Ни Цзяхуэй с глухим стуком швырнул окурок в переполненную пепельницу, тут же выудил из пачки на столе новую сигарету и, чиркнув зажигалкой, жадно затянулся. Сизый дым наполнил легкие, чтобы мгновение спустя медленно, тягучей струей вырваться наружу, растворяясь в спёртом воздухе кабинета.

Он уже сбился со счёта, какая это сигарета за последние часы. Нервное напряжение висело в комнате плотным, почти осязаемым туманом.

Резко поднявшись с кресла, Ни Цзяхуэй вышел в приемную и вперил тяжелый взгляд в интеллигентного мужчину в очках, который как раз опускал трубку телефона.

— Ну что? — в голосе босса слышалась плохо скрываемая надежда пополам с раздражением. — Есть хоть какие-то зацепки?

Интеллигентный мужчина, едва услышав голос шефа, обреченно покачал головой.

— Ни Цзяхуэй-цзун, к сожалению, по-прежнему глухо, — поспешил отчитаться он, стараясь не встречаться с начальником взглядом. — Абсолютно никаких следов.

Он задействовал все доступные каналы, поднял на уши всех знакомых информаторов, но результат оставался нулевым. Этот таинственный покупатель словно был призраком — ни имени, ни лица, ни тени. Слишком уж загадочная фигура.

Услышав ответ, Ни Цзяхуэй нахмурился, и меж его бровей пролегла глубокая складка.

«Совсем ничего? Как такое возможно?» — мысли лихорадочно метались в голове.

Он был уверен: любое крупное действие оставляет след. В мире большого бизнеса невозможно провернуть сделку такого масштаба и остаться невидимкой. Всегда есть шепот, слухи, бумажный след. Но сейчас, несмотря на колоссальные усилия и связи, они упирались в глухую стену. Это было не просто странно — это пугало.

Такой уровень секретности говорил лишь об одном: возможности этого таинственного человека поистине экстраординарны. И от этого головная боль Ни Цзяхуэя только усиливалась, пульсируя в висках.

Впрочем, сдаваться он не собирался. Если уж он, акула бизнеса, не может найти концы, то и Ань Цзюньци вряд ли преуспеет быстрее.

— Продолжай искать, — отрезал он, глядя на помощника стальным взглядом. — Подними все связи, выверни город наизнанку, но найди мне этого покупателя.

Интеллигент кивнул, вновь потянувшись к телефону, а Ни Цзяхуэй развернулся и шагнул обратно в свой кабинет.

Сидеть сложа руки было невыносимо. Нужно действовать. Он достал мобильный, собираясь сделать очередной звонок, как вдруг тишину разорвала резкая трель входящего вызова.

Ни Цзяхуэй взглянул на экран и замер.

«Лин Фань?»

Брови его поползли вверх. Звонок от председателя Лина в столь поздний час? Это было, мягко говоря, неожиданно.

«Неужели он узнал, что мы упустили Короля земли?» — мелькнула тревожная мысль.

Но он тут же одернул себя. Нет, слухи не могли распространиться так молниеносно, чтобы уже достичь ушей Лина. Ни Цзяхуэй тряхнул головой, отгоняя паранойю, и провел пальцем по экрану. Гадать бессмысленно, проще спросить.

— Лин-дун, здравствуйте! — голос его мгновенно наполнился профессиональной учтивостью.

— Ни-цзун, добрый вечер. Надеюсь, не разбудил? — раздался в трубке спокойный голос Лин Фаня.

— Нет, что вы, конечно нет! — поспешно заверил Ни Цзяхуэй, изображая бодрость. — Лин-дун, скажите, что стряслось? Чем обязан звонку в такое время?

Любопытство сжигало его изнутри.

Лин Фань, находящийся на другом конце провода, не стал ходить вокруг да около и сразу перешел к сути:

— Ни-цзун, дело вот в чем. У меня на руках есть один земельный участок. Я подумал, не будет ли компании интересно его приобрести?

«Земельный участок?»

Ни Цзяхуэй едва сдержал разочарованный вздох, и морщины на его лбу стали еще глубже. Он ожидал чего угодно, но не предложения купить землю посреди ночи.

«Неужели Лин-дун решил распродать свои активы?» — подумал он.

В любое другое время он бы ухватился за предложение Лин Фаня, не раздумывая ни секунды. Но сейчас? Сейчас все его мысли, все ресурсы и нервы были натянуты, как струна, вокруг «Короля земли» в Новой Зоне Экономического Развития Лючэна. Все остальное казалось мелким и несущественным.

— Лин-дун, — начал он осторожно, стараясь звучать максимально дипломатично. — Если вам не срочно нужны деньги, то, может быть, ту землю лучше пока отложить?

Это был вежливый, но твердый отказ. У него просто не было сейчас ни сил, ни времени, ни желания распыляться на мелочи. Разве Лин Фань не видит, в каком аду сейчас варится компания из-за упущенного аукциона?

На том конце возникла пауза. Лин Фань явно опешил. Он никак не ожидал, что Ни Цзяхуэй откажется сходу, даже не спросив, о какой именно земле идет речь.

«Что ж, раз Ни Цзяхуэю это неинтересно, придется искать другие варианты», — подумал Лин Фань.

— Хорошо, — в его голосе прозвучало легкое равнодушие. — Раз Ни-цзун не заинтересован в этом Короле земли, тогда забудем. Не буду мешать вашему отдыху. До свидания.

Слова «Король земли» ударили по нервам Ни Цзяхуэя, как разряд электрошокера. Его тело дернулось, словно от физического удара.

— Постойте! Постойте! — закричал он в трубку, забыв о приличиях. — Лин-дун, погодите секунду!

— А? — Рука Лин Фаня, уже готовая нажать отбой, замерла. — Ни-цзун, что-то еще?

Услышав, что связь не прервалась, Ни Цзяхуэй судорожно выдохнул, пытаясь унять бешеный стук сердца. Голос его дрожал от волнения:

— Лин-дун... скажите, о каком именно «Короле земли» вы говорите? Где он находится?

Он не мог не волноваться. Титул «Король земли» не присваивают первому попавшемуся пустырю.

Лин Фань, хоть и удивился внезапной перемене настроения собеседника, ответил честно:

— Тот самый «Король земли» в Новой Зоне Экономического Развития Лючэна.

Слова упали в тишину кабинета, как тяжелые камни. Ни Цзяхуэй, хоть и подсознательно надеялся на это, все равно был ошеломлен. Его челюсть отвисла, глаза округлились до размеров блюдец, а лицо застыло в гримасе абсолютного неверия.

«Это... Это правда?!»

«Король земли» Новой Зоны Экономического Развития Лючэна действительно находится в руках Лин Фаня?

В тот момент, когда Лин Фань впервые произнес эти два заветных слова, у Ни Цзяхуэя мелькнула безумная догадка, но реальность превзошла все ожидания.

Таинственный покупатель — это Лин-дун!

Это казалось немыслимым. Он поднял на уши весь город, задействовал все мыслимые и немыслимые связи, чтобы найти этого человека, а тот оказался... одним из директоров его собственной компании!

«Я искал его за тридевять земель, а он оказался прямо под носом, в мерцании огней», — горькая усмешка исказила губы Ни Цзяхуэя.

Лин-дун и правда полон сюрпризов. Страх и уважение к Лин Фаню в душе Ни Цзяхуэя выросли многократно.

Без лишнего шума, без пыли прибрать к рукам такой лакомый кусок — это уже пугало. Но тот факт, что даже со всеми своими ресурсами Ни Цзяхуэй не смог нарыть на него ни крошки информации, говорил о том, что происхождение и возможности Лин Фаня лежат далеко за пределами понимания простых смертных.

Однако шок быстро сменился волной дикого, пьянящего восторга.

Он вдруг осознал смысл звонка. Лин Фань хотел продать землю компании! Разве можно было не радоваться такой новости?

Очнувшись от ступора, Ни Цзяхуэй, слегка заикаясь от переизбытка чувств, спросил:

— Лин-дун, вы... вы имеете в виду, что хотите продать «Короля земли» нашей компании?

— Именно так, — подтвердил Лин Фань. — Я планировал именно это. Но поскольку Ни-цзун только что сказал...

Ни Цзяхуэй не дал ему договорить. Паника захлестнула его — он чуть своими руками не разрушил сделку века!

— Лин-дун! Вам удобно сейчас встретиться? — выпалил он скороговоркой. — Мы прямо сейчас подпишем договор передачи прав!

Лин Фань на том конце провода на мгновение потерял дар речи от такой ментальной акробатики собеседника.

«Только что ему было неинтересно, а теперь он готов лететь подписывать бумаги посреди ночи? Ну и виражи».

— Лин-дун? — Ни Цзяхуэй, не дождавшись ответа, испуганно хлопнул себя по лбу. — Ох, простите! Лин-дун, а за какую цену вы планируете продать участок?

В эйфории он совсем забыл спросить о самом главном — о деньгах.

Лин Фань усмехнулся, услышав вопрос.

— Не знаю, — в его голосе слышалась хитринка. — А сколько Ни-цзун готов предложить?

Он изящно перепасовал мяч обратно. Как продавец, он не собирался называть цену первым, хотя в голове держал четкую цифру — пятьдесят миллиардов. Именно за столько он планировал уступить землю компании. Но зачем раскрывать карты раньше времени? Вдруг Ни Цзяхуэй предложит больше?

Ни Цзяхуэй на мгновение задумался, кусая губы. Сейчас он мог мобилизовать максимум пятьдесят четыре миллиарда.

Сжав зубы, он решился:

— Лин-дун, компания готова выложить пятьдесят четыре миллиарда за «Короля земли». Что скажете?

Сердце его колотилось где-то в горле. В конце концов, Лин Фань владел лишь десятью процентами акций. Если он решит продать землю кому-то другому, Ни Цзяхуэй ничего не сможет с этим поделать.

— О?

Лин Фань, услышав предложение Ни Цзяхуэя, не смог сдержать довольной улыбки. Пятьдесят четыре миллиарда? Это на целых четыре миллиарда больше его ожиданий.

Прекрасно. Просто великолепно.

— Хорошо, — легко согласился он. — По рукам.

Услышав заветное «да», Ни Цзяхуэй почувствовал, как с его плеч свалилась гора размером с Эверест.

— Лин-дун, вам удобно принять нас сейчас? — тут же насел он, боясь упустить момент. — Я бы хотел оформить сделку сегодня же ночью.

Он панически боялся, что за ночь что-то изменится. Длинная ночь чревата кошмарами. Только получив землю в свои руки, он сможет наконец-то выспаться.

Лин Фань, хоть и не понимал до конца, к чему такая спешка, кивнул сам себе.

— Можно. Готовьте бумаги и приезжайте прямо ко мне, на Виллу №1 в комплексе «Хайтянь».

Ради лишних четырех миллиардов можно и лечь спать попозже. Это вполне приемлемая жертва.

— Спасибо, Лин-дун! Огромное спасибо! — голос Ни Цзяхуэя дрожал от благодарности. — Я сейчас же займусь договором!

Лин Фань хмыкнул и нажал отбой.

Ни Цзяхуэй уставился на погасший экран телефона, а затем запрокинул голову и расхохотался.

— Ха-ха-ха!

Это было невероятно! Пьянящее чувство победы кружило голову. Кто бы мог подумать, что проблема с «Королем земли» решится так просто и изящно? Да еще и за пятьдесят четыре миллиарда — на миллиард меньше, чем он изначально закладывал в бюджет!

Его радость не знала границ.

В это время за дверью кабинета его помощник, тот самый интеллигентный мужчина, устало отложил телефон. Он собирался сделать очередной бесполезный звонок, когда из кабинета шефа донесся громкий, почти безумный смех.

Помощник застыл.

«Что это с ним? Неужели Ни-цзун тронулся умом от горя, что мы упустили землю?»

Он потряс головой, отгоняя эту мысль. Нет, Ни Цзяхуэй не из тех, кто ломается так легко.

Пока он терялся в догадках, дверь кабинета с шумом распахнулась. Ни Цзяхуэй, сияющий, как начищенный медяк, посмотрел на застывшего подчиненного.

— Чего замер? — рявкнул он, но в голосе не было злости, только азарт. — Живо готовь договор о передаче прав на «Короля земли». Цена — пятьдесят четыре миллиарда.

— Быстро! Одна нога здесь, другая там!

Интеллигентный мужчина моргнул, не веря своим ушам.

— Ни-цзун... мы нашли таинственного покупателя? — неуверенно переспросил он.

Ни Цзяхуэй, видя, что помощник все еще тормозит, нетерпеливо махнул рукой:

— Нашли! Таинственный покупатель — это наш Лин-дун! Готовь бумаги, едем к нему подписывать!

Бросив это, он устремился вглубь офиса — нужно было срочно выдернуть финансового директора. Деньги должны уйти сразу после подписания.

Помощник остался стоять в коридоре, словно его оглушили пыльным мешком. Рот открыт, глаза вылезли из орбит, на лице — печать абсолютного шока.

«Таинственный покупатель... это Лин-дун?!»

В голове не укладывалось. Тот, кого они искали днем с огнем, оказался членом их же совета директоров.

И тут его накрыло осознание масштаба личности Лин Фаня. Этот человек только что скупил десять процентов акций компании с огромной переплатой, а теперь выясняется, что он же выложил, не моргнув глазом, миллиарды за землю?

Насколько же глубоки его карманы, если он может вот так запросто оперировать десятками миллиардов?

А то, что даже их служба безопасности не смогла пробить, кто купил землю... Это говорило о связях такого уровня, что становилось страшно.

Сквозняк в коридоре привел его в чувство. Он вздрогнул и сорвался с места. Нельзя заставлять Ни Цзяхуэя ждать.

---

Час спустя.

В тишине элитного поселка раздалась мелодичная трель дверного звонка.

Лин Фань, коротавший время за чаем в гостиной, отставил чашку, поднялся и неспешно пошел открывать.

На пороге стояла троица. Запыхавшийся Ни Цзяхуэй, его помощник-интеллигент и финансовый директор — женщина средних лет, не блещущая красотой, но с цепким, проницательным взглядом профессионала.

— Лин-дун, здравствуйте! — расплылся в улыбке Ни Цзяхуэй.

— Лин-дун! — хором подхватили остальные.

— Приветствую, — кивнул Лин Фань, пропуская гостей. — Проходите.

Он провел их в просторную гостиную, жестом пригласил сесть и, достав три чашки, лично разлил гостям чай.

— Спасибо, Лин-дун, — вновь закивали они, рассыпаясь в благодарностях.

Лин Фань махнул рукой, пресекая церемонии, и вернулся в свое кресло.

Едва присев, Ни Цзяхуэй тут же извлек из портфеля папку и ручку.

— Лин-дун, вот договор, — он протянул бумаги, всем видом показывая нетерпение. — Прошу вас ознакомиться. Если все верно, давайте подпишем побыстрее. Не хотим отнимать ваше время отдыха.

Лин Фань бросил на него быстрый взгляд.

«Знал бы ты, как ты мне "не хочешь мешать", приперевшись посреди ночи», — мысленно усмехнулся он, но вслух ничего не сказал.

Взяв договор, он мысленно обратился к своему главному помощнику:

«Система, просканируй контракт. Есть ли подвохи?»

Внешне он с умным видом листал страницы, делая вид, что внимательно читает.

[Сканирование контракта завершено. Проблем не обнаружено. Хозяин может спокойно подписывать.]

Отлично. Эффективность Системы, как всегда, на высоте.

Лин Фань взял ручку, которую услужливо протягивал Ни Цзяхуэй, и поставил размашистую подпись.

Ни Цзяхуэй схватил подписанный документ так, словно это была индульгенция на вечную жизнь. Только теперь его сердце вернулось в нормальный ритм.

Лин Фань же достал подготовленные документы на землю и передал их покупателю.

— Переводите средства Лин-дуну, немедленно, — скомандовал Ни Цзяхуэй, повернувшись к женщине-финансисту.

Раз уж Лин Фань проявил такую оперативность, они не имели права задерживать оплату ни на секунду.

Женщина кивнула, достала специальный банковский терминал и начала процедуру перевода. Реквизиты Лин Фаня, как директора, у бухгалтерии, разумеется, были.

— Перевод выполнен, — через минуту отчиталась она. — Лин-дун, проверьте, пожалуйста.

— Система, проверь поступление средств, — мысленно приказал Лин Фань.

Ответ прозвучал в его голове мгновенно:

[Проверка завершена.]

[30 секунд назад на банковский счет Хозяина поступило 54 миллиарда.]

Лин Фань остался доволен. Точность до секунды — это уровень.

Превосходно. Просто превосходно.

В гостиной повисла тишина.

— Пришли, — спокойно кивнул он. — Ну что, выпейте чаю. Вы, должно быть, устали, бегая всю ночь.

Он невозмутимо поднял свою чашку и сделал глоток.

Троица гостей переглянулась. В их глазах читалось немое потрясение.

Пятьдесят четыре миллиарда! Огромная гора денег! А он даже не полез в телефон проверить баланс? Просто сидит и пьет чай, словно ему перевели пару сотен на обед?

Каким же нужно обладать самообладанием, какой внутренней силой, чтобы оставаться настолько невозмутимым?

На их месте любой уже судорожно обновлял бы приложение банка. Это же не пятьдесят четыре юаня!

Уважение к Лин Фаню в их душах взлетело до небес. В какой же семье нужно родиться, чтобы воспитать такое величие духа и спокойствие?

Они послушно подняли свои чашки, делая мелкие глотки, пытаясь чаем смыть собственное волнение. Сейчас они, покупатели, нервничали куда больше, чем продавец.

Ни Цзяхуэй сделал глоток чая, и его глаза мгновенно расширились.

Вкус был... божественным. И до боли знакомым.

Он замер, перекатывая жидкость на языке, пытаясь уловить ускользающее воспоминание. Чтобы убедиться, он сделал еще один крошечный, осторожный глоток.

Вспышка озарения озарила его лицо.

Точно! Этот вкус ни с чем не спутать!

Он резко вскинул голову и посмотрел на Лин Фаня с нескрываемым благоговением. Во рту вдруг пересохло от волнения.

— Лин-дун... — прохрипел он. — Неужели это... Чай Дахунпао второго поколения?

Он впился взглядом в хозяина дома, ожидая подтверждения, словно от этого зависела его жизнь.

Лин Фань слегка улыбнулся и кивнул:

— Верно. Это именно Дахунпао второго поколения. Не ожидал, что Ни-цзун такой знаток чайной церемонии.

Несмотря на то, что Ни Цзяхуэй догадывался об ответе, подтверждение прозвучало как гром среди ясного неба. Он уставился в свою чашку, судорожно сглотнув.

Это действительно легендарный чай!

Однажды ему посчастливилось попробовать его на закрытом приеме у старого друга. Тот вкус преследовал его годами. Он не узнал его сразу лишь потому, что чай Лин Фаня был невероятно насыщенным.

На том приеме один грамм драгоценных листьев заваривали на целый чайник, разбавляя вкус до едва уловимой нотки. Здесь же... В его чашке плавал добрый грамм чистейшего листа!

Аромат был густым, плотным, обволакивающим. Концентрация вкуса просто зашкаливала.

Лин Фань насыпал каждому по грамму этого сокровища? Это было не просто щедро. Это было расточительно! Вопиюще роскошно! Просто... бесчеловечно богато!

Теперь Ни Цзяхуэй держал чашку двумя руками, как священный Грааль. Он пил микроскопическими глотками, смакуя каждую каплю. Он не хотел быть похожим на Чжу Бацзе, который проглотил плод женьшеня целиком, даже не поняв вкуса.

Помощник в очках, заметив странное поведение шефа, удивленно спросил:

— Ни-цзун, а этот Дахунпао... он дорогой?

Он знал, что хороший чай стоит недешево. Элитный Дахунпао может стоить около ста тысяч за полкило, и это казалось ему пределом. Но в конце концов, это же просто сушеные листья. Насколько дорогими они могут быть?

Ни Цзяхуэй бережно поставил чашку на стол и назидательно поднял палец:

— Этот чай не просто дорогой. Он бесценный. У него нет рыночной цены, его просто так не купишь.

Он обвел взглядом присутствующих и тихо добавил:

— Вот эта чашка, которую ты сейчас пьешь... здесь около грамма. Только одна эта порция стоит двадцать тысяч.

Сказав это, он снова припал к чашке.

Интеллигентный мужчина застыл, словно его поразила молния. Его рот открылся в беззвучном крике, а глаза стали идеально круглыми.

— С... сколько?!

Двадцать тысяч за маленькую чашку чая?!

Это не укладывалось в голове. Если грамм стоит двадцать тысяч, то полкило... десять миллионов?!

Мама дорогая!

Вот это уровень! Вот это жизнь!

Лин-дун пьет чай по двадцать тысяч за чашку? Сколько же он выпивает за день? Годовой зарплаты помощника хватило бы всего на пару дней чаепития у Лин Фаня.

«Так вот она какая, жизнь настоящих богачей», — пронеслось у него в голове. — «Действительно, счастье богатых нам, простым смертным, даже представить сложно».

Он дрожащими руками поднял свою чашку. Вряд ли в этой жизни ему выпадет второй шанс попробовать такое. Он должен запомнить этот вкус навсегда.

Но прежде... Он вытащил телефон.

Щелк. Щелк. Щелк.

Он фотографировал содержимое чашки с разных ракурсов, добиваясь идеального света. Сделав десяток снимков, он удовлетворенно кивнул. Эти фото пойдут в чат одноклассников. Пусть знают, как выглядит чай за двадцать кусков!

Время шло. Даже если пить по капле, чай в чашке имеет свойство заканчиваться.

Но это не беда, пока есть кипяток.

Ни Цзяхуэй сбился со счета, сколько раз ему подливали воды. Он пил до тех пор, пока настой не стал прозрачным, как слеза младенца, и вкус окончательно не исчез.

Только тогда он с сожалением отставил пустую чашку и поднялся. В животе булькало.

— Лин-дун, нам пора, — сказал он, чувствуя некоторую неловкость. — Не будем больше мешать вашему отдыху.

Лин Фань кивнул, мысленно выдохнув с облегчением. Он не жадничал, но всерьез опасался, что эти трое лопнут от количества выпитой воды или получат водное отравление.

Проводив гостей, он вернулся в гостиную, быстро прибрал со стола и, напевая веселый мотивчик, отправился в спальню на втором этаже. Пятьдесят четыре миллиарда приятно грели душу, делая карман ощутимо тяжелее. Настроение было отличным.

Быстрый душ — и спать.

---

Офисное здание Девелоперской компании «Хайтянь».

Вернувшись в офис, Ни Цзяхуэй первым делом рванул в туалет. Терпеть уже не было сил — чай давал о себе знать.

Облегчившись и вернувшись в кресло, он тут же вызвал помощника.

Тот влетел в кабинет незамедлительно.

— Срочно, — скомандовал Ни Цзяхуэй, не тратя времени на прелюдии. — Выпускай официальный пресс-релиз. Новость о покупке «Короля земли» в Новой Зоне должна быть на сайте прямо сейчас.

Он знал, что за ними наблюдают. Особенно Ань Цзюньци. Пусть удавится от зависти.

— Сию минуту, Ни-цзун! — кивнул помощник и выбежал исполнять приказ.

Вскоре на официальном сайте компании засиял победный баннер.

---

Офисное здание Девелоперской компании «Хэйхуэй».

Верхний этаж здания все еще сиял огнями, разгоняя ночную тьму.

Ань Цзюньци устало потер виски и отложил телефон. Таинственный покупатель так и не был найден. Неизвестность изматывала.

Он потянулся к бокалу с дорогим красным вином и сделал большой глоток. Этот сорт всегда был его любимым, бархатистым и терпким. Но сегодня вино казалось кислым, словно уксус. Предчувствие беды отравляло вкус.

Внезапно в дверь громко и часто застучали.

— Войдите! — рявкнул он.

Дверь распахнулась, и в кабинет вбежала его секретарша. Вид у нее был встревоженный.

— Ань-цзун, беда! — выпалила она с порога.

Ань Цзюньци нахмурился, его взгляд стал тяжелым.

— Что за паника? — ледяным тоном спросил он. — Чему я тебя учил? Где твоя выдержка? Что случилось?

Ему хотелось уволить её на месте. Слишком много эмоций.

Секретарша, осознав свою оплошность, попыталась взять себя в руки, но голос её всё равно дрожал:

— Ань-цзун... «Король земли» в Новой Зоне Экономического Развития Лючэна... Его купила компания «Хайтянь»!

Ань Цзюньци подскочил в кресле, словно под ним сработала пружина.

— Что ты сказала?! — его голос сорвался на крик. — «Хайтянь» купили землю? Быть того не может!

Это было невозможно. Немыслимо!

— Они... они уже опубликовали официальное объявление на сайте, — пролепетала секретарша, опуская глаза.

Ань Цзюньци рухнул обратно в кресло и лихорадочно застучал по клавишам, открывая сайт конкурентов.

И вот оно. Ярко-красное, издевательское объявление о успешном приобретении участка.

Глаза Ань Цзюньци налились кровью. Ярость, горячая и неудержимая, затопила его сознание.

Он схватил со стола бутылку коллекционного вина и свой бокал — и с силой швырнул их об пол.

ДЗЫНЬ!

Стекло разлетелось сверкающими осколками, а темно-красная жидкость, похожая на кровь, растеклась по дорогому ковру.

Он не мог смириться. Он не хотел в это верить. Но проиграл.

Лин Фань той ночью спал как младенец.

На следующее утро он проснулся рано. Умывшись и приведя себя в порядок, устроился на диване, закинув ногу на ногу, и вызвал виртуальную панель системы.

Когда взгляд упал на товары секундной распродажи, он вскочил на ноги, не в силах сдержать изумления.

[Секундная распродажа за один юань: 100% акций юридической фирмы «Цзиньмин» города Лючэн.]

[Секундная распродажа за один юань: 100% акций нулевого причала Линьцзян города Лючэн.]

Ничего себе...

Глаза его раскрылись до предела, впившись в список товаров. Точнее — в восемь иероглифов: «Нулевой причал Линьцзян города Лючэн».

Нулевой причал Линьцзян хоть и не был крупнейшим в Лючэне, зато занимал самое

выгодное

расположение. Ещё вчера, после получения яхты

Fanns

, он начал изучать причалы города.

Оценочная стоимость нулевого причала Линьцзян составляла миллиард юаней. Один причал класса сто тысяч тонн, четыре причала класса пятьдесят тысяч тонн, общая протяжённость — тысяча двести метров.

Именно этот причал он присмотрел для себя. Но, покопавшись в интернете, обнаружил, что тот закрыт для посторонних.

Вот незадача.

И кто бы мог подумать, что он увидит нулевой причал Линьцзян в секундной распродаже! Как тут

не

изумиться?

Теперь его яхте

Fanns

не придётся беспокоиться о месте швартовки.

— Система, покупаю всё, — поспешно приказал он.

[Поздравляем хозяина с успешной покупкой.]

[Документы на юридическую фирму «Цзиньмин» города Лючэн и нулевой причал Линьцзян уже находятся в кабинете виллы.]

Эффективность системы, как всегда, на высоте.

Отлично, просто отлично.

Он не спешил идти в кабинет, а достал телефон и набрал в поисковике название юридической фирмы «Цзиньмин». Был уверен — фирма тоже окажется не простой.

И точно — не зря.

Оценочная стоимость юридической фирмы «Цзиньмин» составляла всего восемьсот миллионов юаней. Зато в юридических кругах Лючэна она пользовалась немалой

славой

.

За три года с момента основания — ноль проигранных дел. Компания находилась на пике стремительного роста. В юридическом мире Лючэна она восходила как яркая новая звезда.

Не мог не признать — система и впрямь крута. Даже столь перспективную юридическую фирму раздобыла.

А теперь всё это его.

Он поднялся, оделся и направился из спальни в кабинет.

На столе лежали две папки. Одна — с документами на юридическую фирму «Цзиньмин», вторая — на нулевой причал Линьцзян.

Бегло пролистав оба комплекта, он убрал их. Затем спустился вниз.

Немного размялся во дворе, приготовил завтрак. Подкрепившись, сел за руль и отправился в Университет Лючэн.

Полчаса спустя он уже выходил из машины на парковке университета. Напевая что-то себе под нос, зашагал к общежитию.

Утренняя распродажа принесла товары на восемнадцать миллиардов, разом подняв его состояние за планку в сорок миллиардов. Естественно, настроение было

приподнятым

.

Заодно решился вопрос со швартовкой яхты.

Вернувшись в комнату, обнаружил трёх соседей всё ещё в кроватях.

— Подъём! — скомандовал он и принялся собирать учебники.

Трое соседей, увидев Лин Фаня, неохотно стали выползать из-под одеял.

Две пары утром прошли без сучка без задоринки.

На перемене Лин Фань только успел вернуться в общагу и отложить книги, как зазвонил телефон.

Чжан Юньчэн?

Увидев номер, он на мгновение застыл. Не ожидал, что звонить будет именно она.

Провёл пальцем по экрану.

Из трубки донёсся голос Чжан Юньчэн. Только звучал он как-то натянуто, неуверенно.

— Босс Лин... Босс Лин...

Возможно, впервые обращаясь к Лин Фаню столь официально, Чжан Юньчэн чувствовала

неловкость

.

Услышав её корявое обращение, Лин Фань рассмеялся:

— Сестрица Юньчэн, лучше зови меня, как раньше, — Лин Фань или Сяо Фань.

Ему нравилось общаться с Чжан Юньчэн, и не хотелось, чтобы разница в положении отдалила их друг от друга.

На том конце провода Чжан Юньчэн облегчённо выдохнула. Называть Лин Фаня «боссом» и правда было дико неудобно.

— Тогда... буду звать тебя Лин Фань, как и прежде.

— Отлично, — кивнул Лин Фань. — Ты что-то хотела, сестрица Юньчэн?

Кажется, впервые она сама позвонила ему.

На том конце Чжан Юньчэн шлёпнула себя ладонью по лбу.

— Чуть не забыла о главном!

— Лин Фань, ты свободен в обед?

Лин Фань задумался, перебирая в уме дела, и ответил:

— Пока планов нет.

— Если что-то нужно, сестрица Юньчэн, говори прямо.

— Да нет, ничего особенного, — поспешила она. — Просто хочу угостить тебя обедом.

Тут же добавила:

— Сразу предупреждаю — на роскошный ресторан денег не хватит. Только какое-нибудь простое кафе.

Денег у неё сейчас кот наплакал. Даже если бы захотела пригласить Лин Фаня куда-то шикарное, средств бы не хватило. Но он так ей помог — просто не угостить его хоть чем-то казалось неправильным.

Лин Фань улыбнулся:

— Договорились.

От деликатесов и так уже тошнит — разнообразие не помешает.

Чжан Юньчэн обрадованно рассмеялась:

— Тогда решено! Скину тебе адрес.

— Хорошо, — кивнул Лин Фань. — До встречи.

Отключившись, он не стал гадать, зачем она его зовёт. Встретятся — узнает.

Схватив учебники для следующей пары, он вышел из комнаты.

Время летело незаметно. С последним звонком утренние занятия закончились.

Старший, Чжан Цзыцян, подошёл к Лин Фаню:

— Четвёртый, пошли вместе пообедаем?

Лин Фань покачал головой:

— Сегодня не получится. Я договорился с кем-то.

Чжан Цзыцян похлопал его по плечу и театрально вздохнул:

— Четвёртый, с тех пор как у тебя появилась старшекурсница Тан, ты изменился.

— Постоянно бросаешь нас. Хоть знаешь, как нам

больно

?

Второй, Ли Муян, и Третий, Ван Чжиюн, согласно закивали.

Лин Фань скривился:

— Отвали.

— Я чистокровный мужик.

— И потом, встреча не со старшекурсницей Тан.

— Тьфу, вообще зачем я вам всё это объясняю?

Развернувшись, он широким шагом вышел из аудитории.

Чжан Цзыцян не сдержался:

— Чёрт!

— Четвёртый, ты что, завёл себе кого-то ещё за спиной старшекурсницы Тан?

— Говорю тебе, так нельзя!

Выкрикивая это, он бросился вдогонку.

Лин Фань вернулся в общагу, отложил книги, взял ключи от машины и направился к парковке. Адрес от Чжан Юньчэн он уже получил.

Достав телефон, нашёл место и включил навигатор.

Небольшое, но очень

чистое

кафе.

Именно здесь Чжан Юньчэн назначила встречу Лин Фаню.

Едва она устроилась за столиком, как напротив опустилась женщина средних лет.

Чжан Юньчэн слегка нахмурилась, но вежливо произнесла:

— Простите, здесь занято.

Женщина, не поднимаясь, достала из сумочки визитку и протянула Чжан Юньчэн.

— Мисс Чжан, здравствуйте. Я Нин Ваньпин, старший агент медиа-компании «Тутэ» города Лючэн.

— Вот моя визитка, — улыбнулась она.

Чжан Юньчэн не взяла карточку. От Нин Ваньпин веяло каким-то высокомерием, что вызывало крайне

неприятные

ощущения.

Равнодушно спросила:

— Чем могу помочь?

Медиа-компанию «Тутэ» она знала — одну из десяти крупнейших компаний по продвижению блогеров в Лючэне. Говорили, у них неплохие связи с медиа-компанией «Цзиньман». Но зачем эта Нин Ваньпин пришла именно к ней, было непонятно.

Нин Ваньпин положила визитку на стол и пододвинула поближе. С улыбкой поинтересовалась:

— Мисс Чжан, не задумывались о смене компании?

Цель её визита — переманить Чжан Юньчэн. Посмотрев стримы девушки, Нин Ваньпин сразу приметила её. С её многолетним опытом она чувствовала — из Чжан Юньчэн выйдет крупный стример.

Среди её подопечных не было ни одного по-настоящему перспективного. Вот она и положила глаз на Чжан Юньчэн.

Откажет ли та? По мнению Нин Ваньпин, отказ — лишь вопрос цены. Если условия будут достаточно

привлекательными

, Чжан Юньчэн точно согласится.

Услышав предложение, Чжан Юньчэн нахмурилась. Теперь стало ясно, зачем пожаловала Нин Ваньпин.

Переманить.

Не раздумывая, отказала:

— Простите, меня всё устраивает в текущей компании.

Условия в медиа-компании «Цзиньман» прекрасные, и главное — есть будущее. Если приложить усилия, однажды она сможет выйти на сцену и осуществить мечту. Так сказал Лин Фань. И она ему верила.

Нин Ваньпин не удивилась отказу. Она ещё не озвучила

условия

.

— Мисс Чжан, не спешите отказываться. Я же ещё не назвала предложение.

На лице её играла самоуверенная улыбка. Она верила — стоит огласить цифры, и девушка передумает. Кто ж от денег откажется?

Чжан Юньчэн поняла, что эта Нин Ваньпин прилипчива, как жвачка. Она уже отказала, но та всё не унимается.

Сейчас придёт Лин Фань и увидит эту Нин Ваньпин. Что он подумает?

От этой мысли голос её стал ледяным:

— Повторяю ещё раз: я не собираюсь никуда переходить.

Нин Ваньпин и не думала сдаваться.

— Мисс Чжан, если перейдёте к нам, получите массу ресурсов. Что до зарплаты — сколько платит медиа-компания «Цзиньман», мы дадим

вдвое

больше.

Уверенность била через край. Нин Ваньпин была убеждена — столь щедрое предложение не оставит Чжан Юньчэн равнодушной.

Кто из стримеров не мечтает о славе? Кто откажется от вложений компании?

Сдержит ли она обещание? Пусть сначала руководство оценит потенциал Чжан Юньчэн — тогда точно одобрят. Девушка ведь настоящее денежное дерево. Не простое — гигантское.

Чжан Юньчэн уже открыла рот, чтобы снова отказать, но тут дверь кафе распахнулась, и вошёл Лин Фань.

Она тут же вскочила и замахала ему рукой.

Лин Фань кивнул ей и направился к столику.

Чжан Юньчэн холодно посмотрела на Нин Ваньпин:

— Пожалуйста, уходите. Мой друг пришёл.

Она была в ярости. Лин Фань уже здесь, а эта Нин Ваньпин всё не отстаёт.

Улыбка на лице Нин Ваньпин застыла. Она остолбенела на месте.

Не ожидала. Как можно было предположить, что Чжан Юньчэн откажется от столь

щедрого

предложения?

Причём так решительно.

Это... почему?

Неужели Чжан Юньчэн правда не хочет славы? Не хочет больше денег?

Не понимала.

Тут подошёл Лин Фань.

— Лин Фань, ты пришёл, — улыбнулась Чжан Юньчэн.

— Долго ждала? — мягко спросил он.

— Нет-нет, я тоже только пришла.

Лин Фань бросил взгляд на Нин Ваньпин. Решил, что это подруга Чжан Юньчэн.

— Это...?

Нин Ваньпин окинула взглядом юношу рядом с Чжан Юньчэн, и в голове что-то щёлкнуло.

Если не получается через девушку, можно попробовать через парня!

Она приняла Лин Фаня за бойфренда Чжан Юньчэн. Стоя рядом, они и правда смотрелись как идеальная пара.

— Здравствуйте, я Нин Ваньпин.

— Вы, наверное, парень мисс Чжан? Какой симпатичный, — улыбнулась она.

Услышав это, Лин Фань удивлённо посмотрел на Чжан Юньчэн.

Та гневно обратилась к Нин Ваньпин:

— Пожалуйста, уходите. Не мешайте нам обедать.

Наглости этой женщины не было предела — она до сих пор тут и ещё пытается обхаживать Лин Фаня!

Лин Фань понял — Нин Ваньпин явно не подруга.

Нин Ваньпин не собиралась сдаваться. Обратилась к Лин Фаню:

— Уговорите свою девушку. Условия, которые я предлагаю, — лучшие среди всех компаний по продвижению блогеров.

Лин Фань приподнял бровь. Теперь он понял.

Эта Нин Ваньпин переманивает его же сотрудников. Причём прямо у него под носом, у владельца компании.

Это уже за гранью.

Впрочем, из диалога было ясно — Чжан Юньчэн без колебаний отказала. Это немного успокоило. Не зря он доверял ей.

Лин Фань промолчал, лишь с улыбкой посмотрел на Чжан Юньчэн.

Та мысленно взвыла.

«Этот человек переманивает твоих сотрудников, ты в

курсе

? А ты ещё улыбаешься!»

Обернувшись к Нин Ваньпин, ледяным тоном произнесла:

— Я не уйду из компании. Пожалуйста, уходите.

Нин Ваньпин перевела взгляд на Лин Фаня, надеясь, что он уговорит Чжан Юньчэн.

Лин Фань повернулся к ней, и улыбка исчезла с его лица. Сухо сказал:

— Раз сестрица Юньчэн отказала, может, пора уходить?

Нин Ваньпин не ожидала, что молодой человек окажется таким послушным. Взглянув на Чжан Юньчэн, поспешно добавила:

— Подумайте хорошенько. Упустите шанс — больше не будет.

Стиснув зубы, выпалила:

— Мисс Чжан, так и быть — плачу

втрое

больше, чем сейчас. Как насчёт этого?

Услышав эти слова, лицо Лин Фаня потемнело.

Сначала он не собирался особо обращать внимания на Нин Ваньпин. Но раз она не понимает намёков...

Лин Фань поднял визитку со стола и, глядя на Нин Ваньпин, невозмутимо спросил:

— Вы — Нин Ваньпин, старший агент медиа-компании «Тутэ» города Лючэн?

Нин Ваньпин самодовольно кивнула:

— Именно.

— Наша компания «Тутэ» ничуть не хуже медиа-компании «Цзиньман».

— Уговорите свою девушку.

— Только у нас она добьётся настоящего успеха.

Самоуверенность сквозила в каждом слове.

Лин Фань даже рассмеялся от возмущения.

«Только у нас она добьётся успеха»? Что, в собственной компании будущего нет?

Какая чушь.

Он достал телефон, нашёл номер генерального директора медиа-компании «Цзиньман» Шэнь Цзяньюня и набрал его.

Трубку сняли быстро. Из динамика донёсся почтительный голос:

— Босс.

Шэнь Цзяньюнь боготворил Лин Фаня. Тот был не только акционером Доуцзин, но и акционером развлекательной компании «Чжишан Чаохуан».

Статус Шэнь Цзяньюня среди коллег взлетел далеко не на одну ступень. Раньше он сам бегал в поисках партнёров, теперь

партнёры

искали его.

От одной мысли об этом становилось приятно.

Он знал — всё это благодаря Лин Фаню. В душе он возносил босса до небес. Был уверен — если следовать за Лин Фанем, будущее гарантировано блестящее.

Лин Фань не стал тянуть:

— Знаком с медиа-компанией «Тутэ» города Лючэн?

Услышав название, Шэнь Цзяньюнь почувствовал неладное. Поспешно ответил:

— Это компания Чжан Шивэя. Мы всегда были в хороших отношениях.

Чем бы ни интересовался Лин Фань, лучше сказать правду. Обе компании и правда ладили.

Лин Фань раздражённо бросил:

— Уверен, что в хороших?

Шэнь Цзяньюнь напрягся.

«Неужели компания «Тутэ» обидела босса?»

Не дав ему ответить, Лин Фань продолжил:

— Они переманивают твоих сотрудников.

Шэнь Цзяньюнь вскочил со стула.

— Босс, может, здесь недоразумение?

Он знал Чжан Шивэя много лет — тот просто не способен на подобное. Тем более зная, что Лин Фань — акционер Доуцзин, Чжан Шивэй скорее старался бы угодить ему. Не мог он пойти на такое.

— Нин Ваньпин из компании «Тутэ» сидит рядом со мной, — сухо ответил Лин Фань.

— Всё ещё считаешь, что это недоразумение?

Услышав имя, Шэнь Цзяньюнь понял — Нин Ваньпин действовала за спиной Чжан Шивэя.

Эта женщина не раз и не два делала что-то самовольно. Чжан Шивэй часто жаловался на неё в разговорах. Не будь Нин Ваньпин его свояченицей, он давно бы её

уволил

.

Шэнь Цзяньюнь мысленно помянул друга.

«Надеюсь, Нин Ваньпин не довела ситуацию до точки невозврата».

— Босс, как поступим?

Он осторожничал. Боялся, что Лин Фань решит уничтожить компанию Чжан Шивэя.

Как старый друг, он не хотел бы такого исхода. Но ослушаться Лин Фаня он не посмел бы.

— Позвони Чжан Шивэю, — невозмутимо приказал Лин Фань. — Пусть немедленно её уберёт.

— Она уже портит мне аппетит.

Шэнь Цзяньюнь облегчённо выдохнул. Босс просто требует забрать Нин Ваньпин обратно.

— Звоню прямо сейчас!

Отключившись, он, не теряя времени, набрал номер Чжан Шивэя.

В кафе Нин Ваньпин, услышав упоминание Чжан Шивэя, насторожилась.

«Неужели он знаком со шурином?»

Но, посмотрев на юношу, покачала головой.

Не могла поверить, что кто-то такой молодой знаком с её шурином и смеет звать его просто по имени. Скорее всего, совпадение. Просто однофамилец.

Она собиралась что-то сказать, но тут в сумочке зазвонил телефон.

Достав его, слегка нахмурилась.

«Шурин?»

Зачем он сейчас звонит?

Не раздумывая, приняла вызов.

Из трубки ударил гневный рёв Чжан Шивэя:

— Нин Ваньпин, где ты?!

Голос дрожал от ярости.

Нин Ваньпин вздрогнула. Никогда ещё она не слышала, чтобы Чжан Шивэй так бесился.

— Я... обедаю, — пролепетала она.

— Ты что,

переманиваешь

сотрудников медиа-компании «Цзиньман»?!

Нин Ваньпин опешила.

— Шурин, откуда ты знаешь?

Чжан Шивэй чуть не лопнул от злости.

«Откуда я знаю? Мне лично позвонил Шэнь Цзяньюнь!»

Владелец медиа-компании «Цзиньман» — акционер Доуцзин! Я тут думаю, как ему угодить, а ты, мать твою, переманиваешь его людей!

Да ещё прямо у него под

носом

!

Ты вообще соображаешь?!

Он чуть зубы не сломал от злости.

Нин Ваньпин — хуже некуда. То, что ломает, не чинит, а то, что строит, рушит.

Не желая больше тратить время на разговоры, он рявкнул:

— Немедленно извинись перед владельцем компании «Цзиньман» и возвращайся в офис!

Нин Ваньпин застыла.

«Владелец компании «Цзиньман»?»

Где он?

Не видно.

По её представлениям, владелец должен быть примерно одного возраста с шурином. Но вокруг никого подходящего.

Чжан Шивэй, услышав её молчание, едва не харкнул кровью.

— Молодой человек

рядом

с тобой! — рявкнул он.

Это ему сообщил Шэнь Цзяньюнь — владелец медиа-компании «Цзиньман» очень молод.

Нин Ваньпин остолбенела. Глаза расширились до предела, рот раскрылся. На лице застыло неверие.

Этот... этот юноша не парень Чжан Юньчэн?

Как он может быть владельцем медиа-компании «Цзиньман»?!

Но она знала — Чжан Шивэй не станет врать.

Вдруг вспомнила телефонный разговор Лин Фаня.

Горько усмехнулась про себя.

Переманивать сотрудников прямо перед владельцем компании.

Куда уж

неловчее

.

Если бы сейчас земля разверзлась, она бы с радостью провалилась.

Нин Ваньпин вскочила и, кланяясь, выпалила:

— Прошу прощения за беспокойство. Я сейчас же уйду.

Развернувшись, она стремительно покинула кафе, не оглядываясь.

Лин Фань проводил взглядом уходящую Нин Ваньпин, и на душе у него сразу стало легче.

Он повернулся к Чжан Юньчэн и с улыбкой спросил:

— Что это тебя сегодня вдруг вздумалось угостить меня обедом?

— Хочу поблагодарить тебя, — ответила Чжан Юньчэн, одновременно поманив официанта. — Если бы не ты, у меня не было бы такой хорошей работы сейчас.

Это были её искренние слова. Без Лин Фаня она бы не получила нынешнюю должность.

Официант подошёл к их столику.

Чжан Юньчэн подняла взгляд и сказала:

— Две порции говяжьей лапши, пожалуйста.

— Хорошо, сейчас принесём, — кивнул официант и удалился.

Когда он отошёл, Чжан Юньчэн перевела взгляд на Лин Фаня и виновато улыбнулась:

— У меня не так много денег, могу угостить тебя только лапшой. Не обижайся.

В её представлении такой богатый человек, как Лин Фань, наверняка питался исключительно в элитных ресторанах. В простую забегаловку вроде этой он бы ни за что не зашёл.

— Я неприхотлив в еде, — улыбнулся Лин Фань. — Лишь бы было что поесть.

Раньше он действительно не выбирал, что есть. А сейчас… ну, Чжан Юньчэн старалась для него, и ему не хотелось портить ей настроение.

Услышав его ответ, девушка с облегчением выдохнула.

— Деньги, которые ты мне задонатил, я верну тебе сразу, как только они поступят на счёт, — твёрдо сказала она.

Чжан Юньчэн считала, что Лин Фань отправил ей донаты только для того, чтобы повысить её популярность. По её мнению, брать эти деньги было неправильно.

Лин Фань очень обрадовался её словам. Дело было не в том, что она собиралась вернуть деньги, а в том, что это говорило о её характере. Чжан Юньчэн — человек принципов, и это

радовало

.

Он махнул рукой:

— Что отдал, то отдал. Возвращать не надо.

— Нет! — решительно возразила Чжан Юньчэн. — Эти деньги я обязательно верну!

У неё были свои жизненные правила.

Лин Фань рассмеялся, глядя на её упрямое лицо:

— Раз ты не хочешь их брать, тогда сними их со счёта, найди какого-нибудь нищего на улице и отдай ему от моего имени. Пусть будет добрым делом.

— Как так можно?! — возмутилась Чжан Юньчэн, распахнув глаза.

Она хотела вернуть деньги

Лин Фаню

, а не отдавать их первому встречному!

— Я никогда не беру обратно то, что подарил, — спокойно сказал Лин Фань.

Поняв, что если она откажется, Лин Фань действительно заставит её отдать деньги нищему, Чжан Юньчэн надула щёки и пробормотала:

— Ладно… тогда я буду их хранить для тебя.

Она решила отложить эти деньги, и если когда-нибудь они понадобятся Лин Фаню, вернуть их.

Лин Фань рассмеялся ещё громче:

— Для меня эти деньги — мелочь. Уверен, что для тебя в будущем они тоже ничего не будут значить. Не переживай из-за них. Ешь, что хочешь, пей, что хочешь. Если будешь плохо питаться и ослабнешь, как ты сможешь зарабатывать для меня деньги?

— Хм! Проклятый капиталист! — свирепо сверкнула на него Чжан Юньчэн, но внутри успокоилась.

В этот момент официант принёс лапшу.

Они ели и перебрасывались случайными фразами.

---

Тем временем в офисе медиа-компании «Тутэ» Чжан Шивэй сидел за столом и курил. Встречу с другом он отменил — сейчас никакая еда не могла утолить его

ярость

.

Внезапно дверь распахнулась, и в кабинет влетела Нин Ваньпин.

Чжан Шивэй уже собирался выплеснуть гнев, но она опередила его:

— Шурин! Ты никогда раньше так на меня не кричал! Хм! Я обязательно расскажу сестре, что ты меня обидел!

Услышав её слова, Чжан Шивэй

осёкся

.

Единственный человек, которого он боялся больше всего на свете, — это его жена. Вот уже десятки лет так. Страх перед ней въелся в самые кости.

Как же иначе, ведь главным акционером медиа-компании «Тутэ» был его тесть.

Видя, что Чжан Шивэй молчит, Нин Ваньпин продолжила жаловаться:

— Ну подумаешь, какой-то там владелец медиа-компании «Цзиньман»! Стоило ли из-за него так на меня злиться?

Чжан Шивэй покачал головой и горько усмехнулся:

— Если бы речь шла о

прежнем

владельце «Цзиньман», я бы, конечно, не стал так кричать.

Нин Ваньпин уловила скрытый смысл в его словах.

Прежний владелец? Нынешний владелец?

Она знала, что у компании «Цзиньман» сменился хозяин. Просто не ожидала, что новый владелец окажется таким молодым.

Неужели этот юнец настолько влиятелен, что шурин боится его обидеть?

Её брови нахмурились.

— У нового владельца какие-то связи? — осторожно спросила она.

Чжан Шивэй глубоко вздохнул и медленно произнёс:

— Этому новому владельцу также принадлежит двадцать процентов акций Доуцзин.

Нин Ваньпин застыла на месте. Рот её медленно

открылся

от шока, глаза расширились до размеров блюдец, а на лице застыло выражение полного недоверия.

Что?! Как это возможно?!

Тот молодой владелец — акционер Доуцзин?! Да ещё и владеет двадцатью процентами акций?!

Горькая усмешка мелькнула в её душе.

Неудивительно, что Чжан Шивэй так разозлился. Их компания зависела от Доуцзин во многих аспектах бизнеса. Если из-за неё они навлекут на себя его гнев и он устроит им бойкот, жизнь компании станет невыносимой. Дело может дойти даже до банкротства.

Холодный пот покрыл её тело.

— Шурин, что же теперь делать? — голос её дрожал от паники.

Чжан Шивэй смотрел на мечущуюся Нин Ваньпин и мрачно подумал: «Знала бы ты, чем это кончится, не начинала бы».

Если бы она хотя бы предупредила его, разве дошло бы до такого

скандала

?

Впрочем, сейчас винить её бесполезно. Нужно думать, как исправить ситуацию.

Исправить? Извиниться?

Хм?..

Внезапно его глаза загорелись.

А ведь извинения — это тоже возможность! Если он подберёт правильный подарок и извинится искренне, это может стать отличным шансом

познакомиться

с Лин Фанем поближе.

Как говорится, нет худа без добра.

Он начал прикидывать, какой подарок будет уместен.

— Шурин! Шурин! — запаниковала Нин Ваньпин, топая ногой.

Чжан Шивэй поднял руку, призывая её замолчать.

— Мы возьмём подарок и отправимся извиняться перед господином Лином.

Нин Ваньпин кивнула.

Сейчас она была совершенно растеряна и готова была делать всё, что скажет шурин. Ей хотелось лишь одного — как можно скорее уладить этот ужасный конфликт.

Как же она

жалела

, что не посоветовалась с Чжан Шивэем, прежде чем переманивать Чжан Юньчэн!

Чжан Шивэй встал и повёл Нин Ваньпин из кабинета. Ему нужно было подготовить подарок.

Выбор подарка — целая

наука

.

Он решил подарить Лин Фаню фиолетовый нефрит, который несколько лет назад купил на нефритовом рынке за три миллиона юаней.

Хоть этот камень был для него настоящим сокровищем, ради того, чтобы задобрить Лин Фаня, он готов был пожертвовать им.

Закончив обед, Лин Фань сначала отвёз Чжан Юньчэн домой, а затем направился к вилле №1 в комплексе «Хайтянь».

Подъехав к воротам, он нахмурился.

Хм?

Что

она

здесь делает?

Лин Фань заметил Нин Ваньпин и мельком глянул на стоящего рядом с ней Чжан Шивэя.

Он не понимал, зачем Нин Ваньпин снова явилась сюда.

Припарковав машину на стоянке у виллы, он вышел из неё.

— Шурин, это господин Лин, — тихо сказала Нин Ваньпин, увидев, как Лин Фань выходит из машины.

Чжан Шивэй внимательно оглядел Лин Фаня.

«Какой же он молодой…» — мелькнула мысль.

Он знал, что Лин Фань не стар, но увидев его вживую, всё равно был

поражён

. Парень выглядел совсем юным.

Чжан Шивэй поспешно направился к нему навстречу.

Подойдя, он смиренно улыбнулся:

— Господин Лин, здравствуйте. Меня зовут Чжан Шивэй, я из медиа-компании «Тутэ».

Лин Фань вскинул бровь и холодно спросил:

— Господин Чжан, вы пришли ко мне домой, чтобы предъявить претензии?

— Что вы, господин Лин! — Чжан Шивэй замахал руками. — Как я посмею вам что-то предъявлять? Даже если бы у меня была сотня жизней, я бы не осмелился!

Видя, что Чжан Шивэй явно не настроен враждебно, Лин Фань озадаченно спросил:

— Тогда зачем вы пришли?

Он не понимал, что происходит. Если не конфликтовать, то зачем приходить? Заискивать?

— Господин Лин, можете звать меня просто Сяо Чжан, — поспешно произнёс Чжан Шивэй с ещё более смиренным выражением лица.

Его цель была предельно ясна: через извинения наладить хорошие отношения с Лин Фанем.

Лин Фань скосил взгляд на него и мысленно скривился.

Сяо Чжан? Он что, должен называть мужчину лет пятидесяти «малыш Чжан»? Как-то странно.

Не желая тратить время на пустые разговоры, Лин Фань махнул рукой:

— Если нечего сказать, я пойду.

Он уже сделал шаг к двери, как Чжан Шивэй поспешно произнёс:

— Господин Лин, я пришёл извиниться!

— Нин Ваньпин уже принесла свои извинения, — равнодушно ответил Лин Фань, не останавливаясь.

Он не был настолько мелочным, чтобы устраивать бойкот компании только из-за того, что Нин Ваньпин пыталась переманить Чжан Юньчэн.

Более того, он даже был ей немного благодарен — благодаря её попытке он смог убедиться в лояльности Чжан Юньчэн.

Услышав его слова, Чжан Шивэй с облегчением выдохнул: значит, Лин Фань действительно не держит зла на Нин Ваньпин.

Но это не значило, что он готов уйти. Главная цель визита — не просто извиниться, а наладить

связь

с Лин Фанем.

Чжан Шивэй быстро протянул вперёд пакет, который держал в руках.

Слегка наклонившись, он улыбнулся:

— Господин Лин, это небольшой знак моего уважения. Прошу вас принять.

Лин Фань перевёл взгляд на пакет, и когда увидел надпись на нём, его лицо

потемнело

.

«Вас беспокоят проблемы с почками?»

…

Ты сам беспокоишься о проблемах с почками! И вся твоя семья!

— внутренне возопил Лин Фань.

Заметив изменение выражения лица Лин Фаня, Чжан Шивэй озадаченно посмотрел на пакет и мгновенно

осознал

свою ошибку.

Чёрт! Он так торопился, что схватил первый попавшийся пакет!

Как неловко…

Чжан Шивэй поспешно вытащил из пакета подарок и с силой швырнул пакет в сторону.

С натянутой улыбкой он пробормотал:

— Извините, пожалуйста! Вот, это настоящий подарок для вас, господин Лин.

Лицо Лин Фаня немного смягчилось.

Он посмотрел на коробку в руках Чжан Шивэя.

Хм?

Коробка из хуанхуали?

Лин Фань сразу узнал материал. Причём это была не простая хуанхуали — коробка была выполнена с изысканным мастерством.

Судя по коробке, внутри явно находилось нечто ценное.

Впрочем, что ещё ожидать? Разве кто-то будет хранить обычную вещь в коробке из

хуанхуали

?

Он не ожидал, что Чжан Шивэй окажется таким щедрым.

Хотя он ещё не знал, что внутри, уже одна коробка стоила немало.

Любопытство взяло верх:

— Что в коробке?

Чжан Шивэй, обрадовавшись его интересу, поспешно ответил:

— Это фиолетовый нефрит, который я купил несколько лет назад на нефритовом рынке Лючэн.

Он осторожно открыл коробку, и взору открылся камень, излучающий мягкое пурпурное сияние.

Действительно, фиолетовый нефрит.

Камень выглядел превосходно. Высотой примерно двадцать сантиметров, он возвышался на подставке внутри коробки, словно миниатюрная

гора

.

Лин Фань взял нефрит в руки.

Хм?

У основания фиолетового нефрита оставалась зелёная корка.

Заметив его недоумение, Чжан Шивэй поспешно пояснил:

— Этот нефрит был извлечён из необработанного камня. Я специально оставил часть зелёной корки. Если она вам не нравится, я могу попросить мастера её убрать.

О?

Лин Фань внимательно рассмотрел зелёную корку.

Значит, это из необработанного камня. Из

сырья

.

Он знал о таких камнях. Азартная игра с нефритом.

Один разрез — и либо на небеса, либо в преисподнюю.

Азарт игры с необработанными камнями заключался именно в этом: под коркой скрывалось неизвестное. Даже современные технологии не могли определить, есть ли внутри нефрит.

В этом и заключалась

магия

необработанных камней.

Кто-то искал острых ощущений, кто-то — лёгкого обогащения.

Впрочем, большинство уходило ни с чем.

Лин Фань не ожидал, что в Лючэн есть место, где можно поиграть в азартную игру с нефритом.

Он с улыбкой посмотрел на Чжан Шивэя:

— Вы правда готовы расстаться с этим фиолетовым нефритом?

Судя по тому, что камень хранился в коробке из хуанхуали, Чжан Шивэй очень дорожил им.

К тому же, по прикидкам Лин Фаня, стоимость нефрита составляла около пяти-шести миллионов юаней.

Весьма

щедрый

жест.

Для Лин Фаня пять-шесть миллионов были мелочью, но для Чжан Шивэя это могло быть значительной суммой.

Чжан Шивэй серьёзно кивнул:

— Надеюсь, господин Лин не откажется.

Лин Фань улыбнулся:

— Хорошо, я принимаю.

Он аккуратно положил нефрит обратно в коробку.

Отказываться он не собирался. Такой фиолетовый нефрит отлично

украсит

его дом.

— Заходите, поговорим внутри, — предложил Лин Фань.

Раз уж он принял подарок, угостить человека чаем было бы вполне уместно.

Взяв коробку с нефритом, он направился к вилле.

Чжан Шивэй просто светился от радости.

Цель достигнута!

Он поспешил последовать за Лин Фанем.

Лин Фань провёл гостей в гостиную и предложил им присесть.

Достав два стакана, он налил чай.

Как ни крути, гость есть гость. Тем более, он только что принял фиолетовый нефрит стоимостью в несколько миллионов. Нельзя же угощать человека

водой

из-под крана.

— Спасибо, господин Лин, — вежливо произнёс Чжан Шивэй, осторожно принимая стакан.

Лин Фань налил чай и себе, сделал небольшой глоток и жестом пригласил Чжан Шивэя последовать его примеру.

Чжан Шивэй поднёс стакан к губам и отпил совсем немного.

Аромат! Какой невероятный аромат!

Это было первое, что он почувствовал.

Никогда в жизни он не пробовал столь изысканного чая.

Лин Фань поставил стакан на стол и спросил:

— На нефритовом рынке Лючэн действительно есть азартная игра с необработанными камнями?

Услышав, что Лин Фань интересуется этой темой, Чжан Шивэй поспешно отставил свой стакан и ответил:

— На нефритовом рынке Лючэн есть место под названием Юйжуйфан. Каждый месяц в середине они привозят партию необработанных камней для желающих испытать удачу.

Юйжуйфан…

Лин Фань мысленно запомнил это название.

Когда-нибудь он обязательно наведается туда.

Он постоянно слышал разговоры об азартной игре с нефритом, но сам никогда не участвовал. Любопытство

разгоралось

.

Заметив, что Лин Фань задумался, Чжан Шивэй решил воспользоваться моментом:

— Господин Лин, если вам интересно, я могу сообщить вам, когда привезут следующую партию камней. Это должно произойти в ближайшие дни.

Он не сводил глаз с Лин Фаня, молясь про себя, чтобы тот согласился.

Это был бы отличный шанс сблизиться с ним.

О?

Лин Фань взглянул на Чжан Шивэя.

Значит, новые камни привезут совсем скоро? Тогда можно будет заглянуть.

— Хорошо, буду

благодарен

, — кивнул он.

— Не за что, не за что! — Чжан Шивэй просто сиял. — Господин Лин, давайте я добавлю вас в контакты, чтобы сразу сообщить, когда камни привезут.

Лин Фань кивнул:

— Конечно.

Он достал телефон и открыл QR-код.

Чжан Шивэй тут же отсканировал его и добавил в друзья.

Внутри он просто

ликовал

. Руки даже слегка дрожали от волнения.

Добавив друг друга, они продолжили беседовать.

Хм?

Какая изящная

композиция

!

Чжан Шивэй случайно заметил неподалёку вазу с цветами.

Букет был составлен с потрясающим чувством стиля: слои цветов создавали гармонию, а визуальный эффект был настолько сильным, что композиция выглядела как настоящее произведение искусства.

— Господин Лин, человек, составивший этот букет, настоящий мастер! Это же произведение искусства!

Лин Фань улыбнулся:

— Это я сам составил, когда скучал.

После того как в прошлый раз он узнал об искусстве икебаны, он специально изучил различные материалы в интернете.

Для него освоить икебану было проще простого.

Чжан Шивэй

ошеломлённо

уставился на него.

Неужели эта восхитительная композиция — дело рук Лин Фаня?!

Он и представить не мог, что Лин Фань владеет искусством икебаны.

Это ведь требует невероятного терпения и внимания к деталям.

Лично он никогда бы не справился.

Хотя Чжан Шивэй и видел людей, занимающихся икебаной, никто из них не создавал настоящих произведений искусства.

Значит, у Лин Фаня просто феноменальное мастерство.

В этот момент его уважение к Лин Фаню возросло ещё больше.

Сначала он думал, что Лин Фань — просто богатый наследник из влиятельной семьи.

Теперь же понял, что Лин Фань не имеет ничего общего с теми избалованными

мажорами

.

Чжан Шивэй окончательно решил во что бы то ни стало наладить хорошие отношения с Лин Фанем.

— Техника господина Лина просто совершенна! — воскликнул он с искренним восхищением.

Хоть это и выглядело как лесть, он говорил от всего сердца.

Лин Фань не стал скромничать — он видел, что Чжан Шивэй искренен.

К тому же, он и сам был уверен в своём мастерстве.

— Ха-ха-ха, я тоже так думаю! — рассмеялся он.

Незачем было изображать скромность, это выглядело бы неискренне.

Хм?

Что это?

Чжан Шивэй сначала любовался букетом и не обращал внимания на саму вазу.

Но теперь, когда он присмотрелся к ней, что-то

насторожило

его.

Он встал и подошёл ближе.

Этот узор…

Этот цвет…

Всё совпадает.

Он повернулся к Лин Фаню, сглотнул и с трудом выдавил:

— Господин Лин… это случайно не ваза периода Цин с сине-белым фарфором?

Он не отрываясь смотрел на Лин Фаня, ожидая ответа.

Лин Фань улыбнулся:

— Не ожидал, что вы распознаете вазу периода Цин. Неплохо.

Обычный человек мог бы опознать сине-белый фарфор, но определить, что это

именно

ваза периода Цин, было совсем другим делом.

Для этого нужно было хорошо разбираться в таких вещах.

Хотя Чжан Шивэй уже догадывался, услышав подтверждение, он всё равно был потрясён.

Рот его

распахнулся

, глаза расширились до предела, и на лице застыло выражение полного недоверия.

Это?!

Это действительно ваза периода Цин с сине-белым фарфором?!

Стоимость такой вазы — минимум тридцать миллионов юаней!

А господин Лин использует её для

икебаны

?!

Какое расточительство!

Если бы у него была такая ваза, он бы хранил её в самом безопасном месте и боялся бы даже дышать на неё.

Ни за что не оставил бы её на виду, тем более не использовал бы для цветов!

У его тестя тоже была ваза периода Цин с сине-белым фарфором, и тот буквально молился на неё.

Каждый раз, когда Чжан Шивэй приходил её посмотреть, тесть стоял рядом и следил, чтобы он случайно не разбил её.

А после просмотра снова прятал её в самое надёжное место.

Чжан Шивэй горько усмехнулся про себя.

Господин Лин — это просто что-то невероятное.

Использовать такую

бесценную

вазу для цветов… это же просто безумие!

Причём стоит она здесь совершенно спокойно, в гостиной, словно он совсем не боится, что её могут разбить.

Чжан Шивэй взглянул на часы. Цель визита была достигнута, более того, он превзошёл все ожидания. Пора было уходить.

Он встал:

— Господин Лин, не буду больше вас беспокоить.

Лин Фань кивнул:

— Всего доброго.

Проводив гостей, Лин Фань вернулся в гостиную.

Он взял коробку из хуанхуали и поднялся наверх, в кабинет.

Поставив коробку на письменный стол, он открыл её.

— Пусть стоит здесь как украшение, — удовлетворённо кивнул он.

Если бы Чжан Шивэй узнал, что Лин Фань превратил его драгоценный фиолетовый нефрит в обычное

украшение

для стола, неизвестно, что бы он подумал.

Лин Фань вернулся в гостиную и немного поиграл в игры. Когда время подошло, он взял ключи и вышел из виллы.

Сев в машину, он поехал в сторону университета Лючэн.

Спустя полчаса Лин Фань припарковался на стоянке университета.

Выйдя из машины, он направился к общежитию.

Ещё не дойдя, он услышал громкий смех из комнаты.

«Что эти трое снова

выдумали

?» — подумал он с любопытством.

Открыв дверь, он увидел, как Чжан Цзыцян стоит с трусами на голове.

Э?

Что за странная причёска?

Трусы.

Трусы на голове.

И, судя по счастливым физиономиям, целая вечеринка, посвящённая именно этому сомнительному искусству.

Лин Фань застыл на пороге комнаты и уставился на Чжан Цзыцяна так, будто вернулся не в общежитие, а в цирк, где клоуны внезапно выучили слово «стыд» — и тут же забыли его снова.

— Босс… — протянул он с неподдельным изумлением. — Вы что, устроили «пати трусов на голове»?

Второй, Ли Муян, и Третий, Ван Чжиюн, уже держали свои «трофеи» в руках и явно прикидывали, как ловчее натянуть резинку на уши. Картина получалась… откровенно травмирующая для глаз, особенно если учитывать их серьёзные лица, будто они готовились не к идиотизму, а к какому-то тайному ритуалу посвящения.

Услышав голос Лин Фаня, Чжан Цзыцян нехотя снял трусы с головы, взъерошив волосы, и расплылся в широкой улыбке.

— Старина, ну наконец-то вернулся! — он хлопнул Лин Фаня по плечу так, что тот едва не сделал шаг назад. — Держи. Это твоё.

С этими словами он схватил с кровати ещё одну пару и ловким броском отправил её Лин Фаню. Тот поймал на автомате, развернул… и у него на лбу, кажется, проступила невидимая тень от «чёрных линий судьбы».

На ткани красовался милейший маленький слоник. Прелестный. Почти детский. Вот только хобот у него был нарисован настолько… выразительно и настолько не там, где мозгу хотелось бы видеть «просто хобот», что фантазия запускалась сама собой, без спроса и тормозов.

Лин Фань с отвращением швырнул подарок обратно.

— Я это не надену.

— О-о-о, — Чжан Цзыцян прищурился и хмыкнул, как человек, который уже держит козырь в рукаве. — Старина, я же выбирал с душой. Ты точно отказываешься?

— Точно, — отрезал Лин Фань. — Не надо.

Наденет он это — и всё, конец. До выпуска будет жить под прозвищем «Слонёнок». Он не из тех, кто любит выпендриваться и собирать на себе чужие взгляды, особенно такие.

Чжан Цзыцян театрально вздохнул и покачал головой:

— Значит, сегодня ты кое-что упустишь.

— М-м? — Лин Фань нахмурился и посмотрел на него пристальнее.

Неужели они всерьёз верят, что «слоновьи трусы» способны открыть портал в иной мир? Даже если бы и открывали — он бы всё равно не рискнул. Слишком уж это… бьёт по сетчатке.

Чжан Цзыцян, увидев его недоумение, снова шагнул ближе и заговорщицки хлопнул по плечу:

— Старина, а ты вообще знаешь, что у нас сегодня на первой паре после обеда?

Лин Фань кивнул в сторону расписания на стене, уже открывая шкаф.

— Физра.

Он потянулся за спортивной формой, собираясь переодеться без лишних разговоров.

— Хе-хе… — Чжан Цзыцян улыбнулся так, что Лин Фаню захотелось отодвинуться на метр. — А где будет физра, знаешь?

— Где ей быть? — буркнул Лин Фань, не поворачиваясь. — На стадионе.

Он и правда не понимал, к чему ведёт этот спектакль. Неужели они всерьёз собрались устроить вечеринку на физре? И снова с трусами?

Чжан Цзыцян цокнул языком:

— Старина, да ты вообще не читал сообщения в группе.

Он выдержал паузу, смакуя момент, и выдал, почти торжественно:

— Сегодня физра — в школьном бассейне.

И тут же задвигал бровями, будто торговец тайными удовольствиями:

— Ну? Возбуждён? Взволнован?

Лин Фань посмотрел на него с таким выражением, словно пытался понять, это шутка или диагноз.

— С чего бы мне возбуждаться из‑за физры?

Плавание он и так видел чаще, чем собственную аудиторию: дома бассейн, вода чистая, привычная. Если троица сейчас подпрыгивает от восторга, то, наверное, просто слишком долго сидели за играми и забыли, как выглядит вода вне стакана.

Чжан Цзыцян явно ожидал другого ответа. Его улыбка дрогнула.

— Старина, ты вообще мужчина или как?

У Лин Фаня дёрнулась бровь.

— Это ты не мужчина, — огрызнулся он. — А я, между прочим, нормальный мужик.

Чжан Цзыцян прищурился, понизил голос до шёпота, будто открывал страшную тайну:

— Представь… целый ряд… белоснежных ног.

Он сделал паузу, наслаждаясь собственным воображением.

— И ты всё ещё не взволнован?

Вот теперь до Лин Фаня дошло. Они радовались не бассейну. Они радовались тому, что в бассейне носят купальники.

— Не взволнован. Не возбужден, — сухо отрезал Лин Фань.

Он вытащил спортивную форму, и уже собирался закрыть дверцу шкафа, как вдруг мельком глянул на их «праздничные» трусы и, тяжело вздохнув, потянулся чуть вглубь. Оттуда он достал обычные плавки — самые простые, без идиотских рисунков и двусмысленных животных.

Именно в этот момент Чжан Цзыцян уставился на него так, будто Лин Фань достал из шкафа не плавки, а гранату.

— Да твою ж… Старина! — вырвалось у него. — Ты когда успел купить плавки?!

Ли Муян и Ван Чжиюн тоже замерли, моментально потеряв интерес к «ритуалу».

Лин Фань закрыл шкаф и пожал плечами, как будто речь шла о запасных носках.

— Ещё летом приготовил.

Он бы и сам не додумался, но у него была мать из тех, кто собирает сына в дорогу так, будто впереди — кругосветка и война одновременно. Тогда Лин Фань считал, что это лишнее. Сейчас же мысленно признал: старшее поколение иногда действительно знает, что делает.

Мысли сами собой перескочили на дом. Скоро середина осени, праздники на носу — пора бы наведаться к родителям, да и жильё им давно пора сменить. Старая двушка меньше 707070 квадратов, тесная, привычная, но уже не по статусу и не по жизни. Теперь он мог позволить им больше, чем «как-нибудь проживём», и он хотел этого — без разговоров и пафоса.

А ещё сестрёнка. Старшая школа, второй год… Учебники, материалы — всего хватает? Можно купить в Лючэне хорошие пособия, привезти домой. Она обрадуется, а он будет спокоен.

— Старина, ты зверь, — выдохнул Чжан Цзыцян и показал большой палец. — Вот это подготовка.

В его тоне звучала зависть человека, который в последний момент бегал по магазинам и теперь чувствовал себя обманутым самой жизнью.

Время поджимало. Лин Фань закинул в небольшой пакет гель для душа, полотенце и прочие мелочи, и вместе с тремя соседями по комнате они вышли из общежития и направились к бассейну.

В раздевалке стоял привычный шум: хлопали дверцы шкафчиков, кто-то громко спорил, пол скользил от воды, а воздух пах хлоркой и мокрой тканью. Лин Фань спокойно снял одежду и начал переодеваться.

— Охренеть…

Голос Чжан Цзыцяна прозвучал сбоку слишком близко. Лин Фань повернул голову — и увидел, что тот стоит с выпученными глазами и буквально не моргает, уставившись на него.

— Ты чего уставился? — в голосе Лин Фаня прозвучало раздражение.

Он быстро натянул плавки. Ему совсем не улыбалось, чтобы на него таращился взрослый парень так, словно оценивает товар на рынке.

Чжан Цзыцян, будто не слыша, выдохнул почти благоговейно:

— Старина… я не думал, что у тебя… такое «природное богатство».

Он опустил взгляд на себя — и на лице у него проступила обречённость человека, которого судьба обделила, даже не извинившись.

Лин Фань закрыл шкафчик, щёлкнул замком и спокойно бросил:

— Ничего не поделаешь. Врожденное. Старый добрый принцип: небеса кормят.

И, не дожидаясь ответа, пошёл к бассейну.

Внутри уже собралась почти вся группа — удивительно бодрые, как на праздник. Но стоило людям переодеться в купальники и плавки, как стало видно то, что под одеждой было скрыто: кто-то тренировался, кто-то нет, у кого-то осанка, у кого-то вечная сутулость, у кого-то уверенность, у кого-то желание стать невидимкой.

Лин Фань выбрал место и сел, лениво оглядываясь.

Чжан Цзыцян объявился рядом так тихо, будто подкрался по воде, и снова хлопнул его по плечу.

— Хе-хе, старина… ну что? — он кивнул куда-то в сторону дорожек. — Всё-таки волнительно?

Лин Фань повернулся к нему с усталым выражением.

— Волнительно? Да ты издеваешься.

Ему нравились совсем другие девушки — светлокожие, высокие, красивые так, что взгляд сам задерживается. Такие, как Старшекурсница Тан. А из их группы… если уж выбирать, то разве что Су Жуйвэнь иногда цепляла глаз. Остальные — мимо, без интереса.

И всё же мысль проскользнула, коварная и липкая, как брызги на коже: а как бы выглядела Старшекурсница Тан в купальнике?

Лин Фань коротко выдохнул, отгоняя это, но внутри невольно шевельнулось тихое любопытство.

Стоило Лин Фаню подумать о Су Жуйвэнь — и она тут же возникла рядом, будто услышала мысли и решила проверить, правда ли он о ней вспомнил.

Она остановилась у самого бортика и стала разглядывать его безо всякого стеснения. Лин Фань сидел спокойно, но ощущал этот взгляд кожей, как солнечный луч: не больно, но назойливо. Мышцы на плечах и груди у него были крепкие, «живые», не показные, без той бутафорской накачки, которой часто хвастаются фитнес-инструкторы. В нём чувствовалась привычка к нагрузкам, а не к позированию.

Лин Фань повернул голову, встретился с её глазами и мысленно застонал: она действительно пялится.

«Я что, бесплатная выставка?» — пронеслось у него в голове. — «Или ты решила, что я как “мясо монаха”, на которое все охотятся?»

Он кашлянул, давая ей шанс прийти в себя.

— Кхм. Су Жуйвэнь, у тебя дело? — спросил он ровно.

Она вздрогнула, словно только теперь вспомнила, что вообще-то находится среди людей. На щеках тут же вспыхнул румянец, а в глазах мелькнула досада на саму себя.

Она глубоко вдохнула, быстро собрала уверенность по кусочкам и, стараясь улыбаться, произнесла:

— Лин-староста… ты можешь научить меня плавать?

В её голосе проскальзывало нарочитое спокойствие, но Лин Фань слишком хорошо видел чужие намерения. «Научить плавать» здесь было лишь предлогом. Подойти ближе. Побыть рядом. Коснуться плеча, якобы случайно. А дальше — как получится.

Несколько парней неподалёку услышали вопрос и посмотрели на Лин Фаня так, будто он только что выиграл джекпот. Для них Су Жуйвэнь могла бы сказать такое — и они бы уже через секунду прыгнули в воду, не задавая вопросов. Но Лин Фань не был ими, а они — не Лин Фанем.

Он взглянул на Су Жуйвэнь и ответил без колебаний:

— Извини. Я плаваю… ну, совсем чуть-чуть. Боюсь, не смогу тебя учить.

Он произнёс это спокойно, даже лениво, но вежливо — так, чтобы не оставить зацепок. Су Жуйвэнь на мгновение потускнела, в её глазах скользнула тень разочарования.

И тут же — словно в голове щёлкнул переключатель — она оживилась.

— Тогда наоборот! — она улыбнулась шире. — Я плаваю лучше тебя. Я могу научить тебя.

Лин Фань чуть приподнял бровь. Он ожидал настойчивости, но не такой развязки.

— Не надо, — сказал он коротко. — Обойдусь.

В этот момент резкий свисток рассёк воздух, как нож. Учитель физкультуры скомандовал строиться: парней — в одну сторону, девушек — в другую. Дорожки для занятий разделили, расстояние между ними получилось приличное, так что разговоры через воду превращались бы в крик.

Су Жуйвэнь задержалась на секунду, будто надеялась, что он передумает, но всё-таки ушла к женской дорожке. Лин Фань незаметно выдохнул: хоть какое-то спокойствие.

Учитель начал инструктаж: правила безопасности, поведение в воде, запрет на баловство. Затем — разминка перед заходом в бассейн. И особенно жёстко он подчеркнул:

— В прыжковую зону не лезть. Там глубоко.

У бассейна был и 555-метровый трамплин, и 101010-метровая вышка, а глубина в той части превышала 555 метров. Для тех, кто плавает плохо, это могло закончиться бедой в одну секунду. Даже для тех, кто плавает хорошо, нужен контроль и страховка — вода ошибок не прощает.

Инструктаж закончился, и учитель разрешил свободную практику.

Лин Фань спустился в воду, проплыл немного, почувствовал, как по коже расползается неприятное ощущение, и почти сразу выбрался обратно. Вода здесь была тяжёлой — не по плотности, а по ощущению: запах хлорки, тёплая мутноватость и то, о чём лучше не думать.

«Концентрация… да уж», — с отвращением подумал он. — «Лучше бы я вообще не лез».

На вилле №1 в комплексе «Хайтянь» вода в бассейне фильтровалась и очищалась круглые сутки. Настолько чистая, что по стандартам могла бы считаться питьевой. А университетский бассейн… формально тоже с циркуляцией, но реальный эффект вызывал лишь грустную усмешку.

Старина Чжан проплыл круг, вылез на бортик и шумно выплюнул воду.

— В мелкой зоне скучно, — пожаловался он нескольким одногруппникам рядом. — Даже развернуться негде.

Те слушали с уважением и завистью. Старина Чжан в воде действительно выглядел уверенно, а они — типичные «сухопутные утки», которым страшно даже намочить волосы.

Он подошёл к Лин Фаню, улыбаясь почти услужливо:

— Лин-староста, тут же мелко. Почему не попробуешь? Если боишься — я рядом постою, подстрахую.

Лин Фань посмотрел на него спокойно, даже чуть холодно.

— Спасибо. Иди плавай.

Отказать пришлось прямо. Какой ещё «подстрахую», если Лин Фань мог бы переплыть этот бассейн с закрытыми глазами? Но вслух говорить об этом он не собирался: начнут думать, что он выпендривается.

Старина Чжан не стал спорить. В этот момент в помещение заглянул кто-то с улицы и крикнул учителю:

— Учитель! Вам звонят!

Учитель физкультуры быстро бросил пару слов студентам и почти бегом вышел, оставив группу без присмотра — ненадолго, как он, вероятно, думал.

Старина Чжан проводил его взглядом, и в глазах у него блеснуло то самое опасное веселье, которое обычно заканчивается визитом в медпункт.

Он повернулся к нескольким ребятам, которые только что вышли из воды:

— Эй, хотите на вышку? На трамплин? Прыгнём?

Парни замялись. Переглянулись. Почти синхронно покачали головами.

— Не… мы пас.

— Там глубоко.

Старина Чжан усмехнулся, как опытный артист, которому отказала публика.

— Точно не хотите? Потом не жалуйтесь.

Он хлопнул себя по груди, расправил плечи и заявил:

— Тогда смотрите и учитесь. Сейчас покажу вам класс.

Один из парней всё же попытался остановить:

— Старина Чжан, не надо. Учитель же сказал — опасно.

— Да, лучше не лезь.

Старина Чжан махнул рукой.

— Да расслабьтесь вы. Я у реки вырос, вода мне как родная.

Он ухмыльнулся и, будто представляя сам себя, добавил:

— Сейчас увидите, на что способен ваш… «Белый Угорёк из волн».

И пошёл к вышке.

Несколько человек всё-таки двинулись следом — не потому что были смелыми, а потому что боялись, что он правда устроит беду. Если что — хоть круг кинуть. Прыгать за ним они бы точно не полезли.

Лин Фань остался на бортике и от скуки стал смотреть на воду, лениво отмечая пузыри. Одни поднимались от чьих-то ртов — кто-то выдыхал под водой. Другие… появлялись по причинам, о которых лучше не думать, если не хочешь окончательно разлюбить общественные бассейны.

И всё-таки пузыри были занятными. Особенно в глубокой зоне — там они всплывали крупнее, тяжелее, медленнее, будто вода неохотно отпускала воздух.

На 101010-метровой вышке Старина Чжан помахал рукой зрителям, изображая уверенность чемпиона.

— Я прыгаю! Смотрите внимательно! — крикнул он. — Ваш «Белый Угорёк из волн» пошёл!

Плюх!

— вода взорвалась всплеском, подняв брызги.

Ребята у края замерли, уставившись на поверхность. Секунда. Две. Наконец голова Стариного Чжана показалась над водой, и кто-то уже собрался выдохнуть с облегчением…

— Ногу свело! — заорал он.

И тут же, захлебнувшись, ушёл вниз, глотнув воды с таким звуком, будто его втянуло.

— Помогите! — закричал он, и голос стал тоньше, рванее. — Помогите!

Его руки беспорядочно ударили по воде, а потом он начал медленно тонуть, словно тяжесть внезапно прицепили к ногам. На поверхности вспухли пузыри.

Лин Фань услышал крик и посмотрел в ту сторону.

Пузыри в глубокой зоне и правда были крупнее.

— Спасите! — закричали сверху. — Человек тонет! Спасите!

Несколько студентов рванули к вышке, кто-то суетливо искал глазами спасательный круг.

Лин Фань поднялся без спешки, будто всё уже решил, и шагнул в воду.

Плюх!

— он нырнул, и поверхность сомкнулась над ним.

В воде Лин Фань чувствовал себя так, словно вернулся в родную стихию. Шум над бассейном стал глухим, далёким; движения — точными, экономными. Он резал толщу воды быстрыми рывками, и каждый гребок был выверен, как удар.

До глубокой зоны он добрался в считанные мгновения.

Увидев, как Старина Чжан всё ещё пускает пузыри и бессмысленно дёргается, Лин Фань только покачал головой.

«Ну и зачем ты полез?» — мелькнуло у него. — «Показать крутость? Вот и показал».

Он поднырнул ближе, обошёл Стариного Чжана со спины и уверенно зафиксировал его: предплечье под подбородок, корпус чуть в сторону, чтобы тот не вцепился в спасателя паникой. Затем Лин Фань сделал мощный толчок ногами и повёл их обоих вверх — резко, но контролируемо.

Наверху уже кричали. Кто-то метался, кто-то тянулся за кругом, кто-то просто стоял и таращился, не понимая, что делать.

И тут вода вспучилась, и на поверхности появились двое.

— Смотрите! — раздалось с бортика. — Он вытащил!

— Кто это?!

— Лин-староста!

На мгновение вокруг повисла тишина, наполненная только плеском воды. Люди смотрели на Лин Фаня, как на что-то невозможное: секунду назад он сидел у бортика, а теперь уже в глубокой зоне, уже держит тонущего, уже тащит к берегу.

Чьи-то рты приоткрылись, глаза округлились так, будто им показали фокус без объяснения.

Расстояние от мелкой части до глубокой — порядка 200200200 метров. А Лин Фань в воде двигался быстрее, чем многие из них смогли бы пробежать по суше.

И главное — ведь он сам говорил, что «плавает чуть-чуть».

«Это “чуть-чуть” у него какое-то другое, да?» — читалось на лицах.

Лин Фань вытолкнул Стариного Чжана к борту, помог подняться и уложил так, чтобы вода могла выйти. Несколькими точными хлопками по спине он заставил того закашляться — хрипло, болезненно. Старина Чжан выплюнул целую порцию воды и судорожно втянул воздух, будто впервые в жизни понял его ценность.

— Л-л-лин… с-староста… — он заикался от шока и слабости. — С-сп… спасибо… ты… спас…

В его глазах было то самое животное, честное понимание: «ещё чуть-чуть — и всё». Он действительно успел испугаться смерти.

Подбежавшие студенты выдохнули разом, будто до этого держали воздух в груди. Восхищение и облегчение смешались в гуле голосов: Лин-староста — зверь. Лин-староста — герой. Лин-староста — что вообще такое этот человек?

Через минуту в зал влетел учитель физкультуры — почти бегом, с лицом, на котором проступал холодный ужас. Едва увидев, что Старина Чжан жив, он заметно обмяк, будто с него сняли невидимую удавку.

Кто-то утонул бы на его занятии — и всё. Проверки, скандал, ответственность. Карьера закончилась бы одной строкой в отчёте.

Он посмотрел на Лин Фаня так, как смотрят на того, кто только что удержал чужую жизнь на ладони.

— Молодец, — выдохнул он, и в этом слове было больше, чем в длинной речи. — Спасибо.

Остаток занятия прошёл тихо. Слишком тихо для толпы студентов. Никто не лез в опасные места, никто не разыгрывал героя, никто не спорил. Инцидент оставил в каждом неприятный след — не страх воды, а понимание, что вода не спрашивает, «пошутил ты» или «случайно».

После всего Чжан Цзыцян подкатил к Лин Фаню и, покачивая головой, сказал с искренним потрясением:

— Старина… да ты вообще монстр. 200200200 метров — и ты одним нырком уже там.

Он наклонился ближе, как будто выведывал секретную технику.

— Ты как так научился?

Лин Фань лениво повернул к нему голову.

— Врожденное. Небеса кормят.

Чжан Цзыцян рефлекторно опустил взгляд, будто проверяя, к чему именно относится «небеса кормят». Затем поднял голову — и увидел у Лин Фаня на губах насмешку.

Он понял, что его снова поддели.

— Пошёл ты, — процедил Чжан Цзыцян.

Лин Фань не ответил. Он снова занялся своим «развлечением» — считать пузыри на воде. В мелкой части они были меньше, капризнее, не такие выразительные, как в глубокой, но всё равно успокаивали взгляд.

Время утекло незаметно. Занятие закончилось, студенты разошлись.

Лин Фань вернулся в общежитие, переоделся, взял ключи от машины и вышел, не задерживаясь. Ему только что пришло сообщение: суперяхта Fanns уже почти подошла к акватории Линцзяна.

Формально всё можно было решить звонком — стоянка, разрешения, швартовка. Но Лин Фань сам хотел увидеть её. Первая яхта в жизни — даже если ты привык к большим цифрам, сердце всё равно тихо ускоряет шаг.

На оставшиеся пары он уже отпросился у Мужун Сюэ. Она и без того знала о нём достаточно, чтобы не задавать лишних вопросов. Например, что у него 51%51\%51% акций косметической компании «Луси».

Он давно вышел за рамки «обычного студента». И спорить с этим было бессмысленно: университет для многих — способ получить работу и деньги, а деньги у Лин Фаня уже были такие, какие большинству и не снились.

Он выехал со двора, проехал немного — и вдруг ощутил, как неприятно саднит во рту. В памяти всплыло спасение Стариного Чжана и тот факт, что часть воды он всё-таки хлебнул.

«Фу…» — в желудке неприятно скрутило. — «После такого только полоскать рот».

Он остановился у супермаркета, припарковался и пошёл купить воды.

Он не видел, как его машина привлекла внимание: неподалёку стояла женщина средних лет, ухоженная, в приличной одежде. На бедную она не походила — скорее из тех, кто любит «решать вопросы» чужими руками.

Она подошла ближе, окинула взглядом спорткар, прикинула стоимость — и в глазах у неё мелькнул быстрый расчёт.

«Богатые время берегут», — словно написано было на её лице.

Она огляделась: камер рядом не видно, люди заняты своим. И тогда женщина сделала то, что умеют только опытные «актрисы» — легко, без суеты, будто тысячу раз репетировала.

Она легла прямо перед машиной и схватилась за бок, изображая боль так убедительно, что со стороны могло показаться: её только что сбили.

Лин Фань вышел из супермаркета с бутылкой воды и застыл.

На асфальте, у его капота, лежала женщина.

Он на секунду не поверил глазам, потом подошёл ближе, не делая резких движений.

— Тётя, вы в порядке? — спросил он настороженно. — Встать сможете?

Он не потянулся её поднимать. Не потому что был черствым — просто слишком хорошо знал, как легко добрый жест превращают в петлю на шее. Если бы она была действительно ранена, он бы без разговоров вызвал скорую. Но сейчас… слишком уж «аккуратно» она лежала. Слишком уж внимательно смотрела.

Женщина оценивающе глянула на него, нахмурилась и ткнула пальцем в машину.

— Это твоя?

Лин Фань, не подозревая подвоха в вопросе, кивнул:

— Моя.

Женщина мгновенно «включила» другую роль. Голос стал резким, обвиняющим, почти торжествующим.

— Отлично! Тогда решаем. Ты меня только что сбил. Как будем разбираться?

И тут же, для убедительности, добавила пару страдальческих:

— Ой-ой… как больно…

У Лин Фаня на лбу будто проступила надпись: «Вот оно». Лицо потемнело.

«Серьёзно?» — мелькнуло у него. — «Я просто вышел купить воды… и уже попал на спектакль?»

Он вдохнул, удерживая раздражение, и сказал ровно:

— Тётя, машина тут стояла. Я её даже не трогал. Как она могла вас сбить?

Женщина фыркнула, будто услышала глупость.

— До того сбил. До того, как припарковался. Тут камер нет, — она произнесла это почти буднично, будто сообщала прогноз погоды. — Значит, как я скажу, так и было.

Лин Фань огляделся. Камер действительно не было — место выбрано с умом. Обычному человеку тут пришлось бы долго оправдываться, спорить, нервничать, а потом, возможно, отдать деньги, лишь бы от него отстали.

Но женщина не учла одного: даже когда его машина стоит, видеорегистратор продолжает записывать. Для спорткара стоимостью за сотни миллионов это смешной расход энергии.

Лин Фань посмотрел на неё спокойно, почти холодно, и в этом взгляде было куда больше уверенности, чем она ожидала.

Лин Фань с нескрываемой иронией взирал на распластавшуюся на асфальте женщину, чье актерское мастерство явно оставляло желать лучшего. Она заламывала руки и стонала, но глаза её бегали, оценивая обстановку.

— Тётушка, ну что за халтура? — Лин Фань покачал головой, словно разочарованный театральный критик. — Ваш «профессиональный» наезд на капот выглядит донельзя жалко. К тому же, вы упустили одну маленькую, но фатальную деталь: в моей машине установлен видеорегистратор.

Услышав это, женщина дернулась, словно от удара током. Она резко вскинула голову, её взгляд метнулся к лобовому стеклу спорткара. Машина стояла с заглушенным двигателем, темная и безмолвная. Увидев это, тётушка презрительно фыркнула, а на её лице расплылась гримаса превосходства — мол, ищи дурака в другом месте.

— Молодой человек, прибереги эти сказки для деревенщин без образования! — заявила она тоном профессора, отчитывающего нерадивого студента. — Я, между прочим, специально изучала техническую часть вопроса. Если машина не заведена, регистратор обесточен и ничего не пишет. Думаешь, я поверю, что ты оставил его включенным, чтобы посадить аккумулятор? Кто в здравом уме будет так делать? Машина потом просто не заведется!

Лин Фань едва сдержал смех.

«Надо же, какая подкованная, — подумал он. — Видимо, перед выходом на „дело“ штудировала форумы автолюбителей. Настоящий „большой ум“ преступного мира».

Однако веселье весельем, а время шло. Он перестал улыбаться, и в его голосе зазвучали стальные нотки:

— Тётушка, слушайте внимательно. Если вы сейчас же не встанете, я вызываю полицию. И тогда вместо легкой наживы вы получите статью за мошенничество. А тюремная баланда, поверьте, куда менее вкусная, чем домашние пельмени, да и спать на шконке жестковато.

Но угроза возымела обратный эффект. Женщина даже бровью не повела. За свои годы она наслушалась всякого, и запугать её каким-то юнцом было невозможно.

— Ой, не смеши мои тапочки, сынок, — она скривила губы в презрительной усмешке. — Ты ещё слишком зелен, чтобы меня пугать.

В её взгляде читалось абсолютное спокойствие. Доказательства? Где они? Если она будет стоять на своем, утверждая, что у неё перелом всего, чего только можно, этому богатею проще будет откупиться, чем таскаться по судам. Эта схема была отработана годами, отшлифована до блеска и ещё ни разу не давала сбоев. У неё за плечами были десятки «успешных кейсов».

Лин Фань вздохнул. Тратить чудесный день на препирательства с «мастером асфальтовых наук» ему совершенно не хотелось. Он решил действовать наверняка. Профессиональные проблемы должны решать профессионалы. А кто может быть лучше в таких делах, чем акулы юриспруденции?

Он достал смартфон, демонстративно покрутил им перед носом «пострадавшей» и с улыбкой произнес:

— Даю последний шанс. Встаешь сейчас — и я забываю о твоем существовании. Но если мне придется набрать номер моего адвоката... — он сделал многозначительную паузу. — Тогда мы пойдем до конца, и всё будет строго по закону.

Он всё ещё надеялся, что здравый смысл победит жадность. Даже вызов специалистов из «Цзиньмин» требовал времени, которого ему было жаль.

Но тётушка осталась непоколебима. Она лишь сверкнула своими маленькими, похожими на бусинки глазками, в которых читалось: «Звони хоть Папе Римскому, мне плевать». Без железных доказательств любой адвокат — просто пустое место.

Она сменила тактику, решив сыграть в «добрую бабушку»:

— Парень, послушай меня, не трать своё и моё время, — проскрипела она елейным голосом. — Я же не зверь, много не прошу. Дай тысяч десять — и разойдемся, как в море корабли. И волки сыты, и овцы целы. Всем хорошо!

Лин Фань расхохотался в голос.

— Всем хорошо? Серьезно? — Он покачал головой. — То есть я отдаю тебе деньги просто так, за твой плохой спектакль, и должен при этом радоваться? У тебя потрясающая логика.

Внутри него закипало раздражение. Нет, сегодня эта дама получит не деньги, а суровый урок жизни.

Он открыл контакты, нашел номер директора юридической фирмы «Цзиньмин» Цзинь Цайхуна и уже занес палец над кнопкой вызова, как вдруг экран его смартфона ожил сам.

Лин Фань взглянул на имя звонящего и невольно хмыкнул.

«Вот это телепатия... или просто удачное совпадение?»

Звонил сам Цзинь Цайхун.

Лин Фань провел пальцем по экрану, и из динамика раздался солидный, уверенный баритон:

— Приветствую, босс. Это Цзинь Цайхун.

— Есть новости? — спросил Лин Фань, кивнув своим мыслям. Он не стал сходу грузить директора проблемой с мошенницей — слишком мелкий масштаб для начала разговора.

— Босс, я хотел бы лично отчитаться о текущем положении дел в фирме «Цзиньмин», — поспешно ответил Цзинь Цайхун. В его голосе чувствовалось легкое напряжение. Новый владелец после покупки фирмы хранил молчание, не давал никаких указаний, и это неопределенность нервировала опытного юриста. Ему нужно было понять, что за человек Лин Фань, каковы его планы и стратегия.

— Хорошо, — Лин Фань на секунду задумался. — Я сейчас скину тебе геолокацию. Подъезжай прямо сюда, здесь и поговорим.

— Понял, выезжаю немедленно, — четко отозвался юрист.

Лин Фань отправил координаты, сунул телефон в карман и присел на корточки перед своей мучительницей.

— Тц-тц-тц, — он покачал головой, разглядывая её наряд. — Слушайте, а вы, я погляжу, к работе относитесь ответственно. Одежда-то недешевая. Не жалко в пыли валяться? Испортите ведь.

Тётушка скосила глаза на свой костюм, и по лицу её пробежала тень сожаления — вещи она любила. Но жадность быстро победила. Получит деньги с этого мажора — купит два таких костюма.

— Не заговаривай мне зубы, парень! — огрызнулась она. — Если так переживаешь за старушку, гони деньги, и я исчезну.

Лин Фань лишь вздохнул. Непробиваемая.

— Я же сказал: адвокат уже в пути. — Он поднялся и отряхнул колени. — У тебя есть шанс уйти прямо сейчас. Как только он приедет, капкан захлопнется.

Женщина лишь демонстративно застонала погромче, изображая невыносимую муку.

Прошло десять минут.

К обочине, мягко шурша шинами, подкатил представительский седан бизнес-класса. Дверь открылась, и из неё вышел мужчина средних лет в безупречном костюме. Весь его вид — от начищенных туфель до идеально уложенных волос — кричал о компетентности, успехе и высоких гонорарах. Это был Цзинь Цайхун.

Он быстрым шагом направился к Лин Фаню, мельком, словно сканируя мусор, взглянул на лежащую женщину и почтительно склонил голову:

— Босс.

Лин Фань с удовлетворением оглядел своего сотрудника. Энергетика у этого человека была мощная — сразу видно, акула, которая съела не одну стаю юридических мальков.

— Босс, а это... что за инсталляция? — Цзинь Цайхун указал взглядом на тело на асфальте.

— А это, — усмехнулся Лин Фань, — местная достопримечательность. Профессиональная мошенница.

Глаза Цзинь Цайхуна хищно блеснули. Вот он, шанс показать новому владельцу, на что способен директор «Цзиньмин» в полевых условиях.

Он мгновенно переключился в режим расследования. Взгляд метнулся на восток — камер нет. Запад — чисто. Юг, север — слепые зоны.

Адвокат слегка нахмурился. Без видеофиксации будет сложнее, придется давить психологически.

Но тут его взгляд зацепился за угол ближайшего супермаркета.

— Босс! — лицо Цзинь Цайхуна озарила победная улыбка. — Взгляните. На углу магазина висит камера наружного наблюдения. Я сейчас же запрошу записи.

Тётушка, лежащая на земле, при этих словах дернулась. Она проследила за взглядом адвоката и с ужасом увидела объектив, направленный прямо на место «происшествия». Раньше его там не было!

Сердце её пропустило удар.

«Чёрт возьми, это провал!» — пронеслось в её голове.

Цзинь Цайхун уже сделал шаг в сторону супермаркета, готовый изъять записи и уничтожить оппонента силой закона, но Лин Фань удержал его за рукав пиджака.

— Не утруждайся, — лениво протянул он, на губах играла легкая улыбка. — Зачем бегать, когда у меня в машине стоит регистратор? Весь этот цирк записан от первого до последнего акта.

Цзинь Цайхун замер, затем быстро подошел к спорткару. И действительно — маленький красный огонек на устройстве под лобовым стеклом ритмично подмигивал, подтверждая запись.

Лин Фань щелкнул брелоком, двери разблокировались. Адвокат нырнул в салон, несколько минут колдовал над устройством, просматривая кадры, а затем выбрался наружу. Его лицо теперь выражало ледяную уверенность палача.

— Босс, — голос Цзинь Цайхуна звучал как приговор, — ситуация кристально ясна. Эта гражданка сама бросилась на асфальт уже после того, как вы зашли в магазин. К машине она даже не прикасалась во время движения.

Он повернулся к женщине, и в его глазах не было ни капли сочувствия:

— Это классифицируется как покушение на мошенничество. Учитывая сумму вымогательства, я гарантирую, что обеспечу ей несколько месяцев реального срока. А если постараюсь — то и год она проведет за казенный счет.

Лин Фань посмотрел на побледневшую тётушку:

— Ну что, слышала вердикт? Я предлагал уйти по-хорошему. Теперь поезд ушел, а двери закрылись.

Поняв, что спектакль окончен и блеф с выключенным регистратором не прошел, женщина мгновенно «исцелилась». Она резво вскочила на ноги, энергично отряхивая пыль с брюк. Страха, однако, на её лице не было — лишь злоба.

— Ха! Напугал ежа... — прошипела она, сверля Лин Фаня ненавидящим взглядом. — Ну есть у тебя запись, и что? Думаешь, я так просто сдамся? Слушай сюда, щенок. Ты заплатишь мне эти деньги. Сейчас же. Иначе отсюда ты уедешь только вперед ногами!

Лин Фань приподнял бровь.

— Ого! — искренне удивился он. — Это уже интересно. Угрозы?

— Я не угрожаю, я обещаю! — рявкнула она.

Лин Фань усмехнулся.

— Ну-ну. Деньги я тебе не дам принципиально. А вот как ты мне помешаешь уехать — очень хочу посмотреть.

Поразительная самоуверенность. Видимо, за спиной этой «божьей одуванчика» стоял кто-то, кто позволял ей так наглеть. Лин Фань решил, что раз уж начал наводить порядок, то стоит выдернуть весь сорняк с корнем. Это же почти гражданский долг. Может, медаль дадут? Или грамоту.

Видя, что парень не прогибается, тётушка решилась на крайние меры.

— Самый умный, да? — зловеще протянула она, вытаскивая телефон. — Сейчас ты узнаешь, с кем связался.

Она набрала номер. Гудки шли недолго.

— Мам? Что стряслось? — раздался из динамика грубый мужской бас.

Лицо женщины просветлело, но, бросив взгляд на ухмыляющегося Лин Фаня, она снова нагнала туч.

— Сынок! — заголосила она в трубку. — Твою мать обижают! Унижают посреди улицы! Срочно приезжай и бери с собой ребят, тут надо разобраться!

На том конце провода повисла тяжелая пауза.

— Мам... — голос мужчины звучал устало и подозрительно. — Ты опять пошла на «заработки»? Опять под машины кидаешься?

Лин Фань едва сдержал смешок. Даже сын знал о «хобби» матери.

— Я же просил тебя! — голос в трубке загремел так, что Лин Фань поморщился. — Я запретил тебе заниматься этой херней! Сколько можно?!

— Да я... я случайно! Не удержалась! — зашипела она, прикрывая динамик рукой, но так, чтобы Лин Фань не слышал. — Хватит меня лечить! Приезжай давай, иначе мать в тюрьму заберут! Ты хочешь сиротой остаться на старости лет?!

Мужчина на том конце тяжело вздохнул. Слышно было, как он потер переносицу. Последнее время дела у него шли не очень, а тут еще мать со своими закидонами. Но делать нечего — мать есть мать. Не бросать же её в полицию. Придется ехать, извиняться, платить компенсацию за моральный ущерб водителю... Опять расходы.

— Диктуй адрес, — обреченно буркнул он. — Сейчас буду.

Женщина назвала улицу, отключила вызов и тут же преобразилась. Расправила плечи, выпятила грудь. Теперь она смотрела на Лин Фаня как победитель на побежденного.

— Всё, парень. Молись. Сын едет. Если сейчас отдашь деньги — может, и уйдешь целым. А если дождешься его... — она многозначительно провела пальцем по горлу. — Мой сын держит этот район! Он тут главный!

— Главный, говоришь? — Лин Фань закурил сигарету, выпустив струйку дыма в небо. — Ну, подождем твоего «Главного». Даже гордишься им, я смотрю.

Время тянулось медленно. Лин Фань курил, Цзинь Цайхун с каменным лицом проверял что-то в планшете, а тётушка злорадно ухмылялась.

Через пять минут послышался топот. К ним бежал крупный лысый мужчина. Один.

Тётушка, увидев, что за сыном не следует армия головорезов, разочарованно всплеснула руками:

— Сяо Цян! Ты почему один?! Где твои парни?!

Без группы поддержки эффект устрашения резко падал. Как давить на мажора в одиночку?

Но мужчина даже не посмотрел на мать. Он запыхался, лицо его было красным и виноватым.

— Мам, я же говорил тебе... — начал он, поворачиваясь к «обидчику».

И тут его взгляд встретился с глазами Лин Фаня.

Лин Фань приветливо помахал рукой с дымящейся сигаретой.

Глаза лысого мужчины расширились до размеров чайных блюдец. Кровь отхлынула от лица. Ноги сами собой подогнулись, словно из них вытащили кости.

Бум!

Звук удара коленей об асфальт прозвучал в тишине пугающе громко.

— С-старший... Б-босс... — прохрипел он, склоняя голову чуть ли не до земли.

Это был не кто иной, как Брат Лунти, местный авторитет, который уже имел «счастье» познакомиться с Лин Фанем и знал, что этот человек — само воплощение опасности.

Тётушка остолбенела. Она моргнула, не веря своим глазам, и бросилась к сыну, пытаясь схватить его за плечи:

— Сынок! Ты чего?! Сдурел?! Вставай немедленно! Ты почему перед ним на колени упал?! Это он должен тебя бояться!

Брат Лунти с ужасом оттолкнул руки матери, его лицо исказила гримаса паники:

— Мама, заткнись! Ты хоть понимаешь, что натворила?! — его голос сорвался на визг. — Ты пыталась развести Старшего Босса! Самого Лин Фаня!

Он не смел подняться. Его трясло. Какова вероятность, что из миллионов людей в городе его мать выберет именно того единственного, кого ему категорически нельзя злить? Это был не просто провал. Это была катастрофа.

До тётушки наконец начал доходить смысл происходящего. Она перевела взгляд с трясущегося сына на спокойно курящего парня.

«Старший Босс?»

Её сын, которого боялся весь район, стоял на коленях и дрожал как осиновый лист перед этим юнцом.

Ноги женщины стали ватными.

Она медленно осела на асфальт рядом с сыном.

«Конец...» — пронеслось в голове.

Она не просто попала на деньги. Она подписала смертный приговор себе и, возможно, сыну.

— Ну, здравствуй, Лунти, — Лин Фань улыбнулся, но от этой улыбки у бандита мороз по коже прошел. — Тесен мир, верно?

— Старший Босс! Простите! Умоляю! — Лунти начал биться головой об асфальт, выбивая глухую дробь. — Это моя вина! Я не уследил! Мать не знала! Накажите меня, только пощадите её! Она старая дура, она не со зла!

Он долбился лбом о землю так усердно, что, казалось, хотел пробить дыру в преисподнюю и спрятаться там.

— Простите! Простите! — эхом вторила ему тишина улицы.

Видя отчаяние сына, тётушка, наконец, осознала всю глубину бездны, в которую они угодили. Она поспешно встала на четвереньки и принялась яростно отбивать поклоны рядом с Лунти, заливаясь слезами:

— О, великий Босс! Старший Босс! Это я, старая карга, виновата! Бес попутал! — выла она, размазывая тушь по лицу. — Наказывайте меня! Мой сын ни при чем, он хороший мальчик! Не трогайте Сяо Цяна!

Сейчас она проклинала свою жадность. Если бы можно было вернуть время назад, она бы за километр обошла эту проклятую машину. Стук голов об асфальт становился всё ритмичнее.

Лин Фань с минуту наблюдал за этой сценой покаяния, докуривая сигарету.

— Достаточно, — его голос прозвучал тихо, но эффект был мгновенным.

Плач оборвался. Брат Лунти и его мать замерли, боясь пошевелиться, и подняли на него полные ужаса глаза. На их лбах уже наливались багровые шишки.

Лин Фань посмотрел на женщину, в глазах которой теперь не было и следа былой наглости.

— Я так понимаю, компенсацию за моральный ущерб вы больше не требуете? — с сарказмом уточнил он.

Тётушка затрясла головой так интенсивно, что казалось, она сейчас отлетит.

— Нет! Нет! Что вы! Никогда! Не посмею! — затараторила она. — Только отпустите! Мы уйдем, мы исчезнем!

Страх за сына вытеснил все мысли о деньгах. Она видела, как дрожит её «грозный» Сяо Цян, и понимала: перед ней не просто богатый мальчик, а хищник, способный сломать их жизни щелчком пальцев.

Лин Фань перевел взгляд на Лунти, затем снова на женщину.

— Вставайте. Оба.

Брат Лунти, услышав это, едва не расплакался от облегчения. Он поспешно вскочил, подхватил мать под локоть и рывком поставил её на ноги.

— Спасибо, Старший Босс! Спасибо за вашу милость! Мы никогда этого не забудем! — он кланялся, пятясь назад, готовый бежать без оглядки.

— Эй, — Лин Фань прищурился, и его улыбка стала хищной. — Я сказал «встать», а не «уйти». Кто вам сказал, что всё закончилось?

Лунти застыл как соляной столб. Сердце, которое только что начало биться ровнее, снова ухнуло в пятки.

— А... а что... — промямлил он, бледнея.

— Видишь ли, — философски начал Лин Фань, — в мире должен быть баланс. Твоя мать, я полагаю, «заработала» немало денег на честных людях своим актерским мастерством. И раз уж она твоя мать... — он сделал паузу, — ...то долг платежом красен. И платить будешь ты. Материнский долг платит сын. Справедливо?

Брат Лунти шумно выдохнул. Деньги! Он хочет просто денег! Это ерунда. Главное, не в тюрьму и не в больницу.

— Конечно! Конечно, Старший Босс! — закивал он. — Сколько? Я всё верну! Но... — он запнулся, и лицо его вытянулось. — Я же не знаю всех, кого она... кхм... развела. Кому возвращать-то?

Он с надеждой посмотрел на мать, но та лишь хлопала глазами. Она и лиц-то своих жертв не помнила, не то что имен.

Лин Фань щелчком отбросил окурок в урну.

— А это неважно. Ты пойдешь в банк, снимешь десять тысяч юаней. Потом выйдешь на оживленный перекресток и будешь раздавать прохожим по сто юаней. Каждому встречному. Пока не раздашь всё до копейки. Это и будет искупление.

— Десять тысяч?! — взвизгнула тётушка, хватаясь за сердце. — Старший Босс, помилуйте! Я за всю карьеру и пяти не наскребла! Десять — это же грабеж!

Лин Фань медленно повернул голову к ней. Он ничего не сказал. Просто посмотрел. В его взгляде был такой холод, что женщина поперхнулась воздухом и спряталась за спину сына.

Брат Лунти, который был куда умнее матери, мгновенно оценил ситуацию. Десять тысяч или здоровье (а может и жизнь)? Выбор очевиден. Он пихнул мать в бок, шикнув на неё:

— Заткнись!

А потом повернулся к Лин Фаню с заискивающей улыбкой:

— Сделаем, Старший Босс! Всё как вы сказали! Десять тысяч — без проблем! Я сейчас же в банк!

Он схватил мать за руку и потащил прочь, пока Лин Фань не передумал и не увеличил сумму штрафа.

— Стоять, — снова остановил их голос Лин Фаня.

Лунти замер, втянув голову в плечи. Ну что еще?

Лин Фань повернулся к стоявшему рядом Цзинь Цайхуну, который всё это время молча наблюдал за «правосудием».

— Цзинь, — сказал Лин Фань. — Прогуляйся с ними. Проследишь, чтобы раздали всё до последней купюры. Ни юанем меньше.

Директор фирмы «Цзиньмин» опешил.

— Босс? — он растерянно моргнул. — Но... я же хотел обсудить стратегию развития фирмы, кадровые вопросы... А вы отправляете меня следить за раздачей милостыни?

Это казалось абсурдом. Высококлассный юрист — в роли няньки для мелкого гангстера?

Лин Фань посмотрел ему в глаза, и его голос стал серьезным:

— Цзинь, послушай. Я купил фирму не для того, чтобы учить тебя работать. Ты — профи. Всё управление, вся стратегия, все решения — теперь полностью на тебе. Развивай «Цзиньмин» так, как считаешь нужным. Я тебе доверяю. А это, — он кивнул на удаляющуюся парочку, — маленькое поручение. Считай это тимбилдингом.

Цзинь Цайхун замер. Слова о полном карт-бланше и доверии отозвались в нем волной тепла и гордости. Он боялся, что новый владелец начнет ломать структуру, лезть в дела, в которых ничего не смыслит. А вместо этого он получил абсолютную свободу и доверие.

Он выпрямился, расправил плечи и сжал кулак. Он не подведет. Он сделает «Цзиньмин» лучшей фирмой в стране.

— Я понял, Босс! — с чувством произнес он. — Спасибо за доверие. Я вас не подведу.

— Вот и отлично, — кивнул Лин Фань. — Действуй.

Лин Фань сел в свой спорткар, двигатель взревел, и машина сорвалась с места, оставив адвоката наедине с его новой миссией.

---

Спустя полчаса. Оживленный перекресток.

Цзинь Цайхун, сложив руки на груди, с бесстрастным видом наблюдал за процессом.

Брат Лунти держал в руках толстую пачку купюр. Его мать стояла рядом, и каждый раз, когда сын вытягивал очередную бумажку, её лицо перекашивало так, будто у неё вырывали здоровый зуб.

— Мои денежки... — шептала она. — Кровные...

Лунти, скрипя зубами, выловил из толпы какого-то молодого парня.

— Эй, парень! — он сунул ему красную купюру под нос. — На, держи. Сто юаней. Бери.

Парень ошарашенно уставился на деньги, потом на лысого амбала, потом на пачку денег в его руке.

— Чего? — он отшатнулся. — Это что, прикол? Фальшивые, небось? Или сейчас камеру вытащите, пранкеры хреновы?

В наше время, когда бесплатный сыр бывает только в мышеловке, человек, раздающий деньги на улице, вызывает больше подозрений, чем человек с ножом.

— Я не хочу! — парень шарахнулся в сторону. — Отвали, дядя! Я полицию вызову!

Брат Лунти растерялся.

— Да стой ты! — он схватил парня за рукав. — Настоящие деньги! Бери, говорю! Мне надо их отдать!

— Ага, конечно! — парень вырвался, глядя на Лунти как на сумасшедшего. — Знаю я ваши схемы! Сначала деньги возьми, потом кредит на меня оформите! Я про вас в интернете читал!

— Да твою ж... — взвыл Лунти. — Да не мошенник я! То есть... тьфу!

Он понял, что дело дрянь. Отдать деньги оказалось сложнее, чем отобрать.

Он сделал самое жалостливое лицо, на которое был способен, и тяжело вздохнул:

— Братишка, ты не так понял. Эх... — он понизил голос до доверительного шепота. — Кругом одни жулики, согласен. Жить страшно. Но тут... тут другое.

Парень перестал вырываться, заинтересованный сменой тона.

— Что другое?

— Понимаешь, — Лунти скорбно покачал головой, искоса поглядывая на стоящего неподалеку Цзинь Цайхуна, который следил за каждым его движением. — Я раздаю деньги не потому, что я добрый или богатый. Это... как бы сказать... это вынужденная мера. Карма, брат. Искупление грехов. Бери, помоги человеку душу облегчить.

Парень посмотрел на лысого бандита, в глазах которого читалась вселенская тоска, и вдруг кивнул.

— А, ну если грехи замаливать... Тогда ладно. Давай.

Он взял купюру.

Лунти с облегчением выдохнул. Оставалось раздать еще девяносто девять. День обещал быть долгим.