повернулся и, увидев Сэ И, которая изо всех сил старалась выглядеть бодрой, пошел вперед. — Младшая госпожа, пойдемте. Слушая, как начальник О заботится о Сэ И, идущей чуть позади, председатель Тэ стиснул зубы. Слова, сказанные Ли Ын Джин ранее, откладывались в его голове одно за другим. Женщина, которая язвила при виде Сэ И, изменилась до неузнаваемости при виде него. В лицо притворяется вежливой, а за спиной унижает члена моей семьи? Было очень жаль, что у вице-президента Ли, который усердно работал простым сотрудником и поднялся до завидного положения, такая дочь. — Не знаю, преуспел ли он в обществе, но с воспитанием детей у него совсем… — бормотал председатель Тэ со сложным выражением лица, садясь в машину. Затем он посмотрел на Сэ И, которая смирно села рядом. При мысли о том, что на сердце и без того несчастной невестки появилась еще одна рана, Ли Ын Джин казалась возмутительной. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Мён Хён широко раскрыла глаза, увидев входящего с Сэ И председателя Тэ. После женитьбы лицо Сын Джу стало трудно увидеть, да и Сэ И она не видела неизвестно сколько времени. — Как вы двое пришли вместе? — Я увидел Сэ И в компании и сразу привез. Сын Джу, наверное, уже ушел с работы, небось волнуется? — Сэ И разве не к Сын Джу шла? — А то как же? Но этот парень мало того что домой не заходит, так еще и лицо Сэ И не показывает, вот я и перехватил ее. Мы с Сэ И голодные. Дай поесть. Председатель Тэ передал портфель Мён Хён и заговорил как капризный ребенок. Мён Хён сделала ошарашенное лицо, но, встретившись взглядом с Сэ И, невольно улыбнулась. — Идите скорее переоденьтесь и выходите. Сэ И, ты тоже помой руки. Если бы позвонили по дороге, я бы хоть что-то приготовила. Начальник Юн... Мён Хён позвала его, чтобы поторопить с ужином, и последовала за председателем Тэ в спальню. Сэ И тоже пошла в ванную помыть руки, и только тогда опустила уголки губ, которые держала поднятыми через силу. Надо же было именно председателю Тэ увидеть ее в такой момент. Вспоминая Ын Джин, которая представлялась дочерью вице-президента, Сэ И незаметно сжала кулаки. В этот момент вспомнились разговоры сотрудниц общего отдела об Ын Джин, когда она работала стажером. «Говорят, помощник менеджера Ли росла дома как настоящая принцесса. Может, поэтому? У нее высокая самооценка и она кажется очень уверенной в себе, не так ли?» То, что Ын Джин придралась к ней, как только увидела, объяснялось просто: она считала ее легкой мишенью. Было еще больнее от понимания, что та уверена в своем превосходстве и поэтому игнорирует и унижает ее. — Если бы я тоже могла сказать, что росла в любви и заботе... Наверное, это было бы не так жалко. Она завидовала не происхождению Ли Ын Джин, а тому, что у нее, хоть она и дочь, есть родители, которые баловали ее как принцессу и растили в любви. Почему я не могла так расти? Дочь или сын — все они дети, рожденные родителями, так почему? Вспомнились ее детские годы, когда она металась в поисках любви. В тот момент, когда она вспомнила времена, когда смотрела на родителей, которые не замечали ее, как бы она ни старалась, пока глаза не начинали болеть, крупные слезы покатились из глаз. Даже получая любовь Сын Джу, даже если свекры души в ней не чают, причина, по которой в сердце зияет дыра и чувствуется пустота — это родители, которые ее родили. Свое отражение в зеркале показалось таким жалким, что слезы стали еще крупнее. Именно тогда раздался стук и голос Мён Хён. — Сэ И, ты скоро? — Я всё, мама. Сэ И поспешно вытерла слезы. Глаза покраснели, словно остались следы слез, на щеках тоже остались разводы. Сэ И приподняла дрожащие уголки губ и похлопала себя по щекам. Поморгав несколько раз и стерев следы слез, Сэ И вышла из ванной. Когда Сэ И с неловкой улыбкой входила на кухню, Мён Хён, ставя на стол готовое рагу, посмотрела на нее и спросила: — Ты связалась с Сын Джу? — Нет. Еще... не звонила. — Тогда скорее звони. А то опять разозлится. — На меня он не злится. — Вот именно. Какое счастье. Скорее звони. Даже если на тебя он не злится, на нас он точно сорвется. — Хорошо. Под этим предлогом Сэ И вышла в гостиную и достала телефон из сумки. Она не заметила, так как он был на вибрации, но от Сын Джу было несколько пропущенных. Сэ И перезвонила. — Ты все еще с госпожой Джу Ён? Вопреки словам Мён Хён, которая беспокоилась, что он разозлится, Сын Джу спросил мягким и нежным голосом. Как только Сэ И услышала его голос, рыдания, которые она с трудом сдержала, едва не прорвались наружу. — Нет. Я в родительском доме, приезжай скорее. Я скучаю. — Жди. Я сейчас приеду. На ее слова он дал желаемый ответ. И, как сказал, быстро приехал и был рядом с ней. Сын Джу постепенно заполнял ту пустоту, которую она ощущала очень долгое время. ---------- Том 3 Глава 95 Проводив сына с невесткой до машины и войдя в дом, Мён Хён обернулась к мужу, председателю Тэ. И Сэ И, и председатель Тэ весь вечер вели себя странно. Оба смеялись и говорили больше обычного, но, по иронии судьбы, настроение у них казалось подавленным. — Почему ты так смотришь? — С Сэ И или с тобой что-то случилось? — Что могло случиться? Накормила вкусно, а теперь говоришь ерунду. Может, она слишком чувствительна? Муж притворился, что ничего не знает, и прошел мимо нее, но выражение его лица, в отличие от слов, совсем не просветлело. И то, что муж привез домой Сэ И, которая поехала в компанию повидать Сын Джу, и то, что Сэ И, ярко улыбаясь, едва клевала еду — все это было странно. — Кстати, насчет матери Сэ И. Говорили, она уехала за границу? — Да. А почему вдруг ты вспомнила про Хе Джон? — Ничего. Председатель Тэ хотел что-то сказать, но осекся, пристально посмотрел на нее и с горьким выражением лица прошел мимо. Хе Джон было именем, которое никто в их семье не решался легко упоминать. Формально она сватья, но подруга, которую нельзя было увидеть ни на знакомстве семей, ни на свадьбе. Упомянув Хе Джон, которая развелась с мужем и была в плохих отношениях с Сэ И, председатель Тэ уже вошел в дом и скрылся из виду. Лето было в разгаре, и хотя темнота уже сгустилась, жара земли никак не спадала. Заходя внутрь, Мён Хён подумала: хорошо бы прошел ливень и остудил эту жару. Когда она входила следом за мужем, подавляя неприятное чувство, она еще думала, что ничего особенного не случилось. Однако то, что чувство тревоги было не напрасным, Мён Хён узнала уже на следующий день. Как раз когда она входила в дом, проводив мужа на работу, позвонил сын Сын Джу, который должен был быть в пути на работу. — Что с тобой в такое время? — Съездите, пожалуйста, к нам домой. — Домой? Почему? Что-то случилось? Вы что, поругались? Услышав явно подавленный голос Сын Джу, Мён Хён, терзаемая напрасными опасениями, спросила в лоб. Но Сын Джу не стал отрицать. Они правда поругались? Она уже собиралась начать ворчать от беспокойства, когда тяжелый голос Сын Джу полился из трубки. — Не поругались, но, мама, присмотрите за Сэ И. Я слышал, вчера в компании с ней случилось что-то не очень хорошее. — Почему, что случилось? — Насчет вице-президента Ли. Эта семья когда-нибудь предлагала мне брак? Начальник О говорит, что да. Было такое? Тех, кто предлагал брак Сын Джу, было не раз и не два, чтобы всех упомнить. Несмотря на холодный нрав и привередливый характер, желающих пойти на свидание было довольно много, видимо, из-за того, что он наследник «Тэсын Групп». Но даже если семья вице-президента Ли и говорила о браке, Мён Хён не могла понять, почему этот разговор всплыл именно сейчас. — И что? Даже если так, вы уже женаты, не могли же из-за этого обидеть Сэ И, так что случилось? — Эта женщина... Фух, нет. В общем, Сэ И вырвало всем, что она съела вчера в родительском доме, как только мы приехали. — Ей очень плохо? — Мама, позаботьтесь о ней, пожалуйста. Судя по плохому голосу Сын Джу, состояние Сэ И, должно быть, очень неважное. Мён Хён сказала, что поняла, и повесила трубку. А затем, чтобы спросить о том, что вскользь упомянул Сын Джу, позвонила начальнику О, который недавно уехал с ее мужем. Вскоре она услышала нечто такое, от чего просто потеряла дар речи. ༻༺━━━━⁎∗.*.∗⁎━━━━༻༺ Когда Мён Хён позвонила и сказала, что скоро приедет, Сэ И мягко отказалась. На вопрос о самочувствии она ответила, что действительно в порядке, но верилось с трудом. От рассказа начальника О у Мён Хён до сих пор колотилось сердце. Даже если их связывало лишь короткое время стажировки, как можно было сказать Сэ И такие жестокие слова, зная Сын Джу, зная их семью — она совершенно не могла этого понять. Игнорирование Сэ И было равносильно игнорированию их самих. Услышав, что Сэ И оскорбили не где-нибудь, а прямо посреди холла компании, Мён Хён почувствовала нестерпимый гнев. Но и звонить вице-президенту Ли, чтобы разбираться, было не с руки, и пока она кипела от злости в одиночестве... Зазвонил телефон, который она держала в руке, и прозвучало сообщение о международном звонке. Номер был незнакомый, поэтому Мён Хён недолго колебалась, отвечать или нет. В конце концов она соединилась и услышала совершенно неожиданный голос. — Это я, Мён Хён. При звуках этого голоса сердце ухнуло вниз. Голос, которому следовало бы обрадоваться, но почему он вызывает такое отторжение? Хе Джон, когда-то лучшая подруга, теперь стала сватьей. Но хорошими отношениями это назвать было нельзя. Услышав голос подруги, которая родила и вырастила Сэ И, но ранила ее не меньше, Мён Хён невольно сделала кислое лицо. — Мён Хён, ты слышишь? — Да. Слышу. Давно не общались. Ты... в порядке? — Вряд ли в порядке. Ты же знаешь. Твой сын отправил меня за границу и следит, чтобы я не вернулась, ты не можешь этого не знать. И спрашиваешь, в порядке ли я? Хотя она не выплескивала эмоции открыто, как раньше, в голосе все же сквозила обида. Мён Хён не хотела оправдываться, поэтому промолчала. Как и сказала Хе Джон, Сын Джу был настроен не допустить ее возвращения в Корею до окончания психотерапии. Сын Джу, любивший свою жену до безумия, не мог простить Хе Джон, которая ранила Сэ И. Она тоже считала, что Хе Джон нуждается в лечении. Состояние Хе Джон, которая не просто выделяла сына и дочь, а направляла все стрелы гнева на Сэ И, даже со стороны казалось опасным. Когда молчание Мён Хён затянулось, в трубке послышался глубокий вздох Хе Джон. — Сэ И... в порядке? Неужели Сын Джу запретил даже телефонные разговоры Хе Джон и Сэ И? Это была мимолетная мысль, но тут же Мён Хён подумала, что ее сын вполне мог так поступить. — Сын Джу случайно не говорил тебе не звонить Сэ И? Если так, я поговорю с ним. Если он запретил даже твои звонки Сэ И, то это наш Сын Джу неправ. Я извинюсь за него. — Нет. Дело не в этом. Не потому, что Сын Джу запретил звонить... Я сама не могу решиться позвонить. Голос Хе Джон, в котором раньше бушевал гнев, в этот момент слабо дрогнул. Словно она сдерживала плач. Мён Хён от жалости прикусила губу. — Наш Сын Джу правда любит Сэ И. Он мой сын, которого я родила, но я смотрю своими глазами и не могу поверить, насколько он в кого-то погружен и сосредоточен, как он ее любит, Хе Джон. Но почему ты не любила Сэ И? Имея дочь, которой позавидовали бы другие, почему ты ковырялась в ее душе и наносила раны? Глотая жалость, которую не могла высказать, Мён Хён слушала сдавленные рыдания подруги. — За меня, позаботься о ней ты. Ты же полюбила Сэ И, как только увидела... Но, Мён Хён. Я пройду лечение, но мои чувства к Сэ И, наверное, сильно не изменятся за всю жизнь. Нет, даже если изменятся, у меня нет смелости сказать об этом Сэ И. Будь у меня такая смелость, все изменилось бы раньше. Поэтому я собираюсь жить так. Взамен я больше не буду ранить Сэ И. Я не буду с ней видеться. Не буду связываться. Так что ты вместо меня... позаботься о ней. Это просьба подруги. Ты говорила в университете. Что станешь тетей для моей дочери. Тетя. Было дело. Было такое. У нее не было возможности сказать Хе Джон, но она начала любить Сэ И сердцем тети, как только увидела ее. Дочь, так похожая на подругу, была настолько красивой, что она, растившая только сыновей, очень завидовала Хе Джон. Этого ребенка полюбил Сын Джу, и теперь она стала невесткой, которая ей как родная дочь. — Ты не будешь общаться с Сэ И и не будешь видеть ее всю жизнь? — Так и сделаю. Это лучше и для Сэ И, и для меня. — Не говори глупостей, скорее лечись и приезжай в Корею. И искренне извинись перед Сэ И. Не пытайся избежать этого словами, что не будешь видеться. Ты намеренно ранила самого близкого человека. Значит, ты должна помочь заживить нанесенную тобой рану, разве нет? Так что не убегай. Столкнись лицом к лицу, признай то, что ты сделала с Сэ И, и извинись. Только так Сэ И сможет залечить свою рану и жить дальше. В конце концов Хе Джон повесила трубку, не ответив. Но Мён Хён возлагала хоть какую-то надежду. То, что она позвонила и сказала, что не будет видеться, уже говорит о том, что Хе Джон знает, в чем ее вина. Сделай еще один шаг оттуда, Хе Джон. И ты первая возьми Сэ И за руку. Ты же мама. Не перекладывай на меня, ты должна это сделать. Если подумать, и Сэ И, и Хе Джон — обе вызывали жалость. А ту девицу, что оскорбила ее жалкую невестку, она просто так оставить не могла. — Смеешь трогать моего ребенка? Мён Хён посмотрела в пустоту и куда-то позвонила. — Брат. Это я. Хочу подать на кое-кого в суд за клевету, порекомендуй хорошего адвоката. Я собираюсь сделать это втайне от зятя Тэ, так что чем жестче и безжалостнее будет адвокат, тем лучше. Глаза Мён Хён, в отличие от обычного, светились решимостью. Настало время спросить плату. ---------- Том 3 Глава 96 В эти дни казалось, что на грудь положили кусок железа. После того дня, когда она пошла в компанию, соскучившись по Сын Джу, Сэ И, оставаясь одна, вспоминала слова Ли Ын Джин. Она самонадеянно думала, что ей все равно, сколько бы ее ни перемывали, но обвинения, брошенные прямо в лицо, пронзили ее сердце как раскаленный железный прут. В тот день перед председателем Тэ она не хотела подавать виду, поэтому в родительском доме много смеялась и говорила, но, вернувшись домой, ей пришлось выпить лекарство для пищеварения и пустить кровь из пальца [1]. Не хотелось признавать, но слова Ын Джин не были полностью неверными. [1] Традиционный корейский метод снятия расстройства желудка путем прокалывания кончиков пальцев иглой. Со стороны их брак с Сын Джу может быть непонятен. Вполне естественно. Были поводы для недопонимания. Например, случай в столовой, когда Ын Джин обвинила ее в том, что она соблазняет Сын Джу. Сэ И, начавшая свою первую социальную жизнь в качестве стажера, просто хотела помочь Сын Джу, потому что не хотела, чтобы его ругали. В то время, когда все ее внимание было направлено только на Тэ Сын Джу, она просто ела с ним, считая это помощью Сын Джу, у которого была плохая репутация в компании. Но в глазах других ее поведение могло выглядеть как бесстрашное сближение с директором с целью соблазнения. В Юволь-доне тоже так. Никто не знал, что дом директора Има, который со стороны казался всем идеальным, внутри был на грани развала. Слова о том, что если смотреть из-за ворот, все кажутся счастливыми, но стоит переступить порог — у каждого дома своя история, были чистой правдой. Репутация директора Има, которого уважали и почитали в Юволь-доне, давно упала на землю. Вслед за дедом и отец жил как уважаемый педагог, но теперь превратился в объект сплетен. Бабушка и мама гордились тем, что дедушка и отец были директорами школ, как медалью, но в глазах других это было ничто. Ли Ын Джин считала, что ее дедушка и отец даже не идут ни в какое сравнение с ее происхождением. Возможно, взгляд Ын Джин — это взгляд обычного человека. Сын Джу, который выбрал ее, не имеющую ничего за душой, только из-за любви, возможно, действительно странный человек. Настолько сильно в наши дни люди не любят терпеть убытки. И все же Сын Джу выбрал ее. Оценка ее как золушки из дорамы, возможно, тоже вполне закономерна. От одного звонка Мён Хён перед приходом Сын Джу с работы Сэ И не могла поднять лицо от стыда. — Я слышала, Сэ И. Говорят, в тот день, когда ты приезжала в родительский дом, в компании случилось что-то плохое? Она узнала. А ведь она так старалась скрыть. Лицо Сэ И вспыхнуло, словно ее поймали с поличным, от мягких слов Мён Хён. Значит, председатель Тэ тоже знает? И то, что в компании ходит множество разговоров о браке... тоже знает? — Простите, что заставила волноваться, мама. — Какое там волнение. Я за тебя переживаю. Я думала сделать вид, что не знаю, вдруг слова этой глупой девчонки ранили твое сердце, но решила, что так нельзя, и позвонила. Потому что неуважение к тебе, Сэ И, равносильно неуважению ко всем нам. И я не оставлю в покое того, кто трогает моего ребенка. Я намерена обязательно получить извинения или заставить заплатить соответствующую цену. — Нет, мама. Это я во всем недостаточна... — В чем ты недостаточна, что говоришь такое? Ты ни в чем не виновата. Да, можно сжаться от того, что говорят другие. Но, Сэ И, я бы хотела, чтобы ты была уверенной. Кто бы что ни говорил, выпрями спину, высоко подними голову и можешь вести себя нагло. За тобой стою я, твоя свекровь, и к тому же Сын Джу с его скверным характером. Верь. Что бы ни случилось, мы на твоей стороне. Закончив разговор с Мён Хён, Сэ И разрыдалась. Те слова, что сказала Мён Хён, словно нанесли мазь на ее израненное сердце. Слова о том, что они будут на ее стороне, кто бы что ни говорил, в конце концов заставили ее плакать. Эти переполняющие эмоции застряли в груди и вывели ее темной ночью не в спальню, а в гостиную. Она всегда считала, что одна. Любовь, которую она больше не ждала, потерпев неудачу каждый раз, когда пыталась заслужить ее. Но семья, которую она обрела благодаря Сын Джу, дарила ей переполняющую любовь, хотя она даже не старалась. Сэ И с трудом могла в это поверить. Она не понимала, почему семья Сын Джу охотно отдает ей ту любовь, которую не давали даже люди, родившие ее. Свадьба тоже. В другой семье из-за такой свадьбы поднялся бы скандал. Перед свадьбой ее родители развелись, а отец даже попал в аварию. Им должно было быть неприятно и неловко, но чета председателя Тэ ни разу не подала такого вида. Почему? Почему? Кто она такая, что к ней относятся так незаслуженно хорошо? Сколько она просидела одна в темной ночи, подобрав ноги на диване? Со звуком открывающейся двери ее позвал низкий голос. — Им Сэ И. В этот миг у Сэ И без причины перехватило горло. В носу защипало, а глаза стали горячими. Голос мужчины, зовущего ее, проник в самое сердце. — Сэ И. Голос, ставший чуть нежнее, приблизился, Сын Джу раскрыл объятия и Сэ И с готовностью бросилась. Грудь мужчины, температура которого была выше ее собственной, обняла ее, прижимая без единого зазора. Сэ И закрыла глаза и прислонилась к нему. Так уютно и спокойно. Когда она в объятиях этого человека, кажется, что все упреки и печали мира обойдут ее стороной. Но это лишь на мгновение. Даже если он есть, реальность, с которой ей нужно справляться, определенно существовала. — Почему не спишь и вышла? — А вы, Сын Джу?.. — Потому что тебя нет. Тебя нет рядом со мной, как я могу спать. Я теперь не могу спать без тебя. В последнее время всерьез думаю, не брать ли тебя с собой в командировки. Правда? Если ее нет, Тэ Сын Джу теперь даже спать не может и бродит в поисках нее посреди ночи? Сэ И, прислонившись к его груди, которая обнимала ее как драгоценность, невольно рассмеялась. Ее, которая до мозолей в ушах слышала, что она бесполезная дочь, Сын Джу берег как свою женщину. Ему, которого заставляли уступать все сыну-брату, Сын Джу говорил, что для нее ничего не жалко, так что бери все. Родившись на свет, она сейчас находится под самой надежной защитой, так почему же она, как дурочка, ранится от слов Ли Ын Джин и сидит одиноко посреди ночи, покинув его объятия в такое время. — Сын Джу. — М? В его голосе, ответившем, пока он опирался подбородком на ее голову, было полно сна. — Что во мне хорошего, что вы даже женились? На самом деле она давно хотела спросить. Она знала, что он любит, но все же она была в том возрасте, когда понимаешь, что любовь не может быть абсолютной в мире, к которому принадлежит этот человек, поэтому хотела спросить еще больше. — Всё. — Всё? Как так? Даже ей самой иногда не нравятся некоторые свои черты, а Сын Джу ответил ей без малейшего колебания. Всё нравится. Поэтому даже женился. — А ты? Почему она решилась выйти за него замуж. Она никогда об этом не думала. Кажется, решилась просто потому, что он нравился, нравился он сам. Она заранее знала, какие разговоры пойдут, если она будет с ним. И все же он нравился ей настолько, чтобы перешагнуть через это, чтобы не колебаться от таких слов. — Потому что люблю. — Вот именно. В этом смысле, если зайдешь и докажешь свою любовь, я буду благодарен. — В такое время? Уже глубокая ночь. Доказывать любовь? — А что, время — проблема? — Нет, не в этом дело. — Тогда обними. Я человек, который готов обнять тебя в любой момент. Надежно. Когда рядом муж, дарящий ей абсолютную любовь, что бы ни говорили люди, она не понимает, почему позволила себе поколебаться от слов других людей, а не его. Видимо, даже если говоришь себе не делать этого, раны от времени взросления не заживают легко. Но все же, какое счастье. Что он рядом. Что есть он, который так трепетно и тепло обнимает ее. Сэ И слезла с дивана и зарылась в его объятия. ---------- Том 3 Глава 97 Сэ И вошла в головной офис «Тэсын Групп». В просторном лобби сорокадвухэтажного здания штаб-квартиры «Тэсын» располагались охрана, инфостойка и, что самое главное, кафе, часто посещаемое сотрудниками. Сэ И без колебаний вошла туда и села на свободное место. Возможно, потому что до обеда оставалось немного времени, в кафе было немноголюдно. В отличие от прошлого раза, когда она пришла в легкой одежде из-за жаркой погоды, сегодня она оделась довольно тщательно. Боясь, что на нее будут показывать пальцем, она специально одевалась легко и удобно, когда шла в университет или на встречу с друзьями. В тот день, когда она встретила Ли Ын Джин в лобби компании, она тоже не смогла позаботиться об одежде, так как пришла сразу после встречи с Джу Ён. Забавно, что, хотя ей всю жизнь твердили одеваться соответственно месту и положению, она сама не следовала этому учению. Вряд ли у нее совсем не было возможностей, так почему именно сейчас Ли Ын Джин нанесла ей такое оскорбление? Она думала об этом снова и снова. И пришла к выводу, что ее недооценили. Будь то из-за ее происхождения, одежды или чего-то еще. Ли Ын Джин сочла Им Сэ И человеком хуже себя. Она вылила эти слова, потому что не могла признать ее женщиной Сын Джу. В тот момент Ли Ын Джин честно высказала свои мысли. Значит, и она может говорить честно. Вместо этого стараясь стать женщиной, достойной, подходящей Тэ Сын Джу. Как и сказала Мён Хён, Сэ И выпрямила спину и высоко подняла голову. Семья, которая верит в нее и поддерживает — ее надежный тыл, так что бояться нечего. Поскольку она договорилась перед выходом из дома, она знала, что Ын Джин скоро придет. Сэ И расстегнула пуговицы черного жакета, надетого поверх белого шелкового платья, которое купила Мён Хён, встала с места и направилась к стойке заказа. Как раз вошедшая Ын Джин увидела ее и нахмурилась. Заказав грейпфрутовый сок и вернувшись на место, Сэ И посмотрела на Ын Джин, севшую напротив с кошельком в руках и недовольным лицом. — У тебя было ко мне настолько срочное дело, чтобы вызывать работающего человека? Зачем звала? Я, в отличие от тебя, Им Сэ И, человек не праздный, так что говори по делу. — Госпожа Ли Ын Джин. — Ты... что ты сейчас сказала? Госпожа Ли Ын Джин? Сэ И позвала сидящую напротив Ын Джин низким тоном с бесстрастным лицом. Возможно, из-за того, что отношение Сэ И, которая всегда улыбалась и называла ее «помощник менеджера», изменилось, Ын Джин не смогла сдержать гнев, и ее губы задрожали. — Я не хочу называть «помощником менеджера» того, кто обращается ко мне на «ты». И если говорить точно, я даже не сотрудник этой компании, так что нет причин использовать звания. — Что, ты пришла сюда злоупотреблять властью? Ын Джин, вытаращив глаза, атаковала довольно резким тоном. Сэ И усмехнулась. — Злоупотребление властью — это то, что делаете вы, госпожа Ли Ын Джин. Не понимаю, что я сделала не так, чтобы слышать такие слова. — Ты, став женой директора, видимо, считаешь сотрудников этой компании смешными... — Сотрудники этой компании мне никогда не казались смешными. Если кто и смешон, так это вы, госпожа Ли Ын Джин. — Что?.. Видимо, это была неожиданная атака, так как Ын Джин сделала растерянное лицо. Разница между ее образом стажера и нынешним, вероятно, казалась Ын Джин огромной, как небо и земля. Но Сэ И не изменилась ни тогда, ни сейчас. — Извинитесь. — Ты с ума сошла? Ты, видимо, чего-то не понимаешь, ты знаешь, кто я? Ты, кажется, заблуждаешься, думая, что мы с тобой одного уровня, раз работали вместе в одном отделе. Когда она подумала, что слова Ын Джин, сказанные с кривой ухмылкой и насмешкой, были детскими, глаза Сэ И расширились от удивления при виде Сын Джу, входящего в дверь кафе. «Что вы здесь делаете», — собиралась она поприветствовать его и встать, но Сын Джу уже подошел и надавил рукой ей на плечо. А затем, услышав слова Ын Джин, откровенно скривил лицо. — Госпожа Ли Ын Джин, что вы сейчас сказали? Ын Джин тоже казалась довольно удивленной внезапным вмешательством Сын Джу. Но вскоре приняла спокойный вид и слегка кивнула стоящему Сын Джу. — Все так, как вы слышали. — Вы действительно смешной человек, госпожа Ли Ын Джин. — Не совсем понимаю, о чем вы. Ын Джин улыбнулась Сын Джу и издала соблазняющий носовой звук. Наблюдая за Ын Джин, Сэ И с опозданием поняла, почему та говорила ей слова, острые как кинжал. Она его любила. Только тогда она поняла, почему та так грубо ее осуждала и почему у нее было такое обиженное лицо. Ли Ын Джин хотела Тэ Сын Джу. Она злилась, что его у нее отняла женщина хуже нее, и не могла совладать с этим гневом. Но это не значило, что она собиралась понять и простить слова, сказанные Ли Ын Джин. Потому что вина Ын Джин перед ней была очевидной истиной. Она не знала, как Сын Джу узнал и пришел сюда. Но факт, что мужчина, пришедший встать на ее сторону, был надежной опорой, оставался неизменным. Сын Джу посмотрел на Ын Джин взглядом, полным жалости, и сел рядом с Сэ И. Не обращая внимания на Ын Джин, он взял ее за руку, внимательно осмотрел лицо и тихо спросил: — Ты в порядке? — В порядке. — Как можно быть в порядке, слушая бред. Ты должна была капризничать, что тебя тошнит. Должна была винить меня, спрашивая, почему ты должна слушать такие слова. Как я могу. Это ведь не твоя вина. Сэ И сжала его руку и широко улыбнулась. Мужчина, которого желали другие, даже когда он был женат, был ее мужем. Ей нравилось не только то, что он был статным красавцем, где бы ни находился, но и его колючий характер по отношению ко всем, кроме нее. — Госпожа Ли Ын Джин. Слушайте внимательно. Если вы еще раз скажете моей жене ерунду, я определенно спрошу с вас за это. И кто тут говорит об уровнях? Разве наемный вице-президент выше уровнем, чем семья владельца? Я такое слышу впервые. Если вы кичитесь этим, полагаясь на отца, я могу разрушить этот фон. У меня есть такая сила. И с самообъективизацией у вас, похоже, плохо? Говорят, вы усердно пытались через госпожу Ко из Чхондам-дона устроить свидание со мной, но если бы я смотрел на условия, разве я пошел бы на свидание с кем-то вашего уровня? Я бы размазал госпожу Ко. Нутро Тэ Сын Джу вылезло наружу. Увидев истинное лицо Тэ Сын Джу, которое он более-менее скрывал в компании, Ын Джин выглядела не просто растерянной, а испуганной. Испугалась Ын Джин или нет, увидев его устрашающий облик, который он показывал только самым близким, Сын Джу взял Сэ И за руку и встал с места. — Пойдем обедать. Сын Джу, бросивший Ын Джин самое суровое предупреждение, обращался к ней с самым нежным голосом и взглядом. Сэ И до мурашек нравился этот контраст. Она охотно взяла его за руку и вышла из кафе. Конечно, Сэ И хотела решить проблему своими силами. В тот момент, когда она собиралась сказать, что почти справилась и пришел он… — За тобой стою я. — Я знаю. — Так что не трусь. Того, кто тебя тронет, я ни за что не оставлю в покое. Так что будь увереннее. Ты — женщина, которую я люблю. Единственная женщина в мире, которую я полюбил с момента рождения — это ты. Разве этого недостаточно, чтобы быть уверенной? Из уст Сын Джу, обнявшего ее за плечи, лились невероятные слова. Значит... если подытожить слова Сын Джу, она его первая любовь? Быть не может. Даже у нее, у которой не было даже легкого флирта, был объект первой любви. Но чтобы первой любовью Тэ Сын Джу, у которого нет изъянов, была она? — Врете. Вы же специально говорите, чтобы поднять мне настроение? — Я похож на такого парня? Нет, не похож. Тэ Сын Джу точно не тот человек, который будет говорить пустые слова, чтобы поднять кому-то настроение. Это она знала лучше всех. И во взгляде Сын Джу не было лжи. — Я правда ваша первая любовь? — И последняя тоже. Я же говорил? Для меня ты самая дорогая. Ты та, кого я ставлю выше родителей и братьев, так что будь увереннее. Для меня ты такой человек. Сэ И не верилось. Но хотелось верить. Зная, что никто не сможет любить ее так, как Сын Джу, этот человек был ей очень дорог. — Я вылью на тебя всю любовь, которую ты не получала до сих пор, так что ты, Им Сэ И, только принимай. Отдавать буду я. Сэ И кивнула. Нет причин отказываться, когда предлагают такую любовь. Нет, она не могла упустить это. В тот момент, когда она решила крепко ухватиться и не отпускать… — А, но одно дай. — Все, что вы захотите, я все дам. — Можешь пообещать это? Конечно. В тот момент, когда она кивнула с глазами, наполовину наполненными слезами от умиления, Сын Джу, держа ее за руку, поспешно вышел из компании. — Куда мы идем? — Делать ребенка. Что? Делать ребенка? Сейчас же обеденное время? Сын Джу, искоса взглянув на растерянное лицо Сэ И, удовлетворенно улыбнулся и ступил на пешеходный переход. Пробившись сквозь толпу офисных работников, заполонивших окрестности, он в итоге пришел в отель. И на ухо ей, упирающейся и не желающей входить, прошептал: — Ты же сказала, что дашь всё. При этих словах Сэ И беспомощно была увлечена в отель. С широкой счастливой улыбкой на губах. Конец побочной истории «Наблюдение за сыном маминой подруги» ----------