Я стала невестой монстра KIM Young Hee Если бы всё было так, она бы просто не появилась на свет. Первые близнецы королевского рода считались дурным знамением, и Роэлин стёрли из всех записей, заточив в Отдельном Дворце. Судьба обошлась с ней жестоко, но вместо сестры-близнеца её отправили в невесты чудовищу… «А это, пожалуй, неплохо». Выбраться из этой огромной клетки — и стать женой императора-монстра. «Добро пожаловать в Сероиф, принцесса Эрита». «Для меня честь, что лидер Империи встречает меня так». Роэлин ехала в Империю с твёрдым намерением. Но Кергель, которого все называли чудовищем, оказался на удивление мягким. «Роэлин. Тебе очень идёт это имя». Он считал, что оно звучит даже лучше настоящего. Сможет ли она, когда сердце колотится от одного его вида, спокойно играть роль фальшивой невесты рядом с Кергелем? ==================== Обложки 1 [[image:/storage/reader-images/a780511bf4a70d724e306d596a3e329ab4d8ff0a.jpg]] ---------- Фальшивая принцесса отдельного дворца "Ни за что! Нет!" Эрита резко повысила голос. Ленофф сидел наискось, чувствуя себя оскорбленным этим голосом, прежде чем он сузил лоб. "Эрита, не думай, что ты мне нравишься, что я даже потерплю, если ты переступишь эту черту". "Он, но брат, нет - Ваше Высочество! Я действительно не могу выйти замуж за этого монстра. Я даже не хочу этого!" Эрита пыталась умолять своего брата Леноффа, но вскоре упала на колени и начала умолять. Как он и говорил, между ними явно возникла "симпатия". Для Леноффа - короля Ракаина - какая честь была бы взывать к нему, поддерживая его собственную власть, а не просто сохраняя его кровь и плоть? "Ваше Высочество, пожалуйста, сжальтесь надо мной......". "Стать императрицей. Разве это не лучше для тебя, чем просто выйти замуж за ракайнского аристократа?" "Что я буду делать, когда стану императрицей? Стать императрицей этой дикой и нецивилизованной страны, которая заставляет тебя жить с такими чудовищами? Я вообще не смогу прожить и одного дня. Я лучше прикушу язык и умру". "Эрита! Но все же... как ты вообще могла такое сказать? Неужели ты забыла, что твои мать и брат вместе с тобой?" Как только Эрита в бреду произнесла эти крайние слова, ее мать - вдовствующая королева Каролина, которая до этого момента молчала, сурово ответила. Тогда Эрита ответила, глядя на нее своими голубыми, полными слез глазами. "Тогда что же мне делать! Ты хочешь, чтобы я навсегда стала женой чудовища? С чего бы это? С чего бы это!" "Эрита, перестань быть такой незрелой. Не можешь же ты в самом деле отказаться от предложения императора Сероифа?" Ленофф надавил на виски, чувствуя подступающую головную боль. Эрита пожевала губами и вскоре придумала что-то еще, отчего ее глаза заблестели. "Ах! Тогда мы можем просто отослать ее!" "Что?" "Подделку из этого Отдельного Дворца. Почему бы тебе не отослать ее вместо меня?" "Отдельный дворец...... Скажи что-нибудь, что имеет реальный смысл, Эрита." Ленофф покачал головой и нахмурился. Однако Эрита не сдавалась и продолжала. "Почему это не имеет никакого смысла? Мы все равно выглядим одинаково. Так что это не то, что они могли бы распознать". "Эрита, стоп......" "Вдобавок, это неплохая идея воспользоваться случаем, чтобы убрать моего зловещего близнеца. Не так ли, мама?" Эрита повернула голову и посмотрела на Каролину. "И мать, и наш покойный отец изо всех сил старались скрыть ее присутствие. С рождением близнецов, которых раньше не было, она снова переживает тяжелые времена." "......" Каролина ожесточилась, слушая дочь. Она была крайне чувствительна к этому вопросу, считая необычное рождение близнецов своим позором. Эрита не отступала от темы, сверкая глазами и убедительно продолжая свои слова. "Так что, если ты воспользуешься случаем и отошлешь ее, все в конечном итоге будут довольны. Ты тоже будешь счастлив избавиться от проблем". "....А как насчет тебя? Что вы собираетесь делать? Что вы планируете делать после того, как отправите эту девушку под прикрытием своего имени?" Каролина, казалось, была потрясена на мгновение словами Эриты, но вскоре она покачала головой и начала открывать рот. Затем Ленофф тоже кивнул, словно только что согласился со своей матерью. "Если ты собираешься сделать то, что сказала, то тебе придется жить, скрывая свое имя и даже собственное существование - все скрывать до конца жизни. Если обнаружится, что ты солгала Сероифу и даже прислала ему фальшивую невесту, я не справлюсь с этим". "Я буду жить как мертвая - вечно! Как человек, которого даже не существует в этом мире, я могу так жить. Я лучше совсем откажусь от своего имени, чем буду жить с этим чудовищем". Эрита мгновенно ответила, даже не задумываясь о предстоящих проблемах, на которые только что указали ее мать и брат. В то самое время, когда Каролина начала вздыхать по поводу своих незрелых и неуклюжих действий, Ленофф прижал руку к середине лба, прежде чем открыть рот. "Я больше не могу слушать эту твою чушь. Убирайся отсюда, Эрита". "Ваше Высочество!" "Национальный брак состоится безоговорочно. Поэтому тщательно подготовьтесь к нему, пока вы окончательно не уедете в Империю". "Ваше Высочество! Нет, брат! Ты действительно собираешься сделать это...!" Эрита вскочила со своего места в приступе ярости. Однако Ленофф лишь холодно смотрел на нее и вместо этого начал повышать голос. "Тогда, что ты собираешься делать! Ты хочешь, чтобы я первым отказался от брака, о котором просил Сероиф? Если бы ты решила выйти замуж за Сероифа, то смогла бы объединить не только весь наш Ракейн, но и весь континент Сезан! Но ты все равно хочешь выступить против этого Сероифа?" "Поэтому, фальшивка в этом Отдельном Дворце......" "Опять эта ерунда!" Ленофф был зол на свою незрелую сестру. С другой стороны, Эрита только кусала губы, глядя на него, и в конце концов вышла. "Потому что я не настолько зрелая, чтобы..." Ленофф щелкнул языком и открыто показал свое неодобрение. Затем, обеспокоенная Каролина вскоре открыла рот со вздохом. "Если возможно, я бы хотела сделать так, как говорит Эрита. Это действительно решит все эти проблемы". "Это совершенно невозможно, мама. Эрита - может ли этот ребенок действительно отказаться от нашего имени и жить так, как будто она полностью мертва?" Ленофф снова покачал головой. Слова Эриты были заманчивы, но в итоге он устоял. ---------- Фальшивая принцесса отдельного дворца Бах! Дверь тут же распахнулась. Роэлин встала в изумлении при виде неожиданного незваного гостя. "......" Это была не кто иной, как ее родная сестра-близнец Эрита, которая вошла в спальню Роэлин. Эрита прошла внутрь, как будто это была ее собственная комната, и осмотрелась, после чего нахмурилась. "О Боже, здесь ужасно грязно. Что за обстановка в этой комнате? Я даже не знаю, живут ли здесь люди на самом деле или это просто место, где разводят животных. Это действительно рассадник? Действительно, я просто кормлю зловещую подделку, поскольку в них все еще течет кровь императорской семьи". Эрита с сарказмом открыла рот. Лицо Роэлин мгновенно побледнело, как только она ее услышала. "Ты действительно переходишь черту". "Слишком много? Что, я сказала что-то, что на самом деле неправда? Здесь все равно негде присесть, грязно. Мне кажется, я могу заразиться ужасной болезнью, просто дыша ею". Эрита достала носовой платок и прикрыла нос и рот. Наверное, она сделала это специально, чтобы покрасоваться перед Роэлин. Редко, но иногда она приходила к Роэлин и говорила ей обидные вещи. Когда ей что-то не нравилось или когда ей нужно было как-то выплеснуть свой гнев. Возможно, сегодня снова был именно такой день. "Ты, иди сюда и садись". Эрита сидела на стуле, опустив глаза на пол перед собой. Роэлин подошла к указанному месту и опустилась на колени, подавляя в себе прилив унижения. Затем Эрита села, прислонившись к ее спине, наклонилась вперед и протянула руку. Она взяла Роэлин за подбородок и повернула его влево и вправо. "Все точно так же...... и нет ничего, что можно было бы обнаружить". Эрита недовольным тоном бормотала про себя бессмысленные слова. Однако Роэлин даже не хотела знать, что она имела в виду. Она лишь хотела, чтобы Эрита поскорее ушла. Отдельный дворец. Это была тюрьма, где Роэлин родилась и где ей пришлось жить до сих пор. В то же время она была единственной узницей, которая могла отдавать приказы даже служанкам, стоящим у дверей - якобы так. Она не хотела, чтобы к ней вторгалась ее сестра-близнец. Но вопреки отчаянным желаниям Роэлин, Эрита, казалось, не желала уходить. Вместо этого она просто отдавала распоряжения служанке, стоявшей прямо перед воротами. "Почему в этой спальне так холодно? Разведите огонь прямо сейчас и принесите прохладительные напитки". "Да, принцесса". Служанка немедленно выполнила приказание Эриты и вышла за дверь. Вскоре после этого вошли еще несколько служанок и начали деловито работать. Тем временем Роэлин все еще стояла на коленях перед Эритой. Ощущения в ногах давно исчезли, так как кровь больше не текла должным образом. Но никому не было дела до состояния Роэлин - даже служанкам, приставленным к Роэлин, не было. Они были заняты тем, что выполняли приказы Эриты, а не своего господина. В камине горела охапка дров, которую трудно было заметить даже в холодный зимний день, а на столе уже стояли роскошные яства, которых Роэлин никогда не пробовала. Она сразу почувствовала, что служанки, которые даже не притворялись, что слушают, действовали так быстро по приказу Эриты. Внутри не было ни одного человека, который бы спрашивал волю своего хозяина, Роэлин. И Эрита принимала все как должное. "Все, уходите". "Да, принцесса". Как только приказ Эриты подействовал, служанки поклонились в знак уважения и вышли из спальни. Остались только Эрита и Роэлин - сестры-близнецы. "...... Чай ужасен на вкус". Эрита отпила глоток чая и поставила чашку на место, ворча себе под нос. Но Роэлин просто смотрела вниз, не проявляя ни малейшей реакции. Голубые глаза Эриты сузились, когда она уставилась на всю эту ситуацию. "Не могу поверить, что мне не пришло в голову использовать это, когда у меня уже готова такая хорошая замена". Эрита снова пробормотала что-то, чего Роэлин никак не могла понять. Затем раздался сладкий аромат, сопровождаемый хрустом откусываемого печенья или чего-то тонкого. "Эй, смотри вверх". внезапно приказала она Роэлин. Роэлин медленно подняла голову и посмотрела вверх на Эриту. Женщина с таким же лицом, как у Роэлин, смотрела на себя снизу вверх, как будто рассматривала простое насекомое. Эрита Ракайн. Эрита была королевской дочерью, которую любили все. После десяти месяцев совместного пребывания в утробе матери она появилась на свет, однако Эрита и Роэлин были совершенно разными. Единственная причина заключалась в том, что Эрита появилась на свет раньше Роэлин. А тот факт, что она родилась чуть позже Эриты, превратил ее в зловещее существо. "Как могла такая, как ты, родиться вместе со мной?" Эрита с отвращением нахмурилась. "Я не могу поверить, что близнецы, которых никогда раньше не было в королевской семье, родились вместе со мной". Не сказав ничего нового, Эрита нарочито вздохнула, словно желая обратить на это внимание. Затем Эрита посмотрела на Роэлин такими ледяными глазами и начала пожимать плечами. "Но что я могу сделать? Она все еще моя сестра. Не знаю, почему я такая мягкосердечная. Зловещие близнецы - я действительно чувствую себя комфортно, когда притворяюсь невеждой." 'Я буду благодарна, если ты продолжишь притворяться, что не знаешь' (Роэлин). Роэлин сдержала то, что хотела громко сказать. Она просто устала от мерзкого поведения своей сестры-близнеца, которая иногда приходила к ней и даже ранила ее живот. Перевод deabigail С вас оценка 5 - С меня глава ---------- Фальшивая принцесса отдельного дворца (3) Именно тогда Эрита неожиданно сменила тему. “Ах, ты ведь ещё не знаешь?” “…Да?” “Император Сероифа прислал мне брачное предложение.” “А…Вот как. Поздравляю.” Роэлин на мгновение растерянно моргнула, а затем, спохватившись, склонила голову. [Если сам Император Сероифа прислал брачное предложение, то, разумеется, предназначалось оно Эритe.] [Неужели она пришла сегодня только для того, чтобы похвастаться этим?] [Стать Императрицей Великой Империи, занимавшей половину континента Цесан…] Однако вопреки ожиданиям Роэлин Эрита ответила совершенно неожиданно: “Ну…И кого же на самом деле следует поздравить?” “…Что?” Роэлин с любопытством подняла глаза. Эрита поднялась со своего места и посмотрела на неё сверху вниз. На её губах появилась странная, почти зловещая улыбка. После этого она развернулась и ушла, словно ничего необычного не произошло. “Что, чёрт возьми, она имела в виду?” Роэлин пробормотала себе под нос, глядя на дверь, за которой только что скрылась Эрита. Но ответа она так и не получила. [Нет…В глубине души Роэлин даже не ожидала, что когда-нибудь сможет найти хоть какой-нибудь ответ.] *** Однако вскоре Роэлин всё-таки узнала правду. “…Что это?” Голубые глаза Роэлин широко распахнулись. Напротив неё холодным, безжалостным взглядом смотрела пара таких же голубых глаз. “Я говорил совершенно буквально. Отправляйся в Империю Сероиф. Стань женой Императора Сероифа…вместо Эриты.” “…Ваше Величество.” Лицо Роэлин мгновенно побледнело. Эта неожиданная новость настолько потрясла её, что она некоторое время не могла прийти в себя. Но вскоре, собравшись с мыслями, Роэлин покачала головой. “Это несправедливо. Как я могу заменить её? Тем более стать женой Императора Сероифа вместо собственной сестры? Я не могу…” “Ты сейчас осмеливаешься ослушаться меня?” Ленофф холодно перебил её. Роэлин нервно сжала губы и прикусила их. [Да, наедине они были братом и сестрой. Но Ленофф никогда не относился к ней как к настоящей младшей сестре.] [И сейчас перед ней стоял не старший брат.] [Перед ней был Король Ракаины, отдающий приказ своей подданной.] [Он приказал ей стать фальшивой женой Императора Сероифа, заняв место собственной сестры-близнеца, которая внезапно исчезла.] [Неужели именно поэтому он вызвал меня сюда?] Роэлин изначально ни на что не надеялась, но всё равно почувствовала горечь и разочарование. Ей даже стало смешно от собственной наивности, от того, что какая-то часть её всё ещё надеялась услышать от брата нечто иное. Её внезапно вызвал сам Король Ленофф, причём глубокой ночью. Служанки Отдельного дворца были ошарашены и растеряны. Они никогда прежде не сталкивались с подобным приказом, поэтому совершенно не понимали, что происходит. Роэлин лишь недавно успела наскоро привести себя в порядок и переодеться, после чего последовала за сопровождающим в Главный дворец. До последнего момента она и представить не могла, что брат вызвал её ради такого. [Ей предстояло занять место собственной сестры-близнеца и стать Императрицей Сероифа.] [Обмануть человека, который сделал предложение Эритe, и вместо неё стать его женой.] Роэлин заговорила спокойно, хотя внутри у неё всё переворачивалось от горечи. “Разве я посмею ослушаться прямого приказа Короля? Я лишь хотела понять, действительно ли смогу справиться с возникшими передо мной обстоятельствами…” “Какая самонадеянность.” Ленофф безжалостно оборвал её. Роэлин с досадой посмотрела на него. Он продолжил, по-прежнему глядя на неё с неприязнью: “Я никогда не позволял тебе беспокоиться о подобных вещах. А ты смеешь принижать мой приказ, называя его всего лишь прикрытием?” Роэлин уже хотела открыть рот, чтобы объясниться. Но после его слов тут же передумала. [Что ещё она могла сказать?] [Особенно человеку, который даже не собирался её слушать.] [Ей никогда не позволяли говорить то, что она действительно думала.] Длинные ресницы Роэлин медленно опустились. Она какое-то время молчала, не поднимая глаз. Повисшая тишина явно пришлась Леноффу не по душе, между его бровей появилась глубокая складка. И тогда Роэлин снова подняла голову и посмотрела прямо на него. “Я исполню ваш приказ.” “Разумное решение. Рад, что ты наконец ответила именно так. К тому же у меня и без того достаточно проблем с Эритой.” Ленофф кивнул, разглаживая нахмуренные брови. Роэлин медленно поднялась со своего места, молча выслушав его. “Тогда я могу идти?” “Иди. Уже очень поздно.” Ленофф на мгновение задумался, а затем добавил: “И ещё. По некоторым вопросам нам стоит последовать совету главы государства. В том числе и относительно переезда в собственный дворец Эриты.” “Да, Ваше Величество.” Роэлин склонила голову. Ленофф махнул рукой, словно уже сказал всё, что хотел. Роэлин ещё раз вежливо поклонилась и медленно развернулась. Она открыла дверь и уже собиралась выйти, но вдруг остановилась и снова оглянулась. Ленофф поднялся со своего места и озадаченно посмотрел на неё. “Что такое? Ты хотела мне что-то сказать?” Роэлин всё ещё смотрела на его раздражающее лицо. Затем тихо и совершенно спокойно спросила: “Вы знаете моё имя?” “Твоё имя? Я должен его знать? Теперь ты всё равно будешь просто “Эритой”.” Ленофф нахмурился, словно не понимал, к чему она клонит. Роэлин лишь беззвучно улыбнулась и кивнула. “Да. Этого достаточно.” “Что? Что именно достаточно…” Но Роэлин уже не стала его слушать. Она отвернулась и вышла за дверь. На её лице было написано сожаление - глубокое, почти незаметное, но от этого не менее настоящее. “Хорошо. Я всё поняла.” Роэлин продолжила идти по коридору. Однако теперь её лицо казалось гораздо спокойнее. Словно человек, наконец избавившийся от последних сомнений, которые долго не давали ему покоя. [На самом деле это даже к лучшему…Если это действительно мой путь наружу из этой огромной тюрьмы.] ---------- Император-чудовище Кергель (1) “Кажется, мы наконец прибыли в столицу, принцесса.” Служанка, сопровождавшая Роэлин в карете, выглянула в небольшое окно и радостно заговорила. Роэлин, всё это время сидевшая с аккуратно сложенными на коленях руками, тоже посмотрела в окно, а затем повернула голову к служанке. “Вот как.” На всём пути через горы Самальта, отделявшие Ракаину от Сероифа, шёл дождь. И лишь теперь, наконец, выглянуло солнце. Его лучи проникали сквозь маленькое окно кареты и падали прямо на лицо Роэлин. Она слегка нахмурилась от яркого света, а затем бросила ещё один взгляд наружу. Только тогда, словно осознав свою ошибку, она поспешно задёрнула занавески. Лишь когда солнечный свет перестал проникать внутрь, её глазам стало комфортнее. Однако Роэлин снова закрыла глаза. Не потому, что свет был слишком ярким или причинял неудобство. Она просто хотела успокоить мысли и привести их в порядок. Служанка, сидевшая напротив, словно поняла её намерение, поэтому не издала ни единого звука. Внутри кареты установилась тишина. Зато снаружи жизнь кипела. Слышался цокот копыт, голоса прохожих, звонкий смех и множество других звуков, сливавшихся в единый шум. “Открой занавески.” Роэлин вновь открыла глаза и отдала приказ служанке. “Да, принцесса.” Служанка тут же потянула за занавес. Солнце уже сместилось, поэтому теперь его лучи не били прямо внутрь кареты. Роэлин медленно посмотрела наружу. Столица Империи Сероиф. [Она совершенно не походила на столицу Ракаины.] [Отличались и одежда людей, и архитектура зданий.] Но больше всего Роэлин поразила атмосфера, царившая здесь. [Все выглядят такими счастливыми.] Люди, попадавшие в её поле зрения, казались необычайно живыми и энергичными. Из-за движения кареты было трудно рассмотреть каждого в подробностях, но даже так невозможно было не заметить: улицы буквально переполняла жизненная энергия. [Совсем не так, как улицы Ракаины.] [Там никто не выглядел счастливым.] [Даже знатные люди не казались довольными своей жизнью.] Вот женщина с иссушенным, безжизненным лицом шла в роскошном платье под зонтом, который над ней держала служанка. Неподалёку несколько аристократов разговаривали, не выпуская изо рта курительных трубок. На их лицах отчётливо читалась скука. А простолюдины, одетые в старую, потрёпанную одежду, словно носили на лицах все тяготы своей жизни. С одной стороны, они с восхищением поглядывали на знать, не решаясь приблизиться. Но с другой, поспешно прятали взгляды, в которых отчётливо читались гнев и ненависть к тем же аристократам. [А здесь?] [Что насчёт людей, которых она видела прямо сейчас?] “Ты ведь говорила, что Сероиф - это место, где у тебя есть возможность подняться выше благодаря собственным способностям?” “Что?” Слова невольно сорвались с губ Роэлин. Служанка тут же переспросила, а затем тоже посмотрела в окно. Роэлин покачала головой, словно ничего особенного не произошло. [Именно это было одной из причин, по которым её сестра-близнец, Королевская семья и знать Ракаины презирали Империю Сероиф, считая её варварской.] [Всё дело было в том, что система сословий в Сероифе так и не была окончательно закреплена.] [В Ракаине всё решалось уже в момент рождения.] [Человек навсегда получал статус знатного или простолюдина, и сохранял его до самой смерти.] [Но Сероиф был совершенно иным.] [Хотя Император являлся высшим правителем государства, простым людям было гораздо легче изменить своё положение в обществе - единственным исключением оставался сам Император.] [Если человек развивал свои способности благодаря собственным усилиям и мог доказать окружающим, чего стоит, перед ним действительно открывалась возможность подняться выше.] [Звучало почти как сказка.] [Если бы я родилась в Сероифе…прожила бы я тогда совсем другую жизнь?] [С самого рождения на неё навесили клеймо зловещей близняшки.] [А теперь, наконец, появился шанс навсегда покинуть Отдельный дворец.] Роэлин продолжала смотреть в окно, и в её взгляде смешивалось множество противоречивых чувств. [Возможно, именно эта разница между двумя странами и стала причиной того, что даже их улицы выглядели совершенно по-разному.] Погружённая в мысли, Роэлин не сразу заметила, как карета внезапно дёрнулась. Через мгновение она остановилась. “Дальше нельзя проехать ни верхом, ни на карете!” Снаружи раздался громкий голос. [Судя по всему, это был представитель Империи Сероиф.] Вслед за его словами поднялся шум среди сопровождавшей Роэлин делегации Ракаины. Судя по всему, кто-то пытался возразить. “…Похоже, они сейчас спорят.” Служанка осторожно выглянула из окна, а затем посмотрела на Роэлин. В её взгляде читалось беспокойство, словно она пыталась понять, что ей следует делать дальше. Роэлин спокойно произнесла: “Нам нужно заново поправить макияж.” Она совершенно не обращала внимания на продолжающийся шум снаружи. Служанка тут же принялась за дело. Несмотря на тесноту кареты и неудобство обстоятельств, движения девушки были удивительно ловкими и уверенными. [И всё же это была не личная служанка Эриты.] [Иначе и быть не могло.] [Если бы эта девушка действительно была близка с Эритой, она бы уже заметила, что сидящая перед ней женщина, вовсе не настоящая принцесса Эритa.] ---------- Император-чудовище Кергель (2) Именно поэтому Роэлин взяла с собой незнакомую служанку, девушку с удивительно ловкими и аккуратными пальцами. Благодаря её стараниям внешность Роэлин постепенно менялась. После долгого путешествия её одежда успела слегка помяться и потерять прежний вид, но теперь всё было приведено в порядок. Платье расправили так тщательно, что на нём не осталось ни единой складки. На щеках Роэлин появился лёгкий румянец, а пухлые губы засияли алым оттенком. На шее, в ушах, на запястьях и пальцах заблестели разноцветные драгоценные камни и золотые украшения. Вскоре Роэлин превратилась в безупречную “Эриту”. “Я открываю дверь кареты, принцесса.” “Открывай.” Роэлин невозмутимо подняла голову и аккуратно сложила руки перед собой. Служанка, только что завершившая последние приготовления, тихонько постучала в дверь кареты. [Возможно, это было условным сигналом, потому что дверь тут же распахнулась.] В салон ворвался сухой порыв ветра. Неожиданный сквозняк растрепал тщательно уложенные волосы Роэлин. Служанка невольно ахнула. “Ой, боже…Что же делать?!” Роэлин уже хотела что-то сказать, увидев, как девушка растерялась, но в этот момент к открытой двери подошёл мужчина. Это был граф Макгри - тот самый человек, который руководил путешествием и одновременно являлся главой всей делегации. “Принцесса.” “Здесь слишком шумно.” Роэлин выглянула из кареты и указала на возникшую из-за лошадей проблему. Граф нахмурился, а затем ответил так, словно ничего особенного не происходило: “Небольшие разногласия.” “Небольшие разногласия?” “Да.” Граф Макгри снова ответил на её вопрос. Голос его оставался предельно учтивым, однако, глядя прямо на него, Роэлин без труда разглядела презрение и ненависть, скрытые за этой безупречной вежливостью. [Очевидно, эти чувства были направлены именно на Роэлин, а не на “Эриту”.] [Ведь для всех она была всего лишь фальшивкой, которую отправили во дворец.] [Из всех сопровождающих лишь граф Макгри, ближайший помощник Короля, знал правду о ней.] [Именно поэтому его и приставили к Роэлин - чтобы следить за ней и не позволить сбежать.] [Сбежать? Куда мне бежать?] Роэлин едва заметно приподняла уголки губ. [Это Ракаина первой от неё избавилась. И если только человек не сошёл с ума, возвращаться туда не было ни малейшей причины.] Она спокойно посмотрела на графа и протянула ему руку. Граф на мгновение растерянно моргнул. “Вы не собираетесь меня сопровождать?” Роэлин произнесла это совершенно спокойно. Только тогда граф понял, зачем она протянула руку. Он слегка нахмурился и ответил: “Вам пока не нужно выходить из кареты. Спуститесь, когда мы доберёмся до дворца.” “Насколько я понимаю, отсюда дальше нельзя ехать ни верхом, ни в карете.” “Это всего лишь одностороннее требование Сероифа. Мы вовсе не обязаны ему подчиняться.” “Но раз уж мы прибыли в Сероиф, разве не будет правильнее соблюдать его порядки?” Роэлин снова протянула руку, словно намереваясь настоять на своём. Лицо графа Макгри исказилось. [Казалось, ещё мгновение, и он не выдержит и выскажет ей всё, что думает.] Однако вокруг было слишком много людей, и граф прекрасно это понимал. В конце концов ему ничего не оставалось, кроме как протянуть ей руку. Роэлин спокойно положила свою ладонь поверх его руки и медленно спустилась из кареты. Но стоило ей отвернуться, как граф тихо процедил: “Всё-таки вы всего лишь фальшивка.” “…” Роэлин медленно повернула голову и молча посмотрела на него. Её холодный взгляд заставил графа Макгри невольно сглотнуть. “Похоже, графу стоит быть осторожнее со своими словами.” “…!” Граф вспыхнул от злости и уже собирался что-то ответить, однако одного взгляда Роэлин оказалось достаточно, чтобы он замолчал. Она отвела глаза и снова отвернулась. Служанка, которая только сейчас выбралась из кареты, поспешила подойти к ней. И тогда Роэлин наконец увидела Императорский дворец Сероифа. Одних его размеров было достаточно, чтобы подавить воображение. Императорский дворец Сероифа был настолько огромным и величественным, что Королевский дворец Ракаины рядом с ним казался почти ничтожным. И всё же роскошь здесь была совсем иной. Дворец Сероифа не выглядел столь изысканным и вычурным, как дворец Ракаины. Скорее, ему больше подходило другое слово. [Суровый.] “Как и ожидалось, это всего лишь нецивилизованная страна. Неужели они просто решили, что достаточно построить всё как можно больше?” Роэлин услышала чей-то тихий голос позади себя. [Судя по всему, это был один из мужчин, прибывших вместе с делегацией.] [Вероятно, он считал, что, произнеся это негромко, останется незамеченным.] Но слова, острые словно игла, тут же пролетели мимо Роэлин и достигли человека, стоявшего у неё за спиной. “А-а-а!” Раздался пронзительный крик. Однако Роэлин даже не обернулась. Потому что в этот момент к ней медленно приближался мужчина. Тук-тук. Сердце Роэлин вдруг бешено заколотилось. [Неужели оно сейчас вырвется из груди?] Она сама не понимала, почему её тело отреагировало подобным образом. Роэлин смущённо отступила на шаг. Но на её бледном лице по-прежнему не отражалось ни единой эмоции. Напротив. Её выражение стало ещё холоднее и надменнее. ---------- Император-чудовище Кергель (3) “Похоже, Королевская дочь Ракаины решила преподнести нам несколько неожиданных сюрпризов. Но тебе следовало бы куда внимательнее следить за собственным подчинённым.” Мужчина, подошедший прямо к Роэлин, слегка скривил уголок губ и негромко произнёс эти слова. Из-под чёрных прядей, падавших на его лоб, холодно блеснули золотые глаза. Роэлин мгновенно почувствовала себя так, словно перед ней оказался хищный зверь. Лицо, и без того побледневшее от напряжения и усталости, стало ещё белее. Она не могла отвести взгляд от мужчины, потому что отчётливо ощущала: стоит ей хоть на мгновение потерять бдительность, и он тут же сомкнёт зубы на её шее. [Сколько времени прошло?] Мужчина, не сводивший с Роэлин взгляда, вдруг улыбнулся и взял её за руку. Пальцы Роэлин невольно задрожали. Он на мгновение опустил глаза на её руку, словно проверяя, передалась ли ему эта дрожь, а затем медленно склонился. “…!” Его губы едва коснулись тыльной стороны её ладони. Они оказались ледяными. “Добро пожаловать в Сероиф, принцесса.” Золотые глаза мужчины стали ещё холоднее. [В них не было ни намёка на тепло.] [Слишком уж холодным он был, чтобы поверить, будто перед Роэлин стоит человек, желающий жениться на Эрите.] [Но именно эта холодность и помогла ей.] Благодаря ей Роэлин наконец пришла в себя. Она глубоко вдохнула, стараясь не обращать внимания на бешено колотящееся сердце, и медленно высвободила руку из его ладони. Затем слегка присела в реверансе. “Для меня большая честь, что сам правитель Империи встретил меня лично.” Мужчина, нет, Император, широко распахнул глаза, словно подобный ответ оказался для него совершенно неожиданным. Но Роэлин тоже не отвела взгляда. Она прямо смотрела ему в глаза. В этот момент позади неё раздался чей-то болезненный стон. Только тогда Император перевёл взгляд через плечо Роэлин, а затем вновь усмехнулся. “Хозяин прекрасно знает своё место, а вот собака, следующая за ним, осмелилась лаять без всякого страха. Вот почему всё это и произошло.” Роэлин не стала оборачиваться. Она лишь продолжала смотреть на Императора, а затем невольно перевела взгляд на лук в его руке. [Так это он…] [Вероятно, именно эта стрела только что просвистела рядом с ней.] [И, судя по всему, она поразила того самого человека, который позволил себе неосторожное замечание.] Лишь теперь Роэлин по-настоящему осознала жестокость Императора. [Он стрелял в людей без малейшего колебания, так, словно охотился на зверей.] [Однако никто из делегации Ракаины не осмелился возразить ему или потребовать объяснений.] [Вероятно, страх уже настолько овладел всеми, что никто не мог вымолвить ни слова.] “Не стоит забывать, что теперь вы находитесь не в Ракаине, а в Сероифе. Разве не так, принцесса?” Император снова обратился к ней. Роэлин посмотрела на лук в его руке, а затем подняла взгляд на его лицо. Вопреки улыбке, золотые глаза оставались совершенно безразличными. В них не было ни капли чувства к ней. [Тогда зачем он вообще сделал ей предложение?] В голове Роэлин внезапно возник этот вопрос. Но она тут же отогнала его. [Это меня не касается.] [Ей совершенно не нужно было знать ответ.] [Более того, если мужчина, стоявший перед ней, действительно ничего не чувствовал к “Эрите”, Роэлин могла лишь радоваться этому.] [Даже если ей предстояло стать “фальшивой” невестой, изображать чужую любовь было бы для неё слишком тяжело.] [Как человек, которого никогда не любили, может притворяться, будто любит кого-то другого?] Именно тогда к ним постепенно подошёл сереброволосый мужчина. На вид он был примерно одного возраста с Императором и выглядел заметно напряжённым. “Меня зовут Хайнес Башель, я канцлер Сероифа. Рад приветствовать вас, принцесса.” “…Ах. Рада познакомиться.” Роэлин заставила себя выбросить прежние мысли из головы и ответила мужчине по имени Хайнес. Однако тот даже не посмотрел на неё. Он сразу обратился к Императору: “Ваше Величество, прошу пройти в Главный дворец. Не слишком уместно встречать делегацию Ракаины в таком виде, особенно до начала официальной церемонии.” “Я как раз возвращался с охоты и всего лишь столкнулся с одной “неожиданностью”.” Император ответил Хайнесу с совершенно невозмутимым видом. Но ему не поверил бы никто. Тем более что позади по-прежнему раздавался болезненный стон. “Думаю, вам лучше отправиться во дворец. Для принцессы и послов также будут даны отдельные распоряжения, поэтому прошу без лишних вопросов им следовать.” Хайнес бросил взгляд на продолжающуюся позади суматоху и спокойно продолжил: “И поскольку у нас, похоже, появился раненый, мы позаботимся о нём. Его доставят в лечебницу при Западном дворце, где он сможет получить необходимую помощь.” “Раненый? Вы что, даже не понимаете, что только что произошло?!” В этот момент граф Макгри, до сих пор молчавший, наконец не выдержал и вмешался. [Боже мой…] Роэлин мысленно закатила глаза, сдерживая желание прикоснуться ко лбу. [Неужели ты действительно не понимаешь, кто именно всё это устроил?] [Какого ответа он вообще ожидал?] [Это было просто невероятно.] Хайнес тоже на мгновение растерялся. Он словно не знал, что сказать, а затем неловко усмехнулся. “Ну…даже не знаю, что на это ответить…” “Граф Макгри.” Пока Хайнес подыскивал слова, Роэлин первой вмешалась в разговор. “Пусть “раненого” отнесут в лечебницу. Судя по всему, ему сейчас гораздо больнее, чем несколько минут назад.” “…Принцесса.” “Я понимаю, что вы стали немного нервнее, поскольку именно на вас возложена ответственность за всю делегацию. Но почему бы вам немного не успокоиться? Мы уже в Империи Сероиф. Мы не находимся где-то в глухом месте, где невозможно получить помощь.” Голос Роэлин звучал мягко и спокойно. Но лицо графа Макгри сразу помрачнело. Он недовольно скривился, однако ничего не ответил. В конце концов граф лишь склонил голову, выражая вынужденную почтительность, и развернулся. “Хм…Как интересно.” Император, наблюдавший за происходящим, тихо произнёс это себе под нос. Но Роэлин была настолько утомлена нелепым поведением графа, что даже не услышала его. Поэтому она и не заметила, с каким почти детским любопытством Император смотрел ей вслед. ---------- Император-чудовище Кергель (4) “Это Отдельный дворец, в котором принцесса будет проживать.” “…Отдельный дворец?” Роэлин остановилась и подняла взгляд на дворец, стоявший прямо перед ней. Служанка, сопровождавшая её, озадаченно посмотрела на принцессу. “Что-то не так, принцесса? Вам здесь не нравится?” “Нет. Ничего.” Роэлин поспешно покачала головой и снова пошла вперёд. Служанка, решив не задавать лишних вопросов, продолжила сопровождать её. Роэлин горько усмехнулась, переступая порог Отдельного дворца вслед за служанкой. [Снова Отдельный дворец…Я думала, что наконец-то выбралась из того места. А здесь, оказывается, тоже есть свой Отдельный дворец.] [Разумеется, это было лишь временное место жительства до свадьбы.] И всё же она никак не могла избавиться от неприятного чувства, которое вызывало само это название - “Отдельный дворец”. [Ведь именно там она прожила с самого рождения.] [В Отдельном дворце.] [Нет. Это совсем другое. Это больше не тот дворец Ракаины, который был похож на тюрьму.] Роэлин мысленно повторила это, пытаясь успокоить тревожно бьющееся сердце. Войдя во дворец, она увидела женщину средних лет с суровым выражением лица. Заметив Роэлин, женщина вежливо поклонилась и представилась: “Добро пожаловать, принцесса. Я Люси Люберн, управляющая этим дворцом. Можете просто называть меня Люси.” “Рада познакомиться, Люси.” Роэлин поприветствовала её, после чего Люси снова поклонилась и сразу же продолжила: “Позвольте мне показать вам дворец.” “Хорошо.” Роэлин охотно кивнула. В тот же момент служанка, которая сопровождала её от Звёздного дворца, осторожно отошла в сторону, передавая свои обязанности Люси. “Это ваша личная служанка.” “Здравствуйте, принцесса. Меня зовут Силлоа Бумиль. Отныне я буду служить вам.” Силлоа, представленная Люси, заговорила слегка дрожащим голосом. [Она явно сильно нервничала.] На лбу девушки выступили капельки пота, словно она только что закончила уборку этой спальни. “Рада познакомиться, Силлоа. Спасибо, что подготовила спальню.” Роэлин спокойно посмотрела на неё и поблагодарила. Силлоа вздрогнула, а затем смущённо почесала затылок и поспешно поклонилась. “Разумеется, принцесса. Я всего лишь выполняла свою работу. И…пожалуйста, говорите со мной проще.” “…Давай не будем торопиться. Я ещё не стала твоей госпожой. Пока что я всего лишь гостья.” Роэлин на мгновение замешкалась, а затем медленно покачала головой. Услышав это, Силлоа невольно снова заговорила: “Но вскоре вы станете Императрицей…” “Если вам так удобнее, просто делайте, как говорит принцесса.” Люси мягко перебила Силлоа, не позволив той продолжить. Роэлин посмотрела на неё и благодарно кивнула. “Спасибо, Люси.” После этого она медленно оглядела спальню. [По меркам Роэлин комната была достаточно роскошной.] [Однако при этом она оставалась удивительно простой.] [Настолько простой, что по меркам “Эриты” её даже нельзя было бы назвать роскошной.] [Здесь не было ни вычурных занавесок, ни роскошной мебели, которыми была окружена настоящая принцесса.] [И всё же Роэлин понравилась эта спальня.] [Она была аккуратной, чистой и уютной.] Пока Роэлин разглядывала комнату, Люси снова обратилась к ней: “Принцесса, не желаете сначала принять ванну?” “Ах, точно. Да, пожалуйста.” Только теперь Роэлин вспомнила, в каком виде находилась после долгого путешествия. [Как бы тщательно она ни следила за собой и как бы аккуратно ни были уложены её волосы, после дороги через суровые горы Самальта она всё равно не могла выглядеть безупречно.] [Неужели именно в таком виде я встретилась с Императором?] От одной этой мысли её щёки вспыхнули. [Даже когда Роэлин жила в Отдельном дворце Ракаины, она всегда старалась выглядеть опрятно, пусть её одежда и была немного скромной и старомодной.] [Она не хотела, чтобы кто-нибудь мог найти в её внешности хоть малейший недостаток.] [Но сегодня…] [Впервые увидев себя растрёпанной после дороги перед мужчиной, который вскоре должен был стать её мужем, Роэлин не могла не почувствовать смущения.] “Тогда подготовьте ванну. Я сама вас провожу.” Люси вежливо поклонилась, а затем едва заметно подмигнула Силлоа. Силлоа сразу поняла смысл этого жеста и поспешно вышла из спальни. Ей предстояло приготовить ванну и набрать воду. “А пока позвольте мне рассказать вам кое о чём.” Люси бросила взгляд на закрывшуюся дверь, а затем снова обратилась к Роэлин. “Во-первых, девушка, которую вы только что видели, Силлоа. Если она чем-либо вас обеспокоит или вы почувствуете себя некомфортно, просто сообщите мне через неё.” “Хорошо.” “Кроме того, делегация Ракаины разместилась в покоях Внешнего дворца. Если вам что-нибудь понадобится, вы также сможете связаться с ними через Силлоа.” Люси ненадолго замолчала, а затем добавила: “Однако имейте в виду: членам делегации строго запрещено входить в Отдельный дворец.” “…Понятно.” Роэлин некоторое время молчала, после чего мягко кивнула. [Особых причин возражать у неё не было.] [Более того, в каком-то смысле это даже было к лучшему.] [Особенно Роэлин радовало то, что ей больше не придётся снова сталкиваться с графом Макгри - единственным человеком, знавшим, кто она на самом деле.] Но следующие слова Люси заставили лицо Роэлин мгновенно застыть. “И последнее. Пожалуйста, не покидайте дворец.” ---------- Император-чудовище Кергель (5) “…То есть мне нельзя выходить наружу? Вы хотите сказать, что я вообще не могу покидать этот дворец?” “Да, принцесса. Прошу вас понять, что это напрямую связано с безопасностью самого Императорского дворца.” Люси снова слегка наклонилась, сохраняя почтительный тон. Однако напряжённое выражение лица Роэлин от этого не изменилось. [Разумеется, она прекрасно понимала слова Люси.] [Пусть она и прибыла сюда как та, кому сам Император сделал брачное предложение, “Эрита” всё равно оставалась принцессой другого государства. Было вполне естественно, что такой человек не может беспрепятственно разгуливать по Императорскому дворцу без каких-либо ограничений.] Но в глубине души против воли поднялось чувство, которое она прекрасно понимала разумом, но никак не могла заставить себя принять. [И здесь мне снова придётся жить так же?] [Как птица, запертая в клетке.] [Именно так прошла вся её прежняя жизнь.] [Из-за того, что они с Эритой родились необычными близнецами, их сочли несчастливым предзнаменованием, и Роэлин была вынуждена жить в Отдельном дворце. И лишь теперь ей наконец удалось выбраться из этой клетки, правда, только потому, что она стала заменой собственной сестре-близнец.] [Но даже если теперь ей пришлось переехать в совершенно чужую страну, далеко за пределы Ракаины, Роэлин больше не хотела возвращаться к прежней жизни.] От этой несправедливости ей становилось невыносимо обидно. А чувство несправедливости, накопившееся внутри, заставляло её действовать необдуманно. [Нет. Я больше не хочу так жить. Тогда зачем я вообще приехала сюда, выдавая себя за фальшивую невесту? Только потому, что больше не хотела оставаться в этой клетке.] Роэлин на мгновение закрыла голубые глаза, а затем снова открыла их и только после этого ответила Люси: “Всё остальное я выполню и сдержу своё слово. Но последнее требование…боюсь, с ним я не смогу согласиться.” “Но, принцесса, вы уже прибыли в Сероиф, поэтому должны соблюдать установленные здесь правила. Тем более это приказ, отданный самим Его Величеством.” Люси слегка нахмурилась, явно обеспокоенная, и снова попыталась убедить Роэлин. Но та лишь спокойно ответила: “Тогда позвольте мне встретиться с Его Величеством. Я хочу поговорить с ним лично.” “…Хорошо. Я постараюсь передать ему вашу просьбу.” Люси произнесла это с некоторой неловкостью. *** “Вы были довольно легкомысленны, Ваше Величество. Выстрелить из лука в члена делегации…Это вполне могло вызвать серьёзный конфликт с Ракаиной.” “Именно поэтому я аккуратно попал ему в ногу. Уверен, никаких проблем не возникнет, если ему окажут надлежащее лечение.” Сделав ещё один глоток вина, Кергель, Император Сероифа, терпеливо выслушивавший очередную порцию ворчания Хайнеса, медленно поставил бокал на стол. И тут из-за высокой стопки бумаг, громоздившейся на письменном столе, показалась каштановая макушка. Вскоре её обладатель тут же вмешался в разговор: “Ваше Величество совершенно правы. Я только что слышал от слуги из Внешнего дворца, что выпущенная вами стрела пробила бедро, но кость не задела. Так что никаких последствий быть не должно.” “Вот видите. Разве он сам не сказал, что никаких последствий не будет?” Кергель тихо рассмеялся и, пожав плечами, посмотрел на Хайнеса. Хайнес вздохнул, а затем повернулся к темноволосому мужчине, который совершенно бесцеремонно встрял в разговор. “Берт, ты разве забыл, что вообще-то являешься помощником Его Величества? Если он совершает подобное, мы не должны ему потакать. Наоборот, наша обязанность - серьёзно наставлять его.” “Ох, ну…” - Берт на мгновение задумался. “Если честно, разве вы не чувствуете себя немного лучше после этого?” “…Что?” “Я слышал, как они без всякого страха пренебрегали Сероифом. Будь я там, то пустил бы стрелу прямо ему в рот, а не только в бедро.” “Эх, Берт…” Хайнес покачал головой, словно уже окончательно смирился с тем, что остановить Берта невозможно. Берт, сын Люси, с самого детства был для Кергеля скорее братом, причём весьма незрелым и непослушным братом. И хотя официально он считался помощником Кергеля, на деле больше напоминал его союзника и заодно главного источника неприятностей. [Хайнес когда-то надеялся, что с возрастом Берт хотя бы немного повзрослеет.] [Но теперь становилось очевидно, насколько ошибочными были его надежды.] В тот момент, когда Хайнес в очередной раз тяжело вздохнул и покачал головой, в дверь кабинета постучали. “Ваше Величество, это Люси.” За дверью действительно стояла Люси. “Мама?” Услышав голос матери и увидев её, Берт широко раскрыл глаза. Он никак не ожидал увидеть здесь женщину, которая в это время должна была находиться в Отдельном дворце. Впрочем, Кергель и Хайнес тоже смотрели на Люси с любопытством, явно задаваясь тем же вопросом. “Принцесса просит о встрече с вами, Ваше Величество.” “О чём она хочет со мной поговорить?” Кергель нахмурился, услышав слова Люси. Мысль о том, что ему придётся лично встретиться с принцессой, показалась ему несколько странной, ведь с момента её прибытия во дворец прошло совсем немного времени. ---------- Император-чудовище Кергель (6) “Мы всё равно увидимся на приветственном ужине. Поэтому просто передай ей, что я поговорю с ней там.” Кергель взмахнул рукой, безоговорочно отвергая просьбу Люси. Однако та не спешила уходить. Немного помедлив, она всё же произнесла нечто, что было для неё самой довольно неловко говорить своему Императору. “Люси, что случилось? Ты ещё что-то хотела мне сказать?” “…Думаю, будет лучше, если вы сами поговорите с принцессой, Ваше Величество.” “…?” Кергель всё ещё внимательно слушал Люси, но его лоб постепенно начал хмуриться. Заметив этот взгляд, словно требовавший объяснений, Люси продолжила: “Я сказала принцессе, чтобы она не покидала Отдельный дворец.” “Ей это не понравилось…и она отказалась подчиниться?” Кергель вздохнул и перебил её вопросом. Люси лишь слегка поклонилась. “Ха! Должно быть, она решила, что здесь всё так же, как во дворце Ракаины.” Лицо Кергеля мгновенно стало холодным. “Похоже, эта высокомерная принцесса снова умудрилась меня удивить.” Он резко поднялся со своего места. Ещё несколько минут назад он был даже немного заинтересован ею, но теперь злился на самого себя за это. [Когда их карета остановилась и от неё потребовали немедленно выйти, Роэлин сохраняла удивительное спокойствие. Более того, она даже сумела успокоить представителя собственной делегации, который в ярости выражал своё недовольство.] [Она совершенно не соответствовала тому образу принцессы, о котором Кергель слышал от своих слуг.] [И ведь было ещё то происшествие двухлетней давности.] [Разве не она тогда насмехалась над Сероифом и открыто выражала своё презрение к нему прямо перед посланниками, прибывшими в Ракаину?] [Получается, именно эта безрассудная и высокомерная женщина чуть не разрушила отношения между двумя государствами.] [Однако принцесса, с которой он лично встретился сегодня, была совершенно иной.] [Настолько иной, что Кергель даже начал подозревать, не обманули ли его слуги.] [Именно поэтому он сам того не заметив проникся к ней интересом.] [Причём интерес этот был отнюдь не плохим.] [В каком-то смысле это было даже удачей, и для него самого, и для всей Империи Сероиф.] [В конце концов, раз именно принцесса Ракаины была выбрана в качестве “спутницы” согласно “Откровению”, их брак всё равно был неизбежен.] [Тогда уж лучше жить с женщиной, которая хотя бы чем-то тебя заинтересовала, чем с той, от одного взгляда на которую становилось не по себе.] [К тому же…] [Только благодаря ей он мог увидеть будущее.] Но в тот самый момент слова Люси безжалостно разрушили все его мысли. [Да уж. Похоже, так оно и есть. Возможно, она просто непостоянна. Или же всего лишь решила посмеяться надо мной.] Кергель холодно усмехнулся и обратился к Люси: “Хорошо. Это она хочет со мной поговорить, так что я её выслушаю.” “Ваше Величество! Ваше Величество!” За его спиной послышался встревоженный голос Хайнеса. Но Кергель даже не обернулся и просто вышел из кабинета. Его золотые глаза холодно потемнели от разочарования. *** После ванны Роэлин снова переодели. На этот раз её причёска не была украшена чем-то вычурным или необычным. Вместо удобной одежды на ней было спокойное тёмно-синее платье, которое дополняли жемчужные серьги и ожерелье. “Ох…” Силлоа, помогавшая ей одеться, невольно залюбовалась принцессой. Она даже на мгновение забыла следить за настроением Роэлин, хотя до этого очень внимательно старалась угодить ей во всём. И именно тогда дверь спальни внезапно распахнулась без всякого предупреждения. “Ах! Ваше Величество!” Силлоа в испуге обернулась и тут же почтительно поклонилась. Перед ней стоял сам Император Кергель. Он вошёл, даже не постучав в дверь. “Мне сказали, что вы хотели меня видеть.” “…Ваше Величество.” Роэлин тоже была застигнута врасплох, но быстро справилась с удивлением, спокойно поднялась со своего места и поприветствовала Императора. Кергель же, не сводя с неё взгляда, обратился к Силлоа: “Выйди. И никого сюда не впускай, пока я не уйду. Мне нужно поговорить с принцессой.” “…Да, Ваше Величество.” Силлоа растерянно ответила и поспешно вышла из спальни. Когда дверь за ней закрылась, на несколько мгновений повисла тишина. Кергель молча смотрел на Роэлин. Она тоже не отводила от него взгляда. Уголки губ Кергеля едва заметно дрогнули, когда он встретился с её голубыми глазами, которые совершенно не собирались уклоняться от его взгляда. “Для начала присядем. Так будет удобнее поговорить о том, ради чего вы действительно хотели меня видеть.” Кергель первым подошёл к столу и сел. Роэлин немного замешкалась, но затем последовала за ним и заняла место напротив. “Хотите чаю?” Она аккуратно расправила подол платья и только после этого медленно заговорила. Кергель откинулся в кресле, закинув ногу на ногу, и посмотрел на Роэлин. Затем отрицательно покачал головой. “Не думаю, что наши с вами отношения настолько непринуждённые, чтобы сейчас пить чай.” ---------- Император-чудовище Кергель (7) [Было совершенно очевидно, что Кергель сделал предложение Эрите не из-за каких-либо чувств. Да и вообще, в политическом браке между мужчиной и женщиной редко находилось место настоящим эмоциям.] Собравшись с мыслями, Роэлин спокойно заговорила о том, ради чего пришла: “Я слышала, что вы приказали мне ни при каких обстоятельствах не покидать Отдельный дворец.” “Именно такой приказ я отдал. И что с того?” “Как вы уже слышали от служанки, я не хочу ему подчиняться. В конце концов, я ведь приехала сюда не в качестве преступницы…” “Я не приказывал вам провести здесь всю жизнь. Неужели принцесса настолько не способна потерпеть?” “…Разумеется, если вы хотите, чтобы я терпела, мне придётся подчиниться. Но прежде я хотела узнать, могу ли ещё раз обратиться к вам с просьбой.” “Значит, я буду злодеем. Несмотря на все ваши просьбы, всё равно запру вас в этом Отдельном дворце.” Кергель тихо усмехнулся. Роэлин некоторое время молча смотрела на него, а затем снова заговорила: “Если я совершенно не буду контактировать с членами делегации, позволите ли вы мне тогда свободно передвигаться по дворцу?” “…Что?” “Я прекрасно понимаю, почему вы установили подобные ограничения. Вы хотите предотвратить утечку сведений о том, что происходит во дворце. Кроме того, я не принадлежу к семье Сероифа. Более того, я - принцесса Ракаины.” “…” “Но я не буду поддерживать никаких контактов с членами прибывшей вместе со мной делегации. И они тоже не станут со мной связываться до самого возвращения в Ракаину. Поэтому я хотела спросить, не могли бы вы разрешить мне это.” “Я просто не понимаю. Зачем вам вообще так необходимо входить во дворец и выходить из него? После свадьбы вы и так будете свободны.” Кергель покачал головой, всё ещё не понимая её намерений. От его внезапного замечания лицо Роэлин на мгновение напряглось. [Это изменение было едва заметным, и обычный человек наверняка не обратил бы на него внимания. Однако Кергель обладал слишком острым взглядом, чтобы пропустить подобную мелочь.] “…?” Он нахмурился и уже собирался снова спросить, что она скрывает, но Роэлин первой заговорила совершенно спокойным голосом: “У каждого человека свои приоритеты. Больше всего на свете я ненавижу, когда меня притесняют и запирают взаперти. Члены делегации Ракаины всё равно скоро уедут. Разве не будет лучше, если на это время я просто перестану с ними общаться, а затем смогу обрести свободу?” “Хм…” Кергель слушал её, медленно постукивая пальцами по подлокотнику. Его взгляд сузился, остановившись на Роэлин. [Так смотрят на необычное существо, которое никак не удаётся разгадать.] Роэлин изо всех сил старалась сохранять спокойствие, скрывая бешено колотящееся сердце. Кергель заметил, как невольно задрожали её ресницы, и уголки его губ слегка приподнялись. Затем он поднялся, словно ничего особенного не произошло, и произнёс: “Хорошо. Я разрешаю.” “…!” Голубые глаза Роэлин мгновенно расширились. Кергель посмотрел на неё сверху вниз и, слегка наклонив голову, спросил: “Почему вы так удивлены? Будто услышали нечто совершенно неожиданное.” “Ах…Честно говоря, я не слишком надеялась на положительный ответ.” Роэлин поднялась со своего места. Кергель недоверчиво усмехнулся и произнёс: “Значит, выходит, я напрасно пошёл вам навстречу. Принцесса, похоже, вообще ни на что не рассчитывала, когда заговорила об этом.” “Но я искренне тронута вашей великодушностью. Большое спасибо.” Она слегка откинулась назад, положив руку на грудь. Изящно запрокинув голову, Роэлин обнажила тонкую белую шею. Почему-то… В этот момент Кергель ощутил в груди странное чувство. Он даже не мог толком объяснить, что именно это было. Кергель нахмурился, поспешно отвернулся и сказал: “Увидимся за ужином.” “Да, я поняла…” Роэлин внезапно замолчала и подняла голову. Только тогда она заметила, что Кергель уже вышел из спальни. Поэтому последние слова она произнесла уже в пустоту: “…Вы, должно быть, очень торопились. Но раз уж вы оказали мне такую услугу, думаю, вы не такой уж плохой человек.” Роэлин невольно вспомнила слухи об “Императоре Сероифа”, которые слышала в Ракаине. [Мужчина, которого называли безжалостным чудовищем.] [Человек, неспособный прожить и нескольких дней, не пролив чьей-нибудь крови.] [Именно поэтому её сестра-близнец даже отказалась от своего статуса принцессы, чтобы избежать брака и суметь сбежать от этой участи.] [Но всё же…] “…Неужели слухи были преувеличены?” Она ещё некоторое время смотрела на закрытую дверь спальни, а затем тихо пробормотала это себе под нос. ---------- Откровение о спутнице и начало отношений *** “…Неужели женщина на этом портрете - принцесса Ракаины?” Кергель несколько раз беззвучно рассмеялся, словно не мог поверить в происходящее. Стоявшие за его спиной слуги один за другим низко склонили головы, не решаясь поднять взгляд. Это молчание было ничем иным, как безмолвным подтверждением. Кергель снова заговорил, скрипя зубами так сильно, что этот звук отчётливо разнёсся по каменной комнате. “Вы хотите, чтобы я поверил, будто женщина, которая насмехалась над моей страной и относилась к ней с презрением, была избрана моей спутницей? Вы действительно хотите убедить меня, что именно такое Откровение ниспослано мне?” Лицо Кергеля исказилось. Гнев и отчаяние, охватившие его, были настолько сильны, что их можно было прочесть по одному лишь выражению его лица. Он сжал кулак и повернулся к слугам, стоявшим позади него. “Петоан. Во время своей прошлой поездки в качестве посланника ты находился рядом с принцессой ближе всех. Значит, ты знаешь её лучше остальных. Давай ещё раз посмотрим внимательно. Правда ли… что женщина на этом портрете действительно является принцессой Ракаины?” “…Разумеется. Это принцесса Ракаины.” Голос пожилого слуги предательски дрогнул. В нём звучало признание истины, которую он сам хотел бы отрицать, но не мог. Кергель ничего не ответил своим подчинённым. В комнате воцарилась тяжёлая, гнетущая тишина. Кергель снова поднял взгляд и посмотрел на противоположную стену. Прямо на каменной стене был изображён портрет женщины. Светлые волосы - мягкие и золотистые, словно мёд. Голубые глаза, напоминающие бескрайнее море, чистые и ясные. Безупречная светлая кожа. Алые губы, такие же сладкие на вид, как плод луэнелла. Она выглядела как прекрасная женщина, которой невольно восхитился бы любой человек. Однако сейчас никто из присутствующих не испытывал к ней ни малейшего восхищения. “Понятия не имею, что именно вы задумали, раз решили сделать её моей спутницей. Похоже, мой дедушка слишком долго пролежал в могиле и в конце концов немного сошёл с ума.” “Ваше Величество! Как вы можете так говорить о Императоре Каинберте? Он был основателем Империи, нынешней Императорской семьи и вашим предком!” Эти необдуманные слова Кергеля заставили его старого друга и приближённого, Хайнеса Башеля, тут же вмешаться. Кергель бросил на него взгляд. В серебристых глазах Хайнеса тоже читалась боль. Но, несмотря на это, он был вынужден дать своему Императору такой горький совет. [Да. Я больше не ребёнок. Какой смысл всё равно жаловаться?] Кергель тяжело прикрыл глаза, затем вновь открыл их и снова посмотрел на женщину на портрете. Медленно он произнёс: “Хайнес.” “Да, Ваше Величество.” Хайнес, стоявший позади него, сделал шаг вперёд и почтительно поклонился. Не отводя взгляда от портрета, Кергель отдал приказ: “Для начала достань портрет принцессы Ракаины. Все единогласно утверждают, что женщина на этом портрете - сестра Короля Ракаины. Но это ещё не значит, что я могу, не проверив всё собственными глазами, просто отправить ей брачное предложение.” “Будет исполнено, Ваше Величество.” Хайнес почтительно поклонился. [Как и сказал Кергель, всё действительно следовало перепроверить. В конце концов, речь шла о будущей Императрице.] [Тем более что она была его единственной “спутницей”.] “Кстати, если сестра Короля Ракаины действительно моя “спутница”, нам следует быть ещё осторожнее. Если Ракаина узнает, что я могу видеть будущее только благодаря “спутнице”, они ни за что не отдадут нам свою принцессу.” “Как и прежде, всё, что связано с Откровением, останется строжайшей тайной. Когда на кону стоит судьба всей Империи, никто не посмеет проболтаться.” Хайнес ответил тихо и твёрдо. Кергель выслушал его и горько усмехнулся. “Выживание Империи…Если быть точнее, речь идёт лишь о выживании нынешней Императорской семьи. Той самой семьи, в чьих жилах течёт кровь волка.” “Ваше Величество - сероифец. Как вы можете так говорить?” Хайнес резко возразил. Остальные чиновники тоже склонили головы, словно полностью разделяли его слова. Затем Хайнес вновь обратился к Императору: “Эту Империю основал Император Каинберт. Это страна Сероиф, которой правили отважные потомки великого волка. Мы все безмерно гордимся этим, Ваше Величество.” “Но проблема в том, что основание этой Императорской семьи не так уж прочно. Ведь возможность узнать последствия происходящего и увидеть будущее напрямую зависит от “Откровения”.” “Это…всего лишь значит, что всё происходит согласно воле Императора Каинберта.” Хайнес на мгновение замолчал, словно не находил достойного ответа на слова Кергеля. Но затем всё же заговорил. Кергель лишь покачал головой и с лёгкой улыбкой выслушал своего друга. “Что ж…Интересно, действительно ли правильно принимать спутницу исключительно потому, что так захотел тот, кто уже столько лет спит в своей могиле? После такого Откровения я начинаю сомневаться даже в самом этом порядке.” Кергель был потомком древнего племени волков, и его золотые глаза служили тому явным доказательством. Кроме того, волки должны были встретить избранную им судьбой спутницу благодаря “Откровению”. А цена неудачи была слишком высока. Конец величия. За всю историю не существовало ни одного исключения из этого правила. Кергель перечитал родословные Императорской семьи и изучил древние записи. И всё же после восхождения на престол самым важным для него было найти спутницу, указанную в “Откровении”. Это имело куда большее значение, чем что-либо другое. [До сих пор спутниц всегда находили внутри самой Империи Сероиф.] [Но на этот раз всё было куда сложнее.] [Потому что Откровение выбрало дочь другого государства.] [Более того, эту самую принцессу связывали с дипломатическими проблемами между двумя странами. Именно она когда-то насмехалась над Сероифом и относилась к нему как к какой-то варварской стране…] Кергель подавил вздох, чувствуя пульсирующую боль в висках, и невольно озвучил свои мысли: “Ах да…Как, говорите, зовут принцессу Ракаины?” “Эрита Ракайн. Единственная сестра Короля Леноффа.” “Единственная сестра…” Кергель задумчиво повторил эти слова. “Интересно, смогут ли они отдать нам принцессу Королевской семьи Ракаины, которую считают самой благородной из всех?” Он машинально поднял руку и коснулся левой стороны груди. Печать, расположенная прямо возле сердца, задрожала, словно почувствовала его прикосновение. Это была печать, хранившая силу волка. Заключённая внутри неё сила всякий раз, когда появлялась возможность, стремилась вырваться наружу. Кергель родился намного сильнее всех предыдущих Императоров. А значит, опасность того, что печать однажды будет разрушена, была для него ещё выше. Разумеется, никто об этом не знал. Только сам Кергель прекрасно понимал, в каком состоянии находится. “Но всё равно…мне придётся заполучить её.” “Вам совершенно не о чем беспокоиться, Ваше Величество. Она обязательно приедет в Сероиф.” “Хайнес, я никогда не сомневался в твоих способностях.” Кергель улыбнулся и опустил руку, прикрывая печать. [Конечно, спутница была необходима ему и ради наследника.] [Но прежде всего, ради самой печати.] [Если печать разрушится после того, как закончится правление следующего Императора, последствия могут оказаться катастрофическими.] [Сероиф…нет, весь континент Цесан мог быть уничтожен в одно мгновение.] [Если печать действительно разрушится, единственным человеком, способным остановить Кергеля, станет его спутница.] Он снова посмотрел на женщину, изображённую на портрете. На принцессу Ракаины. Золотые глаза Кергеля оставались холодными и безразличными. Однако где-то в самой глубине его взгляда бушевал гнев, гнев человека, который не в силах изменить предначертанную ему судьбу. *** Через две недели после того, как Император Сероифа Кергель получил “Откровение”, в Ракаину наконец отправилась делегация. Вместе с ней в путь было отправлено собственноручно написанное Императором брачное предложение принцессе Ракаины - Эрите Ракайн. ---------- Невеста Звёздного дворца (1) “…И это всё?” “Да, Ваше Величество.” “Ты ведь не провёл несколько часов, разглядывая её просто потому, что тебе было лень работать?” Кергель подозрительно посмотрел на Берта - своего приближённого. Берт, стоявший прямо перед письменным столом Императора, тут же возмущённо воскликнул, всем своим видом демонстрируя несправедливость такого обвинения: “Как вы можете так на меня смотреть, Ваше Величество?” “Я говорю это потому, что за тобой уже водилось подобное.” “Это было несколько лет назад! Более того, из-за этого мать даже пригрозила отправить меня на должность простого слуги! Я тогда получил такую взбучку, что до сих пор помню. А если я повторю это снова, то вообще перестану считаться человеком.” Берт крепко сжал кулаки и принялся вновь и вновь доказывать свою невиновность, словно действительно считал обвинение чудовищно несправедливым. Кергель махнул ему рукой, показывая, что всё помнит, и снова опустил взгляд на отчёт. [Хотя, если честно, там практически нечего было изучать.] “Сад. Библиотека. Сад. Библиотека. Сад. Библиотека. А ночью - спальня…Зачем она вообще просила о встрече со мной, если собиралась вести себя именно так? К тому же она полностью прекратила общение с делегацией собственной страны.” Кергель нахмурился и покачал головой. Он никак не мог в это поверить. Документ, который он сейчас держал в руках, был отчётом о повседневной жизни принцессы Ракаины в Отдельном дворце. В нём подробно описывался буквально каждый её день с момента прибытия. Поэтому Кергель прекрасно понимал раздражение Берта. Тот наблюдал за ней день за днём, час за часом, стараясь не упустить ни одной детали, а она даже не подозревала, что за ней следят. Однако содержание отчёта было настолько однообразным, что невольно начинало вызывать сомнения. “Она попросила разрешения покидать Отдельный дворец, но единственное место, куда регулярно ходит, библиотека…Я никогда не слышал, чтобы принцесса Ракаины так любила читать.” На самом деле Кергель слышал совсем другое. [Говорили, что она постоянно посещала светские приёмы и балы.] Но он не стал озвучивать эту мысль. [Пусть даже перед ним стоял Берт, который был ему почти как родной брат, Кергель всё равно не хотел лишний раз говорить о недостатках женщины, которая вскоре должна была стать его “спутницей”.] [Нравилась она ему или нет, отрицать очевидное было невозможно.] [Она была его спутницей.] “Ах да! Говорят, представитель делегации Ракаины снова попросил разрешения посетить Отдельный дворец.” “…Снова?” Как только Берт произнёс эти слова, будто на мгновение забыв обо всём остальном, взгляд Кергеля мгновенно стал острым. Но Берт совершенно спокойно кивнул, не обращая внимания на внезапную перемену в лице Императора. “Да. И она снова отказала.” “…Похоже, она довольно хорошо держит своё слово.” Взгляд Кергеля постепенно смягчился. Однако почти сразу на его лице появилось странное выражение. “Она так старается выполнить своё обещание…” [Сад во дворце.] [И библиотека за пределами Отдельного дворца.] Кергель постучал пальцем по отчёту, который держал в руке, а затем положил его на стол. После этого он внезапно поднялся со своего места. “Пожалуй, мне стоит самому взглянуть на Отдельный дворец.” “Что? В Отдельный дворец? Вы хотите пойти туда прямо сейчас, Ваше Величество? Но ведь скоро прибудет посланник Королевства Кайзенен…” Берт удивлённо моргнул. Он уже собирался продолжить, явно пытаясь напомнить Императору о предстоящем визите, но Кергель тут же перебил его. “Хайнес разберётся. У него достаточно опыта, чтобы справиться с этим.” “Это правда, но…Ваше Величество! Как вы можете вот так внезапно покинуть свой кабинет?” Берт повысил голос, обращаясь к спине Кергеля. Но Император всё равно вышел из кабинета. *** “Эх…Мне очень жаль, принцесса.” “Нет, Силлоа. Всё в порядке.” Зевнув, Роэлин сама заметила, что начинает уставать, и покачала головой, увидев, как Силлоа поспешно извиняется. Роэлин закрыла книгу, которую читала, и поднялась со своего места. Как и следовало ожидать, Силлоа тут же подошла к ней. “Если вы перестали читать из-за меня…” “Дело совершенно не в тебе, Силлоа. Просто я слишком долго сижу на одном месте и уже начинаю чувствовать себя скованно. Думаю, немного прогуляюсь.” “Тогда, может быть, пойдём в сад?” Силлоа с облегчением услышала её ответ и тут же предложила это. Казалось, слово “сад” уже само собой срывалось с её губ. За последние несколько дней их повседневная жизнь стала настолько однообразной, что Силлоа поневоле успела к этому привыкнуть. Роэлин вскоре кивнула и направилась к выходу из библиотеки. Вдоль книжных шкафов стояли люди. Одни читали книги, другие удобно расположились в креслах и что-то записывали. Роэлин с удивлением наблюдала за ними. [По всему было видно, что это служащие Императорского дворца, и каждый из них был полностью погружён в чтение.] [В Ракаине говорили, что жители Сероифа невежественны и грубы. Поэтому они даже не смотрят в сторону книг.] [Именно поэтому там считалось, что различные искусства и науки никогда не смогут по-настоящему развиться.] [Получается, слухи действительно бывают страшными.] [В Ракаине ей не раз доводилось слышать, что Сероиф - отсталая и варварская страна, жители которой ничего не понимают в культуре и образовании.] Но сейчас, глядя на людей, которые спокойно читали книги прямо в Императорской библиотеке, Роэлин впервые по-настоящему задумалась о том, насколько легко бывает поверить в чужие слова. [Если человек никогда не видел правду собственными глазами, он ведь даже не поймёт, насколько сильно может ошибаться.] ---------- Невеста Звёздного дворца (2) [Сероиф вовсе не был той варварской страной, какой его привыкли представлять. Более того, сам Император Сероифа тоже совершенно не походил на чудовище из слухов.] [Да, он был достаточно жесток, чтобы пустить стрелу в представителя делегации Ракаины, но и этому поступку находилось вполне понятное объяснение. Ведь человек, в которого он стрелял, первым оскорбил и высмеял Сероиф.] [Разве Королевская семья Ракаины, так гордившаяся своим благородством, не выглядела куда более жестокой?] Роэлин знала это лучше кого бы то ни было. С горькой улыбкой она сделала ещё один шаг. Но стоило ей выйти из библиотеки и направиться в сад Отдельного дворца, как ей пришлось остановиться. Прямо перед ней словно из ниоткуда появился человек. “…Граф Макгри?” Выражение лица Роэлин тут же стало холодным. Она не понимала, каким образом человек, который должен был находиться во Внешнем дворце, оказался здесь. “Я уже несколько раз просил разрешения посетить Отдельный дворец, но, похоже, моя просьба так и не была должным образом передана принцессе. Поэтому мне ничего не оставалось, кроме как проявить некоторую невежливость и обратиться к вам лично.” “Полагаю, граф несколько ошибся. Насколько я помню, я несколько раз передавала ответ через служанку, отвечающую за меня. Не так ли, Силлоа?” Роэлин слегка повернула голову к Силлоа, стоявшей позади неё. “Разумеется, принцесса. Я лично передавала графу ваш ответ.” Силлоа спокойно поклонилась и подтвердила её слова. Роэлин вновь обратилась к графу Макгри ровным голосом. От её спокойного тона лицо графа недовольно скривилось, однако он быстро взял себя в руки и заставил себя заговорить вновь. “…Должно быть, между нами возникло небольшое недопонимание.” “Ну, я бы сказала, что дело скорее в понимании, чем в общении. Но в любом случае я рада, что теперь мы наконец смогли друг друга понять. Тогда до свидания…” Роэлин слегка кивнула графу Макгри и уже собиралась пройти мимо. Но граф успел преградить ей дорогу. Силлоа тут же шагнула вперёд. “Что вы себе позволяете?! Как бы ни было, что вы прибыли из родной страны принцессы, это всё равно крайне невежливо!” “Силлоа, всё в порядке.” Роэлин успокоила Силлоа, которая возмущённо повысила голос из-за поведения графа, а затем холодно посмотрела на самого Макгри. В глубине его глаз она отчётливо видела гнев. [И, если подумать, это было вполне естественно.] [В конце концов, разве мог человек не злиться, когда его отвергала и высмеивала какая-то ничтожная самозванка?] “Но даже это не даёт вам права поступать как вам вздумается. Так что вам остаётся лишь немного потерпеть своё раздражение.” Роэлин больше не хотела иметь с графом ничего общего. Она отвела взгляд и снова сделала шаг вперёд. Однако Макгри вновь преградил ей дорогу. “Что вы сейчас делаете?” “Я прошу принцессу уделить мне немного времени для личного разговора.” “Я уже несколько раз ясно выразила своё намерение. Разве этого было недостаточно?” Роэлин посмотрела на графа. Лоб Макгри дёрнулся, а затем его брови резко сошлись. [Как она вообще смеет так разговаривать со мной?] Она заметила, как дрогнули его губы, хотя ни единого звука он не произнёс. Роэлин сильнее сжала пальцами край платья и спокойно заговорила: “Это Сероиф, граф.” “…Я знаю.” “Раз уж вы находитесь в другой стране, вам следует быть осторожнее во всём. Одного неосторожно сказанного слова может оказаться достаточно, чтобы поставить под угрозу даже судьбу целого государства.” “…” Лицо графа снова помрачнело. Он прекрасно понял, что именно хотела сказать Роэлин. [Королевство Ракаина может рухнуть из-за одного лишь слова фальшивой принцессы.] [Если в Сероифе узнают, что Ракаина прислала вместо настоящей Эриты самозванку, Императорская сторона определённо не оставит это без последствий.] [Поэтому её слова были не просто предупреждением.] [Это была завуалированная угроза.] [Разумеется, для человека, который ничего не знал о происходящем, они звучали всего лишь как совет следить за своими словами и поступками.] “Я всего лишь хотел дать вам несколько советов перед возвращением в Ракаину. Поскольку я не смогу присутствовать на свадьбе и должен уехать до неё, я хотел бы принести свои извинения…” Граф Макгри скрипнул зубами, но затем вновь заговорил подчеркнуто вежливым тоном. Роэлин лишь покачала головой. “Я приму ваши добрые намерения. Ах да…В день вашего возвращения в Ракаину вам не нужно будет искать меня. Давайте попрощаемся прямо здесь. Искренне надеюсь, что все посланники, включая вас, граф, благополучно доберутся обратно в Ракаину.” [Это звучало вежливо, однако на деле было недвусмысленным отказом.] [Иными словами, Роэлин ясно дала понять, что им больше не нужно приходить в Отдельный дворец, где она жила, и тем более просить разрешения на встречу.] Силлоа переводила взгляд с графа Макгри на Роэлин и обратно, словно наконец начала понимать, что на самом деле происходило между ними. Макгри тоже заметил её любопытный взгляд. Он стиснул зубы и наконец отступил в сторону. [Похоже, граф понял: если сейчас он допустит ещё одну ошибку, окружающие могут заподозрить неладное.] ---------- Невеста Звёздного дворца (3) Как только он отступил в сторону, Роэлин уже собиралась сделать следующий шаг. Однако голос, донёсшийся до неё, мгновенно заставил её остановиться. “…Это несколько отличается от того, что мне обещали.” “Ваше Величество?” Узнав голос, Роэлин широко распахнула глаза. На мгновение она растерянно уставилась на человека перед собой, а затем, опомнившись, поспешно поприветствовала его: “Смиренно приветствую вас, Ваше Величество.” Стоило Роэлин приготовиться выразить почтение, как стоявшая за её спиной Силлоа тоже склонилась в поклоне перед Императором. Роэлин даже не заметила, когда именно он появился. Император стоял чуть поодаль от коридора, в котором они находились. Кергель молча посмотрел на Роэлин, после чего перевёл взгляд на графа Макгри. Как только их глаза встретились, граф поспешно склонил голову, явно застигнутый врасплох. Наблюдая за ним, Кергель едва заметно скривил губы. Однако уже в следующий миг он совершенно невозмутимо приблизился к Роэлин и протянул ей руку. Та смутилась от его неожиданного жеста, но всё же спокойно вложила свою ладонь в его. Кергель слегка коснулся её пальцев, а затем поднёс её руку к губам и поцеловал тыльную сторону ладони. Вскоре он отпустил её и заговорил: “Я собирался отправиться в Отдельный дворец, чтобы прогуляться вместе с вами, но мне сказали, что вы уже ушли в библиотеку. Если бы я немного опоздал, то пошёл бы совсем не в ту сторону.” “…О, мне очень жаль. Если бы я знала, что Ваше Величество придёт, то осталась бы в Отдельном дворце. Выходит, я заставила вас проделать весь этот путь напрасно.” “Нет. Это моя вина. Мне следовало заранее сообщить вам о своём приходе, а не отправляться туда без предупреждения. В таком случае…позволите ли вы нам всё же прогуляться вместе?” [Голос Кергеля звучал вежливо и доброжелательно, совсем как до их свадьбы.] Однако Роэлин прекрасно понимала: в его взгляде, обращённом к ней, не было ни капли тепла. [Будто всё это лишь представление.] [Возможно, Кергель намеренно разыгрывал эту сцену перед графом Макгри.] Роэлин слегка приподняла уголки губ и ответила ещё мягче: “Разве я могу отказать Вашему Величеству, которое готово посвятить мне своё драгоценное время? Я с благодарностью принимаю ваше предложение.” “Вот и хорошо.” Кергель тут же крепче сжал её руку и уже собирался развернуться, но вдруг, словно что-то вспомнив, обратился к графу Макгри: “Кстати, по какой причине представитель делегации Ракаины оказался здесь?” “О, это…” “В Отдельном дворце, где остановились все члены делегации, тоже есть библиотека. Неужели вам действительно понадобилось покидать Отдельный дворец и идти сюда?” “Разумеется, я не собираюсь лишать кого-либо свободы передвижения. Каждый вправе идти куда хочет. Но всё же мне любопытно.” Взгляд Кергеля стал хищным. На лбу графа Макгри, лихорадочно пытавшегося придумать подходящий ответ, выступили капли пота. “Я слышал, что после того, как Королевская дочь отказалась с вами встретиться, вы всё равно проделали весь этот путь до библиотеки.” “О, это всего лишь недоразумение!” Лицо графа Макгри исказилось от замешательства. Он запнулся, а затем поспешно принялся оправдываться: “Дело вовсе не в этом…Я искренне сожалею, что не смогу присутствовать на свадьбе. Поэтому я хотел принести свои извинения…” “Странно. А слова “принести извинения” я почему-то совсем не услышал.” Кергель перестал смотреть на графа и вновь перевёл взгляд на Роэлин. “А вы слышали?” “…Нет.” “Вот как. А я уже начал думать, что со слухом у меня что-то не в порядке.” С улыбкой на лице Кергель слегка кивнул. Увидев это, граф Макгри мгновенно покраснел. Он прекрасно понимал, что Император откровенно насмехается над ним. Однако граф лишь стиснул зубы и молча склонил голову, не ответив Кергелю ни слова. [И всё же он даже не понимает, что это лишь притворство…Не знает, что его обманом заставляют жениться на ней.] Даже опустив голову, граф Макгри не смог скрыть кривой усмешки. Зрелище казалось ему до смешного забавным. [Сам Император этой великой державы даже не подозревал, что женщина, которая вскоре станет его женой, на самом деле - самозванка.] [Нет…Разве не стоит сказать, что они идеально подходят друг другу? Чудовище наконец встретило мошенницу.] Граф едва сдержал лукавую улыбку и снова поднял голову. Но выражение его лица тут же изменилось. Кергель пристально смотрел прямо на него. Его золотые глаза, столь похожие на глаза хищного зверя, впились в графа с такой силой, словно могли видеть его насквозь. Граф Макгри невольно отступил на шаг, осознав, что скрывать что-либо перед этим человеком совершенно бессмысленно. Униженный этим взглядом, он уже собирался что-то сказать, но Кергель первым отвёл глаза и вновь протянул руку Роэлин. “Тогда пойдёмте.” “Да, Ваше Величество.” Роэлин совершенно не обращала внимания на графа Макгри. Услышав слова Кергеля, она ответила и осторожно положила свою руку поверх его ладони. Её пальцы едва заметно дрожали. [Возможно, всё дело было в том, что рядом находился граф Макгри - человек, знавший, кем она была на самом деле.] [А может, её мучило чувство вины, которое сегодня казалось ещё тяжелее обычного.] [Император, которого она и всё Королевство Ракаина обманули…] [Бедный человек.] ---------- Невеста Звёздного дворца (4) Кергель проводил Роэлин в сад Отдельного дворца. Более того, он распорядился, чтобы не только его слуги, но и служанки Отдельного дворца, включая Силлоа, остались ждать снаружи. В итоге они вдвоём отправились гулять по саду. [Но почему-то я совсем не думала, что наша прогулка окажется настолько долгой…] Роэлин шла рядом с Кергелем, украдкой поглядывая на его профиль. На её лице застыло смущённое выражение. Первым в глаза бросался его высокий лоб, резко очерченная переносица и тонкие, чётко очерченные губы. В его внешности никогда не было ни мягкости, ни дружелюбия. [Однако и назвать его ужасным, как ей когда-то рассказывали, было нельзя.] [Разве такой красивый мужчина сам не знает о своей внешности?] [Хотя, конечно, привлекательная внешность вовсе не означает, что у человека хороший характер.] [Ярким примером тому был сам Король Ракаины - Ленофф.] [Нет, пожалуй, можно было сказать, что все представители Королевской семьи Ракаины были тому подтверждением.] [Медово-золотистые волосы и голубые глаза, напоминающие драгоценные сапфиры, были отличительными чертами Королевского рода Ракаины. Именно поэтому Роэлин родилась со светлыми волосами и голубыми глазами.] [Благодаря своей внешности они с сестрой, несмотря на дурную славу близнецов, всё же смогли до сих пор оставаться в живых.] На лице Роэлин постепенно появилась печаль, однако вскоре она бесследно исчезла. И именно в этот момент раздался голос Кергеля: “Вы ведь дали мне обещание. Вы действительно его не забыли?” Роэлин остановилась. Кергель тоже остановился и обернулся к ней. Некоторое время Роэлин молча смотрела в его сухие золотистые глаза, а затем снова опустила взгляд и тихо ответила: “Конечно, нет.” “Вы обещали мне, что не станете связываться с делегацией. Именно вы сказали, что не будете иметь с ними никаких контактов.” “…Да.” “Но то, что я только что увидел, совершенно не соответствует вашему обещанию.” “…Мне очень жаль. Я нарушила своё обещание, поэтому отныне буду воздерживаться от выхода из Отдельного дворца.” “…Вы больше не будете покидать Отдельный дворец?” “Да, Ваше Величество.” Роэлин ответила, по-прежнему не поднимая головы. Кергель, внимательно наблюдавший за ней, слегка приподнял бровь. [Женщина перед ним сама первой заявила, что больше не станет покидать дворец, даже не попытавшись оправдаться.] [Разумеется, даже если бы она ничего не сказала, он сам собирался затронуть этот вопрос. Но то, что она заговорила об этом первой, почему-то вызвало у него странное чувство.] “Вы так легко готовы отказаться от своей свободы? Вы ведь сами говорили, что больше всего ненавидите, когда вас ограничивают и запирают. И теперь добровольно соглашаетесь на то, что ненавидите сильнее всего?” “Я не хочу быть эгоистичной после того, как сама нарушила своё обещание.” Роэлин снова посмотрела на Кергеля. Их взгляды встретились: голубые глаза Роэлин - с золотыми глазами Императора. Она не отвела взгляда и спокойно продолжила: “Ваше Величество уже согласились на условия, которые я вам предложила. Вы доверились мне и даже дали мне своё обещание. Значит, и я должна была оправдать оказанное мне доверие. Но я этого не сделала. Поэтому считаю, что обязана понести за это наказание.” “…Каким бы тяжким ни было преступление, виновному всё равно дают возможность оправдаться хотя бы раз, чтобы смягчить свою вину. Разве вы не хотите объясниться передо мной?” Услышав вопрос Кергеля, Роэлин едва заметно улыбнулась и покачала головой. Её реакция вызвала у него интерес. [У неё действительно была возможность оправдаться.] [Она ведь намеренно не собиралась встречаться с представителем делегации. Более того, именно граф Макгри преследовал её и дошёл за ней до самой библиотеки, пытаясь поговорить.] [Она вполне могла сказать об этом.] [Но Роэлин не стала искать ни единого оправдания. Вместо этого она сама заявила, что больше не будет покидать Отдельный дворец, поскольку нарушила данное обещание.] [Я не хочу быть эгоистичной, даже после того, как сама нарушила своё обещание.] [Обещание…и доверие.] [Неужели их ценность для неё настолько велика, что ради них она готова отказаться от свободы, которую считала важнейшей вещью в своей жизни?] Честно говоря, Кергель не ожидал подобного. [Сколько вообще людей придают обещаниям и доверию настолько большое значение?] [И всё же…] [Почему-то ему было немного жаль.] Кергель вновь почувствовал, как его прежнее предубеждение против Королевской дочери Ракаины постепенно исчезает. [Иными словами, хотя он и понимал, что изначально ошибался насчёт неё, почему-то это открытие совсем его не раздражало.] [Если женщина, которая станет Императрицей, окажется умнее и мудрее, чем я ожидал, разве это не повод только приветствовать её?] Наверное, именно поэтому Кергель не чувствовал раздражения. Он объяснил себе свои чувства именно так. А вместе с тем в нём возникло желание сделать для неё что-нибудь приятное, пусть даже совсем немного. Поддавшись внезапному порыву, Кергель произнёс это почти между делом: “Тогда просто оставайтесь здесь до самой свадьбы.” “…Что?” “Я не говорю, что собираюсь запрещать вам выходить из Отдельного дворца.” “Ваше Величество, но…” “Это мой приказ, который я отдаю вам независимо от данного между нами обещания. Просто выполните его.” Стоило Кергелю закончить, как выражение лица Роэлин странным образом изменилось. Казалось, она с трудом понимала его слова, но одновременно изо всех сил старалась скрыть охватившую её радость. Кергель некоторое время наблюдал за сменой эмоций на её лице, а затем первым отвернулся. После этого он снова зашагал вперёд. И тут за его спиной раздался тихий голос: “Спасибо, Ваше Величество.” Кергель снова остановился. В дрожи её голоса он отчётливо услышал искренность. [Королевская дочь, которую привыкли считать избалованной роскошью, так искренне благодарила его лишь за то, что он не станет запрещать ей покидать Отдельный дворец.] [Выходило, что она вовсе не так сильно дорожила драгоценностями и золотом, как все привыкли думать.] “…Это не означает, что я разрешаю вам поддерживать связь с делегацией. Надеюсь, вы не забыли, что наше обещание по-прежнему в силе.” “Конечно. Впредь я буду гораздо осторожнее.” “Только этого и достаточно.” Не оборачиваясь к Роэлин, Кергель коротко ответил и снова сделал шаг вперёд. В этот момент ветер растрепал его волосы, и отчего-то он почувствовал странное раздражение, словно кожа головы начала слегка зудеть. ---------- Стать невестой чудовища (1) *** [Это произошло так давно.] В конце концов Роэлин поняла, что даже во сне голос, который она слышала, был лишь отголоском давно погребённого в глубинах памяти прошлого. И хотя теперь она ясно осознавала это, проснуться и выбраться из того же сна никак не удавалось. Её сознание, неспособное окончательно пробудиться, всё ещё блуждало в кошмарных воспоминаниях, окутанных туманом. Это случилось, когда она была ещё совсем ребёнком. С самого раннего возраста Роэлин нуждалась в ком-то, кто мог бы заботиться о ней. Однако ни одна из служанок, приставленных к Отдельному дворцу, не уделяла маленькой Роэлин ни малейшего внимания. Её просто оставили без присмотра. Поэтому Роэлин научилась развлекать себя сама, как умела. Она бродила по Отдельному дворцу и украдкой наблюдала за служанками, которые относились к ней с холодным безразличием. А в тот день она случайно вышла за пределы Отдельного дворца. Она уже не помнила, что именно заставило её сделать это. Может, её привлек солнечный свет, пробивавшийся снаружи, а может, была какая-то другая причина. Впрочем, это уже не имело значения. Важно было лишь одно, она наконец “вышла”. …И именно поэтому Роэлин впервые покинула Отдельный дворец и встретила свою мать. Возможно, тогда она впервые по-настоящему увидела её своими глазами. Когда Роэлин впервые увидела свою мать, Каролину, её охватила невероятная радость. Она была счастлива. Взволнована. Тронута до глубины души. Но стоило Каролине увидеть Роэлин, как всё изменилось. Женщина задрожала, словно её внезапно охватил приступ, и тут же начала бросаться жестокими словами, лишь бы избавиться от дочери как можно скорее. Только тогда Роэлин всё поняла. [Нет…точнее, именно тогда она впервые осознала, что для них была всего лишь “вещью” - существом, которого они ни за что не хотели признавать.] [Для собственной матери она была лишь этим.] [У неё не было семьи, которая приняла бы её.] [Она десять долгих месяцев провела в утробе собственной матери, но стала подделкой лишь потому, что родилась немного позже Эриты.] [Всё из-за того, что они были зловещими близнецами.] Выражение лица Каролины - растерянное, потрясённое, словно перед ней находилось нечто жуткое, отчётливо всплыло в её сне. А вместе с ним вновь вернулась и боль, которую Роэлин испытала в тот момент. “Хнык…хнык…” Роэлин беспокойно металась, лёжа на спине. Бледное лицо постепенно проступало в слабом лунном свете, проникавшем через окно ранним утром. Холодные капли пота покрывали её кожу. Она изо всех сил вцепилась в одеяло, снова и снова пытаясь вырваться из кошмара. Но не издала ни единого громкого стона. Лишь тихие, сдавленные всхлипы, вырывавшиеся один за другим, выдавали её отчаянную борьбу с собственным сном. Наконец Роэлин удалось сделать короткий, судорожный вдох. Её грудь резко вздымалась и опускалась. “…Хнык…хнык…” Она наконец вырвалась из сна, резко села на кровати и тяжело задышала. Пытаясь прийти в себя, Роэлин провела руками по шее и щекам. Её холодные пальцы мелко дрожали. “Фух…” Обхватив голову дрожащими руками, она подтянула колени к груди и сжалась в комок. Ей было ужасно холодно. [Это был не тот Отдельный дворец, в котором она жила в Ракаине, но, несмотря на это, её всё равно пробирал до костей леденящий холод.] [В отличие от Ракаины, здесь в спальне было очень тепло.] [Дрова в камине весело потрескивали, разгораясь ярким пламенем. Плотно закрытые окна и тяжёлые занавеси не позволяли внутрь проникнуть ни единому порыву ветра.] [И всё же Роэлин было холодно.] [Но это был не тот холод, который ощущает тело.] [Это был холод, поселившийся глубоко в её душе ещё с самого рождения и не отпускавший её до сих пор.] [Нет. Теперь я ненавижу это всем сердцем.] [Она покинула Ракаину именно потому, что ненавидела её.] [Вместо своей сестры-близнеца она оставила родную страну, чтобы стать женой мужчины, которого прежде ни разу не видела.] [Женой мужчины, которого называли чудовищем.] [Она хотела выбраться из Ракаины, даже если ради этого ей пришлось бы стать невестой Императора-чудовища, который, по слухам, наслаждался тем, что разрывал людей на части.] “Хм…” Роэлин с трудом подняла голову и тяжело вздохнула. [Собственная мать обращалась с ней как с чудовищем.] [Она отвергла её, называя ужасным чудовищем и не желая даже признавать её своей дочерью.] “Если подумать…чудовищем на самом деле был не он. А я.” Роэлин пробормотала эти слова, крепко сжав тонкие дрожащие пальцы, а затем улыбнулась. “Не знаю, стану ли я невестой чудовища…или же именно он в итоге окажется женихом чудовища.” [Похоже, его уже успели обмануть во многих отношениях.] [Она была совсем не той “Эритой”, которую Император хотел видеть рядом с собой.] [И уж тем более не той Королевской сестрой, которая выросла в любви и заботе, совсем не такой, как сама Роэлин.] “Но я ничего не могу с этим поделать. Для меня это всё равно лучший выход.” ---------- Стать невестой чудовища (2) Роэлин заставила себя отогнать мысли о нём в самый дальний уголок сердца. Ей было совестно за то, что она обманывала Кергеля. Медленно спустившись с кровати, она накинула на плечи шаль и подошла к окну. На улице ещё царила темнота, рассвет только начинался. Лишь благодаря лунному свету Роэлин могла хоть смутно различить пейзаж за окном. Она приоткрыла окно. В лицо тут же пахнуло свежим утренним воздухом, и Роэлин снова пробрала дрожь от холода. Однако она лишь плотнее закуталась в шаль и упрямо продолжила смотреть наружу. Ей просто хотелось окончательно избавиться от этих кошмаров. [Возможно, это было связано с её отчаянным желанием забыть случившееся. Как бы там ни было, холодный воздух постепенно вытеснил кошмар, всё ещё клубившийся в её голове, и страшные воспоминания начали медленно угасать.] Вскоре пейзаж за окном стал гораздо яснее. Роэлин наконец смогла разглядеть Главное здание дворца, расположенное по другую сторону сада. И, конечно же, ей тут же вспомнился человек, которому принадлежал этот дворец. Она снова вспомнила слова Кергеля, сказанные им прошлым вечером, когда он подошёл к ней. [Церемония сопровождения…] [Говорили, что это была заключительная часть самой свадебной церемонии. А поскольку проходить она должна была у гробницы основателя страны, Роэлин предположила, что именно официальное приветствие предков перед гробницей и называлось церемонией сопровождения.] “…Кергель.” Она снова произнесла про себя его имя. [Имя мужчины, который вскоре станет её супругом.] [Человека, который отныне будет связан с ней узами супружества до конца своей жизни.] “Если подумать, он ведь ни разу не называл меня Эритой.” [По крайней мере, в её воспоминаниях такого не было.] [Она ни разу не слышала, чтобы с его губ слетало имя её сестры-близнеца.] Осознав это лишь сейчас, Роэлин невольно скривила губы в странной гримасе. [Для него это, скорее всего, было всего лишь формальностью, которой он не придавал особого значения.] [Нет…возможно, дело было ещё проще.] [Он ведь даже не знал её настоящего имени.] [И всё же Роэлин считала это скорее удачей.] [По крайней мере, так было гораздо спокойнее.] [Если бы он называл её этим именем, ей каждый раз приходилось бы болезненно осознавать, что она продолжает его обманывать.] “…Надеюсь, ты никогда не назовёшь меня так.” Она прислонилась к оконной раме и тихо пробормотала: “…Надеюсь, ты никогда не назовёшь меня так.” “Как именно я не должен тебя называть?” Роэлин застыла. Голос раздался прямо из-под окна. От неожиданности и внезапного порыва ветра она едва не потеряла равновесие. [Чей это голос?] [Нет.] [Она прекрасно знала, кому он принадлежал.] [Тихий голос с лёгкой прохладой, обладавший совершенно особой интонацией…] [Его невозможно было спутать ни с чьим другим.] Но сейчас Роэлин решила, что ей просто послышалось. [Ведь этот голос никак не мог доноситься отсюда.] “Фух…Да, мне наверняка показалось.” С трудом успокоив бешено колотившееся сердце, Роэлин осторожно поднялась и снова выглянула в окно. Вернее, она посмотрела именно туда, откуда мгновение назад донёсся этот “призрачный” голос. “…Ваше Величество?” Её голубые глаза мгновенно распахнулись от удивления. [Конечно, здесь никого не должно было быть.] Но человек действительно стоял в саду прямо под её окном и смотрел вверх, на спальню Роэлин. И этим человеком был не кто иной, как сам Император. *** Внутри Отдельного дворца мгновенно поднялась суматоха. И это было вполне естественно: Император неожиданно явился с визитом. Кергель наблюдал за служанками, которых подняли среди ночи и заставили поспешно готовиться к его прибытию. Он нахмурился и раздражённо цокнул языком. “Все выйдите. Я хочу некоторое время поговорить с Королевской дочерью.” “Да, Ваше Величество.” Силлоа вежливо ответила и расставила на столе лёгкие закуски и чай, после чего вышла из гостиной. Роэлин некоторое время смотрела ей вслед, а затем отвела взгляд и сдержанно вздохнула, посмотрев на мужчину, сидевшего прямо напротив неё. “Что происходит посреди ночи…” “Я и сам не знаю, что происходит посреди ночи.” Роэлин вздрогнула. В голосе Кергеля прозвучало нечто такое, будто он насквозь прочёл её мысли. Но, заметив на его лице лишь спокойствие, она всё же продолжила, неловко улыбнувшись. Казалось, она не совсем поняла, что именно он имел в виду. “Я просто случайно оказался в саду Отдельного дворца во время прогулки. Хотя, если подумать, это всё равно моя вина, я ведь намеренно сделала вид, что не слышу твоего бормотания.” Он вовсе не читал её мысли. [Просто так совпало, что их мысли оказались одинаковыми.] Роэлин молча подняла чашку с чаем. Кергель, некоторое время наблюдавший за ней, снова заговорил: “Ты выглядишь неважно. Похоже, тебе не удалось нормально поспать. Это правда?” “Думаю, с вами то же самое, Ваше Величество.” ---------- Стать невестой чудовища (3) Сделав глоток чая, Роэлин поставила чашку на стол и ответила ему. Кергель слегка приподнял уголок губ и спокойно кивнул. “Как ты и сказала. Возможно, я сам того не замечая начал нервничать. Ведь свадьба уже совсем близко.” Слова прозвучали несколько напряжённо, но выражение его лица оставалось совершенно спокойным и безмятежным. И это вовсе не означало ничего хорошего. Роэлин прямо посмотрела в сухие, лишённые эмоций глаза Кергеля. [В них не было ни капли волнения, ни ожидания перед свадьбой.] Именно поэтому он и выглядел настолько расслабленным. [У него нет ни волнения, ни ожидания.] “Можно спросить, почему вы сделали мне предложение?” Вопрос вырвался у неё внезапно. [До сих пор Роэлин считала, что это не её дело. Однако теперь, вспомнив, что свадьба состоится уже на рассвете, она захотела хотя бы раз услышать ответ непосредственно от него.] [Если бы не эта неожиданная встреча посреди ночи, она даже не осмелилась бы спросить о подобном.] Полагаясь на смелость, которую подарила ей глубокая ночь, Роэлин тихо задала свой вопрос. Золотые глаза Кергеля сузились. На мгновение его взгляд напомнил взгляд хищника, увидевшего перед собой добычу. Но Роэлин всё же продолжила: “Ваше Величество не питает ко мне особой симпатии. Более того, то же самое касается неприятного инцидента, произошедшего два года назад.” “Не ожидал, что ты сама снова заговоришь об этом.” Кергель пристально посмотрел на неё. Роэлин спокойно ответила: “То, что я об этом не говорю, не означает, что могу сделать вид, будто того, о чём и так всем известно, никогда не происходило.” Она говорила о неосторожных словах Эриты, которые та произнесла два года назад прямо перед делегацией Сероифа. [Разумеется, в то время сама Роэлин даже не знала, какую проблему создала её сестра-близнец и насколько сильно этот инцидент обострил отношения между двумя странами.] [Ведь некому было рассказать об этом Роэлин, запертой в Отдельном дворце.] [Она узнала обо всём лишь после того, как решила сыграть роль Эриты.] [Оказалось, отношения между Ракаиной и Сероифом едва не рухнули из-за того, что Эрита беззастенчиво насмехалась над представителями Сероифа и унижала их прямо во время официальной встречи с делегацией.] [Поэтому предложение Кергеля казалось странным.] [Как он мог добровольно захотеть сделать своей Императрицей женщину, которая столь бесстыдно оскорбила его страну?] [Очевидно, он сделал ей предложение не потому, что влюбился.] “Как ты и сказала, я действительно не питаю к тебе добрых чувств.” Кергель кивнул, словно полностью понял, к чему клонила Роэлин. Он сидел, скрестив ноги, слегка наклонил голову и продолжил: “Но ты мне нужна, принцесса.” “…Я вам нужна?” “Да. Ты мне нужна. Поэтому не беспокойся. То, что ты сделала со мной и моей страной, было крайне оскорбительно. Но теперь я не стану вести себя по-детски и досаждать тебе из-за этого.” “Я даже не думала, что вы способны на такое.” Роэлин ответила спокойно, внимательно слушая Кергеля. Он удивлённо приподнял бровь. “Ты слишком сильно мне доверяешь, тебе не кажется?” “Я бы сказала иначе. Я верю не столько вам, сколько собственным глазам.” “Собственным глазам?” В сухих глазах Кергеля вдруг появился живой блеск. Он улыбнулся и продолжил спрашивать, словно разговор доставлял ему немалое удовольствие. Роэлин спокойно кивнула. “Да. Пусть мы знакомы совсем недолго, но за это время я успела составить о вас собственное мнение.” “…Интересно. И каким же человеком я предстал перед тобой? Что ты успела обо мне понять?” Кергель откинулся глубже на спинку кресла. В его золотых глазах странно мерцал свет. Роэлин почувствовала себя немного неловко под этим пристальным взглядом, но всё же продолжила: “Если говорить о вас…думаю, вы, по крайней мере, не из тех людей, которые станут притеснять или досаждать другим без веской причины.” “Довольно тёплый комплимент.” Несмотря на сказанное, выражение лица Кергеля оставалось совершенно бесстрастным. Роэлин тоже продолжила говорить спокойно, ничуть не смутившись: “Кроме того, вы проявили достаточно великодушия, даже когда я поступила неправильно. Например, тогда, перед библиотекой…” “Великодушие? Это лишь доказывает, что ты совершенно меня не знаешь.” Кергель усмехнулся и махнул рукой. Затем, чуть склонив голову, продолжил: “Император Сероифа, которого называют чудовищем. Наверняка ты уже слышала подобные слухи. Неужели ты думаешь, что всё это ложь?” Лицо Роэлин мгновенно стало серьёзным. Она никак не ожидала услышать эти слухи из уст самого Кергеля. [О них знали все.] [Но от этого они не становились менее пугающими.] [Ходили жуткие рассказы о самом Императоре Сероифа, настолько страшные, что от них по коже пробегали мурашки. Как она могла осмелиться прямо сказать, что это правда?] [Тем более что ничего подобного на самом деле не существовало.] [Такие чудовищные истории рассказывали лишь за стенами Королевского дворца Ракаины.] [Это всего лишь слухи.] По крайней мере, именно так Роэлин привыкла думать. ---------- Стать невестой чудовища (4) “…Да. Думаю, всё это - ложь.” Роэлин ответила не сразу, крепко сжимая пальцами край платья. Кергель лишь усмехнулся и покачал головой. По его виду было совершенно ясно: [он не поверил ни единому её слову.] “Ваше Величество вовсе не чудовище.” Роэлин снова заговорила. На этот раз в её голосе не было ни малейшей дрожи, она произнесла это так уверенно, словно совершенно не сомневалась в своих словах. Однако выражение лица Кергеля постепенно стало жёстче. Он на мгновение закрыл глаза, затем вновь открыл их и посмотрел прямо на неё. Роэлин невольно вздрогнула, встретившись с его пронзительными золотыми глазами. Уголок губ Кергеля медленно изогнулся, заметив её реакцию. “Значит, ты утверждаешь, что я не чудовище? Если ты действительно так решила, почему тогда даже не можешь нормально выдержать мой взгляд?” Во время разговора в его голосе чувствовалась холодная отстранённость, а на лице сохранялось какое-то сонное выражение. [Для Роэлин и этого было более чем достаточно, чтобы почувствовать себя неуютно.] Но она всё же продолжила смотреть ему прямо в глаза, ещё сильнее сжимая край платья. “…Это ещё не доказывает, что вы чудовище.” “А разве вообще существует доказательство того, что человек - чудовище?” Роэлин не ответила. Кергель слегка прищурился. [Это был всего лишь случайный вопрос, брошенный между делом, однако её реакция оказалась совсем не такой, какой он ожидал.] “Что с тобой?” Он нахмурился и покачал головой. [Впрочем, это не имело для него особого значения. Да и сам этот разговор не был настолько важен.] “Мне пора идти. Уже поздно, а я и так задержался здесь слишком долго.” Кергель поднялся со своего места. Роэлин немного растерялась из-за столь внезапного окончания разговора, но тут же тоже встала, сохраняя спокойное выражение лица. Заметив это, Кергель слегка приподнял уголки губ и продолжил: “Даже если тебе не удастся уснуть, всё равно будет лучше хотя бы немного отдохнуть. После церемонии сопровождения уже наступит глубокий вечер. Что ж, увидимся утром.” “Надеюсь, Ваше Величество тоже проведёт спокойную ночь. Берегите себя.” Роэлин склонила голову в знак почтения. Кергель некоторое время смотрел на неё, затем развернулся. Но уже собираясь выйти из комнаты, вдруг остановился и снова обернулся. Роэлин всё ещё смотрела ему вслед. Она удивлённо распахнула глаза, когда их взгляды неожиданно встретились. Кергель несколько секунд смотрел в её голубые глаза, а затем, немного неловко, добавил: “И всё же…спасибо.” “За что? О чём вы говорите?” “За то, что сказала, будто я не чудовище. Конечно, ты выразилась довольно приятным для слуха образом.” Он пожал плечами и улыбнулся. Ещё раз встретившись с ней взглядом, Кергель наконец вышел из комнаты. “…” Даже после того, как дверь за ним закрылась, Роэлин ещё некоторое время стояла неподвижно, медленно моргая. [Он поблагодарил её.] [Казалось бы, ничего особенного.] Но почему-то сердце Роэлин забилось сильнее. [Наверное, потому, что для меня даже такие простые слова благодарности непривычны.] *** “Вы выглядите очень бледной. Может, принести вам горячего чая?” “Нет, всё хорошо. Церемония всё равно уже скоро начнётся.” Роэлин слегка покачала головой в ответ на осторожное предложение Силлоа. Но служанка, глядя на неё с тревогой, снова заговорила: “Его Величество внезапно пришёл посреди ночи. Наверное, вы совсем не смогли выспаться…” “Силлоа.” Люси предостерегающе произнесла её имя, одновременно поправляя наряд Роэлин. Силлоа надула губы, но послушно замолчала и продолжила помогать Люси. Роэлин молча слушала их разговор, пока наконец не смогла увидеть себя в зеркале. “…Непривычно.” “Вам не нравится? В Ракаине и Сероифе немного разные правила нанесения макияжа…” Люси сразу же обратилась к ней, услышав тихое замечание Роэлин. Роэлин медленно покачала головой. “Нет, дело не в этом. Мне всё нравится. Просто…я как будто сама себя не узнаю.” В отличие от макияжа Ракаины, который подчёркивал белизну кожи, ярко выделял глаза и акцентировал внимание на алых губах, макияж Сероифа был совершенно другим. Он больше напоминал образы сильных воинов и придавал лицу Роэлин необычную, почти нейтральную выразительность. [И правда непривычно. Это действительно я?] Роэлин, продолжая смотреть на своё отражение, с любопытством слегка повернула голову то в одну, то в другую сторону. [Перед ней была не та Роэлин, которая привыкла робеть и отводить взгляд.] [В зеркале отражалась уверенная и смелая девушка, чьё новое выражение лица менялось вместе с каждым её движением.] [Это было её собственное отражение. Как бы непривычно оно ни выглядело, отрицать это было невозможно.] “Может, стоит сделать макияж немного темнее? Кожа у принцессы очень бледная, а черты такие нежные, что сейчас вы скорее напоминаете новорождённого щенка, чем зверя…” Силлоа снова вмешалась, и в её голосе вновь прозвучала тревога. Роэлин заинтересованно посмотрела на своё отражение, а затем, слегка пожав плечами, переспросила: “Щенка?” [Неужели она имеет в виду именно щенка, говоря “новорождённый”?] ---------- Стать невестой чудовища (5) “Это вовсе не обязательно плохой смысл, принцесса.” Люси слегка улыбнулась, заметив недоумение Роэлин, и объяснила: “В Сероифе макияж в первую очередь должен выглядеть естественно. Большинство женщин Сероифа отличаются довольно резким и сильным характером, поэтому и манера нанесения макияжа у них соответствующая. Но вам совсем не обязательно скрывать собственное очарование - нежность и изящество вам очень идут.” “Но разве я не буду выглядеть странно рядом с Его Величеством, если стану похожа на щенка? К тому же…я уверена, что народ тоже многого от меня ожидает.” Даже сейчас за окном уже раздавались восторженные крики. [Ещё рано утром Силлоа рассказывала ей, что толпы людей, пришедших посмотреть на Императорскую свадьбу, уже в несколько рядов окружили внешние границы Императорского дворца. Можно было без преувеличения сказать, что вокруг дворца собралась едва ли не вся столица.] “Ура! Для Сероифа это величайшая честь!” “Пусть Его Величество и будущая Императрица будут благословлены небесами!” Роэлин тревожила мысль о том, что она может разочаровать сотни, а то и тысячи людей, которые сейчас одновременно кричали от радости и возлагали на неё столько надежд. [Она и так уже обманула всех, приехав сюда в качестве всего лишь “фальшивой невесты”.] [Но я не хочу ещё и разрушить их надежды.] […И ради Кергеля ей тоже хотелось хотя бы немного постараться.] [Я хочу показать ему себя такой, чтобы он не был разочарован.] От собственных мыслей Роэлин почему-то стало неловко. Она даже без особой причины кашлянула, пытаясь скрыть смущение, а затем как ни в чём не бывало произнесла: “Как только что сказала Силлоа, думаю, лучше сделать макияж немного темнее.” “Я сделаю всё так, как пожелает принцесса.” Люси почтительно поклонилась и отступила в сторону. Тогда к Роэлин снова подошла Силлоа и принялась поправлять её макияж. *** Карета наконец остановилась перед Главным дворцом, где в этот момент проходила свадебная церемония. И вскоре из самого дворца вышел Кергель. Тёмно-синий наряд удивительно гармонировал с его угольно-чёрными волосами. Когда Кергель медленно приблизился, дверца кареты начала открываться. Первым показался край золотого платья, а затем - маленькие ножки, скрытые под его складками. Кергель сделал шаг вперёд и протянул руку. Вслед за его рукой появилась маленькая ладонь. И наконец из кареты вышла невеста, лицо которой скрывала вуаль. [Именно в этот момент со всех сторон раздались восхищённые возгласы.] Причиной стало появление невесты. На ней было золотое платье, а голову украшал золотой плетёный головной убор - “бале”, соответствующий традициям Императорской семьи Сероифа. Но весь её облик сиял настолько ярко, что казалось, будто само солнце спустилось с небес и окутало её золотым светом. Конечно, это было всего лишь совпадение. Никто и подумать не мог, что солнечный свет просто отразился от её наряда под невероятно удачным углом и заиграл на нём ослепительными бликами. Но даже без этого её красота была более чем достаточной, чтобы вызвать восхищение. “…” За исключением одного-единственного человека. Кергель неподвижно смотрел на неё, слегка приподняв бровь. Однако вскоре он без лишних слов взял Роэлин за руку и повёл её внутрь дворца. Едва они переступили порог, как их встретил торжественный, оглушительный звук труб. [Это возвещают о начале свадебной церемонии.] *** Бум-бум-бум. Вдалеке, на фоне небес, одна за другой вспыхнули огненные всполохи. Начался праздничный фейерверк в честь Императорской свадьбы. Роэлин сама не заметила, как залюбовалась разноцветными огнями, расцветавшими в бескрайнем небе. Она некоторое время заворожённо наблюдала за фейерверком, пока рядом не раздался голос Кергеля. “Фейерверк будет продолжаться всю ночь, так что позже сможешь вернуться и спокойно всё рассмотреть. А пока нам пора.” “А…да.” Роэлин тут же покраснела. Ей стало неловко от того, что она так засмотрелась на фейерверк и совершенно забыла обо всём вокруг. Она медленно забралась в карету, по пути коснувшись ладонью своей щеки. Кергель тоже сел внутрь и расположился напротив неё. Затем постучал по стенке кареты, отдавая какое-то указание кучеру. Раздалось ржание лошадей, и карета вскоре тронулась. “Наверное, тебе было тяжело пережить всю эту свадебную церемонию. Тебе стоит хотя бы немного отдохнуть и закрыть глаза. Я разбужу тебя, когда мы приедем.” “Нет, всё в порядке.” Поправив шляпку, Роэлин аккуратно сложила руки на коленях и покачала головой. “Всё в порядке? Разве ты не дрожала на протяжении всей свадебной церемонии?” “Я просто немного нервничала. Сейчас мне уже гораздо лучше.” Она снова слегка покраснела, но ответила твёрдо. Кергель задумчиво коснулся подбородка, разглядывая Роэлин, а затем наконец пожал плечами. “Если ты действительно в порядке, тогда хорошо…Императрица.” “…!” Роэлин мгновенно подняла на него взгляд, даже не успев осознать свою реакцию. Кергель слегка склонил голову набок. “Что? Что-то не так?” “Нет. Ничего.” “Тебе непривычно, что теперь я называю тебя иначе? Но раз ты уже стала моей женой, разве ты не являешься одновременно и Императрицей Сероифа?” “…Я понимаю это головой. Но когда слышу, как меня так называют, всё равно не могу избавиться от чувства неловкости.” Честно признавшись в своих чувствах, Роэлин наконец немного расслабилась и опустила взгляд. ---------- Стать невестой чудовища (6) Роэлин невольно заметила кольцо на своём пальце. На пальце мужчины, сидевшего напротив неё, было точно такое же. [Мы уже надели друг другу кольца.] Это были парные кольца, которыми они обменялись во время свадебной церемонии совсем недавно. Роэлин вспомнила прошедшую свадьбу. [Церемония оказалась гораздо проще, чем она ожидала. Настолько простой, что её даже трудно было назвать свадьбой, на которой Император всей Империи Сероиф должен был приветствовать свою супругу.] [Впрочем, это вовсе не означало, что всё прошло скромно или убого.] [Напротив, если принять во внимание само значение брака, церемония оказалась весьма серьёзной.] [Это была церемония только для двоих - Роэлин и Кергеля.] [В Сероифе не было каких-либо особых дипломатических традиций, а также не существовало обычая поклоняться Богам. Поэтому, в отличие от других стран, здесь не было ни верующих, ни епископов, которые могли бы провести свадебную церемонию.] [Все участники свадьбы, то есть они вдвоём, просто обменялись кольцами и дали друг другу брачные клятвы.] [После этого они подписали брачный договор.] [Поэтому не было никакой необходимости приглашать кого-либо из Ракаины.] [Нет, даже если бы Роэлин захотела их пригласить, никто из её родных всё равно не захотел бы приехать.] “А вот этот макияж тебе совсем не идёт.” От слов Кергеля Роэлин невольно отвлеклась от мыслей о Ракаине и поспешно скрыла нахмурившееся выражение лица, после чего подняла взгляд. Кергель сидел напротив, откинувшись на спинку сиденья и скрестив руки на груди. Его брови слегка сошлись, словно его что-то действительно раздражало. Когда Роэлин озадаченно склонила голову набок, Кергель снова заговорил: “Я хотел сказать это ещё до свадьбы, когда ты только вышла из кареты.” “О чём вы…” Роэлин на мгновение смутилась, но вскоре поняла, что именно он имел в виду. [Он вообще видел моё лицо, когда я была в вуали?] [Или…он всерьёз решил сделать мне замечание из-за того, что ему не понравился мой макияж?] Она не смогла скрыть своего смущения. Впрочем, если подумать, Роэлин действительно вспомнила, как, едва она вышла из кареты перед Главным дворцом, Кергель слегка приподнял бровь. “…Я не знала, что Ваше Величество обращает внимание на такие мелочи. К тому же мой макияж был выполнен в соответствии с традициями Сероифа. Поэтому не думаю, что в нём есть какая-то проблема.” Роэлин произнесла это твёрдо, почти как возражение. Кергель улыбнулся, заметив её реакцию, и покачал рукой. “Не пойми меня неправильно. Я не пытаюсь без причины с тобой спорить. Просто хотел сказать, что тебе вовсе не обязательно так строго следовать обычаям Сероифа. Особенно если речь идёт о макияже, который тебе совершенно не подходит.” Роэлин ничего не ответила. [С одной стороны, его слова могли показаться ей неприятными.] [Но, возможно, дело было не в этом.] [Просто ей было непривычно сталкиваться с человеком, который мог настолько спокойно и прямо объяснить свою позицию, не выказывая при этом ни малейшего раздражения.] Она молчала от неловкости, и Кергель не стал требовать от неё ответа. Напротив, он тоже замолчал, словно этого ему было вполне достаточно. Некоторое время в карете царила тишина. Роэлин снова опустила взгляд на кольцо, украшавшее её палец. Затем подняла глаза. Кергель всё ещё смотрел на неё. Их взгляды встретились. В этот момент сердце Роэлин неожиданно забилось быстрее. Но она постаралась изменить выражение лица так, словно ничего особенного не произошло, и заговорила: “Но место, куда мы направляемся…это гробница Основателя Каинберта?” Он кивнул, а затем добавил: “Это также гробница человека, который заставил меня выбрать тебя в качестве своей супруги.” “…Что?” Выражение лица Роэлин мгновенно изменилось. [Она всего лишь хотела нарушить затянувшееся молчание и заодно сменить тему разговора, но вместо этого услышала совершенно неожиданный ответ.] “Что это значит?” “Всё именно так, как я сказал. Каинберт, великий Основатель, был тем, кто выбрал тебя мне в супруги. Именно поэтому и состоялся этот брак.” В её голубых глазах отразилось замешательство. Однако вместо того чтобы объяснить подробнее, Кергель замолчал. Роэлин несколько раз приоткрывала губы, словно собиралась задать новый вопрос, но в конце концов тоже ничего не сказала. В наступившей тишине слышались лишь мерный цокот лошадиных копыт да тихий скрип колёс кареты. *** “И-го-го!” Карета вскоре остановилась, и тишину нарушило громкое ржание лошади. “Мы приехали.” Кергель закрыл глаза, а затем снова открыл их, уже собираясь что-то сказать. В тот же момент снаружи послышался голос: “Ваше Величество, я открою дверь кареты.” “Открывай.” Получив разрешение, слуга распахнул дверцу. Внутрь тут же ворвался порыв ветра, словно только и ждал этого момента. Под его напором подол платья Роэлин затрепетал, а лёгкие складки ткани взметнулись. Кергель первым вышел из кареты и протянул ей руку. “Что ж, пойдём.” ---------- Стать невестой чудовища (7) Роэлин как раз пыталась поправить платье, когда перед её глазами появилась протянутая рука Кергеля. Она подняла взгляд. Кергель молча смотрел на неё своими золотыми глазами. “…Да.” Роэлин снова опустила глаза и осторожно положила ладонь поверх его руки. Затем вместе с Кергелем вышла из кареты под сопровождением его людей. Едва ступив на землю, Роэлин увидела открывшийся перед ней пейзаж и невольно задержала дыхание. Позади неё тут же раздался голос Кергеля: “Здесь похоронен Каинберт, основатель Сероифа.” “…Каинберт.” Услышав это имя, Роэлин вспомнила человека, который основал Империю. Она снова подумала о словах Кергеля, сказанных в карете. [Это гробница человека, который заставил его выбрать меня в качестве супруги?] [Фраза была слишком загадочной.] [Роэлин понятия не имела, что именно он хотел этим сказать. Но всё же не решалась спросить напрямую.] [Это было лишь предчувствие.] [Ей казалось, что не стоит торопиться расспрашивать его об этом.] [Разумеется, у неё не было никаких конкретных оснований так думать.] [Возможно, причиной было и то, что сейчас она видела перед собой.] Непонятные слова Кергеля и таинственный лес, раскинувшийся прямо перед ней, почему-то казались похожими. “…Вау.” У Роэлин невольно вырвалось восхищённое восклицание. Кергель даже не заметил, как она заговорила, полностью поглощённая открывшимся перед ней зрелищем. А оно действительно поражало своей красотой и окутывало всё вокруг какой-то загадочной атмосферой. Первое, что предстало перед глазами Роэлин, узкая тропа, окружённая густым лесом из серебристых деревьев. Она никогда прежде не видела ничего подобного. [Нет, если учесть, что Роэлин за всю жизнь ни разу не покидала Отдельный дворец Ракаины, неудивительно, что увиденные ею деревья казались особенно необычными.] [Но даже на иллюстрациях растений ей никогда не доводилось встречать подобных деревьев.] [Она вообще впервые слышала о существовании серебристых деревьев.] А туман, окутывавший их и колыхавшийся между стволами, словно бескрайнее море, делал пейзаж ещё более загадочным. [Неужели именно так выглядит волшебный лес из сказок?] Роэлин заворожённо смотрела на лес, пока голос Кергеля не вывел её из задумчивости. “Пойдём.” “…Что? Ах, да.” Она моргнула, словно только что проснулась, и поспешно ответила. Кергель посмотрел на неё, а затем обернулся. Следовавшие за ними рыцари и кучеры тут же почтительно поклонились. “Увидимся позже.” “…Мы пойдём только вдвоём?” Услышав слова рыцаря, Роэлин тоже обернулась и спросила Кергеля. Тот просто кивнул. “Сюда могут входить только потомки Каинберта.” “Тогда я…” “Если вместе с потомком Каинберта входит другой человек, ему тоже разрешено пройти. Поэтому сегодня со мной войдёшь только ты, Императрица.” Услышав объяснение Кергеля, Роэлин кивнула. Он первым направился вперёд, и она последовала за ним, слегка приподняв подол платья. Как только они ступили на лесную тропу, оставив позади карету и людей, которым было поручено их охранять, Роэлин почувствовала влажный воздух, окруживший их со всех сторон. От неожиданности она споткнулась, ощутив, как тяжело становится дышать. Кергель, шедший впереди, мгновенно обернулся, словно у него были глаза на затылке, и подхватил её. “Ох…спасибо.” “Будь осторожна. Если сойдёшь с тропы, можешь угодить в иллюзию.” “В иллюзию?” Роэлин склонила голову набок, поблагодарив его. Кергель указал на густой туман, стелившийся в глубине леса за пределами тропы, и продолжил: “Не стоит считать этот туман обычным. Каждый его клочок способен вызвать перед человеком его самое страшное воспоминание, скрыв его под видом иллюзии, а затем навсегда заточить внутри.” Он ненадолго замолчал. “Никто из попавших туда ещё не смог выбраться.” “…” “Хотя тебе, вероятно, и не о чем беспокоиться. Ты ведь жила в Королевском дворце Ракаины, окружённая заботой и имея всё, чего только могла пожелать. Наверняка тебе просто нечего бояться.” Кергель произнёс это легко, без тени сомнения. Затем отпустил её руку, развернулся и снова пошёл вперёд. Но Роэлин не смогла сразу последовать за ним. Она лишь смотрела ему вслед, пока его фигура постепенно удалялась. Его слова продолжали звучать в её голове. [Тебе нечего бояться.] Роэлин всё ещё смотрела на спину Кергеля, который продолжал идти вперёд, и наконец медленно вдохнула. Она крепко сжала холодные кончики пальцев, заставляя себя успокоиться, а затем сделала ещё один шаг. [Я боюсь только…этого.] [Кергель считал, что ей нечего бояться.] [Поэтому ему и в голову не могло прийти, что девушка, сейчас идущая следом за ним, едва сохраняет самообладание.] [Если то, что она испытывала, можно было назвать облегчением…то это облегчение само по себе стало для неё утешением.] ---------- Стать невестой чудовища (8) [Роэлин не хотела, чтобы человек, шедший впереди, заметил её состояние. ] [Да и сама она не знала, чего именно хочет добиться. Ей просто хотелось обрести хоть какое-то чувство собственного достоинства, ведь всё, о чём она мечтала, это начать новую жизнь вдали от Ракаины.] [Интересно, каково это, совсем ничего не бояться?] Роэлин смутно пыталась представить себе такое ощущение. Однако вообразить то, чего никогда не испытывал, оказалось гораздо сложнее, чем она предполагала. В конце концов ей пришлось отказаться от этой затеи. [Для Роэлин само прошлое, вся её прежняя жизнь, было источником страха.] [Каждый человек в этом мире, любой, кроме неё самой, казался ей пугающим и ужасным.] [В отличие от её сестры-близнеца, которой, казалось, никогда и ничего не приходилось бояться.] Роэлин изо всех сил старалась подавить горечь, терзавшую сердце, и вновь посмотрела на спину Кергеля. [Он выглядел совершенно уверенным в себе. Словно за всю свою жизнь ни разу не позволил себе пошатнуться под тяжестью страха.] [Человек, настолько не похожий на неё.] Роэлин невольно задумалась: [Неужели во всём этом огромном мире есть ещё кто-нибудь, настолько похожий на него?] Она вспомнила их вчерашний разговор. [Она сказала ему, что он не чудовище.] И тогда Кергель задал ей вопрос. [Есть ли вообще доказательство того, что человек - чудовище?] “…” [Даже сама Роэлин не могла на него ответить.] [Вернее, слова уже стояли у неё на кончике языка, но она просто не смогла их произнести.] [На самом деле чудовищем была она сама.] [А не Кергель.] На губах Роэлин мелькнула горькая улыбка, но почти сразу исчезла. [После всей жизни, проведённой в плену, она вдруг стала женой мужчины, который должен был стать супругом её собственной сестры-близнеца.] [Для Роэлин этот брак был всего лишь способом вырваться из дворца, который ничем не отличался от тюрьмы.] [Разве я заслуживаю такой возможности начать всё заново?] [Ведь сам этот брак был обманом.] Роэлин почувствовала, как в груди становится тяжело, и провела ладонью по лицу. И в этот момент её внезапно пронзило сильнейшее головокружение. Она пошатнулась, сама не понимая, что происходит. В голове словно что-то замерцало, а затем её глаза мгновенно затуманились белизной. Сознание начало постепенно отдаляться, словно чувства одно за другим покидали её тело. А затем всё вокруг изменилось. “…” Отдельный дворец Ракаины. Тот самый похожий на тюрьму мир, о котором она только что думала… Роэлин словно перестала дышать. Ей показалось, будто сердце внутри заледенело. “Что это? Я точно…Неужели мне всё это приснилось? Неужели это был просто сон? Такой яркий…” Роэлин поспешно оглянулась. Она явственно почувствовала прохладу камина, огонь в котором уже давно погас. На кровати, застеленной тонкими простынями, лежала книга, которую она читала до этого и ненадолго отложила. “Нет…Такого не может быть. Я…Как мне отсюда выбраться?” Не в силах справиться с охватившим её ужасом, Роэлин яростно покачала головой. Лицо её постепенно побледнело. Голубые глаза быстро наполнились слезами. [Стоило ей подумать, что то чувство свободы, которое она впервые испытала за пределами Отдельного дворца, было всего лишь сном, как её захлестнуло невыносимое отчаяние.] Роэлин рухнула на землю, не в силах вынести его тяжесть. Она даже не заметила, что испачкала платье. Слёзы хлынули из глаз и покатились по щекам одна за другой. И тут кто-то резко схватил её за запястье и дёрнул назад. “Я ведь уже говорил тебе быть осторожнее. Похоже, ты доставляешь гораздо больше хлопот, чем я думал.” “…?” Роэлин беспомощно посмотрела на человека перед собой, даже не пытаясь вытереть слёзы. Это была большая мужская рука, крепко державшая её за запястье. [Эта рука…] [Она узнала её.] Но лица человека Роэлин разглядеть не могла. [Почему-то её зрение оставалось размытым. И дело было вовсе не в слезах.] [Это было больше похоже на туман, который окутывает мир ранним утром…] “Ах!” Голубые глаза Роэлин мгновенно распахнулись. В тот же миг туман, застилавший её взгляд, начал медленно рассеиваться. И вскоре она наконец смогла увидеть лицо того, кто держал её за запястье. Чёрные волосы были слегка растрёпаны. А когда её взгляд встретился с золотыми глазами, неотрывно смотревшими на неё, сознание Роэлин постепенно вернулось. “Ваше Величество…” “Ты едва не оказалась полностью поглощена иллюзией. Даже если ты сошла с тропы, тебе повезло, что ты не успела зайти слишком далеко. Если бы это произошло, спасти тебя было бы уже невозможно.” Кергель говорил спокойно, одновременно помогая Роэлин подняться, слегка потянув её за запястье. Роэлин смущённо посмотрела на него, а затем только теперь начала оглядываться по сторонам. И лишь тогда поняла, что они находятся совсем рядом с краем тропы. “Так вот что это была за иллюзия…” Она произнесла это почти машинально, оглядывая окружающий пейзаж и облегчённо вздыхая. Её дыхание всё ещё дрожало, вероятно, отголоски пережитых эмоций ещё не успели утихнуть. “Похоже, иллюзия оказалась для тебя особенно сильной. Хотя ты даже не успела зайти в неё глубоко.” Кергель, наблюдавший за ней всё это время, произнёс это с некоторым удивлением. Роэлин провела ладонью по бледной щеке и тихо ответила: “Она была настолько настоящей, что мне показалось, будто я снова оказалась там…Это было ужасно.” “Как ни странно, неожиданно узнать, что ты чего-то боишься. Впрочем, каким бы счастливым ни был человек, живущий в достатке и получающий всё, чего пожелает, наверняка всё равно найдётся что-нибудь, чего он боится.” Услышав этот безразлично заданный вопрос, Роэлин на мгновение замешкалась. Затем заставила себя приподнять уголки губ и кивнула. “Наверное, вы правы. В любом случае…спасибо, что спасли меня, Ваше Величество.” “Тебе просто повезло. Если бы ты прошла ещё немного дальше, вытащить тебя оттуда было бы уже невозможно. В следующий раз тебе может так не повезти, поэтому будь осторожнее.” Приняв её благодарность довольно сухо, Кергель сделал ещё один шаг вперёд. Роэлин посмотрела ему вслед, а затем перевела взгляд на белый туман, оставшийся за пределами тропы. [Иллюзия была настолько реалистичной, что кончики её пальцев до сих пор мелко дрожали.] Роэлин глубоко вдохнула, крепко сжала пальцы, а затем отвернулась от тумана. После этого она снова шагнула вперёд, следуя за Кергелем. ---------- Стать невестой чудовища (9) “Это вход в гробницу Каинберта - основателя Сероифа.” Они довольно долго шли по узкой тропе, пока наконец не оказались перед огромными каменными вратами. Роэлин остановилась рядом с Кергелем и, продолжая слушать его объяснения, подняла голову, чтобы рассмотреть сооружение, которое, судя по всему, и было гробницей. Оно оказалось настолько огромным, что охватить его взглядом целиком с первого раза было невозможно. Роэлин невольно задумалась, откуда вообще могли взяться камни, из которых возвели такую громадную гробницу. Не заметив за собой, она слегка приоткрыла рот от изумления, а затем смущённо распахнула глаза, осознав собственную реакцию. Кергель бросил на неё взгляд и едва заметно приподнял уголки губ. “Ты удивляешься слишком рано.” “…Что?” Увидев на её лице неподдельное изумление, он ничего больше не объяснил, лишь сделал несколько шагов вперёд. Остановившись прямо перед воротами, Кергель снова обернулся к ней. “Как я уже говорил, войти сюда могут только потомки Каинберта. Либо тот, кто входит вместе с одним из его потомков.” “Да.” Роэлин кивнула, вспомнив то, что ей сообщили перед тем, как они вошли в лес. Кергель слегка приподнял подбородок в сторону огромных каменных ворот и продолжил: “Возможно, Императрица, ты поняла мои слова лишь в формальном смысле. Ты решила, что это святилище, куда невозможно попасть без разрешения Королевской семьи.” “…Разве это не так?” Роэлин склонила голову набок. На её лбу появилась лёгкая складка, она пыталась понять, что именно Кергель имеет в виду. “Если посмотреть с одной стороны, можно сказать и так…Но тебе будет гораздо проще увидеть всё собственными глазами.” “Что ты…” Не успела Роэлин закончить вопрос, как произошло нечто странное. Стоило Кергелю прикоснуться рукой к огромным воротам, как они сами собой начали открываться, издавая оглушительный грохот. Врата были настолько массивными, что от их движения задрожала сама земля. Казалось совершенно невозможным сдвинуть их с места, даже если бы за это взялись десятки людей одновременно. Роэлин от неожиданности отступила на шаг, почувствовав вибрацию под ногами. Но сделать ещё один шаг назад она уже не могла. Оказалось, Кергель уже стоял прямо за её спиной, словно поддерживая её. “Только тот, в чьих жилах течёт кровь Каинберта, действительно способен открыть врата этой гробницы.” Роэлин повернула голову и посмотрела на Кергеля. Он убрал руку, которой легко придерживал её за плечо, а затем кивком указал вперёд. Из-за открывшихся ворот пробивался луч света. Он напоминал солнечное сияние и удивительно походил на золотой цвет глаз Кергеля. Роэлин сама не заметила, как шагнула вперёд, словно этот свет притягивал её. При помощи Кергеля она вошла внутрь гробницы. “Здесь холодно…” Едва переступив порог, Роэлин вздрогнула и остановилась. Холод, исходивший из глубины гробницы, пробирал до костей и покрывал кожу мурашками. Наверное, из-за того, что это была древняя гробница, здесь ощущалась какая-то особенная, леденящая атмосфера. И тут на её плечи легло что-то тяжёлое. Роэлин удивлённо вздрогнула и тут же попыталась снять накидку, которой её укрыли. “Просто надень.” Только тогда она поняла, что Кергель набросил на её плечи свой плащ. И именно в этот момент её тело задрожало уже совсем по другой причине. Кергель, словно решив, что Роэлин всё ещё мёрзнет, недовольно цокнул языком и произнёс: “Скоро всё закончится.” “…А, да.” Роэлин на мгновение замешкалась, затем кивнула. Кергель пошёл вперёд, и благодаря этому она могла не опасаться, что он заметит её раскрасневшееся лицо. [Я, должно быть, сошла с ума.] Роэлин легонько похлопала ладонями по пылающим щекам. [Стоило ей осознать, что на ней плащ Кергеля, как лицо мгновенно вспыхнуло.] [Возможно, дело было в смущении.] [А может, ей просто казалось, что на ткани всё ещё сохранилось тепло его тела.] [Нет…Это всего лишь её фантазия.] [Невозможно, чтобы тепло его тела так долго оставалось на плаще.] “Сюда.” Роэлин настолько погрузилась в свои мысли, что лишь услышав его голос, наконец пришла в себя. Кергель уже стоял в нескольких шагах впереди и протягивал ей руку. Она и не заметила, как они прошли по длинному коридору и остановились перед входом в каменную залу. Роэлин поспешила к нему. Кергель взял её за руку и повёл внутрь. “Вау…” Роэлин слегка сжала его ладонь, но затем остановилась, едва переступив порог каменной залы. Внутри горели языки пламени, освещая древнее помещение и придавая ему ещё более одинокую и величественную атмосферу. “Это гробница Каинберта, основателя Империи. Здесь он покоится.” Роэлин огляделась, слушая его слова. Оказавшись внутри, она почти сразу перестала воспринимать это место как гробницу. [Скорее, оно напоминало древний исторический памятник - место, хранящее память о давно ушедшей эпохе.] ---------- Стать невестой чудовища (10) “Но…здесь нет ничего похожего на гроб.” “Для вечного упокоения его тело похоронили в отдельном помещении.” “В отдельном помещении?” “То, что невидимо, вовсе не означает, что его не существует.” Роэлин вздрогнула от слов Кергеля и ещё внимательнее оглядела залу. [Однако, сколько бы она ни смотрела, никакого другого помещения здесь, казалось, не было.] И тут её взгляд неожиданно остановился на одном месте в каменной стене. В глазах Роэлин появилось удивление. Она только сейчас заметила плотную ткань, которой была завешена часть стены. “Зачем вы накрыли эту стену тканью?” Роэлин с недоумением склонила голову. Кергель проследил за её взглядом и посмотрел на завесу. Уголки его губ чуть приподнялись. Он уже знал, что совсем скоро она увидит. [Интересно, как ты отреагируешь, когда увидишь своё изображение на той каменной стене? Узнаешь ли ты себя?] До тех пор, пока следующее откровение не будет явлено очередному поколению Императорской семьи, изображения на каменных стенах должны были оставаться неизменными. Именно поэтому стену и закрывали плотной тканью. И лишь когда в будущем снизойдёт откровение, завеса исчезнет, открыв то, что скрывается за ней. Кергель снова посмотрел на Роэлин. [Возможно, она могла бы прожить всю жизнь, так и не узнав об этом.] [Если бы она была лишь жительницей Сероифа, разве не было бы всё проще?] [Он не желал раскрывать тайну Императорской семьи женщине, которая по-прежнему оставалась принцессой Ракаины.] “Тогда начнём ритуал.” Кергель внезапно сменил тему. Роэлин всё ещё смотрела на ткань, скрывающую каменную стену, но после его слов её тело постепенно напряглось. Она чувствовала, как её охватывают тревога и волнение перед чем-то совершенно незнакомым. “Не нужно нервничать. Хотя это и называется ритуалом и звучит довольно величественно, на самом деле всё очень просто.” Кергель повёл её в другую сторону залы. Там находился небольшой алтарь. На одном его краю лежал серебряный кинжал, который сразу привлёк внимание Роэлин. На рукояти было выгравировано изображение зверя. Оно напоминало волка - свирепого и дикого. “…Волк?” Роэлин вопросительно склонила голову. Тем временем Кергель поднялся на алтарь и взял кинжал. Затем обратился к ней: “Но будет немного больно.” “…Что вы имеете в виду? Вам тоже будет больно?” “Мне придётся порезать твою ладонь. Со мной будет то же самое. После этого тебе останется только положить руку туда, и всё.” “Вот как?” Роэлин ответила совершенно спокойно. Кергель приподнял бровь, явно не ожидая такой реакции. “Тебя вообще ничего не волнует.” “…?” Роэлин озадаченно посмотрела на него, не понимая, что он хочет этим сказать. Кергель лишь покачал головой, а затем встал напротив неё на алтаре. “Я проведу лезвием вот отсюда…до сюда.” Он указал на её ладонь. Однако выражение лица Роэлин по-прежнему оставалось спокойным. [Это действительно было неожиданно.] [Ему предстояло собственноручно провести острым кинжалом по её ладони и причинить ей боль. И всё же в её глазах не было ни капли страха.] [Трудно было поверить, что перед ним стояла принцесса, выросшая в роскоши и окружённая заботой.] [И всё же эта женщина действительно была принцессой Ракаины.] [Ну и ладно.] [Впрочем, сейчас это не имело значения.] Кергель отбросил лишние мысли и медленно приложил кинжал к ладони Роэлин. Острое лезвие на мгновение блеснуло. Тело Роэлин вздрогнуло. “…!” На её маленькой белой ладони выступила кровь. Но Роэлин не издала ни звука, молча перенося боль. Кергель взглянул на неё и на этот раз провёл кинжалом по собственной ладони. Он сделал это куда решительнее, чем с Роэлин. Порез оказался значительно глубже, и кровь почти сразу хлынула из его ладони, стекая вниз. “Ох! Так много крови…” Увидев, как кровь капает с его руки на пол, Роэлин встревожилась и попыталась протянуть ему носовой платок. Но Кергель не взял его. Вместо этого он покачал головой и многозначительно подмигнул ей. “Ах…” Только теперь Роэлин вспомнила его слова. [Точно. Он сказал, что после того, как порежет свою ладонь, я должна положить свою руку поверх его.] Кергель взглядом указал на мраморную плиту, на которую им предстояло положить руки. Роэлин успокоила встревоженно колотившееся сердце и слегка кивнула. Затем последовала за ним. “Можешь положить руку вот сюда.” Кергель остановился перед мраморной плитой и ещё раз объяснил ей, что нужно делать. Роэлин несколько раз кивнула, после чего медленно подняла руку. Едва её ладонь коснулась мрамора, как первым, что она почувствовала, оказался ледяной холод. Казалось, он пробрал её до самых костей. Роэлин невольно попыталась отдёрнуть руку. Но в этот момент Кергель накрыл её ладонь своей. “Подержи так немного.” Услышав его низкий голос, Роэлин перестала пытаться высвободиться. И тогда она вдруг почувствовала, как её тело наполняется силой. Причиной было прикосновение его руки и тепло, исходившее от неё. Всё это казалось ей непривычным. Его большая ладонь, полностью накрывшая её руку, и температура его тела, которая была значительно выше её собственной… Всё это ощущение было для Роэлин совершенно новым. ---------- Стать невестой чудовища (11) Она уже даже забыла о боли в ране на ладони, лишь почувствовав, как невольно напряглись и сжались её плечи. И в этот самый момент внутри гробницы раздался гул. Точнее, это была вибрация, словно откуда-то издалека, за пределами гробницы, сюда стремительно приближалось множество существ. Роэлин смущённо посмотрела на Кергеля. Он стоял рядом с ней, положив руку на мрамор, и медленно перевёл на неё странный взгляд. “И всё же я…” Он пробормотал что-то невнятное, оборвав фразу на полуслове, после чего замолчал. Выражение его лица было совершенно невозможно описать. На нём одновременно отражалось множество противоречивых эмоций: возбуждение, разочарование, ожидание, раздражение и ещё что-то, чему Роэлин не могла подобрать названия. “…?” Когда она озадаченно посмотрела на него, Кергель лишь улыбнулся и провёл здоровой рукой по лицу. В одно мгновение все эмоции, ещё недавно отражавшиеся на его лице, исчезли. А снаружи гробницы послышался вой каких-то зверей. “У-у-у…У-у-у…” “Что это вы говорили?” “Это волки воют. Празднуют завершение ритуала.” “…Что?” Роэлин снова посмотрела на него. [Казалось очевидным, что Кергель только что пошутил. Но на его лице не было ни тени улыбки, которая подтвердила бы это.] Из-за ветра, доносившегося снаружи, Роэлин тоже не могла понять, как к этому относиться, и лишь неопределённо посмотрела на него. Уголки губ Кергеля слегка приподнялись, словно он догадался, о чём она сейчас думает. Но почти сразу он спокойно произнёс: “Давай теперь выйдем отсюда.” “Ритуал уже закончился?” “Да.” Роэлин несколько раз медленно моргнула, всё ещё пребывая в замешательстве, после чего последовала за ним из каменной залы. “У-у-у-у…” Она всё ещё слышала снаружи протяжный вой зверей. [Нет, теперь она уже знала, это были волки. И множество волков выло одновременно.] “Вот как воют волки…” Роэлин пробормотала это, выйдя из каменной залы и направляясь по коридору. На её лице читалось любопытство. Она медленно повернула голову, продолжая идти вперёд. “Ты никогда не слышала, как воют волки? А, ну конечно, не думаю, что…” “Да. В Королевском дворце вряд ли встретишь дикого зверя вроде волка.” “Верно.” Роэлин кивнула в ответ на его слова. Но затем сама того не заметив слегка нахмурилась. Постепенно её шаги становились всё медленнее. Кергель продолжал идти вперёд, словно не замечая перемены в её поведении. [Нет.] [На самом деле он всё заметил.] [Просто…разве у него сейчас было время разбираться с этим?] Он промолчал и продолжил идти. Вокруг по-прежнему раздавался вой волков. [Вероятно, нечто подобное происходило и в Императорском дворце.] Стаи волков собирались вместе и выли, возвещая о возвращении потомка волчьего рода и тем самым выражая ему своё поздравление. [Эта женщина действительно…теперь моя спутница.] [Это было неоспоримым фактом.я [Он получил откровение через изображения на стенах, а теперь ещё раз убедился в этом во время обряда заключения союза.] [Ведь сам Каинберт, хозяин этой гробницы, официально признал её своей “спутницей” через волков.] […Впрочем, это хорошо. Даже если печать разрушится, по крайней мере, теперь её ещё можно будет остановить.] Кергель горько усмехнулся и коснулся области чуть левее груди. На кончике его пальца ощущалось то, что было похоже на драгоценный камень, вживлённый рядом с местом, где билось сердце. Печать. [Если она разрушится, остановить его сможет только спутница.] [Теперь лишь она способна меня остановить.] Погрузившись в тяжёлые, не поддающиеся выражению словами чувства, Кергель лишь спустя некоторое время понял, что Роэлин больше не идёт рядом. Он остановился и оглянулся. Его лицо слегка нахмурилось, когда он увидел, насколько она отстала. “Простите, Ваше Величество.” Роэлин поспешила к нему, заметив, что он остановился посреди коридора. Однако Кергель ничего не ответил. Он лишь некоторое время молча смотрел на неё, после чего перевёл взгляд вниз. Роэлин не могла видеть, куда именно он смотрит, ведь её ноги были скрыты под платьем. Но она всё равно неловко переступила с ноги на ногу и попыталась отступить. Ей вдруг показалось, будто Кергель уже заметил её босые ноги. Однако прежде чем она успела что-либо сделать, Кергель двинулся. Он опустился перед ней на одно колено и приподнял край её платья. “Ваше Величество!” “И всё же ты хорошо дошла до сюда в таком состоянии…” Кергель нахмурился, тихо пробормотав это себе под нос. Состояние ноги Роэлин оказалось довольно серьёзным. Из-за новых туфель, которые натирали ей ноги ещё во время свадьбы, кожа уже покраснела. Теперь же на ступне образовалась настоящая рана: кровь смешалась с сукровицей и уже начала стекать вниз. [Разумеется, если бы речь шла о Кергеле, он обычно даже не счёл бы подобную рану чем-то заслуживающим внимания.] [Более того, примерно так же отнёсся бы к ней любой житель Сероифа.] [Для них было совершенно естественно не моргнуть глазом при виде большинства ран.] [Например, однажды один из подчинённых Кергеля получил тяжёлое ранение во время тренировочного боя.] [Травма была настолько серьёзной, что живот мужчины буквально распороло, и казалось, что внутренности вот-вот выпадут наружу.] [Но никто тогда даже не удивился и не запаниковал.] [Сам раненый тоже не выглядел особенно обеспокоенным. Прижимая рукой распоротый живот, он лишь тихо посмеивался, ожидая прихода врача.] [Так что же ещё тут было говорить?] [По меркам Сероифа рана на ноге Роэлин вообще не считалась раной.] [Просто по сравнению с обычными людьми она казалась серьёзной потому, что Эрита была принцессой Ракаины, выросшей в полной безопасности и заботе.] ---------- Стать невестой чудовища (12) “Я в порядке…Ох! Ваше Величество!” Роэлин едва успела открыть рот, обращаясь к Кергелю, который всё ещё стоял перед ней на одном колене и осматривал её ноги, как тот уже поднялся и подхватил её на руки. “Ваше Величество! Пожалуйста, поставьте меня на землю!” “Всё в порядке. Как ты вообще можешь ходить с такой ногой?” Не обращая внимания на смущение и попытки Роэлин вырваться, Кергель продолжил идти, одной рукой поддерживая её под бёдрами. “После того как ты прошла весь этот путь в таких туфлях…” Он снова недовольно цокнул языком. Роэлин слегка съёжилась от его недовольного голоса и опустила голову. Её взгляд невольно упал на грудь мужчины, который нёс её на руках. Стоило ей увидеть безупречно сидящая на нём одежду, как она почувствовала, что лицо снова начинает пылать. [В конце концов, она крайне редко оказывалась в настолько близком контакте с кем-либо.] [В Ракаине ей всю жизнь приходилось скрываться.] [Все называли её зловещей близнецом и старались держаться от неё подальше.] [Каждый, кто знал о её существовании, ненавидел её и при первой же возможности избегал.] [По крайней мере, именно так всё происходило на её родине.] [Неужели только здесь, в Сероифе, я впервые почувствовала, что со мной обращаются как с обычным человеком?] На губах Роэлин появилась горькая улыбка, но почти сразу исчезла. [В Ракаине, где она родилась и выросла, ей никогда не доводилось получать подобной заботы. Поэтому сейчас ей даже было неловко испытывать смущение.] Вместо этого где-то глубоко в сердце начала подниматься горечь. [Ей было больно и обидно от мысли о том, почему такая простая, обыкновенная жизнь оказалась для неё настолько недостижимой, хотя для других людей всё это было само собой разумеющимся.] [Лишь покинув родину, она наконец смогла жить как нормальный человек.] Роэлин провела ладонью по щеке, на которой вновь появилась горькая улыбка. И в этот момент над самой её головой раздался низкий голос: “Такая расслабленная. Похоже, тебе настолько удобно в моих объятиях, что ты уже можешь думать о чём-то другом?” “…!” Роэлин была настолько погружена в свои мысли, что только сейчас вспомнила, что Кергель несёт её через лес. Она удивлённо подняла голову и встретилась с его насмешливым взглядом. Её лицо мгновенно вспыхнуло, словно спелый помидор, и она поспешно попыталась выскользнуть из его рук. “Не двигайся. А то я снова собьюсь с тропы.” “Но…” Роэлин не нашла, что возразить, и замолчала. Кергель опустил взгляд на её маленькую макушку. Уголки его губ слегка приподнялись. Однако, заметив собственную улыбку, он тут же посерьёзнел. [Это было просто нелепо.] [Он действительно улыбнулся этой женщине.] [Неужели всё дело в том, что сегодня они провели обряд заключения союза и окончательно подтвердили, что эта женщина - его настоящая “спутница”?] Кергель вновь осознал, что больше не испытывает к ней прежней неприязни. [Да и особых причин для враждебности теперь не было.] [По крайней мере, с тех пор как она приехала в Сероиф.] [Женщина, которую он сейчас держал на руках, во всём вела себя настолько осторожно, что порой он задавался вопросом: действительно ли перед ним та самая женщина, которая когда-то оскорбляла и высмеивала Сероиф?] [Она действительно сильно изменилась за это время…] Кергель невольно продолжил размышлять, но вскоре рассмеялся, внезапно осознав нелепость собственных мыслей. [Было бы куда правдоподобнее сказать, что её просто заменили на совершенно другого человека.] Он покачал головой и снова усмехнулся. Однако Кергель и не подозревал, насколько близко сейчас подошёл к истине. Поэтому вскоре отбросил эти мысли и вновь привёл свои рассуждения в порядок. [Как бы то ни было, женщина, которую он сейчас держал в руках, была его “спутницей”.] [А значит, не было никакой необходимости вспоминать прошлое и позволять ему омрачать их отношения.] “У-у-у-у!” В этот момент снова раздался вой стаи волков. Роэлин прислушалась к звукам и медленно спросила: “Почему они всё время воют?” “Хм?” “Волки. Они что, тоже проводят какой-то особый обряд?” Говоря это, она слегка улыбнулась, словно сама вдруг смутилась от собственного вопроса. Это была застенчивая, робкая улыбка. Кергель почему-то не мог отвести от неё взгляда. “Хм…Не знаю.” Наконец ему удалось заставить себя отвернуться от неё, и он ответил, слегка кашлянув. “С этого места я сама пойду.” Но тут снова раздался голос Роэлин: “Мы скоро выйдем из священной территории. Если нас увидят другие…” “Что такого в том, что муж несёт на руках собственную жену?” “Но…” “Всё в порядке. Ты всё равно не сможешь далеко уйти на такой ноге.” Кергель сразу же перебил её. Он продолжил идти, не выпуская Роэлин из объятий. Она попыталась возразить ещё раз, но вскоре решила, что спорить бесполезно, и замолчала. [Сколько времени они так шли?] Через некоторое время Роэлин показалось, что она слышит чьи-то голоса. Она повернула голову в сторону звука. Вдалеке, среди ночной тьмы, виднелись горящие факелы. И прежде чем она успела что-либо понять, их окружила глубокая тьма. ---------- Стать невестой чудовища (13) “Приветствуем Императрицу!” Едва они вышли из леса, как стоявшие неподалёку люди одновременно громко поприветствовали Роэлин. Она слегка кивнула, смутившись от неожиданно громкого приветствия. Кергель, по-прежнему держа её на руках, обратился к своим людям: “Нога Императрицы сильно пострадала, поэтому мы немедленно возвращаемся в Императорский дворец. Приготовьте всё необходимое.” “Да!” Получив приказ, люди тут же засуетились. Кергель направился к карете, продолжая прижимать Роэлин к себе. “Я могу идти сама…” “Ты хочешь ещё сильнее усугубить рану? Если придворный лекарь услышит, что ты ходила на такой ноге, он, наверное, устроит здесь настоящий переполох.” Кергель усмехнулся и осторожно усадил её в карету. Только после этого Роэлин принялась поправлять растрепавшуюся одежду, одновременно пытаясь скрыть пылающее лицо. Кергель сел напротив неё и лишь после этого дверь кареты закрыли. Карета медленно тронулась. “…Фух.” Осознав, что сегодняшний день наконец подошёл к концу, Роэлин невольно с облегчением выдохнула. “Я устала…” Она пробормотала это себе под нос, с трудом удерживая тяжёлые веки открытыми. [Весь день она была напряжена и нервничала, поэтому теперь усталость навалилась на неё с невероятной силой.] К тому же ладонь, повреждённая во время обряда заключения союза, неприятно пульсировала, напоминая о себе болью. Рана на ноге тоже саднила и причиняла дискомфорт. [Но Кергель нёс её на руках, когда они покидали лес, поэтому состояние ноги немного улучшилось.] [Всё-таки это настоящее облегчение.] Роэлин тихо произнесла это про себя, осторожно потирая область вокруг глаз. [Свадьба и обряд заключения союза благополучно завершились.] [По крайней мере сейчас она могла немного расслабиться.] В этот момент снаружи кареты раздался хлопок. Роэлин удивлённо посмотрела в небольшое окошко. “Ах…” Перед её глазами расцвёл великолепный фейерверк. И тут она вспомнила слова Кергеля, сказанные ранее: [праздничный фейерверк будет продолжаться всю ночь.] Похоже, он тоже вспомнил об этом. Уголки его губ слегка приподнялись, и он легко постучал пальцами по стенке кареты. Вскоре снаружи послышалось какое-то движение, и карета остановилась. Через мгновение из-за двери донёсся голос: “Вы звали, Ваше Величество?” “Мы немного отдохнём здесь.” “…Что?” В голосе человека снаружи отчётливо прозвучало замешательство, словно он совершенно не ожидал такого приказа. Роэлин тоже удивлённо распахнула глаза и посмотрела на Кергеля. “Давай ненадолго выйдем и посмотрим.” “Посмотрим…на что?” “На фейерверк. Я ведь раньше помешал тебе его увидеть.” “О, нет, я вовсе не…Всё в порядке.” Роэлин в растерянности покачала головой. Однако Кергель снова постучал по двери кареты, совершенно не обращая внимания на её возражения. Роэлин лишь молча наблюдала, как он отдаёт распоряжения слугам и сопровождающим рыцарям. [Какой же он бесцеремонный человек…] [Человек, который с самого начала их знакомства относился к ней холодно.] [Человек, который когда-то казался совершенно безразличным ко всему, что её касалось.] [Даже сейчас ничего не изменилось.] [У него не было к ней никаких особых чувств.] [Их брак состоялся лишь потому, что так было необходимо.] [Но…] Роэлин слегка сжала платье, поправляя его на коленях, а затем провела ладонью по щеке. Тепло пылающей кожи тут же передалось её ладони. [Он не просто холодный и бессердечный человек.] [Он заботился о ней.] [Так же, как сейчас.] От этой мысли лицо Роэлин снова мгновенно вспыхнуло. Она вспомнила, как Кергель нёс её на руках, когда они покидали лес. “Вы хороший человек…” Роэлин подняла голову и внимательно посмотрела на него. “Настолько хороший, что все эти слухи о том, будто вы чудовище, кажутся просто нелепыми.” Она пристально всматривалась в его лицо. Сколько бы Роэлин ни думала об этом, она всё никак не могла поверить, что мужчина перед ней действительно тот самый человек, о котором она слышала в Ракаине. Тот самый “Император-чудовище Сероифа”. “Простите…” Роэлин тихо пробормотала это, опуская взгляд. В её сердце вновь нахлынуло чувство вины. [Она обманула его.] [И стала его женой, скрыв от него правду.] Эта мысль по-прежнему тяжело лежала у неё на душе. “Пойдём. Я уже велел поставить снаружи сиденье.” Кергель протянул ей руку. Роэлин слегка прикусила губу и тут же отпустила её. Затем вложила свою ладонь в его руку и вышла из кареты. Благодаря тому, что люди Кергеля быстро выполнили его приказ, снаружи уже было приготовлено удобное сиденье для них двоих. Опираясь на его руку, Роэлин медленно спустилась. Она осторожно села на подготовленное место и глубоко вздохнула. Холодный ночной воздух помог немного прояснить голову. Однако тело всё равно слегка дрожало, вероятно, от холода. “Накройся этим.” “Ох…Спасибо, Ваше Величество.” Кергель протянул ей толстое одеяло. Роэлин с благодарностью приняла мягкую ткань и укрыла ею колени. “Твоя нога всё ещё не в лучшем состоянии, а ночью довольно холодно. Поэтому лучше недолго посмотреть на фейерверк и скорее возвращаться в Императорский дворец. Надеюсь, ты не слишком расстроишься.” “Конечно, нет. Спасибо за вашу заботу.” Роэлин слегка склонила голову в сторону Кергеля, который уже сидел рядом с ней. ---------- Стать невестой чудовища (14) Бум! Бум! Огненный шар взмыл в небо, оставляя за собой длинный сияющий след. С другой стороны взлетел ещё один, а затем исчез, рассыпавшись великолепным узором в ночном небе. “Как красиво…” Роэлин невольно прошептала эти слова, наблюдая за фейерверком. [Если бы человеческую жизнь можно было описать цветами, то её собственная, вероятно, была бы почти бесцветной.] [Но теперь она наконец вырвалась из этой серой, лишённой красок жизни и оказалась в совершенно незнакомой стране.] [Роэлин не знала, как сложится её судьба в будущем.] [Но по крайней мере она надеялась, что отныне её жизнь не будет такой же бессмысленной, какой была до сих пор.] [Даже если это была не жизнь под её настоящим именем, а жизнь под именем её сестры-близнеца.] Отражение праздничного фейерверка, расшивавшего ночное небо яркими всполохами, отражалось в голубых глазах Роэлин. Словно само небо поселилось в них. А Кергель тем временем смотрел на её профиль с непостижимым выражением во взгляде. *** Императрица наконец возвращалась в свой дворец, и во Дворце Императрицы царила суета. Все готовились встретить новую хозяйку. Под руководством служанки Люси люди непрерывно сновали туда-сюда, входя во дворец и выходя из него. “Императрица прибывает!” В этот момент один из слуг поспешно вбежал внутрь и громко объявил о прибытии. Люси тут же вышла к парадному входу дворца и поправила одежду. Следом за ней служанки и слуги выстроились по обе стороны дороги, готовясь приветствовать свою новую госпожу. Вскоре они услышали приближающийся цокот лошадиных копыт. Карета приближалась. В ней возвращалась Императрица, которая только что завершила обряд заключения союза. “…Она действительно стала его спутницей.” Одна из служанок, стоявшая неподалёку от Люси, тихо пробормотала это, и в её голосе смешались самые разные чувства. Люси нахмурилась и обернулась к ней. Служанка вздрогнула под её строгим предупреждающим взглядом и виновато опустила плечи. Люси отвернулась. Как раз в этот момент карета остановилась перед дворцом. Она вежливо подошла к двери кареты и склонила голову. “Это Люси, Ваше Величество. Могу я открыть дверь?” Она осторожно попросила разрешения. Изнутри тут же раздался спокойный голос Роэлин: “Я сама…Нет, открывай.” [До свадьбы Роэлин не обращалась к служанкам на “ты”, поскольку формально всё ещё считалась лишь “гостьей”.] [Но теперь она стала хозяйкой этого дворца, а значит, могла говорить проще не только со служанками, но и с другими подчинёнными.] Однако из-за столь резкой перемены её речь всё ещё звучала немного непривычно. “Тогда я открою дверь.” Люси совершенно естественно ответила ей, не показав ни малейшего удивления. Затем она обернулась и подала знак. Силлоа и ещё одна служанка тут же подошли ближе. Дверь кареты открылась, и новая хозяйка Дворца Императрицы медленно вышла наружу. Силлоа и вторая служанка поддержали Роэлин с обеих сторон, осторожно приподняв края её платья. “Ваше Величество, мы искренне благодарим вас за то, что вы удостоили нас чести стать вашей служанкой.” “Спасибо, Люси.” Едва Роэлин спустилась с кареты, она приняла приветствие Люси и ответила ей. Остальные слуги тоже глубоко поклонились, приветствуя новую госпожу. Роэлин кивнула в ответ, принимая их приветствия, и посмотрела на дворец перед собой. “Это Дворец Императрицы…” [Странно было осознавать, что совсем скоро это место станет её домом.] [Дворец обладал величественным достоинством, хотя и не был столь красочным, как Королевский дворец Ракаины.] [И всё же почему-то казался гораздо более недоступным и отстранённым.] Роэлин лишь молча смотрела на него, и Люси снова заговорила: “Ваше Величество, уже поздно. Давайте войдём внутрь. Его Величество скоро придёт.” “…А, хорошо.” Роэлин слегка вздрогнула и ответила, стараясь скрыть едва заметное смущение. Она сразу поняла скрытый смысл слов служанки. [Император придёт.] [Иными словами…] [Сегодня ночью они будут вместе.] Роэлин только что с облегчением подумала о том, что все сегодняшние дела наконец закончились, но от слов Люси снова занервничала. Её тело невольно напряглось. [Не нужно нервничать.] [Всё равно этого не избежать. К тому же именно этот путь я выбрала сама.] [Она выбрала его потому, что больше не хотела жить взаперти, притворяясь кем-то другим.] [Но теперь, когда настал этот момент, ей всё равно было страшно.] [И всё же ещё сильнее ей не хотелось отступать из-за мужчины, который принял её как свою жену.] [Да, я обманула его и стала его ненастоящей женой…Но я всё равно хочу относиться к нему искренне.] [Это было её способом проявить уважение к нему.] [И одновременно, её извинением.] Роэлин наконец приняла решение и уверенно кивнула. “Тогда войдём.” “Да, Ваше Величество.” Люси почтительно склонилась перед ней. Роэлин глубоко вдохнула и шагнула внутрь дворца. *** “Вам больше ничего не нужно?” Силлоа наконец обратилась к Роэлин. Роэлин покачала головой в ответ на её заботливый вопрос. “Всё хорошо. Спасибо за работу, Силлоа.” “Нет, Ваше Величество. Я лишь выполняю свои обязанности.” Силлоа слегка поклонилась, словно ей было неловко от похвалы Роэлин. “Тогда я пойду.” Она вышла из спальни. Дверь за ней закрылась. И вскоре вокруг воцарилась почти полная тишина. Роэлин медленно огляделась. ---------- Стать невестой чудовища (15) Единственным источником света в спальне была лампа. Украшавший её узор представлял собой искусную работу, удивительно напоминавшую силуэт волка. [Волк?] Роэлин слегка склонила голову, сама не понимая, почему вдруг обратила на это внимание. [Во время обряда спутников она вспомнила вой волков, доносившийся снаружи гробницы.] “Неужели это животное, которое символизирует сам Сероиф? Хотя раньше я никогда о таком не слышала…” Роэлин задумчиво пробормотала это себе под нос, как вдруг в спальне тихо раздался стук в дверь. Она вздрогнула и уставилась на дверь. Та медленно приоткрылась, и в спальню вошёл один-единственный человек. В комнате было темно, поэтому лицо вошедшего едва можно было различить, лишь смутный силуэт. Но Роэлин и без того прекрасно понимала, кто это. [В конце концов, кто ещё мог прийти к ней в спальню в столь поздний час?] “…Ваше Величество.” Роэлин быстро отложила одежду, которую держала в руках, и собиралась почтительно поприветствовать его. Тонкая ткань пижамы смялась под её маленькими пальцами. Кергель заметил, как дрожат её руки, и сделал шаг ближе. Роэлин опустила взгляд и невольно задержала дыхание. Тонкая пижама снова бросилась ей в глаза. Стоило ей увидеть, насколько отчётливо сквозь лёгкую ткань проступает кожа, как лицо мгновенно залилось краской. [Теперь она прекрасно понимала, для чего служила такая пижама.] [Но дело было не только в ней.] Щёки Роэлин запылали ещё сильнее, когда она почувствовала исходивший от собственного тела аромат. После ванны Силлоа нанесла ей на кожу душистое масло. [Всё это явно было приготовлено именно для сегодняшней ночи.] “Хм…Похоже, служанки немного перестарались. Надеюсь, вы не станете их винить. Они ведь не хотели ничего дурного. Наверное, просто слишком сильно рассчитывали на эту ночь.” Кергель неловко кашлянул и наконец заговорил. Судя по всему, он чувствовал себя ничуть не лучше самой Роэлин. Она не могла поднять покрасневшего лица и лишь ещё крепче сжала ткань в руках. Кергель скользнул взглядом по её руке, оказавшейся совсем рядом с ним, и тихо вздохнул. Затем едва заметно усмехнулся и продолжил: “Разумеется, это вовсе не означает, что мы обязаны оправдывать их ожидания.” “…Что?” Роэлин рассеянно слушала его, широко раскрыв глаза. Лишь когда она наконец подняла на него свои голубые глаза, Кергель пожал плечами и снова заговорил: “Давай просто поспим сегодня. Нет…Надеюсь, не только сегодня, а какое-то время. Как ты на это смотришь?” “…Что?” Хотя она совершенно ясно услышала его слова, Роэлин всё равно растерянно переспросила вместо ответа. Кергель снова пожал плечами и с лёгкой улыбкой добавил, словно просто шутил: “Ты ведь знаешь, что означает “просто поспим”? Или расстроилась из-за того, что я сказал?” “Нет! Конечно, я рада…” [Она сама не поняла, почему вдруг так смутилась, ведь прекрасно знала, что Кергель лишь поддразнивает её.] Однако слова вырвались слишком громко, и она тут же замолчала. Глаза Кергеля, пристально смотревшие на Роэлин, слегка сузились. Но вскоре на его губах появилась улыбка, и он кивнул. “Не ожидал, что ты настолько обрадуешься.” “Эй, я вовсе не это имела в виду…” “Всё хорошо. Я не пытаюсь тебя поддеть. Правда в том, что не только ты, я тоже пока к этому не готов.” Он перевёл взгляд на кровать. “Конечно, это не значит, что всё так и останется. Когда-нибудь я обниму тебя. Хотя бы ради того, чтобы увидеть, какой будет наша жизнь дальше.” “…” “Но пока мы ещё не настолько близки.” “…Большое спасибо за ваше понимание, Ваше Величество.” Роэлин немного помедлила, а затем почтительно склонила голову. Кергель слегка кивнул и повернул голову в сторону. На столике он заметил вино и лёгкие закуски, которые уже были приготовлены. “Выпьем по бокалу вина?” Роэлин кивнула в ответ. Однако почти сразу её лицо снова стало неловким. Кергель уже направился к столику, но, заметив её выражение, нахмурился. “Что случилось? Что-то не так? О.” Он собирался задать ей вопрос, но вместо этого лишь тихо произнёс: “О.” Кергель снял свой халат и подошёл к Роэлин. “Надень это.” “…Спасибо.” Роэлин немного поколебалась, но всё же взяла его халат. Щёки снова вспыхнули. Она совсем не была уверена, что сможет спокойно сидеть перед ним в этой почти прозрачной пижаме. Похоже, Кергель тоже всё понял. Роэлин надела его халат, решив, что это, пожалуй, даже к лучшему. Но стоило ткани коснуться её кожи, как лицо снова вспыхнуло ещё сильнее. От халата исходили приятное тепло и едва уловимый запах тела Кергеля. “Что ты там стоишь? Иди сюда.” Кергель уже сел за стол и позвал её к себе. Роэлин смущённо сглотнула и только после этого медленно подошла к столику. ---------- Стать невестой чудовища (16) Кергель поднял бутылку вина и налил примерно половину бокала Роэлин, когда она начала садиться напротив него. “Выпей немного. Ты наверняка устала.” “Спасибо. Ах! Я тоже налью вам.” Роэлин протянула руку к Кергелю. Он как раз собирался снова наполнить её бокал, но, взглянув на неё, лишь слегка приподнял уголки губ и передал ей бутылку. Роэлин взяла её и медленно налила вино в его бокал. Точно так же, как Кергель налил ей лишь половину, она наполнила только половину его бокала. Заметив это, Кергель вопросительно приподнял бровь. Однако Роэлин совершенно спокойно объяснила: “Не стоит много пить перед сном.” “Не знаю. Но разве половина бокала, это уже слишком много?” “Ваше Величество тоже наверняка устали.” “…?” “Я ведь не одна вышла замуж.” Роэлин спокойно посмотрела на него, пока тот обдумывал её слова. Кергель лишь улыбнулся и поднял бокал. “Что ж, ты права. Вступить в брак в одиночку невозможно.” Он сделал глоток вина, продолжая смотреть на неё своими удивительно юными глазами. Роэлин почему-то стало неловко под его взглядом, и она потянулась к своему бокалу, стараясь избежать его глаз. Вино оказалось довольно приятным на вкус - сладким и мягким. Для Роэлин, которая почти никогда не пила алкоголь, оно казалось особенно вкусным. “Если выпить всё сразу, быстро опьянеешь…” “Что? Что вы сейчас сказали?” Роэлин услышала, как Кергель что-то пробормотал себе под нос, и, поставив бокал на стол, переспросила. Кергель странно посмотрел на неё, а затем перевёл взгляд на только что поставленный ею бокал. Роэлин не поняла, в чём дело, и тоже посмотрела вниз. На пустом бокале не осталось ни капли вина, лишь едва заметный след её губ. “Похоже, ты неплохо пьёшь.” Кергель покачал головой, словно в этом не было ничего особенного. Но Роэлин не смогла просто пропустить его слова мимо ушей. “Эй, оно ведь совсем не крепкое…” “Не крепкое? Это вино?” Кергель широко раскрыл глаза. [Неужели оно всё-таки крепкое?] Роэлин медленно моргнула. [Она редко пила алкоголь и поэтому совершенно не умела определять, крепкий напиток перед ней или нет. К тому же вкус вина был таким сладким, что оно скорее напоминало виноградный сок.] “Просто оно очень сладкое…” Наверное, из-за волнения. Лицо Роэлин вдруг стало горячим, а по всему телу разлилось жаркое тепло. Словно оправдываясь, она попыталась что-то добавить, но внезапно замолчала на полуслове. К этому моменту её лицо наверняка уже пылало от смущения. Она опустила голову, не желая видеть собственное раскрасневшееся лицо. “…А?” И именно тогда пол под ногами вдруг закружился. Одновременно с этим её тело само собой начало заваливаться в сторону. Ещё мгновение, и она могла свалиться со стула прямо на пол. Но почему-то Роэлин даже не подумала об опасности. Она лишь пребывала в каком-то затуманенном состоянии, словно всё происходило во сне. “Ух…” Она медленно моргнула и совершенно не сопротивлялась, когда её тело начало соскальзывать со стула. “Ты хочешь сказать, что это не крепкое вино? Ты уже пьяна?” Однако на пол она так и не упала. Внезапно Роэлин оказалась в чьих-то объятиях. Лишь спустя мгновение она поняла, что это руки Кергеля, того самого человека, который ещё минуту назад сидел прямо напротив неё. “…О, Ваше Величество.” Роэлин широко раскрыла глаза и посмотрела на него. Она медленно моргала, пытаясь понять, что вообще происходит. Кергель, придерживая её за спину, ошеломлённо смотрел на неё, а затем осторожно поднял на руки. “Ого…” Когда её тело оторвалось от пола, а сама она оказалась у него на руках, Роэлин невольно ахнула от восхищения. Кергель тут же пробормотал себе под нос с натянутой улыбкой: “Стоит тебе выпить, и ты превращаешься в ребёнка.” “…Что вы сказали? Я не расслышала.” Роэлин продолжала удивлённо восклицать, запрокинув голову и с восхищением глядя на него. Кергель лишь улыбнулся и покачал головой. “Ничего.” “У-у…” Она надула щёки, словно маленький обиженный ребёнок, которому не захотели отвечать. Но Кергель больше ничего не сказал и направился прямо к кровати. Когда он уложил её на мягкую постель и уже собирался отойти, Роэлин внезапно окликнула его: “Мне…как-то странно.” Роэлин лежала на мягкой кровати, медленно моргая и поворачивая голову в его сторону. Почувствовав её взгляд, Кергель пригладил растрепавшуюся чёлку и посмотрел на неё. “Что ты чувствуешь?” Он вернулся к кровати и сел на самый край. Роэлин повернулась к нему и медленно произнесла: “Я взволнована и немного нервничаю…Но в то же время мне спокойно…” “Наверное, это потому, что ты только что закончила свадебную церемонию.” Кергель усмехнулся и уже собирался встать. Но в этот момент губы Роэлин снова дрогнули. “Простите…” “Что?” Кергель обернулся и посмотрел на неё. Однако больше она ничего не сказала. Роэлин, окончательно опьяневшая, наконец уснула. “…” ---------- Стать невестой чудовища (17) Кергель молча смотрел на Роэлин. Его брови слегка нахмурились, когда он увидел спящую женщину, которая тихо вздыхала во сне. “…Она плакала?” Его взгляд стал серьёзнее. Он не знал, почему из её глаз текли слёзы, но от этого ему было неприятно. Кергель некоторое время смотрел на Роэлин, а затем осторожно протянул палец к уголку её глаза. Не успевшие высохнуть слёзы коснулись кончика его пальца. Он молча посмотрел на влажную кожу, после чего медленно сжал руку в кулак. Затем отвернулся и направился обратно к столику. *** “М-м…” Роэлин медленно проснулась от мучившей её жажды. Она тяжело вздохнула, повернулась на другой бок и с трудом разлепила веки. Взгляд постепенно привык к темноте спальни. Перед ней предстала совершенно незнакомая обстановка. [Где я?] “…Ах!” В следующую секунду Роэлин наконец всё вспомнила. Поняв, где находится, она резко села на кровать. И тут же за её спиной раздался спокойный мужской голос: “Ты, кажется, хорошо выспалась. Почему вдруг проснулась? Ты всё ещё пьяна? Сегодня ты во многих отношениях показала мне неожиданную сторону себя.” “Ваше Величество?” Роэлин повернула голову в сторону голоса и удивлённо распахнула глаза. Кергель сидел у окна, прислонившись к раме. Роэлин тут же торопливо спустила ноги с кровати. Ей было ужасно неловко от мысли, что она посреди ночи просто уснула в его спальне на кровати. [Как бы она ни решила, что сегодня они просто поспят, подобное поведение всё равно казалось ей невежливым.] “Мне действительно очень жаль. Я позволила себе такую ужасную невежливость.” Роэлин склонила голову и искренне извинилась, хотя не смогла полностью скрыть смущение. Её воспоминания обрывались сразу после того, как она выпила вина. [Вероятно, алкоголь быстро подействовал, и она неожиданно уснула.] [Нет…Возможно, она не заснула сразу. Просто совершенно ничего не помнила после этого.] Она напилась до такой степени, что в памяти образовалась настоящая пустота. Роэлин встревоженно вспомнила слова Кергеля о том, что она пьяна. [Он ведь только что спросил, не осталась ли она пьяной.] [Иными словами, она уже успела показать ему себя в нетрезвом состоянии.] “Почему Ваше Величество ещё не спит?” Роэлин попыталась перевести разговор на другую тему, чтобы не думать о собственном позоре. Кергель посмотрел на неё, затем бросил взгляд на кровать и ответил: “Потому что кое-кто спал на ней, как дикая собака.” “Как…дикая собака?” “У тебя ужасные привычки во сне.” “Не может быть…” Роэлин нахмурилась и неловко протянула последние слова. Кергель посмотрел на неё с улыбкой и махнул рукой. “Не переживай. Даже пьяная, ты спала довольно тихо. Хотя я не ожидал, что ты так сразу мне поверишь.” “У Вашего Величества нет причин так надо мной шутить…” Роэлин почувствовала облегчение от его слов, но всё же ответила слегка обиженным тоном. Однако почти сразу замолчала, удивившись собственным словам. [Она никогда в жизни не разговаривала с кем-либо настолько непринуждённо.] [Раньше ей всегда приходилось следить за своими словами и учитывать чувства окружающих, боясь ненароком их задеть.] [Наверное, я всё ещё не протрезвела.] [Она и подумать не могла, что из-за сладкого вкуса вино окажется настолько крепким.] [Наверное, именно алкоголь заставил её вести себя так.] [Иначе Роэлин было сложно объяснить собственные поступки.] “Это же обычная шутка между супругами. Разве нельзя воспринимать её именно так?” Кергель посмотрел на неё и вдруг спросил. [Супругами.] Сердце Роэлин дрогнуло, услышав это слово из его уст. [Их отношения, пусть даже и были основаны на лжи, по сути оставались лишь политическим союзом, лишённым каких-либо настоящих чувств.] [И всё же он так легко произнёс слово “супруги”.] [А разве…я действительно могу считать нас супругами?] В её голубых глазах замелькали противоречивые эмоции. “Тебе не о чем беспокоиться.” Кергель некоторое время смотрел на неё, словно заметил всё, что творилось в её душе. Роэлин вздрогнула и подняла на него глаза. “Давай хотя бы кое о чём договоримся.” “…Договоримся?” “Да. Обещание. Императрица, я обещаю быть тебе верным мужем.” “…” “Я не стану пренебрегать тобой только потому, что ты приехала сюда, чтобы стать женой чудовища.” “Это…” Роэлин запнулась и не смогла ничего ответить. [Перед ней был мужчина, который только что назвал себя чудовищем, но на его губах играла совсем юная, искренняя улыбка.] [Она не могла быть настолько же спокойной и открытой, как он.] Но вместо этого решила ответить ему тем же обещанием: “…Я тоже обещаю. Я постараюсь быть верной женой Вашему Величеству.” Кергель слегка наклонил голову и тихо улыбнулся. Это была ночь, когда мягкий лунный свет бесшумно лился в комнату. ---------- Охотничий турнир (1) “Охотничий турнир?” Роэлин подняла голову от толстой книги, когда Люси рассказывала ей о различных делах, связанных с Императорским дворцом. Люси налила чай в чашку перед ней и, слегка поклонившись, продолжила: “Да, Ваше Величество. Через пятнадцать дней состоится охотничий турнир, который устраивает Императорская семья. Это также будет первым официальным мероприятием, на котором Императрица предстанет перед своими подданными.” “Если мероприятие проводится именно с такой целью, разве обычно не устраивают бал?” Роэлин попыталась скрыть смущение и озвучила свои сомнения. Люси мягко улыбнулась и объяснила: “Насколько мне известно, в Ракаине и некоторых других странах действительно принято устраивать по этому случаю балы. Однако в Сероифе охотничьи турниры и соревнования по метанию дерева проводятся гораздо чаще. А среди подобных мероприятий именно охота обычно становится местом официального дебюта женщин в обществе.” “Значит, мне предстоит дебютировать в обществе на охотничьем турнире?” Роэлин широко раскрыла глаза. Силлоа, которая всё это время расчёсывала ей волосы, тут же вмешалась: “Конечно. Что может быть лучше, чем поймать зверя на своей первой охоте? Это ведь напрямую влияет на вашу репутацию. Отличное владение охотничьими навыками - достоинство, которым восхищаются независимо от пола. Многие считают, что поймать хотя бы одну лишнюю лису гораздо лучше для престижа, чем часами наряжаться в разные платья и украшать себя драгоценностями на балу.” “…” Лицо Роэлин постепенно залилось краской. Она медленно приоткрыла рот, словно собираясь что-то сказать, но слова никак не хотели срываться с языка. Заметив это, Силлоа с недоумением склонила голову. “Ваше Величество, что-то не так?” “Я успею научиться за эти пятнадцать дней?” “Что?” Люси и Силлоа одновременно посмотрели на Роэлин с таким выражением, словно совершенно не понимали, о чём она говорит. Роэлин некоторое время колебалась под их пристальными взглядами, а затем наконец призналась: “Я никогда не стреляла из лука.” “…Что?” “И верхом на лошади тоже никогда не ездила.” “…Да?” Обычно невозмутимая Люси даже не заметила, как повысила голос. Роэлин неловко улыбнулась и снова спросила: “Как думаете…я смогу освоить и то и другое всего за пятнадцать дней?” *** “…Что?” Кергель нахмурился и уставился на Люси. На его лице появилось выражение полного недоумения, словно он только что услышал какую-то невероятную чушь. Однако Люси лишь снова заговорила с серьёзным выражением лица: “Императрица сказала, что никогда не ездила верхом и никогда не стреляла из лука.” “В Ракаине этому не учат? Верховая езда и стрельба из лука - базовые навыки, которыми необходимо владеть. Разве не так, Хайнес?” Кергель тут же обратился к Хайнесу, сидевшему напротив. Тот, казалось, тоже был весьма удивлён и вскоре кивнул, прижав пальцы ко лбу. “Я слышал, что в Ракаине занятия, связанные с физической подготовкой женщин, считаются довольно вульгарными. Но я полагал, что, будучи Королевской сестрой Ракаина, она всё же получила хотя бы базовое образование. Поэтому не придал этому значения. Выходит, это было лишь моё необоснованное предположение.” Хайнес склонил голову перед Кергелем. “Прошу прощения, Ваше Величество. Я поспешно сделал выводы и чуть не допустил ошибку. Тогда я временно отложу охотничий турнир.” “Нет. Ничего подобного, Хайнес. Оставим всё как есть.” Кергель покачал головой. “Это первое официальное мероприятие Императрицы. Если сейчас внезапно перенести его, думаю, слухов станет только больше.” [Кроме того, подданные всё ещё помнили события двухлетней давности и наверняка продолжали испытывать неприязнь к Эриты.] [А Кергель, если честно, просто не хотел создавать лишнюю проблему без какой-либо необходимости.] “Но в таком случае Императрица не сможет принять участие в охоте. Более того, как они сами сказали, разве это не станет ещё большим пятном на её репутации?” Хайнес всё же возразил. Люси тоже согласно кивнула. Кергель на мгновение нахмурился, постучал пальцами по подлокотнику, а затем поднял взгляд и поочерёдно посмотрел на Хайнеса и Люси. Только после этого он произнёс: “Тогда я сам её научу.” “Что? Что вы имеете в виду?” Хайнес нахмурился ещё сильнее. Однако Кергель лишь пожал плечами и продолжил: “Есть предел тому, чему другие смогут научить Императрицу. Чтобы добиться результата за столь короткий срок, обучение придётся проводить довольно жёстко. Но обычный подчинённый не может позволить себе настолько строго обращаться с вышестоящим.” Кергель поднялся со своего места и посмотрел на молчаливого Хайнеса. “Так кто же лучше меня подходит на роль её учителя?” Затем он перевёл взгляд на Люси. “Где сейчас Императрица?” “Только что отправилась в библиотеку.” ---------- Охотничий турнир (2) “Библиотека?” Слова Люси, по всей видимости, застали Кергеля врасплох. Он тут же приподнял бровь, однако Люси спокойно продолжила, словно сообщала нечто совершенно незначительное: “В последнее время, за исключением обязанностей, которые возложил на неё двор, Императрица почти всё своё время проводит в библиотеке Главного дворца.” “Она ещё до свадьбы постоянно там сидела. Что, чёрт возьми, она вообще делает в этом скучном месте? Хотя ладно. Проще самому посмотреть.” Кергель недоумённо махнул рукой и направился к выходу из кабинета. “Ваше Величество, вы собираетесь прямо сейчас в библиотеку?” Хайнес, до этого молча слушавший их разговор, тут же вскочил со своего места и с изумлением посмотрел на Императора. Кергель остановился прямо перед дверью, обернулся и кивнул. “Мне всё равно нужно обучить её верховой езде и стрельбе из лука. Так почему бы мне самому не отправиться туда, вместо того чтобы терять время?” “Но…Ваше Величество!” Кергель сделал вид, что не слышит, как Хайнес снова и снова окликает его, и вышел из кабинета. Однако стоило ему покинуть комнату, как прямо перед ним возникла целая гора документов. “Ох! Смотрите, куда идёте…А? Ваше Величество?” Берт едва удерживал стопку бумаг, которая была выше его собственного роста, и уже почти столкнулся с Кергелем. Он раздражённо воскликнул, собираясь нахмуриться, но, наконец заметив перед собой Императора, тут же смущённо улыбнулся. “Будь осторожнее.” Кергель ответил Берту с лёгкой улыбкой. Берт несколько раз моргнул, словно не сразу понял, что происходит. И лишь когда Император уже прошёл мимо него, до него наконец дошло. “Ваше Величество! Куда вы направляетесь? Здесь столько документов, требующих вашего одобрения!” Но Кергеля в коридоре уже не было. “Мне ведь нужно получить его подпись до конца дня…Куда это он так спешит?” Берт уныло пробормотал себе под нос и посмотрел в сторону кабинета. Хайнес нахмурился и покачал головой, словно уже предчувствовал очередную неприятность. Люси же лишь пожала плечами с каким-то странным выражением лица. “Не знаю…Но всё это кажется мне подозрительным.” “Что? Что именно тебе кажется подозрительным?” “Наверное, это женская интуиция…Хотя сейчас я не могу сказать ничего наверняка.” Люси уклончиво ответила на вопрос сына и замолчала. [Как она и сказала, происходящее действительно казалось странным.] “Я всего лишь спросил, куда отправился Его Величество. Почему ты говоришь какие-то совершенно непонятные вещи?” “Он пошёл в библиотеку.” В этот момент Хайнес наконец вмешался в разговор, несколько неуверенно произнеся это. Берт тут же переспросил, теперь уже с ещё большим недоумением: “В библиотеку? Его Величество действительно пошёл в библиотеку? Тот самый человек, который говорил, что даже запах книг терпеть не может? Ты что, спрятал там что-нибудь хорошее?” Берт покачал головой, явно не в силах понять происходящее. Увидев его реакцию, Хайнес и сам выглядел несколько растерянным. “Вот именно. Я даже не знаю, можно ли назвать это хорошим. Хотя, конечно, если подумать, это действительно хорошая вещь, но…” Хайнес пробормотал что-то невнятное и замялся в конце фразы. [Как и сказала Люси, всё это было очень странно.] *** Это был тёплый солнечный день. Роэлин сидела за самым дальним столом библиотеки и спокойно читала книгу. Это была библиотека Главного дворца, куда могли входить только Император и его супруга. В отличие от той библиотеки, которой Роэлин пользовалась до свадьбы и куда также имели доступ Имперские чиновники, здесь никто не мог её побеспокоить. [Наверное, это самая большая роскошь, которой я могу наслаждаться после того, как стала Императрицей.] Роэлин нередко думала об этом. [Она могла совершенно спокойно читать в одиночестве, не опасаясь, что кто-нибудь нарушит её покой.] Пока она увлечённо перелистывала страницы, её волосы слегка колыхались от лёгкого ветерка. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь окно, ложился на них золотистыми бликами. “…В истории Империи довольно часто упоминаются волки.” Читая книгу, Роэлин задумчиво склонила голову набок и тихо пробормотала. [В истории Каинберта, основателя страны, а также на многочисленных древних картинах и изображениях волки появлялись снова и снова.] “Во время церемонии заключения союза было так же…” Конечно, сама Роэлин до сих пор ни разу не видела настоящего волка. Но она всё ещё помнила их вой, который слышала во время церемонии заключения союза. Именно в этот момент к Роэлин кто-то подошёл. Она почувствовала чьё-то присутствие и подняла голову. Увидев человека, стоявшего перед её столом, Роэлин тут же удивлённо замерла. “…Кто…Ваше Величество?” Она настолько растерялась, что тут же попыталась вскочить со своего места. Однако Кергель лишь махнул рукой и спокойно сказал: “Сиди.” Роэлин остановилась, так и не успев полностью подняться, и в замешательстве посмотрела на него. Кергель, не обращая особого внимания на её взгляд, куда-то отошёл. Вскоре он вернулся, принеся с собой стул. Роэлин невольно заметила, что библиотекарь, всё это время охранявший библиотеку, издалека наблюдал за происходящим с весьма мученическим выражением лица. “Вы могли просто приказать кому-нибудь из слуг принести его.” ---------- Охотничий турнир (3) Роэлин посмотрела на библиотекаря, а затем, увидев Кергеля, который уже сидел напротив неё на принесённом стуле, тихо сказала: “Вы могли просто попросить его.” Кергель лишь пожал плечами. “Даже для такой мелочи мне не настолько нужна чужая помощь. А теперь садись.” “Хорошо.” Спокойно ответив, Роэлин снова села и сложила руки на коленях. Кергель некоторое время молча смотрел на неё, после чего перевёл взгляд на лежавшую на столе книгу и протянул руку. “Тебе интересна история?” “Немного. К тому же я подумала, что мне стоит получше узнать историю Сероифа в целом.” “Если подумать, кажется, Хайнес говорил, что скоро подберёт для тебя учителей.” “Правда?” Глаза Роэлин тут же засияли. Кергель с любопытством посмотрел на неё и кивнул. “Наверное, потому что теперь ты Императрица, но тебе всё равно необходимо получить хотя бы базовое образование и знать историю всей Империи. Кстати, я не знал, что ты настолько любишь учиться. Неожиданно.” “…Мне нравится узнавать что-то новое.” [Если бы кто-нибудь прожил такую же скучную жизнь, как она, будучи запертой в Отдельном дворце, то, вероятно, тоже стал бы относиться к учёбе так же.] Роэлин ответила с небольшой задержкой. Она вдруг почувствовала себя неловко, словно только сейчас задумалась о том, не слишком ли сильно она увлекается учёбой. Тем временем уголки губ Кергеля медленно поползли вверх. Почему-то его выражение лица напомнило ей озорного мальчишку. [Что с ним такое?] Роэлин слегка склонила голову набок, но Кергель вскоре кивнул и заговорил: “Это хорошо. Значит, тебе нравится учиться.” “Что? Что вы имеете в виду?” Роэлин озадаченно посмотрела на него. Кергель некоторое время пристально смотрел ей в глаза, а затем поднялся со стула. Роэлин тоже подняла взгляд. Кергель протянул ей руку, не отрывая глаз от её голубых глаз, устремлённых на него. “С сегодняшнего дня я буду твоим учителем.” “Что значит “учителем”?” Роэлин слегка нахмурилась. Она явно не собиралась брать его за руку и лишь растерянно смотрела на него. Кергель тихо усмехнулся и вместо этого сам слегка потянул её за руку, заставляя подняться. “Я буду учить тебя верховой езде и стрельбе из лука. После полнолуния состоятся охотничьи состязания, и тебе предстоит в них участвовать.” “…!” Роэлин невольно схватилась за его руку и широко распахнула глаза, неожиданно для самой себя оказавшись на ногах. *** “Открой глаза и смотри вперёд.” “Но…” Руки Роэлин, сжимавшие поводья, дрожали. В голове у неё царила полная пустота. Она могла лишь беспомощно внимать словам Кергеля. Заметив её состояние, Кергель недовольно цокнул языком и направил своего коня к ней. Как только он подъехал ближе, лошадь, на которой сидела Роэлин, перестала двигаться и остановилась, опустив голову. “Я специально выбрал самую маленькую и смирную лошадь, какую только смог найти. Не могу поверить, что ты всё равно так боишься.” Он погладил гриву лошади Роэлин и искоса посмотрел на неё. Но Роэлин всё ещё дрожала, крепко зажмурив глаза. Глядя на неё, Кергель едва сдержал смех. [В Сероифе девочки уже в раннем подростковом возрасте без труда управлялись с такими лошадьми и спокойно ездили верхом по полям.] [По сравнению с женщинами Сероифа женщины Ракаины, очевидно, казались куда более хрупкими.] [Но почему-то…] [Разве сейчас он не должен был счесть её нелепой и жалкой?] [Однако вместо этого вид Императрицы показался ему скорее…милым.] [Что? Милым? Я что, с ума сошёл?] Кергель тряхнул головой и нахмурился, раздражённый собственной неожиданной мыслью. [Видимо, он пришёл к такому безумному заключению лишь потому, что Роэлин была гораздо худее и слабее всех женщин Сероифа, которых он привык видеть.] “Неужели только так ты сможешь принять участие в охотничьих состязаниях?” Роэлин его не услышала и не заметила его смущения. Кергель, напротив, почему-то почувствовал себя неловко и поэтому заговорил нарочито сухо. Роэлин вздрогнула и медленно открыла глаза. Она слегка прикусила губу, затем опустила голову и тихо извинилась: “Простите, Ваше Величество. Вы и так очень заняты, но всё равно нашли время, чтобы обучать меня…А я совершенно не способна нормально справиться с этим… “Нет. Я не хотел тебя обвинять. Для тебя это первый опыт верховой езды, а ты и так неплохо справляешься.” Кергель замолчал, услышав её извинения, а затем покачал головой. Он прекрасно понимал, почему только что позволил себе говорить с ней несколько резко. Ему было неловко и стыдно из-за собственных мыслей, и потому раздражение невольно вылилось на Роэлин. [Хорошо ещё, что рядом никого не было.] [Если бы поблизости находилась горничная или проницательный Хайнес, они наверняка заметили бы его странное поведение.] [Более того, возможно, они даже догадались бы, о чём именно он только что думал.] И тут Кергель снова вспомнил свою недавнюю мысль. [Она была милой.] От этой мысли ему стало жарко. Кергель тяжело вздохнул. [Это безумие. Да…Похоже, я на какое-то время действительно сошёл с ума.] [Иначе он просто не мог объяснить самому себе, что вообще творится у него в голове.] Отбросив смущение, Кергель снова посмотрел на Роэлин. После его неосторожного вопроса о том, сможет ли она в таком состоянии участвовать в охотничьих состязаниях, она выглядела ещё более подавленной. Наблюдая за ней, Кергель нахмурился и снова недовольно цокнул языком. [Если быть честным, назвать Эриту хорошей наездницей было невозможно.] [Если оценивать её объективно, её навыки находились практически на самом дне.] [Как бы ни был это её первый опыт верховой езды, в Сероифе не нашлось бы человека, который настолько плохо держался бы в седле.] [Поэтому его слова, сказанные минутой ранее, вовсе не были несправедливыми.] [Он не собирался намеренно говорить ей что-то жестокое.] [Просто…он действительно не мог не признать очевидного.] [Но почему же тогда мне так хочется ей помочь?] ---------- Охотничий турнир (4) Причина, по которой Кергель чувствовал себя так неловко, вероятно, заключалась в том, что нечистыми были скорее его собственные мысли. Он лишь импульсивно произнёс это, чтобы скрыть своё смущение. Поэтому вместо этого он решил добавить несколько совершенно необоснованных слов утешения, чтобы развеять её уныние. [Разумеется, утверждение, что у неё всё получалось довольно хорошо, было ложью. Кергель терпеть не мог лгать, но сейчас ничего не мог с собой поделать.] [И что ещё я мог сказать женщине, которая до сих пор смотрит на меня вот так, словно совершенно не понимает, что происходит?] [Он не хотел быть настолько суровым с женщиной, которая совсем недавно стала его женой.] Приведя мысли в порядок, Кергель тут же избавился от неловкого выражения лица и снова заговорил. “Однако тебе необходимо как можно скорее избавиться от страха перед лошадьми. Подожди меня немного.” “Что? Что вы собираетесь…Ваше Величество!” Роэлин не поняла, что именно имел в виду Кергель. Она несколько раз растерянно моргнула, а затем удивлённо повысила голос, увидев, что он собирается сделать. Но Кергель, не обращая внимания на её растерянность, спокойно направился к лошади Роэлин. Затем, всё ещё сидя верхом на своей лошади, он несколько раз легонько похлопал её по загривку. Словно прекрасно поняв своего хозяина, другая лошадь развернулась и неспешно потрусила следом за ними, время от времени останавливаясь, чтобы щипать траву. “Э-э…Простите…” “Я просто немного прокачусь.” “Что? А!” Роэлин смущённо оглянулась, но из-за внезапного движения лошади тут же снова опустила голову. Кергель, сидевший позади неё, медленно заговорил, заметив это. “Подними голову.” “Но…” “Подними голову и смотри вперёд. Тебе нечего бояться. Неужели ты думаешь, что я не смогу тебя защитить?” Спокойный голос Кергеля отчётливо прозвучал у неё за спиной. Возможно, именно благодаря этой уверенности в его голосе напряжение понемногу начало покидать тело Роэлин. Воодушевлённая его словами, она медленно подняла голову. “Ах!” Вырвалось у неё невольно. Всё из-за пейзажа, открывшегося прямо перед глазами. Слева раскинулось сверкающее озеро. Рядом с ним цвели какие-то незнакомые цветы, а солнечный свет, отражаясь от водной глади, рассыпался вокруг золотистыми бликами. В то же время совсем близко раздавалось тихое пение птиц. Словно все чувства, которые до этого были притуплены страхом, вдруг ожили разом. “Вау…” Роэлин с восторгом оглядывалась по сторонам, словно впервые в жизни увидела нечто настолько прекрасное. Пальцы, до этого мёртвой хваткой сжимавшие поводья, постепенно расслабились. Кергель заметил это и удовлетворённо приподнял уголки губ. [Может, мне стоило учить её именно так с самого начала?] [Как бы много он ни объяснял ей раньше, его уроки, должно быть, не помогали, поскольку Эрита попросту ужасно боялась самих лошадей.] Уверенно кивнув своим мыслям, Кергель решил, что отныне будет обучать её иначе. Верховая езда. Стрельба из лука. *** “Продень стрелу между указательным и средним пальцами. Затем натяни тетиву.” “Угу. Вот так?” Тонкие руки Роэлин дрожали, пока она натягивала лук. Слово “жалкая”, казалось, уже само собой вертелось у него на языке. Однако Кергель лишь кивнул и продолжил объяснять: “Да. Теперь можешь опустить лук. Только не делай резких движений руками, можешь случайно удариться о лук. Просто мягко расслабь пальцы.” Роэлин внимательно выслушала его объяснение, прицелилась в мишень, находившуюся на значительном расстоянии, а затем опустила лук. Свист! Стрела внезапно сорвалась с тетивы и пронзила мишень. Но некоторое время оба не произносили ни слова. “…Невероятно. Не думал, что ты попадёшь прямо перед моим носом.” “Нет, пожалуйста, не дразните меня.” Лицо Роэлин тут же залилось краской. Она всё ещё смотрела на стрелу, застрявшую прямо перед ней. “Я точно видела её далеко отсюда.” Она недовольно надула щёки. Рядом раздался тихий смешок. Кергель уже смеялся, словно совершенно не знал, что на это ответить. “Просто это был мой первый выстрел.” Роэлин вспыхнула от его смеха и, не успев подумать, уже собиралась что-то сказать. Но тут сама удивилась своей реакции и тут же закрыла рот. [За то время, пока она училась верховой езде вместе с Кергелем, она, сама того не заметив, стала чувствовать себя рядом с ним гораздо свободнее.] Роэлин украдкой взглянула на него. Однако Кергель лишь с безразличным выражением лица протянул руку и забрал у неё лук. Он установил на него новую стрелу и снова вложил оружие в руки Роэлин. Она посмотрела на него и застыла. Кергель уже подошёл вплотную и встал прямо у неё за спиной. “Ваше Величество!” Роэлин удивилась, когда он протянул руки сзади, словно собираясь обнять её. Она попыталась обернуться, но серьёзный голос Кергеля заставил её снова смотреть прямо перед собой. “Смотри вперёд. Сделай вдох…задержи дыхание…” Его голос тихо звучал у самого её уха. Одновременно его руки медленно легли поверх её рук, и он вместе с ней натянул тетиву. “…!” ---------- Охотничий турнир (5) Глаза Роэлин мгновенно распахнулись, а щёки постепенно залились румянцем. Она чувствовала крепкое тело Кергеля, прижавшееся к её спине. Более того, тепло его тела, передававшееся через руки, которыми он накрыл её ладони, ощущалось особенно ясно. Роэлин не могла не смутиться. Она совершенно не привыкла к подобной близости с другими людьми. [Если подумать…] Она вдруг вспомнила церемонию заключения союза, и лицо тут же вспыхнуло ещё сильнее. [Именно тогда, по дороге обратно после церемонии, Кергель услышал, как она пожаловалась на боль в ноге из-за неудобной обуви.] Роэлин съёжилась, пытаясь спрятать покрасневшее лицо. Кергель же тихо произнёс ей прямо в ухо, словно делая ей замечание: “Нужно смотреть на наконечник стрелы, Императрица…Нет…” Он замолчал, так и не договорив фразу. В этот момент его взгляд случайно остановился на маленьком округлом ушке Роэлин. Почему-то сердце Кергеля странно дрогнуло. Не только её лицо, даже уши девушки покраснели от смущения. [Ему вдруг захотелось стать ещё немного ближе к этой женщине.] [Нет…] [Может быть, правильнее было бы сказать, что он хотел, чтобы она чувствовала себя рядом с ним ещё свободнее, чем сейчас?] “Эрита.” Кергель всегда был верен собственным чувствам. Поэтому и сейчас, повинуясь желанию своего сердца, он вслух произнёс её имя, а затем удовлетворённо улыбнулся. “…!” В отличие от него, Роэлин мгновенно пришла в себя, словно её окатили ледяной водой. Однако Кергель, стоявший позади неё, даже не заметил, как резко изменилось её состояние. Он спокойно продолжал готовить лук к выстрелу. В самый последний момент пальцы Роэлин, вместе с Кергелем натягивавшие тетиву, слегка задрожали. Стрела, рассекая воздух, сорвалась с тетивы и полетела совсем в другую сторону, совершенно не туда, куда они изначально целились. “Ха! Вот и всё. Один…” Роэлин тут же услышала, как Кергель растерянно рассмеялся, словно сам не мог поверить в произошедшее. Она опустила голову, на некоторое время скрывая лицо, а затем, постаравшись привести выражение лица в порядок, снова подняла голову. Её взгляд проследил за направлением, куда смотрел Кергель. И вдруг она изумлённо воскликнула: “Ой!” Она едва сдержала дрожь в ногах, затем заставила себя собраться и поспешила к месту, куда улетела стрела. Роэлин чувствовала, что Кергель идёт следом, но сейчас ей было совершенно не до него. “Что же делать…” Голубые глаза Роэлин тут же наполнились слезами. Перед ней лежал кролик, который рухнул на землю после того, как стрела попала ему в заднюю лапу. Роэлин опустилась перед ним на колени, совершенно не заботясь о том, что подол её платья пачкается в траве. Всё её тело дрожало. В голове не осталось ни одной мысли, кроме одной: [Моя стрела ранила маленькое живое существо…] Она была совершенно потрясена. Кергель, подошедший сзади, посмотрел на кролика и произнёс: “Жаль, что он попал не туда, куда нужно. Особенно после того, как я сказал, что буду тебя учить. Но…похоже, даже после попадания стрелы в заднюю лапу он не погиб.” С этими словами Кергель протянул руку через плечо Роэлин и поднял кролика. Стоило его пальцам коснуться серой шерсти, как кролик дёрнул неповреждённой задней лапой, словно собирался пнуть любого, кто посмеет к нему прикоснуться. Кергель усмехнулся. “Если ты настолько смел, что готов пнуть самого Императора прямо в Императорском дворце, то тебя действительно можно назвать храбрецом. Даже получив стрелу в лапу, ты всё равно всем своим видом заявляешь: „Я тебя пну“.” “Он…Он не умрёт?” Роэлин поспешно поднялась и посмотрела на Кергеля. Тот внимательно осмотрел состояние кролика и наконец кивнул. “Не думаю, что кости повреждены. Если обработать рану, он снова сможет бегать.” “Тогда сначала нужно его вылечить!” “Что?” “Кролика. Сначала нужно вылечить его.” Роэлин решительно произнесла это прямо перед Кергелем. В этот момент он вдруг понял, что от прежней робости девушки не осталось и следа. Она даже не заметила, насколько уверенно сейчас звучал её голос. “…Хорошо. Тогда на сегодня с тренировкой всё.” Кергель посмотрел на неё с каким-то странным, немного болезненным выражением во взгляде и кивнул. *** С кроликом всё было в порядке. Ветеринар, который обычно занимался лошадьми Императора, поспешно прибыл и обработал его рану. К тому же повреждение оказалось довольно лёгким. “…Какой милый.” Роэлин сидела на диване и с умилением наблюдала за кроликом, который прыгал по её постели. Он так активно ел, спал и играл, что порой Роэлин даже начинала сомневаться, действительно ли он вообще был ранен. Теперь этот кролик находился в покоях самой Императрицы Империи Сероиф, прямо на её кровати. Поэтому Люси, Силлоа и все остальные служанки из дворца Императрицы уже давно считали его питомцем Роэлин. “Ты ведь сказала, что теперь его уже можно выпустить обратно в лес?” Роэлин перестала смотреть на кролика и повернулась к Силлоа. Та в этот момент как раз украшала именную бирку, прикреплённую к ошейнику кролика. “Да, Императрица. Сказали, что он уже полностью восстановился и теперь сможет спокойно выжить в дикой природе, где бы ни оказался. В честь этого мы приготовили для него именную бирку. Как вам?” ---------- Охотничий турнир (6) “Что ты имеешь в виду под именной биркой?” Роэлин склонила голову набок, с любопытством глядя на Силлоа. Силлоа, довольная своей работой, подняла бирку в руке и продолжила: “Если Императрица даст этому кролику имя, я выгравирую его здесь и повешу бирку ему на шею.” Бирка, которую держала Силлоа, была изготовлена из крупных жёлтых драгоценных камней. Даже по крошечным ушкам кролика, искусно вырезанным на ней, можно было понять, сколько труда и усердия вложил ювелир. Однако слова Силлоа прозвучали для Роэлин настолько неожиданно, что та озадаченно спросила: “И что же мне делать с этим кроликом? Зачем вообще давать ему имя?” “…Что?” “Когда он вернётся в лес, разве это имя не станет ему помехой?” “Э-э…Вы…Вы собираетесь отпустить его обратно в лес?” “Конечно. Разве не правильно вернуть его туда, где он жил изначально?” Роэлин спокойно кивнула. Силлоа, напротив, заметно смутилась. Некоторое время она неуверенно переминалась с ноги на ногу, а затем с разочарованным видом произнесла: “Я кормила его последние несколько дней и уже успела к нему привязаться…Поэтому я подумала, что вы захотите оставить его себе. В конце концов, Императрица даже позволила ему спать на своей кровати.” “Он пострадал из-за моей ошибки, поэтому я обязана заботиться о нём до тех пор, пока он полностью не поправится. А потом я должна отпустить его обратно.” “К тому же, Императрица, похоже, вам он тоже очень нравится.” Силлоа снова заговорила, словно никак не могла расстаться с надеждой оставить кролика во дворце. Роэлин лишь слегка улыбнулась и ответила: “Он действительно очень милый. Но я ведь не могу оставить себе всё милое, что существует в этом мире.” “Но…Тогда эта именная бирка вам всё-таки не понадобится.” Силлоа с сожалением переводила взгляд с бирки на кролика и обратно. Именно в этот момент из дверей спальни неожиданно раздался знакомый голос: “Даже если так, финансы дворца Императрицы вряд ли находятся в настолько плачевном состоянии, чтобы мы не смогли прокормить даже одного кролика.” “О! Приветствую вас, Ваше Величество.” Силлоа удивлённо обернулась на голос Кергеля, а затем почтительно поклонилась. Роэлин, тоже заметившая его появление, поднялась с дивана. “Насколько я знаю, мои занятия должны были начаться во второй половине дня.” “Утреннее совещание закончилось довольно быстро. Поэтому я решил прийти и пообедать с тобой, Эрита. А после обеда могу сразу же продолжить твои занятия.” Веки Роэлин дрогнули при звуке имени, сорвавшегося с губ Кергеля. [Эрита.] [В первый день, когда он начал обучать её верховой езде и стрельбе из лука, он тоже назвал её этим именем.] [Эрита.] [Возможно, это был своего рода знак уважения со стороны Кергеля.] [Даже если их брак был заключён без малейшей необходимости в любви, возможно, таким образом он хотел показать, что намерен оставаться верным этому браку.] [В конце концов, обращаться к человеку по имени было гораздо теплее, чем просто называть его “Императрицей” или вовсе избегать обращения.] […Если только это имя действительно принадлежало ей.] [Но именно в этом и заключалась проблема.] [Это имя не было её собственным.] “Ты действительно собираешься отпустить этого кролика обратно в лес?” Услышав следующий вопрос Кергеля, Роэлин проглотила горькую улыбку и наконец кивнула. “Да, Ваше Величество. Думаю, так будет лучше для самого кролика.” “Почему? Разве таким кроликам не было бы лучше жить в роскоши, чем каждый день бороться за выживание в суровой дикой природе? Ему не пришлось бы беспокоиться о том, что его съедят или поймают.” “Но всё же гораздо лучше иметь возможность жить свободно, чем быть запертым и выращиваться в неволе.” Кергель прищурился, внимательно слушая Роэлин. “Эрита, в твоих словах будто скрывается какой-то другой смысл. Ты хочешь рассказать о себе, сравнивая себя с обычным кроликом? Это место, похоже, стало для тебя ловушкой, из которой невозможно выбраться.” “…Вовсе нет.” Роэлин покачала головой. [Она действительно говорила о кролике.] [Но Кергель ошибался лишь в одном.] [Она не имела в виду это место.] [Речь шла о её прежней жизни в Ракаине.] [В прошлом Роэлин жила в Отдельном Дворце.] [И именно поэтому она лучше всех знала, насколько ценна свобода.] “Я говорю только о кроликах.” Роэлин снова покачала головой. Она не хотела рассказывать о себе, о том, чья жизнь была даже хуже жизни этого маленького кролика. *** “Женщины тоже носят брюки?” “Да. В такой одежде гораздо удобнее ездить верхом и охотиться.” Роэлин с любопытством спросила об этом у портного, а затем снова посмотрела на своё отражение в зеркале. Ей объяснили, что на ней был охотничий костюм, который женщины Сероифа обычно надевали для подобных занятий. Жакет, брюки и сапоги выглядели на ней непривычно и даже немного странно. [И это было вполне естественно.] [Роэлин никогда в жизни не носила брюк.] [Более того, она всегда считала, что брюки предназначены исключительно для мужчин, поэтому даже представить не могла, что однажды сама наденет их.] “Императрица, пожалуйста, примерьте ещё и шляпу.” В этот момент Силлоа протянула ей шляпу, принесённую портным. Роэлин повернула голову, продолжая рассматривать себя в зеркале, и посмотрела на головной убор в руках Силлоа. Поля шляпы были узкими, а сама она отличалась строгим и изящным силуэтом. [Она совершенно не напоминала те изысканные и спокойные наряды, которые обычно подчёркивали элегантную красоту женщин Ракаины.] [Но это вовсе не означало, что шляпа Роэлин не понравилась.] [Да, она выглядела непривычно.] [Зато была невероятно практичной и удобной.] ---------- Охотничий турнир (7) После короткого кивка Роэлин по просьбе Силлоа примерила шляпу. “Как я и думала, вам очень идёт, Ваше Величество. Правда ведь, госпожа?” Люси, которая до этого молча помогала Роэлин, наконец кивнула словам Силлоа и тоже обратилась к Императрице: “Как вам, Ваше Величество? Если вам где-то неудобно или что-то вам совсем не нравится, пожалуйста, скажите.” “Нет, всё очень удобно и мне нравится. Я никогда раньше не носила брюк, но они действительно удобные.” “Платье, наверное, всё-таки довольно сковывает движения.” Люси с облегчением улыбнулась, услышав ответ Роэлин. Та снова посмотрела на своё отражение в зеркале. [То, как она выглядела и ощущала себя в платье, действительно сильно отличалось от нынешнего образа. Можно было даже сказать, что теперь она выглядела немного энергичнее и живее.] [Наряд казался ей непривычным, но Роэлин не могла сказать, что он ей не нравился.] Возможно, именно поэтому она и не заметила, как долго продолжала разглядывать себя в зеркале. [Я ведь уже не ребёнок.] Роэлин слегка покраснела и смущённо отвернулась. Ей стало неловко от собственной реакции. [Сейчас она и в самом деле напоминала маленького ребёнка, который с восторгом примеряет новую одежду.] И тут снаружи послышался голос слуги: “Ваше Величество, прибыл Его Величество.” “О! Тогда давайте встретим его.” Роэлин поспешно повернулась к двери. В тот же миг дверь открылась, и в комнату вошёл Кергель. В руках он держал довольно длинный ящик. Люси тут же направилась к нему, чтобы принять ношу, однако Кергель лишь махнул рукой, останавливая её, и вместо этого подошёл к Роэлин. Он спокойно оглядел её с головы до ног и произнёс: “Тебе идёт.” “Благодарю вас, Ваше Величество.” Роэлин склонила голову в приветствии. Кергель некоторое время смотрел на неё своими яркими, словно сияющими глазами, а затем протянул ей ящик. “…?” Роэлин озадаченно посмотрела на него, не понимая, что он собирается делать. Заметив её недоумение, Кергель объяснил, словно отвечая на её невысказанный вопрос: “Это твой собственный лук.” “Мой…личный лук?” Её глаза тут же округлились. Кергель кивнул и открыл крышку ящика. На лице Роэлин появилось неподдельное воодушевление. “Это первые охотничьи состязания, в которых Императрица принимает участие, поэтому, разумеется, нужно было подготовить хотя бы это. Его закончили совсем недавно. Я собирался просто отправить его тебе, но у меня ещё оставалось немного времени, поэтому решил принести лично.” “…О, спасибо.” Роэлин не сразу ответила. Она словно застыла, глядя внутрь ящика, а затем всё же поблагодарила его. Но чем дольше она смотрела на подарок, тем сильнее ей хотелось отказаться. Она даже не могла представить, что однажды будет обладать подобной вещью. Кергель достал из ящика лук, и какой-то предмет в форме кольца, после чего передал пустой ящик Люси. “Я сделал его для тебя. Тебе, должно быть, было тяжело тренироваться с большим луком, который не соответствовал твоим размерам. Теперь тебе будет гораздо удобнее.” Он протянул ей кольцо. “А это надень на палец, которым натягиваешь тетиву.” “…?” “У тебя слишком нежная кожа. Я подумал, что лук может поранить тебя.” Увидев озадаченное выражение лица Роэлин, Кергель добавил несколько объяснений. Несколько дней назад, когда он обучал её стрельбе из лука, ему случайно довелось заметить след на её пальце. От тетивы на коже осталась красная царапина. [Если взглянуть на неё, это была сущая мелочь. Настолько незначительная, что даже называть её раной было бы смешно.] [Но почему-то…] [Кергель никак не мог выбросить из головы эту маленькую ссадину.] [На следующий день он всё ещё помнил о ней. И на следующий тоже.] Поэтому, когда Люси предложила изготовить для Роэлин собственный лук, он решил, что заодно стоит заказать и защиту для пальцев. А сегодня, как только и лук, и защитное приспособление были готовы, он лично принёс их ей. Кергель вспомнил обо всём этом и слегка кашлянул, почувствовав неловкость. Он даже не осознавал, насколько очевидным было его поведение, пока Люси, знавшая всю эту историю, молча наблюдала за ним. “Что ты делаешь? Разве не собираешься взять?” Чтобы скрыть смущение, Кергель вложил всё принесённое прямо в руки Роэлин. Она растерянно приняла вещи, но тут же вынуждена была слегка наклониться вперёд. Всё оказалось гораздо тяжелее, чем она ожидала. “Ой! Позвольте мне подержать это, Ваше Величество!” Силлоа поспешно подошла к ней, и Роэлин передала ей лук вместе с коробом стрел. Однако, когда Силлоа потянулась и за защитой для пальцев, Роэлин покачала головой. “Нет, всё хорошо. Я могу примерить её прямо сейчас.” Она надела защиту на указательный и средний пальцы. Круглое кольцо, немного шире обычного кольца, плотно обхватило её палец. Роэлин сразу поняла, что теперь сможет не бояться поранить кожу, натягивая тетиву. “Как тебе?” “Да, Ваше Величество. Она сидит идеально. Спасибо.” Роэлин опустила взгляд на защиту, обхватившую её палец, а затем подняла глаза на Кергеля. Он тоже смотрел на её руку и, встретившись с ней взглядом, кивнул. “Ах, а лук со стрелами тоже нужно испытать…Как удачно. Давай выйдем прямо сейчас.” “Что?” “Ты уже в охотничьем наряде. Разве это не идеальный момент?” Кергель медленно приподнял уголки губ, глядя на Роэлин в её новом наряде. ---------- Охотничий турнир (8) “…Фух.” Плотно надев шляпу, Роэлин глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Серебристая защита на её пальцах блестела на свету. Она не отличалась яркими красками, но благодаря аккуратному и изящному дизайну больше напоминала украшение. Роэлин ещё раз посмотрела на защиту, которую лично подарил ей Император, несколько раз сжала и разжала пальцы, а затем обратилась к Силлоа: “Силлоа, принеси мой лук.” “Да, Ваше Величество.” Едва Роэлин произнесла её имя, Силлоа открыла лежавший на столе ящик и достала оттуда лук и стрелы. Роэлин приняла лук и вышла из комнаты. Силлоа закинула короб со стрелами на одно плечо и поспешила следом. Сегодня Силлоа тоже была одета в удобную охотничью одежду. Как служанка, которая должна была находиться рядом с Императрицей и помогать ей во время состязаний, она, разумеется, тоже отправлялась на охоту. Теперь у неё на поясе висели два ручных топора, на одном плече покоилась коробка со стрелами Роэлин, а за спиной она несла ещё и длинное копьё. Даже для человека, отправляющегося на войну, снаряжения было бы немало. И всё же удивляло то, насколько легко и непринуждённо Силлоа продолжала идти, словно вся эта тяжесть ничего для неё не значила. Роэлин, шедшая впереди, вдруг остановилась, обернулась и обратилась к ней: “Разве это не тяжело? Тогда я сама понесу короб со стрелами.” “Нет, Ваше Величество. Я подержу её до тех пор, пока мы не доберёмся до охотничьих угодий. К тому же она не такая уж тяжёлая.” “Раз она не такая тяжёлая, я могу понести её сама.” “Я имела в виду, что для меня она не тяжёлая. Я просто переживаю, выдержат ли ваши тонкие плечи такой вес.” “Его Величество подарил мне новый лук именно поэтому. Он гораздо легче того, с которым я начинала учиться стрельбе.” В ответ на обеспокоенный взгляд Силлоа Роэлин крепче сжала лук в руках. [Последние несколько дней он постоянно был рядом с ней.] [Наверное, поэтому мне немного спокойнее.] Роэлин невольно посмотрела на лук. “…Интересно, смогу ли я сегодня хорошо справиться?” [Хотя за прошедшие дни её волнение немного уменьшилось, это вовсе не означало, что она перестала переживать.] [Более того, мысль о том, что сегодняшние охотничьи состязания станут её первым официальным выступлением, заставляла её нервничать ещё сильнее. [Я не хочу ошибиться. Не хочу опозорить его.] Она вспомнила Кергеля, который последние пятнадцать дней терпеливо обучал её. [Он оказался довольно настойчивым учителем.] [Роэлин не была талантлива ни в верховой езде, ни в стрельбе из лука. Она прекрасно понимала его объяснения, но тело далеко не всегда успевало за тем, что уже усвоил разум.] [И всё же Кергель ни разу не повысил на неё голос и даже не сделал выговора.] [Напротив, он постоянно хвалил её, говоря, что она хорошо справляется.] [Хотя Роэлин лучше кого бы то ни было знала, что её навыки совершенно не заслуживают такой похвалы.] На её лице проступил лёгкий румянец, а затем губы тронула едва заметная улыбка. Это было изменение, которого она сама ещё не замечала. “Ты выглядишь счастливой.” “Ваше Величество…” С противоположной стороны медленно приближался Кергель. Следовавший за ним канцлер, заметив Роэлин, вежливо поклонился в знак приветствия. Получив его приветствие, Роэлин также склонила голову перед Кергелем. “Приветствую вас, Ваше Величество. Но почему вы здесь?” Она хотела спросить, почему он пришёл в Императорский дворец, вместо того чтобы сразу отправиться к месту проведения охоты. Однако Кергель уже протянул ей руку, не дожидаясь, пока она закончит поклон. “Я пришёл за тобой. Разве не будет лучше, если мы появимся перед всеми вместе?” Роэлин передала лук Силлоа и вложила свою руку в ладонь Кергеля. Он опустил взгляд на её пальцы и заметил надетую защиту. Уголки его губ тут же приподнялись. Увидев это довольное выражение лица, Роэлин мгновенно почувствовала, как щёки вспыхнули. Но она постаралась ничем не выдать своего смущения и просто вместе с ним вышла из дворца. “Ваше Величество.” Как только Роэлин вышла наружу, слуга подвёл к ней её лошадь. Белоснежная лошадь, узнав свою хозяйку, тихо заржала. “Ролпин.” Роэлин ласково произнесла её имя и погладила рукой блестящую гриву. [Уже то, что теперь она могла спокойно подойти к лошади, было огромным изменением по сравнению с тем, как сильно она боялась её раньше.] [Конечно, её навыки верховой езды всё ещё оставляли желать лучшего.] [Нет. Но ведь за пятнадцать дней она всё-таки значительно улучшилась, верно? В конце концов, это я её обучал.] Кергель мысленно усмехнулся, глядя на Роэлин, которая пусть и немного неуклюже, но уже самостоятельно сидела верхом. Затем он легко вскочил на своего чёрного коня, которого подвёл слуга, и посмотрел на неё. “Поехали. Только осторожнее.” “Да, Ваше Величество.” Роэлин неловко улыбнулась и направила лошадь вперёд. Следом за Императором и Императрицей двинулись и сопровождавшие их рыцари, слуги и служанки, также оседлавшие лошадей. ---------- Охотничий турнир (9) “Для меня большая честь встретиться с Императрицей. Меня зовут Полин Башель.” “Рада познакомиться, леди Башель. Но если вы Башель, тогда…” Роэлин склонила голову набок, когда к ней подошла пожилая женщина и представилась. “Хайнес - мой сын. Совсем на меня не похож, правда?” Пожилая дама расхохоталась, словно прекрасно понимала, о чём сейчас думала Роэлин. Её громкий смех привлёк внимание нескольких людей, находившихся неподалёку. “Нет…Вы с ним…Ну, цвет волос у вас довольно похож.” “Он родился с серебристыми волосами, а мои поседели с возрастом. А когда я была моложе, у меня были рыжие волосы. Хайнес пошёл в отца. Когда мой муж был молод, он считался одним из самых красивых мужчин во всей Империи. И, знаете, я этому очень рада.” “Да…Нет, я вовсе не это имела в виду…” Роэлин ответила Полин почти машинально, но тут же смутилась и поспешно попыталась исправить свои слова. Однако Полин снова широко раскрыла глаза, а затем громко рассмеялась. “Ха-ха-ха! Никогда бы не подумала, что Императрица такая милая. Если бы я знала об этом раньше, непременно попросила бы Его Величество позволить мне первой прийти к вам и поприветствовать вас.” Роэлин неловко улыбнулась. Тем временем к ним начали подходить и другие женщины. Одна за другой они присоединялись к разговору, и вскоре, словно сговорившись, начали высказываться совершенно откровенно. “Это правда. После встречи с Императрицей я поняла, насколько предвзято относилась к ней. Не стоило верить этим совершенно необоснованным слухам. Говорили, будто вы высокомерны и чрезвычайно привередливы…Ой!” Женщина средних лет, которая до этого увлечённо говорила, мгновенно прикрыла рот ладонью. Она отвела взгляд в сторону, явно осознав, какую неловкость только что создала. “Ваше Величество, я искренне прошу прощения. Я слишком увлеклась и случайно сказала лишнее.” “Всё в порядке, леди Майер. Вы ведь не сами придумали эти слухи.” “…Но всё же…Разве вам не неприятно?” Леди Майер осторожно посмотрела на Роэлин. [Очевидно, то, о чём она заговорила, было настоящим позором для Императрицы.] [Нет, не только для неё. Любой, кто знал, что произошло тогда, вряд ли захотел бы снова вспоминать об этом вслух.] [Ведь Императрица высмеяла и унизила Сериоиф, пренебрежительно отозвавшись о стране.] “Мне не стоит чувствовать себя неловко. Неловко должно быть тем людям, которых я тогда задела. Я должна извиниться перед ними, но не имею права вновь обижаться на них за то, что они помнят произошедшее.” Роэлин спокойно ответила леди Майер и медленно огляделась. Все женщины, окружавшие её, выглядели крепкими и сильными. [Они так сильно отличались от тех нарядных “девушек”, которых Роэлин привыкла видеть в Ракаине.] [Дело было вовсе не в том, что они были крупнее или одевались менее изысканно, чем знатные дамы Ракаины.] [Они просто были другими.] [Сильными.] [Уверенными в себе.] Именно это Роэлин чувствовала, глядя на них. [Такое нельзя было обрести с помощью роскошных платьев или дорогих украшений.] [Однако, впервые столкнувшись с женщинами Сериоифа на охотничьих состязаниях, Роэлин поначалу чувствовала себя довольно неловко.] [На первый взгляд они казались ей крепкими, шумными и очень энергичными, и даже сама Роэлин не знала, как правильно с ними обращаться.] [Теперь она даже подумала, что должна была догадаться обо всём заранее, стоило ей увидеть наряд Силлоа, которая приехала вместе с ней на охотничьи состязания.] [Ни одна женщина в Сериоифе не была просто “цветком”.] [Даже когда они впервые встречались с Императором и его супругой, они вовсе не старались казаться хрупкими и утончёнными.] [Возможно, именно поэтому Роэлин постепенно избавилась от той неловкости и растерянности, которые испытывала поначалу.] [И прежде чем она успела это осознать, начала восхищаться ими.] [Прошло совсем немного времени, но эти женщины успели по-настоящему её очаровать.] [И пожилая седовласая дама, и женщина средних лет, у которой уже появились морщинки возле глаз, казались гораздо энергичнее самой Роэлин.] [И ей было приятно на это смотреть.] [Настолько приятно, что ей хотелось стать похожей на них.] [Хотелось обрести такую же силу и уверенность.] “Я искренне прошу прощения за всё, что произошло тогда. Мне действительно стыдно за своё глупое поведение.” Роэлин склонила голову и извинилась. [На самом деле она не была виновата в том, что произошло.] [Но пока она жила под именем “Эрита”, все ошибки, совершённые Эритой, становились её собственными.] [Поэтому Роэлин решила начать с самого простого - признать эти ошибки и искренне за них извиниться.] [Так я смогу стать ещё увереннее.] *** Леди Полин тем временем была замечена в глубине леса. Она поймала несколько диких кабанов и теперь волокла их обратно. [Боже мой…] Роэлин во все глаза смотрела на дикого кабана, которого пожилая седовласая женщина только что забила насмерть ударом топора. Затем она медленно опустила взгляд на свой лук. “Вы выбрали не ту хозяйку.” Роэлин погладила гладкую поверхность лука и слегка пожала плечами. [Иными словами, охотничьи состязания больше напоминали праздник.] [В одной части лагеря, под большим шатром, постоянно появлялись сладости и прохладительные напитки, которыми можно было освежиться после жары и усталости.] [А с другой стороны пойманную дичь тут же разделывали на месте и запекали до золотистой корочки.] [Зрелище было настолько простым и непринуждённым, что трудно было поверить: всё это мероприятие организовала сама Императорская семья.] Роэлин ещё раз взглянула на Кергеля, который в это время общался с окружающими, а затем отвернулась. [Обычно рядом с ней должны были находиться служанки и рыцари, но пока она не заходила глубоко в лес, где могли встретиться опасные звери, ей разрешалось свободно передвигаться самостоятельно.] ---------- Охотничий турнир (10) Роэлин направила лошадь подальше от шумного места и отправилась туда, где было немного спокойнее. Затем, слегка неуклюже спешившись, она поставила ноги на землю. Добродушная лошадь даже не шелохнулась, словно специально старалась помочь хозяйке спуститься как можно удобнее. “Спасибо, Ролпин.” Роэлин погладила её по шее, а затем ласково похлопала по крупу. Лошадь тихо заржала и направилась к траве. Роэлин с улыбкой некоторое время наблюдала, как Ролпин пасётся, а затем развернулась. Свежий запах травы приятно щекотал кончик носа. Она медленно пошла вперёд. С самого утра Роэлин была напряжена, поэтому теперь у неё болели шея и плечи. Она подняла руку и продолжила идти, разминая затёкшие мышцы. И тут внезапно услышала какой-то тихий звук. Он был настолько слабым, что Роэлин, вероятно, даже не заметила бы его, если бы вокруг не стояла такая глубокая тишина. “Что это за звук?” Она повернулась в сторону, откуда он донёсся, гадая, не появился ли кто-нибудь поблизости. “…!” Глаза Роэлин мгновенно распахнулись. Она словно приросла к земле и не могла пошевелиться. “Р-р-р…” Неподалёку от неё стоял волк. Лицо Роэлин побледнело. Она не отступила ни на шаг, продолжая смотреть на зверя. Роэлин решила, что если сейчас сделает резкое движение, то лишь спровоцирует его. Жёлтые глаза волка неотрывно смотрели на неё. И в этот момент Роэлин почему-то вспомнила другого человека. [Совсем как Кергель.] [Наверное, потому, что жёлтые глаза волка напоминали ей его собственные.] Роэлин стояла неподвижно, словно замерла от страха, но медленно сжала пальцы. Затем тихо и глубоко вдохнула и заговорила с волком: “Я не собираюсь причинять тебе вред. Думаю, ты тоже не хочешь причинить вред мне.” Она прекрасно понимала, что волк вряд ли способен понять её слова. Она просто хотела заговорить, чтобы немного снять напряжение. Однако реакция зверя оказалась совершенно неожиданной. “Ауууу…” Волк протяжно завыл, словно действительно отвечал ей. Роэлин растерялась от такого ответа, но всё же постаралась сохранить спокойствие и продолжила смотреть на него. Волк тоже внимательно разглядывал её, моргая жёлтыми глазами. Затем сделал шаг вперёд. Тело Роэлин невольно вздрогнуло. Но вместо того чтобы отступить, она медленно согнула колени и присела на землю. [Возможно, это была всего лишь глупая иллюзия.] [Но почему-то Роэлин не думала, что стоящий перед ней волк причинит ей вред.] [Нет…] [Казалось, напротив, этот волк проявлял к ней интерес.] [Когда она впервые увидела его, то была слишком ошеломлена, чтобы обратить на это внимание. Разумеется, волк не мог рассказать ей о своей жизни.] “Если это дружелюбие…разве тогда не лучше?” Роэлин терпеливо продолжала смотреть на зверя, присев на корточки. Волк тоже не сводил с неё глаз и сделал ещё один шаг. Расстояние между ними постепенно сокращалось. Но когда до Роэлин оставалось всего три-четыре шага, волк вдруг остановился. “…Почему?” Роэлин склонила голову, удивившись внезапной перемене в его поведении. Волк пошевелил носом, указывая в сторону её рук. “А! Это? Прости.” Он смотрел на лук. Колчан со стрелами Роэлин оставила на седле, но сам лук по привычке взяла с собой. Она поспешно положила его рядом с собой. “Теперь всё хорошо?” Волк бросил взгляд на лежавший рядом лук и снова приблизился. Затем он лёг перед Роэлин и перевернулся на спину, открывая ей живот. “…!” Роэлин широко раскрыла глаза, поражённая таким поведением. Но тут вспомнила, что когда-то читала в книге: подобный жест у волков означал покорность. “…Ты добрый.” Роэлин осторожно протянула руку к волку. *** “…Что ты вообще сейчас делаешь?” Кергель нахмурился, глядя на зрелище, в которое было трудно поверить даже собственным глазам. Во время охотничьих состязаний он заметил, что Роэлин направилась в тихое место. [Пока она не заходила глубоко в лес, ей не грозила особая опасность. А если бы рядом всё же появился опасный зверь, Кергель почувствовал бы его раньше неё.] [Поэтому он спокойно позволил ей делать то, что она хотела.] [Однако прошло уже довольно много времени, а Роэлин так и не вернулась.] Тогда Кергель отправился на её поиски. [Но он никак не ожидал увидеть подобное.] Кергель с безмолвным изумлением смотрел на Роэлин, которая играла с волком. [Она даже обнимала огромного зверя, обращаясь с ним так, словно это была обычная собака.] [А волк, который, как оказалось, до ужаса боялся лошадей, выглядел при этом на удивление мило.] ---------- Охотничий турнир (11) “Эри…” Кергель медленно приблизился к ней и уже собирался что-то сказать, но тут услышал её голос и сразу замолчал. “Вы с Его Величеством очень похожи. Жёлтые глаза, чёрная шерсть.” Кергель, наблюдавший за Роэлин, которая, обнимая волка за шею, что-то тихо ему говорила, скривился. “Ты хочешь сказать, что я похож на этого волка?” Он усмехнулся и покачал головой. Однако вместо того чтобы подойти к ней, продолжил наблюдать. Роэлин гладила волка и всё так же разговаривала с ним. “И…несмотря на первое впечатление, вы оба кажетесь добрыми. Знаете, как сильно я испугалась, когда впервые вас увидела?” В голосе Роэлин послышался тихий смешок, обращённый к волку. Но Кергель уже не мог улыбаться, как несколькими мгновениями ранее. Не потому, что её слова задели или разозлили. [Просто…] [Это странно.] Только это он и мог сказать о своих ощущениях. Словно какие-то чувства, до этого крепко сжимавшие его сердце, внезапно исчезли. [Первое впечатление было страшным?] [Это было вполне понятно.] [По всему континенту уже ходили слухи о чудовище, поэтому было бы странно, если бы при первой встрече с ним она ничего не почувствовала.] [Но вот слова о том, что он кажется ей добрым…] [Кергель никак не мог их понять.] [По крайней мере, даже его ближайшие помощники вряд ли смогли бы с этим согласиться.] [Он слишком хорошо знал себя и прекрасно понимал, что его характер был далёк от дружелюбного.] [И всё же женщина, ставшая его спутницей, назвала его добрым.] [Причём сказала это не ему в лицо, а этому несчастному волку.] [Одного этого было достаточно, чтобы понять: её слова не были лестью, сказанной ради того, чтобы завоевать его расположение.] [Неужели она действительно так думает?] Кергель почувствовал, как лицо и шея словно вспыхнули. Он обеими руками провёл по лицу, пытаясь остудить пылающую кожу. [Что она вообще имеет в виду, когда говорит, что я добрый?] [И что я сделал для неё?] От этих слов ему стало жарко. [Особенно оттого, что так его воспринимала женщина, которая наверняка привыкла к ласке и заботе множества людей в Ракаине.] [Но, как ни странно, ему вовсе не было неприятно это слышать.] Он сделал ещё один шаг вперёд, продолжая машинально растирать ладонью шею. Волк, всё ещё позволявший Роэлин обнимать себя, вдруг вскочил и оскалил острые зубы. [Ха! Ну надо же…] Кергель рассмеялся, глядя на зверя, который посмел показать ему зубы. Роэлин лишь спустя мгновение повернула голову. Увидев Кергеля, она тут же поднялась. Кергель нахмурился, заметив, что её охотничий костюм уже весь покрыт волчьей шерстью. Роэлин проследила за его взглядом, опустила глаза и, увидев свою одежду, поспешно принялась отряхиваться. Кергель ещё некоторое время смотрел на неё, а затем перевёл взгляд на волка, который всё ещё продолжал угрожающе скалиться. [Как ты смеешь показывать зубы своему хозяину?] Стоило Кергелю мысленно произнести это, как волк весь вздрогнул. Он сморщил нос, собрал кожу на переносице и снова оскалился. [Это было просто нелепо.] [Кергель не мог поверить, что какой-то волк действительно осмелился скалить зубы перед потомком рода волков.] Он снова усмехнулся и прищурился, продолжая с недоверием наблюдать за зверем. [Если подумать, поведение волка вообще казалось подозрительным.] [Постой…он словно пытается её защитить.] [Поведение зверя напоминало мать, которая встаёт перед своим детёнышем, защищая его от врага, даже если тот намного крупнее и сильнее неё.] [Неужели он принял её за своего детёныша?] [Или он каким-то образом чувствует, что она спутница волка?] И всё же Кергель решил, что это можно объяснить лишь своеобразной преданностью, которая самым странным образом досталась Роэлин. [Разумеется, узнать, что именно творилось в голове у этого волка, было невозможно.] [Как бы то ни было, выглядишь ты забавно. Великий вожак стаи, а ведёшь себя как собака, заигрывающая с хозяйкой.] “Р-р-р…” Волк моргнул жёлтыми глазами и нахмурился, сморщив переносицу, словно возмущённо протестовал против его слов. Но Кергель, не обращая на это внимания, подошёл к Роэлин ещё ближе и махнул рукой в сторону волка. [А теперь проваливай. А то ещё чего доброго нарвёшься на стрелу. Хотя, если будешь и дальше вести себя как сейчас, думаю, тебе и этого хватит.] “Р-р-р…” Услышав слова Кергеля, волк снова оскалился. Но вскоре опустил хвост и отвернулся. Он просто не мог ослушаться приказа Кергеля - потомка рода волков. Роэлин, которая молча наблюдала за этой сценой, лишь спустя мгновение обратилась к волку: “Прощай, волк!” Зверь остановился. На мгновение показалось, будто он обернулся и посмотрел на Роэлин. А затем скрылся в глубине леса. Роэлин ещё долго смотрела ему вслед, словно пытаясь разглядеть его следы среди деревьев. Кергель молча наблюдал за ней. [Это было действительно неожиданно.] [Можно подумать, я увидел какую-то её скрытую сторону.] [Она обращалась с животными, которые даже не могли разговаривать с ней, почти как с людьми.] [Нет…может быть, именно поэтому.] [Возможно, рядом с волком Роэлин смогла немного расслабиться именно потому, что с ним она не могла нормально общаться.] “…Ваше Величество?” В этот момент их взгляды встретились. Роэлин смотрела на Кергеля своими голубыми глазами, явно не понимая, о чём он задумался. Кергель посмотрел на неё так, словно ничего особенного не произошло, и покачал головой. “Нам пора возвращаться. Как бы безопасно здесь ни было, тебе всё равно не стоит разгуливать в одиночестве.” Он поспешно сменил тему. Роэлин ещё некоторое время смотрела на Кергеля, а затем тихо кивнула. ---------- Охотничий турнир (12) Кергель направился туда, где совсем недавно стояла лошадь Роэлин. Вскоре Роэлин последовала за ним. Заметив, что она идёт позади, Кергель немного сбавил шаг и, стараясь подстроиться под её темп, заговорил: “Кстати, ты ведь немного поохотилась?” “…Нет.” Роэлин замялась, прежде чем неловко ответить на его вопрос. Кергель слегка нахмурился. “Хочешь сказать, что ты не поймала даже одного кролика?” “…Да. Для меня и это оказалось довольно тяжёлым занятием.” Роэлин немного помолчала, а затем продолжила: “И, если честно, мне это совсем не нравится.” “…?” Кергель остановился и внимательно посмотрел на неё. Роэлин тоже замерла рядом, явно чувствуя себя неловко. “Убивать невинных зверей просто ради развлечения…Возможно, Вашему Величеству мои слова покажутся оправданием или отговоркой.” “Нет. Я тебе верю.” “Что?” “Я верю твоим словам. Не считаю их простой отговоркой.” Кергель неловко кашлянул, заметив, как слегка дрогнули голубые глаза женщины, смотревшей на него. Казалось, вместе с ними дрогнуло и что-то в глубине её сердца. “…Вы мне верите?” “Разве есть причина неправильно понимать твои слова? Нет ничего плохого в том, чтобы просто принять их такими, какие они есть.” “…” “К тому же я могу тебя понять после того, как увидел, как ты недавно гладила волка. Я никогда прежде не видел, чтобы человек вот так разговаривал с волком. Кстати…неужели я действительно настолько похож на него?” “Что? Нет, это…” Глаза Роэлин мгновенно расширились. Она растерялась и не смогла толком ответить, ведь совершенно не ожидала, что Кергель услышал её слова. Увидев её смущение, Кергель снова рассмеялся. “Не нужно так удивляться. Я не собираюсь тебя за это ругать.” “Я не хотела сказать ничего плохого…” “Я знаю. Ты не имела в виду ничего дурного.” Кергель на мгновение замолчал, а затем медленно спросил: “Но всё-таки…я действительно добрый?” Лицо Роэлин тут же стало красным, словно спелый помидор. Она опустила взгляд, а затем всё же кивнула, не в силах скрыть смущение. “…Да.” “…Рад, что ты думаешь именно так.” Кергель ответил довольно неловко. Он и сам почувствовал, как лицо начинает гореть, пока смотрел на Роэлин, которая только что положительно ответила на его вопрос. Затем он тихо свистнул. Услышав знакомый звук издалека, лошадь Роэлин тут же подняла голову и побежала к ним. “Позже я научу тебя свистеть. Это довольно удобно, можно позвать её издалека.” “…Хорошо.” Они оба неловко стояли и смотрели на приближающуюся лошадь. И лица у обоих были настолько красными, что определить, кто из них смущался сильнее, было практически невозможно. *** “Берт, возьми.” “А-а! Что это такое? Хм? Что это за лиса?” Берт поймал брошенный ему предмет и удивлённо распахнул глаза. Стоявший рядом Хайнеc тоже с подозрением посмотрел на добычу, которую Кергель только что бросил своему помощнику. Однако сам Кергель совершенно спокойно продолжил: “Это то, что ты поймал.” “Что? Я поймал? Что вы имеете в виду? Вы говорите об этой лисе? Но ведь именно Ваше Величество её подстрелили! Здесь даже стрела Вашего Величества. Почему же тогда…” “Ты стрелял из моего лука. Я и без того не собирался много охотиться, поэтому одолжил тебе свой лук.” “О чём вы вообще говорите, Ваше Величество?” Выражение лица Берта стало ещё более странным. Но Кергель лишь невозмутимо продолжил: “Разве не жестоко убивать невинных зверей просто ради развлечения?” “…Да.” Берт скривился так, словно услышал величайшую нелепость на свете. Хайнес тоже смотрел на него с совершенно непонимающим выражением лица. “В общем, вы оба должны запомнить: эту лису поймал не я. Понятно?” С этими словами Кергель направился куда-то прочь с таким лёгким видом, словно наконец избавился от тяжёлой и совершенно ненужной обузы. Берт проводил его взглядом, затем озадаченно повернулся к Хайнесу. “Хайнес, ты слышал, что только что сказал Его Величество?” “Да, слышал.” “Он сказал, что жестоко охотиться на невинных зверей ради развлечения? Это действительно то, что Его Величество хотел сказать? Посмотри! А ведь именно он обычно складывает перед собой целую гору добычи.” “…Знаю.” Хайнес лишь молча посмотрел вслед Кергелю, и в его взгляде появилось какое-то неопределённое выражение. *** В итоге именно Берт, подстреливший редкую белую лису, стал победителем охотничьего состязания. Все были поражены. [До этого помощнику Императора ни разу не удавалось занять первое место на охотничьих соревнованиях, а теперь он внезапно добыл редкую лису и стал победителем.] Однако удивление людей на этом не закончилось. Кергель вошёл в историю Сероифа как первый Император, который не сумел поймать ни одного зверя во время охотничьего состязания. Более того, Императрица тоже не поймала ни одного животного. Поэтому точнее было бы сказать, что супруги вместе установили совершенно уникальный исторический рекорд, впервые в истории Сероифа ни Император, ни Императрица не добыли ни единого зверя. Участники охоты были совершенно ошеломлены таким необычным исходом. Они строили самые разные догадки и пытались понять, почему Император вдруг не смог поймать ни одного зверя. Ведь стоило ему раньше столкнуться с подобной ситуацией, как он всегда действовал решительно и мгновенно находил способ добиться своего. [Но теперь разгадать причину было невозможно.] [Наверное, только сам Император знает ответ.] [Или, быть может, Хайнес - ближайший помощник Императора и одновременно канцлер, лучше всех понимал, что творится в сердце своего господина?] [Но спросить его никто не решался.] Потому что Хайнес, который всегда славился холодным рассудком и рациональностью, теперь то и дело стоял с совершенно растерянным лицом и бормотал себе под нос что-то совершенно непонятное: “Не думаю. Не думаю. Неужели всё из-за такой мелочи?” Иногда он даже покачивал головой, словно никак не мог поверить в происходящее. Хайнес прекрасно замечал, что окружающие начали смотреть на него немного иначе, однако в тот момент ему было совершенно не до этого. [Настоящей проблемой был его господин, который вёл себя настолько нелепо, что Хайнес уже не знал, что и думать.] Он снова и снова качал головой, глядя на Кергеля. [Сам Кергель, похоже, совершенно не замечал его растерянности и тревоги. Император по-прежнему выглядел абсолютно спокойным.] [Более того, он казался даже…довольным.] [И всё это несмотря на то, что единственным результатом участия Императора в охотничьем состязании стало бесславное пятно на всей истории Императорской династии.] “Что же вам так понравилось?” Хайнес устало прижал пальцы ко лбу и обречённо пробормотал: [Я действительно ничего не понимаю…] ---------- Осознание и тайны (1) “Приветствую Императрицу.” “Добро пожаловать, канцлер Башель.” Роэлин поприветствовала Хайнеса, который учтиво склонил перед ней голову. Он некоторое время спокойно смотрел на неё, после чего подошёл ближе и сел напротив, сохраняя подобающее своему положению достоинство. “Не хотите чашку чая?” “Благодарю, Ваше Величество, но не стоит. Я пришёл лишь сообщить вам кое-что и сразу уйти, поэтому приму ваше предложение лишь как знак внимания.” “Разумеется. Тогда пусть будет так.” Роэлин подмигнула Силлоа. Силлоа уже собиралась приготовить чай, но, заметив этот жест, сразу поняла, что имела в виду её госпожа, и тихо вышла из комнаты. “Мы наконец определились с человеком, который будет заниматься образованием Императрицы.” Хайнес бросил взгляд на Силлоа, скрывшуюся за слегка приоткрытой дверью, и вновь спокойно заговорил. Однако Роэлин лишь кивнула, ничуть не удивившись, словно уже давно ожидала этого известия. Заметив её спокойную реакцию, Хайнес слегка прищурился и спросил: “Вы уже знали?” “До охотничьего состязания Его Величество вскользь упомянул об этом. Он сказал, что канцлер Башель вскоре назначит мне наставника.” “…Вот как.” Фиолетовые глаза Хайнеса, внимательно следившие за Роэлин, слегка дрогнули. Но уже в следующий момент его лицо вновь стало безразличным. Он продолжил, коротко перечисляя людей, которые будут отвечать за её обучение. А закончив представление, добавил: “И наконец, за ваше Императорское образование буду отвечать я.” “Канцлер Башель лично займётся моим образованием?” Роэлин, до этого спокойно слушавшая его, слегка удивлённо посмотрела на Хайнеса. [Она действительно не ожидала подобного.] [Канцлер уже нёс на своих плечах огромную ответственность, управляя государственными делами, и теперь собирался заниматься ещё и её обучением.] Однако Хайнес ответил совершенно спокойно, словно речь шла о чём-то само собой разумеющемся: “Да, Ваше Величество.” “…Тогда я с нетерпением жду нашего сотрудничества.” Роэлин на мгновение замолчала и лишь затем ответила. Выражение её лица стало несколько напряжённым. Сидевший напротив сереброволосый мужчина никогда не был для неё человеком, рядом с которым она могла бы чувствовать себя непринуждённо. [Он всегда оставался вежлив и учтив, но Роэлин прекрасно ощущала, что его отношение к ней никогда не было по-настоящему доброжелательным.] [Хотя сейчас, кажется, всё стало немного лучше, чем прежде.] [Это уже не было открытой враждебностью…] [Тогда что же это? Настороженность? Или желание держать дистанцию?] [Вероятно, всё из-за того, что она была не просто Императрицей, а самой Эритой - королевской сестрой Ракаины.] [К тому же Хайнес наверняка не забыл и о том, что сделала настоящая Эрита.] Как бы сильно Роэлин ни сожалела о произошедшем в прошлом и сколько бы ни просила прощения, она не могла вернуться назад и изменить то, что уже случилось. От этого ей становилось неловко, даже несмотря на то, что разумом она прекрасно понимала чувства Хайнеса. Именно поэтому Роэлин хотелось спросить, нельзя ли поручить её обучение кому-нибудь другому. [Но она прекрасно понимала, что это невозможно.] [Да и попытка избежать Хайнеса ничего бы не решила.] [Всё равно ей пришлось бы столкнуться с этим рано или поздно.] [Лучше воспринимать это как одну из цен, которую мне пришлось заплатить за то, что я покинула Ракаину.] [Если посмотреть с этой стороны, ничего страшного в этом не было.] [Особенно если сравнивать с ненавистью и презрением, которые она постоянно испытывала в Ракаине…] Мысли Роэлин запутались, а затем её внимание вновь привлёк голос Хайнеса: “Кстати, на прошлом охотничьем состязании я действительно был немало смущён. Это было первое официальное мероприятие, которое вы посетили после свадьбы, и я никак не ожидал, что Его Величество не сможет поймать ни одного зверя.” “Ах…насчёт того случая…” Роэлин неловко улыбнулась. На её светлом лице промелькнуло беспокойство. С момента охотничьего состязания её не покидала одна мысль, поэтому она наконец решилась спросить. “…Канцлер Башель, могу я задать вам один вопрос?” Она на мгновение замялась, прежде чем всё-таки решилась заговорить. Хайнес вежливо кивнул. “Разумеется, Ваше Величество.” “Разве из-за того охотничьего состязания положение Его Величества не могло пострадать? Например, это ведь могло каким-то образом повлиять на авторитет Императора или его репутацию?” “…Вы беспокоитесь о нём?” Фиолетовые глаза Хайнеса вновь слегка сузились. В его взгляде читалось пристальное внимание, словно он пытался понять истинные намерения Роэлин. Но сама она этого не заметила и просто кивнула. “Его Величество сказал, что мне не о чем беспокоиться, но меня всё равно это тревожит. Он сказал, что причин для беспокойства нет. Но…действительно ли мне не стоит переживать?” “Разумеется, нет. Императорская власть не настолько хрупка, чтобы подобный случай мог пошатнуть положение Его Величества. Для всех это было лишь небольшой забавной историей, и именно так к этому отнеслись окружающие.” “Если так, то я очень рада.” Роэлин искренне облегчённо вздохнула. Она сама того не заметила, как уголки её губ приподнялись в мягкой улыбке. Увидев, как расслабилось её лицо, Хайнес тоже немного смягчился. “Для меня это тоже большое облегчение.” “…Что?” “Честно говоря, я не ожидал, что Императрица настолько сильно будет заботиться о Его Величестве.” На губах Хайнеса появилась улыбка. [Это была совершенно непривычная улыбка для человека, который до сих пор настороженно относился к Роэлин и старательно держал между ними дистанцию.] Роэлин растерянно моргнула, удивившись столь неожиданной перемене в его поведении, а затем с небольшой задержкой ответила: “Канцлер Башель говорит так, будто я совершила что-то необычное. Но мне кажется, это вполне естественно. Раз уж я стала супругой Его Величества, то должна относиться к нему именно так.” “На самом деле я совершенно ничего не ожидал от Императрицы.” Хайнес спокойно признался в своих мыслях. Роэлин тут же недовольно посмотрела на него. Однако Хайнес не обратил внимания на её реакцию и продолжил: “Помимо неприятного происшествия, случившегося два года назад, вы всегда оставались Королевской дочерью Ракаины. К тому же я не думал, что ваши отношения с Его Величеством будут хорошими. В конце концов, этот брак был навязан вам, и вы были вынуждены его принять.” Он ненадолго замолчал, а затем добавил: “Поэтому я не мог так просто ослабить свою настороженность по отношению к вам. Тем более я не мог позволить себе доверять Императрице.” ---------- Осознание и тайны (2) “…Наверное, так и есть. Тогда я это понимал.” Роэлин спокойно кивнула, принимая его слова. В глазах Хайнеса тут же промелькнуло удивление. “Но, Ваше Величество, вы тоже не раз заставляли меня менять своё мнение о вас.” “…?” “Теперь я вижу, что ваша забота о Его Величестве - не притворство. И вы не проявляете недовольства даже тогда, когда я говорю с вами столь откровенно…Возможно, встречаясь с вами, я слишком сильно позволял предубеждениям влиять на своё отношение.” “…” “Разумеется, я всё ещё не могу полностью доверять Императрице. Да и не должен. Даже если теперь почти все во дворце, включая самого Его Величество, хорошо к вам относятся и готовы следовать за вами, кто-то всё равно должен сохранять ясность рассудка и оставаться настороже.” “…И этим человеком будете вы, канцлер Башель?” “Именно.” Хайнес кивнул и ответил спокойным голосом. Роэлин слегка склонила голову набок. “Но разве вы должны были говорить мне об этом?” “Иногда и мне приходится говорить правду. Особенно когда Императрица сама относится ко мне с такой искренностью.” Фиолетовые глаза Хайнеса стали заметно мягче. Он ненадолго замолчал, а затем вдруг спросил: “Кстати! Есть ли какой-нибудь музыкальный инструмент, на котором вы любите играть?” “Музыкальный инструмент?” Неожиданная смена темы заставила Роэлин широко раскрыть глаза. Хайнес объяснил: “Да. Если есть инструмент, который вам особенно нравится, я хотел бы подобрать музыканта, хорошо владеющего им, и поручить ему заниматься вашим обучением.” “Ах…Нет, ничего такого. Честно говоря, я вообще не умею толком играть ни на одном инструменте.” [За годы заточения в Отдельном Дворце Ракаины Роэлин ни разу не довелось даже прикоснуться к музыкальному инструменту.] [Для неё это было недоступной роскошью, о которой она не могла и мечтать.] [Хотя, выдавая себя за Эриту, она получила довольно обширное образование в области искусств и гуманитарных наук, времени на углублённое обучение всё равно не хватало. То же самое относилось и к музыке. Она освоила лишь самые основы, да и то скорее для вида.] [Поэтому, если бы её учителем стал профессиональный музыкант, довольно скоро выяснилось бы, насколько скромны её настоящие навыки.] [Именно поэтому сейчас лучше было честно признаться.] […Хотя бы наполовину честно.] [Если бы рядом была её сестра-близнец, ей, вероятно, вообще не пришлось бы задумываться над подобным вопросом. Лучший музыкант Ракаины наверняка с самого детства обучал Эриту.] [А Роэлин оставалось лишь самостоятельно изучать книги, поскольку возможности получить настоящее образование от наставников у неё никогда не было.] “Хорошо. Тогда подберём человека, который в целом хорошо владеет музыкальными инструментами.” Голос Хайнеса вновь вывел её из задумчивости. Он поднялся со своего места, даже не заметив, какие мысли только что тревожили Роэлин. “Тогда я откланяюсь, Ваше Величество. Благодарю вас за уделённое время.” “Нет, канцлер Башель, это я должна вас поблагодарить. Вы, должно быть, очень заняты, но всё же нашли время прийти лично.” Роэлин медленно поднялась и ответила на его поклон. Хайнес некоторое время смотрел на неё, а затем вновь учтиво склонил голову и вышел. Когда он ушёл, Роэлин направилась на террасу. Терраса, примыкавшая к гостиной, была довольно просторной. Роэлин села за круглый столик, стоявший у края террасы. Приятный ветерок легко перебирал её волосы. Она смотрела на раскинувшийся перед ней пейзаж и тихо пробормотала: “Когда начнётся моё обучение, о таком спокойном отдыхе придётся забыть.” “Хочешь, расскажу тебе один тайный путь, по которому можно сбежать?” “…Что? Кто…Ваше Величество?” Услышав голос со стороны двери, Роэлин удивлённо обернулась. Кергель прислонился к дверному проёму, а затем, встретившись с ней взглядом, вошёл на террасу. “Приветствую Его Величество.” Роэлин поднялась, аккуратно сложила руки перед собой и поприветствовала его. Кергель слегка махнул рукой, предлагая ей не беспокоиться, и сел напротив. Роэлин уже собиралась позвонить в маленький колокольчик, стоявший на столе, чтобы позвать Силлоа, но Кергель опередил её: “Не нужно ничего готовить. Для Люси и остальных служанок ещё слишком рано.” “Ах, точно.” [Теперь, когда он напомнил об этом, Роэлин подумала, что перед тем, как войти, он, должно быть, успел заметить служанок.] Она поставила колокольчик обратно на стол и посмотрела на него. Кергель откинулся на спинку кресла и улыбнулся, встретившись с ней взглядом. “Ты, наверное, хотела спросить, зачем я пришёл. Муж ищет свою жену, разве ему обязательно нужна какая-то причина?” “Нет, дело не в этом…” Роэлин хотела возразить, но на мгновение замолчала. Затем всё же продолжила: “На самом деле мы с вами ещё недостаточно близки, чтобы просто сидеть друг напротив друга без всякой причины.” “Это правда.” Кергель мягко кивнул. [С момента свадьбы прошло уже несколько дней, но отношения между супругами всё ещё оставались немного неловкими.] [Королевская дочь Ракаины, которая когда-то насмехалась над Империей Сероиф.] [И Император Сероифа, у которого не было другого выбора, кроме как просить её руки.] [С самого начала их брака многие опасались, что супруги будут холодны друг к другу и станут просто игнорировать друг друга, даже если это не приведёт к чему-то катастрофическому.] [Поэтому нынешнее положение дел уже можно было считать довольно удачным.] ---------- Осознание и тайны (3) “Но, с другой стороны, разве есть причина, по которой мы с тобой не можем вот так спокойно общаться? Если, конечно, нам настолько неприятно видеть друг друга, что мы буквально терпеть друг друга не можем.” “…” “Ты меня ненавидишь?” “Как такое вообще возможно?” Роэлин покачала головой в ответ на внезапный вопрос Кергеля. Кергель удовлетворённо кивнул и произнёс: “Я тоже. Если бы ты была хуже, чем гора документов у меня в кабинете, я бы не решил сбежать сюда.” “…?” Роэлин посмотрела на него с недоумением. Она совершенно не поняла, что он имел в виду. Кергель подался вперёд, устроившись глубже в кресле, и понизил голос, словно собирался поделиться с ней величайшей государственной тайной: “Если честно, я уже однажды тайком сбегал.” “Что значит, сбегали?” Глаза Роэлин округлились. Меньше всего она могла представить подобное от самого Императора - человека, которому принадлежала вся Империя. Однако Кергель совершенно непринуждённо продолжил: “Ежемесячные отчёты со всех министерств уже успели сложиться в огромную кучу. Хайнес следил за мной во все глаза и заявил, что не позволит мне даже с места сдвинуться, пока я всё это не разберу. А потом ему случайно пришлось ненадолго отлучиться…И тогда я тут же сбежал.” “…” “Правда, даже если я сбегу из Императорского дворца, мне всё равно некуда идти. Хайнес слишком способный человек. От него нигде не спрячешься. И тут я вспомнил об этом месте. Как бы там ни было, я решил, что Хайнес не станет просто так врываться во дворец Императрицы.” Кергель расслабленно улыбнулся. Роэлин молча слушала его, не зная, что ответить на столь непринуждённый рассказ. [Он пришёл сюда вовсе не потому, что хотел сообщить ей что-то важное.] [И это его “бегство” тоже оказалось всего лишь шуткой.] [Шуткой…] [Я…действительно сейчас вот так шучу с этим человеком?] [Неудивительно, что всё это казалось ей таким странным.] [Но странность эта была вовсе не неприятной.] [Напротив…] [В ней было какое-то волнение, лёгкая радость и даже непривычное чувство свободы.] [Роэлин никогда ни с кем не разговаривала так непринуждённо.] [Да и никто прежде не пытался разговаривать с ней подобным образом.] [По крайней мере, в Ракаине всё было именно так.] Пока Роэлин вспоминала прошлое, Кергель продолжал свой рассказ: “Но я чуть не столкнулся с ним прямо здесь. Даже толком отдохнуть не успел, ещё немного, и он бы меня поймал.” [Вероятно, Хайнес, который совсем недавно ушёл отсюда, действительно едва не встретился с Кергелем.] Отбросив мысли о прошлом, Роэлин вновь посмотрела на него свежим взглядом. [Честно говоря, она не понимала, зачем он рассказывает ей такую пустяковую историю.] [Более того, было удивительно, что Император совершенно спокойно позволяет себе говорить вещи, которые в буквальном смысле могли бы подорвать его собственное достоинство.] [Но, несмотря ни на что, Роэлин было приятно это слышать.] Она сама того не заметила, как её щёки слегка порозовели. И тут снова раздался голос Кергеля: “Ой…Неужели я странный?” “Нет, дело не в этом…Просто я не совсем понимаю вас.” Роэлин покачала головой. Она немного замялась, прежде чем ответить. Кергель лишь неопределённо улыбнулся и продолжил: “Император и Императрица тоже всего лишь люди.” “…?” Роэлин с удивлением посмотрела на него. Кергель же совершенно спокойно встретил её взгляд и продолжил: “Иногда человеку просто необходимо остановиться и перевести дух. На время забыть о том, что ты Император или Императрица, и просто пожить собственной жизнью.” Он ненадолго замолчал. “Иначе однажды можно настолько раствориться в своём положении, что перестанешь понимать, кто ты на самом деле.” “…” Роэлин лишь медленно моргнула, не находя слов для ответа. Кергель смотрел на неё с улыбкой, а затем поднялся со своего места и протянул ей руку. “Давай тогда выберемся отсюда.” “Что вы имеете в виду? Куда?” Роэлин растерянно посмотрела на протянутую ладонь, а затем снова подняла взгляд на Кергеля. Он взял её за руку и помог подняться. “Разумеется, за пределы Императорского дворца. Разве нам не стоит своими глазами увидеть настоящий Сероиф?” “…Что? Ваше Величество!” Роэлин широко раскрыла глаза от удивления. Но Кергель совершенно не обратил внимания на её изумление и указал куда-то в сторону гостиной. “Секретный проход, ведущий за пределы Императорского дворца, находится прямо там.” На его губах появилась озорная улыбка, пока он продолжал смотреть в её голубые глаза. *** “Я просто не могу в это поверить.” Роэлин не сразу смогла подобрать слова, глядя на то, что предстало перед ней. Наконец она всё же выдохнула: “Что с тобой такое? Иди сюда и выбери себе одежду. Конечно, нельзя брать что-то слишком примечательное, но ты ведь не можешь выйти на улицу в этом наряде, правда?” Кергель оглянулся на неё. На нём была свободная, неприметная верхняя одежда, совершенно не похожая на роскошные одеяния Императора. Когда их взгляды встретились, Роэлин сама не заметила, как покраснела, и тут же отвела глаза. [Ей было непривычно видеть его таким.] [Она не могла толком объяснить это ощущение словами.] Роэлин постаралась успокоиться, а затем снова посмотрела на него. Перед ней стоял не Император великой Империи, а самый обычный молодой человек, совершенно расслабленный и беззаботный. [Кто бы мог подумать, что этот человек - Император Сероифа?] [От той тяжёлой атмосферы, которую Роэлин прежде ощущала рядом с ним, теперь почти ничего не осталось.] [Сейчас она даже не могла представить, что перед ней человек, которому принадлежит вся Империя.] [Он выглядел просто весёлым молодым мужчиной, который умеет искренне улыбаться.] […Возможно, именно таким он и бывает на самом деле.] Роэлин вспомнила его слова, сказанные совсем недавно: [Иногда человеку просто необходимо остановиться и перевести дух. На время забыть о том, что ты Император или Императрица, и просто пожить собственной жизнью. Иначе однажды можно настолько раствориться в своём положении, что перестанешь понимать, кто ты на самом деле.] ---------- Осознание и тайны (4) [Стоило Кергелю оказаться за пределами своей роли Императора, как весь его облик словно изменился. Сейчас он выглядел настолько уверенным в себе, что, пожалуй, даже увереннее, чем тогда, когда находился в Императорском дворце.] [Возможно, всё дело было в его настоящем облике, без тяжёлых Императорских одежд и всех тех атрибутов, которые прежде словно подчёркивали его статус.] Роэлин неожиданно почувствовала зависть. [Ей тоже хотелось однажды обрести такую свободу, стоять прямо и уверенно, оставаясь самой собой.] [Если бы мне не приходилось быть чьей-то заменой…Если бы я могла не обманывать весь мир, а просто жить как Роэлин.] Она улыбнулась и опустила взгляд. Затем крепко сжала руки и слегка прикусила губу. Перед ней висело роскошное платье. [На нём не было большого количества кружев или вычурных украшений, всё-таки это был наряд для повседневной носки. Но даже так было очевидно, что по сравнению с одеждой простых людей оно выглядело гораздо наряднее и богаче.] [Это становилось особенно заметно, если взглянуть на одежду самого мужчины, который считался хозяином этого места.] Роэлин снова подняла взгляд на Кергеля. Он уже смотрел на неё с лёгкой улыбкой. Роэлин невольно вздохнула. [Похоже, я позволила ему увлечь меня этой безрассудной затеей.] [Но теперь, когда всё зашло так далеко, возвращаться в Императорский дворец было уже бессмысленно.] В конце концов Роэлин смиренно кивнула. Увидев это, Кергель лишь подмигнул хозяину лавки, всё это время стоявшему в стороне. Хозяин с суровым и неприветливым выражением лица мгновенно выпрямился и почтительно поклонился. Затем он подошёл к стене и постучал рукой по одному из её участков. Вскоре скрытая дверь открылась, и внутрь вошла худенькая женщина. Похоже, именно она принесла одежду для Роэлин. Убедившись, что догадка верна, Кергель вновь заговорил: “Тогда я пока оставлю тебя. Выбери то, что тебе понравится, и переоденься.” “Да, но…” Роэлин ответила, однако хотела ещё кое-что спросить. Но слова так и не сорвались с её губ. Кергель уже собирался выйти вместе с хозяином, но вдруг оглянулся на неё. “Что такое?” “Ничего.” Роэлин проглотила вопрос, который хотела задать, и лишь покачала головой. Кергель некоторое время смотрел на неё, после чего всё же вышел. […Я хотела спросить, действительно ли всё это допустимо.] [Ей хотелось услышать от него ответ.] [Действительно ли он считал правильным открыть ей существование этого тайного прохода?] [Ведь их нынешнее “бегство” из дворца нельзя было назвать простой безрассудной шуткой.] [Тайный проход между Императорским дворцом и внешним миром…] [Такое место наверняка являлось одной из величайших тайн Императорской семьи.] [И чем меньше людей знало о его существовании, тем безопаснее было.] [Этот проход существовал на случай самого худшего развития событий.] [И всё же Кергель рассказал о нём именно ей.] [Я действительно совершенно не понимаю, о чём он думает.] В голубых глазах Роэлин мелькнуло замешательство. Но она почти сразу отбросила эти мысли и направилась к одежде, развешанной перед ней. [В любом случае сейчас ей оставалось только одно - переодеться.] *** “Честно говоря, я немного удивлён, Ваше Величество.” “Чему ты удивляешься? Я ведь здесь не впервые. Что же на этот раз изменилось?” Кергель посмотрел на дверь, а затем повернулся к мужчине, который только что обратился к нему. На лице мужчины появилась хитрая улыбка, после чего он продолжил: “Я просто не ожидал, что вы придёте сюда не один. И уж тем более не думал, что вместе с вами будет сама Императрица…” “Она мой друг. Разве не было бы странно не рассказать ей о секретном проходе, который предназначен для чрезвычайных ситуаций?” Кергель ответил совершенно непринуждённо и вновь отвернулся. Однако, в отличие от своего спокойного тона, его шея начала предательски краснеть. Мужчина заметил эту перемену и едва заметно дёрнул уголками губ. [Он отвечал за один из тайных убежищ, находившихся под непосредственным контролем Императора, и уже давно не испытывал ничего настолько забавного.] Но вскоре его выражение лица стало серьёзным. “Но, осмелюсь спросить…разве было разумно рассказывать об этом Императрице?” “Это как раз самое разумное решение.” Золотистый взгляд Кергеля вновь остановился на мужчине. Тот склонил голову под его взглядом, но всё же не отступил: “Нельзя исключать вероятность того, что сведения о секретном проходе могут попасть в Ракаину.” “…Ты хочешь сказать, что Императрица может быть шпионкой Ракаины?” Взгляд Кергеля постепенно стал острее. Однако мужчина не отступил и спокойно ответил: “Ваше Величество, именно вы учили нас тому, что каждый, кто работает с информацией, должен всегда исходить из того, что возможно абсолютно всё. Разве не так вы нас учили?” Кергелю нечего было возразить. Вместо этого он лишь улыбнулся. “Да. Именно этому я вас и учил. И, похоже, ты запомнил мои уроки слишком хорошо.” Он больше не мог просто отмахнуться от своего ученика, который всего лишь добросовестно следовал тому, чему его научили. Кергель снова отвернулся и замолчал. Некоторое время он молча смотрел на дверь, а затем тихо произнёс: “Да. Нужно всегда исходить из того, что в будущем может произойти что угодно. И при любых обстоятельствах сохранять спокойствие.” “Да, Ваше Величество.” “Однако мы также не должны забывать об уважении к Императрице.” “Разумеется, Ваше Величество.” Мужчина склонил голову. И именно в этот момент он почувствовал движение по ту сторону двери. Кергель тут же встретился с ним взглядом. ---------- Осознание и тайны (5) Дверь открылась, и Роэлин медленно вышла наружу. Кергель спокойно посмотрел на неё, но почти сразу широко распахнул глаза. Причиной стала разительная перемена в её облике. На Роэлин было простое хлопковое платье без единого украшения, коричневые туфли, а волосы были собраны в две забавные косички. В ней совершенно невозможно было узнать Императрицу. Разумеется, Кергель и не ожидал увидеть её в прежнем наряде, в конце концов, именно он попросил её переодеться перед выходом. И всё же настолько сильная перемена застала его врасплох. Кергель задумчиво коснулся подбородка и негромко пробормотал: “…Даже не знаю.” “Я выгляжу настолько нелепо?” Роэлин неловко улыбнулась и провела ладонью по щеке. Кергель тут же замахал рукой. “Нет. Скорее дело не в том, что ты выглядишь нелепо. Просто…я удивлён, потому что этот образ тебе настолько идёт, что кажется совершенно естественным. Ах! Надеюсь, я не сказал ничего обидного. Я просто…хотел сказать, что, по-моему, так тебе намного лучше.” “…Спасибо, Ваше Величество.” Роэлин ответила с заметной заминкой, чувствуя себя немного неловко. Но вдруг она вспомнила кое-что и рассмеялась. Кергель удивлённо посмотрел на неё. “А ты чего вдруг смеёшься?” “Я неожиданно вспомнила, как во время нашей свадьбы вы сказали, что мой макияж мне совершенно не идёт.” “А…Ты всё ещё это помнишь?” Кергель нахмурился, а затем виновато улыбнулся. Роэлин покачала головой. “Нет, просто вдруг вспомнилось. К тому же я не держала это в голове всё время.” Она вспомнила и другие его слова, о том, что ей вовсе не обязательно заставлять себя следовать обычаям Сеороифа и наносить макияж так, как было принято в этой стране. [Поначалу она решила, что он просто ни с того ни с сего отчитывает её.] [Но теперь она понимала, что всё было совсем иначе.] [Он просто пытался позаботиться о ней - женщине, которая только приехала в чужую страну и ещё ничего здесь не знала.] [Даже несмотря на то, что сама она то и дело отпускала нелепые замечания о его родной стране…] Тук-тук. В этот момент её сердце вдруг забилось сильнее. Роэлин сама не поняла, что произошло, но крепко сжала ткань у груди и глубоко вдохнула. Внутри неё поднималась целая буря чувств, о существовании которых она прежде даже не подозревала. “Вот и хорошо. Теперь пойдём?” Голос Кергеля раздался прежде, чем эти чувства успели обрести форму. Роэлин мгновенно отвлеклась. “Мы действительно собираемся выйти наружу?” “Конечно. Иначе зачем нам было переодеваться? К тому же мы уже покинули дворец.” Кергель улыбнулся и пожал плечами, после чего отдёрнул занавеску на окне. Словно только и ожидавший этого момента, солнечный свет хлынул внутрь комнаты. Роэлин словно невольно потянуло к окну. Она подошла ближе. “…!” То, что отразилось в её голубых глазах, было зрелищем, которое она никогда прежде не могла даже представить. Перед ней простиралась оживлённая улица. Магазины теснились один возле другого, а между ними сновали люди. Чтобы привлечь покупателей, торговец с широкой улыбкой держал перед собой отрезы тканей и различные украшения. Неподалёку уличный торговец непрерывно помешивал кипящий суп и один за другим разливал его по мискам большой деревянной ложкой. По улице пробежал ребёнок, а следом за ним шла его мать. Несмотря на тяжёлые сумки, которые она несла в обеих руках, на её лице играла живая, счастливая улыбка. [Это была настоящая жизнь.] [Такая жизнь, которую невозможно было увидеть ни в Ракаине, ни даже в Императорском дворце Сеороифа.] “Неужели…здесь всё вот так? Всё происходит прямо на улицах?” Голос Роэлин задрожал. В её голубых глазах плескались чувства, для которых она даже не могла подобрать слов. Кергель, стоявший рядом и тоже смотревший в окно, повернулся к ней и протянул руку. Будто эта рука была ответом на все вопросы, которые только что возникли у неё в голове. *** “О, Ваше…” Следуя за Кергелем, Роэлин оказалась среди плотной толпы и на мгновение потеряла его из виду. Она хотела громко позвать его, но не смогла. [Как она могла обратиться к нему: “Ваше Величество!”, посреди такого многолюдного рынка?] [Она была вовсе не глупой и прекрасно понимала, что произойдёт, если окружающие вдруг узнают, кто перед ними.] “Ох…Что же мне делать?” Роэлин растерянно смотрела на удаляющуюся спину Кергеля, а затем виновато опустила голову. [Она не знала, как поступить.] [Впрочем, он ведь не мог уйти слишком далеко.] Роэлин нахмурилась, затем снова подняла голову. “Ваше…Ох!” Стоило ей только повысить голос, пытаясь окликнуть его, как кто-то тут же прикрыл ей рот. Это был сам Кергель. Оказывается, он вовсе не ушёл далеко. Мужчина вернулся и теперь стоял перед ней, прижав указательный палец к её губам. Роэлин широко раскрыла глаза. Кергель убрал палец и с лёгкой усмешкой тихо спросил: “Ты действительно собиралась позвать меня здесь именно так?” “Нет, просто…ситуация…” Она хотела всё объяснить, но представила, как глупо будет выглядеть в его глазах, и предпочла замолчать. И тут прямо над её головой раздался тихий смех. “Называй меня Виасом.” “…Что?” Роэлин подняла глаза на Кергеля. Он лишь пожал плечами и объяснил: “Это имя, которым я пользуюсь за пределами Императорского дворца. Моё настоящее имя здесь слишком неудобно использовать. Конечно, никто не узнает меня только по имени, но из-за того, что оно совпадает с именем Императора, мне не раз приходилось сталкиваться с неприятностями. Меня часто дразнили из-за этого.” “…” ---------- Осознание и тайны (6) “Тогда тебе тоже лучше придумать себе другое имя. Раз уж можно выбрать имя по своему желанию, почему бы не взять то, которое тебе действительно нравится? Какое имя тебе подошло бы?” Кергель посмотрел на Роэлин. Однако, несмотря на его слова, она лишь растерянно моргала, совершенно не понимая, что ответить. Кергель склонил голову набок и снова заговорил: “Или мне самому придумать тебе имя? Так…какое же выбрать?” “Ро…Роэлин!” Неожиданно для самой себя Роэлин перебила его и довольно громко произнесла своё имя. Проходивший мимо человек от неожиданности даже обернулся. Роэлин тут же смутилась и съёжилась. “Нет, я…” “Роэлин.” Она уже собиралась что-то объяснить, но Кергель заговорил первым. И в тот самый момент, когда она услышала своё имя из его уст, Роэлин мгновенно замолчала. Её сердце вдруг переполнилось странным, щемящим чувством. “А ведь это имя тебе действительно подходит. Мне даже кажется, что оно звучит на тебе лучше, чем твоё настоящее.” Уголки губ Кергеля приподнялись. Но Роэлин не смогла ответить. [Если подумать, в этом ведь не было ничего особенного.] [Она просто услышала своё имя из чужих уст.] [Более того, человек, произнесший его, даже не знал, что это её настоящее имя. Для него оно наверняка было всего лишь временным именем, которое можно использовать здесь, а потом забыть.] [Да и само имя “Роэлин” не было для неё чем-то столь уж значительным.] [Когда-то его ведь кто-то дал ей.] [Но разве кто-нибудь стал бы вкладывать душу в выбор имени для близнецов, которых считали дурным предзнаменованием и которым предстояло стать Императрицами?] [Возможно, это было первое имя, которое попалось кому-то на глаза, когда он открыл книгу.] [А может, во дворце просто нашли случайного слугу и попросили назвать имя.] [И вот так ей досталось имя Роэлин.] [Однако это было единственное, что по-настоящему принадлежало ей.] [Поэтому она не могла не почувствовать себя немного особенной.] [Будто ей наконец позволили хотя бы ненадолго жить как Роэлин.] [Не быть чьей-то заменой.] [Пусть даже это было всего лишь её глупой мечтой.] “Да…Виас.” Роэлин снова подняла на него взгляд и вскоре улыбнулась. Это была самая светлая улыбка, которую она позволила себе с тех пор, как приехала в Сеороиф. *** “У вас такие тонкие белые запястья, вам очень идёт.” “Правда?” Глаза Роэлин мягко изогнулись от улыбки. Кергель наблюдал за тем, как Роэлин непринуждённо разговаривает с торговцем, и впервые смотрел на неё с совершенно новым интересом. [Она словно стала другим человеком.] [Сразу после выхода из тайного убежища Роэлин казалась немного скованной и непривычной ко всему происходящему. Но теперь она разговаривала с людьми так естественно и дружелюбно, будто делала это всю жизнь.] [Сложно было поверить, что она никогда прежде не выходила за пределы дворца.] [Неужели она всегда была такой?] [Его прежние предубеждения снова рушились одно за другим.] [Он уже давно понял, что представление о высокомерной и избалованной принцессе было ошибочным.] [Но даже представить не мог, что она окажется настолько простой и непринуждённой.] Кергель не мог отвести от неё взгляда, пока торговец не обратился непосредственно к нему: “Ну как? Разве ей не идёт?” “…Да. Очень идёт.” Кергель улыбнулся, продолжая смотреть на браслет на запястье Роэлин. [Это был всего лишь дешёвый браслет из простых камней, но на её руке он выглядел удивительно красиво.] [Синие камни особенно ярко выделялись на фоне её белой кожи.] “Я беру его.” “Хо! Вот это я понимаю - настоящий знаток! С вас шесть дефенов.” Кергель уже собирался достать деньги, как вдруг его взгляд зацепился за красную ленту на прилавке. Торговец заметил его взгляд, быстро подхватил ленту и протянул её Кергелю. “А это тоже купите! У девушки такие красивые волосы, прямо как мёд. Красная лента ей точно подойдёт. В таких случаях возлюбленный просто обязан сделать своей девушке подарок! Разве не так?” “Ха-ха! Возлюбленный…Что ж, жаль вас разочаровывать, но я не её возлюбленный.” Кергель рассмеялся, спросил цену ленты и расплатился. Торговец положил ленту в небольшую коробочку и уже собирался передать её Кергелю, но вдруг задумчиво наклонил голову. Затем посмотрел на Роэлин. “Не возлюбленный? Да вы же так прекрасно смотритесь вместе! Разве этот парень не ваш возлюбленный?” “Что? Ну…” Роэлин совершенно растерялась от неожиданного вопроса. Она не знала, что ответить, поэтому лишь смущённо поджала губы. Кергель тем временем забрал у торговца коробочку с лентой и с улыбкой произнёс: “Мы не возлюбленные. Мы муж и жена.” “Муж и жена…Ха-ха-ха! Конечно! Конечно, я сразу понял!” Торговец рассмеялся, явно не веря, что только что едва не ошибся. “Честно говоря, я ещё не видел пары, которая настолько хорошо подходила бы друг другу. Вы ведь недавно поженились, да? А муж хорошо с вами обращается? А по ночам как? Хм?” “…Эй! Лучше займитесь продажами!” Роэлин от смущения не могла вымолвить ни слова. Наконец она кое-как попрощалась с торговцем и тут же развернулась. Его смех ещё некоторое время доносился ей вслед. Лицо Роэлин пылало так сильно, что она уже не могла это вынести. Она поспешно зашагала прочь. Вскоре рядом с ней кто-то поравнялся, подстраиваясь под её шаг. Это был Кергель. Роэлин искоса взглянула на него, а затем снова отвернулась и упрямо посмотрела вперёд. “Ха-ха…” Неожиданно рядом раздался его смех. Роэлин ускорила шаг. Одновременно смех Кергеля становился всё громче. “Ха-ха-ха!” “Ну не смейся ты!” ---------- Осознание и тайны (7) Роэлин тут же остановилась, обернулась к нему и возмущённо крикнула: “Не смейся!” Её лицо уже покраснело, как спелый помидор. Но Кергель снова рассмеялся. “Не смейся…” “Женщина по имени Роэлин действительно очень привлекательна.” Её глаза дрогнули. Кергель достал из коробочки красную ленту и аккуратно завязал её на конце одной из косичек. “Тебе очень идёт.” “…Спасибо.” Роэлин немного замешкалась, прежде чем тихо ответить, а затем снова отвернула голову. Она совершенно не осмеливалась посмотреть ему в глаза. Медленно прикусив губу, Роэлин подняла руку и коснулась ленты, которую он только что завязал на её волосах. Прикосновение его руки к её голове всё ещё было так ярко запечатлено в памяти. А сердце тем временем колотилось как сумасшедшее. [Что это за чувство?] Роэлин опустила руку и глубоко вдохнула. В этот момент Кергель вдруг протянул к ней руку и тут же заключил её в объятия. В следующее мгновение там, где только что стояла Роэлин, что-то упало. Раздался громкий металлический грохот. “Ой! Простите! Вы не пострадали?” Послышался незнакомый мужской голос. Видимо, проходивший мимо человек случайно что-то уронил. Кергель, должно быть, заметил опасность в самый последний момент и сразу оттащил её в сторону, прикрыв собой. […Да. Наверное, всё именно так.] Головой Роэлин прекрасно понимала, что произошло. Но все остальные её чувства были сосредоточены совершенно на другом. На руках мужчины, который сейчас держал её рядом с собой. На его сердце, стук которого она ощущала совсем близко. Тук-тук. Тук-тук. [Почему-то сердце Кергеля билось очень быстро.] [Наверное, он просто испугался, решив, что могла произойти неприятность.] [Он ведь вполне мог так отреагировать.] [В конце концов, Кергель был добрым и ответственным человеком.] [Даже несмотря на этот нежеланный брак, он изо всех сил старался заботиться о ней.] [Даже принял в качестве своей жены женщину, которую никогда не любил.] […Ах…] В этот момент глаза Роэлин наполнились слезами. Она больше не могла сдерживать нахлынувшие чувства и медленно закрыла глаза. И наконец поняла, что именно за чувство заставляло её сердце так сильно биться. Всё произошло слишком внезапно. Она даже не успела ничего осмыслить, как эмоции в одно мгновение захлестнули её, словно огромная волна. [Я…люблю его.] [Она никогда не думала, что когда-нибудь испытает такое чувство.] [Даже во сне не могла представить ничего подобного.] [Потому что ей никогда не было позволено любить.] [У неё даже не было возможности впустить кого-то в своё сердце.] [А теперь она действительно полюбила человека, которого сама же обманывала…] Сердце болезненно сжалось. Роэлин задрожала и крепко стиснула пальцы. И именно в этот момент она услышала голос Кергеля: “Ты в порядке, Роэлин?” [Роэлин.] [Её имя, произнесённое его голосом, словно вернуло ей возможность дышать.] Роэлин подняла голову. Кергель смотрел на неё, слегка нахмурившись. В его золотистых глазах была тревога. За неё. За Роэлин. “…Да. Я в порядке.” [И тогда она подумала, что, наверное, может позволить себе хотя бы немного эгоизма.] [Сегодня…] [Нет.] [Хотя бы сейчас.] [Сейчас она была не Эритой.] [Она была просто Роэлин.] [Даже если это всего лишь жалкое оправдание.] Роэлин приподняла уголки губ и снова произнесла: “Я в порядке. А ты?” “…Я?” Кергель приподнял бровь, словно только сейчас понял, что она спрашивает о нём. Затем улыбнулся и кивнул. “Да. Я тоже в порядке. Хотя было действительно близко.” Он отвёл взгляд туда, где только что стояла Роэлин. Она тоже повернула голову и тут же ахнула. Несколько мужчин пытались поднять с земли большой металлический предмет и вернуть его на телегу. [Если бы Кергель не успел оттащить её, всё могло закончиться очень плохо.] Только теперь, увидев всё собственными глазами и окончательно осознав произошедшее, Роэлин почувствовала, как всё её тело начало дрожать. “О боже…” Кергель заметил её состояние и тихо цокнул языком. “Эй, прости…” “Тебе не за что извиняться передо мной.” Он не дал ей продолжить. Затем огляделся по сторонам и, заметив неподалёку подходящее место, снова заговорил: “Нам лучше зайти в тот магазин и немного отдохнуть. Подожди секунду.” “…Что? Ах!” Кергель тут же подхватил Роэлин на руки, даже не дав ей времени понять, что происходит. От неожиданности она рефлекторно обвила руками его шею. А затем ещё сильнее смутилась, осознав, что сама только что сделала. Роэлин поспешно попыталась разжать руки. “Стой спокойно. Ты можешь упасть.” “Н-Но…” “Разве для мужа так уж необычно понести на руках испуганную жену? К тому же это ведь не первый раз.” Кергель легко улыбнулся. Роэлин посмотрела на него снизу вверх, а затем тут же опустила голову, крепко зажмурившись. [Если бы они были обычной супружеской парой, в этом действительно не было бы ничего особенного.] [К тому же во время свадебной церемонии она уже проходила через обряд сопровождения жениха.] [А по дороге обратно Кергель однажды уже нёс её на руках из-за травмы ноги.] [Это было не впервые.] [Но теперь, когда Роэлин осознала свои чувства к нему, она больше не могла заставить сердце вести себя спокойно.] [Оно словно жило собственной жизнью.] [И ничего поделать с этим она не могла.] Роэлин опустила голову ещё ниже и чуть крепче обхватила его шею. [Наверное, дело было в том, что тело Кергеля казалось гораздо горячее её собственного.] Ладони Роэлин продолжали предательски потеть. [Нельзя…] Она прикусила губу. [Нельзя, чтобы он заметил, как я сейчас себя чувствую.] ---------- Осознание и тайны (8) В этот момент Кергель опустил Роэлин на землю. Она почувствовала за спиной спинку стула и снова открыла глаза, смущённо подняв взгляд. “Я тебя отпущу. Или ты собираешься и дальше меня обнимать?” Кергель встретился с ней взглядом и улыбнулся. Роэлин несколько раз моргнула, не сразу понимая, о чём он говорит. Тогда Кергель слегка нахмурился и мягко коснулся её руки, которая всё ещё обвивала его шею. “Ах!” Только теперь Роэлин поняла, что он имел в виду, и поспешно разжала руки. “Простите.” “Тебе не за что извиняться.” Кергель махнул рукой и сел напротив неё. Затем повернул голову и подозвал официанта. Тот, словно уже давно ждал их заказа, тут же подошёл к столу. “Здесь очень вкусный запечённый морской окунь. Хочешь попробовать?” Кергель обратился к Роэлин. Её щёки всё ещё горели, поэтому она лишь кивнула и принялась обмахивать их ладонями. Кергель сделал заказ официанту и добавил: “Но сначала принесите ей стакан холодного яблочного сока.” “Хорошо, одну минуту!” Официант записал заказ и с приветливой улыбкой отошёл. Роэлин недоумённо посмотрела ему вслед, а затем перевела взгляд на Кергеля. “Почему вы…” “Тебе жарко.” “А, нет, это…” Роэлин смутилась и попыталась объяснить, но тут же замолчала. [Что она могла сказать?] [Что ей жарко вовсе не из-за температуры, а потому, что сердце до сих пор бешено колотилось после того, как она оказалась в его объятиях?] Она выдохнула и снова начала обмахивать лицо ладонями, чувствуя, что оно вот-вот снова запылает. “Ваш яблочный сок!” Очень кстати официант наконец вернулся. Кергель взял стакан и передал его Роэлин. “Пей. Тогда тебе станет прохладнее.” “Спасибо. Эм…А вы ничего не будете пить, Ваше…Нет, Виас, ты ничего не будешь?” “Я не люблю яблочный сок.” Кергель пожал плечами. Роэлин неловко опустила взгляд и сделала глоток. Сладкий вкус коснулся кончика языка. [Никаких дополнительных подсластителей, похоже, не добавляли, чувствовался настоящий, насыщенный вкус свежего яблока.] “Ну как? Может, это и не совсем в твоём вкусе, но этот ресторан здесь довольно известен.” “Мне нравится. И здесь приятная атмосфера.” “Тебе нравится атмосфера этого места? Ты серьёзно?” “Мне незачем тебе лгать.” Роэлин обхватила стакан обеими руками и снова сделала небольшой глоток. Кергель некоторое время молча смотрел на неё, а затем рассмеялся. “Вот и хорошо. Не думал, что тебе действительно понравится.” Он подпер подбородок рукой и расслабленно оглядел зал. “Это Сеороиф.” “…” “Моя страна довольно шумная и свободная.” Слушая его, Роэлин тоже огляделась. [Как и сказал Кергель, здесь действительно было шумно.] За одним столом люди оживлённо что-то обсуждали. За другим кто-то играл на гитаре и подпевал сам себе. А за третьим мужчина и женщина сидели бок о бок и тихо обменивались словами, полными нежности. Роэлин поспешно отвела взгляд, почувствовав, как от последнего зрелища её щёки снова слегка порозовели. И тут снова раздался голос Кергеля: “Здесь ты просто один из множества людей. Ну, ты красивая женщина, поэтому наверняка будешь привлекать внимание окружающих…но на этом всё. Никому не важно, кто ты на самом деле и какое у тебя положение.” “…Ты хочешь сказать, что здесь можно…дышать?” Роэлин немного подумала и задала вопрос. Кергель приподнял бровь, услышав её слова, а затем улыбнулся и кивнул. “Да. Именно в этом и заключается разница.” “…” “Конечно, я не говорю, что теперь ты можешь время от времени вот так просто сбегать из дворца. Как бы тщательно мы ни следили за безопасностью, никто не сможет гарантировать тебе абсолютную безопасность. Да и если ты действительно будешь добросовестно исполнять обязанности Императрицы, найти подобное свободное время будет довольно сложно.” “…” “Но если ты не забудешь то чувство, которое испытываешь сейчас, разве потом не сможешь находить время, чтобы хотя бы немного перевести дух, даже находясь в Императорском дворце?” Он вдруг заметил приближавшегося официанта и тут же оживился: “О, наконец-то принесли.” На столе вскоре появился целиком запечённый морской окунь. “Ну что, попробуем.” Кергель ловко взял вилку, отделил нежное мясо от костей и положил Роэлин большой кусок рыбы. “Попробуй, Роэлин. Мясо нежное, вкус насыщенный. И вообще очень вкусно.” “О…Хорошо.” Она взяла вилку, которую он ей протянул. Хрустящая кожица и мягкое, сочное мясо прекрасно сочетались друг с другом. “О?” “Очень вкусно. Виас, ты тоже поешь.” Роэлин широко раскрыла глаза от удивления и, наслаждаясь вкусом, тут же предложила попробовать Кергелю. Однако тот вместо этого просто смотрел на неё. Причём выглядел так, будто совершенно не собирался притрагиваться к еде. “Почему ты так смотришь?” Роэлин перестала пить яблочный сок и неловко спросила, не выдержав его прямого взгляда. Кергель лишь улыбнулся, покачал головой и придвинул к себе тарелку с запечённым окунем. ---------- Осознание и тайны (9) “Нет. Просто…из-за того, как ты только что меня назвала.” “Это…потому что я не могу здесь называть вас “Ваше Величество”.” Роэлин поспешно попыталась объяснить свои слова, но Кергель тут же замахал руками, перебивая её. “Я вовсе не собираюсь тебя за это упрекать. Наоборот…мне приятно.” “…Что?” “Мне нравится, когда ты меня так называешь. Хотелось бы, чтобы и дома ты обращалась ко мне так же.” Последнее слово Кергель намеренно произнёс особенно отчётливо. В ресторане было настолько шумно, что никто не обратил бы внимания, даже если бы речь действительно шла об Императорском дворце. [Поэтому, скорее всего, он просто пошутил.] “…Дома? Ты имеешь в виду…” Но Роэлин не смогла воспринять его слова как обычную шутку. Голос предательски дрогнул, а последнее слово почти сорвалось с губ шёпотом. Кергель тем временем отделял мясо от костей и перекладывал его на её тарелку. “Почему? Ты всё ещё считаешь своим домом Императорский дворец Ракаины? Это нехорошо.” Он пододвинул к ней тарелку и жестом предложил есть. Роэлин прикусила губу, затем покачала головой и посмотрела на лежащую перед ней рыбу. “Нет, я так не думаю. Неужели ты считаешь меня настолько глупой, что я даже не знаю, где мой дом?” Она улыбнулась и в шутливой форме возразила ему. Уголки губ Кергеля тоже поползли вверх. “Если бы считал, то не сделал бы тебя своей супругой. Как бы я ни выглядел, в женщинах я кое-что понимаю.” “А разве тебе не не нравился этот брак?” “Ах, это…Давай сначала поедим. А то рыба скоро остынет.” Кергель на мгновение замолчал, словно не знал, что ответить, а затем отвернулся. Роэлин лишь продолжала смотреть на него с улыбкой. [Почему-то в этот момент ей показалось, что они стали чуточку ближе друг к другу.] *** “Ух ты! Вот туда он поплыл!” “Забрасывай сеть! Скорее!” Детские голоса громко разносились вокруг. Переходя через мост, Роэлин вдруг остановилась и посмотрела вниз. Прямо под мостом в ручье резвились дети. Они бегали по мелкой воде, ловили рыбу и наперебой кричали друг другу. В этом было столько жизни и энергии, что Роэлин невольно засмотрелась. Она всё больше склонялась над перилами, стараясь разглядеть происходящее внизу. “Осторожнее. А если упадёшь?” В этот момент Кергель схватил её за плечо. Роэлин вздрогнула от неожиданного прикосновения и тут же выпрямилась. Кергель тоже выглядел немного неловко и поднял руку, словно сам не знал, что теперь с ней делать. На самом деле смутилась скорее Роэлин. Она провела ладонью по шее и тихо пробормотала, словно оправдываясь: “Нет, я просто немного испугалась…” “Тебе не нужно ничего объяснять.” Он улыбнулся и сделал ещё один шаг вперёд. Роэлин, которая всё ещё стояла у перил, тоже двинулась следом. Кергель мельком посмотрел на неё, подошедшую ближе, и немного замедлил шаг. Он просто подстраивал свою скорость под неё. Роэлин заметила эту маленькую заботу, но ничем себя не выдала. Лишь незаметно подстроила шаг под его. Лёгкий ветерок прошёлся по улице. Наверное, он пролетел над цветущим садом, потому что вместе с ним сюда принесло тонкий аромат цветов. Роэлин подняла руку и пригладила растрепавшиеся от ветра волосы. Браслет на её запястье тихо звякнул и качнулся вместе с движением руки. “…” Взгляд Кергеля, до сих пор прикованный к браслету, на мгновение дрогнул. Белое тонкое запястье. Золотистые волосы, мягко колыхавшиеся на ветру. И вдруг в нём поднялся совершенно нелепый порыв. [Ему захотелось схватить её за это хрупкое запястье и осыпать поцелуями мягкие волосы.] [Да уж. Это уже совсем ненормально.] Кергель нахмурился, тяжело выдохнул и провёл обеими ладонями по лицу, словно хотел смыть с себя эти мысли. [Нелепый порыв.] [Он решил, что всё дело в том, что за последнее время ему довелось увидеть слишком много неожиданных сторон Эриты.] Кергель покачал головой и, стараясь вести себя как обычно, поднял взгляд к небу. “Ох…Кажется, скоро начнётся ливень.” “Ливень?” Роэлин тоже подняла голову. [И действительно, небо внезапно затянули тяжёлые чёрные тучи, словно дождь мог хлынуть в любую секунду.] [Ещё совсем недавно ярко светило солнце и небо было совершенно чистым.] Роэлин растерянно посмотрела вверх, удивлённая столь резкой переменой погоды. Вдалеке прогремело. А вскоре первые капли дождя упали прямо им на головы. Дети, игравшие в ручье под мостом, тоже начали недовольно ворчать и один за другим выбрались из воды. Капли, попадавшие Роэлин на щёки, становились всё чаще. Дождь усиливался. Кергель оглянулся на неё и недовольно цокнул языком, нахмурившись. Он быстро осмотрелся вокруг, а затем указал рукой в одну сторону. “О! Нам лучше спрятаться вон там.” “Что?” Роэлин проследила за его взглядом. У самого конца моста виднелась небольшая деревянная хижина. “Скорее. Если так пойдёт дальше, сейчас промокнем насквозь.” Кергель поторопил её и взял за запястье, увлекая за собой. ---------- Осознание и тайны (10) [Чёрт!] [Казалось, будто дождь смыл весь пейзаж перед их глазами. Из-за ливня, обрушившегося с небес стеной, невозможно было толком разглядеть ни деревню, ни лес.] “Это уже не просто кратковременный дождь.” Кергель подошёл к Роэлин, стоявшей у двери и всматривавшейся наружу. В его голосе слышалась тревога. После его слов выражение лица Роэлин, и без того обеспокоенной, стало ещё более мрачным. Заметив, как сильно она изменилась в лице, Кергель снова посмотрел на улицу и тихо цокнул языком. [Только сейчас он понял, что сам невольно заставил её волноваться, хотя ещё минуту назад она была совершенно спокойна.] “Не переживай так сильно. Это всего лишь дождь. Какой смысл беспокоиться, когда я рядом с тобой? Неужели ты думаешь, что я настолько бесполезен, что даже не способен защитить собственную жену?” “…Нет, дело не в этом. Просто я подумала, что из-за такого сильного дождя кто-нибудь мог пострадать.” Роэлин почувствовала, как её щёки вспыхнули от одного лишь слова “жена”, прозвучавшего из уст Кергеля. Однако она постаралась сохранить невозмутимое выражение лица и спокойно ответила ему. [Ей было неловко реагировать на каждое его случайное слово.] [Кроме того, она боялась, что ветер может выдать её чувства.] [Это было чувство, которое она осознала только сейчас.] [И первое чувство, которое она действительно когда-либо испытывала.] [Ей было непривычно…и невероятно трудно разобраться в нём.] [Так вот что значит…испытывать к кому-то симпатию?] [Она никогда прежде не чувствовала ничего подобного.] “Ты, наверное, замёрзла. Хотя бы накинь это.” В этот момент Кергель снял верхнюю одежду и осторожно накинул её Роэлин на плечи. Она искоса посмотрела на него и тихо поблагодарила, после чего снова перевела взгляд наружу. Кергель тоже молча смотрел на ливень, бушевавший за дверью. Несколько мгновений они провели в тишине. Роэлин задумчиво стояла рядом, а затем осторожно распахнула полы одежды, которую он только что накинул ей на плечи. Она почти сразу забежала в хижину, но даже за это короткое время полностью избежать дождя ей не удалось, поэтому тело успело остыть. Однако теперь ей становилось всё теплее благодаря одежде Кергеля, сохранившей его тепло. [Нет…] [Теплее становилось не только её тело.] [Его забота тоже постепенно растапливала лёд в её сердце.] [Как же я могу…не испытывать к этому человеку чувств?] [Это была первая забота и первое тепло, которые она получила за всю свою жизнь, жизнь, наполненную холодом, одиночеством и пренебрежением.] Щёки Роэлин снова вспыхнули. И именно в этот момент раздался оглушительный грохот. Звук был настолько мощным, словно где-то рухнуло целое здание. “…!” “О боже…” Раздался голос Кергеля. Но Роэлин уже не могла думать ни о чём другом. Вид за пределами хижины в одно мгновение развеял все её прежние сомнения. “Мост…его уже нет…Даже ручей…” Она едва могла связать слова. Мост, по которому они совсем недавно перешли, уже оказался разрушен, а небольшой ручей превратился в бушующий поток. [Если всё продолжится в том же духе, мутная вода смоет не только эту хижину, но и расположенную позади неё деревню.] “Ваше Величество!” Роэлин встревоженно посмотрела на Кергеля. [Она больше не могла позволить себе оставаться обычной женщиной.] [Они были Императором и Императрицей, теми, кто обязан защищать свою страну и её жителей.] [Как бы ни обстояли дела, им нужно было немедленно принять меры.] Кергель тоже серьёзно смотрел наружу. Он стиснул зубы, словно наконец осознал всю опасность происходящего. Затем повернулся к Роэлин. В его глазах читалась сложная, противоречивая смесь чувств, словно он отчаянно боролся с самим собой, принимая какое-то решение. “Ваше Величество!” Но Роэлин сейчас было не до того, чтобы разбираться в выражении его лица. [Слишком многое происходило вокруг.] “Ваше Величество!” Она снова настойчиво окликнула его. Кергель закрыл глаза. Несколько секунд он стоял неподвижно, а затем вновь открыл их. [Похоже, он наконец принял решение.] Кергель вышел наружу и издал протяжный свист. “Фьююю!” В ту же секунду от его тела начала исходить мощнейшая сила. Роэлин от неожиданности попятилась и едва не упала. Сила, вырвавшаяся из Кергеля, стремительно распространилась во все стороны, подобно бушующей буре. Это была подавляющая мощь. Однако в ней не ощущалось желания разрушить мир. Напротив… В ней чувствовалась воля защитить его. И лучшим доказательством этого был сам Кергель. Роэлин опустилась на землю и некоторое время смотрела на его спину. Затем опустила взгляд на себя и огляделась по сторонам. [Эта сила распространялась повсюду, словно собиралась смести с лица земли всё вокруг.] [И всё же её она совершенно не причиняла вреда.] [Более того…] [Сила словно окутывала Роэлин со всех сторон, защищая всё её существо.] Она была невидимой, поэтому Роэлин не могла разглядеть её собственными глазами. [Но она чувствовала.] [Чувствовала намерение Кергеля.] [Его желание защитить её.] “Аууууу!” Кергель снова свистнул. Глаза Роэлин широко распахнулись. Этот свист удивительно напоминал волчий вой. И вскоре откуда-то издалека послышался шум. Звери. Они начали один за другим сбегаться сюда целыми стаями. “Так вот оно что…Тогда…” Роэлин вспомнила день своей свадьбы. [Точнее, тот день, когда состоялась церемония заключения их брачного союза.] [После церемонии она тоже слышала точно такой же звук.] [Неужели и сегодня сюда снова придёт целая стая волков?] Не моргая, Роэлин смотрела наружу и медленно поднялась на ноги. Судя по нарастающему грохоту, рычанию, реву и вою, звери, сбегавшиеся со всех сторон, уже добрались до хижины. Кергель громко произнёс: “Я, ваш хозяин, приказываю! Немедленно возведите защитную дамбу там, где разлилась вода! Затем отправляйтесь в деревню, которую затапливает поток, и спасите всех, кто находится в опасности. В первую очередь помогите старикам, детям и женщинам!” “Аууууууу!” “…!” Глаза Роэлин мгновенно расширились. [Она не могла поверить собственным глазам.] [Нет…] [Она действительно видела всё это собственными глазами.] [Но разум отказывался принимать увиденное.] Перед ней стояли звери. Целая стая зверей, послушно откликнувшихся на приказ Кергеля. И тогда Роэлин наконец поняла… [Так вот какая сила скрывается за званием “чудовище”.] ---------- Самоосознание и тайны (11) Бесчисленное множество волков лежало перед Кергелем, словно покорно ожидая его приказа. Затем они одновременно подняли головы и завыли в сторону неба. А после этого мгновенно разбежались в разные стороны, словно прекрасно поняли его распоряжения. Одна группа направилась к разрушенному мосту, другая уже поспешила вверх по течению разлившегося ручья, а третья двинулась к окраине деревни. Роэлин никак не могла поверить в происходящее. [Но всё это было реальностью.] [Причём настолько явной и осязаемой, что отрицать её было невозможно.] “…Что это такое?” Роэлин наконец заговорила, но не смогла толком выразить охватившее её замешательство. Она не решалась поспешно задавать вопросы. [Более того, ей попросту не хватало смелости.] [Ей казалось, будто она случайно заглянула в огромную тайну, о существовании которой прежде даже не подозревала.] И тогда… “Роэ…Нет, Эрита.” Кергель обернулся и посмотрел на неё. Имя её сестры-близнеца всё-таки сорвалось с его губ. Роэлин слегка вздрогнула, словно только что очнулась ото сна. Возможно, Кергель неправильно истолковал её дрожь, потому что нахмурился и медленно подошёл к ней. “Нам нужно сначала уйти отсюда. Здесь холодно и тяжело, но потерпи немного.” “…Да, Ваше Величество.” Роэлин с трудом заставила себя заговорить и тихо ответила. На мгновение Кергель выглядел подавленным, а затем протянул к ней руку. “Я уверен, тебе многое хочется спросить…Но оставь эти вопросы на потом.” Он плотно сжал губы, словно сдерживал слова, которые никак не мог произнести, и тихо добавил: “Я расскажу тебе, когда придёт время.” [Когда она сможет принять всё это.] [Когда перестанет испытывать отвращение от мысли, что рядом с ней находится не обычный человек, а мужчина, в жилах которого течёт кровь оборотня.] Кергель проглотил слова, которые не решался произнести, и спрятал их глубоко в груди. [Он понимал, что, возможно, сейчас ему представился шанс наконец рассказать Эрите о себе.] [В конце концов, он не сможет скрывать правду вечно.] [И если однажды она всё-таки узнает, то, возможно, лучше самому открыть ей всё тогда, когда она окажется в состоянии спокойно выслушать его.] Но Кергель лишь подумал об этом. А вслух ничего не сказал. [Он понимал, что нынешнее молчание, всего лишь отсрочка. Отсрочка, которая не может длиться вечно.] [Но ничего другого он сейчас сделать не мог.] “Пожалуйста, так и сделайте, Ваше Величество.” Роэлин посмотрела на протянутую руку Кергеля и осторожно вложила в неё свою. “Расскажите мне, когда сочтёте, что пришло время.” Она несколько раз тихо повторила это, словно убеждая саму себя. И вдруг вспомнила, как Кергель назвал её Эритой. Роэлин на мгновение задумалась. [Волк.] [Тот самый волк, который появился во время церемонии заключения союза.] [Волк, изображённый в старинных книгах и на древних картинах, где рассказывалась история основателя государства.] [Волк, который появился перед ней во время охотничьего состязания и вёл себя так, словно прекрасно понимал каждое её слово.] “…” [И теперь этот мужчина, который, похоже, способен повелевать именно такими волками.] [Если подумать, происходящее сейчас совершенно не укладывалось в рамки её здравого смысла.] [Поэтому Кергель был прав.] [Ей действительно хотелось задать ему множество вопросов.] [И всё же Роэлин ничего не спросила.] [С одной стороны, она решила довериться его словам, он сам всё расскажет, когда придёт время.] [Но с другой…] [Она и сама хотела закрыть глаза на то, чего пока не могла понять.] Пальцы Роэлин, державшие его руку, едва заметно дрожали. [Не стоит заставлять себя понять то, что сейчас слишком трудно принять.] Она повторила эти слова про себя. [Одного лишь осознания собственных чувств к нему ей уже было более чем достаточно.] [Она просто не могла позволить себе разбираться ещё и во всём остальном.] Отбросив запутавшиеся мысли, Роэлин покачала головой и шагнула вперёд вслед за Кергелем. “Дождь всё никак не прекращается…” Кергель поднял голову к затянутому тучами небу и нахмурился. Затем снова посмотрел на Роэлин. Даже накинув на плечи его верхнюю одежду, она всё ещё выглядела очень бледной, похоже, окончательно замерзла. [Нельзя больше медлить. Скоро вода может добраться и сюда.] [Он уже отдал приказ волкам, но всё равно не мог позволить себе расслабиться.] Кергель кивнул, быстро собрал мысли воедино и тут же снял с себя верхнюю одежду. “Ах! Что вы сейчас делаете?” Роэлин, до этого смотревшая наружу, резко повернулась к нему и в ужасе закрыла лицо обеими руками. Но Кергель внезапно притянул её к себе. Роэлин испугалась ещё сильнее и от неожиданности опустила руки, которыми закрывала глаза. “Ваше Величество! Отпустите…А?” Она так и не закончила фразу. Перед глазами внезапно стало совершенно темно. “Что произошло?” Роэлин растерянно замахала руками, а затем услышала голос Кергеля прямо над своей головой: “Не двигайся. Я подумал, что так на тебя будет попадать меньше дождя. Наверное, тебе неудобно носить чужую одежду, но потерпи пока.” “А…” Роэлин перестала сопротивляться. Её сердце, бешено колотившееся от неожиданности, постепенно успокоилось. Когда мысли немного пришли в порядок, она наконец поняла, что именно сделал Кергель. [Она всё осознала.] И теперь перед её глазами было темно… [Горячо…] Роэлин съёжила плечи, чувствуя, как лицо буквально пылает. [Только теперь она поняла, зачем Кергель внезапно снял с себя верхнюю одежду.] [Он попытался накинуть её ей на голову, чтобы защитить от дождя.] [Мало того что на ней уже была его одежда…] [Теперь она ещё и укрывалась его рубашкой.] [Как же хорошо, что он сейчас не видит моего лица.] [Роэлин была целиком скрыта под его одеждой, поэтому Кергель не мог заметить, насколько сильно она покраснела.] Так, продолжая держать её на руках, Кергель понёс Роэлин куда-то дальше. Тем временем одежда, которой она прикрывала голову, насквозь промокла под проливным дождём и уже практически перестала выполнять свою защитную функцию. К счастью, Роэлин всё равно не чувствовала особого холода. Тепло Кергеля, окружавшее её, не позволяло ей окончательно замёрзнуть. ---------- Осознание и тайны (12) “Наверное, всё дело в том тепле, которое передалось мне от него раньше.” [Теперь, когда Кергель снял верхнюю одежду, тепло его тела, исходившее непосредственно от обнажённой кожи, ощущалось ещё сильнее. Наверняка он и сам промок под дождём, но жар его тела почему-то не спешил остывать.] [Возможно, всё дело было в том, что перед этим он изо всех сил напрягся, чтобы обнять её и отнести в безопасное место.] [Нет…Я уверена, что именно поэтому.] Роэлин прикусила губу, всё ещё находясь в его объятиях. [Ему вовсе не обязательно было так сильно заботиться о ней.] [Ничего страшного не случилось бы, даже если бы она промокла под дождём. К тому же ливень был настолько сильным, что даже если бы она надела его верхнюю одежду наизнанку, это всё равно едва ли помогло бы.] [Но…] [Именно поэтому ей и хотелось плакать.] Вместо смущения от жара его тела и звука его дыхания в груди Роэлин вдруг стало пусто и тоскливо. [Сколько времени прошло с тех пор, как она поняла, что любит его?] [Она не знала.] [И чем больше думала о том, насколько прекрасным всё могло бы быть, тем сильнее ей хотелось просто рассмеяться над собственной беспомощностью.] [Но…всё равно я счастлива.] [Потому что он был именно таким человеком.] [Именно потому, что он был настолько добрым и заботливым.] Роэлин безнадёжно нравился этот мужчина, который был до нелепости нежным, несмотря на то, что его привыкли считать всего лишь чудовищем. “Фух…Давай немного передохнём здесь, прежде чем отправляться дальше. Мне тоже нужно выяснить, что произошло.” И тут тепло его тела внезапно стало удаляться. Исчезла и одежда, которой он до этого прикрывал её глаза. Роэлин наконец заметила перед собой тёмную каменную стену. [Похоже, Кергель принёс её в пещеру.] Она невольно вздрогнула, почувствовав тревогу перед незнакомым местом. Кергель заметил это и недовольно цокнул языком. “Твоя одежда всё ещё немного влажная.” “А, нет…Всё в порядке.” Роэлин наконец пришла в себя и покачала головой. [Она действительно немного промокла, но по сравнению с Кергелем её положение было ещё вполне сносным.] [Ведь сам Кергель выглядел так, словно только что вынырнул из воды.] Роэлин рассеянно смотрела на капли, стекавшие по его груди. Его тело было крепким, без единого лишнего грамма жира. Слегка загорелая кожа подчёркивала силу его фигуры, а рельефные мышцы напоминали искусно вырезанную скульптуру. [Даже красная татуировка на левой стороне груди удивительно хорошо ему шла.] Не успев опомниться, Роэлин невольно оглядела его с головы до ног, а затем её взгляд скользнул ниже - к твёрдому прессу. Но, подняв глаза, она неожиданно встретилась с его взглядом. Кергель уже смотрел на неё. На его лице застыло выражение, которое было трудно истолковать однозначно. Он слегка покачал головой, после чего быстро заговорил: “Это довольно высокое место, так что вода сюда не доберётся. Останься здесь ненадолго. Я вернусь, как только выясню, какой ущерб нанесён наводнением. Ах, но на всякий случай…” Кергель вдруг замолчал и тихо свистнул в сторону выхода. В ту же секунду в пещеру стремительно вбежало огромное мохнатое существо. [Это волк. Чёрная шерсть, жёлтые глаза.] “Оставлю его с тобой. Ты ведь помнишь? Это тот самый волк, который вёл себя перед тобой как избалованный щенок во время последнего охотничьего состязания. Он и правда может показаться обычной собакой, но на самом деле это вожак стаи. Пока меня не будет, он сможет защитить тебя.” “…Тот волк?” Роэлин широко раскрыла глаза, переводя взгляд с волка на Кергеля. Похоже, он понял вопрос, который застыл в её глазах, потому что горько усмехнулся. “Теперь, когда я об этом думаю…похоже, ты действительно права насчёт волка.” Вместо того чтобы продолжать расспрашивать его, Роэлин постаралась ответить как можно спокойнее. Она уже поняла, что Кергель не хотел сейчас ничего объяснять. [Позже.] [Возможно, всё, что связано с этим волком, тоже входит в число тех тайн, о которых он говорил совсем недавно.] Роэлин совершенно не хотела давить на него. [Нет…Она даже не знала, о чём именно должна спрашивать.] [Что ей спрашивать, если она сама ещё толком не понимает, что именно хочет узнать?] Когда Роэлин больше ничего не спросила, Кергель заметно расслабился. Затем повернулся к волку и приказал: “Защищай её.” Волк тихо зарычал. Его жёлтые глаза внимательно посмотрели на Кергеля, а уши слегка прижались, словно он прекрасно понял приказ и подчинился ему. Увидев это, Кергель сразу развернулся и вышел из пещеры. “Ах, подождите!” Роэлин окликнула его, но было уже поздно. Кергель быстро скрылся из виду. Она остановилась у входа в пещеру и тихо пробормотала, пытаясь хоть немного успокоить встревоженное сердце: “…Берегите себя.” Волк тем временем подошёл к Роэлин и ласково потёрся мордой о её ладонь, словно хотел сказать ей, чтобы она ни о чём не переживала. *** Волки, получившие приказы Кергеля, двигались куда быстрее и точнее людей. Он видел, как одни из них несли детей в зубах, а других стариков и женщин перевозили на самодельных повозках. Кергель невольно усмехнулся, наблюдая за тем, как ещё несколько волков мощными мордами подталкивали огромный камень, пытаясь перекрыть путь разлившейся реке. [Какие же они умные.] [Даже если бы человек надел волчью шкуру и попытался повторить их действия, ему всё равно не удалось бы сделать это настолько слаженно.] Кергель почувствовал облегчение и снова повернулся в сторону холма. Пещера, расположенная на склоне, была довольно хорошо скрыта и почти не бросалась в глаза. К тому же при таком проливном дожде вряд ли кому-нибудь пришло бы в голову специально осматривать это место. Однако чем ближе он подходил к пещере, тем сильнее его охватывало нетерпение. [Он оставил рядом с Роэлин волка, который должен был её защищать, но это всё равно не давало ему покоя.] А когда Кергель вспомнил её бледное лицо, промокшее под ливнем, тревога в его груди стала ещё сильнее. ---------- Осознание и тайны (13) Кергель наконец поднялся на холм. За время подъёма под его ногами уже несколько раз осыпалась размокшая от проливного дождя земля, и он едва не поскользнулся, однако даже не подумал остановиться. Он продолжал взбираться вверх, словно совершенно не замечал ни дождя, ни грязи под ногами. Но, оказавшись прямо перед входом в пещеру, Кергель вдруг остановился. Сам того не заметив, он замер на месте. “…Даже если она не спросила меня напрямую, уверен, теперь ей наверняка всё интересно.” Кергель пробормотал это, глядя на вход в пещеру. “Потом…” Он горько усмехнулся. [Что могло быть более жалким оправданием, чем это “потом”?” [Обещание, данное без конкретного срока, на деле почти ничем не отличалось от обещания, которое человек и не собирался выполнять.] И всё же мысль о Роэлин, которая совершенно не давила на него и не требовала объяснений, почему-то мучила его. “Она наверняка теперь очень любопытна. К тому же собственными глазами видела, как я позвал волка и отдавал ему приказы.” Кергель продолжал говорить сам с собой, не сводя сложного взгляда со входа в пещеру. Он тяжело вдохнул, затем ещё раз медленно выдохнул и, наконец, с невозмутимым выражением лица сделал первый шаг. Сейчас лил такой сильный дождь, что ручьи вышли из берегов. [В подобной ситуации ему пришлось прямо перед Роэлин показать свои способности.] [На самом деле Кергель решил, что никогда не расскажет об этом Королевской дочери Ракаины.] [Но другого выхода не было.] [Он не взял с собой подчинённых, а возвращаться в Императорский дворец, чтобы отдать необходимые распоряжения, было слишком долго.] [Поэтому он ни о чём не сожалел.] [Но…] […Неужели я действительно боюсь?] Кергель мимолётно усмехнулся про себя, а затем вдруг понял, что именно его так тревожило. [Он боялся.] Сам Кергель не мог поверить, что ему окажется настолько страшно рассказать своей спутнице - Эрите, правду о себе. [Он боялся неизвестности.] [Боялся того, как она станет смотреть на него после того, как узнает, что он оборотень.] [Это было до нелепости жалко.] “Раз уж я отложил это на потом…” [Он лучше кого бы то ни было понимал, что избежать этого разговора не получится.] [После того как она увидела его способности, её вопросы никуда не исчезнут.] И всё же Кергель был рад, что получил хотя бы небольшую отсрочку. [Пусть даже теперь ему приходилось мучиться из-за того, что он продолжал хранить от неё эту тайну.] Кергель несколько раз покачал головой, пытаясь отогнать мысли, которые всё сильнее запутывались в его голове. “…На самом деле мне следует беспокоиться совсем о другом.” Он криво усмехнулся и тяжело вздохнул. [Было бы наивно полагать, что всё решится само собой только потому, что он ничего ей не рассказал.] [Стоило ему связать себя с Эритой, как эта проблема в конечном итоге могла перейти и на сторону Ракаины.] [А если позднее она сама расскажет им о нём, тайна всё равно может оказаться раскрыта в Ракаине.] [Как ни поступи, расскажи он правду или промолчи, это в любом случае способно стать угрозой для Сероифа.] [Но, если говорить честно, Кергеля беспокоило вовсе не это.] [Он действительно верил, что она не причинит вреда ни ему, ни Сероифу.] [По крайней мере, если он правильно понял, какой она была на самом деле.] [Конечно, это была вера, не имевшая под собой никаких оснований.] [Даже своего рода слепой оптимизм.] [Настолько сильный, что он способен был затмить отвращение и предубеждение, которые Кергель прежде испытывал к ней.] “Всё в порядке. Бесполезно думать о проблеме, которую всё равно невозможно решить прямо сейчас.” Проведя ладонью по лицу, Кергель окончательно отбросил тревожные мысли и направился ко входу в пещеру. В этот момент изнутри послышалось глухое рычание, и вскоре наружу вышел волк. “Мне пора.” Волк тихо зарычал. Он с сожалением оглянулся на пещеру, а затем медленно развернулся. Кергель проследил за ним взглядом и увидел, как волк спустился с холма, чтобы присоединиться к остальным. “Ваше Величество.” Роэлин, сидевшая на корточках внутри пещеры, услышала приближающиеся шаги и тут же поднялась. Кергель подошёл к ней, остановился и вдруг рассмеялся. “Что это такое?” “Что?” “Нет. Ничего.” Он покачал головой, глядя на озадаченную Роэлин. Однако уголки его губ всё ещё подрагивали от смеха. От напряжения, с которым он стоял перед пещерой всего несколько мгновений назад, не осталось и следа. [И как же иначе?] Перед ним стояла Роэлин, с ног до головы покрытая густой волчьей шерстью. “Он что, действительно считает себя собакой?” Кергель сел рядом с Роэлин и принялся стряхивать шерсть с её волос и одежды. Только тогда Роэлин наконец поняла, что именно он делает. Её лицо мгновенно вспыхнуло. Покраснев до самых кончиков ушей, она опустила голову и подтянула колени к груди. А затем, словно внезапно что-то вспомнив, спросила: “Как там всё снаружи? Разве ущерб не огромный?” “Всё в порядке. Дождь уже немного ослаб, так что, думаю, всё закончится без серьёзных последствий. В Императорском дворце наверняка уже придумали, что делать…Хотя, думаю, Хайнес сейчас вовсю меня проклинает.” Кергель встряхнул мокрыми волосами и продолжил говорить, но вдруг оборвал себя на полуслове. Роэлин тоже замолчала, словно поняла, почему он внезапно остановился. Вопрос, на который она так и не услышала ответа, постепенно затих внутри неё, будто его смывало дождевой водой. Он никуда не исчез. Просто всё глубже уходил в её сердце. [Как звук дождя.] Роэлин заметила, что шум дождя за пределами пещеры постепенно стихает. Но сама она даже не пошевелилась, словно вовсе не собиралась покидать это место. Подобно человеку, который ни о чём не подозревает, Роэлин подтянула колени к груди и обхватила их руками. Она молча сидела, положив подбородок на колени. Шум дождя становился всё тише. А затем и вовсе исчез. У входа в пещеру начали собираться капли воды, одна за другой срываясь вниз и наполняя пространство тихим мерным стуком. “К счастью, дождь закончился. Давай вернёмся в Императорский дворец. Наверняка все уже волнуются.” Кергель спокойно заговорил с ней, словно только сейчас заметил, что дождь наконец прекратился. Голос был низким и мягким. ---------- Самоосознание и тайны (14) *** “Мне это уже осточертело! Сколько ещё я должна жить здесь, словно мёртвая?!” Эрита в раздражении швырнула веер, украшенный пёстрыми лентами. “Ах!” Веер неожиданно угодил одной из служанок прямо в лоб. Острый край рассёк кожу, и по её лицу тут же заструилась кровь. “Весь ковёр испачкан! Чем вообще занимается служанка? Почему она до сих пор его не убрала?!” Эрита, сама только что ранившая девушку, даже не подумала о своей вине. Напротив, она с гордостью принялась отчитывать служанку. Та сразу склонила голову и начала извиняться, а Эрита тем временем незаметно подмигнула остальным служанкам. “Простите, принцесса! Пожалуйста, простите меня! Пощадите! Ай!” Едва другие служанки схватили раненую девушку за руки, та тут же закричала. Её лицо побледнело, словно она уже поняла, что её ждёт. Но служанки с совершенно бесстрастными лицами продолжили тащить её к выходу. “Нет! Я не хочу! Отпустите меня! Принцесса Эрита! Пожалуйста…” Служанка отчаянно цеплялась за всё, что попадалось под руку. Кровь продолжала сочиться из рассечённого лба, стекая по лицу и шее, но она словно вовсе этого не замечала. [В конце концов, разве не собственная жизнь была для неё куда важнее какой-то раны?] [Она прекрасно знала, что произойдёт, если её сейчас вышвырнут отсюда.] [Скорее всего, её просто убьют, не оставив после себя ни единого следа.] [Точно так же исчезли уже четыре или пять служанок и слуг, которых постигла та же участь после прибытия на тайную виллу Короля.] “Ах! Пожалуйста, спасите меня…” Но против нескольких человек у слабой женщины не было ни единого шанса. Служанку силой вытащили наружу. Дверь за ней закрылась, и её отчаянный крик мгновенно оборвался. “…Неужели брат действительно собирается запереть меня здесь до конца моей жизни?” Эрита была в ужасном настроении. [Она вела себя так, словно ей совершенно не было дела до того, что только что обрекла ещё одного человека на смерть.] Но никто не осмеливался даже намекнуть на то, что её поведение неправильно. [Кто вообще посмеет ей что-нибудь сказать?] [Эрита Ракайн была королевской дочерью Ракаины.] [Да, сейчас ей приходилось тайно скрываться от глаз Империи Сероиф, однако это вовсе не означало, что её истинный статус каким-то образом изменился.] [Она по-прежнему оставалась единственной Королевской дочерью Ракаины.] Эрита вспомнила о поддельной принцессе, которая вместо неё отправилась в Империю Сероиф. На её лице невольно появилось раздражение. В памяти всплыли слухи, которые она недавно случайно услышала во время поездки в столицу. “Я хочу побывать на балу и сходить в салон. Мне нужно новое платье и ожерелье. И всё это из-за чего? Если бы только этот монстр не сделал мне предложение…” Эрита раздражённо посмотрела на служанку, словно только сейчас что-то вспомнила. Та вздрогнула, решив, что принцесса каким-то образом догадалась о её мыслях. Однако Эрита, похоже, даже не заметила её реакции. Она откинулась глубже в кресле и продолжила: “До сих пор не могу поверить, что меня хотели выдать за него, хотя он настоящий монстр. Хаа…Хотя тогда они прекрасно подходят друг другу, разве нет? Монстр и самозванка…” На её губах появилась насмешливая улыбка. “Как жаль, что я не могу сама отправиться туда и рассказать этому монстру, кто она на самом деле.” Эрита рассмеялась. [Она всегда любила посмеиваться над другими, унижая их ради собственного чувства превосходства. Это было настолько привычно для неё, что никто в комнате уже особо не реагировал.] Тем более что последние несколько дней все успели привыкнуть к её переменчивому нраву. И тут служанка, стоявшая возле двери, вдруг пробормотала: “Но я слышала, что он вовсе не монстр…” “Что?” “Ах…Нет! Ничего…” Осознав, что только что неосмотрительно высказалась вслух, служанка вмиг побледнела и рухнула на колени. Она сразу вспомнила о девушке, которую совсем недавно утащили прочь, и от этого страх стал ещё сильнее. “Подойди сюда и повтори.” “Принцесса, пожалуйста, простите меня…” “Разве я сказала что-то сложное? Подойди сюда. Или мне вытащить твой язык и хорошенько его потянуть, чтобы ты наконец пришла в себя?” Эрита резко повысила голос. Служанка задрожала, но всё же поползла к ней на коленях, склонила голову и с трудом выдавила: “Я…Я слышала слухи…” “Тогда расскажи подробнее. Что это ещё значит - “не монстр”? Император не монстр, так?” “Да.” Служанка продолжила говорить, заметив пристальный взгляд Эриты. “У моей семьи есть родственник, который занимается организацией торговых караванов. Он недавно сам вернулся из Империи Сероиф. И ему посчастливилось стать свидетелем Императорской свадьбы…” “И?” “…Это была невероятно красивая свадьба.” Служанка ненадолго замялась, а затем продолжила: “Принцесса, ставшая невестой…Нет, она была в золотом платье, а её фата тоже была соткана из золотых нитей.” Эрита молчала. “А Император, которого все называли монстром, на самом деле оказался очень красивым мужчиной. У него чёрные волосы, словно ночное небо, и пара благородных золотых глаз - таких, какие подобают истинному правителю Империи…Более того, я даже подумала, что слухи о его жестокости и свирепости наверняка были ложью…Ах! Простите! Простите меня, принцесса!” Служанка не успела закончить. Она задрожала и поспешно начала просить прощения. Но Эрита даже не посмотрела на неё. Она лишь крепче стиснула подлокотник кресла. “Что здесь происходит? Император вовсе не монстр?” “Наверное, эта девочка просто услышала ложные слухи, Ваше Высочество. Пожалуйста, не сердитесь…” “И всё же она наверняка сказала это не без причины.” Эрита бросила взгляд на служанку, которая пыталась её успокоить. Её пальцы ещё сильнее сжались на подлокотнике. От напряжения тонкий, аккуратно отполированный ноготь треснул. Но Эрита даже не заметила. Она лишь слегка прищурилась и начала кусать губы. [Это было просто нелепо.] [Как ни посмотри, всё не сходилось.] [Что значит, он не монстр?] [Что значит, красивый мужчина?] [Он был вежлив с этой ничтожной самозванкой?] [Золото?] [Фата, сотканная из золотых нитей?] [Золотое платье?] [Этого просто не может быть.] [Но если всё это действительно было правдой…] Эрита резко поднялась с места. Служанка от неожиданности широко распахнула глаза. “Я должна увидеть всё собственными глазами. Немедленно свяжись с Его Величеством.” “Что?” “Ты меня не поняла? Прямо сейчас отправь кого-нибудь во дворец!” Эрита крепко сжала кулаки и процедила сквозь зубы: “…Я обязательно отправлюсь в Империю и сама всё увижу. Настоящий ли Император монстр, как говорят слухи, или нет.” Её голубые глаза ярко сверкнули. В них не было ни капли сомнения. Только жадность и зависть. ---------- Кто же настоящая невеста? (1) *** “…Что? Из Ракаины прибыла делегация?” “Да, Ваше Величество.” Хайнес почтительно поклонился. Кергель посмотрел на него, нахмурился, а затем невольно усмехнулся, словно никак не мог поверить в услышанное. “Они даже не явились на свадьбу, а теперь вдруг присылают делегацию. Чего же они на самом деле добиваются?” “Не стоит делать поспешных выводов, но, думаю, они, вероятно, узнали от представителей других стран, присутствовавших на свадьбе, что в последнее время ваши отношения с Императрицей стали значительно ближе.” “Значит, они явились под видом послов, чтобы что-нибудь выведать у Императрицы?” “Похоже, другой очевидной причины нет. В конце концов, у нас изначально было не так много связей с Ракаиной.” Хайнес спокойно ответил на вопрос Керегеля. Кергель на мгновение замолчал, погрузившись в раздумья. Хайнес тоже не спешил продолжать разговор и молча ждал. Наконец Кергель поднялся со своего места. “Думаю, вам стоит поговорить с Императрицей, Ваше Величество.” “…Что ты хочешь этим сказать?” Кергель нахмурился и посмотрел на Хайнса снизу вверх. От его несколько резкого взгляда Хайнес, казалось, слегка напрягся, но голос его по-прежнему оставался совершенно спокойным. “Разумеется, Императрица очень умна. Но я опасаюсь, что, встретив людей из своей родной страны, она может невольно проговориться. А если такое произойдёт, это уже может превратиться в дипломатическую проблему между двумя странами.” “Между нами и Ракаиной есть что-то, что действительно может стать проблемой?” Кергель произнёс это недовольным тоном, словно считал, что Хайнес слишком далеко зашёл в своих предостережениях. Тогда Хайнес невозмутимо ответил, словно только что небрежно бросил посреди комнаты огромную бомбу: “Например, ваша первая брачная ночь ещё не состоялась. Если в Ракаине об этом узнают, они наверняка скажут: “О, это уже проблема”.” “Хайнес, ты…кхм!” От неожиданного удара Кергель потерял дар речи и слегка закашлялся. “Первая брачная ночь…” “Я лишь рассматриваю такой вариант на случай непредвиденных обстоятельств.” Хайнес всё так же невозмутимо посмотрел на ошарашенного Кергеля. И продолжил молча смотреть на него. Лицо Кергеля постепенно заливалось багрянцем. Наконец он тяжело вздохнул и покачал головой. “Ты такой же ненормальный, как Берт.” “Почему вы вдруг решили свалить всё на меня, когда я здесь мирно работаю?” В этот момент Берт, до этого с головой погружённый в кипу бумаг, поднял голову и устало пробормотал: “Ого…Ладно, ладно. Я просто хочу ещё немного с вами поболтать.” Кергель поднялся из-за стола и провёл ладонями по пылающему лицу. Похоже, он собирался немедленно покинуть кабинет. Хайнес нахмурился, заметив это, и тут же спросил: “Куда это вы так незаметно собрались?” “К Императрице.” “…Что?” На этот раз дар речи потерял уже Хайнес. А Кергель совершенно невозмутимо продолжил тем же тоном, каким несколькими минутами ранее говорил сам Хайнес: “Или ты предлагаешь мне самому предупредить Императрицу, чтобы она случайно не проговорилась?” “Так вы действительно сейчас собираетесь к Императрице? Но здесь ещё целая гора документов, которые вам необходимо подписать…” Хайнес указал взглядом на лежавшую на столе кипу бумаг, совершенно не понимая, что происходит. Однако Кергель лишь уверенно пожал плечами. “Это гораздо важнее. Мой секрет о “первой брачной ночи” может разлететься по другим странам.” “Вы недавно стали женихом, но до первой брачной ночи дело так и не дошло. И этим совершенно не стоит хвастаться…” Берт не выдержал и расхохотался. “Берт! Пожалуйста, прекрати! Как ты можешь так разговаривать с Его Величеством?!” “Да что я такого сказал? Просто забавно! Его Величество и Императрица не спят вместе, каждую ночь мирно живут под одной крышей, а это уже считается государственной тайной…” “Берт, похоже, сегодня твоя голова стала особенно тяжёлой.” Кергель некоторое время молча слушал его, после чего низко зарычал: “Похоже, тебе довольно тяжело носить её на плечах. Может, воспользоваться случаем и отрубить её? А? Тогда тебе не придётся таскать её на шее, будешь держать рядом.” “Нет, ну…Я же просто разговариваю…” Берт тут же сжался, словно щенок с поджатым хвостом, и тихо пробормотал. [Остановить Кергеля он всё равно не мог.] Хайнес, наблюдая за этой сценой, лишь цокнул языком и покачал головой. Затем снова посмотрел на Кергеля. “Ваше Величество…” Место, где ещё секунду назад стоял Император, оказалось пустым. [Похоже, Кергель воспользовался минутой, пока внимание Хайнса было приковано к Берту, и незаметно выскользнул из кабинета.] “Он просто сбежал, да? В последнее время Его Величество постоянно убегает под предлогом встречи с Императрицей.” Берт посмотрел на дверь кабинета и с любопытством продолжил: “Никогда бы не подумал, что они настолько сблизятся. Как вообще такое произошло? После пророчества он ведь терпеть не мог одну только мысль об этом браке. Неужели привязался к ней, пока они спали в одной постели? Даже если на самом деле они не…” “Берт, боюсь, однажды ты действительно случайно проговоришься перед кем-нибудь.” “Я? Проговорюсь? Да кто вообще может быть осторожнее меня?” Берт возмущённо пробормотал это, широко распахнув глаза, словно его только что совершенно несправедливо обвинили. Хайнес некоторое время смотрел на своего незрелого коллегу – Императорского помощника, а затем снова потёр лоб. Похоже, его головная боль ещё долго не собиралась проходить. [И виноват в этом был не только Император.] [Теперь к нему добавился ещё и его помощник.] ---------- Кто же настоящая невеста? (2) “Хаа…” Хайнеc покачал головой и собрал документы, которые собирался доложить Императору. [Рано или поздно ему всё равно придётся вернуться с докладом, так что отложить его сейчас было даже удобнее, да и, пожалуй, во многих отношениях так будет лучше.] [Ничего страшного в том, что их отношения становятся крепче, нет…] [Император, которого прежде считали человеком, способным без сожаления от всего отказаться, теперь то и дело направлялся в Императорский дворец.] [Но разве это не слишком разительная перемена?] [Как и сказал Берт…Неужели Ваше Величество и правда к ней привязался?] Хайнес снова покачал головой, мысленно укоряя себя: [Я ведь понимаю, что такие мысли граничат с кощунством…] Но, несмотря на это, продолжил размышлять, даже не заметив, как далеко зашёл в своих мыслях. *** “Мне нужно сообщить Императрице, что вскоре в Империю прибудет делегация Ракаины. Заодно я направляюсь к ней.” “Да, Ваше Величество.” Глава придворной канцелярии, следовавший за Кергелем, ответил с улыбкой. Кергель даже не сомневался: стоит ему хоть раз обернуться, и он увидит на лице Хайнса ту же довольную улыбку. [Я что, сказал что-то смешное?] Он нахмурился и пробормотал себе под нос. [Почему-то ему было неловко, словно он оправдывался перед подчинённым.] [Хотя на самом деле ему совершенно не требовалось оправдываться.] [Разве было чем-то необычным желание навестить собственную супругу?] Он несколько раз неловко кашлянул, а затем вскоре остановился. [Возможно, сегодня он торопился сильнее обычного. Во всяком случае, сам того не заметив, уже добрался до дворца.] К этому моменту Кергель окончательно почувствовал себя неловко, поэтому, увидев горничную, поспешившую ему навстречу, тут же нахмурился и спросил: “Я пришёл к Императрице. Где она?” “Императрица сейчас в спальне.” “В спальне? Что-нибудь случилось?” Услышав неожиданный ответ, Кергель мгновенно нахмурился ещё сильнее. [Она всё ещё была в спальне, хотя уже наступил полдень.] Его настроение резко ухудшилось. [Он слишком хорошо знал, что Роэлин вовсе не из тех, кто станет без причины валяться в постели до самого обеда.] К тому же Кергель невольно вспомнил, как после того дождя она тайком мучилась от простуды. Тогда она промокла, когда отправилась в Императорский дворец. “Сегодня утром у неё внезапно поднялась температура…” “Но почему мне не доложили? Где старшая горничная?” Кергель широкими шагами вошёл во дворец и потребовал позвать старшую горничную. Однако прежде чем служанка успела ответить, с другой стороны лестницы появилась Люси. “Ваше Величество.” “Люси, что случилось? Как Императрица?” Увидев её, Кергель поспешил навстречу и один за другим задал вопросы. Люси посмотрела на него, затем спокойно поклонилась. “Доктор только что вошёл, чтобы осмотреть Императрицу. Я как раз собиралась отправить к вам человека с докладом.” “Как она? Я слышал, что у неё поднялась температура.” “Сразу после завтрака у неё внезапно начался сильный жар. Поэтому я решила, что с едой могло что-то случиться, и приказала отдельно проверить все продукты.” “…Проверить еду? Ты хочешь сказать, что речь идёт о яде?” Выражение лица Кергеля мгновенно стало жёстким. Люси тут же продолжила всё тем же спокойным голосом, стараясь его успокоить: “Конечно, вероятность крайне мала. Но я решила перестраховаться. Кроме того, не стоит забывать, что для Императрицы некоторые вещества могут оказаться вредными, даже если для нас они совершенно безвредны. Ведь она родилась и выросла в другой земле…” [Это действительно было возможно.] [Человек не может полностью избавиться от влияния земли, на которой родился и вырос. Поэтому, как и сказала Люси, обычные для Сероифа продукты или ингредиенты вполне могли неожиданно оказаться вредными для организма Императрицы.] С напряжённым лицом Кергель поднялся по лестнице. Люси что-то тихо приказала одной из горничных и тут же последовала за ним. Когда они подошли к спальне, дверь как раз открылась, и доктор вышел наружу. “Я пришлю вам лекарство, поэтому обязательно принимайте его вовремя. И ещё…О! Ваше Величество.” Сказав Силлоа несколько последних слов, доктор обернулся. Увидев Кергеля всего в нескольких шагах от себя, он поспешно поклонился. Силлоа, которая всё это время стояла возле двери спальни, тоже заметила Императора и почтительно склонила голову. “Вы закончили осмотр Императрицы?” “Да, Ваше Величество.” “Как она? Нет…Я слышал, что у неё жар. Почему?” “На самом деле это простуда.” “Простуда? Даже с лекарством от неё не так-то легко избавиться.” Кергель снова недовольно нахмурился, хотя именно этого ответа и ожидал. Но тут он вспомнил слова Люси, сказанные несколько минут назад, и вновь заговорил: “Это точно всего лишь простуда? Она не могла отравиться?” “Мы уже провели множество проверок, и, к счастью, отравления нет. Однако…” Золотые глаза Кергеля медленно сузились. *** “Все выйдите.” От низкого, властного голоса Кергеля Люси, Силлоа и остальные горничные молча отступили. Ни один звук их шагов не нарушил тишину. Кергель ещё некоторое время не двигался, даже услышав, как за спиной закрылась дверь. Он просто стоял у входа в спальню, глядя на кровать, украшенную гербом. Из-под одеяла доносилось тихое дыхание. Иногда его сменял слабый болезненный стон, жар всё ещё не спадал. Кергель наконец медленно двинулся вперёд, словно его вела сама эта тихая, едва слышная дыхательная мелодия. “Она и правда такая маленькая…” Он тихо пробормотал, глядя на женщину, лежавшую на кровати. “Не будет преувеличением сказать, что под одеялом её почти совсем не видно.” Кергель поставил рядом с кроватью стул, сел и снова посмотрел на Роэлин. ---------- Кто же настоящая невеста? (3) [Императрица.] [Его супруга.] Лицо Кергеля постепенно помрачнело. Он вспомнил слова доктора, которые тот произнёс совсем недавно. Придворный тяжело вздохнул, словно уже не находил слов. Даже сам он, судя по выражению лица, с трудом мог поверить в услышанное. “…Я ничего не понимаю.” Кергель смотрел на спящее лицо Роэлин и тихо произнёс: “Эритa…Ты действительно непредсказуема.” [Женщина, лежавшая перед ним, была настолько осторожной и скромной, что казалась полной противоположностью той надменной и избалованной девушке, какой он когда-то её представлял.] [Порой Кергель даже задавался вопросом, один ли и тот же человек сейчас находится перед ним.] [Так что же ещё ему оставалось думать?] [Но теперь выяснилось, что её здоровье далеко не в порядке.] [Речь шла не просто о кратковременной простуде. Доктор сказал, что её состояние напоминает человека, который долго болел и не получал необходимого лечения. Более того, у неё могли быть проблемы с костями.] [Разве такое вообще возможно?] [Впрочем, доктор не стал бы шутить, говоря о состоянии своей пациентки.] [Значит, в его словах действительно была правда.] “Неужели она настолько больна, что даже не может нормально пользоваться руками?” [Нет.] [Дело было лишь в том, что её организм оказался крайне слабым из-за отсутствия своевременного лечения.] Кергель снова нахмурился, всё ещё не в силах понять, как такое могло произойти. И тут с губ Роэлин сорвался тихий шёпот: “Простите…Простите…” Это были слова извинения. Кергель нахмурился ещё сильнее, когда понял, что она говорит во сне. [Похоже, ей снился кошмар.] Он протянул руку, собираясь разбудить её, но прежде чем успел коснуться её плеча, Роэлин снова прошептала: “…Ваше Величество…Я ненастоящая…Простите…” Выражение лица Кергеля мгновенно стало жёстким. Он медленно поднял руку, продолжая пристально смотреть на неё. [Что она хотела сказать?] [Простите…Я ненастоящая?] Его глаза сузились. Однако Кергель закрыл глаза, сделал глубокий вдох, а затем вновь открыл их, уже с безразличным выражением лица. После этого он осторожно коснулся плеча Роэлин. “…!” Её тело вздрогнуло, словно от судороги, и она медленно открыла глаза. “…Я не хотел тебя пугать.” “…Ваше Величество?” Роэлин некоторое время смотрела на золотые глаза, склонившиеся над ней, прежде чем наконец узнала голос Кергеля. Она тут же попыталась поспешно подняться, но Кергель мягко уложил её обратно. “Просто лежи.” “Но…” “Между супругами нет необходимости соблюдать такие церемонии. Тем более когда ты настолько больна.” Роэлин лишь смущённо покраснела. Она не могла подняться из-за мягкого прикосновения его руки к своему плечу. [Но, если подумать, дело было ещё и в другом.] [Наверное, я сейчас выгляжу ужасно…] [Утром она чувствовала себя совершенно нормально.] [Но после того как покинула дворец, внезапно простудилась и так и не смогла полностью прийти в себя. Впрочем, пока она принимала лекарства, с этим ещё можно было справиться.] [Однако после завтрака её внезапно пробрал сильный озноб, а затем поднялась температура и появилась ломота во всём теле.] [Силлоа и остальные горничные, ухаживавшие за ней, из-за этого тоже немало намучились.] [И теперь…] [Наверняка я выгляжу ужасно растрёпанной.] [Она даже не была толком одета и наверняка выглядела совершенно непрезентабельно.] Роэлин всё же снова попыталась подняться. На этот раз Кергель не стал её удерживать и позволил сесть. Роэлин с облегчением тихо вздохнула, пригладила растрёпанные волосы и склонила голову перед ним. “Приветствую Ваше Величество. Прошу прощения за свой вид, но сейчас я выгляжу…” “Всё в порядке.” Кергель невольно усмехнулся. “В конце концов, разве супругам не приходится видеть друг друга в гораздо худшем виде?” Лицо Роэлин мгновенно вспыхнуло. Заметив это, Кергель едва заметно улыбнулся и добавил: “К тому же сейчас ты выглядишь намного лучше.” “Что?” Роэлин перестала краснеть и недоумённо посмотрела на него. По её лицу было прекрасно видно, что она понятия не имеет, о какой ерунде он сейчас говорит. Кергель снова усмехнулся, умиляясь её искренней реакции. “Я имею в виду, что тебе гораздо больше идёт такой румянец. Ты сейчас выглядишь намного лучше, чем тогда, когда была бледной и безжизненной из-за болезни.” “…Вы такой злой.” Роэлин почувствовала, как щёки снова запылали. Она отвернулась и обеими руками принялась приглаживать их, словно надеялась таким образом остудить пылающее лицо. Затем спросила: “Кстати, зачем вы пришли?” Кергель пожал плечами. “Мне нужно тебе кое-что сказать. И кое о чём спросить.” “…?” Роэлин озадаченно посмотрела на него и слегка склонила голову набок. Кергель на мгновение задержал взгляд на её волосах, рассыпавшихся по шее, после чего продолжил: “Через несколько дней в Сероиф прибудет делегация Ракаины.” “…Что?” “Почему ты так смотришь? Я думал, ты обрадуешься, узнав, что они приедут.” Он удивлённо посмотрел на неё. “А вместо этого ты побледнела так, словно только что услышала ужасную новость.” Кергель никак не ожидал подобной реакции. [Он предполагал, что, заболев, Роэлин наверняка будет скучать по родным и родине. Поэтому известие о прибытии делегации Ракаины должно было её обрадовать.] [Но её реакция оказалась совершенно неожиданной.] ---------- Кто же настоящая невеста? (4) Вместо радости с её щёк, которые совсем недавно ещё пылали румянцем, словно в один миг ушла вся кровь. “…О нет, я просто…Просто всё произошло так неожиданно.” Роэлин запнулась, а затем поспешно отвела взгляд, не в силах выдержать его взгляд. По всему телу вдруг пробежал холод, словно в груди застрял огромный кусок льда. Дышать стало тяжело, будто ей зажали рот и нос. Она крепко сжала ткань на груди. [Почему вообще из Ракаины должна прибыть делегация?] Эта мысль была единственным, что сейчас занимало её голову. [Между Сероифом и другими странами не существовало настолько тесных дипломатических отношений, чтобы постоянно обмениваться делегациями. Более того, после проведения национального праздника Сероифа не было никаких причин отправлять сюда ещё одну делегацию.] Поэтому её тревога была вполне естественной. [У них наверняка есть какая-то другая цель.] [И, возможно…] [Она как-то связана со мной.] [Неужели всё не закончилось на том, что меня просто выдали замуж?] Роэлин невольно вздрогнула. Её тело задрожало. [Она ведь думала, что наконец сбежала.] [Что теперь свободна.] [Но где-то глубоко внутри всё ещё жила боязнь того, что однажды за ней снова придут и силой увезут обратно во дворец Ракаины.] “Императрица, что с тобой вдруг такое? Кто-нибудь есть снаружи? Люси!” В этот момент её неожиданно обняли. Роэлин почувствовала исходившее от него тепло, а рядом тут же прозвучал встревоженный голос Кергеля. Она едва смогла разомкнуть губы, крепко обхватив себя руками. “Я…всё хорошо, Ваше Величество.” “Императрица.” “Правда, всё хорошо…Просто я немного удивилась. Вот и всё.” “Ты точно в порядке?” Несмотря на её заверения, Кергель не спешил отпускать её, словно всё ещё не мог позволить себе расслабиться. Роэлин несколько раз кивнула, пытаясь окончательно его успокоить. Только после этого он облегчённо выдохнул и жестом велел Люси, только что вошедшей в спальню, снова уйти. Когда дверь закрылась, Кергель ещё раз глубоко вздохнул и наконец отпустил её. “Наверное, ты всё ещё плохо себя чувствуешь. Тебе стоит ещё немного отдохнуть.” “Всё хорошо…Вы ведь ещё хотели меня о чём-то спросить.” Роэлин растерялась, когда он попытался снова уложить её, но тут же вспомнила его слова и вместо этого сама задала вопрос. Кергель недовольно свёл брови, словно его что-то раздражало, а затем немного смущённо произнёс: “Это…Я сам особо не переживаю по этому поводу. Но Хайнес слишком дотошный, поэтому беспокоится.” “…?” “Он опасается, что перед делегацией Ракаины ты можешь случайно сказать что-нибудь лишнее. Например…что у нас ещё не было первой брачной ночи.” “О…” Роэлин внимательно слушала Кергеля и лишь спустя мгновение поняла, что именно он сказал. Её лицо тут же залилось краской. Кергель, смотревший прямо на неё, тоже почувствовал неловкость. Его уши слегка покраснели, и он отвёл взгляд, продолжив: “Я уверен, что ты не станешь говорить о таких вещах без причины. Но всё же…когда встретишь людей из своей родной страны, ты можешь невольно упомянуть об этом, если будешь слишком рада встрече.” Роэлин почувствовала, как жар в её щеках постепенно отступает. Страх и тревога, которые ещё мгновение назад полностью захватили её, на некоторое время отступили под натиском совершенно другого чувства - неловкости от слов “первая брачная ночь”. Вскоре вновь раздался голос Кергеля: “Надеюсь, я не сказал ничего неприятного.” “Я совсем не обиделась, Ваше Величество. И вам не о чем беспокоиться. Я не стану говорить необдуманные вещи.” Она ненадолго опустила глаза, всё ещё слегка краснея. Затем медленно подняла взгляд и прямо посмотрела на него. “Такого никогда не случится.” Роэлин повторила это ещё раз, уже совершенно твёрдо. [Как я вообще могла бы так поступить? Разве что сошла бы с ума.] [Само известие о прибытии делегации Ракаины заставляло её сердце бешено колотиться и одновременно вызывало неприятное, почти отталкивающее чувство.] [Но остановить их она всё равно не могла.] [Наоборот, ей необходимо было заранее подготовиться к встрече и снова сыграть роль “Эриты”.] От одной мысли об этом у неё снова разболелась голова. Роэлин больше ни о чём не хотела думать. Жар всё ещё не спадал, а голова становилась всё тяжелее и кружилась всё сильнее. “Я рад, что ты так уверена.” Заметив, насколько сильно побледнела Роэлин, Кергель поспешно поднялся со стула. “Ты всё ещё очень бледная. Ложись и ещё немного отдохни. Я и так слишком долго не давал тебе покоя.” Роэлин тоже попыталась подняться. Кергель тут же положил руку ей на плечо и мягко остановил. “Просто лежи. Ах, и ещё…насчёт того раза…” “…?” Роэлин широко раскрыла глаза и посмотрела на него. Кергель замялся. Но вскоре лишь покачал головой. “Нет. Ничего.” Он хотел попросить её ещё кое о чём. [Когда они в прошлый раз покидали дворец, она видела его способности и волков.] [Ему хотелось попросить её никому не рассказывать об этом.] [В конце концов, сейчас для него не было ничего важнее этой тайны.] [Если бы Хайнес узнал об этом, он, наверное, вообще попытался бы не допустить встречи Эриты с делегацией Ракаины.] [Эрита не знала всех подробностей, связанных с тайной “племени волков”.] [Но было очевидно, что она своими глазами видела его способности и наверняка задавалась множеством вопросов.] [И всё же Кергель почему-то не хотел возвращаться к событиям того дня.] [Он не хотел, чтобы эта женщина стала смотреть на него иначе.] [Я не хочу, чтобы она видела во мне кого-то другого…] ---------- Кто же настоящая невеста? (5) “Тогда я пойду. А ты тоже отдохни.” “Благодарю вас за заботу, Ваше Величество.” “Не за что благодарить…Но твое состояние…” Кергелю было неловко слышать от Роэлин слова благодарности, поэтому он ответил сухо, а затем вдруг хотел сменить тему, вспомнив о том, что давно не давало ему покоя. Но, едва он начал говорить, Роэлин широко распахнула глаза и посмотрела на него. “С каких пор…” Он так и не закончил вопрос. Замолчав, Кергель покачал головой и вновь заговорил: “Нет, ничего. Увидимся позже.” [С каких пор её здоровье настолько ухудшилось? Почему её тело оказалось таким слабым? И почему в Ракаине она сама не знала, насколько плохо себя чувствует?] [Он слышал, что она была Королевской дочерью, которую любили и растили в достатке, окружая заботой. Так почему же её состояние оказалось настолько плачевным?] [И почему она вовсе не обрадовалась, услышав о неожиданном прибытии делегации?] Именно об этом Кергель хотел её спросить. Однако все вопросы он проглотил, так и не решившись произнести их вслух, и вышел из спальни. [Неудивительно, что ему казалось, торопиться с расспросами не стоит.] [Нет…Он просто боялся задать вопрос, потому что чувствовал: в ответ может услышать нечто совершенно неожиданное.] [Я во многом веду себя как трус.] Кергель невесело усмехнулся, ощущая жалость к самому себе. У дверей спальни его уже ждала Люси. Она медленно подошла к нему, а Кергель тут же скрыл свои эмоции и обратился к ней: “Люси, уделяй здоровью Императрицы особое внимание.” “Да, Ваше Величество.” “И скажи остальным служанкам, чтобы тоже относились к ней ещё внимательнее.” “Я обязательно это учту.” Люси склонилась в поклоне, сложив руки перед собой. Стоявшая за ней Силлоа тоже почтительно поклонилась. Кергель ещё раз посмотрел на закрытую дверь спальни. В его глазах промелькнула едва заметная тревога, смешанная с вопросом, на который он пока не находил ответа. *** “Будьте осторожнее, когда пойдёте к Императору.” “Я знаю, граф Макгри. Сколько раз вы собираетесь это повторять? Я уже не ребёнок.” Кареглазая женщина резко ответила на замечание графа Макгри. Она была одета как сопровождающая делегацию Ракаина служанка, поэтому подобным тоном разговаривать с графом ей, разумеется, не полагалось. Однако ни сама женщина в наряде служанки, ни граф Макгри, который вновь прибыл в Сероиф в качестве руководителя нынешней делегации, не придавали этому значения. “Я говорю это потому, что если личность принцессы раскроется, это может обернуться серьёзной дипломатической проблемой. Поэтому прошу вас не “сердиться” и всё же помнить об этом.” Граф Макгри произнёс это как можно вежливее, едва сдерживая раздражение, кипевшее внутри. [Женщина перед ним была самой Эритой - Королевской дочерью.] [Настоящей Эритой, а не той самозванкой, которая теперь носила титул Императрицы Сероифской Империи.] Граф нахмурился. Головная боль, мучившая его словно хронический недуг, не покидала его даже здесь, в Сероифе. [Если подумать, ситуация была просто невероятной.] [Они обманули Империю, отправив вместо настоящей принцессы фальшивку. А теперь настоящая принцесса совершенно спокойно вернулась в столицу Сероифа.] [Если Император Сероифа узнает правду, конец будет не только мне. Погибнет и весь Ракаин.] [Почему же Его Величество не настоял на своём и не сломил упрямство этой принцессы? Зачем он вообще отправил незапланированную делегацию в Сероиф?] Граф мысленно цокнул языком, совершенно не понимая замыслов Короля. [Как бы тщательно Эриту ни переодевали и как бы хорошо она ни изображала обычную служанку, если её личность раскроется, последствия наступят мгновенно, и последствия были настолько ужасны, что граф предпочитал даже не представлять их.] [Возможно, он решил, что, сделав это ради своенравной принцессы, сможет наконец угодить ей и заставить перестать создавать проблемы.] [С характером Королевской дочери она никогда не смогла бы спокойно жить и умереть в вилле, оставленной ей Королём.] [Для девушки, привыкшей к роскоши Королевского дворца, тихая жизнь на окраине столицы в старой вилле наверняка казалась невыносимой.] [Но почему я вообще должен разгребать все эти неприятности?] Граф Макгри снова мысленно цокнул языком и раздражённо вздохнул. В этот момент в дверь постучали. “Граф, из Императорского дворца наконец прибыл человек.” Один из сопровождающих сообщил это из-за двери. “Знаю.” - коротко ответил граф. Затем он повернулся к Эритe, которая как раз закончила приводить себя в порядок. В её глазах на мгновение вспыхнул жадный блеск. “Пойдём…Посмотрим, действительно ли он настолько ужасен, как говорят.” Эрита улыбнулась, приподняв уголки губ, и в последний раз поправила свой парик. Под слоем тяжёлого макияжа её голубые глаза снова ярко блеснули. *** “Король был глубоко опечален тем, что не смог присутствовать на свадьбе своей единственной сестры. Поэтому он отправил меня сюда вместе с подарком и запоздалым поздравлением…” “Благодарю вас. Императрица будет рада.” Кергель задумчиво ответил, выслушав графа Макгри. Тот осторожно продолжил: “Но где же Императрица? Я хотел бы лично поприветствовать её и передать поздравления.” “Я попросил её не приходить, поскольку она сейчас неважно себя чувствует. А если речь идёт о подарке, можете позже поручить своим слугам доставить его в Императорский дворец.” “…Да, пожалуй, позже.” “Не могу поверить, что Императрица совсем плохо себя чувствует. В таком случае, граф, разве нам не стоит хотя бы иногда навещать её?” Чёткий женский голос внезапно раздался из-за спины делегации. Граф Макгри мгновенно застыл. “…?” Одновременно Кергель, сидевший вполоборота, нахмурился и поднял взгляд. Сначала он посмотрел на графа, затем перевёл глаза ему за спину, пытаясь понять, кому принадлежал этот неожиданный голос. Там стояла женщина с каштановыми волосами и тёмным макияжем. Она прямо смотрела на Кергеля, не опуская головы. Держалась она крайне дерзко, почти вызывающе. ---------- Кто же настоящая невеста? (6) Когда один из чиновников Сероифа с неодобрением посмотрел на женщину, явно намереваясь сделать ей замечание за подобное поведение, Кергель поднял руку, останавливая его. Женщина лишь слегка приподняла уголки губ и мягким голосом продолжила: “Наверное, очень тяжело болеть в полном одиночестве, находясь в чужой стране. Поэтому, если в такое время рядом с Императрицей окажутся люди из её родной страны, это наверняка поможет ей быстрее поправиться…Надеюсь, Ваше Величество проявит великодушие.” “В чужой стране?” Кергель усмехнулся, а затем холодно произнёс: “В одиночестве, говоришь?” Его настроение изменилось в одно мгновение. Казалось, холод, исходящий от него, вот-вот заморозит всё вокруг. Женщина тоже напряглась. [Теперь она уже не могла понять, в какой момент позволила себе расслабиться настолько, чтобы говорить с Императором так смело.] Тук. Тук. Кергель неторопливо постукивал кончиками пальцев по подлокотнику. В зале стояла абсолютная тишина. Слышался лишь этот размеренный стук. Нет…Казалось, никто здесь вообще не осмеливался издать ни единого лишнего звука. От прежней ленивой расслабленности Императора не осталось и следа. Перед ними вновь предстал настоящий правитель Сероифа - холодный, тяжёлый взгляд которого словно безмолвно говорил: [Я здесь.] “Похоже, делегация Ракаины кое в чём заблуждается.” После долгого молчания Кергель наконец заговорил. Его золотой глаз впился в женщину с хищной пристальностью зверя. Она невольно отступила на шаг и опустила взгляд. Кергель ещё некоторое время молча смотрел на неё, а затем медленно продолжил: “В какой стране находится ваша принцесса?” “…!” “Здесь есть только Императрица Сероифа. И долго вы ещё собираетесь называть её принцессой Ракаины?” Он говорил спокойно, но каждое слово звучало как приказ. “Её страна больше не Ракаина. Здесь, в Сероифе, находится её страна. Её собственная страна, которой она теперь “правит и которую принимает под своё покровительство”.” “Что ж, даже если так…нельзя же всего несколькими словами заставить человека забыть страну, в которой он родился.” Граф Макгри вмешался, услышав эти слова. [Причиной тому был настойчивый взгляд Эриты, которая всё это время буквально требовала от него сказать хоть что-нибудь.] Однако Кергель лишь усмехнулся на возражение графа. Затем вновь посмотрел ему прямо в глаза и твёрдо произнёс: “Но прежде всего она полностью принадлежит мне.” Голос Кергелля звучал непоколебимо. В его словах отчётливо чувствовалось собственническое отношение, словно он не допускал даже мысли о том, что кто-то ещё может претендовать на Роэлин. Граф больше ничего не смог ответить. Ему оставалось лишь неловко улыбнуться. А Эритта, скрывавшаяся под обликом женщины с каштановыми волосами, сжала губы и крепко стиснула руки. [Он был моим мужчиной! Моим!] [Эта глубокая собственническая привязанность…этот великолепный трон Императрицы всей Империи - всё это должно принадлежать мне!] [А эта ничтожная девчонка посмела захотеть того, что по праву принадлежит мне, и даже украла это у меня!] Её голубые глаза были полны ревности и ненависти. Эрита словно совершенно забыла, что именно она и Ленофф когда-то приказали Роэлин стать “невестой чудовища”. Теперь же она беззастенчиво изображала из себя жертву, будто именно Роэлин отняла у неё законное место. [Ты ещё увидишь.] [Неужели ты действительно осмеливаешься обладать всем этим ради такой дряни, как она?] После окончания встречи Эрита вместе с делегацией уже собиралась уйти, но внезапно обернулась и ещё раз посмотрела на Императора. Слегка растрёпанные чёрные волосы. Золотые глаза, напоминающие глаза дикого зверя. [От этого Кергель выглядел ещё более необузданным.] [Он не был “варваром”. Скорее, в нём ощущалась какая-то первобытная дикость, именно за это Эрита не раз насмешливо отзывалась о Сероифе и его жителях.] [Ничего подобного среди аристократов Ракаины она никогда не встречала.] [Если сравнить Кергелля с мужчинами из Ракаины, которые тщательно следили за своей внешностью и изо всех сил старались продемонстрировать изысканность, те казались рядом с ним всего лишь павлинами, распускающими хвосты напоказ.] [Возможно, именно поэтому Эрите даже нравилось внутреннее убранство дворца Сероифа.] [В отличие от роскошного дворца Ракаины, здесь почти не было привычных декоративных излишеств.] Эрита оглядела зал и тихо пробормотала себе под нос: “Вот увидишь.” “Я обязательно всё исправлю.” “Я верну себе всё, что принадлежит мне, и снова стану настоящей хозяйкой этого места.” Окинув зал последним взглядом, Эрита вновь повернулась вперёд и двинулась дальше. Вскоре она исчезла среди членов делегации. *** “В Ракаине вообще ничего не делают с расчётом на практичность. Одна только эта ручка с пером чего стоит! Ещё несколько раз ей воспользуешься, и она наверняка сломается. А зачем они вообще украсили её драгоценностями?” Силлоа продолжала ворчать, но, заметив взгляд Люси, тут же замолчала. Она поспешно поклонилась Роэлин. “Простите, Императрица. Я вовсе не хотела оскорбить Империю Ракаину. Прошу прощения…” “Ты не сказала ничего неправильного. Изначально эту вещь ведь делали не для практического использования.” “Тогда зачем вообще её изготовили?” Силлоа уже забыла, что только что получила замечание от Люси, и с недоумением посмотрела на Роэлин. Роэлин мрачно разглядывала подарки, которые привезла делегация Ракаины, а затем повернулась к Силлоа и ответила: “Я бы сказала, что главная цель - продемонстрировать своё богатство.” “Показать своё богатство?” “Да. Они хотят продемонстрировать, что обладают чем-то более дорогим и ценным, чем другие. Ради удовлетворения собственной гордости они готовы без колебаний тратить деньги даже на совершенно бессмысленные и нелепо дорогие вещи.” [Деньги, которых простому человеку могло бы хватить на несколько лет ежедневной еды, аристократы Ракаины без малейшего сожаления тратили на такую перьевую ручку.] Роэлин горько усмехнулась, глядя на ручку в руках Силлоа. [Впрочем, ей вовсе не нужно было сравнивать подобную роскошь с жизнью простых людей.] [Она прекрасно понимала, насколько всё это было расточительно, даже исходя из собственного опыта.] [Годового бюджета Отдельного дворца, в котором она когда-то жила в Ракаине, не хватило бы даже на одну такую ручку.] “А как насчёт остальных подарков?” Лёгкая насмешливая улыбка медленно исчезла с губ Роэлин. Она посмотрела на многочисленные подарочные коробки, затем повернула голову к Люси и спросила: “Эти подарки ведь прибыли для меня. Значит, я могу распоряжаться ими как захочу?” “Конечно, Императрица.” Люси ответила и почтительно присела в реверансе. Роэлин снова посмотрела на неё. “Тогда я могу выбросить всё это?” “…Что?” ---------- Кто же настоящая невеста? (7) Спокойное выражение лица Люси на мгновение дрогнуло. Однако Роэлин, по-прежнему невозмутимо глядя на неё, повторила: “Просто мне сложно понять практическую ценность этих вещей. Поэтому я предпочла бы избавиться от них и распорядиться ими иначе.” “Что? Нет, так нельзя!” Люси, впервые потеряв привычное самообладание, взволнованно повысила голос. “Как мы можем выбросить вещи, принадлежащие Императрице, и использовать их для каких-то других целей? Мы ни за что не можем так поступить. Если вам чего-то не хватает в бюджете…” “Нет, Люси. Мне совершенно ни в чём не приходится нуждаться. Я знаю, что ты выделила для Отдельного дворца щедрый бюджет.” [Насколько помнила Роэлин, выделяемая Отдельному дворцу сумма практически не менялась. Да и даже если бы денег вдруг не хватило, ей никогда не пришлось бы продавать какие-либо вещи, чтобы покрыть расходы.] “Просто…я подумала, что лучше потратить эти вещи на что-то действительно полезное, чем хранить у себя совершенно ненужные предметы.” “Но, Императрица…” “Я не хочу, чтобы они оставались во дворце. Я хочу, чтобы их использовали за его пределами.” “Что вы имеете в виду?” “Я хочу отдать их детям, которые растут без родителей, а также пожилым людям, которым некому помочь, когда они болеют.” Роэлин говорила искренне, от всего сердца. “Конечно, Его Величество не оставляет их без внимания. Уверена, Королевская семья уже проводит различные меры поддержки для таких людей. Но наверняка существуют места, до которых наши глаза и руки всё ещё не могут дотянуться. Я хотела бы хоть чем-нибудь помочь тем, кто там находится.” Люси молча слушала её, не произнося ни слова. Даже Силлоа, которая до этого без умолку рассуждала, разглядывая подарки, теперь притихла. “Но ведь эти подарки присланы из вашей родной страны…” - наконец сказала Люси. “Может быть, хотя бы некоторые из них вы оставите себе, а остальные “выбросим”?” Люси ненадолго замолчала, а затем снова заговорила. Но Роэлин лишь покачала головой и слегка усмехнулась. “Нет. Избавься от всего.” “Что? Но…” “В них нет для меня никакой особой ценности. Ты сама всё поймёшь, когда посмотришь на них. Это всего лишь роскошь ради роскоши.” Роэлин скользнула взглядом по груде подарков. В её голубых глазах не осталось ни малейшего сожаления или жадности. Она не испытывала никакого желания оставить хоть что-нибудь себе. “Тогда я поступлю так, как вы приказали, Императрица.” Люси глубоко поклонилась, после чего позвала Силлоа и ещё нескольких служанок и отдала им распоряжения. Девушки принялись разбирать целую гору подарочных коробок. Роэлин некоторое время наблюдала за ними, затем поднялась со своего места и направилась в спальню. “Вам всё ещё нездоровится?” Люси обеспокоенно последовала за ней. Роэлин действительно несколько дней чувствовала себя плохо и только недавно пришла в себя после болезни. Она улыбнулась и покачала головой. “Нет. Просто немного устала.” “Тогда, может быть, позвать врача?” “Не нужно. Думаю, мне просто стоит немного отдохнуть.” Люси всё ещё выглядела обеспокоенной, но всё же вышла из спальни. Когда дверь закрылась и Роэлин осталась одна, она обхватила себя руками и свернулась калачиком. Ей было холодно. [Подарки, привезённые делегацией Ракаины, были великолепными и роскошными, настолько, что раньше ей никогда не доводилось владеть чем-либо подобным.] Но стоило ей открыть очередную коробку, как по телу пробегал холод, а к горлу подступала тошнота. [Она совершенно не понимала, зачем они снова прибыли в Сероиф под видом “делегации”, привезя с собой всё это богатство.] И от неизвестности её охватывал страх. [Должна быть какая-то причина.] [Зачем дарить ей всё это, если она всего лишь подставная невеста и самозванка?] [Неужели они проделали столь долгий путь через суровые горы Самальты лишь ради того, чтобы преподнести ей подарки?] [Зачем они вообще сюда приехали?] Роэлин всё сильнее нервничала и невольно прикусила губу. И именно в этот момент за окном вдруг поднялся шум. “Как вы можете быть настолько жестокими?! Мы прибыли из родной страны Императрицы! Мы приехали сюда, чтобы передать ей любовь и заботу нашего Короля, её родного брата, а также её собственной матери! Почему же вы не позволяете мне встретиться с ней?!” Голос был настолько громким, что Роэлин отчётливо слышала каждое слово, словно мужчина кричал прямо у неё под дверью. Её лицо мгновенно застыло. [Этот голос она знала.] [Это был вовсе не голос случайного человека.] Она тут же почувствовала раздражение на саму себя за то, что так хорошо запомнила характерный акцент графа Макгри. [Значит, в этот раз он тоже возглавляет делегацию.] [Лишь немногие люди знали, кто они на самом деле.] [Поэтому, вероятно, у Ракаины практически не было выбора, кроме как вновь поручить представлять делегацию именно тем, кто был посвящён в правду.] Роэлин медленно потянула за шнурок возле кровати. Через мгновение дверь спальни распахнулась, и в комнату вошла Силлоа с обеспокоенным выражением лица. “Вы звали, Императрица?” “Что происходит снаружи? Во дворце поднялся довольно сильный шум.” “Дело в том, что представитель делегации Ракаины требует встречи с вами…” “Насколько я знаю, Его Величество уже отказал им.” Роэлин слегка нахмурилась. “Именно поэтому мне и не пришлось присутствовать на сегодняшней официальной встрече.” Из-за слабого здоровья Кергель заранее сказал ей, что она не обязана присутствовать на переговорах с делегацией Ракаины. Роэлин и сама была рада этому, поэтому не стала принимать участия во встрече. [Подарки, которые привезли с собой представители Ракаины, также передали ей через слуг, не устраивая никаких дополнительных церемоний.] [Но теперь они не только явились прямо к Отдельному дворцу Императрицы, но ещё и устроили здесь такой неслыханный переполох.] Роэлин снова нахмурилась. [Что же им от неё нужно?] ---------- Кто же настоящая невеста? (8) “Где Люси?” Роэлин нахмурилась и снова посмотрела на Силлоа. Та немного замешкалась, прежде чем ответить: “Она пытается уладить ситуацию с делегацией внизу.” “…Я заставляю её страдать совершенно без причины.” Роэлин тяжело вздохнула и заставила себя дышать медленнее. Однако она всё ещё не могла просто закрыть глаза на происходящее. Поэтому, немного успокоившись, Роэлин твёрдо произнесла: “Скажи ей, что я скоро встречусь с ними, Силлоа.” “Что? Э-э…но…Вы уверены?” Силлоа широко раскрыла глаза. Увидев её обеспокоенное выражение, Роэлин слегка улыбнулась. От этого ей самой стало немного спокойнее. “Конечно. Почему нет? Я ведь не собираюсь встречаться с кем-то, с кем мне запрещено видеться.” “…Да, это правда. В конце концов, они прибыли из вашей родной страны.” Силлоа неловко улыбнулась и уже собиралась уйти, чтобы передать Люси слова Императрицы. Глядя ей вслед, Роэлин постепенно перестала улыбаться. [Возможно, это были люди, которых она меньше всего хотела видеть.] [Но она не могла просто заявить, что отказывается с ними встречаться.] [Раз уж они всё-таки приехали, продолжать избегать их бесконечно было невозможно.] “Мне нужно переодеться.” “Да, Императрица. Я сейчас всё приготовлю.” Как только Роэлин это сказала, другая служанка, сидевшая за пределами спальни, тут же вошла внутрь. Роэлин некоторое время наблюдала за тем, как служанка хлопочет, готовя ей одежду, а затем медленно закрыла глаза. У неё разболелась голова, а к горлу снова подступила тошнота. Казалось, состояние, которое постепенно улучшалось, вновь начинало ухудшаться. Роэлин крепко сжала руки и глубоко вдохнула. *** “Приветствую вас, Императрица. Как вы поживали?” “Давно не виделись, граф Макгри.” Граф Макгри едва заметно дёрнул щекой. Он наконец понял, насколько сильно изменилось обращение Роэлин к нему по сравнению с их последней встречей. [Вероятно, он совершенно не ожидал увидеть подобную перемену в той, кого все считали подставной Королевской сестрой.] Роэлин с трудом сдержала усмешку. Она прекрасно видела, о чём сейчас думает граф. Но вместо этого лишь снова посмотрела на него совершенно бесстрастным взглядом. Между ними повисли странная тишина и напряжение. Силлоа с недоумением посмотрела то на одного, то на другую и уже собиралась заговорить: “Что касается чая…” “Чай уже подан. Все могут выйти.” Роэлин ответила прежде, чем Силлоа успела закончить фразу. Её слова о том, что подавать им даже напитки нет необходимости, фактически являлись оскорблением для представителя делегации, пришедшего на встречу с Императрицей. [С самого приезда в Сероиф неожиданное поведение Роэлин приводило в замешательство не только Силлоа, но даже Люси.] [Раньше Роэлин никогда не позволяла себе открыто возражать кому-либо.] Однако Люси быстро скрыла своё удивление и почтительно склонила голову. “Я вас поняла.” “Главная горничная?” Силлоа растерянно окликнула Люси, когда та повела её из гостиной. Роэлин была благодарна главной горничной за её опыт и выдержку. [Очевидно, Люси прекрасно понимала, что происходит, но не стала задавать вопросов и тем самым невольно помогла Роэлин сохранить достоинство Императрицы.] [Наверное, именно поэтому Роэлин было немного неловко перед ней.] [Ведь она и сама не могла дать ответ на те вопросы, которые наверняка возникали у Люси.] На мгновение в уголках губ Роэлин появилась горькая улыбка, но почти сразу исчезла. Она вновь посмотрела на графа безразличным взглядом, словно секунду назад на её лице вообще ничего не было. “Зачем вы хотели со мной встретиться?” “…Ха!” Граф усмехнулся. “Императрица…Нет, принцесса. Вы сейчас действительно делаете мне одолжение, согласившись на эту встречу?” “Я больше не принцесса Ракаины. Я Императрица Сероифа. Разве это не очевидно?” Лицо графа мгновенно покраснело, словно спокойные слова Роэлин стали для него тяжким оскорблением. И тут служанка, стоявшая за его спиной, внезапно сделала шаг вперёд и сняла с себя плащ. “Ты - Императрица Сероифа? Как ты смеешь?! Ты всего лишь брошенная самозванка из Отдельного дворца!” Безразличное выражение лица Роэлин тут же изменилось. Она отвела взгляд от графа Макгри и посмотрела на служанку. [До этого Роэлин практически не обращала на неё внимания, полагая, что это всего лишь одна из служанок графа, сопровождавшая его во время визита.] [Но…] “Давно не виделись, сестра.” Служанка, нет, Эрита, сняла каштановый парик и прямо посмотрела на Роэлин. В её голубых глазах отражалось собственное отражение Роэлин. “Как ты могла…” Роэлин в потрясении вскочила со своего места. Она совершенно не могла поверить в то, что происходило у неё перед глазами. Роэлин попыталась что-то сказать Эрите, но та стремительно подошла к ней. В следующее мгновение Эрита резко замахнулась. Хлёсткий удар пришёлся Роэлин по щеке. Хлоп! В ушах зазвенело, а всё вокруг на мгновение словно оглохло. Роэлин едва удержалась на ногах, вцепившись рукой в спинку кресла. “Что ты делаешь?” Она посмотрела на Эриту, даже не пытаясь пригладить растрёпанные после удара волосы. Но Эрита не ответила. Она снова замахнулась. Хлоп! На этот раз Роэлин, и без того с трудом державшаяся на ногах, потеряла равновесие и тяжело рухнула на пол. Эрита посмотрела на неё сверху вниз и усмехнулась. “Теперь мы наконец-то на одном уровне.” С этими словами она прошла к дивану, на котором ещё несколько мгновений назад сидела Роэлин, и спокойно заняла её место. Граф Макгри нахмурился, а затем поспешно направился следом за Эритой. Продолжение следует во втором томе ---------- Кто же настоящая невеста? (9) “…” Роэлин стиснула зубы и, опираясь руками о пол, с трудом поднялась. Её лицо побледнело, а на одной щеке уже проступала яркая краснота. Она посмотрела на Эриту и наконец спросила: “Что ты делаешь? Зачем вообще сюда приехала?” [Роэлин не могла понять, откуда у человека, который собственноручно отправил её в Сероиф вместо себя, хватило наглости проделать весь этот путь и теперь явиться сюда.] Она смотрела на свою сестру, чувствуя, как распухает ушибленная щека. Эрита тем временем глубже откинулась на спинку дивана и холодно посмотрела на Роэлин. В уголках её губ появилась насмешливая улыбка. “Ты, должно быть, очень довольна своей жизнью теперь, когда присвоила чужое место.” “…Что за чёрт?” “Ты действительно понятия не имеешь, что такое стыд? Если ты желаешь чужого и крадёшь то, что тебе не принадлежит, разве тебе не должно быть стыдно?” Эрита перебила Роэлин и без всяких сомнений переложила всю вину на неё. Роэлин же не могла поверить собственным ушам. Она совершенно не понимала, как её родная сестра-близнец может произносить подобные слова. Эрита снова поднялась со своего места и указала прямо на неё пальцем. “Ты. Именно ты - бесстыжая женщина, которая украла мужчину собственной сестры!” “Ч-Что?” Глаза Роэлин широко распахнулись. От потрясения её губы задрожали. “Эти слова…Ты сейчас действительно…” “Почему? Я сказала что-то неправильное? Всё именно так. Ты украла моё предложение, воспользовалась тем, что мы близнецы, обманула и мать, и брата, выдала себя за меня и в конце концов вышла за него замуж. И после этого ты всё ещё собираешься отрицать очевидное?” “…Как ты можешь такое говорить?” Роэлин с недоверием сжала губы. Ей потребовалось несколько мгновений, чтобы снова заговорить. Но Эрита, совершенно не смутившись, тут же продолжила: “Я собираюсь всё исправить. Немедленно верни мне моё место.” “Вернуть тебе?” “То место, которое ты сейчас занимаешь. Место Императрицы Сероифской Империи. Как ты вообще посмела решить, что оно тебе подходит? Неужели ты не знаешь своего места?” “…Это старший брат. Сам Король приказал мне приехать сюда вместо тебя.” Роэлин говорила медленно, сквозь стиснутые зубы. Эрита лишь усмехнулась и слегка склонила голову набок. “И что? Тебе не нравится? Теперь ты решила ослушаться меня?” “…Да. Я не хочу этого делать.” Ответ сорвался с губ Роэлин раньше, чем она успела его обдумать. Она сама удивилась собственным словам и от неожиданности прикусила внутреннюю сторону щеки. [Она никогда не думала, что осмелится сказать Эритe “нет”.] [Тем более прямо ей в лицо.] Но прежде чем разум успел остановить её, Роэлин уже отказалась подчиняться. Она продолжила, хотя голос слегка дрожал: “Нет…Дело не в этом. Это моя жизнь. Жизнь, которую выбрала я. И я больше не могу отказаться от неё только потому, что кто-то другой этого требует.” [Стать заменой безликому мужчине было мучительно.] [Но Роэлин всё равно подчинилась приказу, потому что хотела вырваться из похожего на тюрьму дворца Ракаины.] [Даже если та жизнь казалась безнадёжной, это всё равно была жизнь, которую она выбрала сама.] [Нет…] [Это была первая жизнь, которую она вообще когда-либо выбирала.] [С самого рождения её называли подделкой.] [Она была вынуждена жить так, словно сама давно умерла, оставаясь лишь тенью своей сестры-близнеца.] [У неё никогда не было собственной воли.] [Никогда не было права самостоятельно решать, чего она хочет.] [Но теперь всё изменилось.] [Пусть она и жила под именем Эриты, но эту жизнь проживала сама Роэлин.] [И теперь она не могла просто взять и выбросить её.] Роэлин покачала головой и отступила на шаг. Затем она протянула руку к колокольчику, чтобы позвать служанку, ожидавшую снаружи. Но в этот момент Эрита заговорила: “Правда?” Роэлин замерла. “Тогда что будет, если я раскрою этот секрет? Как, по-твоему, отреагирует Император?” “…!” “Если он узнает, что ты обманула его и выдавала себя за настоящую невесту…Разве это не будет выглядеть как чудовищное предательство?” Слова Эриты пронзили сердце Роэлин словно кинжал. [Вернее, она попала точно в самое больное место, в её чувство вины.] Роэлин и без того постоянно мучилась из-за того, что обманула Кергелля. Эрита заметила, как лицо сестры побледнело ещё сильнее, и тут же продолжила с воодушевлением, чувствуя, что одерживает верх: “Раздевайся.” “ …!” “Хотя…Наверное, тебе неловко раздеваться при графе. Тогда, граф, может, отвернётесь?” Граф Макгри до этого молча наблюдал за происходящим. Теперь он наконец заговорил: “Принцесса, вы хотите сказать, что собираетесь устроить…”подмену”?” “Конечно. Разве это не самый простой способ?” Эрита ответила совершенно спокойно. “Я возвращаю себе место Императрицы. А эта девушка станет служанкой, которая отправится вместе с вами обратно в Ракаину.” Граф растерянно усмехнулся и провёл обеими руками по лицу. [Теперь он окончательно понял, зачем Королевская дочь приехала сюда и каков был её настоящий замысел.] [Это одновременно поражало и приводило в замешательство.] Но вскоре граф вновь взял себя в руки. [Если Королевская дочь уже всё решила, остановить её он всё равно не сможет.] [В таком случае ему оставалось лишь безопасно совершить подмену и вернуться домой так, словно ничего не произошло.] [Вместе с этой самозваной принцессой.] [Чтобы тайна осталась в полной сохранности, настоящая Роэлин должна была исчезнуть из Сероифа.] Граф медленно посмотрел на неё и прищурился. “Что ты стоишь? Я сказала, чтобы ты разделась. Граф, отвернитесь. Она просто слишком стесняется.” “Ах, да…” Граф уже собирался выполнить приказ Эриты. Но прежде чем он успел отвернуться, раздался спокойный голос Роэлин: “Я не хочу.” Эрита посмотрела на графа Макгри, а затем перевела взгляд на Роэлин. Та стояла перед ней с совершенно бледным лицом. Но её голос оставался твёрдым. “Я не уйду.” “Что?” Эрита нахмурилась. “Ты хочешь ослушаться меня? Значит, тебе всё равно, узнает ли Император этот секрет?” “Я виновата в том, что обманула его.” Роэлин говорила тихо, но каждое слово звучало ясно. “Но я всё равно останусь рядом с ним до конца своих дней и буду искупать свою вину.” [И да.] [Она действительно собиралась это сделать.] Произнеся эти слова, Роэлин наконец поняла, что на самом деле чувствует. [Дело было не только в вине перед Кергелем.] [Она хотела провести рядом с ним всю оставшуюся жизнь.] [Это было не просто чувство симпатии.] [Нечто гораздо более сильное.] [Почти отчаянное.] [Почти жадное желание не потерять его.] [Любовь.] [Если это не любовь, то как ещё можно было назвать то, что она чувствовала?] ---------- Кто же настоящая невеста? (10) Роэлин чувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. Но пока они не пролились. [По крайней мере сейчас она не хотела показывать им ни единой слезинки.] [Я люблю тебя.] Роэлин хотелось сказать эти слова мужчине, которого сейчас не было рядом. [Она понимала, что после того, как обманула его, не имеет права произносить подобное.] [И всё же хотя бы один раз она хотела признаться ему в своих чувствах.] [Именно поэтому я больше не могу уйти отсюда.] [Она не хотела исчезать из его жизни, так и не признавшись ему в своих чувствах.] [Даже если её тайна раскроется.] [Даже если весь мир узнает о её грехе.] [Даже если люди начнут забрасывать её камнями.] [Даже если в конце концов ей придётся упасть к его ногам и умолять о прощении…] “Я не уйду. Так что можете просто возвращаться домой.” Роэлин сжала губы и снова потянулась к колокольчику. Лицо Эриты исказилось от ярости. Она прикусила ярко-красные губы и уже собиралась закричать изо всех сил: “Как ты смеешь?!” “Принцесса! Вас могут услышать снаружи!” Граф Макгри, до этого наблюдавший за происходящим, поспешно подошёл к Эрите и остановил её. Только тогда Эрита, всё ещё кипя от злости, заговорила тише: “И что мне теперь делать? Она посмела ослушаться меня, даже не понимая своего места!” “Предоставьте это мне.” Граф отпустил руку Королевской дочери. На его лице появилась неприятная, зловещая улыбка. “Я не люблю пользоваться этим средством, но…” Голос графа постепенно стал всё тише. Он достал из-за пазухи небольшой флакон. Это было снадобье, которым граф уже не раз пользовался для удовлетворения своих порочных желаний. Им он обычно подавлял сопротивление женщин, которые не желали подчиняться ему. Граф повернулся к Роэлин и навис над ней. Она даже не успела отступить. Макгри схватил её прежде, чем она смогла вырваться. “Что вы делаете?” Роэлин попыталась освободиться из его хватки. Но граф открыл маленький флакон и поднёс его прямо к её носу. В тот же миг Роэлин почувствовала, как тело перестало слушаться её. “У…” Язык словно онемел. Мышцы мгновенно оцепенели. Роэлин застыла, не в силах произнести ни звука. Она могла лишь беспомощно смотреть на графа и Эриту. “Что произошло, граф?” “Это вещество полностью парализует тело. Действует около суток.” Граф усмехнулся. “За это время…разве вы не сможете сделать всё, что захотите?” Лицо Эриты мгновенно просветлело. А вот глаза Роэлин наполнились отчаянием. Взгляд померк. [Нет! Я не хочу!] Роэлин отчаянно закричала внутри себя. Но ни единого звука не сорвалось с её губ. Никто не услышал её безмолвного крика. *** “…?” Кергель нахмурился и повернул голову к окну. Перед ним стоял Хайнеc и зачитывал очередной доклад, но, заметив реакцию Императора, остановился. “Что случилось, Ваше Величество?” “Мне показалось, что я что-то услышал.” “Я ничего не слышу. Более того, даже птиц вокруг почему-то не слышно.” Берт ответил, продолжая разбирать документы, лежавшие рядом с Кергелем. Кергель нахмурился ещё сильнее. Несколько мгновений он о чём-то размышлял, а затем поднялся со своего места и направился прямо к окну. “Нет. Я точно это слышал.” [Это исходило со стороны Императорского дворца.] [Вернее…] [Он услышал голос самой Императрицы.] [Но это было совершенно невозможно.] [Да, слух Кергелля значительно превосходил слух обычного человека, однако даже он не мог слышать голоса, доносящиеся из других дворцов.] [Значит, скорее всего, ему просто показалось.] [Обычная слуховая галлюцинация.] “Я не могу так.” Кергель ещё несколько мгновений смотрел в окно, а затем развернулся. “Император, куда вы вдруг собрались?” Хайнес и Берт ошеломлённо переглянулись. Но Кергель даже не ответил. Он просто вышел из кабинета. Он направлялся в Отдельный дворец Императрицы. Однако далеко уйти ему не удалось. Ещё до того, как он покинул Главный дворец, Кергель остановился. Перед ним оказалась Эрита, которая как раз собиралась войти в Главный дворец. “Ваше Величество.” “…” “Ваше Величество, куда вы направляетесь?” Эрита облегчённо улыбнулась. “Какое счастье, что мы встретились. Ещё немного, и мы бы разминулись.” На её лице была необычно яркая и жизнерадостная улыбка. [Она казалась гораздо веселее, чем обычно.] Кергель молча посмотрел на неё. “…Ты выглядишь довольно счастливой, Императрица.” “О, разве это так заметно?” Эрита слегка рассмеялась. “Наверное, всё из-за драгоценных подарков, которые я получила из Ракаины. Кроме того, граф Макгри, представляющий делегацию, тоже пришёл навестить меня. Я просто рада наконец увидеть людей из своей родной страны после столь долгого времени.” “…” Кергель продолжал молча смотреть на неё. “Поэтому я пришла сюда, потому что хотела поделиться своей радостью с вами. Но вы заняты?” Эрита улыбнулась ещё шире. “Я бы очень хотела прогуляться с вами.” Её голос звучал громче и оживлённее обычного. Но на лице Кергелля не было улыбки. Он лишь молча смотрел на неё. “…Ваше Величество?” Эрита слегка смутилась под его взглядом. “Почему вы так на меня смотрите? Мне даже неловко…” “Прогуляться…” Кергель прищурился. Уголок его губ едва заметно дёрнулся. “Хорошо.” Он кивнул так, словно ничего необычного не произошло. После этого Кергель развернулся и зашагал вперёд. Судя по направлению, он собирался отправиться в сад, расположенный во внутренней части дворца. “Ваше Величество! Подождите, давайте пойдём вместе!” Эрита быстро последовала за ним. “Почему вы идёте так быстро? Я едва успеваю за вами!” Она говорила капризным, почти жалобным тоном. Но Кергель даже не замедлил шага. Он прекрасно слышал её голос. И всё же продолжал идти вперёд, не оборачиваясь. “…” ---------- Кто же настоящая невеста? (11) Люси вскоре догнала их, слегка нахмурившись. Её явно задело то, что Император внезапно изменился и, не обращая никакого внимания на Императрицу, уверенно шёл впереди. “Что с Его Величеством? Он какой-то не такой, как обычно…Вам не кажется, главная горничная, что он слишком холоден? Он даже не пытается заботиться об Императрице. Неужели Его Величество уже успел от неё устать?” В этот момент Силлоа, вошедшая следом за Люси, тоже собиралась что-то сказать. “Силлоа, ты забыла, что я велела тебе следить за своим языком во дворце?” Люси, словно внезапно почувствовав себя застигнутой врасплох, без всякой видимой причины строго одёрнула Силлоа. Та надула губы, но вскоре лишь пожала плечами. Люси тяжело вздохнула и снова посмотрела вперёд. [Между Императором и Императрицей уже образовалось довольно большое расстояние. Пока она всего на мгновение остановилась, чтобы отчитать Силлоа, оно успело значительно увеличиться.] Люси тут же ускорила шаг. Силлоа и остальные служанки тоже поспешили за ней, прибавив ходу. Позади поднялась небольшая суматоха, но Кергель даже не обращал на неё внимания. [Нет, сейчас ему было слишком сложно думать хоть о чём-нибудь другом.] [Очевидно. Эта женщина - совершенно другой человек.] Кергель уже не сомневался в этом, хотя его мысли по-прежнему оставались спутанными. [Кто-то другой.] Он снова и снова беззвучно повторял эти слова про себя. [Он не понимал, что, чёрт возьми, происходит. И сколько бы ни пытался рассуждать логически, объяснить происходящее не получалось.] [Однако одно было ясно: женщина, которая сейчас тяжело дышала, стараясь не отставать от него, не была его настоящей спутницей - самой Эритой.] [Это было скорее инстинктивное ощущение, которое трудно выразить словами.] [Неужели во мне пробудилась способность распознавать свою спутницу?] [Но в записях никогда не упоминалось о том, что подобная способность может проявляться именно таким образом.] [Значит, это, скорее всего, было лишь его личным ощущением. Для него самого не существовало ни причины, ни какого-либо объяснения.] [В каком-то смысле эта мысль казалась совершенно абсурдной.] “…” Внезапно Кергель остановился. Однако Эритa не заметила этого и продолжила спешить за ним, пытаясь не отстать. В результате подол её платья обвился вокруг ноги, и она тут же упала. “Ой…” “Ваше Величество!” Эрита рухнула прямо перед глазами Кергеля. Но он даже не протянул ей руку. Лишь молча посмотрел сверху вниз. Даже когда служанки уже поспешили к ней на помощь, Кергель не сделал ни единого движения. “…” Он просто наблюдал за женщиной, которая выглядела в точности как Эрита, пока Люси и остальные помогали ей подняться. [Разумеется, его превосходное зрение и молниеносная реакция позволили бы ему схватить её ещё до того, как она успела бы упасть.] [Но Кергель просто не хотел этого делать.] [Какой смысл проявлять доброту к “самозванке”, которая явно притворяется моей спутницей?] [И всё же…] [Но сначала я разберусь, что здесь происходит.] [Обычно Кергель предпочитал действовать по собственному желанию и следовать первому порыву. Но сейчас требовалась осторожность.] [Прежде всего, как Император, он не мог позволить себе действовать необдуманно.] [Ведь то, что кто-то выдавал себя за его спутницу, не было проблемой, которую можно решить одним простым поступком.] [Иными словами, Императрицу Сероифа прямо во дворце успели “подменить”.] [Причём никто этого даже не заметил.] Кергель посмотрел на Люси, главную служанку, которая сейчас была занята тем, что проверяла, не повредила ли “самозванка” руку или ногу. “…Потрясающе.” Кергель невесело усмехнулся и пробормотал это настолько тихо, что никто его не услышал. [Как никто мог этого не заметить?] [Нет…] [Возможно, причина была в том, что они действительно выглядели очень похоже.] [Но разве никто не мог хотя бы заподозрить неладное?] [Ведь эта женщина во всём была настолько не похожа на Эриту…] “Ваше Величество…” Эрита подняла на Кергеля глаза, полные слёз. Она заговорила таким голосом и с таким выражением лица, что невозможно было не заметить, насколько искусно она изображает беспомощность. “Тебе больно? Ты не ушиблась?” “Как я могу не пострадать? Посмотрите. Вот такая у меня рана.” Эрита несколько раз повторила это дрожащим, плаксивым голосом, выставляя ладони прямо перед глазами Кергеля. [Если кто-нибудь услышит её, подумает, будто она получила серьёзную травму.] Кергель совершенно спокойно посмотрел на покрасневшую ладонь. [Называть раной несколько капель крови было просто смешно.] [Хотя…] [Если бы перед ним действительно была настоящая Эрита, всё могло бы быть иначе.] “Я позову врача и велю обработать рану. Думаю, на этом нашу прогулку придётся закончить. В таком состоянии продолжать прогулку будет невозможно.” “Что? Нет, я…Это совсем не так…” Эрита запнулась, услышав слова Кергеля. Но прежде чем она успела договорить, он уже отвернулся. “Ваше Величество!” “Ох, мой господин…почему?” До её слуха донеслись тихие перешёптывания служанок. Эрита крепко сжала губы и устремила взгляд в спину мужчины, который просто продолжал удаляться от неё. “Ваше Величество…” Люси уже собиралась окликнуть Императора, но внезапно замолчала. [Почему-то взгляд Эриты показался ей необычайно острым.] [Наверное, мне показалось. Да, это всего лишь моё воображение.] Люси покачала головой, убеждая себя, что ошиблась. [Она никогда не допускала мысли, что перед ней может находиться кто-то другой.] [Поэтому вполне естественно, что сейчас она тоже решила, будто ей всё это просто привиделось.] ---------- Кто же настоящая невеста? (12) *** “Всё готово.” Обработав ладонь Эриты, врач осторожно наложил повязку и почтительно склонил голову. Эрита некоторое время нервно покусывала губы, а затем тревожно спросила: “Шрама ведь не останется?” “…Что? Ах, конечно. Такая лёгкая царапина обязательно заживет, не оставив и следа…” Врач ответил, даже не успев осознать, о чём именно она спрашивает. Но, заметив её встревоженное лицо, тут же смутился и поспешно склонил голову. Однако Эрита даже не стала дожидаться его объяснений и тут же возмущённо перебила: “Что значит “лёгкая царапина”?! Как можно так небрежно относиться к ране на теле Императрицы?” “П-Простите, Императрица. Я вовсе не это имел в виду…” Врач несколько раз поклонился, выслушивая её резкие слова. Ему даже стало неловко от её недовольства и капризного выражения лица. [К тому же он впервые видел, чтобы Императрица настолько остро реагировала на такую незначительную царапину, и от этого его замешательство лишь усилилось.] [Несмотря на то что из-за костного заболевания её тело и без того было очень слабым, раньше она никогда не позволяла подобным вещам отражаться у неё на лице…] [Неужели сегодня она чувствует себя хуже обычного?] [Возможно, именно поэтому она стала такой чувствительной.] Врач попытался таким образом объяснить себе непривычное поведение Императрицы. [Но…всё же странно. Разве её тело действительно могло настолько сильно восстановиться?] Врач выглядел крайне озадаченным. [Некоторое время назад, когда он обрабатывал рану Императрицы, обнаружилось нечто совершенно неожиданное.] [В отличие от прошлого раза, на этот раз он заодно проверил и её общее физическое состояние.] “Хорошо, можешь уходить. А ты…” [Как же её звали?] Эрита слегка нахмурилась и посмотрела на служанку, которая всё это время молча стояла рядом. [Имя этой девушки она когда-то слышала, но уже успела забыть.] [Служанка она или даже главная служанка, какая разница? Зачем ей вообще запоминать имена каких-то ничтожных людей?] [В конце концов, даже имён всех служанок в Ракаине она не помнила.] “Да, Императрица.” Люси почтительно поклонилась в ответ на её обращение. Эрита, словно почувствовав себя немного лучше, смягчила выражение лица и продолжила: “Приведи сюда графа Макгри.” “…Графа Макгри?” “Да. Графа Макгри, который возглавлял нашу делегацию.” Не только Люси, Силлоа и весь персонал дворца, услышав слова Эриты, мгновенно изменились в лице. Одно-единственное слово - “нашу”, которым она назвала Ракаину, глубоко задело их. Однако сама Эрита даже не заметила своей ошибки. [Впрочем, даже если бы заметила, с её характером она вряд ли сочла бы это чем-то важным.] “…Да, Императрица.” “Тогда все выйдите. Я хочу побыть одна. У меня болит голова, потому что я только что поранила руку.” [Как вообще небольшая царапина на ладони связана с головной болью?] Силлоа едва не задала этот вопрос вслух, но вовремя проглотила его. Она вместе с Люси и врачом вышла из комнаты. Однако перед тем как закрыть дверь, Силлоа невольно оглянулась на Эриту ещё раз, озадаченно склонив голову. Эрита, казалось, совершенно не замечала этого странного взгляда. Она выглядела раздражённой и, едва дверь за всеми закрылась, тут же недовольно пробормотала: “И что здесь такого вежливого? Я вообще не заметила ни капли учтивости. И кто ещё после этого варвар и невежа? Не могу поверить…” Эрита вспомнила мужчину, который отнёсся к ней так безразлично… [Нет, это было даже не безразличие. Он был по-настоящему холоден.] От этой мысли её раздражённое лицо вдруг слегка покраснело. “…Хотя он действительно красив. Кто вообще распустил слухи, что он чудовище? Если бы я знала, что он такой, то никогда не отправила бы туда ту девчонку.” В её голубых глазах мгновенно вспыхнула жадность. [Императрица Сероифской Империи.] [Её раздражало лишь то, что она сама на некоторое время уступила своё положение другой девушке.] “Да. Пусть он грубый и холодный, но таким мужчиной всё равно будет легко управлять по-моему.” [Совсем скоро он будет полностью подчиняться её воле.] Эрита улыбнулась, приподняв уголки губ, затем снова оглядела комнату и нахмурилась. “Кстати, почему покои Императрицы такие убогие? Хотя чего ещё ожидать от той ничтожной девчонки? Она ведь даже не знала, как нужно обставлять комнату. Здесь одни эти…нецивилизованные вертикальные линии. Смотреть совершенно не на что. Нет, я велю главной служанке пригласить сюда лучших торговцев со всего континента.” Эрита ещё раз оглядела комнату и уже начала мысленно менять её в соответствии со своим вкусом. Её глаза сияли предвкушением того, чем она совсем скоро сможет здесь наслаждаться. *** “Вы звали, Императрица?” Граф Макгри вежливо поклонился, едва Люси проводила его внутрь. Эрита кивнула ему, а затем прямо обратилась к Люси: “Можешь идти.” “…Вам принести чаю?” “Не нужно. Можешь уходить.” Услышав повторный приказ, Люси невольно нахмурилась. [Почему-то ей вдруг показалось, будто она здесь вовсе не служанка, а незваная гостья.] ---------- Кто же настоящая невеста? (13) Однако Люси никак не показала своих чувств и лишь почтительно поклонилась. Она уже собиралась выйти из комнаты, когда Эрита внезапно окликнула её: “Ах да! И приведи сюда торговцев. Всех сразу, и как можно скорее.” “…Что?” “Позови всех торговцев из Ракаины, а также крупных торговцев Сероифской Империи.” “Но зачем вдруг понадобились торговцы?” “Если тебе отдают приказ, просто выполняй. Зачем задавать вопросы? Я собираюсь полностью изменить эти покои. Я больше не могу здесь оставаться, всё выглядит настолько безвкусно. Я просто не выдерживаю.” Эрита холодно отрезала Люси, а затем презрительно оглядела комнату. “Всё прямо как в какой-нибудь отсталой варварской стране…” “Ох, нет, Императрица!” Граф Макгри поспешно остановил Эриту, побледнев от её неосторожных слов. Та лишь посмотрела на него так, словно вообще не сказала ничего предосудительного. Однако укоризненный взгляд графа всё же заставил её вновь обратиться к Люси: “Я вовсе не хотела сказать ничего плохого. Просто эти покои совершенно не соответствуют моему вкусу, понятно? Так что поторопись и позови торговцев. И вообще, разве не удивительно, что я до сих пор всё это терпела?” “…Я исполню ваш приказ.” Люси ответила с суровым выражением лица. Тепло окончательно исчезло из её взгляда, когда она посмотрела на Эриту. Вместо него там остались лишь растерянность, недоверие и…лёгкое чувство предательства. Но Люси ничего больше не сказала и молча покинула комнату. И только когда дверь за ней закрылась, Эрита поспешно спросила графа Макгри: “Где сейчас эта девушка?” “В комнате, которую для неё подготовили во дворце. Она всё ещё не может даже закричать, лекарство до сих пор полностью сковывает её тело.” “Хорошо…” Эрита облегчённо выдохнула. “В любом случае я не хочу, чтобы меня увидели люди со стороны Сероифа. Не забывай, граф Макгри, что мы всё ещё находимся во дворце Сероифа.” Услышав её слова, граф Макгри слегка дёрнул уголком рта и ответил: “Разумеется. Но и вы, принцесса, не забывайте об осторожности. Вы зашли слишком далеко в присутствии главной служанки. А что, если кто-нибудь начнёт что-то подозревать?” “Граф Макгри, кажется, вы кое-что перепутали.” Эрита внезапно перебила его на полуслове. Она постукивала пальцами по подлокотнику кресла и холодно продолжила: “Что значит “принцесса”? Это вы забыли, разве нет? Как вы думаете, я всё ещё нахожусь здесь в качестве принцессы Ракаины?” “Ах…ну, я…” Граф Макгри растерялся из-за внезапно изменившегося тона Эриты и тут же попытался оправдаться. Но она даже не дала ему возможности договорить. “Императрица.” “…” “Вот как вы должны меня называть. Я всё это время была с вами вежлива, поэтому вы, должно быть, просто ошиблись.” Эрита усмехнулась и холодно посмотрела на него. Граф Макгри встретился с этим ледяным взглядом и нервно сглотнул. [Королевская дочь, привыкшая в Ракаине делать всё исключительно по своей прихоти, теперь стала Императрицей Сероифской Империи.] [Насколько же сильнее стало её положение?] Только теперь граф Макгри наконец осознал это. [Как она и сказала, женщина перед ним больше не была Королевской дочерью Ракаины.] [Она была Императрицей Сероифа.] [А значит, именно здесь и сейчас могла решиться её судьба.] “…Простите, Императрица. Я не подумал. Прошу вас великодушно меня простить.” Граф Макгри склонил голову, прося прощения. Затем продолжил уже более виноватым тоном: “Я просто беспокоюсь о своей верности народу Ракаины и переживаю за вас, Императрица…” “Это совершенно лишнее беспокойство, граф Макгри. Кто вообще мог знать, что у Королевской дочери Ракаины есть близнец? Я ведь даже никогда не встречалась с Императором Сероифа. Так кто может заподозрить меня?” Эрита уверенно улыбнулась. “Что бы я ни делала и насколько бы ни отличалась от той девушки, никто ничего не заподозрит. Все просто решат, что моя натура внезапно изменилась.” Она говорила с полной уверенностью. Затем откинулась глубже в кресле и приподняла уголки губ. [Ей нравилось видеть, как граф Макгри склоняет перед ней голову.] [Он всегда был с ней почтителен, но при этом время от времени пытался наставлять её и указывать, что следует делать.] [Теперь между принцессой Ракаины и Императрицей Сероифа огромная разница.] [Поэтому, даже если она внезапно начнёт вести себя совершенно иначе, граф Макгри не посмеет ей возразить.] [Это сущая мелочь. То, что я действительно собираюсь получить, гораздо больше всего этого.] В глазах Эриты жадно блеснуло предвкушение. Граф Макгри, наблюдавший за ней с некоторым беспокойством, наконец осторожно заговорил: “Тогда, думаю, мне пора идти. Мне нужно проверить, всё ли в порядке с “принцессой”, которую мы спрятали там…” “Ах, да. Конечно, иди. Тебе ни в коем случае нельзя попадаться на глаза людям, пока ты окончательно не покинешь дворец.” Как только речь зашла о Роэлин, Эрита тут же согласно кивнула. Граф Макгри мгновенно почувствовал облегчение. [Наконец-то мне больше не придётся видеть эту невыносимую принцессу.] “…Императрица? О! Вам совсем не обязательно вставать.” Он недоумевал, зачем этой высокомерной Королевской дочери вообще провожать его. Но, увидев, что Эрита действительно собирается выйти вместе с ним до двери, граф удивлённо поднялся. “Давайте пойдем вместе.” “…Что?” “Я всё равно собиралась пойти к Его Величеству. Мы должны были прогуляться вместе, но я поранила руку и не смогла.” Эрита улыбнулась, произнося имя Императора настолько непринуждённо, словно они уже много лет были супругами. На мгновение лицо графа Макгри стало недовольным. Но почти сразу же его выражение вновь изменилось. ---------- Кто же настоящая невеста? (14) *** Тук. Тук. Тук. Не переставая, Кергель постукивал пальцами по столу, и этот монотонный звук разносился по всему кабинету. [Человек, особенно чувствительный к подобным звукам, наверняка давно бы не выдержал и что-нибудь сказал.] [Но сейчас никто не осмеливался его остановить.] [Хайнес, который был особенно чувствителен к подобным вещам, сегодня здесь не было.] Поэтому за Императором сейчас присматривал лишь главный советник, спокойно наблюдавший за ним с лёгкой улыбкой. “Что-нибудь вас беспокоит?” Но на этот раз он всё же не выдержал. Уловив тревогу, скрывавшуюся в монотонном постукивании Кергеля, он осторожно задал вопрос. “…Если тебе нужно спрятать что-то важное…нет, кого-то важного, где бы ты это спрятал?” Кергель поднял взгляд и неожиданно задал вопрос главному советнику, продолжая рассеянно смотреть куда-то поверх стола. На лице советника на мгновение мелькнуло сомнение, но он всё же ответил: “Наверное, я спрятал бы это там, где оно всегда оставалось бы в пределах моей досягаемости. Или в месте, которое полностью находилось бы под моей властью и куда никто другой не смог бы вмешаться.” “А если это место не может находиться под абсолютным контролем? Например, другая страна…” “…Делегация Ракаины что-то сделала?” Мягкое выражение лица советника мгновенно стало холодным. [Он всегда гордился тем, что знает обо всём происходящем как внутри дворца, так и за его пределами.] И теперь впервые задумался, не упустил ли он чего-нибудь. “Не совсем. Делегация остановилась во Внешнем дворце?” “Да, Ваше Величество.” “Отправь туда людей, которые умеют держать язык за зубами и хорошо замечают детали. Пусть внимательно следят за ними. Особенно за резиденцией того человека, который прибыл в качестве представителя делегации. И…не было ли каких-нибудь следов ещё одного человека? Маленькой, хрупкой женщины.” “…?” Выражение лица главного советника стало ещё более напряжённым. Услышав приказ искать следы какой-то женщины, он, похоже, понял его совершенно иначе. Кергель нерешительно махнул рукой, а затем с трудом произнёс: “Ты всё равно не поверишь тому, что я сейчас скажу.” “Я не совсем понимаю, о чём вы…” “Императрица исчезла.” Кергель просто ответил на его вопрос. Но для главного советника эти слова оказались настолько невероятными, что он никак не мог их осмыслить. “Что значит “Императрица исчезла”? Насколько мне известно, сейчас она находится во дворце и беседует наедине с представителем делегации Ракаины.” Советник невольно покачал головой. Он просто не мог поверить словам Кергеля. Тот лишь усмехнулся и повторил: “Женщина, которая сейчас находится наедине с главой делегации…не Императрица.” “…Что?” Советник широко раскрыл глаза, окончательно потеряв самообладание. Кергель заметил недоверие на его лице и тут же рассмеялся. “Вот видишь. Я же говорил, что ты не поверишь.” “Вы хотите сказать, что сейчас кто-то, выглядящий в точности как Императрица, выдаёт себя за неё? Делегация Ракаины неожиданно прибыла именно ради этого? Нет, но этого не может быть. Люси и служанки, которые постоянно находятся рядом с Императрицей, разве не должны были сразу заметить подмену?” Главный советник с недоверием переспросил ещё раз. Кергель тут же покачал головой. “Нет. Это точно не Императрица. В любом случае проверь место, где остановилась делегация, как я приказал. И немедленно сообщи мне, как только обнаружишь хоть какой-нибудь след.” [Кергель и сам не ожидал, что главный советник поверит ему.] [Как он уже убедился, Люси и остальные служанки не смогли распознать “самозванку”, даже находясь рядом с ней.] [Так почему же главный советник должен поверить в это, если сам не видел всё собственными глазами?] [Но Кергель не мог предложить ему никаких других объяснений.] [Да и сейчас он вовсе не собирался ничего предпринимать.] “Никто с той стороны не должен ничего заметить. Нам нужно выяснить, что они на самом деле задумали.” [Сейчас ему прежде всего необходимо было обеспечить безопасность настоящей Эриты.] [А затем, осторожно выяснить, чего в действительности добивается самозванка.] “Раз уж заговорили об этом, мне, пожалуй, стоит вернуться во дворец…Просто чтобы спросить, как она умудрилась получить такую рану, которая даже на царапину не похожа. Разве это не вполне убедительный повод навестить её?” Уголки губ Кергеля наконец приподнялись. [Ему было совершенно неважно, где именно она получила травму.] [Он просто решил, что ему стоит немного побыть рядом с ней.] [Но если с Императрицей хоть что-нибудь случится…я не позволю тебе спокойно сидеть сложа руки.] В глазах Кергеля мелькнул холодный блеск. Он медленно поднялся со своего места. Главный советник, который всё ещё не мог избавиться от тревоги, тут же склонил голову, показывая, что непременно исполнит приказ. *** “Вам не кажется, главная служанка, что здесь что-то не так? Императрица словно совершенно другой человек.” Люси ничего не ответила на шёпот Силлоа. [В другое время она наверняка уже отчитала бы её за очередную неосторожную реплику.] […Кто-то другой.] [Потому что в глубине души Люси и сама отчасти соглашалась со словами Силлоа.] [Разумеется, такое просто не могло быть правдой.] Она прекрасно понимала, насколько нелепой и невероятной была эта мысль. “Что же всё-таки происходит? Неужели Императрица всё это время нас обманывала? Если это правда…это так обидно…” Силлоа не смогла закончить фразу. Её голос дрогнул, и она замолчала. Люси тоже ничего ей не ответила. Она не стала ни ругать Силлоа, ни, наоборот, утешать её. Люси лишь молча смотрела на спину Императрицы, которая шла впереди. ---------- Кто же настоящая невеста? (15) [Это определённо не та Императрица, которой я служила раньше. Но всё же…она тоже действительно является Императрицей.] Взгляд Люси стал ещё более сложным. [От прежней Императрицы, которая всегда прежде всего заботилась об окружающих и с искренним беспокойством относилась к каждому из них, теперь не осталось и следа.] [Поэтому было вполне естественно, что Силлоа и остальные служанки одновременно чувствовали и обиду, и предательство.] [Именно так они себя сейчас и чувствовали.] [Что же произошло? Почему она вдруг так изменилась?] [Неожиданный приезд делегации Ракаины.] [Возможно, именно это стало причиной.] Люси вспомнила, как Императрица резко изменилась после того дня, когда представитель делегации неожиданно и довольно бесцеремонно явился к ней. [Что же на самом деле произошло в тот день?] Как бы тщательно Люси ни перебирала воспоминания, она ничего не могла понять. [Она помнила лишь одно: служанка, сопровождавшая делегацию, вышла оттуда совершенно измотанной и плакала от облегчения, при этом ей пришлось опираться на кого-то, чтобы вообще выбраться наружу…” “Ох! Что это ещё такое?!” В этот момент впереди раздался резкий возглас. Люси увидела, что Эрита внезапно остановилась. Она отбросила свои мысли и поспешила к ней. “Императрица, что случилось?” “Моё платье испачкалось из-за этих кустов! Что вообще делает садовник? Почему он позволяет всему этому так разрастаться?! Немедленно приведите сюда садовника, который отвечает за этот участок!” Перед ними находилась клумба с множеством невысоких цветов. [Её особенностью было то, что, проходя мимо, человек нередко задевал их подолом одежды.] [Но прежняя Императрица никогда не жаловалась на подобные вещи.] [Более того, однажды она даже остановила садовника, когда тот собирался уничтожить цветы.] [С тех пор прошло совсем немного времени.] [А теперь Императрица подняла такой шум из-за цветов, словно напрочь забыла собственные слова.] Люси уже собиралась обратиться к ней, заметив, как Силлоа и остальные служанки растерялись, но садовник уже поспешил к ним издалека. “Приветствую вас, Императрица…Ах!” Он не успел даже закончить приветствие. По его щеке тут же проступил ярко-красный след. Эрита только что ударила его по лицу. “…!” Служанки разом ахнули. Даже Люси на мгновение потеряла дар речи, совершенно не зная, как реагировать на происходящее. “Как ты смеешь приветствовать меня, когда умудряешься содержать дворцовый сад в таком состоянии?! Из-за этого моя одежда вся испорчена!” [Императрица явно преувеличивала.] [Всего несколько листьев коснулись края её платья. Цветы вовсе не разрослись настолько, чтобы можно было говорить о запущенном саде, и платье тоже практически не пострадало.] [Но Императрица обвиняла садовника так, словно тот совершил тяжелейшее преступление.] [Этот садовник уже давно достиг возраста, когда большинство людей вышли бы на пенсию. Однако во всём Императорском дворце он считался настоящим мастером своего дела.] [Даже сам Император знал его имя, ведь лучшего садовника во дворце просто не было.] [И всё же сейчас Императрица осыпала его всевозможными оскорблениями.] “Эм…Императрица…” Люси наконец пришла в себя и попыталась её остановить. Но Эрита уже снова замахнулась на садовника. Точнее, попыталась. Кто-то встал между ними и перехватил её руку. “Кто…” Эрита гневно распахнула глаза, посмотрев на руку, сжавшую её запястье. А затем, увидев, кто именно стоит перед ней, резко изменилась в лице. “Вы…Ваше Величество?” “О, Ваше Величество! Я как раз собиралась идти в Главный дворец, чтобы увидеться с вами…” Эрита попыталась с улыбкой опустить руку, словно ничего не произошло. Но Кергель не отпустил её. Его пальцы по-прежнему крепко сжимали её запястье. Более того, хватка становилась всё сильнее. Эрита тут же почувствовала боль и поморщилась. “Ваше Величество, отпустите мою руку. Мне больно. У меня ведь ещё и рана…” “Что ж, судя по всему, повязка тебе совершенно не мешает.” Кергель холодно усмехнулся и бросил взгляд на ладонь, плотно обмотанную бинтом. Эрита запнулась, а затем поспешно попыталась оправдаться: “Я просто была очень зла.” “Вот как. А я только что видел, что даже с повязкой ты прекрасно можешь размахивать рукой.” “Но…я ведь шла к вам. И я действительно разозлилась, потому что эти кусты испачкали моё платье. Любой женщине хочется выглядеть красивой перед мужчиной, которого она любит больше всего. Поэтому…” “Любит? Любит…” Голос Кергеля постепенно стих. Он повторил это слово почти беззвучно. Люси почувствовала, как его голос становится всё холоднее, и инстинктивно вздрогнула. Именно в этот момент… “Как ты смеешь говорить такое?!” “А-а!” Эрита, ещё мгновение назад пытавшаяся оправдываться, внезапно вскрикнула. Кергель одной рукой схватил её за шею. Люси, Силлоа, стражники и остальные слуги, находившиеся поблизости, в ужасе бросились к ним, пытаясь остановить Императора. “Импераор! Ваше Величество, как вы можете?!” Люси схватила Кергеля, совершенно ошеломлённая происходящим. [Она прекрасно знала, что даже простое прикосновение к телу Императора без разрешения считалось тяжелейшим нарушением.] [Но сейчас ей было уже не до этого.] [Потому что их собственный Император, Кергель, одной рукой сжимал шею Императрицы.] ---------- Кто же настоящая невеста? (16) “Кх…Кх…” Из горла Эриты вырвался хриплый звук. Однако Кергель продолжал душить её, не меняясь в лице. “Как долго, по-твоему, я собирался верить твоей лжи? Ты действительно думаешь, что сможешь вот так меня обмануть?” “Кх…Кх! Что…Что значит “обмануть”?” Эрита обеими руками попыталась отцепить его руку, чтобы вырваться из хватки Кергеля. Но, словно её отчаянные попытки лишь забавляли его, Кергель ещё сильнее сжал пальцы на её горле и снова заговорил: “Кто ты? Где она? Как ты посмела притворяться ею?!” “Кх…Кх! Что за…” Лицо Эриты мгновенно побледнело. Перед глазами всё начало расплываться, а сознание постепенно ускользало. [Если так будет продолжаться…я могу потерять сознание.] “Ваше Величество! Это Императрица! Как вы можете так с ней поступать?!” В этот момент Люси вновь вцепилась в Кергеля. Следом за ней очнувшийся от оцепенения рыцарь и слуги тоже бросились к нему, пытаясь оттащить от Эриты. “Отпустите меня! Уберите руки!” В конце концов Кергель был вынужден разжать пальцы и отпустить её шею. [Разумеется, если бы он захотел, то мог бы без труда отбросить всех, кто пытался его остановить. Силы ему для этого хватало.] [Но он не стал этого делать.] [Кергель сдержался лишь потому, что не хотел причинить вред собственным людям.] Вместо этого он перевёл взгляд на Эриту, которая теперь отчаянно цеплялась за жизнь. “Ух…Ах…” Не выдержав убийственного взгляда Императора, Эрита тут же обхватила голову руками и съёжилась на месте. “Императрица!” “Ваше Величество, с вами всё в порядке?” Служанки встревоженно бросились к ней, пытаясь проверить её состояние. Однако Кергель лишь пристально посмотрел на Эриту, а затем снова направился к ней. “Ваше Величество!” Заметив, что он приближается, Эрита жалобно позвала его. [Любой, кто увидел бы её в этот момент, наверняка почувствовал бы сострадание. На её шее уже проступал багрово-синий след от удушения, лицо было смертельно бледным и мокрым от слёз.] “Ваше Величество…Почему вы так со мной поступаете? Что я сделала такого, что заслужила это? Да, я была неправа, когда ударила садовника…Но я сделала это лишь потому, что мои чувства к вам взяли надо мной верх. И всё же вы даже не попытались понять, что у меня на сердце…” Голубые глаза Эриты вновь наполнились слезами. [Всё выглядело настолько искренне, что любой присутствующий, увидев это, мог бы решить, будто Император действительно жестоко обращается с собственной женой.] Так думала и Люси. Как и остальные служанки, она была растеряна и не могла понять, что происходит. [Ведь та, кого они привыкли считать высокомерной принцессой Ракаины, теперь была их любимой госпожой - Императрицей, которую они искренне почитали.] [И всё же один человек продолжал смотреть на неё совершенно иначе.] Холодный взгляд Кергеля ничуть не смягчился. “Я спрашиваю тебя ещё раз. Где она? Эрита, я спрашиваю, где она сейчас?” Голос Кергеля прозвучал низко и глухо. При этих словах уголок губ Эриты едва заметно дёрнулся. Изменение было настолько мимолётным, что никто, кроме самого Кергеля, не смог бы его заметить. “Я Эрита. Ваша жена…Эрита. Я - Эрита, Императрица этой страны. Это я.” Эрита отчаянно пыталась убедить его. Её голос звучал настолько искренне, что невозможно было поверить, будто за ним скрывается ложь. “Ваше Величество, что происходит?” В этот момент позади них раздался спокойный голос. Кергель в последний раз смерил Эриту взглядом, полным такой ярости, будто готов был убить её на месте, а затем обернулся. К ним спешили Хайнес и Берт, которые до этого находились в рабочем кабинете. [Вероятно, кто-то уже сообщил им о случившемся. Или же поднявшийся здесь шум достиг кабинета сам.] [Но сейчас это было неважно.] Кергель отвернулся от Эриты и обратился к Хайнесу: “Мы должны найти её, Хайнес.” “…Что?” “Мы должны найти Императрицу. Главный распорядитель, я отменяю приказ, который только что отдал вам.” Кергель говорил твёрдо, не оставляя места для возражений. “Немедленно отправьте рыцарей и солдат окружить Отдельный Дворец, где сейчас остановилась делегация. Никому не позволяйте предпринимать необдуманных действий. Любого, кто покажется подозрительным, необходимо задержать. Даже если это представитель самой делегации.” “Ваше Величество!” Лицо Хайнеса заметно изменилось. Его потрясло распоряжение, которое только что отдал Император. [Задержать представителей иностранного государства, уже само по себе было крайне серьёзным приказом. Даже Хайнесу, обычно сохранявшему спокойствие в любых обстоятельствах, было трудно принять подобное решение.] “Что вы такое говорите, Ваше Величество? Более того, вы хотите причинить вред делегации из родной страны самой Императрицы!” “Я не собираюсь проявлять милосердие к тем, кто осмелился похитить Императрицу!” Услышав слова Хайнеса, Кергель мгновенно повысил голос. Но Хайнес лишь покачал головой, словно считал происходящее полнейшим безумием. “Что вы имеете в виду под “похитили”? Императрица ведь прямо здесь, рядом с вами!” “Эта женщина - не Императрица! Это не Эрита!” Кергель больше не мог сдерживать раздражение. Даже Хайнес отказывался ему верить. “Что стало с вашими глазами?! Вы действительно не видите, что это не она? Эта женщина похожа на Императрицу? Люси! Ты тоже не видишь разницы?! Твоя обязанность - заботиться об Эритe! И ты даже не способна понять, кто на самом деле твоя госпожа?!” Гнев Кергеля обрушивался на всех подряд. Но никто ему не верил. Люси смотрела на него растерянно, однако ничего не ответила, словно сама не могла до конца согласиться с его словами. Более того, даже его подданные и старые друзья - Хайнес и Берт, смотрели на него так, будто перед ними стоял обезумевший человек, потерявший рассудок от отчаяния. Кергель стиснул зубы. “Неужели вы думаете, что я настолько глуп, что не способен узнать собственную женщину?” В его голосе звучало настоящее изумление. Он ещё раз посмотрел на Эриту с нескрываемым отвращением, после чего отвернулся. ---------- Кто же настоящая невеста? (17) *** [Если он не мог услышать ответ на вопрос, где она сейчас находится, значит, ему оставалось лишь самому её найти.] [На самом деле Кергель до сих пор сдерживался, намеренно позволяя этому фарсу продолжаться ещё немного. Но теперь в этом больше не было необходимости.] [Он больше не мог смотреть на женщину, которая притворялась Эритой и тем самым оскверняла её имя.] Словно почувствовав твёрдость его намерений, Эрита в этот миг больше не смогла сдерживать гнев. “Что, чёрт возьми, она сказала?!” Её пронзительный крик разнёсся по залу. Кергель тоже остановился и замер на месте. Граф Макгри, до которого каким-то образом донёсся шум, находился неподалёку. Услышав переполох, она начала осторожно приближаться, всё ещё раздумывая, стоит ли вмешиваться. “Ох, моя принцесса!” “Эта девушка всего лишь выдавала себя за меня! Она с самого рождения была дурным знамением. Но поскольку в её жилах текла Королевская кровь, она посмела занять моё место, забыв о своём низком происхождении!” Эрита выплеснула свой гнев, словно именно её несправедливо обвиняли. Затем она оттолкнула графа Макгри, пытавшего её остановить, и решительно направилась к Кергелю. “Да, Ваше Величество. Ваша жена, Императрица Сероифа, это Эрита. Я. Не та самозванка, которую вы сейчас разыскиваете.” “…О чём ты вообще говоришь? Золотые зрачки Кергеля сузились.” Эрита вздрогнула под его взглядом, но тут же подняла подбородок и продолжила говорить ещё увереннее, словно задетая за живое гордость заставляла её держаться до конца. “Именно меня выбрали в жёны Вашему Величеству. Эриту, принцессу Королевства Ракайн. Но одна ничтожная женщина, не обладавшая ни единым правом претендовать на это место, осмелилась возжелать Императорский трон и выдала себя за меня.” “…” “Да, мы с ней были близнецами, появившимися на свет одновременно. Но она не знала ни благодарности к Королю, ни уважения ко всей Королевской семье. Та девушка, которую вы сейчас ищете, именно она. Она прибыла сюда вместо меня, а за моей спиной скрывала кинжал. Это та самая, кого все называют дурным знамением.” По мере того как Эрита продолжала говорить, лица окружающих становились всё мрачнее. Люди опускали головы, не в силах скрыть отвращение и негодование. “В тот день я попалась на её коварную уловку и не смогла отправиться в Сероиф. Мой брат, Король, ничего не зная об этом, в итоге отправил сюда её, приняв за меня.” “…” “Иными словами, разве не следует сначала всё расставить по своим местам? Именно поэтому я здесь, Ваше Величество. Я пришла всё исправить. Конечно, даже если она действительно совершила преступление, она всё же родилась от тех же родителей, что и я. Поэтому мы хотели решить этот вопрос тихо, не вынося его на всеобщее обозрение. Но, вопреки моему желанию, всё в конце концов раскрылось.” Эрита печально улыбнулась, изображая настоящую жертву обстоятельств. Однако ни один человек здесь не проникся её чувствами. Никто, кроме самой Эриты и графа Макгри. Напротив, слова принцессы вызвали лишь растерянность и гнев. “Какая же нелепость…Жизнь человека разрушили из-за каких-то бессмысленных суеверий…” Кто-то тихо пробормотал эти слова себе под нос, а затем поспешно замолчал. Но никто не стал его осуждать. Наоборот, все словно были с ним согласны и с трудом сдерживали поднимающееся внутри негодование. [Всё произошло лишь потому, что в Королевской семье Ракаине никогда прежде не рождались близнецы.] [Считалось зловещим, будто две души не могут родиться в одном поколении одновременно.] [Из-за столь абсурдного предрассудка жизнь одного человека оказалась растоптана.] [И это было по-настоящему жестоко.] “Сумасшествие…Эти ракаинские ублюдки строят из себя умников, смотрят на всех свысока, а потом ещё смеют называть нас дикарями…” На этот раз чей-то голос прозвучал достаточно громко, словно человек намеренно хотел, чтобы его услышали. Эрита резко повернула голову в сторону говорившего. Однако почти сразу взяла себя в руки, вновь изобразила спокойствие и посмотрела на Кергеля. “…Понятно. Так это была ты, а не она, кто прежде насмехалась надо мной и над моей страной - Сероифом?” “Э-Это…” Эрита смутилась и поспешила заговорить примирительным тоном: “Это была ошибка. В то время я просто ничего не знала о Сероифе…” “И имя “Эрита” даже не принадлежало ей.” Кергель продолжил, совершенно не обращая внимания на её оправдания. И вдруг он вспомнил. [Каждый раз, когда он называл её Эритой, её выражение лица становилось напряжённым.] [Тогда он не замечал этого.] [Он просто называл её этим именем всякий раз, когда ему хотелось, совершенно не задумываясь о том, что она при этом чувствует.] [А что она чувствовала каждый раз, когда я называл её чужим именем?] Кергель стиснул зубы и нахмурился. Воспоминания о прошлом, которые раньше казались ему совершенно незначительными, теперь обретали иной смысл. И тут в памяти всплыл ещё один момент. [Р-Роэлин!] [В тот день, когда они покинули дворец через тайный ход, она назвалась другим именем, чтобы скрыть свою личность.] [Тогда Кергель подумал, какое имя подошло бы ей больше, и спросил, как она сама хочет, чтобы её называли.] [Роэлин.] [Возможно…это и есть твоё настоящее имя.] [Он вспомнил, как ярко она улыбнулась, когда услышала это имя.] И сердце Кергеля болезненно сжалось. [Как же одиноко и страшно тебе, должно быть, было…] [Он невольно задумался, чувствовала ли она то же самое по отношению к собственной семье.] [Наверное, ей было страшно абсолютно всё.] [Она приехала в чужую страну, став всего лишь заменой другой женщины.] [К тому же здесь и без того царила неприязнь к принцессе Ракаин, поэтому с ней даже не пытались обращаться по-доброму.] Теперь всё это вернулось к нему одним потоком — вместе с мучительным сожалением. [Роэлин.] “Куда вы направляетесь, Ваше Величество?” “Ваше Величество!” Он оставил за спиной голоса, окликавшие его, и направился к Отдельному Дворцу. Вскоре его шаги ускорились настолько, что он уже почти бежал. [Он должен был найти её.] [Он не знал, где именно она находится.] [Но всё равно должен был найти.] [Он должен был быть рядом с ней, чтобы она больше не чувствовала себя одинокой.] [Почему?] [Почему именно так?] В глубине сердца Кергеля словно кто-то задавал ему этот вопрос. И это был вопрос, который он сам задавал себе. [Но ответ он уже знал.] [Потому что любил её.] [Потому что по-настоящему, всем сердцем был в неё влюблён.] ---------- Кто же настоящая невеста? (18) “Роэлин!” Кергель громко позвал её. [Это было единственное имя, которое он знал. Он не был уверен, действительно ли её зовут так, но что-то внутри подсказывало ему, что именно это имя было её настоящим.] “Роэлин!” Кергель снова выкрикнул её имя. В этот момент его золотые зрачки сузились, и в ответ на его зов внутри него вспыхнула мощная сила. Из-под распахнувшегося рукава на мгновение показалась красная печать. Та едва заметно затрещала, словно вот-вот должна была расколоться, а исходящая от Кергеля энергия мгновенно разошлась вокруг мощной волной. Он вдруг повернул голову, словно почувствовал чьё-то присутствие. Перед его глазами оказался один из жилых корпусов Отдельного Дворца, где разместилась делегация Ракаина. Золотой взгляд Кергеля пронзил одно из помещений. “Ох, Ваше Величество!” Слуга Отдельного Дворца, заметив его, поспешно приготовился поприветствовать Императора. Однако Кергель даже не удостоил его ответом и стремительно направился прямо к нужным покоям. В его шагах не было ни малейшего колебания, словно он точно знал, где она находится. *** Бум! Бум! До Роэлин донёсся чей-то оглушительный рёв. Затем снаружи послышались крики и встревоженные голоса людей. [Что происходит?] Роэлин неподвижно лежала на кровати и пыталась понять, что творится вокруг. [Скорее всего, помещение, в котором её заперли, действительно относилось к покоям, выделенным делегации Ракаина. Но теперь вокруг царил такой переполох, что, должно быть, произошло что-то серьёзное.] [И всё же странным образом Роэлин не чувствовала особого страха.] [Возможно, лекарство настолько сильно повлияло на её сознание, что даже мысли стали вялыми, а тело полностью одеревенело. Особенно странно было то, что шум снаружи совершенно не тревожил её разум.] [Нет…может, я просто уже сдалась под тяжестью отчаяния.] Роэлин заставила себя продолжать думать, хотя её мысли то и дело скатывались в мрачную сторону. Она изо всех сил пыталась пошевелить руками и ногами, которых практически не чувствовала. Но тело даже не дрогнуло. [Не сдавайся.] [Неужели теперь я вернусь в Ракаин? Разве я действительно хочу снова оказаться в той тюрьме и прожить такую жизнь ещё раз?] Роэлин продолжала давить на себя, заставляя не прекращать попытки. [Всё, что она могла сейчас делать, продолжать пытаться. Снова и снова. Не останавливаться.] [Нет…дело ведь не только в возвращении в Ракаин.] [Смогу ли я вообще жить, если больше никогда его не увижу?] Она задала этот вопрос самой себе. [Жизнь за пределами Королевского дворца Ракаина…Именно там Роэлин впервые узнала, что такое свобода.] [Конечно, всё это было для неё очень важно.] [Но существовало кое-что ещё более ценное.] [Кергель.] [Её муж.] [Её вторая половина, с которой они уже прошли обряд соединения.] [Для Роэлин он был единственным человеком, которому она отдала своё сердце, пусть даже всё это изначально основывалось на ложном имени.] “…Ух.” В этот момент с губ Роэлин вырвался слабый стон. [Неужели граф Макгри ошибся, сказав, что действие лекарства продлится около суток?] [Или же сила её духа оказалась достаточно крепкой, чтобы противостоять его воздействию?] [Ей было всё равно.] [Сейчас важно было лишь одно - воспользоваться этой возможностью и каким-нибудь образом выбраться отсюда.] Роэлин снова и снова издавала тихие стоны, отчаянно пытаясь заставить своё всё ещё неподвижное тело слушаться. И тут. Бах! Бах! Раздался новый оглушительный грохот, на этот раз гораздо ближе. Но Роэлин не могла позволить себе отвлекаться. Она продолжала бороться, пытаясь пошевелить хотя бы пальцем. “Роэлин!” Именно тогда, когда по её лбу начали стекать капли пота, кто-то подбежал к ней и крепко заключил в объятия. Роэлин на мгновение оцепенела от неожиданности, но оттолкнуть человека не могла, её тело по-прежнему оставалось неподвижным. Вместо этого с её губ сорвался лишь тихий стон. “Роэлин…” Но голос, произнесший её настоящее имя, проник прямо в её сердце. Удивление и тревога, охватившие Роэлин, тут же сменились спокойствием. Только теперь она поняла, кому принадлежал этот голос. “Ваше Величество?” Глаза Роэлин широко распахнулись. Глухой стук её сердца, казалось, отдавался прямо в груди человека, державшего её в объятиях. “Ты в порядке? Тебе хорошо? Ты ничего не чувствуешь?” “…” Кергель всё ещё держал Роэлин на руках, но слегка ослабил объятия, чтобы лучше рассмотреть её лицо. Однако она не могла ничего ответить. Её тело по-прежнему не слушалось, но Роэлин была уверена: [даже если бы она могла двигаться, сейчас всё равно не смогла бы произнести ни слова.] [Когда отчаяние едва не раздавило её, что она могла сказать человеку, который пришёл спасти её?] “…Роэлин?” От одного только её имени глаза Роэлин вновь покраснели. Слёзы, до этого сдерживавшиеся в уголках глаз, наконец покатились по щекам. “Неужели твоё тело…” Только теперь Кергель окончательно понял, насколько ненормальным было её состояние. Его лицо мгновенно стало холодным. Он осторожно поднял Роэлин на руки, поддерживая одной рукой её спину, а другой - под коленями. “Кто сюда ворвался…О! Чт…Принцесса?!” Едва Кергель вышел из комнаты с Роэлин на руках, как перед ним оказался один из членов делегации Ракаина. Но тот тут же узнал девушку, которую Император держал на руках, и в полном замешательстве отступил назад. “Принцесса…Нет, Императрица…Как принцесса могла оказаться здесь?” Он растерянно моргал, словно совершенно ничего не понимал. [Похоже, он всё ещё не знал, что девушка, которую они принимали за Эриту, на самом деле ею не являлась.] Кергель смерил его свирепым взглядом и молча прошёл мимо. [Одно лишь слово “Ракаин” уже с трудом позволяло ему сдерживать ярость.] [Но сейчас не время для этого.] Кергель вышел из зала, продолжая крепко держать Роэлин, которая даже в его объятиях оставалась совершенно неподвижной. “Ваше Величество!” В этот момент он столкнулся с Хайнесом, который как раз успел прибыть туда. Прямо за Хайнесом показались Берт, несколько других чиновников, а также Люси и другие служанки. “Ваше Величество, я хотел сообщить вам…” “Где врач?” Кергель не позволил Хайнесу договорить и первым задал свой вопрос. Люси, стоявшая прямо за Хайнесом, тут же выступила вперёд. Но едва она увидела Роэлин на руках Императора, как мгновенно побледнела. “Императрица!” “Люси, немедленно позови врача. Я сам отнесу Императрицу во дворец.” Кергель быстро отдал распоряжение Люси и направился в сторону дворца. “Ваше Величество…” “Я поговорю с тобой позже, Хайнес.” Оставив после себя лишь эти слова в ответ на настойчивые попытки Хайнеса что-то сказать, Кергель снова ускорил шаг. ---------- Кто же настоящая невеста? (19) “Я уже вывел из её организма все токсины, содержащиеся в лекарстве. Если она хорошо выспится, ей станет гораздо лучше.” Врач доложил Кергелю, даже не успев вытереть пот со лба. Кергель молча смотрел на Роэлин, лежавшую на кровати. Его лицо оставалось напряжённым. [Видеть её спящей с таким бледно-синюшным лицом было невыносимо. Как они посмели дать такое лекарство этому хрупкому, нежному человеку?] От одной этой мысли Кергель сжал кулак, с трудом подавляя вспыхнувшую внутри ярость. Но, глубоко вдохнув, он вскоре сумел взять себя в руки. Он не хотел тревожить сон несчастной женщины. [Как же ей, должно быть, было страшно…Как же она боялась…] “Спи спокойно и проснись позже. Я больше никогда не позволю тебе заболеть, Роэлин.” Веки Роэлин едва заметно дрогнули, словно даже во сне она услышала, как он произнёс её имя. На лице Кергеля появилось странное выражение, будто он вот-вот расплачется. Он наклонился и осторожно коснулся губами её век. Даже Люси и Силлоа, стоявшие позади, невольно затаили дыхание, увидев этот такой бережный поцелуй. Кергель медленно отстранился и выпрямился. Затем обратился к Люси и Силлоа: “Хорошо позаботьтесь об Императрице.” “Я сделаю всё возможное, Ваше Величество.” Люси поклонилась, а Силлоа также почтительно склонила голову. Кергель посмотрел на них, кивнул и направился к выходу из спальни. Хайнес и Берт, уже ожидавшие в коридоре, тут же подошли к нему, едва он открыл дверь и вышел. “Как Императрица?” “Врач сказал, что, когда она проснётся, ей уже будет лучше.” “Какое облегчение, Ваше Величество. Но…” Хайнес с облегчением вздохнул, однако вскоре посмотрел на Кергеля со сложным выражением лица. Кергель лишь махнул рукой и продолжил идти. “Не стоит обсуждать это прямо перед её спальней. Поговорим у меня в кабинете.” [Он примерно догадывался, о чём хотел заговорить Хайнес, поэтому прекрасно понимал, что тот собирается сказать.] [Кергель не желал устраивать сцену перед спальней Роэлин, пока она мирно спала внутри.] Хайнес тихо вздохнул, словно понял намерения Императора, и последовал за ним. Берт тоже пошёл следом, хотя всё это время оставался необычайно молчаливым. “Где они?” “…Во Втором Отдельном Дворце. После того как Ваше Величество так внезапно ушли, там возникла небольшая суматоха. Принцесса Эрита вдруг попыталась уйти.” Не было необходимости уточнять, о ком именно спрашивал Кергель. Поэтому Хайнес сразу же спокойно ответил ему. Берт, до сих пор хранивший молчание, наконец не выдержал и вмешался: “Как я и думал, это была именно та принцесса. То же самое произошло и два года назад. Просто безумие какое-то. Она даже не смогла сдержать свой гнев, вся покраснела, а потом потеряла сознание. К тому же, если судить по всему этому, она явно унаследовала свой характер от…” “Что ж, Берт.” Хайнес кашлянул и перебил его, словно посчитал, что тот зашёл слишком далеко. Кергель остановился по дороге к кабинету и вместо этого указал взглядом в сторону сада. “В помещении об этом говорить не хочется. Давайте лучше обсудим всё там.” “Да, Ваше Величество.” Хайнес поклонился. После этого трое мужчин медленно направились в сад. Стоял тёплый полдень. Вокруг царила такая мирная атмосфера, что доносившееся пение птиц казалось почти безмятежным. [И всё же было трудно поверить, что совсем недавно нечто немыслимое всколыхнуло весь дворец.] “Ну, теперь говори, что хотел.” Кергель не оборачивался, пока они не углубились в сад. Хайнес выглядел немного неловко, прежде чем наконец медленно заговорил: “Думаю, нам следует ещё раз проверить, кто именно является той женщиной, о которой говорится в “Откровении”.” “Я уверен, что ты уже подтвердил: именно она стала моей спутницей во время обряда соединения.” “Конечно. Тогда мы тоже это подтвердили.” [Нельзя было забывать, что во время обряда соединения волки сами признали спутницу Императора, явившись к ней целыми стаями.] [Однако теперь, когда выяснилось, что существует ещё одна женщина, внешне совершенно идентичная той, что была описана в Откровении, Хайнес считал повторную проверку необходимой.] “Моя спутница - только она. А не та женщина из Ракаина.” Кергель прекрасно понимал ход мыслей Хайнеса, но ответил твёрдо и без колебаний. Хайнес нахмурился и снова заговорил, пытаясь убедить Императора: “Ваше Величество, не стоит принимать столь важное решение под влиянием эмоций. Если печать будет разрушена…Если мы хотим увидеть наследника, разве тогда не будет необходимо принять настоящую спутницу? А если вы ошиблись с выбором…” “Тогда волки исчезнут из моей армии. И дело не только в защите печати. Рядом со мной просто не останется никого, кто захочет следовать за мной.” Кергель спокойно произнёс то, что Хайнес собирался сказать. Затем снова посмотрел на него и продолжил: “Но это не означает, что Сероиф будет полностью уничтожен.” “Ваше Величество! Это не так! Если исчезнет род волков, который всегда был основой этой Империи, это неизбежно отразится на всём государстве!” Хайнес выслушал Кергеля и раздражённо возразил. Но Кергель лишь посмотрел на него и слегка усмехнулся. “Основой Империи никогда не были волки, Хайнес. Право на престол не определяется одной лишь кровью.” “…” “Сероиф - не страна, которой правят одни только волки. И это не настолько слабое государство. Наоборот, именно ты вместе со всеми отважными жителями Сероифа вёл эту страну вперёд. А не те немногие, кому просто посчастливилось унаследовать кровь волков.” Его слова были обращены не только к Хайнесу или Берту. На самом деле Кергель говорил это прежде всего самому себе. Он наконец отказался от своего прошлого, то прошлое, в котором слепо следовал Откровению, и позволил себе принять Роэлин как свою спутницу. На этот раз его лицо выглядело гораздо спокойнее, когда он вновь заговорил: “Моя спутница. Мой собственный выбор.” “…!” “Неважно, была ли она той женщиной, которую избрал Император Каинберт, или нет. Это совершенно не имеет значения.” Кергель говорил твёрдо, не оставляя места для сомнений. “Важно лишь то, что именно её выбрал я.” ---------- Кто же настоящая невеста? (20) “Вы разочарованы во мне?” Кергель по очереди посмотрел на Хайнеса и Берта. Хайнес некоторое время молчал, а затем улыбнулся и почтительно склонил голову. “Ни в коем случае. Напротив, я благодарен вам, Ваше Величество, за то, что вы открыли глаза этому глупцу, который до сих пор мыслил столь недальновидно.” “Я тоже, Ваше Величество! Вы сегодня крутой!” Берт энергично поднял большой палец. Кергель снова улыбнулся им, а затем повернулся в сторону дворца. В его взгляде была нежность, та самая, которую невозможно было спутать ни с чем. И теперь в нём больше не осталось ни капли прежней тревоги или сомнения. *** “Мне сказали, что служанка была настолько счастлива, увидев Императрицу, что выплакалась до изнеможения. Я даже представить не могла, что той, кому она помогала, окажется похожей на Императрицу. Я лишь думала, что это верная служанка, которая давно была рядом с вами ещё в Ракаин. Мне так жаль. Если бы я хоть немного внимательнее отнеслась к происходящему, Императрице никогда не пришлось бы пережить такое испытание…” Силлоа всхлипывала, склонив голову. Люси тоже опустила глаза и молча каялась. Хотя обе они чувствовали, что происходящее было странным, и даже задумывались, не скрывается ли за этим кто-то другой, они всё равно винили себя за собственную беспечность. За то, что ни разу по-настоящему не усомнились. “Если бы я только заметила всё раньше…Императрице не пришлось бы столько страдать.” Люси крепко зажмурилась от стыда. Силлоа тоже разрыдалась ещё сильнее. Роэлин, наблюдавшая за ними, тут же замахала рукой. “Это не ваша вина. Всё хорошо.” “Но…” “Откуда вам было знать? С одним лишь париком и макияжем я могла выглядеть совершенно другим человеком. К тому же я даже не могла позвать вас.” С этими словами Роэлин осторожно спустила ноги с кровати. Люси и Силлоа, до этого стоявшие на коленях с опущенными головами, одновременно встрепенулись. От удивления обе даже раскрыли рты. “Ваше Величество! Вы ещё не до конца поправились…” “И ещё…я должна перед вами извиниться. Ведь всё это время я обманывала вас.” “Ах, Ваше Величество…Как вы можете склонять перед нами голову?” Люси, увидев, как Роэлин поклонилась сначала ей, а затем Силлоа, тут же опустила голову ещё ниже, едва не коснувшись лбом пола. Она совершенно не знала, что делать. Роэлин, заметив это, наконец подошла к Люси и взяла её за руку, помогая подняться. Затем протянула руку Силлоа и подняла и её. Держа их обеих за руки, Роэлин продолжила: “Люси, Силлоа…мне действительно очень жаль. Я прошу прощения не только у вас, но и у всех жителей Империи.” “…Ваше Величество.” “Возможно, я и не заслуживаю звания Императрицы этой Империи. Но я пришла сюда вовсе не ради какой-то великой цели. Я просто хотела жить нормально…как обычный человек.” Роэлин наконец позволила себе произнести вслух то, что так долго была вынуждена скрывать. У Люси и Силлоа на глазах выступили слёзы. Им было больно думать о том, через что ей пришлось пройти. Люси в конце концов накрыла руку Роэлин своей второй рукой. [Пусть это и могло считаться проявлением неуважения к Императрице, сейчас ей было всё равно.] [В этот момент она просто хотела поступить так, как велело ей сердце.] [Вместо холодной официальности ей хотелось искренне утешить свою добрую и тёплую госпожу.] “Вы полностью этого заслуживаете.” “Люси…” “Мы служим только одной Императрице. И так будет всегда.” Люси и Силлоа склонили головы и тут же поклялись в верности Роэлин. [Раньше они считали, что должны служить ей лишь потому, что она была Императрицей.] [Но теперь всё изменилось.] [На этот раз они давали клятву потому, что искренне хотели быть рядом с ней и служить именно ей.] По щекам Роэлин снова покатились слёзы. Она чувствовала, насколько искренними были их слова. И именно в этот момент раздался голос Кергеля, нарушивший трогательную тишину. “Что я сейчас вижу?” “Ваше Величество!” Люси и Силлоа вздрогнули от неожиданного голоса Кергеля и тут же поднялись на ноги. Роэлин тоже моргнула, услышав его, а затем посмотрела прямо на дверь спальни. Кергель просто вошёл внутрь и сразу направился к Роэлин. Та на мгновение смутилась, но быстро пришла в себя и слегка поклонилась ему. “Вы уже пришли?” “Почему ты плакала?” Кергель даже не стал отвечать на её приветствие. Он нахмурился и первым делом спросил о слезах. “А…Это…Я…” Роэлин неловко коснулась щеки, заметив, что на ней ещё остались следы слёз. Но, не сумев толком объяснить, она лишь сильнее запутала ситуацию. Кергель неправильно понял её молчание и с хмурым видом повернулся к Люси. “Люси, ответь мне. Почему Императрица плакала?” “Что? Это…” Люси растерялась от внезапного вопроса Кергеля и не смогла сразу подобрать слова. Кергель нахмурился ещё сильнее. “Что ты ей сказала, раз она плачет?! Неужели ты сказала что-то, что могло её ранить? Или…” “Нет! Всё совсем не так, Ваше Величество!” Роэлин, до этого рассеянно слушавшая его, удивлённо покачала головой и схватила Кергеля за руку. Кергель опустил взгляд на маленькую ладонь, обхватившую его руку, и замолчал. Роэлин поспешила объяснить, чтобы он больше не делал ненужных выводов. “Вы всё неправильно поняли. Я просто хотела поблагодарить Люси и Силлоа…” Она и сама не совсем понимала, что именно говорит, поэтому просто продолжила, излагая всё, что приходило ей в голову. Об их искренности. Об их чувствах. “…Вот поэтому у меня и навернулись слёзы.” Закончив объяснение, Роэлин осторожно взглянула на него. Кергель всё ещё выглядел немного напряжённым. “Правда.” Роэлин добавила это, словно пытаясь убедить его окончательно и одновременно проверить, не осталось ли у него каких-нибудь сомнений. Кергель некоторое время пристально смотрел на неё, а затем наконец кивнул. “Я понимаю всё, что ты говоришь. Так что тебе не нужно смотреть на меня с таким беспокойством.” На лице Роэлин тут же появилась улыбка облегчения. Однако выражение лица Кергеля всё ещё не стало по-настоящему спокойным. ---------- Кто же настоящая невеста? (21) Роэлин с любопытством посмотрела на Кергеля, гадая, почему он всё ещё выглядит таким напряжённым. Кергель слегка нахмурился и наконец заговорил: “Кстати, ты выглядишь уставшей. В последнее время ты и без того неважно себя чувствовала.” [Вот теперь стало понятно, почему на лице Кергеля до сих пор сохранялось напряжённое выражение.] Он внимательно посмотрел на Роэлин, а затем осторожно провёл ладонью по её щеке. От его нежного прикосновения щёки Роэлин мгновенно порозовели. Впрочем, покраснела не только она. Люси и Силлоа, ставшие невольными свидетелями этой сцены, тоже замерли. Люси ещё некоторое время смущённо краснела, но вскоре пришла в себя и поспешно вывела Силлоа из спальни. Оставшись наедине, Кергель снова нежно погладил Роэлин по щеке. “Как ты себя чувствуешь?” “…Я в порядке.” “Не похоже. Тебе лучше снова лечь.” “Э-э…Ваше Величество!” Роэлин возмущённо повысила голос, когда Кергель вдруг поднял её на руки. Но он, не обращая внимания на её протесты, просто понёс её к кровати. Осторожно уложив Роэлин на мягкие простыни, он сел рядом. Она тут же опустила голову, стараясь скрыть пылающее лицо. А Кергель просто молча смотрел на неё. Прошло немного времени, прежде чем Роэлин наконец поняла, что должна извиниться и перед ним. [Нет.] [Перед ним, больше, чем перед кем-либо ещё.] Румянец на её лице постепенно сменился тенью печали. Опустив голову, Роэлин прикусила губу и тихо произнесла: “…Простите меня, Ваше Величество.” “…” “Теперь вы всё знаете…Что ещё я могу вам сказать? Мне остаётся только просить прощения.” “…Почему ты не сказала мне об этом раньше? Ты ведь только что сказала, что пришла сюда, чтобы просто жить как обычный человек.” “…” Роэлин вздрогнула. Пока она пыталась развеять недоразумение Кергеля, ей неосознанно удалось рассказать о многом из того, о чём они говорили с Люси и Силлоа. Она опустила взгляд и на мгновение замолчала, прежде чем продолжить: “Это была не я. Вы сделали предложение моей сестре.” От этих слов сердце Роэлин болезненно сжалось. Но она не могла остановиться. [Теперь, когда она столько времени обманывала Кергеля, ей необходимо было искренне и по всем правилам попросить у него прощения.] “Вы уже всё увидели и знаете, правда? Моя сестра-близнец…Она выглядит совсем как я. Поэтому именно я приехала сюда и вышла замуж за Ваше Величество вместо неё.” “Наверное, она сама подтолкнула тебя к этому, потому что я - чудовище.” Кергель усмехнулся. [Его раздражала сама мысль о том, что Роэлин могла оказаться здесь против собственной воли, будто её попросту отправили вместо сестры.] [Но вместе с тем ему было странно осознавать, что именно благодаря этому он в итоге смог жениться на женщине, которая сейчас сидела перед ним.] [Мне радоваться этому или злиться?] Стоило Кергелю усмехнуться, как голос Роэлин снова дрогнул. “Поэтому я…я даже не могу оправдываться перед вами. У меня нет на это права. Вас обманом заставили пройти через свадьбу…обряд соединения…” У Роэлин болезненно забилось сердце. Тук-Тук. Тук-Тук. Чем яснее она произносила всё вслух, тем сильнее ощущала стыд за собственный поступок. В конце концов она тихо всхлипнула, даже не осмелившись попросить прощения за свою трусость. Её хрупкие плечи задрожали. В этот момент Кергель положил руку ей на плечо и притянул к себе. Его запах коснулся кончика её носа. От Кергеля исходил прохладный, спокойный аромат, такой же приятный, как и тепло его тела. Роэлин изо всех сил старалась не дать слезам снова хлынуть из глаз и судорожно сглотнула их. “Да. Тебе совершенно не нужно оправдываться.” “…” “Потому что ты не сделала ничего плохого.” “Ваше Величество…” “Ты никогда ничего от меня не скрывала. Рядом со мной ты всегда была Роэлин. А не той высокомерной Королевской особой. И этого достаточно. Если честно, я даже не знаю, какой она была с самого начала.” “Но, Ваше Величество…” Роэлин, всё ещё находясь в его объятиях, посмотрела на него и покачала головой. Тогда Кергель обхватил её лицо обеими ладонями и заговорил неожиданно строго: “Ты - моя единственная спутница.” Кергель наконец высказал то, что было у него на сердце. [Каким бы ни было Откровение, эта несчастная женщина всё равно оставалась его спутницей.] [Ему даже не требовалось подтверждение.] [Кергелю не нужна была спутница лишь потому, что он был потомком волка.] [Но как человеку по имени Кергель ему хотелось именно этой женщины, сидевшей сейчас перед ним.] “Ваше Величество…” “Я люблю тебя, Роэлин.” “…!” Роэлин широко раскрыла глаза, услышав его признание. Кергель повторил свои слова, глядя прямо в её глаза. “Когда это началось? Наверное…с самого начала. С той первой встречи ты не выходила у меня из головы. Даже когда я не смотрел на тебя, я всё равно думал о тебе. Мне хотелось знать, что ты делаешь, и я постоянно задавался вопросом, какая ты на самом деле.” “…” “Я сам не понимал, что со мной происходит. Встретил ту самую высокомерную принцессу лично, и вдруг обнаружил, что она не только способна улыбаться, но ещё и любит шутить. Поэтому…как я мог тебя ненавидеть?” Кергель смотрел на Роэлин с улыбкой, всё ещё нежно придерживая её лицо ладонями. В её дрожащих от смущения глазах он видел самого себя, и от этого испытывал какое-то почти детское удовлетворение. [Сейчас для него не было ничего важнее того, что она смотрела на него.] “Но в конце концов всё решает сердце. Я люблю тебя. Мне постоянно хочется знать, чем ты занимаешься. Когда я вижу тебя, мне хочется улыбаться. И мне хочется поделиться с тобой ещё одной шуткой.” “…” “Но разве я могу взять себе другую женщину в спутницы? Ты ведь сама сказала, что я тоже человек. Что даже Императоры остаются людьми. Прежде чем быть Императором, которому для разных целей нужна спутница, я просто мужчина, в чьём сердце есть только одна женщина.” “…” По щекам Роэлин медленно покатились слёзы. Кергель мягко стёр их рукой, которой продолжал касаться её щеки. Роэлин крепко сжала его ладонь и дрожащим голосом прошептала: “Я тоже…Я тоже.” Глаза Кергеля широко раскрылись. Роэлин чуть прищурилась от нахлынувших чувств и сказала немного громче: “Я тоже люблю тебя. Я люблю тебя, Кергель.” “…!” Кергель снова распахнул глаза, словно не мог поверить услышанному. А затем, больше не в силах сдерживать переполнявшие его чувства, крепко прижал Роэлин к себе. ---------- Кто же настоящая невеста? (22) *** “Роэлин. Роэлин. Роэлин…” “Хватит уже повторять моё имя, Кергель.” Роэлин смутилась, слушая, как Кергель снова и снова зовёт её, и схватила его за руку, державшую поводья. В тот же миг она услышала тихий смех мужчины, сидевшего прямо за её спиной. “Теперь я наконец-то знаю твоё настоящее имя. Неудивительно, что оно тебе так подходит. А ведь всё действительно оказалось правдой.” Кергель снова произнёс её имя, словно оно ему действительно нравилось. “Роэлин. Роэлин. Роэлин.” [Разве раньше кто-нибудь когда-нибудь произносил её имя столько раз?] Сидя верхом на лошади, Роэлин неожиданно задумалась об этом. [Она почти никогда не слышала своего имени от родных. Но этот человек продолжал называть её так, словно это было самое дорогое имя на свете.] [От его отношения на душе становилось тепло. Пусть это было немного по-детски, но ей было приятно.] [Мне кажется, будто я уже стала таким важным человеком.] Роэлин невольно расправила плечи и гордо подняла голову. Затем вдруг огляделась по сторонам и произнесла: “Мы приехали.” “Я знаю. Я несколько раз позвал тебя по имени, но ты всё равно быстро добралась.” Кергель наконец натянул поводья. Лошадь, на которой они ехали вдвоём, вскоре остановилась. Кергель легко спрыгнул на землю и протянул к Роэлин руки. “Я могу сама слезть.” “Трудно поверить, что эта лошадь чем-то похожа на тебя. У неё, оказывается, тоже характер не из лёгких.” В этот момент лошадь громко заржала, словно поняла, что Кергель говорит именно о ней. Роэлин погладила её по гриве, а затем мягко улыбнулась и позволила Кергелю помочь ей спуститься. “Видишь? Может потому, что со мной что-то не так.” Кергель слишком хорошо её знал. Он уже помог ей спешиться, но всё равно продолжал настаивать на своём, словно его слова были абсолютной истиной. Роэлин неловко улыбнулась и ничего не ответила. [После того как они признались друг другу в своих чувствах, Кергель стал гораздо свободнее в общении с ней. Раньше он тоже мог быть нежным, но теперь…] [Казалось, стена, прежде стоявшая между ними, окончательно исчезла.] “Кстати, я не уверена, что мне вообще разрешено вот так выходить наружу.” “Всё в порядке. Перед уходом я уже сказал Люси. К тому же я вышел вместе со своей женой. Кто посмеет мне запретить?” “…Но всё же.” “Не беспокойся понапрасну, Роэлин. То, что ты моя спутница, никогда не изменится. Честно говоря, мне даже не обязательно было приходить сюда сейчас…Я пришёл только потому, что заметил, как сильно ты переживаешь из-за этого места.” Кергель произнёс это, глядя на серебристый лес, раскинувшийся перед ними, и туман, который клубился вдали, подобно огромному морю. Роэлин посмотрела на него и тихо сказала: “Спасибо.” “Это мне стоит быть благодарным…Всё равно ты ничего здесь не сможешь проверить, даже если придёшь. Ведь обряд соединения уже состоялся.” “Но во время обряда я притворялась своей сестрой-близнецом. Я была там не как сама себя.” [Он и сейчас не собирался предпринимать никаких действий. В конце концов, обряд соединения был всего лишь формальностью.] [Просто Роэлин не могла забыть, что тогда обманула его и прошла обряд под чужим именем. Именно поэтому она так сильно хотела прийти сюда вместе с ним.] Она вспомнила тот день. В памяти отчётливо всплыли чувство вины и напряжение, которые она испытывала из-за одного лишь осознания того, что обманывает его. А после обряда… Вой волков. Роэлин невольно замерла, вспомнив об этом. [Волки…] Она внимательно посмотрела на Кергеля в профиль. [Волки. Какое отношение этот человек имеет к ним?] Но она не могла спросить об этом мужчину, который уже сказал, что расскажет ей всё позже. Роэлин заставила себя подавить любопытство и тихо выдохнула. В этот момент раздался голос Кергеля: “На этот раз пойдём рядом? Правда, здесь немного тесно.” “…Да.” Роэлин посмотрела на его руку и кивнула. Когда она увидела, как его ладонь медленно приблизилась к ней, на душе вдруг стало гораздо спокойнее. [Гораздо легче, чем среди всех тех запутанных мыслей, которые роились у неё в голове.] [Как бы то ни было, её чувства к этому мужчине никогда не изменятся.] [А его чувства…] Голос Кергеля, признавшегося ей в любви, всё ещё звучал у неё в ушах. Роэлин почувствовала, как от смущения у неё запылала мочка уха, но, делая вид, будто ничего не произошло, крепко взяла его за руку. А затем они вместе ступили на покрытую туманом лесную тропу. *** Туман клубился вокруг них, словно в любой момент мог поглотить их целиком. Кергель шёл рядом, крепко держа Роэлин за руку и внимательно следя за дорогой. “Будь осторожна. Если собьёшься с пути, снова попадёшь в иллюзию, как в прошлый раз.” “…” Роэлин остановилась. Кергель оглянулся на неё и слегка склонил голову, не понимая, почему она вдруг замерла. “Тогда иллюзия, которую я увидела, была связана с дворцом в Ракаинe.” “…” Кергель тоже остановился. Его взгляд стал серьёзным. Роэлин почувствовала, как он ещё крепче сжал её руку, и мягко улыбнулась, прежде чем продолжить: “Там был камин, огонь в котором давно погас. Холодная спальня, где не было ни души. В тот момент, когда я встретила тебя, я даже подумала, что всё это мне приснилось. Я знала, что нахожусь в Сероифе, но всё равно продолжала думать, что это сон.” “…” “Это было ужасно. Я не хотела верить, что мне просто приснилось, будто я наконец выбралась из Отдельного Дворца и впервые почувствовала себя свободной. Мне было невыносимо думать, что я снова вернусь в ту тюрьму и буду жить там дальше. Я словно уже не могла подняться ещё один раз…” “…Роэлин.” “К счастью, тогда ты схватил меня за руку и вытащил из той иллюзии.” “Мне просто повезло. Если бы ты зашла глубже, я бы уже не смог тебя спасти.” Кергель покачал головой, словно даже не хотел представлять, чем всё могло закончиться. Роэлин посмотрела на него и медленно произнесла: “На этот раз я хочу выбраться сама.” “…Что?” Кергель нахмурился. Его лицо заметно напряглось. Роэлин повторила свои слова, глядя прямо в его золотые глаза: “Я хочу сама встретиться со своим страхом лицом к лицу. И хочу сама выбраться оттуда.” “Ты что, собираешься одна войти в этот туман?” Лицо Кергеля исказилось от тревоги, когда Роэлин кивнула. Он недоверчиво усмехнулся и снова заговорил. ---------- Кто же настоящая невеста? (23) “Не говори глупостей, Роэлин. Ты, кажется, забыла, что тебе уже однажды удалось выбраться из этого тумана…” “Нет. Я прекрасно понимаю, что тогда мне просто повезло.” “Но ты сама осознаёшь, что говоришь?” “Кергель, я хочу идти дальше вместе с тобой.” “…!” Кергель замолчал, услышав слова Роэлин. Она опустила взгляд на собственные дрожащие руки, а затем снова посмотрела на него. “Подожди меня. Прямо здесь. На этом самом месте.” “…” “Я всё ещё застряла в прошлом. Я проделала весь этот путь до Сероифа, чтобы сбежать от него, но так и не смогла полностью освободиться.” [Роэлин хотела стоять перед ним с гордо поднятой головой. Она не желала чувствовать стыд перед человеком, который сказал, что любит её.] [Она понимала, что её желание могло быть слишком опасным. Но всё же набралась смелости.] “Я всю жизнь боялась всего на свете. Теперь я хочу сама встретиться со своим страхом лицом к лицу и рассказать тебе правду. Я больше не боюсь. Поэтому…Пожалуйста, позволь мне самой пройти этот путь.” Выслушав Роэлин, Кергель медленно разжал пальцы. Это было молчаливое разрешение. Роэлин снова чуть заметно улыбнулась. Она уже собиралась свернуть с тропы, когда услышала голос Кергеля: “Я верю в тебя.” “…” Роэлин остановилась у самого конца тропы. Его голос продолжал звучать у неё за спиной. “Я отпускаю тебя, потому что доверяю. Но если ты вдруг не сможешь вернуться, я всё равно приду за тобой, чего бы мне это ни стоило.” “…” “А если и это не поможет, тогда мы просто попадём в ловушку вместе. Думаю, это тоже не так уж плохо.” Последняя фраза прозвучала почти шутливо, однако за ней всё равно отчётливо слышалось напряжение. Роэлин ещё некоторое время стояла неподвижно. Затем снова посмотрела на туман и шагнула вперёд. Туман мгновенно окутал её целиком. Образ Роэлин, только что находившейся перед Кергелем, исчез. Кергель медленно стиснул зубы и крепко сжал кулак. *** Роэлин огляделась. [Всё было почти так же, как в прошлый раз.] Холодная спальня, в которой имелось лишь одно плотно закрытое окно. [Но на этот раз она была здесь не одна.] “Что это ещё такое? “История континента Цесан”? “Теория политического процесса”? “Эстетика”?” Её сестра-близнец, неотличимая от неё самой, с насмешливым смехом бросила книгу на пол. Затем продолжила язвительно: “Зачем ты вообще читаешь такие книги, если ты всего лишь подделка? Думаешь, это тебе чем-нибудь поможет? Что ты собираешься делать со своим положением? Даже если ты выучишь историю континента, твоя жизнь от этого не изменится. Ты всё равно не можешь выйти из этого Отдельного Дворца. Политика? Ты вообще способна понять хоть что-нибудь из этого? А эта эстетика?” Эрита презрительно усмехнулась, глядя на Роэлин. Роэлин лишь смотрела на книги, разбросанные по полу. [В них не было ничего особенного.] [Всего лишь самые основы.] [Но даже такие знания ей почти не позволяли получать.] Роэлин подняла одну из книг, одновременно вспоминая прошлое. Эрите, очевидно, не понравилась её реакция, поэтому она ещё язвительнее продолжила: “Посмотри на своё положение. Разве ты не понимаешь, что наша Королевская кровь одинакова? Ты должна быть благодарна уже за то, что мы вообще позволили тебе жить…” “Так было всегда.” “Что?” Роэлин перебила Эриту спокойным голосом. Та нахмурилась и посмотрела на сестру. Роэлин продолжила, глядя прямо на свою близняшку: “Это правда. Каждый раз, когда я слышала подобные слова, моя самооценка падала всё ниже. Наверное, это естественно, если тебе годами твердят одно и то же. И не только ты. Все вокруг говорили мне это.” [Ты - дурное предзнаменование.] [Ты всего лишь пустая оболочка.] [Поэтому у неё никогда не было многого.] [Она никогда не позволяла себе быть жадной и даже не строила особых планов на будущее.] [Мне это не позволено.] [Она считала, что ей нельзя хотеть большего.] [Иногда ей было больно от этого, но она просто смирилась и продолжала жить.] [Но…] “Но не сейчас.” Роэлин положила поднятую книгу на старый письменный стол и прямо посмотрела на Эриту. Они были сёстрами, рождёнными от одних родителей, но семьёй никогда не были. И теперь Роэлин говорила с сестрой так же твёрдо, как сказала бы любому другому человеку. “Мне больше не грустно.” [Теперь у неё была семья.] [У неё появился человек, которого она любила.] [И рядом был мужчина, который сказал, что любит её.] [Кергель.] Роэлин прекрасно понимала, что всё происходящее вокруг, лишь иллюзия. [На этот раз она не принимала фантазию за реальность, как тогда.] [Всё потому, что знала: он будет ждать её.] [Она могла двигаться вперёд, потому что знала, где её ждёт Кергель.] [А значит, знала, где находится настоящая реальность.] “Какую ещё чушь ты несёшь? Что с тобой происходит?” Эрита нервно огрызнулась, но Роэлин отвернулась от неё и оглядела спальню. Тёмное, душное помещение. [Мне больше никогда не придётся сюда возвращаться.] “Эй! Ты меня игнорируешь?!” Роэлин обернулась на крик Эриты, которая уже почти срывалась на истерику. Затем направилась к стене спальни. [Она больше не боялась.] [И боли тоже не было.] “Всё хорошо.” Роэлин тихо произнесла это себе под нос. В тот же миг пронзительный голос Эриты исчез. А стены спальни начали рушиться прямо на глазах. Всё вокруг мгновенно изменилось. Теперь Роэлин стояла посреди леса, полного серебристых деревьев. Она посмотрела на туман, который наконец отпустил её, а затем снова двинулась вперёд. Она не знала, где находится тропа. [Но почему-то была совершенно уверена, что сможет её найти.] [Если я не найду дорогу…он обязательно придёт за мной.] [Это была всего лишь ничем не подкреплённая вера.] Роэлин тихо рассмеялась. [Какой же он всё-таки смешной. Такой оптимистичный, что даже не знает меры.] [Сколько времени она шла?] ---------- Кто же настоящая невеста? (24) В тумане смутно показался силуэт мужчины. Это был Кергель, он всё ещё ждал её. “Кергель.” Роэлин позвала его, и он тут же повернулся, услышав её голос. Затем протянул руку навстречу девушке, которая всё ещё едва различимо стояла в клубящемся тумане. “С возвращением.” Роэлин взяла его за руку и прижала к себе. Она почувствовала, что ладони Кергеля влажные от пота. Но ничем не выдала, что заметила это, лишь прижалась к его груди и тихо спросила: “Ты долго меня ждал?” “Не очень.” “…Я вернулась.” “Я рад, что ты вернулась.” “Говорят, ещё никому не удавалось выбраться из этой иллюзии.” “Да.” “А я смогла дважды. Разве это не здорово?” “Да, очень здорово. Ты настоящая бедовая девчонка. Это действительно удивительно. А я-то думал, что ты всего лишь кроткое и послушное создание.” Кергель с озорной улыбкой потрепал Роэлин по волосам, взъерошив их ещё сильнее. Несмотря на свою показную невозмутимость, он был совершенно не спокоен. Сердце колотилось в груди так, словно вот-вот вырвется наружу. Но ни один из них даже не подумал вслух говорить об этом. *** Пещера, которую Роэлин вновь посетила вместе с Кергелем, почти не отличалась от той, что сохранилась в её памяти после обряда. [Впрочем, это было вполне естественно, с момента обряда прошло не так уж много времени.] [И всё же, хотя всё вокруг оставалось прежним, когда Роэлин огляделась, она почему-то ощущала себя совершенно иначе.] [Это было место, где она прошла вместе с ним обряд соединения.] [Место, где ей в итоге было даровано имя “спутница”.] [Это всего лишь формальность, которую из поколения в поколение соблюдали члены Императорской семьи, но…] [Пожалуйста, позволь мне. Я хочу стать настоящей спутницей этого мужчины и жить рядом с ним.] Так Роэлин мысленно обратилась к Каинберту, тому, кто когда-то был хозяином этой пещеры, ставшей его гробницей. “О чём ты думаешь?” Роэлин вздрогнула от неожиданного вопроса. “…Ни о чём.” Она покачала головой, смутившись оттого, что, кажется, Кергель уже успел заглянуть ей в душу. Кергель заметил её реакцию и озорно улыбнулся. Наклонившись, он заглянул ей прямо в глаза, а затем снова заговорил: “Не думаю…Мне кажется, ты всё-таки о чём-то думала.” “Я же говорю, что ни о чём!” Роэлин снова покачала головой и поспешно отвела взгляд, потому что больше не могла выдерживать его золотистый взгляд. [Пожалуйста, позволь мне стать его настоящей спутницей.] [И…как она могла сказать ему, что сама хотела сделать его своим спутником?] От одной этой мысли шея Роэлин вспыхнула жаром. Она провела ладонью по затылку, пытаясь скрыть смущение. И тут её взгляд случайно остановился на ткани, висевшей на стене пещеры. Это была та самая ткань, которую она видела во время [предыдущего обряда соединения.] “А что на самом деле скрывает эта ткань?” Вопрос невольно сорвался с её губ, отчасти для того, чтобы избавиться от неловкости, отчасти чтобы сменить тему. Однако ответ Кергеля оказался совершенно неожиданным. “Твой портрет.” “…Что?” Роэлин несколько раз моргнула, совершенно не понимая, о чём он говорит. Увидев её растерянность, Кергель улыбнулся, как озорной мальчишка, подошёл к стене и спросил: “Хочешь, покажу?” Не дожидаясь ответа, он одним движением снял ткань со стены пещеры. Роэлин широко распахнула глаза, увидев находившийся перед ней портрет. “Ну как? Тебе нравится?” Кергель уже успел вернуться к ней и теперь с любопытством ждал ответа. Но Роэлин не могла ничего сказать. Она неотрывно смотрела на картину. “Эта картина…когда…” [Когда вообще успели написать её портрет прямо на этой стене?] [Чтобы создать такое огромное изображение, да ещё и непосредственно на стене пещеры, наверняка потребовалось бы немало времени…] [Нет, дело было даже не в этом.] “Я слышала, что это гробница основателя государства! Разве здесь вообще можно что-нибудь рисовать?!” Роэлин резко обернулась к Кергелю. Её лицо побледнело, а взгляд стал обвиняющим. “Неужели ты…” Она уже представляла, как он без всякого разрешения превратил древнюю гробницу в место для собственного портрета. “Это же не какое-нибудь обычное место! Это гробница основателя государства! Здесь на протяжении многих поколений потомки Императорской семьи проводили обряды соединения! И ты ещё и такую картину здесь…” Кергель гордо прошёл сквозь свисающую ткань и продемонстрировал своё произведение искусства. Но теперь на Роэлин оно производило совершенно другое впечатление. Казалось, она смотрела на человека, который только что совершил преступление против культурного наследия. “Это недоразумение! Роэлин, не пойми меня неправильно!” Кергель поспешно замахал руками, испугавшись, что она окончательно сделает неправильные выводы. “Этот портрет существовал ещё до того, как я отправил предложение о браке в Ракаин!” “…Что? Как такое вообще возможно?” Роэлин нахмурилась. Она явно не верила ни единому его слову. Тогда Кергель снова взмахнул рукой и, взяв её за запястье, потянул к стене. “Подойди поближе и посмотри сама. Тогда всё поймёшь.” “Кергель!” Роэлин ничего не оставалось, кроме как подойти к стене настолько близко, насколько он её подвёл. “Посмотри внимательно. На первый взгляд кажется, будто это краска. Но здесь нет ни единого следа кисти.” “…” Роэлин всмотрелась в изображение. [И действительно.] [Она не видела ни малейшего следа человеческой работы. На всём огромном рисунке не было ни мазков, ни неровностей, которые могли бы остаться после нанесения краски.] [Казалось, портрет существовал на этой стене с самого начала.] [Будто его не нарисовали, а высекли прямо в самой породе.] “…Разве такое возможно?” [От этого всё становилось ещё более невероятным.] [Как вообще мог появиться подобный портрет?] [Тем более её собственный.] [Если его действительно нарисовали недавно, то почему не осталось ни единого следа?] [А если же картина была здесь с давних времён, то со временем наверняка появились бы хотя бы какие-то признаки старения или повреждений.] [Но ничего подобного не было.] “Это своего рода таинственное явление, которое передаётся в Императорской семье из поколения в поколение.” Кергель произнёс это так, словно именно этим и отвечал на её вопрос. [Он умолчал лишь об одной детали - о “волке”.] [Кергель решил, что сейчас будет лучше оставить разговор об этом таинственном явлении, не углубляясь в то, что связано с волками.] Однако после его слов Роэлин стала выглядеть ещё более озадаченной. “Таинственное явление?” ---------- Кто же настоящая невеста? (25) Кергель с лёгкой улыбкой посмотрел на выражение лица Роэлин и продолжил объяснять: “Когда приходит время встретить свою спутницу, её образ появляется вот на этой стене. Именно так, как сейчас.” “…Что? Но как…” “Ещё до того, как я отправил предложение о браке в Ракаин, я уже видел тебя благодаря этому портрету. Конечно, в тот момент я думал, что существует только твоя сестра-близнец, поэтому и сделал предложение ей.” Кергель горько усмехнулся. [Об этом было неловко говорить.] [Вместо собственной жены он когда-то сделал предложение другой женщине.] [Если бы кто-нибудь другой оказался в подобной ситуации, над ним наверняка посмеялись бы, назвав глупцом.] Кергель смутился и уже собирался что-то добавить, но, взглянув на Роэлин, вдруг заметил, что с ней что-то не так. “Роэлин? Что случилось? Тебе неприятно?” Её лицо неожиданно побледнело. Кергель встревоженно всмотрелся в неё, но Роэлин лишь покачала головой и отступила на шаг. “Ничего. Всё в порядке.” “А выглядишь ты совсем не так, будто всё в порядке.” “…Как я могу быть уверена, что на этой картине изображена именно я?” Роэлин с трудом выговорила эти слова. [Стоило ей увидеть на картине девушку, до мельчайших деталей похожую на неё, как в голове осталась только одна мысль.] [А после слов Кергеля тревога стала лишь сильнее.] [Явление, передававшееся из поколения в поколение.] [Когда приходило время встретить свою спутницу, её образ появлялся на этой стене.] [Значит, именно поэтому он сделал предложение Эритe.] [Но тогда…] [Кто же на самом деле должен был стать его спутницей?] [Она или Эрита?] [Ведь всё могло быть совсем иначе.] [Если женщина на картине на самом деле была её сестрой-близнецом, а не ею…] “Потому что я уверен, что это ты.” Кергель ответил спокойно, но твёрдо. Тревога Роэлин тут же немного отступила. Однако полностью исчезнуть она всё же не смогла, в её голубых глазах всё ещё дрожала неуверенность. Кергель продолжил, не отводя от неё взгляда: “Я уже убедился в этом во время обряда соединения.” “Если ты просто убедился в этом тогда…” [Они всего лишь вместе положили руки на алтарь.] [А затем откуда-то донёсся волчий вой…] [Но ведь это вполне могло быть совпадением.] [К тому же волки вообще не должны были иметь отношения к избранию спутницы Императора.] Роэлин покачала головой. Кергель протянул руки, мягко обхватил её лицо ладонями и заговорил: “Даже если бы этого не произошло, я всё равно был бы совершенно уверен, что именно ты - моя спутница.” “…” Роэлин смотрела ему прямо в глаза, не в силах даже повернуть голову: его ладони всё ещё нежно удерживали её за щёки. Кергель продолжал, не сводя с неё взгляда: “Тебе не нужно ни в чём сомневаться и совершенно не о чем беспокоиться. Свою спутницу я выбираю сам. Я не стал следовать выбору основателя, который умер много лет назад. Именно мои чувства к тебе привели меня к этому выбору. Ты ведь не станешь сомневаться в моих чувствах?” Кергель говорил серьёзно, а затем нарочито шутливо добавил: “Не станешь же?” Роэлин тоже слушала его с серьёзным выражением лица, но вскоре на её губах появилась лёгкая улыбка. “…Не думаю.” “Тогда всё хорошо.” Кергель словно в награду за правильный ответ нежно коснулся губами её лба и тут же отстранился. Затем одной рукой продолжил придерживать её за лицо, а второй взял её за руку. Роэлин опустила взгляд на его большую ладонь, сомкнувшуюся вокруг её руки, а потом снова посмотрела на портрет на каменной стене. На нём была изображена женщина, похожая на неё. [Та самая женщина, которая выглядела в точности как её сестра-близнец.] [Но, по словам Кергеля, на картине была именно она.] [Так какая разница? Кергель выбрал меня.] Роэлин крепко зажмурилась, решив больше никогда не позволять себе быть слабой. Затем медленно открыла глаза, снова посмотрела на портрет и сказала: “Это прекрасный портрет. Мне никогда в жизни не доводилось позировать для портрета.” Она повернулась к Кергелю и произнесла это так, словно окончательно признала: женщина на картине действительно была ею. Кергель тут же кивнул. “Похоже, наш основатель хорошо разбирался в живописи.” Услышав эту шутку, Роэлин рассмеялась. Кергель тоже улыбнулся и заключил смеющуюся Роэлин в объятия. Им не нужно было выяснять, кто первым сделал шаг навстречу. Вскоре они просто прижались друг к другу и впервые поцеловались. Это был их первый поцелуй. *** “Принцесса совсем недавно снова устроила переполох. Она требует встречи с Его Величеством. Ха…Но её напор был просто невероятным.” Кергель стоял перед Вторым Дворцом и с усмешкой посмотрел на Хайнеса. Хайнес устало потёр лоб и ответил: “Хайнес…Должно быть, это действительно выдающаяся женщина, если даже из твоих уст вырвалось слово “напор”.” “Всё было ещё сложнее из-за одного человека, который вернулся после тайного свидания, оставив все проблемы на своих подданных.” “Какое ещё тайное свидание? Я всего лишь поцеловал её.” “Как гордо звучит! Ах! Нет…Вы её поцеловали? Все уже переживали, потому что вы двое до сих пор даже не спали вместе. Но теперь, кажется, появилась надежда.” “…Странно слышать от тебя то, что обычно говорит Берт.” Кергель слегка смутился и провёл ладонью по затылку. Хайнес мягко улыбнулся и уже более спокойно продолжил: “В любом случае я говорю это заодно и в качестве извинения.” “Извинения?” “За то, что я сказал Её Величеству раньше. Я ведь заставил Императрицу сомневаться в том, действительно ли она является вашей спутницей…” Последние слова Хайнес произнёс уже не так уверенно. Кергель взглянул на него через плечо. “Ты сказал лишь то, что должен был сказать. Тебе не за что передо мной извиняться.” “Но…” “Продолжай спорить со мной и дальше. И продолжай обо всём заботиться, как сейчас. Всё это я делаю именно потому, что ты по-прежнему остаёшься рядом со мной.” “Ваше Величество…” Фиолетовые глаза Хайнеса дрогнули. Кергель похлопал друга по плечу и с озорной улыбкой добавил: “Хотя теперь, чем бы я там ни занимался, просто закрой глаза на некоторое время.” “…Что? Что вы имеете в виду? Разве вы не собирались поговорить с принцессой? Ваше Величество! Ваше Величество!” Хайнес удивлённо окликнул его. Но Кергель уже быстро вошёл внутрь здания, словно именно этого момента и ждал. “…Ох. Ну, он ведь не единственный, кому хочется поговорить.” Хайнес тяжело вздохнул и усмехнулся. Затем кивнул самому себе и тихо продолжил: “…И, если честно, я тоже хочу отплатить принцессе добром.” [Ему почему-то хотелось поддержать Кергеля.] Хайнес почесал кончиками пальцев лоб, а затем вдруг застыл с неопределённым выражением лица. ---------- Кто же настоящая невеста? (26) “Ваше Величество!” Эрита резко распахнула дверь и, увидев вошедшего человека, поспешно придала лицу печальное выражение. “Наконец-то я снова могу видеть вас, Ваше Величество. Уже становилось совсем поздно, и я подумала, что сегодня больше не смогу с вами встретиться…От этого мне стало так грустно.” Она приблизилась к нему с томным выражением лица, аккуратно сложив руки перед собой. Кергель лишь молча смотрел на Эриту. [Уверена, он уже поддался моему очарованию.] Убедившись, что именно чувства к ней заставили его среди ночи прийти сюда и искать встречи с ней, Эрита едва заметно приподняла уголки губ. Затем она прижала ладонь к груди и заговорила ещё более печальным голосом: “Почему же мы должны были так сильно отличаться друг от друга? Если бы я всего лишь немного раньше набралась смелости…Уа-а-а…” Договорить она не успела. Эрита попятилась назад и с грохотом рухнула на пол, потому что Кергель выхватил меч из ножен и направил его прямо на неё. “В-Ваше Величество?” “Немедленно убирайся отсюда.” “Что? Что это вообще значит?” Эрита заметалась взглядом, пытаясь понять, о чём он думает. Однако Кергель лишь повторил свои слова с холодным и мрачным выражением лица: “Немедленно убирайся отсюда. И не только ты - вся ваша делегация тоже. Я собирался дождаться рассвета, но вызывать у меня отвращение настолько долго оказалось выше моих сил. Я больше не намерен терпеть.” “Что?! Я вызываю у вас отвращение? Вы действительно сейчас говорите, что я отвратительна?!” Эрита содрогнулась, а глаза тут же наполнились слезами от его жестоких слов. “Что происходит, принцесса? Нет…Ваше Величество?” В этот момент дверь распахнулась, и внутрь вошёл граф Макгри, словно встревоженный шумом снаружи. Появление графа придало Эритe уверенности, и она вновь обратилась к Кергелю, на этот раз с куда большей гордостью: “Что значит “убирайся”? Как вы вообще можете так говорить?! Разве Император может позволять себе подобную грубость по отношению к делегации другой страны?” “Вы первыми проявили грубость. Вы оскорбили мою жену. И меня тоже.” “Когда мы хоть раз вас оскорбляли?” Голос Эриты снова задрожал, изображая несправедливое обвинение. Граф Макгри, до этого лишь наблюдавший за происходящим, немедленно вмешался: “Именно вы всё исказили, Ваше Величество! Принцесса собиралась рассказать правду, а вы намеренно извратили её добрые намерения. Более того, вы явились глубокой ночью в комнату женщины и теперь угрожаете ей оружием! Даже какой-нибудь разбойник не стал бы вести себя подобным образом!” Граф повысил голос. [Он рассчитывал на то, что каким бы варварским и невежественным ни считался Император Сероифа, тот всё же не станет забывать о дипломатических отношениях между двумя странами. В конце концов, даже Империи, занимавшей половину континента, было бы опасно без причины превращать целое государство во врага.] Однако следующими словами Император полностью разрушил все расчёты графа. “Если не хотите стать врагами Сероифа, вам лучше убраться отсюда.” Кергель говорил спокойно, но от его голоса веяло ледяной угрозой. “Я и так едва сдерживаю желание стереть с лица земли весь Ракаин. Не советую вам испытывать моё терпение. Разве вы не хотите просто вернуться домой живыми?” Кергель направил меч на графа, тот самый, которым мгновение назад угрожал принцессе. Граф Макгри покрылся холодным потом. Острие меча было направлено прямо ему в горло и казалось готовым пронзить его в любую секунду. “Ваше Величество, требовать от них немедленно покинуть Императорский дворец, слишком…” Голос, прозвучавший в этот момент, словно спас графа. Тот с облегчением обернулся. К ним приближался сереброволосый мужчина с совершенно спокойным выражением лица. “Лорд Башель…” “Позвольте им уйти хотя бы после рассвета.” - спокойно произнёс Хайнес. “Если они покинут дворец прямо сейчас, придворным будет трудно заснуть после такой суматохи. Прошу вас проявить милосердие хотя бы ради спокойного сна ваших подданных.” “Хм…Вот как?” “Да, Ваше Величество.” “Тогда ничего не поделаешь.” Кергель словно нехотя согласился. “Не стоит мешать моим людям спать, верно? Поэтому уходите сразу после рассвета. Если к тому времени вы всё ещё будете здесь, я лично распоряжусь о вашей депортации.” С этими словами Кергель отвернулся. “Подождите!” Эрита, которая всё это время дрожала и не могла вымолвить ни слова, наконец окликнула его. Кергель нахмурился и медленно обернулся. “А что со мной? Почему вы отвергаете меня ради той девушки? Говорят, у нас одинаковые лица, но разве я могу сравниться с этой худой, невзрачной девчонкой?! Даже если она Королевских кровей, у неё ведь даже нормального образования нет…” “От тебя дурно пахнет. В отличие от неё.” “Что?” “От неё исходит аромат прекрасного цветка. А от тебя - запах протухшего мусора.” Кергель усмехнулся. “Как ты сама сказала, вас невозможно сравнивать. Как я вообще мог бы поставить её рядом с тобой?” С этими словами он снова отвернулся и холодно рассмеялся. Позади раздались крики Эриты и её ругательства, но Кергель даже не удостоил их внимания. [Я просто хочу как можно скорее увидеть Роэлин.] *** “Приготовить ванну?” “Да, пожалуйста.” Роэлин медленно закрыла книгу, которую читала, и поднялась со своего места. Затем она невольно бросила взгляд на дверь, словно кого-то ждала. “Его Величество сегодня немного задержится. Ему сначала нужно кое-что уладить.” “О…Вот как?” Силлоа вышла, чтобы приготовить ванну. Люси, заметив, как Роэлин смущённо покраснела, вежливо произнесла: “Ваша ванна готова, Ваше Величество.” В этот момент Силлоа вернулась в комнату. Роэлин слегка кивнула, всё ещё смущённая, и поспешно направилась в ванную. Люси проводила её взглядом. “Кажется, скоро должно произойти что-то хорошее.” Старушка тихо пробормотала это себе под нос. [Говорили, что именно сегодня должна была раскрыться невероятная правда о “спутнице”. Однако всё происходящее почему-то казалось Люси не только раскрытием этой тайны, но и предвестником чего-то очень доброго.] “Похоже, Императрица почему-то старалась держать Императора на расстоянии. Но теперь эта стена будто исчезла. Нет…пожалуй, ещё не совсем. Но теперь можно сказать, что они оба наконец искренне открыли друг другу свои сердца.” В глазах старой женщины читалось неподдельное умиление. [Хотя сами Роэлин и Кергель ещё, кажется, даже не осознавали этого.] Люси довольно улыбнулась и отправилась готовить постель. И именно в этот момент дверь внезапно открылась. “Вы уже закончили принимать ванну? О, Ваше Величество!” В комнату вошёл Кергель. Люси совершенно не ожидала увидеть его так скоро. [Ведь ей сообщили, что Император задержится из-за каких-то неотложных дел.] Она поспешно отступила в сторону, почтительно сложив руки перед собой. ---------- Кто же настоящая невеста? (27) “Вы уже здесь.” “А где Роэлин?” [Похоже, это было ещё одним проявлением перемен в их отношениях, теперь они могли непринуждённо обращаться друг к другу по имени.] Люси ответила с улыбкой, совершенно забыв о том, что ещё мгновение назад была смущена неожиданным появлением самого Императора. “Императрица сейчас принимает ванну.” “…Ванну?” Кергель замер и неловко переспросил. Его шея сзади слегка покраснела. Он кашлянул, без всякой причины огляделся по сторонам, а затем сел на диван. “В прошлый раз она закончила принимать ванну гораздо раньше…” “На самом деле сейчас она задержалась даже дольше обычного. Просто сегодня Ваше Величество пришли гораздо раньше, чем ожидалось.” Люси ответила, изо всех сил сдерживая смех. [Она знала лучше всех, что Кергель и Роэлин спали в одной постели, но между ними до сих пор не было никаких супружеских отношений.] [Именно поэтому ночью они оба чувствовали себя особенно неловко рядом друг с другом.] [В конце концов, было вполне естественно, что они начали замечать друг друга совершенно иначе.] [Поэтому Роэлин старалась как можно быстрее принять ванну и лечь спать, а Кергель, напротив, приходил в спальню как можно позже.] [Но сегодня, похоже, всё изменилось.] “Хм…Я слишком поспешил. Ладно. Можешь идти.” “Да, Ваше Величество.” Люси спокойно поклонилась Императору, чьи лицо, шея и даже уши заметно покраснели, после чего вышла из спальни. “Фух…Наверное, со стороны это выглядит довольно забавно.” Оставшись один, Кергель пробормотал это себе под нос, одновременно обмахивая лицо руками. [Разумеется, опытная главная горничная не могла не понять, что происходит.] Кергель окончательно смутился и провёл ладонями по всему лицу. И тут его слух уловил странный звук. Вероятно, из-за смущения он впервые обратил на него внимание. Плеск воды. Голоса служанок, восхищавшихся нежной и красивой кожей Роэлин. И…её тихий, застенчивый смех. Кергель мгновенно вскочил с дивана. “Чёрт…Почему я слышу всё это настолько отчётливо?” Проклиная свой слишком острый слух, он подошёл к окну и распахнул его настежь, надеясь остудить разгорячённое тело. Но стоило ему почувствовать жар, как тело, словно издеваясь над ним, совершенно не собиралось так просто остывать. [Для начала мне нужно успокоиться.] “Хаа…” Кергель покачал головой и провёл рукой по волосам. Он уже собирался отвернуться от окна, которое успел закрыть, когда дверь спальни открылась. “Может, сегодня нанести немного розового масла? Думаю, его аромат обязательно понравится Императрице.” “Не стоит. Сегодня я просто хочу поспать…О, Ваше Величество!” Роэлин вошла в спальню, продолжая отвечать на болтовню Силлоа, но внезапно замолчала, широко раскрыв глаза. Кергель тоже замер у окна, удивлённо глядя на неё. [После ванны Роэлин выглядела совершенно иначе, чем обычно.] На ней было лишь лёгкое тонкое платье, из-за чего отчётливо проступали изящные очертания её фигуры. Лицо слегка порозовело, вероятно, от горячей воды, в которой она только что купалась. К тому же Роэлин была без единой капли косметики, и это придавало её облику ещё большую свежесть и естественность. “О…” Кергель невольно уставился на неё и смог выдавить лишь один звук. Тут же смутившись собственной реакции, он неловко кашлянул и снова заговорил: “Люси сказала мне, что ты пошла принимать ванну.” “…Что? А…да. Да.” Роэлин тоже несколько секунд смотрела на него совершенно растерянно, а затем поспешно ответила. Между ними повисла неловкая тишина. Оба слишком сильно осознавали присутствие друг друга, поэтому уже не могли думать ни о чём другом. Они даже не заметили, что Силлоа тем временем незаметно выскользнула из спальни и исчезла. Они просто стояли и смотрели друг на друга, оба заливаясь краской. Кап. Кап. Тихий звук падающих на пол капель воды внезапно нарушил тишину. Кергель наконец обратил на него внимание и снова посмотрел на Роэлин. С её мокрых волос на пол стекали капли воды. “Тебе, наверное, нужно вытереть волосы.” “А…да. Нужно. Волосы…Силлоа?” Роэлин растерянно огляделась и поспешно позвала служанку. Но Силлоа нигде не было. Только теперь Роэлин поняла, что та уже сбежала, и её лицо снова вспыхнуло. Кергель тоже догадался, что произошло, и неловко усмехнулся. [Эта служанка действительно готова на всё, лишь бы подтолкнуть наши отношения вперёд.] Он слегка усмехнулся, а затем заговорил уже немного спокойнее: “Хочешь, я высушу тебе волосы?” “Ваше Величество?” “Да. Думаю, мне стоит это сделать.” “…” Роэлин немного поколебалась, а затем осторожно подошла к нему. Кергель передвинул диван так, чтобы ей было удобнее сидеть. Роэлин устроилась перед ним, слегка нервничая, и повернулась к нему спиной. “…Я слышал, что если плохо высушить волосы, можно простудиться.” “…Да.” Роэлин тихо ответила на неловкое замечание Кергеля. Он словно хотел сказать что-то ещё, но в последний момент передумал и просто замолчал. Затем взял полотенце и осторожно начал промакивать её мокрые волосы, убирая из них влагу. “…” Каждый раз, когда он случайно тянул волосы, Роэлин невольно хмурилась. [Прикосновения Кергеля были довольно неуклюжими.] [Он, конечно, старался быть осторожным, но, похоже, ему действительно было непривычно сушить кому-то волосы.] Роэлин ни разу не сказала, что ей больно. Она лишь прикусила губу, боясь, что невольно вырвавшийся стон выдаст её смущение. Сердце бешено колотилось. [Всё происходящее казалось сном.] [Ей даже хотелось ущипнуть себя за руку, чтобы убедиться, что она действительно не спит.] [Как же так получилось? День, которого я больше всего боялась…День, когда должны были раскрыться все мои тайны, превратился в такой прекрасный, почти сказочный день.] Роэлин спрятала пылающее лицо в ладонях и коснулась щёк. “…Готово.” В этот момент руки Кергеля уже исчезли из поля её зрения. Роэлин на мгновение даже захотела откинуть голову назад, почувствовав странное сожаление оттого, что всё закончилось. Но она вовремя удержалась, выпрямилась и поднялась с дивана. “Спасибо, Ваше Величество…” “Но почему ты всё время называешь меня “Ваше Величество”? Ты ведь уже называла меня по имени.” “Это…Да, наверное, просто всё ещё немного непривычно.” Роэлин перебила его и с улыбкой кивнула. Кергель удивительно быстро начал возмущаться из-за такой мелочи. [Возможно, всё дело было в том, что сейчас они столкнулись друг с другом совершенно неожиданно.] [От этого всё почему-то стало неловким.] [А может, дело было в том, как она сейчас выглядела.] [Наверное, мне стоило надеть поверх этого тонкого платья что-нибудь поплотнее…] ---------- Кто же настоящая невеста? (28) Тем временем Кергель заметил стоявшую на столе бутылку вина и заговорил: “Выпьем немного? Мне нужно кое-что тебе рассказать.” “Хорошо.” Услышав слова “рассказать тебе”, Роэлин отбросила все тревожные мысли и снова присела. Кергель взглянул на неё, затем снял с себя верхнюю одежду и накинул ей на плечи. “Как я уже говорил, ты можешь простудиться.” “Спасибо, Кергель.” Роэлин слегка улыбнулась, тронутая его заботой, словно он каким-то образом угадал все её мысли и переживания. Кергель посмотрел на неё, укутанную в его одежду, и почему-то почувствовал удовлетворение. Он неловко кашлянул, прежде чем заговорить: “…Принцесса и вся делегация завтра утром покинут дворец.” Он сел напротив Роэлин, налил ей вина и произнёс это тихим голосом. Роэлин взяла бокал, сделала небольшой глоток, на мгновение замерла, а затем спокойно кивнула. [В этом не было ничего удивительного. У неё не было ни причин сожалеть об их отъезде, ни тем более скучать по ним.] Но вскоре её лицо омрачилось. “Но почему они вдруг уезжают? Неужели из-за меня между Сероифом и Ракаином возникли какие-то проблемы?” Роэлин обеспокоенно посмотрела на Кергеля. Кергель лишь покачал головой и усмехнулся. “Вовсе нет. Да и тебе совершенно не о чем беспокоиться, даже если наши отношения с Ракаином действительно окажутся под угрозой.” “Но…” “Роэлин, Сероифу подобное едва ли может причинить серьёзный вред. Неужели ты считаешь своего мужчину настолько неспособным?” “Конечно, нет! Что значит “неспособным”?!” Она решительно покачала головой, категорически отрицая его слова. Кергель снова улыбнулся и поднял бокал. “Тогда просто расслабься и выпей со мной.” Роэлин стукнулась своим бокалом о его и допила вино. Однако едва на её лице появилась лёгкая гримаса от горьковатого послевкусия, как Кергель рассмеялся. “Почему ты смеёшься?” “Просто…это напомнило мне о нашем первом знакомстве с вином.” “…” “Знаешь, как я удивился, когда ты, даже не подозревая, насколько крепкий был напиток, выпила всё одним глотком?” “…Оно показалось мне таким сладким, что я даже не поняла, насколько крепким оно было.” Роэлин ответила немного виноватым голосом, и от смущения её лицо вновь покраснело. Кергель с улыбкой посмотрел на неё, поставил бокал на стол и поднялся. “Тогда я пойду спать.” “…Да. Тебе стоит отдохнуть.” Роэлин ответила с небольшой задержкой. [Всё было почти так же, как в любой другой вечер, но почему-то сейчас всё её тело казалось каким-то лёгким и невесомым.] Тем не менее она спокойно направилась к кровати, не показывая ни малейшего волнения. Она почувствовала, как Кергель лёг рядом. Роэлин тут же провела языком по внезапно пересохшим губам. “Ты сегодня очень устала. Спи крепко.” “…И ты тоже, Кергель.” Она ответила на его пожелание и крепко закрыла глаза. [Если я пробуду так ещё хоть немного, он наверняка услышит, как сильно колотится моё сердце.] “…” [Сколько времени прошло?] Дыхание Роэлин постепенно стало ровным и спокойным. А спустя ещё некоторое время из уст Кергеля, который, судя по всему, уже притворился спящим, вырвался тихий вздох. “Давай просто спать? Не могу поверить, что я только что нёс какую-то чушь.” [И, возможно, после этого ему действительно предстояло провести всю ночь без сна.] *** Делегация Ракаина покинула дворец ранним утром, практически так, словно их выставили за дверь. Вскоре после возвращения делегации в Ракаин от имени самого Короля Леноффа было опубликовано заявление, в котором выражалось глубокое сожаление по поводу произошедшего. В результате о существовании двух принцесс-близнецов стало известно не только всему Королевству Ракаин, но и всему континенту Цесан. С этого момента Королевская семья Ракаина стала настоящим посмешищем, слухи и насмешки быстро распространились повсюду. Однако внутри самого Ракаина почти никто не решался открыто реагировать на случившееся. Впрочем, все именно этого и ожидали. В конце концов, Ракаин фактически обманул самого Императора Сероифа, отклонив его предложение руки и сердца подобным образом. Поэтому сейчас оставалось лишь затаиться и всеми силами избегать гнева Империи. “…” По крайней мере, так всё выглядело на поверхности. Звон! “Никогда бы не подумал, что эта мелкая девчонка окажется такой головной болью.” Ленофф со злостью швырнул бокал, стиснув зубы. Стекло с громким звоном разбилось о пол, разлетевшись на множество осколков. Одна из служанок тут же поспешила собрать их. “Ой! Простите, Ваше Высочество!” Вероятно, из-за спешки она не заметила острый осколок и порезала руку. Служанка тихо застонала от боли, но тут же опустила голову. Ленофф раздражённо посмотрел на неё лишь на мгновение, после чего махнул рукой стоявшему рядом рыцарю. “Простите меня, Ваше Величество! Прошу, простите…” Служанка продолжала умолять о прощении, пока рыцарь не увёл её из комнаты. Ленофф даже не удостоил её взглядом. Он продолжал мрачно бормотать себе под нос: “Я не могу оставить всё как есть. Как я могу позволить тому, что было всего лишь позором, теперь стать пятном на всей Королевской семье?” “…Ваше Величество, не желаете ли вы решить эту проблему тайно?” Медленно заговорил герцог Дебертон, сидевший напротив него. При дворе он приходился Королю дедушкой по материнской линии. Ленофф бросил на герцога холодный взгляд и сухо спросил: “И у дедушки есть хороший способ это сделать?” “Несколько лет назад одна алхимичка по имени Ванесса сумела создать гибридного монстра.” “…К чему ты ведёшь? Почему вдруг заговорил о каком-то монстре? Что, Император Сероифа и есть тот самый монстр?” Ленофф цинично усмехнулся. Однако седовласый герцог совершенно спокойно продолжил, ничуть не смутившись: “Это был монстр, созданный безумной жаждой алхимички, которая пыталась воссоздать древнюю Расу зверей. Но никто не собирался принимать столь отвратительное гибридное существо. В конце концов результаты её исследований были полностью преданы забвению.” “…” Ленофф слушал герцога, прищурившись. Похоже, он уже начинал догадываться, к чему тот клонит. И только тогда герцог наконец чуть заметно изогнул уголки губ в улыбке. “Для начала нужно отдалить Императора от той девушки. А для этого нам понадобится монстр.” Он сделал короткую паузу. “Монстр против монстра.” “Ага…” В синих глазах Леноффа на мгновение блеснул опасный огонёк. Так между ними продолжился разговор. А где-то под поверхностью всего происходящего уже начала медленно шевелиться тёмная и зловещая интрига. ---------- Чаепитие и Лоршель (1) *** “Стая загадочных зверей?” Кергель нахмурился, перечитывая толстый доклад, а затем наконец поднял голову. Хайнес ответил на его внезапный взгляд коротким кивком. “Да, Ваше Величество. Несомненно, это следы какого-то зверя, однако определить конкретный вид пока невозможно. Никаких признаков, позволяющих установить, какому именно животному они принадлежат, обнаружить не удалось.” “Но в одном можно быть уверенными: эти следы оставил зверь.” “Именно так.” Хайнес снова кивнул, соглашаясь с Кергелем. Тот ещё раз пробежался глазами по докладу и прищурился. Документ прислал глава пограничной заставы возле гор Самальта. Он регулярно отправлял отчёты раз в два месяца, и, по правде говоря, в них никогда не было ничего такого, чему стоило бы уделять особое внимание. Горы Самальта славились своей неприступностью, поэтому опасаться проникновения извне не было причин. Даже если бы кто-нибудь попытался пробраться через них, одних пограничных сил Сероифа было бы достаточно, чтобы полностью пресечь подобную попытку. Сероиф ни в коем случае нельзя было назвать слабой Империей. “Но всё же…” Кергель никак не мог отвести взгляд от доклада. [Почему-то он не давал ему покоя, хотя речь всего лишь шла о появлении стаи зверей.] [Даже тот, кто отвечал за патрулирование границы, в самом конце отчёта добавил лишь небольшую приписку…] Кергель постучал пальцами по столу и снова нахмурился. Канцлер озадаченно посмотрел на него и перестал наливать чай в стоявшую перед Императором чашку. Выражение лица Хайнеса стало почти таким же серьёзным, как у Кергеля. “Что случилось, Ваше Величество? Вас что-то беспокоит?” “Не знаю. Но мне всё равно кажется, что здесь что-то не так. А…благодарю.” Ответив Хайнесу, Кергель поблагодарил главу канцелярии, взял чашку одной рукой, а другой снова сжал доклад. Его золотистый взгляд стал острым, словно он собирался пронзить им саму бумагу. Хайнес невольно напрягся, наблюдая за Императором. Увидев, насколько чувствительно тот отреагировал на этот, казалось бы, незначительный вопрос, он понял, что просто оставить всё без внимания уже не получится. “Не нужно так напрягаться, Хайнес. Расслабься.” Кергель улыбнулся и махнул рукой, заметив, какое серьёзное выражение принял его верный слуга и одновременно друг. После этого он положил доклад на стол и сделал глоток чая. Затем замолчал, словно погрузившись в размышления. Хайнес и глава канцелярии терпеливо ждали, не смея даже лишний раз вздохнуть, чтобы не нарушить тишину, установившуюся вокруг Кергеля. Так продолжалось до тех пор, пока их господин наконец не привёл свои мысли в порядок и снова не заговорил. Прошло некоторое время. Кергель вновь отпил чаю и нахмурился ещё сильнее. Чай успел остыть гораздо больше, чем он ожидал. Заметив это, управляющий уже собирался приготовить новую чашку, но Кергель жестом остановил его. Поставив чашку на стол, он заговорил: “Поступали сообщения о каких-либо повреждениях?” “Да, Ваше Величество.” “Только следы и больше ничего…” Кергель усмехнулся, постукивая пальцами по столу. Он решил, что, похоже, напрасно придаёт этому слишком большое значение. “Этого достаточно. Я и так заставил вас уделить этому слишком много внимания. В конце концов, никто не пострадал. Можете больше не беспокоиться.” Кергель покачал головой, обращаясь к Хайнесу. Но тот не собирался так просто оставлять эту тему. “Но ваше чутьё редко вас подводит.” [Возражение Хайнеса было вполне разумным, и глава канцелярии тоже согласно кивнул.] [Возможно, благодаря волчьей крови, текущей в его жилах, Кергель инстинктивно чувствовал опасность гораздо острее остальных.] [Кроме того, он необычайно быстро замечал “ловушки” и “уловки”.] [Именно благодаря этому ему не раз удавалось заранее распознать угрозу и предотвратить различные происшествия и несчастные случаи.] [Поэтому сейчас они не могли просто отмахнуться от этой мелочи.] Кергель кивнул, словно понял, о чём думает Хайнес, и продолжил: “Пусть пока наблюдают. Если обнаружат ещё какие-нибудь следы, сообщи мне. И вели докладывать обо всех изменениях, даже самых незначительных.” “Да, Ваше Величество.” “А пока этого достаточно. Ничего ведь ещё не произошло.” Кергель отдал Хайнесу короткое распоряжение. И едва он собирался взять следующий доклад, как дверь кабинета открылась. Вошёл Берт, с трудом удерживая в руках целую гору документов. “Сегодня, похоже, предстоит разобрать немало бумаг.” Увидев эту гору, Кергель невольно вздохнул и недовольно пробормотал: “И откуда их столько взялось…” Берт сложил документы на стол Императора, затем притворно вытер пот со лба и ухмыльнулся. “Не знаю. По-моему, всё как обычно.” “Нет. Сегодня их определённо больше.” “Хм…Всё равно не соглашусь. Может, вам так кажется, потому что ваша задница уже мысленно покинула это кресло?” Берт с озорным выражением лица ответил на слова Кергеля. Хайнес понял, что именно он имел в виду, и уголки его губ дрогнули. Глава канцелярии тоже явно догадался. Кергель кашлянул, заметив на их лицах эти слишком уж красноречивые выражения. Казалось, они спрашивали своего господина: разве не он сам недавно совершенно “случайно”, “вдруг” и даже “неожиданно” заговорил о… “Ну и как проходит чаепитие?” “Да, Ваше Величество. Насколько мне известно, всё идёт хорошо, никаких проблем не возникло.” Сдержав улыбку, глава канцелярии почтительно ответил и слегка поклонился. [Этой весной их Император действительно был “необычно” неспособен сосредоточиться на государственных делах.] [И здесь не было ни одного человека, который не понимал бы истинную причину, то самое “чаепитие”, о котором Кергель сам недавно заговорил.] Именно поэтому всем было так трудно сдержать смех. [Особенно теперь, когда их Император старательно делал вид, будто ничего не произошло, словно он вообще никогда не думал ни о каком “чаепитии”.] ---------- Чаепитие и Лоршель (2) Кергель с невозмутимым видом пробормотал, заметив, как глава канцелярии всё ещё пытается сдержать смех: “Не понимаю, зачем они вообще пригласили её на чаепитие, если даже на первый выход Императрицы в свет не соизволили явиться.” “Но разве не удивительно, что Императрица всё равно проявляет к ним великодушие и готова принять их с распростёртыми объятиями?” Глава канцелярии посмотрел на всё ещё недовольного Кергеля и тихо улыбнулся. Это была забота старого слуги о смущённом господине. Кергель покосился на него, снова кашлянул и недовольно цокнул языком. “Похоже, глава канцелярии очень доволен.” “Разумеется. Разве может слуга не радоваться, когда нам посчастливилось обрести такую мудрую Императрицу?” [В его словах не было ни капли лести.] [Глава канцелярии не стал бы произносить подобные вещи лишь ради того, чтобы избавить Императора от неловкости. Напротив, в его словах чувствовалась искренняя убеждённость.] [Он действительно был счастлив и испытывал облегчение.] То же самое можно было сказать и о Хайнесе. “Я лишь благодарен Императрице за то, что она позаботилась обо всём, о чём мы прежде даже не задумывались.” Хайнес, приводя в порядок доклад, который только что представил Кергелю, согласно кивнул. В этот момент в разговор неожиданно вмешался Берт. “А ведь они находили самые разные оправдания, чтобы не участвовать в охотничьих состязаниях. То больны…” Берт скривил губы и тут же продолжил с насмешкой: “Хотелось бы, чтобы в следующий раз они не придумывали очередных отговорок, а просто честно сказали, что думают. “Охотиться женщинам? Да как можно участвовать в таком варварском мероприятии!” Вот и всё. Кто поверит, что каждый раз, когда проходят охотничьи состязания или военные собрания, женщины из герцогств вдруг поголовно заболевают по одной и той же причине?” “Наверное, они устали постоянно придумывать настолько очевидную ложь.” Кергель усмехнулся, поддерживая его насмешливый тон. Берт нахмурился и покачал головой. “Мне всё равно это не нравится. Если им не по душе обычаи Сероифа, то не стоило выходить замуж за мужчин из нашей страны. А раз уж вышли, могли бы хотя бы сами попытаться приспособиться.” В какой-то мере Кергель мог понять негодование Берта. Большинство женщин, не присутствовавших на охотничьих состязаниях, где Роэлин впервые появилась в обществе, как раз происходили из герцогств. Даже после замужества за мужчинами из Сероифа и получения статуса Имперских гражданок они по-прежнему отказывались отказываться от привычного образа жизни, принятого в их герцогствах. Лучшим тому примером было их отношение к таким мероприятиям, как охотничьи состязания и военные собрания. По их представлениям, для женщины было совершенно немыслимо отправляться на охоту или брать в руки меч. “Будь я на месте Императрицы, я бы запомнил всех женщин, которые тогда не явились. Более того, я бы не стал оставлять их без внимания и впредь. А она, вместо этого, даже устроила для них чаепитие.” Это было очень в духе Берта, почти откровенное признание в том, что он затаил обиду. Хайнес молча выслушал его, а затем рассмеялся и заговорил: “Вот поэтому Императрица и вызывает такое восхищение. Как и сказал Его Величество, они отсутствовали на её первом выходе в свет, а она всё равно проявила великодушие и сама пригласила их на чаепитие. Благодаря этому ей удалось сгладить несколько напряжённую атмосферу в Императорской семье. Это было весьма мудрое решение.” “…Что ж.” Выслушав Хайнеса, Кергель немного смягчился. [И действительно, после того как истинная личность Роэлин стала известна, атмосфера в Императорской семье заметно изменилась и стала довольно хаотичной.] К тому же неожиданно всплыла история о второй принцессе Ракаин, которую официально так и не признали. Особенно много разговоров ходило среди знати из Пазолана и герцогства Кайзен. [Разумеется, никто не осмеливался открыто говорить об Императрице.] [Если бы кто-нибудь действительно позволил себе такое, я бы сам не спустил ему это с рук.] В этот момент в уши Кергеля снова донёсся голос Берта. Сам Кергель отнёсся к его словам довольно равнодушно, но если бы их услышали Хайнес или другие чиновники, они наверняка пришли бы в ужас. “Это правда. Между невежественным Его Величеством, который раньше под предлогом “наведения порядка” вызывал непокорных чиновников и избивал их до полусмерти, и мудрой и милосердной Императрицей разница словно между небом и землёй.” “…” Одна из бровей Кергеля медленно поползла вверх. Хайнес и глава канцелярии одновременно изо всех сил старались сохранить невозмутимые лица, подавляя смех. Лишь спустя мгновение Хайнес наконец попытался вмешаться: “Берт, однако, Его Величество…” “Да, именно так, Берт. В отличие от меня, Императрица очень мудра и милосердна.” Кергель перебил Хайнеса и невозмутимо произнёс это сам. Затем отвёл взгляд и посмотрел в окно. Никто из присутствующих не заметил, куда именно был направлен его взгляд. На сад Императрицы. Тот самый сад, где прямо сейчас уже вовсю шло чаепитие. [Если быть честным, его отношение к происходящему ничуть не изменилось.] [Как бы подданные ни превозносили Роэлин за её мудрость и как бы ни было это справедливо, какая-то часть его души всё ещё оставалась извращённо настроенной против происходящего.] [Вот же…какие все вокруг замечательные.] Кергель снова нахмурился, чувствуя, как внутри него поднимается раздражение. ---------- Чаепитие и Лоршель (3) [Для Кергеля Роэлин была самым дорогим и бесценным человеком в мире. Но эти женщины не только не явились на её первый выход в свет, после этого они ещё и позволили себе множество нелестных высказываний в её адрес.] Поэтому Кергель никогда не испытывал к дамам из герцогств особой симпатии. “Но…я просто не могу спокойно сидеть сложа руки, когда Роэлин сама устроила для них чаепитие и проявляет такое великодушие.” Пробормотав это себе под нос, Кергель поднялся со своего места. В тот же миг внимание главы канцелярии, Хайнеса и даже Берта переключилось на него. Кергель лукаво улыбнулся под их пристальными взглядами и произнёс: “Это первое чаепитие, которое устраивает Императрица. Я не могу просто сидеть здесь. Разве не так?” “Нет, постойте…Что вы вообще собираетесь делать? Лучше просто оставайтесь здесь…” Берт машинально возразил, но тут же осёкся. Он оглядел присутствующих. Судя по всему, Хайнес и глава канцелярии думали примерно о том же, однако мешать Берту продолжать они не собирались. “Нет, пожалуй, это не совсем так. Думаю, мне всё-таки стоит пойти и самому посмотреть.” Тем временем Кергель был единственным, кто по-настоящему воодушевился собственной идеей. Он недовольно скривился, затем слегка нахмурился, словно уже начал строить планы. *** “Я просто не могла не прийти на охотничьи состязания. Мне очень жаль, Императрица. В тот день у меня внезапно поднялась высокая температура…” “А я тогда не смогла прийти из-за неожиданного происшествия…” Стоило женщинам рассесться по местам, как они одна за другой начали повторять практически одинаковые оправдания. [Настолько нелепые, что любой человек сразу понял бы: это всего лишь отговорки.] Именно поэтому некоторые пожилые дамы, присутствовавшие на чаепитии, заметно помрачнели. Особенно мать Хайнеса, Полина Башель, женщина довольно вспыльчивая. Она уже едва сдерживала раздражение, уголок её рта то и дело дёргался, словно ещё немного, и она не выдержит и выскажет всё, что думает. Тем не менее Полина и остальные пожилые дамы лишь выражали лёгкое недовольство и не стали открыто обвинять кого-либо из гостей. [Ведь Роэлин всё это время совершенно спокойно выслушивала их оправдания.] [Это было чаепитие, устроенное самой Императрицей. Казалось бы, именно она должна была злиться больше всех.] [Но если сама Роэлин сохраняла такое спокойствие, то кто осмелился бы выступить вперёд и испортить атмосферу праздника?] Полина обеими руками сжала платье и глубоко вздохнула. [В такие моменты она даже завидовала спокойному характеру Роэлин, тому самому самообладанию, которым отличался и её сын. Подобной выдержки самой Полине никогда не хватало.] Поэтому Полина и остальные пожилые дамы старались всеми силами смягчить постепенно накалявшуюся атмосферу. Но тут раздался спокойный голос Роэлин: “Всё в порядке. Возможно, у вас действительно были непредвиденные обстоятельства, из-за которых вы не смогли прийти. В любом случае я рада видеть всех вас здесь.” Роэлин терпеливо выслушивала их оправдания, а затем, выбрав подходящий момент, улыбнулась и мягко произнесла эти слова. Женщины, до этого наперебой оправдывавшиеся, одновременно замолчали. Они посмотрели на Роэлин, задержав взгляд на её лице. Очень осторожно. Словно пытались рассмотреть что-то редкое и необычное. [В конце концов, разве не было любопытно узнать, что “тайная принцесса Ракаин” или “зловещая принцесса-близнец” вдруг стала Императрицей могущественной Империи?] [Пусть даже это любопытство было довольно низменным.] Улыбка, появившаяся на губах Роэлин, постепенно стала горькой и тут же исчезла. Она подняла чашку к губам, прикрыв ими рот, чтобы никто не заметил промелькнувших на её лице эмоций. [Ну что ж…Раз уж я здесь, это ещё не значит, что всё будет идеально.] [После приезда в Сероиф Роэлин, сама того не замечая, успела решить, что здесь ей больше не придётся сталкиваться с предубеждениями или дискриминацией.] [Наверное, именно поэтому сейчас ей было особенно неприятно ощущать на себе эти взгляды.] Она глубоко вдохнула и подняла глаза. Женщины из герцогств всё ещё украдкой наблюдали за ней. Пазолан и Кайзен были герцогствами, входившими в состав Сероифа, однако в социальном и культурном отношении они по-прежнему находились под сильным влиянием Ракаина. Вероятно, причиной тому было отсутствие тесных связей между Империей Сероиф и землями по ту сторону гор Самальта. Зато с Королевством Ракаин эти герцогства имели гораздо более удобное географическое сообщение, благодаря чему обмен между ними происходил намного активнее. Возможно, именно поэтому. В осторожных, украдкой брошенных взглядах женщин из герцогств чувствовалось предубеждение против тех, кого они считали “зловещими существами”. [Если бы я не была Императрицей, со мной обращались бы точно так же, как когда-то в Ракаине.] В этот момент одна из женщин неожиданно заговорила: “Кстати, браслет Императрицы невероятно красив. Мне кажется, я никогда прежде не видела такого драгоценного камня. Могу я спросить, как он называется?” “…Вы об этом?” Роэлин моргнула, посмотрела на женщину и слегка приподняла руку, показывая браслет на запястье. Тут же вмешалась другая женщина, тоже проявившая интерес: “Я тоже давно хотела спросить об этом Императрицу. Я могу похвастаться тем, что разбираюсь в драгоценностях лучше большинства оценщиков. Но камень на вашем браслете мне совершенно незнаком. Он похож на какой-то самоцвет, но…что это за камень?” Выражение лица Роэлин постепенно становилось всё более странным, пока она слушала женщин. [Браслет, о котором они спрашивали, был куплен на рынке в тот день, когда Роэлин вместе с Кергелем вышла из дворца.] [А драгоценный камень, вызвавший такой интерес, на самом деле был всего лишь самым обычным камнем.] ---------- Чаепитие и Лоршель (4) “Вы, должно быть, кое-что неправильно поняли. Это вовсе не драгоценный камень, а обычный камешек.” Роэлин улыбнулась, перебирая пальцами браслет. Женщина, которая только что с гордостью заявила, что отлично разбирается в украшениях, тут же с каменным лицом возразила: “Боже мой! Что значит “камешек”? Ваше Величество, вы надо мной насмехаетесь? Неужели вы думаете, что я не способна отличить драгоценный камень от обычного камня?” Лицо женщины мгновенно покраснело, словно её смертельно оскорбили. Роэлин покачала головой и спокойно продолжила: “Я вовсе не собиралась вас высмеивать. Я лишь сказала правду.” Роэлин вспомнила, как женщина представилась и упомянула, что родом из герцогства Пазолан. [А её семья владеет ювелирным бизнесом и торгует дорогими товарами.] [Разумеется, сама женщина об этом не говорила. Наверное, она даже представить не могла, что Роэлин уже знает о её семье.] [Впрочем, Роэлин была осведомлена не только о ней. Можно сказать, что она заранее собрала примерно столько же информации обо всех приглашённых сегодня на чаепитие.] [Большую помощь в этом оказала Люси. Именно по её совету Роэлин решила, что при первой встрече гораздо лучше хотя бы немного знать о собеседнике, чем сталкиваться с ним, не имея о нём ни малейшего представления.] [И сегодняшнее чаепитие проводилось вовсе не просто так.] [После того как тайна её происхождения раскрылась, Роэлин выбрала чаепитие как способ сгладить напряжение, возникшее как внутри Императорской семьи, так и за её пределами.] [Особенно часто из уст представителей герцогских домов звучали слова вроде “заброшенная принцесса” и “зловещие близнецы”. Поэтому было необходимо пригласить их сюда и изменить сложившуюся атмосферу.] [К тому же большинство этих женщин отсутствовало на последнем состязании по охоте, так что повод для чаепития казался вполне уместным.] [Поэтому я должна сделать всё, чтобы это чаепитие прошло спокойно и без происшествий.] Роэлин подняла глаза и посмотрела на Люси, которая в этот момент стояла рядом, прислуживая ей. Их взгляды встретились, и Люси мягко улыбнулась. “И почему вы решили, что я стану делать с вами что-то столь мелочное?” “Ох…Ну, это…” Лицо женщины вновь покраснело после неожиданного вопроса Роэлин. Она смущённо попыталась что-то сказать, но слова не шли с языка. Голубые глаза Роэлин, всё ещё обращённые к ней, холодно потемнели. “В ваших глазах я, должно быть, выглядела довольно нелепо.” “О нет! Ваше Величество! Что вы такое говорите? Вы вовсе не выглядите нелепо!” Женщина в ужасе покачала головой, услышав холодный голос Роэлин. Однако та не спешила её успокаивать. Роэлин не стала сердиться. Не ответила резкостью на резкость. Она всего лишь спокойно отреагировала на слова женщины. Но ни эта дама, ни остальные присутствующие прежде не видели Роэлин с такой стороны. [Можно сказать, они впервые увидели неожиданную сторону Императрицы, которую до сих пор считали лишь несчастной и кроткой девушкой.] Полин и другие пожилые дамы переглянулись и едва заметно улыбнулись, наблюдая за Роэлин. Неожиданно им пришлась по душе эта решительность Императрицы. Однако сама Роэлин даже не заметила их реакции и снова обратилась к женщине: “Тогда, выходит, мне следует винить ваши глаза. Или, быть может, ваше упрямство? Ведь именно вы настаиваете, что камешек - драгоценность, и при этом продолжаете считать, что ваше зрение вас не подводит.” “Это…Это уже слишком! Как вы можете так меня оскорблять?” В глазах женщины выступили слёзы. Она возмущённо запротестовала, а затем, окончательно потеряв самообладание, язвительно добавила: “Кто мог представить, что сама Императрица станет носить браслет из обычного камня! Как бы плохо с вами ни обращались в Ракаине…” Она возбуждённо продолжала говорить, но внезапно замолчала, словно наконец осознала свою ошибку. Однако было уже поздно. Все присутствующие прекрасно услышали её слова. “Ц.” Со стороны пожилых дам донёсся недовольный звук цокнувшего языка. Женщина вздрогнула и украдкой взглянула на Роэлин. “Ваше Величество, я…я ошиблась.” “Неужели вы действительно считаете, что между драгоценными камнями и обычными камнями такая огромная разница?” Роэлин заговорила совершенно спокойно. Она обвела взглядом всех присутствующих, словно этот вопрос предназначался не только женщине, допустившей оплошность. Однако никто не ответил сразу. И тогда раздался чей-то голос: “Разве это не очевидно? Даже ребёнок способен понять, насколько различается ценность драгоценностей и простого камня. Точно так же, как таких людей, как мы, невозможно поставить в один ряд с этими низшими простолюдинами.” Ответившая женщина прямо посмотрела на Роэлин. Это была Прентисс из герцогства Кайзен. Она также упоминала, что её мать происходила из одного из графских домов Ракана. Роэлин вновь вспомнила сведения о Прентисс, которые Люси рассказывала ей ранее. [Возможно, судить о человеке только по нескольким фактам было бы поспешно. Но даже по ним можно составить определённое представление.] [Пусть это всего лишь маленькая деталь, но именно из таких деталей и складывается личность человека.] [И в этом отношении Прентисс, скорее всего, была довольно консервативна во всём, что касалось положения в обществе и сословий. Нельзя было не учитывать и влияние матери, под которым она находилась с самого детства.] [Поэтому её нынешние слова были лишь ещё одним проявлением подобных взглядов.] […А если она действительно так думает, то и обо мне у неё наверняка сложилось не самое лучшее мнение.] [Можно даже сказать, что Прентисс сохранила предубеждение против Роэлин, которое когда-то существовало в Ракаине.] [Конечно, возможно, оно было не настолько сильным.] [Но когда не знаешь наверняка, лучше исходить из худшего варианта.] ---------- Чаепитие и Лоршель (5) “И всё же разве действительно существует разница между теми, кого вы называете “такими, как мы”, и простолюдинами? К тому же, разве подобные слова уместно произносить перед Его Величеством?” Голубые глаза Роэлин остановились на Прентисс. Та вздрогнула и вновь открыла рот, явно не ожидая услышать от слабой, как ей казалось, Императрицы столь строгий ответ. “Разумеется, разница есть! Неужели вы считаете, что мы равны тем, кто живёт словно животное, даже не имея представления о высоких идеалах и убеждениях? И после этого вы ещё обвиняете меня в том, что я говорю нечто противоречащее устоям Империи…” “В Сероифе сословная система никогда не бывает неизменной.” Роэлин перебила Прентисс и тихо, но твёрдо продолжила: “Я слышала, что здесь каждый человек получает возможность улучшить своё положение благодаря собственным усилиям. Разве не так, госпожа Полин?” Роэлин повернулась к Полин, задавая ей этот вопрос. Пожилая женщина, до этого молчавшая, слегка приподняла уголки губ и тут же кивнула. “Да, Ваше Величество. Именно так. Сероиф в этом отношении совершенно не похож ни на Ракаин, ни на Пазолан, ни даже на Кайзен. Здесь человек может заниматься тем, чем хочет, не будучи навечно прикованным к своему происхождению. Разумеется, при этом он должен доказать собственные способности.” На лице Полин читалась гордость. То же самое можно было сказать и об остальных пожилых дамах. Они расправили плечи, словно их осанка сама собой стала величественнее, и с нескрываемой гордостью продемонстрировали чувство собственного достоинства. А вот жёны, родившиеся не в Сероифе, напротив, явно остались недовольны. Их лица помрачнели. Прентисс огляделась вокруг, словно пытаясь понять, действительно ли остальные поддерживают её, а затем снова возразила: “Но разве это делает такое положение вещей правильным? Невозможно же поставить на одну ступень насекомое, ползающее по земле, и ястреба, парящего в синем небе.” Прентисс довольно улыбнулась, словно сама пришла в восторг от придуманного ею сравнения. Тогда в разговор осторожно вмешалась та самая женщина, которая до этого расспрашивала Роэлин о драгоценностях. “Думаю, она права. Я полагала, что Императрица тоже разделяет наше мнение, ведь вы ведь тоже происходите из знатного рода Ракаина…” Она не договорила. [Но разве не это подразумевалось под словами “заброшенная принцесса”?] Женщина не произнесла этого вслух, однако её намерение было более чем очевидным. [Но это относится лишь к вам.] [Возможно, было бы не в её характере просто оставить всё как есть.] Роэлин посмотрела на Прентисс и остальных женщин из герцогств, которые, казалось, поддерживали её, и спокойно произнесла: “Я не принадлежу к знатному роду.” Её голос прозвучал совершенно ясно. В нём не было ни тени сомнения или стыда. Роэлин прямо заявила, что не является дворянкой, и ничуть не смутилась из-за этого. Зато смутились другие. Женщины явно растерялись и тут же начали возбуждённо переглядываться. “Что вы хотите сказать?” “И я также не считаю, что вы происходите из какого-то особенно благородного рода.” “Ваше Величество! Это уже оскорбление!” Кто-то внезапно повысил голос, не сумев сдержать возмущения после слов Роэлин. [Как они смеют повышать голос в её присутствии?] Кергель сжал кулак, изо всех сил подавляя желание немедленно ворваться в сад, где проходило чаепитие. [Но он понимал, что сейчас не должен этого делать.] [Именно поэтому он не вмешался.] [Сейчас ему оставалось лишь довериться Роэлин и наблюдать за ней.] Кергель глубоко вдохнул, скрываясь за деревом неподалёку от входа в сад. [Хотя это вовсе не значит, что мне нравится стоять здесь и подслушивать.] Он мысленно проворчал, пытаясь успокоить закипающий внутри гнев. В этот момент у входа в сад послышалось движение, а затем чей-то удивлённый возглас: “Ой, Ваше…” “Тс-с…” Увидев широко распахнутые глаза служанки и её палец, указывающий прямо на него, Кергель тут же приложил указательный палец к губам. Служанка поспешно прикрыла рот обеими руками и закивала. [По крайней мере, сообразила быстро.] [Это была одна из служанок, прислуживавших Роэлин. Кажется, её звали Силлоа?] [Она производила впечатление немного неуклюжей и легкомысленной девушки, но искренне старалась помогать своей госпоже Роэлин. Поэтому Кергель время от времени слышал, как старшая горничная хвалила её.] […Правда, судя по всему, ругала она её всё-таки гораздо чаще.] Кергель бесшумно проскользнул за спину Силлоа. Увидев, что Люси уже тихонько отчитывает девушку, он едва заметно усмехнулся. Однако почти сразу вновь посерьёзнел и прислушался к голосу Роэлин. “Вы считаете, что я вас оскорбила? А вам никогда не приходило в голову, что на самом деле вы оскорбляете саму себя?” “Что вы хотите этим сказать? Как это я вообще оскорбляю саму себя?” Женщина уставилась на Роэлин совершенно ошеломлённо. В её отношении к Императрице уже отчётливо сквозило неуважение. Но голос Роэлин оставался таким же спокойным. “Я говорю о ваших предубеждениях. Разве, называя других людей вульгарными и низшими, вы тем самым не унижаете и себя?” “Что за бессмысленное словоблудие?! Предубеждение? Это правда, которую передавали из поколения в поколение сотни, а то и тысячи лет! Как могут два человека быть по-настоящему равны? Мы различаемся происхождением, различаемся кровью. И вы, Императрица, которая сама принадлежит к благородной крови Ракаин, можете говорить подобное…” “Я уже сказала: я не принадлежу к благородной крови. И Королевская семья Ракаин, с которой у меня одна кровь, тоже вовсе не настолько благородна.” Кергель, прятавшийся за деревом, осторожно высунул голову и посмотрел на Роэлин. Расстояние не имело для него значения, несмотря на то что он находился довольно далеко от неё. Роэлин стояла среди женщин, прямо и бесстрашно глядя им в глаза. ---------- Чаепитие и Лоршель (6) “Люди ценны просто потому, что они люди. И я уверена, что именно благодаря своим способностям и индивидуальности человек может по-настоящему заслужить признание. Поэтому в Сероифе при найме талантливых людей обращают внимание прежде всего на их способности, не связывая их с происхождением и статусом.” “Вы действительно считаете, что такая система правильна?” “Вы сказали, что она неправильная. Но я так не думаю…Возможно, раньше я сама смотрела на это иначе, потому что была “заброшенной” принцессой, именно так, как вы меня и считаете.” Слова Роэлин звучали так, словно она с трудом переводила дыхание. Услышав их, Кергель тоже широко раскрыл глаза. [Она сама заговорила о том, что причиняло ей боль с самого рождения.] [Даже если всё это уже осталось в прошлом, раны ещё не успели затянуться. Поэтому вновь произнести вслух нечто подобное было для неё невероятно тяжело.] “Когда я впервые оказалась здесь, меня больше всего поразило именно это. То, что статус, данный человеку при рождении, не определяет всю его жизнь до самой смерти. Что каждому предоставляется шанс.” В голубых глазах Роэлин не было ни страха, ни смущения. Она ничуть не стыдилась себя. Её глаза напоминали чистое небо. Небо, которое без остатка принимает солнечный свет и позволяет ему сиять для всех. “Поэтому я подумала: если бы я родилась здесь, моя жизнь могла бы сложиться совсем иначе. Если бы я родилась в Сероифе, я могла бы жить совершенно иначе, чем в Ракаине, где была всего лишь ненастоящей принцессой, изо дня в день запертой в Отдельном Дворце.” “В-Ваше Величество…” Служанка, стоявшая позади Кергеля и прикрывавшая рот рукой, вдруг расплакалась. Наверное, слова Роэлин слишком сильно её тронули. Но Кергель даже не обернулся. Он продолжал смотреть только на Роэлин. Та спокойно продолжила, обращаясь к остальным женщинам: “Поэтому я думаю, что система Сероифа действительно правильна. Ведь благодаря ей я могу хотя бы мечтать о другой жизни.” После этих слов повисла тишина. Женщины из герцогств неловко отпивали чай, не зная, что ответить. Наконец кто-то всё же попытался перевести разговор на другую тему. После этого беседа снова потекла вяло, превращаясь в череду скучных и ни к чему не обязывающих разговоров. Пожилые дамы тоже поддерживали беседу и старались сгладить неловкость, однако больше ни к чему подобному не возвращались. “…Пойдёмте.” “Да, Ваше Величество.” Кергель оттолкнулся от дерева, на которое всё это время опирался, и обратился к Люси и служанке. Люси жестом велела Силлоа поспешить за ними. [Мягкая…но вместе с тем невероятно сильная женщина.] Он ещё раз взглянул на Роэлин и тихо пробормотал себе под нос: “И всё-таки чьей же спутницей она на самом деле является?” Уголки его губ сами собой приподнялись. *** “Люси, ты отлично справилась. И все остальные тоже прекрасно потрудились.” “Нет, Ваше Величество. Мы лишь выполняли свои обязанности. Напротив, это нам следует извиниться за то, что мы не смогли как следует вам помочь. Было немало вещей, в которых мы пока недостаточно хорошо разбираемся.” “Нет, всё прошло очень хорошо. К тому же это моё первое чаепитие, так что я и сама многого не знала.” Роэлин тихонько рассмеялась в ответ на слова Люси и пошутила. Затем расслабила плечи и откинулась на спинку кресла. Всё её тело словно разом налилось усталостью. Наверное, всё это время она даже не замечала, насколько сильно нервничала. “Но ведь я хорошо справилась, правда?” Где-то глубоко внутри она всё ещё сомневалась в себе. [Действительно ли ей удалось правильно провести чаепитие? Всё ли прошло хорошо до самого конца?] Роэлин хотелось услышать от Люси чёткий ответ. Люси как раз собиралась с улыбкой ответить, одновременно убирая стол после завершившегося чаепития и отдавая указания Силлоа и другим служанкам. “Конечно…” “Конечно, ты справилась прекрасно. Никто не смог бы завершить его лучше.” Однако прежде чем Люси успела договорить, внезапно раздался мужской голос. Это был Кергель. Люси и служанки поспешно отступили в сторону и присели в реверансе перед Императором. Роэлин тоже попыталась подняться ему навстречу, но Кергель уже приближался, одновременно махнув рукой. “Всё в порядке, Роэлин. Сиди. Тебе совершенно не обязательно быть со мной такой официальной. Ты ведь не моя служанка.” “Хорошо, Кергель. Ах! Люси, можешь принести мне ещё немного сладостей?” Роэлин улыбнулась Кергелю и тут же обратилась к Люси. Та слегка поклонилась в ответ, после чего вместе с другими служанками отошла от стола. Лёгкий ветерок взъерошил волосы Роэлин. Кергель сел рядом с ней и осторожно пригладил растрепавшиеся пряди. “Было тяжело?” “Нет, всё было хорошо.” “Всё было хорошо”…Конечно, тебе наверняка пришлось нелегко с женщинами, которые даже нормально разговаривать не умеют.” Кергель проворчал это, продолжая перебирать пальцами волосы Роэлин. От его ласкового и бережного прикосновения глаза Роэлин сами собой чуть прищурились. [Это было такое незначительное действие…] [И всё же каждый раз её сердце начинало трепетать.] [Даже от одного прикосновения его пальцев, в котором чувствовалась нежность, сердце предательски ускоряло свой ритм.] [Особенно теперь, когда они остались вдвоём…] Щёки Роэлин слегка вспыхнули. Она провела тыльной стороной ладони по щеке, пытаясь скрыть смущение, и поспешно сменила тему: “Кстати, как тебе удалось прийти так вовремя? Чаепитие ведь закончилось совсем недавно.” “…Я знаю. Я подумал, что к этому времени оно уже закончится, поэтому пришёл. И как раз оказалось, что оно действительно закончилось.” Кергель на мгновение растерялся, но вскоре спокойно ответил. Так его попытка тайком пробраться на чаепитие была благополучно похоронена и осталась совершенно незамеченной. ---------- Чаепитие и Лоршель (7) На самом деле, едва выйдя из кабинета, он уже принял решение. Кергель просто не мог спокойно сидеть сложа руки, вспомнив о Роэлин, которой предстояло в одиночку выдерживать чаепитие в окружении женщин из герцогств. [Поэтому он собирался сделать хоть что-нибудь, чтобы поддержать её, даже если эти женщины и не собирались вести себя с ней по-настоящему грубо…] “Почему ты так на меня смотришь?” Роэлин улыбнулась, заметив, что Кергель, сидя рядом, не сводит с неё взгляда. “Просто ты оказалась гораздо удивительнее, чем я думал. Похоже, в тебе есть настоящий боевой дух.” Услышав его ответ, Роэлин широко распахнула глаза, словно Кергель говорил вовсе не о ней. Но он лишь улыбнулся и ничего больше не добавил. Роэлин несколько раз моргнула своими большими круглыми глазами, а затем, будто только сейчас сообразив кое-что, тихо спросила: “Ты всё видел?” “Не совсем. Думаю, я застал только середину.” Кергель ответил совершенно непринуждённо. Услышав это, Роэлин смущённо улыбнулась и тут же прижала ладони к щекам. Жар, исходивший от разгорячённой кожи, сразу передался её ладоням. [От одной мысли о том, что Кергель видел всё происходившее на чаепитии, ей стало неловко.] Она принялась обмахивать лицо руками, пытаясь остудить пылающие щёки, которые никак не желали остывать. Увидев это, Кергель тихо рассмеялся, словно озорной мальчишка, и медленно протянул руку. Обняв Роэлин за плечи, он низким голосом произнёс: “Не смущайся, Роэлин. Ты была великолепна.” “Не говори так. Мне от этого ещё больше неловко.” Роэлин слегка пошевелилась в его объятиях, пытаясь высвободиться. Но Кергель только крепче прижал её к себе, затем взял Роэлин за подбородок и мягко повернул её лицо к себе. “Ты действительно была великолепна. Мне очень понравилось, как уверенно ты отстаивала свою позицию. Именно поэтому мне и пришлось просто наблюдать. Ты прекрасно справлялась сама, и если бы я вдруг вмешался, это выглядело бы довольно странно, разве нет?” “…” Роэлин молча посмотрела на Кергеля, а затем неловко отвела взгляд и едва слышно пробормотала: “Спасибо, что подумал обо мне.” “Не за что меня благодарить.” Кергель ответил несколько смущённо, одновременно убирая руку с её плеча и слегка наклоняясь вперёд. […Чёрт.] Кергель тяжело вздохнул, перебирая пальцами, словно ребёнок, которому нечем заняться. Тёплая и мягкая “еда” сама лежала прямо перед ним, а ему всё ещё приходилось сдерживаться. [Она слишком сильно мне доверяет.] [Нет…Если бы она хоть немного воспринимала его как мужчину, разве могла бы вести себя с ним настолько непринуждённо?] Кергель снова вздохнул, глядя на макушку Роэлин, которая так спокойно устроилась в его объятиях. [Я тебя сейчас просто съем.] Он мысленно пробормотал это самому себе. А Роэлин, даже не подозревая о его мыслях, некоторое время сидела неподвижно, а потом вдруг заговорила, словно что-то вспомнила: “Ах, точно! Ты знаешь, что такое “Ночь Лоршеля”? Недавно я читала в библиотеке книгу по истории обычаев, но там это был единственный древний, давно исчезнувший обычай, которому не давалось никаких подробных объяснений.” “Хм? Ночь Лоршеля?” Кергель моргнул, озадаченно повторив её вопрос. Роэлин слегка склонила голову и с некоторым разочарованием посмотрела на него. “Ты действительно не знаешь? Ну…ничего страшного. В книге лишь упоминалось, что когда-то существовал такой обычай.” Она кивнула, словно наконец убедила саму себя, что ничего страшного не произошло. Но Кергель не собирался так просто оставлять эту тему. [По крайней мере перед женщиной, которую он любил, ему хотелось знать всё на свете и показать себя с лучшей стороны.] “А, Ночь Лоршеля…Я…то есть…Что же это было?” [Что это было? Да что же это, в конце концов, такое?] Кергель мысленно перерыл всё, что только мог вспомнить, лишь бы ответить на вопрос Роэлин. Но сколько бы он ни напрягал память, ничего о “Ночи Лоршеля” вспомнить не удавалось. [Выходило, что в его памяти этого вообще никогда не было.] [Хотя обычно ему было достаточно одного намёка, чтобы вспомнить даже мельчайшие подробности.] “Не нужно заставлять себя вспоминать то, чего ты не знаешь. Лучше потом спросить кого-нибудь ещё. Например, Люси или…О! Можешь спросить лорда Башеля. Думаю, он наверняка об этом знает.” Роэлин попыталась остановить Кергеля, заметив, как тот хмурится, пытаясь что-нибудь вспомнить. Но её слова неожиданно задели его гордость. “…Ты собираешься спросить Хайнеса?” Кергель постарался произнести это как можно безразличнее, будто его совершенно ничего не задело. Но одна бровь уже предательски поползла вверх. “Да. У лорда Башеля очень обширные знания. Даже если ты не знаешь, у меня всё равно сегодня будет с ним занятие, так что я просто спрошу его во время урока.” Роэлин кивнула, отвечая совершенно искренне. Она и представить не могла, что её слова могут иметь какой-то иной смысл. Но для Кергеля проблема заключалась как раз в этом. “А…С этим могут возникнуть небольшие сложности.” Он произнёс это небрежным тоном, изо всех сил стараясь подавить закипающие внутри чувства. “Хайнес просил меня передать тебе, что сегодня не сможет прийти на занятие. Но я забыл.” “Он не сможет провести сегодня урок?” Роэлин широко раскрыла глаза. Она слышала об этом впервые. [На прошлом занятии лорд Башель ничего подобного не говорил. Более того, они даже немного обсудили придворный этикет, который должны были изучать сегодня.] [Почему же он вдруг решил, что не сможет провести сегодняшний урок?] ---------- Чаепитие и Лоршель (8) “Но на прошлом уроке он ничего подобного не говорил…” Роэлин озадаченно склонила голову набок. Кергель тут же заметно напрягся. И это было неудивительно. [Урок, который Роэлин брала у Хейнеcа, только что был отменён по его собственной воле. Однако ни учитель, ни ученица даже не подозревали, что занятия уже не будет…] [Самое настоящее злоупотребление властью.] [Ну что поделать? Разве кто-нибудь удержится от такого, однажды получив власть Императора?] [Пожалуй, стоит считать это возможностью немного побыть тираном.] Кергель и сам почувствовал себя неловко из-за собственной ребяческой лжи и, в конце концов, пробормотал первое пришедшее в голову оправдание: “Тогда ничего не поделаешь. Я просто спрошу его в следующий раз…” “Я…” Роэлин уже собиралась сказать, что всё хорошо и она не станет больше об этом беспокоиться, но Кергель поспешно перебил её. “Я сам всё выясню.” Роэлин удивлённо посмотрела на него: голос Кергеля вдруг стал немного громче, чем обычно. Тот кашлянул, опустил подбородок и, вновь приняв спокойный вид, продолжил: “Я узнаю.” “Всё в порядке, Кергель. Это не так уж важно. Я просто читала книгу, поэтому мне совсем не обязательно узнавать об этом прямо сейчас. К тому же, если лорд Башель действительно занят, то ты наверняка занят ещё сильнее.” “…Что?” Кергель на мгновение растерялся, не совсем понимая, к чему она ведёт. Но вскоре вновь овладел собой и неловко произнёс: “Конечно, я занят…Да, дел у меня много. Но даже так ты всегда будешь для меня на первом месте. Что бы ни произошло, ты всё равно останешься самым важным человеком для меня.” В его словах не было ни капли притворства. Роэлин покраснела и отвернулась, словно давно уже поняла, насколько искренен Кергель. Наконец она тихо кивнула. *** Хайнес просматривал документы и, не отрывая взгляда от бумаг, протянул руку к чашке с чаем. Но стоило ему поднести её к губам, как он нахмурился. “…Неужели всё действительно закончилось?” Увидев пустую чашку, он тут же проверил чайник на столе. Тот тоже оказался пуст. Хайнес откинулся на спинку кресла, расслабляя всё тело. До этого чай хоть немного поддерживал его настроение и помогал [работать. Но теперь, когда он обнаружил, что чай закончился, вместе с ним словно исчезла и вся его мотивация.] “Фух…Ничего. Если я закончу вот это, то смогу пойти к Императрице.” Он снова крепко сжал перо и принялся работать с удвоенной скоростью. [Если в последнее время у Хайнеса и была какая-то радость, то ею стали занятия с Императрицей.] [Разумеется, он никому об этом не рассказывал. Стоило кому-нибудь услышать подобное признание, как всё могло быть неправильно понято. А уж тогда ситуация могла принять совершенно нелепый оборот.] [Прекрасная Императрица и он сам, пусть ему и было неловко признавать это вслух, он тоже относился к числу весьма привлекательных мужчин.] [Разве это не идеальная завязка для какой-нибудь политической драмы?] Даже размышляя об этом про себя, Хайнес почувствовал смущение и невольно усмехнулся. [Но на самом деле ему нравились занятия с Императрицей исключительно в самом чистом смысле.] [Можно сказать, ему действительно доставляло удовольствие само обучение.] [Хотя, если быть точнее, больше всего его радовало наличие у него такой “честной ученицы”.] “Императрица тоже очень старается, так что я не могу относиться к этому спустя рукава.” Пробормотав это себе под нос, Хайнес ещё быстрее принялся проверять бумаги. Он хотел поскорее закончить с работой, а затем ещё раз подготовиться к уроку и отправиться к Императрице. Однако его планы вскоре рухнули. Причиной стал незваный гость, который внезапно ворвался в кабинет, даже не удосужившись постучать. Бах! Хайнес нахмурился, услышав, как распахнулась дверь. Его сосредоточенность мгновенно исчезла, и раздражение само собой поднялось внутри. “Кто вообще позволяет себе такую невоспитанность…Ваше Величество?” Он холодно взглянул на вошедшего и уже собирался высказать ему всё, что думает, но, узнав Кергеля, лишь разочарованно произнёс: “Что вы здесь делаете? Я думал, что вы собирались устроить переполох на чаепитии. А, вас что, Императрица выгнала за это?” Последняя фраза прозвучала довольно язвительно. Хайнес всё ещё был раздражён тем, что его так бесцеремонно прервали. Но Кергель совершенно не обратил внимания на его слова. Он лишь пристально смотрел на Хайнеса. Так пристально, что со стороны могло показаться, будто перед ним стоял его заклятый враг. “Ваше Величество, почему вы так на меня смотрите? Только не говорите, что пришли сорвать на мне своё раздражение. У меня и без того дел по горло…Мне ещё нужно закончить всё это, прежде чем я смогу отправиться к Императрице.” Хайнес тяжело вздохнул и с видом человека, которому оставалось лишь смириться со своей судьбой, продолжил работать. [Кергель терпеть не мог часами сидеть за письменным столом, поэтому большую часть работы давно переложил на Хайнеса. И всякий раз, глядя на бесконечные кипы документов, тот чувствовал, что начинает ненавидеть собственную жизнь.] Однако и на этот раз Кергель словно не замечал его недовольства. Он продолжал смотреть на Хайнеса, а затем наконец не выдержал и выпалил: “Почему?! Почему Роэлин так сильно тебе доверяет и постоянно на тебя полагается?!” “…Что?” Фиолетовые глаза Хайнеса мгновенно распахнулись. А затем его лицо исказилось. “Да что вы вообще несёте? Вы внезапно врываетесь ко мне в кабинет, мешаете работать, а теперь ещё и начинаете говорить подобные вещи?” Хайнес холодно посмотрел на Императора. Особенно его раздражало то, что в голову снова полезли те нелепые мысли, которые совсем недавно пришли ему в голову. Кергель тем временем с силой ударил обеими ладонями по столу и возмущённо продолжил: “Почему ты такой умный?! А? Разве нельзя было быть хоть немного глупее?” “…Знаете, если бы я был глупее, я бы сейчас точно не жил так, как живу.” Хайнес глубоко вдохнул, тяжело вздохнув при виде правителя, который продолжал нести откровенную чушь. Только теперь он окончательно осознал, что ему самому необходимо вновь обрести спокойствие. [Император уже не в первый раз действовал исключительно по собственному желанию и выводил его из себя…] ---------- Чаепитие и Лоршель (9) “Ваше Величество, зачем вы вообще всё это затеяли?” Хайнес с трудом вернул себе самообладание и спокойно задал вопрос. Брови Кергеля заметно дрогнули. Он немного помолчал, словно не решаясь заговорить, а затем наконец спросил: “Ты знаешь, что такое “Ночь Лоршеля”?” “…”Ночь Лоршеля”? Вы имеете в виду именно её?” При этих словах выражение лица Хайнеса на мгновение странным образом изменилось. Кергель, хорошо знавший его благодаря их многолетнему знакомству, сразу заметил эту перемену. “Ты знаешь, что это такое? Что вообще означает “Ночь Лоршеля”?” Его самолюбие слегка пострадало. [Роэлин была права, Хайнес действительно знал всё на свете. Однако Кергель не собирался отступать. Он терпеливо ждал объяснений, время от времени снова подталкивая Хайнеса к ответу.] [Но почему-то тот не спешил ничего объяснять.] Более того, он даже не стал отпускать привычных насмешек вроде: “Неужели вы даже этого не знаете?” Вместо этого на его лице застыло какое-то странное выражение. “Что с этой “Ночью Лоршеля”? И почему ты так на меня смотришь?” “Ну…где вы вообще об этом услышали? Нет, точнее…зачем вы спрашиваете?” Хайнес медленно подбирал слова. Кергель явно растерялся, получив вместо ответа встречный вопрос. [Но выбора не было, теперь именно ему приходилось объясняться.] [В конце концов, разочарованным здесь был он.] “Роэлин читала книгу и случайно увидела там краткое упоминание об этом. Она спросила меня, знаю ли я, что это на самом деле такое.” “А-а…В записях об этом почти ничего не должно быть. Как же она вообще умудрилась это найти?” Теперь Хайнес наконец понял причину странного поведения Кергеля и покачал головой. Но Император не собирался отвлекаться от главного. “Разве это сейчас важно? Так что же всё-таки такое эта “Ночь Лоршеля”?” “…” Несмотря на настойчивые расспросы Кергеля, Хайнес по-прежнему не спешил отвечать. Император приподнял бровь. Хайнес выглядел необычайно смущённым, что для него было совершенно нехарактерно. Увидев его выражение лица, Хайнес тяжело вздохнул и наконец заговорил, явно чувствуя себя неловко: “…Это обычай, связанный с просьбой провести ночь вместе. Но он давно исчез.” “Просьбой провести ночь вместе? Что это значит?” Кергель ещё больше запутался. [Он не понимал, почему Хайнес так странно себя ведёт. В конце концов, Император ведь не был человеком, которому нельзя было всё нормально объяснить.] Когда Кергель снова вопросительно посмотрел на него, Хайнес слегка кашлянул и продолжил: “Насколько мне известно, “Ночь Лоршеля” была одним из традиционных обычаев Сероифа. Но сейчас этот обычай практически исчез. Лишь несколько человек, желавших сохранить древнюю традицию, ещё знали, как её проводить. А сама процедура довольно…непростая.” “Но?” Кергель склонил голову набок. [Почему он так тянет с ответом? Неужели там действительно есть что-то настолько неловкое?] Хайнес несколько раз кашлянул, после чего заговорил чуть тише: “Суть “Ночи Лоршеля” заключается в том, чтобы собственноручно приготовить особую сладость и подарить её возлюбленному человеку, с которым ты хочешь провести ночь.” “…Возлюбленному, с которым хочешь провести ночь?” В золотых глазах Кергеля промелькнуло замешательство. Хайнес молча кивнул, наблюдая за тем, как взгляд Императора заметно дрогнул. Кергель провёл обеими руками по лицу и снова спросил: “Но зачем для этого нужно готовить сладости и дарить их в качестве подарка? Какая вообще связь между “ночью” и сладостями?” “Форма сладостей Лоршеля…Ну, мне неловко об этом говорить, но они напоминают мужчину и женщину, соединённых друг с другом.” “Что?” “Подождите минуту, Ваше Величество. Возможно, книга, в которой сохранилось описание этого обычая, где-то здесь.” Хайнес решил, что гораздо проще будет показать всё на картинке, чем продолжать объяснять словами. Он поднялся, подошёл к книжному шкафу, достал оттуда старую книгу и вернулся к столу. “Вот. Это и есть Лоршель.” “И всё же…на что именно похожи эти сладости…” Кергель недовольно пробормотал что-то себе под нос и опустил взгляд на раскрытую Хайнесем книгу. Но договорить он не успел. Его лицо и шея мгновенно вспыхнули ярко-красным. [Хайнес оказался прав.] Увидев изображение сладостей Лоршеля, Кергель наконец понял, о чём шла речь. Хайнес неловко произнёс, заметив его реакцию: “Вот видите. Я же говорил. Они действительно похожи.” “И какие же сладости наши предки додумались делать в такой форме? Значит, они действительно…съедали их?” Кергель недовольно проворчал и машинально потёр шею сзади. Однако отвести взгляд от изображённых в книге сладостей он так и не смог. [И действительно, их форма была подозрительно похожа на соединение мужского и женского тел.] [Нет…возможно, дело было лишь в том, что теперь он уже знал значение этого обычая.] Кергель невольно представил на месте фигурок себя и Роэлин. Он тут же вздрогнул, резко покачал головой и отвернулся. “Тогда…смысл просьбы о совместной ночи, когда даришь такой подарок…” “Именно, Ваше Величество. Таким образом и выражали подобную просьбу. Поскольку сказать об этом прямо было слишком неловко, человек словно передавал свои чувства вместе с подарком.” “Эти наши древние предки тоже были…Как бы это сказать…” Кергель почесал кончик носа, пробормотал что-то себе под нос и вдруг усмехнулся. Он уже собирался покачать головой, подумав, что у людей прошлого действительно были самые разные странные обычаи, но тут его осенило. [Постойте-ка…Если подумать, это ведь можно использовать как прекрасную возможность, верно?] Уголки губ Кергеля тут же поползли вверх, а глаза загорелись. Одновременно с этим Хайнес нахмурился. [Это выражение лица Императора казалось ему крайне зловещим.] [Он слишком хорошо знал: всякий раз, когда Кергель начинал так улыбаться, обязательно происходило что-нибудь неприятное.] “Хм…Значит, вот как?” Кергель задумчиво постучал пальцами по столу. “Тогда в архиве есть книга с подробным рецептом?” “Здесь её сейчас нет. Но, скорее всего, она хранится среди старых книг в архиве Императорской библиотеки. А зачем вы спрашиваете?” Хайнес озадаченно ответил и тут же задал встречный вопрос. Но Кергель лишь махнул рукой, словно речь шла о сущей мелочи, и резко поднялся со своего места. “Я и так отнял у тебя слишком много времени. Ну что ж, работай усердно.” “…Ваше Величество?” Хайнес ещё сильнее удивился, увидев, как поспешно Император собирается уходить. Однако прежде чем он успел задать хоть один вопрос, Кергель уже вышел из кабинета. Дверь закрылась. Хайнес несколько секунд молча смотрел ему вслед. “…Почему-то мне совсем не по себе.” Он нахмурился и пробормотал это себе под нос. [Уж слишком подозрительно он себя ведёт…] ---------- Чаепитие и Лоршель (10) *** “…Что?” Вернон, главный повар Императорского дворца, поначалу хотел ответить непринуждённо, но вместо этого медленно поднял голову. [Мне послышалось?] Не вполне уверенный в собственном слухе, он осторожно переспросил Кергеля, стоявшего перед ним: “Ваше Величество, что вы только что сказали? То есть…Неужели вы…” Однако договорить Вернон так и не смог. Он запнулся, не в силах произнести вслух то, насколько нелепым казалось ему приказ Императора. Кергель, словно желая ещё раз подтвердить сказанное, кивнул, даже не дожидаясь окончания его фразы. “Да. Я хочу, чтобы ты как следует научил меня готовить это самому. И желательно как можно быстрее, я должен научиться в течение этого месяца.” “В течение этого месяца?! Да осталось всего около пяти дней!” Вернон некоторое время молча смотрел на Кергеля с таким выражением, словно перед ним сидел совершенно безумный человек. Затем наконец пришёл в себя и возмущённо возразил: “За пять дней?!” Названный Императором срок был установлен не просто так. Вернон чувствовал, что времени катастрофически мало. Но Кергель, спокойно сидевший напротив него, лишь приподнял бровь. “Пяти дней вполне достаточно. Или ты хочешь сказать, что главный повар Императорского дворца не способен справиться даже с такой простой задачей?” “При чём тут нытьё?! Я не жалуюсь, как какой-нибудь ребёнок! Как я вообще должен учить Ваше Величество готовить сладости? И тем более всего за пять дней…” “Ты будешь учить меня всего одному рецепту. Я ведь не прошу тебя обучать меня приготовлению каких-нибудь сложных блюд. Неужели ты настолько недооцениваешь мои способности? Думаю, я смогу научиться делать эти сладости за один день. Или даже за несколько часов.” Кергель уверенно перебил его возмущённые причитания. Слова явно задели гордость главного повара. Брови Вернона дёрнулись, а пальцы медленно сжались в кулак. Со стороны даже могло показаться, что он вот-вот набросится на Кергеля - человека, который ещё с юности прославился как выдающийся воин. “Э-э…Ваше Величество, на первый взгляд это действительно может показаться простым блюдом, но сам процесс приготовления далеко не так прост. Для начала нужно правильно подготовить ингредиенты, а затем выполнить ещё целый ряд процедур. Ведь так, Вернон?” В этот момент молчаливый слуга поспешно вмешался в разговор. Он прекрасно понимал, чем всё это могло закончиться. [Нет, точнее, он вмешался, чтобы Вернон не вёл себя подобным образом и, чего доброго, не выглядел так, словно собирается совершить государственную измену.] [Как бы Вернон ни уверял, что рядом никого нет и никто их не видит, допустить, чтобы Император и главный повар Императорского дворца сцепились друг с другом, он просто не мог.] Кергель искоса посмотрел на слугу. Затем, словно догадавшись, о чём тот думает, почесал кончик носа и неловко улыбнулся. После этого он снова обратился к Вернону: “Я немного погорячился. Прости меня, Вернон.” “Ох, нет, Ваше Величество…” Вернон наконец разжал кулак, слегка поклонился и смущённо улыбнулся. Но тут его взгляд снова упал на лежавшую перед ним книгу. Выражение его лица мгновенно изменилось. “Кстати…Оказывается, существует столько рецептов, которые исчезли ещё много лет назад. Если бы я знал, что сохранились подобные записи, то давно бы начал пробовать готовить что-нибудь из них.” Вернон буквально не мог отвести взгляд от книги. Его пальцы нервно подрагивали. [Если бы ему позволили, он, наверное, прямо сейчас схватил бы её и убежал.] Кергель заметил это и решил воспользоваться моментом. “Если ты поможешь мне идеально приготовить сладости Лоршеля, я не против одолжить тебе эту книгу.” Он произнёс это так, словно бросил наживку. И Вернон тут же её проглотил. Он резко поднял голову. “П-Правда?! Вы действительно дадите мне эту книгу? Именно эту?!” “Конечно.” Кергель уверенно кивнул. Глаза Вернона широко распахнулись и забегали из стороны в сторону. Он сглотнул. Его кадык заметно дёрнулся, а затем в тишине отчётливо послышался звук проглатываемой слюны. Краешки губ Кергеля тут же поползли вверх. Он понял, что попал точно в цель. А уже в следующий момент кабинет огласил воодушевлённый голос Вернона: “Я непременно сделаю всё, что в моих силах, Ваше Величество! Начнём прямо сейчас? Сначала теория или сразу практика?!” В глазах Вернона вспыхнул такой неистовый энтузиазм, что даже окружающие невольно напряглись. *** “…Он и сегодня занят?” Роэлин постаралась сделать вид, будто совершенно спокойно восприняла слова Люси. Но скрыть лёгкую тень разочарования на лице ей всё же не удалось. Силлоа заметила это и растерянно посмотрела на неё. “Ваше Величество…то есть, Императрица, может, мне ещё раз спросить?” “Нет, всё хорошо. Не стоит. Я не должна мешать человеку, который занят делами.” “Но всё же! Нелепо, что он настолько занят, что у него даже нет времени поесть вместе с вами! Честное слово, в последнее время он работает гораздо больше обычного. С каких это пор Его Величество стал таким занятым…” Силлоа недовольно пробормотала это так, словно именно её отвергли. Но тут же осеклась. Она испугалась, что своими словами лишь сильнее ранит Роэлин. Однако Роэлин только мягко улыбнулась, словно действительно не придавала этому значения. Вот только в глубине души ей было далеко не так спокойно. [Если быть точной, прошло уже три дня с тех пор, как она в последний раз видела Кергеля.] [По крайней мере, ночью его в спальне тоже не было, поэтому встретиться с ним ей не удавалось вовсе.] [Каждый раз, когда она спрашивала Люси или Силлоа, ей передавали один и тот же ответ.] [Кергель занят.] [У него появились неотложные дела.] [Он не сможет поужинать вместе с ней.] [И ещё просил, чтобы она не ждала его и ложилась спать первой.] [Каждый раз всё было одинаково.] [И от этого становилось только тяжелее.] Роэлин опустила взгляд. [Почему же он вдруг так занят?] Она ничего не сказала вслух. Лишь продолжала улыбаться, стараясь убедить всех, и, наверное, в первую очередь саму себя, что всё в порядке. ---------- Чаепитие и Лоршель (11) [Поначалу Роэлин думала, что Кергель просто очень занят.] [Но прошёл один день. Потом второй.] [А теперь наступил уже третий.] [И чем дольше это продолжалось, тем бессмысленнее казалось её прежнее объяснение.] [Неужели он…устал от меня?] Эта мысль невольно закралась ей в голову. [Разумеется, Роэлин прекрасно понимала, насколько это нелепое предположение.] [Кергель не мог так внезапно изменить своё отношение к ней. Да и даже если бы его чувства действительно изменились, он бы наверняка сказал ей об этом прямо, а не стал бы вот так избегать её.] “Ничего не поделаешь. Что ж…” Роэлин постаралась взять себя в руки и спокойно произнесла эти слова. Силлоа тоже немного расслабилась и осторожно спросила: “Тогда, может быть, нам подготовить ужин?” “Давай, Силлоа.” Роэлин кивнула. Силлоа тут же вышла из комнаты, чтобы распорядиться насчёт ужина. Роэлин некоторое время смотрела ей вслед, а затем медленно отвела взгляд. Перед ней на столе стоял букет ярко распустившихся цветов. Она задумчиво смотрела на них, но вдруг неожиданно спросила: “Его Величество сейчас всё ещё в кабинете?” “А…Думаю, да? То есть, да.” Люси вздрогнула от неожиданного вопроса и запнулась. [Для неё это было совершенно нехарактерно.] Роэлин удивлённо распахнула глаза и внимательно посмотрела на неё. А Люси, едва встретившись с ней взглядом, тут же опустила глаза. [Неужели от меня что-то скрывают?] “Разве от меня действительно можно что-то скрыть?” “…Как я вообще могла бы сделать такое?” Люси улыбнулась, слегка приподняв уголки губ. Но улыбка получилась неестественной. Роэлин сразу это заметила. “Что вы на самом деле от меня скрываете? Его Величество…Что он велел вам скрыть?” Выражение лица Роэлин постепенно становилось серьёзным. Голос тоже дрогнул. Люси мгновенно занервничала. В голове одна за другой начали возникать самые разные ужасные догадки. “Нет, Императрица! Ничего подобного не произошло. Вы наверняка что-то неправильно поняли.” “Если это не так, тогда что же происходит?” “Это…Это…” Люси растерянно замолчала. [Если бы только она могла…] [Если бы не приказ Императора, она прямо сейчас рассказала бы Императрице всё.] [Ни за что! Ни в коем случае не говори Императрице, Люси! Я сам хочу сделать ей сюрприз.] [Если бы не эта просьба Кергеля, который уже не раз умолял её сохранить всё в тайне, Люси давно бы всё выложила.] Перед глазами вновь возник образ Императора с мукой на лице. [Я сам испеку для неё сладости и подарю их.] [Какая безумная идея.] [А если подумать ещё немного…] [Просто нелепая.] [Интересно, почему ему вообще пришло в голову такое?] [Для Люси это оставалось совершенно естественным вопросом.] [Она ведь даже не знала, чем на самом деле всё это время занимался Кергель.] *** “Кхм…” Кто-то не выдержал напряжения и нервно сглотнул. В абсолютной тишине этот звук прозвучал настолько отчётливо, что все присутствующие тут же повернули головы. Особенно острым был взгляд Вернона, главного повара Императорского дворца. Он снова посмотрел на кухонного помощника, прикрывшего рот рукой, а затем медленно повернулся к Кергелю. “Сейчас, Ваше Величество.” “Ещё нет. Подожди немного.” [Да делайте вы уже всё так, как я вас учил!] Вернон сжал кулаки, изо всех сил подавляя желание закричать. [Если бы на месте Императора находился обычный ученик, которого он обучал, Вернон уже давно несколько раз стукнул бы его по голове и пнул по голени.] [Он ведь просил всего лишь следовать инструкциям!] [Но этот человек был упрям до невозможности.] [Даже в первый день, когда казалось, что обучение идёт вполне успешно…] “Что-то здесь не так. Вернон, я ведь сделал всё, как ты сказал. Почему тесто получилось сырым?” [Если бы я только знал, к чему приведёт моя ошибка в первый день…] Вернон поздно осознал, что сам был виноват. [Тогда его внимание невольно рассеялось: с одной стороны, он нервничал из-за необходимости обучать самого Императора, а с другой - был слишком взволнован, обнаружив старые книги с древними рецептами.] [Если бы он тогда не допустил той ошибки, Император не стал бы таким упрямым.] [Он бы уже давно закончил обучение, а сейчас мог бы спокойно наслаждаться теми бесценными древними рецептами…] “Хорошо. Сейчас достану.” Кергель распахнул дверцу духовки, и его глаза загорелись ожиданием. Но в тот же миг все присутствующие всё поняли. [О нет…] [Опять всё испорчено.] Внутри лежало нечто, больше всего напоминавшее кусок обугленного угля. “…” Кергель молча уставился на результат своих трудов. Вернон тоже посмотрел на это творение и с огромным трудом заставил себя заговорить: “Ваше Величество…Э-э…В целом вы всё сделали правильно, просто время приготовления немного…” “С духовкой что-то не так.” Кергель совершенно уверенно перебил его. Вернон замер с приоткрытым ртом. Затем медленно закрыл его. [Что я вообще могу сказать?] [Ведь это Император всё испортил, а теперь ещё и невинную духовку обвиняет!] Вернон мысленно возмущался поведением Императора, когда снова услышал его голос. Но теперь в нём уже не было прежней уверенности. Напротив, Кергель заговорил слегка неуверенно: “…Может, всё-таки немного сократим время?” “Что?” “Раз с духовкой возникли проблемы…Думаю, будет разумно немного уменьшить время приготовления. Как ты и говорил, Вернон.” К этому моменту Вернон уже заметил, как шея Кергеля начала заметно краснеть. Он поспешно кивнул, изо всех сил пытаясь подавить дрожь в уголках губ. “Хорошо. Тогда попробуем ещё раз.” Кергель прекрасно понял, что повар изо всех сил сдерживает смех. Но сделал вид, будто ничего не заметил. Он отвернулся и совершенно непринуждённо произнёс: “Хорошо.” Вскоре все снова засуетились, готовясь ещё раз приготовить Лоршель. Кергель тяжело вздохнул про себя. “Фух…Лучше бы я дракона поймал.” [Даже если драконы существуют только в мифах, поймать одного наверняка было бы гораздо проще…] С этой мыслью Кергель подавил очередной вздох. ---------- Чаепитие и Лоршель (12) *** “…Хм-м.” Роэлин долго ворочалась с боку на бок, но вскоре всё-таки села на кровать. Сквозь окно пробивался лунный свет, серебристой дорожкой ложась на пол и словно приветствуя её среди ночной тишины. Роэлин протянула руку, пытаясь поймать в ладонь струившийся из окна свет, и невольно улыбнулась. [Что же я делаю? Это ведь так по-детски.] Она и сама понимала, насколько глупо ведёт себя, не в силах уснуть. Улыбка на её губах постепенно исчезла. Роэлин плотно сжала губы и несколько раз моргнула, словно её что-то беспокоило. Затем повернула голову и посмотрела на место рядом с собой. [На простыне не было ни единой складки.] [Словно хозяин этой половины кровати вообще никогда здесь не лежал.] Роэлин протянула руку и коснулась прохладной ткани, после чего слегка прикусила губу. “Было бы гораздо лучше, если бы ты просто сказал мне, почему избегаешь меня…” [Только теперь она позволила себе высказать вслух обиду, которую так долго держала в себе.] [Когда рядом находились Люси и Силлоа, Роэлин изо всех сил старалась не показывать своих чувств. Но от этого становилось только тяжелее.] Она глубоко вдохнула, надула губы и вдруг ударила кулаком по пустому месту рядом с собой. Впрочем, удар получился настолько мягким, что скорее напоминал лёгкое похлопывание по простыне. Но даже этого оказалось достаточно, чтобы немного выпустить накопившееся раздражение. “Фух…” Роэлин шумно выдохнула, на мгновение закатила глаза, а затем спустилась с кровати. Она решительно поджала губы, словно наконец что-то для себя решила. Потом кивнула самой себе. “Да. Именно так. Не стоит мучиться догадками в одиночку. Лучше самой пойти и спросить.” [Если он не приходит ко мне, я могу сама пойти к нему.] [Не было смысла бесконечно ждать и гадать, почему Кергель не появляется.] [Роэлин не хотела снова незаметно вернуться к той жизни, которую вела в Отдельном Дворце Ракаины, когда привыкла молча терпеть всё происходящее и держать свои чувства при себе.] [Если Кергель не приходит, она сама пойдёт к нему.] [Вместо того чтобы сидеть и молча обижаться, лучше спросить его напрямую.] Роэлин накинула на плечи шаль и вышла из спальни. Служанка, дежурившая за дверью, тут же поспешила ей навстречу и склонила голову. “Императрица, уже так поздно. Почему вы вышли?” “Я хочу увидеть Его Величество. Он говорил, что у него много работы, значит, сейчас, скорее всего, находится в кабинете, верно?” “Что? Ах! Императрица!” Роэлин уже двинулась вперёд, поэтому служанка растерялась и поспешила следом. “На улице довольно холодно, Императрица. Я сейчас же прикажу приготовить карету, так что, пожалуйста, подождите немного.” Заметив, что Роэлин собирается покинуть Императорский дворец Императрицы, служанка тут же занервничала. Роэлин обернулась и мягко улыбнулась. “Всё хорошо. На мне шаль, так что я не замёрзну.” “Но…” Служанка беспокойно переминалась с ноги на ногу, поглядывая на тонкое платье Роэлин. [Было уже глубоко за полночь, и она не знала, как поступить.] Роэлин заметила её беспокойство и ещё раз попыталась успокоить: “Правда, всё хорошо. Не нужно так переживать. Я всего лишь хочу увидеть Его Величество.” “Но, Императрица…” “Ты ведь тоже занята. Разве будет плохо, если я сама дойду до него? Ах! И ещё…” Роэлин вдруг о чём-то вспомнила, и её глаза заблестели. “Наверное, будет лучше взять ему что-нибудь поесть на ночь.” Вместо того чтобы направиться к дворцу, где находился кабинет Императора, Роэлин неожиданно повернула в сторону кухни. [Она несколько дней не видела его лица, и потому внезапный ночной визит мог показаться немного неловким.] [Если я скажу, что принесла ему что-нибудь перекусить, это будет вполне естественным поводом.] [Идея пришла ей в голову совершенно спонтанно, но Роэлин решила, что она довольно неплохая.] Она поспешила дальше. *** [Сколько времени она уже шла?] Роэлин почти добралась до небольшого дворца, где находилась кухня, когда вдруг заметила человека, спешившего ей навстречу. Она тут же остановилась. [Фигура была знакомой.] [Люси.] Главная служанка, заметившая Роэлин, поспешила подойти к ней. “Им…Императрица…” Она тяжело дышала после быстрой ходьбы. “Дыши спокойно, Люси. Не нужно так торопиться и соблюдать формальности.” Роэлин мягко обратилась к ней. Люси несколько раз глубоко вдохнула, пытаясь восстановить дыхание, и только после этого продолжила: “Простите, Императрица. Мне сообщили в последний момент…” [Вероятно, кто-то из слуг или служанок, встретившихся Роэлин по дороге, уже успел сообщить Люси о её выходе.] [И, скорее всего, не только Люси.] Роэлин заметила, что следом за ней спешит и Силлоа. Она виновато посмотрела на обеих. “Кажется, из-за меня вы тоже не смогли нормально уснуть.” [Ей всего лишь хотелось тихо сходить к Кергелю.] Роэлин нахмурилась, мысленно укоряя себя за собственную поспешность. “Нет, Императрица. Заботиться о вас в любое время - наш долг.” Люси словно сразу поняла, что творилось у Роэлин на душе, и поспешила её успокоить. Роэлин с благодарностью посмотрела на неё. Через мгновение на её губах появилась мягкая улыбка. “Тогда…могу я попросить тебя об одной услуге?” “О какой услуге? Вам достаточно просто отдать мне приказ.” Люси несколько раз поклонилась. Роэлин немного смутилась, глядя на неё, и после короткой паузы наконец объяснила: “Я хотела пойти на кухню и приготовить что-нибудь для Его Величества на ночь. Но я сама никогда там не была.” “…Вы собирались на кухню?” Люси удивлённо посмотрела на неё. “Да. Или…это слишком хлопотно? Возможно, придётся будить поваров и других людей?” Роэлин задумалась. “Тогда, если там осталось что-нибудь готовое, я могла бы просто взять…” Она осеклась. [Нет. Как-то странно приносить Императору остатки еды.] Роэлин снова поняла, насколько необдуманно поступила. Она смущённо покачала головой. “Нет, всё хорошо. Я и так уже доставила столько хлопот. Простите меня, все.” Она развернулась, собираясь вернуться в Императорский дворец. До этого момента Роэлин даже не подумала, что её желание лично увидеть Кергеля может заставить других людей посреди ночи подниматься с постелей и заниматься её делами. Плечи её невольно опустились. Но именно тогда Люси замялась. На её лице появилось крайне обеспокоенное выражение. Она словно долго не решалась что-то сказать, однако в конце концов поняла, что другого выхода нет. “На самом деле…” Люси сделала паузу. “Его Величество сейчас находится на кухне.” “…Что?” Роэлин резко обернулась. “На кухне?” Её глаза широко распахнулись. Люси лишь неловко улыбнулась и медленно кивнула. ---------- Чаепитие и Лоршель (13) [Я и сама не знаю всех подробностей. Но Его Величество приказал нам никому об этом не рассказывать. Он сказал, что хочет сам приготовить сладости и преподнести их Императрице в качестве подарка…] Поэтому Люси ничего не могла сказать Роэлин. В конце концов она виновато добавила: “Я действительно не знала, как вам об этом рассказать…” Роэлин медленно направилась к кухне, обдумывая слова Люси. Она заранее велела всем оставаться снаружи, поэтому никто не последовал за ней. В тихом коридоре раздавался лишь стук её шагов. Наконец Роэлин остановилась перед дверью кухни. [Говорили, что прямо за этой дверью находился он.] [В такой поздний час.] [Причём человек, которого трудно было представить на кухне.] [Так вот почему он не мог ужинать вместе с ней. Почему в последние дни не приходил в спальню допоздна.] [Он готовил для неё подарок.] [Сам.] [Именно поэтому в последнее время он, оказывается, учился готовить сладости у главного повара Императорского дворца.] [Наверное, он был ужасно занят, раз посвящал этому всё свободное от работы время.] [А она ничего не знала и без всякой причины мучила себя сомнениями.] [Более того, ещё и неправильно его поняла…] Роэлин крепко сцепила пальцы, чувствуя, как сердце болезненно сжимается. Затем осторожно повернула дверную ручку. Дверь открылась, и перед её глазами предстал знакомый силуэт. Она и без того знала, что здесь Кергель, поэтому не стала удивляться. Но, увидев его собственными глазами, вдруг почувствовала нечто настолько сильное, что не смогла сразу подобрать этому чувство название. Она просто не знала, как его выразить. [Как описать состояние, когда глаза вот-вот наполнятся слезами, но вместе с тем ужасно хочется рассмеяться? Когда сердце бешено колотится, а внутри становится одновременно тепло и щемяще?] Роэлин вошла, крепко придерживая шаль. Кергель, однако, словно совершенно не заметил её присутствия и продолжил заниматься своим делом. [Обычно он услышал бы даже самые тихие её шаги.] [Значит, сейчас он был настолько сосредоточен, что ничего вокруг не замечал.] [Даже когда работал в кабинете, он не выглядел настолько погружённым в дело…] Взгляд Роэлин переместился с Кергеля на стол перед ним. На столе лежало тесто. Он непрерывно разминал его, а на его щеках виднелись белые следы муки. Роэлин невольно сделала шаг ближе. [Кто бы мог представить, что самый могущественный человек Империи будет глубокой ночью стоять на кухне, весь перемазанный мукой, и упрямо пытаться собственноручно приготовить сладости?] [А его огромные ладони, которые куда лучше смотрелись бы с мечом, сейчас старательно формировали такие милые маленькие печенья…] “Теперь накрыть хлопчатобумажной тканью и оставить ненадолго, чтобы тесто подошло…Только куда же я её положил?” Кергель раскатал кусок теста до нужного размера и начал аккуратно загибать края, одновременно одной рукой ощупывая стол в поисках ткани. Вторая его рука всё ещё была занята тестом. Казалось, он не хотел терять ни единой секунды. Роэлин некоторое время молча наблюдала за ним, а затем заметила хлопчатобумажную ткань на краю стола. Она взяла её и протянула Кергелю. “Вот.” “О, спасибо…О! Р-Роэлин?! Что ты здесь делаешь?” Кергель машинально взял ткань, но тут же поднял голову и изумлённо уставился на неё. Роэлин едва заметно улыбнулась, встретившись с его круглыми золотистыми глазами. Кергель тоже поспешно прикрыл собой стол и неловко улыбнулся. “А…Ну…Ты понимаешь…Просто…” “У тебя ещё и на носу мука. Я думала, только на щеках.” [Если бы она знала, что всё так обернётся, то непременно взяла бы с собой носовой платок.] С этой мыслью Роэлин подошла к нему, встала на цыпочки и рукавом осторожно вытерла муку с его лица. “Роэлин, я…Нет, ты испачкаешь одежду.” Растерявшись, Кергель даже начал заикаться. Он поспешно отступил на шаг, боясь испачкать её платье. Роэлин перестала вытирать его лицо и посмотрела ему прямо в глаза. “…” Кергель тут же отвёл взгляд. [Он явно не знал, куда себя деть: то смотрел в одну сторону, то в другую, лишь бы не встретиться с ней взглядом.] Роэлин некоторое время наблюдала за ним, а затем внезапно спросила: “Так вот почему в последнее время тебя почти невозможно увидеть?” “Что? А…Прости, Роэлин. Мне всё равно следовало найти для тебя время.” Кергель поспешно извинился, решив, что именно это её беспокоило. Но Роэлин лишь посмотрела на него и заговорила совсем о другом: “Ты ведь сказал, что приготовишь мне подарок.” “А, это…” Лицо Кергеля мгновенно вспыхнуло. Он попытался прикрыть разгоревшиеся щёки ладонями, но, увидев, что руки все в муке, тут же опустил их и смущённо улыбнулся. “Люси всё тебе рассказала? Я ведь просил её сохранить это в тайне.” “Потом не ругай Люси, Кергель. Ей пришлось мне всё рассказать. Я была…немного подавлена.” Роэлин поспешно заступилась за Люси, опасаясь, что позже Кергель может её наказать. Но Кергель неожиданно нахмурился и спросил: “Ты была подавлена? Почему?” “Просто…” Роэлин запнулась. Она посмотрела на Кергеля, который явно ничего не понимал и лишь озадаченно глядел на неё. И вдруг задумалась: [интересно, что он всё это время думал?] [Неужели я слишком остро всё воспринимала?] [Или этот мужчина действительно настолько несообразительный?] ---------- Чаепитие и Лоршель (14) Роэлин покачала головой с улыбкой, а затем продолжила уже с заметно смущённым выражением лица: “Я просто зря себя накрутила.” “Что значит, накрутила?” Кергель ещё сильнее склонил голову набок, явно ничего не понимая. Только теперь уже Роэлин начала избегать его взгляда. Она неловко пробормотала, глядя куда-то в сторону: “Я знаю, что это глупость, но…мне вдруг показалось, что ты передумал. Что, возможно…ты устал от меня.” “Что? О чём ты вообще говоришь? Почему ты так решила?” Кергель не расслышал половины её слов и невольно повысил голос. Роэлин тут же замолчала, а Кергель, заметив её реакцию, поспешно добавил, словно испугавшись, что напугал её: “Я не сержусь, Роэлин. Просто…это невероятно.” “Не настолько уж невероятно. На моём месте любой мог бы понять ситуацию неправильно.” Роэлин возразила довольно резко. [Возможно, она действительно сделала ошибочный вывод. Но стоило Кергелю произнести слово “невероятно”, как в памяти вновь всплыли все те дни, когда она чувствовала себя ненужной и одинокой.] Поэтому настроение испортилось само собой. Кергель заметил, как погасла её улыбка. Он огляделся по сторонам и снова заговорил: “В любом случае, прости. Я не думал, что ты можешь так всё понять. Я просто хотел как можно скорее закончить это и подарить тебе…” “А что это вообще за сладость?” Роэлин озадаченно посмотрела на него. [Учитывая, насколько Кергель был одержим этим “подарком-сладостью”, её любопытство было вполне естественным.] Однако его последующая реакция породила ещё больше вопросов. “Что? А…Нет, ну…Это…” Вместо ответа Кергель начал смущённо запинаться. [Он выглядел как человек, которого застали за чем-то постыдным, или вот-вот должны были застать.] “Кергель?” Роэлин вопросительно склонила голову. Кергель бросил на неё короткий взгляд, тяжело вздохнул и покачал головой. “…Я собирался подарить тебе сладость Лоршеля.” “…?” Глаза Роэлин округлились. Кергель посмотрел на её изумлённое лицо, цокнул языком и тихо пробормотал: “Точнее…я собирался подготовиться к тому, чтобы съесть её вместе с тобой.” “…Что ты имеешь в виду?” Роэлин снова переспросила, потому что совершенно не поняла его слов. Кергель неловко кашлянул и, всё ещё избегая её взгляда, наконец объяснил: “Ты ведь в прошлый раз спрашивала меня о „Ночи Лоршеля“. Помнишь?” “Конечно…” Роэлин кивнула. [Как она могла забыть?] [Но она и представить не могла, что разговор того дня внезапно всплывёт именно сейчас.] [Кергель обещал узнать побольше о Ночи Лоршеля, но, если честно, Роэлин не слишком на это рассчитывала. Она полагала, что найти сведения будет непросто: обычай существовал много лет назад и давно оказался забыт, а в книге не было никаких подробных объяснений.] [Но почему он заговорил об этом именно сейчас?] Роэлин с сомнением посмотрела на Кергеля. Тот, напротив, продолжил объяснять с неловким выражением лица: “Я узнал, что само приготовление сладости Лоршеля и её преподношение кому-то называется „Ночью Лоршеля“.” “…?” “В том смысле, что один возлюбленный таким образом просит другого провести с ним ночь.” “Ночь…” Роэлин невольно повторила последнее слово вслед за ним. А затем её лицо мгновенно вспыхнуло. [Боже мой.] [Она была уже не настолько юной и наивной, чтобы не понять, что именно он имел в виду.] [Поэтому скрытый смысл этих слов - “просить провести ночь”, дошёл до неё практически сразу.] [Что это ещё за сладость с таким смыслом?!] Роэлин прикусила губу, вспомнив, что именно она сама когда-то спросила Кергеля о “Ночи Лоршеля”. [Она ведь не знала, что за этим обычаем скрывается подобное значение.] Но теперь её лицо горело так, словно она стояла у самого очага. [Как же это нелепо…] Она невольно представила, какое выражение было на лице Кергеля, когда он впервые узнал настоящий смысл “Ночи Лоршеля”. Роэлин отвернулась, прикрыв рот ладонью. “Эм…Ну…понятно.” Слова прозвучали приглушённо, потому что ладонь всё ещё закрывала ей рот. Она сама даже не осознавала, насколько сильно смутилась. От этого её лицо стало ещё краснее. “Роэлин.” Кергель посмотрел на неё. В его глазах появилась решимость, и он сделал шаг вперёд. “…Могу я попросить тебя провести со мной ночь?” “…!” Голубые глаза Роэлин мгновенно распахнулись. Но Кергель продолжил совершенно серьёзным тоном: “Мне ужасно неловко, потому что я чувствую, будто собственными словами отменяю то, что сказал раньше…Помнишь? „Пока что“. Этот срок уже закончился. Нет…если подумать, он закончился ещё раньше.” Роэлин вспомнила. [“Пока что”, именно так он сказал ей тогда, когда предложил просто спать рядом.] [Это было в день их свадьбы и церемонии сопровождения, в тот самый день, когда они впервые легли в одну постель.] [Давай сегодня просто поспим. Нет…пожалуй, не только сегодня. Как насчёт того, чтобы какое-то время просто спать вместе?] [Даже тогда Роэлин и представить не могла, что их отношения однажды станут такими.] [Она не ждала его любви лишь потому, что они уже стали супругами.] [Не ожидала она и того, что сама когда-нибудь полюбит его.] [В конце концов, всё это действительно было похоже на чудо.] [Она не знала, сможет ли однажды искренность другого человека коснуться её сердца.] [И уж тем более не знала, сможет ли её собственная искренность когда-нибудь коснуться сердца другого.] ---------- Чаепитие и Лоршель (15) Роэлин встретилась с его золотистым взглядом и слегка отвернулась. Её глаза остановились на столе, полностью покрытом мукой. Но стоило ей заметить второй стол, стоявший позади, как она невольно склонила голову набок. “А, это…У меня не получилось.” Кергель проследил за её взглядом и, неловко почесав затылок, с серьёзным выражением лица принялся объяснять: “Не знаю, то ли с духовкой что-то не так…Но то недопекалось, то сгорало до углей.” [И действительно, все сладости, сложенные на втором столе, были либо сырыми внутри, либо обуглившимися до чёрноты.] [Теперь Роэлин могла примерно представить, сколько времени он провёл здесь в одиночестве, пытаясь приготовить эту сладость Лоршеля.] [Чтобы попросить её провести с ним ночь.] Губы Роэлин дрогнули. [Ну какой же он всё-таки глупый…] [Ему совершенно не стоило в одиночку мучиться над сладостями, которых он никогда прежде не готовил.] [Он ведь мог просто сказать ей всё прямо.] [Они уже были мужем и женой.] [Если он хотел провести с ней ночь, разве ему нужно было искать для этого какой-то повод?] [Кто вообще мог ему запретить?] [Тем более что сам Император Сероифа действительно этого хотел.] [Нет…В конце концов, они уже давно поняли чувства друг друга. Им вообще не требовалось проходить через все эти сложности.] [И всё же этот мужчина совершенно напрасно изводил себя лишь потому, что не решался произнести несколько простых слов.] Её сердце одновременно наполнялось нежностью и благодарностью. И от этого становилось ещё теплее. “…Если ты хочешь, можешь.” Роэлин ответила тихо, опустив голову. Кергель на мгновение замер. Затем приблизился к ней. Остановившись настолько близко, что она могла чувствовать его дыхание, он низким, слегка хриплым голосом переспросил: “Скажи ещё раз. Что именно ты сейчас сказала?” “…Я сказала, что можешь попросить меня провести с тобой ночь.” [Казалось, у Кергеля были куда более острые чувства и удивительные физические способности, чем у обычного человека. Роэлин сама не раз становилась тому свидетельницей.] [Иногда его способности поражали её настолько, что она даже начинала сомневаться, действительно ли он человек.] [Поэтому, как бы тихо она ни произнесла свои слова, Кергель наверняка расслышал их прекрасно.] [И всё же он попросил её повторить.] В следующий миг его губы коснулись её губ. Роэлин вздрогнула от неожиданного прикосновения и инстинктивно попыталась отступить. Но прежде чем она успела отстраниться, Кергель обхватил её за талию и притянул к себе, крепко заключив в объятия. Наконец он оторвался от её губ и посмотрел ей прямо в глаза. “Ты ведь понимаешь, что только что сказала? И не собираешься брать свои слова обратно, правда?” В его взгляде было столько жара, что Роэлин невольно замерла. [Казалось, ещё мгновение, и этот взгляд поглотит её целиком.] От его настойчивого взгляда во рту у неё пересохло, и она машинально сглотнула. Всего лишь от волнения. Но Кергель, похоже, воспринял этот жест совсем иначе. “…!” Он снова поцеловал её. На этот раз поцелуй оказался гораздо глубже и продолжительнее. Роэлин невольно вцепилась пальцами в его одежду. Его прикосновения были горячими, как и обжигающее дыхание. От его рук, скользнувших от её плеча вниз по спине, по телу разливалось тепло. “Ах…Кергель.” Роэлин смогла произнести его имя лишь тогда, когда Кергель наконец отстранился. Но он тут же снова притянул её к себе. “Нет. Я ведь сказал, что ты уже не сможешь взять свои слова обратно.” Он уткнулся губами в её шею, словно заранее отказывался принимать любые возражения. [Он выглядел таким нетерпеливым, что, казалось, сам не понимал, каким образом вообще сумел так долго сдерживаться.] Роэлин покачала головой в его объятиях и осторожно взяла его за руку. “В спальню…Я хотела сказать, что нам стоит пойти в спальню.” Она успокаивающе погладила его по руке. “Здесь ведь в любой момент кто-нибудь может появиться.” Золотистый взгляд Кергеля был полон жара. Но затем его глаза постепенно прояснились, словно к нему наконец вернулась часть рассудка. Разумеется, оба понимали, что это лишь ненадолго. Кергель опустил взгляд на руку Роэлин, обхватившую его предплечье. Её маленькие пальцы слегка дрожали. И теперь он наконец заметил, насколько сильно она волновалась. [Ах…] Только тогда Кергель осознал, что слишком поторопился. [Желание, которое он так долго подавлял, внезапно вырвалось наружу и на мгновение лишило его рассудка.] [Для Роэлин всё это наверняка было пугающим и непривычным. У них ведь ещё ни разу не было первой брачной ночи.] [А он всё равно позволил себе желать её здесь, прямо на кухне.] [С ума сойти…Я действительно потерял рассудок.] [Ему следовало радоваться уже тому, что она не убежала от неожиданности.] Кергель подавил жар, поднимавшийся из глубины тела, сделал несколько глубоких вдохов и наконец снова посмотрел на неё. Роэлин тоже взглянула на него, но тут же смущённо отвела глаза, едва их взгляды встретились. Кергель заметил, как сильно покраснело её лицо. И тут же подхватил её на руки. “Ах! К-Кергель! Что ты делаешь?!” Роэлин неожиданно оказалась в его объятиях, её ноги оторвались от пола. От неожиданности она вскрикнула и инстинктивно обвила руками его шею. “Что я делаю? Ты ведь сама сказала: „Пойдём в спальню“.” Кергель тихо рассмеялся. [Ему показалось невероятно милым, как Роэлин, обхватив его за шею, прижимается к нему от смущения.] Её сердце бешено колотилось, и он буквально чувствовал его биение. Он нежно провёл рукой по её волосам. Постепенно Роэлин успокоилась после внезапного испуга и несколько раз растерянно моргнула. [Спальня…] Её лицо снова вспыхнуло. Роэлин спрятала пылающие щёки у него на груди и ещё крепче обвила руками его шею. Это было её молчаливое согласие. И одновременно, её застенчивый ответ. Рука Кергеля, крепко державшая Роэлин, сжалась ещё сильнее. ---------- Чаепитие и Лоршель (16) “Боже мой! Ваше Величество!” Несколько служанок, ожидавших у дворца, широко распахнули глаза и поражённо приоткрыли рты, но тут же спохватились, закрыли их и склонили головы. Роэлин сразу узнала голос, который, кажется, принадлежал её собственной служанке - Силлоа. [Конечно, стоило ей лишь поднять голову и взглянуть на неё, как она смогла бы убедиться в этом наверняка.] Но сейчас лицо Роэлин было по-прежнему спрятано у Кергеля на груди. И всё же она чувствовала на себе множество взглядов. [Это было вполне естественно: у входа её ждали Люси и остальные служанки.] [Надо было раньше приказать всем разойтись по своим комнатам.] Роэлин мысленно вздохнула. [Хотя на деле это было практически невозможно. Сколько бы она ни приказывала, служанки всё равно не возвращались в свои покои, не желая оставлять её одну.] [Просто сейчас ей было настолько неловко под этими пристальными взглядами, что она невольно начала думать совершенно не о том.] “Все можете идти. Я отнесу Императрицу в спальню.” “Но, Ваше Величество…” В голосе Люси отчётливо слышалась растерянность. “С Императрицей что-то случилось?” От этих слов Роэлин мгновенно напряглась. Наверное, преданная старшая служанка забеспокоилась, увидев, как Роэлин вынесли из комнаты на руках. “Ничего с ней не случилось.” “Но почему тогда…” “Разве я не знаю собственную жену?” В голосе Кергеля прозвучало лёгкое раздражение. [Он просто не хотел терять время, ведь собирался как можно скорее добраться до спальни.] Услышав его тон, Люси и остальные служанки одновременно замолчали. Кажется, теперь они прекрасно поняли, что именно происходило. “Даже если уже рассветёт, никого не впускать в спальню, пока я сам не позову.” “…Что?” Но тишина продлилась недолго. Следом прозвучал приказ Кергеля. Роэлин ещё глубже уткнулась лицом ему в грудь, чувствуя, как жар всё сильнее разгорается в ушах. Она уже представляла, как потом будет смотреть Люси и Силлоа в глаза. [Как же мне теперь с ними встречаться?] Но, несмотря на весь стыд, она всё равно не хотела его останавливать. “Я сказал, не мешайте нам. Ты поняла, Люси?” Кергель, подавив раздражение, повторил свой приказ. Вокруг послышались многочисленные быстрые вдохи. Теперь, кажется, все окончательно всё поняли. “Кхм…Да. Разумеется, Ваше Величество.” Люси неловко кашлянула, прежде чем ответить. А Роэлин лишь сильнее прижалась к Кергелю, словно ничего не слышала, и даже не повернула головы. Горели не только её уши, всё лицо пылало от смущения. Через некоторое время Кергель, продолжая нести её на руках, вдруг спросил: “Я ведь хорошо поступил, правда?” Роэлин положила лоб ему на грудь, а затем подняла голову и вопросительно посмотрела на него. “…?” “Я о том, что разве я не поступил правильно? Я заранее предупредил их, чтобы никто не посмел нам помешать.” “А…” Роэлин наконец поняла, что он имел в виду. Смущённо нахмурившись, она легонько ударила его кулачком в грудь. “Зачем ты им это сказал?! Как я теперь смогу смотреть им в глаза? Мне ужасно неловко.” “Что значит, неловко? Просто веди себя как обычно. Чего тебе стесняться? Разве мы собираемся сделать что-нибудь плохое?” Кергель явно ждал от неё похвалы, поэтому совершенно искренне удивился её неожиданной реакции. “Ну…это не совсем так, но…” Роэлин не договорила, заметив разочарование на его лице. Тем временем её тело слегка покачивалось в такт его шагам. Даже несмотря на то, что он явно расстроился из-за её слов, Кергель продолжал держать её чрезвычайно осторожно. [Мне жаль…] Роэлин тут же пожалела о своём поступке. [Ей показалось, что она уже слишком сильно задела его.] [Сегодня будет наша первая брачная ночь.] [Она вдруг испугалась, что своими словами могла всё испортить.] [На самом деле ей было просто стыдно.] “Ты сердишься?” В этот момент Кергель остановился и спросил её. Роэлин тут же подняла голову. На его лице читалась растерянность, словно он совершенно не знал, что теперь делать. [Похоже, на самом деле он хотел спросить совсем о другом.] [Неужели я действительно сержусь на него?] “Нет.” Роэлин покачала головой. [Что мне делать с этим глупым мужчиной?] [Он был слишком мягким с ней.] Роэлин, всё ещё обнимая его за шею, потянула его за руку. Кергель склонил голову. И вскоре их лица оказались напротив друг друга. Роэлин осторожно коснулась его губ своими. Всего лишь лёгкое прикосновение. Она тут же отстранилась. На несколько мгновений Кергель застыл с совершенно ошеломлённым выражением лица. Роэлин улыбнулась, увидев его реакцию, и снова потянулась к нему губами. [Она никогда не умела хорошо выражать свои чувства словами.] [Поэтому сейчас могла лишь набраться всей своей смелости и показать их поступками.] [Но ей очень хотелось, чтобы именно сейчас он понял, что у неё на сердце.] “…!” [Понял ли он наконец?] [Похоже, да.] Кергель внезапно крепче прижал Роэлин к себе и ответил на её поцелуй. На этот раз гораздо глубже. Это был поцелуй, в котором словно растворилось всё вокруг, будто он хотел забрать себе даже её дыхание. Роэлин слегка задрожала в его объятиях, но лишь крепче обхватила его за плечи и спину. Над ними мягко струился серебристый свет глубокой ночной луны. ---------- Чаепитие и Лоршель (17) “…” Роэлин украдкой огляделась по сторонам. Перед глазами был знакомый интерьер спальни. Совсем недавно она спала на этой самой кровати, и с тех пор здесь ничего не изменилось. [Но почему же сейчас…] [Почему совершенно привычная комната вдруг казалась такой неловкой и чужой?] Роэлин снова огляделась и опустила голову, чувствуя, как лицо обжигает жар под пристальным взглядом, направленным на неё сверху. Это был взгляд Кергеля. После того как он принёс её в спальню и усадил на кровать, он до сих пор не произнёс ни слова. Просто стоял перед Роэлин и смотрел на неё сверху вниз. “Кхм…” Роэлин неловко кашлянула и сглотнула. Она то сжимала в пальцах ни в чём не повинную простыню, то снова отпускала её. На смятой ткани всё больше оставалось следов от её пальцев. Внезапно Кергель опустился на одно колено прямо перед ней. Роэлин смущённо подняла глаза, не ожидая такого движения. И тут же встретилась с его золотистым взглядом. Она снова сглотнула и крепче сжала простыню. Взгляд Кергеля, который прежде смотрел на неё сверху вниз, теперь оказался почти на одном уровне с её глазами. [Всего лишь изменился угол зрения.] [Но почему-то от этого стало ещё более неловко.] “Зачем ты так сел? Встань уже…” Роэлин попыталась улыбнуться и заговорила нарочито непринуждённо. “Роэлин.” Кергель тихо произнёс её имя. Губы Роэлин дрогнули от этого голоса. [С одного взгляда она поняла, что он тоже нервничает.] [Обычно Кергель непременно пошутил бы, поддразнил её или сделал что-нибудь лёгкое и забавное, чтобы разрядить обстановку.] [Но сейчас всё было иначе.] “…” Роэлин не смогла прямо посмотреть на него и опустила голову. Кергель протянул руку и взял её ладонь. Даже кончики его пальцев слегка дрожали. Они просто соприкоснулись - кожа к коже. Но тепло тут же передалось от одного к другому. Роэлин сама не понимала, откуда в ней вдруг стало так жарко. “…Роэлин.” Он снова произнёс её имя. Роэлин помедлила, не поднимая голову, а затем медленно посмотрела на него. Она встретилась с прямым золотистым взглядом. Сердце гулко билось в груди, и Роэлин невольно задержала дыхание. Кергель чуть сильнее сжал её руку, а затем медленно склонил голову. “…!” Роэлин вздрогнула, почувствовав, как его губы коснулись тыльной стороны её ладони. Она попыталась отдёрнуть руку, но Кергель не отпустил её. Напротив, он один за другим поцеловал каждый её палец. Каждый из них казался ему драгоценным. Даже маленькие ноготки. Словно ему хотелось запомнить и сохранить всё до последней детали. В этих поцелуях было столько нежности и вместе с тем такой сильной, почти собственнической привязанности, что от кончиков пальцев Роэлин начало расходиться лёгкое онемение. Поцелуй, начавшийся с кончиков пальцев, постепенно поднимался выше. Кергель коснулся губами тыльной стороны её ладони, затем запястья, а после медленно провёл по внутренней стороне руки, остановившись у сгиба локтя. Роэлин сама не заметила, как откинулась назад. Кергель, до этого стоявший перед ней на одном колене, поднялся и забрался на кровать, нависая над ней. Когда тяжесть его тела внезапно ощутимо прижала её к матрасу, лицо Роэлин вспыхнуло. [Она никогда прежде не оказывалась в подобной ситуации.] [Но это вовсе не означало, что она не понимала, что произойдёт дальше.] “Ах…” Напряжение, волнение и постепенно нарастающий жар вырвались наружу вместе с её тихим вздохом. Кергель провёл рукой по её волосам, нежно поцеловал их, а затем медленно коснулся её щеки. “Роэлин.” “…” Он в третий раз произнёс её имя, словно уже забыл все остальные слова. И Роэлин, кажется, была не лучше. Она тоже не могла произнести ни единого слова. Роэлин не знала, что сказать, поэтому лишь смотрела на него. В глубине его золотистых глаз горел жар, скрытый за нежным взглядом. А в тёплом прикосновении его руки, ласково поглаживавшей её щёку, ощущалась сдерживаемая страсть. Для неё всё это было слишком сильным. “Кергель.” Роэлин протянула к нему руки, произнося его имя. [Теперь она понимала, почему Кергель снова и снова называл её по имени.] [И почему сама она не могла подобрать слов.] [Потому что словами это было почти невозможно выразить.] [Слишком глубокие чувства не вместить в несколько простых фраз.] Роэлин обвила руками его шею. Кергель ответил ей тем же, осторожно поддержав её затылок и притянув ближе. Их губы снова встретились. Они обменялись горячим дыханием, ощущая тепло друг друга. Мягкий лунный свет лёг на двух людей, слившихся в объятиях на кровати. Ночь, которой, казалось, не хотелось заканчиваться, только начиналась. ---------- Чайная вечеринка и Лоршель (18) “Угу…” Роэлин нахмурилась, когда сквозь сон внезапно почувствовала, как яркий свет режет ей глаза. Однако просыпаться ей совсем не хотелось. Она лишь протянула руку и сонно пошарила под одеялом. Пальцы тут же наткнулись на мягкое, пушистое покрывало. Роэлин подтянула его к себе и спрятала лицо. Солнечный свет наконец перестал слепить, и глазам стало гораздо комфортнее. Довольная этим, она попыталась снова погрузиться в сон. “…!” Но внезапно Роэлин что-то вспомнила и поспешно высунула голову из-под одеяла. Яркий солнечный свет залил её лицо, словно приветствуя с наступлением нового дня. “…Уже утро?” Она сощурилась от света, прикрыла глаза ладонью и посмотрела в сторону окна. [Хотя, если разобраться, утро уже давно прошло.] Ориентируясь по положению солнца, Роэлин широко раскрыла глаза, примерно определив время. [Боже мой.] Солнце уже успело подняться довольно высоко. “Вот же…Почему меня никто не разбудил?! Боже мой!” Роэлин поспешно попыталась подняться с постели, но тут же болезненно поморщилась и снова опустилась обратно. “Ай…” Лицо Роэлин, до этого лишь сонно хмурившееся от боли, постепенно залилось краской. [Теперь она окончательно проснулась и наконец поняла, в каком состоянии находится.] [Вернее, она осознала, что именно стало причиной этой боли…] “Роэлин! Почему ты встала?” В этот момент послышался голос Кергеля, а вслед за ним - торопливые шаги. Услышав их, Роэлин снова попыталась приподняться, слегка согнувшись от боли. Кергель, похоже, только что умылся, потому что подошёл к кровати, накинув лишь лёгкий халат. Из-за распахнувшегося ворота его крепкая грудь была хорошо видна, и Роэлин невольно покраснела. [Я что, совсем с ума сошла?] Упрекнув себя за то, что засмотрелась, Роэлин поспешно отвела взгляд. Тем временем Кергель слегка наклонился к ней и обеспокоенно заговорил: “Тебе плохо? Ты заболела? Ах…Где-нибудь болит?” “Ты вообще куда смотришь?” Роэлин поспешно остановила его, крепко вцепившись обеими руками в одеяло и не позволяя ему поднять его. Кергель неловко коснулся подбородка и поспешил объясниться: “Нет, просто…Ты всю ночь не спала. Это было слишком тяжело. Поэтому я подумал, что ты могла заболеть из-за меня.” “…Не говори об этом.” [Это определённо не была тема, которую Роэлин хотела обсуждать средь бела дня.] [По крайней мере, не она.] [Хотя ночью это была совсем другая история.] Роэлин несколько раз помахала рукой перед лицом, пытаясь остудить раскрасневшиеся щёки. Кергель тут же подсел к ней на кровать и тоже начал обмахивать её рукой. “Тебе жарко? Может, попросить принести что-нибудь холодное?” “Нет, спасибо. Но, Кергель…Разве ты можешь сейчас оставаться здесь?” “Конечно. Сегодня я свободен.” “Выходной?” Роэлин наклонила голову и поймала его руку, которой он всё ещё обмахивал её. Кергель высвободил руку, которую она держала, но тут же сам взял её ладонь и нежно провёл по ней пальцами. “Роэлин, я хочу провести сегодняшний день с тобой.” “…” Щёки Роэлин снова вспыхнули. К тому же она вспомнила приказ, который Кергель отдал Люси и служанкам прошлой ночью: [никому не приближаться к спальне, пока их не позовут.] [Судя по тому, что до сих пор никто её не разбудил, служанки, похоже, выполняли его распоряжение.] [Интересно, что все подумают?] Не в силах справиться со смущением, Роэлин закрыла лицо обеими руками. При этом одеяло, укрывавшее её тело, соскользнуло вниз. “Ах!” Увидев, что её обнажённое тело оказалось на виду, Роэлин испуганно вскрикнула и тут же снова подтянула одеяло к себе. Кергель посмотрел на неё с улыбкой и невозмутимо произнёс: “Почему ты прикрываешься? Я ведь уже всё видел.” “Не дразни меня!” Роэлин смущённо посмотрела на Кергеля и легонько ударила его ладонью в грудь. Но для Кергеля это было скорее щекотно. Тем не менее он нарочно изобразил сильную боль, сопровождая это преувеличенно драматичными движениями. От лёгкого движения воздуха его халат ещё сильнее распахнулся, и Роэлин увидела на левой стороне его груди нечто похожее на красную татуировку, словно знак, навсегда вписанный в кожу. [Почему-то сейчас, увидев её вновь, Роэлин почувствовала себя странно.] [Хотя она уже видела этот знак раньше, на этот раз не могла отвести от него взгляда.] Она замерла, неподвижно глядя на него. Кергель перестал дурачиться. Заметив, что Роэлин пристально рассматривает его печать, он слегка растерялся и неловко спросил: “Что такое? На что ты смотришь?” “Это татуировка, да?” “А? Ах…Да. Да, татуировка. Именно. Татуировка. Но почему ты спрашиваешь?” Кергель запнулся, явно застигнутый врасплох её вопросом, но всё же сумел ответить. Роэлин, однако, не заметила его смущения. Она с любопытством продолжала разглядывать его “татуировку.” “Когда я впервые увидела тебя, мне показалось, что она тебе идёт. Но сегодня, когда я смотрю на неё вот так…почему-то всё кажется немного странным.” “…Странным?” “Мне трудно объяснить словами. Просто…Я не могу отвести от неё взгляда.” Даже после этих слов Роэлин продолжала смотреть на его грудь. “…” Кергель молча наблюдал за ней. [Такого он совершенно не ожидал.] [Неужели она реагирует на мою силу только потому, что стала моей спутницей?] [Если всё будет продолжаться в том же духе…однажды она может заметить что-нибудь ещё.] Внезапно Кергеля охватило беспокойство. Он машинально обнял Роэлин. [Ему совсем не хотелось, чтобы она продолжала интересоваться печатью.] “Эй, подожди минутку. На мне ведь вообще ничего нет…” Как и надеялся Кергель, Роэлин тут же перестала обращать внимание на печать. Одеяло снова соскользнуло вниз, обнажая её тело, и в следующий миг она уже оказалась в объятиях Кергеля. Роэлин растерянно вздрогнула. Кергель почти полностью заключил её в свои объятия, а затем прижался губами к её шее сзади. Только после этого он наконец успокоился. С облегчением выдохнув, Кергель глубоко вдохнул ещё раз. ---------- Чайная вечеринка и Лоршель (19) Неярко выраженный аромат щекотал кончик его носа. Это был особый, ни с чем не сравнимый запах её тела - такой же мягкий и приятный, как сама Роэлин. Кергель вспомнил, как всю ночь, опьянённый её запахом, не выпускал Роэлин из объятий. [Нет…Возможно, сначала это вспомнило его тело.] Кергель почувствовал, как жар уже начал подниматься откуда-то из глубины его тела. Роэлин тоже, словно ощутив это, вздрогнула и тут же тихо застонала, отталкивая его. “О нет…Среди бела дня…К тому же я даже не представляю, что все скажут.” “Кто посмеет хоть что-нибудь сказать Императору и Императрице?” Кергель вовсе не собирался сейчас прижимать Роэлин к себе. [Конечно, если бы он мог поступать исключительно так, как ему хотелось, то с удовольствием уложил бы её обратно в постель прямо сейчас.] [Но он едва сдерживался, понимая, что её тело после всей ночи просто не выдержит ещё одной такой нагрузки.] И всё же, когда Роэлин оттолкнула его, в Кергеле проснулась озорная сторона. С лукавой улыбкой он слегка укусил её за шею. “А-а!” Роэлин вздрогнула от неожиданности и тихо вскрикнула. [Нельзя было сказать, что они всегда чувствовали друг друга одинаково хорошо. Хотя прошлой ночью происходило примерно то же самое…] Кергель положил лоб ей на плечо и тихо рассмеялся. “И что же мне делать с этой невинной девушкой?” Пробормотав это себе под нос, он снова поднял голову. [Ему казалось, что красным от смущения стало уже не только её лицо, всё тело Роэлин пылало.] [Она была женщиной, которая даже не знала, как нужно вести себя, чтобы соблазнить мужчину.] [И всё же стоило Кергелю увидеть её, как он совершенно потерял рассудок и всю ночь не мог остановиться.] [Но мне всё равно мало…Даже сейчас…] Кергель почувствовал, как внутри него снова поднимается жар от одного желания - крепко обнять её. Однако, с огромным трудом подавив это желание, он опустил руку с её плеча вдоль позвоночника и мягко погладил Роэлин по спине. [Это было всего лишь нежное, дружеское прикосновение, лишённое какого-либо иного смысла.] [Почувствовала ли она это?] Роэлин поначалу напряглась и задрожала, но постепенно её тело начало расслабляться. Вскоре она сама прислонилась к нему и окончательно успокоилась. От этого сердце Кергеля словно защекотало изнутри. [Кто-то…Нет, женщина, которую он любил, полностью доверилась ему и позволила себе опереться на него.] “Вот поэтому я не могу этого сделать, даже если очень хочу.” Кергель с озорной улыбкой произнёс это, а затем снова посмотрел на неё. “Спасибо, Роэлин.” “…За что?” Роэлин посмотрела на него с недоумением. Но Кергель не ответил. Вместо этого он снова заключил её в свои объятия. А затем тихо произнёс про себя: [За то, что рядом с тобой я могу быть просто обычным мужчиной.] [Он действительно был другим.] [С самого рождения его отличало от остальных то, что в его жилах текла кровь Волков.] [К тому же с ранних лет люди относились к нему с особым почтением, ведь однажды ему предстояло стать Императором Сероифа.] [Даже Люси, его кормилица, Хайнес и Берт, которых он считал друзьями, не могли полностью выйти за пределы этой границы.] [Но женщина, которую он сейчас держал в объятиях, смотрела на него просто как на мужчину.] [И именно это почему-то заставляло его сердце биться ещё сильнее.] [Неужели всё дело в том, что она стала его “спутницей”?] [Нет.] [Одного этого было недостаточно.] [Если бы причина заключалась только в этом, его сердце сейчас не было бы наполнено столь сильными чувствами к ней.] “Просто…за всё.” Кергель заговорил, всё ещё продолжая обнимать Роэлин. “…?” Роэлин озадаченно посмотрела на него, не совсем понимая, что он имеет в виду. Но затем до неё наконец дошло, что это был ответ на её недавний вопрос. На её губах появилась мягкая улыбка. Кергель тихо прошептал, зарывшись губами в её волосы на макушке: “И…я люблю тебя.” Едва он произнёс эти слова, как нежная улыбка на лице Роэлин сменилась смущением, а щёки вспыхнули ярко-красным. “Эм…” Роэлин не могла сразу подобрать слова, но всё же продолжала улыбаться, совершенно покраснев. [Она была такой милой.] [Как можно было не любить её, когда на его неожиданное признание она отреагировала настолько трогательно?] “Я тоже…Я тоже люблю тебя, Кергель.” Она прижалась щекой к его груди и спрятала лицо, ответив тихим голосом, похожим на нежное пение маленькой птички. Кергель снова рассмеялся и крепко обнял её. [Он лишь надеялся, что это счастье однажды не закончится и будет продолжаться вечно.] …И в этот момент ему удалось ненадолго отогнать страх, который притаился где-то в глубине его сердца. [Он хотел лишь одного, если это вообще было возможно, то до конца жизни скрывать от Роэлин правду о том, что он потомок Волков и что он вовсе не такой обычный человек, как она.] “Попробуй ещё вот это.” Кергель положил немного еды на тарелку Роэлин. Она вздохнула и покачала головой. “Я уже так наелась, что больше не могу.” “Ты уже сыта? После того, как съела всего-то как птичка?” Кергель скривился так, словно услышал нечто совершенно невероятное. Затем он посмотрел на Роэлин и опустил взгляд на её живот. [Разумеется, полностью увидеть его он не мог, нижняя часть её тела была скрыта за посудой на столе.] Но Роэлин почему-то смутилась под его взглядом. Она подтянула лежавшую на коленях салфетку чуть выше, прикрыв ею живот, а затем поспешно сменила тему: “Ешь давай, Кергель. Ты ведь сам почти ничего не съел, потому что всё время заботился обо мне.” “Я тоже уже сыт.” Кергель пожал плечами. Роэлин перевела взгляд на стоявшие перед ним блюда, а затем снова посмотрела на его лицо. Перед Кергелем почти вся еда оставалась нетронутой. [Единственное, к чему он действительно притрагивался, это блюда, которые сам рекомендовал Роэлин и накладывал ей на тарелку.] ---------- Чайная вечеринка и Лоршель (20) Роэлин молча посмотрела на него с недоверием. Кергель, словно собираясь оправдаться, поднял руки и поспешно заговорил: “Я же говорю, что я тоже сыт.” “И кто в это поверит?” Роэлин покачала головой и уже собиралась продолжить спор, но Кергель опередил её: “Есть такое выражение. Говорят, что иногда можно насытиться одним лишь видом еды. Честно говоря, когда я впервые услышал это, то подумал, что это полная ерунда. Но теперь, кажется, я понимаю, что оно означает. Мне действительно кажется, будто я наелся, просто глядя, как ты ешь.” “Что это ещё за слова? Я слышала, что родители чувствуют себя сытыми, когда видят, как едят их дети, но…” Роэлин неловко пробормотала эти слова, однако в глубине души они её тронули. [На самом деле она никогда не думала, что подобное чувство вообще может быть ей знакомо.] [Для неё, которая никогда не получала любви от собственных родителей, это казалось почти невероятным.] [Неужели…вот так это и ощущается?] [Неужели другие люди, другие родители, действительно могут чувствовать себя сытыми, просто наблюдая за тем, как едят их дети?] [Для человека, которому никогда не доводилось по-настоящему чувствовать родительскую любовь, подобное было почти невозможно представить.] [Это было совершенно незнакомое ей чувство, ведь ей самой никогда не доводилось получать подобную заботу и нежность.] [Но…] [Кажется, теперь я тоже начинаю понимать, что он чувствует.] [Желание, чтобы другой человек наслаждался тем, чего не можешь позволить себе ты.] [Желание видеть, как он с удовольствием получает всё самое лучшее.] [Надежда на то, что этот человек будет счастлив, что его жизнь будет наполнена радостью, а улыбка никогда не исчезнет с его лица.] [Наверное, именно из таких чувств всё и начиналось.] В последнее время Роэлин беспокоилась о мужчине, сидевшем перед ней, гораздо больше, чем о себе самой. Всё её внимание было обращено на него. “Попробуй вот это. Очень вкусно.” Чтобы скрыть свои чувства, Роэлин взяла одно из блюд со стола и положила его на тарелку Кергеля. Кергель некоторое время смотрел на неё, а затем улыбнулся. “А.” “…?” “Если можешь…покорми меня.” “Что?” Роэлин широко раскрыла глаза, ошеломлённая его неожиданной просьбой. Но Кергель совершенно естественно открыл рот и подмигнул ей, словно призывая не медлить. “Керг…” “Хе-хе.” Роэлин изумлённо попыталась его успокоить, но Силлоа, подававшая блюда к столу, неожиданно рассмеялась, не сумев сдержаться. Роэлин смутилась ещё сильнее и бросила на Кергеля взгляд. Однако тот по-прежнему сидел с совершенно невозмутимым видом и держал рот открытым. Будто собирался продолжать в том же духе до тех пор, пока она сама его не покормит. “Фух…” Роэлин ничего не оставалось, кроме как поднести ему кусочек того самого блюда, которое она только что ему посоветовала. Это был стейк из лосося с соусом тартар. Кергель откусил кусочек и довольно улыбнулся одними глазами. “Вкусно. Наверное, потому, что меня покормила ты?” И тут неподалёку раздался тихий шёпот: “Господи, разве Его Величество раньше терпеть не мог соус тартар? Он ведь не любит ничего кислого…” “Кхм!” Шёпот оказался настолько громким, что его услышали все присутствующие. Люси неловко кашлянула, бросив на Силлоа хмурый взгляд. Только тогда Силлоа поняла, что сболтнула лишнее, и поспешно закрыла рот. Но было уже поздно. “…Ты не любишь соус тартар? Тогда тебе стоило сразу мне сказать.” Роэлин посмотрела на Кергеля с лёгкой обидой. Кергель явно растерялся. Он тут же замахал руками, пытаясь оправдаться: “Нет, я не то чтобы его не люблю. Разве можно сказать, что я его совсем не люблю? Думаю, служанка просто неправильно поняла мои вкусы. Правда ведь, Люси?” “Что? А…Да.” Люси, неожиданно оказавшаяся в центре внимания, замялась. Но стоило Кергелю выразительно посмотреть на неё, как ей ничего не оставалось, кроме как кивнуть. [Правда, со стороны всё это выглядело крайне подозрительно.] Силлоа тоже заметно смутилась и не знала, куда девать взгляд. Роэлин некоторое время молча смотрела на них, слегка прищурившись. Затем уголки её губ приподнялись в едва заметной усмешке. [Ну и что мне с ним делать?] [Он ел блюда, которые обычно терпеть не мог, и при этом уверял, что они вкусные только потому, что именно она посоветовала их ему.] [Его нелепые попытки оправдаться и эти очевидные ложь и притворство были настолько милыми, что Роэлин в конце концов решила сделать вид, будто поверила ему.] “Ну и хорошо. Тогда можешь съесть всё это.” “Что?” “Ты ведь сказал, что это вкусно.” [Для его здоровья было бы только полезно, если бы он ел всё подряд и перестал быть таким привередливым.] Роэлин лишь улыбнулась, проглотив то, что хотела сказать. *** “Ха-Ха…” Роэлин тихо читала книгу, но вдруг сама того не заметив рассмеялась. Люси с любопытством посмотрела на неё. “О, ничего. Просто книга…интересная.” “…Что? Вы имеете в виду эту книгу?” Люси широко раскрыла глаза. Она перевела взгляд на толстую книгу, которую читала Роэлин. Это был труд одного из учёных мужчин, известного своей принципиальностью и строгостью во всём. Книга также славилась своей невероятной скучностью, настолько, что лишь немногие читатели действительно осиливали её до конца. Люси никак не могла поверить, что Роэлин смеётся, читая подобное произведение. Заметив, как странно изменилось выражение лица Люси, Роэлин наконец поняла свою ошибку и почувствовала, как её лицо снова заливается краской. “Кхм, кхм…Мне нужно немного прогуляться. Здесь немного жарко.” “Я немедленно всё подготовлю, Ваше Величество.” Люси прекрасно поняла, что Роэлин заговорила о прогулке лишь для того, чтобы сменить тему. Но она изо всех сил сдержала смех и склонила голову. Когда Люси и остальные служанки ненадолго ушли, чтобы подготовиться к прогулке, Роэлин глубоко вдохнула и медленно выдохнула. Затем она несколько раз похлопала себя ладонями по щекам. Жар, охвативший её лицо от смущения, никак не хотел проходить. “Ты точно сошла с ума.” Она пробормотала это себе под нос. Но затем, испугавшись собственных мыслей, Роэлин оглянулась. Лишь убедившись, что поблизости никого нет, она снова облегчённо выдохнула и постепенно расслабилась. “…Ха-ха.” Роэлин снова тихонько рассмеялась. [На самом деле книга вовсе не была смешной.] [И даже не она заставила её улыбаться.] [Причиной был Кергель.] [Всё из-за того мужчины, который сегодня за обедом съел множество блюд, которые на самом деле совершенно не любил.] ---------- Чайная вечеринка и Лоршель (21) [Интересно, с его желудком всё будет в порядке?] Роэлин вдруг начала беспокоиться, не стало ли Кергелю плохо от того, что он заставлял себя есть то, что ему не нравилось. [Хотя, если бы она поделилась своими переживаниями с окружающими, все наверняка сказали бы, что она напрасно волнуется.] [В конце концов, Кергель был сильнее любого другого человека.] “Но всё равно…я не могу не переживать.” Роэлин решила, что ничего не может с собой поделать. [Когда Люси вернётся, лучше попросить приготовить чай, полезный для пищеварения, а потом заглянуть к Кергелю в кабинет.] Мысль о прогулке тут же вылетела у неё из головы. [Можно было сказать, что сейчас все её мысли занимал один-единственный человек - Кергель.] [Хотя сегодня он объявил выходной, спустя некоторое время ему всё же пришлось ненадолго уйти, попросив её отнестись к этому с пониманием.] [Наверное, всё-таки нашлось какое-то дело, которым ему нужно было заняться.] [Интересно, не помешаю ли я ему, если зайду в кабинет во время работы?] [Хотя…если я просто принесу ему чай, ничего страшного ведь не случится?] Пока Роэлин была погружена в мысли о Кергелю, снаружи внезапно послышался шум. “…?” Роэлин с любопытством наклонила голову, пытаясь понять, что там происходит. “Люси, ты уже закончила подготовку?” Она хотела спросить это, но вдруг ей показалось, что вокруг слишком шумно. [Неужели она ошиблась?] [Ей даже почудился чей-то смех…] И тут дверь распахнулась. В комнату вошёл человек, которого Роэлин совершенно не ожидала здесь увидеть. [Это был тот самый мужчина, который всё это время не выходил у неё из головы, хотя сейчас его здесь быть не должно было.] “Роэлин, ты собираешься на прогулку? Я чуть было тебя не застал в комнате.” Это был Кергель. Увидев его, Роэлин радостно улыбнулась и направилась к нему. Но стоило ей заметить то, что он держал в руке, как она остановилась. “Почему у тебя корзинка?” В одной руке Кергель держал небольшую корзинку. Она была настолько милой и аккуратной, что выглядела совершенно неуместно в руках такого крупного и крепкого мужчины. Роэлин озадаченно посмотрела на него, не в силах не заметить этот забавный контраст. Однако Кергель лишь спокойно взглянул на корзинку в своей руке и довольно улыбнулся. [Это была улыбка человека, который остался очень доволен результатом.] Когда Роэлин широко раскрыла глаза, Кергель уверенно подошёл к ней и протянул корзинку. “…!” “Это тебе. Я наконец-то смог сделать их как следует. Не сырые и не обугленные до углей.” В корзинке оказалось множество сладостей. Роэлин никогда прежде не видела ничего подобного. Но стоило ей взглянуть на них, как она сразу догадалась, что это такое. [Лоршель.] Кергель заметил, как широко раскрылись её голубые глаза, и с улыбкой кивнул. “Да, это Лоршель…Хотя наши отношения уже изменились. Интересно, ты всё равно примешь этот подарок?” Роэлин мгновенно поняла, на что он намекает, и её лицо залилось краской. [Как Кергель говорил ей раньше, Лоршель был подарком, который преподносили в надежде провести ночь вместе.] [А теперь он дарил их ей после того, как они уже провели ночь друг с другом.] [Так что нельзя было отрицать, отношения между ними действительно полностью изменились.] “…Спасибо.” Роэлин приняла корзинку, стараясь ничем не выдать своего смущения. Хотя скрыть пылающие щёки ей всё равно не удалось. “Ты сам их приготовил?” “Конечно. Начиная с замешивания теста и заканчивая тем, как я достал их из печи и сложил в корзинку. Всё сделал сам.” Кергель с нежностью посмотрел на покрасневшее лицо Роэлин и кивнул. Затем, подмигнув ей, указал на корзинку: “Попробуй, Роэлин. Правда, не знаю, понравится ли тебе.” “Конечно, понравится. Они наверняка вкусные. И пахнут замечательно.” Сладкий и аппетитный аромат уже распространился вокруг. Роэлин улыбнулась и направилась к столу. Кергель последовал за ней. “Ого…Они ещё тёплые.” Сев за стол, Роэлин поставила корзинку перед собой, взяла одну сладость и с восхищением посмотрела на неё. Кергель, пытаясь скрыть довольную улыбку, ответил: “Я сразу пришёл сюда, как только закончил.” “Кстати…Ты поэтому сказал, что тебе нужно ненадолго уйти? Ты ведь на самом деле не ходил в кабинет по делам?” “Конечно, нет. Зачем мне идти в кабинет? Я ведь сказал тебе, что сегодня у меня выходной и я хочу провести его с тобой.” Кергель совершенно спокойно заявил, что сегодняшний день он посвящает Роэлин, одновременно стараясь не вспоминать о суматохе, которую устроили его подданные. [Но ты ведь всё-таки пошёл на кухню…] В конце концов, из-за слуг, которые ворвались туда, Кергель едва не провалил приготовление Лоршеля. [Он почти не успел закончить всё как следует.] [К счастью, благодаря Хайнесу ему удалось избежать катастрофы.] Когда Хайнес попросил всех слуг немедленно покинуть кухню, Кергель наконец смог спокойно продолжить готовить и не дать Лоршелю сгореть. [Позже я скажу ему, чтобы он тоже взял выходной…Ну, ладно.] Кергель пробормотал это про себя, а затем снова посмотрел на Лоршель в руке Роэлин. Внезапно он кое-что вспомнил. На его губах появилась озорная улыбка. “Но форма у Лоршеля немного…пикантная, тебе не кажется?” “Что? Пикантная?” “Ну да. Даже как-то слишком соблазнительно его есть. Я именно про форму.” Кергель подмигнул, глядя на Лоршель, которую Роэлин держала в руке. Роэлин озадаченно посмотрела на сладость. [Форма этой сладости…пикантная?] [Неужели слово “пикантный” имеет какой-то другой смысл, которого я не знаю?] Она совершенно не понимала, о чём говорит Кергель, и растерянно заморгала. Кергель, наблюдавший за её реакцией, улыбнулся и поднял руки, словно сдаваясь. “Прости. Ты ведь даже не поняла, какую шутку я только что отпустил в адрес такой невинной девушки, как ты.” “…?” Однако даже после его объяснения Роэлин всё равно ничего не поняла. [Почему он вдруг заговорил о моей “невинности”?] ---------- Чайная вечеринка и Лоршель (22) “А что именно в этой сладости такого…” “Неважно. Сладость есть сладость. Давай, просто ешь.” Кергелю уже успели намекнуть, что он без всякой причины развращает невинную девушку, поэтому он поспешно перебил Роэлин и сунул ей в рот Лоршель, который она всё ещё держала в руке. “Ну как? Вкусно?” “…М-м.” Роэлин положила Лоршель в рот и, слегка задумавшись, посмотрела на него. А Кергель вдруг стал необычайно напряжённым, совсем не таким, каким был мгновение назад, когда с озорной улыбкой отпускал свои странные шутки. Похоже, он с нетерпением ждал её оценки. “Вкусно.” “Правда? Фух…Слава богу.” Только услышав её ответ, Кергель наконец расслабился и откинулся на спинку кресла. Роэлин посмотрела на него и тихонько улыбнулась про себя. Затем взяла из корзинки ещё одну сладость и откусила. Стоило Кергелю заметить это, как его лицо тут же просветлело. [Даже не знаю, что сказать…Но он такой милый.] Её сердце приятно дрогнуло при виде того, как он следит за каждой мелочью, каждой её реакцией и искренне радуется, когда она остаётся довольна. [Если быть честной, Лоршель на самом деле был не настолько вкусным.] [Хотя нет…] [Всё-таки он был вкусным.] [Когда Роэлин ещё жила в Ракаине, она наверняка сочла бы его самой вкусной сладостью на свете.] [В те времена её обычный рацион состоял из одного лишь чёрствого хлеба и жидкого супа. А на десерт ей изредка доставались лишь засохшие кусочки фруктов.] [Поэтому подобная сладость казалась настоящей роскошью, о которой она прежде даже не могла мечтать.] [Но теперь всё изменилось.] [Королевский повар готовил для неё сытные и разнообразные блюда к каждому приёму пищи. Даже десерты после еды были настолько изысканными, что казались почти непозволительной роскошью.] [Но…почему-то мне кажется, что эта сладость всё равно вкуснее.] Роэлин медленно разжевала Лоршель и застенчиво улыбнулась. [Если оценивать объективно, эта сладость определённо не могла сравниться с десертами, которые готовил Королевский повар.] [И всё же для неё она была по-настоящему вкусной.] [Именно для неё.] [Наверное, всё дело было в искренности этого мужчины - Кергеля.” “Я даже не думала, что когда-нибудь получу Лоршель в подарок.” [Точнее говоря, после прошлой ночи она вообще забыла о Лоршеле.] [Кергель когда-то сказал, что подарит ей Лоршель в обмен на одну ночь.] [Но прошлая ночь уже изменила всё.] [И несмотря на это, он всё равно не забыл о своём обещании: приготовил сладости собственными руками и принёс их ей в подарок.] От этой мысли сердце Роэлин радостно забилось. “Спасибо, Кергель.” Она искренне поблагодарила его. Кергель на мгновение неловко замер, затем пожал плечами и заговорил: “Ах! Я так внезапно пришёл, что, наверное, помешал твоей прогулке.” “А…прогулка? Всё в порядке. На самом деле я уже передумала гулять и хотела сама пойти к тебе.” “Ты собиралась прийти ко мне?” “Да. Я почти отправилась в кабинет, потому что не знала, что ты был на кухне.” Глаза Роэлин изогнулись в тёплой улыбке. Кергель рассмеялся. “Какая похвальная мысль. Неужели ты даже секунды без меня провести не можешь?” В его голосе звучал весёлый смех. Роэлин тоже рассмеялась, а затем продолжила: “Не в этом дело. Я просто беспокоюсь, всё ли в порядке с твоим желудком.” “…Что?” Кергель на мгновение озадаченно посмотрел на неё. [С чего вдруг она заговорила о моём желудке?] [Роэлин действительно переживала, не стало ли ему плохо.] “Ты ведь не очень любишь то, что ел за обедом, но всё равно съел это ради меня. Я про стейк из лосося.” “Не думаю, что от этого у меня заболит живот…” Кергель едва сдержал смех. Но на последних словах вдруг задумался. Он потер живот и снова заговорил: “Хотя, если подумать…Кажется, пищеварение у меня и правда немного нарушилось.” “Я так и знала! Поэтому как раз собиралась приготовить тебе чай, который поможет пищеварению, и принести его.” Роэлин совершенно серьёзно восприняла его слова и уже собиралась позвать служанку, стоявшую снаружи. Но прежде чем она успела это сделать, Кергель схватил её за руку. “Думаю, твоя рука была бы гораздо лучшим лекарством, чем какой-то чай.” “Моя рука - лекарство?” Роэлин недоверчиво покачала головой. Но Кергель, не отпуская её руки, поднялся со своего места и подошёл ближе. “Мне кажется, мне станет лучше, если ты просто погладишь меня по животу вот так.” “Ох…Это немного…” Роэлин нерешительно положила ладонь ему на живот. Даже сквозь одежду она отчётливо почувствовала под пальцами твёрдые мышцы. Смутившись, она уже собиралась убрать руку, но Кергель нахмурился и тихо застонал, изображая боль: “У меня немного болит живот…” “Правда? Тогда скорее садись.” Роэлин схватила его за руку и усадила рядом с собой. Кергель тут же устроился рядом, словно только этого и ждал, и прислонился к ней. “Сильно болит? Может, мне погладить тебя по животу?” “Спасибо. Но если тебе неловко, не нужно.” Кергель прислонился к Роэлин и нарочно заговорил как можно более слабым и болезненным голосом, словно действительно чувствовал себя плохо. Услышав это, Роэлин окончательно растерялась и тут же положила ладонь ему на живот. Она начала мягко поглаживать его. [Если честно, Кергель прекрасно понимал, что подобные прикосновения вряд ли действительно способны помочь его пищеварению.] [Но сейчас это было совсем не важно.] ---------- Чайная вечеринка и Лоршель (23) [Говорили, что живот следует растирать достаточно сильно, чтобы даже кишечник как следует размялся и вытолкнулся наружу, так в Сероифе якобы охлаждали желудок.] [Но у Кергеля с желудком никаких проблем не было, поэтому её прикосновения действовали на него совершенно иначе.] “Ух…” “Ой! Прости. Я слишком сильно растёрла?” Когда Кергель невольно застонал, Роэлин удивлённо вскинула голову и поспешно убрала руку. Но он тут же снова поймал её за руку и покачал головой. “Нет, всё идеально. Я сам не заметил, как застонал. Просто стало так приятно и легко.” “Вот как?” Услышав его объяснение и явно успокоившись, Роэлин с ещё более светлым выражением лица снова сосредоточилась на том, чтобы поглаживать его живот. “…” А Кергель, глядя сверху на макушку Роэлин, едва заметно дёрнул уголками губ. [Она и вправду была настолько наивной, что порой он даже задавался вопросом, как она вообще умудрилась прожить свою жизнь.] [И дело было не в том, что она росла в тепличных условиях, окружённая заботой и поддержкой всех вокруг. Напротив, с ней плохо обращались, она страдала и к тому же долгое время жила совершенно одна.] [И всё же она по-прежнему так легко доверяла людям.] [Она всегда прежде всего думала о других и беспокоилась именно о них…] [Ты ведь даже не знаешь, что во всём этом Дворце нет никого слабее тебя.] [Сероифианцы от природы обладали более крепким телосложением, чем жители других стран. А уж среди обитателей Дворца это было выражено ещё сильнее.] [В отличие от них, Роэлин была гораздо слабее даже обычных людей из самой Ракаины.] [Возможно, причиной было то, что с детства она не могла нормально питаться и росла в полном пренебрежении со стороны окружающих.] [Теперь повар старательно следил за тем, чтобы на столе появлялось множество полезных и питательных блюд, но её уже изнурённое тело всё равно не могло восстановиться полностью.] [Если подумать, меня это до сих пор злит. Неужели они даже не понимают…] Кергель стёр улыбку с лица, после чего с нежностью посмотрел на Роэлин. Он протянул руку, собрал её волосы и поднёс их к губам. Роэлин подняла голову и посмотрела на него своими ясными голубыми глазами, продолжая поглаживать его живот. Встретившись с её взглядом, Кергель улыбнулся, просунул руки ей под мышки и поднял её, усадив к себе на колени. “Ах! Кергель!” От неожиданности Роэлин рефлекторно упёрлась ладонью ему в грудь. Кергель лишь тихо рассмеялся и обнял её за талию. “Давай немного так посидим.” “Кергель, наверное, я слишком тяжёлая…” Смутившись, Роэлин слегка заёрзала у него на коленях. Кергель только крепче обнял её и произнёс: “Ты совсем не тяжёлая. Лёгкая, как пёрышко.” “…Не думаю, что в твоих словах есть хоть капля правды.” [Даже если человек очень худой, лёгким, как пёрышко, он всё равно быть не может.] Роэлин надула губы и пошевелила рукой, до этого лежавшей у него на груди, а затем обвила его за спину. Тук-Тук. Её сердце вдруг забилось само по себе. И одновременно она вспомнила прошлую ночь, его жар и пылкие прикосновения, от которых всё её тело тогда словно охватило теплом. [Это безумие!] Она покачала головой, и её щёки ещё сильнее покраснели. [Был всего лишь поздний день, солнце ещё даже не село. Как она вообще могла думать о таких смущающих вещах в такое время?] [Ей самой было совершенно невыносимо оттого, что она способна на подобные мысли.] “Почему ты вдруг качаешь головой?” Кергель положил ладони по обе стороны её головы и вопросительно посмотрел на неё. Роэлин перестала качать головой. Но отвечать не стала, лишь опустила взгляд. “О чём ты думала, раз у тебя даже ушки так разогрелись?” Кергель продолжил говорить игривым тоном. Затем мягко провёл рукой от её головы к уху и обхватил его ладонью. “Ох, ни о чём…” “Не думаю, что ни о чём.” Он с улыбкой повторил её слова, словно передразнивая. Пальцами он легко коснулся мочки её уха, а затем прошептал: “Роэлин, я не умею читать мысли.” Вздрог. Роэлин невольно дёрнулась, почувствовав его дыхание возле своего уха. Кергель тихо рассмеялся, словно его позабавила её реакция, и снова заговорил, слегка прочищая горло: “Но теперь я почти уверен, что знаю, о чём ты на самом деле думаешь.” “К-Кергель…” Роэлин в замешательстве схватила его за край одежды, когда он медленно провёл рукой по её затылку. “Не переживай. Сейчас я ничего делать не стану. Ты ведь и так устала после того, как провела со мной прошлую ночь.” Кергель усмехнулся, а затем, словно вдруг что-то вспомнив, задал ещё один вопрос: “Кстати, как ты себя чувствуешь? Всё ещё болит?” “Что?” “Ну…Вчера я старался быть как можно осторожнее…но временами и сам терял над собой контроль.” “…Кхм. Всё хорошо.” Роэлин кашлянула, выслушав Кергеля, и, запинаясь, ответила. Его слова окончательно сбили её с мысли о том, как избавиться от смущающих воспоминаний. Она тут же снова решила забыть о прошлой ночи. “Кстати…Ах! Почему ты сказал, что форма этой сладости неприличная?” Взгляд Роэлин упал на Лоршель в корзинке, и она наконец вспомнила о своём прежнем вопросе. Однако выражение лица Кергеля в ответ стало несколько странным. “Ну…Думаю, тебе лучше самой потом прочитать.” “…Книгу? Но в той книге ничего такого не было.” Роэлин недоумённо склонила голову набок. Кергель едва заметно дёрнул уголками губ, после чего совершенно спокойно продолжил: “У Хайнеса есть такая. Там о Лоршеле написано немного подробнее. Я скоро одолжу тебе эту книгу.” “Я буду благодарна, но…” Она не хотела отказываться от книг, Роэлин сама любила читать. [Но почему-то ей было немного не по себе.] [Словно она уже начинала попадаться на его очередные проделки…] Однако додумать эту мысль Роэлин не успела. Кергель уже принялся один за другим целовать её в щёки и губы, так что думать о чём-либо другом она больше не могла. *** …И только на следующий день Роэлин наконец узнала, как выглядит Лоршель. Всё потому, что Кергель тут же одолжил нужную книгу у Хайнеса и передал её ей. И в тот же день Силлоа - служанка, которая постоянно находилась рядом с Роэлин, мгновенно сообщила Люси, служанке, которая уже некоторое время отсутствовала: “Я правда сначала подумала, что здесь сидит спелый красный помидор, а не сама Императрица!” Это было… ---------- Покорение и Ракаин (1) *** Берт уткнулся головой в кипу бумаг, прежде чем вдруг широко распахнул глаза, услышав доносившееся откуда-то тихое напевание. И доносилось оно не откуда-нибудь, а от самого стола Императора. “Хм-м…” Берт долго смотрел на законного владельца этого стола, и выражение его лица постепенно становилось всё более странным. Ему с трудом верилось, что перед ним действительно тот самый господин, которому он служил всё это время. [Хотя, если кто-нибудь хорошо знал самого Берта, то мог бы сказать, что происходящее вполне в его духе.] “Ваше Величество, вы в последнее время часто напеваете себе под нос?” “А? О, разве не лучше действительно получать удовольствие от работы? Так что, Берт, не делай такое лицо и тоже повеселись, как я.” “Ох, ну надо же…” [Особенно удивительно было слышать подобные слова от человека, который ещё совсем недавно сидел за работой с куда более мрачным выражением лица.] Берт лишился дара речи и снова посмотрел на Кергеля, после чего принялся ворчать: “Тогда помогите мне жениться в ответ!” “Почему ты вдруг заговорил о женитьбе? К тому же люди ещё подумают, что именно я мешаю тебе жениться.” “Но ведь так и есть! Из-за того, что я каждый день завален работой, у меня даже времени нет познакомиться с девушкой. Это не то что у Вашего Величества, у вас уже есть „спутница“, так что у вас всегда есть возможность что-нибудь попробовать в присутствии женщин…” Берт недовольно взглянул на Кергеля, а затем повернул голову к Хайнесу, сидевшему на диване. Хайнес был целиком погружён в проверку документов, надев очки, которые держались на самом кончике носа. Хотя, возможно, он лишь делал вид, что так сильно занят, потому что не хотел оказаться втянутым в этот разговор. “Но здесь только этот асексуальный человек, которого женщины вообще не интересуют, и недавно женившийся жених с сияющим лицом. Так что в ближайшее время мне точно ничего не светит.” Хайнес, молча выслушивавший жалобы Берта, вдруг сам того не осознавая крепче сжал документ, который держал в руках. “Фух…Берт, похоже, ты настолько расслабился, что уже способен нести подобную чушь. Это прекрасно. Тогда не мог бы ты заодно разобраться вот с этим до завтра?” Хайнес успел взять себя в руки, прежде чем протянуть Берту целую кипу документов. Берт тут же побледнел и поспешно замахал руками, умоляя: “О, Хайнес! Кажется, ты кое-что неправильно понял. То, что я только что сказал, вовсе не означало, что я имел в виду тебя, Хайнес, а…Я вообще говорил о нём, то есть…о ком-то другом. Именно это я и хотел сказать.” Берт забегал глазами по сторонам, пытаясь придумать оправдание. Оправдание получилось настолько жалким, что поверить в него было практически невозможно. Кергель некоторое время наблюдал за всей этой сценой, затем улыбнулся и покачал головой. [В конце концов, его помощник всегда был слишком болтлив, а из-за этого порой возникали весьма неприятные проблемы.] [И всё же избавиться от этой привычки он никак не мог…] [Люси, должно быть, пришлось с ним нелегко.] [Берт всегда был таким.] [Но и сам Кергель в юности был не лучше.] И, пробормотав это про себя, Кергель совершенно забыл о том, что в детстве сам нередко влипал в неприятности вместе с Бертом. В этот момент Хайнес, словно вдруг что-то вспомнив, обратился к Кергелю: “Кстати говоря, кажется, день рождения Её Величества уже совсем скоро.” “Что? День рождения Императрицы, Роэлин?” Кергель уже собирался снова посмотреть на документы, но вместо этого поднял голову и взглянул на Хайнеса. Хайнес кивнул и продолжил: “Насколько я понимаю, именно в это время большинство торговцев на континенте всегда начинает суетиться, поскольку приближается день рождения принцессы Ракаины.” “А при чём тут вообще день рождения принцессы и суета торговцев?” Берт недоумённо нахмурился. Хайнес лишь мельком посмотрел на него и продолжил: “Многие хотят подготовить для принцессы подарки, поэтому торговцы, конечно же, становятся очень заняты. Насколько я помню, каждый год поднимается настоящий переполох из-за того, что все стараются первыми заполучить самые редкие вещи. Большинство из них даже не было зарегистрировано во владении принцессы.” “А-а, вот оно что…” Теперь Берт, кажется, наконец понял, о чём говорил Хайнес, и понимающе покачал головой. А вот от Кергеля не последовало ни звука. В конце концов Хайнес повернулся к нему. Выражение лица Кергеля стало жёстким. [От прежнего человека, который ещё недавно тихонько напевал себе под нос, не осталось и следа.] Хайнес без труда догадался, почему тот так изменился. [Вероятно, всё из-за Её Величества.] [День рождения принцессы Ракаины.] [Значит, это был и день рождения Её Величества.] [И это было совершенно естественно, ведь они родились близнецами в один и тот же день.] [Однако в то время как торговцы со всего континента поднимали шум, готовясь к празднованию дня рождения принцессы, Её Величество, вероятно, всегда оставалась в стороне.] [Кто смог бы радоваться собственному дню рождения, если приходилось жить в Отдельном Дворце и терпеть предрассудки, согласно которым она считалась нечистой лишь потому, что была сестрой-близнецом принцессы?] [Наверное, именно поэтому выражение лица Императора стало таким жёстким.] “…Узнайте, когда именно у неё день рождения.” “Что? Почему бы вам просто не спросить об этом Её Величество?” Не успел Хайнес ответить на запоздалый приказ Кергеля, как Берт уже вмешался в разговор. Кергель отвёл взгляд и лишь улыбнулся своему помощнику. Затем несколько раз провёл обеими ладонями по лицу, словно заставляя себя снова расслабиться, и наконец произнёс: “Я собираюсь устроить вечеринку-сюрприз.” “…?” ---------- Покорение и Ракаин (2) “Раз уж до сих пор она не могла как следует отпраздновать свой день рождения, я устрою для неё большой праздник. Я хочу показать ей, что существует множество людей, которые счастливы и благодарны за то, что она родилась.” В голосе Кергеля звучали столь глубокие чувства, что их невозможно было не заметить. Поэтому даже Берт, который ещё недавно беззаботно болтал обо всём подряд, тут же замолчал, плотно сжав губы. “Я исполню ваш приказ, Ваше Величество.” Хайнес поклонился Кергелю и ответил тихим голосом. Но Кергель тут же добавил, словно вспомнил ещё кое о чём: “И созовите всех торговцев с континента Цесан.” “Торговцев?” “Да. Не только Сероифа, но и всех торговцев из Пазолана, Кайзенена, а также всей Ракаины.” На лице Кергеля, до этого остававшемся серьёзным, появилась хищная улыбка. Он продолжил, приподняв уголки губ: “День рождения принцессы Ракаины? Скажите им: пусть попробуют достать для неё подарок, если смогут. Для начала будет достаточно просто встряхнуть всех торговцев.” “Что значит „встряхнуть всех торговцев“? Вы что, какой-нибудь разбойник?” Берт, до этого некоторое время молчавший, пробормотал с возмущённым видом. Но при этом его глаза уже сияли, как у озорного мальчишки, перед которым вдруг поставили интересную задачу. Хайнес тоже вскоре перестал скрывать улыбку и кивнул, одобряя план, который Кергель собирался осуществить. “Понимаю… Что ж, до сих пор я не мог как следует послужить Её Величеству. Поэтому бюджет Дворца постепенно накапливался. Думаю, в этот раз будет неплохо немного потратить его без лишних раздумий.” Хайнес улыбнулся Кергелю совершенно непривычным для себя выражением лица. И именно в этот момент все трое пришли к полному согласию. *** “Что?” Во время прогулки по саду Роэлин вдруг заметила Кергеля, разговаривавшего с одним из слуг неподалёку, и радостно направилась к нему. “Ке…” “Ах! Ро…Роэлин!” Стоило ей только попытаться окликнуть его, как Кергель тут же почувствовал её присутствие и обернулся. Однако его движения показались ей более резкими и поспешными, чем обычно. [Как бы это описать?] [Словно он торопился что-то спрятать, прежде чем заговорить с ней.] [Впрочем, в последние дни Роэлин постоянно замечала нечто подобное, когда общалась с ним.] [Нет, не только Кергель, все люди вокруг него вели себя точно так же.] [Мне просто кажется. Кергелю совершенно нечего от меня скрывать.] Роэлин слегка покачала головой, отгоняя эти мысли, поприветствовала слугу и снова повернулась к Кергелю. “Кажется, я помешала вашему разговору.” “Нет! Вовсе нет. Мы уже всё обсудили. Правда ведь, начальник штаба?” “Разумеется, Ваше Величество. Тогда я займусь подготовкой согласно вашим распоряжениям.” Начальник штаба вежливо поклонился Кергелю и почтительно ответил. Затем он с той же учтивостью поприветствовал и Роэлин. Роэлин слегка склонила голову, принимая его приветствие. [Улыбка начальника штаба только что показалась мне немного странной…] Она не успела даже как следует задуматься над этим, как тот уже покинул их. А когда Кергель заговорил с Роэлин, ей ничего не оставалось, кроме как на время отложить возникший вопрос. Они ещё некоторое время гуляли, непринуждённо беседуя, пока Роэлин без особых раздумий не сменила тему: “Кстати, мне кажется, в последнее время во Дворце как-то необычно оживлённо.” “А? О, правда? Я…Я не особенно знаю.” На лице Кергеля от её слов промелькнуло смущение. Он поспешно потёр подбородок и ответил. К счастью, Роэлин, словно не заметив его довольно неловкого тона, продолжила, указывая куда-то перед собой: “Например, я вижу здесь много людей из других стран. Но они не похожи на официальную делегацию…Я права?” “Нет, конечно. Если бы сюда прибыла официальная делегация, я непременно сообщил бы об этом тебе, Её Величеству Императрице. Ведь они должны были бы без промедления поприветствовать тебя.” Кергель ответил, чувствуя, как по спине будто уже струится холодный пот. Роэлин мягко улыбнулась и с несколько смущённым видом кивнула. “Это правда. Я не подумала об этом. Мне всё ещё многому предстоит научиться в качестве Императрицы…” “Многому предстоит научиться? На самом деле ты справилась гораздо лучше, чем любая из Императриц за всю историю. Ты вполне можешь собой гордиться.” Кергель произнёс это так, словно просто констатировал очевидный факт. Но Роэлин тут же покачала головой и снова заговорила: “Я слишком хорошо знаю себя, поэтому понимаю, что мне всё ещё многого не хватает. Честно говоря, в Ракаине меня никогда не обучали лично. Я училась всему по книгам, да и тех мне доводилось видеть совсем немного.” [В Ракаине она фактически жила, будучи лишённой тех возможностей для образования, которые по праву должна была иметь Королевская дочь.] [Всё, что ей оставалось, самостоятельно читать книги.] [Но даже это давалось ей нелегко.] [Покинутой Королевской дочери было запрещено даже входить в Королевскую библиотеку.] [Поэтому в ней всегда жила сильная тяга к знаниям.] [И лишь после того, как она приехала сюда, в Сероиф, наконец появилась возможность утолить её.] [Теперь она могла читать столько книг, сколько хотела, а кроме того, получать непосредственные знания от выдающихся людей, каждый из которых был специалистом в своей области.] [Поэтому Роэлин старалась учиться изо всех сил.] [И одновременно с этим всё сильнее ощущала собственную недостаточность.] [Угадал ли Кергель, что она чувствовала?] ---------- Покорение и Ракаин (3) Кергель обнял её за плечи и мягко произнёс: “Тебе совсем не нужно торопиться, Роэлин. Если посмотреть на это с другой стороны, есть немало вещей, в которых и я сам не силён.” “А в чём именно ты не силён?” Роэлин покачала головой и рассмеялась. Увидев её выражение лица, Кергель легонько ущипнул её за кончик носа, а затем отпустил и с шутливой улыбкой продолжил: “В чём же ты не сильна?” “Я только начинаю всему учиться…” “Если бы Хайнес это услышал, он бы потерял дар речи. Из-за меня ему столько раз приходилось хвататься за шею, а из-за тебя ему ни разу даже не пришлось этого делать.” “Сэр Башель всегда умел хорошо разбираться в людях.” “Если ты продолжишь в том же духе со своей скромностью, те, кто тебя услышит, решат, что ты уже откровенно надо мной издеваешься.” После этих слов Кергеля Роэлин тут же плотно сжала губы. Лёгкий румянец на её щеках в конце концов привлёк его внимание. К тому же её лицо было настолько очаровательным, что казалось, будто она сама только что вспомнила о полученном комплименте и смутилась ещё сильнее. Рука Кергеля, уже обнимавшая её за плечо, постепенно стала поглаживать её. [Тело у неё было таким маленьким и хрупким. Настолько, что он порой задавался вопросом, как она вообще умудряется передвигаться с таким телосложением.] […Хотя ему самому совершенно не стоило произносить подобное, учитывая, что прошлой ночью он совсем не давал ей отдохнуть.] Кергель улыбнулся и снова посмотрел на неё. [День рождения Роэлин был уже совсем близко.] [Все вокруг тайком готовились к этому дню. Один за другим во Дворец прибывали подарки, приготовленные специально для неё.] [И хотя Кергель старался соблюдать осторожность, готовя всё втайне, Роэлин, похоже, всё же заметила, что в последнее время происходит что-то странное.] [Нужно сказать всем, чтобы были ещё осторожнее.] [Ведь всё, что он с таким трудом готовил, ни в коем случае не должно было открыться ей раньше времени.] Кергель пробормотал это про себя и снова приподнял уголки губ, глядя на Роэлин. Он уже предвкушал, как в день рождения она удивится, а затем будет по-настоящему счастлива. *** …Однако этим ожиданиям не суждено было продлиться долго. “Ваше Величество!” Кергель, продолжавший прогулку вместе с Роэлин, остановился, увидев Хайнеса, спешившего к ним с противоположной стороны. Роэлин тоже остановилась и обеспокоенно посмотрела на него. Причиной был взгляд Хайнеса. [Даже издалека было отчётливо видно, насколько напряжённым стало его лицо, совершенно не таким, как обычно, когда он всегда сохранял спокойствие и самообладание.] “Что случилось?” Заметив, что Роэлин рядом с ним занервничала, Кергель тут же взял её за руку и спросил. Хайнес тем временем наконец добрался до них. Сначала он коротко поприветствовал Роэлин, а затем сразу же доложил Кергелю: “Ваше Величество, нам поступило срочное сообщение от начальника пограничного гарнизона у Самальтаских гор.” “Самальтаские горы?” Выражение лица Кергеля тоже стало жёстким. Даже не услышав подробностей, он уже почувствовал тревогу. [Стадо неизвестных чудовищ.] Он вновь вспомнил конец одного из недавних обычных отчётов, где ответственный за этот район вскользь упомянул о странном стаде. И в этот момент Хайнес снова заговорил: “Группа чудовищ напала на деревню неподалёку от горного хребта и нанесла огромный ущерб как людям, так и имуществу.” “Группа чудовищ совершила нападение? Насколько серьёзны потери…” Кергель хотел задать Хайнесу ещё один вопрос, но тут же покачал головой и посмотрел на Роэлин. “Прости, Роэлин. Я собирался выпить с тобой чаю после прогулки.” “Всё в порядке, Кергель. Иди. Лорд Башель.” Роэлин ответила, стараясь скрыть тревогу в голосе. [Даже просто слушая их разговор со стороны, она уже понимала, насколько серьёзно положение.] [Поэтому она ни в коем случае не хотела мешать Кергелю.] Роэлин повернула голову к служанке, следовавшей за ней. Люси, старшая служанка, тут же быстро подошла и поклонилась. “Тогда я вернусь и немного отдохну.” “Я провожу вас, Её Величество.” Роэлин кивнула на слова Люси, а затем ещё раз посмотрела на Кергеля. Он с извиняющимся выражением лица взглянул на неё и сказал: “Давай позже вместе поужинаем.” “Хорошо, Кергель.” Роэлин кивнула в ответ и наконец развернулась. Кергель не мог уйти первым, поэтому она решила первой покинуть его. Роэлин уже начала уходить, но вскоре остановилась и обернулась. Она уже чувствовала, что взгляд, который ещё мгновение назад ощущался у неё на спине, исчез. Но и самого Кергеля на прежнем месте уже не было. [Это означало, что ситуация действительно оказалась срочной и он уже не мог позволить себе медлить.] “Надеюсь, ничего серьёзного не произошло…” Роэлин пробормотала это, проглатывая вздох. Она и сама не понимала, почему вдруг так сильно встревожилась. Но сердце почему-то неспокойно дрожало. *** “Каковы конкретные потери?” Как только Кергель вошёл в кабинет, он сразу же задал вопрос. Следом за ним вошёл Хайнес и бросил взгляд в сторону. Берт уже положил на стол отчёт. Кергель быстро просмотрел принесённый Бертом документ. Хайнес, также изучавший бумаги, коротко изложил содержание отчёта: “Три деревни полностью уничтожены. В этих трёх деревнях не осталось ни одного выжившего. В других близлежащих деревнях есть уцелевшие, но многие из них получили тяжёлые ранения, поэтому ожидается, что число жертв ещё возрастёт.” “…Это сделал тот же самый выводок чудовищ, который напал в прошлый раз?” “Да. И…как вы можете увидеть в отчёте, больше половины пострадавших…” Голос Хайнеса, до этого звучавший спокойно и размеренно, внезапно дрогнул. Он стиснул зубы и замолчал. Кергель поднял глаза от отчёта и посмотрел на Хайнеса, а затем снова опустил взгляд на бумаги. ---------- Покорение и Ракаин (4) Казалось, золотые глаза Кергеля покраснели. Он искривил губы, читая отчёт, и в этих покрасневших глазах словно вот-вот должны были выступить кровь и ярость. Одновременно с этим лист в его руке начал сминаться. “…Их сожрали эти жалкие звери, которых называют чудовищами?” “…Да.” Хайнес больше не смог скрыть охватившее его отчаяние и ответил, крепко зажмурив глаза. Берт тоже с горечью прикусил губу. Кергель положил отчёт на стол и некоторое время молчал. [В тот момент ему следовало обратить на это больше внимания.] Внезапно его захлестнуло сожаление. [Если бы он не просто отмахнулся от тревожной перемены в обычных отчётах ответственного, а действительно попытался разобраться в ней глубже, возможно, сейчас не произошло бы ничего настолько ужасного.] [Неизвестное стадо зверей.] [Если бы только он уделил немного больше внимания тем чудовищам, которых так и называли…] В этот момент Хайнес заговорил тяжёлым, приглушённым голосом. Вероятно, он тоже винил себя, так же, как и Кергель. “Прошу прощения, Ваше Величество. Я должен был заметить это и обратить больше внимания, но не смог…” “Это не твоя вина, Хайнес.” Кергель перебил его на полуслове. [Он вновь понял, что сейчас совершенно бессмысленно винить себя.] Проведя обеими ладонями по лицу, полному сожаления, он снова заговорил, уже более твёрдым голосом: “Никто не виноват. Никто не мог предвидеть появления такой стаи чудовищ. К тому же прежде ничего подобного никогда не происходило.” “Ваше Величество.” “Но то, что произойдёт дальше, целиком лежит на моей ответственности. И это будет нашей общей ответственностью.” “…” Хайнес ничего не ответил на слова Кергеля, лишь посмотрел на него. [Обычно Кергель наверняка попытался бы разрядить обстановку шуткой и вести себя непринуждённо.] [Но сейчас перед Хайнесом стоял сам Кергель - его господин, в котором отчётливо проявлялось достоинство правителя.] [Благодаря этому Хайнес тоже смог вернуть себе самообладание.] [И наконец понял, что именно Кергель подразумевал под словом “ответственность”.] [И это было абсолютно верно.] [До этого момента в случившемся не было ничьей вины.] [Но отныне это определённо становилось их ответственностью.] [Ответственностью за жизни, которые им не удалось защитить.] “Хорошо. Тогда обсудим меры противодействия. Каково сейчас положение войск, уже отправленных к границе?” Убедившись, что взгляд Хайнеса снова стал спокойнее, Кергель продолжил. [Ни гнев, ни печаль, сейчас всё это следовало отложить в сторону.] “…Я не могу в одиночку справиться с этим отрядом.” Получив подробный отчёт о состоянии пострадавших деревень, Кергель ненадолго задумался и наконец пришёл к выводу. Хайнес тоже покачал головой, словно не мог отрицать очевидного. [Первый отчёт, поступивший в Императорский дворец, был далеко не полным, поскольку его отправили в спешке.] [Разумеется, даже по одной этой причине можно было догадаться, насколько ужасным оказалось положение дел там.] [Однако последовавший вскоре новый отчёт словно насмехался над подобными предположениями, сообщая ещё более страшные подробности.] Настолько страшные, что Кергель невольно подумал: [если ад действительно существует, то сейчас он находится именно там.] Сердце Кергеля сжималось от осознания масштабов бедствия, настолько ужасных, что он даже не мог заставить себя произнести их вслух. Но внешне он этого не показывал. И всё же одних его налившихся кровью глаз было достаточно, чтобы понять, насколько глубоко он был потрясён. “Я отправлюсь туда сам.” “Что? Ваше Величество, что вы имеете в виду?” Хайнес удивлённо переспросил. Однако Кергель лишь снова заговорил, словно ничего особенного не сказал: “Буквально. Я сам отправлюсь туда и уничтожу эту стаю чудовищ.” “Как Ваше Величество может отправиться туда лично? Разве не лучше будет послать Императорских рыцарей?” “Они продемонстрировали такую силу, с которой обычным людям просто не справиться. Кроме того, этот зверь оказался хитрым и умным. Очевидно, что он нечто большее, чем просто животное, которое можно победить грубой силой, бросившись напролом и превратив несколько деревень в руины.” [После первого нападения на одну из деревень жители остальных уже должны были подготовиться и принять соответствующие меры.] [Это было ясно из рассказов выживших.] [И всё же тот факт, что все эти меры оказались совершенно бесполезны и деревни были безжалостно растоптаны, означал, что зверь обладал достаточно высоким уровнем интеллекта.] [Можно было предположить, что он находился примерно на одном уровне с человеком.] Золотые глаза Кергеля сузились, подобно взгляду зверя, почуявшего добычу. “Ты действительно думаешь, что это просто обычный зверь?” “…” “А что, если это потомок древнего племени Суин, оставленный ими после себя? Или хотя бы след, сохранившийся от него? Разве это не звучит гораздо убедительнее?” “…!” Хайнес широко распахнул глаза, словно услышал нечто совершенно неожиданное. “Вы почувствовали что-то от древнего племени Суин? Значит, тогда…” “Нет. В тот момент я просто почувствовал себя неуютно. И я делаю это не потому, что у меня есть какая-то конкретная причина. Просто у меня возник вопрос. Ведь в произошедшем действительно было кое-что, что трудно объяснить и что слишком сильно отличалось от обычного нападения стаи зверей, разве нет?” Именно поэтому его мысли сами собой обратились к древнему племени Суин. [Возможно, причина, по которой Хайнес совсем не подумал об этом, в отличие от него, заключалась в том, что Кергель действительно был потомком Волков.] ---------- Покорение и Ракаин (5) “Если это предположение действительно окажется верным…Тогда именно мне придётся со всем этим покончить, как представителю того же племени Суин.” На губах Кергеля появилась горькая усмешка. Хайнес, напротив, посмотрел на него с заметно напряжённым выражением лица. [Если слова, которые он только что услышал, действительно соответствовали действительности, то предугадать, как в дальнейшем будет развиваться ситуация, становилось практически невозможно.] [Древнее племя Суин обладало способностями, намного превосходившими человеческие.] [Когда-то о них ещё помнили, однако со временем они превратились в почти забытую часть истории. И всё же те, кто знал о существовании Суин, прекрасно понимали, насколько велика была их сила.] [Так же как понимали силу Императора, который сейчас стоял перед ним.] [Чтобы предотвратить подобное, требовались и “спутник”, и “магические инструменты”.] [Однако не осталось ни единого следа древнего племени Суин, которое когда-то существовало как единая община.] [Даже представить себе подобное было страшно.] Увидев, как лицо Хайнеса холодно напряглось, Кергель усмехнулся и вновь заговорил: “Поэтому я отправлюсь туда сам. Мне нужно увидеть всё собственными глазами.” “…Хорошо, Ваше Величество. Я немедленно всё подготовлю.” На этот раз Хайнес больше не стал возражать. Он лишь почтительно склонил голову, принимая приказ Императора. *** “Ваше Величество, пожалуйста, отдохните немного.” Вернувшись в спальню вместе с Люси, Роэлин никак не могла спокойно усесться. Она бесцельно ходила по комнате, пока кто-то наконец не обратился к ней. Роэлин остановилась и только тогда поняла, что всё это время продолжала мерить комнату шагами. Она медленно подошла к дивану и опустилась на него. Словно только этого и ждала, Силлоа тут же протянула Роэлин чашку ароматного чая. Похоже, обе девушки всё это время внимательно наблюдали за ней, беспокоясь о её состоянии. “Спасибо, Силлоа. И простите меня обе.” “Нет, Ваше Величество.” “Как вы можете так говорить, Ваше Величество? Мы всего лишь делаем то, что должны. Но всё же я беспокоюсь о вас. Вы казались такой встревоженной.” Силлоа заговорила без умолку, словно решила восполнить всё то время, когда ей приходилось молчать. Роэлин понимала, что за её словами скрывалась искренняя забота, поэтому не стала останавливать служанку. [На самом деле непрерывная болтовня Силлоа даже помогала ей немного успокоиться.] [Не стоит так сильно переживать. Наверняка всё не настолько серьёзно.] Роэлин попыталась убедить себя в этом. Когда Силлоа наконец замолчала, Роэлин сразу же обратилась к Люси: “Люси, я хочу, чтобы ты выяснила, что сейчас происходит на границе.” “Что? Вы имеете в виду район возле гор Самальта?” Люси широко раскрыла глаза и посмотрела на Роэлин. Роэлин кивнула, подтверждая её догадку, а затем продолжила: “Ранее я слышала, что ущерб оказался очень серьёзным. Но мне необходимо узнать подробности, чтобы мы могли оказать необходимую помощь. Разумеется, Императорская семья тоже выделит средства на поддержку пострадавших.” “Ваше Величество собирается помочь им отдельно?” “Да. Я воспользуюсь средствами, выделенными на содержание Императрицы.” Роэлин кивнула, отвечая на вопрос Люси, словно в этом не было ничего необычного. [Но на самом деле это вовсе не было её обязанностью.] [Поддержкой пострадавших в любом случае должен был заниматься Императорский дворец. Иными словами, у Императрицы не было необходимости отдельно вмешиваться в это дело.] [И всё же Роэлин не собиралась отказываться от возможности помочь.] [К тому же до сих пор она почти не тратила выделенный ей бюджет на себя.] [Как же Её Величество может быть такой доброй?] Люси глубоко поклонилась, выражая своё восхищение и почтение. “Мы скоро выясним, насколько серьёзны последствия и как обстоят дела на самом деле.” “Пожалуйста, Люси.” Роэлин ещё несколько раз попросила Люси заняться этим вопросом, после чего сделала глоток чая, который только что подала ей Силлоа. Приятный аромат напитка немного успокоил её. [Конечно, это вовсе не означало, что тревога и беспокойство исчезли.] Но Роэлин подумала, что больше не должна просто сидеть сложа руки и бессильно переживать. [Она больше не была подменной принцессой, забытой и запертой в Отдельном Дворце.] [Она была Императрицей Империи Сероиф.] [Спутницей Кергеля.] [Именно такой она была теперь.] [Она хотела хоть чем-нибудь помочь Кергелю, пусть даже её помощь окажется совсем незначительной.] [Она хотела стать человеком, которого он действительно мог бы назвать своей опорой.] Поэтому Роэлин подавила тревогу и собрала всю свою смелость. [Для начала она сделает всё, что действительно в её силах.] “Фух…” Глубоко вдохнув, Роэлин намеренно расправила плечи. Но стоило ей снова поднять чашку с чаем, как снаружи спальни раздался голос служанки: “Ваше Величество, Император прибыл.” “…!” Роэлин тут же поставила чашку и поспешно поднялась. В тот же момент она направилась к двери, которая уже открывалась. “Кергель, всё в порядке?” Роэлин шагнула ему навстречу, но, увидев его, больше не смогла произнести ни слова. [Одежда Кергеля совершенно не походила на ту, в которой она привыкла его видеть.] [Он был полностью вооружён, так, словно собирался отправиться прямо на поле боя.] “Прости, Роэлин. Сегодня вечером я не смогу сдержать обещание, которое дал тебе.” Заметив, как застыло её лицо, Кергель виновато произнёс эти слова. Роэлин покачала головой. “Нет, тебе не нужно извиняться. Ты ведь собираешься туда? Я слышала, что там внезапно появилось множество чудовищ…” “Да. Я решил, что лучше отправиться туда лично.” “…” [Это может быть опасно.] Роэлин невольно хотела произнести эти слова вслух, но проглотила их и лишь крепко прикусила губу. ---------- Покорение и Ракаин (6) [Это были слова, которые Роэлин вполне могла произнести, но сейчас говорить их было не время.] Увидев тревогу на её лице, Кергель тут же притянул Роэлин к себе. “Не переживай, Роэлин.” “Но…” “Ты всё ещё не поняла, насколько силён твой муж? Даже после того, как сама убедилась в этом по ночам?” Кергель с озорной улыбкой прошептал эту двусмысленную шутку прямо ей на ухо. Роэлин, раздражённая его словами, легонько ударила его кулаком в грудь. “Кергель! Остальные тебя услышат!” [Он говорил ей почти шёпотом, но Люси и Силлоа вполне могли услышать его, голос у него был вовсе не таким тихим.] Роэлин прикрыла ладонями раскрасневшиеся щёки, но, снова взглянув на его одежду, помрачнела. [На мгновение она забыла о происходящем из-за его озорных слов.] [Наверное, именно поэтому Кергель и позволил себе эту шутку.] [Он хотел хотя бы ненадолго отвлечь её от тревоги.] Роэлин слегка согнула пальцы, затем заставила себя улыбнуться. Подняв взгляд на Кергеля, она тихо спросила: “Тебе ведь нужно туда отправиться, правда?” “Да. Хотя бы для того, чтобы свести ущерб к минимуму.” “…Ты уезжаешь прямо сейчас?” [Это был совершенно бессмысленный вопрос. Она и сама прекрасно знала ответ.] [Нападение чудовищ могло повториться в любой момент. Поэтому Кергель должен был отправиться туда как можно скорее, чтобы уничтожить стаю чудовищ и, возможно, спасти хотя бы ещё одну жизнь.] [Именно поэтому он и собирался уехать немедленно.] “Что ж…В крайнем случае я вернусь через две недели.” “Через две недели?” Роэлин широко раскрыла глаза. [Только дорога туда и обратно до гор Самальта должна была занять немало времени. Она не могла поверить, что он действительно собирался вернуться всего через пятнадцать дней.] [Конечно, если ему и правда удастся вернуться так быстро, она будет только рада.] “Не торопись. Со мной всё будет хорошо. Просто не получи травм и возвращайся целым.” Роэлин попыталась успокоить его, решив, что он, возможно, слишком сильно торопится. Но Кергель лишь взял её за руку и твёрдым взглядом несколько раз подтвердил свои слова: “Нет. Я обязательно вернусь через две недели. Тогда…” Он не договорил. [Тогда я смогу устроить для неё большой праздник в честь дня рождения.] Кергель проглотил оставшиеся слова и довольно улыбнулся. Роэлин с любопытством наклонила голову набок. Однако он не стал отвечать на возникший у неё вопрос, лишь улыбнулся в ответ. Затем Кергель подмигнул Люси. Это было молчаливое напоминание сохранить тайну о предстоящем празднике в честь дня рождения Роэлин до самого конца. Люси сразу всё поняла. Она выпрямилась и слегка склонила голову, безмолвно подтверждая, что сохранит секрет. Силлоа переводила взгляд с Кергеля на Люси и обратно, пока наконец тоже не догадалась обо всём. Она тут же прикрыла рот обеими руками. “Что ж…Мне пора.” Кергель окинул их взглядом, а затем снова посмотрел на Роэлин. Заметив её встревоженные глаза, он услышал, как она снова твёрдо произнесла: “Кергель, ни в коем случае не получи травму. Неважно, насколько ты силён. Если ты всё-таки человек, то при ранении у тебя тоже будет идти кровь.” “…Человек?” Кергель невольно переспросил, на мгновение замешкавшись. “Да, человек. Разве ты не такой же человек, как и все остальные?” Роэлин надула губы и, словно без всякой причины, начала поправлять его одежду, будто пытаясь отряхнуть её от невидимой пыли. Кергель усмехнулся. Затем положил руку ей на плечо и, не дав ей опомниться, наклонился и поцеловал её. От неожиданного прикосновения к её губам глаза Роэлин широко распахнулись. “Да. Я тоже человек.” Отстранившись, Кергель произнёс это с улыбкой. [Мысль о том, что ему предстояло отправиться в ужасающее место, где, возможно, остались следы древнего племени Суин, сама собой тяжёлым грузом легла ему на сердце.] [Казалось, между ним и остальными, теми, кто происходил от Волков, существовала непреодолимая стена.] Более того, Кергель невольно подумал: [если Роэлин узнает, что всё это действительно было совершено людьми, связанными с древним племенем Суин, и поймёт, что он не так уж сильно отличается от них, она может испугаться его.] [Но…] [Она сказала именно то, что ему было необходимо услышать, словно каким-то образом прочитала его слабые мысли.] [Она спросила, действительно ли он человек.] [Словно это было совершенно естественно, её слова утешили его.] Он почувствовал тепло от того, что она причислила его к обычным “людям”. [Одного этого слова, произнесённого этой маленькой женщиной, оказалось достаточно, чтобы вновь придать ему сил.] Кергель снова обнял её и мягко прошептал, прижавшись губами к её шее: “Я вернусь, Роэлин.” “Счастливого пути. Береги себя.” Роэлин обвила руками его спину и дрожащим голосом ответила ему. “Когда я вернусь…” “…?” Кергель отпустил её и вдруг, поддавшись порыву, заговорил. В тот же миг два пылающих взгляда устремились на него со стороны Люси и Силлоа. Обеим он уже столько раз велел хранить секрет, а теперь сам едва не выдал всё раньше времени. Их взгляды ясно говорили ему об этом. Но Кергель сделал вид, что ничего не заметил, и продолжил: “Как насчёт того, чтобы вместе отправиться в путешествие?” “В путешествие?” “Да. Я хочу проехаться по Империи. Только ты и я.” [Разумеется, после праздника в честь твоего дня рождения.] То, что Кергель хотел сказать раньше, так и осталось у него на кончике языка. Он лишь улыбнулся. Роэлин удивлённо спросила, и её лицо слегка порозовело от неожиданного предложения: “Мы можем вдвоём покинуть Императорский дворец?” “Нет ничего, чего я не мог бы себе позволить. Здесь достаточно способных подданных.” Кергель ответил с комичным выражением лица. [Два прекрасных скакуна уже были заранее заказаны у торговца из герцогства Пазолан.] [Разумеется, никто, кроме самого Кергеля, не знал о его намерении отправиться в путешествие верхом только вдвоём с Роэлин.] Он бросил взгляд на Люси. На её лице появилась изумлённая улыбка. [Что ж, неважно.] [Если они всё-таки покинут дворец, направиться им всё равно придётся прямо к горам Самальта.] [Вместе с этим невыносимым занудой Хайнесом, начальником штаба, и Бертом. ---------- Покорение и Ракаин (7) “Как насчёт того, чтобы отправиться со мной в путешествие?” “О…Если это не создаст никаких проблем…” Роэлин на мгновение замялась, а затем кивнула. Кергель заметил, как в её глазах уже заискрилось предвкушение. [Пожалуй, до этого она путешествовала всего один раз.] [После долгих лет, проведённых в Отдельном Дворце, Роэлин впервые отправилась так далеко лишь для того, чтобы выйти замуж за “чудовищного Императора Сероифа”.] [Кергель хотел подарить ей настоящее путешествие, такое, какого у неё никогда прежде не было.] [Он хотел показать ей множество вещей, которых она до сих пор даже не успела узнать и почувствовать.] [Одну за другой.] “Собирайся в дорогу и жди меня. Я скоро вернусь.” Кергель ещё раз поцеловал Роэлин в губы и развернулся. Но стоило ему подойти к двери спальни, как Роэлин наконец решилась и догнала его, схватив за руку. “Возьми это с собой.” Роэлин остановила Кергеля и протянула ему красную ленту. [Это была та самая лента, которой только что были украшены её волосы.] Кергель опустил взгляд на подарок, а затем посмотрел на Роэлин. “Вместо меня я буду каждый день молиться, чтобы эта лента защищала тебя.” “…” Кергель не смог ничего ответить. На мгновение её слова глубоко тронули его сердце. [Всего лишь лента для волос.] [Тонкая полоска ткани, которая не обладала никакой особой силой.] [К тому же это была самая обычная, простая вещь, даже не драгоценность.] [Но…] [И всё же лента, которую протянула ему Роэлин, казалась сильнее любой другой силы в этом мире.] Кергель бережно взял её, а затем протянул Роэлин своё запястье. “Завяжи её.” “…?” “Тогда мне будет казаться, что я ни на секунду не расстаюсь с тобой.” От этих слов щёки Роэлин залились румянцем. Но она всё же последовала его просьбе, хотя её уши уже заметно покраснели. Кергель молча наблюдал за тем, как её маленькие руки завязывают красную ленту вокруг его запястья. “Вот так. Теперь…” [Я с ума сойду. Как мне вообще выдержать разлуку с тобой?] [Одной этой ленты ему уже казалось недостаточно.] [Ему хотелось сохранить рядом с собой всё: её нежные жесты, тепло её тела, мягкий голос и бархатистую кожу.] [Жажда по всему этому уже начинала становиться невыносимой.] Кергель крепко обнял Роэлин и глубоко вдохнул, уткнувшись носом в её шею, словно хотел запомнить и унести с собой её родной запах. *** “…Вы знаете, что это такое, господин?” “Понятия не имею.” Гилов, капитан Императорской гвардии, нахмурился и покачал головой в ответ на вопрос своего заместителя. Тот снова посмотрел на запястье Императора и тихо пробормотал: “Похоже на ленту, которыми женщины обычно украшают волосы…Неужели Вашему Величеству действительно нравится такое?” “Хватит говорить всякую ерунду. Ты что, думаешь, мы просто развлекаемся и отправились в путешествие ради удовольствия?” Гилов едва сдержал смех после слов заместителя, а затем сурово одёрнул его. Среди рыцарей и солдат уже начали ходить разные разговоры о красной ленте, завязанной на запястье Императора. [Но даже если капитан и его заместитель не могли остановить подобные слухи, неужели им самим действительно стоило это обсуждать?] [Думаю, её подарила ему Её Величество.] Гилов наблюдал за Кергелем, который то и дело машинально касался ленты, обвязанной вокруг его запястья, пока они ехали вперёд. [Кергель никогда ни к чему не проявлял особой привязанности, каким бы ценным это ни было.] [Сколько раз бывало, что даже драгоценный меч, о котором мечтали многие, ломался из-за его небрежного обращения?] [И всё же теперь этот человек так бережно относился к какой-то ленте.] Гилов не мог отвести от Императора взгляда, зрелище было одновременно странным и забавным. И тут раздался голос Кергеля: “Эй, у меня уже затылок свербит от твоего взгляда. Может, перестанешь так на меня пялиться?” “Что? Ах! Простите, Ваше Величество. Я просто…” “К тому же я слышу слишком много разговоров вокруг. У меня уже уши горят.” “Ха-ха…” После этих слов Гилов лишь неловко улыбнулся, не находя подходящего ответа. Наконец, немного подумав, он медленно произнёс: “Разве всё это не проявление нашей преданности Вашему Величеству?” “Какой же ты наглый…Это не преданность, а всего лишь чрезмерное любопытство. Наверное, тебе просто стало интересно хоть что-нибудь на этом скучном пути.” Кергель фыркнул. Гилов снова не нашел, что ответить. “Ну, неважно. В конце концов, все эти бедняги просто никогда не получали от своих любимых ничего подобного.” “Кхм! Кхм!” Услышав насмешливые слова Кергеля, заместитель капитана неожиданно громко закашлялся. Одновременно глаза Гилова широко раскрылись. [Я ведь только предполагал…Но, выходит, Её Величество действительно подарила ему эту ленту? В знак своей любви?] Тем временем заместитель капитана подъехал ближе к Кергелю и прямо спросил: “Ваше Величество, это Её Величество подарила вам эту ленту?” Его голос оказался настолько громким, что слова тут же услышали и рыцари, ехавшие позади. “Что? Подарок от самой Императрицы?” “Да это всего лишь лента. Ничего особенного. Неужели Его Величество просто так нас дразнит?” [О боже…Эти идиоты!] Гилов изо всех сил подавил свой настоящий характер, который и без того сдерживал из последних сил, и украдкой взглянул на лицо Кергеля. Однако Император, услышав их слова, совершенно спокойно посмотрел на красную ленту, обвязанную вокруг его запястья, и вновь заговорил: “Она завязала её собственными руками, желая, чтобы со мной ничего не случилось.” [Завидуете, да? Вы ведь никогда не получали ничего подобного, верно?] [Если бы какой-нибудь человек хвастался перед Гиловом подобным тоном, словно ребёнок, он бы тут же получил кулаком по лицу.] [Но сейчас…] [Гилов совершенно не мог себе этого позволить.] ---------- Покорение и Ракаин (8) [Держи себя в руках. Держи себя в руках. Он - мой господин. Тот самый господин, которому я уже присягнул на верность…] Гилов крепче сжал поводья, пробормотав это про себя, а затем медленно расслабил руки. Так они и ехали, время от времени перекидываясь шутками и смеясь. [Со стороны могло показаться странным, что в столь серьёзной ситуации, когда не только Императорская гвардия, но и сам Император отправились подавлять неизвестную стаю чудовищ, они способны веселиться и разговаривать.] [Но именно так они и пытались немного снять напряжение.] Однако их смеху пришлось оборваться ещё до того, как они достигли гор Самальта. “…Остановитесь.” Кергель поднял правую руку. Следовавшие за ним рыцари и солдаты почти одновременно натянули поводья и остановились. В воздухе отчётливо ощущался запах крови. Где-то поблизости стояла ещё и гниловатая вонь. Каждый из них сразу понял, откуда она исходила. Это был запах мёртвых тел, которые уже начали разлагаться. Лица всех присутствующих мгновенно стали серьёзными. В одно мгновение весёлая атмосфера исчезла без следа, сменившись тяжёлым, кровавым напряжением. Кергель тоже не стал исключением. “Неужели всё уже зашло так далеко?” Уголки его губ дёрнулись. [До этого места не поступало ни одного нового донесения от людей, отвечавших за наблюдение.] [Не было и срочных сообщений от Хайнеса из Императорского дворца.] [А значит…] [Пограничный гарнизон уже уничтожен.] [Именно поэтому никто больше не мог отправить сообщение ни самому Императору, ни во дворец.] [А это означало лишь одно: теперь им необходимо было двигаться ещё быстрее, если они хотели хотя бы немного сократить число жертв.] “Немедленно найдите след!” “Есть, Ваше Величество!” Гилов мгновенно отреагировал на приказ Кергеля и тут же принялся раздавать остальным рыцарям конкретные распоряжения. Кергель стиснул зубы и устремил взгляд куда-то вдаль. Красная лента, завязанная вокруг его запястья, колыхалась на ветру. Она совершенно не вязалась с царившей вокруг жестокой и мрачной обстановкой. *** “…Надеюсь, с ним всё в порядке?” “Конечно, Ваше Величество. В конце концов, туда отправились не только Императорские рыцари, сам Император лично возглавил поход. Думаю, на само подавление чудовищ уйдёт всего день или два. Дольше займёт дорога туда и обратно. Ваше Величество ведь сам сказал, что вернётся через “две недели”…О! Тогда осталось примерно десять дней.” Пятнадцатого января по лунному календарю Силлоа многозначительно посмотрела на Люси. [По выражению её лица было очевидно, что ей не терпится рассказать о том, как Император готовит праздник в честь первого дня рождения Императрицы.] Но Люси лишь проигнорировала этот взгляд. Она налила немного чая в чашку, стоявшую перед Роэлин, и тихо спросила: “Вы беспокоитесь?” “Ну…немного.” Роэлин застенчиво улыбнулась, подняла чашку и сделала небольшой глоток. Затем снова посмотрела на Люси. “Кстати, что насчёт помощи всем выжившим?” “Многие получили тяжёлые ранения. Насколько мне известно, они всё ещё проходят лечение в медицинском центре.” “Люси, скажи им, чтобы они ни в коем случае не беспокоились о расходах на лечение. Пусть используют самые лучшие лекарства, какие только есть. Даже если для этого придётся потратить весь бюджет, выделенный на содержание дворца Её Величества, нельзя допустить новых жертв.” “Я передам ваши распоряжения, Ваше Величество.” Люси ответила, почтительно склонив голову. Силлоа на мгновение замолчала, став совершенно серьёзной. [Для тех, кому удалось выжить после нападения чудовищ, Роэлин предоставляла всю возможную помощь, не жалея средств.] [Она оплачивала не только лечение пострадавших, но и восстановление деревни, которая была разрушена во время нападения.] [Причём значительная часть расходов покрывалась именно из бюджета Императрицы.] [Сумма, которой распоряжалась Роэлин, оказалась настолько огромной, что Хайнес, получивший подробный отчёт от министра финансов, в конце концов лично прибежал к ней, чтобы попытаться остановить её.] [Благодаря этому всё больше людей, как во дворце, так и за его пределами, начали восхвалять доброту Императрицы.] [Но сама Роэлин, напротив, вовсе не гордилась своими поступками.] [Она даже была расстроена тем, что всё, чем она могла помочь, сводилось лишь к подобным вещам.] “…Мне следовало дать ему что-нибудь получше, чем простую ленту.” Роэлин задумчиво замолчала. Заметив, что она снова переживает за Кергеля, Люси улыбнулась. [Казалось, во всём мире не было человека, который беспокоился бы об Императоре сильнее неё.] [Будто Роэлин совершенно забыла, что рядом с ней находился сильнейший мужчина во всём мире.] [И всё же…] [Она такая милая.] Люси невольно подумала: [Наверное, в глазах Его Величества она выглядит точно так же.] Она вспомнила, что до дня рождения Роэлин оставалось всего десять дней. [Если верить способностям Его Величества, он вполне сможет вернуться до её дня рождения, даже если ему придётся уничтожить всех чудовищ.] Люси уже с нетерпением ждала предстоящего праздника. [Впрочем, не только она.] [Практически все во дворце с волнением ждали этого дня.] [И лишь сама именинница понятия не имела о том, что на самом деле готовилось в честь её дня рождения.] Люси счастливо улыбалась, когда вдруг услышала голос служанки, дежурившей у дверей: “Ваше Величество, господин Башель просит разрешения встретиться с вами.” “Господин Башель?” Роэлин удивлённо нахмурилась и поспешно поднялась со своего места. Затем она посмотрела на Люси, словно пытаясь понять, не сообщал ли Кергель чего-нибудь о предстоящем визите. Люси быстро подошла к двери. Дверь вскоре открылась, и в комнату вошёл Хайнес. ---------- Покорение и Ракаин (9) “Приветствую вас, Ваше Величество. Прошу прощения, что не предупредил о своём визите заранее.” “Ничего страшного, господин Башель. Но что привело вас сюда…Кергель…Нет, то есть…Его Величество не связывался с вами по какому-нибудь поводу?” Роэлин не смогла скрыть тревогу в голосе. Хайнес медленно покачал головой. “От Его Величества пока не поступало никаких известий.” “Тогда почему…” Она нахмурилась, не договорив. Хайнес на мгновение посмотрел на неё, а затем обернулся. Слуга, стоявший за его спиной, тут же подошёл и поставил перед Роэлин серебряный поднос. На нём лежал запечатанный конверт. “…Что это?” [Письмо было адресовано лично ей, а значит, открыть его должна была сама Роэлин.] [Но почему-то ей совершенно не хотелось этого делать.] [Она даже не знала, кто его отправил.] [И всё же внутри возникло странное чувство отторжения.] “Письмо из Ракаины. Помимо послания, адресованного Вашему Величеству, мы также получили отдельное письмо. Поэтому сначала проверили его содержание…Я подумал, что вы захотите узнать об этом как можно скорее, поэтому позволил себе прийти лично.” [Ракаин.] [Возможно, именно поэтому ей и не хотелось прикасаться к этому письму.] Роэлин с напряжённым выражением лица посмотрела на Хайнеса, а затем перевела взгляд на серебряный поднос перед собой. И только теперь она заметила печать Королевства Ракаин на конверте. [Но зачем Ракаин прислал мне письмо?] Роэлин не сразу решилась протянуть руку. Она глубоко вдохнула, после чего всё-таки подняла конверт с серебряного подноса. Слуга почтительно поклонился и отошёл в сторону. Шуршание. Роэлин сама не заметила, как стиснула конверт в руке. Её душевное состояние было слишком неспокойным. Однако вскоре она взяла себя в руки и жестом предложила Хайнесу присесть. “Присядьте, господин Башель. Силлоа, принеси мне свежую чашку чая.” “Да, Ваше Величество.” По приказу Роэлин Силлоа поспешно вышла из комнаты. Теперь здесь остались только Роэлин, Хайнес и Люси. Роэлин вновь села на диван и медленно вскрыла конверт, который всё ещё держала в руках. Хайнес расположился напротив и молча наблюдал за ней. “Вы примерно представляете, о чём это письмо?” Роэлин достала лист из конверта, подняла взгляд на Хайнеса и лишь затем развернула послание. Он кивнул. “Да. Как я уже сказал, некоторое время назад мы получили ещё одно письмо.” “…” [Одно письмо было адресовано ей.] [Другое - Королевской семье Сероифа.] [Какой же контакт Ракаин может поддерживать с Сероифом?] Роэлин совершенно не понимала. [Она давно считала, что их отношения окончательно закончились.] [Хотя их и связывала одна кровь, отношения между ними были хуже, чем между чужими людьми.] [Более того, после того, что в прошлый раз сделала её сестра-близнец Эрита, Роэлин была уверена, что на этом всё окончательно закончилось.] [Но почему же тогда…] В конце концов голубые глаза Роэлин встретились с фиолетовыми глазами Хайнеса. [Ей вдруг показалось, что лучше услышать от него, что именно содержится в письме.] “Думаю, будет правильнее, если Ваше Величество сами всё прочтёте.” Хайнес произнёс это негромко, словно уже понял, что творилось у неё в душе. Роэлин слегка усмехнулась и на мгновение отбросила свою неуверенность. [И чего я вообще жду от человека, который даже во время обучения никогда не позволял мне расслабиться?] [Но как бы то ни было, она была рада, что наконец набралась смелости открыть письмо.] “…” Улыбка, на мгновение появившаяся на губах Роэлин, постепенно исчезла. Её голубые глаза задрожали, пока она читала строки одну за другой. Хайнес заговорил: “В письме, адресованном Вашему Величеству, содержится просьба посетить Ракаин. Они очень хотят, чтобы вы приехали как можно скорее.” “…” Роэлин подняла взгляд на Хайнеса, продолжая держать письмо в руках. Он заметил, как кончики её пальцев побелели от того, насколько сильно она сжимала лист. “Также они сообщили, что направят людей, которые сопроводят Ваше Величество до границы возле гор Самальта. Кроме того, они просили отнестись с пониманием к тому, что им пришлось обратиться к нам с этой просьбой.” “…Вот как?” Роэлин с трудом выдавила из себя несколько слов. Горло будто сжало невидимой рукой. Она снова опустила взгляд на письмо, которое только что прочитала, и прикусила губу. [Это было невероятно.] Содержание письма казалось настолько нереальным, что Роэлин едва могла поверить собственным глазам. Каролина - её мать, вдовствующая Королева Королевства Ракаина, внезапно тяжело заболела. Причиной стала неизвестная болезнь, а теперь её состояние было критическим. Никто не знал, сколько ей осталось. Но перед смертью Каролина пожелала увидеть Роэлин. [Не может быть…] [Почему? Почему она вообще хочет меня увидеть?] [С самого рождения Каролина ни разу не проявила к Роэлин материнской любви.] [Она никогда не смотрела на неё с теплотой.] [Никогда не говорила ей добрых слов.] Роэлин помнила всё это до мельчайших подробностей. [Она помнила кошмар того самого первого дня, когда впервые увидела свою мать.] [Тот день, который должен был стать одним из самых счастливых воспоминаний в её жизни.] [Радость.] [Предвкушение.] [Счастье от того, что наконец-то она увидит свою мать.] [Всё это в одно мгновение превратилось в бесконечную череду отчаяния и боли.] [Немедленно уберите от меня это существо! Заприте её где-нибудь, чтобы она не могла выйти!] Роэлин до сих пор отчётливо слышала крик матери. Она помнила, с каким ужасом и отвращением Каролина смотрела на неё, словно перед ней находилось не собственное дитя, а какое-то страшное чудовище. [Как я вообще могла родить такое существо?] Выражение лица матери - потрясённое, испуганное, почти наполненное ужасом, навсегда осталось в памяти Роэлин. [И теперь…] [Та самая мать действительно хотела её увидеть?] ---------- Покорение и Ракаин (10) “Что вы хотите сделать?” “…” Роэлин не смогла ответить на вопрос Хайнеса. Вместо этого она лишь сильнее сжала в руках письмо. [Разум подсказывал ей не верить написанному, чтобы ей не пришлось ехать в Ракаин.] [Но…] “…Я поеду.” [Сердце дало глупый ответ. Действительно, очень глупый.] Она сказала, что отправится в Ракаин. [Просто не могла отвернуться от матери, которая хотела её увидеть. Более того, как она могла отказать матери в такой просьбе, когда та находилась при смерти?] [Она уже давно перестала чего-либо ждать от матери. Даже не надеялась когда-нибудь услышать от неё хотя бы одно тёплое слово.] [И всё же сердце дрогнуло, когда она узнала, что мать сейчас находится в критическом состоянии.] [Быть может, потому, что именно эта женщина дала ей жизнь?] [Или потому, что, несмотря на все годы, проведённые в попытках выбросить мать из своих мыслей, где-то глубоко внутри всё ещё теплилось какое-то чувство?] Роэлин положила крепко сжатое письмо на стол и снова обратилась к Хайнесу: “Однако прежде я хотела бы получить разрешение Его Величества на этот поступок.” [Было бы безрассудством просто так покинуть дворец, пока Император отсутствовал.] “Поэтому можешь отправить гонца и сообщить Его Величеству о сложившейся ситуации?” “Ах, конечно, гонца отправить можно. Но…должен предупредить: если обстоятельства сложатся неблагоприятно, ответ может прийти гораздо позже, чем ожидается.” Роэлин кивнула, услышав слова Хайнеса, и задумалась ещё осторожнее. “Вот как?” В её голосе прозвучало лёгкое разочарование. [Тогда что же ей делать?] Она ненадолго замолчала, обеспокоенно нахмурившись. [Но долго сомневаться не могла.] [Прежде всего, известие о том, что её мать “находится в критическом состоянии”, не позволяло ей больше медлить.] “Тогда сначала отправь гонца к Его Величеству и объясни ему всё произошедшее. А я…отправлюсь прямо сейчас. Как можно скорее, независимо от того, успеет ли прийти его ответ.” “Ваше Величество!” Хайнес тут же нахмурился. [Он прекрасно понимал, почему Роэлин так торопится, узнав о болезни матери. Но даже Императрице было крайне опасно покидать дворец в отсутствие Императора.] Роэлин тоже это понимала. Поэтому продолжила убеждать Хайнеса: “Чтобы добраться до Ракаина, всё равно придётся пересечь горы Самальта. Его Величество наверняка находится где-то поблизости. Я встречусь с ним лично и ещё раз всё ему объясню. Разве так не будет лучше?” “Но это всё равно опасно. Там может оказаться множество чудовищ…” “Даже если мы выедем прямо сейчас и доберёмся до окрестностей гор Самальта, думаю, к тому времени всё уже почти закончится.” “…” Хайнес больше не смог возразить Роэлин и промолчал. [Действительно, к тому времени ситуация должна была хотя бы немного стабилизироваться.] [Он прекрасно знал, на что способен Кергель…] “Хм…Понимаю. Тогда я подчинюсь воле Императрицы.” [Отношения между матерью и дочерью существовали испокон веков. Как бы ни пренебрегала мать дочерью, как бы жестоко ни обращалась с ней и как бы ни отказывалась любить её, полностью разорвать эту связь всё равно было нелегко.] [Нет. Даже если её можно было разорвать, это оставалось решением лишь самих людей, связанных этой кровью. Третья сторона не имела права вмешиваться.] Так рассудил Хайнес и вскоре принял решение Роэлин. [Хотя она и не заслуживала того, чтобы с ней так обращались.] [Но как слуга он не мог препятствовать решению Императрицы или вмешиваться в него.] [Возможно, лишь Роэлин могла каким-то образом убедить его.] “Однако отныне именно я лично доставлю Императрицу во дворец Ракаина.” “Конечно. Я тоже не хочу входить во дворец под сопровождением людей Ракаина.” Роэлин охотно кивнула. [Она всё ещё не чувствовала себя спокойно из-за предстоящего визита в Ракаин, но слова Хайнеса немного её успокоили.] Тогда Хайнес усмехнулся и добавил: “А если кризис в районе гор Самальта уже закончится, думаю, будет неплохо отправиться в Ракаин вместе с Его Величеством. Более того, когда он услышит эту новость, Его Величество наверняка скажет, что поедет вместе с вами.” “Ни за что.” Роэлин восприняла слова Хайнеса как шутку и с улыбкой покачала головой. “Ни за что, ха…Я очень надеюсь, что всё действительно закончится этим “ни за что”, как вы сейчас сказали.” Хайнес усмехнулся, глядя на Роэлин. [Судя по обычному отношению Кергеля к ней, подобный исход был вполне возможен. Но раз Роэлин и в самом деле не верила в это, он ничего больше не сказал.] “В любом случае, если Его Величество всё-таки решит последовать за вами, пожалуйста, каким-нибудь образом возвращайтесь в Императорский дворец, Ваше Величество.” Хайнес просил Роэлин не допустить, чтобы его “ни за что” превратилось в реальность. Роэлин недоверчиво посмотрела на него, но в конце концов всё же кивнула. *** [Когда-то это, должно быть, была мирная деревушка.] [Пусть здесь не жили богато, но люди наверняка были благодарны за то немногое, что имели, и просто спокойно жили своей жизнью.] Шлёп. Кергель спешился и стиснул зубы, почувствовав под ногами вязкую грязь. Небольшие поля, на которых жители выращивали всё необходимое для жизни, впитали столько крови, что земля превратилась в месиво. “Ух…” Позади него послышался солдат, которого едва не вырвало от увиденного. [Как бы много ни повидал солдат за свою жизнь, впервые столкнувшись с подобным зрелищем, невозможно было сохранить самообладание. Такая реакция была вполне естественной.] По всей деревне валялись растерзанные тела, настолько изуродованные, что невозможно было понять, кому они принадлежали. Среди них были и дети, которые, должно быть, только начали учиться ходить, и новорождённые младенцы. [Разумеется, целого тела найти не удалось, поэтому оставалось лишь предполагать и догадываться, кому они принадлежали.] ---------- Покорение и Ракаин (11) “…Выживших нет?” Кергель произнёс это тяжёлым, приглушённым голосом. Тут же к нему подошёл командир рыцарей Гилов и ответил: “Да, Ваше Величество.” “Это ужасно.” Один лишь доклад вызвал в нём волну ярости и гнева. [Но то, что он увидел собственными глазами, позволяло в полной мере осознать, насколько чудовищным было положение дел.] “Тела пусть собирают правители соседних земель. А мы немедленно отправимся по следу чудовищ.” “Есть!” Гилов громко ответил, полностью соглашаясь с решением Императора. Кергель повернул голову в сторону, куда, по его предположениям, направились чудовища. Его золотые глаза были полны гнева. Ярость в нём была настолько сильной, что, казалось, вот-вот вырвется наружу. [Обычной физической силой невозможно было разорвать человеческое тело на части до такой степени, чтобы от него практически невозможно было отличить первоначальную форму.] [К тому же вокруг не было обнаружено никаких следов оружия или другого острого орудия. Также было установлено, что тела не пострадали от мощного взрыва.] [Их разорвали исключительно физической силой.] [Словно ребёнок, забавляясь, отрывал крылышки у стрекозы.] [Неужели здесь действительно появилось племя Суин?] Глаза Кергеля снова сузились. Успокоив кипевшую внутри ярость, он ещё раз огляделся. Он внимательно всматривался во всё вокруг, стараясь не упустить ни единой детали. И вдруг его брови дрогнули, а взгляд стал ещё пристальнее. “Ваше Величество, я готов отправиться в погоню…” “Тсс. Подожди.” Кергель поднял руку, остановив вернувшегося Гилова. Тот тут же замолчал и отступил, одновременно жестом призывая остальных не шуметь. В одно мгновение всё вокруг погрузилось в тишину. Настолько глубокую, что трудно было поверить: вокруг находилось столько рыцарей и солдат. В этой тишине Кергель слегка раскрыл свою силу. Её было так мало, что она даже не повлияла на печать и остальных. Сила оставалась невидимой, но по мере того как плотность воздуха вокруг возрастала, на всё живое стало давить ощутимое давление. “Ух…” Из рядов молча стоявших людей вырвался стон. Так отреагировали некоторые молодые рыцари и солдаты, ещё не привыкшие к подобной силе. Однако они тут же замолчали, подавив звук. Они прекрасно понимали, что не должны мешать Кергелю. Сам Кергель совершенно не замечал происходящего вокруг, сосредоточившись лишь на раскрытии своей силы. Ему нужно было проверить силу древних Волков, и заодно ту силу, которая должна была вступить в резонанс с племенем Суин. “…Что-то не так.” Через некоторое время Кергель вновь собрал свою силу и слегка склонил голову. В его глазах смешалось множество сложных эмоций. Но вскоре его взгляд похолодел. “…Это не сила племени Суин.” Уголок его рта дёрнулся. Кергель глубоко вдохнул, медленно выдохнул и развернулся. К нему снова подошёл Гилов. “Ваше Величество.” “Кто-то сделал это намеренно.” “Неужели кто-то специально устроил такую ужасную бойню? Что за ублюдок способен на подобное?!” Лицо Гилова исказилось от ярости, и он разразился проклятиями. Кергель же продолжил тихим, совершенно безэмоциональным голосом: “Мне придётся выяснить это отдельно.” [Кто посмел устроить подобное на его земле?] “Я пойду. Мне нужно заняться делом.” Кергель наконец ускорил шаг. *** “Ха-ха-ха!” Ленофф постучал пальцами по подлокотнику и впервые за долгое время разразился смехом. Напротив него сидел его дедушка по материнской линии, герцог Дебертон, и на его лице тоже появилась довольная улыбка. “Император, должно быть, уже пришёл в ярость. Людей в его стране атаковали какие-то неизвестные звери, а затем одного за другим растерзали. Наверняка он лично отправился на охоту, чтобы поймать этих тварей. Интересно, не придётся ли мне в конце концов охотиться на кого-нибудь покрупнее?” В синих глазах Леноффа сияла жестокая радость. [Несмотря на то, что из-за устроенного ими заговора погибло множество ни в чём не повинных людей, ни капли вины они не испытывали.] [Да и странно было бы Леноффу вообще чувствовать вину.] [Дело было даже не в том, что погибшие были сероифцами, а не ракаинцами.] [На самом деле ему было бы совершенно всё равно, даже если бы среди жертв оказались его собственные подданные.] [Несколько сотен или даже несколько тысяч человеческих жизней, всё это для него было не более чем муравьями, ползающими по земле.] [Ленофф был настолько высокомерен, что считал бы честью для них пожертвовать своими жизнями ради него.] “Что ж, вполне возможно. Как бы силён ни был Император Сероифа, настоящего чудовища ему всё равно не одолеть. Тем более что чудовище там не одно.” Герцог Дебертон кивнул, подтверждая слова Леноффа. [Гибридное чудовище, оставшееся после безумного алхимика, превзошло все их ожидания.] [Изначально оно было лишь средством, с помощью которого они собирались тайно избавиться от “позора Королевской семьи”, но в итоге нанесло Сероифу куда больший ущерб, чем они рассчитывали.] “Тогда нам нужно создать их больше. Думаю, они могут пригодиться во многих отношениях. Дедушка, продолжайте лично заниматься их производством.” “Я приложу все силы, Ваше Величество.” Герцог Дебертон почтительно склонил голову перед Леноффом. Тогда Ленофф улыбнулся, обхватил руки дедушки обеими ладонями и продолжил: “Я доверяю только вам, дедушка. Если всё это станет известно миру, могут возникнуть проблемы.” “Не беспокойтесь, Ваше Величество. Мы держим всё под строжайшим контролем.” [Всем, кто участвовал в создании гибридных чудовищ, отрезали языки и лишили зрения.] [Кроме того, весь процесс производства был разделён на множество отдельных этапов, так что, выполняя лишь одну конкретную работу, невозможно было догадаться, что именно они создают.] [Поэтому каждый из них просто продолжал выполнять полученное простое задание, не зная, что на самом деле создаётся в темноте.] [И так будет продолжаться и дальше.] “Хм…Тогда продолжайте в том же духе. А тем временем мне нужно подготовиться к встрече с сестрой.” На губах Леноффа вновь появилась холодная улыбка. И взгляд его тоже заледенел. В нём было что-то зловещее, совершенно не вязавшееся со словами о подготовке к встрече с собственной “сестрой”. ---------- Покорение и Ракаин (12) *** Часть Императорской гвардии, оставшейся во дворце, вместе с частью Столичной гвардии отправилась сопровождать Императрицу в Ракаин. В качестве главного распорядителя поездки к отряду присоединился и один из высокопоставленных дворян - герцог Йоханнес Бёнт. “Из-за меня всем приходится так тяжело.” Роэлин смотрела в маленькое окно кареты и виновато произнесла: “Для нас служить Императрице - большая честь. Посмотрите, Ваше Величество. Все выглядят такими гордыми.” “Ну что ты, Люси. Ты хочешь меня совсем смутить?” Роэлин неловко улыбнулась, услышав слова Люси, а затем снова выглянула в окно. “Ты сказала, что отправила гонца к Его Величеству?” “Да. Думаю, к этому моменту Его Величество уже должен был получить известие.” “Надеюсь, там всё хорошо…А что, если я приеду и только помешаю ему?” [Чем больше дней проходило без встречи с Кергелем, тем сильнее становилось беспокойство Роэлин.] [Она одновременно с нетерпением ждала встречи с ним и боялась того, что могла узнать по прибытии.] Однако Люси продолжала спокойно улыбаться и ответила: “Напротив, узнав о прибытии Императрицы, Его Величество наверняка ещё сильнее захочет покончить с этими чудовищами.” [Кергель наверняка не хотел показывать любимой женщине ничего мерзкого или ужасного.] [По крайней мере, Люси именно так предполагала и потому старалась успокоить обеспокоенную Роэлин.] Благодаря её словам Роэлин немного расслабилась и вновь принялась смотреть на пейзаж за окном. Она некоторое время молча наблюдала за мелькавшими вдали видами, но вдруг в её синих глазах промелькнул сложный блеск. [Её мать находилась при смерти.] [Неужели она действительно сказала, что хочет меня увидеть?] Роэлин никак не могла в это поверить. [И всё же она не смогла отказаться и поэтому сейчас ехала в Ракаин, чувствуя себя жалкой и глупой.] [Что же я на самом деле хочу выяснить, когда приеду туда?] [И что именно они собирались увидеть?] Она уже хотела тяжело вздохнуть, как вдруг снаружи послышалась суматоха. Роэлин отогнала мысли и выглянула наружу, пытаясь понять, что происходит. На руке одного из рыцарей сидела птица. Гонец. Заметив письмо, привязанное к лапке птицы, Роэлин широко распахнула глаза и поспешно обратилась к Люси: “Останови карету, Люси.” “Да, Ваше Величество.” Люси тоже торопливо постучала по стенке кареты, словно сразу всё поняла. Поскольку процессия как раз собиралась остановиться, карета тут же замерла. Роэлин распахнула дверь ещё до того, как Люси успела её остановить. “Ваше Величество!” Увидев, что дверь внезапно открылась, сопровождавший карету рыцарь тут же поспешил к ней. Роэлин позволила ему помочь ей спуститься, после чего направилась к герцогу Бёнту. Герцог поспешно поприветствовал её, одновременно продолжая читать письмо, привязанное к лапке птицы. “Простите, герцог. Раз гонец уже здесь…Это от Его Величества?” “Простите меня, Ваше Величество. На самом деле письмо было отправлено из Императорского дворца.” Герцог Бёнт ответил с виноватым выражением лица, хотя в случившемся не было ни капли его вины. Роэлин невольно выглядела разочарованной, но, заметив, как сероволосый дворянин винится перед ней, поспешно замахала руками. “Нет, герцог Бёнт. Вам не за что извиняться. Но почему гонец прибыл из Императорского дворца? Там что-то случилось?” “Во дворце всё в порядке. Однако…думаю, нам следует изменить маршрут.” “…?” “Думаю, безопаснее будет сделать крюк на Юг и пересечь горный хребет.” “Тогда я не смогу увидеть Его Величество, верно?” [Говорили, что Кергель и карательный отряд находились к Северу от гор Самальта.] Роэлин слышала от Хайнеса, что они перекрывали путь и преследовали чудовищ, чтобы не позволить им двинуться на Юг. “Похоже, покончить с чудовищами оказалось не так просто, как я думал. Более того…гонец, которого отправили из дворца, по пути тоже подвергся нападению чудовища.” “…!” Глаза Роэлин мгновенно расширились. Герцог Бёнт продолжил, глядя на Императрицу: “Поэтому, по мнению господина Башеля, ради безопасности Императрицы лучше сделать крюк.” “…Вы ведь не знаете точно, где сейчас находится Его Величество?” “Да, Ваше Величество.” После слов герцога Бёнта Роэлин больше ничего не сказала. [Но одного взгляда на её лицо было достаточно, чтобы понять, что она сейчас чувствовала.] Некоторое время она молча стояла, побледневшая как полотно. Затем тяжело вдохнула и попыталась ответить спокойным голосом: “Хорошо. Давайте сделаем так.” [Внешне она старалась сохранять безразличный вид, однако кончики её пальцев дрожали.] Герцог Бёнт не упустил эту деталь. Но ничего не сказал и лишь почтительно поклонился. Получив его поклон, Роэлин попыталась снова вернуться в карету. Однако ноги вдруг подкосились, и она пошатнулась. “Ваше Величество!” Люси поспешно подхватила её. “Вы в порядке, Ваше Величество?” Во время поездки в Ракаин процессию также сопровождал придворный лекарь, который должен был следить за здоровьем Роэлин. Люси встревоженно повысила голос, собираясь позвать лекаря, но Роэлин схватила её за руку и покачала головой. “Всё хорошо, Люси. Думаю, мне просто нужно вернуться в карету и немного отдохнуть.” “Но, Императрица…” Роэлин посмотрела на обеспокоенное лицо Люси и улыбнулась, после чего заставила себя дойти до кареты. “…Кергель.” И лишь когда осталась одна в карете, она сжалась в комочек и тихо произнесла его имя. ---------- Покорение и Ракаин (13) [Ей приходилось держаться, потому что она прекрасно понимала: показывать слабость нельзя.] [Но то, что она не позволяла себе проявлять тревогу внешне, вовсе не означало, что внутри ей было спокойно.] [Наверное, именно поэтому Люси не села вместе с ней в карету.] [Она хотела дать Роэлин немного времени, чтобы та могла наедине выплеснуть свои страхи.] “Ты…Ты ведь в порядке, правда? Ты должен быть в порядке. Только не пострадай…” Голос Роэлин дрожал. [Она прекрасно знала, насколько силён Кергель. И всё же не могла перестать за него тревожиться.] [Более того, покорение чудовищ оказалось куда сложнее, чем они ожидали, и от страха, что с ним действительно могло что-то случиться, у неё дрожали руки и ноги.] [Даже самый трусливый человек не смог бы оставаться спокойным.] [Кергель был её единственной семьёй, и теперь он находился в опасном месте. Как она могла совсем не бояться за него?] [Если бы она могла поступить так, как велело сердце, то уже давно отвергла бы слова герцога Бёнта и потребовала немедленно направиться туда, где находился Кергель.] [Но она не могла.] [Нет, здравый смысл не позволял ей произнести эти слова.] [Ещё до того, как она была обычной женщиной, Роэлин снова осознала: она Императрица.] [К тому же она ехала не одна. Её решение затронуло бы множество людей, которые должны были следовать за ней.] [Поэтому она не могла позволить своему эгоистичному желанию привести других в столь опасное место.] “Я понимаю это разумом…” Роэлин вздохнула, откинувшись на спинку сиденья. Она полностью принимала принятое решение, но сердце всё равно продолжало тянуть её в противоположную сторону. И тут снаружи послышался голос Люси: “Императрица, скоро мы продолжим путь.” “Хорошо. Люси, тогда заходи.” Роэлин собрала в себе все спутанные мысли и обратилась к Люси, стоявшей возле кареты. Она прекрасно понимала, что сейчас это было самое разумное решение. *** “…” Кергель внезапно замолчал и поднял голову к небу. Его золотые глаза сузились, когда он стал следить за облаками, плывущими на Юг. “Что случилось, Ваше Величество?” Гилов подошёл к нему, озадаченный его реакцией. Кергель опустил взгляд с неба и тихо произнёс: “Тебе не кажется это странным?” “Что? О чём вы говорите…” Гилов наклонился к нему, пытаясь понять, что тот имеет в виду. Кергель указал пальцем в небо. “Я не вижу там ни одной птицы.” “А…” “Не только сегодня. Их не было и последние несколько дней.” “…Действительно странно.” Только услышав слова Кергеля, Гилов нахмурился, и в его глазах появилось недоумение. [Это было действительно неожиданно.] [Однако стоило обратить внимание на окружающую обстановку, как вопросов становилось ещё больше.] [Место идеально подходило для обитания птиц. Здесь было множество деревьев, где они могли вить гнёзда, да и пищи вокруг было предостаточно.] [И всё же отсутствие хотя бы одного животного нельзя было просто не замечать.] “Среди чудовищ может быть птица?” “Нельзя исключать такую возможность, если судить по тому, что происходит сейчас.” Кергель кивнул в ответ на вопрос Гилова. И вдруг заметил что-то впереди. Он спешился и быстрым шагом направился туда. Перед ними тянулся след чудовищ. Кергель сам присел и коснулся земли. [Судя по тому, что почва всё ещё была влажной от крови, прошло совсем немного времени с тех пор, как чудовища здесь прошли.] “Думаю, скоро мы с ними встретимся.” Кергель оглянулся и произнёс это вслух. Остальные тоже посмотрели на следы вокруг и напрягли чувства, как и сам Кергель. Он ещё некоторое время всматривался в землю, а затем снова поднял взгляд. [Ни одной птицы.] [Это почему-то не давало ему покоя.] [Однако прямо сейчас разгадать эту загадку он не мог.] [Нет. Если им удастся уничтожить чудовищ, ответ на этот вопрос наверняка найдётся сам собой.] Он ещё раз посмотрел в небо, отгоняя назойливую мысль, а затем тихо свистнул в сторону отставшей лошади. Та мгновенно узнала зов Кергеля и подошла к нему. Погладив её по шее несколько раз, Кергель быстро вскочил в седло. Его глаза резко сузились, и он пришпорил лошадь. [Сейчас он не мог позволить себе думать о чём-либо другом.] [Нужно было не допустить новых жертв.] [Разве могло быть иначе?] “Но!” Кергель рванулся вперёд, словно всадник и лошадь превратились в единое целое. *** “Кья-а-а!” “А! Чудовище! Чудовище…” Травник задрожал и рухнул на землю. Корзина, которую он нёс, покатилась вниз по крутому склону. Выкопанные им с таким трудом травы одна за другой высыпались из неё, но мужчине было совершенно не до них. Перед ним появилось чудовище. [В буквальном смысле - “чудовище”.] [Неужели подобное существо могло появиться в результате бесконечного скрещивания и разведения самых разных животных?] [То, что вопило перед мужчиной, невозможно было назвать каким-то одним определённым существом.] [Но и просто ничем назвать его было нельзя.] [В каждом движении чудовища отчётливо проявлялись особенности самых разных зверей.] [И от этого страх становился лишь сильнее.] “П-Помогите! Помогите…” ----------