Я злодейка, могу ли я умереть? (Новелла) Hi My Dear Когда сестра умерла от болезни, я потеряла для семьи последнюю пользу и решила, что умирать — самое разумное. Но вместо смерти меня выбросило в третьесортный роман, и я стала злодейкой?! Я собиралась оборвать эту беспокойную жизнь собственными руками — а они всё лезут меня спасать. — Не отбирай у меня статус партнёра, Селена. — Как у тебя хватает наглости быть такой жадной? Моя жизнь налаживается, но день гибели подбирается всё ближе. Что мне делать? ==================== Глава 1 Глава 1 Перевод: Astarmina — Сможешь ли ты убить меня? — А? — опешил мужчина, преклонивший передо мной колено. Он на мгновение поднял взгляд и тут же опустил. «Его волосы такие золотые... Нет-нет, подумаю об этом потом...» — с трудом отогнала лишние мысли. — Ты сможешь меня убить, не причинив боль? — снова спросила. Говорила именно то, что имела в виду. Я не боялась смерти, но надеялась, что не придется испытывать страдания. Когда появилась здесь, то не помнила, чувствовала ли боль или нет. — Почему вы говорите так, словно считаете меня убийцей? — спросил мужчина. — Я ваш верный слуга. «Да неужели?» — подумала я, и оставила его слова без ответа. Разве может верный слуга предать хозяина? Этот персонаж невероятен! Встревоженный затянувшейся тишиной, мужчина приподнялся и посмотрел на меня. — Если ты предашь меня, я отрежу тебе язык. С его лица мгновенно сошли все краски. «А, меня тошнит от этой рожи!» *** Это произошло несколько дней назад, когда я очнулась в романе. Я читала младшей сестре, любившей книги, посредственную романтическую новеллу. Все в ней — и стиль, и сюжет, и повествование — было катастрофическим. До того, как оказалась здесь, сестра была центром моей вселенной. Я была сиротой, которую удочерила бездетная пара. Вскоре у них родился ребенок. Но он был слабым и часто болел. Во всех бедах стали винить меня. Целыми днями морили голодом и избивали. В итоге, забыв про личные нужды, я посвятила себя младшей сестре. Никогда не пыталась что-либо сделать для себя. В прошлой жизни у меня не было никаких амбиций, и не было времени на что-то подобное. Когда-то презирала ее. По глупости она считала все, что принадлежало мне, своим. Но я не могла ненавидеть прикованного к больничной койке ребенка, и это усложняло мне жизнь. Мягко выражаясь, наши отношения были странными. Мы полагались друг на друга, но не питали сильной привязанности. Это довольно сложно объяснить. Сестра умерла внезапно, не дожив и до двадцати лет. Цель моего существования была потеряна, и я осталась без крыши над головой. Родители выгнали меня из дома, вынудив жить на улице. Но я не собиралась больше влачить это жалкое существование. Сколько бы мне ни было лет, сколько бы ни зарабатывала, все всегда делала для сестры. «И что мне теперь делать?» — задавалась вопросом. Я безвылазно сидела в маленькой комнатушке. Жизнь становилась все более печальной и раздражающей. Больше не хотелось быть такой... Следом за накопившейся усталостью пришла апатия. Вспомнила всегда бледное лицо сестры. Это было единственное воспоминание за всю жизнь. Раз я пожертвовала собой, чтобы жить ради нее... почему не помню ее счастливой? Как она могла не показать мне этого? С меня довольно! И тогда я спрыгнула со старого здания. Лежа на земле, удивлялась тому, что не чувствовала боли. Силы медленно покидали меня. Разве смерть наступает именно так? И тогда я открыла глаза. «Интересно, так выглядит «тот свет»?» В поле моего зрения возникли размытые силуэты. Вокруг было слишком ярко. «Так и должно быть? Что происходит?» — пронеслась паническая мысль. Взгляд прояснился и мне удалось разглядеть столпившихся вокруг людей, которые вдруг засуетились. Пока пребывала в замешательстве, кто-то оглушительно завопил: — Леди Селена! Прозвучало настолько громко, что у меня чуть не лопнули барабанные перепонки. Моргнула. Мне хотелось заговорить, но не удавалось открыть рот. С сомкнутых губ сорвалось невнятное мычание. Возникло ощущение, что я несколько дней пролежала без сознания. Звук, который издала, был хриплым. В моем положении теперь оставалось вникать в происходящее, подслушивая разговоры. Упав с лестницы несколько дней назад, леди Селена потеряла сознание. Но сегодня оказалось, что ее тело заняла я. Окружающие меня, обливающиеся слезами люди — ее братья и родители. Может это сон? Пока пыталась привести мысли в порядок, закружилась голова. «Я покончила с собой и вселилась в тело Селены... А где тогда сама Селена? О, что происходит?.. Я так устала...» Растянулась на кровати, которая была невероятно удобной и мягкой. Я провела так несколько дней, незаметно подслушивая разговоры окружающих. Служанки были словоохотливыми и пересказывали друг другу все, что происходило в доме. Невозможно было представить какие страдания испытывала прежде Селена. Еще через некоторое время, мне, наконец, удалось открыть рот. Состояние шеи значительно улучшилось. После обеда в комнату зашли родители Селены, узнать о здоровье. — Как ты себя чувствуешь, Селена? — Уже лучше... — прохрипела в ответ. Я заговорила впервые после переселения в этот мир. Мужчина и женщина были взволнованы. Но вскоре радость померкла. — Можете мне объяснить, что происходит?.. И кто вы такие? — прохрипела я, как в какой-то трагической мыльной опере. Мои... нет, родители Селены, мне не хотелось называть их мамой и папой, в растерянности принялись наперебой пересказывать каждую мелочь из жизни дочери. Они рассказали мне об имени, о детстве, об отношениях с братьями и многое другое... Мне все время казалось, что эти истории очень знакомы. Когда слушала разговоры горничных, меня преследовало то же ощущение. Я это где-то уже читала? Верно! Это было частью сюжета того нелепого романа. И теперь я, кажется, стала злодейкой Селеной, от которой в скором времени должны избавиться. Таким образом мне удалось узнать о мире, в который попала. С того дня родители и все те, кого знала Селена, ежедневно навещали меня в надежде, что память скоро восстановится. Сегодня передо мной предстал золотовласый мужчина, по слухам являвшийся верным слугой. Вопреки его уверениям, я знала правду. В его словах не было ни намека на искренность. Хоть и пролистала бегло роман пока читала сестре, запомнила некоторые факты о персонажах. Конечно, не все могу точно объяснить, но... По сюжету Селена подобрала на улице нищего и из добрых побуждений устроила его слугой в особняк. Этот человек был главным героем, который в дальнейшем предал ее. После упоминания о предательстве, он побледнел. Его губы сжались в тонкую линию. Он не произнес ни слова, но взгляд его словно говорил: «Как вы узнали?» — Ступай отсюда. Мне пора спать, — отмахнулась от него. Он неуверенно поклонился и медленно поплелся к выходу. Я приказала всем покинуть комнату. Затем откинулась спиной на подушку и осмотрела помещение. О, кровать и правда была комфортной! Мне хотелось провести остаток жизни нежась в ней. Селена Уайт, которой я стала, была алчной женщиной. Она презирала старшего брата Аарона и стремилась унаследовать титул герцога. Она приложила немало усилий для этого, но была недостаточно способной. Поэтому ей приходилось не спать по ночам и многое изучать. Селена не была талантлива как брат, но все компенсировало ее трудолюбие. Обида девушки на него постепенно росла. Для достижения цели она была готова совершать дурные поступки. В конечном итоге девушка начала издеваться над главной героиней романа, которая любила ее брата. Ей удалось разрушить их отношения. Но мужские персонажи, любившие Ариэль, объединились и заключили злодейку в тюрьму. Селена умерла от болезни в тюремной камере, когда ей исполнилось двадцать три года. В полном одиночестве. Как же ей повезло... Я ворочалась в постели, пытаясь найти удобную позу. — Мне кажется, эта ситуация подходит мне. Я не алчная и мне ничего не нужно... У меня не было особого желания продолжать жить. Необычность происходящего интриговала, но не более. Я ощущала только апатичное оцепенение, сквозь которое не могли пробиться иные чувства. Я встала на ноги. Почему Бог позволил мне существовать дальше, когда так хотелось умереть? Не знаю. Но это бессмысленно. Верно. Мне до сих пор не нравилось жить. Все, что я хотела, — отдыхать. Здесь я спала большую часть времени и иногда видела сны. Во снах мне являлась младшая сестра из прошлой жизни. Нас связывали странные отношения, но я не могла ее ненавидеть. Когда она умерла, не пролила ни единой слезинки. Единственной мыслью было — больше никому не нужна. Казалось странным, что из прошлого вспомнила именно этот момент. Чтобы отвлечься, обвела взглядом комнату. И внезапно зацепилась за отражение Селены в зеркале. У нее были длинные голубые волосы и небесно-голубые глаза. Брови слегка нахмурены, но она не казалась свирепой. Возможно, такое впечатление складывалось из-за нежных черт лица. Или из-за болезненной бледности... Незадолго до смерти, находясь в маленькой пустой камере, она задыхалась от болезни в одиночестве. Проковыляв к запертой ржавой двери, постучала из всех возможных сил. — Пожалуйста... кто-нибудь... помогите мне... помогите! — отчаянно взывала она к тишине. — Пожалуйста... кто-нибудь... спасите меня. Кто-нибудь, останьтесь рядом со мной, пока я не умру... пожалуйста... умереть в одиночестве вот так... Закашлявшись кровью, она на некоторое время замолчала, возможно, испытав ужас или ярость. Но вскоре продолжила: — Нет! Нет! Я... я... только не так! Это моя вина! Нет, вы не можете меня бросить здесь! О, нет! Пожалуйста! Исчерпав все силы, Селена упала на пол и больше не двигалась. ---------- Глава 2 Глава 2 Перевод: Astarmina Бездыханное тело Селены выглядело жалким. Она умерла, так и не исполнив последнее желание. «Селена, ты не хотела в момент смерти быть в одиночестве, поэтому я переместилась в твое тело?» Такой же несчастный человек, который умер в одиночестве? Для исполнения желания ты должна была выбрать кого-то другого. Или она сделала это, потому что у меня не было желания жить, и я не стала бы действовать опрометчиво, пытаясь не допустить смерти героини? Не имеет значения, каковы ее мотивы, но в теле Селены я собираюсь жить до двадцати трех лет, а потом умереть — это останется неизменным. Открыв глаза, увидела освещающие комнату свечи, а не лампочки. Это заставило меня еще раз осознать, что нахожусь в мире Селены. Перед внутренним взором снова возникла сцена жалкой смерти героини. «Ну, может всего раз... давай исполним ее желание.» *** В итоге выбросила из головы все мысли о плане. Я была слишком ленивой, чтобы продолжать задумываться об этом. «Какая досада.» После того дня я решила встать с постели и пытаться жить по-своему. Но куда бы ни пошла, всюду удостаивалась ненужного внимания, шепотков и обеспокоенных взглядов. «Почему здесь так много людей? Безумие какое-то. С меня хватит. Прости меня, Селена.» Я легла на траву в безлюдном месте. Вдруг послышался шорох приближающихся шагов, но мне не хотелось открывать глаза. «Просто притворюсь, что сплю.» Но остановившийся неподалеку человек, казалось, не заметил меня. «Ладно, твоя взяла.» Я с трудом приподнялась на локтях и на четвереньках поползла к кустам. Раздвинув ветки, увидела мужчину. Он сделал выпад мечом, и длинные волосы взметнулись в такт движению. При взгляде на него, меня посетила единственная мысль: «Разве в этом поместье нет больше мест? Почему он тренируется здесь?» Мне не хотелось связываться с надоедливыми людьми, поэтому попыталась незаметно перебраться в другое место. Но распущенные волосы запутались в ветвях... И выпутать их оказалось не так просто. Чертовы ветки не хотели отпускать мою шевелюру. Эта глупая книжонка! Тег «случайная встреча» может быть так же применим и к злодейке! Мне ничего с этим не поделать... — Прошу прощения... — позвала дрожащим голосом. Мужчина прервался и огляделся. Но никого не заметив, снова склонил голову и взмахнул оружием. — Эй! Я здесь!.. — воскликнула в попытке привлечь внимание. Человек опустил меч и раздраженно огляделся по сторонам. Затем двинулся к кустам, в которых застряла я. «Господи, ощущение, словно мы снимаемся в драме...» Я была вынуждена наблюдать, как мужчина медленно приближался ко мне. Наконец, он нашел меня. — Помогите мне. У меня запутались волосы, — попросила вслух, а в уме подумала: «Знаю, это выглядит странно, но что у тебя за рожа?» Мужчина с опаской воззрился на меня. И только тогда я с изумлением поняла, кем является этот человек. Он рассмеялся надо мной. А я ничем не смогла ему ответить, ведь этот человек был главным героем романа. «Лукаф... Лукаф Ба... Да как его зовут?..» — Простите, лорд Лукаф? — решила спросить. — Лукас. Лукаф... нет, Лукас озадаченно уставился на меня. И что он собрался делать? — А, да, лорд Лукас. Помогите мне, пожалуйста. Мои волосы запутались в ветках и я не могу их распутать. Лукас шагнул ближе. С опущенной головой он выглядел элегантно, и я до сих пор не могла поверить, что совсем недавно он бессовестно смеялся надо мной. — Буду рад помочь вам, принцесса Селена Уайт. Он ничего не говорил, пока помогал мне выпутаться, и я безмолвно поддержала атмосферу отчужденности. Все это заняло слишком много времени. Я не заметила, как уснула. *** Лукас взглянул на задремавшую женщину. В этом году Селене Уайт, дочери герцога, исполнилось девятнадцать лет. Она была известна скверным характером, что было странным, ведь ее родители относились к ней со всей нежностью... Принцесса жаждала положения наследницы. Проблем бы не возникло, действуй она тайно, но, когда стало известно, что это место займет брат, девушка устроила истерику. Вдобавок к этому, она донимала его возлюбленную — Ариэль, женитьба на которой укрепит позицию Аарона. Все свелось к ребячеству, но жители герцогства не были слепы, чтобы ничего не заметить. Было неправильно докладывать об этом. Ариэль поддержала такую же позицию и молчала. Взгляд Лукаса задержался на лице Селены. Теперь она казалась другой. Манера разговора и поведение после потери памяти сильно изменились. Но разве может человек так измениться только из-за этого? И все же, не смотря на возникшие подозрения, он должен уважать дочь герцога. Лучшим решением будет помочь ей. *** — Все готово, — над головой раздался голос. Он-то меня и разбудил. — Ах, спасибо. Лукас в ответ лучезарно улыбнулся. Не сводя с него взгляда, я задумалась о содержании романа. Лукас влюбился в Ариэль зимой, когда Селене исполнилось девятнадцать лет. Он спас девушку, когда та долго ждала Аарона в снегу, послушавшись его сестру. «Сейчас еще весна, у меня достаточно времени до зимы...» А значит, этот мужчина не стал жертвой чар Ариэль. «Кажется, я смогу из него сделать того, кто будет скорбеть о Селене на похоронах.» Конечно, ясно, что Лукасу, исключительному рыцарю герцога, нужно поддерживать репутацию, вряд ли он сможет присутствовать на подобном мероприятии. «И все же, нужно попробовать.» Я позабочусь о том, чтобы главный герой пришел на похороны Селены. Качество важнее количества, верно? «Ну, что, Селена, ты довольна?» Я мысленно кивнула. — Прошу прощения, лорд Лукас... — Да, принцесса? — Вы будете моим другом? Но в моем плане был роковой просчет. Я на мгновение забыла, что у меня небольшой опыт общения. В прошлой жизни, как только заканчивались уроки в школе, мне приходилось бежать в больницу. Ведь я заботилась о младшей сестре. То же самое происходило, когда училась в колледже. Родители также не хотели, чтобы у меня были друзья, потому что это обременительно. Бедная младшая сестра, распластанная на больничной койке, лично сказала, что не простит меня, появись у меня друзья. Тогда у меня не было личных отношений, кроме классных руководителей и коллег. У меня не было иного выбора, только учиться общаться с людьми, черпая знания из книг, которые читала. И действовала я в соответствии с этим. «Будь моим другом! Ага! Кажется...» — Мне жаль, но я не могу. Опять же, книга — всего лишь книга. И я не могу узнавать о мире только из них. Решительный отказ Лукаса разбил мне сердце. — Ну, что ж, я ничего не могу с этим поделать, — вздохнув, озвучила мысль. — Вы не спросите меня, почему? — произнес мужчина, посмотрев на меня. Но я уже сдалась, ведь умение не зацикливаться на чем-то подобном — добродетель. Честно сказать, неловко спрашивать... — Нет, — проговорила, вставая с травы. И не оборачиваясь ушла. Я направилась к колокольне. На пути к ней, все встреченные слуги нервно склоняли головы. Я слегка кивала в ответ, ведь мне было лень реагировать как-то иначе. Разглядывая сооружение, я невольно вспомнила слова родителей о друзьях: «— Ты не можешь гулять с людьми. Посмотри на сестру. Тебе ее ни капли не жаль? У нее ведь нет ни одного друга. — Мне жаль, мама... — Если хочешь называть нас мамой и папой, делай так, как мы говорим, хорошо? Иначе мы тебя выгоним. — Да, отец...» Вспоминая о них, я все еще использовала слово «родители», не смотря на то, что они выгнали меня сразу после смерти сестры. Глупая идея, которую я раньше обдумывала, сейчас заставила рассмеяться. «А, до чего же жизнь отстойная штука.» ---------- Глава 3 Глава 3 Перевод: Astarmina Когда я была маленькой, то без ведома родителей играла в одну игру. Поскольку в то время она была популярной, однажды мне надоело слушать болтовню одноклассников о ней. Прячась от родителей, я торопливо зашла в нее. Но так и не поняла ни саму игру, ни того, где находились сильные монстры. В итоге персонаж погиб после короткого боя. Я глупо уставилась на монитор. Результат: 0 звезд. Мой интерес к этой игре мгновенно угас, и я выключила компьютер. Это мгновение идеально описывало мои нынешние чувства. Возникло ощущение, что все остыло. Летящей походкой я поднималась по лестнице колокольни. Существовало поверье: когда человек умирал, он восходил по лестнице, ведущей на небеса. Что чувствовали те, кто поднимался по ней? Сейчас чувствовала себя по-своему хорошо. В прошлой жизни я так же поднималась по лестнице, поэтому уже не боялась. Когда добралась до вершины, замерла перед величественным колоколом. — Все ведь подпрыгнут от неожиданности, если я позвоню в него? Какая глупая шутка. Но фантазии так и остались фантазиями, не более того. — Мне жаль, Селена, но я не смогу исполнить твое желание. Мне не хватит уверенности, заставить людей горевать на моих похоронах. Ведь эти люди и сами безудержно рыдали над бессознательным телом Селены. Я правда не смогу... Где это вообще видано? Она ведь уже не расстроится, если откажусь от первоначальной идеи? Да, Господи... В любом случае, почему меня должны волновать ее дела? В прошлой жизни были времена, когда я начинала хоть как-то барахтаться, чтобы побороть обстоятельства, но это ничего не меняло. «Селена, твоя обида обосновывалась жалкой смертью, верно? Я сделаю все возможное, чтобы в этот раз все произошло не настолько ужасно как прежде,» — мысленно пожелала я и сделала несколько больших шагов. Пройдя мимо колокола, я подошла к перилам. Внизу простирался зеленый газон. Убрала руку с ограждения и закрыла глаза. Солнце приятно и тепло ласкало кожу, а ветер был прохладным и умиротворяющим. На мне был роскошный цельный костюм. До этого момента обо мне заботились некоторые люди из семьи Селены. Я ощущала их беспокойство и любовь, ведь она — маленькая принцесса герцога. Следовательно, если все остальные покинут меня, семья Селены будет оплакивать меня после смерти... Достаточно хорошо, если не превосходно. Ей жилось гораздо лучше, чем мне. Я расслабилась и шагнула вперед. Когда наклонилась вниз, почувствовала впереди пустоту. Это будет моя вторая смерть по собственному желанию. Когда мое тело накренилось, кто-то схватил меня за руку и оттащил назад. Почувствовав незнакомое ощущение, широко распахнула глаза и посмотрела на «спасителя». — Сэр Лукаф? — Лукас, — поправил он. Мужчина тяжело дышал и дрожал. Его лицо исказилось, словно он был зол. — Вы следили за мной? *** Лукас был, мягко выражаясь, удивлен. — Это все, что вы хотите знать? Несмотря на то, что чуть не погибла, девушка оставалась спокойной. При виде него в ее взгляде мелькнуло удивление, но она спокойно ответила: — Да. Лукас видел, как принцесса направилась к колокольне, и пошел своей дорогой. Но почувствовал нечто странное. После несчастного случая и потери памяти, она сильно изменилась и на несколько дней заперлась в комнате. Но почему она была здесь в одиночестве? И предложила ему дружбу? Он отказался, ведь знал о скверном характере принцессы. Но она проявила равнодушие. Это было похоже на «ах, меня отвергли, так тому и быть...» «Что с ней?..» Возникло ощущение, словно поперек горла встал ком. Все можно было бы свести к шутке, если бы он отказался без всякого умысла. Лукас обернулся и взглянул на колокольню. Что с ней не так? Его охватило странное чувство, под ложечкой засосало от беспокойства. Ему казалось, что он упустил что-то важное. Возможно, он сожалел о том, что отверг ее предложение. В ином случае не возникло бы такого ощущения. Надо было просто пройти мимо, раз она вела себя так равнодушно. У нее и лицо было подобно маске. Весь ее вид казался безжизненным... «Она выглядела безжизненной?..» Прежде чем осознать это, Лукас развернулся к колокольне и побежал со всех ног. Сколько пробежал? Перепрыгивая через ступеньки, он взобрался на вершину и у самого края увидел спину Селены. В столь опасной ситуации он заметил только струящиеся на ветру небесно-голубые волосы. Она медленно наклонилась вперед. Лукас бросился вперед и схватил ее. Все произошло настолько быстро, что сердце в его груди бешено бухало о ребра. Но девушка пребывала в полном спокойствии. *** — Принцесса, не делайте этого... вы хотите умереть, потому что я отверг вас? Я невольно задумалась о чем говорит Лукас. Неужели, он подумал, что после его отказа стать моим другом, убитая горем, я решила умереть? Что подтолкнуло его к такому выводу? — Хм... но это не так. Конечно, его отказ стал для меня ударом, сравнимым со случаем с 0 звездами, но это не значит, что я решила умереть из-за того, что не смогу дружить с ним. И, если бы меня отверг не Лукас, все равно бы полезла на колокольню. Даже отвергни меня простой прохожий, забралась бы туда. Несмотря на мой уверенный ответ, он с сомнением посмотрел на меня. Если подумать, он был талантливым во многих аспектах, и должен был понять такую ситуацию лучше, чем кто-либо еще. Этот мужчина был известен тем, что мог использовать людей при любых условиях. Но, все же, это моя вина, что я сразу же отправилась в башню. — Вы уверены? — Да. — Тогда почему вы хотели умереть? — Это довольно смелый вопрос. Это было недоразумение, вызванное его эгоцентричным мышлением и моим неправильным расчетом времени. Ранее, несмотря на то, что я импульсивно предложила ему дружбу, Лукас отверг меня. Разве это не конец нашим отношениям? Я не хотела рассказывать свою историю кому-то, кто не имеет ко мне отношение. Мне казалось, что он не поверит. — Достаточно ли мы близки, чтобы говорить об этом? — Дело не в том, насколько мы близки... Я больше не желала слушать слова этого странного человека. Мне не хотелось вести с ним бесполезный разговор. Даже просто открывать рот, чтобы что-то сказать, было утомительно. Хотела, чтобы он поскорее ушел. Поскольку меня поспешно оттянули назад, моя задница, которой я ушиблась об пол, начала болезненно пульсировать. — Сэр Лукас, в этом нет ваше вины. Вам не стоит заострять на этом внимание или чувствовать себя виноватым. Мне жаль, что я заставила вас неправильно все понять. Пожалуйста, идите. Пока я вставала, Лукас внимательно следил за моими действиями. И вздрогнул, когда на полпути споткнулась. «Это из-за тебя! Из-за тебя моя задница болит! Пожалуйста, просто оставь меня в покое!» — Когда я уйду, вы снова попытаетесь прыгнуть? — Вы думаете, я смогу провернуть подобное дважды? Я и без этого уже устала сегодня. Нелегко подготовиться к смерти. Все же, сделав выбор, начинаешь колебаться, когда приходит время. Если бы все было так легко, меня бы не стало уже в пятнадцать лет. Вся ситуация была неловкой. Я уже сказала Селене, что умру достойно. Проковыляла мимо Лукаса, который неотрывно смотрел на меня. «Ух, как же сильно болит задница». Не была полностью уверена, что получится спуститься по лестнице. Поэтому хотела, чтобы Лукас наконец сдался. Не могу же я ползать на четвереньках, когда он рядом? Оглянулась и тяжко вздохнула. Вскоре мужчина подошел ко мне и, без моего на то согласия, поднял на руки. — Вы собираетесь нести меня всю дорогу? — поинтересовалась у него. — Не думаю, что если я оставлю вас здесь, вы доберетесь домой до наступления ночи. Зачем вы вообще поднимались сюда? — Ранее вы могли заметить, что я не собиралась спускаться по лестнице. Не хотела, но, из-за всего случившегося, решила позволить ему спустить меня вниз. Взглянув на меня, Лукас вздохнул и стал спускаться по ступенькам. И почему он так вздыхает? Кстати, транспортировка у него выходила на высшем уровне. Возникло ощущение, словно я лежала на удобной кровати. Хорошо обученный рыцарь может перенести человека или багаж без лишних движений... Почувствовав комфорт, я начала засыпать. «Мне и правда следует немного поспать». *** Лукас взглянул на спящую в его руках девушку. Он был обескуражен. Сначала ее волосы застряли в ветках и она попросила помочь ей; затем предложила ему стать ее другом; потом была на грани смерти; а теперь просто заснула? Что стало бы с герцогом, узнай он о поведении его дочери? Бывшая принцесса была лучше. Хоть и имела подлый характер, но она была честна. Сейчас же Лукас даже не догадывался, о чем она могла думать. ---------- Глава 4 Глава 4 Перевод: Astarmina — Ч-что вы имеете в виду под с-самоубийством? — запинаясь спросил герцог Уайт. С тех пор, как его дочь вышла из комнаты прогуляться в саду, прошло довольно много времени. И вечером рыцарь принес ее обмякшее тело. — Она пыталась покончить с собой... Мужчина застонал, в отчаянии схватившись за голову. — Герцог! — Отец!.. — Достаточно... я в порядке... — остановил он сына и рыцаря. И взглянул на девушку, лежащую в постели. Его драгоценную дочь. Селена с детства была жадной. Ей не нравился сводный брат и она издевалась над слугами. Герцог знал, что она многих раздражала. Несмотря на ее скверный характер, Селена все еще оставалась его дочерью. Он не мог ненавидеть или отказаться от нее. Ранее она упала с лестницы и четыре дня не приходила в себя. Очнувшись, девушка долго не могла говорить из-за поврежденного горла, но уже стало ясно, что она изменилась: стала тихой и спокойной. — ...и кто вы такие? — услышанный позже вопрос ошеломил мужчину, все внутри оборвалось. Это не было ложью. Она ничего не могла вспомнить. Тогда он порадовался таким изменениям. Его бедная дочь долгое время пролежала в постели без сознания. Но когда очнулась и с ней заговорили люди, герцог не смог скрыть печали от того, как она спокойно отвечала на вопросы. А сегодня попыталась покончить с собой. — Зачем тебе это... Селена... — вздохнув, пробормотал мужчина. *** — Вы чувствовали какую-либо боль? — старый доктор продолжал задавать один и тот же вопрос в разных вариациях. — Да, точнее моя задница чувствовала ее, — я снова и снова повторяла тот же ответ. — Где вы чувствуете дискомфорт? — Моя задница... «Все бы уже, наверное, подумали, что я одержима ею!» — мысленно вопила во весь голос. Когда доктор понял, что я жалуюсь только на боли в ушибленной пятой точке, он нахмурился и перестал спрашивать. Взглянув на его лицо, я невольно задумалась, насколько же там серьезная проблема возникла с моим мягким местом. — Тогда... почему вы пытались спрыгнуть? Вчера я уже слышала этот вопрос. Но тогда это спросил мужчина с роскошными длинными волосами, а у того, который спросил сегодня, вообще их не было. «Выпадение волос в преклонном возрасте — это данность...» Закрыв глаза, я выразила соболезнования его волосам. А затем хотела спросить: «А почему ваши волосы спрыгнули с головы?», но понимала, что лучше этого не делать. Поэтому коротко ответила на вопрос: — Потому что мне все надоело. *** Доктор вышел из комнаты Селены. И ожидавшие в коридоре люди тут же окружили его: герцог, герцогиня, юный господин и Лукас, рыцарь спасший девушку. Доктор прочистил горло, чтобы случайно не запнуться под их выжидающими взглядами. — Она не пострадала, но... — Но? — нетерпеливо переспросила герцогиня, подойдя к нему. Ее голубые глаза заблестели от не пролитых слез. — ...кажется, у нее психическое расстройство, — проговорил доктор и, покосившись на дверь, жестом пригласил их отойти. Им не хотелось оставлять ее одну в комнате, но все же перешли в кабинет, уверенные в том, что убрали все опасные предметы, пока Селена спала. — Психическое расстройство? — Когда я спросил, почему она попыталась спрыгнуть, то получил ответ, что ей все надоело. Потеря памяти способствовала накоплению стресса, усталости, следствием чего стало полное отсутствие эмоций. Она словно опустевшая скорлупа. — О, Господи... — вздохнула женщина и зарыдала. Утешая мать, юный господин взглянул на доктора и спросил: — Тогда... что вы посоветуете? Прикрыв глаза, доктор покачал головой. Психическое расстройство не лечилось медикаментами. Кроме того, казалось, что Селена уже потеряла желание жить. — Сейчас нет лекарств, которые могли бы помочь в ее обстоятельствах. На данный момент я могу только наблюдать за общим состоянием... Если мы поторопимся с восстановлением памяти, все может только усугубиться. Пока лучше оставить ее в покое. Тем более, еще не известно, что может взбрести ей в голову в следующий раз. — Не могу поверить... — обреченно пробормотал герцог, откинувшись на спинку дивана. Вчера его сердце чуть не выскочило из груди от беспокойства, и теперь неизвестно, что будет с Селеной потом. Нет, он не откажется от дочери. Мужчина посмотрел на рыцаря, который вместе с ними слушал доктора. Лукас Барнетт. Он вкладывал в него средства с юных лет, и в результате тот стал его лучшим рыцарем. Если бы не он, его дочь нашли бы мертвой под колокольней. — Сэр Лукас. — Да, герцог. — Пожалуйста, защитите мою дочь, Селену, — срывающимся голосом попросил мужчина. Лукас молча кивнул. Когда герцог повел герцогиню в комнату, в кабинете остались только Лукас и Аарон. Вспомнив лицо сестры, юноша молча вытер лицо рукой. Затем, склонив голову, он обратился к рыцарю: — Лукас, пожалуйста, позаботься о моей сестре. Я хотел бы остаться, но боюсь, это сильно утомит ее. Тот печально взглянул на Аарона. Благодаря поддержке герцога, Лукас смог поступить в академию. Ему предоставили комнату в резиденции и относились, как к сыну, который был его ровесником. Он считал Аарона братом и лучшим другом, поэтому понимал, как сильно тот беспокоится о сестре. Но так же знал, что та ненавидит его. — Конечно. Не беспокойся об этом. Лукас часто напоминал ему, что он слишком сильно заботиться о сестре, которая по глупости возненавидела его. Возможно, поэтому рыцарь отклонил вчера ее предложение. Все из-за того, что он до сих пор воспринимал ее негодяйкой, издевающейся над драгоценными людьми. Хотя и знал, что она потеряла память. Он тяжело вздохнул. Сердце защемило. Селена сказала, что он не должен чувствовать себя виноватым, но он ничего не мог с собой поделать. *** Не понимая, что происходит, я растеряно моргнула. — Убирайся отсюда. Лукас вошел в комнату и не собирался уходить. — Я не могу, миледи, — умоляюще проговорил гость, опустив взгляд на пол, словно это я его беспокоила. — Почему? — упрямо спросила. На это он только молча закатил глаза. Казалось, благодаря вчерашнему происшествию ко мне приставили надзирателя. И отправили именно его, потому что он был ближе всех к Селене до потери памяти... — Извините, но я больше не Селена, — проговорила, но при этом подумала: «Не станет же он бить меня по голове, пока сплю?..» Не хотелось бы умереть так нелепо. — Достаточно. Я все понял. Этот парень наконец-то расслабился и встал перед дверью. Он стоял там уже целый час. От одного взгляда на него я устала. — Почему вы не садитесь? — Хм? — Сядьте где хотите. Наверное, у вас уже ноги разболелись. Он озадаченно уставился на меня, но тут же снова встал смирно. — Нет, не болят. Возможно, он подумал, что я его проверяю. Иначе не улыбался так гордо, словно дал правильный ответ на вопрос. Но такового не было, ведь память была утрачена, а ответы менялись в зависимости от автора. «Если он считает это тестом, то я побуду экзаменатором. Итак, ответ дня...» — Мне надоело смотреть на тебя, сядь уже. Он сел, всем своим видом излучая недовольство. А я нова развалилась на кровати. Сегодня в очередной раз бездельничала. В этом мире не было ничего интересного: не так много захватывающих романов, а если бы мне захотелось послушать какую-нибудь песню, то пришлось бы привести в комнату музыкантов. И это не упоминая об отсутствии интернета. «Ах, я не должна была провалить попытку самоубийства». Лукас — плохой парень. Но все в порядке. Позже у меня будет еще один шанс. Но, чтобы подобный вчерашнему случай не повторился, для начала мне нужно принять твердое решение. Верно? Ранее планируя свою смерть, я испытывала легкую печаль, но не была несчастной. Это из-за Селены? Но я делала это для нее. В итоге решила дождаться подходящего случая и закрыла глаза. Сегодня собиралась выспаться. Через несколько дней я ощутила, что ожидание подходящего шанса не настолько хорошее решение, как я себе представляла. Не было возможности придерживаться первоначального плана, когда главный герой ежедневно стоял над душой. Предположив, что на двери в комнату написано, что ему начислят баллы за проверку посещаемости, попросила его выйти. Ошеломленно посмотрев на меня, Лукас вышел и тут же снова вошел. Фальшиво улыбаясь, он заявил, что на двери ничего нет. С того момента, как он стал приходить ко мне, прошло пять дней. Я застряла в комнате. Больше не было сил выдерживать постоянное наблюдение, поэтому заявила: — Я хочу выйти! Вскоре мне удалось выбраться из заточения, а Лукас последовал за мной. Мы что, какая-то банда? Мне казалось, что все расслабятся, если ничего не буду предпринимать, но в их обращении ко мне ничего не изменилось. Спустя пять дней они еще волновались? По прошествии стольких дней родители Селены продолжали приходить и смотреть на меня полными слез глазами. А мне хотелось открыть окно и крикнуть: «Вернись, Селена!» «Если подумать, Селена, то тебя любят. Почему ты заставляешь меня так жить?» — Ой! Мое восклицание остановило следовавшего за мной рыцаря. — Селена. Человеком, позвавшим меня жестким тоном, был брат Селены Уайт, который пытался доверять ей до самого конца, но был предан ею. Аарон Уайт — несчастный второстепенный герой роман, в который я угодила. ---------- Глава 5 Глава 5 Перевод: Astarmina — Как твое самочувствие? — Хорошо. — Ха-а... какое облегчение. Аарон в нерешительности мялся передо мной, словно хотел сказать что-то еще. Казалось, он беспокоился о любимой сестре, но, зная ее характер, не мог вымолвить ни слова. Каждые пять дней он приходил, чтобы убедиться в улучшении состояния Селены. «Только посмотри, как переживает твой брат, Селена! Возьми на заметку!» — Может прогуляемся вместе, старший брат? Я была не в силах думать о себе, как о Селене, но, занимая ее тело, решила называть его «братом». «Селена, если не хочешь, чтобы этот человек страдал, тебе следует подумать об извинении. В ином случае после смерти останутся сожаления, верно?» — Что? — ошеломленно переспросил Аарон, взглянув на людей позади меня. Я представила, как вытянулись их лица. Возможно, они даже переглянулись и пожали плечами, потому что не предвидели подобного исхода. — Если ты не хочешь, ничего страшного... — Нет-нет, это не так, Селена. Да, давай прогуляемся вместе. Услышав согласие Аарона, я обернулась. Что с ними? На лице сопровождающих читалось замешательство. Они молча хлопали глазами. — Вы слышали, верно? А теперь «до свидания», я иду гулять с братом. Они обеспокоено колебались. Я взглянула на брата Селены, который смотрел на мужчин позади меня. «Он же хотел пойти со мной. Неужели упустит возможность прогуляться вместе?» — Да, я позабочусь о Селене. Вы можете быть свободны, — сказал им брат, который хорошо умел давать правильные ответы. Шедший рядом Аарон взглянул на меня. Он хотел, чтобы я первая начала разговор? Но мне казалось, что ему самому не терпится что-нибудь сказать. Молодой господин, который славился умом и красотой, выглядел обеспокоенным. «Селена, почему ты ненавидела брата? Разве существуют люди, которые были бы к тебе столь же добры?» Риторический вопрос продолжал крутиться на уме, пока мы молча шли дальше. — Как ты себя чувствуешь? — нарушила тишину. — Что? «Только посмотри, как вытянулось лицо важного второстепенного персонажа после моего вопроса». Аарон был ошеломлен внезапными словами. Пришлось повторить: — Твое самочувствие... Ты в порядке? Выглядишь уставшим. — А... все прекрасно. Спасибо за заботу, Селена. — Не за что. После моего ответа он удивленно округлил глаза. Было интересно видеть, как они вдруг стали намного больше, чем прежде. Но я промолчала. — Э-э... к тебе вернулась память? Забавно, что он начал осторожничать еще до того, как я заговорила. Это вызвало горькую насмешку, и неопределенное чувство... Не понимала, как это описать, но, в принципе, мне было все равно. — Нет, еще не все восстановилось. Но кое-что уже вспоминаю. — Ты что-то вспомнила? — Да, но еще смутно. Например... Когда мы вышли в сад, остановилась перед усеянным розовыми соцветиями деревом. Я не знала его названия. Но это не важно, главное, что красиво. Казалось, что подобное окружение немного смягчит следующие мои слова. Посмотрела на дерево. Аарон последовал моему примеру. И тогда произнесла: — Я вспомнила, что раньше ненавидела тебя. Вытянувшееся от потрясения лицо брата Селены не вязалось с прекрасным пейзажем. Он отступил на несколько шагов назад. «Не волнуйся, Аарон. Я не собираюсь ничего тебе делать». Я шагнула ближе к нему, он же снова отошел. Но затем остановился и посмотрел на меня сверху вниз. У нас была слишком большая разница в росте. Невольно отметила, как его зрачки, при взгляде на меня, на мгновение сжались. Кажется, он боялся, что все же что-то натворю. Не дождется, ведь я прекрасно осознавала разницу между чувствами Селены и своими. Если бы это была привязанность к нему, а не ненависть, мне было бы сложно изобразить, потому что внутри меня только пустота и горечь. О, и безразличие — чувство, которое Аарон никогда не испытывал от сестры. «Возможно, именно поэтому я лучше тебя, Селена». — Прости, что ненавидела тебя раньше, брат. Аарон приблизился. Выражение его лица было крайне серьезным, словно замороженным. «Это не более чем извинение. Ты придаешь ему слишком много значения, брат». — Се... Селена, о чем ты говоришь?.. — Прости, что все это время была груба с тобой, брат... *** Аарон чувствовал напряжение в мышцах. Он должен был испытывать счастье, выслушав извинение сестры, но той было не свойственно совершать что-то с таким равнодушием. — Селена, ты случайно не... — он запнулся на полуслове, не в силах договорить. «Селена, ты же не собираешься снова предпринять попытку умереть?» — додумал он то, что боялся спросить вслух. Какая разница в том, что он отучился в престижной академии будучи лучшим в классе? Ведь он не мог разгадать скрытый смысл в словах сестры. — Брат, я серьезно, — настаивала та. Все еще пребывая в неуверенности насчет намерений Селены, Аарон проговорил: — Да, это мило с твоей стороны... У него не осталось иного выбора, как признать это и улыбнуться. Вопрос, который так и не озвучил, тяжелым бременем осел на сердце. *** — Брат, ты долго будешь следовать за мной? Когда стала постоянно называть его «братом», это слово перестало звучать неловко, как раньше. В прошлом у меня была только младшая сестра. Невольно задумалась о том, может ли человек так быстро привыкнуть, или это из-за того, что ощущаю большую связь с Аароном, чем с другими персонажами. «Хм, так вот почему, брат. Пожалуйста, уйди, раздражаешь». — Ну, поскольку ты еще не полностью восстановилась, не лучше ли будет, если продолжишь соблюдать постельный режим? — спросил он, посмотрев на меня взглядом, полным ожидания. Он всегда смотрел на меня, как щенок на хозяина. И это странно, потому что с другими персонажами Аарон так себя не вел. Его поведение было необычным, словно он не хотел, чтобы его бросали, а наоборот, любили. Это было то, что мне удалось понять, ведь когда-то была такой же. Его широкая спина напомнила о моем детстве. Если бы могла вернуться и встретиться с юным «я», то взяла бы маленькую ручку и сказала: «Не жди ничего, потому что они тебя никогда не полюбят». Если бы я взяла Аарона за руку и сказала это, вместо слов произнесенных ранее, какая бы у него была реакция? Мне жаль настоящую Селену... Погоди-ка, нет, все же она была лучше, чем я: семья искренне любила ее. Пока молча продолжала идти вперед, чувствовала на себе пристальный взгляд Аарона. — Я тут подумала. Хочу попросить тебя об одной услуге. *** Селена попросила Аарона о встрече с «принцессой Ариэль», чтобы извиниться за причиненные ранее неудобства. Осчастливленный мужчина тут же кивнул и пообещал в скором времени осуществить просьбу. А также поведал об этом герцогу и герцогине. В отличие от расцветшего Аарона, их эта новость привела в ужас. До потери памяти Селена ненавидела возлюбленную брата, Ариэль. Хоть она обижала ее только на словах, но это были непростительные оскорбления королевской семьи. Не будь дом Уайт великим герцогством преданным монарху, голова селены давно бы слетела с плеч. Кроме того, всем было известно, какой скверный характер у нее был в прошлом. Потеряв память, она даже не переживала об этом. Правильно ли позволить этому ребенку и принцессе встретиться?.. Аарон улыбнулся родителям, которых мучили сомнения, и проговорил: — Все в порядке, отец. Она даже извинилась передо мной. Хоть и многое забыла, но некоторые воспоминания вернулись к ней. Возможно, это и стало причиной, почему она захотела встретиться с Ариэль... нет, с принцессой. Герцог кивнул на эти слова, но на его лице все еще отражалось внутреннее напряжение. Дочь извинилась перед сыном? Она снова что-то замышляет? Он беспокоился о ней и сомневался. Это печалило. — Но ты будешь сопровождать ее, — сказала герцогиня. — Да, матушка, — с улыбкой кивнул Аарон. *** — Принцесса, вы хотели встретиться со мной? — спросила Ариэль Франклин, светловолосая девушка с золотистыми глазами. — Верно, принцесса Ариэль. Я наконец-то увидела ее, она действительно выглядела как главная героиня. Сидевшие бок о бок парень с девушкой очень подходили друг другу. Ах, они выглядели прелестно! Это брак, заключенный на небесах! И не верится, что в итоге брат Селены стал второстепенным персонажем. «Они словно голливудская парочка». Восхищаясь их идеальным обликом, слишком далеким от реальности, я вдруг осознала, что настоящим именем Селены, возможно, было Медуза. Глядя на меня, они оба оцепенели, ведь я даже не поздоровалась с принцессой. «Может постучать по столу? Кажется, они будут сильно удивлены». Но я была вынуждена отодвинуть в сторону неуместное любопытство. Вместо этого, под их напряженными взглядами, медленно встала с места. Мне было все равно, поэтому столь же медленно поклонилась. — Я искренне извиняюсь перед вами за грубость проявленную ранее, принцесса Ариэль. Всегда вежливо здороваться и извиняться — один из уроков, которые я усвоила в прошлой жизни, чтобы спокойно существовать. ---------- Глава 6 — Что вы делаете! Нет, принцесса! Поторопитесь и поднимите спину. Вы сказали, что плохо себя чувствуете! — Ариэль, принимавшая извинения, паниковала передо мной. Это напомнило о старых временах и мне стало тягостно просто сидеть на месте... В результате этого чувства я подняла спину, чтобы спасти главную героиню от ее смущения передо мной. — Я больше никогда не буду так делать в будущем. Нет, я лучше благословлю вас обоих. — Принцесса Селена... После долгого переживания какого-либо чувства, оно может вызвать недоверие внутри человека. Ариэль взглянула на Аарона, как будто то же самое было и с ней. — Я серьезно. Вам будет трудно поверить, что такой человек, как я, внезапно изменился, однако я сожалею о своих действиях после того, как чуть не погибла. Девушка посмотрела на меня. Должно быть, она чувствовала себя так, словно видела, как Патамон превратился в Серафимона.* (П/п: отсылка к покемонам) Да, должно быть, для этой непослушной девочки было довольно странно объяснять законы и принципы жизни. Так же как и Патамон, который выглядел милым и миниатюрным, внезапно трансформировался в огромное существо. — Это ваш выбор — принять мои извинения или нет. Я не собираюсь заставлять. Я просто хотела сказать, что благословляю вас обоих. Мой брат медленно взял за руку Ариэль с широко раскрытыми глазами. Я подумала о том, чтобы на мгновение отвести взгляд, но это было бы странно, поэтому я молча продолжала смотреть на них. Девушка опустила взгляд, затем подняла голову и снова взглянула на меня с улыбкой. — Спасибо, принцесса Селена. *** Сегодня я снова валялась в постели. Мне так надоело это, но я даже не подумала о том, чтобы выйти на улицу. Вместо этого я приподнялась и покаталась на широкой кровати, так как хотела быть немного более подтянутой. Потом встала со своего фантастического кувырка вперед, хлопнула один раз и снова села. «Думаю, что актерские способности «чего-то» становятся все хуже.» Его игра была такой неуклюжей. После еще одного кувырка вперед и последующего назад, я снова легла в кровать. А это «что-то» смотрело на меня с удивлением. «Да что такого? Я просто тренируюсь.» Проигнорировав взгляд этого «нечто», я легла на спину и уставилась в потолок. Скоро будет день помолвки моего брата. В романе эти двое расстались еще до этой церемонии. Как только я навестила принцессу и извинилась, обе семьи сразу же назначили дату церемонии помолвки. Они так быстро разобрались с этим, что я была поражена. «Видишь, Селена, все было бы сделано так быстро, если бы ты извинилась.» Я еще не отказалась от смерти. Однако мне было интересно, что произойдет, если я умру раньше, чем наступит счастливый день моего брата. Будет ли это отличаться от несчастной смерти Селены? Но моя смерть была отложена. Поскольку я хорошо себя чувствовала, другие, казалось, немного успокоились. — Принцесса, вы сегодня опять будете весь день в постели? — Он пытался таким образом вытащить меня из уютного места. Впервые, когда я вышла на прогулку после неудачной попытки совершить самоубийство, все, с кем я сталкивалась, включая Аарона и Лукаса, говорили: «Это нормально так ходить? Твое тело все еще...» Они были раздражающими. После этой попытки, я снова осталась в своей комнате. Прогулка была освежающей, но, все же, трудной, поэтому я предпочла открыть окно, вместо того чтобы опять побывать на свежем воздухе. «Как и ожидалось, в моей комнате лучше всего.» Я посмотрела на Лукаса, лежа в кровати. Парень, которому было поручено быть со мной на этой неделе, по-джентльменски улыбнулся мне. — Для вас безопаснее всего быть здесь. — Как только он закончил говорить, уголок его рта слегка приподнялся. «Если я не встану, — подумала я, — то еще больше разволнуюсь от его слов.» Поэтому, пересилив себя, поднялась. Он притворялся обеспокоенным и каждый раз слишком сильно ворчал. — Хорошо, сегодня я буду только сидеть. — Вам вредно все время сидеть. Вам нужно видеть солнечный свет. — Ты сможешь увидеть его, если откроешь окно. Лукас нахмурился на мой быстрый ответ. — Видя, какая вы ленивая, мне думается, что вы однажды перестанете дышать, потому что вам лень? (п/п: это мое описание по жизни) (п/р: подтверждаю, она ленивая жепа) — Сэр Лукас, это вы помешали мне вечно отдыхать. — Принцесса! «О боже мой.» Я посмотрела на Лукаса, который повысил голос, широко раскрыв глаза. В этот момент он закричал: — Мне очень жаль, но, пожалуйста, поймите, что я беспокоюсь о том, что принцесса может заболеть! «Что?» Парень хорошо играл. Он был джентльменом, вежливым и дружелюбным по отношению к другим людям. Однако его настоящая личность была очень расчетливой. Он ни за что не стал бы поддерживать отношения, которые не приносили ему никакой пользы. О, за исключением семьи герцога и главной героини, но Селена к ним не относится. В любом случае я прекрасно знала, что его игра будет продолжаться, если ничего не скажу. Я не хотела больше смотреть на него. Да, быть использованным таким образом было... конечно, неприятно. Ладно, я проиграла. — Теперь я тебя покину. — Вздохнув, я спустила ноги с кровати. — Да, Лукас, ты был прав. Я должна быть более активной. Люди не должны жить только в постели. За исключением тех случаев, когда ходила в туалет, я всегда находилась в кровати, независимо оттого, что я делала: ела или спала, поэтому мои ноги были слабыми. Я думала о том, чтобы начать активно двигаться, но это тело было слишком слабым. — Простите, сэр Лукас. — Да, принцесса? Я кусала губы и раздумывала, сказать это или нет. Тем не менее он продолжал ворчать. Не станет ли со временем еще хуже? Итак, я села перед дверью, поставив Лукаса перед собой и посмотрела на «что-то», который с волнением смотрел на меня. — Извините меня… А...неважно... иди сюда. «Нечто», который смотрел на нас, словно на фильм с пакетом попкорна в руке, вышел из ступора. «Тебе скучно, раз ты не работаешь?» — Пожалуйста, помогите мне. «Пора работать». — Хэээй. — А? Миледи! Он тоже играл, но это было лучше, потому что чувствовалось, что он просто работник, который должен искренне служить мне. Кроме того, его актерские навыки в последнее время становились все хуже, так что это было очевидно. Лукас, с другой стороны, был похож на змею... «Почему тебе нравятся такие люди, Селена?» Ах, да. Героине нравился этот человек. Почему? — Э... Миледи? «Ну, люди все-таки загадочные существа.» Я не хотела жить, хотя мне была дана такая идеальная жизнь. Мне повезло, что я не переродилась в слугу или раба, иначе это было бы гораздо сложнее. — Как именно тебя зовут? — Что? — Имя. Как тебя зовут? Его зеленые глаза были наполнены удивлением, которое он не мог скрыть. Наверное, парень подумал, что это абсурд, что я не знаю его имени после всего этого времени. — Э... Эйден. Эйден. Теперь личность этого «что-то» была раскрыта. Вздохнув, я почувствовала такое облегчение. «Хорошо.» — Отлично. Эйден, тебе идеально тебе подходит это имя. — Извините? О нет, я неосознанно сказала это вслух. — Принцесса. — Да, сэр Лукас. Слуга, что шел позади меня, подошел ко мне. — О, ничего, я просто подумал, что вы забыли, что я здесь. — Нет, я не забыла. — Какое облегчение. Можно я тоже помогу вам пройтись? — .... Делайте, что хотите. Он уже взял мою левую руку, независимо от моего ответа. И даже если бы я отказалась, казалось, что он все равно сделает по-своему. Кроме того, было проще просто сказать "да", чем вступать в скучный спор. «Селена, посмотри на это. Я иду с парнем, который предал тебя и посадил в тюрьму.» А, он также был мужчиной, который тебе нравился. Девушка внимательно посмотрела на Лукаса, размышляя, в какую сторону он ей приглянулся. У него были серебристые волосы, и загадочные фиолетовые глаза... «Неважно, я думаю, она влюбилась в его внешность.» Я была уверена, что так оно и есть. Даже в романе этот слуга всегда был известен своей внешностью. Он был человеком, который использовал свою красивую внешность как инструмент. Затем его взгляд встретился с моим. — Вам есть что сказать? — Фиолетовые глаза сияли, когда он смотрел на меня. — Вовсе нет. — Если вам есть что сказать, не стесняйтесь, миледи. Я хотела бы, чтобы он не называл меня так вежливо, будь то "принцесса" или "леди". На самом деле, я просто не хотела, чтобы парень разговаривал со мной. — Ничего особенного. —сказала я еще раз и повернула голову. *** Тем временем, Эйден задавался вопросом, что все это значит. Он не хотел оставлять их, так как слухи могли разлететься, если бы этих двоих застали вместе. Разговор, который он услышал, тоже был интересным. «Но если они оба так себя ведут, зачем меня просить сопровождать их? Принцесса даже не помнит моего имени.» До сих пор она никогда не называла его имени, но он не думал, что девушка действительно его не знает. В любом случае это не имело значения. Странно, но парень был немного расстроен, но ему просто хотелось выбраться из этой ситуации, а не грустить. Каждый раз, когда принцесса гуляла или занималась спортом, это казалось ему пыткой. Ему хотелось вернуться в удобное кресло в комнате принцессы. Эйден шел без всякой энергии, не сводя глаз с двух людей, идущих перед ним. Эти двое не включали его в свой разговор и продолжали свою «интересную и серьезную» беседу в одиночестве. — В будущем вам следует больше заниматься спортом. — Зачем? — Скоро состоится помолвка лорда Аарона, как будут волноваться гости, если вы будете выглядеть хрупкой, как сейчас? — Он беспокоился о ней. Возможно. Парень сам не был уверен в этом. Или он беспокоился о церемонии помолвки Аарона? В любом случае, Лукас должен был желать лучшего для Аарона. Если бы принцесса выглядела такой хрупкой и бледной, люди бы начали сплетничать. «Главными героями этого дня должны быть Аарон и Ариэль.» Нехорошо, когда гость привлекает к себе внимание. Тем более, если это была вредная младшая сестра жениха. — Понятно. Тогда я немного погуляю до дня помолвки. — И ешьте тоже. — Разве я плохо ем? — Вставайте и доходите до стола, чтобы поесть. — Хорошо, я буду. Лукас удовлетворенно улыбнулся и на его лице появился намек на искренность. Конечно, Эйден знал, что принцесса была не той, кому этот рыцарь дарил свою искреннюю улыбку. Он был уверен, что Лукас обсуждал ее здоровье только потому, что беспокоился о праздничном дне. — Так что можешь доложить об этом моим родителям. Девушка вышла на два шага вперед, выпустив руку из захвата Лукаса. Эйден прошел мимо парня, следом за принцессой. Она смотрела на Лукаса несколько секунд, прежде чем направиться в свою комнату. — Эйден, давай вернемся в мою комнату. Сэр Лукас, вам пора идти. (п/п: а теперь, кому непонятно: Эйден — слуга, который должен следить за девушкой 24/7, Лукаса — рыцаря герцога (второго мгг из романа), заставили просто наблюдать за /навещать Селену(ой). Также, не забываем, что Эйден — предатель, виновный за смерть Селены. Надеюсь, стало понятно :) ) Перевод: Nipple ---------- Глава 7 Лукас остался один, глядя на уходящих людей. Герцог и герцогиня. Несомненно, именно они сказали рыцарю позаботиться об их дочери. Он поступил так, как велели, чтобы облегчить их заботы. Но откуда принцесса знала об этом? Парень смотрел на её небесно-голубые волосы, развевающиеся по спине. Затем, когда она повернулась в его сторону, он увидел ее нежное лицо. — Прекрати сейчас же. Это было очевидно и я чувствую себя неловко. Как и ожидалось, Лукас был шокирован и не смог ничего ответить. Он лишь медленно отошел. «Она не только потеряла память, но и ее личность изменилась...» Девушка не была такой глупой и недалёкой, как раньше. Напротив, она стала равнодушной и гораздо более интересной. Он был готов присматривать за ней и без просьбы Аарона или пары. *** — Эйден. — Да, принцесса? Парень выглядел крайне неуютно в данный момент, хотя и не показывал этого. После прогулки он уселся в кресло и с удовольствием перекусил, чтобы снять беспокойство за Лукаса (хотя это было для герцога и герцогини). Тот, кто сопровождал меня, был Эйден, что сегодня наконец-то получил имя. — Отныне, я буду ходить на прогулки и обедать только с тобой. — Пардон? Я выбрала его, потому что он не проявлял никаких признаков дискомфорта, но казалось, что парень меня не понял. — Ты будешь сопровождать меня. Остальным неудобно. — Это... Я не специалист, так что если с вами что-нибудь случится, я... — Мы будем есть торт каждый день. — Хорошо, я сделаю все, что в моих силах. Он был индивидом, который любил материальные вещи, прямо как в романе. Среди них, самой любимой был клубничный торт. Поэтому, как человек, который обожает это лакомство, он удовлетворенно кивнул на мое предложение. Клубничный торт действительно был очень вкусным. Я ела его впервые. В прошлой жизни я никогда ничего не покупала и не ела на свои деньги. Единственный торт, который я когда-либо пробовала, был шоколадный, потому что он нравился моей сестре. Когда она отмечала свой день рождения в больнице, она купила его и поделилась им со мной. «Думаю, это был единственный раз, когда я пробовала такое. По крайней мере, это то, что я помню.» Внезапно мне пришло в голову, что все в моей жизни принадлежало моей сестре. Мы даже умерли вместе. Испытывая какие-то эмоции, я механически положила кусочек пирожного в рот и тут меня позвал Эйден. — Миледи. — Что? — Нет, ничего. Мне жаль. — Он покачал головой от своих слов. — Хотите еще торт? — Да. — Хорошо. *** Разум Эйдена был в беспорядке из-за нее. Он должен был перестать есть здесь, но в эти дни она не была вспыльчивой, а наоборот, казалась неуловимо равнодушной, доброй и имела странное поведение. Чувство страха мало-помалу утихало. Именно так относился к ней Эйден. Он почувствовал себя странно, когда увидел, как она берет торт с ничего не выражающим лицом, поэтому окликнул её, сам того не осознавая. Но все равно не смог придумать, как спросить о её тревогах. Если бы это было в прошлом, его бы тут же отругали. Но в тот день, когда она проснулась, она начала вести себя странно. В тот день она заговорила о магии. Откуда она могла это знать, ведь никто не предполагал, что Эйден — волшебник... Нет, даже если девушка недавно узнала, то заговорила об этом так спокойно и так неожиданно. Но на этом все и закончилось и с тех пор разговоров на подобную тему не было. Еще некоторое время его мысли были в беспорядке, но Селена больше никогда не упоминала об этом и не обращала на него внимания. После этого парень узнал, что через несколько дней после её пробуждения произошел какой-то несчастный случай. Он не понял, что именно произошло, но герцог втолкнул его в комнату госпожи. Мужчина выбрал его, а не служанок, с которыми миледи проводила большую часть времени. Это было так странно. Разве ей не нужен был кто-то сильный, чтобы защитить её от любых опасностей? Кроме того, это бездушное выражение лица продолжало беспокоить его. Оно не было страшным, но все же, крепко засело у парня в голове. «В тот день она спросила меня, могу ли я убить её, не причинив боли.» Эйден посмотрел на Селену, которая с ничего не выражающим видом доела первый кусок торта, а затем принялась за второй, опустив голову. «Давай просто сосредоточимся на торте.» *** Эйден посмотрел на меня странными глазами, но быстро сосредоточился на втором пирожном. «Хорошо, он мне нравится. Он такой простой человек.» Я несколько раз постучала по пустой тарелке и посмотрела на парня, подперев руками подбородок. Закрыв глаза на секунду, меня одолела дремота.. *** — Тебе не обязательно следовать за мной. — Но я хочу делать это. — А я — нет! — Есть вещи, которые я должен делать, даже если вам это не нравится. — Лукас улыбнулся мне. «Делай все, что хочешь.» Когда я сказала ему прекратить, он действительно последовал моим словам. Однако Лукас, который больше не играл, стал еще более обременительным для меня. Если я гуляла с Эйденом, он появлялся из ниоткуда и нагло присоединялся к нам. Я не получала его чрезмерной любезности. Но это стало еще более раздражающим. Вместо того чтобы притворяться, что думает обо мне и пытаться добиться желаемого результата, парень просто следовал за мной. В этом и заключалась перемена. Он стал еще более напористым, настолько, что не осталось места для уговоров. Я не хотела участвовать в плане этого парня, но результат не совпадал с моими мыслями. Рыцарь вздохнул и пододвинул ко мне шоколадный торт. Это был немного другой вид, чем в мой первый перекус, но он мне не понравился. — Что не так? — Ешьте. Я не люблю шоколадный торт. Я подумала о том, чтобы откусить кусочек, но вскоре покачала головой. «Если подумать, я никогда не считала шоколадный торт, который я ела, вкусным.» Я просто съела кусочек, потому что он нравился моей сестре. Я была вынуждена жевать и терпеть сладость. Я ненавидела шоколадный торт, но не могла сказать. Мне приходилось есть его, независимо от того, нравился он мне или нет. Я хотела, чтобы моя семья была счастлива, поэтому просто механически улыбалась, зачерпывая пирожное, чтобы почувствовать себя одной из них. Глупо было осознавать это после попадания сюда. Я ничего не знала о себе. Скорее, я знала больше о героях романов, чем о себе. Эйден любил торт, Лукас был расчетливым человеком, что пользовался людьми без всякой искренности, а Ариэль, которая должна была стать частью семьи Селены. О, я почти забыла о Ариэль и Лукасе. В общем, я не очень-то разбиралась в себе. Я никогда не чувствовала, что моя жизнь принадлежит мне, а больше ощущала себя механизмом, нежели человеком. Стала бы я больше знать о себе, если бы кто-то написал обо мне роман? Ни в коем случае. Никто не описывал в деталях банкоматы, пылесосы и прочие вещи. В конце концов, я была всего лишь инструментом. Что могли написать обо мне люди? «Достаточно. Не нужно думать о прошлом.» — Эйден, помолвка моего брата послезавтра, так? — Да. — Хмм... хорошо. Увидев, как Эйден ест два куска шоколадного торта, я положила голову на стол. Послезавтра помолвка... это казалось таким простым. Кстати, что теперь должно было произойти? Неужели роман будет закончен? Ах, как же тяжело было жить. *** День свадьбы наступил раньше, чем я думала. Было интереснее, чем я предполагала, наблюдать за спешным движением людей с множеством дел. Лукас даже не навестил меня вчера, так что он, должно быть, был занят. Наверное, только мы с Эйденом отдыхали в этом большом доме. Но в этот день я была немного напряжена. Мне пришлось проснуться рано утром и намылиться в экстравагантной ванне, после чего я нанесла на волосы тонкий слой масла. Слуги расчесывали их, по меньшей мере, сто раз каждую прядь. Прошло, наверное, несколько часов с тех пор, как я отдала свое тело их усердному труду и страстному взгляду. — Селена, я помогу вам с укладкой. — Да, пожалуйста. На этот раз я полностью отдала себя в руки горничных. Честно говоря, я никогда не делала этого раньше. Ощущение того, что кто-то расчесывает мои волосы, наносит макияж и старается, чтобы я выглядела хорошо... Никогда не испытывала такого раньше. Серебряные серьги с зелеными или фиолетовыми украшениями. Я не могла понять, что лучше. Я никогда раньше не баловала себя таким образом. — Мне все равно. Они оба прекрасны. — Да, миледи. Фиолетовые серьги застряли в моих ушах. Это почему-то заставило меня задуматься, «Какое выражение лица было у Селены?» Я заставила уголок рта приподняться и это было так странно. Когда я увидела, что служанки выглядят испуганными, снова приняла свой обычный вид. «Селена, ты такая красивая.» Мне не нужно было делать такое лицо. Синее платье облегало тело, на шее висело фиолетовое ожерелье, а в ушах - фиолетовые серьги. Я покружилась. Платье выглядело красиво и подходило к моим небесно-голубым волосам. — Красиво. Все молодцы. Служанки застыли на мгновение и поклонились. На их лицах все еще был написан страх. После того как я попала в это тело, то обычно оставалась в своей комнате, поэтому у меня не было возможности часто видеть их. Я выпустила этих растерянных овечек из своей комнаты и долго стояла перед зеркалом. Как на самом деле выглядела настоящая я? Не помню, потому что была уже мертва. «Правильно.» «Мертвые должны быть забыты.» Перевод: Nipple ---------- Глава 8 Тук, тук. Раздался размеренное стучание в дверь. Теперь я могла узнавать людей даже по их стуку. Это было новое знание для меня. — Входите, лорд Лукас. Дверная ручка повернулась, и мужчина вошел, как и ожидалось. — Как вы узнали, что это я? Я посмотрела на него через зеркало, и он улыбнулся мне естественной улыбкой. «Может, мне тоже немного улыбнуться? Что я должна сделать, чтобы так получилось?» Это выглядело как-то неловко, даже когда я подтянула пальцами уголки. На самом деле, это было странно, а не неловко. «Может, мне взять урок у Лукаса?» — Ты так часто сюда заходишь, что я тебя теперь распознаю по звуку. — Это честь для меня. Я посмотрела на него и пожала плечами. — Сегодня я буду вашим эскортом. Думаю, вы еще не слышали об этом. — Мне уже доложила горничная. Но почему? Где Эйден? — Принцесса, он слуга. Если он будет рядом с вами, для аристократов это послужит темой для сплетен — ответил Лукас, закрывая глаза и открывая их снова. — А... И правда. Значит, речь шла о дворянах. Ну, а если бы к партии присоединился простолюдин, они бы его "съели". — Они отстой... — Лукас не нахмурился, но посмотрел на меня тонким и загадочным взглядом. — О, не вы, сэр Лукас. Я имею в виду дворян. — Принцесса, я тоже дворянин. — Ну, значит, тогда мы тоже отстой. В следующую секунду мужчина открыл рот и рассмеялся. Он был главным героем, но смеялся как злодей. Лукас, что сейчас лыбился как маньяк, ответил мне более напористым голосом, чем обычно: — Думаю, да. Пока мы стояли лицом к лицу, некоторое время продолжалось странное молчание. «Почему он так смотрит на меня? Если он закончил говорить, то должен перестать делать это/» Послышался еще один знакомый стук, который нарушил эту странную тишину. — Это Эйден. — Сказав это, Селена повернула голову. У нее было невыразительное лицо, но некоторое время она молчала, словно о чем-то размышляя. Лукас молча смотрел на нее, размышляя, что ему следует сказать в этот момент. Вскоре из ее уст раздался спокойный голос, но слова были совсем неспокойными. — Они полный отстой... В этот момент мужчина не смог сдержать смех. Это было смешно. Он не мог оторвать взгляд от лица девушки, что спокойно озвучивала мысли, пришедшие ей в голову. Его семья была всего лишь бедной баронской, поэтому его часто дискриминировали среди знати. В прошлом его отец отправился покорять чудовищ именно из-за дворян, которые пытались переложить опасную работу на нижестоящих. У герцога и его отца, участвовавшего в покорении, были хорошие отношения, и в результате сын бедного барона получил спонсирование от самого герцога. Забавно, как изменилось отношение дворян, когда все узнали, что его спонсирует герцог. При нем они вели себя хорошо, но за его спиной многие из зависти бросали в его адрес нелицеприятные слова. Единственное, что изменилось для него, так это его титул после того. «Они отстой.» Эта мысль не покидала его всю жизнь. Напротив, с возрастом он испытывал к ним еще большее отвращение. Эти претенциозные люди, что были гордыми, легкомысленными и всегда заставляли страдать слабых. Все, что у них было, это титул и деньги, но они считали себя богами. Несмотря на это, парень должен был относиться к ним хорошо. Именно это было для него самым неприятным. Он не хотел быть помехой герцогу, поскольку эта жизнь была более комфортной, чем его предыдущая. А также не очень-то хотел спускаться вниз, когда оказался на так высоко. Так что вывод напрашивался сам собой: он тоже был одним из тех дворян, которые входили в категорию «отстой» Поэтому он изо всех сил старался вести себя как они. Хоть и с презрением, но он каждый день надевал маску. Он носил ее, обманывал людей и говорил сладко, но внутри он оставался все той же ядовитой гадюкой. Лукас становился все более нетерпеливым от того, что ему приходится улыбаться, выслушивая этих заносчивых идиотов. Гнев кипел внутри него. Мужчина никогда не ожидал, что наступит день, когда слова, которые он копил у себя внутри, вырвутся из чьих-то уст. Рыцарь всегда старался вести себя и говорить искренне с герцогской семьей, но ему хотелось, чтобы его любили, поэтому он часто неосознанно вел себя притворно. Даже перед Аароном, которого он считал своим лучшим другом. Как бы выглядел Лукас, если бы искренне улыбался? Что бы он чувствовал? Мужчина даже не замечал, что ведет себя притворно, потому что делал это с давних времен, но несколько дней назад Селена указала ему на это. «И перестань сейчас притворяться. Это очевидно и я чувствовала себя неловко.» — Наверное, так и есть. При воспоминании об этом уголки его рта сами собой поднялись. Чувствовал ли он себя счастливым, потому что она могла видеть сквозь его маску? Неважно. Сейчас ему было очень весело. *** Тем временем Эйден стоял у двери и колебался. Почему он всегда оказывался в такой ситуации? Он не мог войти, но и не мог не войти. Ему ничего не оставалось, как сделать несколько шагов в сторону и прислониться к стене комнаты. Разговор заполнил его голову. «Они отстой.» Эйден иногда думал о себе именно так. Нет, он действительно был отстоем. Принцесса спасла его от избиения, как собаку, на улице. Он подумал, что она из сказки, когда протянула руку. Маленький Эйден, которого спасла девушка, вспомнил, как в детстве взял в руки порванную книжку со сказками и прочитал ее. Это была история о том, как бедная женщина встретила богатого принца и стала жить в достатке. О, неужели он собирался попасть в эту сказку? В доме этой красивой женщины, думал парень, с ним будут обращаться как с дворянином и жить в достатке. Его фантазия была разрушена в одно мгновение. Его роль в этом великолепном особняке была слуги миледи. Она была молодой девушкой схожего возраста, дочерью дворянина, такой же красивой, как и принцесса. Но красота и характер необязательно были пропорциональны. Книга сказок — это всего лишь иллюзия, а реальность жестока. Он ежедневно получал словесные оскорбления и насилие. Это было позорно и невыносимо. Несмотря на то, что дни обиды продолжались, каждый раз, когда он видел из окна холодный зимний ветер, в его сознании запечатлевалась благодарность за то, что его спасли от улицы. Ему больше не нужно было терпеть этот холодный ад. По крайней мере, здесь у него было собственное пространство, где он мог прилечь. Если бы Эйден покинул это место, то ужасное прошлое показалось бы ему будущим. Однако в возрасте 17 лет ему пришла в голову мысль. Какая разница между тем временем и сейчас? Над ним по-прежнему издевались и оскорбляли. Тем не менее он смотрел на поступающие деньги и мирился со всем. Прошло много времени с тех пор, как он продал свою гордость за деньги. Какой смысл жить такой жизнью? Если бы кто-нибудь услышал это, то подумал бы, что парень должен быть удостоен чести быть принятым в дом герцога, и у него, возможно, потекли бы слюнки. Последовали дни растерянности и стыда. Однажды он услышал, что молодой господин окончил академию, и издевательства госпожи стали еще более жестокими. Эйден мог только принимать её оскорбления. — Убирайся отсюда, мне противно на тебя смотреть! Ты ублюдок, от тебя нет никакой пользы! Ах, я в бешенстве, я так зла! Он знал, что гнев направлен не на него, но ничего не мог сказать. Разве это не хобби высокопоставленных дворян — глумиться над другими? — Ты... Ты никчемный ублюдок! Маленькая шкатулка ударилась о его лоб и упала на пол. Кровь капала на пол, а тело принцессы, что находилась с другой стороны, дрожало. — Кровь... Она так испугалась её, хотя сама вызвала её пролитие? Эйден подтянул уголки рта. Ведь ему нужно было как-то выжить в особняке герцога. — С вами все в порядке, миледи? — Твоя... кровь на лбу... — Я в порядке. Однако если я продолжу так стоять, вам станет противно, так что мне лучше уйти. Я скоро пришлю кого-нибудь еще. Эйден широко улыбнулся, затем закрыл дверь и сжал кулак, чтобы подавить дрожь в руках. Когда он грубо вытер лоб, на руке осталось красное пятно. Похоже, кровь шла гораздо сильнее, чем он думал. В этот момент его тело тихонько задрожало. Он вернулся в свою комнату, посмотрел в зеркало и беззвучно закричал. Его беззвучный крик превратился в магию и разлетелся по округе. Вокруг него витало черное пламя. Казалось, что парень в любой момент может сжечь все дотла. И что же он решил в тот день? Он собирался убить принцессу? Он собирался отомстить? ... Он не очень хорошо помнил. Но точно было то, что Эйден тихо хранил искру и не осмелился никому открыть, что умеет пользоваться магией. После этого он продолжал опускать голову. Он был паразитом, прикрепившимся к герцогу и его семье, поскольку не хотел возвращаться к тем временам, когда боялся замерзнуть до смерти. Но... «В каком-то смысле, я тоже отстой, как и дворяне.» Парень вдруг вспомнил ничего не выражающее лицо принцессы. Смех внезапно вырвался из его рта. Он чувствовал себя странно. Ему казалось, что Селена - это не Селена. «Давайте еще немного понаблюдаем, за этим ощущением.» Решив узнать, что это такое, Эйден постучал в дверь. Перевод: Nipple ---------- Глава 9 Эйден сказал мне, что брат хочет меня видеть. До церемонии помолвки оставалось всего 3 часа. — Селена. — Брат. Мужчина смотрел на меня с ослепительно яркой улыбкой, его волосы были аккуратно убраны назад, а сам он был одет в чистый костюм. Я не могла поверить, что этот парень не был главным героем, ведь это не имело смысла. — Ты сегодня такая красивая. — Сказав это, он продолжил пялиться на меня. И я даже знаю причину. В романе было написано, что Аарону не терпелось увидеть Селену в голубом платье. Красивую, милую. Эти слова для его любимой сестры вертелись у него во рту, но он не мог проговорить вслух, потому что боялся, что та порвет из-за этого одежду. «Какая плохая девочка.» У Селены был очень плохой характер, как она могла подумать о том, чтобы порвать платье? Сколько денег и усилий потребовалось, чтобы сшить его? Я открыла рот, чтобы успокоить мужчину. И к моему удивлению, произнесла слова очень естественно. — Спасибо. Ты сегодня тоже отлично выглядишь. Поздравляю с помолвкой. — О...! Да, спасибо, Селена. Его лицо и так было красивым, но в сочетании с его яркой улыбкой оно стало роковым. Я также могла видеть его ямочки. «Селена, ты знала, что у твоего брата есть ямочки? Ты ведь не знала, да? Когда ты видела, что он улыбается, ты так разозлилась, разве ты могла это заметить?» «Ты такая незрелая.» Я хотела улыбнуться беспомощному молодому господину, но просто кивнула, потому что все еще не могла понять, как улыбаться естественно. — Так почему ты хотел меня видеть? — Ах... просто... я так нервничаю, поэтому просто хотел увидеть твое лицо. Какое отношение имело волнение от помолвки к тому, чтобы увидеть мое лицо? «Просто скажи, что хочешь увидеть меня.» Было странно, что он искал причину, которая в итоге не имела никакого смысла. Брат снова посмотрел на меня. — Мне жаль. — И снова извинение. Всякий раз, когда я разговаривала с ним, разве не казалось, что Селена все еще беспокоит его? — Ты собираешься снова извиниться передо мной в присутствии других? — А? — Я не знаю, о чем ты сожалеешь, раз так часто извиняешься. Мне просто интересно, извинишься ли ты передо мной в присутствии других. Если это произойдет, будет выглядеть так, словно я все еще не в своем уме. Так что мне надо заранее придумать оправдание. — Лицо моего брата слегка побледнело. Он был слишком чист и глуп. «Почему? Я ведь ничего плохого не сказала.» И мужчина, в конце концов, кивнул. Неважно, будут ли другие люди насмехаться надо мной, но я должна была подумать о том, чтобы оправдаться перед честью писателя и Селены, которой я теперь обязана. «Я не такая уж бессовестная.» — Насчет этого... Прости. — Брат. — Он повторил это снова. «Кажется, это вошло в привычку.» Я стояла, согнув одну ногу и скрестив руки на груди. Такая позиция лучше всего подходила для жалоб. Прямо как представитель крупной компании, который приходит к своим сотрудникам и находит в них недостатки. — Не надо меня жалеть. Знаешь, любить и нравиться - это не грех. Я знаю, что ты любишь меня очень-очень сильно, так что перестань извиняться. Я вытянула одну руку вперед, чтобы подчеркнуть свою решимость. Глаза моего брата дернулись, услышав мои прямые и бесстыдные, похожие на надменность, слова правды. — Если ты еще раз попросишь у меня прощения... — ...Что, если я это сделаю? — Я встану на колени и буду умолять, чтобы меня простили еще больше. Где бы это ни было, перед кем угодно. — Рот моего брата широко открылся. «А, между прочим, твой рот больше, чем я думала.» Однако как бы он ни отреагировал, сразу ничего не изменится. Сначала ему нужно исправить свои привычки. — Я тоже собираюсь потереть ладони.(?) - Я продемонстрировала, предварительно сделав это. — Эээ... Селена? Ты ведь не заболела? — Дрожащими руками брат потрогал мой лоб, но тот был нормальной температуры. Я осторожно взяла его ладонь. — До церемонии помолвки осталось не так много времени, так что мне пора идти. Я хотела бы заранее поприветствовать принцессу и родителей. — О... да, я задержал тебя совсем ненадолго. Прос... — И сразу же закрыл рот. К счастью, он понял, прежде чем сказал все. — С-с-с, будь осторожна по дороге. О чем это он вдруг заговорил об этом? Но это хорошее спасение. Наряду с мыслью о том, что мой брат может быть хорош в акростихах*, у него было почетное звание старшего выпускника Академии. Как и ожидалось, он отличался от остальных. — Э, хорошо. Увидимся позже. — Да, я буду осторожен. Так что можешь отдохнуть. — Брат, из-за беспокойства обо мне, заботливо похлопал меня по плечу. Я посмотрела на неопытную попытку "заботливого похлопывания", которым пытались как-то выразить близость, затем склонила голову и повернулась к выходу. Пока шла к двери, почувствовала пристальный взгляд за спиной. Раньше я не обращала внимания на слова учителей о том, что на затылке тоже есть глаза, но теперь, похоже, они у меня действительно появились, потому что знала, что это был мой брат, который не отводил взгляда. Повернув голову, я взглянула мужчину, который смотрел на меня с обеспокоенным и растерянным лицом. Он все еще думает, что я больна. — Но вы сняли напряжение от помолвки, не так ли? — Я попыталась улыбнуться главному герою сегодняшнего дня. Увидев, что лицо брата стремительно бледнеет, я снова отвернулась. Мне тоже показалось это немного странным. «Все в порядке.» Казалось, что он забыл о волнении из-за своей помолвки, потому что беспокоился обо мне. Это было облегчением. Я вышла из комнаты и отправилась навестить принцессу. Свадьба должна была состояться во дворце, а помолвка - в банкетном зале герцога. Поэтому с раннего утра принцесса проводила время в лучшей гостевой комнате. — Принцесса. — О боже! Селена! — Наша добрая, красивая, достойная и веселая положительная героиня приняла меня так быстро, что я подумала, что я никогда не издевалась над ней. «Посмотрите на эту близость.» Подумав, что Ариэль может быть моей скрытой сестрой, я широко раскрыла руки и похлопала ее по спине. — Я рада, что ты пришла ко мне в приемную. — Конечно, как я могла не поздороваться. Ты сегодня так прекрасно выглядишь. Девушка, одетая в платье кремового цвета с золотыми волосами и бесчисленными бриллиантами, была ослепительно красива. Она застенчиво покраснела от моего комплимента и неловко перевела взгляд в сторону. — Я думаю, Селена красивее! Они с братом выглядели такими гордыми и сделали мне одинаковый комплимент. «Какая идеальная пара». После этого мы провели время, разговаривая о бесполезных вещах. Она была так счастлива, что продолжала прижиматься ко мне и болтать о всяких пустяках. У меня начали болеть ноги. Хотя я старалась повысить свою выносливость прогулками, у меня все еще были слабые ноги, как у маленького Бэмби. Если это была стратегия мести высокого уровня, то я готова был аплодировать, что она удалась. Браво. К счастью, Ариэль заметила это и предложила мне сесть. Однако, глядя на время, казалось, его осталось совсем мало для таких разговоров. Кроме того, у меня не было никаких реакций или ответов, которые можно было бы выдавить из себя. — Спасибо за предложение, но я бы хотела поздороваться с родителями и еще раз проверить состояние своего платья. — Правда...? Какая жалость. Ариэль схватила меня за руки, и ее большие глаза печально сверкнули. Она действительно была похожа на Бэмби. — Мы можем снова неспешно поговорить позже, ведь скоро станем семьей. Мое бездушное оправдание вызвало прекрасный розовый румянец на лице девушки. Когда главная героиня смущалась, у нее краснели щеки, словно на них были естественные румяна... Похоже, это был буфф* главной героини. (*вообще это комическая пьеса или постановка, можно предположить, что было что-то типа прикола/фишечки у гг из романа) — Тогда мы ничего не можем поделать! Давай поговорим в следующий раз! Доберись благополучно, миледи! «Ты говоришь мне быть осторожной на пути к герцогу и герцогине? Я что, ребенок?» Главные герои, особенно женщина-протагонист этого третьесортного романа, были теми, кто должен был быть осторожен даже в доме, потому что они были ходячей бомбой несчастных случаев. Исходя из этой логики, может быть, она думала, что я заблужусь в собственном доме? Возможно, это был искренний совет с ее стороны. Наша главная героиня, которая даже не могла представить, какие мысли были у меня в голове, помахала мне рукой. — Да, я буду осторожна. Увидимся на церемонии помолвки. Закончив второй визит, я потянулась. С этими двумя было легко иметь дело. Может быть, потому что они были очень похожи. Такое ощущение, что я имею дело с одним человеком. Направляясь к последнему месту, я тащилась по пустому коридору одна, но потом увидела из далека идущего Эйдена навстречу. Я подумала, что он шел за мной, потому что сказала, что иду в комнату брата, но так и не вернулась. — Миледи! — О, Эйден. — Почему вы пришли сюда, не сказав ни слова? — спросил парень с легким беспокойством на лице. Когда я впервые встретила его, он всегда кланялся, как будто макушка его головы была его лицом, и только через некоторое время я наконец-то смогла увидеть его настоящее лицо. — Прошло много времени с тех пор, как у меня появлялось свободное время. — И правда, тогда вам достаточно? — Нет. Услышав мой ответ, Эйден зашагал позади меня. Казалось, он не обратил внимания на мои ответы. Я подумала, что пришло время ему спросить, куда я иду, и оглянулась на него, увидев мое движение, он поинтересовался: — Что случилось? — Разве тебе не нужно спросить меня, куда я иду? — Разве вы идете не к герцогу и герцогине? — Как ты узнал? Ты использовал магию? Эйден поперхнулся и громко кашлянул, побледнев на пару оттенков. Как и в первый день нашей встречи. Всякий раз, когда я говорила о волшебных силах, с его лица сходила краска. Может, это тоже из-за магии? — ... Что вы имеете в виду под магией? Я ничего не знаю про это. Я просто предположил, что направление было в сторону кабинета герцога. — Шея Эйдена дернулась и только глоток раздался в тишине. Он явно лгал, так почему же все еще скрывал это? Парень знал, что его уже поймали... Почему же он прятался изо всех сил — Но ладно, я это пропущу. — Честно говоря, я ничего не имела в виду. Я просто спросила его, потому что мне было искренне интересно. — А может, и нет. Ах, я просто повторю это еще раз. — Если ты предашь меня, то лишишься языка. «Умирать от рук других было неприятно. Это было за гранью страдания и в частности, магия должна была причинить немного боли. Верно, Селена? Особенно магия огня. Ладно, давай прекратим фантазировать.» Я повернула голову и пошла дальше. Шаги, что следовали за мной, ненадолго приостановились, но вскоре вновь продолжились. Перевод: Nipple ---------- Глава 10 Я стояла у большой двери и слегка пошатывалась. Если бы это была другая комната, я бы легко постучала и вошла, но здесь это было не так просто. Родители Селены всегда смотрели на меня с нежностью и одновременно с жалостью. Их взгляды заставляли меня чувствовать себя скованно и неловко. Возможно, из-за этого у меня не хватало уверенности, чтобы позвать их двоих. *Кгх-кгх* Тщетно кашляя, я прочистила горло и подняла руку. Поскольку я проделала весь этот путь, мне нужно было увидеть их лица. *Тук-тук.* — Это я. Селена. Я стучала одной рукой и кусала губы. Но ответа не последовало. Почему? Нужно было постучать еще раз или подождать? В конце концов, я уставилась на дверь, размышляя о возвращении. Вскоре дверь внезапно открылась и появилась мама Селены с дрожащими глазами. «Почему у всех дрожали глаза, когда они видели меня?» Было ясно, что Селена действительно обладает способностью Медузы. А может, они все учились заставлять свои зрачки танцевать? — Привет. — С... Селена! С голосом, полным радости, её мама протянула дрожащую руку и обняла меня. «Подождите минутку, мэм. Люди могут подумать, что у нас воссоединение семьи.» Мы виделись вчера. Я увидела, что отец Селены тоже медленно приближается ко мне. Сначала у него был настороженный и обеспокоенный взгляд, которое потом сменился счастливым лицом. Счастливое лицо. Таких вещей я никогда не получала раньше. Это было такое странное зрелище - видеть, как незнакомцы ведут себя так по отношению ко мне. Это заставляло меня чувствовать себя странно. «Тело Селены, успокойся. Я ведь не настоящая.» Я повторяла это снова и снова. Они отчаянно искали Селену, а не меня. На этот раз все эти выражения были не моими. Я знала свое место. Пока я думала об этом, их прикосновения утешали меня. И тогда мой разум успокоился. — Мать, отец. До такой степени, что я могу говорить бесстыдные вещи без обиняков. Конечно, я всегда называла их матерью и отцом, когда встречала их. Однако иногда я не могла не колебаться. Глаза родителей Селены краснели. Должно быть, пара была так тронута тем, что я пришла в эту комнату на своих ногах. Они были очень чувствительны, в отличие от того, что я ожидала. — Да! Моя дочь. О, Боже. Входи. Мать, которая казалась на целый пролет ниже Селены, схватила меня за руку и моргнула глазами, чтобы избежать слез. Я посмотрела вниз на нее и подняла голову. «Селена, что тебе так не нравилось?» — Ты сегодня такая красивая. «Что ты ненавидела так сильно, что отвернулась от родителей, оттолкнула брата и других и загнала себя на край обрыва, с которого не могла спуститься?» — Спасибо, Отец. «Что ты так ненавидела? Это не было обидой.» «Селена, чего ты хотела?» — О нет, я не ругала ее. Это было простое любопытство. У нее было совершенно иное окружение, чем у меня, у нее была идеальная жизнь, о которой я могла только мечтать в юности. Она получала теплые выражения, теплые руки, теплые комнаты, теплые слова и теплую семью. Мне была интересна идея владелицы тела, которая боролась с собой, несмотря на то, что у нее было все. «Селена, зачем я пришла в твое тело?» Более фундаментальный вопрос врезался в мое сердце, который не давал мне покоя с самого первого дня. Он тяготил меня. *** После того, как разговор Селены с родителями закончился, я шла одна с Эйденом, немного более выбитая из колеи, чем обычно. Внезапно я почувствовала, что коридор мне незнаком. С тех пор, как приехала сюда, я никогда не чувствовала себя так. Но почему это случилось прямо сейчас? «Что со мной не так?» — Эйден. — Да, миледи? — В первый раз мы с тобой встретились на улице, верно? На мой вопрос глаза Эйдена увеличились, но вскоре он изобразил льстивую улыбку, хотя я заметила тень на его лице. Это была естественная реакция, когда кого-то просят вспомнить плохое прошлое. — Да. «Прости, Эйден. Но я должна была это проверить.» Этот мир - мир, о котором я читала в своей прошлой жизни. Твое прошлое было таким же, как я читала. В романе я была в теле Селены и этот мир не был моим. Когда я закрыла глаза и открыла их снова, мир не был мне знаком. Не только коридор, но и воздух, звук шагов, и все остальное здесь. Но мне нравилось, как все было сейчас. «Давай не будем привыкать. Это не мое.» Хорошо. Я должна была без труда спланировать свою смерть. Я должна была с легкостью спрыгнуть. Но здесь почему-то не получалось. Потому что все раздражает. Этот мир раздражал. Незнакомость делала его трудным, а непонятные вещи заставляли меня нервничать. «Это очевидно... то есть... это определенно...» — Миледи! — Рука Эйдена схватила меня за запястье, когда я почувствовала, что вот-вот упаду в обморок. Должно быть, я теряла рассудок. Иногда такое случалось, когда я глубоко задумывалась. Нет, это происходило, когда я слишком много думала. Я покачала головой и посмотрела на Эйдена, когда тот потянулся ко мне. Его зеленые глаза, которые дрожали, были обращены ко мне, а его платиновые светлые волосы были прекрасны. Но он выглядел очень сердитым. «Почему?» Если подумать, я чувствовала себя как в странном месте. Здесь не было пола, который бы поддерживал мои ноги. Мое тело, парящее в воздухе, медленно опустилось на землю, и Эйден, который стоял, подхватил меня. Я чувствовала тепло от руки парня, поддерживающей мою спину, позади него я увидела очень высокую винтовую лестницу. «О, если подумать, центральная лестница ведет прямо на третий этаж.» Эта лестница также была той самой, о которой шла речь во время несчастного случая с Селеной. Если бы я упала оттуда, то мое тело было бы сломано. Это так больно. Как долго Селена катилась? Лестница была такой длинной, что мне казалось, что падение никогда не прекратится, словно в колесе хомяка. Было бы очень неловко, если бы кто-то увидел меня. И тут до моих ушей донеслось бесконечное бормотание Эйдена. «Что? Что он говорит?» И все же, почему парень был так зол? Я подняла ладонь и закрыла Эйдену рот. Я почувствовала, как его рука на моей спине напряглась. Стало тихо. «Наконец-то.» — Я не знаю, о чем ты говоришь. Я плохо слышу. Так что просто ответь. — Эйден, чей рот все еще был закрыт моей рукой, кивнул. — Я чуть не упала с этой лестницы? Кивок. — Ты спас меня? Он снова кивнул. «Спасибо.» Я должна была сказать это, но я просто не могла это произнести. Была ли я благодарна? Была. Если бы я упала с этой лестницы в день помолвки моего брата, все бы пошло прахом. Люди снова заговорили бы обо мне, нарушив счастливый день моего брата. Но, если бы он не спас меня. я бы просто умерла здесь сегодня... «Это должно быть так жалко, да, Селена?» Однако... — Почему? — Другой вопрос выскочил из моего рта. — Почему ты спас меня? Эйден? *** Парень почувствовал, как потемнело его лицо. Тело Селены наклонилось вбок. Это случилось, когда он отвлекся. Он слишком поздно протянул руку. Эйден плотно сжал губы. Магия сильно зависела от эмоций. Она вызывалась только чувствами и внутренним волевым усилием. Конечно, это была нелегкая работа и если человек не был обучен, как Эйден, было трудно использовать ее по своему желанию. «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста.» К счастью, магия была активирована до того, как Селена полностью скрылась под лестницей. Он вздохнул с облегчением, глядя на леди, чье тело парило в воздухе. Эйден посмотрел на женщину, которая устроилась в его объятиях. Однако вопреки его ожиданиям, ее глаза и выражение лица были лишены каких-либо эмоций. Как будто девушка не ощущала ни кризиса, ни тревоги, ни даже удивления. Глядя на нее, он почувствовал удушье. Эйден медленно опустил её тело, а та все еще не осознала, что только что произошло. Так вот каково это — обнимать труп? — Миледи...? Миледи! Возьмите себя в руки! Миледи, миледи! Селена не отреагировала на его призыв, но медленно повернула голову. Проверив высоту лестницы, девушка вновь невинно взглянула на него. — Миледи, о чем вы думали? Вы должны быть осторожны! У вас могли быть большие неприятности! С внезапным приливом злости Эйден осмелился повысить голос. Он несколько раз повторил, что ей следовало быть осторожной и ждал ответа, которого так и не последовало. Тогда она закрыла ему рот. Ее маленькая рука была мягкой и в то же время холодной. Удивленный внезапным прикосновением, он напрягся всем телом. — Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я плохо тебя слышу. Так что просто ответь. — Как обычно, ее голос был хриплым, однако в прошлом у нее всегда был чистый голос, хотя слова были как ножи. Когда Эйден кивнул, Селена продолжила задавать вопросы. — Я чуть не упала с этой лестницы? Он кивнул. — Ты спас меня? — Услышав это, парень не сразу смог ответить. Если бы он не пренебрег своими обязанностями, этого бы не случилось. Но Эйден не мог этого сказать, поэтому просто кивнул. Селена снова закрыла рот. К счастью, её глаза уже не казались такими пустыми, как раньше, когда она смотрела на него. Тем не менее, его сердце почему-то заколотилось от тревоги. — Почему? — Ах, да. Это был её главный вопрос. После случившегося, Селена оставалась в своей комнате и с подозрением делала вид, что занимается обычными делами, такими как прогулки, еда и перекусы. — Ты можешь убить меня, не причинив мне вреда? — Этот человек ничуть не изменился. Это отразилось в ее вопросе. — Почему ты спас меня? Он был искренен. С того дня и до сих пор... до самого конца. Перевод: NIpple ---------- Глава 11. Один день Селины — Мисс Селена! — О боже! Мисс! Вы в порядке? «Чёрт, что происходит?» Кровь снова прилила к моей ошеломленной голове, когда я поняла, что моя рука слишком долго закрывала рот Эйдена. «Мне жаль, Эйден. Но я мыла руки, так что...» Слуги с испугом устремились к месту, где мы находились. Я сидела на полу, а Эйден поддерживал меня за спину... Легонько коснувшись его плеча, я попросила отодвинуться. «В конце концов, другие люди не забывают так легко опыт самоубийства.» Парень, поняв мой сигнал, убрал руку с моей спины и поднял меня. — Все в порядке. У меня на мгновение закружилась голова, из-за чего пошатнулась. Я не пострадала, потому что он поймал меня. Эйден, спасибо тебе. — ...Ничего страшного. Я просто сделал то, что должен был. — ответил парень с натянутой улыбкой. Как бы я ни смотрела на это, его актерские способности, казалось, сильно упали по сравнению с тем, что было раньше. К счастью, никто не видел, как я споткнулась и упала с лестницы. Это был такой суматошный день, поэтому большинство слуг находились в банкетном зале и были сосредоточены на подготовке к церемонии помолвки. Я встала, сказав, что нечего суетиться, и отправила их снова заниматься своими делами. Но даже когда все ушли, Эйден по-прежнему обхватывал меня за плечи и поддерживал. Видя, как он старается изо всех сил помочь мне, хотя рядом никого не было, я догадалась, что он склонен методично использовать свое актерское мастерство. «Я только что сказала, что его актерское мастерство снизилось... Ладно, я забираю свои слова обратно.» Как и ожидалось, профессионал всегда будет профессионалом. Я подошла к двери, думая о том, что мне следует немного расслабить ноги, чтобы быть более соответствующей актерскому мастерству Эйдена. — Тогда, мисс. Я пошлю служанок, чтобы они снова разложили вашу одежду. А пока отдохните немного. — Эйден открыл дверь и поклонился. Если раньше он неловко улыбался, то теперь у него было жесткое лицо, даже не пытающееся как-то смягчиться. — Эйден. — Да? — Я отрежу тебе язык, если ты используешь магию. — Ах... — Он издал тихий стон, и его жесткое, бледное лицо постепенно посинело. «Как я и предполагала, именно это было причиной его такого плохого настроения.» Чувствуя удовлетворение от подтверждения своей догадки, я сделала шаг ближе к Эйдену и кивнула. — Но я позволю тебе соскользнуть. Вместо того, чтобы отрезать тебе язык, я попрошу, чтобы ты также сохранил в тайне сегодняшнее происшествие. Скажем так, у меня слегка закружилась голова. — Пардон...? — Такова жизнь. И так было всегда. Если твой начальник говорит тебе сделать это, ты просто делаешь это. Неважно, какую ерунду он попросит. Вообще-то, разве это не похоже на просьбу кого-то дать вам еще одну бутылку для воды, хотя он уже купил одну для вас? Нет, даже больше. Это как угрожать кому-то пистолетом, говоря: «Отдай мне и свою бутылку». — Обещаю. — Я протянула мизинец вместо пистолета. Эйден, что безучастно смотрел на мой палец, вскоре стер свое жесткое лицо и снова улыбнулся, переплетая свой мизинец с моим. — Обещаю. «Ладно, если ты этого не сделаешь, я действительно отрежу тебе язык. Хотя, по правде говоря, я не смогу этого осуществить, потому что боюсь...» В общем, после недолгого молчания я удовлетворенно кивнула и попросила Эйдену выйти, на что парень склонил голову и закрыл дверь... затем открыл ее снова. «А? Что такое?» Он стоял у открытой двери, а на его лице было странное выражение нетерпения и беспокойства. «Какие-нибудь жуки вылезли? В книге Эйден ненавидел жуков.» Оглядываясь по сторонам и размышляя, чем поймать жука, если он приползет сюда, я услышала шаги, раздававшиеся в коридоре за дверью. Судя по тому, что шаги становились все громче, похоже, они приближались сюда. — Что ты делаешь? — Голос человека был очень, очень знакомым. «Ах... Кажется, у меня снова кружится голова». — Нет... ничего страшного. Тогда я позову горничных. Пожалуйста, подождите. При появлении незваного гостя, беспокойство и тревога, появившиеся на лице Эйдена, исчезли. В отличие от моего настроения, которое совсем не было спокойным, парень благодушно поприветствовал другого человека и ушел, как будто за ним гнались. — Леди Селена. — Эйден оставил надоедливого мужчину мне. — Да, сэр Лукас. — Это банкет... но почему вы в таком платье? «В таком? Это довольно грубо. Интересно, как я выгляжу... Хм, это... плохо.» Мое отражение в зеркале было не таким аккуратным, как раньше. Платья, очевидно, было трудно надевать и также справляться с ними после ношения. Возможно, это последствия предыдущего падения, но подол был грязным, а форма очень странной. Да и мои ухоженные волосы сейчас были в беспорядке. «...Простите, служанки.» Если посмотреть на время, то до церемонии помолвки оставалось меньше часа. «Это правда. Я плохо выгляжу.» «О, если подумать, Эйден сказал, что пришлет горничную.» Даже для него я выглядела как человек, которому нужна помощь служанки. Так как мне не нужно было специально дергать за веревку и звать кого-то, я просто стояла на месте. Я чувствовала себя виноватой и не решалась прикоснуться к платью, поэтому лучше всего было просто ждать помощи. — Разве вы не собираетесь сесть? — Глядя на фасон платья, у меня не хватает уверенности, чтобы сделать это. О, пожалуйста, сядьте, сэр. — Спасибо. После ответа я увидела отражение в зеркале, как Лукас быстро отодвинул стул чайного столика позади меня и сел. Было ясно, что он намерен не показывать передо мной никакого притворства. «Нет, а не перебарщиваешь ли ты? Почему ты такой экстремал? Я ни в одном романе не читала, чтобы рыцарь шел и садился, пока его дама стоит на месте.» Ну... Другие романы — это другие романы... Но этот... Подожди, неужели Лукас поступил так же с главной героиней? Очевидно, он также перестал "притворяться" перед героиней, так что... — Могу я спросить, что случилось с вашим платьем? — А если я скажу "нет"? — Лукас пожал плечами, ничего не ответив, а приподнятые уголки его губ делали его похожим на злодея. «Ах... Я устала...» Он не вел себя расчетливо по отношению к главной героине. Это означало, что мужчина был "добрым" без притворства. Лукас шептал Ариэль слова любви и вел себя ласково, ничего не измеряя и не надеясь на выгоду. Конечно, я этого не хотела... Я говорила ему прекратить притворяться, потому что мне не нравилось иметь рядом человека, который просчитывает каждый шаг, но теперь Лукас перестал делать это и прямо показал свою расчетливую сторону полностью. Вместо того, чтобы тратить время на скрытие своей личности, он сейчас просто делал расчеты на голом месте. «А... Может быть... я перепутала роман?» Я посмотрела на Лукаса- тот все еще улыбался мне со спокойным выражением лица. Да, возможно, я перепутала его с другим романом. Я прочитала более десяти похожих книг младшей сестры... Она была ребенком, которой становилось только лучше после того, как я читала ей все эти жанры, которыми сестра была одержима, пока мое горло не становилось шершавым и сухим. Единственная причина, по которой я запомнила эту книгу, заключалась в том, что она была последняя, что я прочитала. Кроме того, это была бессмысленная история, полная бесполезной риторики. Ну, благодаря этой скучной книге, мой брат заявил, что это будет его последний рофан, чем спас мое бедное горло... [п/п: "рофан" - корейский сленг для романтических фантастических романов] «Нет, сейчас важно не это, а то, что я могла принять этого человека, которому сказала прекратить притворяться кем-то другим.» «Если это не так... Он человек, чья честность сильно отличается в любви и других отношениях...» Например, дружба... «Дружба?» — Сэр. — Да. Оглянувшись на отражение в зеркале, где я встретилась с фиолетовыми улыбающимися глазами рыцаря, я спросила: — Мы друзья? — Извините? — Ты дружишь со мной? Говоря о дружбе, это напомнило мне юношеский роман, который я читала своему младшему брату в прошлом. Дружба героев была чем-то за пределами честности... Однако, да, в наши дни грубая сила была самим фактом, и расчетливая личность, которую он мне демонстрировал, напоминала это. «Если это действительно то, на что похожа дружба... чувствует ли Лукас это по отношению ко мне?» Это было наиболее вероятно. Его непривычная откровенность не могла быть объяснена никак иначе. На мой вопрос мужчина закрыл рот, словно о чем-то задумавшись и посмотрел куда-то в сторону. Я видела, как он одной рукой постукивает себя по бедру, а другой поглаживает подбородок. Вскоре, как будто он закончил свои размышления, его глаза снова посмотрели на меня. — Думаю, похоже. «Похоже?» — Друзья... Я думаю, это что-то вроде этого. Конечно, если леди этого хочет. — Лукас протянул руку, державшую его подбородок и схватил мою. Моя кисть, которую он держал, медленно поднялась, а его глаза, что постепенно опускались, соприкоснулись с моими; губы Лукаса коротко коснулись тыльной стороны моей руки и сразу же исчезли. Я совсем не чувствовала восторга. И самая большая проблема... — Я не хочу этого. — Мне не нужно быть друзьями с Лукасом. У меня не было никаких мыслей о дальнейших отношениях. Дело не в том, что у меня была давняя обида. Определенно нет. В любом случае, я отказалась. «Во-первых, я не собираюсь ни с кем дружить. Я скоро умру.» В первую очередь я собиралась сделать для Селены две вещи: Когда я умру от болезни в возрасте 23 лет, я заставлю людей скорбеть о моей смерти. Я выберу самоубийство, прежде чем умереть в одиночестве от болезни. Однако после быстрого нокаута я выбрала №2. И этот выбор не изменился. А для второго варианта друзья не требовались. — Вы мстите мне? Лукас отпустил мою руку и мягко улыбнулся. Месть. «Это имело бы смысл, если бы это было у меня на уме.» — Ты можешь интерпретировать это как хочешь. — Тогда я откажусь от нашей дружбы… Тук, тук. — Мисс Селена, я здесь, чтобы еще раз привести в порядок ваш наряд. — Голос горничной за дверью прервал слова Лукаса. Он поднялся со своего места, поправил фрак и выпрямился. У него был вид вежливого и любезного джентльмена. «Что ж, я могу подождать, пока он займет свое место. Кто может знать, как важно проявлять уважение к этому человеку?» Хотя, было довольно забавно отвлекаться в ожидании, поэтому я медленно пошла к двери. Дойдя до нее, я оглянулась, чтобы убедиться, что вежливая поза Лукаса вернулась в норму и взялась за ручку двери. В то же время в комнате раздался тайный, радостный, шепчущий голос. Такой тоненький, что его могли слышать только мы с Лукасом. — Если так... как дорогая сестра моего дорогого друга... давайте сделаем это. Так. Это было настолько абсурдно, что, не осознавая этого, я слишком сильно надавила на ручку, отчего она повернулась. Потеряв центр тяжести из-за внезапно открывшейся двери, мое тело быстро накренилось. Мне казалось, что я бегу с самой большой скоростью в своей жизни. К счастью, я не упала, а споткнулась и прижала руку к противоположной стене... «Ах, лучше бы я грохнулась на пол.» Группа служанок, стоявших рядом с дверью, широко раскрыла глаза и посмотрев на меня, все разом издали звук "Хиик", закатали губы внутрь, что-то пробормотав. «...Я повторю это еще раз...» Власть хороша тем, что можно вести себя безрассудно и смеяться вслух, как тот человек, который гоготал позади меня... С другой стороны, люди без власти вынуждены закрывать глаза и сдерживать смех, как бедные служанки передо мной. Было бы лучше, если бы они просто смеялись. Перевод: Nipple ---------- Глава 12 — Вы в порядке... пфф... Мисс?. Я молча кивнула. «Ах... Лучше бы ты просто молчал.» Наши слуги отчаянно хотели работать так же хорошо, как им платили! Отчаянно! Девушки пытались сдержать смех, но их лица краснели, а ведь они прекрасно выполнили свою работу... Закончив все, они вышли на улицу как ни в чем не бывало, однако их красные мочки ушей все еще не вернулись к своему естественному цвету. Такие необычные и профессиональные слуги... Когда дама, известная своей гордостью, демонстрирует такой неуклюжий поступок, никто не сможет сдержать смех... Похвалив профессионализм горничных, я посмотрела на себя в зеркало и увидела отражение Лукаса, сидящего за чайным столиком. Скрестив руки и наклонив голову набок, он сказал: — Ты не можешь так издеваться над горничными. «Такой утомительный день...» *** — Селена. — Герцог и герцогиня посмотрели на меня, тепло поприветствовав. «Мы ведь виделись меньше часа назад...» От столь мягкого обращения я почувствовала себя неловко, не зная, что дальше делать. — ...Мама, отец. Когда эти слова естественным образом вылетели из моего рта, Лукас посмотрел в сторону и вежливо поклонился им следом. — Я приветствую герцога и герцогиню. — Да, сэр Лукас. Мы в долгу перед вами за хорошую заботу о нашей дочери и сыне. — Это совсем не так. Мне просто жаль, что это все, что я могу сделать после той доброты, которой одарила меня Ваша Светлость. То, что они всегда льстили друг другу, напомнило мне руководителя группы, я вспомнила руководителя группы, который в моей прошлой жизни всегда улыбался клиентам особенно деловой улыбкой. «Человек везде одинаков.» После того, как трое людей в какой-то степени закончили хвалить друг друга, их взгляды снова вернулись ко мне. — Хорошо, скорее заходите. Пожалуйста, позаботьтесь сегодня о нашей Селене. — Да, Герцог. «Нет. Герцог, я не думаю, что он это выполнит.» Несмотря на крик в моем сердце, родители отвернулись и вошли. А я плелась сзади, потирая затылок и чувствуя усталость. Сегодня был действительно изнурительный день. Вся энергия, которую я накопила в постели, уже истратилась. Церемония прошла просто, но великолепно, красочно и основательно. Поскольку она должна была пройти быстро и спокойно с сорванцом — мной, известной своей грубостью и непослушанием, все формальные процедуры и задания, требующие тщательности, были пропущены. Например, вместо церемонии помолвки, запланированной как минимум за несколько месяцев, была быстро назначена дата, потом сразу же разосланы приглашения, а дальше — полностью подготовлен банкетный зал... Короче говоря, это была старомодная церемония помолвки, и с этим ничего нельзя было поделать. Началось прекрасное представление, и шепчущие голоса стихли. Вскоре на самой высокой точке появилась великолепно выглядящая пара. Когда присутствующие зааплодировали появлению главных героев данного мероприятия, я последовала их примеру. «Что еще я должна делать? Мне жаль, что из-за Селены у них так задержалась церемония помолвки.» Я собрала остатки энергии в своем сердце и с энтузиазмом зааплодировала. Мой старший брат, который с улыбкой приветствовал длинную очередь дворян, повернул голову в ту сторону и на мгновение застыл. Он пристально посмотрел на меня, словно ища что-то, затем глубоко вздохнул и широко изогнул губы. Увидев его сияющее лицо, в моих ушах раздался какой-то звон. «Не улыбайся так, я не Селена. Даже если ты сделаешь это, я не смогу улыбнуться в ответ.» «Я скоро уйду отсюда.» Загробное изображение маленького, худенького ребенка наложилось на облик моего нынешнего старшего брата. Мальчик вздрогнул, затем повернулся и улыбнулся мне. Я не могла ответить неловкой и странной улыбкой, поэтому просто махнула рукой. Старший брат Селены, который был до глупости добрым и любил свою младшую сестру, еще ярче расплылся моему ответу и, смеясь, что-то шепнул Ариэль, героине этого романа. После чего она тоже повернула голову в эту сторону, застенчиво улыбнулась и помахала рукой. — Пожалуйста, позаботься об Аароне — тихо пробормотала я. «Пожалуйста, позаботься об этом бедном человеке, который выглядит точно так же, как я в детстве.» И они дружно захлопали в ладоши. Пара шла по дороге радостным шагом, пока их спины не стали маленькими в моем поле зрения. Они удалялись все дальше и дальше. Когда процедура клятвы на скромной церемонии помолвки пары закончилась, атмосфера банкетного зала изменилась, и началась вольная вечеринка. На самом деле все притворялись радостными, глядя друг на друга, как змеи, и прикидывая, с кем поговорить, чтобы получить выгоду. А это означало, что пришло время для меня стать очень-очень-очень раздраженной. — Ты уже выглядишь уставшей. — Да. Я немного волнуюсь из-за того, что мне придется общаться с людьми, которых я даже не помню. «Даже если я не смогу сделать это сегодня, мне наверняка придется услышать фразу "Помнишь меня?" несколько раз.» Лукас, который стоял рядом со мной и сопровождал меня, покачал головой и отошел назад. Видимо, это произошло потому, что ко мне приближалась молодая женщина с темно-синими волосами и в желтом платье. «Не слишком ли ты жестокий...?» Так вот как работает эскорт? Сколько бы я ни думала об этом, то просто прикусила язык, упрекая эскорт за то, что он так дешево обошёлся со мной, но прежде чем я поняла это, женщина слегка согнула колени и склонила передо мной голову. «Так вот как выглядит романное* приветствие...» (п/п: из романа) Пока я с грустью смотрела на её опущенную голову, с улыбающегося лица раздался милый голос. — Юная леди Селена. Я слышала новости, что вы заболели. — Да... Ну, я неважно себя чувствовала. Спасибо за заботу. — Женщина слегка задрожала. «Наверное, это немного разочаровывает - получить такую реакцию.» «Почему она так добра?» — Собеседница в желтом платье, что выражала свои мысли телом, одарила меня деловой улыбкой. — Это естественно. Ах, возможно... Вы помните меня? «Мое первое "Вы меня помните?" за день. Дайте ей приз!» — Я прошу прощения. Ко мне вернулась не вся память...Если вы назовете мне свое имя, я его запомню. — ...Понятно. Ваши воспоминания еще не вернулись... Женщина бормотала негромко, как бы разговаривая сама с собой. Учитывая, что она это делала в присутствии другого человека, было ясно, что её внутренние мысли были весьма необычными. «Неужели она кто-то важный? Ее темно-синие волосы...» Но сколько бы я ни искала в своей голове, никак не могла вспомнить. Я даже не сразу запомнила имена главных героев, так как же мне вспомнить имя этой особы? «Что это за человек, который так драматично себя ведет.» Она была как злодей в драме, когда они произносят длинный монолог, занимающий половину содержания, бормоча вслух что-то вроде: «Да, вот что это было...» (п/п: Селена глаголит истину) — Ах! Я Вивиан! Вивиан Джонас. Пожалуйста, позаботьтесь обо мне. «Вивиан Джонас...» — Да. И вы тоже.. Я не могла припомнить такого персонажа. Казалось, что это был просто человек, который пытался подобраться ко мне, пока моя память была не в порядке. «Тогда что делать? Если мы станем здесь знакомыми, то в будущем она придет на мои похороны.» Что ж, на моих похоронах всем придется столкнуться с гениальным рыцарем Лукасом, великим скрытым магом Эйденом... и даже с гениальным элитой Аароном... И снова жадная жизнь Селены стала жалкой. «Все вокруг тебя - гении.» В любом случае эта женщина по имени Вивиан, похоже, хотела держаться поближе ко мне. Честно говоря, бесполезный щебечущий голос рядом со мной был очень громким, и я хотела, чтобы она прекратила, но в такой хороший день (конечно, это был хороший день для семьи Селены), я подумала, что не должна делать ничего плохого, поэтому отреагировала должным образом. Однако болтовня Вивиан внезапно прекратилась при звуке ударов высоких каблуков по полу. Когда я посмотрела вниз на женщину в желтом - она была ниже меня ростом и кусала губы с напряженным выражением лица. Резкая перемена в выражении лица заставила меня всерьез задуматься о том, что это место находится внутри пьесы, а не книги. — Селена! Давно не виделись! У обладательницы звука был голос на высоких тонах. Девушка с яркими рыжими волосами, несравнимы с темно-синими, и в изысканном платье с золотой вышивкой, словно она хотела, чтобы на нее обратили внимание все вокруг, подошла ко мне. — Лия. Средний босс светской львицы во главе со злобной Селеной. «Лия Рашапель.» — Мия, а не Лия. Я слышала, что ты потеряла память. Думаю, слухи правдивы. Мия Рашапель. — Да, точно. Простите, что не смогла вспомнить, юная леди Мия. — Вы используете почетные обращения между нами...? Так странно... Тем не менее это напоминает мне о прошлом, так что это довольно приятно. Прошлое? Когда ты даже не знала, что Селена — принцесса, и дралась с ней в гримёрке...? А на следующий день, с письмом с извинениями, ты принесла корзину цветов и поклонилась, говоря, что мы должны быть друзьями? Вспоминая напряженную первую встречу двух женщин в книге, я наклонила голову, делая вид, что ничего не знаю. — Наверное, мы были очень близки, не так ли? — Конечно, мы были двумя лучшими подругами. Разве не так? Юная леди Вивиан Джонас? Леди Вивиан, которая прикусила губу при появлении Мии, покачала головой с мягкой улыбкой, как будто её никогда не беспокоило её присутствие. — Конечно. Ваша дружба была глубже слов. К сожалению, хитрый план желтой провалился в этот самый момент. Это было ожидаемо. Персонаж, чье имя не фигурировало в романе, против правой руки злодейки. Это была битва, которую невозможно было выиграть с самого начала. — О боже, я так рада это слышать. В том смысле... Я бы хотела лично поговорить с моим любимым другом. Не могли бы вы уделить нам минутку? Красные глаза Ли-Мии сияли. Её язык, казалось, просунулся сквозь слегка изогнутые красные губы. Честно говоря... мне захотелось сделать шаг в сторону и присмотреться. Разве не говорили, что самое приятное занятие в мире — наблюдать за дракой? Но, к сожалению, эти треугольные отношения поставили меня точно на вершину. Я была здесь более важной фигурой. Драка, в которой я также принимала участие, была совершенно раздражающей. «Прошло меньше месяца с тех пор, как я упала и потеряла память, но вас, ребята, интересует только то, кто со мной сцепится?» Казалось, что единственными людьми, которые правильно мыслили в этом мире, были брат Селены, Ариэль, и пара из герцогства. — ...Конечно. Юная госпожа маркиза, принцесса Селена, увидимся позже. — Вивиан сделала многозначительное замечание и ушла, так как ее игра еще не закончилась. «Хотя, трудно сказать, пройдет ли она хорошо. В любом случае, главное сейчас...» Что мне делать с этой неловкой, неудобной и раздражающей ситуацией, когда нас осталось только двое? Перевод: Nipple ---------- Глава 13 На всякий случай я оглянулась, но Лукас, который уже заведомо склонил голову при приближении женщины по имени Вивиан и отступил назад, уже занял место у противоположной угловой стены и смотрел на меня. Он находился именно в том месте, где я хотела бы быть. «Он , значит, стоит в идеальном тихом месте, а меня оставил в зоне боевых действий...» Какими бы скудными ни были мои знания о сопровождении, я была уверена, что сейчас что-то происходит не так. Я повернула голову, когда Лукас слегка приподнял свой бокал в ответ на мой взгляд. Никто в мире не помог бы мне. Если бы я убежала, они бы удивились и бросились за мной вдогонку. «Должна ли я бежать...?» Посмотрев на мои туфли с серьезным видом, Мия заговорила: — Теперь мы только вдвоем, Селена. — Ах, да. — Правда... Ты все еще используешь почетные обращения? Это расстраивает... Девушка нахмурилась, словно была искренне огорчена и несколько раз оглянулась вокруг. Все не сводили с нас глаз, но делали вид, что не замечают. Возможно, удовлетворенная тем, что все смотрят на нас, наша искательница внимания Мия улыбнулась и приблизила свое лицо к моему уху. — Итак... Ты действительно потеряла память? Или ты придумала забавный план? «Ах... ты такая эмоциональная леди...» Стоя посреди бурного сезона, она все еще воспринимала себя как сердце тайфуна. Большинство людей, наблюдавших за нами, вероятно, думали о себе то же самое. Они даже не знали, что были опавшими листьями, унесенными ветром. Однако, следуя мнению большинства, жить было комфортнее. «Если появляется назойливая снасть, толкни парня рядом с тобой и он уберет ее за тебя.» Руководясь народной мудростью, я просто решила приспособиться к этому месту. «Да, хочешь ли ты быть тайфуном или задиристым студентом-переводчиком, делай что хочешь... Но давай держать дистанцию». — С этой мыслью я сделала шаг назад. Вместе с моими действиями, красные глаза, казавшиеся недоуменными, агрессивно задрожали и последовали за мной. Я слегка вытянула руку перед собой, чтобы сохранить нужную дистанцию. «Так-то лучше.» — Похоже, это правда, что мы были близки... Однако сейчас я ничего не могу вспомнить. Мия, глядя на меня с открытым ртом, осмотрелась вокруг, не в силах изменить выражение лица. Если она раннее казалась расслабленной во время своей шутки, но теперь её глаза дрожали, словно услышала сигнал о землетрясении. — Это немного... беспокоит. *** Глаза людей жадно бегали вокруг. В этот момент в зале для помолвки находилось несколько групп. Были те, кто хотел попасть на глаза кронпринцу, что присутствовал от имени императора. Были те, кто хотел получить выгоду от герцога и его жены. И люди, что хотели наладить хорошие отношениях с главными героями сегодняшнего дня - принцессой и молодым лордом... А также мужчины и женщины, которые задавались вопросом, как они могут подружиться с маленькой болезненной принцессой, которая потеряла память и стала довольно интересной. В итоге, эта вечеринка была похожа на поле тростника, колышущегося на ветру. Среди них молодые дамы были заняты тем, что закатывали глаза в поисках сияющих мужчин — потенциальных партнеров, однако взоры всех были устремлены на рыцаря, который сопровождал дочь герцога, а затем исчез. Так или иначе, к сожалению, молодая девушка с темно-синими волосами проиграла первый раунд в проекте знакомства с потерявшей память принцессой. Этой девушкой была Вивиан Джонас, дочь графа Джонаса, которая сделала себе имя в модном бизнесе. Дворянские предприятия в основном управлялись гильдиями, но в большинстве случаев некоторая высшая знать протягивала свои ручки косвенно с помощью инвестиций или аналогичных форм влияния. Граф Джонас был одной из таких семей. В большинстве столичных магазинов модной одежды были его инвестиции, поэтому Вивиан, естественно, стала лидером в области моды. Девушка, имевшая cтоль желанный титул благородной молодой леди, что стояла во главе моды, с момента своего дебюта в прошлом году искала группу, с которой можно было бы объединиться. Проще говоря, она искала людей, с которыми можно было бы проводить время вместе, устраивать чаепития и ходить на банкеты. Конечно, их истинной целью была не чистая дружба, а удачный брак и бизнес, интересные или выгодные слухи и так далее... Вивиан, что решила взять на себя бизнес отца, определилась с целью, с которой хотела бы быть, закончив поиски в этом году. Группой, конечно же, была та, где лидером являлась принцесса Селена Уайт. «Из того, что я слышала, характер у принцессы Селены ненормальный. Все говорят, что рядом с ней трудно держать себя в руках.» Тем не менее, люди, окружавшие ее, не оставляли ее без внимания. В чем может быть причина? «Потому что они используют преимущество знакомства с принцессой.» На самом деле, группа не очень хорошо принимала других людей и склонна была делать вид, что титул Селены - их собственный, поэтому Вивиан сдалась на полпути... Но внезапно принцесса потеряла память. Никто не знал, до какой степени, но, учитывая, что герцогство решило распространить новость о том, что она может стать неуправляемой, похоже, они хотели предотвратить появление слухов. «Она, должно быть, забыла весь социальный этикет, и даже не помнит, как правильно общаться. Вот и все.» Для Вивиан это была возможность. И все вокруг нее были настроены так же. Если она сможет здесь покорить сердце Селены, то сможет не только стать членом группы, но и занять в ней довольно высокое положение. Вивиан улыбнулась, глядя на прекрасную небесно-голубую куклу вдалеке. Все молодые девушки вокруг нее искали подходящий момент, чтобы подойти и поговорить. Однако Юная Леди знала, что самое важное в бизнесе - это время и уверенность. Если ты стоишь и ничего не делаешь, то ты уже упустил возможность заработать деньги. «Та, что обладает красотой...? Нет! Я хочу быть той, у которой куча денег.» Вивиан сделала шаг вперед, представляя свое успешное будущее. И вскоре после этого она растерялась. Основываясь на опыте, который она приобрела, работая с отцом с самого раннего возраста, девушка знала, что Селена не заинтересована в ней. Правда! Определенно! Ни на йоту. Было ясно, что принцесса ответила рефлекторно, потому что Вивиан заговорила первая. Тем не менее, аура Селены сильно отличалась от той, что Джонас помнила по прошлому банкету. В тот раз она была не такой. Тогда девушка была более простой... немного более... эмоциональной... Вивиан планировала хвалить её до тех пор, пока у нее не отвалятся губы... Однако, сегодняшняя Селена была далеко не эмоциональной, а на лице ощущался её изучающий взгляд. Казалось, что после похвалы у нее по коже побегут мурашки, поэтому Вивиан заговорила о пустяках, размышляя об атмосфере. «Что это такое? Если ты потеряла память, твоя личность может так кардинально поменяться? Должна ли я потерять память, чтобы удостовериться в этом?» Когда Джонас услышала точно такой же ответ от Селены в двадцать первый раз, то почувствовала, что внимание людей переключилось на них. Клац, клац, клац. «Только один человек мог появиться и захотеть привлечь к себе столько внимания, когда все остальные пытаются делать легкие шаги... Мия Рашапель.» И все же, какую бы тему Вивиан ни поднимала перед Селеной, то была на грани расстройства, потому что в ответ слышала лишь простое, бездушное «Ах...». И все же ей хотелось поклясться всем своим телом: «Лучший друг принцессы Селены - это я, и никто другой не может вмешаться». Нет, от взгляда на нее у нее забурчало в животе. «Сегодня просто не мой день». Обращаясь к Вивиан, Мия использовала почетные титулы, но с Селеной разговаривала неформально, показывая, что у них именно "такие отношения". Она даже обращалась к Вивиан по имени и должности, чтобы подтвердить позиции друг друга. Увидев такое появление, Джонас внутренне покачала головой и отступила назад. Тем не менее, она не чувствовала себя слишком плохо из-за этого. Потому что... разговаривая с Селеной, Вивиан задавалась вопросом: «Я разговариваю сама с собой, глядя на куклу, или я разговариваю с реальным человеком...?» «Ха! Почувствуй это сама, Мия! Пострадай немножко!» Вивиан была уверена, что Мия испытает то же самое. «Эй, ты тоже должна получить это.» Вивиан, измученная после такого нелёгкого труда, взяла приготовленный рядом напиток и выпила его до дна. Это было не совсем благородное поведение, но главное сейчас — подавить огонь внутри себя. И как девушка и ожидала... вскоре Мия была очень удивлена. «Что случилось с…» Та, что обычно разговаривала неформально с любым человеком, независимо от того, в первый раз они общаются или нет, теперь говорила вежливо и с почестями... «И что она сказала? Она... она чувствует себя обеспокоенной?!» Мия быстро огляделась вокруг. Это не было очевидно, но было ясно, что люди шептались об этой унизительной сцене. «Ха!» Ее лицо было полностью красным. «Как трудно мне было занять место её лучшей подруги, но только из-за потери памяти, это место теперь... Это невозможно.» ...Верно, она была злой девушкой по натуре. Мия знала это. Потому что именно она чувствовала это, когда была с ней. Принцесса была плохой девочкой и настоящей стервой. Злодеев тянет на злые дела. То, что она прятала когти, не означало, что пума станет кошкой. Кроме того, она знала момент, когда злодеяния Селены проявлялись наиболее ярко. Если девушка создаст правильную ситуацию, природа вырвется наружу и вскоре станет ключом к её выздоровлению. Подумав об этом, Мия снова закатила уголки рта. Было ясно, что все пойдет по её плану. — Эй, что ты имеешь в виду? Ты делаешь мне больно~ мы ведь так близки! Окружающие их девушки, видя действия Мии, внутренне прикусили языки. Понимая, что она не отступила, несмотря на такое унижение, стало ясно, что сегодня им придется иметь дело с приближением Мии к Селене. В конце концов, все отошли, разговаривая о своей личной жизни, в поисках следующей возможности. Однако, они все еще оглядывались, ну мало ли… *** Мия передо мной, казалось, не могла понять, что я говорю. Я не только намекала, что мы должны держаться на расстоянии, потому что это беспокоит, но и сказала прямо, что не помню её, так что «просто уходи». Но вместо того, чтобы уйти, она лишь на мгновение приостановилась, а затем набросилась на меня еще сильнее. Думаю, она почувствовала кризис, когда кто-то повел себя не так, как эта дамочка ожидала. «Ты хочешь получить все внимание в мире, но не можешь.» Теперь, когда я медленно оценивала актерскую игру на уровне мюзикла, а не театрального представления, я внутренне вздохнула. «Да, ты можешь все.» Мия, что говорила о воспоминаниях, которые я даже не могла вспомнить, не говоря уже о том, чтобы почувствовать в своем сердце, на мгновение остановила свой поток слов и открыла глаза. Ее ярко-красные губы, казалось, объявили: "Я злодейка". — О, я хочу что-нибудь выпить. Я не думала об этом, а просто наблюдала за тем, что пытается сделать моя жалкая "подруга". «Если это мюзикл, думаю, пора начинать песню...» Каждый грубый, громкий звук шагов проходил мимо меня. Куда бы ни направлялась Мия, там был человек, которого я хорошо знала. Эйден. Ммх... Быть такой простой... Как глупо. Если бы злодейка была такой неопределенной идиоткой, она бы даже вызывала симпатию у людей. Именно по этой причине Мия не была "главной злодейкой", а лишь её правой рукой. Даже мое сольное выступление, когда все смеялись надо мной, было интереснее, чем это. Чувствуя себя полностью остывшей, я наблюдала за поведением Мии ледяными глазами. — О боже, кто это? Разве это не верный слуга Селены? Как так получилось, что ты на празднике? Дворяне не проявляли никакого интереса к Эйдену. Какой бы непревзойденной ни была его красота, она оставалась лишь оболочкой, его родословная не была благородной. Хоть на него и было приятно смотреть со стороны, но к нему относились как к человеку, имевшему меньшую ценность, чем картина. Кроме того, он выглядел как нищий. Перевод: Nipple ---------- Глава 14 Дворяне, которые только что разглядывали внешность "красивого" слуги Эйдена, повернули головы на действия Мии и открыто сфокусировали свои взгляды на ней, словно наблюдая за обезьяной, запертой в клетке. «С какой стати этот банкетный зал стал таким большим, что разделил людей на множество групп?» Будь он правильного размера, то была бы только одна общность, сосредоточенная на главных героях сегодняшнего дня: моем брате и принцессе. Тогда бы мне никогда не пришлось проходить через такой странный спектакль. — Я хочу пить... Но не могу поднять свой стакан, потому что болит запястье. Не могли бы вы подержать его и последовать за мной? — Глаза Эйдена выглядели добродушно, а на губах красовалась улыбка, которую я уже видела раньше. «Как и ожидалось, воплощение профессионализма.» Он поклонился, взял стакан с эйд* и последовал за Мией. «Эйден... Эйде... Эйден... Эйде... Эйден с эйд...» (п/п: напиток с цитрусовым вкусом. Тут идет игра слов) Вскоре после этого улыбающаяся искательница внимания Мия и парень, что следовал за ней, появились передо мной. Дамочка ухмыльнувшись, подмигнула мне. «Тебе так нравится Селена?» — Ах, дай мне чашку. Отличная работа. Мия даже не смотрела на Эйдена, только её рука была протянута позади нее. Маг, все еще ухмыляясь, просунул стакан в щель между её раскрытыми ладонями. Даже не повернув головы, та взмахнула напитком в свою сторону. Конечно, как и следовало ожидать, эйд в стакане перелился и красное платье Мии окрасилось в еще более яркий цвет. — Кяааа!!! Я оглянулась на слезливый крик девушки, гадая, не думает ли кто-нибудь еще закрыть уши, как я. Но, повернув голову, увидела, что все смотрят на нас сверкающими круглыми кроличьими глазами, даже не думая о своих кровоточащих ушах. Мия медленно опустила поднятую руку. — Ты-что это!? Ты знаешь, сколько стоит это платье?! — Я прошу прощения, юная леди Мия Рашапель! — Что? Ты извиняешься? Ты думаешь, что все решится с этим паршивым извинением?! Мия надавила пальцем на плечо Эйдена, чтобы подчеркнуть свои слова. Проблема заключалась в том, что его плечо могло быть проколото, так как ее ноготь был совсем не мягким... Я молча смотрела на эту сцену, любуясь ею. Удивительно, но я ни разу не открыла рот после того, как сказала, что мне неприятно находиться рядом с Мией. Это означало, что нынешний переполох был полностью вызван её сольным выступлением. «Какой удивительный человек...» Дворяне, окружавшие нас, уже шумели. Некоторые из бывших помощников Селены вышли и жалобно смотрели на Мию, некоторые даже выдали клише, претенциозное: «Что делать? Как такое могло случиться...?» Хотя, конечно, благодаря "Природной телепатии злых дам", они могли знать, какая афера скрывается за таким переполохом. В данной ситуации больше всего стоило беспокоиться об Эйдене, у которого, скорее всего, скоро появится дырка в плече. Я покачала головой и продолжила наблюдать за ситуацией. У меня было ощущение, что я смотрю клишированную мыльную оперу и было интересно, будет ли следующая сцена именно такой, как я себе представляла. Мия не могла все это время спорить с Эйденом в одиночку, поэтому она сдвинула голову и приблизилась к нему. Затем прошептала ему таким низким голосом, что только несколько человек поблизости могли услышать: — Ты, попрошайка без ясного происхождения... Даже если ты не знаешь, из какой дерьмовой помойки ты пришел, если ты идешь работать, то должен делать это как следует. Хочешь, чтобы тебя снова выгнали в трущобы? Твоя полукриминальная рожа будет весьма кстати. «Наверное, это пик драматизма мыльных опер... это как любовь и война...» (п/п: кому не понятно, в мыльной опере в основном поднимаются две темы: любовь и война) Несмотря на унижение и угрозу, Эйден лишь склонил голову, повторяя: «Я извиняюсь». Очевидно, сегодняшним королем попрошаек была Мия. «Мия, как бы ты ни хотела показать Селене свои злые дела, есть вещи, которые ты можешь сказать и вещи, которые не можешь.» Если подумать, то хотя Селена и была сумасшедшей злобной девчонкой, она никогда ни к кому не домогалась подобным образом. Если в прошлом хозяйка этого тела была сумасшедшей стервой, то сейчас это место заняла Мия. «Что мне делать? Если я заговорю, все будут смотреть на меня. Нет, конечно, и сейчас все смотрят на меня...но…» Однако просто смотреть на меня, поскольку я была частью окружения и обращать на меня внимание - это две разные вещи. «Ах... ты наконец-то устала. А ты знаешь свое дело!» Я должна дать ей награду. Награду для самой надоедливой идиотки из всех. Даже когда я раздумывала над тем, что сказать, Мия все еще произносила вульгарные слова голосом, который могла слышать только я и собеседник, что продолжал стоять, склоняя голову. «Я ничего не могу с этим поделать. Опять же, я не настолько бесстыдна. Говорят, что доброта должна быть отплачена. С сегодняшнего дня меня зовут Магпай*. Сорока, что отплатила за доброту... Подождите, разве я не ласточка? Животные делают много одолжений. Они даже лучше, чем люди...» (п/п: сложная глава какая-то. Magpie: В Корее сорока (까치) считается "птицей большой удачи, сильной духом и обеспечивающей процветание и развитие". Говорят также, что некоторые дети, потеряв зуб, поют песню сороке, чтобы она принесла им новый.) В любом случае, я шагнула вперед, чтобы отплатить за оказанную ранее услугу. Заметив меня позади себя, Мия повернула голову. Её глаза блестели от предвкушения. В ответ я встала перед девушкой, то есть между ней и бедным Эйденом. От неожиданной близости Мия испугалась и сделала шаг назад. Парень с другой стороны, похоже, тоже был напуган, так как я почувствовала, что его тело слегка шевельнулось. — Юная леди Мия. На самом деле, если бы я умеренно встала на ее сторону, то могла бы утешить эту психованную, сказав: «Неважно, насколько это бестактно, но твои слова были грубыми». Она могла бы даже извиниться. Ведь у нее не было бы других вариантов. И скорее всего, девушка бы проболтала, сказав какие-то бессмысленные слова. Все знали, что хуже извиниться, чем получить извинения. Однако она продолжала бы доставать меня, думая, что мы стали близки. Лицо Мии просветлело, когда она подумала, что я собираюсь встать на ее сторону. Красивая драма дружбы, что навредит окружающим, но тебе — никогда, это, возможно, заранее нарисовано в твоей голове, не так ли? «Но что мне делать...?» Название драмы, которая будет показана в эфире прямо сейчас, было "Обратная драма". — Твои слова настолько вульгарны, что у меня кровь из ушей идет. Я серьезно. Мия несколько раз моргнула, потеряв дар речи. Казалось, она размышляла, не было ли то, что она только что услышала, слуховой галлюцинацией. Девушка огляделась вокруг. Поняла ли она, что то, что только что услышала, не было галлюцинацией, судя по реакции людей, чьи лица застыли, как камни? Спустя секунду, её лицо медленно окрасилось в красный цвет. Я слегка кивнула, наблюдая, этим процессом. — Леди Рашапель, сегодня особенный день для моего брата, принца Аарона Уайта, и Ее Высочества Императорской принцессы Ариэль. Что это за суета? — Се... Селена! Я - жертва! Ты видела, как слуга пролил напиток на мою одежду. —Мия крикнула на меня, не осознавая своего тона голоса. Казалось, она была очень расстроена тем, что я сказала. — Мне кажется, что напиток не был пролит намеренно, а перевернулся, и я думаю, что это госпожа неосторожно взяла бокал , от чего тот и разлился. — Что ты говоришь?! Селена! — Мия резко выкрикнула мое имя. В глазах под ее нахмуренными бровями был не только гнев, но даже печаль. «Нет, возвращайся. Я не хочу быть на твоей стороне. Ребенка нужно воспитывать строго и, конечно, не переусердствовать с этим. Так что считай это ложкой любви, Мия». (я кайфую от этой гг) С решительным выражением лица девушка оглянулась на молодых дам вокруг нас. Те, что до сих пор просто поддерживали её и предлагали бессмысленные утешения, сейчас смотрели на нее с застывшими выражениями на лицах. — Тогда я спрошу у здешних девушек. Пожалуйста, скажите, мне мерещится это, из-за того, что я сейчас плохо себя чувствую, или я все же права?. — Да, короче говоря, ответ был уже предрешен. Это было на том же уровне, что и сказать кому-то раздеться, показать стриптиз посреди родео и быть доставленным в полицейский участок или съесть запечённую курочку. Не нужно было даже проверять, какой ответ правильный. Все было ясно и нужно было только сказать. Окружающие нас дамы, видимо, думали так же, потому что медленно отступили назад и просто смотрели на Мию. Действительно, это было мудрое решение. — Это... гм... Да, похоже, юная леди Рашапель вывернула руку, державшую бокал... Похоже, он пролился... на нее... — Это... это верно... Это то, что я видела... своими собственными глазами... Лицо Мии, которое, казалось, уже не могло покраснеть, стало еще пуще прежнего от заикающихся слов дамы. «Действительно... Человеческое тело не имеет границ.» — Селена! Что случилось?! Может, ты не помнишь, но этот слуга был твоей игрушкой! Поступить так со мной - все равно что плюнуть в собственное лицо! — Мия закусила губы, наклонила голову ко мне и зашептала. Она сжала коренные зубы так сильно, что ее произношение было приглушенным. — Честно говоря, я ничего не помню. Должна ли я просто сделать это, потому что так поступала в прошлом...? А, может, мне придется заплатить штраф за то, что я этого не сделала? — Что ты... — Выражение лица Мии показало, насколько она растеряна. Она никак не могла понять ситуацию. — О, я подумала, что существует система квот, которую я не запомнила. Что-то вроде: "Мы обещаем издеваться над слугой три раза в день~ если ты этого не сделаешь, тебя выгонят из нашей группы~!". — Ик... кик... что... Селена! Мы были друзьями! Я просто разыгрывала тебя, как ты обычно любишь, чтобы вернуть твои воспоминания! Не слишком ли ты зазналась? «Ты можешь сейчас сказать любую ложь, раз я не помню. Когда это Селена говорила такие грубые вещи Эйдену?» Конечно, она делала много дрянных замечаний, но это было не так уж плохо. «Подождите, разве я сейчас пытаюсь защитить преступника?... Селена, Мия, вы обе встаньте на колени и поднимите руки...» Но одно было несомненно. Друзья? К сожалению, Мия не была другом настоящей Селены... это точно. Для нее Мисс Рашапель и другие молодые леди были Леди 1, 2 и 3, которые просто проходили мимо. Просто Мия продержалась немного дольше. «Клянусь ногтем на ноге, что ни одна из них не попала в список «людей, которых я бы хотела видеть на своих похоронах» после смерти Селены…Наверное, да? Верно? Ставлю свой ноготь...» — Это верно. Раньше мы были друзьями... но не теперь. — О? — Мы больше не друзья. — Я пожала плечами. Все взгляды были сосредоточены на нас. «Ну что, будете жаловаться на это? Жалуйтесь, только не мне. А вон тому Эйдену или Лукасу.» Она медленно моргнула, глядя на меня. Я снова открыла рот, чтобы указать на то, что меня беспокоит: — Итак, с этого момента не разговаривайте со мной слишком много. Юная леди Маркиза, Ли-Миа Рашапель. При моих словах красное лицо Мии мгновенно побледнело. Это была не китайская магия, а просто человек с очень необычным талантом... имея такой талант, Селена должна была сыграть лучшую роль. «Хорошо. Если ты доставила столько хлопот, тебе пора уходить.» В отличие от ищущей внимания Мии, я терпеть не могла, когда люди смотрели на меня. К тому же, скоро будут танцы... А я даже не могла танцевать. Однако мне приходилось справляться с идиотами, которые не могли связать: «я потеряла память» и «я не могу танцевать». Поэтому все время приходилось повторять: «Извините, но я не могу танцевать...». Я оглянулась на Мию, чтобы посмотреть, не сидит ли Лукас все еще в углу и в этот момент наткнулась на странный взгляд, который приближался ко мне. На лице рыцаря была его обычная вежливая деловая улыбка. Перевод: NIpple ---------- Глава 15 «Вау! Разве это не та романтичная часть из пьесы? Здесь полно хороших актеров.» Шагая своими длинными ногами, словно используя заклинание, чтобы сократить расстояние, он через секунду оказался рядом со мной. Лукас грубо склонил голову в сторону Мии и протянул мне руку. — Вам лучше отдохнуть, принцесса. Вы неважно выглядите. — Ах, я думаю, это было бы хорошей идеей. Я хотела быть на церемонии помолвки моего любимого брата... но, думаю, теперь у меня из ушей пойдет кровь. Какая жалость. — О, нет. Ваши уши не должны кровоточить. Я отведу вас в комнату. — Пожалуйста. И Эйдена тоже. Парень, которого только что упомянули, вздрогнул, словно испугавшись внезапного оклика и встал с противоположной от меня стороны. Конечно, он тоже улыбался. «Название этой пьесы должно быть "Человек, который смеется". А, разве это не плагиат? Тогда зачеркните это.» [1] — Да, миледи. — Иди за мной. Ты все равно пришел сюда, потому что отец приказал. Мия, в растерянности услышав слово "отец", посмотрела на меня. Лукас, Эйден и я отражались в этих дрожащих зрачках... «Как ты вообще смеешь поднимать голову...? И вообще, каково это - смотреть такую пьесу? Точно так же я чувствовала себя раньше.» Совершенно ошарашена. Я перевела взгляд на Мию и сказала парню, стоящему рядом со мной: — Эйден, я позвала тебя сюда, потому что мой отец беспокоился обо мне, а не для того, чтобы ты выполнял чужие просьбы. Так что, если что-то подобное случится еще раз, вежливо откажи им, упомянув герцога. Я говорила так, словно обращалась исключительно к Эйдену. Но да, наверное, мне все же не стоило при этом смотреть на Рашапель. В любом случае, похоже, это подействовало как четкое предупреждение для неё. Честно говоря, в моих словах не очень то отражалась логика, пока я говорила, все пыталась понять, что за чушь я несу, но, похоже, все поняли, что я пыталась сказать. Принцесса была на стороне Эйдена, а не Мии! Этого было достаточно. Я была здесь самой высокопоставленной персоной, за исключением герцога и герцогини, молодого лорда, императорской принцессы и кронпринца, который присутствовал от имени императора. По крайней мере, среди группы людей, наблюдавшей за этим зрелищем, у меня был самый высокий статус. Поэтому в обществе, где статус весит больше, чем что-либо другое, они неизбежно покатились бы со смеху, даже если бы я сказала что-то вроде "как давно я не ела апельсин?". «Если вы знаете, как действовать, то все становится проще. Жизнь - это игра ума.» Взяв Лукаса за руку, я развернулась и направилась к центру площадки, где собрались главные герои сегодняшнего дня. Даже если бы мне пришлось уйти, я должна была сначала поприветствовать главных героев. «О, вообще-то, я забыла еще кое-что.» Когда я встала, Лукас, что сопровождал меня и Эйден, который шел за мной, также остановились. Обернувшись, я позвала волшебника выйти со мной ненадолго. Когда я, спрятавшаяся за спиной Эйдена, снова оказалась в поле её зрения, Мия посмотрела на меня взглядом, в котором еще теплилась надежда. Остальные дворяне тоже обратили на меня свои взоры, с любопытством размышляя, для чего остановилась Селена. Оглядевшись, я вновь заговорила: — Как давно я не ела апельсин? Люди замерли в этой внезапно возникшей странной атмосфере. Лукас и Эйден тоже посмотрели на меня, их лица застыли. Когда я пожала плечами и отвела взгляд, словно размышляя, одна шустрая молодая леди начала неловко смеяться сзади. Это было точкой зажигания и неловкий и принужденный рев смеха распространился как лесной пожар. Удовлетворенно глядя на эту реакцию, похожую на дикий огонь, я усмехнулась, повернувшись обратно. *** — Что такое? Селена, ты где-то поранилась? — Нет, дело не в этом. Может быть, у меня немного кружится голова, потому что я не привыкла к людным местам. — Родители Селены и наследный принц разговаривали чуть поодаль. Поэтому взглянув туда, я, не раздумывая, сразу направилась к брату и принцессе Ариэль. Когда я сказала, что вернусь первой, Аарон обеспокоенно посмотрел на меня. Такое же выражение было и на лице милой и доброй героини. — Хорошо, тогда иди и отдыхай. Я поговорю с герцогом и старшим братом. Забота и волнение доброй и невинной будущей пары заставили меня почувствовать себя виноватой, но я лишь склонила голову и повернула назад, подумав, что в жизни бывает ложь из доброй воли. Честно говоря, было немного неприятно видеть лицо наследного принца... Я пробыла здесь недолго, но уже устала от необходимости следить за собой и вести себя вежливо, чтобы хорошо выглядеть перед другими. «Сейчас... Это лучшее, что я могу сделать.» Разве я уже не отлично справлялась со своей семьей? То есть, много чего уже было в порядке. Я не хотела увеличивать количество людей вокруг меня. Прогулка до комнаты была тихой. Поскольку банкетный зал находился довольно далеко от особняка, можно было идти к дому, наслаждаясь прекрасным ночным видом сада. Красиво падал лунный свет и три длинные тени шли бок о бок, а вокруг них раздавалось стрекотание кузнечиков. К счастью, жуки слетелись в ярко освещенный банкетный зал, поэтому мы могли только наслаждаться причудливым звуком. Ночной ветер овевал мое лицо... «Ах... Вот на что похожа летняя ночь...» Я закрыла глаза и вспомнила свое прошлое. Кондиционер издавал спокойный звук вращающегося вентилятора. Посреди комнаты моя младшая сестра крепко спала, а я тихо наблюдала за ней. Шум жуков снаружи был настолько шумным, что мне хотелось закрыть уши, неудобные стулья и кровать, к которым мы совсем не привыкли. Ранние летние дни были очень утомительным сезоном для моей младшей сестры, у которой было плохо со здоровьем. Если было слишком жарко, она могла подцепить кожное заболевание, если слишком холодно — простудиться. Родители, что действительно беспокоились за неё, уходили домой и спокойно спали, оставив все на меня. Я снова открыла глаза. Яркие воспоминания прошлого исчезли и только цветы, обдуваемые сильным ветром, заполнили мое зрение. «Красиво, красиво, красиво... вот и все.» Я больше не могла испытывать никаких эмоций, поэтому молчала. Трудно чувствовать то, чего не испытывал раньше. Разве я не могла сразу ощутить красоту, ведь то, через что я прошла, не было красивым? — Мисс, вы в порядке? — Когда я перестала идти, потерявшись в мыслях, Эйден, что шел позади, спокойно спросил. Казалось, его тоже отвлекли внезапные воспоминания о далеком прошлом. На его слова, сэр Лукас посмотрел на меня сверху вниз, изучая цвет лица. «Только сейчас? Как и ожидалось от "полунищего эскорта".» Взглянув на Лукаса, я повернула голову и посмотрела на Эйдена. Его светлые волосы блестели в лунном свете. «Действительно ли его лицо выражало беспокойство?» — Я в порядке, просто немного устала. — Селена, с вами правда все нормально? — Как только я закончила отвечать, Лукас вмешался сбоку. — Да, я в порядке... подожди, что значит "Селена"?. Внезапно, вместо таких титулов, как «Мисс» или «Юная леди», появилось имя «Селена». «В этом мире обращение по имени - это то, что делают только близкие друзья, не так ли?» А я явно отклонила предложение Лукаса стать друзьями. — Я уже говорил, что буду относиться к тебе как к родной сестре моего близкого друга. Люди говорят, что молчание - это подтверждение... Так что подумал также. «Родная сестра близкого друга. А, если подумать, он действительно так сказал.» Я не могла ответить, потому что в тот момент я просто открыла дверь и убежала... «Он очень нерадивый человек.» — Это верно. Но я собиралась отказаться. — О... Сам того не зная, я уже рассказал об этом Аарону и принцессе. Им обоим это очень-очень понравилось… — Лица двух мужчин, которые радостно улыбались передо мной, засияли. «Люди словно лекарство...» В конце концов, в прошлой жизни было естественно называть меня по имени. — ...Тогда, делай что хочешь. Лунный свет освещал яркое и ослепительное лицо Лукаса, которое почему-то казалось темным. — Спасибо, Селена. *** Головокружительное прошлое промелькнуло в голове Эйдена. Первый день, когда он вышел на прогулку... Воспоминание о том, как он шел один со стороны, словно мешок с ячменем... Сейчас он ничем не отличался от того дня, за исключением того, что его поставили позади. Однако сегодня ему было немного грустно. Парень не мог поверить, что его обидел разговор каких-то дворян. Это было забавно. Спины двух опрятно одетых людей, идущих бок о бок по садовой дорожке, выглядели весьма живописно. Глаза Эйдена медленно направились к земле. Ведь его тень на темном полу была совсем как он. *** Когда мы пришли в комнату, Лукас поцеловал мою руку перед дверью. Честно говоря, это было неловко и странно, но я ничего не могла поделать со здешним методом приветствия сопровождающих. «Когда ты в Риме, поступай как римлянин…» — Ну тогда приятных снов, Селена. «Я не хочу видеть никакие сны, просто дайте крепко поспать!» — в душе крикнула я, кивая. Лукас улыбнулся еще раз и повернулся. «Да, прощай и давай больше не будем встречаться. Я больше не собираюсь гулять, так что хватит меня навещать.» — Эйден, ты, наверное, тоже устал, так что можешь быть свободен. — Ах... да. Парень, который стоял у двери как тень, пока Лукас не ушел, поклонился, но продолжил смотреть на меня. — Что? — Это... Я благодарен за то, что произошло раннее. Я предполагала, что он скажет "спасибо". Вообще-то, учитывая его характер, это было немного поздновато. — Все в порядке. Я сделала это в ответ на то, что ты спас меня раньше. Теперь ты точно должен держать это в секрете. — ...Да. — Тогда иди. После этого Эйден снова поклонился, с более облегченным выражением лица и повернулся. Я увидела, как он уходит, и сразу закрыла дверь обеими руками. «О, это был очень утомительный и изнурительный день.» Я должна лежать в постели по крайней мере три дня. И решительно потянула за шнурок. «Я не могу сама снять праздничное платье... Это очень раздражает во многих отношениях.» *** — Как давно я не ела апельсин? — Стоя один в саду, Лукас разразился смехом. Это была не та приятная вещь, на которую можно было отреагировать простой улыбкой. Он не думал, что она скажет такое. «О чем, черт возьми, она думает за этим безразличным лицом...?» Вытерев слезы с глаз, рыцарь направился обратно в банкетный зал. К этому времени там уже незаметно поднялся шум из-за рассказа принцессы. Даже если просочились напрасные слухи, он не стал бы с этим мириться. Глупцы, которые даже не знали своего места и осмеливались говорить о ней. Глаза Лукаса блеснули странным светом. Перевод: Nipple _______________________________ [1] — Исторический роман Виктора Гюго, написанный в 1860-х годах. Главный герой романа - Гуинплен, ещё мальчиком умышленно изуродованный компрачикосами. Действие происходит в Англии конца XVII - начала XVIII века. По ходу действия главный герой, повторяя судьбу Золушки, из ярмарочного актёра становится пэром Англии. Роман увидел свет в 1869 году и в том же году был переведён на русский язык. ---------- Глава 16 Зайдя в особняк, Эйден направлялся к своим покоям. В тихом помещении раздавались шаги занятых слуг. Да, это был его мир. «Кажется, сейчас у меня из ушей пойдет кровь.» Но уголки его губ не переставали подниматься. «У меня кровь из ушей пойдет... Где ты научилась такому оригинальному выражению?» Эйден пару раз кашлянул, пытаясь подавить улыбку, которая все пыталась выскользнуть наружу. К счастью, ему удалось сделать это, но он не мог остановить мысли, заполнившие его разум. «Почему моя дикая хозяйка перешла на мою сторону...? Может быть, она действительно изменилась? Нет, нет. Только это... Вспомни тот день, когда тебе было 17 лет. Вспомни девушку, что обзывала тебя и бросалась предметами. Не обманывайся внезапной переменой.» Но было тщетно. В памяти всплыл не тот день, когда ему было семнадцать, а спины благородных мужчины и женщины, идущих бок о бок по саду. Глаза Эйдена спокойно опустились. (п/п: божечки, он такая булочка. Он мне нравится) П.П.: А мне его жалко, надеюсь он найдёт себя. *** Я добросовестно выполняла свой план - лежала три дня. Лукас несколько раз прерывал меня, предлагая прогуляться в центре, но я решительно качала головой. Никто не мог вмешиваться в мой режим. И снова я ела в постели, лежала и каталась. Итак, время обеда уже прошло. Дело не в том, что мне это нравилось, скорее, в том, что я соблюдала режим перекуса, ведь Эйден будет немного расстроен, если что-нибудь в этом изменим. *Щелчок.* Кстати, говоря о дьяволе, Эйден открыл дверь и поменялся местами со служанкой в моей комнате. Иногда, если ей нужно было выйти за пределы моей комнаты, она звала другую горничную и они подменяли друг друга. — Эйден, как долго ты пробудешь здесь? — Что? Пока герцог или госпожа не прикажут мне прекратить. — Да, наверное. Это было не то, чего ожидала, но я просто спросила это из любопытства и во время ответа я один раз перевернулась на кровати. П.П.: она мне напоминает куриную грудку на сковородке. — Ах, поторопитесь, сегодня герцог, госпожа и молодой господин сказали, что вы должны пообедать вместе. — Что? — Кажется, вам стало лучше, поэтому они спросили, не будет ли ничего страшного, если вы спуститесь в столовую и пообедаете. Трапеза... Это могло показаться невероятным, но с тех пор, как я пришла в это тело, я не ела вместе с семьей Селены. Я делила пирог во время перекуса с Эйденом, но кроме этого, я всегда была одна. По какой-то причине это было... дискомфортно. Раньше во время еды я ела в основном в одиночестве или с сестрой, также было и в школе, и на работе, за исключением тех случаев, когда мне приходилось торчать на совещаниях, к которым нас принуждали. Когда я была совсем маленькой, я иногда ела вместе со своей сестрой и родителями, но через некоторое время это перестало меня устраивать. Сначала все было нормально, но со временем я не могла избавиться от ощущения, что я как чужак вмешиваюсь в уютное времяпрепровождение семьи. Поэтому, если у моей младшей сестры и родителей было время поесть вместе, это означало, что я должна была как можно быстрее улизнуть на улицу. Как бы они ни относились ко мне, как к невидимке, острый и презрительный взгляд летел на меня всякий раз, когда младшенькая называла меня "Сестра!". «Почему ты застряла здесь?» Я не могла вынести смысла, скрывающегося за этим взглядом. Было ощущение, что меня заставляют есть, когда меня раздавливает большой камень. Лучше было делать это в одиночестве. Именно поэтому я настаивала на том, чтобы я была одна с тех пор, как пришла сюда. Однако... Это тело принадлежало Селене. До тех пор, пока я могла сохранять четкие границы между мной и Селеной, я должна была делать все, что того потребует это тело. Короче говоря, я должна была сделать так, чтобы семья Селены получила последний счастливый опыт семейного обеда. — Хорошо. Скажи им, что я присоединюсь к ним за ужином. — ответила я и зарылась лицом в подушку. *** — Селена, ты пришла. — Думаю, я пришла вовремя, вы меня ждали? — Очевидно, что запланированное время ужина было 6 часов вечера, а сейчас 5:50... Такие прилежные люди. — Если нет, то вы заранее обрадовались, что я просто выйду? — Это не так. Мы тоже только что пришли. Кроме того, проходи и садись! — Да, мама. Видя, как мать Селены пытается сменить тему и избегает моего взгляда... последнее, похоже, было верным. Все были взволнованы и рано пришли в столовую. Я осмотрела лица всех присутствующих. Любой бы подумал, что круглые, сверкающие глаза - наследственное в этой семье. (п/п: Она имеет в виду, что все смотрят на нее с волнением и говорит с сарказмом) «А обеденный стол с моими родителями и младшими братьями и сестрами тоже был таким?» Сценарий, в котором вы ясно видите семью, связанную настоящим кровным родством... Я сделала небольшой глубокий вдох и села. «Пусть сегодняшняя трапеза станет для них приятным воспоминанием». — произнесла я небольшое благословение. — Селена, как ты себя чувствуешь? У тебя все еще кружится голова? — Нет. В тот день я, наверное, немного устала, потому что мне пришлось общаться с большим количеством незнакомых мне людей. Сейчас я в полном порядке. Было трудно пережевывать пищу одним ртом. После того как один человек задавал вопрос и я отвечала, клала еду в рот и пережевывала её, а человек, ожидавший своей очереди, ярко смотрел на меня, ожидая, когда я проглочу. Перевод: Nipple ---------- Глава 17 — Мы на месте. После слов водителя дверь открылась, и я увидела протянутую руку Лукаса. «Нам нужно держаться за руки или нет?» Так как я впервые выходила из повозки, поэтому лучше, чтобы мне помогли. Как в тот раз перед служанкой... Ну, хватит. Давай забудем прошлое. Руки у него были большие и твердые, со множеством мозолей, а волосы были похожи на эластин*. Было удивительно, что в буферах главного героя было столько всего. (п/п: я перекапала весь инет, короче, это что-то связанное с белком соединительной ткани. Может, что у него одни мышцы ?) — Есть ли что-то конкретное, что вы хотели бы увидеть сегодня? — ...Я не знаю. Хорошо, если это будет просто место, которое стоит посмотреть. Честно говоря, я ничего не знаю. — Тогда мы проведем вас по известным местам. Я кивнула на слова Лукаса и последовала за ним. Это был город, о котором я ничего не знала, поэтому с моей стороны было правильным внимательно слушать гида. Если бы я сегодня спокойно следовала за ним, то смогла бы часто выходить на улицу. Но вскоре я пожалела об этом. Если подумать, в прошлой жизни я никогда не путешествовала. Я никогда не была в школьной поездке или на выездном семинаре. Моя младшая сестра* была больна и не могла даже ходить в школу, так почему же родители разрешали мне ездить в любую? В прошлом это немного разочаровывало, но, повзрослев, я смирилась с этим. В этом смысле, это была моя первая ступень к взрослой жизни. Но... Казалось, что туризм не в моей конституции. Особенно популярные места. Как только я прошла через многолюдный рынок Плаза и увидела шумных клиентов самого популярного ресторана, меня затошнило. Людей было слишком много. — Простите, сэр Лукас. — Да, Селена. — Давайте поедим в другом месте. Словно удивленный моими словами, он повернул голову и посмотрел на меня: — Почему? Что-то не так? Тебе, случайно, не нравится мясо теленка?. «Дело не в теленке или чем-то еще, не в этом дело!» Я покачала головой. Видимо, мой цвет лица выглядел довольно плохо, так как Лукас сделал шаг ближе, нахмурился и посмотрел на меня. — Это потому, что здесь слишком много людей. Мне кажется, меня сейчас стошнит. — Ах. — Он огляделся вокруг с некоторым удивлением и кивнул. Наверное, это было по-своему логично. Лукас снова привел меня в небольшой ресторанчик, расположенный немного в стороне от площади. Интерьер был довольно уютным в соответствии с деревянным экстерьером. Столиков было немного, а людей - всего несколько человек. «Фух, кажется, теперь я немного поживу». Наверное, мой цвет лица раннее выглядел слишком плохо. Когда я вошла в ресторан и перевела дух, выражение Лукаса по отношению ко мне стало более мягким. Как будто он действительно беспокоился... Не может быть. Я перестала думать о ненужных вещах и посмотрела на меню, постукивая ногтями по столу. Томатное рагу, свиное жаркое, мясо из куриных ножек... Как давно я не читала подобное меню и не выбирала, что поесть...? И есть не одной, а с другими людьми, вот так... Я подняла взгляд, секунду назад прикованный к доске с меню, и посмотрела на Лукаса. Он тоже серьезно смотрел на список блюд, размышляя над тем, что выбрать. Было забавно видеть его напряженный взгляд на что-то такое глупое. Он всегда притворялся нежным и одновременно крутым среди знати... но сейчас мужчина искренне выбирал что-то из меню в маленьком ресторанчике... Все, кто его знал, рассмеялись бы. — Почему ты смотришь? — Лукас поднял взгляд, наклонив голову. В то же время наши глаза встретились. — Мне интересно, что сэр Лукас выбирает так... серьезно. — На мои слова рыцарь открыл рот и моргнул. Я подняла брови на его безответное выражение лица, что было так на него не похоже. «Я даже не могу пошутить? Он делает это каждый день. Каждый день он прилипает ко мне и смеется надо мной...» Однако через мгновение губы Лукаса изогнулись. Это не была обычная улыбка джентльмена, поскольку его глаза были опущены... Та маска злодея, которую он иногда надевает...нет, именно сейчас это похоже на улыбку маньяка. — Это мой любимый ресторан. Мне всегда трудно решить, что съесть, потому что все так вкусно. — Ах. — место, что ему нравилось, было таким простым. «Если подумать, согласно книге, в прошлом... разве там не говорилось, что он был бедным дворянином?» На самом деле, я плохо это помнила, потому что об этом говорилось всего в нескольких строчках. — Я буду тушеные помидоры. А ты, Селена? — Лукас закрыл меню. В тихом, спокойном и уютном ресторане раздался звук закрывающейся доски меню. — Я возьму то же самое. Тушеные помидоры были превосходны. Если еда герцога напоминала роскошный ресторан, то это место напоминало домашнюю трапезу. Человеку было так легко привыкнуть к этому месту. За короткое время тушеные помидоры превратились в Гомгук. — Ах, я сыт. — Я почувствовала сильное чувство удовлетворенности едой. Лукас посмотрел на свою тарелку и нахмурился. На тарелке еще оставалось немного томатного рагу. — Обычно ты ешь слишком мало. — Потому что нет причин двигаться. — У тебя есть точное понимание собственных проблем. — Некоторые люди даже этого не могут, так что не вижу в этом ничего плохого. «И я говорю о тебе». Однако Лукас с улыбкой поднял брови, как будто не понимая, что я имею в виду. «Видишь, видишь? Некоторые люди даже не могут этого понять». После ужина мы решили прогуляться по тихой набережной за площадью. Это была безмятежная и малонаселенная набережная, поэтому она была приятной. Когда мы шли по мосту, под которым протекала река, я остановилась. Держась за перила, я вытянула голову и посмотрела вниз на текущую воду. Она была настолько прозрачной, что хорошо была видна земля. Я даже могла видеть рыб, что плавали там. «Высоко ли это? Глубоко ли? Умру ли я, если упаду отсюда? Но не будет ли слишком больно, если я утону? Я не люблю болезненные вещи...» — Селена, если тебе страшно, иди сюда. — Я держусь за перила. — Я не могу доверять даже силе твоей хватки. «..Ты должна делать то, что тебе говорят». Я была уверена, что он расскажет родителям Селены, как все прошло сегодня... «Если он скажет хотя бы малейшие странные слова, я могу больше никогда не выйти на улицу». Я спустила руки с перил и сделала три шага в сторону от моста. Лукас кивнул, как будто удовлетворенный. — Что это там? — Мой палец указывал на большое здание, на котором висели большие часы. — Это башня с часами. К твоему сведению, ты не сможешь подняться, так что даже не думай. — ...Я и не думала. «Как у рыцаря, у него, похоже, хорошее зрение. Однако... это должно быть ложь, что люди не могут туда подняться...» В нашу эпоху, большое часовое устройство не может быть установлено там, где прохода нет. Кто-то должен забираться наверх и управлять им, чтобы часы работали правильно... «Вы думаете, я стала дурой, раз потеряла память?» Я смотрела на башню с часами, пока большая минутная стрелка не тикнула, затем повернулась назад. Мои глаза встретились с Лукасом, который ждал меня в нескольких шагах. Он смотрел на меня с ничего не выражающим лицом, затем медленно подошел ко мне и протянул руку. — Давай остановимся, Селена. Мы пошли обратно к площади. Я не чувствовала необходимости держать Лукаса за руку, поэтому мы просто находились бок о бок на небольшом расстоянии друг от друга. Никаких разговоров не было. — Я... я прошу прощения!!! Только один раз... Прости меня только один раз!!! Отчаянный детский голос эхом отдавался в моих ушах. Крики были настолько жалобными, что их можно было отчетливо услышать даже сквозь стену из людей. Взгляды толпы были устремлены в одну точку. Заинтересовавшись происходящим, я вместе с Лукасом подошла к сборищу. Обладатель голоса сел на пол. Было видно, что на его лице и теле было много грязи, похоже, он катался по всей земле. Напротив маленького грязного ребенка стоял мужчина. Человек, одетый в красочный костюм, в котором не было гармонии цветов, глубоко нахмурился и держал в одной руке трость. Похоже, что в наши дни трость была популярна в благородном обществе, а не из-за старости. По какой-то причине этот старик напомнил мне нашу искательницу внимания, Мию. — Прощение? Прощение! Как ты смеешь говорить о прощении в моем присутствии! Ты чуть не поцарапал повозку! Даже слова этого человека напомнили мне о привлекающей внимание Мии. «Вы ее отец...?» — Боже... Боже мой... Как-то он попался такому аристократу... — Как ты мог так быстро бегать в таком людном месте? Вокруг раздавались шепотки тоненьких голосов. Мальчик, стоявший на коленях перед высокомерным аристократом, дрожал. Казалось, что он чуть не попал под карету. «Но в людных местах нужно снижать скорость. Члены парламента также должны ездить в соответствии с законом. Кажется, здесь нет такого закона... Но в жизни есть вещи, которые нужно делать, даже если нет првил. Это то, что называется обычаем, который передается из поколения в поколение». — Что мне делать? — Лукас прервал мои мысли. — Что ты имеешь в виду? — Ты поможешь ему? «Я не знаю... помочь... должна ли я?» Я не знала, почему в эти дни темные стороны мира разворачивались прямо перед моими глазами. Это была очень раздражающая и утомительная ситуация, когда мне очень хотелось вмешаться, но мое сознание извивалось, если я этого не делала. В конце концов, кто-то мог наставить на меня меч в особняке герцога. Как и Ариэль, в доме нужно быть осторожным. Я так устала от одной мысли об этом, что голова раскалывалась. Я не главная героиня, я — злодейка... Разве такая ситуация не должна разворачиваться только перед доброй, положительной и внимательной девушкой? — Ты знаешь, кто этот человек? — спросила я Лукаса низким голосом, и он покачал головой, прежде чем ответить. — Похоже, он благородный человек, которого пригласили на церемонию помолвки молодого лорда, но, кажется, карета... была взята напрокат. Похоже, ему повезло получить приглашение. — Он получил приглашение по счастливой случайности... «Не слишком ли слабая охрана?» Ну, какой смысл был в этом вопросе? Я отложила его и снова перевела взгляд на этих двоих. Трость мужчины угрожающе звенела над головой ребенка. «Если вам посчастливилось встретить удачу, вы должны знать, как ее использовать». Дрожащий маленький мальчик приседал каждый раз, когда палка проходила над его головой. При виде этого жалкого зрелища окружающие только воскликнули: "О боже!". «Действительно... Откуда вы знаете, что я так слаба против маленьких детей?» Казалось, что я не могу молчать, как обычный человек. Но я не вела себя как злодейка, так что этого было достаточно. Успокоив себя, я покачала головой и посмотрела на Лукаса. — Если он замахнется на меня этой палкой, тебе лучше хорошо блокировать ее. Я ненавижу, когда меня бьют. «Точно, меня тошнит от ударов». Меня много били, прежде чем я повзрослела... Образ ребенка с дрожащим телом, которого бьют тростью по голове, - это то, чего я не могла испытать в этой жизни. Более того, я скоро умру, так что получать удары снова и снова... Я так ненавидела эту мысль. — Конечно. Я кивнула на ответ Лукаса и пошла к центру толпы. Перевод: Nipple ---------- Глава 18 Люди были озадачены моим внезапным появлением. Если бы это была пьеса, можно было бы сказать, что зрители неожиданно ворвались в зал. Моя милая искательница внимания Мия была бы в восторге от такой сцены. Я на мгновение закрыла глаза. — Кто ты? — Кто ты такой, чтобы говорить так легкомысленно? — Лукас, что стоял позади мужчины, разговаривавшего в неформальной обстановке, ответил с необычно строгим лицом. Его голос наполнился холодом. Увидев этот взгляд, мужчина, который до сих пор гордо держался за свою трость, вздрогнул. Я схватила конец одежды Лукаса, когда тот в гневе подошел к дворянину. «Нет, не ты.» Лукас, что смотрел вниз на мою руку, державшую его одежду, сделал шаг назад. — Вы разговариваете со мной неформально, потому что мы никогда не виделись? — На мои слова мужчина наморщил брови и моргнул. Наверное, было страшно, когда говорил Лукас, но это не касалось меня. — Хаа, похоже, ты благородная леди, которая ничего не знает о мире... Я просто сейчас даю этому маленькому мальчику жизненный урок. Не мешай и иди своей дорогой, миледи. — Мужчина вытянул шею и сжал моляры, как будто пытался мне угрожать. Возможно, он не был отцом Мии, привлекающей внимание. Скорее всего, нет. Маркиз не стал бы поднимать шум на территории герцога. Если не отец, то этот человек заслуживал того, чтобы стать крестным нашей искательницы внимания Мии. Я подумала, что было бы неплохо узнать его имя и представить его ей. Кстати... Если Лукас его не знал, значит, он не был известным дворянином... так вот почему он так уверенно вел себя со мной? Если человек использует свой имидж, чтобы так наступать на тех, кто ниже его, то он должен делать то же самое и глубоко кланяться перед вышестоящими. «Человек должен искренне следовать только одному пути». Однако, глядя на его лицо, тот не подумал, что я человек с более высоким статусом, чем он. Поэтому я посмотрела на мужчину и наклонила голову, затем перевела взгляд на его трость. Проследив за моим молчаливым взглядом, мужчина тоже взглянул туда. Я подошла к нему и схватила эту палку рукой. Мужчина, беспомощный от моего неожиданного поступка, лишь опустил глаза на свои уже пустые трясущиеся руки. Как только он осознал ситуацию, его выражение лица мужчины побледнело. Я схватила трость обеими руками и... Бах! Используя колено как опору, палка издала щелкающий звук и раскололась на две части. «Ах... Моя нога так сильно болит. Аишш, очень больно. Может, у меня колено сломано. Я должна была попросить Лукаса сделать это... Я уверена, что он хорош... ах... это действительно больно...». Пока я размышляла о своей боли, мужчина, который сорвался, закричал: — Это... Что это такое! Вы когда-нибудь видели такую грубость и неуважение!? Вызовите охрану... немедленно вызовите охрану!. Когда раздался громкий рев, кучер, стоявший позади, поспешно убежал. Люди смотрели на меня как на сумасшедшую сучку. (п/п: дословный перевод, это не я) «В любом случае, если ты решил устроить несчастный случай, нужно быть наглым». Вмешательство раздражает, но если уж ты сделал это, то должен был хотя бы создать происшествие, достойное твоей энергии. Среди криков мужчины раздался знакомый скрипучий звук. Оглянувшись, я увидела, что глаза ребенка расширились, когда он посмотрел вверх. Проследив за взглядом маленького мальчика... Как и ожидалось, Лукас, главный виновник этого хихиканья, прикрывал рот, чтобы не дать смеху вырваться наружу. При виде такого знакомого зрелища я покачала головой, как бы говоря мальчику: «Не обращай на него внимания. Этот парень просто сумасшедший». Конечно, в глазах этого ребенка я могла показаться еще более безумной. Я спокойно перевела взгляд на мужчину передо мной. Он танцевал что-то вроде чечетки, как будто пытался собрать весь гнев Вселенной. «Что за дворянин, стремящийся к элегантности, злится и так двигается...» В любом случае, было ясно, что он действительно человек без статуса. Пока он наслаждался этим утомительным танцем без сопровождения, тощий кучер с двумя закованными в броню охранниками бросился к нему сзади. — Что происходит? Двое охранников посмотрели на скачущего человека, затем перевели взгляд на меня. «Они могут подумать, что это я их позвала. Пусть так и думают». Я ответила на вопрос охранника от имени очень разъяренного человека: — Трость этого человека разбила мне колено. — Затем я указала на палку, лежащую на земле. (п/п: АХХАХА простите) Когда я закончила, люди вокруг меня издали разные восклицания. Дворянин передо мной посмотрел на меня так, будто я несу чушь, а стражники на мужчину словно на мусор, который бьет женщину тростью. Сзади меня послышалась икота ребенка. Кроме того, до моих ушей донеслось еще более громкое хихиканье. Люди вокруг смотрели на меня с вопросительными знаками в глазах. Я застонала и закатила глаза. «Такая красочная сцена...» — Что за... Ха! Правда!? В этом мире можно встретить сколько угодно странных женщин! Эта женщина взяла мою трость и разбила ее о свое колено! — Мужчина, пришедший в себя, возмущенно хрюкнул и указал пальцем на меня. Два охранника проследили за направлением, затем перевели взгляд обратно на мужчину: — Что за чушь ты несешь?! «Да, что это за чушь». Охранники начали получать свидетельства от окружающих зрителей при виде того, как мужчина скулит, как будто это несправедливо. В конце концов, двое вернулись, выслушав нескольких человек, посмотрели на меня, как на странного человека, и, заикаясь произнесли: — П-почему вы сломали эту... трость?. При словах охранника мужчина сложил руки и посмотрел на меня с ровным укором. Завоевать доверие стражника было довольно приятно, поэтому дворянин улыбнулся, сверкнув глазами. — Дело не в том, что я сломала ее, а в том, что трость того человека разбила мне колено. — Нет... это... вон там есть свидетельства других людей... Даже если вы так настаиваете... — Затем, осмотрев меня, глаза другого охранника расширились, и он что-то прошептал на ухо коллеге, пока тот говорил. «Полагаю, вы уже знаете, кто я. Как стражник герцогского поместья, разве вы не узнали принцессу немного поздновато? И того дворянина тоже... На самом деле, небесно-голубые волосы и глаза встречаются не так уж часто, разве вы не слышали слухи? Мне очень грустно». На самом деле, мой план состоял не в том, чтобы сломать трость надвое за счет колена, а в том, чтобы, узнав меня, тихонько заставить этого дворянина убежать... Видимо, этому мужчине повезло получить приглашение и даже ни разу не увидеть моего лица. Поскольку план провалился, я выбрала следующий лучший вариант. — Селен... — Шшш. — Я приложила палец к губам, чтобы попросить их замолчать. — Поскольку этот благородный папаша обвинил ребенка, хотя он сам чуть не сбил его, когда ехал на огромной скорости в людном месте, я подумала, что вполне нормально выразить свое недовольство таким образом... — Я медленно замолчала и огляделась вокруг. Вскоре люди начали перешептываться, вставляя различные "о боже", "хорошо" и так далее. Возможно, они поняли что-то общее между моим поведением и поведением того человека. Будь то сломанная трость или ребенок, которого чуть не сбила повозка... В конце концов, вина падала на слабого, который не мог говорить. В итоге, эксцентричность того человека и моя были на одном уровне. — Должно быть, я совершила ошибку. — Перед безумной принцессой двое охранников стояли на месте, не зная, что вообще следует делать. «Поговорим об экстремальной работе, а?» Однако, в отличие от этих двух людей, которым пришлось иметь дело с такой опасностью, наш павлин, что жил в комфорте без забот, подошел ко мне, хлопая крыльями. — Ха! Будучи дворянином, я всего лишь обучал этого простолюдина! «Вы действительно настолько невежественны?» Даже в ситуации, когда моя личность была подозрительна для любого, кто мог меня видеть, он продолжал повторять одни и те же слова снова и снова. «Похоже, что этому павлину не повезло добиться успеха, потому что он такой тугодум...» — Да, я была впечатлена этим и действовала так же. Верно, сэр Лукас? — Да, верно, миледи. Возможно, другие люди вокруг обратили бы внимание на это важный факт моего обращения…Кто-то вроде Лукаса. Тот, что обычно был нахальным и называл меня по имени, оставался также быстро соображающим. Он намеренно назвал меня "леди" и сделал шаг ближе. Лорд Павлин перестал трепетать крыльями при слове "Лукас" и поднял палец, словно что-то понимая. — Сэр Лукас...? — Лицо мужчины постепенно становилось все бледнее при имени, которое он коротко повторил про себя. Он не узнал ни моего лица, ни лица сэра Лукаса, но, похоже, узнал его имя. «Конечно, он гениальный рыцарь, который замахнулся на академию, посещаемую дворянами, так что вы наверняка слышали о нем». Услышав это имя, история о его внешности должна была сразу прийти на ум. В любом случае, было уже слишком поздно. — Сэр Лукас, пожалуйста, спросите его, как меня зовут. Я награжу его после. Теперь мужчина дрожал и был в растерянности. Он посмотрел вниз на сломанную трость, затем на меня, на Лукаса рядом со мной, а после на ребенка сзади, нахмурившись... ? Глядя на его быстрые движения за короткий промежуток времени, он напоминал курицу, а не павлина. — Это... такой молодой... — Вот, награда. Прежде чем этот невежда назвал мое имя, я прервала его и достал из кармана кошель, в котором было несколько золотых монет. Этого было достаточно, чтобы купить трость. Мужчина замахал рукой, но Лукас улыбнулся и вложил мешочек в его руку. Дворянин посмотрел на предмет с золотыми монетами в своей ладони так, словно это были не просто деньги, а куча яда. — Было приятно познакомиться с вами. Я надеюсь увидеть вас снова позже. Пожалуйста, дайте мне и эти уроки мира. Потому что я леди, которая мало что знает, в конце концов. — Не дожидаясь ответа, я развернулась и пошла к ребенку. Павлину все равно нечего было сказать. Мальчик, который икал, вздрогнул и снова опустился на колени, когда я подошла. Казалось, он испугался, подумав, что я могла быть более высокого статуса, чем тот человек. Наверное, малыш думал, что все дворяне подобны ядовитым змеям. «Ну, я только что поймала одного, как мышь...» Сэр Лукас отошел, чтобы поговорить со стражниками. Было ясно, что он пытается выяснить личность лорда Пикока за великолепное вознаграждение. Я склонила колени перед дрожащим ребенком и прошептала: — Тебе сегодня повезло. В мире много странных людей, так что будь осторожен. Перевод: Nipple ---------- Глава 19 Ребенок сглотнул, глядя на прекрасную женщину, похожую на фею, сидящую перед ним на корточках. Судя по всему, эта особа тоже была высокопоставленной, но он задавался вопросом, что делать, если совершит ошибку. — Сегодня тебе повезло. В мире много странных людей, так что будь осторожен. Мальчик кивнул в ответ. Это было действие, которое вышло рефлекторно. Однако в голову пришла только одна мысль. «Вот... Разве эта Нуна тут не самая странная?» Словно заметив это причудливое воображение, стоящая перед ним девушка с отсутствующим выражением лица нежно посмотрела на ребенка, затем подняла палец и легонько щелкнула его по лбу. Боли не было, но он смущенно поднял руку и потрогал место удара. Тогда сказочная Нуна медленно поднялась и постепенно отошла от него. Только тогда мальчик понял, что благородная Нуна уходит, и вскочил на ноги. Перед уходом эта леди что-то сказала стражникам, на что те кивнули и подошли к нему. «Что? Что?» Он подумал, не арестуют ли его за богохульное сердце...? — Парень, где твой дом? Мы отвезем тебя туда. — Ты нигде не ушибся? При этих дружеских словах ребенок потерял силу в своих дрожащих ногах и упал на спину. Тем временем спина девушки постепенно исчезала. Ребенок сел и со всей силы закричал. — Спасибо! Нуна! — Однако, несмотря на все его усилия, благородная Нуна лишь на мгновение остановилась и, не оглядываясь, продолжила идти. *** — Спасибо. — «Спасибо». Ты подняла шум, так что ты должна быть благодарна. — Лукас снова разразился смехом, вспомнив, что произошло ранее. «Да, смейся. Делай, что хочешь». На церемонии помолвки дворяне клеймили меня как сумасшедшую, я хотела пойти по легкому пути, но в итоге люди на площади стали считать меня также больной. — Почему ты пошла сама? Если бы ты использовала меня, все закончилось бы раньше. — Я думала, он меня узнает. Наверное, я была эгоцентрична. И... В первую очередь, такое поведение должен совершать обычный человек, чтобы произвести впечатление. Сэр Лукас слишком впечатлителен, чтобы притворяться, что это не так. — Ты высокого мнения обо мне. — Потому что ты человек, которого можно объективно высоко оценить. Когда количество людей постепенно уменьшилось, Лукас снова начал смеяться. Я покачала головой, увидев эту картину, недоумевая, что именно он находит таким смешным, но звук не прекращался. Но в какой-то момент смех прозвучал немного странно. Как будто он специально это делал. — Что с тобой? Когда я подняла на Лукаса странный взгляд, он посмотрел на меня, приложив палец к губам, словно приказывая мне замолчать, и все равно продолжил сильно смеяться. «Это странный способ поддразнить меня...?» Но на это не было похоже. Потому что под его "хахаха" глаза были заняты каким-то движением, и он повернулся, обхватив меня одной рукой за плечо. Благодаря этому движению, я почувствовала себя бумажной куклой. Полуприжатая в его объятиях, я подняла голову и огляделась. — Что такое? — Гангстеры. — Гангстеры? — Банда... почему бандиты должны быть здесь?! Словно отвечая на мои сокровенные мысли, мускулистый мужчина с железным прутом через плечо усмехнулся и открыл рот. — Присмотревшись, я увидел, что у вас много денег... Почему бы вам не пожертвовать немного и нам? Похоже, среди всего этого хаоса его больше всего впечатлила сцена, когда я передала кошель с золотом лорду Павлину. Подумать только, что моя знаменитая сцена была оценена таким головорезом как простая... Я повернула голову назад и увидела, что мужик ухмыляется. Он был типичным статистом в романе... «Ну... Это гораздо обременительнее, чем я думала». Снимать верхнюю одежду, потому что они не знали, как правильно ее носить... Это не очень-то соответствовало настроениям конфуцианской мысли. Я подняла голову, и мой взгляд привлекли чистые челюсти. «Разве нет большой разницы между главным героем и статистами...?» Нет, скорее, почему я все время впутывался в историю, которая происходила только с главными героями...? И за такой короткий промежуток времени. Череда событий была настолько многочисленной, что любая другая героиня похлопала бы меня по плечу, сказав, что мне очень тяжело. Поскольку за этими клишированными репликами не было ни одного бандита, смех раздавался из многих мест. Лукас повернул мое тело, глядя на гангстеров, и притянул к своей груди. — Не обхватывай меня сзади, держи крепко перед собой. — Да. — Я послушно сделала, как мне велели. Концовка, в которой мне разбили голову каким-то статистом, была худшей из худших. Это был не печальный конец, а плохой... очень плохой. Я не хотела умирать в руках других, тем более быть зарезанным безымянным бандитом. «Однако... когда защищаешь кого-то, разве ты обычно не отправляешь того, кого хочешь защитить, назад? Меня держали впереди, как детеныша кенгуру в кармане». Позиция была довольно сомнительной... — Случайно... Я ведь не щит, верно? — Ты слишком слаба, чтобы использовать тебя как щит. — Ах... да. — К счастью, это было не так. Мне этого достаточно. Левая рука Лукаса обвилась вокруг моей спины. Разница в росте была небольшой, поэтому мне пришлось уткнуться лицом в его плечо, не двигаясь. Во время этого разговора я задалась вопросом, ждут ли они нас...? Люди, которые все еще хихикали друг с другом, начали нападать только после того, как Лукас поправил нашу позу и даже достал свой меч. Он держал меня на руках и двигался легко. Действительно, бафф главного героя. «Благодаря тебе... Было ощущение, что я сейчас умру! Ухк-ухк!!!» Каждый раз, когда рыцарь делал легкий шаг назад, он придавал силу руке, обхватившей мою спину, чтобы не уронить меня. Движение было не очень сложным, но каждый раз в этот момент, мои ребра сдавливались. Обычно, когда такая ситуация появлялась в книге, это было бы очень романтично... но сейчас все застыло на месте, и теперь я снималась в фильме о кризисе спасения номер один. «Но что, если я скажу, что мне тяжело... Если настоящая сила его руки высвободится, есть большая вероятность, что я просто умру». «Хах... Лучше пусть тебе придавят ребра, чем разобьют голову... Ухк!» Вокруг слышались крики и ругательства нескольких человек, словно они выпали из игры. Бандиты были начеку, сохраняя дистанцию, возможно, понимая, что их противник необычен. Видимо, сейчас было самое время перевести дух. Я даже не дралась, но мне пришлось отдышаться вместе с ними. Лукас, что стоял лицом к лицу с ними, не выглядел измотанным. «Когда же эта ситуация закончится...?» Я немного высунула голову и увидела всю ситуацию, что разворачивалась позади него. Несколько человек катались по земле. «Это должно быть больно...» После такого мне стало немного легче. В этот момент из переулка сзади выскочил человек и взмахнул своим железным жезлом в нашу сторону. — Сэр Лукас, за вами. — Я знаю. Рыцарь откинул свое тело в сторону и сбил огромного человека с ног с такой скоростью, что мне стало стыдно за то, что я пыталась предупредить его. Я впервые видела его с поднятой головой, но его навыки были поистине удивительны. — Вау... ты действительно хорошо дерешься. — Это то, что ты хочешь сказать сейчас? — спросил Лукас с поникшей улыбкой, как будто он был ошарашен. — ...Разве я не могу? — Ты, наверное, так расслабилась. Даже во время разговора со мной я восхищалась его способностью двигаться аккуратно и без помех... «Агх!» — Похоже, сэр Лукас слишком расслаблен. — Ну, это не плохо... но багаж передо мной немного тяжеловат. «Ух, этот человек...» Но теперь от него зависела безопасность моей головы, поэтому я просто прикусила язык. — Гениальный рыцарь говорит как слабак? — Мне не нравится это прозвище. — Вот как? Так может ли рыцарь герцога сказать что-то настолько слабое? — ...Ты не спросишь меня, почему мне это не нравится? — Нет. Если тебе не нравится, значит не нравится. «Честно говоря, я не интересовалась, в чем причина». Пока мы беззаботно болтали, звук ударов и тяжелое дыхание бандитов все еще гармонично играли как фоновая музыка. На самом деле это была ужасная мелодия. — Хм, это слишком хаотично. Можешь закрыть глаза? — Я делаю это с самого начала. — ...Точно. На самом деле, мои глаза были открыты. Это было потому, что я думала, что так надо, пока держусь за него, когда он яростно борется. «Но, если он так говорит… Тогда я просто закрою глаза». Как только я сделала это, сверху раздался смех, не соответствующий текущей ситуации. Руки Лукаса немного ослабли, а затем снова крепко схватили меня, как будто он корректировал позу, чтобы найти какой-то комфорт и стабильность. « Угх! Результаты пришли быстро. Точно... Лукас - главный герой». Неважно, насколько плоха была драма, даже если бы главный герой получил по голове от проходящих мимо бандитов 1, 2 и 3, он бы даже глазом не моргнул. Только тогда люди говорили: «О, это возможно». Когда Лукас перестал двигаться, и я больше не слышала никаких звуков, я осторожно отошла от него. Оглядевшись, увидела мускулистых мужчин, разбросанных повсюду. «Похоже, никто не умер...» Честно говоря, я не волновалась, но на всякий случай повернулась к Лукасу. Его длинные волосы были распущены и убраны за спину. — Похоже, что повязка на голове куда-то свалилась. Затем мы с Лукасом умеренно повернули головы и посмотрели на пол, но присутствие мускулистых мужчин было настолько сильным, что больше ничего не было видно, не говоря уже о маленькой завязке для волос. Конечно, я не могла ее найти. Но я старалась не допустить, чтобы мою голову раздробили, как в ступке. Что ж, еще одна сорока в отместку за услугу. Я потянула вниз и развязала ленту на своей прическе. Как только светло-зеленый предмет был ослаблен, волосы, зачесанные в чистую косу, распустились. Я грубо взъерошила их пару раз и протянула ленту Лукасу. Он, что молча смотрел в эту сторону, поднял руку и взял ее. Я открыла рот, чтобы попрощаться с лентой, которая вот-вот должна была перекочевать из моей руки в его. — За тобой. «ААГКХХИИ!» Перевод: Nipple ---------- Глава 20 Лукас, похоже, умел наносить удары голыми руками. Человек, который собирался напасть на него сзади, с громким звуком рухнул набок. Рыцарь завязал волосы, как будто ничего не произошло, а я ждала его. Теперь действительно пора было возвращаться. Пережив несчастный случай на людной площади и даже не на окраине города, я очень устала. Серьезно, сегодня даже не что-то вроде "хаотичного дня Селены"... — Давай пойдем самым быстрым путем. — Тогда быстрее всего будет пройти через площадь. Чтобы попасть к складу повозок с окраины, нужно развернуться. О, ты имеешь в виду там? То место, где я стала для всех сумасшедшей? Однако физическая усталость взяла верх над этими мыслями. В конце концов, люди на площади больше не будут иметь ко мне отношения, подумала я. Ранее я совершила нечто безумное, так что была просто немного... В общем, обычно я не заботилась о людях. — Давайте просто пойдем туда. К счастью, люди на площади не обращали на меня столько внимания. Я была в изнеможении, что пока шла, у меня начали болеть колени. Наверное, это были последствия от перелома трости. Я была настолько выбита из колеи, что у меня не было времени сосредоточиться на боли, но теперь, когда пришло время возвращаться, казалось, что она нахлынула на меня, из-за чего ощущения стали острее. «Первоначально, не больно до тех пор, пока ты не осознаешь, что порезался». Я сделала еще один шаг, думая о том, что делать с болью, которая нарастала до такой степени, что я уже не могла нормально идти. И в то же время... мое тело опустилось. Лукас, что шел рядом, чуть поодаль, поймав меня, удивился, но раненое колено уже достигло пола. — Ах. — Ты поранилась? — спросил он, поднимая мое тело. Я поделилась своим состоянием с человеком, с которым мне пришлось идти: — Да. Кажется, мне разбили колено. Меня тут же перенесли на скамейку на площади, где было не так много людей; с ногами, почти оторванными от земли, можно было бы сказать "опора", но это было почти так, как будто я левитировала. — Как ты? — Думаю, меня ударили. — И как, по-твоему, это произошло? — Я на мгновение задумалась над тем, что сказать. Некоторое время я молчала, размышляя о том, есть ли подходящая аналогия, а затем в моей голове всплыл идеальный образ. — Прямо как ту трость раньше. Лукас посмотрел на меня, словно ошарашенный, поднял руку и легонько коснулся моего колена. — Ай. «Этот человек». — ...Больно, да? — Да. Словно меня снова ударили. Мужчина посмотрел на меня подозрительным взглядом, а затем уставился на мое колено под открытым платьем. «Ты смотришь сквозь него? Этого не может быть». Казалось, он не решался задрать юбку и проверить мои колени на улице. «Если человек ранен, почему внешний вид должен иметь значение?» Эта эпоха странным образом демонстрировала легкомысленность голливудского уровня и была бесполезно консервативной. Чтобы избавить его от мучений, я задрала юбку и посмотрела на него. Напуганный, Лукас огляделся. — Так, что ты делаешь? — Ты же хочешь проверить мои колени. — Что? Когда я пожала плечами, Лукас издал небольшой вздох, снял плащ, используя его как ширму, и осмотрел мои ноги. Ого. Выглядело так, будто на коленях был фейерверк. Окрашенные в синий, красный, фиолетовый и немного зеленый цвета, рыцарь нахмурился, глядя на состояние моих конечностей. «Что, почему, «что»?» Я молча отвела взгляд. — Невероятно. Ты сломала не трость, а колено. — Да, наверное, сила моего колена схожа с силой трости. Я впервые об этом слышу. — Когда я небрежно ответила, Лукас покачал головой. Я пожала плечами, видя, как трясется макушка серебристой головы. Я не сказала ничего плохого. — Нет, более того... ты не знала, что твои колени находятся в таком положении во время ходьбы. Разве не было больно? — Конечно. Но я была слишком отвлечена дикой ситуацией. — Какой бы дикой она ни была, кто не замечает такого? «Вот. Вот прямо перед тобой.» Пока Лукас все еще приседал перед моими коленями, ворча на меня, я подняла голову и посмотрела в сторону. Когда сталкиваешься с теми же словами, выплевываемыми снова и снова, воспринимаешь их уже легче. Это был один из методов, которому я научилась в прошлой жизни, когда работала и ругалась на родителей. Перед самой смертью так случалось почти каждый день. Пока я слушала ворчание Лукаса, размышляя над воспоминаниями о своем прошлом, увидела издалека приближающегося к нам мужчину. Я подумала, что он просто проходит мимо... Но для этого его глаза были слишком сосредоточены на мне. На первый взгляд казалось, что наши глаза встретились. При появлении подозрительного человека я оттолкнула Лукаса, который все еще ворчал на меня, и указала пальцем на мужчину. Тот повернул голову на мой жест и медленно встал. Этот человек выглядел так, словно идет ко мне. «Что на этот раз?» Хаотичный день Селены, походу, еще не закончился. Должно быть, это была трилогия... Такая же, как завтрак, обед и ужин. Но, к сожалению, моя выносливость уже закончилась. Изначально я была человеком, который ел только два раза. Я начала есть третий, только когда пришла в этот мир... Ну, сейчас это не имело значения. О чем, черт возьми, я болтаю? Я даже не могла сказать, о чем думаю. Наверное, я просто слишком устала. — Что происходит? — спросил Лукас у мужчины, который подошел достаточно близко, чтобы слышать голоса друг друга. У того были темные волосы и темные глаза с чрезмерно бледным лицом. Такой яркий контраст усиливал его присутствие. С точки зрения романа... он был похож на злодея... на Короля Демонов? Глядя на эту внешность, рука Лукаса медленно двинулась к ножнам меча. Мужчина встал во весь рост при словах рыцаря, взглянул на него, потом на меня и, наконец, открыл рот: — Я священник. «Понятно... О людях не следует судить по их внешности». — Вы священник? Когда Лукас спросил с все еще настороженным лицом, человек, представившийся священником, слегка кивнул с мрачным выражением. — Да. Я священник. Хотя моя божественная сила не сильна... Я просто пытался помочь вам, потому что думаю, вы ранены. — Сказав это, он протянул руку. На его запястье был выгравирован черный узор, но, если честно, с его внешностью и атмосферой, это казалось татуировкой. «И, еще, я ничего не знаю о священстве, поэтому не могу отличить». Честно говоря, до этого момента я вообще забыла о существовании такой профессии. Это было неизбежно... Согласно книге, власть храма в этом мире была незначительной. Их присутствие было настолько незаметным, что даже если о нем и упоминалось, то это было что-то о "первосвященнике". Более того, он погибал, когда умирал его лидер. — Что это? — Это знак священника. Думаю, ты сказал правду. Он не был персонажем романа. Если бы такой герой появился, о нем была бы написана хотя бы одна строчка. Лицо этого человека не было обычным, жаль тратить его на какого-то лишнего священника. Но я не могла вспомнить такую личность, как он. Конечно, я не слишком доверяла своей памяти, но... «Это новый персонаж? Или какой-то лишний прохожий? Или кто-то, о ком я читала, но не могу вспомнить?... Что бы это ни было, не думаю, что мы еще пересечемся». — Подумав так, я быстро потеряла интерес. Не имело значения, было ли это в романе или нет. — Могу я вам помочь? — тускло спросил темный священник. Тон его голоса заставлял чувствовать себя злодеем, спрашивающим, «не хочу ли я сделать последнюю исповедь», а не «хочу ли я получить помощь». — Да, конечно. — Селена. — В ответ на мои слова Лукас тихо позвал меня. «Должна ли я получить разрешение на это?» Но мое колено слишком сильно болело, чтобы ждать разрешения. Фейерверк должен быть в ночном небе, а не на моей плоти. Я тихо указала пальцем на свое колено, Лукас посмотрел вниз и закрыл рот. — Пожалуйста. — Да. Мужчина согнул передо мной колени, осторожно положил руку на мою рану и что-то негромко пробормотал. На первый взгляд, это звучало как что-то важное, но меня это не интересовало. Меня волновало только колено. Как только бормотание прекратилось, из его руки полился маленький свет, и боль исчезла. — Вот это да! Колено, на котором до этого лежала рука мужчины, вернулось в исходное состояние, как будто никогда и не было ранено. Ни одно лекарство в этом мире не могло исцелить травмы за такое короткое время... Способности священника были удивительны. Но почему они не имели никакого влияния? Этого я не понимала. Лукас, восхищенно глядя на мое колено, повернулся к человеку с тонкими глазами. — Спасибо. — Не стоит благодарности. — Священник посмотрел на меня, как будто хотел сказать что-то еще. Я подумала, стоит ли мне встретиться с этими глазами, но священник положил руку на грудь и склонил голову. Получив помощь и приветствия, я тоже встала и поклонилась. Увидев это, Лукас, естественно, поступит также. Поклонившись друг другу, мы втроем стояли в углу площади смешной формы. Я считала, что на этом наши мимолетные отношения закончатся... но, похоже, Лукас думал иначе. Он взглянул на меня, оттащил священника в сторону и заговорил. Он сказал что-то с хитрой ухмылкой, и священник посмотрел на меня с немного удивленным лицом, а затем сделал озабоченное выражение. «Что такое?» Я подумала, что разговор между ними будет более долгим, поэтому перевела взгляд и стала наблюдать за людьми, проходящими мимо площади. Вот прошла семья с дочерью, держащей мать за руку, и мальчиком, сидящим на плечах отца. Затем пара под ручку. Потом группа людей, которые, судя по всему, были друзьями. Люди с разными отношениями ходили по площади, разговаривали, улыбаясь. Казалось, что они живут в другом мире, нежели я, сидящая в одиночестве на скамейке. «Они выглядят счастливыми. Но на самом ли деле так? Хотят ли они быть счастливыми? Как эти люди живут день за днем?» Голос Лукаса разбудил меня от этих бесполезных мыслей: — Селена, пойдем. Когда я обернулась, священник уже исчез. Казалось, что господин пастор отказался налаживать отношения с Лукасом. «Может ли священник использовать свою божественную силу, чтобы видеть людей насквозь?» Поаплодировав тому за не самый плохой выбор, я встала со своего места. Мои ноги совсем не болели. Перевод: Nipple ---------- Глава 21 Внутри гремящей кареты Лукас посмотрел на Селену, которая спала напротив. Девушка выглядела уставшей после прогулки. Раньше коляска казалась неудобной, поэтому она неловко ёрзала, но теперь крепко уснула на своем месте. Каждый раз, когда повозка гремела, ее голова ударялась о стул, но девушка все равно не просыпалась. Лукас долго смотрел ей в лицо, но потом отвел взгляд в сторону. Хотя они были за пределами Площади, башня с часами все еще была видна. Он нахмурился и закрыл окно машины. Через некоторое время мужчина открыл глаза, услышав слова кучера о том, что они скоро прибудут. Он догадался, что заснул, сам того не осознавая. Казалось, спящая птица Селена снова открыла окно, пока он задремал, и красный закатный свет просочился в карету и залил пространство яркой краской. Небесно-голубые глаза и такие же волосы беспомощно трепетали в его затуманенном взоре. Ее вид, окруженный красным светом, выглядел настолько удушающе опасным, что Лукас медленно открыл глаза. — Ты проснулся? — Однако из-за ее последующего спокойного и тихого голоса у Лукаса не было другого выбора, кроме как неловко моргнуть. «Что… что это только что было?» — Да. — Я проснулась некоторое время назад, мы почти дома. — Да я слышал. Когда Селена говорила с ним, ее взгляд все еще был устремлен в окно, но потом на какое-то время наступила тишина. Лукас пошевелил кончиками пальцев, чувствуя, что должен что-то сказать. Даже улыбка, которая всегда была хорошо натянута, казалась немного жесткой и причиняла боль его губам. Мужчина не знал, почему его сердце было нетерпеливо, и он постоянно хотел подтвердить ее присутствие. Умопомрачительно опасная фигура, которую он видел ранее, продолжала мелькать в его сознании. «Но о чем мне говорить?» Прошло много времени с тех пор, как он чувствовал такую нервозность внутри. Лукас посмотрел в окно, следя за взглядом Селены. Багровое небо было жутким и одновременно прекрасным. Точно так же, как закат, который рыцарь видел на пикнике с матерью и отцом в прошлом. Лукас потер висок, чувствуя головокружение. Девушка, которая до этого смотрела в окно, повернула голову, чтобы посмотреть на него: — Что случилось? «Да, что не так? Почему я это делаю? А ты… почему ты такая?» Лукас проглатывал каждое слово, медленно качал головой и, как обычно, неторопливо поднимал уголки рта: — Ничего такого. На его слова Селена пожала плечами и снова повернулась к окну. Теперь он мог сказать, что означало это действие. «Это действительно так? Просто не бери в голову это». Лукас разразился тихим смехом от спокойного, холодного голоса, который возник в его голове. Но Селена, не проявляя к нему никакого интереса, по-прежнему наблюдала за пейзажем за окном, не заботясь о том, что он делает. А мужчина продолжал смотреть только на ее лицо. — Не рассказывай моей семье, что сегодня произошло. — Заговорила девушка к тому времени, когда карета почти остановилась. — Почему? — Я не хочу заставлять их волноваться. Им пока достаточно. «Беспокоишься… — Лукас внутренне усмехнулся. — Я никогда не думал, что ты способна на это.» — Я подумаю об этом. Они прибыли в особняк и разошлись в разные стороны. Первое, что он сделал, это отправился в кабинет герцога, чтобы доложить о прогулке. — Сегодня было что-то особенное? — Нет, герцог. Ничего особенного. А, нет, там был один. — Мужчина перед ним вздохнул, как будто почувствовал облегчение, и тут же поднял голову при словах Лукаса. «Скажи мне, я на тебя рассчитываю», — говорили его глаза. Лукас всегда был благодарен за это бесконечное доверие. Именно из-за этого взгляда он решил посвятить свое тело и душу герцогу с юных лет. Поэтому он надеялся, что никто в поместье не будет несчастлив. Ни герцог, ни мадам, ни Молодой Господин, а теперь… Селена. — Я встретил священника, который мне понравился. * * * После встречи с герцогом Лукас был пойман герцогиней и Аароном и поочередно должен был повторять одни и те же слова. На совести было тяжело из-за лжи, но в итоге все обошлось, так что… «Ну, это не полная ложь, не так ли?» Прежде чем лечь спать, Лукас выпил в одиночестве в своей комнате. В темном небе плыл полумесяц. Когда бокал, наполненный красным вином, повернулся в его пальцах, жидкость пролилась, оставив следы на стекле. Он медленно закрыл глаза. Глубоко развалившись на диване, мужчина поворачивал фужер одной рукой, медленно пробуждая воспоминания под тем красным закатом. * * * — Мама! Папа! Ну давайте же! — Подожди, Лукас! Ты же знаешь, что твоя мать не здорова! Маленький седовласый ребенок прыгал взад-вперед по склону во время заката, как будто взволнованный, потом подбежал к матери и обнял ее. Женщина, держащая ребенка, нежно улыбнулась бледным лицом. — Все в порядке. Я вышла сегодня, потому что чувствую себя хорошо, так что не волнуйся. Если Лукас счастлив, это лучшее лекарство для мамы. — Видишь, папа? — Тем не менее, ты не должен слишком усложнять жизнь своей матери. Ну давай же. — Высокий мужчина потянулся к ребенку, но тот надул губы и отвернулся. Это было явное выражение отказа. Женщина улыбнулась невинному взгляду, а мужчина рассмеялся ее красивой улыбке. Короткая прогулка под закат. Это было самое прекрасное и счастливое воспоминание для Лукаса. Но их счастье длилось недолго. (п/п: пошло стеклище) — Мама! Мама!! — мальчик встревожился из-за резкого кашля, вырвавшегося изо рта его матери. — Папа должен скоро вернуться… Папа ушел на работу, он вернется после обеда. Маленький Лукас мог только плакать, держась за руку матери, лежащей на кровати. Но его отец вернулся, лишь когда зашло солнце. — Папа! — Лукас… Как только он услышал звонок в дверь, ребенок побежал к ней, плача. Папа тупо уставился на него и вбежал в комнату, роняя на пол все, что было в его руках. — Милая!! Это была череда похожих дней. Каждый из которых был опасным и ужасающим... «Сейчас голод терпим. Я могу вынести холод. Хорошо, что у меня нет друзей моего возраста. Больше не грустно видеть, как отец ходит на работу, обманывая свой статус, делая саркастические замечания о том, остается ли бедный дворянин дворянином. Следовательно… пожалуйста...» — Мама… ты не можешь бросить меня… — Конечно. Куда бы я пошла без сына? Не волнуйся. Мама скоро выздоровеет. Мягкая рука женщины коснулась его щеки. Тощие кисти от невозможности есть стали очень грубыми, но тем не менее, такими теплыми… Лукас заплакал. Затем однажды, темной ночью, мучимый жаждой, мальчик вышел из своей комнаты и остановился перед дверью родителей. Эти двое вели беседу, и даже в детстве в ее тоне не было ничего необычного. — Если бы Розента могла помочь… — Дорогой, ты сказал, что перестанешь так говорить. Розента не считает нас семьей… Ты знаешь это. — Но но! Но как наша семья оказалась в таком положении?! Не то чтобы мы просим приданое за этого ребенка! Кроме того, изначально планировалось, что брак пойдет на пользу двум родам. Но так холодно… сказать, что мы больше не семья, поэтому нам не нужно ходить в гости… Ха… — Льюис, Лукас будет послушным. Я могу это вынести. Поэтому… Не будь слишком поспешным. Мальчик сжал кулаки за дверью. Невыносимые крики собрались в маленьком кулачке. Если бы это была Розента… Это было имя его тети. Она была младшей сестрой отца, и, как и его отец, и он сам, у нее были серебристые волосы. После визита несколько лет назад и разговора с его родителями она дала Лукасу несколько серебряных монет и исчезла. Он был так счастлив от получения карманных денег, что не знал, что делать, но оказалось, что они принадлежат его собственной семье. Почему-то выражение лиц его родителей, когда они смотрели на счастье ребенка, казалось очень неловким. «Если бы у меня были эти деньги… Если бы ей не дали взаймы… Моя мать… Болезнь моей матери…» Лукас тихо вернулся в свою комнату, все еще сжимая кулаки. Его жажда превратилась в гнев. Перед глазами вспыхнуло лицо больной матери. Даже фигура отца, уходящего каждое утро на рассвете. Все мерцающие сцены стали гневом и согревали его тело. Он не мог уснуть, чувствуя, как горит его тело. Днем он смеялся, делая вид, что ничего не знает, но внутри у него потемнело. Всякий раз, когда мальчик смотрел на худые щеки матери, казалось, что слезы брызнули из глаз. Из-за этого каждую ночь подушки всегда были мокрыми от рыданий, которые он не мог показать днем. После нескольких ночей, проведенных в гневе, тетя Розента пришла к нему домой. — Розента… — Прошло много времени, Брат, Белла. О, Лукас тоже сильно вырос. В последний раз, когда я видел его… Ему было семь лет — Шесть. — Лукас посмотрел на Розенту глазами, полными враждебности. Женщина, которая непринужденно поздоровалась с ним, фыркнула, увидев горящие глаза ребенка. — Да, тебе сейчас должно быть 11 лет. Ты на пике своего возраста. — Потом она просто вошла в его дом, как будто он принадлежал ей. Все трое с изумлением посмотрели на внушительную фигуру и последовали за ней. На Розенте было красное платье и шляпа, полная перьев. Ожерелье на ее шее было усыпано ярко-голубыми драгоценностями… Как ни глянь, это была благородная фигура в полном великолепии. «Если бы не этот человек, моя мама наверняка прожила бы жизнь здоровой…» Мальчик стиснул зубы. Он думал, что она забрала все, что принадлежало его матери. — Лукас, в чем дело? — С тихим голосом рука бледнолицой женщины погладила тыльную сторону ладони ребенка. Только тогда он взглянул на мать, с усилием поднял уголки рта и покачал головой. "Даже если она злится, она хочет скрыть это, так что даже если ты хочешь взорваться от гнева..." — Ничего такого. Перевод: Nipple ---------- Глава 22 Розента небрежно открыла дверь гостиной и села во главе стола. То, как она сняла шляпку с воротничком и уложила свои растрепанные волосы, было очень элегантно. — Что привело тебя сюда? — Как грубо. Так не принято разговаривать между братьями и сестрами. — Тот, кто провел черту и сказал, что мы не семья, была ты! Словно она даже не слышала крика Луиса, Розента закатила глаза и оглядела комнату. «Такое запущенное место». Должно быть, посетителей тут не было. Кто мог прийти навестить такую разоренную семью? Не было никаких причин использовать людей для уборки неиспользуемых территорий… Нет, глядя на внешний вид, было ясно, что они даже не ели как следует. Внезапно ей стало неудобно в кресле, на котором она сидела, поэтому женщина встала, расстелила носовой платок и снова села. Все трое нахмурились, увидев, что Розента ведет себя так, как вела бы себя, сидя на открытом воздухе. — Лукас, пошли с мамой. Дорогой, позови меня, когда графиня Хантер скажет, что уходит. — Мать Лукаса, Белла, схватилась за свою пульсирующую голову и ушла. Ребенок хотел остаться и послушать разговор взрослых, но все же взял маму за руку и вместе пошел в комнату. Убедившись, что ее мать лежит в постели, и уютно укрыв ее одеялом, Лукас вышел из комнаты, чтобы принести воды. Конечно, это была ложь. Было неприятно лгать ей, но мальчик не мог вынести любопытства по поводу происходящего. — Зачем ты на самом деле здесь, Розента? — Сидеть вот так лицом к лицу напоминает мне о прошлом. Разве это не так, Брат? Луис криво улыбнулся словам Розенты. Прошлое, то, что было давным-давно… — О каком прошлом ты говоришь? Тогда, когда нас еще называли семьей? Или в тот день, когда вы пришли, чтобы разорвать все узы? Или те давние дни, когда я пришел к графу Хантеру, прося о помощи, отбросив всю свою гордость? Перестань говорить смешные вещи, просто переходи к делу. — О, я здесь, чтобы сделать хорошее предложение. Если ты будешь так себя вести, мне будет грустно. — Услышав слова Розенты, Луис, сам того не осознавая, сглотнул слюну. Предвкушение, от которого ему следовало избавиться, пробежало по пальцам его ног. Его сердце уже бешено колотилось. Его гордость была уязвлена тем, что ему пришлось проглотить и вынести слова своей младшей сестры, которые были похожи на слова врага, но какое имело значение - потерять лицо? Станет ли от этого лучше для Беллы? Будет ли Лукас доволен своей гордостью? Розента приподняла уголки губ, наблюдая за его эмоциями. Жалкий. Он все еще был глуп, чтобы она могла держать его в своей ладони. Женщина слегка пошевелила рукой. Несмотря на то, что это было бессмысленное движение от ее возбуждения, Луис вздрогнул. При виде этого Розента слегка прикусила язык, чтобы сдержать рвущийся наружу смех. — У меня к тебе просьба, Оппа. Это очень хорошо и для тебя тоже… Кроме того, если ты просто послушаешь… Я оплачу лечение Беллы. Как насчет этого? Хотел бы выслушать? — Ее глаза сверкали, как у змеи, уговаривающей его откусить запретный плод. * * * — Милый… С тобой действительно все будет в порядке? — Конечно. Не волнуйся, все в порядке. Я вернусь меньше, чем через год… А ты пока будешь получать лечение. — Но... Лукас стоял позади своей матери, опустив голову. Он так много плакал по ночам, что не мог нормально открыть глаза. Ему было стыдно и жаль, что ему пришлось провожать своего отца на опасную дорогу с таким лицом. — Лукас, ты не собираешься показать свое лицо? Мы не увидимся несколько месяцев. — Мужчина согнул колени, чтобы встретиться взглядом с сыном. Распухшее лицо было милым и жалким. Оставляя такого ребенка и больную жену, он не хотел уезжать, но… он должен был уйти. Таким образом, он мог бы заработать достаточно денег для оплаты медицинских счетов и расходов на проживание. Луис боялся монстров, но мысли о потере жены было достаточно, чтобы остановить его страх. Когда Лукас поднял голову, он крепко обнял мальчика. — Позаботься о своей маме, пока папа не вернется. Я люблю тебя, сын мой. Лукас стиснул зубы. Он не хотел отсылать своего отца с заплаканным лицом. «Когда папа вернется здоровым, тогда я буду плакать и повисну у него на руках». Это не имело значения, даже если бы это было слишком по-детски. В объятиях отца он плакал вместе со своей матерью. Лукас кивнул головой. — Да… Папа. — Луис улыбнулся плачущему голосу и погладил ребенка по голове. Послышался звук подъезжающей кареты. Это был знак расставания. Его отец уходил туда, где кишели монстры. Покорение чудовищ являлось одним из способов порабощения в великой войне против них. Поскольку все больше и больше людей страдало от внезапного увеличения количества монстров, произошла великая битва, вызванная инициативой самого императора. Людовик был там командиром рыцарей. Он стоял перед людьми и показывал дорогу. В основном, такие роли принадлежали знати. Ничто так не поднимало боевой дух солдат, как те, кто был у власти, и не сбежал. Обычно на эту должность назначались дворяне, которые славились своим рыцарством, или не участвовали в бою, но выполняли стратагему в казармах. Поэтому в этой битве приказ был отдан графу Хантеру, что имел глубокие корни в семье, специализирующейся на фехтовании, но тот выдвинул отца Лукаса на фронт в качестве доверенного лица, используя как предлог свою болезни. Конечно, это тоже была сделка. Вместо того, чтобы участвовать в покорении монстров, граф решил поддержать медицинские расходы его жены и обеспечить расходы на проживание для нее и ребенка в течение года… Это, конечно, было неотразимой сделкой для Луиса, потому что он сделал это ради своего сына. В тот день, прячась и слушая историю, Лукас мечтал только о будущем, в котором его отец… вернулся бы живым. Верно. Он только мечтал об этом, но никогда не думал, что его отец вообще пойдет на битву. И вдруг мальчик понял, насколько он был эгоистичен, думая о том, чтобы толкнуть своего отца в такую опасную зону боевых действий? Он почувствовал, что его сейчас вырвет, поэтому прикрыл рот и пополз вниз. Его родитель, который сел в повозку, оглянулся и лучезарно улыбнулся. Такая яркая улыбка была… Лукас разрыдался. Дом без отца казался абсурдно большим. * * * — Тетушка!! Тетя!! — Лукас постучал в большие ворота. Должно быть, в этом большом особняке было по крайней мере два человека, которые смотрели на эту сторону ворот. — Тетушка!! Пожалуйста… Это нормально, если вам не нужно платить за проживание.… Пожалуйста! Мама умирает!! Пожалуйста!! Однако его крик, казалось, не достиг особняка. Он так сильно постучал в дверь, что его рука покраснела и окровавилась, но Лукас не мог перестать плакать. Его мать умирала. Обещанная поддержка была оказана только в первые три месяца. После этого сумма постепенно уменьшалась, и, само собой разумеется, лечение его матери, которое было прервано к восьмому месяцу, не проводилось должным образом. По мере того, как ей становилось все хуже и хуже, женщина не могла прожить и дня без обезболивающих. Сегодня ее, наконец, вырвало кровью. — Тетушка! Пож-… Пожалуйста!… Тетя... Лукас продолжал стучать в дверь, которая не открывалась. После продолжительного время, ворота, наконец, открылись. Это была не тетя Розента и не граф. Это был мужчина средних лет, который, по-видимому, был дворецким. Он взглянул на Лукаса так, как будто ему не нравился его вид, затем бросил мешок с деньгами на землю. Несколько серебряных монет выскользнули из кармана и упали на пол. — Проваливай. Я сделаю так, что ты не сможешь постучать в дверь, когда придешь в следующий раз. — Мужчина убийственно ухмыльнулся и отвернулся. Лукас тупо уставился ему в спину, когда тот отошел от двери и нащупал карманные деньги. Его мать… Он думал только о том, чтобы вызвать врача для своей матери. Он засунул деньги в карман одежды и посмотрел на небо. Солнце уже садилось. Как будто небо было разорвано, красный пылающий закат казался слишком жестоким. — Пожалуйста... моя мать в критическом состоянии. — Однако этих денег недостаточно. Доктор, который был главным врачом его матери, сухо покачал головой. Денег в кармане Лукаса было всего несколько серебряных монет, которых не хватило, чтобы вызвать врача домой. Он решительно отказался и выставил Лукаса, который плакал, умолял и цеплялся за него, за дверь. Неудачно покатившись по грязной земле, мальчик, пошатываясь, поднялся и побежал домой. Никто не помог. Никому не было дела до его матери. «Мама… Я должен заботиться о тебе.» Лукас стиснул зубы. Он бежал обратно домой, пока не запыхался. Оттуда не просачивалось ни единого огонька. Чувство тревоги стало возрастать. «Ни за что… этого не может быть...» Ребенок зашел, чувствуя беспокойство. Из-за двери неухоженного дома всегда доносился скрип. Он слегка вздрогнул, увидев старую дверь, которая сегодня звучала слишком громко. Навернулись слезы. Лукас медленно прошел мимо гостиной, где разговаривали его отец и тетя, мимо столовой и остановился перед дверью, где спала его мать. Но он не мог легко открыть дверь. Его руки дрожали. Он должен был сделать это и пойти к родительнице, но у него не хватило смелости. «Может быть, может быть...» — Эти мысли медленно поднимались от пальцев ног и душили его. — Лукас?.. — Слабый голос раздался в тихом и темном доме. — Ха... — Тихий вздох облегчения сорвался с его губ. Вся тьма, которая окутала его тело одним только ее голосом, казалось, исчезла. Лукас прикусил губу и потер глаза. «Я не могу быть слабым. Мама… Я должен защитить маму.» Мальчик взялся за дверную ручку. — Мама... — Да, Лукас… Ты ходил на прогулку? Женщина посмотрела на него, вновь ложась на кровать. Она прекрасно знала, что он пошел за врачом, и видя, что вернулся один, вела себя так, как будто ничего не понимала. — Я.… хорошо прогулялся… Мама. Прости, что так долго... — Поэтому он ответил так, словно не ходил за врачом. Это было все, что он мог сделать. Они были единственными, кто думал друг о друге… — Мне очень жаль… Я хотела пойти погулять со своим сыном… Маме так жаль... — В следующий раз… в следующий раз мы можем пойти вместе. Она молча улыбнулась. Белла подняла руку и погладила Лукаса по щеке. Они были холодными от продолжительной беготни. — Наш маленький, милый и красивый сын. — Мам, ты голодна? Я приготовлю суп. Осталось несколько помидоров. — Хорошо… Мама должна его приготовить… Томатный суп — это мамино секретное оружие. Этому маленькому существу пришлось стоять перед огнем в возрасте одиннадцати лет. Этот бедный ребенок ушел из дома на рассвете, чтобы разнести газеты, сказав, что заработает денег на проживание. «Ах… Это милое дитя...» — Я теперь тоже хорошо готовлю. Мама научила меня. — ...Верно. Это верно… У моего сына хороший учитель... — Белла вдруг громко дернулась всем телом и забилась в конвульсиях. Это был припадок. Перевод: Nipple ---------- Глава 23 Припадки стали более частыми. Видя, как она извивается и задыхается от боли, Лукас резко встал и начал растирать ее конечности. — Каагх… аахкк... каагх... ах... Тело Беллы сотрясалось, когда она прерывисто дышала. Красная кровь хлестала из ее горла при каждом вздохе. Ребенок посмотрел на свою мать, потрясенный необычным приступом. Поколебавшись так некоторое время, женщина медленно перестала двигаться. Фиолетовые глаза его матери тускло смотрели на него. Взгляд мальчишки дрогнул, когда он увидел свое отражение в ее влажных глазах. *Кап-кап* Потекли слезы. Застигнутый врасплох, слезы лились безостановочно. Ее дрожащая рука попыталась дотронуться до его лица, но она сильно затряслась и беспомощно упала на кровать. Лукас поднял ее руку и поднес к своему лицу, и эти грубые, тощие конечности нащупали ребенка. — ...Сын... с-сын… Мама... мама… Это... это... прости... — Заикаясь и выплевывая слова, рука его матери снова упала. Он еще даже не открыл рта, но женщина закрыла глаза, как будто не хотела слушать. Как в романе, она умерла во время разговора. Реальность сильно отличалась от вымысла. Сейчас все ее лицо было в крови. В конце концов, она даже не смогла увидеть своего мужа… — Ах... ах.... — Лукас вытер лицо матери рукавом. Чем больше он делал, тем больше разливалось крови. — Ах... Но он не мог этого вынести, если не сотрет ее. Этот ярко-красный цвет, казалось, вызывал смерть. Это подтверждало, что его мать… была мертва. — Ах... нет… Ах… Ах!! Хууук!! Мама... мама... мама... Нет. Нет… Пожалуйста, нет… Не оставляй меня одного, не оставляй меня одного. Пожалуйста! Нет… Я... я боюсь… Я не могу... мам… хукк! Нет...!! Лукас присел на корточки, словно падая в обморок. Он схватил женщину за кисть и заплакал, но рука больше не гладила его по голове. Ребенок чувствовал лишь холод и затекшие мышцы. — Нет!! Ах... Мама... мама... Этот пустой дом. Тихое и темное место. Только лунный свет слабо проникал в комнату через окно… Его мать умерла ужасной смертью. * * * Лукасу удалось организовать похороны. Это было самое отдаленное и опустошенное кладбище рядом с храмом, которое было получено путем пожертвования нескольких серебряных монет, которые он получил в тот день, словно нищий. Не было ни настоящих похорон, ни гробов. Тем не менее, добросердечный священник помог ему подготовить церемонию и другие вещи. В день похорон Беллы Барнетт присутствовали только священник и ее 11-летний сын Лукас Барнетт. * * * С того дня мальчик голодал несколько дней. Он ничего не мог сделать. Печаль съедала все его тело. Она так глубоко укоренилась в его теле, что простой одиннадцатилетний ребенок не смог бы ее преодолеть. Лукас присел на корточки рядом с залитой кровью кроватью, где его мать лежала до самой смерти, и уткнулся в нее головой. — Лукас?.. Дверь открылась, но тот этого не услышал. После нескольких дней голодания он плохо видел и слышал. Ребенок едва поднял голову, поняв, как кто-то зовет его. — П-папа...? Луис выронил то, что было у него в руке. Маленькая музыкальная шкатулка упала, и оттуда полилась прекрасная мелодия. Это была мелодия, которая не соответствовала атмосфере. Лукас моргнул, задаваясь вопросом, было ли это сном. Однако внешность его отца никуда не исчезла. «Папа вернулся. Папа... вернулся. Но...» Он не мог встать со своего места. В его ногах не было силы. Лукас попытался придать силу своим ногам, чтобы встать, но беспомощно упал вперед. Ребенок с трудом приподнял верхнюю часть тела и посмотрел на своего отца. — П-папа... папа... ма-мама... мама... — Надтреснутый голос малыша и запах крови вибрировали в комнате. Луис почувствовал, как у него потемнело в глазах, но он энергично покачал головой. «Подожди. Держись...» Сжав кулак, Луи наклонился к сыну и взял ребенка на руки. Смерть его матери, которую этот маленький ребенок, должно быть, перенес в одиночестве… Мужчина должен был утешить его, должен был успокоить своего сына. Но слезы продолжали литься. Лукас заметил, что его отец плачет и мочит плечи. Они оба плакали вместе. Да, в тот день, когда его отец уехал, он действительно пообещал, что будет плакать в объятиях отца, когда тот вернется. Папина рука, обнимавшая его за спину, была очень теплой, в отличие от маминой. Но… Что-то было странное. Что-то показалось мне странным. Лукас медленно выпал из его рук с чувством несоответствия. Между прочим… — Папа... левая рука… Где твоя левая рука? — У его отца не хватало одной руки. (У переводчика сердечный приступ) * * * Лукас поднялся с глубокого лежания на диване. В то же время вино выплеснулось из бокала в его руке и образовало небольшую лужицу на полу. Мужчина, что медленно наблюдал за этим, встал с дивана и размазал лужу ногами. Посмотрев вниз на испачканный пол, он поставил бокал с вином на стол и подошел к окну. Все люди, которых он любил, покинули его. Все они исчезли из его рук, как будто насмехаясь над ним. Люди более высокого статуса постоянно что-то отбирали у тех, кто был ниже их, и закрывали на это глаза. Сколько боли они причинили ему? Какое сильное чувство потери они оставили у него. Сколько ненависти оставили в нем? В тот день, когда он увидел, что левая рука его отца после возвращения из порабощения монстров исчезла, он закричал так, как будто мир рушился. В конце концов, у него не было другого выбора, кроме как плакать, словно потерял все в этом мире. Причина, по которой он познакомился с герцогом на войне, заключалась в том, что его отец потерял левую руку. И Лукас, что воспользовался возможностью получить в обмен на левую руку своего отца, дал обещание: «В этом нищем обществе я выживу до конца». Мужчина больше не позволит вещам, которые он любил, просто проходить мимо. Он не стал бы просто смотреть на такое, ничего не делая… После того, как герцог, который решил поддержать свою семью из-за связи со своим отцом в "покорении монстров", сказал Лукасу, что у него есть талант к фехтованию. Каждый день перед рассветом юноша открывал глаза и держал свой меч руками, настолько покрытыми волдырями, что они не успевали заживать. Он хотел, чтобы герцог узнал его. Скорее, честно говоря, парень хотел подняться на более высокое место с таким признанием. И Герцог оценил его усилия. Как и все остальные, он не просто назвал его гением, но и похвалил за его старания. Как Лукас был счастлив, он прижимал свои изуродованные руки и плакал от радости. И в тот день он мечтал о счастливом будущем для себя. Он больше не будет расставаться со своими драгоценными вещами. Он так думал. Но… Время шло, и эти мысли таяли и тускнели, создавая беспорядок в его голове. Чем больше он получал, чем выше занимал желаемое положение, чем больше возможностей у него было для достижения, тем слабее он становился. Он был напуган. «Я хочу защитить его». «Смогу ли я это сделать?» «Смогу ли я пройти весь путь?» «Могу я воспользоваться этим шансом?» «И... разве я не потеряю все это?» Чем больше он приобретал, тем больше боялся утраченного прошлого. Погрузившись в море бесконечных мыслей, он пришел к выводу: «Будь крутым человеком. Будь расчетливым. Думай только о выгоде. Притворись, что отпускаешь то, чего не получил. Притворись, что не интересуют вещи, к которым ты не можешь быть жадным в первую очередь. Притворись, что человеческие отношения ничего не значат для тебя...» Даже к тем, кого он так сильно ненавидел, словно забыл прошлое… Он мог сказать, чего они хотели. Цель тех, кто обращался к нему. Его внешность, навыки и сила. Если это так, то Лукас использовал бы их все, чтобы извлечь из них максимальную выгоду. Вежлив с аристократами и добр к женщинам, неторопливо встряхивая шахматную доску… Верно, это была своего рода самооборона. Юный Лукас, боявшийся проиграть, так и не повзрослел. Тем не менее, он… Он был похож на испуганного маленького ребенка, который боится потерять все. Парень не мог вырваться из того детства, когда много плакал из-за потерянных вещей. Таким образом, он спрятался в облике расчетливого, хладнокровного взрослого человека. Даже если бы он что-то потерял, то бы обманул себя… до такой степени, что притворялся, будто все это было по его собственным расчетам. Лукас красив и находился в таком положении, что люди ему завидовали. Разве сейчас ему не было чему позавидовать?.. И бояться... слишком многих… «Перестань притворяться». Лукас испытал новое ощущение от освежающих слов Селены. Прошло много времени с тех пор, как он начал вести себя так по-другому. Так долго, что не мог сказать, притворяется он или нет, но девушка сразу поняла. «Как? Как она может определить, откуда и куда идет вся эта игра? Как ты можешь видеть то, чего не вижу я?» Поскольку он не мог сказать, как выглядит на самом деле, когда не играет, парень отложил прекращение игры. Прячущийся ребенок все еще был слишком напуган, чтобы выдать себя. Облака проплывали перед полумесяцем, ярко сияющим в темном ночном небе. Лунный серп, наполовину скрытый облаками, был похож на свечу перед тем, как погаснуть. Глядя на это, Лукас вспомнил спину Селены, тупо смотрящую на реку и башню с часами. Ее хрупкая внешность напоминала его покойную мать… В тот момент, когда он посмотрел на ее спину, Лукас понял. Эта женщина не отказалась от мысли умереть. Но… Он не мог просто усомниться и позволить ей сделать это. Девушка не могла умереть до того, пока парень не получит ответ. И теперь он считал Селену членом семьи герцога. В прошлом, независимо от того, насколько важно она носила эту фамилию , ее личность напоминала его тетю, отчего девушка не казалась верным членом семьи герцога… Однако, потеряв память, она изменилась. Таким образом, он решил посвятить ей свою верность. Потому что герцогство было единственным местом, где Лукас заплатил бы за верность своей жизнью. Это было место, которое он хотел защитить больше всего после своего отца. Следовательно, он будет защищать Селену. Лукас задернул шторы. В том месте, где свет исчез и осталась только тьма, фиолетовые глаза мерцали черным. Перевод: Nipple ---------- Глава 24 Когда я открыла глаза, у меня болело горло. Видя шумную улицу за окном, казалось, что идет дождь. Я уже собиралась встать с кровати и задернуть занавески, но мои конечности онемели. Сегодня у двери не было горничной. «Ах… Если подумать, то, начиная с сегодняшнего дня, я могу находится в одиночестве примерно все время, пока сплю...» Вопрос заключался в том, является ли объединение людей вместе на 24 часа в сутки правильным способом защиты, но в любом случае, это осталось в прошлом… Сделав приблизительный вывод, я, извиваясь, встала со своего места. Одеяло, что было более мятым, чем обычно, заставило меня осознать, как крепко я спала прошлой ночью. Пошатываясь, обошла вокруг и потянула за веревку рядом с кроватью. Я не знала, сколько времени прошло после этого действия. До сих пор, когда бы я ни просыпалась, слышала, как горничная у двери приветствует меня, словно утреннюю птичку. Вскоре в комнату вошла служанка. — Миледи, вот вода, чтобы умыться. — Да, спасибо. Служба водоснабжения, которая считалась лучшей в этой сфере обслуживания, всегда была выдающейся. Люди всегда пытались как-то жить без надоедливых вещей, поэтому... они платили другим взамен за то, чтобы те доставляли им неприятности, которых они не хотели. Я закончила слегка умываться, восхищаясь правильной температурой воды в этом неизменном мире. Вскоре, одетая в яркое домашнее платье, я направилась в столовую внизу. Было два условия для моих прогулок и избавления от моей ночной слежки. Во-первых, нужно брать Лукаса или кого-нибудь еще, когда выхожу на улицу. Во-вторых, есть вместе. — Доброе утро. — Я села одновременно с тем, как произнесла свое утреннее приветствие. Сегодня снова вся семья расположилась за столом, с волнением ожидая меня. — Тебе тоже. Ты тоже хорошо спала, Селена? Мать девушки, крепко прижимая руки к своему колотящемуся сердцу, действительно выглядела как юная девочка. Даже главная героиня романа не смотрелась бы такой застенчивой и невинной, как эта женщина. Я сложила руки вместе и кивнула. В отличие от вчерашнего приема пищи, водопад вопросов не вылился наружу. Тем не менее, было принято спрашивать, хорошо ли я себя чувствую или нет. «Вы, должно быть, задали все вопросы, которые хотели, в прошлый раз...» Проглотив последний кусочек жареной картошки, я слегка надавила на уголки рта, чтобы очистить их. Тарелки троих уже были давно опустошены, но когда я начала вытирать губы, они сделали то же самое, притворившись, что только сейчас закончили трапезу. Люди, вероятно, думали, что я буду чувствовать себя неловко из-за своего опоздания… Когда я увидела это, у меня в животе стало тяжело, словно меня раздавило чем-то большим. «Может быть, это потому, что я давно не завтракала...» Я знала, что на самом деле это было не так, но пришла к выводу, что так оно и было. После окончания трапезы семья поболтала за полноценным чаепитием. Я все еще находилась в неведении относительно неизвестной политической ситуации, уставившись в пространство, а затем обратилась к своему старшему брату, который рассказывал интересную историю. — Да, именно поэтому я собираюсь пойти с Лукасом. — Да, храм... — Отец Селены делал вид, что небрежно пьет чай, а во время разговора поглядывал на меня. — ...Пожертвуйте немного денег храму. Не имеет значения, какова сумма, так что возьмите сколько хотите. — Да, отец. И на всякий случай я подумываю о том, чтобы остаться поблизости на день или около того. — О... Останешься на ночь? — Мама поставила чашку и сцепила руки. Раньше она так делала, потому что была застенчивой, но теперь — из-за беспокойства. — Да. Лукас сказал, что убедить церковь будет нелегко. Я должен привести их сюда немедленно, пока другие не заметили, что я пытаюсь сделать, поэтому, чтобы обговорить все детали, я пробуду там, по крайней мере, одну ночь. — Хорошо. Тогда сделай это. Сколько слуг ты возьмешь с собой? — Я не возьму ни одного. Я делал все сам, когда учился в академии. Становится труднее, когда приходится таскать на себе других людей. «Это верно!» — Я сделала глоток чая и мысленно закричала. Я даже не ребенок, но каждый раз, когда выходила на улицу, мне нужен был кто-то для сопровождения. Однако внезапно на ум пришло большое количество ухабистых гангстеров. Даже с этой огромной палкой… «Я могу взять хотя бы одного, думаю...» Мое мнение изменилось так быстро, что я покачала головой. Лукас будет отсутствовать целую ночь. Это была отличная возможность. Он был самым большим камнем преткновения в моих планах. Когда Брат и Лукас готовились покинуть поместье, все были заняты ими двумя. Мое состояние постепенно улучшалось, а Аарон привлекал всеобщее внимание после завершения церемонии помолвки… Так что все были бы заняты по-разному. Естественно, этой—моей—стороной пренебрегли бы, если бы была веская причина пойти куда-нибудь, пока Лукас был в отъезде… В тот день, после того как эти двое ушли, прошло три дня. Сегодня у нас с братом были планы на ужин с принцессой, и, прежде всего, погода была неподходящей для поездки дольше, чем на одну ночь. Илистая почва завтра все еще будет влажной, и казалось, что подготовка и планирование были необходимы в течение двух дней. «Я не знаю, что, черт возьми, такого серьезного в том, что вы двое собираетесь в храм, но...» — Я решительно покачал головой. У меня было предчувствие, что если я упущу эту возможность, план будет отложен на долгое время. Это становилось все труднее, потому что чем больше я общалась с этой семьей, тем более неуютно я себя чувствовала. И прежде всего… Мне начали сниться кошмары. Это началось в ночь церемонии помолвки. Во сне множество белых бабочек слеталось вместе, образовывая человеческую фигуру, которая постепенно становилась четче, открывая знакомое лицо. Это была настоящая Селена. Девушка схватила меня и горько заплакала. Нет, честно говоря, я не понимала, почему она так много плакала после всех плохих поступков, которые сама совершила, но… Тем не менее, будучи владельцем этого тела и став свидетелем трагического конца ее смерти, я рассеянно похлопала ее по спине. Но с тех пор это продолжалось по сей день. С того момента Селена появлялась в моих снах каждую ночь, кроме того, ее действия становились все более и более радикальными. Плача, она хватала меня за воротник и кричала неслышным голосом. Указывая куда-то пальцем, хватая мое плечо и раскачивая его взад-вперед, затем снова обнимала меня и плакала… Благодаря этой сумасшедшей Селене я не могла спать около недели. Я так устала. Дискомфортные ощущения в течение дня и утомительные сны по ночам. Если бы я время от времени не дремала, мое тело не выдержало бы этого. — Эйден, это все приглашения? — Я крепко прижала свой ноющий висок. Мои конечности, которые болели утром, все еще покалывали. Кроме того, только сегодня я узнала, что этот стол и стул ощущаются именно так. До сих пор единственной мебелью, которую я использовала в полной мере в своей комнате, была кровать. «Что ж, хорошо, что я по полной использовала хотя бы один предмет». Я постучала пальцем по незнакомому столу, ожидая ответа Эйдена. — Да, на данный момент, это все. — Стопка приглашений на всевозможные мероприятия была довольно большой. После того, как Селена, которая выздоравливала после болезни, появилась на церемонии помолвки, люди начали приглашать ее повсюду. В любом случае, все, должно быть, думали об одном и том же. Один за другим я рылась в письмах с разноцветными узорами, помеченных чем-то красным, безжалостно разрывая, чтобы проверить содержимое внутри. Эйден, который вздрогнул от моего неожиданного движения, попросил у меня конверт, достал инструмент, называемый ножом для бумаги, вскрыл его быстро и легко передал мне обратно. «Как и ожидалось, люди также являются орудиями труда...» — Вечеринка в Розовом саду? — Это популярное и модное мероприятие, которое проводится в течение всего лета. Дворяне обычно украшают свои сады розами и устраивают там небольшое чаепитие. — Ах... «Короче говоря, это вечеринка в саду, полном цветов.» — Я держала приглашение в руке и постукивала носком ботинка. Приглашение в золотой оправе пришло из какого-то округа Джонас. «Я должна использовать это». Была только одна причина, по которой я выбрала это приглашение. Дата. Подготовка к этой вечеринке в саду, которая должна была состояться десять дней спустя, была неотложным делом. Таким образом, это создало бы вескую причину для выхода на улицу. Если я скажу, что хочу пойти на вечеринку в сад к другой молодой леди, родители немного побеспокоятся, но в то же время останутся довольными и согласятся. Я чувствовала, что использую семью Селены в своих интересах до самого конца, но это было неизбежно. Это лучше, чем жить своей прежней жизнью, обманывая их таким образом. «Верно, Селена? Вот почему ты должна перестать приходить в мои сны.» Я собрала остальные приглашения со стола, выбросила их в мусорное ведро, а затем нырнула на кровать. Все мое тело пульсировало. — Вы в порядке, миледи? — Эйден подошел ко мне с письмом. На что я грубо махнула рукой, давая понять, что со мной все нормально. — Мм, я в порядке. — Если вы плохо себя чувствуете, скажите мне сразу. — Хорошо. После того как, Эйден сказал это, лишь взглянул на меня и ушел. Однако вскоре он снова постучал в дверь. — Что? — ...Это моя работа - быть здесь... Ах да. Только ночью я свободна. В голове у меня стучало, и мысли стали тусклыми. Я посмотрела на Эйдена, фамильярно сидящего на стуле перед дверью, и зарылась в одеяло. Я хотела спать как убитый до следующего приема пищи. Прошло три бессмысленных дня. Я мало что делала, потому что все равно скоро умру. Было бы довольно забавно оставить завещание, хотя я и не была настоящей Селеной… Однако у меня не было намерения создавать прекрасные воспоминания с другими людьми. Я просто ела с семьей Селены, спала, грубо кивала головой на слова Лукаса, который время от времени появлялся, чтобы навестить меня; и смотрела в окно на грязную землю после того, как прекращался дождь, снова осознавая ценность дома. Потом я снова ела и засыпала. Это было фантастическое и идеальное время. Конечно, пока я спала, вновь появилась Селена и, плача, схватила меня за воротник. Эта милая и ужасная цыпочка. Если бы я попала в ад и встретила этого ребенка, мне хотелось бы сильно ударить ее. И наконец... наступило утро. Солнечный свет, льющийся в окно, был ярким. Таким ярким. Перевод: Nipple ---------- Глава 25 Вскоре после завтрака мой брат и его спутники были готовы к отъезду. Ну, группа состояла только из Лукаса, но… что плохого могло случиться, когда главный герой и второстепенный мужчина были вместе? — До свидания, старший брат. — Ах… Да, Селена. Ты должна позаботиться о себе. — Я все равно буду дома. Сэр Лукас, пожалуйста, позаботьтесь о моем брате. — Не хочешь ли ты сказать мне, чтобы я позаботился о себе? — Лукас притворился грустным и нахмурил брови. «Почему ты так лжешь? Тебе не о чем беспокоиться, потому что ты обращаешься с людьми перед собой, как к кенгуру». Я слегка отвернулась от него и встретилась взглядом с братом. Это был действительно последний раз, когда я видела его. Подумав об этом, мне стало жаль этого горько улыбающегося человека. Он был персонажем, который заботился и лелеял свою младшую сестру, даже несмотря на то, что получил удар по затылку… «Теперь я надеюсь, что ты будешь главным героем этой истории… Будучи им, ты сможешь быстро преодолевать небольшие испытания и жить счастливо среди людей, которых любишь…» Я взяла брата за руку, благословила его и отпустила. Аарону было неловко, что я держу его за руку, но он не мог скрыть своей радости. Другие люди могли подумать, что это было необычно. Какие родственные отношения были такими особенными? Но зная, что я скоро умру, я тихо лелеяла наше последнее прощание. — Тогда и я тоже. Береги себя, Селена. — Лукас осторожно вытащил мою руку из руки, в которой держал моего брата, и сжал ее. «Верно, все равно я его в последний раз вижу», — словно попросив его выполнить простую задачу — разрезать помидор мечом, герцог дал Лукасу титул заместителя рыцаря-командора и прикрепил его ко мне… Конечно, прямо сейчас я бы чувствовала себя ненужным измельченным овощем. Он грубо махнул моей рукой вверх и вниз. Это было прощальное рукопожатие. Мой старший брат, равнодушно смотревший на это, своими пальцами разъединил руку Лукаса и мою, а затем перехватил конечность рыцаря. — Перестань заниматься бесполезными вещами и пошли, Лукас. — Боже мой, мой близкий друг провожает меня? Если твоя невеста увидит это, она неправильно поймет. Не отвечая на глупую шутку, мой брат махнул мне другой рукой и сел в повозку. Лукас, держась одной рукой за моего брата, прикрыл глаза, слегка поклонился и сел в карету элегантным жестом, как дама, получающая настоящий эскорт. — Будьте осторожны, чтобы не пропасть без вести. На мою шутку, когда я схватилась за дверцу кареты, лицо моего брата озарилось волнением, когда он вспомнил день церемонии помолвки. Малышка Бэмби идеально подошла на главную женскую роль. Когда я закрыла дверцу и сделала шаг назад, кучер ударил вожжами, и лошади тронулись. Я еще раз махнула рукой в сторону, исчезающей среди грохота и пыли повозки. — Желаю тебе удачи в будущем, брат… — пробормотав благословение, которое не могла произнести лицом к лицу, без сожаления обернулась. Наконец, дав ему все пожелания, которые я могла дать Селене, у моего старшего брата не было бы воспоминаний незрелого ребенка. Этого было достаточно. — Мама, папа. Я хочу выйти сегодня. — После того, как мой брат ушел, мы втроем вместе пообедали, и я начала свое предисловие. — Как? Куда? Сэра Лукаса здесь нет… Не лучше ли выйти через несколько дней? —Заботы матери лились дождем. «О… использование этого выражения заставляет меня вспомнить последнюю гонку… давайте не будем использовать это выражение». Вместо этого беспокойство матери вылилось, как крик. [п/п: здесь автор использовала разные звукоподражания, чтобы выразить, как волновалась ее мама. Я думаю, это звучит странно, верно?] — Юная графиня Джонас устраивает вечеринку в розовом саду. Я также хочу получить возможность потусоваться с другими людьми в ближайшее время. А также, хочу приобрести новую одежду спустя долгое время. — Тогда ты можешь позвать дизайнеров, чтобы они приехали на дом! — Моя мать отреагировала очень рационально и разумно, но проблема была как раз в этом. — Я хочу лично осмотреть раздевалку тут и там. Поскольку дата близка, заказать одежду будет сложно… Если возможно, я хочу увидеть как можно больше и найти то, что мне понравится. — Ты можешь пригласить дизайнеров одежды. — На этот раз говорил мой отец. Обычно я бы восхищалась таким удобством. Сидеть дома, и чтобы кто-то приходил ко мне… Однако сегодня удобство было помехой. — Вообще-то, после того как я написала, что приняла приглашение, я попросила графиню Джонас помочь мне выбрать одежду. Мы должны были выйти и вместе посмотреть платья… Можно? «Нет, я не могу остаться. Я должна уйти сегодня, несмотря ни на что». Оба молча закрыли рты и задумались. Они беспокоились о том, чтобы отпустить меня на улицу без Лукаса, но их дочь, которая была прикована к своей комнате, потому что была больна, сказала, что хочет присоединиться к светскому миру сейчас… Кроме того, она даже пойдет на встречу с молодой дамой того же возраста, чтобы сделать покупки… «Кто меня остановит?» Неизбежно мои родители кивали двусмысленными, меланхолическими глазами, со смесью решимости, беспокойства, облегчения и счастья. — Спасибо, мама, отец. Когда я ушла, голоса этих двоих просочились через закрытую дверь. История, смешанная с беспокойством и радостью, о том, что Селена вышла со знакомой за покупками. «Простите, но я все равно даже не настоящая Селена. И это было то, чего она хотела … Пожалуйста, не грустите и не обижайтесь». Стоя спиной к двери и прислушиваясь к их разговору, я двигалась медленно, а горничная, стоявшая рядом с дверью, следовала за мной. Теперь и это скоро закончится. Слуги следовали за мной, сами не зная почему. В доме, где я была хозяйкой. Сколько бы памяти я ни теряла, даже если бы не знала устройство особняка… Должно быть, они подумали, что что-то странное, и это их очень раздражало. — Ты хорошо работала. — Простите? — Неизвестная горничная ответила, не поняв моих слов, но я слегка пожала плечами и ушла. В любом случае, это все, что я должна была сказать. *** — Простое, что-то простое. — Тогда… Ожерелье… — Ожерелье. Ладно. Пожалуйста, сделайте это как можно проще. — Да, миледи. Мой наряд для выхода в свет был очень простым. На мне была только шпилька из жемчуга, правильный макияж и платье непринужденного кроя. Человек с деньгами был бы ошеломлен, думая: «О, посмотрите на эту ткань… Посмотрите, в каком состоянии жемчуг!» А мне просто хотелось выглядеть дамой из семьи со средним достатком перед теми, кто не знал -качественные ткани и качественный жемчуг. Это было сделано для того, чтобы избежать повторения той же ситуации с гангстерами. —Я скоро вернусь. — Ладно, как насчет ужина? «Не думаю, что буду его есть». Я опустила взгляд и сразу подняла. Небесно-голубые глаза моей матери, похожие на глаза Селены, были чрезвычайно обременительны. — Я вернусь после еды. Просто представьте, в какие удивительные места я поеду… — Хорошо… Да. Ну, давай, дочка. Поздоровайся от меня с юной леди Джонас. «Юная леди Джонас, вам сегодня так повезло». — Конечно. — Я медленно вытащила свою руку из руки матери Селены, которая нежно поглаживала ее. Женщина продолжала смотреть на меня. Отец обнял ее за плечи, спрашивая, из-за чего вся эта суета, и все же его глаза были устремлены на меня. Я склонила голову и безжалостно отвернулась. Отношение, на которое нельзя было ответить взаимностью, оставляло только сожаление. — Пошли, Эйден. — Да, миледи. Когда я прощалась с родителями, парень, стоявший рядом со мной, поздоровался с ними обоими и последовал за мной в карету. Через окно вагона я могла видеть, как они оба все еще с тревогой смотрели на меня. Я держала их фигуры в поле зрения, пока те не стали невидимыми. Мой брат, уехавший раньше в карете, должно быть, так же смотрел на меня. Я хорошо помахала ему рукой. Чувствуя легкое сердце, я прислонилась к качающемуся фургону. «Ах… у меня болит задница». Чувство грохота, к которому я все еще не могла приспособиться, ударило по мышцам всего тела. Моя боль не прошла с тех пор, как я в последний раз выходила на улицу… Кроме того, все мое тело болело со вчерашнего дня. Судя по тому, как шли дела, я волновалась, правильно ли поступаю. Несмотря на то, что я как можно сильнее держалась за оконную раму, чтобы поддерживать свое тело, она вибрировала вместе с кареткой. — Миледи, подождите минутку. — Эйден достал что-то из сумки, которую принес ранее. Оно было красным и пушистым… как одеяло. — Зачем одеяло в начале лета? — Даже в начале лета ночью может быть прохладно. Я взял его с собой на всякий случай… Я рад. — Разве сейчас холодно? Было не холодно, а слишком жарко. Эйден взглянул на меня и аккуратно сложил ткань. Даже в кувыркающемся фургоне его движения были одинаково отточены. Как и ожидалось от профессионала. — Если вы сложите его на сиденье и спинку, то вибрацию уменьшится. — Словно просветляя мое невежество, он положил одеяло рядом с собой, чтобы продемонстрировать и кивнул мне. Это уверенное движение заставило меня вспомнить свое прошлое. Прошло почти два месяца с тех пор, как я вошла в эту книгу. Время действительно шло беспомощно. Я встала со своего места и подошла к тому месту, где он приводил в порядок одеяло и села рядом с Эйденом. Волшебника поразило внезапное близкое расстояние. «Опять же, чему ты удивляешься?» Я перешла, потому что думала, что так будет более удобной, нежели взять одеяло и привести его в порядок самостоятельно, но, думаю, это был не лучший выбор для Эйдена. Ну, все равно. Он не осуждал меня, и что бы я ни делала, он должен был с этим мириться. — Эйден, разбуди меня, когда приедем. — Хорошо. Я закрыла глаза. Определенно меньше вибрации передавалось на ягодицы. Это был мой первый раз, когда я сидела на этой стороне, так что это было новым ощущением. Я даже не заметила, как заснула. * * * Эйден взглянул на спящую девушку. Раньше в коляске было неудобно, поэтому она качалась из стороны в сторону, а теперь спала спокойно. «Если бы тебе было так неудобно, ты могла бы немного пожаловаться или сказать всаднику, чтобы ехал осторожно…» Затем, небрежно, она села на сиденье рядом с ним. Под совсем другим углом, чем раньше, Эйден уставился на спящее лицо Селены, а потом с удивлением повернулся к окну кареты. «Фу, о чем я только что адумал?» Парень осторожно переместил бедра в сторону окна и прислонился головой к стене. Солнечный свет, ослепительно сияющий над чистым небом, был слишком ярким. Перевод: Nipple ----------