Мисс Холмс, профессор — не злодей.
Khaloff

Она не устаёт повторять, что я — преступник. Правда это или нет, мне, детективу, и предстоит установить.

====================

Персонажи

[[image:/storage/reader-images/52666c77ea74e4415756edbe4d130353d6e5da5d.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/08f237a7b083268e2310e87c8ddfee39f3bb5d81.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/5d9cb866ad338b9a9c644c22f57802cb2dedda49.jpg]]

----------

Водопад Рейхенбах

Вот чем всё и закончилось.

Реинкарнированный профессор Джеймс Мориарти смотрел вниз на водопад и, вспоминая встречу с мисс Холмс, размышлял про себя.

Но, к сожалению, хладнокровный детектив открыл рот.

«Пожалуйста, сдайтесь сейчас же, сэр».

"Ты хочешь, чтобы я сдался?"

Мориарти невольно выпалил что-то, словно насмехаясь над Холмсом. Однако Холмс равнодушно открыл рот.

«Вы научили меня жить рационально, поэтому я и говорю это. Вы же понимаете, что всё уже кончено, не так ли? Пожалуйста, действуйте рационально, Учитель».

"Рационально?"

Мисс Холмс слегка пожала плечами. Однако выражение лица Мориарти, когда он смотрел на нее, было точно таким же, как у охотника, поэтому она невольно сделала шаг назад к обрыву.

«Люди хрупки, поэтому у нас нет иного выбора, кроме как рожать детей ради бессмертия. И по совпадению, ваш мозг мне очень близок — вернее, он кажется мне наиболее подходящим для этого места в Европе. Учитывая законы наследственности, нам с вами было бы целесообразно завести ребенка».

"под!"

Он усмехнулся, но Холмс продолжил говорить.

«Я говорю с разумной точки зрения. Конечно, поскольку вы преступник, у вас нет выбора, кроме как отправиться в тюрьму. Однако я могу предотвратить казнь; на самом деле, даже вышестоящие не захотели бы этого. Поэтому вам нужно просто смотреть на меня. Вам нужно просто смотреть исключительно на меня в маленькой тюрьме, куда могу входить и выходить только я. Меня немного беспокоило, что Моран был рядом с вами, но вы девственница. Поскольку с Уотсоном тоже ничего не произошло, я могу вам доверять. Вы, девственница, и я, девушка, рождающая выдающегося ребенка, чтобы продолжить род — разве это не самое эффективное решение для общества?»

Он видел пылающее пламя желания во взгляде мисс Холмс, когда она смотрела на него. Но именно поэтому он не мог не испытывать самоиронии.

Я думал, что когда-нибудь такой день всё-таки настанет. Однако, увидев такой конец прямо у себя на глазах, я невольно рассмеялся.

Там, у Рейхенбахского водопада, мисс Шерлок Холмс, детектив, которым гордится Британия, и профессор Джеймс Мориарти, величайший преступник Лондона, сверлили друг друга взглядом.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (1)

Все самые ужасные вещи в мире созданы британцами.

Это было одно из немногих слов, которые он еще помнил из смутных воспоминаний о своей прошлой жизни, но реинкарнированный Джеймс Мориарти был уверен, что тот, кто произнес эти слова, ничего не знал об англичанах.

Если бы они действительно знали британцев, они бы поняли, что не британцы совершают ужасные поступки, а сами британцы являются ужасными существами.

Сцена, развернувшаяся прямо у меня на глазах во сне, была тому доказательством.

Бывали моменты, когда было трудно отличить сон от реальности, но он с первого взгляда понимал, что видит сон. Это объяснялось тем, что, в отличие от других глупцов, он знал, что едва ли не единственный, кто обладает обычным интеллектом.

Прежде всего, то, что я увидел, не могло быть объяснено иначе, как сном.

«Джимми, смотри прямо перед собой, сосредоточься! Я же говорил, что ты испортишь фотографию, если пошевелишься!»

Однако эти мысли пришлось на мгновение прервать. Ибо его мать, сохранившая при жизни вид юной, строго отчитала его.

Только тогда Мориарти понял, что вернулся к своему облику десятилетнего подростка. Хотя после Великого голода его семья разорилась и с тех пор жила в нищете, тот день был единственным, когда вся семья одолжила у соседа приличные костюмы, даже если это означало влезть в долги.

Он, естественно, снова превратившись в десятилетнего мальчика, тоже был одет в детский костюм, но он был приличным только снаружи и ужасно неудобным. Он и представить себе не мог, что снова наденет эту потрепанную вещь, пусть даже только во сне.

Он не мог не испытывать глубокого недовольства от того, что это был сон. Хотя он понимал, что это сон, ему было крайне неудобно не контролировать его по своему желанию. Однако, похоже, этот сон намеревался использовать его как марионетку и повторять все события до тех пор, пока не закончится дневная история.

Это было утомительное и глупое занятие, но у него не было выбора, кроме как послушно следовать указаниям сна. В действительности, и сны, и реальность были одинаково утомительными и полными глупостей и людей.

Все три брата из семьи Мориарти, включая старшего и младшего братьев, а также мать и отца, собрались в одном месте и, сбившись в кучу, сидели в гостиной, глядя прямо перед собой.

На самом деле, я понимала и настойчивые просьбы матери. В конце концов, мне нужно было оставаться неподвижной, чтобы сделать снимок. Поскольку мы приложили немало усилий, чтобы нанять фотографа для семейной фотографии, несмотря на наши ограниченные средства, даже малейшая ошибка была недопустима.

Он не мог понять, почему фотография — единственное старомодное в мире, полном волшебных вещей и странных устройств, работающих на паровых двигателях, но ему приходилось молчать, как восковой кукле.

В этом смысле Мориарти во сне на самом деле завидовал своей младшей сестре, лежащей на полу.

По крайней мере, моя младшая сестра умерла, так что я не испытывала никакого дискомфорта, и даже если я просто лежала неподвижно, никому не было дела.

Да, это была моя умершая младшая сестра. В отличие от него, который был жив, с момента ее смерти прошло довольно много времени; ее лицо было бледным, а тело давно остыло и окоченело — на полу лежал всего лишь труп, уже не моя сестра.

Он даже не помнил ее лица, поэтому украдкой взглянул на свою покойную сестру, лишь на мгновение опустив взгляд на пол, незаметно для фотографа и своей матери.

Хотя это был всего лишь сон, младшая сестра, которую он смутно помнил, казалась точно такой же, какой была тогда.

«Ее звали… Джейн, нет, может быть, Салли…»

Я никак не могла вспомнить имя. Он не был из тех, кто стал бы переживать за свою умершую младшую сестру.

Я никогда не представляла, что во сне снова сделаю семейное фото со своей покойной младшей сестрой, но вот и всё.

Если подумать, я не почувствовала ничего особенного даже после смерти моей младшей сестры.

Его младшая сестра, самая младшая и единственная дочь в семье Мориарти, была на пять лет младше его и отличалась особой навязчивой привязанностью к нему. Хотя он был вынужден относиться к сестре из чувства долга, не проявляя к ней никакой привязанности, его родители по глупости ошибочно полагали, что они хорошо ладят.

Поэтому мне пришлось изо всех сил притворяться, что я скорблю, когда умерла моя младшая сестра. Если подумать, я была всего лишь человеком, который никогда по-настоящему не мог мне помочь за всю свою жизнь.

Однако Англия XIX века, в которой он переродился, была эпохой, охваченной смертью. В каждой семье двое или трое детей умирали, не дожив до пяти лет.

Его сестра также оказалась в числе этих несчастных. Учитывая, что он и его братья пережили ужасный голод, поразивший Ирландию, можно сказать, что ей действительно не повезло.

Моя младшая сестра была обычной маленькой девочкой, которая не вызывала никаких эмоций, жива она или мертва.

В то время он не понимал своих глупых старших и младших братьев, которые печально плакали, и до сих пор не понимает их, но, будучи умным, он этого не показывал. Нет, скорее, он должен был подражать им.

Как бы ни привык человек к смерти, открыто демонстрировать такую сторону своей жизни было, безусловно, неправильно. Мориарти оправдался тем, что просто не мог испытывать семейную привязанность к своей нынешней семье, потому что он переродился.

Однако даже для него мировоззрение англичан XIX века представляло собой ряд поистине сложных для понимания и странных вещей.

Когда умерла его младшая сестра, его родители, как и многие другие британцы, наняли горничную, чтобы она хорошо вымыла покойную сестру, одела ее в лучшую одежду, а затем позвали кого-нибудь, чтобы сделать семейную фотографию.

Словно сцена из сна, происходящая прямо сейчас.

Это было то, с чем хотя бы раз сталкивался каждый британец, живший в викторианскую эпоху. Если ребенок умирал в раннем возрасте, вся семья фотографировалась с телом умершего; если умирал пожилой человек, семья фотографировалась с окоченевшим стариком.

Хотя заявленная цель заключалась в том, чтобы почтить память усопших, это был странный и, несомненно, неэффективный метод.

Он никогда не сможет понять смысл того, что он специально накрасил тело своей покойной сестры, чтобы получилась невзрачная черно-белая фотография, а затем положил ее на пол, как будто она спала, предварительно возложив букет цветов в память о ее смерти.

Однако присутствие покойной младшей сестры в этот раз оказалось явно полезным.

У него была только одна младшая сестра, и поскольку у него также была только одна умершая сестра, он мог с первого взгляда понять, что это сон.

Если только труп не оживет, как в гротескных романах, которые так любят читать глупцы, сделать семейное фото с моей покойной сестрой больше никогда не удастся.

«А теперь давайте сделаем ещё один снимок, мадам Мориарти. И, мистер Мориарти, раз уж мы заговорили об этом, может, поменяемся местами? Пожалуйста, встаньте на колени рядом с мисс Джейн. Да, хорошо. Чтобы было легче запомнить мисс Джейн, посмотрите на неё с доброжелательностью сбоку, как вы обычно это делаете!»

Судя по словам фотографа, младшую сестру звали Джейн.

Однако скука не проходила. Ему приходилось ждать, когда же наконец проснётся от сна, изо всех сил сдерживая зевок.

К счастью, сон длился недолго. Возможно, из-за осознания того, что я уже во сне, пейзаж вскоре начал размываться. А с другой стороны я услышал голос кого-то из реальности.

«Мориарти, проснись».

«…Как долго я спал?»

«Примерно 20 минут. Я намеренно никого не будил; и так немало парней уже отключились от пьянства».

Протерев глаза, я перевел взгляд в сторону голоса и увидел, как всегда, глупое лицо. Я никак не мог вспомнить его имя. Честно говоря, я не жил настолько глупо, чтобы забывать имена, но поскольку парень передо мной мало чем отличался от других идиотов, не было смысла утруждаться запоминанием его имени.

Конечно, другой человек не умел читать мысли, поэтому он посмотрел на него и заговорил.

Было очевидно, что, в отличие от себя самого, этот парень пребывал в заблуждении, думая, что они по-своему близки. Конечно, он не стал исправлять это недоразумение. В конце концов, это заблуждение часто играло ему на руку.

«Этот заикающийся человек вчера беспокоил Доджсона?»

На самом деле нет. Мы просто немного пообщались после окончания учёбы.

Профессор Чарльз Доджсон был профессором математики в Крайст-Черч, Оксфордском университете, где они учились. Хотя он на самом деле не заикался, возможно, из-за своей робости, он часто заикался во время собеседований, поэтому озорные студенты часто называли его заикающимся.

Когда зашла речь о жизни после окончания университета, собеседник с интересом заговорил. В отличие от самого Мориарти, который закончил учебу досрочно, ему еще предстояло немного поучиться.

«На вашем месте я бы просто остался в университете и занимался исследованиями. Вам платят, и должность профессора практически гарантирована».

«…Просто воспринимайте это как предварительный отпуск. Кроме того, Доджсон говорил то же самое; если я опубликую одну-две приличные статьи, начальство, вероятно, предложит мне должность. Доджсон по-своему ко мне расположен, понимаете?»

«Итак, вы подумали о работе, которую я вам предлагаю? Раз уж вам все равно больше нечем заняться, почему бы вам не посвятить год просто заработку денег? Она связана с обучением детей, так что у вас будет много свободного времени».

Мориарти на мгновение замолчал, услышав слова парня. Конечно, это было вызвано небольшим беспокойством.

И действительно, он был прав.

Хотя это было утомительно, перед ним уже открылся достойный путь. Он был достаточно умен, чтобы закончить учебу досрочно, и, хотя он начал свой путь к получению стипендии, у него также был талант к математике. Поскольку он даже получил рекомендации от таких профессоров, как Доджсон, он мог бы остаться в университете после окончания учебы, чтобы заниматься исследованиями и готовиться к карьере профессора.

Здравый смысл подсказывал ему, что так и следует поступить. За эту работу он даже получал зарплату, пусть и небольшую. Поскольку он не мог рассчитывать на поддержку своей семьи, разорившейся после Великого голода, он не мог позволить себе опрометчивый риск.

Однако он этого не сделал и, что было для него несвойственно, импульсивно решил на время бросить школу, и теперь планировал это сделать.

Почему так? Возможно, из-за скуки. Жизнь всегда была скучной с момента моего перерождения. Ирландия была ужасна, а Оксфорд — рассадником дураков, обманывающих себя, считая себя умными. Лондон же, само собой разумеется, был завален мусором, и этот огромный город был местом, где мусор жил своей скучной жизнью в одиночестве.

Возможно, он рискнул, надеясь избавиться от скуки. Однако он уже чувствовал, что риск не оправдался, и по-своему сожалел об этом.

Он оказался в ситуации, когда ему нужно было срочно сводить концы с концами. Поэтому предложение от человека, стоящего перед ним, поработать некоторое время частным репетитором было вариантом, которым он непременно должен был воспользоваться.

Тем не менее, я колебался, потому что мне не нравилась работа частного репетитора.

Потому что учить глупого ребёнка было бы скучнее, чем проводить время, скучая в компании стариков в Оксфорде.

Однако, чтобы еще раз подчеркнуть, у него больше не было выбора.

Я должен.

«Да, всё верно. Я уже всё рассказал мистеру Холмсу, если вы позволите».

«…Холмс?»

«Ах, разве я вам не говорил? Он учит второго сына мистера Холмса».

Пока он это делал, парень потягивал пиво и болтал о чём-то ещё, но Мориарти его не слышал.

Он неосознанно бормотал себе под нос «Холмс». Он думал, что, возможно, это не будет скучно.

Однако даже он не смел представить себе существование Шерлок, младшей дочери мистера Холмса, к которой он приезжал работать гувернанткой.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (2)

Главной причиной, по которой Джеймс Мориарти, которому только что исполнился 21 год, согласился стать репетитором второго сына мистера Холмса, были деньги, но также и фамилия Холмс.

На самом деле, это была глупая мысль. В Ирландии, где он родился, должно быть, проживало более тысячи человек по имени Мориарти, а в одной только Англии — более тысячи человек по имени Холмс.

На самом деле, когда он путешествовал на поезде и карете в небольшую сельскую местность недалеко от Шотландии, он не мог не испытывать некоторого разочарования.

Мистер Холмс был англиканским священником в этом районе, уважаемым землевладельцем из высшего общества и, к тому же, скучноватым на вид мужчиной лет пятидесяти.

Что касается миссис Холмс, она казалась менее скучной, чем мистер Холмс, и это была женщина лет тридцати пяти с яркими рыжими волосами.

Судя по ее рыжим волосам и внешности — она выглядела на двадцать с небольшим, хотя ей было около тридцати пяти, — было ясно, что в ее крови течет примесь крови фей. В Ирландии и Шотландии до сих пор часто встречаются люди, чьими предками были ныне исчезнувшие феи.

Те, у кого обычно были рыжие волосы или глаза, также славились тем, что старели медленно, и, похоже, то же самое относилось и к миссис Холмс.

Однако, в отличие от тех, кто часто славится своей красотой, внешность миссис Холмс была довольно заурядной.

Прибыв в особняк, я узнал, что в доме мистера Холмса жили два сына и одна дочь. Старший сын отсутствовал, поскольку учился в семинарии, чтобы унаследовать отцовское дело, как это было принято среди землевладельцев в Англии; что касается младшей дочери, я не мог увидеть её лица, пока она не поговорила со студентом, которого должна была учить.

Было немного обидно, но ученика, которого Мориарти должен был учить, звали Майкрофт. Было ясно, что, вопреки своей скучной внешности, мистер Холмс обладал весьма странной привычкой давать имена.

Перед ним стоял мальчик, первый человек по имени Майкрофт, которого Мориарти когда-либо видел в своей жизни.

«Здравствуйте, учитель».

"Значит, вы готовитесь к поступлению в Оксфорд и Кембридж?"

"да."

Разговор был коротким.

Майкрофт Холмс был 15-летним мальчиком. Как и сам Мориарти, он был высоким, но выглядел вялым из-за небольшого избытка веса.

Однако это был впечатляющий мальчик, глаза которого, в отличие от других глупцов, ярко сияли, и когда Мориарти в первый день беседовал с ним, чтобы проверить его способность различать свет, он понял, что мальчик так же умен, как и он сам.

Однако мне это показалось не очень интересным.

Майкрофт был умным мальчиком, но, похоже, ему не хватало страсти, чтобы использовать свой интеллект для чего-то интересного.

Тем не менее, поскольку это было гораздо лучше, чем учить дурака, Мориарти, похоже, остался доволен годом, проведенным в качестве репетитора.

Сразу после того, как он легко закончил свой первый учебный день, он погрузился в размышления в своей комнате о том, как проведет следующий год.

Я оставил дверь открытой, потому что собирался уйти немедленно, и благодаря этому смог принять неожиданного гостя.

«Кто же на самом деле является вашей истинной личностью?»

Мориарти невольно вздрогнул от странного голоса, который услышал в тот момент. Хотя ему нечего было скрывать, он на мгновение застыл на месте, словно его обнаружил кто-то, кого он даже не подозревал.

Если бы он, как обычно, мыслил чуть более рационально, он бы понял, что совершенно нет причин бояться этого незнакомого голоса, который допрашивал его.

На самом деле, любой обычный взрослый мужчина мог бы поступить так же. Он мог бы, просто услышав голос допрашивавшего его, определить, что он принадлежит маленькому ребёнку.

Поскольку половое созревание еще не наступило, было трудно отличить мальчика от девочки, но он медленно повернул голову в сторону источника звука и убедился, что это девочка.

И всё произошло именно так, как он и предполагал.

Кто-то стоял перед дверью, и, учитывая, что я, несмотря на свою сосредоточенность, не почувствовал чьего-либо присутствия, это явно был педофил.

Мориарти быстро разглядел девушку. Однако, к своему удивлению, осознав, что девушка тоже наблюдает за ним, он не смог сдержать презрительного смеха.

Она была совсем юной девочкой. Позже я узнала, что ей только что исполнилось восемь лет. Она была такой маленькой, на тринадцать лет младше меня.

На ней было платье, которое обычно носят девушки, но при ближайшем рассмотрении можно было заметить, что под юбкой на ней были брюки, а вся она была испачкана грязью и пылью. Было ясно, что она гораздо энергичнее, чем казалась — настоящая сорванка, в прямом смысле слова.

Черные волосы миссис Холмс, ниспадающие ниже плеч, блестели, словно она изо всех сил старалась отрастить их красивыми, но их никак нельзя было назвать аккуратными, даже в качестве комплимента, возможно, потому что она всегда, казалось, была полна приключений.

Больше всего впечатляли эти проницательные глаза, наблюдавшие за ним. У Майкрофта тоже были впечатляющие глаза, но глаза девушки были еще более выразительными.

Серые глаза, которые смотрели на него, сияли, как драгоценные камни, но в центре они видели красное свечение.

Похоже, что ее дочь унаследовала кровь фей сильнее, чем миссис Холмс.

Девушка была поразительно красива, настолько, что можно было предположить, будто она унаследовала больше крови фей. Конечно, сейчас такое описание ей не подходило.

Однако любой, кто видел эту девочку, мог быть уверен, что она вырастет невероятной красавицей.

Даже самому Мориарти не оставалось ничего другого, как согласиться с этим утверждением.

Однако его бессознательное внимание к девушке было вызвано не только её красотой. Как ни странно, в тот момент, когда он её увидел, он был очарован каким-то впечатлением, хотя даже сам не мог понять почему.

Однако он не мог вечно подозрительно молчать. Мориарти осторожно, но небрежно открыл рот.

«Что вы имеете в виду, леди?»

Я уже не маленький ребёнок.

Маленькая леди смело ответила на слова Мориарти. И все же в торжествующем взгляде, которым она смотрела на Мориарти, все еще чувствовалась невинность, типичная для ребенка ее возраста.

Мориарти показалось, что девушка, раскрыв его секрет, одержима допросом, словно героиня сказки.

«Да-да, мисс Холмс, извините. Кстати, что вы только что имели в виду?»

«Не дразни меня, нет, дело не в этом... Кхм, вы сказали, что вас зовут мистер Мориарти, верно? Я слышал, вы репетитор Майкрофта и студент колледжа».

«Если быть точным, я уже закончила учёбу, но, в общем, мисс Холмс».

Услышав подтверждение Мориарти, мисс Холмс приподняла уголки губ. Она повысила голос от волнения, словно одержала победу.

«Это всё ложь, не так ли? Вот почему я спрашиваю. Почему вы скрывали свою личность? Может быть, вы злодей, мистер Мориарти? Если так, то какова ваша цель? Должна быть причина, по которой вы проделали весь этот путь до этой глуши, скрывая свою личность».

«…Почему ты говоришь, что это ложь?»

Мориарти вскоре понял, что девушка полностью поглощена приключениями.

Вот почему дешевые готические романы представляли собой проблему. Мисс Холмс пожимала плечами, словно играя роль торжествующего юного героя, допрашивающего злодея, — обычное явление во всевозможных низкопробных приключенческих рассказах, которые можно было прочитать всего за один пенни.

И девушка, даже пошевелив пальцем в ответ на вопрос Мориарти, открыла рот в его сторону, словно сам Мориарти иногда насмехался над глупцами.

«Мистер Мориарти, вы сказали, что вы студент колледжа, но на самом деле вы солдат, не так ли? Маму вы можете обмануть, но мои глаза — нет. Ах, если быть точным, вы, наверное, отставной солдат. В любом случае, сам факт того, что кто-то притворяется студентом колледжа и работает репетитором, уже вызывает подозрения. Не стоит удивляться; все так делают. Знаете, люди часто не замечают очевидных вещей».

Вероятно, мисс Холмс ожидала увидеть, как Мориарти придет в ярость, когда раскроется его личность, как это обычно бывает с злодеями в романах.

К сожалению, Мориарти совершенно не собирался предоставлять юной мисс Холмс подобный опыт.

Больше всего мисс Холмс ждала, когда Мориарти растеряется и спросит, откуда она это знает. Она ожидала, что эта новоявленная злодейка отреагирует так же, как глупые взрослые вокруг нее часто удивляются, когда она просто указывает на то, что находится прямо перед ними.

Затем девушка, как обычно, собиралась продемонстрировать свой интеллект, с гордостью объясняя, что она прочитала, глядя на его внешность.

Однако для девочки это был первый раз в жизни, когда она услышала, как Мориарти говорит так, словно насмехается над ней.

«Хм… Понятно, значит, всё дело в этом пальто. Поскольку офицеры часто носят эполет, неудивительно, что такие знаки остаются на плечах. Кроме того, они часто ухаживают за своей одеждой иначе, чем другие, поэтому они, естественно, более угловатые. Но отставной офицер… Да, именно поэтому я так и подумала, ведь эти знаки появились так давно, что было бы незначительным перестать носить их только для того, чтобы скрыть свою личность. Я была права, мисс Холмс?»

Мориарти тихо поднялся со своего места и подошел к мисс Холмс, которая смотрела на него с изумлением, и посмотрел на нее сверху вниз.

Поскольку он был выше остальных, мисс Холмс, естественно, не оставалось ничего другого, как смотреть на него снизу вверх.

Мориарти должен был признать, что реакция мисс Холмс была действительно интересной. В ней чувствовалось негодование из-за того, что она сказала то, что он должен был сказать, но также и удивление, а в сверкающих серых глазах девушки отражались удивление и радость от первой встречи с человеком, похожим на нее.

Оно мерцало красной аурой, словно эта радость пылала красным, и Мориарти почувствовал родство.

Поскольку его самого всегда окружали одни идиоты, он часто скучал.

«К-как? Я-я знал, что ты не обычный злодей!»

«Мисс Холмс, учительница — не злодейка».

Мориарти улыбнулся и ответил мисс Холмс, которая издала крик радости и удивления, словно встретила заклятого врага.

Разумеется, услышав его последующие слова, девушка невольно отступила назад, сама того не осознавая.

«Но если вы действительно злодей, разве не глупо со стороны мисс Холмс приходить ко мне вот так, зная, что я могу сделать?»

"Ах……!"

Однако, подобно лягушке, на которую смотрит змея, девочка смогла лишь тихо вздохнуть и не смогла двинуться дальше. Она была еще слишком молода и неопытна, чтобы вынести этот холодный, бесстрастный взгляд, устремленный на нее сверху вниз.

Однако, даже в этой обстановке, девушка ломала голову, размышляя, как справиться с таинственным злодеем, вошедшим в её жизнь. Это было странное событие, но поскольку в её скучную жизнь ворвалась непривычная радость, она невольно, сама того не осознавая, на лице появлялась полуискаженная улыбка.

Разумеется, последующие слова Мориарти не могли не вызвать у девушки мимолетное разочарование.

«Ну, я просто шучу, мисс Холмс».

"ах……."

Замечательная идея, малыш.

«…Я вам говорю, я не ребёнок!»

«Он ребёнок, потому что ещё незрелый. Ну, как вы и предполагали, владелец этой одежды — солдат, не отставной, но всё же солдат».

"Конечно!"

Мориарти должен был признать, что с мисс Холмс было весело иметь дело, в отличие от других глупых и скучных. Конечно, он дразнил её, потому что она была ещё совсем юной девушкой, но, по крайней мере, в ней было что-то особенное, что отличало её от остальных.

Возможно, именно поэтому он говорит так долго, в отличие от своего обычного поведения. Улыбнувшись, он открыл рот девушке, которая смотрела на него с недовольным выражением лица.

Но иногда не стоит верить только тому, что видишь, малыш.

"……Что это значит?"

Вы сделали свой вывод, основываясь исключительно на пальто, которое на мне надето; если бы вы учли только данные подсказки, вы были бы правы.

Он похлопал по старому пальто, которое унаследовал, и объяснил мисс Холмс, словно читая лекцию. Как ни странно, девушка, хотя и смотрела на него с некоторым недовольством из-за того, что он по-прежнему обращается с ней как с маленькой девочкой, внимательно слушала его объяснение, сверкая глазами.

А что насчет вас?

«Но вы, наверное, не догадались, откуда это пальто. Изначально его купил мой брат — как вы и догадались, он солдат. Но я его унаследовала, и вот так оно и оказалось здесь, малыш. Наша семья не настолько обеспечена, чтобы я работала репетитором, поэтому передача одежды по наследству — довольно распространенное явление».

Услышав объяснение Мориарти, мисс Холмс невольно кивнула, словно совсем этого не ожидала. При виде этого Мориарти с трудом сдержал смех.

Я немного понимаю, почему профессора обращают внимание на студентов, которые сосредоточенно слушают лекции.

Прежде всего, мисс Холмс отличалась чрезвычайно высокой самооценкой и задавалась вопросом, действительно ли она особенный ребенок.

Девушка изо всех сил ворчала, словно объяснение Мориарти было каким-то обманом.

«Я… я понимаю, я, конечно, этого не ожидал. Но вполне естественно, что вы не можете это предположить, не так ли? Унаследовал ли мистер Мориарти эту одежду — этого нельзя увидеть!»

Обычно подобные вещи приходится оценивать интуитивно. А у вас этого пока не хватает.

Что вы сказали?

«Наблюдательность — это хорошо, но старайся развивать свою интуицию, маленький детектив. Тебе нужно развить способность видеть вещи просто взглядом — тогда ты не будешь совершать таких детских ошибок, верно?»

«…Тц.»

Хотя он никогда раньше не встречал эту девушку, Мориарти не мог не удивиться, ведь это был первый раз в его жизни, когда он разговаривал с кем-то так, будто тот был ему очень близок.

И тут меня вдруг заинтересовало имя девушки. Обычно я не запоминаю имена, но имя девушки передо мной интуитивно заслуживало того, чтобы его запомнить.

«Если подумать, я опоздал с представлением вас, хотя вы здесь, миледи. Извините, леди. Меня зовут Джеймс Мориарти. А как вас зовут, леди?»

Однако даже Мориарти не мог не удивиться тому, как девушка представилась ему позже. Он не мог понять этого даже с помощью своей интуиции.

«Холмс... Я Шерлок Холмс, мистер Мориарти».

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (3)

«Холмс... Шерлок Холмс... Классное имя, малыш».

Мориарти несколько раз повторил имя девушки, перебирая его во рту, как конфетку, и в конце издал неподдельный возглас восхищения.

Никто не против похвалы, но девушка, представившаяся Шерлоком, приподняла уголки глаз, словно найдя такую похвалу странной, и открыла рот.

«Это круто. Обычно так не говорят. Мне не следовало бы говорить такое в детстве, но мой отец довольно необычный человек, поэтому у нас троих, братьев и сестер, странные имена. Правда, мистер Мориарти, вы странный человек».

«Ты думаешь, я такой же плохой, как ты, появляюсь ниоткуда и спрашиваю, не злодей ли я?»

«…Это была незначительная ошибка! Мориарти изначально выглядел подозрительно!»

Девочка возмущенно повысила голос на замечание Мориарти. Она нахмурилась, изо всех сил стараясь отрицать это и показать свой гнев, но это выглядело как обычное ребяческое поведение. Видя девочку, которая еще несколько мгновений назад казалась умнее глупых взрослых, ведущую себя соответственно своему возрасту, Мориарти не смог сдержать редкого для него смеха.

Чем больше это происходило, тем сильнее выражение лица мисс Холмс искажалось от негодования, но объективно любой мог видеть, что она выглядит как милый ребенок, поэтому в этом не было ничего угрожающего.

«Ладно, возможно, это моя вина, милая. Хочешь конфет? Это лимонные конфеты».

«…Вы действительно подозрительный человек, мистер Мориарти. Бесполезно пытаться подкупить меня таким образом, потому что отныне я буду за вами следить».

«Ну-ну, незаметно сунь это себе в карман. Твоя мама ненавидит закуски, так что ты их есть не можешь, правда? Будь осторожен, не проглоти, потому что, если тебе не повезет, оно может застрять у тебя в горле».

Мориарти незаметно сунул мисс Холмс в руку несколько лимонных конфет, лежавших на столе. Математика, по-видимому, требовала много сахара, и он часто носил с собой закуски или конфеты.

Наша мисс Шерлок Холмс притворялась взрослой, но на самом деле ей было 8 лет. Мориарти видел, как заблестели глаза девочки, когда она смотрела, как ей в руку кладут лимонную конфету.

Девочка быстро засунула в рот лимонную конфету, словно опасаясь, что Мориарти может её забрать обратно, и её глаза заблестели, как будто она впервые за долгое время ела что-то сладкое.

Поскольку все эти действия были рефлексивными, Шерлок с опозданием осознал, что вел себя как ребенок.

Конечно, девочка была еще ребенком, но она была умна, поэтому всегда притворялась взрослой. Естественно, она откашлялась, обращаясь к мистеру Мориарти, и попыталась оправдаться.

«Ммм... это очень вкусно! Ах, кхм... но, похоже, оно не отравлено, так что я с благодарностью приму его. Это взятка, но я всё равно не собираюсь выполнять просьбы мистера Мориарти! Эта конфета продаётся в Лондоне? Подождите, откуда вы знаете о ситуации с моей матерью?»

Девочка часто видела, как глупые взрослые с удивлением просили ее повторить сказанное, и иногда ей даже нравилась такая реакция.

Однако, когда он невольно проявил реакцию, похожую на реакцию этих взрослых, он невольно слегка покраснел.

Однако самое важное было то, как этот человек передо мной — этот молодой человек, который, судя по его словам и поступкам, определенно отличался от глупых взрослых, — мог заметить такое.

К сожалению, Мориарти не дал девушке желаемого ответа. Он лишь пожал плечами, словно поддразнивая её в детстве.

«Я же тебе говорил, парень. Развивай свою интуицию. Иногда нужно просто посмотреть, чтобы что-то увидеть; в этом и заключается интуиция».

«…Скажите, как вы это выяснили?»

Девочка, которая еще несколько мгновений назад была поглощена подражанием мальчику-главному герою, ловящему злодея в романе, теперь смотрела на Мориарти широко раскрытыми глазами, как ребенок, которому все любопытно.

Мориарти считал, что каждая, абсолютно каждая реакция этой девушки была яркой и забавной. Вероятно, дело было не только в её имени.

По крайней мере, у этой девушки явно была особая сторона характера.

Знала она о его истинных чувствах или нет, или, возможно, ей было любопытнее узнать, как Мориарти с помощью дедукции разгадал тайну ее матери, но мисс Холмс настойчиво донимала его, как ребенка.

К несчастью для мисс Шерлок Холмс, это время продлилось недолго. Салли, молодая горничная, которая выполняла почти всю работу по дому, снова поняла, что озорная младшая дочь в доме мешает гостю, и бросилась забрать девочку.

«Обязательно дайте мне знать, хорошо? Это обещание, мистер Мориарти!»

«Мисс, вы грубите гувернантке мастера Майкрофта. Пожалуйста, немедленно уходите, пока госпожа не узнала!»

Первая встреча Мориарти с Шерлоком Холмсом завершилась простым взмахом руки, без всякого ответа мисс Шерлок Холмс, которую уводила за руку служанка.

Это настоящий Шерлок Холмс?

Когда он снова остался один, в комнате воцарилась тишина. Казалось, он уже начал скучать по атмосфере, которая еще несколько мгновений назад была шумной из-за присутствия девушки, даже не осознавая этого.

Когда Мориарти сел, он неосознанно выпалил этот вопрос.

Это была глупая мысль. Однако, учитывая то, через что он прошел, ее нельзя было просто отбросить как нелепую идею.

Джеймс Мориарти помнил свою прошлую жизнь. Воспоминания были не подробными, а смутными, смутными, отрывочными.

Даже подробности о том, кем он был в прошлой жизни, или, точнее, какую жизнь он прожил, оставались расплывчатыми.

Однако, по сравнению с его воспоминаниями о прошлой жизни, Англия XIX века, в которой он переродился, имела много аспектов, которые не соответствовали его воспоминаниям.

Вопреки ожиданиям, концепция реинкарнации в этом мире не была просто заблуждением. На самом деле существовали люди, которые, как считалось, переродились.

Это была не просто история о мошенниках. Это был странный мир, где существовали волшебники и ведьмы, хотя и очень редко, и где бродячих оборотней в переулках Лондона часто ловили после совершения убийств.

Однако такие люди обычно утверждали, что жили в прошлом. Мориарти, поступив в Оксфордский университет и получив дополнительные знания, понял, что случаев реинкарнации, подобных его собственному, когда-либо хваставшихся тем, что они жили в будущем, а затем переродились в прошлом, не существует.

Этот аспект никогда не доставлял ему серьезных проблем в жизни. Он был умнее других, до такой степени, что даже не считал нужным упоминать об этом с юных лет.

Прежде всего, у меня не было никаких воспоминаний или знаний, которые могли бы оказаться особенно полезными.

Жизнь здесь была скучной, но поскольку он не был склонен к суициду, он смог прожить свою жизнь как Джеймс Мориарти, родившийся в Ирландии в 1841 году, не умерев.

Но на этом всё.

Жизнь была невероятно скучной. Единственным утешением было то, что мне приходилось бороться за выживание, прежде чем эта скука меня поглотила.

Его семья была небольшой ирландской семьей. Однако во время того ужасного Великого голода, хотя он и смог избежать смерти от голода, как многие ирландцы, он не смог предотвратить крах своей семьи.

С трудом сумев переехать в Дублин с помощью родственников, семья с тех пор живет в бедности.

Благодаря своему уму он смог получить спонсорскую поддержку, но ему пришлось сосредоточиться на математике. Сам Мориарти не особенно любил математику, но, поскольку у него явно был к ней талант, он изучал её до сих пор, чтобы выжить.

Однако он каждый день чувствовал, что решение проблем явно не входит в круг его хобби. И ничего конкретного он сделать не мог.

Жизнь была такой скучной, и ещё скучнее.

Принять предложение стать гувернанткой второго сына мистера Холмса было отчаянной попыткой вырваться из такой скуки.

Главной его целью были деньги, но также верно и то, что имя Холмс вызывало у него любопытство.

Как только он услышал имя Холмс, ему показалось, что оно странным образом подходит к его собственному имени. Однако это было связано с одним из его смутных воспоминаний из прошлой жизни.

Профессор Мориарти — заклятый враг Холмса, верно? А как же Люпин? Он появляется отдельно?

Как и многие другие, он никогда не читал романы о Шерлоке Холмсе. Он познакомился с ними лишь косвенно, через фильмы или сериалы.

Тем не менее, только тогда я вспомнил, что заклятого врага знаменитого детектива Шерлока Холмса звали профессор Мориарти.

Поскольку в Ирландии было довольно много людей по фамилии Мориарти, до сих пор у меня не возникало желания связывать его с Холмсом.

Конечно, даже когда он начал обучать Майкрофта Холмса, Мориарти считал свою идею глупой.

Однако в этот самый момент все было иначе.

Шерлок Холмс действительно существовал. Вопреки его воспоминаниям, это была девушка, и еще такая юная, совсем юная, но Шерлок Холмс существовал.

Возможно, это безумная мысль. Но он интуитивно понял, что этот ребенок — Шерлок Холмс.

Он говорил с мисс Холмс в шутку, но это был один из инстинктов, которые он приобрел, изучая математику. Интуиция всегда была для него полезным инструментом и давала ответы без каких-либо оснований.

Причина неизвестна. Более того, доказать это, возможно, не удастся. Но это было несомненно. Этот ребенок — Холмс.

Если это так, то является ли он сам профессором Мориарти?

Мориарти не смог дать однозначного ответа на этот вопрос. Более того, можно сказать, что он сам не хотел этого делать.

Конечно, вскоре он станет профессором. Профессор Доджсон, высоко ценивший его талант, разделял это мнение, и в школе также были почти уверены, что вскоре его назначат новым профессором математики.

Обычно эта процедура требовала бы продолжения обучения и работы после окончания вуза, но она была признана особым исключением.

Ему было суждено вернуться в колледж Крайст-Черч в Оксфорде и вскоре начать преподавать глупым первокурсникам после того, как в течение следующего года он напишет небольшую работу — вероятно, математическую работу о биномиальной теореме — и представит её на конференции.

Так что он определённо станет профессором Мориарти.

Но он не преступник.

Мисс Холмс была настолько увлечена приключенческими романами, что приняла незнакомца за злодея, но, к сожалению, профессору Мориарти, ее противнику, не суждено было появиться в ее будущем.

Хотя он презирал других и, возможно, не любил их, он, по крайней мере, прожил жизнь образцового студента, далёкую от преступности.

Прежде всего, когда я думал о бродягах, нищих, убийцах и пьяницах Лондона, мне становилось ясно, что жить преступной жизнью — это поистине глупо и скучно.

Если бы ими никто не руководил, преступники современного Лондона и Британии были бы не более чем сборищем глупцов, идущих своим собственным путем.

Таким образом, ее связь с мисс Холмс, скорее всего, ограничивалась тем, что она была репетитором ее старшего брата в детстве.

Тем не менее, Мориарти был убежден, что сможет весело провести этот год по-своему. И в то же время, инстинктивно, ему в голову пришла мысль.

Эта мысль, присущая ему от природы рациональному мышлению, никогда бы ему не пришла в голову.

«Вы сказали, что хотели бы также взять на себя обязанности репетитора ребенка Шерлока, мистер Мориарти?»

«Да, он способный ребенок. Поскольку ему все равно почти нечем заняться во время своего пребывания, я хотела бы кое-чему его научить. Конечно, в обучении нет необходимости, мадам».

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (4)

Миссис Холмс не могла не испытывать опасений по поводу подозрительного предложения, которое новая гувернантка сделала ее младшей дочери менее чем через два дня после прибытия в дом. Нет, она намеревалась быть настороженной.

Миссис Холмс только что извинилась перед служанкой Салли за то, что ее младшая дочь грубо обошлась с этой молодой и красивой гувернанткой в первый же день.

Поскольку разговор, который должен был закончиться так гладко, завершился предложением, которое было трудно понять, даже самая недалекая миссис Холмс не могла не засомневаться.

Поэтому Мориарти добавил последнее замечание. Каким бы подозрительным ни казалось это предложение, любой обычный человек на мгновение соблазнился бы идеей поработать бесплатно.

Конечно, это не полностью развеяло беспокойство, которое испытывала миссис Холмс.

Однако Мориарти предвидел и это.

Хотя он и продемонстрировал это на короткое время перед Шерлоком Холмсом, он всегда отличался исключительной интуицией. В отличие от мисс Холмс, которая делала выводы, просто взглянув на его пальто и быстро найдя улики, он мог понять большинство людей, просто взглянув на них.

Мориарти вспомнил, что вчера вечером, в свой первый день в качестве гувернантки, он ужинал с семьей Холмс.

Члены семьи Холмс были обычными людьми.

Как известно, г-н Холмс пользуется уважением как местная фигура, унаследовавшая от англиканского священника в этом регионе семейное дело.

Он был главой семьи Холмс и мужчиной лет пятидесяти. Верный своей религиозной натуре, он был аскетом и отличался строгостью, но при этом оставался простым человеком, который ценил сохранение своей семьи превыше всего.

Однако он испытывал некоторое беспокойство по поводу своей жены, которая была значительно старше его. Сам мистер Холмс этого не показывал и не осознавал, но Мориарти явно это чувствовал.

Однако, в отличие от мисс Холмс, было очевидно, что он был скучным человеком. Обычный человек, которого можно было встретить где угодно.

Миссис Холмс была похожа на нее. Благодаря тому, что она унаследовала кровь феи от своего предка-феи, она сохранила молодость, несмотря на то, что ей было за тридцать, но она была женщиной, которая несколько скучала в своей обычной жизни.

Человек с мечтательной натурой, который, если ему предоставится такая возможность, может помечтать о небольшом отклонении от нормы.

Однако она была обычной домохозяйкой и довольно строго относилась к воспитанию своих детей. Больше всего на свете она заботилась о своем младшем сыне, Шерлоке.

По всем признакам, Шерлок была далеко не обычной девушкой, и миссис Холмс, обладавшая средними моральными принципами и здравым смыслом той эпохи, не могла не беспокоиться о будущем своей неукротимой младшей дочери еще до того, как оно началось.

Однако Мориарти также мог предположить, что причина, по которой он еще не был строг с мисс Шерлок, заключалась в том, что девочке было всего восемь лет.

У супругов трое детей: двое сыновей и младшая дочь по имени Шерлок.

Однако Шеринфорд, старший сын мистера Холмса и старший брат мисс Шерлок, не присутствовал за обеденным столом. Старший сын семьи Холмс, который был на три года младше самого Мориарти, изучал теологию в строгой школе-интернате, чтобы унаследовать семейный бизнес от отца.

Шерринфорд, Майкрофт и Шерлок.

Это были странные имена, которые показывали, что у мистера Холмса, несмотря на то, что он был обычным человеком, была эксцентричная сторона.

Мориарти впервые узнал о существовании такого имени, когда попал в эту семью.

И, как и следовало ожидать, хотя он не мог быть уверен, поскольку не смог встретиться с Шеринфордом, по крайней мере, двое детей, Майкрофт и Шерлок, были особенными в глазах Мориарти.

В отличие от скучных и глупых людей, и в отличие от пугал, которые не стоят того, чтобы их вспоминать, даже если они исчезнут в любой момент, это были особенные дети, которых неизбежно вспомнят когда-нибудь, даже если их пути разойдутся.

Именно поэтому Мориарти импульсивно предложил взять на себя ответственность за обучение Шерлока. Хотя это было отчасти импульсивное предложение, он не пожалел о нем.

И он уже знал, что миссис Холмс по-прежнему считала его предложение неприятным. Миссис Холмс была скучной, заурядной женщиной, и она планировала нанять гувернанток, которые бы добросовестно занимались образованием ее дочери.

Конечно, даже не требовалось делать простых выводов о том, что ждет в будущем. Шерлок была особенной девушкой — нет, особенным существом — и слишком сложной для обычного образования и глупых учителей. Мориарти чувствовал это инстинктивно.

Поэтому никто вряд ли доверит образование восьмилетней дочери незнакомцу, независимо от его возраста и того, насколько он заслуживает доверия как репетитор для сына.

Однако Мориарти осторожно добавил:

Это была такая игра, которая заставила бы любого, кто знал его истинные чувства, испугаться от столь наглого поведения. Вопреки его истинным чувствам, перед любым наблюдателем представал молодой человек, поглощенный старыми воспоминаниями и семейными заботами, а следовательно, и меланхолией.

«На самом деле… во время разговора с мисс Шерлок… я, сам того не осознавая, подумал о своей младшей сестре».

«Вот как... Если она сестра мистера Мориарти, то, должно быть, красавица».

«Да, к сожалению, он умер в возрасте пяти лет. Тем не менее, он был ребенком, который лучше всех меня понимал, и я до сих пор скорблю по нему, мадам».

«Ах... Извините, мистер Мориарти!»

Как могла глупая и заурядная миссис Холмс посметь заподозрить молодого человека прямо у себя на глазах?

Хотя Мориарти даже не мог толком вспомнить имя своей покойной сестры и не испытывал никаких эмоций после её смерти, впервые в жизни он не мог не почувствовать благодарность за то, что она существовала.

Конечно, даже без младшей сестры он мог бы спокойно солгать. Однако умный человек должен быть готов к любой ситуации.

Вероятность была близка к нулю, но на всякий случай кто-нибудь мог бы проверить, действительно ли у мистера Мориарти была умершая сестра.

Мориарти впервые выразил благодарность младшей сестре, имя которой он даже толком не помнил, за то, что у неё была младшая сестра и что она умерла за него. Конечно, вскоре он об этом забыл.

Миссис Холмс не могла не поддаться очарованию молодого человека, который с такой нежностью наложил изображение своей любимой младшей сестры на изображение своей дочери.

Внешность самого Мориарти тоже сыграла здесь свою роль. Красота всегда была, несомненно, самым мощным оружием.

Люди с развитой интуицией иногда могут разглядеть то, что скрывается за этой красотой, но, как правило, люди обречены обманываться лишь внешним видом.

Мориарти прекрасно знал, что он красив. В отличие от глупцов, он всё знал и порой использовал свою внешность для получения значительных преимуществ.

Чтобы справиться с глупцами, иметь приличную внешность было сродни ношению пистолета в кармане для самообороны.

Мориарти вновь вывел свою команду в финальную схватку.

«Я понимаю, что… мисс Шерлок пока не ходит в школу и не занимается с репетитором, мадам. В конце концов, я ведь не собираюсь долго оставаться в этом особняке, не так ли? Можете считать это просто игрой с ней и обучением основам чтения и математики ради ее будущего. Судя по мисс Шерлок… похоже, она много времени проводит, бегая на улице; разве не было бы… более по-женски сидеть и учиться?»

«Да… поскольку он еще маленький ребенок… он бегает бездумно и пачкает весь дом грязью, и из-за этого Салли тоже приходится нелегко».

«Считайте это простым предварительным показом. Как я уже говорил, я делаю это предложение не ради какой-либо награды, а потому что хочу сделать это сам. Кроме того, простая математика… как вы знаете, может служить подобающим образцом изысканности для дам из лондонских светских кругов».

Это действительно произошло?

Правда не имеет значения. Однако для миссис Холмс, которая и без того беспокоилась о своей младшей дочери, похожей на сорванца, фразы лондонского общества и утонченность дам оказались достаточными для принятия решения.

«…Сначала я обсужу это со своим мужем, доктор».

Да, конечно.

Он инстинктивно понимал, что исход уже предрешен, но закончил разговор улыбкой, которая для обычного человека выглядела лишь дружелюбной улыбкой.

В тот вечер этот вопрос, естественно, стал темой разговора за обеденным столом семьи Холмс.

В отличие от первого дня, когда все обедали вместе в честь визита гостя, Мориарти обедал отдельно в пристройке, приготовленной специально для гостя.

Майкрофт оторвал взгляд от отца и матери, которые, как обычно, беседовали о делах прихода, и перевел взгляд на свою младшую сестру, сидящую рядом с ним.

Обычно мой младший брат или сестра сразу бы заметили мой взгляд благодаря своей острой интуиции, но, что было для них нехарактерно, они выглядели вялыми.

Конечно, младший брат Шерлок, которого помнил Майкрофт, всегда был вялым за ужином. Однако обычно это происходило потому, что ему было скучно слушать разговоры матери и отца.

Теперь все было немного иначе. На самом деле, Майкрофт не мог не быть немного смущен. Шерлок был необычным младшим братом, в отличие от восьмилетней девочки. Конечно, сам Майкрофт был необычным мальчиком в глазах окружающих, но, по крайней мере, так он сам себя видел.

Однако, в отличие от обычного, моя младшая сестра выглядела как настоящая 8-летняя девочка.

Выражение разочарования, как будто человеку не удалось получить понравившуюся куклу, несмотря на все усилия, например, истерику на мать.

Майкрофт не мог не удивиться, ведь за свои короткие 15 лет жизни он никогда не смел представить, что увидит такое выражение лица и такую атмосферу у Шерлока.

Однако Майкрофт мог понять причину. Так же хорошо, как и Шерлок — нет, Майкрофт был наблюдательнее девушки, до такой степени, что Шерлок признал его единственным человеком в семье, умнее его самого.

Его новый репетитор, мистер Джеймс Мориарти.

Он услышал от служанки Салли и своей матери, что Шерлок, как обычно, доставил неприятности гостю, приехавшему в дом в первый же день, но было ясно, что он о чем-то не знает.

Шерлок, похоже, втайне надеялся поговорить с мистером Мориарти и рассчитывал встретиться с ним сегодня вечером за ужином. В конце концов, он даже не смог поговорить с ним вчера из-за своей матери.

Майкрофт испытывал несколько странное чувство. Хотя он и был рад видеть Шерлока, своего любимого младшего сына, проявляющего детское поведение, инстинктивно он чувствовал некоторое беспокойство по поводу человека по имени Мориарти.

Как раз когда я собирался проявить личный интерес к новой гувернантке, разговор моих родителей неожиданно перешёл к вопросу о «правлении» Шерлока.

«Мистер Мориарти? Шерлок?»

«Да, она сказала мне, дорогая, что скучает по младшему брату и ей больше нечем заняться, поэтому она хочет взять все на себя. Думаю, у меня все получится, а ты как думаешь…»

«Я хочу! Я хочу учиться у мистера Мориарти! Пожалуйста? Пожалуйста, папа, пожалуйста! Я не буду создавать проблем и буду просто тихо учиться!»

Внезапный крик Шерлока повис в странной тишине за обеденным столом семьи Холмс. Даже Майкрофт, совершенно нехарактерно для себя, невольно уставился на девушку широко раскрытыми глазами, наблюдая за поведением брата.

На самом деле Шерлок была довольно зрелым ребенком, хотя иногда спокойно читала чужие секреты, словно волшебным образом — что нехарактерно для 8-летней девочки, — и беспокоила свою мать тем, что любила бегать и играть на улице.

Он был настолько зрелым и уравновешенным, и совсем не похож на ребенка, что если бы он родился мальчиком, как его старший или второй по старшинству брат, миссис Холмс вообще не стала бы беспокоиться о ребенке.

Увидев, как их дочь впервые в жизни закатила истерику, как настоящий ребенок, даже мистер и миссис Холмс не смогли отвести от нее взгляд, даже не подумав о том, чтобы отругать ее.

На мгновение Майкрофт заметил, что красивые глаза Шерлока вспыхнули красным. В них чувствовалась детская непосредственность, но он также ощущал сильное стремление к чему-то.

В конце концов, мистеру Холмсу не оставалось ничего другого, как уступить истерике дочери, впервые в ее жизни. На самом деле, даже если бы Шерлок этого не сделал, мистер Холмс, который превыше всего ценил сохранение семьи и мир в ней, все равно бы это допустил.

Таким образом, Джеймс Мориарти тоже устроился гувернанткой к мисс Шерлок Холмс. С разрешения отца Майкрофт мог лишь безучастно смотреть на своего младшего брата, который был вне себя от радости, словно получил в подарок драгоценную куклу.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (5)

Салли, горничная, которая в одиночку выполняла почти всю работу по дому в семье Холмсов, не могла не удивиться редкому появлению мисс Шерлок.

В этом году ей исполнилось 17 лет, и, как и многие горничные, она работала одна в поместье преподобного Холмса в качестве горничной за 15 фунтов в год.

Сама работа была тяжелой, но, к счастью, все четыре члена семьи Холмс были добрыми людьми, а миссис Холмс, в частности, по натуре была хорошим человеком, не способным на жестокость.

Однако у каждого из детей преподобного Холмса были свои особенности; если юный мастер Майкрофт был, как правило, немотивирован, то это не представляло собой большой проблемы, то младшая дочь в семье, мисс Шерлок, доставляла немало хлопот.

Это вовсе не означало, что мисс Шерлок была злой по натуре. На самом деле, Салли, проводя с ней время, поняла, что она добрый человек.

Однако, безусловно, в мисс Шерлок были черты, которые порой были не по-девичьи нехарактерными, а порой и странными.

Нередко юная девушка бегала как сорванка, совершенно не обращая внимания на то, что вся она испачкана в грязи. Девочке было всего восемь лет, и в этом возрасте граница между мальчиком и девочкой, как правило, была размыта.

Однако мисс Шерлок настолько точно угадала некоторые моменты, касающиеся Салли, что иногда возникало подозрение, что та может колдовать.

Сначала я подумала, что мисс Шерлок может быть из того же рода, что и те, кого иногда называют ведьмами от рождения.

Как будто Салли была не единственной, кто так думал, мистер и миссис Холмс даже отправили молодую леди на обследование, но результаты показали, что она всего лишь обычный человек с предками-феями.

Я не могла не удивиться, увидев мисс Шерлок, которая довольно необычна, тихо ожидающую кого-то в своей комнате, как сегодня.

«…Вы так ждёте мистера Мориарти?»

«Да, до конца урока Майкрофта осталось еще 20 минут, Салли».

Салли не могла сдержать улыбку, наблюдая за молодой женщиной, тихо сидящей за столом и ожидающей мистера Мориарти.

Потому что в этом возрасте у него был знакомый, молодой студент колледжа, который выглядел круто.

«Ну, мистер Мориарти красавец, не правда ли? И знаете что? Говорят, он скоро станет профессором в Оксфорде! Он такой привлекательный и у него такое многообещающее будущее; даже я, например, не могу не заинтересоваться им».

«…А ты?»

Салли никак не могла заметить, что в глазах Шерлока на мгновение вспыхнула искра. Более того, поскольку даже сам Шерлок не осознавал этого чувства, ее нельзя было полностью винить.

Однако Шерлок не мог не проворчать на Салли, словно обижаясь на того, кто забрал у него куклу, а Салли, как будто всё поняла, закончила уборку и вышла из комнаты молодой леди.

Наступило назначенное время.

За плотно закрытой дверью раздался стук. Поскольку Шерлок хорошо знал мельчайшие детали поведения и шаги членов семьи, он с первого взгляда понял, что это мистер Мориарти.

Я внезапно, сам того не осознавая, встал и попытался открыть дверь, чтобы поприветствовать его с широкой улыбкой, но, с опозданием осознав свою детскую натуру, постарался сохранить бесстрастное выражение лица и поприветствовал мистера Мориарти так, будто никогда его и не ждал.

«Добро пожаловать, мистер Мориарти».

С сегодняшнего дня вы можете называть меня Учителем.

Однако девочка была всего лишь ребенком. В ее голосе, когда она впускала Мориарти в комнату, звучало несомненное предвкушение, и Мориарти, естественно, заметив это, просто улыбнулся.

«Хорошо, учитель, мистер Мориарти! Этого достаточно? Тогда поскорее скажите мне, откуда вы вообще узнали, что моя мама не купит мне конфеты?»

«Вам всё ещё любопытно? Неужели вы так и не разгадали загадку, мисс Холмс?»

«…Зовите меня Шерлок. Дело не в том, что я не смог бы догадаться; я… я просто хочу услышать непосредственно от мистера Мориарти, верна ли моя догадка!»

«Правда? Тогда сначала расскажите мне о своих выводах».

Наступила минута молчания.

Мориарти ничего не оставалось, как признать, что эта маленькая девочка перед ним была по-настоящему интересной и забавной во всех отношениях. Дразнить её было искренне весело.

Она, безусловно, была умной девушкой. Но незрелой. Я не собирался оправдывать эту незрелость. В отличие от глупости дураков, девушка была просто молода.

Конечно, это не означало, что он перестал дразнить девушку. Он не мог не улыбнуться, глядя на девушку, которая все еще колебалась, с дрожащими губами, пытаясь придумать какой-нибудь контраргумент на насмешки Мориарти.

И в конце концов умная девочка призналась в этом совсем не по-детски. На самом деле, точнее было бы сказать, что любопытство взяло верх.

«Фух... На самом деле, я так и не смог найти ответ. Так что, пожалуйста, скажите мне, Учитель. Ведь вы же меня учите, верно? Так что, пожалуйста, научите меня прямо сейчас».

«…Но прежде чем это сделать, Шерлок, почему бы нам сначала не представиться официально? Всему свое время. Хотя я и вызвался быть твоим репетитором бесплатно, я все равно должен соблюдать правила этикета, не так ли? Меня зовут Джеймс Мориарти. В этом году мне 21 год, я окончил университет и планирую стать математиком. Что касается моих предпочтений… У меня нет ничего особенного. А вот что мне не нравится, конечно же, идиоты и скука».

Последняя часть — это в точности про меня. И правда, вы совершенно особенный человек, учитель.

Иногда дети невинно радуются, когда находят что-то, похожее на них самих. Если бы Шерлок мог читать эти мысли, он бы рассердился на Мориарти и попытался бы и дальше подражать взрослому.

Однако девочка, кивая и улыбаясь, явно очень походила на восьмилетнего ребенка.

Итак, что же насчёт знакомства?

«Ну, как вы знаете, я Шерлок Холмс, и мне восемь лет. Больше всего я люблю наблюдать, играть на улице и читать приключенческие романы? Конечно, моя мама их ненавидит, говоря, что девочкам не следует читать такое, но я все равно читаю их тайком на свои карманные деньги. А вот то, что мне не нравится, то же самое, что и у мистера Мориарти».

«Так, полагаю, тебе понравилось. Значит, ты без ума от всего, что связано с детективами, Маленький Детектив? Наверное, поэтому ты и допрашивал меня о том, не злодей ли я. Ах, позволь мне повторить: я не злодей, Шерлок».

Романы публиковались по частям в журнале под названием «Penny Dreadful».

Эти популярные романы часто называли «копеечными ужастиками», потому что читать их можно было по частям всего за один пенни. Издатели были одержимы сенсационными историями, чтобы продавать их людям, и в результате различные странные истории или романы, в которых фигурируют преступления, убийства и детективы — которые культурные люди, вероятно, сочли бы отвратительными и ужасными — до сих пор доминируют в британской издательской индустрии.

Хотя их иногда критиковали за вульгарность, эти романы продавались лучше, чем даже знаменитые бестселлеры Чарльза Диккенса, поэтому Мориарти был в курсе этого.

Внешность Шерлока, мгновенно имитирующего молодого детектива, который подозревает и допрашивает Мориарти как злодея, была похожа на поведение детективов в подобных историях.

Однако Шерлок не мог не заметить, что его дразнят. Девушка проворчала, покраснев.

«Э-это неважно! В любом случае, расскажите мне сейчас. Самопрезентации уже все придуманы, не так ли?»

«Я должен учить чтению и письму, а также немного математике…»

Ах, учитель!

Когда Мориарти попытался снова сменить тему, словно насмехаясь над ним, Шерлок не выдержал и повысил голос, даже встав со своего места.

Возможно, она хотела выразить своё недовольство. Конечно, для окружающих это выглядело как обычная истерика восьмилетней девочки.

Более того, поскольку Шерлок сама была симпатичной девушкой, это выглядело скорее как милое животное, принявшее бессмысленную угрожающую позу.

Мориарти едва сдержал смех. Однако он понимал, что Шерлок вот-вот разозлится по-настоящему.

Слишком сильно давить было нехорошо. Необходимы были уместные поддразнивания и соответствующая награда, поэтому Мориарти тихонько открыл рот.

Шерлок молча снова сел, понимая, что его наставник наконец-то сделает то, чего он хотел — раскроет секрет, — и все же, с блестящими глазами, начал сосредотачиваться на каждом слове в голосе Мориарти.

Это произошло из-за снега.

Мои глаза?

Шерлок неосознанно моргнул и задал встречный вопрос.

Это были глаза, которые любой бы описал как драгоценные камни. Хотя они были серого цвета, возможно, из-за крови феи, иногда возле зрачков выделялась красноватая аура, напоминающая поднимающееся пламя в зависимости от эмоций.

Мориарти продолжил говорить.

«Хорошо, что ты пытаешься наблюдать, но, похоже, ты до сих пор не понимаешь, что, наблюдая за другими, иногда кто-то другой может наблюдать за тобой. Когда ты быстро взглянул на меня и мою комнату, твой взгляд на мгновение остановился на моем столе. По совпадению, на столе не было ничего, кроме моих материалов и банки лимонных конфет».

«…Возможно, мне стоило бы понаблюдать за данными. Хотя внешне я выгляжу как восьмилетняя девочка, внутри я взрослая, понимаете?»

«Ты думаешь, что это не имеет смысла, даже после того, как это произнесешь, не так ли?»

«…Пожалуйста, продолжайте».

«Я познакомилась с твоей матерью с тех пор, как ты сюда приехал. Она обычный человек — ну, может, она и хорошая мать для тебя, но она из тех скучных людей, которые тебе не подходят. Кроме того, это место принадлежит семье пастора. Они ведут несколько аскетический образ жизни. В них есть строгая сторона. До сих пор приходилось полагаться в некоторой степени на интуицию, но ты ведь всё понял, не так ли?»

«…Интуиция, да?.. Действительно, вы достойны быть моим репетитором, мистер Мориарти. Однако трудно связать это только с тем фактом, что мама запретила мне есть конфеты».

«Вспомни себя, а не меня, когда мы впервые встретились, Шерлок. Ты был весь в грязи от бега на улице. И для строгого человека твое поведение было грубым. Назвать гостя злодеем ни с того ни с сего, а потом ворваться к нему в комнату. Глядя на это, Шерлок, ты, должно быть, младшая дочь в доме, ведущая себя как сорванка, верно? Строгая хозяйка дома и дикая, непослушная младшая дочь — совершенно очевидно, что это за отношения, и это не такое уж редкое явление».

А что насчет конфет?

Мориарти встретился взглядом с девушкой, которая на мгновение застыла, глядя на него с закрытым ртом. Затем он выпалил что-то, как ни в чем не бывало.

Это было всего лишь предположение.

"…Что это такое?"

«Но ты был прав, не так ли, Шерлок? Маленький детектив, ты еще молод. Не пытайся возражать; восемь лет — это действительно молодой возраст. Поэтому, хотя это и займет меньше года, мы намерены изучить эти вещи. Что ты думаешь по этому поводу?»

Шерлок кивнул, вместо того чтобы ответить на слова мистера Мориарти.

У девушки не было выбора. Сама того не осознавая, она могла лишь смотреть на мужчину перед собой, словно сошла с ума.

Это было детское зрелище. Словно ребенок, обнаруживший своего кумира или встретившийся лицом к лицу с Санта-Клаусом, малыш устремил взгляд на молодого человека перед собой и мог только смотреть, пытаясь все охватить взглядом.

Он особенный, поистине особенный человек.

Шерлок задумался. Именно поэтому ему хотелось учиться, сближаться и познавать. Это была детская мысль.

Конечно, не всё можно назвать детским. Однако, как сказала Мориарти, у 8-летней девочки сейчас слишком мало времени и опыта, чтобы это понять.

Мориарти кивнул, видимо, довольный реакцией Шерлока. Конечно, даже он не мог знать всего.

Потому что иногда даже умные люди совершают невероятно глупые ошибки.

На самом деле, если бы Мориарти действительно был противником Холмса, он бы понимал, насколько безрассудны его нынешние действия.

Потому что он в буквальном смысле воспитывал своего злейшего врага, врага, которого он мог бы уничтожить, — самого себя.

Но он не собирался становиться злодеем. Совершенно точно не собирался. Это было слишком скучно.

По сравнению с преподаванием девочке передо мной, это было ужасно скучное и бесполезное занятие.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (6)

И вот, они начали свой первый урок. Это был грандиозный первый урок между девушкой, которой суждено было стать детективом мирового класса, которым будущая Британия будет гордиться, и Наполеоном преступного мира, которому, возможно, суждено было стать её злейшим врагом.

Однако, вопреки столь помпезному названию, воцарилась короткая тишина. Конечно, это не была неловкая тишина. Она объяснялась темпераментами девушки и парня.

По стечению обстоятельств, они снова наблюдали друг за другом. Это был очень короткий момент, но в воздухе явно царила тишина, и оба осознавали эту тишину.

Они могли понять, что делает другой. Конечно, Мориарти всё ещё имел преимущество. Объективно говоря, он был старше Шерлока и прожил как минимум на 13 лет больше времени, чем тот.

Знала ли девочка об этом? Конечно, знала. Ребенок был умным и достаточно сообразительным, чтобы заметить собственные недостатки.

Однако в то же время в ней оставалась какая-то детская непосредственность, которая мешала ей полностью это принять. И это было вполне естественно. Как бы Шерлок ни считал себя умнее и зрелее глупых взрослых, девочке было всего восемь лет.

Возможно, они что-то читали друг у друга. Может быть, и читали. Но когда тишина нарушилась, они тихо начали свой первый урок, который на первый взгляд казался обычным, как будто ничего не произошло.

Шерлок неосознанно нахмурился, но старался этого не показывать. Он знал, что мистер Мориарти всё ещё дразнит его. Однако было ясно, что именно этого и хотел другой человек, чтобы это стало очевидным.

Нехарактерный для него легкий дух соперничества взбудоражил девушку. Это чувство Шерлок испытывал впервые в жизни.

Было ли у неё плохое настроение? Нет, девушка не была. На самом деле, она чувствовала себя довольно хорошо. Она была счастлива, хотя и понимала, что явно проигрывает мужчине перед ней. Подсознательно она с нетерпением ждала, какие ещё приятные слова слетят с уст этого незнакомого учителя, стоящего перед ней.

Это было поистине странно. Хотя они были знакомы меньше трех дней, Шерлок уже чувствовал, будто мужчина перед ним — его давняя родственница.

Конечно, девушка пока не знает точной причины. На самом деле, даже если эта причина верна для неё в данный момент, никто не может быть уверен. Некоторые могут посчитать это всего лишь семенем, которое может послужить катализатором.

Однако, с точки зрения Шерлока, его новый репетитор был человеком, заслуживающим внимания. Разве не поэтому он вел себя так иррационально и по-детски, даже устроив истерику перед отцом — что было для него несвойственно — настаивая на обучении у мистера Мориарти?

Всякий раз, когда она вспоминала эмоции и события того времени, она невольно краснела от смущения, но, тем не менее, девушка никогда не жалела о случившемся.

Мужчина передо мной явно был особенным.

И, оправдав все ожидания, мистер Мориарти снова заговорил. Каждое его слово было настолько интригующим, что он невольно сосредоточился на чтении еще больше, чем когда был погружен в чтение гротескных романов.

«Честно говоря, я тоже впервые выступаю в роли частного репетитора. Но я не думаю, что мне нужно прилагать особые усилия, чтобы научить тебя чтению или письму. Учитывая, что ты, кажется, постоянно читаешь романы из журналов за спиной матери, я уверена, что ты хорошо читаешь, верно?»

Конечно. Я читаю лучше, чем окружающие меня идиоты.

«Да, пожалуй, так и есть. Но даже в этом случае, стали бы вы действительно прилагать особые усилия, чтобы преподавать иностранные языки, такие как латынь или французский?»

В этот момент, прервав Мориарти, Шерлок заговорил, словно жаворонок. Это был также протест в том смысле, что ты особенный, достаточно особенный, чтобы я это признал, поэтому, пожалуйста, научи меня чему-нибудь особенному.

Однако выражение о том, что она щебетала, как жаворонок, было буквально правдой. Девушка внезапно заговорила на беглом французском, но из-за особенностей и скорости речи, в сочетании с ее характерно высоким голосом, это звучало как щебетание птицы.

Конечно, сам Мориарти свободно владел несколькими иностранными языками, поэтому он мог понять, что говорила девушка. Именно поэтому он тоже дал краткий ответ по-французски.

"Значит, вы уже знаете?"

Затем девушка снова ответила по-английски.

Моя бабушка по материнской линии — француженка. Она также младшая сестра Верне, французского придворного художника.

«Понятно. Но на самом деле для такого парня, как ты, подобный опыт не так уж важен, не так ли? Как ты знаешь, на изучение иностранного языка не нужно тратить много времени. Если выделить около трех недель и заниматься самостоятельно, то можно легко его выучить».

Да, это правда.

Так что, вероятно, нет никакой необходимости тратить силы на преподавание чего-то такого халтурного, как латынь.

Мориарти, который говорил как ни в чем не бывало, и Шерлок, который согласно кивнул, на самом деле вели разговор, далекий от здравого смысла обычных людей, но, по крайней мере, для них двоих этот здравый смысл был слишком очевиден.

Даже самому Мориарти потребовалось всего около трех недель, чтобы самостоятельно изучить немецкий, итальянский и русский языки.

Сам Шерлок ещё ничего подобного не предпринимал, но, если мистер Мориарти смог, он был убеждён, что и он сможет это сделать.

«Ну, я всё равно планирую преподавать математику. В конце концов, это моя работа. Я сейчас ещё и твоего брата, Майкрофта, учу».

«Математика... она кажется скучной. Если подумать, мистер Мориарти, вам, похоже, нравится математика?»

«Нет, ни в коем случае».

"да?"

Девочка была слегка удивлена неожиданным и быстрым ответом учителя и в итоге задала встречный вопрос. Почувствовав, что допустил ошибку, Мориарти слегка пожал плечами и ответил.

«Это просто способ заработать на жизнь. У меня есть необходимые таланты. Кроме того, вы, возможно, ещё не знаете, но должность профессора математики приносит приличный социальный престиж и статус. Сама математика мне не особенно нравится. Честно говоря, меня не очень интересует решение задач».

«Если цель математики — решать задачи, то она мне кажется довольно интересной. Мне это нравится».

«О боже, у нас разные взгляды на решение проблем, Шерлок».

Последовала короткая пауза. Ответ был безразличным, но инстинктивно оба почувствовали, что необходима минута молчания. Шерлок пока не мог понять почему.

Однако, поскольку тишина была неловкой, и поскольку он чувствовал, что тратить время на изучение скучных вещей у этого особенного человека было бы пустой тратой, Шерлок осторожно снова открыл рот.

«В любом случае… нам действительно нужно чему-то научиться? Вообще-то, мне просто приятно с тобой разговаривать. Ты разве не чувствуешь то же самое?»

«Ну, мне это тоже доставляет удовольствие. Это не ложь».

«Верно? То есть вместо изучения тривиальных вещей, вместо развития интуиции... как же, черт возьми, развить интуицию?»

Молодая. По-настоящему молодая.

Мориарти подумал, наблюдая за ноющей девочкой. Конечно, учитывая её возраст, это было вполне естественно. Но ведь эта девочка — Шерлок Холмс.

Почему он уделял столько внимания девушке перед собой? Причина казалась ему странной, но он никак не мог её понять.

Однако в одном он мог быть уверен: девушка перед ним, несомненно, была одним из тех существ, которые могли бы развеять его скуку.

Насколько скучными и незначительными были последние 20 лет моей жизни? В этом смысле было ясно, что год обучения этой особенной девочки, которая была передо мной, будет гораздо ценнее.

Однако этого было недостаточно. Он не мог точно сказать, с чем сравнивает, но, по его мнению, девушке всё ещё чего-то не хватало.

Это было вполне естественно, ведь он был ещё ребёнком. Однако он чувствовал необходимость дать ему надлежащее наставление, чтобы тот вырос в будущего детектива мирового класса. Конечно, он не мог научить его всему.

Однако девочка явно была умнее всех, кого он когда-либо встречал, и она была из тех детей, которые проложат свой собственный путь, если им заранее указать хотя бы небольшое направление.

Мориарти был уверен. Он не понимал, зачем идет на такие крайности, когда его ждет жизнь профессора математики, полная обыденности и скуки, но он был в этом уверен.

По правде говоря, я не особо задумывался об этом.

Рационально рассуждая, он понимал, что нет никаких оснований так обращаться с девушкой, стоящей перед ним. И всё же, несмотря на это, он не остановился.

Учиться чему-либо на самом деле скучно, но если вы действительно хотите развить и использовать свою интуицию, лучше всего учиться чему угодно усердно.

Что это значит?

Мориарти на мгновение погрузился в размышления. Наконец, он произнес загадку, которая не могла не заинтересовать девушку, словно она наслаждалась ею.

Наш детектив, Шерлок, обнаружил место преступления. Было очевидно, что тело было застрелено, и вы начинаете осматривать место происшествия, разыскивая одну за другой улики, которые упустили недалекие сотрудники Скотланд-Ярда.

Мориарти продолжал свой рассказ, даже чувствуя, как сверкают глаза Шерлока и как его взгляд прикован к нему в тот самый момент, когда начался его рассказ.

Конечно же, при этом он взглянул на девочку и едва сдержал смех, увидев, как ее голова двигается в такт его движениям, словно у любопытного лисенка.

«И тут, Шерлок, ты обнаружил новую улику. Эти глупые офицеры, должно быть, забыли даже проверить стену. Ее было легко пропустить, потому что она находилась в углу, но ты нашел фразу, написанную на стене кровью жертвы — было очевидно, что ее написал убийца».

Что это за фраза?

Наслаждаясь видом того, как Шерлок тяжело сглатывает и подгоняет учителя рассказать свою историю, Мориарти медленно открыл рот.

«Пять букв. РАХ и Е. РАХ. Итак, каков был мотив преступника, когда он это оставил, Шерлок?»

Глаза Шерлок заблестели. В конце концов, было ясно, что мистер Мориарти — действительно особенный человек. Она никогда прежде не встречала никого, кто так хорошо бы ей подходил — или, точнее, взрослого человека.

Конечно, кто-то может возразить, что вполне естественно, что девочка, прожившая всего восемь лет, не встречала много людей.

Однако девушка была уверена. Было ясно, что мужчина, стоявший перед ней, запомнится ей как один из самых особенных людей в её дальнейшей жизни, до самой её смерти.

Поэтому девочка ломала голову, пытаясь вспомнить учителя, загадавшего ей загадку. Конечно, прошло всего несколько секунд, но умная девочка быстро рассчитала все возможные варианты.

Совершенно очевидно, что обычный человек на такое не способен.

Девочка медленно, но осторожно открыла рот.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (7)

Вероятно, они хотели написать «Рэйчел», но не смогли закончить из-за непредвиденных обстоятельств. Судя по немного отличающемуся написанию, весьма вероятно, что виновником является человек с относительно низким уровнем образования или говорящий на диалекте.

"так?"

«Именно так подумали бы глупые офицеры Скотланд-Ярда. На самом деле, я могу гарантировать, что большинство из них даже не дойдут до того пункта, который я добавил. Или же они могут вообще не считать его имеющим какой-либо смысл».

Мориарти удовлетворенно улыбнулся ответу девушки. Шерлок, чье настроение тоже улучшилось, увидев улыбку учителя, тоже невинно улыбнулся.

Однако на этом рассуждения не закончились. Ответ так и не был найден. Поэтому, как педагог, Мориарти снова попросил ответить.

Я не торопил и не давил на вас. Однако я перезвонил, будучи убежден, что именно вы, из всех людей, сможете найти хотя бы большую часть ответа.

«Хорошо, продолжайте. Тогда что же это, собственно, значит?»

Однако выражение лица девочки на мгновение помрачнело. В нем смешалось негодование. Тем не менее, казалось, что умная девочка поняла замысел этой особенной учительницы, задавшей ей такую загадку.

Мориарти эта интересная девушка понравилась еще больше.

«Во-первых, это, безусловно, имеет другое значение. Так что… это, должно быть, то самое понятие, которое вы называли интуицией, верно?»

Поскольку учитель кивнул вместо ответа, Шерлок тихо вздохнул и продолжил говорить. Конечно же, этот вздох был адресован ему.

В нем чувствовалась обида на самого себя за то, что в конце концов он не смог найти ответ, хотя и обнаружил почти все подсказки к загадке.

«Однако… я не уверен. Это расстраивает, но в рамках моих ограниченных знаний я точно не знаю, что означает RACHE. Наверное, это какое-то иностранное слово, не так ли? Вы специально загадали мне эту загадку, чтобы подчеркнуть важность приобретения разнообразных знаний».

«Да, ты прав, Шерлок. К счастью, похоже, ты понял, что я пытаюсь сказать. Ты, конечно, очень умный парень, не так ли?»

Шерлоку пришлось с трудом сдерживать улыбку, чтобы уголки его рта не поднялись от комплимента, который на самом деле комплиментом не являлся. Это было действительно странно.

Конечно, он прекрасно понимал, что учитель перед ним — поистине особенный взрослый человек. Однако чувство, отличное от того, которое он испытывал, получая похвалу от матери и отца, чувство, которого он никогда раньше не испытывал, немного смущало Шерлока.

Девочка тоже была человеком. Каким бы умным она ни была, каким бы сообразительным ни казался умнее взрослых, и как бы она иногда ни могла видеть невидимое, похвала всегда приносила ей удовольствие.

Конечно, ей нравилось получать похвалу от родителей. Девочка любила свою семью. Она искренне любила их, даже если они порой были обычными, скучными и не понимали её.

Поэтому слышать от них похвалу было естественно и в то же время приятно.

Но в то же время это было совершенно естественно. Девушка гордилась своим умом. Поскольку она знала, что невероятно умна, похвала была для нее само собой разумеющимся делом.

В этом ли была причина?

Похвала, которую я услышала от человека передо мной, человека, которому я выразила признательность, показалась мне особенной, потому что это была похвала за то, чего я действительно достигла.

Конечно, Шерлок не забыл спросить, в чём заключается загадка.

Итак, что означает RACHE, сэр?

"множественное число."

Мориарти коротко выплюнул это слово. Оно могло прозвучать несколько зловеще, но Шерлок кивнул и просто согласился.

«Понятно. „Месть“ на иностранных языках… Это, безусловно, интересно. Так на каких же языках означает „месть“?»

Это немецкий язык.

«В таком случае это может быть дело рук анархистов, как часто говорят. Или же это может быть дело рук тех, кто пытается замаскироваться под них».

«…Вы вообще представляете, что такое анархисты, прежде чем начать говорить?»

Каким бы умным он ни был, это слово не должно было вылететь из ее уст, поэтому Мориарти неосознанно задал встречный вопрос.

Шерлок слегка пожал плечами.

«Я точно не знаю, но так или иначе, я узнал, что они были плохими людьми. Точнее, это было в романе, который публиковался по частям».

«Ну, в какой-то степени… мнения могут различаться в зависимости от политических и социальных взглядов, но важно то, что нужно понять, что это за люди, прежде чем делать выводы. То же самое относится и к немцам. Итак, каково это — разгадать тайну, Шерлок?»

«…Я определенно понял, что вы говорили. Если бы я знал немецкий, я бы идеально решил эту задачу».

«Накопление такого количества знаний очень важно. Это также в некоторой степени поможет развить интуицию. Интуиция подобна чувству, но она развивается по мере расширения кругозора. Если бы вы не подозревали, что это может быть иностранный язык, смогли бы вы вообще попытаться разгадать эту загадку?»

Девушка не ответила сразу. Однако, словно твердо решив следовать наставлениям учителя, она смотрела на Мориарти так пристально, что это было невыносимо.

Конечно, Мориарти не чувствовал себя обремененным поступком девушки. Другие могли бы так думать.

На самом деле, если бы такая красивая девочка была, любой бы неизбежно почувствовал на себе этот взгляд. Это была история о том, что если бы прошло еще несколько лет, и девочка выросла до возраста Мориарти, любой мужчина, вероятно, первым бы покраснел и отвел взгляд.

Однако Мориарти слабо улыбнулся. Он еще не мог ответить, с какой целью он это делает.

Однако направлять и руководить Шерлок, этой способной девочкой, само по себе было, безусловно, приятным занятием. Урок продолжался.

«Конечно, я не буду преподавать только математику круглый год, но поскольку большинство людей согласны с тем, что математика по-своему полезна для развития интуиции, я собираюсь научить тебя нескольким основным принципам, Шерлок».

«Хорошо, если вы так говорите, мне, безусловно, следует последовать вашему примеру».

Шерлок была девушкой, которая и до этого наполовину доверяла Мориарти и следовала за ним, но из-за недавней загадки она убедилась, что должна отчаянно доверять и следовать за человеком, стоящим перед ней.

Теперь, не говоря ни слова, девушка сосредоточила взгляд на Мориарти, сверкая глазами.

С чего мне начать?

Мориарти на мгновение задумался. На самом деле, в систематическом обучении не было необходимости. Поскольку миссис Холмс в любом случае этого не хотела бы, ему нужно было учить только тому, чему необходимо учить.

Поэтому Мориарти хотел начать свободно. Конечно, поскольку и Мориарти, и Шерлок любили свободу, у них не было никаких нареканий.

Безусловно, между мальчиком и девочкой было много различий, но ещё больше сходств. Возможно, это была судьбоносная связь.

Конечно, ни Мориарти, ни Шерлок в это не верили. По крайней мере, они оба в это не верили.

Однако занятие должно было продолжаться. Наконец заговорил Мориарти.

Всё началось со знакомства с самым особенным существом в математике, совсем как сами Шерлок и Мориарти.

«В таком случае, я полагаю, нам следует начать с десятичных дробей. Я слышал, что вы впервые занимаетесь с частным репетитором, но вы ведь умеете выполнять простые арифметические операции, верно?»

«Я не ребёнок, сэр. Я могу выполнять гораздо более сложные вычисления. Кстати, простые числа? Что это такое?»

Мориарти улыбнулся, глядя на его детскую внешность.

«Во многих отношениях это особые числа; именно поэтому они являются уникальными и своеобразными сущностями, которыми профессиональные математики всегда увлечены и которые они исследуют. Это числа, которые делятся только на 1 и на самих себя».

Конечно, в академической среде существовало несколько более сложное и иное определение. Однако не было необходимости специально обучать этому маленького ребенка.

В конце концов, девушке явно не суждено было стать математиком. Все, что ему нужно было сделать, это использовать математику как инструмент, чтобы передать ей необходимые знания и направить ее.

«Только он один и он сам... Это особенное. Он словно особенный человек, у которого, помимо него самого, есть только один человек, который может его понять».

Девочка неосознанно на мгновение задержала взгляд на Мориарти. К сожалению, Мориарти не до конца понял причину. Если бы он смог распознать детские внутренние чувства девочки, он, возможно, поступил бы немного иначе.

Однако Мориарти, ничего не зная об этом, продолжил говорить.

«Я думал, вы сосредоточитесь на этом аспекте. С этими простыми числами можно сделать много действительно интересных вещей, но вы узнаете об этом постепенно. И важно то, что эти простые числа существуют бесконечно».

Откуда вы это знаете?

Это был типичный для Шерлока вопрос. Мориарти неосознанно погладил девочку по голове, найдя её очаровательной. Её любознательность была поистине восхитительна, и он испытывал нежность к этому маленькому существу, каждое действие которого приносило ему смех и радость.

Конечно, погладив себя по голове с опозданием, Мориарти осознал свою ошибку и необдуманный поступок. Это было редкое явление. Для него, всегда чуждого эмоциональным вопросам, это было поистине редкое зрелище.

На самом деле, Шерлок был похож на неё. Если бы это был кто-то другой, даже если бы это было прикосновение матери, девочка бы заныла и попыталась отказаться.

Это объясняется тем, что девочка всегда считала себя взрослой и ненавидела, когда с ней обращались как с ребенком.

Более того, как бы особенными они ни считали друг друга, эти двое были знакомы меньше трёх дней. Однако Шерлок не отвергал прикосновения Мориарти.

Когда Мориарти тихо убрал руку, он даже не осознавал, что испытывает чувство сожаления. Чтобы разрядить неловкую атмосферу и выполнить свою первоначальную задачу, Мориарти продолжил лекцию.

«Наш великий Евклид доказал это методом от противного. Конечно, вы тоже научитесь методу от противного, ведь я уверен, что он вам очень нравится. Однако, поскольку пока нет, просто знайте, что это бесконечно».

«Ну и что?»

«Проблема в том, что эти простые числа действительно непредсказуемы и не подчиняются никаким правилам. Конечно, математики всё ещё пытаются найти закономерность, но на данный момент её не существует. Поэтому нам приходится полагаться на трудоёмкий процесс открытия этих особых простых чисел».

Тем временем Мориарти спокойно записывал числа от 1 до 50 в подготовленный блокнот. Шерлок же сосредоточил свой взгляд на каждой из этих мелочей, даже не переводя дыхания.

Наконец, когда подготовка была завершена, Мориарти продолжил выступление.

«Возможно, это связано с методом, который вам нравится. Давным-давно в Греции жил человек по имени Эратосфен, Шерлок. Он придумал метод, который кажется простым, но до сих пор остается единственным... и детективы, которых вы хотели бы видеть в своих рядах, всегда его используют».

Какой это метод?

«Всё просто, нужно отсеивать их по одному. Сначала отсеем 1. Поскольку 1 нигде не встречается, очевидно, что это не простое число. Затем — 2, верно? Это первое простое число, и оно очень особенное. Естественно, кратные 2 тоже не являются простыми числами — вы всё поняли до этого момента, так ведь? Тогда что же нам делать?»

Нам необходимо исключить все числа, кратные 2.

Как сказал Шерлок, Мориарти начал по одному исключать числа, кратные 2, из чисел до 50, за исключением числа 2.

Сообразительный ребенок уже понял, что делает учитель.

«Понятно, значит, вы находите улики одну за другой и стираете их».

«Так, дальше 3. 3 тоже простое число, поэтому мы просто отбрасываем все кратные 3. А потом идут 5, 7 и так далее. Как вам это? Не довольно интересно, правда?»

Услышав слова учителя, девочка кивнула, словно погруженная в размышления.

Сердце девушки забилось сильнее. Хотя он и так это знал, Шерлок был уверен, что следующий год будет очень приятным и счастливым.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (8)

Шерлок, это действительно так весело?

«Да, Майкрофт!»

Майкрофт невольно тихо вздохнул, услышав несдержанный ответ младшего брата. Это было странно.

В данный момент брат и сестра Холмс находились на заднем дворе, в пустом сарае, который можно было бы назвать их секретной базой, и, лежа в гамаке, Майкрофт наблюдал за своей младшей сестрой, которая сосредоточенно решала задачу за столом.

На самом деле, термин «секретная база» был всего лишь самопровозглашенным названием младшего брата; по правде говоря, это была скорее учебная комната и игровая, которые отец выделил для троих детей.

Конечно, поскольку сообразительный Шерлок часто проявлял детские черты характера, он, похоже, был единственным, кто этого еще не знал.

«Так, а какой же загадкой вы так увлечены на этот раз?»

«Этот вопрос действительно сложный. Хочешь взглянуть, Майкрофт? Ой, не говори мне ответ, я сам его решу!»

В отличие от страстного Шерлока, Майкрофт был, мягко говоря, ленивым мальчиком. В отличие от худощавого Шерлока, он был несколько полноват и от природы обладал ленью, подобающей пухлому мальчику.

Внешне он казался типичным невзрачным мальчиком. Конечно, те, кто заглядывал Майкрофту в глаза, могли инстинктивно почувствовать его необычную натуру.

Разумеется, Шерлок тоже придерживалась второй точки зрения. Поскольку она уже признала своего второго старшего брата умнее себя, она небрежно подбежала к Майкрофту и показала ему свою книгу.

Майкрофт бегло пролистал довольно толстую книгу, которую ему протянул Шерлок. Он уже знал, что читает Шерлок.

На самом деле, об этом знала вся семья. Шерлок хвастался всем, как ребенок.

Сама книга была обычной. Перевод «Начал» Евклида.

Однако на обложке книги старинным курсивом была написана фраза «Шерлоку», а ниже Шерлок писал так, словно предупреждал, что это его собственность.

Это был подарок, преподнесенный девочке мистером Мориарти, новым учителем Шерлока, а также учителем Майкрофта. Возможно, это был неподходящий подарок для ребенка, но видеть, как Шерлок прыгает от радости, получив его, было поистине редким зрелищем.

Конечно, Майкрофт знал, что Шерлок был поглощен различными математическими задачами и доказательствами Евклида. Однако то, на что Шерлок указывал своим маленьким, тонким пальцем, были фразы, похожие на каракули, написанные кем-то на полях внизу одной из сторон страницы.

Это была загадка, которую мистер Мориарти задал Шерлоку в качестве домашнего задания, и Шерлок всегда болтал о ней, как жаворонок. Загадка о вымышленном преступлении, которое Шерлоку нравилось.

Майкрофту это показалось утомительным, но он пробежался глазами по тексту. Верный своей репутации мозгов, признанной Шерлоком, мальчик вскоре разгадал загадку.

Однако он не произнес это вслух. Он просто кивнул и вернул книгу младшей сестре. Конечно, девочка по выражению его лица поняла, что он уже разгадал ответ.

Поэтому, с глазами, сверкающими, словно пылающими соревновательным духом, он снова устремил взгляд на книгу и попытался сосредоточиться.

Однако на этот раз Майкрофт снова высказался, что случается довольно редко.

«Честно говоря, Шерлок, я никогда не думала, что настанет день, когда ты будешь так поглощен учебой».

«…Потому что это необходимо. И я понял, что это весело, старший брат. И самое главное, мистер Мориарти… действительно классный человек, просто потрясающий».

«…Ну, он был очень умелым человеком».

Майкрофт говорил легкомысленно. Его реакция была несколько противоположна реакции Шерлока. Шерлок испепеляющим взглядом посмотрел на Майкрофта, словно испытывая легкое недовольство, но добродушный Майкрофт отмахнулся от этого, как ни в чем не бывало.

Прошло почти два месяца с тех пор, как мистер Джеймс Мориарти посетил дом Холмсов. Если так считать, то это был короткий срок.

Однако он уже адаптировался, словно был давним членом семьи Холмс, и, что особенно важно, получал пылкие ухаживания от своего младшего брата.

Конечно, Майкрофт прекрасно понимал, что если он укажет на это Шерлоку, тот почувствует стыд, как мальчик, застигнутый врасплох влюбленностью, и будет отрицать это до самого конца. Но в его глазах Шерлок был ребенком, который только переживал свою первую любовь.

Майкрофт был умён. Это был объективный факт. Даже Мориарти это признавал, и тот факт, что Шерлок относился к нему так непринуждённо, был тому доказательством.

Шерлок с рождения был уникальным ребенком и обладал блестящими способностями, но терпеть не мог скуку и глупость, и проявлял свою детскую натуру только перед тем, кого считал умным, даже если это была его семья.

Более того, Шерлок давно признал и смирился с тем, что Майкрофт был более способным человеком, чем он сам. Если и была какая-то разница между братом и сестрой, то только в том, что Майкрофт был ленивым человеком.

Это всегда вызывало у Шерлока недовольство. Если бы её брат был чуть более прилежным, они могли бы проводить время, бегая и играя вместе, или весело играя в детективов.

Но в этом больше не было необходимости. Рядом с Шерлоком был самый совершенный человек на свете, мистер Мориарти.

Наблюдая за этим, Майкрофт почувствовал лёгкое разочарование. Однако, будучи по натуре ленивым и лелея и любя своего младшего брата как члена семьи, он не стал особо выражать своё недовольство.

Однако Майкрофт тоже был особенным мальчиком, и он, открыв рот, с осторожностью наблюдал за Шерлоком.

«Итак, Шерлок, ты собираешься стать математиком?»

«О чём ты говоришь, Оппа? Я ведь не особо люблю математику».

«Да, если вы так говорите, то, полагаю, так оно и есть».

Поскольку Майкрофт тут же ответил на его вопрос, он не мог задать больше вопросов. Более того, он почувствовал уверенность в ответе младшего брата, поэтому не было смысла задавать дальнейшие вопросы.

Прежде всего, Шерлок продолжал говорить так, словно хвастался.

«Конечно, математика помогает мне развивать интуицию и логику, как я понял благодаря вам. И в ней определенно есть что-то увлекательное. Вы даже показали мне загадку, написанную профессором математики из вашего университета, профессором Доджсоном, и она, безусловно, забавная».

«…По крайней мере, приятно, что тебе понравилось учиться».

Да, я тоже планирую поехать в Оксфорд.

"ты?"

У Майкрофта не оставалось иного выбора, кроме как переспросить Шерлока, вернее, его не совсем заявление. Он не собирался игнорировать младшего брата.

Однако он указал на практические проблемы.

Сам Майкрофт учился с целью поступить в Оксфорд или Кембридж. Он уже занимался с несколькими частными репетиторами и, готовясь шаг за шагом, знал, что сможет поступить куда угодно, когда придёт время.

Причина, по которой он не учился в школе-интернате, как обычные ученики, заключалась отчасти в том, что у Майкрофта, как и у Шерлока, была особая сторона характера, а также в том, что их отец был неожиданно щедр к своим детям.

Благодаря заботе отца, в какой-то момент Майкрофт перестал ходить в скучную школу и начал получать образование у частных репетиторов.

Но распространится ли такая щедрость на Шерлока?

Майкрофт не собирался дискриминировать этого выдающегося младшего брата, но, насколько ему было известно, Оксфорд не принимал студенток. Нет, такого университета в Англии вообще не существовало.

И ещё, разрешат ли это мама и папа?

Хотя иногда они проявляли снисходительность, по сути, оба были консерваторами. Впрочем, это вполне естественно, учитывая, что они происходили из семьи, которая на протяжении поколений служила местными пасторами.

То, что родители позволяли Шерлоку делать все, что они хотели, объяснялось тем, что ребенку было всего восемь лет, но не было никакой гарантии, что так будет и в будущем.

Родившись в Англии в семье сельского землевладельца, человек ничем не отличался от того, чтобы его будущее было предопределено.

Старшему сыну предстояло продолжить семейное дело, унаследовать землю и продолжать священническую деятельность. Шерингфорд, старший сын в семье Холмсов, также переживал подобное.

Начиная со второго сына, ему нужно было получить достойное образование и стать независимым в городе. Сам Майкрофт попал в эту категорию; после окончания университета ему пришлось переехать в город и найти работу государственным служащим или зарабатывать себе на жизнь.

Даже для дочерей открывались ограниченные возможности. Конечно, при благоприятных обстоятельствах они могли получить высококачественное образование. Однако гораздо важнее было выйти замуж в подходящее время и найти способ зарабатывать на жизнь.

Те, кто не достиг брачного возраста, обычно не имели другого выбора, кроме как работать репетиторами или оставаться дома, но ни один из этих путей не подходил для этого особенного младшего брата или сестры.

Заметив взгляд брата, Шерлок дал частичный ответ на вопрос.

«Конечно, даже если я закончу обучение, я не получу официальный диплом, но мой преподаватель сказал мне, что женщины с отличными оценками все равно могут поступить. Поскольку я учусь по стипендии Ее Величества Королевы, проблем нет».

«…Да, это облегчение».

Майкрофт пока ничего больше не сказал о будущем своей младшей сестры. Девочка была слишком мала, и он не хотел вмешиваться в ее планы на будущее в таком юном возрасте.

Прежде всего, Майкрофт инстинктивно верил, что Шерлок непременно сможет добиться желаемого.

Он был младшим братом, в семье особенно ярко проявлялась кровь его предков-фей. Некоторые даже удивлялись пылающему красному свету в его серых глазах всякий раз, когда он смотрел на Шерлока.

Однако, как и подобает той, кто унаследовала кровь феи, было ясно, что она станет устрашающей красавицей, и также было ясно, что ее молодость продлится долго.

А мой младший брат обладал исключительным умом, который даже не мог сравниться с его. Мой младший брат, несомненно, пойдет по особому пути.

Конечно, большая часть этого относилась и к самому Майкрофту, который придерживался подобных взглядов, но по своей природе людям трудно быть объективными по отношению к самим себе.

Майкрофт ненадолго сменил тему. На самом деле, это было ближе к главному. Будучи старшим братом, обладающим интеллектом, превосходящим интеллект Шерлока, он должен был с осторожностью высказать свою необоснованную интуицию.

«В любом случае… я бы посоветовал вам не подходить слишком близко к учителю».

"Что ты имеешь в виду?"

Верный своей ленивой натуре, Майкрофт был несколько эмоционально незрелым. Он был добродушным и, по сравнению с другими, довольно равнодушным к чувству страха. Иными словами, он был мальчиком, таким же храбрым, как Шерлок.

Однако взгляд младшего брата, сверкающий красными глазами, словно он вникал в его осторожные слова, впервые вызвал у него чувство страха.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (9)

Честно говоря, взгляд его младшей сестры, когда она смотрела на него с серьезным выражением лица, был очень пугающим. Майкрофт никогда в жизни не испытывал такого страха.

Я не хотела пренебрегать своим младшим братом, но ему было всего восемь лет. Даже когда он обычно злился, из-за своего возраста и внешности он редко испытывал настоящую злость. Для взрослого человека милая белка, которая злится, выглядит просто как шутка.

Однако Майкрофт внезапно испугался взгляда своего младшего брата. Этот пронзительный взгляд, смешанный с эльфийской кровью, смотрел на него так, словно мог мгновенно обжечь. В отличие от обычного, он даже не сверкал.

Мне казалось, что я столкнулся с чем-то безжизненным. Это и есть то же самое, что столкнуться с диким зверем в одиночку посреди леса?

Сам того не осознавая, он покрылся холодным потом и тяжело сглотнул.

К счастью, мой младший брат, похоже, только тогда понял, что вел себя неадекватно и необычно, поэтому он откашлялся и покачал головой.

Хотя волнение еще не утихло, мой младший брат быстро добавил, словно к счастью, придя в себя.

«Я… я всё знаю! Вообще-то, ты просто завидуешь, да? Потому что я твой репетитор, но я тебя монополизирую!»

«…Да, мне кажется, я вел себя как ребенок. Прости, Шерлок».

Майкрофт быстро добавил: «К счастью, вскоре брат и сестра молча опустили глаза в пол, как ни в чем не бывало».

Разумеется, у Майкрофта не было другого выбора, кроме как молчать.

Хотя он был ещё молод, он был таким же проницательным, как Шерлок, и обладал природной интуицией. Если бы он был хоть немного раздражительным или если бы у него не сложились отношения с Шерлоком, он мог бы уловить истинные чувства, которые его младший брат только что поспешно выпалил, и наброситься на него.

Разве это не то, чего вы тайно желаете?

Подобно тому, как ребёнок хочет оставить драгоценную куклу только себе и не желает делиться ею с братьями и сёстрами, разве не является на самом деле жадностью ваше желание остаться единственным учеником мистера Мориарти?

Конечно, Майкрофт очень любил своего младшего брата, поэтому никогда не произносил таких гадких слов. Однако правда заключалась в том, что он всё ещё инстинктивно чувствовал себя неловко из-за существования Мориарти.

Однако Майкрофт больше не мог упрямиться. И дело было не только в том, что он боялся взгляда Шерлока. Для него клеветать на собственного наставника, основываясь на необоснованной интуиции, тоже было неджентльменским поступком.

Тем не менее, в человеке по имени Мориарти все же было что-то инстинктивно неладное.

Это была глупая мысль, но меня охватило чувство беспокойства, начиная с того, что я играл в Шерлока и беззаботно придумывал ужасные вымышленные дела об убийствах в качестве загадок.

Конечно, Майкрофт прекрасно понимал, что это глупая идея.

Если, как выразился Шерлок, простое воображение ужасных событий делает человека злодеем, то авторы популярных журналов, которые любит читать мой брат, были бы величайшими убийцами и преступниками Лондона.

Но почему это постоянно происходит?

Майкрофт задумался. Некое ощущение, которое невозможно было выразить словами или логикой, посылало ему слабое, но бесконечное предупреждение.

Хотя это может показаться грубой мыслью, Майкрофту показалось, что Мориарти похож на змею. Дело было не во внешности, а в том, как будто змея спала в его ауре.

По правде говоря, судя исключительно по его внешности, это был молодой человек, которого все любили бы где угодно. В нем было что-то такое, что едва могли заметить лишь обладатели обостренного слуха, как Майкрофт.

Размышляя таким образом, было поистине странно, что Шерлок искренне следовал за Мориарти. Его младший брат родился с тем же чувством, что и он сам.

Но почему?

Не стоило слишком много об этом думать. Очевидно, у мистера Мориарти было некоторое сходство с Шерлоком. В отличие от Майкрофта, которого всё раздражало, он общался с Шерлоком как с лучшими друзьями, наслаждаясь детективными историями, которые нравились его младшему брату.

Нет, это неправильно.

Он похож на «Шерлока», но в то же время отличается.

Шерлок любил романы о преступниках и загадках, но его младший брат в детстве больше всего любил и мечтал стать детективом. Он предпочитал разгадывать тайны.

А что насчет Мориарти?

Однако Майкрофт не стал больше раздумывать. На мгновение он почувствовал себя полным дураком.

Это была напрасная мысль и беспокойство. Майкрофт думал, что просто неосознанно начал ревновать, потому что его драгоценная младшая сестра нашла себе парня, который ей понравился, но не из семьи.

Шерлок всё ещё ребёнок, поэтому он ноет как ребёнок, и это всё. В любом случае, это скоро пройдёт.

Так думал Майкрофт. Однако он не учел, что не только Шерлок, но и он сам был мальчиком, еще не достигшим совершеннолетия и не имеющим достаточного опыта.

Последние два месяца Джеймс Мориарти жил обычной и монотонной жизнью. Будучи гувернанткой, проживающей в пристройке мистера Холмса, он должен был готовить уроки и обучать Майкрофта, второго сына.

Серьёзных трудностей не возникло. Мориарти никогда в жизни не встречал никого умнее себя, да и Майкрофт, безусловно, был блестящим мальчиком. Мальчик не отличался от других инициативой, но и не ленился учиться, и всё прошло гладко.

Однако, как и ожидалось, больше всего усилий Мориарти уделял времени общению с мисс Шерлок. Время, проведенное за обучением девочки, также доставляло Мориарти удовольствие.

Те, кто хоть немного его знал, глупцы, оставшиеся в Оксфорде, или его номинальные родственники, могли бы удивиться, узнав об этом. В конце концов, Мориарти не был из тех людей, кто при жизни к чему-либо привязывался или чем-либо интересовался.

Конечно, это был интерес, продиктованный исключительно удовольствием. Он мог быть счастлив, потому что Шерлок был Шерлоком. На самом деле, ему было все равно, девочка это или мальчик, который уже относился к нему как к отцу, или будущий Шерлок.

Однако, не меньшее значение для него имела подготовка к урокам с Шерлоком, которая доставляла ему удовольствие.

Менее чем за два месяца Мориарти научил Шерлока всему, чему только можно было его научить. Вот насколько способным был этот ребенок. И самое главное, благодаря тому, что он учился у человека, который им интересовался, Шерлок удивительно быстро сосредотачивался и усваивал все знания.

На самом деле, они могли бы пойти дальше. Однако, по мнению Мориарти, попытки преподавать математику на уровне выше среднего школьного были пустой тратой времени. Способный ребёнок мог бы справиться с этим уровнем самостоятельно, путём самообразования, и, что немаловажно, Шерлоку было всего восемь лет.

Естественно, светские беседы, замаскированные под уроки, участились. Однако это отнюдь не была бессмысленная болтовня. Время, проведенное за разговорами и глубоким знакомством друг с другом, увеличилось.

Мориарти на каждом шагу понимал, что девушка по имени Шерлок действительно особенная. В самом деле, это было вполне естественно, ведь было очевидно, что именно она станет знаменитым Шерлоком Холмсом.

Однако Мориарти по натуре не мог устоять перед желанием поддразнить девушку, стоящую перед ним. Поэтому, как и на первом уроке, когда он загадал загадку, с определенного момента, всякий раз, когда Мориарти загадывал загадку, Шерлок начинал ломать голову над ее разгадкой.

Конечно, Шерлок получал от этого огромное удовольствие. И Мориарти тоже.

Однако у них явно были разные взгляды. В то время как девушка стремилась разгадывать тайны и заслужить признание своих способностей, обучаясь у мужчины, которого она теперь считала самым крутым взрослым в мире, Мориарти получал удовольствие, наблюдая за ней.

Однако в то же время Мориарти смог открыть для себя и другое удовольствие. Хотя это была загадка для Шерлока, и только для него, сам процесс создания такой загадки, несомненно, доставлял удовольствие.

Это было странно. Он изучал математику только для того, чтобы жить как математик. Как он сказал Шерлоку, математика на самом деле была дисциплиной, предназначенной для решения проблем. По сути, это было разгадывание загадок, и, как он сказал Шерлоку, это не было хобби или интересом самого Мориарти.

Это было поистине странно. То, что его не интересовало простое разгадывание загадок, вовсе не означало обратное. Однако Мориарти должен был признать, что сочинение загадок лучше соответствовало его способностям.

Для Шерлока большая часть материала состояла из странных дел, которые, скорее всего, могли бы появиться в журнальном романе. Вымышленного человека убивали, чтобы подогнать дело под сюжет, а Шерлок, одержимый желанием стать маленьким детективом, раскрывал его. Это была простая игра.

Если посмотреть на это с такой точки зрения, то Мориарти, безусловно, остался верен своей роли злодея, как и ошибочно поняла мисс Шерлок в первый день.

«Правда… это было действительно гениально, учитель. Если бы вы действительно были злодеем, лондонские детективы были бы совсем другими, чем в романе!»

Разве вы не говорили когда-нибудь, что мы должны поймать злодея во что бы то ни стало?

«Н-не дразни меня! Конечно, но мистер Мориарти ведь не злодей, правда?»

Да, всё верно.

Погладив восхищенную девушку по голове, Мориарти равнодушно ответил. Шерлок осторожно открыл рот, не избегая прикосновений учителя, к которым он уже привык.

«В любом случае... вы, безусловно, удивительный человек, сэр! Судя по всему, вы станете помощником лучшего детектива в Англии!»

«помощник?»

Мориарти в итоге переспросил на детское замечание. Затем Шерлок, покраснев от смущения, закричал.

«Конечно, я лучший детектив. Если этот день настанет, я сделаю вас своим помощником, поскольку я вас ценю».

«…Для нас это большая честь, детектив Шерлок».

Мориарти спокойно отреагировал на неловкое предложение, которое прозвучало как признание. Конечно, ни тот, кто его услышал, ни тот, кто его произнес, не могли по-настоящему понять его смысл или эмоции.

Возможно, это была ошибка, допущенная потому, что они оба были слишком умны.

Конечно, — спокойно подумал Мориарти, наблюдая, как девушка сияет от радости в ответ на его слова. — Возможно, то, чего она хотела, не произойдет.

Это было вполне естественно.

Даже он, не очень хорошо знавший Шерлока Холмса, считал само собой разумеющимся, что Ватсон — это тот помощник, который должен быть рядом с Шерлоком Холмсом.

Однако именно в тот момент мне пришла в голову такая мысль.

А что же он сам? Где должен быть сам Мориарти?

Это была глупая мысль. Он пробудет рядом с девушкой максимум еще лет десять; их отношения были не более чем такими.

Однако на мгновение Мориарти испугался, что время подходит к концу.

Шерлок был так рад, что учительница ответила на его признание — или, скорее, на его не совсем признание, — что не мог рассмотреть все как следует; однако, если бы девушка, как обычно, внимательно все осмотрела, она бы заметила, что глаза Джеймса Мориарти вспыхнули, как змея.

Но для девушки было уже слишком поздно.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (10)

Что ж, думаю, на сегодня нам придётся остановиться.

«Мне кажется, ответ придёт, если я ещё немного подумаю… Решение определённо заключается в индукции, не так ли?»

А теперь, маленький детектив, ты можешь закончить проверку завтра на уроке.

Было удивительно наблюдать за Шерлоком, которая, несмотря на то, что хорошо его слушалась, всё ещё была девочкой, но при этом хотела больше учиться и постоянно его донимала.

Однако, поскольку у самого Мориарти был плотный график, у него не было другого выбора, кроме как закончить курс.

Шерлок, прекрасно понимавший, что жаловаться учителю бесполезно, сдался и поздоровался с ним.

«Тогда встретимся завтра, М. Сегодняшнее дело тоже было превосходным».

«Верно. Ты сегодня отлично справилась, С.»

С этими словами Шерлок вышел из комнаты Мориарти и исчез где-то, словно белка-летяга.

С и М.

В какой-то момент это стало кодовым словом и прозвищем, которые они использовали между собой, полушутя. Конечно, это предложил не Мориарти. Как бы сильно он ни интересовался Шерлоком и ни старался его учить, он не собирался играть в детские игры.

Он понятия не имел, с какого именно детективного романа или приключенческого произведения Шерлок копирует эту идею, но у него не было другого выбора, кроме как подыгрывать выходкам Шерлока.

Шерлок, естественно, придумал им кодовые имена, но какой бы взрослой ни была девочка, она все равно оставалась ребенком. В конце концов, код был чрезмерно простым.

В случае Мориарти он взял первую букву своей фамилии, М.

«Тогда ты, должно быть, H.»

«В доме полно Холмсов. Я — С., пожалуйста, зовите меня С. из «Шерлока», М.»

Мориарти невольно кивнул, сдерживая смех, наблюдая, как Шерлок шевелит пальцами и имитирует взрослого.

После этого они часто называли друг друга кодовыми именами. Конечно, они использовали кодовые имена лишь изредка, подобно тому как долго хранят сладкий шоколад в коробке, чтобы насладиться его вкусом.

В его комнате на мгновение воцарилась тишина, до этого было шумно из-за того, что Шерлок устроился поудобнее. Хотя Мориарти всегда привык быть в одиночестве, как ни странно, в этот момент он не мог не почувствовать пустоту.

Я даже почувствовал легкую горечь.

Горькая улыбка сорвалась с его губ, и он сам этого не осознавал. В конце концов, с момента перерождения он очень редко испытывал какие-либо эмоции.

Был ли он нормальным? Он хотел это признать, но, поскольку был близок к хладнокровию, ему было легко это принять.

Таким образом, вы, сами того не осознавая, можете проявлять некоторый интерес к существованию Шерлока Холмса и даже одержимость им.

Да, это было навязчивое увлечение.

Однако Мориарти всё ещё не мог полностью смириться с этим. Ему казалось, что в тот момент, когда он это сделает, всё станет необратимым.

Похоже, я начинаю проявлять сентиментальность, играя со своим ребёнком.

Он покачал головой и попытался сосредоточиться на личных делах.

Вполне естественно, что он остался в семье Холмсов, но это было связано с его работой гувернанткой у Майкрофта, и всё ради денег.

Несмотря на то, что мистер и миссис Холмс обещали бесплатно обучать Шерлока на добровольной основе, они не были настолько злыми, чтобы жестоко использовать добрые дела других, поэтому, естественно, зарплата Мориарти оказалась немного выше, чем планировалось изначально, хотя он об этом и не просил.

Мориарти понимал, что эта пара — действительно хорошие люди. Но это было всё. В отличие от Шерлока или Майкрофта, они были скучными, обычными людьми. Если бы они были похожи на своих детей, Мориарти, возможно, немного поколебался бы, прежде чем испортить им жизнь или избавиться от них.

Однако, поскольку он обычный человек, каким бы добросердечным он ни был, у него, безусловно, не возникло бы никаких угрызений совести по поводу совершения подобного поступка.

Однако, поскольку Мориарти был человеком, который хотел жить обычной жизнью, по крайней мере, пока, он на некоторое время погрузился в личные исследования.

Обычно он остался бы в университете, чтобы продолжить свои исследования, но ему дали около года, и он должен был получить результаты за это время, чтобы гарантировать себе должность профессора математики в Оксфорде.

Как и было решено с момента его прибытия, темой стала небольшая работа по биномиальной теореме. Он некоторое время размышлял и набрасывал на бумаге различные формулы, как это делают многие математики во время своих исследований, и ненадолго посвятил попытки доказать теорему и открыть новые горизонты.

Мориарти был человеком, который пытался следовать установленному распорядку дня по-своему. Было ясно, что если бы он этого не делал, то жил бы как разбитый человек в этом скучном мире.

Было ясно, что если он не будет соблюдать установленные процедуры, даже силой, его непременно погубит. Этот мир был по-настоящему скучным, и даже ещё скучнее.

Итак, когда наступило назначенное время, он тихонько прекратил свои исследования и потянулся. В этот момент он внезапно снова проверил дату и понял, что письмо нужно отправить срочно.

По мере того как я всё больше увлекался обучением Шерлока, я всё чаще забывал важные вещи.

Жизнь в британском обществе XIX века была поистине скучной. Однако ему приходилось вести полноценную светскую жизнь.

Хотя должность в Оксфордском колледже Крайст-Черч для него была практически уже подготовлена, подобающая лесть между людьми была неизбежна.

Более того, в этой скучной сельской местности, где находилось поместье мистера Холмса, почтальон приезжал в определенный день, чтобы забрать письма, и как раз в этот день, поздно вечером, он должен был прибыть.

Он просто начал писать письма двум людям, которые приехали в Оксфорд ради светской жизни.

Самое важное первое письмо, как и ожидалось, было адресовано Генри Лидделлу, декану Крайст-Черч в Оксфорде.

Мориарти закончил письмо кратким приветствием — формальным и скучным, но приятным для слуха от старшего начальника. Его лицо на мгновение исказилось, когда он, сам того не осознавая, понял, что должен польстить скучному человеку.

Второе письмо он написал с чуть большим юмором. Оно было адресовано профессору Чарльзу Доджсону, одному из его преподавателей, который, благосклонно оценив его талант, повлиял на его решение занять профессорскую должность.

… … У меня всё хорошо, профессор Доджсон. Работа над упомянутой мной тогда статьей о биномиальной теореме тоже идёт гладко. Думаю, после её завершения она может даже вызвать значительную реакцию со стороны скучного Королевского общества. Конечно, поскольку мне скоро нужно ненадолго вернуться в Оксфорд, я хотел бы высказать своё мнение по этому вопросу.

Жизнь здесь всегда одинакова. Конечно, мисс Шерлок, о которой я упоминал в своем письме, хорошо меня понимает, так что у нас все в порядке. Хотя вы не сможете с ней познакомиться, это маленькая леди, которая вам, вероятно, очень понравится.

Насколько мне известно, самый умный и интересный —

Однако Мориарти не смог закончить письмо. Старое перо погнулось и выплюнуло чернила.

Он неосознанно цокнул языком, поскольку это было письмо, призванное польстить профессору Доджсону и привлечь его внимание.

Профессор Доджсон, страдавший заиканием, был известен в школе своей любовью к детям. Он был настолько близок с дочерьми декана Риддла, как друг, что это даже порождало сплетни.

Конечно, если бы Доджсон действительно был таким же, как этот ужасный педофил, Мориарти, которому всё безразлично и который даже глазом не моргнет, если кто-то упадет и умрет прямо на улице, не посмел бы и рассказать историю Шерлока.

Однако благодаря своей природной интуиции он умел распознавать людей насквозь, и, по его мнению, профессор Доджсон был просто человеком с детским складом ума, хотя и немного недалёким, поэтому он просто любил детей.

Однако главное было то, что письмо нужно было дописать. По стечению обстоятельств, словно по идеальному стечению обстоятельств, запасной ручки тоже не оказалось.

Не имея другого выбора, Мориарти направлялся к главному дому особняка, чтобы взять в долг у Майкрофта, когда столкнулся с Салли, горничной в доме.

Лето приближалось, а жара уже стояла невыносимая. Салли, работавшая на улице, обильно потела, выполняя тяжелую работу по дому, но как только она увидела Мориарти, поприветствовала его лучезарной улыбкой.

Глупая женщина.

Мориарти мысленно усмехнулся, глядя на молодую служанку. Он видел ее насквозь, просто взглянув на ее лицо.

Конечно, это была не только вина Салли, ведь глупой можно было назвать не только её.

Все живут фантазиями. Они живут, цепляясь за них, даже зная, что они невыполнимы. С точки зрения Салли, работавшей горничной, мистер Мориарти — немногим старше, с гарантированной должностью профессора, с перспективой занять достойное социальное положение и, самое главное, красивый и вежливый — был воплощением мечты.

Конечно, даже если бы Мориарти — нет, не Мориарти, а кто-то другой в подобной ситуации — приехал, фантазия Салли никогда бы не сбылась.

Однако Мориарти удалось завоевать расположение людей, умело используя эти иллюзии и свою внешность, и он не жалел на это средств.

«Подождите минутку, в вашем номере их предостаточно, так что не будет проблемой, если вы займёте один на минутку!»

Если бы кто-нибудь это увидел — например, будущий детектив вроде Шерлока или Майкрофта, — он мог бы сказать, что он хитро манипулирует людьми, как змея.

Однако Салли хлопнула в ладоши и повела Мориарти прямо к передней части комнаты мистера Холмса, где он ненадолго оказался снаружи.

Разумеется, дверь в кабинет мистера Холмса была заперта. К тому же, он был человеком весьма чувствительным.

Дверь заперта.

Не волнуйся.

Услышав замечание Мориарти, Салли тихонько отодвинула уголок ковра перед дверью. Там лежал блестящий ключ, и Салли улыбнулась Мориарти, словно желая заработать очки, и открыла дверь ключом.

«Вообще-то, об этом знают все в особняке. Просто тебе кажется, что только тебе удалось это хорошо скрыть».

"хорошо."

Мориарти на мгновение осмотрел ковер и последовал за Салли в комнату. Салли, уже знакомая с планировкой комнаты благодаря уборке, осторожно открыла ящики и начала искать запасную ручку.

В процессе были обнаружены и неожиданные предметы.

Это пистолет.

«Ах… не волнуйтесь. Это пустой пистолет. Пастор хранит патроны в отдельном сейфе, поэтому он не всегда заряжен».

Взгляд Салли на мгновение задержался на сейфе, стоявшем в углу, и Мориарти не упустил его из виду.

Горничные часто начинают болтать о своих хозяевах, обсуждая то одно, то другое. Салли, которая хотела любыми способами сблизиться с Мориарти, начала болтать, чтобы поддержать разговор, хотя отчасти это было сделано для того, чтобы очернить своего хозяина.

Мориарти сосредоточил взгляд на этом, его глаза сверкнули.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (11)

«К счастью, с момента приезда мистера Мориарти они ещё ни разу не ссорились, но спорят они довольно часто».

Имеет ли это какое-либо отношение к этому пистолету?

Салли мельком оглянулась, услышав вопрос Мориарти. Плохие отзывы о своих хозяевах были одним из главных удовольствий слуг и служанок той эпохи, но им следовало быть осторожными.

Салли открыла рот и прошептала Мориарти.

«Это пустой пистолет, но всякий раз, когда он напивается, он достает его и размахивает им. Конечно, поскольку вы все это уже знаете, мадам, вы просто закрываете на это глаза, повышая голос».

«…Это довольно необычная привычка».

Мориарти сделал краткое замечание.

Это была несколько, нет, очень странная привычка, но, по правде говоря, если рассматривать её как привычку, связанную с употреблением алкоголя, то в ней не было ничего особенно необычного. В конце концов, даже в этой незначительной, маленькой и скучной стране Англии бесчисленное множество людей неизбежно имели свои уникальные привычки.

Направить незаряженное ружье на жену в состоянии алкогольного опьянения во время супружеской ссоры было необычным, но, безусловно, не невозможным поведением.

Прежде всего, очевидно, что это не особенно вредная привычка. Горничная добавила, что, по крайней мере, семья Холмса и соседи знали об этой привычке, но мирились с ней, потому что знали, что пистолет никогда не был заряжен.

Это не ошибочное убеждение. В конце концов, незаряженное оружие никак не может быть опасным.

«Тем не менее, он не бьет любовницу и ничего подобного. Кроме того, пастор, безусловно, хороший человек; он верен и добр даже к такой служанке, как я. На самом деле, если это не связано с супружеской ссорой, он всегда хорошо относится к любовнице, молодому господину и молодой леди».

«Кстати, меня удивило, что мистер Холмс, которого я знал, мог так поступить. Он совсем не казался человеком, способным на подобное».

Когда Мориарти попросил немного расспросить его подробнее, Салли пожал плечами. Он не счел этот вопрос подозрительным, поскольку воспринимал его не более чем сплетнями о своем хозяине.

«На самом деле, нельзя сказать, что это целиком вина пастора. Обычно проблема в хозяйке дома… Нередко в сельской местности, как здесь, пары ссорятся из-за мужчины?»

«…Вы хотите сказать, что у миссис Холмс роман на стороне?»

Личная жизнь других людей всегда становится интересной темой для обсуждения среди третьих лиц. Зная это, Мориарти задал вопрос в ответ, словно ему это показалось любопытным.

Горничная продолжала говорить, явно немного взволнованная реакцией Мориарти.

«Ах, конечно, мадам, вы никогда на самом деле не совершали прелюбодеяния — или, может быть, и нет. Однако, учитывая, что пастор уже в преклонном возрасте, а также потому, что вы иногда намеренно притворяетесь, чтобы спровоцировать меня во время наших ссор... Эм... разве вы этого не почувствовали, мистер Мориарти?»

Я понятия не имел.

Я знала. По крайней мере, я знала, что взгляд миссис Холмс на Мориарти отличался от её обычного взгляда на гувернантку.

Разумеется, он демонстративно проигнорировал это.

Как будто объяснение горничной не было ложным, миссис Холмс не потребовала и не попыталась сделать ничего больше с этой точки зрения.

Однако для Мориарти отношения между мистером и миссис Холмс, их незначительные привычки и все остальное, что передавала горничная, представляли собой бесценную информацию.

В одно мгновение в его голове быстро запустились вычисления, словно он пытался доказать формулу.

Является ли это возможным?

Другие могут избегать этого, называя это буквально опасной авантюрой, основанной на крайне малых шансах.

Но я другой. Мориарти мог быть уверен в себе. Я не дурак, который верит, что они будут действовать, основываясь лишь на ничтожной вероятности. Потому что я знаю, что они будут.

И я могу это осуществить. У меня достаточно способностей для этого.

«Мистер Мориарти?»

«Ах, я только что собралась с мыслями, чтобы написать письмо. Прости, Салли. В любом случае, спасибо. Я верну его тебе, как только закончу».

Мориарти быстро закончил говорить только то, что хотел, отвернулся от Салли, которая хотела ненавязчиво продолжить разговор и познакомиться с ним поближе, и вернулся в свою пристройку, свою комнату.

Подавив своё волнение, он сосредоточился на том, что нужно было сделать в первую очередь. Какой бы пугающей ни была эта мысль, он был хладнокровным и рациональным человеком, способным действовать в соответствии с приоритетами.

Мориарти смог вернуться в свою комнату только после того, как закончил писать письмо, вернул ручку Салли и опустил письмо в почтовый ящик, где его забирает почтальон.

С этими словами он глубоко вздохнул и рухнул на кровать. Ему пришлось глубоко вздохнуть, словно он долго задерживал дыхание, как вор, задерживающий дыхание, чтобы украсть.

Однако, словно вздох был бессмысленным, его холодное сердце начало биться быстрее обычного, хотя и медленно. Казалось, что температура его тела, которая должна быть такой же хладнокровной, как у рептилии, повышается, пусть даже всего на мгновение.

Было очевидно, что он был необычайно взволнован.

«Нет, это… это неправильно. Это преступление, грех. Я… я не какой-то злодей. Подобные вещи должны прекратиться, если речь идёт об играх с Шерлоком».

Он пробормотал что-то вслух, что случалось крайне редко. На самом деле, он сделал это намеренно. Казалось, это был единственный способ его остановить.

Но в то же время его душевная боль словно искушала его. Его искушала змея. У змеи было лицо Мориарти.

Джеймс Мориарти прекрасно понимал, что он далеко не обычный человек. Он был человеком, склонным к чрезмерной самообъективации.

На самом деле, он, возможно, уже тогда осознал, что у него самого есть проблема. В конце концов, если бы он был обычным человеком, то, как бы он ни замечал свои недостатки и особенности, он бы изо всех сил старался их отрицать или пытался исправить.

Однако он наблюдал за этой странностью с пугающим спокойствием, словно это касалось кого-то другого, а не его лично.

Конечно, он уже был уникальным существом, поскольку обладал воспоминаниями о прошлой жизни и очень узкими знаниями о Шерлоке Холмсе.

Но на этом всё.

Неизвестно, обусловлена ли его уникальность прошлой жизнью или же он переродился с телом и мозгом Джеймса Мориарти.

Однако, учитывая отношения между Холмсом и Мориарти, разве второй вариант не был бы правильным ответом?

Нет, нет. Я — Джеймс Мориарти. Я не профессор Мориарти, созданный кем-то другим; я — это я.

Но вскоре он это отрицал. Он этого не хотел. Так быть не должно было. Жить жизнью, которая была бы точной копией персонажа из чужого произведения, было чрезмерно скучно, и этого не должно было случиться.

Все его действия, мысли и жизнь — всё — должны были быть исключительно его собственной ответственностью.

Но именно поэтому Джеймса Мориарти на мгновение охватил редкий для него страх.

По крайней мере, он мог это различить. Он знал, что он не профессор Мориарти, созданный кем-то другим, и это его не убедило.

Если так, то мысли, которые он сейчас вынашивал, были продиктованы исключительно его собственной свободной волей. На мгновение это его напугало.

Мне пришлось в этом признаться.

Последние несколько месяцев он не просто играл с Шерлоком. Можно с уверенностью сказать, что они весело проводили время вместе.

Мне доставляло огромное удовольствие придумывать загадки для Шерлока — загадки, переплетенные с преступлением. Кровавые криминальные тайны, которые, если бы в них было чуть больше реализма и изысканности, наверняка кто-нибудь смог бы использовать, и которые никогда бы не были раскрыты, если бы не такой детектив, как Шерлок.

Но это всего лишь загадка, в лучшем случае, это безумие, это безумие… … .

Если бы написание детективных романов делало человека преступником, всех писателей арестовывали бы. Следовательно, Мориарти тоже мог бы закончить всё как воспоминание о прошлом.

Однако в тот момент его охватил другой страх — пустота и страх, которые он испытывал с момента своего перерождения.

Словно скука, ужасная скука, подползала от пола к затылку, словно болото, пытающееся его поглотить.

Ему приходилось бороться за выживание. Не имело значения, чем он жертвовал в этом процессе. Выживание было равносильно самообороне.

Он эгоистично пытался таким образом это оправдать.

Было ясно, что с момента перерождения с моим разумом что-то пошло не так. Иначе жизнь изо дня в день не могла бы быть такой скучной. Я был жив просто потому, что не мог умереть.

Однако он не был склонен к суициду. Тем не менее, он не мог полностью отказаться от надежды на жизнь. Было ясно, что это была внутренняя проблема.

Если бы до моей смерти ничего не случилось, я, возможно, прожил бы скучную и обычную жизнь, но не испытал бы столько страданий.

Но он уже познал удовольствие.

В этой скучной Англии, в этой ничтожной империи и на этом ничтожном континенте, на этой планете, на этой земле, населенной ничтожными людьми, дураками и отвратительно жалкими преступлениями мелких негодяев, жила девушка.

Проблема была в этом ребёнке. В виновнике. От этого у меня так разболелась голова, что мне хотелось обвинить его, хотя я и понимала, что это эгоистично.

Это произошло уже после того, как он осознал радость. Мориарти уже знал. Теперь он боялся, как быстро пролетят дни. Он ужасно боялся, что этот фиксированный год закончится вот так, и ему придётся вернуться в Оксфорд, в скучный Оксфорд и Лондон.

Поскольку я прекрасно понимал, что такое радость, возвращение к скуке, к вечной скуке, было ужасным делом.

Возможно, впервые в жизни он отчаянно захотел жить.

Дошло до того, что он даже почувствовал, хотя и кратковременное, желание сделать предложение ребёнку и остаться рядом с ней, даже если это означало бы, что с ним будут обращаться как с сумасшедшим. Конечно, поскольку это была полная чушь, он тут же проигнорировал это.

Нет, это ещё не совсем конец.

Шерлок был умным и амбициозным ребенком. Несмотря на то, что он был девочкой, она, возможно, однажды приедет в Оксфорд, чтобы найти его, уже будучи студенткой и детективом. Нет, скорее всего, так и будет. Возможно, как обычно говорят девушки, она возьмет его в качестве своего помощника вместо Ватсона.

Но она была девочкой. Девочкой, которой суждено было расти в строгой семье.

Ему не нужно было специально подчеркивать разницу между моральными ценностями этой эпохи и ценностями его прошлой жизни. Будь то Шерлок или Майкрофт, этим умным детям приходилось идти по предопределенному пути, как и детям других сельских землевладельцев.

Конечно, поскольку у них есть свои способности и амбиции, в конечном итоге они проложат свой собственный путь. Мориарти это знал.

Но если так, разве не будет уже слишком поздно? Поэтому, разве ему не следует хоть немного помочь своей любимой ученице?

Конечно, Мориарти знал, что лжет.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (12)

Да, это ложь.

Ради Шерлока? Это была наглая ложь. Конечно, для нынешнего Мориарти девушка по имени Шерлок уже давно стала особенным существом.

Но на этом всё.

В отличие от еще молодого Шерлока, которого захлестнули юношеские эмоции, словно он впервые открыл для себя первую любовь или кого-то, кем восхищался, Мориарти — или, по крайней мере, его нынешний — не испытывал подобных чувств.

Честно говоря, для него даже Шерлок был всего лишь инструментом. Вот таким он был человеком. Пока кто-нибудь не накажет его и не вынесет ему приговор, он так и останется.

Всё это просто ради удовольствия. Да, это было для небольшого развлечения, чтобы развеять скуку.

Конечно, это также должно было оказать Шерлоку значительную помощь в этом процессе. Эмоции, испытываемые девушкой по имени Шерлок, были для него бессмысленны и не доходили до него. Скорее, если бы девушка возненавидела его и попыталась уничтожить, это, безусловно, доставило бы Мориарти еще одно развлечение.

Он был математиком. Хотя его преданность профессии ограничивалась исключительно профессиональными обязанностями, он был предан своему делу и стремился выполнять свои обязанности как математик.

Каждое утверждение само по себе бессмысленно. Недоказанная гипотеза бессмысленна. Поэтому, как математик, Мориарти должен был доказать свою гипотезу из первых рук.

Да, это было доказательство.

Простое доказательство того, может ли это действительно доставлять мне удовольствие, и действительно ли сочинение загадок, ломание вещей и их крушение приносит мне радость.

При таком раскладе я, возможно, ничем не буду отличаться от профессора Мориарти.

Он усмехнулся.

Однако, понимая, что такая мысль ошибочна, он усмехнулся.

Он отличается от профессора Мориарти своими воспоминаниями о прошлой жизни. Действительно ли профессор в чьем-то творчестве встретил Холмса в детстве, сблизился с ним и превратил его в детектива?

Так не будет. Вот почему я другой. Я своими руками создам партнёра, который доставит мне наибольшее удовольствие. И в конце концов, я смогу завершить всё с удовольствием, разрушив жизнь женщины, с которой столкнусь в роли детектива.

Его охватил сильный порыв. Именно поэтому он всё визуализировал — мысли, от которых обычно старался бы дистанцироваться как от иррациональных, а также планы на будущее, которые ещё не осуществились.

Однако, подобно тому как математическая система без аксиом бессмысленна, ему теперь предстояло установить новые аксиомы. Факты настолько очевидные, что не нуждались в доказательствах. Фундамент, который станет корнями прочной империи.

И, исходя из этих фактов, ему нужно было проверить, действительно ли он сможет всё это создать сам.

Возможно, это связано с личной неприязнью.

Внезапно мне пришла в голову эта мысль.

Только тогда Мориарти понял, что, хотя он и был человеком, которому ничего не интересовало и который просто хотел выжить, он также был во многом высокомерен и импульсивен.

Возможно, не Шерлок посеял семена всего этого. В конце концов, точка зрения ее отца, преподобного Холмса, безусловно, в какой-то степени помогла ему прийти к этим мыслям и выводам.

Безусловно, характер преподобного Холмса очень помог ему в плане, который он разработал на ходу, но который так и не был раскрыт.

Жена, которая часто пьет чай с разными людьми, чтобы спровоцировать мужа, или всячески пытается заставить его заподозрить измену, и муж, который ссорится с такой женой.

Похоже, у нашего пастора Холмса была легкая форма бредовой ревности, поскольку в последнее время он неосознанно бросал подозрительные взгляды и на самого Мориарти.

Это было неприятно.

Было неприятно, что какой-то никчемный, скучный и заурядный парень посмел так на меня посмотреть.

Итак, это самооборона. Я просто пытаюсь предоставить небольшое доказательство.

Мориарти оправдывался таким образом. Конечно, он знал, что такой образ мышления, как выразился Шерлок, типичен для злодеев.

Половина была согласна с этим, а другая половина — нет. Мориарти был уверен, что в конце концов Шерлок, его очаровательный ученик, тоже согласится.

Джеймс Мориарти впервые за долгое время улыбался. Это не была насмешка или легкая улыбка. Любой, кто знал его при жизни, мог бы удивиться, что такой человек, как Мориарти, мог так широко улыбаться.

Кроме того, чувствительному человеку может показаться уродливым то, что в этой искаженной улыбке скрывается некая неприглядность.

Однако он был в комнате один, и, к сожалению, никто не мог этого заметить.

Он смахнул улыбку, поднялся со своего места и вышел на улицу. Было время чаепития. Всякий раз, когда миссис Холмс видела Мориарти за чаем, она часто приглашала его присоединиться к ней, в полуформальной обстановке.

Конечно, существовало и немалое желание найти развлечения в скучной сельской местности, и поскольку Мориарти не хотел ввязываться в хлопотные дела, он отказывался, используя исследования в качестве предлога.

Даже Мориарти мог с первого взгляда понять, что миссис Холмс не была мечтательницей, не способной отличить реальность от фантазии, и не мечтала о прекрасном романе, словно сошедшем со страниц любовного романа. Обычная мать Шерлока была не настолько глупа.

Однако она остается молодой благодаря тому, что в ней есть немного крови феи, и благодаря мужу, который намного старше, и с которым разногласия и конфликты с каждым днем обостряются.

И даже скучная сельская местность.

Стремление к острым ощущениям в скучной жизни не было уникальным для Мориарти. На самом деле, так поступали все.

Миссис Холмс была из тех людей, которые втайне мечтали о рискованном отклонении от этой линии. Мориарти на мгновение подумал, что, возможно, эта черта характера передалась Шерлоку, который любил дела и детективов.

Правильно это было или нет, для Мориарти это не имело значения. С этого момента это перестало иметь значение.

Потому что он просто использует всё подряд.

«Ах, мистер Мориарти, как продвигаются ваши исследования? Я как раз собираюсь выпить чаю; не хотите ли присоединиться ко мне?»

«…Думаю, сегодня это будет правильным решением, мадам Холмс. В конце концов, мне нужно кое-что рассказать вам о Шерлоке и Майкрофте».

Миссис Холмс посмотрела на Мориарти так, словно на мгновение удивилась его согласию, но Мориарти ответил ей улыбкой, которая пришлась бы по душе любому.

Достаточно было лишь посеять в каждом из них иллюзию. Таким образом, другие не смогли бы его винить. Возможно, когда-нибудь он достигнет такого положения, когда никто не сможет привлечь его к ответственности, но пока еще нет.

Однако это была не особенно сложная задача. По крайней мере, он мог быть в этом уверен. Как раз в этот момент оказались и подходящие детали.

Слова «Шерлок» и «Майкрофт», безусловно, были непростыми, но Мориарти вознёс благодарственную молитву Господу, к которому он редко обращался, за то, что они всё ещё были всего лишь мальчиком и девочкой.

Если бы Господь знал об этом, Он мог бы разгневать богохульство нечестивого Мориарти.

Однако, по крайней мере на этой земле, единственным существом, способным судить его, был не Господь. Но существо, способное на это, к сожалению, было молодо и ещё не готово.

Время текло плавно.

Почувствовав изнуряющую летнюю жару, Мориарти каким-то образом проник в тайное убежище братьев Холмс и увидел, как Шерлок, лежа в гамаке брата, хнычет.

Если бы миссис Холмс это видела, она могла бы отчитать Шерлока за его поведение. По меньшей мере, поступки девушки в тот момент были далеки от подобания английской леди.

Разумеется, ни Шерлок, ни Мориарти не были связаны такими чопорными британскими правилами.

Мама снова меня пилила.

"Ты опять испачкал одежду?"

«Знаешь, когда бегаешь и играешь, платья могут порваться. Меня это всегда так раздражает. Я сказала, что надену штаны, если ты так волнуешься, но ты сказала, что это запрещено. Почему ты живешь так неразумно?»

Вероятно, ваша мать сказала это с совершенно другими намерениями.

Миссис Холмс — чопорная и обычная женщина. Удивительно, что из неё вышли такие персонажи, как Шерлок и Майкрофт, но на этом всё и заканчивалось.

Мориарти уже прекрасно знал, что миссис Холмс беспокоилась о будущем своей дочери, которая больше походила на мальчика. В случае с мистером Холмсом она была менее заинтересована, поскольку ребенок был еще относительно мал, но даже его не устраивало то, что именно этот факт вызывал у нее недовольство.

Больше всего Шерлоку не нравилось нытье матери. Впрочем, это было вполне естественно. Ни одному ребенку не нравится нытье родителей. Особенно если ребенок считает себя умнее.

Мориарти улыбнулся и открыл рот.

«Шерлок, тебя раздражает, когда твоя мать ворчит?»

«У кого из нас будет тот, кто нам нравится? Иногда я даже подумываю тайком уехать куда-нибудь подальше и делать там все, что захочу! В приключенческих романах такое часто случается, не правда ли?»

Шерлок явно оставался ребёнком. Хотя он вёл себя как взрослый, время от времени у него всё ещё была склонность к фантазиям.

К сожалению, девочка была слишком молода и не познала мир. Она не знала о низкопробном обществе и о злобе, присущей людям, с которой ей предстоит столкнуться, будучи детективом, о которой она часто мечтала.

Поэтому Мориарти хотел дать несколько небольших советов.

А как насчет использования копченой сельди?

"Копчёная сельдь?"

Умный Шерлок прекрасно понимал, что его уважаемый учитель на самом деле говорил не о копчёной сельди.

На самом деле, даже это был один из приемов, которым обучали на занятиях у мистера Мориарти.

Копченая сельдь часто использовалась для притупления обоняния при дрессировке охотничьих собак. Поэтому заключенные также часто использовали копченую сельдь, чтобы избежать преследования охотничьими собаками во время побега.

Это также встречалось в журнальных романах, которые сам Шерлок любил читать.

В буквальном смысле, приманка для отвлечения внимания.

«Если вас раздражает, что мать вас ругает, почему бы вам не обратиться к тому, кто может отругать её? Например, к преподобному Холмсу».

«Хм, но как?»

«Я сам иногда так делал, когда был маленьким. Просто болтал с отцом о том, что произошло между тобой и матерью, или рассказывал ему за каждым приемом пищи. Поскольку ты умный ребенок, любой может увидеть, что ты можешь вести себя так, будто с радостью рассказываешь папе о том, что случилось сегодня, верно?»

Конечно, ведь я особенный!

«Умно». Воодушевленный этими словами, Шерлок надулся и кивнул. Улыбка Мориарти стала шире.

«Ну, вы можете говорить о чем угодно. Например, о том, что вы сегодня узнали от мистера Мориарти, или о том, как ели пирожное рядом с мамой, слушая ее рассказы во время чаепития — о таких мелочах…»

Но будет ли это эффективно?

«Шерлок, никогда не знаешь, что такое человеческая психология. Она поистине уникальна. Так же, как твоя мать придирается и ругает тебя за пустяки, кто знает, как твой отец может отреагировать на ее мелочи? Тогда, естественно, твоя мать не сможет уделить тебе достаточно внимания, чтобы сделать выговор».

Шерлок кивнул в знак согласия с предложением Мориарти.

Потому что мужчина перед ней был самым надежным взрослым, на которого девушка могла положиться в мире, даже несмотря на то, что он больше не был членом ее семьи.

Прежде всего, он был несравненно умнее его самого. Он действительно был тем помощником, на которого он рассчитывал в будущем.

Так думала девочка.

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (13)

Жаркое лето прошло, и наступала осень. Мориарти, ненадолго вернувшийся в Оксфорд после нескольких месяцев отсутствия, беседовал с профессором Доджсоном.

Большая часть разговора была посвящена статье, которую он писал о биномиальной теореме, но, конечно, не обошлось и без небольших разговоров о социальной жизни.

«В-вау, потрясающе, Мориарти. Эта штука... когда она будет закончена, она определенно... привлечет... огромное... внимание...»

Профессор Доджсон часто заикался в разговорах со взрослыми, до такой степени, что озорные студенты втайне называли его заикающимся.

Однако Мориарти спокойно выслушал его слова, заботясь о своей социальной жизни.

«На самом деле, похоже, работа будет завершена раньше, чем ожидалось. Изначально я планировал закончить ее к следующему лету, но думаю, что смогу привезти ее в Оксфорд до конца этой зимы, профессор Доджсон».

«Д-да... понятно... Ты наверняка скоро будешь работать и с Ха... Хамом... тоже. Э-э... ты... ты в порядке? Это... неожиданно».

Что ты имеешь в виду?

Профессор Доджсон невольно икнул в ответ на вопрос Мориарти. Конечно, он всегда нервничал, когда разговаривал со взрослыми, но встреча с Мориарти после долгого перерыва заставила его нервничать еще больше, чем обычно.

Несмотря на неудовлетворительный результат, профессор Доджсон продолжил работу.

«Ах… нет, ха… когда ты ушла из школы… на мгновение показалось, что ты точно проучишься целый год, но теперь, когда ты говоришь, что планируешь вернуться… ну… понимаешь… Шер… Шерлок, кажется? Та умная девушка, о которой ты говорила? Я слышал, она очень тобой восхищается; ты… ты будешь в порядке?»

В общем, твоя аура сильно изменилась. Ты стал каким-то пугающим.

Профессор Доджсон проглотил оставшиеся слова и с осторожностью посмотрел на Мориарти. Даже когда они просто обменивались письмами, он чувствовал родственную связь с новостью о том, что одна из его холодных студенток, многообещающая будущая математик, хорошо ладит с девушкой.

Профессор Доджсон боялся взрослых и обладал детской непосредственностью, поэтому часто проводил время с детьми и играл с ними; вот этим летом он даже играл с тремя замечательными дамами декана Лидделла и рассказывал им истории о Стране чудес.

Мориарти на мгновение замолчал. К счастью, вместо того чтобы пристально смотреть на Доджсона, он, казалось, был погружен в свои мысли.

Всё произошло именно так, как и предсказывал профессор Доджсон. Мориарти на мгновение задумался о семье Холмсов и Шерлоке.

Мориарти, конечно же, не мог не сожалеть о том, что расстался на несколько месяцев раньше. Мориарти мгновенно понял, что Шерлок занял в его сердце гораздо больше места, чем он ожидал.

Но именно поэтому нам и пришлось расстаться. Все приготовления уже были завершены. Шерлок, этот ребенок мог бы стать замечательным детективом.

Потому что я предложу небольшую помощь.

Конечно, существовала также вероятность того, что она не сможет взлететь и вместо этого потерпит крушение. Если бы это случилось, это было бы прискорбно, но поскольку это доказало бы, что Шерлок — всего лишь обычная, ничем не примечательная девушка, на этом все бы и закончилось.

Тогда ему пришлось бы искать нового соперника. Это могло бы быть довольно печально. Однако Мориарти предпочел не думать о неопределенном будущем.

Он был убежден лишь в том, что мог контролировать.

«Да, ну… прежде всего, собственно… здесь не очень хорошая атмосфера. Я же упоминал, что живу в доме преподобного Холмса, чтобы учить детей, не так ли, профессор? В последнее время, кажется, супруги не ладят; они часто ссорятся, и атмосфера плохая. Это одна из причин».

«Ох…ох…! Это…печально. Я…я понимаю, Мо…Мориарти. Тем не менее, леди может волноваться…так что…даже после вашего возвращения в Оксфорд…я…я буду часто поддерживать связь».

«Она умный и сильный ребенок, так что с ней все будет хорошо. И самое главное… мы не расстанемся навсегда; она придет меня искать. Кроме того, ее братья очень заботятся о Шерлоке, так что с ней тоже все будет в порядке».

Когда заговорили о братьях, профессор Доджсон невольно нахмурился, но Мориарти сделал вид, что не заметил.

В школе было широко известно, что профессор Доджсон был эксцентриком, а также славился тем, что часто проявлял детскую неприязнь к озорным мальчикам.

Пока профессор Доджсон снова ворчал и продолжал жаловаться на поведение хулиганов, Мориарти слушала его без особого энтузиазма и на мгновение задумалась о Шерлоке и своих братьях.

Майкрофт, которого можно считать его первым учеником, был явно особенным и умным мальчиком, как и Шерлок. На самом деле, с точки зрения чистого интеллекта, он, несомненно, был умнее Шерлока. Это был единственный момент, который охотно признавал даже гордый и амбициозный Шерлок.

Однако, в отличие от Шерлока, Майкрофту не хватало мотивации, он был ленив и не проявлял энтузиазма, что было недопустимо для работы детектива.

По этой причине интерес Мориарти к Майкрофту был, естественно, относительно слабее, чем у Шерлока. Конечно, это было лишь в сравнении с Шерлоком; правда, сам Мориарти тоже проявлял к Майкрофту немалый интерес.

Что касается Шерингфорда Холмса, старшего сына семьи Холмс, о котором я только слышал, мне удалось обменяться с ним официальными приветствиями и поговорить, когда он приехал в особняк на летние каникулы. Мне не стоило особо беспокоиться о нем, так как он как раз собирался окончить семинарию с отличными оценками.

Однако Мориарти смог удовлетвориться встречей с Шерингфордом по-своему. В отличие от второго и младшего сыновей, старший сын в семье Холмсов был относительно обычным и довольно скучным человеком.

Однако ему повезло. В глазах Мориарти Шерингфорд, как и его братья, обладал необычайными чертами характера; даже будучи обычным человеком, он отличался открытостью и эксцентричным мышлением, не вписывавшимся в реалии того времени.

Мориарти мог быть доволен всем, потому что был убежден, что, по крайней мере, он позволит и поможет своим младшим братьям, независимо от того, какой путь они выберут.

Всё прошло гладко. Он понимал, почему фермеры с нетерпением ждут сезона сбора урожая.

Джеймс Мориарти был по-настоящему счастлив.

«Что-то случилось с Шерлоком?»

Во время своего первого урока с Майкрофтом после возвращения в дом Холмсов мальчик задал Мориарти редкий личный вопрос.

Мориарти отложил ручку и на мгновение замер, наблюдая за мальчиком. За ним наблюдал особый взгляд, ничуть не уступающий взгляду Шерлока.

«Нет, всё как обычно. Что-то не так?»

«…Нет, ничего…не так.»

Майкрофт не мог выпытывать у Мориарти никаких дополнительных ответов. По правде говоря, даже будучи мальчиком, он не мог быть уверен ни в чём.

Тот факт, что родители часто ссорились, был обычным явлением еще до прихода мистера Мориарти. Впрочем, в других семьях это тоже не было чем-то необычным.

Однако Майкрофт остро чувствовал, что что-то не так. Его не покидало ощущение, что кто-то намеренно сеет смуту и направляет события в злонамеренное русло.

Наблюдая за мыслями Майкрофта, Мориарти был слегка удивлен, но удовлетворен. Он явно намеревался действовать хитро, чтобы никто не заметил, но мальчик перед ним, благодаря простой интуиции, приблизился к правильному ответу.

Однако и Шерлок, и Майкрофт были еще молоды. В этом заключалась их неудача. Мориарти продолжил уроки.

Не успел он оглянуться, как приблизился конец года, и в особняке семьи Холмс наступила зима. Хотя он знал, что отношения его родителей в последнее время стали еще холоднее, словно зимняя метель, Шерлок изо всех сил старался не обращать на это внимания.

Это было детское бегство от реальности? Или же это было вызвано чувством вины из-за возможности того, что он невольно внес небольшой вклад в подобные разногласия?

Или же это было из-за грусти от осознания того, что скоро наступит весна и мне придётся расстаться с мистером Мориарти?

Девочка была еще слишком мала, чтобы принимать сложные эмоции, и ей не хватало опыта познания мира. В мире маленькой девочки доступной информации и опыта было слишком мало.

По этой причине девушка невольно стала еще больше полагаться на мистера Мориарти, которым она восхищалась. Теперь, словно они были знакомы очень давно, они даже с удовольствием играли в снежки во дворе, заснеженном снегом.

Шерлоку всё доставляло огромное удовольствие.

«Сейчас… времени осталось совсем мало, сэр. Вам действительно нужно возвращаться? Все были бы рады, если бы вы просто остались здесь навсегда».

«У меня есть свои дела, Шерлок. Но можешь приезжать в любое время. Поскольку это Оксфорд, Лондон находится неподалеку, так что здесь будет совсем по-другому».

«Но… мама и папа этого не разрешат. В лучшем случае, ситуация может измениться, когда мы поедем в город всей семьей, но даже тогда будет сложно, потому что папе трудно спокойно покидать церковь».

«Да, вполне возможно».

Каким человеком является Джеймс Мориарти по отношению к Шерлоку Холмсу?

Девочка была еще совсем маленькой и с трудом различала формы привязанности, и, как типичный ребенок, явно испытывала к нему смесь самых разных чувств.

Это было восхищение, зависть и легкая ревность к кому-то, кто превосходил тебя, желание однажды стать таким же, как этот человек, дух соперничества, а также чувство родства и привязанности к кому-то особенному, похожему на тебя.

Как и Мориарти когда-то, юная девушка, очевидно, тоже начала испытывать ужас перед каждым прошедшим днем.

Девочка ныла, но родители никогда не разрешали ей ходить играть в город. По этой мысли ей на мгновение показалось, что существование родителей — это препятствие на её пути.

На самом деле, девушка была настолько умна, что уже в какой-то степени знала своё будущее. Она говорит Мориарти, что хочет стать детективом, но позволят ли ей это родители?

Всё могло бы сложиться иначе, если бы её семья жила в городе, была богатой и принадлежала к престижной аристократической династии.

Однако, в лучшем случае, семья Холмс была сельской аристократической семьей — не бедной, но и не особо богатой.

Как и в случае с дочерьми из сельских семей, было ясно, что родители сочтут лучшим вариантом для нее в конечном итоге выйти замуж за человека из порядочной семьи или работать гувернанткой.

«…Я не хочу расставаться с вами вот так, учитель».

Девочка открыла рот, словно хныкая. Мориарти на мгновение замер, поглаживая Шерлока по голове.

«Шерлок, ты же знаешь, как это тяжело».

«Хм… почему бы тебе не воспользоваться этим случаем и не сделать мне предложение? Тогда я приду к тебе домой под предлогом помолвки!»

На этот раз даже Мориарти не смог не растеряться. Однако ему пришлось прокашляться и принять «шутку» Шерлока как урок.

«Это плохая идея. Тебе всего восемь, и если бы я так сделал… да, преподобный Холмс захотел бы меня застрелить. К тому же, между нами большая разница в возрасте».

----------

Встреча с мисс Холмс была худшей (14)

«Разница в возрасте в 13 лет — довольно распространённое явление, знаете ли. У моих родителей разница ещё больше. И я слышала, что некоторым девочкам делают предложение примерно в 10 лет. Кроме того, девочки могут выйти замуж уже в 12 лет».

«Такие люди существуют, и я имею в виду, что это просто возможно. А ты мой ученик, а я твой учитель, Шерлок».

Это была странная эпоха. Эта Англия, управляемая вдовой Викторией, была лицемерной, скучной и немного безумной.

Несмотря на существование установленного законом возраста вступления в брак, мужчины могли вступать в брак в 14 лет, а женщины — в 12 лет.

Конечно, это было нечастым явлением. Но это не значит, что оно было крайне редким.

Как будто им было совершенно непонятно, насколько отвратительна педофилия, коррумпированные капиталисты стали еще активнее искать молодых девушек в борделях.

Конечно, Мориарти даже не думал об этом отвратительном типе. Однако предложение Шерлока — или, скорее, не совсем предложение — слегка смутило его, поэтому он снова погладил девушку по голове, словно ему было трудно продолжать разговор.

Девушка тоже больше ничего не сказала, словно это была полушутка. Тем не менее, она невольно надула губы в знак недовольства отказом Мориарти, даже не осознавая этого, а Мориарти сделал вид, что не заметил.

Тем не менее, Шерлок был счастлив. И он боялся, что это счастье может в одно мгновение исчезнуть.

Однако девушка еще не осознавала злобу и иррациональность этого мира. А невежество порой неизбежно становится грехом.

Именно в тот момент.

хлопнуть-

Что ты имеешь в виду?

Вздрогнув на мгновение, Шерлок слез с колен Мориарти и закричал. Затем он перевел взгляд в сторону выстрела. Он доносился из его собственного особняка.

И это произошло как раз в тот момент, когда я собирался бежать к особняку.

хлопнуть-

После небольшой задержки раздался второй выстрел.

Только тогда Шерлок оставил Мориарти позади и побежал к особняку. Он слышал, как учитель следует за ним сзади, но в тот момент не мог обратить на это внимания.

По мере приближения к особняку сердце Шерлок начало наполняться необъяснимой тревогой. Она не из тех девушек, которые не заметили бы внезапный звук двух выстрелов.

Однако именно поэтому он это и отрицал.

Он отверг все возможности.

Он всё отрицал, даже возможность сценария, словно сошедшего со страниц криминального романа, где вооруженный преступник внезапно врывается в особняк в тихой сельской местности, или ситуацию, когда кто-то стреляет из пистолета, принадлежащего его отцу.

Всё в порядке, никто не пострадал. Кто-то просто выстрелил из пистолета ради забавы. Может, отец выстрелил в стену!

Шерлок и Мориарти первыми прибыли к двери кабинета отца. Горничная Салли стояла внизу лестницы, дрожа от страха и растерянности, вызванной внезапным выстрелом.

«М-мистер Мориарти! Я-я развешивала белье на улице, когда вдруг... раздался выстрел!»

«Успокойтесь! Кто был внутри особняка?»

«Только пастор и госпожа!»

«Шерлок, нет!»

Шерлок, сам того не заметив, открыл дверь кабинета. Мориарти с опозданием остановил её, закрыл ей глаза и оттащил назад, но девушка всё видела.

Это зрелище было трудно разглядеть. Однако девочка отчетливо видела своих родителей, лежащих без сознания на полу кабинета — сцена, которая, казалось бы, должна была быть сном.

Странный запах впервые в жизни пробудил в девушке чувства. Лишь позже она поняла, что это запах пороха и запах крови.

То, что раньше доставляло удовольствие только в криминальных и детективных романах, теперь перестало быть таковым.

Девочка не могла четко вспомнить, что произошло после этого. Она услышала крик Салли, когда с опозданием осознала, что именно случилось. Она смутно помнила, как мистер Мориарти осторожно вошел в кабинет один и накрыл тело.

Я вспомнил, что мой старший брат Майкрофт, который занимался один на заднем дворе, опоздал, и вокруг начали собираться люди.

Я вспомнила, как учитель Мориарти нежно утешал меня, когда я, плача, уткнулась головой ему в объятия.

И… как ни странно, я вспомнил, что почувствовал что-то тревожное от мистера Мориарти, который меня утешал.

Утешая себя, я чувствовал, что человек, который должен был быть потрясен внезапной смертью кого-то из знакомых — даже если он, конечно, не был так опечален, как я, — странным образом погрузился в некое подобие экстаза.

В тот момент он не мог в полной мере это осознать, но он определенно был таким.

Мистер Мориарти явно тайно улыбался.

Жители небольшой сельской местности оплакивали внезапную трагедию семьи Холмс и кратко говорили об этом, но вскоре, словно по предварительной договоренности, больше не упоминали об этом.

Трагическая гибель преподобного Холмса и миссис Холмс стала огромным потрясением для небольшой сельской общины. Тем более что эта пара пользовалась уважением среди жителей.

Однако, прежде всего, значительную роль сыграл и тот факт, что в течение некоторого времени не происходило никаких особых происшествий. В самом деле, старый полицейский, работавший в одиночку на значительном расстоянии, был напуган ужасным «несчастным случаем», как только прибыл в особняк, и поспешно вызвал подкрепление.

В конце концов, несколько полицейских издалека прибыли для проведения расследования, но ради памяти покойного преподобного Холмса расследование пришло к выводу, что супруги погибли в результате случайного огнестрельного ранения.

Это был последний акт уважения к преподобному Холмсу, и церковь также разрешила похоронить тело преподобного Холмса в церковной могиле, поскольку он трагически погиб в результате несчастного случая с оружием, а не покончил жизнь самоубийством.

Внезапно потеряв родителей, Шерингфорд поспешно вернулся в родной город, став главой семьи. Школа также проявила понимание, позволив ему закончить обучение досрочно, и в результате все благополучно завершилось, и Шерингфорд немедленно принял на себя обязанности священника в приходе покойного преподобного Холмса.

Разумеется, трое осиротевших братьев и сестер Холмс были глубоко потрясены внезапной трагедией и у них не оставалось иного выбора, кроме как утешать друг друга.

Состоялись похороны, и все горько плакали. В горе никакая логика или рассуждения не помогали. Ни Шерлок, ни Майкрофт не могли думать перед лицом смерти.

Хотя присутствие Мориарти стало для него чем-то чужим, он скорбел вместе с супругами Холмс по поводу их смерти, присутствовал на их похоронах и по-своему утешал троих братьев и сестер Холмс, уже будучи взрослым.

Ему особенно нужно было утешить Шерлока, который в то время лучше всех следил за Мориарти. Мориарти приходилось прилагать усилия.

Потому что он не хотел, чтобы Шерлока испортили.

Столкнувшись с внезапной трагедией, Мориарти также был вынужден вернуться в Оксфорд раньше, чем планировалось. Была зима, еще не наступила весна.

В последний день Мориарти хотел коротко поздороваться с братом и сестрой.

«А что насчет Шерлока?»

Он извинился и сказал, что вчера обменялся приветствиями. Вероятно, он не хотел расставаться и с учителем.

«Понятно. Кстати, Майкрофт, вы планируете приехать в Оксфорд, как и ожидалось?»

Нет, я планирую поехать в Кембридж.

"хорошо."

Я закончил короткий разговор с Майкрофтом.

Мориарти инстинктивно почувствовал, что Майкрофт питает к нему какие-то подозрения. Однако подозрения были настолько незначительными, что на них нельзя было сделать никаких выводов, поэтому он без колебаний отбросил их.

Он насвистывал, покидая особняк семьи Холмс. Он был немного разочарован тем, что не смог встретиться с Шерлоком, но понимал, что это ещё не конец.

Впрочем, раз уж мы заговорили об этом, было бы неплохо попрощаться.

Все корректуры были готовы. Теперь ему предстояло вернуться и подготовиться к встрече с детективом Шерлоком Холмсом, с которым ему когда-нибудь суждено было встретиться.

Однако было ясно, что мир изменился ради Мориарти.

Мориарти, ожидая карету, заметил, что кто-то бежит к нему, тяжело дыша. И, как и ожидалось, там стояла девушка с растерянным видом.

Дело не в том, что Шерлок не попрощался с Мориарти в последний раз, просто потому что не хотел расставаться, как ребенок.

Словно внезапно придя в себя с приближением дня расставания, девушка смогла как следует разобраться с мелкими сомнениями и тревогами в своем сердце.

Но девушка всё отрицала. Этого не может быть. Этот человек никак не мог этого сделать. Этого не должно было случиться!

Тем не менее, девушка была детективом, и, сама того не осознавая, осторожно направилась в кабинет отца, покрытый пылью из-за того, что его долгое время не убирали.

Это было место, к которому до сих пор никто не осмеливался приблизиться, поскольку это было трагическое место гибели его родителей. Хотя и было проведено небольшое расследование, Шерлок прекрасно понимал, насколько недалекими были полицейские той эпохи.

Место происшествия не было должным образом сохранено, и предметы, которые могли бы послужить подсказками, были разбросаны повсюду.

Шерлок обнаружил смятый конверт возле камина. Было ясно, что это письмо адресовано его матери.

Однако я не смог определить, чей это почерк. Он был незнакомым. Но в то же время и знакомым.

Почерк, безусловно, полезен, но его можно изменять сколько угодно. Вот почему этот роман полон ошибок, Шерлок.

Это так?

«Вы, наверное, ещё не читали, потому что это длинный текст, но похожий случай встречается в произведениях Дюма, которые даже самые недалекие студенты часто читают. Если вот так писать левой рукой — ах, я имею в виду той рукой, которой я обычно не пользуюсь, — получается совершенно другой, странный почерк».

В памяти девушки всплыл разговор с одного из занятий, состоявшийся некоторое время назад. И интуиция, которой он ее научил, мгновенно завершила разгадку тайны.

В тот же миг, как Шерлок пришёл в себя, он побежал туда, где должен был находиться Мориарти. К счастью, он не опоздал.

Мне нужно было это подтвердить. Я хотел это опровергнуть. Это должно было быть не так.

Однако, будучи детективом, девушке пришлось столкнуться с ужасной правдой.

«Учитель, это вы?»

Детектив Шерлок Холмс поговорил с профессором Мориарти.

----------