Хо Нарим казалось, будто она угодила в бесконечный кошмар.

— Девушка, почему у вас под утро постоянно такой шум? Вы что, домашнее животное завели? Дверь грохочет так, что из-за этого невозможно спать.

После переезда сосед уже несколько раз говорил ей эти странные слова.

— Может быть, вам просто послышалось? У меня нет никаких животных, а прошлой ночью я вообще была на дежурстве и не ночевала дома.

Возможно, всё случилось потому, что тогда она не придала его словам особого значения.

Или потому, что, испугавшись, сознательно предпочла закрыть глаза на происходящее, убедив себя, будто всё это лишь нелепое недоразумение.

Хо Нарим не могла поверить собственным глазам.

— Ёхён… это правда вы?

Под утро за входной дверью послышалось чьё-то присутствие. Осторожно выйдя наружу, она увидела человека, лежавшего прямо на пороге.

Перед ней находилось мёртвое тело её бывшего парня.

«Неужели это я его убила?»

Такого просто не могло произойти, однако Хо Нарим всё равно невольно опустила взгляд на свои чистые руки, которые мелко и беспомощно дрожали.

— Я не могла этого сделать.

Она тихо произнесла эти слова, словно пыталась успокоить саму себя.

Решив, что могла ошибиться, Нарим посмотрела ещё раз, однако лежащий перед ней мужчина по-прежнему оставался её бывшим парнем, Пэк Ёхёном.

Она глубоко вдохнула, стараясь хотя бы немного прийти в себя, после чего медленно наклонилась и прижалась ухом к его груди, поскольку, вероятнее всего, ей лишь показалось, что он мёртв.

Однако биения сердца Нарим так и не услышала, поэтому приподняла его запястье и неуверенно попыталась нащупать пульс.

В отличие от расслабленной руки спящего человека, его рука была твёрдой и неподвижной, словно тело уже успело окоченеть, и от этого движения самой Нарим тоже стали скованными.

«Такого просто не может быть».

Она вновь принялась убеждать себя в этом, словно пыталась внушить собственному сознанию необходимую мысль, ведь люди не умирают настолько легко, тем более что на его теле не было никаких следов нападения.

Крови поблизости тоже не оказалось, поэтому в последней попытке убедиться Нарим поднесла пальцы к его носу.

Даже слабого дыхания она не почувствовала, и именно это окончательно повергло её в отчаяние.

— Ёхён, Ёхён! Прекратите притворяться и немедленно откройте глаза, пожалуйста!

Хо Нарим торопливо принялась трясти Пэк Ёхёна, изо всех сил раскачивая его крепкое, обнажённое до пояса тело, однако сколько бы она ни пыталась, он не просыпался, словно погрузился в бесконечно глубокий сон, из которого уже никогда не сможет вернуться.

— Этого просто не может быть.

Её рука невольно легла на живот, ведь после того, как Нарим узнала о своей беременности, это движение стало привычным и неизменно появлялось в минуты испуга или тревоги.

Она снова и снова приказывала себе успокоиться, но разве могла сохранять самообладание в подобной ситуации?

Хо Нарим крепко зажмурилась.

«Мне нужно сначала вызвать скорую помощь или всё-таки позвонить в полицию?»

Она находилась в таком смятении, что сама не понимала, почему вообще должна выбирать между этими действиями, а от невозможности поверить в происходящее из её глаз непрерывно текли слёзы.

Хо Нарим вытерла их дрожащей рукой, но внезапно замерла, поскольку слишком поздно осознала ещё одно обстоятельство.

«Что произойдёт, если обо всём сообщу именно я?»

Даже если Нарим станет утверждать, что невиновна, их с Ёхёном отношения уже были настолько запутанными, что объясниться окажется непросто, ведь причиной их расставания стала его измена.

Она до сих пор отчётливо помнила, как однажды, когда они всё ещё встречались, он внезапно сообщил, что собирается жениться на её родной старшей сестре.

Из-за испытанного потрясения Нарим даже не успела рассказать ему о беременности, а если теперь Пэк Ёхёна обнаружат мёртвым прямо перед её домом, подозрения людей в первую очередь непременно падут на неё.

«Все могут решить, что я отомстила ему, и тогда что произойдёт с моим ребёнком?»

Ответ был совершенно очевиден, поскольку её ребёнок не только останется без отца, но и будет вынужден жить с матерью, которую сочтут убийцей.

Нетрудно было представить, что его жизнь окажется ещё тяжелее судьбы самой Хо Нарим, выросшей без родителей.

Она перевела взгляд на неподвижно лежащего Пэк Ёхёна и вновь почувствовала, что не в силах поверить в его смерть, ведь казалось, будто он мог в любую секунду открыть глаза и подняться.

«Ёхён… мой Ёхён».

С тех пор как Нарим узнала об измене, она больше не обращалась к нему так ласково, как прежде, намеренно подчёркивая возникшую между ними дистанцию, а выражение боли, появлявшееся на лице Пэк Ёхёна, воспринимала как своеобразную месть.

Однако теперь всё это потеряло всякое значение, и ей казалось, что больше уже ничто не имеет смысла.

«Ты можешь уйти к моей сестре, и пусть даже всё это время ты просто использовал меня. Только, пожалуйста, открой глаза».

Как бы сильно Нарим ни ненавидела его и как бы горько ни разочаровалась, она всё равно искренне любила этого мужчину и не хотела терять его настолько бессмысленно.

Слёзы крупными каплями стекали по её щекам, однако ещё в детстве, стараясь никому не показывать свою слабость, она привыкла плакать беззвучно.

«Когда я плакала вот так, ты всегда обнимал меня и говорил, что тебе ещё больнее. Ты утешал меня и разрешал рыдать вслух, пока я нахожусь в твоих объятиях».

Мысли Нарим окончательно смешались, ведь мужчина, которого она любила, внезапно умер, а сама она могла оказаться подозреваемой в его убийстве.

Несмотря на это, она всё равно должна была позвонить в службу спасения, поскольку из-за недостатка медицинских знаний могла ошибочно решить, что Ёхён уже мёртв.

Нарим убедила себя, что для начала необходимо вызвать скорую помощь, и как раз опустила взгляд на зажатый в дрожащей руке телефон.

На чёрном экране отражалось её заплаканное лицо, а позади него виднелись чужие красные глаза.

— А-а-а!

Хо Нарим закричала и попыталась убежать, однако подвернула лодыжку и рухнула на пол.

Нога сильно болела, но всё её внимание мгновенно сосредоточилось на животе, и Нарим с тревогой думала о том, не навредило ли падение ребёнку, хотя живот пока оставался совершенно плоским.

[Не сообщай никому.]

Именно в этот момент она услышала голос незнакомца, которого никак не могла и не должна была услышать.

Хо Нарим медленно подняла голову и увидела, что в доме, где ещё несколько мгновений назад она находилась одна, теперь мрачно стоял кто-то посторонний.

Кожа этого существа была слишком бледной для живого человека, и инстинкты сразу же предупредили Нарим, что перед ней находится вовсе не человек.

[Спрячь тело.]

Существо не открывало рта, однако странный голос звучал прямо у неё в голове.

Само появление призрака в облике маленького ребёнка уже казалось невероятным, но Хо Нарим была потрясена и по другой причине.

«Он невероятно похож на него».

Лицо призрака пугающе напоминало умершего Пэк Ёхёна, и охваченная страхом Нарим неосознанно погладила себя по животу.

Сходство было настолько сильным, словно перед ней находился родной сын Пэк Ёхёна.

[Иначе ты окажешься в опасности.]

Внутри Нарим внезапно вскипело какое-то тяжёлое чувство, причиной которого, возможно, стало то, что существо с лицом, похожим на Ёхёна, делало вид, будто беспокоится о ней.

А может быть, её разозлило вмешательство того, кто ничего не знал о происходящем.

— Разве сейчас имеет значение, окажусь ли я в опасности? Возможно, если немедленно отвезти его в больницу, он ещё сможет выжить. Для меня гораздо важнее, чтобы Ёхён не умер!

Только произнеся эти слова, Нарим пожалела, что вообще стала разговаривать с существом, о котором ничего не знала, однако вопреки её опасениям мальчик продолжал молча смотреть на неё.

[…]

Его неподвижный взгляд внушал такой страх, что Нарим осторожно отвернулась.

[Нарим, ты всё равно хочешь спасти его даже после того, как он тебя предал?]

Хотя голос прозвучал тихо, почти как невнятное бормотание, она отчётливо услышала каждое слово.

«Откуда он знает моё имя и почему ему известно о наших с Ёхёном отношениях?»

Нарим с тревогой задумалась, не связано ли это существо каким-то образом с Пэк Ёхёном и не является ли оно, например, душой умершего, однако почти сразу поняла, насколько нелепо подобное предположение, и несколько раз покачала головой.

— Я всё равно хочу его спасти, потому что, даже ненавидя Ёхёна, никогда не желала ему смерти.

Она говорила совершенно искренне, и, услышав спокойное признание Хо Нарим, мальчик плотно сжал губы, после чего направился к Пэк Ёхёну.

Босой и растрёпанный ребёнок совершенно не походил на Ёхёна, который всегда выглядел опрятным и производил впечатление человека из благородной семьи, поскольку одежда мальчика была ветхой и грязной, а волосы торчали во все стороны.

Они были похожи только лицами, тогда как манера держаться и внешний вид различались полностью.

[Ты не сможешь его спасти, потому что я этого не позволю.]

Хо Нарим восприняла эти слова как прямое намерение помешать ей.

Мальчик протянул руку, словно с самого начала внимательно следил за тем, как она прижимает ладонь к животу, и, увидев, что его бледная ладонь откровенно тянется к её животу, Нарим поспешно отвернулась всем телом.

К счастью, рука замерла в воздухе и больше не приблизилась.

Мальчик некоторое время переводил взгляд с собственной руки на живот Нарим, после чего всё же опустил её, однако сама Нарим восприняла этот жест как угрозу.

«Неужели он даёт понять, что причинит вред ребёнку, если я позвоню в полицию?»

Неизвестное существо уже знало имя Хо Нарим и было осведомлено о её отношениях с Пэк Ёхёном, а значит, вполне могло знать и о том, что Нарим совсем недавно забеременела.

— Что именно тебе от меня нужно?

Она задала этот вопрос, продолжая дрожать всем телом, поскольку отчаянно хотела спасти Пэк Ёхёна, но сейчас могла думать лишь о необходимости защитить ребёнка.

Мальчик посмотрел сверху вниз на сидевшую на полу женщину, и его грудь оставалась совершенно неподвижной, без даже едва заметного движения, которое появляется у человека при каждом вдохе.

Лишь тогда Хо Нарим окончательно признала то, чего прежде не желала осознавать.

[Спрячь его так, чтобы никто не смог найти.]

Существо, находившееся перед ней, не было человеком.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Хотя требование призрака казалось совершенно абсурдным, охвативший Нарим страх не оставлял ей иного выбора, кроме как подчиниться, поэтому, превозмогая боль в ноге, она попыталась хотя бы перетащить тяжёлое тело Пэк Ёхёна внутрь дома.

Однако сдвинуть его с места почти не удавалось, и тогда маленький призрак положил ладонь поверх руки Хо Нарим. Она испуганно вздрогнула, а её рука в тот же миг пришла в движение, словно собственным телом управляла уже не она, а мальчик-призрак, самовольно воспользовавшийся её рукой.

В ту же секунду тело Пэк Ёхёна с невероятной лёгкостью оказалось внутри дома, а Хо Нарим могла лишь неподвижно смотреть, как входная дверь закрывается сама собой.

[Куда ты собралась идти?]

Она осторожно поднялась с пола, не сводя глаз с призрака и внимательно наблюдая за его реакцией. Нарим уже думала о том, чтобы немедленно убежать и увеличить расстояние между ними, однако вопрос мальчика прозвучал так, словно тот прекрасно разгадал её намерение.

Постаравшись придать себе невозмутимый вид, она нагло солгала:

— Ты же приказал спрятать его. В обычном доме просто не может быть места, где удастся укрыть тело взрослого мужчины.

Хо Нарим тревожно осмотрела помещение, понимая, что единственным местом, куда теоретически можно было поместить тело, оставался платяной шкаф, тогда как другим вариантом было попытаться каким-то образом затолкать его в стиральную машину.

«Почему я вообще вынуждена размышлять о подобных вещах?»

Хотя Нарим никого не убивала, ей всё сильнее казалось, будто она уже превратилась в преступницу.

К горлу подкатила тошнота, и она невольно наклонилась вперёд, а маленький призрак, успевший незаметно приблизиться, присел перед ней и заглянул прямо в лицо.

[Тебе сейчас больно?]

Его совершенно бесстрастный вопрос вызвал у неё лишь ещё больший ужас, и Нарим почувствовала, что ни в коем случае не должна показывать собственную боль.

«Вдруг это существо решит, что я стала бесполезной, и причинит мне вред?»

Хо Нарим покачала головой и указала на платяной шкаф.

— Другого подходящего места, где можно было бы его спрятать, здесь просто нет.

Всё происходящее окончательно лишало её сил, ведь, хотя Нарим действовала не по собственной воле, ощущение, будто она становится соучастницей преступления, оказывало на неё тяжёлое давление.

После наступления беременности её самочувствие и без того заметно ухудшилось, поэтому сейчас ей хотелось лишь как можно скорее лечь и отдохнуть, однако мальчик-призрак, продолжавший внимательно наблюдать за ней, отрицательно покачал головой.

[В этом месте прятать его нельзя.]

Затем он указал пальцем в противоположную от Нарим сторону, где находилась прачечная.

[Спрячь его в подвале.]

Хо Нарим невольно вздрогнула, поскольку само существование подвала в обычном жилом доме казалось невероятным и большинству людей подобное даже не пришло бы в голову.

«Откуда он вообще знает, где находится подвал?»

Когда их взгляды встретились, маленький призрак улыбнулся, однако его глаза остались совершенно неподвижными, а приподнялись лишь уголки губ, отчего эта улыбка выглядела особенно жуткой.

Хо Нарим направилась к прачечной. Дом, в котором она жила, был старым, а переехала она сюда всего несколько месяцев назад, поскольку это здание входило в наследство, оставленное её покойным отцом.

«Хотя в детстве я уже жила здесь, даже тогда мне было настолько страшно, что я ни разу не спускалась в подвал».

Наверное, она совершила ошибку, решив поселиться в доме, который долгое время стоял заброшенным, лишь потому, что он находился неподалёку от работы, и ей следовало прислушаться к старшей сестре, отговаривавшей её от переезда и предлагавшей вместо этого снять для неё квартиру в жилом комплексе.

Дом находился в переулке, где безопасность оставляла желать лучшего, поэтому Пэк Ёхён всякий раз, приезжая к ней, говорил, что беспокоится за Нарим.

«Пользуясь этим предлогом, он часто оставался у меня на ночь».

Однако теперь всё это осталось в прошлом, которое уже никогда не вернётся, и, отогнав нахлынувшие воспоминания, Нарим продолжила идти к прачечной.

Она не слышала шагов, однако, возможно, из-за того, что все её чувства были предельно обострены, прекрасно понимала, что маленький призрак следует прямо за ней.

Немного поколебавшись, Хо Нарим всё же задала мучивший её вопрос:

— Откуда ты узнал, что в этом доме есть подвал?

[Потому что это связано с тобой.]

Этот ответ показался ей ещё более странным.

Хо Нарим остановилась. У дома, в котором она жила, имелась одна необычная особенность: попасть в подземное складское помещение можно было через небольшую дверь, скрытую за стиральной машиной.

«Правда, из-за страха я ни разу туда не заходила».

Старшая сестра тоже неоднократно предупреждала Нарим, чтобы та не спускалась туда, поскольку подвалом давно никто не пользовался и внутри вполне могли завестись крысы.

«Однако о существовании подвала знали только мы с сестрой, а кроме неё я рассказывала о нём лишь Ёхёну, когда он приходил ко мне в гости».

Но маленькому призраку тоже было об этом известно.

Он знал то, что было известно лишь нескольким людям, и при этом до пугающего сильно походил на Пэк Ёхёна, однако самым странным оставалось то, что призрак появился сразу после загадочной смерти Ёхёна.

«Кем бы он ни оказался, нельзя отрицать, что он каким-то образом связан с Ёхёном».

Однако сейчас у Нарим не было возможности спокойно расспрашивать маленького призрака о его личности. Будь она одна, возможно, ещё решилась бы на риск, но теперь, когда он узнал о ребёнке, она не могла позволить себе ничего опасного.

Хо Нарим упёрлась руками в стиральную машину и попыталась сдвинуть её в сторону, однако из-за подвернутой лодыжки ей было трудно даже удерживаться на ногах.

Она лишь крепко прикусила губу, стараясь вытерпеть боль, и тогда наблюдавший за ней маленький призрак подошёл ближе.

[Я сам это сделаю.]

Этот призрак вёл себя по-настоящему странно, поскольку вместо измученной Хо Нарим сам отодвинул стиральную машину в сторону.

Нарим поразило не только то, что он мог физически воздействовать на предметы, но и невероятная сила, которой обладал, ведь по внешности ему едва ли можно было дать больше десяти лет.

— …Кем ты приходишься Ёхёну?

В конце концов любопытство одержало верх и заставило её задать этот вопрос. С самого детства Нарим постоянно попадала в неприятности из-за своей любознательности и не раз получала за это выговоры от старшей сестры, однако избавиться от этой привычки так и не смогла.

[Я с ним никак не связан.]

Он совершенно очевидно солгал.

Отвечая, маленький призрак избегал её взгляда и продолжал отодвигать стиральную машину, пока полностью не освободил проход.

После этого он заявил, что сам перенесёт тело, и ушёл за ним, причём за всё это время ни разу не встретился с Нарим глазами, хотя прежде постоянно смотрел прямо на неё.

«Он ведёт себя точно так же, как Ёхён, когда лжёт».

У Пэк Ёхёна была привычка отводить взгляд всякий раз, когда он говорил неправду или пытался что-то скрыть.

Нарим мысленно горько усмехнулась, ведь даже привычки у них были одинаковыми, а он при этом утверждал, будто между ними не существовало никакой связи.

Возможно, он просто не хотел говорить, а возможно, не имел права раскрывать правду или вообще не считал её достойной объяснений.

[Нарим, отойди в сторону.]

Хотя он произнёс её имя почти ласково, приказной тон совершенно не походил на манеру речи Пэк Ёхёна.

Уже тогда, когда призрак без труда передвинул стиральную машину, стало понятно, что обычной детской силой он не обладал.

Маленький призрак появился, волоча за собой Пэк Ёхёна, рост которого превышал сто восемьдесят сантиметров, после чего направился прямо к двери подвала.

На двери висел старый замок, которым не пользовались уже несколько лет.

В этот момент Нарим вспомнила слова своей родной старшей сестры Хо Нарён, произнесённые в тот день, когда они вместе осматривали дом.

«Мне неспокойно, поэтому даже не думай открывать эту дверь, Нарим. Услышишь какие-нибудь странные звуки, сразу же сообщи мне».

Хо Нарён несколько раз потрогала замок. Хотя её старшая сестра отличалась болезненной чистоплотностью, тогда она прикоснулась к ржавому металлу голыми руками и поморщилась, словно испытывала сильное отвращение.

Вероятно, её тревожило само место, в котором предстояло в одиночестве жить младшей сестре, прежде всегда остававшейся рядом с ней.

Хо Нарим привыкла слушаться сестру, которая заботилась о ней вместо родителей, поэтому с тех пор ни разу даже не приближалась к подвальной двери, однако теперь ей предстояло открыть её впервые.

[Здесь очень темно.]

Нарим ещё думала, как они смогут открыть дверь без ключа, однако маленький призрак просто сломал замок и распахнул её настежь, после чего ограничился лишь таким равнодушным замечанием.

«Я ведь впервые открываю эту дверь».

Хо Нарим осторожно высунула голову и заглянула внутрь. Маленький призрак по-прежнему держал Пэк Ёхёна, поэтому его ноги лежали прямо у входа.

Рядом находились мёртвое тело, призрак и загадочный подвал, и Нарим считала настоящим чудом уже то, что до сих пор не потеряла сознание, однако даже страх не мог полностью заглушить её любопытство.

Поскольку внутри давно никто не убирал, всё помещение было затянуто паутиной, под которой виднелась ведущая вниз лестница, но там царила такая непроглядная тьма, что невозможно было различить, где заканчиваются ступени.

«Мне очень страшно».

Хо Нарим инстинктивно отступила назад, и в её тревожных глазах отчётливо читалось желание немедленно сбежать отсюда.

[Всё в порядке, потому что в случившемся нет твоей вины.]

Словно заметив её беспокойство, маленький призрак попытался успокоить Нарим, продолжая при этом старательно затаскивать тело Пэк Ёхёна внутрь.

«Ты ведь совершенно ничего не знаешь».

Хо Нарим сдержала слова, уже подступившие к горлу, поскольку происходящее было слишком серьёзным, чтобы подобная фраза могла принести ей хотя бы малейшее утешение.

Положиться ей было не на кого, ведь мёртвый Пэк Ёхён уже не мог ей помочь, а старшая сестра, которая увела у неё любимого мужчину, тоже больше не заслуживала доверия.

Хо Нарим приходилось в одиночку выдерживать это испытание, а окончательно сломаться ей не позволяла лишь мысль о том, что теперь она отвечает не только за себя.

[…]

Внезапно заметив, что маленький призрак уже давно молчит, Нарим посмотрела в сторону подвала и увидела, что он перенёс Пэк Ёхёна к самому входу, после чего безмолвно уставился на потолок внутри подземного помещения.

То, как он с совершенно неподвижным лицом смотрел вверх, почему-то заставило Хо Нарим ощутить ещё более сильный холод.

[Здесь есть кровь.]

Призрак произнёс это настолько спокойным голосом, что у Нарим от ужаса словно оборвалось сердце, а в ту же секунду откуда-то донёсся странный звук.

Тук.

Через мгновение стук повторился ещё несколько раз.

Тук, тук.

Казалось, будто откуда-то снизу, из непроглядной темноты, доносились чьи-то шаги.

«Что это за звук…?»

Сердце Хо Нарим отчаянно заколотилось, и, хотя из-за темноты она ничего не видела, шаги совершенно точно становились всё ближе.

Пока Нарим неподвижно стояла, растерянно моргая, маленький призрак, смотревший вниз по лестнице, внезапно закричал, и впервые в его голосе прозвучала явная тревога.

[Немедленно закрой дверь!]

Лишь тогда Хо Нарим осознала, что происходит нечто опасное, и поспешно схватилась за дверную ручку, испугавшись не только неожиданного крика маленького призрака, но и того, как изменились доносившиеся снизу звуки.

Тук… тук…

Следом раздался топот быстрых шагов, словно кто-то внезапно перешёл на бег и теперь стремительно приближался к ним.

Однако, даже если Нарим закроет дверь, запереть её уже не получится, поскольку маленький призрак успел сломать замок. Пока она, торопливо захлопнув дверь, в растерянности пыталась понять, что делать дальше, призрак подвинул стиральную машину.

Как только стиральная машина перегородила дверь, раздался оглушительный удар.

Бах!

— А-а-а!

Нарим не могла понять, ударили ли по двери кулаком или ногой, однако сила оказалась настолько огромной, что та содрогнулась, а сама Хо Нарим бессильно опустилась на пол и задрожала всем телом.

Дёрг, дёрг, дёрг!

Существо за дверью не ограничилось ударами и теперь с силой пыталось повернуть ручку, отчего глаза Хо Нарим быстро наполнились слезами.

«За что всё это происходит именно со мной?»

Внезапная смерть Пэк Ёхёна и появление призрака уже лишили её способности мыслить здраво, а теперь к растерянности добавился ещё и невыносимый страх.

Загороженная стиральной машиной дверь бешено дёргалась, словно находившееся за ней существо могло в любую секунду вырваться наружу, а скрежет насильно поворачиваемой ручки и звук стиральной машины, которую пытались отодвинуть с другой стороны, были настолько жуткими, что Нарим едва могла это выдержать.

— Пожалуйста… прекратите это…

Она зажала уши руками и сжалась всем телом, после чего шум неожиданно стих, а пространство на несколько мгновений погрузилось в тяжёлую тишину.

Именно тогда из-за двери раздалась чужая мольба о помощи, не принадлежавшая ни Хо Нарим, ни маленькому призраку.

— …Пожалуйста, спасите меня.

Женский голос звучал хрипло и скрипуче, словно его обладательница только что очнулась после невероятно долгого сна, и доносился он прямо из подвала.

«Почему оттуда слышен женский голос… Неужели мне следует открыть дверь?»

За дверью находился не мужчина, и одно лишь осознание того, что голос принадлежит женщине, немного ослабило охвативший Хо Нарим ужас.

Она не собиралась открывать дверь, однако решила, что должна хотя бы выслушать объяснение, и уже попыталась подняться с пола, но маленький призрак, по всей видимости, ошибочно решил, что Нарим собирается впустить женщину.

[Ты умрёшь, если откроешь эту дверь.]

Он обвил руками её шею, словно намеревался полностью сковать движения, и прошептал предупреждение прямо возле уха.

«Он хочет сказать, что меня убьёт та женщина, или сам призрак расправится со мной, если я открою дверь?»

От страха Хо Нарим окончательно застыла и больше не могла пошевелиться.

Она не знала, сколько времени прошло после этого, и лишь спустя долгое время вновь послышались шаги, которые, судя по звуку, теперь удалялись вниз по лестнице.

Нарим уже инстинктивно ощутила облегчение, когда шаги начали становиться тише, однако почти сразу вновь напряглась всем телом, поскольку к ним добавился новый, совершенно необъяснимый шум.

Шурх… скрежет…

Он звучал так, словно кто-то силой волочил по полу тело Пэк Ёхёна.

Хо Нарим не знала, сколько времени провела, затаив дыхание, и лишь после того, как странные звуки окончательно удалились, резко согнулась вперёд, словно в любую секунду могла рухнуть лицом на пол. Маленький призрак, судя по всему, испугался за неё и поспешил приблизиться.

— Ха-а…

Нарим попыталась выдохнуть, однако никак не могла восстановить нормальное дыхание, а вскоре к удушью прибавилась ещё и нарастающая головная боль. Пока она судорожно хватала ртом воздух, чья-то ладонь начала осторожно поглаживать её по спине.

[Постарайся дышать медленнее.]

И снова он вёл себя точно так же.

[Вдохни через нос, а потом медленно выдохни.]

Его голос звучал немного сухо, однако рука продолжала мягко гладить её по спине, словно он пытался успокоить Нарим. Кроме того, призрак удивительно уверенно помогал ей справиться с приступом гипервентиляции, который всегда начинался из-за сильного стресса.

«Он в точности ведёт себя как Ёхён».

Хо Нарим медленно выдохнула и закрыла глаза. Её сознание постепенно затуманивалось, но даже сквозь накатывающую слабость она продолжала ощущать осторожные прикосновения к спине, пока окончательно не потеряла сознание.

Она не знала, сколько времени прошло, прежде чем ей удалось прийти в себя, а когда наконец открыла глаза, маленький призрак уже находился рядом и молча наблюдал за ней.

[Женский голос, который доносился из подвала, не имеет ко мне никакого отношения.]

Именно это он сказал, глядя на лежавшую в постели Хо Нарим. Судя по всему, после обморока её перенёс сюда именно этот призрак, однако Нарим не решилась спросить об этом напрямую и вместо этого задала другой вопрос, который не давал ей покоя:

— Почему тогда ты сказал, что я умру, если открою дверь? Тебе что-нибудь известно о человеке, который находится в подвале?

[Мне ничего о нём не известно, однако я решил, что открывать дверь опасно.]

Разве то же самое нельзя было сказать и о нём самом?

Сдержав раздражение, уже подступившее к горлу, Хо Нарим продолжила расспрашивать его:

— Ты не можешь объяснить всё немного подробнее? Почему ты внезапно появился, зачем заставил меня спрятать Ёхёна и… когда ты наконец исчезнешь?

Последний вопрос невольно прозвучал намного тише и почти превратился в шёпот, однако маленький призрак, похоже, всё равно прекрасно его услышал.

Одна его бровь приподнялась, словно заданный вопрос вызвал у него явное недовольство.

«Даже эта привычка у них совершенно одинаковая».

Не услышав ответа, Хо Нарим спросила снова:

— Ты знаешь моё имя и осведомлён о том, что Ёхён меня предал. Ты ведь не просто так настолько сильно на него похож и наверняка каким-то образом с ним связан?

[Я не хочу об этом говорить.]

Маленький призрак ненадолго замолчал, а затем всё же добавил:

[Однако всё, что я делаю, предназначено для твоего блага.]

Получалось, что всё это якобы происходило ради неё.

Незадолго до своей смерти Пэк Ёхён тоже пришёл к Хо Нарим и сказал, что поступил так, потому что хотел её защитить.

Даже в этом они оказались одинаковыми, поскольку оба делали вид, будто заботятся о Нарим, совершенно не задумываясь о том, чего в действительности желала она сама.

— Значит, ты делаешь всё это ради меня?

Хо Нарим устало пробормотала эти слова и прижала ладонь ко лбу. Несмотря на то что она находилась в доме наедине с призраком, проникавший с улицы солнечный свет ярко освещал всю комнату.

— Мне ничего подобного не нужно, потому что от такой заботы меня уже тошнит.

[…]

— Раз ты не собираешься ничего объяснять, тогда уходи. Я сама решу, следует ли мне явиться с повинной или поступить каким-нибудь другим образом.

[Но ведь это не ты его убила.]

Хо Нарим и без него прекрасно это знала, хотя в настоящий момент о её невиновности были осведомлены лишь она сама и находившийся перед ней маленький призрак.

[Ты ни в чём не виновата.]

— Да, но остальные всё равно начнут меня подозревать. Стоит людям узнать обо всех обстоятельствах, как они сразу решат, что я отомстила ему за предательство.

Маленький призрак приоткрыл рот, словно ему очень многое хотелось сказать. Возможно, он собирался оправдывать умершего Пэк Ёхёна вместо него самого, однако Хо Нарим совершенно не желала ничего слушать.

— Пожалуйста, уходи, потому что я и без того ненавижу призраков, а тебя терпеть не могу ещё сильнее из-за того, что ты похож на Пэк Ёхёна.

[Нарим.]

— Не смей называть меня по имени!

Хо Нарим раздражённо схватила лежавшую рядом подушку и бросила её в маленького призрака. Однако, в отличие от стиральной машины, которую он собственноручно передвинул, подушка беспрепятственно прошла сквозь его тело и упала на пол.

Возможно, если маленький призрак сам не хотел прикасаться к какому-либо предмету, тот просто не мог его коснуться.

— Не произноси моё имя с таким лицом, потому что я больше не хочу этого слышать.

Грудь Хо Нарим тяжело поднималась и опускалась от гнева. Некоторое время наблюдавший за ней маленький призрак отвернулся, словно мысленно испустил усталый вздох.

[Я всё понял, поэтому постарайся успокоиться и дыши как можно медленнее.]

«Кем ты себя возомнил, чтобы так обо мне беспокоиться?»

Нарим сдержала слова, уже готовые сорваться с языка, и всё же принялась постепенно успокаивать дыхание, чтобы приступ гипервентиляции не повторился, как накануне.

Ей совершенно не хотелось слушаться маленького призрака, однако рядом всё равно не было человека, который смог бы помочь ей в непредвиденной ситуации, и именно поэтому Хо Нарим оставалось лишь самостоятельно заботиться о своём состоянии.

Внезапно тело маленького призрака стало полупрозрачным. Нарим пристально посмотрела на него, решив, что он наконец собирается исчезнуть, однако в этот момент тишину дома нарушил звук вибрации.

Звонил не телефон Хо Нарим, и её взгляд медленно переместился к лежавшему на прикроватной полке телефону в чёрном чехле, который принадлежал Пэк Ёхёну.

«Сегодня ведь должна была состояться его свадьба».

Жених не появился на собственной свадьбе, поэтому не было ничего удивительного в том, что ему начали звонить.

Предположив, что звонит невеста, Хо Нарён, Нарим медленно подошла к полке и взяла телефон в руку. Неизвестно, можно ли было считать это облегчением, но звонила не её старшая сестра.

На экране высветилось совсем другое имя.

[Не отвечай.]

Хо Нарим опустила взгляд на короткую надпись «Мама». Она ни разу не видела членов семьи Пэк Ёхёна даже тогда, когда он лежал в больнице, поскольку Ёхён почти ничего не рассказывал ей о родных, а лично встретиться с ними Нарим тоже никогда не доводилось.

«Даже если я отвечу на звонок, мне всё равно нечего будет сказать, а разговор лишь ещё сильнее всё усложнит».

Разумом Хо Нарим прекрасно это понимала, однако всё равно не могла перестать думать о непрерывно поступавшем звонке.

Словно почувствовав её колебания, маленький призрак подошёл ближе и снова заговорил:

[Не отвечай и выброси телефон как можно дальше отсюда.]

— Что ты имеешь в виду?

[По нему можно отследить местоположение, поэтому, если ты не избавишься от телефона, подозрения падут на тебя.]

Услышав о слежении за местоположением, Хо Нарим растерялась, ведь Пэк Ёхён уже давно не был ребёнком, поэтому сама мысль о том, что за его передвижениями кто-то постоянно следил, казалась нелепой.

Нарим недоверчиво посмотрела на маленького призрака, однако тот снова по привычке отвёл взгляд.

«Но если он говорит правду, оставлять телефон здесь действительно опасно».

Этот призрак обладал слишком большим количеством неизвестной ей информации, поэтому полностью игнорировать его предупреждения было невозможно. Однако Нарим также не решалась бездумно покинуть дом, поскольку её тревожили спрятанное возле прачечной тело и неизвестная женщина, чей голос доносился из подвала.

Она боялась оставлять дом без присмотра и оказалась в положении, из которого не видела ни одного безопасного выхода.

«К тому же рано или поздно меня всё равно начнут подозревать, поэтому, возможно, лучше уже сейчас рассказать обо всём правду».

Если Пэк Ёхёна объявят пропавшим без вести, полиция неизбежно выяснит, что последним местом, где он находился, был её дом.

Даже если Нарим выбросит его телефон, на нём уже остались отпечатки её пальцев, поэтому совершить идеальное преступление всё равно было невозможно, да и сама она никогда не собиралась ничего подобного делать.

[Пожалуйста, не отвечай на этот звонок.]

Несмотря на просьбу маленького призрака, Хо Нарим медленно нажала кнопку принятия вызова.

С противоположной стороны сразу же раздался голос, словно звонившая женщина всё это время напряжённо ждала ответа.

— Где ты сейчас находишься?

Хо Нарим ожидала услышать в её голосе беспокойство или гнев, однако он звучал пугающе холодно.

— Пэк Ёхён, немедленно ответь мне.

Она обращалась к нему так, словно разговаривала не с родным сыном, а с совершенно посторонним человеком.

— Алло?

— …Разве это не телефон Пэк Ёхёна?

Услышав приветствие Хо Нарим, женщина на другом конце линии задала этот вопрос удивительно спокойным голосом, почти не выказав потрясения и мгновенно взяв собственные чувства под контроль, что едва ли было свойственно обычному человеку.

Стоявший рядом маленький призрак беспокойно переминался с ноги на ногу и тревожно смотрел на Хо Нарим снизу вверх, однако она постаралась не обращать внимания на его взгляд, по возможности скрыла напряжение и ответила:

— Мне об этом ничего не известно, потому что я случайно нашла этот телефон и решила подождать, пока кто-нибудь не позвонит его владельцу.

Хо Нарим незаметно сглотнула пересохшим горлом и продолжила говорить, невольно удивляясь тому, насколько непринуждённо звучал её собственный голос.

— Вы случайно не знакомы с владельцем этого телефона?

— Я являюсь членом его семьи. Не могли бы вы сказать, где именно нашли телефон?

Хо Нарим быстро принялась подыскивать в памяти место, которое находилось бы не слишком близко к её дому, но и не настолько далеко, чтобы ложь показалась неправдоподобной, и, к счастью, больница, в которой прежде лежал Пэк Ёхён, располагалась сравнительно недалеко.

— Я нашла его неподалёку от больницы Святой Марии.

— Возле больницы Святой Марии…

К счастью, мать Пэк Ёхёна, похоже, не заметила в её словах ничего подозрительного, ведь несколько месяцев назад Ёхён действительно лежал в этой больнице, поэтому названное место не выглядело совершенно случайным.

— Я хотела бы вернуть телефон владельцу, поэтому скажите, сможете ли вы встретиться со мной. Сначала я собиралась отнести его в полицейский участок, но раз вы родственница владельца, будет лучше передать телефон непосредственно вам.

Маленький призрак с тревогой вцепился в штанину Хо Нарим, и, хотя его лицо оставалось бесстрастным, во взгляде почему-то читалось такое сильное беспокойство, что казалось, будто он чего-то испугался.

— Однако, если вы заняты, я могу оставить телефон в полицейском участке, поэтому поступайте так, как вам будет удобнее.

Хо Нарим совершенно не хотела встречаться с этой женщиной лично, однако должна была вести себя естественно, чтобы не вызвать подозрений, ведь уже одно то, что она принесла чужой телефон к себе домой, вполне могло показаться странным.

К счастью, после непродолжительного молчания мать Пэк Ёхёна не стала задавать лишних вопросов и согласилась на встречу.

— Я сейчас нахожусь неподалёку, поэтому лучше заберу телефон лично. Мне следует подъехать к больнице Святой Марии?

— Именно туда я и подойду, поскольку тоже нахожусь поблизости. Через какое время вы сможете приехать?

— Я буду там примерно через тридцать минут.

Хо Нарим посмотрела на часы и с облегчением убедилась, что дорога до больницы занимала около двадцати минут.

— Хорошо, тогда встретимся возле больницы через полчаса.

Из-за повреждённой ноги ей было трудно передвигаться, однако поездка на такси не должна была вызвать особых затруднений, и мысль о том, что лучше как можно скорее встретиться с женщиной, передать ей телефон и покончить с этим делом, полностью завладела сознанием Хо Нарим.

«Никогда не думала, что однажды буду настолько благодарна Ёхёну за то, что он не познакомил меня со своей семьёй».

Временами её даже обижало, что он с подозрительным упорством избегал любых разговоров о родных, и Нарим начинала думать, будто Ёхён вовсе не собирается на ней жениться.

Однако теперь, услышав голос его матери, она предположила, что та была очень строгой женщиной и Ёхён, возможно, просто опасался их знакомства, хотя сейчас, когда его уже не было в живых, это запоздалое понимание ничего не могло изменить.

— Подождите ещё немного.

— Вы хотели спросить о чём-то ещё?

— Я хотела бы узнать имя человека, который нашёл телефон.

Хо Нарим невольно посмотрела на маленького призрака, а тот сразу же принялся отчаянно качать головой.

Она и без того не собиралась называть своё настоящее имя, однако реакция призрака окончательно убедила её в том, что больше говорить нельзя.

«К тому же наши с сестрой имена очень похожи, поэтому меня сразу могут заподозрить. Если эта женщина произнесёт моё имя при Хо Нарён, ситуация станет ещё хуже».

После короткой паузы, которая была недостаточно долгой, чтобы вызвать подозрения, Хо Нарим ответила:

— Меня зовут Пак Чонхо.

Она назвала имя старшего коллеги, который всегда хорошо к ней относился.

— У вас довольно нейтральное имя, которое может принадлежать как мужчине, так и женщине.

— Мне довольно часто приходится слышать подобные замечания.

— Понятно, Чонхо. Тогда встретимся с вами немного позже.

Хо Нарим ответила, что всё поняла, после чего завершила звонок и с таким облегчением выдохнула, словно земля едва не провалилась у неё под ногами.

— От всего этого я скоро окончательно сойду с ума.

[Зачем ты так поступила, если я ясно сказал, что телефон нужно просто выбросить?]

Маленький призрак укоризненно заговорил и шлёпнул Хо Нарим по ноге, однако никакой боли она не почувствовала, хотя сам этот жест всё равно немного её разозлил.

— Выбросить телефон было бы ещё подозрительнее. Если ты не солгал насчёт отслеживания местоположения, то после самой поверхностной проверки выяснится, что он находился здесь ещё с прошлой ночи.

Хо Нарим посмотрела на телефон Пэк Ёхёна и привычным движением ввела пароль, который они когда-то выбрали вместе, поскольку он совпадал с датой начала их отношений.

Она просмотрела установленные приложения, пытаясь найти программу для отслеживания местоположения, но ничего полезного обнаружить не смогла.

Нарим уже мысленно раздражённо цокнула языком, когда услышала голос маленького призрака:

[В этом ты, конечно, права, однако…]

— Лучше выиграть немного времени таким способом, чем неумело попытаться всё скрыть и лишь ещё сильнее ухудшить положение.

[Но совсем недавно ты говорила, что собираешься явиться с повинной.]

Хо Нарим невольно посмотрела на маленького призрака с раздражением, а тот, словно и сам понимал, насколько неуместно прозвучал его упрёк, резко отвернулся.

Он ничего толком не объяснял, но постоянно вмешивался в её действия, а теперь ещё и начал придираться к её словам, словно был особенно назойливым призраком.

— Я сама во всём разберусь, поэтому, может быть, ты наконец исчезнешь и перестанешь мне мешать?

До встречи оставалось всего тридцать минут, и назвать этот промежуток времени большим было невозможно, поэтому Хо Нарим достала кепку, чтобы скрыть лицо на случай непредвиденной встречи, а затем выбрала одежду, в которую собиралась переодеться.

На улице стояла сильная жара, а производить впечатление на кого-либо ей больше не требовалось, поэтому она решила надеть шорты.

[Они слишком короткие.]

Недовольный голос маленького призрака снова подействовал ей на нервы.

— Я ведь уже попросила тебя уйти и заняться своими делами, поэтому почему ты до сих пор остаёшься здесь?

[Надень длинные брюки, которые лежат в шкафу.]

Даже не ответив на её слова, маленький призрак указал внутрь платяного шкафа, где лежали серые спортивные брюки, которые Хо Нарим по ошибке купила слишком большого размера, отчего они совершенно некрасиво сидели на фигуре.

Она некоторое время молча смотрела на указанную одежду, а затем, решив, что раз уж призрак откровенно игнорирует её слова, она ответит ему тем же, перестала обращать на него внимание.

Хо Нарим уже собиралась снять одежду и переодеться, однако всё ещё ощущала на себе пристальный взгляд, поэтому раздражённо спросила:

— Ты долго ещё собираешься на меня смотреть, хотя прекрасно видишь, что я хочу переодеться?

[Разумеется, я это вижу.]

— Тогда отвернись или хотя бы выйди в другую комнату, пока я не закончу!

[Но я всё равно являюсь призраком, к тому же даже не взрослым человеком.]

Разумеется, в его словах имелась определённая логика, однако Хо Нарим всё равно было неловко переодеваться у него на глазах.

Время продолжало уходить, но маленький призрак, судя по всему, совершенно не собирался уступать, и после непродолжительного противостояния он пошевелил пальцем, которым всё ещё указывал на серые брюки.

[Я уйду, если ты наденешь именно их.]

— Какой же ты раздражающий засранец.

Услышав сердитое бормотание Хо Нарим, маленький призрак широко раскрыл глаза и уставился на неё так, словно совершенно не ожидал, что она способна ругаться.

Его реакция даже показалась ей смешной, будто он никогда прежде не слышал, как люди бранятся. Конечно, при Пэк Ёхёне Нарим не произносила подобных слов, однако сейчас перед ней находился всего лишь призрак, поэтому соблюдать приличия не имело никакого смысла.

Она положила шорты обратно на кровать и достала длинные брюки, на которых так упрямо настаивал маленький призрак.

— Я согласилась надеть эти брюки, поэтому теперь наконец убирайся отсюда.

Маленький призрак с бесстрастным лицом кивнул, однако в его взгляде промелькнуло едва заметное удовлетворение, которое разозлило Хо Нарим ещё сильнее.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Пока Хо Нарим переодевалась и вызывала такси, маленький призрак больше не показывался, поэтому она решила, что только теперь он наконец прислушался к её требованию исчезнуть.

«Надеюсь, с домом ничего не случится, пока меня не будет».

Перед уходом она на всякий случай ещё сильнее придвинула стиральную машину к двери подвала, и из-за приложенных усилий повреждённая лодыжка продолжала болезненно пульсировать.

«Будет очень неловко, если я сказала, что беру выходной, а потом столкнусь в больнице с коллегами».

Решив обратиться к врачу уже после того, как закончит все дела, Хо Нарим вскоре добралась до места назначения, и перед ней возвысилось здание больницы Святой Марии.

Именно здесь работала Хо Нарим и именно в этом месте она впервые встретила Пэк Ёхёна, поэтому, посмотрев на огромное больничное здание, она ещё глубже надвинула кепку на лицо.

Затем Хо Нарим достала телефон Пэк Ёхёна, сняла блокировку, открыла список недавних вызовов и перезвонила по последнему номеру, а женщина ответила почти сразу, словно всё это время ждала звонка.

— Это Пак Чонхо?

— Именно я вам сейчас звоню. Вы уже добрались до больницы?

— Я стою перед входом в отделение неотложной помощи. Вы должны легко меня заметить, потому что на мне традиционный корейский костюм.

Хо Нарим медленно осмотрелась по сторонам, а затем, заметив нужную женщину, ответила:

— Теперь я вас вижу. На мне серые брюки, и я уже направляюсь к вам, однако из-за повреждённой ноги не могу идти быстро, поэтому прошу немного подождать.

— Вам не нужно торопиться, потому что я сама сейчас подойду.

Стоявшая возле отделения неотложной помощи женщина средних лет направилась к Хо Нарим, причём традиционная одежда на фоне современной больницы выглядела настолько необычно, что вся картина казалась почти неуместной.

Подойдя ближе, женщина оказалась ниже Хо Нарим, однако исходившее от неё властное ощущение невозможно было не заметить.

«Ещё по голосу было понятно, что она обладает сильным характером, но при личной встрече это чувствуется гораздо отчётливее».

Кроме того, перед Хо Нарим, несомненно, стояла состоятельная и знатная женщина. Она и прежде догадывалась, что Пэк Ёхён происходил из обеспеченной семьи, однако лишь теперь получила этому явное подтверждение.

Не произнося ничего лишнего, Хо Нарим сразу протянула ей телефон, поскольку совершенно не хотела продолжать разговор дольше необходимого.

— Вот телефон, который я нашла. Мне нужно срочно ехать по своим делам, поэтому я могу уже уйти?

— Это действительно телефон Ёхёна. Вообще-то мне следовало самой приехать за ним, поэтому благодарю вас за то, что вы специально пришли сюда. Если бы я знала о вашей повреждённой ноге, то отправила бы вместо себя кого-нибудь из людей, поэтому прошу простить меня за причинённые неудобства.

«Насколько же богатой должна быть эта женщина, если говорит, что могла просто кого-то прислать?»

Она явно имела в виду не родственника и не знакомого, поэтому Хо Нарим на мгновение крепко зажмурилась, чувствуя, что эта женщина всё сильнее кажется ей человеком, живущим в совершенно другом мире.

Некоторое время мать Пэк Ёхёна молча вертела телефон в руках, после чего плотно сжала губы.

Заподозрив, что с телефоном возникла какая-то проблема, Хо Нарим внимательно посмотрела на женщину, однако та достала собственный телефон и произнесла:

— Я хотела бы отблагодарить вас, но сейчас у меня нет с собой наличных, поэтому сообщите, пожалуйста, номер своего счёта.

Подобное предложение могло обернуться настоящей бедой, поэтому Хо Нарим поспешно замахала руками, изобразив добродушную улыбку.

— Я сделала это вовсе не ради вознаграждения, к тому же мне не пришлось делать ничего трудного.

— Однако мне всё же хотелось бы…

— Со мной действительно всё в порядке, а сейчас, как я уже говорила, мне пора уходить.

— Если мы когда-нибудь снова встретимся, я обязательно вас отблагодарю. Кстати, владелец телефона действительно ни разу вам не позвонил?

Уже собиравшаяся отвернуться Хо Нарим остановилась, после чего без малейшего колебания кивнула.

— Да, никаких звонков от него не поступало.

— …Вот как.

Небольшая пауза перед ответом оставила у Нарим неприятное ощущение, однако она решила, что женщина всего лишь беспокоится из-за Пэк Ёхёна, который так и не появился на собственной свадьбе.

Слегка склонив голову в знак прощания, Хо Нарим покинула это место, тревожась лишь о том, не кажется ли её удаляющаяся фигура слишком поспешной.

«Судя по всему, свадебный зал находится где-то поблизости».

Приглашения на свадьбу она не получила ни от Пэк Ёхёна, ни от Хо Нарён. Поскольку Нарим оставалась её единственной родственницей, Хо Нарён, похоже, хотела вручить приглашение лично, однако после известия об их свадьбе Хо Нарим перестала отвечать на любые звонки и сообщения сестры.

Тяжело вздохнув, она продолжила идти, заметно прихрамывая, и вскоре рядом с ней повеяло холодом, после чего раздался уже довольно знакомый голос.

[Больше никогда с ней не встречайся.]

Рядом вновь появился маленький призрак.

Хо Нарим осторожно огляделась по сторонам, однако никто из окружающих никак не отреагировал на внезапное появление ребёнка. Его тёмная синеватая кожа совершенно не могла принадлежать живому человеку, но прохожие всё равно не обращали на него никакого внимания.

«Возможно, остальные люди его просто не видят».

В таком случае они, скорее всего, не слышали и его голоса. Нахмурившись, Хо Нарим даже подумала, что могла переутомиться настолько сильно, что теперь ей мерещились призраки.

Поскольку она не отвечала, маленький призрак посмотрел на неё снизу вверх, а то, как он своими короткими ногами в точности подстраивался под её шаг, вызывало неприятный холодок.

[Пообещай, что больше никогда не встретишься с этой женщиной.]

Этот призрак совершенно точно был каким-то образом связан с Пэк Ёхёном, однако Нарим не понимала, почему он требует от неё подобного обещания.

[Нарим, ты должна мне ответить.]

Впрочем, ещё сильнее её раздражало то, что какой-то призрак постоянно пытался вмешиваться в её поступки.

Хо Нарим прижала пальцы к пульсирующему виску. Поскольку ответа он так и не получил, маленький призрак в конце концов вцепился в её голень.

Более назойливого существа она ещё не встречала, поэтому была вынуждена достать телефон. Разговаривать с пустотой посреди улицы она не могла, а потому решила сделать вид, будто беседует с кем-то по телефону.

— Я ведь ясно сказала, чтобы ты исчез и перестал вмешиваться в мои дела.

[Нарим разговаривала со мной, а потом внезапно решила кому-то позвонить, и это очень невежливо.]

— …Я сейчас именно с тобой и разговариваю, глупый. Или ты предлагаешь мне говорить с пустотой, чтобы окружающие приняли меня за ненормальную?

После этого язвительного замечания маленький призрак несколько раз моргнул. Он так сильно прижался щекой к её голени, что та заметно вдавилась, после чего обиженно пробормотал:

[Нарим так ужасно ругается, что я совершенно потрясён.]

Его потрясение совершенно её не волновало. Он не был ни Хо Нарён, которая заменила ей родителей, ни Пэк Ёхёном, перед которым Нарим когда-то старалась казаться лучше, чем была на самом деле.

Сохранять благопристойный образ перед каким-то призраком она совершенно не собиралась, хотя предположение о его возможной связи с Пэк Ёхёном всё же вызывало неприятное беспокойство.

— Мне неприятно, поэтому немедленно отойди и больше со мной не разговаривай.

[Ты очень злая, Нарим, причём гораздо злее, чем я предполагал.]

Хо Нарим не видела необходимости ему отвечать. Она убрала телефон в карман и продолжила упорно игнорировать призрака, хотя его недовольное ворчание ещё долго доносилось рядом.

Пусть жалуется сколько угодно.

Из-за тревоги за оставленный без присмотра дом Хо Нарим старалась идти как можно быстрее, а мысли о теле Пэк Ёхёна и неизвестном существе, скрывавшемся в подвале, почти сводили её с ума.

— Хо Нарим?

Её торопливые шаги остановил чужой голос.

Поначалу Нарим решила, что столкнулась с кем-то из коллег, и напряжённо замерла, однако вскоре поняла, что этот голос был ей очень хорошо знаком.

Маленький призрак заметил подошедшего человека раньше неё и подозрительно прищурился, словно всем своим видом спрашивал, кто появился на этот раз.

Хо Нарим тоже повернула голову и увидела именно того человека, которого ожидала встретить.

Стройный мужчина в безупречном костюме по-прежнему мгновенно привлекал взгляды окружающих.

— …Тэджу.

Кам Тэджу был мужчиной, с которым она встречалась три года до знакомства с Пэк Ёхёном.

Услышав, как Нарим произнесла его имя, маленький призрак впервые совершенно откровенно скривился.

— Почему ты находишься здесь… Хотя теперь я, кажется, понимаю причину.

Хо Нарим вспомнила и о его строгом костюме, и о том, что Кам Тэджу прежде был младшим коллегой Хо Нарён, после чего замолчала.

Именно Хо Нарён когда-то познакомила их друг с другом, поэтому не было ничего удивительного в том, что Тэджу собирался присутствовать на её свадьбе.

— Я направляюсь на свадьбу Хо Нарён, а вот почему ты находишься здесь, хотелось бы спросить именно мне.

То, что единственная родственница невесты бродила неподалёку в такой неприметной одежде, действительно могло показаться странным, поэтому Хо Нарим лишь невесело усмехнулась, понимая, что теперь они уже не были настолько близки, чтобы она подробно рассказывала ему о своих обстоятельствах.

— У меня возникли некоторые дела, поэтому можешь продолжать идти туда, куда собирался.

Кам Тэджу ничего не ответил, однако его взгляд медленно опустился к повреждённой лодыжке Хо Нарим. Он и прежде отличался удивительной наблюдательностью, но никогда не показывал, что что-то заметил, если сама Нарим не желала об этом говорить.

— Тогда я больше не стану тебя задерживать.

Проходя мимо, Кам Тэджу оставил после себя аромат духов, который когда-то очень нравился Хо Нарим. Он ушёл без малейшего колебания, оставив лишь знакомый запах, и даже не упомянул о том, что заметил травму случайно встреченной бывшей девушки.

«Именно с такой холодностью мне всегда было трудно мириться».

Подумав о том, что Кам Тэджу совершенно не изменился, Хо Нарим тоже продолжила свой путь, поскольку они давно расстались и теперь не имело никакого смысла затягивать разговор или обмениваться ненужными любезностями.

Маленький призрак всё ещё свирепо смотрел вслед удалявшемуся Кам Тэджу. Несмотря на то что он был совсем крошечным, казалось, будто из его глаз в любую секунду может вырваться пламя.

«Что с ним опять происходит?»

Сначала Нарим подумала, что ей стоит одёрнуть призрака, однако затем вспомнила, что Кам Тэджу всё равно его не видит, и решила не вмешиваться.

Она как раз направлялась к большой дороге, собираясь поймать такси, когда позади раздался негромкий, но отчётливый голос.

— Может быть, мне пойти вместе с тобой?

Хо Нарим рефлекторно обернулась и увидела Кам Тэджу, который уже остановился и теперь внимательно смотрел на неё, словно наблюдал за ней уже довольно долго.

«Он ведь даже не знает, куда именно я собираюсь идти».

Возможно, он предлагал сопроводить её в больницу или всего лишь имел в виду, что пройдёт рядом оставшуюся часть пути. Поскольку Тэджу работал вместе с Хо Нарён, он вполне мог знать о сложившейся ситуации, а значит, его предложение могло быть продиктовано жалостью, хотя этот мужчина никогда не отличался настолько мягким характером, чтобы открыто проявлять сострадание.

[Хо Нарим.]

Маленький призрак тихо произнёс её полное имя, и в его голосе почему-то снова послышалась интонация Пэк Ёхёна. На мгновение ей даже показалось, будто Ёхён удерживает её и просит никуда не уходить.

— Со мной всё будет в порядке.

Хо Нарим ответила Кам Тэджу, а тот некоторое время молча смотрел на неё, после чего спокойно отвернулся. Он не стал спрашивать о причине и не попытался удержать её, как не сделал этого и в день их расставания, поэтому, хотя они встречались целых три года, Кам Тэджу по-прежнему оставался человеком, которого ей было невероятно трудно понять.

Иногда Хо Нарим до сих пор сомневалась, любил ли он её по-настоящему.

Она вызвала такси и отправилась домой, а Кам Тэджу, услышав, как Нарим называет водителю адрес, лишь на мгновение замедлил шаг, после чего снова продолжил идти.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Добравшись до дома, Хо Нарим сразу же направилась в прачечную и лишь после того, как увидела, что дверь по-прежнему надёжно загорожена стиральной машиной, наконец почувствовала облегчение.

Даже не переодевшись, Нарим легла на кровать, после чего рядом с ней вновь появился маленький призрак.

[Нарим.]

Она никак не отреагировала на его обращение.

[…Можно мне подойти к тебе поближе?]

После всего произошедшего он ещё осмеливался задавать настолько нелепые вопросы, поэтому Хо Нарим тихо усмехнулась и повернулась к нему спиной, этим жестом недвусмысленно показывая, что не желает ни слышать его голос, ни видеть его самого. После этого она уже не знала, остался ли маленький призрак рядом или снова исчез.

Нарим лишь смотрела на экран телефона, где отображалось множество пропущенных вызовов, почти все из которых поступили от Хо Нарён. Поскольку она продолжала игнорировать звонки даже в день свадьбы, сестра теперь принялась отправлять ей сообщения, однако Хо Нарим лишь тяжело вздохнула, перевела телефон в беззвучный режим и закрыла глаза.

Всё её тело изнемогало от усталости, повреждённая нога продолжала болеть, а в нижней части живота почему-то появилось неприятное тянущее ощущение, поэтому Хо Нарим свернулась на кровати, подтянув колени ближе к груди.

«Лучше бы я просто исчезла вместе со всем происходящим».

Обхватив руками всё ещё плоский живот, она закрыла глаза и подумала о том, что теперь её единственной семьёй оставался ребёнок, которого она носила под сердцем.

Однако Хо Нарим не знала, что на переведённый в беззвучный режим телефон продолжали приходить всё новые сообщения.

.

.

.

В комнате одновременно раздавались лишь тихое дыхание провалившейся в сон Хо Нарим и непрерывное тиканье секундной стрелки.

Хо Нарим так и не удалось погрузиться в глубокий сон, поскольку ей казалось, будто сверху на неё навалилось что-то тяжёлое, из-за чего дышать становилось всё труднее.

«Мне нечем дышать».

Ощущая мучительную тесноту в груди, она бессознательно коснулась шеи. Хотя никто её не душил, каждый выдох давался с огромным трудом.

Живот ещё даже не начал округляться, поэтому причиной такого состояния никак не мог быть ребёнок. Некоторое время Хо Нарим тихо стонала во сне, после чего медленно открыла глаза и, увидев прямо перед собой чужие глаза, на мгновение перестала дышать.

[Ты уже проснулась.]

Маленький призрак стоял совершенно прямо и смотрел на неё сверху вниз.

Взгляд Хо Нарим медленно опустился ниже, а в голове промелькнула тревожная мысль о том, не напрасно ли она ослабила бдительность, решив, что этот призрак всего лишь ведёт себя довольно нелепо.

[Нарим, кто-то уже давно звонит в дверь…]

Маленький призрак стоял не где-нибудь, а прямо на животе Хо Нарим, и в тот миг, когда она это осознала, дом огласил пронзительный крик, от которого, казалось, могли лопнуть барабанные перепонки.

Кричала сама Хо Нарим.

— Ты что творишь?! Немедленно слезь и отойди от меня подальше!

[Нарим, что с тобой происходит? Подожди немного…!]

— Я сказала, убирайся с моего тела!

Со стороны её реакция могла показаться чрезмерно острой, однако Хо Нарим не могла поступить иначе, поскольку боялась, что маленький призрак способен причинить вред ребёнку.

Она уже утратила доверие к Хо Нарён, которая оставалась её единственной семьёй, а Пэк Ёхён, вместе с которым Нарим мечтала создать собственную семью, теперь был мёртв, поэтому ребёнок мог стать единственным родным человеком, который у неё остался.

«Я обязана защитить его, чего бы мне это ни стоило».

Грубо оттолкнув маленького призрака, Хо Нарим свернулась и обеими руками прикрыла живот, ощущая на себе его откровенно недоумевающий взгляд.

От её толчка призрак жалко прокатился по кровати, хотя прежде брошенная подушка даже не смогла его коснуться.

[Я всего лишь услышал звонок в дверь и хотел тебя разбудить.]

Маленький призрак добавил эти слова так, словно пытался оправдаться, и лишь тогда Хо Нарим поняла, что к дому кто-то пришёл, однако в тот момент это волновало её меньше всего.

С трудом сдерживая настоящий гнев, она процедила сквозь зубы:

— Разве я просила тебя делать что-то подобное? Я ведь ясно сказала, что мне неприятно тебя видеть, поэтому потребовала исчезнуть с моих глаз!

[Нарим.]

— У тебя нет права называть меня этим именем.

Этими словами она недвусмысленно провела между ними границу, хотя сама мысль о том, что ей приходится выяснять отношения с призраком, казалась нелепой. Хо Нарим по-прежнему не понимала, с какой целью маленький призрак так упорно оставался рядом с ней.

В последнее время всё шло наперекосяк, а стоило окончательно проснуться и обратить внимание на оставленную без лечения лодыжку, как та вновь начала мучительно пульсировать.

Хо Нарим уже собиралась подняться, чтобы сделать холодный компресс, когда снаружи раздался знакомый голос.

— Нарим!

У неё внутри всё резко оборвалось.

«Почему сестра приехала сюда?»

Кто-то стучал во входную дверь и громко звал её по имени, поэтому долго размышлять о личности пришедшей не требовалось.

— Что с тобой произошло?! Если ты можешь говорить, то хотя бы ответь мне!

Этот голос принадлежал Хо Нарён, родной старшей сестре, рядом с которой Хо Нарим провела большую часть своей жизни.

Она перевела взгляд на маленького призрака и только теперь вспомнила, почему тот пытался её разбудить.

«Я никак не ожидала, что сестра приедет лично».

Хо Нарим была уверена, что Хо Нарён хотя бы некоторое время не станет показываться ей на глаза, поскольку должна была чувствовать свою вину, однако это оказалось серьёзным заблуждением, и Нарим невольно посмотрела в сторону прачечной.

«Сестра ни в коем случае не должна ничего обнаружить».

Хо Нарён отличалась наблюдательностью и, войдя в дом, непременно заметила бы, что стиральная машина стоит немного иначе, чем прежде, после чего обнаружила бы сломанный замок на двери подвала.

От одной мысли о том, что заподозрившая неладное Хо Нарён может открыть подвальную дверь, Хо Нарим охватило головокружение.

«После моего крика уже не получится притвориться, будто дома никого нет, и от этого можно окончательно сойти с ума».

Хо Нарим нахмурилась, а пальцы, крепко сжимавшие одеяло, уже покрылись холодным потом.

[…]

Маленький призрак лишь молча наблюдал за ней, время от времени переводя взгляд на входную дверь, и по его поведению можно было решить, что он тоже немного нервничает, хотя Хо Нарим совершенно не понимала, почему происходящее вообще должно его волновать.

Сдержав тяжёлый вздох, она взяла телефон и набрала номер Хо Нарён, которая ответила почти мгновенно.

— Нарим, с тобой всё в порядке?

Взглянув на часы, Хо Нарим обнаружила, что обеденное время давно прошло. Она не понимала, что произошло со свадьбой и почему Хо Нарён оказалась здесь, поэтому, не пытаясь скрыть раздражённого вздоха, спросила:

— Зачем ты приехала к моему дому?

— Я хотела с тобой поговорить, но ты продолжаешь избегать любого разговора…

— На твоём месте тебе самой захотелось бы встречаться со мной и спокойно всё обсуждать после того, что произошло?

Её голос невольно прозвучал резко и холодно.

— …Нарим.

Человек, не знавший всех обстоятельств, наверняка счёл бы Хо Нарим бессердечной и сказал, что нельзя отворачиваться от кровной родственницы из-за мужчины, с которым она встречалась всего три месяца.

«Однако первой предала доверие своей сестры именно Хо Нарён, и сделала она это из-за мужчины».

Само предательство причиняло мучительную боль, однако разочарование Хо Нарим в сестре было связано не только с этим. Хо Нарён всегда обращалась с ней так, словно Нарим была для неё самым дорогим человеком, но в итоге отказалась от младшей сестры ради мужчины.

«Получается, для неё я значила настолько мало».

То же самое относилось и к Пэк Ёхёну. Гораздо тяжелее самого предательства было принять тот факт, что двое людей, которым она доверяла сильнее всего, попросту её бросили, и Хо Нарим никак не могла понять, неужели всё это время занимала в их жизни настолько незначительное место.

— Сестра виновата перед тобой, поэтому давай поговорим лицом к лицу, хорошо?

— Мне нечего тебе сказать, поэтому хотя бы некоторое время оставь меня в покое.

— Я буду стоять здесь до тех пор, пока ты не откроешь дверь.

Хо Нарим не нашлась с ответом. Ей хотелось потребовать, чтобы сестра перестала говорить нелепости, однако характер Хо Нарён она знала слишком хорошо, ведь, несмотря на всю свою зрелость, в вопросах, связанных с Хо Нарим, та становилась упрямой до невозможности.

«Раз она сказала, что останется, то действительно никуда не уйдёт».

Хо Нарим вновь посмотрела в сторону прачечной. На улице стояло жаркое лето, и, хотя ей совершенно не хотелось об этом думать, она слышала, что разлагающееся тело начинает источать сильный запах, однако не знала, через какое время он должен был появиться.

Что произойдёт, если странности обнаружатся гораздо раньше, чем она рассчитывала?

— Я сейчас выйду, поэтому поговорим на улице.

Ни Хо Нарён, ни кому-либо другому нельзя было позволять приближаться к дому. Эта мысль полностью завладела сознанием Хо Нарим, и она снова потянулась за кепкой.

Пока Нарим готовилась выйти, прихрамывая из-за ещё сильнее распухшей ноги, рядом послышалось беспокойное движение.

[Я… предпочёл бы, чтобы ты никуда не выходила.]

Маленький призрак уже собирался снова назвать её по имени, однако вовремя остановился и вместо этого прямо высказал своё мнение. Впрочем, для Хо Нарим эти слова не имели никакого значения, поэтому она пропустила их мимо ушей.

Притворившись, что ничего не услышала и никого не увидела, Нарим прошла мимо. Она ощущала направленный ей в спину взгляд, но намеренно проигнорировала и его.

— Нарим.

Несмотря на надетую кепку, яркий солнечный свет, хлынувший в открытую дверь, заставил её прищуриться. Хо Нарён шагнула вперёд так, словно хотела заслонить младшую сестру от слепящего света.

Судя по всему, она успела лишь переодеться после свадьбы, поэтому выглядела гораздо наряднее, чем обычно. Хо Нарим и прежде считала выразительные черты сестры красивыми, а после тщательной подготовки Хо Нарён казалась почти ослепительной.

В детстве Хо Нарим нередко исподволь сравнивали с её красивой старшей сестрой, и теперь во рту появился неприятный горький привкус.

«Даже длинные волосы я отрастила потому, что хотела быть похожей на неё».

Однако всё это уже осталось в прошлом.

Хо Нарим закрыла входную дверь, и на одно короткое мгновение взгляд Хо Нарён устремился внутрь дома. По всей видимости, её всё ещё тревожил недавний крик, поэтому она схватила младшую сестру за плечи и внимательно осмотрела с головы до ног, проверяя, нет ли на ней травм.

— Что произошло с твоей лодыжкой? Ты её подвернула? Она ведь ужасно распухла!

На лице Хо Нарён отразилось неподдельное беспокойство, и Хо Нарим посмотрела на это выражение со странным чувством. Столкнувшись с её непривычным взглядом, Хо Нарён немного растерялась и несколько раз моргнула.

Сестра сразу заметила изменившееся отношение и возникшую между ними дистанцию. С тех пор как Хо Нарим узнала об их свадьбе, они встретились впервые, и Хо Нарён впервые лично ощутила, насколько далеко от неё отстранилась младшая сестра.

— Нарим, почему ты так на меня смотришь?

— Я как раз собиралась ехать в больницу, поэтому, если тебе есть что сказать, говори по дороге.

Тем самым Хо Нарим давала понять, что отдельно выделять время на разговор не намерена, а значит, Хо Нарён придётся подстраиваться самой. Не дожидаясь ответа, Нарим двинулась вперёд, а растерявшаяся сестра поспешила следом.

На самом деле ей хотелось задать множество вопросов, узнать, что произошло со свадьбой и как отреагировали родственники Пэк Ёхёна.

«Неужели она пришла потому, что подозревает меня?»

Однако даже вопрос, который тревожил её сильнее всего, Хо Нарим заставила себя проглотить.

В опустевшем доме воцарилась гнетущая тишина. Спустя некоторое время из прачечной донёсся неуверенный стук, а следом раздался тихий металлический дребезг.

Ручка незапертой двери медленно повернулась, после чего в узкой щели показалась мертвенно-бледная женская рука. Тощая ладонь без единой округлости ощупала стиральную машину, словно пыталась определить, что именно преграждает путь, а затем снова скрылась внутри.

Сразу после этого раздался оглушительный грохот, будто женщина принялась всем телом биться в дверь.

Бух! Бух!

С каждым новым ударом стиральная машина понемногу сдвигалась с места, медленно отступая.

Заметив, что Хо Нарим направляется не в больницу Святой Марии, а в другое медицинское учреждение, Хо Нарён сначала посмотрела на неё с недоумением, однако затем, по всей видимости, решила, что сестре просто не хочется приходить на работу в свой выходной.

Обычно Хо Нарён совершенно не заботило, что о ней подумают окружающие, но сейчас она непривычно внимательно следила за реакцией младшей сестры, и такой Нарим видела её впервые.

— Даже не знаю, с чего мне следует начать, но прежде всего я хочу попросить прощения за то, что причинила тебе боль, не сумев ничего толком объяснить.

Хо Нарим никогда прежде не видела сестру настолько растерянной. Кам Тэджу когда-то рассказывал, что на работе Хо Нарён производила впечатление чрезвычайно хладнокровного человека, который чётко разграничивал личные и служебные отношения и никогда не сближался с коллегами больше необходимого.

Именно поэтому ему казалось непривычным видеть, как открыто Хо Нарён проявляла любовь к младшей сестре и баловала её.

«В то время эти слова почему-то наполнили меня гордостью».

Вспомнив прошлое, Хо Нарим мысленно усмехнулась, однако в этой улыбке не было ничего, кроме горечи.

— Я была уверена, что Пэк Ёхён уже всё тебе объяснил, поскольку взяла с него обещание это сделать.

Хо Нарим решила пока выслушать сестру до конца, хотя обращение по полному имени казалось несколько странным по отношению к мужчине, за которого Хо Нарён собиралась выйти замуж.

— Возможно, мои слова прозвучат как оправдание, но меня тоже обманули.

Казалось, она пыталась сказать, что во всём произошедшем был виноват исключительно Пэк Ёхён.

Хо Нарим продолжала молчать, а пока она проходила обследование и получала необходимое лечение, Хо Нарён терпеливо ждала снаружи. Затем она, как всегда, первой подошла к стойке, оплатила счёт и снова взяла на себя роль сопровождающего, а точнее, члена семьи, словно, обвиняя Пэк Ёхёна, пыталась заверить Нарим, что по-прежнему остаётся на её стороне.

«Я ведь даже не попыталась узнать, что в действительности произошло».

Хо Нарим опустила взгляд на ногу. Наложенная лонгета вызывала непривычное ощущение, однако ступать стало гораздо менее больно.

Закончив с оплатой, Хо Нарён подошла к ней и протянула руку, собираясь поддержать, но Хо Нарим сделала вид, будто не заметила этого жеста, и прошла мимо, после чего за спиной послышался тихий вздох.

— Мы произошедшем не виноваты.

Хо Нарён произнесла это, когда они вышли из больницы, и в слово «мы» Пэк Ёхён явно не входил.

Почему-то именно это особенно раздражало Хо Нарим, как и молчание маленького призрака, который с самого начала следовал за ними и лишь наблюдал со стороны. Возможно, точнее было бы сказать, что он осторожно следил за её настроением, хотя причина такого поведения оставалась непонятной.

— Мы?

Несмотря на охвативший её гнев, голос Хо Нарим звучал спокойно, и Хо Нарён, которой подобная сдержанность младшей сестры казалась непривычной, продолжала смотреть на неё так, словно видела перед собой совершенно незнакомого человека.

— В этой истории нет никого, кто был бы полностью невиновен, потому что я тоже поступила неправильно, когда заранее не рассказала тебе, что встречаюсь с Ёхёном.

Хо Нарим злилась на сестру за то, что та, узнав о её отношениях с Кам Тэджу, постоянно во всё вмешивалась. Ей было неприятно, что внезапно появился комендантский час, а Хо Нарён начала контролировать каждую ночёвку вне дома, обращаясь с ней как с маленьким ребёнком.

Именно по этой простой причине Нарим скрыла, что начала встречаться с мужчиной и что этим мужчиной был Пэк Ёхён, а следовательно, Хо Нарён действительно могла не знать, что он являлся парнем её младшей сестры.

— Ёхён тоже виноват, потому что, продолжая встречаться со мной, внезапно сообщил, что женится на тебе, хотя до этого ни разу даже не намекнул о подобных планах.

Хо Нарим остановилась. Они успели немного отойти от входа в больницу, и на улице вокруг не было ни одного человека, поэтому её негромкий голос прозвучал особенно отчётливо.

— Ты тоже виновата, потому что, даже узнав, что он был моим возлюбленным, всё равно решила довести свадьбу до конца. Та сестра, которую я знала, всегда выбрала бы меня, однако ты предпочла Ёхёна.

— Это неправда!

Хо Нарён испуганно вздрогнула, а её рука торопливо легла на плечо Нарим прежде, чем та успела отстраниться.

— Подобного никогда бы не произошло, потому что я ни за что не выбрала бы другого человека вместо тебя, поэтому, пожалуйста…

— …

— Прошу, не смотри на меня так, словно я тебя бросила…

Ситуация казалась по-настоящему странной, поскольку человек, причинивший боль, теперь сам выглядел глубоко раненым, и Хо Нарим невольно задумалась, не существовало ли у сестры действительно серьёзной причины для такого поступка.

[…]

Маленький призрак не отходил от Хо Нарим и лишь молча сжимал крошечной рукой край её брюк. Наверное, лишь из-за собственного настроения Нарим впервые почувствовала, что его непривычное молчание ей совершенно не нравится.

— Я многим обязана родителям Пэк Ёхёна. В отличие от тебя, у меня никогда не было особых иллюзий насчёт брака, поэтому я согласилась встретиться с мужчиной, которого они хотели мне представить.

Хо Нарим вспомнила женщину в традиционном костюме, которая забрала телефон Пэк Ёхёна.

— Я знала, что у него есть девушка, но велела самостоятельно закончить эти отношения. Я также сказала, что, если он не желает жениться, ему следует самому сообщить об этом родителям.

Если мать Пэк Ёхёна проверит журнал вызовов и увидит, как часто он разговаривал с Хо Нарим, у неё наверняка возникнут подозрения. Нарим рассеянно подумала, не вцепится ли эта женщина ей в волосы, когда узнает, кем в действительности была нашедшая телефон незнакомка.

Сосредоточиться на рассказе Хо Нарён становилось всё труднее, потому что каждое её слово казалось очередным оправданием и лишь сильнее утомляло.

— Однако он предпочёл уклониться от всего. Пэк Ёхён испугался необходимости прямо сказать родителям о своём решении и объяснить тебе сложившуюся ситуацию, поэтому попросту сбежал.

Несмотря на спокойный голос Хо Нарён, в нём слышалось едва заметное презрение, и лишь это впервые заставило Хо Нарим отреагировать.

— Что значит «сбежал»?

По всей видимости, обрадовавшись тому, что младшая сестра наконец начала отвечать, Хо Нарён слегка улыбнулась и продолжила:

— Вероятно, он не хотел тебя терять, но при этом слишком боялся выступить против родителей.

Хо Нарим было трудно представить Пэк Ёхёна дрожащим от страха, однако в этот момент она заметила странное движение маленького призрака, который по-прежнему держался за её брюки. Его маленькое тело едва заметно дрожало.

— Сегодняшнюю свадьбу отменили, потому что Пэк Ёхён так и не появился. Во время возникшей суматохи я также узнала, что он был приёмным сыном.

Прежде Хо Нарим ничего не знала о том, что Пэк Ёхён был усыновлён, и, возможно, именно поэтому он почти никогда не рассказывал о своей семье. Однако слова о том, что Пэк Ёхён, который даже среди взрослых мужчин выделялся высоким ростом, боялся родителей, всё равно казались несколько неуместными.

— Я не знаю, где он сейчас находится и чем занимается, но предполагаю, что некоторое время он будет прятаться, а затем снова придёт к тебе. Возможно, мне не следует говорить тебе подобное, однако с мужчиной, который постоянно избегает ответственности, лучше не продолжать отношения.

Хо Нарим ничего не ответила.

— Поскольку он никогда не рассказывал о тебе, я не знала правды, однако сама, говоря о своей семье, упоминала тебя и даже показывала ему твою фотографию.

Хо Нарён добавила, что, поскольку их знакомство изначально предполагало возможный брак, она открыто рассказала ему и о семье, и о работе.

Теперь Хо Нарим начинала понимать, почему сестра считала себя несправедливо обвинённой. Пэк Ёхён действительно поступил неправильно, когда, узнав в девушке на фотографии младшую сестру своей будущей невесты, всё равно не остановил свадьбу.

«Разумом я всё понимаю, но тогда почему продолжаю сомневаться?»

Её не оставлял в покое тревожный взгляд маленького призрака, который выглядел точной копией Пэк Ёхёна.

— Мне необходимо время, чтобы всё обдумать.

В конце концов Хо Нарим решила немного отступить, поскольку сейчас её переполняло слишком много противоречивых чувств, чтобы принимать окончательное решение.

Мёртвые не могли рассказать свою версию событий. Нарим узнала обстоятельства Хо Нарён, но что, если и у Пэк Ёхёна существовала причина, о которой никто не знал?

Они встречались всего около трёх месяцев, однако тот Пэк Ёхён, которого знала Хо Нарим, не был безответственным человеком. При этом она инстинктивно понимала, что сейчас не должна произносить слова в его защиту, поэтому заговорила гораздо мягче:

— Прости, что неправильно тебя поняла, даже не выслушав объяснений, но я тоже была совершенно растеряна.

— Я всё понимаю, Нарим, однако никогда тебя не брошу. Мы остаёмся единственными родными друг для друга, и, как у тебя есть только я, так и у меня нет никого, кроме тебя.

Хо Нарён раскрыла руки и заключила младшую сестру в объятия. Хо Нарим обняла её в ответ, однако спокойно опустила взгляд.

«Она так и не объяснила, почему продолжила подготовку к свадьбе даже после того, как узнала о моём существовании».

Хо Нарён переложила всю вину на отсутствующего Пэк Ёхёна и представила себя такой же пострадавшей стороной. Она всегда казалась взрослой и рассудительной, теряя самообладание лишь тогда, когда Хо Нарим совершала что-нибудь опасное, однако было ли нынешнее поведение очередным проявлением чрезмерной опеки или же перед Нарим разыгрывали тщательно продуманное представление?

— Даже если свадьба сорвалась, разве ты не слишком быстро ушла? Наверняка ведь там оставались приглашённые гости.

Хо Нарим вспомнила Кам Тэджу, направлявшегося на свадьбу. Если пригласили его, то среди гостей наверняка находилось немало коллег Хо Нарён.

Поскольку точного времени церемонии Нарим не знала, она решила выяснить это обходным путём, а Хо Нарён мягко улыбнулась.

— Церемония должна была начаться в одиннадцать, однако вскоре стало очевидно, что Пэк Ёхён не появится, поэтому я довольно быстро приняла решение всё отменить. Его родители сказали, что сами разберутся с оставшимися вопросами.

— Почему ты была настолько уверена, что он не придёт?

— Похоже, он выбросил свой телефон.

Хо Нарим нахмурилась.

— Почему вы решили, что он его выбросил?

— По словам его матери, какой-то человек нашёл телефон и передал ей, однако Пэк Ёхён никогда не оставлял свои вещи даже по случайности, поэтому она решила, что он сделал это намеренно.

Это действительно было похоже на правду, потому что Пэк Ёхён отличался осторожностью и исключительной аккуратностью.

Хо Нарим уже мысленно порадовалась, что родственники пришли именно к такому выводу, когда Хо Нарён продолжила:

— Однако его матери кое-что показалось странным.

— Что именно вызвало у неё подозрения?

— Человек, нашедший телефон, позвонил ей с самого телефона Пэк Ёхёна.

— Почему это должно быть странным… Подожди.

Хо Нарим мысленно выругалась, внезапно осознав, что телефон Пэк Ёхёна был заблокирован.

Выходит, именно поэтому мать Пэк Ёхёна на некоторое время замолчала, когда получила телефон из рук Хо Нарим.

«А я даже не поняла этого и переживала совершенно о другом, словно последняя глупая».

Вот почему поступки, совершаемые бессознательно, могут оказаться настолько опасными. Единственным утешением оставалось то, что мать Пэк Ёхёна не стала расспрашивать Хо Нарим прямо на месте, ведь стоило представить, что она могла наговорить от растерянности, не успев придумать никакого объяснения, как от одной этой мысли становилось не по себе.

— Действительно выглядит немного странно.

Хо Нарим неловко согласилась с сестрой, однако Хо Нарён, к счастью, не заметила в её реакции ничего подозрительного.

— Тогда… что ты собираешься делать дальше? Ты говорила, что многим обязана его родителям, поэтому разве эта свадьба не должна была состояться в любом случае?

— Я с самого начала не хотела выходить за него замуж, а когда сказала, что мне неприятно, что от меня скрыли его усыновление, родители Пэк Ёхёна принесли извинения.

Хо Нарён добавила, что, даже если Пэк Ёхёна найдут, о браке с ней, скорее всего, больше никто даже не заговорит.

Хо Нарим медленно кивнула, после чего вновь погрузилась в молчание. Некоторое время пристально наблюдавшая за ней Хо Нарён осторожно продолжила:

— Честно говоря, я думала, что Пэк Ёхён мог прийти именно к тебе.

— Почему ты так решила?

— Потому что, если он действительно тебя любил, именно так ему и следовало поступить.

Разве у человеческих поступков могла существовать лишь одна правильная версия? Хо Нарим хотелось сразу возразить, однако Пэк Ёхён действительно пришёл к ней, поэтому отрицать слова сестры она не могла и предпочла промолчать.

Её больше не волновало, как Хо Нарён истолкует это молчание, поскольку Нарим уже устала придумывать оправдания и продолжать лгать. К тому же совсем скоро родственники Пэк Ёхёна, уже начавшие что-то подозревать, наверняка сами потребуют от неё объяснений.

«Может быть, мне всё-таки стоит попросить сестру о помощи, пока ещё не стало слишком поздно?»

Хо Нарён работала адвокатом и знала гораздо больше неё, поэтому, возможно, сумела бы найти выход из сложившейся ситуации. Однако, судя по нынешнему разговору, она наверняка переложила бы всю вину на Пэк Ёхёна.

Так Хо Нарён смогла бы обезопасить младшую сестру, а обвинить мёртвого было гораздо проще, потому что он уже не мог ничего возразить.

Живым необходимо продолжать жить.

Именно это Хо Нарён когда-то твёрдо сказала маленькой Нарим, когда та плакала и просила вернуть маму. Тогда эти слова прозвучали почти как предупреждение больше никогда не искать умершую мать, и после этого Нарим, кажется, действительно перестала о ней спрашивать.

— Тебя что-то тревожит?

Хо Нарён протянула руку и осторожно коснулась её щеки. От искреннего беспокойства в глазах сестры Хо Нарим едва не расплакалась, однако лишь покачала головой.

— Ничего не случилось, поэтому со мной всё будет в порядке.

Пусть Пэк Ёхён уже умер и совершил немало ошибок, он всё равно оставался мужчиной, которого она любила. Нарим ещё не могла принять его смерть и потому не хотела сваливать на него всю вину лишь ради собственного спасения.

Хо Нарён явно не поверила словам сестры, поскольку лицо Нарим было полно тревоги, однако, видимо, решила, что дальнейшие расспросы сейчас ничего не дадут, и лишь тихо вздохнула.

— Тогда я провожу тебя домой, а сегодня ты должна как следует отдохнуть. Может быть, мне приготовить для тебя что-нибудь поесть?

— Не нужно ничего готовить, потому что у меня совсем нет аппетита, а если позже захочется поесть, я просто закажу доставку.

Хо Нарим поспешно отказалась, опасаясь, что сестра захочет войти в дом. Хо Нарён недовольно надула щёки, явно не одобряя её решение.

— Сестра, я всё-таки хочу задать тебе ещё один вопрос.

Хо Нарим окликнула Хо Нарён, которая продолжала идти рядом, твёрдо решив хотя бы проводить её до дома.

— О чём ты хочешь спросить?

— Ты действительно никогда не испытывала чувств к Ёхёну?

— Именно так, потому что я лишь подумала, что при подходящих условиях брак с ним был бы не самым плохим решением.

— Тогда почему же ты…

Почему не остановилась, когда узнала, что я была его девушкой и что мне больно?

Хо Нарим хотела произнести именно это, хотя и сама не понимала, какой ответ надеялась услышать.

— Нарим.

Хо Нарён прервала её так, словно заранее поняла продолжение вопроса, хотя, возможно, Нарим просто была сейчас слишком чувствительной и придавала этому лишнее значение.

— Если дома произойдёт что-нибудь странное, обязательно позвони мне, и я приеду к тебе в любое время.

Хо Нарён и прежде сильно переживала из-за того, что младшая сестра живёт одна в старом доме, поэтому, возможно, недавний крик до сих пор не давал ей покоя.

В тот день, когда они впервые приехали сюда осматривать дом, Хо Нарён застыла уже при одном взгляде на здание. Её можно было понять, ведь младшая сестра отказалась от хорошей квартиры, которую та предлагала, и решила поселиться в обветшалом доме.

«Сначала сестра была категорически против моего переезда».

Хо Нарим впервые видела её настолько взволнованной. Хо Нарён твёрдо заявляла, что ни за что не позволит ей здесь жить, однако дом находился рядом с работой и среди всех доступных вариантов в этом районе выглядел лучше остальных.

Сама Хо Нарим тоже проявила непонятное упрямство и ни за что не хотела отказываться от своего решения, поэтому в итоге уступила, как всегда, именно Хо Нарён.

Поскольку сестра почти всегда позволяла Нарим настоять на своём, подобный исход с самого начала был предсказуем.

«Возможно, так действительно будет лучше».

Хо Нарим до сих пор не понимала, что именно имела в виду сестра, когда тихо произнесла эти слова, наконец соглашаясь на её переезд.

— Не переживай, потому что со мной действительно ничего не происходит.

Услышав этот ответ, Хо Нарён медленно кивнула.

Хо Нарим отказалась от предложения проводить её до самого дома и продолжила путь одна. Добравшись до входной двери, она уже собиралась открыть её, однако внезапно застыла на месте, а маленький призрак, озадаченный её реакцией, осторожно выглянул из-за её спины.

На двери был приклеен жёлтый листок, который прежде скрывало тело Хо Нарим.

Шум и какое-то домашнее животное.

Хо Нарим поспешно распахнула входную дверь и, даже не сняв обуви, направилась прямо в прачечную.

— Этого просто не может быть…

Дверь подвала, которую она загородила стиральной машиной, теперь была немного приоткрыта. Щель оставалась слишком узкой, чтобы через неё мог выбраться человек, однако положение двери явно отличалось от того, каким было прежде.

Внезапно Хо Нарим вспомнила слова соседа, жаловавшегося на шум, который раздавался здесь под утро, пока она находилась на дежурстве, и в ту же секунду её лицо побелело.

«Неужели все эти звуки раньше тоже издавала женщина, находящаяся в подвале?»

Получается, пока Хо Нарим ничего не подозревала, та снова и снова пыталась выбраться наружу, и от одного этого осознания волосы на всём её теле встали дыбом.

«Мне хочется немедленно обратиться в полицию».

Однако в нынешнем положении Хо Нарим даже думать об этом было бессмысленно, хотя продолжать жить, делая вид, будто она ничего не заметила, тоже было страшно. Если бы Нарим по-прежнему оставалась в неведении, всё было бы иначе, но теперь она уже знала правду и не представляла, как сможет спокойно уснуть.

«Я больше не должна закрывать глаза на происходящее».

Хо Нарим приняла это решение так твёрдо, словно дала самой себе клятву.

[Нарим, что ты собираешься делать?]

Маленький призрак окликнул её по имени, заметив решительное выражение лица и целеустремлённые движения, причём в его голосе отчётливо слышалось беспокойство.

Ничего не ответив, Хо Нарим направилась в спальню, открыла шкаф и достала спрятанную в глубине металлическую бейсбольную биту, которую когда-то Пэк Ёхён подарил живущей в одиночестве Нарим для самозащиты.

[Зачем ты достала бейсбольную биту?]

Не обращая внимания на вопрос маленького призрака, Хо Нарим продолжила собираться, радуясь хотя бы тому, что перед возвращением домой успела получить медицинскую помощь.

«Пусть бежать я всё ещё не смогу, зато после лечения боль стала не такой сильной, как прежде».

Стараясь думать как можно оптимистичнее, она пыталась подавить нарастающий страх, после чего развернулась и подошла к небольшому столику возле кровати.

Глаза маленького призрака проследили за каждым её движением, а затем широко распахнулись от неожиданности.

[Я даже не подозревал, что у тебя есть такая вещь.]

В руке Хо Нарим оказался электрошокер.

Это было ещё одно средство самозащиты, которое когда-то подарила ей Хо Нарён. Нарим настолько смущалась из-за него, что не рассказывала об этом даже Пэк Ёхёну.

Она повернулась к удивлённому маленькому призраку, и тот, неожиданно встретившись с ней взглядом, ещё сильнее округлил глаза.

— Бейсбольная бита тебя ничуть не удивила, а электрошокер почему-то оказался неожиданностью.

Он словно не знал именно о том, чего не знал и сам Пэк Ёхён.

Маленький призрак, возможно, понял невысказанное продолжение её мысли, поскольку плотно сжал губы и замолчал. Хо Нарим всё равно не ожидала, что он что-нибудь объяснит, поэтому отвела взгляд.

Она надёжно закрепила на запястье ремешок, прикреплённый к электрошокеру, чтобы случайно не выронить его.

[Ты ведь собираешься спуститься в подвал? Этого нельзя делать, потому что мы совершенно не знаем, кто там находится!]

Маленький призрак наконец понял, куда именно она направляется, и поспешил перегородить вход в прачечную, раскинув в стороны короткие руки.

Хо Нарим постаралась не показывать, насколько сильно хромает, и холодно потребовала:

— Немедленно отойди и не преграждай мне дорогу.

[Я не могу тебя пропустить, потому что там слишком опасно, а ты даже убежать не сумеешь, если что-нибудь случится.]

— Тогда что ты предлагаешь мне делать? Человек, находящийся за этой дверью, в любой момент может выбраться наружу, поэтому что произойдёт, если он нападёт на меня во сне?

Единственным утешением оставалось то, что за дверью находился не призрак, а живой человек, причём женщина. Разумеется, даже это не делало ситуацию менее пугающей, однако Хо Нарим не хотела показывать свой страх перед маленьким призраком.

Стиснув зубы, она продолжила:

— Сейчас я не могу обратиться в полицию, поэтому, раз никто не способен меня защитить, мне придётся позаботиться о собственной безопасности самостоятельно.

Когда Хо Нарим добавила, что это касается и самого маленького призрака, на его лице появилось потрясённое выражение, словно он даже не предполагал, что она может считать его угрозой.

Такой вид казался почти смешным, ведь именно он был самым ненормальным и необъяснимым существом из всех, кого Нарим когда-либо встречала.

— Я не могу слепо верить существу, которое даже не желает раскрыть свою личность, поэтому для меня ты тоже остаёшься опасным.

Хо Нарим положила руки на стиральную машину и попыталась отодвинуть её, однако та оказалась гораздо тяжелее, чем она ожидала, и почти не сдвинулась с места. Несмотря на растерянность, Нарим постаралась ничем её не выдать.

Некоторое время маленький призрак молча наблюдал за ней, а затем подошёл ближе. Он прошлёпал по полу босыми ногами и в конце концов дрожащей рукой схватился за край её брюк.

[Я расскажу тебе правду.]

Его голос прозвучал настолько тихо и жалко, что слова можно было легко не услышать, если не прислушиваться.

[Только не совершай ничего опасного, потому что я больше не хочу видеть, как тебе угрожает опасность.]

Последние слова прозвучали так, словно маленький призрак вот-вот расплачется, а его голос поразительно напоминал голос Пэк Ёхёна, который когда-то точно так же пытался удержать Хо Нарим.

«Даже эта странная слезливость у него совершенно такая же, как у Ёхёна».

Хо Нарим прищурилась, ненадолго перевела взгляд на прачечную, а затем снова посмотрела на маленького призрака. Она с огромным трудом подавила страх и наконец решилась спуститься в подвал, но теперь всё снова изменилось.

Однако совесть не позволяла ей просто пройти мимо маленького призрака, на лице которого застыла непривычная решимость.

«Судя по всему, он согласился всё рассказать только потому, что действительно не хочет, чтобы я туда спускалась».

Он беспокоился о её повреждённой лодыжке и, если задуматься, с самого своего появления постоянно переживал за Хо Нарим.

Она слегка склонила голову набок, словно пытаясь разобраться в собственных мыслях, после чего всё же направилась в прачечную. Маленький призрак испуганно бросился следом и крепко прижался к её голени.

[Почему ты всё равно туда идёшь?! Я ведь уже пообещал всё рассказать!]

— Я всего лишь хочу как следует закрыть дверь.

Столкнувшись с недоумевающим взглядом Хо Нарим, маленький призрак смущённо отпустил её ногу. Несмотря на это, на его лице по-прежнему читалось беспокойство, а в следующее мгновение он неожиданно обхватил руками её шею.

Нарим не ощущала его веса, однако холодное прикосновение повисшего на ней призрака всё равно было крайне неприятным. Она махнула рукой, недвусмысленно приказывая ему отойти, и на этот раз он послушно отстранился.

Хо Нарим плотно закрыла дверь, а затем вновь придвинула стиральную машину вплотную, надёжно зафиксировав её на месте. Она всерьёз задумалась, не заклеить ли дверь хотя бы скотчем, пока ей не удастся купить новый замок, после чего наконец произнесла:

— Теперь можешь говорить, потому что я внимательно тебя слушаю.

[Всё дело в том, что я… Я…]

Маленький ребёнок с лицом Пэк Ёхёна выглядел довольно необычно. Дело было вовсе не в том, что Нарим когда-то любила его, поскольку даже с объективной точки зрения Пэк Ёхён обладал поразительно привлекательной внешностью.

Раз взрослый Ёхён был настолько красив, то и в детстве он, разумеется, не мог выглядеть иначе. Хо Нарим пристально наблюдала за тем, как маленький призрак с напряжённым лицом судорожно сжимает ворот своей одежды.

Внутри неё неожиданно начало подниматься озорное желание немного его подразнить, хотя прежде ничего подобного она не испытывала.

— Я внимательно тебя слушаю, Ёхён.

[Да, я действительно Пэк Ёхён… Что?]

Маленький призрак медленно моргнул, а его приоткрывшийся рот постепенно распахнулся ещё шире.

[…Как ты сумела догадаться?]

Он задал этот вопрос с такой искренней серьёзностью, что Хо Нарим едва не рассмеялась, вспомнив прежнюю наивность Ёхёна. Однако ей всё же удалось сохранить спокойное выражение лица, и она невозмутимо перечислила:

— У тебя лицо Пэк Ёхёна, ты знаешь, как справляться с моими приступами гипервентиляции, которые начинаются, когда я слишком сильно волнуюсь, а ещё тебе известны моё имя и существование подвала.

У неё и раньше возникали подозрения, однако полной уверенности не было. Маленький призрак, по всей видимости, так же плохо умел лгать, как и сам Пэк Ёхён.

В тот момент, когда догадка окончательно превратилась в уверенность, у Хо Нарим больше не осталось причин колебаться.

— Кроме того, ты всегда ставишь мою безопасность превыше всего и ведёшь себя так, словно сам умоляешь меня заподозрить правду.

[Но ведь всё это могло оказаться простым совпадением!]

— Даже твоя ревность к Кам Тэджу?

Маленький призрак заметно вздрогнул, а его бесстрастное лицо снова отвернулось в сторону. Пэк Ёхён всегда поступал именно так, когда не хотел, чтобы кто-нибудь заметил его истинные чувства.

— Ты смотрел на него так, словно собирался убить одним взглядом.

Маленький призрак коснулся собственного бледного лица, будто зачем-то проверял, не залилось ли оно краской.

— Ёхён мог не знать Кам Тэджу в лицо, однако его имя ему было известно. Ты тоже понял, кто перед тобой, едва услышал, как я к нему обратилась.

[Я просто…]

Маленький призрак открыл рот, и Хо Нарим внимательно посмотрела на него, ожидая очередного отрицания, однако его прежде отведённый взгляд медленно вернулся к ней.

В конце концов он осторожно посмотрел на Нарим, и в его глазах отражалась только она.

[Почему ко мне ты обращаешься так отстранённо, а с ним разговариваешь по-прежнему близко?]

Она совершенно не ожидала, что в подобной ситуации он начнёт ревновать. Впрочем, сейчас у него, кажется, не было на это никакого права.

Судя по выражению лица, маленький призрак и сам осознал это сразу после произнесённых слов. Хо Нарим не понимала, следует ли назвать его поведение глупым или признать, что оно полностью соответствовало характеру Пэк Ёхёна.

«Значит, он ревнует».

Означала ли эта ревность, что Ёхён всё ещё любил её, или причиной было лишь эгоистичное чувство собственника, не желавшего отдавать её другому?

— Наверное, потому что подобное обращение было бы неуместным по отношению к мужчине, который собирался стать мужем моей сестры.

Хо Нарим намеренно улыбнулась, после чего глаза маленького призрака расширились, а зрачки заметно задрожали.

Некоторое время он молчал с откровенно потрясённым выражением лица, но вскоре всё же тихо признался:

[…Как ты и предположила, я действительно Пэк Ёхён.]

Он снова предпочёл уклониться от неудобной темы.

В глубине души Хо Нарим и без того понимала, что слова Хо Нарён не были полной ложью.

Пэк Ёхён действительно принадлежал к тем людям, которые вместо прямого столкновения с проблемой по-глупому предпочитали её избегать.

«Просто обычно он поступал так не потому, что боялся кого-то постороннего, а когда дело касалось меня или его родителей, поэтому я делала вид, будто ничего не замечаю».

Если перед ней действительно находился Пэк Ёхён, Нарим хотелось, чтобы в этот раз он хотя бы попытался оправдаться или объясниться, когда она подняла эту тему. Однако его поведение сильно отличалось от поступков Хо Нарён, которая старалась переложить всю вину на отсутствующего Пэк Ёхёна и доказать собственную невиновность.

Хо Нарим некоторое время молча смотрела на маленького призрака, а затем медленно кивнула, давая понять, что готова слушать дальше.

[Если говорить точнее, я Пэк Ёхён, который умер в будущем.]

— Ты пришёл из будущего? Получается, ты отличаешься от Ёхёна, чьё тело сейчас лежит в подвале?

[Мы одновременно одинаковые и разные. Пэк Ёхён, находящийся в подвале, умер, сохранив воспоминания лишь до дня накануне свадьбы, а я… видел будущее, в котором погибла ты.]

Хо Нарим медленно моргнула, после чего с трудом приоткрыла губы.

— Ты хочешь сказать, что умер не Ёхён, а я?

Неужели её убила женщина, находившаяся в подвале, или она погибла в результате несчастного случая, когда скрывалась от полиции, став подозреваемой в убийстве?

В голове одна за другой начали возникать многочисленные зловещие возможности, ещё сильнее приводившие Нарим в замешательство, однако маленький призрак, словно поняв направление её мыслей, отрицательно покачал головой.

[В том будущем ты умерла раньше меня, потому что… сама лишила себя жизни.]

Хо Нарим почувствовала, будто её разум больше не способен воспринимать новую информацию. Она лишь предполагала, что маленький призрак может быть Пэк Ёхёном, и рассчитывала узнать подробности о нём, однако вместо этого на неё внезапно обрушилась правда о её собственном будущем.

Оказалось, что в будущем она умерла, причём покончила с собой, однако Нарим совершенно не понимала, почему могла решиться на подобное.

[Я посчитал твою смерть подозрительной и начал расследование, но в итоге меня убили. Когда я снова открыл глаза, то уже находился здесь.]

Маленький призрак медленно подошёл ближе, после чего обхватил своими небольшими пальцами руку Хо Нарим.

[Возможно, я оказался здесь именно для того, чтобы спасти тебя, потому что даже в последние мгновения думал только о тебе.]

— Подожди немного, потому что мне нужно во всём разобраться.

Хо Нарим высвободила руку и прижала пальцы ко лбу, совершенно не понимая, можно ли настолько легко поверить всей информации, которую она только что услышала.

— С точки зрения здравого смысла всё это звучит совершенно невероятно. Допустим, меня действительно убили, но тогда почему погиб ты? Тебя убил тот же человек, который расправился со мной?

[Этого я не знаю.]

— Ты утверждаешь, что умер, а затем очнулся здесь, но почему тогда запретил мне открывать дверь, когда из подвала донёсся женский голос? Ты ведь сказал, что я умру, если это сделаю.

[В будущем я ничего не знал об этой женщине, поэтому решил, что следует проявить осторожность. Кроме того, если я специально не слежу за своей речью, то невольно начинаю отвечать слишком коротко и отрывисто.]

Произнеся это, маленький призрак широко раскрыл глаза, словно приказывал самому себе сохранять сосредоточенность. Выражение у него было настолько серьёзным, что Хо Нарим даже не решилась обвинить его в бессмыслице.

— Возможно, ты принял такой облик вовсе не для того, чтобы спасти меня. Вполне вероятно, что ты появился здесь из-за собственной несправедливой смерти и теперь хочешь кому-то отомстить.

Тяжело вздохнув, Хо Нарим задала этот не слишком содержательный вопрос лишь потому, что пыталась хоть немного упорядочить услышанное. Однако маленький призрак воспринял её слова совершенно серьёзно и с бесстрастным выражением лица ответил:

[Больше всего меня мучило то, что я не сумел тебя защитить, а собственная смерть меня совершенно не волнует.]

Их взгляды встретились, и на мгновение Хо Нарим показалось, будто сквозь маленькую фигуру она видит взрослого Пэк Ёхёна.

[Ты была моей привязанностью, которую я не смог отпустить.]

Услышав это спокойное признание, Хо Нарим закрыла глаза. На неё обрушилось слишком много невероятной информации, однако продолжать сомневаться она уже не могла.

Человек способен скрыть ложь, но не может полностью спрятать искренние чувства. Нарим почувствовала искренность Пэк Ёхёна, и одного этого оказалось достаточно, чтобы она поверила ему.

— Ты знаешь, почему умер Ёхён, который находится здесь?

Больше не пытаясь отрицать правду, Хо Нарим задала давно мучивший её вопрос, надеясь, что маленькому призраку может быть известен ответ. Однако тот, к её разочарованию, медленно покачал головой.

[Мне тоже ничего не известно, потому что, когда я очнулся, передо мной уже находились его тело и растерянная ты.]

Взгляд маленького призрака переместился к двери подвала.

[Я могу лишь предположить, что две одинаковые души не способны существовать одновременно, поэтому одна из них оказалась выброшена.]

— Что значит «выброшена»? Получается, Ёхён ни в чём не был виноват и умер только потому, что здесь появился ты?

[Я не могу утверждать наверняка, однако, если его тело и дальше будет оставаться здесь, твоё положение станет крайне затруднительным.]

Речь шла вовсе не о простых затруднениях, поскольку Хо Нарим могли объявить убийцей и отправить в тюрьму.

Она прикрыла живот обеими руками и внезапно задумалась, известно ли будущему Пэк Ёхёну о её беременности.

«Нет, если бы он знал о ребёнке, то никогда не стал бы пугать меня настолько безрассудным образом».

Неужели Хо Нарим из будущего погибла ещё до беременности или всё же умерла, уже вынашивая ребёнка? В любом случае она погибла прежде, чем успела рассказать обо всём Пэк Ёхёну, и от этой мысли волосы на всём её теле встали дыбом.

«Я обязана его защитить».

То, что не сумела уберечь Нарим из будущего, нынешняя Хо Нарим должна была сохранить любой ценой.

Она перевела взгляд на маленького призрака.

«Однако всё же…»

Могла ли его неотпущенная привязанность стать достаточным основанием для её доверия?

Ответить на этот вопрос Хо Нарим пока не могла.

Спуск в подвал решили пока отложить. На самом деле Хо Нарим и сама совершенно не хотела туда идти, поэтому отчасти лишь сделала вид, будто уступила настойчивым уговорам маленького призрака.

«Однако бесконечно откладывать это всё равно не получится».

Хо Нарим откинулась на спинку дивана и закрыла глаза. Стоило ей замереть, затаив дыхание в полной тишине, как мысли по привычке вновь возвращались к Пэк Ёхёну.

Теперь ей пришлось признать, что она до сих пор по нему скучала.

«Хотя в конце концов он вернулся ко мне уже мёртвым».

Хо Нарим горько усмехнулась и погрузилась в воспоминания о прошлом.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Отношения Хо Нарим с Пэк Ёхёном продлились совсем недолго, и по сравнению с предыдущим мужчиной, с которым она встречалась более трёх лет, эти три месяца казались почти неуловимым мгновением.

За столь короткое время она не успела как следует узнать ни его привычки, ни обстоятельства его семьи, однако этого оказалось вполне достаточно, чтобы Хо Нарим по-настоящему им увлеклась. Пусть сами отношения продолжались недолго, ещё до их начала она уже некоторое время тайком наблюдала за ним со стороны.

Хо Нарим работала медсестрой, а Пэк Ёхён в тот период лежал в её больнице. Судя по многочисленным синякам и трещине в ребре, с ним произошёл какой-то несчастный случай, после которого его поместили в отдельную палату.

Тогда медсёстры перешёптывались между собой, что этот пациент не только невероятно красив, но, судя по всему, ещё и очень богат.

Хо Нарим лишь случайно назначили в его палату, где она выполняла обычные незначительные обязанности. Пэк Ёхён всегда держался вежливо, однако казался очень сдержанным и сухим человеком.

«Лицом он, конечно, вышел, но в качестве парня, похоже, совершенно мне не подходит».

Именно такое мнение сложилось у Хо Нарим в то время. Красивое лицо немного её привлекло, однако после прежних отношений она твёрдо решила, что в следующий раз непременно выберет доброго и ласкового мужчину, поэтому Пэк Ёхён не мог всерьёз её заинтересовать.

Впервые она посмотрела на него иначе, когда однажды увидела в коридоре, как он помогает пациенту, которому было трудно передвигаться.

«Никогда бы от него подобного не ожидала».

Вежливый, но холодный человек казался ей тем, кто соблюдает правила приличия лишь ради того, чтобы производить безупречное впечатление на окружающих. Однако, увидев, как он помогает другому человеку там, где за ним никто не наблюдал, Хо Нарим немного изменила своё первоначальное мнение.

— Возьмите, пожалуйста.

— Простите, вы обращаетесь ко мне?

То же самое произошло и в тот день.

Кто-то из руководства, по всей видимости, распорядился особенно внимательно следить за тем, чтобы влиятельный пациент ни в чём не испытывал неудобств, поэтому Хо Нарим зашла проведать его, хотя никаких конкретных обязанностей в тот момент у неё не было.

Прежде Пэк Ёхён не произносил в её присутствии ничего, кроме обычных приветствий, однако теперь внезапно протянул ей пластырь, и этот совершенно неожиданный поступок поставил Нарим в тупик.

Пока она озадаченно моргала, пытаясь понять происходящее, он с неизменно невозмутимым лицом объяснил:

— Мне показалось, что у вас болит пятка.

Хо Нарим опустила взгляд. Утром она надела туфли и в спешке бежала на работу, из-за чего сильно натёрла кожу на пятке.

Она не стала ничего с этим делать, посчитав рану незначительной, однако к тому времени там уже выступила кровь и начала подсыхать корочка. Получалось, что пациент обратил внимание на повреждение, которое проигнорировала даже сама Хо Нарим.

Ситуация казалась довольно странной.

— Большое спасибо.

Однако никаких неприятных чувств она не испытывала.

Немного смутившись, Хо Нарим приняла пластырь обеими руками, после чего Пэк Ёхён заговорил так, словно поспешно оправдывался:

— Я довольно часто получаю травмы, поэтому всегда ношу пластыри с собой. Никакого другого намерения у меня не было, а на вашу ногу я тоже не смотрел специально, просто случайно заметил рану.

Несмотря на суровое и неприступное лицо, он вдруг стал удивительно многословным, очевидно опасаясь, что Хо Нарим может неверно истолковать его поступок или почувствовать себя неловко.

Во время объяснений он украдкой избегал встречаться с ней глазами, а его уши заметно покраснели. Только тогда Хо Нарим поняла, что стоявший перед ней мужчина просто не умел выражать свои чувства.

Кроме того, он оказался добрым и внимательным человеком, который искренне заботился об окружающих.

— Вы напрасно переживаете, потому что мне совершенно не стало неприятно. Напротив, я благодарна вам за проявленную заботу.

Хо Нарим улыбнулась, и Пэк Ёхён, наконец встретившись с ней взглядом, тоже едва заметно улыбнулся в ответ.

Именно в тот момент мужчина по имени Пэк Ёхён впервые по-настоящему привлёк её внимание.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Закончив вспоминать прошлое, Хо Нарим снова открыла глаза и некоторое время бездумно смотрела на потолок в тихом доме, пока внезапно не вспомнила, что ей необходимо решить вопрос с работой.

— Я ведь не могу оставить всё в таком состоянии и спокойно отправиться на смену… Хотя моя жизнь, похоже, и без того окончательно разрушена, поэтому, может быть, стоит просто перестать выходить на работу без всякого предупреждения.

Разумеется, из-за ребёнка Хо Нарим не могла позволить себе настолько безответственный поступок и произнесла эти слова лишь потому, что тяжесть внутри становилась невыносимой, а ей хотелось хотя бы немного пожаловаться.

Когда Нарим тяжело вздохнула, маленький призрак неожиданно вмешался в её размышления.

[Позвони и сообщи, что пока не сможешь выходить на работу.]

Хо Нарим медленно моргнула, после чего он уточнил:

[Позвони в больницу.]

Она уже знала, что внутри этого маленького тела находился Пэк Ёхён, однако всё равно не понимала, почему именно рабочий вопрос показался ему настолько важным в нынешней ситуации. Судя по тому, как нахмурился маленький призрак, их представления о приоритетах сильно различались.

[Почему ты до сих пор не звонишь?]

Между ними на несколько мгновений воцарилось молчание.

Хо Нарим нахмурилась, не понимая, почему должна заниматься этим именно сейчас, и уже начала возражать:

— Сейчас существуют гораздо более серьёзные проблемы, поэтому это совершенно не…

[Позвони прямо сейчас и не откладывай.]

После настолько категоричного требования маленького призрака остаток фразы сам собой исчез.

«Хотя его это вообще никак не касается».

Продолжая мысленно ворчать, Хо Нарим всё же позвонила старшей коллеге и сообщила, что плохо себя чувствует и хотела бы на некоторое время оформить отпуск.

Несмотря на внезапное предупреждение, женщина ответила с искренним участием:

— Не нужно извиняться, потому что я знаю о твоих обстоятельствах и сама должна была проявить больше внимания. Сегодня я подам заявление на отпуск вместо тебя.

Разница в возрасте между ними была небольшой, однако старшая коллега уже состояла в браке. Хо Нарим было неловко обсуждать с Хо Нарён незапланированную беременность, поэтому именно этой женщине она когда-то рассказала правду и попросила совета.

«Она тогда так искренне за меня порадовалась».

Теперь всё сложилось настолько ужасно, что Нарим даже становилось неловко вспоминать, как они вместе радовались будущему ребёнку.

Старшая коллега, единственная знавшая о беременности Хо Нарим, тихо вздохнула.

— Нарим, я понимаю, что сейчас могу показаться бестактной, однако тогда ты говорила, что, кроме меня, никому ничего не рассказывала… Поэтому, если тебе понадобится поехать в больницу и станет страшно идти одной, обязательно позвони мне, хорошо?

— Я…

Хо Нарим плотно сжала губы и с горькой улыбкой посмотрела на всё ещё плоский живот.

Она забеременела, однако отец ребёнка собирался жениться на другой женщине, причём этой женщиной оказалась её родная старшая сестра. Узнав об этом, коллега была настолько потрясена, что долго не могла успокоиться от возмущения.

Слова о больнице, вероятнее всего, подразумевали тот случай, если Хо Нарим решит прервать беременность.

«Теперь подобные опасения всё равно потеряли смысл».

Хо Нарим украдкой посмотрела в сторону прачечной и мысленно вздохнула. Смерть Пэк Ёхёна было так же трудно принять, как и его измену.

— Я хочу ещё немного всё обдумать, прежде чем принимать окончательное решение. Простите, но не могли бы вы оформить мне отпуск примерно на неделю?

Несмотря на всю горечь, беспокойство старшей коллеги было вполне понятным и реалистичным, и именно поэтому Хо Нарим чувствовала себя особенно виноватой, используя её искреннюю заботу ради прикрытия происходящего.

— Разумеется, я сама всё объясню руководству, поэтому ни о чём не беспокойся.

Остальные сотрудники, не знавшие истинных обстоятельств, едва ли отнеслись бы к столь внезапному отпуску с пониманием. Хо Нарим уже представляла, как они будут осуждать и её саму, и старшую коллегу, взявшуюся передать заявление от её имени.

Тем не менее в словах женщины отчётливо слышалось желание избавить Нарим хотя бы от этих проблем, и она слабо улыбнулась.

— Большое вам спасибо.

После завершения разговора Хо Нарим ещё некоторое время смотрела на экран телефона, думая о том, что при первой возможности обязательно должна будет как следует отблагодарить старшую коллегу.

Именно тогда рядом вновь раздался голос.

[Почему она говорила о больнице? У тебя что-нибудь болит?]

Маленький призрак, приближения которого она совершенно не почувствовала, уже стоял возле её ноги. Когда его холодная ладонь коснулась икры, по телу Хо Нарим пробежала неприятная дрожь, и она рефлекторно, слишком поспешно отдёрнула ногу.

[…]

Маленький призрак молча опустил взгляд на собственную руку. Хо Нарим сразу поняла, что поступила слишком резко, однако изменить произошедшее уже не могла.

«Надеюсь, он не станет мстить только потому, что мне неприятны его прикосновения».

Даже зная, что перед ней Пэк Ёхён, Нарим не могла избавиться от инстинктивного отторжения. Приносить извинения или пытаться объясниться казалось ещё более неловким, поэтому она лишь плотно сжала губы.

После непродолжительного молчания маленький призрак тихо заговорил:

[Пусть сейчас у меня такое тело, но я никогда не причиню тебе вреда.]

Его голос звучал необычайно серьёзно, словно он просил поверить ему и при этом нисколько не сомневался, что Хо Нарим обязательно это сделает.

Именно эта уверенность вызвала у неё неприятное раздражение, поэтому Нарим задала вопрос, который тревожил её сильнее всего:

— Почему я должна тебе верить?

[Что ты имеешь в виду?]

— У тебя ведь нет никаких доказательств того, что ты действительно появился здесь ради моего спасения. Последнее, что я видела перед смертью Ёхёна, это то, как он предал меня и выбрал мою старшую сестру.

Маленький призрак неподвижно застыл, однако Хо Нарим не собиралась останавливаться.

— Ты решил, что поступаешь ради моего блага, но даже не попытался ничего мне объяснить. Ты прекрасно понимал, что причиняешь мне боль, и всё равно самостоятельно принял решение.

Пэк Ёхён всегда старался решать любые проблемы молча, опасаясь, что иначе Хо Нарим начнёт переживать. Она замечала эту его привычку, однако во время их отношений тоже терпела и делала вид, будто всё в порядке, лишь потому, что боялась вызвать его недовольство и потерять любовь.

Теперь же у неё больше не осталось причин продолжать молчать.

— Это нельзя назвать заботой, потому что на самом деле ты просто поступал так, как было удобно тебе самому.

Когда Хо Нарим наконец произнесла слова, которые давно хотела сказать, маленький призрак застыл с таким видом, словно её признание нанесло ему тяжёлый удар.

[Прости меня, потому что тогда я решил, что это будет лучшим выходом.]

Хо Нарим вспомнила слова маленького призрака о том, что, стоит ему перестать сознательно следить за своей речью, его ответы становятся слишком короткими. Сейчас же казалось, будто он тщательно обдумывал каждую букву и с величайшей осторожностью подбирал каждое произнесённое слово.

[Я поступил необдуманно, но у меня действительно не было и нет намерения причинить тебе вред, поэтому хотя бы в это поверь.]

— …

Хо Нарим смотрела на маленького призрака, который опустил голову и не решался встретиться с ней взглядом, а между ними на некоторое время повисло напряжённое молчание.

— Пока я всё-таки попробую тебе поверить.

Первой заговорила Хо Нарим, которой становилось всё труднее выносить эту тишину. Она недовольно скрестила руки на груди и тяжело вздохнула.

— Откровенно говоря, мне до сих пор невероятно трудно принять всё происходящее как реальность.

И всё же Хо Нарим решила попытаться ему поверить, поскольку другого выхода у неё всё равно не было, а в извинениях маленького призрака она не почувствовала ни капли лжи.

— Однако даже после этих слов я начну подозревать тебя, если ты совершишь хотя бы один сомнительный поступок.

[Да, я понимаю и не стану возражать!]

Маленький призрак ответил с такой готовностью, словно был согласен на любые подозрения и проверки, лишь бы её гнев наконец утих.

— Потому что сейчас я не доверяю ни тебе, ни погибшему Пэк Ёхёну из этого времени.

[…Хорошо, я понял.]

На этот раз он поник и опустил плечи с таким видом, словно был готов стерпеть и эти слова, лишь бы она перестала сердиться, однако теперь смысл его покорности оказался совершенно иным.

«Неужели Пэк Ёхён и раньше был таким?»

Хо Нарим всегда знала, что он плохо умеет лгать, поскольку любое замешательство сразу отражалось у него на лице. Однако маленький призрак выражал свои чувства ещё откровеннее, и достаточно было вспомнить тот пугающий взгляд, которым он сверлил Кам Тэджу.

«Однако сейчас важно совсем другое».

Перестав пытаться разглядеть в маленьком призраке прежнего Пэк Ёхёна, Хо Нарим заговорила о том, что им предстояло делать дальше.

— Если, как ты утверждаешь, меня вскоре должны убить, тогда твоя цель заключается в том, чтобы спасти меня, верно?

[Да, ты всё поняла правильно.]

— У тебя есть кто-нибудь на примете? Возможно ли, пусть это всего лишь предположение, что в будущем я цеплялась за Пэк Ёхёна, отказывалась с ним расставаться и именно поэтому меня убили?

Хо Нарим вспомнила мать Пэк Ёхёна, красивую женщину с холодной и отстранённой внешностью, совершенно не похожую на сына и производившую впечатление человека, к которому непросто приблизиться.

Хо Нарим и прежде догадывалась, что семья Пэк Ёхёна была очень состоятельной. Такой семье могла прийтись не по душе бедная девушка без родителей, и всё происходящее вполне могло оказаться похожим на сюжет какой-нибудь телевизионной драмы.

[Нет, всё было не так, потому что в будущем мы с тобой поженились.]

— Что ты сейчас сказал?

Он утверждал, что прибыл из будущего, однако почему тогда оно настолько отличалось от настоящего?

При воспоминании о нынешнем Пэк Ёхёне, который собирался жениться на Хо Нарён, взгляд Хо Нарим задрожал, и маленький призрак поспешно продолжил:

[Сначала мне необходимо кое-что объяснить — ты ведь слышала о том, что меня усыновили?]

— Да, однако, насколько мне известно, у тебя есть младший брат.

Правда, Хо Нарим не знала, являлся ли тот его родным братом. Раньше она предполагала, что Пэк Ёхёна усыновили ради наследника, однако теперь начала сомневаться даже в этом. Возможно, его родные родители погибли в результате несчастного случая, после чего мальчика взяли к себе родственники.

Пока Хо Нарим размышляла об этом, Пэк Ёхён дал ответ, которого она совершенно не могла ожидать.

[Младший брат является родным сыном моих приёмных родителей, а меня усыновили, чтобы я стал живым оберегом для их болезненного ребёнка и отводил от него несчастья.]

— Живым оберегом от несчастий?

Оберегом называли средство, предназначенное для защиты человека от злых сил и грядущих бед. Обычно под этим подразумевали предметы, которых боялись призраки, различные талисманы или обряд, проводимый шаманом.

По крайней мере, согласно представлениям Хо Нарим, подобную роль никак не должен был выполнять живой человек.

[Разумеется, поскольку меня усыновили ради определённой цели, хорошо относиться ко мне никто не собирался, поэтому я и не хотел знакомить тебя со своими родителями.]

Маленький призрак произнёс это с заметным колебанием. Похоже, он вспомнил, как Хо Нарим втайне обижалась из-за того, что он не представлял её семье.

До сих пор она полагала, что Пэк Ёхён просто не был уверен в их будущем, что они встречались слишком недолго и именно поэтому он не хотел торопить события.

— Как вообще можно использовать человека в качестве оберега? Неужели это действительно правда? А твой младший брат знает о том, зачем тебя усыновили?

[Скорее всего, он ничего не знает, потому что считает, будто после смерти моих родителей приёмные родители решили поддержать меня и заодно усыновили.]

В глазах родного сына эти люди, должно быть, выглядели самыми достойными и уважаемыми родителями на свете.

Хо Нарим недоверчиво усмехнулась, поражённая услышанным.

[Ты можешь решить, что всё это звучит совершенно нелепо, и я сам придерживаюсь того же мнения.]

— Тогда почему они вообще решились на подобное?

[Когда у приёмных родителей возникли серьёзные неприятности, они в отчаянии обратились к шаману, готовые ухватиться за любую соломинку. Случайно это произошло или нет, вскоре беспокоившая их проблема разрешилась, и с тех пор, даже если они делали вид, будто не верят, в действительности начали доверять словам этого шамана.]

С точки зрения здравого смысла понять подобное было невозможно, однако люди, загнанные в безвыходное положение, порой проявляли поразительную религиозность, стоило им найти хотя бы что-то, во что можно было поверить. Большинство тех, кто попадал под влияние различных сект, оказывались в схожем состоянии.

«Скорее всего, этот шаман просто увидел их деньги и решил ими воспользоваться».

Хо Нарим не могла смириться с тем, что Пэк Ёхёну пришлось стать жертвой обыкновенного эгоизма взрослых, и лишь теперь поняла, почему, несмотря на дорогую отдельную палату, никто из родственников ни разу не навестил его в больнице.

Как именно маленький призрак истолковал то, что Хо Нарим с силой зажмурилась, оставалось неизвестным.

[Условие шамана заключалось в том, чтобы до тридцати пяти лет меня не женили и я продолжал выполнять роль живого оберега. Приёмные родители рассказали мне лишь об этом требовании и обеспечивали всем необходимым, поэтому я тоже не считал подобные условия невыгодными, однако…]

В отличие от прежнего, теперь маленький призрак снова не мог встретиться с ней взглядом и выглядел так, словно чего-то боялся.

[…В будущем я настолько сильно тебя любил, а мой младший брат к тому времени уже не болел и казался совершенно здоровым, поэтому я беспечно решил, что опасаться больше нечего.]

— Значит, в будущем ты женился на мне до того, как тебе исполнилось тридцать пять лет, и тогда велика вероятность, что именно твои приёмные родители стали причиной моего убийства.

Маленький призрак медленно кивнул, словно подтверждая, что у него действительно имелись подобные подозрения, хотя никаких доказательств он так и не нашёл.

Возможно, после смерти Хо Нарим они убили и Пэк Ёхёна, который пытался докопаться до истины, чтобы навсегда заставить его замолчать.

[Поэтому в нынешней ситуации у них нет причин убивать тебя. Станешь ты цепляться за меня или нет, пока мы не поженимся, они даже не обратят на тебя внимания.]

— Однако не существует ли вероятности, что они направят свою ярость на меня из-за того, что ты умер до тридцати пяти лет и не смог до конца выполнить роль живого оберега?

[Для них это было бы слишком рискованно, потому что, в отличие от меня, у тебя есть семья, ты работаешь медсестрой, а твоя старшая сестра вдобавок является способным адвокатом.]

— Получается, если они без необходимости тронут меня и из-за этого разразится скандал, их репутация может серьёзно пострадать?

[Именно так, потому что они всегда действуют крайне осторожно и не станут поддаваться внезапным эмоциям, если дело напрямую не касается их сына.]

Слова маленького призрака звучали убедительно, поскольку он наверняка знал этих людей значительно лучше Хо Нарим. Даже если тело Пэк Ёхёна обнаружат, они едва ли станут убивать её так же, как в будущем, пока не существует доказательств того, что именно она лишила его жизни.

Правда, Хо Нарим всё равно было неприятно осознавать, что под словом «сын» приёмные родители подразумевали вовсе не Пэк Ёхёна.

«Тогда мне хотя бы не придётся постоянно опасаться убийства, а останется лишь решить, что делать с погибшим Пэк Ёхёном и женщиной в подвале».

Можно ли было в подобной ситуации сказать, что среди всех обрушившихся на неё несчастий ей хотя бы немного повезло?

Подавив тяжёлый вздох, Хо Нарим задала вопрос о противоречиях, которые всё ещё не давали ей покоя.

— Однако в твоём рассказе есть несколько несостыковок. Во-первых, если Пэк Ёхёну нельзя было жениться до тридцати пяти лет, почему он решил вступить в брак с моей сестрой? Во-вторых, почему Пэк Ёхён из этого времени, который ничего не знал о будущем, сделал совершенно иной выбор?

Маленький призрак совершенно ясно говорил, что очнулся в этом времени совсем недавно, и в таком случае оставалось непонятно, почему решения будущего и нынешнего Пэк Ёхёна настолько сильно различались и что именно оказалось другим.

[…Я тоже не знаю, почему всё изменилось.]

Когда маленький призрак очнулся, перед ним уже находилось его собственное мёртвое тело, поэтому его растерянность была вполне объяснима.

«Возможно, помимо появления маленького призрака произошло и какое-то другое изменение».

Вероятно, не стоило сводить всё исключительно к тем обстоятельствам, которые выглядели откровенно сверхъестественными, и следовало оставить место для иных возможностей.

Помимо появления маленького призрака, самым значительным изменением в окружении Хо Нарим, несомненно, стало поведение Пэк Ёхёна, который внезапно передумал, а также Хо Нарён, решившей любой ценой выйти замуж за мужчину, хотя она прекрасно знала, что он встречался с её любимой младшей сестрой.

«С этими двумя явно происходило нечто, о чём я пока ничего не знала».

С большой вероятностью сама Хо Нарим тоже так или иначе находилась в самом центре происходящего.

Похоже, главной задачей было выяснить не личность убийцы, а причину, которая заставила этих двоих поступить подобным образом, хотя прежде ей всё равно предстояло решить, что делать с телом, которое вскоре начнёт разлагаться.

[Слушай… а что насчёт больницы, о которой ты говорила? Ты ведь действительно ничем не больна?]

Пока Хо Нарим размышляла, маленький призрак осторожно задал вопрос, внимательно наблюдая за её реакцией. Увидев это, она мысленно недовольно цокнула языком и даже не попыталась скрыть раздражение.

«И зачем только у него такая хорошая память».

— В последнее время я почти ничего не ела и однажды едва не потеряла сознание, поэтому она просто за меня беспокоится.

Хо Нарим солгала, не сказав ни слова о женской консультации. Впрочем, после пережитого потрясения она действительно едва не упала в обморок, поэтому полностью выдуманной эту ложь назвать было нельзя.

[Значит, дело было именно в этом.]

Маленький призрак отвёл взгляд с таким видом, словно почувствовал себя виноватым, после чего отошёл в угол возле кровати и присел там на корточки.

Его иссиня-тёмная кожа и мрачная привычка забиваться в угол делали его похожим на настоящего призрака, хотя, строго говоря, им он и являлся.

[Я настоящее ничтожество.]

— Не могу сказать, что ты ошибаешься.

После язвительного замечания, которое Хо Нарим бросила лишь из желания немного его задеть, лицо призрака, только что назвавшего себя ничтожеством, сразу приняло несчастное и плаксивое выражение.

Свадьба Хо Нарён так и не состоялась, а Кам Тэджу, находившийся в зале и видевший всё собственными глазами, молча наблюдал издалека за несостоявшейся невестой, которая разговаривала с людьми, предположительно являвшимися родственниками жениха.

«Я догадывался, что что-то произошло, потому что жениха всё никак не было видно, однако даже в такой ситуации она совершенно не выглядит растерянной».

Несмотря на холодные выражения лиц, родственники жениха не могли полностью скрыть охватившие их растерянность и гнев, тогда как Хо Нарён беседовала с ними настолько невозмутимо, что, не будь на ней свадебного платья, никто бы даже не догадался, что именно она должна была сегодня стать невестой.

Кам Тэджу и прежде поражался её способности не проявлять эмоций во время работы, однако сейчас самообладание Хо Нарён впечатляло его ещё сильнее.

Прислонившись к стене, он быстро осмотрел царившую вокруг обстановку. Хо Нарён рассказывала, что давно прекратила общение даже с родственниками, и, судя по всему, это действительно было правдой, поскольку с её стороны в зале не оказалось ни одного члена семьи, а большую часть гостей, включая самого Кам Тэджу, составляли коллеги по работе.

«Уже завтра об этом будет судачить вся компания».

В мире существовало поразительно много людей, обожавших обсуждать чужую жизнь, и Кам Тэджу не понимал, что именно они находили настолько увлекательным в происшествиях, которые не имели к ним никакого отношения.

Судя по общей атмосфере, на этом свадьбу собирались окончательно завершить, после чего Хо Нарён, вероятно, извинится перед гостями и объяснит произошедшее, умело смешав правду с ложью.

Не желая тратить время ещё и на это, Кам Тэджу развернулся, тем более что с самого начала совершенно не хотел приходить на эту свадьбу.

— Тэджу!

Заметившая его коллега широко улыбнулась. До этого они лишь несколько раз здоровались при случайных встречах в коридорах, поэтому близкими знакомыми их назвать было невозможно.

— Очень жаль, что всё так закончилось. Я хотела бы подойти к старшей коллеге, однако боюсь, что сейчас только помешаю ей, поэтому, наверное, мне тоже лучше вернуться домой.

— Пожалуй, так и будет лучше.

— Я случайно услышала разговор других гостей… Кажется, они говорили, что жених тайком сбежал со своей прежней девушкой. В этой истории больше всего жаль нашу старшую коллегу.

— Понятно, значит, ходят такие слухи.

Кам Тэджу посмотрел на женщину, которая бросила взгляд в сторону Хо Нарён и изобразила на лице искреннее сочувствие. Уголки её глаз печально опустились, однако последовали ли за ними уголки губ, скрытые за прикрывавшей рот ладонью, оставалось большим вопросом.

— Тэджу, вы ведь тоже уже собирались уходить и наверняка ещё не обедали?

— Да, пообедать я пока не успел.

— Тогда, может быть, поедим где-нибудь вместе?

Видимо, она уловила в его ответе некий обнадёживающий знак, потому что её лицо заметно просветлело. Кам Тэджу некоторое время безучастно смотрел на неё, после чего отвёл взгляд.

Большинство гостей всё ещё пытались разобраться в происходящем, поэтому именно сейчас представлялась лучшая возможность незаметно покинуть зал. Кам Тэджу не любил многолюдные места и, даже не взглянув на коллегу, спокойно ответил:

— Нет, благодарю, однако сегодня я поеду один. Увидимся завтра на работе.

— Подождите, Тэджу…!

Позади послышался её оклик, однако, если у женщины имелось какое-либо рабочее дело, она могла позвонить или написать ему. Кам Тэджу предпочёл бы простоять на месте в полном одиночестве, чем даже в выходной долго общаться с кем-то, связанным с работой.

Не осознавая, что с подобным отношением он и сам находился не в том положении, чтобы судить Хо Нарён, Кам Тэджу окончательно уверился в другой своей догадке.

«Значит, всё-таки говорят, будто он сбежал с прежней девушкой».

Выйдя из здания, Кам Тэджу свернул в переулок, зажал между губами сигарету и, медленно выпустив дым, опустил взгляд на телефон.

Он кратко сообщил кому-то о нынешней ситуации, после чего почти сразу получил ответ, словно собеседник всё это время только и ждал его сообщения. Кам Тэджу безразлично посмотрел на экран, однако отвечать не стал и просто убрал телефон обратно в карман.

— Вот же…

Его взгляд устремился в сторону дороги, по которой он только что пришёл, ведь неподалёку от этого места находилась больница Святой Марии.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Местом встречи оказался дом друга Кам Тэджу, который жил один, хотя квартира выглядела слишком дорогой для человека, лишь недавно начавшего работать.

Кам Тэджу привычным движением нажал на звонок, и дверь тут же распахнулась, словно хозяин всё это время стоял за ней в ожидании.

— Это правда, что свадьба сорвалась?!

— Может быть, сначала позволишь мне войти, а уже потом начнёшь расспрашивать? Тем более что речь идёт вовсе не о радостной новости.

Поблизости едва ли мог оказаться кто-то из знакомых Хо Нарён, однако, обсуждая дела компании, всё равно следовало соблюдать осторожность.

Лишь заметив раздражённый взгляд Кам Тэджу, друг спохватился и торопливо махнул рукой, приглашая его внутрь. Когда-то Хо Нарим даже удивлялась тому, как они вообще смогли подружиться, ведь по характеру эти двое являлись полной противоположностью друг другу.

Кам Тэджу прошёл к дивану, уселся там с таким видом, словно находился у себя дома, и закинул ногу на ногу. Друг поспешил следом и тяжело опустился рядом, отчего сиденье заметно прогнулось под его крупным телом.

— Постарайся хотя бы садиться осторожнее.

Однако хозяину квартиры было совершенно безразлично недовольство раздражительного гостя, поэтому он нетерпеливо потребовал:

— Лучше скорее ответь на мой вопрос!

— Да, свадьба действительно сорвалась. Я ведь уже написал тебе, что жених исчез и перестал выходить на связь.

— С ума сойти… Как вообще можно было бросить Нарён и просто исчезнуть?

Кам Тэджу нахмурился, наблюдая за тем, как друг с совершенно искренним недоумением вцепился обеими руками в собственные волосы. Сколько бы времени ни прошло, привыкнуть к его чрезмерно бурным реакциям так и не получалось.

— Для тебя это должно быть хорошей новостью.

— Разумеется, в каком-то смысле это так, однако я всё равно не хочу, чтобы Нарён страдала!

— Тогда я совершенно не понимаю, чего именно ты добиваешься.

Он безответно любил Хо Нарён, однако при этом не хотел видеть, как она страдает из-за другого мужчины. Неужели в таком случае он действительно был согласен на то, чтобы она вышла замуж за кого угодно, кроме него самого?

Кам Тэджу раздражённо скрестил руки на груди, и, заметив, что бессмысленный разговор начал его утомлять, друг сразу принял унылый вид.

— Ты слишком жесток со мной. У тебя ведь самого была девушка, неужели ты совсем не способен понять человека, который безответно влюблён?

— У меня были отношения, однако безответной любовью я никогда не страдал.

— Бессердечный ублюдок. Конечно, тебе легко говорить, потому что женщины и без всяких усилий сами в тебя влюбляются. Бедной Нарим с тобой наверняка пришлось нелегко.

— При чём здесь вообще Хо Нарим?

Если бы Кам Тэджу знал, что друг продолжит вспоминать о ней даже после их расставания, то никогда бы их не знакомил. Правда, за три года отношений они всё равно рано или поздно столкнулись бы, однако сейчас он всё равно жалел о произошедшем.

— Разве в такой ситуации тебе не следовало бы беспокоиться о пропавшем женихе, который, между прочим, является твоим старшим братом?

Пэк Соно медленно моргнул, и его растерянное лицо выглядело настолько откровенно глупым, что Кам Тэджу всерьёз задумался, не производил ли порой подобное впечатление и его старший брат.

Сам Кам Тэджу совершенно случайно узнал через общего знакомого о том, что Хо Нарим встречалась с Пэк Ёхёном, однако не стал рассказывать об этом ни Пэк Соно, ни Хо Нарён. В конце концов, после расставания было бы довольно странно обсуждать с посторонними личную жизнь бывшей девушки.

«Однако я никак не мог предположить, что Хо Нарён действительно соберётся замуж за того самого мужчину, с которым встречалась её сестра».

Увидев имя жениха на приглашении, Кам Тэджу сначала не был уверен, что речь шла об одном и том же человеке. Имя Пэк Ёхён нельзя было назвать распространённым, однако и настолько необычным, чтобы оно могло принадлежать лишь одному человеку, оно тоже не являлось.

Тем не менее сама мысль о том, что две родные сестры могли встречаться с мужчинами, носившими одинаковые имена, казалась почти немыслимой.

— Мой брат всегда был человеком рассудительным и решительным, поэтому за него я особенно не переживаю. Правда, меня немного удивило, что он осмелился пойти против матери.

Пэк Соно ответил лишь после непродолжительного колебания. Он не был близок со старшим братом, однако Кам Тэджу не раз замечал в его редких рассказах искреннее восхищение им.

— Конечно, мне бы хотелось, чтобы он окончательно во всём разобрался ещё до начала свадьбы, однако у брата наверняка были собственные обстоятельства, и я не вправе его принуждать. В конце концов, из-за категорического запрета матери даже я не смог прийти на церемонию.

Этого Кам Тэджу тоже не мог понять. Он знал, что мать Пэк Соно чрезмерно верила в приметы и всевозможные суеверия, однако даже не предполагал, что по этой причине она запретит родному сыну присутствовать на свадьбе старшего брата.

Для самого Пэк Соно подобная обстановка была привычной с раннего детства, поэтому, сколько бы он ни жаловался, в итоге всегда довольно легко с ней мирился. Объяснять человеку, выросшему в таких условиях, что всё происходящее ненормально, казалось бессмысленным.

Вместо этого Кам Тэджу указал на другую странность.

— Обычно люди ненавидят того, кто причинил боль любимой женщине, однако твой образ мыслей я совершенно не понимаю.

— Для меня важно самому сделать Нарён счастливой, а ненавидеть человека, который заставил её страдать, совершенно необязательно. От моей ненависти всё равно ничего не изменится.

После спокойного ответа Пэк Соно Кам Тэджу отвёл взгляд. Иногда этот человек вёл себя как полный простак, однако слова, которые он произносил с беспечной естественностью, неожиданно производили на Кам Тэджу сильное впечатление.

Возможно, именно поэтому он до сих пор продолжал оставаться рядом с Пэк Соно, ведь тот был добрым и прямодушным человеком, который не умел ненавидеть окружающих или подозревать их без причины.

«Хо Нарим во многом похожа на Пэк Соно».

Они оба совершенно отличались от Кам Тэджу, который строго разделял работу и личную жизнь и прежде всего заботился о собственной выгоде.

На мгновение вспомнив Хо Нарим, Кам Тэджу медленно закрыл глаза, а затем снова их открыл.

— И всё же я разочарован в девушке брата. Если бы она сумела увереннее удержать его рядом с собой, ничего подобного бы не произошло.

Интересно, какое выражение появилось бы на лице Пэк Соно, узнай он, что женщина, в которой тот сейчас так разочарован, являлась бывшей девушкой Кам Тэджу.

Вскоре Пэк Соно взял телефон и начал вслух размышлять, не станет ли звонок Хо Нарён сейчас лишней помехой и не следует ли ему всё-таки попытаться утешить её, ведь она наверняка пережила тяжёлое потрясение.

Кам Тэджу с неодобрением посмотрел на него, после чего спросил:

— Ты хотя бы пытался связаться со своим братом и выяснить, где он сейчас находится?

— Нет, потому что мы и раньше нечасто общались, поэтому я ничего у него не спрашивал. Наверное, мать уже сама пыталась с ним связаться. Однако сегодня ты почему-то проявляешь к моему брату необычно большой интерес.

— Никакой особой причины здесь нет. Я просто знаю, что у вашей матери крайне непростой характер, поэтому мне стало интересно, как именно она поступит.

— Вот оно что…

Пэк Соно не смог возразить Кам Тэджу, поэтому неловко улыбнулся и почесал затылок, а затем украдкой посмотрел на друга и пробормотал:

— Как бы там ни было, это ведь женщина, которую любит мой брат, поэтому мать не станет же её буквально уничтожать?

По мнению Пэк Соно, самое страшное, что могла сделать мать, заключалось в том, чтобы потребовать от них расстаться.

Глядя на его наивное лицо, Кам Тэджу вспомнил Хо Нарим, которая шла в сторону, противоположную свадебному залу, с таким выражением, словно окончательно отказалась от всего.

Так не выглядела женщина, которую выбрали.

«Мне не следует об этом думать».

Раз уж она рассталась с ним, могла бы хотя бы показать, что прекрасно живёт и без него.

Кам Тэджу тихо цокнул языком.

— Для начала сядь сюда.

Хо Нарим указала на место напротив себя у изголовья кровати, и маленький призрак опустился перед ней на колени, приняв удивительно смиренный вид.

— Теперь давай всё упорядочим. Наша общая конечная цель заключается в том, чтобы Хо Нарим осталась жива, верно?

[Да.]

Маленький призрак кивнул и слегка улыбнулся, словно ему было хорошо знакомо, как она обсуждает сложившуюся ситуацию, а затем последовательно раскладывает всё по пунктам.

«Похоже, у Хо Нарим из будущего была точно такая же привычка».

Смутившись от этой мысли, она неловко кашлянула и продолжила:

— Однако развитие событий уже отличается от будущего, поэтому меня могут вообще не убить. Даже если такая вероятность всё-таки существует, наиболее вероятными подозреваемыми остаются приёмные родители Пэк Ёхёна.

[Всё верно. Я тоже подозревал приёмных родителей и пытался их расследовать.]

Выдать убийство за самоубийство было не под силу обычному человеку, однако у этих людей имелось достаточно денег, чтобы нанять кого-нибудь для подобной работы.

— Тогда нам следует сделать всё возможное, чтобы не привлекать их внимания. Самой серьёзной проблемой по-прежнему остаётся тело Пэк Ёхёна.

Оставлять его в собственном доме было крайне опасно, поскольку, даже если Хо Нарим удастся выжить, вся её дальнейшая жизнь всё равно могла оказаться разрушенной. Если после спасения ей придётся существовать так, словно она уже мертва, то какой смысл вообще прилагать ради этого усилия?

Судя по серьёзному кивку маленького призрака, он полностью разделял её мнение. Его пухлые щёки при этом слегка задрожали, и Хо Нарим едва не почувствовала к нему невольную привязанность.

[Раз уж речь зашла об этом, может быть, нам следует сжечь тело?]

— Предложение отклонено.

[Если тебе страшно, я всё сделаю сам!]

Дело было вовсе не в страхе, поэтому Хо Нарим тяжело вздохнула и объяснила:

— Когда-то я любила этого человека, и он был мне близок. Я не хочу избавляться от него таким способом.

[Когда-то…]

Маленький призрак произнёс это подавленным голосом, словно всё понял.

[Тогда как насчёт того, чтобы подставить кого-нибудь другого?]

— Каким образом?

[Перекладывать вину на совершенно невиновного человека было бы неправильно, поэтому лучше всего воспользоваться моим младшим братом.]

— Что ты сейчас сказал?

От настолько неожиданного предложения Хо Нарим по-глупому приоткрыла рот. Она никогда не встречалась с младшим братом Пэк Ёхёна, однако, судя по услышанному, плохим человеком он не казался.

Разве он не был всего лишь наивным обычным человеком, который даже не знал, что Пэк Ёхёна усыновили и заставили отводить несчастья именно ради него?

«Неужели Пэк Ёхён всё-таки затаил обиду из-за того, что с ним так поступили?»

Почувствовав на себе взгляд Хо Нарим, маленький призрак поспешно замахал руками, словно хотел предотвратить неверное толкование его слов.

[Я предлагаю это не ради мести.]

— Тогда ради чего?

[Если мы представим всё так, будто это сделал мой младший брат, приёмные родители непременно приложат все силы, чтобы замять дело любым способом. Кроме того, даже если я умер до тридцати пяти лет, они ни при каких обстоятельствах не станут винить в этом родного сына.]

— Судя по твоим рассказам, своего родного сына они действительно обожают до безумия.

[Я беспокоюсь о потрясении, которое ему придётся пережить, однако это всё равно лучше, чем подвергать опасности тебя или превращать невиновного человека в преступника, заставив его отвечать за чужое преступление.]

Чем дольше Хо Нарим слушала, тем разумнее казался этот план, хотя младшему брату Пэк Ёхёна, вероятно, пришлось бы всю оставшуюся жизнь нести тяжёлое бремя на душе.

«Он сам ничего не знал, однако Пэк Ёхён едва не пожертвовал всей своей жизнью ради него. Возможно, это можно считать своего рода расплатой».

По-настоящему наказания заслуживали приёмные родители, однако Хо Нарим решила не углубляться в эти мысли, поскольку среди всех доступных вариантов этот по крайней мере казался наименее ужасным.

— Хорошо, тогда поступим именно так.

[Отлично. В таком случае позовём моего младшего брата сюда, сказав, что хотим поговорить обо мне, а после либо напоим его, либо я сам лишу его сознания.]

— Может быть, Пэк Ёхён из будущего на самом деле был преступником? Вдруг именно ты и оказался тем, кто меня убил?

[…Нарим.]

Лицо маленького призрака, словно спрашивавшего, как она вообще посмела шутить о подобном, выглядело до безумия пугающе, и впечатление лишь усиливалось из-за того, что в нём не ощущалось ни малейшего признака жизни.

— Я всего лишь пошутила.

«Возможно, прежде чем опасаться будущего убийцы, мне следует сначала остерегаться того, кто уже находится рядом со мной».

Маленький призрак недовольно выпятил губы.

[Он добрый, однако слабовольным его назвать нельзя. Когда он придёт в себя, то поймёт, что ничего подобного не совершал, поэтому вместо чувства вины будет испытывать лишь недоумение.]

— Судя по твоим словам, вы одновременно и близки, и совершенно чужие друг другу.

[Как бы там ни было, мы всё равно братья.]

— Он похож на тебя? Я говорю не о внешности, а о характере и образе мыслей.

Маленький призрак на некоторое время замолчал, а затем с выражением явного отвращения решительно покачал головой.

[Я не настолько простодушен.]

«Вот как…»

Хо Нарим не знала, о каком именно человеке шла речь, однако ей стало любопытно, раз даже Пэк Ёхён, который обычно не говорил о других ничего неприятного, отреагировал настолько резко.

На мгновение она вспомнила мужчину, которого Кам Тэджу когда-то представил как своего друга, однако тут же покачала головой, поскольку ей совершенно не хотелось вспоминать что-либо, связанное с Кам Тэджу.

— Заодно можно заманить его в подвал и использовать, чтобы выяснить, кем является та женщина!

[Ты собираешься обращаться с ним довольно жестоко.]

— Не говори ерунды, а лучше ответь, занимается ли он спортом. Раз уж он настолько простодушный, то наверняка предпочитает действовать силой, а не головой.

Маленький призрак не стал отрицать её предположение, а добрый, простодушный и при этом физически крепкий мужчина представлялся Хо Нарим просто превосходным живым щитом.

Она принялась торопить маленького призрака, требуя рассказать всё, что он знал о младшем брате, поскольку по возможности хотела разобраться со всеми проблемами ещё до возвращения на работу.

Однако Хо Нарим никак не могла предположить, что произойдёт дальше.

— Соно?

Человеком, который пришёл на встречу после её звонка по номеру, сообщённому Пэк Ёхёном, оказался давний знакомый.

Стоявший перед ней крупный мужчина, телосложением напоминавший Пэк Ёхёна, был другом Кам Тэджу, Пэк Соно.

Он низко надвинул на лицо кепку, однако даже под свободной одеждой невозможно было скрыть толстые предплечья и широкие плечи, благодаря которым его легко можно было принять за профессионального спортсмена.

«Я и раньше считала Пэк Ёхёна крупным мужчиной, однако этот действительно похож на медведя».

Трудно было поверить, что в детстве человек с таким телосложением был настолько болезненным, что его родители обратились даже к шаману, а от мысли о том, что нынешним здоровьем он, возможно, обязан жертве Пэк Ёхёна, на душе становилось ещё неприятнее.

— Нарим? Что ты здесь делаешь…?

Пэк Соно выглядел не менее ошеломлённым. Его настойчиво попросили никому ничего не говорить и прийти одному, поэтому он без лишних вопросов поспешил на встречу, хотя следовало насторожиться ещё тогда, когда незнакомый, но почему-то смутно знакомый голос представился девушкой Пэк Ёхёна.

«Кто бы мог подумать, что друг Кам Тэджу окажется младшим братом Пэк Ёхёна».

«Так бывшая девушка Тэджу теперь встречается с моим братом?»

Как всё могло запутаться до такой степени? Самым нелепым оставалось то, что никто из них прежде даже ничего не заподозрил.

— Соно, ты ведь знал имя моей старшей сестры, так почему не связался со мной, когда узнал, что они собираются пожениться? Мы могли стать родственниками благодаря их браку.

— Я настолько растерялся из-за того, что Нарён выходит замуж, что вообще ни о чём другом не думал… Хотя сейчас важно совсем не это. Ты действительно встречалась с моим братом?!

Хо Нарим не успела даже насторожиться из-за его слов о Хо Нарён, потому что Пэк Соно, с лицом человека, внезапно осознавшего собственную ошибку, поспешно перевёл разговор на другую тему.

Его уловка была слишком очевидной, однако Хо Нарим лишь нахмурилась и кивнула в ответ на вопрос.

— Мы встречались до тех пор, пока они не объявили о своей свадьбе.

— Но ведь раньше ты встречалась с Тэджу.

— И какое это имеет значение? Я не изменяла ему во время отношений, а Пэк Ёхён вообще никак не связан с Кам Тэджу.

— Это, конечно, правда, однако…

Не стоило игнорировать первое предчувствие, возникшее у Хо Нарим, когда Пэк Ёхён описал младшего брата как доброго и простодушного человека.

Она потёрла ноющий лоб и почувствовала, как силы покидают её от одной лишь нелепости сложившейся ситуации.

[Нарим, будет плохо, если мы останемся снаружи и случайно встретим кого-нибудь из знакомых, поэтому лучше войти в дом.]

Маленький призрак, которого Пэк Соно не мог видеть, несколько раз похлопал её по ноге.

— Для начала зайди ко мне, потому что этот разговор явно не стоит продолжать на улице.

— Разве не странно, что я войду к тебе домой? Ты ведь девушка моего брата и одновременно бывшая девушка моего друга…

Маленький призрак молча поднял взгляд на Хо Нарим.

«И что ты хочешь от меня услышать? Разве я знала, с кем встречусь?»

— У нас есть особые обстоятельства, поэтому сначала зайдём внутрь и всё обсудим. Я тебя не съем.

— Нет, я вовсе не об этом… Ладно, у меня тоже есть вопросы, поэтому давай войдём.

Пэк Соно украдкой посмотрел на загипсованную ногу Хо Нарим, пытаясь сделать вид, что ничего не заметил, и, по всей видимости, ему было неловко заставлять травмированного человека долго стоять на улице из-за бессмысленного спора.

Пэк Ёхён не ошибся, назвав его добрым человеком, и именно поэтому Хо Нарим чувствовала некоторую вину из-за того, что теперь им предстояло использовать его в собственных целях.

«Кам Тэджу говорил, что семья Соно довольно состоятельна, однако я даже не представляла, что он окажется сыном владельцев крупного конгломерата».

По словам маленького призрака, их семья управляла различными предприятиями фонда Святой Марии, включая и саму больницу Святой Марии.

К счастью, Пэк Соно без лишних возражений послушно последовал за ней. Даже во время телефонного разговора он не стал придираться или задавать подозрительные вопросы, а лишь согласился и сразу приехал.

«Следует ли назвать это незнанием жизни или чрезмерной доверчивостью к окружающим?»

Вероятно, он вырос таким именно потому, что с детства находился под постоянной защитой.

— Значит, мой брат всё-таки собирается сбежать с тобой ради любви? Может быть, вам нужны наличные, чтобы мать не смогла отследить ваши действия?

Пэк Соно, продолжавший быстро идти следом и без умолку болтать, начал шарить рукой по заднему карману брюк. Открыв бумажник и заглянув внутрь, он тут же принял несчастное выражение лица.

— Однако сейчас у меня с собой всего пять тысяч вон.

— …

Возможно, Хо Нарим действительно нельзя было винить за то, что она никогда не связывала Пэк Ёхёна с Пэк Соно.

Кто, глядя на такого человека, решил бы, что он родился в богатейшей семье или является братом спокойного и сдержанного Пэк Ёхёна?

— Кстати, ты действительно совсем не похожа на Нарён. Фамилия Хо встречается довольно редко, однако теперь я понимаю, почему ничего не заподозрил. Откровенно говоря, Нарён настолько яркая красавица, что её невозможно не заметить… Упс!

Сам факт того, что подобная мысль пришла в голову не только ей, оказался довольно неприятным, однако Хо Нарим тут же поправила себя: это было не просто неприятно, а ужасно раздражало.

Пэк Соно впервые в жизни оказался в доме женщины, куда его пригласила Хо Нарим, поэтому вошёл внутрь, заметно смущаясь и совершенно не зная, куда деть руки.

— Прошу прощения за вторжение.

Вдобавок он изо всех сил ссутулился и подобрал своё огромное тело, словно боялся ненароком обо что-нибудь удариться.

— Можешь проходить свободно и не стесняться.

— Хорошо… Но где мой брат?

— Сначала садись, а я принесу тебе что-нибудь выпить.

Пэк Соно озадаченно посмотрел на Хо Нарим, которая почему-то упорно избегала разговора о Пэк Ёхёне, однако всё же послушно кивнул. Когда вскоре она протянула ему напиток, он широко улыбнулся и уже потянулся за ним, но внезапно замер.

— Это алкоголь?

В руке Хо Нарим находилась банка пива.

— Больше у меня ничего нет.

— Разве в таком случае обычно не предлагают хотя бы воду?

— Воды тоже нет, потому что в последнее время я совсем ничего не готовила дома и только пила спиртное.

— Что ты такое говоришь…

Лишь теперь Пэк Соно внимательно всмотрелся в Хо Нарим и вдобавок по-глупому приоткрыл рот.

— Если подумать, ты как будто похудела. Почему ты вообще выглядишь настолько нездоровой?

— Похоже, ты кое-что неправильно понял, поэтому сразу скажу, что Пэк Ёхён не явился на свадьбу вовсе не потому, что собирался сбежать вместе со мной.

— Что ты имеешь в виду? Если дело не в этом, тогда у брата вообще не было причин не приходить на собственную свадьбу.

Не став садиться за кухонный стол, Хо Нарим устроилась прямо на полу напротив Пэк Соно и поставила между ними небольшой столик. Он открыл банку, сделал глоток пива и непонимающе склонил голову набок.

Маленький призрак пристально следил за тем, действительно ли Пэк Соно пьёт, а затем сообщил:

[Он совершенно не переносит алкоголь, поэтому взгляд у него поплывёт, едва он выпьет половину этой банки.]

«Вот оно что. Значит, именно поэтому, когда Кам Тэджу познакомил меня с Пэк Соно, они не пили, а просто поужинали».

Хо Нарим нарочно испустила долгий и тяжёлый вздох. Увидев, как она вздыхает с таким видом, будто земля вот-вот разверзнется под её ногами, растерявшийся Пэк Соно невольно протянул к ней свою банку.

Хо Нарим слегка стукнула по ней собственной банкой и сделала глоток, после чего Пэк Соно, внимательно следивший за её настроением, тоже поспешно отпил пива.

— Как я уже говорила, мы были вместе лишь до того момента, когда мне сообщили, что Пэк Ёхён собирается жениться на моей сестре. Я тоже узнала обо всём совершенно внезапно.

— Тебе просто сообщили об этом? Сам брат? Подобного не может быть, потому что тот Пэк Ёхён, которого я знаю, никогда не стал бы так причинять боль другому человеку.

Окончательно растерявшись, Пэк Соно сделал ещё один глоток и резко провёл рукой по волосам, зачёсывая их назад.

— В отличие от меня, который часто поступает необдуманно, брат всегда заботился об окружающих и прекрасно понимал чужие чувства.

— Я тоже не понимаю, что происходило у Пэк Ёхёна в голове. После этого я перестала общаться со всеми знакомыми и заперлась дома, где только и делала, что пила, как сейчас.

На этот раз Хо Нарим сама протянула вперёд банку. Пэк Соно машинально чокнулся с ней и продолжил пить гораздо быстрее, чем обычно.

Маленький призрак, видимо почувствовав вину из-за слов Хо Нарим, смотрел на неё с несчастным выражением. Она всего лишь пыталась создать подходящую атмосферу, чтобы Пэк Соно пил быстрее, и совершенно не понимала, почему виноватым выглядел именно призрак.

— Прости меня. Я не знаю, какие намерения были у моего брата, однако уверен, что он не хотел причинить тебе зло.

Пэк Соно извинился вместо отсутствующего Пэк Ёхёна. Он даже не выслушал версию брата, однако одного взгляда на раненое выражение лица Хо Нарим оказалось достаточно, чтобы он заговорил с такой искренней серьёзностью.

— Когда я видел брата в последний раз, он выглядел невероятно счастливым. Его чувства к тебе совершенно точно были искренними.

Маленький призрак с удивлением посмотрел на Пэк Соно. Неужели призрак, который вскоре собирался выставить собственного младшего брата убийцей, даже растрогался от его слов?

— Р-разумеется, Тэджу тоже очень сильно тебя любил!

«Всё, растроганность мгновенно исчезла».

Лицо маленького призрака снова стало таким, словно никаких препятствий для осуществления их плана больше не существовало.

Хо Нарим украдкой и с любопытством наблюдала за тем, как быстро менялись выражения его лица. В начале отношений с Пэк Ёхёном она часто смущалась и отводила взгляд, поэтому прежде у неё почти не было возможности так внимательно следить за его реакциями.

Возникало странное ощущение, словно теперь она узнавала о нём то, чего не замечала раньше.

— Я хотел сказать совсем другое! Как бы ни сложилась эта ситуация, твоей вины в случившемся совершенно точно нет!

Голос Пэк Соно стал заметно громче, чем в начале разговора, а его шея уже слегка покраснела.

«Он действительно очень плохо переносит алкоголь».

Хотя Пэк Соно ещё не опьянел окончательно, хмель уже явно ударил ему в голову. Мысленно подивившись этому, Хо Нарим нарочно опустила уголки глаз и подавленно спросила:

— Ты действительно так думаешь?

— Разумеется! Откровенно говоря, я совершенно не понимаю, что мужчины вообще в тебе находят, однако даже этот невыносимый мерзавец Кам Тэджу по-настоящему тебя любил!

От слов Пэк Соно Хо Нарим и маленький призрак одновременно скривились. Возможно, он лишь притворялся простаком, а на самом деле был крайне хитёр, раз сумел одним замечанием задеть их обоих.

— Мне немного легче оттого, что ты так говоришь… Всхлип.

— Почему ты плачешь?

Несмотря на крайне неубедительный всхлип, Пэк Соно запаниковал, поставил банку на пол и придвинулся к ней. Его огромные руки беспомощно метались в воздухе, потому что он даже не решался похлопать её по плечу.

— Что же мне теперь делать, Соно?

— Что произошло? Если дело в моём брате, я поговорю с ним и обязательно выясню, что случилось!

— Дело не в этом…

— Хорошо, дело не в нём, тогда в чём же?

— Возможно, из-за меня с Пэк Ёхёном произошло нечто ужасное.

— Что ты имеешь в виду? Что значит «нечто ужасное»?

Чёрные глаза Пэк Соно тревожно забегали, словно в его голове уже возникло страшное предположение, однако прямо спросить, действительно ли оно верно, он всё ещё не решался.

Словно подтверждая его худшие опасения, Хо Нарим так и не подняла головы и дрожащим голосом произнесла:

— Возможно, он умер.

— Что?! Ой…

Пэк Соно невольно вскрикнул, но тут же поспешно зажал рот рукой, после чего весь дом погрузился в гнетущую тишину.

Чтобы окончательно закрепить произведённое впечатление, Хо Нарим медленно подняла голову. Глаза, которые она всё это время изо всех сил старалась не закрывать, уже неприятно жгло, а по дрогнувшему взгляду Пэк Соно она поняла, что они, как и было задумано, покраснели и налились кровью.

— На самом деле вчера Пэк Ёхён действительно приходил ко мне домой. Не знаю, собирался ли он извиниться, однако я не хотела даже видеть его лицо и велела ему уйти.

— Хорошо, а что произошло потом?

— В итоге между нами началась небольшая ссора.

Пэк Соно нервно перебирал пальцами и выглядел так, словно от тревоги вскоре начнёт их грызть.

[Соно терпеть не может фильмы ужасов.]

Маленький призрак поделился информацией, которая едва ли могла принести им какую-либо пользу.

— Н-неужели ты у-убила моего брата?

— Пока мы спорили, из подвала моего дома донёсся странный звук, поэтому Пэк Ёхён спустился туда вместо меня, а после этого больше не вернулся.

Пэк Соно, так и не сумевший полностью произнести вопрос об убийстве, заметно расслабился, однако почти сразу недоумённо склонил голову.

— Какой ещё подвал? Откуда в этом доме вообще мог взяться подвал?

— Подвал здесь действительно есть.

Хо Нарим поднялась с места, всем видом показывая, что ему следует идти за ней. Увидев, как она направилась в глубь дома, растерянный Пэк Соно поспешил следом, а за ними мелкими шагами потянулся маленький призрак.

Когда они пришли в прачечную и Пэк Соно увидел дверь, скрытую за стиральной машиной, он окончательно лишился дара речи.

— Что подобная дверь вообще делает в обычном жилом доме?

— Мне самой было настолько страшно, что я ни разу её не открывала.

— Однако вчера именно отсюда доносились странные звуки? Может быть, там просто мяукала кошка или скреблась мышь?

— Если бы это были кошка или мышь, Пэк Ёхён не стал бы туда спускаться. Он велел мне не беспокоиться, но на всякий случай приказал закрыть дверь и оставаться снаружи.

Пэк Соно сглотнул и продолжил напряжённо слушать.

— Я успела лишь мельком увидеть, что в подвал вела очень тёмная лестница. Пэк Ёхён начал спускаться, но внезапно замолчал, и сколько бы я ни звала его снаружи, он больше не отвечал.

Снова послышался громкий звук сглатываемой слюны.

— Именно тогда я услышала, как кто-то поднимается по лестнице. Шаги звучали так, словно человек ступал по полу не в обуви, а босыми ногами, издавая влажное шлёпанье.

— Ай!

Маленький призрак с откровенным недоумением посмотрел на Пэк Соно, а тот, словно почувствовав его взгляд, неловко кашлянул и попытался придать лицу невозмутимое выражение.

Реакция Пэк Соно показалась Хо Нарим настолько забавной, что ей захотелось напугать его ещё сильнее, поэтому она понизила голос и заговорщически прошептала:

— На самом деле в тот момент я ещё не закрыла дверь, потому что беспокоилась о Пэк Ёхёне. Однако затем оттуда донёсся вот такой звук.

Хо Нарим принялась с бешеной скоростью колотить ладонью по полу.

— Будто кто-то босиком со всех сил бежал вверх по лестнице!

— А-а-а-а!

— Я настолько испугалась, что даже не успела разглядеть его лицо, однако инстинктивно поняла, что это был не Пэк Ёхён, и захлопнула дверь. После этого тот, кто находился внутри, начал изо всех сил колотить по ней и пытаться открыть!

— Зачем ты так делаешь? Не нужно изображать эти звуки и рассказывать всё настолько правдоподобно!

Пэк Соно, единственный зритель устроенного Хо Нарим представления, едва не расплакался, тогда как маленький призрак хлопал тыльными сторонами ладоней с таким видом, словно гордился тем, что она обнаружила в себе новый талант.

«Да чтоб тебя, сразу видно, что настоящий призрак!»

— Я плакала и умоляла прекратить, потому что была до смерти напугана, а затем изнутри раздался голос.

«Пожалуй, пора перестать его мучить».

Пытаясь напугать Пэк Соно, Хо Нарим в итоге сама вздрогнула из-за маленького призрака.

Опасаясь, что Пэк Соно перепугается настолько, что вообще откажется спускаться в подвал, она перестала изображать мрачную серьёзность. Почувствовав, что напряжение немного ослабло, он тоже расслабился и опустил плечи.

— Голос произнёс: «Помогите мне»…

— Хи-хи.

— Ты сейчас смеёшься?

— Я не смеялась.

Хо Нарим уставилась на маленького призрака. Пэк Соно дрожащим голосом спросил, куда именно она смотрит, однако ответа так и не получил.

[Это был не я.]

Маленький призрак ответил с крайне неприятным выражением лица, после чего Хо Нарим и Пэк Соно одновременно повернули головы к закрытой двери за стиральной машиной.

Некоторое время все молчали, а затем изнутри раздался стук.

Тук-тук.

— …!

Пэк Соно испустил беззвучный крик, после чего почти взвалил травмированную Хо Нарим на плечо и за считаные мгновения выбежал вместе с ней из прачечной.

[Не обнимай Нарим!]

Разумеется, возмущённый крик маленького призрака он попросту не услышал.

Они выбежали из здания и остановились на небольшой детской площадке неподалёку, а затем, оказавшись посреди песочницы, одновременно повернулись друг к другу, словно заранее сговорились.

— Я туда больше ни за что не войду!

Пэк Соно выкрикнул это с таким видом, будто вот-вот расплачется.

— Я тоже туда больше не войду!

Не желая ему уступать, Хо Нарим закричала не менее громко, из-за чего проходившие мимо люди начали оборачиваться на внезапный шум и с недоумением смотреть на них, пытаясь понять, что происходит.

[Нарим, постарайся успокоиться.]

Маленький призрак легонько похлопал её по ноге, и Хо Нарим невольно подумала, что никогда не могла представить, как однажды, стоя рядом с настоящим призраком, испугается другого человека гораздо сильнее.

Она бессильно опустилась на землю, почти встав на колени, и растерявшийся Пэк Соно тут же присел на корточки напротив неё.

— Даже если ты так расстроишься, я всё равно действительно не смогу туда вернуться. Нарим, я ужасный трус и совершенно этого не скрываю.

— Но ты же такой огромный!

— Чем крупнее человек, тем сильнее он боится.

Пэк Соно произнёс это с совершенно серьёзным лицом, и Хо Нарим оставалось лишь мысленно поразиться тому, что он всё-таки нашёл, чем ответить.

Когда она жалобно сморщилась, Пэк Соно тоже принял несчастный вид. Он не знал всех обстоятельств, однако в том жутком подвале якобы находился его старший брат, поэтому не мог не переживать.

— Тэджу подобных вещей совершенно не боится, поэтому от него было бы гораздо больше пользы, чем от меня.

Увидев, как Пэк Соно достаёт телефон, словно собираясь немедленно позвонить Кам Тэджу, Хо Нарим испуганно дёрнулась и поспешно его остановила.

— Только не звони Кам Тэджу!

— Почему? Он не боится ни людей, ни призраков, поэтому точно поможет больше, чем я.

— Как я могу попросить бывшего парня спасти моего нынешнего парня?!

Хотя теперь Пэк Ёхён тоже уже стал её бывшим.

Признав, что в словах Хо Нарим присутствовала определённая логика, Пэк Соно плотно сжал губы, однако вскоре всё же нерешительно возразил:

— Но мы не можем просто оставить всё как есть. Даже если мы с тобой откроем дверь, ты сейчас почти не способна нормально двигаться.

— Рядом ведь будешь ты.

— А если тот человек бросится не на меня, а на тебя? К тому же я не уверен, что смогу открыть эту дверь в одиночку.

«До чего же честный мужчина».

Хо Нарим понимала его чувства, поэтому не могла заставить его силой. Кроме того, ей становилось ещё совестнее, поскольку она изначально заманила его сюда, чтобы подставить и возложить на него вину.

— Мы ведь всё равно не можем бесконечно оставлять это существо запертым внутри. Представь, что оно выберется, когда ты останешься одна или будешь спать…

Пэк Соно крепко зажмурился, словно одна мысль о подобной картине приводила его в ужас. Этот мужчина с богатой фантазией не подозревал, с какой целью его сюда привели, и совершенно искренне беспокоился о безопасности Хо Нарим.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Хо Нарим определённо сошла с ума.

[Нарим…]

Она изо всех сил избегала взгляда маленького призрака, который произнёс её имя с явным недоумением.

— Ты говоришь, что в подвале поселился какой-то подозрительный человек?

— Да, и, похоже, там находится мой брат, который по какой-то причине не может выбраться. Что мы будем делать, если с ним что-нибудь случилось?

Во всём был виноват Пэк Соно, сумевший убедить Хо Нарим. Впрочем, главная проблема заключалась в том, что после недавнего происшествия она перепугалась настолько сильно, что окончательно утратила способность здраво рассуждать.

«Я ведь совершенно не чувствовала чьего-либо присутствия и даже не подозревала, что она стоит прямо за дверью! Получается, всё это время она затаилась там и подслушивала наш разговор!»

От одной этой мысли по коже пробегали мурашки. Пусть вход и был загорожен стиральной машиной, однако прямо за незапертой дверью всё это время неподвижно ждала живая женщина.

Именно поэтому здесь оказался Кам Тэджу, который пришёл по звонку Пэк Соно с откровенно недовольным выражением лица и всё ещё был одет в строгий костюм. Судя по всему, после свадьбы он не успел даже переодеться.

— Ты внезапно выбежал, ничего не объяснив, а я ещё гадал, куда ты направился.

«Значит, они находились вместе».

Она едва не совершила непоправимую ошибку. Если бы Хо Нарим, ничего не зная, выставила Пэк Соно убийцей, Кам Тэджу увидел бы историю его последних звонков и непременно заподозрил её.

«Впрочем, разве сейчас ситуация стала намного лучше?»

Хо Нарим с влажными глазами изобразила бессильную усмешку, и в этот момент на её макушку легко опустилась большая ладонь.

— Не переживай так сильно, потому что я вам помогу.

— …

Кам Тэджу держал во рту незажжённую сигарету и даже не смотрел в сторону Хо Нарим, однако ей почему-то казалось, что всё его внимание было сосредоточено именно на ней.

Почувствовав, как лицо начинает гореть от смущения, она поспешно опустила голову, но тут же испуганно вздрогнула.

[Хо Нарим.]

Маленький призрак находился прямо перед ней и, запрокинув голову, недовольно смотрел снизу вверх.

[Мне не нравится этот человек.]

Хо Нарим догадывалась о причине его неприязни, однако ничего не могла с этим поделать, поскольку он был всего лишь призраком, который к тому же не имел никакого права её ревновать.

Когда она сделала вид, будто ничего не услышала, и отвела взгляд, маленький призрак потрясённо распахнул глаза, однако Хо Нарим не собиралась обращать на это внимания.

— Для начала войдём внутрь.

Кам Тэджу, до этого что-то делавший в телефоне, без малейшего колебания открыл незапертую входную дверь, и испуганный Пэк Соно поспешно спросил приглушённым голосом:

— Разве нам не нужно чем-нибудь вооружиться? Внутри может находиться опасный человек.

— Нас двое мужчин, поэтому мы как-нибудь справимся. Я войду в обуви, хорошо? Возможно, придётся сразу спускаться в подвал.

Получив согласный кивок Хо Нарим, Кам Тэджу без колебаний вошёл внутрь, не разуваясь, и внимательно осмотрелся, после чего прошёл в спальню и неожиданно вытащил из шкафа бейсбольную биту, которую Хо Нарим хранила там на случай опасности.

Естественно, лицо маленького призрака сразу стало угрожающе мрачным.

— Почему ты так уверенно нашёл нужную вещь и достал её, словно находишься у себя дома?

Пэк Соно тоже посмотрел на него с откровенным недоумением, однако Кам Тэджу невозмутимо ответил:

— Потому что именно я посоветовал ей хранить биту в этом месте.

Саму биту Хо Нарим подарил Пэк Ёхён, однако место для её хранения действительно выбрал Кам Тэджу.

Хо Нарим изо всех сил старалась не смотреть на маленького призрака, чьё лицо с каждой секундой становилось всё мрачнее.

— Держи.

Кам Тэджу легко бросил биту Пэк Соно, после чего направился на кухню. Хо Нарим и Пэк Соно одновременно застыли, решив, что он собирается достать нож, однако вскоре Кам Тэджу вернулся с совершенно неожиданным предметом.

— Это разделочная доска?

— Нельзя исключать, что у противника окажется оружие.

Деревянная доска с ручкой была довольно толстой и тяжёлой, поэтому Кам Тэджу несколько раз взмахнул ею, удовлетворённо кивнул и без малейших колебаний направился в прачечную.

В подобные моменты становилось особенно заметно, насколько до абсурда мало в нём было страха.

Кам Тэджу взглядом велел Хо Нарим оставаться позади, а затем занял своё место возле стиральной машины. Ещё до того, как они вошли в дом, он успел кратко изложить Пэк Соно свой план.

Они собирались отодвинуть стиральную машину ровно настолько, чтобы дверь могла приоткрыться лишь на небольшую щель, тем самым сузив проход, по которому неизвестный человек мог бы выбраться наружу. По крайней мере, это уменьшало опасность того, что противник внезапно метнётся в непредсказуемую сторону.

Получив знак от Кам Тэджу, Пэк Соно кивнул и без особых усилий немного сдвинул стиральную машину в сторону.

Однако дверь, на которой не было замка, вопреки их ожиданиям даже не шелохнулась.

«Я боялась, что оттуда сразу кто-нибудь выскочит».

Пэк Соно тревожно посмотрел на дверь, вероятно подозревая, что человек внутри услышал шум и теперь готовится к нападению. Кам Тэджу оценил узкий зазор, через который взрослому человеку было бы трудно протиснуться, после чего потянул за ручку.

Пэк Соно, ожидавший, что из темноты внезапно высунется бледная рука, изо всех сил сжал бейсбольную биту.

— Прямо у входа никого нет.

Вопреки его ожиданиям, голос Кам Тэджу прозвучал совершенно спокойно. Посветив внутрь фонариком телефона, он равнодушно добавил:

— Не знаю, ушёл ли этот человек, почувствовав наше приближение, однако возле самой двери никого нет. На ступенях, которые отсюда просматриваются, тоже никто не прячется.

— Тебе совсем не страшно вот так туда заглядывать? Что ты будешь делать, если кто-нибудь внезапно бросится на тебя или вы встретитесь взглядами?

— Если наши взгляды встретятся, значит, так тому и быть.

— До чего же ты крутой ублюдок. Я невероятно счастлив, что именно ты являешься моим другом.

Маленький призрак тяжело вздохнул, а после жеста Кам Тэджу Пэк Соно окончательно отодвинул стиральную машину.

— Спускаемся. На всякий случай я ещё до приезда сообщил обо всём полиции.

Хо Нарим и маленький призрак одновременно мысленно застонали, поскольку, в отличие от простодушного Пэк Соно, Кам Тэджу оказался чрезвычайно предусмотрительным.

Впрочем, именно так и должен был поступить любой нормальный человек.

— Может быть, тогда мы просто подождём здесь, пока не приедет полиция?

— Ты ведь утверждал, что в подвале находится твой брат. Он может быть в опасности, а с момента его исчезновения, судя по всему, прошло уже довольно много времени.

Хо Нарим не могла признаться, что внизу лежало уже мёртвое тело, поэтому с побелевшим лицом уставилась на уходившую во тьму лестницу.

Пэк Соно мельком посмотрел на неё и, видимо, по-своему истолковал её состояние, потому что вскоре решительно кивнул.

«Я не знаю, что именно ты сейчас подумал, однако это точно не то».

Теперь они неизбежно обнаружат тело, и Хо Нарим уже никак не сможет этому помешать. Впрочем, разве случившееся не давало им подходящую возможность выставить убийцей неизвестную женщину?

«Для любого человека именно женщина, тайком жившая в чужом подвале, будет выглядеть наиболее подозрительно».

Хо Нарим украдкой посмотрела на маленького призрака и, заметив, что он тоже кивнул, поняла, что их мысли полностью совпали.

[Однако там может быть опасно, поэтому не подходи слишком близко, ведь в случае чего я не смогу тебя защитить.]

— Нарим, ты останешься здесь.

Маленький призрак и Кам Тэджу произнесли это одновременно, отчего Хо Нарим на мгновение растерялась, а затем снова посмотрела на лестницу, ведущую в подвал, и почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

— Я тоже пойду вместе с вами. Мне хочется узнать, кто там живёт, и я не хочу оставаться в безопасности, когда вы можете подвергнуться опасности из-за меня. Я буду осторожна и постараюсь никому не мешать.

По какой-то необъяснимой причине странное предчувствие настойчиво подсказывало ей, что сейчас ни в коем случае нельзя оставаться наверху одной.

С этими словами Хо Нарим поспешила принести электрошокер и слегка встряхнула им перед мужчинами, словно пытаясь доказать, что тоже способна за себя постоять.

Пусть выглядело это не слишком убедительно, Кам Тэджу, по всей видимости, не видел смысла продолжать спорить, поэтому лишь кивнул.

— Тэджу, вместо того чтобы остановить Нарим, ты ещё и позволяешь ей идти с нами.

— Что я могу поделать, если она сама решила спуститься? Она уже взрослая, поэтому её мнение следует уважать.

Пальцы Хо Нарим крепче сжали электрошокер. В словах Кам Тэджу не было ничего неправильного, однако она всё равно почувствовала невольную обиду, поскольку во время их отношений он тоже всегда держался подобным образом, и из-за этой отстранённой рассудительности ей нередко становилось больно, хотя сам он, вероятно, даже не замечал этого.

«Он совершенно не изменился».

Впрочем, сейчас такая рациональность скорее помогала, чем мешала.

Первым по лестнице спускался Кам Тэджу, вслед за ним шёл Пэк Соно, а последней осторожно ступала Хо Нарим. При этом именно Кам Тэджу, вооружённый самым невпечатляющим предметом из всей троицы, двигался вперёд без малейших колебаний.

Все трое старались дышать как можно тише, а маленький призрак, который тоже заметно напрягся, держался рядом с Хо Нарим и настороженно оглядывал окружавшее её пространство.

Внизу лестницы показалась плотно закрытая дверь, вся покрытая многочисленными пятнами ржавчины, свидетельствовавшими о её почтенном возрасте.

Когда Кам Тэджу открыл её, изнутри тоже никто не бросился на них. Он осветил помещение фонариком телефона и медленно осмотрелся, тогда как от тёмного пола подвала тянуло пронизывающим холодом.

В одном из углов лежало покрытое плесенью одеяло, а в другом находилось нечто, похожее на наскоро оборудованный туалет. Вонь от плесени и человеческих испражнений стояла настолько сильная, что дышать было почти невозможно.

«Неужели в таком месте действительно жил человек?»

Осматривая подвал, Хо Нарим невольно помрачнела, тогда как лицо Пэк Соно заметно побледнело, поскольку человеку, всю жизнь росшему в благополучной обстановке, подобные условия должны были казаться настоящей пыткой.

— Вон там кто-то находится.

После слов Кам Тэджу Хо Нарим и Пэк Соно одновременно посмотрели в дальний угол. Там стояло нечто вроде маленького стола, рядом с которым валялись многочисленные упаковки галет и лапши быстрого приготовления.

Проследив взглядом дальше, они увидели женщину, которая сидела в углу, обхватив колени руками, и неотрывно наблюдала за вошедшими.

— Господи…

Пэк Соно от неожиданности изо всех сил стиснул бейсбольную биту, и Хо Нарим невольно сжала кулак с такой же силой. Если бы маленький призрак не взял её за руку, словно заверяя, что всё будет хорошо, ногти наверняка впились бы в кожу до крови.

Длинные грязные волосы женщины свисали вперёд и почти полностью скрывали лицо. Судя по тому, как сильно она сжалась, свет фонарика слепил её глаза после долгого пребывания в полной темноте.

Она выглядела совершенно не так, как представляли себе Хо Нарим и Пэк Соно, поэтому напряжение постепенно начало оставлять их руки.

— Сп-спасите… Пожалуйста, сп-спасите меня…!

Женщина едва слышно и почти безумно шептала, снова и снова повторяя одну и ту же фразу, при этом с явным страхом глядя на Кам Тэджу и Пэк Соно.

Кам Тэджу ещё раз осмотрел помещение, а затем вновь перевёл взгляд на перепуганную женщину. В её руках не было оружия, а грязный и запущенный вид ясно показывал, что о ней долгое время никто не заботился.

Он положил разделочную доску на пол и медленно наклонился. Осторожно встретившись взглядом со вздрогнувшей женщиной, Кам Тэджу заговорил спокойным голосом:

— Постарайтесь успокоиться, потому что мы не собираемся причинять вам вред.

Хо Нарим и Пэк Соно украдкой переглянулись, после чего осторожно спрятали за спинами электрошокер и бейсбольную биту, хотя оставить оружие на полу, как поступил Кам Тэджу, всё же не решились.

— Нам сказали, что сюда спускался мужчина. Вы знаете, где он сейчас находится?

Женщина внезапно замолчала, а её дрожь постепенно утихла. То, как пристально она теперь смотрела на Кам Тэджу, почему-то вызвало у Хо Нарим неприятный холодок.

— Это мой ребёнок.

«Ребёнок?»

Хо Нарим украдкой посмотрела на маленького призрака, однако тот с таким же непониманием быстро замотал головой из стороны в сторону.

— Вы опять хотите отнять у меня моего ребёнка?

В отличие от прежнего испуга, теперь в голосе женщины появилась явная агрессия. Она выглядела так, словно в любой момент могла броситься на них, однако Кам Тэджу невозмутимо произнёс:

— Пойдёмте с нами.

— Кам Тэджу, ты серьёзно?

— Я не знаю, кто и зачем запер вас в этом месте, однако скоро сюда приедет полиция. Теперь вы сможете выбраться отсюда вместе со своим ребёнком.

Глаза женщины заметно дрогнули. Пэк Соно вопросительно посмотрел на Хо Нарим, словно спрашивая, действительно ли им стоит выводить наружу совершенно незнакомого человека.

«Откуда мне знать?»

Хо Нарим неопределённо пожала плечами. Впрочем, забрать отсюда лишь тело Пэк Ёхёна, а затем снова запереть женщину в подвале тоже казалось неправильным.

«К тому же она вроде бы не настолько опасна, как мы предполагали…»

С этой мыслью Хо Нарим снова посмотрела на женщину и внезапно встретилась с ней глазами. Из-под спутанных длинных волос на неё пристально смотрели неестественно чёрные зрачки.

В следующее мгновение женщина с невероятной скоростью бросилась прямо на Хо Нарим.

[Нарим!]

— Хо Нарим!

От неожиданности Хо Нарим застыла на месте, и до неё одновременно донеслись голоса маленького призрака и Кам Тэджу.

Маленький призрак попытался схватить женщину, однако его руки беспомощно прошли сквозь её тело. Она пронеслась мимо застывшего с мрачным лицом призрака, но дорогу ей преградил Кам Тэджу.

От недавней мягкости, с которой он пытался её успокоить, не осталось и следа. С холодным выражением лица Кам Тэджу резко выбросил вперёд длинную ногу и без колебаний ударил женщину в поясницу, отбросив её в сторону.

Не издав ни единого крика, она рухнула на пол и отлетела довольно далеко, после чего свернулась в тугой клубок. Во взгляде, который она подняла на Кам Тэджу, снова появился прежний страх.

— Объясните, зачем вы внезапно бросились на неё.

Решив, что женщина отвергла предложенную помощь, Кам Тэджу заговорил ледяным голосом. Чем ближе он подходил, тем сильнее она сжималась, и это почему-то особенно бросалось Хо Нарим в глаза.

Не успев обдумать свой поступок, Хо Нарим поспешно обхватила Кам Тэджу за руку.

— Не надо, пожалуйста.

Его бровь раздражённо приподнялась. Кам Тэджу даже не посмотрел на Хо Нарим, однако всем своим видом выражал явное недовольство.

Несмотря на это, он выполнил её просьбу и больше не стал приближаться к женщине.

В этот момент наверху послышался шум, а затем по подвалу разнёсся громкий мужской голос:

— Здесь кто-нибудь есть?! Мы прибыли по поступившему вызову!

— Мы спасены! Мы здесь, в подвале! Пожалуйста, помогите нам!

Пэк Соно поспешно бросился к двери и громко закричал, после чего Хо Нарим медленно отпустила руку Кам Тэджу. Между ними на несколько мгновений повисло неловкое молчание.

Стараясь больше не смотреть на женщину, Хо Нарим направилась к месту, где та сидела изначально, поскольку оно с самого начала не давало ей покоя.

[Значит, моё тело находилось здесь.]

Маленький призрак подошёл следом за ней, и для человека, обнаружившего собственный труп, говорил на удивление спокойно.

В углу под другим тёмным одеялом лежал Пэк Ёхён. Его лицо было мертвенно-бледным, однако он почему-то выглядел так, словно просто крепко спал.

Хо Нарим опустилась перед ним на пол и долго смотрела, не решаясь даже протянуть руку. Вскоре Пэк Соно вернулся вместе с полицейскими, увидел Пэк Ёхёна и потрясённо закричал, не в силах поверить в происходящее.

Однако Хо Нарим продолжала безучастно смотреть на закрытые глаза Пэк Ёхёна.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

— Нарим!

Пока Хо Нарим ждала, когда её вызовут на допрос, до неё донёсся голос Хо Нарён. Она рефлекторно посмотрела на Кам Тэджу, и тот с невозмутимым выражением лица объяснил:

— Я позвонил твоей ближайшей родственнице.

Хо Нарим понимала, что рано или поздно Хо Нарён всё равно обо всём узнает, однако не ожидала, что это произойдёт настолько быстро.

Она сердито посмотрела на Кам Тэджу, всем взглядом показывая, что он вмешался совершенно напрасно, но выражение его лица даже не изменилось. Сидевший рядом Пэк Соно по какой-то причине напряжённо выпрямился, а Хо Нарён тем временем уже приблизилась широкими шагами и крепко обняла младшую сестру.

— Ты нигде не пострадала?

Кам Тэджу наверняка успел вкратце рассказать ей о произошедшем, когда просил приехать сюда.

Хо Нарим вспомнила, как Хо Нарён с самого начала настороженно отнеслась к существованию подвала, но всё же уступила настойчивой просьбе сестры и разрешила ей переехать в этот дом. Возможно, теперь она сожалела о том, что тогда не настояла на тщательной проверке.

— Со мной всё хорошо, потому что они помогли мне.

Лишь после этих слов Хо Нарён посмотрела на Кам Тэджу и Пэк Соно, наблюдавших за сёстрами со стороны. Кам Тэджу, которого она знала как своего коллегу и бывшего возлюбленного младшей сестры, слегка наклонил голову в знак приветствия.

— Понятно. Спасибо, что связался со мной, Тэджу. А рядом с тобой…

— Здравствуйте! Меня зовут Пэк Соно, и недавно я устроился на административную должность в юридический отдел компании Святой Марии!

Именно в юридическом отделе компании Святой Марии работали Хо Нарён и Кам Тэджу.

«Получается, он связан ещё и с моей сестрой».

Невозможно было поверить, что Южная Корея настолько тесна.

Пэк Соно выглядел крайне напряжённым. Он настолько непринуждённо называл её «Нарён», что Хо Нарим решила, будто они довольно близки, однако, вероятно, он просто нервничал, столкнувшись с начальницей в собственный выходной.

— Рада познакомиться, господин Пэк Соно. Благодарю вас за то, что помогли моей сестре, а позднее я обязательно поблагодарю вас как следует.

— Я лишь сделал то, что должен был, да и почти со всем справился Тэджу.

В этом он действительно не ошибался.

Хо Нарим посмотрела на Кам Тэджу и взглядом спросила, почему Пэк Соно так сильно нервничает, однако тот лишь слегка пожал плечами, словно прекрасно знал причину, но не собирался объяснять её прямо здесь.

[Запрещаю вам переглядываться.]

«Что с ним опять такое?»

Хо Нарим нахмурилась, когда маленький призрак прикрыл ей глаза крошечными ладонями, похожими на молодые побеги папоротника. Она даже не заметила, когда он успел снова забраться ей на плечо, и подобное поведение настоящего призрака уже казалось какой-то нелепой насмешкой.

«Однако почему Соно работает обычным служащим, если он сын владельца компании Святой Марии?»

Сделав вид, будто трёт глаза, Хо Нарим убрала его руки и вопросительно посмотрела на маленького призрака. Тот сразу понял значение её взгляда и объяснил:

[Отец сказал, что Соно совершенно не умеет понимать обстановку и должен набраться опыта жизни в обществе, поэтому заставил его устроиться на работу.]

«Вот как…»

Не найдя ни единого возражения, Хо Нарим лишь неопределённо кивнула.

— До какого этапа уже дошло разбирательство?

— Они выяснили, по какой причине мы с Пэк Соно оказались в том доме, а затем спросили, когда именно из подвала начали доноситься звуки. Сейчас полиция устанавливает личность женщины и проверяет состояние Пэк Ёхёна.

Кам Тэджу спокойно ответил на вопрос Хо Нарён, не торопясь сообщать, что Пэк Ёхён, вероятнее всего, мёртв.

Пока они размышляли над происходящим, к ним подошёл полицейский.

— Госпожа Хо Нарим.

— Да, я слушаю!

Несмотря на то что он обратился лишь к Хо Нарим, все находившиеся рядом люди одновременно посмотрели в его сторону.

— Женщина, проживавшая в подвале, пока не в состоянии поддерживать разговор, поэтому разбирательство всё ещё продолжается. Мужчин-полицейских она боится, и сейчас рядом с ней находится сотрудница, однако женщина не произносит ничего, кроме просьб о спасении.

Хотя пристальные взгляды окружающих наверняка оказывали на него давление, полицейский сохранил деловой тон и продолжил:

— По предварительным предположениям, её удерживал там другой человек, с высокой вероятностью мужчина, из-за которого она долгое время жила в заточении.

Хо Нарим крепко зажмурилась, подумав, что, возможно, если бы она осмотрела подвал сразу после переезда, то смогла бы помочь этой женщине намного раньше.

— А что с мужчиной, который находился вместе с ней? Мне показалось, что он совсем не дышал.

Пэк Соно дрожащим голосом спросил о состоянии Пэк Ёхёна.

— Что ж…

Когда полицейский на мгновение замялся и тихо вздохнул, лицо Пэк Соно стало мертвенно-бледным. Хо Нарим уже догадывалась, какие слова сейчас услышит, поэтому снова крепко закрыла глаза.

— Он жив, и никаких телесных повреждений у него тоже не обнаружено.

— Вы действительно говорите правду?!

— Что?! Подобного просто не может быть!

Пэк Соно и Хо Нарим воскликнули одновременно, однако в голосе одного звучала неудержимая радость, тогда как в голосе другой слышался неподдельный ужас.

Маленький призрак тоже потрясённо распахнул глаза и уставился на полицейского. Почувствовав на себе недоумённые взгляды Хо Нарён и Кам Тэджу, Хо Нарим поспешно объяснила:

— Когда я увидела его в подвале, он совершенно не дышал, поэтому я была уверена, что он умер…

— Сначала мы тоже пришли к такому выводу. Однако во время перевозки в машине скорой помощи ему начали оказывать первую помощь, и сердце, которое считали остановившимся, внезапно снова забилось.

— Но такого не может быть…

— Он всё ещё находится без сознания, поэтому подробно опросить его пока не удалось. Полагаю, нам также необходимо связаться с кем-нибудь из родственников Пэк Ёхёна.

— Я его младший брат, поэтому сам сообщу нашим родителям.

Взгляд Хо Нарён переместился на Пэк Соно, однако на её лице не появилось ни малейшего удивления от встречи с младшим братом мужчины, за которого она едва не вышла замуж.

Она проводила его пугающе бесстрастным взглядом, и в этот момент её лицо почему-то показалось Хо Нарим непривычно чужим.

Когда Пэк Соно отошёл, Хо Нарён повернулась к полицейскому.

— Вы собираетесь проводить опрос свидетелей?

— Разумеется, поскольку обстоятельства этого происшествия нельзя назвать обычными.

— Моя младшая сестра сильно потрясена и совершенно измотана. Если вы не возражаете, могу ли я присутствовать при дальнейшем опросе вместо неё? Меня зовут Хо Нарён, я её родная старшая сестра и официальный представитель.

— Что ж…

Полицейский посмотрел на Хо Нарим. Она сидела на стуле и невольно сжала плечи, после чего мужчина ответил:

— Пока поступим таким образом, однако, если возникнет необходимость, госпоже Хо Нарим всё равно придётся лично принять участие в опросе.

— Разумеется, я всё понимаю.

— Поскольку в доме госпожи Хо Нарим сейчас проводится осмотр, вернуться туда она не сможет, поэтому некоторое время ей придётся пожить в другом месте.

Услышав слова полицейского, Хо Нарён кивнула, а затем повернулась к Кам Тэджу с просьбой:

— Ты не мог бы отвезти Нарим ко мне домой? Адрес она знает.

— Да, я её отвезу.

— Тогда рассчитываю на тебя. Что касается господина Пэк Соно…

Когда взгляд Хо Нарён переместился на Пэк Соно, тот как раз закончил телефонный разговор и поспешно произнёс:

— Мне, наверное, следует поехать в больницу, куда доставили брата. Родители сказали, что тоже направятся туда.

— Понятно. Они наверняка сильно потрясены, поэтому постарайтесь как следует их поддержать.

Эти люди вполне могли стать её родственниками со стороны мужа, однако Хо Нарён говорила о них сухо и отстранённо, словно они являлись совершенно посторонними. Впрочем, Пэк Соно обрадовался даже этим словам и энергично закивал.

— Нарим, я скоро вернусь домой, поэтому поезжай первой и постарайся немного поспать, хорошо?

Ладонь Хо Нарён ласково погладила её по щеке. Увидев нежную улыбку, которую старшая сестра показывала исключительно ей, Хо Нарим невольно кивнула.

Поднявшись, чтобы последовать за Кам Тэджу, она украдкой оглянулась и увидела, что Хо Нарён уже с серьёзным выражением лица обсуждает что-то с полицейским.

Хо Нарим стало горько от осознания, что даже в подобных обстоятельствах ей по-прежнему приходилось полагаться на старшую сестру, которая неизменно становилась её защитницей. Сама она ничего не могла сделать, однако совсем недавно кричала так, словно без труда проживёт, даже если больше никогда её не увидит.

— Почему ты плачешь?

Пока они шли по подземной парковке, Кам Тэджу всё время смотрел вперёд, поэтому Хо Нарим была уверена, что он не заметит её слёз.

Маленький призрак, до этого тревожно державшийся за край её брюк, сердито посмотрел на Кам Тэджу. Разве можно было в такой ситуации просто спрашивать человека, почему он плачет, вместо того чтобы попытаться его утешить?

Хо Нарим шмыгнула носом, отвернулась и уклонилась от ответа. Подойдя к хорошо знакомой машине Кам Тэджу, она открыла дверь переднего пассажирского сиденья.

— В бардачке лежат конфеты, поэтому можешь взять одну.

Кам Тэджу произнёс это, усевшись за руль, а Хо Нарим открыла расположенный перед ней бардачок и обнаружила внутри лимонные леденцы.

— Они ведь лежат здесь не несколько лет?

— Разумеется, ничего подобного быть не может.

Кам Тэджу тихо рассмеялся и велел ей как следует пристегнуть ремень безопасности. Хо Нарим послушалась, развернула конфету и положила её в рот, невольно вспомнив, как во время их совместных поездок он всегда заранее покупал сладости и оставлял их в бардачке специально для неё, поскольку прекрасно знал, насколько сильно она их любит.

«Хотя сам он подобные сладости совершенно не переносит».

Зачем же он продолжал наполнять бардачок конфетами даже после их расставания? Возможно, это превратилось в привычку, а может быть, со временем изменились его вкусы.

Решив не придавать этому никакого значения, Хо Нарим повернулась к окну и стала смотреть на проносившийся мимо пейзаж, тогда как маленький призрак, сидевший у неё на коленях, раздражённо пинал ногой бардачок.

[Мне совершенно не нравится этот человек.]

Он говорил, что, когда перестаёт сознательно следить за собой, его речь невольно становится слишком краткой. Сейчас подобная манера удивительно подходила его детской внешности, однако Хо Нарим не стала делиться этим наблюдением, поскольку маленький призрак наверняка почувствовал бы себя оскорблённым.

— Вы с моей сестрой по-прежнему хорошо ладите?

— У нас нормальные отношения.

— Хорошо, потому что я немного переживала, что после нашего расставания вам станет неловко работать вместе.

— Мы не становились ближе только из-за того, что я встречался с тобой. Кроме того, она никогда не делала мне поблажек на работе лишь потому, что мы были знакомы.

Услышав циничный ответ Кам Тэджу, Хо Нарим тихо рассмеялась. На его месте другой человек мог бы обидеться на отношение Хо Нарён, однако он воспринимал её поведение как нечто совершенно естественное.

— Когда я смотрю на вас двоих, то постоянно замечаю, насколько вы похожи. Возможно, тебе больше подошло бы встречаться не со мной, а с моей сестрой.

Во время их отношений подобная мысль не раз приходила ей в голову. Тогда Хо Нарим была ещё более по-детски чувствительной, поэтому часто обижалась и дулась из-за холодноватого поведения Кам Тэджу, тогда как спокойная Хо Нарён рядом с ним выглядела настолько гармонично, что они казались идеальной красивой парой.

«Впрочем, с Пэк Ёхёном происходило то же самое. Разве может существовать мужчина, которому не понравится такая красивая женщина, как моя сестра?»

Хо Нарим восхищалась Хо Нарён, однако одновременно испытывала рядом с ней чувство неполноценности, поскольку старшая сестра превосходила её и внешностью, и успехами в учёбе, и карьерой.

Она постаралась произнести эти слова равнодушно и ничем себя не выдать, однако маленький призрак продолжал смотреть на неё с явным беспокойством, хотя сам тоже когда-то выбрал Хо Нарён.

— По крайней мере…

Когда раздражение уже начало медленно подниматься внутри Хо Нарим, Кам Тэджу неожиданно продолжил:

— Если бы я встречался с Хо Нарён, то мог бы сэкономить время, которое тратил на то, чтобы постоянно наполнять бардачок конфетами.

— Что ты сказал? Тебе не кажется, что это уже слишком?

— Я всего лишь озвучил очевидный факт.

«Какой же он отвратительный, бессердечный и совершенно безжалостный человек!»

Хо Нарим с раздражением раскусила конфету, словно между её зубами находился сам Кам Тэджу, а маленький призрак тут же одобрительно захлопал, всем видом показывая, что она поступает совершенно правильно.

В отражении окна Хо Нарим увидела лицо Кам Тэджу, который продолжал вести машину с едва заметно приподнятыми уголками губ.

«До чего же у него скверный характер».

С другими людьми он всегда сохранял дистанцию и держался безупречно вежливо, однако с Хо Нарим временами позволял себе подобные злые шутки.

Когда Пэк Соно впервые увидел Кам Тэджу таким, то отшатнулся с таким ужасом, словно перед ним внезапно появился настоящий призрак. Впрочем, если разобраться, завидовать в этой ситуации было совершенно нечему, и Хо Нарим не понимала, почему всё равно ощущала странное удовлетворение.

— Кам Тэджу, ты настоящий дурак.

— Пусть будет так.

Даже услышав её тихое оскорбление, Кам Тэджу остался совершенно невозмутимым и в этот момент напоминал старшего брата, который снисходительно подыгрывает младшей сестре, значительно уступающей ему в возрасте.

Вскоре они добрались до дома Хо Нарён, где Хо Нарим жила до своего переезда. Остановив машину перед дорогим современным зданием, заметно отличавшимся от её нынешнего дома, Кам Тэджу повернулся к ней.

— Хо Нарим.

— Я внимательно слушаю.

— Хо Нарён позаботится обо всём, что касается опроса свидетелей, поэтому здесь тебе волноваться не о чем. Однако родители Пэк Соно наверняка хотя бы один раз придут к тебе.

Родители Пэк Соно одновременно являлись приёмными родителями Пэк Ёхёна, и Хо Нарим невольно вспомнила женщину средних лет, с которой столкнулась, когда возвращала найденный телефон.

— Я не знаю всех обстоятельств, однако с их точки зрения именно ты могла сорвать свадьбу. В нынешней ситуации тебе невероятно повезло, что старший брат Пэк Соно всё-таки не умер.

— Я не срывала их свадьбу, потому что рассталась с Пэк Ёхёном ещё до того, как они решили пожениться.

Хо Нарим с силой прикусила губу. В действительности это скорее он внезапно объявил ей о разрыве, однако признаться в подобном бывшему парню не позволяла гордость.

— Хорошо, раз ты ни в чём не виновата, тогда не сжимайся так, как делала это возле полицейского.

— Тебе не кажется, что я выгляжу жалкой? Ведь всякий раз мне приходится принимать помощь старшей сестры.

— Мы с Хо Нарён работаем в сфере, напрямую связанной с подобными ситуациями, поэтому вмешиваемся лишь потому, что лучше разбираемся в происходящем.

Кам Тэджу протянул руку и осторожно потянул Хо Нарим за мягкую белую щёку, не причиняя ей боли.

— Тебе всего двадцать пять лет. Любой человек в твоём возрасте растерялся бы, столкнувшись со всем тем, что сейчас происходит с тобой.

Хотя из-за оттянутой щеки её лицо наверняка выглядело нелепо, Кам Тэджу продолжал смотреть на Хо Нарим с совершенно серьёзным выражением.

— Но всё же…

— Поэтому не будь к себе настолько жестока, ведь ты вовсе не жалкая и ничем не уступаешь другим.

Кам Тэджу отпустил её щёку, а затем посмотрел на место, которого только что касался, и тихо пробормотал:

— Кожа у тебя по-прежнему такая чувствительная.

Хо Нарим и без зеркала понимала, что кожа наверняка покраснела, ведь даже тогда, когда Кам Тэджу старался прикасаться к ней как можно осторожнее, на её нежном теле легко оставались покраснения и синяки.

Внутри неожиданно возникло знакомое щекочущее ощущение, напоминавшее о тех временах, когда они ещё встречались, и, почувствовав неловкость, Хо Нарим поспешила выбраться с пассажирского сиденья, не желая поддаваться нахлынувшим воспоминаниям.

— Тогда я пойду, а за то, что подвёз меня, большое спасибо!

— Хорошо, но, когда войдёшь домой, обязательно сообщи Хо Нарён.

Раз он даже не попросил написать ему самому, значит, всё это вряд ли происходило из-за сохранившихся чувств.

«Наверное, ему просто всегда было легче относиться ко мне как к младшей сестре, а не как к девушке».

Хо Нарим кивнула и почти бегом поспешила к зданию. Она не знала, уехала ли машина Кам Тэджу сразу или он дождался, пока она войдёт внутрь, однако была уверена, что он выбрал второй вариант, поэтому намеренно не стала оборачиваться и проверять.

[Ты всё ещё любишь этого человека?]

Когда лифт начал подниматься, маленький призрак тихо задал вопрос. Он сидел на корточках в углу кабины и выглядел почему-то особенно подавленным.

Хо Нарим всерьёз задумалась, не становятся ли подобные мрачные повадки бессознательными после превращения в призрака, поскольку, насколько она помнила, прежний Пэк Ёхён не был человеком, который вёл себя настолько неуверенно.

— Разумеется, нет, потому что Кам Тэджу всего лишь мой бывший парень.

[А кем тогда являюсь для тебя я?]

— Пэк Ёхён тоже мой бывший парень.

[Однако я… до сих пор люблю тебя.]

В этот момент лифт остановился на нужном этаже. Хо Нарим вышла в коридор, но, неожиданно оглянувшись, увидела маленького призрака, который так и остался стоять посреди ярко освещённой кабины.

Теперь уже сама Хо Нарим находилась в тёмном коридоре, и, оказавшись по разные стороны света и тени, они долго смотрели друг на друга, пока она наконец не заговорила, поскольку после затянувшегося молчания именно ей всегда приходилось произносить первые слова.

— Я тоже тебя любила.

[…]

Двери лифта начали медленно закрываться. Некоторое время Хо Нарим смотрела на маленького призрака, который не последовал за ней и лишь провожал её дрожащим взглядом, а затем всё же отвернулась и пошла дальше.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Хо Нарён вернулась домой лишь спустя несколько часов. Всё это время Хо Нарим успела привычно пройти в ванную, словно по-прежнему жила здесь, принять душ, переодеться в пижаму старшей сестры и устроиться в гостиной, дожидаясь её возвращения.

Пока она оставалась одна, маленький призрак так и не появился.

— Я ведь просила тебя не ждать меня и лечь спать.

Несмотря на эти слова, Хо Нарён смотрела на дожидавшуюся её сестру с явным умилением. Подойдя ближе, она погладила Нарим по голове, словно та до сих пор оставалась маленьким ребёнком.

Их разделяло всего четыре года, поэтому Хо Нарим совершенно не понимала, сколько ещё старшая сестра собиралась относиться к ней как к несмышлёной девочке.

— Чем всё закончилось?

— Пэк Ёхён пока не пришёл в сознание, а у женщины случился приступ, поэтому её сначала успокоили, а затем, по всей видимости, дали ей уснуть.

Хо Нарён ответила, откладывая вещи и переодеваясь в удобную домашнюю одежду.

— Поскольку нормально поговорить с ней пока невозможно, полиция, скорее всего, начнёт с установления её личности.

— Неужели она действительно провела в заточении столько времени? Если бы я проверила подвал сразу после переезда, возможно, её нашли бы гораздо раньше.

Хо Нарим наконец произнесла вслух слова, которые до сих пор оставались лишь мучительными мыслями. Пусть не она заперла женщину в подвале, однако, услышав мольбы о спасении, Хо Нарим испугалась, отвернулась и даже загородила выход стиральной машиной, чтобы та не смогла выбраться.

Услышав её подавленный голос, Хо Нарён подошла ближе, села рядом на диван и обняла младшую сестру.

— Ты ни в чём не виновата, ведь именно я предупреждала тебя не открывать эту дверь, поскольку там могло быть опасно. Если кто-то и совершил ошибку, то это я, потому что должна была позаботиться о тебе как старшая сестра.

— Почему это вдруг стало твоей виной?

— Если в случившемся не виновата я, тогда и ты тем более ни в чём не виновата. Нарим, я беспокоюсь именно потому, что ты слишком добрая.

После этих слов Хо Нарим плотно сжала губы, ведь на самом деле вовсе не считала себя добрым человеком.

— Пусть этот дом и достался нам в наследство от отца, ты прожила там совсем недолго. Следы в подвале выглядят давними, поэтому полиция наверняка проверит всех прежних жильцов и владельцев.

Хо Нарим вспомнила, как когда-то Хо Нарён внезапно заявила, что они переезжают в эту квартиру, поскольку из старого дома было слишком неудобно добираться до работы. После переезда она сдавала дом и самостоятельно занималась всеми вопросами, связанными с его содержанием.

— Полиция не подозревает меня?

— Разумеется, прямо сейчас тебя ещё не могут полностью исключить из числа подозреваемых.

Хо Нарён продолжила всё тем же спокойным голосом:

— Однако правда вскоре обязательно выяснится.

Хо Нарим почти услышала невысказанное продолжение: «Потому что я сама добьюсь этого».

— Почему отец вообще устроил в таком доме подвал?

Рука Хо Нарён, до этого размеренно похлопывавшая сестру по плечу, на мгновение замерла, однако уже через мгновение она ласково ответила:

— Скорее всего, отец и сам не знал о его существовании.

— Верно, такое вполне возможно.

Хо Нарим смущённо покраснела, осознав, насколько глупый вопрос задала, ведь их отец не проектировал этот дом собственноручно.

Хо Нарён велела ей перестать обо всём думать и отправляться спать, поскольку день выдался слишком тяжёлым.

— Твоя комната осталась такой же, потому что я ничего там не убирала. Я провожу уборку раз в неделю, поэтому можешь сразу ею пользоваться.

Хо Нарим неловко кивнула, удивившись тому, что после её переезда Хо Нарён так ничего и не изменила в комнате, а затем вошла в до боли знакомое помещение, где жила с тех пор, как старшая сестра начала зарабатывать и сняла эту квартиру для них обеих.

Кровать и письменный стол по-прежнему стояли на прежних местах, и лишь опустевшие книжные полки и шкаф напоминали о том, что хозяйка комнаты больше здесь не живёт.

На кровати лежала игрушка, которую Хо Нарим обнимала во сне ещё в детстве. Несмотря на потрёпанный и местами выцветший вид, от неё, как ни странно, исходил приятный аромат.

«Наверное, именно я поступаю неправильно, ненавидя сестру, которая вырастила меня вместо родителей».

В конце концов, даже если Пэк Ёхён предал её, они встречались всего три месяца.

Хо Нарим легла на кровать и крепко прижала игрушку к груди.

«Завтра я снова сделаю тест на беременность».

Хо Нарён обязательно поможет ей окончательно выйти из числа подозреваемых. К тому же, хотя причина происходящего по-прежнему оставалась непонятной, раз Пэк Ёхёна признали живым, никто больше не мог обвинить Нарим в его убийстве.

В глубине души ей хотелось ненавидеть их обоих, однако сегодняшний день заставил её признать горькую правду: она была ещё слишком слабой, чтобы в одиночку противостоять этому жестокому миру.

Ни Пэк Ёхён, ни Кам Тэджу больше не могли её защищать. Хо Нарим хотела повзрослеть и доказать, что способна справиться сама, однако до сих пор так и не перестала быть ребёнком, которого всю жизнь оберегала Хо Нарён.

Впрочем, это вовсе не означало, что теперь она собиралась снова полностью зависеть от старшей сестры, как прежде.

«Я смогу».

В ней окрепло твёрдое решение принять ту помощь Хо Нарён, без которой сейчас было невозможно обойтись, а затем самостоятельно встать на ноги, ведь сама старшая сестра сумела справиться с этим в гораздо более юном возрасте.

«Значит, и у меня всё получится».

Она продаст дом, а из наследства отца Хо Нарён наверняка выделит ей примерно половину. Старшая сестра, вероятно, постарается отдать гораздо больше, однако сначала Хо Нарим хотела сделать всё, что было в её собственных силах.

Она поселится одна где-нибудь подальше, вдали от сестры и от места, где их больше не будут постоянно сравнивать.

«Я больше не стану встречаться с мужчинами и докажу всем, что способна прекрасно жить сама».

Из закрытых глаз потекли слёзы, щекоча щёки, однако Хо Нарим решила не обращать на них внимания. Раз её слёзы никого не волновали, то и ей самой не было причин придавать им значение.

Вскоре она незаметно уснула, и в тихой комнате осталось лишь её ровное дыхание.

— Нарим, ты уже спишь?

Хо Нарён слегка приоткрыла дверь и осторожно подошла к спящей сестре. Она вытерла влагу с её щёк, с болью посмотрела на неё, а затем бережно погладила по волосам, стараясь не разбудить.

— Не беспокойся, потому что, что бы ни случилось, ты никогда не потеряешь обычную семью.

Произнеся эти загадочные слова, Хо Нарён поднялась и вышла из комнаты. Прежде чем дверь полностью закрылась, в оставшейся щели показался маленький призрак, который стоял в коридоре и неотрывно смотрел на Хо Нарим.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

К счастью, опрос свидетеля завершился без особых трудностей, чему во многом способствовала Хо Нарён, которая как адвокат активно вмешалась в разбирательство.

Кроме того, судя по её словам, родители Пэк Соно тоже воспользовались своим влиянием, поскольку не хотели, чтобы происшествие получило широкую огласку.

«А я ещё удивлялась, почему всё настолько тихо, хотя подобная история вполне могла попасть в новости».

Если бы общественность узнала, что Пэк Ёхён связан с этим делом, неизбежно раскрылись бы и обстоятельства сорвавшейся свадьбы.

Пусть он и был приёмным сыном, эти люди всё равно больше заботились о собственной репутации, чем о мужчине, которого считали своим ребёнком и который до сих пор лежал без сознания.

— Родители Пэк Ёхёна хотели встретиться с тобой.

Услышав слова Хо Нарён уже на выходе из полицейского участка, Хо Нарим остановилась и, надеясь, что её лицо не стало мертвенно-бледным, осторожно спросила:

— Что они собирались мне сказать?

— Не беспокойся, потому что я уже отказала им от твоего имени.

— Разве так можно было поступить?

— Я объяснила, что вы с Пэк Ёхёном уже расстались, а он пришёл к тебе по собственной воле. Ты хотела отправить его обратно, однако именно тогда из подвала раздался странный звук, и Пэк Ёхён сам вызвался разобраться с происходящим.

У Хо Нарим возникло множество вопросов, однако она лишь плотно сжала губы. Хо Нарён наверняка тоже хотела многое узнать, но, судя по всему, намеренно не расспрашивала сестру и старалась замять все неудобные подробности.

— Я ненадолго заеду к Пэк Ёхёну, а ты пока возвращайся домой.

Хо Нарим беспокоилась о его состоянии, однако в нынешних обстоятельствах было бы странно отправляться туда вместе с Хо Нарён, тем более что старшая сестра уже специально отклонила встречу с его приёмными родителями.

Несмотря на сорвавшуюся свадьбу, Хо Нарён всё же оставалась женщиной, которая едва не стала его женой, поэтому её визит не вызвал бы никаких подозрений.

— Хорошо, я поняла.

Во рту появился горький привкус. Хо Нарим помахала сестре рукой, а затем направилась не в сторону дома, а по другой улице.

— Пожалуйста, дайте мне один тест на беременность.

Хо Нарим остановилась в тихой аптеке, расположенной в достаточно отдалённом районе.

Если она решит проверить результат в доме Хо Нарён и случайно попадётся сестре на глаза, это лишь создаст лишние проблемы, поэтому Хо Нарим торопливо забрала протянутый фармацевтом тест на беременность, почти выхватив его из рук.

Расплатившись, она направилась в туалет на ближайшей станции метро. Нога всё ещё оставалась в гипсе, однако боль уже не была такой сильной, как прежде, поэтому передвигаться стало значительно легче.

— Пожалуйста, пусть…

Хо Нарим тихо пробормотала эти слова, хотя и сама толком не понимала, каким именно продолжением хотела завершить свою просьбу.

Она знала, что наиболее точный результат можно получить при использовании первой утренней мочи, однако провести тест в доме Хо Нарён всё равно не могла.

Прежде всего следовало выяснить, действительно ли едва заметные две полоски на первом тесте оказались ошибкой, поэтому ровно через три минуты Хо Нарим дрожащими руками подняла тест и посмотрела на результат.

— Слава богу…

В тихом туалете станции метро прозвучал её облегчённый вздох, потому что на тесте была лишь одна полоска.

Тем временем Пэк Соно, сидевший рядом с Пэк Ёхёном в больничной палате, недовольно пробормотал:

— Мама с папой тоже поступают слишком жестоко. Как бы сильно они ни были заняты, брат лежит без сознания, а они после первого дня ни разу больше не пришли.

Врач объяснил, что, поскольку внешних повреждений у Пэк Ёхёна не обнаружено, причиной его состояния с высокой вероятностью стало сильное психологическое потрясение, а потому теперь лишь от него самого зависело, когда он очнётся.

Услышав это, родители хладнокровно развернулись и ушли. В прошлый раз, когда Пэк Ёхён оказался в больнице, они не только не пришли его навестить, но даже не сообщили Пэк Соно о госпитализации брата, и тогда это стало для него тяжёлым потрясением.

«Неужели родители действительно не любят брата? Тогда зачем они вообще его усыновили?»

Они взяли Пэк Ёхёна в семью вовсе не потому, что не могли завести собственного ребёнка, ведь к тому времени Пэк Соно уже исполнилось пять лет.

Даже когда он повзрослел и однажды спросил об усыновлении, родители лишь ответили, что ему пока рано об этом знать, а затем ласково погладили по голове. В отличие от отношения к Пэк Ёхёну, с ним они всегда оставались нежными и заботливыми.

Теперь Пэк Соно был даже крупнее старшего брата, однако родители по-прежнему обращались с ним как с маленьким ребёнком.

«Я совершенно ничего не понимаю».

Он не понимал ни родителей, ни Пэк Ёхёна.

— Прошу прощения за вторжение.

Увидев Хо Нарён, вошедшую проведать больного, Пэк Соно растерянно вскочил со стула, поклонился и беспокойно забегал глазами по палате.

Хо Нарим вместе с ней не пришла, и мысли Пэк Соно окончательно запутались.

«Почему Нарим обратилась за помощью лишь после завершения свадьбы, если утверждала, что брат спустился в подвал ещё накануне церемонии и с тех пор не возвращался? Почему она настолько потрясённо отреагировала, когда узнала, что он жив?»

Она выглядела как человек, который был совершенно уверен в его смерти. Ещё более странным казалось то, что даже простодушный Пэк Соно заметил эти несостыковки, а находившийся тогда рядом Кам Тэджу никак на них не отреагировал.

Хо Нарён наверняка тоже почувствовала, что во всей этой истории что-то не сходится.

«Здесь всё слишком странно».

С совершенно растерянным выражением лица Пэк Соно лишь крепче сжал губы и ничего не сказал.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Маленький призрак не появлялся уже несколько дней.

«Возможно, это связано с тем, что Пэк Ёхён оказался жив? Или он исчез, потому что всё благополучно разрешилось?»

Пусть их последний разговор нельзя было назвать приятным, маленький призрак мог хотя бы предупредить её перед исчезновением.

— Сестрёнка, я налила тебе кофе в термокружку, поэтому не забудь взять её с собой.

— Спасибо. Когда тебя здесь не было, мне было лень готовить кофе самой, поэтому я просто покупала его по дороге.

Хо Нарён с улыбкой взяла термокружку, а Хо Нарим недовольно выпятила губы.

— Ты всё равно пьёшь только чёрный кофе. Я ведь говорила, что покупать его каждый день слишком расточительно, поэтому лучше заваривать капсулу дома и брать с собой.

— Я и сама это понимаю, однако почему-то никак не могу привыкнуть готовить всё заранее.

— Обо мне ты всегда прекрасно заботишься, а о себе совершенно не думаешь.

Взяв свою термокружку, Хо Нарим поправила одежду. Отпуск уже закончился, и с сегодняшнего дня ей предстояло снова выйти на работу в больницу Святой Марии.

В отличие от одетой в строгий костюм Хо Нарён, Хо Нарим выбрала удобную повседневную одежду, поскольку в больнице ей всё равно придётся переодеваться в форму.

— Зато обо мне заботишься ты.

Теперь они с Хо Нарён снова могли спокойно разговаривать, словно между ними ничего не произошло, однако это стало возможным лишь потому, что обе молча скрывали неприятные чувства друг к другу и делали вид, будто никаких проблем вовсе не существует.

— И всё же тебе следует лучше о себе заботиться. Мы ведь не сможем жить вместе до конца жизни.

— Ты же не собираешься возвращаться в прежний дом?

— Разумеется, я туда не вернусь.

На лице Хо Нарён сразу появилось явное облегчение.

— Тогда не переезжай и оставайся здесь со мной. Отсюда недалеко до больницы Святой Марии, к тому же тебе не придётся тратить деньги на жильё.

— Нет, мне тоже пора становиться самостоятельной. А тебе нужно познакомиться с хорошим мужчиной и выйти замуж, поэтому начни хотя бы соглашаться на свидания по рекомендации знакомых.

Разумеется, окружающие могли относиться к Хо Нарён настороженно, поскольку она едва не дошла до свадебной церемонии, которая в итоге сорвалась и закончилась ничем.

Однако, если рассуждать объективно, Хо Нарён была практически безупречной женщиной, ведь даже другие женщины признавали её красоту, а вдобавок она сумела построить успешную карьеру адвоката.

При желании она в любой момент могла познакомиться с достойным мужчиной.

— Я тогда пойду первой, а ты тоже благополучно доберись до работы.

Хо Нарим не решилась попросить сестру забыть Пэк Ёхёна, ведь Хо Нарён продолжала регулярно навещать его в больнице, поэтому почти сбежала из квартиры. Пусть старшая сестра всё отрицала, Нарим всё чаще задумывалась, не испытывала ли она к Пэк Ёхёну настоящих чувств.

При этом сама Хо Нарим, утверждавшая, что любила его, из-за страха так ни разу и не пришла в больницу.

Освобождённая от гипса нога в кроссовке уверенно ступала вперёд, а Хо Нарим, одетая лишь в белую футболку и джинсы, посмотрела на экран телефона.

«После того дня ни Кам Тэджу, ни Пэк Соно со мной не связывались».

Из-за пережитого потрясения она даже не смогла как следует поблагодарить их за помощь, поэтому позднее обязательно нужно было это исправить, однако сначала следовало сосредоточиться на возвращении к больничным будням после длительного отсутствия.

— Доброе утро!

Войдя в больницу, Хо Нарим приветливо улыбнулась знакомым коллегам и поздоровалась с ними звонким голосом. Несколько человек обеспокоенно спросили, хорошо ли она теперь себя чувствует, и Нарим коротко заверила их, что с ней всё в порядке.

Когда она вошла в раздевалку и начала переодеваться в форму медсестры, дверь снова открылась, а при виде знакомого лица Хо Нарим невольно широко улыбнулась.

— Пак Чонхо!

Это была старшая коллега Хо Нарим, которая знала о возможной беременности и искренне пыталась ей помочь. Именно именем Пак Чонхо Нарим однажды воспользовалась в качестве предлога.

Увидев её после долгого перерыва, Пак Чонхо ласково улыбнулась.

— Хорошо отдохнула? К счастью, сейчас ты выглядишь гораздо лучше, чем при нашей последней встрече.

— Да, во время отдыха я старалась нормально есть и больше спала, поэтому мне действительно стало легче. Во многом это благодаря вам.

— Хотя я совершенно ничего особенного не сделала.

Пак Чонхо подошла к соседнему шкафчику и без всякого стеснения одним движением сняла верхнюю одежду, поскольку всегда отличалась непринуждённым и открытым характером.

— Сегодня я угощаю вас обедом, поэтому давайте поедим вместе. Мне очень многое хочется рассказать.

— Я всегда согласна пообедать в хорошей компании.

— У вас сегодня перерыв в час?

Когда Пак Чонхо кивнула, Хо Нарим пообещала самостоятельно выбрать ресторан, а затем немного поколебалась и, хотя в раздевалке больше никого не было, понизила голос почти до шёпота.

— Знаете… похоже, первый тест всё-таки показал ошибочный результат.

— Что? Ты уже сходила в больницу и проверилась?

— Нет, вчера я на всякий случай купила ещё один тест и сделала его. На первом вторая полоска была настолько бледной, что я решила перепроверить.

В интернете говорилось, что причиной могла стать ошибка, хотя даже при едва заметной второй полоске вероятность беременности оставалась высокой.

Хо Нарим неловко улыбнулась и почесала затылок.

— Второй тест показал только одну полоску.

— Какое счастье!

Пак Чонхо искренне обрадовалась и крепко обняла Хо Нарим. Поскольку она была выше ростом и почти придавила её к себе, Нарим стало трудно дышать.

— Пак Чонхо, я сейчас задохнусь.

— Ты хотя бы представляешь, как сильно я за тебя переживала? Ты ещё такая молодая, а я уже боялась, что вся твоя жизнь пойдёт под откос, и постоянно думала, чем могу тебе помочь!

Они познакомились лишь благодаря совместной работе, однако Пак Чонхо беспокоилась о ней настолько искренне, что после того, как Хо Нарим в последнее время начала разочаровываться почти во всех окружающих, подобная забота показалась ей особенно приятной и вызвала в груди тёплое, щемящее чувство.

Она поблагодарила коллегу за беспокойство и решила во время обеда подробно рассказать ей обо всём произошедшем, однако этому намерению не суждено было продержаться долго.

— Пак Чонхо, вы уже слышали? Я говорю о старшей сестре Нарим, которой она постоянно хвасталась, о той самой женщине-адвокате.

— Да, а что с ней произошло?

Возможно, Хо Нарим совершила ошибку, решив ненадолго спрятаться в туалетной кабинке и спокойно передохнуть, поскольку вскоре в помещение вошли другие сотрудницы, и до неё донёсся их разговор.

Среди голосов она услышала и Пак Чонхо, к которой относилась с большим уважением.

— Недавно я узнала, что она собиралась выйти замуж. Младшая сестра моей подруги временно работает в компании Святой Марии и рассказывала, что эта женщина очень известна в юридическом отделе, потому что красивая и невероятно способная.

— Значит, она именно такая, какой её всегда описывала Нарим.

— Однако самое важное вовсе не это. Жених не явился на свадьбу, поэтому церемония полностью сорвалась.

— Что ты сейчас сказала?

«Вот как».

Именно об этом Хо Нарим собиралась рассказать Пак Чонхо во время обеда, ведь та знала, что мужчиной, собиравшимся жениться на Хо Нарён, был бывший возлюбленный Хо Нарим.

— Даже не спрашивайте. Все стараются об этом молчать, однако в компании уже не осталось ни одного человека, который не слышал бы эту историю. Кроме того, выяснилось, что до свадьбы жених встречался с младшей сестрой невесты. Получается, речь идёт именно о Нарим.

— Кто ещё об этом знает?

— Пока только я, вы и, кажется, Хечжи.

— Предупреди Хечжи, чтобы она держала язык за зубами, и постарайтесь не допустить распространения слухов. Даже если всё это правда, обсуждать подобное всё равно не следует.

В ответ на слова Пак Чонхо собеседница неловко рассмеялась и согласилась, однако у её неуверенного смеха была вполне понятная причина.

«Если об этом знает Хечжи, значит, сотрудники отделения наверняка уже всё услышали».

Хечжи знала огромное количество людей и любила без всякого стеснения обсуждать чужие дела. Её нельзя было назвать плохим человеком, однако из-за неспособности хранить секреты Хо Нарим никогда не хотела с ней сближаться.

Если информация дошла до такого человека, исправлять что-либо было уже слишком поздно.

«Я благодарна Пак Чонхо за то, что она пытается меня защитить, однако…»

Хо Нарим и без того прекрасно представляла, какой теперь будет её репутация среди коллег. Наверняка окружающие уже превратили её в бесстыдную женщину, которая завела роман с мужчиной своей успешной старшей сестры и в итоге разрушила их свадьбу.

Поэтому было вполне естественно, что лицо Хо Нарим, лишь недавно немного прояснившееся, снова помрачнело.

Кто-то однажды сказал, что несчастья никогда не приходят поодиночке, а неизменно обрушиваются все разом.

После того как сотрудницы, разговаривавшие с Пак Чонхо, покинули туалет, Хо Нарим ещё долго оставалась в кабинке и решилась выйти лишь спустя некоторое время. Вернувшись в отделение, она почти сразу заметила, что окружающие начали смотреть на неё как-то странно.

Одни здоровались и при этом внимательно следили за выражением её лица, тогда как другие, с которыми она даже не была близка, без всякого стеснения разглядывали её с головы до ног, и под этими взглядами Хо Нарим становилось всё труднее дышать.

«Мне казалось, что хуже уже просто некуда».

По крайней мере, рядом оставалась Пак Чонхо, единственная, кто неизменно проявлял к ней искреннее расположение, поэтому во время совместного обеда Хо Нарим наконец почувствовала, что снова может свободно дышать.

Так продолжалось лишь до тех пор, пока мать Пэк Ёхёна не явилась в больницу и не попросила позвать к ней некую Пак Чонхо.

— Вы искали меня?

Почему мать Пэк Ёхёна решила ждать именно у главного входа в больницу, причём как раз в то время, когда Хо Нарим и Пак Чонхо возвращались после обеда, а через вестибюль проходило особенно много людей?

— Да, я действительно искала госпожу Пак Чонхо.

Мать Пэк Ёхёна мельком посмотрела на Пак Чонхо, а затем перевела взгляд на стоявшую позади Хо Нарим. Увидев её мертвенно-бледное лицо, женщина криво усмехнулась.

— Похоже, имя совпадает, а девушка, которая мне нужна, стоит у вас за спиной. Вряд ли речь идёт всего лишь о случайной тёзке.

— Нарим… Ты можешь объяснить, что всё это значит?

Позади матери Пэк Ёхёна стояли двое мужчин в чёрных костюмах, словно сопровождавшие и охранявшие её, и один их вид производил откровенно угрожающее впечатление.

Что должна была почувствовать Пак Чонхо, когда к ней явилась такая женщина, а затем выяснилось, что кто-то воспользовался её именем?

«Во всём виновата я».

Хо Нарим была уверена, что больше никогда не встретится с матерью Пэк Ёхёна, а даже если это когда-нибудь и произойдёт, то никак не предполагала, что последствия окажутся именно такими.

Тогда чужое имя показалось ей лишь простым способом поскорее выбраться из неловкой ситуации, и она даже не подумала, что этим может предать доверие Пак Чонхо.

Во время обеда Пак Чонхо намеренно избегала неприятных тем и говорила лишь о чём-то светлом, поэтому Хо Нарим так и не успела как следует рассказать ей о произошедшем, и теперь всё раскрылось самым отвратительным образом.

«Я никогда не говорила, что Пак Чонхо работает в этой больнице. Значит, она навела обо мне справки».

Выходило, что мать Пэк Ёхёна заранее знала, что Хо Нарим не является Пак Чонхо, однако всё равно намеренно пришла сюда и потребовала позвать именно её.

Хо Нарим стиснула губы, а затем опустила голову перед потрясённой Пак Чонхо.

— Тогда возникли особые обстоятельства, и я в спешке назвала имя знакомого человека. У меня не было дурных намерений, Пак Чонхо.

— Даже при таких обстоятельствах использовать моё имя… Да ещё и называть место моей работы было уже слишком.

Хо Нарим не сообщала, где работает Пак Чонхо, однако сейчас любые объяснения всё равно прозвучали бы лишь как жалкие оправдания, поэтому она снова склонила голову и искренне попросила прощения.

До этого мать Пэк Ёхёна с невозмутимым видом наблюдала за происходящим, а теперь заговорила так, словно сама не имела никакого отношения к устроенному унижению:

— Кажется, из-за меня вы оказались в затруднительном положении. Прошу меня извинить, потому что я так торопилась поговорить, что совершенно не подумала о последствиях.

Её бесцеремонность не поддавалась описанию.

— Я всё ещё нахожусь на работе. Если у вас есть ко мне дело, оставьте номер, и я свяжусь с вами после окончания смены.

Хо Нарим даже не попыталась скрыть раздражение. Мать Пэк Ёхёна некоторое время смотрела на неё без всякого выражения, а затем спокойно кивнула.

— Тогда я снова приеду к тому времени, когда закончится ваша смена.

Она могла поступить так с самого начала, однако намеренно появилась здесь среди бела дня, и, возможно, ей хотелось заставить Хо Нарим испытать то же унижение, которое когда-то пришлось пережить ей самой.

Пак Чонхо обеспокоенно посмотрела на Хо Нарим, однако вскоре к ней подошла другая сотрудница, взяла за руку и осторожно увела в сторону.

Хо Нарим осталась одна под взглядами множества людей и лишь крепче сжала губы.

«Сестра даже в такой ситуации никогда не показала бы собственной слабости».

Все люди, которыми восхищалась Хо Нарим, были именно такими: сильными, невозмутимыми и способными самостоятельно преодолеть любые трудности, ни на кого не полагаясь.

Такими были Хо Нарён и Кам Тэджу, а Пэк Ёхён тоже всегда казался ей взрослым и надёжным человеком. На их фоне Хо Нарим, едва сдерживавшая готовые пролиться слёзы, чувствовала себя полной дурой.

Пока она изо всех сил старалась не заплакать, кто-то осторожно взял её за руку. Хо Нарим удивлённо опустила взгляд и увидела маленького призрака, который не появлялся уже несколько дней.

[Всё будет хорошо.]

Его голос звучал ласково и утешающе.

Существо, которого не мог увидеть никто другой, оказалось единственным, кто сейчас утешал Хо Нарим, и в этом была какая-то горькая ирония.

Позднее она уже не могла вспомнить, о чём думала во второй половине дня, поскольку лишь упорно выполняла свои обязанности среди коллег, которые исподтишка пренебрегали ею и смотрели свысока.

Пак Чонхо старалась обращаться с ней как обычно, однако натянутая улыбка создавала ощущение, будто теперь ей неловко находиться рядом с Хо Нарим, и именно это причиняло ещё большую боль.

[Нарим, позади тебя идёт человек.]

Стоило Хо Нарим лишь ненадолго погрузиться в оцепенение и едва не совершить ошибку, как маленький призрак сразу возвращал её к действительности. Только что она чуть не развернулась, не заметив пациента, который шёл прямо за ней.

В руках у неё находились шприц и образец взятой крови, поэтому, урони она их, внимание всего отделения немедленно оказалось бы приковано к ней.

— Спасибо тебе…

Хо Нарим почти беззвучно поблагодарила его, и маленький призрак слегка улыбнулся в ответ.

Он продолжал молча следовать за ней повсюду, временами держась за её руку или цепляясь за край брюк, однако это совершенно её не раздражало. Когда Хо Нарим заходила в туалет или переодевалась в раздевалке, он без лишних слов оставался снаружи и терпеливо ждал её возвращения.

[Приёмная мать уже наверняка закончила проверку и знает, что Пэк Ёхён из этого времени перед исчезновением приходил именно к тебе.]

Хо Нарим уже переоделась в обычную одежду и теперь направлялась на встречу с матерью Пэк Ёхёна, а маленький призрак говорил серьёзным голосом, словно предупреждал её о грозящей опасности.

[Скажи, что ты отказалась его принимать, но Пэк Ёхён всё равно пришёл по собственной воле. Тем более что именно так всё и произошло.]

Кроме того, он посоветовал позвать Пэк Соно, если Хо Нарим почувствует себя слишком неуютно. Приёмные родители были особенно снисходительны к родному сыну, поэтому в его присутствии наверняка не позволили бы себе говорить ничего неприятного.

— В этом нет необходимости. Мне всё-таки нужно выяснить, что именно она хочет сказать, раз решила так меня опозорить.

Хо Нарим приложила телефон к уху, изображая разговор, хотя на самом деле отвечала маленькому призраку. Тот некоторое время пристально смотрел на неё, а затем спросил:

[Ты всегда была настолько решительной?]

— Я ведь даже не выругалась, так почему ты спрашиваешь? Или успел во мне разочароваться?

Хо Нарим слегка приподняла один уголок губ. В начале отношений с Пэк Ёхёном она старалась показывать ему только лучшие стороны и постоянно следила за собой, поэтому теперь он, вероятно, видел её совершенно непривычной. В прошлый раз, услышав от неё ругательство, он тоже выглядел искренне удивлённым.

[Я вовсе не разочарован, потому что ты просто показалась мне очень смелой.]

— Из-за этого? У тебя довольно необычные вкусы.

[Даже когда тебе больно и страшно, ты всё равно не прячешься. Ты отличаешься от меня, и именно поэтому я считаю тебя смелой.]

— Обычно такие слова говорят о женщинах вроде моей сестры.

[Хо Нарён действительно сильный человек.]

Маленький призрак кивнул, соглашаясь с ней, а затем продолжил:

[Однако ты одновременно добрая и сильная, поэтому я никогда не мог заставить себя перестать смотреть именно на тебя.]

Теперь было уже слишком поздно говорить подобное.

Перед входом Хо Нарим заметила мужчину в чёрном костюме, который прежде сопровождал мать Пэк Ёхёна. Она убрала телефон в сумку и приблизилась, после чего мужчина вежливо поклонился и повёл её за собой.

[Мать любит воспитанных и вежливых людей. Тебе нет необходимости пытаться ей понравиться, однако я решил предупредить на всякий случай.]

Любой взрослый человек предпочитал, чтобы с ним разговаривали вежливо, поэтому это замечание не казалось особенно полезным.

Мужчина открыл заднюю дверь чёрного автомобиля. Увидев, что мать Пэк Ёхёна уже сидит внутри, Хо Нарим тоже забралась в салон.

— Полагаю, нам следует представиться заново. Меня зовут Чон Сеён, я мать Пэк Ёхёна.

— Меня зовут Хо Нарим.

— Надеюсь, вы не станете слишком переживать из-за того, что сегодня оказались в затруднительном положении по моей вине.

Это даже нельзя было назвать извинением, настолько двусмысленно прозвучали её слова. Хо Нарим нахмурилась и, даже не взглянув на Чон Сеён, ответила:

— То, что Пэк Ёхён не явился на свадьбу, было не моим решением. Это решил он сам.

Сидевший у неё на коленях маленький призрак энергично закивал в знак согласия, однако Чон Сеён, разумеется, не могла увидеть его бурной реакции.

— Разумеется, это так. Похоже, из-за моего глупого сына вы тоже оказались в неприятной ситуации, поэтому как его мать я даже чувствую некоторую вину.

Выражение лица Чон Сеён почти не менялось, и было трудно поверить, что она являлась родной матерью Пэк Соно, у которого все эмоции мгновенно отражались на лице. Ровный голос, совершенно лишённый волнения, тоже не позволял понять, о чём она думала.

— Однако именно поэтому я считаю, что вы, как младшая сестра Хо Нарён, должны были вести себя надлежащим образом.

— Что вы имеете в виду?

— Вы ведь знали, что Хо Нарён собиралась выйти замуж за нашего сына?

Хо Нарим ничего не ответила, однако Чон Сеён восприняла её молчание как подтверждение, и взгляд женщины стал заметно острее.

— В отличие от старшей сестры, ваши чувства сразу отражаются на лице. Не поймите меня неправильно, я говорю это без осуждения, потому что вы напоминаете мне моего сына и поэтому кажетесь довольно милой.

Под словом «сын» она наверняка подразумевала Пэк Соно, а не Пэк Ёхёна.

Хо Нарим украдкой посмотрела на Чон Сеён.

— При других обстоятельствах я бы вас ненавидела, ведь из-за вас наша семья стала посмешищем. Даже если всё произошло по решению Пэк Ёхёна, вы должны были немедленно обратиться в полицию, когда подобное случилось накануне свадьбы.

— Но тогда…

— Иного вывода, кроме того, что вы намеренно помешали свадьбе, потому что не хотели на неё идти, сделать невозможно. Особенно учитывая, что в подвале находился неизвестный человек.

Для тех, кто не знал, что Пэк Ёхён в тот момент казался мёртвым, подобные подозрения действительно были вполне естественными. Хо Нарим приоткрыла рот, однако так и не смогла найти достойного ответа.

— Вам следует считать большим везением то, что Пэк Ёхён не умер.

Чон Сеён посмотрела на неё и улыбнулась.

— Благодаря этому теперь вы стали моей спасительницей.

«Теперь?»

Чон Сеён впервые улыбнулась по-настоящему, однако её двусмысленные слова прозвучали особенно зловеще.

— Что вы имеете в виду?

— Я хочу сказать, что испытываю благодарность к вам, Нарим. Что касается недавней сцены в больнице, там было слишком много посторонних глаз, поэтому иначе поступить не получилось… Но в ближайшее время я распоряжусь, чтобы слухи утихли.

Чон Сеён явно относилась к тем людям, которые говорили лишь то, что сами считали нужным. На вопрос Хо Нарим она так и не дала внятного ответа, зато теперь рассуждала таким тоном, словно великодушно делала ей одолжение, и от подобной манеры общения становилось просто не по себе.

[Нарим.]

Маленький призрак заметил выражение её лица и покачал головой, словно предупреждая, что, даже если она недовольна, сейчас лучше потерпеть и промолчать.

Хо Нарим по-прежнему не понимала истинных намерений Чон Сеён, однако результат в любом случае оказался для неё не самым плохим. Благодаря тому, что произошедшее в подвале удалось замять, она довольно быстро выбыла из числа подозреваемых и смогла вернуться к привычной жизни.

«А вот насчёт того, чтобы прекратить слухи… Не знаю, насколько это поможет мне вернуть доверие Пак Чонхо».

Пожалуй, сейчас разумнее было уйти, прежде чем она успеет сказать что-нибудь лишнее. Конечно, Хо Нарим раздражало, что ей так и не удалось отплатить Чон Сеён той же монетой, однако почему-то возникло стойкое предчувствие, что их знакомство на этом вовсе не закончится.

— Если мы уже всё обсудили, могу я тогда пойти?

— Разумеется. Получается, я без необходимости задержала занятого человека.

С приветливой улыбкой Чон Сеён предложила довезти её до дома, и, услышав, как она велит водителю ехать к дому Хо Нарён, Нарим мысленно только присвистнула.

«Она даже не пытается скрывать, сколько обо мне знает».

Чон Сеён совершенно открыто показывала, что располагает личной информацией и о Хо Нарим, и о Хо Нарён. Более того, она даже не стала спрашивать ответа и просто решила всё сама, словно безоговорочно была уверена, что в любых отношениях именно она занимает более высокое положение.

«Наверное, ей просто привычно всегда быть сверху».

Трудно было поверить лишь в то, что у такой женщины мог вырасти родной сын вроде Пэк Соно.

«Гораздо правдоподобнее звучало бы, если бы именно Соно оказался приёмным».

После этого между ними надолго воцарилась тишина. Чон Сеён тоже не пыталась заводить разговор и лишь смотрела в окно, поэтому Хо Нарим опустила взгляд на телефон. Некоторое время она размышляла, как всё-таки заговорить с Чон Сеён, а затем первой нарушила молчание:

— Когда именно вы собираетесь разобраться со слухами?

— Вы имеете в виду слухи в больнице?

— Да. Из-за них мне было довольно неуютно под чужими взглядами.

Только после этого откровенного признания Чон Сеён повернула голову и посмотрела на неё.

— Понятно.

В её бесстрастном взгляде не было ни сочувствия, ни сопереживания, однако она, по крайней мере, безошибочно понимала, чего именно от неё хотят.

— Тогда завтра.

— Мне хотелось бы знать, как именно вы собираетесь всё уладить, чтобы я понимала, как следует себя вести.

— Вам ничего делать не придётся.

Чон Сеён скрестила руки на груди и принялась размеренно постукивать пальцами по предплечью, продолжая говорить мягким, почти наставительным тоном:

— Просто некоторое время молчите и позвольте событиям идти своим чередом. Очень скоро всё придёт к тому результату, который вам нужен.

По выражению Чон Сеён было понятно, что она считает своё объяснение исчерпывающим и совершенно не желает, чтобы её продолжали беспокоить дальнейшими расспросами.

[Думаю, лучше больше с ней не спорить.]

Маленький призрак мягко попытался остановить Хо Нарим.

[Она не любит, когда ей докучают.]

Ей показалось или его голос действительно слегка дрожал?

— Хорошо, я поняла.

Хо Нарим всё ещё чувствовала недовольство, однако раз даже маленький призрак советовал прекратить расспросы, продолжать допытываться было бессмысленно.

Вскоре автомобиль плавно остановился перед домом Хо Нарён. Чон Сеён посмотрела на Нарим так, словно без единого слова приказывала ей выходить, и та с трудом подавила тяжёлый вздох. До самого конца эта женщина обращалась с ней так, будто перед ней находилась подчинённая, и Хо Нарим невольно задумалась, так же ли она вела себя с Пэк Ёхёном.

Когда снаружи открыли дверь, Нарим вышла из машины и услышала вслед голос Чон Сеён:

— Вы сегодня хорошо потрудились.

Было очевидно, что это лишь дежурная вежливость, однако Хо Нарим всё равно повернулась к машине и мягко улыбнулась.

— Добирайтесь осторожно.

В конце концов, не стоило давать Чон Сеён повод передумать насчёт помощи, которую та обещала оказать завтра.

[Хорошо справилась, Нарим.]

Провожая взглядом удаляющуюся машину, Хо Нарим перестала улыбаться, и маленький призрак тут же попытался её успокоить.

Если он хвалил её за подобное поведение и считал именно такой способ общения правильным, то сколько же самому Пэк Ёхёну пришлось терпеть рядом с Чон Сеён?

— …

Вопросов у Хо Нарим было множество, однако она предпочла промолчать, потому что ей не следовало узнавать ответы, да и сама она не была уверена, что действительно хочет их знать.

[Ты разве не идёшь домой?]

Увидев, что Хо Нарим направилась в противоположную от входа сторону, маленький призрак озадаченно посмотрел на неё и недовольно покосился на ногу в гипсе, словно возмущаясь тем, что вместо отдыха дома она опять куда-то собралась.

— Мне нужно кое-куда сходить.

[Куда именно?]

На улице почти не было людей, однако Хо Нарим всё равно надела наушники, чтобы теперь, пока она шла с телефоном в руке, окружающим могло показаться, будто девушка просто с кем-то разговаривает.

— К дому, где я жила раньше.

[Зачем тебе туда идти? Ты ведь всё равно не сможешь войти, пока там продолжается расследование.]

— Я знаю, однако всё равно хочу посмотреть.

Хо Нарим на мгновение крепко сжала губы, а затем продолжила:

— Потому что сестра наверняка не станет ничего объяснять мне подробно.

Под предлогом того, что хочет меня защитить.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Добравшись на такси до района, где находился её прежний дом, Хо Нарим огляделась по сторонам и сразу заметила, что вокруг было гораздо тише, чем она ожидала.

— Я думала, сюда набежит толпа любопытных и будет глазеть на дом.

[Здесь живут другие люди, которым это тоже доставило бы неудобства, да и мои приёмные родители старались замять произошедшее.]

Маленький призрак осторожно погладил своими крошечными ладонями её ногу в гипсе.

[Хотя по району слухи наверняка всё равно понемногу разошлись. У тебя нога не болит?]

— Уже почти не болит.

Хо Нарим ещё немного осмотрелась, после чего пошла дальше, а маленький призрак поспешил следом за ней на своих коротких ногах.

Она направилась в небольшое частное кафе неподалёку, куда раньше нередко заглядывала после работы за кофе и десертами.

— Добро пожало… Ох.

Хозяйка кафе, уже собиравшаяся поприветствовать посетительницу, внезапно осеклась и удивлённо заморгала.

«Значит, она знает о том, что произошло у меня дома».

Вытащив наушники из ушей, Хо Нарим приветливо улыбнулась.

— Как вы поживаете?

— Хорошо, но гораздо важнее, как поживаете вы, Нарим.

— Я тоже понемногу прихожу в себя… Просто проходила неподалёку и вдруг вспомнила о ваших десертах, поэтому решила зайти.

Хо Нарим естественным движением отвела взгляд и принялась рассматривать витрину, однако всё равно чувствовала, что хозяйка продолжает внимательно наблюдать за ней. Возможно, со стороны это выглядело так, словно Нарим намеренно уклонилась от прямого ответа, впрочем, именно такого впечатления она и добивалась.

— Вы, наверное… очень тяжело всё это переживаете?

В нерешительном голосе женщины слышалась осторожность, и, услышав этот вопрос, Хо Нарим медленно моргнула, словно совершенно не ожидала ничего подобного.

— Ах…

Через мгновение уголки её глаз опустились, а на губах появилась горьковатая улыбка.

— Значит, вы уже слышали.

[Я и раньше об этом думал, но, Нарим, у тебя определённо есть талант к актёрской игре.]

Из-за вмешательства маленького призрака Хо Нарим едва не выбилась из роли.

— Да, всё-таки район небольшой, поэтому кое-что услышала от посетителей. Да и полиция постоянно приезжала и уезжала.

К счастью, хозяйка продолжила говорить прежде, чем выражение лица Нарим успело измениться, поэтому та быстро взяла себя в руки.

«Интересно, сколько именно она знает?»

Хо Нарим хотелось выяснить, не слышала ли хозяйка чего-нибудь ещё, пока полиция постоянно появлялась поблизости, однако торопиться она не стала и сначала заказала кофе с десертом.

Когда хозяйка предложила угостить её кофе за счёт заведения, Нарим поспешно замахала руками, отказываясь.

[Почему тебя так интересует дело, которое уже вроде бы благополучно закончилось?]

Похоже, маленький призрак только теперь догадался, зачем она на самом деле сюда пришла, и спросил с явным недоумением. По его тону можно было подумать, что он совершенно не понимает, зачем Хо Нарим снова ворошит уже закончившуюся историю, хотя обеспокоенное выражение лица скорее говорило о том, что спрашивает он вовсе не с осуждением.

— Сегодня здесь тихо, поэтому можете спокойно посидеть столько, сколько захотите.

Видимо, желая таким образом проявить заботу, хозяйка поставила перед ней тарелку, на которой помимо заказанного десерта лежало ещё одно пирожное макарон.

— Это угощение для постоянных гостей.

— Правда, не стоило ничего дополнительно приносить.

— Только не поймите неправильно, я действительно иногда угощаю и других постоянных посетителей.

Хо Нарим тихо рассмеялась в ответ на её невозмутимый тон. Хозяйка наверняка и сама хотела о многом её расспросить, однако вместо этого просто вернулась за стойку.

Потягивая кофе, Хо Нарим смотрела на улицу за окном и думала о том, что теперь ей, скорее всего, почти никогда не придётся возвращаться в этот район.

«Я сама почти ничего не помню, но мне говорили, что в детстве мы жили здесь всей семьёй».

В то время оба родителя ещё были живы. Позднее отец погиб в результате несчастного случая, а мать, как рассказывали Хо Нарим, ещё вскоре после её рождения завела другого мужчину и сбежала с ним.

[Нарим, поешь торт.]

Маленький призрак легонько постучал по тыльной стороне её ладони, словно подгоняя. Видимо, его беспокоило, что Хо Нарим, которая обычно так любила сладкое, сейчас совершенно не обращала внимания на десерт.

Она взяла вилку, однако лишь продолжила смотреть на торт, так к нему и не притронувшись.

«Возможно, я так упрямо решила жить здесь одна именно потому, что хотела понять, какой была наша жизнь, когда мы ещё оставались обычной семьёй. Хотя сестра так настойчиво пыталась меня отговорить».

Дом числился за их отцом, поэтому платить за жильё Хо Нарим не приходилось, однако сам район нельзя было назвать особенно безопасным для женщины, живущей в одиночестве.

В отличие от Нарим, которая словно цеплялась за это место, Хо Нарён, напротив, будто старалась забыть о нём как можно скорее. Возможно, старшая сестра, в отличие от неё, помнила, как мать бросила их, и именно поэтому хотела оставить в прошлом всё, что было связано с этим домом.

— Кстати, теперь вашей сестре, наверное, тоже почти незачем будет сюда приезжать. А ведь она любила наш кофе.

— Сестра часто сюда приходила?

— Разумеется. Она очень внимательно заботилась о прежних жильцах.

Хо Нарим удивлённо посмотрела на хозяйку.

— Я слышала, что при выборе жильцов она в первую очередь отдавала предпочтение женщинам, которым было тяжело с деньгами. А потом ещё регулярно приезжала проверять, всё ли у них в порядке, безопасно ли здесь и не возникло ли каких-нибудь других проблем. Помню, я тогда подумала, что для такого молодого человека ваша сестра невероятно ответственная.

— Вот как. Она почти никогда не рассказывает о себе, поэтому я этого не знала.

— Правда? Она иногда приезжала даже тогда, когда вас здесь не было, поэтому я думала, что вы обо всём знаете.

— Сестра до сих пор считает меня ребёнком, поэтому почти ничего мне не рассказывает и постоянно опекает сверх всякой меры.

Хо Нарим легко рассмеялась, однако, когда хозяйка отвернулась и вернулась за стойку, улыбка тут же исчезла из её глаз.

«Она приезжала сюда даже тогда, когда меня не было?»

Об этом Хо Нарим слышала впервые.

«Неужели сестра действительно хотела забыть это место… или, наоборот, была настолько с ним связана, что никак не могла окончательно отпустить?»

Хо Нарим совершенно не понимала намерений Хо Нарён.

Хо Нарим попросила у хозяина кафе разрешения забрать с собой нетронутые торт и макаруны, аккуратно упаковала их, после чего поспешно вышла на улицу и сразу же набрала номер Пэк Соно.

[Зачем тебе звонить Соно?]

Маленький призрак не поспевал за её быстрым шагом и в какой-то момент уже устроился у неё на плечах, свесив ноги по обе стороны шеи.

Подобное поведение казалось не слишком уместным по отношению к бывшей девушке, и Хо Нарим невольно задумалась, не лишился ли Пэк Ёхён после превращения в призрака заодно и некоторых представлений о приличиях.

Это немного её смущало, однако никакой тяжести она всё равно не ощущала, поэтому решила не обращать внимания.

— Мне нужно кое-что проверить.

[Что именно? Если хочешь расспросить о расследовании, разве не лучше обратиться к Хо Нарён?]

Он не произнёс продолжение вслух, однако Хо Нарим прекрасно понимала, что именно тот хотел добавить: сестра ответит на любой её вопрос.

Наверняка и в недавнем разговоре маленький призрак не заметил ничего особенно странного, и то же самое, вероятно, относилось к хозяину кафе. Хо Нарён нередко приходила в дом даже тогда, когда Хо Нарим там не жила, объясняя свои визиты необходимостью присматривать за жильём и прежними арендаторами. Кроме того, она предпочитала сдавать дом преимущественно женщинам.

«А что, если она делала это именно затем, чтобы жильцы, как и я, не пытались спуститься в подвал?»

Большинство женщин, живущих в одиночку, едва ли решились бы самостоятельно спуститься в тёмный подвал, где даже не было освещения. А что, если Хо Нарён с самого начала знала о женщине внизу и именно поэтому так часто наведывалась в дом?

Возможно, Хо Нарим слишком далеко заходила в своих предположениях, однако её сестра была очень занятым человеком.

Если требовалось всего лишь узнать, всё ли в порядке, можно было ограничиться телефонным звонком, поэтому постоянные личные визиты действительно выглядели странно. Именно потому, что Хо Нарим слишком хорошо знала сестру, некоторые детали теперь и начали вызывать у неё подозрения.

— Алло? Нарим?

Ответивший Пэк Соно удивлённо произнёс её имя, явно не ожидая звонка от такого человека.

«Впрочем, мы и правда не настолько близки, чтобы созваниваться».

В конце концов, она была бывшей девушкой и его друга, и его старшего брата, а вдобавок оставила Пэк Ёхёна в опасности и обратилась за помощью далеко не сразу.

— Соно.

Если Хо Нарим хотела получить подробную информацию о расследовании, вероятно, быстрее всего было бы попросить помощи у Хо Нарён или Кам Тэджу, поскольку никто из них не стал бы ей отказывать. Однако оба воспринимали Хо Нарим как человека, которого необходимо прежде всего защищать, поэтому наверняка не сообщили бы ей абсолютно всё без утайки.

— Я хотела кое о чём спросить. Ты можешь сейчас разговаривать?

— Могу, но… Подожди немного.

В трубке послышались торопливые шаги, словно Пэк Соно куда-то переходил, а вскоре следом раздался звук закрывшейся двери.

— Теперь можешь говорить.

Судя по лёгкому эху, он, вероятно, находился на лестнице у аварийного выхода.

— Ты сейчас в больнице?

— Что?! Откуда ты узнала? Ты что, установила в моём телефоне программу для отслеживания?!

«Разумеется, нет».

Хо Нарим с трудом удержалась от тяжёлого вздоха, а маленький призрак тем временем надавил пальцем ей между бровей.

[У нашей Нарим так давление поднимется.]

С каких это пор она стала «нашей Нарим»?

Хо Нарим махнула рукой, словно отгоняя назойливую муху, и маленький призрак сразу поник, будто его ужасно обидели, однако она не стала обращать на это внимания.

— Я просто услышала эхо в голосе, а ещё звук двери был другим.

— А, вот оно что. Я уже подумал неизвестно что. В последнее время я почти постоянно нахожусь в палате брата. Вряд ли родители внезапно придут, однако при них мне было бы неудобно разговаривать по телефону.

— Они вообще навещают его?

— Если честно, после первого дня больше не приходили.

Хо Нарим украдкой посмотрела на маленького призрака, однако тот ничем не показал, что услышанное его задело. Его бесстрастное лицо скорее выглядело так, словно он заранее ожидал именно такого отношения и уже давно с ним смирился.

«Почему я вообще продолжаю беспокоиться о его чувствах?»

Хо Нарим тут же пожалела, что невольно посмотрела на него, а Пэк Соно тем временем спросил:

— Так о чём ты хотела меня расспросить?

— Слушай, тебе что-нибудь известно о женщине, которую мы нашли в подвале?

— Что? А почему ты спрашиваешь об этом меня? Разве не проще спросить Хо Нарён?

— Сестра говорит, что всё в порядке и мне не следует об этом беспокоиться. Она и так выглядит очень занятой, поэтому мне неудобно постоянно её расспрашивать, однако всё произошло в моём доме, и я никак не могу перестать об этом думать.

— Понимаю. Она иногда приходит сюда, и в последнее время действительно выглядит довольно уставшей.

Получалось, что Хо Нарён навещала ещё и Пэк Ёхёна, хотя совершенно ясно говорила, что не испытывала к нему романтических чувств.

«Может быть, у неё есть другая причина? Или она просто считает своим долгом навещать человека, за которого едва не вышла замуж?»

Если учитывать положение приёмных родителей Пэк Ёхёна, второй вариант тоже выглядел вполне правдоподобно. Пусть свадьба и сорвалась, поддерживать с ними хорошие отношения всё равно могло быть полезно.

— Я тоже знаю не так много, однако, по словам Тэджу, у неё, похоже, психическое расстройство.

— Если она действительно долгое время была заперта в том подвале, было бы гораздо удивительнее, если бы её психика совсем не пострадала.

Хо Нарим с горечью вспомнила помещение, которое совершенно не подходило для человеческой жизни.

— Это правда. В любом случае нормально разговаривать с ней пока невозможно, поэтому сейчас полиция в основном проверяет заявления о недавно пропавших людях.

— А подозреваемого до сих пор не нашли?

— Пока нет. Они просматривают записи с камер наблюдения, однако никаких подозрительных людей, которые регулярно приходили бы к дому, вроде бы не обнаружили. Прежние жильцы тоже говорят, что боялись подвала и никогда туда не спускались.

Пэк Соно добавил, что никто из них прежде даже не слышал оттуда человеческого голоса, и Хо Нарим невольно нахмурилась.

Почему же женщина всё это время словно не существовала, а после переезда Хо Нарим внезапно начала подавать признаки жизни? Хотя первой дверь в подвал открыла сама Хо Нарим, когда пыталась спрятать там тело Пэк Ёхёна.

— Кстати, помнишь галеты и остальные продукты, которые лежали в подвале?

— Помню.

— Судя по относительно свежим срокам годности, полиция предполагает, что кто-то продолжал снабжать женщину едой.

— Они проверяли отпечатки пальцев на замке?

— Отпечатки были, однако в основном принадлежали бывшим жильцам, которые время от времени проверяли, всё ли там в порядке.

— А отпечатки моей сестры?

— Про отпечатки Хо Нарён я ничего не слышал, однако они вполне могут там быть. Но почему ты спрашиваешь именно об этом?

— Просто слышала, что она часто приходила в тот дом.

Пэк Соно замолчал, и Хо Нарим тут же напряглась, заподозрив, что слишком явно выдала собственные сомнения относительно Хо Нарён. Она считала Пэк Соно не особенно проницательным человеком, однако, возможно, всё это время ошибалась.

— Ты ведь не подозреваешь Хо Нарён? Собственную старшую сестру? Неужели думаешь, что она знала о женщине в подвале и сознательно оставляла её там?

Похоже, иногда Пэк Соно всё-таки умел замечать очевидное. Судя по удивлённому выражению маленького призрака, подобная проницательность стала неожиданностью даже для него, а сам Пэк Соно задавал вопросы таким тоном, словно подозрения Хо Нарим возмущали прежде всего его, поэтому она не сразу нашлась, что ответить.

Пока Хо Нарим пыталась придумать подходящее объяснение, он снова заговорил:

— Слушай, Нарим.

— Я слушаю.

— Я понимаю, что сейчас тебе очень тяжело, правда понимаю. Но всё-таки… Чёрт.

Пэк Соно тяжело вздохнул, а затем, словно наконец решившись высказать то, что всё это время удерживал в себе, продолжил:

— Ты хотя бы пытаешься ей поверить?

— Что ты хочешь этим сказать?

— Хо Нарён ведь твоя родная сестра. Разве не она заботилась о тебе и растила тебя, когда рядом не было родителей?

Хо Нарим крепко сжала губы и ничего не ответила.

— Я не знаю всех подробностей того, что происходило в твоей жизни, однако ведь и ты не знаешь всего о том, через что пришлось пройти Хо Нарён.

Хо Нарим продолжала молча слушать, хотя ей хотелось возразить, спросить, что он вообще об этом знает, и сказать, будто она сама мечтала начать подозревать сестру. Однако голос Пэк Соно звучал настолько спокойно и одновременно печально, словно эта ситуация ранила прежде всего его самого, что Хо Нарим так и не смогла его перебить.

— В полицейском участке я видел человека, который по-настоящему любит тебя и беспокоится о тебе.

«Я и сама это знаю».

Эти слова застряли у Хо Нарим в горле, однако какая разница, знает она это или нет, если сейчас всё равно продолжает подозревать сестру?

— Мне, наверное, вообще не следует тебе такое говорить, Нарим.

— Продолжай.

— Постарайся хотя бы немного довериться Хо Нарён. По тому, что я видел, если она и станет что-нибудь делать, то только ради тебя.

Лишь после этой почти умоляющей просьбы Хо Нарим наконец поняла причину поведения Пэк Соно и осознала, почему именно сейчас он вдруг оказался настолько проницательным.

«Соно любит мою сестру».

Причём, судя по всему, его чувства были совершенно искренними. Хо Нарим не знала, замечала ли их проницательная Хо Нарён, однако сам Пэк Соно действительно переживал за неё.

— Наверняка в жизни Хо Нарён тоже был период, когда ей приходилось терпеть не меньше, чем сейчас приходится тебе.

— Ты прав… Я слишком поспешила с выводами.

— Нет! Я вовсе не собирался тебя отчитывать. В итоге получилось, будто я читаю тебе нотации, хотя сам ничего не знаю о вашей семье. Прости, что вообще полез не в своё дело.

Услышав его торопливые извинения, Хо Нарим горько улыбнулась, однако всё же постаралась ответить как можно бодрее:

— Всё в порядке. Лучше расскажи, как сейчас Пэк Ёхён.

— Он просто пока не приходит в сознание, а физически с ним всё нормально. Я остаюсь рядом на всякий случай.

— Если он очнётся, пожалуйста, сообщи и мне.

— Хорошо. И всё-таки я правда не хотел тебя осуждать, поэтому, если мои слова тебя задели, прости.

Теперь Хо Нарим начинала понимать, почему Пэк Ёхён называл Пэк Соно добрым человеком. Он был простоватым и временами до нелепости наивным, однако ненавидеть его за это было невозможно.

— Всё действительно хорошо.

И всё же от осознания того, что такой человек находится не на её стороне, становилось горько.

Завершив разговор, Хо Нарим медленно присела прямо у края улицы, а маленький призрак беспокойно заглянул ей в лицо, явно не понимая, что произошло.

— Да уж, с ума сойти можно.

Изначально она не возлагала на Пэк Соно особых надежд, однако всё же считала его подходящим человеком, от которого можно получить хотя бы какую-то информацию.

[Что случилось, Нарим?]

— Ничего особенного.

Хо Нарим посмотрела на маленького призрака, который тревожно положил ладони ей на колени и не сводил с неё глаз. Прохожие уже начали украдкой коситься на девушку, присевшую посреди улицы, однако ей больше не с кем было говорить откровенно, поэтому под тяжестью переполнявших душу чувств она всё же тихо пробормотала:

— Получается, у меня нет ни одного человека, который был бы полностью на моей стороне.

Хо Нарим прожила не так уж много лет, однако сейчас ей казалось, будто всю свою жизнь она потратила впустую. Она отчаянно училась, а затем старалась как можно скорее устроиться на работу, лишь бы не становиться обузой для старшей сестры, поэтому так и не обзавелась настоящими друзьями, а мужчины, которым она открывала сердце, один за другим покинули её.

[Но ведь у тебя есть я.]

Однако эти слова совершенно не могли её утешить. Хо Нарим лишь горько усмехнулась и молча поднялась, а маленький призрак проводил её взглядом с таким выражением, словно она только что глубоко его ранила.

— Я вернулась.

— Ты сегодня много работала, должно быть, устала.

Хо Нарим встретила Хо Нарён, которая вошла в квартиру с утомлённым выражением лица, однако стоило старшей сестре увидеть её, как на губах почти рефлекторно появилась слабая улыбка. В такие моменты Хо Нарён порой напоминала главу семейства, с умилением смотрящего на любимую и послушную дочь, хотя разница в возрасте между ними составляла всего несколько лет.

— Как продвигается расследование после всего произошедшего?

— Ничего особенного не случилось, поэтому тебе не о чем беспокоиться.

Именно такого ответа Хо Нарим и ожидала. Хо Нарён ласково погладила её по голове, и этот жест словно проводил между ними невидимую границу, давая понять, что младшей сестре не следует забивать голову даже подобными вещами.

Хо Нарим это не понравилось, однако она постаралась ничем не выдать своего недовольства и снова заговорила:

— Сестрёнка.

— Что такое?

— Ты ведь собираешься продать папин дом?

Хо Нарён, успевшая переодеться в домашнюю одежду, ненадолго замолчала после этого вопроса, а затем мягко улыбнулась.

— Я пока об этом не думала, но ты хочешь, чтобы мы его продали?

— Да, после всего случившегося мне и самой было бы неприятно возвращаться туда.

— Это понятно, однако раньше именно ты говорила, что не хочешь продавать имущество, которое оставил нам отец.

— Тогда я думала… что когда-нибудь мы с тобой, возможно, снова поселимся там вместе.

Хо Нарён подошла к сидевшей на диване Хо Нарим, а та украдкой посмотрела на сестру, словно пытаясь оценить её реакцию, и продолжила.

Говорить о матери ей всегда было неловко, поскольку Хо Нарим казалось, что подобными словами она капризничает перед Хо Нарён, которая изо всех сил старалась заменить ей обоих родителей.

— Ты ведь рассказывала, что тот дом был последним местом, где мы жили вчетвером.

Словно прочитав её мысли, Хо Нарён в подобных ситуациях, напротив, становилась ещё ласковее, поэтому погладила мягкую щёку младшей сестры и тихо спросила:

— Ты думала, что мама однажды может вернуться в тот дом?

«Значит, она всё-таки давно это понимала».

Впрочем, Хо Нарён и без того отличалась проницательностью, а во всём, что касалось Хо Нарим, замечала особенно многое.

— Только ты помнишь маму, а у меня вообще не осталось воспоминаний о ней. Я знаю, что она бросила нас и ушла, однако мне всё равно было любопытно. Иногда я думала, что она могла пожалеть о своём поступке и однажды вернуться.

Хо Нарим почувствовала на себе взгляд маленького призрака, сидевшего на спинке дивана. Если задуматься, Пэк Ёхёну она когда-то сказала лишь, что родителей у неё нет, однако никогда не рассказывала всех подробностей.

«Всё-таки такой семейной историей особенно не похвастаешься».

На самом деле, если бы маленький призрак не рассказал ей, что самого Пэк Ёхёна усыновили лишь для того, чтобы он служил живым оберегом от несчастий, Хо Нарим едва ли решилась бы сейчас говорить обо всём настолько открыто.

Хо Нарён продолжала молчать, и Хо Нарим не знала, какие именно мысли занимали её сестру, однако подозревала, что у той на душе всё было гораздо сложнее, чем у неё самой. Понимая, что ответа, вероятно, не последует, Хо Нарим первой нарушила молчание:

— Вообще-то я хотела кое-что сказать тебе, когда ты вернёшься.

— О чём именно?

— Я хочу начать жить самостоятельно.

— Нарим…

— Я не собираюсь возвращаться в старый дом.

Хо Нарим поспешно продолжила, не позволив сестре даже договорить:

— Я понимаю, что это лишние расходы, и знаю, что могла бы остаться у тебя, накопить денег, а потом уже спокойно съехать. Я прекрасно понимаю, что просто упрямлюсь.

— Тогда зачем тебе это нужно?

— Мне не нравится, что я во всём завишу только от тебя.

Если говорить точнее, Хо Нарим никак не могла избавиться от чувства вины из-за того, что гораздо более способная и успешная Хо Нарён словно была связана по рукам и ногам грузом в лице младшей сестры. Кроме того, после того как она начала подозревать Хо Нарён из-за нынешнего происшествия, оставаться рядом с ней как ни в чём не бывало казалось особенно бессовестным.

«Если я продолжу жить рядом с сестрой, ничего хорошего из этого не выйдет. И ради меня самой, и ради неё будет лучше немного отдалиться».

Признаться прямо, что она подозревает Хо Нарён, Хо Нарим не смогла, поэтому ограничилась этими словами, однако на лице старшей сестры всё равно появилось печальное выражение.

— Ты решила съехать из-за того, что произошло с Пэк Ёхёном?

Полностью отрицать это Хо Нарим тоже не могла, поэтому предпочла ничего не отвечать. Хо Нарён несколько раз приоткрыла губы, словно собираясь что-то сказать, а затем медленно вздохнула.

— Я поняла, чего ты хочешь, и останавливать тебя не стану. Однако до тех пор, пока дом не будет продан, может быть, поживёшь здесь?

Хо Нарён добавила, что имущество принадлежало их отцу, поэтому деньги от продажи они разделят пополам. По всей видимости, она предлагала младшей сестре использовать свою долю как средства для самостоятельной жизни.

Хо Нарим опасалась, что сестра продолжит категорически возражать, поэтому такой результат можно было считать вполне удачным. Согласившись кивком, она перешла ко второй важной теме.

— И ещё я хочу хотя бы раз встретиться с женщиной, которую нашли в подвале.

— Зачем?

На мгновение взгляд Хо Нарён стал острым, а её брови раздражённо приподнялись, и подобное выражение Хо Нарим почти никогда прежде не видела на лице сестры. Правда, Хо Нарён быстро поняла, что невольно выдала свои чувства, и поспешно вернула лицу привычное спокойствие.

— Сейчас она не в состоянии разговаривать, потому что её психика сильно нарушена.

Значит, Пэк Соно говорил правду.

— Даже мне пока не удалось нормально с ней поговорить, поэтому, может быть, тебе лучше навестить её позже? Я беспокоюсь, что она может несправедливо выместить свой гнев на тебе, хотя ты ни в чём не виновата.

Опасение звучало вполне разумно, поэтому Хо Нарим некоторое время делала вид, будто всерьёз обдумывает слова сестры, однако затем всё равно покачала головой.

На самом деле сейчас Хо Нарён вела себя именно так, как Хо Нарим и предполагала. Как уже неоднократно становилось ясно, старшая сестра опекала её гораздо сильнее, чем это было необходимо.

— И всё-таки я хочу её увидеть. Я могла помочь ей гораздо раньше, но не сделала этого, поэтому хотя бы хочу попросить прощения.

А вот от кого именно Хо Нарён так усердно пыталась её защищать, Хо Нарим теперь собиралась выяснить сама.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Хо Нарён так и не смогла отказать младшей сестре.

[Хо Нарён действительно не умеет тебе отказывать.]

По выражению её лица было совершенно очевидно, что сама она вовсе не хотела соглашаться, однако в конце концов всё равно уступила просьбе Хо Нарим. Лишь добившись от старшей сестры твёрдого обещания, что после работы они вместе навестят ту женщину, Нарим вчера наконец смогла удовлетворённо лечь спать.

На следующий день маленький призрак снова повсюду следовал за работавшей Хо Нарим и непрерывно болтал, хотя отвечать ему она не могла, поскольку со стороны это выглядело бы так, будто она разговаривает сама с собой.

[Похоже, мать действительно хорошо всё уладила, потому что по сравнению со вчерашним днём атмосфера здесь хотя бы немного изменилась.]

И слова маленького призрака действительно соответствовали действительности.

«Утром я ещё удивилась, когда узнала, что директор больницы вызвал Пак Чонхо».

— Оказывается, ты помогла знакомой директора больницы? Кажется, речь шла о той женщине, которая приходила вчера. Директор решил, что помощь оказала я, и поблагодарил меня.

— Я объяснила, что, скорее всего, это сделала Нарим. Судя по всему, та женщина приходится директору родственницей, потому что он выглядел очень благодарным.

Хо Нарим вспомнила слова, которые улыбающаяся Пак Чонхо произнесла утром. Она по-прежнему не понимала, зачем Чон Сеён воспользовалась её именем, однако теперь, по крайней мере, больше не подозревала, что за этим мог скрываться какой-то дурной умысел.

Наверняка Пак Чонхо уже сама объясняла другим медсёстрам, что вчерашняя ситуация возникла из-за недоразумения.

[Насколько я знаю, директор больницы приходится моей матери двоюродным родственником по её материнской линии.]

«Ну конечно, они там всё между своими поделили».

Куда ни посмотри, одни богачи были окружены другими богачами.

Хо Нарим помрачнела, однако слегка кивнула, показывая маленькому призраку, что поняла его объяснение.

«Если лично вмешивается самый высокопоставленный человек во всей больнице, это действительно сразу привлечёт внимание, а нужные слухи разойдутся гораздо быстрее».

Единственное, что продолжало её озадачивать, заключалось в том, что директор вызвал не саму Хо Нарим, а Пак Чонхо, ведь Чон Сеён явно была не тем человеком, который мог просто перепутать их.

«Может быть, она успела понять характер Пак Чонхо и решила, что та не захочет видеть, как меня несправедливо обвиняют, поэтому сама начнёт объяснять всем, что произошло недоразумение?»

Неужели Чон Сеён действительно смогла настолько точно понять чужой характер за столь короткое время?

Конечно, такой способ был куда надёжнее, чем если бы Хо Нарим сама ходила по больнице и пыталась перед всеми оправдываться. Однако если Чон Сеён действительно рассчитала всё именно так, то от этого становилось лишь тревожнее.

«Похоже, иметь дело с ней будет гораздо сложнее, чем я думала».

Хо Нарим украдкой посмотрела вниз на маленького призрака. Не имея ни малейшего представления о её мыслях, он встретился с ней взглядом и чисто улыбнулся, а его лицо, несмотря на грязноватую одежду, настолько сильно напоминало Пэк Ёхёна, что выглядело удивительно милым.

[Нарим, тебе не нужно ни с чем помочь?]

«Пожалуйста, не улыбайся так, потому что я совершенно не хочу к тебе привязываться».

Хо Нарим проигнорировала вопрос маленького призрака и резко отвернулась, причём ей даже не требовалось смотреть на него, чтобы представить, как его лицо мгновенно стало несчастным.

[Нарим… Неужели я настолько некрасивый?]

Этот призрак что, вообще никогда не смотрелся в зеркало? С такой внешностью он вполне мог бы затмить любого ребёнка-актёра.

«Хорошо хотя бы, что сейчас он выглядит ребёнком».

Интересно, какие чувства испытывала бы Хо Нарим, если бы призраком стал взрослый Пэк Ёхён и целыми днями неотступно находился рядом с ней? Вероятно, он одновременно ужасно раздражал бы её и ещё сильнее мешал забыть о себе.

[Значит, я всё-таки некрасивый…]

Маленький призрак совершенно не давал ей возможности надолго погрузиться в меланхоличные размышления, поэтому Хо Нарим тяжело вздохнула и вернулась к работе.

Даже после того как недоразумение начало постепенно проясняться, некоторые сотрудники всё ещё держались с ней неловко и отстранённо, поэтому большую часть времени она проводила одна.

Маленький призрак тоже иногда куда-то исчезал, и в отсутствие Пак Чонхо Нарим порой тайком пряталась в туалетной кабинке, садилась на закрытую крышку унитаза и позволяла себе немного отдохнуть.

На этот раз, чтобы хотя бы ненадолго перевести дыхание, она спряталась на редко используемой лестнице у аварийного выхода в подземной части здания.

Уф…

Внезапно дверь с силой распахнулась.

Хо Нарим встретилась взглядом с человеком, который буквально вылетел на лестницу, словно его вытолкнула наружу туго сжатая пружина, и от неожиданности её глаза мгновенно широко распахнулись.

— Что?..

Слова «Почему вы здесь?» уже почти сорвались с языка, потому что перед Хо Нарим стояла та самая женщина, которую держали взаперти в подвале.

«Почему эта женщина находится здесь?»

Ведь сегодня Хо Нарим как раз собиралась прийти к ней вместе с Хо Нарён, а теперь женщина неожиданно оказалась здесь, причём на ней была больничная одежда больницы Святой Марии.

«Волосы у неё по-прежнему растрёпаны, однако сейчас она выглядит так, словно действительно лежит здесь на лечении».

Если бы она находилась в палате, куда постоянно заходили полицейские, слухи об этом наверняка уже успели бы распространиться по больнице.

Хо Нарим нахмурилась, однако, немного подумав, вспомнила о приёмных родителях Пэк Ёхёна, которые всеми силами старались замять произошедшее. В таком случае вполне логично было предположить, что женщину намеренно поместили в больницу, руководство которой было с ними связано. К тому же сам Пэк Ёхён, скорее всего, тоже находился здесь, в отдельной палате для особо важных пациентов.

— А… а-а…

Похоже, женщина тоже узнала Хо Нарим. В прошлый раз она всё-таки могла говорить, поэтому Нарим уже собиралась попытаться выяснить, что произошло, когда внезапно раздался крик маленького призрака.

[Нарим!]

Хо Нарим даже не успела понять, откуда он появился, как женщина стремительно бросилась на неё и с такой силой зажала ладонью рот, что Нарим пошатнулась назад и едва не упала. Если бы маленький призрак не успел поддержать её за ноги, она наверняка ударилась бы головой об острый край ступени.

«Да что же это такое…»

По всему телу словно мгновенно поднялись дыбом волоски.

— Сп-спасите меня…

Женщина снова бормотала непонятные слова, неотрывно и отчаянно глядя Хо Нарим прямо в глаза своими угольно-чёрными глазами. При этом было совершенно непонятно, осознаёт ли она вообще, что только что едва не подвергла чужую жизнь опасности.

«Просит спасти её?»

Хо Нарим нахмурилась, а из-за слегка приоткрытой двери аварийного выхода внезапно донёсся мужской голос:

— Быстрее ищите её!

В мелькнувшем за дверью силуэте она успела заметить чёрную одежду, а значит, это был явно не сотрудник больницы.

Хо Нарим вопросительно посмотрела на маленького призрака, который стоял рядом с женщиной, словно требуя объяснений.

[Её собирались куда-то увезти в фургоне.]

«В фургоне?»

[Мне показалось, что происходит что-то опасное, поэтому я случайно вмешался и помог ей сбежать… Но я совершенно не ожидал, что она столкнётся именно с тобой.]

Получается, маленький призрак встретил женщину совершенно случайно.

Как бы там ни было, теперь стало ясно, что именно её разыскивали те мужчины, а сами они выглядели крайне подозрительно. Хо Нарим не знала, имели ли они отношение к Чон Сеён, которая пыталась замять дело, однако доверия эти люди определённо не вызывали.

— …?

Хо Нарим несколько раз легонько постучала пальцем по тыльной стороне ладони женщины, и та с тревогой немного ослабила хватку. Получив возможность говорить, Нарим тихо прошептала:

— Идите за мной.

На первом этаже находилось слишком много сотрудников больницы и посетителей, поэтому сначала следовало спуститься в подземную часть здания, а уже оттуда вызвать такси.

Хо Нарим поспешно достала телефон и заказала машину, прекрасно понимая, насколько безрассудно поступает. От этого сердце колотилось с такой силой, будто вот-вот выпрыгнет из груди.

[Нарим, что ты собираешься делать?]

Маленький призрак торопливо поравнялся с женщиной, которая растерянно шла следом за Хо Нарим. По его лицу было видно, что он совершенно не понимает, почему Нарим решила помогать незнакомке, хотя сам только что спас её именно для того, чтобы та смогла убежать.

— Для начала нам нужно отсюда выбраться, потому что за ней гонятся неизвестные люди.

Отвечая маленькому призраку, Хо Нарим одновременно украдкой следила за реакцией женщины. Со стороны наверняка казалось, будто она разговаривает сама с собой, однако сейчас было совершенно не до этого.

К тому же в голову невольно пришла неприятная мысль: кто вообще станет всерьёз воспринимать слова женщины, которую все окружающие считают психически нездоровой?

[Ты сама окажешься в опасности! Я помог ей сбежать вовсе не для того, чтобы теперь рисковала ты!]

— Замолчи.

Женщина, которая уже собиралась что-то сказать, тут же плотно закрыла рот и растерянно посмотрела на Хо Нарим, видимо решив, что приказ относился именно к ней.

Из-за этого недоразумения Нарим стало немного неловко.

— Как я могу отвернуться, если понимаю, что ей угрожает опасность?

[Но всё равно…]

— У неё ведь даже нет никого, к кому она могла бы обратиться за помощью.

После этих слов маленький призрак наконец замолчал. Хо Нарим чувствовала на затылке чей-то взгляд, однако не могла понять, кому именно он принадлежал, призраку или женщине.

[Вот же…]

Когда Нарим украдкой оглянулась, маленького призрака уже нигде не было. Возможно, он настолько разочаровался в её безрассудстве, что просто исчез.

От мысли, что Пэк Ёхён словно снова отвернулся от неё, на душе стало горько, однако сейчас гораздо важнее было помочь женщине, чью руку она всё ещё продолжала держать.

Ладонь той, кого Хо Нарим когда-то принимала за призрака, оказалась невероятно сухой, а под кожей почти не чувствовалось мягких тканей, и всё же от неё исходило совершенно настоящее человеческое тепло.

Разве одного этого было недостаточно, чтобы хотя бы попытаться помочь?

— Постарайтесь бежать как можно тише и не издавать лишних звуков. И, если получится, держите голову опущенной, чтобы камеры наблюдения не сняли ваше лицо.

Женщина отчаянно закивала, а когда склонила голову, длинные спутанные волосы свесились вперёд, отчего её вид стал ещё более зловещим.

Хо Нарим на мгновение невольно вздрогнула, однако тут же заставила себя сохранять спокойствие, крепче взяла женщину за руку и побежала дальше. Вызванное такси уже ждало у въезда на парковку.

«Не знаю, смогут ли те мужчины получить записи с камер, однако, если всё дойдёт до Чон Сеён, она наверняка их проверит».

Ведь та пыталась тихо замять происшествие и обязательно сочтёт появление любой помехи проблемой.

«Я и сама прекрасно понимаю, что собственными руками рою себе могилу!»

У Хо Нарим не было ни силы, ни влияния, и всё же она сама понятия не имела, почему сейчас ввязывается в подобное.

— Э-это вы вызывали такси?

Когда они торопливо забрались в машину, водитель заметно вздрогнул и осторожно посмотрел в зеркало заднего вида на пассажирок. Впрочем, его реакцию было нетрудно понять, ведь на заднее сиденье села женщина в больничной одежде, которая к тому же прятала лицо, низко опустив голову.

— Да, это мы. Просто оставили дома кое-какие вещи и хотим ненадолго за ними заехать.

— Понятно.

Лишь после этого настороженность на лице водителя немного ослабла.

Даже когда машина плавно тронулась с места, Хо Нарим всё ещё продолжала держать женщину за руку. Она упустила подходящий момент, чтобы отпустить её, поэтому спустя некоторое время осторожно попыталась высвободить ладонь, однако женщина лишь сильнее сжала пальцы, явно не собираясь разжимать хватку.

Несмотря на худобу, силы у неё оказалось удивительно много, поэтому Хо Нарим пришлось смириться и так и ехать до места назначения, не выпуская её руки. Всё это время в салоне такси царила полная тишина.

Разумеется, направилась Хо Нарим не в квартиру Хо Нарён и уж тем более не в тот дом, где женщина долгие годы провела в заточении.

— Ч-что вообще происходит? Ты решила отомстить мне за то, что я в прошлый раз тебя разозлил? Причём таким невероятно изощрённым способом?!

Они приехали к Пэк Соно.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

— Я действительно скоро сойду с ума.

Пэк Соно с шумом хлопнул ладонью по лбу и посмотрел на двух женщин, без всякого стеснения расположившихся в гостиной его квартиры, хотя, если быть точнее, по-настоящему бесцеремонно вела себя лишь одна из них.

— Откуда ты вообще знаешь мой домашний адрес?

— Мне его сообщил Пэк Ёхён.

«Но мой брат сейчас вообще-то лежит в больничной палате».

«Наверное, она имеет в виду то время, когда они встречались? Хотя разве мужчины обычно сообщают своим девушкам адрес квартиры младшего брата?»

Глаза Пэк Соно тревожно забегали. Собственного опыта отношений у него не было, поэтому оставалось лишь принять подобное как нечто вполне нормальное, а заодно ни в коем случае не выдавать, что сам он никогда ни с кем не встречался.

— Понятно, значит, брат всё-таки сам тебе рассказал. До чего же он у меня заботливый.

Хо Нарим посмотрела на него так, словно перед ней находился сумасшедший.

«Да что опять не так? Разве это не то, что нужно было сказать? Ты сама утверждаешь, что адрес сообщил брат!»

— Да, его действительно назвал мне Пэк Ёхён, однако не тот Пэк Ёхён, которого знаешь ты.

Пэк Соно страдальчески простонал и провёл ладонями по лицу, потому что его простоватому уму было совершенно не под силу разобраться в настолько странных словах.

Впрочем, сейчас гораздо важнее было совсем другое.

— Хо Нарим, я понимаю, что эта женщина оказалась в тяжёлом положении и ты решила ей помочь. Однако почему из всех возможных мест вы сбежали именно ко мне? Можно ведь было просто обратиться в полицию.

Пэк Соно был уверен, что произнёс это достаточно строго и по-взрослому, словно старший, который наконец решил как следует её отчитать, и даже успел мысленно немного собой погордиться.

Однако Хо Нарим лишь безразлично посмотрела на него и ответила:

— Ты хочешь, чтобы Хо Нарён оказалась в опасности?

— Разумеется, я этого не хочу, но всё-таки…

— А Кам Тэджу с его характером сразу вызовет полицию, потому что сочтёт происходящее чужой проблемой, а потом велит мне больше ни во что не вмешиваться и не интересоваться последствиями.

Услышав, как Хо Нарим за глаза описывает его лучшего друга, Пэк Соно отчаянно закивал, потому что Кам Тэджу действительно был бессердечным и холодным человеком, в котором порой словно вообще отсутствовали человеческие чувства.

Сам Пэк Соно при этом испытал почти восторженное удовлетворение, словно кто-то наконец признал достоинства тайного заведения, о котором до сих пор знал только он.

— Из всех знакомых именно Соно показался мне самым добрым человеком, который точно не сможет отвернуться от подобной ситуации.

— П-правда? Ты действительно так обо мне думаешь?

Пэк Соно ещё раньше понял, насколько хорошо Хо Нарим разбирается в людях, раз сумела настолько точно охарактеризовать Кам Тэджу, поэтому теперь его глаза радостно заблестели, когда он посмотрел на неё.

Хо Нарим, однако, с унылым выражением лица тихо продолжила:

— Ты производишь впечатление немного оторванного от жизни сына богатейшей семьи, которого с детства окружали любовью, поэтому мне показалось, что по крайней мере одного человека ты вполне способен взять под свою опеку.

Само описание прозвучало не особенно приятно, однако Пэк Соно всё же согласно закивал. Пусть признавать это было немного неловко, финансовые возможности у него действительно имелись.

— А если в крайнем случае всё раскроется, тебе, скорее всего, никто ничего не сделает… А, об этом уже нельзя говорить?

Хо Нарим внезапно посмотрела в сторону дивана и пробормотала последние слова так, словно разговаривала с невидимым собеседником.

Пэк Соно вздрогнул и уже собирался осторожно отступить на шаг, когда кто-то неожиданно схватил его за край одежды.

Это оказалась женщина из подвала, которая до сих пор сидела настолько неподвижно, словно вообще не подавала признаков жизни. Поскольку всё это время она держала голову низко опущенной, а теперь внезапно подняла лицо из-под спутанных, нерасчёсанных волос, Пэк Соно испугался ещё сильнее, хотя уже совсем по другой причине.

— Н-не виновата. П-психическая болезнь… не виновата, это не она.

Женщина поспешно вступилась за Хо Нарим, и лицо Пэк Соно мгновенно приобрело безжизненно-кислое выражение.

«Так окружающие вообще-то считают психически нездоровой именно её».

И вот эта самая женщина почему-то решила, что бывшая девушка его брата и лучшего друга страдает психическим расстройством.

«Да что ты вообще успела натворить?»

Теперь уже самому Пэк Соно начинало казаться, что ещё немного, и психическое расстройство появится именно у него.

Тем временем Хо Нарим, прекрасно понимая, насколько растерялся Пэк Соно, намеренно продолжала его поддразнивать и лишь с самым невинным видом поводила глазами из стороны в сторону.

«Вообще-то адрес мне сообщил маленький призрак, а я просто сохранила его в телефоне».

Когда Пэк Ёхён дал ей номер младшего брата, чтобы они могли подставить Соно и свалить на него вину, он заодно назвал и домашний адрес, объяснив, что тот может пригодиться на случай, если Пэк Соно не ответит на звонок и придётся явиться к нему лично. Правда, ни Хо Нарим, ни маленький призрак тогда и представить не могли, что однажды этот адрес понадобится именно таким образом.

[Я вернулся, Нарим!]

Стоило Хо Нарим оказаться в доме Пэк Соно, как маленький призрак совершенно невозмутимо появился рядом. Каким-то образом он неизменно находил её, где бы она ни находилась, и Нарим уже всерьёз начинала подозревать, что в её теле установлено нечто вроде устройства слежения.

«Всё-таки до чего же назойливый призрак».

[До того как ты села в такси, я испортил все камеры наблюдения по вашему маршруту!]

«Что?»

[Если потом начнут просматривать записи, там наверняка окажется сплошная череда необъяснимых явлений!]

Маленький призрак смотрел на неё сияющими глазами и с таким выражением, словно с нетерпением ждал похвалы за отлично выполненную работу, отчего уголки губ Хо Нарим невольно дрогнули.

«Беру свои слова обратно. Да здравствуют друзья-призраки!»

[Нарим довольна! Значит, я оказался полезным?]

Похоже, он совершенно не осознавал, насколько по-детски сейчас звучал, однако на этот раз Хо Нарим охотно кивнула. Правда, за её одобрением скрывался вполне расчётливый мотив, потому что, если сейчас немного его похвалить, то в следующий раз, когда понадобится помощь, он, возможно, и сам догадается вмешаться.

— Ты там чем вообще занимаешься?

Пэк Соно смотрел на Хо Нарим с крайне странным выражением лица. Только что она вроде бы разговаривала с женщиной, однако теперь уже он совершенно перестал понимать, что вообще происходит.

— Разговариваю.

После этого ответа выражение лица Пэк Соно стало ещё более неоднозначным, а женщина рядом с ним тоже с беспокойством посмотрела на Хо Нарим сквозь спутанные волосы.

Впрочем, их реакцию трудно было назвать необъяснимой, ведь Хо Нарим только что общалась с маленьким призраком прямо у них на глазах. Она всё равно сделала вид, будто ничего не замечает, и спокойно отвела взгляд. Если бы перед ней сейчас находились Хо Нарён или Кам Тэджу, она никогда не стала бы вести себя настолько откровенно, однако почему-то ей казалось, что перед этими двумя можно позволить себе немного меньше скрываться.

— Кхм. Для начала присядь, Соно.

Пэк Соно с недоверчивым выражением лица послушно сел туда, куда указала ему гостья, и для хозяина собственного дома оказался удивительно покладистым.

— Просто мне больше не к кому обратиться с такой просьбой. Не мог бы ты оставить её у себя хотя бы до тех пор, пока мы не выясним, почему за ней гонятся?

— Слушай, как ни подумай, нельзя просто поселить незнакомую женщину в доме одинокого мужчины. Мы с ней даже не знакомы.

Пэк Соно продолжил отчитывать её, требуя сказать хотя бы что-нибудь разумное. Его ответ был совершенно здравым, однако имелась одна проблема.

«За последнее время я столкнулась с таким количеством совершенно ненормальных ситуаций, что это предложение кажется мне чуть ли не самым разумным из всех возможных».

Похоже, после череды событий, выходивших далеко за пределы здравого смысла, представления Хо Нарим о нормальности начали понемногу смещаться.

— Прости меня.

Разумеется, даже от Пэк Соно было бы странно ожидать, что он без колебаний согласится на подобную просьбу.

— Похоже, я на мгновение действительно потеряла голову.

С подавленным выражением лица Хо Нарим поднялась с места, а наблюдавшая за ней женщина тоже медленно встала следом.

В результате Пэк Соно внезапно оказался в положении человека, который собственными руками выгоняет на улицу двух женщин, которым совершенно некуда идти, и сразу растерялся.

— П-подожди немного!

— Что ещё?

— Разве сейчас вам вообще можно выходить наружу?

— Да, ситуация не самая подходящая, однако тебе ведь тоже будет неудобно. Я уже благодарна хотя бы за то, что ты впустил нас внутрь.

— Тогда что ты теперь собираешься делать?

На лбу Пэк Соно выступил холодный пот. Хо Нарим некоторое время изображала глубокие раздумья, после чего медленно ответила:

— Придётся попросить помощи у сестры. Скажу, что за этой женщиной гонятся какие-то подозрительные люди, и попрошу спрятать её.

— …

— Сестрёнка почти никогда не отказывает мне в просьбах, поэтому наверняка разрешит ей пожить у нас, а потом ещё и тихо выяснит, что вообще произошло.

Пэк Соно беспокойно забегал глазами, совершенно не умея скрывать тревогу. Хо Нарим мгновенно заметила его реакцию, однако даже не изменилась в лице и спокойно продолжила:

— Правда, в фильмах персонажей вроде моей сестры обычно устраняют довольно рано, но это ведь реальная жизнь, поэтому, наверное, всё будет в порядке.

— А если они действительно связаны с опасными людьми и из-за этого пострадаешь ты или Хо Нарён?

— Всё нормально.

Хо Нарим слабо улыбнулась, причём настолько печально и отрешённо, что любой, увидев такую улыбку, невольно почувствовал бы тревогу.

— Ты ведь ни в чём не будешь виноват.

— …

Плечи Пэк Соно медленно опустились, и, по сути, одним этим жестом он уже дал свой ответ.

[Иногда мне кажется, что ради своей цели ты тоже способна не особенно разбираться в средствах, прямо как Хо Нарён…]

Маленький призрак произнёс это с каким-то непонятным восхищением, которое трудно было принять за настоящую похвалу, а затем принялся хлопать тыльными сторонами ладоней.

«Вот же жуть. Нужно потом обязательно попросить его больше так не делать».

— Хорошо, пусть она пока останется здесь.

Когда Пэк Соно наконец сдался и без сил произнёс эти слова, Хо Нарим мысленно возликовала.

«Хотя ощущение такое, будто я откровенно пользуюсь его наивностью».

Но после того как она всерьёз собиралась свалить на него обвинение в убийстве, изображать сейчас особо добросовестного человека было бы откровенным лицемерием.

Пусть перед Пэк Соно ей и было неловко, Хо Нарим всё равно считала, что в случае нового происшествия присутствие именно этого человека с высокой вероятностью поможет уменьшить возможный ущерб, хочет он того или нет.

— Однако у меня есть одно условие.

Услышав это, Хо Нарим вопросительно склонила голову набок, и сидевшая рядом женщина почти одновременно повторила её движение.

— Мне будет страш… Нет, я хотел сказать, мне будет неловко жить с этой женщиной вдвоём.

Он совершенно точно собирался сказать, что ему будет страшно.

— Я всё-таки мужчина.

Прежде чем мужчиной, он был ужасным трусом.

— Причём очень опасный мужчина!

В каком-то смысле опасным он действительно являлся, хотя совершенно не соответствовал собственному внушительному телосложению, поэтому Хо Нарим лишь равнодушно кивнула.

— И к чему ты ведёшь?

— Ты тоже оставайся здесь!

— Что?

[Что он сказал?]

Маленький призрак мгновенно помрачнел настолько сильно, что Хо Нарим ещё никогда не видела у него подобного выражения лица. Пэк Соно в тот же момент внезапно поёжился, пожаловался, что почему-то стало холодно, и поспешно растёр покрывшиеся мурашками руки.

— Только не пойми неправильно! Ты будешь жить в одной комнате с этой женщиной, а я даже не собираюсь заходить туда без разрешения!

Если подумать, предложение оставить незнакомую женщину наедине с Пэк Соно действительно было довольно нелепым, пусть сама Хо Нарим и высказала его, особенно не задумываясь, поэтому после непродолжительных размышлений она всё-таки согласилась.

— А что будет во время работы?

— В это время мне самому придётся уходить, поэтому она останется здесь одна.

По выражению лица Пэк Соно было заметно, что перспектива оставить незнакомку в квартире без присмотра ему тоже совершенно не нравилась, однако развивать эту мысль он не стал.

— Просто сегодня у меня выходной, поэтому я оказался дома в такое время. Кстати, если подумать, разве ты сейчас сама не должна быть на работе?

— …

Хо Нарим медленно моргнула, а затем почти против воли повернула голову к маленькому призраку.

[…Даже если ты будешь так на меня смотреть, с этим я помочь не способен, Нарим.]

Было бы гораздо удобнее, если бы он мог притвориться Хо Нарим и поработать вместо неё или хотя бы каким-нибудь образом загипнотизировать окружающих.

Хо Нарим недовольно цокнула языком, и Пэк Соно, заметив это, украдкой посмотрел в ту сторону, где находился маленький призрак.

— Почему ты уже не первый раз смотришь в пустоту и ведёшь себя так, будто там кто-то стоит? Ты что, правда кого-то видишь?

— Никого я не вижу.

— По тебе совершенно не похоже, что никого! И вообще, ты что, прогуливаешь работу?!

— Я всего лишь ненадолго покинула рабочее место, никого не предупредив.

— Так это и называется прогулом…

Пэк Соно закрыл лицо ладонью и тяжело вздохнул, после чего пробормотал себе под нос:

— В каком-то смысле ты тоже ведёшь себя безрассудно, прямо как Тэджу.

Хо Нарим совершенно не понимала, о чём он говорит, ведь Кам Тэджу всегда казался ей предельно рациональным, рассудительным и хладнокровным человеком.

— В любом случае мне, наверное, всё-таки нужно вернуться в больницу.

Ненадолго задумавшись, Хо Нарим перевела взгляд на сидевшую на диване женщину. Та, похоже, всё это время неотрывно наблюдала именно за ней, потому что их глаза сразу встретились.

В её совершенно чёрных глазах почти не отражалось никаких эмоций. Женщина смотрела исключительно на Хо Нарим и чем-то напоминала птенца, который запечатлел первого увиденного человека как мать и теперь повсюду следует только за ним.

— Мне нужно ненадолго уйти, но потом я обязательно вернусь. Вы сможете немного побыть здесь?

— …

Женщина некоторое время колебалась, однако затем медленно кивнула.

«Не похоже, что она совершенно неспособна понимать чужую речь, как утверждала сестра».

Психически нестабильной женщина действительно выглядела, однако общаться с ней всё-таки было возможно.

— Вам, наверное, неудобно в больничной одежде, однако потерпите немного. По дороге обратно я заеду домой и привезу вам что-нибудь из своей одежды.

— А Хо Нарён ты что собираешься сказать?

— Скажу, что останусь ночевать у подруги.

Правда, Хо Нарён прекрасно знала, что у младшей сестры не было настолько близких подруг, у которых она могла бы запросто остаться на ночь, поэтому сложно было сказать, сработает ли подобное объяснение.

Хо Нарим поднялась и направилась к входной двери, однако почти сразу услышала за собой тихие шаги босых ног и обернулась.

[Что такое?]

Маленький призрак широко распахнул глаза и вопросительно склонил голову.

Хо Нарим некоторое время молча смотрела на него, после чего медленно произнесла:

— Ты останешься здесь.

[Почему? Я хочу пойти с тобой.]

— Потому что сюда могут прийти те подозрительные люди.

[Но я…]

— Пожалуйста, останься.

Маленький призрак больше не смог возразить и лишь недовольно сжал губы. Похоже, раз Хо Нарим попросила его об этом именно как об одолжении, он всё-таки решил послушаться.

Тихо поблагодарив его, она вышла за дверь.

— Нет, ты можешь мне наконец объяснить, с кем именно ты всё это время разговариваешь?.. Мне, чёрт, уже реально страшно.

Хо Нарим так и не услышала подавленного бормотания Пэк Соно, который в мгновение ока остался наедине с маленьким призраком и загадочной женщиной, отчего обстановка в собственной квартире стала для него одновременно тревожной и до абсурда нелепой.

Хо Нарим отчитали настолько основательно, что, казалось, от неё не оставили живого места, хотя ничего удивительного в этом не было.

— Хо Нарим, ты вообще понимаешь, что делаешь? Тебе, похоже, кажется, будто это университет, где можно посреди занятий уйти, а потом вернуться, когда захочется, и продолжить как ни в чём не бывало?!

— Простите меня.

— Ты исчезла, даже никого не предупредив, и тебе не пришло в голову, что другому человеку придётся бросить свои дела и закрывать твою смену? Ты вообще в своём уме?!

— Мне очень жаль, и я больше не допущу ничего подобного.

— Я хотя бы собиралась выслушать причину, по которой ты так поступила, однако ты словно попугай повторяешь одно и то же.

Начальница насмешливо добавила, что с таким же успехом могла бы разговаривать со стеной, однако Хо Нарим лишь крепче сжала губы, прекрасно понимая, что, несмотря на эти слова, на самом деле никто не собирался выслушивать её оправдания. Если сейчас начать возражать или пытаться что-то объяснить, это лишь сильнее разозлит начальницу, поэтому разумнее всего было просто продолжать извиняться.

«Тем более что виновата действительно я».

Чувствуя на себе украдчивые взгляды коллег, наблюдавших за происходящим со стороны, Хо Нарим ощутила, как от стыда лицо мгновенно запылало.

— В последнее время ты слишком часто ходишь сама не своя, поэтому постарайся наконец собраться. И не тащи личные проблемы на рабочее место.

Под «личными проблемами» начальница наверняка подразумевала слухи о том, что Пэк Ёхён собирался жениться на Хо Нарён. Эта история уже успела настолько широко разойтись по больнице, что среди сотрудников почти не осталось людей, которые ничего о ней не слышали.

— Я поняла.

Хо Нарим ещё раз глубоко поклонилась, и начальница, до этого яростно выговаривавшая ей всё накопившееся, немного успокоилась, увидев неизменно покорную реакцию. Получив приказ немедленно вернуться на своё место и продолжить работу, Нарим поспешила уйти, а сколько времени прошло после этого, она и сама не заметила.

[Сестрёнка: Нарим.]

[Сестрёнка: Прости, но сегодня я, похоже, не смогу выполнить обещание. Возникло срочное дело.]

Во время работы Хо Нарим украдкой посмотрела на сообщения от Хо Нарён, так и не сумев понять, относилось ли это «срочное дело» к исчезновению женщины или сестра просто оказалась занята собственной работой.

[Я: Ничего не поделаешь, работа важнее. Удачи сегодня, сестрёнка!]

[Сестрёнка: Спасибо, что понимаешьㅎㅎ]

Для самой Хо Нарим подобное развитие событий оказалось даже довольно удобным, поэтому, немного поколебавшись, она отправила ещё одно сообщение.

[Я: У меня сегодня встреча, поэтому я останусь ночевать не дома. Я буду писать тебе, так что не беспокойся.]

[Сестрёнка: А нельзя всё-таки вернуться и переночевать дома? Даже если будет поздно, я сама тебя заберу.]

«Мне вообще-то уже сколько лет?»

Впрочем, стоило, наверное, считать удачей хотя бы то, что Хо Нарён не начала допытываться, с кем именно собирается встретиться младшая сестра.

[Я: Я уже не ребёнок.]

[Я: Всё нормально, поэтому ложись сегодня пораньше.]

[Я: Я обязательно буду писать!]

[Сестрёнка: Хорошо.]

За этим коротким ответом Хо Нарим словно даже услышала расстроенный голос Хо Нарён, однако всё равно убрала телефон в карман и продолжила работать. Правда, всякий раз, оказываясь в лифте, она невольно задерживала взгляд на кнопке тринадцатого этажа, полностью отведённого под палаты для особо важных пациентов.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

После окончания смены Хо Нарим поспешила домой, собрала одежду для женщины, а затем зашла в магазин неподалёку и купила средства для умывания, нижнее бельё и другие вещи, которые могли ей понадобиться. Поскольку за всё это время никто не позвонил, серьёзных проблем, вероятно, не возникло, однако тревога всё равно не отпускала, поэтому Нарим постаралась как можно скорее добраться до квартиры Пэк Соно.

Но то, что она увидела там, оказалось совершенно неожиданным.

— А-а-а! Призрак, там призрак!!!

— …

— Нуна, вы это видели? У него только что голова лопнула! А-а-а, да вы даже глазом не моргнули, от этого ещё страшнее!

Хо Нарим совершенно не понимала, каким образом эти двое успели настолько освоиться друг с другом, что теперь как ни в чём не бывало сидели рядом и вместе смотрели фильм ужасов.

Женщина расположилась на диване, завернувшись в плед, который ей наверняка дал Пэк Соно, однако, заметив Хо Нарим, тут же поднялась и быстро подбежала к ней.

— Вы здесь нормально себя чувствовали?

Женщина тихо кивнула. Теперь она выглядела значительно опрятнее, чем перед уходом Хо Нарим, поэтому, судя по всему, Пэк Соно хотя бы предложил ей принять душ.

Растрёпанные волосы тоже были приведены в порядок, и теперь, когда лицо больше не скрывали спутанные пряди, женщина уже не казалась такой мрачной и пугающей, словно призрак.

Несмотря на болезненную худобу и измождённый вид, она оказалась настолько красивой, что Хо Нарим даже невольно удивилась.

— Нарим, ты пришла?

Пэк Соно, по-прежнему сидевший на диване, приветственно замахал рукой, и стоило Хо Нарим перевести на него взгляд, как из груди сам собой вырвался тяжёлый вздох.

— Ты ведь сказал, что слишком занят, чтобы открыть дверь, и поэтому сообщил мне код. А вся твоя занятость заключалась в просмотре фильма?

— Нельзя же прерываться посреди самого интересного момента.

— Даже в таком случае нельзя настолько легко раздавать посторонним код от собственной квартиры.

— Да какая разница! Ты ведь близко знакома и с Тэджу, и с моим братом!

«Что это вообще за логика?»

Тем более отношения с обоими мужчинами уже давно остались в прошлом, и Хо Нарим совершенно не понимала, почему внезапно почувствовала себя матерью, которой приходится воспитывать непутёвого сына.

Мысленно вздохнув ещё раз, она протянула женщине принесённый бумажный пакет.

— Я привезла вам сменную одежду и всё необходимое для умывания.

— С-спасибо.

— Переоденьтесь, пожалуйста, а потом возвращайтесь в гостиную. Мне хотелось бы кое о чём вас спросить.

Женщина кивнула и поспешила в небольшую комнату, а Хо Нарим ещё некоторое время смотрела ей вслед, после чего поставила сумку на пол и направилась к дивану.

Пэк Соно продолжал смотреть фильм ужасов, прикрыв глаза ладонями.

— Зачем ты вообще смотришь подобные фильмы, если так сильно боишься?

— Потому что я одновременно очень трусливый и очень любопытный?

— До чего же странный человек.

— Не хочешь тоже посмотреть? Кажется, этот фильм про одержимость призраком. Может быть, мне только кажется, но после начала просмотра плечи почему-то стали ужасно тяжёлыми.

Пэк Соно несколько раз похлопал себя по плечу, и Хо Нарим некоторое время безмолвно смотрела на него, прежде чем перевести взгляд на маленького призрака, который с самым невозмутимым видом удобно устроился именно там.

[Хм.]

Неудивительно, что плечо казалось тяжёлым, когда на нём в буквальном смысле сидел настоящий призрак. Однако если рассказать Пэк Соно правду, тот, скорее всего, лишится сознания, поэтому Хо Нарим решила промолчать, тем более что маленький призрак явно всё ещё дулся из-за того, что она оставила его здесь.

— Вы успели настолько сблизиться, что ты уже называешь её нуной?

— Не то чтобы мы стали близки, просто я спросил её имя, а она не ответила. По виду она старше меня, поэтому не могу же я обращаться к ней как попало.

Вообще-то и обращение «старшая сестра» звучало довольно странно. Пусть женщина была красивой, на вид она казалась примерно ровесницей Чон Сеён.

— Как бы это объяснить… На самом деле общаться с ней вполне возможно, хотя нам говорили обратное. Она понимает вопросы и нормально отвечает.

— Я тоже это заметила.

— Правда, о себе она категорически ничего рассказывать не хочет. Я ещё подумал, что она боится вообще всех мужчин, однако со мной почему-то ведёт себя совершенно спокойно.

Пэк Соно озадаченно склонил голову и тихо пробормотал:

— Обычно, если женщина боится мужчин, разве не должен её особенно пугать такой здоровяк, как я?

В этом действительно была логика. В подвале женщина гораздо сильнее боялась Кам Тэджу, однако тогда почему рядом с Пэк Соно чувствовала себя настолько спокойно?

[Возможно, её пугают не мужчины сами по себе, а люди, которые ведут себя агрессивно или пытаются подавлять её силой.]

Хо Нарим сразу вспомнила Кам Тэджу в тот момент. Он выглядел настолько холодным и угрожающим, что даже она сама невольно вмешалась и остановила его, поэтому в объяснении маленького призрака действительно был смысл.

— В любом случае мы ничего не узнаем, пока сами её не спросим. Правда, я не уверена, станет ли она отвечать именно на мои вопросы.

Едва Хо Нарим договорила, как женщина, уже успевшая переодеться, нерешительно вышла из комнаты. После того как она сменила мрачную больничную одежду на аккуратную повседневную, цвет её лица словно стал немного живее.

— Что такое?

— Почему ты спрашиваешь?

— Просто на секунду мне показалось, что это Хо Нарён. Видимо, я так сильно хочу её увидеть, что мне уже начинает мерещиться всякая ерунда.

Пэк Соно выглядел так, словно сам не понимал, почему вообще допустил такую ошибку, а Хо Нарим тоже некоторое время молча смотрела на женщину, которая робко приближалась к ним.

— Садитесь сюда.

Однако вскоре Нарим отвела взгляд и с улыбкой указала на место рядом с собой.

Женщина без единого слова подошла и села вплотную к Хо Нарим, причём настолько близко, что это уже начинало немного смущать.

[Наверное, она очень хорошо к тебе относится после того, как ты ей помогла.]

Услышав слова маленького призрака, Хо Нарим украдкой посмотрела на женщину, которая по-прежнему не сводила с неё своих необычайно чёрных глаз. Раньше Нарим казалось, что в них совершенно не было никаких эмоций.

— Мне хотелось бы задать вам много вопросов. Наверняка до меня вас уже расспрашивали множество людей, поэтому некоторые из них могут оказаться неприятными, и вам совершенно не захочется отвечать.

Женщина ничего не сказала. Пэк Соно тоже притих и внимательно слушал, поглядывая то на неё, то на Хо Нарим.

— Однако я хочу вам помочь, а вам сейчас действительно нужен человек, который сможет это сделать. Я не собираюсь вас заставлять, поэтому отвечать или нет, решайте сами.

— …

— Вы знаете, зачем те люди вчера за вами гнались?

Женщина покачала головой.

— А знаете, кто именно их послал?

Она снова отрицательно покачала головой.

— Понятно. Значит, они внезапно попытались посадить вас в фургон прямо из больницы, вы испугались и поэтому сбежали?

На этот раз женщина кивнула, и по крайней мере теперь было ясно, что продолжать разговор она не отказывается.

— Как вы думаете, существует ли вероятность, что эти люди связаны с теми, кто когда-то запер вас в подвале?

Женщина резко замерла, а Пэк Соно сразу посмотрел на Хо Нарим с тревогой, словно без слов спрашивая, действительно ли стоит задавать вопрос, который способен вновь вызвать болезненные воспоминания.

— Дом, где находился тот подвал, принадлежал мне. Поэтому, если происходящее каким-то образом связано и со мной, я хочу знать правду.

Женщина крепко сжала губы, и Хо Нарим не могла понять, означает ли это, что она действительно не знает ответа, или просто не желает говорить.

Некоторое время внимательно наблюдая за ней, Нарим всё-таки продолжила:

— Если точнее, этот дом достался нам в наследство от отца.

Глаза женщины мгновенно распахнулись, а на лице появилось почти потрясённое выражение. Она резко протянула руки, и прежде чем испуганный Пэк Соно успел вмешаться, Хо Нарим уже оказалась опрокинута спиной на диван.

[Нарим!]

Поскольку она и без того сидела на мягком диване, падение не причинило ей боли, однако женщина с огромной силой сжимала её плечи и сейчас чем-то напоминала ту себя, которая когда-то дрожала всем телом перед Кам Тэджу. Было совершенно невозможно понять, собиралась ли она угрожать Хо Нарим или сама была до смерти напугана.

— Мне кажется, что люди, которые охотятся за вами, так или иначе связаны со мной, независимо от того, нравится мне это или нет.

— …

— Разве вы сами не хотите наконец оказаться в безопасности? Получить защиту и… найти свою семью?

Семья.

Зрачки женщины резко дрогнули, и в тех глазах, которые прежде казались совершенно безжизненными, на мгновение проступили мучительная боль и глубокая печаль.

Маленький призрак, который уже приблизился, собираясь вмешаться, осторожно присел у головы Хо Нарим, а затем тихо задал вопрос голосом, которого больше никто не мог услышать:

[Нарим… Ты ведь не думаешь, что эта женщина может быть той самой матерью, которая когда-то бросила вас и исчезла?]

В невысказанном продолжении словно звучал другой вопрос: понимает ли Хо Нарим, что именно это может означать.

Она крепко зажмурилась.

Хо Нарим прекрасно понимала, что означает возможность того, что женщина перед ней, так сильно напоминающая Хо Нарён, действительно может оказаться её родной матерью. В таком случае человеком, который запер её в подвале, с высокой вероятностью являлся их отец, погибший в результате несчастного случая, а Хо Нарён, в свою очередь, могла знать об этом и помогать скрывать правду.

— П-подождите… Для начала вам лучше успокоиться и отпустить её…

К счастью, Пэк Соно, почти ничего не знавший о семейных обстоятельствах Хо Нарим, похоже, не пришёл к тому же выводу, что и маленький призрак. Он лишь беспомощно переминался на месте, совершенно не понимая, как помочь Нарим, которую женщина опрокинула на диван.

— Я не могу… рассказать.

Женщина наконец заговорила, однако это оказался совсем не тот ответ, которого ожидала Хо Нарим.

— Почему?

— Потому что мне сказали, что, если я попрошу о помощи, ребёнка убьют.

Ребёнок. Хо Нарим сразу вспомнила, что и в подвале женщина называла Пэк Ёхёна своим ребёнком и пыталась его защищать. Неужели когда-то она жила в том подвале вместе с собственным ребёнком?

— Это был ваш сын?

— Нет. Д-дочка… красивая девочка.

— Как зовут вашу дочь? Если вы скажете имя, нам будет легче её найти.

Женщина снова крепко сжала губы, хотя человека, который когда-то держал её взаперти, здесь уже не было.

— Вы не хотите говорить? Тогда почему так отреагировали, когда я сказала, что этот дом достался нам от отца?

Её реакция выглядела так, словно она сама каким-то образом была связана с человеком, которому прежде принадлежал этот дом.

Глаза женщины дрогнули, после чего она, запинаясь, пробормотала:

— О-отец?

Она медленно протянула руку, и пальцы, которые ещё недавно с огромной силой сжимали плечи Хо Нарим, постепенно расслабились, а ладонь осторожно легла ей на щёку.

Почувствовав это мягкое прикосновение, Хо Нарим посмотрела женщине в лицо. Та выглядела так, словно вот-вот расплачется, и Нарим невольно заговорила первой:

— Наш отец погиб в результате несчастного случая.

Женщина заметно вздрогнула.

— Я говорю это потому, что, если именно наш отец держал вас взаперти, вам больше не нужно его бояться.

Пэк Соно посмотрел на Хо Нарим с таким потрясением, словно хотел немедленно спросить, что именно означают её слова, однако Нарим не обратила на него внимания и продолжила:

— Мне рассказывали, что, когда я была маленькой, наша мать завела другого мужчину, бросила нас и сбежала с ним.

— …

— Поэтому я спрашиваю ещё раз. Почему вы так отреагировали, когда услышали, что этот дом достался нам от отца?

Глаза женщины наполнились слезами.

— Потому что именно он… запер меня.

А затем слёзы одна за другой хлынули по её лицу, словно вместе с ними наружу наконец вырывалось всё, что она так долго сдерживала.

— Потому что он был… м-моим мужем.

Всхлипывая, женщина склонилась к Хо Нарим и крепко обняла её, а после этого уже никто не попытался их разнять.

— Такого просто не может быть.

Когда измученная женщина наконец уснула и её уложили в маленькой комнате, Хо Нарим вернулась в гостиную и подошла к Пэк Соно, который сидел на диване с совершенно ошеломлённым выражением лица.

— Вы хотите сказать, что эта женщина может быть матерью Хо Нарён?

— Точно мы узнаем только после анализа на родство.

Хо Нарим подобрала с дивана длинный выпавший волос, после чего совершенно естественно направилась на кухню и начала перебирать ящики в поисках пакета с застёжкой. Именно тогда она заметила, что Пэк Соно смотрит на неё с искренним недоумением.

— Почему ты ведёшь себя настолько спокойно?

— Я вовсе не спокойна. Просто пока это лишь предположение, а не установленный факт.

Хо Нарим намеренно следила за своими словами и не стала произносить продолжение вслух, лишь осторожно положив волос женщины в найденный пакет.

— Нарим, так ты уже раньше что-то подозревала и именно поэтому спрашивала меня о Хо Нарён?

На лице Пэк Соно внезапно появилось столько вины, что этого невозможно было не заметить. Хо Нарим старалась не говорить ничего лишнего, однако он, похоже, истолковал её молчание по-своему и теперь выглядел так, словно готов был извиняться до конца жизни.

Он ведь совершенно ни в чём не был виноват, однако характер у него действительно оказался слишком добрым.

Хо Нарим махнула рукой, показывая, что ему не следует об этом беспокоиться.

— Я ведь уже сказала, что всё нормально. Тогда я действительно была неправа, потому что начала подозревать сестру, даже не выслушав её сторону.

— Но при таких обстоятельствах всё меняется.

— Ничего пока не изменилось, потому что её объяснений я по-прежнему не слышала.

— И что ты собираешься у неё спросить?

— Всё как есть. Правда, сначала нужно дождаться результата анализа.

Насколько Хо Нарим успела выяснить заранее, проверка родства после подачи образцов обычно занимала примерно один-два дня, и у неё были причины заранее искать информацию о таком анализе.

«Подвал, которого словно вообще не должно было существовать, непривычное поведение сестры и слишком болезненная реакция женщины на любое упоминание ребёнка».

Но сильнее всего настораживало совпадение возраста женщины из подвала с возрастом их родной матери, которая, по рассказам, много лет назад покинула семью.

Вспомнив всё, что успела прочитать в интернете, Хо Нарим украдкой посмотрела на часы. Почта уже наверняка закрылась, поэтому отправить образцы сегодня не получится.

— Чтобы сделать анализ на родство, нужно отправить это доставкой, верно?

Пэк Соно спросил нерешительно:

— Может быть, я завтра сам всё отправлю?

— Что?

— У меня и завтра выходной. Во время твоего обеденного перерыва на почте тоже будет перерыв, да и возле больницы Святой Марии, насколько я знаю, почтового отделения вообще нет.

Всё это было правдой, однако Хо Нарим не понимала, зачем Пэк Соно самому ввязываться в её дело.

— Просто я слишком явно вставал на сторону Хо Нарён из-за того, что она мне нравится. Между нами с тобой ничего особенного нет, однако…

Пэк Соно виновато почесал затылок, совершенно не пытаясь скрыть, насколько неловко ему было перед Хо Нарим.

— Я всё-таки жалею, что так отнёсся к человеку, который когда-то был дорог Тэджу.

— Но я ведь уже не его девушка.

— И какая разница?

Пэк Соно подошёл ближе и протянул ладонь, предлагая отдать ему пакет с волосом.

— Для Тэджу ты остаёшься дорогим человеком независимо от того, прошлое это или настоящее. А я должен с уважением относиться к человеку, который дорог моему близкому другу.

Неужели Кам Тэджу действительно настолько дорожил Хо Нарим?

Если бы кто-нибудь спросил её об этом напрямую, она вряд ли смогла бы уверенно ответить утвердительно. Именно из-за его холодности и привычки жёстко разделять личное и рабочее Хо Нарим когда-то постоянно чувствовала себя раненой и в итоге первой предложила расстаться, а Кам Тэджу ни разу не попытался её удержать и просто отпустил.

«Он ведь так легко со мной расстался. Наверное, Соно просто ошибается».

Впрочем, предложение о помощи появилось как раз вовремя, поэтому Хо Нарим решила его принять. Пока она складывала в другой пакет собственный волос, заметно более короткий, чем у женщины, Пэк Соно добавил:

— Только то, что я сейчас сказал, пусть останется между нами, хорошо? Когда брат очнётся, ему знать не обязательно. Я даже не уверен, что он понимает, кто такой Тэджу, однако почему-то ощущение такое, будто я только что начал поддерживать его соперника.

«Вообще-то он уже стоит позади тебя и сверлит твою спину взглядом».

Более того, теперь маленький призрак прекрасно знал Кам Тэджу в лицо.

С недовольным выражением маленький призрак решительно подошёл к Хо Нарим и обхватил руками её икру.

[Нарим.]

Как обычно, в его голосе послышалось недовольное нытьё, и Хо Нарим уже собиралась привычно его проигнорировать, когда призрак снова произнёс:

[Хо Нарим.]

Почему-то на этот раз ей показалось, что вместо детского голоса маленького призрака она услышала настоящий голос взрослого Пэк Ёхёна.

Хо Нарим опустила глаза, однако перед ней по-прежнему была лишь маленькая макушка ребёнка.

[Не смотри на других мужчин.]

Это не было плодом воображения. Голос действительно звучал низко и принадлежал взрослому мужчине, настолько отчётливо, что его невозможно было спутать с голосом маленького призрака.

[Ведь я нахожусь рядом с тобой.]

Сердце Хо Нарим тяжело забилось.

[Я не знаю, почему Пэк Ёхён из этого времени решил жениться на Хо Нарён, однако в будущем мы с тобой были мужем и женой.]

Маленький призрак поднял голову, и снизу вверх на Хо Нарим посмотрели ярко-красные глаза.

[Не бросай меня.]

[Потому что я тебя никогда не бросал.]

С маленьким призраком была связана будущая Хо Нарим, а вовсе не нынешняя, поэтому она совершенно не понимала, почему он говорит всё это именно ей. И всё же его взгляд оказался настолько жутким, что Нарим не смогла выдавить из себя ни слова.

— Нарим, что с тобой?

— Ничего особенного, просто немного устала.

Хо Нарим заставила себя улыбнуться обеспокоенному Пэк Соно и отошла в сторону.

Даже после того как женщина уснула, они с Пэк Соно продолжили разговаривать в гостиной. Обычно словоохотливый Соно сам начинал очередную тему, а Хо Нарим лишь поддерживала разговор, отвечая ему.

До этого они знали друг друга исключительно через общих знакомых, да и обстоятельства, при которых им пришлось сблизиться, были настолько необычными, что Нарим заранее сомневалась, смогут ли они вообще спокойно находиться рядом, однако вопреки её ожиданиям вечер проходил вполне мирно.

Дин-дон.

Так продолжалось ровно до того момента, пока Кам Тэджу без всякого предупреждения не пришёл к Пэк Соно.

На экране домофона появилось его привычно бесстрастное лицо. Кам Тэджу стоял у двери и спокойно ждал, нажав на звонок, а Хо Нарим, смотревшая на экран вместе с растерявшимся хозяином квартиры, спросила:

— Он часто приходит к тебе без предупреждения?

— Не особенно часто, однако, если ему от меня что-нибудь нужно, такое случается. Меня подобные вещи обычно не раздражают.

Впрочем, куда ещё можно было настолько свободно приходить, как не в квартиру близкого друга, у которого даже девушки нет.

На экране Кам Тэджу нахмурился и снова нажал на звонок, словно прекрасно знал, что хозяин находится дома, и теперь требовал немедленно открыть ему дверь.

— Ты говорил ему, что сегодня будешь дома?

— Нет, однако упоминал, что у меня выходной. Я домосед, поэтому он наверняка решил, что я, как обычно, никуда не пойду.

— Тогда просто сделаем вид, что тебя нет. Если он увидит нас сейчас, объясняться придётся обоим.

Друг Кам Тэджу в домашней одежде и его бывшая девушка рядом с ним.

Всё это уже начинало напоминать сюжет какого-то безумного сериала.

Лица Хо Нарим и Пэк Соно одновременно застыли, потому что оба прекрасно понимали, насколько жалким оправданием будет звучать любое объяснение в подобной ситуации.

— Д-да, тогда просто не будем открывать! В крайнем случае он решит, что я пошёл проведать брата.

На экране Кам Тэджу нахмурился ещё сильнее, после чего протянул руку к панели у входа в здание.

Увидев, как он начинает набирать код от двери первого этажа, Хо Нарим беззвучно вскрикнула и схватила Пэк Соно за ворот.

— Ты и Кам Тэджу сообщил код?!

— Но я ведь даже тебе его сказал, разве не очевидно, что ему тоже?!

— Я только что объясняла тебе, что нельзя раздавать пароль кому попало!

— Ты сказала это всего несколько часов назад! Откуда мне было знать, что всё повернётся именно так?!

— Кроме моей сестры и мыслей о том, как тебе страшно, у тебя в голове вообще что-нибудь есть?!

— Вообще-то ты права, но можно было сказать и помягче!

Пока они препирались, уже возле самой входной двери раздался звук набираемого кода. Цифры нажимались одна за другой, медленно, но совершенно уверенно, и лучший друг Кам Тэджу вместе с его бывшей девушкой одновременно беззвучно закричали.

— Итак…

По-своему они всё-таки попытались что-то предпринять. Пэк Соно торопливо преградил Кам Тэджу дорогу в квартиру и даже предложил поговорить снаружи, явно надеясь самому выйти вместе с ним.

— Значит, есть женщина, которую едва не похитили неизвестные люди, и Хо Нарим, решившая ей помочь.

Под холодным взглядом Кам Тэджу Хо Нарим невольно вздрогнула и отвела глаза.

— А ещё есть мой идиот-друг Пэк Соно, который вместо того, чтобы остановить безрассудный план Хо Нарим, решил ей подыграть.

— Почему только со мной ты разговариваешь настолько язвительно… Нет, ладно, я лучше помолчу, только не смотри на меня так страшно.

Пэк Соно тоже поспешно отвёл взгляд и страдальчески простонал, совершенно не понимая, каким образом всё в итоге закончилось тем, что Кам Тэджу теперь отчитывал их обоих.

Разумеется, если бы Пэк Соно сумел, как и собирался, выманить Кам Тэджу из квартиры и задержать его снаружи, Хо Нарим, возможно, успела бы забрать женщину и снова сбежать. Однако Кам Тэджу почувствовал неладное в поведении друга и обратил внимание на обувницу возле входа, где остались маленькие туфли, которые они не успели спрятать, и больничные тапочки из больницы Святой Марии.

Причём обувь Хо Нарим должна была показаться ему особенно знакомой, ведь среди неё стояли те самые розовые кроссовки, которые когда-то купил ей сам Кам Тэджу.

Сразу после этого Кам Тэджу, на лице которого редко можно было увидеть настолько застывшее выражение, без малейших колебаний вошёл в квартиру, а Пэк Соно так и не решился его остановить. Как уже не раз становилось ясно, при всей своей внушительной внешности Соно обладал довольно робким сердцем.

— Хм.

Кам Тэджу сидел, закинув ногу на ногу, и размеренно постукивал пальцами по колену. Женщина по-прежнему спала в маленькой комнате и потому никак не могла отреагировать на происходящее, однако по домашней одежде Хо Нарим и её напряжённому виду было нетрудно догадаться, что пришла она сюда вовсе не на несколько минут.

— Полагаю, у вас была причина не обращаться в полицию и не ехать в участок. Вы действительно не собираетесь ничего больше мне объяснять?

Хо Нарим плотно сжала губы, а Пэк Соно тоже предпочёл промолчать, поскольку не мог обсуждать чужие семейные обстоятельства, пока сама Нарим ничего не рассказывала.

Глядя на них обоих, Кам Тэджу бесстрастно произнёс:

— Возможно, как бывшему парню мне не следует такое говорить, однако выбор у тебя, похоже, не самый удачный, Хо Нарим.

— Между нами ничего такого нет!

— Эй, да ты прекрасно знаешь, что мне нравится Хо Нарён! И вообще, что со мной не так?!

Хо Нарим и Пэк Соно выкрикнули это одновременно. Хотя внешне они совершенно не походили друг на друга, в такие моменты казалось, будто перед Кам Тэджу сидят родные брат с сестрой, однако уже в следующую секунду оба посмотрели друг на друга с одинаково недовольными лицами, словно даже подобное сходство пришлось им совершенно не по душе.

[Раз уж знает, что он бывший парень, мог бы наконец убраться подальше.]

Голос маленького призрака снова звучал по-детски, однако содержание его слов от этого менее зловещим не становилось. Он сидел у Хо Нарим на коленях и так яростно сверлил Кам Тэджу взглядом, словно мечтал уничтожить его на месте.

— На самом деле…

Поняв, что дальнейшее молчание всё равно ничего не изменит, Хо Нарим наконец решила рассказать о произошедшем. Она поведала Кам Тэджу о странном поведении Хо Нарён, о котором узнала от хозяйки кафе, затем рассказала о собственной семье и объяснила, к какому предположению пришла из-за внешности женщины, настолько напоминавшей Хо Нарён, и её недавних слов.

Выслушав её, Кам Тэджу мельком посмотрел на стол в гостиной, где Пэк Соно так и не успел убрать два пакета с застёжками, в каждом из которых лежали волосы разной длины. Для любого постороннего человека их содержимое выглядело бы достаточно подозрительно.

— Я против.

— Почему?

— Человек, которого ты всю жизнь считала мёртвым, внезапно оказывается жив, а женщина, найденная в подвале, вдруг выясняется твоей родной матерью. Хорошо подобное заканчивается разве что в сериалах.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Подумай об этом хладнокровно, Хо Нарим.

Кам Тэджу говорил с привычно холодным выражением лица. Казалось, другой человек, видя, насколько сильно она этого хочет, мог бы хотя бы немного смягчиться, однако Кам Тэджу никогда не менял собственного мнения лишь потому, что оно причиняло кому-то боль, если был уверен, что считает правильным именно так.

И именно это всегда особенно задевало Хо Нарим в их отношениях.

— Если подтвердится, что эта женщина действительно твоя родная мать, с этого момента за тобой закрепится ярлык дочери преступника. Независимо от того, виновата ты в чём-то или нет, люди всё равно будут обсуждать тебя за спиной.

Лицо Хо Нарим исказилось от обиды.

— П-почему ты говоришь такие вещи? Ты ведь прекрасно знаешь, что я всегда хотела, чтобы мама вернулась! Даже когда я сказала, что собираюсь жить одна в том доме, ты пытался меня отговорить, но в конце концов всё равно поддержал!

Маленький призрак вздрогнул. Когда Хо Нарим начала встречаться с Пэк Ёхёном, она уже жила в том доме, поэтому он, вероятно, впервые услышал об этой части её прошлого.

— Тогда речь шла о том, что твоя мать вернётся здоровым и самостоятельным человеком.

Кам Тэджу слегка склонил голову набок и даже сейчас, когда отчаяние Хо Нарим было очевидно, не собирался уступать лишь из жалости, если считал её решение неправильным.

Именно из-за этой его черты Нарим когда-то не раз испытывала обиду.

— После долгих лет заточения её психика нарушена, и у неё нет работы. Вполне возможно, из-за пережитой травмы она до конца жизни уже не сможет существовать так же самостоятельно, как обычный человек.

— К-Кам Тэджу, может, уже хватит…

— Если говорить откровенно, для тебя она станет обузой.

У Хо Нарим словно провалилось сердце. Перед ней могла находиться мать, с которой она впервые встретилась спустя несколько десятилетий, а Кам Тэджу мог сказать только это?

— Скорее всего, именно поэтому Хо Нарён и скрывала её существование. Если с самой Хо Нарён что-нибудь произойдёт, забота об этой женщине на всю жизнь ляжет на тебя.

Кам Тэджу не остановился.

— Не делай анализ на родство. Даже если правда когда-нибудь всё равно раскроется, не становись человеком, который сам её выяснит.

Обузой.

Неужели нельзя было попытаться остановить её какими-нибудь более мягкими словами?

Хо Нарим крепко сжала губы. Она прекрасно понимала, о чём говорит Кам Тэджу, ведь, став взрослой, начав работать, самостоятельно зарабатывать деньги и отвечать за собственную жизнь, уже успела узнать, насколько тяжело бывает нести ответственность ещё и за другого человека.

Она также понимала, что жестокие слова Кам Тэджу в конечном счёте произносились ради неё и что, по сути, он поступал точно так же, как Хо Нарён со своей чрезмерной опекой.

«Но почему ни один из вас даже не спрашивает, чего хочу я сама?»

Разве нельзя было хотя бы выслушать её желание?

Пусть они прожили дольше, набрались большего опыта и успели увидеть куда больше неприятных сторон жизни, из-за чего теперь искренне считали, что именно таким образом проявляют заботу, Хо Нарим такая забота была совершенно не нужна.

— Не вмешивайся.

Впервые она сказала Кам Тэджу это настолько холодно. Раньше Хо Нарим могла сердиться на него, раздражаться или даже обижаться, однако никогда прежде не разговаривала с ним подобным тоном.

Краем глаза Нарим заметила Пэк Соно, который выглядел куда более потрясённым и обеспокоенным, чем сам Кам Тэджу, однако предпочла не обращать на него внимания.

— Я сама разберусь. Какое тебе вообще дело?

— Сама разберёшься?

Кам Тэджу медленно огляделся вокруг, словно одного взгляда на окружающую обстановку было достаточно, чтобы ответить на этот вопрос.

Они находились в квартире Пэк Соно.

— Разве человек, который действительно способен справиться самостоятельно, оказался бы сейчас здесь?

Лицо Хо Нарим мгновенно вспыхнуло от унижения.

— Кам Тэджу! Это уже слишком!

Пэк Соно, больше не способный молча слушать, наконец попытался его остановить, однако в тот же момент Хо Нарим резко вскочила с места.

Единственным местом, куда она могла сейчас сбежать, оказалась маленькая комната, где спала женщина, поэтому Нарим поспешила туда и с силой захлопнула за собой дверь. От громкого удара женщина испуганно проснулась и приподнялась на постели.

Заперев дверь, Хо Нарим, уже не пытаясь сдерживать слёзы, нетвёрдым шагом подошла к ней.

— Пожалуйста, просто утешьте меня немного.

Женщина растерялась, однако всё же неловко обняла Хо Нарим и начала осторожно поглаживать её по спине. Постель уже успела согреться от её тела, и именно такого тепла Нарим так отчаянно не хватало в детстве.

Маленький призрак прошёл сквозь закрытую дверь и долго молча смотрел, как Хо Нарим плачет в объятиях женщины, принимая от неё утешение, а затем бесшумно исчез.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

Тем временем на тринадцатом этаже больницы Святой Марии маленький призрак долго стоял перед дверью палаты для особо важных пациентов, на которой не было указано даже имя больного, а спустя некоторое время просто прошёл сквозь неё.

Перед ним открылась просторная палата, больше напоминавшая дорогой гостиничный номер. Маленький призрак подошёл к кровати возле огромного окна, за которым как на ладони сияли неоновые огни ночного города, и недовольно нахмурился.

[О чём ты вообще думаешь?]

Тот, к кому он обращался, разумеется, не мог его услышать, однако маленький призрак словно пытался хотя бы так выплеснуть накопившееся раздражение.

[Чего ты вообще добиваешься в этом времени?]

Будущий Пэк Ёхён даже после смерти вернулся в прошлое ради того, чтобы защитить Хо Нарим и не позволить повториться несправедливой гибели любимой женщины. Но о чём тогда думал Пэк Ёхён из нынешнего времени, если позволял окружающим неправильно понимать его поступки и тем самым заставлял Хо Нарим страдать?

Особенно теперь, когда ей было настолько тяжело, а он сам не мог даже обнять её и утешить.

Маленький призрак опустил взгляд на собственные крошечные руки. Если бы это тело принадлежало ему, он никогда не стал бы вести себя настолько глупо.

[Не может быть, чтобы ты не любил Хо Нарим. Может быть, у тебя просто есть свой способ всё исправить?]

Для Пэк Ёхёна варианта, в котором он не любил Хо Нарим, попросту не существовало. Как бы сильно маленького призрака ни раздражало происходящее, вероятно, Пэк Ёхён из этого времени тоже пытался по-своему защищать её.

Он ещё некоторое время пристально смотрел на лежащего мужчину, после чего положил маленькую ладонь поверх его руки.

В следующий миг глаза призрака резко расширились.

Одновременно с тем, как его маленькая ладонь начала становиться прозрачной, палец Пэк Ёхёна едва заметно шевельнулся.

Похоже, после разговора перед сном женщина уже окончательно решила для себя, что Хо Нарим является её дочерью, поэтому торопливо отдала ей подушку, на которой до этого лежала сама, укрыла одеялом и неловко принялась похлопывать по животу, словно убаюкивала совсем маленького ребёнка.

— Я вообще-то уже не настолько маленькая.

— Ты всё равно моя малышка.

Женщина мягко убрала волосы с её лба, и от этого ласкового прикосновения Хо Нарим стало удивительно хорошо, а обида, которая ещё совсем недавно болезненно сжимала сердце, понемногу начала стихать.

Снаружи её больше никто не звал, хотя по доносившимся голосам можно было понять, что Кам Тэджу, вероятно, всё ещё разговаривал с Пэк Соно.

«Да плевать. Мне больше нет никакого дела до такого человека».

Казалось, вся симпатия к Кам Тэджу разом испарилась. Маленький призрак наверняка пришёл бы в восторг, услышав подобную мысль, однако Хо Нарим лишь посмотрела на женщину, которая всё это время неотрывно наблюдала за ней.

— Вы раньше не знали моего имени?

— ?

— Просто вокруг меня постоянно называли Нарим, но вы всё равно будто даже не подумали, что я могу быть вашей дочерью…

В доме не сохранилось ни одной фотографии матери, поэтому Хо Нарим не знала ни её лица, ни даже имени. Хо Нарён намеренно ничего не рассказывала и лишь велела младшей сестре забыть о женщине, которая их бросила.

Но если сидевшая перед ней женщина действительно была её матерью, разве совпадение имени не должно было хотя бы заставить её что-нибудь заподозрить? Тем более что всё это время она находилась именно в том доме.

— Я знала только имя старшей… П-прости.

Женщина запнулась, явно испугавшись, что могла ранить чувства Хо Нарим.

— Значит, после моего рождения вы почти сразу перестали меня видеть?

— Да. Мы были вместе совсем недолго.

— Понятно.

В таком случае, возможно, имя Хо Нарим выбрал отец. По крайней мере, женщина всё-таки не забыла, как её назвали, и уже одно это немного успокаивало.

— Мы ещё не сделали анализ на родство, поэтому я вполне могу оказаться не вашей дочерью.

— Хорошо.

— Поэтому не привязывайтесь ко мне слишком сильно, пока не убедитесь, что я действительно ваша дочь.

Говоря это, Хо Нарим так и не выбралась из её объятий, прекрасно понимая, насколько противоречиво выглядит её собственное поведение. Просто ей не хотелось, чтобы женщина, которая и без того, судя по всему, пережила слишком многое, сначала вновь обрела надежду, а затем снова её потеряла.

Хо Нарим ещё раз посмотрела на неё и только тогда заметила мелкие капли холодного пота, проступившие на лбу, отчего удивлённо склонила голову, ведь жарко в комнате точно не было.

— Почему вы так сильно вспотели?

— Пока я спала, всё время слышала странный голос. Не знаю, сон это был или нет.

Хо Нарим осторожно вытерла холодный пот с её лба, а женщина продолжила уже заметно более испуганным голосом:

— Мне казалось, что голос, который запрещал мне куда-либо выходить, теперь хочет меня убить.

Неужели речь шла об отце?

Хо Нарим немного помедлила, а затем сама обняла женщину. Получалось неловко, однако Нарим медленно поглаживала её по спине, стараясь утешить точно так же, как совсем недавно утешали её саму.

— Всё хорошо. Здесь нет никого, кто сможет причинить вам вред. Поэтому можете не бояться и спокойно спать.

Услышав её тихий шёпот, женщина кивнула, однако так и не разжала рук, продолжая крепко обнимать Хо Нарим.

Через некоторое время Нарим и сама незаметно уснула, ведь последние дни принесли слишком много стресса, а накопившаяся усталость давно уже давала о себе знать.

Она не знала, сколько времени прошло, когда сквозь сон до неё донёсся чей-то отчаянный, почти умоляющий голос.

— Спасите меня, пожалуйста… Спасите. Я больше не буду.

В нём звучало столько боли, что даже у сонной Хо Нарим болезненно сжалось сердце. Она нахмурилась, всё ещё не в силах открыть тяжёлые глаза.

«Неужели от стресса мне уже снятся такие сны?»

Возможно, это был сонный паралич. Хо Нарим тихо застонала, однако голос снова раздался совсем рядом.

— Чёртова сука! К какому мужику ты опять собралась сбежать? Неблагодарная тварь, ты даже не понимаешь, сколько для тебя сделали, и заслуживаешь только смерти! Ты должна умереть и сгнить здесь до конца своей жизни!

Хо Нарим мгновенно насторожилась.

Что это было?

Голос, который только что умолял о спасении, теперь жутко проклинал кого-то, причём шёпот звучал настолько быстро и отчётливо, что напоминал какое-то заклинание, и лишь тогда Нарим поняла, что всё происходящее вовсе не было сном.

Голос раздавался слишком близко.

— Умри, умри, ты должна умереть! Если сбежишь, я перебью всех твоих детей!

Казалось, кто-то нашёптывал эти слова прямо ей в ухо.

Хо Нарим резко распахнула глаза и увидела женщину, которая склонилась над ней, приблизив лицо почти вплотную, и с пугающе искажённым выражением продолжала шептать ей прямо в ухо.

— А-а-а!

Хо Нарим невольно закричала, и в ту же секунду руки женщины метнулись к её шее. Пальцы с такой силой сдавили горло, что Нарим даже не успела как следует сопротивляться.

— Хо Нарим! Что случилось?!

Похоже, её крик был слышен даже снаружи, потому что Кам Тэджу торопливо дёрнул дверную ручку и громко спросил, что происходит. Хо Нарим думала, что он уже ушёл домой, однако, судя по всему, всё это время Кам Тэджу оставался здесь.

— Чёрт, Пэк Соно! Ключа нет?!

— Ч-что?! Подожди, сейчас поищу!

Даже Кам Тэджу крайне редко повышал голос настолько сильно, однако Хо Нарим не могла позвать на помощь. Женщина продолжала душить её, а Нарим отчаянно впивалась ногтями в её руки, пытаясь разжать пальцы, но сил всё равно не хватало.

«Когда мне сказали, что у неё, похоже, психическое расстройство, я почему-то решила, что речь идёт максимум о тяжёлой депрессии».

Но ведь совсем недавно женщина уже говорила, что слышит какие-то странные голоса. Неужели это действительно были слуховые галлюцинации, которые она попросту не могла отличить от реальности?

Женщина смотрела на Хо Нарим совершенно пустыми глазами, словно была чем-то одержима и вместо неё видела перед собой другого человека.

— Умри… Пожалуйста, просто умри.

Невозможно было понять, повторяла ли она услышанные когда-то слова или уже произносила то, что сама хотела сказать.

Хо Нарим хрипло закашлялась и, из последних сил пытаясь вырваться, почувствовала, как из глаз от удушья выступили слёзы.

— М-мама…!

И вслед за этим с губ сорвалось обращение, которое Хо Нарим хотела впервые произнести лишь после того, как анализ подтвердит их родство.

В ту же секунду женщина отшатнулась так резко, словно её ударило молнией.

Хо Нарим жадно втянула воздух, свернулась на постели и начала давиться сухими рвотными позывами, в то время как за дверью Кам Тэджу раздражённо требовал объяснить, что происходит, и с силой бил ногой по двери.

— А… а-а…

Даже среди всего этого шума женщина словно окончательно потеряла рассудок и обеими руками яростно вцепилась в собственные волосы. Она отползла в угол, сжавшись от ужаса, а затем внезапно встретилась взглядом с Хо Нарим.

В её угольно-чёрных глазах отражалась сама Нарим, испуганно съёжившаяся на постели.

В следующий миг женщина резко вскочила и бросилась к двери.

— Что за…!

Кам Тэджу совершенно не ожидал, что дверь внезапно распахнётся, поэтому женщина с размаху толкнула его, сбила с ног и промчалась к выходу. Хо Нарим успела увидеть лишь её удаляющуюся спину, а затем и то, как она распахнула входную дверь и босиком выбежала наружу.

Всё происходящее словно растянулось во времени и намертво отпечаталось в сознании Хо Нарим, а инстинкт настойчиво подсказывал, что, если сейчас позволить этой женщине уйти, второй встречи уже не будет.

— Хо Нарим, что вообще произошло… Твоя шея!

Кам Тэджу, поморщившись, поспешил к ней, однако Нарим уже пыталась подняться и заставила себя встать, хотя ноги совершенно не держали.

— Нужно идти за ней.

— Ты вообще понимаешь, в каком сейчас состоянии?!

— Но мама… Мама!

— Она не твоя мать! Какая мать станет душить собственную дочь?!

Хо Нарим растерянно посмотрела на кричащего Кам Тэджу. Он с тяжёлым выражением лица разглядывал её шею, на которой, скорее всего, уже начинали проступать синяки.

Когда Кам Тэджу осторожно провёл пальцами по её коже, его рука едва заметно дрожала, что было настолько на него не похоже, что Хо Нарим на мгновение даже засомневалась, действительно ли перед ней тот самый человек.

«Если рассуждать здраво, я тоже не могу назвать матерью женщину, которая только что пыталась меня задушить».

Она совсем не соответствовала той матери, которую Хо Нарим годами представляла и ждала.

Но женщина, которая испуганно смотрела на неё так, словно весь её мир только что рухнул…

— И всё же, Кам Тэджу, я хочу пойти за ней.

Разве можно было, увидев лишь эту жалкую, сломленную сторону, самовольно решить, что она не мать, только потому, что женщина оказалась совсем не такой, какой Хо Нарим представляла её все эти годы?

— Если я сейчас останусь здесь, то потом обязательно пожалею.

— А если она снова причинит тебе вред?

— Всё равно хочу пойти.

Кам Тэджу тяжело вздохнул и медленно поднялся, а Хо Нарим, увидев это, решила, что сейчас он снова попытается преградить ей дорогу. Разумеется, такой рациональный человек, как Кам Тэджу, никогда не поддержит настолько безрассудное решение.

Она уже успела горько усмехнуться, когда раздался голос Пэк Соно:

— Кам Тэджу, зачем ты вдруг взял ключи от машины?

Кам Тэджу вернулся с собственной курткой и накинул её на плечи Хо Нарим, а в другой руке держал ключи.

— Идём.

— Почему?.. Ты ведь никогда не потакал моему упрямству.

— А при чём здесь упрямство?

Кам Тэджу обнял Хо Нарим за плечи, помогая удержаться на ногах, которые всё ещё плохо слушались, и спокойно продолжил:

— Это твоё желание.

Кам Тэджу всегда был именно таким.

Как далеко она могла успеть убежать босиком, даже не надев обувь?

Хо Нарим сидела на пассажирском сиденье рядом с Кам Тэджу, который вёл машину, и тревожно всматривалась в улицы за окном.

— Я почти ничего не вижу. Может быть, всё-таки лучше было искать её пешком?

— Пэк Соно проверяет переулки, поэтому давай не торопясь осмотрим остальные улицы. Если нужно охватить весь район, на машине будет быстрее.

Услышав ответ Кам Тэджу, Хо Нарим медленно кивнула. Будь сейчас рядом маленький призрак, она хотя бы могла попросить его тоже присоединиться к поискам.

От тревоги Нарим начала ковырять ногти и машинально прикусывать их, однако почти сразу услышала замечание Кам Тэджу:

— Так ты испортишь ногти.

Было удивительно, как он сумел заметить это настолько быстро, даже ни разу не взглянув в её сторону. Хо Нарим пришлось опустить руку и прислонить голову к окну, однако сколько бы она ни всматривалась в улицу, женщины нигде не было видно.

«Я ведь даже имени её не успела спросить».

Неужели она ошиблась, решив, что обо всём можно будет спокойно расспросить после того, как выяснится правда? Женщина ведь предупреждала её не привязываться к ней. А может быть, на самом деле именно Хо Нарим старалась не привязываться, потому что боялась снова испытать боль?

Именно тогда вдалеке, возле светофора, она заметила знакомый женский силуэт.

— Хо Нарим, разве это не она там стоит?

Кам Тэджу тоже заметил женщину и нахмурился, однако Хо Нарим уже успела распахнуть пассажирскую дверь. Она безрассудно бросилась между машинами, которые вот-вот должны были тронуться на зелёный сигнал светофора, и позади раздался испуганный окрик Кам Тэджу. Хо Нарим было жаль, что она заставляет его переживать, однако останавливаться она не собиралась.

— Подождите, пожалуйста!

Она поспешила к женщине, и та удивлённо повернула голову на её голос.

— Давайте хотя бы поговорим! То, что произошло раньше, ведь было не нарочно. Со мной всё в порядке, поэтому, пожалуйста, не убегайте и сначала спокойно поговорите со мной, хорошо?

— Я… я не хотела причинять тебе вред.

— Я знаю. Вы просто приняли меня за другого человека.

Когда расстояние между ними немного сократилось, Хо Нарим заметила, что с каждым её шагом женщина старается отступить ещё дальше, поэтому тут же остановилась, и только после этого та тоже замерла. Прямо за её спиной находилась оживлённая дорога, по которой на большой скорости проносились автомобили, отчего сердце Хо Нарим тревожно заколотилось.

— Я на вас не сержусь. Нам ведь ещё очень многое нужно обсудить.

— А если я останусь рядом и снова причиню тебе вред?

— Этого не произойдёт. Даже если такая опасность существует, мы можем придумать способ оставаться рядом так, чтобы никто не пострадал.

— Зачем?

От неожиданного вопроса Хо Нарим растерянно переспросила:

— Простите?

Она совершенно не ожидала услышать подобное.

— Если я действительно твоя мать, тебе ведь будет неприятно иметь такую мать, как я.

— Что вы такое говорите?

Неужели женщина слышала её разговор с Кам Тэджу? Однако по выражению её лица совсем не было похоже, что дело именно в этом.

Тревожный взгляд женщины скользнул с лица Хо Нарим к её шее.

— На меня нельзя ни в чём положиться, а я едва не убила человека, который может оказаться моей дочерью. Я так долго была заперта в подвале, что даже не представляю, каким теперь стал внешний мир.

Женщина отвернулась и безучастно посмотрела на машины, стремительно проносившиеся мимо.

— Такое чувство, будто я всё это время неподвижно оставалась на одном месте, а вокруг изменилось слишком многое.

Она сделала один шаг в сторону дороги.

— Мой муж умер, однако я всё равно остаюсь в его власти и, наверное, уже никогда не смогу освободиться.

Затем женщина сделала второй шаг.

— Подождите!

— Похоже, я слишком легкомысленно отнеслась к предупреждению старшей дочери. Разве детям может быть нужна такая мать?

По её лицу потекли слёзы, и прежде чем Хо Нарим успела остановить женщину, та внезапно бросилась на проезжую часть.

Раздался оглушительный автомобильный гудок. Хо Нарим побледнела и уже собиралась метнуться следом на дорогу, когда произошло нечто неожиданное.

— Нельзя!

Кто-то громко закричал и резко оттащил её назад. Сначала Хо Нарим решила, что это Кам Тэджу, однако обхватившие её руки принадлежали человеку с более крупным телосложением, который полностью заслонил её собой.

Перед глазами мелькнула женщина, которую сбила резко затормозившая машина, после чего её тело отбросило далеко в сторону. Хо Нарим задрожала всем телом, и мужчина, продолжавший удерживать её в объятиях, большой ладонью закрыл ей глаза.

— Не смотри, Нарим.

Мягкий голос, широкая грудь и знакомый запах.

«Почему именно он оказался здесь?»

Ей не требовалось видеть его лицо, чтобы понять, кто именно её спас. Человеком, удержавшим Хо Нарим от того, чтобы она бросилась следом на дорогу, был Пэк Ёхён.

Она закрыла глаза. Где-то неподалёку послышался голос Кам Тэджу, который, видимо, только что выбежал из машины и уже сообщал службе спасения о произошедшем, а Хо Нарим всё это время лишь стояла, как полная дура, неспособная сделать хоть что-нибудь.

Глупая девчонка, которая только и умела говорить, будто сама со всем разберётся, сегодня снова доставила окружающим одни неприятности.

•• ━━━━━ •• 「₪」 •• ━━━━━ ••

После настолько серьёзного происшествия было вполне естественно, что в больницу начали съезжаться все, кто имел отношение к случившемуся, и, разумеется, среди них оказалась Хо Нарён.

— Нарим!

Увидев встревоженное лицо сестры, Хо Нарим испытала странное ощущение дежавю, ведь совсем недавно Хо Нарён прибежала в полицейский участок с точно таким же выражением.

Нарим украдкой посмотрела на Кам Тэджу, однако тот лишь покачал головой, давая понять, что не связывался с её сестрой. Впрочем, всё это время он находился рядом, и Хо Нарим действительно не видела, чтобы тот кому-нибудь звонил.

— Это я ей сообщил. После того, что случилось с той женщиной, мне показалось, что Хо Нарён тоже должна знать.

Пэк Соно неловко указал на операционную, куда увезли пострадавшую, а Хо Нарим тем временем устало посмотрела на сестру и заметила на её лице редкое сочетание тревоги и гнева.

— Чем ты вообще занимаешься, Нарим?

— Сестрёнка…

— Я ведь сказала, что сама со всем разберусь и тебе не нужно вмешиваться! Почему ты всё равно полезла в это дело и раздула до таких масштабов то, что можно было тихо уладить?

— Н-Нарён, пожалуйста, сначала успокойтесь…

— Это касается нашей семьи.

Хо Нарён холодно оборвала Пэк Соно, едва тот попытался вмешаться, и тот, так и не успев договорить, испуганно отступил назад.

— Очень хорошо, что ты сама заговорила о семейном деле.

— Что ты имеешь в виду?

— Эту женщину запер в подвале наш отец, верно?

— О чём ты вообще…

— Ты знала?

Не поднимаясь со стула, Хо Нарим медленно подняла взгляд на Хо Нарён.

— Ты знала, что эта женщина является нашей матерью?

Хо Нарён плотно сжала губы и ничего не ответила, однако одного этого молчания оказалось достаточно, чтобы Хо Нарим всё поняла.

«Вот как…»

И после этого сестра собиралась ничего ей не рассказывать, продолжая лишь требовать, чтобы она ни во что не вмешивалась?

От нахлынувшего чувства предательства Хо Нарим буквально затрясло. Как бы ни складывались обстоятельства, она тоже являлась членом этой семьи и уже давно была взрослой, поэтому имела полное право знать правду.

— Значит, ты обо всём знала и всё равно скрывала это от меня.

Услышав её тихие слова, Пэк Соно беспокойно оглянулся по сторонам, тогда как Кам Тэджу стоял немного поодаль, прислонившись к стене. Кроме них, перед операционной никого не было.

— Нарим, давай поговорим с тобой наедине.

— Ты опять собираешься оправдываться тем, что всё делала ради меня?

— Хо Нарим, я понимаю, что ты потрясена, однако у меня тоже были причины так поступить.

— Какие могут быть причины, чтобы скрывать от меня настолько важную вещь?! Ты дошла до того, что заставила меня подозревать собственную сестру!

Хо Нарим резко вскочила на ноги и закричала. Кричала ли она когда-нибудь прежде на Хо Нарён таким голосом? Скорее всего, никогда, ведь по отношению к старшей сестре она всегда испытывала одновременно восхищение, любовь и чувство вины.

— Ты… подозревала меня? Почему? Ты ведь знаешь, что я никогда не сделаю ничего, что могло бы причинить тебе вред.

Голос Хо Нарён дрогнул, и в нём звучала настолько искренняя обида, что Хо Нарим стало почти смешно от нелепости происходящего.

То же самое было и сейчас, и прежде с Пэк Ёхёном. Почему они оба считали, что, раз поступают якобы ради неё, Хо Нарим обязана безоговорочно всё понять и принять, особенно если никто до сих пор даже не объяснил, от чего именно её так старательно пытались защитить?

— Ты спрашиваешь, почему я тебя подозревала? Потому что ты сама меня этому научила!

От её почти истерического крика Хо Нарён потрясённо застыла.

— Ты постоянно приводила в пример нашу мать, которая изменила отцу и бросила нас! Говорила, что даже родные люди способны настолько легко предать и уйти, поэтому нельзя доверять никому! Именно ты меня так воспитывала!

— Нарим, тогда я…

— И при этом ты всегда обещала, что сама будешь на моей стороне. Но что в итоге ты мне показала?

Слёзы одна за другой покатились по щекам Хо Нарим.

— Это называется защитой, когда ты ничего толком не объясняешь и просто закрываешь мне глаза и уши? Чтобы я ни о чём не знала и продолжала улыбаться как последняя дура?

— Я вовсе не это хотела сделать.

— Но при этом я всё равно должна тебе доверять… Только на каком основании?

Все накопившиеся обида, несправедливость и гнев наконец прорвались наружу неудержимой волной.

— Я сама буду решать, кому мне доверять.

Хо Нарим грубо вытерла слёзы тыльной стороной ладони, настолько сильно растирая кожу, что можно было опасаться появления царапин.

— Тогда хотя бы в случае предательства мне придётся винить только себя. Пожалуйста, не заставляй меня больше тебя ненавидеть.

После этих слов Хо Нарён плотно сжала губы, потому что в голосе Хо Нарим уже не звучало ни ожидания, ни обвинения. Это была настоящая мольба.

— Какое жалкое зрелище.

В их разговор неожиданно вмешался посторонний голос. По коридору раздался размеренный стук каблуков, и при виде появившейся женщины средних лет Пэк Соно растерянно вытаращил глаза.

— М-мама?

Это была Чон Сеён, которая смотрела прямо на Хо Нарим с таким выражением, словно та вызывала у неё откровенное отвращение.

— Ничего сама не делает, зато прекрасно умеет изображать жертву. Хо Нарён, должно быть, немало натерпелась из-за настолько незрелой младшей сестры.

Хо Нарён промолчала, а Хо Нарим яростно уставилась на Чон Сеён. Женщина нахмурилась, словно сочтя этот взгляд дерзким, и Пэк Соно уже собирался поспешно вмешаться, когда раздался другой голос:

— Гораздо больше неприятностей мне доставляет человек, который внезапно появляется и портит всем настроение.

Пэк Ёхён вернулся после того, как объяснил ситуацию встревоженным сотрудникам больницы, ведь сразу после прибытия сюда он внезапно куда-то исчез. С невозмутимым выражением лица он прошёл мимо Чон Сеён, которая смотрела на него так, словно хотела убить одним взглядом.

— Я говорю о своей незрелой матери.

После этих слов Пэк Ёхён остановился рядом с Хо Нарим.