Проснувшись однажды, Цинь Ло обнаружил себя в шкуре сына супермагната. Утро у него теперь начиналось с полоскания горла супом из ласточкиных гнёзд, а на закуску шли лобстеры. Отец, чьё богатство не знало пределов, выдвинул лишь одно условие: сынок обязан каждый месяц бездарно спускать минимум сто миллионов. Но и такая жизнь — сплошное выбрасывание денег на ветер — надоела ему довольно быстро. Всё изменилось, когда он случайно натолкнулся на девушку, о которой мечтал. Тогда Цинь Ло, скрыв это от отца, отказался от триллионов семьи и подался в солдаты: для виду — защищать Родину, а на деле — чтобы произвести впечатление на неё. Вот только армейская рутина оказалась настолько унылой, что в первый же день он едва не рехнулся. И тогда он пообещал себе: «Всего два года! Дембельнусь — заберу свою Богиню, и снова заживём припеваючи в роскоши!» Но дальше всё покатилось совсем не по плану.
В учебке он — первый, равных ему по выносливости просто нет. В разведке — снова первый, всех раскидывает одним ударом. На войсковом турнире — безоговорочный Бог Оружия. А на отборе в спецназ он в пух и прах разнёс всех элитных бойцов. И вот спустя два года его старик стоял возле колонны новеньких «Роллс-Ройсов» и утирал слёзы: «Сынок! Остров, самолёты, яхты — всё уже приготовлено! Состояние ждёт, пока ты начнёшь его растрачивать! Так какого же чёрта ты дослужился до генерала?!» Прижимая к себе Богиню, Цинь Ло тоскливо глядел на генеральские звёзды на погонах. Не то чтобы он не хотел вернуться к богатству... Просто вся армия теперь без него и шагу ступить не может. — Эх, — выдохнул он. — Я же просто хотел подцепить девчонку. Как меня угораздило?
— Весь этот раунд — за счет господина Циня! — зычный голос менеджера перекрыл грохот музыки, и бар мгновенно взорвался восторженным ревом.
В VIP-ложе, вальяжно закинув ногу на ногу, восседал Цинь Ло. Он лениво пригубил напиток и бросил через плечо:
— Пусть скажут «спасибо». Вежливость прежде всего.
— Будет сделано, брат Ло! — менеджер, расплывшись в подобострастной улыбке, выскочил к ограждению ложи и проорал в толпу:
— Весь зал, поблагодарим господина Циня! Где ваши крики?!
— Спасибо, господин Цинь! — многоголосый хор фанатичного восторга сотряс стены заведения.
Цинь Ло с довольным видом поднялся, накидывая на плечи дорогущий пиджак. Менеджер тут же подлетел к нему, едва не подметая пол собственным носом:
— Господин Цинь! Какая честь для нашего скромного заведения... Вы не только щедры, но и чертовски хороши собой...
— Довольно, — Цинь Ло на ходу застегивал пуговицы, направляясь к выходу. — Я ухожу. В следующий раз раздобудь вина получше, и не вздумай подсовывать мне этот дешевый «Роял Салют», я не идиот.
Он на мгновение задержался у двери и добавил с небрежной щедростью:
— Следующий круг тоже за мой счет. Танцуйте, пока ноги держат.
— Есть! — восторженно взвизгнул менеджер. — И следующий раунд угощает господин Цинь! Провожаем нашего героя!
— Счастливо, красавчик! Цинь Ло, я хочу от тебя детей! — крики и свист не смолкали, пока тяжелые двери бара не отсекли шум ночной жизни.
Цинь Ло шел по парковке к своей ослепительно-синей «Бугатти». Мощный двигатель отозвался на зажигание хищным рыком, заставляя случайных прохожих замирать от зависти. Он поправил солнцезащитные очки, хотя была глубокая ночь, и самодовольно ухмыльнулся своему отражению в стекле. В этот момент он чувствовал себя королем этой улицы, самым ярким бриллиантом в короне ночного города.
На самом деле, Цинь Ло не принадлежал этому миру. Полгода назад он, типичный офисный раб, пал жертвой переутомления и очнулся в теле этого везунчика. Бонусом к новой жизни шел отец-олигарх с состоянием в триллионы. Но самым приятным было то, что папаша души не чаял в сыне, и единственным его требованием было: «Трать, сынок. Трать, гуляй и ни в чем себе не отказывай».
Для человека, который в прошлой жизни влез в ипотеку под грабительский процент и вкалывал по графику «9-9-6», это было сродни раю.
— Деньги действительно позволяют вытирать ноги о законы физики, — хохотнул Цинь Ло, вжимая педаль газа в пол. — Кайф!
Машина только начала набирать скорость, как вдруг из тени выметнулась черная тень и с глухим ударом врезалась в капот.
Бам!
Тень отлетела метра на два и рухнула на асфальт.
— Мать твою! — Цинь Ло резко ударил по тормозам, сердце едва не выскочило из груди. — Видел, как машины сбивают людей, но чтобы люди бросались под колеса... это что-то новенькое!
Не успел он прийти в себя, как фигура на асфальте зашевелилась. Женщина, шатаясь и спотыкаясь, рванула прямо к его двери. В свете фонарей мелькнуло лицо, наполовину скрытое каскадом растрепанных волос. В ее чертах сквозила какая-то болезненная, пронзительная красота. Цинь Ло замер. Она не была похожа на тех кукол, что вешались на него в барах; в ней чувствовалась порода и какая-то дикая, почти первобытная чистота.
Он невольно сглотнул, завороженный ее образом. Но созерцание длилось недолго.
Хлоп!
— дверь внезапно распахнулась, и женщина запрыгнула на пассажирское сиденье.
— Эй, ты чего творишь? Ты... — слова Цинь Ло застряли в горле, когда он почувствовал у кадыка холодную сталь ножа.
— Сестра, давай без глупостей, — он медленно поднял руки, чувствуя, как по спине пополз липкий пот. — Тебе нужны деньги? Машина? Если хочешь, я весь твой... только не режь. Не ломай себе жизнь, тюрьма — это не весело...
— Заткнись! — женщина полоснула его яростным взглядом. — Гони... Быстрее, гони!
Цинь Ло хотел было возразить, но в этот момент из переулка высыпала толпа крепких парней в черном. В руках у них поблескивали японские мечи, и намерения их явно были далеки от дружелюбных.
— Охренеть! — Цинь Ло не стал ждать приглашения и вдавил газ до упора.
Двенадцатицилиндровый монстр под капотом взревел, и «Бугатти» пулей сорвалась с места. Глядя в зеркало заднего вида на быстро уменьшающиеся фигурки преследователей, Цинь Ло облегченно выдохнул.
— Моя ласточка любого Такуми Фудзивару оставит в дураках, — он позволил себе слабую улыбку и повернулся к спутнице:
— Красавица, мы их сделали. Может, уберешь зубочистку? Поверь, со мной ты в полной безопа... Эй! Эй-эй-эй!
От увиденного он чуть не вылетел на обочину. Женщина с силой вогнала лезвие ножа себе в бедро. Кровь брызнула фонтаном, мгновенно пропитывая ткань одежды.
— Да я же не собирался сдавать тебя копам! — заорал Цинь Ло. — Зачем так каяться-то?!
Она рывком выдернула нож и зажала рану рукой, бледнея на глазах.
— Спаси... спаси меня... — прохрипела она, глядя на него затуманенным взором. — Отвези... отвези в...
Договорить она не успела и обмякла на сиденье, потеряв сознание.
— Эй! Слышишь? Ты чего? — Цинь Ло испуганно позвал её, но ответа не последовало. Он не нашел ничего лучше, как отвесить ей пару звонких пощечин. Щеки девушки покраснели, но она оставалась в глубоком обмороке.
— Ну и дела, — пробормотал он, качая головой. — Пырнуть себя ножом и просить о спасении... Красивая, но явно с пулей в голове.
Взглянув на ее безмятежное в беспамятстве лицо, Цинь Ло вздохнул.
— Ладно, считай, что тебе повезло. Ради такой мордашки я готов спасти даже сумасшедшую.
Он достал платок, кое-как перевязал ей бедро — рана оказалась не слишком глубокой — и крутанул руль, направляясь к ближайшей больнице.
[Динь! Обнаружено чрезвычайное происшествие. Система официально активирована!]
Цинь Ло опешил, но уже через секунду его лицо озарила ликующая улыбка. Полгода ожидания — и вот она, «золотая жила» любого попаданца!
[Динь! Задание: Немедленно спасите находящуюся при смерти сотрудницу военной разведки. После выполнения задания Система будет полностью синхронизирована.]
Цинь Ло округлил глаза:
— Так я и так везу ее в больницу! Доставлю — и дело в шляпе, так?
[Динь! Объект отравлен мощным термическим токсином («Жаркий яд»). Яд уже начал действовать, время жизни — менее двадцати минут. До больницы не успеть. Хозяин, вы должны нейтрализовать яд немедленно!]
[Дружеское напоминание: в случае провала задания Система самоликвидируется без возможности восстановления!]
— Твою ж направо! — Цинь Ло и злился, и радовался одновременно. — То есть меня буквально принуждают к геройству?
Он посмотрел на девушку, чье дыхание становилось всё более редким и прерывистым.
— Такая девчонка... жаль будет, если завянет так рано.
Он потер ладони, чувствуя, как азарт смешивается с легким смущением.
— Прости, красавица. Вообще-то я джентльмен и правда хотел в больницу... Но обстоятельства сильнее нас!
Цинь Ло хитро ухмыльнулся, резко вывернул руль и направил спорткар в сторону безлюдных пустырей.
*
Час спустя. Небольшая роща на окраине.
Цинь Ло сидел, прислонившись к дереву, и тяжело дышал. Это тело было чертовски нетренированным — он чувствовал себя выжатым лимоном. Рядом с ним девушка в полном молчании быстро приводила одежду в порядок.
— Послушай, — Цинь Ло посмотрел на её спину и вздохнул. — Ты же была без сознания... яд там, все дела... Как ты умудрилась так быстро...
— Заткнись!
Холодная сталь снова коснулась его шеи. Он вздрогнул — нож в её руке не дрожал ни на миллиметр.
— Эй-эй! Ты что, решила прирезать своего спасителя?
Глаза девушки полыхнули неприкрытой жаждой убийства.
— Я просила отвезти меня... в госпиталь! Кто тебе позволил... — Она поморщилась от резкой боли, и ярость в её взгляде стала еще гуще.
— Да послушай же! — Цинь Ло почувствовал, как острие начинает впиваться в кожу. — Ты хоть понимаешь, чем тебя траванули? До больницы ты бы просто не дотянула, кони бы двинула! Я жизнь тебе спас, а ты... неблагодарная!
Веко девушки дернулось. Она прекрасно знала, какой токсин был в её крови, и понимала, что слова этого наглеца — правда. Но осознание того, что её первый раз достался этому подозрительному типу в лесу...
Цинь Ло, видя, как она меняется в лице, осторожно прошептал:
— Красавица, ну, технически мы теперь вроде как муж и жена...
— Хватит! — В её глазах вспыхнуло безумие, и она с силой замахнулась ножом, метя ему прямо в голову.
Тюк!
Цинь Ло в ужасе скосил глаза. Лезвие по самую рукоять вошло в ствол дерева в сантиметре от его уха. Рукоятка вибрировала, издавая тонкий гул.
— Ну и силища... — он сглотнул, — даже больше, чем во время...
— Молчать! — Она выдернула нож и прижала плоскую сторону лезвия к его щеке.
Цинь Ло мгновенно сжал губы так плотно, что они превратились в узкую ниточку.
Девушка смотрела на него с отвращением. Парень был смазлив, но в каждом его жесте сквозила какая-то невыносимая, породистая наглость.
— Слушай меня внимательно! — она медленно водила холодным металлом по его лицу, заставляя Цинь Ло сидеть по стойке смирно. — Если хоть одно слово о сегодняшней ночи вылетит из твоего поганого рта... Я найду тебя, где бы ты ни прятался, и лично выпотрошу. Понял?
Цинь Ло начал бешено кивать, не раскрывая рта.
— Что ты глазами хлопаешь? — рявкнула она. — Отвечай!
— Ты же сама велела молчать! — обиженно выдавил он. — Так мне говорить или нет?
Она закатила глаза:
— Сейчас — говори!
— Слушай, — Цинь Ло скорчил жалобную мину. — Я, взрослый мужик, был... кхм... подавлен твоим напором. У меня даже сил сопротивляться не было! Да если я кому и расскажу, меня же засмеют. Какой позор...
Лицо девушки вспыхнуло так ярко, что казалось, по нему сейчас потечет кровь. Она действительно вела себя... агрессивно, но яд лишил её воли.
— Забудь всё! — Она бросила на него последний испепеляющий взгляд и развернулась, чтобы уйти.
— Эй!
— Что еще? — она обернулась, и её глаза снова превратились в ледяные осколки.
Цинь Ло изобразил на лице улыбку праведника:
— И ты вот так просто уйдешь?
— А чего ты ждал? — фыркнула она.
— Красавица, я твой спаситель, вообще-то. А ты просто берешь и делаешь ноги? Это же форменное издевательство над честным человеком!
— Да что тебе нужно?! — почти простонала она от бессилия.
Цинь Ло масляно улыбнулся:
— Ну, хотя бы номерок телефона оставь.
Её глаза едва не вылезли из орбит. Такого беспардонного типа она не встречала за всю свою карьеру.
— Ты больной? — устало выдохнула она. — Сегодня произошла ошибка... Огромная ошибка. Считай, что ничего не было.
— Ошибка? — возмутился Цинь Ло. — Тогда давай совершим еще одну, но в другом месте...
Блеснул нож, и Цинь Ло мгновенно вскинул руки:
— Ладно, ладно! Что за характер такой... Нужно же по справедливости...
Девушка чувствовала, что еще минута — и она сойдет с ума. Она выхватила из кармана пачку денег и швырнула их в Цинь Ло.
— Это тебе за «спасение». Считай, что мы в расчете!
С этими словами она стремительно скрылась в темноте.
Цинь Ло пару секунд тупо смотрел на рассыпавшиеся по траве купюры, а потом взорвался:
— Ты издеваешься?! Мало того, что унизила, так еще и... Твою мать, тут же одна мелочь!
Он вскочил и закричал вслед уходящей тени:
— Слышишь?! Ты не сбежишь! Я тебя из-под земли достану! Так просто ты от меня не отделаешься!
[Динь! Поздравляем Хозяина с успешным выполнением задания! Система официально активирована, начинается процесс синхронизации...]
Цинь Ло замер, и его ярость мгновенно испарилась, уступив место предвкушению. Теперь, когда к его безграничным финансам добавится еще и Система, он станет поистине непобедим. Смесь «денежной мощи» и суперспособностей — это же круче, чем Бэтмен и Супермен в одном флаконе!
[Динь! Первичная синхронизация завершена. Вам начислен «Набор новичка». Открыть?]
[Динь! Поздравляем! Получена способность: Генетическое усиление (Ранг C).]
[Динь! Поздравляем! Получена способность: Удар Ванпанчмена (Ранг C).]
[Динь! Первая регистрация прошла успешно. Награда: 50 очков суперсилы!]
В следующую секунду Цинь Ло прошибло током. Он почувствовал, как внизу живота зародился мощный поток энергии и огненным взрывом разошелся по всему телу, достигая кончиков пальцев. Его мелко затрясло, словно от мощного разряда. Тело, еще минуту назад казавшееся пустым и изможденным, мгновенно наполнилось силой, как иссохшая земля во время долгожданного ливня.
— Опять этот озноб... Но какой же кайф! — выдохнул он.
В голове тут же всплыли подробные описания способностей.
«Генетическое усиление»
позволяло кратно увеличить выносливость и общие показатели организма. На текущем ранге C Цинь Ло обрел физическую форму профессионального атлета.
— Вот это вещь! — расплылся он в улыбке.
Прежнее тело этого богача было дряблым и слабым. Не будь оно таким хилым, та девица в лесу не смогла бы так легко взять верх. Теперь же Цинь Ло почувствовал в себе стержень. Если бы та ситуация повторилась сейчас, он бы превратился в «неутомимый моторчик» и ни за что не отдал бы инициативу!
— Удар Ванпанчмена? — в мыслях Цинь Ло возник образ лысого парня в желтом костюме.
Однако системное описание внесло коррективы. Эта способность была буквальной: один удар невероятной мощи, который практически невозможно заблокировать. Но было и ограничение — «кулдаун». После использования, вне зависимости от того, попал ты или промахнулся, способность уходила на перезарядку. Сейчас откат составлял пять минут, а сила удара в три-четыре раза превышала возможности обычного человека.
Осознав всё это, Цинь Ло едва не пустился в пляс. За те полгода, что он провел в этом мире, он никогда не чувствовал себя настолько живым. Он расправил плечи и подошел к массивному дубу.
— Посмотрим, на что способен этот «Ванпанчмен».
Бам!
Кулак врезался точно в центр ствола. Дерево содрогнулось, а Цинь Ло по инерции отступил на два шага.
Ш-ш-ш...
— листва посыпалась дождем, устилая землю.
Цинь Ло во все глаза смотрел на результат. В том месте, куда пришелся удар, древесина смялась, словно мокрый картон, образовав глубокую вмятину.
— Офигеть... — он недоверчиво поглядел на свой кулак. — Это реально я сделал?
Он сглотнул. Такой удар — это минимум двадцать лет тренировок в шаолиньском монастыре. Кто вообще сможет выстоять против такого?
В порыве азарта он попытался нанести еще пару быстрых ударов, но дерево даже не шелохнулось, а кулак пронзила острая боль.
— Черт, и правда только один раз!
Боль была настоящей, но она помогла усвоить урок: бить нужно наверняка. Если промахнешься — пиши пропало.
— Система, а ранг C — это предел? Можно подняться выше?
[Динь! Хозяину достаточно выполнять задания, чтобы получать очки суперсилы или новые способности. Очки можно тратить на повышение ранга, вплоть до SSS.]
— Тогда давай следующее задание! — Цинь Ло нетерпеливо потер руки. — Роль бесполезного мажора мне уже поднадоела, хочу стать по-настоящему крутым.
В прошлой жизни он читал много романов о попаданцах, и каждый из них становился легендой. Теперь настал его черед.
— Меня зовут Цинь Ло, и сейчас начнется шоу! — самодовольно ухмыльнулся он.
[Динь! Новое задание: Поступите на службу в армию. В награду вы получите случайную суперспособность или очки суперсилы.]
— Чего-чего? — Цинь Ло застыл на месте. — В... в армию?
Это было похоже на падение в ледяную прорубь прямо из теплой постели. С его деньгами и новыми силами он планировал покорять мир, а не маршировать на плацу.
[Полное название Системы: «Защита Родины и Демонстрация Мощи... Специальная Система Суперспособностей»!]
Цинь Ло почувствовал, как в голове всё перемешалось:
— Что ты там пробормотала?
[Проще говоря, цель Системы — создать величайшего суперсолдата и стратега для защиты интересов государства. Поступление в армию обязательно. В противном случае Система будет отозвана, а способности аннулированы.]
[Срок выполнения: десять дней!]
Цинь Ло нервно дернул щекой. Теперь он понял, почему Система активировалась именно сейчас. Та женщина в лесу была военным разведчиком — она и стала триггером.
— Значит, выбора нет? — вздохнул он.
Он мог отказаться от роскошной жизни на время, но потерять Систему — значит потерять всё.
— Ладно, идем в армию! — Цинь Ло сжал кулаки.
Если это единственный путь сохранить силы, то так тому и быть. Заодно он найдет ту девицу и заставит её признать поражение.
— Использовала меня и думала, что можно просто уйти? Не на того напала! Система, можешь узнать, в какой части служит та красотка?
Чтобы идти служить, нужно знать направление. Если он попадет в пехоту на юге, а она на севере — план мести прогорит.
[Динь! Информация найдена. Шэнь Синьжань, женщина, капитан отряда специального назначения «Небесные волки» Северо-Западного военного округа...]
Губы Цинь Ло растянулись в хищной улыбке:
— Шэнь Синьжань, значит? Помнится, ты говорила, что если я тебя найду, то ты в моем распоряжении... Надеюсь, ты держишь слово!
*
Пять дней спустя. Закат.
Роскошный «Роллс-Ройс Фантом» летел по шоссе, пока не свернул на узкую проселочную дорогу. Цинь Ло то и дело выглядывал в окно.
— Долго еще?
— Почти приехали, — дворецкий Ван Жифа с похоронным лицом повернулся к нему. — Молодой господин, я всё же считаю, что бросать триллионное состояние ради солдатской казармы — это безумие. Может, всё-таки обсудите это с отцом? Он вернулся из поездки этой ночью и скоро будет здесь.
Цинь Ло раздраженно посмотрел на него:
— Старина Ван, ты же знаешь: если я ему скажу, он меня за забор не выпустит. Я же специально втайне всё провернул.
Ван Жифа вздохнул:
— Но если люди узнают, что супер-богач пошел в обычные рядовые, они решат, что отец над вами издевается... или что вы сошли с ума. Давайте я хоть договорюсь о военном училище? Будете сразу офицером...
— Заткнись! — перебил его Цинь Ло. — Я иду защищать Родину, отец должен гордиться. Всё, приехали. Ты же сам договаривался с частью, так что назад пути нет. Семья Цинь слов на ветер не бросает.
— Как скажете, — дворецкий закатил глаза, чувствуя, как внутри всё сжимается от дурных предчувствий.
Машина остановилась перед массивными воротами воинской части.
— Раз, два, три, четыре! — донеслось из-за забора. Зычные голоса солдат заставили Цинь Ло на мгновение засомневаться. Глядя на марширующие коробки новобранцев, он едва не дернулся обратно в салон автомобиля.
Если бы не Система и жажда мести, он бы сейчас нежился в бассейне с моделями, а не готовился стать «пушечным мясом».
— Два года. Всего два года, — прошептал он себе под нос. — За это время я приберу к рукам Шэнь Синьжань, прокачаю Систему и вернусь королем.
— Господин Ван! — из ворот вышли офицеры. Возглавлял группу статный мужчина с погонами старшего полковника.
— Комдив Ци, снова здравствуйте! — Ван Жифа с дежурной улыбкой протянул руку. — Не зовите меня господином, я лишь скромный дворецкий нашего хозяина.
Ци Шэнли рассмеялся:
— Не скромничайте, Ван. Вы каждый праздник привозите нам гуманитарную помощь, вы для нас почетный гость.
Цинь Ло наблюдал за этим обменом любезностями с легкой ухмылкой. Хорошо, что он взял с собой Вана. Если бы приехал отец, поднялся бы такой шум, что о службе можно было бы забыть.
— Комдив Ци, — Ван Жифа заговорил серьезнее, — наш хозяин всегда говорит: «Брать у народа, возвращать народу». Вы, защитники Родины, рискуете жизнями. Без вас не было бы стабильности в стране, а без стабильности — и нашего бизнеса.
Ци Шэнли кивнул:
— Ваш господин Цинь не просто жертвует деньги, он вносит огромный вклад. Командование округа часто ставит его в пример как истинного патриота.
— Кхм-кхм... — Цинь Ло демонстративно кашлянул.
Ван Жифа спохватился:
— Ах да, комдив Ци, позвольте представить: наш молодой господин, Цинь Ло. Молодой господин...
— Товарищ старший полковник! — Цинь Ло шагнул вперед и четко отдал честь.
Офицеры на мгновение замерли. Приветствие было на удивление правильным. Видимо, парень готовился. Ци Шэнли улыбнулся и обернулся к стоящему рядом офицеру:
— Гао Цюнь!
— Я! — подполковник сделал шаг вперед.
— Принимай пополнение, — Ци Шэнли указал на Цинь Ло. — Даю тебе месяц. Через месяц он должен соответствовать среднему уровню новобранца. Срок сжатый, задача важная. Я не хочу, чтобы его комиссовали из-за неуспеваемости, ясно?
— Так точно! — Гао Цюнь козырнул. — Будет сделано!
Затем он холодно кивнул Цинь Ло:
— За мной.
— Есть.
Цинь Ло развернулся, и двое слуг тут же подскочили к нему, нагруженные четырьмя огромными чемоданами. Гао Цюнь нахмурился, глядя на этот багаж, но, раз комдив промолчал, решил пока не вмешиваться.
— Комдив Ци, — Ван Жифа понизил голос, — я передаю его вам. Всё, как мы договаривались.
Ци Шэнли усмехнулся:
— Не волнуйтесь, всё устроено. Но предупреждаю сразу... Призыв давно закончен, учебка идет уже два месяца. По закону его нельзя было брать. Только из-за особого статуса вашего хозяина и его заслуг перед армией было сделано исключение. Но армия — это дисциплина. У него есть только месяц, чтобы догнать остальных. Если не сдаст нормативы — извините, отправим домой.
Ван Жифа едва не расхохотался от радости. Это было даже лучше, чем он планировал.
— Спасибо вам, комдив! — он с чувством пожал руку офицеру.
Р-р-р...
— внезапно с неба донесся нарастающий гул. Все задрали головы: к части на большой скорости приближался вертолет.
— Черт, батя! — Цинь Ло вздрогнул. Если отец его сейчас поймает, никакой Системе не поздоровится. — Товарищ подполковник, — он схватил сумку, — идемте скорее!
Гао Цюнь, заметив суету парня, кивнул:
— Ладно, пошли.
Когда они скрылись за воротами части, Цинь Ло обернулся на вертолет и озорно высунул язык:
— Пап, бывай! Увидимся!
Он повернулся к казармам, и на его лице заиграла предвкушающая улыбка.
— Шэнь Синьжань... Когда ты меня увидишь, постарайся не упасть в обморок. Твой мужчина умеет удивлять!
— Сыночек мой родной... — Цинь Цзячэн едва ли не рухнул на колени прямо перед КПП, глядя на казармы с таким видом, будто провожал сына на эшафот. — Ну чего тебе не хватало? Папа, конечно, человек простой, только и умеет, что деньги зарабатывать... Но ты бы только сказал, любую прихоть бы исполнил! Зачем же ты в солдафоны-то подался, а?
— Господин! — Ван Жифа, ловя на себе косые взгляды часовых, поспешно подхватил хозяина под локоть. — Молодой господин сам так решил. Если вы будете здесь так убиваться, вы его только опозорите.
— Ах ты, пес шелудивый! — Цинь Цзячэн мгновенно сменил гнев на милость, а точнее — на ярость, завидев дворецкого.
— Господин... — Ван Жифа попятился.
Олигарх мертвой хваткой вцепился в его лацканы:
— Хорош гусь! Я тебе на кого малого оставил, пока по делам мотался? А ты его в армию сплавил, в пекло, в лишения! Ты что, гад, уже мои капиталы примеряешь? Решил единственного наследника извести?
Ван Жифа изобразил на лице высшую степень скорби:
— Господин, побойтесь бога! Он же мне нож к горлу приставил: или армия, или самоубийство. А вы сами велели — любую прихоть Сяо Ло исполнять беспрекословно.
— Ты... — Цзячэн осекся, понимая, что крыть нечем. — Ты мне зубы не заговаривай! Почему не дал хоть на прощание его обнять? Может, я бы его уговорил!
— Так это же военный объект, — развел руками Ван Жифа. — Сказали, если вертолет не сядет немедленно — собьют к чертям собачьим...
Цзячэн в бессильной ярости потряс кулаками:
— И всё же — зачем? Денег мало? Или ты за ним плохо присматривал?
Дворецкий прижал руку к сердцу:
— Да я за ним как за божеством ходил... В армию он пошел... из-за девчонки!
— Чего? — Олигарх замер с открытым ртом. — Из-за... бабы в погонах?
Ван Жифа вздохнул:
— Вы же знаете характер молодого господина. К обычным девицам он всегда был холоден, а тут — как бес вселился. Я и так, и эдак — стена. Телефон ваш был вне зоны, пришлось связи поднимать.
Цзячэн посмотрел на суровые стены части:
— Армейская верхушка... хм, вкус у парня есть, в меня пошел. Но всё же...
Дворецкий, заметив тень сомнения на лице босса, заговорщицки понизил голос:
— Господин, я же всё предвидел. Зная историю вашей супруги, я понимал, что армия — последнее место, где вы хотите видеть сына. Поэтому я договорился с комдивом Ци.
Глаза олигарха вспыхнули:
— И что ты придумал?
Ван Жифа хитро ухмыльнулся:
— Наш Сяо Ло — неженка, тяжелее бокала в жизни ничего не поднимал. Какая из него служба? Я попросил Ци Шэнли не делать ему никаких поблажек. Наоборот — пусть дерут с него три шкуры, пусть гоняют в хвост и в гриву, строже, чем любого другого.
Цзячэн расплылся в улыбке:
— Хочешь, чтобы он взвыл от нагрузок и сам приполз домой?
— Именно! — Ван Жифа закивал. — И еще одно: поскольку он пришел «по звонку», ему дали испытательный срок — месяц. Если через месяц не сдаст нормативы наравне со всеми — позорное отчисление и путь домой открыт.
Они переглянулись и одновременно расхохотались.
— Ван Жифа, чертяка ты эдакий! — Цзячэн хлопнул его по плечу. — Не зря ты столько лет при мне трешься.
— Господин, я уже и островок присмотрел, — продолжал дворецкий. — Как только малый вернется, побитый жизнью, отправим его туда отдыхать, чтобы дурь из головы окончательно выветрилась.
Цзячэн весело погрозил ему пальцем, глядя на казармы:
— Сынок, ты только не перенапрягайся там. Если станет совсем туго — беги. Армия не для тебя, а если ты не будешь тратить мои деньги, их же этот прохиндей Ван приберет!
*
Штаб учебного полка, кабинет командира.
Подполковник Гао Цюнь сидел за столом, делая вид, что изучает личное дело, а сам исподтишка разглядывал Цинь Ло. Решение комдива Ци вызывало у него изжогу. Мало того, что подсунули «блатника», так еще и требовали приставить к нему лучших инструкторов. Гао Цюнь чувствовал себя не в своей тарелке, но деваться было некуда — этот Цинь Цзячэн был не просто богачом, а меценатом, на чьи деньги в части недавно обновили спортзал.
— Что это за баулы? — Гао кивнул на гору чемоданов. — Ты сюда воевать пришел или переезжать на ПМЖ?
Цинь Ло, с любопытством разглядывавший спартанскую обстановку кабинета, широко улыбнулся:
— Товарищ подполковник, ну как же... В первый раз в гостях, положено с гостинцами.
— Гостинцы? — Гао Цюнь поднял бровь.
— Именно! — Цинь Ло поспешно расстегнул одну из сумок и выудил две пачки элитных сигарет и пару бутылок коллекционного маотая. — Вот, угощайтесь. Скромные дары из моих запасов. Берите-берите, не стесняйтесь!
Гао Цюнь посмотрел на дорогущий алкоголь, и его лицо начало наливаться багровым цветом:
— Это... по-твоему, «гостинцы»?
— А то! — Цинь Ло кивнул, не замечая бури. — У меня там еще есть, на всех хватит. Надеюсь на ваше покровительство...
Бам!
Гао Цюнь так ударил ладонью по столу, что Цинь Ло подпрыгнул на месте.
— Ты! Совсем страх потерял?! — Подполковник вскочил, едва не опрокинув стул.
«Мало?» — пронеслось в голове у Цинь Ло. Он нырнул в сумку и выставил еще две бутылки:
— Вот, теперь точно хватит! Не кипятитесь, я всё понимаю...
— Цинь Ло! — Голос Гао Цюня сорвался на крик. — Убери это немедленно! Сейчас же! Скройся с глаз моих вместе с этой контрабандой!
Цинь Ло замер в замешательстве. Он искренне не понимал, что пошло не так. Перед отъездом он консультировался с парой отставников, и те в один голос твердили: «В армии главное — уметь задобрить начальство. Будешь послушным и щедрым — жизнь будет малина».
Он планировал отсидеть здесь два года, получить свои суперсилы и уйти. Комфорт был для него приоритетом, поэтому он и прихватил «валюту», которая на гражданке открывала любые двери. Но этот подполковник, кажется, был из другого теста.
— Сложи всё назад и встань смирно, — процедил Гао Цюнь.
— Ой... — Цинь Ло закатил глаза, но подчинился.
Если бы они были на улице, он бы уже давно ответил этому вояке в его же манере. Но здесь был устав, и Цинь Ло приходилось играть по чужим правилам. Пока что.
— Послушай меня, парень, — Гао Цюнь ткнул в него пальцем. — Мне плевать, сколько у твоего папаши нулей на счету. Здесь армия. Здесь защищают Родину, а не прохлаждаются. Хочешь уважения — заслужи его на плацу, а не этими дешёвыми трюками. Еще раз увижу попытку взятки — вылетишь отсюда в тот же миг. Ясно?
— Так точно, — нехотя буркнул Цинь Ло.
Гао Цюнь еще раз посмотрел на коллекционный маотай тридцатилетней выдержки и сглотнул. «Искушает, гад... Чуть грех на душу не взял», — подумал он.
[Динь! Система: Вы успешно поступили на службу. Задание выполнено. Новая способность разблокирована!]
Цинь Ло мгновенно приободрился. «Ну же, давай что-нибудь убойное! Хочу летать или стрелять лазерами из глаз!»
[Динь! Способность получена: Супер-имитация (Ранг C).]
[Динь! Награда: 25 очков суперсилы!]
«Супер-имитация?» Цинь Ло нахмурился. В голове сразу возникли ассоциации с какими-нибудь пародистами из ТВ-шоу. «И зачем мне это?»
[Супер-имитация позволяет Хозяину с идеальной точностью копировать любые движения, походку, мимику и даже голос любого человека. Чем выше ранг, тем выше сходство. На текущем ранге требуется небольшая практика для достижения 100% идентичности.]
Цинь Ло разочарованно вздохнул. После «Удара Ванпанчмена» это казалось каким-то детским садом. «Копировать чужие ужимки? Серьезно? Ладно, дареному коню в зубы не смотрят».
Перед глазами всплыла панель характеристик:
[Имя: Цинь Ло]
[Сила/Выносливость: 20 (у обычного человека — 10)]
[Очки суперсилы: 75]
[Способности: Генетическое усиление (C), Удар Ванпанчмена (C), Супер-имитация (C)]
Семьдесят пять очков. Еще немного — и можно будет поднять одну из способностей до ранга B. Интересно, насколько возрастет мощь?
Тук-тук-тук.
— Разрешите?
— Войдите!
В кабинет вошел офицер с волевым лицом и цепким взглядом. Четко отдал честь:
— Товарищ подполковник, капитан У Чжиюань по вашему приказанию прибыл!
Гао Цюнь расплылся в улыбке:
— А, Чжиюань, заходи. Знакомься — твое новое пополнение, Цинь Ло.
Затем он повернулся к парню:
— Цинь Ло, это капитан У Чжиюань, командир девятой роты новобранцев. Лучший в нашем полку. С этого момента ты под его началом.
Цинь Ло вежливо козырнул:
— Здравия желаю, товарищ капитан! Я Цинь Ло, надеюсь на плодотворное сотрудничество.
У Чжиюань посмотрел на него как на говорящую кучу мусора, а затем в шоке уставился на подполковника:
— Товарищ подполковник, это что... это какая-то шутка?
— В каком смысле шутка? — Гао Цюнь прищурился. — Я выразился предельно ясно. Боец зачислен в твою роту.
— Да вы издеваетесь! — Капитан едва не задохнулся от возмущения. — Учебка идет уже два месяца! У меня люди уже стреляют и кроссы бегают, а вы мне сейчас подсовываете этого... этого... Вы решили мне все показатели завалить?!
— Нет, категорически нет! — У Чжиюань едва не сорвался на крик. — Забирайте его обратно. Куда хотите его пихайте, хоть в штаб писарем, хоть в хозвзвод, но только не ко мне!
Бам!
— Да ты у меня сейчас в дежурные по полку на месяц пойдешь! — Гао Цюнь со всей силы приложил ладонь к столешнице. Цинь Ло даже бровью не повел — он уже привык к этой манере общения местных начальников.
— Ты что, решил, что здесь рынок, и ты можешь выбирать товар по вкусу?
Цинь Ло мысленно усмехнулся. «А подполковник-то молодец, держит марку. Какая харизма, какая экспрессия...» Но следующее действие капитана заставило его по-настоящему удивиться.
У Чжиюань тоже ударил по столу!
«Ничего себе, — подумал Цинь Ло, — этот капитан либо бессмертный, либо у него стальные яйца — так с подполковником разговаривать».
— Товарищ подполковник! Разумные приказы я выполняю беспрекословно. Но абсурдные имею право оспаривать! — Капитан ткнул пальцем в сторону Цинь Ло. — Он что, гений какой-то? Или самородок из глубинки? Учебка на финишной прямой, товарищ подполковник! Запихнуть его сейчас ко мне — это подложить свинью всей роте!
— Мы в этом году планировали взять первое место среди новобранцев округа. А теперь что?!
Цинь Ло невольно дернул уголком рта. «Гений? Самородок? Если бы ты знал, что у меня внутри Система, ты бы сейчас за мной бегал с просьбой автограф оставить».
— Цинь, выйди в коридор. Подожди там.
— Есть.
Цинь Ло смерил У Чжиюаня коротким взглядом и вышел, плотно прикрыв дверь. Стоило щеколде щелкнуть, как из кабинета донесся рык Гао Цюня:
— У Чжиюань! Ты совсем берега попутал?! Забыл субординацию? Я твой командир, а не собутыльник!
— Дядя Гао... — голос капитана стал заметно тише.
— Подполковник Гао! — отрезал комполка.
Цинь Ло за дверью удивленно приподнял брови. «Ого, семейные подряды. Капитан-то, оказывается, племянник или старый знакомый. Понятно, почему такой дерзкий».
— Товарищ подполковник, — У Чжиюань перешел на доверительный тон, — давайте честно. У нас девятая рота — лучшая в полку. Мы идем с огромным отрывом. И тут вы мне подсовываете «блатника». Ваш старый товарищ попросил за сынка, а мне теперь расхлебывать? Решили меня приструнить через этот «довесок»?
— Ты мелешь чепуху! — рявкнул Гао Цюнь. — Его отец — человек чести. Парень сам пришел служить!
— Ага, конечно, — саркастично бросил У Чжиюань. — Захотел бы служить — пришел бы со всеми. А те, кто через заднее крыльцо заходят, ничего, кроме проблем, не приносят. Я таких ненавижу. Я сам всего добился без помощи отца, и в моем подразделении «мажорам» делать нечего!
Гао Цюнь мысленно застонал. Метать бисер перед этим упрямым бараном было бесполезно. Он обещал комдиву, что Цинь Ло пройдет аттестацию. А У Чжиюань, хоть и обладал характером бешеного осла, был действительно лучшим методистом.
— У Чжиюань! — Гао Цюнь посмотрел на него тяжелым взглядом. — Это не просьба. Это боевой приказ. У тебя ровно месяц. Ты должен сделать из него солдата, который сдаст экзамен наравне со всеми. Если он провалится и его комиссуют... пеняй на себя. Лично выпишу тебе взыскание. И вся твоя хваленая рота останется без премий и отпусков!
— А теперь — вон отсюда! Чтобы до конца учебки я тебя не видел! И помни — это распоряжение штаба округа. Выполнять!
— Есть... — уныло отозвался У Чжиюань.
«Так-то лучше, — ухмыльнулся Гао Цюнь, когда дверь за капитаном закрылась. — Упрямца можно победить только еще большим упрямством».
Цинь Ло стоял в коридоре в позе «смирно». У Чжиюань вылетел из кабинета, едва не снеся его плечом, и, не оборачиваясь, зашагал вниз по лестнице. Цинь Ло вздохнул, подхватил свои сумки и поспешил следом.
В кабинете Гао Цюнь в сердцах хлопнул по столу:
— Вот ведь молодежь пошла! Чуть не соблазнил меня, гаденыш... Тридцатилетний маотай, надо же...
*
Они вышли на плац. Капитан шел впереди, Цинь Ло едва поспевал за ним со своим багажом. Внезапно У Чжиюань резко остановился, и Цинь Ло на полном ходу врезался ему в спину.
Дон!
Капитан едва не полетел носом в асфальт. Он резко развернулся, и его глаза метали молнии:
— Ты что, ослеп? Глаза на затылке или просто в облаках витаешь?
Цинь Ло, который был на полголовы выше капитана, посмотрел на него сверху вниз и обезоруживающе улыбнулся:
— Виноват, товарищ капитан. Я всё на небо смотрел, а то, что под ногами... кхм... пониже, не заметил.
У Чжиюань покраснел. Намек на его рост был более чем прозрачным.
— Смирно! — рявкнул он, отступая на два шага.
«Ну начинается, классика жанра», — подумал Цинь Ло.
— Слушай меня, «подарочек», — У Чжиюань окинул его презрительным взглядом. — Мне плевать, чьим звонком тебя сюда принесло. Но запомни: я ненавижу две вещи: отсутствие таланта и попытки пролезть без очереди. Поэтому скажу сразу — ты мне глубоко и искренне противен.
Кулаки Цинь Ло непроизвольно сжались. На гражданке после таких слов человек обычно отправлялся на свидание с челюстно-лицевым хирургом. Но здесь... здесь нужно было играть тоньше.
— Товарищ капитан! — громко произнес Цинь Ло.
— Что?
— Я тоже терпеть не могу людей с предвзятым мнением. Тех, кто вешает ярлыки, не зная человека. Тех, кто ведет себя как базарная сплетница, заранее во всем уверенная. Такие люди мне тоже... глубоко противны.
На плацу повисла звенящая тишина. У Чжиюань оцепенел. За все годы службы он впервые видел, чтобы «зеленый» новобранец в первый же день так дерзко огрызался офицеру.
— Ого... — Капитан криво усмехнулся. — Значит, зубки показываем? Хорошо.
Он подошел вплотную, обдавая Цинь Ло запахом табака:
— Ты думаешь, что ты особенный? Остальные пахали два месяца. У тебя остался один. Ты не просто отстал, ты в глубокой яме. Чтобы догнать их, тебе нужно быть гением. Скажи мне, «блатник», ты гений?
Цинь Ло серьезно кивнул:
— Раньше я так не думал. Но попав сюда, понял: я — самородок, которого армия ждала столетие.
У Чжиюань едва не поперхнулся. Такой запредельной наглости он не ожидал. Он-то надеялся запугать парня, заставить его проситься домой в первый же вечер.
— Ты... ты хоть понимаешь, какую ахинею несешь? — Капитан сорвался на фальцет.
— Я говорю чистую правду, товарищ капитан. В армии же ценят честность?
— Молчать! — У Чжиюань чувствовал, что у него начинает дергаться глаз. — Послушай, Цинь Ло. Твоя спесь выветрится через два дня тренировок. Я устрою тебе такой «интенсив», что ты имя свое забудешь.
— Заранее благодарю, — спокойно ответил Цинь Ло.
— Что?! — У Чжиюань окончательно растерялся. — Ты что сказал?
— Я сказал: спасибо, товарищ капитан. Приятно видеть, что вы так заботитесь о моем прогрессе. Вежливость — это важно.
У Чжиюань судорожно вздохнул. Это было не просто неподчинение. Это был тонкий, изысканный троллинг. Парень явно прощупывал границы дозволенного.
— Отлично, — капитан зловеще улыбнулся, его лицо напоминало маску человека, страдающего от хронического запора. — Раз ты такой «целеустремленный», пойдем. Я познакомлю тебя с твоим новым домом. Надеюсь, ты не сломаешься на полпути.
Цинь Ло улыбнулся в ответ. Он понимал, что жизнь в роте не будет сахаром, но с его Системой любые нагрузки были лишь способом стать сильнее.
— Товарищ капитан!
— Что еще?!
Цинь Ло достал из кармана пластиковую карту и легким щелчком отправил её в руки офицеру. У Чжиюань рефлекторно поймал её.
— Это еще что за фокусы?
— Небольшой знак внимания, — подмигнул Цинь Ло. — Вы только не серчайте на мои слова, я человек прямой. Давайте жить дружно: я сдаю нормативы, вы не ищете поводов для придирок.
У Чжиюань посмотрел на карту. На золотистом пластике красовался логотип самого элитного клуба города — «Платиновый Алмаз».
— Это... — Голос капитана задрожал от ярости.
— Моя личная VIP-карта, — доверительно прошептал Цинь Ло. — Всё включено: лучший алкоголь, любые залы, охрана. Просто назовите мое имя — и вам организуют лучший отдых с любыми... кхм... дополнительными услугами. Там отличные водяные кровати и очень интересные комнаты с аксессуарами.
У Чжиюань смотрел на карту, и его лицо начало приобретать фиолетовый оттенок.
«Мать твою, этот щегол только пришел, а уже решил купить меня?! Решил, что я падок на такие низости?!»
— Цинь Ло! — взрыв ярости У Чжиюаня был такой силы, что он буквально подпрыгнул на месте.
— Что-то не так, товарищ капитан? — Цинь Ло невинно захлопал ресницами.
— Смирно, мать твою! — Капитан брызгал слюной, его лицо было в паре сантиметров от лица новобранца. Он с силой швырнул карту обратно, попав Цинь Ло прямо в грудь. — Засунь себе эту дешевку куда подальше! Здесь АРМИЯ! Запомни это слово, вбей его в свою мажорскую башку!
Цинь Ло поймал карту, чувствуя, как внутри нарастает раздражение. Опять мимо. Что за люди? В его мире такая карточка решала проблемы быстрее, чем звонок адвокату. Похоже, здесь его «суперсилы» из прошлой жизни не работали от слова «совсем».
— «Паршивая овца»... — прошипел У Чжиюань, разворачиваясь на каблуках. — Шагом марш за мной. Будем смотреть, как ты запоешь на аттестации.
Цинь Ло молча последовал за ним, философски рассудив, что раз взятки не берут, придется брать измором. С его способностями он выдержит любую муштру, а два года — не такой уж большой срок за возможность стать сверхчеловеком.
Расположение девятой роты находилось на самой окраине городка новобранцев. Путь занял минут двадцать, в течение которых капитан не проронил ни слова. Когда они наконец достигли одноэтажных казарм, У Чжиюань остановился у входа и бросил дежурному:
— Всех сержантов, командиров отделений — ко мне! Живо!
Через пару минут перед крыльцом уже стояла шеренга из десяти человек. Четкие движения, суровые лица — настоящие псы войны местного разлива. Один из них сделал шаг вперед и козырнул:
— Товарищ капитан, сержанты девятой роты по вашему приказанию собраны! В строю десять человек, происшествий нет!
— Вольно.
У Чжиюань обвел подчиненных тяжелым взглядом, а затем указал большим пальцем за спину, на Цинь Ло:
— Знакомьтесь. Наше «особое» пополнение. Зовут Цинь Ло.
Сержанты уставились на новичка с нескрываемым подозрением. Учебка перевалила за экватор, а тут является этот тип в гражданском, да еще и с кучей чемоданов.
— Скажу прямо, — голос капитана зазвучал громче, — этот боец мне здесь не нужен. Его навязал штаб полка. Но приказ есть приказ: за оставшийся месяц мы обязаны дотянуть его до среднего уровня роты. Если он завалит экзамен — накажут не только его. Взыскания получим мы все.
Он сделал паузу, давая информации впитаться.
— Слышали? Из-за одного «блатника» вся рота может остаться без увольнительных и премий.
Цинь Ло поморщился. «Старый лис, решил настроить против меня всё руководство роты еще до того, как я порог переступил». Он видел, как взгляды сержантов наливаются неприязнью.
— Ну что, — У Чжиюань ехидно прищурился, — есть желающие взять его в свое отделение? Кто хочет стать «героем» и вытянуть этот безнадежный случай?
Он демонстративно отошел в сторону, оставив Цинь Ло под перекрестным огнем десяти пар глаз. Тишина затянулась. Сержанты, понимая, что этот новобранец — гарантированная гиря на ногах их подразделений, начали синхронно смотреть куда угодно, только не на Цинь Ло. Кто-то увлеченно разглядывал свои сапоги, кто-то — пролетающую мимо птицу.
— Ну? Смелее! — подначивал капитан. — Цинь Ло у нас парень не прост, говорит, что он «гений столетия». Неужели никто не хочет прикоснуться к легенде?
Цинь Ло вздохнул. «Боже, какой дешевый цирк. Ладно, капитан, поиграем по твоим правилам».
— Раз добровольцев нет, — У Чжиюань картинно развел руками, — тогда выбирай сам, Цинь Ло. Даю тебе право голоса. Кто тебе больше по душе?
Сержанты в строю напряглись. Это было похоже на русскую рулетку. Каждый молил бога, чтобы палец «мажора» не указал в его сторону. Цинь Ло медленно пошел вдоль строя, вглядываясь в лица. Наконец он остановился напротив долговязого, худощавого сержанта, который при его приближении едва не отклонился назад, пытаясь стать невидимым.
— Вот этот командир, — Цинь Ло четко указал на него пальцем.
Остальные девять человек облегченно выдохнули, едва не смахнув пот со лба. Выбранный же сержант замер с таким видом, будто ему только что зачитали смертный приговор.
— О, отличный вкус! — захохотал У Чжиюань. — Чан Лэй, поздравляю. Ты у нас лучший сержант, вот тебе и лучший боец. Настоящий вызов для профессионала!
— Товарищ капитан... — жалобно начал Чан Лэй.
— Никаких «но»! — отрезал У Чжиюань. — Это боевая задача. Принимай пополнение и приступай к вводу в строй. Выполнять!
— Есть... — выдавил Чан Лэй.
Капитан бросил на Цинь Ло прощальный, полный торжества взгляд:
— Ты хотел в армию? Ты её получишь. Чан Лэй выжмет из тебя все соки, обещаю. Надеюсь, ты не сбежишь к папочке через неделю.
— Не дождетесь, — парировал Цинь Ло.
У Чжиюань довольно хмыкнул и зашагал к штабу роты. Как только он скрылся, сержанты, до этого сохранявшие каменные лица, расслабились. Они сочувственно похлопали Чан Лэя по плечу, бросили на Цинь Ло по испепеляющему взгляду и разошлись по своим делам.
Чан Лэй остался стоять на месте, глядя на Цинь Ло с выражением глубочайшей скорби.
— Ну и за что мне это? Какой демон тебя сюда принес, чудо ты гороховое?
— Сержант? — Цинь Ло подошел ближе и широко улыбнулся.
— Не ори, я не глухой! — огрызнулся Чан Лэй. — Значит так, «чудо». Раз ты попал ко мне, готовься жрать землю. Если ты подставишь мое отделение и мы пролетим с первым местом — я из тебя всю душу вытрясу. Понял?
— Понял, — кивнул Цинь Ло. — Можете не сомневаться, я не подведу.
Чан Лэй смерил его подозрительным взглядом:
— Здесь тебе не гражданка. Здесь слово сержанта — закон. Будешь слушаться беспрекословно. Любой вопрос, любое сомнение — и ты идешь драить сортиры до посинения. Ясно?
— Предельно.
— Тогда за мной. Шевели поршнями!
Они вошли в казарму первого отделения. Как только дверь распахнулась, находившиеся внутри новобранцы вскочили и замерли по стойке «смирно».
— Вольно, — буркнул Чан Лэй. — Слушайте сюда. Это Цинь Ло. Наш новый «хвост».
Он начал представлять бойцов:
— Это Чэн Хаонань...
Цинь Ло вздрогнул. «Тот самый? Звезда боевиков про триады?» Перед ним стоял детина под два метра ростом, с косой саженью в плечах и кожей цвета пережаренного кофе. На утонченного героя кино он походил меньше всего — скорее на вышибалу из портового кабака или на медведя, решившего надеть камуфляж. Хаонань смерил Цинь Ло тяжелым взглядом, в котором читалось явное желание проверить новичка на прочность.
— Чжэн Цянь, — Чан Лэй указал на щуплого парня с бегающими глазками. Тот вежливо, но как-то слишком хитро улыбнулся.
— Хао Додо! — Этот боец расплылся в широченной, обезоруживающей улыбке. Его зубы сияли такой белизной, что могли бы служить маяком в тумане. От парня так и веяло какой-то первозданной, почти святой простотой.
Сержант закончил представление, и в комнате повисла тяжелая атмосфера. Новобранцы, которые уже два месяца жили в режиме «выживания», смотрели на Цинь Ло как на экзотическое животное.
— Он отстал от вас на два месяца, — холодно произнес Чан Лэй. — Для него вы — почти ветераны. Поэтому ваша задача — помогать этому недоразумению. Учите его всему, что знаете сами. Любую свободную минуту тратьте на его обучение. Если он накосячит на смотре — огребать будем всем отделением. Ясно?
— Так точно! — хором рявкнули бойцы. В их голосах слышалось предвкушение. Наконец-то в их скучной иерархии появилось существо, стоящее еще ниже, чем они сами.
— Я в канцелярию, — бросил сержант, направляясь к выходу. — Обживайтесь. И не вздумайте его прибить в первый же час, он нам нужен живым для массовки.
Когда дверь за Чан Лэем захлопнулась, Цинь Ло поставил свои сумки и дружелюбно кивнул:
— Привет, мужики. Надеюсь, сработаемся.
Хао Додо хотел было что-то ответить и снова заулыбался, но Чэн Хаонань чувствительно ткнул его локтем в бок. Улыбка Додо мгновенно погасла.
— Кто это тут тебе «мужик», салага? — Чэн Хаонань медленно подошел к Цинь Ло, нависая над ним своей массой. — Ты для нас — дух бесплотный. Пустое место. Понял, новобранец?
Цинь Ло лишь вздохнул. «Боже, неужели во всех мирах армейские будни начинаются одинаково?»
Цинь Ло окинул равнодушным взглядом это сборище «кривых огурцов и гнилых фиников», как в народе называли всякий сброд. Тратить на них слова он не собирался. Пройдёт какой-то месяц, и он навсегда исчезнет из их жизни, так к чему лишние разговоры?
Заприметив свободную койку, он подхватил сумку и направился к ней. Но стоило ему замахнуться, чтобы бросить вещи на матрас, как чья-то массивная нога в грубом ботинке с размаху опустилась на край кровати. Это снова был Чэн Хаонань.
Цинь Ло слегка нахмурился, в его голосе проскользнули издевательские нотки:
— И что это значит, братец Хаонань?
Чэн Хаонань смотрел на него сверху вниз, его взгляд не предвещал ничего доброго.
— Пацан, а старики разве давали тебе добро здесь спать? Ты правила службы знаешь? Не в курсе, что сначала нужно «поклониться причалу», прежде чем швартоваться? — процедил он сквозь зубы.
Цинь Ло невольно усмехнулся. «Поклониться причалу»? Надо же, заговорил как заправский бандит с большой дороги.
— И чего же вы хотите? — спросил он, ставя сумку на пол и весело щурясь.
*
В это время Чан Лэй широким шагом подошел к штабу роты и, не замедляясь, ворвался внутрь.
Политрук Кун Сян вздрогнул от неожиданности, и глоток чая полетел прямым фонтаном изо рта.
— Сержант Чан! Ты что творишь? Стучать не учили?! — рявкнул он, вытирая подбородок.
Лицо Чан Лэя вытянулось, приобретая скорбное выражение:
— Политрук, мне обидно! Сердце кровью обливается!
— И чего тебе обидно? — Кун Сян с грохотом поставил чашку на стол. — Тебе просто не повезло, никто тебя не обижал. К тому же, ты лучший командир отделения в роте...
— Значит, я должен отдуваться за всех? — с видом невинной жертвы воскликнул Чан Лэй.
— Ладно тебе, ладно, — У Чжиюань со смехом вошел в кабинет и похлопал Кун Сяна по плечу. — Старина Кун, не кипятись. Когда тебе подсовывают такую «крысиную какашку», любой взвоет от обиды.
Чан Лэй уставился на него во все глаза:
— Командир, вы же знаете, это мой последний шанс! Если сейчас не получу звание офицера, мне останется только писать рапорт и катиться домой! И именно в такой момент мне подсовывают... это недоразумение.
— Я знаю тебя лучше всех, — У Чжиюань хитро улыбнулся. — Если ты возьмешься за него всерьез, даже самый безнадежный тупица станет солдатом.
— Командир! — простонал Чан Лэй, и его лицо окончательно превратилось в маску отчаяния. — Если бы он пришел вместе со всеми... Ну, хотя бы на месяц позже, я бы еще поборолся. Но он опоздал на два месяца! Остальные уже программу закончили. У меня всего месяц! Даже если я из кожи вон вылезу, я не смогу заставить его сдать итоговую проверку!
У Чжиюань с силой хлопнул его по плечу:
— От тебя требуется только одно — выложиться на полную. Помни: тренируй его так, словно от этого зависит твоя жизнь.
— Но...
— Выполнять приказ, — улыбка мгновенно исчезла с лица У Чжиюаня, сменившись стальной твердостью.
— Есть! — Чан Лэй угрюмо кивнул. — Командир, если я буду с ним слишком суров, чур, потом меня не винить.
На губах У Чжиюаня снова заиграла зловещая усмешка:
— Будь хоть дьяволом во плоти, я слова не скажу. В конце концов, мы выполняем задание командира полка. Можешь быть спокоен.
Чан Лэй лишь горько вздохнул. «Спокоен»? Да уж, спокойствие ему теперь только снилось.
— Докладываю!
В этот момент у дверей штаба собрались все командиры отделений.
— Войдите, — кашлянув, разрешил У Чжиюань.
Дверь распахнулась, и сержанты один за другим потянулись в кабинет.
— Садитесь, — У Чжиюань заложил руки за спину и обвел присутствующих тяжелым взглядом. — Перед началом совещания пара слов. В этом году наша девятая рота планировала занять первое место в полку новобранцев. Но теперь к нам всунули «блатного». Приказ командира полка — закон, и мы его выполним. Но я не позволю одной паршивой овце испортить всё стадо!
Сержанты тут же загомонили, охваченные праведным гневом:
— Командир, только скажите! Мы всё сделаем!
У Чжиюань удовлетворенно кивнул:
— Всё просто. Я приказал сержанту первого отделения использовать любые средства. Вы знаете Чан Лэя — если он захочет, то и мертвого заставит бегать марш-броски.
— Точно! — все взгляды скрестились на Чан Лэе. Тот лишь нервно дернул глазом — такая лесть сейчас была ему совсем не по нутру.
— Что касается остальных, — У Чжиюань хлопнул в ладоши, — ваша задача — помогать Чан Лэю. Подгоняйте Цинь Ло, «подбадривайте» его, не давайте ему ни секунды покоя. Он должен быть либо на тренировке, либо на пути к ней. Ясно?
— Так точно! — хором рявкнули сержанты. Смысл приказа был понятен без лишних слов.
— Хорошо. Начинаем совещание!
Спустя некоторое время, когда за последним сержантом закрылась дверь, Кун Сян отхлебнул чаю и покачал головой:
— Старина У, ну и подлянку ты придумал.
— О чем ты, Кун? — У Чжиюань так и сиял от самодовольства. — Я изо всех сил стараюсь выполнить приказ командира полка. Какая же это подлянка?
Кун Сян лишь усмехнулся:
— Ты намеренно сделал так, чтобы Цинь Ло возненавидела вся рота. Позволил ему самому выбрать отделение, натравил на него Чан Лэя...
— Ладно-ладно! — отмахнулся У Чжиюань. — Понял — не дурак, дурак — не понял.
— И всё же, — Кун Сян посерьезнел. — Чан Лэй будет гонять его день и ночь, остальные сержанты не дадут продыху. Если парень не выдержит и сбежит, как ты будешь отчитываться перед командиром полка?
— Если он сам не выдержит, при чем тут я? — У Чжиюань развел руками. — Я вложил всю душу в его обучение. Если он слабак — это его проблемы. Заодно и Чан Лэю не придется переживать. Убиваем двух зайцев одним ударом.
— Ну и хитрец же ты, — рассмеялся политрук. — Но неужели ты думаешь, что командир полка — дурак? Он ведь тебе не поверит.
— Не поверит — пусть наказывает, — пожал плечами У Чжиюань. — Мне плевать! Армия создана для войны, нам нужна боеспособность, а не всякий мусор, который заходит сюда через черный ход.
Бросив напоследок торжествующий взгляд, он вышел из кабинета. «Ну, пацан, посмотрим, как ты запоешь... Скоро у тебя сил не останется даже на то, чтобы ложку ко рту поднести». Кун Сян смотрел ему в спину, горько улыбаясь: «Сын генерала... гордости хоть отбавляй, и прикрыт со всех сторон».
*
— Утром и вечером ты отвечаешь за воду, — Чэн Хаонань ледяным тоном перечислял обязанности Цинь Ло, — а также следишь за чистотой в расположении. И помни: в армии всё должно быть единообразно.
Одеяла должны лежать по линейке, зубные щетки и паста — смотреть в одну сторону. Фляги — в ровный ряд, стол — сухой, никакой вони от обуви. Если воняет — бери щетку и три, пока не заблестит! И кровать... чтоб ни единой морщинки, ни пылинки.
Он злорадно осклабился:
— С сегодняшнего дня всё это — твоя работа.
Остальные новобранцы, скрестив руки на груди, с интересом наблюдали за представлением. Лишь Хао Додо забился в угол, с тревогой поглядывая на Цинь Ло.
В глазах Цинь Ло вспыхнул опасный огонек. Весь день его кормили дерьмом: сначала командир полка, потом ротный, который в итоге еще и подставил его. Если с начальством он еще мог смириться, то эти сосунки явно перегибали палку. Всю жизнь он только требовал от других, и никто не смел указывать ему! Неужели они думают, что у молодого господина Циня нет зубов?
— Хочешь показать, кто здесь главный? — Цинь Ло в упор посмотрел на Чэн Хаонаня. — Возомнил себя крутым парнем из Козуэй-Бэй? Даже если так, мне на тебя плевать.
— Что еще за Козуэй-Бэй? — Чэн Хаонань на мгновение растерялся, но тут же опомнился. — Мы просто заботимся о тебе, хотим, чтобы ты быстрее втянулся. Если что-то не нравится — катись в другое отделение, нам ты здесь не нужен.
— Сомневаюсь, что в других отделениях ему обрадуются, — вставил свои пять копеек Чжэн Цянь, ухмыляясь.
— Точно-точно! — подхватили остальные.
— Наше отделение — одно из лучших в роте, а с тобой мы скатимся на самое дно!
— Мы столько пота пролили ради результатов, а теперь ты станешь балластом? Ну уж нет!
— Не хочешь пахать — проваливай. Мы только рады будем.
Чэн Хаонань задрал подбородок, наслаждаясь моментом:
— Мы знаем, что ты «блатной», но здесь тебе не курорт. Нянек нет.
— Идиот, — Цинь Ло закатил глаза и отвернулся, продолжая разбирать вещи.
— Что?! Ты... ты как меня назвал?! — Чэн Хаонань вытаращился на него, не веря своим ушам.
— Мы все здесь новобранцы, — Цинь Ло даже не удостоил его взглядом. — Перед кем ты тут выпендриваешься? Неужели сам не видишь, какой ты кретин?
— Ах ты ж сука! — Чэн Хаонань рванул Цинь Ло за плечо. — Нарываешься? Да я тебя сейчас по стенке размажу!
Цинь Ло качнулся назад, и ярость в его глазах мгновенно достигла критической отметки. Хватит. Терпение лопнуло. Он резко развернулся, сжимая кулак для сокрушительного удара.
[Дзинь! Новое задание: Проявите чудеса дипломатии и сплотитесь с товарищами по отделению. Станьте своим среди чужих. Награда: Случайная суперспособность и очки суперсилы.]
Цинь Ло чуть не рухнул на колени прямо там. Стать «своим» для этой кучки недоносков? Какой в этом смысл? Ему даже показываться с ними на людях было бы стыдно...
Чэн Хаонань, сперва опешивший от резкого движения, быстро пришел в себя. Увидев занесенный кулак Цинь Ло, он только обрадовался:
— Ого! Решил зубки показать? Решил со мной подраться? Ну давай, попробуй.
Он небрежно засучил рукава:
— До армии меня звали «маленьким тираном улиц», я один против двадцати выходил. Даю тебе право первого удара, а то потом скажешь, что я тебя, слабака, обидел.
Цинь Ло смотрел на его наглую рожу, и единственным его желанием было впечатать кулак в этот оскал. Будь они на воле, одно его слово — и толпа телохранителей уже превратила бы Чэн Хаонаня в котлету. Но задание...
Цинь Ло стиснул зубы. У него были свои цели в этой армии, и дружить с этими бездарями он не собирался. «Влиться в их коллектив невозможно, но можно попробовать иначе...»
— Эй! Ну что, бить-то будешь, пацан? — Чэн Хаонань так и сочился спесью.
Цинь Ло глубоко вздохнул и с силой оттолкнул его:
— Раз уж я здесь, уходить я не собираюсь. И проблем мне ваших не надо. Поэтому у меня есть предложение.
Новобранцы переглянулись.
— Валяй, — кивнул Чжэн Цянь.
— У вас есть лидер? — спросил Цинь Ло.
Все замерли в недоумении.
Цинь Ло достал из кармана увесистую пачку банкнот:
— Если лидера нет, то с сегодняшнего дня лидер — я. У меня к вам только одна просьба: не лезьте ко мне. Всю мою работу берете на себя, и эти деньги — ваши. Будете слушаться — будете жить в шоколаде.
С этими словами он протянул деньги Чэн Хаонаню.
Лицо того стало землисто-зеленым при виде купюр.
— Мало? — Цинь Ло вытащил еще одну пачку. — Пока это всё, но если будете вести себя хорошо, я добавлю.
Новобранцы дружно сглотнули. Таких щедрых людей они в своей жизни еще не встречали.
— Бери! — холодно бросил Цинь Ло. — И скажи «спасибо».
Глаза Чэн Хаонаня, казалось, сейчас выскочат из орбит:
— Ты, сопляк... решил нас купить? Думаешь, раз есть деньги, тебе всё можно?!
Цинь Ло на мгновение задумался, а затем серьезно кивнул:
— Вообще-то, ты прав. Деньги действительно позволяют делать всё, что угодно.
— Да пошел ты! Ненавижу таких, как ты! — взревел Чэн Хаонань и с размаху ударил Цинь Ло в лицо.
Услышав свист воздуха, Цинь Ло инстинктивно отпрянул. Кулак пролетел в миллиметре от его носа.
— Да ты больной на всю голову! — в глазах Цинь Ло вспыхнуло пламя.
Для него, наследника огромного состояния, это предложение было верхом вежливости. На воле люди на колени бы встали за такую сумму. А этот придурок лезет драться?
— Хаонань, постой! Парень ведь от чистого сердца... — попытался вклиниться Чжэн Цянь.
— Заткнись! — Чэн Хаонань в ярости обернулся на него, а затем снова кинулся на Цинь Ло. — Здесь армия! Здесь все равны! А этот ублюдок решил нас в шестёрки записать? Я его сегодня проучу так, что он имя своё забудет!
Второй удар полетел в цель.
Чжэн Цянь лишь беспомощно вздохнул: «Почему этот придурок не предложил деньги мне? Обязательно было лезть к Хаонаню?»
— Цянь-гэ, почему Хаонань так взбесился? — шепотом спросил Хао Додо.
Остальные тоже придвинулись поближе.
— Слышал, его отца на стройке подрядчик заставлял выполнять опасную работу за копейки, — тихо ответил Чжэн Цянь. — В итоге несчастный случай, отец парализован. Подрядчик сбежал, хозяин стройки умыл руки. У тех были деньги и власть, и как семья Хаонаня ни билась — правды не добились...
Все понимающе закивали. Цинь Ло со своими деньгами попал в самое больное место.
Свист! Свист! Свист!
Чэн Хаонань осыпал Цинь Ло градом неумелых, но яростных ударов, загоняя его в угол.
— Ну что, мажор, чего не дерешься? — рычал он. — Смотрю на тебя — да тебя даже девчонка побьёт! А ну, покажи, на что способен!
Эти слова задели Цинь Ло за живое.
«Мать твою... Я по-хорошему хотел. Ладно, не хочешь миром — будет силой!»
В глазах Цинь Ло блеснула холодная сталь:
— Ты сам напросился!
Удар Ванпанчмена
— штука серьезная. Так что терпи!
— Если струсил, так и скажи! — Чэн Хаонань продолжал размахивать кулаками, упиваясь своим превосходством. — Думал, деньги решают всё? Не извинишься — я не остановлюсь!
Цинь Ло, прижатый к стене, глубоко вздохнул, глядя на летящий в него кулак. Его правая рука сжалась, и сама атмосфера вокруг него внезапно изменилась.
[Активирован навык: Удар Ванпанчмена!]
Вся мощь его тела мгновенно сконцентрировалась в правом кулаке, многократно усиливаясь. Цинь Ло почувствовал, как вены на руке вздулись, наполняясь взрывной, первобытной силой.
— Хотел, чтобы я ответил? Получай! — Цинь Ло резко выбросил руку вперед. Воздух вокруг кулака заложило от мощного хлопка.
Он намеренно сдержал силу в последний момент, боясь ненароком убить этого идиота. Он был уверен: после такого удара эти парни признают в нем лидера без лишних слов.
— Что здесь происходит?! — внезапно раздался громовой голос от двери.
Все замерли как вкопанные. У Цинь Ло сердце ушло в пятки. «Черт, сержант!»
Он попытался экстренно затормозить удар, но, будучи обладателем всего лишь уровня C, не смог полностью погасить инерцию. Отдача была такой силы, что он едва не обмочился на месте.
Несмотря на то, что большая часть мощи рассеялась, кулак всё же впечатался в живот Чэн Хаонаню.
Бум!
Лицо Хаонаня в мгновение ока приобрело странный оттенок, он согнулся пополам.
Пр-р-р-р-рт...
Зал заполнил звук затяжного, раскатистого метеоризма. Все присутствующие тут же сморщились и зажали носы.
Чан Лэй с ледяным лицом вошел в комнату, переводя взгляд с Цинь Ло на скорчившегося Чэн Хаонаня.
— И что это было? — процедил он.
Лицо Цинь Ло стало пунцовым, он поспешно опустил руку. Ему сейчас было едва ли не хуже, чем Хаонаню: внутри всё бурлило и переворачивалось, он даже слова вымолвить не мог.
— Говорите! — рявкнул Чан Лэй, повышая голос.
— Докладываю, товарищ сержант! — Чжэн Цянь первым пришел в себя. — Мы пытались обучить Цинь Ло, но он отказался подчиняться и полез в драку!
— Точно-точно! — закивал Чэн Хаонань, жалобно простонав. — Сержант, смотрите, он из меня чуть дух не вышиб... Совсем стариков не уважает!
В этот момент до Чан Лэя донеслась волна непередаваемого амбре. Он невольно прикрыл нос рукой.
— Цинь Ло, — сержант смерил парня ледяным взглядом. — Ну ты и наглец. Только пришел, а уже на товарищей бросаешься? Знаешь, что за драку в части тебя могут с треском вышвырнуть вон?
Цинь Ло чувствовал себя отвратительно, но вид торжествующих физиономий Чэн Хаонаня и компании привел его в чувство. Если они сейчас сговорятся, сержант поверит им. «Ах так, решили по-плохому? Ну ладно... Ло-гэ вам покажет, кто здесь мастер интриг!»
Внезапно ноги Цинь Ло подкосились, и он мешком рухнул на пол.
— Эй, ты чего?! — Чан Лэй не на шутку испугался и бросился к нему.
Новобранцы стояли в полном недоумении. Чжэн Цянь зашипел на Хаонаня:
— Ты что с ним сделал?!
— Да я-то что? — заскулил тот. — Это он меня ударил! У меня там, кажется, всё нутро перевернулось!
Чан Лэй приподнял Цинь Ло, который выглядел сейчас бледнее смерти. Половина этого состояния была вызвана откатом от навыка, а вторая половина — отличной актерской игрой.
— Цинь Ло, что с тобой? — обеспокоенно спросил сержант. Если новичок пострадает в первый же день, ему не сносить головы.
— Сержант... — прошептал Цинь Ло едва слышным голосом. — Посмотрите на меня и на него... Неужели вы думаете, что это я его бил?
— Да ты... ты совсем совесть потерял! — взвился Чэн Хаонань. — Это же ты...
— Заткнись! — рявкнул Чан Лэй и снова повернулся к Цинь Ло:
— Продолжай.
На губах Цинь Ло на мгновение промелькнула тень усмешки, которую никто не заметил.
— Сержант, едва вы вышли, они начали издеваться. Сказали, что я «молодой», и должен стирать их трусы и носки... и еще кучу всего. Я отказался, и тогда они набросились на меня.
— Сержант, он всё врет! — Хаонань брызгал слюной от ярости. — Это он предлагал нам стать его шестерками за деньги...
— Деньги? — Чан Лэй недоверчиво вскинул бровь.
— Это невозможно, сержант, — горько вздохнул Цинь Ло. — Посмотрите на мою комплекцию, разве я справлюсь с ними всеми? И даже если бы я хотел нанять кого-то, я бы выбрал людей понадежнее... Мы же боевые товарищи, как я мог?
— Сержант! Он меня так ударил, что у меня... кажется, я обделался! — взвыл Хаонань.
— Заткнись! — Чан Лэй выпрямился и смерил Чэн Хаонаня уничтожающим взглядом. — Мне всё ясно. Вы зашли слишком далеко. Издеваться над новичком, а потом еще и клеветать на него? Все — в упор лежа!
Голос сержанта гремел:
— Еще раз такое повторится — вылетите из армии.
У новобранцев челюсти поотпадали. «Сержант, ты вообще ничего не понял! Тебя же за нос водят!» Чэн Хаонань хотел было возразить, но Чжэн Цянь вовремя дернул его за рукав — сейчас любое слово только подлило бы масла в огонь.
— Цинь Ло, — Чан Лэй смягчился, — не бойся. Если такое повторится, сразу иди ко мне.
— Есть! — Цинь Ло бросил торжествующий взгляд на поверженных врагов. «Так вам и надо, будете знать, как нарушать кодекс чести».
Если бы его вышвырнули, система бы исчезла, так что это была лишь малая месть. А что касается «сплочения»... Цинь Ло мысленно хмыкнул. Время есть. Приручить это стадо будет не так уж сложно.
— Сволочь... я с тобой еще поквитаюсь, — прошипел Чэн Хаонань, упираясь руками в пол и обливаясь потом.
— Цинь Ло!
— Я! — парень вытянулся в струнку.
— Тебе уже объяснили стандарты внутреннего порядка? — спросил Чан Лэй.
— Докладываю, товарищ сержант! — Чжэн Цянь, пыхтя на полу, поспешил ответить за него. — Мы только что всё подробно разъяснили.
Цинь Ло закатил глаза. А этот Чжэн Цянь сообразительный — на лету подметки рвет.
Чан Лэй удовлетворенно кивнул и снова посерьезнел:
— Порядок в расположении — это основа основ. Каждый солдат обязан владеть этим в совершенстве. Сегодня будешь учиться складывать одеяло. Пока не получится идеальный «кубик», спать не ляжешь.
На лицах новобранцев расцвели злорадные ухмылки. Чэн Хаонань прямо-таки светился от счастья. «Ну давай... посмотрим, как ты запоешь, когда начнешь воевать с этим куском ваты!»
В глазах Цинь Ло внезапно вспыхнул азарт. Перед отправкой в армию один старый служивый говорил ему: если ты лучший в боевой подготовке, тебя все уважают, даже командир роты может закрыть глаза на твои шалости.
«Точно, — подумал Цинь Ло. — Чтобы их подчинить, не обязательно их бить. Можно просто раздавить их своим мастерством, чтобы они смотрели на меня снизу вверх».
— Чжэн Цянь!
— Я!
— У тебя одеяло получается лучше всех в отделении, — распорядился Чан Лэй. — Научи его. И не миндальничай.
Лицо Чжэн Цяня расплылось в улыбке, как подсолнух под солнцем:
— Есть! Будьте покойны, сержант, я его научу... как следует.
Новобранцы недобро переглянулись. «Учить» Чжэн Цянь будет не один — они все приложат руку. Чэн Хаонань уже предвкушал, как они будут изводить Цинь Ло. Складывание одеяла — это то, что доводит новичков до слез и нервных срывов. Если Цинь Ло сломается, он сам попросится из их отделения, и тогда их общий рейтинг не пострадает.
— Начинайте! — Чан Лэй отошел в сторону и сел на табурет.
Солдаты тут же вскочили на ноги.
— Сейчас я покажу тебе один раз, — Чжэн Цянь поманил Цинь Ло пальцем. — Смотри в оба, не упусти ни одной детали. Потом будешь делать сам.
Чэн Хаонань ехидно добавил:
— Если не получится — вышвырнем твое одеяло на улицу.
— Точно, в туалет, — заржал Ли Дахай. — Будешь там тренироваться.
Цинь Ло мельком взглянул на Чан Лэя — тот наблюдал за ним с холодным безразличием. «Решили устроить мне проверку на вшивость всей гурьбой?» — подумал Цинь Ло, и на его губах заиграла легкая улыбка.
У него ведь была
Супер-имитация
. Раньше он считал этот навык бесполезным, но раз уж Чжэн Цянь вызвался быть «моделью»...
— Я начинаю, — Чжэн Цянь с издевкой сбросил одеяло Цинь Ло с кровати и расстелил его.
— Парень, зря ты выпендривался, — прошептал Хаонань ему на ухо. — Еще не поздно попроситься в другое отделение и извиниться. Иначе...
— Отойди, не мешай смотреть, — Цинь Ло бесцеремонно оттолкнул его.
Хаонань едва не взорвался от такой наглости: «Ладно, ладно... продолжай в том же духе, скоро пожалеешь».
Цинь Ло уже не слышал его.
Супер-имитация
была активирована.
В его глазах фигура Чжэн Цяня внезапно стала прозрачной, а контуры тела подсветились золотистыми линиями, словно на кадрах замедленной съемки. Мозг заработал со скоростью суперкомпьютера, фиксируя каждое микродвижение: наклон корпуса, силу нажатия ладоней, угол сгиба пальцев. Вся информация мгновенно встраивалась в его инстинкты.
Чан Лэй, наблюдавший со стороны, отметил про себя сосредоточенность Цинь Ло и удовлетворенно кивнул: «Серьезный настрой. Посмотрим, хватит ли у него мозгов. Если даже одеяло не осилит, на полигоне ему делать нечего».
— Готово! — Чжэн Цянь с гордостью указал на результат своей работы. — Видал?
Цинь Ло посмотрел на пухлое, бесформенное нечто, отдаленно напоминающее подушку, и усмехнулся:
— Видеть-то видел. Но почему эта штука больше похожа на перекормленную гусеницу, чем на кубик?
Лицо Чжэн Цяня мгновенно залилось краской.
— Ты... ты... Это новое одеяло! В нем вата еще не слежалась! Его чертовски трудно складывать! То, что я вообще придал ему форму — уже достижение!
— Еще и огрызаешься? — тут же встрял Чэн Хаонань. — Новое одеяло нужно «обкатывать» неделями, прежде чем оно станет послушным. Ты ни черта не смыслишь, а еще смеешь критиковать стариков? Сержант, этот парень совсем от рук отбился!
Чан Лэй взглянул на «кусок ваты» и сам невольно поморщился. Но Чжэн Цянь тоже был новобранцем, и для его уровня это был предел.
— Цинь Ло, — холодно произнес сержант. — Новое одеяло действительно капризное. Если сделаешь хотя бы так же — на сегодня свободен.
— И всё? — в голосе Цинь Ло прозвучал неподдельный азарт.
— «И всё»?! — возмутился Чжэн Цянь. — Не думай, что это просто! Сделай хотя бы так, и я...
— Не мешай, я с сержантом разговариваю, — оборвал его Цинь Ло и посмотрел на Чан Лэя.
Тот кивнул:
— Я слов на ветер не бросаю. Сделаешь — сегодня отдыхаешь.
— Есть! — Цинь Ло потер ладони. — Тогда я приступаю?
— Хм? — Чан Лэй удивился. — Ты что, с первого раза...
— Сержант, с этим одеялом возиться — только время тратить. Проще простого.
— Цинь Ло! — Чжэн Цянь был вне себя от ярости. — Ты слишком много на себя берешь! Это результат двух месяцев службы, а ты...
Договорить он не успел. На его глазах Цинь Ло одним резким движением разворошил плод его трудов.
— Ах ты ж гад! Я его полчаса выравнивал! — Чжэн Цянь чуть не кинулся с кулаками. — Хоть бы каплю уважения проявил!
— Да замолкни ты, старина Чжэн, — Чэн Хаонань придержал его за плечо. — Пусть делает. Когда у него ничего не выйдет, мы с полным правом вышвырнем его барахло. Сержант мешать не станет.
Чжэн Цянь тяжело дышал, сжимая кулаки: «Ладно. Посмотрим, какой из него мастер».
Но не прошло и минуты, как челюсти новобранцев поползли вниз.
Цинь Ло работал как заведенный. Его руки летали над одеялом, с силой сминая и разглаживая жесткую вату. Резкий звук трения ткани разносился по всей казарме. Казалось, он вкладывает в это дело всю свою энергию.
В голове Цинь Ло продолжал крутиться «фильм» с движениями Чжэн Цяня, но очищенный от ошибок и доведенный до идеала.
Внезапно он замер. Пара четких движений — и края одеяла сошлись стык в стык, без малейшего перекоса.
— Э? — новобранцы вытянули шеи, пытаясь разглядеть результат. Чан Лэй тоже невольно подался вперед.
Цинь Ло полностью ушел в процесс. Его движения были плавными, почти артистичными, и невероятно быстрыми. Еще три минуты — и одеяло начало приобретать четкую геометрическую форму. Оно уже выглядело в сто раз лучше того, что сделал Чжэн Цянь.
Чжэн Цянь смотрел на это с видом человека, увидевшего привидение. Его поразило даже не то, что новичок справляется лучше, а то, что Цинь Ло начал... выводить углы и грани.
— Матерь божья... — Чан Лэй не выдержал, вскочил с табурета и подошел вплотную, не отрывая взгляда от рук парня.
Одеяло вертелось под пальцами Цинь Ло, словно живое. Каждая грань становилась острой, как лезвие ножа.
Среди гробовой тишины Цинь Ло наконец выпрямился:
— Готово.
На кровати лежал безупречный, идеально ровный куб с четкими ребрами.
Цинь Ло с лукавой улыбкой посмотрел на Чжэн Цяня:
— Ну как? Мой «кубик» хотя бы немного дотягивает до твоего мастерства?
Глядя на самодовольную физиономию Цинь Ло, Чжэн Цянь почувствовал, как внутри у него всё закипает. Этот идеально ровный «кубик» на фоне его собственного «куска ваты» выглядел не просто вызовом, а публичной пощечиной. Причем отвешенной с особым цинизмом.
Он в поисках поддержки оглянулся на товарищей, но Чэн Хаонань и остальные стояли с разинутыми ртами, не в силах отвести взгляд от одеяла. Им было не до Чжэн Цяня — они были слишком потрясены.
Цинь Ло перевел взгляд на сержанта:
— Товарищ сержант, испытание пройдено?
Чан Лэй, вытянув шею, обходил кровать по кругу, словно осматривал редкий музейный экспонат. В ушах у него стоял гул, как от проходящего поезда.
«Неужели это сделал новичок, который только что переступил порог части?» — пронеслось у него в голове.
Этот куб с острейшими гранями... Да, он уступал работе опытного старослужащего, но любого новобранца он просто размазывал по стенке.
«Да он даже меня в мои лучшие годы переплюнул», — Чан Лэй с трудом сглотнул подступивший к горлу ком.
— Сержант...
— А? — Чан Лэй вздрогнул, выходя из оцепенения. — Ты... ты что-то сказал?
Цинь Ло не сводил с него глаз:
— Я спросил: это одеяло считается годным?
Чан Лэй снова сглотнул:
— Считается... пожалуй.
Сказав это, он едва не влепил себе затрещину. «Пожалуй»? Да он сам, когда заканчивал учебку, не умел так складывать! Ему стало даже немного неловко за свою скупую похвалу.
— В общем, ты... — Чан Лэй неловко указал на Цинь Ло пальцем. — Сегодня отдыхай. Завтра займемся остальным.
— Спасибо, сержант! — Цинь Ло широко улыбнулся и... одним движением разворотил идеальный куб, превращая его обратно в бесформенную груду ткани.
Все присутствующие застыли в немом шоке.
— Ты что творишь?! — взвился Чжэн Цянь. — Пока не прозвучал отбой, одеяло трогать нельзя! Ты что, уже спать собрался?
Чан Лэй тоже недовольно нахмурился.
— Кто сказал «спать»? — Цинь Ло с вызовом посмотрел на Чжэн Цяня. — Я просто хочу потренироваться еще. Нужно закрепить результат, чтобы мой «кубик» стал еще лучше. Я ведь не могу позволить себе быть хуже вас, «стариков».
В казарме воцарилась тишина. Чан Лэй в изумлении приоткрыл рот. Они-то думали, что парень только и мечтает, как бы увильнуть от работы, а он, оказывается, горит желанием совершенствоваться?
Глядя на то, как Цинь Ло с энтузиазмом принялся снова утюжить одеяло руками, словно крестьянин, пашущий в поле до седьмого пота, Чан Лэй невольно улыбнулся.
«А парень-то... не такой уж и безнадежный. Может, из него и выйдет толк...»
Внезапно его взгляд упал на Чжэн Цяня и компанию, которые всё еще глазели на Цинь Ло, застыв как истуканы.
— На что вылупились?! — взревел Чан Лэй, отчего новобранцы едва не подпрыгнули.
Он переводил палец с них на Цинь Ло, и его лицо наливалось гневом. Сравнение было явно не в их пользу.
— Посмотрите на него и посмотрите на себя! — сержант ткнул пальцем в сторону их коек. — Гляньте на его работу и на свои огрызки! Будь я на вашем месте, я бы свои одеяла в туалете утопил от стыда!
Солдаты стояли ни живы ни мертвы, боясь даже вздохнуть.
Чан Лэй с размаху сорвал одеяло с кровати Чжэн Цяня:
— Ты тут больше всех выступал? И что это за дрянь ты сложил? Еще и гордился этим? А новичок, который только пришел, мало того что сделал лучше, так еще и продолжает пахать! Всем — взять одеяла! Пока не добьетесь идеальной формы, спать никто не ляжет!
Новобранцы кинулись к своим койкам. Чан Лэй напоследок бросил одобрительный взгляд на Цинь Ло, чувствуя, как его неприязнь сменяется симпатией.
Цинь Ло краем глаза наблюдал за суетой и довольно ухмылялся: «Ну что, прочувствовали мощь молодого господина? То ли еще будет!»
Если он приструнит этих недоносков и выполнит задание, его личная сила возрастет, а жизнь в армии станет куда приятнее.
[Дзинь! Новое задание!]
«Опять?» — Цинь Ло замер. Предыдущее-то еще не закончено.
[Задание: Не расслабляйтесь и стремитесь к вершинам. Займите первое место на итоговой проверке новобранцев. Награда: Случайная суперспособность и очки суперсилы.]
Цинь Ло чуть не взвыл. Первое место? Это же сколько пахать придется! Он вовсе не планировал становиться героем труда.
«Система, можно пропустить? Быть "королем солдат" — это слишком утомительно».
[Отказ невозможен! Хозяин обязан успешно завершить десять заданий для получения доступа к расширенным функциям. В случае провала система самоликвидируется, а все полученные способности...]
— Ладно-ладно... понял я, — вздохнул Цинь Ло. — Можешь не продолжать.
Системные правила — штука суровая. Если не хочешь остаться у разбитого корыта, придется пахать.
«Значит, десять заданий, — он стиснул зубы. — Сцепив зубы, я это сделаю. Как только наберу достаточно сил — сразу на дембель!»
Стать первым для обычного человека — задача почти невыполнимая. Но для него?
Цинь Ло глубоко вздохнул и снова принялся за одеяло.
Глядя на его неистовую работу, Чжэн Цянь едва не плакал. Раньше сержант всегда ставил его в пример, а теперь... Не прошло и пары часов, как он превратился из любимчика в объект для насмешек.
— Старина Чжэн, не реви! — прошептал Хаонань.
— Никто не ревет! — Чжэн Цянь яростно вытер глаза. — Я просто в ярости. Этот гад делает это специально! Он наверняка умел складывать одеяла еще до армии, а сейчас просто выставляет нас идиотами!
Чэн Хаонань мрачно кивнул:
— Уверен, он тренировался заранее. Пришел сюда подготовленным, гаденыш. Хотел нас проучить, а в итоге мы из-за него теперь будем до утра корячиться.
— Погоди, Чжэн, — Хаонань недобро прищурился. — Мы еще возьмем свое.
Чжэн Цянь удивленно посмотрел на него:
— Есть идеи?
Чэн Хаонань понизил голос:
— Кому сдалось это одеяло? В боевой подготовке он наверняка полный ноль. Вот тогда-то мы его и...
Увидев зловещую ухмылку Хаонаня, Чжэн Цянь мгновенно всё понял:
— Точно! На полигоне мы покажем этому выскочке, кто тут настоящий солдат!
*
На следующее утро, когда небо только начало окрашиваться в серые тона, над лагерем пронесся резкий звук свистка. Следом за ним по громкоговорителям разнеслась бодрая мелодия.
— Подъем! Подъем!
Чан Лэй пулей соскочил с кровати. Он уже потянулся за формой, как вдруг замер. У окна стоял Цинь Ло с книжкой в руках и что-то бормотал себе под нос.
— Цинь Ло, ты чего там делаешь? — спросил изумленный сержант.
Остальные новобранцы тоже начали неохотно подниматься. После вчерашней «ночной смены» с одеялами они были похожи на сонных мух.
— Устав учу, — Цинь Ло помахал книжицей.
— Что? — Чан Лэй вытаращил глаза. — Я же тебе его только вчера дал, даже задание на изучение не успел поставить.
Цинь Ло пожал плечами:
— Слышал, на проверке могут спросить теорию. Решил не терять времени, чтобы потом не бегать как ошпаренный.
На самом деле он ненавидел зубрежку. Но ради первого места готов был и яд проглотить, если потребуется.
Чан Лэй так и засиял. Он в жизни не видел такого рьяного солдата!
— Молодец, хвалю! — он похлопал Цинь Ло по плечу. — Так держать. Думаю, у тебя есть все шансы догнать остальных... Ладно, все вниз, строиться!
Солдаты, проходя мимо Цинь Ло, бросали на него полные ненависти взгляды. «Ну и выпендрежник, — думали они. — Корчит из себя отличника». Если бы это было в школе, ему бы уже давно устроили «тёмную». К тому же из-за него они вчера почти не спали, а он еще и храпел ночью как трактор!
Цинь Ло окинул их равнодушным взглядом. Похоже, вчерашний фокус с одеялом их не особо впечатлил.
«Ну ладно. Раз не понимаете по-хорошему, будем давить авторитетом в другом», — подумал он. Цинь Ло знал: в армии уважают силу. Станешь лучшим — и они сами приползут.
*
Топ! Топ! Топ!
Рота бежала по плацу ровным строем. Но Цинь Ло в этом строю выглядел инородным телом. Пока остальные двигались синхронно, он то и дело сбивался с шага, подпрыгивал и дергался, привлекая всеобщее внимание.
У Чжиюань, наблюдавший за тренировкой, мрачнел с каждой секундой. Не будь приказа сверху, он бы лично вышвырнул этого клоуна за ворота.
После двух кругов раздался свисток дежурного:
— Ротам разойтись на уборку территории и приведение расположения в порядок!
— Первая рота, направо!
— Вторая рота...
— Быстрее, быстрее! — покрикивал Чан Лэй, подгоняя своих бойцов. — Десять минут на казарму, потом — на закрепленные участки. На этой неделе переходящее красное знамя должно быть нашим!
Едва войдя в казарму, Чан Лэй заметил Цинь Ло, проходящего мимо, и схватил его за плечо.
— Сержант?
Чан Лэй расплылся в непривычной для него доброй улыбке:
— Цинь Ло, слушай, с уставом можно не торопиться. Сейчас важнее...
— А я уже всё выучил.
— О... хорошо, — Чан Лэй кивнул, но через секунду его глаза округлились. — Стоп. Что ты сказал?!
— Сержант! — выкрикнул из угла Чэн Хаонань. — Он нагло врет вам в глаза! Эту толстую книжку даже мы, «старики», еще не осилили. Он просто издевается!
— Точно! — поддакнул Чжэн Цянь. — Цинь Ло, не строй из себя героя перед сержантом. В армии нужно быть честным...
Лицо Чан Лэя мгновенно посуровело. Симпатия к Цинь Ло начала таять:
— Парень, врать нехорошо. Ты явно перегибаешь палку.
— Солдат должен быть честным и прямым, — Чан Лэй с явным разочарованием посмотрел на Цинь Ло. — Я понимаю, ты хочешь выделиться, но нужно твердо стоять на земле...
Цинь Ло лишь закатил глаза. Тратить время на оправдания ему не хотелось, поэтому он просто начал декламировать:
— Глава первая, статья первая: В целях реализации курса на всестороннее строгое управление армией, укрепления дисциплинарного строительства военнослужащих страны Дракона, поддержания и упрочения железной дисциплины, обеспечения...
Челюсть Чан Лэя медленно поползла вниз. Чжэн Цянь и остальные новобранцы замерли, бросив свои одеяла, и уставились на Цинь Ло как на сумасшедшего.
А тот продолжал, чеканя каждое слово:
— Статья шестая: Поддержание и упрочение дисциплины основываются прежде всего на регулярном воспитании идеалов, убеждений, морали и дисциплины, на постоянном строгом управлении... Статья десятая: Установленные настоящим Уставом поощрения и награды для отдельных лиц и подразделений...
Новобранцы, собиравшиеся посмеяться над «вруном», теперь стояли как громом пораженные. Чан Лэй лихорадочно листал книжицу — он сам не помнил текст настолько детально.
Благодаря
Супер-имитации
мозг Цинь Ло работал подобно совершенному компьютеру. Стоило ему один раз прочитать текст, как тот отпечатывался в памяти навечно, становясь частью его инстинктов. Часа чтения накануне хватило, чтобы заучить устав от корки до корки.
— Глава вторая... — продолжал Цинь Ло, ускоряя темп.
Слова лились сплошным потоком. Чан Лэй едва успевал переворачивать страницы, а Чэн Хаонаня и компанию прошиб холодный пот. Им стало не по себе.
— Статья двадцать первая главы третьей...
— Хватит, хватит! — замахал руками Чан Лэй. Он сам уже был готов покрыться испариной. Если бы Цинь Ло продолжил, сержанту пришлось бы провалиться сквозь землю от стыда — сам он, прослужив восемь лет, многих нюансов уже не помнил.
Чан Лэй облизал пересохшие губы и посмотрел на Цинь Ло с суеверным ужасом:
— Цинь Ло... ты... ты что, раньше его учил?
Цинь Ло пожал плечами:
— Сержант, это же специфические военные документы. Вчера вечером впервые в руки взял.
Чан Лэй окончательно впал в ступор:
— Впервые... и уже всё помнишь?
— Я в детстве много рыбы ел, — невозмутимо ответил Цинь Ло. — Говорят, для мозга полезно. Сейчас могу еще обязанности солдата зачитать...
Пфу-у...
Чан Лэй чуть не поперхнулся воздухом. За одно утро этот парень выдал больше, чем сержант выучил за годы службы. Нужно было срочно менять тему, пока авторитет командира отделения не рассыпался в прах.
— Э-э... — Чан Лэй выдавил натянутую улыбку. — Цинь Ло, молодец. Впечатляет. Но теорией сыт не будешь. В армии главное — боевая подготовка!
— Точно-точно! — новобранцы закивали так активно, словно у них начался коллективный нервный тик. — Хватит с нас устава, Цинь Ло! Силы нужно на полигоне тратить!
В душе они проклинали Цинь Ло до седьмого колена. Если он будет так усердствовать, сержант заставит и их учить всё подряд. А зубрежка устава — это пытка похуже марш-броска.
Цинь Ло понимающе улыбнулся сержанту:
— Слушаюсь. Кстати, я уже прибрался на своем месте, пойду помогу с уборкой территории.
— Иди! — Чан Лэй проводил его одобрительным взглядом.
Посмотрев на идеально заправленную койку Цинь Ло, а затем на его удаляющуюся спину, сержант почувствовал, как сердце наполняется гордостью. «В этом парне есть искра. Если его как следует натаскать, он еще всем нос утрет».
Он резко обернулся к остальным. Лицо его мгновенно окаменело:
— На что уставились? Совесть совсем потеряли?
Солдаты понуро опустили головы. Сравнение было убийственным.
— Посмотрите на него и посмотрите на себя! — гремел Чан Лэй. — Мне за вас стыдно! С сегодняшнего дня... нет, прямо сейчас — все учим устав. Буду проверять в самое неподходящее время.
Лица новобранцев превратились в печеные яблоки.
— Ну и зараза! — прошипел Чэн Хаонань, сжимая кулаки. — Пришел и сразу жизнь нам испортил. Сглазил, не иначе!
— Он просто хочет выпендриться, — злобно прошептал Чжэн Цянь, глядя на койку Цинь Ло. — Метит в лидеры, хочет нас подмять под себя. Решил, что так и деньги платить не придется...
— Твою мать! — Ли Дахай вытаращил глаза. — А ведь похоже на то! Решил задавить нас авторитетом, чтобы мы сами перед ним на цыпочках ходили.
— Хрен ему! — огрызнулся Чэн Хаонань. — На тренировке мы из него всю дурь выбьем. Узнает, почем фунт лиха. В армии лидерство кулаками и потом добывается, а не книжками!
Остальные угрюмо кивнули. Они уже два месяца вместе хлебали армейскую кашу, сроднились в трудностях. Цинь Ло был для них чужаком, «блатным», который только портил статистику. Будь он попроще, поскромнее — они бы его приняли. Но Цинь Ло вел себя как истинный молодой господин, даже когда пытался быть вежливым. Этот высокомерный тон и заставлял их лезть в бутылку.
Тем временем на участке уборки Цинь Ло лениво помахивал метлой, прислонившись к валуну. За всю свою жизнь он, наследник империи Цинь, и пальцем о палец не ударил.
«Эх... чего не сделаешь ради системы и первого места», — вздохнул он.
Он глянул в сторону казармы и усмехнулся. Он видел, как изменилось отношение Чан Лэя.
«Сержант больше не смотрит на меня как на врага народа. Если он начнет меня нормально учить, первое место будет у меня в кармане».
Ему нужно было, чтобы сержант его опекал — так служба пойдет куда легче. А что до этих олухов... Цинь Ло уверенно улыбнулся. Он только что показал им малую часть своих талантов, наверняка они уже втайне им восхищаются.
*
Бум! Бум! Бум!
В углу плаца раздавались четкие удары подошв о бетон.
— Нале-во! Напра-во! Кру-гом!
С каждой командой Чан Лэя Цинь Ло выполнял безупречный поворот. С каждым разом его движения становились всё более отточенными. Ноги работали как часы, а торс оставался неподвижным, словно высеченным из камня.
Чан Лэй сиял. Его пальцы мелко дрожали от возбуждения. Всего один раз показал! Всего один раз — и парень не просто запомнил, он начал сам исправлять свои мелкие недочеты.
«Да он... он же гений!» — сержант едва сдерживал торжествующий вопль.
В это же время остальные новобранцы стояли неподалеку, превратившись в соляные столпы.
— Это... как это? — Чэн Хаонань беспомощно посмотрел на Чжэн Цяня. — Он же только начал, мы даже не успели над ним посмеяться!
Чжэн Цянь с трудом сглотнул:
— Спокойно... это всего лишь повороты на месте. Ерунда. Сейчас пойдут строевые приемы в движении, вот там-то он и посыплется.
Все дружно закивали, не сводя с Цинь Ло полных надежды глаз.
*
— Шагом... марш!
— Строевым... марш!
— Бегом... марш!
— И-раз, и-раз...
— И-раз, два, три, четыре!
Новобранцы смотрели на Цинь Ло и чувствовали, как их мозг плавится. Они стояли с дебильными выражениями лиц, не в силах осознать увиденное.
— Он вообще человек? — прошептал Ли Дахай, переводя взгляд с Цинь Ло на товарищей. — Сержант один раз показал... даже без разделения на элементы... а он уже чеканит шаг как кремлевский курсант?
Хао Додо с серьезным видом добавил:
— По-моему, он идет лучше, чем я. Да что там... он идет лучше всех нас!
Чэн Хаонань в отчаянии повернулся к Чжэн Цяню:
— Цянь, что делать? У него же ни одной ошибки! До чего докопаться?!
У того задергался глаз. Он надеялся отыграться на плацу, вернуть себе гордость «старого солдата», но Цинь Ло оказался каким-то аномальным монстром.
— Не спрашивай меня! — взорвался Чжэн Цянь. — Я сам в шоке! Он печатает шаг лучше, чем я на присяге!
Все затаили дыхание, глядя на этот триумф совершенства.
— Стой! — рявкнул Чан Лэй.
Цинь Ло замер как вкопанный. Пятки сошлись с сухим, звонким щелчком.
— Сержант, есть замечания? — серьезно спросил Цинь Ло. — Если что не так — говорите, я исправлю.
Чан Лэй расхохотался, кивая как китайский болванчик:
— Никаких замечаний! Вообще никаких! Ты идешь как кадровый военный! Ха-ха-ха! Цинь Ло, ты лучший новобранец, которого я когда-либо видел! Талант, настоящий талант!
Цинь Ло позволил себе легкую улыбку:
— Сержант, давайте продолжим. Думаю, я могу еще лучше.
Строевой шаг — это не одеяло складывать. Тут нужна координация и чувство ритма. Его
Супер-имитация
пока выдавала около семидесяти процентов сходства с идеалом. Чтобы взять первое место, нужно было довести этот показатель до максимума. Рисковать Цинь Ло не любил.
Услышав просьбу Цинь Ло, Чан Лэй чуть не прослезился от счастья. За всю свою практику он не встречал солдата, который сам бы просил дополнительных тренировок.
Теперь он был абсолютно уверен: Цинь Ло — никакое не «недоразумение». Он — настоящий подарок судьбы.
«Ротный, ну и промахнулся же ты! — ликовал про себя Чан Лэй. — Подсунул мне сокровище, думая, что это мусор. Вот я его выдрессирую и покажу тебе, на что способен мой лучший боец».
Внезапно его взгляд упал на остальных притихших солдат. Лицо сержанта мгновенно налилось свинцом.
— Посмотрите на него! — взревел он, и новобранцы втянули головы в плечи. — Мне даже говорить ничего не хочется. Разница между вами — как между небом и землей!
— С сегодняшнего дня, — продолжал Чан Лэй, — никакого обеденного сна. Все на плац, отрабатывать строевую.
— А? — лицо Чэн Хаонаня вытянулось. — Сержант, если мы не поспим, мы же к вечеру с ног свалимся...
— Значит, старайтесь лучше! — отрезал сержант. — Пока не добьетесь такого же уровня, как у Цинь Ло, отдыха не увидите. А ну, пошли! Начинаем догонять «новичка»!
Новобранцы были готовы рухнуть на колени прямо здесь. Цинь Ло в части всего день, а они, прослужившие два месяца, уже стали «недоумками», которым нужно за ним гнаться?
— Тварь! — процедил Чэн Хаонань сквозь зубы, бросая на Цинь Ло испепеляющий взгляд. — Этот ублюдок точно решил нас со свету сжить!
— Сержант Чан...
Ближе к полудню к первой учебной площадке подбежал один из старослужащих.
— А, Чэнь Лян, это ты, — Чан Лэй, сияя как начищенный таз, обернулся к нему.
— Ого, сержант, чего это вы такой веселый? — удивился тот.
Чан Лэй мельком глянул на Цинь Ло и снова расплылся в улыбке:
— Хорошие новости всегда бодрят, ха-ха-ха...
— И то верно! — ухмыльнулся Чэнь Лян. — Скоро учебка закончится, пойдешь на повышение. В следующий раз, как увидимся, мне уже придется тебе честь отдавать.
От этих слов Чан Лэй стал еще лучезарнее. За одно утро Цинь Ло освоил всю строевую программу, причем на таком уровне, что хоть сейчас на парад. Этот парень был не балластом, а настоящим билетом в светлое офицерское будущее.
— Ладно, ты по делу? — спросил Чан Лэй.
— Да, — кивнул Чэнь Лян. — У вас же тут новичок прибыл? Надо его личные вещи на склад сдать, на хранение.
— Точно! — Чан Лэй хлопнул себя по лбу и зычно крикнул:
— Цинь Ло!
— Я! — парень мгновенно сорвался с места и подбежал к ним.
Чэнь Лян в изумлении вытаращил глаза:
— Ого... Как он бежит! Сержант, вы за полдня из него кадровика сделали?
Цинь Ло тут же выпятил грудь колесом:
— Докладываю: это всё благодаря мудрому руководству нашего сержанта!
Чэнь Лян восхищенно поднял большой палец:
— Сержант Чан, ну вы даете! Сразу видно — будущий офицер. Парень всего день в части, а уже... Просто невероятно!
— Ну что ты, что ты... Просто у меня есть ма-а-аленький талант педагога, — Чан Лэй скромничал, но внутри него всё пело от удовольствия. Он уже и думать забыл, как вчера унижался в кабинете У Чжиюаня.
— Так, — сержант постарался вернуть лицу серьезность. — Цинь Ло, бери свои вещи и иди с сержантом Чэнем на склад. В армии всё лишнее должно храниться в одном месте.
— Есть! — кивнул Цинь Ло. — Сержант, подождите секунду.
Чан Лэй проводил Цинь Ло взглядом, а затем вернулся к остальным солдатам. Но мысли его были далеко. Он то и дело поглядывал в сторону склада, словно ребенок, который боится, что у него отнимут любимую игрушку.
Внезапно его улыбка погасла. Он заметил, как в сторону склада, таясь и перешептываясь, направляются несколько командиров других отделений.
«Твою мать! — в голове у Чан Лэя словно набат забил. — Эти стервятники... Наверняка решили выполнить приказ ротного и морально раздавить парня!»
Еще вчера он бы и глазом не моргнул — пусть бы парень уходил, скатертью дорога. Но сейчас Цинь Ло был его «золотым тельцом», его надеждой на карьеру.
Никто не смеет трогать его Цинь Ло! Даже если сам капитан У прикажет — он не позволит сломать этого парня. Таланты такого масштаба рождаются раз в столетие!
Чан Лэй стиснул зубы. Ярость закипала в нем. Если кто-то посмеет вякнуть в сторону его бойца, он лично устроит им «сладкую жизнь».
— Всем внимание! — гаркнул он, оборачиваясь к отделению. — На操场 (плац)! Отрабатываем переползание тремя способами — два круга! Быстро! Вернусь — проверю!
С этими словами он, не оборачиваясь, рванул в сторону склада.
Новобранцы остались стоять в полном унынии.
— Этот Цинь Ло... проклятье нашего отделения! — прошипел Чэн Хаонань, чувствуя, как в глазах закипает злоба. — Из-за него мы скоро кровью харкать будем!
— Не ной, ползи, — вздохнул Чжэн Цянь. — А то сержант вернется и добавит еще пару кругов. Он сегодня какой-то бешеный.
Солдаты понуро поплелись на плац, проклиная Цинь Ло в каждом вздохе. Тот факт, что новичок во всём их превосходил, заставлял их чувствовать себя полными ничтожествами.
*
Ветер свистел в ушах Чан Лэя. Он несся к складу со скоростью спринтера на олимпиаде.
«Цинь Ло, держись! Сержант идет на помощь!» — билось у него в голове.
Он не мог допустить, чтобы неокрепшая психика гения пострадала от нападок завистников.
Чан Лэй был готов на всё. Если нужно — он в одиночку пойдет против всех сержантов роты.
Впереди показался поворот к складу. Чан Лэй даже не подумал сбавлять темп. Он летел прямо на стену, и когда столкновение казалось неизбежным, он резко оттолкнулся ногой, меняя вектор движения.
Приземление, кувырок для гашения инерции — и снова бег.
Выскочив на финишную прямую, он понял, что не успевает затормозить. Тогда он просто выставил правую ногу вперед.
Сержант пролетел по траве классическим подкатом, оставляя за собой борозду в десять метров. Он скользил, словно по льду, прямо к дверям склада.
— Цинь Ло! — заорал он еще в движении. — Сержант здесь!
Он поднял голову, всё еще находясь в позе滑铲 (подката), и замер.
У дверей склада стояли сержанты других отделений. Они не кричали, не угрожали. Они... обнимали Цинь Ло за плечи и весело смеялись.
Увидев Чан Лэя, эффектно вылетевшего к их ногам, все присутствующие остолбенели.
Тишина стала почти осязаемой.
— Сержант... а вы чего это... приземлились тут? — Цинь Ло с любопытством посмотрел на своего командира.
Остальные сержанты тоже пришли в себя.
— Ого, Чан Лэй! Ну и выход! Это ты так переползание тренируешь?
— Слушай, ну и скольжение! Метров десять проехал, не меньше. Смазал штаны салом, что ли?
— Мастер-класс, не иначе! Повторишь на бис?
Чан Лэй, густо покраснев, вскочил на ноги и отряхнулся.
— Вы... вы что тут делаете? — он подозрительно оглядел коллег.
Те переглянулись и дружно заржали:
— Да так... гуляем просто. Погода-то какая!
— Ладно, пойдем мы, пожалуй... — Сержант третьего отделения помахал Цинь Ло рукой. — Сяо Цинь, тренируйся усердно. Чан Лэй — лучший сержант в роте, у него многому научишься.
— Я в тебя верю! — добавил сержант пятого отделения, похлопав парня по плечу. — Обязательно сдашь проверку.
— Главное — упорство, — подбодрил сержант второго отделения. — Будет время — заходи в гости, всегда поможем.
Цинь Ло вежливо поклонился:
— Спасибо за добрые слова, товарищи сержанты!
Они уходили, махая ему на прощание, словно старые добрые друзья на вокзале.
Чан Лэй стоял с отвисшей челюстью. Это никак не походило на «психологическую атаку». Скорее на семейные посиделки.
Что-то здесь было не так. Какого черта они вдруг стали такими милыми? Неужели не поняли приказ У Чжиюаня?
Как только они скрылись из виду, Чан Лэй схватил Цинь Ло за плечи:
— Они тебя не обижали?
— Нет, всё в порядке, — покачал головой Цинь Ло.
— Точно? Ничего не говорили? Слушай меня внимательно: если кто-то посмеет тебя задеть — сразу ко мне. Твой сержант за тебя горой встанет, ясно?!
Глядя в горящие решимостью глаза Чан Лэя, Цинь Ло почувствовал странное тепло в груди. Раньше, чтобы иметь «друзей», ему приходилось сорить деньгами направо и налево. Но кроме отца и Ван Жифа, по-настоящему о нем никто не заботился.
А тут... сержант, который знает его всего день, готов за него в драку лезть.
Конечно, Цинь Ло не собирался рассказывать, что именно произошло. Чан Лэй, как и ротный, был слишком... прямолинейным. Некоторые вещи лучше держать в секрете.
Цинь Ло улыбнулся:
— Правда, всё хорошо. Они просто подбодрили меня, сказали, чтобы я не сдавался.
Чан Лэй вытаращил глаза. Эти волки — и вдруг подбодрили? Может, у них коллективное помутнение рассудка?
Но тут же он снова посерьезнел:
— Помни, Цинь Ло: ты мой боец. Любая проблема — идешь ко мне. Я, может, и не самый великий начальник, но своих в обиду не дам!
На губах Цинь Ло заиграла едва заметная улыбка. С таким защитником можно было и в огонь, и в воду. Кто бы мог подумать, что этот суровый сержант окажется таким бесхитростным и преданным?
— Понял, сержант!
— И еще! — Чан Лэй наставительно поднял палец. — Не слушай их. У них у самих в отделениях бардак, ничему путному не научат. Слушай только меня, я сделаю из тебя человека!
Цинь Ло рассмеялся:
— Договорились, сержант!
Чан Лэй тоже улыбнулся и по-свойски обнял парня за плечи:
— Скоро обед. Пошли!
Цинь Ло шел рядом, глядя на волевой профиль сержанта. «А парень-то неплохой», — подумал он. Этот грубоватый, но искренний человек начинал ему искренне нравиться.
*
Тем временем за углом туалета...
Сержант второго отделения осторожно высунул голову, провожая взглядом Чан Лэя и Цинь Ло. Когда те скрылись из виду, он заговорщицки шепнул:
— Ушли! Чисто! А ну, показывайте!
Сержанты переглянулись, хитро ухмыльнулись и одновременно распахнули полы своих кителей.
В складках одежды, словно драгоценные слитки, поблескивали пачки элитных сигарет: «Chunghwa» и «95 Imperial».
Глаза сержантов загорелись нездоровым блеском, а слюна сама собой потекла к уголкам рта.
— Эх, командир... — сержант третьего отделения с вожделением погладил пачку. — Кажется, вы ошиблись в человеке! Разве может такой золотой парень быть «крысиной какашкой»? Да он — украшение нашей роты!
— Точно! — хором подтвердили остальные. — Командир У явно промахнулся. Бывает же... и на старуху бывает проруха!
—
95 Imperial
! — у командира третьего отделения слюнки потекли так, что едва не закапали на форму. — Я об этих сигаретах только слышал, а вживую вижу впервые!
— Что это за «Чуаньхуа» такая? Почему пачка плоская, да ещё и золотая? Разве такие бывают? — Командир пятого отделения так и замер в изумлении. — Это же «Хэ Тянься»! Они же, небось, целое состояние стоят?
Командир четвёртого отделения закатил глаза, словно поясняя прописные истины:
— Глупости не говори. Конечно, дорого! Это же лимитированная серия, их в обычном табачном киоске днём с огнём не сыщешь.
— Мать твою! — Командир второго отделения шумно сглотнул. — А этот Цинь Ло… мировой мужик! Сразу видно — уважает старших товарищей, вон какую учтивость проявил.
Офицеры дружно закивали, и руки их сами собой потянулись к заветным пачкам. Обычно они дымили дешёвкой по пять-десять юаней, а если удавалось раздобыть пачку за пятнадцать — это уже считалось праздником, почище Нового года. А тут — элитное курево по паре сотен за штуку, и Цинь Ло, не моргнув глазом, всучил каждому по четыре-пять блоков.
«Такой славный малый, такой понятливый… Ну какой из него "балласт" или "паршивая овца", как распинался ротный?» — пронеслось в головах у всех четверых.
Они и не подозревали, что Цинь Ло учуял неладное ещё в тот момент, когда они только собирались «навестить» его с претензиями. Он как раз перебирал вещи, намеренно выставив напоказ набитую доверху сумку с алкоголем и сигаретами. Заметив, как у грозных визитёров тут же загорелись глаза при виде «сокровищ», Цинь Ло внутренне усмехнулся. Он-то уже начал думать, что старый добрый метод с подношениями здесь не сработает, но, как оказалось, человеческая натура везде одинакова.
Для Цинь Ло всё, что можно было решить деньгами, проблемой не являлось.
— А я так скажу, — веско произнёс командир второго отделения, — наш ротный просто любит смотреть на людей через кривую линзу. Подумаешь, парень пришёл на два месяца позже! Главное, что у него есть рвение к службе.
— Вот-вот! Командир первого отделения у нас мужик суровый, он из него быстро человека сделает.
Командир пятого отделения с наставительным видом добавил:
— Я с первого взгляда понял: Цинь Ло — парень работящий, старательный, да и талантом не обделён. Ротный в этот раз точно облажался, не разглядел самородок!
— Слушайте, мужики, — командир третьего отделения кашлянул в кулак, — раз уж мы приняли подарки от Цинь Ло, может, стоит и нам для него что-то сделать?
— Обязательно! — отрезал командир второго отделения с таким видом, будто речь шла о защите родины. — Во-первых, мы не должны потакать придиркам ротного. Такого амбициозного бойца нужно поощрять, подбадривать почаще.
— Верно! — горячо поддержал его командир шестого отделения. — И не только подбадривать. Мы и сами можем его кое-чему научить в свободное время, чтобы разгрузить Чан Лэя. Он же нас сам об этом просил, помните?
— Ну, это ты загнул, — усмехнулся командир третьего отделения. — Где мы, а где Чан Лэй? С его-то навыками… Давайте лучше просто будем Цинь Ло морально поддерживать!
Они переглянулись, и на их лицах расплылись понимающие, лукавые ухмылки.
— Ладно, чего стоим? Поджигай скорее...
*
— Да-да, именно так! Вот так!
Чан Лэй, наблюдая за тем, как Цинь Ло безупречно переходит из положения лежа в стандартное боковое ползание, запрыгал от восторга и захлопал в ладоши, как ребёнок.
— Отлично ползёшь… Так, ногу! Ногой сильнее толкайся… А теперь — ползание по-пластунски, быстро!
Услышав команду, Цинь Ло, уже порядком запыхавшийся, мгновенно сменил технику. Локти и колени работали в идеальном ритме, и он стремительно, словно ящерица, заскользил вперёд.
— Красавец! То что надо! — Чан Лэй смеялся так широко, что, казалось, лицо сейчас треснет, а хлопки его ладоней разлетались над плацем сухими выстрелами.
Теперь он был уверен на все сто: Цинь Ло не просто способный боец, он, чёрт возьми, гений! Парень был рождён для службы. Стоило лишь дважды показать ему три основных тактических приёма, как он не только их усвоил, но и начал на ходу исправлять собственные мелкие огрехи, становясь всё быстрее и техничнее.
— Сокровище… Настоящее сокровище! — Чан Лэю в этот момент нестерпимо хотелось обнять Цинь Ло и расцеловать в обе щеки.
«Старый командир, это ведь ты? — Чан Лэй с волнением посмотрел в ясное небо. — Наверное, тебе так не хотелось, чтобы я увольнялся и ехал в деревню копаться в земле, что ты с того света прислал этого парня ко мне. Будь спокоен, я сделаю из него лучшего солдата, клянусь...»
— Сяо Цинь, ещё быстрее! — в азарте закричал командир и бросился вдогонку за ползущим бойцом.
А в это время Чэн Хаонань и остальные новобранцы стояли неподалёку, вытянувшись в струнку, словно вкопанные столбы. Причина была проста: в строевой подготовке они вчистую проиграли Цинь Ло. Разъярённый Чан Лэй заставил их отрабатывать азы. У каждого под ногами лежало по два кирпича, а на головах, балансируя, лежали фуражки. Если хоть одна упадёт — последствия будут крайне печальными.
— Мужики… — Чжэн Цянь проводил взглядом сияющего Чан Лэя, и его веко предательски дернулось. — Если так пойдёт и дальше, этот салага скоро станет у нас за главного. Того и гляди, командир заставит его нас тренировать.
— Хрена с два! — Чэн Хаонань злобно уставился на Цинь Ло, который продолжал бороздить землю. — Этот выскочка — просто кусок дерьма! Припёрся на два месяца позже, а гонору — выше крыши. Решил, что может сесть нам на голову? Я, Чэн Хаонань, этого так не оставлю.
— И что ты сделаешь? — вздохнул Ли Дашэн. — Разве не видишь? У парня талант. Схватывает всё на лету. Будь я командиром, я бы тоже его выделил. Смиритесь, толку-то злиться.
Чжэн Цянь тоже тяжело вздохнул и негромко пробормотал:
— Эх, надо было всё-таки брать его деньги. По крайней мере, сейчас было бы не так обидно.
— Точно-точно! — гулким басом отозвался Хао Додо. — Я вот до сих пор ползать нормально не умею, а Цинь Ло только глянул и сразу попёр. Мне кажется, он и правда мог бы нас научить.
— Хао Додо, а ну заткнись! — огрызнулся Чэн Хаонань. — Ты чего чужой дух поднимаешь, а наш топишь? Ты вообще на чьей стороне?
— Я… я просто правду говорю… — пролепетал Хао Додо. — У меня правда не получается…
— Заткнись, — Чэн Хаонань смерил его тяжёлым взглядом и повернулся к Чжэн Цяню:
— Старина Чжэн, ты у нас самый головастый на всякие пакости. Придумай что-нибудь!
Чжэн Цянь обиженно фыркнул:
— Выбирай выражения. Какие ещё пакости? Это называется «стратегическая мудрость».
— Ладно-ладно! — затараторил Чэн Хаонань. — Ты самый умный, только придумай что-нибудь побыстрее, а то этот пацан скоро начнёт нами командовать. Я не собираюсь терпеть такие унижения!
Остальные согласно загудели. Они были вместе с самого начала службы, между ними уже завязалась та крепкая мужская дружба, что рождается в тяготах. Цинь Ло, каким бы крутым он ни был, оставался чужаком. А молодёжь — народ горячий: подчиняться новичку для них было смерти подобно.
Чжэн Цянь прищурился, его глаза хитро блеснули.
— Есть один план… Но тут нам нужно действовать как один кулак.
— Ну же, выкладывай! — Чэн Хаонань аж подался вперёд. — Если это поможет против него, мы будем едины как никогда.
— Да-да, мы все тебя слушаем!
— Говори уже, Чжэн!
Чжэн Цянь усмехнулся:
— Всё просто… Будем придираться по мелочам, запугаем его, заставим дрожать…
Когда Чжэн Цянь закончил излагать свой план, на лицах друзей отразилось сомнение.
— И это сработает? — недоверчиво спросил Ли Дашэн. — Неужели он нас послушает?
— А куда он денется? — самодовольно заявил Чжэн Цянь. — Нас много, а он один. Против толпы не попрёшь. Будем действовать методом кнута и пряника — и парень быстро станет шёлковым.
Ли Дашэн глубоко вздохнул:
— Думаю, Чжэн прав. Все наши беды из-за того, что этот выскочка любит покрасоваться. Если мы заставим его играть по нашим правилам, командир снова начнёт относиться ко всем одинаково, и мы заживём как нормальные люди.
Чэн Хаонань довольно захохотал:
— Старина Чжэн, ты как всегда — в самый критический момент спасаешь положение! — Он обвёл всех тяжёлым взглядом. — Чтобы никто не струсил, поняли? Действуем сообща. Даже если командир узнает — стоим друг за друга до конца. Кто даст заднюю — лично шкуру спущу!
— Поняли! — бойцы решительно переглянулись.
— Чэн Хаонань!
— Я! — Чэн Хаонань от неожиданности едва не подпрыгнул, вытягиваясь в струнку.
Чан Лэй, стоя в отдалении и уперев руки в бока, проорал:
— Фуражка упала! С тебя сто отжиманий, а потом — обратно в строй!
— А?! — Чэн Хаонань в отчаянии разинул рот. В пылу обсуждения он совсем забыл о головном уборе, и тот соскользнул в пыль при первом же резком повороте головы. — Командир, я не нарочно, может, поменьше…
— Двести! — рявкнул Чан Лэй.
Чэн Хаонань без лишних слов рухнул на землю. Спорить было бесполезно — накинет ещё. Он яростно уставился на всё ещё ползающего Цинь Ло, и в его глазах полыхала чистая ненависть: «Всё из-за тебя, гад… Если бы не ты, мы бы сейчас нормально тренировались… Погоди, твои золотые деньки скоро закончатся».
— Хорош, перерыв!
Едва отдав команду, Чан Лэй с сияющей улыбкой подскочил к Цинь Ло и протянул ему фляжку с водой. Парень пластом лежал на земле, тяжело, со свистом втягивая воздух, словно загнанный пес. Пот градом катился по его лбу, заливая глаза.
— Ко-командир… — Цинь Ло с трудом сглотнул вязкую слюну. — Я… как я… отработал?
Чан Лэй довольно прищурился и поднял большой палец вверх:
— Красавец! Просто идеально. Я готов поклясться, что во всей нашей роте ни один новобранец не ползает лучше тебя.
Цинь Ло облегчённо выдохнул. Значит, все эти мучения были не напрасны. И всё же тренировки были чертовски изматывающими. Если бы не призрачная надежда стать первым среди новобранцев, выполнить задание и получить сверхспособности, он бы в жизни так не убивался — лежал бы себе тихонько и в ус не дул.
«Фух… — Цинь Ло глубоко вдохнул. — Как только накоплю достаточно сил, сразу свалю из армии. Буду путешествовать по миру, съезжу к японцам — наваляю им, потом к корейцам — тоже мало не покажется…»
Чан Лэй по-дружески похлопал его по плечу:
— Ты, парень, просто самородок. Утром только показал, а после обеда ты уже летаешь над землёй. Думаю, пора переходить к комплексным тактическим упражнениям.
— Чего?! — У Цинь Ло глаз задергался. Он и так был на грани истощения, а тут какие-то «комплексы». Звучало это как смертный приговор через изнурение.
Чан Лэй весело хохотнул:
— Да ладно тебе, вижу, что выдохся. Отдыхай пока, не горит. Чуть позже продолжим.
Глядя на возбуждённого командира, Цинь Ло лишь безмолвно качал головой. Похоже, путь к суперсилам будет выложен не розами, а кровавыми мозолями.
— Командир первого отделения! — раздался зычный крик.
Чан Лэй обернулся. Это был Чэнь Лян.
— Что стряслось?
— Ротный вызывает всех в штаб на совещание. Прямо сейчас! — проорал Чэнь Лян.
— Понял, иду, — кивнул Чан Лэй, хотя в голове зароились вопросы. Ротный редко собирал офицеров в разгар тренировок, обычно все летучки проводились по вечерам. Неужели случилось что-то из ряда вон выходящее?
— Командир, идите скорее, — Цинь Ло всё ещё тяжело дышал. — Не заставляйте начальство ждать.
Чан Лэй тепло улыбнулся ему. В его глазах это была забота верного подчинённого. Откуда ему было знать, что Цинь Ло просто мечтал, чтобы тот поскорее убрался и дал ему спокойно полежать в тишине.
— Ладно! — Чан Лэй поднялся на ноги. — Переведи дух, повтори теорию, а как вернусь — займёмся тактикой.
— Есть, — криво усмехнулся Цинь Ло.
— Эй, вы там! — Чан Лэй крикнул стоящим в отдалении новобранцам. — А ну живо сюда, будете тренироваться вместе с Цинь Ло!
— Есть! — дружно рявкнули бойцы.
Командир бросил последний взгляд на Цинь Ло и бегом направился к штабу роты. Новобранцы переглянулись, и на их лицах проступили недобрые ухмылки.
— Вот и дождались момента, — Чэн Хаонань хрустнул костяшками пальцев, глядя на распластанного Цинь Ло. — Пошли, «поприветствуем» нашего героя.
— Идём! — вся толпа двинулась к нему решительным шагом.
Цинь Ло в это время наслаждался покоем. Глядя в бездонную синеву неба, он медленно выдыхал накопившуюся усталость. «Чтобы стать первым среди новичков, нужно пахать как проклятому», — с тоской подумал он. Хорошо хоть Чан Лэй ушёл, иначе он бы точно копыта откинул.
«Так, сейчас главное — закрыть задание и получить побольше этих крутых способностей. Ну или хотя бы очков усиления...»
Он уже не рассчитывал на мгновенное обретение суперсил, но поднять текущие характеристики было бы жизненно необходимо. Хотя его тело сейчас и напоминало тело спортсмена-любителя, Чан Лэй гонял его так, будто готовил к высадке на Марс. Этого запаса прочности явно не хватало.
«Надо кровь из носу выполнить хоть что-то и качнуть тело на уровень выше», — решил Цинь Ло. Иначе он просто не дотянет до конца учебки.
«Первое место пока не светит, так что попробую-ка я приручить этих олухов. Это должно быть попроще...»
Его мысли прервала тень, заслонившая солнце. Цинь Ло прищурился и увидел физиономию Чэн Хаонаня, застывшую в ехидной гримасе.
— Твою мать! — Цинь Ло подскочил на месте, обнаружив, что его взяли в плотное кольцо.
— Чего вам? — Он настороженно оглядел окруживших его парней. Их лица не сулили ничего хорошего.
— Чего нам? Да тебя нам…
Чэн Хаонань не успел договорить — Чжэн Цянь бесцеремонно отодвинул его в сторону. С приторной улыбкой он уставился на Цинь Ло:
— Да вот, пришли потренироваться вместе! Командир же сказал — заниматься под твоим чутким руководством.
Остальные закивали, но в их глазах плясали недобрые огоньки. Цинь Ло был не дурак и сразу раскусил их нехитрый план. Он снова демонстративно развалился на траве:
— Ну, тренируйтесь. А я посмотрю, подскажу чего… Я всё-таки посильнее вас буду.
— А ну вставай! — Чэн Хаонань грубо пнул его по ноге.
Цинь Ло подбросило, словно раскалённым железом прижгло. Он вскочил, искря глазами:
— Ты чего, драться вздумал?
Чэн Хаонань холодно усмехнулся:
— А ты попробуй, ударь. У меня с прошлого раза на тебя зуб имеется, за ту подлянку.
— Давай, бей! — подзадорил Чжэн Цянь. — Командир ясно сказал: ещё одна драка — и вылетишь отсюда пробкой. Нас тут много, весь плац видит, кто первый начнёт.
— Ага, мы все свидетели!
— Ну же, смелее, врежь кому-нибудь!
Они нагло провоцировали его, а Чэн Хаонань ещё и нарочно начал толкать его плечом. В груди у Цинь Ло закипала ярость. Внезапно он резко схватил Чжэн Цяня за руку.
— Ого, на него духу не хватило, решил на мне сорваться? — Чжэн Цянь даже не шелохнулся. — Ну давай, бей меня.
Цинь Ло лишь загадочно улыбнулся и крепко сжал его запястье.
[Способность «Удар Ванпанчмена» активирована]
.
В его мышцах забурлила колоссальная энергия. Чжэн Цянь внезапно почувствовал, как его рука, словно чужая, рванулась вперёд с невероятной силой.
Хлысь!
Звонкая пощёчина впечаталась прямо в лицо Чэн Хаонаня. Тот, совершенно не ожидавший предательства, крутанулся на месте на все триста шестьдесят градусов. Все замерли в немом шоке. Цинь Ло тут же отпустил руку Чжэн Цяня и отскочил назад:
— Как ты и просил — получай!
Чэн Хаонань, держась за пылающую щеку, уставился на товарища обезумевшим взглядом:
— Ты… ты зачем ему помогаешь?!
Чжэн Цянь чуть не разрыдался от обиды:
— Это не я! Это он… он схватил мою руку и ударил! Мы же на одной стороне, как я мог?! Это всё он!
— Ах ты ж гад! — Чэн Хаонань взревел и бросился на Цинь Ло. — Опять твои фокусы? Убью!
Но стоило ему замахнуться, как Цинь Ло вдруг расплылся в улыбке и заорал во всю глотку:
— Помогите! Бьют! Новичков обижают!
Крик разнёсся над плацем. В ту же секунду на них уставились десятки глаз, а дежурный офицер уже бежал в их сторону.
— Что здесь происходит? Кто затеял драку?
— Товарищ лейтенант! — Цинь Ло ткнул пальцем в сторону Чэн Хаонаня и остальных. — Они навалились толпой, издеваются, потому что я новенький!
Офицер резко повернулся к парням. Чэн Хаонань в ужасе спрятал кулак за спину.
— Ишь ты, герои! — прошипел лейтенант. — Всего два месяца служите, а уже дедовщину разводите?
— Товарищ лейтенант! — взмолился Чэн Хаонань. — Я его не трогал! Это он меня ударил! Посмотрите на моё лицо, оно же опухло!
Офицер перевёл взгляд на Цинь Ло. Тот лишь невинно пожал плечами:
— Да это его Чжэн Цянь отоварил, я тут при чём? Можете у любого спросить.
— Это правда? — Офицер сурово взглянул на дрожащего Хао Додо.
Тот под этим взглядом едва не лишился чувств:
— Т-товарищ лейтенант… Да, всё так и было…
Чжэн Цянь зашёлся в истерике:
— Да нет же! Всё не так! Цинь Ло взял мою руку и…
— Хватит! — оборвал его офицер. — Вы меня за идиота держите? «Взял руку»… Ты что, тряпичная кукла?
— Вот именно! — поддакнул Цинь Ло.
Чжэн Цянь готов был завыть:
— Да у него силища такая…
— Заткнись! — рявкнул лейтенант. — Не знаю, в какие игры вы тут играете, но оба хороши. А ну, на землю! Двести отжиманий! Прямо сейчас!
— Лейтенант, но это несправедливо, мы…
— Триста! — взревел офицер. — Ещё слово — и пойдёте под трибунал за нарушение дисциплины.
Чэн Хаонань и Чжэн Цянь, бледные как полотно, рухнули в упор лёжа. Они знали: если в личном деле появится взыскание, о нормальном распределении после учебки можно забыть.
— А ты — считай, — офицер указал на Цинь Ло. — И чтоб без поблажек, я буду рядом.
— Есть! — с готовностью отозвался Цинь Ло.
— Один!
— Два!
— Три!
Цинь Ло выкрикивал цифры с явным удовольствием. Чжэн Цянь и Чэн Хаонань, пыхтя, буравили его ненавидящими взглядами.
— Сволочь… — прохрипел Чэн Хаонань. — Никакой мужской чести. Стукач.
Цинь Ло присел перед ним на корточки:
— Вы что, думали, мы тут в ковбоев играем? Дуэли, честь… С вашим-то уровнем интеллекта лезть ко мне? Вы мне не ровня.
— Не радуйся раньше времени, — прошипел Чжэн Цянь. — Мы просто расслабились.
Цинь Ло усмехнулся:
— Хватит хорохориться. Слушайте, моё предложение всё ещё в силе. Становитесь моими «младшими братьями»…
— Пошёл ты к чёрту! — огрызнулся Чэн Хаонань. — Чтобы я, под тебя? Мечтай больше.
Цинь Ло прищурился:
— Я редко предлагаю покровительство. Это был жест доброй воли. Со мной вы бы горя не знали…
— Цинь Ло, — процедил Чэн Хаонань сквозь зубы, — ты просто струсил. Боишься, что мы тебя изведём, вот и лезешь мириться. Пока не извинишься и не примешь мои условия — мы от тебя не отстанем.
— Именно! — подтвердил Чжэн Цянь.
Цинь Ло нахмурился:
— Значит, только мой прогиб вас устроит?
— Да! — хором ответили они. Чэн Хаонань добавил:
— Ты слишком задираешь нос. Из-за твоего желания выпендриться нас всех гоняют. Теперь будешь делать только то, что мы скажем...
— Значит, разговора не получится? — Цинь Ло внимательно посмотрел на них.
— Нет!
Цинь Ло одарил их самой лучезарной улыбкой:
— Что ж… Обычно это передо мной все прогибаются, а я заднюю никогда не давал. Посмотрим, на сколько вас хватит!
Чэн Хаонань победно осклабился:
— Это мы ещё посмотрим, кто из нас…
— Товарищ лейтенант! — внезапно заорал Цинь Ло. — Вот этот тип халтурит!
— Твою мать! — Чэн Хаонань чуть не лопнул от злости. — Опять?!
Бах!
Командир отделения в сердцах швырнул фуражку на кровать. От этого звука все бойцы мгновенно вытянулись в струнку, затаив дыхание.
— Цинь Ло! — Чан Лэй тяжёлым шагом подошёл к парню. Однако, взглянув в его лицо, он заметно поостыл. Ткнув пальцем в сторону Цинь Ло, он постарался сдержать клокочущую внутри ярость:
— Ты… ты… почему твой участок территории не убран?!
— А? — Цинь Ло замер в полном недоумении. Он ведь отчётливо помнил, как вымел всё до последнего листика.
— Что «а»? — Чан Лэй едва не коснулся пальцем его носа. — На твоём участке кучи мусора! Наше отделение прилюдно отчитали на глазах у всей роты.
У Цинь Ло глаз задергался. Краем глаза он заметил, как на лице Чэн Хаонаня расплывается торжествующая ухмылка. «Ах ты ж гад!» — Цинь Ло едва не задохнулся от негодования.
— И это ещё не всё! Сапоги разбросаны! — голос Чан Лэя становился всё громче. — Кружка стоит как попало, под ней лужа… Из-за тебя мы на этой неделе лишились переходящего Красного знамени!
Чан Лэй хотел было сорваться на крик, но, глядя на Цинь Ло, так и не смог заставить себя закричать.
— У тебя светлая голова, ты всё схватываешь на лету, к твоей подготовке претензий нет, — заговорил он уже мягче, с какой-то отеческой горечью. — Но солдат — это не только стрельба и бег. Дисциплина и порядок должны быть во всём. Следи за этим…
— Есть! — Цинь Ло выпятил грудь.
Чан Лэй бросил на него последний строгий взгляд и тяжело вздохнул. Позавчера ротный собрал всех на срочное совещание. Оказалось, что итоговая проверка новобранцев пройдёт совместно с двумя другими учебными полками округа. Это было событие огромного масштаба: поговаривали, что приедет само высшее командование. И если удастся отличиться…
Цинь Ло уже стал для Чан Лэя любимым учеником, «золотым мальчиком», и ругать его по-настоящему язык просто не поворачивался.
— Ладно, свободны. Готовьтесь к занятиям, — бросил командир и вышел из казармы.
— И это всё? — Чэн Хаонань разочарованно развёл руками, как только за Чан Лэем закрылась дверь. Остальные тоже выглядели обескураженными. Из-за парня отделение лишилось знамени, а командир даже не назначил ему наряд вне очереди. Это было просто невыносимо несправедливо!
— Вы это нарочно подстроили, да?! — Цинь Ло обвёл всех ледяным взглядом.
— Я тут ни при чём! — Хао Додо испуганно замахал руками, но Ли Дашэн тут же ткнул его в бок. Бедолага охнул и поспешно отступил в тень.
— Эй-эй, полегче, — Чэн Хаонань с ехидной ухмылкой подошёл к Цинь Ло. — Следи за языком. Не надо бросаться обвинениями как бешеная собака. Доказательства-то есть?
Чжэн Цянь слащаво улыбнулся:
— Кто-то просто не умеет следить за порядком, получил нагоняй от командира и теперь готов расплакаться от обиды?
— Ну так давай, пореви, мы не против! — Чэн Хаонань покатился со смеху.
— Пошли, мужики, — Чжэн Цянь махнул рукой остальным. — Пора на плац. Не будем мешать человеку страдать.
— Слышь! — рыкнул Цинь Ло, и вся компания замерла на месте.
— Чего тебе? Опять решишь моими руками кого-нибудь ударить? — Чжэн Цянь демонстративно спрятал руки за спину. — Второго шанса не дам.
Цинь Ло буравил их взглядом:
— Вы первые начали эти грязные игры, так что не нойте, когда получите сдачи.
Чэн Хаонань лишь презрительно фыркнул:
— А кто тебя просил так выпендриваться? Из-за тебя нас командир гоняет до седьмого пота. Так тебе и надо.
— Это из-за вашей бездарности вас гоняют! — огрызнулся Цинь Ло. — Сами виноваты, что ни на что не способны.
— Ты мне пощёчину влепил, заставил триста раз отжиматься… И ты ещё смеешь что-то вякать?! — Чэн Хаонань уже готов был броситься в драку, но Чжэн Цянь вовремя его удержал.
— Цинь Ло, — примирительно, но с явной угрозой произнёс Чжэн Цянь. — Мы не хотим усложнять тебе жизнь, но и ты нас не зли. Тренируйся как все, не лезь из кожи вон. Тебе нравится подыхать на плацу — твоё дело, а нам это нафиг не сдалось. — Он потер ладони. — Хочешь, чтобы мы оставили тебя в покое? Всё просто. Будь на одном уровне со всеми. И ещё… ты пришёл позже всех, так что прояви хоть каплю уважения к старшим товарищам…
— Исключено! — отрезал Цинь Ло.
Улыбка Чжэн Цяня мгновенно увяла:
— Значит… ты всё-таки решил идти против нас?
Цинь Ло развёл руками:
— Это вы решили идти против меня! Мои успехи — это моё дело. Ваша неуспеваемость — ваше. — Он добавил с лёгким пренебрежением:
— Если вам так тяжело даются наказания, ладно, признайте меня своим лидером. Я буду давать вам денег, будете покупать нормальную еду, подтянете здоровье — и дело в шляпе.
— Цинь Ло! — Чэн Хаонань в ярости ткнул в него пальцем. — Мы тебе дали шанс договориться!
— Я вам тоже его дал, — парировал Цинь Ло.
Чжэн Цянь холодно бросил:
— Идёмте. Раз он так хочет по-плохому — мы ему это устоим.
Новобранцы, одарив Цинь Ло тяжёлыми взглядами, вышли вон. Тот лишь усмехнулся им вслед. Чтобы стать первым в выпуске, он не собирался опускаться до их уровня.
— Не хотите по-хорошему? Ну, держитесь! — прошептал Цинь Ло. — У меня есть сотня способов заставить вас молить о пощаде.
*
Ночь опустилась на казармы, и вскоре после сигнала «Отбой» по помещениям разнёсся разноголосый храп. Цинь Ло резко открыл глаза и приподнял голову, прислушиваясь к дыханию Чан Лэя. Командир спал крепко, широко разинув рот. Цинь Ло бесшумно сел на кровати.
Быстрый взгляд по сторонам — все спали без задних ног. Храп Чэн Хаонаня гремел на всю казарму, словно неисправный дизель. Цинь Ло подошёл к его койке. Из пасти Чэн Хаонаня вырвалось облако такого зловония, что Цинь Ло пришлось зажать нос.
«Ест как свинья, выглядит как свинья и спит так же», — с отвращением подумал он, а затем его лицо исказила коварная ухмылка. — «Решил со мной тягаться? Получай!»
Он медленно двинулся к следующей кровати.
Ночь становилась всё холоднее. Ледяной ветер гулял по территории части. Се Хуэй, дежурный офицер из штаба полка, плотнее закутался в шинель, совершая обход.
— Товарищ Се, — улыбнулся идущий рядом начальник штаба Кун Сян. — Морозно сегодня. Давайте я сам закончу проверку, а вы возвращайтесь в тепло.
Се Хуэй невесело усмехнулся:
— Старина Кун, ты же знаешь характер нашего полковника. Если он узнает, что я схалтурил на обходе, он тут же доложит наверх. А я ещё планирую в звании подрасти!
Кун Сян рассмеялся:
— Да, командир у нас кремень. Ладно, пойдём вместе.
Они направились к расположению девятой роты.
— Крепко спят, — Се Хуэй посветил фонариком в окно одной из казарм.
Кун Сян с гордостью кивнул:
— Ещё бы! Наша
Девятая рота
славится самыми суровыми тренировками. Стоит протрубить отбой — и новобранцы отключаются мгновенно. Откуда у них силы на ночные приключения?
— Твоя правда, — согласился Се Хуэй. — В других ротах вечно кто-то бродит: то в туалет, то постирать приспичит, а кто-то и вовсе на луну любуется. Лодыри, мало их гоняют.
Кун Сян довольно хмыкнул:
— У нас такого не бывает. Ребятам не до глупостей, им бы выспаться перед завтрашним…
— Мать твою! — вдруг выкрикнул Се Хуэй, отпрыгнув от окна и выронив фонарик.
— Ты чего? — вздрогнул Кун Сян.
Се Хуэй дрожащей рукой указал на окно первого отделения:
— Там… там… что это за чертовщина?! Они все сидят и пялятся на меня! Прямо в упор! Жуть какая-то!
— Да не может быть, — не поверил Кун Сян. — Первое отделение пашет больше всех, они сейчас должны дрыхнуть без задних ног. Слышишь, какой храп стоит?
— Я тебе говорю! — Се Хуэй вцепился в его рукав. — Сам посмотри!
Кун Сян поднял фонарик и с сомнением направил луч внутрь казармы.
— О господи!!
От увиденного он едва не подскочил на месте, и фонарик снова полетел на землю.
— Видишь?! — прошептал Се Хуэй. — Все как один… вылупились на нас!
Кун Сян, переводя дух, внезапно разозлился. Он поднял фонарик и снова посветил в окно, уже более внимательно. И тут до него дошло. Бойцы не проснулись. На их плотно сомкнутых веках были мастерски нарисованы огромные, вытаращенные глаза. В полумраке казалось, что десяток человек пристально следят за каждым твоим движением.
У Кун Сяна едва челюсть не отпала. Се Хуэй, осторожно заглянув через его плечо, вдруг недобро усмехнулся:
— Старина Кун, значит, говоришь, самое дисциплинированное отделение? Решили устроить мне персональный перформанс? Похоже, у них сил куда больше, чем ты думал, раз им по ночам рисованием заниматься не лень.
— Да нет… Се, это не то, что ты думаешь… — Кун Сян попытался подобрать слова оправдания.
В этот момент Чэн Хаонань издал особенно мощный, утробный храп, от которого оба офицера вздрогнули. В ту же секунду Чжэн Цянь во сне повернул голову, и его «нарисованные глаза» уставились прямо на Се Хуэя, а нарисованная на губах кривая ухмылка сделала его лицо пугающе-насмешливым.
— Он что… издевается надо мной? — Се Хуэй в ярости ткнул пальцем в сторону спящего.
Цинь Ло, приоткрыв один глаз, наблюдал за бушующим снаружи офицером. На его губах заиграла едва заметная улыбка.
«Решили со мной воевать?» — подумал он. — «Ваш кошмар только начинается!»
Час ночи.
Весь личный состав первого отделения выстроился в шеренгу перед казармой. У Чжиюань, сжимая в руке фонарик, с мрачным видом обходил строй, заглядывая в лицо каждому бойцу. Солдаты стояли ни живы ни мертвы, не смея даже глазами повести.
Кун Сян стоял поодаль. Глядя на физиономию Хао Додо, на которой красовался коряво нарисованный Ультрамен, он из последних сил сдерживал смех. Переведя взгляд на Чжэн Цяня с его физиономией в стиле Хелло Китти, начальник штаба почувствовал, что у него начинаются внутренние судороги от попыток не расхохотаться. Но когда он увидел Чэн Хаонаня, у которого на лбу красовалась перевёрнутая ракета, плотина рухнула.
— Пфф… Ха-ха-ха! — Кун Сян не выдержал и прыснул, прикрыв рот ладонью.
У Чжиюань метнул в него яростный взгляд, и Кун Сян поспешно закашлялся, пытаясь скрыть смех за пальцами. Однако предательское «хи-хи» всё равно прорывалось наружу.
— Гы-гы… А-ха-ха-ха! — Новобранцы, глядя друг на друга, тоже не смогли сдержаться.
— У тебя на лбу здоровенная черепаха!
— А у тебя — череп с костями!
— Слышь, а тебе бороду как у деда пририсовали…
— Молчать! — рявкнул У Чжиюань так, что все мгновенно прикусили языки. — Смешно вам? Очень весело?!
Чан Лэй, глядя на художества на лицах своих подчиненных, готов был сквозь землю провалиться от стыда. Его лицо пылало не хуже, чем у нарисованных на бойцах монстров.
Цинь Ло, наблюдая за багровеющим лицом ротного, внутренне ликовал. Шоу начиналось именно так, как он и задумывал.
— Ладно, ладно, чего застряли? — Кун Сян, видя, что ротный на грани взрыва, решил разрядить обстановку. — Время позднее, пусть идут спать.
— Какой ещё спать?! — вскипел У Чжиюань. — Первое отделение у нас теперь, значит, кружок самодеятельности? Вместо сна решили в гримёров поиграть? Театр масок устроили?!
Его взгляд остановился на Чэн Хаонане, и веко ротного предательски дернулось.
— Другие хоть кошек, собак или мультяшек рисовали… А ты, твою мать, что за хрень на себе изобразил?! У тебя мозги вообще есть?!
Чэн Хаонань, услышав это, едва не лопнул от обиды и ярости.
— Какая сволочь это сделала?! — взревел он на всю ивановскую. — Выходи, гад, я из тебя котлету сделаю!
Глядя на его перекошенную рожу, бойцы едва не попадали от смеха. На веках Чэн Хаонаня были выведены два кривых круга с жирными точками посередине. Стоило ему моргнуть — и казалось, что на тебя смотрит какая-то безумная пучеглазая жаба.
— Заткнись! — прошипел У Чжиюань. Его взгляд, обещавший скорую расправу, заставил Чэн Хаонаня мгновенно замолкнуть. — Отвечайте: чья это затея?
— Оболгали! Оболгали, товарищ ротный! — запричитал Чэн Хаонань, чуть не пустив слезу от несправедливости. — Мы сами жертвы! Это не мы!
Остальные тут же подхватили:
— Товарищ ротный, мы тут ни при чём! Мы люди честные, разве стали бы мы такой ерундой заниматься?
— Тогда кто?! — У Чжиюань обвёл их тяжёлым взглядом.
— Он! Это точно он! — Чэн Хаонань яростно ткнул пальцем в сторону Цинь Ло.
— Да, это он! — тут же поддакнул Чжэн Цянь. — Больше некому!
Кун Сян с интересом посмотрел на Цинь Ло. У Чжиюань прищурился, его взгляд стал острым как бритва. Цинь Ло мгновенно вошёл в образ.
— Товарищ ротный, они меня нагло оговаривают! — Его лицо выражало смесь праведного гнева и глубокой обиды. — Я весь день пахал на износ, устал как собака. Как только прозвучал отбой, я провалился в сон. Что там происходило ночью — понятия не имею. Меня просто подставили…
— Товарищ ротный! — поспешно вставил Чан Лэй. — Я могу подтвердить: Цинь Ло не мог этого сделать. Он тренировался до седьмого пота, едва до кровати дошёл и вырубился. Я сам видел.
Новобранцы с горечью посмотрели на своего командира. Никто не ожидал, что в этот критический момент Чан Лэй встанет на сторону Цинь Ло. На губах самого «пострадавшего» на мгновение промелькнула торжествующая улыбка. Когда он изображал обиду, его
[Навык имитации]
сработал безупречно. С такой актёрской игрой он мог бы легко претендовать на главные роли в лучших драмах страны.
Бойцы даже сами начали сомневаться. Может, и впрямь не он? Неужели среди своих завёлся предатель? Но Чэн Хаонань колебался лишь пару секунд, прежде чем в его голове вспыхнуло: «Не может быть! Это точно он! Никто больше не способен на такую пакость!»
— Товарищ ротный, разрешите…
Он не успел договорить — У Чжиюань бесцеремонно схватил его за ухо и крутанул так, что Чэн Хаонань взвыл.
— О чём докладывать собрался? Опять невиновных обвинять? — Ротный уже не скрывал гнева. — Ты, видать, так торопился, что даже себе нормально нарисовать не успел? Не мог товарищей попросить? Мазнул пару раз абы как… Решил, значит, индивидуальность проявить?!
Чэн Хаонань готов был разрыдаться. Какой нормальный человек станет рисовать на себе такую дрянь?! «Это не я, клянусь, не я!» — кричало всё внутри него.
— Командир первого отделения! — рявкнул У Чжиюань.
— Я! — Чан Лэй вытянулся в струнку.
— Похоже, твои бойцы просто фонтанируют энергией, — ротный зло усмехнулся. — Фантазия так и прет, сплошные художники. Да ещё и в клевете такие сплочённые. Раз так — всё отделение, за исключением Цинь Ло, отправляется на три километра. Бегом марш!
— Чего-о?! — У бойцов челюсти поотвисали.
— А Чэн Хаонань — пять километров!
Бедолага Чэн Хаонань едва не взвыл в голос. Почему всегда он?!
Чан Лэй скомандовал:
— Первое отделение, слушай мою команду! Напра-во! Бегом марш!..
Понурые солдаты под предводительством своего командира потрусили в сторону плаца. Уходя, каждый из них наградил Цинь Ло взглядом, в котором обещание скорой расправы читалось яснее ясного. У Чжиюань тоже мельком глянул на парня, после чего кивнул Кун Сяну, и они зашагали прочь.
— Слушай, У, а как ты понял, что… — Кун Сян обернулся, не договорив.
У Чжиюань хмыкнул:
— Да тут и гадать нечего. У Цинь Ло на лице намалёвано куда гуще и страшнее, чем у остальных. Ясно же, что его хотели подставить, сделать крайним.
— Решил за него заступиться? — хитро прищурился Кун Сян.
— Терпеть не могу этого выскочку, но истина дороже, — буркнул У Чжиюань. — Я ротный, и я обязан быть справедливым, иначе дисциплина пойдёт прахом. К тому же, у Чэн Хаонаня рисунок самый халтурный. Видать, напоследок оставил, времени не хватило, вот и мазнул пару раз. Сразу видно, кто тут лжёт.
Кун Сян задумчиво кивнул:
— Твоя правда. Но и парень тоже хорош — надо же было додуматься именно такое на лице изобразить.
— Эх, У, не знал я, что в тебе спит великий детектив.
У Чжиюань самодовольно хохотнул:
— Я ещё и не такое умею! Решили меня как пешку в своих играх использовать? Хрен им!
Проводив их взглядом, Цинь Ло облегчённо выдохнул. «Сработало! — ликовал он про себя. — Я просто гений». Риск был велик, но удача оказалась на его стороне. У Чжиюань ничего не заподозрил, иначе сейчас Цинь Ло тоже наматывал бы круги по плацу. А так — «подраненный враг» страдает, а он отдыхает.
Он посмотрел на плац, где его товарищи уныло бежали в темноте. Чан Лэй периодически подгонял их увесистыми пинками, добавляя «ускорения». Вид был жалкий и комичный одновременно.
— Решили со мной в интриги поиграть? — Цинь Ло довольно усмехнулся. — Салаги!
*
После утренней зарядки новобранцы, едва успев привести в порядок казарму, похватали инвентарь и бросились к своим участкам. Цинь Ло только-только успел пару раз взмахнуть метлой, как его плотным кольцом обступили сослуживцы.
— О! — Цинь Ло выпрямился, одарив всех лучезарной улыбкой. — А вы сегодня шустрые. Неужто уже всё убрали?
— Твоих рук дело, гад?! — Чэн Хаонань, чьи глаза покраснели от недосыпа и ярости, едва не дымился.
Цинь Ло с самым честным видом отчеканил:
— Разумеется… нет!
— Врёшь! Это точно ты! — Чжэн Цянь в бешенстве ткнул в него пальцем. — Цинь Ло, ты подлая тварь! Раз в открытую не можешь, решил исподтишка действовать?
— Слышь, ты, кусок дерьма! — Чэн Хаонань почти уткнулся носом в лицо Цинь Ло. — Поиздевался над нами, пока мы спали, да ещё и эту дрянь на лице нарисовал… Ты вообще мужик после этого?!
Глядя в их пылающие ненавистью глаза, Цинь Ло лишь лениво пожал плечами. Скрываться больше не было смысла.
— А кто мусор на мой участок подбрасывал? Кто мои вещи в казарме раскидывал? Вы первые начали эту «войну теней», так что нечего теперь жаловаться!
Новобранцы взъярились. Чэн Хаонань уже сжал кулаки, намереваясь броситься в атаку:
— Да я тебе сейчас шкуру спущу!..
— Что тут происходит?! — Громовой окрик заставил всех вздрогнуть и обернуться.
К ним стремительным шагом приближались трое командиров отделений. Солдаты мгновенно вытянулись:
— Здравия желаем, товарищи командиры!
Командир третьего отделения смерил их суровым взглядом и повернулся к Цинь Ло:
— Они опять тебя донимают? Не бойся, если что — сразу нам говори.
Командир второго отделения холодно добавил:
— Вы что, совсем понятия о товариществе не имеете? Чему вас Чан Лэй учит? Вчера ночью издевались над парнем, сегодня опять за старое? Мы, хоть и из других отделений, на этот беспредел смотреть не будем!
Новобранцы застыли в немом шоке. Когда это Цинь Ло успел спеться с этими командирами?! И почему они за него заступаются?! Но обиднее всего было то, что их же и выставили виноватыми, хотя именно они полночи бегали по плацу из-за его выходок.
— Цинь Ло, — командир пятого отделения ободряюще похлопал его по плечу. — Говори как есть. Если обижают — мы их быстро к порядку призовём.
— Именно! — дружно кивнули остальные двое.
Солдаты с тревогой уставились на Цинь Ло. Чэн Хаонань даже невольно попятился. Цинь Ло, видя их испуг, внутренне усмехнулся. Раздувать конфликт до небес он не планировал — во всём нужна мера. В конце концов, система требовала их «приручить», а значит, небольшого урока будет достаточно.
— Спасибо, товарищи командиры, всё в порядке, — с улыбкой ответил Цинь Ло. — Они просто… мучаются совестью за вчерашнее. Решили в качестве извинения помочь мне убрать территорию, а я вот как раз скромничаю, отказываюсь.
— Вот оно что… — усмехнулся командир третьего отделения. — Ну, скромность — это хорошо, но от помощи отказываться не надо. Раз решили искупить вину — пусть работают!
У новобранцев глаза полезли на лоб: «Кто?! Кто решил помочь?!»
Командир третьего отделения указал на заросшую обочину:
— Заодно и траву там подстригите, а то смотреть больно. Чтобы до завтрака всё блестело!
Бойцы едва не лишились дара речи. Этот участок вообще не входил в их зону ответственности!
— Чего застыли? Кто не справится — останется без завтрака. Мы проследим! — Командиры смотрели на них так, будто те были злейшими врагами народа.
— Есть… — выдавили из себя солдаты и поплелись за инвентарём.
— Чёртов Цинь Ло! — прошипел Чжэн Цянь, утирая пот. — Подговорил командиров из других отделений… Иуда, настоящий предатель!
— Ладно, — процедил сквозь зубы Чэн Хаонань, — раз он так хочет играть — я его уничтожу.
В этот момент каждый из новобранцев чувствовал себя самым несчастным человеком на свете. Ночью — порка, утром — рабский труд… Кто поймёт их боль?
— Эй, вы! Живее шевелитесь! — донёсся издалека зычный голос командира третьего отделения. — Мы за каждым вашим движением следим!
— И не вздумайте халявить! — Командир второго отделения вальяжно достал сигарету и прикурил. — Чтобы всё было подстрижено как по линейке, иначе я лично доложу вашему командиру, и пойдёте ещё на три километра!
Новобранцы, вздрогнув, заработали ножницами с удвоенной силой.
Клац-клац-клац
— металл так и летал над травой.
Командир пятого отделения довольно хмыкнул:
— Будете знать, как новичков задирать. Поделом вам.
Хао Додо шмыгнул носом, на его глазах заблестели слёзы обиды:
— Да не задирали мы его…
— Заткнись! — рыкнул на него Чэн Хаонань. Он метнул злобный взгляд на товарищей:
— Мы обязаны отомстить. Командир мне вчера ночью раз двадцать по заднице приложил.
— А мне — раз пятнадцать! — Чжэн Цянь стиснул зубы. — До сих пор присесть больно… аж искры из глаз!
— И как ты предлагаешь его проучить? — Ли Дашэн обернулся к Чжэн Цяню. — Силой нельзя — его эти командиры как цепные псы охраняют.
Глаза Чжэн Цяня хитро блеснули.
— Раз кулаками не выйдет, возьмём хитростью. Он думает, что он тут самый хитрый? Ну-ну, мы ему покажем, кто тут настоящий мастер интриг!
Тем временем командиры отделений отошли в тень. Выпуская облака ароматного дыма, они лениво наблюдали за работающими бойцами.
— А Цинь Ло — мировой парень, — затянувшись, произнёс командир третьего отделения. — Его гнобят, а он просит нас не вмешиваться. Сразу видно — за коллектив радеет.
Командир пятого отделения согласно кивнул:
— И обходительный какой! Мы всего-то справедливость восстановили, а он нам сигарет подкинул. Прямо неудобно даже.
— Слушайте сюда, — веско добавил командир второго отделения. — Эти сигареты обязывают. Приглядывайте за Цинь Ло, чтобы его больше никто и пальцем не тронул.
— Само собой! — дружно закивали остальные.
И тут же рявкнули в сторону работающих солдат:
— Эй, быстрее! Ещё быстрее!
*
После завтрака Чан Лэй отвёл Цинь Ло в небольшую рощицу в стороне от плаца.
— Ты это… на вчерашнее зла не держи, — командир посмотрел на парня с явным сочувствием.
Цинь Ло улыбнулся:
— Командир, я и не думал обижаться.
— Правда? — Чан Лэй пытливо заглянул ему в глаза.
— Чистая правда! — Цинь Ло твёрдо кивнул.
Командир облегчённо выдохнул:
— Ну и ладно. Рад слышать.
Он мягко добавил:
— Армия — это одна большая семья, а отделение — твой дом. Ты талантлив, умён, я уверен, что ты сможешь найти с ребятами общий язык…
Глядя на светящееся надеждой лицо командира, Цинь Ло лишь вздохнул про себя. Ему вовсе не хотелось «находить общий язык» с этими недотёпами, которые, скорее всего, в этот самый момент мечтали его придушить.
— Не волнуйтесь, командир, мы обязательно поладим.
Чан Лэй, сияя как начищенный чайник, похлопал его по плечу и зашагал прочь. Цинь Ло проводил его взглядом, и улыбка мгновенно исчезла с его лица.
«Эти придурки уже дважды получили по носу. Пора бы им и остепениться. Пусть признают меня главным, и дело с концом — задание будет выполнено!»
*
Утро пролетело незаметно. Как и прежде, Чан Лэй гонял Цинь Ло по индивидуальной программе. Остальные бойцы всё утро отрабатывали строевой шаг, а под конец пробежали пятёрку. К обеду они были мокрыми как мыши и злыми как черти. В столовой каждый из них буравил Цинь Ло взглядом, в котором читалось желание совершить как минимум тяжкое телесное.
Цинь Ло лишь недоумевал: «Они что, из стали сделаны? Столько огребать и всё равно лезть в бутылку?» Его собственное тело уже начинало сдавать. Нужно было срочно открывать новую способность или прокачивать
Генетическое усиление
, иначе он просто развалится на куски. А для этого — кровь из носу — нужно закрыть квест.
После обеда Цинь Ло вернулся в казарму, намереваясь прощупать почву и узнать настрой Чэн Хаонаня и компании. Но едва он переступил порог, как замер на месте.
— Где моё одеяло? Куда делись простыни?!
Он выскочил в коридор, сверился с номером на двери — всё верно, первое отделение. Зашёл снова. На его койке сиротливо лежал голый зелёный матрас.
— О, господин ищет свои постельные принадлежности? — раздался ехидный голос Чэн Хаонаня.
Цинь Ло резко обернулся. Вся компания вальяжно входила в помещение, сияя самодовольными физиономиями.
— Что вы сделали с моим одеялом и бельём?! — Цинь Ло нахмурился.
Бойцы переглянулись и дружно залыбились.
— Понимаешь, — начал Чэн Хаонань, выпятив грудь, — мы так мучились угрызениями совести за вчерашнее, что сегодня утром, пока работали, решили сделать для тебя что-то действительно стоящее.
Он по-хозяйски похлопал по кровати:
— Гляжу — погода чудесная, солнце припекает. Ну и решил я твоё одеяло на просушку вынести. К вечеру вата внутри распушится, станет мягким, тёплым… Спать будешь как на облаке!
Цинь Ло едва не задохнулся от ярости. В армии, особенно для новобранца, «просушить одеяло» — это катастрофа. Чтобы сложить его идеальным «кубиком», нужно приложить титанические усилия, спрессовывая вату неделями. Стоит выставить его на солнце — и одеяло превращается в бесформенный пышный ком. Все его труды пошли прахом. Если Чан Лэй увидит этот «стог сена» вместо чётких линий, нагоняя не миновать.
— И это ещё не всё, — вставил Чжэн Цянь со слащавой миной. — Старина Чжэн увидел, как ты упахиваешься на тренировках, и решил помочь. Мы собрали все твои грязные вещи, обувь, носки — и всё постирали. Видишь, как мы искренне извиняемся?
У Цинь Ло в голове зашумело. Он рванул дверцу шкафчика. Пусто. Все вещи, включая зимнюю шинель и даже запасные носки, исчезли.
— Вы что, охренели?! — взревел он. — Там же и чистые вещи были! В чём я вечером ходить буду?!
Казарма наполнилась издевательским хохотом.
— Да что ж ты раньше-то не сказал? — Чэн Хаонань едва не давился смехом. — Мы же не знали, думали — всё грязное. Ошиблись, с кем не бывает? Мы же от чистого сердца, хотели как лучше!
Чжэн Цянь добавил, ухмыляясь:
— Хаонань, ну что ты оправдываешься. Зато теперь у него всё будет пахнуть свежестью. Тренироваться в чистом — одно удовольствие, верно, Цинь Ло?
— Ха-ха-ха-ха! — Остальные покатывались со смеху.
Цинь Ло сжал кулаки, делая шаг к ним:
— Решили, значит, по-плохому?
Чэн Хаонань перестал смеяться и полоснул его ледяным взглядом:
— Это ты решил, что можешь нами понукать, салага… Получай, что заслужил!
— Именно! — рявкнул Чжэн Цянь. — Ты нас в грязь втоптал, теперь твоя очередь!
Цинь Ло криво усмехнулся. Он хотел было ещё что-то сказать, но понял — бесполезно. Глядя на свою грязную, пропитанную потом и пылью форму, а затем на стройный ряд мокрых вещей, развешанных на улице, он почувствовал, как в груди закипает холодная ярость.
«Ладно, уроды. Хотели войну — вы её получили. Сегодня я вас так уделаю — век помнить будете!»
*
— Командир, спасибо огромное, выручили.
У дверей каптёрки Цинь Ло с самой обходительной улыбкой всучивал какой-то сверток в руки Чэнь Ляну. Тот состроил суровую мину и попытался отстраниться:
— Ты чего это? Брось сейчас же!
Цинь Ло легонько похлопал его по карману и подмигнул:
— Вы мне в таком деле помогли, разве я могу не отблагодарить? Командир, всё понимаю, лишних слов не надо.
Чэнь Лян строго нахмурился:
— Чтобы никто не знал. В первый и последний раз, понял?
— Есть! — Цинь Ло лихо козырнул и умчался прочь.
Когда парень скрылся за углом, Чэнь Лян заглянул в карман и довольно хмыкнул:
— Сообразительный малый. Всего-то и просил — бутылочку сиропа от кашля из своих вещей достать, а обставил всё как великую услугу…
*
Протрубил отбой, и свет в казармах погас.
— Чтобы тихо мне тут! — донёсся с кровати суровый голос Чан Лэя. — Если опять что-нибудь выкинете — пеняйте на себя.
— Есть, командир! — дружно ответили бойцы, косясь в сторону Цинь Ло.
Тот лежал неподвижно, натянув одеяло до середины лица. Чжэн Цянь подал остальным знак: «Будьте начеку». Каждый из новобранцев положил на лицо подушку, а некоторые даже привязали их верёвками к ушам. Они были уверены: если Цинь Ло снова решит их разрисовать, он неизбежно их разбудит. А уж тогда они схватят его с поличным и заставят бегать до кровавых мальчиков в глазах.
Минуты тянулись за минутами. Дневная усталость брала своё, и уже через двадцать минут казарма наполнилась мерным храпом. Цинь Ло открыл глаза. Он медленно приподнялся, оглядел спящих и, достав из-под подушки заветный пузырёк, бесшумно соскользнул с кровати…
*
— Старина Се, ротный их уже пропесочил как следует, — начальник штаба Кун Сян шёл рядом с Се Хуэем по ночному городку, виновато улыбаясь. — Это была просто глупая выходка, они всё осознали. Уверен, больше такого не повторится.
Се Хуэй хмыкнул:
— Знаешь, Кун, я за всю службу навидался всякого, но чтобы новобранцы так развлекались… Креативные ребята, ничего не скажешь.
Кун Сян неловко хохотнул. Честно говоря, он и сам был в шоке.
— Пойдём глянем, — предложил Се Хуэй. — Усвоили они урок или нет.
— В этом можешь не сомневаться! — Кун Сян с готовностью выпятил грудь. — Мои бойцы — самые дисциплинированные в полку!
Се Хуэй лишь неопределённо качнул головой и направился к расположению первого отделения. Подойдя к окну, Кун Сян уверенно включил фонарик:
— Слышишь, как храпят? Спят как убитые, некому тут…
— Твою дивизию! — Кун Сян вдруг отпрянул от окна, едва не сбив Се Хуэя с ног.
Се Хуэй замер и поспешно направил свой фонарь в ту же сторону.
— Кун, не надо… — Начальник штаба попытался перехватить его руку, но было поздно.
Луч света выхватил внутренности казармы, и Се Хуэй почувствовал, как волосы на затылке зашевелились. На каждой кровати, вытянувшись в струнку, сидел солдат. Они сидели абсолютно неподвижно, с открытыми глазами, и их пустые, безжизненные взгляды были направлены прямо в окно.
Это выглядело как сцена из самого жуткого фильма ужасов. Холодный ветер завыл между зданиями, и Се Хуэй, побледнев, резко повернулся к Кун Сяну. Его голос дрожал от ярости и страха:
— Кун… Это, по-твоему, «дисциплина»?! Они что, издеваются?! Посреди ночи всей толпой решили меня до инфаркта довести?!
— Я… я не понимаю… — пролепетал Кун Сян, чувствуя, как по спине стекает холодный пот.
— Ну, Девятая рота… — прошипел Се Хуэй. — Ну, художники! Это уже не игры, Кун!