— Тьфу! Тьфу! Тьфу!

Чистый, почти серебряный лунный свет заливал угольно-черную землю. Молодой человек яростно отплевывался, избавляясь от набившейся в рот земли и древесной трухи.

— Говорили же мне – золотистый нанму, тысячу лет не гниет! А он всего за десяток лет в пыль превратился.

— Проклятый Ли-хромец! И надо ж было ему подсунуть мне такую дешевку!

Сплюнув последние комки, Чэнь Чаншэн размял затекшие, одеревеневшие конечности. В тусклом свете луны смутно виднелись его… довольно округлые ягодицы. Впрочем, самого Чэнь Чаншэна, похоже, совершенно не волновало, что он стоит под луной в чем мать родила.

— Система, десять лет уже прошли? – мысленно обратился он к невидимому интерфейсу.

«Отвечаю Носителю, – раздался в его сознании бесстрастный голос. – Десятилетний сон завершен. Очки характеристик начислены».

Услышав ответ, Чэнь Чаншэн взглянул на ментальную панель, всплывшую перед его внутренним взором.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 1】

【Скорость: 1】

【Защита: 1】

【Духовная сила: 0】

【Запас жизни: 80 лет】

Да, Чэнь Чаншэн был самым настоящим попаданцем – человеком, перенесшимся из другого мира.

А Система, которой он обладал, была не какой-нибудь там Системой Ежедневного Входа или невероятно крутой Системой Непобедимости. Нет, его Система была просто «ничем не примечательной» Системой Долголетия.

Ее принцип был прост: пока Чэнь Чаншэн спал глубоким сном, он накапливал годы жизни и получал очки характеристик.

Правда, и тут были свои ограничения. Во-первых, продолжительность сна не могла превышать его текущий максимальный запас жизни. Во-вторых, уже прожитые годы после пробуждения словно «перезаряжались».

Иными словами, если бы Чэнь Чаншэн прожил восемьдесят лет и погрузился в сон хотя бы на один день, то после пробуждения его запас жизни составил бы восемьдесят лет и один день, а не всего лишь один оставшийся до смерти денек.

Кроме того, существовало и третье правило: после пробуждения следующий период бодрствования должен был составлять не менее одной десятой от общего запаса жизни Носителя.

Так что, теоретически, если Чэнь Чаншэн будет действовать осторожно и развиваться не спеша, он сможет полностью оправдать свое имя – Чаншэн, что означает «Долгая Жизнь», – и достичь подлинного бессмертия.

Глядя на десять свеженьких, только что полученных очков характеристик, Чэнь Чаншэн не спешил их распределять.

Вместо этого он извлек из Системного хранилища комплект чистой одежды, быстро натянул его на себя, а затем, сверившись с воспоминаниями, определил нужное направление и быстрым шагом зашагал вниз с холма, где только что пробудился.

Десять лет прошло… Война, бушевавшая в этих краях, наверняка давно закончилась.

А значит, и его возлюбленная, с которой его разлучила смута, тоже должна была вернуться домой.

________________________________________

— Лепешки! Горячие, с пылу с жару лепешки!

Шагая по оживленному рынку, Чэнь Чаншэн испытывал странное чувство – словно он проспал целую вечность и очнулся в совершенно незнакомом мире. Городок вроде бы остался прежним, каким он его помнил, но лица вокруг были сплошь незнакомые.

Десять лет – срок и не большой, и не малый, но достаточный, чтобы многое успело измениться.

Осмотревшись и отметив про себя перемены, Чэнь Чаншэн, следуя зову памяти, направился к знакомому месту на окраине.

Вскоре он подошел к простому крестьянскому дому.

Увидев знакомое строение, Чэнь Чаншэн невольно улыбнулся и крикнул:

— Простите, Няньцы дома?

На его голос из дома выглянула очаровательная маленькая девочка, похожая на искусно вырезанную нефритовую статуэтку.

— Вы кого ищете?

Увидев малышку, Чэнь Чаншэн на мгновение опешил.

— Разве здесь живет не Няньцы?

— Я не знаю никакой Няньцы, – ответила девочка. – Вы, наверное, ошиблись адресом.

От этих слов в глазах Чэнь Чаншэна мелькнуло горькое разочарование. Тогда шла война… Няньцы была обычной девушкой, без какой-либо силы или защиты. Возможно… возможно, ее давно нет в живых.

Эта мысль больно кольнула сердце. Он уже развернулся, чтобы уйти, как вдруг…

— Чаншэн? Это ты?

Знакомый, до боли родной голос раздался за спиной. Чэнь Чаншэн застыл на месте, словно пораженный молнией.

Глубоко вздохнув, чтобы унять бешено колотящееся сердце, он медленно обернулся. И встретился взглядом с той, чье лицо так часто видел во сне последние десять лет.

Бам!

Плетеная корзинка с овощами выпала из рук женщины.

Когда она окончательно узнала его, Няньцы ахнула, прикрыв рот рукой, и из ее глаз тут же хлынули слезы.

— Не смей обижать мою маму!

Увидев слезы матери, девочка тут же выскочила из дома и, храбро раскинув ручонки, встала между Чэнь Чаншэном и женщиной.

Услышав, как малышка назвала женщину «мамой», Чэнь Чаншэн с немым вопросом посмотрел на ту, кто когда-то была его подругой детства, его первой любовью.

Няньцы не отвела взгляда. Она медленно протянула руку и дрожащими пальцами коснулась его щеки.

— Десять лет… А ты… ты совсем не изменился.

— Почему? – только и смог вымолвить Чэнь Чаншэн, задавая вопрос, который эхом отдавался в его душе.

Няньцы печально усмехнулась. Опустив голову, она нежно погладила дочку по волосам.

— После того как мы расстались… за мной гнались бандиты. Он спас меня… Он вытащил меня буквально из груды мертвых тел.

— Через полгода я оправилась от ран, и как раз война закончилась.

— Мы вместе вернулись сюда. И тогда… тогда Ли-хромец сказал, что ты купил у него гроб.

— И я ждала тебя. Три года…

На этих словах Няньцы замолчала, и в ее взгляде промелькнули тень давнего разочарования и тихая беспомощность. Затем она глубоко вздохнула, словно сбрасывая с плеч тяжелый груз, и мягко улыбнулась:

— Все эти три года он был рядом, заботился обо мне. Он… он очень хороший человек.

Услышав это, Чэнь Чаншэн снова замер. А потом на его губах появилась улыбка – понимающая, но с отчетливой горькой ноткой.

Десять лет сна. Для него, обладателя Системы Долголетия, это был лишь краткий миг. Но для Няньцы… для обычной женщины десять лет – это огромный срок. Да и сколько таких десятилетий отведено простому человеку за всю его жизнь?

Когда они расстались, им обоим было по двадцать. Сейчас, десять лет спустя, он выглядел все так же молодо, а ей уже исполнилось тридцать.

По правде говоря, с того самого дня, как он, попаданец, оказался в этом мире, они уже принадлежали к разным мирам. Их пути были обречены разойтись.

С этой мыслью Чэнь Чаншэн присел на корточки перед девочкой, ласково погладил ее по голове и улыбнулся уже спокойнее:

— Малышка, а как тебя зовут?

Девочка вопросительно посмотрела на мать.

— Скажи дяде… нет, скажи брату, – поправилась Няньцы. – Он… старый знакомый мамы.

Получив разрешение, девочка звонко и чисто ответила:

— Меня зовут Лин Няньшэн. Мне шесть лет.

— Няньшэн… – Чэнь Чаншэн несколько раз тихо повторил имя, и его улыбка стала теплее. – Какое красивое имя.

— В имени брата тоже есть слог «Шэн», – добавил он мягко. – Только меня зовут Чэнь Чаншэн. Можешь звать меня брат Чаншэн.

Сказав это, он поднялся на ноги и повернулся, чтобы уйти.

— Куда ты? – невольно вырвалось у Няньцы.

Чэнь Чаншэн на мгновение замер, но не обернулся. Он лишь махнул рукой, прощаясь с матерью и дочерью.

— Моего старого дома больше нет. Но лавка гробовщика Ли-хромца, кажется, все еще на месте. Поживу пока у него.

С этими словами он пошел прочь, и его одинокая фигура начала медленно таять вдали.

Глядя ему вслед, Лин Няньшэн подняла голову и спросила у матери:

— Мама, брат Чаншэн – твой друг?

— Нет, милая, не друг, – тихо ответила Няньцы. – Просто… очень давний знакомый.

— А кто такая Няньцы, которую он искал?

— Наверное, его возлюбленная из юности, – задумчиво произнесла Няньцы, глядя вдаль. – Ведь имя «Няньцы»… так обычно мужчины наедине называют ту, что им дороже всего.

— А-а, вот оно что! – понятливо кивнула девочка. – А брат Чаншэн найдет свою возлюбленную?

— Не знаю, – тихо прошептала Няньцы, словно говоря сама с собой. – А может… он ее уже нашел.

Она помолчала, а потом ласково улыбнулась дочери:

— Ладно, папа скоро вернется с работы. Пойдем приготовим ему ужин, хорошо?

— Хорошо! – радостно воскликнула Лин Няньшэн и вприпрыжку побежала в сторону кухни.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Золотистый нанму (金絲楠木 — Jīnsī nánmù): Ценная порода дерева в Китае, известная своей прочностью, красивой текстурой и устойчивостью к гниению. Упоминание здесь подчеркивает иронию ситуации – либо дерево оказалось не таким прочным, либо Ли-хромец обманул героя.

• Чэнь Чаншэн (陈长生 — Chén Chángshēng): Имя главного героя означает «Долгая Жизнь» или «Бессмертие», что напрямую связано с его Системой и способностью накапливать годы жизни.

• Няньцы (念慈 — Niàncí): Имя женщины, которую ищет герой. Может интерпретироваться как «Помнить/Думать о Доброте/Милосердии». Как позже предполагает сама героиня, это может быть и ласковым прозвищем «Скучаю по Цы» (где Цы – часть имени или другое прозвище).

• Лин Няньшэн (夌念生 — Líng Niànshēng): Имя Няньшэн (念生) можно перевести как «Помнить/Думать о Шэне». Слог «Шэн» (生) совпадает со слогом в имени главного героя Чаншэна (长生), что создает явную и горькую отсылку к прошлому и, возможно, к не угасшим чувствам ее матери.

— Ли-хромец! Твой гроб – бракованный! Я требую возврата денег!

— Чушь собачья! Никто и никогда еще не жаловался на гробы моей работы!

Резко сев в гробу, старик обвел лавку гневным взглядом, выискивая наглеца, посмевшего очернить его мастерство. Однако, когда его взгляд упал на человека, стоящего в дверях, Ли-хромец от испуга плюхнулся обратно.

— Видать, и правда мой час близок… Какого черта этот нищий Чэнь Чаншэн явился за мной?

Услышав бормотание старика, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся и подошел прямо к гробу. Глядя на Ли-хромца, который снова плотно зажмурил глаза, он сказал:

— Эй, Ли-хромец! Ты же мне тогда клялся и божился, что если с гробом будут проблемы, я могу прийти к тебе за деньгами. Что это ты сейчас удумал, долг зажать?

От слов Чэнь Чаншэна старик неохотно приоткрыл один глаз.

— Денег нет. Жизнь – вот, пожалуйста, бери. А если что из барахла приглянулось – тащи, не стесняйся.

Такое бесшабашное упрямство позабавило Чэнь Чаншэна.

— И ты меня совсем не боишься, Ли-хромец? Ты же сам землю на мою могилу насыпал.

Старик покосился на него.

— Мне шестьдесят стукнуло. Лекарь сказал, от силы три года осталось. Ни детей у меня, ни внуков, ни зазнобы старой. Думаешь, мне есть разница – прожить на три года меньше или на три года больше? К тому же, когда ты тогда пришел гроб покупать, я сразу понял – ты вернешься.

— Почему?

— Видал я людей, что себе гробы покупают. Но чтобы кто-то так радовался, покупая себе гроб… Такое я видел впервые.

Ли-хромец снова окинул Чэнь Чаншэна оценивающим взглядом и, помедлив, предложил:

— Слушай, парень, а не хочешь ко мне в подмастерья пойти? Кормить буду, крыша над головой будет, но без жалованья. Наше ремесло – самое то для таких одиночек, как ты. К тому же, освоишь мое дело – с голоду точно не помрешь. В этом мире чего угодно может не хватать, но только не покойников.

Предложение старика заставило Чэнь Чаншэна задуматься.

Хоть он и мог жить очень долго, но от ран или голода вполне мог умереть. А тут – верный кусок хлеба на долгие годы. Изначально он планировал лишь временно пожить здесь, но перспектива получить «долгосрочный абонемент на питание» выглядела весьма заманчиво.

— Ну ты и скряга, Ли-хромец! – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Хоть какую-то плату бы назначил!

В ответ старик вытащил из-за пазухи потрепанную книгу и швырнул ее Чэнь Чаншэну.

— Судя по тому, какой ты живехонький, ты всяко меня переживешь. Как я помру, все мое барахло тебе и достанется, разве нет? Сам видишь, места тут – кот наплакал, спать тебе больше негде. Вот этот гроб рядом – твоя кровать. Тебе ж нравится в гробах спать, верно?

С этими словами Ли-хромец собрался снова улечься в свой гроб. Но Чэнь Чаншэн остановил его:

— Погоди! Ты же обещал научить меня гробы делать? Зачем мне эта книга?

Ли-хромец закатил глаза.

— Как говорится, лишнее умение карман не тянет. Будешь ты только гробы продавать – кто ж к тебе пойдет? Говорю тебе как есть: я все траурные ритуалы от и до знаю. Тебе еще учиться и учиться!

Выдернув руку, старик снова улегся в свой гроб.

Чэнь Чаншэн посмотрел на книгу в своих руках. На обложке значилось: «Погребальный Канон». Он хмыкнул, а затем усмехнулся:

— И то верно. Лишнее умение карман не тянет.

И без дальнейших раздумий забрался в соседний, пустующий гроб.

Честно говоря, он так привык спать в гробу, что на обычной кровати чувствовал себя неуютно.

________________________________________

Пролетали зимы и лета, сменялись осенние урожаи и зимние запасы. Восемь лет промелькнули, как один день.

Чэнь Чаншэн окончательно обосновался в лавке гробовщика Ли-хромца. Дни напролет он читал книги и постигал искусство изготовления гробов. Редкие поминальные обеды становились для него настоящим праздником, возможностью хорошо поесть. Но времена стояли мирные, так что улучшать рацион удавалось нечасто.

Что до тех десяти очков характеристик, полученных после пробуждения, Чэнь Чаншэн, недолго думая, вложил их все в Защиту.

Теоретически, если ему удастся прожить достаточно… скажем так, чрезвычайно долго, он обретет почти бесконечную жизнь. А раз так, то Защита – самая важная характеристика.

Стоит отметить, что Ли-хромец не умер на третий год, как предрекал лекарь. После появления Чэнь Чаншэна он прожил еще целых пять лет. Но в конце концов, время взяло свое. Однажды вечером старик, как обычно, лег в свой гроб и больше уже не проснулся.

________________________________________

— Брат Чаншэн!

Дверь лавки распахнулась, и на пороге появилась девушка-подросток.

Чэнь Чаншэн, разбуженный шумом, недовольно поднялся из своего гроба.

— Няньшэн, сколько раз тебе говорить? Это лавка гробовщика. Не пристало юной девице целыми днями торчать в таком месте. Что люди скажут?

Лин Няньшэн в ответ лишь показала язык.

— А мне все равно! Пусть говорят что хотят. К тому же, сейчас эпидемия бушует, кому есть до меня дело? Пойду приготовлю тебе поесть. А ты вылезай из гроба, хватит в нем спать целыми днями!

С этими словами она привычно прошмыгнула в кухоньку за домом.

Глядя ей вслед, Чэнь Чаншэн тихо вздохнул.

Эпидемия свирепствовала уже целый год. Родители Няньшэн, ее мать Няньцы и ее муж, умерли одними из первых. Их похоронами занимался он сам.

Минимальный интервал бодрствования между периодами сна составлял одну десятую от его общего запаса жизни. С момента последнего пробуждения прошло уже восемь лет. Технически, он давно мог снова погрузиться в сон.

Но Няньшэн… Девочка осталась совсем одна на всем белом свете. Как он мог оставить ее, просто исчезнув на долгие годы?

Чэнь Чаншэн покачал головой и выбрался из гроба.

«Ладно, какая разница, раньше или позже, – подумал он. – Подожду, пока эта девчонка вырастет и замуж выйдет».

________________________________________

Вскоре на столе появились две миски с дымящейся рисовой кашей. Чэнь Чаншэн и Лин Няньшэн молча ели.

Вдруг девочка подняла голову.

— Брат Чаншэн, ты… бессмертный?

— Что за глупости ты говоришь, девчонка? Будь я бессмертным, разве я позволил бы твоим родителям умереть от болезни? Твоя мать была мне очень хорошим другом.

Услышав его ответ, Лин Няньшэн опустила взгляд на свою миску.

— Брат Чаншэн, мне уже четырнадцать. Я больше не маленькая девочка. Некоторые вещи… ты от меня не скроешь.

Видя ее серьезность, Чэнь Чаншэн по привычке потрепал ее по голове и улыбнулся:

— Ну что ты опять выдумываешь, непоседа? Я же сказал, не куплю тебе больше ягоды в карамели не потому, что жалко, а потому что зубы у тебя совсем испортятся. Вот на днях сходим, куплю тебе…

— Няньцы – это домашнее прозвище моей мамы.

Слова Лин Няньшэн прервали его на полуслове. Чэнь Чаншэн замер и медленно опустил миску на стол.

— Ты винишь меня за то, что я не спас твою мать? – тихо спросил Чэнь Чаншэн.

— Нет! Я никогда тебя не винила! – поспешно ответила Лин Няньшэн. – Когда мама умирала, я видела печаль и боль в твоих глазах. Ты с самого детства заботился обо мне, как о родной сестре. Я слишком хорошо тебя знаю. Если бы у тебя был способ спасти маму, ты бы ни за что не позволил ей умереть. Эту тайну мне мама рассказала перед самой смертью. Она знала, что я…

Не дав ей договорить, Чэнь Чаншэн сунул ей в рот паровую булочку.

— Завтра пойдем ловить кроликов, – улыбнулся он. – А этот разговор закончим.

Сказав это, он снова взялся за свою миску с кашей, словно слова Лин Няньшэн его совсем не задели.

Видя его показное спокойствие, девочка не выдержала, и в ее глазах заблестели слезы.

— Почему?! Тогда, много лет назад, ты упустил свой шанс с мамой! Неужели и сейчас ты хочешь поступить так же?!

Ее голос дрожал от волнения. Чэнь Чаншэн снова отставил миску и тихо сказал:

— Я хочу, чтобы тебя похоронили твои дети и внуки, а не я. Ты понимаешь меня?

Услышав это, Лин Няньшэн сжала кулаки.

Восемнадцать лет назад, еще до ее рождения, Чэнь Чаншэн и ее мать уже были влюблены друг в друга. Но прошло восемнадцать лет, а Чэнь Чаншэн выглядел все так же, на двадцать. Хоть Няньшэн и не знала причины, она понимала: он может жить очень, очень долго. Так долго, что простым смертным и не представить.

Мысли об этом заставили ее губы задрожать, но она все же заставила себя улыбнуться:

— Брат Чаншэн такой доверчивый! Я опять тебя обманула! В наказание, что ты мне сегодня подаришь?

Заметив слезинку, скользнувшую по ее щеке, Чэнь Чаншэн достал из-за пазухи маленького деревянного кролика и протянул ей.

— Это тебе подарок на день рождения.

Лин Няньшэн взяла кролика и так крепко сжала его в руке, что костяшки пальцев побелели.

— Брат Чаншэн, я слышала, завтра в город прибудет Бессмертный, чтобы выбрать учеников. Я хочу попробовать. Бессмертные живут очень долго. Может быть… может быть, тогда я смогу всегда быть рядом с тобой.

— Няньшэн, стать учеником Бессмертного не так-то просто…

— Брат Чаншэн, позволь мне хоть раз поступить по-своему, хорошо? – прервала она его.

Глядя в ее упрямые, полные решимости глаза, Чэнь Чаншэн кивнул:

— Хорошо. Как скажешь.

Получив его согласие, Лин Няньшэн поднялась.

— Я пойду домой. Брат Чаншэн, ты бы почаще выходил на солнце, а не лежал все время в гробу.

Сказав это, она повернулась и пошла к выходу. Уже в дверях она остановилась на мгновение.

— Слышал ли ты, брат Чаншэн, как говорят: человека всю жизнь преследует то, чего он не смог достичь в юности? Поступая так, ты ведь и сам накладываешь на себя оковы.

Ее голос затих, и силуэт девушки исчез.

Чэнь Чаншэн долго молча смотрел ей вслед. О чем он думал в этот момент, не знал никто.

________________________________________

Вшууух!

Желтый талисман вспыхнул над городком ослепительным золотым светом. Под его сиянием мгла эпидемии, окутывавшая улицы, быстро рассеялась.

Жители городка, ставшие свидетелями этого чуда, не знали, как и благодарить явившуюся Бессмертную. Но женщина, стоявшая на парящем мече, лишь хранила холодное безразличие, отталкивающее любого.

Она взмахнула правой рукой, и с ее пальца слетело кольцо, из которого тут же вырос огромный, в чжан* высотой, камень.

(Прим.: Чжан – китайская мера длины, около 3.3 метра)

Камень с грохотом рухнул на землю, покрыв площадь паутиной трещин.

— Шестнадцатилетние и младше, желающие обрести долгую жизнь, могут подойти и испытать свою судьбу, – прозвучал ее холодный голос.

Хоть фраза была короткой, она всколыхнула весь город. Если власть императора и чиновников была для простого люда чем-то высоким и недосягаемым, то Бессмертные были сущностями, о которых они и мечтать не смели.

Стать Бессмертным означало не только избавиться от голода и нужды, но и вырваться из круговорота перерождений, обрести истинную свободу и безмятежность в этом мире. Говорили, даже сам император на Драконьем Троне должен был оказывать почтение легендарным Бессмертным!

Вскоре со всего города родители привели своих детей, чтобы проверить их связь с путем бессмертия. Увы, такой дар не валялся на дороге, как кочаны капусты. Большинство детей уже прошли испытание, но лишь у единиц камень под их ладонями испускал слабое свечение. И даже у этих немногих счастливчиков свет был едва заметным, тусклым.

Простояв в длинной очереди, Лин Няньшэн наконец подошла к камню. Едва она положила на него руку, как валун вспыхнул ярчайшим синим светом.

Увидев это, женщина, до того парившая в воздухе, мгновенно оказалась рядом с Лин Няньшэн и принялась внимательно изучать природу ее тела.

— Воистину, Водный Духовный корень высшего качества! – взволнованно воскликнула она, убедившись в своих догадках. Лицо ее все еще скрывала тонкая вуаль, но голос дрожал от возбуждения. – Девочка, желаешь ли ты стать моей ученицей?

Услышав, что Бессмертная хочет взять ее в ученицы, Лин Няньшэн сначала обрадовалась. Но улыбка быстро сошла с ее лица, сменившись сомнением и нерешительностью.

Заметив перемену в ее настроении, женщина не стала торопить. Смертные, впервые столкнувшись с возможностью ступить на путь бессмертия, часто колебались, боясь потерять то немногое, что имели, особенно – родственные узы. Она прекрасно знала, как поступать в таких случаях.

— Ты беспокоишься о родных? – мягко спросила она.

Лин Няньшэн подняла на нее глаза:

— Почтенная Бессмертная, став вашей ученицей, смогу ли я когда-нибудь вернуться?

— Разумеется. Когда завершишь обучение, сможешь покинуть гору секты. Кроме того, вот, возьми. Можешь передать это своим родным.

С этими словами женщина достала из своего пространственного кольца небольшой узелок и протянула его Лин Няньшэн.

— Почтенная Бессмертная, что здесь? – удивленно спросила девочка.

— Вернешься домой, откроешь – и сама все узнаешь. У тебя есть один шичэнь* на то, чтобы уладить свои дела. Потом я заберу тебя.

(Прим.: Шичэнь – традиционная китайская мера времени, равная двум современным часам.)

Глядя на узелок в руках, Лин Няньшэн снова вспомнила знакомое лицо с доброй улыбкой. Она почтительно поклонилась Бессмертной.

— Благодарю вас, Почтенная Бессмертная. Позвольте мне отлучиться и уладить кое-какие мелочи.

Сказав это, девочка повернулась и поспешила прочь.

Женщина проводила ее сузившимися глазами. Обычно, когда она набирала учеников, попадались те, кто отказывался уходить. Если речь шла о бесталанных середнячках, она не настаивала. Но Водный Духовный корень высшего качества – это невероятная редкость. Если бы она случайно не проходила мимо и не решила проверить это место из прихоти, ее секта могла бы упустить столь великую удачу. Нельзя допустить, чтобы с таким сокровищем что-то случилось.

________________________________________

Лавка гробовщика.

Чэнь Чаншэн полулежал в гробу, читая «Погребальный Канон». Лин Няньшэн, поджав губы, вошла внутрь. Увидев его лицо, она тихо проговорила:

— Брат Чаншэн… Бессмертная хочет взять меня в ученицы.

Услышав слова Лин Няньшэн, Чэнь Чаншэн отложил книгу.

Он и сам был в толпе, когда проходило испытание, просто вернулся чуть раньше нее. Глядя на девочку, которая опустила голову и не смела посмотреть ему в глаза, Чэнь Чаншэн прищелкнул языком.

— Ты действительно хочешь пойти?

— Хочу.

— Зачем?

От этого вопроса пальцы Лин Няньшэн сжались еще крепче. Она тихо ответила:

— Ради долгой жизни.

Эти два слова, слетевшие с ее губ, прозвучали легко, но несли в себе вес целой горы. Ведь только обретя долголетие, она сможет вечно быть рядом с «Долгой Жизнью» – Чаншэном.

Глядя на ее упрямое лицо, Чэнь Чаншэн усмехнулся и подошел к ней.

— Многие смертные в Поднебесной становились Бессмертными, но еще ни один Бессмертный не стал снова смертным. Путь к долголетию – это дорога без возврата. Если однажды ты устанешь идти… просто оглянись. Брат Чаншэн всегда будет за твоей спиной.

С этими словами он крепко обнял Лин Няньшэн. Во время объятия он очень тихо и быстро прошептал ей на ухо:

— Мир совершенствующихся – это место, где пожирают людей, не выплевывая костей. Никогда не теряй бдительности.

Затем он с улыбкой отстранился.

— Ай-яй! Какая честь для моей скромной лачуги – визит самой Бессмертной! Ваше сияние озарило мое убогое жилище!

Чэнь Чаншэн рассыпался в лести перед женщиной в дверях, кланяясь и угодничая точь-в-точь как любой другой житель городка. Однако на лице Бессмертной появилось лишь легкое отвращение. Она и представить не могла, что у столь одаренной девочки окажется такое неподходящее, мрачное прошлое, связанное с лавкой гробовщика.

— У этой девочки есть связь с путем бессмертия. Ее ждет великое будущее.

Хотя Чэнь Чаншэн был ей неприятен, ради заполучения талантливой ученицы женщина выдавила из себя пару дежурных фраз. Услышав их, Чэнь Чаншэн расплылся в еще более широкой улыбке.

— Все это лишь благодаря острому глазу Почтенной Бессмертной, сумевшей разглядеть жемчужину! Няньшэн с детства была непоседой, боюсь, доставит вам немало хлопот в будущем. Ах да, не осмелюсь спросить, где же находится ваша священная гора? Если будет время, я бы хотел нанести визит и выразить почтение.

От его слов нетерпение во взгляде женщины стало еще заметнее.

— В тысячах километров к югу есть секта под названием Линлун. Обычный человек и за тридцать лет туда вряд ли доберется. Хочешь прийти – приходи.

Закончив, она повернулась к Лин Няньшэн:

— У меня есть неотложное задание, мы должны отправляться немедля.

Услышав это, Лин Няньшэн осторожно поставила узелок, который держала в руках.

— Брат Чаншэн, я запомнила твои слова. Я обязательно вернусь за тобой.

Сказав это, она последовала за Бессмертной.

Когда они ушли, Чэнь Чаншэн с довольным видом принялся прибираться в лавке, весело что-то напевая себе под нос. Примерно через два часа он вдруг посерьезнел и холодно бросил в пустоту:

— Прятался так долго. Выходи.

Его голос эхом разнесся по лавке, но внутри, кроме холодных гробов, никого не было.

— Все еще не выходишь? Хочешь, чтобы я тебя силой вытащил? – снова сказал он ледяным тоном.

Подождав еще немного и не услышав ответа, он наконец облегченно выдохнул.

— Похоже, эта старая карга действительно ушла. Ишь ты, летать она умеет! Великое дело! Этот молодой господин поспит тысячу-другую лет – и тоже летать будет! Но лучше тебе не замышлять ничего дурного против Няньшэн, иначе этот молодой господин раскопает могилы всех твоих предков до седьмого колена!

С этими словами Чэнь Чаншэн убрал все гробы из лавки, а также оставленный Няньшэн узелок, в свое Системное хранилище.

Он прожил здесь восемь лет, и за эти восемь лет его внешность ничуть не изменилась. В городке уже поползли слухи. Если бы он остался дольше, простым объяснением вроде «хорошо сохранился» уже было бы не отделаться.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн решительно шагнул за порог лавки, служившей ему домом последние восемь лет.

— Тридцать лет пути ей не хватит? А что, этот молодой господин не может идти пятьдесят лет? Чего-чего, а времени у меня навалом.

Еще раз мысленно выругавшись в адрес Бессмертной, Чэнь Чаншэн исчез в конце улицы.

Его исчезновение еще долго обсуждали в городке. Кто-то говорил, что раз Бессмертная оценила Лин Няньшэн, то и ее «брата» забрала с собой – как говорится, «когда один человек достигает Дао, даже его куры и собаки возносятся на небеса». Другие считали, что он поссорился с Бессмертной, и та его убила. Версий было множество, но со временем имя Чэнь Чаншэна постепенно забылось.

________________________________________

— Сбор Ци, Заложение Основ, Золотое Ядро, Зародыш Души…

Чэнь Чаншэн лежал на траве, перелистывая ветхую, потрепанную книгу. Прошло уже двадцать лет с тех пор, как он покинул тот городок.

Он, конечно же, осмотрел содержимое узелка, оставленного Няньшэн. Там было немного: всего лишь одна книга с методом совершенствования, одна пилюля и немного золота и серебра.

Метод совершенствования оказался очень простым, даже примитивным. В нем кратко описывались основные ступени совершенствования и прилагалась техника для первой из них – ступени Сбора Ци.

Поначалу Чэнь Чаншэн воспринял эту книгу как бесценное сокровище. Еще бы, ведь это был настоящий метод совершенствования! Освоив его, он смог бы летать по небу и передвигаться под землей, не прибегая к долгим периодам сна.

Однако, постранствовав по миру и увидев его просторы, Чэнь Чаншэн понял, насколько бесполезную вещь он держит в руках. В мире совершенствующихся только те, кто достиг ступени Заложения Основ, считались по-настоящему ступившими на путь долголетия.

К тому же, совершенствующиеся в этом мире оказались не такой уж редкостью, как он думал раньше. Причина, по которой он их не встречал, была проста – он жил в слишком глухом и отдаленном месте.

А его метод Сбора Ци оказался обычным ширпотребом, ходовым товаром в мире боевых искусств и начального совершенствования. Не то чтобы он валялся на каждом углу, но за тысячу-другую лянов серебра вполне можно было купить пару подобных книжек.

С этой мыслью Чэнь Чаншэн сел и бросил книгу в костер. За эти двадцать лет он перечитывал ее каждый день и мог воспроизвести каждое слово наизусть, даже задом наперед.

— Система, здесь сказано, что те, кто достигает первой ступени Сбора Ци за три дня – гении. Те, кто за один день – величайшие гении. А те, кто за два часа – гении, рождающиеся раз в сто лет. А к какому уровню отношусь я, если мне потребовалось двадцать лет, чтобы достичь первой ступени Сбора Ци?

«Носитель, ступень совершенствования – это лишь один из критериев измерения силы, но не единственный», – ответила Система. – «Метод совершенствования – лишь одно из средств стать сильнее, но не единственное. Существующая система совершенствования этой эпохи может не подходить Носителю. Но это не значит, что система совершенствования следующей эпохи также не подойдет ему».

Услышав это, Чэнь Чаншэн оживился.

— Система, что значит «следующей эпохи»?

«Нет вечных империй, и мир совершенствующихся – не исключение», – пояснила Система. – «Живые существа считают некоторые вещи вечными лишь потому, что их собственное существование слишком коротко».

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• «Долгая Жизнь» (長生 — Chángshēng): Имя главного героя, которое также означает «долголетие» или «бессмертие». В диалоге Лин Няньшэн использует его как двойной смысл: ее желание обрести долголетие, чтобы быть рядом с Чаншэном.

• Поднебесная (天下 — Tiānxià): Традиционное китайское название для мира, всего, что находится под небом

«Когда Носитель проживет достаточно долго, он обнаружит, что в мире нет ничего вечного», – продолжала Система. – «Таков Небесный Путь, таковы и люди».

— Хе-хе! – Чэнь Чаншэн усмехнулся. – Система есть Система, всегда найдет, что сказать.

Он с улыбкой поднялся, взглянул на забрезживший на горизонте рассвет, небрежно затушил костер и снова двинулся на юг.

Когда обладаешь безгранично долгой жизнью, становишься не только осторожным, но и склонным к скуке. Чтобы справиться с этой всепоглощающей скукой, Чэнь Чаншэн поставил себе небольшую цель: добраться до секты Линлун и посмотреть, как живет Няньшэн.

Однако, пока он шел к этой цели, он обнаружил у себя еще одно увлечение – учебу. Стоило ему наткнуться на какое-нибудь интересное ремесло, как он останавливался на несколько лет, чтобы освоить его. За прошедшие двадцать лет Чэнь Чаншэн успел побывать нищим, продавал тофу и даже научился варить вино.

Но из всех занятий больше всего ему нравилось и лучше всего удавалось именно похоронное дело – полный комплекс ритуальных услуг. Причина была проста: в любом другом ремесле, даже в попрошайничестве (ведь нищие тоже делят территорию), не обходилось без конфликтов и споров.

Торговля же гробами была куда спокойнее. Воры ее обходят стороной, разбойники не грабят. И неважно, кто ты – знатный чиновник или член императорской семьи – конец у всех один: несколько досок, сколачивающих твой последний приют.

Кроме того, за эти годы Чэнь Чаншэн значительно преуспел в искусстве Сюньлун Дяньсюэ – поиске благоприятных мест для захоронения с помощью фэн-шуй. Другие мастера полагались лишь на книжные знания, и никто не мог с уверенностью сказать, работают ли их методы. Но Чэнь Чаншэн был другим. Похоронив кого-то, он мог неспешно наблюдать за дальнейшей судьбой семьи покойного. Самое долгое такое наблюдение за эти двадцать лет заняло у него целых пять лет.

Именно из-за этих постоянных остановок и отклонений от маршрута за двадцать лет Чэнь Чаншэн преодолел всего около полутора тысяч километров.

________________________________________

Городок Линлун.

Глядя на фигуры, время от времени пролетавшие над головой, Чэнь Чаншэн прищелкнул языком и вздохнул:

— Теперь понятно, почему та старая карга так скривилась, когда я сказал, что хочу нанести визит. Мне понадобилось целых пятьдесят лет, чтобы добраться сюда! Обычному человеку, если не повезет, и до пятидесяти-то дожить непросто.

Слегка посетовав на безжалостность времени, Чэнь Чаншэн принялся искать подходящее помещение для лавки в городке.

Это поселение располагалось у подножия горы, где находилась секта Линлун. Сюда часто заглядывали низкоуровневые совершенствующиеся и слуги секты. Изначально Чэнь Чаншэн подумывал проникнуть в секту, чтобы разузнать о Няньшэн, но, оказавшись в городке Линлун, он отказался от этой идеи.

Причина была проста: в радиусе пятидесяти километров от секты Линлун все только и говорили что о Лин Няньшэн.

В секте Линлун появилась гений, каких не видели тысячу лет. Всего за пятьдесят лет с момента поступления она достигла великого свершения ступени Золотого Ядра! Ее поразительный талант встревожил даже главу секты, который долгие годы находился в уединенном совершенствовании.

К такой Небесной Избраннице слетались бесчисленные молодые таланты со всего мира, мечтая стать ее спутником на пути Дао. Однако на все их попытки у Лин Няньшэн всегда был один ответ:

— Все вы, вместе взятые, не стоите и мизинца Чаншэна.

Со временем в мире совершенствующихся Лин Няньшэн стали называть самой чистой душой, преданной своему пути, ибо ее одержимость «Чаншэном» (долгой жизнью или конкретным человеком?) была несравнима ни с чьей другой.

В отличие от Лин Няньшэн, купавшейся в лучах славы, присутствие Чэнь Чаншэна было практически незаметным. Никто в городке Линлун и не заметил, как в самом глухом его уголке открылась крохотная лавка гробовщика, в которой едва помещалось три гроба.

________________________________________

— Простите, есть кто-нибудь?

Маленькая бритая голова с любопытством заглянула внутрь лавки. Услышав голос, из одного из гробов резко села человеческая фигура.

Увидев человека, внезапно поднявшегося из гроба, маленький послушник испуганно отшатнулся. Убедившись, что перед ним живой человек, он облегченно похлопал себя по груди.

— Благодетель, как же вы можете лежать в гробу? – серьезно спросил он. – Гробы – для мертвых.

Глядя на серьезное лицо маленького монаха, Чэнь Чаншэн улыбнулся. Он держал эту лавку уже три года, и за все это время сюда почти никто не заходил. Если бы он не выращивал на продажу немного низкосортной духовной травы, лавка давно бы закрылась.

— Маленький монах, ты не совсем прав, – сказал Чэнь Чаншэн. – Будь то смертный или совершенствующийся, никому не избежать смерти. А раз так, почему живой должен брезговать своим последним пристанищем?

Услышав его слова, маленький монах склонил голову набок, задумался, а затем сложил ладони и произнес:

— Амитабха! Благодарю вас, благодетель, за наставление. Это я был привязан к внешней форме.

— Хе-хе! – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – А ты, хоть и мал, но весьма проницателен.

С этими словами он выпрыгнул из гроба и дружелюбно потрепал маленького монаха по гладкой бритой голове.

— Говори, маленький монах, зачем пожаловал в мою лавку?

Послушник опустил голову.

— Недавно Храм Небесного Будды и секта Линлун совместными усилиями усмирили одного злокозненного демонического совершенствующегося. Он отказался сдаться и был убит старейшиной секты Линлун. Хотя этот благодетель и совершил много зла, я не хочу, чтобы его тело осталось гнить под открытым небом. Поэтому я пришел купить гроб, чтобы похоронить его как подобает.

Услышав это, Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— А деньги у тебя есть? Я все-таки торговлей занимаюсь, не могу работать себе в убыток.

— Я приготовил.

С этими словами маленький монах достал из своего мешочка для хранения три средних духовных камня и протянул их Чэнь Чаншэну. Увидев довольно ценные камни, Чэнь Чаншэн улыбнулся и взял только один.

— За один средний духовный камень вы получите лучший полный комплекс моих услуг. Когда можем отправляться?

— Прямо сейчас! Если промедлим еще, тело того благодетеля начнет разлагаться.

Чэнь Чаншэн не стал колебаться и тут же отправился с маленьким монахом. А лавка… он даже дверь не запер. Внутри стояло всего два гроба. Нужно быть совсем без мозгов, чтобы прийти сюда воровать пару обычных деревянных ящиков.

________________________________________

Пустошь.

Следуя за маленьким монахом, Чэнь Чаншэн наконец увидел так называемого демонического совершенствующегося. В смерти он ничем не отличался от обычных людей. Разве что… пол-лица у него было размозжено ударом.

При виде этой картины Чэнь Чаншэн вздохнул:

— Маленький монах, неужели вы, совершенствующиеся, все такие бесчувственные? Неважно, что он натворил при жизни. Вы же столько сил потратили, чтобы его поймать. Убили – так хоть яму бы вырыли, похоронили по-человечески! Что ж бросать его вот так, в чистом поле? Похоже, во всем этом мире совершенствующихся только у тебя, маленький монах, и осталось немного сострадания.

В ответ на слова Чэнь Чаншэна послушник лишь молча начал читать буддийские сутры.

Чэнь Чаншэн покачал головой и принялся за свою работу – подготовку тела к погребению.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Небесный Путь (天道 — Tiāndào): Фундаментальные законы мироздания, судьба, высшая воля в даосской и китайской философии.

• Сюньлун Дяньсюэ (尋龍點穴 — Xúnlóng diǎnxué): Дословно «искать дракона, указать точку акупунктуры». Практика геомантии (фэн-шуй), направленная на поиск мест с благоприятной энергией Ци, особенно для захоронений, чтобы обеспечить удачу потомкам.

• Спутник на пути Дао (道侶 — Dàolǚ): Партнер в совершенствовании, часто подразумевает и романтические отношения.

• Чаншэн (長生 — Chángshēng): Имя главного героя и слово, означающее «долгая жизнь». Ответ Лин Няньшэн обыгрывает это двойное значение.

• Благодетель (施主 — Shīzhǔ): Вежливое обращение буддийского монаха к мирянину (тому, кто подает милостыню или поддерживает храм/монастырь).

• Амитабха (阿彌陀佛 — Ēmítuófó): Имя одного из самых почитаемых Будд; часто используется как мантра или приветствие/возглас в буддизме Махаяны.

• Быть привязанным к внешней форме (著相 — Zhuóxiàng): Буддийский термин, означающий заблуждение, привязанность к иллюзорным внешним проявлениям мира, не видя их истинной пустотной природы.

• Духовная трава (靈草 — Língcǎo): Растения, содержащие духовную энергию (Ци), используются в алхимии и совершенствовании.

• Демонический совершенствующийся (魔修 — Móxiū): Культиватор, использующий запретные, темные или жестокие методы для достижения силы, часто противопоставляется «праведным» путям.

• Мешочек для хранения (儲物袋 — Chǔwù dài): Магический предмет, аналог пространственного кольца, для хранения вещей.

• Средний духовный камень (中等靈石 — Zhōngděng língshí): Камень, содержащий концентрированную духовную энергию, используется как валюта и источник энергии среди совершенствующихся. Существуют разные градации (низшие, средние, высшие).

• Буддийские сутры (佛經 — Fójīng): Священные тексты буддизма.

Стереть кровь, зашить рваные раны. Снять истлевшие лохмотья, облачить в новые погребальные одежды.

Чэнь Чаншэн неторопливо приводил в порядок тело лежавшего перед ним человека. Каждый его шаг был выверен, точен, исполнен с предельной серьезностью.

Через час облик покойного был в общих чертах восстановлен. Чэнь Чаншэн даже отыскал и собрал все зубы, разбросанные вокруг.

Закончив с телом, он хлопнул правой рукой по мешочку из шкуры зверя у пояса. Перед ним тут же появился гроб отличного качества.

Поместив тело в гроб, Чэнь Чаншэн достал компас Лопань и принялся искать поблизости благоприятное место по фэн-шуй.

Выкопать яму, опустить гроб – даже с помощью маленького монаха на все это ушло целых четыре часа. Но когда пришло время устанавливать надгробие, Чэнь Чаншэн замер.

— Маленький монах, чтобы установить надгробие, нужно знать имя покойного, а также имя того, кто ставит камень. Как его звали?

Услышав вопрос, послушник сложил ладони:

— Этот благодетель был главой Секты Небесного Демона, по прозвищу Предок Кровавый Демон. Его настоящего имени никто не знает. Что до имени на камне… благодетель, решите сами. Правила моего ордена запрещают мне ставить ему надгробие.

Чэнь Чаншэн хмыкнул и высек на камне:

«Здесь покоится Предок Кровавый Демон из Секты Небесного Демона. – Похоронщик».

Увидев надпись, маленький монах удивленно спросил:

— Благодетель, ваше прозвище – «Похоронщик»?

— Верно! Я продаю гробы, подготавливаю тела и предаю их земле. Кто же я, если не похоронщик?

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся, чтобы уйти, и махнул рукой на прощание:

— Моя работа сделана. Я пойду первым. Будут еще подобные дела – не забывай меня позвать.

Маленький монах долго смотрел ему вслед, склонив голову набок. Он впервые встречал такого странного человека. Было в нем что-то необъяснимое, неуловимое.

________________________________________

Городок Линлун.

Вернувшись в свою лавку, Чэнь Чаншэн немедленно запер дверь и с любопытством уставился на зуб, который держал в руке.

Этот зуб он нашел у того самого Предка Кровавого Демона. На первый взгляд, он ничем не отличался от обычного зуба, но присмотревшись, можно было заметить вырезанные на нем крошечные узоры формации. Если бы Чэнь Чаншэн так тщательно не готовил тело к погребению, он бы ни за что не догадался, что даже в зубе можно что-то спрятать.

Внимательно рассмотрев находку, Чэнь Чаншэн задумчиво потер подбородок.

— Похоже на руны накопительного массива… Раз Предок Кровавый Демон так старался это скрыть, внутри наверняка что-то ценное.

Он взмахнул правой рукой, и перед ним тут же появилось больше десяти толстых книг. Все они были посвящены искусству формаций.

Талант Чэнь Чаншэна к совершенствованию был, мягко говоря, ужасен. За пятьдесят лет он с трудом достиг лишь третьего уровня Сбора Ци. Гении достигали такого уровня за время, пока длится один прием пищи. Убедившись, что таланта к прямому совершенствованию у него действительно нет, Чэнь Чаншэн сосредоточил свое внимание на изучении формаций и алхимии. В конце концов, эти искусства требовали накопления знаний и опыта, а уж чего-чего, а времени на накопление у Чэнь Чаншэна было предостаточно.

Запалив масляную лампу, он погрузился в изучение формации на зубе. Хоть Чэнь Чаншэн знал лишь основы искусства массивов, а формация Предка Кровавого Демона была весьма искусной, для него это не было проблемой. Ведь у него была вечность.

Не получится за день – получится за месяц. Не получится за месяц – получится за год. Пока Чэнь Чаншэн не сдавался, он рано или поздно смог бы стереть защитную формацию на зубе.

________________________________________

Три месяца пролетели незаметно. Все это время Чэнь Чаншэн почти не выходил из лавки. К счастью, его заведение редко кто посещал, иначе его затворничество наверняка привлекло бы внимание.

— Фух…

Чэнь Чаншэн глубоко выдохнул и размял затекшее тело. Спустя три месяца непрерывной работы он наконец-то стер формацию, оставленную Предком Кровавым Демоном.

— Искусственный Духовный корень?

Глядя на название книги, извлеченной из зуба, Чэнь Чаншэн недоуменно нахмурился.

Духовный корень – это основа совершенствования, мерило таланта практика. Самые распространенные – Духовные корни Пяти Элементов. Они делились по качеству: низшее, среднее, высшее и наивысшее. Наивысшее качество считалось вершиной таланта. Кроме них существовали и редкие, Особые Духовные корни, которые тоже были очень сильны, хотя их польза зависела от конкретного типа. Но среди всех известных ему типов корней он никогда не слышал об «Искусственном Духовном корне»!

Это его заинтриговало. Больше всего на свете Чэнь Чаншэн любил узнавать то, чего не знал раньше.

— Интересно… Надо бы взглянуть, что это за зверь такой – Искусственный Духовный корень.

Пробормотав это, Чэнь Чаншэн открыл первую страницу.

По мере того, как он читал, стало ясно, что это не метод совершенствования и не секретная техника. Скорее, это была автобиография, описывающая путь Предка Кровавого Демона.

Талант его был ужасен – можно сказать, самый низкий из возможных в мире совершенствующихся. Он обладал Смешанным Духовным корнем Пяти Элементов самого отвратительного качества. Промучившись много лет на ступени Сбора Ци, Предок Кровавый Демон задался вопросом: раз Духовный корень существует, можно ли улучшить его качество искусственно, путем взращивания?

Загоревшись этой идеей, он немедленно приступил к экспериментам. Но поскольку мысль была почти фантастической, он не решался ставить опыты на себе. Вместо этого Предок Кровавый Демон начал экспериментировать на живых людях.

По мере того, как росло число его жертв, он действительно кое-что выяснил о природе Духовных корней. Их качество нельзя было улучшить ни пилюлями, ни методами совершенствования, ни формациями – ни одним из известных совершенствующимся способов. Однако… Духовный корень мог поглотить другой Духовный корень, тем самым повысив свое качество.

Открыв этот мрачный секрет, Предок Кровавый Демон начал свой путь наверх. Поглощая Духовные корни множества более слабых практиков, он улучшал свой собственный. Благодаря этому порочному кругу его сила росла, и со временем он стал могущественным экспертом.

Однако, как следовало из записей, позже с его методом возникли проблемы. К тому же, его безумные убийства привлекли внимание других сект, объединившихся для его уничтожения. На этом моменте автобиография Предка Кровавого Демона обрывалась.

— Ц-ц-ц! Ну и голова у этого Предка Кровавого Демона! – пробормотал Чэнь Чаншэн. – Такой странный и жуткий способ придумать!

Он убрал книгу обратно в Системное хранилище.

— Система, как думаешь, то, о чем писал Предок Кровавый Демон – создание Искусственного Духовного корня – это вообще возможно? Во второй половине книги он много раз упоминает эту идею, приводит разные гипотезы… Звучит, черт возьми, весьма логично.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Привести в порядок останки / Подготовить тело (整理遺容 — zhěnglǐ yíróng): Традиционная практика подготовки тела умершего перед похоронами, чтобы придать ему достойный вид.

• Погребальные одежды (壽衣 — shòuyī): Специальная одежда, в которую облачают покойного.

• Компас Лопань (羅盤 — luópán): Специализированный компас, используемый в фэн-шуй для определения благоприятных направлений и мест.

• Благоприятное место по фэн-шуй (風水寶地 — fēngshuǐ bǎodì): Место с хорошей циркуляцией энергии Ци, подходящее для строительства или захоронения.

• Похоронщик (送葬人 — Sòngzàng Rén): Прозвище, которое Чэнь Чаншэн дает себе, буквально «провожающий в последний путь».

• Формация / Массив (陣法 — zhènfǎ), Узоры формации / Руны массива (陣紋 — zhènwén): Магические схемы, используемые для различных целей (защита, хранение, атака).

• Духовный корень (靈根 — línggēn): Основа таланта к совершенствованию.

o Искусственный Духовный корень (偽靈根 — wěi línggēn): Термин, введенный Предком Кровавым Демоном, обозначающий корень, созданный или модифицированный искусственно.

o Духовный корень Пяти Элементов (五行靈根 — wǔxíng línggēn): Стандартный тип корня, связанный с элементами Дерево, Огонь, Земля, Металл, Вода.

o Качество корня (下品, 中品, 上品, 極品 — xiàpǐn, zhōngpǐn, shàngpǐn, jípǐn): Низшее, среднее, высшее, наивысшее.

o Особый Духовный корень (異靈根 — yì línggēn): Редкие типы корней, не связанные напрямую с Пятью Элементами (например, Ледяной, Громовой).

o Смешанный/Нечистый Духовный корень (雜靈根 — zá línggēn): Корень, содержащий несколько элементов низкого качества, что мешает совершенствованию. Считается худшим типом таланта.

Едва Чэнь Чаншэн договорил, как в его сознании снова раздался голос Системы:

«Раз уж у Носителя возникли сомнения, почему бы ему самому не отправиться на поиски истины?»

Услышав это, Чэнь Чаншэн закатил глаза и отмахнулся:

— Да ну тебя! Буду я еще проводить на себе такие опасные эксперименты! Если что-то пойдет не так, убыток будет колоссальный. К тому же, я совершенно не хочу, как этот Предок Кровавый Демон, всю жизнь бегать от преследователей.

«Носитель, я имею в виду, что вы можете найти самый безопасный и надежный способ», – уточнила Система.

Чэнь Чаншэн на мгновение замер.

— Самый безопасный и надежный? Разве такой существует?

«Почему Носитель считает, что нет? В мире нет ничего неизменного. Предок Кровавый Демон выбрал такой поспешный и рискованный метод, потому что его срок жизни подходил к концу. Но у Носителя другая ситуация – вы обладаете практически бесконечной жизнью. Накапливая знания и опыт день за днем, год за годом, вы вполне можете найти решение этой проблемы».

Над ответом Системы Чэнь Чаншэн задумался.

— Резонно… Время кажется слабым и бессильным, но на самом деле это самый острый клинок в мире. Ни могущественные предки ступени Преобразования Духа, ни легендарные артефакты не могут устоять перед его разрушительной силой. Перед лицом времени все становится незначительным. Так что и эта небольшая проблема с совершенствованием, естественно, не исключение.

Идея Искусственного Духовного корня была еще одной гипотезой Предка Кровавого Демона. Он предполагал, что можно внедрить в тело некий внешний объект, который со временем трансформируется в Духовный корень. Однако этот метод имел множество нерешенных проблем. Например, какие именно Небесные материалы и земные сокровища подходят на роль «заготовки» для корня? И как сделать так, чтобы тело не просто поглотило их, а именно преобразовало в Духовный корень?

Но эти вопросы не слишком беспокоили Чэнь Чаншэна. Он не спешил их решать, ведь у него было очень, очень много времени.

Перекинувшись еще парой фраз с Системой, Чэнь Чаншэн забрался в гроб, служивший ему постелью. Он трудился без отдыха целых три месяца и теперь заслужил хороший отдых.

________________________________________

История с похоронами Предка Кровавого Демона не вызвала никаких последствий. Чэнь Чаншэн вернулся к своей тихой и уединенной жизни.

Стоит отметить, однако, что тот добрый маленький монах стал его частым гостем. Он заглядывал к Чэнь Чаншэну каждые три-пять дней. Иногда он просил помочь с похоронами, иногда – делился своими мыслями о совершенствовании. Но чаще всего они обсуждали буддийское учение – Дхарму.

За прошедшие десятилетия Чэнь Чаншэн прочел несметное количество книг: от буддийских сутр и даосских канонов до уличных новелл и низкопробных романов. Он поглощал любые знания, какие только мог найти. Добавьте к этому пятьдесят лет странствий по миру – и неудивительно, что в их спорах о Дхарме чаще всего побеждал Чэнь Чаншэн.

________________________________________

— Чэнь Чаншэн! Сегодня я, смиренный монах, непременно одолею тебя в диспуте! Триста раундов, не меньше!

Бритый мужчина в монашеском одеянии решительно шагнул в лавку гробовщика. Увидев его бесцеремонный вид, Чэнь Чаншэн лишь искоса взглянул на него и равнодушно бросил:

— Ты все-таки преемник Храма Небесного Будды, Мастер Исю, о котором все говорят. Если люди увидят тебя в таком виде, разве не поднимут на смех?

В ответ Исю закатил глаза, бесцеремонно уселся на крышку одного из гробов и махнул рукой:

— Хотят смеяться – пусть смеются. Даже если они вознесут меня до небес, это не изменит того факта, что я проигрываю тебе в спорах уже двадцать лет подряд.

Да, этим Мастером Исю был тот самый маленький послушник, который когда-то просил Чэнь Чаншэна похоронить Предка Кровавого Демона. Время летело незаметно – прошло уже двадцать лет. Бывший маленький монах превратился в молодого и талантливого практика, способного постоять за себя.

Услышав жалобы Исю, Чэнь Чаншэн отложил книгу.

— Судя по твоим словам, ты и сегодня настроен спорить о Дхарме?

— А то! Зачем бы я еще к тебе пришел? Из всех, кого я знаю, только ты можешь сравниться со мной в понимании Закона Будды. Но, говоря откровенно, талант к совершенствованию у тебя просто никудышный! Двадцать лет назад ты был на третьем уровне Сбора Ци, сейчас – на четвертом. Твой прогресс просто черепаший! Я всерьез опасаюсь, что ты однажды случайно отбросишь коньки. С кем же я тогда буду спорить?

Чэнь Чаншэн лишь мягко улыбнулся:

— Талант к совершенствованию – не то, что я могу выбирать. Что же мне поделать?

— Нет таланта – я могу помочь! Не могу изменить того факта, что у тебя нет Духовного корня, но продлить твою жизнь – вполне возможно! Ты никогда не говоришь, сколько тебе лет… Я не хочу терять такого друга, как ты.

В ответ на слова Исю Чэнь Чаншэн лишь продолжал улыбаться, не давая прямого ответа. Большим плюсом жизни в мире совершенствующихся было то, что не нужно было беспокоиться о неизменной внешности. Пилюли Сохранения Молодости здесь не были редкостью.

— Жизнь и смерть предначертаны судьбой, богатство и знатность — в руках Небес. Не стоит так переживать о продолжительности жизни. Пусть все идет своим чередом. Сегодня я не настроен спорить. У меня есть к тебе просьба.

— Не помогу! – решительно отрезал Исю. – Только если ты согласишься, чтобы я продлил твою жизнь.

Видя упрямство монаха, Чэнь Чаншэн беспомощно улыбнулся.

— Хорошо. Если ты выполнишь мою просьбу, я соглашусь на твое предложение.

При этих словах Исю тут же спрыгнул с гроба и оживился:

— Что за дело? Говори! Я, Мастер Исю, гарантирую – все будет исполнено!

— Ты ведь прибыл в секту Линлун на церемонию вступления Феи Чаншэн в должность старейшины, верно?

— Что, тоже хочешь поглазеть?

— Нет, – Чэнь Чаншэн покачал головой. – Я хочу попросить тебя передать вот это Фее Чаншэн.

С этими словами он достал из-за пазухи деревянную фигурку тигра. Увидев ее, Исю скривился.

— Чэнь Чаншэн, только не говори мне, что тебе нравится Фея Чаншэн! Эта женщина совершенно не интересуется вопросами поиска спутника Дао! Не трать силы зря!

— Просто передай ей эту вещь. Лишних слов говорить не нужно. Сделаешь это – я соглашусь на продление жизни.

Столкнувшись с такой «трудной» просьбой, Исю принялся в отчаянии чесать бритую макушку. Наконец, он выхватил деревянного тигра из рук Чэнь Чаншэна.

— Учти! Я могу передать фигурку, но твоего имени упоминать не буду! Если ее многочисленные поклонники узнают об этом, твоя смерть будет очень мучительной.

— Договорились!

Получив согласие Чэнь Чаншэна, Исю с деревянным тигром в руках покинул лавку. Проводив его взглядом, Чэнь Чаншэн тихо прошептал:

— Маленький монах… Увидимся лет через восемьдесят.

Сказав это, Чэнь Чаншэн вставил несколько духовных камней в пазы на полу. Лавку тут же озарили вспыхнувшие руны формации. Это был случайный телепортационный массив, на создание которого он потратил десять лет. Радиус и точка назначения были неизвестны. Цель была одна – не дать никому отследить его местоположение по остаточной энергии телепортации.

Вспышка!

Яркий свет полыхнул, и Чэнь Чаншэн исчез внутри массива. Руны на полу погасли – одноразовая формация выполнила свою задачу и рассыпалась в прах.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Преобразование Духа (化神 — Huàshén): Высокая ступень совершенствования, следующая за Зародышем Души.

• Небесные материалы и земные сокровища (天材地寶 — Tiāncái dìbǎo): Редкие природные ресурсы с высокой концентрацией духовной энергии, используемые в алхимии, создании артефактов и совершенствовании.

• Дхарма / Закон Будды (佛法 — Fófǎ): Учение Будды, буддийские принципы.

• Буддийские сутры (佛門經文 — Fómén jīngwén), Даосские каноны (道家典籍 — Dàojiā diǎnjí): Священные тексты двух основных китайских учений.

• Уличные новеллы (坊間話本 — Fāngjiān huàběn), Низкопробные романы (低俗小說 — Dīsú xiǎoshuō): Жанры популярной литературы разного качества.

• «Жизнь и смерть предначертаны судьбой, богатство и знатность — в руках Небес» (生死有命富貴在天 — Shēngsǐ yǒu mìng, fùguì zài tiān): Распространенная китайская пословица о предопределенности судьбы.

Секта Линлун.

Бесчисленные совершенствующиеся стекались сюда со всех сторон. Кто-то летел на мече, кто-то плыл на облаке, иные же управляли могучими летающими демоническими зверями. Цель у всех была одна: поздравить Фею Чаншэн из секты Линлун со вступлением в должность старейшины.

Фея Чаншэн прибыла в секту Линлун семьдесят лет назад. Благодаря своему невероятному таланту, всего за семьдесят лет она достигла ступени Зародыша Души. Такой скорости совершенствования не видывали во всей Великой Династии Гань.

Однако больше всего в Фее Чаншэн восхищало не только ее дарование, но и непоколебимое Сердце Дао. Она не вступала в конфликты, не искала спутника Дао и была совершенно равнодушна к власти в секте. Если кто-то спрашивал ее о цели столь усердного совершенствования, ее ответ всегда состоял из двух слов:

— Чаншэн! (Долгая Жизнь!)

________________________________________

— Няньшэн, церемония скоро начнется.

Голос вывел Лин Няньшэн из задумчивости. Она стояла на вершине горы, глядя вдаль. Услышав зов, девушка тихо вздохнула и медленно обернулась. К ней подошла ее наставница, первая учительница – Шуй Линлун.

Глядя на мастера, Лин Няньшэн тихо сказала:

— Мастер, я не хочу быть старейшиной. Я просто хочу спокойно совершенствоваться.

— Ты все еще не можешь его отпустить? – спросила Шуй Линлун.

— Я вступила на путь совершенствования ради него. Без него все это не имеет смысла.

— Но он смертный! Прошло семьдесят лет! Он уже, должно быть, седовласый старик. А может, давно покоится в земле. Вы принадлежите к разным мирам, ты понимаешь?

Лин Няньшэн лишь мягко улыбнулась.

— Мастер, вы не понимаете. Брат Чаншэн всегда держит свое слово. Он сказал: «Долог путь к бессмертию. Если однажды ты устанешь и обернешься – я буду стоять за твоей спиной». Раз он сказал, значит, так и будет.

Видя ее упрямство, Шуй Линлун снова вздохнула. С самого прибытия в секту Лин Няньшэн блистала талантом, но и ее одержимость тем мужчиной росла с каждым днем. Глава секты знал об этом. Чтобы помочь ей избавиться от этой привязанности, секта специально посылала людей в родные края Лин Няньшэн с целью привезти Чэнь Чаншэна сюда. Продлить жизнь смертному на несколько десятков лет – не такая уж большая трата ресурсов, особенно если это поможет разрешить навязчивую идею столь ценной ученицы. Это была бы самая выгодная сделка на свете.

Увы, когда посланники прибыли на место, лавка гробовщика давно стояла пустой. Расспросив местных, они узнали, что вскоре после ухода Лин Няньшэн Чэнь Чаншэн тоже исчез. Найти простого смертного в безбрежном море людей – задача не из легких.

Видя молчание мастера, Лин Няньшэн улыбнулась шире.

— Не волнуйтесь, Мастер. Я все равно приму должность старейшины. Только став старейшиной секты Линлун, я смогу получить больше ресурсов и лучшие методы совершенствования. Я не хочу останавливаться на этом пути. Потому что я знаю – брат Чаншэн тоже не остановится.

С этими словами она весело, почти вприпрыжку, направилась к главным зданиям секты вдалеке. Глядя на ее счастливое лицо, Шуй Линлун нахмурилась еще сильнее. За все семьдесят лет улыбка появлялась на лице ее ученицы лишь тогда, когда речь заходила о Чэнь Чаншэне.

Но как долго может продержаться эта иллюзия, хрупкая, как мыльный пузырь? Долгая жизнь – предел мечтаний всех совершенствующихся, но никому еще не удавалось достичь истинного бессмертия. Что уж говорить о простом смертном? Если однажды фантазии Лин Няньшэн разобьются о реальность, ее Сердце Дао, вероятно, рассыплется в одно мгновение.

Подумав об этом, Шуй Линлун могла лишь снова вздохнуть. Это была неразрешимая проблема.

________________________________________

Тренировочная площадка секты.

— Обитель Высшей Чистоты преподносит две Пилюли Глазурованного Нефрита!

— Храм Небесного Будды преподносит экземпляр священной сутры…

Один за другим представители сект вручали свои дары. Однако Лин Няньшэн, сидевшая на почетном месте для старейшин, даже не взглянула на эти сокровища, которым позавидовали бы многие совершенствующиеся.

Преподнеся дар от Храма Небесного Будды, Исю нервно забарабанил пальцами по своей бритой голове. Он не знал, как передать деревянную фигурку от Чэнь Чаншэна. К тому же, тот парень был упрям как осел: если Исю не выполнит обещанного, Чэнь Чаншэн ни за что не позволит продлить ему жизнь.

Видя, что уже объявляют следующую секту, Исю набрался смелости и громко сказал:

— Почтенная Наставница Чаншэн, у смиренного ученика есть еще один подарок!

Слова Исю мгновенно заставили всех замолчать. Все взгляды устремились на него. Дар от Храма Небесного Будды уже был вручен. Еще один подарок – очевидно, личный, от самого Исю. В такой ситуации жест мужчины, преподносящего личный дар женщине, был более чем красноречив.

Лин Няньшэн слегка повернула голову и бесстрастно произнесла:

— Благодарю за внимание.

Ее холодность никого не удивила. Все с интересом наблюдали за разворачивающейся сценой. Самый одаренный наследник Храма Небесного Будды воспылал мирскими чувствами, да еще и к Фее Чаншэн, известной своей преданностью Пути! Этой сплетни хватит лет на двадцать обсуждений.

Гульп!

С трудом сглотнув, Исю под огромным давлением всеобщего внимания обеими руками протянул деревянную фигурку. Он уже представлял, как его будет отчитывать мастер по возвращении. Хорошо, если не запрут в храме лет на десять.

Едва Исю достал свой «подарок», как бесчисленные потоки Божественного Сознания мгновенно просканировали его. Обнаружив, что это всего лишь простая деревянная фигурка, многие едва сдержали смех. Молодежь всегда любит такие бесполезные, сентиментальные жесты. За прошедшие семьдесят лет Фея Чаншэн получила множество подобных подарков, символизирующих чьи-то чувства. И все они без исключения были преданы огню.

Но как раз в тот момент, когда все ожидали повторения знакомого сценария, Фея Чаншэн, до того сохранявшая полное спокойствие, внезапно вскочила на ноги.

Вжух!

Используя могущественную силу ступени Зародыша Души, Лин Няньшэн мгновенно переместилась к Исю. Глядя на деревянную фигурку в его руках, она задрожала всем телом.

Взяв фигурку, Лин Няньшэн нежно провела пальцами по следам резца, снова ощущая присутствие Чэнь Чаншэна. Этот уникальный стиль резьбы, эти характерные формы животных… Во всем мире так мог делать только брат Чаншэн.

Брат Чаншэн не нарушил обещания! Он всегда был рядом!

С этой мыслью Лин Няньшэн крепче сжала фигурку и улыбнулась так лучезарно, что, казалось, даже небо и земля померкли перед ее улыбкой.

— Мне очень нравится твой подарок. После церемонии приходи ко мне. Один.

— Запомни, – добавила она, подчеркивая последнее слово. – Один.

Гости: ???

Стоп, что происходит?! Фея Чаншэн запала на маленького монаха ступени Заложения Основ?!

Глава секты Линлун: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

Слава предкам секты Линлун! Няньшэн наконец-то взялась за ум! Пусть Исю и уступает ей в статусе, силе и возрасте, но это не проблема! Когда старые монахи из Храма Небесного Будды отойдут от дел, статус Исю повысится. С силой сложнее… Кажется, в секте Линлун нет хороших методов парного совершенствования!

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Старейшина (長老 — Zhǎnglǎo): Высокая должность в секте.

• Сердце Дао (道心 — Dàoxīn): Решимость и чистота намерений на пути совершенствования.

• Спутник Дао (道侶 — Dàolǚ): Партнер по совершенствованию, часто и в жизни.

• Почтенная Наставница (師叔 — Shīshū): Буквально «младший брат/сестра мастера». Обращение к представителю поколения своего мастера, но младшему по возрасту или статусу в этом поколении. Лин Няньшэн стала старейшиной, поэтому формально она в поколении мастера Исю.

• Божественное Сознание (神念 — Shénniàn): Духовное чувство совершенствующихся для сканирования окружения.

• Парное совершенствование / Двойная культивация (雙修 — Shuāngxiū): Метод совместного совершенствования партнеров.

Заметив, что Лин Няньшэн, возможно, неравнодушна к Исю, Глава Секты Линлун в мгновение ока уже набросал несколько планов их будущего.

— Племянник Исю, как здоровье твоего мастера, Дзен-мастера Хуэйхая?

Исю несколько опешил, когда Глава Секты Линлун так тепло поприветствовал его. Он никак не мог понять, почему известная своим холодным нравом Фея Чаншэн пришла в такой восторг от простой деревянной фигурки. К тому же, кажется, все вокруг что-то не так поняли.

— Благодарю за заботу, Глава Секты. Мой мастер здравствует. Просто недавно его посетило озарение, поэтому он отправил смиренного монаха вместо себя.

— Не раболепствует и не заносится. Воистину, у великого мастера – великий ученик! – одобрительно кивнул Глава Секты. – В дела вас, молодых, мы, старики, вмешиваться не будем. Лет через сто, когда твое совершенствование стабилизируется, не забудь прийти в Секту Линлун свататься!

Исю: ???

— Глава Секты, вы неправильно поняли! Я не…

Услышав это, Исю запаниковал и попытался объясниться, но Глава Секты Линлун тут же его прервал:

— Ай-яй! Молодые люди, не нужно так мямлить! И не стоит стесняться того, что твоя сила пока немного уступает. Как гласит старая поговорка: «Жена на три года старше – держишь золотые слитки; жена на тридцать лет старше – дарит целую империю; жена на три тысячи лет старше – возводит в ряды бессмертных!» Моя последняя ученица хоть и старше тебя на пятьдесят лет, но для совершенствующихся это не проблема. А с твоим мастером я, Чжао Дэчжу, поговорю лично. В вашем Храме Небесного Будды ведь были прецеденты, когда монахи брали себе спутниц Дао. Твой мастер уважит мою просьбу, как-никак мы знакомы уже больше трехсот лет!

Видя, что ситуация становится только хуже и запутаннее, Исю оставил попытки объясниться. Единственный выход – дождаться личной встречи с Боевой Тетушкой Чаншэн и все ей рассказать.

Лин Няньшэн вернулась на свое место, и церемония продолжилась.

________________________________________

Городок Линлун.

— Боевая Тетушка, все так и было! Эта деревянная фигурка – не моя! Здесь правда раньше была лавка гробовщика! Вы должны мне поверить!

Глядя на совершенно пустое помещение бывшей лавки, Исю чуть не плакал от отчаяния. Этот негодяй Чэнь Чаншэн внезапно исчез! Теперь Исю, будь у него хоть сто ртов, не сможет доказать свою невиновность.

После церемонии он сразу же поспешил к Лин Няньшэн, чтобы все объяснить. Чтобы она поверила, Исю подробно рассказал обо всех своих встречах с Чэнь Чаншэном за последние годы. Но когда он привел Лин Няньшэн сюда, чтобы показать Чэнь Чаншэна и доказать свою правоту, лавки гробовщика уже не было. Исчезли все следы пребывания Чэнь Чаншэна, осталось лишь пустое помещение. Словно этого человека здесь никогда и не было.

Однако, видя панику Исю, Лин Няньшэн все это время сохраняла ледяное спокойствие. Помолчав, она спросила:

— Исю, ты хочешь стать моим спутником Дао?

От этого вопроса веки Исю бешено задергались.

— Нет! Не хочу сейчас и никогда не захочу в будущем!

— Вот и отлично, – кивнула Лин Няньшэн. – Если бы у тебя возникла такая мысль, я бы сняла твою бритую голову с плеч. С этого момента, кто бы тебя ни спрашивал, ты не должен произносить имя «Чэнь Чаншэн». Если проболтаешься хоть словом, твоей жизни конец.

Услышав ее леденящую угрозу, Исю мгновенно понял: Боевая Тетушка Чаншэн знает Чэнь Чаншэна! И, судя по всему, знает его очень давно!

— Не волнуйтесь, Боевая Тетушка! Смиренный монах гарантирует, что не проронит ни слова! – поспешно заверил он. – Но… я часто бывал здесь. Если кто-то дотошный начнет расследование, он может найти какие-то следы. Что мне тогда отвечать?

Лин Няньшэн задумалась.

— О ваших встречах можешь рассказывать правду, но не упоминай его внешность и имя. Если будут настойчиво спрашивать, как его зовут, скажи, что он называл себя «Похоронщик».

— Смиренный монах понял. А… смогу ли я еще его увидеть?

— Думаю, да, – тихо ответила Лин Няньшэн. – Он очень привязан к прошлому.

Сказав это, она повернулась и ушла.

Исю посмотрел ей вслед, затем на пустую лавку. В его голове роилось множество вопросов, но ответить на них было некому. Единственное, что могло прояснить эту загадку – это время.

________________________________________

Где-то в дикой местности.

— Слева Лазурный Дракон, справа Белый Тигр, впереди Алая Птица, позади Черная Черепаха… Воистину, идеальное место по фэн-шуй!

Еще раз сверившись с показаниями компаса Лопань, Чэнь Чаншэн возбужденно хлопнул себя по бедру.

Телепортационный массив перенес его в эту безлюдную местность. Оказавшись здесь, Чэнь Чаншэн немедленно принялся искать место с благоприятной энергией.

Восемь лет ушло на то, чтобы вырастить Няньшэн. Пятьдесят лет – на путь до секты Линлун. Еще двадцать лет он провел в городке Линлун. Из первоначальных восьмидесяти лет бодрствования у него осталось всего два года. Поскольку близился новый период сна, Чэнь Чаншэну нужно было найти «хорошее место».

Определившись с точкой, он немедленно приступил к раскопкам. И эта работа заняла у него целый год.

________________________________________

— Ц-ц-ц! Идеально! Как я мог придумать нечто настолько гениальное?

Осматривая пещеру, Чэнь Чаншэн не мог сдержать самодовольной улыбки. За год он выдолбил в склоне горы просторную пещеру. Чтобы его не потревожили во время сна, он тщательно замаскировал вход.

Над входом Чэнь Чаншэн насыпал толстый слой земли, смешанной с семенами разных растений. Он рассчитал, что во время дождей рыхлая земля будет смываться вниз и оседать на камнях, которыми он завалил вход. Через год-другой семена прорастут, и все следы его работы исчезнут без следа.

Немного полюбовавшись своим творением, Чэнь Чаншэн достал из Системного хранилища нефритовый гроб. Гроб был наполнен ароматной жидкостью. Это была вторая часть его плана перед погружением в сон – создание Искусственного Духовного корня.

— Система, этот метод точно сработает?

«Сработает или нет, Носитель узнает, только попробовав», – ответила Система. – «В худшем случае вы просто потратите время сна, которое вас совершенно не волнует».

— И то верно, – кивнул Чэнь Чаншэн. – Даже если не получится, я ничего не теряю.

С этими словами он разделся догола, забрался в нефритовый гроб с лекарственной жидкостью и начал свой восьмидесятилетний сон.

Получив автобиографию Предка Кровавого Демона, Чэнь Чаншэн все эти годы размышлял над идеей Искусственного Духовного корня. И спустя десять лет раздумий он действительно придумал безопасный и надежный способ.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Поговорка про возраст жены: «女大三抱金磚，女大三十送江山，女大三千位列仙班» (Nǚ dà sān bào jīn zhuān, nǚ dà sānshí sòng jiāngshān, nǚ dà sānqiān wèi liè xiān bān) — народная мудрость (с гиперболой), утверждающая, что чем старше жена, тем больше выгоды и удачи она приносит мужу. Глава Секты использует ее, чтобы убедить Исю (и себя) в удачности предполагаемого союза.

• Боевая Тетушка (師叔 — Shīshū): Формальное обращение Исю к Лин Няньшэн, указывающее на ее принадлежность к поколению его мастера.

• Спутник Дао (道侶 — Dàolǚ): Партнер по совершенствованию.

• Четыре Символа Фэн-Шуй: «Слева Лазурный Дракон, справа Белый Тигр, впереди Алая Птица, позади Черная Черепаха» (左青龍，右白虎，前朱雀，后玄武) — классическая формула идеального ландшафта в фэн-шуй, указывающая на гармоничное расположение холмов и водных потоков вокруг центральной точки, обеспечивающее скопление благоприятной энергии Ци. Чэнь Чаншэн нашел именно такое место.

• Компас Лопань (羅盤 — luópán): Инструмент для фэн-шуй анализа.

• Нефритовый гроб (玉石棺材 — Yùshí guāncai): Гроб из нефрита, материала, который в китайской культуре ассоциируется с чистотой, долголетием и сохранением энергии. Вероятно, используется для усиления эффекта лекарственной жидкости.

Поначалу Чэнь Чаншэн никак не мог найти правильный подход. Хотя Духовный корень и находился в теле человека, никто точно не знал, как он выглядит. И тогда Чэнь Чаншэн выдвинул смелую гипотезу: никакого физического «Духовного корня» в теле нет. То, что совершенствующиеся называют Духовным корнем, – это лишь степень восприимчивости человека к определенному типу энергии. Чем выше восприимчивость, тем выше качество Духовного корня.

Основываясь на этой гипотезе, Чэнь Чаншэн разработал безопасный и безвредный метод. Он заключался в погружении тела в концентрированную растительную эссенцию. Духовные травы относились к элементу Дерева. Длительное погружение должно было повысить восприимчивость к духовной энергии Дерева, тем самым создав то, что все называли Древесным Духовным корнем.

Более того, во время глубокого сна его тело впадало в состояние, близкое к безжизненному. Это позволяло идеально обойти проблему активного поглощения эссенции организмом. Проще говоря, Чэнь Чаншэн решил использовать себя в качестве ингредиента для целебной настойки.

Бум!

Крышка гроба закрылась, и жизненная сила Чэнь Чаншэна полностью угасла. Все его органы прекратили работу. В этот момент он ничем не отличался от мертвеца. Жизнь остановилась, и тело, естественно, перестало поглощать какую-либо энергию. Однако растительная эссенция в нефритовом гробу упорно продолжала пропитывать его тело. Медленно, но неотвратимо.

________________________________________

Время летело стрелой, сменялись дни и луны. Для Чэнь Чаншэна восемьдесят лет могли промелькнуть как одно мгновение – стоит лишь закрыть и открыть глаза. Но для остального мира восемьдесят лет – срок немалый. В горах, где он устроил свое убежище, многие растения успели сменить десятки поколений. Маленькие саженцы у входа в пещеру превратились в могучие деревья толщиной в человеческий пояс.

Скрррииип…

Звук, от которого заныли зубы, эхом разнесся по пещере. Прекрасный нефритовый гроб потускнел от времени. Тяжелая крышка медленно сдвигалась в сторону.

Шлеп!

Рука, покрытая густой зеленой шерстью, ухватилась за край гроба. Вслед за ней из гроба село человекоподобное существо, полностью обросшее зелеными волосами.

— Фууух…

Облачко бледно-зеленого тумана вырвалось изо рта зеленоволосого монстра. Да, этим монстром был не кто иной, как Чэнь Чаншэн, проспавший восемьдесят лет.

Пробудившись, он не спешил распределять очки характеристик. Вместо этого он достал артефакт для проверки Духовного корня. Когда его заросшая зеленой шерстью рука коснулась хрустальной сферы, та немедленно вспыхнула насыщенным зеленым светом.

Увидев это, Чэнь Чаншэн наконец не выдержал и расхохотался.

— Ха-ха-ха! Искусственный Духовный корень действительно работает! Теперь можно не бояться, что какие-нибудь могущественные эксперты поймают меня для опытов!

Именно этого Чэнь Чаншэн опасался с тех пор, как попал в мир совершенствующихся – что кто-то раскроет секрет его долголетия. Хотя сон и давал ему очки характеристик, но чтобы стать достаточно сильным для противостояния старым монстрам уровня Преобразования Духа или Зародыша Души, требовалось невесть сколько времени. Если бы за этот долгий период с ним что-то случилось, он бы погиб. Поэтому ему нужно было обрести способность защитить себя на этом переходном этапе, и совершенствование казалось отличным способом.

Убедившись, что теперь обладает Древесным Духовным корнем высокого качества, Чэнь Чаншэн взглянул на панель Системы в своем сознании.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 1】

【Скорость: 1】

【Защита: 11】

【Духовная сила: 0】

【Запас жизни: 160 лет】

Чэнь Чаншэн: ???

Глядя на свою панель, он не мог скрыть удивления.

— Система, что происходит? Почему мои характеристики откатились назад? Если я правильно помню, перед сном я был на четвертом уровне Сбора Ци. Пусть сила была невелика, но все характеристики немного подросли. Почему сейчас они снова на уровне обычного человека?

В ответ на его вопрос немедленно раздался голос Системы:

«Во время сна духовная сила в теле Носителя медленно рассеивается вовне. Без поддержки духовной силы характеристики Носителя естественным образом возвращаются к стандартам смертного. Исключение составляет сила, полученная за счет очков характеристик».

Чэнь Чаншэн скривился, но быстро смирился с этим объяснением. Подумаешь, четвертый уровень Сбора Ци. Потерял и потерял. Теперь, с Древесным Духовным корнем высокого качества, он сможет достичь этого уровня за несколько дней.

Затем он, не раздумывая, вложил все восемьдесят полученных очков характеристик в Защиту.

Глядя на показатель Защиты, достигший 91 единицы, Чэнь Чаншэн удовлетворенно спросил:

— Система, атаки какого уровня совершенствующихся сможет выдержать моя защита в 91 единицу?

«Отвечаю Носителю: защита в 91 единицу неуязвима для атак ниже среднего этапа ступени Заложения Основ. Совершенствующийся среднего этапа Заложения Основ сможет ранить вас. Совершенствующийся позднего этапа Заложения Основ сможет нанести тяжелые раны. От атаки совершенствующегося на пике Заложения Основ есть риск смерти. Любая атака выше ступени Заложения Основ – гарантированная смерть для Носителя».

Едва Система закончила, как у входа в пещеру раздался грохот взрыва. Следом внутрь взволнованно впрыгнула человеческая фигура.

— Небеса помогают мне! На этот раз я точно смогу прорваться на девятый уровень Сбора Ци!

Произнеся это, незваная гостья замерла. Она увидела в пещере нефритовый гроб. Что еще страшнее, в гробу сидел труп, с головы до ног покрытый зеленой шерстью. И этот труп смотрел прямо на нее.

— А-а-а-а!

Пронзительный крик разорвал тишину. Девушка тут же призвала летающий меч и направила его на Чэнь Чаншэна. Столкнувшись с неожиданной атакой, Чэнь Чаншэн инстинктивно поднял руку, чтобы защититься.

Дзынь!

Острый меч отскочил от его руки, словно ударившись о несокрушимую преграду. Увидев, что ее сильнейший прием не сработал, девушка мгновенно представила девяносто девять способов мучительной смерти, которые ее ожидают. От ужаса и отчаяния она закатила глаза и без чувств рухнула на пол.

Чэнь Чаншэн недоуменно почесал зеленую макушку и выбрался из гроба. Подойдя ближе, он понял, что в его пещеру вторглась девушка из Расы Яо. На голове у нее были пушистые лисьи ушки, одета она была в простую холщовую одежду, а на вид ей было лет шестнадцать-семнадцать.

— Как сюда попал представитель Расы Яо? Здесь же нет никаких сокровищ!

Чэнь Чаншэн никак не мог понять причину ее появления. Выбирая место для сна, он намеренно избегал областей с богатой духовной энергией, чтобы его случайно не обнаружили искатели сокровищ или совершенствующиеся. Но, судя по словам этой лисоухой девушки, она целенаправленно взорвала вход сюда.

Однако его недоумение длилось недолго. Чэнь Чаншэн быстро нашел причину. В руке девушки была крепко зажата Трава Омоложения. Судя по ее виду, траве было не меньше восьмидесяти лет.

Трава Омоложения была довольно распространенным духовным растением в мире совершенствующихся. Когда Чэнь Чаншэн маскировал вход, он среди прочих семян бросил и горсть семян этой травы. Он и подумать не мог, что одно из растений превзойдет свой естественный предел роста и проживет целых восемьдесят лет. Вероятно, именно эта необычная Трава Омоложения и привела сюда девушку.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Безжизненное состояние (無生機 — Wú shēngjī): Состояние глубокого сна Чэнь Чаншэна, когда все жизненные процессы останавливаются.

• Духовная сила (靈力 — Línglì): Энергия совершенствующихся.

• Раса Яо (妖族 — Yāozú): Раса существ с чертами животных или зверей, обладающих способностями к совершенствованию.

• Возраст травы (藥齡 — Yàolíng): Показатель ценности духовных растений.

Разобравшись в причине ее появления, Чэнь Чаншэн уже собрался уходить. Но тут очнулась лисоухая девушка, лежавшая без сознания. Увидев, что зеленоволосый труп неотрывно смотрит на нее, она испуганно сжалась в комок.

— У-у-у! Не ешь меня! Мое мясо кислое!

Такая реакция позабавила Чэнь Чаншэна.

— А как ты узнаешь, кислое оно или нет, если не попробуешь? К тому же, ты такая свеженькая и миленькая, наверняка очень вкусная.

Услышав это, девушка запаниковала еще больше.

— Я совсем не свеженькая! Просто щечки пухлые! На самом деле я тощая, кожа да кости! Съешь меня – точно зубы сломаешь!

С этими словами она закрыла лицо маленькими ручками, а ее лисьи ушки испуганно прижались к голове. Однако прошло немало времени, но ожидаемая боль так и не пришла. Она приоткрыла пальцы, и ее большие круглые глаза с любопытством выглянули из щелочки.

Зеленоволосый труп каким-то образом уже надел одежду, а часть зеленых волос с его лица исчезла.

— Ты… ты не Бу Хуа Гу?

Чэнь Чаншэн закатил глаза.

— Труп, не гниющий сто лет, становится Цзянши. Тот, что не истлевает тысячу лет – становится Бу Хуа Гу, Несокрушимой Костью. Бу Хуа Гу рождается из скопления мертвой энергии Неба и Земли, его не берет ни огонь, ни вода, ему не вредят ни мечи, ни сабли. Он питается злобой и плотью. Если бы перед тобой действительно появилось это легендарное исчадие зла, от тебя бы уже и пылинки не осталось.

Убедившись, что перед ней не легендарный Бу Хуа Гу, лисоухая девушка тут же распростерлась ниц в глубочайшем поклоне, коснувшись земли лбом, руками и коленями.

— Младшая потревожила уединенное совершенствование Старшего! Прошу Старшего простить меня!

Глядя на распластавшуюся на земле девушку, Чэнь Чаншэн сначала хотел отмахнуться от нее парой фраз и разойтись по своим делам. Но потом передумал. Стоит сначала выудить немного информации у этой простодушной лисички. Восемьдесят лет назад его забросило сюда случайной телепортацией, а все оставшееся время он потратил на строительство гробницы. Он совершенно не знал здешних окрестностей. Бесцельно бродить было опасно – можно было нарваться на ненужные неприятности.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн немного помолчал и спросил:

— Как ты оказалась здесь одна? Где твои сородичи?

Услышав вопрос, девушка тут же почтительно ответила:

— Докладываю Старшему: Младшая – странница, сородичей рядом нет.

— Какой сейчас год? Какие перемены произошли в этих землях?

— Ныне триста восьмидесятый год Великой Династии Гань. Здесь все спокойно, больших перемен не случалось. Однако Младшая слышала, что в ста пятидесяти километрах к востоку, в Обители Высшей Чистоты, явил себя могущественный эксперт ступени Преобразования Духа.

Услышав название «Обитель Высшей Чистоты», Чэнь Чаншэн порылся в памяти. Когда-то, опасаясь заблудиться после телепортации, он собрал множество карт. Он не мог похвастаться знанием всей Великой Династии Гань, но по меньшей мере половину ее территории представлял себе неплохо.

«Если я правильно помню, Обитель Высшей Чистоты находится примерно в пятистах километрах от секты Линлун, – мысленно прикинул он. – Надо же, как далеко меня занесло».

Подумав об этом, он сказал вслух:

— Учитывая, что ты вторглась в мою пещеру неумышленно, я не буду тебя наказывать. Можешь идти.

— А? – удивилась девушка. – Старший, мне просто так уйти?

Простодушная лисичка неосознанно высказала то, что было у нее на уме. Чэнь Чаншэн холодно взглянул на нее:

— А чего ты еще хотела?

— Но… в таких ситуациях Старшие обычно даруют какую-нибудь удачу или возможность!

— Кто тебе такое сказал?

— В легендах всегда так рассказывают!

Глядя в ее чистые и до смешного наивные глаза, Чэнь Чаншэн невольно усмехнулся. Говорят, лисы невероятно хитры, но такую простушку он видел впервые.

— Что ж, раз наша встреча – это судьба, так и быть, дарую тебе небольшую возможность.

И Чэнь Чаншэн в общих чертах пересказал ей некоторые идеи и озарения, касающиеся прорыва на ступень Заложения Основ. Все это он когда-то обсуждал с тем самым маленьким монахом Исю. Тот часто заглядывал к нему поболтать и, за исключением методов совершенствования Храма Небесного Будды, выложил Чэнь Чаншэну почти все о себе – включая тот факт, что в пять лет он все еще писался в кровать.

Закончив рассказ, Чэнь Чаншэн махнул рукой:

— На этом наша судьбоносная встреча исчерпана. Иди. Если еще раз появишься передо мной, твоей жизни конец.

— Благодарю Старшего за наставление! Ху Мэйнян вовек не забудет вашей доброты!

Еще раз низко поклонившись, лисоухая девушка поспешно удалилась. Проводив ее взглядом, Чэнь Чаншэн усмехнулся и направился в противоположную сторону. Хоть его защита и была высока, атакующих способностей у него почти не было. Иными словами, он бы и не смог одолеть эту маленькую лисичку. Если бы она заметила его слабость, дела могли бы пойти совсем плохо.

Что до тех советов по Заложению Основ… Чэнь Чаншэн понятия не имел, были ли они полезны, ведь сам он никогда не достигал этой ступени.

Покинув пещеру, служившую ему гробницей восемьдесят лет, Чэнь Чаншэн снова отправился в бесцельные странствия. Няньшэн жила своей жизнью и больше не нуждалась в его заботе. Теперь ему нужно было найти лишь одно – новую цель, которая помогла бы скоротать долгие годы бодрствования.

________________________________________

— Чэнь Чаншэн!

Яростный крик эхом разнесся по Павильону Священных Писаний. Одетый в даосское облачение воинственный юноша озирался по сторонам, явно кого-то выискивая. Услышав крик, Чэнь Чаншэн, тоже одетый в даосские одежды, сонно поднял голову от груды книг. Увидев пришедшего, он широко улыбнулся:

— Старший брат Цинфэн, что-то случилось?

Глядя на простодушное лицо Чэнь Чаншэна, Цинфэн с досадой произнес (в его голосе звучало разочарование, как если бы он смотрел на не оправдавшего надежд ребенка):

— Младший брат Чаншэн, ты в Обители Высшей Чистоты уже десять лет! И за десять лет ты так и топчешься на девятом уровне Сбора Ци! Ты вообще собираешься прорываться на Заложение Основ или нет?!

Чэнь Чаншэн лишь отмахнулся:

— Ай, Старший брат, с Заложением Основ спешить нельзя! Лучше медленно, да верно. Жизненный путь так долог, торопиться ни к чему.

От этих слов у Цинфэна задергался глаз. Его младший брат Чаншэн прибыл в Обитель Высшей Чистоты десять лет назад. Он обладал весьма неплохим талантом – Древесным Духовным корнем высокого качества. С самого начала вся Обитель души в нем не чаяла. Младший брат всегда был со всеми приветлив, улыбчив, работал усердно, аккуратно и отличался невероятным терпением. Не интриговал, не гнался за славой и выгодой. Целыми днями либо читал даосские каноны, либо усердно медитировал. Такой младший брат стал бы всеобщим любимцем в любой секте.

Однако со временем все стали замечать одну странность младшего брата Чаншэна – его чрезмерное «терпение». С талантом Древесного Духовного корня высокого качества при нормальных обстоятельствах на достижение Заложения Основ уходит максимум лет пять. Но младший брат Чаншэн умудрился потратить на это целых десять лет, и конца этому видно не было.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Бу Хуа Гу (不化骨 — Bù huà gǔ): «Несокрушимая Кость» или «Неистлевающая Кость». В китайском фольклоре – могущественный тип нежити, эволюционировавший из Цзянши за тысячу лет. Считается крайне опасным существом, неуязвимым для обычного оружия.

• Цзянши (僵 — Jiāng): Буквально «окоченевший труп». Тип нежити из китайского фольклора, часто сравниваемый с вампирами или зомби. В новеллах Сянься/Сюаньхуань могут быть разными по силе.

• Поклон ниц / Пять точек касаются земли (五體投地 — Wǔtǐtóudì): Глубочайший поклон уважения или подчинения, когда земли касаются лоб, обе ладони и оба колена.

При виде такого «терпения» Чэнь Чаншэна Цинфэн лишь закатил глаза.

— Да дело уже не в том, медленно ты или нет! Ты, похоже, вообще не собираешься прорываться на Заложение Основ! Другие задерживаются на пике Сбора Ци, чтобы заложить прочный фундамент, но никто не тянет с этим десять лет, как ты! К тому же, хоть ты и на девятом уровне Сбора Ци, ты не можешь одолеть даже внешних учеников седьмого уровня! Чего ты вообще добиваешься?!

На «душераздирающие» причитания старшего брата Чэнь Чаншэн лишь мягко улыбнулся:

— Путь Дао – это и есть Путь Дао. Зачем ему столько целей? К тому же, для драк вполне хватит и тебя, старший брат. Одним бойцом больше, одним меньше – разницы никакой. Не мучай меня больше, а?

С этими словами Чэнь Чаншэн снова повернулся, собираясь зарыться в книги. Но Цинфэн не дал ему этого сделать. Схватив Чэнь Чаншэна за воротник, он приподнял его.

— Чэнь Чаншэн, хватит мне тут зубы заговаривать! Прорыв на Заложение Основ – это личное указание Мастера! Хочешь ты или нет, прорываться придется! Безграничный Мистический Мир вот-вот откроется, и Мастер лично выбил для тебя место. На этот раз тебе не отвертеться!

С этими словами Цинфэн потащил упирающегося Чэнь Чаншэна прочь из Павильона Священных Писаний.

________________________________________

Главный зал Обители Высшей Чистоты.

Старец, чья внешность дышала мудростью Дао и бессмертным покоем, стоял в центре зала. Десять внутренних учеников Обители Высшей Чистоты чинно выстроились по обе стороны. Чэнь Чаншэн стоял в самом конце ряда.

Помолчав, старец заговорил:

— Чаншэн, сколько лет ты уже в нашей Обители?

Услышав, что Мастер обращается прямо к нему, Чэнь Чаншэн тут же сложил руки в приветствии:

— Докладываю Мастеру: ученик пребывает в Обители уже десять лет.

Старец кивнул.

— Десять лет назад, когда Предок-Основатель как раз вышел из уединения, ты проходил мимо Обители Высшей Чистоты. Предок-Основатель узрел тебя в бескрайнем море людей и выбрал именно тебя. Он привел тебя сюда, сказал, что у тебя есть связь с Дао, и даровал тебе статус внутреннего ученика.

Говоря это, старец медленно подошел к Чэнь Чаншэну и мягко положил правую руку ему на плечо.

— Ай! Мастер! Кости сломаете! Полегче!

Чэнь Чаншэн задергался, пытаясь вырваться из хватки старца, сила которой была неимоверной. Но куда ему, с его жалкими силами, было тягаться с Главой Обители Высшей Чистоты, Почтенным уровня Зародыша Души?

В этот момент лицо Почтенного слегка исказилось. Выдавив улыбку, он прорычал:

— Есть ли у тебя связь с Дао, Учитель не смеет судить опрометчиво. Но не мог бы ты объяснить Учителю, почему тот кусок грозового дерева, лежавший на задней горе триста лет, превратился в гроб?

При этих словах девять старших братьев Чэнь Чаншэна невольно скривились. В Обители Высшей Чистоты Мастер больше всех баловал именно этого младшего ученика. Для остальных братьев некоторые места в Обители были под запретом, но не для Чаншэна. Младшему брату было позволено ходить везде, где ему вздумается, даже в место уединенного совершенствования Предка-Основателя.

Но никто и подумать не мог, что младший брат осмелится покуситься на самое дорогое сокровище Мастера! Тот кусок грозового дерева на задней горе Мастер триста лет назад отбил у великого демона на пике Золотого Ядра. Ради этого дерева Мастеру пришлось тридцать лет залечивать раны в уединении. Обычно ученикам Обители не то что прикасаться – смотреть на него не разрешалось. А младший брат взял и сделал из него гроб! Вот уж поистине дерзость, не знающая границ!

— Мастер, младший брат сделал это неумышленно! Простите его на этот раз! – выступил вперед Цинфэн, заступаясь за Чэнь Чаншэна. Остальные братья тоже принялись просить за него.

— Неумышленно? – переспросил Почтенный. – Я давал ему лишь маршрут через внешний защитный массив. Маршрут через основной массив я ему никогда не показывал! Три года назад то грозовое дерево было на месте. Но вчера я пошел посмотреть – а там стоит превосходный гроб! Мне очень любопытно, что за «неумышленный поступок» позволил ему бесшумно пройти через мой великий массив и превратить грозовое дерево в гроб?

Говоря это, Почтенный снова вперил взгляд в Чэнь Чаншэна. Тот явно чувствовал себя виноватым.

— Мастер, то грозовое дерево лежало там уже очень давно. Хотя такой материал и встречается крайне редко, для вашего нынешнего уровня совершенствования он, скажем так, уже не слишком полезен…

Слушая оправдания Чэнь Чаншэна, Почтенный отпустил его плечо и вместо этого ухватил за ухо. Хоть слова Мастера и звучали грозно, в глубине души он все же жалел этого ученика. Среди всех внутренних учеников Чэнь Чаншэн был самым слабым и низким по уровню совершенствования. Если бы он не рассчитал силу, то мог бы и впрямь сломать ему плечо.

— Мне лучше знать, полезно оно мне или нет! Тебя еще учить?! – проворчал он, слегка трепля ученика за ухо. – Я собирался вырезать из этого грозового дерева статуи Трех Чистых Предков! Чтобы чужаки, входящие в нашу Обитель Высшей Чистоты, видели эти величественные статуи и проникались благоговением к нашему Пути Дао! А теперь грозового дерева нет! И что мне теперь делать, скажи на милость?

Услышав это, Чэнь Чаншэн втянул голову в плечи, вызволяя ухо из «дьявольских когтей» Мастера. Затем он указал на глиняные статуи Трех Чистых в зале.

— Дао – в сердце человека! Трех Чистых и из глины слепить можно. Чтобы другие постигли наш Путь Дао, зачем нужны внешние атрибуты?

С этими словами Чэнь Чаншэн достал кисть и решительно направился из зала. Видя это, Почтенный несколько растерялся. Обычно стоило этому негоднику покаяться, а остальным ученикам замолвить за него словечко, как он мог «плыть по течению» и простить его. Но такой поворот событий сбил его с толку.

Вскоре Почтенный и девять старших братьев Чэнь Чаншэна вышли вслед за ним. Они увидели, как Чэнь Чаншэн с помощью духовной силы стер старую надпись на парных табличках у входа в зал, а затем его кисть запорхала, словно дракон и змея, выводя двадцать два иероглифа железными штрихами и серебряными крюками:

«Сердце злом и кривдой полно – жги хоть горы благовоний, пользы нет».

«Тело праведностью прямо – что за вред, коль не поклонишься ты мне?»

— Хорошо! – невольно вырвалось у Цинфэна. – Младший брат воистину связан с Дао! Эти двадцать два иероглифа в полной мере отражают дух нашего Пути!

На похвалу Цинфэна Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся, ничего не сказав. Стоявший рядом Почтенный, однако, сохранил суровое выражение лица.

— Понимание есть, а вот сила – ни к черту. Дело с грозовым деревом я пока запомню. Если не сможешь прорваться на Заложение Основ в Безграничном Мистическом Мире – береги ноги! А теперь проваливайте все! Видеть вас не могу, только раздражаете.

Видя, что Мастер все еще не остыл, старшие братья поспешили увести Чэнь Чаншэна. Лишь когда они ушли, Почтенный остался один, задумчиво разглядывая только что написанное двустишие.

Прочитав двустишие десять раз, Почтенный удовлетворенно хмыкнул.

— Только мой ученик мог написать строки, столь полные Дао! Посмотрите на эти иероглифы – железные штрихи, серебряные крюки, какое достоинство! Разве обычный человек сможет так написать? А этот лысый осел Хуэйхай и мерзавец Чжао Дэчжу – вечно кичатся тем, что заполучили хороших учеников! Как только Чаншэн прорвется на Заложение Основ, я обязательно собью с них спесь!

С этими словами Почтенный, заложив руки за спину, с крайне довольным видом удалился. Спустя мгновение у входа в опустевший зал мелькнула неясная тень.

— Совершенствовался тысячу лет, а все еще не видит так же ясно, как его ученик в N-ном поколении… Интересно.

Не успел стихнуть голос, как размытая фигура снова исчезла.

________________________________________

Несколько полос света пронеслись по небу. Смертные на земле, видевшие это, преисполнились благоговения и зависти, ведь эти вспышки света означали присутствие всемогущих бессмертных этого мира. Они и не подозревали, что среди этих летящих бессмертных был один, совершенно «не стремящийся к прогрессу».

— Старший брат, добавь еще духовной силы! Ветер такой сильный, что я не могу сосредоточиться на чтении!

Иллюзорный летающий меч стремительно несся по воздуху. На его острие, заложив руки за спину, стоял Цинфэн, старший ученик Обители Высшей Чистоты. А позади него, скрестив ноги, сидел молодой человек, которому порывы ветра постоянно трепали страницы книги.

При виде такой «расслабленности» младшего брата Цинфэн взмахнул рукой, и его защитный барьер из духовной силы стал плотнее. Трепетавшие страницы книги наконец успокоились.

— Чаншэн, ты целыми днями сидишь с книгами. Что ты вообще читаешь?

Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся.

— Я люблю читать любые книги. И не только книги – я люблю рассматривать каждую вещь в этом мире. Но мир так огромен, что даже за тысячи и десятки тысяч лет я вряд ли смогу увидеть все. Поэтому я решил сначала читать книги, а потом уже смотреть на мир. Ведь книги пишут люди. А люди пишут книги, потому что хотят сохранить в виде слов то, что они увидели, услышали, почувствовали, поняли. Прочитать книгу – значит познакомиться с жизнью человека. Пусть и не полностью, но хотя бы частично.

Объяснение Чэнь Чаншэна заинтересовало Цинфэна.

— И что, все эти книги, которые ты прочел, тебе помогли?

— Конечно. Если бы я не читал книг, как бы я смог взломать основной массив Мастера?

При этих словах не только остальные братья Чэнь Чаншэна насторожились, но и летевший впереди Почтенный навострил уши. То, что Чэнь Чаншэн сделал гроб из грозового дерева, конечно, огорчило его, но больше всего Почтенного мучил вопрос: как ученику девятого уровня Сбора Ци удалось взломать массив, установленный им, совершенствующимся ступени Зародыша Души?

— Ты хочешь сказать, что в Павильоне Священных Писаний есть описание массива Мастера? – спросил Цинфэн.

— Старший брат шутит. Мастер не силен в искусстве формаций. Откуда бы в Павильоне взяться описанию его массива?

Почтенный Юаньшэнь: …

«Ну спасибо, ученичек! Обидно слышать такое! Как-никак я твой Мастер, великий эксперт ступени Зародыша Души! Какое право ты, сопляк девятого уровня Сбора Ци, имеешь меня оценивать?!» – подумал он.

— Раз в Павильоне нет описания массива Мастера, как же ты его взломал? – продолжил допытываться Цинфэн. – Пусть Мастер и не специалист по формациям, но массив, установленный совершенствующимся ступени Зародыша Души, не под силу понять практику девятого уровня Сбора Ци!

— Старший брат прав. По логике вещей, я бы не смог понять массив Мастера. Но старший брат упускает одну истину: у всего в этом мире есть свой след и своя закономерность. Мастер – глава Обители Высшей Чистоты, и основа его совершенствования, естественно, происходит из учения нашей Обители. Я прочел восемь-девять десятых всех книг по формациям в Павильоне Священных Писаний. Мастер же специализируется на школе формаций Пяти Элементов. Читая книги этой школы, я также нашел заметки и размышления, оставленные Мастером в свое время. Благодаря этому я немного разобрался в его привычках при построении массивов.

Услышав это, Цинфэн тут же повернулся ко второму брату:

— Минъюэ, ты отвечаешь за Павильон Священных Писаний. У нас в Обители есть школа формаций Пяти Элементов?

Второй брат Минъюэ задумался и растерянно ответил:

— Хоть я и не читал столько, сколько младший брат, но общую классификацию в Павильоне я знаю. Не слышал я о школе формаций Пяти Элементов!

Чэнь Чаншэн усмехнулся:

— Второй брат, конечно, не знает. Он стал хранителем Павильона тридцать лет назад, а книги по формациям Пяти Элементов убрали оттуда еще пятьдесят лет назад. Эта школа была очень популярна в мире совершенствующихся сто лет назад, но потом ее постепенно вытеснили другие направления.

Минъюэ потерял дар речи и уставился на Чэнь Чаншэна.

— Младший брат, только не говори мне, что ты был на Книжном Кладбище!

— Хе-хе! – Чэнь Чаншэн снова улыбнулся. – Второй брат воистину проницателен. Я действительно был на Книжном Кладбище.

От этого признания у Минъюэ закружилась голова. В мире нет ничего вечного, и знания мира совершенствующихся – не исключение. Методы совершенствования, от Золотого Ядра и Зародыша Души до основ Сбора Ци и азов формаций, – все постоянно меняется, всегда находятся гении, которые придумывают что-то новое. Поэтому каждые пятьдесят лет Павильон Священных Писаний «чистили», заменяя устаревшие методы и трактаты новыми. А старые книги отправляли в специальное хранилище, которое ученики Обители Высшей Чистоты и прозвали «Книжным Кладбищем».

Обитель Высшей Чистоты существовала уже тысячу лет. Сколько книг скопилось на Книжном Кладбище, никто точно не знал. Какие именно книги там хранились – тоже. Минъюэ бывал там пару раз в начале своего обучения и даже нашел среди даосских трактатов экземпляр фривольного мирского романа «Цветы сливы в золотой вазе». Убедившись, что большинство книг там бесполезны, он больше туда не ходил.

Глубоко вздохнув, чтобы успокоиться, Минъюэ с опаской спросил:

— Младший брат, ты ведь не хочешь сказать, что прочитал все книги на Книжном Кладбище?

— Второй брат шутит! Я в Обители всего десять лет, как я мог прочитать все?

«Фух…» – облегченно выдохнул Минъюэ.

— Но три десятых я уже осилил, – добавил Чэнь Чаншэн.

Минъюэ: ???

— Три десятых?! Да три десятых книг с Книжного Кладбища – это, наверное, тысяч четыреста томов!

— Не так много, – поправил Чэнь Чаншэн. – Всего на Книжном Кладбище девятьсот восемьдесят три тысячи пятьсот двадцать одна книга. За эти годы я прочитал двести восемьдесят шесть тысяч триста восемьдесят пять. Ну, почти три десятых.

Услышав это, Минъюэ замолчал. Остальные ученики тоже потеряли дар речи. Даже Почтенный Юаньшэнь, совершенствующийся ступени Зародыша Души, не стал исключением.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Даоюнь / Ритм Дао (道韻 — Dàoyùn): Гармония, соответствие принципам Дао, ощущаемая в произведении искусства, тексте или природе.

• Три Чистых Предка (三清祖師 — Sānqīng Zǔshī): Высшие божества даосизма.

• Двустишие (對聯 — Duìlián): Парные каллиграфические надписи с глубоким смыслом, часто размещаемые у входов.

• «Цветы сливы в золотой вазе» (金瓶梅 — Jīn Píng Méi): Знаменитый китайский бытовой роман XVII века, известный своей реалистичностью и откровенностью. Находка его в даосской библиотеке подчеркивает хаотичность «Книжного Кладбища».

Оправившись от секундного потрясения, Цинфэн заговорил:

— Я, кажется, слышал от Мастера про эту школу Формации Пяти Элементов. Лет двести назад это был коронный прием какой-то секты, но позже от него отказались. Раз так, то в Павильоне Священных Писаний должны быть только основы и общее описание этой формации. И ты, полагаясь лишь на это, смог взломать великий массив Мастера?

— Конечно, нет, – Чэнь Чаншэн покачал головой. – Я уже говорил, Мастер – выходец из Обители Высшей Чистоты и не силен в искусстве формаций. В такой ситуации он вряд ли смог бы создать собственный массив с нуля. Поэтому все его познания в этой области почерпнуты из Павильона Священных Писаний Обители. На второй год моего ученичества Мастер показал мне то Дерево, пораженное молнией. Чтобы взломать оставленную им защитную формацию, я потратил год, изучая все книги по массивам в Павильоне. Сравнив их, я понял, что массив Мастера был создан путем слияния Формации Девяти Дворцов и Восьми Триграмм и Формации Большой Медведицы, с добавлением некоторых его собственных модификаций. Я много раз пытался прорваться, но безуспешно.

Массив Мастера сдерживал меня целых пять лет. Позже, в Книжной Могиле, я наткнулся на трактаты по Формации Пяти Элементов, а также на его собственные заметки о массивах. И тогда я наконец понял, как Мастеру удалось объединить те две формации. Он использовал принципы Формации Пяти Элементов. Узнав, как устроен массив, я снова принялся за попытки взлома и через полтора года смог проникнуть внутрь. И вот, десять дней назад, я закончил изготовление гроба.

Выслушав рассказ Чэнь Чаншэна, все присутствующие лишились дара речи. Цинфэн посмотрел на Почтенного Юаньшэня с сочувствием, словно говоря:

«Мастер, ваше Дерево, пораженное молнией, „умерло“ не зря».

Почтенный Юаньшэнь не знал, смеяться ему или плакать. Этот парень потратил целых восемь лет, чтобы превратить его Дерево, пораженное молнией, в гроб! Право слово, он не знал, хвалить ли его за упорство или ругать за глупость.

Восемь лет – немалый срок даже для совершенствующегося. Предел жизни смертного – чуть больше ста лет. Совершенствующийся ступени Заложения Основ живет до двухсот лет. Ступени Золотого Ядра – до пятисот. Ступени Зародыша Души – около восьмисот лет. И лишь предки ступени Преобразования Духа могут прожить больше тысячи лет. А его ученик потратил восемь лет на такую мелочь! Неужели его совсем не волнует собственный срок жизни?!

________________________________________

Безмерное Тайное Царство.

Медленно спустившись с неба, группа Почтенного Юаньшэня оказалась у входа в тайное царство. Здесь уже собралось множество представителей больших и малых сект.

— Ай-яй-яй! Кого я вижу! Неужто сам Почтенный Юаньшэнь! Пятьдесят лет не виделись, а ты уже прорвался на средний этап Зародыша Души! Поздравляю, поздравляю!

Не успели они приземлиться, как к ним с широкой улыбкой подлетел Глава Секты Линлун, Чжао Дэчжу. Однако Почтенный Юаньшэнь не ответил на его радушие любезностью.

— Говори по делу или проваливай. Я не желаю общаться с таким мужланом, как ты.

Чжао Дэчжу скорчил обиженную мину:

— Даос Юаньшэнь, ты же последователь Дао, откуда такая вспыльчивость? Ну да, моя ступень чуть-чуть выше твоей, и ученица моя чуточку талантливее твоего ученика. Но нельзя же из-за таких мелочей вечно злиться! Я знаю, ты завидуешь, что я заполучил такую хорошую ученицу. Меньше двухсот лет – а уже на позднем этапе Зародыша Души! Такого таланта во всей Великой Династии Гань не сыскать! Если бы не было так трудно найти подходящего, я бы по старой дружбе обязательно и тебе такого подыскал!

— Тьфу! Кому нужна твоя хваленая ученица! У меня есть получше! Твоя, говоришь, достигла позднего этапа Зародыша Души меньше чем за двести лет? А мой ученик достигнет этого уровня меньше чем за сто! Вот увидишь!

С этими словами Почтенный Юаньшэнь сердито развернулся и повел Чэнь Чаншэна и остальных прочь. Чжао Дэчжу ухмыльнулся ему вслед, заложил руки за спину и, что-то напевая себе под нос, направился к печати, закрывающей вход в Безмерное Тайное Царство.

________________________________________

— Нет, чем больше думаю, тем больше злюсь! Цинфэн, заходи с младшими братьями внутрь, а я пойду еще раз поговорю с этим негодяем Чжао Дэчжу!

Не успели они отойти далеко, как Почтенный Юаньшэнь, распаляясь все больше, снова побежал искать Чжао Дэчжу. Цинфэн лишь улыбнулся, глядя на мастера. Чжао Дэчжу и его Мастер были друзьями не разлей вода, и их перепалки он наблюдал уже сто пятьдесят лет.

В этот момент Чэнь Чаншэн, оглядевшись по сторонам, вдруг спросил:

— Старший Брат, разве в Секте Линлун нет гения по имени «Фея Чаншэн»? Почему ее не видно?

— Фея Чаншэн отправилась на границу Великой Династии Гань. И не только она, Дзен-мастер Исю из Храма Небесного Будды тоже там.

— Исю… Дзен-мастер?

Услышав это имя, Чэнь Чаншэн не смог скрыть удивления, вырвавшегося из самой глубины души. Цинфэн, решив, что Младший Брат просто не слышал об этом человеке, пояснил:

— Дзен-мастер Исю – наследник Храма Небесного Будды и второй по таланту гений Великой Династии Гань после Феи Чаншэн. Ему чуть больше ста лет, а он уже достиг позднего этапа Золотого Ядра. Говорят, у него больше всего шансов превзойти Фею Чаншэн.

Узнав, что тот робкий и добрый маленький монах стал таким выдающимся человеком, Чэнь Чаншэн невольно испытал легкую грусть и ностальгию. Когда-то Исю постоянно приходил к нему спорить о Дхарме, но чаще проигрывал, чем выигрывал. Воистину, время – самый могущественный «метод совершенствования» в мире. Стоило ему лишь раз уснуть, как маленький монах превратился в почтенного Дзен-мастера.

Вздохнув, Чэнь Чаншэн спросил снова:

— Старший Брат, а что они делают на границе?

— Что еще? Конечно, воюют с Королевством Ночной Луны. Королевство Ночной Луны – страна Расы Яо. Каждые двести лет они начинают войну с Великой Династией Гань. Хотя наша династия много раз побеждала, полностью уничтожить их так и не удалось. Но в последнее время что-то странное происходит. Королевство Ночной Луны внезапно начало войну раньше срока. С прошлой великой битвы прошло всего сто семьдесят лет. Они начали на целых тридцать лет раньше. Это действительно сбивает с толку.

При этих словах улыбка на лице Чэнь Чаншэна постепенно угасла. О войнах между Великой Династией Гань и Королевством Ночной Луны он читал в Книжной Могиле. Это были смешанные войны, в которых участвовали и совершенствующиеся, и смертные. Их жестокость невозможно было описать словами. Даже великие эксперты ступени Зародыша Души рисковали погибнуть.

И то, что Королевство Ночной Луны начало войну раньше срока, вызвало у Чэнь Чаншэна смутное чувство тревоги.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Павильон Священных Писаний (藏經閣 — Cángjīng Gé): Библиотека секты или храма, где хранятся методы совершенствования, трактаты и другие важные тексты.

• Формация Девяти Дворцов и Восьми Триграмм (九宮八卦陣 — Jiǔgōng bāguà zhèn): Сложная формация, основанная на принципах И Цзин (Книги Перемен) и китайской космологии.

• Ступени совершенствования и продолжительность жизни: Заложение Основ (築基 — Zhùjī) ~200 лет, Золотое Ядро (金丹 — Jīndān) ~500 лет, Зародыш Души (元嬰 — Yuányīng) ~800 лет, Преобразование Духа (化神 — Huàshén) >1000 лет.

Видя, что Чэнь Чаншэн застыл в задумчивости, Цинфэн решил, что тот беспокоится о войне между двумя государствами, и усмехнулся:

— Да не думай ты об этом. В такой войне могут участвовать только совершенствующиеся ступени Золотого Ядра. К тому времени, как ты достигнешь этого уровня, она, скорее всего, давно закончится. Безмерное Тайное Царство вот-вот откроется, быстрее заходи внутрь с Младшим Братом Юаньшанем.

С этими словами Цинфэн легонько подтолкнул Чэнь Чаншэна и Юаньшаня вперед.

В этот момент представители трех величайших сект Великой Династии Гань – Храма Небесного Будды, Секты Линлун и Обители Высшей Чистоты – совместными усилиями сняли печать с Безмерного Тайного Царства. На ритуальном алтаре мгновенно возник глубокий черный портал, похожий на дыру в пространстве. Тех, кто был заранее выбран для входа, тут же затянуло внутрь.

________________________________________

После мгновения головокружительной дезориентации Чэнь Чаншэн и Юаньшань оказались посреди бескрайнего цветочного моря. Оглядевшись, Юаньшань потянул Чэнь Чаншэна за рукав:

— Младший Брат Чаншэн, где это мы?

Глядя на своего немного робкого девятого Старшего Брата, Чэнь Чаншэн беспомощно улыбнулся. До его прихода в Обитель Высшей Чистоты было девять внутренних учеников. У каждого были свои сильные стороны и уникальный характер. Его девятый Старший Брат, Юаньшань, был известен своей робостью, ведь ему было всего тринадцать лет. Но, несмотря на юный возраст, его талант был выдающимся – двойной Духовный корень Воды и Огня.

— Старший Брат Юаньшань, ты все-таки на среднем этапе Заложения Основ. Не будь таким робким, хорошо?

Юаньшань лишь горько усмехнулся:

— Старший Брат Чаншэн, ты же знаешь мою историю. Мастер забрал меня в Обитель, когда мне было три года. Каждый день – только совершенствование и совершенствование. Откуда мне знать о внешнем мире столько же, сколько тебе?

Чэнь Чаншэн ухмыльнулся:

— Значит, будешь меня слушаться?

— Конечно, буду! Я же стоял на шухере, когда ты пробирался стащить Дерево, пораженное молнией, у Мастера!

— Раз будешь слушаться, тогда отлично. Начинаем собирать цветы.

— Собирать цветы? – на лице Юаньшаня отразилось недоумение. – Старший Брат Чаншэн, зачем нам собирать цветы?

— Как зачем? Вино варить! Мы, похоже, попали в Море Ста Цветов Безмерного Тайного Царства. Здесь растут цветы всех четырех сезонов. Я читал в древних книгах о легендарном нектарном вине под названием «Вино Ста Цветов». Для него нужны свежайшие цветы всех четырех сезонов. Требования слишком строгие, поэтому мне никогда не удавалось его приготовить. А сейчас – просто подарок небес!

Глядя, как Чэнь Чаншэн тут же присел на корточки и принялся собирать лепестки, Юаньшань почесал в затылке:

— Но Мастер велел нам искать здесь возможности и удачу… Если мы будем собирать цветы для вина, что мы ему скажем, когда вернемся?

— Согласно найденной мной карте Безмерного Тайного Царства, примерно в пятнадцати километрах к востоку отсюда есть руины древнего бронзового зала. Там и находятся те самые возможности, о которых ты говоришь. Только чтобы их получить, нужно пройти испытания. Эту информацию знаю не только я, но и другие. Так что перед тобой два выбора. Первый: отправиться к бронзовому залу, проходить испытания и сражаться не на жизнь, а на смерть с учениками других сект. Второй: остаться здесь со мной варить Вино Ста Цветов. Мастер и Третий Старший Брат – большие любители вина. Если мы преподнесем им Вино Ста Цветов, то, думаю, нас не сильно накажут.

Юаньшань на мгновение задумался, склонив голову набок, а затем тоже присел и присоединился к сбору цветов.

________________________________________

Время шло. Многочисленные гении, вошедшие в Безмерное Тайное Царство, отчаянно искали сокровища и возможности, сражаясь за них до крови. Чэнь Чаншэн же и Юаньшань проводили дни в праздности и покое. Утром они собирали лепестки, покрытые росой, днем лежали в цветочном море, глядя в небо, а после обеда пытались по древним рецептам воссоздать Вино Ста Цветов. Их жизнь разительно отличалась от жизни других совершенствующихся, вошедших в тайное царство вместе с ними.

— Старший Брат Чаншэн, иди скорее сюда! Посмотри, что я нашел!

Зов Юаньшаня заставил Чэнь Чаншэна поднять голову от цветов. Девятый Старший Брат взволнованно махал ему рукой, словно обнаружил что-то важное.

— Что случилось? – спросил Чэнь Чаншэн, подойдя ближе.

Юаньшань указал на землю:

— Старший Брат Чаншэн, тут каменная плита с узорами!

Чэнь Чаншэн присел и осторожно смел верхний слой почвы. Действительно, под землей оказалась каменная плита, покрытая резьбой. Проведя пальцами по узорам, он нахмурился:

— Эта штука, похоже, немаленькая. Давай откопаем и посмотрим.

И два брата принялись за раскопки. Спустя два часа усердной работы перед ними предстал огромный каменный саркофаг. На его крышке были вырезаны какие-то странные письмена.

Юаньшань внимательно их рассмотрел:

— Старший Брат Чаншэн, что это за письмена? Я таких не знаю!

— Конечно, не знаешь. Это письмена двухтысячелетней давности.

— А! Две тысячи лет! Великой Династии Гань всего тысяча восемьсот лет! Значит, этот саркофаг – из эпохи до нашей династии?

— Замолчи! – шикнул Чэнь Чаншэн. – Я и сам видел такие письмена лишь в древних книгах, некоторые знаки мне незнакомы. Дай мне подумать.

Услышав это, Юаньшань тут же зажал рот рукой и послушно замер на месте.

Прошло еще два часа. Чэнь Чаншэн вытер пот со лба.

— Вот оно что… Нам крупно повезло.

Увидев, что Чэнь Чаншэн наконец заговорил, Юаньшань нетерпеливо спросил:

— Старший Брат Чаншэн, что там написано?

— Краткая биография одного человека. «Начал совершенствоваться в юности. В восемнадцать лет провел три тысячи девятьсот восемьдесят один бой, одержал семьсот пятьдесят шесть побед, потерпел три тысячи двести двадцать пять поражений. В восемьдесят лет провел четыре тысячи четыреста девяносто восемь боев, одержал тысячу триста двадцать пять побед, потерпел три тысячи сто семьдесят три поражения. В двести лет провел тысячу шестьсот пятьдесят боев, одержал девятьсот восемьдесят пять побед, потерпел семьсот восемьдесят поражений. В пятьсот лет провел сто тридцать боев, одержал сто пятнадцать побед, потерпел пятнадцать поражений.

В тысячу лет – девять боев, девять побед. Оглянулся – и не нашел в Поднебесной достойных противников. Увы! Всю жизнь искал равного соперника, но не нашел. Сколь тягостно одиночество! Случайно нашел эту Пещеру, хотел уединиться здесь до конца дней, но, поразмыслив, выбрал иное место, не желая прерывать свою линию наследия. Похоронил сей каменный саркофаг под морем цветов. Долог путь к долгой жизни; лишь искренний сердцем сможет обрести его».

Чэнь Чаншэн на одном дыхании прочитал надпись. Юаньшань от изумления даже рта закрыть не мог.

— Старший Брат Чаншэн, этот человек… он же невероятно силен! Столько сражений за всю жизнь! Но почему чем старше он становился, тем меньше сражался?

— Тут и думать нечего. Конечно, потому, что со временем оставалось все меньше людей, способных с ним сразиться! А те девять боев в тысячу лет – наверняка были битвы, сотрясавшие небо и землю! Девять боев – девять побед. Хоть это и простые слова, но они не могут скрыть его восторга. Наверняка эти девять битв были самыми важными и удовлетворительными в его жизни.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Внутренний ученик (內門弟子 — Nèimén dìzǐ): Ученик, принятый в основной состав секты, получающий лучшее обучение и ресурсы, в отличие от внешних учеников.

• Возможность / Удача / Судьбоносная встреча (機緣 — Jīyuán): Важное понятие в сянься, шанс получить ценные ресурсы, знания или прорыв в совершенствовании.

• Пещера-Небо (洞天 — Dòngtiān): В даосизме – священное место, скрытое пространство или благословенная земля с обильной духовной энергией, часто используемая для уединенного совершенствования.

Слушая Чэнь Чаншэна, Юаньшань вдруг спросил:

— Старший Брат Чаншэн, раз тот почтенный оставил наследие, почему здесь нет никаких испытаний? Он не боялся, что его сокровища просто подберет кто попало?

— Кто сказал, что нет испытаний? Само Безмерное Тайное Царство – и есть величайшее испытание, – ответил Чэнь Чаншэн. – Его называют «Безмерным» потому, что оно практически бесконечно. Оно открывается раз в пятьдесят лет и существовало еще до основания Великой Династии Гань. Прошло больше тысячи лет, а сокровища здесь до сих пор не иссякли. Перед лицом такой неисчерпаемой горы сокровищ, кто обратит внимание на это живописное, но бесполезное море цветов? Мы совершенствуемся в поисках Дао. Кто-то ищет Путь Воина, кто-то – Путь Долгой Жизни. Но каким бы ни был твой Путь, главное – не поддаваться искушению внешних вещей. А ты посмотри на тех, кто вошел в тайное царство. Сокровища ослепили их всех, кто из них помнит о своем изначальном намерении? А тот, кто забыл свое изначальное намерение, разве остановится, чтобы полюбоваться этим морем цветов?

Юаньшань кивнул, хотя и не до конца понял слова Чэнь Чаншэна.

— Старший Брат Чаншэн, а как звали этого почтенного?

— Не знаю, на саркофаге не написано. Откроем – может, найдем подсказку.

— Давай!

При слове «откроем» глаза Юаньшаня загорелись от волнения.

Скрррииип…

Раздался звук, от которого заскрипели зубы. Тяжелая каменная крышка сдвинулась, открыв небольшую щель. Щель начала расширяться. Не успел Юаньшань заглянуть внутрь, как из саркофага ударил яркий свет, затянувший их обоих.

После мгновения головокружения Чэнь Чаншэн и Юаньшань очутились в белом, безграничном пространстве. В центре стоял мужчина, заложив руки за спину. Его лица было не разглядеть.

— Вы обрели эту возможность, что доказывает: внешние вещи еще не ослепили вас, – раздался его голос. – Я преуспел в искусстве кулака. Этот комплекс приемов содержит все знания, накопленные мной за жизнь. Надеюсь, потомки оценят его по достоинству.

С этими словами фигура начала демонстрировать комплекс кулачных приемов. Движения были несложными, но в каждом ударе, в каждом шаге чувствовалась невыразимая глубина и мощь.

Вскоре демонстрация закончилась, и фигура снова заговорила:

— В этом искусстве важны не приемы, а намерение. В последние годы я сразился с девятью противниками. Девять ударов – девять поражений.

С этими словами окружающее пространство снова изменилось. Фигура оказалась на вершине горы, окруженная девятью темными силуэтами, источавшими невероятную мощь. Фигура на вершине медленно нанесла удар кулаком. Скорость удара была невелика, но от него окружающие горы и реки рассыпались в пыль.

Чэнь Чаншэн и Юаньшань были так потрясены увиденным, что не могли вымолвить ни слова. Они лишь завороженно наблюдали за битвой. Фигура нанесла девять ударов, и каждый нес в себе иное намерение, иную концепцию. Столь глубокий уровень мастерства был непостижим для Чэнь Чаншэна и Юаньшаня.

Битва закончилась, и они снова оказались в белом пространстве.

— Потомки, изучающие мой кулак, запомните: можно проиграть в технике, но нельзя уступать в силе намерения! Один удар – и печень и желчный пузырь противника должны разорваться от ужаса!

Сказав это, окружающее пространство начало рушиться, а фигура – медленно рассеиваться. Перемены вывели Чэнь Чаншэна из ступора. Он поспешно сложил руки в знак уважения:

— Осмелюсь спросить почтенного, как ваше имя?

Услышав вопрос, бесстрастная фигура, казалось, на миг обрела сознание.

— Мир зовет меня Бессмертный Владыка Ста Поражений.

— Благодарим Бессмертного Владыку за дарованную возможность! Осмелюсь спросить, как называется это искусство кулака?

— В моих руках – это мой кулак. В твоих руках – это твой кулак. Посему, имени у него нет.

Произнеся последнее слово, фигура Бессмертного Владыки Ста Поражений окончательно исчезла, а Чэнь Чаншэн и Юаньшань снова оказались в море цветов. Глядя на знакомое окружение, Чэнь Чаншэн почувствовал себя так, словно пробудился ото сна.

— Старший Брат Чаншэн, я достиг ступени Золотого Ядра!

Услышав восклицание, Чэнь Чаншэн повернул голову. Юаньшань радостно демонстрировал свою возросшую ауру. Увидев, что тот прорвался со среднего этапа Заложения Основ сразу на ступень Золотого Ядра, Чэнь Чаншэн кое-что понял и поспешно проверил свое собственное состояние. Он, бывший на девятом уровне Сбора Ци, каким-то образом достиг пика Заложения Основ. До ступени Золотого Ядра оставался лишь один шаг.

— Старший Брат Чаншэн, как это произошло? Почему я достиг ступени Золотого Ядра меньше чем за два часа?

Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Не за два часа. Мы провели там как минимум два месяца.

— Два месяца? Неужели так долго?

— Конечно. Когда мы откапывали саркофаг, мы повредили немало цветов вокруг. А теперь посмотри – они уже выросли заново. В Безмерном Тайном Царстве духовная энергия обильна, но даже здесь на это потребовалось бы не меньше месяца-двух. Мы потому и не заметили течения времени, что уровень Бессмертного Владыки был слишком высок, это создало иллюзию. К тому же, пока он демонстрировал нам искусство кулака, наши тела неосознанно повторяли движения множество раз. Странно было бы не продвинуться в совершенствовании, когда такой могущественный Даос лично обучает тебя!

— Вот оно что! – понял Юаньшань. – Если прошло два месяца, значит, нам скоро пора покидать тайное царство?

— Полагаю, скоро. Безмерное Тайное Царство открыто на пять месяцев. Мы потратили два с половиной месяца на варку вина и больше двух месяцев на изучение искусства кулака Бессмертного Владыки. Лучше поскорее собрать вещи. Нас могут выбросить из царства в любой момент.

С этими словами Чэнь Чаншэн направился к временной хижине, которую они построили. Там хранилось десять кувшинов Вина Ста Цветов, результат их кропотливого труда.

________________________________________

Вспышка!

Ритуальный алтарь задрожал, и черный портал изверг из себя множество фигур. Некоторые были возбуждены, другие – раздосадованы, в чьих-то глазах горела ярость. Но вскоре все заметили неладное. Их наставников и старейшин нигде не было видно. Встречать вернувшихся вышло всего по одному-двум представителям от каждой секты.

— Шестой Старший Брат, почему ты один? Где Мастер и Первый Старший Брат? – спросил Чэнь Чаншэн, обращаясь к встречающему их ученику.

Шестой Старший Брат выдавил из себя улыбку:

— Тревожные вести с границы. Мастер и Первый Старший Брат отправились туда два месяца назад. Вижу, вы оба неплохо поживились в тайном царстве, это хорошо. Теперь Обитель Высшей Чистоты остается на вас двоих. Мы скоро вернемся.

Сказав это, Шестой Старший Брат тут же вскочил на меч и улетел. Глядя ему вслед, Чэнь Чаншэн надолго нахмурился. Его Шестой Старший Брат был известен своим спокойствием и рассудительностью. Если даже он так спешит, что же на самом деле происходит на границе?

Чэнь Чаншэн беспомощно покачал головой. Он волновался не только за Мастера и Старших Братьев, но и за одного маленького монаха и одну упрямую девушку.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Изначальное намерение / Сердце (初心 — Chūxīn): Первоначальная цель, мотивация, чистота помыслов.

• Намерение / Воля / Концепция (意 — Yì): Важный аспект боевых искусств и совершенствования; не только физическая техника, но и вложенный в нее смысл, сила воли, концептуальное понимание.

• Печень и желчный пузырь (肝膽 — Gāndǎn): В китайской медицине и культуре эти органы связаны с храбростью и решимостью. «Разорвать печень и желчный пузырь» (肝膽俱裂 — gāndǎn jù liè) — идиома, означающая «смертельно напугать».

• Желтый источник / Сон о желтом просе (黃粱一夢 — Huángliáng yī mèng): Китайская идиома, означающая «мимолетный сон», «несбывшиеся мечты», «иллюзорность славы и богатства». Отсылает к притче о человеке, уснувшем, пока варилось просо, и увидевшем во сне всю свою жизнь со взлетами и падениями.

Слова Шестого Старшего Брата посеяли в сердце Чэнь Чаншэна смутную тревогу. Но это чувство длилось недолго. За десятилетия странствий по миру он усвоил одну простую истину: когда события выходят за рамки твоих возможностей, они все равно произойдут, хочешь ты того или нет. Вместо того чтобы постоянно беспокоиться, лучше просто радоваться каждому дню, ведь только время покажет, были ли его опасения обоснованны.

________________________________________

Вернувшись в Обитель Высшей Чистоты, Чэнь Чаншэн снова зажил своей неспешной, уединенной жизнью. Дни напролет он проводил в Книжной Могиле за чтением или разминал тело, практикуя Безымянное Искусство Кулака Бессмертного Владыки Ста Поражений.

Отправляясь на границу, Почтенный Юаньшэнь забрал с собой больше половины сил Обители. Поэтому, хотя Юаньшань был еще молод, с помощью Чэнь Чаншэна ему удавалось кое-как поддерживать порядок. К тому же, чем больше событий происходило, тем быстрее взрослел Юаньшань. Вскоре Чэнь Чаншэн смог полностью передать ему управление и снова стать «праздным начальником».

Однако за это время произошло нечто, чего Чэнь Чаншэн никак не ожидал. Война между Великой Династией Гань и Королевством Ночной Луны затянулась на целых двадцать лет. На пятый год войны даже предки ступени Преобразования Духа, долгие годы находившиеся в уединении, отправились на границу.

________________________________________

Книжная Могила Обители Высшей Чистоты.

Медленно отложив последнюю книгу, Чэнь Чаншэн размял затекшее тело. В этот момент к нему подошел красивый молодой мужчина с мечом за спиной, ясными глазами и густыми бровями.

— Ты подумал над тем, о чем мы вчера говорили?

Чэнь Чаншэн искоса взглянул на него и равнодушно бросил:

— Нет!

— Почему?! – воскликнул юноша. – Десять лет назад ты сказал, что позволишь мне отправиться на границу, как только дочитаешь все книги в Книжной Могиле! Теперь ты их дочитал! Почему я не могу пойти?! Не забывай, я – исполняющий обязанности главы Обители Высшей Чистоты!

Глядя на разгневанного юношу, Чэнь Чаншэн усмехнулся:

— Двадцать лет прошло… Мальчишка, который раньше по любому поводу бежал ко мне за советом, теперь смеет стучать кулаком по столу и спорить со мной. Неплохо, растешь.

При этих словах глаза повзрослевшего Юаньшаня покраснели, а голос задрожал от сдерживаемых рыданий:

— Седьмой Старший Брат погиб! Пятый Старший Брат ослеп! Первый Старший Брат, который любил нас больше всех, потерял руку! Старший Брат Чаншэн, я уже на позднем этапе Золотого Ядра! Я могу им помочь! Я правда не хочу, чтобы с нашими братьями случилось что-то еще!

Глядя в покрасневшие глаза Юаньшаня, Чэнь Чаншэн не знал, что сказать. Он следил за новостями с границы все эти годы. Дела Великой Династии Гань шли неважно. Погибло больше десяти великих экспертов ступени Зародыша Души. Ходили даже слухи, что на поле боя начали падать и предки ступени Преобразования Духа. Отправить Юаньшаня на такое жестокое поле битвы – все равно что послать на верную смерть. На такой войне даже эксперт ступени Золотого Ядра – не более чем пушечное мясо чуть более высокого ранга.

Чэнь Чаншэн уже собирался придумать очередную отговорку, чтобы удержать Юаньшаня, как вдруг над Обителью Высшей Чистоты ощутилась знакомая аура. Почувствовав ее, Чэнь Чаншэн и Юаньшань поспешили навстречу.

Но то, что они увидели, заставило их замереть. Перед ними стоял их Третий Старший Брат – весь в крови, без левой руки и с выбитым правым глазом.

— С этого момента я – глава Обители Высшей Чистоты. Девятый Младший Брат, Сун Юаньшань, назначается заместителем главы. Всем большим и малым отделениям Обители – немедленно отступить на запад на полторы тысячи километров!

Прежде вечно расслабленный Третий Старший Брат теперь действовал решительно и быстро, даже не поздоровавшись с младшими братьями, которых так давно не видел. Отдав серию приказов, он, казалось, наконец позволил себе немного расслабиться, но его дух оставался напряженным.

Юаньшань, дрожа, подошел к искалеченному Третьему Старшему Брату.

— Третий Старший Брат… А где Мастер и остальные?

Голос Третьего Старшего Брата был хриплым:

— Королевство Ночной Луны… неизвестно почему, число их великих экспертов ступени Зародыша Души внезапно увеличилось более чем вдвое. Мастера окружили трое… двое экспертов позднего этапа Зародыша Души. Он пал на Горе Феникса. Мы, старшие братья, действовали вместе, но попали в засаду. Первый Старший Брат… ценой самоподрыва… вытолкнул меня из окружения. Великая Династия Гань проиграла битву. Начиная от границы, мы уступаем две с половиной тысячи километров земли Королевству Ночной Луны в качестве компенсации.

Услышав это, Юаньшань почувствовал, как земля уходит у него из-под ног. Он схватил Третьего Старшего Брата за воротник и яростно закричал:

— А тело Мастера?! Почему ты его не забрал?! Ты хочешь, чтобы его тело превратили в марионетку?!

Третий Старший Брат не сопротивлялся, лишь молчал, и в его молчании была бездна отчаяния.

— Перестань его трясти, а то добьешь его, – раздался за спиной спокойный голос Чэнь Чаншэна.

Юаньшань инстинктивно разжал руки. Обернувшись, он увидел, что Чэнь Чаншэн каким-то образом уже принес с заднего двора тот самый гроб из Дерева, пораженного молнией.

Не успел Юаньшань сообразить, что Чэнь Чаншэн задумал, как тот уже подошел к Третьему Старшему Брату. Достав фарфоровую бутылочку, он вытряхнул пилюлю и дал ее проглотить раненому. Казалось, Чэнь Чаншэна совершенно не затронули ужасные новости.

— Твоя основа повреждена. Моих способностей не хватит, чтобы тебя исцелить, – сказал Чэнь Чаншэн Третьему Старшему Брату. – Наступление Королевства Ночной Луны слишком яростное. Их цель – определенно не просто две с половиной тысячи километров земли. Они хотят поглотить всю Великую Династию Гань. У Юаньшаня хороший талант, но он все еще немного ребенок. За эти пятьдесят лет ты должен хорошо его обучить. Будущее Обители Высшей Чистоты – в его руках.

С этими словами Чэнь Чаншэн убрал гроб из Дерева, пораженного молнией, в Системное хранилище и повернулся, чтобы уйти.

Ошарашенный Третий Старший Брат наконец пришел в себя.

— Чаншэн! Куда ты?!

Чэнь Чаншэн остановился. Помолчав мгновение, он ответил:

— Я иду забрать тела Мастера и Старших Братьев.

Он обернулся и посмотрел на Третьего Старшего Брата.

— Не смейся, Старший Брат, но до прихода в Обитель я занимался продажей гробов. Это мое старое ремесло. А тот гроб из Дерева, пораженного молнией… я приготовил его для Мастера заранее. Теперь он как раз пригодился. Мы совершенствуемся ради долгой жизни. Все думают, что долгая жизнь дарует великую свободу и безмятежность, но не знают, что долгая жизнь – это величайшее страдание. Мир – это море горечи. Долгая жизнь означает вечное плавание в этом море горечи. Мастер и братья покинули море горечи, мы должны радоваться за них.

Он снова помолчал, а затем на его лице появилась яркая улыбка.

— Я помню, Третий Старший Брат, ты рассказывал одну историю из мира совершенствующихся, чтобы напугать Юаньшаня. Ты говорил, что в мире есть таинственное существо, которое забирает тела тех, чей срок жизни истек. Его появление означает, что смерть близка. Никто не знает его имени, известно лишь, что его зовут…

— Похоронщик!

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Марионетка / Кукла (傀儡 — Kuǐlěi): В сянься часто упоминается возможность использования тел умерших экспертов для создания мощных марионеток.

• Дерево, пораженное молнией (雷擊木 — Léi jī mù): Материал, из которого Чэнь Чаншэн сделал гроб для Мастера.

• Основа (совершенствования) (根基 — Gēnjī): Фундамент силы совершенствующегося, повреждение которого крайне опасно и трудноизлечимо.

• Море горечи (苦海 — Kǔhǎi): Буддийская метафора для мира страданий и сансары.

Услышав имя «Похоронщик», Третий Старший Брат вздрогнул, но промолчал. Чэнь Чаншэн же с улыбкой продолжил вспоминать прошлое:

— Кроме того, ты ведь подробно расследовал это дело. Ты выяснил, что Похоронщик впервые появился сто лет назад, чтобы похоронить Предка Кровавого Демона. К тому же, у Похоронщика есть какая-то необъяснимая связь с Дзен-мастером Исю из Храма Небесного Будды. На это я могу сказать лишь одно: Похоронщик не так страшен, как ты его описываешь. Он всего лишь торговец гробами.

С этими словами Чэнь Чаншэн повернулся, махнул рукой на прощание и широким шагом направился прочь. Юаньшань крикнул ему вслед:

— Старший Брат Чаншэн, ты еще вернешься?

— Я приготовил для каждого из вас по гробу. Когда они вам понадобятся, я вернусь.

Его голос затих вдали, и фигура Чэнь Чаншэна исчезла. Глядя ему вслед, Третий Старший Брат испытал смешанные чувства. С самого первого дня, как этот Младший Брат появился в Обители Высшей Чистоты, он чувствовал в нем что-то необычное. Время, казалось, не оставляло на Чаншэне следов.

Конечно, в мире совершенствующихся существуют эликсиры, дарующие вечную молодость. Но годы оставляют отпечаток не только на теле, но и на душе. За десять лет трехлетний Юаньшань превратился в тринадцатилетнего подростка. Все изменились, кто больше, кто меньше. Но взгляд Младшего Брата Чаншэна оставался таким же ясным, как и в день его прибытия в Обитель. Поначалу Третий Старший Брат списывал это на особую чистоту его сердца. Но прошло еще двадцать лет, и когда он снова вернулся в Обитель, взгляд Чаншэна был все тем же.

Третий Старший Брат тихо вздохнул.

— Юаньшань, через некоторое время объяви всем, что Младший Ученик Обители Высшей Чистоты умер из-за отклонения Ци во время совершенствования.

— Но почему? Старший Брат Чаншэн ведь жив и здоров!

— Просто сделай, как я говорю. У Чаншэна свой путь. Его связь с Обителью Высшей Чистоты исчерпана.

Юаньшань помолчал, но в конце концов кивнул. Мастер привел его в Обитель, когда ему было три года. Хоть он и поступил на несколько месяцев раньше Чаншэна и формально был его старшим братом, он всегда считал Чаншэна своим настоящим старшим братом. Если бы была возможность, он бы никогда не хотел с ним расставаться. Но в мире нет вечных пиров.

Заметив подавленное настроение Юаньшаня, Третий Старший Брат положил ему на плечо свою единственную оставшуюся правую руку.

— Почтенный Мастер всегда говорил: те, кто вступает на Путь Дао, часто имеют слабую связь с шестью мирскими страстями, но при этом они очень ценят долг и верность. Другие могут его не понимать, но мы должны понять.

________________________________________

Выйдя из Обители Высшей Чистоты, Чэнь Чаншэн взглянул на лазурное небо, затем на совершенствующихся, отступающих с границы, и усмехнулся:

— Эх, Мастер, Мастер! Ты так ценил свою репутацию при жизни! Неужели ты позволишь своему телу покоиться на чужбине после смерти? Позволь мне, твоему ученику, вернуть тебя домой. За нашу связь мастера и ученика – на этот раз платы за похороны не возьму.

С этими словами Чэнь Чаншэн зашагал в сторону границы. Великая Династия Гань потерпела поражение, впереди бушевала война, но его это не волновало. У него была одна цель – найти останки своих близких и предать их земле с миром.

________________________________________

— Люди платят три медные монеты за вход в город!

Двое стражников из Расы Яо преградили ему путь. Заметив, что оба они всего лишь на третьем уровне Сбора Ци, Чэнь Чаншэн послушно отсчитал три монеты. Заплатив пошлину, он беспрепятственно вошел в город.

Ощущая слабую духовную энергию, витающую в воздухе, Чэнь Чаншэн вздохнул:

— Правильно я сделал, что скрыл свой уровень совершенствования. Даже в таком маленьком городке есть страж ступени Золотого Ядра. Откуда у Королевства Ночной Луны внезапно взялось столько силы?

С этими мыслями он нашел постоялый двор и снял комнату. В свое путешествие к границе за телами Чэнь Чаншэн решил не лететь на мече и не использовать духовную силу для ускорения. Он выбрал самый простой способ – идти пешком, шаг за шагом.

Территория, куда он направлялся, была оккупирована Королевством Ночной Луны. Если бы совершенствующийся-человек ступени Золотого Ядра открыто летал по небу, это неминуемо привлекло бы внимание. Его осторожность оправдалась. Приближаясь к землям Королевства Ночной Луны, Чэнь Чаншэн понял, почему Великая Династия Гань потерпела такое сокрушительное поражение.

Совершенствующихся из Расы Яо было невероятно много. Практики ступени Заложения Основ встречались на каждом шагу, ступени Золотого Ядра – как собак нерезаных. Даже экспертов ступени Зародыша Души можно было увидеть каждые три-пять дней. Неудивительно, что Великая Династия Гань проиграла при таком перевесе сил.

Слегка погрустив о судьбе двух стран, Чэнь Чаншэн заказал несколько местных деликатесов. Он собирался перекусить и продолжить путь. Однако его трапезу прервал разговор двух яо за соседним столом.

— Слыхал? Дочь нашего Короля Яо устраивает публичный выбор жениха! Любой, кто достиг ступени Заложения Основ или выше, может попытать счастья!

— Конечно, слыхал! Но нам-то что с того? Наш Король Яо – из благородного Клана Серебряного Волка Луны. Думаешь, у нас с тобой есть хоть шанс стать его зятем?

— Шанса нет, но поглазеть-то можно! Говорят, Клан Лис приготовил в качестве свадебного дара марионетку ступени Зародыша Души!

— Марионетку ступени Зародыша Души?! Ты, часом, не шутишь?

— Зачем мне врать? Эту марионетку Клан Лис добыл на Горе Феникса. Чтобы убить того совершенствующегося, лисам пришлось задействовать целых трех предков позднего этапа Зародыша Души!

Услышав это, Чэнь Чаншэн беспомощно пробормотал:

— Эх, Мастер, Мастер… Я пять лет шел сюда, и только прибыл, как ты подкинул мне такую задачку… Клан Лис – один из сильнейших в Королевстве Ночной Луны. Как мне забрать твое тело у них? В одиночку мне с ними не справиться!

Столкнувшись с такой проблемой, Чэнь Чаншэн раздраженно почесал в затылке. Внезапно в его голове мелькнула гениальная идея.

— Клан Лис – сильный клан в Королевстве Ночной Луны. Король Яо – Король Серебряных Волков Луны. Если я стану зятем Короля Серебряных Волков Луны… может, у меня появится шанс потребовать эту марионетку у Клана Лис? Звучит дико, но теоретически… никаких проблем вроде нет!

Чэнь Чаншэн бормотал себе под нос, и чем больше он бормотал, тем более осуществимой ему казалась эта идея.

________________________________________

Императорский Дворец Королевства Ночной Луны.

— Докладываю Королю Яо! Принцесса сбежала!

— Так чего стоите?! Немедленно отправляйтесь на поиски! Если с головы моей дочери упадет хоть один волчий волосок, принесете мне свои головы!

Величественный рев разнесся по дворцу, вызвав всеобщую панику и суматоху. А тем временем на склоне горы за пределами столицы резвая девушка показывала язык в сторону далекого дворца.

— Бе-бе-бе! Хочешь замуж – сам и выходи! А эта барышня в ваших играх не участвует!

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Отклонение Ци (走火入魔 — Zǒuhuǒ rùmó): Опасное состояние при неправильной практике совершенствования, может привести к безумию или смерти.

• Шесть мирских страстей (六情 — Liù qíng): В буддизме и даосизме – шесть эмоций или привязанностей (радость, гнев, печаль, счастье, любовь, ненависть), мешающих достижению просветления или Дао.

— Что же преподнести в качестве свадебного дара?

Чэнь Чаншэн сидел на вершине горы, нахмурив брови и погрузившись в раздумья. С тех пор как он узнал, что принцесса Королевства Ночной Луны ищет мужа, он ломал голову над тем, как завоевать сердце прекрасной волчицы. Но, как ни старался, он пришел к выводу, что, кроме привлекательной внешности и обширных познаний, ему нечего предложить.

И как раз в тот момент, когда Чэнь Чаншэн был в полном отчаянии, издалека донесся крик о помощи. Присмотревшись, он увидел двух яо ступени Золотого Ядра, преследующих женщину ступени Заложения Основ.

Заметив Чэнь Чаншэна, наблюдающего за ними, преследуемая женщина резко сменила направление и полетела прямо к нему.

— Почтенный, спасите! Они хотят убить меня!

Услышав ее крик, Чэнь Чаншэн без колебаний мобилизовал всю свою силу совершенствования… а затем со всех ног бросился наутек.

Женщина: …

Стоп! Разве в такой ситуации ты не должен был изобразить героя, спасающего красавицу? Ты просто взял и убежал?! Неужели тебе совсем не любопытно?!

Ее мысленные проклятия ничуть не замедлили бегство Чэнь Чаншэна. Видя, что он улетает все дальше, а преследователи вот-вот ее настигнут, женщина стиснула зубы и достала нефритовую табличку, которую тут же раздавила.

Табличка раскололась, и из нее вырвался золотой луч, прочно связавший женщину и Чэнь Чаншэна. В следующее мгновение она телепортировалась прямо за спину Чэнь Чаншэна и продолжила лететь с той же скоростью, что и он.

Чэнь Чаншэн: ???

Столкнувшись с такой настырностью, Чэнь Чаншэн едва не взвыл.

— Ты что ко мне прицепилась?!

— Почтенный, эти двое хотят убить меня! Прошу вас, спасите! – снова взмолилась женщина, сложив руки.

— Тьфу! – сплюнул Чэнь Чаншэн. – Не пытайся обмануть меня своей неумелой игрой! Они вовсе не собираются тебя убивать! Кто будет просто преследовать жертву, не нападая, если хочет ее убить? К тому же, посмотри на себя! Ты вся увешана магическими артефактами! Разве у обычной совершенствующейся ступени Заложения Основ может быть столько сокровищ? Ты точно какая-нибудь дочка из знатной семьи, сбежавшая из дома, а они просто пытаются вернуть тебя обратно!

Женщина лишь успела произнести пару слов, как Чэнь Чаншэн выдал целый поток умозаключений, причем его анализ ситуации был практически безошибочным. Это настолько ошеломило ее, что она застыла на месте. Она была уверена, что никогда раньше не встречала этого мужчину, и он, похоже, тоже ее не знал. Как он мог, лишь мельком взглянув издалека, понять так много? Из чего сделана его голова?

Поняв, что ее ложь раскрыта, женщина решила идти ва-банк:

— Раз уж ты меня раскусил, притворяться дальше нет смысла. Они действительно хотят вернуть меня домой. Если меня поймают, самое большее – поругают и запрут на несколько дней. А вот тебе придется несладко. Если не поможешь мне сбежать от них, я скажу, что это ты выманил меня из дома! Как думаешь, что моя семья сделает с тобой тогда?

Чэнь Чаншэн проигнорировал ее угрозы и полностью сосредоточился на изучении заклятия, связывавшего их. Его действия не укрылись от глаз женщины, но она ничуть не беспокоилась, что он сможет снять ее заклинание.

— Не трать силы зря. Это Талисман Неотступной Тени, созданный совершенствующимся ступени Зародыша Души. Тебе, жалкому практику Золотого Ядра, его ни за что не снять. Вместо того чтобы терять время, лучше бы бежал быстрее. Меня преследуют двое экспертов позднего этапа Золотого Ядра, они почти нас догнали!

Услышав это, Чэнь Чаншэн оглянулся и увидел, что двое яо действительно быстро сокращают дистанцию. Ситуация становилась все более опасной, и в его сердце закипал гнев.

— Сударыня, я не хочу вмешиваться в ваши семейные дела и не желаю иметь с вами ничего общего. Я готов забыть о произошедшем. Пожалуйста, перестаньте меня преследовать, хорошо?

В ответ женщина достала жемчужину и активировала ее, создав вокруг себя защитный барьер.

— Что хочу, то и делаю! И что ты мне сделаешь? Попробуй разбить мой защитный щит, если сможешь!

— Раз ты не понимаешь по-хорошему, пеняй на себя! – холодно бросил Чэнь Чаншэн и начал быстро формировать ручные печати.

Поначалу женщина не обратила на это внимания. Что ей мог сделать какой-то совершенствующийся ступени Золотого Ядра? Если бы ее собственная духовная сила не была на исходе, она бы ни за что не стала цепляться к этому незнакомцу.

Но вскоре она поняла, что что-то не так.

— Это Кровавый Побег Обители Высшей Чистоты! Ты – человек!

Увидев ее изумленное лицо, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся:

— Поздравляю, угадала! Только приза не будет!

Осознав опасность, женщина тут же попыталась развеять Талисман Неотступной Тени, связывавший их. Но было уже поздно – Чэнь Чаншэн завершил подготовку Кровавого Побега.

Плюх!

Выплюнув глоток эссенции крови, Чэнь Чаншэн превратился в кроваво-красный луч света и исчез за горизонтом. Двое преследователей-яо ошеломленно застыли. Они никак не ожидали, что совершенствующийся среднего этапа Золотого Ядра владеет столь искусной техникой побега. К тому же, как в самом сердце Королевства Ночной Луны мог оказаться неизвестный человек?

— Старший брат, что теперь делать?

Шлеп!

Едва один из яо открыл рот, как его товарищ влепил ему пощечину.

— Что делать?! Преследовать, болван! Принцессу похитил человек! Если с ней что-то случится, весь наш клан уничтожат!

С этими словами оба яо, сжигая свою эссенцию крови для увеличения скорости, бросились в погоню за Чэнь Чаншэном. Но как могли двое обычных совершенствующихся ступени Золотого Ядра догнать его? За долгие годы в Обители Высшей Чистоты Чэнь Чаншэн, может, и не слишком преуспел в боевых искусствах, зато техники побега отточил до совершенства. Не то что двое практиков позднего этапа Золотого Ядра – даже некоторые обычные эксперты ступени Зародыша Души вряд ли смогли бы его догнать.

________________________________________

В ста пятидесяти километрах оттуда.

Вспышка!

В тихой горной долине появились две фигуры – мужчина и женщина. Это были Чэнь Чаншэн и таинственная незнакомка, только что совершившие Кровавый Побег.

Едва остановившись, Чэнь Чаншэн без колебаний разбросал вокруг несколько флагов формации. Затем его руки начали сплетать сложную последовательность печатей с такой отточенной скоростью, словно он повторял это тысячи раз.

— Формация, активируйся!

Световой барьер мгновенно окутал Чэнь Чаншэна и женщину. Увидев это, она настороженно достала старинный кинжал.

— Что ты задумал?! Говорю тебе, если со мной что-то случится, твоя участь будет хуже смерти!

Услышав ее угрозы, Чэнь Чаншэн, закончивший установку формации, лишь прищелкнул языком:

— Я не искал неприятностей. Но ты сама напросилась. Так что винить можешь только себя.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Свадебный дар / Подарок к помолвке (聘禮 — Pìnlǐ): Традиционные подарки, которые семья жениха преподносит семье невесты.

• Эссенция крови (精血 — Jīngxuè): Концентрированная жизненная сила, содержащаяся в крови. Ее использование дает временный прирост силы или скорости, но истощает пользователя.

• Флаги формации (陣旗 — Zhènqí): Компоненты, используемые для быстрой установки магических формаций.

• Ручные печати / Мудры (法訣 — Fǎjué): Сложные жесты руками для управления духовной энергией и активации техник или формаций.

— Ха! И ты думаешь, твоя жалкая формация сможет удержать эту барышню? Мечтай дальше!

С этими словами женщина призвала два мощных магических артефакта, собираясь прорвать массив. Но едва артефакты взмыли в воздух, как ее тело обмякло, и она рухнула на землю. Чувствуя, что тело ей не подчиняется, она в ужасе воскликнула:

— Что ты со мной сделал?!

— Ничего особенного, – пожал плечами Чэнь Чаншэн. – Просто подавил твою родословную. Ты права, эта формация действительно дрянь. Я нашел ее обрывки в древнем трактате, кое-как починил, и теперь она с горем пополам работает. Ее эффект прост: подавлять родословную яо, заставляя их принимать истинный облик.

При этих словах ужас на лице женщины усилился.

— Невозможно! Если бы у людей была такая формация, Великая Династия Гань давно бы ее использовала!

— Ай-яй! Ну что ты за глупая девчонка-яо, элементарных вещей не знаешь? – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Конечно, у таких формаций есть ограничения! Великий массив из трактата мог действовать на яо ступени Золотого Ядра. Моя же починенная версия работает только на яо ступени Заложения Основ. К тому же, ты сама видишь, насколько она хрупкая. Чуть тронь – развалится. Если бы ты только что не тратила время на болтовню, все могло бы закончиться иначе.

Пока он говорил, тело женщины начало уменьшаться, и вскоре она полностью превратилась в чисто-белого волчонка.

Подняв с земли пространственное кольцо, оброненное женщиной, Чэнь Чаншэн повертел его в руках.

— Как снять с него запрет?

Лежащий на земле белый волчонок вдруг заговорил человеческим голосом:

— Даже не думай! Не скажу! Хватит смелости – убей меня!

— Убить тебя у меня смелости, конечно, нет. Но вот обрить тебя налысо – вполне, – невозмутимо ответил Чэнь Чаншэн.

При этих словах белый волчонок на земле пришел в ярость.

— Да как ты смеешь!

— А почему бы и нет?

С этими словами Чэнь Чаншэн достал откуда-то острую бритву.

Вжик!

Сверкнуло лезвие, и на макушке белого волчонка появилась розовая полоска голой кожи. Ощутив холодок на голове, волчонок заскулил, и из его глаз покатились крупные слезы.

— У-у-у! Скажу я тебе, скажу! Ну почему ты такой злой?!

Успешно получив метод снятия запрета, Чэнь Чаншэн вытряхнул все содержимое из пространственного кольца волчонка. Глядя на гору духовных камней и магических артефактов, он сглотнул слюну.

— А ты весьма богата! Не всякий совершенствующийся ступени Зародыша Души может похвастаться таким состоянием.

С этими словами он убрал все сокровища в Системное хранилище. Хоть вещи волчонка и были хороши, Чэнь Чаншэн пока не решался ими пользоваться. Было очевидно, что эта девчонка – из знатного рода. Кто знает, не оставлены ли на этих артефактах какие-нибудь метки. Самым безопасным было спрятать все в Системное хранилище. Благодаря изоляции Системы, даже сам Нефритовый Император не смог бы его выследить.

Видя, как этот человек забирает все ее вещи, лысый белый волчонок жалобно проскулил:

— Ты все забрал! Теперь ты можешь меня отпустить? Если тебе мало, я могу дать тебе еще больше! Мой отец…

Не дав ей договорить, Чэнь Чаншэн зажал ей пасть.

— Я не хочу знать, кто ты, и не хочу знать, кто твой отец. Если ты будешь молчать, я отпущу тебя, как только закончу свои дела. Но если я узнаю твою личность, тебе останется только умереть. Понятно?

Волчонок, чья пасть была зажата, поспешно кивнул.

— Вот и хорошо. А теперь я проведу небольшую модернизацию твоей внешности. Гарантирую – полное преображение!

С этими словами Чэнь Чаншэн с ехидной ухмылкой поднял волчонка в воздух.

— А-а-а-а!

Жалобный визг разнесся по горной долине, словно кого-то подвергали жесточайшим пыткам.

________________________________________

Императорский Дворец Королевства Ночной Луны.

— Что ты сказал?! Юэ’эр похищена человеком?!

Король Серебряных Волков Луны вскочил с трона. Ужасающая аура ступени Преобразования Духа заставила всех яо в зале задрожать от страха. А двое стражников ступени Золотого Ядра, упустивших принцессу, и вовсе были бледны как смерть. Похищение принцессы человеком – это было слишком серьезно. Не только они, но и весь их клан не смог бы понести такую ответственность!

Король Волков слегка нахмурился и начал быстро перебирать пальцами правой руки, очевидно, пытаясь определить местонахождение своей дочери. Спустя мгновение он сказал:

— Вы упустили принцессу. Это ваше упущение. Ступайте и примите наказание.

— Благодарим Короля Волков!

Двое стражников, рассыпавшись в благодарностях, поспешно покинули зал. Затем Король Волков взмахом руки велел удалиться и остальным слугам.

— Старейшина Гуй, что ты думаешь об этом? – обратился он к старику, опирающемуся на посох.

— Смиренный старик считает, что дело не так просто, – ответил тот. – Как только Юэ’эр была похищена, смиренный старик немедленно попытался определить ее местонахождение. Но ее следы словно кто-то скрыл. Результат гадания – лишь хаос. Такие методы недоступны обычному человеку ступени Золотого Ядра.

— Старейшина Гуй прав, – кивнул Король Волков. – Я тоже только что пытался гадать, но обнаружил лишь хаос в небесных механизмах. Вмешиваться в небесные механизмы способен лишь совершенствующийся ступени Преобразования Духа, не ниже. Похоже, тот, кто похитил Юэ’эр, действовал не спонтанно, а был хорошо подготовлен.

Старейшина Гуй помолчал, а затем добавил:

— Если бы это было простое похищение, возможно, все было бы проще. Но я больше опасаюсь, что похититель Юэ’эр целится на то самое дело. Королевство Ночной Луны одним махом захватило половину земель Великой Династии Гань, и внезапное появление такого количества сильных совершенствующихся не могло не вызвать подозрений. К тому же, внутри Расы Яо, похоже, не все так гладко с единством.

При этих словах глаза Короля Волков опасно сузились.

— Клан Саблезубых Тигров?

— Не только они. Клан Лис тоже проявляет подозрительную активность. Похоже, они знают, что Юэ’эр – ключ ко всему.

— Ха! Раз они так хотят поиграть, что ж, поиграем с ними, – усмехнулся Король Волков. – Заодно напомним им, кто на самом деле правит в Королевстве Ночной Луны!

________________________________________

Столица Королевства Ночной Луны.

Чэнь Чаншэн шел по улице, с любопытством разглядывая все вокруг. На руках он держал совершенно черного… лысого… маленького дворового пса. Хоть это и была столица Расы Яо, она мало чем отличалась от человеческих городов – слишком много яо, принявших человеческий облик, было на улицах.

— Ай!

Чэнь Чаншэн вдруг зашипел от боли. Опустив голову, он увидел, что «дворовый пес» на его руках вцепился зубами ему в руку.

— Отпусти!

— Не отпущу! Верни мне мою белоснежную волчью шерсть!

— Я тебе уже сто раз говорил! Эти чернила – моя специальная разработка, их ничем не смыть! Чтобы вернуть свой цвет, придется обрить тебя наголо и ждать, пока не отрастет новая шерсть. Кстати, раз уж ты так горюешь, назову тебя Сяо Бай (Белыш). В память о твоей утраченной белой шерсти.

Белый волчонок (Сяо Бай): …

«Какое издевательство над волком! Ты у меня еще попляшешь!»

Примечания редактора-переводчика:

• Родословная / Кровь (血脈 — Xuèmài): Наследственная линия и связанная с ней сила у Расы Яо.

• Истинный облик (原型 — Yuánxíng): Первоначальная, животная форма представителя Расы Яо.

• Запрет / Ограничение (禁制 — Jìnzhì): Магическая печать на предмете (здесь — на пространственном кольце), мешающая использовать его кому-либо, кроме владельца.

• Нефритовый Император (天王老子 — Tiānwáng lǎozi): Высшее божество в даосском пантеоне. Идиома «даже Нефритовый Император не сможет» означает абсолютную невозможность.

• Гадание / Предсказание (推算 — Tuīsuàn, 演算 — Yǎnsuàn): Практика предсказания будущего или определения местонахождения.

• Небесные механизмы / Таинства Небес (天機 — Tiānjī): Скрытые законы и потоки судьбы, которые можно пытаться прочесть или повлиять на них. Вмешательство требует огромной силы.

Чэнь Чаншэн неспешно брел по улице, болтая с белым волчонком, уютно устроившимся у него на руках.

— Кстати, когда Королевство Ночной Луны развязало войну с Великой Династией Гань, многие ваши воины разбили наголову совершенствующихся из Гань. Но я слышал, что Фея Чаншэн из Секты Линлун и Дзен-мастер Исю из Храма Небесного Будды исчезли на территории Королевства Ночной Луны. Вы их уже убили?

В ответ на вопрос Чэнь Чаншэна волчонок лишь презрительно фыркнул:

— Если бы могли убить, давно бы убили. Если говорить о самых неудобных противниках из Великой Династии Гань, то эти двое точно в их числе. Кто бы мог подумать, что они на самом деле…

На полуслове волчонок осекся и поднял голову, посмотрев на Чэнь Чаншэна.

— Ты пытаешься вытянуть из меня информацию?

— Просто спросил из любопытства. Не хочешь говорить – не надо.

— Правда просто из любопытства? Техника Кровавого Побега, которую ты использовал, – это тайное искусство Обители Высшей Чистоты, которому обучают только учеников Внутреннего Двора. Храм Небесного Будды, Секта Линлун и Обитель Высшей Чистоты – это три столпа Великой Династии Гань, и они тесно связаны между собой. Ты вдруг спрашиваешь о судьбе этих двоих, и думаешь, я поверю, что это просто любопытство?

Услышав это, Чэнь Чаншэн опустил взгляд на лысеющего белого волчонка у себя на груди.

— Ты очень умна. Но твои слова вызвали у меня еще больше вопросов. Кровавый Побег – тайная техника Обители Высшей Чистоты. Не то что Яо, даже некоторые ученики Внешнего Двора о ней не знают. А ты, похоже, осведомлена очень хорошо. Можешь сказать, почему?

Волчонок в ответ лишь устроился поудобнее на руках Чэнь Чаншэна и зевнул.

— Я – Яо, ты – человек. Мы принадлежим к разным расам и разным государствам. Думаешь, я расскажу тебе такое? Впрочем, мне очень любопытна твоя личность. В Обители Высшей Чистоты девять Истинных Учеников, но четверо из них – самые выдающиеся. Их имена складываются в строки стиха: «Чистый Ветер и Ясная Луна по сути бесценны, Ближняя Вода и Далекая Гора – все исполнено чувств». Цинфэн (Чистый Ветер) и Минъюэ (Ясная Луна) уже погибли. Ли Цзиньшуй (Ближняя Вода) был тяжело ранен и сбежал, и ты точно не он. Обладаешь таким мастерством в формациях… неужели ты – девятый Истинный Ученик Обители Высшей Чистоты, Сун Юаньшань (Далекая Гора)?

Слушая уверенную речь волчонка, Чэнь Чаншэн заметил:

— Ты поразительно хорошо осведомлена об Обители Высшей Чистоты. Даже лучше, чем многие совершенствующиеся из Великой Династии Гань. Похоже, в Династии Гань завелся предатель!

— Верно, в Великой Династии Гань есть предатель. Почему бы тебе не угадать, кто он?

— Мне не нужно гадать, и я не хочу. Смена династий – это то, что я не в силах изменить. Я лишь хочу забрать тела моего мастера и боевых братьев.

Услышав это, волчонок стал еще более дерзким.

— Ай-яй-яй! Так вот какова твоя цель! Боюсь, у тебя ничего не выйдет. Тело Настоятеля Обители Высшей Чистоты, Юаньшэня Шанжэня, уже превращено Кланом Лис в марионетку. Клан Лис – могущественная сила в Королевстве Ночной Луны, у них несметное число мастеров, и во главе стоит совершенствующийся ступени Преобразования Духа. Что можешь сделать ты, жалкий практик Золотого Ядра? Может, все-таки отпустишь меня? Вдруг у этой госпожи будет хорошее настроение, и я верну тебе тело твоего мастера?

— Благодарю за твою доброту. Но пока я не уверен в собственной безопасности, я тебя не отпущу. И еще вопрос: на тебе ведь нет никаких меток, оставленных старшими из твоего клана?

— Угадай! – вызывающе ответил волчонок.

Чэнь Чаншэн лишь холодно взглянул на него.

— Я проверял много раз, никаких меток в твоем теле нет. Но нельзя исключать более изощренные техники, которые я мог не заметить. Поэтому, ради безопасности, я наложу на твое тело восемьдесят семь ограничений. Если произойдет что-то непредвиденное, ты мгновенно умрешь мучительной смертью.

При этих словах волчонок заметно встревожился.

— Ты смеешь?!

— Дело не в смелости. Я уже это сделал. Иначе зачем, по-твоему, я все это время держу тебя на руках?

Чэнь Чаншэн указал пальцем правой руки, и на теле волчонка тут же проступили сложные, таинственные руны. В тот же миг волчонок полностью утратил способность говорить на человеческом языке.

— Гав! Гав! Гав!

Глядя на отчаянно лающего волчонка, Чэнь Чаншэн криво усмехнулся и решительно направился к месту проведения турнира женихов в Королевстве Ночной Луны.

________________________________________

Турнир Женихов Королевства Ночной Луны.

Король Волков одиноко восседал на высоком троне. У подножия трона стоял старик с длинной белой бородой. Это был Старейшина Гуй, правая рука Короля Волков. Происхождение Старейшины Гуй было окутано тайной, никто в Королевстве Ночной Луны не знал, откуда он явился. Если бы не его огромные заслуги в недавней войне между двумя государствами, его имя так и осталось бы неизвестным для большинства.

Увидев, что все приглашенные прибыли, Король Волков поднялся.

— Всем подданным Королевства Ночной Луны известно, что у меня, Ваньянь Агудо, есть единственная дочь, Ваньянь Юэ. Ныне моя дочь достигла брачного возраста. Я желаю выбрать из всех молодых талантов Поднебесной самого выдающегося и отдать ему в жены мою дочь. Все юные таланты, кто желает попытать счастья, могут выйти вперед!

После его слов толпа оживилась. Стать зятем Короля Волков – это все равно что получить в свои руки все Королевство Ночной Луны!

— Докладываю Королю Волков! Я давно восхищаюсь принцессой Ваньянь и желаю испытать свою удачу!

Вперед вышел крепко сложенный юноша с кожей цвета бронзы. Он высвободил свою ауру, без сомнения демонстрируя совершенствование средней ступени Золотого Ядра. Это был Линь Ху, молодой глава Клана Саблезубых Тигров.

— Хе-хе! Брат Линь, я тоже давно восхищаюсь принцессой Ваньянь. Боюсь, нам придется сразиться по-честному.

Не успел Линь Ху договорить, как рядом появился другой юноша – изящный молодой господин со складным веером в руке. Он также высвободил свою ауру, не уступающую силе Линь Ху.

Линь Ху прищурился.

— Ху Чжань, с каких это пор ты восхищаешься принцессой Ваньянь? Уж не врешь ли ты?

— Хе-хе! Брат Линь шутит. Чтобы восхищаться женщиной, необязательно кричать об этом на весь мир, как брат Линь. Мы, представители Клана Лис, люди образованные и воспитанные, как мы можем совершать столь некультурные поступки?

Линь Ху холодно усмехнулся, но вступать в перепалку с Ху Чжанем не стал. Клан Лис славился своими острыми языками, и спорить с ними было себе дороже.

Два главных претендента вышли вперед. Представители других кланов Яо помрачнели. Ни по происхождению, ни по силе они не могли сравниться с этими двумя. Даже если они решатся участвовать, это будет лишь формальностью.

После двух фаворитов вперед вышли еще несколько представителей других кланов, но их сила явно уступала Линь Ху и Ху Чжаню.

Видя, что больше никто не выходит, Король Волков уже собирался объявить правила испытаний, как вдруг из толпы выскочила еще одна фигура:

— Подождите! Я тоже участвую!

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Истинный Ученик (真傳弟子 — Zhēnchuán dìzǐ): Элитные ученики, прямые наследники учения мастера.

• Поднебесная (天下 — Tiānxià): Весь мир.

Увидев, что еще кто-то желает принять участие в турнире женихов, могущественные представители расы Яо нахмурились. Хотя было объявлено, что выбор будет производиться среди всех молодых талантов Поднебесной, на деле это был внутренний отбор среди кланов Яо. Все значимые кланы уже заявили своих участников. Откуда взялся этот парень?

— Прошу прощения, позвольте пройти.

— Извините, извините, у меня срочное дело.

Чэнь Чаншэн с трудом протиснулся сквозь толпу, поправил слегка растрепавшуюся одежду и, сложив руки, поклонился:

— Человек Чэнь Чаншэн приветствует Короля Волков. Хотя нижеподписавшийся и не видел принцессу Ваньянь, он желает принять участие в турнире женихов.

Эти слова вызвали гул и смятение в толпе. Сначала все подумали, что это опоздал какой-то отпрыск знатного клана Яо, но кто бы мог ожидать, что явится человек? Человек участвует в турнире женихов расы Яо? Это же несусветная чушь, величайший анекдот!

— Человек, убирайся из Королевства Ночной Луны! – выкрикнул кто-то.

Вслед за этим выкриком толпа Яо разразилась оскорблениями в адрес Чэнь Чаншэна. Однако он, несмотря на ругань, продолжал улыбаться, словно его это ничуть не задевало.

Видя это, Король Волков поднял руки, призывая к тишине. Площадь мгновенно затихла.

— Ты хочешь жениться на моей дочери? Что дает тебе такое право?

— Лишь мое искреннее сердце, Ваше Величество. Человеку требуется немалое мужество, чтобы явиться на турнир женихов расы Яо. Сам факт моего прибытия разве не доказывает искренность моих чувств к принцессе Ваньянь?

Услышав это, Король Волков слегка улыбнулся.

— Что ж, поистине искреннее сердце. Ради этой искренности я позволяю тебе участвовать. Я сказал ранее: любой совершенствующийся ступени Заложения Основ и выше имеет право участвовать в турнире. Ты – человек, но соответствуешь этому условию. Завтра начнутся испытания. Сможешь ли ты добиться успеха – будет зависеть от твоих способностей.

Сказав это, Король Волков поднялся и направился к выходу. Однако на полпути он помедлил и обернулся:

— Старейшина Гуй, этот совершенствующийся-человек прибыл издалека. Вероятно, у него пока нет места для проживания. Устрой его в резиденции клана Ху. Не нужно, чтобы люди думали, будто мы, Яо, не знаем законов гостеприимства.

— Слушаюсь, Ваше Величество.

Небрежно распорядившись о размещении Чэнь Чаншэна, Король Волков исчез.

Хотя многие Яо были недовольны участием человека, Король Волков уже высказал свою волю, и им оставалось лишь разочарованно разойтись.

— Приветствую, брат Ху. Боюсь, придется несколько дней погостить в вашей резиденции, – узнав о распоряжении Короля Волков, Чэнь Чаншэн тут же с улыбкой обратился к Ху Чжаню.

Ху Чжань окинул взглядом этого внезапно появившегося человека и с улыбкой ответил:

— Такая смелость, как у брата Чэня, вызывает у меня искреннее восхищение! Жить под одной крышей с братом Чэнем – это великая удача.

Видя, как Ху Чжань и Чэнь Чаншэн обмениваются любезностями, Линь Ху почувствовал отвращение.

— Вы, лисы, всегда любите заниматься подобными постыдными делами! Судя по одежде, этот человек прибыл из Великой Династии Гань. Как смеет представитель проигравшей стороны стоять рядом с нами?

На оскорбления Линь Ху Чэнь Чаншэн даже бровью не повел, сохраняя молчание. Зато Ху Чжань холодно усмехнулся:

— Линь Ху, если у тебя не хватает мозгов, не позорь расу Яо! Великая Династия Гань действительно проиграла Королевству Ночной Луны. Но Королевство Ночной Луны победило Династию Гань, а не всю расу людей! Если твои слова услышат какие-нибудь могущественные эксперты из расы людей и это приведет к войне между расами, ты сможешь взять на себя ответственность?

Слова Ху Чжаня мгновенно заставили Линь Ху замолчать. Обвинение в разжигании межрасовой войны – такое он не осмелился бы принять, будь у него хоть сто жизней. Разъяренный Линь Ху взорвался аурой, готовый немедленно выяснить отношения с Ху Чжанем.

Однако не успели они начать, как между ними медленно прошествовал Старейшина Гуй.

— Устраивать внутренние разборки среди бела дня? Хотите, чтобы другие расы смеялись над нами?

Увидев вмешательство Старейшины Гуй, Линь Ху холодно фыркнул и, развернувшись, ушел.

Когда Линь Ху удалился, Ху Чжань повернулся к Чэнь Чаншэну и улыбнулся:

— Брат Чэнь, прошу прощения, я случайно затронул больную для вас тему. Хотя Королевство Ночной Луны и воюет с Великой Династией Гань, мой Клан Лис всегда был близок к людям. Надеюсь, брат Чэнь не обиделся.

— Ничего страшного. Брат Ху говорит прямо и откровенно, как я могу придираться к мелочам?

С этими словами Чэнь Чаншэн подошел к дереву неподалеку и взял на руки маленькую черную собачонку с проплешинами, которая все это время отчаянно лаяла.

— Брат Чэнь, это ваш боевой питомец? – спросил Ху Чжань.

— Хе-хе! Нет, что вы. Нашел на обочине дороги. Увидел, как она, тощая и облезлая, скитается по улицам… Сердце дрогнуло, вот и взял с собой.

— Вот оно что! Брат Чэнь поистине добр и сострадателен!

Ху Чжань и Чэнь Чаншэн, весело болтая, направились к резиденции Ху. Белый волчонок на руках Чэнь Чаншэна отчаянно вырывался, но все внимание было приковано к самому Чэнь Чаншэну. Кто станет обращать внимание на облезлую, черную «дворнягу»?

________________________________________

Дворец Королевства Ночной Луны.

Король Волков молча сидел на троне, его пальцы ритмично постукивали по подлокотнику. В зал вошел Старейшина Гуй.

— Докладываю Королю Волков, тот человек отправлен в резиденцию Ху.

— М-м, – небрежно отозвался Король Волков, давая понять, что услышал, а затем спросил: – Юэ была похищена человеком. И теперь на турнире женихов появляется еще один человек. Старейшина Гуй, как думаешь, есть ли между ними связь?

Старейшина Гуй помедлил с ответом.

— Происхождение этого человека неизвестно, и появился он в весьма подозрительный момент. Вероятно, он как-то связан с исчезновением принцессы. Но даже если он и причастен, он точно не главный организатор. Совершенствующийся ступени Золотого Ядра не способен скрыть следы от небесного провидения. Скорее всего, он лишь пешка, посланная закулисным кукловодом. Пока мы не узнаем местонахождение принцессы, нельзя действовать опрометчиво.

— Разумно. Поручаю это дело вам, Старейшина Гуй. Выясните все об этом человеке. Я хочу знать, кто стоит за всем этим.

— Слушаюсь!

Старейшина Гуй поклонился и вышел. Лицо Короля Волков помрачнело. Его дочь похитили, а закулисный враг еще и посылает человека ступени Золотого Ядра, чтобы унизить его! Если он поймает того, кто за этим стоит, он непременно разорвет его на куски.

________________________________________

Резиденция Ху.

— Предок, вы меня помните? Я Мэйнян!

Едва Чэнь Чаншэн поселился в резиденции Ху и собрался отдохнуть, как к нему неожиданно явилась гостья. Глядя на красивую молодую женщину перед собой, Чэнь Чаншэн на мгновение задумался. А затем вспомнил: это была та самая лисоухая девушка из расы Яо, которую он встретил тридцать лет назад, сразу после пробуждения от долгого сна.

— Так это ты! Как ты здесь оказалась?

Услышав его вопрос, Ху Мэйнян огляделась по сторонам.

— Предок, давайте пройдем в комнату. Здесь не место для разговоров.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Скрыть следы от небесного провидения (屏蔽天機 — Píngbì tiānjī): Способность скрыть свои действия или намерения от предсказаний или божественного взора.

• Пешка (馬前卒 — Mǎqiánzú): Тот, кого используют в качестве разменной фигуры.

• Предок (前辈 — Qiánbèi): Уважительное обращение к старшему по возрасту, опыту или уровню совершенствования. Ху Мэйнян обращается так к Чэнь Чаншэну, помня его силу (хотя внешне он не изменился).

• Ху Мэйнян (胡媚娘 — Hú Mèiniáng): Имя лисоухой девушки, которую Чэнь Чаншэн встретил ранее. «Мэйнян» означает «очаровательная/кокетливая госпожа».

Ху Мэйнян нервно втащила Чэнь Чаншэна в комнату. Встреча со старым знакомым спустя столько лет переполняла ее сердце смешанными чувствами. Ей хотелось так много сказать, но слова застревали в горле. Поколебавшись, она лишь смогла повторить:

— Предок, вам не следовало приходить в Королевство Ночной Луны. Это опасное место!

Услышав это, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:

— Похоже, ты, маленькая лисичка, знаешь немало секретов. Но меня это не касается. Моя цель проста – жениться на принцессе Ваньянь. Все остальное меня не волнует.

Видя его показное равнодушие, Ху Мэйнян забеспокоилась еще сильнее.

— Предок, вы никогда не встречались с принцессой Ваньянь! Я знаю, вы пришли сюда не ради нее. Но какова бы ни была ваша истинная цель, прошу вас, уезжайте из Королевства Ночной Луны как можно скорее! Турнир женихов – это великий обман! Вам здесь оставаться опасно!

— Гав! Гав! Гав!

Услышав слова Ху Мэйнян, привязанный в углу белый волчонок вдруг яростно залаял, словно обличая предательницу расы Яо. Увы, Ху Мэйнян принадлежала к Клану Лис, а не собак, и совершенно не понимала собачьего лая.

— Обман? – переспросил Чэнь Чаншэн. – Это уже интересно. Кланы Лис и Тигров, две опоры Королевства Ночной Луны, оба участвуют. Как же это может быть обманом? И даже если это обман, откуда об этом известно такой маленькой Яо, как ты?

Вопрос Чэнь Чаншэна застал Ху Мэйнян врасплох, она не знала, что ответить. Наконец, стиснув зубы, она сказала:

— Предок, если бы не удача, которую вы мне даровали тогда, Мэйнян, возможно, никогда не смогла бы достичь ступени Заложения Основ. Но я не могу рассказать вам подробности обмана с турниром. Могу лишь сказать, что испытания обязательно пройдут в Запретной Земле Королевства Ночной Луны. Без одного ключевого предмета тот, кто войдет туда, обречен на верную смерть. Кланы Лис и Тигров уже заполучили этот предмет, так что им опасность не грозит. Если Предок все же решит пойти туда, вам непременно нужно искать в Запретной Земле людей, таких же, как вы. Пять лет назад, во время войны между двумя государствами, двое людей узнали какой-то секрет. Могущественный эксперт ступени Преобразования Духа из Королевства Ночной Луны преследовал их, и они скрылись в Запретной Земле. Если они еще живы, возможно, они – ваш единственный шанс на спасение.

Сказав это, Ху Мэйнян в панике выбежала из комнаты.

Когда она ушла, Чэнь Чаншэн поднял с пола яростно лающего облезлого «пса» и ослабил некоторые из наложенных на него ограничений.

— Предательница! Она просто предательница расы Яо! – тут же зарычал волчонок. – Эта госпожа непременно разорвет ее на куски!

Слушая ругань волчонка, Чэнь Чаншэн неторопливо поглаживал его жесткую шерсть.

— Сяо Бай, теперь ты можешь рассказать мне секреты Королевства Ночной Луны? Если я не ошибаюсь, те двое, загнанные в Запретную Землю… это ведь Фея Чаншэн и Дзен-мастер Исю?

Услышав это, волчонок бросил на Чэнь Чаншэна презрительный взгляд.

— Даже не мечтай! Убьешь меня – все равно не скажу! Говорю тебе, ни за что меня не отпускай! Иначе я точно разорву эту мерзкую лису Ху Мэйнян на куски! Тогда Клан Лис проявил милосердие и пощадил ее, а она, неблагодарная, теперь помогает чужакам! Она заслуживает смерти!

Глядя на разъяренное выражение морды волчонка, Чэнь Чаншэн спокойно заметил:

— Похоже, в вашем Королевстве Ночной Луны прошла большая чистка. Когда я встретил Ху Мэйнян, она была всего лишь на девятом уровне Сбора Ци, даже не могла полностью принять человеческий облик. Тогда в ее словах было столько наивности, она совсем не походила на совершенствующуюся, прошедшую суровую школу жизни на дне. Я еще тогда удивился: как барышня из знатного клана Яо могла отправиться странствовать в одиночку? Теперь понятно: она не сама сбежала, это вы ее изгнали!

Волчонок холодно посмотрел на Чэнь Чаншэна.

— Кто сказал, что Ху Мэйнян – барышня из знатного клана? Она просто обычная Яо.

— Хе-хе! Твои слова звучат неубедительно. Но это и неудивительно, ведь ты никогда не видела жизни совершенствующихся на дне. Мир совершенствующихся – это место, где человек ест человека, особенно на нижних ступенях. Иногда даже самые близкие друзья готовы перегрызть друг другу глотки из-за одного духовного камня. Если бы Ху Мэйнян не была барышней из знатного рода, с ее тогдашним характером она бы давно погибла, и костей бы не собрали. А теперь она вернулась в Клан Лис… вероятно, чтобы отомстить за давнюю кровную вражду!

— Ха! – фыркнул волчонок. – Она? Отомстить? Жалкая совершенствующаяся ступени Заложения Основ? Да даже если ты ей поможешь, вы вдвоем ничего не сможете сделать в Королевстве Ночной Луны!

— Я уже много раз говорил: меня не интересуют секреты Королевства Ночной Луны, и мне все равно, собираетесь ли вы уничтожить Великую Династию Гань. Я просто хочу забрать тела моего мастера и боевых братьев. Почему ты мне не веришь?

— Если бы ты просто хотел забрать тела, стал бы ты прилагать столько усилий? Теперь я даже подозреваю, что наша «случайная» встреча была подстроена тобой! У тебя нечистые намерения! Ты хочешь свергнуть наше Королевство Ночной Луны!

Видя, что подозрения волчонка становятся все более дикими, Чэнь Чаншэн лишь беспомощно покачал головой и снова привязал ее к ножке кровати.

— Думай что хочешь. А я спать.

— Наглец! Ты смеешь заставлять меня спать на полу?! Веришь, я тебя убью?!

В ответ на угрозы Чэнь Чаншэн взмахнул правой рукой, и рот волчонка снова оказался магически запечатан. Теперь, сколько бы гнева ни кипело в ее душе, она не могла помешать Чэнь Чаншэну наслаждаться сном.

________________________________________

Утро. Первые лучи солнца озарили землю. Волчонок, буянивший полночи, теперь сладко спал, свернувшись калачиком у ножки кровати. Вдруг большая рука схватила его за шкирку и подняла в воздух.

— Хватит спать, нам пора.

Волчонок сонно приоткрыл глаза, бросил на Чэнь Чаншэна недовольный взгляд и снова закрыл их. Чэнь Чаншэн усмехнулся, не обращая внимания на ее протест, сунул ее себе за пазуху и вышел из комнаты.

— Брат Чэнь, как спалось вчера? – Ху Чжань с улыбкой ждал его у двери.

— Спал как убитый, благодарю брата Ху за гостеприимство, – улыбнулся в ответ Чэнь Чаншэн.

Тут Ху Чжань заметил облезлую черную собачонку на руках Чэнь Чаншэна и с любопытством спросил:

— Брат Чэнь, вы собираетесь взять ее с собой на испытания?

— Верно. Мы с Сяо Бай неразлучны, куда я, туда и она.

Услышав имя «Сяо Бай» (Малыш Белый), Ху Чжань на мгновение замер, а затем рассмеялся.

— Брат Чэнь весьма остроумен! Назвать ее Сяо Бай! Забавно, забавно!

— Что поделать, Сяо Бай все время мечтает о белоснежной шерсти, вот я и решил дать ей такое имя. Кстати, мое участие с Сяо Бай в испытаниях ведь не запрещено?

— Не запрещено. На этих испытаниях нет ограничений по методам, включая использование боевых питомцев. Брат Чэнь, прошу за мной.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Сяо Бай (小白 — Xiǎo Bái): Ироничное имя («Малыш Белый»), данное черному волчонку.

• Кровная вражда (血海深仇 — Xuèhǎi shēnchóu): Глубокая ненависть из-за прошлых обид или убийств.

Следуя за Ху Чжанем, они шли довольно долго и наконец достигли входа в долину. Почувствовав бесчисленные могущественные ауры вокруг, Чэнь Чаншэн с любопытством спросил:

— Брат Ху, что это за место?

— Это Запретная Земля нашего Королевства Ночной Луны, а также место проведения испытаний для турнира женихов. В глубине Запретной Земли растет Цветок Загробного Мира. Тот, кто сможет его сорвать, получит право жениться на принцессе Ваньянь.

— Вот оно что! А где же остальные участники?

— Они уже вошли, – ответил Ху Чжань. – Я специально ждал, чтобы сопроводить брата Чэня, поэтому задержался.

— Ай-яй! Так это из-за меня брат Ху потратил свое время! Мне поистине стыдно!

— Эх! Брат Чэнь, не вините себя. Мы с вами сразу нашли общий язык, такая мелочь ничего не значит. К тому же, те, кто вошел раньше, не обязательно получат преимущество. Победит тот, кто добудет Цветок Загробного Мира.

С этими словами Ху Чжань повел Чэнь Чаншэна в Запретную Землю Королевства Ночной Луны.

Пройдя через длинное ущелье, они очутились в густом лесу с высоченными древними деревьями. Влажная жара и клубящийся ядовитый туман недвусмысленно намекали на опасность этого места.

Оценив обстановку, Ху Чжань искоса взглянул на Чэнь Чаншэна, но предупреждать не стал. Миазмы Запретной Земли оказывали губительное воздействие на совершенствующихся, даже уровня Золотого Ядра. Сам Ху Чжань стоял здесь невредимым лишь благодаря природной устойчивости своей расы Яо. Человек же, оказавшись здесь, скорее всего, тихо умрет меньше чем за полдня.

— Ц-ц-ц! Не зря это место называют Запретной Землей Королевства Ночной Луны. Воистину опасно! – осмотревшись, Чэнь Чаншэн как бы между делом похвалил местность, а затем достал из-за пазухи две пилюли. Одну проглотил сам, вторую запихнул в пасть Сяо Бай. – Брат Ху, здешние миазмы – не обычные. У меня есть особые пилюли-противоядия. Не желаешь одну?

С этими словами Чэнь Чаншэн протянул еще одну пилюлю Ху Чжаню. Видя, что Чэнь Чаншэн разгадал опасность миазмов, Ху Чжань с досадой хлопнул себя по лбу.

— Брат Чэнь не сказал бы, я бы и забыл! Здешние миазмы чрезвычайно сильны, даже совершенствующимся Золотого Ядра не устоять. Но мое тело лиса весьма крепкое, так что не буду тратить пилюли брата Чэня.

Сказав это, Ху Чжань с улыбкой отодвинул протянутую руку Чэнь Чаншэна. Принимать неизвестно что от незнакомца – верный способ распрощаться с жизнью.

— Кстати, брат Чэнь, эти миазмы уникальны для Запретной Земли Королевства Ночной Луны. Как вы это поняли? Неужели брат Чэнь уже бывал здесь раньше?

В ответ на вопрос Ху Чжаня Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:

— В Запретной Земле Королевства Ночной Луны я, естественно, не бывал. Но я читал похожее описание в одной безымянной древней книге. В ней описывались пейзажи разных мест. Одно из них было весьма похоже на здешнее.

— Вот оно как! Любопытно. Насколько мне известно, за последние пятьсот лет ни один чужак не входил в Запретную Землю Королевства Ночной Луны. Кто же автор той древней книги, которую видел брат Чэнь?

— Этого я не знаю. Когда я нашел ту книгу, она уже почти рассыпалась от ветхости. Возможно, она была написана более пятисот лет назад.

— Резонно. Нам лучше поторопиться. Линь Ху и остальные вошли уже довольно давно.

Сказав это, Ху Чжань взмахнул правой рукой, и перед ним появилась марионетка уровня Зародыша Души, которая начала прокладывать путь вперед. Глядя на безжизненную марионетку, в глазах Чэнь Чаншэна мелькнуло какое-то чувство.

________________________________________

Глубины Запретной Земли.

Бритый монах сидел, скрестив ноги, в позе лотоса. Под ним находился пруд, наполненный абсолютно черной, густой водой, от которой время от времени исходило зловоние.

— Исю, твоя Сутра Безмятежного Сердца долго не выдержит.

Услышав голос, монах медленно открыл глаза.

— Король Волков, позволив расе Яо использовать столь зловещую силу, ты в конечном итоге навлечешь на свой народ погибель. Еще не поздно одуматься.

— Одуматься? – холодно усмехнулся Король Волков. – Зачем мне одумываться? Сила есть сила, какая разница, праведная она или злая? Без этой силы как бы я смог уничтожить Великую Династию Гань? Хоть мы и принадлежим к разным расам, я весьма ценю тебя. Если ты согласишься перейти на мою сторону, я помогу тебе прорваться на ступень Преобразования Духа.

В ответ на предложение Короля Волков Исю лишь покачал головой и снова закрыл глаза. Видя его непреклонность, Король Волков не придал этому значения.

Ему потребовалось триста лет, чтобы пробить крошечную трещину в печати Запретной Земли. Хоть это была всего лишь щель, вырвавшаяся из нее сила превзошла все его ожидания. Именно благодаря этой силе численность совершенствующихся в Королевстве Ночной Луны выросла более чем вдвое.

К несчастью, эта новость каким-то образом просочилась наружу. Два старых хрыча из Храма Небесного Будды и Секты Линлун, не жалея своих жизней, явились сюда, чтобы снова запечатать эту трещину. Хотя Король Волков и пытался им помешать, им все же удалось заделать большую часть прорехи.

Теперь Исю своей силой сдерживал последний разрыв. Король Волков не смел действовать опрометчиво. Если Исю решит пожертвовать жизнью, последний разрыв может быть запечатан навсегда. И тогда пробиться сквозь печать снова будет уже не так просто.

Подумав об этом, Король Волков помрачнел.

— Старейшина Гуй, все еще не выяснили происхождение того человека?

— Докладываю Королю Волков, в архивах Великой Династии Гань записей о нем нет. Возможно, он использует фальшивое имя.

— Хмф! – фыркнул Король Волков. – Пусть пока покуражится. Когда кровавое жертвоприношение завершится, никто в Поднебесной не сможет мне помешать! И тогда неважно, люди или Яо – все склонятся передо мной!

Слушая громкие заявления Короля Волков, Старейшина Гуй молча стоял, опустив голову. Никто не знал, о чем он думал в этот момент.

________________________________________

Запретная Земля. Древний бронзовый дворец.

Чэнь Чаншэн и его спутники снова столкнулись с Линь Ху. Встреча двух недругов, естественно, не предвещала ничего хорошего, воздух мгновенно накалился.

Однако Чэнь Чаншэн не обращал внимания на перепалку Линь Ху и Ху Чжаня. Вместо этого он с интересом изучал возвышавшийся перед ними древний бронзовый дворец.

— Господа, мне кажется, вместо того чтобы думать, как убить друг друга, вам стоило бы повнимательнее осмотреть эти руины.

— Хватит нести чушь! – раздраженно рявкнул Линь Ху. – В рай тебе была дорога заказана, так ты сам в ад полез! Сегодня ты, Чэнь Чаншэн, умрешь!

Слова Линь Ху грубо прервали размышления Чэнь Чаншэна. Он нетерпеливо обернулся.

— Я знаю, что ты хочешь меня убить. Но не мог бы ты убить меня чуть позже? Не видишь, я занят изучением?

Сказав это, Чэнь Чаншэн снова повернулся к бронзовому дворцу, продолжая рассматривать вырезанные на нем узоры и надписи.

Линь Ху: …

Что значит «убить позже»?! Я собираюсь убить тебя прямо сейчас! Будь серьезнее, черт возьми!

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Цветок Загробного Мира / Цветок Того Берега (彼岸花 — Bǐ’àn huā): Ликорис лучистый, мифический цветок, цель испытания.

• Миазмы / Ядовитый туман (瘴氣 — Zhàngqì): Опасные испарения в Запретной Земле.

Уверенность Чэнь Чаншэна на мгновение ошеломила Линь Ху. Когда же тот пришел в себя, он пришел в ярость. Однако, не успел он сделать и шага, как марионетка Зародыша Души Ху Чжаня преградила ему путь.

— Ху Чжань, что это значит? Ты собираешься помогать чужаку?

В ответ на обвинение Линь Ху Ху Чжань взглянул на Чэнь Чаншэна, который был полностью поглощен изучением бронзового дворца, и спокойно ответил:

— Линь Ху, убить кого-то можно в любой момент. Но не забывай, зачем мы сюда пришли.

Эти слова несколько охладили гнев Линь Ху. Он нападал на Чэнь Чаншэна не потому, что тот участвовал в турнире женихов. В сложившейся ситуации любой, у кого есть хоть немного мозгов, понимал, что этот человек явился сюда не ради принцессы Ваньянь. А если не ради принцессы Яо, значит, у него были другие, скрытые мотивы. Совершенствующийся ступени Золотого Ядра осмелился в одиночку проникнуть в самое сердце земель Яо – за ним определенно кто-то стоял. Если действовать опрометчиво, можно спугнуть змею, ударив по траве. Если он просто сбежит – это мелочь, но если это помешает их главной цели – последствия будут серьезными.

Ху Чжань урезонил Линь Ху, и Чэнь Чаншэн смог спокойно продолжить изучение бронзового дворца. Через некоторое время Ху Чжань подошел к нему.

— Брат Чэнь, заметили что-нибудь интересное?

Чэнь Чаншэн, подумав, ответил:

— Брат Ху, вы слышали о Тайном Царстве Улян на территории Великой Династии Гань?

— Краем уха. Какое отношение Тайное Царство Улян имеет к этому месту?

— Имеет, и, похоже, очень большое. В Тайном Царстве Улян тоже есть древний бронзовый дворец. В Великой Династии Гань это не секрет. Но то, что в Запретной Земле Королевства Ночной Луны появился похожий бронзовый дворец… что брат Ху думает по этому поводу?

Эти слова заинтересовали не только Ху Чжаня, но и мрачного Линь Ху. Королевство Ночной Луны и Великая Династия Гань существовали уже более тысячи лет, а Тайное Царство Улян и Запретная Земля – с самого момента их основания. В обоих местах есть похожие сооружения… нет ли здесь какой-то тайны?

— Тайное Царство Улян контролируется Великой Династией Гань, – с любопытством сказал Ху Чжань. – И вход туда разрешен только людям. Если бы брат Чэнь не упомянул, я бы и не знал об этом.

— Не только вы не знали. Подозреваю, что и в обеих странах об этом знают немногие, – сказал Чэнь Чаншэн. – Узоры на этих бронзовых дворцах весьма необычны, не похожи на простое украшение. Если господа не торопятся, я мог бы попытаться их расшифровать.

Услышав это, Ху Чжань с сомнением посмотрел на Чэнь Чаншэна.

— Многие старейшины моей расы Яо пытались расшифровать надписи на этом бронзовом дворце, но все безуспешно. Брат Чэнь уверен, что сможет это сделать?

Хотя Ху Чжань и не сказал этого прямо, его взгляд говорил сам за себя: «Столько могущественных Яо не смогли, а ты, человек ступени Золотого Ядра, справишься?»

В ответ на сомнения Ху Чжаня Чэнь Чаншэн достал множество листов белой бумаги с нанесенными на них узорами.

— Имея дело лишь с одним бронзовым дворцом, я бы, конечно, не был уверен. Но не забывайте, брат Ху, что бронзовый дворец в Тайном Царстве Улян тоже изучают. Если сложить информацию с обоих дворцов, возможно, найдется способ их расшифровать. Если эти узоры действительно несут какую-то информацию, то тот, кто оставил эти два дворца, наверняка хотел что-то сообщить потомкам, а не просто загадать загадку. Причина, по которой мы не можем их понять, кроется в огромном промежутке времени – древняя письменность исчезла.

С этими словами Чэнь Чаншэн принялся сравнивать узоры с обоих бронзовых дворцов. Ху Чжань и Линь Ху, естественно, подошли поближе, чтобы тоже взглянуть. Секрет Королевства Ночной Луны был связан с Запретной Землей, а бронзовый дворец стоял здесь с момента ее обнаружения. Если удастся раскрыть тайну дворца, это может сильно помочь в их дальнейших действиях.

________________________________________

Спустя шесть часов.

— Вот оно что! – воскликнул Чэнь Чаншэн, сравнивавший узоры.

— Брат Чэнь, вы что-то обнаружили? – тут же спросил Ху Чжань.

— Да. Я раскрыл секрет бронзового дворца.

— В чем он? Говорите скорее! – нетерпеливо поторопил его стоявший рядом Линь Ху.

Чэнь Чаншэн не стал тянуть и указал на узоры.

— Господа, вы – молодые главы своих кланов, наверняка весьма образованы. Вы, должно быть, заметили связь между узорами на двух дворцах, но не смогли соотнести их ни с одной известной письменностью.

Линь Ху, подумав, сказал:

— И что это доказывает? Никто не знает, как давно существует это место. Древняя письменность вполне могла исчезнуть, это естественно.

— Брат Линь прав. Но не забывайте: могущественный эксперт, оставивший эти дворцы, хотел передать информацию потомкам. Неужели он не учел этот момент?

— Говори по делу или заткнись! Хватит загадками говорить! – раздраженно бросил Линь Ху.

Чэнь Чаншэн не обратил внимания на его грубость и продолжил:

— Тот древний эксперт наверняка учел фактор времени. Годы текут, синее море превращается в тутовые рощи. Никто не может гарантировать, что современная ему письменность сохранится в будущем. Поэтому, желая передать информацию, он должен был придумать способ, преодолевающий время и не зависящий от конкретной письменности. Самый простой и эффективный способ – это рисунки.

С этими словами Чэнь Чаншэн заставил листы бумаги с узорами из Тайного Царства Улян всплыть в воздухе и расположил их в определенном порядке. Затем он с помощью духовной силы скопировал узоры с местного бронзового дворца. Две части узоров начали соединяться в воздухе и наконец сложились в обрывочную картину.

— Письменность может прерваться, но рисунки – никогда. Рисунки – это первый способ познания мира для всех живых существ. С того момента, как мы открываем глаза, все наши знания мы получаем в виде образов. Мы видим горы, реки, травы и деревья – и так узнаем их форму и цвет. Узоры на этих бронзовых дворцах – это вовсе не письмена, а живая картина! Мы принимали их за текст, поэтому и не могли понять смысл.

Видя, что Чэнь Чаншэн действительно раскрыл тайну бронзового дворца, Ху Чжань и Линь Ху невольно прониклись к нему уважением. Дворец простоял здесь тысячи лет, и до сих пор никто не мог разгадать его секрет. А этот человек раскрыл его всего за несколько часов. Его мудрость вызывала восхищение.

Объяснив суть секрета, Чэнь Чаншэн вместе с остальными принялся рассматривать получившуюся в воздухе картину. Хоть она и была неполной, часть ее сохранилась. И эта часть рассказывала им одну историю.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Расшифровать / Разгадать (破譯 — Pòyì): Процесс понимания узоров.

• Скопировать узоры (拓印 — Tà yìn): Метод переноса изображения или текста с поверхности.

• Горы, реки, травы и деревья (山川草木 — Shānchuān cǎomù): Олицетворение природы, которую живые существа познают через образы.

• Идиома «Синее море превращается в тутовые рощи» (滄海桑田 — cānghǎi sāngtián): Означает огромные перемены, происходящие с течением времени.

• Идиома «Бить по траве, чтобы вспугнуть змею» (打草驚蛇 — dǎ cǎo jīng shé): Означает неосторожные действия, которые могут предупредить противника.

В незапамятные времена, как гласили предания, с небес периодически опускались гигантские руки, хватавшие живых существ на земле. Народы земли отчаянно сопротивлялись, но все их усилия были тщетны.

Наконец, однажды кто-то открыл могущественную силу. Источник этой силы на изображениях указан не был, но было показано, как все живые существа, используя ее, сумели одолеть гигантские руки с небес. Поначалу все думали, что эта сила – дар Небес. Однако позже стало ясно, что она таит в себе еще большую опасность, чем небесные руки.

На этом изображения обрывались.

Увидев это, Линь Ху нетерпеливо спросил:

— У тебя есть еще фрагменты? Скорее доставай! Что же случилось дальше?

— Увы, – Чэнь Чаншэн развел руками. – Это все узоры, что у меня были. Мы собрали лишь одну десятую всей картины. Чтобы восстановить полную историю, нам понадобятся узоры со всех восемнадцати древних бронзовых дворцов.

Услышав это, Линь Ху взглянул на последний из восстановленных фрагментов. Хоть общая картина была обрывочной и с большими пробелами, концовка оказалась относительно целой.

Та зловещая сила была запечатана и подавлена под восемнадцатью древними бронзовыми дворцами. Эти залы были отданы под охрану восемнадцати различным расам, две из которых – Раса Людей и Раса Яо. Упоминания об остальных шестнадцати расах давно стерлись за давностью лет.

Осознав суть происходящего, Линь Ху и Ху Чжань незаметно перекрыли Чэнь Чаншэну все пути к отступлению. Заметив это, Чэнь Чаншэн хмыкнул.

— Учитывая, что я помог вам разгадать загадку, не могли бы вы позволить мне договорить, прежде чем начнете?

— Твоя проницательность пугает нас, – усмехнулся Ху Чжань. – С таким талантом тебя где угодно считали бы сокровищем. Но я не могу понять, зачем ты явился в Королевство Ночной Луны на смотр женихов? Только не пытайся обмануть меня сказками о восхищении принцессой Ваньянь.

— Разумеется, у меня была цель прийти в ваше Королевство Ночной Луны, иначе зачем бы я тащился в такую даль? – ответил Чэнь Чаншэн. – Но прежде чем я ее озвучу, я хочу поделиться с вами историей, которую я сам для себя сложил. Число совершенствующихся в Королевстве Ночной Луны внезапно возросло, и Великая Династия Гань стала терпеть поражение за поражением. Эта странная ситуация не давала мне покоя всю дорогу. Однако, прибыв в Королевство Ночной Луны, я узнал кое-что еще: внутри страны произошла масштабная чистка. И это тоже меня озадачило – я не мог понять, почему после чистки сила Королевства Ночной Луны не только не уменьшилась, но и возросла. В то же время до меня дошли слухи, что в Великой Династии Гань появился предатель. Все эти ниточки казались связанными, но постоянно не хватало какого-то ключевого звена. И вот теперь я наконец нашел это звено.

С этими словами Чэнь Чаншэн снова подошел к древнему бронзовому дворцу.

— На всех восемнадцати залах изображена одна и та же история, но из-за древности они сильно повреждены. По одному залу невозможно восстановить достаточно информации. Поэтому у меня есть все основания полагать, что предатель из Великой Династии Гань переметнулся к Королевству Ночной Луны, принеся с собой этот секрет. И еще, вы заметили? Этот бронзовый дворец поврежден намеренно. И поврежден как раз тот фрагмент, где живые существа используют ту зловещую силу.

Услышав это, Ху Чжань почувствовал недоброе предчувствие.

— К чему ты клонишь?

Чэнь Чаншэн беззаботно плюхнулся на землю.

— Я клоню к тому, что вам не стоит и думать меня убивать. Потому что не ваша очередь. Судя по вашей реакции, вы и сами не знали секрета внезапного усиления Королевства Ночной Луны. Если я не ошибаюсь, вы двое как раз и прибыли сюда, чтобы разведать эту тайну. Теперь вы ее знаете. Думаете, тот, кто намеренно повредил бронзовый дворец, отпустит вас живыми?

— Браво!

— Подобный молодой талант – редкость в этом мире! Ты действительно поразил меня, Короля!

Едва Чэнь Чаншэн закончил говорить, как неподалеку появились Король Волк и Старейшина Гуй. Увидев их, Ху Чжань и Линь Ху заметно занервничали. Ху Чжань тут же шагнул вперед и почтительно склонил голову:

— Докладываю Королю Волку! Этот человек – шпион! Мы как раз собирались схватить его и преподнести вам!

Король Волк холодно усмехнулся.

— Ваш Клан Лис всегда любил мелкие интриги. Вы подстрекали Клан Тигров добиваться Юэ’эр лишь для того, чтобы использовать ее и выведать тайну, не так ли? Теперь вы знаете секрет, разве этого мало?

От его слов холодный пот покатился по лбу Ху Чжаня. А Король Волк продолжал:

— Два старых ископаемых из Кланов Лис и Тигров думали, что объединившись, смогут заставить меня выдать тайну. Какая наивность!

С этими словами Король Волк взмахнул правой рукой, и две окровавленные головы упали к ногам Ху Чжаня. При виде этого Ху Чжань и Линь Ху чуть не лишились чувств от ужаса. Они и представить не могли, что Король Волк настолько силен.

— Вы – будущее Расы Яо, – произнес Король Волк. – Если вы сейчас отречетесь от тьмы и перейдете на мою сторону, я сохраню вам жизнь и даже дарую великую возможность.

Не раздумывая ни секунды, Ху Чжань и Линь Ху покорились. Разобравшись с ними, Король Волк перевел взгляд на Чэнь Чаншэна.

— Чэнь Чаншэн, я восхищен твоим умом. Назови того, кто за тобой стоит, и присягни мне на верность, и я сохраню тебе жизнь.

— Боюсь, Королю Волку придется разочароваться, – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Ты никогда не догадаешься, кто стоит за моей спиной. Кроме того, насколько мне известно, чтобы получить ту силу… требуется кровавое жертвоприношение, верно? Король Волк до сих пор не убил меня… вероятно, не хочет тратить жертву понапрасну?

Глаза Короля Волка сузились.

— Ты действительно знаешь слишком много, – холодно процедил он. – Раз так, я исполню твое желание.

С этими словами Король Волк взмахнул рукой, и Чэнь Чаншэн мгновенно переместился в другое место. Перед ним раскинулся огромный кровавый пруд, берега которого были усеяны белыми костями.

Шлеп!

Тела двух могущественных экспертов ступени Преобразования Духа из Кланов Лис и Тигров были брошены в пруд. Кровь в пруду мгновенно забурлила, и через несколько мгновений из нее сформировалась угольно-черная пилюля.

Взяв пилюлю, Король Волк проглотил ее и нахмурился.

— Без крови Юэ’эр в качестве катализатора этот кровавый пруд, боюсь, не поможет мне прорваться через ступень Преобразования Духа! Старейшина Гуй, неужели нет другого способа?

Старейшина Гуй подошел к Королю Волку.

— Отвечаю Королю Волку, у старого слуги действительно есть еще один способ.

— Какой же?

Хлюп!

Рука Старейшины Гуя пронзила грудь Короля Волка. Одновременно с этим множество черных письмен поползли с руки Старейшины Гуя по телу Короля.

— Поглотив тебя, я смогу прорваться через ступень Преобразования Духа!

В глазах Короля Волка застыло полное неверие.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Зловещая сила (不祥力量 — Bùxiáng lìliàng): Таинственная сила из древних времен.

• Кровавый пруд (血池 — Xuèchí): Место для проведения кровавых ритуалов/жертвоприношений.

• Кровавое жертвоприношение (血祭 — Xuèjì): Ритуал, требующий крови или жизней для получения силы.

• Черные письмена (黑色文字 — Hēisè wénzì): Вероятно, часть техники или проклятия, использованного Старейшиной Гуем.

Внезапное нападение Старейшины Гуя застало всех врасплох. Ху Чжань и Линь Ху застыли в изумлении. Они не могли понять, почему правая рука Короля Волка вдруг напала на него.

Однако Король Волк среагировал молниеносно, пытаясь отразить удар Старейшины Гуя. Но когда он попытался использовать свою духовную силу, то обнаружил, что не может мобилизовать ни капли той мощи, которой так гордился.

Видя это, Старейшина Гуй неторопливо произнес:

— Не трать силы зря. Раз я смог помочь тебе достичь пика Преобразования Духа, то, естественно, у меня есть и способ контролировать тебя.

С этими словами Старейшина Гуй резким движением вырвал руку из груди Короля Волка. Сердце и всё совершенствование Короля были мгновенно извлечены. Алое сердце медленно трансформировалось в гладкую пилюлю. Спрятав ее, Старейшина Гуй повернулся к сохранявшему спокойствие Чэнь Чаншэну.

— Почему ты меня не боишься?

Одновременно с этими словами он ударом ладони отбросил Ху Чжаня и Линь Ху на землю. Глядя на могущественного Старейшину Гуя, Чэнь Чаншэн без тени страха тихо спросил:

— Грандмастер, неужели даже сейчас ты не желаешь явить свой истинный облик?

Эти слова заставили Старейшину Гуя на мгновение замереть.

— Так ты все-таки догадался. Ты действительно самый выдающийся ученик Обители Высшей Чистоты за последние пятьсот лет.

Пока он говорил, его сгорбленная старческая фигура начала меняться, постепенно превращаясь в элегантного молодого человека. Это был не кто иной, как основатель Обители Высшей Чистоты, наставник, приведший Чэнь Чаншэна на путь совершенствования – Истинный Человек Юйхуа.

— Преодолеть тысячи километров, чтобы прибыть в Королевство Ночной Луны… Тебе пришлось нелегко. Расскажи Грандмастеру, как ты догадался.

Истинный Человек Юйхуа медленно подошел к Чэнь Чаншэну, его голос был полон отеческой доброты и нежности. Глядя на знакомый силуэт, губы Чэнь Чаншэна слегка дрогнули.

— После того как я узнал печальные вести от Третьего Боевого Брата, я все время размышлял над одним вопросом: почему Обитель Высшей Чистоты постигла такая участь? То, что число совершенствующихся в Королевстве Ночной Луны резко возросло – правда. Но Мастер и остальные были не новичками в мире совершенствования. Не было никаких причин, чтобы они потерпели столь сокрушительное поражение.

— И поэтому ты заподозрил, что в Великой Династии Гань есть предатель? – спокойно спросил Юйхуа.

— Да. Но сколько я ни думал, я не мог представить, какой предатель мог бы провернуть такое. Обитель Высшей Чистоты хоть и помогала Династии отражать внешних врагов, но передвижения Мастера и других были строжайшей тайной ордена. Даже правитель Династии вряд ли знал все детали. Это означало, что предатель, кем бы он ни был вовне, не мог привести к полному уничтожению элиты Обители Высшей Чистоты. Единственное объяснение – предатель был внутри самой Обители. Придя к этому выводу, я подозревал всех в ордене. Я даже думал, что Мастер инсценировал свою смерть. Но я никогда не думал, что этим человеком можешь быть ты, Грандмастер. Ты уже достиг ступени Преобразования Духа, твое положение в Великой Династии Гань несравненно. Королевство Ночной Луны просто не смогло бы предложить цену, способную переманить тебя.

— Логично, – кивнул Юйхуа. – Но как же ты тогда пришел к уверенности, что предатель – именно я?

Чэнь Чаншэн глубоко вздохнул.

— Окончательно я осмелился это предположить лишь недавно. По пути в Королевство Ночной Луны я встретил представительницу Расы Яо. Она смогла опознать Кровавый Побег – секретную технику Обители Высшей Чистоты, и была очень осведомлена о делах ордена. Но что интересно: зная так много об Обители, она была уверена, что в ней лишь девять прямых учеников. Хоть я, Чэнь Чаншэн, и не был знаменит в ордене, но любой, кто провел бы мало-мальски тщательное расследование, узнал бы о моем существовании. Эта деталь еще больше укрепила мою уверенность, что предатель – из Обители. И этот предатель хорошо ко мне относится, иначе зачем бы ему скрывать информацию обо мне? Поэтому я провел небольшой эксперимент: на смотре женихов я назвался своим настоящим именем. Но до сих пор в Королевстве Ночной Луны никто не знает о моей истинной личности. Это говорит о многом.

Закончив, Чэнь Чаншэн поднял глаза на Истинного Человека Юйхуа.

— Грандмастер, нужно ли мне продолжать?

Юйхуа улыбнулся и достал маленького белого волчонка из-за пазухи Чэнь Чаншэна. Ограничив движения волчонка, он принялся нежно его гладить.

— Продолжай. Есть особая прелесть в том, чтобы слушать историю о себе из уст другого.

— Как скажете. Раз Грандмастер желает слушать, ученик с удовольствием расскажет. Чтобы провернуть все это, предатель из Обители Высшей Чистоты должен был обладать высоким статусом и силой. Тело Мастера я видел, когда входил в запретную зону. Значит, предатель – не Мастер. Пока я не разгадал тайну древних бронзовых дворцов, я не мог понять твоих мотивов для предательства, Грандмастер. Но как только тайна была раскрыта, мотив появился. Кроме того, в книгохранилище Обители Высшей Чистоты я нашел безымянные путевые заметки, описывающие запретную зону Королевства Ночной Луны. Этим запискам не менее пятисот лет. Грандмастер, ты задумал это еще пятьсот лет назад, верно?

— Ха-ха-ха! – Истинный Человек Юйхуа рассмеялся. – Принять тебя в Обитель Высшей Чистоты было самым правильным решением в моей жизни! Мой план, который я вынашивал пятьсот лет, ты разгадал всего за пять лет! Твоя проницательность поистине не имеет равных в веках!

— Почему? – не выдержав, все же спросил Чэнь Чаншэн. – Грандмастер, в твоем желании обрести силу нет ничего плохого. Даже если бы ты захотел основать новую династию, Мастер и остальные последовали бы за тобой. Зачем ты убил их?

— Великая Династия Гань – мое прошлое. Обитель Высшей Чистоты – мое детище, – спокойно ответил Юйхуа. – Я не хотел впутывать Обитель в это дело. Но они оказались слишком косными. Узнав эту тайну, они не только не поддержали меня, но и разболтали ее другим. Иначе, думаешь, Секта Линлун и Храм Небесного Будды смогли бы раскрыть мой план? Я готовил его пятьсот лет и не позволю никому разрушить мои замыслы.

— А Третий Боевой Брат? Почему ты его пощадил?

— Ты же знаешь Цзинь Шуя – он ленив по натуре. Когда Цинфэн и остальные обнаружили эту тайну, он где-то отлынивал от дел, поэтому ничего не знал.

Сказав это, Юйхуа задал встречный вопрос:

— Кстати, а откуда ты узнал, что для обретения той силы требуется кровавое жертвоприношение?

Чэнь Чаншэн выдавил улыбку.

— Грандмастер, ты такой умный, как же ты сейчас не догадался? Ты ведь наверняка бывал в Бескрайнем Тайном Царстве бесчисленное количество раз. Неужели ты не заметил, что я утаил часть узоров?

— Хе-хе-хе! – Юйхуа хлопнул себя по лбу. – Иметь такого выдающегося ученика – от радости голова кругом идет! Вполне в твоем духе – что-то утаить.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Грандмастер (師祖 — Shīzǔ): Обращение Чэнь Чаншэна к Истинному Человеку Юйхуа, основателю его школы.

• Истинный Человек Юйхуа (羽化真人 — Yǔhuà Zhēnrén): Титул и имя основателя Обители. «Чжэньжэнь» — «Истинный Человек», даосский титул для достигших высокого уровня. «Юйхуа» — «оперение», «превращение в бессмертного».

• Прямой ученик (真傳弟子 — Zhēnchuán dìzǐ): Ученик, получивший прямую передачу учения от мастера, обычно самый талантливый и приближенный.

Сказав это, Истинный Человек Юйхуа подвел Чэнь Чаншэна к кровавому пруду.

— Чаншэн, во всей Обители Высшей Чистоты я ценил тебя больше всех. Знаешь, почему я выбрал именно тебя из толпы? Потому что я почувствовал в тебе качество, которого нет даже у меня – спокойную отрешенность. В тебе нет ни той суетливости, что присуща смертным, ни той одержимости, что свойственна совершенствующимся. Словно все в этом мире для тебя – лишь проплывающие облака. Совершенствующиеся следуют Пути ради долгой жизни, но даже у экспертов ступени Преобразования Духа, проживших тысячу лет, нет такой ауры, как у тебя. И факты доказали, что я не ошибся в тебе. Теперь шанс прямо перед тобой. Если мы объединим усилия, мы сможем зайти дальше, чем кто-либо другой.

В ответ на предложение Истинного Человека Юйхуа Чэнь Чаншэн молча отступил на шаг.

Юйхуа нахмурился:

— Что, ты тоже считаешь эту силу зловещей? Можешь не беспокоиться на этот счет, я детально изучил этот вопрос. Прямое поглощение силы действительно может навлечь неприятности. Но если пропускать ее через фильтр родословной – проблем не будет. Восемнадцать рас, охранявших древние бронзовые дворцы, – это лучшие инструменты для фильтрации этой силы. Тот глупец Ваньянь Агудо постоянно использовал тело своей дочери для фильтрации. Он думал, что этого достаточно. Но он не знал, что нечистая кровь не может полностью очистить силу. Иначе он бы не попал под мой контроль.

Слушая разглагольствования Истинного Человека Юйхуа, Чэнь Чаншэн покачал головой.

— Грандмастер, я не беспокоюсь о безопасности этой силы. Я вообще об этом не думал. Моя цель прибытия в Королевство Ночной Луны одна – забрать тела Мастера и Боевых Братьев домой.

При этих словах возбуждение на лице Юйхуа сменилось ледяным холодом.

— Ты ничуть не изменился. Но ты должен знать: кто со мной – процветает, кто против – гибнет.

— Ученик, конечно, знает. Прошу Грандмастера, во имя наших прошлых отношений, позволить ученику сперва подготовить тела Мастера и остальных к погребению, прежде чем вы начнете.

Лицо Истинного Человека Юйхуа стало крайне недобрым. Но, глядя на этого выдающегося ученика, он все же проявил толику терпения.

Взмах!

Юйхуа взмахнул рукой, и перед Чэнь Чаншэном аккуратно легли семь тел. Запрет, наложенный на тело Почтенного Юаньшэня, был снят, и оно снова стало просто трупом.

Глядя на тех, с кем он когда-то жил бок о бок, Чэнь Чаншэн достал одиннадцать гробов и принялся готовить их к погребению. Почтенный Юаньшэнь, Первый Боевой Брат, Второй Боевой Брат…

Закончив с бывшими соратниками, Чэнь Чаншэн приступил к телу Короля Волка. Стер кровь, облачил в новые погребальные одежды. Вырванное сердце вернуть было невозможно, поэтому Чэнь Чаншэн вырезал новое из дерева. Вместе с Ху Чжанем и Линь Ху – ровно одиннадцать гробов.

— Похоронщик… Интересное прозвище, – заметил Юйхуа. – Но почему ты вырыл только три могилы? Неужели ты думаешь, что сможешь унести их с собой живым?

Чэнь Чаншэн улыбнулся.

— Грандмастер, не смейтесь, но до того, как я поступил в Обитель, ученик был простым гробовщиком. Из-за некоторых случайных обстоятельств и появилось это нелепое прозвище. Но как профессионал своего дела, ученик очень точен в расчетах. Сегодня понадобится только одиннадцать гробов, поэтому больше я доставать не буду.

— О? И откуда у тебя такая уверенность?

— Грандмастер, – ухмыльнулся Чэнь Чаншэн, – ты слышал о Бессмертном Владыке Ста Поражений?

Не успел он договорить, как выбросил вперед каменный гроб. Ощутив ауру кровавого пруда, гроб вспыхнул ослепительным светом. Из него возникла величественная фигура.

— Злое отродье, смеешь снова являться! – прогремел дух.

Огромный кулак устремился к Истинному Человеку Юйхуа. Тот мгновенно швырнул вперед маленького белого волчонка, пытаясь выиграть мгновение. Но разве можно так просто остановить кулак Бессмертного Владыки Ста Поражений?

Призрачный кулак прошел сквозь волчонка и с силой врезался в Истинного Человека Юйхуа.

Плюх!

Юйхуа, эксперт на пике ступени Преобразования Духа, был отброшен одним ударом.

Отбросив Юйхуа, призрачная фигура Бессмертного Владыки не стала преследовать его. Вместо этого она призвала к себе древний бронзовый дворец неподалеку и с силой обрушила его на кровавый пруд.

— Нет! – взвыл Юйхуа, увидев это. Он подлетел под зал, пытаясь остановить его падение.

Бум!

В это же время в потайной пещере прогремел мощный взрыв, и оттуда, кашляя кровью, вылетел бритый монах. Это был Дзен-мастер Исю, сдерживавший источник зловещей силы.

Дзииинь!

Угольно-черная сила ударила по древнему бронзовому дворцу, на мгновение замедлив его падение.

— Исю, чего ты ждешь?! – крикнул Чэнь Чаншэн, подхватывая упавшего на землю маленького белого волчонка, который не подавал признаков жизни.

Сам Чэнь Чаншэн был лишь на ступени Золотого Ядра. Без помощи Исю ему не выбраться из Королевства Ночной Луны. Призрак Бессмертного Владыки был силен, но его сила была временной, как вода без источника. Неизвестно, сможет ли он одолеть ту зловещую силу. Поэтому сейчас главным было – бежать. Бежать как можно дальше.

Услышав зов Чэнь Чаншэна, Исю, не раздумывая, сжег часть своей сущностной крови и начал применять божественную способность буддийской школы.

Видя, что Чэнь Чаншэн вот-вот сбежит, Истинный Человек Юйхуа исказился от ярости. Но древний бронзовый дворец над его головой не давал ему сдвинуться с места.

Бесчисленные письмена священных сутр закружились вокруг Чэнь Чаншэна и Исю, их фигуры начали растворяться в воздухе.

— Грандмастер! Ученик – гробовщик! Придет день, и ученик проводит тебя в последний путь!

Голос Чэнь Чаншэна эхом разнесся по запретной зоне, больно ударив по сердцу Истинного Человека Юйхуа.

________________________________________

В тысячах километров оттуда.

Пфу!

Исю выплюнул полный рот золотистой крови и рухнул на землю. Но Чэнь Чаншэн, казалось, не замечал его состояния и лишь торопил:

— Нечего лежать! Вставай, бежим дальше!

Глядя на своего знакомого столетней давности, Исю чуть снова не потерял сознание от возмущения.

— Предок! Я только что использовал секретную технику Храма Небесного Будды! Каждое применение сжигает не только сущностную кровь, но и десять лет жизни! Мы уже отлетели на тысячи километров! Неужели нельзя дать мне перевести дух?! Смиренный монах всего лишь на ступени Зародыша Души, а не всемогущий эксперт Преобразования Духа!

Слушая жалобы Исю, Чэнь Чаншэн тревожно всматривался в сторону столицы Королевства Ночной Луны.

— Ты потеряешь всего десять лет жизни за использование. А Ваньянь Агудо, на пике Преобразования Духа, не продержался и одного удара против Грандмастера Юйхуа! Если он нас догонит, ты потеряешь не десять лет, а всю свою жизнь!

При этих словах Исю мгновенно вскочил на ноги и снова применил секретную технику Храма Небесного Будды, сжигая еще десять лет своей жизни.

Вспышка!

Фигуры Чэнь Чаншэна и Исю снова исчезли.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Спокойная отрешенность (淡然 — dànrán): Отсутствие мирской суеты и одержимости совершенствованием.

• Проплывающие облака (過往雲煙 — guòwǎng yúnyān): Идиома, означающая нечто преходящее, мимолетное, не имеющее большого значения.

• Грандмастер (師祖 — Shīzǔ): Уважительное обращение к основателю школы.

• Злое отродье / Препятствие на пути (孽障 — Nièzhàng): Резкое буддийское/даосское ругательство, часто адресуемое демонам или тем, кто мешает праведному пути.

• Письмена священных сутр (經文 — jīngwén): Визуальный эффект буддийской техники.

• Золотистая кровь (金色的鮮血 — jīnsè de xiānxuè): Признак использования мощной буддийской техники или высокого уровня совершенствования для монаха.

• Предок (祖宗 — zǔzong): Фамильярное, раздраженное обращение Исю к Чэнь Чаншэну.

Шлеп!

Чэнь Чаншэн обессиленно рухнул на землю рядом с Исю, чье лицо было белым как у мертвеца.

Узнав о невероятной силе Истинного Человека Юйхуа, Исю шесть раз подряд применил секретную технику, успешно переместив их на три тысячи километров. Даже здоровый Исю не смог бы использовать эту технику, пожирающую эссенцию крови и жизненную силу, много раз. А теперь, будучи тяжело раненым, он применил ее шесть раз подряд. От смерти его отделял лишь один вздох.

Однако, даже оторвавшись на три тысячи километров, Чэнь Чаншэн все еще не чувствовал себя в безопасности. Подхватив умирающего Исю, он начал применять Кровавый Побег. Двенадцать раз – это был предел для Чэнь Чаншэна на данный момент. Еще один раз – и он бы погиб на месте.

Небрежно разбросав несколько флагов массива и с трудом запихнув горсть пилюль в рот Исю, Чэнь Чаншэн потратил последние силы на завершение подготовки, после чего в глазах у него потемнело, и он потерял сознание. Перед тем как отключиться, в его голове промелькнула мысль:

«Если он сможет догнать нас и сюда – пусть убивает. Бежать дальше – и мне конец, даже без его помощи».

________________________________________

Окрестности столицы Королевства Ночной Луны.

Вжух!

Истинный Человек Юйхуа появился в том месте, где Чэнь Чаншэн и Исю сделали первую остановку. Его мощное Божественное Сознание мгновенно накрыло область в радиусе пятисот километров. Однако после тщательного поиска уголок рта Истинного Человека Юйхуа дернулся. Он обнаружил, что этот непутевый ученик оказался на удивление прытким.

Хотя это тело было лишь аватаром, его сила определенно не уступала силе обычного совершенствующегося ступени Преобразования Духа. Ауру Исю и Чэнь Чаншэна Истинный Человек Юйхуа знал слишком хорошо. Если бы они не успели удалиться более чем на две с половиной тысячи километров, он бы гарантированно их поймал. И даже если бы они ушли дальше, но остались в пределах пяти тысяч километров, у него все равно были способы их обнаружить.

Но сейчас, использовав все свои методы, он так и не смог почувствовать ауру Чэнь Чаншэна. Это означало лишь одно: всего за четыре часа Чэнь Чаншэн сумел оказаться на расстоянии более пяти тысяч километров.

Подумав об этом, Истинный Человек Юйхуа холодно усмехнулся:

— Мой дорогой ученик, прячься хорошенько. Если твой дедушка найдет тебя, твоей маленькой жизни придет конец.

Сказав это, Истинный Человек Юйхуа развернулся и полетел обратно в Королевство Ночной Луны. У его основного тела возникли проблемы, и аватар не мог задерживаться здесь слишком долго.

________________________________________

— Чаншэн, может, хватит бежать?

Исю обессиленно лежал на летающем мече. Чэнь Чаншэн, едва восстановив немного духовной силы, снова потащил Исю в бега. Видя такое упорство, Исю лишь мысленно застонал.

— Истинный Человек Юйхуа всего лишь на пике Преобразования Духа, а не выше! Мы уже оторвались больше чем на пять тысяч километров, он нас не достанет!

Услышав это, Чэнь Чаншэн не только не остановился, но даже немного увеличил скорость полета.

— Осторожность – мать безопасности. Кто знает, может, у Грандмастера есть какая-нибудь секретная техника, чтобы нас найти? Для полной уверенности, давай отлетим еще тысяч на десять километров, а там посмотрим. Ты лучше молчи и лечись. Как поправишься – будешь нас тащить.

Исю закатил глаза и, закрыв их, сосредоточился на лечении. Сто лет не виделись, а его старый знакомый все такой же осторожный параноик. Теперь, когда они снова встретились, у Исю накопилось множество вопросов к Чэнь Чаншэну. Почему он тогда ушел, не попрощавшись? Откуда Тётушка-наставница Чаншэн его знала? И как Чэнь Чаншэн, совершенно лишенный таланта к совершенствованию, смог достичь ступени Золотого Ядра, да еще и обрести неплохой потенциал?

Все эти вопросы роились в голове Исю, но задать их можно будет только тогда, когда они окажутся в полной безопасности.

________________________________________

Время шло. Быстро пролетел месяц. Чэнь Чаншэн, как и обещал, действительно утащил их на расстояние в десять тысяч километров от предыдущей точки.

— Ну теперь-то все? Мы уже в пятнадцати тысячах километров от Королевства Ночной Луны! Истинный Человек Юйхуа, будь он хоть небожителем, вряд ли нас здесь найдет! – сказал Исю, когда они с Чэнь Чаншэном медленно опустились на вершину какой-то горы.

Оглядевшись, Чэнь Чаншэн кивнул:

— Пожалуй, достаточно. Теперь нас и Королевство Ночной Луны разделяет целая империя. Даже если Истинный Человек Юйхуа захочет нас поймать, это будет уже не так просто. Раз ты говоришь, что проблем нет, значит, наверное, их и нет. Кстати, ты тогда…

— Где Няньшэн? – прервал его Чэнь Чаншэн.

При этом вопросе взгляд Исю забегал. Он явно не знал, как ответить.

— Э-э… Тётушка-наставница… она… пропала.

— Пропала? Что это значит? Если бы ты сказал, что Няньшэн погибла от рук врагов, я бы с трудом, но понял. Но что значит «пропала»? Она же вошла в Запретную Землю Королевства Ночной Луны вместе с тобой! Как мог живой человек просто исчезнуть?

Слушая Чэнь Чаншэна, Исю с трудом проговорил:

— Когда в секте узнали, что Истинный Человек Юйхуа предал империю, нас с Тётушкой-наставницей отправили разведать тайны Запретной Земли в надежде переломить ход войны. Прибыв туда и следуя подсказкам Обители Высшей Чистоты, мы довольно легко раскрыли секрет Королевства Ночной Луны. Но когда мы пытались запечатать ту зловещую силу, нас обнаружили. Ваньянь Агудо призвал двух предков ступени Преобразования Духа, чтобы уничтожить нас. Предки из Храма Небесного Будды и Секты Линлун пришли на помощь, но мы все равно не могли прорваться. В итоге наши два предка пожертвовали собой, чтобы запечатать бóльшую часть той силы.

Слушая объяснения Исю, Чэнь Чаншэн нахмурился еще сильнее.

— Меня не интересуют подробности о Запретной Земле Королевства Ночной Луны. Я хочу знать, жива Ли Няньшэн или мертва?

— После гибели предков нам двоим, естественно, тоже было не спастись. Я уже готовился к смерти, но кто бы мог подумать – Тётушка-наставница обнаружила в Древнем Бронзовом Дворце поврежденный древний телепортационный массив! Он был сломан, но после небольшого ремонта им еще можно было воспользоваться.

— И что дальше? Только не говори, что ты остался прикрывать отход, а Няньшэн отправил вперед.

— Конечно, нет! Кто ж захочет умирать, если есть шанс выжить! Но я же сказал – телепорт был поврежден. Во время перемещения меня выбросило из потока. Делать было нечего, пришлось спрятаться в разломе печати. Я пригрозил, что если они попытаются меня убить, то погибнут вместе со мной. Только так и выжил до твоего появления.

— Куда вел телепортационный массив из Древнего Бронзового Дворца?

— Не знаю. Древние телепорты очень мощные, я не смог разобраться. Но расстояние должно быть огромным, думаю, не меньше пятидесяти тысяч километров.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Секретная техника (秘术 — mìshù): Мощная техника, требующая больших затрат (эссенция крови, жизнь).

• Божественное Сознание (神識 — shénshí): Ментальное чувство для сканирования.

• Аватар / Клон (分身 — fēnshēn): Отдельное тело, управляемое основным сознанием.

• Осторожность – мать безопасности (小心駛得萬年船 — xiǎoxīn shǐ dé wàn nián chuán): Китайская идиома.

Выслушав, Чэнь Чаншэн почувствовал, что голова идет кругом. В этом безбрежном море людей, где же ему теперь искать эту девчонку Няньшэн?!

Видя его растерянность, Исю усмехнулся:

— На самом деле, тебе не стоит слишком беспокоиться. Боевая Тетушка уже достигла пика ступени Зародыша Души, до Преобразования Духа остался всего шаг. С ее силой она сможет прекрасно устроиться где угодно. Кстати, как ты так внезапно достиг ступени Золотого Ядра? Я помню, твой талант к совершенствованию был ужасен! И еще… Боевая Тетушка, кажется, знала тебя очень давно. Сколько же ты на самом деле прожил?

На эти вопросы Исю Чэнь Чаншэн не ответил. Вместо этого он снял ограничения с маленькой белой волчицы, позволив ей принять человеческий облик.

Вернув себе силы, Ваньянь Юэ не сбежала и не набросилась на Чэнь Чаншэна. Она просто отрешенно сидела на месте. Но постепенно из ее глаз покатились две дорожки слез.

Видя это, Чэнь Чаншэн растерянно пробормотал:

— Да чего ты плачешь-то? Отца твоего не я убил. Учитывая обстоятельства, тебе еще повезло остаться в живых, радоваться надо.

От этих слов Ваньянь Юэ взорвалась:

— Почему это я не могу плакать?! Мой любимый отец использовал меня, а потом он умер! Ты бы не плакал на моем месте?!

Выплеснув гнев на Чэнь Чаншэна, Ваньянь Юэ утерла слезы и, опустив голову, тихо сказала:

— Спасибо, что позаботился о теле моего отца. Хоть он и использовал меня, он все же мой отец. Если бы не ты, его тело, наверное, так и осталось бы гнить под открытым небом.

Услышав это, Исю тихонько встрял:

— Эм… тело твоего отца все равно не осталось бы гнить под открытым небом. Истинному Человеку Юйхуа нужна была кровь его рода, так что, даже если бы Чэнь Чаншэн его похоронил, его, скорее всего, все равно бы выкопали.

При этих словах ледяной взгляд Ваньянь Юэ впился в Исю. Поняв, что ляпнул лишнее, монах тут же прикрыл рот рукой и послушно отошел в сторону.

Заставив Исю замолчать одним взглядом, Ваньянь Юэ снова посмотрела на Чэнь Чаншэна:

— Что ты собираешься делать дальше?

— Ничего особенного. Я насмотрелся на этот мир совершенствующихся. Вернусь к своему старому ремеслу – буду продавать гробы. Только вот в Великую Династию Гань пока возвращаться не планирую. А вы двое?

Услышав вопрос, Ваньянь Юэ задумалась.

— Истинный Человек Юйхуа захватил контроль над Королевством Ночной Луны. Если так пойдет и дальше, народ моего королевства ждет катастрофа. Так что я должна вернуться, чего бы мне это ни стоило.

Получив ее ответ, Чэнь Чаншэн посмотрел на Исю.

— А ты?

— Амитабха! – Монах сложил ладони. – И Великая Династия Гань, и Королевство Ночной Луны погружены в пучину страданий. Как говорится, если не я отправлюсь в ад, то кто же? Смиренный монах готов принести себя в жертву демонам…

— Говори по-человечески! – прервал его Чэнь Чаншэн.

— Я собираюсь увести Храм Небесного Будды подальше отсюда. Истинный Человек Юйхуа не оставит наш храм в покое.

Чэнь Чаншэн кивнул.

Бум!

Перед Исю появились восемь гробов.

— Это тела моего мастера и старших братьев из Обители Высшей Чистоты. Раз уж ты возвращаешься, захвати их с собой. Вот карта с отмеченными местами – лучшие по фэн-шуй, что я для них подобрал. Похорони их там.

Глядя на карту в своих руках и на отработанные движения Чэнь Чаншэна, Исю невольно скривился:

— У тебя так ловко получается… Ты что, все это заранее приготовил?

— Поздравляю, ты угадал. С того самого дня, как я поступил в Обитель Высшей Чистоты, я подготовил гробы и подобрал места для захоронения для всех своих боевых братьев. Включая мастера и грандмастера.

— Погоди… Значит, ты и для меня приготовил? – опешил Исю.

— Да. Но тебе придется заплатить. Учитывая наше знакомство, сделаю скидку двадцать процентов.

Услышав это, лицо Исю исказилось.

— Чэнь Чаншэн! Я вообще-то еще жив и здоров! Не рановато ли ты мне гроб и могилу готовишь?!

— Лучше подготовиться заранее, чтобы потом не суетиться. Ты же не бессмертен, рано или поздно этот день настанет.

Исю: …

И ведь не поспоришь.

— Постой! Я сейчас совершенствующийся ступени Зародыша Души! И в будущем вполне могу достичь Преобразования Духа!

— А совершенствующиеся Преобразования Духа не умирают? – парировал Чэнь Чаншэн.

Исю снова потерял дар речи.

Исю: …

Почему-то в споре с тобой я всегда проигрываю.

Поняв, что переспорить Чэнь Чаншэна невозможно, Исю убрал гробы и карту.

— Ладно, твою «доброту» я ценю. Но еще посмотрим, кто кого будет хоронить! Кстати, кто такой этот Бессмертный Владыка Ста Поражений, чья проекция появилась в Королевстве Ночной Луны? Если бы не он, мы бы там точно погибли. Может, дашь хоть какую-то наводку? Я бы хотел найти этого старшего.

Чэнь Чаншэн отмахнулся:

— Можешь об этом забыть. Бессмертный Владыка Ста Поражений жил как минимум две тысячи лет назад. Сейчас от него, скорее всего, и праха не осталось. Я нашел его каменный гроб в Безграничном Тайном Царстве. На гробе были записи о его жизни. Изначально он планировал умереть там, в Безграничном Тайном Царстве, но потом передумал и выбрал другое место. Раньше я думал, что он просто нашел место получше. Но узнав тайну Древнего Бронзового Дворца, я понял, что все не так просто. Я просто попробовал наудачу, не думал, что это сработает.

Услышав это, Ваньянь Юэ с любопытством спросила:

— А если бы каменный гроб Бессмертного Владыки Ста Поражений не сработал?

— Тогда мне пришлось бы сдаться моему грандмастеру из Обители Высшей Чистоты, – беззаботно ответил Чэнь Чаншэн. – То, что я продаю гробы, еще не значит, что я сам хочу в него лечь.

Ваньянь Юэ: …

Хоть это и логично, но как ты можешь говорить об этом так легко? Право, не знаю, считать тебя бессердечным или, наоборот, преданным и верным. Говорить, что ты бессердечный – но ведь ты проделал путь в тысячи километров до Королевства Ночной Луны и рискнул жизнью, чтобы позаботиться о теле старого знакомого. Говорить, что ты преданный – но ты с такой легкостью рассуждаешь о капитуляции перед врагом…

Обсудив еще некоторые детали с Исю и Ваньянь Юэ, Чэнь Чаншэн махнул рукой:

— Вам пора идти. Каменный гроб Бессмертного Владыки Ста Поражений если и не прикончил Истинного Человека Юйхуа, то наверняка доставил ему немало хлопот. Теперь вы знаете его тайну, он не станет убивать вас открыто. Будьте осторожны, и сможете выжить.

Глядя на спокойное лицо Чэнь Чаншэна, Исю удивленно спросил:

— Мы сейчас возвращаемся навстречу опасностям. Ты даже не попытаешься нас отговорить?

— Небу суждено пролиться дождем, матери суждено выйти замуж, а всему живому суждено прийти к своему концу. Это неизбежно. Разница лишь в том, случится это раньше или позже. Это ваш путь, вы сами его выбрали. Зачем мне вас отговаривать? Максимум – могу сделать вам дополнительную скидку на гробы!

Исю: …

Звучит логично. Но какой же ты все-таки мерзавец.

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Кровь рода / Родословная (血脈 — xuèmài): Важный аспект в мире совершенствования, часто связанный с наследованием таланта или техник.

• Грандмастер (師祖 — shīzǔ): Мастер мастера Чэнь Чаншэна в Обители Высшей Чистоты.

• Фэн-шуй / Благоприятное место (風水寶地 — fēngshuǐ bǎodì): Место с хорошей энергией для захоронения.

• «Небу суждено пролиться дождем, матери суждено выйти замуж» (天要下雨，娘要嫁人 — Tiān yào xiàyǔ, niáng yào jiàrén): Китайская пословица, означающая неизбежность некоторых событий, на которые нельзя повлиять.

Видя столь невозмутимое отношение Чэнь Чаншэна, Исю картинно закатил глаза.

— Терпеть не могу тебя, бесчувственный ты чурбан! Ладно, я пошел. Лет через тысячу-другую вернусь, чтобы собрать твои косточки.

С этими словами Исю повернулся и ушел. Ваньянь Юэ бросила на Чэнь Чаншэна долгий, изучающий взгляд и последовала за монахом.

Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся им вслед, но ничего не сказал. Хотя маленький монах ни разу не смог переспорить его, он был на самом деле очень умен. Чэнь Чаншэн встретил его как раз тогда, когда Няньшэн начала блистать в Секте Линлун. В то время Няньшэн было уже за шестьдесят, а если прибавить годы, проведенные Чэнь Чаншэном в городке Линлун, то с их последней встречи прошло более восьмидесяти лет. Учитывая, что Няньшэн знала Чэнь Чаншэна с юности, нетрудно было прикинуть, сколько лет он прожил на свете. Для крошечного совершенствующегося ступени Сбора Ци прожить так долго было совершенно ненормально. Но Исю ни разу не задал ему этого вопроса.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн потянулся, обернулся к простиравшейся за его спиной стране и пробормотал себе под нос:

— Говорят, эта страна зовется Королевство Сюаньу. Интересно, что тут есть занимательного?

С этими словами он неторопливо зашагал вниз с горы.

________________________________________

Королевство Сюаньу, Городок Кухай.

— Господин, на этот раз вы просто обязаны мне помочь!

Здоровяк ростом под два метра растолкал толпу, собравшуюся у лавки, и рухнул на колени перед Чэнь Чаншэном. Глядя на могучего мужчину, Чэнь Чаншэн поспешно помог ему подняться.

— Да Чжуан, если что-то случилось, говори прямо. Чем смогу – обязательно помогу.

Услышав это, здоровяк утер слезы и вытащил из-за пазухи несколько окровавленных духовных камней.

— Господин, это все, что у меня есть! Остальные камни я обязательно вам соберу! Умоляю, помогите восстановить тело моего брата!

Взглянув на деревянные носилки неподалеку, прикрытые белой тканью, Чэнь Чаншэн покачал головой и вздохнул:

— Сделка есть сделка. Никаких долгов я не принимаю. Я знаю, что вы с братом живете сбором трав. Мне как раз нужны кое-какие травы. Я могу купить у вас то, что вы собрали, как тебе такой вариант?

Здоровяк Да Чжуан, с трудом сдерживая горе, принес плетеную корзину, стоявшую рядом. Чэнь Чаншэн мельком взглянул на содержимое и быстро оценил его стоимость. В корзине были лишь низкосортные травы, да и те не лучшего качества. Даже с большой наценкой они стоили от силы три низших духовных камня.

— Неплохо, все это травы высшего сорта, как раз то, что мне нужно, – сказал Чэнь Чаншэн. – Покупаю за сто духовных камней.

Он забрал корзину и протянул здоровяку мешочек.

— Мои похоронные услуги стоят минимум сто низших духовных камней. Но сейчас в лавке акция – в придачу вы получите гроб отличного качества, как насчет этого?

— Благодарю вас, господин! Вашу великую доброту я никогда не забуду!

Сто духовных камней, совершив круг, вернулись в руки Чэнь Чаншэна. Он подошел к носилкам. Медленно откинув белую ткань, он увидел лежавшее под ней кровавое месиво. При виде этого зрелища желудки многих зевак свело от тошноты.

— Как это случилось? – спросил Чэнь Чаншэн.

— Несколько дней назад мы нашли столетнюю духовную траву. Но рядом с ней был демонический зверь-страж. Я сразу понял, что зверь очень силен, и не собирался рисковать ради травы. Но кто бы мог подумать, что Эр Чжуан тайком от меня пойдет за ней… Когда я добрался туда, от него осталось только тело… Это все моя вина! Он хотел добыть траву, чтобы купить для меня ресурсы!

Говоря это, Да Чжуан, стоявший на коленях, уже не мог сдержать рыданий.

Чэнь Чаншэн покачал головой и достал целый набор профессиональных инструментов. Звук трения плоти о плоть достиг ушей собравшихся. Те, у кого были слабые нервы, давно отбежали в сторону, борясь с рвотными позывами. Сам же Чэнь Чаншэн с невозмутимым лицом принялся за работу, тихо бормоча себе под нос:

— Первым делом – сухожилия, вторым – кости сложить. Сначала – конечности, после – туловище. Органы внутри перепутать нельзя…

Под его ловкими руками изуродованное тело постепенно обретало форму. Прошел целый час напряженной работы, прежде чем Чэнь Чаншэн закончил собирать останки. Недостающие части он восполнил с помощью других материалов.

Закончив, он достал гроб превосходного качества и осторожно уложил туда тело.

— Фух! – Чэнь Чаншэн вытер бисеринки пота со лба. – Похоронная работа завершена. Попрощайся с братом в последний раз и постарайся предать его земле как можно скорее.

Сказав это, Чэнь Чаншэн больше не обращал внимания на Да Чжуана. Он подошел к столу, стоявшему неподалеку, и принялся лечить людей от ушибов и переломов. Видя его занятость, один из здоровяков со сломанной рукой усмехнулся:

— Господин, ну и широкого же профиля вы специалист! Мало того, что весь похоронный бизнес под себя подмяли, так еще и пилюли варите, и болезни лечите! А позавчера я видел, как вы руны на гробе вырезали. Неужто еще одно направление открываете?

Чэнь Чаншэн наградил его уничтожающим взглядом.

— Это вы меня вынудили! Я изначально только гробы продавал! Но потом кто-то притащил ко мне полумертвого человека за гробом! Я увидел, что его еще можно спасти, неужели я должен был смотреть, как он умирает? А что в итоге? Мало того, что спасибо не сказали, так еще и отплатили черной неблагодарностью – растрепали всем, что я великий лекарь! Людей становилось все больше, пришлось открыть лечебницу! Ладно бы только лечебницу, так вы еще и на мои лекарства позарились, начали просить продать! Меня целый месяц осаждали, пришлось начать варить пилюли!

Говоря это, Чэнь Чаншэн с силой нажал на сломанную руку, и здоровяк взвыл, как резаный поросенок.

Щелк!

В тот же миг, как кость встала на место, Чэнь Чаншэн прилепил на перелом пластырь с мазью.

— Готово. Месяц покоя – и рука будет как новая. И поменьше дерись впредь. Ты всего лишь на третьем уровне Закалки Тела, а тот, с кем ты сцепился, как минимум на пятом. Если бы он не сдержался, ты бы остался калекой на всю жизнь.

Несмотря на ворчание Чэнь Чаншэна, здоровяк ухмыльнулся.

— Господин, в этот раз я просто потерял бдительность! В следующий раз я ему точно не проиграю! Мой «Метод Закалки Тела Трёх Ян» – это техника Земного ранга, а у него – всего лишь высшая ступень Жёлтого ранга! Он победил только потому, что его ступень немного выше. Вот достигну я четвертого уровня Закалки Тела – тогда посмотрим, как я буду сражаться с теми, кто выше меня уровнем!

Слушая хвастливые речи здоровяка, Чэнь Чаншэн лишь скривился, но спорить не стал. Воинственность была у жителей Королевства Сюаньу в крови. Убеждать их не лезть на рожон было труднее, чем убедить их перестать дышать.

Чэнь Чаншэн как раз осматривал очередного пациента. В этот момент издалека донеслось несколько волн мощного давления. Столкнувшись с подобным, низкоуровневые совершенствующиеся Королевства Сюаньу привычно расступились, освобождая дорогу.

— Цзо Синхэ приветствует господина.

Богато одетый молодой человек почтительно поклонился Чэнь Чаншэну. Увидев его, Чэнь Чаншэн с досадой произнес:

— Я уже тысячу раз пожалел, что спас тебя тогда. Ты приходишь уговаривать меня каждый год, вот уже десять лет подряд. Тебе самому не надоело?

Молодой человек улыбнулся.

— Если бы это помогло заполучить господина, что значат десять лет? Да хоть еще десять! Если бы не ваше спасение десять лет назад, Синхэ давно бы лежал в земле. Но Синхэ не может понять: обладая такими талантами, почему господин довольствуется жизнью в этом крошечном городке? Стоит вам только пожелать, и Королевство Сюаньу готово провозгласить вас Государственным Наставником!

Чэнь Чаншэн хмыкнул.

— Я не еду в столицу Королевства Сюаньу не потому, что горжусь своими талантами или меня не устраивают твои условия. Просто столица не сравнится с этим Городком Кухай! Он находится на краю Горного Хребта Демонических Зверей. Каждый день сюда привозят множество свежих лекарственных трав и ценных пород дерева. А я держу лавку гробовщика и лечебницу, эти вещи для меня очень важны.

Цзо Синхэ улыбнулся, не став оспаривать отговорку. Эту причину Чэнь Чаншэн использовал десять лет, и он слышал ее уже множество раз.

— Господин прав. Но Королевство Сюаньу жаждет талантов. На этот раз Синхэ принес кое-что, что, я уверен, компенсирует возможные неудобства господина.

С этими словами Цзо Синхэ снял красную ткань с подноса, который держал слуга. На подносе лежали два растения и нефритовая табличка.

— Эта Трава Семи Звезд – сокровище императорской семьи Королевства Сюаньу, хранившееся более трехсот лет. А этот тысячелетний Мясной Линчжи Королевство Сюаньу добыло с огромным трудом. Что до этой техники… это знаменитое «Девять Оборотов Искусства Сюань». Если бы не тот факт, что здесь описаны лишь первые три ступени, эта техника определенно достигла бы Небесного ранга. Если господин согласится отправиться в столицу, все это будет вашим.

Глядя на дары Цзо Синхэ, Чэнь Чаншэн почувствовал легкое искушение. Королевство Сюаньу уделяло особое внимание развитию физического тела, и его жители были гораздо крепче телом, чем в Великой Династии Гань. Система рангов техник здесь тоже отличалась. Техники делились на четыре ранга: Небесный, Земной, Сюань и Желтый, где Небесный был высшим, а Желтый – низшим. На данный момент во всем Королевстве Сюаньу открыто существовала лишь одна техника Небесного ранга – передаваемая из поколения в поколение «Техника Закалки Тела Небесной Гармонии». То, что Цзо Синхэ предложил «Девять Оборотов Искусства Сюань», считавшуюся лучшей после «Техники Небесной Гармонии», было поистине щедрым предложением.

С этой мыслью Чэнь Чаншэн подошел к Цзо Синхэ и внимательно осмотрел содержимое подноса.

— Мясной Линчжи, Трава Семи Звезд… Это же главные ингредиенты легендарной Пилюли Глазурованного Нефрита! Говорят, принявший эту пилюлю обретает Тело Ваджры, настолько прочное, что может горы свернуть и моря осушить. По меркам моей родины, пробить такую защиту не под силу никому ниже ступени Преобразования Духа.

При словах Чэнь Чаншэна в глазах Цзо Синхэ мелькнул огонек надежды. Однако следующее действие Чэнь Чаншэна его глубоко разочаровало. Он снова накрыл поднос красной тканью.

— Господин, неужели и этот дар недостоин вашего внимания? – недоуменно спросил Цзо Синхэ. – Чего бы вы ни пожелали, просите! Если это в силах Синхэ, я выполню любое ваше условие!

Чэнь Чаншэн тихо вздохнул.

— Молодой господин Синхэ, дело не в том, что я не ценю вашу щедрость. Просто я действительно не хочу ввязываться в дела императорского двора. Чем выше цена, которую вы предлагаете, тем серьезнее проблема, которую вы хотите, чтобы я решил. Я считаю, что моих скромных способностей пока недостаточно. Поищите лучше кого-нибудь другого.

С этими словами Чэнь Чаншэн махнул рукой и собрался вернуться в свою лавку. Но тут Цзо Синхэ внезапно сказал:

— Господин, неужели вы не хотите узнать новости о Древнем Бронзовом Дворце?

Услышав это, Чэнь Чаншэн замер.

— Ты действительно нашел его?

— Верно. Десять лет назад господин случайно упомянул о нем. Хоть вы и не придали этому значения, Синхэ запомнил. После десяти лет расследований Синхэ наконец удалось найти некоторые зацепки. К тому же, следы Древнего Бронзового Дворца связаны с делами в столице. Так что, если господин хочет узнать больше, боюсь, придется все же отправиться в столицу.

Слова Цзо Синхэ поставили Чэнь Чаншэна в затруднительное положение. С тех пор, как он узнал, что Няньшэн исчезла в одном из Древних Бронзовых Дворцов, он постоянно искал сведения о других таких залах. Но за десять с лишним лет поисков в Королевстве Сюаньу он так ничего и не нашел. Со временем он почти оставил эту затею. Восемнадцать Древних Бронзовых Дворцов были разбросаны неизвестно где в этом огромном, пугающе бескрайнем мире. Кто знает, в какой стране, в каком забытом уголке они находились?

И вот теперь, когда новость о Зале снова всплыла, Чэнь Чаншэн не мог остаться равнодушным.

— Твоя новость действительно ставит меня в тупик, – произнес он наконец. – Что ж, ладно. Я отправлюсь с тобой. Но предупреждаю сразу: я лишь постараюсь помочь с делами в столице, но не могу гарантировать успех. Я сейчас соберу вещи, и мы можем идти.

— Тогда Синхэ будет ждать господина снаружи! – взволнованно ответил Цзо Синхэ.

________________________________________

Войдя в свою лавку, Чэнь Чаншэн убрал все свои пожитки в Системное хранилище. Глядя на роскошный гроб, стоявший в углу комнаты, он пробормотал себе под нос:

— Пять лет ушло на то, чтобы собрать останки в Королевстве Ночной Луны. Сорок три года я продавал гробы здесь, в Королевстве Сюаньу… Грубо говоря, прошло почти сорок девять лет с тех пор, как я покинул Обитель Высшей Чистоты. Тогда основа совершенствования моего Третьего Старшего Брата была повреждена, и ему оставалось жить от силы лет пятьдесят… Теперь снова назревает буря… Небеса, вы намекаете мне, что пора отправляться собирать останки Третьего Старшего Брата?

Он провел рукой по гробу, покрытому искусной резьбой рун формаций. На подготовку этого гроба Чэнь Чаншэн потратил целых сорок лет. А предназначался он для того, кто когда-то вынудил его бежать в Королевство Сюаньу – для Даоса Юйхуа.

— Мой досточтимый Грандмастер! – прошептал Чэнь Чаншэн. – Похоронить одного или двоих – какая разница? Третий Старший Брат скоро умрет, так зачем же и вам жить? Ваш недостойный ученик сорок лет готовил для вас этот превосходный гроб. Теперь вы, старый господин, сможете упокоиться с миром.

С этими словами Чэнь Чаншэн криво усмехнулся, убрал гроб в Системное хранилище и, повернувшись, покинул лавку, служившую ему домом последние сорок три года.

В просторной карете Чэнь Чаншэн тихо сидел, погруженный в чтение книги. Цзо Синхэ, сидевший напротив, увидев это, тут же произнес с восхищением:

— Знания господина обширны, как пять телег книг, и все же вы не выпускаете свиток из рук. Такое усердие вызывает у Синхэ безмерное уважение. На пути в Чанъань Синхэ должен был бы предоставить господину в качестве скакуна демонического зверя высшего ранга. Но, учитывая особые обстоятельства, излишняя демонстративность могла бы навлечь на господина ненужные хлопоты. По прибытии в Чанъань Синхэ непременно устроит господину достойный прием.

Услышав это, Чэнь Чаншэн молча отложил книгу.

— Хочешь что-то спросить – спрашивай. Раньше я не шел на разговор, потому что не хотел лезть в мутные воды императорского двора Королевства Сюаньу. Но раз уж я согласился тебе помочь, то и мелочиться не стану. Ты – Великий Принц Королевства Сюаньу. Если ты не сможешь справиться даже с такой небольшой проблемой, не будет ли это посмешищем для всех?

Видя, что его уловка раскрыта, Цзо Синхэ улыбнулся, но оправдываться не стал. На демоническом звере до Чанъаня можно было добраться всего за полдня. Но тогда у него было бы гораздо меньше времени для уединенной беседы с Чэнь Чаншэном. Десять лет назад Чэнь Чаншэн спас его в Горном Хребте Демонических Зверей. Тогда они проговорили всю ночь, и та ночь принесла Цзо Синхэ огромную пользу. Однако, когда он, вернув себе свой статус, снова нашел Чэнь Чаншэна, тот больше ни разу не заговорил с ним ни о чем серьезном. Теперь, когда шанс снова представился, Цзо Синхэ не собирался его упускать.

Собравшись с мыслями, он начал:

— Господин, есть один вопрос, который давно не дает мне покоя. Общеизвестно, что силы человека ограничены, это касается и совершенствующихся. Но господин не только обладает немалым уровнем совершенствования, но и сведущ в алхимии, формациях, медицине и многом другом. Как господину удается изучать столько всего, да еще и достигать мастерства в каждой области?

Чэнь Чаншэн хмыкнул.

— Сколько тебе лет?

— Синхэ как раз исполнилось сто.

— Иметь твой уровень совершенствования в сто лет – это действительно признак немалого таланта. Раз тебе сто лет, значит, с момента твоего рождения прошел ровно век. Первые двадцать лет спишем на юность и неопытность, за это время ты вряд ли многому научился. Но что ты делал последующие восемьдесят лет? В году триста шестьдесят пять дней. Восемьдесят лет – это более двадцати тысяч дней и ночей. Довольно долгий срок. Для смертного восемьдесят лет – это целая жизнь. Но в отличие от смертных, восемьдесят лет жизни совершенствующегося имеют большую ценность. Смертные постоянно тратят время на борьбу с болезнями, голодом, усталостью. Совершенствующиеся же избавлены от этого. Они могут обходиться без пищи, питаясь духовной энергией неба и земли. Болезни смертных им не страшны, а сон они могут заменить медитацией. И вот, прошло столько времени. Чего же ты достиг?

Над вопросом Чэнь Чаншэна Цзо Синхэ серьезно задумался.

— За эти восемьдесят лет я достиг определенного уровня совершенствования, обрел власть и спутницу Дао, прекрасную, как цветок.

— Очень точное обобщение. А что кроме этого? В сутках двенадцать шичэней. Неужели ты все время тратил только на это? Если я не ошибаюсь, помимо этих трех занятий, ты тратил время и на другое. Например, на развлечения, путешествия, романтические увлечения, борьбу за первенство… Все это тоже отнимало у тебя немало времени. Я же не какой-то гений и не имею всемогущего мастера. Я просто подобрал то время, которое вы выбрасываете. Только и всего. Чтобы совершенствовать тело, нужно сначала совершенствовать сердце. Если состояние духа недостаточное, как можно рассчитывать на великие свершения на пути совершенствования?

(Прим.: 1 шичэнь = 2 часа. В сутках 12 шичэней = 24 часа.)

Выслушав Чэнь Чаншэна, Цзо Синхэ глубоко вздохнул. Уважение в его глазах стало еще сильнее.

— Хорошо сказано: «Только и всего». Одна эта фраза господина способна посрамить всех совершенствующихся Поднебесной! Обладая таким великим талантом, господин достоин поста Государственного Наставника Королевства Сюаньу. Что скажете, господин?

В ответ на очередную «оливковую ветвь», протянутую Цзо Синхэ, Чэнь Чаншэн лишь с улыбкой покачал головой.

— Оставим это. Мои помыслы далеки от этого. Кроме того, раз ты готов заплатить такую высокую цену, чтобы выманить меня из уединения, значит, ситуация в Чанъане весьма плачевная. Сколько еще осталось жить твоему отцу-императору?

Цзо Синхэ вздохнул.

— Мой отец-император – сильнейший правитель за всю историю Королевства Сюаньу. Но каким бы ни был его уровень совершенствования, какими бы ни были его божественные способности, даже он не может противостоять Пяти Признакам Увядания Небожителя. Сейчас отцу-императору осталось жить меньше года. Недавно он издал указ: тот, кто найдет место упокоения Дракона, унаследует трон Королевства Сюаньу.

Услышав это, Чэнь Чаншэн нахмурился.

— Император Цзо прожил уже две тысячи триста лет. Полагаю, Королевство Сюаньу испробовало все известные методы продления жизни. Раз он сейчас так спешно ищет место для гробницы, думаю, ему нужно не просто «место упокоения Дракона», а место, способное даровать вторую жизнь, верно? Такое место найти нелегко.

Видя, что Чэнь Чаншэн разгадал истинную подоплеку, Цзо Синхэ горько усмехнулся.

— Если бы такое место было легко найти, Синхэ не стал бы беспокоить господина. Мои братья-принцы заручились поддержкой могущественных экспертов. У меня нет уверенности, что я смогу их превзойти. Поэтому Синхэ был вынужден потревожить уединение господина. Только… каковы, по мнению господина, шансы на успех в этом деле?

— Десять из десяти обещать не могу, но пять-шесть из десяти – вполне возможно.

Цзо Синхэ: ???

От такого ответа принц на мгновение остолбенел. Он опросил бесчисленных отшельников и мастеров Королевства Сюаньу, но большинство из них отвечали, что шансов почти нет, или в лучшем случае – один из двадцати. Как же Чэнь Чаншэн с такой легкостью говорит о пятидесяти-шестидесяти процентах?! Если бы Цзо Синхэ не знал его характера, он бы решил, что Чэнь Чаншэн просто хвастает.

— Господин, вы действительно так уверены?

— Уверенность в том, что я смогу найти такое место, у меня есть. Но найти – не значит добиться успеха. Удастся ли осуществить задуманное, зависит от того, какую цену готово заплатить ваше Королевство Сюаньу. И еще, не говорите потом, что я не предупреждал: обрести вторую жизнь – мечта любого, чей срок подходит к концу. Но удавалось это лишь единицам. Тебе бы лучше уговорить своего отца-императора отказаться от этой затеи.

В ответ на совет Чэнь Чаншэна Цзо Синхэ лишь горько улыбнулся. Он и сам понимал это, но воля императора – разве мог кто-то ее изменить?

________________________________________

Примечания редактора-переводчика:

• Пять Признаков Увядания Небожителя (天人五衰 — Tiānrén wǔ shuāi): Буддийский термин, описывающий признаки приближающейся смерти или падения даже для высших существ. Используется как метафора неизбежности конца жизни.

• Место упокоения Дракона (龍穴 — Lóngxué): Идеальное с точки зрения фэн-шуй место для захоронения императора, обеспечивающее процветание династии.

Видя предложение Чэнь Чаншэна, Цзо Синхэ молча застыл, не зная, что ответить. Чэнь Чаншэн лишь усмехнулся, не говоря ни слова.

Император Цзо прожил две тысячи триста лет – вдвое дольше, чем даже многие совершенствующиеся ступени Преобразования Духа. Как говорится, чем старше человек, тем он хитрее, чем старше конь, тем он изворотливее. Нынешний город Чанъань был подобен логову дракона и тигриному гнезду – место опасное и полное интриг. Если бы не необходимость расследовать следы Древнего Бронзового Дворца, Чэнь Чаншэн ни за что бы не ввязался в это дело.

________________________________________

Чанъань, Императорский Дворец.

Девять принцев Королевства Сюаньу собрались в главном зале. На высоком Драконьем Троне восседал… юноша. Этим юношей и был сильнейший император за всю историю Королевства Сюаньу – Император Сюаньу.

Подперев подбородок рукой, Император Сюаньу с легкой улыбкой взирал на своих девятерых сыновей. Вперед выступил один из принцев:

— Отец-Император, ваш сын опросил множество мастеров и обыскал все знаменитые горы и великие реки Королевства Сюаньу. Наконец, я нашел для Отца-Императора место упокоения Дракона! С помощью этого места вы непременно сможете обрести вторую жизнь!

Видя, что один из братьев уже начал, остальные принцы, не желая отставать, наперебой принялись рассказывать, каких трудов им стоило найти свои варианты «места упокоения Дракона».

Однако среди девяти принцев лишь старший, Цзо Синхэ, хранил молчание. Причина была проста: его «эксперт», Чэнь Чаншэн, был полностью поглощен уничтожением фруктов на подносе перед ним. Слыша, как его братья расхваливают найденные ими места, Цзо Синхэ не находил себе места от беспокойства.

— Господин, может, с едой повремените? Не стоит ли нам сначала представить наше место?

Услышав «совет» Цзо Синхэ, Чэнь Чаншэн проглотил очередной духовный плод и сказал:

— Сейчас идет банкет, главное дело – есть. К тому же, сейчас тебя должно волновать совсем не это!

Принц недоуменно уставился на него.

— Если не место упокоения Дракона, то что же еще?

Видя такую непонятливость, Чэнь Чаншэн картинно закатил глаза.

— Твой отец скоро умрет, а вы, девять сыновей, с радостными лицами ищете ему место для могилы. Тебе не кажется, что это как-то… неправильно?

Слова Чэнь Чаншэна мгновенно дошли до Цзо Синхэ. Отец-Император ищет место для гробницы, это правда. Его срок подходит к концу, это тоже правда. Но в такой момент он, как сын, должен в первую очередь выказывать скорбь и нежелание расставаться, а не думать о том, как бы половчее пристроить отца на кладбище! Даже если он так не думает на самом деле, видимость соблюсти необходимо!

— Господин, – тихо спросил Цзо Синхэ, – еще не поздно?

— Лучше поздно, чем никогда. Помни, играй поярче.

Получив указание Чэнь Чаншэна, Цзо Синхэ немедленно вскочил и рванулся вперед. Проскользив несколько шагов на коленях, он с силой ударился лбом об пол.

— Отец-Император! Ваш сын не хочет с вами расставаться!

Остальные принцы: ???

Внезапный демарш Цзо Синхэ застал остальных восьмерых принцев врасплох. В то же время Император Цзо, сидевший на троне, перевел взгляд на Чэнь Чаншэна, продолжавшего уплетать фрукты. Старый монстр, проживший более двух тысяч трехсот лет, обладал несомненно могущественной силой. Ни один разговор в зале не мог укрыться от его ушей. Мысли и характеры его девяти сыновей он знал как свои пять пальцев. Но вот помощник, которого привел его старший сын, казался довольно интересным типом.

— Ты – мужчина, будущий правитель! Негоже так рыдать и причитать. Что за вид? – произнес Император Цзо с легкой ноткой упрека.

Однако Цзо Синхэ зарыдал еще громче.

— Отец-Император, говорят, мужчина не плачет попусту, но лишь до тех пор, пока горе не коснется его сердца! Ныне ваш сын стоит перед лицом разлуки с Отцом-Императором, и сердце мое разрывается от скорби!

Глядя на мастерскую игру своего старшего сына, Император Цзо слегка улыбнулся и мягким потоком духовной энергии помог ему подняться.

— Твою сыновнюю почтительность я знаю. Но жизнь и смерть – это путь Небес, не стоит так убиваться.

С этими словами Император Цзо махнул рукой, и слуга тут же поднес Чэнь Чаншэну еще один, огромный поднос с «фруктами». В ответ на императорскую милость Чэнь Чаншэн широко улыбнулся, сверкнув белыми зубами.

— Благодарю Императора Цзо!

Сказав это, он с удвоенным энтузиазмом принялся за «фрукты», не только поглощая их на месте, но и рассовывая по карманам.

Остальные принцы: «…»

«Ну есть же совесть! Как можно использовать такие бесстыжие приемы?! И почему я сам до этого не додумался?!»

Хотя Император Цзо не сказал ничего конкретного, остальные восемь принцев поняли: выходка Цзо Синхэ явно добавила ему очков в глазах отца.

Маленькое представление закончилось, и Император Цзо наконец перешел к делу.

— Мой срок подходит к концу. Я ищу место с бессмертной судьбой, чтобы обрести вторую жизнь. Десять лет назад я обещал: тот, кто найдет истинное место бессмертной судьбы, унаследует трон Королевства Сюаньу. Пришло время показать плоды ваших поисков.

При этих словах восемь принцев обменялись взглядами со своими «экспертами». Те один за другим выходили вперед и с уверенностью описывали найденные ими «места упокоения Дракона». Их рассказы звучали настолько волшебно и многообещающе, что даже Цзо Синхэ почувствовал укол зависти. Но его собственный помощник, Чэнь Чаншэн, по-прежнему был занят важным делом – поглощением «фруктов» – и не выказывал ни малейшего намерения высказаться.

Прошло полчаса, и все восемь мест были представлены. Взгляды присутствующих обратились к Чэнь Чаншэну. Наблюдая за его, мягко говоря, неаристократичным поведением, Второй Принц недовольно произнес:

— Старший Брат, где ты откопал этого деревенщину? Сейчас решается судьба тысячелетнего плана Отца-Императора! Допускать такого человека в тронный зал – значит позорить наше Королевство Сюаньу!

Цзо Синхэ уже открыл рот, чтобы возразить, но Чэнь Чаншэн, проглотив последний духовный плод, неторопливо сказал:

— Никогда не слышали о том, что главное блюдо подают последним? Самые важные люди всегда появляются в конце. К чему такая спешка?

С этими словами он повернулся к Императору Цзо.

— Осмелюсь спросить Императора Цзо, найдется ли карта? Если возможно, как можно более крупная и подробная.

Император Цзо взмахнул пальцем, и пятеро дюжих слуг внесли огромный свернутый свиток с картой. Когда карту развернули, она заняла почти половину зала.

Чэнь Чаншэн внимательно изучал карту, отмечая на ней восемь мест, представленных ранее. Закончив, он сложил руки и произнес:

— Император Цзо, простите за прямоту, но все эти восемь мест в моих глазах – мусор. Если вы хотите обрести вторую жизнь, есть лишь одно место, где это возможно с некоторой долей вероятности.

Эти слова вызвали бурю негодования среди присутствующих «экспертов».

— Наглец! Из какой ты школы, из какой секты, что смеешь нести подобную чушь?!

— Назови свою школу, мы передадим твоему мастеру, чтобы он как следует тебя проучил!

В ответ на гневные выкрики Чэнь Чаншэн лениво поковырял в ухе и беззаботно ответил:

— Прошу прощения, моя школа не специализируется на искусстве Сюньлун Дяньсюэ. Этому я научился сам. А вообще, моя основная работа – продавать гробы. По совместительству занимаюсь поиском благоприятных мест и предоставляю полный комплекс похоронных услуг.

Слова Чэнь Чаншэна эхом разнеслись по тронному залу. Приглашенные «эксперты» и мастера стояли как громом пораженные. Они ожидали, что помощник Великого Принца окажется кем-то с громким именем или из известной школы. Кто бы мог подумать, что это простой гробовщик! И что еще нелепее – искусству Сюньлун Дяньсюэ он научился сам!

Услышав это, остальные восемь принцев тут же ухватились за возможность и набросились на Цзо Синхэ:

— Отец-Император! Старший Брат привел какого-то гробовщика, чтобы просто отмахнуться от дела! Он явно хочет сорвать ваш великий план!

— Верно! Старший Брат лишь притворяется верным и почтительным сыном! А втайне, боюсь, он давно жаждет занять трон Отца-Императора!

Однако Император Цзо не рассердился на обвинения сыновей. Он лишь с интересом посмотрел на Чэнь Чаншэна.

— Профессия этого господина весьма занимательна. Осмелюсь спросить, как вас называть?

— Моя фамилия Чэнь, имя – Чаншэн, – улыбнулся Чэнь Чаншэн. – Ваше Величество может звать меня просто Чаншэн.

— Чаншэн? (Долгая Жизнь?) – Император Цзо задумчиво повторил имя. – Хорошее имя. Так не объяснит ли господин Чаншэн свои предыдущие высказывания? Эти восемь человек – известные мастера фэн-шуй в Королевстве Сюаньу. Не слишком ли опрометчиво со стороны господина Чаншэна так пренебрежительно о них отзываться?

Услышав слова Императора Цзо, присутствующие мастера холодно усмехнулись. Император лично задал вопрос! Такой деревенщина точно не сможет обмануть его проницательный взор. Скорее всего, этого Чэнь Чаншэна ждет мучительная смерть, да так, что и тела целого не останется.

Но Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся в ответ на вопрос императора.

— Ваше Величество ищет место, способное даровать вторую жизнь. Если бы такое волшебное место можно было легко найти, то совершенствующиеся Поднебесной не страдали бы от проблемы ограниченного срока жизни. К тому же, сама возможность обрести вторую жизнь до сих пор остается лишь легендой. А эти господа вышли и сразу начали расхваливать свои находки, что ясно доказывает – их слова лживы. А лживые слова – разве это не мусор?

— Есть доля истины, – кивнул Император Цзо. – Так где же находится место, выбранное господином Чаншэном? Я тоже хотел бы взглянуть, чем оно так отличается.

Услышав, что император хочет увидеть его выбор, Чэнь Чаншэн поискал на карте и указал на пустое, не отмеченное место.

— Вот здесь. Во всем обозримом пространстве на десятки тысяч километров вокруг лишь это место может дать Вашему Величеству шанс обрести вторую жизнь.

При виде места, на которое указал Чэнь Чаншэн, лица всех присутствующих мгновенно изменились. Особенно побледнел Цзо Синхэ. Чэнь Чаншэн указывал именно на ту область, которая была связана с Древним Бронзовым Дворцом. У Цзо Синхэ были все основания подозревать, что Чэнь Чаншэн сделал это намеренно.

— Абсурд! – громко воскликнул один из седобородых стариков-мастеров. – Древняя Запретная Земля – общепризнанное табуированное место! Как там может быть место упокоения Дракона?!

Одновременно с выкриком на лбу старика выступил холодный пот.

Чэнь Чаншэн закатил глаза.

— Вы все время твердите «Запретное», «Табу». А вы хоть знаете, что это такое?

— Запретное есть Запретное, оно не нуждается в объяснениях! – отрезал старик. – Ты пытаешься заманить Его Величество в Древнюю Запретную Землю! Твои намерения злы! Смиренно прошу Ваше Величество казнить этого человека!

Старик даже не стал спорить с Чэнь Чаншэном, а сразу обратился к императору с требованием его убить.

Однако Император Цзо даже не взглянул на старика. Вместо этого он обратился к Чэнь Чаншэну:

— Почему господин Чаншэн выбрал именно это место? Древняя Запретная Земля… «Живым туда входа нет». Это же место верной гибели! И, судя по вашим словам, господин Чаншэн, вы понимаете природу Запретного?

— Хе-хе! Ваше Величество шутит, – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Природу Запретного невозможно было объяснить с древнейших времен и до наших дней. Я лишь с трудом подобрал несколько слов, чтобы попытаться это выразить. То, что нельзя познать. Нельзя определить. Нельзя описать. Нельзя наблюдать. Обладающее этими характеристиками – вот то, что люди называют Запретным.

Услышав это, Император Цзо задумчиво кивнул.

— Слова господина воистину раскрывают всю ужасающую суть Запретного. Но раз господин понимает это лучше других, почему же вы выбрали именно то место?

— Потому что «пещеры бессмертных и благословенные земли достаются лишь достойным», – Чэнь Чаншэн хмыкнул и снова посмотрел на Древнюю Запретную Землю на карте. – До рождения Вашего Величества на этой земле, естественно, существовали и другие могущественные существа. Их также волновала проблема срока жизни, и они делали тот же выбор, что и Ваше Величество сейчас. Хотя Запретное и неописуемо, одно мы знаем точно – оно невероятно могущественно. Настолько могущественно, что все живые существа боятся даже упоминать о нем. А место, где обитает столь могущественная сущность, непременно должно быть наилучшим. Место, необходимое Вашему Величеству для обретения второй жизни, не может подчиняться обычным правилам. Те восемь мест, что предлагали ранее, хороши, но для Вашего Величества их недостаточно. Чтобы обрести вторую жизнь, нужно пойти навстречу смерти. Лишь дерзнув вторгнуться в Древнюю Запретную Землю, можно обрести проблеск надежды.

Голос Чэнь Чаншэна эхом разнесся по пустому дворцовому залу. Сердца всех присутствующих бешено заколотились. Никто не ожидал, что этот деревенщина осмелится высказать столь дерзкое суждение. Если Его Величество последует его совету, все Королевство Сюаньу может погибнуть!

Тишина!

После слов Чэнь Чаншэна в зале воцарилась гнетущая тишина. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Император Цзо, сидевший на троне, нарушил ее:

— Сегодня я немного утомился. Все могут идти. С этого дня господин Чаншэн назначается Государственным Наставником Королевства Сюаньу. Господин Чаншэн имеет право свободного входа и выхода в пределах всего Королевства Сюаньу.

Сказав это, Император Цзо поднялся и ушел. Восемь братьев Цзо Синхэ сжали кулаки, их глаза горели от обиды и зависти.

Пост Государственного Наставника! Свободный доступ повсюду в Королевстве Сюаньу! Это была неслыханная милость! Свободный доступ означал, что Чэнь Чаншэн мог посещать любое место в королевстве, включая императорскую сокровищницу и тайные хранилища техник – места, куда раньше имел доступ только сам император! Теперь появился еще один человек, имеющий такое право, да еще и чужак! Как тут было не позавидовать?!

— Нет! Ваше Величество, вы не можете так поступить! – внезапно раздался голос Чэнь Чаншэна.

Пока все остальные сгорали от зависти к его внезапной удаче, сам Чэнь Чаншэн кричал вслед уходящему императору:

— Мы же договаривались с Великим Принцем, что я не буду занимать никаких должностей в Королевстве Сюаньу!

Казалось, он был крайне недоволен назначением на пост Государственного Наставника. Услышав это, присутствующие окончательно потеряли дар речи.

Все: «…»

«Да я сейчас зубы от злости раскрошу! Если бы не благосклонность Его Величества, я бы тебя на месте прикончил! От такой удачи отказываться! Не хочешь – мне отдай!»

— Господин, почему вы выбрали Древнюю Запретную Землю?

После банкета Цзо Синхэ догнал Чэнь Чаншэна, который бесцельно бродил по дворцу. Увидев его, Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Я же только что объяснил причину! Только Древняя Запретная Земля может дать Его Величеству шанс обрести вторую жизнь. Другие места для этого не подходят.

— Господин, ваше объяснение действительно было безупречным, но Синхэ верит, что у вас были и другие причины.

Глядя на упрямого принца, Чэнь Чаншэн почесал в затылке.

— Я думал, ты умнее и хоть немного разбираешься в текущей ситуации. Кто бы мог подумать, что ты до сих пор ничего не понял. Я несколько разочарован.

— Что господин имеет в виду?

— Я тебя спрошу: кто самый сильный в Королевстве Сюаньу?

— Разумеется, мой отец-император.

— А кто лучше всех знает Королевство Сюаньу?

— Тоже мой отец-император. С тех пор как он взошел на трон, Королевство Сюаньу достигло невиданного расцвета. Территория страны увеличилась более чем вдвое, и все эти земли отец-император завоевал лично. Он исходил каждый цунь земли Королевства Сюаньу своими ногами. Он знает эту страну лучше всех.

— Вот именно! – Чэнь Чаншэн развел руками. – Его Величество – самый сильный и самый знающий человек в Королевстве Сюаньу. Неужели он не знает, какое место может помочь ему обрести вторую жизнь?

Эти слова заставили Цзо Синхэ замереть.

— Господин, вы хотите сказать… что выбор Древней Запретной Земли – это воля отца-императора?

— Да.

— Ты – Великий Принц Королевства Сюаньу, ты знаешь историю своей страны лучше меня. Его Величество прожил уже две тысячи триста лет. Но за первые две тысячи двести лет у него не было ни детей, ни спутниц Дао. А за последние сто лет родился ты, а затем еще восемь твоих братьев. То, чего он не делал две тысячи двести лет, он вдруг сделал за последние сто. Тебе не кажется, что это похоже на подготовку к уходу, на приведение дел в порядок? Обрести вторую жизнь труднее, чем взобраться на небеса. За короткое время подготовиться к такому невозможно.

Услышав это, Цзо Синхэ начал понимать.

— Вы хотите сказать, что отец-император начал готовиться уже сто лет назад?

— Вероятно, даже раньше. К такому великому делу нельзя подготовиться меньше чем за двести-триста лет. То, что Его Величество велел вам искать «место упокоения Дракона», было лишь проверкой для вас. Поручить такое дело, как обретение второй жизни, вам, девятерым юнцам, которым нет и ста лет – это же просто смешно.

Сказав это, Чэнь Чаншэн снова отправился бродить по дворцу. Цзо Синхэ постоял в молчании несколько мгновений, а затем поспешил за ним.

— Господин, не могли бы вы уговорить отца-императора? Древняя Запретная Земля – это великий ужас! Малейшая неосторожность – и все Королевство Сюаньу может погибнуть!

— Как я могу его уговорить? Я всего лишь чужак. Это ты должен сделать. Я же советовал тебе поговорить с отцом еще по дороге сюда, потому что я давно догадался, что Его Величество выберет именно Древнюю Запретную Землю.

Говоря это, Чэнь Чаншэн подошел к высокому зданию. Это и был Павильон Сюаньу – хранилище знаний и техник Королевства Сюаньу. Глядя на возвышающееся до облаков строение, Чэнь Чаншэн не мог скрыть блеска в глазах. Места с богатыми собраниями книг были для него величайшим искушением в мире.

— Полагаю, это и есть хранилище книг Королевства Сюаньу. Не хочешь зайти со мной посмотреть?

В ответ на приглашение Чэнь Чаншэна взволнованный Цзо Синхэ выдавил улыбку:

— Синхэ не будет сопровождать господина. В этот Павильон Сюаньу нельзя входить без разрешения отца-императора, даже мне. И помните, господин, вы можете только смотреть, но не трогать ничего внутри. Если неосторожно прикоснуться к чему-либо, очень вероятно…

Не успел Цзо Синхэ договорить, как перед ними возникла темная фигура.

— Приказ Его Величества: господин Чаншэн может брать все, что пожелает. Никто не смеет препятствовать. Принцу Синхэ поручено сопровождать господина Чаншэна во время осмотра дворца и обеспечить, чтобы господин Чаншэн остался доволен.

Цзо Синхэ: ???

«Брать все, что пожелает?! Отец-император шутит? Даже оказывая почести мудрецам, так не поступают! Уж не является ли Чэнь Чаншэн внебрачным сыном отца-императора?! Иначе почему нам, родным сыновьям, такая милость не положена?!»

— Благодарю Его Величество! – Чэнь Чаншэн радостно улыбнулся и потащил ошеломленного Цзо Синхэ внутрь Павильона Сюаньу.

________________________________________

Павильон Сюаньу.

Глядя на бесчисленные ряды книг и свитков, Чэнь Чаншэн едва сдерживал слюнки. В этот момент Цзо Синхэ наконец пришел в себя от потрясения.

— Господин, – неуверенно спросил он, – ваша фамилия случайно не Цзо?

Чэнь Чаншэн закатил глаза.

— Прошу тебя, не нужно этих шуток на грани инцеста. Моя фамилия Чэнь, в этом можешь не сомневаться. Я не внебрачный сын Его Величества и не твой родной брат.

Ворча на Цзо Синхэ, Чэнь Чаншэн принялся перебирать книги в павильоне. Цзо Синхэ не унимался:

— Но если господин не сын отца-императора, почему он оказывает вам такую неслыханную честь? Неужели только потому, что господин угадал его мысли?

Пока Цзо Синхэ задавал вопросы, Чэнь Чаншэн выбрал целую гору книг и свитков. Перед ним возникли фолианты размером с небольшой дом.

— Что это за книга? – почтительно спросил Цзо Синхэ, хотя Чэнь Чаншэн и не ответил на его предыдущий вопрос.

— Это летописи Королевства Сюаньу. Здесь записаны все события с момента основания государства.

— А, летописи Королевства Сюаньу! Это ценная вещь.

С этими словами Чэнь Чаншэн медленно взмыл в воздух, пока не оказался на одном уровне с огромными томами летописей. Одна из книг была уже частично раскрыта, и на открытой странице содержались записи о Древнем Бронзовом Дворце.

Увидев это, Чэнь Чаншэн указал на запись.

— Ты ведь отсюда узнал о Древнем Бронзовом Дворце, верно?

— Да. Недавно я приходил в Павильон Сюаньу, чтобы взять копию «Девяти Оборотов Искусства Сюань», надеясь с ее помощью уговорить господина отправиться со мной. И случайно наткнулся на эту запись.

— Понятно, – кивнул Чэнь Чаншэн. – Его Величество немало потрудился, чтобы выманить меня сюда!

Цзо Синхэ: ???

«Что вы имеете в виду? Когда это мой отец-император вас выманивал?»

Встретив недоуменный взгляд принца, Чэнь Чаншэн пояснил:

— Что ты на меня так смотришь? Неужели ты действительно думаешь, что сам нашел упоминание о Древнем Бронзовом Дворце? Эта книга огромна, в ней уйма информации. И ты совершенно случайно открыл ее именно на той странице, где описывается то, что я искал. Тебе не кажется это слишком большим совпадением?

— Но… кто же тогда за этим стоит? – удивленно спросил Цзо Синхэ.

— Кто же еще? Твой отец-император, конечно! Десять лет ты каждый год приходил ко мне. Такое необычное поведение – неужели ты думаешь, Его Величество не обратил на это внимания? Обнаружив мое существование, он, естественно, начал бы наводить обо мне справки, изучать меня. Возможно, из любопытства ко мне, Его Величество слегка подтолкнул тебя, чтобы я оказался здесь, в Чанъане.

— Но о Древнем Бронзовом Дворце я говорил только вам, господин!

— Верно. Но ты же начал расследование! А чтобы расследовать, нужно опрашивать людей, изучать древние записи. В этой столице, на этом пятачке земли, неужели ты думаешь, что можешь сделать что-то без ведома Его Величества?

Цзо Синхэ: «…»

«Я вдруг почувствовал себя ребенком».

Слова Чэнь Чаншэна погрузили Цзо Синхэ в молчание. Через некоторое время он спросил:

— Раз господин понимает замыслы отца-императора, как, по-вашему, он поступит дальше?

— Как поступит? Разумеется, будет обдумывать, сможет ли он принять цену, которую я запрошу!

Услышав это, Цзо Синхэ удивленно посмотрел на Чэнь Чаншэна.

— Господин, неужели вы знаете, каковы шансы на успех при входе в Древнюю Запретную Землю?

— Шанс есть, хоть и небольшой. Всего лишь пять процентов. Но не стоит недооценивать эти пять процентов. Чтобы купить у меня этот шанс, даже если твой отец-император предложит весь Павильон Сюаньу в обмен, это все равно будет для него невероятно выгодной сделкой.

С этими словами Чэнь Чаншэн махнул рукой.

— Ладно, теперь можешь идти. Я хочу спокойно почитать. И не забудь распорядиться, чтобы мне сделали копии всех книг и свитков из Павильона Сюаньу. Оставлю себе, буду читать потихоньку.

В ответ на требование Чэнь Чаншэна у Цзо Синхэ дернулся уголок рта, но он ничего не сказал. Принц понимал, что теперь это дело вышло за рамки его компетенции.

Когда Цзо Синхэ ушел, Чэнь Чаншэн вернулся к огромным томам летописей Королевства Сюаньу и принялся их изучать. И это заняло у него целый месяц. В течение этого времени Королевство Сюаньу ежедневно присылало ему множество ресурсов для совершенствования. Чэнь Чаншэн принимал все без исключения, но о Древней Запретной Земле не проронил ни слова.

________________________________________

— Кхрум!

Откусив кусочек духовного плода, о котором мечтали бесчисленные совершенствующиеся, Чэнь Чаншэн лежал на странице книги, огромной, как кровать, и внимательно читал. Его безмятежный вид вызывал зависть у любого наблюдателя.

— А ты действительно умеешь ждать.

Рядом раздался голос. Чэнь Чаншэн повернул голову и увидел Императора Цзо, который неизвестно когда появился в Павильоне Сюаньу.

— Приветствую Ваше Величество!

Чэнь Чаншэн поклонился, но Император Цзо, казалось, не обратил на это внимания. Вместо этого он взглянул на летописи Королевства Сюаньу.

— За месяц ты прочел так много. Похоже, ты действительно любишь читать.

— Ваше Величество воистину проницательны. У меня нет особых увлечений, но книги я люблю больше всего. Книги даруют мне бесконечные знания.

Услышав это, Император Цзо мягко провел рукой по обложке огромной книги.

— Павильон Сюаньу я тебе отдал. Пост Государственного Наставника ты получил. Ресурсы, что тебе присылали, ты все принял. Получив столько благ, ты по-прежнему ненасытен. Неужели ты думаешь, я не посмею тебя убить?

Сказав это, Император Цзо устремил на Чэнь Чаншэна ледяной взгляд. Но тот лишь усмехнулся.

— Ваше Величество не совсем правы. Я действительно взял много вещей, но это не то, чего я хотел. Сделка должна быть честной, нельзя покупать или продавать силой. Сила Вашего Величества неоспорима, и моя жизнь зависит лишь от одной вашей мысли. Но я абсолютно уверен, что Ваше Величество не убьет меня и не станет принуждать к чему-либо.

— Хм! – холодно хмыкнул Император Цзо. – Откуда такая уверенность?

— А как же Древняя Запретная Земля? Ваше Величество знает об ужасах Древней Запретной Земли лучше меня. Отправляясь в такое опасное место, нельзя допустить ни малейшей случайности. Это значит, что люди, которых Ваше Величество возьмет с собой, должны быть абсолютно преданны. Если вы заставите меня помогать силой, разве в сердце Вашего Величества не закрадется беспокойство?

Столкнувшись с такой безбоязненной уверенностью, Император Цзо помолчал немного и сказал:

— Называй свои условия.

— Я хочу попросить Ваше Величество помочь мне убить одного человека. А что до того пятипроцентного шанса… в процессе убийства этого человека Ваше Величество его и получит.

— Интересно. Человек, которого ты не можешь убить сам, несмотря на твою силу и ум… Должно быть, это не простая фигура. Хоть ты и переключился на методы совершенствования Королевства Сюаньу, я все же чувствую в тебе следы иного пути. Если я не ошибаюсь, ты прибыл из Великой Династии Гань, что находится за тридцать тысяч ли отсюда? Синхэ расхваливал тебя до небес. Не хочешь ли поведать мне о своем прошлом?

Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся.

— Раз Ваше Величество желает слушать, я расскажу. Эта история началась восемьдесят лет назад…

Чэнь Чаншэн подробно рассказал о своих отношениях с Даосом Юйхуа, о случившемся. Однако, рассказывая историю, он умолчал о своих связях с Исю и другими. Перед лицом человека, чей срок жизни подходил к концу, он не хотел раскрывать тот факт, что сам уже обрел долголетие.

________________________________________

— …После битвы в запретной земле Королевства Ночной Луны я бежал в Королевство Сюаньу и провел здесь сорок три года.

Выслушав всю историю, Император Цзо почувствовал еще большее любопытство к Чэнь Чаншэну. Он все меньше понимал, что это за человек. Пройти тысячи ли, пережить смертельные опасности – и все ради того, чтобы похоронить старого знакомого. Казалось бы, такой человек должен быть чрезвычайно преданным и сентиментальным. Но когда Чэнь Чаншэн описывал трагическую судьбу своей школы и братьев, в его глазах не было ничего, кроме спокойствия. Это было вопиющее противоречие.

— Ты готов рискнуть навлечь на себя мой гнев, лишь бы я помог тебе убить твоего Грандмастера, – задумчиво произнес Император Цзо. – Какова твоя цель? Месть?

— Вовсе нет. Я прошу Ваше Величество о помощи лишь ради одного обещания. Покидая Королевство Ночной Луны, я сказал, что похороню его. А данное слово нужно держать.

— Ха-ха-ха! – Император Цзо рассмеялся, глядя на серьезное лицо Чэнь Чаншэна. – Хорошо сказано: «Держать слово»! По твоим словам, существует восемнадцать Древних Бронзовых Дворцов, и они, вероятно, как-то связаны между собой. Один из них появился в Древней Запретной Земле. Полагаю, отсюда и твой пятипроцентный шанс?

— Верно.

— Ты раскрыл мне секрет Древних Бронзовых Дворцов. Не боишься, что я, подобно твоему Грандмастеру, воспользуюсь зловещей силой под Залом?

На вопрос Императора Цзо Чэнь Чаншэн так же спокойно ответил:

— Повторюсь: эта зловещая сила меня не интересует. Я ищу Древние Бронзовые Дворцы лишь потому, что одна моя старая знакомая исчезла в одном из них. Я хочу убедиться, что она в безопасности. Только и всего.

Сказав это, Чэнь Чаншэн замолчал, ожидая ответа императора.

— Должен признать, твое требование таково, что я не могу от него отказаться, – произнес наконец Император Цзо. – Древняя Запретная Земля полна опасностей. Я не упущу ни малейшего шанса увеличить вероятность успеха. Готовься. Отправляемся завтра. Моего времени осталось мало.

Бросив эту фразу, Император Цзо повернулся, чтобы уйти.

— Ваше Величество, – окликнул его Чэнь Чаншэн, – мой Грандмастер еще пятьдесят лет назад был на пике ступени Преобразования Духа. Вы действительно уверены, что справитесь?

Император Цзо остановился.

— Каковы размеры Королевства Сюаньу?

— Королевство Ночной Луны и Великая Династия Гань вместе взятые едва ли составят половину территории Королевства Сюаньу.

— Древняя Запретная Земля… Осмелится ли тот, кого ты называешь пиком Преобразования Духа, войти туда?

— Ужас Древней Запретной Земли неописуем. Не то что пик Преобразования Духа, боюсь, даже те, кто выше этой ступени, не посмеют сунуться туда.

— Королевство Сюаньу раньше не было таким большим. Нынешних размеров оно достигло лишь потому, что я завоевывал его пядь за пядью. Я уничтожил две страны, подобные Великой Династии Гань. То, на что не решаются те, кто выше Преобразования Духа, посмею сделать я!

С этими словами фигура Императора Цзо окончательно исчезла.

Когда он ушел, в огромном Павильоне Сюаньу снова остался только Чэнь Чаншэн. Глядя в сторону Великой Династии Гань, он пробормотал:

— Грандмастер, спустя пятьдесят лет ваш недостойный ученик наконец идет, чтобы исполнить свое обещание. Вы, наверное, будете очень удивлены, старый господин!

Огромный, сравнимый с горой, боевой корабль медленно поднимался в небо. Чэнь Чаншэн стоял на палубе, глядя в сторону Великой Династии Гань.

Пятьдесят лет пролетели как одно мгновение. В памяти Чэнь Чаншэна снова всплыли образы старых знакомых: добросердечный и робкий маленький монах Исю; Девятый Старший Брат, неотступно следовавший за ним, как хвостик; тяжело раненый Третий Старший Брат… и та маленькая девочка, что всегда звала его «брат Чаншэн».

Смешанные чувства нахлынули на него, в глазах появилось трудноописуемое выражение. В этот момент к нему подошел Цзо Синхэ.

— Господин, на что вы смотрите?

Слова Цзо Синхэ вырвали Чэнь Чаншэна из воспоминаний.

— Просто смотрю в сторону старых знакомых.

— Но отсюда до Великой Династии Гань целых пятнадцать тысяч километров. Разве господин может их видеть?

— Старые друзья – в сердце, их не нужно видеть глазами.

Услышав ответ Чэнь Чаншэна, Цзо Синхэ задумался, но так и не смог постичь его чувств. Видя это, Чэнь Чаншэн с улыбкой похлопал его по плечу.

— Не думай об этом. Нынешний ты не способен понять такие эмоции. Когда проживешь долгие годы и оглянешься назад, тогда поймешь это чувство. Ты парень неплохой, и голова у тебя на плечах есть. В знак нашего знакомства сделаю тебе скидку восемьдесят восемь процентов. Когда придет твой час, я лично провожу тебя в последний путь.

При этих словах лицо Цзо Синхэ мгновенно вытянулось. Ему всего сто лет, по сути, он только достиг совершеннолетия. Чэнь Чаншэн, судя по его богатому опыту, прожил как минимум лет двести, а то и больше. По логике вещей, он должен был умереть раньше принца!

Мысленно выругавшись, Цзо Синхэ выдавил улыбку:

— Синхэ благодарит господина за добрые намерения, но с гробом, пожалуй, лучше повременить.

На эту «вымученную улыбку» Чэнь Чаншэн лишь бросил мимолетный взгляд и вернулся в свою каюту. Даже такой могущественный человек, как Император Цзо, однажды приблизится к концу своего срока. Цзо Синхэ, естественно, тоже не избежит этой участи. Время для самого Чэнь Чаншэна было лишь чем-то несущественным.

________________________________________

Обитель Высшей Чистоты.

— Кха-кха!

Лин Цзиньшуй сильно закашлялся. Перед ним стояло восемь могильных холмов – его покойный мастер и старшие братья. Некогда изящная и ухоженная Обитель Высшей Чистоты теперь пришла в упадок. Парные надписи, сделанные кистью Чэнь Чаншэна у входа, почти стерлись.

— Старший Брат, почему ты снова здесь? – увидев шатающегося Третьего Старшего Брата, Сун Юаньшань с упреком подошел к нему.

Лин Цзиньшуй слабо улыбнулся.

— Эти слова скорее я должен сказать тебе. Ты теперь Настоятель Обители Высшей Чистоты, знаменитый Непобедимый Даос. Защита от атак Королевства Ночной Луны держится на тебе. Если с тобой что-то случится, что будет с остальными? А я всего лишь человек на пороге смерти. Даже если Королевство Ночной Луны обнаружит меня, что они смогут мне сделать?

Услышав это, Сун Юаньшань замолчал. Много лет назад Чэнь Чаншэн покинул Обитель Высшей Чистоты, намереваясь вернуть тела их мастеров. Прошло много времени. Как раз тогда, когда Сун Юаньшань уже готов был сдаться, вернулся давно исчезнувший Дзен-мастер Исю. Он не только привез с собой принцессу Королевства Ночной Луны, Ваньянь Юэ, но и доставил останки их наставников. Вот только Чэнь Чаншэна он с собой не привел.

— Старший Брат, – наконец произнес Сун Юаньшань, – как думаешь, Старший Брат Чаншэн вернется?

— Конечно, вернется. Ведь он должен собрать мои кости и похоронить меня! Младший Брат – человек слова. Если он что-то пообещал, он обязательно это сделает. Мой срок подходит к концу, значит, он скоро вернется.

Говоря это, Лин Цзиньшуй поднял голову и посмотрел вдаль, словно уже видел знакомый силуэт. Спустя мгновение он устало прислонился к надгробию их мастера, Юаньшэнь Шанжэня, и махнул рукой.

— Иди. На тебе лежит большая ответственность, не нужно все время проводить со мной, мертвецом. Я скоро встречусь с мастером, мне есть о чем с ним поговорить. А что касается того, что на самом деле произошло в запретной земле Королевства Ночной Луны… оставь надежду узнать правду. Дзен-мастер Исю тебе не расскажет, и принцесса Ваньянь тоже. Мы договорились унести эту тайну с собой в могилу.

В ответ на слова Третьего Старшего Брата Сун Юаньшань снова промолчал, но на этот раз не стал, как раньше, допытываться правды. Повзрослев, Сун Юаньшань понял: иногда лучше не знать правды.

Когда Сун Юаньшань ушел, Лин Цзиньшуй погладил надгробие мастера Юаньшэня и тихо прошептал:

— Мастер, как же так вышло, что наша прекрасная Обитель Высшей Чистоты превратилась в это? Неужели сила и долгая жизнь важнее всего остального?

Глаза Лин Цзиньшуя наполнились скорбью. Когда Дзен-мастер Исю вернулся, он рассказал ему всю правду. Узнав ее, Лин Цзиньшуй долго не мог смириться с реальностью. Он не мог поверить, что их добрый и уважаемый Грандмастер убил их мастера и старших братьев. Однако жестокая реальность не меняется от того, что кто-то не может ее принять. В конце концов, Лин Цзиньшуй, Исю и Ваньянь Юэ договорились никогда и никому не раскрывать эту тайну.

А что до Даоса Юйхуа из Обители Высшей Чистоты… он погиб вскоре после начала войны между государствами.

________________________________________

На борту боевого корабля.

Огромный корабль летел уже целый месяц. Чэнь Чаншэн и его спутники все ближе подбирались к Великой Династии Гань. По мере приближения до них доходили новые сведения. Великая Династия Гань была почти полностью захвачена Королевством Ночной Луны, лишь небольшие очаги сопротивления еще держались.

Кроме того, Чэнь Чаншэн получил и другие новости. Например, о том, что Король Яо из Королевства Ночной Луны был убит неким «Похоронщиком». И что новый Настоятель Обители Высшей Чистоты владеет непревзойденной техникой кулачного боя, за что его прозвали Непобедимым Даосом.

— Господин, неужели этот Похоронщик так силен? – спросил Цзо Синхэ, изучая донесение. – Убить Короля Яо на территории Яо, да еще и бесшумно… Вы ведь родом из Великой Династии Гань. Королевство Ночной Луны граничит с ней. Вы что-нибудь слышали о нем?

Цзо Синхэ пытался проанализировать информацию, чтобы лучше понять силу потенциального противника.

Чэнь Чаншэн хмыкнул.

— «Похоронщика» я знаю. Но можешь не беспокоиться, он не будет мешать Королевству Сюаньу.

Услышав это, Цзо Синхэ тут же возразил:

— Господин, вы не правы. Этот человек действует тайно, его характер непредсказуем. Вдруг он какой-нибудь сумасшедший убийца, подверженный перепадам настроения? Иначе с чего бы ему брать такое мрачное прозвище – «Похоронщик»? Нам необходимо быть начеку.

— «Похоронщик» – это мое прозвище, – невозмутимо ответил Чэнь Чаншэн. – Что-то я не припомню, чтобы у меня были перепады настроения или чтобы я был сумасшедшим убийцей.

Цзо Синхэ: ???

Слова Чэнь Чаншэна ошеломили Цзо Синхэ.

— Господин… как вы можете быть Похоронщиком?

— А почему бы и нет? Не забывай, я продаю гробы и предоставляю полный комплекс ритуальных услуг. Я подготавливаю тела и предаю их земле. Разве странно, что у меня есть прозвище Похоронщик?

Цзо Синхэ снова потерял дар речи. Хотя объяснение Чэнь Чаншэна звучало странно, с точки зрения логики в нем не было изъянов.

Видя его замешательство, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Сталкиваясь с какой-либо информацией, живые существа склонны приукрашивать ее, добавлять что-то от себя или выбирать ту версию, что им выгоднее. После того как история пройдет через множество уст, изначальная правда искажается до неузнаваемости. Чтобы отыскать истину среди многочисленных легенд, нужно успокоить сердце и взглянуть на суть вещей. Сделав это, ты сможешь по едва заметным следам восстановить былую правду.

Сказав это, Чэнь Чаншэн призвал летающий меч и покинул борт военного корабля.

— Господин, куда вы? – крикнул ему вслед Цзо Синхэ.

— Я не силен в битвах, так что пока воздержусь от участия, – донесся голос Чэнь Чаншэна. – Королевство Сюаньу сильно, но и ему не удастся уничтожить Королевство Ночной Луны в одночасье. Я сначала займусь кое-какими делами, а через некоторое время вернусь.

Когда последние слова достигли ушей Цзо Синхэ, силуэт Чэнь Чаншэна уже исчез вдали.

Вскоре после его ухода рядом с Цзо Синхэ появился Император Цзо. Глядя в ту сторону, куда улетел Чэнь Чаншэн, Цзо Синхэ с сомнением спросил:

— Отец-Император, почему вы не остановили его? Вы не боитесь, что он сбежит?

Император Цзо равнодушно ответил:

— Ты очень умен, но тебе не хватает опыта. Точнее говоря, ты еще не научился видеть разницу между людьми. Если однажды ты сможешь постичь суть Чэнь Чаншэна, то будешь достоин править Королевством Сюаньу. Увы, моего времени осталось мало. Дальнейший путь тебе придется пройти самому.

При этих словах в глазах Цзо Синхэ мелькнула тень скорби.

— Отец-Император, неужели вам непременно нужно идти в Запретные Земли Древней Пустоши? Возможно, в мире есть иные способы продлить вашу жизнь?

Император Цзо усмехнулся, глядя на непонимающее лицо сына.

— Ты так похож на меня в молодости. Тогда я был точно таким же, как ты сейчас. С готовностью учился, но в то же время смотрел на все свысока. Юным я думал, что в Поднебесной нет ничего, что могло бы меня остановить, а о проблеме смертности и вовсе не задумывался. Я считал: «Живи героем среди людей, умри героем среди духов!» Жить нужно ярко, умирать – достойно. Жалкое цепляние за жизнь было мне отвратительно. Но прожив больше двух тысяч лет… я изменился.

Слушая отца, Цзо Синхэ лишь молча опустил голову, не высказывая своего мнения. Император Цзо снова усмехнулся.

— Из всех моих сыновей ты презираешь меня больше других. Ты считаешь, что твой отец, некогда взиравший на мир свысока, стал труслив. Ты думаешь, что твой отец боится взглянуть в лицо смерти.

Дон!

Цзо Синхэ мгновенно опустился на колени. Однако Император Цзо не остановился:

— Твое мнение верно, но в то же время ошибочно. Верно, потому что в твоем возрасте ты и должен так думать. Ошибочно, потому что ты слишком недооцениваешь меня. Смертные, воспевая любовь, часто используют слова вроде «пока моря не высохнут и камни не истлеют». Ведь в их представлении камни не гниют, а моря никогда не иссохнут. Но когда ты своими глазами увидишь, как камень медленно обращается в пыль, а безбрежное море превращается в равнину, простирающуюся на тысячи километров… вот тогда ты поймешь, что время – величайший враг всего живого. Оно достаточно сильно, чтобы изменить все, включая то, что мы когда-то считали истиной. Ты знаешь лишь, что для встречи со смертью нужна храбрость. Но ты не знаешь, что зная о смерти, продолжать стремиться к долголетию требует куда большего мужества. Если бы ты сидел на моем троне, хватило бы у тебя смелости, подобно мне, искать путь к долгой жизни?

Цзо Синхэ серьезно задумался над словами отца. Спустя долгое время он медленно, разделяя слова, произнес:

— У сына… нет такого мужества.

— Хе-хе! Отсутствие такого мужества – не всегда плохо. По крайней мере, твое будущее будет стабильным. Если представится возможность, в будущем непременно постарайся привлечь Чэнь Чаншэна на свою сторону.

Цзо Синхэ нахмурился.

— Почему?

— Потому что у Чэнь Чаншэна есть то, чего нет у меня. Десять лет назад ты отправился набираться опыта в Демонический Горный Хребет, и он спас тебя. На самом деле, я все время был рядом и охранял тебя, просто ты этого не замечал. Я слышал весь ваш разговор с Чэнь Чаншэном, до последнего слова. С того самого момента этот гробовщик меня заинтересовал. Я наблюдал за ним десять лет. Десять лет – не такой уж большой срок для совершенствующегося, но достаточный, чтобы в нем произошли какие-то изменения. Однако прошло десять лет, а Чэнь Чаншэн остался прежним. Словно время над ним не властно. Совершенствующийся ищет перемен, ведь только перемены позволяют прорвать узкие места. Государство же ищет стабильности, ведь только стабильность позволяет существовать дольше. Хоть я и Император Королевства Сюаньу, я также и совершенствующийся. И сейчас для меня настало время искать перемен. Но у тебя впереди долгий путь, поэтому тебе нужна стабильность. С Чэнь Чаншэном рядом твой путь будет намного ровнее.

— Но Чэнь Чаншэн, похоже, не интересуется властью? – с сомнением произнес Цзо Синхэ.

— Это уже твое дело. Я не могу сделать за тебя все. Некоторые вещи ты должен сделать сам.

С этими словами Император Цзо развернулся и ушел. Цзо Синхэ остался стоять на коленях, нахмурив брови и погрузившись в раздумья.

________________________________________

Обитель Высшей Чистоты.

Лин Цзиньшуй слабо лежал на земле. Рядом виднелась свежевырытая яма. Его единственный оставшийся глаз больше ничего не видел.

Вдруг послышался шорох опавших листьев под ногами. Лин Цзиньшуй, уже готовый закрыть глаза навсегда, встрепенулся.

— Младший Брат, это ты пришел?

Глядя на то, в каком плачевном состоянии находится его Третий Брат, когда-то такой элегантный и беззаботный, Чэнь Чаншэн поджал губы и тихо ответил:

— Третий Брат, это я.

Услышав знакомый голос, Лин Цзиньшуй улыбнулся.

— Я знал, что ты придешь. Ты всегда держишь свои обещания.

Чэнь Чаншэн подошел и осторожно помог ему сесть.

— Брат, ты скоро умрешь. Давай я быстрее переодену тебя в погребальные одежды. Когда тело остынет, это будет сделать намного сложнее.

Сказав это, Чэнь Чаншэн собрался было переодеть Лин Цзиньшуя. Но тот из последних сил оттолкнул его руку.

— Ах ты, негодник! Да, я скоро умру, но я же еще не умер! Пятьдесят лет не виделись, неужели не дашь мне поговорить с тобой напоследок?

Чэнь Чаншэн картинно закатил глаза.

— Третий Брат, неужели в таком состоянии у тебя еще остались какие-то неисполненные желания? Ты же меня знаешь, я терпеть не могу лишние хлопоты. Подготовить тело и похоронить – это еще куда ни шло. А вот исполнять последние воли я не мастер.

При этих словах Лин Цзиньшуй словно обрел второе дыхание, в его глазах на мгновение вспыхнул огонек.

— Чушь! Разве я, твой Третий Брат, похож на того, кто не может смириться? Чего не успел сделать при жизни, тем и после смерти никого утруждать не стану. Я просто хотел похвалить тебя перед смертью. И этого нельзя?

Лицо Чэнь Чаншэна тут же расплылось в улыбке.

— Конечно, можно! Я редко слышал похвалу от Третьего Брата!

— Похвала – это чтобы подбодрить тебя. Но не слишком задирай нос.

Они разговаривали, как в былые времена, но улыбки быстро угасли, и снова воцарилось молчание. Через некоторое время Лин Цзиньшуй с трудом протянул руку к надгробию Мастера Юаньшэня. Он коснулся высеченных иероглифов, и из его единственного глаза скатилась капля бурой кровяной слезы.

— Жизнь человека – одна весна, жизнь травы – одна осень. Неважно, каким могущественным ты был при жизни, в конце концов, всех ждет этот деревянный ящик. Методы совершенствования, божественное оружие – все это лишь дым и облака прошлого. Когда ты тогда сделал гроб для Мастера из пораженного молнией дерева, я думал, это лишь детская прихоть. Но только сейчас я понимаю: во всей Обители Высшей Чистоты лишь ты видел все яснее других.

Губы Лин Цзиньшуя задрожали. Потребовалось время, чтобы он снова взял себя в руки. На его лице вновь появилась слабая улыбка.

— Грустные слова сказаны. Ну-ка, покажи, какой гроб ты приготовил для меня.

В ответ на его «настойчивую просьбу» Чэнь Чаншэн достал из Системного хранилища новый гроб.

— Брат, я приготовил для тебя отличный гроб из золотистого нанму! Золотистый нанму сохраняет тело нетленным тысячу лет. Потрогай.

Чэнь Чаншэн помог Лин Цзиньшую подойти к гробу. Ощупав гладкую древесину, Лин Цзиньшуй удовлетворенно кивнул.

— Очень хорошо. Не зря я о тебе заботился. А для Грандмастера гроб ты приготовил?

— Тоже приготовил. Из тысячелетнего персикового дерева, пораженного молнией. На нем вырезаны все формации, какие я знаю. Гарантирую, Грандмастер никогда не восстанет из могилы. Я похороню его рядом с вами. Так вы сможете неспешно обсудить с ним былые времена.

— Ха-ха-ха! – услышав ответ Чэнь Чаншэна, Лин Цзиньшуй громко рассмеялся. – Младший Брат, ты все продумал!

Сказав это, Лин Цзиньшуй выпрямился, поправил складки на одежде… и застыл в этой позе навсегда.

Глядя на Третьего Брата, окончательно утратившего жизненную силу, Чэнь Чаншэн со спокойным лицом занялся последними приготовлениями. Сделав все необходимое, он опустил гроб в вырытую Лин Цзиньшуем могилу и установил надгробие. Подпись на камне была прежней: «Похоронщик».

Глядя на установленный им камень, Чэнь Чаншэн молча достал глиняный кувшин с вином.

— Брат, это Вино Ста Цветов, которое я сварил по старинному рецепту. Тогда, в Безграничном Тайном Царстве, я удержал Юаньшаня, не дав ему ввязаться в драку с остальными. По правилам, Мастер наверняка снова бы меня отругал. Чтобы избежать наказания, я сварил это Вино Ста Цветов. Часть хотел отдать Мастеру, надеясь на его снисхождение. А другую часть – тебе, в качестве взятки, чтобы ты замолвил за меня словечко. Но кто бы мог подумать… после выхода из Безграничного Тайного Царства события посыпались одно за другим. Вы с Мастером попробуете это вино только сегодня. Впрочем, это и не плохо. Семьдесят лет выдержки сделали вкус Вина Ста Цветов еще лучше. Вам с Мастером оно точно понравится.

С этими словами Чэнь Чаншэн вылил вино на могилы Третьего Брата и Предка Юаньшэня. Закончив возлияние, он добавил:

— Один кувшин на двоих – это, конечно, скупость. Но у меня всего десять кувшинов, остальные мне самому нужны. Так что не обессудьте. Все равно вы не сможете вылезти из-под земли и надавать мне тумаков.

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и пошел прочь из заброшенной Обители Высшей Чистоты. Уходя, он махнул рукой в сторону девяти могил, не оборачиваясь.

— Мастер, братья, мне еще нужно привезти Грандмастера к вам. Я пошел!

В его голосе не было ни капли печали. Казалось, для него это было лишь короткое расставание со старыми друзьями.

________________________________________

Вскоре прозвучал рог, возвещающий о наступлении Королевства Сюаньу.

Хотя Королевство Ночной Луны и поглотило Великую Династию Гань, обе стороны понесли в той войне значительные потери. Теперь же, столкнувшись с несравненно могущественным Королевством Сюаньу, Королевство Ночной Луны терпело поражение за поражением.

Без лишних слов и объяснений, игнорируя любые попытки переговоров со стороны Королевства Ночной Луны, Император Цзо сметал все на своем пути, полагаясь лишь на грубую силу. Всего за месяц он разгромил Королевство Ночной Луны. Места, где находились два Древних Бронзовых Дворца, были плотно окружены его войсками.

— Отец-Император, Безграничное Тайное Царство под нашим контролем. Осталась только Запретная Земля Королевства Ночной Луны, занятая Даосом Юйхуа. Люди из Храма Небесного Будды просят аудиенции.

Цзо Синхэ докладывал отцу о ходе войны. Император Цзо равнодушно ответил:

— Запретную Землю Королевства Ночной Луны окружить, но не атаковать. Люди из Храма Небесного Будды пусть подождут. Во всяком деле должна быть завершенность. Все началось из-за Чэнь Чаншэна, ему и предстоит все закончить.

Император Цзо замолчал, глядя вдаль.

— Какое совпадение. Только упомянули его, а он уже здесь.

На горизонте появилась светящаяся точка. Она быстро увеличивалась и вскоре опустилась на палубу корабля.

— Ваше Величество, простите за опоздание. Чаншэн улаживал кое-какие личные дела.

Чэнь Чаншэн почтительно поклонился. Император Цзо усмехнулся:

— Вовсе не опоздал. Прибыл как раз вовремя. Твой Предок заперт мной в Запретной Земле. Ждет, когда ты придешь проводить его в последний путь. Должен сказать, твой Предок весьма силен. Мне потребовалось целых два удара, чтобы уничтожить его аватара. Кстати, твоя старая знакомая, похоже, узнала о твоем возвращении. Так что ты предпочитаешь: сначала похоронить Предка или встретиться со старой знакомой?

В ответ на предложенный выбор Чэнь Чаншэн широко улыбнулся:

— Конечно, сначала встретиться со старой знакомой! Мой Предок, хоть и не ровня Вашему Величеству, но мне с ним не справиться. Если он в предсмертной агонии решит ударить напоследок, мне не поздоровится. Так что нам с Вашим Величеством лучше действовать раздельно.

— Ха-ха-ха! – Император Цзо рассмеялся и указал на Чэнь Чаншэна. – Вот эта твоя основательность мне и нравится! Ладно, так и быть. Оставлю твоему Предку последний вздох, чтобы вы, ученик и пра-пра-мастер, могли как следует попрощаться.

С этими словами Император Цзо мгновенно появился над Запретной Землей. Он сжал правую руку в кулак и нанес сокрушительный удар вниз.

ГРОХОТ!

Гигантский отпечаток кулака остался на земле. Горы и реки в радиусе пятидесяти километров были стерты в пыль.

Чэнь Чаншэн: !!!

Настолько силен?!

Пока Цзо Хуан наносил удар кулаком, из Запретной Земли Королевства Ночной Луны вылетел гигантский треножник, устремившись ему навстречу.

Наблюдая за сотрясающей небо и землю битвой, Чэнь Чаншэн прищелкнул языком и вздохнул:

— Мир совершенствующихся и вправду опасен. Хорошо, что я не люблю драться.

Закончив сетовать, он тут же полетел к Исю и остальным, находившимся поодаль. Увидев Чэнь Чаншэна, исчезнувшего на пятьдесят лет и появившегося вновь, сердца присутствующих наполнились радостью долгожданной встречи.

— Старший Брат Чаншэн! Я так и знал, что ты обязательно вернешься! – взволнованно поприветствовал его Сун Юаньшань.

Чэнь Чаншэн оглядел Сун Юаньшаня, одетого в даосскую мантию, и улыбнулся:

— Несколько десятков лет не виделись, а тот мальчишка-прилипала наконец-то вырос. Очень хорошо. Третий Боевой Дядя не зря тебя усердно наставлял.

Заметив общение Чэнь Чаншэна и Сун Юаньшаня, красавица с поразительной внешностью и легким налетом дикой грации хотела что-то сказать, но колебалась. Это была принцесса Королевства Ночной Луны, Ваньянь Юэ.

— Что ты собираешься делать дальше? – в конце концов не выдержала она.

Встретившись с ней взглядом, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— А что еще делать? Конечно же, идти своей дорогой!

Услышав это, Ваньянь Юэ бросила взгляд на армию Империи Сюаньу и серьезно спросила:

— Ты все-таки уходишь?

Хотя она не сказала ничего прямо, Чэнь Чаншэн уловил в ее тоне нотку сожаления. Он снова улыбнулся:

— Не совсем ухожу. У каждого человека есть свои дела, которые он должен сделать, и свое собственное предназначение. Я просто иду туда, куда должен, чтобы сделать то, что должен.

— Почему? – непонимающе спросил Сун Юаньшань. – Проблема решена, Обитель Высшей Чистоты ждет возрождения из пепла. Старший Брат Чаншэн, неужели ты действительно просто умоешь руки и уйдешь?

Видя легкое волнение на лице Сун Юаньшаня, Чэнь Чаншэн похлопал его по плечу:

— Возрождение Обители Высшей Чистоты – это твоя миссия, не моя. Судьбы у людей разные. Одним суждено пустить корни в одном месте, другим – считать своим домом весь мир. Даосский Путь ценит «юань» – связь или предопределенность. Наша с вами связь исчерпана, пришло время прощаться.

При этих словах Сун Юаньшань сжал кулаки. На самом деле, с тех пор как Чэнь Чаншэн присоединился к Обители Высшей Чистоты, все уже предчувствовали его уход. Хотя он сделал для них очень много, никто никогда не ощущал в нем желания остаться. Точнее говоря, для Сун Юаньшаня Обитель была домом, а для Чэнь Чаншэна – лишь временным пристанищем. Человек за свою жизнь проходит много мест, и некоторые из них могут ему нравиться. Но остановиться он может лишь там, где его дом. Чэнь Чаншэн не считал Обитель своим домом, поэтому, как бы он к ней ни привязался, он все равно бы ушел.

Закончив говорить, Чэнь Чаншэн повернулся к Исю, сохранявшему спокойствие.

— Маленький монах, мы с тобой знакомы дольше всех. Я вот-вот уйду, а ты даже не попытаешься меня удержать?

Исю одарил его выразительным взглядом и фыркнул:

— Если ты, Чэнь Чаншэн, решил уйти, кто сможет тебя удержать? Мы – цветы, трава и деревья этой земли. А ты – птица, остановившаяся лишь на короткое время. Сколько бы птица ни отдыхала, она все равно улетит. Я давно знал, что этот день настанет.

Пока Исю говорил, битва с участием Цзо Хуана подошла к концу.

Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Десятилетия прошли, а твое понимание Дхармы стало глубже. Продолжай усердствовать, стремись стать великим мастером своего поколения. А там дела закончились. Мне нужно пойти и похоронить одного старого знакомого.

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и направился к Запретной Земле. Глядя ему вслед, все трое ощущали глубокое сожаление. Однако во взгляде Ваньянь Юэ к сожалению примешивались и другие, особые чувства.

Заметив это, Исю вздохнул:

— Не смотри. Этот парень не остановится ни ради кого. К тому же, все эти пятьдесят лет ты только и кричала, что изобьешь Чэнь Чаншэна, отомстишь за прошлое унижение. Вот он пришел. Почему же ты не действуешь?

Услышав слова Исю, Ваньянь Юэ холодно ответила:

— Он очень силен. Сейчас я ему не противник.

— Я могу тебе помочь! – вмешался Исю. – Он на самом деле не силен в драке. Если мы объединимся, у нас будет шанс хорошенько его проучить!

Ваньянь Юэ гневно сверкнула глазами на монаха, пытавшегося ее поддеть:

— Буддизм проповедует сострадание, а у тебя на языке одна злоба. Смотри, как бы самому не встать на путь демона!

Огрызнувшись, она повернулась и ушла. Но, пройдя несколько шагов, остановилась.

— Мы еще увидимся с ним?

— Трудно сказать, – ответил Исю. – Но если проживешь достаточно долго, шанс есть.

Получив ответ, Ваньянь Юэ окончательно исчезла. Возможно, с того самого дня, как ее волосы были окрашены в черный цвет, этот интересный человек навсегда запал ей в душу.

________________________________________

Запретная Земля Королевства Ночной Луны.

Чэнь Чаншэн нес на плече роскошный гроб, осторожно обходя глубокие воронки от недавней битвы. Наконец он подошел к древнему бронзовому дворцу.

Донг!

Тяжелый гроб опустился на землю. Чэнь Чаншэн посмотрел на Юйхуа Чжэньжэня, погребенного под бронзовым дворцом, и улыбнулся:

— Грандмастер, как вам гроб, который для вас изготовил ваш смиренный ученик?

Юйхуа Чжэньжэнь взглянул на гроб и усмехнулся:

— Неплохо. Видно, что ты постарался. Когда ты в прошлый раз сбежал, у меня все время было смутное беспокойство. Но я не ожидал, что ты вернешься так быстро, да еще и приведешь такого сильного помощника.

Чэнь Чаншэн взглянул на Цзо Хуана, который в этот момент изучал бронзовый дворец.

— Что поделать? Грандмастер, вы так сильны. Как бы я смог в одиночку проводить вас в последний путь? Раз уж мы дошли до этого, не могли бы вы ответить на пару вопросов вашего ученика?

— Спрашивай.

— В Безграничном Тайном Царстве тоже есть бронзовый дворец. Почему вы решили устроить все здесь, в Королевстве Ночной Луны?

— То, что было погребено под дворцом в Безграничном Тайном Царстве, было уничтожено. Поэтому я нашел Королевство Ночной Луны.

— Вот оно что! Тогда второй вопрос: убив Мастера и остальных… вы когда-нибудь сожалели об этом?

Задавая этот вопрос, Чэнь Чаншэн пристально смотрел в глаза Юйхуа Чжэньжэня, пытаясь увидеть в них истинный ответ.

Помолчав, Юйхуа Чжэньжэнь тихо вздохнул:

— Всего лишь небольшие невзгоды на пути. Идущий по Пути совершенствования ради великого Дао долголетия должен быть готов к некоторым жертвам. Это нормально. «Когда придет день освобождения, даже горький корень лотоса покажется сладким».

— Ха-ха-ха!

Услышав ответ Юйхуа Чжэньжэня, Чэнь Чаншэн рассмеялся – громко и весело.

— Отлично сказано: «Горький корень лотоса покажется сладким»! Грандмастер, ваше Сердце Дао непоколебимо, ученик восхищен! Раз так, позвольте же ученику проводить вас в последний путь.

Едва он закончил говорить, рядом с ним появился Цзо Хуан. Глядя на Цзо Хуана, победившего его, Юйхуа Чжэньжэнь не выказал ни малейшего страха.

— Если бы я не был заперт здесь, тебе было бы не так просто убить меня.

В ответ на слова Юйхуа Чжэньжэня Цзо Хуан кивнул:

— Если бы тебе, собрат Дао, довелось прожить еще тысячу лет или около того, возможно, ты смог бы сразиться со мной на равных. К несчастью, столько тебе не отпущено. Кстати, что означает эта гигантская рука на рисунке? Ты так долго изучал этот бронзовый дворец, наверняка что-то знаешь.

— Хе-хе! Конечно, знаю. Но думаешь, я скажу тебе? А если и скажу, посмеешь ли ты поверить?

— И то верно. Твоим словам я действительно верить не смею.

Вспых!

Луч ослепительного света вырвался из руки Цзо Хуана, и на лбу Юйхуа Чжэньжэня появилось крошечное кровавое отверстие.

С гибелью Юйхуа Чжэньжэня огромный бронзовый дворец снова начал погружаться вниз. Заметив это, Цзо Хуан мгновенно вмешался, своей непревзойденной божественной силой остановив его движение. Чэнь Чаншэн воспользовался этой короткой передышкой, чтобы быстро извлечь тело Юйхуа Чжэньжэня.

Грохот!

Бронзовый дворец рухнул на место, вновь надежно запечатав кровавый пруд, источавший зловещую силу.

— Фух…

Тихо выдохнув, Цзо Хуан успокоил дыхание. Даже для него остановить движение бронзового дворца было чрезвычайно трудной задачей.

Поместив тело в заранее подготовленный гроб, Чэнь Чаншэн спросил:

— Ваше Величество, удалось ли что-нибудь узнать?

— Кое-что действительно прояснилось. В каждом бронзовом дворце, похоже, есть телепортационный массив, и между этими массивами существует некая связь. Какая именно, я пока не знаю, потому что массив здесь разрушен. Теперь вся надежда на бронзовый дворец в Безграничном Тайном Царстве. Если тамошний массив еще действует, возможно, мы действительно сможем попасть в Древнюю Запретную Землю.

При этих словах в глазах Цзо Хуана мелькнуло волнение. Изначально он думал, что бронзовые дворцы окажут лишь небольшую помощь, но кто бы мог подумать, что их роль окажется настолько важной! Теперь его шансы безопасно проникнуть в Древнюю Запретную Землю увеличились как минимум на двадцать процентов.

— Ах да, это, кажется, твоя вещь. Возвращаю.

Бум!

Перед Чэнь Чаншэном на землю был брошен каменный гроб. Это было то самое сокровище, которое помогло ему спастись пятьдесят лет назад. Вернув утерянное, Чэнь Чаншэн, естественно, обрадовался.

— Благодарю Ваше Величество.

Он убрал каменный гроб и как бы невзначай спросил:

— Бессмертный Почтенный Ста Поражений был личностью двухтысячелетней давности. Слышало ли Ваше Величество о нем?

— Слышал. Я слышал легенды о нем, когда мне было десять лет. Но уже тогда он считался личностью, жившей две тысячи лет назад. А иероглифы на этом гробу принадлежат династии, правившей две тысячи лет назад. Она уже была уничтожена какое-то время к тому моменту, как я начал помнить себя. Я смог их прочесть лишь потому, что с момента падения той династии прошло не так уж много времени.

Чэнь Чаншэн: ???

Услышав это, Чэнь Чаншэн застыл с выражением крайнего недоумения на лице. Он думал, что Бессмертный Почтенный Ста Поражений жил две тысячи лет назад, но и представить не мог, что Цзо Хуан слышал о нем еще в детстве, и уже тогда эти легенды были двухтысячелетней давности! Получается… Бессмертный Почтенный Ста Поражений жил как минимум четыре тысячи лет назад?!

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн спросил:

— Ваше Величество, если Бессмертный Почтенный Ста Поражений существовал уже четыре тысячи лет назад, насколько же он был силен?

— Неизвестно. Но одной лишь своей тенью подавить здешнюю нечистую силу и Юйхуа Чжэньжэня… На такое я не способен. Если бы не сдерживающая сила бронзового дворца, я бы и сам не прочь был позаимствовать здешнюю мощь.

Чэнь Чаншэн: …

«Вижу, ты все время молчал про эту нечистую силу. Я уж подумал, ты брезгуешь ею пользоваться, а ты, оказывается, просто сдвинуть дворец не можешь!»

Мысленно подколов Цзо Хуана, Чэнь Чаншэн сказал вслух:

— Ваше Величество, мне еще нужно похоронить Грандмастера. Позвольте откланяться.

— Ступай. Но поторопись. Извлечение бронзового дворца из Безграничного Тайного Царства не займет много времени.

Получив разрешение Цзо Хуана, Чэнь Чаншэн покинул Запретную Землю Королевства Ночной Луны.

________________________________________

Полмесяца пролетели как один миг. Совместными усилиями Империи Сюаньу бронзовый дворец из Безграничного Тайного Царства был буквально выкопан из земли.

Чэнь Чаншэн стоял на палубе огромного летающего корабля, глядя на земли Великой Династии Гань внизу, и ощущал легкую задумчивость. Он провел на этих землях почти двести лет. Двести лет назад он и подумать не мог, что покинет Великую Династию Гань или будет иметь дело с могущественными экспертами мира совершенствующихся. Тогда он лишь хотел спокойно жить и заниматься интересными ему вещами. Но череда событий, словно невидимая гигантская рука, неумолимо подтолкнула его туда, где он оказался сейчас.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн посмотрел на свои руки и пробормотал себе под нос:

— Заставить человека, который меньше всего хотел совершенствоваться, достичь ступени Зародыша Души… Воистину, пути судьбы неисповедимы.

Сказав это, он снова улыбнулся и вернулся в каюту. Один этап его пути завершился. Каким бы бурным и захватывающим он ни был, он остался в прошлом. А живые всегда должны смотреть вперед.

________________________________________

— Р-р-роар!

Девять демонических зверей размером с небольшую гору издали оглушительный рев. При виде этих чудовищ, чья сила была сравнима со ступенью Преобразования Духа, все живые существа вокруг затрепетали от страха. Что еще более невероятно, столь могущественные звери использовались лишь для того, чтобы тянуть огромную колесницу. А в колеснице восседал не кто иной, как Император Сюаньу – Цзо Хуан.

Донг! Донг! Донг!

Забили боевые барабаны. Миллионная армия Империи Сюаньу стояла в полном молчании. Несмотря на огромное количество воинов, не было слышно ни единого лишнего звука.

Гульп!

Сглотнув, Чэнь Чаншэн вытер холодный пот со лба.

— Ваше Величество, штурмовать Древнюю Запретную Землю – в этом я, боюсь, не силен. Может, войдем чуть позже?

Увидев трусливое выражение на лице Чэнь Чаншэна, Цзо Хуан едва заметно усмехнулся:

— В Древней Запретной Земле есть еще один бронзовый дворец. Если ты не войдешь, как сможешь его увидеть?

— Рассуждаете вы логично, но я же драться не умею! Буду только путаться у Вашего Величества под ногами.

Несмотря на повторные отговорки Чэнь Чаншэна, Цзо Хуан не рассердился, а терпеливо объяснил:

— Шанс прорваться в Древнюю Запретную Землю будет только один. Если ты не последуешь за мной, скорее всего, внутрь не попадешь. Кроме того, именно ты руководил восстановлением телепортационного массива бронзового дворца. Если ты не пойдешь со мной, думаешь, я смогу быть спокоен?

Услышав это, Чэнь Чаншэн скривился. Няньшэн исчезла именно в телепортационном массиве бронзового дворца. Он лишь хотел тщательно изучить связь между массивами, ничего другого он и не замышлял!

Мысленно вздохнув, Чэнь Чаншэн с обреченным видом посмотрел на видневшуюся впереди Древнюю Запретную Землю. Даже если бы Цзо Хуан отказался от своей идеи прожить вторую жизнь, Чэнь Чаншэн все равно нашел бы способ проникнуть туда. Если бы не это, он давно бы уже сбежал, а не торчал бы здесь, в Империи Сюаньу.

Багрово-красная земля простиралась до самого горизонта. А вдалеке, посреди этой красной пустоши, возвышалась черная горная цепь, создавая резкий, почти сюрреалистичный контраст.

Миллионная армия Империи Сюаньу остановилась на границе красной земли. Даже такой могущественный эксперт, как Цзо Хуан, не решался легкомысленно ступать на эту территорию. Потому что впереди лежала легендарная Древняя Запретная Земля.

Конкретные опасности Древней Запретной Земли оставались загадкой – даже самые древние летописи Империи Сюаньу не содержали никаких подробностей. Все записи сводились к семи кратким иероглифам:

«Великий Ужас, верная смерть».

— Фух…

Цзо Хуан тихо выдохнул. Взмахом правой руки он отправил вперед трех человекоподобных марионеток.

Эти три марионетки были созданы с использованием всех ресурсов Империи Сюаньу. Каждая из них могла противостоять эксперту ступени Преобразования Духа, а их защита была такова, что даже полномасштабная атака совершенствующегося этой ступени не смогла бы пробить ее за короткое время. Использование этих марионеток для разведки Древней Запретной Земли было, безусловно, самым безопасным и лучшим методом.

Топ-топ-топ!

Под управлением Цзо Хуана марионетки осторожно вступили на территорию Древней Запретной Земли. Однако, вопреки ожиданиям, никакой видимой опасности не возникло. Марионетки беспрепятственно продвинулись вперед на несколько километров.

Увидев это, Цзо Хуан невольно вздохнул с облегчением и усмехнулся:

— Похоже, Древняя Запретная Земля не так страшна, как…

Шшш…

Не успел он договорить, как три марионетки вдалеке, словно подхваченные легким ветерком, внезапно распались в прах и исчезли.

Перед лицом этой внезапной и необъяснимой гибели все замолчали.

Гульп!

С трудом сглотнув, Чэнь Чаншэн почувствовал, как дергается уголок его рта. Он хотел было спросить Цзо Хуана, разглядел ли тот, что произошло, но, увидев ледяное выражение лица императора, передумал.

Поняв, что разведка с помощью марионеток провалилась, Цзо Хуан снова взмахнул рукой. Миллионная армия позади него пришла в движение. Солдаты мгновенно выстроились в сложнейшую и таинственную боевую формацию. Сила всех воинов слилась воедино, сконденсировавшись в гигантское черное копье, простиравшееся на несколько километров в длину.

Этот метод объединения силы всех воинов был одним из главных козырей Империи Сюаньу, одной из причин ее непобедимости на протяжении долгих лет войн.

— Убить!

Миллион голосов одновременно выкрикнули приказ. Мощнейшая звуковая волна разнесла в клочья облака на небе. Копье, способное уничтожить все на своем пути, с неостановимой мощью устремилось к черной горной цепи в сердце Древней Запретной Земли.

Грохот!

Однако копье, сконденсированное из силы миллиона воинов, не достигло черных гор. Оно с оглушительным треском врезалось в невидимую преграду. В ответ на эту мощную атаку вся Древняя Запретная Земля вспыхнула мириадами сложнейших серебряных рун формации. Эти руны покрывали каждый дюйм проклятой земли.

Чэнь Чаншэн, хорошо разбирающийся в искусстве формаций, лишь мельком взглянул на них – и тут же почувствовал раскалывающую головную боль, а перед глазами потемнело. Столь мощный откат заставил его поспешно отвести взгляд, не смея больше рассматривать эти непревзойденные руны Древней Запретной Земли.

— Убить!

Видя, что пробить защиту не удалось, главнокомандующий армией Империи Сюаньу снова взревел. Из глаз, ушей, ноздрей и ртов миллиона воинов хлынула кровь – они начали сжигать свою жизненную силу, чтобы насильно увеличить мощь. Насытившись огромным количеством жизненной энергии и крови, черное копье стало кроваво-красным, а его сила возросла в несколько раз.

Благодаря такой отчаянной жертве кровавое копье смогло добиться некоторого успеха. Невидимая преграда поддалась, и копье пронзило ее на несколько сантиметров.

И-и-и-го-го!

Как раз в тот момент, когда воины начали радоваться этому небольшому достижению, до ушей всех присутствующих донеслось конское ржание. Вслед за этим из-под земли вырвалась лошадь-скелет, на которой восседала фигура в бронзовых доспехах. Хотя на первый взгляд это походило на всадника, присмотревшись, можно было увидеть, что под доспехами – пустота.

Топ-топ-топ!

Призрачный всадник в бронзовых доспехах на своей лошади-скелете стремительно понесся к армии. Одним ударом своего проржавевшего боевого копья-гэ он разбил вдребезги гигантское копье, сконденсированное из силы миллиона воинов.

При виде этой жуткой сцены Чэнь Чаншэн почувствовал, как волосы у него на голове встают дыбом. Видя, что бронзовый всадник вот-вот ворвется в ряды армии, трое седовласых старцев внезапно вылетели из толпы. Едва они начали действовать, как горы затряслись, а небо и земля изменили свой цвет.

Эти трое старцев были частью «скрытой мощи» Империи Сюаньу. Каждый из них прожил не менее полутора тысяч лет. Цзо Хуан решил штурмовать Древнюю Запретную Землю, потому что его собственный срок жизни подходил к концу. А эти «скрытые резервы» Империи Сюаньу также хотели воспользоваться этой возможностью, чтобы продлить свои жизни.

Видя, что «скрытая мощь» вступила в бой, Цзо Хуан, до сих пор не двигавшийся с места, тоже начал действовать. На своей боевой колеснице он высвободил всю мощь своего физического тела до предела и сумел пробить небольшую трещину в непревзойденной защитной формации Запретной Земли.

Грохот! Бум! Треск!

Оглушительные звуки битвы отдавались в ушах Чэнь Чаншэна. Слабый и беспомощный, он мог лишь съежиться в углу колесницы и украдкой наблюдать за происходящим. Видя, как неистово сражается Цзо Хуан, Чэнь Чаншэн не мог не восхититься его невероятной силой.

Методы совершенствования на этой земле были разнообразны. Одни следовали пути внутреннего совершенствования, другие – внешнего. Великая Династия Гань была типичным представителем внутреннего пути с его ступенями: Сбор Ци, Заложение Основ, Золотое Ядро, Зародыш Души, Преобразование Духа. Империя Сюаньу же следовала пути внешнего совершенствования, уделяя основное внимание укреплению физического тела. Градация уровней внешнего пути была проще – их обозначали простыми числами слоев. Стандарт измерения зависел от конкретного метода, но в целом уровни соответствовали друг другу.

Хоть методы внутреннего и внешнего совершенствования и их названия различались, уровни силы были сопоставимы. Первый слой Очищения Тела соответствовал ступени Сбора Ци, а пятый слой Очищения Тела – ступени Преобразования Духа.

Когда Цзо Хуан заявил, что не воспринимает Юйхуа Чжэньжэня всерьез, Чэнь Чаншэн все время гадал об истинной силе императора. Преобразование Духа было пятой ступенью. Чтобы так легко убить Юйхуа Чжэньжэня, Цзо Хуан должен был находиться как минимум на шестой ступени. Но теперь, когда Цзо Хуан раскрыл всю свою мощь, Чэнь Чаншэн понял, что недооценил его. Его сила уже полностью достигла седьмой ступени совершенствования! Единственным недостатком, пожалуй, было то, что он достиг этого уровня совсем недавно.

— Эх…

Тихий, но бесконечно древний вздох донесся из глубин черной горной цепи. Трое старцев, сражавшихся с бронзовым всадником, мгновенно рассыпались в кровавый туман.

Чэнь Чаншэн: !!!

Видя явление истинного Великого Ужаса, аура Цзо Хуана стала еще мощнее.

— Меч, явись!

Взревев, Цзо Хуан ударом кулака разорвал пространство и вытащил прямо из пустоты древний меч простого вида. Бронзовый всадник, лишившись противников, развернулся и атаковал Цзо Хуана.

Вспых!

Император взмахнул мечом. Ци меча, растянувшись на тысячи километров, мгновенно разрубила бронзового всадника на куски. Этот божественный клинок и был передаваемым из поколения в поколение высшим сокровищем Империи Сюаньу – Мечом Истинной Воинственности.

Уничтожив надоедливого бронзового всадника, Цзо Хуан снова взмахнул мечом, своей непревзойденной Ци меча разрывая руны формации Древней Запретной Земли.

Вспых!

Непревзойденный смертоносный массив, казавшийся несокрушимым, перед Мечом Истинной Воинственности стал хрупким, как тофу.

Увидев такой поворот событий, Чэнь Чаншэн, прятавшийся в углу колесницы, невольно обрадовался. Но его радость была недолгой. Из глубин черной горной цепи снова донеслось холодное хмыканье.

— Хмф!

Вслед за этим звуком по воздуху прилетел тонкий, длинный волос.

Дзынь!

Раздался чистый, отчетливый звук ломающегося металла. Передаваемое из поколения в поколение сокровище Империи Сюаньу, божественный клинок, способный рассекать даже непревзойденные массивы, был легко перерублен надвое простым волосом.

Меч Истинной Воинственности, тело Цзо Хуана, миллионная армия Империи Сюаньу – все было рассечено надвое. Словно именно этот волос, прилетевший из черных гор, и был истинным божественным оружием.

Даже лишившись нижней половины тела, Цзо Хуан продолжал управлять верхней, издавая яростный рев.

Оммм!

Огромный бронзовый дворец появился над ним. Едва он призвал дворец, полученный из Безграничного Тайного Царства, как из черных гор донесся слабый, едва уловимый ответный резонанс. Телепортационный массив внутри дворца ярко вспыхнул под воздействием всей оставшейся силы Цзо Хуана.

Но как раз в тот момент, когда массив вот-вот должен был активироваться, из черных гор снова что-то вылетело. Точнее говоря, это был всего лишь один золотой иероглиф.

Донннн!

Золотой иероглиф с огромной силой врезался в бронзовый дворец. От удара дворец содрогнулся, и вся плоть на теле Цзо Хуана обратилась в ничто.

Так погиб Цзо Хуан. А бронзовый дворец, вместе с активировавшимся массивом, исчез в воздухе.

Кап!

Кровь с лица Цзо Синхэ капнула на землю.

Разбитый бронзовый всадник снова собрался воедино. Он взглянул на Цзо Синхэ своими пустыми глазницами, затем развернул коня-скелета и вернулся в черные горы.

Мертвы. Все мертвы.

План, на который были брошены все силы Империи Сюаньу, закончился полным провалом. Цзо Синхэ выжил не потому, что был достаточно силен, а потому, что запретная сущность Древней Запретной Земли пожелала оставить одного свидетеля. Они хотели, чтобы Цзо Синхэ вернулся живым и поведал миру устами выжившего: Древняя Запретная Земля неприкосновенна.

________________________________________

Древняя Запретная Земля.

Грохот!

Бронзовый дворец тяжело рухнул на землю. Неподалеку стоял еще один, точно такой же. Два древних бронзовых дворца теперь просто стояли посреди черных гор. Останки Цзо Хуана были разбросаны по земле, словно мусор.

Со смертью Цзо Хуана и падением дворца в черные горы Древняя Запретная Земля снова погрузилась в тишину.

Время медленно текло, мир менялся, но Древняя Запретная Земля оставалась неизменной, словно застывшей в вечности. Однако спустя три месяца тишина была нарушена.

Раздался тихий скрежет камня о камень. Каменный гроб, наполовину зарытый в землю, зашевелился. Крышка гроба приоткрылась, и в щели показались два глаза, настороженно озиравшиеся по сторонам.

Да, обладателем этих глаз был Чэнь Чаншэн.

Едва появился тот волос, он понял – дело плохо. Столкнувшись с таким неописуемым Великим Ужасом, Чэнь Чаншэн предпринял очень «разумный» шаг: спрятался в каменный гроб, оставленный Бессмертным Владыкой Ста Поражений, и принял особую пилюлю, погрузив себя в состояние ложной смерти.

Убедившись раз за разом, что снаружи нет опасности, Чэнь Чаншэн осторожно выбрался из каменного гроба.

— Матерь божья! Так вот он какой, ужас Древней Запретной Земли? Этот мир определенно слишком опасен.

Хотя с момента битвы прошло три месяца, воспоминания о ней все еще вызывали у Чэнь Чаншэна дрожь. Выплеснув эмоции, он с любопытством принялся осматриваться.

Чэнь Чаншэн не знал, обманула ли его ложная смерть сущностей Запретной Земли, но он точно знал, что все еще жив. А раз он жив, значит, Запретная Земля пока не собирается его убивать. Причин тому могло быть много. Возможно, его пощадили из уважения к Бессмертному Владыке Ста Поражений. А может, его сочли слишком слабым и просто поленились убивать. Для Великого Ужаса, обитающего здесь, его нынешний уровень совершенствования был, вероятно, ниже, чем у воздуха. Такое ничтожное существо, даже случайно попав в Запретную Землю, все равно скоро погибнет само по себе, так зачем тратить силы?

Целый час Чэнь Чаншэн осматривался, но так и не обнаружил никакой явной опасности. Отсутствие видимой угрозы встревожило его еще больше. Потому что в Древней Запретной Земле отсутствие опасности и было самой большой опасностью.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн пошарил по карманам и наконец вытащил из уголка одежды обычную нитку.

Фух…

Он легонько дунул, и невесомая нитка полетела от его ладони вдаль.

Вспых!

Обычная нитка исчезла. На земле на мгновение мелькнул золотой свет. Хоть вспышка была короткой, Чэнь Чаншэн успел ее разглядеть.

Чэнь Чаншэн: …

— Ну вот, приехали…

Увидев золотое сияние, Чэнь Чаншэн в панике заметался на месте. Он видел непревзойденный массив снаружи черных гор и знал, что ему ни за что не пробиться сквозь него. Но там были всего лишь серебряные руны. А здесь, внутри черных гор, руны были золотыми! Хоть он и не знал точной силы этих высших формаций, Чэнь Чаншэн был уверен: золотые руны намного мощнее серебряных.

Поняв, что он заперт внутри непревзойденного массива, Чэнь Чаншэн в отчаянии попытался найти выход в других направлениях. Результат был тем же: со всех сторон его окружали золотые руны. Он был в безопасности не потому, что ему повезло найти брешь в формации. А потому, что золотые руны под его ногами были подавлены упавшим бронзовым дворцом. Если бы не это, Чэнь Чаншэн обратился бы в ничто в тот самый миг, как покинул каменный гроб.

— Система, что теперь делать? Я что, навсегда здесь застрял? – в полном отчаянии обратился он к Системе.

«Почему Носитель считает, что он застрял здесь навсегда?»

— Как почему?! Да потому что этот массив невероятно силен!

«А почему бы Носителю не попытаться постичь эти руны? Изучение формаций всегда было вашим увлечением».

— Но этот массив слишком сложен! С моим нынешним уровнем совершенствования я и за тысячу лет его не постигну!

«А за десять тысяч лет?» – спросила Система. – «Разве время все еще имеет значение для Носителя?»

Эти слова поразили Чэнь Чаншэна. Он замер.

И правда! Время для него не имело значения. Не постигнет за тысячу лет – постигнет за десять тысяч! С его нынешним уровнем совершенствования он, пусть и не был силен, но вполне мог обходиться без еды. Он всегда искал тихое, уединенное место, вдали от мира. Разве можно найти место тише и уединеннее, чем Древняя Запретная Земля? Главное, чтобы Великий Ужас, обитающий здесь, не обращал внимания на такую «мелкую букашку», как он. Тогда жизнь здесь будет просто прекрасна!

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн широко улыбнулся.

— Спасибо за напоминание, великая Система! Проводя время с другими, я чуть было не забыл о своем положении.

Сказав это, он радостно направился к стоявшему неподалеку бронзовому дворцу. Цзо Синхэ скопировал для него всю Библиотеку Сюаньу, и Чэнь Чаншэн давно хотел найти время, чтобы спокойно все прочитать. А постижение золотых рун… можно отложить на несколько десятков лет. Руны никуда не денутся, не убегут же.

— Уважаемый, эта цена действительно невысока! – раздался откуда-то из черных гор Древней Запретной Земли приглушенный голос, пытающийся сторговаться. – Это же гроб из лучшего золотистого нанму! Во всей округе, на сотни километров вокруг, все знают, что у меня – лучшее соотношение цены и качества. Продавая вам по такой цене, я почти ничего не зарабатываю.

Присмотревшись, можно было увидеть молодого человека, который разговаривал сам с собой, стоя перед кучей истлевших костей.

— Это мое последнее слово. Если вы не возражаете, я буду считать, что вы согласны.

Молодой человек подождал несколько вдохов. Не услышав возражений, он проворно принялся за работу – сбор останков.

Да, этим человеком был не кто иной, как Чэнь Чаншэн, запертый в Древней Запретной Земле вот уже пятьдесят лет.

Уложив кости в гроб, Чэнь Чаншэн принялся осматривать вещи, лежавшие рядом с останками. Их было три: алхимический треножник, нефритовая табличка и маленький фарфоровый флакон.

Крак!

Едва рука Чэнь Чаншэна коснулась небольшого треножника, как на нем тут же появилась трещина. Он осмотрел два других предмета. Кроме нефритовой таблички, фарфоровый флакон постигла та же участь – он рассыпался в пыль.

— Ц-ц-ц! Время – поистине самое мощное оружие, – пробормотал Чэнь Чаншэн. – Такой хороший треножник превратился в мусор. Какая жалость.

Пробормотав это, он взял в руки нефритовую табличку. Она была изготовлена из Холодного Нефрита тысячелетней выдержки – материала настолько ценного, что за кусочек размером с ноготь пришлось бы выложить сто тысяч духовных камней. А табличка в руках Чэнь Чаншэна была размером с ладонь.

— Паста Небесного Восстановления?

Глядя на название рецепта, вырезанного на табличке, Чэнь Чаншэн склонил голову набок, пытаясь вспомнить что-нибудь о нем, но в его памяти ничего не нашлось.

Согласно описанию на табличке, эта Паста Небесного Восстановления обладала способностью обращать вспять жизнь и смерть. Неважно, насколько тяжелы были раны, неважно, подходил ли к концу срок жизни – одна лишь эта паста могла продлить ее на семь дней. Название говорило само за себя: даже если Небесная Река прорвется, это лекарство сможет ее залатать.

Изучив содержимое таблички, Чэнь Чаншэн убрал ее в Системное хранилище. Естественно, ему захотелось попробовать изготовить столь чудодейственное лекарство. Увы, его познаний пока было недостаточно, чтобы расшифровать рецепт Пасты Небесного Восстановления.

Эти кости пролежали здесь невесть сколько лет. Информация из той эпохи давно канула в Лету. Иероглифы на табличке Чэнь Чаншэн понимал лишь приблизительно, а названия упомянутых там ингредиентов ему были совершенно незнакомы. Лекарственные травы столетней или тысячелетней давности могли еще существовать, но их названия наверняка менялись бесчисленное количество раз. Имея на руках рецепт, но не имея соответствующего справочника с изображениями, Чэнь Чаншэн никак не мог изготовить Пасту Небесного Восстановления.

Успешно «продав» еще один гроб, Чэнь Чаншэн повернулся и посмотрел на бронзовый дворец, находившийся в пятистах шагах от него. Позади него, в трехстах шагах, стоял другой бронзовый дворец, из которого он и пришел.

Глядя на «далекие» пятьсот шагов, Чэнь Чаншэн прищелкнул языком, а затем лег на землю и принялся изучать золотые узоры формации под ногами.

В пятистах шагах от него находился тот самый второй бронзовый дворец, который он искал. Там же покоились и останки Цзо Хуана.

Поначалу, оказавшись в Древней Запретной Земле, Чэнь Чаншэн планировал лет двадцать-тридцать пожить спокойно, а уж потом неспешно заняться изучением золотых рун. Но всю Библиотеку Сюаньу он прочел меньше чем за десять лет. От нечего делать Чэнь Чаншэну пришлось взяться за изучение золотых узоров.

Поначалу его прогресс был мучительно медленным. За год он едва продвигался на пару сантиметров. Причем эти сантиметры золотых рун он не постигал полностью, а лишь с трудом находил безопасный способ их пересечь. Так прошло целых двадцать лет, за которые он сумел отойти от безопасной зоны своего бронзового дворца всего на пять шагов.

Именно тогда он и встретил своего первого «клиента». Увидев кости, лежащие под открытым небом, Чэнь Чаншэн не смог побороть профессиональную привычку – достал гроб и похоронил «клиента». Интересно, что многие вещи, принадлежавшие покойному, истлели, но сохранилась одна книга, сделанная из шкуры неизвестного зверя. Чэнь Чаншэн, естественно, без зазрения совести принял ее в качестве «платы».

Изучив книгу, Чэнь Чаншэн понял, что ее владелец был великим мастером формаций, а сама книга содержала все его познания за жизнь. Благодаря этой книге понимание Чэнь Чаншэном искусства формаций стремительно возросло. Кроме того, он наконец узнал название золотых узоров.

Обычные формации, как правило, использовали силу гор и рек или следовали определенным траекториям для проявления своей мощи. Но узоры в Древней Запретной Земле были иными. Они были рождены из Великого Дао, пронизывающего Небо и Землю. Точнее говоря, эти золотые узоры были одним из проявлений самого Дао, и назывались они «Дао-узоры».

В книге из звериной шкуры было сказано: «Дао-узоры способны обращать вспять горы и реки, менять местами солнце и луну. Лишь высшие существа могут ими управлять».

________________________________________

— Все-таки слишком медленно!

Успешно сделав еще один шаг, Чэнь Чаншэн посмотрел на оставшиеся четыреста девяносто девять и почувствовал, как дергается уголок его рта. Хотя после получения книги из звериной шкуры его скорость увеличилась в несколько раз, на преодоление трехсот шагов все равно ушло сорок лет. Прибавим к этому десять лет чтения – итого Чэнь Чаншэн провел в Древней Запретной Земле уже пятьдесят лет.

С момента последнего пробуждения прошло сто тридцать лет. До следующего обязательного сна оставалось меньше тридцати лет. Подумав об этом, Чэнь Чаншэн достал книгу из звериной шкуры и принялся ее перелистывать. Но сколько бы он ни смотрел, он все еще не мог распознать все иероглифы.

— Это просто нелепо! Почему нельзя было создать письменность, которая бы использовалась вечно? Если бы я мог прочесть все иероглифы, моя скорость наверняка увеличилась бы еще в несколько раз!

Немного посетовав, Чэнь Чаншэн начал возвращаться по пройденному пути. За пятьдесят лет он кое-что понял об устройстве Древней Запретной Земли. Днем здесь было относительно безопасно. Но ночью – совсем другое дело. В первые десять лет Чэнь Чаншэн не раз видел ночью за пределами бронзового дворца какие-то движущиеся тени. В этом мире не существовало призраков как таковых, но «нечто», способное передвигаться по Древней Запретной Земле, вряд ли было человеком. Поэтому, ради безопасности, Чэнь Чаншэн передвигался только днем. С наступлением ночи он возвращался в бронзовый дворец и забирался в каменный гроб Бессмертного Почтенного Ста Поражений.

Через некоторое время солнце село. Чэнь Чаншэн успешно вернулся в свой бронзовый дворец. Семь или восемь гробов, которые он «продал» за эти годы, тихо стояли снаружи. Под покровом ночи все вокруг окутала жуткая, потусторонняя атмосфера.

— Цзо Хуан, я правда не то чтобы не хочу тебя похоронить, просто мое время подходит к концу, – обратился Чэнь Чаншэн к останкам императора, лежавшим в восьмистах шагах от него. – Вы уж, ваше величество, потерпите немного. Я вернусь через некоторое время и займусь вашими похоронами.

Тридцать лет в Древней Запретной Земле пролетели как одно мгновение. За эти последние тридцать лет Чэнь Чаншэн продвинулся еще на триста шагов, но до второго бронзового дворца и останков Цзо Хуана ему все еще оставалось двести шагов. Видя, что время обязательного сна неумолимо приближается, Чэнь Чаншэну ничего не оставалось, как заключить с Цзо Хуаном «договор»: он вернется через сто лет, чтобы предать его земле.

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и вернулся в свой бронзовый дворец.

Эти восемьдесят лет в Древней Запретной Земле, можно сказать, были самым спокойным периодом в его жизни. Здесь не было ни вражды, ни интриг, ни любовных драм – лишь бесконечная, всепоглощающая тишина. Каждый день Чэнь Чаншэн занимался одним и тем же: изучал Дао-узоры и хоронил попадавшиеся на пути кости.

В процессе похорон этих безымянных останков он часто находил разные странные вещицы: ржавый железный посох, просроченные пилюли… Самой необычной находкой была большая серебряная кость. Никаких особых свойств у нее не было, но она отличалась невероятной прочностью. Поразмыслив, Чэнь Чаншэн решил ее сохранить.

________________________________________

Бронзовый дворец.

Чэнь Чаншэн убрал все свои собранные за эти годы «сокровища» в Системное хранилище, после чего лег в каменный гроб. К темноте внутри гроба он давно привык. Перед тем как погрузиться в сон, он все же озвучил свои опасения:

— Система, хоть я и провел здесь столько времени, я все еще не уверен в полной безопасности. Со мной ничего не случится во время сна?

В ответ на его сомнения в сознании Чэнь Чаншэна раздался голос Системы:

«Отвечаю Носителю: вам совершенно не о чем беспокоиться. Во время сна Носитель получает состояние неуязвимости. Ни одно существо не сможет причинить вам вред. Кроме того, во время сна все жизненные функции Носителя останавливаются. В этот момент вы ничем не отличаетесь от камня, лежащего на земле. Станет ли существо, способное угрожать Носителю, беспричинно атаковать обычный камень?»

Услышав это, глаза Чэнь Чаншэна вспыхнули.

— Система, если так, значит ли это, что во время сна я могу свободно разгуливать по Древней Запретной Земле?

«Система не рекомендует Носителю так поступать. Период неуязвимости во время сна ограничен по времени. Он длится всего десять вдохов. По истечении десяти вдохов Носитель будет принудительно пробужден».

При этих словах лицо Чэнь Чаншэна тут же вытянулось. Он уже было придумал, как использовать этот механизм неуязвимости – например, соорудить гигантскую катапульту, чтобы выстрелить себя наружу. В момент выстрела он бы мгновенно погрузился в сон. Таким образом, он мог бы свободно входить и выходить из Древней Запретной Земли. Пусть и с большими перерывами, но это был бы отличный способ. И кто бы мог подумать, что у неуязвимости от Системы есть такое ограничение! Какая жадность!

Немного посетовав на скупость Системы, Чэнь Чаншэн сказал:

— Система, начинай погружение в сон. Продолжительность – максимальная. Моих очков характеристик все еще слишком мало.

«Начинаю погружение в сон. Продолжительность сна: сто шестьдесят лет».

Едва последний слог достиг слуха Чэнь Чаншэна, его сознание полностью отключилось.

Чэнь Чаншэн погрузился в сон. Последний признак живого существа в Древней Запретной Земле исчез. Для самой огромной Запретной Земли ничего не изменилось – какой она была, такой и осталась.

________________________________________

Скррииип…

Тяжелая крышка гроба сдвинулась, и Чэнь Чаншэн в истлевшей одежде сел внутри. Размяв затекшее тело, он огляделся. Вокруг ничего не изменилось, не было даже пыли. Если бы не истлевшая одежда и сто шестьдесят новых очков характеристик на панели Системы, Чэнь Чаншэн подумал бы, что просто немного вздремнул.

— Какая гнетущая эта неизменность, – пробормотал он. – Не зря говорят: «Семь дней в горах – тысяча лет в миру». В таком месте время действительно летит слишком быстро.

Немного пофилософствовав, Чэнь Чаншэн взглянул на панель Системы в своем сознании.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 1】

【Скорость: 1】

【Защита: 91】

【Духовная сила: 0】

【Запас жизни: 320 лет】

К такому обнулению силы он давно привык. Глядя на сто шестьдесят свежих очков характеристик, Чэнь Чаншэн без малейших колебаний вложил их все в Защиту.

Закончив распределение, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул.

— Система, не могла бы ты добавить мне метки? Ну, чтобы переводить цифры характеристик в конкретные уровни совершенствования. А то я совершенно не понимаю, чего стою!

В ответ на просьбу Чэнь Чаншэна раздался холодный голос Системы:

«Добавляю метки… Метки добавлены».

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 1 [Смертный]】

【Скорость: 1 [Смертный]】

【Защита: 252 [Ранний Зародыш Души]】

【Духовная сила: 0 [Смертный]】

【Запас жизни: 320 лет】

Вскоре панель Чэнь Чаншэна немного изменилась. Рядом с каждой характеристикой появился соответствующий уровень силы. Забавно, но только Защита была помечена как «Ранний Зародыш Души», остальные же характеристики остались на уровне «Смертный».

— Ц-ц-ц! Неуязвимость для атак ниже Раннего Зародыша Души… Такая защита – уже неплохо. По крайней мере, снаружи для самосохранения должно хватить.

Сказав это, Чэнь Чаншэн сел, скрестив ноги, и начал свое первое совершенствование в Древней Запретной Земле. Сейчас у него не было ни капли совершенствования, и он не мог обходиться без пищи. Если он быстро не восстановит силы, то рискует умереть с голоду.

Огромное количество духовной энергии начало вливаться в тело Чэнь Чаншэна. Его уровень совершенствования стремительно взлетел от Сбора Ци до Зародыша Души. Причиной такой поразительной скорости был не только его Древесный Духовный корень. Главное – он был слишком хорошо знаком с этими ступенями и обладал невероятными ресурсами.

Другие тратили время, отчаянно пытаясь повысить свой уровень. Чэнь Чаншэн же тратил уйму времени на чтение. Хоть он и не искал целенаправленно методы совершенствования, он прочитал их несметное количество! Методы Обители Высшей Чистоты, Империи Сюаньу, Королевства Ночной Луны – все они были ему хорошо знакомы. Всю Библиотеку Сюаньу он помнил наизусть, книги из Книжной Могилы были зачитаны им до дыр.

Кроме того, оба его визита в Королевство Ночной Луны принесли немалую выгоду. Грандмастер Юйхуа Чжэньжэнь, Ваньянь Агудо, Молодой Мастер Лисьего Клана Ху Чжань, Молодой Мастер Тигриного Клана Линь Ху – Чэнь Чаншэн лично занимался их похоронами. А во время похорон их пространственные кольца, естественно, попали в карман Чэнь Чаншэна. В конце концов, Похоронщик не может работать себе в убыток!

Прошел час, и Чэнь Чаншэн успешно вышел из состояния медитации. Ощутив свое совершенствование на позднем этапе ступени Зародыша Души, он прищелкнул языком.

— Позднего этапа Зародыша Души должно хватить. Если бы я захотел прорваться на ступень Преобразования Духа, ушло бы лет десять, а это невыгодно.

Сказав это, Чэнь Чаншэн выбрался из каменного гроба и размял затекшее тело. Одновременно он задумался над проблемой исчезновения духовной силы. Когда он погружался в сон, все жизненные процессы в его теле останавливались. Из-за этого духовная сила внутри него медленно испарялась, подобно влаге из куска мяса. Хотя он мог быстро восстановить ее совершенствованием, необходимость каждый раз начинать заново после сна была слишком утомительной.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн достал книгу из шкуры зверя и принялся листать ее. Вскоре он нашел решение.

— Формация Небесного и Земного Уничтожения… То, что нужно!

Чэнь Чаншэн хлопнул ладонью по книге, с довольной улыбкой выбрав одну из формаций.

Формация Небесного и Земного Уничтожения была одной из трех великих смертоносных формаций, описанных в книге из шкуры зверя. Согласно описанию, для вошедшего в нее обрывался путь на небеса и путь в подземный мир – она несла гибель небесам, земле и самой жизни. Столь могущественная формация наверняка сможет запечатать его духовную силу, медленно утекающую во время сна.

Выбрав формацию, Чэнь Чаншэн радостно вышел из Древнего Бронзового Дворца и продолжил изучать Узоры Дао снаружи. Формация Небесного и Земного Уничтожения была смертоносным массивом. Превратить ее в ловушку, которая бы заточала, но не убивала – задача не из простых. Но у Чэнь Чаншэна было время. Рано или поздно он справится.

________________________________________

— Фух…

Осторожно сделав последний шаг, Чэнь Чаншэн наконец достиг безопасной зоны у другого Древнего Бронзового Дворца.

— Ваше Величество, чтобы похоронить вас, я потратил целых девяносто лет! Надеюсь, вы не заставите меня думать, что все это было зря.

Пробормотав что-то, обращаясь к костям Императора Цзо, Чэнь Чаншэн уложил его кристально чистые останки в гроб. Нижнюю половину тела Императора Цзо он так и не нашел, поэтому пришлось заменить ее деревянной резной копией.

Завершив погребение Императора Цзо, Чэнь Чаншэн по праву получил две награды: Меч Истинной Воинственности без острия и золотую пластину, которую Император Цзо использовал как Зеркало Защиты Сердца.

Рассматривая золотую пластину, Чэнь Чаншэн нахмурился и пробормотал:

— Разве это не Мистический Метод Девяти Оборотов из Империи Сюаньу? И… кажется, я где-то уже видел нечто подобное.

Он принялся рыться в своем Системном хранилище и вскоре извлек вторую золотую пластину из того же материала. Края двух пластин идеально сошлись, образовав цельную страницу. Увидев это, Чэнь Чаншэн с укором посмотрел на гроб Императора Цзо.

— Ваше Величество, это как-то нехорошо с вашей стороны! Выходит, кто-то из предков Империи Сюаньу уже бывал в Древней Запретной Земле и даже вынес отсюда кое-что! Я раньше все ломал голову: как Империя Сюаньу могла узнать о Древнем Бронзовом Дворце в Древней Запретной Земле, если никто из них здесь не был? Теперь, с этим Мистическим Методом Девяти Оборотов в качестве доказательства, загадка решена.

Сказав это, Чэнь Чаншэн снова взглянул на золотую пластину. Он не узнал ни одного из выгравированных на ней символов. То, что он опознал Мистический Метод Девяти Оборотов, было чистой случайностью. Среди вещей, которые Цзо Синхэ просил его найти, была переведенная версия этого метода. Рядом с названием «Мистический Метод Девяти Оборотов» было четыре странных символа. Чэнь Чаншэн тогда между делом спросил о них. Цзо Синхэ ответил, что эти четыре символа и означают «Мистический Метод Девяти Оборотов», но как перевести остальные письмена, никто во всей Империи Сюаньу не знал.

Тогда Чэнь Чаншэн не придал этому значения. Позже, уже попав в Древнюю Запретную Землю, он однажды нашел в земле нижнюю половину золотой пластины. Пластина была невероятно прочной, а ее края – острыми как бритва. Хотя Чэнь Чаншэн не узнал символов, он сохранил ее как коллекционный предмет. Если бы он не нашел верхнюю часть у Императора Цзо, он мог бы прожить еще десять тысяч лет и так и не узнать, что это была другая часть Мистического Метода Девяти Оборотов.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн похлопал по гробу Императора Цзо и вздохнул:

— Ваше Величество, наверное, именно так и рождаются все неразрешимые загадки этого мира. Предок Империи Сюаньу побывал в Древней Запретной Земле… Насколько же хорошо ваш предок знал это место? Боюсь, ответ знали только вы. И еще: ваш предок вынес из Древней Запретной Земли неполный свиток Мистического Метода Девяти Оборотов. Вынести что-либо из такого опасного места – уже доказывает ценность этой вещи. Теперь, когда вы мертвы, все эти тайны вы унесли с собой в гроб. Какая жалость…

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и направился к Древнему Бронзовому Дворцу. С тех пор как он узнал, что Няньшэн исчезла в телепортационном массиве одного из таких залов, он посвятил себя их изучению. На это ушло целых двести девяносто лет, и вот он достиг своей цели. Теперь нужно было выяснить все о самих Древних Бронзовых Дворцах.

________________________________________

Внутри Древнего Бронзового Дворца.

Бесчисленные узоры на стенах постоянно менялись и складывались, формируя картину, пусть и с некоторыми пробелами. В отличие от Древних Бронзовых Дворцов в Безграничном Тайном Царстве и Запретной Земле Королевства Ночной Луны, этот Дворец в Древней Запретной Земле сохранился гораздо лучше. Поэтому Чэнь Чаншэну удалось увидеть более полную картину событий.

Когда-то давно мириады живых существ, спасаясь от преследования «Гигантской Руки», обратились к некой зловещей силе. Поначалу им действительно удалось отбросить «Гигантскую Руку». Но позже они обнаружили, что эта зловещая сила начала разъедать сам мир. Столкнувшись с этой угрозой, живые существа объединились с «Гигантской Рукой» и успешно отразили атаку зловещей силы.

Хотя победа была одержана, часть зловещей силы осталась в мире. Чтобы предотвратить ее возвращение, живые существа вместе с «Гигантской Рукой» воздвигли восемнадцать Древних Бронзовых Дворцов и поручили их охрану восемнадцати разным расам. Девять из этих Дворцов находились под надзором «Гигантской Руки». Для связи между Дворцами строители, используя силы неба и земли, встроили в них Трехцветные Телепортационные Массивы. Эти массивы могли переносить на огромные расстояния, и их работе не могли помешать никакие внешние воздействия.

Казалось бы, пережив общую беду, живые существа и «Гигантская Рука» должны были жить в мире. Но кто бы мог подумать – они снова начали воевать друг с другом. Здесь повествование на стенах явно прерывалось – узоры до и после этого момента были вырезаны в разное время.

Увидев всю историю, Чэнь Чаншэн потерял дар речи. Трехцветный Телепортационный Массив изначально позволял перемещаться в заданную точку. Но после войн и разрушительного воздействия времени восемнадцать Древних Бронзовых Дворцов, скорее всего, сместились со своих первоначальных мест. А это означало, что теперь Трехцветный Телепортационный Массив мог переносить только случайным образом.

Шанс один к семнадцати… Сможет ли он действительно найти Няньшэн?

Столкнувшись с такой неопределенностью, Чэнь Чаншэн чувствовал сильное внутреннее сопротивление. Но не убедившись в безопасности Няньшэн, он не мог успокоиться.

В конце концов, он еще раз взглянул на Трехцветный Телепортационный Массив внутри Древнего Бронзового Дворца и вздохнул:

— Девчонка, ну ты и умеешь подкидывать мне проблем. Часть узоров здесь стерта. Очевидно, кто-то очень не хотел, чтобы определенные сведения стали известны. Теперь, если я хочу найти тебя, мне придется выяснить, какие именно расы охраняют восемнадцать Древних Бронзовых Дворцов. Только бы тебя не занесло к «Гигантской Руке»… иначе у меня голова пойдет кругом.

С этими словами Чэнь Чаншэн принялся изучать Трехцветный Телепортационный Массив в зале.

Узоры в этом Древнем Бронзовом Дворце также были неполными. Точнее, отсутствовали две ключевые части информации: список восемнадцати рас-стражей и сведения о происхождении «Гигантской Руки».

Еще в запретной земле Королевства Ночной Луны он заметил, что информация об этих восемнадцати расах была частично стерта. Сначала он подумал, что это Грандмастер Юйхуа не хотел, чтобы другие знали слишком много. Но теперь стало ясно, что ситуация, вероятно, сложнее.

Существо, способное проникнуть в Древнюю Запретную Землю и стереть узоры, должно обладать невообразимой силой. Или же… эти узоры были стерты намеренно неким великим ужасом, обитающим в самой Древней Запретной Земле.

Кроме того, восемнадцать Древних Бронзовых Дворцов сместились со своих мест. По идее, то, что они подавляли внизу, давно должно было вырваться на свободу. Но этого не произошло. Зловещая сущность в Безмерном Тайном Царстве была уничтожена. Это означало, что некое существо молча устраняет эти угрозы.

Какое бы из этих предположений ни было верным, стоящие за этим силы были не тем, с чем Чэнь Чаншэн мог бы сейчас связываться.

________________________________________

Время шло. Чэнь Чаншэн потратил два месяца, чтобы наконец разобраться, как активировать Трехцветный Телепортационный Массив. Столь быстрая работа объяснялась двумя причинами. Во-первых, его познания в искусстве формаций значительно возросли. Во-вторых, он уже имел дело с Трехцветным Телепортационным Массивом, когда чинил Древний Бронзовый Дворец в Безмерном Тайном Царстве. Хотя тот массив был сильно поврежден, Чэнь Чаншэн все же накопил немало опыта.

Извлекая духовную силу из духовных камней, он наполнял ею Трехцветный Телепортационный Массив. По мере поступления энергии массив начал светиться. Основываясь на своем понимании, Чэнь Чаншэн восстановил некоторые мелкие недостающие участки и скорректировал положение трехцветных рун, которые могли сместиться.

Наконец, Трехцветный Телепортационный Массив заработал в штатном режиме.

Глядя на сияющий перед ним массив, Чэнь Чаншэн с трудом сглотнул и достал каменный гроб Бессмертного Почтенного Ста Поражений.

Забравшись внутрь, Чэнь Чаншэн сложил руками магическую печать и быстро закрыл крышку. Он не до конца разобрался в этом Трехцветном Телепортационном Массиве; то, что ему удалось заставить его работать, уже было пределом его возможностей. Кто знает, какие сюрпризы может преподнести модифицированный им массив? В такой ситуации он ни за что не рискнул бы телепортироваться просто так, без защиты.

Вжух!

Трехцветный Телепортационный Массив вспыхнул, и каменный гроб мгновенно исчез.

Дзинь! Дзинь! Дзинь!

Непрекращающийся скрежет и удары эхом отдавались внутри каменного гроба. Чэнь Чаншэн, обливаясь холодным потом, зажал уши. Обладая глубокими познаниями в формациях, он легко догадался, что происходит снаружи. Прямо сейчас бесчисленные пространственно-временные разломы резали и кромсали каменный гроб. Такая ситуация означала, что с телепортационными массивами на обоих концах возникла проблема. Из-за несоответствия массивов и возникло столько опасных разломов.

«К счастью, я был достаточно осторожен! – с запоздалым страхом подумал Чэнь Чаншэн. – Если бы я телепортировался без гроба, от меня бы уже и пыли не осталось».

Вздохнув с облегчением, он принялся терпеливо ждать.

________________________________________

— Ху-ху! Ха! Хей!

Несколько сотен крепких мужчин в звериных шкурах, с кожей цвета старой бронзы, танцевали вокруг костра, похоже, совершая какой-то ритуал. Неподалеку от костра возвышался большой бронзовый алтарь, перед которым старый верховный жрец непрерывно кланялся и что-то бормотал.

Вжух!

Внезапно давно потухший алтарь вспыхнул ослепительным трехцветным светом. Это зрелище ошеломило не только танцующих внизу людей, но и самого верховного жреца у алтаря.

Все присутствующие: ???

Этот ритуал проводился каждые десять лет и, по идее, был простой формальностью! Почему алтарь вдруг отреагировал?

Грохот!

Тяжелый каменный гроб с силой рухнул на алтарь. Трехцветные руны массива, и без того едва различимые, окончательно рассыпались.

Перед лицом столь странного события все замолчали.

Скрип…

Каменный гроб на алтаре зашевелился. Это заставило участников ритуала испуганно отступить на шаг.

Крышка гроба сдвинулась, и из него село «существо» в «странной» одежде, с нежной, белой кожей. В тот же миг, как это «существо» село, несколько тысяч пар глаз устремились на него.

Чэнь Чаншэн: «…»

«Да ладно! Едва приземлился – и сразу такая сцена! Как тут вообще выживать?!»

Да, человеком на алтаре был не кто иной, как Чэнь Чаншэн, только что выбравшийся из Древней Запретной Земли с помощью Трехцветного Телепортационного Массива.

Окинув взглядом расколотый массив, а затем плотное кольцо окруживших его людей, Чэнь Чаншэн после секундного размышления решил попытаться наладить с ними дружеский контакт.

— Где я? – осторожно спросил он.

Видя, что реакции нет, Чэнь Чаншэн перешел на другой язык. Благодаря своей начитанности, он владел десятками языков. Язык этих людей вряд ли был общим наречием Великой Династии Гань или Империи Сюаньу. Чтобы понять, где он находится, нужно было сначала решить проблему общения.

Так Чэнь Чаншэн перепробовал двадцать восемь языков подряд. Наконец, когда он заговорил на одном из древних, частично забытых наречий, верховный жрец рядом с алтарем отреагировал.

— Это Сто Тысяч Великих Гор. Кто ты?

Решив проблему с языком, Чэнь Чаншэн облегченно выдохнул.

— Я чужеземец. Я не очень хорошо знаю ваш язык. Можем ли мы общаться с помощью Божественного Сознания?

Верховный жрец кивнул и высвободил поток Божественного Сознания, коснувшись Чэнь Чаншэна. Что странно, хотя жрец выглядел внушительно и обладал мощной аурой, его Божественное Сознание было невероятно слабым. По силе оно уступало даже Божественному Сознанию совершенствующегося ступени Золотого Ядра.

Хотя ситуация была странной, Чэнь Чаншэн не стал над этим задумываться. Сейчас он хотел лишь как можно скорее починить Трехцветный Телепортационный Массив и убраться отсюда.

Однако в тот миг, когда их Божественные Сознания соприкоснулись, верховный жрец был мгновенно парализован ужасающей мощью Божественного Сознания Чэнь Чаншэна. Он тут же рухнул на колени и принялся взволнованно бить поклоны, затем обернулся и приказал своим соплеменникам делать то же самое.

Жрец говорил слишком быстро, к тому же на малознакомом Чэнь Чаншэну языке, поэтому тот поначалу ничего не понял. Однако из потока речи жреца он все же смог вычленить несколько знакомых слов:

— Небесный Бог… благодарим… Белый Шаман…

Чэнь Чаншэн: «…»

«Они что, приняли меня за какого-то всемогущего эксперта? Похоже, быстро уйти отсюда мне не удастся…»

— Божественный Посланник, прошу вас, угощайтесь.

Верховный жрец почтительно покинул комнату. Перед Чэнь Чаншэном на столе стояло множество блюд из неизвестного мяса и свежие духовные фрукты.

Глядя на все это, Чэнь Чаншэн лишь беспомощно улыбнулся и обратился с помощью Божественного Сознания к стоявшей рядом девушке:

— Я один столько не съем. Присоединяйся ко мне.

Услышав его, девушка поспешно замотала головой и быстро затараторила что-то на своем языке. Хотя Чэнь Чаншэн не понимал ее слов, он примерно догадался об их смысле.

— Раз ты не хочешь есть, может, тогда научишь меня вашему языку? – улыбнулся он. – Я его не очень хорошо понимаю.

Девушка с радостью кивнула на его просьбу и тут же принялась обучать Чэнь Чаншэна местному наречию.

________________________________________

Долгая ночь быстро пролетела. За ночь обучения Чэнь Чаншэн наконец смог сносно понимать местный язык. Заодно он узнал от девушки кое-что об этом месте.

У этой земли не было конкретного названия, ее называли просто «Сто Тысяч Великих Гор». Насколько обширны были эти горы, никто не знал – с древних времен никому еще не удавалось выбраться из них.

Кроме того, здешняя система совершенствования оказалась весьма интересной. Здесь не развивали физическое тело, не взращивали внутреннее ядро – все силы были сосредоточены на разведении Насекомых Гу. Эти Насекомые Гу имели самое разное применение: ими можно было убивать врагов, а можно было и лечить.

Однако у такого пути был фатальный недостаток: он не позволял эффективно укреплять Божественное Сознание.

Чэнь Чаншэн не любил само совершенствование, но обожал изучать формации. А изучение формаций во многом требовало использования Божественного Сознания. В результате долгих лет практики Божественное Сознание Чэнь Чаншэна, находящегося на ступени Зародыша Души, стало сильнее, чем у некоторых экспертов ступени Преобразования Духа. Именно поэтому Верховный жрец отнесся к нему с таким благоговением.

— Ладно, на сегодня пока хватит. А Мань, иди отдохни, – сказал Чэнь Чаншэн, увидев забрезживший за окном рассвет и заметив усталость на лице девушки из Племени Белых Шаманов.

А Мань послушно кивнула и направилась к выходу. Но на полпути она вдруг упала на колени и взмолилась:

— Божественный Посланник! Умоляю вас, спасите Племя Белых Шаманов! Если так пойдет и дальше, эти Черные Шаманы нас всех истребят!

Слушая ее мольбы, Чэнь Чаншэн лишь беспомощно вздохнул. Он совершенно не хотел вмешиваться в эту межплеменную вражду. В мире и без того хватало резни и войн. Если он будет помогать каждому, ему просто не хватит ни сил, ни времени.

Кроме того, помимо конфликта между Белыми и Черными Шаманами, перед ним стояла еще одна проблема – починка Трехцветного Телепортационного Массива. Он осмотрел алтарь и убедился, что это действительно часть Древнего Бронзового Дворца. Точнее, лишь его основание. Сама «оболочка» дворца давно исчезла.

Для восстановления Трехцветного Телепортационного Массива требовалось много материалов, и самый главный из них – металл, из которого был отлит Древний Бронзовый Дворец. Племя Белых Шаманов, как коренные жители этих мест, знали их лучше всех. Без их помощи где ему искать пропавший Древний Бронзовый Дворец?

Но чтобы просить о помощи, нужно сначала помочь им самим. Иначе они вряд ли согласятся.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн сказал:

— Я не слишком разбираюсь в ваших делах с Племенем Черных Шаманов, но могу попробовать выступить посредником. Получится или нет – зависит от воли Небес, я ничего не гарантирую.

Услышав ответ Чэнь Чаншэна, А Мань радостно поблагодарила его и выбежала из комнаты. Проводив ее взглядом, Чэнь Чаншэн с улыбкой покачал головой.

— Какие же здесь люди простые… В другом месте меня бы уже, наверное, схватили и принялись изучать под микроскопом.

С этими мыслями он продолжил осваивать язык Белых Шаманов, размышляя, как бы ему уладить конфликт между двумя племенами.

________________________________________

— Божественный Посланник, впереди – стойбище Племени Черных Шаманов.

Верховный жрец указал на видневшееся вдалеке поселение. В его голосе слышалось волнение, похожее на возбуждение ребенка, который собирается нажаловаться родителям.

Глядя на стойбище Черных Шаманов, Чэнь Чаншэн слегка нахмурился. Поселения Белых и Черных Шаманов находились недалеко друг от друга – всего в паре-тройке ли (Прим.: 1-1.5 км). Такое близкое соседство казалось нелогичным. Судя по всему, вражда между племенами была глубокой. Почему же они до сих пор не перебили друг друга, живя так близко?

Пока Чэнь Чаншэн размышлял над этим, Верховный жрец крикнул в сторону стойбища Черных Шаманов:

— А ну-ка позовите мне вашего вождя! Скажите, Божественный Посланник прибыл!

В ответ двое молодых стражей из Племени Черных Шаманов послушно отправились за вождем.

Чэнь Чаншэн: ???

«Стоп, что происходит? Ты находишься на территории врага, а говоришь таким тоном? И почему Черные Шаманы так тебя слушаются? Ты что, старик, наплел мне сказок?!»

Не успел Чэнь Чаншэн разобраться в ситуации, как из стойбища густой толпой вышли Черные Шаманы. Во главе их шел смуглый мужчина средних лет. Увидев необычный наряд Чэнь Чаншэна, мужчина помедлил, а затем осторожно коснулся его своим Божественным Сознанием.

В ответ на эту «слабую» пробу Чэнь Чаншэн лишь слегка оттолкнул его своим Божественным Сознанием.

Плюх!

Ответный импульс Чэнь Чаншэна мгновенно заставил мужчину пошатнуться и сплюнуть кровь. Увидев, что их вождь ранен, Черные Шаманы тут же призвали бесчисленные рои ядовитых насекомых, окруживших Чэнь Чаншэна плотным кольцом.

Глядя на кишащих вокруг ядовитых тварей, Чэнь Чаншэн окончательно потерял дар речи. Потому что Верховный жрец Белых Шаманов остался невредим. Напали только на него одного.

Чэнь Чаншэн: «…»

«Это уже перебор! Вы же вроде враждуете друг с другом, почему нападаете только на меня? И потом, я ведь использовал совсем капельку Божественного Сознания, с чего он кровью-то плюнул? Этот человек выглядит как ваш вождь, не может же он быть настолько слабым! Вы что, решили инсценировать нападение, чтобы подставить меня?»

Пока Чэнь Чаншэн раздумывал, не уложить ли ему всех присутствующих и просто уйти, сплюнувший кровь мужчина поднялся на ноги и закричал:

— Всем убрать Насекомых Гу! Не сметь проявлять неуважение к Божественному Посланнику!

Остановив своих соплеменников, мужчина почтительно обратился к Чэнь Чаншэну:

— Это я только что оскорбил Божественного Посланника своим невежеством. Прошу прощения у Божественного Посланника. Племя Черных Шаманов не имеет ни малейшего…

— Погодите! – прервал его Чэнь Чаншэн. – Почему вы решили, что я – Божественный Посланник?

— Потому что Верховный жрец сказал, что вы – Божественный Посланник. И Божественный Посланник только что сам подтвердил свой статус.

— Но, насколько я знаю, Черные и Белые Шаманы – враги?

— Верно.

— И ты веришь его словам?

— Верю.

Чэнь Чаншэн: «…»

«Что-то тут не сходится! Ваша логика меня совершенно сбивает с толку».

Странные «вражеские» отношения между Белыми и Черными Шаманами сбивали Чэнь Чаншэна с толку. Чтобы разобраться в ситуации, он попросил Верховного жреца и вождя Племени Черных Шаманов объяснить все начистоту.

Выслушав их рассказ, Чэнь Чаншэн подвел итог:

— Значит, Белые и Черные Шаманы изначально были одним народом. Но когда жизнь стала невыносимой, вы изгнали часть своих соплеменников.

— Верно, – подтвердил вождь Черных Шаманов. – Предки оставили нам завет: если Племя Шаманов столкнется с неразрешимой трудностью, оно должно разделиться на две части – сильную и слабую. И с этого момента их судьбы не должны пересекаться, они живут и умирают порознь.

Услышав это, Чэнь Чаншэн не знал, что и сказать. Такой метод, без сомнения, был эффективен для сохранения рода. Но в то же время он был неимоверно бесчеловечен. Наблюдать, как умирают твои родные и друзья, зная, что ты мог бы помочь, но не имеешь права… Это была, пожалуй, самая жестокая пытка на свете.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн спросил:

— Судя по вашему виду, разделение произошло не так давно. Что же заставило вас пойти на такой шаг?

Вождь Черных Шаманов помедлил, прежде чем ответить:

— Жизнь в Ста Тысячах Великих Гор всегда была трудна, но наше племя кое-как выживало. Однако три года назад на наши земли пришел Громовой Зверь. Он постоянно теснил нас, отбирая жизненное пространство. Если бы не крайняя нужда, разве мы изгнали бы собственных соплеменников?

— Громовой Зверь?

Услышав это название, Чэнь Чаншэн порылся в своей памяти и вскоре нашел информацию об этих существах.

Громовые Звери были могущественными представителями Расы Зверей. Раса Зверей и Раса Яо имели некоторое сходство, но не были идентичны. Яо происходили от обычных животных, обретших разум и способность принимать человеческий облик. Звери же были древней расой, сохранившейся с незапамятных времен. Их кровь была сильнее, чем у Яо, и с рождения они обладали невероятными врожденными божественными способностями.

Кроме того, в отличие от Яо, которые часто жили бок о бок с людьми, Звери люто ненавидели человечество и считали Яо позором своего рода. Они верили, что звериный облик – сильнейшая форма жизни в этом мире, и отказ от него ради человеческого облика был предательством своей расы.

Упорядочив информацию о Расе Зверей, Чэнь Чаншэн сказал:

— Сила Расы Зверей неоспорима. Вашему племени в его нынешнем состоянии будет трудно им противостоять. Давайте поступим так: я помогу вам найти новое место для жизни, а вы поможете мне кое в чем. Как вам такое предложение?

— Благодарим вас, Божественный Посланник! – радостно согласился Верховный жрец Белых Шаманов. В текущей ситуации именно его племя было обречено на вымирание. Возможность избежать гибели, естественно, его обрадовала.

Однако вождь Черных Шаманов воспринял эту новость без особого энтузиазма.

— Божественный Посланник, вы, возможно, не до конца понимаете, что такое Сто Тысяч Великих Гор. Повсюду ядовитые миазмы, кишат ядовитые насекомые и свирепые звери. Найти подходящее место для жизни здесь труднее, чем взобраться на небеса.

— Все в руках человека, верно? – возразил Чэнь Чаншэн. – Сначала поищем, а потом уже будем говорить, можно найти или нет. Если действительно не найдем, тогда поступите согласно завету предков.

Раз уж разговор зашел так далеко, вождю Черных Шаманов ничего не оставалось, как согласиться. В конце концов, он тоже не хотел видеть гибель своих бывших соплеменников.

— Осмелюсь спросить, Божественный Посланник, какое дело привело вас сюда? Наше племя окажет вам всевозможную помощь.

— Ничего особенного. Я ищу одну вещь – Древний Бронзовый Дворец. Вы должны были его видеть.

При упоминании Древнего Бронзового Дворца лица шаманов мгновенно изменились.

— Что такое? – спросил Чэнь Чаншэн. – С этим дворцом какие-то проблемы?

— Божественный Посланник, мы знаем, о каком Древнем Бронзовом Дворце вы говорите, – ответил вождь. – Раньше это было местом поклонения нашего племени. Но три года назад Громовой Зверь унес его. Мы не смогли ему противостоять.

Видя встревоженное лицо вождя, Чэнь Чаншэн мгновенно понял, в чем дело. Они наверняка подумали, что он попросит их отобрать Древний Бронзовый Дворец у Громового Зверя.

— Достаточно знать, где он находится, – улыбнулся Чэнь Чаншэн. – Об остальном я позабочусь сам. Кто-нибудь из вас знает, где обитает этот Громовой Зверь? Я хотел бы с ним поговорить. В конце концов, не все представители Расы Зверей абсолютно упрямы и неразумны.

— Я знаю, где Громовой Зверь! Я отведу вас! – едва Чэнь Чаншэн закончил говорить, как вперед выступил юноша с простодушным лицом.

Увидев его, вождь Черных Шаманов тут же рявкнул:

— А Ли, вернись! Не лезь, когда взрослые разговаривают!

Но юноша не отступил и громко возразил:

— Отец, мне уже шестнадцать! В прошлом месяце я прошел обряд совершеннолетия! Я больше не ребенок! Я хочу помочь нашему племени! Я не хочу, чтобы дедушка-жрец и остальные умерли! Только я знаю, как пройти к Пещере Водной Луны! Я лучший проводник!

Услышав слова А Ли, губы вождя дрогнули, но в итоге он не стал его останавливать. Идти к Громовому Зверю было невероятно опасно. Хоть он и был отцом, он также был вождем Племени Шаманов и должен был относиться ко всем соплеменникам одинаково.

Стиснув зубы, вождь сказал:

— Раз ты так решил, тогда веди Божественного Посланника к Пещере Водной Луны. Но помни: Божественный Посланник не знаком с опасностями Ста Тысяч Великих Гор. Ты должен защищать его.

— Не волнуйся, отец! Я не позволю, чтобы с Божественным Посланником что-то случилось! – радостно ответил А Ли и подбежал к Чэнь Чаншэну. – Божественный Посланник, я готов! Когда отправляемся?

— Прямо сейчас.

С этими словами Чэнь Чаншэн схватил А Ли за руку, и они исчезли.

________________________________________

— Божественный Посланник, не летите слишком высоко, иначе на нас нападут свирепые звери!

А Ли указывал дорогу и попутно объяснял Чэнь Чаншэну, как избегать различных опасностей. Надо сказать, его советы были весьма полезны. По пути им действительно встретилось немало могучих свирепых зверей, столкновение с некоторыми из которых доставило бы немало хлопот даже Чэнь Чаншэну.

Пейзаж вокруг стремительно менялся. А Ли с восхищением смотрел на Чэнь Чаншэна, поражаясь его силе.

— Божественный Посланник, вы ведь поможете Племени Шаманов выбраться из беды, правда?

Чэнь Чаншэн усмехнулся:

— Я могу помочь вам лишь в некоторых аспектах. Сможете ли вы выбраться из беды, зависит от ваших собственных усилий. В этом мире надеяться на других всегда хуже, чем надеяться на себя. К тому же, для вас я лишь случайный прохожий. Я не останусь здесь навсегда. В будущем вы сможете полагаться только на себя.

С этими словами Чэнь Чаншэн остановился перед огромной пещерой. Поправив одежду, он сложил руки в приветственном жесте и громко крикнул:

— Совершенствующийся из расы людей Чэнь Чаншэн просит аудиенции!

Шшшш!

Плюх!

Не успел он договорить, как сверху на него обрушился поток какой-то жидкости, окатив с головы до ног. Следом из пещеры высунулась громадная голова.

Глядя на себя, покрытого непонятной субстанцией, Чэнь Чаншэн остолбенел. Если он не ошибался, это была… слюна.

— Ничтожный муравей, убирайся! – прорычал голос из пещеры.

Плюх!

Еще один обильный поток слюны обрушился на Чэнь Чаншэна, снова окатив его с головы до ног.

Замерев на мгновение, Чэнь Чаншэн молча вытер лицо и, не говоря ни слова, развернулся и пошел прочь, уводя за собой А Ли. Увидев его бесстрастное лицо, А Ли робко спросил:

— Божественный Посланник, вы в порядке?

— В порядке, – ответил Чэнь Чаншэн. – Но я хочу тебе кое-что сказать. Я передумал уходить отсюда в ближайшее время. Убью этого Громового Зверя – вот тогда и покину Сто Тысяч Великих Гор.

Стремительно несясь с А Ли сквозь лесную чащу, Чэнь Чаншэн внешне оставался бесстрастным, но внутри него впервые за несколько сотен лет кипела ярость.

С тех пор как он обрел долгую жизнь, Чэнь Чаншэн всегда придерживался принципа доброжелательности ко всем. За сотни лет он ни разу никого не убил. Даже Грандмастера Юйхуа он не лишил жизни собственными руками.

Но теперь в него, всегда стремившегося к миру, плюнули. Дважды!

Почему он так поступил?! Я не провоцировал его, не искал с ним вражды. У него не было причин так поступать!

И какое он имел право?! Всего лишь Громовой Зверь ступени Преобразования Духа!

Совершенствующихся ступени Преобразования Духа я встречал немало, и все они были прославленными личностями. Вожак волков Королевства Ночной Луны Ваньянь Агудо, Патриарх Обители Высшей Чистоты Грандмастер Юйхуа…

Кроме этих могучих фигур ступени Преобразования Духа, я встречал и существ, намного превосходящих их силой. Например, Император Сюаньу, ступивший на седьмую ступень совершенствования, или Великий Ужас Древней Запретной Земли, который невозможно описать словами.

Даже такие могущественные существа не плевали в меня!

Я – истинный ученик Обители Высшей Чистоты, почетный гость Империи Сюаньу, Похоронщик, идущий сквозь реку времени. Бесчисленные гении – мои друзья, великие мастера, способные двигать горы и осушать моря, беседуют со мной запросто.

Учитывая все это, какое право имел какой-то Громовой Зверь плевать в меня?!

Подстегиваемый гневом, Чэнь Чаншэн двигался еще быстрее и вскоре вернулся в поселение Племени У.

Едва они приземлились, как Великий Жрец и Вождь Клана тут же подошли, желая расспросить о случившемся. Но Чэнь Чаншэн опередил их:

— Вы считаете меня Посланником Богов, значит, должны верить в мои способности. Я собираюсь в течение десяти лет уничтожить Громового Зверя из Пещеры Водной Луны. Если верите, что я смогу победить – помогите мне. Если не верите – уходите как можно скорее, чтобы потом не пострадать ненароком.

Сказав это, Чэнь Чаншэн развернулся и ушел, оставив ошеломленных Великого Жреца и Вождя Клана позади.

________________________________________

Внутри деревянного дома.

Чэнь Чаншэн непрерывно чертил что-то на куске древесной коры, очевидно, обдумывая какой-то план. В этот момент вошла А Мань с подносом свежих Духовных Фруктов.

— Господин Посланник Богов, отведайте Духовных Фруктов, успокойте гнев.

Чэнь Чаншэн, даже не поднимая головы, ответил:

— Я знаю, у вас есть Завет Предков – не враждовать с теми, кто выходит с алтаря. Хотя завет и правильный, но времена меняются. Я – не тот, о ком говорится в вашем завете. Не нужно называть меня Посланником Богов. Если хочешь, можешь звать меня старший брат Чаншэн. Что до Громового Зверя – это наше с ним личное дело, Племя У оно не затронет, можешь не беспокоиться.

Услышав это, А Мань сказала:

— Посланник… Старший брат Чаншэн, я хотела сказать не об этом.

Чэнь Чаншэн поднял голову и удивленно посмотрел на девушку.

— Не об этом? А о чем тогда?

В больших, ясных глазах А Мань мелькнуло мечтательное выражение.

— Старший брат Чаншэн, я с детства слышала, что за горами есть другой мир. Но никто из Племени У не знает, каков он. Ты ведь пришел извне? Можешь рассказать мне, какой он, тот мир?

Глядя в ее полные надежды глаза, Чэнь Чаншэн немного подумал и ответил:

— Мир за горами очень интересен. Но я не советую тебе стремиться узнать его.

— Почему?

— Потому что внешний мир опаснее ядовитых тварей и свирепых зверей этих Ста Тысяч Гор. Во внешнем мире смерть иногда становится избавлением.

С этими словами Чэнь Чаншэн снял с пояса деревянную фигурку и протянул ее А Мань вместе с куском коры, на котором чертил.

— Передай кору Вождю Клана Гу Ли. Пусть расположат все так, как здесь указано. Если я не ошибаюсь, вы все же решите помочь мне против Громового Зверя. А эту фигурку… дарю тебе. С тех пор как я здесь появился, ты все время на нее смотришь. Мне даже неловко стало.

От его слов щеки А Мань мгновенно покраснели.

— Старший брат Чаншэн, я не…

— Думаешь, я не вижу? Обычная деревяшка, ничего особенного. Хочешь – бери, играй.

На поясе у Чэнь Чаншэна висела фигурка милой, пухлой овечки. Он часто занимался резьбой по дереву, и его мастерство было неоспоримо. А Мань, выросшая в изоляции этих гор, вполне естественно заинтересовалась такой необычной вещицей.

— Спасибо, старший брат Чаншэн!

А Мань радостно поблагодарила его и выпорхнула из комнаты. Проводив ее взглядом, Чэнь Чаншэн улыбнулся и снова сосредоточился на проблеме Громового Зверя.

Звери обычно живут стаями. Сам Громовой Зверь ступени Преобразования Духа из Пещеры Водной Луны его не слишком беспокоил. По-настоящему Чэнь Чаншэн опасался его сородичей.

Ударил по малому – пришел старший. Ударил по старшему – пришел еще старше. В мире совершенствующихся это было обычным делом. Именно поэтому Чэнь Чаншэн тратил столько сил на подготовку. Уничтожить целый род – дело не простое.

Он действительно стремился к миру, но никогда не был тем, кого можно безнаказанно обижать. Обиду за те два плевка он так просто не оставит.

________________________________________

По указанию Чэнь Чаншэна Племя У с энтузиазмом принялось за работу. Одно за другим падали вековые деревья. Люди племени с помощью инструментов вырезали на земле множество странных узоров.

Чэнь Чаншэн наблюдал за ходом работ над формацией, время от времени указывая на ошибки. К нему подошел Вождь Клана Гу Ли.

— Божественный Посланник, эти штуки помогут прогнать Громового Зверя?

— Вовсе нет. Это всего лишь улучшенная мной Формация Сбора Духовной Энергии. Она не только собирает духовную энергию, но и защищает от ядовитых миазмов в горах. Я понаблюдал за вашим искусством Гу-червей. Их сила немала, но вам не повезло столкнуться с их естественным врагом – Громовым Зверем. Его прочная чешуя защищает от большинства Гу-червей, а его врожденная божественная способность полностью подавляет их. Если бы не это, ваше положение не было бы столь плачевным.

Услышав анализ Чэнь Чаншэна, Гу Ли горько усмехнулся.

— Божественный Посланник прав. Наше Племя У выжило в этих горах, потому что мы умеем справляться с опасностями. К несчастью, наш Золотой Шелкопряд Гу был утерян. Иначе мы бы наверняка смогли справиться с Громовым Зверем.

— Золотой Шелкопряд Гу? Что это такое?

— Это самый могущественный Гу-червь нашего племени. Точнее, его следует называть Богом Гу. Легенды гласят, что Золотой Шелкопряд Гу может пожрать все на свете, даже чешуя Громового Зверя не станет для него преградой.

Выслушав описание Гу Ли, Чэнь Чаншэн кивнул:

— Действительно хорошая вещь, жаль только, что утеряна. Раз ваши методы не помогают против Громового Зверя, почему бы не попробовать мой? Я вижу, все люди Племени У обладают крепкими телами и отлично подходят для практики техник закалки тела. Вот два метода совершенствования, возьмите их пока. Когда поднимете силу соплеменников, тогда и будете решать дальше. Кстати, вы можете не понять моих иероглифов, но я уже объяснил их значение А Мань, так что спрашивайте у нее.

Приняв два куска древесной коры из рук Чэнь Чаншэна, вождь Гу Ли расплылся в широкой улыбке.

— Благодарим вас, Божественный Посланник! Мы не посрамим ваших ожиданий!

Сказав это, Гу Ли ушел вместе с техниками.

После его ухода Чэнь Чаншэн не стал задерживаться в поселении Племени У, а нашел уединенное место, чтобы изучить Мистический Метод Девяти Оборотов. Раньше он не любил совершенствоваться, потому что ему не нужно было сражаться. Но теперь, когда война была на носу, Чэнь Чаншэн решил «немного» потренироваться.

________________________________________

— Не может быть! Почему же эта Техника Девяти Оборотов никак не поддается?

Чэнь Чаншэн смотрел на свиток с «Мистическим Методом Девяти Оборотов» и никак не мог понять, в чем дело. Перевод верхней части Цзо Синхэ давно передал ему. Основываясь на этой переведенной части, Чэнь Чаншэн путем обратной дедукции восстановил полный перевод всего метода. Но после того, как он его перевел, метод перестал работать.

Он снова и снова перечитывал золотую страницу, пытаясь понять, где допустил ошибку. В этот момент из-за камня робко выглянул А Ли.

— Божественный Посланник, что вы делаете?

Чэнь Чаншэн мельком взглянул на простодушного А Ли и равнодушно ответил:

— Ничего особенного, изучаю кое-что. А ты зачем пришел?

Говоря это, Чэнь Чаншэн небрежно отложил золотую страницу в сторону. Иероглифы на ней были никому не известны, так что он не боялся, что А Ли сможет что-то подсмотреть и выучить.

Услышав вопрос, А Ли покраснел и, потирая руки, сказал:

— Божественный Посланник, вы такой могущественный… Я хотел бы попроситься к вам в ученики.

— Об ученичестве можешь и не думать, я никогда не беру учеников. Те два метода, что я дал вождю Гу Ли, весьма неплохи. Усердно тренируйся по ним, и твои будущие достижения будут немалыми.

Увидев столь решительный отказ, А Ли не смог скрыть разочарования. Однако, уже собираясь уходить, он заметил золотую страницу рядом с Чэнь Чаншэном и бросил невзначай:

— Божественный Посланник и впрямь удивителен. Эта Техника Сокровенных Трансформаций – уже по названию слышно, что это очень могущественный метод.

— Погоди!

А Ли просто пытался завязать разговор, чтобы сгладить неловкость, но Чэнь Чаншэн ошеломленно остановил его.

— Божественный Посланник, что-то еще?

— Ты только что сказал… Как ты сказал?

— Техника Сокровенных Трансформаций же!

Услышав, как А Ли без колебаний произнес незнакомое, но смутно знакомое название, Чэнь Чаншэн тут же схватил золотую страницу и спросил:

— Ты… можешь прочесть, что здесь написано?

— А что тут непонятного? Среди молодежи племени я знаю больше всего иероглифов.

— Я не об этом. Я имею в виду, откуда ты знаешь эти иероглифы?

— Божественный Посланник, что с вами? Это же письменность Племени У, почему я не должен ее знать?

Ответ А Ли поверг Чэнь Чаншэна в ступор. Он никак не ожидал такого совпадения. Да, он выучил язык Племени У, но он учился у А Мань только разговорной речи и никогда не видел их письменности. Кроме того, хотя Чэнь Чаншэн и встречал обрывочные сведения о языке Племени У в некоторых древних текстах, там говорилось лишь, что это очень древний язык, и приводились некоторые примеры произношения. Самих же иероглифов Племени У Чэнь Чаншэн никогда не видел.

Поэтому он подсознательно решил, что у языка Племени У нет письменности, и это лишь малый язык, передаваемый из уст в уста. В конце концов, такое случалось нередко.

Осознав это, Чэнь Чаншэн криво усмехнулся и поманил А Ли рукой:

— А Ли, подойди, помоги мне перевести то, что здесь написано.

Увидев, что Чэнь Чаншэн просит его о помощи, А Ли очень обрадовался. Примерно через четверть часа он перевел весь текст.

Выслушав перевод А Ли, Чэнь Чаншэн мысленно закатил глаза. Мистический Метод Девяти Оборотов считался вторым по силе методом совершенствования в Империи Сюаньу. За тысячи лет мало кто смог его освоить, а те, кому это удавалось, не достигали той мощи, о которой говорилось в легендах. Теперь Чэнь Чаншэн наконец понял причину.

Древние предки Империи Сюаньу с самого начала перевели его неправильно! «Технику Сокровенных Трансформаций» они умудрились перевести как «Мистический Метод Девяти Оборотов». Из четырех иероглифов названия они переврали два! Что уж говорить об остальном тексте.

Мысленно отпустив пару колкостей в адрес предков Империи Сюаньу, Чэнь Чаншэн посмотрел на А Ли.

— А Ли, похоже, эта удача сама нашла тебя. Раз уж ты перевел Технику Сокровенных Трансформаций, я передам этот метод совершенствования тебе.

Услышав это, А Ли тут же собрался пасть на колени и просить взять его в ученики, но невидимая сила остановила его.

— Не торопись. Я передаю тебе этот метод, потому что тебе выпал такой шанс, но это не значит, что я беру тебя в ученики. Кроме того, изучив Технику Сокровенных Трансформаций, ты никому не должен о ней рассказывать, даже своим соплеменникам. Происхождение этого метода слишком велико. Если ты проболтаешься, то можешь навлечь на Племя У смертельную беду.

А Ли серьезно кивнул:

— Не волнуйтесь, Божественный Посланник, я никому не скажу.

— Вот и хорошо. И еще, не называй меня больше Божественным Посланником. Зови меня Наставник.

— Хорошо, Наставник.

После этого Чэнь Чаншэн начал объяснять А Ли основы совершенствования. Техника Сокровенных Трансформаций была хороша, но это был глубокий и таинственный метод. Без базовых знаний А Ли не смог бы его практиковать.

________________________________________

Прошло два часа. Чэнь Чаншэн передал А Ли все необходимые основы.

— Ладно, на сегодня лекция окончена. Возвращайся и хорошенько все осмысли.

— А Ли запомнил!

Когда А Ли ушел, Чэнь Чаншэн снова посмотрел на золотую страницу с Техникой Сокровенных Трансформаций.

— Я думал, это просто техника закалки тела, но, похоже, я ошибался. Число Инь достигает максимума в восьмерке, число Ян – в девятке. Восемью девять – величайшее число в Даосизме. Совершенствование через девять оборотов изгоняет всю приобретенную муть Инь, проявляя истинный врожденный Ян. Три Души сливаются воедино, Семь Духов растворяются в теле, Изначальный Дух становится вечным и нерушимым, а тело – несокрушимым на мириады кальп…

Уголки губ Чэнь Чаншэна поползли вверх. Техника Сокровенных Трансформаций оказалась теоретическим методом достижения долголетия. Станет ли он бессмертным благодаря ей – пока неясно, но ее мощь превосходила все его ожидания. Этот метод развивал и тело, и дух, а также содержал записи о множестве невероятных божественных способностей. Хотя у Чэнь Чаншэна была лишь одна золотая страница, ее ценность превосходила все его остальные сокровища вместе взятые.

Чэнь Чаншэн (мысленно): Золотой Свет, Покрывающий Землю… Небо и Земля как Образец… Звучит очень мощно! Вот это я удачно нашел сокровище!

— Наставник, сегодня есть какие-нибудь успехи?

К Чэнь Чаншэну подошел крепко сложенный молодой человек в грубой холщовой одежде.

Услышав его, Чэнь Чаншэн отложил бумагу и кисть.

— Все по-старому. Этот Громовой Зверь все так же редко показывается.

Молодой человек спросил:

— Наставник, неужели даже вы не сможете справиться с этим Громовым Зверем?

— Этого я не знаю. Ты же меня знаешь, я обычно не люблю драться. Кстати, как продвигается твоя Техника Сокровенных Трансформаций?

— Благодарю за заботу, Наставник. В настоящее время я уже освоил Технику Сокровенных Трансформаций до седьмого уровня. Скоро смогу приступить к изучению божественной способности «Техника Золотого Света».

Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул.

— Освоить Технику Сокровенных Трансформаций до седьмого уровня всего за десять лет… Должен сказать, ты просто рожден для этого метода. Жаль только, что у меня есть лишь первые девять уровней этой техники. Боюсь, оставшиеся шестьдесят три уровня нам никогда не собрать. Подождем еще несколько месяцев. Как только ты освоишь «Технику Золотого Света», мы сможем доставить неприятностей Громовому Зверю.

Да, этим молодым человеком был не кто иной, как А Ли, простодушный юноша десятилетней давности.

Когда Племя У узнало, что Чэнь Чаншэн собирается отомстить Громовому Зверю, все думали, что он немедленно начнет войну. Никто не ожидал, что ожидание затянется на целых десять лет. Все это время Чэнь Чаншэн, помимо обучения А Ли и А Мань, посвящал все свое время наблюдению за Громовым Зверем.

Услышав, что Чэнь Чаншэн наконец-то решил действовать, А Ли немного занервничал. В конце концов, это был свирепый зверь ступени Преобразования Духа. Хотя сам Чэнь Чаншэн достиг этой ступени три года назад, он был лишь новичком. Против такого опытного противника, как Громовой Зверь, шансы на победу были невелики.

Подумав об этом, А Ли спросил:

— Наставник, нынешние системы совершенствования так сложны… Если однажды я покину Сто Тысяч Гор, как мне определить силу будущих противников?

— Никак. Придется полагаться только на интуицию. У внутреннего и внешнего совершенствования есть свои преимущества. Хотя при грубом делении ступени примерно соответствуют друг другу, при более детальном рассмотрении различия становятся очевидны. В битве не на жизнь, а на смерть исход часто решают мельчайшие детали. Малейшее различие может определить, жить тебе или умереть.

Услышав ответ, А Ли усмехнулся:

— Это слишком хлопотно. Почему не может быть единого метода совершенствования? У внутреннего и внешнего пути есть свои плюсы. Почему бы просто не совместить их?

— Теоретически это возможно, но пока никому не удалось этого достичь, – ответил Чэнь Чаншэн. – Хотя Техника Сокровенных Трансформаций позволяет с помощью физического тела развить силу Изначального Духа, по своей сути она все же ближе к внешнему совершенствованию. Ты знаком и с внутренними, и с внешними методами. Твои теории очень интересны. Но остается еще очень много проблем, которые тебе предстоит решить самому. Кто знает, может, через сотни или тысячи лет ты объединишь весь мир совершенствующихся и создашь совершенно новую систему развития.

Чэнь Чаншэн говорил увлеченно, но А Ли лишь улыбнулся, не принимая его слова всерьез. Теория совмещения внутреннего и внешнего пути была лишь темой для их бесед в свободное время. Даже он сам, автор этой идеи, никогда не верил, что ее можно воплотить в жизнь.

— О чем вы опять беседуете? Расскажете и мне?

К ним подошла девушка в простой одежде с корзинкой для еды в руках. Хоть наряд ее был скромен, он не мог скрыть ее несравненной красоты. Глаза, темные, как виноград, сияли умом и живостью. Губы цвета вишни так и манили к себе. Белоснежная кожа казалась невероятно нежной. Длинные черные волосы были небрежно собраны простой шпилькой. Однако именно эта простота в полной мере подчеркивала ее естественную красоту.

Увидев девушку, А Ли широко улыбнулся.

— А Мань, ты становишься все краше и краше! А я помню тебя смуглой и тощей девчонкой. Кстати, Наставник давно уже достиг ступени, когда можно обходиться без пищи. Зачем ты продолжаешь носить ему еду?

От этих слов А Мань наградила А Ли ледяным взглядом.

— Столько лет учился у Наставника Чаншэна, а язык свой так и не научился держать за зубами! Раз ты уже можешь обходиться без пищи, значит, и обедать сегодня не будешь.

Взгляд А Мань заставил А Ли испуганно втянуть шею.

Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся.

— Хотя совершенствующиеся и могут обходиться без еды, но поесть иногда все же полезно.

— Почему? – с любопытством спросил А Ли.

— Потому что людям всегда нужно есть. Прикосновение к мирскому, к дыму очага, помогает сохранить в себе человечность, не так ли? К тому же, А Мань так вкусно готовит, разве ты не хочешь поесть?

— Вот именно! – подхватила А Мань. – Наставник Чаншэн все правильно понимает! Не то что некоторые, у кого от совершенствования мозги набекрень съехали.

А Ли закатил глаза.

— Не то чтобы я не хотел есть! Просто ты несправедлива! У Наставника в еде всегда есть куриная ножка, а у меня – только бесконечная зелень! Если бы ты и мне давала куриную ножку, я бы тоже с удовольствием ел!

— Ешь что дают! Не нравится – проваливай! – отрезала А Мань. – Хочешь куриную ножку – сам себе и готовь! Еще и перебирает! Сегодня ты останешься без обеда.

С этими словами А Мань оттолкнула А Ли в сторону и расставила еду из корзинки перед Чэнь Чаншэном. А Ли оставалось лишь тихо ворчать, присев в сторонке.

В отличие от грубости по отношению к А Ли, с Чэнь Чаншэном А Мань была воплощением нежности, напоминая заботливую жену.

— Наставник Чаншэн, вы наблюдали за Громовым Зверем десять лет. Удалось ли вам найти его слабое место?

Чэнь Чаншэн проглотил кусок курицы и, причмокнув губами, ответил:

— Слабых мест я не нашел. Зато нашел кучу странностей. Пещера Водной Луны – одно из мест обитания Племени У. С точки зрения духовной энергии, это место не слишком богатое. Поэтому у свирепого зверя ступени Преобразования Духа не было причин сюда приходить. Но Громовой Зверь почему-то пришел, да еще и обосновался здесь надолго. Что еще интереснее, он мог бы легко уничтожить Племя У, но не сделал этого. Он просто напугал вас и прогнал. Такое поведение совершенно не свойственно свирепым зверям! Кроме того, я заметил, что каждый раз после еды Громовой Зверь впадает в сильную сонливость. Это тоже крайне необычно. Нужно понимать, что существо на ступени Преобразования Духа может не спать и десять лет без всяких проблем.

Выслушав перечисленные Чэнь Чаншэном странности, А Мань задумалась.

— Помогут ли эти наблюдения победить Громового Зверя?

— В руках других – нет. Но в моих руках… это совсем другое дело.

Слушая Чэнь Чаншэна, А Мань не могла понять, что он задумал. Впрочем, эти вопросы ее мало волновали. Ее всегда заботило лишь одно.

________________________________________

Время шло, и три-пять месяцев пролетели как один миг.

Однажды, когда А Ли медленно завершал свои упражнения, к нему подошел Чэнь Чаншэн, держа что-то в руках и загадочно улыбаясь.

— Освоил «Технику Золотого Света»?

— Да, Наставник, – честно ответил А Ли. – Я уже овладел ею.

— Отлично! Идем со мной!

Чэнь Чаншэн махнул рукой, призывая А Ли следовать за ним. Хоть А Ли и был озадачен, он послушно пошел за наставником. Однако по мере того, как они продвигались, он начал понимать, куда они направляются.

— Наставник, вы… вы идете к Пещере Водной Луны?

— Да! А что? – совершенно спокойно подтвердил Чэнь Чаншэн.

А Ли тут же взволнованно воскликнул:

— Наставник собирается напасть на Громового Зверя? Если так, я немедленно вернусь и соберу соплеменников! Племя У готовилось десять лет именно к этому дню!

Он уже развернулся, чтобы бежать за подмогой, но Чэнь Чаншэн остановил его.

— Зачем звать людей? Мы пойдем вдвоем.

А Ли: ???

На лице А Ли отразилось полное недоумение. Все эти десять лет Чэнь Чаншэн помогал Племени У совершенствоваться, обучал их боевым построениям. Все думали, что он готовится собрать всю мощь племени для решающей битвы с Громовым Зверем. А теперь он говорит, что они пойдут вдвоем? Ради чего тогда были все эти десять лет усилий всего Племени У?

Видя растерянность А Ли, Чэнь Чаншэн понял его мысли.

— Не делай такое лицо. Десятилетняя подготовка Племени У понадобится для другого, более важного дела. Неужели ты думаешь, что ради одного Громового Зверя я стану использовать свой главный козырь?

При этих словах на лице А Ли наконец появилась радость.

— Наставник, у вас есть еще больший замысел?

— Конечно! Как думаешь, если мы убьем Громового Зверя из Пещеры Водной Луны, его сородичи оставят нас в покое? Наши сегодняшние действия – это лишь начало всего плана, но одновременно и самый важный его этап. Если все пойдет не так, как я ожидаю, нам придется готовиться к бегству.

Услышав это, А Ли решительно ударил себя в грудь.

— Не волнуйтесь, Наставник! Я, А Ли, даже ценой своей жизни помогу вам в этом деле!

— Жизнью рисковать не придется. Тебе нужно будет просто держать рот на замке.

С этими словами Чэнь Чаншэн снова повернулся и направился к Пещере Водной Луны.

________________________________________

Пещера Водной Луны.

Оказавшись на том же месте, где десять лет назад его оплевал Громовой Зверь, Чэнь Чаншэн немного успокоил нервы и изобразил на лице подобострастное выражение.

— Человек Чэнь Чаншэн прибыл преподнести величайшее сокровище!

Его громкий голос эхом разнесся по пещере. Из глубины показалась огромная голова. Увидев человека, приходившего десять лет назад, Громовой Зверь тут же взревел:

— Человек! Ты еще смеешь являться сюда?! Думаешь, я не смогу тебя убить?!

В ответ на яростный рев Чэнь Чаншэн поспешно изобразил испуг.

— Почтенный Громовой Зверь, прошу прощения! Я пришел поблагодарить вас за милость, оказанную десять лет назад, когда вы пощадили мою жизнь! Три года назад мне посчастливилось найти чудесный камень. К сожалению, моя удача оказалась слишком мала, я не смог постичь его тайны. Поэтому я специально пришел сюда, чтобы преподнести его вам, Почтенный!

С этими словами Чэнь Чаншэн сдернул черную ткань, открывая камень размером с жернов, и протянул его зверю.

Громовой Зверь: ???

Глядя на камень в руках человека, Громовой Зверь недоуменно моргнул огромными глазами. Камень выглядел совершенно обычным. Но если это обычный камень, зачем он это делает? Хочет унизить его? Заставить умереть от стыда?

Не понимая, что затеял этот человек, Громовой Зверь инстинктивно опустил голову, принюхался к камню и даже лизнул его.

Громовой Зверь: ???

Это же просто обычный камень! Ни яда, ни каких-то особых ощущений. На вкус – как трава с землей.

— Наглец! – взревел Громовой Зверь. – Это же обычный камень! Ты смеешь издеваться надо мной?!

Мощное давление заставило Чэнь Чаншэна задрожать, камень выпал из его рук и тяжело ударился о землю.

— Почтенный Громовой Зверь, взгляните внимательнее! Когда я нашел этот камень, он не только сиял всеми цветами радуги, но внутри него смутно виднелся чудесный металл! К сожалению, моих сил не хватило, чтобы расколоть камень, поэтому я и принес его вам!

— Еще смеешь оправдываться?! Убирайся!

Мощный выдох из ноздрей зверя сбил Чэнь Чаншэна с ног. Видя, что Громовой Зверь разгневался, Чэнь Чаншэн поспешно схватил А Ли, и они ушли.

Когда люди скрылись из виду, Громовой Зверь покосился на лежащий на земле камень и немного помедлил. Затем он подцепил его языком и проглотил. Тщательно разжевав, он не обнаружил никакого «чудесного металла».

Гульп!

Проглотив каменную крошку, Громовой Зверь посмотрел в ту сторону, куда ушел Чэнь Чаншэн, и холодно усмехнулся.

— Глупый человек! Моя раса Громовых Зверей питается металлами и минералами, а наши тела неуязвимы для ядов. Не знаю, что ты задумал, но ты никак не сможешь мне навредить. Вот закончу здесь свои дела – и непременно убью вас всех!

С этими словами Громовой Зверь собрался вернуться в пещеру. Но в этот момент он обнаружил, что его тело внезапно перестало слушаться.

Грохот!

Огромная туша рухнула на землю. Две крадущиеся фигуры тут же появились снова. Это были Чэнь Чаншэн и А Ли.

— Почтенный Громовой Зверь, вы в порядке? – участливо спросил Чэнь Чаншэн.

— Наглецы! Смели вернуться! Верите ли, что я убью вас?! – храбрился лежащий на земле зверь.

Чэнь Чаншэн же достал сломанный меч и метнул его.

Пшш!

Острый Меч Сюаньу вонзился прямо в тело Громового Зверя, но тот не почувствовал ни малейшей боли. Увидев, что зверь не сопротивляется, Чэнь Чаншэн с облегчением похлопал себя по груди.

— Похоже, ты и правда не можешь двигаться. Теперь я спокоен.

С этими словами Чэнь Чаншэн вальяжно подошел к Громовому Зверю, принялся трогать его чешую и постукивать по зубам. Его глаза горели любопытством. Но гордый Громовой Зверь не мог стерпеть такого унижения.

— Человек! Еще раз посмеешь дотронуться до меня, веришь ли, я убью всю твою…

Шлеп!

Не дав ему договорить, Чэнь Чаншэн отвесил зверю звонкую пощечину. Хоть удар был и несильным, унижение было максимальным.

— Чего орешь? Не видишь, я думаю, как бы тебя помучительнее убить? Твои крики сбивают меня с мысли.

Громовой Зверь: …

(Как у тебя только хватает наглости говорить такое?!)

Самоуверенность Чэнь Чаншэна мгновенно лишила Громового Зверя дара речи. А Ли же с любопытством рассматривал распростертого на земле зверя.

— Наставник, как вам удалось обездвижить этого Громового Зверя ступени Преобразования Духа?

В ответ Чэнь Чаншэн достал обычный кинжал и принялся царапать им шкуру зверя, попутно объясняя:

— Громовые Звери питаются металлами и различными рудами. Их чешуя практически несокрушима. Их тела устойчивы к подавляющему большинству ядов. Такой вид можно назвать настоящим любимцем Небес. Я наблюдал за ним целых десять лет. И все это время меня мучил один вопрос: какой способ нужно применить, чтобы истребить такой могущественный вид под корень?

При этих словах обездвиженный Громовой Зверь расхохотался:

— Ха-ха-ха! Ты?! Хочешь истребить мой род Громовых Зверей?! Да это просто смешно! Пусть я не знаю, как ты меня обездвижил, но мои сородичи обязательно отомстят за меня!

Глядя на высокомерие зверя, Чэнь Чаншэн спокойно кивнул.

— Ты прав. С точки зрения здравого смысла, действительно трудно придумать способ уничтожить весь ваш род. Но я не зря потратил десять лет. Я обнаружил одну маленькую тайну вашего рода Громовых Зверей. Тайну, о которой, боюсь, вы и сами не знаете.

В глазах Громового Зверя мелькнуло недоумение.

— Какую тайну?

— За эти десять лет ты ел двадцать раз. В среднем, два раза в год. Наблюдая за первыми шестью приемами пищи, я заметил, что после двух из них ты становился особенно сонливым. Это наблюдение породило у меня вопрос: что именно вызывает у тебя сонливость? После тех двух раз, когда ты задремал, я записал все растения и минералы в той области, где ты кормился, и начал их сравнивать. Но каждый раз ты поглощал почти половину рудной жилы, а на такой большой площади слишком много всего. Поэтому мне пришлось потратить еще семь лет на дальнейший отбор. В течение этих семи лет я тщательно выбирал места для твоей кормежки. Неужели ты не заметил, что за эти семь лет стал дремать гораздо чаще?

Глядя на улыбающееся лицо этого человека, Громовой Зверь наконец почувствовал страх.

— Невозможно! Наш род неуязвим для ядов!

— Громовые Звери действительно неуязвимы для ядов. Но что, если это – не яд? – Чэнь Чаншэн достал из-за пазухи полевой цветок и стебель травы. – Огненный Цветок и Льняная Трава – так я их назвал. Они обычно растут на рудных жилах. Не слишком редкие, но и не слишком распространенные. Если съесть их вместе или по отдельности, никакого яда не будет. Но у них есть очень любопытный эффект: они вызывают у вас, Громовых Зверей, полный паралич. Конечно, эту гипотезу я подтвердил только сейчас. Твои первые два случая сонливости были вызваны тем, что ты случайно съел эти два растения вместе с рудой. Но ты съел слишком мало, поэтому полного паралича не наступило. Чтобы проверить свою догадку, я смазал тот камень концентрированным соком этих двух трав.

— Но почему ты был уверен, что я съем этот камень?! – голос Громового Зверя дрожал от волнения. Если эти две травы действительно были природным врагом его рода, то всему роду Громовых Зверей грозило истребление!

— Конечно, я не был уверен! – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Поэтому я добавил туда еще кое-что, чтобы сок этих трав стал чрезвычайно летучим. Зверь – он и есть зверь. Некоторые дурные привычки заложены у вас в крови. Встретив незнакомый предмет, вы обязательно его понюхаете и лизнете. Так я и достиг своей цели. Но я, честно говоря, не ожидал, что ты окажешься настолько глуп, чтобы проглотить его целиком.

Щелк!

Говоря это, Чэнь Чаншэн вел кинжалом по чешуе зверя, и вдруг лезвие застряло в одной из чешуек. Заметив, что человек нащупал эту особую чешуйку, Громовой Зверь в ужасе расширил глаза. А на губах Чэнь Чаншэна медленно расцвела улыбка.

— Чешуя Громовых Зверей чрезвычайно тверда. Даже некоторые божественные артефакты могут лишь слегка ее поцарапать. Это я только что проверил. Но я никогда не верил, что в мире существуют совершенные виды. У вашей чешуи должно быть слабое место, не так ли?

Пшш!

Острый кинжал вонзился под чешуйку Громового Зверя. Боль, пронзившая до самых костей, заставила даже парализованного зверя задрожать.

— Ц-ц-ц! – Чэнь Чаншэн с сожалением покачал головой. – Не думал, что у вашей чешуи действительно есть слабое место. И что еще хуже для вас – кажется, я его нашел.

Он говорил небрежно, но его руки двигались все быстрее. Несокрушимые чешуйки Громового Зверя одна за другой срывались с его тела в определенном, одному Чэнь Чаншэну известном порядке.

— Убей меня! Хватит смелости – убей меня! – ревел Громовой Зверь, но тело его оставалось неподвижным.

— О чем ты? – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Разве я позволю тебе так легко умереть? Я хочу, чтобы ты своими глазами видел, как я расчленяю тебя, кусок за куском. Затем я изучу каждую часть твоего тела и найду все слабые места. И эти слабые места станут смертным приговором для всего твоего рода!

Бесконечные вопли и проклятия эхом разносились над Пещерой Водной Луны.

Со временем действие парализующего сока прошло, но Громовой Зверь по-прежнему не мог двигаться. Чэнь Чаншэн извлек источник его силы – Громовую Пилюлю. Кроме того, он перерезал все его энергетические меридианы. Поэтому исчезновение действия яда лишь многократно усилило его страдания.

Хрясь!

Огромное сердце было извлечено. Еле дышавший Громовой Зверь наконец испустил дух.

Глядя на белоснежный, как нефрит, скелет перед собой, А Ли с трудом сглотнул.

— Наставник… не слишком ли это жестоко?

Чэнь Чаншэн, весь забрызганный кровью, повернулся к нему и улыбнулся.

— Жестоко? Да так, средне. Во внешнем мире бывает и в сто раз хуже. К тому же, ты ведь сам видел, как свирепые звери пожирают людей. Половину тела откусят, а вторая половина еще корчится и вопит на земле. Тогда тебе было жестоко? Думаешь, свирепый зверь отпустит добычу только потому, что тебе его жалко? Ты вырос в Сто Тысячах Гор, должен понимать. Проявлять чувства к людям – это нормально. Но проявлять чувства к другим видам – просто смешно.

Ответив на невысказанный вопрос А Ли, Чэнь Чаншэн махнул рукой.

— Иди, зови соплеменников. Столько мяса нам вдвоем не съесть. Заодно и все остальные смогут улучшить свой рацион.

Вскоре А Ли привел всех соплеменников из Племени У. Увидев гору мяса перед собой, все застыли в изумлении.

Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся.

— Мясо Громового Зверя чрезвычайно вкусное. Наслаждайтесь, пока свежее. Но должен предупредить об одном: обоняние зверей очень острое. Стоит вам съесть мясо Громового Зверя, как другие Громовые Звери учуют это. Иными словами, сделав этот шаг, обратной дороги уже не будет.

Сказав это, Чэнь Чаншэн с улыбкой посмотрел на собравшихся из Племени У. Десять лет – долгий срок для них. Достаточно долгий, чтобы они забыли свою первоначальную цель. Борьба с Родом Громовых Зверей – дело нешуточное. Чэнь Чаншэн мог смириться с отсутствием помощи, но он абсолютно не допускал предательства в решающий момент.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, вождь Гу Ли мгновенно понял их смысл. Без малейших колебаний он крикнул:

— Чего ждете?! Разводите огонь, жарьте мясо! Это дар, ниспосланный нам Божественным Посланником!

По призыву Гу Ли все Племя У пришло в движение. Увидев, что выбор сделан, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся и отошел от входа в пещеру.

________________________________________

На вершине горы.

Чэнь Чаншэн сидел в одиночестве на огромном валуне и смотрел на сияющую в небе луну. Вскоре к нему подошла А Мань, неся кусок жареного мяса, завернутый в чистый лист.

— Наставник Чаншэн, попробуйте! Я только что приготовила.

Чэнь Чаншэн широко улыбнулся.

— Все-таки наша А Мань самая совестливая. Не то что этот негодник А Ли! Как увидит что-то хорошее, так сразу все себе загребает.

Похвалив А Мань, Чэнь Чаншэн неспешно принялся за мясо. А Мань же, подперев подбородок руками, с обожанием смотрела на него.

— Наставник Чаншэн, когда вы разберетесь с проблемой Громовых Зверей, что собираетесь делать дальше?

— Конечно же, покину это место и продолжу то, чем занимался раньше!

Услышав, что Чэнь Чаншэн собирается уйти, А Мань, хоть и ожидала этого, не смогла скрыть разочарования.

— Наставник Чаншэн, что же так сильно занимает ваши мысли все это время?

— Ничего особенного. Я ищу одного человека. Она убежала довольно далеко. Я ищу ее уже почти сто лет и до сих пор не нашел. Кто знает, сколько еще времени понадобится.

При этих словах глаза А Мань мгновенно покраснели.

— Это женщина, да?

— Да.

Услышав утвердительный ответ, А Мань замолчала. Спустя долгое время ее губы дрогнули, и она выдавила горькую улыбку:

— Женщина, которую Наставник Чаншэн ищет так долго… Должно быть, вы ее очень любите.

— Ха-ха-ха! – Чэнь Чаншэн рассмеялся и погладил А Мань по голове, глядя в ее полные слез глаза. – Ну что ты за девчонка! Такая юная, а в голове одни глупости. Кто сказал, что если ищешь женщину так долго, то обязательно ее любишь?

В глазах А Мань мелькнуло недоумение.

— Если это не любовь до глубины души, то что же поддерживает вас в этих поисках столько лет?

— Любовь действительно приносит счастье, но не только она заставляет людей упорствовать, – сказал Чэнь Чаншэн. – Человека, которого я ищу… мне поручил найти один старый друг перед смертью. Поэтому я должен убедиться, что она в безопасности. Даже если она уже мертва, я должен найти ее останки и предать их земле. Это обещание. И дань уважения прошлому.

Услышав ответ, А Мань вытерла слезы, готовые вот-вот пролиться.

— Наставник Чаншэн, тогда… не могли бы вы рассказать мне ту давнюю историю?

— Могу! – Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся и начал свой рассказ о простом, давно минувшем времени.

________________________________________

Легкий ветерок шелестел листвой. Луна по-прежнему сияла в небе.

А Мань, стиснув зубы, смотрела на Чэнь Чаншэна горящими от гнева глазами.

— Она любила вас!

— Да.

— Но вы отвергли ее!

— Верно. Я знал обо всем, включая чувства Няньшэн ко мне.

При этих словах А Мань вскочила на ноги.

— А я?! Вы отвергнете и меня, так же, как отвергли ее?!

Глядя в ее покрасневшие глаза, Чэнь Чаншэн спокойно ответил:

— Да.

— Почему?! Вы не одержимы совершенствованием, вы все делаете по велению сердца! Раз так, почему вы снова и снова отвергаете?! Если вы с самого начала собирались отказать, зачем тогда были так добры к тем, кто рядом?! Почему не проявили жестокость с самого начала?!

Услышав этот вопрос, Чэнь Чаншэн не ответил сразу. Он поднял голову к луне.

— Нынешние люди не видят луны древних времен, но нынешняя луна когда-то озаряла древних людей… Говорят, человек начинает ценить что-то лишь после того, как потеряет. Но если ты заранее знаешь, что эта потеря неизбежна, сможешь ли ты удержаться от того, чтобы не ценить это время?

— Это софистика! Как человек может знать будущее?! Почему вы считаете, что обязательно потеряете?!

— Почему не может? Такое предвидение доступно и тебе. Например, твои соплеменники из Племени У постепенно умрут. Это неоспоримый факт, предрешенное будущее.

От этих слов А Мань замерла. Хотя Чэнь Чаншэн не сказал ничего прямо, она поняла ответ из его слов. Дрожащим голосом она спросила:

— Наставник Чаншэн… вы действительно видите будущее всех людей?

— Да.

Услышав подтверждение, А Мань медленно подняла правую руку и нежно коснулась его лица. Глядя на его красивое и молодое лицо, она с болью в сердце прошептала:

— Пережив столько всего… ваше сердце, должно быть, очень болит.

— Когда боль становится привычной, она перестает быть болью. Поэтому я так люблю заниматься похоронами. Готовя к погребению ушедших друзей, я могу сохранить воспоминания о них в своем сердце и одновременно похоронить их там же.

Слушая ответ Чэнь Чаншэна, А Мань молчала. «Взяться за руки и состариться вместе» – величайшее благословение для влюбленных. Но для Наставника Чаншэна это благословение было бы самым жестоким проклятием на свете. Видеть, как любимый человек стареет, угасает и превращается в горстку праха… есть ли в мире проклятие страшнее этого?

________________________________________

Место сбора Рода Громовых Зверей.

Грохот!

Молния толщиной с бочку ударила в металлическую гору. Из горы вылетела огромная фигура.

— Кто?! Кто убил моего сына?!

Гигантский Громовой Зверь парил в воздухе. Его чешуя, в отличие от других, отливала фиолетовым цветом. Безграничная ярость бушевала в его сердце. Только что он почувствовал смерть своего потомка.

В этот момент из горы вылетели и другие Громовые Звери. Глядя на собравшихся сородичей, фиолетовый Громовой Зверь взревел:

— Мой сын, Лэй Шань, Небесный Избранник Рода Громовых Зверей, пал! Кто бы ни убил его, наш Род Громовых Зверей заставит его заплатить кровью за кровь!

Вслед за его словами бесчисленные могучие ревы устремились к небесам. Очевидно, Род Громовых Зверей собирался выступить в полном составе.

Свист!

Две огромные фигуры появились прямо над Пещерой Водной Луны. Почувствовав ауру смерти своего сородича, оба Громовых Зверя взревели, запрокинув головы к небу.

— Ц-ц-ц! Чего раскричались? – раздался голос с вершины горы. – Подождите немного, и вас постигнет та же участь.

На вершине стоял Чэнь Чаншэн. Его доспехи из золотой чешуи ослепительно сияли под солнцем. Увидев чешую своего сородича, превращенную врагом в броню, один из Громовых Зверей в ярости проревел:

— Люди! Какая наглость! Вы смеете так оскорблять Род Громовых Зверей! Наш Род непременно смоет этот позор кровью миллиона ваших соплеменников!

Чэнь Чаншэн усмехнулся.

— Миллиона? А силенок-то хватит? Одного Громового Зверя мне мало. Хорошо, что вы пришли вдвоем.

— Наглец! – взревел Громовой Зверь, и молния толщиной с бочку ударила в Чэнь Чаншэна.

Бум!

Мощный удар отбросил Чэнь Чаншэна более чем на сто чжанов, но сама молния не причинила ему вреда. Глядя на электрические разряды, все еще потрескивающие на его доспехах, Чэнь Чаншэн удивленно цокнул языком.

— Не думал, что чешуя Громовых Зверей не только прочная, но еще и защищает от молний. Приятный сюрприз.

С этими словами Чэнь Чаншэн выпустил из левой руки золотой свет, а правой с силой взмахнул.

Пшш!

Золотой свет пронзил тело одного Громового Зверя насквозь, а энергия меча, сорвавшаяся с правой руки, отрубила лапу другому.

Два Громовых Зверя на ранней ступени Преобразования Духа – один мгновенно убит, другой тяжело ранен.

Такой исход ошеломил не только уцелевшего Громового Зверя, но и самого Чэнь Чаншэна. Нужно понимать, что его собственная сила была лишь на ранней ступени Преобразования Духа. Убивать врагов того же уровня с такой легкостью, словно резать овощи, – это привилегия лишь исключительных гениев чудовищного уровня.

Вернув золотой свет обратно, Чэнь Чаншэн посмотрел на свои руки и вздохнул:

— Сотни лет не дрался. Даже не знал, что я так силен.

Не успел он договорить, как уже бросился в погоню за раненым Громовым Зверем. А тот, будучи лишь разведчиком, естественно, бросился наутек со всех ног.

Слишком страшно! Мощь Чэнь Чаншэна лишила этого Громового Зверя ступени Преобразования Духа всякой воли к сопротивлению. Чешуя, гордость Рода Громовых Зверей, оказалась хрупче бумаги перед этим золотым светом. Кроме того, сломанный меч в руках этого человека источал невероятно ужасающую ауру. Откуда у человека на ступени Преобразования Духа могло взяться такое несравненное божественное оружие?!

— Куда бежишь?

Чэнь Чаншэн, окутанный золотым светом, вылетел из-под земли и преградил путь Громовому Зверю.

— Пощади! Иначе я взорву себя!..

Вжух!

Золотой свет, игнорируя всю защиту зверя, прошел сквозь его сердце так же легко, как нож сквозь тофу. Глядя на крошечную ранку на своем теле, Громовой Зверь недоуменно моргнул и медленно начал падать с неба. Он так и не понял, что за оружие использовал этот человек, способное игнорировать любую защиту. И как ему всегда удавалось находить его уязвимые точки?

Со всеми этими неразрешенными вопросами Громовой Зверь ступени Преобразования Духа медленно закрыл глаза.

Успешно расправившись с двумя разведчиками, Чэнь Чаншэн нахмурился.

— Что-то здесь не так… Согласно записям, Громовые Звери – потомки древней кровной линии зверей, они должны быть невероятно сильны. Почему же они оказались такими слабыми?

Тихо пробормотав это, Чэнь Чаншэн посмотрел на два предмета в своих руках: Меч Истинной Воинственности без острия и золотую страницу с Техникой Сокровенных Трансформаций. Подумав немного, он покачал головой.

— Вряд ли дело в оружии. Скорее всего, эти двое просто были слишком слабы. Даже если Громовые Звери и ослабли, не может же быть, чтобы они не выдержали удара мусором, который я подобрал в Древней Запретной Земле?

Сказав это, Чэнь Чаншэн забрал тела двух Громовых Зверей.

Однако, если бы его слова услышал Император Цзо, похороненный в Древней Запретной Земле, он бы, вероятно, мгновенно выскочил из гроба, отвесил бы Чэнь Чаншэну пару пощечин, схватил бы его за воротник и яростно прорычал:

— Мусором?! Ты смеешь называть ЭТО мусором?! Меч Истинной Воинственности – оружие эксперта Седьмой Сферы! А золотую страницу я использовал как защитный талисман для сердца! То, что я, эксперт Седьмой Сферы, считал своим козырем, ты называешь мусором?! Пусть Меч Истинной Воинственности и был сломан волоском существа из Древней Запретной Земли, а золотая страница Техники Сокровенных Трансформаций была небрежно отброшена тем же существом… Но много ли в мире таких мест, как Древняя Запретная Земля?! Род Громовых Зверей недостоин даже быть сторожевыми псами у ее врат!

________________________________________

Род Громовых Зверей.

Треск!

Две чешуйки раскололись. Вожак Рода Громовых Зверей, глядя на них, нахмурился. Два эксперта ступени Преобразования Духа пали за столь короткое время! Какого же сильного врага повстречал Лэй Шань?

— Передать мой приказ! Двигаться на полной скорости! – рявкнул он.

Тысячи Громовых Зверей устремились вперед. Глядя вдаль, вожак Рода Громовых Зверей, Лэй Юнь, тихо прорычал:

— Кто бы ты ни был, я, Лэй Юнь, непременно убью тебя и отомщу за своего сына!

С этими словами он еще больше увеличил скорость.

Появление всей армады Рода Громовых Зверей, естественно, встревожило и другие расы Сто Тысяч Гор. Узнав, что молодой вожак Громовых Зверей был убит, многие расы сначала удивились, а затем заняли выжидательную позицию, предвкушая зрелище. Тот, кто осмелился бросить вызов Роду Громовых Зверей, определенно не был слабаком. Когда дерутся два тигра, один непременно будет ранен. Такое представление случается раз в тысячу лет!

________________________________________

Свист!

Мощный порыв ветра ломал ветви деревьев. Двигаясь на предельной скорости, Род Громовых Зверей быстро достиг места гибели Лэй Шаня. В радиусе пятисот Ли вокруг Пещеры Водной Луны царила мертвая тишина.

Эта странная картина вызвала оживленное обсуждение среди свирепых зверей-наблюдателей, державшихся на расстоянии.

— Что-то здесь неладно!

— Кто-нибудь знает, чья это территория?

Услышав вопрос, звери принялись гадать. Вскоре гигантский паук с человеческим лицом сказал:

— Кажется, это земли Племени У.

— Племени У?! Они что, с ума сошли?! Осмелились перечить этому безумцу Лэй Юню?! К тому же, силенок Племени У не хватит, чтобы убить Лэй Шаня!

— Племя У это сделало или нет, скоро увидим. Но я думаю, за этим стоит какой-то сильный игрок. Одному Племени У такое не по силам.

Пока звери обсуждали ситуацию, Лэй Юнь наконец нашел своего сына. Увы, от некогда полного жизни Громового Зверя остался лишь белоснежный череп. Что еще более вызывающе, рядом с черепом Лэй Шаня было начертано несколько слов:

«Скелет забрал на суп. Череп оставляю тебе. И еще, дальше лучше не ходите. Вас слишком много, не съедим».

Рёв!

Бесчисленные молнии обрушились на землю, покрывая область радиусом в тысячу ли. Те свирепые звери, что наблюдали за происходящим с расстояния в пятьсот ли, тоже попали под раздачу.

Ярость! В сердце Лэй Юня бушевала лишь эта эмоция. С самого зарождения Рода Громовых Зверей ни одно живое существо не смело рассматривать их как пищу. А теперь кто-то посмел обращаться с Громовыми Зверями как с обычным скотом на убой! Это было оскорбление не только лично ему, но и всему Роду Громовых Зверей!

— Твою ж мать! Этот Лэй Юнь совсем с ума сошел?! Он что, правда думает, что его род непобедим?!

Звери, попавшие под грозовой шквал, поспешно отступали, изрыгая проклятия. Кому понравится, когда в тебя без всякой причины бьют молнии?

Море молний бушевало целую четверть часа. Когда оно утихло, вся область в радиусе тысячи ли превратилась в выжженную землю.

— Вылезай! – взревел Лэй Юнь, и земля содрогнулась. Хотя его атака и не выявила врага, он был уверен – тот, кто бросил вызов Роду Громовых Зверей, все еще здесь.

— Чего спешишь? Я уже здесь.

Едва прозвучали эти слова, как из-под земли одна за другой стали появляться человеческие фигуры. Тридцать тысяч воинов Племени У окружили Род Громовых Зверей со всех сторон. Глядя на крошечные фигурки внизу, Лэй Юнь гневно прорычал:

— Зови того, кто стоит за твоей спиной! Вы, двуногие овцы, неспособны убить моего сына!

— Хе-хе! Ну что ты такое говоришь? Громовые Звери не непобедимы. Почему мы не можем их убить? – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – С твоим уровнем совершенствования ты без труда должен чувствовать ауру твоего сына на нас, верно? Ты не ошибся. Мы съели твоего сына.

От слов Чэнь Чаншэна взгляд Лэй Юня стал ледяным.

— Острый язык! Посмотрим, будешь ли ты так же дерзок, когда я применю к тебе Технику Поиска Души.

Да, Лэй Юнь с самого начала не верил, что именно эти люди убили Лэй Шаня. Этот человек был лишь на ранней ступени Преобразования Духа. Лэй Шань же давно достиг средней ступени, и благодаря своему врожденному дару даже эксперт поздней ступени Преобразования Духа вряд ли смог бы его одолеть. Значит, настоящий убийца – кто-то другой.

Видя недоверие Лэй Юня, Чэнь Чаншэн лишь беспомощно покачал головой.

— Врожденные таланты – это, конечно, хорошо, но они не всесильны. Люди смогли выстоять на этой земле не просто так. Сегодня я покажу тебе «врожденный талант» людей!

С этими словами Чэнь Чаншэн ударил правой ладонью по земле. Рельеф местности в радиусе тысячи ли начал меняться. Небо внезапно окутала непроглядная тьма. Формация медленно активировалась, и в сердце Лэй Юня зародилось беспокойство. Но когда он попытался призвать молнии, чтобы разрушить формацию, он обнаружил, что потерял связь с Небесным Путем.

Чэнь Чаншэн усмехнулся.

— Что, не можешь больше черпать силу Неба и Земли? Позволь представить: эта формация называется Формация Небесного и Земного Уничтожения. Уничтожает Небо, уничтожает Землю и уничтожает Жизнь!

Лэй Юнь искоса взглянул на Чэнь Чаншэна и равнодушно бросил:

— Формация неплоха. Жаль только, тебе не хватит жизни, чтобы полностью ее активировать.

Бум!

Не успел он договорить, как Чэнь Чаншэн отлетел в сторону. Удар был такой силы, что он пробил насквозь три горные вершины.

Плюх!

Выплюнув полный рот крови, Чэнь Чаншэн выбрался из-под обломков. Лэй Юнь уже стоял на том месте, где только что был Чэнь Чаншэн. Вожак Громовых Зверей, полагаясь на свою чудовищную физическую силу, ударил его острым рогом на голове. Если бы Чэнь Чаншэн не почувствовал опасность заранее и не прикрылся золотой страницей, от него бы осталась лишь кровавая каша.

Увидев, что человек все еще жив, Лэй Юнь несколько удивился.

— Выдержать мой удар… Ты неплох. Теперь я верю, что Лэй Шаня убил ты.

— Тьфу! – Чэнь Чаншэн сплюнул кровь и сбросил с себя разбитые чешуйки доспехов. – Твой уровень совершенствования, должно быть, достиг Шестой Сферы. Моя линия наследия немного… дикая, так что я не знаю точного названия Шестой Сферы. Не подскажешь?

— Очищение Пустоты.

Услышав ответ, Чэнь Чаншэн кивнул.

— Благодарю. Кстати, вы собираетесь нападать по одному или все сразу? Я не дам вам умереть легко. Все здесь останутся живы. Но ваши вопли будут сотрясать небо и землю.

— Понятно. В атаку! – рявкнул Чэнь Чаншэн.

Все воины Племени У, разделившись на отряды по пятьсот человек, сформировали боевые построения и начали истреблять более слабых Громовых Зверей. Боевые построения Империи Сюаньу славились на весь мир, и Чэнь Чаншэн, прочитавший все книги в их библиотеке, естественно, был с ними знаком. Десять лет подготовки – все ради этого дня.

Поле битвы наполнилось шумом сражения. Увидев, что его сородичи несут потери, Лэй Юнь был удивлен. Хотя внутри формации Громовые Звери и не могли черпать силу Неба и Земли, в их телах все еще бурлила безграничная мощь молний. Но некоторые люди внизу, казалось, были невосприимчивы к силе молний. Более того, каждая их атака точно поражала уязвимые места Громовых Зверей.

Пока Лэй Юнь отвлекся, рядом раздался голос Чэнь Чаншэна:

— Закон Неба, Облик Земли!

Тело Чэнь Чаншэна начало стремительно расти, пока не достигло размеров самого Лэй Юня. Да, Чэнь Чаншэн применил свой главный козырь – божественную способность из Техники Сокровенных Трансформаций, Фа Тянь Сян Ди.

Эта техника позволяла подражать размерам Неба и Земли. Хотя внутри Формации Небесного и Земного Уничтожения Чэнь Чаншэн и не мог черпать силу Неба и Земли напрямую, как хозяин формации, он мог заимствовать силу самой формации. Черная энергия формации хлынула в гигантское тело Чэнь Чаншэна, окрасив его иллюзорный облик в черный цвет. Его сила мгновенно подскочила до пика ступени Преобразования Духа.

— Умри! – взревел Чэнь Чаншэн и, используя безымянный кулачный стиль Бессмертного Почтенного Ста Поражений, атаковал Лэй Юня.

Видя, что этот человек применяет один прием за другим, Лэй Юнь был вынужден отнестись к нему со всей серьезностью.

Бум! Бум! Бум!

Земля дрожала. Сражение Чэнь Чаншэна и Лэй Юня разрушало горы и реки. Битва двух гигантов вызывала изумление у свирепых зверей, наблюдавших издалека. Они и представить не могли, что люди из Сто Тысяч Гор обладают такой силой.

С тех пор как Чэнь Чаншэн изучил безымянный кулачный стиль Бессмертного Почтенного Ста Поражений, он практиковал его каждый день, в любую погоду. За сто лет тренировок его кулачное искусство достигло совершенства. К тому же, особенностью этого стиля было то, что боец становился сильнее с каждой минутой боя. Если вначале Чэнь Чаншэна теснили, то постепенно он смог держаться на равных с Лэй Юнем.

Со временем Формация Небесного и Земного Уничтожения начала сжиматься. В тот момент, когда формация полностью замкнулась, Чэнь Чаншэн выхватил огромную кость и ударил ею Лэй Юня по голове.

Дзынь!

Звук удара металла о металл заставил всех Громовых Зверей замереть. На лице Чэнь Чаншэна отразилось недоумение.

Чэнь Чаншэн: ???

(Он же явно мог увернуться! Почему не увернулся?)

(А, ладно! Сначала еще пару раз стукну, потом разберемся!)

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Пока Лэй Юнь застыл в недоумении, Чэнь Чаншэн успел еще несколько раз ударить его костью по голове.

Треск!

Кусок острого рога на голове Лэй Юня отломился. Резкая боль привела вожака Громовых Зверей в чувство. Однако, придя в себя, он не стал атаковать Чэнь Чаншэна, а стремительно отлетел назад, увеличивая дистанцию.

— Это кость Таоте! Откуда она у тебя?!

Услышав слова Лэй Юня, Чэнь Чаншэн с любопытством посмотрел на большую кость в своей руке. Эту кость он выкопал из земли в Древней Запретной Земле. Если бы не ее исключительная твердость, он бы давно ее выбросил. Теперь, после слов Лэй Юня, Чэнь Чаншэн понял, почему все Громовые Звери замирали, когда он доставал эту кость.

Это было подавление по кровной линии!

Разобравшись в причине, Чэнь Чаншэн, не говоря ни слова, мгновенно отменил технику и бросился наутек.

Лэй Юнь: ???

(Стоп, ты куда?! У тебя же божественное оружие! Как ты можешь убегать?!)

Мысленно выругавшись в адрес решительного противника, Лэй Юнь тоже ринулся в погоню. В то же время семь-восемь Громовых Зверей, до этого державшихся в стороне, присоединились к облаве. Род Громовых Зверей выступил в полном составе не только ради мести, но и для тренировки молодого поколения. Именно поэтому эксперты ступени Преобразования Духа до сих пор не вмешивались.

Но теперь ситуация изменилась. У Чэнь Чаншэна в руках оказалось сокровище, о котором мечтала вся Раса Зверей. Эксперты Рода Громовых Зверей больше не могли оставаться безучастными.

Кость Таоте действительно подавляла Расу Зверей по кровной линии, но Род Громовых Зверей был слишком силен. Не говоря уже о Лэй Юне на ступени Очищения Пустоты, одних только экспертов на пике Преобразования Духа было семь или восемь. Если прибавить к ним экспертов ранней и средней ступени Преобразования Духа, их общее число достигало ужасающих двадцати восьми! Против такого количества врагов Чэнь Чаншэну достаточно было получить по одному удару от каждого, чтобы превратиться в лепешку.

Так, битва не на жизнь, а на смерть превратилась в догонялки. Хотя сила Чэнь Чаншэна и уступала силе Лэй Юня, в искусстве уклонения он ничуть не уступал вожаку. Нужно понимать, что из всех бесчисленных техник Поднебесной Чэнь Чаншэн больше всего любил именно техники уклонения и побега. К тому же, теперь он освоил божественную способность «Техника Золотого Света» из Техники Сокровенных Трансформаций. Двадцать с лишним могущественных экспертов никак не могли поймать одного практика на ранней ступени Преобразования Духа.

________________________________________

Спустя 15 минут.

Лэй Юнь остановился. Чэнь Чаншэн тоже остановился вдалеке.

— Человек! Теперь вы загнаны в угол! Отдай кость Таоте, и я пощажу вас!

Чэнь Чаншэн взглянул на поле битвы внизу. Племя У сражалось бесстрашно, но их сила все же уступала Роду Громовых Зверей. Из тридцати с лишним тысяч воинов половина уже пала. Хотя им и удалось убить несколько Громовых Зверей ступени Зародыша Души, для всего Рода Громовых Зверей это были незначительные потери.

— Хе! – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Кто умрет, а кто выживет – еще неясно! Мою великую формацию вам не сломить!

Видя его упрямство, Лэй Юнь холодно усмехнулся:

— Я не отрицаю мощь твоей смертоносной формации. Но, к несчастью для тебя, ты сам вошел в нее. Находясь внутри и будучи преследуемым нами, ты не можешь управлять формацией. Сама по себе она не сможет нам навредить в ближайшее время. За это время я могу убить всех людей, включая тебя!

Каждое слово Лэй Юня било Чэнь Чаншэна по больному месту. Формация Небесного и Земного Уничтожения действительно была сильна, но, во-первых, у Чэнь Чаншэна не хватило материалов для ее полной версии, а во-вторых, он еще не до конца овладел ею. Запереть весь Род Громовых Зверей внутри уже было подвигом. Полностью уничтожить их было просто несбыточной мечтой.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн с серьезным лицом сказал:

— Я отдам тебе кость Таоте. Ты действительно нас отпустишь?

Сердце Лэй Юня радостно подпрыгнуло, но внешне он остался невозмутим.

— Я никогда не даю гарантий. Но если ты не отдашь кость Таоте, я убью их прямо сейчас!

С этими словами в воздухе внутри формации начал формироваться огромный шар молний. Хотя Формация Небесного и Земного Уничтожения и прервала связь Громовых Зверей с Небесным Путем, собственная сила Лэй Юня никуда не делась. С его уровнем Очищения Пустоты он мог трижды перебить всех людей Чэнь Чаншэна, и еще бы силы остались.

— Подожди! – увидев, что Лэй Юнь вот-вот атакует, Чэнь Чаншэн занервничал. – Я отдам тебе кость. Ты точно нас отпустишь?

Услышав слова Чэнь Чаншэна, А Ли, сражавшийся внизу, из последних сил закричал:

— Наставник, не верьте!..

Бам!

Не успел А Ли договорить, как его отбросил удар Громового Зверя ступени Преобразования Духа. Этот человек обладал невероятным искусством уклонения. Если бы он решил бежать, Род Громовых Зверей вряд ли смог бы его поймать. Поэтому, чтобы заполучить кость Таоте, нужно было заставить его отдать ее добровольно.

— Повторяю: я не даю никаких гарантий, – сказал Лэй Юнь. – Можешь не отдавать. Но тогда я убью их всех.

В глазах Чэнь Чаншэна читалась горечь и нежелание, но он медленно пошел в сторону Лэй Юня. Видя, что Чэнь Чаншэн сдался, и Род Громовых Зверей, и Племя У прекратили сражение.

Каждый шаг давался Чэнь Чаншэну с видимым трудом. И с каждым его шагом сердце Лэй Юня колотилось все сильнее. Кость Таоте! Легендарное сокровище! И вот теперь он получит ее без всяких усилий! Воистину, Небеса благоволят Роду Громовых Зверей!

Расстояние в двести чжанов Чэнь Чаншэн преодолевал целую чайную церемонию. Когда до Лэй Юня оставалось около ста шагов, Чэнь Чаншэн внезапно поднял голову.

— Можешь ответить на один вопрос? Ответь, и я отдам тебе кость Таоте.

— Говори! – коротко бросил Лэй Юнь. Его терпение было на исходе.

— Под каким соусом ты хочешь, чтобы тебя приготовили?

Лэй Юнь: ???

Слова Чэнь Чаншэна поставили вожака Громовых Зверей в тупик. Но тут произошло нечто неожиданное. Громовые Звери, парившие в воздухе, начали терять контроль и падать на землю. Золотое Ядро, Зародыш Души – даже могущественные эксперты ступени Преобразования Духа не были исключением!

Увидев это и заметив хитрую ухмылку на лице Чэнь Чаншэна, Лэй Юнь почувствовал неладное.

— Я убью тебя!

Бум!

Мощная молния устремилась к Чэнь Чаншэну, но ее точность сильно пострадала. Она лишь чиркнула мимо него.

Свист!

Видя, что Лэй Юнь теряет контроль над собой, Чэнь Чаншэн тут же бросил в него что-то темное и круглое. Столкнувшись со столь странной ситуацией, Лэй Юнь, естественно, не рискнул ловить «скрытое оружие» и изо всех сил увернулся.

Бах!

«Скрытое оружие» взорвалось рядом с Лэй Юнем. Взрыв был несильным, но облако темного порошка окутало вожака Громовых Зверей.

— Фух!

Лэй Юнь выдохнул мощный порыв ветра, развеивая порошок. Но при этом он почувствовал, что его тело слушается его все хуже и хуже.

Бум!

Огромное тело Лэй Юня рухнуло на землю.

— Что ты сделал?! – взревел он, глядя на Чэнь Чаншэна глазами, полными ужаса.

— А разве нужно спрашивать, что я сделал? – Чэнь Чаншэн с улыбкой подошел к нему. – Конечно же, истребил весь твой род!

Он достал флакон с пилюлями и насильно всыпал их содержимое в пасть Лэй Юня. Убедившись, что вожак Громовых Зверей проглотил специально разработанное им сильнодействующее парализующее средство, Чэнь Чаншэн облегченно вздохнул.

— Честно говоря, из всего Рода Громовых Зверей больше всего я опасался именно тебя. Хотя это средство и действует на Громовых Зверей безотказно, твой уровень совершенствования слишком высок. Если бы оно не сработало, все здесь, кроме меня, вероятно, погибли бы. Но, как оказалось, мои опасения были напрасны. Даже Громовой Зверь ступени Очищения Пустоты не может противостоять врожденному дефекту своей кровной линии.

Слушая Чэнь Чаншэна, Лэй Юнь взволнованно прорычал:

— Когда ты успел нас отравить?! Почему я ничего не заметил?! К тому же, наш Род Громовых Зверей неуязвим для ядов! Даже если и существует яд, способный нас свалить, почему те люди остались невредимы?! Не верю, что тела людей могут быть крепче, чем у Громовых Зверей!

Видя, что Лэй Юнь все еще цепляется за превосходство своей крови, Чэнь Чаншэн закатил глаза.

— Кровь Рода Громовых Зверей действительно сильна. Но знаете ли вы ее по-настоящему? Все в мире взаимосвязано и взаимоограничено, неужели ты не знаешь этого принципа? Небеса, создав такой могущественный род, как ваш, непременно оставили и слабое место. То, что я использовал – не яд, а парализующее средство, специально созданное для вашего рода. Стоит Громовому Зверю соприкоснуться с ним, как он теряет все силы и становится совершенно беззащитным.

— Ты лжешь! – взревел Лэй Юнь. Его оглушительный рев даже напугал Чэнь Чаншэна.

— Да что ты заладил?! – раздраженно хлопнул Чэнь Чаншэн зверя по телу. – Не видишь, я ищу твою уязвимую точку?! Ты меня с толку сбиваешь!

«Пожурив» Лэй Юня, Чэнь Чаншэн снова принялся пересчитывать чешуйки. Видя, что человек его игнорирует, Лэй Юнь рассвирепел еще больше. Он не мог смириться с тем, что ситуация, в которой победа была гарантирована, обернулась таким образом.

— Когда ты успел нас отравить?! С моим уровнем совершенствования я не мог не заметить!

В ответ на недоумение Лэй Юня Чэнь Чаншэн, не отрываясь от подсчета чешуек, сказал:

— Когда вы только прибыли, разве не видели, что мы вылезли из-под земли? Я не травил вас напрямую. Я смешал лекарство с почвой в радиусе пятисот ли. Кроме того, под землей я установил бесчисленное множество огромных железных котлов. Под действием сильного огня лекарственная жидкость в котлах испарялась и просачивалась сквозь почву наверх. Так я и смог отравить вас незаметно.

Хрясь!

Говоря это, Чэнь Чаншэн сорвал с тела Лэй Юня чешуйку размером с таз. Как только эта особая чешуйка была удалена, все плотно сомкнутые чешуйки на теле зверя приоткрылись, обнажив щели. Вслед за этим раздался непрерывный звук разрезаемой плоти.

Весь в крови, Чэнь Чаншэн извлек из брюха Лэй Юня Громовую Пилюлю размером с человеческую голову. Забрав источник силы вожака, Чэнь Чаншэн перерезал все его энергетические меридианы. Окончательно обезвредив Лэй Юня, он глубоко вздохнул и прислонился к огромной голове зверя.

— Ц-ц-ц! Крепкий орешек! Громовая Пилюля – это сама ваша жизнь. Боль от ее извлечения исходит из глубины души, ее не заглушить никаким лекарством. Когда я свежевал твоего сына, его вопли сотрясали небо и землю. А ты смог выдержать молча. Впечатляет.

Глядя на невозмутимое лицо Чэнь Чаншэна, глаза Лэй Юня налились кровью.

— Ты с самого начала все это спланировал! Эта смертоносная формация была лишь приманкой, чтобы отвлечь внимание!

— Верно. Формация Небесного и Земного Уничтожения – лишь вспомогательный инструмент, – кивнул Чэнь Чаншэн. – Род Громовых Зверей слишком многочислен. Если бы сбежал хотя бы один эксперт на пике Преобразования Духа, моей стороне грозило бы полное уничтожение. Поэтому, даже зная вашу смертельную слабость, я не смел действовать опрометчиво. Эта формация – просто колпак, чтобы накрыть эту область и не дать лекарству слишком сильно рассеяться. Дальше нужно было просто тянуть время. Такой могущественный род, как ваш, столкнувшись с такими «мелкими рыбешками», как мы, непременно стал бы играть в кошки-мышки, прежде чем нанести удар. Как видишь, все мои расчеты оказались верны.

Слушая Чэнь Чаншэна, Лэй Юнь был готов взорвать себя от ярости. Но, увы, его Громовая Пилюля была извлечена, и он не мог даже этого.

Закончив объяснения, Чэнь Чаншэн поднялся, размялся и проглотил целебную пилюлю.

— Ну что ж, смотри внимательно. Тебя я убью последним. Я хочу, чтобы ты своими глазами видел, как твои сородичи умирают в агонии.

Глядя в спину уходящему Чэнь Чаншэну, Лэй Юнь взревел:

— Я не прощу тебя! Даже если я умру, я вернусь и отомщу!

— Ха-ха-ха! Хорошая мысль, но реальность жестока. У тебя не будет шанса отомстить, – рассмеялся Чэнь Чаншэн. – Твоя чешуя пойдет мне на доспехи, твое мясо я съем, твою кровь переработаю в пилюли. Даже твои кости я превращу в оружие. Когда все будет сделано, я еще и прочту сутры, чтобы упокоить ваши души и избавить от обид. Гарантирую – все будет сделано идеально. Впрочем, я не такой уж бессердечный. Я выберу для вас место для захоронения, чтобы вы обрели покой в земле. Правда, это будет лишь кенотаф, ведь ваши тела я использую по полной программе.

(Прим.: Кенотаф — символическая могила без останков.)

Чэнь Чаншэн помолчал, а затем хитро улыбнулся.

— Столько дрались, чуть не забыл сказать, почему я убил твоего сына. Когда мы встретились, он дважды в меня плюнул. Так что вините в гибели Рода Громовых Зверей эти два плевка.

Сказав это, Чэнь Чаншэн, заложив руки за спину, неспешно удалился.

В этот момент обида и негодование Лэй Юня достигли предела. Могущественный Род Громовых Зверей был истреблен кучкой муравьев! Это был величайший позор! Нужно понимать, что в Племени У, не считая Чэнь Чаншэна, сильнейшим был лишь А Ли. Да и его уровень совершенствования едва дотягивал до порога ступени Зародыша Души. Сильнейшие воины рода так и не вступили в бой, бесчисленные могущественные артефакты остались неиспользованными… Как мог Лэй Юнь смириться с таким абсурдным и унизительным поражением?!

________________________________________

Прошло много времени.

Свирепые звери, наблюдавшие за происходящим из-за пределов Формации Небесного и Земного Уничтожения, уже начали терять терпение.

— Да что там этот Род Громовых Зверей возится?! Убить каких-то двуногих овец – и на это нужно столько времени?!

Услышав это, гигантский змей, обвившийся вокруг горной вершины, прошипел:

— Чего спешить? Может, среди Племени У тоже есть сильные эксперты?

— Да брось! – фыркнул другой зверь. – Уж Племя У я знаю! Они используют ядовитых насекомых Гу. Против других существ это, может, и опасно, но Род Громовых Зверей от природы устойчив к Гу!

Пока они спорили, плотно закрытая Формация Небесного и Земного Уничтожения медленно начала рассеиваться. И тогда многочисленные звери увидели зрелище, которое запомнили на всю оставшуюся жизнь.

Трупы!

Горы трупов, чья кровь пропитала землю.

Лэй Шань, один из сильнейших воинов звериной расы, был брошен на самую вершину этой горы тел. А на его трупе стояла крошечная фигурка.

Чисто-белое одеяние человека стало красным от крови. Он просто стоял там, не двигаясь. Но ни один из могучих свирепых зверей вокруг не смел встретиться с ним взглядом.

Один человек уничтожил целый клан – такое раньше считалось лишь преувеличением. Но теперь это стало реальностью.

Никто не знал, как этому человеку удалось такое совершить. Хотя в битве участвовало и Племя У, но для Клана Громовых Зверей они были не сильнее воздуха. Следовательно, истребил Клан Громовых Зверей только этот человек перед ними.

Словно почувствовав на себе взгляды свирепых зверей, Чэнь Чаншэн обернулся и мельком взглянул на них. От одного этого взгляда могучие твари в ужасе бросились врассыпную. Клан Громовых Зверей, один из сильнейших кланов, был уничтожен этим человеком – у других зверей не хватило духу выдержать даже его взгляд.

________________________________________

Битва между Племенем У и Кланом Громовых Зверей завершилась.

Оставшихся в логове Громовых Зверей Чэнь Чаншэн вместе с А Ли выследил и добил до последнего. С тех пор слава Племени У прогремела по всем Ста Тысячам Гор. В радиусе полутора тысяч километров от земель Племени У больше не ступала нога свирепых зверей ступени Зародыша Души. Они боялись того таинственного существа – Похоронщика!

После битвы некоторые звери, набравшись смелости, отправились взглянуть на поле боя. Трупы Громовых Зверей были убраны, осталась лишь каменная гора высотой более трехсот метров. На склоне горы острым мечом были высечены стихи и строка текста.

Надпись гласила: «Здесь покоятся три тысячи восемьсот двадцать одна душа Клана Громовых Зверей. Установлено Похоронщиком!»

А рядом со строкой были высечены стихи:

«Главу подняв, к Южному Ковшу стремлюсь,

Оборотясь, на Северную Звезду обопрусь.

Взгляд за пределы Неба – и там, средь звездных троп,

Нет никого, подобного мне».

Именно с этого момента имя «Похоронщик» стало запретным во всех Ста Тысячах Гор.

________________________________________

Пещера Водной Луны.

Уничтожив Клан Громовых Зверей, Чэнь Чаншэн принялся изучать Древний Бронзовый Дворец, который Лэй Шань когда-то отнял. Ключевая информация на этом дворце также была стерта, но что интересно – тот, кто стирал информацию, на этот раз оставил следы. На твердой бронзовой стене виднелся отпечаток ладони, а рядом с ним были высечены две строки мелких иероглифов:

«Великое зло искоренено, да возрадуется Поднебесная! Случайно обрел одну вещь, оставляю ее здесь для того, кому она суждена».

Прочитав послание на стене, Чэнь Чаншэн повернулся к лежавшему в стороне «каменному комку». Вероятно, это и была та вещь, оставленная таинственным существом. Тщательно изучив ее, Чэнь Чаншэн пришел к выводу, что это яйцо. К сожалению, яйцо было мертво. Лэй Шань, скорее всего, захватил Пещеру Водной Луны, чтобы с помощью здешнего духовного источника вернуть этому мертвому яйцу жизнь.

Духовный источник в Пещере Водной Луны обладал чудесным свойством взращивать различных духовных зверей и насекомых Гу. Именно потому, что Лэй Шань захватил пещеру, Племя У и начало постепенно слабеть.

Пока Чэнь Чаншэн размышлял над ходом событий, вошел Вождь Гу Ли.

— Божественный Посланник, ресурсы Клана Громовых Зверей подсчитаны.

Услышав это, Чэнь Чаншэн повернулся к склонившему голову Вождю Гу Ли.

— Половину ресурсов Клана Громовых Зверей я забираю себе, остальное оставляю вам. В ближайшие сто лет свирепые звери Ста Тысяч Гор вряд ли осмелятся вас беспокоить, так что используйте это время для быстрого развития. Кроме того, всем, что вы имеете сегодня, вы обязаны мне. Вы у меня в долгу. И сколько бы лет ни прошло, вы должны будете вернуть этот долг. Если не вернете – я заберу обратно все, что дал вам.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Гу Ли немедленно ответил:

— Божественный Посланник, будьте спокойны! Даже спустя десять тысяч лет Племя У не забудет вашей милости! Однако, прошу вас, оставьте знак, чтобы мы могли узнать вас в будущем.

Чэнь Чаншэн задумался над его просьбой, а затем протянул ему золотую страницу с второй половиной Техники Сокровенных Трансформаций. Техника Сокровенных Трансформаций была неизмеримо глубока; без первой части практиковать ее было невозможно. Лучшего знака и не придумать.

— Эта половина золотой страницы будет представлять меня. Когда однажды появится другая половина – это будет знаком, что пришло время вернуть долг. Ремонт трехцветного телепортационного массива займет еще некоторое время. До тех пор я не буду появляться в Племени У. И еще одно: после моего ухода я не желаю, чтобы мое имя передавалось из уст в уста. Ты меня понял?

— Гу Ли понял!

Сказав это, Вождь Гу Ли немедленно развернулся и покинул Пещеру Водной Луны.

Проводив его взглядом, Чэнь Чаншэн хмыкнул и снова принялся изучать мертвое яйцо. Он задержался в Ста Тысячах Гор по двум причинам. Во-первых, трехцветный телепортационный массив еще не был отремонтирован. Во-вторых, Чэнь Чаншэн решил попытаться оживить это мертвое яйцо. Духовный источник Пещеры Водной Луны не мог этого сделать, но если добавить Пасту Небесного Восполнения… результат мог быть иным.

Ста Тысяч Гор были опасны, но и чрезвычайно богаты ресурсами. Теперь, когда он уничтожил Клан Громовых Зверей и его имя наводило ужас на местных тварей, Чэнь Чаншэн решил воспользоваться возможностью и как следует пополнить свои запасы. В конце концов, снаружи найти ингредиенты для алхимии было не так-то просто.

Так Чэнь Чаншэн уединился в Пещере Водной Луны.

________________________________________

Изначально он думал, что задержится здесь на два-три года, но никак не ожидал, что это затянется на целых десять лет.

Сложность трехцветного телепортационного массива превзошла все его ожидания. Даже с богатыми ресурсами Клана Громовых Зверей в качестве поддержки, Чэнь Чаншэн потратил бесчисленное количество редчайших материалов для формаций.

Кроме того, работа над Пастой Небесного Восполнения зашла в тупик. Часть рецепта была написана на языке, который Чэнь Чаншэн никак не мог расшифровать. Попытки заменить недостающие ингредиенты другими травами также провалились.

За эти десять лет, кроме А Ли и А Мань, никто из Племени У не видел Чэнь Чаншэна. Учитывая запрет Вождя Гу Ли, имя Чэнь Чаншэна постепенно стало забываться в племени.

— Старший брат Чаншэн! Трехцветный телепортационный массив отремонтирован! – А Мань радостно прибежала сообщить новость.

Услышав это, Чэнь Чаншэн, который как раз занимался алхимией, поднял голову.

— Наконец-то починили. Значит, мне пора уходить.

С этими словами он начал собирать свои вещи. Однако, когда он собрался уходить, А Мань встала у него на пути, раскинув руки.

— Старший брат Чаншэн, я хочу уйти с тобой!

Глядя на стоявшую перед ним А Мань, Чэнь Чаншэн сказал:

— А Мань, ты меня знаешь. И ты знаешь мой выбор.

Услышав его слова, А Мань широко улыбнулась.

— Старший брат Чаншэн, я знаю, что ты не останешься ни ради кого – ни ради Няньшэн, ни ради меня. Твой путь долог и не имеет конца. Но ты не можешь из-за этого отвергать тех, кто хочет пройти часть этого пути рядом с тобой! А Мань хочет пойти с тобой. Даже если этот отрезок пути будет лишь кратким мгновением в твоей бесконечной жизни.

Чэнь Чаншэн молчал, обдумывая ее просьбу. Спустя долгое время на его лице появилась улыбка.

— Хорошо!

— А Ли, ты уже совсем прижал старшего брата Чаншэна! Подвинься туда немного!

Рука А Мань беспрестанно отталкивала А Ли, прижимая его лицо к холодной стенке гроба.

А Ли: «…»

Ну зачем так? Этот каменный гроб достаточно велик, чтобы вместить троих с комфортом. Вы же не собираетесь тут брачную ночь устраивать, к чему такая теснота?

Да, узнав, что Чэнь Чаншэн уходит, А Ли тоже попросил взять его с собой из Ста Тысяч Гор. Причина была проста: мир велик, и он хотел его повидать. Хотя Чэнь Чаншэн и не брал А Ли в официальные ученики, тот все равно считался его наполовину учеником. Чэнь Чаншэн, естественно, не отказал в такой мелочи. И вот результат.

Каменный гроб Бессмертного Почтенного Ста Поражений был просторным, но для троих все же немного тесноват. Чэнь Чаншэн лежал посередине, А Ли и А Мань – по бокам. А Мань ворчала, что крупный А Ли теснит Чэнь Чаншэна, поэтому лицо бедолаги оказалось прижатым к стенке гроба.

________________________________________

Неизвестно, сколько времени прошло, но шум снаружи наконец стих. Настрадавшийся А Ли откинул крышку гроба.

— Господин, неужели нельзя было придумать другой способ? Какой нормальный человек постоянно спит в гробу?!

Не обращая внимания на ворчание А Ли, Чэнь Чаншэн поднялся и осмотрелся. Здешний Древний Бронзовый Дворец был в ужасном состоянии, большая его часть давно разрушилась. Убедившись, что опасности нет, они выбрались из каменного гроба.

Глядя на мир снаружи, А Ли с любопытством спросил:

— Господин, где это мы?

Чэнь Чаншэн наградил его скептическим взглядом.

— Почему ты все время спрашиваешь меня? Думаешь, я и вправду всеведущий дух? Сначала осмотримся!

С этими словами Чэнь Чаншэн вышел из Древнего Бронзового Дворца и начал изучать окрестности. Осмотр показал, что кроме старого, почти засохшего дерева, вокруг был лишь густой лес.

Увидев это, А Ли почесал в затылке.

— Может, телепортируемся еще раз? Вряд ли в таком месте найдется тот, кого вы ищете. В починке трехцветного телепортационного массива я уже поднаторел, гарантирую – через три-пять лет будет готов к использованию.

Чэнь Чаншэн не ответил сразу. Он подошел к засохшему дереву у входа во Дворец. Легко коснувшись пальцами коры, он начал напевать детскую считалочку:

— Малань цветет двадцать один раз, два-восемь-два-пять-шесть, два-восемь-два-пять-семь…

Под ритм считалочки его пальцы скользили по коре дерева, вычерчивая определенный узор. Едва он произнес последнее слово, как на дереве вспыхнула формация.

Шлеп!

Что-то упало прямо в руку Чэнь Чаншэну. Глядя на деревянную фигурку тигра в своей ладони, он едва заметно улыбнулся. Спустя несколько мгновений он сказал:

— Нашел. Теперь можно заняться нашими делами.

Услышав это, А Ли удивленно захлопал глазами.

— Нашли? Что нашли?

— Разумеется, того, кого я так долго искал! – ответил Чэнь Чаншэн, показывая фигурку.

— Эта деревяшка и есть тот, кого вы искали?

— Да! Эту фигурку я когда-то подарил одной старой знакомой. Теперь она оставила ее здесь. Это значит, что она жива и у нее все хорошо. Раз я узнал, жива ли она, значит, моя цель достигнута!

Слова Чэнь Чаншэна совершенно сбили А Ли с толку, но А Мань поняла их смысл. Няньшэн стремилась к вечности, чтобы всегда быть рядом со старшим братом Чаншэном. А старший брат Чаншэн потратил сотни лет на ее поиски лишь для того, чтобы убедиться, что она в безопасности. Пока Няньшэн не достигнет вечности, она не станет встречаться со старшим братом Чаншэном. Ведь ситуация с тех пор не изменилась.

Подумав немного и поняв, что пока не может постичь логику Чэнь Чаншэна, А Ли отбросил этот вопрос.

— Господин, раз вы нашли того, кого искали, куда мы отправимся дальше?

— Хороший вопрос! Пришло время продемонстрировать мое Великое Искусство Предсказания!

С серьезным видом Чэнь Чаншэн достал палку и поставил ее вертикально на землю. Затем медленно отпустил. Палка качнулась и упала в определенном направлении.

— Есть результат! Идем туда! – объявил Чэнь Чаншэн, указывая на упавшую палку с совершенно серьезным выражением лица.

А Ли: «…»

Услышав про «Великое Искусство Предсказания», я уж было понадеялся увидеть что-то стоящее. А это просто тыканье пальцем в небо!

Мысленно поворчав на столь нелепый метод, А Ли осторожно спросил:

— Господин, выбирать направление таким способом… это точно правильно?

Чэнь Чаншэн кивнул в знак согласия.

— Не просто неправильно. Это совершенно абсурдно. Но раз уж ты сомневаешься в этом абсурдном методе, тогда выбирай направление сам.

А Ли посмотрел на серьезное лицо Чэнь Чаншэна, затем на незнакомый лес вокруг. И решительно заявил:

— Великое Искусство Предсказания Господина поистине достигло вершин мастерства! Я с превеликим удовольствием последую в выбранном вами направлении!

Убедившись, что А Ли понял намек, Чэнь Чаншэн бросил на него еще один скептический взгляд и направился в указанном палкой направлении. Для бессмертного странника, не имеющего дома, весь мир – его дом. Как говорится, нигде нет дома – и повсюду дом.

________________________________________

— Уважаемый, мертвых не вернуть, примите мои соболезнования. Терять близких очень больно, но живым нужно жить дальше. Вот, взгляните на наш новый гроб из палисандра! Цена – не девять тысяч девятьсот девяносто восемь, и даже не три тысячи девятьсот девяносто восемь! Всего за девятьсот девяносто восемь вы можете забрать его домой прямо сейчас! А если доплатите всего триста девяносто восемь, ваш близкий получит полный комплекс похоронных услуг! К тому же, я, владелец лавки, лично подберу для него место с лучшим фэн-шуй!

Молодой человек энергично расхваливал гроб потенциальному покупателю. Вообще-то, рекламировать гробы – дело рискованное, можно и по лицу получить. Но этот владелец лавки обладал реальной силой! Три года назад пошли слухи, что в одной семье ожил мертвец. Неизвестно как, но родные усопшего позвали на помощь этого владельца лавки. Все думали, что он от страха обделается. Но кто бы мог подумать! Прибыв на место, он сел, скрестив ноги, и начал читать священные тексты. Его слова были подобны лотосам, а земля под ним источала золотые цветы! И оживший мертвец действительно упокоился. С тех пор эта безымянная лавка гробовщика стала невероятно популярной.

Проводив последнего на сегодня клиента, молодой человек устало опустился на стул и пожаловался:

— А Мань, что стряслось с этими людьми из Святой Земли Куньлунь? Один за другим приходят гробы покупать. Я уже с ног сбился!

Услышав жалобы, из задней комнаты вышла девушка.

— Старший брат Чаншэн, у тебя такой странный характер. Когда дела идут плохо – жалуешься на отсутствие людей. Когда дела идут хорошо – опять жалуешься. Так ты хочешь, чтобы дела шли хорошо или плохо?

На слова А Мань Чэнь Чаншэн хмыкнул.

— Торговля гробами – такое дело… Не хочу, чтобы было слишком хорошо, но и слишком плохо – тоже. Рождение, старение, болезни и смерть – это естественный круговорот Небесного Пути. Если слишком много людей умирает – это проблема. Если слишком мало – тоже проблема. В общем, нужно поддерживать правильный баланс. Кстати, куда подевался этот малец, А Ли?

А Мань поставила на стол приготовленную еду.

— Наверное, ушел с людьми из Святой Земли Куньлунь искать Источник Духа. Сорок лет назад мы пришли сюда, и ты заставил его просидеть в лавке целых двадцать лет. Когда ты наконец отпустил его двадцать лет назад, он, естественно, захотел оторваться по полной.

Чэнь Чаншэн ел вкусную еду и неторопливо отвечал:

— Я держал его здесь двадцать лет, во-первых, чтобы он освоился с окружающей обстановкой, а во-вторых, чтобы он усердно совершенствовался и обрел хоть какую-то способность защитить себя. Как только он обрел эту способность, я, естественно, его отпустил. И еще, собирай потихоньку вещи. Нам пора уходить отсюда. У меня предчувствие, что скоро здесь станет неспокойно.

Услышав это, А Мань на мгновение замерла.

— А как же А Ли? Он вряд ли вернется в ближайшее время.

— Вот именно поэтому и нужно уходить, пока он не вернулся! А Ли мечтает об этом огромном мире, а не о моей маленькой лавке гробовщика. Если он останется со мной, это будет лишь ограничивать его рост. Без меня он достигнет гораздо большего.

Услышав ответ Чэнь Чаншэна, А Мань мягко улыбнулась.

— Старший брат Чаншэн, я всегда поддержу твое решение. Я сейчас же пойду собирать вещи.

— Ай-яй! Не спеши ты так! Я же не прямо сейчас ухожу. Садись скорее, поужинаем.

А Мань улыбнулась и села ужинать вместе с Чэнь Чаншэном. Их общение было спокойным и привычным – так они прожили уже сорок лет. А Мань наслаждалась этой тихой, размеренной жизнью рядом с ним. Для нее такого простого присутствия было достаточно.

В этот момент снаружи раздался голос:

— Святая Земля Куньлунь, Цзян Буфань просит аудиенции!

Услышав, что пришел Святой Сын Куньлуня, А Мань тут же собралась встать, но Чэнь Чаншэн жестом остановил ее.

— Не обращай внимания. От него одни проблемы.

А Мань взглянула на молодого человека за дверью, но все же послушно села обратно.

Видя, что его игнорируют, Цзян Буфань снаружи не рассердился, а лишь молча остался стоять у входа.

Время шло. А Мань убрала посуду со стола, а Чэнь Чаншэн устроился в кресле-качалке с древней книгой. Спустя долгое время он махнул рукой.

— Входи. Ты, будущий Святой Сын Куньлуня, стоишь у меня на пороге – как же мне дела вести?

Услышав это, Цзян Буфань снаружи немедленно поклонился.

— Благодарю вас, господин. Буфань пришел сегодня с одной просьбой. Я хотел бы попросить господина…

— Стой! – Чэнь Чаншэн жестом прервал его, не дав договорить. – То, что я позволил тебе войти, не значит, что я согласен помочь. Я позвал тебя, чтобы ты передал кое-что А Ли. Скажи ему, что нет вечного пира под луной, и дальше свой путь он должен пройти сам. Кроме того, мои способности скромны, я ничем не могу помочь Святой Земле Куньлунь. Ищите кого-нибудь другого.

На отказ Чэнь Чаншэна Цзян Буфань лишь мягко улыбнулся.

— Господин слишком скромен. Ваши способности мало с чем сравнятся в Поднебесной. Если уж вы не сможете чего-то сделать, то, боюсь, этого не сможет никто. Я слышал, господин давно хотел воспользоваться супер-телепортационным массивом Святой Земли Куньлунь. Если господин согласится помочь, я готов убедить Святую Землю предоставить вам массив в пользование.

При этих словах глаза Чэнь Чаншэна слегка сузились.

— Похоже, ты многое обо мне разузнал!

— Хе-хе! Чтобы просить господина о помощи, как можно не предложить достойную цену? Не знаю только, удовлетворит ли эта цена господина?

Видя уверенный вид Цзян Буфаня, Чэнь Чаншэн холодно ответил:

— Ты действительно предложил то, что меня соблазняет. Я и вправду не могу тебе отказать. Приходи через три дня. Мне нужно кое-что подготовить.

— Без проблем! Через три дня Буфань снова нанесет визит господину.

Сказав это, Цзян Буфань развернулся и покинул лавку гробовщика.

Проводив его взглядом, А Мань обеспокоенно спросила:

— Господин, вы действительно собираетесь ему помочь?

Она ожидала, что Чэнь Чаншэн начнет подробно расписывать причины, по которым он вынужден согласиться, но тот лишь отмахнулся:

— Помочь? Да я обманул его.

А Мань: ???

— Старший брат Чаншэн, но вы же договорились встретиться через три дня?

Чэнь Чаншэн поднялся и потянулся.

— А как бы я еще выиграл время на подготовку к побегу, если бы не договорился с ним о встрече через три дня? Я остался здесь, возле Святой Земли Куньлунь, потому что меня заинтересовал их уникальный Источник Духа. Духовные камни добывают из жил, а Источник Духа – ресурс еще более ценный. В нем содержится не только чистейшая духовная энергия, но и могут быть запечатаны различные древние артефакты. Но узнав о происхождении Источника Духа, я потерял к нему интерес. Источники Духа рождаются в неблагоприятных, зловещих местах. А теперь Святая Земля Куньлунь еще и собралась исследовать Священные Руины – запретнейшее из запретных мест! Только больной на голову согласится им помогать!

Выслушав его, А Мань задумалась.

— Но, старший брат Чаншэн, если не использовать супер-телепортационный массив, как мы вернемся в Восточные Пустоши? Сейчас мы в Срединных Землях, нас разделяют десятки тысяч километров!

— Ну и что, что десятки тысяч? Если идти потихоньку, однажды доберешься. Я думал обменять духовные камни на возможность использовать массив, но теперь, похоже, это не выйдет. Ладно, А Мань, собирай вещи, а я схожу в Долину Бабочек.

С этими словами Чэнь Чаншэн покинул свою маленькую лавку гробовщика.

________________________________________

Долина Бабочек.

— Старейшина Яо! Я снова к вам! – Голос Чэнь Чаншэна эхом разнесся по живописной долине.

Через мгновение из хижины вышел старец с добрым лицом, белыми волосами и бородой.

— А ты вовремя! Я как раз позавчера закончил переводить рецепт Пасты Небесного Восполнения.

Услышав это, Чэнь Чаншэн широко улыбнулся.

— Я знал, что Старейшина Яо справится! Не зря я ждал вас сорок лет!

— Оставь лесть. Без твоей помощи я бы и за четыреста лет не расшифровал эту Пасту Небесного Восполнения.

Обменявшись парой любезностей со Старейшиной Яо, Чэнь Чаншэн прошел за ним в хижину. Глядя на лежащий на столе переведенный рецепт, он почувствовал волнение. Там, в Ста Тысячах Гор, он испробовал все возможные способы, но так и не смог полностью расшифровать рецепт Пасты Небесного Восполнения. Покинув те края, Чэнь Чаншэн, естественно, не оставил попыток. И вот, по счастливой случайности, он познакомился со Старейшиной Яо, Бессмертным Медиком из Долины Бабочек.

Чэнь Чаншэн был мастером Пути Алхимии, а Старейшина Яо – великим знатоком Пути Целителя. Хотя их пути и различались, у них все же были точки соприкосновения. В беседах со Старейшиной Яо Чэнь Чаншэн наконец понял, почему ему не удавалось расшифровать рецепт.

Потому что Паста Небесного Восполнения была вовсе не алхимическим рецептом, а медицинским!

Алхимики искусны в создании пилюль, которые могут повышать уровень совершенствования, укреплять тело, исцелять раны и обладать множеством других эффектов. Но Путь Алхимии сосредоточен в первую очередь на повышении уровня совершенствования, и в лечении болезней и ран он уступает Пути Целителя. Целители же не только используют лекарства для лечения совершенствующихся, но и применяют другие методы, недоступные алхимикам.

— Невероятно, что для Пасты Небесного Восполнения используются такие простые ингредиенты. Удивительно, – не удержался от восклицания Чэнь Чаншэн, пробежав глазами рецепт.

Старейшина Яо погладил бороду.

— Для повышения уровня совершенствования, конечно, нужны драгоценные духовные травы, ведь в них заключена огромная сила. Но для лечения болезней и ран обычные травы порой оказываются эффективнее духовных. Тот предок, что создал Пасту Небесного Восполнения, сумев из обычных трав создать лекарство, способное возвращать к жизни, обладал поистине несравненным, потрясающим талантом.

Услышав слова Старейшины Яо, Чэнь Чаншэн убрал нефритовый свиток с оригиналом и переведенный рецепт.

— Вы перевели этот рецепт, значит, наверняка запомнили его наизусть. Как друг, я дам вам совет: даже если вы сможете создать Пасту Небесного Восполнения, не позволяйте ей появиться в мире в ближайшие сто лет. Святая Земля Куньлунь собирается исследовать Священные Руины, и там уже погибло много людей. Если они узнают, что у вас есть Паста Небесного Восполнения, на вас обрушатся бесконечные неприятности.

Старейшина Яо взглянул на Чэнь Чаншэна и улыбнулся.

— Ты уходишь?

— В ближайшие дни. Я думал воспользоваться телепортационным массивом Святой Земли Куньлунь, но в нынешней ситуации придется идти пешком. Западный Континент, Восточные Пустоши, Северная Пустыня, Южные Равнины, Срединные Земли… Раньше я и не представлял, что мир так огромен. Сколько сотен лет займет путь от Срединных Земель до Восточных Пустошей – одному Небу известно.

Видя, как жалуется Чэнь Чаншэн, Старейшина Яо усмехнулся, достал из-за пазухи нефритовый свиток и протянул ему.

— Раз ты уходишь, я сделаю тебе подарок. Считай это ответным даром за Пасту Небесного Восполнения.

Просмотрев содержимое свитка, Чэнь Чаншэн удивленно посмотрел на Старейшину Яо.

— Вы передали мне все знания своей жизни… Вы ведь не собираетесь взять меня в ученики? Этого не выйдет, я сейчас не горю желанием становиться чьим-то учеником.

— С твоими способностями, Чэнь Чаншэн, это мне впору идти к тебе в ученики, как я смею брать тебя в ученики? – рассмеялся Старейшина Яо. – Я пока не нашел преемника для своего искусства врачевания. Грядут смутные времена, и я не уверен, смогу ли уцелеть. Если я не успею передать свое наследие, возможно, мне придется попросить тебя о помощи. Найди подходящего человека и передай ему этот свиток.

Выслушав просьбу Старейшины Яо, Чэнь Чаншэн подумал и согласился:

— Хорошо, это несложно. Встречу подходящего человека – передам ему. Но преемника вам все же лучше найти самому.

Сказав это, Чэнь Чаншэн развернулся и покинул Долину Бабочек. Глядя на его удаляющуюся беззаботную фигуру, Старейшина Яо улыбнулся и вернулся в свою хижину.

________________________________________

Чэнь Чаншэн ушел. Вместе с А Мань он покинул место, где прожил сорок лет. Узнав об уходе Чэнь Чаншэна, двое людей пришли в сильнейшее волнение.

Одним из них был будущий Святой Сын Куньлуня, Цзян Буфань.

— Неблагодарный! Чэнь Чаншэн, лучше тебе не попадаться мне на глаза, иначе я, Цзян Буфань, заставлю тебя пожалеть!

В ярости Цзян Буфань разнес вдребезги все в своей комнате и затаил злобу на А Ли, связанного с Чэнь Чаншэном.

________________________________________

Перед лавкой гробовщика.

Человеческая фигура неподвижно стояла перед пустой лавкой. Глядя на нее, юноша тихо пробормотал:

— Учитель… вы действительно бросили А Ли? Что А Ли сделал не так?

Спустя долгое время А Ли покинул лавку. С этого момента юноша из Племени У, вышедший из Ста Тысяч Гор, повзрослел. С этого момента он научился встречать трудности в одиночку. Но образ того человека навсегда запечатлелся в его сердце.

________________________________________

В полутора тысячах километров оттуда.

Чэнь Чаншэн и А Мань появились на вершине горы. Убедившись, что они покинули пределы влияния Святой Земли Куньлунь, Чэнь Чаншэн больше не стал использовать телепортационный массив.

— Старший брат Чаншэн, мы теперь возвращаемся в твои родные края?

Чэнь Чаншэн поднял голову и задумался.

— Можно сказать и так. С Восточными Пустошами у меня связано слишком много воспоминаний. Там я чувствую себя почти как дома. Заодно воспользуемся возможностью и посмотрим, как огромен мир.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, А Мань взяла его под руку и тихо сказала:

— Пока я могу быть рядом со старшим братом Чаншэном, я готова идти куда угодно.

Хотя ее слова звучали сладко, в голосе слышалась легкая грусть. Когда-то Чэнь Чаншэн сказал, что каждый может предвидеть свое будущее. Тогда А Мань не до конца поняла его слова и его чувства. Но со временем она поняла.

С ростом уровня совершенствования увеличивается и продолжительность жизни. На ступени Сбора Ци жизнь такая же, как у смертных. Ступень Заложения Основ дает двести лет жизни, Золотое Ядро – пятьсот, Зародыш Души – восемьсот. Ступень Преобразования Духа позволяет прожить больше тысячи лет.

Для любого человека это очень долгий срок. Но даже тысяча лет для старшего брата Чаншэна – лишь незначительная секунда в его бесконечной жизни. У нее нет такого таланта к совершенствованию, как у А Ли. Даже приложив все усилия, старший брат Чаншэн смог поднять ее лишь до ступени Заложения Основ. Это и есть то предвидимое будущее, о котором он говорил: она не сможет вечно быть рядом со старшим братом Чаншэном.

Спрятав эти грустные мысли глубоко в сердце, А Мань весело улыбнулась.

— Старший брат Чаншэн, на этот раз ты должен будешь показать мне много интересного! Я ведь сорок лет была у тебя и помощницей, и служанкой!

Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся.

— Без проблем. Я покажу тебе все великолепие мира, покажу восходы и закаты. Все, что ты захочешь увидеть, – я покажу тебе.

Чэнь Чаншэн ушел. Он покинул могущественную Святую Землю Куньлунь и процветающие Срединные Земли. Он ушел вместе с той девушкой, что вышла с ним из Ста Тысяч Гор.

За долгие сотни лет Чэнь Чаншэн встречал множество живых существ. Были среди них Небесные Избранники, чей талант поражал мир; были благородные наследники знатных родов; были и могучие эксперты, чьи имена не произносили вслух… Но из всех этих встреченных существ лишь та девушка из Ста Тысяч Гор была готова отдать всю свою жизнь ради одного краткого мгновения рядом с Чэнь Чаншэном.

________________________________________

Уход Чэнь Чаншэна никак не повлиял на Святую Землю Куньлунь. Весь мир тоже не изменился из-за его ухода. Если что-то и изменилось, так это то, что в мире появилась пара неразлучных спутников – мужчина и женщина.

От Срединных Земель до Восточных Пустошей лежали десятки миллионов ли пути. Для других это было путешествие, которое могло занять целую жизнь. Но для кого-то десятки миллионов ли были лишь кратким мгновением.

Никто никогда не измерял точное расстояние от Срединных Земель до Восточных Пустошей. Но Чэнь Чаншэн вместе с А Мань шаг за шагом измерили его.

Расстояние от Святой Земли Куньлунь до Великой Династии Гань составило тринадцать миллионов двести восемьдесят тысяч ли. Эту дорогу Чэнь Чаншэн и А Мань прошли за двести сорок лет.

(Прим.: 1 ли ≈ 0.5 км. Это примерно 6 640 000 км.)

В какой-то момент Чэнь Чаншэн отчаянно желал, чтобы дорога от Святой Земли Куньлунь до Восточных Пустошей никогда не заканчивалась. Но у всех дорог в мире есть конец, как и у человеческой жизни.

— Старший брат Чаншэн, это то место, с которого все началось? – А Мань с любопытством осматривала дикую местность вокруг, пытаясь представить, как здесь все выглядело раньше.

Время текло неумолимо, прошли годы. Тот маленький городок давно исчез без следа. Даже Чэнь Чаншэн смог найти лишь примерное место, где он когда-то стоял.

Видя счастливое лицо А Мань, Чэнь Чаншэн спокойно спросил:

— А Мань, какой гроб ты хочешь?

Услышав его вопрос, А Мань обернулась и улыбнулась.

— Я хочу самый лучший гроб старшего брата Чаншэна. И еще, старший брат Чаншэн, сделай меня покрасивее. Я не хочу оставить в твоем сердце плохой образ.

Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся.

— Хорошо. Все будет так, как ты хочешь.

Ее игривое настроение улетучилось. А Мань с нежностью коснулась лица Чэнь Чаншэна.

— Старший брат Чаншэн, не грусти, хорошо? Я знаю, ты не хочешь, чтобы я умирала, иначе разве А Мань прожила бы так долго? С тех пор как я встретила тебя, я прожила целых триста лет. Я всего лишь совершенствующаяся ступени Заложения Основ. Продлить мою жизнь еще на сто лет – это уже предел. Трехсот лет вполне достаточно. Я была очень счастлива. Если бы не ты, я бы не была счастлива, даже проживи еще триста лет.

Взяв А Мань за руку, Чэнь Чаншэн тихо сказал:

— Как я и говорил, все будет по-твоему. Я не буду грустить. Ты хочешь увидеть что-нибудь еще?

— Я хочу увидеть восход солнца.

— Хорошо!

Сказав это, Чэнь Чаншэн привел А Мань на самую высокую вершину горы. Они сели рядом, прижавшись друг к другу. Глядя на светлеющий восток, А Мань надула губки.

— Старший брат Чаншэн, А Мань на самом деле очень эгоистична. Я знаю, что делаю тебе больно, но только так ты запомнишь А Мань. Ты ведь не будешь сердиться на А Мань, хорошо?

Чэнь Чаншэн обнял ее за плечи и тихо сказал:

— Я твой старший брат Чаншэн. Разве старший брат Чаншэн может сердиться на А Мань?

Услышав его слова, А Мань ослепительно улыбнулась.

— Старший брат Чаншэн такой хороший. А Мань так хотела бы видеть с тобой каждый восход и закат. Но А Мань немного устала. А Мань хочет поспать. Этот восход А Мань не будет смотреть с то…

Последнее слово так и не было произнесено. Рука А Мань безвольно упала. Первые лучи утреннего солнца озарили их фигуры.

Молчание. Бесконечное молчание – вот единственная реакция Чэнь Чаншэна на смерть А Мань.

За эти двести сорок лет он испробовал все способы, чтобы продлить ей жизнь. Она держалась до сих пор лишь благодаря силе воли и своему желанию. Когда путь подошел к концу, это желание, эта одержимость, естественно, рассеялись.

Неизвестно, сколько времени прошло. Чэнь Чаншэн, все еще державший А Мань, медленно поднялся. Он достал обычный деревянный гроб, нанес А Мань самый изысканный макияж и, глядя на нее, лежащую в гробу, тихо сказал:

— А Мань, я передумал. Я не могу дать тебе самый лучший гроб. Потому что тогда ты, уже мертвая, останешься в этом мире на очень долгое время. Я не хочу, чтобы ты не знала покоя даже после смерти. И я боюсь, что однажды сам потревожу твой покой. Так что поспи пока немного. Я скоро приду к тебе.

С этими словами Чэнь Чаншэн закрыл крышку гроба. Нежно погладив дерево, он тихо вздохнул.

— Система, время следующего сна уже скоро, верно?

В ответ раздался электронный голос Системы:

«Отвечаю Носителю. После прошлого пробуждения вы провели восемнадцать лет в Древней Запретной Земле. Затем двадцать лет в Ста Тысячах Гор. Сорок лет ушло на изучение Источника Духа и Пасты Небесного Восполнения. Двести сорок лет занял путь от Святой Земли Куньлунь сюда. Всего вы бодрствовали триста восемнадцать лет. До следующего сна осталось два года».

Выслушав Систему, Чэнь Чаншэн усмехнулся.

— Когда я встретил А Мань, ей было всего восемнадцать. Получается, она родилась как раз после моего прошлого пробуждения. Как думаешь, она пришла специально, чтобы провести со мной это время?

«Отвечаю Носителю, это всего лишь совпадение. Если Носитель желает придать этому совпадению романтический оттенок, Система не возражает».

— Ха-ха-ха! Система, Система, ну ты и бесчувственная! Возможно, прожив достаточно долго, я тоже стану таким. Но это будет еще очень не скоро. А сейчас, пока во мне еще осталось что-то человеческое, я хочу повидать своих старых знакомых. Этот сон будет еще дольше. Боюсь, проснувшись, я их уже не застану.

Сказав это, Чэнь Чаншэн взмыл в воздух и полетел в определенном направлении.

________________________________________

Храм Небесного Будды.

— Настоятель, что же вас все еще держит?

В Храме Небесного Будды группа монахов стояла на коленях перед старым монахом, чья жизнь угасала, словно догорающая масляная лампа. Это был настоятель Храма Небесного Будды, Исю.

На вопросы своих учеников Исю лишь слабо шевельнул мутными глазами.

— Я жду одного человека.

— Настоятель, кого вы ждете? Ученики приведут его к вам, хорошо? – предложил один из монахов.

Но Исю покачал головой.

— Похоронщика нельзя позвать. Когда придет его время, он явится сам.

Услышав слова настоятеля, монахи растерянно переглянулись. Видя, что уговоры бесполезны, они покинули келью.

Неизвестно, сколько времени прошло. Плотно закрытая дверь снова отворилась, и чья-то фигура подошла к ложу Исю.

Потерев бритую макушку, появившаяся фигура села рядом с Исю.

— Маленький монах, всего несколько сотен лет не виделись, а ты уже дошел до такого состояния.

Услышав знакомый голос, в мутных глазах Исю вспыхнул огонек.

— Это ты… вернулся?

— Конечно, я. Кто еще придет навестить такого старого, умирающего монаха, как ты?

Убедившись, что это действительно он, Исю тут же выдернул из своего тела восемнадцать серебряных игл. Его иссохшее тело на глазах начало молодеть.

— Чэнь Чаншэн, ублюдок ты эдакий! Какого черта ты все еще не сдох?! – взревел помолодевший Исю, вскакивая на ноги.

Глядя на его ярость, Чэнь Чаншэн спокойно достал мандарин и принялся его чистить.

— Разве служителю Будды подобает сквернословить? Ты все-таки известный монах в Королевстве Ночной Луны, прояви хоть немного достоинства.

В ответ на невозмутимость Чэнь Чаншэна, Исю закатил глаза и потянулся к мандарину в его руке. Однако Чэнь Чаншэн отдернул руку, не давая ему взять фрукт.

— Эй! Я же умираю! Неужели мне и мандарин твой съесть нельзя?!

— Конечно, нельзя. Я ем мандарин, чтобы его кожурой перебить трупный запах. Удивительно, как ты довел себя до такого? Хотя предел жизни на ступени Зародыша Души – восемьсот лет, но с пилюлями продления жизни можно протянуть еще лет сто-двести. А тебе, насколько я помню, еще нет восьмисот.

Услышав вопрос Чэнь Чаншэна, Исю скривился и беспомощно вздохнул:

— Я бы и рад прожить еще пару сотен лет! Но обстоятельства не позволяют, что я могу поделать? Помнишь, как я оказался заперт в запретной земле Королевства Ночной Луны?

— Помню. И что дальше?

— Тогда за мной гнался Король Волков, и мне пришлось укрыться в расщелине печати. Со временем мое тело подверглось воздействию Зловещей силы. Эта сила сделала меня намного сильнее, но за это пришлось заплатить. Чтобы остановить ее распространение, я сам обрубил часть своего совершенствования и откатился обратно на ступень Зародыша Души.

При этих словах Чэнь Чаншэн нахмурился и положил руку на запястье Исю. Внимательно прощупав его пульс, он сказал:

— В твоем теле есть сила, которая пожирает твой организм. Твое тело почти превратилось в пустую оболочку. Цена, о которой ты говоришь… это, случайно, не твоя жизненная сила?

— Да. Но точнее сказать – сама жизненная энергия. Зловещая сила пожирает жизненную энергию носителя, преобразует ее и возвращает ему в виде мощи. В этом и есть секрет ее усиления. Чтобы Зловещая сила не вредила мне самому, я должен был бы убивать других и забирать их жизненную энергию для себя. Чем выше ступень, тем больше жизней нужно забрать. Когда я больше не смогу ее насытить… она высосет меня досуха и найдет нового носителя. Теперь ты понимаешь, почему я стал таким?

Сказав это, Исю молча посмотрел на Чэнь Чаншэна. Тот помолчал немного и спросил:

— А ты не думал ее уничтожить?

— Конечно, думал. Я перепробовал множество способов, но ничего не вышло. Она не исчезнет, пока я не умру. И, по моим оценкам, если я умру естественной смертью, она вырвется из моего тела и найдет нового носителя. Поэтому я и держался на последнем издыхании, ждал твоего возвращения. Ощущение растущей силы слишком соблазнительно, мало кто в мире сможет устоять перед этим искушением. Я не хочу, чтобы эта зараза распространялась дальше.

С этими словами Исю достал изящную урну для праха и протянул ее Чэнь Чаншэну.

— Лучший способ уничтожить эту силу – сжечь меня дотла. Урну я уже приготовил. Остальное – на тебе. Кроме того, учитывая мою ступень совершенствования, после смерти должны остаться несколько шарира. Считай это платой за твои услуги. Я слишком хорошо знаю твою натуру – заставить тебя работать бесплатно труднее, чем убить.

Чэнь Чаншэн посмотрел на урну в своих руках и хмыкнул:

— А где похоронить твой прах? Может, передать твоим ученикам и последователям?

— Уж лучше не надо. Храм Небесного Будды измельчал, поколение за поколением. Эти юнцы в рясах – не самые надежные люди. Отдашь им мой прах – того и гляди, однажды развеют по ветру. Место выбери сам. Мне уже будет все равно.

Сказав это, Исю снова сел, скрестив ноги, и его жизненная сила окончательно угасла. В тот же миг на его теле проявились бесчисленные золотые письмена, словно сеть, крепко сковавшая его останки.

Глядя на тело Исю, Чэнь Чаншэн покачал головой и вздохнул:

— Ах, маленький монах, маленький монах! Ты до конца остался таким же добрым. Будь на твоем месте кто-то другой, он бы давно устроил резню.

С этими словами фигура Чэнь Чаншэна исчезла, и тело Исю тоже пропало из кельи. Но на стене комнаты остались три иероглифа:

«Похоронщик!»

________________________________________

Запретная земля Королевства Ночной Луны.

Несравненно красивая женщина неподвижно стояла перед тремя высохшими деревьями. Внезапно рядом раздался легкомысленный голос:

— Малышка Бай, как поживаешь в последнее время?

Бум!

Без малейшего колебания женщина мгновенно атаковала источник голоса.

— Эй, эй, не надо драться! Это я!

Чэнь Чаншэн увернулся от атаки и быстро назвал себя. Однако, узнав его, женщина стала атаковать еще яростнее. Видя, что она не собирается останавливаться, Чэнь Чаншэн беспомощно покачал головой и применил Истинный Облик Неба и Земли.

Грохот!

Удар Безымянного Кулака – и женщину отбросило прочь. Следом Чэнь Чаншэн правой рукой начертал в воздухе несколько загадочных рун формации, которые тут же сковали ее. Закончив с этим, он установил временный массив, чтобы посторонние не могли им помешать.

— Ваньянь Юэ, мы же вроде как знакомы. Зачем сразу так жестоко?

Глядя на стоящего перед ней мужчину, Ваньянь Юэ, даже будучи связанной, не скрывала ненависти во взгляде.

— Тебя и бью! Не только бить, я тебя убить хочу! Посмей только держать меня здесь вечно, иначе я тебе устрою!

В ответ на ее гнев Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Может, поговорим нормально? Если нет, мне придется сделать тебе новую модную стрижку.

При этих словах Ваньянь Юэ вздрогнула. Воспоминание о давнем унижении снова всплыло в памяти.

— Ты посмеешь?!

— А чего мне не сметь? Могу доказать прямо сейчас.

С этими словами Чэнь Чаншэн достал бритву и шагнул к Ваньянь Юэ. Увидев холодно блеснувшее лезвие, она наконец сдалась.

— Не подходи! Ладно, я не буду с тобой враждовать!

— Вот это другое дело. Зачем старым друзьям при встрече так злиться?

Освободившись от пут, Ваньянь Юэ холодно спросила:

— Ты исчез так давно. Зачем вернулся?

— Ну, знаешь, это как-то нелогично звучит, – ответил Чэнь Чаншэн. – Какая связь между тем, как долго меня не было, и тем, вернулся я или нет?

Ваньянь Юэ не ответила, лишь повернулась и посмотрела на могилу Ваньянь Агудо.

Помолчав, она сказала:

— В деле Исю я сделала все, что могла.

— Я знаю. С его проблемой обычный человек действительно не справился бы.

— В Обитель Высшей Чистоты заходил?

— Заходил. Юань Шань, этот парень, оказался не промах, сумел прорваться на ступень Преобразования Духа.

— Раз ты побывал в обоих местах, зачем пришел ко мне?

— Хотел проверить, все ли спокойно с тем, что под Древним Бронзовым Дворцом. А ты, едва я поздоровался, сразу набросилась.

Задав вопрос, Ваньянь Юэ помолчала и снова спросила:

— Где ты был все эти годы?

— Бродил туда-сюда, останавливался, снова шел… Побывал во многих местах, так сразу и не расскажешь.

— На этот раз надолго вернулся?

— Не знаю. Может, завтра опять уйду.

— А если я силой тебя задержу?

— Ты меня не одолеешь.

— Ты!..

Такой прямой ответ окончательно вывел Ваньянь Юэ из себя. Схватив Чэнь Чаншэна за воротник и совершенно забыв о своем королевском достоинстве, она закричала:

— Я столько лет усердно совершенствовалась! Почему ты все равно сильнее меня?!

Чэнь Чаншэн развел руками с невинным видом:

— Честно говоря, сам не знаю. За все эти годы я серьезно занимался совершенствованием от силы лет десять. В остальное время даже не думал об этом. Понятия не имею, почему я становлюсь все сильнее и сильнее, даже сильнее тех, кто только и делает, что совершенствуется.

Ваньянь Юэ: …

«Твои слова просто издевательство! – подумала она. – Если бы я могла тебя одолеть, я бы тебя хорошенько проучила!»

Отпустив воротник Чэнь Чаншэна, она отвернулась и холодно бросила:

— За Древним Бронзовым Дворцом присматриваю я, никаких проблем не будет. Можешь катиться отсюда.

Чэнь Чаншэн склонил голову набок, изучая ее выражение лица, и осторожно спросил:

— Ты, случайно, в меня не влюбилась?

— А ты давал мне такой шанс?

— Нет.

— Ну вот и все! Катись отсюда быстрее!

Видя, что Ваньянь Юэ снова его прогоняет, Чэнь Чаншэн выдавил улыбку:

— Вообще-то, неудивительно, если бы ты в меня влюбилась. Ведь я такой выдающийся и красивый. Но у нас с тобой ничего не выйдет. Ты ведь волчица, а я человек. Ребенок у нас получится… вол…

— Я тебя убью!

Разъяренная Ваньянь Юэ снова бросилась на Чэнь Чаншэна. Не желая вступать с ней в бой, он с максимальной скоростью исчез за горизонтом.

Глядя ему вслед, Ваньянь Юэ тяжело дышала, ее грудь вздымалась от гнева. Через некоторое время она успокоилась, повернулась и пошла прочь. Назад, в свой холодный и одинокий королевский дворец.

Их встреча в юности была нелепой, но незабываемой. Благодаря ему она выжила. Благодаря ему тело ее отца не осталось гнить под открытым небом. И снова благодаря ему Королевство Ночной Луны смогло отомстить своим врагам. Их встреча была полна судьбоносных совпадений.

Но у судьбы бывают разные нити – глубокие и поверхностные, длинные и короткие. С того момента, как умер Истинный Человек Юйхуа, их с Чэнь Чаншэном нить судьбы оборвалась. Она не могла оставить Королевство Ночной Луны. А Чэнь Чаншэн никогда не остановится ради кого-то одного. Он мог быть ее доверенным лицом, другом, старым знакомым, но он никогда не станет ее спутником Дао.

________________________________________

— Девочка, я навестил всех старых знакомых, – Чэнь Чаншэн прислонился к надгробию А Мань и вел неспешный разговор сам с собой. – Тот маленький монах остался таким же добрым сердцем. А вот мой старший брат оказался молодцом, прорвался-таки на ступень Преобразования Духа. Теперь я, наверное, могу не беспокоиться, что не застану его, когда проснусь.

Рядом с могилой А Мань была свежевырытая яма – Чэнь Чаншэн приготовил ее для себя.

Сказав это, он достал каменный гроб Бессмертного Почтенного Ста Поражений. Опустив гроб в яму, Чэнь Чаншэн привычно лег внутрь. Глядя на могилу А Мань, он пробормотал:

— Люди говорят: «При жизни не суждено спать вместе, но пусть после смерти будем в одной могиле». В этой жизни я подвел тебя. Если есть следующая жизнь, надеюсь, ты меня не встретишь.

С этими словами Чэнь Чаншэн закрыл крышку гроба. Снаружи активировалась заранее установленная формация. Толстый слой земли засыпал каменный гроб.

Чэнь Чаншэн погрузился в свой третий сон. На этот раз он был еще дольше – целых триста двадцать лет.

________________________________________

Восходили и заходили солнце и луна, сменялись весны и осени. Время, которое бесчисленные люди ценили как сокровище, утекало незаметно. Триста двадцать лет – срок огромный, достаточный, чтобы изменились русла рек и очертания гор. Две могилы, которые Чэнь Чаншэн когда-то воздвиг своими руками, давно исчезли без следа.

Хруст!

Огромное дерево содрогнулось, и неведомая сила вырвала его с корнем.

— Тьфу! Тьфу! Тьфу!

Выплюнув землю, случайно попавшую в рот, Чэнь Чаншэн огляделся. Окружающий пейзаж совершенно не совпадал с воспоминаниями о том месте, где он уснул.

Осмотревшись, он взглянул на панель Системы.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 200 (Средний этап Зародыша Души)】

【Скорость: 260 (Поздний этап Зародыша Души)】

【Защита: 280 (Пятая ступень)】

【Духовная сила: 200 (Средний этап Зародыша Души)】

【Запас жизни: 640 лет】

Глядя на данные панели, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул. С тех пор как он обнаружил, что духовная сила рассеивается во время сна, он постоянно искал способ решить эту проблему. В конце концов, он решил использовать Формацию Небесного и Земного Уничтожения, чтобы создать запечатанное пространство и замедлить утечку духовной силы. Судя по результатам, хоть и не удалось полностью остановить рассеивание, эффект был весьма неплохим.

Следуя своей привычке, Чэнь Чаншэн вложил все триста двадцать очков характеристик в Защиту. Однако метка рядом с показателем Защиты его озадачила. Вместо ожидаемых «Преобразование Духа» или «Очищение Пустоты» там появилось два слова: «Пятая Ступень».

— Система, что это значит? – удивленно спросил он.

«Метка – это лишь стандарт для оценки силы Носителя», – ответила Система. – «Стандарт изменился, поэтому изменилась и метка. Ввиду особых текущих обстоятельств используется лишь обобщенная метка».

Чэнь Чаншэн: ???

Ответ Системы не только не прояснил ситуацию, но и окончательно его запутал.

— Система, что значит «стандарт изменился» и «особые текущие обстоятельства»?

«Текущая ситуация слишком сложна. Когда Носитель восстановит свое совершенствование, он сам все поймет».

Слова Системы оставили Чэнь Чаншэна в полном недоумении. Но он послушно принялся восстанавливать свое совершенствование.

Через два часа…

— Кхе-кхе-кхе!

Чэнь Чаншэн, сидевший в позе лотоса, внезапно сильно закашлялся. Его совершенствование застряло на начальном этапе ступени Преобразования Духа.

Чэнь Чаншэн: ???

Столкнувшись с такой ситуацией, он окончательно растерялся. Если память ему не изменяла, перед сном он достиг позднего этапа ступени Преобразования Духа. Но только что, при попытке восстановить силы, он почувствовал огромное сопротивление. Хотя накопленная духовная сила достигла прежнего уровня, его ступень совершенствования никак не хотела подниматься. Ощущение было такое, будто сам Небесный Путь не позволял ему существовать на прежнем уровне.

Поразмыслив, Чэнь Чаншэн внезапно подумал об одной возможности.

— Система, Правила Неба и Земли начали меняться, так?

«Предположение Носителя совершенно верно. Путь совершенствования во многом похож на рост растений. Растения могут расти только в подходящей среде. Когда среда меняется, на смену старым растениям приходят новые. Носитель также может понимать это так: нынешняя система совершенствования устарела».

Услышав ответ Системы, глаза Чэнь Чаншэна загорелись. Нынешняя система совершенствования действительно не слишком ему подходила. Его Духовный корень был искусственным. Хотя теоретически между искусственным и природным корнем не было большой разницы, мелкие отличия все же существовали. Это и было важной причиной, почему он так и не смог достичь ступени Очищения Пустоты.

— Система, если все так, как ты говоришь, то Правила Неба и Земли меняются слишком уж быстро! Сколько я всего прожил? А правила уже начали меняться.

«Носитель, почему вы считаете, что Правила Неба и Земли меняются быстро? Вы прибыли в этот мир не так давно. Знаете ли вы, сколько лет просуществовала нынешняя система совершенствования? Носитель не замечал изменений Правил Неба и Земли потому, что с самого прибытия привык к текущей ситуации. Если бы Носитель прибыл в этот мир на десять тысяч лет раньше, или даже еще раньше, возникли бы у вас подобные сомнения?»

Эти слова ошеломили Чэнь Чаншэна. Он понял, насколько ограниченным было его восприятие. В его родном мире существовала удивительная книга под названием «Каталог гор и морей». В ней описывались всевозможные диковинные существа, но все считали эти записи лишь фантазиями древних. Но если взглянуть на это в масштабе времени… увидят ли люди через тысячи или десятки тысяч лет нынешние тексты и не сочтут ли их тоже выдумкой древних?

Например, попугаи. В мире Чэнь Чаншэна это были хорошо известные птицы. Не то чтобы они встречались на каждом углу, но о них знали все. А что, если через миллионы лет попугаи вымрут? Как отреагируют потомки, прочитав о них в древних книгах?

«Есть птица, тело ее покрыто пестрыми перьями, имеет две лапы, острый клюв, способна говорить человеческим языком. Имя ей – попугай».

Прочитав такое описание, потомки, скорее всего, лишь посмеются и восхитятся богатым воображением древних. Ведь как птица может говорить? Это наверняка выдумка.

То же самое и с нынешней системой совершенствования. В памяти Чэнь Чаншэна хранилось множество методов. Во многих из них описывалась невероятная мощь, которую обретает практик, достигший великого свершения. Чэнь Чаншэн осваивал некоторые из этих методов до конца, но их реальная сила была далека от описанной. Раньше он не придавал этому значения, полагая, что создатели методов просто преувеличивали. Но теперь он понял: возможно, эти методы действительно обладали такой мощью. Просто нынешние Правила Неба и Земли отличались от прежних. Его подсознательное неверие было связано лишь с тем, что он привык к текущей среде.

— Система, раз уж рождается новая система совершенствования, каков ее источник? – спросил Чэнь Чаншэн. – Ее устанавливает непосредственно Небесный Путь, или есть другой источник?

«Отвечаю Носителю: Небесный Путь не вмешивается в конкретные системы совершенствования. Он лишь создает среду. Сами системы создаются живыми существами. Тот, кто создаст систему, наиболее подходящую для новой среды, станет властелином новой эпохи».

Услышав это, Чэнь Чаншэн чуть слюной не подавился от предвкушения.

— Система, если так, то и я могу попробовать?

«Теоретически, это возможно».

Получив утвердительный ответ, Чэнь Чаншэн громко рассмеялся:

— Воистину, сами Небеса помогают мне! Такая прекрасная возможность! Я, Чэнь Чаншэн, непременно должен уединиться лет на тысячу-другую!

Система: ???

«Я не ослышалась?»

«Носитель, согласно анализу, вероятность успешного создания метода, соответствующего эпохе, путем уединенных исследований невелика. Лишь пробившись через кровь и битвы в этом грядущем золотом веке, у вас появится шанс создать подходящий метод».

— Система, не шути. Разве я похож на того, кто любит драться? Я лучше понаблюдаю за этим золотым веком со стороны. Я хочу быть свидетелем золотого века, а не его творцом. Подожду, пока появится новый властелин эпохи, познакомлюсь с ним. А когда он умрет, я стану другом властелина эпохи! С таким статусом я буду просто на вершине мира!

Система: …

В ответ на такие планы Чэнь Чаншэна Система промолчала. О чем она думала, никто не знал.

Но в отличие от молчаливой Системы, Чэнь Чаншэн был весьма воодушевлен. Он уже осматривал местность, готовясь установить великий массив для… высиживания яйца.

Пасту Небесного Восполнения Чэнь Чаншэн уже успешно изготовил. В свое время, если бы не эта паста, продлившая жизнь А Мань, она могла бы и не дойти до конца своего пути. Теперь, когда все дела были улажены, Чэнь Чаншэн собирался приступить к высиживанию яйца. Хоть он и не знал, получится ли что-нибудь, это был отличный способ скоротать время.

________________________________________

Чэнь Чаншэн покрыл рунами формаций территорию в радиусе двухсот пятидесяти километров. При создании этого великого массива он использовал все свои накопленные знания. Кроме того, он вплел в него руны Дао, которым научился в Древней Запретной Земле.

Завершив подготовку, Чэнь Чаншэн поместил мертвое яйцо в самый центр формации. Великий массив активировался, и эссенция Неба, Земли, Солнца и Луны начала медленно собираться, питая и согревая давно погибшее яйцо.

Наблюдая за работой массива, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул. Затем он достал Пасту Небесного Восполнения и воду из Источника Духа в Пещере Водной Луны. Смешав их в определенной пропорции, он осторожно полил этой смесью яйцо.

Другие люди поливают цветы, а Чэнь Чаншэн – яйцо.

И так он «поливал» его целых двести лет. Однако однажды, двести лет спустя, появление незваного гостя нарушило его спокойную жизнь «поливальщика яиц».

— Младший Е Хэньшэн приветствует старшего!

Перед безбрежными зелеными горами стоял юноша в даосском одеянии. У него были мечевидные брови и глаза, сияющие как звезды. Сложив руки в приветственном жесте, он, казалось, ожидал кого-то встретить. Однако в ответ на его зов из гор не донеслось ни звука.

Видя, что ответа нет, юноша забеспокоился. Но когда он попытался шагнуть вперед, на территорию, окруженную горами, его остановила мощная формация. Пока он размышлял, как ее преодолеть, из гор вдалеке внезапно вышел юноша лет восемнадцати-девятнадцати.

Юноша нес на плече мотыгу, шел босиком, а на голове у него была соломенная шляпа. Он неспешно направлялся к видневшейся неподалеку соломенной хижине. Увидев, что кто-то вышел из формации, Е Хэньшэн поспешил к нему.

— Уважаемый брат, не затруднит ли вас доложить о моем прибытии?

Юноша: ???

Слова незнакомца поставили его в тупик.

— Доложить о чем?

— Дело вот в чем, – ответил Е Хэньшэн. – Мой наставник имеет некоторые связи со старшим, живущим здесь. Я прибыл по его поручению, чтобы пригласить старшего выйти из уединения.

Услышав это, юноша почесал голову и смерил незнакомца взглядом с ног до головы.

— А ты знаешь, как зовут этого старшего?

— Нет. Младший знает лишь, что старшего называют Похоронщик.

Юноша: ???

Слова Е Хэньшэна окончательно сбили его с толку. Ведь Похоронщик – это он сам!

Да, этим юношей был не кто иной, как Чэнь Чаншэн, проведший более двухсот лет в «поливании яйца». Он установил великую формацию, чтобы с помощью эссенции Неба и Земли попытаться оживить мертвое яйцо. Все это время он постоянно поливал его водой из Источника Духа и Пастой Небесного Восполнения. Находясь в центре формации, Чэнь Чаншэн и сам пропитался этой эссенцией, что привело к омоложению его тела. Хотя это и не могло продлить жизнь совершенствующегося, но вернуть телу юный облик было вполне возможно.

Постоянно молодеющее тело доставляло Чэнь Чаншэну немало хлопот – он вовсе не хотел выглядеть как ребенок. Поэтому недавно он построил за пределами формации соломенную хижину, чтобы решить эту маленькую проблему. Но стоило ему выйти, как он услышал, что кто-то снаружи ищет встречи, причем именно с ним. Самое нелепое было то, что этот кто-то его не узнавал.

Чэнь Чаншэн задумался. Тех, кто знал, что он скрывается здесь, было немного, и в основном это были старые знакомые. Если это просьба от старого знакомого, то почему этот человек не знает его настоящего имени?

— Осмелюсь спросить, какова ваша почтенная фамилия? – осторожно спросил Чэнь Чаншэн.

— Моя фамилия Е, имя Хэньшэн, – ответил Е Хэньшэн, снова сложив руки.

Чэнь Чаншэн: (￣_￣;)

«Такое чувство, что это имя несет в себе злой умысел против меня, – подумал он. – Но это, должно быть, совпадение. Разве бывают в мире такие совпадения, чтобы кто-то специально дал имя, чтобы меня оскорбить?» (Его имя означает «Лист Ненависти к Жизни/Шэну)

— А, брат Е! Какая честь, какая честь! Не знаю, кто наставник брата Е? Младший брат живет в этих горах некоторое время и не слишком осведомлен о внешнем мире.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн посерьезнел. Он с самого начала обратил внимание на этого юношу. Великую формацию здесь мог преодолеть далеко не каждый. Раз этот юноша может свободно входить и выходить, значит, ответ может быть только один.

Видя, что Е Хэньшэн, похоже, догадался о его личности, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся, собираясь представиться. Вероятнее всего, кто-то из старых знакомых просил его о помощи. Помогать или нет – это другой вопрос, но сначала нужно было выяснить ситуацию.

— Брат, судя по твоему благородному виду, ты, должно быть… – начал Е Хэньшэн.

Чэнь Чаншэн кивнул и улыбнулся:

— Верно, я…

— Ученик Похоронщика! – закончил за него Е Хэньшэн, не дав договорить.

Чэнь Чаншэн: ???

Столкнувшись с такой странной ситуацией, Чэнь Чаншэн колебался лишь секунду, а затем решительно заявил:

— Верно! Я ученик Похоронщика, Чэнь Чаншэн.

— А, так вы выдающийся ученик старшего! Давно наслышан! Прошу брата Чэня доложить обо мне, позвольте мне войти и встретиться со старшим! – обрадовался Е Хэньшэн, узнав, что перед ним ученик легендарного Похоронщика.

Но сам Чэнь Чаншэн небрежно ответил:

— Доложить о тебе не проблема. Но у мастера приказ – посторонних не принимать. Ты так и не сказал, кто твой наставник. Мне будет трудно доложить о тебе без этого.

Услышав сомнения Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн поспешно сказал:

— Мой наставник – из Королевства Ночной Луны, Императрица Волков.

Узнав, что это ученик Ваньянь Юэ, Чэнь Чаншэн мгновенно понял происхождение имени «Е Хэньшэн».

— А, так это от старшей Императрицы Волков! У моего мастера действительно были с ней дела в прошлом. Но зачем Императрица Волков просит мастера выйти из уединения?

Услышав вопрос Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн замялся.

— Мой наставник велел передать это дело старшему лично.

— Вот оно как… Ну, тогда жди. Когда мой мастер выйдет, я не знаю.

Сказав это, Чэнь Чаншэн взвалил мотыгу на плечо и направился к своей соломенной хижине. Видя это, Е Хэньшэн забеспокоился.

— Брат Чэнь, дело срочное! Прошу, доложите обо мне!

Чэнь Чаншэн пропустил его слова мимо ушей и продолжил идти к хижине.

— Собрание Избранных Небес! – крикнул Е Хэньшэн. – В Срединных Землях скоро состоится Собрание Избранных Небес! Требуется присутствие старшего!

Услышав о Срединных Землях, Чэнь Чаншэн наконец остановился.

— Какое еще Собрание Избранных Небес?

— Собрание Избранных Небес – это великое событие, проводимое Святой Землей Куньлунь в Срединных Землях. На этот раз соберутся лучшие таланты из Срединных Земель, Западного Континента, Восточных Пустошей, Северной Пустыни и Южных Равнин. У собрания две цели. Первая – опознать руду Источника Духа, добытую в Священных Руинах. Вторая – обсудить совместное уничтожение злодея Срединных Земель, У Ли.

Выслушав Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн обернулся:

— С таким делом твоему наставнику не следовало обращаться к моему мастеру! Собрание Избранных Небес – звучит как мероприятие для молодежи. Мой мастер и твой наставник – из одного поколения, как они могут участвовать в таком? К тому же, твой наставник и сама не слаба. Даже если нужно уничтожить злодея в Срединных Землях, это вряд ли дело для моего мастера!

Услышав это, Е Хэньшэн горько усмехнулся:

— По идее, все должно быть именно так. Но мой наставник недавно ушла в смертельное уединение. Государственный Наставник, Даос Бубай, тоже. Перед уединением наставник дала мне этот адрес и велела просить о помощи. Подробностей я не знаю.

Выслушав его, Чэнь Чаншэн скривился. Теперь он окончательно понял, в чем дело. Очевидно, Ваньянь Юэ и Сун Юаньшань решили отлынить от обязанностей и спихнуть на него роль защитника-наставника для молодежи.

Осознав цель визита Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн был совершенно не в восторге. Это так называемое Собрание Избранных Небес явно сулило одни неприятности, и участвовать в нем Чэнь Чаншэн, со своим характером, совершенно не желал.

Но как раз когда он собирался придумать какую-нибудь отговорку, чтобы спровадить Е Хэньшэна, тот снова заговорил:

— Брат Чэнь, это Собрание Избранных Небес будет беспрецедентно грандиозным! С твоей силой, неужели тебе не хочется взглянуть на такое?

Эти слова заставили Чэнь Чаншэна на мгновение замереть. Строго говоря, по возрасту он не имел права участвовать в Собрании Избранных Небес – ведь ему было уже почти тысячу лет. Однако, в отличие от других, у него была Система, которая навсегда зафиксировала его костный возраст на отметке двадцати лет. Так что, формально, Чэнь Чаншэн вполне мог считаться «избранным небес».

При этой мысли глаза Чэнь Чаншэна загорелись. С могущественными экспертами мира сего ему тягаться было сложновато. Но вот с юнцами, только-только вышедшими на большую дорогу, он вполне мог справиться. Мысль об избиении «детского сада» будоражила воображение.

К тому же, если он правильно помнил, настоящее имя А Ли было У Ли. Они не виделись несколько сотен лет, и Чэнь Чаншэну действительно хотелось взглянуть на того юношу из прошлого.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн сделал задумчивый вид.

— Брат Е, не буду скрывать, мастер уже упоминал об этом деле.

— Правда? – оживился Е Хэньшэн. – И когда же почтенный наставник выйдет из уединения?

— Э-э… Дело вот в чем. Мой мастер сказал, что для такого пустяка ему нет нужды выходить самому. Достаточно будет, если я пойду с тобой.

Е Хэньшэн: ???

В его глазах читалось полное недоумение. На Собрании Избранных Небес соберутся сильнейшие таланты, а их защитников-наставников будет еще больше. Без могущественного покровителя такая поездка чрезвычайно опасна.

— Брат Чэнь, старший действительно так сказал?

— Да! Мой мастер сказал, что истинному гению не нужны никакие защитники. Он сам пробьет себе кровавый путь одними лишь железными кулаками. А те, кто полагается на защитников, в его глазах – просто слабаки.

Слушая Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн чувствовал, как у него начинает болеть голова. Такие громкие слова сказать легко, но реальность совсем иная! Отправиться на Собрание Избранных Небес без защитника – верная смерть!

— Брат Чэнь, может, ты все-таки поговоришь со старшим еще раз? Это дело действительно очень опасное, – попытался возразить Е Хэньшэн.

— Брат Е, ты взрослый мужчина, а ведешь себя как девчонка! – отрезал Чэнь Чаншэн. – Мой мастер никогда не меняет своих решений, так что не трать силы зря. К тому же, он сказал, что в критический момент у него есть свои планы, так что не беспокойся.

После таких слов Е Хэньшэн не знал, что и сказать. Когда ученики других сект отправлялись на Собрание Избранных Небес, их сопровождали и мастера, и грандмастера, оберегая от малейшей опасности. А его? Мастер в смертельном уединении, Государственный Наставник тоже. И его отправили к какому-то загадочному «Похоронщику». А этот «Похоронщик» оказался еще чуднее – отправил своего единственного ученика на Собрание в одиночку! Когда этот мир успел так сойти с ума?

Пока Е Хэньшэн мысленно возмущался, Чэнь Чаншэн сбегал обратно в формацию и вернулся с маленьким белым щенком на руках. Видя болезненный вид щенка, Е Хэньшэн спросил:

— Брат Чэнь, это что?

— Мой щенок недавно заболел. Хочу отвезти его в Срединные Земли к лекарю, – ответил Чэнь Чаншэн. – Говорю тебе, не смотри, что он сейчас такой квелый. На самом деле он очень умный! Вот вылечим его – ты просто обалдеешь!

Услышав это, Е Хэньшэн инстинктивно просканировал щенка своим сознанием. Убедившись, что это действительно обычная собака, он потерял дар речи.

Е Хэньшэн: …

«За какие грехи прошлой жизни мне досталось такое наказание? Почему я постоянно сталкиваюсь с такими чудаками?»

________________________________________

— Брат Е, мы что, так и полетим? До Срединных Земель от Восточных Пустошей очень далеко!

— Брат Е, куда мы летим? Это вроде бы не направление к Срединным Землям!

— Брат Е, твой метод совершенствования кажется каким-то особенным. Этому тебя тоже наставник научил?

Веко Е Хэньшэна непрерывно дергалось. С тех пор, как они поднялись на борт летающего судна, Чэнь Чаншэн не умолкал ни на минуту. Е Хэньшэну казалось, что у него над ухом жужжит миллион мух. Чувствуя, что его терпение вот-вот лопнет, он глубоко вздохнул и медленно выдохнул:

— Брат Чэнь, мы сейчас направляемся в Империю Сюаньу. В Восточных Пустошах сейчас две крупнейшие силы – Империя Сюаньу и Королевство Ночной Луны. Чтобы попасть в Срединные Земли, нужно воспользоваться сверхдальним телепортационным массивом, а он находится как раз в Империи Сюаньу. Кроме того, в Собрании Избранных Небес от Восточных Пустошей будет участвовать еще один наш соратник из Империи Сюаньу. Если брату Чэню скучно, можешь прогуляться по кораблю.

Сказав это, Е Хэньшэн скрылся в своей каюте и плотно закрыл дверь, явно не намереваясь видеться с Чэнь Чаншэном в ближайшее время.

Глядя на его поспешное бегство, Чэнь Чаншэн усмехнулся и продолжил гладить «щенка» у себя на руках.

Да, этот щенок был тем самым существом, вылупившимся из мертвого яйца. Хотя Чэнь Чаншэн потратил немало сил, чтобы его «высидеть», яйцо слишком долго было мертвым, и основа жизни существа была повреждена. Поэтому оно было очень слабым и могло умереть в любой момент.

Еще одной причиной, по которой Чэнь Чаншэн согласился отправиться в Срединные Земли, было желание найти там небесные материалы и земные сокровища, чтобы вылечить малыша. Срединные Земли были центральным регионом Пяти Континентов, и ресурсы для совершенствования там были чрезвычайно богаты.

________________________________________

Империя Сюаньу.

— Брат Е, давно не виделись!

Молодой человек в мантии, расшитой питонами, вышел поприветствовать Е Хэньшэна. Судя по тому, как непринужденно они общались, они были давно знакомы.

Обменявшись приветствиями, юноша в мантии взглянул на стоявшего рядом с Е Хэньшэном Чэнь Чаншэна и спросил:

— Брат Е, а это?..

— Меня зовут Чэнь Чаншэн. Я помощник, приглашенный из Королевства Ночной Луны, – представился Чэнь Чаншэн. – Кстати, мы же собираемся на Собрание Избранных Небес? Когда отправляемся?

Заметив наивный вид Чэнь Чаншэна и его слабую ауру, юноша в мантии нахмурился и отвел Е Хэньшэна в сторону.

— Брат Е, что происходит? Этот человек, похоже, совсем недавно вышел в мир. И где твой защитник-наставник?

От вопросов юноши в мантии уголок рта Е Хэньшэна дернулся.

— Брат Су, это долгая история… Слушай, я тебе сейчас все расскажу.

И Е Хэньшэн принялся изливать душу, рассказывая обо всех своих горестях. Через четверть часа уголки рта юноши в мантии тоже начали подергиваться. Вся эта история выглядела невероятно нелепой.

— Брат Е, как же тебе нелегко пришлось…

После недолгого обсуждения Е Хэньшэн и молодой человек в мантии с драконами окончательно определились, как им относиться к Чэнь Чаншэну. Решено было – не вмешиваться.

Как ни крути, «Похоронщик» был старым знакомым правителя Королевства Ночной Луны, и сила его, должно быть, немалая. Чэнь Чаншэн, будучи его учеником, пусть даже и не обладал достаточной силой или опытом, все же заслуживал некоторого уважения хотя бы из-за связи с учителем. Предстоящее Собрание Избранных Небес хоть и сулило опасности, но если не лезть на рожон, серьезных проблем возникнуть не должно. Пусть съездит, посмотрит мир.

Подумав об этом, молодой человек в мантии с драконами тут же с улыбкой подошел к Чэнь Чаншэну.

— Так господин Чэнь – выдающийся ученик Похоронщика! Наслышан, премного наслышан! Похоронщик всегда был окутан тайной. Если представится возможность, я, Су Тянь, непременно должен буду нанести визит почтенному старшему.

Видя, что Су Тянь подошел поздороваться, Чэнь Чаншэн тоже с улыбкой ответил:

— Мой мастер – старик, всегда любил уединенную жизнь. Но раз уж господин Су желает его видеть, думаю, он не откажет во встрече. В конце концов, у моего мастера есть некоторые связи с Империей Сюаньу.

— О! Неужели?

— Да, я слышал пару слов от мастера, но подробностей не знаю.

— Раз так, то я тем более должен найти возможность навестить почтенного старшего!

Су Тянь и Чэнь Чаншэн обменялись еще парой вежливых фраз, после чего Су Тянь распорядился проводить Чэнь Чаншэна на отдых. Внешне все было обставлено весьма учтиво, но на деле Су Тянь совершенно не собирался принимать Чэнь Чаншэна в свой круг.

Чэнь Чаншэн на это лишь едва заметно улыбнулся, не придав значения. Он направлялся в Срединные Земли вовсе не для того, чтобы бороться за звание первого гения. Не наживать себе врагов – вот лучшая стратегия.

________________________________________

Через несколько дней пребывания в Империи Сюаньу подготовка телепортационного массива наконец завершилась. «Избранные Небес» из Королевства Ночной Луны и Империи Сюаньу собрались у огромного массива.

Любопытно было то, что предводители обеих групп не принадлежали к прямым правящим линиям. Королевство Ночной Луны, считавшееся империей Расы Яо, возглавлял Е Хэньшэн – чистокровный человек. Предводителем группы Империи Сюаньу был Су Тянь, не имевший родства с императорской семьей. За выдающийся талант император Цзо Синхэ усыновил его и даровал титул Вана, Равного Императору.

Поскольку отбытие в Срединные Земли было делом важным, император Цзо Синхэ, правитель Империи Сюаньу, который долгое время находился в уединении, сделал редкое исключение и явился лично проводить Избранных Небес.

Окинув взглядом собравшихся у массива юношей и девушек, Цзо Синхэ произнес несколько стандартных ободряющих слов, после чего активировал телепортационный массив. Таланты этих двух стран были неплохи, но по сравнению с гениями Срединных Земель и других регионов они все же значительно уступали. Целью этого Собрания Избранных Небес было лишь дать им возможность увидеть мир. На то, что кто-то из них сможет по-настоящему проявить себя, Цзо Синхэ и не рассчитывал.

Когда массив окутался ярким светом, Цзо Синхэ уже собирался развернуться и уйти. Но в этот момент его взгляд случайно зацепился за знакомое лицо в толпе. Аура изменилась, внешность стала моложе, но это лицо Цзо Синхэ не забыл бы никогда.

В то же время Чэнь Чаншэн, стоявший в толпе, заметил пристальный взгляд императора. В ответ на взгляд старого знакомого он широко улыбнулся.

Вспышка!

Не успел Цзо Синхэ и слова вымолвить, как телепортационный массив сработал, и фигуры дюжины с лишним Избранных Небес исчезли.

Гульп!

С трудом сглотнув, Цзо Синхэ, правитель целой империи, почувствовал, как его тело задрожало.

Он жив! Он действительно выбрался живым из Древней Запретной Земли! Пусть внешность немного изменилась, но этот взгляд, эта манера держаться – они остались прежними. Похоронщик Чэнь Чаншэн, Имперский Наставник, ненадолго появившийся и исчезнувший в Империи Сюаньу, – он вернулся!

Эта мысль заставила Цзо Синхэ немедленно отдать приказ:

— Стража! Перезапустить телепортационный массив! Я лично отправляюсь в Срединные Земли!

Услышав приказ, вперед выступил старик-смотритель:

— Ваше Величество, с телепортационным массивом возникли небольшие проблемы. Чтобы запустить его снова, потребуется около двух месяцев.

Говоря это, старик покрылся холодным потом. Он и сам не понимал, почему исправный массив вдруг вышел из строя. К счастью, с Избранными Небес все было в порядке. Если бы с ними что-то случилось, ему бы и сотни жизней не хватило, чтобы расплатиться.

Услышав эту новость, Цзо Синхэ не стал винить ответственного за массив. Он знал – это дело рук Чэнь Чаншэна. С его-то мастерством в искусстве формаций устроить такую мелкую пакость было проще простого.

— Тогда немедленно приступайте к ремонту! Я хочу, чтобы массив был восстановлен как можно скорее!

Сказав это, Цзо Синхэ повернулся и ушел. В его душе бушевала буря. Человек, которого он считал давно погибшим, снова появился. У Цзо Синхэ было слишком много вопросов к нему.

________________________________________

Пространственный канал.

Прозрачный пузырь, заключавший в себе группу Избранных Небес, стремительно несся сквозь пустоту. Дюжина с лишним юношей и девушек стояли, заложив руки за спину, и молча смотрели вперед, словно разучились говорить.

Чэнь Чаншэн прекрасно понимал их поведение. Гении превыше всего ценили свой образ. Болтать без умолку всю дорогу – какой позор!

Не обращая внимания на старательно поддерживаемый ими имидж, Чэнь Чаншэн устроился в уголке и скормил горсть пилюль апатичному белому щенку, которого держал на руках. Поглаживая мягкую шерстку щенка, он погрузился в размышления.

Вернувшись в мир после долгого сна, он обнаружил, насколько сильно Правила Неба и Земли влияют на совершенствующихся. Большинство сильных практиков ушли в затворничество, причем чем сильнее был совершенствующийся старой системы, тем глубже он запирался.

— Искать совершенно новую систему совершенствования… Это дело непростое, – тихо пробормотал он себе под нос. – Не думал, что подавление Правил Неба и Земли не только снизит мощь старой системы, но и сократит продолжительность жизни ее последователей. Неудивительно, что Срединные Земли решили провести это «Собрание Избранных Небес». Похоже, старые ископаемые уже не могут больше ждать.

С этими мыслями Чэнь Чаншэн взглянул на дюжину с лишним «гениев» неподалеку. От каждого из них исходила своя уникальная аура. Но что интересно – судя по этим аурам, системы, которые они практиковали, значительно отличались от прежней системы совершенствования. Говоря прямо, все они были подопытными кроликами для могущественных старейшин, ищущих новые пути. Успех сулил вознесение на небеса, неудача – лишь гибель и рассеивание души.

Разобравшись в сути происходящего, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся. Он прекрасно знал, как совершенствующиеся проверяют правильность методов – самым прямым способом: дракой. Победил – значит, метод верный. Проиграл – метод ошибочный. А значит, это Собрание Избранных Небес обещает быть поистине грандиозной битвой, способной расколоть небо и землю!

После долгого путешествия через пространственный канал Чэнь Чаншэн и остальные наконец достигли пункта назначения – Святой Земли Куньлунь в Срединных Землях.

Однако едва их ноги коснулись земли, как неподалеку раздались звуки битвы.

— Святая Дева Пурпурного Дворца, сегодня я, представитель Пещеры Золотого Света, осмелюсь бросить вам вызов!

Молодой человек кипел энергией, а за его спиной вспыхнуло сияющее солнце. Но женщина под тонкой вуалью лишь мельком взглянула на него. Она изящно сложила пальцы, словно держа цветок, и плавно взмыла в воздух.

Ом!

Хлюп!

За спиной женщины возникло видение безбрежного изумрудного моря. Она медленно вытянула правую руку вперед, и мощная волна энергии, сопровождаемая видением, обрушилась на противника. Так называемый наследник Пещеры Золотого Света был отброшен одним ударом.

При виде этого остальные Избранные Небес нахмурились. Атмосферу нарушил лишь изумленный возглас Чэнь Чаншэна:

— Офигеть!

Взгляд!

Сотни гениев, присутствовавших на площади, как один уставились на Чэнь Чаншэна. В их глазах читалось немое осуждение и презрение, готовое вот-вот выплеснуться наружу.

«Мы и так знаем, что она сильна, но нельзя же так прямо об этом кричать! Мы все-таки Избранные Небес! Неужели у тебя нет ни капли гордости? Бой еще не начался, а ты уже так поражен. Какой стыд!»

Столкнувшись с их взглядами, Чэнь Чаншэн непонимающе моргнул.

— А чего вы на меня смотрите? Разве она не крутая? Во время драки аж видения появляются! Это ли не мощь?

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн почувствовал, как у него запульсировало в висках.

— Господин Чэнь, прошу вас, не говорите больше. Ныне Небо и Земля изменились. Любой метод совершенствования, отличающийся от старой системы, может порождать видения.

— А, вот оно что! Значит, все новые методы создают видения?

От этого вопроса презрение во взглядах окружающих стало еще сильнее.

«Этот парень явно деревенщина! Бог весть, из какой дыры он вылез».

— Разумеется, нет, – с трудом сохраняя спокойствие, пояснил Е Хэньшэн. – Только методы с высоким потенциалом порождают видения. Чем выше потенциал, тем сильнее видение.

— Но она все равно очень сильна, раз у нее есть видение!

Е Хэньшэн едва сдержался, чтобы не зашить Чэнь Чаншэну рот. Этот парень позорил их всех.

— Господин Чэнь, это Собрание Избранных Небес. Гении на то и гении, что способны на то, что не под силу обычным людям. Другими словами, у каждого здесь есть свое видение. У вас ведь тоже, господин Чэнь?

— Не знаю. Я давно не дрался. Если бы вы не сказали, я бы и не знал об этом.

Е Хэньшэн: «…»

«И зачем я только взял его с собой? За все злодеяния моей первой половины жизни встреча с тобой – вот истинное наказание. Ты – посланник небес, ниспосланный, чтобы мучить меня!»

Быстро объяснив Чэнь Чаншэну основные правила, Е Хэньшэн и остальные поспешили ретироваться. Гении из других регионов лишь усмехнулись, похоже, не приняв этого «деревенщину» всерьез.

Видя, что все его игнорируют, Чэнь Чаншэн хмыкнул и пошел в другую сторону. Он действительно не знал о видениях, а его возглас восхищения был искренним. Причина, по которой Е Хэньшэн счел его поведение постыдным, заключалась в том, что они слишком ценили так называемый имидж и лицо. Но перед лицом времени все становилось незначительным, тем более смехотворный имидж и репутация. Разве станет Чэнь Чаншэн, обладатель бесконечной жизни, беспокоиться о таких мелочах?

________________________________________

— Вот сто пятьдесят килограммов Источника Духа. Почтенный гость, примите.

Управляющий лавкой лично передал кожаный мешок Чэнь Чаншэну. Пересчитав содержимое, Чэнь Чаншэн развернулся и ушел.

Всего за двести лет мир совершенствующихся претерпел огромные изменения. Прежняя универсальная валюта, Духовные Камни, уступила место Источнику Духа. Это название появилось лишь в последнем столетии; раньше его называли просто «Изначальным Источником». Когда Святая Земля Куньлунь начала разработку Священных Руин, этот ресурс хлынул на рынок.

Поначалу его считали лишь новым видом ресурса для совершенствования. Но по мере изменения Правил Неба и Земли все осознали его истинную важность. Старая система совершенствования отвергалась, и все искали новые пути. Постепенно стало ясно, что при разработке новых систем Источник Духа гораздо эффективнее Духовных Камней. Со временем его стали называть именно так, и он превратился в основной ресурс для совершенствования Избранных Небес.

Глядя на сто пятьдесят килограммов обычного Источника Духа в мешке, Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Курс обмена один к десяти… Чувствую, я потерял немало деньжат. Похоже, придется отыграться где-нибудь еще!

С этими словами он поднял голову и посмотрел на видневшуюся неподалеку Лавку азартных камней.

С изменением Правил Неба и Земли обычный Источник Духа стал понемногу появляться в старых жилах Духовных Камней. Но особые, редкие виды Источника Духа встречались только в руде, добываемой в запретных землях. Каменная корка, скрывающая Источник Духа, блокировала любые методы обнаружения. Чтобы гарантированно оставаться в выигрыше, крупные силы повсеместно открыли лавки азартных камней. Здесь можно было немного выиграть, но те, кто стоял за этим бизнесом, никогда не проигрывали.

Однако так уж совпало, что Чэнь Чаншэн весьма неплохо разбирался в Источнике Духа, то есть в том, что раньше называлось Изначальным Источником. Сотни лет назад этот ресурс не слишком ценился. Руду из запретных земель можно было купить за обычные Духовные Камни. Чтобы досконально изучить свойства Изначального Источника, Чэнь Чаншэн вскрыл руду, добытую с целой горы. Найденный Источник Духа он счел не слишком полезным, половину отдал А Ли, а остальное закопал под своим массивом в качестве основы для формации.

________________________________________

Куньлуньская Лавка Камней.

Бесчисленные совершенствующиеся выбирали камни разных размеров. Ведь в любом из них мог скрываться редкий Особый Источник Духа. Один разрез – и ты нищий, другой – и ты богач. Такие истории здесь случались постоянно.

— Хозяин, я хочу купить этот камень! – громко заявил Чэнь Чаншэн.

Все в лавке замерли и уставились на него как на идиота. Потому что камень, который он хотел купить, был визитной карточкой Куньлуньской Лавки Камней – огромный валун у входа.

Толпа: «…»

«Ты что, совсем умом тронулся от азарта? Это же обычный камень, его поставили для украшения! О чем ты вообще думаешь?!»

Вскоре появился управляющий лавкой. С мрачным лицом он спросил:

— Друг, ты, случаем, не неприятностей ищешь?

— Да что ты такое говоришь! – возмутился Чэнь Чаншэн. – Я пришел к вам играть в камни. Что ненормального в том, чтобы купить камень?

Управляющий, однако, не поверил. На этом огромном камне не было ничего особенного, кроме вырезанных четырех иероглифов «Куньлуньская Лавка Камней». Если этот парень не пришел скандалить, то управляющий готов был вырвать собственные глаза и растоптать их!

— Вот как? – процедил он. – Хорошо. Этот камень стоит столько же Источника Духа, сколько весит. С тебя пятьсот килограммов.

Услышав цену, Чэнь Чаншэн взглянул на камень перед собой.

— Всего пятьсот килограммов? Не слишком ли дешево? Этот камень весит не меньше двух тонн!

Управляющий презрительно усмехнулся:

— Теоретически, да, этот камень стоит две-две с половиной тонны Источника Духа. Но учитывая вашу искренность, почтенный гость, я, конечно же, сделаю вам скидку.

Не обращая внимания на его язвительный тон, Чэнь Чаншэн снова внимательно осмотрел каменную вывеску. После недолгого изучения он кивнул:

— Цена вполне справедливая. Но у меня с собой только сто пятьдесят килограммов Источника Духа. Не могли бы вы дать мне отсрочку? Я соберу нужную сумму и вернусь за камнем, идет?

При этих словах лицо управляющего мгновенно потемнело.

— Почтенный гость, боюсь, такой вариант не пройдет. Сегодня у вас только два выбора. Первый: выложить пятьсот килограммов Источника Духа и купить этот камень. Второй: мы вас выбрасываем отсюда.

Чувствуя напряжение в воздухе, толпа зевак быстро собралась вокруг. Как-никак, наблюдать за чужими разборками – дело весьма занимательное.

Угрозы управляющего Куньлуньской Лавки Камней Чэнь Чаншэна ничуть не напугали. Он повидал на своем веку немало истинно могущественных существ, и эта мелкая сошка его не впечатляла. Причина, по которой он не стал обострять ситуацию, заключалась лишь в нежелании наживать себе неприятности. К тому же, он и сам понимал, что заявиться и пытаться купить вывеску – поступок не самый вежливый.

Он уже собирался порыться в своих вещах в поисках чего-нибудь недорогого для залога, как вдруг раздался чистый голос:

— Я беру его за пятьсот килограммов Источника Духа.

Обернувшись, Чэнь Чаншэн увидел подошедшую Святую Деву Пурпурного Дворца. При виде ее управляющий лавкой тут же расплылся в подобострастной улыбке.

— Ван Дэфа приветствует Святую Деву! Осмелюсь спросить, этот человек – ваш друг?

— Нет.

Услышав ответ, управляющий Ван Дэфа оказался в затруднительном положении.

— Святая Дева, Пурпурный Дворец всегда был дружен со Святой Землей Куньлунь. Почему же вы помогаете этому смутьяну?

В ответ на его вопрос Святая Дева Пурпурного Дворца лишь холодно произнесла:

— Лавка камней – место, где продают камни. Любой камень здесь можно купить. Я хочу купить этот камень. Разве нельзя?

— Конечно, можно! Раз Святая Дева желает купить, хватит и четырехсот килограммов Источника Духа.

Шлеп!

Святая Дева бросила управляющему кожаный мешок. Но тут возмутился Чэнь Чаншэн:

— Эй, что вы творите?! Я же не отказывался от камня! Это уже переходит все границы!

Ван Дэфа холодно взглянул на него:

— Парень, не будь неблагодарным! Если бы Святая Дева не вмешалась, ты бы сегодня не выбрался из Куньлуньской Лавки Камней! Живо благодари ее!

Пока Ван Дэфа отчитывал Чэнь Чаншэна, Святая Дева Пурпурного Дворца медленно подошла к нему.

— Этот камень – тебе.

Толпа: ???

Чэнь Чаншэн: ???

Такой неожиданный поворот событий озадачил не только зевак, но и самого Чэнь Чаншэна.

— Госпожа Святая Дева, насколько я помню, мы не знакомы. Почему вы дарите мне этот камень? Четыреста килограммов Источника Духа – это немалая сумма! Если перевести на Духовные Камни, это целых четыре миллиона!

Несмотря на его недоумение, ясные глаза Святой Девы Пурпурного Дворца оставались непоколебимы.

— Четыреста килограммов Источника Духа – это пустяк. Если ты согласишься служить Пурпурному Дворцу, я готова предложить четыре тонны Источника Духа.

Вздох!

При этих словах толпа ахнула. Четыре тонны Источника Духа! За такую цену можно было купить жизнь совершенствующегося поздней ступени Зародыша Души!

— Четыре тонны Источника Духа маловато. Цена меня не устраивает, – покачал головой Чэнь Чаншэн. – Я лучше сам куплю у вас этот камень за четыреста килограммов.

С этими словами он взял руку Святой Девы и вложил в нее кожаный мешок.

— Вот сто пятьдесят килограммов Источника Духа. Остальные двести пятьдесят я отдам чуть позже.

Затем Чэнь Чаншэн достал откуда-то огромный железный молот и плюнул себе на ладони.

— Восемьдесят!

(прим.пер. Я и сам не знаю почему такой выкрик, может из-за того, что в Китае цифра 8 счастливая?)

Бум!

Одним ударом он отколол угол от двухтонного камня. Увидев его грубые действия, Ван Дэфа побагровел от злости. Это явно не было похоже на аккуратное вскрытие камня в поисках Источника Духа. Хоть Источник Духа и тверд, но такого удара не выдержит. «Этот негодяй просто пришел разбить нашу вывеску! Вот уйдет Святая Дева, я с ним разберусь!» – подумал управляющий.

Под странные выкрики Чэнь Чаншэна вывеска Куньлуньской Лавки Камней разлеталась на куски. Ровно девять ударов – и от целого камня остался лишь обломок размером с таз. К этому моменту почти все были уверены, что Чэнь Чаншэн пришел сюда скандалить.

Лишь взгляд Святой Девы Пурпурного Дворца оставался неизменным. Она видела этого мужчину у телепортационного массива. Тогда все были поражены ее видением, но только не он. Точнее, в его глазах не было того вида изумления. Такое бывает лишь в двух случаях: либо он сильнее ее, либо он видел кого-то гораздо сильнее. В любом случае, с таким человеком стоило подружиться. Четыреста килограммов Источника Духа – цена совсем не высокая.

________________________________________

Нанеся девять ударов, Чэнь Чаншэн собрал все силы и обрушил на камень последний, десятый удар.

— Восемьдесят!

Едва прозвучал его выкрик, как из камня вырвалось необычное красное сияние.

— Поднялся! Поднялся! – закричали опытные игроки в камни, часто бывавшие в подобных лавках.

Увидев, что Чэнь Чаншэн действительно извлек Источник Духа, не только Ван Дэфа застыл с открытым ртом, но даже Святая Дева Пурпурного Дворца была слегка удивлена. Все камни в лавке проходили проверку у мастеров, и шанс найти что-то ценное был крайне мал. А этот человек смог извлечь Источник Духа из обычного булыжника! Похоже, он далеко не так прост, как кажется.

Разбив внешнюю каменную корку, Чэнь Чаншэн порылся в обломках и извлек два огненно-красных Особых Источника Духа. Один был размером с мужской кулак, другой – с птичье яйцо.

Прикинув вес на руке, Чэнь Чаншэн повернулся к Святой Деве Пурпурного Дворца.

— Я не знаю цен на Особый Источник Духа. У Пурпурного Дворца ведь тоже есть свои лавки камней? Может, вы, как Святая Дева, назовете цену?

Святая Дева взглянула на камни в его руке.

— Однажды Святая Земля Куньлунь вывезла из Священных Руин целую гору руды. Из нее был извлечен Источник Духа, полностью красный, по форме напоминающий огненного дракона. Поэтому такой вид Особого Источника Духа назвали Источником Огненного Дракона. Один килограмм Источника Огненного Дракона равен ста килограммам обычного Источника Духа.

Выслушав оценку Святой Девы, Чэнь Чаншэн кивнул и бросил ей Источник Огненного Дракона размером с птичье яйцо. Источник Духа был невероятно плотным, даже такой маленький кусок весил два с половиной – три килограмма. В пересчете, этого как раз хватало, чтобы погасить долг.

Погасив долг перед Святой Девой Пурпурного Дворца, Чэнь Чаншэн с улыбкой убрал оставшийся Источник Огненного Дракона в кожаный мешок и протянул его Ван Дэфа. Этот мешок был специально изготовлен для Источника Духа: объем у него был небольшой, но он мог компенсировать ужасающую плотность и вес Источника Духа. Иначе большое количество Источника Духа своей массой просто раздавило бы обычное пространственное кольцо.

— Управляющий Ван, я помню, что для входа во внутренний двор Куньлуньской Лавки Камней требуется залог не менее десяти тонн Источника Духа. Теперь моего залога должно хватить, верно? Могу ли я войти?

Увидев, что Чэнь Чаншэн действительно извлек Источник Духа из обычного камня, Ван Дэфа резко изменил свое отношение к нему. Сейчас Святая Земля Куньлунь проводила Собрание Избранных Небес, и сюда съехались бесчисленные гении со всех сторон. Человек с такими способностями и знаниями наверняка был непростого происхождения. Такого гостя Ван Дэфа не смел обижать.

— Разумеется! Почтенный гость, прошу за мной!

Под радушные приглашения Ван Дэфа Чэнь Чаншэн прошел во внутренний двор Куньлуньской Лавки Камней. Святая Дева Пурпурного Дворца безмолвно последовала за ним. Однако то, что эти двое могли войти свободно, не означало, что это позволено всем.

Вскоре по всей Святой Земле Куньлунь разнеслась весть: некий безымянный гений отправился играть в камни во внутреннем дворе Куньлуньской Лавки. Такое событие, естественно, привлекло внимание и других Избранных Небес.

________________________________________

Внутренний двор Куньлуньской Лавки Камней.

В отличие от внешнего двора, здесь камней было на удивление мало. На всем огромном пространстве внутреннего двора для выбора было представлено всего чуть больше десятка камней, но каждый из них выглядел чрезвычайно необычно.

Один камень напоминал по форме «Сосну, приветствующую гостей». Стоило подуть легкому ветерку, как этот камень слегка покачивался. Другой камень был крошечным, размером с кулак, но идеально круглым. Положенный на поднос, он начинал сам собой кататься.

(Прим.: знаменитая сосна на горе Хуаншань, символ гостеприимства.)

Внимательно осмотрев камни во внутреннем дворе, Чэнь Чаншэн нахмурился. Аура, исходившая от этих камней, была невероятно плотной. Если он не ошибался, их привезли из самых глубин запретной зоны Священных Руин. Что может скрываться внутри таких камней – он и сам не мог сказать наверняка.

— Господин, какой камень вам приглянулся? – подобострастно спросил Ван Дэфа. – Мне кажется, та «Сосна, приветствующая гостей» весьма неплоха! Не буду скрывать, я лично слышал, как изнутри камня доносился шелест листьев на ветру!

В ответ на его уговоры Чэнь Чаншэн лишь закатил глаза.

— Насколько удивительны камни из запретной зоны Священных Руин, я знаю получше тебя. Но я также знаю, что девять из десяти оказываются пустыми. Самый дешевый камень здесь стоит две с половиной тонны Источника Духа за килограмм. Один такой камень может обойтись в сотни тысяч, а то и миллионы килограммов Источника Духа. Если бы вы давали в долг, я бы, возможно, и вскрыл три-пять штук.

При этих словах Ван Дэфа заискивающе потер руки.

— Почтенный гость шутит! У нас малый бизнес, в долг мы, конечно, не даем. Но для такого гостя, как вы, сотня-другая тонн Источника Духа – это же сущие пустяки!

— Хватит уже! – отмахнулся Чэнь Чаншэн. – Зови свое начальство. То, что я хочу предложить, не в твоей власти решать. Откуда у меня сотни тонн Источника Духа? Я хочу использовать вещи в качестве залога.

— Нет проблем! – тут же улыбнулся Ван Дэфа. – Почтенный гость, прошу вас немного подождать, я мигом вернусь!

Он распорядился подать гостю духовный чай и почтительно удалился.

Сидя в беседке, Чэнь Чаншэн продолжал осматривать камни, попивая чай. Он совершенно не обращал внимания на неземную красоту и ауру Святой Девы Пурпурного Дворца, сидевшей неподалеку.

Через некоторое время молчавшая до того Святая Дева заговорила:

— С твоими способностями, тебя вряд ли волнует количество Источника Духа. Ты ищешь то, что скрыто внутри него.

Услышав это, Чэнь Чаншэн повернулся к ней.

— Почему госпожа Святая Дева так говорит? Как говорится, «богатство, спутник, метод, место» – на пути совершенствования ресурсы всегда на первом месте. Я пришел в Куньлуньскую Лавку Камней, конечно же, за Источником Духа. Кто откажется от лишнего Источника Духа?

(Прим.: четыре важнейших элемента для успешного совершенствования: ресурсы, партнер/спутник, метод/закон, место/земля.)

В ответ на его оправдания Святая Дева Пурпурного Дворца спокойно возразила:

— Другие, возможно, приходят сюда за Источником Духа. Но ты – другой.

— Почему?

— Потому что твой взгляд слишком спокоен. Тот Источник Огненного Дракона весил не меньше двадцати пяти килограммов. Это эквивалентно двум с половиной тоннам обычного Источника Духа. Даже Избранные Небес не могут игнорировать такое количество ресурсов. Но ты, увидев его, даже глазом не моргнул. Это значит, что две с половиной тонны Источника Духа для тебя – ничто. Все в Святой Земле Куньлунь знают, что камни во внутреннем дворе стоят баснословных денег. При такой цене даже самый лучший Источник Духа не окупит затрат. Единственный шанс – найти Источник Духа, запечатавший внутри себя что-то ценное. Поэтому ты пришел именно за этим.

Выслушав ее анализ, Чэнь Чаншэн одобрительно кивнул:

— Логично и обоснованно. Я действительно пришел за тем, что внутри Источника Духа. Вы и сами знаете, что в руде из запретных земель высока вероятность найти Источник Духа, а внутри него могут быть запечатаны удивительные вещи. Например, неизвестные духовные лекарства, способные возвращать к жизни. Мне нужно такое лекарство, поэтому я здесь. Кстати, мы так долго беседуем, а я до сих пор не знаю вашего имени, госпожа?

— Цзы Нин, – донеслось из-под вуали Святой Девы.

— Цзы Нин. Красивое имя, – кивнул Чэнь Чаншэн. – А меня зовут Цзо Синхэ. Благодарю госпожу Цзы Нин за помощь ранее.

Треск!

Чашка в руке Цзы Нин покрылась трещиной. Мощная аура вырвалась из ее тела.

— Цзо Синхэ – это имя нынешнего Императора Цзо Империи Сюаньу в Восточных Пустошах! Хоть я, Цзы Нин, и нахожусь в Срединных Землях, но не настолько невежественна, чтобы этого не знать! Господин смеется надо мной?

— Ха-ха-ха! Госпожа Цзы Нин воистину проницательна! Су Тянь приносит свои извинения!

Бум!

Без малейшего колебания Цзы Нин атаковала. Этот человек снова лгал ей! Су Тянь был предводителем группы Избранных Небес из Империи Сюаньу. После встречи с этим странным мужчиной она навела о нем справки. И обнаружила несоответствие в списке участников из Восточных Пустошей. Точнее, в их группе был один лишний человек.

Бам! Бам! Бам!

Чэнь Чаншэн и Цзы Нин обменялись более чем сотней ударов. Оба не использовали духовную силу, полагаясь лишь на физическую мощь. Однако на сто тридцать шестом ударе Чэнь Чаншэн легко одолел Цзы Нин. Левой рукой он схватил ее тонкое запястье, а правой обхватил ее изящную, как у лебедя, шею.

— Девушка, ну почему вы все время рветесь в драку? – с досадой произнес Чэнь Чаншэн.

Несмотря на то, что ее схватили, Цзы Нин не выказала ни капли паники.

— Империя Сюаньу славится развитием физического тела. Но твоя физическая мощь превосходит любого из их Избранных Небес. Почему тебя нет в списке? Кто ты такой?

Как раз в тот момент, когда Цзы Нин задавала свои вопросы, подоспели и другие Избранные Небес, привлеченные шумом. И они увидели эту весьма интимную позу.

Толпа: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

«Ого! Как горячо!»

Неожиданная поза, в которой застали Чэнь Чаншэна и Святую Деву Пурпурного Дворца, заставила многих прибывших Избранных Небес остолбенеть. Святая Дева Пурпурного Дворца была общепризнанно одной из трех величайших красавиц молодого поколения Срединных Земель. Такая сцена была совершенно неожиданной.

Однако Чэнь Чаншэн, столкнувшись с этой неловкой ситуацией, совершенно спокойно отпустил Цзы Нин.

— Господа, неужели вы не знаете правила «не смотреть на неподобающее»? Мы с госпожой Цзы Нин просто немного поупражнялись. Не кажется ли вам невежливым так пялиться?

Услышав это, некоторые Избранные Небес поспешно извинились и опустили головы. Но нашлись и более пылкие.

— Госпожа Цзы Нин, этот человек вас домогался? Если так, мы заставим его заплатить!

Цзы Нин лишь холодно взглянула на них, никак не отреагировав. Этот таинственный мужчина действительно был несколько бесстыден и скрытен. Но эти люди ей были еще противнее из-за их лицемерия. Настоящий мужчина, будь он добрым или злым, праведным или порочным, должен действовать решительно, а не мямлить. Если они действительно хотели заступиться за нее, то должны были немедленно атаковать, а не спрашивать ее мнения. Причина их колебаний была очевидна: они видели, что этот мужчина взял над ней верх в поединке, и боялись его силы. К тому же, в своих делах она не нуждалась ни в чьей помощи. Пусть его физическая сила велика, это еще не значит, что она не сможет ему противостоять.

Видя, что Святая Дева Пурпурного Дворца их игнорирует, эти Избранные Небес почувствовали себя весьма неловко. Но самое забавное было то, что виновник всего этого, Чэнь Чаншэн, как ни в чем не бывало подошел к группе гениев и начал читать им лекцию.

— Братья, разве так ухаживают за девушками? Вы только что совершили грубейшую стратегическую ошибку!

Большинство с презрением отнеслись к его бесцеремонности. Но толпа была большой, и всегда найдется пара-тройка любопытных.

— Что вы имеете в виду?

— Все очень просто! – оживился Чэнь Чаншэн. – Чтобы завоевать девушку, нужно покорить ее обаянием своей личности! Вы же знаете положение госпожи Цзы Нин: знатное происхождение, выдающийся талант. Таких девушек не слишком волнуют обычные условия. В Поднебесной не так много мужчин, превосходящих ее. Поэтому именно обаяние личности выходит на первый план! Возьмем только что произошедшее как пример. Вы должны были без колебаний напасть на меня! Любое промедление выставляет вас нерешительными и трусливыми. Скажите, разве такой мужчина может привлечь внимание госпожи Цзы Нин?

Необычные рассуждения Чэнь Чаншэна заинтересовали даже тех Избранных Небес, кто поначалу отнесся к нему с пренебрежением. Постепенно вокруг него собралось все больше и больше народу.

________________________________________

— Теперь вы поняли, в чем была ошибка?

Выслушав Чэнь Чаншэна, многие Избранные Небес испытали прозрение. Один из них тут же спросил:

— Господин Чэнь, а что если в такой ситуации противник очень силен?

— Ну и что, что силен? Неужели в Святой Земле Куньлунь ваш противник убьет вас из-за такой мелочи? К тому же, все присутствующие здесь – Избранные Небес. Пусть между вами и есть небольшая разница в силе, но она не настолько велика. Неужели вы даже не уверены в своей способности защититься?

При этих словах многие гении невольно расправили плечи. Да, они все – Избранные Небес. Пусть некоторые и сильнее, и талантливее, но уж защитить себя они точно смогут. В конце концов, годы упорного совершенствования давали им определенную уверенность в своих силах.

Видя, что внимание гениев переключилось, Чэнь Чаншэн едва заметно усмехнулся. Эта девчонка из Пурпурного Дворца слишком много внимания ему уделяла, что могло привести к ненужным проблемам. Чтобы решить эту проблему, он решил немного «просветить» ее поклонников. Средний возраст участников этого Собрания Избранных Небес не превышал ста лет. Обмануть этих «детей» было проще простого! Когда ее завалят вниманием многочисленные ухажеры, ей будет не до него.

— Чэнь Чаншэн? Что ты здесь делаешь?

Пока Чэнь Чаншэн размышлял, как бы еще запудрить мозги толпе, из нее раздался знакомый голос. Обернувшись, он увидел Цзо Цзин, одну из участниц группы Империи Сюаньу. Цзо Цзин, третья принцесса Империи Сюаньу, обладала вполне сносным талантом и по силе занимала среднее место в их группе.

— А, это третья принцесса! Чэнь Чаншэн приветствует вас. Я тут обсуждаю с братьями-даосами некоторые вопросы совершенствования. Кстати, господин Су и остальные не пришли?

— Су Тянь и другие сейчас медитируют, готовятся к Собранию Избранных Небес через три дня, – ответила Цзо Цзин. – Я слышала, что здесь некий безымянный гений собирается играть в камни, вот и пришла посмотреть. Ты пришел раньше, не знаешь, кто этот гений?

— Понятия не имею! Я просто зашел в Куньлуньскую Лавку Камней побродить, а тут вдруг столько народу собралось. Никакого безымянного гения не видел.

Узнав все, что хотела, Цзо Цзин перекинулась с Чэнь Чаншэном еще парой фраз и стала молча ждать появления таинственного игрока. Что до остальных Избранных Небес, слушавших лекцию Чэнь Чаншэна, то им и в голову не пришло, что именно он и есть тот самый игрок. Уж больно просто он был одет, совсем не походил на человека со знатным происхождением. Хотя его поединок с Цзы Нин и показал недюжинную силу, но камни во внутреннем дворе Куньлуньской Лавки Камней не продавали со скидкой даже гениям.

Таким образом, правду знала лишь Цзы Нин. Но у Святой Девы Пурпурного Дворца была своя гордость. Станет ли она что-то объяснять этим людям?

В этот момент издалека подошли Ван Дэфа и мужчина средних лет. Увидев этого мужчину, многие Избранные Небес посерьезнели, даже обычно холодная Святая Дева Пурпурного Дворца не стала исключением. Ведь пришедший был Вторым Старейшиной Святой Земли Куньлунь – Цзян Фэн!

Когда-то, во время борьбы за пост Святого Владыки Куньлуня, Цзян Фэн лишь с небольшим перевесом уступил нынешнему Святому Владыке, Цзян Буфаню. Несмотря на поражение, сам Цзян Буфань сказал: «Если бы не удача, исход нашей битвы был бы неизвестен».

Но был и другой случай, принесший Цзян Фэну еще большую славу. Шестьсот лет назад в Срединных Землях появился злодей У Ли, чья сила затмила все молодое поколение. В конце концов, У Ли столкнулся с таким же молодым тогда Цзян Фэном. Их битва длилась три дня и три ночи и закончилась вничью. Но это заставило злодея У Ли затаиться на целое столетие. По сей день Цзян Фэн оставался единственным, кто смог сразиться с У Ли на равных.

При виде приближающегося Старейшины Цзяна все присутствующие поправили одежду, готовясь предстать в лучшем свете. Однако дальнейшие действия Старейшины Цзяна повергли всех в изумление.

Он прошел мимо всех и подошел прямо к Чэнь Чаншэну, который непринужденно беседовал с кем-то.

— Каменный Двор Куньлунь проявил неучтивость, прошу юного друга не осуждать.

Услышав обращение, Чэнь Чаншэн прекратил беседу и тоже сложил руки в приветствии:

— Старейшина Цзян слишком добр. Побывать в Каменном Дворе Куньлунь и расширить свой кругозор – большая честь для меня.

С этими словами они непринужденно направились к беседке.

Такое поведение ошеломило присутствующих Избранных Небес. Хоть их и называли Избранными Небес, перед истинно великими личностями они были ничем. Старейшина Цзян сам был Избранным Небес, притом одним из величайших гениев предыдущей эпохи, дожившим до наших дней. Ни по таланту, ни по статусу, ни по положению, ни по силе никто из присутствующих не мог стоять с ним наравне.

________________________________________

Старейшина Цзян лично налил Чэнь Чаншэну чашку горячего чая и с улыбкой спросил:

— Слышал, юный друг хочет выбрать несколько камней для развлечения? Юный друг уже присмотрел что-нибудь?

Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Камень я выбрал, да вот беда – карманы мои пусты, не наскрести столько Источников Духа. Поэтому могу лишь предложить кое-какой хлам в залог. Принимает ли Каменный Двор Куньлунь подобные вещи?

— Ха-ха-ха! – рассмеялся Старейшина Цзян. – Юный друг шутит. Источники Духа хороши, но носить их с собой слишком хлопотно. Не сочтите за хвастовство, но у меня при себе и ста тысяч Источников Духа не наберется.

Пока Старейшина Цзян любезно беседовал с Чэнь Чаншэном, одна из присутствующих в толпе смотрела на них горящими глазами. Это была третья принцесса Империи Сюаньу, Цзо Цзин. Глядя на Чэнь Чаншэна, она сжала кулаки. Она ощутила небывалое унижение. Этот парень намеренно скрывал свое положение, он ни во что не ставил их группу Избранных Небес. Вспомнив, как они относились к нему в прошлые дни, Цзо Цзин побледнела.

Беседа подошла к концу. Чэнь Чаншэн сказал:

— Старейшина Цзян, уже довольно поздно. Могу ли я приступить к выбору камня?

— Конечно, юный друг, прошу сюда.

Старейшина Цзян лично повел Чэнь Чаншэна. Осмотрев выставленные образцы, Чэнь Чаншэн выбрал тот самый постоянно вращающийся камень. Он был размером с кулак, чрезвычайно гладкий и округлый. В отличие от других камней, неподвижно лежавших на своих местах, этот непрерывно катался по нефритовому блюду.

Видя выбор Чэнь Чаншэна, Старейшина Цзян представил его:

— Этот камень зовется «Катящаяся Жемчужина». Он был добыт из глубин Запретной Земли Священных Руин. Интересно то, что он был запечатан внутри другого камня с Источником Духа. Святая Земля Куньлунь собиралась вскрыть его, но из-за некоторых особенностей его отправили сюда, в Каменный Двор.

Услышав это, Чэнь Чаншэн поднял «Катящуюся Жемчужину»:

— Вот как? И в чем же его особенность?

— Раз юный друг осмелился прийти во внутренний двор для выбора камня, он наверняка разбирается в руде, заключающей в себе Источники Духа, – ответил Старейшина Цзян. – Обычные камни, содержащие Источники Духа, непроницаемы для духовной силы и божественного сознания. Но этот камень отличается – духовная сила и божественное сознание проходят сквозь него, но затем бесследно исчезают внутри.

Чэнь Чаншэн, рассматривая «Катящуюся Жемчужину», сказал:

— Среди множества руд есть одна, именуемая «Черный Угольный Камень». Он так же поглощает божественное сознание и духовную силу, форма его изменчива и непредсказуема. Что еще интереснее, его вес очень похож на вес Источника Духа. Если «Катящуюся Жемчужину» покрывает очень тонкая внешняя оболочка, а внутри скрыт Черный Угольный Камень, это объяснило бы феномен проникновения и исчезновения божественного сознания. Вероятно, именно из-за такого высокого риска Святая Земля Куньлунь и не стала вскрывать этот камень.

Старейшина Цзян улыбнулся:

— Юный друг рассуждает очень здраво. Но Каменный Двор – место для азартной игры в камни. Если бы мы точно знали, что внутри, зачем бы Святой Земле Куньлунь отдавать его сюда, а не вскрыть самим? Не так ли, юный друг?

— Старейшина Цзян прав. Сколько Источников Духа стоит эта «Катящаяся Жемчужина»?

— Два миллиона Источников Духа! – Старейшина Цзян спокойно назвал астрономическую сумму и с улыбкой посмотрел на Чэнь Чаншэна. Камни во внутреннем дворе предназначались для могущественных личностей. Раз юноша осмелился прийти сюда играть в камни, его происхождение должно быть незаурядным. Иначе он бы сам не вышел приветствовать этого младшего.

— Хссс~

Услышав эту астрономическую сумму, все присутствующие Избранные Небес ахнули. Даже Цзы Нин нахмурилась. Два миллиона Источников Духа – эта сумма намного превышала ресурсы, которыми она могла распоряжаться. Хоть она и была Святой Девой Пурпурного Дворца, в ее распоряжении было около трехсот тысяч Источников Духа. Даже если сложить все ее личное состояние, едва ли набралось бы пятьсот тысяч. Она слышала, что камни во внутреннем дворе стоят целое состояние, но не думала, что настолько дорого.

— Два миллиона Источников Духа. Цена невысокая, вполне разумная, – пока все поражались непомерной цене, раздался спокойный голос Чэнь Чаншэна.

Все: ???

Ты вообще слышишь, что говоришь? Два миллиона – разумная цена? Я тебе продам такой же, хочешь?

Не обращая внимания на изумленные взгляды, Чэнь Чаншэн взмахнул правой рукой, и на землю с грохотом упал темный слиток.

Бум!

Слиток промял мягкую траву. Чэнь Чаншэн, не отрывая взгляда от «Катящейся Жемчужины», небрежно бросил:

— Старейшина Цзян, оцените.

Разглядев предмет на земле, Старейшина Цзян удивленно воскликнул:

— Материнская Медь Пурпурного Золота!

Словно почувствовав удивление в голосе Старейшины Цзяна, Чэнь Чаншэн наконец перевел взгляд с «Катящейся Жемчужины» на него.

— Чему так удивляется Старейшина Цзян? Святая Земля Куньлунь так богата и могущественна, неужели у вас нет Материнской Меди Пурпурного Золота?

— Материнскую Медь Пурпурного Золота я, конечно, видел, – ответил Старейшина Цзян. – Это материал высшего качества для ковки оружия и лучший материал для создания алхимических печей. Но он чрезвычайно редок. Кусок размером с таз я вижу впервые.

— Сойдет, – пожал плечами Чэнь Чаншэн. – Я нашел это у порога своего дома. Старейшина Цзян, назначайте цену на свое усмотрение.

Все: «…»

Почему у моего порога такие вещи не валяются?

Поразмыслив, Старейшина Цзян назвал цену: восемьсот тысяч Источников Духа.

— Цена справедливая, – небрежно бросил Чэнь Чаншэн и тут же швырнул на землю еще один кусок металла.

Бум!

Появление этого металла заставило даже Старейшину Цзяна утратить самообладание.

— Юный друг, откуда у тебя это?!

— Выкопал в поле, когда землю пахал.

Старейшина Цзян: «…»

Ты можешь врать хоть немного правдоподобнее?!

Чэнь Чаншэна совершенно не волновала ценность этих двух металлов, потому что у него их было еще очень много. Громовые Звери от природы обладали даром находить различные руды и питались ими. Чэнь Чаншэн уничтожил Громовых Зверей в Ста Тысячах Великих Гор, и все их сокровища, естественно, достались ему.

Видя, что Чэнь Чаншэн не желает раскрывать происхождение второго металла, Старейшина Цзян, естественно, не стал настаивать. Еще раз осмотрев кусок на земле, он произнес:

— Эссенция Железа Сюаньмин. Вспомогательный материал, используемый величайшими мастерами при ковке оружия. Он не отличается особой твердостью, но обладает несравненным преимуществом – способностью сплавлять воедино большинство различных металлов. Этот металл бесценен, его невозможно найти на рынке, тысячелетиями его никто не видел. Прямо сейчас я не могу предложить за него слишком высокую цену.

Слушая Старейшину Цзяна, Чэнь Чаншэн продолжал рассматривать «Катящуюся Жемчужину»:

— Старейшина Цзян, назначайте цену на свое усмотрение. Святая Земля Куньлунь так богата и могущественна, вы ведь не станете намеренно занижать цену.

Услышав это, Старейшина Цзян снова внимательно посмотрел на юношу перед собой и, помедлив, сказал:

— Раз юный друг так говорит, я осмелюсь назвать цену. За этот кусок Эссенции Железа Сюаньмин размером с человеческую голову Каменный Двор Куньлунь предлагает четыре миллиона Источников Духа!

При этих словах дыхание присутствующих стало тяжелым. Таких астрономических сумм не видели даже здешние Избранные Небес. Четыре миллиона Источников Духа! Такую цену могла заплатить лишь великая сила, подобная Святой Земле Куньлунь.

Услышав названную Старейшиной Цзяном цену, Чэнь Чаншэн кивнул:

— Цена немного занижена, но в целом справедлива. В конце концов, это лишь вспомогательный материал. Учитывая Эссенцию Железа Сюаньмин, общая стоимость моего залога в Каменном Дворе Куньлунь должна составлять четыре миллиона восемьсот тысяч Источников Духа.

— Точнее говоря, четыре миллиона восемьсот двадцать пять тысяч Источников Духа, – уточнил Старейшина Цзян.

— За вычетом стоимости «Катящейся Жемчужины» у меня остается два миллиона восемьсот двадцать пять тысяч Источников Духа. Пусть эти деньги пока полежат здесь. Завтра я хочу вскрыть еще один камень. А сегодня давайте вскроем этот.

С этими словами Чэнь Чаншэн протянул «Катящуюся Жемчужину» Старейшине Цзяну. Видя невозмутимость Чэнь Чаншэна, тот улыбнулся:

— Щедрости юного друга позавидовали бы даже некоторые Владыки Святых Земель! Для меня большая честь вскрывать камень для юного друга.

Сказав это, Старейшина Цзян принял «Катящуюся Жемчужину» из рук Чэнь Чаншэна. Одновременно с этим медленно активировалась великая защитная формация Каменного Двора Куньлунь. В Источниках Духа время от времени попадались странные вещи, и защитная формация помогала избежать ненужных неприятностей. К тому же, богатство искушает сердца. Если бы во внутреннем дворе из камня действительно появилось какое-нибудь несравненное сокровище, формация защитила бы его от жадных взглядов.

— Фух…

Медленно выдохнув, Старейшина Цзян высвободил свою могучую ауру. Шестая ступень совершенствования! Даже Чэнь Чаншэн невольно приподнял бровь. Прежняя система совершенствования Золотого Ядра была подавлена Правилами Неба и Земли, поэтому многие гении начали искать новые пути, создавать новые методы. Шестьсот лет назад это подавление начало усиливаться. Основой совершенствования А Ли была Техника Сокровенных Трансформаций – этот уникальный метод не подвергся подавлению правилами. Это было одной из причин, почему шестьсот лет назад он смог превзойти все молодое поколение Срединных Земель. Старейшина Цзян смог сражаться с А Ли на равных – очевидно, он тоже нашел свой собственный путь.

Вжух!

Вспышки света меча вылетали из пальцев Старейшины Цзяна, сложенных в форме меча. Каждая вспышка проходила вскользь по «Катящейся Жемчужине». С каждым проходом с камня слетала тончайшая каменная пыль. Каменная оболочка «Катящейся Жемчужины» была чрезвычайно тонкой, и такой метод вскрытия был, несомненно, лучшим. Любой другой способ мог легко повредить содержимое.

По мере того, как каменная оболочка стиралась, из «Катящейся Жемчужины» начало пробиваться золотое сияние. Лишь по этому сиянию все поняли – это Источник Духа наивысшего качества, золотой Источник Духа. Один килограмм золотого Источника Духа стоил тысячи килограммов обычного. Источник Духа такого качества был бы огромным состоянием в чьих угодно руках.

Но сейчас все внимание было приковано не к самому золотому Источнику Духа. «Катящаяся Жемчужина» была слишком мала. Даже если внутри окажется золотой Источник Духа, это не окупит астрономическую цену в два миллиона. Единственная надежда была на то, что внутри золотого Источника Духа что-то есть.

Вжух!

Промелькнула последняя вспышка света меча. Вся каменная оболочка «Катящейся Жемчужины» была удалена, не повредив ни капли золотого Источника Духа внутри.

— В Источнике Духа что-то есть! – крикнул кто-то из толпы.

Только тогда все очнулись от созерцания божественного мастерства Старейшины Цзяна. Внутри золотого Источника Духа, оказавшегося полым, извивался белый, нежный, толстый червяк, похожий на шелкопряда. Глядя на этого «червяка», Старейшина Цзян нахмурился. Он никогда не видел ничего подобного.

Пока Старейшина Цзян разглядывал неизвестное существо, раздался голос Чэнь Чаншэна:

— Старейшина Цзян, камень вскрыт. Можете теперь отдать его мне?

Слова Чэнь Чаншэна вернули Старейшину Цзяна к реальности.

— Конечно. В конце концов, это уже вещь юного друга.

Приняв сферу с Источником Духа из рук Старейшины Цзяна, Чэнь Чаншэн слегка встряхнул ее, наблюдая за копошением «большого жирного червяка» внутри, и усмехнулся:

— Не ожидал встретить тебя здесь. Поистине, судьба удивительна.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Святая Дева Пурпурного Дворца, Цзы Нин, до этого молчавшая, проявила интерес:

— Ты знаешь, что это?

— Я-то, конечно, знаю. А вот вы – точно нет, – ответил Чэнь Чаншэн. – Скажем так: Эссенция Железа Сюаньмин и Материнская Медь Пурпурного Золота вместе взятые не стоят и одной его лапки. Ладно, уже поздно, мне пора отдыхать. Завтра приду вскрывать другой камень.

С этими словами Чэнь Чаншэн убрал сферу с Источником Духа и вальяжно направился к выходу.

— Юный друг, помедли! – окликнул его Старейшина Цзян, едва он сделал шаг.

— У Старейшины Цзяна еще есть дела?

— Осмелюсь спросить, юный друг, не продается ли то, что только что было извлечено из камня?

— Конечно, продается. Но цену… Старейшина Цзян, вы ее не потянете.

— О! – Старейшина Цзян заинтересовался. – Это любопытные слова, юный друг. Святая Земля Куньлунь не претендует на звание первой в Срединных Землях, но наша сила и наследие очевидны для всех. Мне очень интересно узнать, какова же цена, которую не может позволить себе даже Святая Земля Куньлунь?

Уловив гордость в голосе Старейшины Цзяна, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся:

— Старейшина Цзян неправильно понял. Я не говорил, что Святая Земля Куньлунь не может это купить. Я сказал, что вы, Старейшина Цзян, не можете это купить. Чтобы получить то, что у меня в руках, вам придется отдать треть Святой Земли Куньлунь.

При этих словах лицо Старейшины Цзяна мгновенно потемнело.

— Юный друг, ты, случаем, не шутишь?

— Я совершенно серьезен. Удивление Старейшины Цзяна вызвано лишь тем, что вы не понимаете истинной ценности этой вещи. Если бы вы понимали… вы бы осознали, что треть Святой Земли Куньлунь – это просто смехотворная цена. Но, как я понимаю, у вас нет полномочий принимать такие решения. Поэтому я и сказал, что вы не можете это купить.

Старейшина Цзян: «…»

Такую цену и сам Владыка Святой Земли не потянет! Святая Земля – не единоличная собственность. Отдать треть Святой Земли за какого-то червяка? Только сумасшедший на такое пойдет!

Видя, что Старейшина Цзян нахмурился и молчит, Чэнь Чаншэн улыбнулся и не стал развивать эту тему. В конце концов, даже если бы Святая Земля Куньлунь и согласилась на такую цену, он еще не факт, что продал бы.

— Кстати, Старейшина Цзян, я извлек такое сокровище. На меня теперь не будут охотиться?

Услышав вопрос Чэнь Чаншэна, Старейшина Цзян немного успокоился и ответил:

— Во время Собрания Избранных Небес никому не дозволено нападать на участников. Нарушитель будет считаться бросившим вызов Святой Земле Куньлунь, и мы будем преследовать его до самой смерти. Однако поединки между самими Избранными Небес разрешены.

— Вот и отлично. Получив такую ценность, я боялся, что привлеку внимание плохих людей. Гарантия Старейшины Цзяна меня успокоила. Кстати, камни во внутреннем дворе ведь завтра не заменят? Я там еще один присмотрел.

От этих слов уголок глаза Старейшины Цзяна дернулся. Из «Катящейся Жемчужины» появилось живое существо. Хоть он и не знал, что это, но то, что было запечатано в Источнике Духа, точно не могло быть обычным. Старейшине Цзяну было больно от того, что такое сокровище ушло из рук. А теперь этот парень говорит, что присмотрел еще один камень… Старейшина Цзян почувствовал легкую панику.

— Хе-хе-хе! – он заставил себя улыбнуться. – Юный друг шутит. Наш Каменный Двор Куньлунь ведет честный бизнес и никогда не опустится до таких низких уловок. Как сегодня, так и завтра – все останется на своих местах.

— Каменный Двор Куньлунь воистину справедлив. Тогда до завтра.

С этими словами Чэнь Чаншэн вальяжно покинул Каменный Двор Куньлунь. Никто из присутствующих не осмелился и подумать о чем-то дурном. Он запросто достает бесценные божественные металлы, его физическая сила явно превосходит силу Святой Девы Пурпурного Дворца, а его происхождение никому не известно. Учитывая все это, любой, кто захотел бы тронуть Чэнь Чаншэна, должен был хорошенько подумать. Не говоря уже о том, что сейчас проходило Собрание Избранных Небес.

________________________________________

Двор Восточных Пустошей.

Чэнь Чаншэн вернулся во двор, который Святая Земля Куньлунь специально выделила для группы Избранных Небес из Восточных Пустошей. Плотно закрыв двери и окна, он достал сферу с Источником Духа, полученную в Каменном Дворе Куньлунь.

Глядя на «большого жирного червяка», копошащегося внутри Источника Духа, Чэнь Чаншэн пробормотал:

— Не думал, что в этом мире еще остались живые Золотые Шелкопряды Гу. Если бы у Племени У из Ста Тысяч Великих Гор был ты, они бы не прозябали в такой нищете.

Да, «большой жирный червяк» в Источнике Духа был ничем иным, как божественным Гу Племени У – Золотым Шелкопрядом Гу!

Когда-то Чэнь Чаншэн случайно попал в Сто Тысяч Великих Гор и впоследствии столкнулся с кланом Громовых Зверей. Проведя там немало времени, Чэнь Чаншэн, по своей привычке, детально изучил искусство Гу Племени У. Особенно его интересовал Золотой Шелкопряд Гу. Согласно древним текстам Племени У, Золотой Шелкопряд Гу был погибелью для всех насекомых и червей в мире.

С этой мыслью Чэнь Чаншэн достал сломанный Меч Истинной Воинственности и осторожно надрезал им сферу Источника Духа.

Вжик!

Хрусть!

В тот же миг, как сфера раскололась, Золотой Шелкопряд Гу метнулся к Мечу Истинной Воинственности. Чэнь Чаншэн услышал тихий хруст. Почти несокрушимый Меч Истинной Воинственности был прогрызен – на нем осталась выемка размером с рисовое зернышко.

Даже Чэнь Чаншэн не мог не поразиться. Нужно знать, что Меч Истинной Воинственности был оружием предыдущего Императора Империи Сюаньу. За исключением одного случая в Древней Запретной Земле, за все эти годы Чэнь Чаншэн не встречал ничего, что могло бы повредить этот меч. А теперь Золотой Шелкопряд Гу так легко прогрыз в нем дыру! Это доказывало его невероятную силу.

Звук грызни разносился по комнате. С виду безобидный Золотой Шелкопряд Гу жадно пожирал Меч Истинной Воинственности. Хоть Чэнь Чаншэну и было жаль меч, он не предпринимал никаких резких движений. Согласно древним текстам, Золотого Шелкопряда Гу кормили древними свирепыми зверями. Он не был уверен, что его собственное тело выдержит схватку с ним.

Осторожно положив Меч Истинной Воинственности на стол, Чэнь Чаншэн поспешно достал множество лекарственных трав и инструментов для начертания формаций. Золотой Шелкопряд Гу был созданием Племени У, и, естественно, у них были записаны методы его подчинения.

Вскоре на полу появилась древняя и сложная формация. Посыпав ее специальным лекарственным порошком и активировав массив, Чэнь Чаншэн медленно протянул правую руку к пирующему Золотому Шелкопряду Гу.

Словно почувствовав зов Чэнь Чаншэна, белый и пухлый Золотой Шелкопряд Гу поднял свою маленькую головку.

Вжух!

Не успел Чэнь Чаншэн среагировать, как Золотой Шелкопряд Гу уже оказался на его ладони.

Пчх!

Острый ротовой аппарат прокусил мощную защиту Чэнь Чаншэна, и Гу впился в его ладонь. Глядя на выпуклость, ползущую вверх по руке, Чэнь Чаншэн скривился от пронзительной боли.

После долгих мучительных минут Золотой Шелкопряд Гу наконец добрался до сердца Чэнь Чаншэна. Без малейшего колебания он прогрыз сердечную мышцу и начал плести кокон в одной из камер сердца.

Кха!

Сердце было повреждено, и Чэнь Чаншэн выплюнул полный рот крови. Невыносимая боль заставила его лоб покрыться холодным потом, но он стиснул зубы и терпел. Выращивать Гу в собственном теле было чрезвычайно рискованно, но и выгоды были невообразимы.

Неизвестно, сколько времени прошло, но наконец Золотой Шелкопряд Гу выполз из груди Чэнь Чаншэна. Раны, оставленные им, затягивались с невероятной скоростью. Теперь Чэнь Чаншэн чувствовал кровную связь с Золотым Шелкопрядом Гу.

«Голоден!» – мысль Гу четко передалась в сознание Чэнь Чаншэна.

Глядя на несколько уставшего Золотого Шелкопряда Гу, Чэнь Чаншэн достал Ядро Грома размером с кулак и положил перед ним.

Хрусть!

Золотой Шелкопряд Гу не стал церемониться, тут же набросился на Ядро Грома и начал его грызть, вскоре полностью забравшись внутрь.

Успокоив голодного Золотого Шелкопряда Гу, Чэнь Чаншэн наконец смог изучить изменения в собственном теле. В его крови, густой и тяжелой, как ртуть, появились тонкие золотые нити. Они исходили от сердца и расходились по всему телу вместе с кровотоком.

Золотой шелк Гу! Его трудно повредить даже божественным оружием, и он же является несравненным священным лекарством для исцеления ран. Подумав об этом, Чэнь Чаншэн взял лежавший рядом Меч Истинной Воинственности и порезал указательный палец. Не успело вытечь много крови, как к ране подтянулась слабая золотая нить. Она быстро сшила края раны, и порез затянулся прямо на глазах.

Убедившись, что Золотой Шелкопряд Гу так же чудесен, как описывали древние тексты, Чэнь Чаншэн не смог сдержать смеха.

— Теперь у меня появился еще один козырь для спасения жизни! Когда золотой шелк покроет все мое тело, даже отрубленная голова не обязательно будет означать смерть! Техника Сокровенных Трансформаций и огромное количество очков характеристик уже сделали мое тело невероятно прочным. А теперь еще и добавилась функция регенерации. В такой ситуации умереть будет сложно!

Немного погордившись собой, Чэнь Чаншэн взглянул на панель Системы. Нынешняя система совершенствования была чрезвычайно сложной. Даже такой эрудированный человек, как Чэнь Чаншэн, не мог точно оценить свою силу, основываясь лишь на ступени совершенствования. К счастью, у него была Система, и очки характеристик давали ему хоть какой-то ориентир.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 300 (Четвертая Ступень)】

【Скорость: 300 (Четвертая Ступень)】

【Защита: 520 (Шестая Ступень)】

【Духовная сила: 240 (Четвертая Ступень)】

【Запас жизни: 640 лет】

Глядя на данные на панели Системы, Чэнь Чаншэн растерянно почесал голову.

После прошлого пробуждения давление Правил Неба и Земли начало постепенно усиливаться. С характером Чэнь Чаншэна мириться с таким положением дел было невозможно, поэтому сто лет назад он отказался от старой системы совершенствования и перешел на новую.

Собственноручно созданная система совершенствования давалась Чэнь Чаншэну легко, и его показатели росли стремительно. Однако, практикуя ее уже больше ста лет, он до сих пор не мог понять свой реальный уровень.

Судя по цифрам, его Сила и Скорость давно должны были достичь Ступени Преобразования Духа, что соответствовало Пятой Ступени в старой системе. Но Система по-прежнему указывала лишь Четвертую Ступень. Что касается Защиты, то она только что, с помощью Золотого Шелкопряда Гу, увеличилась на двадцать очков, перейдя с Пятой на Шестую Ступень.

Озадаченный, Чэнь Чаншэн спросил:

— Система, неужели разрыв между ступенями в созданной мной системе так велик?

В ответ раздался голос Системы:

«Отвечаю Носителю: созданная вами система совершенствования несовершенна и не может служить надежным мерилом силы. Стандарт, используемый этой Системой, основан на самой сильной и имеющей наибольший разрыв между ступенями системе совершенствования из всех существующих ныне. Потому что в конечном итоге останется лишь сильнейшая система. Однако Носителю следует понимать, что обозначение ступени не влияет на реальную силу самого Носителя. Именно поэтому изначально Система не отображала ступени».

Выслушав Систему, Чэнь Чаншэн понял, в чем дело. Проще говоря, стандарты во всем мире пришли в полный беспорядок. Например, раньше для перехода от Золотого Ядра к Зародышу Души требовалось повысить характеристики на сто очков. А теперь для перехода с той же третьей на четвертую ступень могло потребоваться сто пятьдесят или даже двести очков. Таким образом, хотя название ступени оставалось прежним, реальная сила отличалась кардинально.

— Неудивительно, что решили провести Собрание Избранных Небес, – хмыкнул Чэнь Чаншэн. – В такой ситуации действительно нет лучшего способа выяснить силу, чем устроить драку. Вот только я драться не очень-то люблю!

Пробормотав это, Чэнь Чаншэн взглянул на больного белого щенка. При виде своего питомца его мысли приняли более серьезный оборот. Щенок напомнил ему об одном человеке и о некоторых событиях.

В свое время, следуя по ниточке, связанной с Древним Бронзовым Дворцом, Чэнь Чаншэн добрался до Срединных Земель. Хотя тогда ему удалось, как он и хотел, узнать о судьбе Няньшэн, со временем его сердце, прежде успокоившееся, снова наполнилось тревогой.

Путь от Срединных Земель до Восточных Пустошей занял двести сорок лет. Период сна – триста двадцать лет. Плюс недавние годы, потраченные на «полив яйца»… Всего прошло семьсот шестьдесят лет, и это не считая времени до этого. Если сложить все вместе, Няньшэн прожила уже более тысячи лет.

Тысяча лет – огромный срок, предел для большинства совершенствующихся в мире. Жива ли еще эта девочка, Няньшэн, или уже нет?

Чэнь Чаншэн покачал головой и, взяв щенка на руки, сказал:

— Малыш Черныш! Ох, Малыш Черныш! Скажи мне, где в этом безбрежном море людей искать хоть какие-то зацепки о Няньшэн? И эта девчонка тоже хороша! Что бы ни случилось, хоть весточку бы домой отправила! Совсем не дает покоя.

В ответ на его жалобы щенок лишь слабо тявкнул – то ли отвечая хозяину, то ли выражая недовольство своим именем.

Увидев выражение его мордочки, Чэнь Чаншэн скривился:

— Имя – это всего лишь кличка, неважно, как тебя зовут. Я знаю, что ты весь белый, но мне хочется звать тебя Малыш Черныш. Неужели ты не можешь выполнить эту мою маленькую просьбу? И еще, кто то существо, что оставило тебя в Древнем Бронзовом Дворце? Зловещая сила меня не слишком беспокоит – я заметил, что некие могущественные сущности тайно решают эту проблему. Но меня беспокоят те «Гигантские Руки», о которых упоминалось в записях Древнего Бронзового Дворца! Племя У из Ста Тысяч Гор, вероятно, было одним из восемнадцати народов, охранявших Дворец в прошлом. Ты только что видел, насколько силен Золотой Шелкопряд Гу. И даже такое могущественное племя было разгромлено этими «Гигантскими Руками». Отбросить их удалось лишь с помощью Зловещей силы. Если однажды «Гигантские Руки» явятся снова, что я смогу им противопоставить? Другие живут недолго, они могут и не дождаться пришествия «Гигантских Рук». Но я-то дождусь! Мне ведь предстоит прожить еще очень, очень долго!

Чэнь Чаншэн изливал душу Малышу Чернышу, но ослабевший щенок крепко уснул у него на руках.

Чэнь Чаншэн погладил его по голове и укоризненно проворчал:

— Ах ты, неблагодарный! С тобой разговариваешь, а ты спишь! Вот вылечу тебя – и обязательно сварю суп из собачатины. Вот только как тебя лечить, ума не приложу…

— Господин Чэнь, вы здесь?

Голос прервал его бормотание. Услышав этот слегка знакомый голос, Чэнь Чаншэн сразу понял – это пришли Е Хэньшэн и его спутники.

Он поднялся и сел на стул напротив входа, лениво бросив:

— Входите, не заперто.

Дверь открылась, и вошли Е Хэньшэн и еще двое. Это были Су Тянь и Третья Принцесса Империи Сюаньу Цзо Цзин.

Лицо Е Хэньшэна было серьезным, а в глазах читалось удивление. На лице Су Тяня играло нетерпение – очевидно, он жаждал бросить вызов Чэнь Чаншэну. Но самой интересной была реакция Цзо Цзин. Она смотрела на Чэнь Чаншэна с гневом, и весь ее вид выражал желание потребовать ответа.

Троица молча стояла перед Чэнь Чаншэном. Он не приглашал их сесть, но и не прогонял. В воздухе повисла неловкая тишина.

Наконец, Чэнь Чаншэн, поглаживая мягкую шерстку Малыша Черныша, сказал:

— Если хотите что-то сказать – говорите прямо. Только, пожалуйста, по очереди, без сумбура. И без обиняков, мне лень разбираться.

Услышав это, Е Хэньшэн сложил руки в знак уважения:

— Я наслышан о деяниях господина Чэня. Ранее я проявил к вам некоторое пренебре…

— Стоп!

Не дав Е Хэньшэну договорить, Чэнь Чаншэн резко его оборвал.

— Разве я не сказал тебе говорить прямо? – спросил Чэнь Чаншэн, прервав Е Хэньшэна. – Почему ты такой непослушный? Ты не имеешь права знать о моем происхождении. Если тебе интересно, можешь спросить у своей наставницы. Если она захочет тебе рассказать – значит, тебе можно знать. Если не захочет – придется тебе гадать самому. Угадаешь – значит, умный. Не угадаешь – значит, глупый.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн несколько раз открыл и закрыл рот, но в итоге так ничего и не спросил.

Разобравшись с Е Хэньшэном, Чэнь Чаншэн посмотрел на Су Тяня, который с нетерпением ждал своей очереди.

— Он хотел узнать о моем происхождении. А чего хочешь ты?

— Я хочу бросить тебе вызов! – спокойно заявил Су Тянь.

Чэнь Чаншэн кивнул:

— Молодые люди должны быть смелыми и решительными, это хорошо. Но сейчас у тебя нет права бросать мне вызов.

— Как мне получить это право?

— Просто. Знаешь Трех Красавиц Срединных Земель?

— Знаю! – ответил Су Тянь. – Святая Дева Пурпурного Дворца Цзы Нин, Гунсунь Хуайюй из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен и Яо Инъин из Павильона Беспечалья. Они признанные три величайшие красавицы молодого поколения Срединных Земель. Не только несравненные красавицы, но и обладательницы выдающихся способностей. Сказать, что они сочетают в себе красоту и талант – ничуть не преувеличить.

— Верно говоришь, – одобрительно кивнул Чэнь Чаншэн. – Вижу, ты потратил немного времени на изучение сил Срединных Земель. Победи их всех троих, и тогда у тебя появится право бросить мне вызов.

От этих слов веки Су Тяня дрогнули.

— Ты действительно так силен?

— Насколько я силен, я и сам точно не знаю, – ответил Чэнь Чаншэн. – Из этих Трех Красавиц я видел только одну. О двух других лишь слышал. Но одно я знаю точно: если захочу, могу подвесить Святую Деву Пурпурного Дворца и отшлепать ее по заднице.

Несмотря на небрежный тон Чэнь Чаншэна, взгляд Су Тяня оставался твердым.

— Хорошо. Я одолею их троих, а потом вернусь к тебе.

Разобравшись с двумя не самыми проблемными юнцами, Чэнь Чаншэн перевел взгляд на крайне недовольную Цзо Цзин. Видя, что настала ее очередь, Цзо Цзин, не дожидаясь вопроса Чэнь Чаншэна, выпалила:

— Почему ты намеренно притворялся слабым, чтобы потом посмеяться над нами? Даже если ты…

— Какое право ты имеешь говорить со мной?!

Не успела Цзо Цзин договорить, как презрительный взгляд Чэнь Чаншэна заставил ее замолчать. Встретившись с ним глазами, принцесса почувствовала, как гнев внутри нее мгновенно угас. По необъяснимой причине она не могла выдержать его взгляда.

— Ты Третья Принцесса Империи Сюаньу. Не будет преувеличением назвать твой статус благородным. Но у тебя нет права задавать мне вопросы. Твой статус принцессы имеет значение только для подданных Империи Сюаньу. За ее пределами он ничего не значит. Вне Империи Сюаньу, здесь, на Собрании Избранных Небес, твое право голоса определяется только твоей силой. Я знаю, что ты хочешь сказать. Ты считаешь, что я выставил тебя шутом. Хотя у меня нет интереса заниматься подобными вещами, можешь считать и так. Потому что в моих глазах ты ничем от шута не отличаешься.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Цзо Цзин крепко стиснула губы. С самого детства она никогда не испытывала такого унижения.

Глядя на нее, Чэнь Чаншэн презрительно хмыкнул:

— Что, сейчас заплачешь? Ц-ц-ц! Вот он, уровень Избранных Небес Империи Сюаньу! Тебя что, от груди еще не отняли?

— Я вызываю тебя на бой! – взревела Цзо Цзин, не в силах стерпеть такое оскорбление.

В ответ на ее яростный крик презрение на лице Чэнь Чаншэна стало еще заметнее.

— От этого ты кажешься еще более инфантильной. Но раз уж ты почти плачешь, я исполню твое желание. Су Тянь, покажи ей, насколько жесток внешний мир.

Услышав приказ Чэнь Чаншэна, Су Тянь на мгновение заколебался.

— Что, боишься поднять руку? – спросил Чэнь Чаншэн. – Император Цзо пожаловал тебе титул Принца, потому что ценит твой талант и способности. Твой выбор служить Империи Сюаньу можно считать мудрым решением – «хорошая птица выбирает дерево для гнезда». Но Император Цзо не для того тебя приблизил, чтобы ты был собачкой на побегушках у его дочери. Понимаешь ли ты смысл Собрания Избранных Небес? Это борьба за Великий Путь! Все живые существа в поле зрения – враги, здесь нет друзей! Ты должен соревноваться не только с гениями своего поколения, но и с гениями предыдущего. Например, с императором Империи Сюаньу, Цзо Синхэ. Ведь он тоже совершенствующийся. Если вы оба не сойдете с пути, ваши дороги рано или поздно пересекутся. Что ты будешь делать тогда?

Слова Чэнь Чаншэна заставили Су Тяня глубоко задуматься. Однако стоявшая рядом Цзо Цзин встревожилась. Су Тянь – гений Империи Сюаньу! Если Чэнь Чаншэн переманит его на свою сторону, это будет катастрофа!

— Ты врешь! Мой отец-император очень ценит брата Су! Как он может поднять на него руку?

— Это реальность! – отрезал Чэнь Чаншэн. – Ты не представляешь Империю Сюаньу, и твой отец тоже не представляет Империю Сюаньу. Империя Сюаньу может обойтись без тебя и без твоего отца, но она не может обойтись без Проводника. Потому что без Проводника Империю Сюаньу ждет только гибель. И твой отец, и Су Тянь хотят стать этим Проводником. И оба хотят, чтобы другой стал этим Проводником. А кому выпадет эта участь – решит воля Небес.

Сказав это, Чэнь Чаншэн снова принялся гладить щенка. Су Тянь молча подошел к Цзо Цзин.

— Третья Принцесса, прошу!

Видя, что все решено, Цзо Цзин упрямо заявила:

— К черту Проводника! Я докажу, что сильнее вас обоих!

С этими словами она развернулась и вышла из комнаты, собираясь сразиться с Су Тянем снаружи.

Представление начиналось, и Чэнь Чаншэн оживился. Он вытащил маленькую скамеечку, быстро выбежал за дверь и уселся, поставив рядом тарелку с фруктами и закусками.

Шум, естественно, привлек внимание остальных членов делегации Избранных Небес из Восточных Пустошей.

— Брат Су, может, сядем и спокойно все обсудим?

— Верно! Третья Принцесса иногда капризничает, не принимай близко к сердцу!

Некоторые гении из Империи Сюаньу попытались их успокоить, но это разозлило Чэнь Чаншэна, который жаждал зрелища.

— Су Тянь, чего застыл?! Мало позора?! У других делегаций – один-два гения, и только Восточные Пустоши притащили с собой больше дюжины нахлебников! Столько дармоедов! Если ты их не проредишь, люди подумают, что вы сюда поесть приехали!

Видя, как Чэнь Чаншэн подливает масла в огонь, делегация Восточных Пустошей пришла в ярость. Трое или пятеро из них тут же ринулись к нему, собираясь проучить наглеца.

Бам! Бам! Бам!

Не успели они приблизиться к Чэнь Чаншэну, как одна фигура молниеносно разметала их всех. Это был Су Тянь.

Глядя на разбросанных по земле знакомых, Су Тянь спокойно сказал:

— Для Империи Сюаньу достаточно меня одного. Возвращайтесь.

Увидев выбор Су Тяня, стоявший в стороне Е Хэньшэн тихо вздохнул и направился к делегации Избранных Небес из Королевства Ночной Луны. С самого прибытия в Святую Землю Куньлунь Е Хэньшэн беспокоился о безопасности своей группы. Не то чтобы его спутники были недостаточно хороши, просто молодое поколение из других регионов оказалось слишком сильным. Как и сказал Чэнь Чаншэн, Собрание Избранных Небес – это борьба за Великий Путь, и никто не будет обращать внимание на твой статус. Без достаточной силы участие в таком собрании может закончиться гибелью. Раньше Е Хэньшэн, из уважения к товарищам, не решался говорить об этом прямо. Но теперь, когда все стало ясно, ему пришлось проявить жесткость.

Бум! Бум! Бум!

Су Тянь и Е Хэньшэн действовали сообща. Поначалу другие гении сдерживались, но видя, что эти двое бьют все сильнее, все вошли в раж. Как и ожидалось, Е Хэньшэн и Су Тянь действительно были лучшими гениями своих стран. Вдвоем против десятерых они не только не уступали, но и теснили противников шаг за шагом.

Понаблюдав немного за битвой вдалеке, Чэнь Чаншэн поднял разбуженного шумом Малыша Черныша к своему лицу.

— Малыш Черныш, как думаешь, я так долго не показывался на людях, а как только вышел, тут же начал трепать нервы потомкам и ученикам своих старых знакомых… Это не слишком некрасиво с моей стороны?

У-у…

Малыш Черныш слабо пискнул, словно жалуясь, что Чэнь Чаншэн прервал его сладкий сон. Чэнь Чаншэн закатил глаза.

— Ты же собака, у тебя должно быть полно энергии! Почему ты ленивее черепахи?

Не обращая внимания на ворчание Чэнь Чаншэна, Малыш Черныш зевнул и снова медленно закрыл глаза.

— Эх… – беспомощно вздохнул Чэнь Чаншэн и, прижимая к себе щенка, поднялся. – Ладно, хочешь спать – спи. Спрашивать твоего мнения о таких вещах – это и правда издевательство над собакой. Но все же лучше пролить слезы от рук своих, чем кровь от рук чужих.

Сказав это, Чэнь Чаншэн исчез.

Внутренняя разборка в делегации Восточных Пустошей, естественно, должна была привлечь внимание Защитников Пути, которые обязаны были вмешаться. Но мог ли Чэнь Чаншэн позволить кому-то помешать его планам?

________________________________________

— Пожалуй, вам стоит немного подождать, прежде чем идти туда, – сказал Чэнь Чаншэн, преградив путь трем фигурам неподалеку от поля битвы. – Боюсь, сейчас вы можете пострадать.

Трое Защитников Пути из Империи Сюаньу нахмурились, глядя на этого гения из Королевства Ночной Луны.

— Кто вы такой? – спросил старший из них, обладавший силой средней ступени Преобразования Духа. – Зачем вы спровоцировали внутренний конфликт в делегации Восточных Пустошей? К тому же, я что-то не припомню, чтобы в Королевстве Ночной Луны был такой персонаж, как Чэнь Чаншэн.

Однако Чэнь Чаншэн, казалось, не проявлял к нему особого интереса, продолжая молча гладить щенка. Видя, что битва вдалеке становится все ожесточеннее, трое Защитников забеспокоились.

— Раз ты не желаешь говорить, мне придется схватить тебя и передать на суд Его Величества! – заявил старик средней ступени Преобразования Духа и тут же призвал артефакт в виде тыквы-горлянки, направив его на Чэнь Чаншэна.

Простая на вид тыква мгновенно увеличилась в размерах и извергла бесчисленные порывы ветра, острые, как лезвия. Однако этот ветер, способный рубить золото и дробить нефрит, не смог поколебать Чэнь Чаншэна ни на йоту.

Бросив на троицу мимолетный взгляд, Чэнь Чаншэн равнодушно сказал:

— Цзо Синхэ послал вас троих… Похоже, он и не собирался серьезно участвовать в этом Собрании Избранных Небес!

С этими словами Чэнь Чаншэн сделал неуловимое движение правой рукой, и формация мгновенно окутала их, скрывая от внешнего мира. С его нынешним мастерством в искусстве формаций создание массива за долю секунды было элементарной задачей.

Бам!

Едва формация изолировала их, Чэнь Чаншэн другой рукой выхватил огромную кость и с силой ударил по артефакту-тыкве. От одного удара драгоценная тыква разлетелась на куски.

При виде этого трое могущественных экспертов ступени Преобразования Духа в ужасе отступили на пару шагов. Они и представить не могли, что какой-то юнец обладает такой силой.

Держа в правой руке Кость Таоте, а в левой – Малыша Черныша, Чэнь Чаншэн шаг за шагом приближался к троим Защитникам.

— По правде говоря, в нынешней ситуации совершенствующиеся ступени Преобразования Духа не так уж и полезны. Не говоря уже о Защитниках Пути других гениев, вы, возможно, не справитесь даже с лучшими из молодых талантов. Вы все еще используете старую систему совершенствования. Как вы можете противостоять этим гениям под гнетом Небесного Пути?

Говоря это, Чэнь Чаншэн методично избивал троицу Костью Таоте. Двое из этих экспертов ступени Преобразования Духа специализировались на внешнем совершенствовании (укреплении тела), один – на внутреннем (развитии духа и энергии). Обычно трое таких мастеров представляли собой грозную силу. Но им не повезло столкнуться с Чэнь Чаншэном, который практиковал и то, и другое.

Сражаться артефактами? У Чэнь Чаншэна была Кость Таоте, а его мастерство в формациях было непревзойденным. Сражаться физической силой? Чэнь Чаншэн владел Техникой Сокровенных Трансформаций и знал более девяноста процентов техник закалки тела Империи Сюаньу. Кроме того, у него было пятьсот очков Защиты от Системы. Иными словами, Чэнь Чаншэн превосходил их практически во всем.

Если бы не подавление Небесного Пути, они, возможно, смогли бы обменяться с ним парой ударов. Но в нынешних условиях им оставалось только терпеть побои.

Через двадцать вдохов все три эксперта ступени Преобразования Духа были повержены. Глядя на молодого Чэнь Чаншэна, их глаза наполнились горечью и обидой. Быть легко побежденным юнцом после сотен лет упорного совершенствования – с таким трудно смириться.

— Не смотрите на меня так. В этом и заключается печальная участь обычных людей в мире совершенствующихся, – сказал Чэнь Чаншэн. – Раз вы смогли достичь ступени Преобразования Духа, значит, ваш талант когда-то был неплох. Но путь совершенствования бесконечен. Стоит вам остановиться – и идущие следом быстро вас превзойдут.

Троица: …

Слова Чэнь Чаншэна лишь добавили обиды в их взгляды. Они, конечно, знали, что нынешняя система совершенствования подавляется Небесным Путем. Но разве создание новой системы – это так просто? Достигнув ступени Преобразования Духа, они уже потратили большую часть отпущенного им срока жизни. Если они рассеют свою силу и начнут заново, но не смогут быстро достичь прежнего уровня, они просто умрут от старости.

Был и другой путь для старых экспертов – не начинать с нуля, а модифицировать существующую систему, создав на ее основе новую. Но это было еще сложнее! Прежняя система совершенствования прошла проверку тысячелетиями, ее нельзя было изменить по щелчку пальцев.

Услышав, что шум битвы за пределами формации стихает, Чэнь Чаншэн бросил старику что-то и сказал:

— В дела Собрания Избранных Небес больше не вмешивайтесь. Ваша задача – оставаться здесь с ранеными юнцами. Я немного подправил телепортационный массив на стороне Империи Сюаньу, он заработает примерно через месяц. Через месяц сможете вернуться.

Сказав это, Чэнь Чаншэн развеял формацию и исчез.

Однако старик средней ступени Преобразования Духа с недоверием смотрел на предмет в своей руке. Чэнь Чаншэн бросил ему медальон – уникальный знак Имперского Наставника Империи Сюаньу. Но ведь этот медальон пропал восемьсот лет назад!

Битва внутри делегации Избранных Небес Восточных Пустошей закончилась быстро. Когда Су Тянь окончательно уложил всех остальных, Чэнь Чаншэн снова вернулся на свою маленькую скамеечку.

Вернувшись, он, как ни в чем не бывало, продолжил неспешно «лузгать семечки», наблюдая за происходящим. Заметив это, Су Тянь слегка прищурился. В делегации произошел такой серьезный инцидент – Защитники Пути непременно должны были вмешаться. Но битва уже закончилась, а их так и не было видно. Даже дураку было бы понятно, что произошло.

— Ц-ц-ц! Они все-таки ваши товарищи! Как вы могли быть так жестоки? – начал Чэнь Чаншэн свое лицемерное «заступничество», глядя на поверженных гениев, кашляющих кровью.

От такого бесстыдства все, естественно, заскрежетали зубами от злости.

— Злодей! – выкрикнул один из Избранных. – Не знаю, каким способом ты околдовал брата Су и брата Е, но это дело так просто не кончится! Королевство Ночной Луны и Империя Сюаньу обязательно потребуют ответа!

Услышав угрозу, Чэнь Чаншэн фыркнул от смеха.

— Похоже, вы и правда ненавидите меня до глубины души, раз пытаетесь уморить меня смехом с помощью таких злых шуток! Вы хоть знаете, где находитесь? Это Срединные Земли! От Восточных Пустошей нас отделяют десятки тысяч километров! Неужели вы не понимаете поговорку «плеть коротка, чтобы достать»? Не говоря уже о том, что я просто позволил вас избить – даже если бы я вас прирезал, Восточные Пустоши ничего бы мне не сделали. Я избил вас, чтобы вы не позорились на людях! Десять человек не смогли одолеть двоих! Какое право вы имеете участвовать в Собрании Избранных Небес?

При словах Чэнь Чаншэна в глазах тяжело раненных гениев мелькнул стыд. Все они хорошо знали Су Тяня и Е Хэньшэна, им доводилось обмениваться ударами еще в Восточных Пустошах. Но все они считали, что разница в силе, если и есть, то не слишком велика. Только теперь, после настоящей схватки, они поняли пропасть между лучшими Избранными Небес и обычными гениями.

Увидев стыд в их глазах, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул. Нет ничего страшного в том, что молодые люди горды и амбициозны. Но если они не приходят в себя даже после сурового урока, вот тогда они действительно безнадежны.

— Теперь вы поняли, чего стоите, – сказал Чэнь Чаншэн. – Оставайтесь здесь и лечите раны. А чтобы у некоторых из вас не осталось иллюзий, открою вам маленький секрет. Эти двое в ваших глазах, вероятно, сильнейшие представители молодого поколения. Но на Собрании Избранных Небес таких, как они, если не пруд пруди, то с десяток-другой точно наберется. И это еще не считая наследников Святых Земель и древних кланов. Если вы столкнетесь с этими чудовищами среди гениев, то сколько бы вас ни было, вас раздавят как букашек.

Все: …

Хотя они и понимали, что он говорит правду, но не слишком ли прямо? Нельзя было оставить им хоть каплю достоинства?

Выслушав Чэнь Чаншэна, поверженные гении, кряхтя, поднялись с земли и молча разошлись по своим комнатам. Поведение Чэнь Чаншэна заслуживало осуждения, но они решили похоронить все свои претензии глубоко в душе. Десять человек не смогли одолеть двоих – даже если бы у них были веские причины для возмущения, им было бы стыдно их высказывать.

Когда все разошлись, Чэнь Чаншэн махнул рукой:

— Вы двое тоже идите отдыхать. Собрание Избранных Небес начнется послезавтра. Готовьтесь как следует. То, что случилось с ними сегодня, вполне может стать вашим будущим.

Сказав это, Чэнь Чаншэн развернулся и ушел в свою комнату.

Глядя ему вслед, Су Тянь и Е Хэньшэн обменялись недоуменными взглядами. Они совершенно не могли понять, что за человек этот Чэнь Чаншэн. Он действовал расчетливо и умело, обладал огромной силой – судя по его манерам, он определенно был опытным мастером, старшим.

Но ведь все участники Собрания Избранных Небес должны были пройти проверку костного возраста! В мире могли существовать тайные техники, позволяющие изменить ауру или омолодить тело, но изменить костный возраст было невозможно. По крайней мере, так они считали. Когда проверяли костный возраст Чэнь Чаншэна, результат показал, что ему нет и двадцати пяти лет. Именно поэтому Су Тянь и остальные поначалу не приняли его всерьез. Совершенствующийся младше двадцати пяти лет – какой силой и опытом он мог обладать? В глазах других практиков Чэнь Чаншэн был еще «ребенком».

Мысли роились в голове. Е Хэньшэн криво усмехнулся:

— Брат Су, только покинув дом, я понял, что значит «есть небо над небом и люди сильнее людей». Неудивительно, что мой мастер всегда был не слишком доволен моим совершенствованием. Раньше я думал, что это он так меня закаляет, но теперь вижу – мне действительно еще очень далеко до вершины.

В ответ Су Тянь, глядя на закрытую дверь комнаты Чэнь Чаншэна, спокойно сказал:

— Древние говорили: «Познав стыд, обретешь мужество». Осознание разницы между мной и другими лишь подстегнет меня догонять их. Я не сдамся из-за того, что временно слабее. Потому что я знаю: однажды я их догоню и превзойду.

Сказав это, Су Тянь тоже развернулся и ушел в свою комнату. Завтра Чэнь Чаншэн собирался в Каменный Двор Куньлунь. Там соберется большинство гениев, включая, вероятно, и Святую Деву Пурпурного Дворца.

________________________________________

События во дворе делегации Восточных Пустошей не вызвали особого резонанса в Святой Земле Куньлунь. Вернее, никто просто не обратил на них внимания. Множество гениев собралось в Святой Земле Куньлунь, стычки между ними происходили ежедневно. Кому какое дело до внутренней разборки в группе «нахлебников» из Восточных Пустошей?

Однако стоило отметить, что действия самого Чэнь Чаншэна наделали много шума во всей Святой Земле Куньлунь. Он легко тратил миллионы из Источника Духа, а в итоге извлек таинственное живое существо во внутреннем дворе Каменного Двора Куньлунь. Такие средства и способности, естественно, привлекли внимание многих. Небесные девы желали побеседовать с ним, наследники великих кланов – сразиться. Но среди всех этих людей мало кто знал о происхождении Чэнь Чаншэна. Точнее, они даже не знали, с какого из Пяти Континентов он прибыл.

Причина была проста: в списке делегации Избранных Небес Восточных Пустошей имени Чэнь Чаншэна не было. К тому же, делегация Восточных Пустошей ранее сторонилась Чэнь Чаншэна из-за его юного возраста и не хотела принимать его в свою компанию. Поэтому мало кто знал, что он прибыл из Восточных Пустошей.

________________________________________

Ночь прошла без сновидений. Когда солнечный свет снова залил землю, Чэнь Чаншэн потянулся и сел на кровати. Небрежно погладив спящего Малыша Черныша, он принялся умываться, собираясь отправиться в Каменный Двор Куньлунь. Состояние Малыша Черныша было тяжелым, его основа была повреждена. Без священного лекарства из Источника Духа вылечить его будет очень трудно.

— Ц-ц-ц! Воистину, Святая Земля Куньлунь! Рынок здесь всегда такой оживленный!

Чэнь Чаншэн с любопытством озирался по сторонам, а шедший за ним Е Хэньшэн смущенно опустил голову. Да, находиться рядом с этим парнем было невероятно стыдно.

Вчерашняя история с его азартной игрой в Каменном Дворе Куньлунь уже облетела всю Святую Землю. Многие лучшие гении и важные фигуры ждали Чэнь Чаншэна в Каменном Дворе. Но этому типу было все нипочем! Он не только не обращал внимания на ажиотаж вокруг своей персоны, но и беззаботно слонялся по рынку, заглядывая то туда, то сюда.

Недавно из Каменного Двора Куньлунь прислали человека пригласить его, но этот тип ответил:

— Император не спешит, а евнух суетится. Я не тороплюсь, чего ты нервничаешь?

Услышав это, посланник побагровел от злости. Надо знать, что это был внешний старейшина Святой Земли Куньлунь! Хоть и не самая важная шишка, но все же уважаемый человек. Чэнь Чаншэн своими словами так разозлил его, что тот, фыркнув, ушел прочь.

— Хозяин, почем эта штука? – спросил Чэнь Чаншэн, поднимая с прилавка какой-то предмет.

Увидев «жирную овцу», хозяин лавки тут же расплылся в улыбке:

— У вас наметанный глаз, господин! Это сокровище моего прилавка! Триста лет назад мой мастер, рискуя жизнью, вынес эту вещь из Запретной Земли Священных Руин! Если бы не наша с вами предопределенная встреча, я бы ни за что…

— Стоп! – прервал его Чэнь Чаншэн. – История этой вещи меня не слишком интересует. Просто назовите цену.

— Сто килограммов Источника Духа.

Услышав цену, Чэнь Чаншэн молча положил предмет обратно и повернулся, чтобы уйти. Видя, что «жирная овца» ускользает, хозяин лавки забеспокоился:

— Господин! Цена не окончательная, торг уместен! Назовите свою цену!

— Прошу прощения, но эта цена мне не по карману, – ответил Чэнь Чаншэн. – Вчера я проходил мимо, и вы просили за нее двадцать духовных камней. А теперь сразу сто килограммов Источника Духа? Вы меня за дурака держите?

Поняв, что его уловка раскрыта, торговец смущенно усмехнулся:

— Господин, оказывается, знаток! Знал бы – не стал бы так шутить. Назовите свою цену, господин, я не буду торговаться.

— Деньги я платить не хочу, но могу обменять на кое-что, – сказал Чэнь Чаншэн, доставая нефритовую табличку и вырезая на ней странный символ.

Увидев символ на табличке, торговец мгновенно изменился в лице. Он поднялся, внимательно осмотрел Чэнь Чаншэна и осторожно спросил:

— В последнее время у меня огонь в печени разбушевался, глаза стали плохо видеть. Не найдется ли у господина глазных капель для прояснения зрения?

При этих словах уголки губ Чэнь Чаншэна слегка приподнялись – его догадка подтвердилась.

— «Землетрясение на высоком холме, вид на западные горы – вечная красота», – произнес он первую строку пароля.

Торговец прищурился и тихо ответил второй строкой:

— «Врата выходят к морю, три реки сливаются – поток на десять тысяч лет».

— Красный или черный? (Из какого вы братства?) – шепотом добавил он, используя кодовый вопрос.

Услышав вопрос о его принадлежности, Чэнь Чаншэн усмехнулся и поднял с прилавка обломок чешуи, который выбрал ранее.

— Тебе это знать не нужно. Отнеси табличку куда следует, там поймут.

Сказав это, Чэнь Чаншэн развернулся и ушел. Торговец проводил его взглядом, на мгновение застыв, а затем быстро собрал свои вещи и тоже исчез.

________________________________________

Глядя, как Чэнь Чаншэн с довольным видом вертит в руках обломок чешуи, Е Хэньшэн почувствовал, что его раздирает любопытство. Ему отчаянно хотелось узнать, что только что произошло.

Заметив его состояние, Чэнь Чаншэн равнодушно сказал:

— Если хочешь что-то спросить – говори. Зачем мучиться, держа в себе?

Получив разрешение, Е Хэньшэн собрался с мыслями и осторожно спросил:

— Господин Чэнь, могу ли я узнать, что это сейчас было?

— Кое-что можешь, – Чэнь Чаншэн помахал обломком чешуи. – Это вещь старого знакомого. Мы только что обменялись тайным паролем. Если все пойдет по плану, скоро этот старый знакомый сам меня найдет.

Здесь Чэнь Чаншэн сделал паузу и многозначительно улыбнулся.

— А знаешь, я вдруг подумал, что ты можешь узнать и немного больше. Хочешь?

— Если господин Чэнь желает рассказать, я, конечно, готов слушать, – ответил Е Хэньшэн.

— Этот пароль используется исключительно в организации «Семьдесят Две Волчьих Сигнальных башни».

При этих словах любопытство Е Хэньшэна мгновенно улетучилось без следа. Ему захотелось влепить себе пару пощечин. «Семьдесят Две Волчьих Сигнальных башни» – заклятые враги Святой Земли Куньлунь! Их предводитель – У Ли, злодей, много лет сеющий хаос в Срединных Землях. Любой, кто связан с этой организацией, считается врагом Святой Земли Куньлунь.

Подумав об этом, Е Хэньшэн с кривой улыбкой пробормотал:

— Господин Чэнь, не шутите так! Такими словами нельзя бросаться!

— Кто тебе сказал, что я шучу? Это чистая правда, надежнее золота! – возразил Чэнь Чаншэн. – Раз уж тебе так любопытно, у меня есть и более взрывные новости. Хочешь послушать?

— Мне больше не любопытно! Совсем не любопытно! – поспешно замотал головой Е Хэньшэн. Чем больше таких секретов узнаешь, тем быстрее умрешь.

Видя испуг Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн усмехнулся и перестал его дразнить.

«Вот тебе, малец! Будешь знать, как совать нос не в свои дела! Напугал до смерти!» – подумал он.

________________________________________

Каменный Двор Куньлунь.

Пробродив по рынку полдня, Чэнь Чаншэн и его спутники наконец неспешно добрались до Каменного Двора. Внутренний двор, обычно пустынный, сегодня был полон народу.

Увидев Чэнь Чаншэна, молодой человек с мечевидными бровями и глазами-звездами решительно шагнул вперед:

— Вы, должно быть, господин Чэнь? Я Цзян Пин из Святой Земли Куньлунь. Вчера был занят делами и не смог встретить вас лично, прошу простить!

Перед Святым Сыном Куньлунь Чэнь Чаншэн тоже расплылся в улыбке:

— Сам Святой Сын лично встречает меня, это для меня огромная честь! Я пришел сегодня испытать удачу с камнями, надеюсь на ваши советы, брат Цзян.

Обменявшись любезностями, Цзян Пин посмотрел на стоявших рядом Е Хэньшэна и Су Тяня.

— А эти два собрата, должно быть, гении из Восточных Пустошей? Не думал, что господин Чэнь родом из Восточных Пустошей. Почему же тогда вашего имени нет в списке делегации?

— Хе-хе! – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Брат Цзян шутит! Восточные Пустоши полны талантов, мои скромные способности ничего не значат. Поэтому я здесь просто для массовки. Такому мелкому персонажу, как я, естественно, не место в списке Избранных Небес.

Услышав объяснение Чэнь Чаншэна, в глазах Цзян Пина мелькнул лукавый огонек.

— Если даже такой человек, как господин Чэнь, не попал в список делегации Восточных Пустошей, значит, эта делегация и впрямь необычайно сильна! Нужно будет при случае познакомиться поближе. Прошу вас троих следовать за мной. Здесь есть еще несколько собратьев Даосов, я вас представлю.

С этими словами Цзян Пин повел Чэнь Чаншэна и его спутников к изящной беседке неподалеку. В беседке находилось пять человек: трое мужчин и две женщины. Одну из них Чэнь Чаншэн узнал – это была Святая Дева Пурпурного Дворца, с которой он имел дело вчера.

Подойдя к беседке, Цзян Пин указал на самого левого из присутствующих, изящного молодого господина:

— Брат Чэнь, это наследник Павильона Ланъя, Мэй Юнсы, известный как Талантливый Цилинь.

Услышав слова Цзян Пина, юноша учтиво поклонился Чэнь Чаншэну.

Окинув взглядом наследника Павильона Ланъя, Чэнь Чаншэн заговорил:

— Срединные Земли богаты талантами и героями. Если спросить, какая сила здесь могущественнее всех, пожалуй, никто не даст точного ответа. Но если спросить, кто на всех Срединных Землях осведомлен лучше всех – то это, несомненно, Павильон Ланъя у Реки Золотых Песков. Слышал я слова: «Павильон Ланъя знает всех героев мира, но лучший из них – Мэй с южного берега Реки». Видеть вас сегодня – большая честь.

— Хе-хе! Брат Чэнь преувеличивает, – скромно ответил Мэй Юнсы. – Моя скромная слава – лишь дань уважения со стороны собратьев-даосов.

Обменявшись парой любезностей с Мэй Юнсы, Чэнь Чаншэн посмотрел на мужчину рядом с ним. Этот человек был полной противоположностью Мэй Юнсы. Если Мэй Юнсы был утонченным и приветливым, общение с ним походило на дуновение весеннего ветерка, то этот был крепко сложен, одет в шкуры и грубую шерсть – стиль, совершенно не свойственный ни Срединным Землям, ни Восточным Пустошам.

Присмотревшись, Чэнь Чаншэн уже догадался, кто перед ним. Не дожидаясь представления Цзян Пина, он заговорил первым:

— Одежда и стать этого брата отличаются от принятых на Срединных Землях. Похоже, вы с Южных Равнин? Слышал я некоторые легенды о Южных Равнинах. Говорят, там появился несравненный гений. В пять лет он мог голыми руками растерзать тигра или леопарда, а в восемнадцать лет тридцать шесть племен Южных Равнин единодушно нарекли его «Первым Воином».

Услышав слова Чэнь Чаншэна, здоровяк усмехнулся:

— Не думал, что ты так хорошо знаешь дела Южных Равнин. На Срединных Землях не уделяют должного внимания закалке тела. Я здесь уже давно, но так и не нашел подходящего противника. Этот парень, – он кивнул на Цзян Пина, – говорил, что в Восточных Пустошах есть могущественное государство, где очень ценят физическую силу. Ты из Империи Сюаньу?

В ответ на вопрос здоровяка Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Я хоть и родом из Восточных Пустошей, но не из Империи Сюаньу. Если брат желает увидеть гения из Империи Сюаньу, можешь обратиться к тому, кто стоит рядом со мной. Брат Су – это Су Тянь, пожалованный императором Империи Сюаньу титулом Принца, самый выдающийся гений во всей Империи Сюаньу.

Услышав это, здоровяк повернулся к Су Тяню.

— Я чувствую в тебе могучую силу. Твой боевой дух выше, чем у орла в небесах. Твоя жажда битвы свирепее, чем у степного волка. Я хочу сразиться с тобой. Меня зовут Борджигин Батулу, но можешь звать меня просто Батулу.

На вызов Батулу Су Тянь ответил поклоном:

— Су Тянь, Принц Империи Сюаньу. Я тоже не прочь помериться с тобой силами. В степях «Батулу» означает «воин». Раз ты носишь такое имя, твоя сила должна быть немалой.

Видя, как нарастает боевой настрой между ними, Цзян Пин поспешил вмешаться:

— Не думал, что брат Чэнь не только богат, но и столь эрудирован! А брат Су и брат Батулу сразу нашли общий язык, воистину, герой ценит героя! Раз уж брат Чэнь так много знает, может, угадаешь личности остальных наших гостей?

Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся на эту проверку, не придав ей особого значения. Гении всегда горды, и если ты не ровня им, они вряд ли обратят на тебя внимание. Мысленно посмеявшись над хитростью Цзян Пина, Чэнь Чаншэн посмотрел на последнего мужчину, державшегося с аристократическим достоинством.

— В каждом движении брата чувствуется необыкновенное благородство. На всех Срединных Землях лишь Святой Сын Святой Земли Мерцающего Света обладает такой аурой. Восемьдесят лет назад в Святой Земле Мерцающего Света родился младенец. В миг его рождения все небо залило багряное сияние, сулящее невиданное величие. В три года он прочел все книги и методы Святой Земли, в пять – победил многих учеников. В восемь лет среди молодого поколения Святой Земли ему уже не было равных. А в десять лет среди молодежи уже не осталось никого, кто был бы достоин его удара. Я прав, Святой Сын Мерцающего Света, прозванный Изгнанным Бессмертным?

Святой Сын Мерцающего Света улыбнулся:

— Брат Чэнь шутит. «Изгнанный Бессмертный» – лишь пустое прозвище. Если брат Чэнь не против, зовите меня просто Фуяо.

— Фуяо? «Птица Пэн однажды с ветром взмоет ввысь, паря, поднимется на сорок пять тысяч километров». Воистину, прекрасное имя!

Похвалив таинственного Святого Сына, Чэнь Чаншэн перевел взгляд на двух присутствующих девушек. При виде их он слегка нахмурился.

— С Феей Цзы Нин я имел честь познакомиться вчера. Но вот происхождение этой юной госпожи мне не совсем ясно. Не подскажете ли?

— Мое происхождение не столь славно, как у них, – ответила девушка с довольно простым, почти плоским лицом, покрытым мелкими отметинами. – Я из маленькой, незначительной школы, ты о такой не слышал.

— Не стоит так говорить, юная госпожа. Кое-что о положении дел на Срединных Землях мне все же известно. Как вы можете быть уверены, что я не знаю, если не назовете свою школу?

На настойчивый вопрос Чэнь Чаншэна девушка ответила:

— Ма Гу из Школы Меча Тысячи Гор.

Услышав это название, все присутствующие задумались.

— Школа Меча Тысячи Гор… Расположена примерно в тысяче девятистах километрах от Святой Земли Куньлунь. Учеников немного, и в каждом поколении лишь один наследник.

Чэнь Чаншэн безошибочно описал Школу Меча Тысячи Гор. Он знал о ней лишь потому, что лет шестьсот-семьсот назад имел с ними дело – оказывал похоронные услуги. Что интересно, уже тогда Школа Меча Тысячи Гор была в упадке. Странно, что она просуществовала так долго и не исчезла совсем.

Пока Чэнь Чаншэн размышлял над этим, вмешался Мэй Юнсы:

— Согласно записям Павильона Ланъя, Школа Меча Тысячи Гор исчезла еще триста лет назад. Неожиданно встретить сегодня ее наследницу. Похоже, данные нашего Павильона придется обновить.

На то, что Чэнь Чаншэн и Мэй Юнсы точно определили ее происхождение, Ма Гу никак не отреагировала, лишь бесстрастно произнесла:

— Я пришла на Собрание Избранных Небес лишь для того, чтобы возродить свою школу, а не для того, чтобы с кем-то соревноваться. Ты ведь собирался делать ставки на камни? Если не начнешь, я ухожу.

— Ах, да! – Цзян Пин хлопнул себя по лбу. – Совсем из головы вылетело! Чуть не забыл о главном деле брата Чэня! Сегодня ведь день, когда брат Чэнь покажет свое мастерство! Если бы я помешал такому важному делу, вот был бы грех!

С этими словами Цзян Пин подвел Чэнь Чаншэна к нескольким большим камням. Рядом с ними уже собрались некоторые важные фигуры. Очевидно, до прихода Чэнь Чаншэна многие уже пытались прощупать эти камни своими методами.

При виде Чэнь Чаншэна в глазах многих великих экспертов вспыхнул интерес. Никто не мог заглянуть внутрь камней из Запретной Земли, но этот юноша с первой же попытки извлек нечто ценное. Такая способность, несомненно, была выдающейся. Теперь оставалось лишь определить, обладает ли он подлинным мастерством или ему просто повезло. Если у него действительно есть уникальный метод, Чэнь Чаншэн непременно станет почетным гостем всех великих сил.

— Юный друг, как отдохнули прошлой ночью? – Цзян Фэн с улыбкой подошел поприветствовать Чэнь Чаншэна. – Устроили ли вас покои, предоставленные нашей Святой Землей Куньлунь?

За ночь Цзян Фэн успел навести справки о Чэнь Чаншэне. Этот человек прибыл вместе с группой Избранных Небес из Восточных Пустошей, но не принадлежал ни к Королевству Ночной Луны, ни к Империи Сюаньу. Это повышало шансы на то, что его можно будет привлечь на свою сторону.

— Хе-хе! Благодарю за заботу, Старейшина Цзян. Прошлой ночью я спал исключительно крепко, – ответил Чэнь Чаншэн. – Вот только сегодня я снова собираюсь унести из вашей Каменной Мастерской нечто ценное. Надеюсь, Старейшина Цзян не будет слишком сокрушаться.

— Пара камней – не беда, Святая Земля Куньлунь может себе это позволить, – усмехнулся Цзян Фэн. – Если юный друг согласится присоединиться к нашей Святой Земле Куньлунь, мы подарим ему хоть все эти камни!

Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся на протянутую оливковую ветвь, не став развивать тему. Цзян Фэн не рассердился, а просто молча сопровождал Чэнь Чаншэна, пока тот выбирал камни. Талант, который легко поддается вербовке, – уже не талант.

После некоторого осмотра Чэнь Чаншэн остановился.

— Старейшина Цзян, эти девять удивительных камней поистине необычны. Боюсь, по одному лишь внешнему виду я мало что смогу определить. Не позволите ли мне применить кое-какие методы?

— Разумеется, можно. До тех пор, пока вы не повредите камни, разрешены любые методы.

Получив разрешение Цзян Фэна, Чэнь Чаншэн передал Малыша Черныша на руки Е Хэньшэну, а затем начал сплетать руками узоры в воздухе. Одна за другой в пространстве проявились золотые линии.

Увидев это, Цзы Нин невольно воскликнула:

— Руны Дао!

Едва слова слетели с ее губ, как Цзы Нин, забыв обо всем, тут же принялась внимательно изучать Руны Дао, создаваемые Чэнь Чаншэном из воздуха.

Руны Дао – это одно из проявлений Великого Пути Неба и Земли, овладеть которым способны лишь несравненные эксперты. Хотя у великих Святых Земель и имелись некоторые Руны Дао, постичь их могли лишь единицы. Более того, эти Руны считались сокровенным наследием и никогда не демонстрировались посторонним. То, что Чэнь Чаншэн владел искусством Рун Дао, не могло не поражать.

Увидев Руны Дао, создаваемые Чэнь Чаншэном, все присутствующие поспешили воспользоваться моментом и попытаться постичь их смысл. Из глаз Святого Сына Мерцающего Света ударили два золотых луча – он пытался запечатлеть узоры в своей памяти. Вслед за этим все его тело окутало священное сияние, а ноги начали медленно отрываться от земли, создавая впечатление вознесения средь бела дня.

Другие Избранные Небес также демонстрировали свои способности. За спиной Святой Девы Пурпурного Дворца возникло огромное Видение: бушующее море под ясным лазурным небом – ее полное Видение Лазурного Неба над Изумрудным Морем.

Остальные выглядели скромнее. Они не проявляли своих Видений, очевидно, намеренно скрывая их. Однако, судя по исходящей от них ауре, их Видения были ничуть не слабее.

— Летите!

Завершив начертание золотых Рун Дао, Чэнь Чаншэн взмахнул правой рукой, направляя их в девять каменных глыб. Когда руны погрузились в камни, на поверхности каждой из них появилось размытое изображение.

Почти облысевший старик, указывая на один из миражей, взволнованно закричал:

— Этот клинок будет моим! Кто посмеет со мной спорить – тому не жить!

Призрачный божественный меч испускал безграничную энергию меча. Одно лишь ее присутствие заставляло кожу присутствующих покалывать. Столь могущественное божественное оружие взволновало многих великих фигур. Остальные восемь камней также явили необычные образы, хотя и не такие четкие, как этот меч.

Через мгновение Руны Дао рассеялись, и Чэнь Чаншэн вытер пот со лба. Руны Дао были непостижимо глубоки; создание даже небольшой их части потребовало от него всех сил.

На самом деле, Чэнь Чаншэн обнаружил существование Источника Духа еще в Древней Запретной Земле. Но тогда он находился в опасности, и ему едва хватало сил защитить себя, не говоря уже об изучении камней под покровом несравненной формации Древней Запретной Земли. Учитывая связь между Рунами Дао и Источником Духа, Чэнь Чаншэн решил попробовать использовать постигнутые им Руны – и, к его удивлению, это сработало.

— Старейшина Цзян, я выбрал камень.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, все поняли, что возможность постигать Руны Дао упущена. Хотя здесь присутствовали лишь величайшие эксперты и несравненные Избранные Небес, Руны Дао проявились на слишком короткое время, к тому же это была лишь малая их часть, так что никто не успел постичь ничего существенного.

— О! И какой же камень выбрал юный друг? – взгляд Цзян Фэна стал еще более пылким. Каждый раз, когда он думал, что достиг предела возможностей Чэнь Чаншэна, тот демонстрировал что-то новое. Проще говоря, Чэнь Чаншэн был похож на неиссякаемую чашу сокровищ. Такой талант Святая Земля Куньлунь должна была заполучить любой ценой.

— Я выбираю вот эту «Сосну, Встречающую Гостей», – объявил Чэнь Чаншэн, указав на выбранный камень.

При этих словах некоторые старые реликты облегченно вздохнули. Хоть они и заявляли о своих претензиях на тот или иной камень, правила есть правила. Чэнь Чаншэн пришел первым, и право первого выбора принадлежало ему. Святая Земля Куньлунь не потерпела бы нарушения правил своей Каменной Мастерской. Теперь, когда Чэнь Чаншэн сделал свой выбор, оставшиеся восемь камней становились предметом честной конкуренции.

Грохот!

Вся Святая Земля Куньлунь внезапно содрогнулась, и громовой голос достиг ушей каждого:

— Святая Земля Куньлунь, я пришел отомстить! Где этот ублюдок Цзян Фэн?!

Услышав этот голос, лицо Цзян Фэна мгновенно похолодело.

Вжух!

Цзян Фэн появился в небе над Святой Землей Куньлунь. Многие присутствующие великие эксперты также устремились туда, чтобы оказать поддержку. Великую формацию Святой Земли Куньлунь яростно колотил огромный великан. Семьдесят два мастера в масках прилагали все силы, чтобы взломать формацию.

— У Ли, ты еще смеешь сюда являться! Сегодня тебе не уйти! – прорычал Цзян Фэн.

— Ха-ха-ха! Думаешь, я тебя боюсь?! – рассмеялся У Ли. – Хватит смелости – выходи и сразись со мной триста раундов!

— Хмф! – холодно хмыкнул Цзян Фэн, и в его руке появился древний бронзовый меч.

Увидев, что Цзян Фэн настроен серьезно, У Ли презрительно усмехнулся, пробил трещину в великой формации и проскользнул внутрь.

________________________________________

Появление Семьдесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен стало для всех неожиданностью. В этот момент Цзян Пин обратился к Чэнь Чаншэну:

— Брат Чэнь, Гунсунь Хуайюй, одна из трех великих красавиц Срединных Земель, родом из Семьдесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен. Может, устроим соревнование – кто первым поймает эту воровку? Из нее вышла бы неплохая служанка, чай подавать.

Однако, прежде чем Чэнь Чаншэн успел ответить, Ма Гу, до этого державшаяся незаметно, тихо проговорила:

— А ты осмелишься выпить чай, который подам я?

Грохот!

Не раздумывая, в тот же миг, как Ма Гу заговорила, Цзян Пин развернулся и нанес удар ладонью. Мощная ударная волна сломала пополам множество деревьев во внутреннем дворе. Одновременно с этим остальные Избранные Небес перекрыли Ма Гу все пути к отступлению.

Мэй Юнсы, известный как Талантливый Цилинь, взглянул на стоящую перед ним Ма Гу и равнодушно произнес:

— Девушка Гунсунь, Школа Меча Тысячи Гор была уничтожена еще триста лет назад. Сведения моего Павильона Ланъя всегда точны. Выдавать себя за наследницу Школы Меча Тысячи Гор, чтобы проникнуть в Святую Землю Куньлунь, – весьма неразумный шаг.

Лицо Ма Гу осталось бесстрастным.

— Воистину, не зря вас называют Талантливым Цилинем. Столько Избранных Небес собралось здесь… полагаю, это и ваших рук дело? Какая жалость, что три года назад мне не удалось вас прикончить.

Услышав слова «Ма Гу», Цзян Пин холодно бросил:

— Брат Мэй, к чему с ней разговоры? Раз она осмелилась явиться в Святую Землю Куньлунь, мы должны позаботиться, чтобы она отсюда не ушла!

— Стойте!

Как раз когда Цзян Пин собирался атаковать, Ма Гу внезапно остановила их.

— Что, есть последнее слово? – усмехнулся Цзян Пин.

— Не последнее слово. Я лишь хочу посоветовать вам проверить свое состояние, – ответила Ма Гу. – Вы хоть и раскусили меня, но разве не заметили ничего странного?

При этих словах все присутствующие ощутили легкое головокружение. Святой Сын Мерцающего Света нахмурился, его тело окутало яркое сияние, и он немедленно покинул пределы внутреннего двора. Вслед за ним то же самое сделали Цзян Пин и остальные.

Глядя на «уродливую» Ма Гу внизу, Святой Сын Мерцающего Света произнес:

— Это Сонный Гу Гунсунь Хуайюй. Тот, на кого он действует, погружается в сон в течение тридцати вдохов. Однако у этого Гу есть ограничения. Достаточно просто покинуть зону его действия до того, как уснешь.

Святой Сын Мерцающего Света помолчал, затем взглянул на Чэнь Чаншэна, лежащего без сознания в руках Ма Гу.

— Похоже, ее целью на этот раз были не мы.

— Хе-хе! – рассмеялась Ма Гу. – Как и ожидалось от Святого Сына Мерцающего Света, ты все верно подметил. Мне как раз не хватало мужа для нашего лагеря. Так что этого красавчика я забираю!

С этими словами она достала телепортационную платформу из белого нефрита. Плотные узоры рун на платформе начали быстро распространяться вокруг.

— Она пытается сбежать! Остановите ее! – крикнул Е Хэньшэн.

В тот же миг семеро Избранных Небес одновременно атаковали, пытаясь помешать Гунсунь Хуайюй сбежать.

Грохот!

Плюх!

Гунсунь Хуайюй отбросило назад, изо рта хлынула кровь. Но формация уже активировалась. Столп света окутал ее и лежащего без сознания Чэнь Чаншэна. Прижимая ладонь к плечу, пробитому атакой Святого Сына Мерцающего Света, Гунсунь Хуайюй усмехнулась:

— Мальчики, вы сделали мне больно! Эту обиду я запомню!

Подразнив их напоследок, Гунсунь Хуайюй вместе с Чэнь Чаншэном исчезла без следа.

Ощутив изменение ситуации, У Ли одним ударом отбросил Цзян Фэна.

— Ветер переменился! Уходим!

— У Ли, я убью тебя! – взревел Цзян Фэн.

Несравненный талант, которого он почти заполучил, был похищен прямо у него из-под носа! Ярость мгновенно захлестнула его разум.

— Ц-ц-ц! Не кипятись так! В твоей Святой Земле Куньлунь полно народу. Забрать одного-двух – не такая уж большая проблема, – усмехнулся У Ли, активируя заранее подготовленную телепортационную формацию.

Видя, что У Ли исчезает, Цзян Фэн разрубил мечом пространство и ринулся в образовавшуюся трещину.

Грохот! Грохот! Грохот!

От мощи их битвы сотрясалось само пространство. Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Цзян Фэн в плачевном состоянии выбрался из пространственной трещины. Его древний бронзовый меч был запятнан кровью, а роскошные одежды изорваны в клочья.

— Злодей тяжело ранен! Отныне между Святой Землей Куньлунь и Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями – война не на жизнь, а на смерть! – провозгласил Цзян Фэн. Уголки его губ окрасились кровью, и он мгновенно исчез.

— Брат Е, не волнуйтесь. Наша Святая Земля Куньлунь гарантирует безопасность брата Чэня, – мрачно заверил Цзян Пин Е Хэньшэна и Су Тяня. – Если эта злодейка посмеет причинить вред брату Чэню, я лично принесу головы всех из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен в жертву его памяти!

Е Хэньшэн с тревогой в голосе ответил несколькими вежливыми фразами. Однако после столь серьезного происшествия ни у кого не осталось настроения для светских бесед, и вскоре все разъехались.

Убедившись, что вокруг никого нет, Су Тянь нахмурился:

— Брат Е, Чэнь Чаншэн и Семьдесят Две…

Не успел он договорить, как Е Хэньшэн жестом остановил его.

— Брат Су, сейчас мы должны очень беспокоиться о безопасности Чэнь Чаншэна, верно?

Взглянув в глаза Е Хэньшэна, Су Тянь мгновенно все понял. Посторонние могли не знать подробностей, но они-то были в курсе. Чэнь Чаншэн имел какие-то связи с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, не было причин им враждовать. К тому же, Чэнь Чаншэн так хорошо знал о них – как он мог позволить Гунсунь Хуайюй так легко себя схватить?

Возможно, со стороны это выглядело как тщательно спланированная акция Гунсунь Хуайюй и неосторожность Чэнь Чаншэна. Но для Су Тяня и Е Хэньшэна, знавших подоплеку, все это выглядело крайне странно.

Осознав суть происходящего, Су Тянь тихо вздохнул:

— Вот он, истинный мир совершенствующихся. Один неверный шаг – и ты разобьешься вдребезги. Иногда не нужно и слов – один лишь взгляд может обречь на вечные муки.

С этими словами Су Тянь и Е Хэньшэн вернулись во Двор Восточных Пустошей. В ближайшее время им предстояло изображать крайнее беспокойство. Если они сфальшивят и кто-то заметит подвох, последствия могут быть плачевными.

________________________________________

Неизвестная пещера.

Вжух!

Шлеп!

Тяжело раненная Гунсунь Хуайюй рухнула на пол.

— Ай! Как больно!

Проглотив целебную пилюлю, она продолжала стонать. Выжить после атаки семерых величайших Избранных Небес – уже само по себе доказывало ее недюжинную силу. Любой другой на ее месте давно бы отправился в гроб.

Немного придя в себя, Гунсунь Хуайюй, хромая, подошла к лежащему без сознания Чэнь Чаншэну.

Сглотнула слюну.

Облизнув пересохшие губы, она хихикнула:

— Не зря я столько сил потратила, чтобы тебя вытащить! Легко швыряешься четырьмя миллионами единиц Источника Духа! Ты просто небывало жирная овца! Дай-ка посмотрю, какие еще сокровища у тебя припрятаны.

Но едва ее рука потянулась к одежде Чэнь Чаншэна, как другая, сильная рука крепко схватила ее за запястье.

— Девчонка, так тяжело ранена, а все о сокровищах думаешь. Жизнь не дорога?

Увидев, что «бессознательный» Чэнь Чаншэн внезапно очнулся, Гунсунь Хуайюй подскочила от испуга. В панике она попыталась ударить его. Но если уж Гунсунь Хуайюй в расцвете сил не могла тягаться с Чэнь Чаншэном, то что говорить о ней сейчас, тяжело раненной?

Не прошло и трех обменов ударами, как Чэнь Чаншэн легко ее обезвредил.

Обездвижив Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн осмотрел окрестности пещеры. Убедившись, что они в безопасности, он принялся… стаскивать с нее одежду.

Гунсунь Хуайюй запаниковала:

— Что ты делаешь?!

— А ты разве не видишь? – небрежно ответил Чэнь Чаншэн, уже избавившись от мешающих лохмотьев.

Закончив с подготовительной частью, он извлек несколько серебряных игл из шеи Гунсунь Хуайюй. Едва иглы были убраны, как ее «уродливое» лицо начало стремительно меняться. Смуглая кожа стала белоснежной и нежной, рябь веснушек исчезла без следа. Широкое, как лепешка, лицо обрело идеальную овальную форму семечка дыни. Правда, на этом прекрасном лице сейчас не было ни кровинки, что, впрочем, лишь добавляло ему некой болезненной красоты.

Сняв маскировку Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн равнодушно заметил:

— Эта техника маскировки несовершенна. При ее использовании выражение лица остается почти неподвижным. Обмануть каких-нибудь желторотых юнцов еще можно, но перед настоящими мастерами она легко раскрывается.

С этими словами он несколько раз коснулся плеча Гунсунь Хуайюй. Прилегающая к коже чешуйчатая броня тут же расстегнулась на одном рукаве, позволив Чэнь Чаншэну снять его.

Гунсунь Хуайюй изумленно уставилась на него. Ее личная чешуйчатая броня была создана с помощью секретной техники, и снять ее без особого метода было абсолютно невозможно! И откуда он знает о секретной технике маскировки Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен?

Удалив осколки костей и срезав поврежденные ткани, Чэнь Чаншэн начал направлять свою духовную силу, стимулируя регенерацию костей Гунсунь Хуайюй. Когда кости почти срослись, он достал баночку и, зачерпнув немного белой мази, нанес ее на рану. Едва мазь коснулась поврежденной плоти, как та начала стремительно нарастать.

Видя, что Чэнь Чаншэн не желает ей зла, Гунсунь Хуайюй немного осмелела.

— Что это за мазь? Ее эффект даже лучше, чем у лучших целебных снадобий Святых Земель! Ты так добр ко мне… уж не влюбился ли?

Не обращая внимания на ее болтовню, Чэнь Чаншэн молча продолжал лечить ее раны. Через час все повреждения Гунсунь Хуайюй были устранены.

Цзян Пин, Борджигин Батулу, Фуяо, Цзы Нин, Мэй Юнсы – пять величайших Избранных Небес, плюс Е Хэньшэн и Су Тянь, тоже первоклассные таланты – атаковали ее в полную силу. Если бы не защитная чешуйчатая броня, выкованная из чешуи Громового Зверя, Гунсунь Хуайюй давно была бы мертва. Судя по ее ранам, самым сильным из семерых нападавших был Святой Сын Мерцающего Света – только ему удалось пробить защиту брони. К тому же, Чэнь Чаншэн смутно чувствовал, что даже в том столкновении Святой Сын не использовал всю свою силу.

— Ай! Намного лучше! У тебя золотые руки, – проворковала Гунсунь Хуайюй, ощущая, как возвращаются силы. – По идее, я должна тебя отблагодарить, но…

Бам!

Гунсунь Хуайюй, попытавшаяся напасть исподтишка, была с легкостью отброшена ладонью Чэнь Чаншэна. Он тут же сел ей на спину, надежно прижав к земле.

— Не мешай, я думаю, – сказал он. – Кажется, наш план был раскрыт.

Гунсунь Хуайюй: ???

«Ты настолько силен?! – подумала она. – Пусть я еще не полностью восстановилась, но как ты смог так легко меня одолеть?!»

Немного усомнившись в реальности происходящего, Гунсунь Хуайюй снова попыталась применить свои уловки.

Вжик!

Кулак Чэнь Чаншэна оказался прямо перед ее лицом. Он разжал пальцы, и на землю упал крошечный жучок.

— Выращивать Гу – дело непростое. Не трать их на меня зря. Ты еще слишком неопытна, чтобы играть с Гу передо мной.

Гунсунь Хуайюй: …

«Да тебя Небеса послали, чтобы специально меня мучить! – мысленно взвыла она. – Почему ты всегда можешь противостоять моим техникам?! Откуда ты знаешь все мои секреты?!»

Прошло время, достаточное, чтобы выпить чашку чая. Чэнь Чаншэн наконец слез с Гунсунь Хуайюй.

— Ладно, веди меня в логово Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен.

Услышав его требование, Гунсунь Хуайюй холодно фыркнула:

— Мечтай! Даже если ты спас меня, я тебя туда не поведу!

Чэнь Чаншэн взглянул на нее и спокойно сказал:

— Похоже, ты еще не получила последние новости.

— Какие еще новости?

— Скоро узнаешь.

С этими словами он взял правую руку Гунсунь Хуайюй и посмотрел на три медные монеты, украшавшие ее запястье.

— «Три сплава золотых крыльев скрыты в рукаве, наверху пять Инь и шесть Ян. Кунь – это Инь, Цянь – это Ян, пять стихий и восемь триграмм устанавливают порядок». Эти три монеты – символ принадлежности к Семидесяти Двум Волчьим Сигнальным Башням. Ты ведь это знаешь, не так ли?

Вжух!

Гунсунь Хуайюй настороженно отступила на два шага. Личности Семидесяти Двух Вожаков Стаи были тайной. Она знала лишь некоторых из них, полный список был только у ее мастера. Тот, кто знал эти секреты, с большой вероятностью сам был одним из Вожаков. Но сегодня все семьдесят два Вожака были на месте… Кто же тогда этот человек?

— Не смотри так. Мое происхождение тебе и не снилось, – сказал Чэнь Чаншэн. – Если не покажешь мне логово Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, я найду его сам. Смотри, не пожалей потом.

Гунсунь Хуайюй немного подумала и решительно ответила:

— Раз ты так хочешь увидеть логово Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, я исполню твое желание. Надеюсь, ты потом не пожалеешь.

С этими словами она достала платформу направленной телепортации. Чэнь Чаншэн усмехнулся и спокойно шагнул в центр платформы, ничуть не опасаясь подвоха со стороны Гунсунь Хуайюй. Этот метод телепортации с помощью платформ был разработан им самим. Как создатель этой техники, он знал о ней все.

________________________________________

После множества сложных телепортаций Гунсунь Хуайюй привела Чэнь Чаншэна в скрытую горную долину. В долине располагалась неприметная деревня. Дома стояли ровно, поля были ухожены, пейзаж радовал глаз. Извилистые тропинки пересекались друг с другом, и в воздухе слышалось кудахтанье кур и лай собак – поистине райский уголок, скрытый от мира.

Увидев возвращение Гунсунь Хуайюй, крестьяне, работавшие в поле, тепло приветствовали ее. Но заметив рядом с ней незнакомца – Чэнь Чаншэна – они инстинктивно прекратили работу. Среди них были и весьма могущественные эксперты.

— Мастер, я вернулась! – радостно помахала Гунсунь Хуайюй мужчине, работавшему на поле.

Услышав ее голос, мужчина улыбнулся. Но улыбка тут же застыла на его лице, когда он увидел Чэнь Чаншэна.

Бросив мотыгу, мужчина подбежал к Чэнь Чаншэну с растерянным видом. Он протянул правую руку, чтобы коснуться его лица, но рука задрожала и замерла в воздухе.

— Мастер, что с вами? – спросила Гунсунь Хуайюй, почувствовав неладное.

Глаза мужчины увлажнились.

— Хуайюй… он… он потомок твоего грандмастера. По старшинству… ты должна называть его… Боевым Дядей.

Чэнь Чаншэн: ……

«Он что, думает, я умер? Я стал своим собственным сыном?» – пронеслось у него в голове.

Слова крестьянина ошеломили не только Чэнь Чаншэна, но и стоящую рядом Гунсунь Хуайюй. Как это «жирная овца» вдруг превратилась в «Боевого Дядю»?

Увидев, что вокруг собирается все больше любопытных «зевак», Чэнь Чаншэн спокойно сказал:

— Здесь не место для разговоров. Не найдется ли укромного уголка?

— Ах, что ж это я! Совсем из ума выжил! – спохватился крестьянин и повел Чэнь Чаншэна к одной из деревянных хижин.

Закрыв дверь и окна, мужчина взволнованно посмотрел на Чэнь Чаншэна, а затем повернулся к Гунсунь Хуайюй:

— Хуайюй, чего же ты ждешь? Быстро поприветствуй своего Боевого Дядю!

Гунсунь Хуайюй скривилась от недовольства.

— Оставим пока эти формальности, – махнул рукой Чэнь Чаншэн. – Подойди сюда, ухо наставь. Мне нужно кое-что тебе сказать.

Услышав это, крестьянин вытер слезы и взволнованно проговорил:

— Верно, верно! Учитель всегда был привязан к прошлому, наверняка перед смертью оставил много наставлений. Младший Брат, не волнуйся, я непременно исполню последнюю волю Учителя!

С этими словами он наклонил голову.

Хвать!

Чэнь Чаншэн правой рукой схватил крестьянина за ухо и рывком притянул его «простодушную» голову к себе. Голос Чэнь Чаншэна стал холодным:

— А Ли, я тебе говорил, что ты мне не ученик? Прошло всего несколько сотен лет, а ты уже пропустил мои слова мимо ушей?

Услышав знакомый тон, крестьянин, он же А Ли, замер. Он снова поднял голову и встретился с тем самым знакомым взглядом. Внешность человека может измениться, но глаза – зеркало души – обмануть не могут. В мире могут быть похожие люди, но не может быть двух одинаковых душ.

— Господин… Господин, это правда вы? – пролепетал А Ли.

— А ты как думаешь? – ответил Чэнь Чаншэн, отпуская его ухо.

Под взглядом Чэнь Чаншэна А Ли съежился, как нашкодивший ребенок, всем своим видом излучая неловкость. Стоявшая рядом Гунсунь Хуайюй от удивления разинула рот. Она слышала от своего мастера, что всем своим умениям он обязан таинственному «Господину». Однако этот Господин никогда не признавал его своим учеником. Хотя прямо ничего сказано не было, даже дураку стало бы ясно: стоящий перед ними Чэнь Чаншэн и есть тот самый таинственный «Господин».

Глядя на выражение лица А Ли, Чэнь Чаншэн махнул рукой Гунсунь Хуайюй:

— Выйди пока. Мне нужно поговорить с твоим мастером.

Гунсунь Хуайюй вопросительно посмотрела на А Ли.

— Слова Господина – мои слова. Выйди.

Хоть ее и раздирало любопытство, Гунсунь Хуайюй послушалась приказа мастера.

Бум!

Едва Гунсунь Хуайюй вышла, А Ли рухнул на колени перед Чэнь Чаншэном.

— А Ли не сдержал обещания и самовольно передал методы Господина другим. Прошу Господина наказать меня!

Чэнь Чаншэн тихо вздохнул, глядя на коленопреклоненного А Ли, и покачал головой:

— В передаче методов я тебя не виню. Я не могу понять другого: почему ты не внял моим наставлениям? Я ведь говорил тебе: если хочешь пробиться в мире совершенствующихся, нельзя оставлять уязвимых мест. А ты посмотри на себя! Не только взял ученицу, но и создал этот райский уголок! Неужели ты думаешь, что никто в мире не сможет раскусить твои уловки? Святые Земли и великие кланы стоят на этой земле несметное число лет, их наследие и возможности превосходят твое воображение! Если однажды они найдут это место, что ты будешь делать?

На эти вопросы Чэнь Чаншэна А Ли лишь молча опустил голову. Он знал, что создание этого «райского уголка» было ошибкой.

— Вспомни, каким могущественным был клан Громовых Зверей в прошлом! Но даже они были уничтожены моими собственными, тогда еще слабыми, руками. Нынешние Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни пока не могут сравниться с кланом Громовых Зверей, а сила Святых Земель превосходит мою тогдашнюю мощь во много раз! Мне любопытно, как ты вообще на это решился?!

Услышав это, А Ли прошептал, едва шевеля губами:

— Это сироты моих братьев по оружию, с которыми я сражался бок о бок. Некоторое время назад их личности были раскрыты. Если бы я не вмешался, их ждала бы только смерть.

— А разве я не говорил тебе, что, ступив на путь совершенствования, нужно отринуть «чувства»?! Если ты не можешь отбросить эти «чувства», зачем было вообще вступать на этот путь…

— А вы сами смогли, Господин? – А Ли поднял голову и посмотрел прямо в глаза Чэнь Чаншэну.

Встретившись с его ясным взглядом, Чэнь Чаншэн потерял дар речи.

По правилам Системы, он мог снова погрузиться в сон, пробыв в состоянии бодрствования лишь одну десятую от общего запаса жизни. Самый быстрый и идеальный способ стать сильнее – это непрерывно спать. Но за последнюю тысячу лет Чэнь Чаншэн каждый раз бодрствовал до самого предела, оттягивая следующий сон. Из-за этого его прогресс значительно замедлялся. Причина была проста – он не мог отринуть «чувства» в своем сердце. Чэнь Чаншэн не хотел превращаться в холодную машину, не хотел, чтобы его старые знакомые умирали в бесконечном ожидании.

Помолчав, Чэнь Чаншэн снова заговорил:

— Идти по пути совершенствования, неся в сердце «чувства», – это очень болезненный и долгий путь. Именно потому, что я знаю эту боль, я и хотел уберечь тебя от нее. Но ты все равно пошел по моим стопам. Теперь ты понимаешь, почему я тогда много раз отказывал А Мань? Только у нас с А Мань была любовь, а у тебя с теми, кто снаружи, – родственная привязанность, крепче кровных уз. Эти «чувства» режут сердце больнее любого ножа! Я не смог предотвратить смерть А Мань, и ты точно так же не сможешь предотвратить их смерть. Борьба за Великий Путь невозможна без кровопролития. Ты действительно к этому готов?

А Ли горько усмехнулся:

— Господин, мне уже не повернуть назад.

— Эх… – Чэнь Чаншэн тихо вздохнул. – Встань. Раз уж пути назад нет, тебе придется идти по этому пути до конца. Смерть каждого из тех, кто снаружи, будет ранить твое сердце. Рассказывай, что случилось за эти годы. Как ты умудрился насмерть рассориться со Святой Землей Куньлунь?

А Ли собрался с мыслями и начал рассказ:

— В те годы Цзян Буфань просил Господина выйти из уединения. Но Господин ушел, не попрощавшись, чем сильно разгневал Цзян Буфаня. Он не мог найти Господина, поэтому начал всячески преследовать меня, пытаясь выманить вас. Со временем конфликты накапливались, и мы враждуем уже больше семисот лет. Он стал Святым Мастером Святой Земли Куньлунь, а я – предводителем Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен.

Выслушав причину конфликта, Чэнь Чаншэн задумчиво побарабанил пальцами по столу.

— Судя по твоим словам, мне, скорее всего, тоже не избежать этого дела, – проговорил Чэнь Чаншэн. – Из тех, кто знал меня в Святой Земле Куньлунь семьсот лет назад, вероятно, остался только этот Цзян Буфань. Если я снова появлюсь перед ним, он наверняка догадается о моем секрете. А как только секрет раскроется, я стану врагом всей Поднебесной.

При этих словах А Ли опустил голову, не зная, что ответить. С самого знакомства Чэнь Чаншэн всегда избегал известности и не позволял своему имени распространяться. Поначалу А Ли думал, что это из-за скромности и нелюбви к славе. Теперь он наконец понял истинную причину. Семьсот лет назад Чэнь Чаншэн уже достиг ступени Преобразования Духа, а это означало, что уже тогда он прожил несколько сотен лет. И вот, спустя еще семьсот лет, Чэнь Чаншэн все еще жив. Причем, в отличие от дряхлых старых реликтов, он был полон жизненной силы. Объяснение могло быть только одно: Чэнь Чаншэн оправдывал свое имя – он действительно обрел долгую жизнь!

Видя молчание А Ли, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:

— Ладно, не нужно так напрягаться. Раз я пришел к тебе, значит, мне неважно, что ты знаешь этот секрет. Давай лучше обсудим, что делать дальше.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, А Ли тоже улыбнулся. Эти слова доказывали, что Господин доверяет ему, не считает его чужим.

— Господин, каковы ваши планы?

— А какие тут могут быть планы? Разумеется, убить и заставить замолчать! – пожал плечами Чэнь Чаншэн. – Со всей Святой Землей Куньлунь я, может, и не справлюсь, но прикончить одного Цзян Буфаня – не проблема.

— Он теперь Святой Мастер. В пределах Святой Земли Куньлунь нам его не достать, – заметил А Ли. – Единственный способ – выманить его под предлогом борьбы за Великий Путь. Чтобы это сработало, нам нужно действовать сообща, изнутри и снаружи.

Услышав, что Чэнь Чаншэн снова собирается в Святую Землю Куньлунь, А Ли засомневался:

— Господин, не будет ли это слишком опасно?

— Небольшой риск есть, – признал Чэнь Чаншэн. – Но раз уж проблема возникла из-за меня, то и закончить ее должен я. Ты же не думаешь, что я из тех, кто перекладывает свои проблемы на других?

— Хе-хе! Разве Господин может быть таким человеком! – заулыбался А Ли. – Другие могут не знать Господина, но я-то знаю! Господин всегда действует открыто и честно, стремясь лишь к чистой совести! В мире трудно найти второго такого…

— Стоп! – Чэнь Чаншэн закатил глаза, прерывая поток лести. – Прекращай подлизываться, я этого не люблю. Позови свою ученицу. Мне нужно дать ей пару наставлений, а заодно пусть послушает нашу беседу о Дао. Это будет полезно для ее будущего совершенствования.

— Беседу о Дао? – переспросил А Ли и тут же поймал на себе строгий взгляд Чэнь Чаншэна.

— Что, ты считаешь свою нынешнюю систему совершенствования идеальной? – холодно спросил Чэнь Чаншэн. – Или думаешь, раз твой уровень совершенствования немного выше моего, то я не вправе рассуждать с тобой о Дао? Сам еще толком ничего не понял, а уже смеешь брать учеников и учить других! Какое бесстыдство!

А Ли тут же принялся извиняться и поспешно выскользнул из комнаты.

________________________________________

В комнате.

Гунсунь Хуайюй, еще недавно такая дерзкая и неукротимая, теперь стояла смирно, как паинька. И неудивительно – происхождение Чэнь Чаншэна пугало до дрожи. Ее собственный мастер был его учеником, а теперь этот древний монстр явился на Собрание Избранных Небес!

Как известно, для участия в Собрании существовало требование: костный возраст не должен превышать ста лет. То, что Чэнь Чаншэн смог принять участие, означало одно из двух.

Первое: его методы были настолько невероятны, что он мог изменять свой костный возраст. В этом случае Гунсунь Хуайюй была бы просто потрясена его непостижимой силой.

Но она боялась второго варианта. Долгой жизни! Бессмертия! То, что с древних времен считалось лишь гипотезой, мифом, теперь стало реальностью. От одной мысли об этом волосы вставали дыбом!

Заметив выражение лица Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн спокойно сказал:

— Девчонка, если ты догадалась о некоторых вещах, значит, ты умна. Но догадаться – не значит иметь право болтать об этом где попало. Понимаешь?

Гунсунь Хуайюй торопливо закивала:

— Поняла, Господин! Я буду молчать!

Видя ее испуганный взгляд, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся и решил больше ее не пугать. Всего лишь ребенок, не проживший и ста лет. Он просто подшутил над ней из-за хорошего настроения от встречи со старым знакомым.

Немного напугав Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн продолжил:

— Ныне Небо и Земля претерпевают великие изменения. Бесчисленные Избранные Небес создают новые системы совершенствования. На Собрании в Святой Земле Куньлунь я наблюдал за многими. Одни сосредоточены на акупунктурных точках тела, другие – на чудесных меридианах. Третьи – на концепциях и намерениях. Великий Старейшина Святой Земли Куньлунь, Цзян Фэн, – мастер пути концепций, его намерение меча можно назвать несравненным. Увидев столько Избранных Небес, как вы думаете, какой из этих путей Великого Дао лучше?

На этот вопрос ни Гунсунь Хуайюй, ни А Ли не знали, что ответить. Нынешняя эпоха породила множество гениев, и почти каждый из них представлял свою систему совершенствования. Хотя среди них были и сильные, и слабые, сказать, какая система самая сильная, было поистине сложно.

Подумав немного, Гунсунь Хуайюй осторожно спросила:

— Господин, я не могу ответить на этот вопрос. А вы знаете?

— К сожалению, я тоже не знаю. Да это и не нужно знать, – ответил Чэнь Чаншэн.

Гунсунь Хуайюй: ???

«Сам не знаешь, так зачем было напускать столько таинственности?» – подумала она.

— Вы должны понять: на вершину ведет не одна дорога, – продолжил Чэнь Чаншэн. – Путей Великого Дао в Поднебесной – как звезд на небе. Любой из них, доведенный до предела, может привести к вершине. Система Золотого Ядра отвергается Небом и Землей, это правда. Но это не значит, что она неверна – просто она больше не соответствует нынешней эпохе. Когда вы зацикливаетесь на поиске сильнейшего пути, вы уже сбились с дороги. Правильнее было бы искать среди множества путей тот, что наиболее стабилен и лучше всего подходит для нынешней эпохи. В конце концов, побеждает тот, кто смеется последним.

Слова Чэнь Чаншэна заставили А Ли о многом задуматься. Некоторые его сомнения относительно совершенствования начали рассеиваться. Гунсунь Хуайюй же осенило:

— Господин, вы имеете в виду, что не стоит зацикливаться на силе на определенной ступени? Например, какая-то система совершенствования может быть слабее других на второй или третьей ступени, но после четвертой ступени ситуация может кардинально измениться?

— Хе-хе! – Чэнь Чаншэн с улыбкой указал на Гунсунь Хуайюй. – А Ли! А твоя ученица весьма сообразительна.

Услышав похвалу от самого Грандмастера, Гунсунь Хуайюй ощутила укол гордости. Уняв волнение, она спросила:

— Господин, так какой же из нынешних путей Великого Дао самый подходящий?

— Естественно, тот, которым мы совершенствуемся! – заявил Чэнь Чаншэн. – Кровь и Ци, меридианы, акупунктурные точки, концепции – я изучил все эти направления. На их основе действительно можно создать мощные системы совершенствования, но ни одна из них не является самой подходящей для этой эпохи. Самое подходящее для этой эпохи – это Совершенствование Тела!

— Закалка Тела? – переспросил А Ли.

— Не Закалка Тела, а Совершенствование Тела! – поправил Чэнь Чаншэн.

Это совершенно новое слово – «Совершенствование Тела» – заставило Гунсунь Хуайюй недоуменно нахмуриться. Она считала себя одной из Избранных Небес нынешней эпохи, повидала немало, но такой термин слышала впервые.

Увидев ее замешательство, Чэнь Чаншэн спокойно пояснил:

— Не пытайся вспомнить. Это слово придумал я, ты точно его не слышала.

— Вот оно что! – кивнула Гунсунь Хуайюй. – Осмелюсь спросить, Грандмастер, в чем разница между Закалкой Тела и Совершенствованием Тела?

— Разница есть, и весьма существенная, – ответил Чэнь Чаншэн. – До того, как Правила Неба и Земли сильно изменились, на этих землях преобладали две основные системы совершенствования: Внутреннее совершенствование и Внешнее совершенствование.

— Внутреннее совершенствование сосредоточено на открытии Даньтяня и формировании Золотого Ядра. Преимущество этой системы – в мощном Божественном Сознании и обильной Духовной силе. Но у нее есть и явные недостатки: хрупкое физическое тело и сильная зависимость от врожденного таланта. Однако даже лучший талант имеет предел. Достигнув этого предела, путь совершенствования заканчивается.

— Другая система – Внешнее совершенствование, то, что вы обычно называете Закалкой Тела. Этот путь меньше зависит от таланта, но требует огромных ресурсов и упорного труда. Чтобы укрепить физическое тело, нужно день за днем истязать его тренировками. Достигнув великого свершения, практик одной лишь физической силой может сдвигать горы и осушать моря. Если же найти способы компенсировать недостатки в Божественном Сознании, то в битве равных по уровню совершенствующихся исход непредсказуем, но среди выживших непременно будет мастер Закалки Тела.

— Мастера Закалки Тела невероятно живучи, но их главный недостаток еще более очевиден – ресурсы. Ресурсы для совершенствования ограничены, ты должна это прекрасно понимать.

Слова Чэнь Чаншэна вызвали бурю в душе Гунсунь Хуайюй. То, о чем он говорил, можно было считать общеизвестными фактами в мире совершенствующихся. Но она впервые видела, чтобы кто-то так детально и глубоко анализировал обе системы. Большинство Избранных Небес никогда не придавали значения этим основам. Их всегда волновало лишь создание более сильных техник – и она сама была не исключением.

Сгорая от нетерпения, Гунсунь Хуайюй спросила:

— Грандмастер, вы так и не сказали, что же такое Совершенствование Тела.

— Я уже сказал! – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – У Внутреннего и Внешнего совершенствования есть свои достоинства и недостатки. Так почему бы не объединить их, взяв лучшее от обоих?

— А? – на лице Гунсунь Хуайюй отразилось полное недоумение. – Но ведь это общеизвестно – Внутреннее и Внешнее совершенствование несовместимы! Бесчисленное множество людей пытались совместить их, и все потерпели неудачу!

— Верно, – кивнул Чэнь Чаншэн. – Изначальные пути Внутреннего и Внешнего совершенствования действительно несовместимы. Но знаешь ли ты, в чем корень проблемы?

Гунсунь Хуайюй честно покачала головой.

Чэнь Чаншэн указал на свой живот:

— Проблема – в Даньтяне. Первое, что делает адепт Внутреннего пути – открывает Даньтянь и создает вихрь духовной энергии. Затем закладывает основу Великого Пути, сгущает Ци в Ядро, и наконец, Ядро раскалывается, порождая Зародыш Души. Проще говоря, адепт Внутреннего пути концентрирует всю свою силу в Даньтяне, отчего физическое тело и остается слабым – большая часть его силы вытягивается. А мастер Закалки Тела, наоборот, распределяет силу по всему телу. Поэтому эти две системы изначально конфликтуют.

Гунсунь Хуайюй задумалась.

— Если так, то проблема кажется решаемой! Нужно просто увеличить количество ресурсов для совершенствования, и тогда можно будет развивать оба направления одновременно?

— Теоретически – да. И были те, кто так и делал, – кивнул Чэнь Чаншэн. – Давным-давно один гений с величайшей осторожностью поддерживал баланс между Внутренним и Внешним совершенствованием. Потратив несметное количество ресурсов, он действительно преуспел в совмещении обоих путей. Но когда дело дошло до битвы, этот могущественный гений был легко побежден. И проиграл он не потому, что был недостаточно силен, а потому, что баланс внутри его тела был слишком хрупок.

На этом этапе беседы Гунсунь Хуайюй поняла, что ей больше нечего добавить. Ее знаний и опыта было недостаточно, чтобы обсуждать такие глубокие вопросы.

В этот момент А Ли, до того молча размышлявший, поднял голову:

— Господин, меня посетило некоторое озарение. Не знаю, могу ли я высказать его?

— Говори, конечно. И пусть твоя ученица тоже послушает и поучится. Ты прошел большую часть пути верно, но тебе всегда не хватало последнего шага.

Услышав это, А Ли указал пальцем в воздух. Из кончика пальца вырвался поток золотой энергии, сформировав человеческую фигуру. У золотого силуэта не было черт лица, но меридианы и Даньтянь внутри него были видны предельно четко. А Ли с помощью духовной силы изобразил свое внутреннее состояние, включая маршруты циркуляции его техники.

— Девчонка, смотри внимательно! – обратился Чэнь Чаншэн к Гунсунь Хуайюй. – Такая возможность выпадает раз в жизни! Полностью раскрыть свое внутреннее состояние – на такое не всегда решаются даже отец с сыном.

Гунсунь Хуайюй тут же сосредоточилась, внимательно изучая циркуляцию энергии своего мастера. Увидеть демонстрацию работы техники от практика шестой ступени – такой чести удостаивались даже не все Святые Сыновья и Девы!

— Господин, если проблема совмещения Внутреннего и Внешнего путей кроется в Даньтяне, значит, и решение нужно искать там же, верно? – спросил А Ли.

Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул:

— Умно. Сразу ухватил суть. Твоя система совершенствования основана на Технике Сокровенных Трансформаций. По своей сути, Техника Сокровенных Трансформаций склоняется к Закалке Тела. Но, в отличие от других методов Закалки Тела, она требует открытия Даньтяня. Она использует духовную силу Даньтяня для закалки физического тела. Это был настоящий прорыв в мире совершенствования, ведь обычные мастера Закалки Тела не могут использовать духовную энергию Неба и Земли для укрепления себя.

— Однако у этого подхода есть один недостаток, хотя и не критичный. Когда вся духовная сила уходит на закалку тела, это ограничивает возможности в бою. Ведь для многих заклинаний и техник передвижения требуется духовная сила. Если бы кто-то другой создал подобную технику, он бы не придал этому значения – все мастера Закалки Тела сталкиваются с этим.

— Но могущественное существо, создавшее Технику Сокровенных Трансформаций, не было удовлетворено. Поэтому оно создало множество невероятно сильных Божественных Способностей, чтобы компенсировать эти недостатки. Например, Технику Золотого Света и Истинный Облик Неба и Земли.

— Поэтому самое ценное в Технике Сокровенных Трансформаций – не сама техника и не эти могущественные Божественные Способности. Самое ценное – это тот маленький трюк, позволяющий использовать духовную силу для закалки физического тела.

С этими словами Чэнь Чаншэн сконцентрировал на кончике правого пальца тонкую золотую иглу.

— Опусти свою защиту. Позволь мне помочь тебе сделать этот последний шаг.

Услышав просьбу Чэнь Чаншэна, А Ли без малейших колебаний полностью снял свою защиту. В такой ситуации, прояви Чэнь Чаншэн хоть каплю злых намерений, командир Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен если бы и не погиб, то получил бы тяжелейшие ранения.

Свист!

Меч-палец с невероятной скоростью коснулся живота А Ли, и тонкая золотая игла пронзила его Даньтянь. Совершив это, Чэнь Чаншэн стремительно установил вокруг дома защитную формацию.

Ом!

Едва Чэнь Чаншэн убрал руку, как плоть А Ли начала иссыхать с видимой скоростью. Увидев это, Гунсунь Хуайюй в ужасе воскликнула:— Что ты наделал?!

Чэнь Чаншэн не обратил внимания на ее вопрос, неотрывно наблюдая за реакцией А Ли. В совмещении внутреннего и внешнего совершенствования А Ли продвинулся дальше него. Причиной того, что он так долго застрял на пороге шестой Ступени, было лишь отсутствие одного ключевого элемента. И теперь Чэнь Чаншэн помог ему восполнить этот пробел.

Долгое накопление привело к взрывному росту. Чэнь Чаншэну и самому было любопытно, каких высот помогут достичь А Ли эти семьсот с лишним лет упорного труда.

— Сохраняй спокойствие и не бойся! – наставлял Чэнь Чаншэн. – Не пытайся намеренно остановить или изменить процесс. Подчинись изменениям в своем теле, оно само найдет наиболее подходящий путь.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, А Ли ослабил контроль над бушующей внутри силой. Как только он это сделал, энергия в его теле начала циркулировать по определенному ритму. Духовная сила, жизненная сила, ментальная сила – все виды энергии жадно поглощались телом А Ли. Поглощенные, они снова собирались в Даньтяне, а затем вырывались наружу через проделанное иглой отверстие.

Кроваво-золотая энергия непрерывно извергалась, образуя в области Даньтяня целый безбрежный океан. Когда эта удивительная энергия потекла по меридианам, возвращаясь в тело, оно снова начало меняться.

Бум!

Мощнейшая волна энергии отбросила Гунсунь Хуайюй на землю. Даже формация, установленная Чэнь Чаншэном, затрещала и пошла рябью.

Иссохшая плоть А Ли на глазах наливалась силой. Но теперь, в отличие от прежнего состояния, его кожа, хоть и выглядела невероятно нежной, была во много раз прочнее и крепче. Следом Чэнь Чаншэна и Гунсунь Хуайюй окутало грандиозное Видение.

Глядя на раскинувшийся вокруг бескрайний золотой океан, Чэнь Чаншэн вздохнул:— Девочка! Эта система совершенствования словно создана для твоего мастера! Смотри туда.

Ошеломленная Гунсунь Хуайюй все еще не понимала, что происходит, но инстинктивно посмотрела в указанном направлении. Над золотым океаном появилось девять неясных силуэтов, а над их головами сияло ослепительное солнце. Затем из глубин золотого океана возник широкий мост. После его появления золотой океан вздыбился чудовищными волнами.

Бум!

Мощнейшая аура выбросила Чэнь Чаншэна и Гунсунь Хуайюй из Видения и одновременно сокрушила его формацию. В долине появилась гигантская фигура, превосходящая размерами даже Облик Закона Неба и Земли. Черные волосы А Ли развевались, и каждый волосок излучал сияние.

Грохот!

В ясном небе прогремел оглушительный раскат грома. Все совершенствующиеся ощутили изменение в самих Правилах Неба и Земли.

Древняя Запретная Земля.

Черные горы содрогнулись, и над Древней Запретной Землей открылся гигантский глаз.

— Тридцать тысяч лет… Наконец-то появился тот, кто пробудил Небесную Судьбу, – голос, полный легкой печали, эхом разнесся над запретными пиками. Вслед за ним раздался другой голос:

— Хмф! И что с того, что он пробудил Небесную Судьбу? Истинную Небесную Судьбу способен нести лишь сильнейший! Без Хранителя Пути даже Избранник Небес обречен на гибель!

С этими словами из глубин Древней Запретной Земли вылетел гроб. Крышка откинулась, и красивый молодой человек открыл глаза. Сделав глубокий вдох свежего воздуха, он усмехнулся:— О, смутные времена! О, Небесная Судьба! Эта Небесная Судьба по праву принадлежит мне!

Сказав это, юноша шагнул в направлении Срединных Земель.

Священные Руины.

Бум!

Источник Духа размером с комнату взорвался, и крылатый мужчина взглянул на небо.— На этот раз Небесная Судьба должна принадлежать Древнему Клану!

Едва прозвучали его слова, как из глубин Священных Руин к нему вылетели серебряное копье и страница золотой книги.

— Пять тысяч лет затишья – ради этого дня. На Избраннике Небес ощущается аура Техники Сокровенных Трансформаций. Захвати Небесную Судьбу и принеси мне Технику Сокровенных Трансформаций, – раздался голос из глубин.

Крылатый мужчина холодно ответил:— Я непобедим. Избранник Небес мне не соперник.

Резонанс с Небом и Землей, вызванный А Ли, встревожил многих сущностей, сокрытых в глубинах мира. Но виновник всего этого переполоха сейчас любовался своим творением.

— Девочка, теперь ты понимаешь, что такое Совершенствование Тела? – спросил Чэнь Чаншэн. – Оно не зацикливается на простом укреплении плоти или поглощении духовной энергии. Оно обращается к раскрытию внутреннего потенциала. Духовная сила, жизненная сила, ментальная сила – все три проходят через горнило тела и преобразуются в совершенно новую энергию. Пройдя через тело и смешавшись с ментальной силой, эта энергия становится гораздо более подконтрольной совершенствующемуся. Наконец, заимствовав некоторые секреты Техники Сокровенных Трансформаций, мы окончательно решили проблему невозможности усиления тела напрямую духовной энергией. Таким образом, тело, совершенствование и духовное сознание – ни один из аспектов не остается позади. Вот это и есть истинное Совершенствование Тела, подлинное единение внутреннего и внешнего.

Слушая объяснения Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй с разинутым ртом смотрела на своего невероятно могущественного мастера. Только теперь она поняла, почему мастер так глубоко уважал Чэнь Чаншэна. Это было уважение не к силе, а к его несравненному гению. Каким же талантом нужно обладать, чтобы придумать столь совершенный метод совершенствования? С какой стороны ни посмотри, у этой системы не было слабых мест. Возможно, это и была истинная непобедимость.

С огромным трудом оправившись от шока, Гунсунь Хуайюй сглотнула и сказала:— Господин, я даже не знаю, как выразить свое восхищение! Как вы смогли придумать такой метод?

Встретив ее благоговейный взгляд, Чэнь Чаншэн с улыбкой махнул рукой:— Не смею присваивать себе эту заслугу. Основу этой системы совершенствования заложил твой мастер. Я лишь немного ее доработал и помог твоему мастеру найти один незначительный, но ключевой момент. Видение Девяти Бессмертных, Склонившихся пред Солнцем, – явление небывалое. Твой мастер пойдет по этому пути дальше, чем кто-либо в мире. Даже я не смогу с ним сравниться.

Пока он говорил, А Ли убрал свое Видение и опустился на колени перед Чэнь Чаншэном.— Не ожидал, что Господин все эти годы помнил мои давние бредовые речи. Я знаю, что недостоин быть учеником Господина, но я всегда буду считать вас своим учителем.

Сказав это, А Ли трижды почтительно поклонился до земли. Увидев это, Гунсунь Хуайюй тоже поспешно поклонилась.— Хотя я тоже недостойна быть ученицей-внучкой Господина, я все равно буду считать вас Грандмастером.

Глядя на кланяющихся ему мастера и ученицу, Чэнь Чаншэн не отказался, но и не принял их поклоны. Он был бы лжецом, если бы сказал, что ему не приятно было вырастить такого выдающегося ученика. Причина, по которой он не признал эти отношения официально, заключалась лишь в его особых обстоятельствах. Впрочем, в мире есть вещи, которые существуют независимо от того, признаешь ты их или нет. Главное – искренность намерений.

Помолчав некоторое время, Чэнь Чаншэн наконец произнес:— Встаньте. Не холодно на земле-то стоять на коленях? Новая система совершенствования явлена миру. Как ее первопроходец, не хочешь ли дать ей имя?

Услышав это, А Ли и Гунсунь Хуайюй поднялись с земли.— Господин, без вас эта система совершенствования никогда бы не увидела свет. Прошу, даруйте ей имя! – попросил А Ли.

Чэнь Чаншэн задумался.— Судя по тому, что мы видели, у этой системы есть два больших уровня, две Ступени. После достижения первой Ступени в области Даньтяня образуется золотой океан. Может, назовем ее «Море Страданий»?

— Море Страданий? – А Ли несколько раз повторил это название, а затем улыбнулся. – «Море страданий безбрежно, но оглянись – и вот он, берег». Вступить на путь совершенствования – все равно что бесконечно барахтаться в море страданий. Господин, это имя очень подходит. Если первая Ступень называется Море Страданий, то три ее малых уровня, я думаю, следует назвать Источник, Божественный Мост и Другой Берег. Мой Даньтянь сейчас подобен морю, а место, пронзенное Господином, – словно источник, из которого непрерывно бьет сила. Назвать его «Источник» – самое то. Находясь в Море Страданий, можно оглянуться – и увидеть берег. Но если не желаешь возвращаться, остается лишь возвести «Божественный Мост», чтобы достичь «Другого Берега». Когда «Божественный Мост» возведен, силу Моря Страданий можно использовать по своему усмотрению. Достигнув «Другого Берега», вступаешь на следующую Ступень и покидаешь «Море Страданий».

Чэнь Чаншэн одобрительно кивнул:— А как ты собираешься назвать следующую великую Ступень?

— Пещерные Небеса.

— Поясни.

— Достигнув уровня Другого Берега и продвинувшись дальше, я обнаружил еще одно «сокровище» тела. Это место – источник зарождения ментальной силы. В изначальной системе совершенствования ментальная сила отсюда направлялась в Даньтянь. Но после перехода на новую систему эта новая энергия сама начала скапливаться в месте зарождения ментальной силы. Она пробила там пространство. Это пространство весьма необычно, и я еще не раскрыл весь его потенциал. Поэтому я назвал его «Пещерные Небеса», что подразумевает безграничный потенциал.

Выслушав описание А Ли, Чэнь Чаншэн внес некоторые коррективы и в свой собственный метод совершенствования. Хотя именно он открыл «Источник» и заложил основу всей системы, в дальнейшем исследовании А Ли фактически превзошел его. Причина была проста: из более чем семисот лет знакомства Чэнь Чаншэн потратил двести с лишним лет на путешествия и развлечения с А Мань. Еще триста с лишним лет он провел во сне. Оставшиеся двести лет Чэнь Чаншэн вел жизнь, посвященную «поливу яйца».Совершенствование было для него лишь способом скоротать время, когда нечем было заняться.

Завершив корректировку ошибочных путей, аура Чэнь Чаншэна начала стремительно расти, и в его теле смутно проступило могущественное Видение. Однако он намеренно подавил Видение, рожденное Морем Страданий, так что любопытная Гунсунь Хуайюй не смогла его увидеть.

— Фух… – выдохнув облачко мутной Ци, Чэнь Чаншэн произнес: – Судя по всему, после вступления на Ступень Пещерных Небес первым шагом является зарождение Божественного Сознания. Так что первый уровень назовем «Божественное Сознание». Но со вторым уровнем ситуация странная, я пока не придумал подходящего названия.

С этими словами Чэнь Чаншэн мысленным усилием создал точную копию себя, которая вышла из его тела. Увидев это, Гунсунь Хуайюй совсем сникла.

Гунсунь Хуайюй: «…»

«Ну почему вы такие?! Почему для вас стать сильнее – так же просто, как поесть или попить воды?! Я наблюдала за рождением всей этой системы совершенствования от начала до конца! Но до сих пор так и не поняла, где находится этот ‘Источник’ уровня Моря Страданий! Вы так деморализуете! Я ведь тоже считаюсь гением! Почему рядом с вами я чувствую себя хуже пушечного мяса?!»

Мысленно пожаловавшись, Гунсунь Хуайюй принялась изучать двойника Чэнь Чаншэна. Этот двойник, по сути, был воплощением всего его Божественного Сознания. Он чем-то напоминал Зародыш Души из старой системы совершенствования, но, в отличие от него, был невероятно плотным и реальным, а не иллюзорным и хрупким. Проще говоря, это был еще один Чэнь Чаншэн.

Подумав об этом, Гунсунь Хуайюй тихо пробормотала себе под нос:— Жадина… Столько времени прошло, а так и не рассказал секрет уровня Моря Страданий… Да и с названием что мудрить? Раз так похож на оригинал, назовите его просто «Истинное Я».

Хоть сказано это было без умысла, но услышав это название, Чэнь Чаншэн оживился.— Неплохое имя! Второй малый уровень – это не просто воплощение Божественного Сознания, в нем есть некий глубокий, сокровенный смысл. Чтобы достичь третьего малого уровня, вероятно, нужно будет отталкиваться именно от этого. Прорваться ли через «Истинное Я» или отсечь «Истинное Я» – это тебе, А Ли, придется решать самому. А может, ты найдешь и третий путь.

Выслушав наставления Чэнь Чаншэна, А Ли поклонился:— Благодарю Господина за указания. В сердце А Ли уже зародилось некоторое понимание. В день выхода из уединения А Ли не разочарует Господина. А пока я буду в уединении, придется побеспокоить Господина.

С этими словами А Ли собрался отправиться в место для уединенного совершенствования, но стоявшая рядом Гунсунь Хуайюй забеспокоилась:— Мастер! Я еще не постигла сути новой системы совершенствования! Может, вы сначала научите меня, а потом уйдете?

А Ли бросил на Гунсунь Хуайюй взгляд, полный разочарования. «Эта девчонка обычно такая сообразительная, почему сегодня так тупит? Твой мастер, конечно, кое-что умеет, но учитель твоего мастера ведь здесь! И ты просишь меня тебя учить? У тебя что, мозги отшибло?»

Не обращая внимания на просьбу Гунсунь Хуайюй, А Ли просто исчез из комнаты. Ошеломленная его уходом без прощания, Гунсунь Хуайюй замерла – это было совсем не похоже на ее мастера. Вскоре до нее дошло. Она тут же подбежала к Чэнь Чаншэну и схватила его за руку.

— Господин, научите меня, пожалуйста! Ну пожалуйста! – проговорила она почти капризным тоном.

Чэнь Чаншэн равнодушно ответил:— Я не твой мастер. Почему я должен тебя учить?

— Но вы знакомы с моим мастером! И у вас такая дружба, что вы жизнью друг для друга рисковали! Значит, вы мне вроде как старший родственник! А старшим наставлять младших – это же совершенно нормально!

Глядя на хитрую и обаятельную Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн улыбнулся и потрепал ее по голове.— Ладно. Раз уж назвала меня старшим, так и быть, немного тебя подучу.

С этими словами Чэнь Чаншэн и Гунсунь Хуайюй вышли из комнаты. Пока А Ли был в уединении, управление Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, естественно, ложилось на плечи Чэнь Чаншэна. А что до этой девчонки, Гунсунь Хуайюй… Чэнь Чаншэн и вправду решил воспитывать ее, как собственную внучку.

Поле.

Гунсунь Хуайюй сидела, скрестив ноги, а Чэнь Чаншэн рядом неспешно читал книгу.

Неизвестно, сколько времени прошло, но за спиной Гунсунь Хуайюй внезапно возникло огромное Видение. Из Моря Страданий медленно поднялся и распустился лазурный лотос. Три девятицветных семени лотоса сияли святым светом.

Увидев это, Чэнь Чаншэн слегка повернул голову и усмехнулся:— Врожденная божественная способность… Интересно.

Едва он произнес это, как Гунсунь Хуайюй открыла глаза.— Господин, я достигла уровня Божественного Сознания!

— Неплохо. С твоей нынешней силой ты, вероятно, сможешь продержаться пятьдесят ударов против Святого Сына Мерцающего Света.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй, только что сиявшая от радости, мгновенно поникла.— Господин, неужели этот Святой Сын Мерцающего Света так силен, как вы говорите?

— Дело не в том, что я так говорю. Он даже сильнее, чем я говорю, – ответил Чэнь Чаншэн. – Чешуйчатая броня на тебе сделана из чешуи Громового Зверя. Чешуя Громового Зверя исключительно прочна. Учитывая качество твоей брони, ты сама на своем нынешнем уровне не смогла бы ее повредить. Но Святой Сын Мерцающего Света пробил ее одним ударом. Если бы он не сдержался, ты бы уже была мертва.

— А?

Гунсунь Хуайюй удивленно посмотрела на него.— Когда это он сдерживался? Я помню, он бил очень сильно! Можно сказать, в полную силу!

— Бил ли он в полную силу – сказать трудно. Но он определенно сдерживался, – пояснил Чэнь Чаншэн. – Тогда семеро великих гениев атаковали тебя одновременно. Ты отразила атаки Святого Сына Куньлунь, Цзян Пина, и Святой Девы Пурпурного Дворца, Цзы Нин. Атаки остальных пятерых ты выдержала исключительно благодаря прочности своего тела. Су Тянь и остальные знали о моих связях с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, поэтому они лишь ранили тебя, но не убивали. Но вот остальные трое – другое дело: Мэй Юнсы, Борджигин Батулу, Фуяо. Каждый из них – гений высшего порядка. Ты сама из их числа и должна понимать, что у гениев есть бесчисленное множество способов убить противника. Не говоря уж о прочем, сокрушить несколько твоих меридианов скрытой силой для них не составило бы труда. Но никто из них этого не сделал. И вот это уже странно.

Выслушав анализ Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй тоже заметила странность в том происшествии. Раньше она не обращала на это внимания, потому что события сменяли друг друга слишком быстро. Но теперь, поразмыслив, она согласилась, что это было необычно.

— Господин, как вы думаете, в чем тут дело?

— Не знаю. Я видел их всего один раз и знаю их хуже, чем ты. Как я могу угадать их мысли? – ответил Чэнь Чаншэн. – Но меня больше волнует другое. Зачем ты отправилась в Святую Землю Куньлунь? Я ведь передал сообщение людям из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, но когда ты встретила меня, то не узнала. Если я не ошибаюсь, ты сбежала туда тайно, верно?

При этих словах взгляд Гунсунь Хуайюй забегал.— Дома… не хватало ресурсов для совершенствования. Я хотела поймать жирную овцу, чтобы восполнить нехватку.

— Чушь! – отрезал Чэнь Чаншэн. – У Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен нет недостатка в ресурсах. К тому же, я спрашивал твоего мастера об этом. Он сказал, что ты сначала сбежала, а уже потом прислала сообщение. Так что, ты расскажешь сама или хочешь, чтобы твой мастер лично тебя допросил?

Видя, что Чэнь Чаншэн не отступает, Гунсунь Хуайюй схватила его за руку и принялась ее трясти:— Господин, я расскажу вам об этом позже! Ну пожалуйста, не давите на меня, хорошо? Кстати, вы же говорили, что сегодня будете вскрывать камень? Заодно научите меня разбираться в камнях! Когда я стану сильной, я обязательно обыграю их так, что они будут плакать и звать мамочку!

Заметив, что Гунсунь Хуайюй пытается сменить тему, Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся и не стал настаивать. Прожив больше тысячи лет, он обладал невероятно проницательным взглядом. Как могли детские уловки Гунсунь Хуайюй обмануть его? Хоть она и не призналась, Чэнь Чаншэн уже догадывался о многом. Теперь оставалось лишь подождать, пока она сама постепенно «проколется».

— Ладно, не хочешь – не говори, – сказал он. – В угадывании камней на самом деле нет никаких секретов. Единственный верный способ выиграть – это забрать все камни себе и вскрыть их самому.

Гунсунь Хуайюй не поверила ни единому его слову.— Господин, вы меня обманываете! То, что вы нашли сокровище в камнях во внутреннем дворе лавки, еще можно объяснить какими-то уловками. Но как вы объясните вывеску Каменной Лавки Куньлунь? Столько людей проходило мимо и ничего не заметили! Как вы ее обнаружили?

— Очень просто. Я знаком с Источником Огненного Дракона, – ответил Чэнь Чаншэн. – Давным-давно Источник Духа назывался не так, а Источником Жизни. Когда Святая Земля Куньлунь обнаружила целый Источник Огненного Дракона, я принимал в этом участие. Тогда все бросились изучать этот необычный Источник Жизни в форме дракона, а я вместо этого изучал камни, в которых он был заключен. Я обнаружил, что этот тип Источника Жизни обладает свойством делать камень хрупким, хотя и очень медленно. Вывеска Святой Земли Куньлунь была вырезана из остатков камня, содержавшего Источник Огненного Дракона. Камень, заключающий Источник Духа, чрезвычайно тверд. Слуги, которым поручили сделать вывеску, поленились и выбрали кусок помягче, который было легче резать. Поэтому я был уверен, что внутри него окажется Источник Духа.

Выслушав объяснение Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй слегка приоткрыла рот. Она и представить не могла, что способ, которым господин добыл Источник Духа, был настолько прост.

— Вот так просто?

— А ты думала, как сложно? Многие вещи в мире не так сложны, как кажутся. Просто ты еще не нашла простого пути, – сказал Чэнь Чаншэн и достал из Системного хранилища камень «Приветствующая Сосна» из внутреннего двора Каменной Лавки Куньлунь. В тот момент, когда Гунсунь Хуайюй начала драку, Чэнь Чаншэн мгновенно убрал купленный камень в хранилище. Драка дракой, а свою покупку терять нельзя.

Однако, как только он собрался вскрыть камень, он на мгновение замер.— Ах да, насчет Святого Сына Мерцающего Света. Не торопись. Со временем ты не обязательно будешь ему уступать. Твое Видение Лазурного Лотоса кажется мне необычным. Когда три семени созреют, ты, возможно, постигнешь три божественные способности. Система совершенствования, созданная мной и твоим мастером, лишь указала тебе направление. Как именно идти по этому пути – тебе предстоит выяснить самой.

Гунсунь Хуайюй энергично закивала, слушая Чэнь Чаншэна, но ее глаза были прикованы к камню перед ней. Чэнь Чэньшэн с улыбкой покачал головой, но не стал ее поправлять. «Ребенок, которому нет и ста лет. Понятно, что ей хочется играть. Со временем она поймет».

Святая Земля Куньлунь.

— Чэнь Чаншэн вернулся!

Новость мгновенно разнеслась по всей Святой Земле Куньлунь. Чэнь Чаншэн, пропавший больше двадцати дней назад, вернулся! Да еще и вместе с Гунсунь Хуайюй из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен!

Был похищен разбойниками, а потом вернулся из логова разбойников с красавицей… Что-то в этой истории было очень странное…

Тревожные колокола зазвонили по всей Святой Земле Куньлунь. Бесчисленные эксперты и могущественные фигуры собрались у врат Святой Земли. Среди них, естественно, были и многочисленные гении, прибывшие для участия в Собрании Избранных Небес.

После похищения Чэнь Чаншэна Святая Земля Куньлунь объявила о бессрочной отсрочке Собрания. Было заявлено: пока Чэнь Чаншэн не будет найден – живым или мертвым – Собрание не начнется.

Большинство гениев не возражали против такого решения. Им тоже нужно было, чтобы Святая Земля Куньлунь доказала свою состоятельность. Они поверили в силу Куньлунь и потому преодолели огромные расстояния, чтобы принять участие в Собрании. Но что же вышло? Одного из гениев похитили прямо из логова Святой Земли! Это заставило многих усомниться, способна ли Куньлунь вообще защитить собравшихся здесь талантов.

Однако нынешняя ситуация выходила за рамки понимания даже самой Святой Земли Куньлунь.

Вперед вышел Цзян Фэн с ледяным лицом.— Девка-Яо! Отпусти юного друга Чэня, и сегодня я сохраню тебе жизнь!

Услышав это, Гунсунь Хуайюй тут же «испуганно» спряталась за спину Чэнь Чаншэна.— Господин, этот человек такой свирепый!

— Не бойся. Старейшина Цзян просто беспокоится о моей безопасности, – успокоил ее Чэнь Чаншэн. – Когда я объясню ситуацию, старейшина Цзян все поймет.

Все присутствующие: ???

«Стоп, что происходит? Что-то в этой парочке выглядит очень странно…»

Цзян Фэн нахмурился.— Юный друг, что все это значит?

— Ничего особенного. Она покинула тьму и перешла на сторону света, – небрежно бросил Чэнь Чаншэн.

Эти слова заставили многих гениев вытаращить глаза. Причина была настолько нелепой, что в нее невозможно было поверить. Это было все равно что сказать: «Я похитил Чэнь Чаншэна, а через двадцать дней вдруг предал секту, которая меня вырастила, и решил последовать за ним». Такое просто не могло произойти!

От абсурдности объяснения у Цзян Фэна задергался уголок рта. Но, стараясь сохранить лицо и не обострять ситуацию, он подавил раздражение и сказал:— Юный друг, не бойся! Здесь расставлены сети небесные и тенета земные. Даже если эта Девка-Яо обладает всемогущими способностями, ей не уйти. Наложила ли она на тебя проклятие или подсадила Гу – у Святой Земли Куньлунь есть способы обеспечить твою безопасность.

— Старейшина Цзян, вы действительно неправильно поняли, – настаивал Чэнь Чаншэн. – Госпожа Хуайюй уже перешла на сторону света. Я могу поручиться за это своей честью.

Видя, что Чэнь Чаншэн упрямо стоит на своем, Цзян Фэн решил больше не спорить с ним и обратился прямо к Гунсунь Хуайюй:— Ты говоришь, что перешла на сторону света. Каков твой залог верности?

Гунсунь Хуайюй, прятавшаяся за спиной Чэнь Чаншэна, лукаво улыбнулась:— Цзян Фэн, я покинула тьму – то есть Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни – и перешла на сторону света – то есть на сторону Господина Чэня. Я не переходила на службу Святой Земле Куньлунь, так с какой стати я должна давать вам залог верности? Если не верите, мы просто не будем участвовать в вашем Собрании Избранных Небес.

С этими словами она потянула Чэнь Чаншэна за руку, собираясь уходить.

— Хмф! Чэнь Чаншэн может уходить, когда пожелает. Но ты – точно не уйдешь! – прорычал Цзян Фэн и рванулся к Гунсунь Хуайюй.

Бум!

Атаку Цзян Фэна блокировал Чэнь Чаншэн. Более того, сила его удара заставила Цзян Фэна отступить на полшага.

Эта сцена поразила не только присутствующих гениев, но и самого Цзян Фэна. Все знали, что Чэнь Чаншэн способен использовать «отметки Дао», и потому предполагали, что он силен. Но кто бы мог подумать, что он настолько силен, что может на равных противостоять самому Цзян Фэну? Хотя Цзян Фэн в последней атаке и не выложился на полную, Чэнь Чаншэн тоже отразил ее с видимой легкостью!

— Старейшина Цзян, – заговорил Чэнь Чаншэн. – Объявляя Собрание Избранных Небес, Святая Земля Куньлунь заявила, что любой, кто подходит по возрасту, может принять участие, независимо от происхождения или статуса. Почему же сейчас вы пытаетесь помешать госпоже Гунсунь участвовать? Или великая Святая Земля Куньлунь испугалась одной юной девушки?

Услышав его слова, Цзян Фэн переводил взгляд с Чэнь Чаншэна на Гунсунь Хуайюй и обратно. Чэнь Чаншэн был силен, его происхождение туманно – за ним определенно стояла могущественная сила. Святая Земля Куньлунь не хотела без крайней нужды наживать себе такого неизвестного и опасного врага. Гунсунь Хуайюй была прямой ученицей У Ли. Раз она осмелилась явиться сюда, значит, у нее была на то причина и уверенность в своих силах. К тому же, после слов Чэнь Чаншэна дальнейшее преследование Гунсунь Хуайюй выставило бы Куньлунь в неприглядном свете, показав их мелочность.

Поразмыслив, Цзян Фэн сказал:— Юный друг прав. Разве могут какие-то разбойники судить о великодушии Святой Земли Куньлунь? Госпожа Гунсунь известна как одна из трех великих красавиц Срединных Земель, а также является выдающимся гением. Она, безусловно, имеет право участвовать в Собрании Избранных Небес. Однако, Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни и Святая Земля Куньлунь – заклятые враги. После окончания Собрания, юный друг, прошу вас не вмешиваться в это дело.

Уловив угрозу в словах Цзян Фэна, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:— Я, естественно, не собираюсь вмешиваться во вражду между Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями и Святой Землей Куньлунь. Но хочу прояснить один момент: госпожа Гунсунь уже покинула тьму и перешла на сторону света. Она больше не имеет отношения к Семидесяти Двум Волчьим Сигнальным Башням. Надеюсь, Святая Земля Куньлунь не станет преследовать юную девушку?

— Хе! – холодно усмехнулся Цзян Фэн. – Конечно, нет. Вот когда я сниму собачью голову У Ли, если она и тогда останется безучастной, тогда и будем считать, что она перешла на сторону света. Собрание Избранных Небес уже было отложено надолго. Теперь, когда юный друг вернулся, оно может начаться завтра. Прошу вас обоих!

С этими словами Цзян Фэн отступил в сторону, освобождая дорогу. Чэнь Чаншэн и Гунсунь Хуайюй с гордо поднятыми головами вошли на территорию Святой Земли.

Глядя им вслед, в глазах бесчисленных гениев загорелся огонь битвы. Удивительные методы в Каменной Лавке Куньлунь, побег из логова Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, возвращение с заклятым врагом Куньлунь для участия в Собрании, стычка с Цзян Фэном без видимого ущерба – все это говорило о том, что Чэнь Чаншэн – выдающаяся личность. Победить такого ровесника – вот заветная мечта любого гения.

Двор Восточных Пустошей.

Увидев красавицу, которую привел с собой Чэнь Чаншэн, Е Хэньшэн не смог сдержать кривой усмешки. Он представлял себе множество сценариев возвращения Чэнь Чаншэна в Святую Землю Куньлунь, но такого – точно не ожидал!

— Моя комната довольно большая. Можешь поселиться в соседней, – небрежно распорядился Чэнь Чаншэн насчет жилья Гунсунь Хуайюй и уже собрался идти в свою комнату отдыхать.

Но тут его путь преградил Су Тянь.— Брат Чэнь, когда-то ты сказал, что я смогу бросить тебе вызов после того, как одолею трех великих красавиц Срединных Земель. Могу ли я сейчас бросить вызов госпоже Гунсунь?

Услышав это, Чэнь Чаншэн почесал голову и посмотрел на Гунсунь Хуайюй, чьи глаза загорелись азартом.— Тоже хочешь подраться?

— Господин, на Собрание Избранных Небес и приезжают, чтобы драться! Если не драться, зачем я вообще сюда приехала? – ответила Гунсунь Хуайюй.

— А ведь и правда, – согласился Чэнь Чаншэн.

– Что ж, деритесь. Только идите во двор, там места больше.

И погодите, я подготовлюсь, не начинайте сразу.

С этими словами он с энтузиазмом скрылся в своей комнате. Когда Чэнь Чаншэн ушел, Гунсунь Хуайюй с улыбкой посмотрела на Су Тяня.

— Я слышала, ты родом из тех же мест, что и Господин. Интересно, сколько в тебе силы Господина?

Если окажешься слишком слаб, не опозоришь ли его?

В ответ на ее насмешку Су Тянь спокойно ответил:— Сильными не рождаются.

До силы брата Чэня мне пока далеко, но однажды я превзойду его.

А ты станешь первым камнем на моем пути.

— Хе-хе-хе!

– Гунсунь Хуайюй рассмеялась так, что ее плечи затряслись.

– Способностей немного, а гонору – хоть отбавляй! Раз уж у тебя такие амбиции, я позабочусь, чтобы ты после боя и встать не смог. Не хватало еще, чтобы ты завтра опозорил Господина. Я подожду тебя снаружи! Сказав это, Гунсунь Хуайюй вприпрыжку вышла во двор. Глядя ей вслед, Е Хэньшэн почесал голову:

— Ты серьезно собираешься с ней драться? Наследница Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен – ее сила определенно нешуточная. Если ты проиграешь, репутация Королевства Сюаньу пострадает. Услышав слова Е Хэньшэна, Су Тянь повернулся к нему:

— Репутация Королевства Сюаньу никогда не строилась на запугивании слабых и боязни сильных. Она выкована в бесчисленных вызовах сильнейшим противникам! Когда однажды я одолею тех, кого считали непобедимыми, мир запомнит лишь мои победы, а не поражения. Потому что этому миру важен только результат. Сказав это, Су Тянь тоже повернулся и вышел во двор.

— Да что ж вы за люди такие!

– Е Хэньшэн беспомощно вздохнул.

– Почему у вас в голове одни драки? Пожаловавшись, он тоже направился наружу. «Когда Су Тянь проиграет, придет моя очередь. Я не люблю безрассудные сражения, но это не значит, что я уступлю кому-либо».

За пределами двора. Противостояние Су Тяня и Гунсунь Хуайюй привлекло множество зрителей, включая даже раненых гениев из группы Восточных Пустошей. Хотя они и проиграли Су Тяню и Е Хэньшэну, в их сердцах эти двое все еще оставались надеждой Восточных Пустошей. Пока они стоят, Восточные Пустоши не побеждены.

В отличие от зрителей, поглощенных предстоящим боем, Чэнь Чаншэн выглядел совершенно расслабленно. Несколько тарелочек с арахисом и семечками, удобное кресло-качалка. На коленях у него свернулся Малыш Черныш, сам он укрылся пледом. Махнув рукой, он небрежно поторопил бойцов:

— Ну что вы стоите? Деритесь уже! Я подготовился, а вы все не начинаете! В ответ на его понукание Гунсунь Хуайюй изящно закатила глаза:

— Господин, их тут так много! Если я сейчас выиграю, что если они нападут на меня все вместе?

— А ты не можешь их всех уложить? – возразил Чэнь Чаншэн. – Если гений боится толпы, какой же он тогда гений? Просто мусор. Услышав это, Гунсунь Хуайюй задумчиво кивнула:

— Господин говорит очень разумные вещи! Бум! Не успели ее слова затихнуть, как она внезапно атаковала Су Тяня, причем сразу же использовав смертельный прием. Эта внезапная атака вызвала бурю негодования среди зрителей-гениев. Они посчитали, что Гунсунь Хуайюй нарушила кодекс чести, прибегнув к такому низкому приему, как внезапное нападение.

— И это гений в твоем понимании?

– Цзо Цзин, чье лицо было бледным после недавних ран, нахмурившись, обратилась к Чэнь Чаншэну. В ответ на вопрос третьей принцессы Чэнь Чаншэн, лузгая семечки, равнодушно ответил:

— Верно. Именно такой гений в моем понимании. Гунсунь Хуайюй – гений, Су Тянь – тоже гений. А вот вы – нет. На поле боя жизнь и смерть решаются в мгновение ока. В такой критический момент как можно отвлекаться?

С того момента, как Су Тянь принял вызов, все его внимание было сосредоточено на Гунсунь Хуайюй. Его концентрацию не могло поколебать ничто извне. Он оказался в невыгодном положении не потому, что Гунсунь Хуайюй напала внезапно и захватила инициативу, а просто потому, что она сильнее его.

Услышав это, Цзо Цзин огляделась. Е Хэньшэн с серьезным лицом наблюдал за битвой. Гении из других регионов стояли на возвышенностях, молча следя за поединком.

В их глазах были лишь противник и жажда битвы, они совершенно не обращали внимания на «несерьезное» поведение Чэнь Чаншэна. В отличие от них, гении из группы Восточных Пустошей все еще обсуждали поступок Гунсунь Хуайюй и бросали недовольные взгляды на Чэнь Чаншэна.

Осознав все это, Цзо Цзин ощутила легкое разочарование.

— Ты прав. Группа гениев Восточных Пустошей – действительно посмешище. Среди всех нас только Е Хэньшэн и брат Су достойны участвовать в этом Собрании Избранных Небес.

— Хе-хе!

Осознав свой позор, можно обрести мужество. Понять свои недостатки – это хорошо. Но сможешь ли ты их исправить – зависит только от тебя, – сказал Чэнь Чаншэн.

Пока Чэнь Чаншэн и Цзо Цзин разговаривали, Гунсунь Хуайюй и Су Тянь обменялись уже более чем тридцатью ударами. После столкновения ладонями они оба отскочили назад, разорвав дистанцию. Гунсунь Хуайюй легким касанием ноги приземлилась на самую высокую точку крыши, а Су Тянь остался стоять на земле, покрытой паутиной трещин.

Глядя на дрожащую правую руку Су Тяня, Гунсунь Хуайюй игриво надула губки:

— Братец, ну как же ты можешь быть таким жестоким? Я же девочка! Разве нельзя быть чуточку нежнее? Хоть ее слова и звучали как мольба о пощаде, сердце Су Тяня было полно страха.

«Слишком сильна! Эта женщина слишком сильна!»

Хотя он и был гением Королевства Сюаньу, он не был глупцом, знающим только совершенствование. Битвы на поле боя, схватки с могущественными экспертами – Су Тянь прошел через множество смертельно опасных ситуаций. Но никогда прежде он не испытывал такого давления.

Приемы Гунсунь Хуайюй были отточены до совершенства, в них невозможно было найти ни малейшей бреши. Но еще больше Су Тяня потрясала физическая мощь Гунсунь Хуайюй – она была даже крепче его, специалиста по Закалке Тела!

Уровень совершенствования, опыт, состояние духа – во всем Гунсунь Хуайюй его превосходила. В такой ситуации Су Тянь действительно не видел ни единого шанса на победу.

В этот момент Чэнь Чаншэн, наблюдавший за боем со стороны, внезапно разразился руганью:

— Вы что там делаете, в куклы играете?!

Столько времени деретесь, а ни капли крови! Не хотите драться – проваливайте оба!

Увидев, что Чэнь Чаншэн рассердился, Гунсунь Хуайюй стерла улыбку с лица.

— Братец, Господин гневается. Мне придется взяться за дело всерьез!

— Так давай! – холодно ответил Су Тянь.

Ом!

Вздох~

Бесчисленные звезды засияли за спиной Су Тяня. За спиной Гунсунь Хуайюй распустился покачивающийся лазурный лотос.

Два гения явили свою полную силу.

Хотя Гунсунь Хуайюй и была сильнее Су Тяня, использовать всю мощь против равного гения – это знак уважения.

Бум!

Два гения мгновенно столкнулись. Мощная ударная волна смела все постройки в радиусе трехсот метров. Хотя Гунсунь Хуайюй и была женщиной, ее боевой стиль был полной противоположностью женскому. Ее движения были размашистыми и мощными, каждый удар кулаком или ногой нес в себе силу сотен килограммов. При каждом ударе Видение Лазурного Лотоса за ее спиной испускало тонкий зеленый луч, делая ее кулаки неостановимыми.

Однако, как бы ни была сильна Гунсунь Хуайюй, Су Тянь тоже был не лыком шит. Первую технику Королевства Сюаньу, «Технику Закалки Тела Небесной Гармонии», Су Тянь отточил до совершенства. Его Видение Звезд слилось с телом, и под защитой силы звезд его оборона достигла ужасающего уровня.

Всего за три вдоха они обменялись более чем сотней ударов. Видя, что не может пробить звездную защиту Су Тяня, Гунсунь Хуайюй издала звонкий крик и применила Облик Закона Неба и Земли. Ее тело и аура начали многократно увеличиваться. Су Тянь, который до этого едва сдерживал ее натиск, был отброшен одним ударом.

Захватив преимущество, Гунсунь Хуайюй не собиралась давать Су Тяню передышки и продолжила яростную атаку. Кулаки размером с бочку обрушивались на него, и бесчисленные тени ударов вбили Су Тяня глубоко в землю.

Бум!

После последнего удара огромная Гунсунь Хуайюй медленно выпрямилась, на ее губах играла легкая улыбка. Сила Су Тяня действительно соответствовала званию гения. Будь она сама такой, как двадцать дней назад, победа не далась бы ей так легко. Но теперь она открыла Море Страданий, вступила на совершенно новый путь совершенствования, и ее сила, естественно, возросла многократно. Добившись такого выдающегося результата, Гунсунь Хуайюй ощутила легкую гордость.

Однако ее гордость длилась недолго. Раздался громоподобный голос:— Я с тобой сражусь!

Не успел голос долететь до ушей Гунсунь Хуайюй, как на нее уже обрушился ураганный ветер. Скорость атаки была так высока, что она просто не успевала среагировать. Все, что она смогла сделать за это короткое мгновение – скрестить руки для блока.

Дзынь! Дзынь! Дзынь!

Звук ударов металла о металл заставил барабанные перепонки зрителей болезненно затрепетать. Ужасающая сила ударов вогнала ноги Гунсунь Хуайюй сквозь каменные плиты глубоко в землю.

«Невозможно контратаковать!» – это была первая мысль Гунсунь Хуайюй. Атака неизвестного противника была слишком сильной и быстрой. Если бы она попыталась изменить прием, удар пришелся бы ей по голове. Хоть она и использовала Облик Закона Неба и Земли, удар такой силы по голове наверняка означал бы смерть или тяжелейшее ранение.

Хруст!

После девяти тяжелых ударов Облик Закона Неба и Земли Гунсунь Хуайюй был сломлен. Одновременно прекратилась и атака неизвестного. Воспользовавшись передышкой, Гунсунь Хуайюй, едва не потерявшая сознание от ударов, поспешно отступила. В этот момент она не думала ни о чем другом. Интуиция подсказывала ей: продолжать бой – значит умереть.

По памяти определив направление, Гунсунь Хуайюй вернулась к Чэнь Чаншэну. Только теперь она смогла разглядеть своего противника. Высокий рост заставлял невольно задирать голову, а мышцы, бугрившиеся, словно небольшие холмы, внушали страх. На плече он небрежно держал огромную деревянную дубину.

Этим внезапно напавшим противником был гений Южных Равнин – Борджигин Батулу.

— Не ожидал, что девчонка окажется такой крепкой. Мне понадобилось девять ударов, чтобы тебя свалить, – сказал он. – Это было внезапное нападение, так что не считается. Давай сразимся по-настоящему! У тебя наверняка еще много приемов в запасе.

С этими словами Борджигин Батулу поднял свою дубину. Гунсунь Хуайюй молча достала длинный хлыст. Получив такую взбучку, она, естественно, кипела от злости.

— Хватит уже! Не позорьтесь тут! Мне уже смотреть на это стыдно! – Чэнь Чаншэн, пересчитывавший Источники Духа, остановил назревавшую битву.

Услышав голос Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй заметила, что рядом с ним неизвестно когда появилась табличка с надписью:

«Арена Гениев. Вход – пятьдесят килограммов Источника Духа».

Прочитав надпись, Гунсунь Хуайюй невольно скривилась.— Господин, не слишком ли низкую цену вы установили? Я стою всего сто килограммов Источника Духа? (Прим.: Она имеет в виду, что два противника заплатили по 50 кг, чтобы сразиться с ней).

— Ты, конечно, не стоишь ста килограммов Источника Духа. Потому что другие пятьдесят килограммов – за Е Хэньшэна, – сказал Чэнь Чаншэн и кивком указал Гунсунь Хуайюй в другую сторону.

— Какой изящный кулачный бой! Я восхищен! – сказал Мэй Юнсы.— Брат Мэй слишком добр. Мой кулачный бой не стоит и одной десятитысячной мастерства моего учителя. Не о чем и говорить, – ответил Е Хэньшэн. – А вот приемы брата Мэя меня весьма поразили! За такое короткое время брат Мэй использовал тринадцать различных секретных техник! Воистину Талантливый Цилинь Павильона Ланъя.

Е Хэньшэн и Мэй Юнсы обменивались любезностями, стоя посреди разрушенных зданий, свидетельствовавших о только что закончившейся между ними жаркой битве. Как только Чэнь Чаншэн выставил табличку, Борджигин Батулу и Мэй Юнсы немедленно заплатили. Какова бы ни была цель Чэнь Чаншэна, эти воинственные гении не могли упустить возможность проверить силы противника, не наживая при этом вражды. Однако, в отличие от Борджигина Батулу, Мэй Юнсы больше прощупывал противника, поэтому их бой закончился вничью.

В этот момент до них донесся гневный окрик Чэнь Чаншэна:— Чего там стоите?! Не стыдно?! А ну, живо сюда!

От голоса Чэнь Чаншэна Е Хэньшэн вздрогнул. Заметив это, Мэй Юнсы с лукавым блеском в глазах участливо сказал:— Брат Е, твой талант был бы выдающимся даже среди учеников Святых Земель. Чэнь Чаншэн – твой ровесник. Пусть он и немного сильнее тебя, но разве ты должен позволять ему так помыкать собой?

В ответ на его подстрекательство Е Хэньшэн остался совершенно невозмутим и лишь равнодушно бросил:— Мне нравится. Тебе какое дело?

Сказав это, Е Хэньшэн быстро подбежал к Чэнь Чаншэну. Его покорный вид вызвал у Мэй Юнсы полное недоумение.

Мэй Юнсы: ???

«В Восточных Пустошах все что, мазохисты?»

Три фигуры послушно стояли перед Чэнь Чаншэном. Хуже всех выглядел Су Тянь – весь в пыли и грязи, с заметными ранами на теле.

— Позор! Смертельный позор! Вы опозорили всех! – Чэнь Чаншэн тыкал пальцем в троицу и изрыгал проклятия. – И вы еще смеете называть себя гениями?! Не позорьтесь! Возвращайтесь домой навоз таскать! Сегодня вы преподали мне урок: нет предела падению, всегда найдется кто-то еще хуже!

Выплеснув свой гнев, Чэнь Чаншэн повернулся к Су Тяню:— Какую технику совершенствования ты практикуешь?

— Технику Закалки Тела Небесной Гармонии.

— Ах, так ты еще помнишь название своей техники?! – язвительно воскликнул Чэнь Чаншэн. – А я уж думал, ты забыл! Если бы прошлые императоры Королевства Сюаньу узнали, что ты используешь Технику Закалки Тела Небесной Гармонии как черепаший панцирь, они бы от злости из гробов повыскакивали!

— Глубина Техники Закалки Тела Небесной Гармонии намного превосходит твое воображение, – продолжал Чэнь Чаншэн, обращаясь к Су Тяню. – Если бы это была просто техника укрепления тела, она не передавалась бы в Королевстве Сюаньу из поколения в поколение так долго.

Гунсунь Хуайюй с интересом наблюдала, как Чэнь Чаншэн отчитывает Су Тяня, ничуть не беспокоясь, что гнев перекинется на нее. В конце концов, своим недавним выступлением она была вполне довольна. Хотя она и проиграла Борджигину Батулу, но лишь потому, что он напал внезапно. В честном бою еще неизвестно, кто бы взял верх.

Пока Гунсунь Хуайюй строила свои расчеты, гнев Чэнь Чаншэна обрушился и на нее:— Смеешься?! Тебе еще хватает наглости смеяться?! Из всей троицы ты – худшая! Твой уровень совершенствования выше, чем у Су Тяня, ресурсов ты получаешь больше, чем Су Тянь! Будь я на твоем месте, если бы я за тридцать ударов не размазал его по земле так, что он зубы бы собирал, я бы нашел кусок тофу и убился бы об него! Знаешь, почему тофу? Потому что если не умрешь от удара, то умрешь от стыда! От слова «стыдобища»! Кто тебе сказал, что если тело крепкое, то обязательно нужно лезть в ближний бой?! Только не говори мне, что твоя сильная сторона – кулаки и ноги! Все нормальные люди стараются использовать свои сильные стороны и скрывать слабые, а ты делаешь все наоборот! Используешь слабые и избегаешь сильных! Может, тебе свою секту основать? Быть такой непроходимой дурой – это тоже своего рода уникум в мире совершенствующихся. Название я тебе уже придумал: «Первая в мире секта глупцов»!

От слов Чэнь Чаншэна лицо Гунсунь Хуайюй залилось краской. Хотя мастер и ругал ее во время тренировок, но такого она еще не испытывала! Мало того, что слова Чэнь Чаншэна били точно в цель, так он еще и ругался так изощренно, ни разу не повторившись. В этот момент Гунсунь Хуайюй предпочла бы сломать несколько костей, лишь бы не выслушивать его нотации.

— Фух…

Успешно отчитав Гунсунь Хуайюй так, что та не могла поднять головы, Чэнь Чаншэн глубоко вздохнул и перевел взгляд на третью жертву. Встретившись с ним взглядом, Е Хэньшэн тут же запаниковал. Он начал лихорадочно вспоминать свои ошибки в недавнем бою, надеясь признать их первым и получить на пару ругательств меньше.

— Твои проблемы тоже серьезны, но ты все же получше их, – неожиданно мягко сказал Чэнь Чаншэн. – К тому же, твоя проблема не в тебе самом. Так что пока оставим это. Вечером зайди ко мне в комнату, мне нужно кое-что тебе сказать.

Внезапная мягкость Чэнь Чаншэна не только обескуражила Е Хэньшэна, но и вызвала недоумение у наблюдавших гениев. Не обращая внимания на их реакцию, Чэнь Чаншэн достал деревянную марионетку. Золотые нити вылетели из его пальцев и соединились с куклой. Заставив марионетку сделать несколько движений, Чэнь Чаншэн поманил пальцем стоявшего вдалеке Мэй Юнсы.

— Прости, что не дал тебе вдоволь насладиться боем. Мой сервис оказался не на высоте. Чтобы компенсировать твой ущерб, как насчет того, чтобы я лично тебя развлек?

В ответ на действия Чэнь Чаншэна Мэй Юнсы сузил глаза и улыбнулся:— Я получил большое удовольствие от поединка с братом Е. Думаю, этого достаточно.

— Так мне нужно самому на тебя напасть? – спокойно спросил Чэнь Чаншэн.

Услышав это, улыбка исчезла с лица Мэй Юнсы.— Раз уж брат Чэнь так любезно приглашает, то я рискну жизнью и составлю компанию благородному мужу. Заодно и посмотрю на приемы брата Чэня.

С этими словами Мэй Юнсы медленно пошел вперед.

— Я тоже не до конца насладился! Можно и мне присоединиться? – увидев возможность подраться, Борджигин Батулу тут же встрял.

— У меня только одна марионетка. Может, подождешь? – тон Чэнь Чаншэна был предельно ровным, но его взгляд изменился. Если бы А Ли был здесь, он бы узнал этот взгляд – тот самый, которым Чэнь Чаншэн смотрел, когда уничтожал клан Громового Зверя много лет назад.

Почувствовав этот взгляд, Борджигин Батулу незаметно отступил на полшага. Выросший среди диких зверей, он обладал невероятно острым чутьем на опасность.— Пожалуй, не стоит. Вижу, ты сегодня устал. Договоримся на другой раз.

Видя, что Борджигин Батулу отступил, Чэнь Чаншэн не стал настаивать. Он хорошо помнил, что в Каменной Лавке Куньлунь несколько гениев сдержались и не убили Гунсунь Хуайюй. Он специально затеял бои Су Тяня и остальных на улице, чтобы выманить этих людей. Тех, кто тогда имел возможность убить Гунсунь Хуайюй, было трое: Борджигин Батулу из Южных Равнин, Мэй Юнсы из Павильона Ланъя и Святой Сын Мерцающего Света, Фуяо.

После недавних наблюдений Чэнь Чаншэн уже составил определенное мнение о двоих из них. Борджигин Батулу хоть и казался простодушным, но был хитер и расчетлив. Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни были силой Срединных Земель. Если бы Гунсунь Хуайюй погибла от его руки, он, вероятно, не смог бы покинуть Святую Землю Куньлунь живым. Поэтому он действовал сдержанно против всех – и в Каменной Лавке, и в недавнем бою.

Но ситуация с Мэй Юнсы была иной. Борджигин Батулу не хотел наживать врагов, опасаясь, что сильный дракон не сможет одолеть змею на ее территории. Но Мэй Юнсы, как наследник Павильона Ланъя, не должен был иметь таких опасений. Павильон Ланъя и сам враждовал с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями и не боялся их. В такой ситуации Мэй Юнсы должен был бы нанести Гунсунь Хуайюй смертельный удар, но он этого не сделал. Учитывая его недавние попытки посеять раздор, Чэнь Чаншэн был на сто процентов уверен: Мэй Юнсы что-то знает и ведет свою игру.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн перевел взгляд на крышу вдалеке, где стоял Святой Сын Мерцающего Света. О двоих из троицы он уже кое-что понял, но вот этот Святой Сын, Фуяо, оставался для него загадкой.

В этот момент Фуяо заметил взгляд Чэнь Чаншэна. Однако он лишь слегка улыбнулся и исчез, не выказав ни малейшего намерения вступать в бой.

— Брат Чэнь, прошу указаний! – Мэй Юнсы уже подошел на расстояние десяти шагов к Чэнь Чаншэну. Перед лицом этого загадочного противника он был предельно собран.

Взглянув на Талантливого Цилиня, Чэнь Чаншэн обратился к Е Хэньшэну:— У тебя два учителя: Волчий Император Королевства Ночной Луны и Непобедимый Даос Бубай из Обители Высшей Чистоты. Смотри внимательно. Кулачный бой Даоса Бубая используется не так, как ты это делаешь.

Едва прозвучали его слова, как Чэнь Чаншэн направил марионетку на Мэй Юнсы.

Бум!

Один удар! Всего один удар отбросил Талантливого Цилиня Павильона Ланъя назад! Увидев кулачный бой марионетки, Мэй Юнсы был потрясен до глубины души. Марионетка использовала ту же технику, что и Е Хэньшэн мгновение назад. Но мощь была несопоставима! Если кулачный бой Е Хэньшэна Мэй Юнсы был уверен, что отразит на восемьдесят процентов, то против удара Чэнь Чаншэна у него не было и тридцати процентов уверенности! И это был удар, нанесенный марионеткой! Смог бы он выдержать этот удар, если бы Чэнь Чаншэн применил эту технику лично?

Безжизненная марионетка непрерывно атаковала Мэй Юнсы кулаками. Она использовала ту же технику кулачного боя, что и Е Хэньшэн, и даже последовательность движений была абсолютно идентичной. Однако против тех же самых приемов Мэй Юнсы теперь был совершенно бессилен. Сколько бы секретных техник он ни применял, марионетка отвечала лишь одним ударом кулака.

Кулак достигал цели! Техника была сломлена!

Кулачный бой в исполнении Е Хэньшэна и в исполнении Чэнь Чаншэна – это были небо и земля. Видя, как Мэй Юнсы отступает под натиском, Е Хэньшэн невольно вытаращил глаза. Эту безымянную технику кулачного боя во всей Обители Высшей Чистоты знал только его мастер, Даос Бубай, и он передал ее лишь ему одному. Теперь, когда Чэнь Чаншэн применил эту технику, подозрения Е Хэньшэна подтвердились окончательно.

Управляя марионеткой и заставляя Мэй Юнсы беспорядочно отступать, Чэнь Чаншэн не выказывал ни малейших эмоций. Говоря откровенно, ему было совершенно неинтересно возиться с этими «детьми». Гении Святой Земли Куньлунь обладали неплохим уровнем совершенствования, но им еще не хватало умения полностью освоить и объединить все свои знания и навыки. Меньше чем за сто лет жизни им нужно было не только усердно совершенствоваться, повышая свой уровень, но и изучать различные боевые приемы. Вдобавок, в нынешней обстановке им приходилось еще и размышлять над новой системой совершенствования. Учитывая все прочие мелочи, времени у них было слишком мало.

Против такого старого монстра, как Чэнь Чаншэн, который прожил тысячу лет, любил докапываться до сути, впитал мудрость сотен школ и объединил лучшее от многих, избивать их было проще простого. Даже если бы его уровень совершенствования был на Ступень ниже их, у Чэнь Чаншэна нашлось бы множество способов размазать их по земле.

Бам!

Кулак марионетки врезался в челюсть Мэй Юнсы. Два белоснежных зуба вылетели вместе с брызгами крови. Успешно одолев Мэй Юнсы, Чэнь Чаншэн отозвал марионетку. Если бы этот юнец не пытался сеять раздор прямо у него под носом, он бы, возможно, и не стал его наказывать.

Стерев кровь с губ, Мэй Юнсы поднялся с земли и поклонился:— Благодарю брата Чэня за науку!

— Не стоит благодарности. Это был лишь обмен опытом, – ответил Чэнь Чаншэн. – В следующий раз поменьше болтай, иначе двумя зубами не отделаешься.

В ответ на угрозу Чэнь Чаншэна Мэй Юнсы с ледяным лицом повернулся и ушел. Мастерство уступает – нечего и говорить. Чэнь Чаншэн не убил его, уже проявив милосердие. Вместо того чтобы бросаться бесполезными угрозами, лучше было поберечь силы и подумать, как справиться с этим Чэнь Чаншэном. Сегодняшнее унижение он так просто не оставит.

Проводив Мэй Юнсы взглядом, Чэнь Чаншэн хмыкнул:— Драка закончилась. Я иду отдыхать. Развлекайтесь дальше сами.

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и вернулся во Двор Восточных Пустошей, оставив троицу наедине со своими мыслями.

Тук-тук-тук!

В дверь постучали. Чэнь Чаншэн, неспешно попивавший чай, мельком взглянул на дверь и равнодушно бросил:— Входи.

Скрип…

Дверь открылась, и вошел Е Хэньшэн.— Я же просил тебя прийти вечером?

— Брат Чэнь просил меня прийти вечером, несомненно, чтобы избежать посторонних глаз и ушей, – улыбнулся Е Хэньшэн. – Госпожа Гунсунь ушла, брат Су залечивает раны. Так что сейчас – даже более подходящее время, чем вечером.

— Резонно. Садись, – сказал Чэнь Чаншэн.

Взглянув на невозмутимого Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн медленно подошел к стулу.

Бум!

Не дойдя и полпути, он внезапно опустился на колени.— Истинный ученик сорок шестого поколения Обители Высшей Чистоты приветствует Почтенного Наставника Чаншэна!

Чэнь Чаншэн не проронил ни слова в ответ на действия Е Хэньшэна, лишь молча пил чай. Помолчав некоторое время, он спросил:— Как ты догадался?

Услышав вопрос, Е Хэньшэн, не поднимая головы, ответил:— Мастер в свободное время часто заставлял ученика читать. Благодаря этому ученик узнал многое о прошлом. В летописях Обители Высшей Чистоты ученик обнаружил упоминание о славной эпохе. В те времена Обитель Высшей Чистоты находилась в стране под названием Великая Династия Гань. Мой мастер родился именно в ту эпоху. Кроме того, насколько я понял, в то время в Обители было десять Истинных учеников. Первые восемь Почтенных Наставников пали в великой битве. Но записей о последнем, десятом Истинном ученике, во всей Обители почти не сохранилось. Из любопытства ученик перерыл все древние книги Обители и в конце концов нашел такое описание: «Десятый Истинный ученик Обители Высшей Чистоты скончался скоропостижно из-за отклонения в совершенствовании». Эта запись всегда вызывала у ученика сомнения. И лишь с началом Собрания Избранных Небес эти сомнения разрешились.

Слова Е Хэньшэна всколыхнули воспоминания в глубине души Чэнь Чаншэна. Великая Династия Гань… Какое знакомое название! В те времена Обитель Высшей Чистоты еще враждовала с Королевством Ночной Луны…

Немного предавшись воспоминаниям, Чэнь Чаншэн спросил:— Интересно. И как же Собрание Избранных Небес помогло тебе разрешить эти сомнения?

— Изначально Первый Мастер отправил меня в одно место, чтобы пригласить предка по прозвищу «Похоронщик» выйти из уединения, – почтительно ответил Е Хэньшэн. – Когда Второй Мастер узнал об этом, он специально пришел ко мне. Он сказал, что на этом Собрании Избранных Небес у меня будет могущественный Хранитель Пути, поэтому он сам со мной не пойдет. Тогда ученик ничего не понял и стал расспрашивать. Но Второй Мастер не ответил, лишь бросил: «Его кулачный бой лучше моего». Увидев вашу технику кулачного боя, ученик окончательно утвердился в своих догадках: вы и есть тот самый «исчезнувший» Истинный ученик.

— Ха-ха-ха! – Увидев, что его личность раскрыта, Чэнь Чаншэн рассмеялся. – Твой мастер так и не избавился от своей дурной привычки – мягкосердечия! Если бы не его подсказка, я бы еще долго водил вас за нос. Хотя твой Второй Мастер и помог тебе, он тем самым нарушил план твоего Первого Мастера. Зная нрав Ваньянь Юэ, твоему Второму Мастеру теперь точно не избежать хорошей трепки.

Поняв, что Чэнь Чаншэн подтвердил его догадки, Е Хэньшэн взволнованно спросил:— Почтенный Наставник, почему вы столько лет не возвращались? Первый и Второй Мастера часто стоят на вершине горы и смотрят вдаль – в ту сторону, где вы скрывались! Неужели вы совсем не хотите их увидеть?

Услышав слова Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн тихо вздохнул:— А что изменится от встречи? У них свой путь, у меня – свой. Пути разные, и конечные точки тоже разные. Встреча лишь сделает расставание еще более мучительным.

— Тогда почему Почтенный Наставник решил выйти из уединения на этот раз?

— Очень просто. Во-первых, у меня были дела здесь. Во-вторых, я хочу, чтобы некоторые люди остались живы. Собрание Избранных Небес – это начало новой эпохи. Некоторые ноши должны быть кем-то подняты. Если вы не сможете их поднять, это бремя ляжет на плечи ваших мастеров. Ты понимаешь, о чем я?

Выслушав Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн спокойно сказал:— Я понимаю, что имеет в виду Почтенный Наставник. Если бы Почтенный Наставник не возлагал на нас надежд, он бы не стал нас отчитывать. Наше выступление на Собрании Избранных Небес можно считать удовлетворительным, но в великой борьбе за Дао мы не годимся даже в пушечное мясо. Сейчас Небо и Земля претерпевают великие изменения, и никто не знает, каким будет путь в будущем. Но одно известно всем: в будущем непременно определится сильнейший. В этом процессе неизбежны горы трупов и реки крови. Почтенный Наставник хочет, чтобы мы разделили часть бремени с нашими мастерами.

Сказав это, Е Хэньшэн продолжал стоять на коленях, опустив голову. Чэнь Чаншэн хмыкнул:— Похоже, ты все понимаешь. Но не кажется ли тебе, что я поступаю слишком жестоко? Взваливать такую тяжелую ношу на вас, кучку юнцов, – это как-то нехорошо.

— Почтенный Наставник, мы никогда так не думали, – возразил Е Хэньшэн. – Если бы не вмешательство Почтенного Наставника на этот раз, мы бы навсегда остались под крылом старших. Хотя старшие и действуют из лучших побуждений, мы не хотим быть тепличными цветами. Даже если нам суждено погибнуть и наш Дао рассеется, мы хотим умереть на пути вперед.

Увидев решимость в глазах Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул.— Очень хорошо. Твои слова доказывают, что я не ошибся в тебе. Предстоящая борьба за Великий Путь – это не только противостояние гениев, но и противостояние сил, стоящих за ними. Ни одно живое существо в этом мире не сможет избежать этой участи. Су Тянь прямолинеен, он годится лишь на роль сильного бойца, но не на роль правителя. Гунсунь Хуайюй хоть и умна и отважна, но ей не хватает широты взглядов, поэтому она годится лишь на роль полководца. Только ты действуешь обдуманно и расчетливо, твой ум дотошен. Ты – идеальный кандидат на роль стратега.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн вскинул брови и взволнованно спросил:— Почтенный Наставник, у вас уже есть кандидат?

— Да, есть один. Ты должен был о нем слышать. Это командир Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, У Ли.

Е Хэньшэн: ??? На его лице отразилось полное недоумение. Исходя из всех связей и отношений, Почтенный Наставник не должен был выбирать чужака! Неужели Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни и Почтенный Наставник связаны как-то глубже? Уж не запал ли Почтенный Наставник на Гунсунь Хуайюй? Бесчисленные мысли пронеслись в голове Е Хэньшэна.

Видя его замешательство, Чэнь Чаншэн улыбнулся:— Не думай лишнего. Я выбрал У Ли не из-за наших с ним связей, а потому что у него действительно есть потенциал побороться. Кроме У Ли, всем остальным – будь то твои два мастера или Император Королевства Сюаньу – им всегда чего-то не хватало. Раз уж мы заговорили об этом, расскажу тебе еще пару маленьких секретов из прошлого. Твой Второй Мастер… хотя я и должен называть его старшим братом по секте, но когда он поступил в Обитель, он был еще ребенком. Большую часть того, что он умеет, его научил я. И стиль поведения он перенял у меня. Что до твоего Первого Мастера… ее я тоже знаю. Когда твой Первый Мастер была еще маленькой волчицей, у нас с ней произошел небольшой конфликт. Я обратил ее в первоначальную форму, а потом обрил ей всю шерсть на волчьей голове. Так что, можно сказать, я знаю ее довольно хорошо.

Е Хэньшэн: !!! Услышав такие шокирующие подробности, Е Хэньшэн чуть не вытаращил глаза. Если история про Второго Мастера его просто удивила, то история про Первого Мастера была просто взрывной! Он слишком хорошо знал нрав Первого Мастера. Почтенный Наставник посмел обрить ей волчью шерсть! Неудивительно, что его зовут «Хэньшэн» (Ненавидящий Жизнь/Чаншэна)! Вот, значит, в чем причина!

Гульп!

С трудом сглотнув, Е Хэньшэн ощутил неудержимое любопытство.— А Император?

— С Цзо Синхэ все проще. Когда-то из-за некоторых дел я оказался в Королевстве Сюаньу. В то время девять принцев боролись за трон. Цзо Синхэ, будучи старшим принцем, нашел меня, и они пожаловали мне какой-то титул Государственного Наставника. Ему тогда только-только исполнилось сто лет, и он целыми днями ходил за мной по пятам. Я чуть с ума не сошел от него. Так что, как думаешь, имею я право их оценивать?

Глядя на улыбающееся лицо Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн невольно скривился. «Конечно, имеешь! Если уж ты не имеешь права, то в Поднебесной вообще никто не имеет!» – мысленно проворчал он и спросил:— А как насчет Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен? Почтенный Наставник, неужели вы один из их основателей?

— Конечно, нет.

— Фух… – услышав это, Е Хэньшэн с облегчением выдохнул. А то личностей у этого Почтенного Наставника было как-то пугающе много.

— Но мастерству У Ли обучал я, – добавил Чэнь Чаншэн.

Е Хэньшэн: ???— У Ли, разбойник, наводящий ужас на Срединные Земли… он ваш ученик, Почтенный Наставник?! Тогда Гунсунь Хуайюй должна называть вас Грандмастером!

— Теоретически, да. Но я не беру учеников, – равнодушно ответил Чэнь Чаншэн.

Это спокойствие окончательно обескуражило Е Хэньшэна. У Ли, разбойник, с которым не могли справиться все Святые Земли, – ученик его Почтенного Наставника! Сколько же еще личностей скрывает этот человек?

Немного поразмыслив, Е Хэньшэн избавился от последних сомнений. Хотя он и доверял проницательности Почтенного Наставника, мысль о том, что ему придется рисковать жизнью ради поддержки незнакомца, вызывала некоторый дискомфорт. Но узнав о связи У Ли с Почтенным Наставником, все встало на свои места. Почтенный Наставник – из Обители Высшей Чистоты. Значит, и его ученик – тоже из Обители Высшей Чистоты. По старшинству У Ли приходился ему старшим братом по секте! Помогать своему старшему брату – разве это помощь чужаку? Это помощь своей семье!

Закончив говорить, Чэнь Чаншэн поднялся и потянулся.— Ладно, все, что нужно было сказать, я сказал. Как действовать дальше – решай сам. У тебя еще есть немного времени на подготовку, так что поторопись. Мне нужно отлучиться по делам.

— Почтенный Наставник, подождите!— Еще вопросы?

— Почтенный Наставник, есть один маленький вопрос, который меня очень интересует, – Е Хэньшэн расплылся в улыбке. – Племянник уже немного узнал характер Почтенного Наставника. Судя по вашему характеру, вы не очень-то любите вмешиваться в подобные дела. Что же заставило вас так заинтересоваться борьбой за Великий Путь?

Увидев любопытство на лице Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн лукаво усмехнулся:— Ну, есть одна основная причина. У меня вражда с Владыкой Святой Земли Куньлунь, Цзян Буфанем. Я, скорее всего, собираюсь его убить.

Е Хэньшэн: ???— Нет, Почтенный Наставник, не пугайте меня! Это не шутки! В борьбе за Великий Путь можно максимум враждовать со Святой Землей. Но убить Владыку Святой Земли – это объявить ей войну не на жизнь, а на смерть!

— А кто сказал, что я шучу? Я серьезно.

Гульп!

Сглотнув, Е Хэньшэн с перекошенным лицом спросил:— Насколько… велика ваша вражда?

— Либо я умру, либо он умрет. Иначе этому не будет конца.

— Почтенный Наставник, мне еще не поздно пожалеть о том, что я пришел?

— Поздно. Я же говорил тебе: любопытство кошку сгубило. А ты все никак не научишься. Сначала Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни, теперь Святая Земля Куньлунь… Мне вот интересно, сможешь ли ты теперь вообще спать по ночам?

Поддразнив Е Хэньшэна, Чэнь Чаншэн повернулся и вышел из комнаты.

Е Хэньшэн: «…»

«Вы точно сделали это нарочно! Узнав столько всего, как я теперь усну?! Черт возьми!»

Выйдя из комнаты с Малышом Чернышом на руках, Чэнь Чаншэн высвободил свое Божественное Сознание и начал сканирование. Через мгновение уголки его губ приподнялись в усмешке:— Ах ты, девчонка! А ты осторожна. Умудрилась стереть метку Божественного Сознания, которую я оставил. Но твое мастерство еще слишком невелико.

С этими словами он погладил Малыша Черныша по голове и пробормотал:— Эта девчонка не должна была убежать далеко. Теперь все зависит от тебя.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, вечно сонный Малыш Черныш гавкнул в определенном направлении. Чэнь Чаншэн неспешно направился туда, куда указал щенок.

В мире совершенствующихся для преследования врагов обычно используется поиск Божественным Сознанием. Чтобы избежать такого поиска, есть два основных способа: первый – скрыть свою ауру (успех зависит от мастерства обеих сторон), второй – максимально отдалиться от врага, выйдя за пределы радиуса действия его Божественного Сознания.

В Святой Земле Куньлунь было множество совершенствующихся, и использовать Божественное Сознание для масштабного поиска было бы крайне неразумно. Поэтому, теоретически, Чэнь Чаншэну было бы очень трудно найти Гунсунь Хуайюй.

Однако Гунсунь Хуайюй допустила одну оплошность: она забыла о методе из мира смертных – преследовании по запаху. Хотя Малыш Черныш был не в лучшей форме и практически не обладал боевой силой, он все же был зверем. Его обоняние было намного острее человеческого, и определить примерное направление, куда ушла Гунсунь Хуайюй, он вполне мог. А зная примерное направление, разве мог Чэнь Чаншэн ее не найти?

— Гав! – тявкнул Малыш Черныш у него на руках, словно пытаясь показать свою свирепость. Но его щенячий лай звучал совсем не грозно.

— Ц-ц-ц! – цокнул языком Чэнь Чаншэн. – Ну и что, что вы упустили Гунсунь Хуайюй? Не нужно вымещать злость на мне! Следить за мной? Вам еще рановато.

С этими словами он бросил на землю человека, которого держал в руке. Стерев кровь с уголка рта, разведчик Святой Земли Куньлунь холодно произнес:— Чэнь Чаншэн, это Святая Земля Куньлунь! Не тебе здесь хозяйничать! Гунсунь Хуайюй внезапно исчезла из-под наблюдения! Куда она делась?!

Чэнь Чаншэн не удостоил его ответом.— Ты всего лишь мелкая сошка, не лезь в большие дела. Просто доложи обо всем как есть. И прекратите посылать за мной людей. Чтобы удержать меня, Цзян Фэну придется прийти лично.

Сказав это, Чэнь Чаншэн исчез из поля зрения разведчика. Он не придал этому инциденту особого значения. Сейчас его больше волновала Гунсунь Хуайюй. Что за дело могло заставить ее пойти на такой риск, зная, что она может спугнуть дичь? Это становилось все интереснее!

— Брат Налань, это лекарство?

Девушка в простой одежде подбежала к нему, держа в руке какое-то растение. Услышав ее голос, мужчина с бледным лицом поднял голову. Его одежда была застирана добела, а корзина с травами за спиной указывала на то, что он пришел сюда собирать лекарства.

Взяв у девушки траву, мужчина рассмотрел ее и сказал:— Это называется «бобы любви». Тоже лекарственное растение. Но оно ядовито, использовать нужно с осторожностью.

Получив подтверждение мужчины, девушка гордо заявила:— Брат Налань, ну скажи, разве я не молодец? С первого раза нашла лекарственную траву! Похвали меня!

Глядя на ее гордый вид, мужчина мягко улыбнулся:— Да-да! Благодаря тебе мы сегодня собрали так много трав. Пойдем посмотрим вон там.

— Хорошо! – радостно согласилась девушка и легкой походкой направилась вперед. Однако через каждые несколько шагов она оборачивалась, чтобы проверить, не отстает ли мужчина, словно боясь, что он не поспевает за ней.

Со временем их фигуры постепенно удалились. Но они не заметили, что за холмом вдалеке за ними пристально следит пара глаз.

— Ц-ц-ц! Любовь действительно слепит. Находиться во вражеском лагере, полном опасностей, и еще находить время для романтики… – пробормотал Чэнь Чаншэн. – Малыш Черныш, как думаешь, стоит ли мне выйти и разрушить этот прекрасный момент?

Он поднял щенка к своему лицу и заговорил сам с собой. Но усталому Малышу Чернышу было не до него. Зевнув, он начал закрывать глаза.

— Не нужно так пылать жаждой убийства. Гунсунь Хуайюй довольно сильна, осторожнее, она может тебя заметить, – сказал Чэнь Чаншэн в пустоту, пытаясь разбудить щенка.

Не успели его слова затихнуть, как за его спиной появился Святой Сын Мерцающего Света, Фуяо. Однако обычно учтивый и спокойный Фуяо сейчас источал леденящую жажду убийства. Помолчав некоторое время, он наконец совладал с собой и тихо сказал:— Не вмешивайся в это дело. Я не хочу тебя убивать.

Услышав голос Фуяо, Чэнь Чаншэн с улыбкой обернулся:— А я как раз думал, как это девчонка Гунсунь Хуайюй вдруг стала такой умелой? Сумела незаметно ускользнуть от слежки Святой Земли Куньлунь. Теперь понятно – это ты, Святой Сын Мерцающего Света, заметал за ней следы! Наверное, и в Каменной Лавке Куньлунь ты не стал ее убивать по той же причине? Впрочем, тогда ты ударил ее слишком сильно. Еще немного – и ее жизнь оборвалась бы.

Фуяо не ответил сразу, а перевел взгляд на две удаляющиеся фигуры.— В Каменной Лавке ты намеренно замешкался. Сделал вид, что хочешь спасти выбранный тобой камень, но на самом деле – чтобы Гунсунь Хуайюй схватила тебя. Ты сам пошел на контакт с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, значит, у тебя с ними есть связь. С тобой рядом Гунсунь Хуайюй не умрет. Как оказалось, я не ошибся. У тебя действительно есть связь с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, и весьма глубокая.

Услышав это, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся:— Воистину Святой Сын Мерцающего Света! Твоя проницательность поражает. Раз уж мы заговорили начистоту, не хочешь ли рассказать, кто тот несчастный с короткой жизнью?

Фуяо бросил на Чэнь Чаншэна многозначительный взгляд.— Этот несчастный – мой младший брат.

— Кхе-кхе! – Чэнь Чаншэн закашлялся. – Прости, не ожидал, что вы в таких отношениях. Но, говоря откровенно, твой брат долго не проживет. Об этом могут не знать посторонние, но ты-то ведь знаешь, верно?

— Знаю. Он получил тяжелейшие раны еще в утробе матери. Я сам извлек его кесаревым сечением.

— Вот оно что! Прости, снова затронул больную тему, – Чэнь Чаншэну стало немного неловко. Казалось, каждый раз, когда он открывал рот, он попадал кому-нибудь в больное место. – А ты не отомстил? С твоим статусом и силой это не должно быть проблемой.

— Того, кто убил всю мою семью, я звал мастером. Мастером, который относился ко мне как к родному сыну. Он боялся, что талант моего младшего брата превзойдет мой и пошатнет мое положение Святого Сына, поэтому и убил их. В ту ночь лил проливной дождь. Мой мастер обставил все так, будто это была месть врагов, а затем ушел. Через час я стоял над телами отца и матери. Я давно догадывался, что мастер так поступит, но не остановил его, потому что в то время я не был ему ровней. Тогда я обнаружил, что мой восьмимесячный брат еще подает слабые признаки жизни. Я извлек его из утробы матери, а затем тайно вырастил.

Чэнь Чаншэн: «…»

От такой запутанной и мрачной истории Чэнь Чаншэн только почесал в затылке.— А что было потом?

— Потом все было проще. Я сделал так, как он хотел – обвинил во всем своего соперника. В конце концов, с помощью мастера я уничтожил всю семью моего противника. С тех пор в Святой Земле Мерцающего Света никто больше не смел оспаривать мое положение.

Сказав это, Святой Сын Мерцающего Света посмотрел на Чэнь Чаншэна.— Знаешь, почему я тебе все это рассказал?

— Не знаю. Но раз ты рассказал, значит, сейчас узнаю.

Святого Сына Мерцающего Света не смутило безразличие Чэнь Чаншэна. Он перевел взгляд на питомца в его руках.— Ты почти никогда не расстаешься с этим духовным питомцем. Видно, что он тебе очень дорог. Однако он тяжело ранен. Настолько тяжело, что обычными методами его не спасти. Поэтому ты отправился в Каменную Мастерскую Куньлунь играть в камни, верно? В надежде найти священное лекарство в Источнике Духа, чтобы спасти его. Твои познания в камнях Источника Духа – лучшие среди всех, кого я знаю. Моего брата можно спасти лишь двумя способами: либо утерянной Пастой Небесного Восполнения из Долины Бабочек, либо священным лекарством из Источника Духа. Теперь ты понимаешь, почему я тебе все это рассказал?

Выслушав его, Чэнь Чаншэн хмыкнул:— У тебя действительно острый глаз. Состояние Малыша Черныша очень похоже на состояние твоего брата. Но, боюсь, ты будешь разочарован. Ни священное лекарство, ни Паста Небесного Восполнения твоего брата не спасут.

От этих слов Святой Сын Мерцающего Света нахмурился.— Почему ты так уверен?

— Потому что у меня есть и то, и другое!

Сказав это, Чэнь Чаншэн закрыл глаза, слегка запрокинул голову и глубоко вдохнул. Уловив едва заметный лекарственный аромат в воздухе, он открыл глаза.— Ты сказал не всю правду. Вернее, сказал правду, но не до конца. Паста Небесного Восполнения из Долины Бабочек действительно утеряна, но кое-какие запасы должны были остаться. Я чувствую запах этой пасты от твоего брата. Все эти годы он, должно быть, выживал только благодаря небольшим дозам Пасты Небесного Восполнения. Она продлевала ему жизнь, поэтому ты и решил, что большое количество пасты сможет его спасти. Но я могу с уверенностью сказать тебе – это заблуждение.

Услышав это, Святой Сын Мерцающего Света прищурился.— Откуда у тебя Паста Небесного Восполнения? – спокойно спросил он. – Шестьсот лет назад Старейшина Медицины из Долины Бабочек создал это чудесное лекарство. Но вскоре после появления пасты Старейшина скончался. С тех пор рецепт Пасты Небесного Восполнения утерян, а все изготовленные запасы были разделены между великими Святыми Землями. Не говори мне, что твоя паста – из другой Святой Земли.

— Как ко мне попала Паста Небесного Восполнения, я тебе, естественно, не скажу. У каждого должны быть свои маленькие секреты! Но одно могу сказать точно: у меня этой пасты много. Если хочешь, могу дать тебе целую банку.

С этими словами Чэнь Чаншэн достал банку, источавшую лекарственный аромат. Внимательно изучив ее содержимое, Святой Сын Мерцающего Света мгновенно узнал чудесное лекарство, поддерживавшее жизнь его брата. Паста Небесного Восполнения!

— Что ты хочешь? – прямо спросил он, снова взглянув на банку в руках Чэнь Чаншэна.

— Прости, но сейчас я не могу ничего у тебя просить. Потому что Паста Небесного Восполнения скоро перестанет действовать на твоего брата. Если она не сможет спасти ему жизнь, то в твоих глазах станет бесполезной. А как можно обмениваться бесполезными вещами?

В глазах Святого Сына Мерцающего Света мелькнуло разочарование. В этот момент он больше всего на свете хотел, чтобы Чэнь Чаншэн потребовал что-то взамен. Ведь это означало бы, что у него есть способ спасти его брата.

— Такую рану действительно невозможно исцелить?

— На данный момент – да. Раньше я тоже думал, что священное лекарство поможет. Но когда я его добыл, то понял, что это не так. Иначе Черныш не был бы до сих пор в таком состоянии. Но, возможно, я просто не нашел подходящее священное лекарство. В конце концов, их существует множество видов, и кто знает, какими чудесными свойствами они обладают. Завтра начнется Собрание Избранных Небес. Туда съедутся люди со всех концов света. Если и тогда не найдется способ… Мой Черныш и твой брат обречены.

Услышав это, Святой Сын Мерцающего Света посмотрел прямо в глаза Чэнь Чаншэну.— На Собрании Избранных Небес я помогу тебе устранить все препятствия. Если найдется способ спасти моего брата, ты можешь просить любую цену. Если нет – ты дашь мне банку Пасты Небесного Восполнения.

Вшух!

Не успел Святой Сын Мерцающего Света договорить, как Чэнь Чаншэн бросил ему банку.— Одного твоего титула Святого Сына Мерцающего Света достаточно. Считай это авансом. Но завтра соберется множество гениев. Ты уверен, что сможешь всех одолеть?

В ответ на этот вопрос Святой Сын Мерцающего Света лишь слегка улыбнулся и повернулся, чтобы уйти. Фуяо не нуждался в том, чтобы кому-то доказывать свою непобедимость – это был неоспоримый факт.

Глядя ему вслед, Чэнь Чаншэн не мог сдержать широкой ухмылки. Заполучить такого сильного помощника совершенно бесплатно – как тут не радоваться!

— Кстати, твой мастер еще жив? Если тебе неудобно самому разбираться, я могу помочь. Будешь должен мне услугу, как тебе?

— Он мертв. Умер пять лет назад. Я лично проводил его в последний путь.

Голос Фуяо донесся издалека, а сам он уже исчез из виду.

— Ц-ц-ц! – пробормотал Чэнь Чаншэн. – Этот парень кажется таким обходительным, а на деле – безжалостный человек! Ай да девчонка! Ай да девчонка! Ты мне оказала огромную услугу!

Сказав это, Чэнь Чаншэн довольный пошел прочь. Вмешиваться в дела Гунсунь Хуайюй он и не собирался. Не хотел портить романтическую идиллию двум влюбленным.

У-у-у-у…

Тяжелый и протяжный звук рога разнесся над всей Святой Землей Куньлунь. Долгожданное Собрание Избранных Небес наконец-то началось.

Чиу!

На землю упала огромная тень. Подняв голову, люди увидели, что это было не облако, а гигантская божественная птица с пятицветным оперением. На ее голове стояла женщина, прекрасная, как небожительница. Это была одна из трех величайших красавиц Срединных Земель, наследница Павильона Беспечалья – Яо Инъин.

Появление Яо Инъин из Павильона Беспечалья, естественно, привлекло всеобщее внимание. Однако вскоре взгляды собравшихся обратились в другую сторону.

Словно гора, медленно приближался гигантский слон. Его бивни, длиной более трехсот метров, казалось, могли опрокинуть весь мир. На спине слона стоял Батулу, Избранный Небес с Южных Равнин. Позади него молчаливо стояли двое стариков в одеждах из шкур зверей. Хоть старики и выглядели иссохшими, исходящая от них аура заставляла сердца многих присутствующих трепетать от страха.

В то же время появился и Фуяо, Святой Сын Мерцающего Света. С неба посыпались лепестки цветов, и с каждым его шагом под ногами расцветал золотой лотос. Облаченный в белые одежды, окутанный сиянием, он походил на Изгнанного Бессмертного, спустившегося с небес.

Множество Избранных Небес прибыли на собрание с большой помпой, но лишь двое выбрали самый скромный способ появиться на Собрании Избранных Небес.

— Господин, мы так просто войдем?

Глядя на величественные фигуры Избранных Небес в небе, Гунсунь Хуайюй чуть слюнки не пустила от зависти. Большинство гениев, прибывших на Собрание Избранных Небес, имели за спиной могущественные силы. Их появление было демонстрацией престижа и влияния этих сил. Гунсунь Хуайюй, в которой еще жила детская непосредственность, естественно, завидовала такой возможности покрасоваться.

На ее слова Чэнь Чаншэн лишь искоса взглянул и равнодушно спросил:— А как ты хочешь войти? Су Тянь и другие представляют свои страны или секты. Я же – одиночка, естественно, мне не нужна никакая пышность.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй надула губки и тихо пробормотала:— Господин, кто сказал, что у вас нет поддержки? Отношения между вами и моим мастером… тут и говорить нечего, верно?

— Это верно. Тогда можешь позвать все Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни, пусть проводят нас внутрь! Вот это будет представление, грандиознее, чем у кого-либо, гарантирую!

На это предложение Гунсунь Хуайюй лишь изящно закатила глаза. Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни и Святая Земля Куньлунь были заклятыми врагами. То, что она, прямая ученица, смогла сюда попасть – уже большая удача. Если бы все Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни явились сюда с шумом и помпой, чтобы проводить ее на Собрание Избранных Небес, Святая Земля Куньлунь, вероятно, немедленно объявила бы им войну не на жизнь, а на смерть.

Подумав об этом, Гунсунь Хуайюй выдавила улыбку:— Все-таки не стоит. Не будем беспокоить мастера и остальных по таким пустякам. К тому же, мой статус здесь не совсем подходящий.

— Раз знаешь, что статус неподходящий, то веди себя тихо и старайся не привлекать внимания. Когда начнется Собрание Избранных Небес, у тебя будет полно противников для вызова. Надеюсь только, что ты не будешь плакать, когда тебя побьют.

Эти слова возмутили Гунсунь Хуайюй.— Господин! Я, конечно, не смею называть себя первой среди гениев, но и до слез меня довести не так-то просто! Я прошла через немало битв на грани жизни и смерти, я не такая хрупкая, как вы думаете!

— А я и не говорил, что тебе предстоит драться. Собрание Избранных Небес – это место для «споров». А «спорить» ты умеешь?

— Спорить? – на лице Гунсунь Хуайюй появилось недоумение.

— Именно, «спорить», – подтвердил Чэнь Чаншэн. – Гений из Северной Пустыни уже прибыл, и его появление было весьма впечатляющим.

— Гений из Северной Пустыни уже здесь? Почему я не слышала? И… я вроде не вижу никого из Северной Пустыни!

Гунсунь Хуайюй огляделась по сторонам, но так и не нашла представителей Северной Пустыни.

— Конечно, ты не слышала, потому что твои мысли заняты совсем другим, – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Гений из Северной Пустыни прибыл еще месяц назад, но он решил добираться до Святой Земли Куньлунь пешком. За этот месяц он последовательно бросил вызов трем великим Святым Землям: Пурпурного Дворца, Мерцающего Света и Куньлунь. И разгромил девятнадцать их опорных пунктов. У каждой Святой Земли есть Святой Сын, а также несколько кандидатов в Святые Сыновья. Знаешь, почему их не видно на Собрании Избранных Небес? Потому что их всех отправили остановить того гения из Северной Пустыни.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй невольно ахнула. Те, кто мог стать кандидатом в Святые Сыновья, по силе определенно превосходили большинство обычных гениев. Но даже такое количество сильных практиков не смогло остановить гения из Северной Пустыни! Насколько же он силен?

— Господин, он действительно так силен?

— Насколько именно, я не знаю. Великие Святые Земли вряд ли будут трубить на весь мир о своем позоре. Но я знаю, каким способом он разгромил эти девятнадцать опорных пунктов.

— Каким?

— Спором о Дао! Говорят, прибывший на этот раз – Сын Будды из Буддийского Королевства Северной Пустыни, гений, рождающийся раз в тысячу лет. Его понимание Закона Будды называют непревзойденным. Раз ты так уверена в себе, я верю, что во время спора о Дао ты сможешь заставить его замолчать.

Сказав это, Чэнь Чаншэн с улыбкой посмотрел на Гунсунь Хуайюй. От такой «похвалы» девушка смущенно улыбнулась.

— Господин, драться я еще могу, но спорить о Дао – это не мое. Из всего Закона Будды я знаю только, как сказать «Ами… тофу», а в остальном – полный профан!

— Не знаешь Закон Будды – спорь о Законе Дао! Неважно, о чем речь, ты ведь должна уметь поддержать разговор, верно? Будет очень стыдно, если ты не сможешь ответить ни на один вопрос.

От этой явной иронии Гунсунь Хуайюй совсем скисла.— Господин, ну не издевайтесь надо мной! Вы думаете, мой мастер похож на того, кто разбирается в Законе Будды или Дао? Раз мой мастер этого не знает, откуда же знать мне?

Видя, что Гунсунь Хуайюй сдалась, Чэнь Чаншэн спросил:— Ну что, все еще считаешь себя очень сильной?

Гунсунь Хуайюй поспешно замотала головой.— Уже нет.

С момента прибытия на Собрание Избранных Небес Гунсунь Хуайюй вдруг осознала, как многого ей еще не хватает. Не все в мире можно решить грубой силой. По крайней мере, пока она не стала непобедимой.

— Осознание – это уже хорошо. Но и слишком себя принижать не стоит, – сказал Чэнь Чаншэн. – Дао живет в сердце каждого. Это касается и Закона Будды, и Закона Дао. Ты не можешь выразить это словами лишь потому, что еще не разглядела ясно смутный образ Дао в своем сердце и не нашла способа его описать. Чтение книг – это и изучение Дао предшественников, и подтверждение Дао в собственном сердце. Изучение и подтверждение помогают разрешить сомнения в сердце. Когда сомнения разрешены, мысли становятся ясными. А ясность мыслей означает, что ты нашла свой собственный Путь. Ты поняла меня?

Выслушав Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй посмотрела на него с таким выражением, словно собака пыталась сосчитать звезды на небе.— Э-э… Господин, может, вы повторите еще раз? Если я постараюсь, то, наверное, смогу понять.

Глядя в ее совершенно растерянные глаза, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся и, прижимая к себе Малыша Черныша, направился к месту проведения Собрания Избранных Небес.

У неведения есть своя радость, как у ясности – своя боль. Говорят, неведение порождает бесстрашие, но в то же время неведение дарит счастье. Эта девочка еще мала. Пусть пока побудет счастливой.

Добравшись до глубин Святой Земли Куньлунь, Чэнь Чаншэн наконец увидел место проведения Собрания Избранных Небес.

Вдалеке виднелись аккуратные ряды дворцов и павильонов, окутанные легкой дымкой. Вокруг летали журавли и парили птицы луань. Назвать это место раем на земле было бы не преувеличением.

Главный зал, где должно было проходить Собрание Избранных Небес, поражал своим великолепием. Дворец был украшен пятицветным золотом, ослепительно сияя на солнце. Перед входом по обе стороны стояли девять Золотых Юношей и девять Нефритовых Дев. Золотые Юноши держали ритуальные знамена, а Нефритовые Девы – нефритовые жезлы Жуи. Из золотых курильниц по бокам струился тонкий, необычный аромат, вдохнув который, можно было почувствовать легкость и просветление.

При виде такого грандиозного убранства лицо Чэнь Чаншэна стало серьезным. Он тихо сказал:— Хуайюй, это Собрание Избранных Небес организовано с невероятным размахом. Когда войдешь, будь очень внимательна.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй, впервые видевшая подобное великолепие, тоже серьезно кивнула:— Не волнуйтесь, господин. Я не допущу никакой невежливости и не опозорю вас.

— Какая еще невежливость! Ты вообще поняла, что я имею в виду? – тут же вспылил Чэнь Чаншэн, едва она договорила.

Гунсунь Хуайюй растерялась от такой реакции.— Если не это, то что вы имеете в виду, господин?

— Спрошу тебя: кто ты?— Я Гунсунь Хуайюй!— А кто такая Гунсунь Хуайюй?— Ученица Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен.— Раз ты знаешь, что ты ученица Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, то должна знать и то, что Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни – это разбойники, бандиты! Когда ты видела, чтобы бандиты и разбойники соблюдали этикет? Как войдешь, увидишь блюда с фруктами – ешь, сколько сможешь. Что не сможешь съесть – забирай с собой. Ни в коем случае не стесняйся и не дай добру пропасть!

Гунсунь Хуайюй: ??? Услышав наставления Чэнь Чаншэна, девушка остолбенела.— Господин, вы говорили так серьезно… только ради этого?

— А ради чего еще? Они устроили такое грандиозное представление, думаешь, фрукты у них будут плохие? Я только что видел, как они заносили туда Алые Плоды трехсотлетней выдержки!

— Трехсотлетние Алые Плоды! – голос Гунсунь Хуайюй невольно повысился. – Да один такой плод стоит десять килограммов Источника Духа! Столько гениев пришло, это же невероятная роскошь!

— А ты как думала? К тому же, Алые Плоды – это так, для украшения блюд. Лучшее, наверное, уже давно занесли внутрь. Если не будешь есть, отдашь свою порцию мне.

При этих словах Гунсунь Хуайюй взъерошилась, как кошка, которой наступили на хвост.— Кто сказал, что не буду?! Кто тронет мои фрукты, тому не поздоровится!

С этими словами она поспешно ринулась внутрь.Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни пользовались громкой славой, но были действительно бедны. Если бы не нехватка ресурсов для совершенствования, они бы не стали рисковать жизнями, грабя другие силы. Возможность унести столько добра из вражеского логова – как тут Гунсунь Хуайюй было не прийти в восторг? Ведь кто откажется от того, что само идет в руки?

Постепенно все Избранные Небес собрались. На таком грандиозном событии каждый старался держаться с достоинством. Однако двое были исключением из правил.

Хрум!

Гунсунь Хуайюй одним укусом отхватила добрую половину свежего Алого Плода, другой рукой непрерывно запихивая фрукты себе за пазуху. Глядя на ее манеры, многие присутствующие гении лишь презрительно усмехались.

«Хмф! Разбойница – она и есть разбойница. Никакого воспитания».

Однако, в отличие от обжорства Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн превратился в настоящего светского льва, порхая между столами самых выдающихся гениев.

— Ха-ха-ха! Дева Цзы Нин, несколько дней не виделись, а ваш облик стал еще более неземным!

Чэнь Чаншэн запросто поприветствовал Святую Деву Пурпурного Дворца и мимоходом взял с ее стола весьма ценный духовный фрукт, тут же отправив его в рот. Увидев это, Цзы Нин молча пододвинула свое блюдо с фруктами ближе к нему.

— Если бы вы согласились посетить Святую Землю Пурпурного Дворца, таких фруктов у вас было бы сколько угодно.

— Правда? Какая честь! Непременно найду время посетить Святую Землю Пурпурного Дворца.

Чэнь Чаншэн отвечал на слова Святой Девы Пурпурного Дворца, но его руки двигались с невероятной скоростью, перекладывая фрукты к себе. Видя, что он совершенно не слушает ее слов, Святая Дева Пурпурного Дворца с неугасающей надеждой продолжила:

— Брат Чэнь, для совершенствования необходимы четыре элемента: богатство, спутник, метод и земля. Госпожа Гунсунь, бесспорно, красавица, но и в моей Святой Земле Пурпурного Дворца найдутся не менее прекрасные девы. Если Брат Чэнь пожелает, я готова представить вас нескольким нашим кандидатками в Святые Девы.

При этих словах руки Чэнь Чаншэна замерли. Гении за соседними столами тоже обратили на них внимание. Чэнь Чаншэн вернулся из странствий, привезя с собой Гунсунь Хуайюй, одну из трех величайших красавиц Срединных Земель, и, судя по всему, тесно связался с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями. Никто бы не поверил, что тут обошлось без женских чар. Теперь же Святая Земля Пурпурного Дворца делала такое предложение – значит, они настроены серьезно.

Положив последний духовный фрукт себе за пазуху, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:— Благодарю Святую Деву за ее доброту, но, думаю, не стоит. У меня есть одна странность: я редко беру что-то у других. Но уж если беру, то только самое лучшее. Во всей Святой Земле Пурпурного Дворца мне нравится только Дева Цзы Нин. Если Дева Цзы Нин согласится взять меня в мужья, я без лишних слов немедленно присоединюсь к Святой Земле Пурпурного Дворца.

— Ты!..

Услышав требование Чэнь Чаншэна, Цзы Нин от возмущения потеряла дар речи. «Я с добрыми намерениями пытаюсь тебя завербовать, а ты положил глаз на меня?!»

Фух…

Выдохнув, Святая Дева Пурпурного Дворца взяла себя в руки и ответила:— Благодарю Брата Чэня за высокую оценку, но, увы, Цзы Нин всем сердцем стремится к Дао и не помышляет о мирских чувствах. Прошу Брата Чэня все же обдумать мое предыдущее предложение.

— Тогда поговорим об этом позже. Когда Дева Цзы Нин передумает, не забудьте меня найти.

Чэнь Чаншэн игриво подмигнул Цзы Нин и направился к месту следующего гения. Его следующей целью, естественно, был Святой Сын Мерцающего Света.

Бросив взгляд на опустевший стол Святой Девы Пурпурного Дворца, Фуяо слегка улыбнулся и, не дожидаясь слов Чэнь Чаншэна, первым сказал:— Я в последнее время практикую воздержание от пищи. Брат Чэнь, если хочешь, забирай все.

— Хе-хе! Ну что вы, как неудобно! Я все же оставлю вам один.

Оставив Фуяо самый маленький духовный фрукт, Чэнь Чаншэн с довольным видом продолжил действовать по отработанной схеме. Большинство гениев никак не реагировали на его поведение. Учитывая репутацию Чэнь Чаншэна, никто не сомневался, что он может позволить себе эти фрукты. У гениев бывают свои маленькие странности, и если несколько духовных фруктов помогут наладить отношения с таким выдающимся талантом, как Чэнь Чаншэн, то это более чем выгодная сделка.

Однако его «фруктовая охота» не всегда проходила гладко. Например, этот негодяй Батулу не только съел все со своего стола, но и посягнул на его! Верх бесстыдства! С таким человеком Чэнь Чаншэн даже разговаривать не хотел.

Но как раз в тот момент, когда «фруктовая операция» Чэнь Чаншэна близилась к успешному завершению, раздался чей-то голос:— Деревенщина – она и есть деревенщина. Никогда не видел большого света.

При этих словах взгляды Е Хэньшэна и других мгновенно стали недобрыми. Оскорбить Чэнь Чаншэна – все равно что оскорбить их самих.

Когда раздался этот голос, на Собрании Избранных Небес воцарилась тишина. Все взгляды обратились к Чэнь Чаншэну.

С тех пор как он прославился, многие пытались разузнать о прошлом этого гения из Восточных Пустошей. Однако, к их удивлению, даже члены группы Избранных Небес из Восточных Пустошей ничего о нем не знали. К тому же, сам Чэнь Чаншэн, казалось, намеренно избегал любых конфликтов. Это весьма раздражало тех, кто хотел проверить его истинную силу.

Но теперь Чэнь Чаншэну было не уклониться. На открытую провокацию он мог либо ответить, либо прослыть трусом. Просто так это дело уже не замять.

— Вань Тун, Молодой Мастер Твердыни Яростного Дракона. Наследник семейной техники «Рука Яростного Дракона». Десять лет назад в одиночку сражался против пятерых могущественных практиков поздней ступени Зародыша Души и прославился в той битве. Но если мне не изменяет память, пять лет назад я сломала тебе ногу. Как ты смеешь подавать голос в моем присутствии?

Гунсунь Хуайюй отложила духовный фрукт и посмотрела в конец зала, где сидел обидчик. Хоть Чэнь Чаншэн формально и не признавал их родства, она искренне считала его своим Грандмастером. Пусть Грандмастера и не волнует бессильный лай этих шутов, но она не позволит никому его оскорблять.

Услышав слова Гунсунь Хуайюй, белолицый молодой господин презрительно усмехнулся:

— Что, я сказал неправду? Здесь собрались уважаемые люди. Цель нашего собрания – обсуждение Дао, а не нажива за чужой счет, как у некоторых. Не понимаю, какой толщины должна быть кожа у некоторых, чтобы припереться за тридевять земель ради бесплатной еды.

Сказав это, Вань Тун насмешливо взглянул на Чэнь Чаншэна и принялся потягивать вино.

Бум!

Рядом с Чэнь Чаншэном раздался грохот. Оказалось, это Гунсунь Хуайюй в ярости бросилась в атаку, но Чэнь Чаншэн остановил ее.

— Господин, зачем вы меня останавливаете? Этому ничтожеству я снесу голову за три удара!

На ее слова Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:

— Хуайюй, девочкам не пристало быть такими вспыльчивыми. Этот молодой господин совершенно прав, мы действительно воспользовались гостеприимством.

Сказав это, Чэнь Чаншэн подошел прямо к столу Цзян Пина.

Шурх!

Бесчисленные духовные фрукты высыпались на стол перед Цзян Пином, включая и те, что Чэнь Чаншэн только что взял с его стола.

— Святой Сын Цзян, прошу прощения, я не знал, что эти фрукты нельзя есть. Надеюсь на ваше великодушие. Некоторые фрукты я уже съел, так что вернуть их, боюсь, не смогу. Вот двести пятьдесят килограммов Источника Духа в качестве платы за съеденные нами фрукты.

Положив на стол мешочек из шкуры зверя, Чэнь Чаншэн махнул рукой Гунсунь Хуайюй, и они вдвоем повернулись, чтобы уйти. Су Тянь и другие из Восточных Пустошей, естественно, последовали за ним.

При виде этого лица гениев, у которых Чэнь Чаншэн «одолжил» фрукты, мгновенно изменились.

— Святой Сын Цзян, неужели за участие в Собрании Избранных Небес нужно платить? – раздался голос Святой Девы Пурпурного Дворца. – Фрукты на каждом столе, по идее, принадлежат гостю, занимающему это место. Или моя Святая Земля Пурпурного Дворца не имеет права даже угостить несколькими фруктами?

Ее слова долетели до ушей Цзян Пина. Услышав их, он почернел от злости. Каждый выдающийся гений был на вес золота, а такой, как Чэнь Чаншэн, не принадлежавший ни к одной из великих сил, – и вовсе бесценное сокровище. Именно из-за возможности переманить его на свою сторону Святая Земля Куньлунь до сих пор терпела его выходки. Даже если в итоге переманить его не удастся, по крайней мере, он не станет врагом.

А теперь из-за каких-то ничтожных фруктов они оскорбили Чэнь Чаншэна! Убытки были колоссальными!

В то же время Фуяо и Батулу тоже бросили на столы немного Источника Духа и поднялись, собираясь уходить. Было очевидно, что они тоже почувствовали себя оскорбленными. У великих гениев была своя гордость, и они не позволят какому-то выскочке унижать их.

Видя, что ситуация выходит из-под контроля, Цзян Пин немедленно крикнул:

— Постойте, господа! Святая Земля Куньлунь ни в коем случае не имела этого в виду!

Сказав это, он метнул убийственный взгляд на Вань Туна. Поскольку главные фигуры еще не прибыли, он временно отвечал за проведение собрания. Если за это короткое время произойдет такой скандал, его положение Святого Сына определенно пошатнется.

— Наглец! – взревел Цзян Пин, обращаясь к Вань Туну. – Кто дал тебе право говорить от имени Святой Земли Куньлунь?! Немедленно подойди и извинись перед Братом Чэнем!

Услышав гневный окрик Цзян Пина, Вань Тун покрылся холодным потом. По его расчетам, после провокации Чэнь Чаншэн должен был напасть на него. Тогда бы завязалась битва. Хоть Вань Тун и не был ровней Чэнь Чаншэну, но после такого поединка имя Вань Туна из Твердыни Яростного Дракона прогремело бы по всем Срединным Землям. К тому же, на Собрании Избранных Небес Святая Земля Куньлунь не допустила бы смертельного исхода. Но он никак не ожидал, что Чэнь Чаншэн сыграет не по правилам!

Видя, что Чэнь Чаншэн и его спутники уходят все дальше, Цзян Пин метался, как муравей на раскаленной сковороде. Однако, как раз в тот момент, когда он собирался броситься за Чэнь Чаншэном, тот остановился.

Потому что снаружи во дворец с шумом и смехом входила группа людей.

— Хе-хе-хе! Не ожидал, что трое друзей-даосов смогут прибыть лично! Для нашей Святой Земли Куньлунь это великая честь!

— Глава Святой Земли Цзян слишком любезен. Собрание Избранных Небес – такое грандиозное событие, как могло мое Королевство Сюаньу не прийти? Просто с телепортационным массивом возникли небольшие проблемы, поэтому мы немного опоздали.

Разговаривая, прибывшая группа увидела Чэнь Чаншэна, собиравшегося уходить. Их взгляды встретились, и атмосфера мгновенно накалилась.

Прибывшие снаружи были сильнейшими фигурами Срединных Земель на данный момент. Среди них были главы Святой Земли Куньлунь, Мерцающего Света, Пурпурного Дворца, Павильона Ланъя, а также другие могущественные практики Срединных Земель. Изначально эти грандмастера собирались сразу начать Собрание Избранных Небес, но внезапно получили известие о прибытии друзей-даосов из Восточных Пустошей. Из вежливости многие грандмастера вышли их встретить лично. Но когда они вернулись, то застали эту сцену.

Увидев лицо Чэнь Чаншэна, трое грандмастеров из Восточных Пустошей невольно сжали кулаки. Прошло несколько сотен лет, и вот они снова встретили этого парня!

В отличие от прошлого, теперь они сами стали главами своих сил, мастерами и патриархами для других. Хоть их внешность и оставалась неизменной благодаря совершенствованию, на ней все же лежал отпечаток прожитых лет. А этот парень… он был все таким же молодым, полным жизни. Словно время совершенно забыло об этом негодяе! Что еще обиднее, он, казалось, стал даже моложе, чем раньше!

Они смотрели друг на друга два долгих вдоха, а затем Чэнь Чаншэн громко разрыдался.

— У-у-у-у! Наконец-то вы пришли! Пойдемте домой! Святая Земля Куньлунь так меня обижает!

Глава 105. Группа поддержки прибыла – пощечина Святой Земле Куньлунь (1/2)

Видя поведение Чэнь Чаншэна, Цзян Пин мгновенно запаниковал. «Да ты врешь и не краснеешь! Вань Тун тебя спровоцировал, какого черта ты на меня все сваливаешь?!»

Глядя на «рыдающего» Чэнь Чаншэна, Сун Юаньшань, глава Обители Высшей Чистоты, едва заметно улыбнулся. Его старший брат Чаншэн, которого он формально должен был считать младшим братом по статусу, все так же любил подшучивать над людьми. Прошла тысяча лет, он сам изменился, а Чаншэн остался прежним.

В то же время Цзян Буфань, Глава Святой Земли Куньлунь, тоже внимательно разглядывал Чэнь Чаншэна.

«Похож! Слишком похож!»

Хотя человек перед ним был намного моложе того, кого он знал, и аура у него была совершенно другой, но внешность… словно две капли воды.

Тут заговорил Даос Бубай, Сун Юаньшань:— Глава Святой Земли Цзян, даже если ваша Святая Земля Куньлунь велика и могущественна, это не дает вам права смотреть на других свысока!

На его вопрос Цзян Буфань прищурился:— Друг-даос, вы неправильно поняли. Моя Святая Земля Куньлунь никогда бы не стала пренебрегать ни одним из Избранных Небес. Вероятно, произошло какое-то недоразумение. Но я вижу, друг-даос, вы очень заботитесь об этом юном друге. Не осмелюсь спросить, в каких вы с ним отношениях?

Вопрос Цзян Буфаня поставил Сун Юаньшаня в тупик. Настоящий статус Чэнь Чаншэна раскрывать было нельзя. Но и назначать старшему брату Чаншэну статус ученика он тоже не мог! Если бы он так сделал, зная характер Чаншэна, тот бы непременно ему это припомнил.

Пока Сун Юаньшань размышлял, Чэнь Чаншэн опередил его:— Я его младший дядя по линии мастера. Есть вопросы?Все: !!!

«У тебя такой высокий статус?!»

На объяснение Чэнь Чаншэна Цзян Буфань улыбнулся:— Мы с Даосом Бубаем общаемся на равных. Получается, я тоже теперь твой младший?

— Теоретически, да. Не смотри, что я молод, статус у меня ого-го какой высокий! – заявил Чэнь Чаншэн и указал на Цзо Синхэ, главу Империи Сюаньу. – По статусу я ему дядя. Он должен почтительно называть меня Вторым Дядей.

Услышав, как Чэнь Чаншэн набивает себе цену, Цзо Синхэ мысленно усмехнулся, но не стал возражать. Когда-то он сам пригласил Чэнь Чаншэна помочь ему и почтительно называл его «Учителем». Так что, если разобраться, статус дяди был вполне уместен.

— Кроме него, я еще и ее… – палец Чэнь Чаншэна замер, указывая на Ваньянь Юэ, правительницу Королевства Ночной Луны. Он заметил ее недобрый взгляд. Очевидно, если он задерет планку слишком высоко, эта женщина взбесится. – Двоюродный брат!

Поколебавшись полсекунды, Чэнь Чаншэн выбрал не слишком высокий статус. Услышав это, взгляд Ваньянь Юэ немного смягчился.

Теперь, когда статусы были распределены, трое старых знакомых Чэнь Чаншэна, естественно, перешли в наступление. Хоть они и знали, что с его способностями и умениями мало кто в мире сможет его по-настоящему обидеть, они все равно без колебаний решили создать проблемы Святой Земле Куньлунь. Потому что Чэнь Чаншэн был для них другом, старшим, родным человеком. Никто не потерпит, чтобы его близких обижали, даже если это лишь видимость.

— Глава Святой Земли Цзян, мой двоюродный брат прибыл на Собрание Избранных Небес, а ваша Святая Земля Куньлунь отнеслась к нему с пренебрежением! – холодно спросила Ваньянь Юэ. – Хотелось бы знать, вы презираете его или мое Королевство Ночной Луны? – Ее слова сопровождались мощной, едва сдерживаемой аурой.

Тем временем Цзо Синхэ с улыбкой подошел к Чэнь Чаншэну.— Второй Дядя, Святая Земля Куньлунь – одна из величайших сил Срединных Земель. Как же они вас обидели? Может, это какое-то недоразумение?

При словах Цзо Синхэ Чэнь Чаншэн снова принялся «утирать слезы». Потирая слегка сухие глаза, он жалобно сказал:— Племянничек, как же меня обидели! Я съел всего пару их фруктов, а они начали меня попрекать! Разве это не издевательство?

— Хе-хе-хе! – усмехнулся Цзо Синхэ. – Второй Дядя, вот тут вы неправы. Вы пришли в гости, как же можно есть чужое просто так? За еду, естественно, нужно платить! Кстати, Глава Святой Земли Цзян, сколько фруктов съел мой Второй Дядя? Моя Империя Сюаньу заплатит в десятикратном размере в качестве извинения. Как вам такое предложение, Глава Святой Земли Цзян?

От этих язвительных слов лица всех представителей Святой Земли Куньлунь вспыхнули. Это была откровенная пощечина, да еще такая, что и придраться было не к чему. Собрание Избранных Небес – событие огромного масштаба, собрались гении с пяти континентов. А тут получается, что гостям приходится платить за несколько съеденных фруктов! Если об этом станет известно, какой позор ляжет на Святую Землю Куньлунь?

От такой откровенной пощечины лицо Цзян Буфаня почернело, как дно котла.— Святой Сын, что здесь произошло? – обратился он к Цзян Пину.

— Глава Святой Земли, все это из-за Твердыни Яростного Дракона… – видя гнев главы, Цзян Пин поспешно рассказал все, как было.

Выслушав всю историю, Ваньянь Юэ, Цзо Синхэ и Сун Юаньшань даже бровью не повели. Такая мелкая сошка, как Твердыня Яростного Дракона… если бы Чэнь Чаншэн захотел, он бы уничтожил ее одним выдохом. Они даже не собирались требовать наказания – Святая Земля Куньлунь сама разберется с этой проблемой.

— Хе-хе-хе! Недоразумение! Чистой воды недоразумение! – вмешался Цзян Буфань. – Все фрукты и угощения на этом собрании предназначены для наших юных друзей! Ешьте, сколько душе угодно, никаких проблем!

— Правда? – с сомнением переспросил Чэнь Чаншэн. – Правда, сколько угодно? У меня аппетит хороший, вам не будет жалко, если я много съем?

— Конечно, можно! – рассмеялся Цзян Буфань. – Раз тебе так нравятся угощения нашей Святой Земли Куньлунь, можешь и с собой взять немного. После собрания я прикажу упаковать тебе килограммов пятьдесят-сто.— Кстати, юный друг, ваше лицо кажется мне очень знакомым. Очень похоже на одного моего старого знакомого!

Услышав это, Чэнь Чаншэн с улыбкой потер свое лицо:— Это нормально. Многие говорят, что у меня типичная внешность. Неудивительно, что Главе Святой Земли она показалась знакомой.

— Вот оно что. Наверное, я просто слишком скучаю по старому другу, – сказал Цзян Буфань. – Раз уж недоразумение разрешилось, прошу всех занять свои места. Собрание вот-вот начнется.

С этими словами все вернулись на свои места. Столы, с которых Чэнь Чаншэн забрал фрукты, были снова наполнены. А его «трофеи» были аккуратно упакованы и переданы ему.

Что до Вань Туна из Твердыни Яростного Дракона… Цзян Буфань ни словом о нем не обмолвился. Однако его место было убрано слугами Святой Земли Куньлунь. Очевидно, ему давали понять: тебе здесь не место. Попав в немилость к Святой Земле, Твердыня Яростного Дракона фактически лишилась права на существование в Срединных Землях.

Глядя на Вань Туна, бледного и рухнувшего на пол, Гунсунь Хуайюй презрительно фыркнула:— У господина широкая душа, ему лень с тобой разбираться. Но я, Гунсунь Хуайюй, не так великодушна. После Собрания Избранных Небес Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни пойдут войной на Твердыню Яростного Дракона!

При этих словах Вань Тун закатил глаза и потерял сознание. Без защиты Святой Земли Твердыня Яростного Дракона была совершенно беззащитна перед Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями! Он ведь совсем не этого добивался!

Угрозу Гунсунь Хуайюй слышали все, но никто из присутствующих не обратил на нее внимания. Было очевидно, что великие силы списали Твердыню Яростного Дракона со счетов. Судьба тысяч людей была решена в ходе короткого разговора.

Однако, когда все решили, что инцидент исчерпан, в дверях появился бритый монах.— Амитабха! Смиренный монах умоляет госпожу проявить милосердие!

Услышав голос, Гунсунь Хуайюй обернулась. У входа в зал стоял монах в белом одеянии, появившийся неизвестно когда. При виде этого монаха сердце Гунсунь Хуайюй на миг замерло.

«Пленительный! Слишком пленительный!»

Она никогда не видела мужчину столь обольстительной, почти женственной красоты. Его лицо было прекраснее любого женского, кожа нежнее лепестков свежих цветов. Мягкая, утонченная красота воплотилась в нем в полной мере. Белое монашеское одеяние должно было символизировать отрешенность от мира, но на нем оно лишь добавляло какой-то завораживающей, притягательной силы.

Тряхнув головой, чтобы прийти в себя, Гунсунь Хуайюй презрительно фыркнула:— А ты еще кто такой? Сказал пощадить – и я должна щадить? А вот не пощажу! Что ты мне сделаешь?..

— Девчонка, вернись! – не успела Гунсунь Хуайюй договорить, как ее прервал Чэнь Чаншэн. Его лицо, до этого беззаботное, стало серьезным.

Услышав зов Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй сердито зыркнула на монаха в белом и подбежала к нему.— Господин, почему вы снова меня останавливаете! Я же могу их победить!

На ее жалобы Чэнь Чаншэн лишь искоса взглянул на монаха вдалеке и равнодушно ответил:— Я не стану мешать тебе делать то, что ты хочешь. Но с этим парнем тебе лучше не связываться. Если однажды ты действительно столкнешься с ним, у тебя будет только два выбора. Первый – бежать без оглядки и без малейших колебаний. Второй – снести ему голову до того, как он откроет рот. И сделать это тоже без малейших колебаний.

Столь серьезное предостережение заинтриговало не только Гунсунь Хуайюй, но и всех присутствующих. Батулу, до этого момента увлеченно поглощавший фрукты, проглотил очередной кусок и громко спросил:

— Неужели он так страшен, как ты говоришь? Ты, Чэнь Чаншэн, вроде не из пугливых. Почему же перед каким-то лысым монахом вдруг струсил? Если боишься, может, я за тебя стукну его пару раз своей дубиной?

На слова Батулу Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся:— Отлично! Стукни его за меня пару раз.

Вжух!

Не успели слова Чэнь Чаншэна затихнуть, как Батулу уже оказался перед монахом в белом. Его дубина, толще человеческой ноги, со свистом обрушилась на голову монаха.

Все узнали в монахе того самого Сына Будды из Северной Пустыни, который разгромил девятнадцать опорных пунктов трех великих Святых Земель. Услышав о его блистательных победах, многие гении давно хотели сразиться с ним, и Батулу, естественно, был в их числе. Разговор с Чэнь Чаншэном был лишь предлогом для атаки.

Бум!Хрясь!

Мощная ударная волна разнесла вдребезги бесчисленные блюда с фруктами. Дубину, от удара которой Гунсунь Хуайюй потеряла ориентацию, монах в белом остановил одной рукой. Хоть земля под его ногами и покрылась паутиной трещин, он все же выдержал удар Батулу.

Увидев это, Батулу, обычно веселый и прямолинейный, изменился в лице. Хоть он и вложил в удар лишь половину своей силы, но выдержать такой удар было нелегко. На всем Собрании Избранных Небес единственными, кто мог сравниться с ним в физической силе, были таинственный Чэнь Чаншэн и непроницаемый Святой Сын Мерцающего Света Фуяо. Кроме них, в плане физической мощи Батулу никого не принимал всерьез. Но теперь к этому списку добавился и этот Сын Будды из Северной Пустыни.

— Амитабха! – произнес монах в белом. – Благодетель, в вас слишком много враждебной энергии. Позвольте смиренному монаху прочесть сутру, чтобы усмирить ее.

Отразив удар Батулу, монах сложил одну ладонь в буддийском приветствии и начал нараспев читать священные тексты. Хоть голос его был негромким, весь зал наполнился глубоким, таинственным пением.

По мере чтения сутры бесчисленные гении почувствовали, как их сердца наполняются спокойствием, а прежние навязчивые мысли и желания постепенно отступают. В этот момент у многих возникло внезапное желание обрить головы и уйти в монахи.

Однако не все на Собрании Избранных Небес поддались влиянию пения Сына Будды.

Святой Сын Мерцающего Света Фуяо с улыбкой потягивал вино, слушая сутру. Чэнь Чаншэн, как и Фуяо, спокойно ел фрукты и слушал пение. Но, в отличие от Фуяо, тело Чэнь Чаншэна начало испускать слабое буддийское сияние.

По сравнению с легкостью Чэнь Чаншэна и Фуяо, остальным приходилось нелегко. Святая Дева Пурпурного Дворца Цзы Нин сидела с закрытыми глазами, сложив пальцы в мудру. Е Хэньшэн сел, скрестив ноги, и принялся читать даосские каноны. Су Тянь окутался силой звезд, став похожим на ожившего бога войны. Все присутствующие выдающиеся гении использовали свои методы, чтобы противостоять влиянию буддийского пения.

— Ха! – Рев Батулу прервал пение. Он тоже почувствовал его влияние, но прежде чем оно усилилось, ожерелье из зубов зверя на его шее вспыхнуло тусклым светом, пробудив его. Осознав, что он чуть не попался, Батулу не собирался давать этому монаху второй шанс. Мощный рев, наполненный безграничной жизненной силой, прервал все.

Плюх!

Сначала одурманенные пением, а затем оглушенные ревом Батулу, больше половины присутствующих гениев мгновенно рухнули на пол без сознания.

— Фух! Фух! Фух!

Когда пение прекратилось, Е Хэньшэн и Су Тянь тяжело дышали, покрытые потом. Ситуация была крайне опасной. Если бы Батулу не прервал этого обольстительного монаха, они бы наверняка поддались его влиянию.

Тут из углов зала вышли слуги Святой Земли Куньлунь. Они начали методично уносить потерявших сознание гениев и убирать их места. Могущественные практики, сидевшие на главных местах, все это время хранили молчание. Вернее, подобные столкновения были ими молчаливо одобрены.

— Теперь понимаешь, что такое Собрание Избранных Небес? – слова Чэнь Чаншэна вывели Гунсунь Хуайюй и остальных из шока.

Глядя на ряды поверженных гениев, Гунсунь Хуайюй с трудом сглотнула и потрясенно кивнула. Она только что воочию убедилась в силе буддийского пения Сына Будды. Если бы они сошлись в бою, ее шансы на победу были бы не выше тридцати процентов. А этот Батулу с Южных Равнин… этот здоровяк, казавшийся таким простодушным, явно скрывал свою истинную силу. Один его рев сразил больше половины гениев! Такого уровня ей и за десять лет тренировок не достичь.

— У тебя, лысый, злое сердце! Не буду я с тобой драться! – проворчал Батулу, потерпев небольшое поражение, и, мрачно насупившись, вернулся на свое место.

Увидев это, монах в белом слегка улыбнулся и, сложив ладони, произнес:— Смиренный монах Сюаньсинь приветствует всех благодетелей. Надеюсь, моя скромная сутра помогла очистить вас от некоторой враждебности?

Услышав слова Сюаньсиня, Цзян Буфань, сидевший на главном месте, тихо сказал:— Юный друг воистину достоин звания Сына Будды. Глубина вашего понимания Закона Будды вызывает восхищение. Собрание Избранных Небес вот-вот начнется. Прошу, занимайте место.

Услышав слова Цзян Буфаня, Сюаньсинь еще раз совершил буддийский поклон и занял свое место. Глядя на этого монаха, который чуть не одурманил ее своим пением, Гунсунь Хуайюй тихо спросила:

— Господин, вы раньше встречали этого Сына Будды?

— Нет.

— Не встречали? Тогда откуда вы знаете, что он так силен? В чем тут секрет?

Видя любопытство Гунсунь Хуайюй, Е Хэньшэн и Су Тянь тоже навострили уши.

— Ты не считаешь его сильным лишь потому, что не разбираешься ни в Законе Будды, ни в буддизме как таковом, – ответил Чэнь Чаншэн. – Мощь буддизма превосходит твое воображение. А среди буддистов есть один тип бритых голов, которых лучше всего избегать. Это демонические монахи, пришедшие к Будде путем зла.— Эти бритые головы – само воплощение коварства. В них нет буддийского сострадания, но нет и демонического безумия. Будда и демон в них едины, неразделимы. Проще говоря, у них есть достоинства и Будды, и демона, но нет их недостатков.

Выслушав объяснение Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй все еще не до конца поняла. Видя ее замешательство, Чэнь Чаншэн продолжил:— Ты не понимаешь Закон Будды, поэтому не можешь постичь смысл моих слов. Приведу пример. Ты хочешь уничтожить Твердыню Яростного Дракона, а он хочет тебе помешать. Если ты будешь настаивать на своем, знаешь, что он сделает?

Над этим вопросом Гунсунь Хуайюй задумалась и неуверенно предположила:— Убьет меня, чтобы отомстить за людей из Твердыни Яростного Дракона?

— Вовсе нет, – покачал головой Чэнь Чаншэн. – В конце концов он, конечно, убьет тебя, но процесс будет не таким простым. Он опередит тебя и сам уничтожит Твердыню Яростного Дракона, а затем найдет способ прикончить и тебя.

Все: ??? «Стоп. Спасение превратилось в убийство? Да еще и уничтожение целой силы? Что это за логика?»

— Почему? Он же хотел помешать мне уничтожить Твердыню Яростного Дракона? Зачем ему самому их убивать? – не поняла Гунсунь Хуайюй.

— Причина проста. С точки зрения буддийской теории причины и следствия, в тот момент, когда он не сможет помешать тебе уничтожить Твердыню Яростного Дракона, эта причинно-следственная связь уже будет установлена. Чтобы избавить тебя от бремени этой убийственной кармы, он, естественно, поможет тебе уничтожить Твердыню Яростного Дракона. Кроме того, Твердыня Яростного Дракона будет уничтожена из-за тебя – это «причина», посеянная тобой. А где есть причина, там будет и следствие. Раз ты посеяла «злую причину», то и «злой плод» должна вкусить ты сама. В итоге, он накопит безмерные заслуги, а ты отправишься на восемнадцать кругов ада. Ведь он и избавил тебя от кармы убийства, и разрешил причинно-следственную связь Твердыни Яростного Дракона.

Гунсунь Хуайюй: «…»

Эта логика звучала странно, но, кажется, в ней был какой-то извращенный смысл. Выслушав объяснение, Гунсунь Хуайюй невольно поежилась и инстинктивно отодвинулась подальше от Сюаньсиня. Она не боялась сильных врагов, но боялась безумцев! Особенно таких сильных и обольстительных безумцев.

Разговор Чэнь Чаншэна и Гунсунь Хуайюй слышали многие, включая, естественно, и Сына Будды Сюаньсиня.

— Амитабха! – произнес он. – Благодетель глубоко постиг суть Закона Будды. У вас есть связь с Буддой. Не желает ли благодетель отречься от мира и как можно скорее достичь Западного Рая?

На приглашение Сюаньсиня Чэнь Чаншэн лишь равнодушно взглянул на него:— Демонический монах, мне все равно, что ты задумал, но лучше меня не трогай. Я знаю о пути «пришедших к Будде путем зла» побольше твоего. Если разозлишь меня, я сниму твою бритую голову и буду играть ею в мяч!

На угрозу Чэнь Чаншэна Сюаньсинь лишь мягко улыбнулся, не ответив.

К этому времени всех потерявших сознание гениев уже унесли. Цзян Буфань, сидевший на главном месте, поднялся и сказал:— Сегодня Избранные Небес собрались в Святой Земле Куньлунь. Это счастливое событие для Срединных Земель и для всего мира. Ныне явилась Небесная Судьба – это шанс, выпадающий раз в десять тысяч лет! Моя Святая Земля Куньлунь готова взять на себя инициативу и, объединив силы всех сторон, поддержать Носителя Небесной Судьбы в принятии его удела!

При этих словах в глазах многих гениев мелькнуло недоумение. Они ожидали, что Святая Земля Куньлунь выставит какое-нибудь несравненное сокровище, за которое можно будет побороться. Но что еще за Небесная Судьба? Не в силах понять, Батулу громко спросил:— Глава Святой Земли, что это за Небесная Судьба, о которой вы говорите? Почему все силы должны ее поддерживать?

Цзян Буфань посерьезнел:— Сказание о Небесной Судьбе – очень древняя легенда. Говорят, тот, кто обретет Небесную Судьбу, станет сильнейшим в этом мире. Когда умирает предыдущий Носитель Небесной Судьбы, следующий рождается среди множества сильных практиков в соответствии с велением времени. Пока Носитель Небесной Судьбы несет свой удел, все совершенствующиеся в мире не подвергаются давлению Небесного Пути. Вот почему силы Срединных Земель должны поддержать Носителя Небесной Судьбы.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй не удержалась от вопроса:— Значит, по-вашему, предыдущий Носитель Небесной Судьбы уже мертв? Но на этих землях столько лет идут войны, а я никогда не слышала ни о каком «сильнейшем». Если Носитель Небесной Судьбы действительно существовал, почему он не появлялся раньше?

На вопрос Гунсунь Хуайюй ответил Глава Святой Земли Мерцающего Света, сидевший рядом с Цзян Буфанем:— Согласно древним записям Мерцающего Света, тридцать тысяч лет назад Небесная Судьба нашей эпохи была разбита. А Носитель Небесной Судьбы нашей эпохи исчез. Именно потому, что Небесная Судьба была разбита, за последние тридцать тысяч лет продолжительность жизни совершенствующихся значительно сократилась, а их развитие было сильно ограничено. Сегодня, тридцать тысяч лет спустя, Правила Неба и Земли изменились, и родилась новая Небесная Судьба. Ради будущего бесчисленных совершенствующихся мы должны защитить Носителя Небесной Судьбы.

От этого ответа у Гунсунь Хуайюй волосы встали дыбом. Эта Небесная Судьба и ее Носитель звучали невероятно могущественно. Но даже такое существование могло быть уничтожено! Какой же Великий Ужас был способен разбить саму Небесную Судьбу?

Пока Гунсунь Хуайюй пыталась прийти в себя от шока, Чэнь Чаншэн задумчиво спросил:— Раз Глава Святой Земли говорит, что Срединные Земли должны всецело поддержать Носителя Небесной Судьбы, осмелюсь спросить: как определить, кто является Носителем? И можно ли изменить его личность?

На вопрос Чэнь Чаншэна ответила невероятно красивая женщина в вуали – Глава Святой Земли Пурпурного Дворца. Она взглянула на Чэнь Чаншэна и сказала:— Тот, кто пробудил новую Небесную Судьбу, тот и является ее Носителем. Но личность Носителя не неизменна. Если кто-то в будущем победит Носителя Небесной Судьбы, то победитель получит право нести Небесную Судьбу.

— А если не можешь победить Носителя, но убьешь его числом, что тогда произойдет? – уточнил Чэнь Чаншэн.

— Небесная Судьба начнет искать нового избранника, пока кто-то не сможет успешно принять ее, – ответила Глава Святой Земли Пурпурного Дворца.

Услышав это, Чэнь Чаншэн наконец понял, почему великие Святые Земли так отчаянно ищут и вербуют таланты. Они хотели закинуть широкую сеть, чтобы найти Носителя Небесной Судьбы, скрытого среди множества гениев. А если не найдут самого Носителя, то найдут второго по силе. Тогда останется лишь убить первого Носителя, и Небесная Судьба естественным образом перейдет ко второму по силе.

Узнав о ситуации с Небесной Судьбой, Чэнь Чаншэн извлек два весьма полезных вывода.

Во-первых, положение Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен станет еще более сложным. Когда произошли великие изменения в мире, Чэнь Чаншэн лишь смутно ощущал, что родятся могущественные практики. Но он и подумать не мог, что дело дойдет до появления Небесной Судьбы. Судя по всему, Носитель Небесной Судьбы может быть только один. Это означало, что великие силы Срединных Земель не допустят, чтобы Носитель появился за пределами их влияния. Если такое случится, все силы немедленно объединятся против него. Сражаться с одной Святой Землей Куньлунь было уже непросто. Противостоять всем силам Срединных Земель, а то и всех пяти континентов – на это у Чэнь Чаншэна не было ни малейшего шанса.

Во-вторых, он прожил больше тысячи лет, но ни разу не слышал о Небесной Судьбе. А эти великие силы Срединных Земель говорили о ней так, будто это общеизвестный факт. Похоже, их истинная мощь и наследие были куда глубже, чем он предполагал. К тому же, они наверняка скрывали еще много информации о Небесной Судьбе. Если он хочет помочь А Ли заполучить Небесную Судьбу, то он уже упустил инициативу.

Размышляя над решением, Чэнь Чаншэн вдруг взглянул на Главу Святой Земли Пурпурного Дворца. Глава была женщиной-совершенствующейся, до сих пор не имевшей спутника Дао и всегда скрывавшей лицо под вуалью. Глядя на эту необыкновенно притягательную женщину, Чэнь Чаншэну внезапно пришла в голову гениальная идея.

У Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен была смертельная вражда со Святой Землей Куньлунь, это правда. Но с другими Святыми Землями их вражда не была такой глубокой. Если А Ли сможет заручиться поддержкой одной из Святых Земель, то угроза всеобщего нападения отпадет сама собой. Даже если другие Святые Земли захотят побороться с А Ли за Небесную Судьбу, это вряд ли дойдет до битвы не на жизнь, а на смерть. Тогда нужно будет опасаться только Святой Земли Куньлунь.

А какой самый надежный способ заключить союз между двумя силами? Конечно же, брак! Он не женат, она не замужем – это же просто подарок небес!

Придя к такому выводу, Чэнь Чаншэн посмотрел на Главу Святой Земли Пурпурного Дворца с весьма… «особой» улыбкой.

И от одной этой улыбки атмосфера на Собрании Избранных Небес мгновенно изменилась.

Хрусть!

Чашка в руках Цзы Нин разлетелась на куски. Фуяо посмотрел на Чэнь Чаншэна с легким изумлением. Могущественные практики, сидевшие на главных местах, поспешно отвели взгляды. Иначе было нельзя – то, что только что произошло, было слишком… шокирующим. Если смотреть слишком долго, Глава Святой Земли Пурпурного Дворца могла и разгневаться.

Тут Гунсунь Хуайюй тоже заметила неладное и поспешно окликнула Чэнь Чаншэна, который уже мысленно строил планы сватовства:— Господин!

Услышав голос Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн очнулся от своих мыслей.— Кхм-кхм!

Осознав свою оплошность, он пару раз кашлянул, чтобы разрядить неловкость, и принял серьезный вид. Но было уже поздно – все видели, что произошло. Никто не знал, о чем думал Чэнь Чаншэн, но его действия были очевидны. Глава Святой Земли Пурпурного Дворца ответила на несколько его вопросов, а он после этого не сводил с нее глаз. Ладно бы просто смотрел, но он еще и улыбался! И в этой улыбке было что-то такое… неописуемое, очень похожее на улыбку мужчины, выбирающего приглянувшуюся ему женщину.

Видя, что атмосфера накаляется и грозит выйти из-под контроля, Цзян Буфань поспешно вмешался:— Собрание Избранных Небес началось! Перейдем к первому этапу! Первый этап – спор о Дао! Победитель получит вот эту вещь!

С этими словами Цзян Буфань взмахнул правой рукой, и в его ладони появился золотой лист. Увидев этот золотой лист, Чэнь Чаншэн прищурился. С тех пор как он получил Технику Сокровенных Трансформаций, он постоянно искал сведения об оставшихся частях этого метода. Но сколько бы он ни искал, не находил и следа. А теперь фрагмент появился прямо на Собрании Избранных Небес! Это собрание действительно стало для него редкой удачей!

— Этот предмет несокрушим и несравненно остер, он выкован из Изначального Золота Сюаньхуан, – продолжал Цзян Буфань. – На нем записан глубочайший метод совершенствования. Сможете ли вы его расшифровать – зависит от вашей удачи и способностей.

Увидев награду, выставленную Цзян Буфанем, глаза многих гениев загорелись. Изначальное Золото Сюаньхуан было легендарным бессмертным металлом из древних мифов. Говорили, что оружие, выкованное из него, не могло сломать ничто в мире. Однако самой ценной частью этого сокровища был не сам металл, а записанный на нем метод совершенствования. Если уж материал был таким драгоценным, то сам метод должен был быть еще ценнее!

Осознав это, многие гении загорелись желанием побороться за это сокровище.

Вжух!

Святая Дева Пурпурного Дворца Цзы Нин, до этого сидевшая молча, поднялась.— Чэнь Чаншэн, я вызываю тебя!

Сказав это, Цзы Нин тяжело задышала, ее грудь вздымалась от гнева. В этот момент она хотела лишь одного – разорвать Чэнь Чаншэна на куски. Ни о чем другом она думать не могла.

С того момента, как Святая Земля Пурпурного Дворца решила завербовать Чэнь Чаншэна, Цзы Нин продумала бесчисленное множество возможных сценариев. Заполучить такого выдающегося гения, как Чэнь Чаншэн, было непросто. Ресурсы, артефакты, спутница Дао, статус – Цзы Нин предусмотрела все возможные требования. Она даже допускала, что Чэнь Чаншэн может потребовать ее саму в спутницы Дао. Хоть она и не согласилась бы, но к такому повороту была готова.

Но она просчитала все, кроме одного – что Чэнь Чаншэн положит глаз на ее мастера! «Я считаю тебя другом-даосом, а ты хочешь стать моим «отчимом»?!» Такое оскорбление она стерпеть не могла!

— Э-э… Дева Цзы Нин, не волнуйтесь так, – попытался успокоить ее Чэнь Чаншэн. – То, что произошло…

— Молчать! – гневно прервала его Цзы Нин. – Это Собрание Избранных Небес! Здесь место только для спора о Великом Дао! Не нужно увиливать! Если боишься – признай поражение!

Чэнь Чаншэн посмотрел на парящий в воздухе золотой лист, затем на разъяренную Цзы Нин. В обычной ситуации он бы постарался избежать таких проблем. Недоразумение? Ну и пусть! Не можешь победить – уклоняйся. Но сейчас все было иначе. Он действительно хотел заполучить фрагмент Техники Сокровенных Трансформаций.

— Признать поражение невозможно. Потому что эта вещь мне нужна, – ответил он. – Давай так: сначала победи эту девчонку рядом со мной, а потом вызывай меня.

При этих словах Гунсунь Хуайюй гордо шагнула вперед:— Чтобы справиться с такой желторотой девчонкой, как ты, моему господину и вмешиваться не нужно! Меня одной хватит! Вижу, ты довольно симпатичная. Если проиграешь, как насчет того, чтобы стать служанкой в покоях моего господина?

— Нет проблем! – стиснув зубы, ответила Цзы Нин. – А если проиграешь ты, то должна будешь оставить Святой Земле Пурпурного Дворца частичку своей крови!

Чэнь Чаншэн: (͡° ͜ʖ ͡°)✧«Нынешняя молодежь такая смелая?»

Видя, что события развиваются в нужном ему направлении, Цзян Буфань слегка улыбнулся и тут же начертил в центре зала два круга.— Это состязание – дружеский поединок, поэтому обойдемся без оружия. Тот, кто выйдет за пределы круга, проиграл. Есть ли у двух Избранных Небес возражения?

— Нет! – отрезали обе девушки и шагнули внутрь начерченных кругов.

Круги, начертанные Цзян Буфанем, были очень малы – в них едва можно было стоять. Любое резкое движение грозило выходом за черту. К тому же, Цзян Буфань заранее оговорил условие – не использовать оружие. Было очевидно, что он хотел заставить гениев состязаться в понимании и силе их Великого Дао.

Столкнувшись с наследницей Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, Цзы Нин успокоилась. Хоть ей и хотелось разорвать Чэнь Чаншэна на куски, перед лицом врага она не позволяла эмоциям взять верх.

Ом!

Цзы Нин сложила пальцы в мудру, и за ее спиной мгновенно возникло видение Лазурного Моря и Голубого Неба.

Увидев это, Гунсунь Хуайюй презрительно усмехнулась и медленно закрыла глаза.

Плеск!

Перед взорами собравшихся возникло похожее видение моря, но море Гунсунь Хуайюй было золотым. И посреди этого моря стоял лазурный лотос.

При виде образов, созданных двумя великими гениями, могущественные практики на главных местах невольно выпрямились. В плане чистой силы они, безусловно, превосходили присутствующих гениев. Но в плане развития и понимания методов совершенствования – не факт, даже если некоторые из этих гениев были их учениками. Развитие методов требовало проницательности, удачи и момента озарения. Иногда новое поколение гениев могло совершить прорыв, подобный превращению камня в золото.

Волнение!

Видение Лазурного Моря и Голубого Неба Цзы Нин начало яростно бурлить. Два моря разных цветов с силой столкнулись друг с другом. Наблюдая за тем, как обе девушки вкладывают всю свою силу, зрители восхищались. Обе они открыли совершенно новые пути совершенствования.

Святая Дева Пурпурного Дворца использовала духовную силу как «море», а Божественное Сознание – как «небо». Небо и земля сливались в единое целое, образуя самодостаточную систему. Создание такой системы совершенствования уже заслуживало звания непревзойденного таланта. Если бы Святая Дева Пурпурного Дворца столкнулась с кем-то другим, она бы если и не одержала полную победу, то уж точно осталась бы непобежденной.

Но, к несчастью, она встретила Гунсунь Хуайюй. Она встретила систему совершенствования, созданную совместно Чэнь Чаншэном и А Ли.

Бум!

Два великих видения яростно столкнулись. «Лазурное Море и Голубое Небо» Цзы Нин зашаталось, грозя распасться. «Море Страданий» Гунсунь Хуайюй хоть и колебалось, но оставалось непоколебимым, как гора Тайшань.

— Ха! – Цзы Нин, сложившая пальцы в мудру, издала боевой клич. Меридианы в ее теле вспыхнули ослепительным светом.

Увидев это, Чэнь Чаншэн тоже выпрямился. Система совершенствования Святой Девы Пурпурного Дворца основывалась на системе меридианов человеческого тела. Хотя в целом она уступала системе Совершенствования Тела, которую использовала Гунсунь Хуайюй, но в плане использования меридианов в ней были свои уникальные аспекты.

Когда метод был активирован на полную мощь, огромное видение Лазурного Моря и Голубого Неба начало сжиматься, пока не превратилось во вторую «Цзы Нин». Эта «Цзы Нин», созданная из видения, немедленно атаковала Море Страданий Гунсунь Хуайюй, пытаясь в одиночку пробить брешь в золотом океане.

Плеск!

Огромное золотое море было наполовину рассеяно атакой Цзы Нин. С губ Гунсунь Хуайюй сорвалась струйка крови. Она осваивала новую систему совершенствования меньше месяца, и ее основа была куда менее стабильной, чем у Цзы Нин.

Однако, пока Цзы Нин продолжала атаковать золотое море, лазурный лотос в его центре внезапно изменился. До того закрытый, он медленно раскрылся, и внутри обнаружилась сидящая фигура. Увидев это, Чэнь Чаншэн, до этого немного волновавшийся, полностью успокоился.

«Она достигла ступени Истинного Я. Битва выиграна».

Бам!

Несколько иллюзорная фигура Цзы Нин была отброшена одним ударом фигуры Гунсунь Хуайюй, вышедшей из лотоса. Следом произошло то, что все присутствующие запомнили на всю жизнь.

«Гунсунь Хуайюй» из видения шаг за шагом вышла из него в реальный мир!

Вжух!

Цзян Буфань, сидевший на главном месте, в волнении вскочил. Поступок Гунсунь Хуайюй полностью переворачивал все представления о совершенствовании! Будь то почти устаревшая система Золотого Ядра или различные новые системы, которые только разрабатывались, – все они подчинялись одному правилу: источник Божественного Сознания нельзя использовать в бою. Божественное Сознание проистекало из души живого существа, а душа была невероятно хрупкой и не терпела ни малейшего вреда. Поэтому никто не рисковал использовать источник своего Божественного Сознания для битвы.

Святая Дева Пурпурного Дворца, разработавшая метод боя с помощью Божественного Сознания внутри видения, уже считалась первооткрывателем. Но Гунсунь Хуайюй заставила свое Божественное Сознание выйти из видения! Это было просто неслыханно!

Шаг! Шаг! Шаг!

Под изумленными взглядами толпы Истинное Я «Гунсунь Хуайюй» с довольной улыбкой шаг за шагом приближалось к раненой Цзы Нин.— Ай-яй-яй! Кажется, ты вот-вот проиграешь. Интересно, когда Святая Дева собирается выполнить условия нашего спора?

Глядя на медленно приближающуюся к ней «Гунсунь Хуайюй», а затем на свое тело, которое спокойно ело духовные фрукты в круге, Цзы Нин не могла поверить своим глазам.— Невозможно! Я не верю, что твое Божественное Сознание может сражаться отдельно от тела! Ты блефуешь!

— Правда? Если я блефую, то что это такое?

Не успела она договорить, как «Гунсунь Хуайюй» мгновенно оказалась за спиной Цзы Нин и высоко занесла правую руку.

Шлеп!

«Гунсунь Хуайюй» с силой шлепнула Цзы Нин по ягодицам. От резкой боли тело Цзы Нин задрожало. Физическую боль она еще могла вытерпеть, но боль, исходящую из глубин души, сдержать было невозможно. «Гунсунь Хуайюй» перед ней действительно была лишь Божественным Сознанием, но это Божественное Сознание могло использовать духовную силу, как и настоящее тело!

Получив удар, Цзы Нин инстинктивно ответила. И тут же между «Гунсунь Хуайюй» и Цзы Нин завязался бой. Чем дольше они сражались, тем сильнее становился шок Цзы Нин. Эта «Гунсунь Хуайюй» могла использовать духовную силу, применять техники – она ничем не отличалась от настоящего тела! В некоторых аспектах она даже превосходила его!

Бам!

Раненая и потрясенная, Цзы Нин вскоре была выбита «Гунсунь Хуайюй» за пределы круга.

Одержав победу, Истинное Я «Гунсунь Хуайюй» бросило на Цзы Нин вызывающий взгляд и вернулось в видение. Видение рассеялось, и настоящая Гунсунь Хуайюй радостно подбежала к Чэнь Чаншэну, ожидая похвалы:

— Господин, я победила эту девчонку! Я молодец?

— Неплохо. Сойдет.

— Господин, вы такой вредный! Неужели нельзя просто похвалить?

Их голоса эхом разносились по залу. Остальные присутствующие смотрели на улыбающегося Чэнь Чаншэна. Дилетанты видели лишь зрелище, эксперты – суть. Мощь этой системы совершенствования была очевидна для всех. Кроме того, все поняли еще кое-что: Гунсунь Хуайюй еще не до конца освоила ее и не могла полностью раскрыть все ее тайны.

Но если Гунсунь Хуайюй еще не достигла совершенства… то что насчет Чэнь Чаншэна, которого она называла «Господином»?

Во время событий в Каменной Мастерской Куньлунь путь совершенствования Гунсунь Хуайюй был совершенно иным. Но после того, как Чэнь Чаншэн ненадолго исчез, она внезапно овладела этим невероятным методом. Сказать, что Чэнь Чаншэн тут ни при чем – в это даже собака бы не поверила!

Все взгляды были прикованы к Чэнь Чаншэну. На это он лишь равнодушно улыбнулся и продолжил болтать с Гунсунь Хуайюй. А Ли сейчас был в уединенном совершенствовании, и главной задачей Чэнь Чаншэна было выиграть для него как можно больше времени.

То, что новая система совершенствования была раскрыта, не имело большого значения. Даже если они сломают голову, они не смогут понять ее ключевой секрет. Пока эта тайна не раскрыта, их внимание будет сосредоточено на нем, Чэнь Чаншэне.

Поболтав еще немного, Гунсунь Хуайюй повернулась к Цзян Буфаню и игриво спросила:— Глава Святой Земли Цзян, вы сказали, что победитель в споре о Дао получит Изначальное Золото Сюаньхуан. Прошло уже столько времени, а никто больше не решается бросить мне вызов. Может, уже отдадите мне награду?

Цзян Буфань улыбнулся:— Награда, естественно, достанется победителю. Но прежде я все же должен спросить, не желает ли кто-нибудь из юных друзей продолжить состязание.

При этих словах мысли присутствующих гениев снова оживились. Награда, возможно, им и не светила, но исследовать Великий Дао совершенствования Гунсунь Хуайюй – это тоже была величайшая удача!

Однако не успела эта мысль промелькнуть у них в головах, как раздался неторопливый голос Чэнь Чаншэна:— Девчонка, похоже, некоторые хотят измотать тебя числом! Если кто-то посмеет бросить тебе вызов, бей насмерть. Когда сил не останется, признаем поражение. Сокровище, каким бы хорошим оно ни было, не важнее человека!

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй расцвела.— Поняла, господин! Гарантирую, буду бить насмерть!

Видя ее рвение, многие гении тут же передумали. Даже такая выдающаяся личность, как Святая Дева Пурпурного Дворца, была ранена. Если они выйдут, то в лучшем случае останутся калеками, если вообще выживут. Чтобы справиться с Гунсунь Хуайюй, нужен был кто-то уровня Святого Сына Мерцающего Света. Раз уж такие, как он, не вмешивались, у остальных просто не хватало смелости.

После словесной угрозы Чэнь Чаншэна на Собрании Избранных Небес воцарилась тишина. Цзян Буфань слегка нахмурился – он еще не до конца разобрался в системе совершенствования Гунсунь Хуайюй. Подождав еще немного и не увидев желающих бросить вызов, Цзян Буфань был вынужден объявить Гунсунь Хуайюй победительницей первого этапа спора о Дао.

— Раз никто из юных друзей не желает бросить вызов госпоже Гунсунь, то этот спор о Дао…

— Постойте! – прервала его Яо Инъин, до этого молчавшая. Она поднялась со своего места. – Глава Святой Земли Цзян, я желаю бросить вызов господину Чэню.

Едва Яо Инъин встала, как поднялся и демонический монах Сюаньсинь, до этого сидевший с улыбкой:— Смиренный монах также желает поспорить о Дао с благодетелем Чэнем.

Увидев, что они оба вышли вперед, в глазах Чэнь Чаншэна мелькнул игривый огонек. С самого прибытия на Собрание Избранных Небес Яо Инъин выглядела рассеянной. Было очевидно, что ее не интересовали ни Изначальное Золото Сюаньхуан, ни он сам. Но теперь она вызывала его. Как ни посмотри, это было похоже на попытку расчистить путь для кого-то другого!

Пока Чэнь Чаншэн размышлял над этой странностью, Гунсунь Хуайюй радостно воскликнула:— Интересно! То никого, а то сразу двое! Ладно, тогда эта госпожа поиграет с вами!

С этими словами она уже собралась идти навстречу вызову.

Шлеп!

Большая рука Чэнь Чаншэна легла ей на плечо.— Девчонка, отдохни пока. На этот раз выйду я.

Гунсунь Хуайюй, только что вкусившая сладость победы, была недовольна.— Господин, я в порядке! К тому же, нельзя же вам одному все лавры забирать! Этот лысый – ваш, а я займусь той Яо Инъин. Отличное разделение труда!

На протесты Гунсунь Хуайюй Чэнь Чаншэн лишь улыбнулся и погладил ее по голове:— Девчонка, тебе еще многому предстоит научиться. Иногда вещи, лежащие за пределами уровня совершенствования, тоже очень важны.

Сказав это, Чэнь Чаншэн направился прямо к демоническому монаху Сюаньсиню. А Святой Сын Мерцающего Света Фуяо, до этого молча попивавший вино, отставил чашу и подошел к Яо Инъин, остановившись в десяти шагах от нее.

Увидев это, все присутствующие проницательные люди мгновенно поняли суть происходящего. Неудивительно, что могущественный Святой Сын Мерцающего Света до сих пор не вмешивался – оказывается, он объединился с Чэнь Чаншэном!

При виде этого мощного союза Чэнь Чаншэна и Фуяо, Батулу, увлеченно поглощавший духовные фрукты, лишь закатил глаза. «Какие же они коварные! Хорошо, что я не полез на рожон, иначе они бы вдвоем на меня набросились».

Глядя на изысканного и утонченного Святого Сына Мерцающего Света перед собой, Яо Инъин спокойно произнесла:— Для меня большая честь спорить о Дао с самым таинственным гением Срединных Земель.

— Хе-хе-хе! – усмехнулся Фуяо. – Госпожа Яо слишком скромна. Небесный Канон Бесстрастия Павильона Беспечалья славится повсюду. Увидеть непревзойденный Великий Дао Бесстрастной Феи – вот истинная честь для меня.

Сказав это, Фуяо бросил быстрый взгляд на бесстрастного Главу Павильона Беспечалья, сидевшего на почетном месте. Он слышал некоторые слухи о Бесстрастной Фее и демоническом монахе Сюаньсине. Раз уж он обещал помочь Чэнь Чаншэну устранить препятствия, он, естественно, не позволит посторонним ему мешать.

— Кстати, как именно Фея желает провести поединок?

— Я слышала, что Святой Сын Мерцающего Света от рождения обладает Врожденной Бессмертной Костью, которая в сочетании с Великим Небесным Бессмертным Искусством Святой Земли Мерцающего Света обретает безграничную мощь. Могу ли я удостоиться ее увидеть?— Нет проблем, – улыбнулся Фуяо. – Фея, прошу.

Едва он договорил, как точка между его бровями начала испускать мягкое сияние. Увидев это, Яо Инъин поняла, что он приглашает ее сразиться в его Море Сознания. Такой способ боя был чрезвычайно опасен, ибо Море Сознания – самое уязвимое место человека. Малейшая ошибка могла привести к безумию или даже полному уничтожению души и тела. То, что Фуяо осмелился использовать свое Море Сознания как поле битвы, говорило о его невероятной уверенности в своих силах.

— Какая смелость! – похвалила она и тоже закрыла глаза. Холодная, до крайности бесстрастная аура окутала всех присутствующих.

Из точки меж бровей Яо Инъин вышла ее смутная копия. Однако эта Яо Инъин выглядела еще более бесчувственной, еще больше походила на Бесстрастную Фею с небес. Направляясь к Морю Сознания Фуяо, эта «Яо Инъин» обернулась и взглянула на Гунсунь Хуайюй. От одного этого взгляда душа Гунсунь Хуайюй, казалось, застыла.

— Путей Дао в мире тысячи, твой путь силен, но это не твой собственный путь. Сражаясь со мной чужим путем, ты не сможешь победить.

Сказав это, «Яо Инъин» исчезла в сиянии меж бровей Фуяо. Сияние погасло, и оба практика застыли на месте, неподвижные, как статуи.

Гульп!

Гунсунь Хуайюй инстинктивно сглотнула. Краткая демонстрация силы Яо Инъин потрясла ее до глубины души. Она думала, что, овладев новой системой совершенствования, она больше не встретит среди сверстников тех, кто сможет ее одолеть. Но теперь она поняла, насколько была наивна.

Ощутив силу Яо Инъин, Гунсунь Хуайюй внезапно вспомнила слова Чэнь Чаншэна, сказанные во время их бесед о совершенствовании. Тогда он сказал:

«Девчонка, у тебя неплохой талант, но ты еще не нашла свой собственный путь Дао. Просто подражая своему мастеру и мне, ты никогда не увидишь пейзаж с вершины горы. В твоем нынешнем состоянии ты сможешь справиться с обычными гениями, но если встретишь тех, кто постиг свой собственный Великий Дао, ты потерпишь сокрушительное поражение».

Вспоминая эти слова сейчас, Гунсунь Хуайюй почувствовала легкий стыд. Когда Чэнь Чаншэн говорил это, она была так увлечена ростом своего уровня совершенствования, что совершенно не придала его словам значения. Теперь она поняла: «Грандмастер» предвидел, что она столкнется с подобной ситуацией. Неудивительно, что «Грандмастер» всегда звал ее «девчонкой». Она действительно была еще «не выросшей» желторотой девчонкой.

________________________________________

Увидев уныние Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн мягко улыбнулся, но ничего не сказал. Люди растут, переживая разные события. Пока ты жив и способен понять эту истину, еще не слишком поздно.

— Благодетельница Гунсунь прозрела сквозь иллюзии, воистину радостное событие! – Сюаньсинь, естественно, заметил состояние Гунсунь Хуайюй и сложил ладони, поздравляя Чэнь Чаншэна.

На это Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Хватит мне зубы заговаривать. Ты – демонический монах, твой принцип – следовать своим желаниям. Тебе не надоело целыми днями притворяться вежливым и благовоспитанным?

На вопрос Чэнь Чаншэна Сюаньсинь лишь слегка улыбнулся:

— В благодетеле есть природа Будды. Встретив человека с буддийской природой, смиренный монах, естественно, должен следовать буддийским правилам.

— Ладно. Сегодня будем следовать буддийским правилам. Только языками чесать, без рукоприкладства. Кстати, открою тебе маленький секрет. Я когда-то встретил одного маленького монаха. По силе он, возможно, тебе и уступит, но в понимании природы Будды ты ему и в подметки не годишься.

Услышав это, Сюаньсинь улыбнулся:

— Раз так, полагаю, благодетель спорил с этим великим монахом о Дхарме?

— Спорил, и много раз. А сколько раз он мне проиграл… примерно вот столько. – Сказав это, Чэнь Чаншэн поднял два пальца.

Сюаньсинь задумался.

— Два раза?

Чэнь Чаншэн покачал головой.

— Двадцать раз?

Чэнь Чаншэн снова покачал головой.

Обе попытки были неудачными. Сюаньсинь невольно улыбнулся:

— Благодетель, лучше скажите прямо. Смиренный монах не сможет угадать. Не мог же тот великий мастер проиграть вам двести раз?

— Не двести раз. Он проигрывал мне двадцать лет.

С этими словами Чэнь Чаншэн торжественно достал из-за пазухи шкатулку из сандалового дерева и медленно открыл ее. Девять шарира, испускающих слабое буддийское сияние, вылетели из шкатулки и закружились вокруг Чэнь Чаншэна. Окутанный светом Будды, он медленно сложил ладони, став похожим на самого Будду.

(Прим.: Шарира — Кристаллические реликвии, остающиеся после кремации тел буддийских мастеров, считаются священными.)

При виде девяти шарира рядом с Чэнь Чаншэном сердце Ваньянь Юэ, сидевшей вдалеке, сжалось. Она снова вспомнила того «неразговорчивого» бритого монаха. Хоть сейчас ее сила позволяла ей одолеть десятерых таких, как Исю, она никогда бы не посчитала себя сильнее его. В те времена, когда Королевство Ночной Луны и Великая Династия Гань еще не были объединены, во всей Поднебесной лишь двое могли уверенно превзойти монаха Исю: Чэнь Чаншэн, этот особый случай, и Фея Чаншэн из Секты Линлун. Ни девять Истинных Учеников Обители Высшей Чистоты, ни она сама, принцесса Королевства Ночной Луны, не могли с ним сравниться. Но прошла тысяча лет… Имя некогда прославленной Феи Чаншэн забылось, а знаменитый Дзен-мастер Исю скончался. Если бы не различные несчастные случаи, если бы они, как и она, смогли пережить ту трудную эпоху… Каких бы высот они достигли сейчас? Возможно, они были бы даже сильнее ее.

________________________________________

Глядя на величественный и исполненный достоинства облик Чэнь Чаншэна, Сюаньсинь заговорил:

— У благодетеля воистину глубокая связь с Буддой. Тогда смиренный монах осмелится попросить наставления. Осмелюсь спросить благодетеля…

— Погоди! – прервал его Чэнь Чаншэн, не дав закончить вопрос.

— Что еще угодно благодетелю?

— Спор спором, но я не буду спорить с тобой о Законе Будды. Я буду спорить с тобой о Законе Дао.

При этих словах веко Сюаньсиня дернулось, а у многих зрителей задергались уголки губ.

«Наглость! Какая наглость!»

Все предыдущие действия и слова Чэнь Чаншэна недвусмысленно указывали на его глубокие познания в буддизме. Но теперь он собирался спорить с Сюаньсинем, используя даосизм! Это было равносильно заявлению: «Я знаю, что ты силен в этой области, но я в ней еще сильнее. Однако я все равно одолею тебя, используя другую область знаний».

На это Сюаньсинь ничего не сказал, лишь сложил ладони и совершил буддийский поклон Чэнь Чаншэну. Видя это, Чэнь Чаншэн прямо спросил:

— Осмелюсь спросить, что есть Будда?

Чэнь Чаншэн сразу перешел к сути буддийского учения. Сюаньсинь неспешно ответил:

— Тот, кто спасает мирских людей, есть Будда.

Услышав ответ Сюаньсиня, и могущественные практики, и гении молча кивнули. Ответ Сюаньсиня совпадал с их собственным пониманием Будды. Одной фразой выразить суть того, кого мирские люди называют Буддой, – глубина познаний Сюаньсиня в Законе Будды действительно была достойна уважения.

Однако ответ, удовлетворивший всех остальных, не устроил Чэнь Чаншэна. Он медленно покачал головой:

— Ошибка!

— В чем же ошибка?

— Будда изначально не имеет формы, он принимает форму всех живых существ. Поэтому все мириады живых существ – суть Будды. Ты говоришь, что тот, кто спасает мирских людей, есть Будда. Это значит, что ты еще не постиг истинной сути Закона Будды.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Сюаньсинь хотел возразить, но понял, что ему нечего сказать. С самого начала его пути из Северной Пустыни он впервые встретил человека, который смог заставить его замолчать в споре о Законе Будды. Подумав об этом, Сюаньсинь мягко улыбнулся и тут же сказал:

— В жизни есть восемь страданий: рождение, старость, болезнь, смерть, разлука с любимыми, встреча с ненавистными, невозможность получить желаемое, неспособность отпустить. У буддизма есть высшие сутры, позволяющие людям преодолеть страдания и достичь Другого Берега. Осмелюсь спросить, какой метод есть у даосизма, чтобы избавить людей от страданий?

Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся:

— Закон Дао – это естественность.

— Что значит «Закон Дао – это естественность»?

— Следовать своему сердцу – вот Закон Дао и естественность. При рождении – наслаждаться жизнью. В старости – спокойно встречать закат. В болезни – мыслить широко и открыто. При смерти – вернуться к корням, как опавший лист. Любить – страстно и ярко. Ненавидеть – стиснув зубы, идти вперед. Закон Будды учит мирских людей забывать восемь страданий. Закон Дао – иной. Он учит людей понимать восемь страданий, помнить их. Рождение, старость, болезнь, смерть, любовь, ненависть, разлука – это то, что мирские люди должны пережить. Вместо того чтобы изо всех сил пытаться отпустить, лучше смело встретить их лицом к лицу. Когда по-настоящему поймешь шесть жизненных страданий, то последующих «невозможности получить желаемое» и «неспособности отпустить» просто не возникнет.

Едва он договорил, как его тело начало испускать мягкое сияние, переплетающееся со светом Будды. В то же время «Божественный Мост» в его Море Страданий расширился более чем в десять раз!

«Море Страданий безбрежно, но поверни голову – и увидишь берег». Чэнь Чаншэн не стал «поворачивать голову». Он выбрал встретить «Море Страданий» лицом к лицу. Мысль родилась в сердце. Мысль пришла, намерение оформилось, действие свершилось. Чэнь Чаншэн сделал еще один шаг на своем Великом Пути Дао.

Ощутив изменения в состоянии Чэнь Чаншэна, в глазах Сюаньсиня мелькнуло странное чувство. Буддизм учит людей забывать восемь мирских страданий, но сам он не мог ни получить желаемое, ни отпустить прошлое. Именно поэтому он проделал путь в тысячи километров, чтобы прибыть в Срединные Земли и принять участие в Собрании Избранных Небес.

Увидев состояние Сюаньсиня, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся и продолжил:

— Сюаньсинь, так кто ты – демон или Будда?

На вопрос Чэнь Чаншэна Сюаньсинь сложил ладони:

— Смиренный монах знает сорок восемь тысяч методов буддийского учения. Спасая всех живых существ, я, естественно, являюсь Буддой.

— Раз ты Будда, почему в твоем сердце до сих пор нож мясника?

— В сердце смиренного монаха нет ножа!

— Есть! Нож прямо в твоих руках!

Сказав это, Чэнь Чаншэн указал правой рукой, и в руке Сюаньсиня тут же появился окровавленный нож мясника. Глядя на нож в своей руке, буддийское сияние вокруг Сюаньсиня начало тускнеть, а за его спиной возникла фигура Будды, окутанная черной энергией и с искаженным от злобы лицом.

При виде этого глаза Цзян Буфаня и других грандмастеров мгновенно сузились. Сюаньсинь совершенствовался и как Будда, и как демон. Чэнь Чаншэн одним словом указал на его демоническую природу! Из-за этого Сюаньсинь мог полностью поддаться демонической стороне.

Спустя долгое время Сюаньсинь снова поднял голову и посмотрел на Чэнь Чаншэна.

— Закон Будды гласит: «Опусти нож мясника – и станешь Буддой на месте». Раз в сердце смиренного монаха есть нож, это доказывает, что я недалек от того, чтобы стать Буддой.

Сказав это, нож в руке Сюаньсиня начал постепенно исчезать, а буддийское сияние вокруг него снова стало ярким.

— Правда? Ты опустил нож в своей руке и стал Буддой. А что насчет ножа в моей руке? Сорок восемь тысяч методов буддийского учения… найдется ли среди них метод, способный спасти меня? Если я убью всех Будд в мире, а потом опущу нож мясника, смогу ли я стать Буддой?

На вопрос Чэнь Чаншэна Сюаньсинь лишь равнодушно ответил:

— Для Будды нет тех, кого нельзя спасти. Пока благодетель желает опустить нож мясника, он может стать Буддой.

— Чушь! Нож мясника в моем сердце появился из-за тебя! Пока ты не умрешь, как я смогу опустить этот нож? Хочешь, чтобы я опустил свой нож, – сначала опусти нож в своем сердце! С того момента, как ты покинул Буддийское Королевство Северной Пустыни, ты заставил всех людей взять в руки ножи мясника в их сердцах! Так ты спасаешь людей или убиваешь?!

От этих слов фигура Сюаньсиня пошатнулась. Исчезнувший нож снова появился в его руке, а ужасающий Будда вновь возник за его спиной. Глядя на состояние Сюаньсиня, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся. Он знал – этот спор он выиграл.

Однако не все понимали этот запутанный диалог. Среди них была и Гунсунь Хуайюй.

________________________________________

— Это и есть спор о Дао? Почему-то больше похоже на какой-то бред! – Гунсунь Хуайюй почесала голову, так и не поняв смысла их слов.

Увидев это, Е Хэньшэн подошел к ней и тихо сказал:

— Госпожа Гунсунь, говорите тише. Брат Чэнь и Сюаньсинь обсуждают Великий Дао Закона Будды. Если вас услышат, поднимут на смех.

Гунсунь Хуайюй повернулась к Е Хэньшэну:

— Какой еще Великий Дао Закона Будды в их разговоре?

Видя ее недоумение, Е Хэньшэн, не сводя глаз с Сюаньсиня и Чэнь Чаншэна, объяснил:

— Они оба глубоко постигли Закон Будды, поэтому не говорят о нем прямо, а задают вопросы о его сути. Когда Брат Чэнь спросил, демон Сюаньсинь или Будда, он по сути спросил о его Пути Дао. Сюаньсинь ответил, что он Будда, тем самым сказав Брату Чэню, что он спасает мирских людей. А Брат Чэнь высказал противоположную точку зрения: он сказал, что Сюаньсинь – демон, потому что он «убивает».

Гунсунь Хуайюй: «…»

Объяснение Е Хэньшэна не только не прояснило ситуацию, но и запутало ее еще больше.

— Какое еще «убийство» и «спасение»? Можешь объяснить понятнее?

Видя такую «непробиваемость» Гунсунь Хуайюй, Е Хэньшэн вздохнул и терпеливо продолжил:

— Сюаньсинь пришел из Северной Пустыни и по пути разгромил девятнадцать опорных пунктов. Этим он вызвал у бесчисленного множества людей алчность, гнев, невежество и ненависть. Разве Будда, спасающий мирских людей, может вызывать у них такие чувства? Поэтому действия Сюаньсиня – это действия «демона». В то же время, Сюаньсинь, будучи знатоком Закона Будды, естественно, понимает это. Поэтому он и сказал: «Опусти нож мясника – и станешь Буддой на месте». В переводе это означает, что Сюаньсинь поможет людям мира сего опустить ножи мясника в их сердцах.

После такого объяснения Гунсунь Хуайюй начала немного понимать.

— А дальше? Раз Сюаньсинь уже осознал свои действия, почему он выглядит так, словно вот-вот впадет в демоническое безумие?

Услышав этот вопрос, Е Хэньшэн оживился.

— Вот в этом и заключается гениальность Брата Чэня! Сюаньсинь хочет, чтобы мирские люди опустили ножи мясника. Но Брат Чэнь сказал, что источник этих ножей – сам Сюаньсинь! И Сюаньсинь только что это признал. Чтобы решить проблему, нужно устранить ее корень. Но корень проблемы – в самом Сюаньсине! Врач не может исцелить сам себя. Сюаньсинь не может решить эту проблему!

Над объяснением Е Хэньшэна Гунсунь Хуайюй задумалась.

— Эту проблему легко решить! Пусть Сюаньсинь просто откажется от участия в Собрании Избранных Небес, и все!

На такое наивное предложение наконец не выдержал Су Тянь, стоявший рядом:

— Если Сюаньсинь откажется от участия, это, конечно, решит проблему, поднятую Братом Чэнем. Но ты подумала, зачем Сюаньсинь вообще пришел на Собрание Избранных Небес? Будь то распространение Закона Будды или что-то еще, у него определенно была цель. Если он сейчас отступит, это будет означать, что он был неправ с самого начала. К тому же, разве так легко человеку отказаться от своей навязчивой идеи? А если Сюаньсинь не отступит, он заставит многих людей взять в руки ножи мясника, которые они уже не смогут опустить. Заставлять мирских людей браться за оружие – разве это деяние Будды?

Плюх!

Едва Су Тянь договорил, как Сюаньсинь, окутанный демонической энергией, внезапно сплюнул кровью. Его аура начала стремительно слабеть. Стерев кровь с уголка губ, Сюаньсинь сложил ладони:

— Амитабха! Смиренный монах проиграл. Благодарю мудреца за то, что помог мне увидеть нож мясника в моем сердце.

Сказав это, Сюаньсинь повернулся и вернулся на свое место. Видя его состояние, Чэнь Чаншэн не стал его «добивать». Все-таки Сюаньсинь был Сыном Будды из Северной Пустыни. Если бы Чэнь Чаншэн своими словами полностью сломил его, то Северная Пустыня, вероятно, стала бы искать с ним проблем.

Их спор о Дао завершился. В то же время закончился и поединок между Святым Сыном Мерцающего Света и Бесстрастной Феей. Яркий луч света вылетел из точки меж бровей Фуяо и вернулся в тело Яо Инъин.

Открыв глаза, Яо Инъин посмотрела на Святого Сына Мерцающего Света сложным взглядом. Фуяо в ответ лишь улыбнулся. Помолчав несколько вдохов, Яо Инъин сложила руки в знак уважения:

— Святой Сын Мерцающего Света воистину оправдывает свою славу. Я, Яо Инъин, полностью убеждена в вашем превосходстве.

Сказав это, Яо Инъин тоже вернулась на свое место. Увидев это, Чэнь Чаншэн удивленно поднял бровь. Гениев называют гениями не только за их несравненный талант, но и за их гордость, не позволяющую признавать чье-либо превосходство. То, что Святой Сын Мерцающего Света смог заставить такую выдающуюся гения, как Яо Инъин, признать поражение от всего сердца, говорило о том, что он действительно был не так прост.

Спор о Дао завершился, и Святой Сын Мерцающего Света Фуяо вернулся на свое место. В центре зала остался стоять один Чэнь Чаншэн. В этот момент ни у одного из присутствующих гениев больше не возникало желания бросить ему вызов.

Видя это, Цзян Буфань с улыбкой спустился с главного места.

— Ха-ха-ха! Воистину, герои рождаются молодыми! Я, старик, давно не видел столь захватывающего спора о Дао! Этот лист из Изначального Золота Сюаньхуан по праву принадлежит юному другу.

— Благодарю Главу Святой Земли, – Чэнь Чаншэн с сияющей улыбкой принял протянутый ему золотой лист.

— Сегодня уже поздно, и некоторые юные друзья не в лучшей форме. Следующий этап Собрания Избранных Небес перенесем на завтра, – объявил Цзян Буфань. – Кроме того, я хотел бы пригласить юного друга полюбоваться луной. Надеюсь, юный друг непременно придет сегодня вечером.

С этими словами Цзян Буфань передал Чэнь Чаншэну нефритовую табличку с адресом и удалился. То, что Святая Земля Куньлунь протянула Чэнь Чаншэну оливковую ветвь, никого особо не удивило. Каждый хотел бы заполучить такого гения, как он.

Однако то, что произошло дальше, повергло всех в шок.

— Приходи ко мне в покои вечером.

Глава Святой Земли Пурпурного Дворца бросила эту фразу Чэнь Чаншэну и тоже ушла.

Все: «…»

«Нет, ну так же нельзя! Да, он выдающийся, но между вами разница в семьсот-восемьсот лет! Если вы действительно… мы этого не переживем!»

Следом приглашения Чэнь Чаншэну посыпались от Святой Земли Мерцающего Света, Павильона Беспечалья, Павильона Ланъя… Все ведущие силы приглашали его на встречу, и все – сегодня вечером.

Столкнувшись с таким ажиотажем, Чэнь Чаншэн недовольно проворчал:

— Нет, ну обязательно всем в один день! Мне сегодня спать вообще дадут? Если я не высплюсь, у меня морщины появятся!

На такое неприкрытое хвастовство остальные лишь закатили глаза и начали расходиться.

Вжух!

Не успел Чэнь Чаншэн договорить, как рядом с ним появились Ваньянь Юэ, Сун Юаньшань (Даос Бубай) и Цзо Синхэ.

— Двоюродный брат, раз уж у тебя сегодня вечером нет времени, тогда удели нам немного внимания днем, – сказала Ваньянь Юэ.

С этими словами Сун Юаньшань и Цзо Синхэ подхватили Чэнь Чаншэна под руки и увели его.

________________________________________

Резиденция Восточных Пустошей.

Чэнь Чаншэн спокойно попивал ароматный чай. Цзо Синхэ и остальные хотели что-то сказать, но не знали, с чего начать. Видя их замешательство, Чэнь Чаншэн заговорил первым:

— Синхэ, начинай ты. Вопрос, мучивший тебя почти тысячу лет… ты, наверное, уже извелся весь.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Цзо Синхэ поспешно спросил:

— Учитель, мой отец-император…

— Умер. Я лично его похоронил, – прервал его Чэнь Чаншэн. – В Древней Запретной Земле нет никакого секрета долголетия, зато способов умереть – хоть отбавляй. То, что я до сих пор жив, никак не связано с Древней Запретной Землей.

Услышав ответ Чэнь Чаншэна, Цзо Синхэ усмехнулся и больше ничего не спрашивал. Несколько сотен лет назад он узнал, что Королевство Ночной Луны поддерживает связь с Чэнь Чаншэном, но Ваньянь Юэ и Сун Юаньшань никогда не говорили ему, где находится Чэнь Чаншэн. Прошла тысяча лет, а внешность Чэнь Чаншэна не изменилась, и срок его жизни не уменьшился. Даже идиот понял бы, что здесь что-то не так. Но, судя по реакции Ваньянь Юэ и Сун Юаньшаня, состояние Чэнь Чаншэна действительно не было связано с Древней Запретной Землей.

— Зачем ты вмешался в Собрание Избранных Небес? Это не в твоем характере, – холодно спросила Ваньянь Юэ.

На ее обвинение Чэнь Чаншэн ответил:

— И тебе не стыдно спрашивать? Посмотрите на учеников, которых вы воспитали! Пушок еще не сошел, а уже рвутся покорять мир! Не думайте, что я не знаю, о чем вы думаете. Хотите защитить их получше, а сами взвалить на себя бремя этой эпохи. Но вы хоть взвесились на весах? Вы потянете? Судя по путям совершенствования ваших учеников, я вижу, что вы сами не далеко продвинулись на новом пути. Каждому из вас уже по тысяче-другой лет! Вы скоро умрете, понимаете?!

При словах Чэнь Чаншэна в глазах всех троих мелькнула тень уныния. В системе Золотого Ядра предел жизни на ступени Преобразования Духа – тысяча лет. Даже если изо всех сил цепляться за жизнь, можно прожить еще лишь несколько сотен лет. Все эти годы они пытались развивать новые системы совершенствования, надеясь прожить еще одну жизнь. Но создать новую систему совершенствования, да еще и успешную – разве это легко?

Помолчав, Сун Юаньшань спросил:

— Старший брат Чаншэн, что ты собираешься делать?

— Бороться за Небесную Судьбу. Чтобы вы, несколько бестолковых стариков, прожили еще немного. Система совершенствования, которую использует Гунсунь Хуайюй, дает гораздо больший прирост к продолжительности жизни, чем система Золотого Ядра. Хоть я и приготовил вам гробы, но хоронить вас мне сейчас не хочется. Так что поживите еще немного.

Услышав это, все трое почувствовали давно забытое тепло в сердце. Прошла тысяча лет… Не осталось не только тех, кто когда-то защищал их, но и тех, с кем можно было просто поговорить. Возможно, во всем мире только Чэнь Чаншэн все еще относился к ним как друг, как старший, как родной человек – заботился и отчитывал.

— Значит, ты собираешься бороться за Небесную Судьбу? – Ваньянь Юэ взглянула на Чэнь Чаншэна.

Тот махнул рукой:

— Я не могу бороться за Небесную Судьбу. Мой характер не подходит. Но есть один человек, который, по-моему, неплох. Это предводитель Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, У Ли.

Услышав имя кандидата, предложенного Чэнь Чаншэном, Ваньянь Юэ и остальные не слишком удивились. Гунсунь Хуайюй постоянно следовала за Чэнь Чаншэном. Сказать, что между Чэнь Чаншэном и Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями нет связи – в это даже собака бы не поверила.

— Ты так его ценишь. Уж не твой ли он сын? – язвительно спросила Ваньянь Юэ.

В ответ Чэнь Чаншэн бросил на нее презрительный взгляд:

— Не знаешь – не придумывай. Я чистый и невинный молодой человек, не надо меня оговаривать. Этого парня я вывел из одного места. Характер и талант у него хорошие. Если он будет бороться за Небесную Судьбу, шансы у него неплохие.

Услышав объяснение Чэнь Чаншэна, Ваньянь Юэ втайне вздохнула с облегчением.

— Кстати, у меня вражда с Цзян Буфанем. Думаю, нужно будет найти время и прикончить его.

При этих словах Сун Юаньшань тут же посерьезнел.

— Старший брат Чаншэн, чем тебя обидел этот Цзян Буфань?

— Семьсот лет назад я пришел в Святую Землю Куньлунь. Цзян Буфань тогда был еще кандидатом в Святые Сыновья. Он попросил меня помочь ему. Я сделал вид, что согласился, а потом тайно кинул его. Не найдя меня, он выместил злость на У Ли. Вот так и началась вражда между Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями и Святой Землей Куньлунь. Прошло семьсот лет… При новой встрече он наверняка почувствует мой секрет. Даже если не сейчас, то позже он что-нибудь заподозрит. Поэтому, для страховки, мне нужно его убрать.

Не успел Чэнь Чаншэн договорить, как Ваньянь Юэ и Сун Юаньшань без колебаний сказали:

— Я помогу тебе!

Видя это, Цзо Синхэ, немного подумав, заявил:

— Учитель является государственным наставником Империи Сюаньу. Враждовать с Учителем – значит враждовать с Империей Сюаньу.

Чэнь Чаншэн не удивился поддержке троицы. Если бы он им не доверял, то не стал бы раскрывать свой главный секрет.

— Ладно, об этом поговорим позже, – сказал он. – Вы трое сначала позаботьтесь о себе. Закрепите свое совершенствование, приведите себя в порядок. А этих юнцов снаружи я подучу. Хоть они еще и неопытны, но задатки есть. У меня предчувствие, что скоро грядут большие события.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Сун Юаньшань удивленно спросил:

— Какие большие события?

— Не знаю. Но в сердце постоянно присутствует какое-то смутное беспокойство. Восточные Пустоши, Южные Равнины, Северная Пустыня, Срединные Земли, Западный Континент. Но на этом Собрании Избранных Небес гении из Западного Континента до сих пор не появились. Это меня настораживает.

— Западный Континент – это место сбора Расы Яо, – заметил Цзо Синхэ. – Вполне понятно, что они не участвуют в собрании гениев человеческой расы.

— Логика в этом есть, но в реальности это не совсем так, – возразил Чэнь Чаншэн. – Западный Континент действительно является местом сбора Расы Яо, но это не значит, что там нет людей. Так же, как в Восточных Пустошах существует Королевство Ночной Луны. Вопрос лишь в количестве. Срединные Земли окружены остальными четырьмя континентами и поддерживают связи с некоторыми могущественными силами на них. Раса Яо и люди – разные расы, это правда, но они не смертельные враги. Даже просто для проформы Западный Континент должен был прислать кого-нибудь. Но не то что людей, я даже слухов о гениях из Западного Континента не слышал. Скажи, разве это не странно?

Выслушав анализ Чэнь Чаншэна, все трое тоже почувствовали неладное.

— Старший брат Чаншэн, каковы твои предположения? – спросил Сун Юаньшань.

— Никаких предположений. Я сейчас слишком мало знаю. Название «Небесная Судьба» я тоже слышу впервые. Изменения в Правилах Неба и Земли оказались куда более значительными, чем я думал. У меня теперь серьезные подозрения, что появление «Небесной Судьбы» может выманить наружу некоторых ужасающих существ.

При этих словах лица всех троих изменились. Гигантская рука, запечатленная в Древнем Бронзовом Дворце, ужасающие существа из Древней Запретной Земли – каждое из этих явлений было способно нагнать смертельный ужас. Если эти твари вырвутся наружу, весь мир совершенствующихся захлестнет кровавая буря!

— Синхэ, – сказал Чэнь Чаншэн, глядя на помрачневшего Цзо Синхэ, – Древняя Запретная Земля находится на территории Империи Сюаньу. За последнее время там были какие-нибудь странности?

На вопрос Чэнь Чаншэна Цзо Синхэ глубоко вздохнул и медленно выдохнул:

— Один дровосек рассказывал, что видел, как из гор вылетел гроб. Откуда именно – неизвестно, но направление было со стороны Древней Запретной Земли. Поскольку дровосек находился в тысячах километров от Запретной Земли, я не связал этот гроб с ней. За всю историю Империи Сюаньу ни одно живое существо не выходило из Древней Запретной Земли. Но теперь, когда ты об этом заговорил… этот гроб действительно мог вылететь оттуда.

Услышав это, Чэнь Чаншэн скривился.

— В мире немало ужасных мест, подобных Древней Запретной Земле. Священные Руины в Срединных Землях – одно из них. Если уж в Древней Запретной Земле началось движение, то и в других местах, вероятно, тоже. Дело становится все более запутанным.

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся к Ваньянь Юэ и Сун Юаньшаню.

— А у вас что? Только не говорите, что у вас тоже проблемы.

На вопрос Чэнь Чаншэна Ваньянь Юэ, поколебавшись, ответила:

— Нечисть под Древним Бронзовым Дворцом в последние сто лет была необычайно тихой. Но три года назад кто-то оставил на стене Древнего Бронзового Дворца отпечаток ладони.

Чэнь Чаншэн: !!!

При этих словах Чэнь Чаншэн вскочил на ноги.

— Кто это сделал?

— Неизвестно.

— Как это неизвестно? – не понял Чэнь Чаншэн. – После смерти Исю Королевство Ночной Луны постоянно усиливало охрану Древнего Бронзового Дворца. Позже вы с Юаньшанем даже стали дежурить там по очереди! С вашей силой если и не весь мир можно покорить, то уж точно вы входите в число сильнейших практиков нынешнего мира!

Бросив взгляд на взволнованное лицо Чэнь Чаншэна, Ваньянь Юэ равнодушно сказала:

— Не по очереди. Мы оба постоянно находились в Древнем Бронзовом Дворце. В то время мы с твоим старшим братом исследовали, как должен развиваться путь совершенствования в будущем. Но однажды, выйдя из медитации, я обнаружила на стене Древнего Бронзового Дворца отпечаток ладони. Медитация была недолгой, всего пару часов. И эта стена находилась всего в двадцати шагах от меня. Твой старший брат был еще ближе – он сидел спиной к стене, и отпечаток ладони был всего в метре над его головой.

Услышав рассказ Ваньянь Юэ, Чэнь Чаншэн почувствовал, как у него волосы встают дыбом.

— Юаньшань, ты тогда тоже медитировал?

— Нет, я читал древние свитки, пытаясь найти способ развить новую систему совершенствования. Если бы она меня не предупредила, я бы и не заметил отпечаток ладони на стене за моей спиной. Кстати, рядом с отпечатком был еще один предмет.

С этими словами Сун Юаньшань достал оттиск отпечатка ладони и деревянную фигурку. При виде фигурки Чэнь Чаншэн замер. Потому что это была самая первая фигурка, которую он подарил Няньшэн, когда ей было семь лет.

Заметив странное выражение на лице Чэнь Чаншэна, Ваньянь Юэ спросила:

— Что, ты знаешь эту вещь?

— Знаю, конечно, знаю! Потому что эту фигурку я вырезал собственными руками! Во всей Поднебесной только я могу вырезать такие фигурки!

Сказав это, Чэнь Чаншэн взял из рук Сун Юаньшаня фигурку и оттиск. Затем он убрал фигурку и достал свой собственный оттиск с точно таким же отпечатком ладони.

Увидев у Чэнь Чаншэна точно такой же оттиск, Цзо Синхэ чуть челюсть не уронил.

— Учитель, откуда у вас этот отпечаток? Неужели владелец этой ладони – тоже ваш друг?

Чэнь Чаншэн прекрасно понял мысли Цзо Синхэ, но сейчас ему было не до шуток.

— Владелица фигурки – моя старая знакомая. Но кто оставил отпечаток – я не знаю. Отпечаток и фигурка оставлены не одним и тем же существом. Оттиск, что у меня, я получил в другом Древнем Бронзовом Дворце. Тогда нечисть под тем дворцом уже исчезла, а рядом с отпечатком была надпись. Дословно: «Устранена великая напасть, да возрадуется мир».

Глядя на Чэнь Чаншэна, внимательно сравнивающего два оттиска, Сун Юаньшань с любопытством спросил:

— Старший брат Чаншэн, а где находится тот Древний Бронзовый Дворец, где ты нашел отпечаток?

— На родине У Ли. По моим предположениям, племя У Ли как раз и было хранителями того Древнего Бронзового Дворца. Но со временем его племя пришло в упадок. Тогда я использовал некоторые особые методы, чтобы увести У Ли с его родины. Но по сей день я так и не понял, в каком из пяти континентов находится его родина. Мир огромен, гораздо больше, чем мы можем себе представить.

Посмотрев еще немного, Чэнь Чаншэн убрал оба оттиска.

— Эта «Небесная Судьба» действительно выманила наружу множество могущественных существ. Похоже, мой план нужно ускорить. По крайней мере, сначала нужно разобраться, что такое эта «Небесная Судьба» и как определить личность ее Носителя.

Сказав это, Чэнь Чаншэн собрался покинуть комнату, чтобы разузнать новости.

— Старший брат Чаншэн, сначала расскажи все до конца, а потом уходи! – Сун Юаньшань преградил ему путь, а в его глазах разгорелось такое пламя любопытства, что, казалось, оно вот-вот подожжет дом.

Будучи государственным наставником Королевства Ночной Луны, он неплохо знал Ваньянь Юэ. И прекрасно знал, к кому она неравнодушна. Но теперь внезапно появилась эта деревянная фигурка… Ситуация становилась крайне интересной.

На любопытство Сун Юаньшаня Чэнь Чэньшэн ответил презрительным взглядом:

— Если бы ты больше читал, то сейчас не задавался бы вопросом, кто владелица этой фигурки.

— Старший брат Чаншэн, это несправедливо! – возмутился Сун Юаньшань. – Ты сам сказал, что вырезал эту фигурку собственноручно, и никто в мире не сможет ее подделать. Если ты и владелица фигурки не скажете, откуда нам знать?

Презрение во взгляде Чэнь Чаншэна стало еще гуще.

— Почему это нельзя знать? Вы должны были слышать о владелице этой фигурки, возможно, даже видели ее. Во времена Великой Династии Гань Секта Линлун и Храм Небесного Будды чуть не породнились. Неужели ты не помнишь это событие? Эта история ходила по всей Великой Династии Гань почти сто лет.

Услышав это, Сун Юаньшань возмутился еще больше:

— Старший брат Чаншэн, я знаю, что ты сведущ в древности и современности, но нельзя же использовать эти сплетни мира совершенствующихся, чтобы обманывать меня! Насколько я знаю, эту историю затеял Дзен-мастер Исю в молодости. Однажды я из любопытства спросил его, и Дзен-мастер Исю лично сказал, что это было просто недоразумение. Та фея из Секты Линлун была его старшей по статусу, и он просто оценил ее талант.

— Говорю же, ты тугодум, а ты не веришь, – вздохнул Чэнь Чаншэн. – Раз ты знаешь эту историю, то должен знать и то, что Исю и фея из Секты Линлун сошлись благодаря деревянной фигурке. Если бы твоя интуиция была чуть острее, ты бы поинтересовался, какую именно фигурку тогда передал Исю. А если бы ты поинтересовался, то обнаружил бы, что фигурка, которую передал Исю, и эта фигурка в моих руках – одного стиля.

При этих словах Сун Юаньшань в ужасе уставился на Чэнь Чаншэна.

— Старший брат Чаншэн, когда Дзен-мастер Исю передавал фигурку, ты ведь еще не присоединился к Обители Высшей Чистоты, верно?

— Верно. И что с того? Кто сказал, что я мог заводить друзей только после вступления в Обитель Высшей Чистоты? Фигурку, которую тогда передал Исю, я попросил его передать. Так что владелица фигурки – это гений из Секты Линлун, Фея Чаншэн. Кроме того, вы все знаете, что я знаком с Исю. Но Исю, вероятно, никогда не рассказывал вам, как мы познакомились. Прошло столько лет, неужели у вас ни разу не возникло ни малейшего сомнения?

Сун Юаньшань: «…»

«Ты совершенно прав! Мы действительно должны были тогда задуматься! Исю был старше нас почти на сто лет, а ты, когда вступил в Обитель Высшей Чистоты, выглядел лет на двадцать. С какой стороны ни посмотри, вы не должны были быть знакомы! Вот что значит старая поговорка: «Находясь внутри ситуации, не видишь всей картины»?»

Приведя мысли в порядок, Сун Юаньшань продолжил выпытывать подробности:

— Но это все равно не сходится! В те времена Фея Чаншэн была гением, каких в Секте Линлун не видели тысячу лет! Она была полностью поглощена совершенствованием и постоянно отказывала всем молодым талантам, используя предлог «стремления к долголетию» (Чаншэн). Поэтому ее и прозвали «Фея Чаншэн». Как такая женщина могла принять твою, старший брат Чаншэн, деревянную фигурку? Даже если вы были знакомы, это маловероятно. Ведь такой подарок легко мог быть истолкован превратно.

Сказав это, Сун Юаньшань уставился на Чэнь Чаншэна горящими глазами, ожидая ответа.

— Как мое полное имя? – спросил Чэнь Чаншэн.

— Чэнь Чаншэн.

— Вот и хорошо, что знаешь.

Задав этот странный вопрос, Чэнь Чаншэн вышел из комнаты. Секунду спустя Сун Юаньшань мгновенно понял смысл его слов. Оказывается, «Чаншэн» в речах Феи Чаншэн всегда имело два значения: одно – человек, другое – цель, к которой она стремилась. Фея Чаншэн, вероятно, давно знала, что Чэнь Чаншэн может жить вечно, поэтому и сама упорно стремилась к долголетию, чтобы всегда быть рядом с ним.

Подумав об этом, Сун Юаньшань тихо вздохнул. Ведь в этой комнате была еще одна «волчица», терзаемая любовью. Он взглянул на Ваньянь Юэ.

Силуэт Чэнь Чаншэна быстро исчез, но взгляд Ваньянь Юэ еще долго оставался устремленным туда, где он скрылся. Когда Исю был еще жив, он как-то туманно советовал ей не ждать больше. Он говорил, что Чэнь Чаншэн ни для кого не остановится, и жить ради навязчивой идеи – лишь приумножать страдания. Когда-то была другая женщина, еще более упорная, но и она не смогла удержать Чэнь Чаншэна. Тогда Ваньянь Юэ не поняла, что значит «еще более упорная», но теперь поняла. Какой же сильной должна быть одержимость, чтобы заставить женщину гнаться за призрачным долголетием лишь для того, чтобы подольше быть рядом с любимым человеком?

________________________________________

Другая резиденция.

Чэнь Чаншэн тихонько постучал в дверь.

— Госпожа, я принес вам чаю! – сказал он, и на его лице появилась крайне «непристойная» ухмылка.

Ничего не поделаешь, это прекрасное недоразумение было слишком забавным. Если он сейчас войдет и действительно предложит ей стать его спутницей Дао, как отреагирует эта незамужняя женщина-совершенствующаяся, которой уже больше семисот лет?

Пока он размышлял, дверь открылась. Ледяной взгляд встретился с непристойной ухмылкой Чэнь Чаншэна. Увидев, кто открыл дверь, лицо Чэнь Чаншэна мгновенно вытянулось. Дверь открыла Святая Дева Пурпурного Дворца Цзы Нин. В присутствии этой девчонки подшучивать над взрослой женщиной-совершенствующейся было уже не так весело. Молодежь вспыльчива, чуть что – сразу в драку. Их характер совершенно не сравнить со зрелыми практиками. Ведь самая интересная часть таких шуток – это наблюдать за тем, как объект шутки хочет отказать, но вынужден терпеть унижение ради какой-то цели.

— Ты почему здесь? – спросил Чэнь Чаншэн.

— А почему меня здесь не должно быть? Входи, мой мастер тебя ждет.

Обменявшись парой холодных фраз, Цзы Нин провела Чэнь Чаншэна в комнату. Войдя, он увидел Главу Святой Земли Пурпурного Дворца, сидевшую за столом с лицом, скрытым под вуалью.

Чэнь Чаншэн: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

«Хе-хе!»

Цзы Нин: «…»

«Какой отвратительный! Как на свете могут существовать такие отвратительные люди? Я действительно хочу его убить! Мастер, как же вы страдаете!»

В комнате воцарилась тишина. Трое сидели за столом, и никто не решался заговорить первым.

Наконец, Святая Дева Пурпурного Дворца нарушила молчание:

— Господин Чэнь обладает выдающимся талантом, поистине редкий гений, каких не видели тысячу лет. Могу я узнать, у какого мастера обучался господин Чэнь?

Услышав это, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся:

— Я не принадлежу ни к какой школе или секте. Всем своим навыкам я обучился сам.

— Вот как… Однако я заметила, что трое Даосов из Восточных Пустошей весьма близки к господину. Уж не их ли вы преемник?

— Хе-хе! Святая Дева шутит. В этом мире у каждого есть друзья и старые знакомые. Я лишь по счастливой случайности познакомился с ними. Точно так же, как юная госпожа Цзы Нин знакома со старейшиной Цзяном из Святой Земли Куньлунь. Нельзя же из-за этого считать ее преемницей старейшины Цзяна?

Слова Чэнь Чаншэна заставили глаза Святой Девы Пурпурного Дворца блеснуть. Сила Чэнь Чаншэна, хоть и не делала его непобедимым среди молодого поколения, определенно ставила его в один ряд со Святыми Сынами любой Святой Земли. Святой Сын – это будущий наследник Святой Земли, и даже для взращивания одного такого гения требуется вложить колоссальное количество ресурсов. А сейчас перед ней сидел «дикий» талант уровня Святого Сына. Если удастся переманить его на свою сторону, это будет невероятно выгодным приобретением.

Подумав об этом, Святая Дева Пурпурного Дворца снова заговорила:

— Господин прав. И что же господин думает о моей нерадивой ученице?

Чэнь Чаншэн окинул взглядом сидевшую рядом Цзы Нин.

— Хотя лицо госпожи Цзы Нин скрыто вуалью, даже той половины, что видна, достаточно, чтобы поразить мир. Ее стать сравнима с небесной феей. Талант и красота – все на высшем уровне. Одна из трех великих красавиц Срединных Земель – воистину заслуженная слава.

— Раз господин так высоко ценит мою нерадивую ученицу, тогда я выступлю в роли свахи и свяжу для вас эту красную нить судьбы. Как господин смотрит на это?

При этих словах Цзы Нин покраснела, но в ее глазах мелькнуло нежелание. На Собрании Избранных Небес она проиграла Гунсунь Хуайюй, а это означало, что Святая Земля Пурпурного Дворца потеряла право сражаться за первенство с другими великими силами. Если не найти иной выход, то после ухода ее мастера Святая Земля Пурпурного Дворца так и останется под гнетом других Святых Земель.

— Хе-хе! Святая Дева шутит. Между мной и госпожой Цзы Нин лишь учтивые отношения благородных людей, и никаких иных намерений нет.

Увидев, что Чэнь Чаншэн отверг предложение, Святая Дева Пурпурного Дворца продолжила:

— Господин, в нынешние смутные времена одиночке очень трудно достичь больших высот. То, что могут предложить другие Святые Земли, можем предложить и мы. Но, в сравнении с ними, у нашей Святой Земли Пурпурного Дворца больше искренности. Цзян Пин, Фуяо, Сюаньсинь, Батулу – все они чудовищно сильны среди гениев. Даже если господин присоединится к ним, нет гарантии, что он получит полную поддержку. Кроме этих ведущих сил, я не вижу для господина других достойных вариантов. Уж не собирается ли господин связаться с разбойниками из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен?

Глядя в полные уверенности глаза Святой Девы Пурпурного Дворца, Чэнь Чаншэн улыбнулся.

— Раз уж разговор зашел так далеко, дальнейшие уловки с моей стороны будут выглядеть невежливо. Во всех Срединных Землях предложение Святой Земли Пурпурного Дворца действительно самое заманчивое. Но… меня не интересуют такие желторотые девицы. Мне нужна ты.

Щелк!

Чашка в руке Цзы Нин мгновенно рассыпалась в пыль. Острый меч метнулся прямо к горлу Чэнь Чаншэна.

— Дерзость! Чэнь Чаншэн, ты действительно думаешь, что Святая Земля Пурпурного Дворца так нуждается в тебе?!

На гнев Цзы Нин Чэнь Чаншэн не обратил ни малейшего внимания, продолжая спокойно пить чай.

— Выйди! – ровным голосом приказала Святая Дева Пурпурного Дворца.

Цзы Нин с обидой посмотрела на нее:

— Мастер, он…

— Выйди!

Голос Святой Девы стал холоднее. Цзы Нин, стиснув зубы, была вынуждена убрать меч и покинуть комнату.

Когда ученица ушла, Святая Дева Пурпурного Дворца налила Чэнь Чаншэну еще чаю и сказала:

— Твой потенциал действительно велик, но ты не в моем вкусе. Мне нравятся властные, несокрушимые мужчины. Предложи что-нибудь другое.

Сказав это, она с вызовом взглянула на Чэнь Чаншэна, и в ее глазах промелькнула непонятная насмешка.

— Ха-ха-ха! Восхитительно! Просто восхитительно! – рассмеялся Чэнь Чаншэн. – Сердце спокойно, как вода, взгляд ясен, как огонь. Моя интуиция меня не подвела. Сегодня я пришел сюда с той же целью, что и ты – выступить свахой. И так уж совпало, что я знаю одного такого – властного, несокрушимого мужчину. Если вы двое сумеете покорить его сердце… невыгодное положение Святой Земли Пурпурного Дворца мгновенно изменится.

Эти слова заинтересовали Святую Деву.

— О? И что же это за мужчина, о котором ты говоришь? Насколько же он властен?

— Начал с нуля, прошел через все Срединные Земли, не зная поражений, заставил все великие Святые Земли стоять на ушах. Достаточно ли он властен?

При этих словах глаза Святой Девы сузились.

— Это твоя идея или его?

— Конечно, моя. Этот парень в делах амурных – полный профан. Если ждать, пока он сам дозреет, он так и останется одиноким всю жизнь. Ты и Цзян Буфань – гении одного поколения. Но семьсот лет назад все молодое поколение было подавлено Цзян Буфанем и не могло поднять головы. Семьсот лет назад было так, и сейчас ничего не изменилось. Цзы Нин проиграла, а это значит, что Святая Земля Пурпурного Дворца снова окажется под пятой Святой Земли Куньлунь. Даже если ты найдешь гения, способного превзойти Цзян Буфаня, ты думала о том, сколько времени потребуется, чтобы он вырос? А тут – готовый вариант прямо перед тобой. Неужели совсем не трогает?

Слова Чэнь Чаншэна были полны искушения. Святая Дева Пурпурного Дворца посерьезнела.

— Кто ты такой на самом деле? Судя по твоим словам, Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, похоже, заправляешь ты.

— Кто я – неважно. Тебе достаточно знать, что я могу принимать такие решения. Впрочем, я не ханжа. Если он не сможет покорить тебя, а ты – его, то забудем об этом деле, как тебе?

Святая Дева Пурпурного Дворца задумалась.

— Этого мало! Чтобы Святая Земля Пурпурного Дворца оказала У Ли полную поддержку, его одного недостаточно. Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни – смертельные враги Святой Земли Куньлунь, да и с другими силами у них вражда. Если Святая Земля Пурпурного Дворца поддержит У Ли, мы станем врагом для всех Срединных Земель. Риск слишком велик.

— А если добавить меня? – предложил Чэнь Чаншэн. – Если твое дело с У Ли выгорит, я, Чэнь Чаншэн, могу присоединиться к Святой Земле Пурпурного Дворца на триста лет.

— По рукам!

Услышав условия Чэнь Чаншэна, Святая Дева Пурпурного Дворца без колебаний согласилась. С двумя гениями высшего уровня, такими как Чэнь Чаншэн и У Ли, в сочетании с ресурсами и наследием Святой Земли Пурпурного Дворца… даже если сейчас явится сам Избранный Небесной Судьбой, у нее будут все шансы побороться за свое место под солнцем.

Когда все получили то, чего хотели, атмосфера в комнате заметно потеплела.

— Раз уж мы теперь партнеры, не могла бы Святая Дева рассказать подробнее, что же такое Небесная Судьба? – спросил Чэнь Чаншэн.

Святая Дева Пурпурного Дворца ответила:

— Небесная Судьба – это квинтэссенция удачи целой эпохи. Когда живое существо принимает Небесную Судьбу, оно становится сильнейшим в мире. Независимо от того, насколько поразительны и талантливы будут те, кто придет позже, они всегда будут уступать ему. Лишь после смерти Избранного Небесной Судьбой у последующих поколений появляется шанс побороться за звание сильнейшего.

Описание Святой Девы заставило Чэнь Чаншэна нахмуриться.

— Вы постоянно говорите о силе Избранного Небесной Судьбой. Можете ли вы уточнить, насколько именно он силен?

— Никто точно не знает, насколько сильным становится существо, успешно принявшее Небесную Судьбу. Однако, согласно древним записям нашей Святой Земли Пурпурного Дворца, лишь Избранный Небесной Судьбой может отправиться в Древнюю Запретную Землю и вернуться невредимым. Более того, у Избранного есть шанс полностью уничтожить Древнюю Запретную Землю.

Услышав это, Чэнь Чаншэн невольно вздрогнул. Уничтожить Древнюю Запретную Землю… Это была сила за гранью воображения! От этой мысли он даже слегка разволновался.

— После ваших слов Небесная Судьба интересует меня еще больше. Но это нечто эфемерное, неуловимое. Ни у кого же на лбу не написано: «Я – Избранный Небесной Судьбой». Как нам найти его и успешно прикончить до того, как он полностью примет свою Судьбу? Точнее, как нам вытащить его из безбрежного моря людей?

На вопрос Чэнь Чаншэна Святая Дева Пурпурного Дворца мягко улыбнулась:

— Раз уж великие Святые Земли стремятся взрастить своего собственного Избранного Небесной Судьбой, у нас, естественно, есть способы его поиска. И среди всех Святых Земель именно у нашей Святой Земли Пурпурного Дворца самый эффективный метод.

С этими словами она достала из-за пазухи нефритовую шкатулку. Когда шкатулка открылась, из нее вылетел жук размером с фасолину.

— Это Священный Скарабей нашей Святой Земли Пурпурного Дворца, владыка мириадов насекомых. Его не берут ни меч, ни огонь, ни вода. У этого жука есть одна особенность: его привлекают существа с глубокой удачей и судьбой. В зависимости от уровня судьбы он меняет цвет. Зеленый – самый слабый, синий – получше, оранжевый – отличный, фиолетовый – один на десять тысяч. Когда же он встречает Избранного Небесной Судьбой, Скарабей вспыхивает ослепительным багрово-красным светом. Кроме того, те, кто тесно связан с Избранным причинно-следственными узами, также вызывают красное свечение, хотя и не такое чистое, как у самого Избранного. Этот самый Скарабей сорок тысяч лет назад однажды измерял удачу наставника тогдашнего Избранного Небесной Судьбой. Тогда Скарабей засиял одновременно красным и фиолетовым, хотя фиолетовый преобладал. Но даже так, учитель Избранного стал одним из немногих сильнейших экспертов той эпохи.

Говоря это, Святая Дева Пурпурного Дворца погрузилась в воспоминания о славных событиях, описанных в древних книгах. Однако ее приятные размышления были прерваны голосом Чэнь Чаншэна:

— Вы об этом цвете говорите?

Святая Дева подняла голову. Порхавший в воздухе Священный Скарабей каким-то образом оказался в руках Чэнь Чаншэна. Тот с любопытством зажал жука между двумя пальцами и внимательно разглядывал. Исходившее от Скарабея ослепительное красное сияние едва не ослепило Святую Деву.

Молчание.

Святая Дева Пурпурного Дворца молчала с мгновение, затем протерла глаза и снова внимательно посмотрела на свет, исходящий от Скарабея. Ярко-красное, как свежая кровь, сияние заливало всю комнату. Единственная фиолетовая нить казалась в этом багрянце совершенно незначительной. При таких показаниях никто бы не усомнился, что Чэнь Чаншэн и есть Избранный Небесной Судьбой.

— Фух…

Выдохнув, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце, Святая Дева Пурпурного Дворца спросила:

— Что ты сделал? Почему Священный Скарабей так отреагировал? Мы тайно проверили всех гениев, когда они прибыли в Святую Землю Куньлунь. Тогда твоя удача была фиолетовой с легким оттенком красного. Почему сейчас все так изменилось? Даже если бы ты был родным сыном Избранного Небесной Судьбой, такого не должно быть!

Искоса взглянув на взволнованное лицо Святой Девы, Чэнь Чаншэн закатил глаза.

— Я сам хотел бы у вас спросить, что происходит! Это же вы достали этого жука. Если вы не знаете, откуда мне знать?

Сказав это, они оба снова замолчали. Только что они обсуждали, как убить того, кто активировал Небесную Судьбу, а в следующую секунду произошло такое. Принять это было действительно непросто.

Помолчав немного, Чэнь Чаншэн осторожно предположил:

— Вы сказали, что проверили всех гениев при входе в Святую Землю Куньлунь. А что, если активация Небесной Судьбы произошла уже после вашей проверки? Ведь вы и сами не знаете точно, как она активируется, иначе давно бы сделали это сами.

На это рассуждение Святая Дева Пурпурного Дворца посмотрела на Чэнь Чаншэна с непередаваемым выражением лица.

— Во время Собрания Избранных Небес все гении находились под наблюдением Святых Земель. Хотя активация Небесной Судьбы может не иметь особых внешних проявлений, она определенно не проходит незаметно. За все это время только ты покинул Святую Землю Куньлунь и ускользнул от нашего наблюдения.

Услышав это, Чэнь Чаншэн скривился и почесал затылок. Кажется, он догадывался, кто активировал Небесную Судьбу. Такой огромный пирог свалился с неба… Похоже, его планы снова придется менять.

— Эм… Текущая ситуация действительно несколько отклоняется от нашего плана, но это не большая проблема. Кстати, я хотел спросить, есть ли у вас способ прикончить этого жука?

Глядя на выражение лица Чэнь Чаншэна, Святая Дева Пурпурного Дворца, хотя и сохраняла внешнее спокойствие, внутри ликовала. Удача Чэнь Чаншэна была настолько красной, что это означало лишь одно: он невероятно близок к истинному Избранному Небесной Судьбой. Учитывая реакцию Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, не нужно было быть гением, чтобы понять, кто настоящий Избранный.

Изначально она хотела лишь заручиться поддержкой гения, способного противостоять Избранному, но кто бы мог подумать, что она найдет самого Избранного (через его ближайшего соратника)! Это была просто манна небесная!

Помимо Избранного, Чэнь Чаншэн сам по себе был редчайшим сокровищем. Судя по реакции Священного Скарабея, он был вторым по силе после самого Избранного. А если с Избранным случится какой-нибудь «небольшой несчастный случай», Чэнь Чаншэн вполне мог сам занять его место.

Первый и второй сильнейшие в мире окажутся в руках Святой Земли Пурпурного Дворца! С таким невероятным преимуществом, если их Святая Земля не станет первой в Поднебесной, можно было смело идти и разбивать голову о кусок тофу.

Хотя внутри нее бушевала буря эмоций, Святая Дева Пурпурного Дворца невозмутимо ответила:

— Священный Скарабей – сокровище нашей Святой Земли Пурпурного Дворца. Даже у меня нет надежного способа его уничтожить. Однако я могу его запечатать. Тогда другие Святые Земли не смогут узнать о связи между тобой и У Ли. В конце концов, их методы поиска куда менее точны, чем наш Священный Скарабей.

Едва Святая Дева Пурпурного Дворца закончила говорить, как из-за пазухи Чэнь Чаншэна вылетела золотая вспышка.

Щелк!

Сокровище Святой Земли Пурпурного Дворца, владыка мириадов насекомых, Священный Скарабей… погиб. Его загрыз толстый, похожий на шелкопряда, червь.

Глядя на этого «толстяка», с аппетитом пожиравшего останки Священного Скарабея на столе, собеседники снова погрузились в молчание.

— И это… «владыка мириадов насекомых»? – наконец нарушил тишину Чэнь Чаншэн.

— Теперь уже нет, – констатировала Святая Дева.

— Эм… А у вас есть еще такие Священные Скарабеи?

— Нет. За десятки тысяч лет это был единственный экземпляр в Святой Земле Пурпурного Дворца.

После этого краткого обмена репликами они снова замолчали.

Когда «толстый шелкопряд» доел останки Скарабея, Чэнь Чаншэн вернул своего Золотого Шелкопряда Гу обратно.

— Раз уж мы обо всем договорились, значит, решено. Вы не отступили от своего слова раньше, и теперь, я полагаю, тем более не отступите.

Сказав это, Чэнь Чаншэн поднялся и направился к выходу.

— Подожди! – остановила его Святая Дева.

— Что-то еще? – Чэнь Чаншэн вопросительно посмотрел на нее.

Святая Дева Пурпурного Дворца слегка покраснела.

— Даже если ты хочешь выступить свахой, ты должен хотя бы дать нам возможность встретиться! Я, Налань Цзин, все-таки Глава Святой Земли Пурпурного Дворца. Я же не могу полюбить мужчину, которого никогда не видела!

— Я уже подумал об этом. Через некоторое время я прикажу людям из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен похитить тебя. Тогда ты с ним и встретишься. Заодно сможешь проверить, насколько силен этот мужчина, пробудивший Небесную Судьбу. Если он не сможет одолеть даже тебя, значит, он не достоин нести Небесную Судьбу. И еще, дружеское предупреждение: я никому не расскажу о сегодняшнем разговоре, включая У Ли. То есть, во время похищения он будет действовать в полную силу. Если ты будешь сдерживаться, тебе крепко достанется!

Чэнь Чаншэн сделал паузу и усмехнулся:

— У меня есть один любопытный вопрос. Если бы я стал тем, кто пробудил Небесную Судьбу, ты бы в меня влюбилась?

Налань Цзин серьезно ответила:

— Если бы это действительно был ты, я могла бы стать твоей правой рукой. Могла бы стать твоим союзником. Но я бы точно в тебя не влюбилась. Ты действительно не в моем вкусе.

Услышав ответ, Чэнь Чаншэн потер щеку.

— Какой душераздирающий ответ. А я ведь был довольно уверен в своей внешности. Впрочем, такой ответ меня даже больше устраивает.

С этими словами Чэнь Чаншэн открыл дверь и неторопливо вышел.

Увидев, что он ушел, Цзы Нин поспешно вошла в комнату и обеспокоенно спросила:

— Мастер, этот тип не наговорил вам дерзостей?

Налань Цзин не обратила на нее внимания, лишь смотрела вслед уходящему Чэнь Чаншэну, и ее щеки слегка покраснели. Мужчина, первым за тридцать тысяч лет пробудивший Небесную Судьбу… Звучит действительно очень властно. Интересно, как он выглядит?

Цзы Нин: «…»

«Мастер, не смотрите так! Мне очень трудно это принять! По меркам смертных, ваше поведение называется «любить помоложе», вы знаете?»

Пока Цзы Нин предавалась сумбурным мыслям, Налань Цзин взяла себя в руки.

— Нин’эр, с завтрашнего дня Чэнь Чаншэн – Святой Сын Святой Земли Пурпурного Дворца. А ты должна будешь неотступно его охранять.

Услышав это, Цзы Нин изумленно посмотрела на мастера.

— Мастер, вы просите меня его охранять?! Да вы хоть одним глазком видели, что он нуждается в моей защите?!

— Сказано идти – значит иди! Или ты уже и слова мастера не слушаешь?!

Под давлением Налань Цзин, Цзы Нин, хоть и была недовольна, послушно покинула комнату.

Когда ученица ушла, Налань Цзин быстро проанализировала текущую ситуацию. Ее отношения с У Ли – это мелочь. Главное – сотрудничество между Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями и Святой Землей Пурпурного Дворца.

У Ли – Избранный Небесной Судьбой. По мере роста его силы скрывать его личность будет все труднее. Поэтому сейчас у нее и Чэнь Чаншэна общая цель: сбить с толку другие силы, выиграв для У Ли достаточно времени, чтобы стать сильнее. В конце концов, прецеденты убийства Избранных уже были. Пока Небесная Судьба не принята полностью, ничего еще не решено окончательно.

Это была азартная игра с невероятно высокими ставками. Проигрыш означал потерю всего, выигрыш – господство над миром.

И лучший способ скрыть личность У Ли – создать еще больший шум вокруг другого человека. Загадочность и сила Чэнь Чаншэна легко могли создать иллюзию, что именно он – Избранный. Пока эта «карта» Чэнь Чаншэна не будет раскрыта, риск разоблачения У Ли будет значительно меньше. Одной Гунсунь Хуайюй недостаточно, чтобы отвлечь внимание всех гениев и Святых Земель, поэтому она и отправила Цзы Нин на помощь.

Подумав об этом, Налань Цзин глубоко вздохнула и пробормотала:

— Использовать себя как приманку, а Святую Землю Пурпурного Дворца – как тайную опору… Какой грандиозный замысел! Силы Восточных Пустошей близки к тебе, наследница Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен служит тебе служанкой, ты знаешь все о великих силах Срединных Земель как свои пять пальцев. Даже непобедимый Святой Сын Мерцающего Света уступает тебе… Кто же ты такой, Чэнь Чаншэн?

Налань Цзин снова погрузилась в размышления. Она не могла разгадать Чэнь Чаншэна. Хоть она и не знала его истинной личности, она была уверена в одном: Чэнь Чаншэн – далеко не юнец, только что вышедший в мир.

________________________________________

— Ай-яй! Ну и утомился же я! Неужели нельзя было собраться всем вместе и обсудить дела? Зачем заставлять меня бегать от одного к другому?

Глядя на список с вычеркнутыми именами, Чэнь Чаншэн снова принялся ворчать. Покинув Святую Землю Пурпурного Дворца, он поочередно нанес визиты представителям других сил. Разговоры с ними были проще. В основном, они выдвигали свои условия, а Чэнь Чаншэн вежливо отказывался. Затем следовала короткая беседа, и стороны заключали негласное соглашение: если не станем друзьями, то хотя бы не будем врагами.

Этим договоренностям Чэнь Чаншэн не верил ни на грош. Он был уверен: в критический момент эти люди, не задумываясь, вонзят ему нож в спину, и это еще будет считаться проявлением милосердия с их стороны!

Закончив жаловаться, Чэнь Чаншэн посмотрел на два последних имени в списке: Павильон Беспечалья и Святая Земля Куньлунь.

Яо Инъин неожиданно вызвала его на поединок во время Собрания Избранных Небес. За этим явно что-то стояло, поэтому Чэнь Чаншэн решил пока не посещать Павильон Беспечалья.

Что касается Цзян Буфаня, причина была еще проще. Он смог подняться от простого кандидата в Святые Сыны до Главы Святой Земли – его методы и сила были экстраординарны. К тому же, с тех пор как он стал Главой, Святая Земля Куньлунь начала неуклонно расти и укрепляться, показывая явные признаки того, что она может стать первой Святой Землей в Срединных Землях. К встрече с таким серьезным противником Чэнь Чаншэн должен был подготовиться основательно.

Чирк!

Вычеркнув Павильон Беспечалья из списка, Чэнь Чаншэн решительно направился к их резиденции. Такую твердую кость, как Цзян Буфань, следовало оставить напоследок.

Прибыв в резиденцию Павильона Беспечалья, Чэнь Чаншэн обнаружил, что Глава Павильона, Мастер Мецзюэ, уже давно его ждала.

Увидев ее, Чэнь Чаншэн криво усмехнулся:

— Прошу прощения, что заставил ждать так долго, Мастер. Надеюсь, вы не гневаетесь.

— Главное, что пришел. Раньше или позже – разницы нет. Садись.

Пригласив Чэнь Чаншэна сесть, Мастер Мецзюэ налила ему чашку чая. Глядя на напиток, Чэнь Чаншэн немного подумал и сказал:

— Уже поздно. Мастер, если у вас есть что сказать, говорите прямо. Насколько мне известно, наследницами Павильона Беспечалья всегда были женщины. В таком случае, вероятность того, что Павильон Беспечалья захочет меня завербовать, невелика, верно?

Мастер Мецзюэ взглянула на него:

— Наследником Павильона Беспечалья, естественно, не может быть мужчина. Я пригласила тебя по другому поводу. Есть одно дело, в котором мне нужна твоя помощь.

— О? И чем же я, младший, могу помочь Мастеру? Если дело небольшое, я, конечно, не откажусь.

В ответ Мастер Мецзюэ промолчала, лишь молча пододвинула к нему шкатулку из теплого нефрита.

— Это плата за твои услуги. Сначала посмотри, потом поговорим.

Чэнь Чаншэн открыл шкатулку. Увидев ее содержимое, он не смог скрыть легкого удивления. Внутри лежала кроваво-красная «рука». При ближайшем рассмотрении можно было заметить на ней растительные прожилки.

Глядя на находку, Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Кровавая Длань-Женьшень… Принявший ее увеличит свою жизненную силу и кровь на целый уровень, без каких-либо побочных эффектов. Кроме того, Кровавая Длань-Женьшень – основной ингредиент для многих древних пилюль. Если я не ошибаюсь, это одно из трех великих сокровищ, оберегающих Павильон Беспечалья. Раз уж Мастер достала одно из трех сокровищ, дело, которое вы хотите мне поручить, должно быть, весьма серьезное?

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Мастер Мецзюэ ровным голосом ответила:

— Метод совершенствования Гунсунь Хуайюя можно назвать непревзойденным с древних времен. Хотя я не знаю всех тонкостей, кое-что я разглядела. Единство и гармония Цзин, Ци и Шэнь, внутренняя и внешняя безупречность… такой подход действительно позволяет избежать многих недостатков. Но при этом потребности совершенствующегося в ресурсах многократно возрастают. Духовную энергию еще можно восполнить за счет энергии Неба и Земли и Источников Духа, но с жизненной силой и кровью все сложнее. Человеческая раса от природы слаба. Чтобы укрепить кровь и тело, необходимы питательные вещества. Чем выше ступень совершенствования, тем меньше остается Небесных материалов и земных сокровищ, способных укрепить тело. Эта Кровавая Длань-Женьшень поможет тебе подняться на новый уровень. Ты можешь забрать ее, но взамен должен убить Сюаньсиня.

От этого требования Чэнь Чаншэн прищурился.

— Мастер, Кровавая Длань-Женьшень – действительно редкое сокровище, но и я, Чэнь Чаншэн, не нищий. Использовать такую вещь, чтобы нанять меня для убийства Буддийского Сына Северной Пустыни… не кажется ли вам это несколько наивным?

— Одной этой вещи, конечно, недостаточно. Когда ты убьешь Сюаньсиня, я позволю Инъин оставить тебе потомство. Телосложение Инъин встречается раз в десять тысяч лет. Ваше дитя непременно станет самым блистательным гением.

От этих слов Чэнь Чаншэн слегка откинулся назад и удивленно произнес:

— Эта шутка совсем не смешная. Я, Чэнь Чаншэн, хоть и красив, как Пан Ань, но не настолько самовлюблен, чтобы считать, что все женщины будут от меня без ума. Отношения между спутниками Дао строятся на взаимном согласии. Вы же не собираетесь…

(Прим.: Пан Ань – известный китайский красавец древности, символ мужской красоты.)

На полуслове Чэнь Чаншэн осекся и с презрением посмотрел на Мастера Мецзюэ.

— Вы собираетесь использовать принуждение?

— Да, – Мастер Мецзюэ сделала глоток чая и спокойно ответила. – Чтобы достичь высшей ступени «Небесного Канона Бесстрастия», нужно избавиться от всех чувств и желаний. Но она, к несчастью, влюбилась в Буддийского Сына Северной Пустыни. Хотя она и подчинилась моему приказу и рассталась с Сюаньсинем, она так и не смогла забыть его. Убив Сюаньсиня и родив дитя, она окончательно убьет свое сердце и сможет достичь высшей ступени «Небесного Канона Бесстрастия».

Слушая, как Мастер Мецзюэ спокойно излагает свой план, Чэнь Чаншэн почувствовал приступ тошноты.

— Неудивительно, что Сюаньсинь так быстро проиграл в диспуте о Дхарме на Собрании Избранных Небес. Оказывается, его сердце было занято мирскими привязанностями! Буддийскому Сыну не дозволено иметь спутницу Дао. Чтобы прийти на Собрание Избранных Небес, ему, вероятно, пришлось пробиваться с боем?

— Верно. Сюаньсинь силой прорвался через Великую Формацию Архатов Буддийского Королевства и покинул его, рискуя впасть в демонизм. Из-за этого Буддийское Королевство уже отреклось от него. Лишь несколько старых реликтов все еще надеются, что Сюаньсинь одумается, поэтому его пока не исключили официально. Убив Сюаньсиня, ты не навлечешь на себя гнев Северной Пустыни. А тело Инъин станет достойной компенсацией. Ты ничего не теряешь.

Выслушав ее, Чэнь Чаншэн отодвинул от себя шкатулку с Кровавой Дланью-Женьшенем.

— Честно говоря, вы вызываете у меня отвращение. Яо Инъин из-за вас с болью отказалась от своей любви, а вы за ее спиной строите такие козни. Будь я на ее месте, вы были бы мертвы!

Мастер Мецзюэ искоса взглянула на явное отвращение на лице Чэнь Чаншэна, но осталась такой же невозмутимой.

— Она – самая подходящая наследница для «Небесного Канона Бесстрастия» за последние десять тысяч лет истории Павильона Беспечалья. Кроме основательницы Павильона, никто не смог довести эту технику до совершенства. У нее есть шанс. Поэтому я не могу позволить ей сбиться с пути. Пусть ненавидит меня, пусть проклинает. Лишь бы она смогла овладеть «Небесным Каноном Бесстрастия» и достичь Тела Безгрешности. Даже если за это придется заплатить моей жизнью, это не имеет значения.

— Ха-ха-ха! Ну и Мастер Мецзюэ! Ну и Павильон Беспечалья! Я, Чэнь Чаншэн, сегодня многое повидал! – рассмеялся он горько. – Это дело мне не по плечу. Мастер, ищите другого исполнителя.

Сказав это, Чэнь Чаншэн решительно поднялся, чтобы уйти.

— Ты не согласишься – согласятся другие! – донеслось ему вслед.

Чэнь Чаншэн на мгновение замер, затем, повернув голову, бросил через плечо:

— Что делают другие – это их дело. Но я, Чэнь Чаншэн, не стану мараться в таких отвратительных вещах. Стройте козни своей ученице – мне все равно. Убивайте Сюаньсиня – я не буду мешать. Но не смейте делать это у меня на глазах. Если я увижу – вмешаюсь. Потому что вы действительно вызвали у меня омерзение.

С этими словами Чэнь Чаншэн широким шагом покинул резиденцию Павильона Беспечалья. Глядя ему вслед, Мастер Мецзюэ оставалась совершенно бесстрастной.

________________________________________

— Эх…

Выйдя из резиденции Павильона Беспечалья, Чэнь Чаншэн достал из-за пазухи деревянную фигурку и тихо вздохнул.

— Девочка моя! Когда ты только вступала на путь совершенствования, я все время боялся, что ты столкнешься с его темной стороной. Но ты доказала, что мои страхи были напрасны. Ты выбрала другой путь. Пусть он одинок и долог, но он уберег тебя от встреч с такими отвратительными вещами, как сегодня. Мой путь по пыльному миру, хоть и полон событий, но тоже ранит сердце, ох как ранит!

С этими словами Чэнь Чаншэн убрал фигурку и неторопливо направился к месту встречи с Цзян Буфанем.

После посещения более десяти различных сил долгая ночь подходила к концу.

Цзян Буфань так и просидел всю ночь в беседке, в полном одиночестве. Лишь когда на востоке забрезжил рассвет, Чэнь Чаншэн наконец явился, заметно опоздав.

— Прошу прощения, Глава Святой Земли Цзян первым пригласил меня, а я явился последним. Я поистине заслуживаю смерти за такую неучтивость!

Глядя на неуклюжую игру Чэнь Чаншэна, Цзян Буфань мягко улыбнулся:

— Не удалось увидеть луну, так хоть на восход посмотрим – тоже неплохо. Прошу, юный друг, садись.

Он сменил чайник, налив свежего чая, и оба, словно сговорившись, устремили взгляды на светлеющий горизонт.

Спустя долгое время Чэнь Чаншэн небрежно спросил:

— Глава Святой Земли Цзян не собирается озвучить цену, за которую хотел бы меня завербовать?

Услышав это, Цзян Буфань лишь слегка улыбнулся.

— Юный друг неправильно понял. Я никогда и не думал вербовать тебя. Я пригласил юного друга лишь для того, чтобы по-дружески побеседовать. Другие вербуют тебя потому, что не уверены в себе. Они не верят, что смогут смеяться последними, поэтому возлагают надежды на других. У меня же таких мыслей никогда не было. Ни семьсот лет назад, ни сейчас.

— Неужели Глава Святой Земли Цзян так уверен в себе? – Чэнь Чаншэн посмотрел на разгорающийся рассвет. – Ныне гении рождаются один за другим. Пробиться сквозь них, проложить кровавый путь наверх… это задача труднее, чем взобраться на небеса. Откуда же такая уверенность у Главы Святой Земли?

На прямой вопрос Чэнь Чаншэна Цзян Буфань не рассердился, а лишь весело ответил:

— Моя уверенность исходит от меня самого. Так же, как и тогда, в прошлом. Никто не верил, что я, всего лишь кандидат в Святые Сыны, смогу заменить настоящего Святого Сына. Никто не верил, что я смогу занять место Главы Святой Земли вопреки всеобщему несогласию. Я смутно помню, как после победы над истинным Святым Сыном Святой Земли Куньлунь, Цзян Фэном, все в секте смотрели на меня свысока. Они считали, что я победил хитростью. Был даже один старейшина, который громогласно заявил: пока он жив, мне не бывать Главой Святой Земли. Но время шло, и я все же занял это место. И короновал меня не кто иной, как тот самый старейшина. В его глазах читалась обида, но на лице ему приходилось изображать подобострастие. Ты бы видел, как комично он тогда выглядел!

Разволновавшись, Цзян Буфань хлопнул себя по бедру и громко рассмеялся. Сторонний наблюдатель мог бы подумать, что он рассказывает какую-то забавную историю. Но Чэнь Чаншэн за его легким тоном услышал лязг стали и вкус крови бесчисленных битв.

Насмеявшись, Цзян Буфань успокоился и продолжил:

— То, что я, Цзян Буфань, смог занять место Главы Святой Земли – это, конечно, и моя заслуга, но есть один человек, чей вклад невозможно стереть. Юный друг знает, кто это?

На вопрос Цзян Буфаня Чэнь Чаншэн взглянул на него и спокойно произнес имя:

— У Ли! Он – твой главный помощник на пути к трону Главы Святой Земли. Ты победил предыдущего Святого Сына, Цзян Фэна, и занял его место. Люди, стоявшие за Цзян Фэном, не могли допустить такого. Чтобы укрепить свое положение, тебе нужно было постоянно совершать подвиги. Поэтому именно ты был тем, кто изначально спонсировал Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Цзян Буфань зааплодировал и с восхищением посмотрел на Чэнь Чаншэна.

— Прямо в точку! У юного друга поистине острый глаз. Выбрать У Ли в качестве моего противника – это было самое правильное и одновременно самое ошибочное решение в моей жизни. Он действительно очень силен. С каждым прошедшим периодом времени его сила качественно менялась. Именно из-за создаваемого им давления я смог постепенно получить всю полноту власти в Святой Земле Куньлунь. Потому что в то время только я мог противостоять У Ли. Но вскоре я пожалел о своем выборе. Я обнаружил, что У Ли не только невероятно талантлив, но и умен. Пока я использовал его, чтобы захватить контроль над Святой Землей Куньлунь, он использовал меня, чтобы нарастить собственную мощь. К тому моменту, когда я полностью подчинил себе Святую Землю, я с ужасом понял, что уже не могу эффективно его устранить. До сих пор вспоминаю об этом с легким сожалением!

Глядя на задумчивое лицо Цзян Буфаня, Чэнь Чаншэн сказал:

— Глава Святой Земли Цзян, говорите прямо, что вам нужно. Если мы продолжим ходить вокруг да около, то до каких пор будем беседовать?

— Хе-хе! Люблю таких умных людей, как юный друг, – усмехнулся Цзян Буфань. – Моя цель проста: мне нужно, чтобы ты разведал для меня путь. Святой Сын Мерцающего Света, Батулу из Южных Равнин, Сюаньсинь из Северной Пустыни, Яо Инъин из Павильона Беспечалья, плюс еще несколько сильных личностей, которые пока не показали себя… Со всеми ними вместе я не смогу расправиться одним ударом. Я слишком хорошо знаю этих гениев. Если не убить их сразу, в следующий раз они станут еще сильнее. Я сам прошел через это, и я не собираюсь повторять ошибки моих врагов.

На требование Цзян Буфаня Чэнь Чаншэн ничего не ответил, лишь пристально посмотрел ему в глаза.

— А если я откажусь?

— Тогда я уничтожу тебя. Что бы ты ни задумал, я помешаю тебе. Я знаю, что ты наверняка уже нашел помощников. Возможно, они смогут спасти твою жизнь, но остановить меня полностью они не смогут. С моим вмешательством, думаешь, у тебя останутся шансы побороться за Небесную Судьбу?

Услышав это, Чэнь Чаншэн улыбнулся.

— Тот же прием, похожая ситуация… Ты не боишься вырастить еще одного У Ли?

— Не боюсь. Человек не должен спотыкаться дважды на одном и том же месте.

— Но по проложенной мной дороге могут пойти и другие. Что, если за моей спиной тоже окажется кто-то вроде тебя?

— Ну и пусть. Справиться с одним всегда проще, чем с целой толпой.

С этими словами Цзян Буфань поднялся и размял затекшие плечи. В этот момент первый луч солнца коснулся их обоих.

— В конце борьбы за Небесную Судьбу все хитрости теряют силу. Исход решает только собственное совершенствование. Я признаю, мой талант немного уступает таким гениям высшего ранга, как У Ли. Поэтому все эти семьсот лет я искал способы компенсировать свои недостатки. Я готовился целых семьсот лет, и мне очень интересно узнать, каков будет результат.

Тут Цзян Буфань повернулся к Чэнь Чаншэну и улыбнулся:

— Характер и внешность юного друга очень напоминают мне одного старого знакомого. В прошлом этот знакомый однажды обвел меня вокруг пальца. Чтобы наше с тобой сотрудничество не закончилось так же, я решил немного помочь юному другу. Посмотри туда!

Цзян Буфань указал рукой вдаль. Формация, скрывавшая происходящее, медленно рассеялась. С исчезновением маскирующего массива донеслись звуки яростной битвы. Огромная фигура, похожая на великана, отчаянно сражалась, вся покрытая кровью.

Это была Гунсунь Хуайюй, применившая технику Истинного Облика Неба и Земли.

— Ты ищешь смерти! – прорычал Чэнь Чаншэн.

Увидев, что Гунсунь Хуайюй тяжело ранена, Чэнь Чаншэн мгновенно пришел в ярость. Однако Цзян Буфань был готов к этому и тут же появился в трех метрах от него.

— Юный друг, если бы ты пришел раньше, эта девушка не получила бы таких тяжелых ран. Но она действительно сильна. Прошла целая ночь, а она все еще жива. Похоже, ей действительно суждено было выжить.

Чэнь Чаншэн бросил взгляд на Цзян Буфаня, затем на Гунсунь Хуайюй вдалеке, всю покрытую кровью. Не колеблясь ни секунды, он применил Технику Золотого Света и метнулся к ней. Сейчас важнее всего было спасти ее. Пустые угрозы – глупость.

________________________________________

С исчезновением маскирующего массива шум битвы привлек внимание обитателей Святой Земли Куньлунь. Увидев происходящее, представители Восточных Пустошей и Святой Земли Пурпурного Дворца немедленно устремились на помощь.

Однако среди них была одна фигура, летевшая быстрее всех и выглядевшая встревоженнее всех. Это был Святой Сын Мерцающего Света, Фуяо.

Битва шла в Долине Бабочек. Почему Гунсунь Хуайюй оказалась там, Фуяо понимал слишком хорошо. Если с Гунсунь Хуайюй случилась беда, значит, и его младший брат, вероятно, в опасности.

________________________________________

Бум!

Мощный удар пришелся Гунсунь Хуайюй в спину. Изо рта у нее брызнула кровь вместе с осколками костей. Чешуйчатая броня на ее теле была вся разбита. С трудом выбравшись из-под обломков камней, Гунсунь Хуайюй стерла кровь с губ и ледяным взглядом посмотрела на окруживших ее врагов.

В этот момент к ней подошел мужчина с крыльями за спиной.

— Гении этой эпохи меня глубоко разочаровали. Не ожидал, что вы окажетесь настолько слабы. С тех пор, как я ступил на Срединные Земли, я постоянно слышал об этих хваленых Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башнях. Думал, их наследник будет чем-то выдающимся, а оказалось, он не может справиться даже с моими питомцами. Смешно!

На насмешки мужчины Гунсунь Хуайюй ответила лишь холодным взглядом. Прошлой ночью на нее внезапно напали. Что еще более поразительно, гении Расы Яо с Западного Континента оказались его боевыми питомцами! Всю ночь шла битва, но этот загадочный крылатый мужчина ни разу не вступил в бой, лишь наблюдал со стороны. Против такого могущественного противника у Гунсунь Хуайюй не было ни единого шанса!

— Хочешь драться – дерись! К чему столько пустых слов?! Я, Гунсунь Хуайюй, всего лишь мелкая сошка в Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башнях! Встретишься с нашими настоящими гениями – будешь на коленях молить о пощаде!

— Хе-хе-хе! – Мужчина рассмеялся. – Отлично! Сейчас я убью тебя, мелкую сошку, а потом сотру в порошок все ваши Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни! Вот тогда ты по-настоящему поймешь, что значит быть гением!

Бум!

Не успел он договорить, как под его ногами раздался оглушительный взрыв. Нападавшим оказался Чэнь Чаншэн, примчавшийся на помощь. Однако его яростный удар не достиг загадочного мужчины.

— Вот это уже интересно! – усмехнулся крылатый. – Но ты слишком медленный. Кажется, тебе меня не достать.

Паря в воздухе, он с презрением смотрел на Чэнь Чаншэна. Бросив взгляд на крылья мужчины, мерцавшие силой ветра и грома, Чэнь Чаншэн метнул в разные стороны несколько дисков-основ для формаций.

Вжух!

Упрощенная Формация Небесного и Земного Уничтожения мгновенно активировалась. В тот же миг, как формация замкнулась, внутрь ворвался яркий луч света.

Увидев разгромленную Долину Бабочек и тяжело раненую Гунсунь Хуайюй, Фуяо вспыхнул ослепительным сиянием. Было очевидно, что Святой Сын Мерцающего Света в ярости.

Заметив прибытие Фуяо, Чэнь Чаншэн встретился с ним взглядом.

— Прикончи его!

Три слова, брошенные как бы невзначай, и две ужасающие ауры силы заставили Формацию Небесного и Земного Уничтожения задрожать, едва не рассыпавшись.

Чэнь Чаншэн бросился на четырех гениев Расы Яо с Западного Континента, а Фуяо – на крылатого мужчину.

— А-а-а!

Едва начался бой, как раздались крики боли. Чэнь Чаншэн голыми руками выломал бивни гению из клана Гигантских Слонов. Огромной черной бабочке он оторвал половину крыла. Медведя-Кинг-Конга, размером с небольшой холм, он лишил лапы ударом сломанного меча. Едкая Черная Вода, способная разъесть все, что угодно, выпущенная Черной Водяной Черепахой, не причинила Чэнь Чаншэну ни малейшего вреда. А ее панцирь, способный выдержать любую атаку, он пробил тремя ударами кулака!

Четверо гениев с Западного Континента не продержались против Чэнь Чаншэна и трех вдохов.

За это же время Фуяо и загадочный мужчина обменялись более чем тремястами ударами. Каждый волосок Святого Сына Мерцающего Света сиял. Сияющая, как кристалл, Кость Бессмертного наполняла его ауру невероятной мощью.

— Быстрее! Еще быстрее! Только такие, как ты, достойны сражаться со мной! – хохотал загадочный мужчина во время боя с Фуяо, ни во что не ставя своего противника.

Видя, что ему не удается быстро одолеть врага, Фуяо начал излучать еще одну, скрытую ауру, очевидно, готовясь применить свой главный козырь.

— Бежать?! Хрен тебе!

Пока Святой Сын Мерцающего Света готовился применить свою технику, Чэнь Чаншэн, выжидавший момент, внезапно нашел возможность. Применив Технику Золотого Света, он мгновенно оказался над крылатым мужчиной и со всей силы обрушил на его голову Кость Таоте.

Дзынь!

Мощный удар ошеломил загадочного мужчину, и он на мгновение замедлился. Воспользовавшись этой короткой заминкой, Святой Сын Мерцающего Света обрушил на него всю свою мощь, сбив с неба на землю.

Бум! Бум! Бум!

Под совместными ударами Чэнь Чаншэна и Фуяо загадочный мужчина с невероятной скоростью ушел под землю. Меньше чем за вдох они оказались на глубине сотен метров.

— А-а-а!

Яростный рев донесся из-под земли. Мощный выброс энергии поднял в воздух всю землю в радиусе пяти километров на глубину сотен метров. Но когда разгневанный загадочный мужчина выбрался из-под земли, Чэнь Чаншэн и Фуяо уже стояли рядом, как ни в чем не бывало.

В то же время к месту битвы прибыли все могущественные эксперты Святой Земли Куньлунь.

Шесть вдохов! С момента прибытия Чэнь Чаншэна на поле боя и до окончания сражения прошло всего шесть вдохов.

Видя сложившуюся ситуацию, загадочный мужчина понял, что шансов продолжить бой у него нет. Каким бы самоуверенным он ни был, он не был настолько глуп, чтобы считать, что сможет в одиночку одолеть всех собравшихся здесь мастеров.

— Глава Святой Земли Цзян, что здесь происходит?! – первой потребовала объяснений Налань Цзин. – Святая Земля Куньлунь вообще способна обеспечить безопасность гениев?!

В ответ на ее гневный вопрос Цзян Буфань улыбнулся:

— Прошу всех успокоиться, не стоит волноваться. Это был всего лишь дружеский спарринг. Эти юные друзья – тоже гении, прибывшие для участия в Собрании Избранных Небес. Просто они немного опоздали, поэтому я не успел представить их вам. Эти четверо – гении с Западного Континента. А этот юноша – гений из Священных Руин, Древней Запретной Земли.

Услышав слова «Священные Руины», лица всех присутствующих изменились. А мужчина, только что потерпевший поражение, наконец улыбнулся.

— Срединные Земли… Всего лишь.

Услышав слова загадочного мужчины, многие могущественные эксперты нахмурились. Налань Цзин холодно возразила:

— Запретные Земли сильны, но не непобедимы. В былые времена, когда являлся Избранный Небесной Судьбой, каждая из ваших Запретных Земель сидела тихо и смирно. Ведешь себя так дерзко… не боишься, что в тот день, когда Избранный примет свою Судьбу, он нанесет визит в Священные Руины?

В ответ на угрозу Налань Цзин загадочный мужчина усмехнулся:

— Я не отрицаю силу Избранного Небесной Судьбой, но сейчас никто еще не принял ее. Я – тот, кому предначертано Небом. Все вы – лишь помехи на моем пути.

— Хмф!

Налань Цзин холодно фыркнула на его высокомерие и больше ничего не сказала. Пока Избранный Небесной Судьбой не явился, не стоило слишком провоцировать выходцев из Запретных Земель.

В этот момент Чэнь Чаншэн, занимавшийся ранами Гунсунь Хуайюй, не поднимая головы, спросил:

— Эй, птицечеловек, как тебя зовут?

От этих слов загадочный мужчина мгновенно взъярился. Но когда он попытался броситься на Чэнь Чаншэна, трое Даосов во главе с Ваньянь Юэ преградили ему путь. Увидев это, Чэнь Чаншэн искоса взглянул на него и спокойно сказал:

— Не дергайся. Если сейчас посмеешь рыпнуться, этот молодой господин оторвет твои крылья и зажарит на углях. Не веришь – попробуй. Как бы быстро ни летала птица в небе, охотник всегда сможет ее подстрелить.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, загадочный мужчина быстро взял себя в руки.

— Охотник охотится, это верно. Но нужно смотреть, что за добыча. Если добыча охотника – могучий орел, то охотник не только не сможет ее подстрелить, но и сам будет убит своей добычей. А я, Фан Цяньчэн, и есть тот орел!

Услышав имя «Фан Цяньчэн», Фуяо нахмурился.

— Фан Цяньчэн? Согласно записям моей Святой Земли Мерцающего Света, на этом континенте когда-то существовало множество древних рас, известных как Древние Кланы. Однако после разрушения Небесной Судьбы могущественные Древние Кланы постепенно исчезли. Последним исчезнувшим кланом была Раса Небесных Крыльев, обладающая крыльями за спиной. Пять тысяч лет назад в Расе Небесных Крыльев родился гений, от рождения обладавший парными крыльями Ветра и Грома, чья скорость достигала предела возможного в этом мире. Поэтому ему дали имя Фан Цяньчэн, что означало: «Заполучить такого Цилиня – не отдать и тысячи городов».

— Ха-ха-ха! – Услышав, что Святой Сын Мерцающего Света точно назвал его происхождение, Фан Цяньчэн громко рассмеялся. – Прошло пять тысяч лет, не думал, что кто-то еще помнит о делах давно минувших дней. Ты неплох. Достоин быть моим противником. Но прежде чем убить тебя, я должен сначала разорвать пасть этому парню. Его слова слишком раздражают.

На угрозы Фан Цяньчэна Чэнь Чаншэн не обратил ни малейшего внимания. Он поднял на руки раненую Гунсунь Хуайюй и велел Су Тяню позаботиться о младшем брате Фуяо. Затем Чэнь Чаншэн повернулся к Цзян Буфаню и спросил:

— Глава Святой Земли Цзян, каково задание второго этапа Собрания Избранных Небес?

— Второй этап – состязание в методах. Святая Земля Куньлунь обнаружила чрезвычайно богатое месторождение Источников Духа, примерно в полутора тысячах километров к западу отсюда. Однако в шахте появились ужасающие аномалии. Тот, кто сможет устранить эти аномалии, получит права на всю шахту. Но, учитывая неважное состояние некоторых юных друзей, состязание откладывается на пять дней. Одновременно, чтобы обеспечить честность соревнования, в течение этого времени ни один гений не может покидать Святую Землю Куньлунь.

— Понятно, – ровно ответил Чэнь Чаншэн и повел своих спутников прочь.

Глядя ему вслед, Цзян Буфань не смог сдержать легкой улыбки. «Сколь бы ты ни был талантлив, ты все равно не вырвешься из моей ладони. Фан Цяньчэн тяжело ранил Гунсунь Хуайюй, а я лишил тебя возможности подготовиться заранее. Посмотрим, как ты, Чэнь Чаншэн, будешь сражаться через пять дней, покажешь ли ты свои истинные способности».

________________________________________

Резиденция Восточных Пустошей.

Вернувшись в свое временное жилище, Чэнь Чаншэн не стал ни винить Гунсунь Хуайюй за самовольную вылазку, ни грозиться убить Фан Цяньчэна. Стабилизировав состояние раненых, он повернулся к Ваньянь Юэ, Налань Цзин и остальным и сказал:

— Я ухожу в уединенное совершенствование на пять дней. В это время я никого не принимаю, и никто не должен меня беспокоить. Вы четверо лично охраняйте это место и пресекайте любые попытки наблюдения.

Сказав это, Чэнь Чаншэн развернулся и ушел в свою комнату. Налань Цзин, только что заключившая с ним союз, совершенно не понимала, что он задумал. Однако те, кто знал Чэнь Чаншэна лучше, как Цзо Синхэ, поняли его намерения. Чэнь Чаншэн готовился «проводить» кого-то в последний путь.

________________________________________

В комнате.

Посреди комнаты появилась изящная бронзовая платформа-алтарь. Эту платформу Чэнь Чаншэн изготовил из обломков Древнего Бронзового Дворца, найденного в Сто Тысяч Гор. Трехцветный телепортационный массив требовал особого материала Древнего Бронзового Дворца для своей работы. Чэнь Чаншэн давно мечтал о таком телепорте, способном перемещать на огромные расстояния и игнорировать блокирующие формации. После нескольких сотен лет исследований ему удалось создать эту миниатюрную версию трехцветного телепортационного массива. Хотя радиус действия был невелик, а направление неконтролируемо, с помощью этого массива Чэнь Чаншэн мог незаметно покинуть Святую Землю Куньлунь. Именно это и было его главной страховкой, позволившей ему без опаски привести Гунсунь Хуайюй сюда.

Активировав формацию, Чэнь Чаншэн мгновенно исчез из комнаты.

________________________________________

За пределами Святой Земли Куньлунь.

Человеческая фигура появилась посреди дикой местности. Великая защитная формация, окружавшая Святую Землю Куньлунь, даже не шелохнулась. Глядя на далекие очертания Святой Земли, Чэнь Чаншэн криво усмехнулся.

— Цзян Буфань, раз уж ты так хочешь, чтобы я расчистил для тебя путь, я с удовольствием исполню твое желание. И еще, твое Собрание Избранных Небес слишком уж скучное. Я помогу тебе добавить немного размаха.

Сказав это, Чэнь Чаншэн определил направление и полетел к месту «соревнования», которое должно было состояться через пять дней.

То, что Фан Цяньчэн напал на Гунсунь Хуайюй, было подстроено Цзян Буфанем – это было ясно как день. Если бы Гунсунь Хуайюй погибла, Чэнь Чаншэн точно не оставил бы это просто так. Столкнись он с Фан Цяньчэном, другие гении тоже начали бы выбирать стороны. А тех, кто попытался бы остаться в стороне, Цзян Буфань подтолкнул бы к действию.

Как говорится, когда дерутся два тигра, один непременно будет ранен. Неважно, кто проиграет – Чэнь Чаншэн или Фан Цяньчэн – Цзян Буфань избавится от одного сильного соперника. По обычной логике, план Цзян Буфаня уже удался, и пространства для маневра практически не оставалось.

Однако Цзян Буфань просчитался в одном: он не учел, что у Чэнь Чаншэна есть способ ускользнуть от его наблюдения. И уж тем более он не учел, что Чэнь Чаншэн – Грандмастер формаций высшего уровня, владеющий смертоносными массивами.

Полторы тысячи километров для Чэнь Чаншэна были не таким уж большим расстоянием. Вскоре он нашел месторождение Источников Духа, о котором говорил Цзян Буфань. Увидев шахту, плотно окруженную силами Святой Земли Куньлунь, Чэнь Чаншэн презрительно усмехнулся. Затем он достал компас Лопань и принялся изучать энергетические потоки и рельеф окружающей местности.

Спустя шесть часов Чэнь Чаншэн наконец завершил разведку местности в радиусе ста пятидесяти километров вокруг месторождения.

— Ц-ц-ц! Дракон свернулся, тигр притаился, ветер собран, вода накоплена… Воистину, превосходное место Драконьих Вен! Такие места идеально подходят для установки формаций.

Сказав это, Чэнь Чаншэн достал из-за пазухи книгу в обложке из шкуры зверя. Эту книгу он добыл в Древней Запретной Земле. Формация Небесного и Земного Уничтожения была одним из трех великих смертельных массивов, описанных в ней. Сейчас же Чэнь Чаншэн собирался установить другой смертельный массив из этой книги.

Он назывался «Небесное Увядание». В отличие от Формации Небесного и Земного Уничтожения, «Небесное Увядание» чрезвычайно зависело от рельефа и энергетических потоков местности. Чем сильнее были местность и Драконьи Вены, тем мощнее становился массив «Небесное Увядание». Принцип его действия заключался в том, что он превращал Драконьи Вены, оберегающие местность, в «Свирепого Дракона» и использовал их ответную силу для уничтожения врагов. После активации вся Драконья Вена иссыхала, а местность в радиусе пятисот километров превращалась в бесплодную пустыню.

Еще раз пробежавшись по описанию массива «Небесное Увядание», Чэнь Чаншэн принялся за работу, устанавливая компоненты формации по всей округе. Стражники, охранявшие месторождение, естественно, тоже оказались внутри зоны действия будущего массива.

________________________________________

Три дня пролетели быстро. К концу третьего дня лицо Чэнь Чаншэна осунулось, а глаза покраснели от усталости. Установка столь огромного и сложного смертельного массива требовала колоссальных затрат ментальной энергии и Божественного Сознания. К счастью, Чэнь Чаншэн недавно совершил «небольшой прорыв» в своем совершенствовании, иначе на установку ушло бы как минимум в десять раз больше времени.

Глядя на свое безупречное творение, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул.

— Этого должно хватить. Этот птицечеловек летает так быстро, что обычные формации его не удержат. Но, как говорится, как бы быстро ни летала птица, ей не уйти из сетей охотника.

Сказав это, Чэнь Чаншэн собрался покинуть это место и вернуться в Святую Землю Куньлунь. Перед уходом он инстинктивно еще раз взглянул на далекое месторождение… и нахмурился.

— Что-то здесь не так… Не может быть! В таком месте не должно такого происходить!

Отбросив мысль об уходе, Чэнь Чаншэн достал несколько книг и принялся сверяться с ними. Это были книги смертных о геомантии и фэн-шуй.

Смертные, как и совершенствующиеся, практиковали поиск Драконьих Вен и благоприятных точек. С технической точки зрения, методы совершенствующихся должны были быть продвинутой версией методов смертных. Ведь среди совершенствующихся искусством фэн-шуй владели лишь известные Грандмастера формаций, способные управлять силами гор и рек. Хотя подходы могли немного отличаться, место, выбранное Грандмастером формаций как благоприятное, с точки зрения смертного мастера фэн-шуй должно было быть безупречным.

Но сейчас, когда Чэнь Чаншэн посмотрел на эту местность глазами мастера фэн-шуй, он увидел, что это – место великой беды, чрезвычайно неблагоприятное.

— Не может быть! Почему так?

Перерыв все свои книги по фэн-шуй, Чэнь Чаншэн не нашел объяснения. Все его знания твердили: это место – источник великой опасности. Но с точки зрения Грандмастера формаций – это было превосходное место с сильными Драконьими Венами. Столкнувшись с таким противоречием, Чэнь Чаншэн ломал голову до самого наступления ночи.

— У-у-у…

Холодный ночной ветер овеял Чэнь Чаншэна, вырвав его из раздумий. В то же мгновение из леса донесся звук, похожий на женский плач. Своим Божественным Сознанием Чэнь Чаншэн легко определил источник звука. Это была всего лишь обычная ночная птица.

Но при виде этой птицы Чэнь Чаншэн резко вскочил на ноги. Он вспомнил строки из книги по фэн-шуй: «Столетняя сова древесным духом обернется, смех ее зеленым огнем в гнезде взовьется».

Сова – обычная птица, но в глазах смертных мастеров фэн-шуй она считалась птицей-предвестником беды. А «древесный дух» – это растение, впитавшее Иньскую Ци и обретшее слабое сознание, даже не полноценный дух. Для совершенствующихся такие существа были ничтожны, но для смертных они представляли опасность, поэтому их и боялись.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн рассек кору ближайшего дерева. Из раны потекла густая красная жидкость. Чэнь Чаншэн скривился – он понял причину странностей этого места.

Смертные, с их короткой жизнью и слабостью, обращали больше внимания на мелкие детали и предзнаменования. Совершенствующиеся же, с их долголетием и силой, часто игнорировали такие «обычные» вещи, как птиц-вестников беды или слабых древесных духов. Но именно эти слабые существа были наиболее чувствительны к изменениям в окружающей среде.

Исходя из этого, вывод мог быть только один: что-то меняло энергетику этого места, превращая его из благоприятного в гибельное. Просто Драконьи Вены здесь были настолько сильны, что это влияние пока подавлялось. Но со временем оно возьмет верх, и место Драконьих Вен станет местом великой беды.

Поняв все, Чэнь Чаншэн с возбуждением посмотрел вдаль.

— Сущность, способная напрямую влиять на Драконьи Вены… Таких вещей даже в легендах немного! А Драконьи Вены такой силы во всех Срединных Землях можно по пальцам пересчитать. И сейчас что-то настолько сильное, что даже они не могут его подавить… Интересно!

Сказав это, Чэнь Чаншэн применил Технику Золотого Света и медленно погрузился под землю. Благодаря его умению скрывать свое присутствие, стражники у месторождения так и не заметили его проникновения.

________________________________________

Ночь быстро прошла. С первым лучом солнца, коснувшимся земли, Чэнь Чаншэн пулей вылетел из-под земли.

— Ужас! Какой ужас! – Бледный как полотно, он хлопал себя по груди, пытаясь успокоиться. Потребовалось больше десяти вдохов, чтобы он пришел в себя. Глядя на внешне спокойное месторождение вдалеке, Чэнь Чаншэн с содроганием пробормотал: – Ну и смельчаки в этой Святой Земле Куньлунь! Добывать Источники Духа прямо над такой штукой! Эта тварь да еще и мой массив «Небесное Увядание»… Кажется, я немного переборщил. Впрочем, это не моя головная боль. Святая Земля Куньлунь – сила большая, с таким пустяком они должны справиться. И в следующий раз мне точно не стоит лезть куда не просят! Эта тварь чуть не выбралась! Если бы не мощь Драконьих Вен, я бы там и остался!

Бормоча себе под нос, Чэнь Чаншэн поспешил покинуть это место.

________________________________________

Резиденция Восточных Пустошей.

Проведя в «уединении» четыре дня, Чэнь Чаншэн вернулся раньше срока. Окинув взглядом собравшихся, он схватил за руку недавно прибывшего Фуяо.

— Друг Даос! Завтра на Собрании Избранных Небес ты обязательно должен меня защитить!

Фуяо: ???

(Что ты опять задумал?)

Остальные: «…»

(Что у тебя на уме?! Мы не успеваем за твоими мыслями!)

Слова Чэнь Чаншэна оставили Фуяо в полном недоумении. Однако сильное шестое чувство подсказало ему не развивать эту тему.

— Брат Чэнь шутит. Сила брата Чэня не имеет себе равных с древних времен. Как же я могу его защищать? Подобные шутки брату Чэню лучше больше не повторять.

Услышав вежливый отказ Фуяо, Чэнь Чаншэн мгновенно сменил выражение лица.

— Не хочешь меня защищать – зачем тогда пришел? Возвращайся. С ними двумя все будет в порядке, – кивнул он в сторону раненых.

Хотя Чэнь Чаншэн фактически выставил его за дверь, Фуяо не рассердился. Обменявшись парой вежливых фраз, он развернулся и покинул резиденцию Восточных Пустошей.

Видя такое «трусливое» и «наглое» поведение Чэнь Чаншэна, Цзы Нин не удержалась от язвительного замечания:

— Раз уж так боишься опасности, зачем вообще пришел на Собрание Избранных Небес? Сидел бы дома, и все.

Налань Цзин уже хотела было отчитать ученицу за дерзость, но Чэнь Чаншэн остановил ее жестом руки.

— Судя по словам госпожи Цзы Нин, вы собираетесь завтра на Собрании Избранных Небес защищать меня?

— Мой мастер приказала мне обеспечить твою безопасность. Хотя ты мне и неприятен, я выполню свой долг и буду тебя защищать. Я не могу гарантировать, что одолею всех сильных врагов, но могу гарантировать, что не сбегу раньше тебя.

— Невероятно! – Чэнь Чаншэн хлопнул в ладоши. – Госпожа Цзы Нин поистине обладает незаурядной смелостью! Раз уж госпожа Цзы Нин заявила о своей позиции, то и я не буду мелочиться. Если госпожа Цзы Нин завтра не сбежит, то после окончания Собрания Избранных Небес я лично передам ей метод совершенствования. Тот самый, который практикует Гунсунь Хуайюй.

При этих словах глаза Цзы Нин мгновенно загорелись. Она действительно проиграла Гунсунь Хуайюй, но не из-за недостатка усердия или таланта, а из-за метода совершенствования. Если Чэнь Чаншэн действительно передаст ей эту таинственную технику, у нее все еще будет шанс побороться с другими гениями.

— Твои слова правдивы?

— Абсолютно правдивы. Если я нарушу слово хоть на йоту, пусть меня постигнет ужасная смерть! Но завтра на Собрании Избранных Небес ты не должна сбегать.

— Без проблем! – уверенно заявила Цзы Нин. – Хотя я и не ровня Фан Цяньчэну, но продержаться против него некоторое время смогу. Если я завтра сбегу по своей воле, мне будет стыдно смотреть тебе в глаза.

Глядя на полный энтузиазма взгляд Цзы Нин, Чэнь Чаншэн мысленно усмехнулся. «Глупая девчонка, не знаешь высоты небес и толщины земли. Даже Святой Сын Мерцающего Света не осмелился дать такое обещание, а ты ввязываешься. Посмотрим, как ты завтра заплачешь».

Обсудив еще некоторые детали, Чэнь Чаншэн отпустил всех отдыхать. В этот момент из своей комнаты вышла бледная Гунсунь Хуайюй. Увидев ее, Чэнь Чаншэн сказал:

— Пойдем, посидим со мной на крыше.

________________________________________

На крыше.

Чэнь Чаншэн смотрел на далекие синие небеса и белые облака, и на его лице было написано полное расслабление. Но лицо Гунсунь Хуайюй было полно вины.

— Господин, накажите меня! Делайте со мной что угодно! Только не игнорируйте меня! – В ее голосе слышались слезы. Чувство, будто ее оставили самые близкие, было мучительнее тысячи ножей.

Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— За что мне тебя наказывать?

— Я самовольно покинула резиденцию, и из-за меня господин стал врагом Фан Цяньчэна. Если бы не я, планы господина не были бы нарушены, и сейчас он не оказался бы в таком пассивном положении.

— Стал врагом, ну и что? Ничего страшного. Рано или поздно мы все равно столкнулись бы с подобной ситуацией.

Чем спокойнее говорил Чэнь Чаншэн, тем сильнее Гунсунь Хуайюй винила себя. С тех пор, как она стала следовать за ним, она постоянно совершала ошибки.

— Но…

— Никаких «но», – прервал ее Чэнь Чаншэн. – Девочка, ты идешь не путем одинокого совершенствующегося. В будущем за тобой последуют многие люди. Но ты должна понять одну истину: в этом мире нет никого, кто бы не совершал ошибок. Если люди рядом с тобой ошибаются, а ты будешь лишь винить и ругать их, ты не сможешь далеко уйти. Ошибка уже совершена. Даже если я буду ругать тебя, наказывать или даже убью, это не изменит текущую ситуацию. Ты действительно совершила ошибку, но эту ошибку я еще могу исправить и даже разрешить. Я могу помочь тебе раз, два, три раза. Но что будет в четвертый, пятый раз? Если ты никогда не научишься думать, прежде чем действовать, кто тогда тебе поможет?

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй прикусила губу до крови. Хотя она и была импульсивной и немного по-детски наивной, она никогда не хотела доставлять неприятности тем, кто был ей дорог. Поэтому слова Чэнь Чаншэна, хоть и не были прямым упреком, ранили ее сильнее, чем если бы он вырезал кусок плоти из ее тела. Потому что она подвела тех, кто о ней заботился.

Видя, что «воспитательный момент» достиг нужного эффекта, Чэнь Чаншэн погладил Гунсунь Хуайюй по голове.

— Главное – запомни этот урок. Я не хочу, чтобы ты повторяла одни и те же ошибки дважды. Кстати, как зовут того аптекарского ученика из Долины Бабочек?

Услышав вопрос, Гунсунь Хуайюй отвела взгляд:

— Я не знаю. Я просто гуляла там и случайно его встретила.

— Хватит мне врать. Раз я спрашиваю, значит, я уже знаю правду.

— Налань Синде, – тихо произнесла Гунсунь Хуайюй, опустив голову.

— Налань Синде… В этом имени есть своя прелесть. Как вы познакомились?

— Пять лет назад меня тяжело ранили люди из Святой Земли Куньлунь. Я вырвалась из окружения и потеряла сознание. Он спас меня.

— А, так это благодарность за спасение жизни! Неудивительно, что Гунсунь Хуайюй, известная как Демоница Срединных Земель, так привязалась к нему. Раз уж вы оба нравитесь друг другу, цените это время. Не ждите старости, чтобы потом жалеть.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй удивленно посмотрела на Чэнь Чаншэна.

— Господин, вы не против того, чтобы я была с ним?

— А почему я должен быть против?

— Потому что у старшего брата Наланя нет таланта к совершенствованию!

— Ну и что? Разве мы с твоим мастером похожи на тех, кто заставляет вступать в брак по расчету? Главное, что вы нравитесь друг другу. В остальное мы не вмешиваемся. Кстати, если однажды ты попадешь в опасность, а нас с мастером не будет рядом, можешь попробовать позвать на помощь Святого Сына Мерцающего Света.

— А? – На лице Гунсунь Хуайюй отразилось полное недоумение. – Почему? Я с ним не знакома!

— Потому что Налань Синде – его родной младший брат. Правда, сам Налань Синде об этом не знает. Учитывая такие родственные узы, Фуяо не останется в стороне. Если бы он тайно не прикрывал вас все это время, ваши отношения с Налань Синде давно бы раскрыли. Ты действительно думаешь, что смогла бы обмануть всех? И еще, не говори об этом Налань Синде, иначе он окажется в опасности.

Слова Чэнь Чаншэна повергли Гунсунь Хуайюй в глубочайший шок. Она и представить не могла, что старший брат Налань – родной младший брат Святого Сына Мерцающего Света. Не обращая внимания на ее потрясение, Чэнь Чаншэн поднялся и размял тело.

— Завтра на Собрании Избранных Небес ты должна запомнить несколько вещей. Первое: не вступай ни с кем в конфликт, включая Фан Цяньчэна. Второе: не заходи глубоко в шахту.

Услышав эти странные требования, прежняя Гунсунь Хуайюй непременно стала бы допытываться о причинах. Но нынешняя Гунсунь Хуайюй решила просто подчиниться.

— Господин, этим двум правилам нельзя нарушать ни при каких обстоятельствах?

— Да. Даже если Фан Цяньчэн плюнет тебе в лицо, ты не должна их нарушать. И не только ты должна их соблюдать, но и убедить остальных делать то же самое.

— Включая Цзы Нин?

— Да.

Услышав ответ Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй поджала губы.

— Господин, не волнуйтесь. Я вас не подведу.

— Хе-хе! – Чэнь Чаншэн удовлетворенно улыбнулся, видя ее состояние. – На ошибках учатся. Ты действительно повзрослела.

Сказав это, он спрыгнул с крыши и вернулся в свою комнату. Как говорится, дела рушатся из-за секретов, а слова – из-за утечек. Чтобы завтрашний план не был раскрыт, лучший способ – никому ничего не говорить. Прежняя Гунсунь Хуайюй наверняка стала бы допытываться до последнего или попыталась бы выполнить приказ по-своему. Но сейчас она не стала спрашивать о причинах и не выказала недовольства из-за непонимания. Именно такого роста и ждал от нее Чэнь Чаншэн.

________________________________________

Время летело, и день промелькнул как одно мгновение. Когда наступил пятый день, все гении собрались у входа в шахту. Одновременно сюда прибыли и представители великих сил, и главы Святых Земель. В конце концов, второй этап состязания был связан с определенным риском, и никто не хотел, чтобы с их гениями что-то случилось.

Любопытно было то, что представители Восточных Пустошей подверглись остракизму со стороны большинства сил Срединных Земель. Поэтому Ваньянь Юэ и остальные оказались довольно далеко от входа в шахту. Святая Земля Пурпурного Дворца хоть и не подверглась столь сильному давлению, но и им не удалось занять место поближе к входу. Если в шахте что-то случится, ни Восточные Пустоши, ни Святая Земля Пурпурного Дворца не смогут прийти на помощь первыми.

Виновником всего этого, естественно, был Дитя Запретной Земли, Фан Цяньчэн. Перед лицом извечных Запретных Земель далеко не все силы осмеливались идти на конфронтацию.

— Чэнь Чаншэн, войдя в эту шахту, трудно сказать, выживешь ли ты. Если боишься, можешь выйти сейчас. Никто не будет над тобой смеяться.

Увидев неподалеку группу Чэнь Чаншэна, Фан Цяньчэн не удержался от провокации. В ответ Чэнь Чаншэн холодно бросил:

— Чья возьмет – еще неизвестно. Советую тебе не быть слишком самонадеянным. В этой шахте Божественное Сознание не работает. Слишком заносчивых легко ударить из-за угла дубиной по голове.

— Вот как? Что ж, я буду ждать с нетерпением, – Фан Цяньчэн презрительно усмехнулся и повел гениев Западного Континента в один из туннелей.

Увидев это, Чэнь Чаншэн с каменным лицом вошел в другой туннель. Входов в шахту было множество, но все они в конечном итоге сходились в одном месте. В таком подземном лабиринте было идеальное место для убийств и грабежа.

________________________________________

Шахтный туннель.

Пройдя некоторое расстояние, Чэнь Чаншэн оказался перед развилкой. Левый путь вел вглубь шахты, правый – огибал ее по периферии. Чэнь Чаншэн совершенно естественно выбрал левый путь.

Однако, когда остальные собрались последовать за ним, Гунсунь Хуайюй преградила им путь налево.

— Мы идем направо.

Ее поступок вызвал недоумение у всех присутствующих. Е Хэньшэн спросил:

— Госпожа Гунсунь, что это значит?

— Ничего особенного. Я просто хочу пойти направо, и вы пойдете со мной.

От этих слов Цзы Нин тут же возмутилась:

— Да кто ты такая?! С каких пор ты командуешь в отряде?! Хочу идти туда – иду туда! Тебя это не касается!

Гунсунь Хуайюй не стала спорить, лишь молча продолжала стоять на пути.

Е Хэньшэн взглянул на уже скрывшегося из виду Чэнь Чаншэна, затем на Гунсунь Хуайюй, блокирующую проход. Его глаза сузились.

— Госпожа Цзы Нин, успокойтесь. Госпожа Гунсунь, вероятно, поступает так не без причины. Может, поступим так: разделимся. Часть отправится на помощь брату Чэню, а другая часть пойдет с госпожой Гунсунь по другому пути. Эти туннели разветвляются во все стороны, путь вглубь шахты не один.

Предложение Е Хэньшэна немного остудило гнев Цзы Нин. Действительно, идти такой большой группой было рискованно, разделение выглядело разумным.

— Нет! – решительно отказалась Гунсунь Хуайюй. – Никто не пойдет по этому пути!

— Ты!.. – Цзы Нин снова начала закипать.

— Госпожа Цзы Нин, успокойтесь, – вмешался Е Хэньшэн, выступая миротворцем. – Раз госпожа Гунсунь не позволяет нам идти этим путем, давайте выберем другой. Брат Чэнь очень силен. Если мы будем рядом, мы можем только сковывать его действия.

Столкнувшись с таким упрямством Гунсунь Хуайюй, Цзы Нин была в ярости. Но благодаря миротворческим усилиям Е Хэньшэна конфликт удалось погасить. В конечном итоге, под настойчивым требованием Гунсунь Хуайюй, все выбрали правый туннель.

________________________________________

— Массив Пяти Элементов и Восьми Триграмм, Массив Призрачных Блуждающих Теней…

Неспешно идя по туннелю, Чэнь Чаншэн на каждой развилке оставлял ловушку-формацию. Эти формации не были сильными; гений мог бы сломать их меньше чем за вдох. Любопытно было то, что Чэнь Чаншэн не спешил углубляться в шахту, а кружил по средним уровням.

Оставив ловушки на большинстве ключевых проходов, Чэнь Чаншэн достал карту. Эту карту предоставила Святая Земля Куньлунь всем участникам. Цель Собрания Избранных Небес – выявить сильнейшего гения. Шахта была похожа на лабиринт, и было бы смешно, если бы все потратили время на поиски пути.

Внимательно изучив карту, Чэнь Чаншэн сосредоточил взгляд на центральной точке. Увидев красную отметку, он невольно содрогнулся.

«Как же мне заставить их выманить эту тварь наружу? Если кто-нибудь узнает, что это моих рук дело, мне точно не поздоровится!»

Поразмыслив, Чэнь Чаншэн применил Технику Золотого Света и снова медленно погрузился под землю. Единственный способ сделать так, чтобы никто не узнал о его причастности – это снова приблизиться к тому ужасающему существу.

Аномалии в конце туннеля были вызваны влиянием того, что находилось глубоко внизу. А расстояние от туннелей до этого «чего-то» составляло около километра. Если он тайно уберет слой земли и породы между ними, то они легче обнаружат «странность». А когда странность будет обнаружена, достаточно, чтобы кто-нибудь «сунул свой любопытный нос», как он сам позавчера, – и дело будет сделано.

— Гунсунь Хуайюй, с меня хватит! Ты действительно думаешь, я тебя боюсь?!

Когда Гунсунь Хуайюй снова преградила ей путь, Цзы Нин окончательно вышла из себя. С тех пор, как они впервые разделились с Чэнь Чаншэном, Гунсунь Хуайюй водила их кругами по внешним уровням шахты. И каждый раз, когда они подходили к проходу, ведущему вглубь, Гунсунь Хуайюй преграждала им путь. Раз, другой еще можно было стерпеть, но когда это повторилось в третий раз, терпение Цзы Нин лопнуло.

На вспышку гнева Цзы Нин Гунсунь Хуайюй спокойно ответила:

— Боишься ты меня или нет – неважно. Важно то, что ты не можешь идти дальше.

Эти слова лишь подлили масла в огонь ярости Цзы Нин.

— Гунсунь Хуайюй, я признаю, что ты сильнее меня. Я также знаю, что мне не справиться с Чэнь Чаншэном. Ты снова и снова преграждаешь нам путь вглубь шахты. Вероятно, это не твоя собственная идея. Но даже если вы с Чэнь Чаншэном так сильны, нельзя же относиться к нам как к детям! В глубине шахты находятся гении высшего уровня. Положа руку на сердце, ты действительно думаешь, что мы не сможем помочь?

Гунсунь Хуайюй не знала, что ответить. Сила Цзы Нин и двух других Даосов, по отдельности, действительно уступала таким чудовищным талантам, как Фан Цяньчэн. Но вместе они представляли собой силу, которую нельзя было игнорировать. Сейчас они были союзниками, и их желание отправиться на помощь Чэнь Чаншэну было вполне обоснованным.

Но Чэнь Чаншэн отдал строгий приказ: не пускать их вглубь шахты.

Оказавшись в таком трудном положении, Гунсунь Хуайюй впервые ощутила, как сложно руководить отрядом. Точнее, отрядом гениев. Гениев называют гениями потому, что они в чем-то превосходят других. Поэтому в таком отряде всегда возникает множество разных мнений, и почти каждое из них имеет под собой основания.

Ситуация Цзы Нин отличалась от ее собственной. Она не знала истинной личности Чэнь Чаншэна и потому не могла доверять ему безоговорочно. По логике, если бы Гунсунь Хуайюй раскрыла личность Чэнь Чаншэна, Цзы Нин перестала бы сомневаться в его решениях. Но эту правду нельзя было раскрывать. Точно так же, как Чэнь Чаншэн не объяснил ей самой, почему нельзя пускать остальных вглубь шахты.

Оказывается, в этом мире действительно не все можно выложить начистоту.

Подумав об этом, Гунсунь Хуайюй сказала:

— Без причин, без объяснений. Вы просто не можете идти вглубь шахты. И покинуть шахту тоже не можете.

Видя, что Гунсунь Хуайюй по-прежнему непробиваема, Цзы Нин окончательно сникла.

— Не пойдем так не пойдем! Хочет умереть – пусть умирает! Ты с ним ближе всех, и то не беспокоишься о его безопасности. С чего бы мне, посторонней, волноваться! Буду просто ждать хороших новостей от Чэнь Чаншэна. Посмотрим, сможет ли он в одиночку разнести там все в пух и прах!

Сказав это, Цзы Нин демонстративно опустила руки, показывая, что больше ничего делать не собирается. Стоявшие рядом Су Тянь и Е Хэньшэн переглянулись, и в их глазах тоже мелькнуло разочарование. Им казалось, что Чэнь Чаншэн по-прежнему не воспринимает их всерьез. Иначе зачем бы он приказал Гунсунь Хуайюй останавливать их? Неужели в его глазах их сила действительно так ничтожна?

В отряде, ведомом Гунсунь Хуайюй, наметился раскол. А тем временем глубоко в шахте Чэнь Чаншэн усердно копал землю.

________________________________________

Шшшш…

Несколько мелких камней осыпалось в не слишком просторную каменную камеру.

Гульп!

Чэнь Чаншэн с трудом сглотнул, а на лбу у него выступил холодный пот. В центре камеры стоял почти истлевший нефритовый гроб. Над ним тускло мерцала масляная лампа. На крышке гроба сидел худой, сморщенный старичок с пустым взглядом и поправлял почти погасший фитилек. Что еще более жутко – глаза у старичка были красные.

Хотя Чэнь Чаншэн видел эту картину уже во второй раз, его сердце все равно бешено заколотилось. В прошлый раз, проникнув в шахту с помощью Техники Золотого Света и обыскав ее, он наткнулся на эту камеру. Увидев странное сочетание нефритового гроба и бронзовой масляной лампы, Чэнь Чаншэн, естественно, решил выяснить, в чем дело. Он осторожно приоткрыл крышку гроба… и этот поступок едва не стоил ему жизни.

Внутри гроба лежало тело. В тот миг, когда крышка сдвинулась, тело, выглядевшее до того совершенно живым, начало на глазах разлагаться, покрываясь золотой шерстью и отращивая клыки. Поняв, что дело плохо, Чэнь Чаншэн тут же захлопнул крышку. Но было уже поздно – процесс трансформации трупа стремительно набирал обороты.

Именно в тот момент, когда Чэнь Чаншэн уже собирался бежать, появился этот «красноглазый старичок». Благодаря его появлению почти угасшая бронзовая лампа снова разгорелась, и Чэнь Чаншэн понял, что происходит.

Этот старичок был духом здешней Драконьей Вены. А тело в гробу – то, что эта Драконья Вена подавляла. По идее, столь мощная Драконья Вена должна была стереть в порошок любую нечисть. Но тварь в гробу оказалась слишком сильна. Она не только не была подавлена, но и сама начала разъедать Драконью Вену. За невесть сколько прошедших лет здешняя Драконья Вена постепенно превратилась в «Злую Драконью Вену». Трансформация почти завершилась, но действия Чэнь Чаншэна резко ускорили этот процесс. Судя по всему, твари в гробу оставалось не больше года до того, как она вырвется наружу, и это – если ее ничто не потревожит извне.

Прокрутив в голове всю информацию, Чэнь Чаншэн начал медленно выбираться из каменной камеры. Лишь оказавшись снова на среднем уровне шахты, он облегченно выдохнул.

— Слой породы толщиной в километр я полностью убрал. Теперь туннель и камеру разделяет лишь каменная плита толщиной около десяти сантиметров. С силой этих ребят, они легко должны заметить проблему. А если они по своей привычке сначала ударят, а потом будут разбираться, то им крупно не повезет. Злая Драконья Вена, пробужденная массивом «Небесное Увядание», плюс зомби, похожий на легендарного Несокрушимого Мертвеца… Такое комбо заставит их попотеть.

Сказав это, Чэнь Чаншэн поправил одежду и неторопливо направился вглубь шахты. Чтобы отвести от себя подозрения в столь крупном происшествии, он должен был появиться на месте событий в качестве «жертвы». Однако, прекрасно зная о поджидающей опасности, Чэнь Чаншэн, естественно, не собирался заходить слишком далеко.

Кроме того, чтобы достичь цели – участвовать в соревновании, но не углубляться в шахту – Чэнь Чаншэну требовалась «помощь» птицечеловека. Ведь сейчас только Фан Цяньчэн был его явным врагом. Он преградит Чэнь Чаншэну путь вглубь шахты, после чего между ними разразится «великая битва». Обменявшись сотней-другой ударов, Чэнь Чаншэн «случайно» проиграет на один шаг – все будет выглядеть очень «логично».

Топ-топ-топ!

Тихие шаги эхом разносились по туннелю шахты, но у развилки они замерли.

Фан Цяньчэн, Сюаньсинь, Чэнь Чаншэн – трое выдающихся избранных талантов оказались перед тремя разными проходами. Не раздумывая ни мгновения, они тут же бросились в хаотичную схватку.

Снаружи было трудно разглядеть, что происходит внутри этих жил. Иными словами, это было идеальное место для убийства и грабежа. Не убьешь ты – убьют тебя.

Грохот!

Мощный удар сотряс всю шахту. Другие избранные таланты, ощутившие это движение, уже спешили сюда.

Хотя Чэнь Чаншэн и Сюаньсинь не сговаривались, с самого начала боя они инстинктивно объединились против Фан Цяньчэна. Они полагали, что узкие проходы шахты ограничат его скорость, но на деле скорость Фан Цяньчэна ничуть не уменьшилась.

Не прошло и трех вдохов, как Чэнь Чаншэн и Сюаньсинь уже уступали.

Бам!

Чэнь Чаншэн отлетел в сторону от мощного удара, а Сюаньсинь едва не лишился глаз от атаки Фан Цяньчэна.

Оттолкнув обломки камней, Чэнь Чаншэн, весь в пыли, выбрался наружу. Увидев, что красивое лицо Сюаньсиня залито кровью, Чэнь Чаншэн крикнул:

— Эй, монах-демон, ты вообще можешь драться?! Я помню, у буддийских последователей физические тела обычно очень крепкие! А тебя слегка царапнули – и ты уже весь изуродован!

На вопрос Чэнь Чаншэна Сюаньсинь лишь мягко улыбнулся:

— Этот благодетель обладает непревзойденной скоростью. Смиренному монаху не одолеть его. Если я использую Буддийское Золотое Тело в этой шахте, она неминуемо обрушится. Если шахта обрушится, благодетель Чэнь, возможно, и уцелеет, но другие благодетели окажутся в опасности. Смиренный монах не желает этого.

Услышав ответ Сюаньсиня, Чэнь Чаншэн закатил глаза, явно не поверив его объяснениям.

«У этих лысых сердца черные, как смоль! Этот монах не хочет драться в полную силу, наверняка есть другая причина», – мысленно проворчал Чэнь Чаншэн, а затем холодно посмотрел на Фан Цяньчэна:

— Фан Цяньчэн, ты снова и снова нападаешь на меня. Чего ты добиваешься?

— Хе-хе! Хочешь знать мою цель? Сначала отдай свою голову! Тогда я лично тебе все расскажу.

Не успел он договорить, как снова бросился на Чэнь Чаншэна. В тот же миг Сюаньсинь, только что бывший его союзником, просто сбежал.

Чэнь Чаншэну оставалось только мысленно выругаться и сосредоточить все силы на отражении атак Фан Цяньчэна. Фан Цяньчэн был силен. Его контроль над собственным телом достиг совершенства, а физическая мощь была поразительной. Но больше всего Чэнь Чаншэна выводила из себя его призрачная скорость. В схватке Фан Цяньчэн наносил Чэнь Чаншэну десять ударов, прежде чем тот едва успевал коснуться противника один раз. В таком невыгодном положении даже Чэнь Чаншэн не мог продержаться долго.

Вспышка!

Мелькнул золотой свет, и кровь брызнула на стены туннеля. Прижимая руку к груди, Чэнь Чаншэн быстро отступил, настороженно глядя на золотой лист в руке Фан Цяньчэна.

Увидев его настороженность, Фан Цяньчэн усмехнулся:

— Ты меня и вправду удивил. Даже этот удар тебя не прикончил. Ты весьма живуч. Раз уж мне не удалось тебя убить, то и возиться дальше лень. Катись назад и передай тому, кто стоит за твоей спиной, чтобы он отдал Технику Сокровенных Трансформаций. В прошлый раз я оставил жизнь Гунсунь Хуайюй, сегодня – оставляю твою собачью жизнь. Если и после этого он не поймет намека, останется только смерть.

Чэнь Чаншэн ничего не ответил на слова Фан Цяньчэна, лишь молча повернулся и ушел.

Увидев, что даже такой непобедимый гений, как Чэнь Чаншэн, потерпел поражение, лица прибывших издалека избранных талантов выражали шок.

Не обращая внимания на их испуганные взгляды, Фан Цяньчэн повернулся к стоявшему неподалеку Фуяо:

— Ты тоже хочешь сразиться со мной?

Фуяо ничего не ответил, лишь слегка улыбнулся и тоже повернулся, чтобы уйти.

Одним словом заставил отступить Святого Сына Мерцающего Света и тяжело ранил загадочного избранного таланта Чэнь Чаншэна. В этот момент репутация Фан Цяньчэна среди молодого поколения достигла своего пика.

— Святой Сын Мерцающего Света… ничего особенного, – небрежно бросил он и уже собирался углубиться в шахту.

Но тут один из следовавших за ним избранных талантов с Западного Континента сказал:

— Господин, внезапное поражение Чэнь Чаншэна кажется подозрительным. Может, нам стоит быть осторожнее?

— Мелкие уловки, не обращай внимания, – отмахнулся Фан Цяньчэн. – Я знаю, что этот парень не использовал всю свою силу. Но и я тоже. Даже если он выложится полностью, я все равно смогу снова его победить. Перед лицом абсолютной силы все интриги и уловки бесполезны. Чэнь Чаншэн силен в формациях. Он намеренно показал слабость, чтобы заманить меня в свою ловушку. Но он слишком невежественен. Он не знает, что мои Крылья Ветра и Грома – проклятие всех формаций в Поднебесной!

Услышав это, избранный талант с Западного Континента покорно замолчал.

________________________________________

«Тяжелораненый» Чэнь Чаншэн отошел на некоторое расстояние. Убедившись, что за ним никто не следит, он мгновенно выпрямился, а страдальческое выражение исчезло с его лица. Ужасная рана на груди затягивалась с видимой скоростью. Глядя на плотно переплетенные нити Золотого Шелкопряда Гу в ране, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул.

Когда рана полностью зажила, он задумчиво потер подбородок:

— У этого парня тоже есть фрагмент Техники Сокровенных Трансформаций, и он знает о ее существовании. Неудивительно, что он тогда не убил Гунсунь Хуайюй. Оказывается, он охотится за полной Техникой Сокровенных Трансформаций! Но почему он сказал передать тому, кто стоит за моей спиной, чтобы он отдал технику?

Поразмыслив немного, Чэнь Чаншэн быстро нашел возможное объяснение. Вероятно, некое существо в Запретной Земле ощутило связь между Техникой Сокровенных Трансформаций и Избранным Небес. И Гунсунь Хуайюй, и он сам использовали эту технику, но их поведение не соответствовало поведению Избранного Небес. Поэтому Фан Цяньчэн заподозрил, что за ними кто-то стоит – тот самый Избранный Небес, который и «передал» им эту технику.

— Хотя и не совсем точно, но ты почти угадал, – пробормотал Чэнь Чаншэн. – А раз уж ты догадался, то тем более должен умереть.

С этими мыслями он снова принял вид тяжелораненого и направился к выходу из шахты. Фан Цяньчэн скоро доберется до центральной жилы. Нужно было уносить ноги как можно скорее, иначе быть беде.

________________________________________

— Господин, что с вами? – Увидев тяжелую рану Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй встревоженно подбежал к нему.

На обеспокоенные взгляды спутников Чэнь Чаншэн лишь слабо махнул рукой:

— Мастерство уступает противнику, тут нечего сказать. Уходим.

С этими словами он повел своих людей прочь из шахты.

Когда тяжелораненый Чэнь Чаншэн снова появился перед представителями разных сил, все присутствующие были потрясены. Неужели Фан Цяньчэн действительно так силен? Даже такой избранный талант, как Чэнь Чаншэн, пал от его руки! Возможно, он и вправду достоин побороться с Избранным Небес.

Реакция на тяжелую рану Чэнь Чаншэна была разной. В чьих-то глазах читалась насмешка, в чьих-то – сожаление. Однако Чэнь Чаншэн не обращал на эти взгляды никакого внимания, лишь «с трудом» продолжал идти к выходу.

Увидев это, Налань Цзин хотела подойти и осмотреть его раны, но не успела ее рука коснуться Чэнь Чаншэна, как он «гневно» оттолкнул ее.

— Не трогай меня! Я просто ничтожество!

Такое самобичевание со стороны Чэнь Чаншэна вызвало у Налань Цзин недоумение. Сила Фан Цяньчэна была очевидна для всех, и она допускала возможность поражения Чэнь Чаншэна. Но, судя по ее наблюдениям, Чэнь Чаншэн был не из тех, кто падает духом после одной неудачи!

В замешательстве Налань Цзин повернулась к стоявшей рядом Цзы Нин:

— Нин’эр, что происходит?

— Это нужно спросить у Великого Господина Чэня! Кто… – с язвительной интонацией начала Цзы Нин.

— Хватит! – прервал ее Чэнь Чаншэн, его глаза покраснели. – Я признаю свое поражение от Фан Цяньчэна. Но даже если я проиграл вчистую, я не приму ничьей помощи! Проиграл – значит проиграл, тут нечего оправдываться! Я даже не добрался до глубины шахты! Как я могу после этого жить на свете?!

С этими словами Чэнь Чаншэн выхватил кинжал и приготовился покончить с собой на месте.

Вжух!

Ваньянь Юэ вырвала кинжал из его руки. Затем она повернулась к Цзян Буфаню и поклонилась:

— Святой Мастер Цзян, наши Восточные Пустоши уступают в мастерстве, тут нечего сказать. Прощайте!

С этими словами Ваньянь Юэ и ее спутники увели Чэнь Чаншэна.

Эта странная сцена оставила Налань Цзин в полном недоумении. Но не успела она разобраться в происходящем, как заметила, что «тяжелораненый» Чэнь Чаншэн сделал ей едва заметный знак пальцем.

Увидев это, сердце Налань Цзин екнуло. Ей в голову пришла абсурдная мысль: все происходящее – лишь спектакль, устроенный Чэнь Чаншэном. Эта догадка заставила ее забеспокоиться. Она никогда не сомневалась в хитроумии Чэнь Чаншэна. Он был достаточно умен, чтобы в полной мере использовать поддержку стоящих за ним сил: Восточных Пустошей, Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен и ее Святой Земли Пурпурного Дворца. С такой поддержкой Чэнь Чаншэн мог бы сейчас подойти и влепить Цзян Буфаню пощечину, и, скорее всего, ему бы это сошло с рук.

Но раз он, несмотря на все это, решил устроить такой сложный спектакль, значит, проблема, которую он собирался создать, была огромной. Настолько огромной, что даже Святая Земля Пурпурного Дворца не смогла бы ее выдержать.

Множество мыслей пронеслось в ее голове. Налань Цзин приняла холодное выражение лица и сказала:

— Уважаемые Даосы, забыла вам кое-что сказать. Чэнь Чаншэн стал Святым Сыном нашей Святой Земли Пурпурного Дворца. Теперь, когда и Святой Сын, и Святая Дева потерпели поражение, Святой Земле Пурпурного Дворца больше нет смысла здесь оставаться. Прощайте!

Сказав это, Налань Цзин увела ничего не понимающую Цзы Нин. Едва они отошли, как из глубины шахты донесся полный ужаса рев.

________________________________________

Внутри шахты.

— Чэнь Чаншэн, я твою ****!!!

Ругань Фан Цяньчэна эхом разносилась по туннелям. В этот момент он отчаянно спасал свою жизнь.

Победив Чэнь Чаншэна, Фан Цяньчэн и остальные без проблем добрались до центральной жилы. А затем он обнаружил, что под дном туннеля скрывается еще одно пространство. Естественно, Фан Цяньчэн решил пробить каменный слой и посмотреть, что там.

Он использовал совсем немного силы, лишь чтобы разбить камень, и тут же остановился. Но Фан Цяньчэн не учел одного: обломки камня упадут вниз. И один из этих обломков угодил прямо на почти погасшую бронзовую масляную лампу.

Лампа погасла. Труп в нефритовом гробу внезапно преобразился. Драконья Вена, давно разъедаемая зловещей силой, окончательно превратилась в Злого Дракона. И тут Фан Цяньчэну пришлось бежать.

Именно в этот момент сработали формации, которые Чэнь Чаншэн заранее установил во всех ключевых проходах. Эти формации не были особенно мощными. Фан Цяньчэн мог сломать их легким усилием. Но как бы быстро он ни двигался, каждая формация все равно заставляла его на мгновение остановиться. И каждый раз, когда Фан Цяньчэн останавливался, один из «пушечного мяса», следовавшего за ним, исчезал.

Видя, как редеют ряды его последователей, Фан Цяньчэн уже проклял Чэнь Чаншэна и всех его предков до восемнадцатого колена.

________________________________________

Снаружи шахты.

Перевалив через горный хребет, Налань Цзин увидела Чэнь Чаншэна и остальных, которые ушли раньше. Чэнь Чаншэн ничуть не походил на тяжелораненого. Напротив, он с любопытством наблюдал за происходящим вдалеке.

Увидев это, Цзы Нин мгновенно поняла, что Чэнь Чаншэн просто притворялся.

— Ты не ранен?!

На ее удивление Чэнь Чаншэн лишь мельком взглянул на нее и сказал:

— Божественное Сознание, конечно, очень удобно для совершенствующихся, но иногда не стоит слишком на него полагаться. Ранение действительно ослабляет ауру, но слабая аура не всегда означает ранение. В следующий раз, когда захочешь убедиться, ранен ли человек, следует тщательно осмотреть его тело. Пока ты не обнаружишь явных повреждений, лучше не делать поспешных выводов.

Услышав это, Цзы Нин поняла, почему Чэнь Чаншэн отказался от помощи ее Мастера. Не потому, что он был слишком горд, а потому, что его рана была фальшивой.

Однако не успела Цзы Нин до конца осознать произошедшее, как Чэнь Чаншэн, наблюдавший за ситуацией, внезапно присел. Он сложил пальцы в несколько печатей и ударил ими в землю. В тот же миг всех охватило чувство огромной опасности.

Жужжание!

Смертельный массив «Небесное Увядание», установленный им несколько дней назад, мгновенно активировался. В радиусе пятидесяти километров все цветы, травы и деревья мгновенно засохли.

— Что ты делаешь?! – Наконец не выдержав, Цзы Нин в панике воскликнула. Перед лицом этого ужасающего смертельного массива она не могла сохранять спокойствие.

— Почему ты задаешь такие вопросы? Естественно, я убиваю людей! Чего ты так паникуешь? А еще Святая Дева Святой Земли Пурпурного Дворца!

— Но люди из других Святых Земель все еще внутри шахты! – Цзы Нин указала на гору, которая продолжала дрожать вдалеке. Она была на грани истерики. Заманить в ловушку и попытаться уничтожить разом всех главных избранных талантов Срединных Земель и других регионов! Такое дело даже Святая Земля Пурпурного Дворца не сможет выдержать!

— Я знаю! – невозмутимо ответил Чэнь Чаншэн. – Я их и убиваю. Иначе зачем бы я разыгрывал весь этот спектакль? Чтобы отвести от себя подозрения, конечно. Мой массив хоть и силен, но и они не слабаки. Скорее всего, всех убить не получится. Так что успокойся.

Цзы Нин: …

«Успокоиться?! Да я скорее призрака увижу! Если об этом станет известно, Святой Земле Пурпурного Дворца конец!»

Цзы Нин была ошеломлена ледяным спокойствием Чэнь Чаншэна. В то же время Налань Цзин почувствовала, как у нее по спине пробежал холодок от его дерзкого и безрассудного плана.

Успокоившись, Налань Цзин спросила:

— Какую формацию ты установил? С великими Святыми Землями не так-то просто справиться.

— Древний смертельный массив. Он использует местную Драконью Вену для уничтожения врагов. Когда массив исчерпает себя, все в радиусе пятисот километров превратится в мертвую землю.

— И это все? – Налань Цзин не поверила. – Если бы дело было только в массиве, ты бы не стал так усердно отводить от себя подозрения. К тому же, ты так спешил покинуть шахту… Значит, внутри скрывается нечто еще более ужасное.

Увидев серьезное выражение лица Налань Цзин, Чэнь Чаншэн усмехнулся:

— Святой Мастер есть Святой Мастер. Куда проницательнее некоторых желторотых девчонок. Под этой шахтой погребен безымянный древний труп, и он уже начал претерпевать трупное преображение. Он до сих пор не вырвался наружу только благодаря сдерживающей силе местной Драконьей Вены.

— Безымянный древний труп! – неосознанно воскликнула Налань Цзин. Забыв о всяком приличии, она подскочила к Чэнь Чаншэну и потребовала ответа: – Ты хочешь сказать, что под этой шахтой лежит древний труп, пролежавший неизвестно сколько лет, и он вот-вот преобразится?!

— Ага!

— Это невозможно! – Налань Цзин решительно отвергла его слова, взволнованно говоря: – Драконья Вена – это сгусток земной энергии Ци! Она способна уничтожить любую нечисть! Эта жила Святой Земли Куньлунь – одна из лучших во всех Срединных Землях! В такой шахте труп просто не может преобразиться!

Видя волнение Налань Цзин, стоявшая рядом Ваньянь Юэ и остальные тоже почувствовали, как у них волосы встают дыбом. По здравому размышлению, под давлением столь мощной Драконьей Вены трупное преображение действительно было невозможно. Если же это произошло, значит, труп под шахтой достиг просто невообразимого уровня силы. Появление такого существа означало бы горы трупов и реки крови – и это в лучшем случае.

Чэнь Чаншэн развел руками:

— Я и сам не хотел в это верить, но факт остается фактом. Кстати, забыл вам сказать: под влиянием древнего трупа эта Драконья Вена уже превратилась в «Злую Драконью Вену». Мой массив должен был превратить ее в «Свирепую Драконью Вену». Теперь же, когда зло наложилось на свирепость… я и сам не знаю, что произойдет.

После этих слов все замолчали.

Все присутствующие: …

«Мы догадывались, что ты играешь спектакль. Мы догадывались, что ты что-то замышляешь. Но мы и представить не могли, что ты затеял нечто настолько грандиозное! Ты что, решил разом уничтожить все Срединные Земли?!»

— Кхм-кхм! – Даже Сун Юаньшань, который всегда поддерживал Чэнь Чаншэна, почувствовал себя неуютно. – Чаншэн, до какой степени преобразился этот труп?

— Точно не знаю. Но, вероятно, это что-то вроде Летящего Мертвеца – существо вне пяти элементов, способное летать по небу и перемещаться под землей. Эта тварь… наверное… возможно… может быть… не легендарный Несокрушимый Мертвец. В конце концов, такое никогда не появлялось, никто этого не видел, и даже точных критериев для определения нет. Так что я правда не знаю.

Услышав, как Чэнь Чаншэн несколько раз использовал неуверенные слова, сердца присутствующих забились как сумасшедшие.

«Как он посмел?!»

Любой, столкнувшись с таким существом, обошел бы его десятой дорогой, а он посмел использовать его в своем плане! Да его смелость больше, чем сами Небеса!

Грохот!

Земля яростно содрогнулась. Вся жила Источника Духа взорвалась. Чэнь Чаншэна и остальных, находившихся в пятидесяти километрах от эпицентра, отбросило взрывной волной.

Когда они смогли стабилизировать свои тела, перед их глазами предстала сцена, которую они не забудут до конца жизни.

Труп, с головы до ног покрытый золотой шерстью, парил в воздухе. Его острые когти вонзились в грудь мужчины. Судя по внешнему виду, это был Святой Мастер Мерцающего Света.

Рядом в воздухе висели еще несколько фигур. Батулу защищали двое стариков, но у одного из них была оторвана левая рука, а у другого – пол-лица превращено в кровавое месиво.

Остальные были не в лучшем состоянии. В груди Цзян Фэна зияла огромная дыра – всего полдюйма не хватило, чтобы когти достали до сердца. Его знаменитый Древний Бронзовый Меч был сломан пополам. Цзян Буфаню повезло чуть больше, но и он лишился глаза.

Что до Дитя Запретной Земли, Фан Цяньчэна, то его вид был самым жалким. Его Крылья Ветра и Грома были вырваны с корнем, а на шее зияла рана, словно кто-то откусил половину плоти. Однако любопытно было то, что Фан Цяньчэна, который всегда казался одиночкой, теперь защищали двое Хранителей Пути. Судя по крыльям за их спинами, нетрудно было догадаться об их происхождении – Раса Небесных Крыльев.

Гульп!

Цзы Нин с трудом сглотнула. Теперь ей стало по-настоящему страшно. Сегодня здесь собралось около пятисот человек. И все они были главами или влиятельными фигурами различных сил – проще говоря, известными экспертами Срединных Земель. Но сейчас в живых осталось меньше тридцати.

Это означало, что Чэнь Чаншэну удалось устроить «перестановку сил» более чем для восьмидесяти процентов фракций Срединных Земель.

Р-Р-Р-А-А-А!

Златошерстный труп взревел, запрокинув голову. Вся эссенция крови Святого Мастера Мерцающего Света превратилась в кровавый туман и втянулась в его пасть. По мере поглощения эссенции сгнившая плоть начала отваливаться кусками, обнажая кости, белые и чистые, как нефрит. Этот безымянный древний труп трансформировался в Несокрушимого Мертвеца.

В этот момент рядом с древним трупом появился маленький старичок, окутанный зловещей аурой. С его появлением давление Смертельного массива «Небесное Увядание» обрушилось на всех выживших с новой силой. Мощная поглощающая сила начала вытягивать их эссенцию крови через поры, направляя ее в пасть древнего трупа.

— Чего вы застыли?! Быстрее сматываемся! – крикнул Чэнь Чаншэн. – Массив больше мне не подчиняется!

Его крик привел всех в чувство. Они увидели, что Чэнь Чаншэн неизвестно когда уже начертил особый телепортационный массив, в центре которого стоял бронзовый даосский алтарь.

Сейчас было не до упреков в адрес Чэнь Чаншэна. Все бросились к его телепортационному массиву.

Когда все собрались, Чэнь Чаншэн, обливаясь потом, начал активировать трехцветный массив под ногами. Спустя долгий вдох ему наконец удалось запустить временно начертанную, усиленную версию трехцветного телепортационного массива.

Вспышка!

Едва Чэнь Чаншэн и остальные исчезли, как на их месте появился безымянный древний труп. Увидев, что добыча ускользнула из-под самого носа, он яростно взревел и запустил правую руку прямо в пустоту, пытаясь вытащить их обратно.

Но трехцветный телепортационный массив был не чета обычным. Даже для безымянного древнего трупа, почти ставшего Несокрушимым Мертвецом, отследить его было непростой задачей.

Тем временем, воспользовавшись тем, что древний труп отвлекся, Цзян Буфань и остальные тоже бросились спасаться бегством.

К несчастью для них, Цзян Буфань и остальные не умели чертить трехцветные телепортационные массивы. А внутри радиуса действия Смертельного массива «Небесное Увядание» обычные телепортационные массивы были бесполезны. Это означало, что им придется полагаться на собственную скорость полета, чтобы выбраться из этой смертельной ловушки. И эти жалкие сто пятьдесят километров станут решающими для жизни или смерти каждого из них.

Даже Фан Цяньчэн, обладавший непревзойденной скоростью, лишился своих крыльев. В чистом состязании скорости никто из них не мог сравниться с безымянным древним трупом. Так что теперь все зависело от удачи. Угроз было две, а беглецов – больше тридцати. Если они разлетятся в разные стороны, безымянный древний труп и тот странный старик не смогут перебить всех.

________________________________________

Вспышка!

Вырвавшись за пределы действия Смертельного массива «Небесное Увядание», Чэнь Чаншэн без малейшей передышки принялся чертить еще больший телепортационный массив. Тем временем Налань Цзин и остальные встали на страже, опасаясь погони безымянного древнего трупа.

Вскоре большой телепортационный массив был активирован, и группа Чэнь Чаншэна снова исчезла. Так, совершив пять последовательных телепортаций, они наконец оказались у врат Святой Земли Пурпурного Дворца.

Убедившись, что они временно в безопасности, Чэнь Чаншэн облегченно вздохнул.

— Теперь все должно быть в порядке. Святая Земля Пурпурного Дворца находится более чем в пяти тысячах километров от Святой Земли Куньлунь. Каким бы сильным ни был этот безымянный древний труп, он сюда не доберется. В конце концов, его разум уступает разуму живых существ.

С этими словами он повернулся к все еще не оправившейся от потрясения Цзы Нин и улыбнулся:

— Девушка Цзы Нин, я помню, у нас был договор. Вы должны были защищать меня на Собрании Избранных Небес. Но мы так спешно уходили, что у вас, кажется, не было шанса проявить себя. Может, мне потрудиться еще немного и создать телепортационный массив, чтобы отправить вас обратно?

Услышав это, лицо Цзы Нин потемнело, и она отступила на шаг. Она была уверена в своих силах, но не была идиоткой. Столкнуться лоб в лоб с таким существом – чистое самоубийство.

Видя, что Чэнь Чаншэн начал поддразнивать Цзы Нин, вмешалась Налань Цзин:

— Святой Сын, не усложняйте жизнь Святой Деве. Ей еще не хватает опыта. Надеюсь, в будущем вы будете ее наставлять. Случилось такое серьезное происшествие, Святая Земля Пурпурного Дворца не может оставаться в стороне. Я сейчас возьму часть резервов Святой Земли и отправлюсь на помощь. Все дела Святой Земли я оставляю на вас, Святой Сын.

Сказав это, Налань Цзин немедленно полетела вглубь Святой Земли Пурпурного Дворца.

Хотя главы и влиятельные фигуры многих сил понесли тяжелые потери, их «резервы» – старейшины и скрытые эксперты – все еще существовали. Пока живы резервы, жива и сила. Чтобы еще больше отвести от себя подозрения, Налань Цзин должна была повести войска на помощь. Таким образом, Святая Земля Пурпурного Дворца могла бы заручиться расположением некоторых фракций. В конце концов, в будущем Святой Земле Пурпурного Дворца предстояло сотрудничать с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями, и если бы все остальные силы были против них, им пришлось бы нелегко.

Когда Налань Цзин ушла, Чэнь Чаншэн повернулся к Ваньянь Юэ и остальным:

— Какие у вас планы?

Сун Юаньшань слегка улыбнулся:

— Мы планируем сначала вернуться в Восточные Пустоши. Мы думали, что нашей силы уже достаточно, но теперь поняли, что этого капитала еще далеко не хватает.

Услышав слова Сун Юаньшаня, Чэнь Чаншэн понял – они собираются вернуться, чтобы накопить силы и помочь У Ли в борьбе за Небесную Судьбу.

— Вернуться – это хорошо. Но супертелепортационным массивом Святой Земли Куньлунь вы воспользоваться не сможете. Вот, я приготовил для вас телепортационные алтари. Каждый алтарь может перенести на расстояние до ста тысяч километров. Телепортируетесь раз тысячу-другую – и должны добраться до Восточных Пустошей. И еще, вот мои небольшие заметки о совершенствовании. Возьмите, посмотрите, может быть, они вам помогут.

Глядя на пространственное кольцо и нефритовую табличку, протянутые Чэнь Чаншэном, троица прекрасно понимала, что скрывается за словами «заметки о совершенствовании». Ваньянь Юэ без всяких церемоний взяла дары:

— Будь осторожен. Восточные Пустоши всегда будут твоим домом. В любое время мы сможем защитить тебя.

— Знаю. Если возникнут проблемы, я обращусь к вам. Кстати, я позаботился о том, чтобы группу избранных талантов Восточных Пустошей вывели из опасной зоны. Адрес тоже внутри, сами увидите.

После этих слов четверо снова погрузились в молчание. Старые друзья снова встретились, и вот опять пришло время расставания. Всех переполняло нежелание прощаться. Но теперь у каждого из них были свои обязанности и ответственность. Удерживать друг друга было бы ребячеством.

— Береги себя! – Цзо Синхэ поклонился Чэнь Чаншэну и повернулся, чтобы уйти.

Ваньянь Юэ и Сун Юаньшань, поджав губы, последовали за ним.

— Брат Чэнь, значит ли это, что мы начинаем свой собственный путь по миру? – глядя на удаляющиеся спины своих наставников, не удержался от вопроса Е Хэньшэн.

Чэнь Чаншэн долго молчал, провожая взглядом троицу. Неизвестно, сколько прошло времени, прежде чем он повернулся и направился к вратам Святой Земли Пурпурного Дворца. Его голос стал серьезным:

— С этого дня вы будете называть меня «Господин». Собрание Избранных Небес закончилось. Никто больше не будет смотреть на вас как на детей. В вашем мире больше не будет места для «исправления ошибок». Вас ждет только успех или поражение. Успех – значит жизнь, поражение – смерть!

Голос Чэнь Чаншэна еще звучал в ушах его спутников, но его фигура уже исчезла за вратами Святой Земли Пурпурного Дворца. Услышав его слова, у всех тяжело сжалось сердце. Им предстояло по-настоящему вступить в этот мир – мир, где нет справедливости и нет шанса на исправление.

________________________________________

Святая Земля Пурпурного Дворца.

— Святой Сын, вы наконец-то вернулись! Мы вас так долго ждали!

Едва Чэнь Чаншэн вошел на территорию Святой Земли, как его тут же окружила группа стариков. Это были старейшины Святой Земли Пурпурного Дворца – ее истинный резерв и опора. Эти старейшины были несказанно рады вступлению Чэнь Чаншэна в их ряды. Заполучить выдающегося избранного таланта, не потратив ни капли ресурсов на его взращивание – все равно что найти на дороге мешок с деньгами.

Чэнь Чаншэн тоже расплылся в улыбке:

— Благодарю всех старейшин за вашу доброту! Чаншэн поистине польщен. Я здесь новенький, если что-то сделаю не так, прошу старейшин быть снисходительными.

— Не беспокойся! Делай все, что считаешь нужным! – хлопнул себя по груди один из старейшин. – У нашей Святой Земли Пурпурного Дворца всего в достатке, но особенно много у нас уверенности в своих силах! Кого бы ты ни спровоцировал, мы всегда сможем тебя защитить!

Услышав это, глаза Чэнь Чаншэна сверкнули. Он подошел к Великому Старейшине Святой Земли Пурпурного Дворца и тихо сказал:

— Великий Старейшина, мне нужно кое-что вам сказать. Я привел с собой несколько человек. Я хотел бы использовать ресурсы нашей семьи для их поддержки.

Великий Старейшина заколебался:

— Оставить их здесь – не проблема. Но выделять ресурсы на их взращивание – это серьезное дело! У тех, кого вы упомянули, ведь есть свое наследие, верно?

На колебания Великого Старейшины Чэнь Чаншэн многозначительно ответил:

— Великий Старейшина, я теперь Святой Сын Святой Земли Пурпурного Дворца. Разве я стал бы заниматься убыточным делом? Гунсунь Хуайюй я привел из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен. Отношения там сложные, я не могу вдаваться в подробности, но вы, старейшина, должны понимать. Те двое первоклассных избранных талантов из Восточных Пустошей действительно не могут вступить в Святую Землю Пурпурного Дворца. Но в будущем занять посты приглашенных старейшин – вполне возможно. К тому же, насколько мне известно, им практически гарантировано управление Империей Сюаньу и Королевством Ночной Луны. Нужно ли мне, младшему, еще объяснять ценность такого союза?

Великий Старейшина: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

«Раз ты так говоришь, то я, конечно, с радостью соглашусь!»

— Договорились! Наша Святая Земля Пурпурного Дворца больше всего любит взращивать таланты! Святой Сын, скорее ведите нас знакомиться с этими юными друзьями!

— Это те самые юные друзья, которых привел Святой Сын? Поистине, редкие таланты, каких не встретишь и за сто лет!

Группа стариков окружила Гунсунь Хуайюй и ее спутников, а Чэнь Чаншэн, стоявший рядом, «смиренно» принимал похвалы от старейшин.

Все остальные: «…»

«Нет, ну не слишком ли это? Мы понимаем, что ты присоединился к Святой Земле Пурпурного Дворца и тебя высоко ценят, но не настолько же быстро ты влился в обстановку! Мы еще от предыдущих эмоций не отошли!»

Столкнувшись с такой неожиданной ситуацией, Гунсунь Хуайюй инстинктивно бросила вопросительный взгляд на Чэнь Чаншэна. Увидев это, Чэнь Чаншэн сказал:

— Я уже договорился с Первым Старейшиной. Вы трое с сегодняшнего дня становитесь именными учениками Святой Земли Пурпурного Дворца, но будете пользоваться привилегиями внутренних учеников. Это возможность, предоставленная вам Первым Старейшиной, так что поторопитесь поблагодарить его.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй и остальные немедленно поклонились Первому Старейшине. Увидев эту сцену, Первый Старейшина расплылся в такой широкой улыбке, что, казалось, не мог сомкнуть губ.

— Не стоит благодарностей! С этого дня мы одна семья, не нужно так стесняться. Мы, старые кости, живем на задней горе Святой Земли. Если у вас, юные друзья, возникнут какие-либо вопросы по совершенствованию, можете в любое время приходить к нам. Кроме того, в нашей Святой Земле Пурпурного Дворца есть весьма совершенная система наград и наказаний. Пока вы, юные друзья, будете усердно трудиться, наша Святая Земля Пурпурного Дворца ни за что не оставит без внимания ни одного гения.

Сказав это, Первый Старейшина посмотрел на Цзы Нин:

— Святая Дева, Святой Сын и его юные друзья только прибыли в Святую Землю Пурпурного Дворца, поэтому они могут быть не знакомы с нашими правилами. Позже, будьте добры, объясните им все.

— Я поняла, Первый Старейшина.

Группа стариков еще немного поболтала с Чэнь Чаншэном, а затем вернулась в свои места для уединенного совершенствования. Когда старейшины Святой Земли Пурпурного Дворца ушли, Цзы Нин бросила на Чэнь Чаншэна выразительный взгляд и сказала:

— Святой Сын, теперь позвольте мне ознакомить вас с правилами Святой Земли Пурпурного Дворца. Хотя, с вашими-то способностями, вы и без меня через три дня будете здесь как рыба в воде со всей Святой Землей, но формальности нужно соблюсти.

Увидев ее многозначительный взгляд, Чэнь Чаншэн улыбнулся, но ничего не сказал. Он, чужак, пользовался здесь большим расположением, чем она, Святая Дева, выросшая здесь с детства. Вполне естественно, что она немного обижалась.

________________________________________

Задняя гора.

Та же группа приветливых стариков теперь сидела вместе с серьезными лицами.

— Уважаемые, что вы думаете об этом Чэнь Чаншэне? – Первым нарушил молчание Первый Старейшина, обведя всех взглядом.

— Кровь и Ци у него сильны, как свинец и ртуть. Он смог сражаться с Дитя Запретной Земли и не уступить. И сила, и талант у него высочайшего уровня.

— Таинственное происхождение, немалые связи. Этот юноша – отнюдь не простая фигура.

Два старейшины высказали свое мнение. Первый Старейшина кивнул.

— С тех пор как этот юноша прославился, он ни разу не сражался в полную силу. Это значит, что его потенциал может превосходить все наши ожидания. Однако, сколь бы велик ни был потенциал Чэнь Чаншэна, проблем с ним связано не меньше. Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни тесно с ним связаны, а их преемница и вовсе неотступно следует за ним. Кроме того, Владычица Святой Земли рассказала вам о происшествии на Собрании Избранных Небес. Что вы об этом думаете?

При этих словах уголки губ у всех стариков нервно задергались. Потому что на этот раз дело было действительно… чертовски серьезным.

Когда Налань Цзин внезапно вернулась в Святую Землю Пурпурного Дворца, все, естественно, стали расспрашивать о причине. Объяснение Налань Цзин было таким:

«Под рудниками находилось нечто, похожее на Несокрушимого Мертвеца. Драконья Вена по какой-то причине превратилась в Злого Дракона. Восемьдесят процентов правителей Срединных Земель погибли. Чэнь Чаншэн был побежден Фан Цяньчэном и поэтому досрочно покинул Собрание Избранных Небес, а затем с помощью формации вывел нас из опасности».

Налань Цзин произнесла эти две фразы за один вдох. Но содержащаяся в них информация требовала многих часов тщательного обдумывания. Сила их Владычицы Святой Земли была сравнима с силой владык других Святых Земель. Даже если кто-то и был сильнее ее, то лишь ненамного. Однако более восьмидесяти процентов правителей Срединных Земель погибли, а их сторона не пострадала нисколько. Это явно было подозрительно.

Кроме того, пять дней назад Фан Цяньчэн при содействии Святой Земли Куньлунь устроил засаду на Гунсунь Хуайюй. Это событие было общеизвестно. А через пять дней на Собрании Избранных Небес, организованном Святой Землей Куньлунь, произошла такая катастрофа. Любой, у кого есть хоть немного мозгов, заподозрит в этом Чэнь Чаншэна.

Подумав об этом, один из тучных старейшин нахмурился:

— Не слишком ли велика эта проблема?

Едва эти обеспокоенные слова были произнесены, как на него устремился взгляд Первого Старейшины.

— Пятый Старейшина, ты, похоже, слишком долго совершенствовался и совсем затуманил себе разум. Какое отношение проблемы Святой Земли Куньлунь имеют к нашей Святой Земле Пурпурного Дворца? На Собрании Избранных Небес произошла такая катастрофа, что все Срединные Земли пострадали. К счастью, наш Святой Сын обладает великой удачей и смог благополучно спастись. Мы, Святая Земля Пурпурного Дворца, еще не предъявили им претензий, так неужели они посмеют предъявлять претензии нам?

Услышав это, остальные поняли мысль Первого Старейшины. Тут заговорил Второй Старейшина, до этого хранивший молчание:

— Логика в этом есть, но полностью снять подозрения все же не удастся. Может, нам стоит что-то предпринять? Например, подготовиться к ответам на вопросы от различных сил.

— Вопросы? – переспросил Первый Старейшина. – Неужели Святого Сына нашей Святой Земли Пурпурного Дворца можно допрашивать лишь на основании каких-то подозрений? Говоря о подозрениях, кто из тех, кто вступил в эту смутную эпоху ради борьбы за Небесную Судьбу, не находится под подозрением? Я, например, подозреваю, что это дело рук Цзян Буфаня! Его цель – устранить препятствия и уничтожить молодое поколение гениев. Не забывайте, уважаемые, что Святой Сын нашей Святой Земли Пурпурного Дворца – это выдающийся гений. А что такое гений? Гений – это талант, который еще не успел полностью раскрыться. А раз он еще не раскрылся, значит, некоторые вещи он сделать не в состоянии. Например, то, что произошло сегодня. Как говорится, вора ловят с поличным, прелюбодеев – на месте преступления. Для некоторых вещей нужны доказательства. Если кто-то бездоказательно попытается повесить это дело на нашего Святого Сына, то наша Святая Земля Пурпурного Дворца тоже не лыком шита!

При этих словах беспокойство в сердцах многих старейшин значительно уменьшилось. После этого инцидента кто-то, возможно, и догадается об истине. Но что с того? Разве можно на основании одних лишь догадок прийти в Святую Землю Пурпурного Дворца и забрать человека? Во всех Срединных Землях ни одна сила не осмелится на такое, даже Святая Земля Куньлунь.

Видя, что беспокойство в сердцах присутствующих улеглось, Первый Старейшина спокойно сказал:

— Наш средний возраст, вероятно, приближается к двум тысячам лет. Прожив так долго, вы должны понимать, как поступать в некоторых ситуациях. Опасность и возможности всегда идут рука об руку. Если бы у нас не было соответствующей широты взглядов и смелости, как бы наша Святая Земля Пурпурного Дворца смогла привлечь столь блистательных гениев?

Выслушав Первого Старейшину, остальные кивнули, похоже, признавая ценность Чэнь Чаншэна. Если это действительно его рук дело, то его методы можно назвать поистине невероятными. Ради такого гения стоило рискнуть. Но даже если это сделал не Чэнь Чаншэн, ситуация становилась еще проще. Судя по уже продемонстрированным им таланту и силе, предоставить ему титул Святого Сына – для Святой Земли Пурпурного Дворца это не было бы потерей. Так что, как ни крути, Святая Земля Пурпурного Дворца оставалась в выигрыше.

Разобравшись во всем, Второй Старейшина кивнул:

— Резонно. Чтобы привлечь такого гения, действительно нужно чем-то пожертвовать. А как быть с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями? Недавно они еще и разграбили один из наших опорных пунктов. Ущерб, конечно, не слишком велик. Если учесть интересы Чэнь Чаншэна, то примирение вполне возможно.

На слова Второго Старейшины Первый Старейшина загадочно улыбнулся:

— В настоящее время Святая Земля Пурпурного Дворца и Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни ни в коем случае не примирятся. Более того, Владычица Святой Земли лично возглавит поход против них.

Все: ???

Слова Первого Старейшины вызвали у остальных лишь недоумение. Отношения Чэнь Чаншэна и Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен явно были непростыми. Теперь, когда Чэнь Чаншэн стал Святым Сыном, можно было сказать, что Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни и Святая Земля Пурпурного Дворца стали почти родственниками. Раз уж они теперь родня, зачем продолжать воевать?

Видя недоуменные лица, Первый Старейшина самодовольно погладил свою редкую бороденку:

— Когда Владычица Святой Земли собиралась привлечь Чэнь Чаншэна, я задавал ей похожий вопрос. Знаете, что она ответила?

Заметив, что Первый Старейшина опять напускает туману, остальные недовольно заворчали.

— Старый мошенник Гоу, когда обсуждаем важные дела, мы тебя уважаем. Но если будешь и дальше темнить, придется нам с тобой немного «поразмяться».

— А ну-ка, повтори!

— Драться так драться, думаешь, я вас боюсь?!

Услышав свое прозвище, Первый Старейшина мгновенно вспылил и вскочил, готовый скрестить мечи с одним из старейшин. Остальные бросились их разнимать. Через некоторое время Первый Старейшина сердито сел на свое место.

— Шестой, если есть что сказать – говори прямо. Нам, старикам, и так недолго осталось. Ты тут туману напускаешь, только время наше тратишь.

Услышав уговоры Второго Старейшины, Первый Старейшина обиженно фыркнул:

— Вот что тогда ответила мне Владычица Святой Земли: «В Срединных Землях в последнее время неспокойно, Святая Земля Пурпурного Дворца вполне может подвергнуться нападению. Если Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни посмеют явиться, я лично сражусь с У Ли. Пусть никто из вас не вмешивается».

Услышав это, глаза стариков загорелись.

— Владычица Святой Земли действительно так сказала?

— Разумеется.

— И есть ли у этого дела шансы на успех?

— Не знаю! – холодно ответил Первый Старейшина. – Решение по таким вопросам принимает Владычица Святой Земли, У Ли, а возможно, даже Чэнь Чаншэн. Но уж точно не мы. Владычица – глава Святой Земли Пурпурного Дворца. Все, что она делает, она делает и для себя, и для Святой Земли. Борьба за Небесную Судьбу – это тема, которую не обойти ни одному гению. Если речь идет только об одном Чэнь Чаншэне, то эта «сделка» для Святой Земли Пурпурного Дворца немного убыточна. Но если добавить сюда Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни и У Ли, то выгода становится огромной. Некоторые из вас сражались с У Ли, вы должны хорошо помнить, насколько он силен.

После этих слов глаза старейшин заблестели еще ярче. Когда У Ли и Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни были врагами, все ненавидели этого негодяя У Ли и желали ему скорейшей смерти. Но если У Ли и Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни вот-вот станут одной семьей… Их мысли тут же изменились кардинально.

«Зять нашей Святой Земли Пурпурного Дворца действительно силен! Но почему бы ему не стать еще сильнее? Может, ресурсов в опорном пункте было слишком мало, и это замедлило его развитие?»

При этой мысли в головах старейшин мгновенно возникло множество «идей».

— Первый Старейшина, я считаю, что городу на востоке следует выделить больше ресурсов. Как насчет двух миллионов Источников Духа?

— Отличное предложение! Кроме того, мы можем попросить Владычицу Святой Земли лично там расположиться. Хотя это место и находится в глуши, и там часто появляются следы Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, но с силой Владычицы это не должно быть большой проблемой.

Несмотря на соблазнительность многочисленных «предложений», Первый Старейшина не спешил их реализовывать.

— Об этом поговорим позже. Сейчас наша первоочередная задача – устроить Чэнь Чаншэна. Е Хэньшэн и Су Тянь – первоклассные гении. В других силах таких талантов почитали бы как зеницу ока. Кроме того, они оба – наследники могущественных держав Восточных Пустошей. И, что еще важнее, оба беспрекословно подчиняются Чэнь Чаншэну. Поэтому, если мы удержим Чэнь Чаншэна, мы тем самым создадим нерушимый союз с Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями и державами Восточных Пустошей. Это дело касается тысячелетнего плана Святой Земли Пурпурного Дворца. Если кто-то его провалит, пусть не обижается, что я забуду о старой дружбе.

Услышав ледяной тон Первого Старейшины, остальные несколько посерьезнели. Дружба дружбой, а правила правилами. Если нанести ущерб интересам Святой Земли Пурпурного Дворца, тысячелетняя дружба не поможет.

________________________________________

— Это все наше?

Гунсунь Хуайюй смотрела на список сокровищ, и у нее текли слюнки. Видя ее неискушенный вид, Цзы Нин самодовольно улыбнулась:

— Не то чтобы все это твое, но ты можешь свободно выбирать из этого списка. Система наград и наказаний в Святой Земле Пурпурного Дворца очень проста: все решают очки заслуг. Все ученики, включая меня, должны выполнять задания, чтобы зарабатывать очки. В конце концов, ресурсы Святой Земли не падают с неба. Кроме того, ученики разных рангов имеют разные привилегии. Ученики низшего ранга, именные ученики, не имеют никаких привилегий, всего добиваются сами. Внешние ученики получают тысячу очков заслуг в месяц, вступившие ученики – десять тысяч, а внутренние ученики – сто тысяч очков в месяц. Кстати, внутренних учеников вы называете кандидатами в Святые Сыновья.

Выслушав объяснения Цзы Нин, Гунсунь Хуайюй вытерла слюнки и взволнованно спросила:

— В вашей Святой Земле Пурпурного Дворца такие щедрые условия? Сто тысяч очков заслуг – это же пятьдесят тысяч килограммов Источника Духа! То есть, я могу здесь ничего не делать, просто лежать целый год – и получу более полумиллиона килограммов Источника Духа?

Цзы Нин закатила глаза:

— Мечтать не вредно! Начиная со вступивших учеников, каждый обязан ежегодно выполнять определенное количество заданий. Иначе ранг будет понижен. Кроме того, на обмен предметов тоже есть ограничения. Чем выше ранг, тем меньше ограничений. С вашим рангом большинство сокровищ можно обменять на очки. Что касается истинных учеников, то есть Святых Сыновей и Святых Дев, у них таких ограничений нет. Нет обязательных заданий, и пока хватает очков, можно обменять что угодно. Ресурсы стоимостью до двухсот пятидесяти тысяч килограммов Источника Духа можно брать без ограничений.

Гунсунь Хуайюй: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

«Раз уж ты так говоришь, я хорошенько потружусь над зарабатыванием очков! В Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башнях мы добывали ресурсы для совершенствования, рискуя жизнью. А здесь можно получить ресурсы, выполняя небольшие задания. Такая жизнь просто не может не нравиться!»

Выслушав объяснения Цзы Нин, Гунсунь Хуайюй уже не могла дождаться начала.

— Правила я поняла. Где можно получить задание?

— Прямо в Павильоне Небесных Тайн, мимо которого мы только что проходили. Там можно не только брать задания, но и размещать свои. При получении соответствующего задания также предоставляется некоторая базовая информация, но если захочешь узнать более подробные сведения, придется потратить очки заслуг.

Узнав, где берут задания, Гунсунь Хуайюй с надеждой посмотрела на Чэнь Чаншэна. Увидев ее взгляд, тот с улыбкой махнул рукой:

— Хочешь идти – иди.

Получив его разрешение, Гунсунь Хуайюй немедленно увела Су Тяня и другого спутника из комнаты. Когда троица ушла, Цзы Нин с улыбкой посмотрела на Чэнь Чаншэна.

— Мой Святой Сын, Гунсунь Хуайюй и остальные отправились выполнять задания. Чем же вы намерены заняться? Если потребуется, эта скромная служанка готова оказать всемерную помощь.

Чэнь Чаншэн совершенно не обратил внимания на ее язвительный тон.

— В моих делах твоя помощь не потребуется. А вот тебе самой кое-что сделать придется. Раз уж Гунсунь Хуайюй взялась за задания, ты тоже возьми несколько. Если к тому времени, как я закончу свои дела, у тебя будет больше выполненных заданий, чем у нее, новый метод совершенствования по-прежнему будет твоим.

При этих словах Цзы Нин тут же оживилась. Перед Собранием Избранных Небес Чэнь Чаншэн дал ей обещание: если она не сбежит во время испытания, он обучит ее новому методу совершенствования. Однако то, что произошло на рудниках, не позволяло Цзы Нин поднять этот вопрос снова – ей было слишком стыдно. Теперь же Чэнь Чаншэн снова давал ей шанс, как тут было не обрадоваться?

— Ты действительно готов меня научить?

— Система совершенствования, которой следует Гунсунь Хуайюй, отнюдь не проста. А то, что случилось на рудниках… я могу понять.

Заметив нескрываемую радость в глазах Цзы Нин, Чэнь Чаншэн улыбнулся.

— Прежнее пари было не для того, чтобы подшутить над тобой, а чтобы ты поняла: всегда есть кто-то сильнее. После этого случая, я уверен, ты это запомнишь. Гунсунь Хуайюй и ты известны как две из трех красавиц Срединных Земель, вы обе примерно на одном уровне. Если и в этот раз ты не сможешь превзойти Гунсунь Хуайюй, возможно, ты действительно не годишься для сражений в эту смутную эпоху.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Цзы Нин сжала кулаки.

— Я признаю, что Гунсунь Хуайюй на шаг впереди меня на пути совершенствования, но я непременно ее превзойду!

— Вот это правильный настрой. Ступай.

— И пойду! А ты потом сам увидишь!

Сказав это, Цзы Нин повернулась и направилась к Павильону Небесных Тайн. Однако на полпути она остановилась.

— Что-то здесь не так! Ты Святой Сын, я Святая Дева. По идее, мы равны. Почему я должна выполнять твои распоряжения?

На недоумение Цзы Нин Чэнь Чаншэн лишь мягко улыбнулся.

— Мы действительно равны, и я не имею права тебе приказывать. Ты вполне можешь не слушать меня. Я даже могу передать тебе право командования. Вопрос лишь в том, осмелишься ли ты его принять? Или, может, ты собираешься созвать совет старейшин Святой Земли Пурпурного Дворца, чтобы тщательно обсудить, кто из нас главный?

Увидев улыбку Чэнь Чаншэна, Цзы Нин мгновенно помрачнела. Хотя ее очень раздражало, что он так бесцеремонно ею командует, она не могла не признать: его распоряжения были абсолютно верными. К тому же, судя по отношению ее мастера и других старейшин, они уже молчаливо согласились с тем, что Чэнь Чаншэн временно возглавляет Святую Землю Пурпурного Дворца.

— Святой Сын Чаншэн, я знаю, что ты силен. Я буду тебя слушать, хорошо? В следующий раз, если у тебя будут какие-то указания, говори прямо, не нужно так окольными путями намекать, что я глупая.

С чувством некоторого смирения и затаенной обиды Цзы Нин умчалась прочь. Глядя ей вслед, Чэнь Чаншэн улыбнулся. Эта девушка, хоть и любила немного покапризничать, всегда прислушивалась к дельным советам, и в делах эмоции никогда не брали над ней верх. Немного ее подготовить – и она станет отличной помощницей.

Кратко оценив Цзы Нин в мыслях, Чэнь Чаншэн поднялся и направился к «Морю Знаний» Святой Земли Пурпурного Дворца. «Море Знаний» – так называлось хранилище методов совершенствования и древних текстов Святой Земли. Здесь хранились накопленные за бесчисленные годы знания. Даже Владычица Пурпурного Дворца, Налань Цзин, не осмелилась бы утверждать, что знает все его содержимое.

В вопросе о принятии Небесной Судьбы у Чэнь Чаншэна все еще оставалось множество сомнений. Чтобы их развеять, необходимо было совершить путешествие в «Море Знаний».

________________________________________

Павильон Моря Знаний.

После проверки личности массивные врата медленно отворились. Взору предстали бесчисленные, плотно уставленные нефритовые таблички. Даже с уровнем совершенствования Чэнь Чаншэна он не мог охватить взглядом все хранилище до конца. Бегло осмотрев ряды табличек, Чэнь Чаншэн остановил взгляд на каменном столпе в центре. Столп был высечен из обычного камня, но на его вершине покоился кроваво-красный кристалл. Сквозь тусклый свет можно было смутно разглядеть внутри него человеческий силуэт.

Чэнь Чаншэну не нужно было гадать – это и была истинная основа, скрытая мощь Святой Земли Пурпурного Дворца. Такое важное место, как «Море Знаний», должно было находиться под неусыпной охраной, ведь это – жизненная артерия Святой Земли.

Почтительно поклонившись кроваво-красному кристаллу, Чэнь Чаншэн направился вглубь Павильона Моря Знаний. Древние тексты, касающиеся Избранных Небесами, хранились в самой дальней его части. Доступ к свиткам такого уровня имели лишь Владычица Святой Земли и несколько старейшин. Чтобы получить возможность ознакомиться с ними, Чэнь Чаншэн специально позаимствовал жетон у Первого Старейшины.

Следуя указателям, Чэнь Чаншэн неторопливо шел вперед. И этот путь занял у него целых шесть часов.

________________________________________

— Ц-ц-ц! Выдолблено три огромные горы, а под землей тянется более чем на двести пятьдесят километров! Святая Земля есть Святая Земля, основа у них поистине глубока.

Восхитившись масштабами Святой Земли Пурпурного Дворца, Чэнь Чаншэн предъявил жетон Первого Старейшины.

— Новоназначенный Святой Сын Святой Земли Пурпурного Дворца, Чэнь Чаншэн, прибыл с жетоном Первого Старейшины для ознакомления с древними текстами.

Его голос эхом разнесся по Павильону Моря Знаний, но из тихих глубин хранилища ответа не последовало. Увидев это, Чэнь Чаншэн убрал жетон и поклонился огромному кроваво-красному кристаллу размером с комнату.

— Благодарю вас, Старший!

Сказав это, Чэнь Чаншэн толкнул узкую каменную дверь. Перед ним предстала пыльная каменная комната. Хотя она выглядела обычной, благодаря своим познаниям в формациях Чэнь Чаншэн легко определил, что все здесь покрыто золотыми рунами Дао. Он смог войти живым лишь потому, что кто-то временно отключил действие защитной формации.

Окинув взглядом небольшую комнату, Чэнь Чаншэн взял покрытую пылью книгу из шкуры зверя. Осторожно смахнув пыль, он открыл первую страницу.

— В первый год эры Золотого Ядра, Беспредельный Небесный Владыка создал метод Золотого Ядра, чтобы принять Небесную Судьбу.

— За ночь до принятия Небесной Судьбы, Бессмертный Почтенный Ста Поражений вызвал Беспредельного Небесного Владыку на бой перед Священными Руинами.

— Горы дрожали, земля разверзалась. Исход той битвы никому не известен.

— На следующее утро Бессмертный Почтенный Ста Поражений исчез без следа. Беспредельный Небесный Владыка принял Небесную Судьбу. Священные Руины обрели покой на десять тысяч лет!

Прочитав этот отрывок, Чэнь Чаншэн почувствовал, как у него задергался уголок рта. Он никак не ожидал встретить здесь упоминание о Бессмертном Почтенном Ста Поражений. Раньше он полагал, что тот жил несколько тысяч, может быть, десять тысяч лет назад. Но, судя по этой записи, Бессмертный Почтенный Ста Поражений существовал тридцать тысяч лет назад! И в то время он был способен сражаться на равных с Избранным Небесами! Эта новость была слишком шокирующей.

Чэнь Чаншэн постарался успокоить свое волнение и пробормотал:

— Какая же долгая жизнь… Император Цзо еще в молодости слышал легенды о Бессмертном Почтенном Ста Поражений. К тому времени с момента принятия Небесной Судьбы Беспредельным Небесным Владыкой должно было пройти более двадцати, почти тридцать тысяч лет. Или же… Бессмертный Почтенный Ста Поражений только тогда начал готовить себе гроб? Мог ли эксперт, почти достигший уровня Избранного Небесами, прожить так долго?

С этими сомнениями Чэнь Чаншэн продолжил листать древний текст. В каменной комнате хранились не методы совершенствования и не секретные техники, а лишь «ничем не примечательные» записи. Эти записи просто описывали некоторые события. Некоторые из них упоминались лишь парой фраз. Сможет ли читатель извлечь из них что-то ценное – зависело только от его собственной проницательности.

________________________________________

Время шло понемногу. Чэнь Чаншэн провел в этой небольшой каменной комнате целых два месяца. Книг здесь было немного, всего около сотни. Но на изучение этих ста с небольшим книг у Чэнь Чаншэна ушло два полных месяца.

Поставив последнюю книгу на место, Чэнь Чаншэн надолго нахмурился. В этой комнате описывался процесс принятия Небесной Судьбы тремя Избранными. Чем древнее были записи, тем более расплывчатыми они становились. Кроме того, Чэнь Чаншэн заметил еще одну проблему: продолжительность жизни Избранных Небесами со временем становилась все короче.

Согласно записям стотысячелетней давности, Избранный Небесами того времени прожил довольно долго – целых тридцать тысяч лет. После его кончины записи обрывались, и следующий Избранный упоминался лишь спустя двадцать тысяч лет. Этот Избранный прожил всего десять тысяч лет, после чего записи снова обрывались. Однако на этот раз перерыв был короче – менее трех тысяч лет, и появился новый Избранный Небесами. Им и был Беспредельный Небесный Владыка, создатель системы Золотого Ядра.

Но этот Беспредельный Небесный Владыка исчез всего через пять тысяч лет после принятия Небесной Судьбы. С его исчезновением Небесная Судьба была нарушена, и весь мир совершенствования до сих пор боролся с последствиями.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн снова скривился.

«Что же происходило в эти периоды отсутствия записей? Почему даже Святая Земля ничего об этом не зафиксировала? И эти Избранные Небесами… почему они жили все меньше и меньше? Было ли это делом Небес или рук человеческих? Перед тем как Избранный Небесами принимал Небесную Судьбу, всегда вспыхивала какая-то необъяснимая великая битва. С кем же сражались будущие Избранные?»

На этом месте Чэнь Чаншэн замолчал. Некоторые мысли нельзя было произносить вслух в Святой Земле Пурпурного Дворца.

Бессмертный Почтенный Ста Поражений оставил каменный гроб в Безмерном Тайном Царстве. Древний Бронзовый Дворец появился в Древней Запретной Земле. Неизвестно откуда взявшаяся Зловещая сила была уничтожена живыми существами. Каждое из этих событий было поистине грандиозным. Но Святая Земля Пурпурного Дворца даже не упоминала о них, словно действительно ничего не знала.

Чэнь Чаншэн ни на грош не верил в такое предположение. В Срединных Землях тоже существовал Древний Бронзовый Дворец, но он был заброшен неизвестно сколько лет. Святые Земли назывались так потому, что существовали невероятно долго. В Святой Земле Пурпурного Дворца имелись записи о событиях стотысячелетней давности. Невозможно, чтобы за эти сто тысяч лет Древний Бронзовый Дворец не проявил себя ни разу.

Единственное объяснение – кто-то намеренно преуменьшал значение Древнего Бронзового Дворца. Был ли этот «кто-то» самой Святой Землей или некими неописуемыми сущностями – Чэнь Чаншэну оставалось только гадать.

Приведя мысли в порядок, Чэнь Чаншэн тихо вздохнул и вышел из каменной комнаты. Чем глубже он копался в поисках истины, тем гуще становился туман перед глазами. И что еще больше удручало – Избранные Небесами, казалось, были связаны со всеми этими событиями.

За эти два месяца Чэнь Чаншэн обнаружил, что все три Избранных Небесами совершали одно и то же действие: после принятия Небесной Судьбы они все на какое-то время исчезали, а по возвращении всегда были ранены. Хотя в записях не говорилось, куда они отправлялись, Чэнь Чаншэн смутно догадывался, что это связано с Древним Бронзовым Дворцом. В конце концов, все крупные Запретные Земли Избранные посещали еще до принятия Небесной Судьбы. Не было смысла отправляться туда снова после, да еще и тайно.

________________________________________

— Господин, спасите! Святая Земля Пурпурного Дворца нас обижает!

Чэнь Чаншэн, все еще погруженный в свои размышления, едва вышел из Павильона Моря Знаний, как услышал отчаянный крик Гунсунь Хуайюй о помощи. Подняв голову, он увидел, что Гунсунь Хуайюй, Цзы Нин и их спутники окружены плотным кольцом учеников Святой Земли Пурпурного Дворца.

Увидев Чэнь Чаншэна, ученики Святой Земли несколько поумерили свой гнев и почтительно поклонились:

— Приветствуем Святого Сына!

Чэнь Чаншэн с недоумением оглядел странную сцену. То, что Гунсунь Хуайюй и ее люди, будучи новичками, могли вступить в конфликт с местными учениками, было вполне объяснимо. Но почему в такой же ситуации оказалась Цзы Нин?

— Цзы Нин, что случилось?

Услышав вопрос Чэнь Чаншэна, Цзы Нин густо покраснела, опустила голову и не смела ничего сказать. Видя это, вперед выступил один из учеников:

— Святой Сын, вы должны нас рассудить! Святая Дева и эти трое взяли семьдесят процентов всех заданий в Павильоне Небесных Тайн! Если так пойдет и дальше, нам вообще не останется заданий!

Чэнь Чаншэн: ???

Услышав это, он с изумлением посмотрел на Гунсунь Хуайюй.

— Вы вчетвером взяли семьдесят процентов всех заданий Святой Земли Пурпурного Дворца?

Видя изумление Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй виновато потерла руки и улыбнулась:

— Господин, кто способен на большее, тот и трудится больше, верно? Я тоже хотела внести свой вклад в благополучие Святой Земли Пурпурного Дворца… Но в основном это вина Цзы Нин. Если бы она не ввязалась, мы втроем взяли бы максимум пятьдесят процентов заданий. Но она ухватила еще двадцать процентов, вот остальным и не хватило.

После слов Гунсунь Хуайюй все ученики Святой Земли Пурпурного Дворца с жалобным видом уставились на Чэнь Чаншэна. Если они не выполнят определенное количество заданий, их ранг в следующем году понизят. Одно дело, если бы им не хватало способностей, тут уж ничего не попишешь. Но сейчас они просто не могли получить задания! Куда тут жаловаться?

— Э-э… С такими вопросами вам следовало бы обратиться к старейшинам! – растерянно проговорил Чэнь Чаншэн. – Что сказали старейшины?

— Старейшины сказали, что до возвращения Владычицы Святой Земли всеми делами в Святой Земле Пурпурного Дворца распоряжается Святой Сын. Святой Сын, вы должны нас рассудить!

Чэнь Чаншэн: «…»

Честно говоря, такого поворота событий он никак не ожидал.

Выслушав жалобы толпы, Чэнь Чаншэн прищелкнул языком и сказал:

— Пока я не могу дать однозначный ответ по этому вопросу, так как еще не ознакомился с ситуацией в Павильоне Небесных Тайн. Как насчет такого: вы все отправитесь со мной в Павильон, я изучу положение дел, и тогда дам вам ответ. Что скажете?

— Как Святой Сын решит, так и будет!

Успокоив учеников, Чэнь Чаншэн повел их к Павильону Небесных Тайн. По пути многие украдкой разглядывали этого легендарного Избранного Небес. Прошло уже два месяца со времени Собрания Избранных Небес, и славные деяния Чэнь Чаншэна, естественно, достигли Святой Земли Пурпурного Дворца. Этому «внезапно» появившемуся Святому Сыну большинство учеников были очень рады. В конце концов, чем сильнее Чэнь Чаншэн, тем увереннее Святая Земля Пурпурного Дворца будет чувствовать себя во внешнем мире. Возможность опереться на сильное плечо – что может быть лучше?

________________________________________

Вскоре Чэнь Чаншэн и остальные прибыли к Павильону Небесных Тайн. Старейшина внешних врат Павильона, увидев Чэнь Чаншэна, поспешил выйти навстречу.

— Старейшина, не стоит излишних церемоний. Я слышал от собратьев по секте, что в последнее время в Павильоне Небесных Тайн мало заданий, поэтому пришел узнать, в чем дело.

Услышав это, старейшина, ответственный за Павильон, горько усмехнулся и, достав заранее приготовленный реестр, протянул его Чэнь Чаншэну.

— Святой Сын, здесь отчет по заданиям за последние два месяца. Сами посмотрите, я даже не знаю, что сказать.

Взяв реестр, Чэнь Чаншэн начал его просматривать. Но, изучив целую страницу, он обнаружил, что около сорока процентов заданий были выполнены Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин, а еще тридцать процентов разделили между собой Е Хэньшэн и Су Тянь. Оставшиеся тридцать процентов в основном состояли из заданий по выращиванию духовных трав и уходу за духовными зверями. Награда за такие задания была невелика, да и времени они требовали много. Если бы не это, Чэнь Чаншэн сильно сомневался, что и эти тридцать процентов остались бы невыполненными.

Через некоторое время Чэнь Чаншэн закончил изучать реестр. Тогда один из учеников внешних врат обратился к нему:

— Святой Сын, мы действительно не специально поднимаем шум. Просто Святая Дева и остальные совсем не оставляют нам шансов! Все задания с большой наградой они забирают себе, нам скоро совсем нечего будет делать!

Снова выслушав жалобы, Чэнь Чаншэн искоса взглянул на Цзы Нин и остальных, а затем обратился к старейшине Павильона Небесных Тайн:

— Старейшина, можно ли увеличить количество заданий в Павильоне?

— Нельзя. Задания появляются тогда, когда у Святой Земли возникает потребность. Но потребности не возникают каждый день, Святой Сын, вы должны это понимать.

Чэнь Чаншэн кивнул.

— Это верно, но спрос можно создать. Нет спроса – создадим спрос. Сейчас смутные времена, и я считаю, что у Святой Земли Пурпурного Дворца много дел, которые нужно сделать. Павильон Небесных Тайн не только отвечает за выдачу заданий во всей Святой Земле, но и контролирует ее разведывательную сеть. Осмелюсь спросить, старейшина, что произошло в Срединных Землях за последние два месяца?

На вопрос Чэнь Чаншэна старейшина Павильона задумался и ответил:

— В Срединных Землях в последнее время произошло довольно много событий. Глава Святой Земли Мерцающего Света погиб, его место занял Святой Сын той же земли. Одновременно с этим крупные силы объединяются для уничтожения Несокрушимого Мертвеца. Кроме этого, есть еще одно дело…

На полуслове старейшина Павильона Небесных Тайн замолчал. Увидев это, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Старейшина, если вам есть что сказать, говорите прямо. Если это не касается секретов Святой Земли, нет ничего страшного в том, чтобы рассказать об этом всем.

— Эту новость изначально должны были сообщить вам, Святой Сын, но вы были в уединенном совершенствовании, поэтому не было возможности. Раз уж Святой Сын так говорит, то можно и рассказать. В последнее время в Срединных Землях ходят слухи, что Несокрушимого Мертвеца выманили именно вы, Святой Сын, с целью заманить в ловушку и уничтожить Избранных Небес из разных земель.

При этих словах взгляды многих учеников Святой Земли Пурпурного Дворца забегали. Все знали о происшествии на Собрании Избранных Небес. Слишком много совпадений указывало на Чэнь Чаншэна, и не подозревать его было трудно. Только потому, что Чэнь Чаншэн теперь был «своим», никто не поднимал этот вопрос.

— Есть доказательства?

— Какие доказательства? – старейшина Павильона Небесных Тайн был сбит с толку вопросом Чэнь Чаншэна. Любой здравомыслящий человек заподозрил бы Чэнь Чаншэна. По логике вещей, Чэнь Чаншэну следовало бы на время затаиться, пока слухи не утихнут. А он вместо этого прямо спрашивает о доказательствах. Как на такое отвечать?

Видя растерянность старейшины, Чэнь Чаншэн уточнил:

— Старейшина, у тех, кто распространяет эти слухи, есть доказательства?

— Святой Сын шутит. Раз это слухи, то, естественно, доказательств нет.

— А у нашей Святой Земли Пурпурного Дворца они есть?

— Нет! Наша Святая Земля Пурпурного Дворца не нашла никаких доказательств, указывающих на причастность Святого Сына к этому делу.

— Раз наша Святая Земля не нашла, значит, и другие Святые Земли не найдут, – кивнул Чэнь Чаншэн. – Отсутствие доказательств – это хорошо. Старейшина, вам известен источник этих слухов?

— Павильон Небесных Тайн уже все выяснил. Источник слухов – Твердыня Яростного Дракона.

Услышав это знакомое название, Чэнь Чаншэн поднял голову, задумался, а затем посмотрел на Гунсунь Хуайюй:

— Хуайюй, я помню, на Собрании Избранных Небес был кто-то из Твердыни Яростного Дракона. Тогда ты сказала, что Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни выступят против Твердыни Яростного Дракона. В Срединных Землях две Твердыни Яростного Дракона?

Услышав это, Гунсунь Хуайюй хлопнула себя по лбу с досадой:

— Господин, если бы вы не сказали, я бы совсем забыла об этом! Столько всего произошло на Собрании Избранных Небес, я еще не передала сообщение…

Гунсунь Хуайюй осеклась на полуслове. Все с каким-то странным выражением смотрели на нее.

Все: «…»

Мы знаем, что ты наследница Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен. Мы также знаем, что твое вступление в Святую Землю Пурпурного Дворца имеет определенный смысл. Но не стоит говорить об этом так прямо! В конце концов, Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни на данный момент все еще «враг общества» в Срединных Землях!

Заметив странные взгляды, Гунсунь Хуайюй пару раз кашлянула и со спокойным лицом произнесла:

— На Собрании Избранных Небес произошло слишком много событий, мои предсказания оказались несколько неточными. Может быть, господин, подождете пару дней? Думаю, через пару дней мои предсказания станут точнее.

— Что было, то прошло. Не стоит зацикливаться на таких мелочах, – сказал Чэнь Чаншэн, а затем обратился к старейшине Павильона Небесных Тайн: – Старейшина, я, как Святой Сын, ведь могу выдавать задания?

— Можете. Святой Сын может выдавать как личные задания, так и задания от имени Святой Земли. Однако, если задание выдается от имени Святой Земли, сумма очков за него не может превышать одного миллиона.

— Вот оно как! Тогда я лично добавлю двадцать миллионов Источников Духа. Старейшина, будьте добры, выдайте от моего имени задание. Содержание очень простое: уничтожить Твердыню Яростного Дракона.

Сссс…

При этих словах все присутствующие дружно ахнули. Так жестко?! Сразу двадцать миллионов Источников Духа и уничтожение целой силы! Наш новый Святой Сын, похоже, очень властный!

Слова Чэнь Чаншэна поразили не только рядовых учеников, но и Цзы Нин вместе со старейшиной Павильона Небесных Тайн. Столкнувшись с заданием, выданным Чэнь Чаншэном, старейшина Павильона Небесных Тайн с трудом произнес:

— Святой Сын, по правилам вы действительно можете выдать такое задание. Но уничтожение целой силы – дело нешуточное. Может, стоит все же подождать?

На уговоры старейшины Чэнь Чаншэн лишь спокойно улыбнулся и сказал:

— Твердыня Яростного Дракона открыто оклеветала Святого Сына Святой Земли Пурпурного Дворца, а значит, открыто оклеветала и саму Святую Землю. Такое мы, Святая Земля Пурпурного Дворца, абсолютно не можем оставить без ответа. Даже если я, Чэнь Чаншэн, смогу это стерпеть, полагаю, мои собратья по Святой Земле Пурпурного Дворца не смогут. Какая-то жалкая Твердыня Яростного Дракона – уничтожим, и дело с концом, ничего особенного.

Видя, что слова Чэнь Чаншэна уже распалили толпу, старейшина Павильона Небесных Тайн поспешно оттащил его в сторону и тихо сказал:

— Святой Сын, уничтожить Твердыню Яростного Дракона, конечно, не проблема. Но Святая Земля Пурпурного Дворца не может выделить слишком много сил. Вся высшая боевая мощь Святой Земли ушла с Главой на уничтожение Несокрушимого Мертвеца. Оставшиеся силы нужны для обороны самой Святой Земли. Если мы заберем еще, оборона Святой Земли может пострадать, а это не шутки.

Голос старейшины Павильона Небесных Тайн был негромким, но и не тихим. Другие ученики Святой Земли Пурпурного Дворца тоже смутно расслышали суть разговора, и опасения старейшины показались им вполне обоснованными. Однако Чэнь Чаншэн, услышав это, лишь с улыбкой покачал головой:

— Старейшина неправильно понял. Для этого задания по уничтожению Твердыни Яростного Дракона не потребуется сопровождение старейшин.

Старейшина Павильона Небесных Тайн: ???

Услышав это, старейшина опешил. Он впервые слышал, чтобы кто-то отказывался от сопровождения старейшин для такого масштабного задания. Без надзора опытных мастеров такое дело не провернуть.

— Святой Сын, боюсь, так не пойдет. Если не будет присмотра мастеров, вдруг…

— Никаких «вдруг»! – Чэнь Чаншэн решительно прервал старейшину и, повернувшись к ученикам Святой Земли Пурпурного Дворца, воззвал: – Уважаемые! Как говорится, волк пройдет тысячу километров – будет есть мясо, собака пройдет тысячу километров – будет есть дерьмо. Твердыня Яростного Дракона – всего лишь сила второго эшелона. Нельзя сказать, что она сильна, но и слабой ее не назовешь. Если наша Святая Земля Пурпурного Дворца отправит старейшин, Твердыня Яростного Дракона, несомненно, мгновенно обратится в прах.

Но если мы, полагаясь только на свои силы, уничтожим Твердыню Яростного Дракона, тогда она станет для нас крепким орешком, который будет не так-то просто раскусить. Я, Чэнь Чаншэн, здесь недавно, и мои знания о Святой Земле Пурпурного Дворца основаны лишь на слухах из внешнего мира. Но я всегда верил, что Святая Земля Пурпурного Дворца – это место, способное выдерживать тяжелые битвы. Она не станет прятаться в черепаший панцирь, как трусливая черепаха, только потому, что противник немного сильнее. Если это так, то вы навсегда останетесь собаками, жрущими дерьмо, и никогда не станете кровожадными волками! А теперь скажите мне, каков ваш выбор!

От пламенной речи Чэнь Чаншэна ученики пришли в возбуждение. Хотя они и не могли сравниться с такими выдающимися Избранными Небес, как Цзы Нин, это не означало, что они были слабы. Чтобы стать зарегистрированным учеником, нужно было быть одним из ста. Чтобы стать учеником внешних врат – одним из тысячи. А ученики внутренних врат – и вовсе одни из десяти тысяч. У Избранных Небес была своя гордость, но и у элиты, и у талантов – тоже.

— Уничтожить Твердыню Яростного Дракона! – крикнул кто-то из толпы, и тысячи учеников подхватили клич.

В одно мгновение призыв уничтожить Твердыню Яростного Дракона разнесся по всей Святой Земле Пурпурного Дворца. Видя, что настрой толпы достиг нужной точки, Чэнь Чаншэн поднял руки, призывая к тишине, и все тут же умолкли.

— Согласно правилам Святой Земли Пурпурного Дворца, при выполнении таких масштабных заданий семьдесят процентов добычи отходит Святой Земле. Ученики, выполняющие задание, получают лишь оставшиеся тридцать процентов плюс награду за само задание. Но сегодня все будет иначе! Раньше Святая Земля отправляла с нами старейшин для поддержки. Они прилагали усилия, и немалые, поэтому они и должны были получать семьдесят процентов. Но в этот раз они не прилагают усилий, поэтому им достанется только тридцать процентов. И эти тридцать процентов пойдут не старейшинам, а в благодарность Святой Земле Пурпурного Дворца, которая нас вырастила!

При этих словах глаза у всех присутствующих мгновенно загорелись. Твердыня Яростного Дракона была всего лишь силой второго эшелона. Для Святой Земли Пурпурного Дворца ее ресурсы не представляли особой ценности. Но если эти ресурсы разделить между немногими, то для любого это стало бы весьма щедрым вознаграждением. Не говоря уже о том, что за выполнение этого задания полагалась еще и соответствующая награда в очках.

Видя, как Чэнь Чаншэн решительно меняет правила Святой Земли Пурпурного Дворца, старейшина Павильона Небесных Тайн чуть не умер от беспокойства. Это дело было слишком серьезным, и если что-то пойдет не так, он, простой старейшина внешних врат, точно не сможет взять на себя ответственность. Однако, пока старейшина Павильона Небесных Тайн обдумывал, что делать, ему в руки прилетел лист бумаги, светящийся золотым светом. Прочитав его содержимое, старейшина облегченно вздохнул. Этот приказ исходил из уединенной части Святой Земли Пурпурного Дворца, где обитали верховные старейшины.

— Уважаемые! Приказ Совета Старейшин Святой Земли Пурпурного Дворца! Награда за это задание будет обеспечена Святой Землей. Всеми вопросами, связанными с заданием, полностью руководит Святой Сын. Если кто-то ослушается приказа, Святой Сын имеет право казнить на месте без доклада. Все ученики, участвующие в этом задании, независимо от его успешности, будут считаться прошедшими квалификационный экзамен по заданиям.

Услышав приказ Совета Старейшин, последние опасения толпы рассеялись. Хотя обещания Чэнь Чаншэна были очень заманчивы, он все же был всего лишь Святым Сыном. Каким бы сильным ни был Святой Сын, окончательное решение в Святой Земле всегда оставалось не за ним. Но теперь Святая Земля одобрила предложение Чэнь Чаншэна и снова наделила его полномочиями. Таким образом, ученики могли не бояться, что в случае провала задания Святая Земля будет разбираться с ними постфактум.

Увидев решение Совета Старейшин, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся и сказал:

— Уважаемые, вы все видели. Есть мясо или хлебать похлебку – решайте сами. Кроме того, раз это командное задание, то, естественно, нужны несколько лидеров. Ведь змея без головы не ползет, птица без крыльев не летит, а горстка песка никогда не станет монолитом. Эти четверо – ваши командиры на это задание. Вы можете сами выбрать себе командира. Если считаете, что они недостойны, вы вполне можете бросить им вызов. Победите их – и вы станете командиром. Все ваше недовольство и обиды вы можете выплеснуть прямо сейчас. Но я, Чэнь Чаншэн, предупреждаю: сейчас я даю вам шанс, и если вы им не воспользуетесь, то как только мы выступим на Твердыню Яростного Дракона, если кто-то посмеет ослушаться приказа в пути, пусть не обижается, если я забуду о всяком знакомстве.

Сказав это, Чэнь Чаншэн достал песочные часы, поставил их на землю и направился к беседке неподалеку. Посмотрев на песочные часы, а затем на Цзы Нин и троих других, некоторые ученики начали обдумывать свои шансы. Учеников внутренних врат называли кандидатами в Святые Сыновья. Раз уж они стали кандидатами, кто не захочет сделать следующий шаг? Раньше иерархия была строгой, и у них не было особой уверенности в том, что они смогут бросить вызов Цзы Нин. Но теперь появился шанс.

Кроме того, часть учеников нацелилась на Гунсунь Хуайюй и остальных. Цзы Нин стала Святой Девой, естественно, одолев своей силой большинство претендентов. Раз уж не бросить вызов Цзы Нин, то почему бы не бросить вызов остальным? Ученики внешних врат хотели, наступив на Су Тяня и других, пробиться на позицию учеников внутренних врат. Точно так же многие ученики внутренних врат хотели, наступив на Су Тяня и других, подняться выше. Только эти ученики внутренних врат хотели стать командирами, чтобы заполучить больше ресурсов и более высокий статус.

Под влиянием этих настроений очень скоро появились и претенденты. У каждого из четверых нашлись свои соперники. У Цзы Нин их было меньше всего, у Гунсунь Хуайюй – чуть больше, а у Е Хэньшэна и Су Тяня – больше всех.

Глядя на стоявших перед ними соперников, в глазах Су Тяня и Е Хэньшэна мелькнуло возбуждение. Наконец-то они смогут справиться со всем самостоятельно!

С того самого момента, как их признали Небесными Избранниками, любой их успех считался чем-то само собой разумеющимся. В глазах других у них были лучшие ресурсы, лучшие наставники. При таких благоприятных обстоятельствах достигать лучших результатов было делом обыденным.

Но эти люди никогда не узнают, сколько крови и пота было пролито ради этих успехов. Однако теперь никто не будет смотреть на них так. Ведь они находились в Святой Земле Пурпурного Дворца, чье наследие и мощь были куда глубже.

________________________________________

Бум!

Су Тянь и остальные быстро вступили в схватку с претендентами, и бой с самого начала перешел в ожесточенную стадию.

Попивая горячий чай из чашки, Чэнь Чаншэн неторопливо наблюдал за происходящим издалека. С Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин особых проблем не было. Хотя ученики внутреннего двора Святой Земли были сильны, против первоклассных Небесных Избранников у них было мало шансов на победу.

А вот ситуация Су Тяня и Е Хэньшэна была куда более напряженной. Их сила была неплохой, но еще не достигала уровня, позволяющего сокрушать противников. Вполне естественно, что эти ученики внутреннего двора хотели самоутвердиться за их счет.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн тихо пробормотал:

— «Техника Закалки Тела Небесной Гармонии» и кулачное искусство Бессмертного Почтенного Ста Поражений – обе техники высшего класса. Если за столько времени вы так и не смогли постичь их суть, возможно, вам действительно не подходит путь завоевания мира.

Сказав это, Чэнь Чаншэн достал книгу и принялся неспешно читать. Время испытания – четыре часа. Су Тяню и остальным до конца боя было еще далеко.

________________________________________

Задний двор Святой Земли Пурпурного Дворца.

Перед многочисленными старейшинами появилось изображение, на котором транслировался бой Гунсунь Хуайюй и остальных.

— Великий талант! – удовлетворенно кивнул Первый Старейшина, наблюдая за боем Гунсунь Хуайюй. – Создать столь непревзойденную технику! В грядущей борьбе за Небесную Судьбу ему определенно уготовано место.

В то же время в глазах других старейшин вспыхнул жадный огонек. Система совершенствования с таким огромным потенциалом… если бы они смогли ее изучить, то, весьма вероятно, смогли бы продвинуться дальше на своем пути. А продвижение в силе означало и значительное продление срока жизни!

Подумав об этом, некоторые старейшины не выдержали:

— Первый Старейшина, система совершенствования, созданная Святым Сыном, столь выдающаяся. Может, мы могли бы помочь Святому Сыну усовершенствовать ее?

Услышав это, лицо Первого Старейшины мгновенно похолодело.

— Приберите свои мелкие мыслишки! Если я узнаю, что кто-то из-за такой недальновидности испортит отношение Чэнь Чаншэна к Святой Земле Пурпурного Дворца, я лично оторву ему голову!

Видя гнев Первого Старейшины, ранее высказавшиеся старейшины поспешно замолчали, съежившись.

— Уважаемые, я знаю, что большинство из вас скоро столкнется с проблемой исчерпания жизненного срока. Я, Гоу Лю, такой же. Но жажда продлить жизнь не должна приводить к глупым поступкам. Учитывая положение Чэнь Чаншэна, он непременно будет участвовать в борьбе за Небесную Судьбу. Как только эта борьба начнется, ему понадобится много помощников. И тогда наша Святая Земля Пурпурного Дворца без колебаний возьмет на себя эту задачу. Неужели вы думаете, что когда начнется борьба за Небесную Судьбу, Чэнь Чаншэн будет спокойно смотреть, как Святая Земля Пурпурного Дворца уступает другим из-за отсталой техники совершенствования? К тому же, как только кто-то из Небесных Избранников обретет Небесную Судьбу, система совершенствования, которую он практиковал, распространится по всему миру. Неужели Чэнь Чаншэн позволит своим помощникам оказаться в невыгодном положении из-за секрета, который рано или поздно станет достоянием общественности? Так что лучше отбросьте эти глупые мысли.

При этих словах взгляды некоторых старейшин забегали. Они как раз размышляли, как бы договориться с Чэнь Чаншэном и заполучить эту новую систему совершенствования.

В этот момент заговорил Второй Старейшина, до сих пор хранивший молчание:

— Уважаемые, возможно, некоторые из вас все еще смотрят на Чэнь Чаншэна как на ребенка. Но я бы посоветовал вам избавиться от таких мыслей. Судя по тому, что мы видели в эти дни, Гунсунь Хуайюй и остальные смотрят Чэнь Чаншэну в рот. Говоря прямо, именно Чэнь Чаншэн руководит их совершенствованием. Вы все – старшие в мире культивации, вы видели силу этих троих. Положа руку на сердце, у кого из вас есть полная уверенность, что вы смогли бы наставлять этих молодых людей? То, чего не можете вы, Чэнь Чаншэн смог. Это означает, что сила Чэнь Чаншэна уже превосходит некоторых из нас. В мире совершенствования уважают сильных. Если будете кичиться своим возрастом, Чэнь Чаншэн может и не сохранить вам лицо. О некоторых вещах стоит подумать трижды!

Последовавшие друг за другом внушения Первого и Второго Старейшин заставили многих отказаться от своих мелких замыслов.

— Второй Старейшина, это все так, но что делать с Третьим и Пятым Старейшинами? Они всегда были сторонниками войны, и их отношение к Семидесяти Двум Волчьим Сигнальным Башням крайне жесткое. Когда дело с Несокрушимым Мертвецом будет решено, между Чэнь Чаншэном и ими, боюсь, возникнет конфликт!

Услышав это, Второй Старейшина погладил бороду и усмехнулся:

— Конфликт – это вполне нормально. Твердыня Яростного Дракона – это испытание Чэнь Чаншэна для учеников Пурпурного Дворца. А Третий и Пятый Старейшины – это испытание Святой Земли Пурпурного Дворца для Чэнь Чаншэна. Если он не сможет справиться даже с двумя старыми костями, то не заслуживает полной поддержки нашей Святой Земли. Мне очень нравится поговорка: «Волк проходит тысячу ли, чтобы есть мясо; собака проходит тысячу ли, чтобы есть дерьмо». Волк он или собака – испытание покажет. Неизменные правила существуют уже слишком долго. Мне очень хочется посмотреть, какие фокусы выкинут эти молодые люди. Или, лучше сказать, мне еще больше хочется посмотреть, сможет ли он, Чэнь Чаншэн, перевернуть небо над всеми Срединными Землями!

Сказав это, Второй Старейшина с улыбкой посмотрел на невозмутимого Чэнь Чаншэна на изображении. Похоже, на этот раз Святая Владычица и вправду принесла Святой Земле Пурпурного Дворца несравненный самоцвет!

________________________________________

Перед Павильоном Небесных Тайн.

Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин уже успешно одолели своих соперников, но Су Тянь и Е Хэньшэн все еще продолжали тяжелый бой. Ничего не поделаешь, у них было слишком много противников.

Наблюдая за ожесточенной схваткой, Гунсунь Хуайюй сказала:

— Злая баба, как думаешь, Су Тянь и остальные проиграют?

Услышав прозвище, Цзы Нин закатила глаза.

— Вороватая девчонка, говори повежливее, а то я запру тебя и заставлю родить десяток-другой детей! Хоть я и ценю Е Хэньшэна и Су Тяня, их поражение предрешено. Ученики внутреннего двора моей Святой Земли Пурпурного Дворца – не какие-нибудь там мешки с рисом с улицы. Они и в бою один на один не факт, что победили бы, не говоря уже о затяжной битве с постоянно сменяющимися противниками. Причина, по которой они все еще держатся, в том, что сильнейшие из учеников внутреннего двора еще не вышли на арену. Если бы их сразу одолели, это бы сильно ударило по лицу Чэнь Чаншэна.

Услышав анализ Цзы Нин, Гунсунь Хуайюй закатила глаза, но спорить не стала. Ее собственные выводы были такими же.

________________________________________

Снова одолев очередного претендента, Су Тянь и Е Хэньшэн выглядели уже довольно потрепанными. Реальность доказывала, что Святая Земля Пурпурного Дворца не зря носила свое имя – каждый ученик здесь был невероятно силен. Но еще страшнее было то, что они отчетливо чувствовали: в тени скрываются еще более могущественные противники. И они не вступали в бой лишь потому, что щадили их репутацию.

Теперь время испытания подходило к концу, и этим скрытым мастерам пора было выходить.

И действительно, едва предыдущие два претендента отступили, как вперед вышли двое мужчин.

— Сила этих двоих очевидна для всех. Сейчас вы оба сильно истощены. Может, закончим ничьей? – предложил один из вышедших учеников.

Но тут же донесся голос Чэнь Чаншэна:

— Никаких ничьих. У меня есть только победа или поражение. Если закончите вничью, все катитесь отсюда!

Услышав это, тот ученик внутреннего двора усмехнулся:

— Похоже, Святой Сын не допускает ничьих! Раз так, мне, Фэн Юйсю, придется вас обидеть. Я слышал, брат Су практикует «Технику Закалки Тела Небесной Гармонии», позволяющую использовать силу звезд. Мое же искусство – «Длань, Срывающая Звезды». Брат Су, будьте осторожны!

С этими словами Фэн Юйсю молниеносно атаковал, целясь в жизненно важные точки Су Тяня. Столкнувшись с такой стремительной атакой, Су Тянь поспешно выставил защиту. Однако его несокрушимая звездная сила, до сих пор не знавшая поражений, была пробита ударом Фэн Юйсю.

Как говорится, мастера видно по первому же движению. В тот момент, когда Фэн Юйсю нанес удар, все присутствующие Небесные Избранники уже предвидели исход. Включая, разумеется, и самого Су Тяня.

________________________________________

— Ц-ц-ц! Этот Фэн Юйсю, кажется, чего-то стоит! Полагаю, Су Тянь продержится не больше тридцати приемов, – с интересом наблюдая за поединком, произнесла Гунсунь Хуайюй, явно не прочь сама попробовать свои силы.

— Не тридцать, а пятнадцать. Су Тянь проиграет в течение пятнадцати приемов, – возразила Цзы Нин. – До того, как я стала Святой Девой, этот Фэн Юйсю был одним из моих сильнейших соперников. Его «Длань, Срывающая Звезды» достигла уровня божественного мастерства. Тогда я смогла одолеть его лишь с небольшим перевесом. Если бы не его более низкий талант к совершенствованию, место Святого Сына Святой Земли Пурпурного Дворца, вероятно, досталось бы ему.

Слова Цзы Нин изумили Гунсунь Хуайюй.

— Неужели все так серьезно? Даже ты смогла победить его лишь с трудом?

— Зачем мне тебя обманывать? «Длань, Срывающая Звезды» – это техника, ориентированная на внешнее совершенствование. Если бы его талант не был недостаточным, стал бы он изучать это искусство? Хоть «Длань, Срывающая Звезды» и одна из лучших техник внешнего совершенствования в Святой Земле Пурпурного Дворца, она все же не позволяет достичь абсолютных вершин. Немного жаль.

Выслушав объяснения Цзы Нин, Гунсунь Хуайюй еще больше загорелась желанием сразиться.

— Фэн Юйсю – один из твоих сильных соперников. А кто остальные?

— Вон тот! – Цзы Нин кивнула головой. – Его зовут Ян Фэн. Фэн – как в слове «безумный». Он практикует другое высшее искусство Святой Земли Пурпурного Дворца – «Кулак Безумного Демона». Кроме того, он последний ученик Четвертого Старейшины, и его сила ничуть не уступает моей. Причина, по которой он не смог занять место Святого Сына, в том, что у «Кулака Безумного Демона» есть недостаток – практикующие его легко впадают в демоническое состояние. Святой Сын и Святая Дева – это будущие преемники Святой Земли. Чтобы занять это место, нужна не только сила, но и мозги.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй смерила Цзы Нин взглядом с ног до головы.

— Ты, часом, не врешь? У тебя-то самой есть мозги? Кроме большой груди, круглой задницы и смазливой мордашки, я в тебе никаких достоинств не вижу!

— Ты…

От слов Гунсунь Хуайюй Цзы Нин уже готова была броситься в драку, но, подняв руку до половины, остановилась и усмехнулась.

— Сейчас я действительно не могу тебя победить. Но я проиграла не тебе, а Чэнь Чаншэну. Потому что новый метод совершенствования такая вороватая девчонка, как ты, точно не смогла бы придумать. Перед тем как уйти в уединение, Чэнь Чаншэн дал мне обещание. Если количество выполненных мною заданий превысит твое, он передаст мне новый метод совершенствования. На сегодняшний день я выполнила на тридцать заданий больше, чем ты. Так что твои дни самодовольства сочтены.

При этих словах Гунсунь Хуайюй вспылила:

— Ты жульничаешь! Если бы ты не использовала свои связи, чтобы брать больше заданий, твое количество никогда бы не превысило мое!

— Говори что хочешь. Проигравшие всегда ищут себе оправдания. Святая Земля Пурпурного Дворца – моя территория. У меня есть это преимущество, так почему бы им не воспользоваться?

— Не зазнавайся! Я обязательно уговорю Учителя, чтобы он тебя не учил!

— Хочешь – иди. Даже если Чэнь Чаншэн передумает, у меня есть способы заставить его научить меня. В конце концов, у меня тоже есть свои достоинства.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй презрительно фыркнула:

— Какие еще у тебя достоинства? Что-то я не заметила.

— Ты их уже назвала! У меня большая грудь и круглая задница. Пусть я и не стану очень сильной, зато я могу родить ему сына! И тогда я буду иметь право командовать такой вороватой девчонкой, как ты!

— Ты…

Гунсунь Хуайюй затряслась от гнева, затем холодно хмыкнула и отвернулась. Хоть она и не собиралась вмешиваться в решения Чэнь Чаншэна, проигрывать в словесной перепалке этой злой бабе было очень обидно.

________________________________________

Бум! Бум! Бум!

Пока Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй препирались, Су Тянь и его противники обменялись уже более чем десятью ударами. И Е Хэньшэн, и Су Тянь были отброшены, сплевывая кровь. Глядя на могучих соперников перед собой, оба чувствовали растущее отчаяние.

Они волновались не потому, что понимали – им грозит поражение. А потому, что отчетливо осознавали: ключ к победе находится у них в руках, но они никак не могут его найти.

Перебирая в уме тысячи мыслей, Су Тянь снова вспомнил слова Чэнь Чаншэна:

«Если бы «Техника Закалки Тела Небесной Гармонии» была просто техникой укрепления тела, она бы не передавалась так долго в Империи Сюаньу».

Подумав об этом, Су Тянь посмотрел на свою звездную силу, и все сомнения в его голове мгновенно рассеялись. Он действительно неправильно использовал «Технику Закалки Тела Небесной Гармонии»!

Звездная сила, окутывавшая его тело, стремительно хлынула внутрь, смешиваясь с его духовной силой. В тот же миг Су Тянь исторг из себя мощнейшую ауру.

Увидев это, уголки губ Чэнь Чаншэна слегка приподнялись.

«Наконец-то понял. Не такой уж и глупый».

Да, «Техника Закалки Тела Небесной Гармонии» вовсе не была техникой укрепления тела. Это была чистейшая техника внутреннего совершенствования. Когда звездная сила сливалась с телом совершенствующегося, она порождала множество удивительных эффектов. Проще говоря, «Техника Закалки Тела Небесной Гармонии» была лишь катализатором. Истинная мощь, которую она высвобождала, зависела от самого практикующего.

Предыдущий Император Империи Сюаньу обладал невероятно крепким телом, потому что его талант к внешнему совершенствованию был очень высок. А не потому, что «Техника Закалки Тела Небесной Гармонии» даровала ему это. В этом и заключался секрет этой техники. И постичь его нужно было самостоятельно. У каждого понимание «Техники Закалки Тела Небесной Гармонии» было своим.

Постигнешь – и твой путь станет широким. Не постигнешь – всю жизнь проживешь посредственностью.

Очевидно, Су Тянь постиг.

Увидев перемену в Су Тяне, Фэн Юйсю улыбнулся и, опустив руки, сказал:

— Ты нашел свой путь. В этом поединке я проиграл.

Услышав это, Су Тянь остановился.

— Сейчас ты победил, но в будущем проиграешь.

На слова Су Тяня Фэн Юйсю лишь улыбнулся и отступил.

Многие ученики Святой Земли Пурпурного Дворца с презрением отнеслись к такому поражению без боя, но Чэнь Чаншэн, сидевший в беседке, заинтересовался. Он наблюдал за схваткой Су Тяня и Фэн Юйсю. Сила этого Фэн Юйсю на самом деле была намного выше, чем у Су Тяня. Хотя Су Тянь и постиг тайны «Техники Закалки Тела Небесной Гармонии», в его нынешнем состоянии и с его уровнем совершенствования у него все равно не было шансов победить Фэн Юйсю.

Однако Фэн Юйсю признал поражение потому, что этот поединок уже не имел смысла. Фэн Юйсю почти достиг своего нынешнего предела. Его талант к совершенствованию серьезно ограничивал его потенциал. Современные системы совершенствования были разнообразны, но большинство из них, за исключением предложенного им самим «Совершенствования Тела», так и не смогли отойти от концепции «Духовного корня».

По его оценкам, у этого Фэн Юйсю был Духовный корень не выше низшего качества. Поэтому, даже если бы он победил Су Тяня, он все равно не смог бы противостоять таким первоклассным Небесным Избранникам, как Гунсунь Хуайюй. К тому же, по мере того как Су Тянь будет становиться сильнее, рано или поздно Фэн Юйсю все равно потерпел бы поражение.

Раз уж ему никогда не суждено увидеть пейзаж с вершины горы, то лучше уж оказать любезность и помочь другому. Проще говоря, Фэн Юйсю родился не в свое время. Живи он в другую эпоху, его достижения были бы куда значительнее.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн тихо произнес:

— Воистину, смутные времена рождают героев. Можно просто прогуляться – и наткнуться на сокровище. А что, если Фэн Юйсю сменит систему совершенствования? Взлетит ли он тогда до небес и втопчет всех Небесных Избранников в грязь? Интересная мысль, стоит обдумать.

________________________________________

Бой Су Тяня закончился, но схватка Е Хэньшэна все еще продолжалась. В отличие от Су Тяня, совершившего прорыв в критический момент, Е Хэньшэн с самого начала действовал осторожно и расчетливо. Хотя он постоянно находился в невыгодном положении, его кулачное искусство становилось все более отточенным и наполненным смыслом.

Перед лицом яростных, как шторм, ударов Ян Фэна, Е Хэньшэн каким-то образом сумел создать в своей ауре ощущение подавляющей мощи. Нанося удар за ударом, Е Хэньшэн наконец понял свою проблему. Он использовал не свое собственное кулачное искусство, а искусство, принадлежавшее «Даосу Бубаю».

Чтобы по-настоящему постичь суть этой техники, он должен был достичь «единства человека и кулака». Кулак – это я, я – это кулак. Его второй учитель вложил в свое кулачное искусство свою одержимость, поэтому его удары были яростными и несокрушимыми.

Чэнь Чаншэн же вложил в свое кулачное искусство прошлое – он повидал три горы и пять пиков, пережил любовь, ненависть и месть. Он вложил всю свою жизнь в этот маленький кулак. Поэтому, когда он наносил удар, его мощь была подобна гигантской волне, которую невозможно остановить. Никто в мире не смог бы выстоять перед лицом всего того, что пережил бессмертный, потому что долгая жизнь – это невыразимая боль.

Бам!

Е Хэньшэн и Ян Фэн снова обменялись ударами, после чего оба отступили на несколько шагов. В этот самый момент последняя песчинка в песочных часах упала вниз.

— Стоп!

Чэнь Чаншэн, сидевший в беседке, поднялся.

— Ян Фэн проиграл испытание. Е Хэньшэн не смог победить всех претендентов в установленное время, поэтому должность четвертого лидера отряда отменяется. В этот раз будет три лидера: Гунсунь Хуайюй, Цзы Нин и Су Тянь. Теперь я, Святой Сын, даю всем ученикам Святой Земли Пурпурного Дворца два часа на подготовку. За это время вы должны приготовить оружие и пилюли, а также решить, к какому отряду присоединиться. Если кто-то боится опасностей этой миссии, можете после возвращения больше не приходить. Так вы избежите осуждающих взглядов некоторых соучеников.

Сказав это, Чэнь Чаншэн махнул рукой, давая понять, чтобы все расходились. Увидев это, Ян Фэн и остальные поклонились Чэнь Чаншэну и удалились. Предстоящая атака на Твердыню Яростного Дракона – не детские игры. Даже гении рисковали погибнуть, поэтому тщательная подготовка была абсолютно необходима.

Когда все ушли, Гунсунь Хуайюй, Цзы Нин, Су Тянь и Е Хэньшэн подошли к Чэнь Чаншэну. Глядя на его спокойное лицо, они все же чувствовали себя немного виноватыми – ведь переполох, который они устроили, был немаленьким.

Вдох!

С наслаждением вдохнув аромат чая из своей чашки, Чэнь Чаншэн произнес:

— Что вы четверо здесь столпились? Скоро выступать, разве не нужно готовиться?

Видя его невозмутимость, Цзы Нин осторожно спросила:

— Учитель, вы нас не вините?

— За что мне вас винить? То, что вы смогли скупить все задания в Павильоне Небесных Тайн, – это ваше умение. Совершенствующиеся всегда идут против небес, потому что мы должны бороться с небом, с землей и с людьми. А возникшие сейчас небольшие проблемы – это лишь следствие вашей недостаточной силы. И я, как Святой Сын Святой Земли Пурпурного Дворца, обязан решать эти проблемы. Было бы несправедливо винить вас за то, что выходит за рамки ваших нынешних возможностей.

Сказав это, Чэнь Чаншэн сделал паузу, а затем с улыбкой посмотрел на четверых:

— Однако есть одна вещь, к которой вам придется привыкнуть – это, как и я, убирать за своими подчиненными. Сейчас я возглавляю все молодое поколение Святой Земли Пурпурного Дворца, поэтому не могу, как раньше, продумывать за вас все детали. Думаю, вы это уже хорошо прочувствовали. Налань Цзин, Ваньянь Юэ, Цзо Синхэ… Все они – главы своих сил, и они, вероятно, тоже не могут уследить за всеми мелочами в своих организациях. Точно так же и я, Чэнь Чаншэн, не смогу во время войны уследить за всеми деталями. Эти задачи сможете выполнить только вы. Если не справитесь, погибнут лишь те, кто вам доверял. Поэтому вам стоит беспокоиться не о том, буду ли я вас винить, а о том, хватит ли у вас смелости посмотреть в глаза тем, кто вам верил, после окончания битвы.

Услышав слова Чэнь Чаншэна, все четверо помрачнели. Хотя у них и был опыт командования отрядами, тогда за их спинами стояли старшие, которые все контролировали. Даже если случались промахи, всегда находился кто-то, кто исправлял ошибки.

Однако теперь им самим предстояло стать теми старшими. Им самим нужно было учиться исправлять чужие ошибки. Столкнувшись с проблемой, неважно, есть ли у тебя силы ее решить, ты должен предложить решение. А правильно оно или нет – покажет время. Одна ошибка – и погибнут бесчисленные люди, доверившиеся тебе. Давление от такой ответственности было тяжелее горы.

Увидев серьезные лица четверых, Чэнь Чаншэн едва заметно улыбнулся. Настоящий рост всегда выковывается кровью и слезами. Одними лишь разговорами на бумаге они никогда не повзрослеют.

Окинув взглядом четверых, Чэнь Чаншэн обратился к Е Хэньшэну:

— Кулачное искусство, которое ты практикуешь, весьма специфично. Оно становится сильнее лишь со временем и упорными тренировками. Ты только что постиг его истинную суть, так что вполне простительно, что ты не смог одолеть некоторых противников. Хочешь, я найду причину, чтобы вернуть тебе должность лидера отряда?

На слова Чэнь Чаншэна Е Хэньшэн опустил голову:

— Благодарю Учителя за любезность, но поражение есть поражение, тут нечего оправдываться. Только проигравшие ищут себе оправдания, победители же ищут причины. В этой миссии я готов участвовать как рядовой боец. Я выбираю отряд брата Су.

— Неплохая мысль. Остальные вопросы обсудите сами. Я буду ждать вас у ворот секты.

Сказав это, Чэнь Чаншэн поднялся и покинул беседку. Проводив его взглядом, четверо немного помолчали, а затем принялись обсуждать детали предстоящей операции.

Твердыня Яростного Дракона превосходила их по численности. Чтобы атаковать вражескую силу, необходим был четкий план. Если броситься вперед, как неорганизованная толпа, то даже в случае победы она будет пирровой. Чэнь Чаншэн ни словом не обмолвился об этом, предоставив Гунсунь Хуайюй и остальным самим решать эти проблемы.

________________________________________

Два часа пролетели быстро. Более тысячи учеников Святой Земли Пурпурного Дворца стройными рядами выстроились у ворот секты. Некоторые в последний момент передумали и отказались участвовать. Чэнь Чаншэн не обратил на них внимания. В конце концов, нельзя требовать от каждого стремления к битвам и сражениям.

Однако распределение учеников по отрядам было весьма интересным. Отряд, возглавляемый Су Тянем и Е Хэньшэном, привлек шестьдесят процентов учеников. Остальные сорок процентов разделили между собой Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин. Более того, в отряде Су Тяня доля мастеров внутреннего двора была наибольшей.

Такое развитие событий было вполне ожидаемо для Чэнь Чаншэна. Сияние Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй было слишком ярким, и рядом с ними легко было оказаться в тени. Но с Су Тянем такой проблемы не возникало. Хоть он и был силен, но не до такой степени, чтобы затмевать всех вокруг. В его отряде, при достаточном умении, каждый мог проявить себя и засиять ярким светом.

— Всего тысяча восемьдесят учеников собраны. Прошу Святого Сына отдать приказ! – первой выступила Цзы Нин.

Глядя на ее серьезное лицо, Чэнь Чаншэн ровным голосом произнес:

— Су Тянь – центральная армия. Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин – левый и правый фланги. Приказываю: Су Тяню атаковать Твердыню Яростного Дракона в лоб. Цзы Нин – нанести удар с фланга. Гунсунь Хуайюй – резерв, предотвратить вмешательство других сил.

— Слушаемся!

По команде многочисленные ученики медленно поднялись в воздух и направились в сторону Твердыни Яростного Дракона. Сам Чэнь Чаншэн восседал на огромном демоническом звере в центре всех отрядов.

________________________________________

На спине демонического зверя.

— После окончания Собрания Избранных Небес Святая Земля Куньлунь прекратила сотрудничество с Твердыней Яростного Дракона. Святая Земля Мерцающего Света поступила так же. По логике вещей, Твердыня Яростного Дракона должна была ослабнуть, но, судя по последним данным, ее силы, наоборот, даже несколько возросли. По оценкам Павильона Небесных Тайн, за ними кто-то стоит.

Ученик из Павильона Небесных Тайн, доложив обстановку, скромно отошел в сторону. Цзы Нин и остальные, нахмурившись, рассматривали карту Твердыни Яростного Дракона.

Помолчав, Цзы Нин сказала:

— Поддерживать Твердыню Яростного Дракона, несмотря на давление Святой Земли Пурпурного Дворца… Сила, стоящая за ними, определенно не проста. Однако, судя по текущей ситуации в Срединных Землях, эти люди осмеливаются лишь на мелкие пакости исподтишка. Так что нам не стоит слишком беспокоиться о том, что их покровители открыто вмешаются.

Е Хэньшэн кивнул, соглашаясь с анализом Цзы Нин:

— Ситуация действительно такова, но мы должны учитывать и другую проблему. Твердыня Яростного Дракона расположена в очень сложном месте, практически на стыке территорий трех Святых Земель. Это стратегически важный пункт, за который всегда шла борьба. Куньлунь и Мерцающий Свет не будут спокойно смотреть, как мы его захватываем. Если две другие Святые Земли вмешаются и начнут мутить воду, наша кампания, боюсь, закончится ничем.

Услышав это, все посмотрели на Чэнь Чаншэна, который невозмутимо гладил Малыша Черныша. В конце концов, он теперь был их главнокомандующим, и решение таких стратегических вопросов было за ним.

Встретив их взгляды, Чэнь Чаншэн сказал:

— В численном отношении мы в этой атаке не имеем преимущества. Поэтому, чтобы победить, мы должны действовать быстро и решительно. Атака центральной армии на Твердыню Яростного Дракона – это лишь отвлекающий маневр. Настоящий смертельный удар нанесут двести человек Цзы Нин. Вам нужно будет обойти все преграды и ударить прямо в сердце Твердыни Яростного Дракона. Цель – в кратчайшие сроки нанести им сокрушительный урон. Эта задача чрезвычайно опасна, малейшая неосторожность – и вы погибнете. У тебя хватит смелости?

На приказ Чэнь Чаншэна Цзы Нин серьезно ответила:

— Непременно выполню поручение Учителя!

Видя, что Цзы Нин без колебаний приняла задание, Чэнь Чаншэн удовлетворенно кивнул и, продолжая указывать на карту, сказал:

— Су Тянь, хоть твоя атака и отвлекающая, твоя задача не менее трудна. Столкнувшись с вашим наступлением, Твердыня Яростного Дракона будет отчаянно защищаться. Вы должны не только выманить как можно больше их мастеров, но и, незаметно для врага, быстро сместиться к флангам, создавая клещи. Как только Цзы Нин нанесет сокрушительный удар, вы должны перейти от отвлекающей атаки к основной. Удар извне и изнутри – и мы проглотим Твердыню Яростного Дракона целиком.

Выслушав план Чэнь Чаншэна, Е Хэньшэн, выступавший в роли военного советника Су Тяня, сказал:

— Учитель, судя по рельефу местности, чтобы создать клещи, нам придется пройти через Постоялый Двор Свирепого Ветра и Пещеру Золотого Света. Пещера Золотого Света – это территория Святой Земли Куньлунь, а Постоялый Двор Свирепого Ветра – Святой Земли Мерцающего Света. В такой спешке они вряд ли дадут нам проход.

Услышав это, Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Это ваши проблемы, сами их и решайте. Переговоры, штурм – мне все равно. Если через шесть часов клещи не будут созданы, принесете мне свои головы. Если бы я решал все проблемы, зачем бы вы мне были нужны?

От слов Чэнь Чаншэна лица Су Тяня и остальных помрачнели. Задача Цзы Нин была смертельно опасной, но и их миссия была не менее трудной!

Видя, что Цзы Нин и Су Тянь получили задания, Гунсунь Хуайюй не смогла усидеть на месте.

— Учитель, а наша задача? Мы ведь не слабее их! Не можем же мы сидеть сложа руки! Как я потом объяснюсь перед двумястами учениками своего отряда?

Услышав просьбу Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн указал на точку на карте:

— Твоя задача еще важнее, чем у них двоих. Твой отряд должен занять вот это место. Отсюда можно и наступать, и обороняться. Это также ключевой пункт для отступления всей армии. Кроме того, ты должна не только удержать эту позицию, но и отвечать за поддержку Цзы Нин и Су Тяня. Если вмешаются какие-либо силы, кроме Твердыни Яростного Дракона, неважно, сколько их будет, ты должна сдерживать их в течение шести часов. Не сможешь – тоже принесешь мне свою голову.

Гунсунь Хуайюй, естественно, была очень рада такому ответственному заданию, которое поручил ей Чэнь Чаншэн. Однако очень скоро она заметила неладное.

— В этом регионе сейчас на исход сражения могут повлиять только Пещера Золотого Света и Постоялый Двор Свирепого Ветра. Но ведь Су Тянь и остальные, проходя мимо, не обязательно вступят с ними в конфликт! Если эти две силы решат отсидеться в стороне, тогда мне и делать будет нечего.

Услышав сомнения Гунсунь Хуайюй, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся:

— Растешь! Уже начала продумывать следующие шаги. Если Пещера Золотого Света и Постоялый Двор Свирепого Ветра струсят, то после того, как Су Тянь и Цзы Нин уничтожат Твердыню Яростного Дракона, вы из арьергарда превратитесь в авангард и поглотите эти две силы.

При этих словах все удивленно посмотрели на Чэнь Чаншэна. Об этом плане он никогда раньше не говорил!

Видя изумленные взгляды, Чэнь Чаншэн сказал:

— Что на меня уставились? Вы что, всерьез думали, что я нацелился на Твердыню Яростного Дракона из-за каких-то слухов? Если бы дело было только в мести Твердыне, мне бы и одному хватило сил, просто времени бы ушло побольше. Зачем было городить такой огород? Моя истинная цель – вся эта территория. Она находится на стыке трех Святых Земель и служит буферной зоной. По идее, каждая из трех Святых Земель должна была поддерживать здесь свою линию влияния. Но за последние несколько сотен лет Святая Земля Куньлунь постоянно росла и в итоге лишила Святую Землю Пурпурного Дворца контроля над этой территорией. То, что я сейчас делаю, – это возвращаю эту землю. Когда начнется борьба за Небесную Судьбу, Святая Земля Пурпурного Дворца получит преимущество.

Выслушав анализ Чэнь Чаншэна, до того молчавший Фэн Юйсю произнес:

— В случае с Твердыней Яростного Дракона, Святая Земля Куньлунь и Святая Земля Мерцающего Света, возможно, и останутся в стороне. Но если мы тронем Пещеру Золотого Света и Постоялый Двор Свирепого Ветра, эти две Святые Земли вряд ли будут сидеть сложа руки. У нас сейчас нет сил, чтобы противостоять этим двум линиям обороны.

Услышав это, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Нет! У нас есть другие силы, чтобы противостоять этим двум Святым Землям.

— Какие силы?

— Я! Я задержу вмешательство Святой Земли Мерцающего Света и Святой Земли Куньлунь. А вы за это время должны захватить эти три силы. На уничтожение Твердыни Яростного Дракона – шесть часов. На Пещеру Золотого Света и Постоялый Двор Свирепого Ветра я даю вам восемнадцать часов. В течение этих двадцати четырех часов никто, будь он хоть самим Небесным Владыкой, не сможет помешать вашим действиям. А каков будет результат по истечении двадцати четырех часов – это уже будет зависеть от ваших усилий.

Сказав это, Чэнь Чаншэн поднялся, размялся и приготовился отделиться от основной группы. Видя это, Ян Фэн окликнул его:

— Святой Сын, хотя высшие силы Срединных Земель и заняты борьбой с Несокрушимым Мертвецом, Цзян Пин и Фуяо все еще находятся в своих Святых Землях. Ты действительно уверен, что сможешь их остановить?

На сомнения Ян Фэна Чэнь Чаншэн лишь спокойно ответил:

— Я, Чэнь Чаншэн, сказал, что они не пройдут, значит, они не пройдут. Я доверяю вам, надеюсь, и вы меня не разочаруете.

С этими словами фигура Чэнь Чаншэна начала медленно бледнеть и вскоре полностью исчезла.

Чэнь Чаншэн ушел, и настроение у всех стало еще более тяжелым. Он подготовил для них огромную сцену. Если эта миссия увенчается успехом, все они прославятся на весь мир. Однако эта «огромная сцена» была также и пробным камнем. Герой ты или трус – на «сцене» все станет явным.

________________________________________

Граница Святой Земли Куньлунь.

Глядя на пограничный камень перед собой, Чэнь Чаншэн прищелкнул языком:

— Малыш Черныш! На этот раз, похоже, будет тяжелая битва. Я тебя так долго кормил, когда начнется драка, ты уж помоги мне, а?

— У-у… – услышав слова Чэнь Чаншэна, Малыш Черныш в его руках пискнул и закатил глаза. Словно хотел сказать: «Ты просишь больную собаку помочь тебе? Да ты еще большая собака, чем я!»

Видя это, Чэнь Чаншэн беспомощно вздохнул:

— Ах ты, неблагодарное создание! На тебя совсем нельзя положиться.

С этими словами из ниоткуда появился еще один, точно такой же «Чэнь Чаншэн». Этот «человек» был его Истинным Я.

— Золотой Шелкопряд Гу – твой. Кость Таоте – тоже твоя. С этими двумя убойными штуками ты должен смочь задержать Фуяо.

Приняв вещи из рук Чэнь Чаншэна, «Истинное Я» закатило глаза:

— Ты – это я, я – это ты. Наши мысли едины, к чему столько пустых слов? Учитывая отношения Гунсунь Хуайюй, Фуяо вряд ли станет действовать слишком жестоко. Скорее, тебе самому нужно быть осторожнее. Если у тебя здесь возникнут проблемы, я не выдержу.

— Понял, ступай скорее.

Два Чэнь Чаншэна перекинулись парой фраз, после чего «Истинное Я» Чэнь Чаншэна улетело вдаль. Проводив взглядом «Истинное Я», Чэнь Чаншэн нашел чистое место и сел.

С его нынешним уровнем совершенствования «Истинное Я» не могло отдаляться более чем на пятьсот километров и не более чем на двадцать четыре часа. Именно поэтому у Су Тяня и остальных было всего двадцать четыре часа.

Грохот!

Битва между Су Тянем и Твердыней Яростного Дракона началась очень быстро. Мощные толчки Чэнь Чаншэн отчетливо ощущал даже за сотни километров. Однако сейчас он не слишком следил за ходом сражения вдалеке, а беззаботно гладил Малыша Черныша.

________________________________________

Твердыня Яростного Дракона.

— Уважаемые! Моя Твердыня Яростного Дракона ничем не оскорбила Святую Землю Пурпурного Дворца! За что вы…

Хруст!

Один из учеников Твердыни Яростного Дракона отступал, пытаясь договориться с Су Тянем. Но не успел он договорить, как Су Тянь свернул ему шею.

Расправившись с мелкой сошкой, Су Тянь с налитыми кровью глазами без малейших колебаний повел двести человек на штурм Твердыни Яростного Дракона. Эта битва требовала молниеносности. Каждое мгновение промедления увеличивало опасность для остальных. Поэтому он должен был, пока Твердыня Яростного Дракона не опомнилась, максимально истощить ее силы.

Благодаря внезапной атаке Су Тяня, отряд из двухсот человек с ходу захватил три опорных пункта Твердыни Яростного Дракона. Одновременно Е Хэньшэн и остальные с четырьмястами бойцами начали обход с флангов.

Однако, как бы быстр ни был Су Тянь, Твердыня Яростного Дракона все же была целой силой, и отряд из двухсот человек не мог полностью захватить ее за короткое время. Одна за другой активировались мощные формации, и тяжелый звук боевого рога разнесся по всей Твердыне. Старейшины и элитные ученики, находившиеся в уединенном совершенствовании, также вылетели навстречу врагу.

Столкнувшись с контратакой превосходящих сил противника, Су Тянь не растерялся. В конце концов, ведение боя было ему не в новинку. Как мог «Князь, стоящий плечом к плечу с правителем» Империи Сюаньу не уметь командовать войсками?

— Совершенствующие Тело – вперед! Отряд формаций – быстро взламывайте массивы! Ученики внутреннего двора – сдерживайте старейшин Твердыни! Боевые питомцы – зачищайте низкоуровневых совершенствующихся! Ученики внешнего двора – за мной, в атаку!

Когда Су Тянь отдал приказ, отряд из двухсот человек быстро пришел в движение. Ученики Святой Земли Пурпурного Дворца, специализирующиеся на Совершенствовании Тела, приняли на себя большую часть атак формаций. Более высокоуровневые ученики внутреннего двора схлестнулись со старейшинами Твердыни Яростного Дракона, не давая им вырезать учеников внешнего двора и разрушить строй. Те же, кто специализировался на других искусствах, укрылись за спинами товарищей и обрушили на врага шквал атак: яды, призыв духовных зверей, талисманы, иллюзии…

Богатое наследие Святой Земли позволяло не только взращивать Небесных Избранников, но и множество учеников, специализирующихся на других путях совершенствования, таких как создание артефактов, алхимия, разведение духовных зверей… Эти ученики могли не обладать высоким уровнем совершенствования, но в своей узкой области они продвинулись очень далеко. В случае крупномасштабной войны они могли сыграть неожиданно важную роль.

________________________________________

Пограничный камень Святой Земли Мерцающего Света.

— Ха-ха-ха! Я так и знал, что с тобой все будет в порядке! Несколько месяцев не виделись, а ты уже стал Владыкой Святой Земли Мерцающего Света! Поздравляю, поздравляю!

Чэнь Чаншэн очень тепло приветствовал Фуяо. Бывший Святой Сын Мерцающего Света теперь стал его Владыкой. Глядя на «Чэнь Чаншэна» перед собой, Фуяо не скрывал восхищения в глазах.

— Это и есть та система совершенствования, что ты создал? Воистину необыкновенно.

Услышав это, Чэнь Чаншэн с улыбкой махнул рукой:

— Ай, не стоит и упоминать. Мне просто на роду написано быть чернорабочим. Раз уж мы снова встретились, брат Фуяо, почему бы нам не присесть и не выпить по чарке?

Несмотря на приглашение Чэнь Чаншэна, Фуяо оставался стоять в отдалении, не двигаясь с места. И было отчего: «Чэнь Чаншэн» в правой руке держал огромную Кость Таоте, а на плече у него сидел невероятно свирепый и толстый Золотой Шелкопряд Гу. Его аура достигла предела, и Фуяо знал – стоит ему сделать хотя бы шаг вперед, как этот парень немедленно атакует насмерть.

— Ты атакуешь Твердыню Яростного Дракона – я не стану тебе мешать. Но почему твои войска также нацелены на Постоялый Двор Свирепого Ветра? Ты не можешь не знать, что Постоялый Двор Свирепого Ветра – это сила, поддерживаемая Святой Землей Мерцающего Света.

Услышав вопрос Фуяо, Чэнь Чаншэн тут же принялся все отрицать:

— Клевета! Это наглая клевета! Я, Чэнь Чаншэн, клянусь Небесами, что никогда и не думал нападать на Постоялый Двор Свирепого Ветра! Если я солгал, пусть молодой господин Твердыни Яростного Дракона, Вань Тун, умрет самой мучительной смертью!

Фуяо: «…»

«Ты все такой же».

Слегка улыбнувшись нелепому поведению Чэнь Чаншэна, Фуяо сказал:

— Хочешь Постоялый Двор Свирепого Ветра – забирай. В этот раз ты победил. В следующий раз тебе так не повезет.

При этих словах в глазах Чэнь Чаншэна мелькнуло недоумение.

— Что ты имеешь в виду?

— Все очень просто. Он тебя хвалит! – не успел Чэнь Чаншэн договорить, как издалека подошла еще одна фигура.

Ощутив ауру этого человека, Чэнь Чаншэн инстинктивно отступил на пару шагов. От него исходила аура Древней Запретной Земли.

Увидев настороженность Чэнь Чаншэна, мужчина улыбнулся:

— Не нужно так напрягаться. Если бы я хотел тебя убить, ты бы уже не стоял здесь. Когда-то кое-кто считал тебя Избранным Небесной Судьбой и потому много в тебя вложил. Жаль только, просчитались немного. Очень жаль.

Услышав слова мужчины, Чэнь Чаншэн еще больше уверился в его личности.

— Ц-ц-ц! Смутные времена, они и есть смутные времена. Всякая нечисть повылезала. Раз уж ты явился, не представиться было бы невежливо, не так ли?

— Думаю, ты уже догадался, кто я. Моя фамилия Чжан, имя Байжэнь. Я из той самой Древней Запретной Земли, как вы ее называете. Кроме того, я старший ученик Бессмертного Почтенного Ста Поражений. Если разобраться, ты должен называть меня старшим братом.

От этих слов уголок рта Чэнь Чаншэна дернулся. Кажется, он снова узнал какой-то невероятный секрет.

— Хе-хе-хе! Так это свои своих не узнали! Недоразумение, все это недоразумение!

На словах Чэнь Чаншэн говорил о «недоразумении», но сам потихоньку пятился назад. Его «Истинному Я» и с одним Фуяо приходилось очень нелегко. А теперь еще и этот Чжан Байжэнь с пугающим происхождением. Если сейчас не сбежать, его ждет только одно – хорошая трепка.

Заметив уловки Чэнь Чаншэна, Чжан Байжэнь слегка улыбнулся.

— И не думай бежать. Если бы твое настоящее тело было здесь, мы бы, возможно, и не смогли тебя остановить. Но простого твоего клона мы удержим без проблем.

Видя, что шансов на побег действительно нет, Чэнь Чаншэн решил сдаться на милость победителя.

— Не могу сбежать, так не могу. Чего хотите – говорите прямо, хватит ходить вокруг да около. Если вам нужна эта территория, я просто выведу войска.

— Эта территория меня не интересует, я ее и в грош не ставлю. Хочешь – забирай. Да что там эта жалкая территория! Даже Небесную Судьбу мы можем уступить. Хотя сейчас Небесная Судьба уже предопределена, но если Древняя Запретная Земля захочет что-то изменить, она это сможет.

— Изменить? – Чэнь Чаншэн нахмурился. – Что ты имеешь в виду? Разве Небесную Судьбу, уже обретенную, можно изменить?

— В мире нет ничего абсолютного. Вопрос лишь в том, сможешь ли ты заплатить цену. Хотя Обладатель Небесной Судьбы и непобедим в Поднебесной, это не значит, что его нельзя убить.

Столкнувшись с такой неприкрытой угрозой от Чжан Байжэня, Чэнь Чаншэн впервые ощутил давление. Хотя с помощью Системы он и обрел долголетие, но перед лицом этих древних существ его накоплений было все еще слишком, слишком мало.

— Ты уже несколько раз мне угрожал. Признаю, твои угрозы меня напугали. Так теперь ты можешь высказать свои требования?

Услышав это, Чжан Байжэнь спокойно ответил:

— Требование Древней Запретной Земли очень простое. После того, как Обладатель Небесной Судьбы примет ее, он должен будет посетить Древнюю Запретную Землю.

— Боюсь, простым визитом дело не ограничится. Вероятно, вы хотите, чтобы Обладатель Небесной Судьбы отказался от враждебных действий против Древней Запретной Земли. Насколько мне известно, перед тем как принять Небесную Судьбу, все ее будущие обладатели посещают Запретные Земли. И я уверен, они делают это не для праздной болтовни.

— В этой мысли нет ничего предосудительного. Так ты готов оказать эту услугу?

Глядя в спокойные глаза Чжан Байжэня, Чэнь Чаншэн задумался.

— А что я и Обладатель Небесной Судьбы получим взамен?

— Поддержку Древней Запретной Земли. Небесная Судьба была разрушена и снова собрана. На этот раз ее мощь беспрецедентна. По-настоящему принять Небесную Судьбу будет нелегко, многие силы попытаются вмешаться. Древняя Запретная Земля может помочь тебе. Взамен Обладатель Небесной Судьбы должен будет признать эту услугу. Пока он будет нести Небесную Судьбу, он не должен предпринимать враждебных действий против Древней Запретной Земли.

Выслушав, Чэнь Чаншэн поджал губы.

— Очень соблазнительные условия. Теперь я вдруг подумал, что мы можем присесть и хорошенько все обсудить.

— С превеликим удовольствием! – сказав это, Чжан Байжэнь взмахнул правой рукой, и перед Чэнь Чаншэном появился нефритовый стол.

Приняв приглашение Чжан Байжэня, Чэнь Чаншэн совершенно спокойно сел за стол. Грохот битвы вдалеке служил фоном, а шелест листвы в лесу – музыкой для их троицы. В этой сцене было что-то необъяснимо изящное.

Чжан Байжэнь разжег глиняную жаровню и налил в нее Источник Духа, от которого исходил бессмертный аромат. Когда жидкость в жаровне закипела, он достал чайницу и бросил в кипяток три «летающих меча» – так выглядели чайные листья.

Глядя на диковинные чайные листья в чашке, Чэнь Чаншэн произнес:

— Чай у брата Байжэня весьма интересен. Ваш покорный слуга никогда такого не видел.

— Это небольшой специалитет из моих родных краев, называется Чай Просветления Дао. На созревание одного листа уходит тысяча лет. Выпив его, можно очистить Сердце Дао. А если повезет, то и войти в состояние внезапного озарения.

Выслушав объяснение Чжан Байжэня, Чэнь Чаншэн на секунду замер, а затем достал нефритовую фляжку и перелил в нее чай из своей чашки. Мало того, что он забрал свой чай, так еще и слил напиток из чашек Чжан Байжэня и Фуяо. Закончив «упаковку», Чэнь Чаншэн совершенно невозмутимо сунул чайницу себе за пазуху. Вся эта последовательность действий была выполнена с невероятной плавностью и непринужденностью.

Чжан Байжэнь: «…»

«Раз уж я согласился достать эту вещь, значит, я не скуп. Но нельзя ли вести себя хоть немного приличнее?!»

Встретившись с недоуменным взглядом Чжан Байжэня, Чэнь Чаншэн с праведным видом заявил:

— Брат Байжэнь, за только что произошедшее я должен тебя покритиковать. Мы втроем с таким трудом сели поговорить, а ты достал какой-то Чай Просветления Дао! Брат Фуяо и ты – оба непревзойденные Небесные Избранники. Что если бы вы выпили этот чай и внезапно погрузились в состояние озарения? Это же помешало бы нашему разговору! Чай Просветления Дао – это, конечно, хорошо, но лучше выпейте чаю, который принес я.

Глядя на совершенно серьезное объяснение Чэнь Чаншэна, Чжан Байжэнь сначала опешил, а затем рассмеялся:

— Брат Чэнь прав, это я не подумал. Должно быть, чай, который принес брат Чэнь, обладает какими-то особенными свойствами?

На слова Чжан Байжэня Чэнь Чаншэн, умело заваривая чай, ответил:

— Мой чай ничем не примечателен. Если и есть у него какая-то особенность, так это то, что он невероятно горький. Этот чай я сам вырастил, сам собрал и сам приготовил.

Сказав это, Чэнь Чаншэн протянул им две чашки с дымящимся напитком.

— Вот как? Тогда этот чай определенно стоит попробовать.

С этими словами Чжан Байжэнь и Фуяо взяли чашки и сделали по глотку. Но едва чай коснулся их языков, как их лица исказились. В отличие от них, Чэнь Чаншэн, также пивший чай, выглядел так, словно наслаждался напитком, будто они пили совершенно разный чай.

Видя это, Чжан Байжэнь не мог не спросить с любопытством:

— Брат Чэнь, этот чай горек и его трудно пить. Почему же ты не меняешься в лице?

Услышав вопрос, Чэнь Чаншэн потер теплую чашку в руках и спокойно ответил:

— Может ли чай в чашке быть горше, чем человеческая жизнь? Когда мы переживаем нечто еще более горькое, то, выпив этот горький чай, мы, естественно, сможем насладиться им, как сладким нектаром.

Выслушав, Чжан Байжэнь кивнул:

— Состояние духа брата Чэня намного превосходит мое. Я восхищён!

— Ну что ж, – Чэнь Чаншэн поставил чашку. – Чай выпит. Теперь давайте поговорим о делах. Когда я в свое время вошел в Древнюю Запретную Землю, вы ведь знали об этом, не так ли?

— Да.

— Бессмертный Почтенный Ста Поражений имел некоторые связи с Древней Запретной Землей. То, что ты получил его каменный гроб, делает тебя своего рода его наполовину учеником. Поэтому ты и не умер.

— Вот оно что! А я-то думал, как это я тогда так непонятно выжил. Оказывается, вот в чем дело. Получается, вещи, которые я получил в Древней Запретной Земле, вы тоже мне намеренно подсунули?

— Вроде того. Кость Таоте и прочие безделушки Древняя Запретная Земля хоть и не ставит ни во что, но и не каждый может их оттуда вынести.

Выслушав объяснение Чжан Байжэня, Чэнь Чаншэн задумчиво кивнул и продолжил:

— Второй вопрос. Почему вы не убили меня или того, кто стоит за моей спиной – Обладателя Небесной Судьбы? Учитывая мощь Древней Запретной Земли, это ведь не должно быть слишком сложно.

Услышав это, Чжан Байжэнь спокойно ответил:

— Древней Запретной Земле действительно нетрудно убивать людей. Но убить Обладателя Небесной Судьбы – это уже не так просто, особенно того, кто ступил на шестую ступень. Как только Обладатель Небесной Судьбы ступает на шестую ступень, его Небесная Судьба уже начинает формироваться, и в обычных условиях его очень трудно убить. Не имея стопроцентной уверенности, Древняя Запретная Земля не хочет навлекать на себя гнев такого будущего непобедимого в Поднебесной эксперта.

При этих словах уголки губ Чэнь Чаншэна слегка приподнялись.

— Я наконец понял, почему Фуяо сказал, что в этот раз проиграл. Если я не ошибаюсь, вы почувствовали, что Обладатель Небесной Судьбы ступил на шестую ступень. Когда я был в Древней Запретной Земле, вы в меня инвестировали, вероятно, думая, что у меня есть шанс стать Обладателем Небесной Судьбы. Если бы я действительно им стал, то установил бы с Древней Запретной Землей своего рода «кармическую связь». В то же время Древняя Запретная Земля послала тебя бороться за Небесную Судьбу. В итоге, кто бы из нас ни победил, Древняя Запретная Земля ничего бы не потеряла. Но вы просчитались в одном – настоящий Обладатель Небесной Судьбы – это тот, кто стоит за моей спиной.

— Хе-хе-хе! Очень точный анализ, – Чжан Байжэнь с улыбкой хлопнул в ладоши. – Все именно так, как сказал брат Чэнь. Поначалу я действительно считал брата Чэня Избранным Небесной Судьбой. В то время ты не выказывал никаких признаков вступления на шестую ступень, поэтому я и не стал немедленно наносить смертельный удар. В конце концов, чтобы победить такого Небесного Избранника, как ты, шанс выпадает лишь однажды, и я, естественно, хотел как следует подготовиться. Но кто бы мог подумать, что всего за эти несколько месяцев настоящий Обладатель Небесной Судьбы ступит на шестую ступень! Теперь, когда ситуация уже сложилась, даже я бессилен что-либо изменить. Поэтому сегодня Байжэнь и пришел просить брата Чэня о помощи.

Сказав это, Чжан Байжэнь пристально посмотрел на Чэнь Чаншэна. Встретившись с его взглядом, Чэнь Чаншэн снова погрузился в молчание.

Помолчав, Чэнь Чаншэн повернулся к Фуяо, который все это время хранил молчание, и, указав на Чжан Байжэня, сказал:

— У нас с тобой когда-то был договор. Ты обещал помочь мне устранить все препятствия на Собрании Избранных Небес. Фан Цяньчэна я одолел сам. Теперь я не прошу тебя разбираться с Фан Цяньчэном. Как насчет того, чтобы ты помог мне прикончить его?

Бросив взгляд на «бесстыдного» Чэнь Чаншэна, Фуяо равнодушно ответил:

— А ты выполнил условия того договора? Даже если я соглашусь помочь тебе разобраться с ним, как ты собираешься решать вопрос с Древней Запретной Землей? У меня нет такой силы, чтобы помочь тебе смести Древнюю Запретную Землю.

Видя, что Фуяо решительно отверг его просьбу, Чэнь Чаншэн тут же сменил тон на самый дружелюбный и с улыбкой сказал:

— Брат Байжэнь, не обижайся, я просто пошутил. А теперь давай вернемся к серьезным делам.

На такое переменчивое поведение Чэнь Чаншэна Чжан Байжэнь лишь улыбнулся, ничего не сказав. Борьба за великие свершения – это всегда борьба не на жизнь, а на смерть. Если бы, убив Чэнь Чаншэна, он мог бы обрести Небесную Судьбу, он бы сделал это без колебаний. Существование Древней Запретной Земли сейчас смутно угрожало Чэнь Чаншэну, и его желание убить Чжан Байжэня было вполне объяснимо.

— Третий вопрос. Брат Байжэнь, что ты имел в виду, говоря ранее о «нижнем мире»? И еще, что символизирует гигантская рука на Древнем Бронзовом Дворце? Они могут снова явиться?

Чэнь Чаншэн выпалил все мучившие его вопросы разом. Услышав их, Чжан Байжэнь спокойно ответил:

— На эти вопросы я пока не могу тебе ответить. Когда брат Чэнь достигнет соответствующего уровня, ты сам все поймешь.

— Ладно. Раз уж об этом нельзя говорить, задам другой вопрос. Почему Обладатели Небесной Судьбы враждебны к Запретным Землям? Связано ли зловещее нечто под Древним Бронзовым Дворцом с Запретными Землями…

— Брат Чэнь! – не успел Чэнь Чаншэн договорить, как Чжан Байжэнь его прервал.

Видя это, Чэнь Чаншэн удивленно спросил:

— Что, и об этом нельзя спрашивать?

— Дружба за чашкой чая стоит всего трех вопросов. Брат Чэнь уже исчерпал свой лимит. Дальнейшие расспросы будут выглядеть как жадность.

— Ну, не спрашивать, так не спрашивать. Зачем же так витиевато меня ругать? Условия Древней Запретной Земли я принимаю. Надеюсь, и вы в решающий момент не нарушите своего слова.

Условия были согласованы, и Чжан Байжэнь поднялся, собираясь уходить. Перед уходом он взглянул на Чэнь Чаншэна и сказал:

— В качестве компенсации за то, что я не ответил на третий вопрос, я могу сообщить тебе кое-что еще. Чтобы спасти того Божественного Зверя Бай Цзэ, что рядом с тобой, тебе нужно отправиться в Лес Преисподней. Возможно, там найдется способ его исцелить.

При этих словах глаза Чэнь Чаншэна тут же загорелись.

— Где этот Лес Преисподней?

— В Восточных Пустошах. Чтобы найти Лес Преисподней, потребуются особые методы. – Сказав это, Чжан Байжэнь протянул Чэнь Чаншэну нефритовую табличку.

Глядя на табличку в руке, Чэнь Чаншэн с сомнением спросил:

— С чего ты вдруг такой добрый? Не пытаешься ли ты меня подставить?

— Будь спокоен, в моих словах нет ни капли лжи. Если даже Лес Преисподней не сможет спасти Бай Цзэ, то во всей Поднебесной не найдется способа ему помочь.

— Раз ты так уверенно об этом говоришь, мне становится еще тревожнее. Может, ты сам за меня сходишь в Лес Преисподней? Я выполню любое твое требование.

В ответ на просьбу Чэнь Чаншэна Чжан Байжэнь с улыбкой покачал головой.

— Я не пойду в Лес Преисподней. Даже я, окажись там, погибну. Небесная Судьба этого поколения уже предрешена. Но Небесную Судьбу следующего поколения я непременно заполучу. Поэтому такого противника, как ты, я, естественно, постараюсь подставить и погубить. А если не погубить, то хотя бы задержать твое развитие. Ты ведь согласен?

Чэнь Чаншэн: «…»

«Как ты можешь так спокойно говорить такие вещи?! Да у тебя наглости больше, чем у меня!»

— Проницательно! – выдавил Чэнь Чаншэн. – Воистину, не зря ты дитя Запретной Земли, наглости у тебя побольше, чем у обычных людей. За такой «подарок» я, когда у меня будет время, непременно выкопаю тебя из Древней Запретной Земли и как следует отлуплю.

— Ха-ха-ха! – услышав слова Чэнь Чаншэна, Чжан Байжэнь громко рассмеялся. – Если хватит смелости – приходи. Когда я приму Небесную Судьбу, я непременно создам силу, что объединит всю Поднебесную. Если ты тогда проиграешь мне, я оставлю для тебя в «Небесном Дворе» должность привратника.

Сопроводив свои слова этой громкой тирадой, Чжан Байжэнь повернулся и зашагал прочь.

Когда Чжан Байжэнь ушел, Чэнь Чаншэн посмотрел на Фуяо и сказал:

— Похоже, в борьбе за Небесную Судьбу следующего поколения у тебя снова появится сильный противник. Неужели ты опять будешь избегать прямого столкновения? Так отступая налево и направо, до каких пор ты собираешься пятиться?

В ответ на эти «колючие» слова Чэнь Чаншэна Фуяо лишь закатил глаза.

— У меня свой путь, не тебе о нем беспокоиться. Ты спас моего младшего брата, я перед тобой в неоплатном долгу. Этот долг никогда не потеряет своей силы.

— Постой, ты что, не собираешься сам отправиться в Лес Преисподней? – Чэнь Чаншэн удивленно посмотрел на Фуяо, на его лице было написано полное недоумение. «Братолюб» – и не отправится лично искать способ спасти младшего брата? Это как-то не сходится!

Не обращая внимания на удивление Чэнь Чаншэна, Фуяо посмотрел вдаль и спокойно произнес:

— Чэнь Чаншэн, на самом деле я тебе очень завидую. Ты свободен и ничем не связан, можешь беззаботно странствовать по этому миру. Но не все в этом мире могут быть такими, как ты. Это «Крылья Ветра и Грома» Фан Цяньчэна. Их когда-то оторвал Несокрушимый Мертвец. Я некоторое время хранил их для тебя. С помощью Крыльев Ветра и Грома твои шансы выжить в Лесу Преисподней несколько возрастут.

Сказав это, Фуяо также исчез. Глядя на окровавленные крылья, лежащие на столе, Чэнь Чаншэн пробормотал:

— Ну почему у вас, ребята, столько секретов?! Вам бы всем прозвище «Секретные Люди» дать.

Немного поворчав, Чэнь Чаншэн убрал Крылья Ветра и Грома. Эти крылья были уникальным сокровищем. Если их обработать с помощью секретной техники, они могли превратиться в артефакт, дарующий невероятную скорость полета. Возможно, после переработки они и не будут такими же гибкими в использовании, как у Фан Цяньчэна, но по скорости все равно останутся одними из лучших в мире.

— Ц-ц-ц! Когда удача прет, ее не остановишь! Стоило выйти прогуляться – и сразу сокровища в руки плывут. Какая прекрасная жизнь! – сказав это, Чэнь Чаншэн посмотрел вдаль. – Кажется, мое настоящее тело схлестнулось со Святой Землей Куньлунь. Нужно спешить на помощь, иначе у него будут проблемы.

________________________________________

Грохот! Грохот! Грохот!

Огромная гора обрушилась наполовину. Чэнь Чаншэн, весь в пыли и грязи, выбрался из-под завалов.

— Эй, вы трое на одного – это как-то нечестно!

Услышав, что Чэнь Чаншэн все еще полон сил и жалуется, Цзян Пин невольно скривился. Насколько же прочно тело этого парня?! Два старейшины Святой Земли плюс он сам – бьются уже столько времени, но так и не смогли нанести ему ни малейшей раны! Расскажи кому – не поверят.

Сорвав с себя изорванную в клочья верхнюю одежду, Чэнь Чаншэн явил взорам окружающих доспех, отливающий слабым фиолетовым светом. Да, на нем была чешуйчатая броня, сделанная из чешуи Громового Зверя. Когда-то клан Громовых Зверей был уничтожен Чэнь Чаншэном, и половина их ресурсов попала ему в руки, включая, естественно, и тело вожака Громовых Зверей. Эта броня была лучшей из всех, что у него были. К тому же, на протяжении почти тысячи лет Чэнь Чаншэн неустанно вырезал на ней защитные формации. Защита этой брони достигла просто абсурдного уровня.

Кроме внешней защиты, у Чэнь Чаншэна была еще Техника Сокровенных Трансформаций, нити Золотого Шелкопряда Гу и очки характеристик от Системы. Благодаря всему этому, если только не вмешается эксперт восьмой ступени, никто другой не сможет пробить его защиту. Именно поэтому Чэнь Чаншэн и осмеливался так бесчинствовать в Срединных Землях – на данный момент никто не мог его убить.

— Слишком вы издеваетесь! Сегодняшнее дело так не закончится! Вы у меня еще попляшете! – бросил Чэнь Чаншэн угрозу и быстро рванул в одном направлении. Навстречу ему издалека уже летел другой «Чэнь Чаншэн».

В тот момент, когда два Чэнь Чаншэна соприкоснулись, они мгновенно слились в одно целое.

Вззз!

«Истинное Я» вернулось на место. Только теперь Чэнь Чаншэн стал по-настоящему цельным. Ранее «Истинное Я» унесло с собой большую часть его Божественного Сознания, что не позволяло ему использовать многие атакующие техники. Но теперь этих ограничений больше не было.

Увидев, как резко возросла сила Чэнь Чаншэна, Цзян Пин на мгновение остолбенел. Он и так считал силу Чэнь Чаншэна чудовищной, но кто бы мог подумать, что тот еще не использовал ее полностью! Осознав это, Цзян Пин с налитыми кровью глазами ринулся на Чэнь Чаншэна. Будучи таким же Небесным Избранником, он не мог быть настолько слабее Чэнь Чаншэна.

В то же время шесть старейшин Святой Земли Куньлунь также бросились в атаку.

Дзинь!

Наполненный яростью Цзян Пин был отброшен одним ударом Кости Таоте Чэнь Чаншэна. Пока он летел, в его глазах читалось полное неверие.

Силен! Невероятно силен! Одной лишь физической силой Чэнь Чаншэн сокрушил его совершенствование, которым он так гордился. Эссенция, Ци и Дух были единым целым – он просто не мог найти у Чэнь Чаншэна слабых мест.

Легко отбросив Цзян Пина, Чэнь Чаншэн немедленно применил Истинный Облик Неба и Земли. Его огромное, но гибкое тело тут же вступило в схватку с шестью старейшинами Святой Земли Куньлунь. Как оказалось, старейшины не зря носили свой титул. Объединив усилия, шестеро едва смогли выдержать первую волну атак Чэнь Чаншэна.

Видя это, Чэнь Чаншэн перестал сдерживаться. Ужасающее Видение мгновенно возникло за его спиной.

Вззз!

За спиной Чэнь Чаншэна раскинулось безграничное кладбище. Среди бесчисленных могильных холмов выделялся один гроб. С появлением Видения сила Чэнь Чаншэна снова начала стремительно расти. Бесчисленные могилы за его спиной непрерывным потоком питали его силой.

Таким было Видение Чэнь Чаншэна. В нем не было ни пышности, ни величественной ауры – лишь бесконечная скорбь и леденящий ужас. Чэнь Чаншэн похоронил слишком много людей. И хороня их, он хоронил и часть самого себя.

Получив усиление от Видения, Чэнь Чаншэн начал теснить шестерых старейшин Святой Земли Куньлунь. Кость Таоте была невероятно прочной. Каждый ее удар не только наносил тяжелый урон артефактам старейшин, но и поглощал часть их духовной сущности. Техника Сокровенных Трансформаций была невероятно мощной – каждое движение Чэнь Чаншэна обладало силой, способной сдвигать горы и осушать моря. Безымянная техника кулачного боя обрушивалась с силой цунами – один удар, и старейшины Куньлуня могли лишь защищаться, не имея возможности ответить.

Кроме того, новая система совершенствования, созданная Чэнь Чаншэном, доставляла его врагам немало страданий. При «Совершенствовании Тела» эссенция, Ци и Дух становились единым целым. Духовная сила была Божественным Сознанием, а Божественное Сознание – духовной силой. Каждая атака Чэнь Чаншэна вызывала у старейшин Святой Земли Куньлунь острую боль в их Море Сознания.

Грохот!

Отбросив последнего старейшину, Чэнь Чаншэн не стал преследовать, а, сжимая Кость Таоте, спокойно смотрел на Цзян Пина и остальных. Прекрасные пейзажи вокруг были сровнены с землей. Широкая равнина покрылась глубокими, бездонными трещинами.

— Я же говорил вам не нападать толпой на одного! Не послушались – вот и получили! В течение двадцати четырех часов Святая Земля Куньлунь не должна пересекать пограничный камень. Иначе не вините меня за безжалостность.

— Наглец!

Едва Чэнь Чаншэн самодовольно закончил, как раздался громоподобный рев. Из глубин Святой Земли Куньлунь, находившейся в тысяче километров, внезапно протянулись две гигантские руки, явно намереваясь уничтожить Чэнь Чаншэна.

Столкнувшись с этой мощной атакой, Чэнь Чаншэн сосредоточил взгляд. Гроб в его Видении мгновенно открылся, и размытая фигура влетела в его тело. В то же время «толстый Золотой Шелкопряд Гу», все это время сидевший у него на плече, поднял голову.

Вжик!

Невероятно быстрый золотой луч пронзил одну из гигантских рук и устремился к Святой Земле Куньлунь. В этот момент Чэнь Чаншэн также приготовился и встретил другую гигантскую руку.

Удар кулака – и сила обрушилась, сотрясая небо и землю! Гигантская рука была разбита ударом Чэнь Чаншэна, но и его самого отбросило мощной ударной волной. Он протаранил три большие горы, прежде чем остановиться. Однако Чэнь Чаншэн быстро вылетел из-под обломков. Правда, его правая рука была неестественно вывернута.

Бросив взгляд на искалеченную руку, Чэнь Чаншэн активировал свою Ци и кровь. Смещенные кости мгновенно встали на место, а огромное количество нитей Золотого Шелкопряда Гу с невероятной скоростью начало восстанавливать рану. В мгновение ока рука Чэнь Чаншэна зажила, и он снова принял боевую стойку.

Слова Бессмертного Почтенного Ста Поражений навсегда запечатлелись в его памяти:

«Те, кто изучает мой кулак, помните: можно проиграть в кулачном бою, но мощь кулака не должна ослабевать! Один удар – и враг должен дрожать от ужаса!»

Те, кто атаковал его, вероятно, были скрытыми козырями Святой Земли Куньлунь. Их сила действительно превосходила его. Но мощь противника ни за что не заставит его замедлить удар.

Грохот!

Еще один удар – и вся Святая Земля Куньлунь задрожала. Мясо на правой руке Чэнь Чаншэна исчезло, остались лишь голые кости. Но на этот раз Чэнь Чаншэн не отступил ни на шаг!

Плоть регенерировала, он снова копил силу. Сейчас Чэнь Чаншэн не думал о том, насколько силен противник. Он знал лишь одно: враг еще не склонил голову и не признал поражения. Не вышло одним ударом – будет два. Даже если придется нанести сто или тысячу ударов, он не отступит ни на полшага.

Грохот!

Третий удар – и на этот раз великая формация Святой Земли Куньлунь треснула. Кроваво-красный валун в глубине Святой Земли также покрылся трещинами. Однако Чэнь Чаншэн заплатил за это ценой руки.

Оторванная конечность медленно регенерировала, но на этот раз Чэнь Чаншэн начал копить силу в левой руке, явно не собираясь ждать, пока правая восстановится.

— Возвращайтесь!

Древний голос донесся из глубин Святой Земли Куньлунь. Услышав его, Цзян Пин и остальные немедленно повернули назад. В то же время убийственная аура, исходившая от Святой Земли Куньлунь, исчезла.

Противник признал поражение. Чэнь Чаншэн наконец опустил левую руку.

Вжик!

Золотой луч опустился на плечо Чэнь Чаншэна. Вместе с «толстым Золотым Шелкопрядом Гу» вернулась и крошечная, размером с палец, тыква-горлянка. Очевидно, это был трофей «Золотого Шелкопряда Гу».

Успешно отбросив Святую Землю Куньлунь, Чэнь Чаншэн не стал продолжать преследование. В конце концов, в Святой Земле все еще скрывалось много ужасающих существ.

________________________________________

Задний двор Святой Земли Пурпурного Дворца.

Глядя на изображение в магическом зеркале, множество стариков радостно улыбались.

— Святой Сын есть Святой Сын! Заставить этих старых пердунов из Святой Земли Куньлунь склонить головы!

— С этого дня, кто посмеет сказать что-то плохое о Святом Сыне, я первый не соглашусь!

— Да ладно тебе! Сила Святого Сына, возможно, и не уступает твоей. Ты смог бы выдержать несколько таких ударов? Не забывай, у нас, стариков, Ци и кровь уже начали иссякать, а Святой Сын в самом расцвете сил. Если бой затянется, Святой Сын сможет просто измотать тебя до смерти.

— Ты вообще умеешь разговаривать? Говоришь так, будто сам еще молод…

Видя, что старики снова готовы затеять спор, Второй Старейшина успокаивающе поднял руки:

— Святой Сын силен. Это доказывает, что Небесная Судьба благоволит нашей Святой Земле Пурпурного Дворца. Сейчас Священный Скарабей у Владыки Святой Земли. Когда Владыка вернется, пусть Священный Скарабей проверит удачу Святого Сына. Если Святой Сын – Избранный Небесной Судьбой, мы должны будем, не жалея никаких средств, помочь ему принять Небесную Судьбу.

Услышав слова Второго Старейшины, один из старейшин нахмурился:

— А что насчет У Ли? Он ведь тоже очень силен!

В ответ на этот вопрос Второй Старейшина тяжело вздохнул:

— Если У Ли тоже присоединится к Святой Земле Пурпурного Дворца, нам придется еще туже затянуть пояса и взращивать их обоих. Кто бы мог подумать, что избыток Небесных Избранников тоже может стать проблемой! Какая досада! Воистину, у каждой семьи свои неразрешимые трудности. Нашей Святой Земле Пурпурного Дворца приходится нелегко!

Все: «…»

«Хотя мы и на твоей стороне, но такое твое хвастовство под видом скромности очень раздражает. Ты все сказал, как же нам теперь выпендриваться?»

________________________________________

У пограничного камня.

— Шшш… Больно-то как!

Чэнь Чаншэн резко втянул воздух и принялся горстями запихивать в рот пилюли. Хотя он и победил в только что закончившейся битве, но обнаружил недостаток «Совершенствования Тела» – слишком большие затраты энергии. Система совершенствования Золотого Ядра, хоть и не так сильна, как «Совершенствование Тела», но пока Золотое Ядро цело, восстановить утраченные конечности не так уж и сложно. С «Совершенствованием Тела» все было не так просто. При этой системе все тело служило вместилищем, и содержащаяся в нем сила была огромна. В случае потери конечности на ее восстановление требовались астрономические ресурсы.

Через десять вдохов, благодаря нитям Золотого Шелкопряда Гу и большому количеству пилюль, правая рука Чэнь Чаншэна наконец восстановилась. Глядя на нежную кожу, Чэнь Чаншэн пробормотал:

— Эта проблема действительно немного хлопотная. Похоже, все же стоит поработать над физическим телом. Восстановление с помощью пилюль требует времени. Если не научиться мгновенно регенерировать утраченные конечности, в бою с сильными противниками всегда будут слабые места.

Немного поразмыслив, Чэнь Чаншэн уже наметил для себя примерное направление действий. Установив формацию, скрывающую от посторонних глаз, Чэнь Чаншэн взял на руки Малыша Черныша.

— Ах ты, Малыш Черныш! Не ожидал, что ты на самом деле Божественный Зверь Бай Цзэ! Столько лет вместе, а ты меня так обманывал!

В ответ на «жалобы» Чэнь Чаншэна Малыш Черныш лишь искоса взглянул на него и снова заснул. Хотя он и не издал ни звука, его взгляд говорил сам за себя.

Во-первых, я сейчас не умею говорить, так что не могу тебе ничего сказать.

Во-вторых, как думаешь, почему меня зовут «Бай Цзэ» (Белое Болото/Белый Блеск)? Потому что шерсть у меня белая! А ты назвал меня «Малыш Черныш»! Тебя совесть не мучает?

Видя, что Малыш Черныш его игнорирует, Чэнь Чаншэн ухмыльнулся и, поглаживая белую шерстку, сказал:

— Воистину, дуракам везет. По идее, ты должен был умереть, но я нашел способ тебя спасти. Так что в ближайшее время мне, похоже, снова придется ради тебя побегать. Я тебя, можно сказать, с ложечки выкормил, так что не смей быть неблагодарным.

— У-у… – Малыш Черныш открыл глаза и тявкнул на Чэнь Чаншэна.

Видя это, Чэнь Чаншэн тут же понял, что он имеет в виду.

— Для А Ли я уже сделал достаточно. Дальше он сам. Судя по словам Чжан Байжэня, после того как Обладатель Небесной Судьбы ступит на шестую ступень, ему уже почти ничто не сможет угрожать. Даже если найдется кто-то, способный угрожать А Ли, такая опасность мне не по силам. Птенцы должны сами учиться летать. Я не могу вечно его защищать. Когда у А Ли и Налань Цзин все сложится, я смогу со спокойной душой отойти от дел.

Выслушав Чэнь Чаншэна, Малыш Черныш зевнул и снова заснул, а Чэнь Чаншэн с улыбкой наблюдал за битвой вдалеке. Всякому пиру приходит конец, и этот пир тоже близился к завершению.

________________________________________

Где-то в горной долине.

— Апчхи!

А Ли, сидевший в засаде, чихнул. Потирая заложенный нос, он с сомнением пробормотал:

— Такое чувство, будто кто-то обо мне говорит. Неужели кто-то задумал меня подставить?

Услышав это, человек рядом с ним рассмеялся:

— Да кто еще? Девчонка Хуайюй о тебе вспомнила, вот и все.

— Невозможно! Эта девчонка бессовестная. Вырвавшись на волю, она давно уже вовсю развлекается. С чего бы ей обо мне вспоминать? Не знаю почему, но в последнее время у меня в груди какое-то странное волнение, не могу объяснить это чувство.

— Ц-ц-ц! Босс, никак твоя звезда любви взошла! Похоже, у наших Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен скоро появится хозяйка!

— Иди-иди! Хватит болтать! Женщины – это сплошная головная боль. У меня на это нет ни времени, ни желания. Я получил известие, что Владычица Святой Земли Пурпурного Дворца будет проходить здесь. Вот тогда мы и провернем крупное дельце. Если все удастся, нам на десять лет вперед хватит ресурсов. Но во время операции будьте предельно осторожны – ни в коем случае не раньте Владычицу Святой Земли Пурпурного Дворца.

— А? – услышав приказ У Ли, все присутствующие с недоумением посмотрели на него.

— Босс, боюсь, это невозможно. Владычицу Святой Земли Пурпурного Дворца сопровождает множество сильных охранников. Если мы не будем действовать жестко, как мы их одолеем?

— Это приказ! Хватит здесь торговаться!

Силой подавив ропот среди своих людей, У Ли и сам выглядел озадаченным. Некоторое время назад господин прислал известие, что Владычица Святой Земли Пурпурного Дворца будет проходить здесь. И велел ему ее похитить, причем так, чтобы не ранить. Увидев это требование, У Ли два часа ломал голову, но так и не понял, зачем господину это нужно. Господин уже присоединился к Святой Земле Пурпурного Дворца. По идее, они союзники. Так почему же господин приказал ему похитить Владычицу Святой Земли Пурпурного Дворца?

Хотя У Ли и не мог понять действий Чэнь Чаншэна, он все же решил выполнить его приказ. Неизвестно, сколько времени прошло, как в долине показалась прекрасная фигура.

Видя это, У Ли немедленно активировал большую формацию и предстал перед Налань Цзин.

— Ха-ха-ха! Эту гору я открыл, это дерево я посадил! Хочешь пройти – плати дань! Госпожа Владычица, похоже, удача вам сегодня не улыбнулась!

Глядя на мужчину в маске перед собой, Налань Цзин слегка улыбнулась и спокойно произнесла:

— Главарь Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен, и такой неотёсанный? Я-то думала, вы придумаете что-нибудь пооригинальнее.

У Ли: «…»

«Я пришел похищать, а не свататься! Какие еще оригинальности?! У этой бабы, похоже, не все дома».

Мысленно выругавшись в адрес Налань Цзин, У Ли холодно сказал:

— Хватит болтовни! Быстро сдавайся! И не надейся, что кто-то придет на помощь. Формацию, которую я установил, снаружи так просто не пробить.

— Не волнуйся. Старейшины уже вернулись другой дорогой. В радиусе пятисот километров из Святой Земли Пурпурного Дворца здесь только я одна. Чтобы схватить меня, тебе придется показать, на что ты способен. Кроме того, солдат против солдата, генерал против генерала. Неужели ты, У Ли, собираешься одолеть меня числом?

У Ли: ???

«Такое чувство, будто ты специально пришла, чтобы сдаться. Но у меня нет доказательств. Ты ставишь меня в очень трудное положение!»

— Хмф! А ты, девка, еще и дерзишь! Раз так, позволь мне сразиться с тобой, Владычицей Святой Земли Пурпурного Дворца!

С этими словами У Ли тут же ударил кулаком в сторону Налань Цзин. Однако, нанося удар, он сдержал три десятых своей силы. Он уже ступил на шестую ступень. Если он случайно ее ранит, перед господином будет неудобно отчитываться.

Утренний ветер, несущий с собой сладковатый запах крови, овеял Чэнь Чаншэна. Он поднялся и размял затекшее тело. Грохот битвы вдалеке давно стих, но тяжелый запах крови все еще висел в воздухе, не желая рассеиваться.

В этот момент к нему подошли Су Тянь и остальные, с ног до головы покрытые кровью. Из тысячи восьмидесяти учеников Святой Земли Пурпурного Дворца в живых осталось лишь шестьсот. Остальные четыреста восемьдесят навсегда упокоились в этой земле.

— Господин, задание выполнено.

— Очень хорошо. Сколько человек убили?

— Высокоуровневых совершенствующихся – восемнадцать. Среднеуровневых – тысяча триста двадцать. Низкоуровневых – десятки тысяч.

— Неплохо. С таким соотношением потерь вы по праву носите звание Небесных Избранников. Соберите тела, подсчитайте трофеи. А те, кто руководил отрядами, останьтесь.

Услышав приказ Чэнь Чаншэна, ученики внешнего двора Святой Земли Пурпурного Дворца разошлись, остались лишь Е Хэньшэн и несколько других командиров. Окинув взглядом молчавших молодых людей, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Ну, и каково это – убивать своими руками? Кроме Су Тяня, никто из вас, я полагаю, не участвовал в таких масштабных побоищах, верно?

Услышав это, Е Хэньшэн поднял залитое кровью лицо:

— Господин, такие сражения еще будут?

— Конечно, будут. И даже масштабнее, и чаще. Поэтому вам нужно привыкнуть к этому ощущению – когда руки по локоть в крови. И еще яснее понимать, что означает начало войны. Это путь, который вы выбрали сами. И последствия вы тоже должны нести сами. В будущем вы будете командовать многими людьми. Когда вам придется принимать решение, надеюсь, вы вспомните свои сегодняшние ощущения. А теперь идите, занимайтесь своими делами. Как закончите – возвращаемся домой.

Сказав это, Чэнь Чаншэн махнул рукой, давая им понять, что можно уходить. Су Тянь и остальные ушли, но Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин остались стоять на месте.

Закусив побелевшие губы, Цзы Нин тихо спросила:

— Господин, можно мы посидим с вами немного?

— Конечно!

Чэнь Чаншэн нашел чистое место и сел. Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин сели по обе стороны от него. Глядя на трупы вдалеке, Гунсунь Хуайюй обхватила колени руками. Ее голос был подавленным:

— Пещеру Золотого Света первой атаковала я со своим отрядом. Одного из их старейшин я одним ударом хлыста разрубила пополам. После того как я убила того старейшину, какой-то юноша как безумный бросился на меня. Ему было всего шестнадцать лет. Его уровень совершенствования был для меня ничтожен, поэтому я не хотела его убивать. Но он без устали нападал на меня. В тот момент мой отряд был в тяжелом окружении. Если бы я не пришла на помощь, многие из моих людей погибли бы. Чтобы спасти своих бойцов, я перебила тому юноше ноги. Позже подоспел Су Тянь с подкреплением, и мы наконец смогли перевести дух. Я нашла того юношу. Я хотела сохранить ему жизнь, но, встретившись с его взглядом, испугалась. Я не знала, как ответить на этот взгляд. У меня не было вражды с Пещерой Золотого Света, но я разрушила его семью и дом.

Сказав это, Гунсунь Хуайюй замолчала и повернулась к Чэнь Чаншэну.

— Господин, знаете, что я сделала потом?

— Что же?

— Я своими руками свернула ему шею. И приказала уничтожить всех оставшихся в Пещере Золотого Света.

Договорив, Гунсунь Хуайюй снова опустила голову и замолчала. Видя это, Чэнь Чаншэн повернулся к Цзы Нин и улыбнулся:

— А ты? Что сделала ты?

— Когда я ворвалась в Твердыню Яростного Дракона, то на глазах Вань Туна тремя ударами ладони тяжело ранила его отца. В тот момент он без конца кланялся мне, умоляя отпустить его отца и Твердыню Яростного Дракона. Он был готов умереть, чтобы искупить их вину.

— И что потом?

— Я согласилась. Когда они деактивировали формации, я убила тех, кто не просил пощады. А тех, кто молил о пощаде, я приказала убить другим. Перед смертью в их глазах была лишь ненависть и непонимание.

— Ц-ц-ц! Вы, девчонки, с виду такие приличные, а на деле такие безжалостные. Тому, кто на вас женится, придется несладко!

В ответ на поддразнивание Чэнь Чаншэна Цзы Нин спокойно посмотрела на него.

— Господин, вы убили так много людей?

— Точно не считал. Думаю, немало. Когда-то одно живое существо плюнуло в меня. После этого вся его раса исчезла.

Гунсунь Хуайюй, Цзы Нин: «…»

«Нет, ну вы серьезно?! Просто так уничтожить целую расу?!»

Спокойный тон Чэнь Чаншэна несколько выбил девушек из колеи. Услышав его слова, Гунсунь Хуайюй спросила:

— Господин, после уничтожения той расы вы когда-нибудь жалели об этом?

— Жалел? – Чэнь Чаншэн поднял голову, задумался и сказал: – Сейчас, если хорошенько подумать, действительно немного жалею. Мне следовало бы найти другой повод, чтобы уничтожить всю их расу. В конце концов, уничтожать целую расу из-за такой мелочи, как плевок, – это все же добавляет мне некоторого чувства вины. И еще, мне не следовало убивать всю его расу на глазах у их вождя. Это было слишком жестоко.

Выслушав его, Гунсунь Хуайюй и Цзы Нин невольно скривились.

«Ну вы и «добряк»! Та раса, которую вы уничтожили, услышав такие слова, наверняка поблагодарила бы всю вашу семью».

Видя, что состояние девушек немного улучшилось, Чэнь Чаншэн с улыбкой погладил их по головам:

— В этом мире совершенствующихся, где человек человеку волк, смерть нескольких людей – это пустяк. На Собрании Избранных Небес тоже погибло немало народу. Почему-то тогда я не видел, чтобы вы предавались осенней хандре. По-моему, вы просто слишком комфортно живете, вот и лезут в голову всякие глупости. Первый раз всегда так. Попереживаете еще немного – и привыкнете.

— Нет, это другое! – возразила Гунсунь Хуайюй.

В ответ на ее возражение Чэнь Чаншэн лишь закатил глаза.

— Как это другое? По сути, все это мертвые люди. Какая разница? Кроме того, я помню, когда мы были в Святой Земле Пурпурного Дворца, ты еще хотела известить Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни, чтобы они уничтожили Твердыню Яростного Дракона. Хочу спросить, если бы я действительно согласился, чтобы Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни уничтожили Твердыню Яростного Дракона, ты бы сейчас так же переживала? Получается, если ты не видишь рек крови своими глазами, то и чувства вины у тебя нет?

Слова Чэнь Чаншэна заставили Гунсунь Хуайюй замолчать. Потому что, по сути, все так и было. Единственная разница заключалась в том, что на этот раз она лично участвовала в уничтожении.

— Теперь понимаете, почему крупные силы всегда предпочитают решать дела путем переговоров? Потому что они убили слишком много людей. Они прекрасно знают, каково это – убивать многих. Я знаю, вам обеим не очень нравится «нерешительность» старших. В вашем понимании, с врагами нужно расправляться молниеносно. Но мир устроен так абсурдно, что вы обе, с вашими характерами, в конечном итоге станете такими же, какими сейчас презираете.

В ответ на слова Чэнь Чаншэна заговорила Цзы Нин:

— Господин, раз уж великие эксперты не убивают людей, почему же тогда различные силы постоянно ведут войны?

— Эх! Я не говорил, что они не убивают людей.

Чэнь Чаншэн решительно отверг вывод Цзы Нин и продолжил:

— Я сказал, что им неприятно само ощущение убийства, а не то, что они не убивают. Именно из-за этого неприятного ощущения они и стараются по возможности решать проблемы с помощью хитрости и интриг. В конце концов, убивая других, они теряют и своих людей. Но если хитрость не помогает, они снова берутся за оружие. И тогда они становятся еще безжалостнее и беспощаднее вас. Лучше короткая боль, чем долгая. Уничтожить всех разом – и избавиться от многих проблем.

Цзы Нин: «…»

«Хороша же «короткая боль лучше долгой»! Сегодня я снова узнала кое-что новое».

— Ну что ж, я все сказал. Поймете вы это или нет – ваше дело. Быстро идите и занимайтесь тем, чем должны. Если трофеев окажется мало, как вы посмотрите в глаза тем, кого убили? Вы можете не ценить эти вещи, но смогут ли так же поступить ваши подчиненные?

При этих словах Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй тут же бросились к полю боя. Угрызения совести из-за слишком большого кровопролития – это «мелочь», о которой можно повздыхать в подходящей обстановке для развлечения. Но такое важное дело, как дележ трофеев, откладывать никак нельзя.

Поле боя было быстро убрано. Чэнь Чаншэн повел своих людей обратно, оставив после себя лишь огромный могильный курган. Начало войны было громким и яростным, а ее завершение – таким обыденным. Возможно, такова и есть повседневная жизнь мира совершенствующихся.

________________________________________

Вернувшись в Святую Землю Пурпурного Дворца, жизнь Чэнь Чаншэна заметно успокоилась. Во всей Святой Земле, от верхов до низов, больше никто не относился к нему с подозрением. Раз никто не искал с ним проблем, Чэнь Чаншэн, естественно, наслаждался спокойствием.

Передав Цзы Нин новый метод совершенствования, Чэнь Чаншэн с головой погрузился в «море знаний» Святой Земли Пурпурного Дворца. В то же время молодое поколение Святой Земли и сам Чэнь Чаншэн благодаря этой битве прославились на весь мир. Тысяча человек, совершившая бросок на пятьсот километров и за двадцать четыре часа сокрушившая три силы, – такое достижение, совершенное лишь группой молодых людей, если и не было беспрецедентным, то уж точно не имело аналогов за последние пятьсот лет. Храбрость и боевые навыки учеников Святой Земли Пурпурного Дворца, а также стратегическое мышление их командиров не остались незамеченными другими силами.

Однако если командная работа учеников Святой Земли Пурпурного Дворца приятно удивила, то действия Чэнь Чаншэна просто ошеломили всех. В одиночку отбросить шесть старейшин Святой Земли Куньлунь плюс их Святого Сына, а затем тремя ударами кулака заставить всю Святую Землю Куньлунь склонить голову – такой подвиг был беспрецедентным за всю десятитысячелетнюю историю Срединных Земель. Перед лицом столь блистательного достижения бесчисленное множество людей отказалось от мысли бросить ему вызов.

Но такая спокойная жизнь для Чэнь Чаншэна продлилась всего месяц и была прервана яростным криком:

— Чэнь Чаншэн, выметайся отсюда!

Мощная аура заставила всю Святую Землю Пурпурного Дворца содрогнуться. Это даже напугало Чэнь Чаншэна, который лежал на дереве и читал книгу. Услышав такой шум, Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй также вышли из своих мест уединенного совершенствования. Вскоре молодое поколение Святой Земли Пурпурного Дворца собралось вместе.

— Третий Старейшина, что случилось? – видя разъяренного старика перед собой, Цзы Нин почувствовала головную боль. У Третьего Старейшины был самый скверный характер, и он больше всех в Святой Земле Пурпурного Дворца ненавидел Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни.

На вопрос Цзы Нин Третий Старейшина даже не обратил внимания. Окинув всех взглядом, он остановился на Гунсунь Хуайюй, которая с интересом наблюдала за происходящим.

— Демоница! Я не знаю, какими способами ты одурманила всю Святую Землю, но пока я, Линь Кайшань, жив, Святая Земля Пурпурного Дворца не будет местом для вашего самовольства! Пусть Чэнь Чаншэн выйдет и поговорит со мной!

Услышав, как Линь Кайшань неуважительно отозвался о Чэнь Чаншэне, Гунсунь Хуайюй, до того спокойно наблюдавшая, тут же разозлилась.

— Ах ты, старый хрыч! Попробуй еще раз сказать что-нибудь о моем господине! Веришь, я тебе все зубы выбью?! – с этими словами Гунсунь Хуайюй собралась было броситься на Линь Кайшаня.

Видя это, остальные поспешили ее остановить. В этот момент издалека донесся голос Чэнь Чаншэна:

— Хуайюй, это же Третий Старейшина. Как можно быть такой невежливой?

Услышав голос Чэнь Чаншэна, все тут же расступились, освобождая ему дорогу, и, сложив руки, поклонились:

— Приветствуем Святого Сына!

Видя положение Чэнь Чаншэна в Святой Земле Пурпурного Дворца, Линь Кайшань сузил глаза и холодно произнес:

— Хорош же ты, Чэнь Чаншэн! Всего за несколько месяцев заставил Небесных Избранников моей Святой Земли Пурпурного Дворца склониться перед тобой. Я действительно тебя недооценил.

— Хе-хе-хе! Третий Старейшина шутит. Это всего лишь уважение, которое собратья по учению оказывают мне. Я отношусь к ним с уважением, и они, естественно, отвечают мне тем же. Однако я вижу, Третий Старейшина пылает гневом и, похоже, весьма недоволен мной. Чем же младший так провинился?

Услышав это, Линь Кайшань бросил ему письмо:

— Если не дашь мне объяснений, сегодня ты, боюсь, не покинешь Святую Землю Пурпурного Дворца.

Взяв письмо у Линь Кайшаня, Чэнь Чаншэн вскрыл его на глазах у всех. Но когда все увидели содержание письма, уголки их губ начали подергиваться. Содержание было простым: «Я похитил вашу Владычицу Святой Земли. Готовьте выкуп, иначе порву на куски».

Видя такую ситуацию, Цзы Нин потянула Гунсунь Хуайюй за рукав и тихо спросила:

— Разбойница, что происходит? Может, это какое-то недоразумение?

— Я и сама не знаю! Мой мастер ничего мне об этом не говорил. Это точно не дело рук Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен! Я сейчас же пошлю сообщение и все выясню!

Не успела Гунсунь Хуайюй ничего предпринять, как Чэнь Чаншэн поднял руку, останавливая ее.

— Не нужно спрашивать. Это дело рук Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен. На письме стоит их уникальная метка, ее не подделать.

Услышав признание Чэнь Чаншэна, те ученики Святой Земли Пурпурного Дворца, кто хотел за него заступиться, не знали, что и сказать. Видя это, Цзы Нин также встревоженно произнесла:

— Господин, у Святой Земли Пурпурного Дворца и Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен нет никакой глубокой вражды. Может, вы поговорите с ними, чтобы они отпустили моего мастера? В конце концов, это дело выглядит довольно абсурдно.

Цзы Нин использовала самый мягкий тон, чтобы выразить свою мысль, но Чэнь Чаншэн, услышав ее, сильно «рассердился»:

— Что за слова! Что это за слова! Как может наша Святая Земля Пурпурного Дворца склонять голову перед такими разбойниками, как Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни?! Я сейчас же напишу письмо, пусть этот У Ли увидит позицию нашей Святой Земли Пурпурного Дворца!

Сказав это, Чэнь Чаншэн размашисто написал на письме несколько слов:

«Не дадим. Разбирайтесь сами!»

Все: «…»

«Ты, похоже, хочешь, чтобы Владычица Святой Земли погибла, а ты сам занял ее место, да?»

Написав ответ, Чэнь Чаншэн передал письмо Гунсунь Хуайюй.

— Девчонка, доставь это письмо обратно. И не забудь сказать своему мастеру, что, хотя у нас и хорошие отношения, сейчас я – Святой Сын Святой Земли Пурпурного Дворца. Служба – это служба, а дружба – дружбой. В этом вопросе Святая Земля Пурпурного Дворца не пойдет на уступки.

Выслушав Чэнь Чаншэна, Гунсунь Хуайюй с ошеломленным видом уставилась на письмо в своих руках.

«Нет, ну что вы, почтенный, удумали?! Даже если вы хотите стать Владыкой Святой Земли Пурпурного Дворца, нельзя же так открыто действовать! Как ваша ученица в третьем поколении, я теперь серьезно подозреваю, что это похищение – ваших рук дело».

Действия Чэнь Чаншэна ошеломили не только Гунсунь Хуайюй, но и стоявших рядом учеников Святой Земли Пурпурного Дворца. Они смотрели на него с раскрытыми ртами.

— Ты смеешь! – взревел Линь Кайшань и протянул правую руку, намереваясь схватить Чэнь Чаншэна.

Грохот!

Столкнувшись с яростной атакой Линь Кайшаня, Чэнь Чаншэн, естественно, не собирался сдаваться без боя. Старый и молодой немедленно обменялись ударами ладоней. Мощная ударная волна отбросила бесчисленное множество учеников.

Треск!

Каменные плиты под ногами Линь Кайшаня покрылись паутиной трещин, а Чэнь Чаншэн остался стоять на месте, не шелохнувшись.

— Третий Старейшина, я в последнее время размышляю над некоторыми вопросами, поэтому не очень хорошо контролирую свое совершенствование. Ради вашей же безопасности советую вам не нападать на меня без причины. Согласно правилам Святой Земли Пурпурного Дворца, когда Владыка Святой Земли отсутствует, Святой Сын может временно управлять всей Святой Землей. Чтобы отобрать у меня власть, вам нужно получить разрешение Совета Старейшин. Но, к несчастью для вас, я получил разрешение Совета Старейшин раньше вас.

С этими словами Чэнь Чаншэн показал жетон. Увидев этот жетон, лицо Линь Кайшаня почернело до предела. Он никак не ожидал, что всего за несколько месяцев его отсутствия вся Святая Земля Пурпурного Дворца, по сути, «сменила хозяина». Теперь Чэнь Чаншэн был не только Святым Сыном, но и обладал жетоном Совета Старейшин. Имея на руках этот жетон, Чэнь Чаншэн мог даже напрямую приказать Святой Земле Пурпурного Дворца убить его самого.

— Хорошо! Очень хорошо! Не ожидал, что Совет Старейшин докатился до такого маразма! Тогда я лично пойду к Великим Старейшинам! Не верю, что могущественная Святая Земля Пурпурного Дворца не сможет справиться с одним тобой, Чэнь Чаншэном!

Сказав это, Третий Старейшина в ярости удалился. Что касается тех старейшин, которые только что вернулись, они предпочли сначала отправиться в Совет Старейшин и выяснить ситуацию. В конце концов, не все были такими вспыльчивыми, как Линь Кайшань.

Когда вернувшиеся старейшины ушли, Чэнь Чаншэн посмотрел на многочисленных учеников Святой Земли Пурпурного Дворца.

— Все старейшины Святой Земли Пурпурного Дворца вернулись. Значит, и вам пора действовать. С сегодняшнего дня все ученики Святой Земли Пурпурного Дворца поступают в распоряжение Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй. Сокровищница Святой Земли открыта для ваших нужд. Павильон Небесных Тайн окажет всестороннюю поддержку. Старейшинами внешнего двора вы двое можете распоряжаться по своему усмотрению. В критический момент я, Святой Сын, и даже Совет Старейшин окажем помощь. Мое требование одно – сокрушить все силы Срединных Земель ниже первого ранга. Неважно, кто их поддерживает, неважно, кому они подчиняются. Тех, кто преграждает путь, – убить! Тех, кто не подчиняется, – убить! Тех, кто оказывает упорное сопротивление, – убить!

Трижды повторенное слово «убить» заставило волосы на теле всех присутствующих встать дыбом. Они слишком хорошо понимали, что означает этот приказ Чэнь Чаншэна.

— Слушаюсь приказа! – Гунсунь Хуайюй первой сложила руки и приняла приказ Чэнь Чаншэна. – Хуайюй не подведет доверия господина! Прошу господина даровать имя!

— Ты сражаешься яростно и безгранично, подобно тигру, спускающемуся с гор. Пусть твой отряд зовется «Тигры-Хранители». Я надеюсь, что впредь вы будете непобедимы и несокрушимы!

— Благодарю господина за дарованное имя!

Видя, что Гунсунь Хуайюй уже приняла задание, Цзы Нин также поспешила вперед. Хотя она и не знала, что на самом деле произошло между Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями и ее мастером, она доверяла Чэнь Чаншэну. Если бы он действительно хотел захватить Святую Землю Пурпурного Дворца, он бы не стал использовать такие грубые методы.

— Цзы Нин смиренно повинуется приказу господина! Умоляю господина даровать имя!

Взглянув на стоявшую перед ним Цзы Нин, Чэнь Чаншэн сказал:

— Ты сражаешься подобно призраку, появляясь и исчезая без следа. Пусть твой отряд зовется «Призрачные Тени». Следуя как тень, отныне вы станете кошмаром для всех врагов.

— Благодарю господина за дарованное имя!

Сказав это, Чэнь Чаншэн повернулся и ушел. Многие ученики, немного поколебавшись, также начали выбирать, к какому лагерю присоединиться. Хотя они и не знали, что происходит в высших эшелонах Святой Земли, но понимали – представилась еще большая возможность. В прошлой битве у Твердыни Яростного Дракона ученики Святой Земли Пурпурного Дворца прославились на все Срединные Земли. Теперь же перед ними открылась возможность совершить великие деяния. Пока Чэнь Чаншэн оставался Святым Сыном, пока Святая Земля не отняла у него власть, они не упустят этот великий шанс.

________________________________________

Фарс с Линь Кайшанем быстро закончился. Святая Земля Пурпурного Дворца снова пришла в движение. Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй покинули Святую Землю и отправились покорять Срединные Земли. Чэнь Чаншэн с головой ушел в «море знаний» и больше не показывался. Вся Святая Земля погрузилась в необычную тишину.

Однако те, кто остался в Святой Земле, заметили одну интересную «мелочь». Линь Кайшань отправился в глубины заднего двора. С того дня он больше никогда не упоминал о Чэнь Чаншэне. Впрочем, называть Чэнь Чаншэна «Святым Сыном» Линь Кайшань по-прежнему отказывался. Что именно произошло в глубинах заднего двора, кроме самого Линь Кайшаня, вероятно, никто не мог сказать наверняка.

________________________________________

Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни.

Глядя на доставленное письмо, У Ли нахмурился так, что его брови сошлись на переносице. Он действительно не понимал, что задумал господин. Не в силах постичь действия Чэнь Чаншэна, У Ли повернулся к Налань Цзин, находившейся в комнате.

В этот момент Налань Цзин с любопытством разглядывала обстановку в комнате, совершенно не выказывая признаков поведения «заложницы».

— Владычица Святой Земли Пурпурного Дворца, похоже, ваш Святой Сын не очень-то хочет платить выкуп. Может, вы все-таки пошлете ему весточку и уговорите? Если дело дойдет до «разрыва билета» (убийства заложника), обеим сторонам будет нехорошо.

В ответ на угрозу У Ли Налань Цзин принялась теребить его подушку.

— Вышивка на твоей подушке довольно красивая. Я, кажется, не видела такого стиля. Может, одолжишь мне эту подушку на несколько дней? Та, что ты мне приготовил, слишком жесткая, мне неудобно на ней спать.

У Ли: «…»

«Я тебе про убийство заложника говорю, ты можешь быть серьезнее?!»

— Налань Цзин, ты действительно думаешь, что я не посмею тебя убить? – видя, что Налань Цзин его игнорирует, У Ли произнес это уже более холодным тоном.

Услышав его, Налань Цзин лишь мельком взглянула на него и сказала:

— Угрозы – это слишком детский прием. Придумай что-нибудь другое. То, что Чэнь Чаншэн и Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни тесно связаны, – это известно всем в Срединных Землях. Сейчас он Святой Сын Святой Земли Пурпурного Дворца. Ты думаешь, ты сможешь меня убить? В такое никто не поверит, даже если ты расскажешь.

Видя, что Налань Цзин раскусила его уловку, У Ли тут же изобразил на лице улыбку и сказал:

— Владычица Святой Земли есть Владычица Святой Земли! Воистину, проницательна. Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни и Святая Земля Пурпурного Дворца – на самом деле одна семья. Это просто недоразумение, свои своих не узнали. Я приношу вам свои извинения. Как насчет того, чтобы я в другой день лично проводил вас обратно?

— Не нужно! – Налань Цзин решительно отвергла предложение У Ли.

У Ли: ???

— Нет, ну почему?

— Все Срединные Земли знают, что меня похитили вы. Если я сейчас вернусь, не заплатив ни гроша выкупа, что подумают люди? Решат, что Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни охотятся не за богатством, а за красотой! Моя репутация будет погублена!

— Так пусть Святая Земля Пурпурного Дворца заплатит выкуп, и дело с концом!

— Не могут. Святая Земля Пурпурного Дворца сейчас не под моим управлением.

— Тогда вернитесь сейчас, а потом пришлите выкуп!

— Не заплатите выкуп – не вернусь.

У Ли: «…»

«Такое чувство, что ты просто привязалась ко мне, да?»

Столкнувшись с таким упрямством Налань Цзин, У Ли в отчаянии забегал по комнате.

— Да что с вашей Святой Землей Пурпурного Дворца вообще происходит?! Своего человека похитили, а они даже не волнуются?!

— Это тебе нужно спросить у Чэнь Чаншэна. Он сейчас главный в Святой Земле Пурпурного Дворца. Если он не кивнет, кто осмелится что-то предпринять?

Услышав это, У Ли чуть не разразился бранью.

— Ну я просто в шоке! Зачем господин прислал мне эту занозу в заднице?!

— Как ты назвал Чэнь Чаншэна? – Налань Цзин сузила глаза.

Вжик!

Выражение лица У Ли мгновенно застыло. Ледяная убийственная аура наполнила комнату.

— Тебе не следовало этого спрашивать. Теперь ты действительно не вернешься. Раз уж тебе здесь так нравится, оставайся! И никуда не уходи!

Сказав это, У Ли повернулся и вышел из комнаты. Мощная запретная формация снова окутала деревянный домик. Глядя на удаляющуюся фигуру У Ли, Налань Цзин слегка улыбнулась. Играя с подушкой с уникальной вышивкой в руках, она пробормотала:

— Порядочный, не падок на женскую красоту, в делах хоть и грубоват, но с умом… Действительно неплохой мужчина. Кажется, я обнаружила небольшой секрет. Похоже, в ближайшее время погулять не удастся!

С этими словами Налань Цзин просто легла на кровать У Ли и заснула. Поскольку ее совершенствование было запечатано, а передвижение ограничено, ей оставалось только спать, чтобы скоротать скучное время.

________________________________________

Время шло понемногу. Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй погрузились в бесконечные сражения. «Тигры-Хранители» и «Призрачные Тени» – эти имена запоминались людям после каждой новой битвы. В то же время Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни продолжали часто присылать письма с требованием выкупа.

В первый раз Святая Земля Пурпурного Дворца еще волновалась, и Чэнь Чаншэн даже отвечал на письма. Но во второй раз Чэнь Чаншэну уже было лень даже отвечать. После того как Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни прислали больше десяти писем с требованием выкупа, Великий Старейшина наконец лично отправился в «море знаний» и беседовал с Чэнь Чаншэном целый час.

Через час Великий Старейшина вышел из «моря знаний». И… Святая Земля Пурпурного Дворца по-прежнему вела себя так же. Письма принимались исправно, но о выкупе не могло быть и речи. Столкнувшись с таким безразличием, Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни постоянно снижали сумму выкупа.

К третьему месяцу Налань Цзин просто выбросили обратно. Да, целой и невредимой.

Возвращению Налань Цзин Святая Земля Пурпурного Дворца, естественно, была несказанно рада. Даже Третий Старейшина, все это время находившийся в уединенном совершенствовании, лично вышел ее встречать.

________________________________________

— Владычица Святой Земли, вы настрадались! – Линь Кайшань был взволнован. Ученики Святой Земли Пурпурного Дворца наконец смогли вздохнуть с облегчением. Чэнь Чаншэн действительно не причинил вреда Владычице. Если бы Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни навредили Владычице, они бы точно лишились этого Святого Сына.

— Третий Старейшина, не беспокойтесь, я в полном порядке, – рассеянно ответила Налань Цзин и принялась искать кого-то глазами в толпе.

Очень скоро тот, кого искала Налань Цзин, появился. Чэнь Чаншэн, не показывавшийся три месяца, подошел прямо к Налань Цзин и что-то тихо ей сказал. Постепенно в глазах Налань Цзин снова зажегся огонек.

— Так можно его найти?

— Не волнуйся. Методы сокрытия Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен я знаю лучше, чем кто-либо.

— Ну хорошо, тогда я пошла.

Без малейших колебаний Налань Цзин на удивленных глазах всех присутствующих улетела. Бросив взгляд на то направление, куда исчезла Владычица Святой Земли, а затем на спокойного Святого Сына, все потеряли дар речи.

Все: «…»

«Кажется, я начинаю кое-что понимать».

— Владычица Святой Земли была похищена Семьюдесятью Двумя Волчьими Сигнальными Башнями. Святая Земля Пурпурного Дворца и Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни – непримиримые враги! С сегодняшнего дня всем в Святой Земле Пурпурного Дворца запрещается контактировать с людьми из Семидесяти Двух Волчьих Сигнальных Башен!

Бросив эти сухие слова, Чэнь Чаншэн ушел. «Небольшой инцидент» закончился, и Святая Земля Пурпурного Дворца снова вернулась к своему обычному состоянию.

Через месяц Налань Цзин снова выбросили обратно. Но на этот раз никто из Святой Земли Пурпурного Дворца не вышел ее встречать. А Налань Цзин, как все и ожидали, снова добровольно дала себя «похитить».

Месяц, два, три… Промежутки времени, через которые Налань Цзин выбрасывали обратно, становились все длиннее.

Год спустя Налань Цзин снова вернулась. Но на этот раз рядом с ней был мужчина. Хотя никто и не стал официально представлять его личность, все в Срединных Землях знали, кто он. Ведь «история с похищением» Владычицы Святой Земли Пурпурного Дворца длилась целый год! В такой ситуации, если кто-то еще не догадался, какую игру вела Святая Земля Пурпурного Дворца, тому можно было смело выбрасывать свои мозги.

После возвращения Налань Цзин в Святой Земле Пурпурного Дворца произошли некоторые «важные события», но эти события не вызвали большого шума. У Ли занял пост Владыки Святой Земли. В Святой Земле Пурпурного Дворца появился отряд под названием «Семьдесят Две Земные Тени». Весь процесс прошел без каких-либо препятствий и сомнений. Ни внутри, ни снаружи не раздалось ни одного несогласного голоса.

В глазах большинства У Ли был счастливчиком, потому что ни одна Святая Земля еще не проводила смену власти так гладко. Но сам «счастливчик» У Ли знал: он так легко все принял не потому, что ему повезло, а потому, что кто-то расчистил для него все препятствия.

________________________________________

Море знаний.

Ступив в бескрайнее море книг, У Ли снова увидел знакомую фигуру. Глядя на нее, У Ли, который мог без содрогания смотреть в лицо смерти, сейчас почувствовал, как покраснели его глаза.

— Ты уже создал семью, добился положения. Не веди себя как ребенок. Я установил здесь формацию, никто не сможет подслушать.

— Учитель! – голос У Ли дрогнул. Все остальные слова превратились в горячие слезы, застилавшие глаза.

В этот момент У Ли был похож на ребенка, только что добившегося успеха. Столкнувшись с отцом, который всегда молча его поддерживал, он мог выразить свои эмоции только слезами. И эти слезы содержали в себе такие чувства, которые невозможно было бы описать всеми словами этого мира.

Видя это, Чэнь Чаншэн поднялся из-за груды книг и вытер слезы с лица А Ли.

— Что плачешь? Того, чего ты достиг сегодня, ты добился своими способностями. Я лишь немного подтолкнул тебя. Сцену я для тебя подготовил. Дальше – твое выступление.

— Учитель, вы не могли бы… — услышав слова Чэнь Чаншэна, А Ли взволнованно попытался что-то сказать.

Но не успел он договорить, как Чэнь Чаншэн прервал его жестом руки.

— Я знаю, что ты хочешь сказать, но ты и сам должен понимать – это невозможно. У тебя своя жизнь, у меня – свой путь. Я не могу вечно быть рядом с тобой.

Услышав это, губы А Ли задрожали. Он понял, что учитель вот-вот уйдет. И сколько лет пройдет, прежде чем они снова увидятся, было неизвестно.

Когда-то он был всего лишь диким мальчишкой из глубин Ста Тысяч Гор, не видевшим мира. Если бы не учитель, который вывел его из гор, он никогда бы не достиг того, что имеет сегодня. И если бы не учитель, который всегда тайно все для него планировал, его путь не был бы таким гладким и ровным.

Глядя на покрасневшие глаза А Ли, Чэнь Чаншэн с улыбкой похлопал его по плечу:

— Ну-ну, ты же мужчина, нечего тут слезы лить по пустякам. Здесь столько книг, я их за короткое время все равно не прочту, так что пока не ухожу. Раз уж ты постиг шестую ступень «Совершенствования Тела», то покажи мне, достаточно ли велик сюрприз, который ты для меня приготовил.

Услышав это, А Ли взял себя в руки и сказал:

— Учитель, я не подвел вас. Я действительно открыл третий путь.

С этими словами над его головой появилась девятицветная глазурованная лампада. Глядя на сияющую лампаду, Чэнь Чаншэн не мог скрыть гордости.

— Ах ты, паршивец! Ты и вправду открыл третий путь! Пятая ступень «Совершенствования Тела» называется «Истинное Я». Эта ступень кажется могущественной, но у нее есть одна фундаментальная проблема, которую невозможно решить. По мере роста уровня совершенствования между физическим телом и Божественным Сознанием возникает разрыв. Чтобы решить эту проблему, есть, по сути, два пути: либо отсечь Истинное Я, либо превзойти Истинное Я. И «отсечение», и «преодоление» означают, что совершенствующийся должен от чего-то отказаться. Но ты… ты придумал этот гениальный способ прорыва! Используя эссенцию как лампу, дух как пламя, а ци как масло, ты зажег «путеводную лампаду». Под руководством этой «лампады» физическое тело и Божественное Сознание больше никогда не разделятся, и в то же время ты сможешь максимально раскрыть свой потенциал. Ты действительно меня не подвел!

Слыша похвалу Чэнь Чаншэна, А Ли искренне радовался.

— Учитель, раньше вы всегда помогали мне. Теперь позвольте мне помочь вам. Я теперь могу это сделать.

Глядя на искренность в глазах А Ли, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Хотя твой путь сейчас и стал намного ровнее, он все еще долог. Сначала разберись со своими делами. Когда мне понадобится твоя помощь, я сам тебя найду.

С этими словами Чэнь Чаншэн протянул А Ли нефритовую пластинку.

— Метод «Совершенствования Тела» очень силен, но после шестой ступени физическое тело перестает поспевать за ростом внутренней духовной силы и Божественного Сознания. Чтобы сохранить равновесие, нужно будет поработать над «кровью, плотью и костями». Здесь мои некоторые предположения и выводы о последующих ступенях, они должны дать тебе пищу для размышлений. Кроме того, Фэн Юйсю и Ян Фэн – оба весьма способные. Я уже передал им новую систему совершенствования. Ты владеешь секретом шестой ступени, так что привлечь их на свою сторону будет нетрудно. А стоит ли их привлекать – решай сам. Пока это все, чем я могу тебе помочь. Я так долго трудился, пора немного отдохнуть. Можешь идти.

Видя, что Чэнь Чаншэн снова погрузился в книги, А Ли крепко сжал нефритовую пластинку в руке и, повернувшись, ушел.

________________________________________

Первый год.

Новый Владыка Святой Земли Пурпурного Дворца, сразу после вступления в должность, в одиночку нанес визиты двум великим Святым Землям Срединных Земель.

Никто не знал, о чем новый Владыка Святой Земли Пурпурного Дворца говорил с представителями двух Святых Земель. Известно было лишь, что после его визита Святая Земля Мерцающего Света публично объявила об отказе от участия в Битве за Небесную Судьбу этого поколения. А Святая Земля Куньлунь, напротив, прямо объявила войну Святой Земле Пурпурного Дворца.

С началом войны между двумя Святыми Землями пламя конфликта быстро охватило все Срединные Земли. Некоторые Избранные Небес, намеревавшиеся бороться за Небесную Судьбу, быстро набирали силу в огне войны.

Эта смута продолжалась целых пять лет. На пятый год Владыка Святой Земли Пурпурного Дворца, А Ли, наконец, лично вступил в бой.

Бесстрастная Фея пролила кровь на Утесе Разбитых Душ, Демонический Монах Сюаньсинь потерпел поражение у Заводи Спящего Дракона. Избранный Небес Южных Равнин, Борджигин Батулу, сражался до безумия, но все равно ему сломали восемнадцать костей. Даже Цзян Фэн, которого называли единственным, кто мог противостоять А Ли, был обезглавлен одним ударом меча-пальца.

Эти потрясающие сражения были битвами исключительно между Избранными Небес. Никто, кроме самих участников, не мог их лицезреть. Однако ходили слухи, что во время этих битв присутствовал и третий человек. Единственным косвенным доказательством было то, что тело Цзян Фэна было похоронено неким таинственным человеком, подписавшимся как «Похоронщик». Был ли этот «Похоронщик» Владыкой Святой Земли Пурпурного Дворца А Ли, или кем-то другим – в мире совершенствующихся спорили безрезультатно.

После того как А Ли последовательно разгромил силы различных сторон, Святая Земля Куньлунь под давлением обстоятельств заключила союз с Фан Цяньчэном из Древней Запретной Земли. Мощь, стоявшая за союзом Святой Земли и Запретной Земли, создавала серьезные проблемы даже для Святой Земли Пурпурного Дворца.

Однако как раз в тот момент, когда все думали, что А Ли временно отступит, чтобы избежать прямого столкновения, он публично принял вызов Святой Земли Куньлунь на решающую битву.

Интересно, что после принятия вызова А Ли на некоторое время исчез. Никто не знал, куда он направился. Когда А Ли вернулся, он привел с собой восемьсот воинов в бронзовых доспехах и окончательно назначил время решающей битвы.

Битва была назначена на начало шестого года. В тот день с неба валил густой снег.

Вся Святая Земля Пурпурного Дворца выступила в поход: Тигры-Хранители, Призрачные Тени, Семьдесят Две Земные Тени – все войска двинулись вперед могучей лавиной. Кроме этих трех элитных армий, Святая Земля Пурпурного Дворца выставила также множество гробов. Эти гробы были запечатаны кроваво-красными камнями – очевидно, это была истинная, скрытая мощь Святой Земли Пурпурного Дворца.

Та битва сотрясла небо и землю, затмила солнце и луну. Половина Святой Земли Куньлунь была разрушена. Территория на тысячи километров вокруг превратилась в выжженную землю. Когда битва закончилась, Святая Земля Пурпурного Дворца потеряла больше половины своих воинов, а Святая Земля Куньлунь объявила о закрытии на тысячу лет.

Однако об этой войне во всех Срединных Землях не осталось никаких письменных свидетельств. Участники сражения также хранили о ней полное молчание. Единственной информацией были лишь слухи, циркулировавшие в мире совершенствующихся.

Говорили, что в той битве Святая Земля Куньлунь призвала на помощь сущность из Священных Руин Древней Запретной Земли, и А Ли был обречен на поражение. Но А Ли неведомым образом также призвал могущественную сущность, которая в итоге полностью подавила силы Священных Руин.

Такие слухи появились потому, что во время битвы кто-то видел, как из Священных Руин Древней Запретной Земли вылетела человеческая фигура. Было ли это правдой – проверить уже невозможно.

Кроме этого, горячо обсуждалась и другая тема. Говорили, что А Ли, разгромив Святую Землю Куньлунь, хотел истребить ее под корень, но его кто-то остановил. Этот человек яростно спорил с А Ли, и их могущественное давление заставляло всех живых существ в радиусе тысяч километров припадать к земле. В итоге А Ли так и не уничтожил Святую Землю Куньлунь полностью.

К этому слуху большинство относилось скептически. А Ли был непобедим на Срединных Землях, и теперь уже негласно считался повелителем Поднебесной. Кто осмелился бы с ним спорить?

Помимо этих горячих тем, люди также гадали, куда же исчезал А Ли на некоторое время. Много лет спустя с Восточных Пустошей пришла весть: в тот период, когда А Ли пропал, кто-то видел его там, и рядом с ним был молодой человек.

________________________________________

Пустошь.

Шорк! Шорк! Шорк!

Молодой человек с силой орудовал мотыгой. Рядом с ним лежало «тело», окутанное черной ци. Это «тело» было сильно изувечено, почти десятая его часть отсутствовала. Но странно, несмотря на такие тяжелые раны, оно все еще было живо.

— Ты не мог бы немного подождать с копанием? Мы ведь старые знакомые. Неужели ты не хочешь поболтать со мной перед смертью?

Услышав это, молодой человек остановился и, опершись на мотыгу, сказал:

— О чем тут говорить? То, о чем я тебя спрашиваю, ты все равно не рассказываешь. Так что лучше я тебя поскорее похороню. Честно говоря, если бы не твоя проблема, я бы тебя не одолел.

— Ха-ха-ха! Если уж сам Чэнь Чаншэн такое говорит, неужели я, Цзян Буфань, не смогу остаться в анналах истории?

Да, этими двумя были не кто иные, как ушедший в тень Чэнь Чаншэн и Владыка Святой Земли Куньлунь, Цзян Буфань.

— Не сможешь, – покачал головой Чэнь Чаншэн. – Все записи свидетельствуют, что ты погиб в той великой битве. Наш сегодняшний разговор останется скрыт в реке времени, никто о нем не узнает. Так же, как никто не знает, откуда ты изначально получил эти зловещие силы.

Услышав это, Цзян Буфань усмехнулся:

— Ты все еще хочешь узнать источник этой силы, но я тебе не скажу. Я, Цзян Буфань, должен хоть в чем-то превзойти тебя, Чэнь Чаншэн. А Ли сейчас на пике своей мощи, но он разозлил Священные Руины Древней Запретной Земли. Пройдет много времени, и Священные Руины обязательно придут за ним.

Слова Цзян Буфаня не вызвали никаких эмоций на лице Чэнь Чаншэна. Он просто продолжил копать яму.

— Пусть приходят, если хотят. Будь то Святая Земля или Древняя Запретная Земля – нет в мире ничего, что нельзя было бы уничтожить. Я действительно не ожидал, что ты сможешь получить полную поддержку Священных Руин Древней Запретной Земли. Если бы ты не использовал зловещую силу, что привело к расколу внутри Священных Руин, эта битва, возможно, действительно закончилась бы обоюдным уничтожением. Кто же на самом деле стоит за Святыми Землями? Почему Налань Цзин пришла умолять меня, чтобы я убедил А Ли не уничтожать Святую Землю Куньлунь?

— Ты это меня сейчас просишь? – на лице Цзян Буфаня расплылась улыбка, словно он был победителем.

— Можно и так считать.

— А что я за это получу?

— Я могу приготовить для тебя гроб наилучшего качества и гарантирую, что не буду строить уборную на твоей могиле.

— Звучит очень заманчиво. Могу я взглянуть на свое будущее пристанище?

Чэнь Чаншэн небрежно бросил ему превосходный гроб. Он был целиком сделан из духовного дерева – воплощение сдержанной роскоши. Внимательно осмотрев гроб, Цзян Буфань удовлетворенно кивнул.

— Столько лет боролся, а в итоге больше всего меня радуют эти несколько досок. Просто смех, да и только! Ну, раз уж гроб такой хороший, так и быть, кое-что тебе расскажу. Над нами есть «существа». Святые Земли – это всего лишь их опорные пункты. Сто тысяч лет назад в нашем мире появился Избранный Небес. Хоть у нас Избранные Небес рождаются редко, но если уж появляются, то они сильнее обычных. Это как полевые цветы – они всегда выносливее тепличных. Тот Избранный Небес разорвал связь с «верхними», и мы полностью вышли из-под их контроля. Но как бы ни был силен Избранный Небес, он не бессмертен. Когда он умер, мы не смогли противостоять расплате «сверху». К счастью, Небесный Путь был к нам благосклонен, и здесь родился второй Избранный Небес.

Услышав это, Чэнь Чаншэн нахмурился.

— Почему жизнь второго Избранного Небес была намного короче?

— А почему еще? Конечно, его ранили! «Верхние» могущественны, даже Избранный Небес не может все смести на своем пути.

— А Беспредельный Небесный Владыка? Почему он просуществовал всего несколько тысяч лет и исчез? И почему Небесная Судьба раскололась?

— Не знаю. Исчезновение Беспредельного Небесного Владыки всегда было загадкой, никто не может толком объяснить.

— Это проблемы «сверху»?

— Вряд ли. Хоть «верхние» и сильны, Избранный Небес всегда является волей Небесной Судьбы. Они могут ранить Избранного Небес, но абсолютно не могут его убить. Потому что если Избранный Небес будет сражаться насмерть, цена будет огромной. Такое масштабное событие не могло бы остаться без записей.

Выслушав ответ Цзян Буфаня, Чэнь Чаншэн задумчиво кивнул и принялся чертить на земле руны формации. Увидев это, Цзян Буфань сказал:

— Давай еще поболтаем. Зачем так спешить сжигать меня?

— Ты болтай, а я буду делать свое дело. Это не мешает. Кстати, когда примерно «верхние» смогут восстановить связь с нашим миром?

— Когда А Ли примет Небесную Судьбу, связь восстановится. Именно поэтому Налань Цзин просила тебя помешать А Ли уничтожить Святую Землю Куньлунь. Бывшая Владычица Святой Земли Пурпурного Дворца превратилась в обычную женщину, какое разочарование. Будь я на месте А Ли, я бы точно уничтожил Святую Землю Куньлунь. Даже будучи муравьем, осмелься замахнуться мечом на Небеса! Тем более, мы не муравьи. Раз так, почему бы не осмелиться объявить войну «верхним»?

Глядя на яростную боевую волю в глазах Цзян Буфаня, Чэнь Чаншэн на мгновение почувствовал сожаление. Если бы тот не встретил его, если бы не встретил невероятно талантливого А Ли, возможно, он действительно смог бы принять Небесную Судьбу.

— Мы почти все обсудили. Ты действительно не собираешься рассказать мне источник зловещей силы?

— Ха-ха-ха! Раз ты такой умный, можешь угадать! Угадаешь – считай, ты выиграл.

Услышав это, Чэнь Чаншэн без колебаний активировал формацию. Бушующее пламя мгновенно поглотило Цзян Буфаня. Охваченный огнем, Цзян Буфань не издал ни стона, а лишь пристально смотрел на Чэнь Чаншэна.

— Это действительно ты?

На этот вопрос Чэнь Чаншэн молчал одно мгновение, а затем ответил:

— Я.

При этих словах Цзян Буфань замер, а затем расхохотался.

— Ха-ха-ха! Так это действительно ты! Неудивительно, что ты ни во что не ставишь все вокруг! Оказывается, ты – сильнейшее существо в этом мире! Чэнь Чаншэн, однажды ты обязательно должен будешь взойти на Небесный Свод! Там тебя ждут еще большие тайны!

С этими словами Цзян Буфань обратился в горстку пепла.

Собрав прах Цзян Буфаня в урну, Чэнь Чаншэн совершил погребальный обряд по всем правилам. На надгробии по-прежнему значилось: «Похоронщик».

Закончив все дела, Чэнь Чаншэн повернулся и полетел в сторону Святой Земли Пурпурного Дворца.

Битва за Святую Землю Куньлунь окончательно утвердила могущество Святой Земли Пурпурного Дворца и сделала А Ли признанным сильнейшим экспертом Срединных Земель. В том же году завершилось строительство супер-телепортационного массива, на который Святая Земля Пурпурного Дворца потратила неисчислимые ресурсы. Королевство Ночной Луны и Империя Сюаньу, две могущественные державы, также присоединились к альянсу Святой Земли Пурпурного Дворца.

После недолгого отдыха А Ли снова лично возглавил поход. Но на этот раз его целью стали земли Расы Яо на Западном Континенте.

Десять лет! А Ли понадобилось всего десять лет, чтобы заставить весь Западный Континент склонить голову. К этому моменту прошло всего семнадцать лет с тех пор, как А Ли занял пост Владыки Святой Земли.

Срединные Земли, Восточные Пустоши, Западный Континент – благодаря своей стратегии и силе, А Ли всего за семнадцать лет покорил три великих региона. Перед лицом такого поразительно талантливого человека, как А Ли, многочисленные Избранные Небес, как бы им ни было горько, могли лишь молча отказаться от борьбы за господство в эту эпоху.

Оставшиеся Южные Равнины и Северная Пустыня, хоть и не сделали официальных заявлений, но тайно передали Святой Земле Пурпурного Дворца свое решение: «Не будем оспаривать». Да, А Ли стал настолько могуществен, что два целых региона предпочли избежать столкновения с ним.

Успешно заставив весь мир склонить голову, Святая Земля Пурпурного Дворца обнародовала новый метод совершенствования. Хотя это была лишь самая грубая версия, описывающая только первые пять ступеней, она все же открыла для всех жителей Поднебесной совершенно новый путь. Получив направление, бесчисленные таланты и мудрецы по всему миру, естественно, начали развивать и совершенствовать его на этой основе.

С этого момента Святая Земля Пурпурного Дворца стала первой Святой Землей в мире – и по престижу, и по силе она была номером один. Одновременно с этим система совершенствования, пребывавшая в хаосе почти тысячу лет, была унифицирована.

Источник Духа, Божественный Мост, Другой Берег, Божественное Сознание, Истинное Я, Путеводная Лампада… Таковы были ступени, ставшие общепризнанным мерилом силы для всех совершенствующихся на бесчисленные годы вперед.

А Ли подавил всех своих современников, и весь мир, казалось, мгновенно успокоился. В этот период затишья в Святой Земле Пурпурного Дворца произошло одно незначительное событие. На девятнадцатый год Владыка Святой Земли Мерцающего Света тайно прислал человека. Вскоре после этого Святая Земля Пурпурного Дворца провела небольшую свадьбу. Гостей было всего несколько десятков человек – скромнее не придумаешь.

Однако как раз тогда, когда все думали, что события будут развиваться своим чередом, на двадцатый год Демонический Монах Сюаньсинь посетил Святую Землю Пурпурного Дворца. И пришел он, неся на руках женщину, всю в крови. Некогда красивый и выдающийся Демонический Монах Сюаньсинь выглядел совершенно разбитым, а на руках он держал Бесстрастную Фею из Павильона Беспечалья.

В тот день все Срединные Земли ощутили ярость А Ли. Никто не знал, почему Бесстрастная Фея так трагически погибла, и никто не знал, почему бывший Демонический Монах Сюаньсинь так изменился. Люди знали лишь, что А Ли в гневе в одиночку ворвался в Священные Руины Древней Запретной Земли. Бесконечные звуки битвы разносились оттуда три дня и три ночи. В итоге А Ли, тяжело раненый, вынес из Священных Руин Древней Запретной Земли голову Фан Цяньчэна.

Вернувшись из Священных Руин Древней Запретной Земли, А Ли немедленно направил войска на Павильон Беспечалья. Эта сила, существовавшая на Срединных Землях почти десять тысяч лет, была стерта А Ли с лица земли.

________________________________________

Море Знаний (Библиотека Чэнь Чаншэна)

— Зачем же так? – глядя на тела Сюаньсиня и Яо Инъин, Чэнь Чаншэн тяжело вздохнул.

Когда-то Мастер Мецзюэ, глава Павильона Беспечалья, хотела рассказать ему о своем почти «безумном» плане. Но Чэнь Чаншэн не согласился участвовать в этой отвратительной интриге. Более того, уходя, он пригрозил Мастеру Мецзюэ, пытаясь заставить ее отказаться от этой затеи.

Последние несколько десятков лет Срединные Земли были охвачены войнами, одно крупное событие сменяло другое. Мастер Мецзюэ долго не предпринимала никаких действий, и Чэнь Чаншэн подумал, что она отказалась от своего плана. Он и представить не мог, что Павильон Беспечалья вступит в сговор с Фан Цяньчэном, что приведет к такой трагедии.

Неизвестно, сколько времени прошло, как вошел А Ли, неся окровавленную голову. Взглянув на голову в руках А Ли, Сюаньсинь подавленно сказал:

— Ты убил Фан Цяньчэна ради меня. Моя жизнь – твоя.

Услышав это, А Ли ответил:

— Я убил Фан Цяньчэна не ради тебя, а ради Бесстрастной Феи. Хотя Бесстрастная Фея и потерпела поражение от моей руки, мало какая женщина в мире могла сравниться с ней талантом. Такая женщина не заслуживала столь трагического конца.

Слова А Ли вызвали у Сюаньсиня слабую улыбку.

— Думай как хочешь. В любом случае, моя жизнь – твоя. Я хотел попросить у вас немного Камней Кровавого Долголетия, чтобы запечатать тело Инъин. Раз уж вы вмешались в это дело, я признаю этот долг. Пока я жив, я никогда не забуду этой милости. Достаточно будет лишь сообщить.

Сказав это, Сюаньсинь, неся тело Яо Инъин, покинул Море Знаний. Проводив его взглядом, Чэнь Чаншэн покачал головой и, посмотрев на А Ли, спросил:

— Как ты? Не ранен?

— Небольшие раны, ничего страшного!

— Я знаю, ты ценишь героев и уважаешь достойных противников, но твоим врагом была Древняя Запретная Земля. В следующий раз не будь таким опрометчивым.

На «ворчание» Чэнь Чаншэна А Ли скривился.

— Учитель, я просто не мог стерпеть их поступков! Если бы я и такое стерпел, я бы не был А Ли! Кстати, вот что я принес из Древней Запретной Земли. Учитель, вам это должно пригодиться.

С этими словами А Ли протянул ему золотую страницу. Это была та самая страница, что была у Фан Цяньчэна. Узнав когда-то в шахтах, что у Фан Цяньчэна есть и другие золотые страницы, Чэнь Чаншэн не раз пытался их заполучить. Но у Фан Цяньчэна был Хранитель Пути, да и Древняя Запретная Земля его поддерживала, так что несколько попыток захватить его провалились – он всегда ускользал. Теперь же, наконец, его желание исполнилось, и Чэнь Чаншэн был весьма доволен.

— Из семидесяти двух золотых страниц у меня уже три. Эта вещь действительно связана со мной судьбой. Жаль только, что страницы от Святой Земли Куньлунь и Фан Цяньчэна не идут по порядку. В таком случае, они имеют лишь справочную ценность.

Услышав это, А Ли тут же сказал:

— Учитель, не волнуйтесь, я обязательно помогу вам собрать все семьдесят две золотые страницы.

— Не нужно, – Чэнь Чаншэн махнул рукой и улыбнулся. – С этой вещью все зависит от судьбы. Специально искать – не найдешь. К тому же, мне пора уходить.

При этих словах А Ли заметно встревожился.

— Учитель, может, вы еще немного подождете? Я недавно нашел много новых книг. Вы их все еще не прочли, как же вы можете уходить?

Видя его волнение, Чэнь Чаншэн удовлетворенно улыбнулся.

— Нечего тут хитрить передо мной. Не думай, что я не знаю, что ты специально скупаешь все древние тексты снаружи. Те книги, что я не прочел, я все скопировал. Уйдя отсюда, я все равно смогу их неспешно прочитать.

Услышав это, в глазах А Ли мелькнуло разочарование. Он понял: раз Чэнь Чаншэн так говорит, значит, он действительно собирается уходить.

— Учитель, даже если вы не останетесь, то хотя бы скажите, куда направляетесь! Вы же не собираетесь и этого мне не сказать?

— А вот и собираюсь! С твоим-то характером ты не позже чем через триста лет обязательно меня разыщешь. А я не хочу, чтобы ты мне постоянно надоедал. Ты теперь Избранный Небес, тот, кто в будущем примет Небесную Судьбу. Дел у тебя будет невпроворот. А я, как ты знаешь, очень не люблю хлопоты.

Услышав это, А Ли скривил губы и, достав нефритовую пластинку, протянул ее Чэнь Чаншэну.

— Учитель, это некоторые мои озарения по поводу совершенствования. Я уже на семьдесят процентов разобрался с третьей великой ступенью «Совершенствования Тела». Дайте мне еще немного времени, и я обязательно полностью усовершенствую эту систему.

Глядя на обиженное лицо А Ли, Чэнь Чаншэн принял нефритовую пластинку и недовольно проворчал:

— Ты все-таки Владыка первой Святой Земли в мире, что ж ты вечно ведешь себя как ребенок? Хоть в книгах и говорится, что «нет в мире пира, который бы не заканчивался», но там же сказано: «Разве не везде в жизни встречаются люди?». Я ведь просто ухожу, а не умираю. Еще раз сделаешь такое лицо, веришь, отшлепаю?

От слов Чэнь Чаншэна А Ли обиделся еще больше.

— Я-то могу подождать, но другие не могут! Дядя Юань Шань, тетушка Ваньянь Юэ, и многие другие, кого вы знаете… Неужели вы не боитесь, что больше никогда их не увидите? Может, вы все-таки…

— Ерунда! – прервал его Чэнь Чаншэн. – В новой системе совершенствования ты, безусловно, продвинулся дальше всех, но я тоже ее создатель. Неужели я не знаю, каков предел жизни в этой системе? Они не так давно достигли ступени Путеводной Лампады, и это далеко не их предел. По самым скромным подсчетам, в ближайшие две-три тысячи лет у них проблем с продолжительностью жизни не будет. А ты мне сейчас говоришь, что они не могут ждать? Думаешь, меня легко обмануть?

Видя, что Чэнь Чаншэн раскусил его маленькую хитрость, А Ли смущенно улыбнулся. Взглянув на лицо А Ли, Чэнь Чаншэн неожиданно успокоился.

— Не волнуйся. Я обещал похоронить их. Когда придет время, я обязательно вернусь. Я не только похороню их… – здесь Чэнь Чаншэн на мгновение замолчал. – Но и тебя похороню.

Последнюю фразу Чэнь Чаншэн произнес очень-очень тихо, словно боясь, что это действительно станет реальностью.

Услышав это, А Ли замолчал. Хотя учитель никогда не говорил, как долго он может жить, все близкие ему люди уже догадались об истине. Не говорили об этом вслух лишь потому, что не хотели принимать эту жестокую реальность и не хотели причинять Чэнь Чаншэну еще больше душевной боли. Ведь ни один совершенствующийся в мире не осмеливался говорить о «вечной жизни». Даже он сам, приняв Небесную Судьбу, не посмел бы похвастаться, что сможет жить вечно и не умрет. Какую же скорбь испытает учитель, когда и его собственный путь подойдет к концу?

Они молчали довольно долго. Первым молчание нарушил смех А Ли.

— Хе-хе! В мастерстве учителя я абсолютно уверен! Когда придет время, учитель обязательно должен будет выбрать для меня самое лучшее место для захоронения!

Услышав это, на лице Чэнь Чаншэна тоже появилась улыбка.

— Без проблем. Я обязательно выберу для тебя самое лучшее место. Но мои услуги стоят очень дорого. Так что не забудь приготовить достаточное вознаграждение.

Сказав это, Чэнь Чаншэн поднял Малыша Черныша, лежавшего рядом, и покинул Море Знаний.

А Ли так и остался стоять на месте, не смея даже обернуться, чтобы в последний раз взглянуть на Чэнь Чаншэна. Он боялся, что не сможет его отпустить.

________________________________________

За вратами Святой Земли Пурпурного Дворца.

Чэнь Чаншэн ушел. Когда он уходил, с неба падал густой снег. Лишь немногие из Святой Земли Пурпурного Дворца стояли вдалеке и смотрели ему вслед. Их было немного, но это были единственные люди в мире, которые хранили Чэнь Чаншэна в своих сердцах.

Глядя на удаляющуюся фигуру Чэнь Чаншэна, Цзы Нин улыбнулась.

— Мне вдруг так захотелось стать снегом, чтобы я могла упасть на плечо господина.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй тоже улыбнулась:

— Но господин держит зонт. Ты сможешь упасть только на его зонт.

— И на зонт хорошо! Тогда я смогу проводить господина еще немного. Если господин смахнет снег…

— Пусть смахивает, – прервала ее Цзы Нин. – Задержаться на мгновение на его ладони – этого достаточно!

При этих словах Гунсунь Хуайюй замолчала. Цзы Нин тоже замолчала. Жизнь совершенствующегося очень долга. Чэнь Чаншэн провел с ними всего лишь каких-то десять-двадцать лет. Но эти годы оставили глубокий след в их сердцах.

Подумав об этом, Гунсунь Хуайюй снова заговорила:

— Ты отвечаешь за ведение летописи Святой Земли. Часть, посвященную господину, ты уже написала?

— Написала. Посмотри.

С этими словами Цзы Нин протянула Гунсунь Хуайюй книгу в кожаном переплете. Внимательно пролистав ее, Гунсунь Хуайюй удивленно спросила:

— Почему описание господина такое короткое? С его-то талантами, часть летописи, посвященная ему, должна быть в сто раз больше!

Услышав это, Цзы Нин повернулась к слегка рассерженной Гунсунь Хуайюй.

— Таланты господина не описать всеми знаниями, что я накопила за всю жизнь. Если бы я писала об этом, мое восхищение заполнило бы все Море Знаний. Но что с того? Разве все книги Моря Знаний, вместе взятые, смогли бы описать его жизнь? Летопись слишком мала, чтобы вместить его бурную и захватывающую жизнь. Летопись слишком велика – стоит лишь перевернуть страницу, и перед тобой его долгое и незабываемое прошлое.

Услышав это, Гунсунь Хуайюй подняла голову и посмотрела на Чэнь Чаншэна, уже превратившегося вдалеке в «черную точку». Двадцать с лишним лет назад он пришел на Собрание Избранных Небес с больной маленькой белой собачкой. Двадцать с лишним лет спустя он ушел с такой же больной маленькой белой собачкой. За это время весь мир изменился, но он остался прежним. Казалось, он обладал всем, но на самом деле у него не было ничего. Единственным, кто мог составить ему компанию, была та белая собачка по кличке «Малыш Черныш». Какое же это должно быть одиночество? И как господин справлялся с этим долгим одиночеством?

________________________________________

— Ты действительно не проводишь его еще немного? – Цзо Цзин подошел к Ваньянь Юэ.

Глядя в ту сторону, куда ушел Чэнь Чаншэн, Ваньянь Юэ равнодушно ответила:

— У меня нет смелости стремиться к вечной жизни. Я боюсь, что упаду на полпути. Чем такой мучительный конец, лучше вообще не начинать.

Сказав это, Ваньянь Юэ повернулась и вернулась в Святую Землю Пурпурного Дворца. Глядя на следы, которые вот-вот должен был засыпать снег, Цзо Цзин улыбнулся.

«Отец! Я превзошел тебя прежнего, но у меня все еще нет смелости стремиться к вечной жизни, зная, что смерть неизбежна. Когда ты тогда, поставив все на карту, врывался в Древнюю Запретную Землю, сколько же смелости было в твоем сердце?»

________________________________________

В ста ли от Святой Земли.

— Малыш Черныш, это все из-за тебя! Если бы не ты, я бы не строил из себя такого холодного и неприступного! Отсюда до Восточных Пустошей больше десяти миллионов ли! Если не использовать телепортационный массив, сколько же мне лететь придется?

В ответ на жалобы Чэнь Чаншэна Малыш Черныш лишь закатил глаза, перевернулся на другой бок и снова заснул. Его вид словно говорил: «Сам выпендривался, а теперь на меня, собаку, вину сваливаешь? Ты вообще человек?»

Не обращая внимания на презрение Малыша Черныша, Чэнь Чаншэн обернулся и еще раз взглянул на Святую Землю Пурпурного Дворца позади.

— Ладно, лететь так лететь. Если сейчас вернуться и использовать телепортационный массив, весь имидж коту под хвост. Все равно впереди еще больше четырехсот лет. Будем считать, что убиваю время.

Сказав это, Чэнь Чаншэн превратился в поток света и исчез.

Состояние Малыша Черныша становилось все хуже. Муж Гунсунь Хуайюй, Налань Синде, уже был запечатан. Ради этой парочки – человека и собаки – Чэнь Чаншэн во что бы то ни стало должен был отправиться в Лес Преисподней.

Пятидесятый год.

Прошло тридцать лет с тех пор, как Чэнь Чаншэн покинул Святую Землю Пурпурного Дворца. По мере того как слава А Ли росла, о бывшем Святом Сыне Пурпурного Дворца постепенно забывали. К этому времени сила А Ли достигла неописуемых высот. Во всей Поднебесной не было никого, кто мог бы выдержать против него больше трех ударов.

Но в один из дней пятидесятого года женщина в белом тайно пришла к месту уединенного совершенствования А Ли.

Вздох~

Легкий ветерок прошелестел, и А Ли, сидевший в позе лотоса, медленно открыл глаза. Перед ним стояла несравненная красавица в одеянии белее снега. Взглянув на А Ли, женщина в белом равнодушно произнесла:

— Действительно поразительно. Неудивительно, что ты стал первым за тридцать тысяч лет, кто смог открыть путь к Небесной Судьбе. Уступи мне Небесную Судьбу этого поколения, и в следующем я не буду тебе мешать.

Услышав это, А Ли медленно поднялся:

— Раз уж ты, соратница-даосистка, пришла оспаривать Небесную Судьбу, то должна знать, что в Битве за Небесную Судьбу не бывает отступления без боя. Хочешь Небесную Судьбу – приди и возьми ее сама.

Женщина в белом слегка кивнула:

— Что ж, если я возьму ее сама, это избавит от многих хлопот.

Ом!

Невидимая волна накрыла всю Святую Землю Пурпурного Дворца. А Ли и женщина в белом сошлись в бою. Скорость их ударов превосходила скорость звука. Лишь после того, как их первый обмен ударами закончился, слова женщины в белом полностью разнеслись по округе.

Бум! Бум! Бум!

Мощные ударные волны исходили из пустоты – они сражались в пространственном разломе. Шум их битвы, естественно, встревожил всех в Святой Земле Пурпурного Дворца.

— Как она сюда попала? – Налань Цзин с беспокойством смотрела на то, как ее муж ведет тяжелый бой. В последние годы никто в мире не мог продержаться против А Ли и трех ударов. Но, как говорится, за великой славой всегда стоит истинная сила. Раз эта женщина осмелилась бросить вызов А Ли, она, несомненно, была хорошо подготовлена.

Видя это, Цзы Нин подошла утешить ее:

— Мастер, не волнуйтесь, Владыка Святой Земли не проиграет.

Тем временем Гунсунь Хуайюй уже собрала Тигров-Хранителей и Семьдесят Две Земные Тени.

— Госпожа, не нужно ли мне повести Тигров-Хранителей на помощь Мастеру?

Услышав это, Налань Цзин немного успокоилась:

— Не нужно. В битву вашего Мастера вы вмешаться не сможете. Раз он осмелился принять вызов, значит, у него есть уверенность в победе. Давайте лучше займемся устранением последствий этих ударных волн. Такие сражения могут легко ранить учеников.

— Слушаюсь!

Получив приказ Налань Цзин, все быстро принялись за дело. Однако Юань Шань, наблюдавший за битвой из толпы, нахмурился и пробормотал:

— Почему-то возникает странное чувство… знакомое. Но я не могу понять, откуда оно.

Он напряженно пытался вспомнить. В этот момент издалека крикнул Е Хэньшэн:

— Второй Мастер, хватит думать, иди помогай!

Голос Е Хэньшэна донесся до ушей Юань Шаня, и именно этот голос наконец помог ему вспомнить, откуда это чувство знакомства.

— Твою ж мать! – выругался Юань Шань и, невзирая на мощные ударные волны, устремился к пространственному разлому. — Не деритесь! Не деритесь! Это все недоразумение!

Услышав это, все присутствующие недоуменно переглянулись. А Ли, сражавшийся в пустоте, тоже нахмурился. Обменявшись с женщиной в белом еще одним ударом ладонями, они вышли из пространственного разлома.

Вжух!

Две фигуры вылетели из пустоты. А Ли с серьезным лицом встал перед своими людьми, а женщина в белом легко опустилась на ветку дерева.

— Вы двое, не деритесь! Это все недоразумение! – Юань Шань встал между ними, опасаясь, что они снова схватятся, не договорившись. Убедившись, что они пока не собираются нападать, Юань Шань сложил руки в приветствии перед женщиной в белом. – Юань Шань из Обители Высшей Чистоты приветствует Фею Чаншэн!

Услышав этот титул, присутствующие начали рыться в своей памяти. Но как они ни старались, никто не мог вспомнить персонажа по имени «Фея Чаншэн». Хотя большинство и не слышали этого имени, трое из присутствующих ее знали. И более того, она произвела на них глубокое впечатление. Этими тремя были Ваньянь Юэ, Цзо Цзин и Юань Шань. Ведь хозяйкой деревянной фигурки из Древнего Бронзового Дворца Королевства Ночной Луны была именно эта «Фея Чаншэн», и это признал сам Чэнь Чаншэн.

Услышав это, женщина в белом посмотрела на Юань Шаня и равнодушно спросила:

— Как ты меня узнал? Учитывая его характер, ты не должен знать моей внешности.

— Младший действительно не знает внешности старшей. Но Обитель Высшей Чистоты и Секта Линлун в конце концов были союзниками. Хотя Секта Линлун и пришла в упадок, младший наслышан о некоторых ее техниках. Кроме того, когда Старший Брат Чаншэн уходил, он тайно передал мне одну вещь. Он сказал, что когда я однажды встречу особого человека, я должен буду лично передать ему эту вещь. В мире найдется немного людей, о которых Старший Брат Чаншэн стал бы особо упоминать. Боюсь, это только вы.

С этими словами Юань Шань достал деревянную шкатулку. Увидев это, женщина в белом протянула правую руку, и шкатулка тут же влетела ей в ладонь. Открыв ее, она увидела аккуратно уложенный набор милых деревянных фигурок и письмо.

Развернув письмо, она увидела знакомый почерк.

«Девочка, этот набор деревянных фигурок – запоздалый подарок на день рождения, который я тебе задолжал. Путь долог и тернист. Иногда не стоит слишком торопиться. Когда обернешься, я по-прежнему буду за твоей спиной. Этого мальчишку учил я, его способностями я вполне доволен. Не слишком его притесняй».

Читая письмо, женщина в белом невольно слегка улыбнулась. Спрятав вещи, оставленные Чэнь Чаншэном, она спокойно посмотрела на А Ли.

— Ты действительно достоин быть его учеником. Он верит в тебя, значит, и я верю. Раз уж ты собираешься принять Небесную Судьбу, пусть это дело будет на тебе. А что именно тебе предстоит сделать, узнаешь, когда примешь Небесную Судьбу.

Сказав это, женщина в белом собралась уходить. Но, пройдя полпути, она вдруг замешкалась.

Вжух!

Ваньянь Юэ ощутила лишь легкое дуновение ветерка, и женщина в белом оказалась прямо перед ней. Две женщины просто смотрели друг на друга. Хотя все вокруг было спокойно, присутствующие смутно ощутили какое-то странное напряжение.

— Ты – Ваньянь Юэ?

— Да.

— Ты, должно быть, Ли Няньшэн, Избранная Небес Секты Линлун Великой Династии Гань тысячелетней давности?

Увидев, что Ваньянь Юэ назвала ее настоящее имя, Ли Няньшэн ничего не сказала, лишь улыбнулась и посмотрела на нее. Но в этой простой улыбке заключалось очень, очень многое.

Присутствующие: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

Хотя пока не совсем понятно, что происходит, но чует мое сердце, это будет просто невероятная сплетня!

Ли Няньшэн ушла, так же спокойно, как и появилась. Проводив ее взглядом, Ваньянь Юэ долго молчала, а затем повернулась и удалилась.

— Боевой Дядя, что это было? Расскажите! – когда обе женщины ушли, А Ли тут же обнял Юань Шаня за плечи. На его лице было написано: «Хочу послушать сплетни!»

Ощущая на себе взгляды окружающих, Юань Шань с гордым видом поправил воротник.

— Ваш учитель, Чэнь Чаншэн, – это мой младший боевой брат. Я знаю лишь о том, что произошло после его вступления в Обитель Высшей Чистоты. Что было до этого – мне доподлинно неизвестно. Но я могу вам рассказать об этой «Фее Чаншэн». Она была Избранной Небес одной из сект Восточных Пустошей тысячу лет назад. В то время она отвергла многих молодых талантов. Причина была одна – стремление к «Чааааншэээн».

Услышав, как Юань Шань специально растянул слово «Чаншэн», присутствующие тут же поняли, в чем тут дело.

— Боевой Дядя, так какая же связь между этой Феей Чаншэн и учителем?

— Этого я не знаю. В конце концов, когда Фея Чаншэн прославилась, я еще не родился. Я лишь слышал о ней, но никогда не встречал лично. Если бы ваш учитель сам не признался, что у него есть связь с Феей Чаншэн, я бы до сих пор и не подозревал, что они знакомы.

А Ли: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

«Неудивительно, что она такая могущественная! Оказывается, это жена учителя! Когда учитель тогда неожиданно появился в Ста Тысячах Гор, его целью, кажется, был поиск кого-то. Кого именно – это, похоже, знала только А Мань, но она никогда мне не говорила. Прошла тысяча лет, и эта загадка наконец-то разрешилась».

— Кхм-кхм! – А Ли откашлялся. – У учителя обширный круг знакомств. Эта Фея Чаншэн, должно быть, его давняя близкая подруга. Сегодняшнее событие – всего лишь недоразумение. Все могут расходиться.

Услышав слова А Ли, Цзо Цзин улыбнулся и, повернувшись, ушел. Чувства Ваньянь Юэ к Чэнь Чаншэну среди близких знакомых уже не были секретом. А теперь явилась сама «Фея Чаншэн» и даже отдельно поприветствовала Ваньянь Юэ. Смысл этого был всем понятен. Однако, хоть они и были знакомы и все понимали, обсуждать это в частном порядке было бы равносильно посыпанию соли на рану.

Захватывающая сплетня закончилась, и люди постепенно разошлись. В этот момент Е Хэньшэн дернул Юань Шаня за рукав и с кривой улыбкой сказал:

— Второй Мастер, вы так распускаете сплетни о господине… Не боитесь, что однажды господин и та Фея Чаншэн придут с вами разбираться?

Юань Шань: …

Черт! Как я мог об этом забыть! Я же, кажется, не смогу одолеть их обоих!

— Кхм-кхм! Я ведь ничего такого не сказал. Чаншэн, он… он не должен меня притеснять.

— А Великий Мастер? Господин неизвестно когда вернется, а Великий Мастер ведь всегда здесь!

Юань Шань: …

«Если ты так говоришь, я сегодня ночью, пожалуй, не смогу уснуть! Просчитался!»

________________________________________

— Чжан Байжэнь, чтоб тебя! Ты ведь не обманываешь меня, а?

Глядя на безмолвное, мертвое озеро перед собой, Чэнь Чаншэн снова принялся проклинать Чжан Байжэня. Покинув Святую Землю Пурпурного Дворца, Чэнь Чаншэн быстро двинулся в путь и всего за десять лет достиг Восточных Пустошей. Оказавшись там, он, следуя указаниям Чжан Байжэня, начал поиски Леса Преисподней.

И эти поиски заняли целых двадцать лет. За это время Чэнь Чаншэн прошел через бесчисленные опасные места, где редко ступала нога человека, и даже несколько раз пережил пространственные телепортации. Каждая такая телепортация, требующая особых условий и времени, была крайне рискованной. Если бы не его запредельная защита, он бы давно где-нибудь погиб.

Закончив ругаться, Чэнь Чаншэн посмотрел на нефритовую пластинку в руке. Согласно записям, ему оставалось преодолеть лишь последнее опасное место – Мертвое Озеро – и он достигнет Леса Преисподней.

Бульк!

Камень упал в воду. Чэнь Чаншэн внимательно наблюдал, но не заметил никакой опасности в этом «Мертвом Озере».

«Кажется, ничего особенного… Неужели я ошибся?»

Так и не обнаружив опасности, Чэнь Чаншэн принялся расхаживать взад-вперед по берегу. Путь в Лес Преисподней всегда был полон опасностей, а теперь, на последнем этапе, – ничего. Это действительно заставляло Чэнь Чаншэна чувствовать себя не в своей тарелке.

Чтобы тщательно изучить это озеро, Чэнь Чаншэн провел здесь уже целый год. За это время он испробовал бесчисленные способы проверки, но все результаты указывали на то, что перед ним – обычное озеро.

«Ладно, раз уж я дошел досюда, было бы обидно не окунуться хоть разок».

С этими словами Чэнь Чаншэн сформировал защитный барьер из духовной силы и прыгнул в бездонное озеро. Погрузившись в воду, он осторожно начал спускаться. Все его внимание было сосредоточено на окружающей обстановке. При малейшем признаке опасности Чэнь Чаншэн собирался немедленно отступить, а затем отправиться в Древнюю Запретную Землю, выкопать Чжан Байжэня и как следует его избить.

________________________________________

Время шло понемногу. Чэнь Чаншэн погружался уже целый час, но все еще не достиг дна озера. При такой ситуации он и сам начал немного нервничать. Как раз когда Чэнь Чаншэн собирался вернуться на поверхность и обдумать дальнейшие действия, вдалеке показался огонек.

По мере приближения огонек становился все больше. А затем… волосы на голове Чэнь Чаншэна встали дыбом.

Мертвецы. Бескрайнее море мертвецов, которому не было видно конца. Целые пласты тел плавали в воде, и все они были прекрасно сохранившимися. Что еще ужаснее – глаза у всех этих мертвецов были открыты. Когда Чэнь Чаншэн приблизился, все они повернули головы в его сторону.

Чэнь Чаншэн: …

«Чжан Байжэнь, ты только не дай мне выбраться отсюда живым, иначе я с тобой быстро не закончу!»

Однако как раз в тот момент, когда Чэнь Чаншэн готовился к тактическому отступлению, нефритовая пластинка, подаренная ему Чжан Байжэнем, внезапно вспыхнула ярким светом. И перед глазами Чэнь Чаншэна появились несколько строк текста.

«Брат Чэнь, когда ты увидишь эти слова, я верю, ты уже нашел вход в Лес Преисподней. Путь в Лес Преисподней опасен, но я верю, что это тебя не остановит. Достаточно дать тебе направление, и ты справишься с этими мелкими неприятностями. Прилив мертвецов под Мертвым Озером чрезвычайно опасен. Если его потревожить, даже Избранный Небес рискует погибнуть. Однако, брат Чэнь, не стоит слишком беспокоиться. Прилив мертвецов обычно не нападает первым. Если только, увидев их, ты не попытаешься отступить. Проще говоря, в Мертвое Озеро можно войти, но нельзя выйти. Брат Чэнь, ты слишком поразителен. Я действительно не хотел бы столкнуться с тобой в Битве за Небесную Судьбу. Поэтому мне пришлось заманить тебя в ловушку Леса Преисподней. Когда я приму Небесную Судьбу, я обязательно приду за тобой, брат Чэнь. Кроме того, в Лесу Преисподней действительно есть то, что спасет Божественного Зверя Бай Цзэ. В этом, брат Чэнь, можешь не сомневаться. Удачи, брат Чэнь!»

Чэнь Чаншэн: …

«Чжан Байжэнь, я твою @#%&*$!!!»

Мысленно обругав Чжан Байжэня последними словами, Чэнь Чаншэн все же был вынужден, скрепя сердце, медленно приблизиться к приливу мертвецов. По мере его движения тысячи и тысячи глаз устремились на него. Даже видавший виды Чэнь Чаншэн не мог не содрогнуться от ужаса, когда на него одновременно уставилось столько мертвецов. К счастью, огромный прилив мертвецов не атаковал его.

Примерно через время, необходимое для того, чтобы выпить чашку чая, Чэнь Чаншэн наконец достиг источника света. Увидев перед собой сияющее отверстие размером с таз, он без малейших колебаний прыгнул внутрь. Ему было все равно, логово ли это дракона или тигриное гнездо – он больше не хотел ни секунды оставаться в этом проклятом месте.

________________________________________

Вжух!

Ощущение плавучести исчезло, и Чэнь Чаншэн твердо встал на ноги. Однако, выбравшись из одной опасности, он не обрадовался, потому что перед ним снова были мертвецы.

Чэнь Чаншэн: …

«Хоть я и гробовщик, но я не хочу целыми днями натыкаться на мертвецов, ясно? Это действительно очень дурной знак».

Мысленно выругавшись, Чэнь Чаншэн направился к лежавшим неподалеку костям. Выбравшись из светового туннеля, он оказался перед густым лесом. У входа в лес стояла потрепанная временем каменная стела, а рядом с ней тихо покоились сухие кости. «Мертвецом», о котором подумал Чэнь Чаншэн, были именно эти кости.

— Старший, гроб, конечно, простоват, но тут уж ничего не поделаешь. У вас при себе не было никаких вещей, а я не могу работать себе в убыток! Так что довольствуйтесь тем, что есть.

Похоронив кости рядом со стелой, Чэнь Чаншэн неторопливо принялся читать надпись на камне.

«Лес Преисподней. Вошедший не выйдет. Чтобы найти выход, нужно отправиться вглубь чащи. Но в лесу свирепствуют демонические звери. Не обладающий великой силой – погибнет. Эта чаща изменчива и непостижима. Каждый день она меняет свое расположение. Я, потратив шесть тысяч лет, смог продвинуться лишь на три тысячи шагов. Увы, срок моей жизни подошел к концу, и я скончался здесь. Оставляю эту стелу в назидание потомкам: ни в коем случае не ступайте сюда. – Мастер Небесных Тайн».

Увидев подпись на стеле, Чэнь Чаншэн задумчиво потер подбородок.

— Мастер Небесных Тайн … Это же основатель Павильона Ланъя? Согласно записям Святой Земли Пурпурного Дворца, Тяньцзи-цзы появился из ниоткуда десять тысяч лет назад. Этот человек был непревзойденным стратегом, знал все о небесах и земле, его можно назвать первым талантом за десять тысяч лет. Через две тысячи лет после основания Павильона Ланъя он бесследно исчез. Оказывается, он попал сюда!

С этими словами Чэнь Чаншэн повернулся к свежевырытой могиле.

— Старший Мастер Небесных Тайн, как-никак вы были выдающейся личностью десять тысяч лет назад. Неужели этот Лес Преисподней настолько ужасен, что смог вас здесь запереть? Насколько же сильны здешние демонические звери, если даже такой мастер, как вы, ничего не смог с ними поделать?

Едва он это сказал, как окружающая обстановка смазалась. Когда все стабилизировалось, Чэнь Чаншэн оказался посреди леса. Могила Мастера Небесных Тайн исчезла. Единственным знакомым предметом осталась та самая, слегка выветренная каменная стела.

Р-Р-Р-О-О-О-АР!

Яростный рев донесся до ушей Чэнь Чаншэна, и огромный медведь ростом в тридцать метров бросился на него.

Чэнь Чаншэн: …

«Неистовый Алмазный Медведь, реликт древних времен. Его сила способна двигать горы, он свиреп и жесток, а его шкура неуязвима для огня и воды».

Информация о существе мгновенно вспыхнула в его сознании. В такой ситуации Чэнь Чаншэн лишь обреченно вздохнул, а затем… тремя ударами поверг Неистового Алмазного Медведя.

Неистовый Алмазный Медведь действительно был древним реликтом, и его сила была велика, но все зависело от того, с кем сравнивать. Против Чэнь Чаншэна, «наставника Избранного Небес», три удара – это уже означало, что Чэнь Чаншэн не хотел особо напрягаться.

Разобравшись с Неистовым Алмазным Медведем, Чэнь Чаншэн немедленно принялся проверять некоторые свои догадки. Он понял, что Лес Преисподней, похоже, не так прост, как ему казалось.

________________________________________

Через шесть часов Чэнь Чаншэн с мрачным лицом слез с тридцатиметрового дерева. Заподозрив, что Лес Преисподней не так прост, он потратил шесть часов на проверку некоторых вещей. Проверка прошла успешно, но результаты Чэнь Чаншэну категорически не понравились.

В Лесу Преисподней максимальная высота полета составляла всего около ста пятидесяти метров, даже если он прилагал все силы. Однако самые низкие деревья здесь начинались как раз от ста пятидесяти метров. Кроме того, Лес Преисподней поглощал Божественное Сознание. Насколько бы сильным оно ни было, стоило ему удалиться от тела более чем на сто пятьдесят метров, как лес бесшумно его «съедал».

К счастью, Чэнь Чаншэн сейчас находился на довольно возвышенном месте, поэтому он срубил все деревья, загораживавшие обзор. За шесть часов, работая изо всех сил, он едва смог расчистить небольшую поляну. Ничего не поделаешь, здешние деревья были невероятно твердыми.

И тогда Чэнь Чаншэн увидел центральную область Леса Преисподней. Она находилась недалеко от стелы – всего в пяти километрах. С его скоростью он мог бы добраться туда максимум за двадцать вдохов-выдохов. Однако проблема заключалась в том, что на этом пути стояло множество гигантских деревьев, твердых как сталь. Кроме этих препятствий, в том районе обитало множество могущественных демонических зверей. С некоторыми из них даже Чэнь Чаншэну пришлось бы сражаться с большой осторожностью.

Хотя путь в центр Леса Преисподней был труден, благодаря силе и мудрости Чэнь Чаншэна, потратив немного времени, он мог бы его преодолеть. Но была одна проблема, которую Чэнь Чаншэн решить не мог – это постоянное изменение ландшафта Леса Преисподней.

Насколько велик Лес Преисподней, Чэнь Чаншэн не знал. Во всяком случае, только что, стоя на стопятидесятиметровом пне, он, куда бы ни посмотрел – вперед, назад, влево, вправо – не видел его границ. В этот раз центральная область находилась в пяти километрах, в следующий раз это могло быть десять километров, или даже пятьдесят. А на то, чтобы телепортироваться прямо к центру, Чэнь Чаншэн даже не рассчитывал. Мастер Небесных Тайн был заперт здесь шесть тысяч лет. Ландшафт менялся каждый день, то есть у Мастера Небесных Тайн было более двух миллионов ста девяноста тысяч шансов. Если за столько попыток ему не повезло, то и Чэнь Чаншэну в ближайшее время вряд ли улыбнется удача.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн глубоко вздохнул и решительно посмотрел вдаль.

«Пять километров. Не так уж много, но и не мало. Не верю, что я, Чэнь Чаншэн, не смогу преодолеть такое расстояние!»

С этими словами он метнулся вперед, быстро перемещаясь по густому лесу.

________________________________________

Через шесть часов.

Бум!

Чэнь Чаншэн, весь в крови демонических зверей, отлетел назад. Глядя на центральную область, находившуюся в пяти километрах, его губы начали подергиваться. Теперь Чэнь Чаншэн немного понимал, почему Мастер Небесных Тайн был заперт здесь шесть тысяч лет. Потому что из этого места просто невозможно было выбраться!

Демонические звери в Лесу Преисподней действительно были невероятно сильны. Мало того, что они обладали толстой шкурой и несокрушимыми мышцами, так еще и были неимоверно сильны. Однако для Чэнь Чаншэна это не представляло особой проблемы. Его собственное тело было ничуть не слабее, чем у этих тварей, к тому же он мог использовать разнообразные боевые приемы.

Настоящая сложность заключалась в количестве демонических зверей и густоте деревьев. Чтобы продвинуться вперед хотя бы на сто метров, приходилось делать десятки крюков. Некоторые участки были и вовсе наглухо заблокированы деревьями, вынуждая искать обходные пути. Все это значительно снижало его скорость.

А как только скорость падала, звери со всех сторон набрасывались на него. Оказавшись в гуще звериной орды, он уже не мог сделать и шагу вперед. Те звери, что обладали лишь грубой силой и толстой шкурой, не владея ни божественными способностями, ни духовной энергией, действительно не могли причинить ему смертельного вреда. Но их отвратительная особенность заключалась в том, что их было невероятно трудно убить.

Каждые двадцать четыре часа ландшафт здесь менялся. Если за это время он не успевал добраться до центральной области, все приходилось начинать сначала.

При этой мысли уголок рта Чэнь Чаншэна дернулся. Стерев с лица кровь демонического зверя, он процедил:

— Не верю я, что меня, Чэнь Чаншэна, могут остановить какие-то деревяшки и скотина! Посмотрим, сколько еще демонических зверей в этом Лесу Преисподней найдется, чтобы я их перебил!

С этими словами Чэнь Чаншэн закатал рукава. В левой руке – Кость Таоте, в правой – Меч Истинной Воинственности. За его спиной возникло видение кладбища, а над головой зажглась бронзовая Путеводная Лампада.

Грохот!

Выложившись на полную, Чэнь Чаншэн проломил больше десяти огромных деревьев и с несокрушимой мощью устремился к центру Леса Преисподней.

________________________________________

Двенадцать часов спустя.

Одежда Чэнь Чаншэна насквозь пропиталась кровью. Он снова оказался рядом с каменной стелой. Глядя на нее, он совершенно потерял дар речи. Он мог поклясться чем угодно, что в последней битве выложился на полную. Это был самый яростный бой за все его прожитые годы. Но Лес Преисподней оставался неприступен. Стоило ему отойти от стелы метров на пятьсот, как демонические звери отбрасывали его назад.

К тому же, по какой-то причине, ландшафт впереди словно нарочно играл против него. Чем дальше он продвигался, тем уже становились тропы. В пылу сражения с демоническими зверями у него просто не оставалось сил прорубаться сквозь деревья, твердые, как железо.

Пока Чэнь Чаншэн мысленно проклинал это место, окружающий пейзаж снова изменился. Прошло двадцать четыре часа.

На этот раз он также оказался на небольшом холме, но расстояние до центральной области составляло целых сорок километров. При виде этого лицо Чэнь Чаншэна не переставая дергалось.

— Специально выбрал мне место с хорошим обзором… Этот Лес Преисподней что, издевается надо мной? Ну, раз ты так хочешь поиграть, я составлю тебе компанию. Не верю, что не смогу перебить всех твоих демонических зверей!

С этими словами Чэнь Чаншэн снова ринулся вперед. И этот рывок продолжался целых сто лет.

________________________________________

Бам!

Одним ударом прикончив саблезубого тигра, Чэнь Чаншэн с бесстрастным лицом принялся свежевать тушу. Свежее мясо уже шипело на костре. Пространство вокруг стелы было устлано толстым слоем звериных шкур.

Лежа на мягких шкурах, Чэнь Чаншэн уже оставил всякую мысль о том, чтобы добраться до центральной области. Их было не перебить. Демонические звери в этом лесу были бесконечны.

Первые пятьдесят лет Чэнь Чаншэн все еще верил, что сможет истребить их всех. Но однажды он стал свидетелем события, которое повергло его в полное уныние. Неподалеку появился слабый демонический зверь. А затем из земли выросло маленькое деревце и принесло один плод. Зверь съел плод, его сила мгновенно возросла, и он стал достаточно силен, чтобы сражаться с Чэнь Чаншэном на равных.

Увидев это, Чэнь Чаншэн три дня подряд осыпал Лес Преисподней проклятиями. Теперь он был абсолютно уверен: Лес Преисподней обладал сознанием и намеренно пытался запереть его здесь навсегда.

Проругавшись три дня, Чэнь Чаншэн сменил тактику. Раз демонические звери в Лесу Преисподней бесконечны, он будет усердно совершенствоваться, станет сильнее и просто прорвется силой. Неважно, сколько их – если его сила превзойдет их, они ничего не смогут ему сделать.

Чэнь Чаншэн так и поступил. Однако, протрудившись пятьдесят лет, он обнаружил, что не только он становится сильнее, но и Лес Преисподней, и его обитатели тоже эволюционируют. Причем целенаправленно. Однажды он с помощью формации сжег большую группу демонических зверей. Через три дня звери в этом лесу уже обладали некоторой устойчивостью к огню. А через пять дней больше половины из них и вовсе перестали бояться пламени. Та же участь постигла и твердые, как железо, деревья.

Столетняя борьба пронеслась у него в мыслях. Глядя на этот неприступный Лес Преисподней, Чэнь Чаншэн устало вздохнул.

— Неудивительно, что Чжан Байжэнь рассказал мне об этом месте. Это же природная тюрьма! Если только сюда не явится какой-нибудь всемогущий эксперт и не сметет Лес Преисподней своей непревзойденной мощью, обычный человек отсюда никогда не выберется.

Сказав это, Чэнь Чаншэн посмотрел на Черныша, запечатанного в Камне Кровавого Долголетия. Со временем Паста Небесного Восполнения перестала действовать на Черныша, и Чэнь Чаншэну ничего не оставалось, как запечатать его в камне.

— Эх, Малыш Черныш! Похоже, я действительно застрял здесь. Будь на моем месте кто-то другой, исход был бы предрешен. Но я – другое дело. Я уже достиг долголетия, я не умру от старости. Значит ли это, что я буду заперт здесь очень надолго?

Малыш Черныш в Камне Кровавого Долголетия не ответил на его жалобы. Чэнь Чаншэн покачал головой и принялся коротать бесконечное время за совершенствованием.

Камень Кровавого Долголетия хоть и замедлял течение жизни, но не останавливал его полностью. В нынешнем состоянии Малыш Черныш мог прожить в камне не больше шести тысяч лет. Если за это время Чэнь Чаншэн не найдет способ выбраться из Леса Преисподней, Малыша Черныша ждет неминуемая смерть.

________________________________________

Прошло еще восемьдесят лет. Чэнь Чаншэн, помимо совершенствования и чтения, больше не предпринимал попыток прорваться через Лес Преисподней. Шестьсот сорок лет бодрствования подходили к концу, и ему предстояло погрузиться в следующий сон.

Сидя в каменном гробу Бессмертного Почтенного Ста Поражений, Чэнь Чаншэн смотрел на окружающие деревья.

— Ты держал меня в плену сто восемьдесят лет. И все эти сто восемьдесят лет я денно и нощно думал, как с тобой разделаться. И, к твоему несчастью, я действительно придумал один способ. Если ты умный, то немедленно перенесешь меня в центральную область. Иначе пеняй на себя.

Вокруг царила тишина, ничего не изменилось. Чэнь Чаншэн холодно усмехнулся.

— Хорошо. Тогда увидимся через шестьсот сорок лет. Надеюсь, ты к тому времени не пожалеешь!

С этими словами он закрыл крышку гроба и начал свой шестисотсорокалетний сон.

Каменный гроб тяжело захлопнулся. Лес Преисподней снова погрузился в тишину. Демонические звери, которые время от времени наведывались, чтобы досадить Чэнь Чаншэну, теперь старательно обходили каменный саркофаг стороной. Казалось, весь Лес Преисподней приветствовал такой поступок Чэнь Чаншэна.

________________________________________

Текли года, неумолимо бежало время. Шестьсот сорок лет – для некоторых обитателей Леса Преисподней это срок, который можно прожить лишь за несколько циклов перерождений. Рождение, бурный рост, старение, смерть, а затем – собственное тело становится пищей для новой жизни. Один цикл сменял другой в Лесу Преисподней. Будь то растения или живые существа, почти никто не мог избежать этого круговорота.

Однако был один человек, находившийся вне этого цикла – Чэнь Чаншэн, лежавший в каменном гробу.

Скрррииип…

Тяжелая крышка гроба медленно сдвинулась. Чэнь Чаншэн, чья одежда давно обратилась в прах, сел.

— Уже шестьсот сорок лет прошло? Кажется, будто я всего лишь моргнул. Система, я вдруг понял, что сон – отличный способ скоротать время.

В ответ на его слова в сознании Чэнь Чаншэна раздался электронный голос Системы:

«Носителю так кажется лишь потому, что он спал еще недостаточно много раз. Когда число периодов сна станет достаточно большим, а время – достаточно долгим, то, что сейчас кажется Носителю забавным, превратится в его величайший страх».

Услышав это, Чэнь Чаншэн скривился и пренебрежительно фыркнул:

— Система, хватит тут панику наводить. Я что, не знаю, каково это – спать? Глаза закрыл, глаза открыл – вот и все. Ничем не отличается от того, чтобы вздремнуть. Чего тут бояться?

«Сам сон не страшен. Время, проведенное во сне, – вот самый страшный враг. Когда Носитель однажды откроет глаза, он обнаружит, что в целом мире его больше никто не помнит. Даже его враги исчезнут. Это одиночество, когда тебя отвергает весь мир, – величайший страх всех живых существ».

Чэнь Чаншэн потерял дар речи.

— Система, это уже слишком. Я согласен, что все живое смертно, но чтобы меня забыл весь мир… Я все-таки довольно известная личность. Если хорошенько поискать, всегда можно найти какие-нибудь легенды обо мне. Далеко ходить не надо – те сущности в Древней Запретной Земле точно меня не забудут. Даже если пройдет сто тысяч…

«А если десять миллионов лет?» – прервала его Система. – «Носитель прекрасно понимает, что десять миллионов лет – это очень долгий срок, но однажды он достигнет этой отметки. Древняя Запретная Земля могущественна, но перед лицом миллионов лет даже она ничтожна».

Чэнь Чаншэн поджал губы и сменил тему:

— Я проспал шестьсот сорок лет, снова могу распределить очки. Интересно, сможет ли моя Защита подняться еще на один уровень?

С этими словами он открыл панель Системы, а та снова замолчала.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 1100 (Ступень Путеводной Лампады)】

【Скорость: 1160 (Ступень Путеводной Лампады)】

【Защита: 2000 (Седьмая Ступень)】

【Духовная сила: 1020 (Ступень Путеводной Лампады)】

【Запас жизни: 1280 лет】

Чэнь Чаншэн: ???

Увидев обозначение своей Защиты, он недоуменно нахмурился.

— Система, почему у моей Защиты такое расплывчатое обозначение? Система совершенствования ведь уже определилась?

«Отвечаю Носителю: хотя система совершенствования этой эпохи уже сформировалась, ступени выше шестой еще не получили названий. Поэтому невозможно дать точное обозначение».

Услышав ответ Системы, Чэнь Чаншэн на какое-то время лишился дара речи. Наконец, он выдавил:

— Система, ты невероятно дотошна.

«Благодарю за похвалу».

Обменявшись любезностями, Чэнь Чаншэн принялся потихоньку добавлять очки к Защите. Он делал это медленно, потому что хотел увидеть, насколько велик разрыв между ступенями в этой системе совершенствования. Он ожидал, что шестьсот сорок очков быстро поднимут его Защиту до Восьмой Ступени. Однако, когда все очки были распределены, обозначение Защиты так и не изменилось.

Чэнь Чаншэн: ???

— Система, почему обозначение не меняется? У тебя там что-то сломалось?

В ответ на его удивление снова раздался бесстрастный голос Системы:

«Носитель, как один из создателей системы совершенствования новой эры, вы должны прекрасно понимать, насколько велик разрыв между ступенями. Методы совершенствования Седьмой и Восьмой Ступеней уже у вас в руках. Перед сном вы потратили восемьдесят лет на совершенствование. Вы должны помнить, насколько продвинулись в Седьмой Ступени за эти восемьдесят лет. Шестьсот сорок очков характеристик эквивалентны шестистам сорока годам обычного совершенствования. Положа руку на сердце, смог бы Носитель за шестьсот сорок лет обычного совершенствования достичь пика Седьмой Ступени?»

Обдумав слова Системы, Чэнь Чаншэн не нашел, что возразить.

— Ну ты, Система… Я же просто пошутил. У тебя совсем нет чувства юмора.

«Приношу извинения. Данная Система не является живым существом и поэтому не обладает тем, что вы называете чувством юмора».

Услышав это, Чэнь Чаншэн закатил глаза и перестал обращать внимание на Систему. Небрежно накинув на себя одежду, он подошел к огромному дереву. Погладив грубую кору, он пробормотал:

— Последний шанс. Перенеси меня в центральную область.

Сказав это, Чэнь Чаншэн некоторое время молча ждал. Лес Преисподней никак не отреагировал. Тогда он приступил к осуществлению своего плана против Леса Преисподней.

________________________________________

— В ма-а-аленьком лесочке, ру-у-убим, рубим, рубим!

— Вку-у-усное мясцо, жа-а-арим, жарим, жарим!

В лесу молодой человек с голым торсом размахивал топором. Капли пота, выступившие на его коже, стекали по красивым линиям пресса.

Грохот!

Дерево высотой в триста метров с шумом рухнуло на землю. Глядя на дело своих рук, молодой человек ухмыльнулся, и срубленное дерево мгновенно исчезло.

Этим молодым человеком был не кто иной, как Чэнь Чаншэн, запертый в Лесу Преисподней. И сегодня был восьмисотый год его неустанной рубки деревьев.

Успешно выполнив дневную норму, Чэнь Чаншэн вернулся к каменной стеле и принялся готовить ужин. В честь восьмисотой годовщины выполнения своего задания он решил немного уменьшить кровопролитие. Поэтому на ужин сегодня было всего лишь два Короля Саблезубых Тигров и один медведь, размером чуть больше небольшого холма.

Шшшш…

Мясо, поджариваемое на сильном огне, аппетитно шипело, а его соблазнительный аромат разносился на многие километры вокруг. Как раз когда жаркое почти приготовилось, рядом с Чэнь Чаншэном внезапно выросло маленькое деревце. На глазах у него на этом деревце появились три кристально чистых плода. Один лишь их запах заставлял кровь бурлить – очевидно, это были редчайшие тонизирующие плоды.

Однако Чэнь Чаншэн, даже не взглянув на них, сорвал все три и раздавил ногой.

— Поздно. Запоздалая нежность хуже травы. Я не собираюсь тебя прощать. Будем биться до последнего. Кто струсит – тот собака!

С этими словами он принялся жадно поглощать жареное мясо. Видя, что его «добрую волю» отвергли, Лес Преисподней больше не предпринимал никаких действий. Казалось, человек и лес снова вступили в непримиримое противостояние.

Через час Чэнь Чаншэн расправился с ужином. Не колеблясь, он убрал оставшуюся груду костей в Системное хранилище. Закончив с «уборкой», он растянулся на подстилке из сухих листьев и уставился в небо, где никогда не было солнца.

Перед тем как погрузиться в сон, он восемьдесят лет размышлял над слабостями Леса Преисподней. После бесчисленных умозаключений он пришел к выводу, что Лес Преисподней практически неуязвим. Все здесь могло регенерировать. Даже если бы он уничтожил весь лес, тот в мгновение ока восстановился бы. К тому же, здешние живые существа и растения постоянно эволюционировали в зависимости от характера сражений. Так что, теоретически, любой, кто попадал сюда, был обречен на вечное заточение.

Но именно эта идеальная «тюрьма» и породила у Чэнь Чаншэна сомнение: действительно ли все в Лесу Преисподней может регенерировать бесконечно?

Задавшись этим вопросом, он не стал немедленно приступать к разрушениям, потому что это сомнение могло и не указывать на истинную слабость Леса. Мастер Небесных Тайн был заперт здесь шесть тысяч лет, и у него наверняка возникали те же мысли. Однако Мастер Небесных Тайн так и не смог выбраться из Леса Преисподней до самой смерти. Очевидно, эта гипотеза была неполной.

Чэнь Чаншэн долго ломал голову над этой загадкой. Пока однажды, глядя на небо без солнца, его не осенила внезапная мысль, разрешившая все сомнения: Лес Преисподней – это замкнутое пространство. Энергия внутри этого пространства постоянна, поэтому демонические звери и растения могут возрождаться бесконечно. Сколько бы он ни убивал зверей и ни рубил деревьев, пока их останки остаются в этом пространстве, общая энергия не меняется.

Чтобы разорвать этот энергетический цикл, был только один способ: превратиться в «черную дыру» и безумно поглощать энергию Леса Преисподней.

Мастер Небесных Тайн не мог применить этот метод, потому что его собственное хранилище было ограничено и не могло вместить слишком много. К тому же, хотя его совершенствование и было высоким, его личная «вместимость» также была ограничена. Учитывая масштабы Леса Преисподней, то мизерное количество энергии, которое мог поглотить Мастер Небесных Тайн, было каплей в море. После его смерти все снова вернулось бы на круги своя.

Но Чэнь Чаншэн был другим. У него было бесконечное Системное хранилище. К тому же, его система совершенствования была сильнее, чем у Мастера Небесных Тайн. Единственным недостатком системы «Совершенствования Тела» был огромный расход ресурсов. Чтобы быстро прогрессировать, лучшим способом было обильное «питание».

Сейчас Чэнь Чаншэн уже ступил на порог Седьмой Ступени. Учитывая его основу и потенциал, для достижения совершенства на Седьмой Ступени потребуется астрономическое количество ресурсов. И демонические звери Леса Преисподней могли идеально восполнить этот недостаток.

С этой мыслью Чэнь Чаншэн поднялся с земли и снова приступил к осуществлению своего плана «Черная Дыра». Но на этот раз, прежде чем рубить деревья, он вызывающе посмотрел вдаль и сказал:

— Повторяю: если передумал, перенеси меня в центральную область. Иначе я буду биться с тобой до конца.

Сказав это, Чэнь Чаншэн снова затянул свою странную песенку:

— В ма-а-аленьком лесочке…

________________________________________

Прошло еще четыреста лет. Со временем, благодаря обильному «питанию», совершенствование Чэнь Чаншэна значительно продвинулось. Вместе с ростом силы увеличилась и скорость, с которой он рубил деревья и охотился на демонических зверей.

И вот, на тысяча двухсотый год пребывания здесь, Лес Преисподней наконец не выдержал. Количество энергии, украденной этим человеком, было не таким уж и большим, но он ведь крал постоянно! Если так пойдет и дальше, даже самую высокую гору можно будет срыть до основания.

Поэтому в тот год Лес Преисподней решил уничтожить Чэнь Чаншэна. Были созданы два могущественных демонических зверя Восьмой Ступени, а бесчисленные орды других зверей приняли участие в атаке.

Столкнувшись с контратакой Леса Преисподней, Чэнь Чаншэн не отступил ни на шаг и решил принять бой в лоб. Два демонических зверя Восьмой Ступени, хоть и превосходили его по силе, не могли убить его одним ударом. В конце концов, его Защита в две с лишним тысячи очков была не шуткой. А раз звери не могли убить его с одного удара, у него появлялось время на передышку. А если есть время на передышку, он мог использовать Золотые Шелковые Нити в своем теле для постоянного восстановления.

Кроме того, созданная им система совершенствования изначально объединяла сущность, энергию и дух. Такая система обладала выдающейся выносливостью, стойкостью и способностью к регенерации. Если бы он не достиг Седьмой Ступени, возможно, возникли бы проблемы с чрезмерным расходом энергии. Но после достижения Седьмой Ступени таких проблем уже не было, потому что ступени выше шестой как раз и были созданы для компенсации этого недостатка.

________________________________________

Битва была невероятно ожесточенной. Больше половины Леса Преисподней было разрушено. Двумя кулаками не отбиться от четырех рук – Чэнь Чаншэн в одиночку не мог противостоять атакам двух зверей Восьмой Ступени и бесчисленных других тварей. Но он сражался не один. У него был еще «большой жирный шелкопряд»!

Золотой Шелкопряд Гу питался свирепыми зверями. Чэнь Чаншэн все это время держал его как свой главный козырь именно для этой решающей битвы. Если два зверя Восьмой Ступени решали атаковать Чэнь Чаншэна вместе, они действительно могли изрядно его потрепать, но тогда Золотой Шелкопряд Гу оставался без присмотра. Демонические звери ниже Восьмой Ступени были совершенно беспомощны против него. К тому же, как только Золотой Шелкопряд Гу убивал зверя, Чэнь Чаншэн немедленно забирал его труп, не давая Лесу Преисподней ни малейшего шанса на переработку.

Но если Лес Преисподней отправлял одного зверя Восьмой Ступени, чтобы сдержать Золотого Шелкопряда Гу, то давление на Чэнь Чаншэна значительно уменьшалось. Хотя его ступень и была ниже, чем у зверя Восьмой Ступени, скорость его самоисцеления была очень высокой, а арсенал приемов – разнообразным. В прямом столкновении Чэнь Чаншэн вполне мог разменять рану на жизнь, прикончив одного зверя Восьмой Ступени.

В такой напряженной схватке обе стороны сражались целых шестьдесят лет. На шестидесятый год Чэнь Чаншэн улучил момент, и три золотых луча вырвались вперед, отрубив голову одному из зверей Восьмой Ступени. Однако ценой этого стал пробитый живот и шея, перерезанная на две трети.

Вжух!

Труп зверя Восьмой Ступени был убран. Чэнь Чаншэн, мертвой хваткой вцепившись в свою едва держащуюся голову, бросился наутек.

Увидев, что труп зверя Восьмой Ступени исчез, весь Лес Преисподней взревел от ярости. Энергия, заключенная в звере Восьмой Ступени, была огромна. Потерять столько сразу – даже для Леса Преисподней это было очень болезненно.

Все демонические звери бросились в погоню за Чэнь Чаншэном. Но другой зверь Восьмой Ступени был занят Золотым Шелкопрядом Гу, а остальные твари не могли убить Чэнь Чаншэна.

Эта погоня продолжалась целый час. Через час Чэнь Чаншэн прекратил бегство. Золотые Шелковые Нити уже помогли ему исцелить смертельные раны. Медленно обернувшись, он одарил преследователей сияющей улыбкой.

— Теперь моя очередь гоняться за вами!

Увидев, что раны Чэнь Чаншэна мгновенно зажили, преследовавшие его демонические звери на мгновение замерли, а затем бросились врассыпную. Чэнь Чаншэн, которого только что гоняли по всему лесу, не мог стерпеть такой обиды и тут же начал контрнаступление.

— Эй, смельчаки, не убегайте! Кто струсит – тот собака! – кричал он им вслед, преследуя по пятам и осыпая ругательствами.

Однако убегавшие демонические звери не обращали на него никакого внимания, лишь изо всех сил устремляясь к центральной части леса. При этом они плотно окружили того самого демонического зверя восьмой Ступени, боясь, как бы Чэнь Чаншэн не прикончил и его.

Вшух!

Бесчисленные деревья, толщиной в несколько метров каждое, взметнулись из-под земли, преграждая Чэнь Чаншэну путь. Увидев, что дорога перекрыта, Чэнь Чаншэн не стал прорываться силой, а лишь крикнул снаружи:

— Трусы! Есть смелость – выходите, продолжим нашу битву! Триста раундов! Тысячу лет назад вы были такими дерзкими! Куда вся спесь подевалась? Говорю вам, не думайте, что какие-то гнилые бревна смогут меня остановить! Если понадобится, я потрачу еще тысячу лет, чтобы их срубить! Посмотрим, сможете ли вы за это время вырастить демонического зверя девятой Ступени!

Сказав это, Чэнь Чаншэн вместе с Золотым Шелкопрядом Гу по имени Сяоцзинь повернулся и ушел. Везде, где он проходил, вся растительность и живые существа исчезали, словно боясь, что Чэнь Чаншэн снова что-нибудь у них отнимет.

________________________________________

— Ай-ой!

Прислонившись к каменной стеле, Чэнь Чаншэн болезненно застонал. За шестьдесят лет кровавых битв он уже и сам не помнил, сколько раз получал смертельные раны. Если бы не прочность Золотого Шелкопряда Гу и мощь его Техники Закалки Тела Небесной Гармонии, он бы уже давно остался лежать здесь.

Кроме того, он не стал преследовать обитателей Леса Преисподней до последнего лишь потому, что не хотел доводить дело до крайности. Ему все еще нужна была их помощь, чтобы спасти Малыша Черныша. Если бы Лес Преисподней действительно решил сражаться с ним насмерть, кому бы он тогда жаловался?

Пока он размышлял, перед ним из-под земли внезапно проклюнулся маленький саженец. Ветка с одним-единственным плодом осторожно протянулась к Чэнь Чаншэну. Он искоса взглянул на «саженец», не стал отказываться, сорвал плод и принялся есть.

Хрум!

Сочная мякоть коснулась его языка, и тело Чэнь Чаншэна тут же озарилось ярким светом. Одновременно все клетки его организма словно издали радостный клич. Скрытые раны, полученные за шестьдесят лет сражений, начали быстро заживать. В области сердца Чэнь Чаншэна внезапно образовалось несколько капель крови, красных, как рубины.

Маленький плод был быстро съеден. Однако именно этот крошечный плод смог восполнить семьдесят процентов энергии, потраченной Чэнь Чаншэном за последние шестьдесят лет.

— Фух…

Выдохнув облачко мутной Ци, Чэнь Чаншэн почувствовал, как все его тело стало намного легче.

— На самом деле, нам совершенно незачем сражаться насмерть. У меня нет к тебе никаких претензий. Я пришел сюда с одной-единственной целью – спасти свою собаку.

С этими словами Чэнь Чаншэн достал Малыша Черныша, запечатанного в Камне Кровавого Долголетия. Оценив состояние Малыша Черныша, саженец слегка качнулся, словно говоря, что не желает его спасать.

— Не спеши отказываться. Я знаю, в каком плачевном состоянии Малыш Черныш, и понимаю, что на его спасение потребуется много энергии. Но я могу тебе гарантировать: всю энергию, что ты потратишь на его спасение, я тебе в будущем верну. Обещание Чэнь Чаншэна останется в силе, даже если Небо и Земля погибнут, а все сущее обратится в прах. Если ты согласишься его спасти, то, когда тебе понадобится помощь, я помогу тебе один раз. Это максимум, что я могу предложить. Если ты все еще не согласен, мне останется только применить силу. А кто из нас погибнет – ты или я – решит Небесный Путь.

В ответ на предложение Чэнь Чаншэна «саженец» молча стоял на месте, не подавая никаких знаков. Казалось, он обдумывал, выгодна ли эта сделка.

Вшух!

Перед глазами Чэнь Чаншэна все поплыло, и он оказался перед озером. В центре озера виднелся участок суши размером примерно десять на десять метров, на котором рос сияющий саженец.

Шурх-шурх!

Несколько корней вырвались из-под земли и увлекли Малыша Черныша из рук Чэнь Чаншэна.

Треск!

Камень Кровавого Долголетия был раздавлен, и Малыш Черныш очнулся. Тотчас же шар озерной воды, наполненный жизненной силой, окутал его, и бесчисленные тонкие, как волоски, корни вонзились в его тело.

Наблюдая за действиями Леса Преисподней, Чэнь Чаншэн невольно приподнял бровь. Неудивительно, что Лес Преисподней раньше наотрез отказывался спасать Малыша Черныша. Затраты энергии на подобный метод были просто неисчислимы. Восстановить кости и сухожилия божественного зверя, обратить вспять смерть – такие техники были поистине божественны.

Вшух!

Осколки Камня Кровавого Долголетия мгновенно исчезли в земле. Очевидно, Лес Преисподней сейчас остро нуждался в энергии. Увидев это, Чэнь Чаншэн тут же вывалил из своего хранилища все деревья, срубленные им за тысячу лет, и собранные туши демонических зверей, включая и тушу того восьмиуровневого монстра.

Три горы древесины и одна гора трупов. Четыре огромные кучи окружили центральную область. Исчезнувшая было энергия вернулась, и Лес Преисподней поспешно поглотил ее. Всего за десять вдохов четыре горы исчезли без следа. Потерянная энергия вернулась, и весь Лес Преисподней затрепетал.

— Я вернул тебе то, что взял. Мое обещание все еще в силе. Сколько времени тебе понадобится, чтобы его вылечить?

В ответ на вопрос Чэнь Чаншэна один из корней сформировал в воздухе несколько фраз:

«Он должен был умереть, но нечто невероятно могущественное спасло его. Чтобы обратить вспять смерть, мне нужно две тысячи лет. Кроме того, то насекомое на тебе очень сильно. Мне нужна капля его крови, чтобы взрастить новую жизнь».

Услышав срок лечения Малыша Черныша, Чэнь Чаншэн невольно скривился.

— Чтобы спасти божественного зверя, две тысячи лет – это примерно то, что нужно.

Сказав это, Чэнь Чаншэн нежно погладил Золотого Шелкопряда Гу.

— Сяоцзинь, дай ему каплю своей жизненной эссенции. Что поделать, мы ведь в долгу перед ним.

Услышав это, Золотой Шелкопряд Гу качнул своей маленькой головкой и изверг изо рта каплю белой жидкости. С ее появлением аура Сяоцзиня заметно ослабела.

Жизненная эссенция Сяоцзиня уплыла к саженцу, а в руки Чэнь Чаншэну упал кроваво-красный плод.

«Это поможет ему быстро восстановиться», – появились новые слова.

Глядя на надпись, Чэнь Чаншэн протянул кроваво-красный плод Сяоцзиню.

Вшух!

Золотой Шелкопряд Гу, только что выглядевший вялым, тут же набросился на плод и принялся его грызть.

— Хорошо. Раз мы достигли согласия, я буду спокойно ждать. Кстати, я хотел бы расчистить здесь немного земли, чтобы посадить кое-какие духовные травы. Ты ведь не будешь возражать?

«Можно!» – ответил Лес Преисподней.

Увидев ответ, Чэнь Чаншэн широко улыбнулся и достал свою мотыгу.

Двадцать лет – короткий миг в почти неизменном Лесу Преисподней. Отведенное время подошло к концу, и Чэнь Чаншэну ничего не оставалось, как снова погрузиться в сон. Впервые он делал это дважды в одном и том же месте.

Закрыв крышку гроба и позволив Золотому Шелкопряду Гу вернуться в его сердце, Чэнь Чаншэн приказал Системе продлить сон на максимально возможный срок. Начался период сна длиной в тысячу двести восемьдесят лет.

Чэнь Чаншэн уснул, и его мысли и восприятие остановились. Однако, пока он спал, мир продолжал жить своей жизнью.

Прошло две тысячи сто пятьдесят лет с тех пор, как Чэнь Чаншэн покинул Святую Землю Пурпурного Дворца. И именно в этот, две тысячи сто пятидесятый год, Глава Святой Земли Пурпурного Дворца, У Ли, принял Небесную Судьбу.

С момента появления У Ли в Срединных Землях до того, как он принял Небесную Судьбу и стал непобедимым во всей Поднебесной, прошло около трех тысяч лет. Такого поразительно талантливого человека не видели сотни тысяч лет.

Приняв Небесную Судьбу, У Ли немедленно отправился в Древнюю Запретную Землю. Перед лицом этого несравненного Владыки Небесной Судьбы даже Древняя Запретная Земля должна была проявить уважение. Однако визит не был приятным. Похоже, У Ли поссорился с кем-то в Древней Запретной Земле. Когда У Ли вышел оттуда, кто-то видел, как он указал на Древнюю Запретную Землю, словно предостерегая о чем-то.

Никто не мог понять, что происходит. По некоторым обрывочным сведениям, У Ли в свое время принял Небесную Судьбу при поддержке Древней Запретной Земли. Так почему же он теперь враждовал с ней?

Однако со временем люди перестали считать, что У Ли враждует с Древней Запретной Землей. Потому что У Ли лично отправился в поход на Священные Руины и в одной битве вытеснил их за пределы Срединных Земель.

После покорения Священных Руин У Ли собственноручно выковал копье. Это копье было брошено из Срединных Земель и, пролетев десятки тысяч километров, вонзилось в жизненную артерию Буддийского Королевства в Северной Пустыне.

— Пока это копье стоит в Буддийском Королевстве Северной Пустыни, ни одно живое существо Северной Пустыни не смеет ступить за ее пределы ни на шаг!

Голос У Ли прогремел по всему миру, достигнув ушей каждого живого существа. Одно копье подавило целый регион – такова была властность Владыки Небесной Судьбы.

Совершив эти три деяния, У Ли обнародовал все Ступени совершенствования и изменил название энергии, используемой в системе совершенствования, с духовной силы на божественную силу. С тех пор в Поднебесной воцарился мир, и весь мир совершенствующихся начал бурно развиваться.

________________________________________

Лес Преисподней.

Шла тысячная годовщина сна Чэнь Чаншэна. Лес Преисподней был все так же тих, как и прежде. Внезапно он начал дрожать. Бесчисленные мертвецы в Озере Мертвых открыли глаза.

Ссссс…

Небо было разорвано, словно ткань, и в образовавшуюся брешь шагнула человеческая фигура. Чэнь Чаншэн, несмотря на все свои ухищрения, не мог летать в Лесу Преисподней, но этого человека, казалось, ничего не сдерживало.

Осмотрев это пространство, фигура медленно опустилась перед каменным гробом.

Вшух!

Множество корней окутало каменный гроб, и открылись прозрачные пространственные врата, за которыми виднелось бесконечное море мертвецов. Увидев это, фигура улыбнулась.

— Не волнуйся, я пришел не для того, чтобы причинить ему вред. Кто угодно в Поднебесной может хотеть убить его, но только не я.

Услышав эти слова, корни, окутывавшие гроб, медленно разжались, и фигура осторожно отодвинула крышку. Глядя на Чэнь Чаншэна в гробу, фигура снова улыбнулась.

— Учитель, вы всегда умели приспосабливаться к окружающей обстановке. Даже в таком месте, как Лес Преисподней, вы чувствуете себя как рыба в воде. Вы намного сильнее меня.

Да, этой фигурой был не кто иной, как У Ли, принявший Небесную Судьбу. Чэнь Чаншэн покинул Святую Землю Пурпурного Дворца несколько тысяч лет назад, и от него не было никаких вестей. У Ли, естественно, должен был попытаться выяснить, где он. После долгих поисков У Ли наконец нашел след, что и привело к только что произошедшей сцене.

Однако, как только У Ли протянул руку, чтобы коснуться Чэнь Чаншэна, золотой свет остановил его.

«Хозяин сказал не трогать, иначе отшлепаю по заднице!»

Почувствовав сообщение от Золотого Шелкопряда Гу, У Ли сначала опешил, а затем рассмеялся.

— Учитель, ах, Учитель! Вы все так же предусмотрительны! Вы даже угадали, что я приду в Лес Преисподней! Есть ли что-то, чего вы не можете предвидеть? Жаль только, что мне скоро уходить. Наше последнее прощание, возможно, придется отложить на очень, очень долгое время. Но так и должно быть. Не всегда же другим искать вас! На этот раз ваша очередь искать нас. Кстати, я оставил вам снаружи несколько подарков. Думаю, они вам понравятся.

Сказав это, У Ли закрыл крышку гроба, повернулся и покинул Лес Преисподней. Выходя из пространственной трещины, он обернулся и сказал Лесу Преисподней:

— Мне все равно, чей ты задний двор. Если ты посмеешь навредить моему учителю, ты и те, кто за тобой стоит, умрете.

С этими словами У Ли шагнул в пустоту. Пространственная трещина закрылась, Лес Преисподней снял боевую готовность, и все вернулось в прежнее состояние.

________________________________________

Двести восемьдесят лет спустя.

— А? Почему вся моя одежда рассыпалась в прах?

Глядя на свое совершенно голое тело, Чэнь Чаншэн недоуменно нахмурился. Он носил обычную одежду, которая, естественно, не могла противостоять разрушительному воздействию времени. Однако, судя по прошлому опыту, одежда превращалась в пыль только после того, как он начинал двигаться. Сейчас же он проснулся совершенно голым, что явно указывало на то, что во время сна его кто-то перемещал.

Пока Чэнь Чаншэн гадал, что произошло, Золотой Шелкопряд Гу передал ему отрывок видения. Интересно, что фигура У Ли в этом видении была расплывчатой. Точнее, какая-то часть памяти Золотого Шелкопряда Гу была стерта – именно та часть, где У Ли говорил о своем уходе.

Посмотрев видение, Чэнь Чаншэн усмехнулся.

— Ах ты, негодник! Решил со мной в загадки поиграть! Ну что ж, раз ты хочешь поиграть, я попозже с тобой поиграю. Посмотрим, как я тебя тогда отлуплю!

Пробормотав что-то себе под нос, Чэнь Чаншэн взглянул на свою панель Системы.

【Носитель: Чэнь Чаншэн】

【Сила: 2120 (Ступень Перемещения Крови)】

【Скорость: 2280 (Ступень Перемещения Крови)】

【Защита: 3880 (Ступень Перемещения Крови)】

【Божественная сила: 2060 (Ступень Перемещения Крови)】

【Запас жизни: 2560 лет】

Глядя на свои характеристики, Чэнь Чаншэн почесал в затылке.

— Система, кстати, а каков критерий оценки этих характеристик? Ведь оценка силы – понятие весьма расплывчатое.

«Отвечаю Носителю: оценка каждой характеристики учитывает только собственную силу Носителя и не включает внешние предметы, такие как магические артефакты или формации. Однако сокровища типа Золотого Шелкопряда Гу учитываются, поскольку они стали частью тела Носителя».

— Понятно. Тогда почему, когда я повышаю одну характеристику до следующей Ступени, моя общая сила не увеличивается?

«Одностороннее повышение одной характеристики не приводит к всестороннему увеличению силы».

Услышав это, Чэнь Чаншэн задумчиво произнес:

— Кажется, я понял. Если я сейчас повышу Защиту до следующей Ступени, моя божественная сила, скорость и физическая сила останутся прежними. Чтобы их повысить, мне нужно либо совершенствоваться, либо использовать очки характеристик. А что будет, если я повышу характеристику божественной силы?

«Уровень совершенствования Носителя повысится. Хотя другие характеристики останутся прежними, при поддержке более высокого уровня совершенствования они будут расти намного быстрее. Поэтому увеличение божественной силы – оптимальный выбор. Носитель также может выбрать равномерное распределение очков характеристик».

— Резонно! Помоги мне вложить все очки характеристик в Защиту.

Система: «…»

Кажется, все мои слова были напрасны.

Приказав Системе вложить все очки характеристик в Защиту, Чэнь Чаншэн оделся и выбрался из каменного гроба. Глядя на его действия, даже Система не удержалась от комментария:

«Носитель, вы лишь обладаете долголетием, а не бессмертием. Зачем так упрямо наращивать Защиту? Что вы будете делать, если однажды столкнетесь с могущественным врагом?»

Услышав это, Чэнь Чаншэн хмыкнул:

— Система, ты не живое существо, поэтому тебе не понять эмоций живых. На самом деле, чем больше силы, тем быстрее наступает смерть.

«Я не понимаю смысла слов Носителя».

— У людей есть желания. Когда сила возрастает, они начинают стремиться к более высоким уровням. Теоретически, если я буду бесконечно вкладывать очки, то стану непобедимым. Но это всего лишь теория, которая никогда не станет реальностью. Даже если мои характеристики достигнут уровня Владыки Небесной Судьбы, разве Владыку Небесной Судьбы действительно нельзя убить?

Над словами Чэнь Чаншэна Система на мгновение задумалась, словно анализируя их.

«Но Носитель также может выбрать уединение и накопление силы на некоторое время. Когда сила станет достаточно велика, риск быть убитым значительно уменьшится».

— Теоретически это так, но чтобы достичь такого уровня, о котором ты говоришь, потребуются десятки миллионов, а то и сотни миллионов лет. Я должен буду отречься от всех чувств и желаний, скрываться десятки миллионов лет, только чтобы, выйдя из уединения, стать непобедимым и совершенно одиноким? Если так, то тебе стоило бы выбрать в Носители какой-нибудь камень. Камень ведь будет вечно лежать на одном месте.

Услышав ответ Чэнь Чаншэна, Система снова замолчала.

«Не могу понять эмоции живых существ. Зачем, имея кратчайший путь, они выбирают извилистые и трудные дороги?»

— Наверное, в этом и кроется причина рождения чудес, – усмехнулся Чэнь Чаншэн. – Если бы все шло по строгому плану, в мире не случалось бы чудес.

«Эта Система не может судить о правильности слов Носителя, но время все покажет».

Сказав это, голос Системы исчез. Чэнь Чаншэн не стал продолжать с ней болтовню, а принялся осматривать окрестности.

Он проспал больше тысячи лет. Малышу Чернышу до полного исцеления оставалось еще около семисот лет. Нужно было найти какое-нибудь занятие, чтобы скоротать это скучное время. Осмотревшись, Чэнь Чаншэн обратился к саженцу в центре озера:

— Я тут посмотрел… У тебя здесь свой собственный маленький мир, и ты, похоже, пытаешься что-то в нем развить. Но обстановка тут довольно однообразная. Может, я помогу тебе ее улучшить?

В ответ на предложение Чэнь Чаншэна саженец слегка качнулся, словно выражая согласие. Увидев это, Чэнь Чаншэн слегка улыбнулся.

— Раз ты согласен, я изложу тебе свой план. Однако тридцать процентов прибыли от этого предприятия я заберу себе. План таков…

________________________________________

— Прополите вон там. Да-да, именно там!

Несколько десятков кроликов, стоявших на задних лапах, усердно работали сельскохозяйственными орудиями. Они были одеты в одежду, как люди, и, что удивительно, умели распределять обязанности и работать сообща.

Глядя на эту процветающую картину, Чэнь Чаншэн удовлетворенно откинулся в кресле-качалке.

Семьсот пятьдесят лет назад он предложил Лесу Преисподней план по улучшению. Поначалу он все делал в одиночку. Но со временем Чэнь Чаншэн понял, что ему одному не справиться – Лес Преисподней был слишком огромен.

Так продолжалось до тех пор, пока однажды сюда не забрели два кролика. Увидев их, Чэнь Чаншэна осенило. В Лесу Преисподней так много демонических зверей! Почему бы не привлечь их к работе? Пусть их разум и не слишком развит, он мог помочь им, а ускоренное развитие, которое обеспечивал Лес Преисподней, довершило бы дело. Вскоре он сможет создать целую армию разумных демонических зверей.

Сказано – сделано. Чэнь Чаншэн попросил Лес Преисподней поймать ему несколько десятков кроликов и немного их усилил. Благодаря способности Леса Преисподней ускорять развитие и упорным усилиям Чэнь Чаншэна по пробуждению их разума, в десятом поколении этих кроликов наконец-то появился первый разумный сородич.

Начало было положено, и дальше все пошло намного проще. Кролики – существа чрезвычайно плодовитые. Меньше чем за десять лет разумные кролики распространились по всему Лесу Преисподней. Теперь именно они следили за порядком и ухаживали за всей этой территорией.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн протянул правую руку, и ему тут же подали деревянную чашу. Сделав большой глоток свежевыжатого сока из духовных фруктов, он почувствовал прилив бодрости.

— Кролик Восемнадцатый, твоя жена сегодня должна родить. Позже сходи на поле и выкопай десять тысячелетних корней женьшеня. Это будет мой подарок.

Услышав это, кролик ростом Чэнь Чаншэну по пояс, стоявший рядом, смущенно почесал за ухом. Он был заметно крупнее остальных кроликов.

Видя его смущение, Чэнь Чаншэн снова заговорил:

— Не стесняйся. Весь кроличий клан теперь под твоим управлением. Я вижу твои способности. Мы с «Саженцем» посовещались, и он выделит часть духовных растений вам в качестве вознаграждения. У вас уже сложилась определенная система, и если не будет оплаты, могут возникнуть проблемы.

Услышав это, Кролик Восемнадцатый поспешно поклонился Чэнь Чаншэну. В этот момент их разговор прервал чей-то голос:

— Чэнь Чаншэн, когда мы уже выберемся отсюда?!

Не успели слова затихнуть, как к ним подбежала огромная белоснежная «собака». Ее тело было изящным, сложением она превосходила даже вожака волчьей стаи. Когда она двигалась, ее белоснежная шерсть переливалась, словно текущая вода. На первый взгляд она казалась мягче небесных облаков.

Да, этой «большой собакой» был не кто иной, как тяжело раненный ранее Божественный Зверь Бай Цзэ!

— Малыш Черныш, ты все-таки божественный зверь, можно сказать, высший сорт среди собак. Может, будешь следить за своим поведением и не лаять целыми днями?

От этих слов Божественный Зверь Бай Цзэ мгновенно вспылил:

— Чэнь Чаншэн, это уже слишком! Я много раз говорил тебе, не называй меня Малыш Черныш! И я не собака, я – Божественный Зверь Бай Цзэ!

В ответ на его гневную тираду Чэнь Чаншэн лишь равнодушно взглянул на него.

— Я знаю, что ты Божественный Зверь Бай Цзэ. Но мне нравится называть тебя Малыш Черныш. Проблемы? Кроме того, божественный зверь – это все равно зверь, и нужно четко определять категорию. Судя по твоему телосложению, ты либо из кошачьих, либо из псовых. Кот или собака – выбирай. В любом случае, ты не человек. Так кем ты хочешь быть – котом или собакой?

Услышав слова Чэнь Чаншэна, Божественный Зверь Бай Цзэ почувствовал, как у него дергается уголок рта. Если бы не тот факт, что Чэнь Чаншэн спас ему жизнь, рискуя своей собственной, он бы точно его укусил.

— Ты силен, не спорю. Но можешь ли ты сказать, когда мы отсюда выберемся? С тех пор как я очнулся, мы торчим здесь уже тридцать лет. Тебе не скучно?

Услышав слова Божественного Зверя Бай Цзэ, Чэнь Чаншэн совершенно искренне ответил:

— А мне не скучно! Мне здесь очень хорошо. Зачем куда-то уходить?

От такого ответа уголок рта у Божественного Зверя Бай Цзэ дернулся еще сильнее.

— Послушай, даже я, божественный зверь, у которого нет никаких забот и привязанностей, не могу так говорить! А ты-то с какой стати? Ты столько всего пережил во внешнем мире, неужели твое сердце совсем не затронуто?

— А почему оно должно быть затронуто? Если душевное состояние достаточно устойчиво, все становится прекрасным. Как говорится: «Весной – сто цветов, осенью – луна; летом – прохладный ветерок, зимой – снег. Если нет праздных мыслей, тревожащих сердце, то любой сезон – прекрасен». Если не обременять себя оковами, то любое место на земле может стать раем.

Над словами Чэнь Чаншэна Божественный Зверь Бай Цзэ на мгновение задумался.

— Они не такие, как ты. Старость и смерть для них неизбежны. Ты сам-то посчитал, сколько уже здесь находишься?

При этих словах улыбка на лице Чэнь Чаншэна сменилась спокойной задумчивостью.

Он прибыл в Лес Преисподней, сражался сто восемьдесят лет, спал шестьсот сорок лет, рубил деревья тысячу двести восемьдесят лет. Затем снова спал тысячу двести восемьдесят лет, и еще семьсот пятьдесят лет ушло на улучшение Леса Преисподней. В общей сложности он провел здесь четыре тысячи сто тридцать лет.

Если бы не Камень Кровавого Долголетия, которым он запечатал некоторых своих старых знакомых, их жизненный путь, вероятно, уже подходил бы к концу.

Подумав об этом, Чэнь Чаншэн поднялся.

— Ты прав. Я действительно задержался здесь надолго. Пора бы и прогуляться.

Сказав это, он подошел к берегу озера.

— Если ты будешь развивать это место в том же направлении, оно определенно станет еще совершеннее, возможно, даже превратится в полноценный мир. Но у меня есть дела, и мне нужно на некоторое время уйти. Боюсь, я больше не смогу тебе помогать. Когда появится время, я обязательно вернусь навестить тебя.

Услышав это, несколько корней нежно обвились вокруг руки Чэнь Чаншэна, словно не желая его отпускать. Увидев это, Чэнь Чаншэн улыбнулся:

— Я знаю, ты не хочешь расставаться, но любой пир когда-нибудь заканчивается. Наша встреча была предначертана судьбой, и наше расставание – тоже. К тому же, я все еще должен тебе одно обещание. Это значит, что мы обязательно еще увидимся.

Услышав его слова, корни, обвивавшие правую руку Чэнь Чаншэна, медленно разжались. Зеленый лист, сорвавшись с саженца, опустился ему на ладонь.

«Этот лист укажет тебе путь ко мне. Если будет время, не забывай возвращаться», – ощутил Чэнь Чаншэн мысленное послание «Саженца» и широко улыбнулся.

— Договорились! Кстати, у меня есть еще один друг, он тоже ранен. Состояние примерно такое же, как у этой глупой собаки. Правда, он обычный человек, без какой-либо силы. У тебя есть способ его спасти?

Едва Чэнь Чаншэн договорил, как над саженцем сконденсировались две кристально чистые капли жидкости.

Щелк!

Веточка отломилась от деревца и превратилась в деревянный флакон. Жидкость наполнила флакон, который затем был передан Чэнь Чаншэну.

«Это Эссенция Всего Сущего. Одна капля – чтобы спасти твоего друга, вторая – чтобы защитить твою собственную жизнь. Кроме того, этот деревянный флакон сделан из моего ствола. Любое растение, помещенное в него, сохранит свою жизненную силу. Когда ты однажды вернешься, обязательно принеси мне много семян».

— Не проблема! Я обязательно принесу тебе семена со всего мира!

После последнего прощания перед Чэнь Чаншэном появилось круглое светящееся отверстие. Не колеблясь, он шагнул внутрь. А Малыш Черныш, который все это время так мечтал выбраться, прыгнул туда с такой скоростью, что и глазом моргнуть не успеешь.

________________________________________

Шлеп!

Малыш Черныш тяжело рухнул на небольшой холмик, Чэнь Чаншэн же приземлился мягко. Оглядев внешний мир, Малыш Черныш вскочил на лапы и возбужденно спросил:

— Чэнь Чаншэн, где это мы? Мы действительно выбрались?

Чэнь Чаншэн осмотрелся.

— Мы действительно покинули Лес Преисподней. Но где именно мы находимся, я и сам не знаю. Сначала нужно найти кого-нибудь и спросить. Этот негодник У Ли! Посмел заявиться и разглядывать меня, пока я спал! Вот вернусь – покажу я ему!

Сказав это, Чэнь Чаншэн выбрал случайное направление и вместе с Малышом Чернышом полетел прочь.

________________________________________

— Э-это… это Гора Черного Ветра! – прохрипел волк-яо, прижатый лапой Божественного Зверя Бай Цзэ к земле. Перед божественным зверем у него не было ни единого шанса на сопротивление.

— Гора Черного Ветра? Что это за место? Никогда не слышал, – Божественный Зверь Бай Цзэ вопросительно посмотрел на Чэнь Чаншэна. В конце концов, в голове у этого парня хранилось невообразимое количество информации.

— Дай-ка подумать… Гора Черного Ветра, кажется, это место на границе Западного Континента. Если я не ошибаюсь, отсюда до Святой Земли Пурпурного Дворца больше миллиона километров.

— Значит, это Западный Континент… Неудивительно, что мы летели полдня и не встретили ни одного человека, – сказал Божественный Зверь Бай Цзэ и отшвырнул волка-яо в сторону. – Можешь катиться! И чтобы ни слова о сегодняшнем, иначе побереги свою собачью жизнь!

— Будьте спокойны, Почтенный! Я никому ничего не скажу! – поспешно заверил волк-яо, давая клятву.

Увидев это, Чэнь Чаншэн улыбнулся, бросил волку-яо духовную траву и вместе с Божественным Зверем Бай Цзэ удалился. Глядя на ароматное духовное растение в своих лапах и на удаляющиеся фигуры человека и зверя, волк-яо пробормотал:

— Зачем этим Почтенным понадобилась Святая Земля Пурпурного Дворца? Разве она не вознеслась восемьсот лет назад?

Однако этот вопрос недолго мучил волка-яо. Это было не его ума дело. Сейчас его должно было волновать лишь тысячелетнее духовное растение в его лапах. Такое сокровище ему могло не встретиться и за всю жизнь!

— Мама, я встретил бессмертных! – волк-яо, прижимая к груди духовное растение, радостно поскакал вдаль.

________________________________________

Срединные Земли.

Глядя на пустой главный зал, Чэнь Чаншэн нахмурился.

Ушли! Все ушли! Три великие Святые Земли Срединных Земель исчезли!

Еще по пути из Западного Континента в Срединные Земли Чэнь Чаншэн начал замечать неладное. Он давно уже должен был оказаться на территории Святой Земли Пурпурного Дворца, но так и не встретил ни одного ее представителя. В недоумении он зашел в один из человеческих городов, чтобы разузнать обстановку. Однако полученные новости оказались для Чэнь Чаншэна неприемлемыми.

Восемьсот лет назад Император Пустоты У Ли вместе с тремя великими Святыми Землями Срединных Земель вознесся.

— Ц-ц-ц! Император Пустоты… Какой властный титул! Мне он нравится больше, чем «Владыка Небесной Судьбы», – Божественный Зверь Бай Цзэ бродил по дворцу, восхищаясь достижениями У Ли. – Чэнь Чаншэн, твой ученик намного превзошел тебя.

Увидев, что Чэнь Чаншэн все еще выглядит серьезным, Божественный Зверь Бай Цзэ с любопытством спросил:

— Послушай, о чем ты беспокоишься? Твой ученик сильнее тебя, разве ты не должен радоваться?

Чэнь Чаншэн повернулся к Божественному Зверю Бай Цзэ и серьезно сказал:

— У Ли – не тот человек, который может отказаться от своих привязанностей. Эта земля хранит слишком много его воспоминаний. Ни при каких обстоятельствах он бы ее не покинул. Но сейчас он ушел, да еще и забрал всех с собой. Этого достаточно, чтобы понять: с вознесением восемьсот лет назад что-то не так. Вероятно, он столкнулся с проблемами.

Услышав это, Божественный Зверь Бай Цзэ задумался.

— Может, все не так серьезно, как ты думаешь? Если бы это действительно были проблемы, почему Святая Земля Куньлунь тоже ушла?

— Этого я не знаю. Но разве ты не заметил? С тех пор как У Ли изгнал Священные Руины из Срединных Земель, о них больше ничего не слышно. Если Священные Руины спрятались из-за страха перед У Ли, то как объяснить исчезновение Древней Запретной Земли? Почему она тоже исчезла?

Тут и Божественный Зверь Бай Цзэ понял, что ситуация действительно странная.

— И что ты собираешься делать?

— Найти их! Живы они или мертвы, нужно это выяснить.

Увидев, что Чэнь Чаншэн принял решение, Божественный Зверь Бай Цзэ ничего не смог возразить. Он слишком хорошо знал его за годы, проведенные вместе. Ради какой-то «собаки» Чэнь Чаншэн в одиночку бросил вызов Лесу Преисподней. А теперь исчезли те немногие старые знакомые, что у него оставались в этом мире. Сколько бы времени это ни заняло, Чэнь Чаншэн обязательно отправится на их поиски.

Подумав об этом, Божественный Зверь Бай Цзэ спросил:

— И как ты собираешься их искать? Все в Срединных Землях видели, как Святая Земля Пурпурного Дворца вознеслась. Мы же не можем просто лететь все время вверх, верно?

Услышав это, Чэнь Чаншэн одарил Божественного Зверя Бай Цзэ выразительным взглядом.

— Ты все-таки Божественный Зверь Бай Цзэ. Согласно древним записям, ты способен понимать язык всего сущего и знать облик всех тварей Поднебесной. Ты – редчайший благоприятный зверь. По идее, ты не должен был придумать такой идиотский способ.

Оскорбленный таким пренебрежением, Божественный Зверь Бай Цзэ тут же возмутился:

— А ты тогда предложи что-нибудь! Все видели, как они улетели вверх! Как же нам их искать, если не лететь туда же?

Искоса взглянув на Божественного Зверя Бай Цзэ, Чэнь Чаншэн равнодушно произнес:

— Не стоит судить о вещах лишь по их поверхности. У Ли и остальные определенно не просто вознеслись. Если бы они отправлялись в лучшее и более комфортное место, ты думаешь, они не оставили бы мне никаких подсказок? Когда я был в Лесу Преисподней, У Ли приходил ко мне. Это явно было прощание. Исходя из этого, мои старые знакомые не должны были оставлять мне никаких зацепок. Но они допустили одну ошибку, одну оплошность в своем безупречном плане.

При этих словах глаза Божественного Зверя Бай Цзэ блеснули, и он тут же назвал имя:

— Налань Синде!

— Верно, именно он! Тогда твои раны и раны Налань Синде были примерно одинаковы. Я отправился в Лес Преисподней, во-первых, чтобы спасти тебя, а во-вторых – его. Лес Преисподней – уникальное место, я не думаю, что в Поднебесной найдется второе такое же. Если бы они забрали Налань Синде с собой, его ждала бы только смерть. Ты думаешь, Гунсунь Хуайюй допустила бы такое?

Услышав это, глаза Божественного Зверя Бай Цзэ мгновенно засияли.

— Звучит логично! Гунсунь Хуайюй по уши влюблена в Налань Синде! Она бы ни за что не позволила ему лишиться последнего шанса на жизнь. Вполне возможно, она даже оставила ему подсказку, как ее найти. Но… нет никакой гарантии. У Ли наверняка предвидел это и мог ограничить действия Гунсунь Хуайюй.

— Да, – кивнул Чэнь Чаншэн. – У Ли действительно мог бы контролировать свою ученицу. Но у меня есть еще один помощник, которого он контролировать не сможет.

— Кто?

— Бывший Святой Сын Святой Земли Мерцающего Света, Фуяо! Я спас Налань Синде, и Фуяо навсегда остался мне должен. Он слишком хорошо знает мой характер. Он знал, что я не одобрю действия У Ли, поэтому он оставит подсказку.

— А? – услышав это имя, Божественный Зверь Бай Цзэ недоуменно нахмурился. – Но, по слухам, Фуяо умер больше тысячи лет назад.

— Всего лишь отвлекающий маневр. Такие люди не умирают так просто и незаметно. А умер он или нет – мы сейчас и проверим, стоит лишь немного копнуть, верно?

Сказав это, Чэнь Чаншэн достал из-за спины лопату.

________________________________________

Святая Земля Куньлунь, Долина Бабочек.

— Послушай, а что мы делаем в Святой Земле Куньлунь? Фуяо был из Святой Земли Мерцающего Света. Если уж копать могилу, то нужно идти туда, правильно? – Божественный Зверь Бай Цзэ с недоумением оглядывал пустынный пейзаж.

Однако Чэнь Чаншэн не обратил внимания на его вопрос, продолжая внимательно изучать окружающий ландшафт. Наконец, он остановился у неприметного холмика.

— Наконец-то нашел.

Указав на холмик, Чэнь Чаншэн сказал:

— Судьба Фуяо печальна. Точнее говоря, все его несчастья были вызваны Святой Землей Мерцающего Света. Кроме той давней трагедии с уничтожением его клана, Фуяо все эти годы был связан обязательствами перед Святой Землей Мерцающего Света. Он не мог вырваться из этого болота – это был его собственный выбор. Если он при жизни барахтался в Море Страданий, неужели после смерти он позволил бы похоронить себя в грязи? Долина Бабочек – это место жительства Налань Синде. Здесь только спасают жизни и лечат раны, никогда не вмешиваясь в распри. Можно сказать, это чистое место на земле. Даже если бы это была инсценировка смерти, Фуяо выбрал бы для своей «могилы» именно это место.

Сказав это, Чэнь Чаншэн тут же принялся копать. Не успел он углубиться и на полтора метра, как лопата ударилась о что-то твердое. Вытащив находку, они увидели каменную стелу высотой около трех метров.

«Прошло много лет, а брат Чэнь все так же свободен и необуздан, как и прежде. В деле раскапывания могил никто в Поднебесной не сравнится с братом Чэнем. Раз уж брат Чэнь нашел это место, то пусть и установит надгробие для нижеподписавшегося».

Прочитав надпись на стеле, Божественный Зверь Бай Цзэ сказал:

— Чэнь Чаншэн, этот парень тебя ругает.

— Знаю. Когда раскапываешь чью-то могилу, вполне нормально, что тебя немного поругают. Кроме того, этот парень еще и смеется надо мной, что мне пришлось обращаться к нему за помощью. Эту обиду я запомнил. Придет день, и я обязательно с ним поквитаюсь.

Сказав это, Чэнь Чаншэн взмахнул правой рукой, и надпись на стеле мгновенно исчезла. Затем он кончиком меча высек на камне новую строку:

«Могила Святого Сына Святой Земли Мерцающего Света Фуяо. – Похоронщик».

Едва последний иероглиф был написан, как стела внезапно вспыхнула ослепительным светом. Затем на ней появилась трещина, из которой вылетела темная тень. Присмотревшись, они увидели, что этой тенью был Налань Синде, запечатанный в Камне Кровавого Долголетия.

Чэнь Чаншэн: (͡° ͜ʖ ͡°)✧

Вот и подсказка!

Увидев такое поразительное взаимопонимание между Чэнь Чаншэном и Фуяо, Божественный Зверь Бай Цзэ, стоявший рядом, ошеломленно вытаращил глаза.

— Послушай, да даже родные братья не всегда так понимают друг друга! Между вами что-то есть, да?

— Тьфу! – едва Божественный Зверь Бай Цзэ договорил, как Чэнь Чаншэн плюнул ему в морду. – Что ты несешь, болван! Это называется «герой ценит героя», герои всегда понимают друг друга с полуслова! Не понимаешь – значит, ты не герой. Впрочем, ты и так не герой, потому что ты вообще не человек!

От этих слов Божественный Зверь Бай Цзэ тут же взвился:

— И что с того, что я не человек? Я ничем не хуже людей! Что такого особенного в людях? Придет день, и я заведу себе много-много человеческих питомцев! Посмотрим, что ты тогда скажешь!

Услышав это, Чэнь Чаншэн искоса взглянул на подпрыгивающего на месте Божественного Зверя Бай Цзэ и равнодушно произнес:

— Хочешь – вперед. Сейчас эпоха людей. Осмелишься на такое – жди, что тебя поймают и сварят из тебя суп! По старой дружбе я тогда обязательно «съем целых пять килограмм»!

— Не зазнавайся! Люди сейчас главные, но так будет не всегда! Придет день, и Раса Яо тоже станет владыкой этого мира!

— Ладно, ладно! – Чэнь Чаншэн небрежно отмахнулся. – Тогда я заранее поздравляю Расу Яо с господством над Поднебесной. А теперь тащи Налань Синде. Сначала найдем укромное место, а там посмотрим.

Глядя на небрежное отношение Чэнь Чаншэна, Божественный Зверь Бай Цзэ не знал, что и сказать. Идея о том, что Раса Яо будет править миром, действительно звучала довольно абсурдно.

________________________________________

Безымянная пещера.

Осторожно расколов Камень Кровавого Долголетия, Чэнь Чаншэн капнул каплю Эссенции Всего Сущего в рот Налань Синде. Как только эссенция попала внутрь, тело Налань Синде озарилось мягким светом. Его меридианы и кости начали восстанавливаться. Хотя Чэнь Чаншэн уже во второй раз видел это божественное средство, он все равно не мог не восхититься:

— Преображение костей и смена сухожилий… Это средство поистине поражает воображение! Если Лес Преисподней обладает такими чудесными способностями, то насколько же должен быть могущественен тот, кто его создал?

— Не спрашивай меня. Я всего лишь собака, ничего не знаю, – буркнул Божественный Зверь Бай Цзэ.

Видя, что Божественный Зверь Бай Цзэ все еще дуется, Чэнь Чаншэн улыбнулся и принялся внимательно наблюдать за состоянием Налань Синде. Через два часа преображение Налань Синде завершилось. Его плотно сомкнутые веки дрогнули и медленно открылись.

— Парень, ты проспал довольно долго!

Увидев Чэнь Чаншэна, Налань Синде поспешно поднялся и поклонился:

— Приветствую вас, Учитель!

— Оставь эти формальности, мне это не нравится. Раз я здесь, ты должен знать, о чем я хочу спросить.

Оглядев окружающую обстановку и посмотрев на серьезное лицо Чэнь Чаншэна, Налань Синде горько усмехнулся:

— Учитель, перед уходом Небесный Император велел мне не раскрывать вам никакой информации. Теперь вы спрашиваете меня… разве это не ставит меня в затруднительное положение?

Услышав это, Чэнь Чаншэн размял плечи и достал из-за спины линейку.

— Парень, У Ли смылся слишком рано, я не успел с ним разобраться. Теперь ты слушаешь его, а не меня. Думаешь, я не смогу с тобой разобраться?

Видя, что Чэнь Чаншэн настроен серьезно, Налань Синде поспешно взмолился о пощаде. Когда-то в Святой Земле Пурпурного Дворца он несколько лет служил этому Учителю в качестве мальчика-прислужника. Во всей Святой Земле Пурпурного Дворца, от Святого Владыки до простых учеников, не было никого, кто бы не боялся линейки в руках Чэнь Чаншэна. Однажды У Ли, кажется, принял какое-то неверное решение, и Чэнь Чаншэн отчитывал его целый час. Если бы У Ли к тому времени уже не был женат, ему бы точно досталось линейкой.

Кроме У Ли и других высокопоставленных лиц, все представители молодого поколения Святой Земли Пурпурного Дворца отведали линейки Чэнь Чаншэна, включая Цзы Нин и Гунсунь Хуайюй.

— Раз знаешь, что нужно бояться, значит, рассказывай все как есть. Почему У Ли забрал всех с собой? Что, черт возьми, произошло?!

В ответ на вопрос Чэнь Чаншэна Налань Синде тихо вздохнул:

— В то время я уже был запечатан в Камне Кровавого Долголетия. Поэтому я не очень хорошо знаю, что произошло в Святой Земле. Однако, когда Хуайюй приходила ко мне поболтать, она кое-что упоминала. Эта история началась после того, как Учитель покинул Святую Землю, с приходом одной женщины…

________________________________________

Прошло два часа. Налань Синде рассказал все, что знал. Выслушав этот обрывочный рассказ, Чэнь Чаншэн нахмурился.

— Нижний мир неполноценен? Я уже во второй раз слышу это название – «Нижний мир». Похоже, уход трех великих Святых Земель связан с их происхождением. Скажи мне, У Ли был уверен в успехе этого предприятия?

Налань Синде улыбнулся:

— Учитель, вы знаете Небесного Императора лучше меня. Если бы он был уверен, стал бы он так скрывать это от вас? Перед уходом Хуайюй пришла ко мне попрощаться в последний раз. Хотя ее голос был спокоен, я понял, что она уже была готова умереть.

— Глупости! – услышав это, Чэнь Чаншэн наконец не выдержал и вспылил. – Я много раз говорил ему, что в таких делах нужно сначала все обдумать, а потом действовать! Сколько лет он всего лишь носит титул Владыки Небесной Судьбы, а уже осмелился повести столько людей в опасное место! И Лин Няньшэн тоже! Ввязалась в эту авантюру вместе с мальчишкой! Неужели она думает, что прошло несколько тысяч лет, и я больше не смогу ее контролировать?

Выплеснув свой гнев, Чэнь Чаншэн протянул правую руку.

— Давай сюда!

Увидев это, Налань Синде горько усмехнулся.

— Учитель, подсказку, которую оставила мне Хуайюй, забрал Небесный Император. К тому же, путь на Небеса уже прерван. Даже если бы мы знали способ, мы бы не смогли туда попасть.

— Я говорю не о подсказке Гунсунь Хуайюй. Фуяо, спрятав тебя, наверняка оставил и другие способы. Ты собираешься сначала получить порку, а потом отдать, или отдашь сразу?

Раз уж разговор зашел так далеко, Налань Синде понял, что скрывать бесполезно. Он достал нефритовую табличку.

— Фуяо сказал, что это тайная тропа, по которой могут пройти лишь один или два человека. И после одного использования она станет бесполезной. Учитель, вы хорошо подумали?

Не колеблясь, Чэнь Чаншэн выхватил нефритовую табличку из рук Налань Синде и холодно сказал:

— О моих размышлениях тебе беспокоиться не стоит. Меня сейчас больше интересует, о чем думаешь ты. Твоя жена в неизвестности, между жизнью и смертью, а ты, как ее муж, собираешься просто сидеть сложа руки?

В ответ на упрек Чэнь Чаншэна Налань Синде беззаботно улыбнулся.

— Учитель шутит. Я всего лишь обычный смертный. Что я могу сделать? Мое самое большое желание – путешествовать и смотреть на мир. Я не хотел отдавать вам эту нефритовую табличку только потому, что беспокоился о вашей безопасности, Учитель.

— Говори по-человечески!

— Я хочу найти свой собственный Путь, а затем прикончить тех, кто причинил зло моей жене! Вы забрали нефритовую табличку, как же я теперь туда попаду?

Услышав это, Чэнь Чаншэн улыбнулся.

— Яблоко от яблони… Все вы упрямцы. Я только что мимоходом помог тебе открыть Источник Духа. Теперь ты тоже считаешься совершенствующимся. После преображения ты уже можешь совершенствоваться. А как далеко ты сможешь зайти – зависит от твоей собственной удачи. Так что теперь можешь катиться. Видеть тебя не могу.

В ответ на «гневное» изгнание Чэнь Чаншэна Налань Синде почтительно поклонился и повернулся, чтобы уйти.

— Подожди! – Чэнь Чаншэн окликнул его, когда тот уже был на полпути. – Ресурсов для совершенствования достаточно? У меня тут еще кое-что есть. Кроме того, у тебя, кажется, нет хорошего метода совершенствования.

Услышав это, Налань Синде слегка склонил голову и улыбнулся:

— Учитель странствует по реке времени, полагаясь, вероятно, не на ресурсы для совершенствования и методы, верно? Я прочел несколько книг и хочу найти в них истину этого мира. Честно говоря, я считаю, что совершенствующиеся не должны быть такими грубыми, как те Семьдесят Две Волчьи Сигнальные Башни.

— Ха! Силы немного, а гонору хоть отбавляй! Что ж ты не сказал этого в лицо Гунсунь Хуайюй?

— Я – человек, любящий свою жену. Как я мог бы ранить ее сердце?

— Боишься жены – так и скажи, к чему эти высокопарные речи. Путь на Небеса я тебе найду новый, чтобы ты не говорил, что я у тебя что-то отнял. Раз уж хочешь идти своим путем – катись! Когда достигнешь великого свершения на своем Пути, я приду к тебе и посмотрю, что это за Путь такой.

Выслушав это, Налань Синде широким шагом вышел из пещеры, вступая в бурлящий мир смертных.

________________________________________

— Эх… – вздохнул Чэнь Чаншэн, когда Налань Синде ушел. – Сплошные проблемы от них всех. Пойдем, соберем останки этих упрямцев. Люди должны возвращаться к своим корням. Нельзя позволить им одиноко скитаться где-то там.

Западный Континент.

— И это тот самый Путь на Небеса, о котором говорил Фуяо? – Божественный Зверь Бай Цзэ с сомнением смотрел на почти полностью разрушенный алтарь.

Чэнь Чаншэн, стоявший рядом, тоже чувствовал, как у него подергивается уголок рта. Ему казалось, что Фуяо его подставил. Человек и зверь долго молчали, наконец, Божественный Зверь Бай Цзэ заговорил первым:

— Чэнь Чаншэн, по этому Пути на Небеса все равно придется идти. Но прежде чем мы ступим на него, можешь ли ты честно сказать, что у тебя на уме?

В ответ на вопрос Божественного Зверя Бай Цзэ Чэнь Чаншэн повернулся и улыбнулся:

— А если я скажу тебе, что готов сражаться насмерть и не отступать, что ты будешь делать?

— Ты вообще умеешь разговаривать?! Даже если ты собираешься сражаться насмерть, ты должен был сначала заманить меня на этот Путь на Небеса, а потом уже говорить! А теперь ты вдруг все выложил, и я даже не знаю, что ответить! На этот раз я сделаю вид, что ничего не слышал. Скажи еще раз.

Глядя на упрямство Божественного Зверя Бай Цзэ, Чэнь Чаншэн улыбнулся.

— Ладно, не буду тебя дразнить. Я просто хочу собрать останки своих старых знакомых.

Услышав этот ответ, Божественный Зверь Бай Цзэ посмотрел на него с явным недоверием.