Всемогущая девушка влюбилась-----

----

Ты потрясающий человек ----

Искренний, гордый.

И добрый.

Его улыбка сверкает мягко, как сияющее утреннее солнце.

Ты милый, веришь в справедливость и любишь доброту.

Несмотря на ненависть к конфликтам, ты сильнее всех, если хоть на мгновение возьмешь в руки меч.

Его сияющий взмах устраняет и уничтожает тех, кто стал злом, нечестивцем во всех уголках мира.

----Вы - принц из сказки.

В реальности принцев не существует.

Нет смысла даже искать их.

Потому что реальность гораздо более жестока и сурова.

Нас воспитывали и говорили нам об этом.

Наши родители, наши учителя.

Или, возможно, сам мир.

Посмотрите, как он жесток, как суров.

Черный - это цвет, который пронизывает этот мир.

Его пепельный цвет сохраняется до самого конца.

Здесь нет ни принцев, ни белых лошадей.

Нет здесь и ослепительных сказок.

Но мы знали это.

Мой принц обязательно есть, где-то в этом мире.

Верно, мы знали это.

Если есть что-то похожее на сказку, то это точно где-то в этом мире.

Да.

Так что----

Мы знаем.

Бриллиант, которым ты являешься, здесь, в этом мире.

Ты, творящий мою судьбу, есть в этом мире.

Нас разлучило время, но иногда мы сталкиваемся друг с другом.

Однажды мы тесно прижмемся друг к другу.

Разрывая тьму мира.

Облаченные в голубое и серебряное.

С твоим сияющим мечом, который лучезарнее всего на свете.

-----Ты придешь ко мне, сюда.

----

Мертвых не воскресить.

Невозможно вернуть утраченные вещи, никогда больше.

Даже самое большое чудо может коснуться только живых.

В последние дни спасение может быть вновь обретено.

Святой город Иерусалим вновь появится.

Царство примет всех.

Из далеких волн покажутся семь голов и десять корон.

О ты, грешный.

Имя твое - враг.

Сердце твое - алчность.

Хвалы твои превратятся в богохульство и будут бушевать над землей.

В основании вселенского чуда.

Нет доказательств любви нашего заблудшего господина, ибо здесь противоречие.

----

Война за Святой Грааль.

Это кровавый конфликт, в котором мы, маги, поставим свои жизни на кон ради исполнения желания.

Семь слуг и семь магов, получивших ранг ангела.

Героические духи, которые однажды встретили "безвременную смерть", оживут в современном мире, временно получив сосуды для своих душ, называемые Слугами. Собравшись в одном месте вместе с магами, которые должны стать их хозяевами, они будут убивать друг друга, пока в конце не останется один Слуга, что превратится в жестокую битву, превосходящую человеческое понимание.

Маги, Слуги.

Ради того, чтобы их желания исполнились, вместе.

На дворе 1999 год нашей эры.

Конец старого тысячелетия.

Начнется новая война за Святой Грааль, здесь, в Токио, в Земле Обетованной на дальнем конце Востока.

А сейчас.

Один Слуга стоит перед моими глазами.

У него зеленые глаза.

Он носит серебряные доспехи.

Слуга первого ранга, который поклялся сражаться вместе со мной в этой войне Святого Грааля, прижимается ко мне, Мастеру низшего из семи рангов, Принцу.

Ты, рыцарь, который сказал, что защитишь меня.

Сейбер.

Для меня того времени ты казался слишком высоким.

Не осознавая этого, я смотрю на твою фигуру, как будто это было 8 лет назад.

8 лет назад.

В то время ты, вероятно, сражался в неизвестном мне месте, наверняка рядом с моей старшей сестрой.

И все же.

Было много вещей, о которых я не знала.

О тебе.

О моём папе.

О том, что конкретно для тебя значит эта штука под названием "Война Святого Грааля"?

Или что моя старшая сестра сделала тогда?

Моя старшая сестра-----

Старшая сестра Манака.

Человек, который сиял больше, чем кто-либо другой.

Человек, который участвовал в Войне Святого Грааля 8 лет назад вместе с тобой.

Хотя я многого не помню даже сейчас, так как в то время я была еще молода, тем не менее, есть вещи, которые я точно помню.

Вот, например.

Я, всегда, о своей старшей сестре------

Свет ослепительного солнца проникал внутрь через щель в закрытых шторах. Голоса певчих птиц, сидящих на ветвях всех деревьев за окном, определяли время. Признаки утра. Исчезнув куда-то, как ложь, холод и темнота ночи, день, который должен был быть "завтра" перед самым ее сном, пришел в виде "сегодня".

Аяка: "Ууу-аааー"

Все еще потирая отяжелевшие веки, Аяка Садзё слабо вздрогнула, проснувшись в своей мягкой постели. Свет солнца. Голоса певчих птиц. Хотя она не ненавидела утренние признаки, которые должны быть комфортными и бодрящими. Но она не могла слишком сильно полюбить само наступление утра.

Аяка: (Уже утро)

Изменяя температуру собственного тела, она не отрицала, что ей нравится комфортное ощущение от своей кровати, которая сохраняла тепло до нужной температуры. Говоря о предпочтениях в категории пристрастий, она все же предпочла бы продолжать спать, раскинув своё тело на кровати, но при этом ощущая её тепло, как сейчас.

Аяка: (Будильник не прозвенел, до сих пор........)

С некоторым ожиданием она потянулась к цифровым часам, стоящим у кровати, накрывшись с головой одеялом. Холодный воздух коснулся ее правой руки, когда она вышла. Если бы она могла сказать, какое из этих ощущений ей больше нравится, то это ей понравилось больше. Однако холод остается холодом. Поэтому она тут же втянула часы обратно в одеяло.

Это были достаточно качественные часы, которые показывали дни и даты. Они были куплены и подарены ей на день рождения в прошлом году. Хотя она хотела более симпатичные, Аяка пользовалась этими часами уже больше года, и не могла побеспокоиться о том, чтобы пожаловаться на них папе.

【1991】

Она всегда могла уточнить время, бессознательно бросив мимолетный взгляд на дисплей.

【6:14 AM】

6:14 УТРА.

Если бы она была обычной девушкой ее возраста, то, конечно же, в это время большинство людей снова легли бы спать. Однако, поскольку образ жизни Аяки несколько отличался от образа жизни обычной ученицы начальной школы, она решила выключить будильник, ворча "......идеально" и делая слегка обеспокоенное лицо, когда ее глаза смотрели на цифровой дисплей. На будильнике было установлено время 6:15 утра. Таким образом, идеально. Она не могла оставаться в постели дольше, чем сейчас. Скривившись, она вылезла из-под одеяла.

Извиваясь, она сняла пижаму. Как и ожидалось, утренний воздух был все еще холодным. Холодным. Подобрав смену одежды, которая была сложена должным образом и положена на стул перед сном, она переоделась быстрее, чем это было сделано вчера вечером. С каких это пор она стала способна самостоятельно переодеваться. Она умела это делать, по крайней мере, с тех пор, как перешла в начальную школу. Если сказать наоборот, то она не помнила, когда ее кто-то заставлял переодеваться. Заставляла ли ее мама или папа, она не могла сказать.

Хотя она думала, что, скорее всего, это был не папа. Она только считала, что это было как-то странно, несмотря на то, что не помнила этого.

Аяка: "Хорошо!"

Закончив переодеваться, она встала перед зеркалом во весь рост, стоявшим рядом с гардеробом. Она полностью переоделась. Хорошо. Это ярко-красное пальто было любимым у Аяки. Она считала, что красные пуговицы - это мило и немного модно. Сверяясь с часами, висящими на стене, она быстро расчесала волосы гребнем. Сразу же закончила, потому что ее волосы были не такими уж длинными. Все в порядке. Она успеет вовремя. Но её чувства были на взводе, потому что время уже подходило.

Аяка: (....... Я должна вставать намного раньше, если хочу заняться готовкой)

Хотя она была способна самостоятельно переодеться. Но готовить она еще не умела. Это была работа, оставленная её папе. Папа делал большую часть работы по дому, в основном, сам. Конечно, бывали дни, когда приходил помощник, но в конце концов именно папа управлял огромным поместьем семьи Садзё, в котором было достаточное количество комнат, в которые нельзя было войти. Однако если это было по указанию папы, то Аяка могла помочь и по хозяйству.

Аяка: "Папа уже должен был проснуться".

Её папа, который, должно быть, опять засиделся допоздна прошлой ночью. И хотя сегодня утром именно он готовил завтрак, Аяка не могла ему в этом помочь. В крайнем случае, она могла бы помочь накрыть на стол. Но у Аяки были и другие дела в утренние часы. Устоявшийся распорядок дня. Другими словами, обучение черной магии. Учёба и практика.

Воздух в коридоре был намного холоднее, чем внутри её комнаты. Дыхание, которое она выдыхала, тоже было белым. Согревая дыханием обе руки, она направилась в ванную. Поставив табуретку, которую папа сделал для неё, она встала на неё и умыла лицо достаточно холодной водой, чтобы её не беспокоил холодный воздух. Ощущение пушистого утра мгновенно улетучилось. В голове прояснилось, так как следы сна тоже куда-то делись.

Кивнув "да", она вытерла влажное лицо собственным пригодным полотенцем. Глядя в зеркало, она подумала о том, что ей следовало бы закрепить чёлку заколкой, так как она сильно намокла. В зеркале она сделала озабоченное лицо.

Аяка: "Пожалуйста, не делай странных лиц, Аяка".

Кивнув еще одно "да", она вернулась в коридор. И тут она наконец заметила одну вещь.

Аяка: "А?"

Здесь какой-то приятный запах? Это завтрак откуда-то из дома или из этого района? Хотя не было бы странным, если бы это был запах яичницы с беконом, поскольку это типичное блюдо в ежедневном утреннем меню семьи Садзё, хотя ей показалось, что запах, витающий в воздухе, похож на запах бекона, он был больше похож на запах другого блюда. Но она никак не могла этого знать, потому что не изучала его, и ей не разрешали готовить. Размышляя в уголке сознания: "Что это?", она направилась прямо по коридору. Подойдя к другому концу коридора, она повернулась. Аяка поворачивала в сторону Сада. Выйдя из туалета, она открыла дверь, которая находилась мимо того места, где она прошла намного раньше по коридору, и вышла на улицу. Открыв стеклянную дверь в другом конце, она пошла дальше по коридору.

Наконец, она пришла. Даже если бы она сказала однокласснику, что её дом большой, это потому, что она слишком долго жила в этом доме. Но хотя было много раз, когда она не приходила с такой живостью, она чувствовала, что так было всегда, когда она приходила в Сад, как сейчас. Или она имела в виду, что он большой или просторный? Но она не ненавидела его. Даже если она чувствовала, что идти приходится долго. Даже если она чувствовала тяжесть побуждений к ежедневной рутине. Она не ненавидела их сами по себе, потому что могла приходить сюда.

---- Это был не садик, и даже не парк.

----Сад.

Пышные зеленые деревья. Цветы. Десятки разнообразных растений. Кроме того, здесь было несколько голубей. Собравшись у её ног, несколько из них полетели прямо на неё, узнав внешность Аяки. Поскольку она считала, что называть это место парком слишком грандиозно, и полагала, что многие из растений можно было бы назвать домашними, Аяка решила, что, в конце концов, это место вполне подходит под название "Сад". Хотя с давних пор она всегда спрашивала: "Почему он называется Садом?", но папа не давал ей ответа. Он только неопределенно кивал в знак одобрения. Поэтому Аяка решила поразмыслить вот так. Если это не папа назвал это место "Садом". Тогда, несомненно, его назвала её мама. Если она могла точно классифицировать это место, то это определенно была оранжерея.

Даже сейчас стеклянные потолки и стены вбирали в себя много утреннего солнечного света. То ли потому, что это была ценная мера против кислотных дождей, то ли потому, что ее папа был потрясающим, хотя её школьная учительница так и сказала, когда приходила с визитом, она не знала, действительно ли причина в этом. В первую очередь, действительно ли её папа каким-то образом создал Сад.

Аяка: "Доброе утро".

Не "утро", а "доброе утро". Не обращая внимания на голубей, прижавшихся к ней, она поприветствовала своё укромное местечко, построенное из дерева и не имеющее стен из стекла. Рядом лежала гора книг и бутылочек с лекарствами, которым лучше не купаться в солнечном свете. Это было место, похожее на кабинет ее отца, место, которое стало для Аяки своего рода местом утренних занятий.

Хотя----

Аяка: "А?"

Она наклонила голову. Её папа должен быть здесь, в это время, как всегда. С 6:30 до 7:30 утра, в течение часа перед завтраком, она изучала черную магию у своего папы. Это был распорядок дня Аяки. И все же, никого не было.

Аяка: "Папа".

Возможно, он был где-то в Саду, но там никого не было. Осторожно она попыталась позвать его. Она пыталась ждать секунду, две секунды. Но ответа не было. Только несколько голубей ворковали у её ног.

Аяка: "Только не вы, ребята..."

Пыталась думать об этом. Был ли сегодня день, когда её папа не смог проследить за её занятиями чёрной магией? Хотя это не меняло того, что она должна была делать, она должна была делать это даже так. Её тренировки, которые были её ежедневной рутиной, практически не существовали по утрам, когда можно было ничего не делать, и они даже были по приказу её папы в это время. По крайней мере, у неё не было причин обижаться на него за то, что он забыл сказать ей об этом заранее. Следовательно, он мог сказать что-то об этом сегодня утром или, возможно, вчера вечером.

Теперь, когда она упомянула об этом----

Аяка: " Что-то......."

---- Отсюда и далее.

Аяка: ".......это, начало."

----это начало.

Аяка: "И из-за этого......".

Мы должны участвовать в этом.

Аяка: "Уммм........"

---- Это самое заветное желание семьи Садзё.

----Нет, это необходимо для того, чтобы достичь великой цели для нас, Магов...

???: "Я уже говорил это раньше; не зови голубей. Аяка."

Голос, который она привыкла слышать. Сразу же она повернулась в направлении голоса. Непосредственно возле стеклянных дверей на входе в сад стояла высокая фигура её папы. Из-за яркого солнечного света и теней, отбрасываемых на её лицо, Аяка не смогла разглядеть его выражения.

Аяка: "Папа."

Хироки: "Не обращайся к жертвоприношениям. Не разговаривай с ними. Мы никогда не должны сочувствовать жертвам. Сочувствие заставляет чёрных магов колебаться и приводит их к сомнениям и нерешительности. Я не должен бесконечно наставлять тебя в этом".

Аяка: ".....Да."

Аяка кивнула, склонив голову. Как и следовало ожидать, она помнила, что он говорил ей об этом несколько раз. И хотя она старалась не обращать на них внимания, в тот момент она окликнула голубей у своих ног. Голубей, которые даже сейчас были эмоционально привязаны к ней. Когда она вошла в Сад, их было всего несколько, но сейчас их собралось уже около десяти.

Хироки: "Люди и голуби не могут обмениваться словами, поэтому не стоит с ними общаться". Изначально они не были существами, способными вызывать симпатию, но я уверен, что вы, молодые, можете сочувствовать им даже сейчас."

Аяка: ".........."

Хироки: "Это для твоего же блага. Аяка"

Он говорил ей это множество раз. Он говорил ей, и всё же, он говорил ей это каждое утро. Сама Аяка думала о том, что хочет оправдать ожидания отца. Однако они продолжали привязываться к ней, что бы она ни делала. Кроме того, поскольку она могла только подчиняться указаниям, которые давал ей папа, она чувствовала себя не в своей тарелке.

Хироки: "Ты не можешь разделить Жертвоприношение и Обратную Магию. Боль от жертвоприношений - это источник силы для Черных искусств".

Она слышала это уже несколько раз. Она слышала это каждое утро. Пусть она и была забывчивая, Аяка всё равно не забывала об этом.

Аяка: "Я постараюсь".

Пробормотала она.

Хотя для неё было неразумно поднимать опущенную голову. На краю её опустившегося взгляда были видны фигурки белых голубей, которые клевали кончики её сандалий.

Хироки: "Ну. Я не против сегодняшнего утра. Можешь идти в столовую".

Аяка: "А?"

----Эх?

Она не знала, что сказать. Несмотря на то, что ей никогда не разрешали покидать Сад до времени приема пищи, каждое утро. Аяка наконец подняла лицо. Папа не смотрел на неё. Его взгляд был направлен в сторону маминой комнаты. Куда конкретно он смотрел в этот момент, она не знала. Если он смотрел в том направлении, то, возможно, в столовую.

Хироки: "Это завтрак. Ты можешь составить компанию Манаке этим утром".

Вместе они вернулись в коридор, из которого она пришла одна. Аяка не могла спросить: "Почему?". Поскольку приказы папы были абсолютными, она просто кивнула и сказала "Хорошо". Её не волновало, что он будет ругать её, что её ответ должен быть "Да". Вопрос "почему", который она просто не могла задать, пронёсся в голове Аяки, превратившись в огромный водоворот, который крутился вокруг нее.

Аяка: "..........."

Застыв, она неподвижно смотрела на спину папы, который шёл немного впереди неё. Сможет ли она сказать "Что ты имеешь в виду?". Неужели она до сих пор не может этого сказать? Её папа производил впечатление человека, который мало говорил, за исключением тех случаев, когда это касалось магии. Например, он не отвечал, даже если она спрашивала о своей маме. Или даже о происхождении Сада. В такие моменты он мог только неопределенно кивнуть, как и ожидалось.

И ещё----

Хироки: "Это Манака......".

Её папа странно открыл рот. Не глядя на нее.

Хироки: "Насчет завтрака. Извини, но не могла бы ты составить ей компанию".

Аяка: "Старшая сестра?"

Хироки: "Она, наверное, предпочтет тебя, а не меня".

Аяка: "А?"

Не совсем понимая смысл того, что сказал её папа. Аяка наклонила голову. Завтрак всегда проходил с её папой и старшей сестрой, и семья Аяки проводила его втроём, поэтому для него не было странным сказать, что её старшая сестра была в столовой. Однако, подумав, что время пролетело слишком быстро. Возможно, сейчас еще только 6:30 утра.

Аяка: "Старшая сестрёнка голодна?".

Когда она это сказала, Аяка подумала, что что-то не так.

Её старшая сестра----

Её старшая сестра, которая была на 6 лет старше Аяки, Манака Садзё. Существование старшей сестры было для Аяки чем-то особенным. Она не могла подумать, чтобы сказать своей старшей сестре что-то вроде "Ты обычный ребенок" или "Я хочу, чтобы мы поторопились с завтраком". Она не скажет этого. Она даже в глубине души верила, что никогда этого не скажет. Вот почему она не понимала смысла слов своего папы.

Хироки: "Похоже, она хочет, чтобы ты готовила".

Аяка: "Готовить?"

Бесчисленное количество раз она видела, как её старшая сестра готовит. Однако нельзя сказать, что она занималась этим сама, только когда её папа, будучи слишком занятым, не находил на это времени. Хотя, судя по тому, что сейчас говорил её папа, можно было предположить, что её старшая сестра сама этого хотела, и что она сказала ему, что добровольно хочет это делать.

Аяка: "Старшая сестра так сказала?"

Хироки: "Верно".

Аяка: "Понятно."

Аяка покорно кивнула. Хотя ей показалось это странным, и она задавалась вопросом, почему так, но, конечно, это было потому, что так сказала её старшая сестра. Естественно, подумала она, теперь я смогу показать ей, что умею прекрасно готовить.

В конце концов----

В конце концов, старшая сестра - такой удивительный человек.

Она красивая, умная, и да, милая, человек, который может сделать всё.

Манака: "Аяка, ты возьмешь тарелки? И тосты тоже?"

Аяка: "Да. Старшая сестрёнка".

Манака: "А, только не это. Поскольку это для жареных яиц и бекона, я предпочитаю маленькие. Видишь ли, ты должна разделить их заранее. Осталось только нарезать тосты тонко, а не толсто".

Аяка: "Ох, да, хорошо-----".

Видите, даже сейчас она такая. Быстрая, даже на кухне. Но она очень грациозна. Хотя было бесчисленное количество случаев, когда моя старшая сестра стояла на кухне вместо папы, сейчас всё по-другому, я чувствую, что она готовит, потому что ей это нужно.

Эффективно, умело.

Таким образом, как сейчас----это не ощущается как то, что она подсказывает, как готовить, и даже не чувствуется, что она становится такой же красивой, как "мама", что проявилось в разговоре. Это совершенно не похоже на то время, которое было раньше. Хотя то время тоже было удивительным, но что это интересно? Даже слова, в которых было то же самое "удивительно", что я имела в виду под этим.......... её расположение? Я думаю, что это разные вещи.

Видите ли, в меню есть несколько позиций. Я могу сказать, что оно отличается, просто взглянув на него. Раньше у нас было молоко, салат и яичница с беконом на тосте. Но теперь здесь были яйца с беконом на тосте, салат, молоко, пирог с почками, разделанная треска и жареный картофель, сыр и ветчина, каша и булочки, черный чай, а на десерт - сливы и нарезанные персики. Всего этого так много, что даже я не смогла бы всё съесть!

Быстро делая то одно, то другое, старшая сестра готовила все так аккуратно. Даже её белые кончики пальцев, которые держали кухонный нож, казалось, заставляли меня вздыхать, просто глядя на неё. Даже несмотря на то, что между нами всего 6 лет разницы. Почему она была такой, почему она была такой красивой? Хотя я тоже была симпатичной девочкой в начальной школе, мы слишком разные, старшая сестра.

Манака: "Спасибо, Аяка. Фуфу, почему твой рот так широко открыт?"

Аяка: "Уххх........"

По какой-то причине я не могу сказать, что это потому, что старшая сестра такая красивая.

Манака: "Понятно?"

Моя красивая старшая сестра Манака. Кухня - это как часть широкой дворцовой бальной залы, и старшая сестра, как принцесса, танцует вокруг и около неё. Готовя много-много еды, она выглядит счастливой. Кажется, она наслаждается собой. Хотя я не помню маминого лица, но, конечно, думаю, что именно такой моя мама могла быть, когда была жива. В свете солнца, льющегося в окно, она сверкает.

Старшая сестра действительно красива. Хотя она была такой до сих пор, что с ней случилось? Особенно сегодня утром. Она красивая и сияющая.

Манака: "В одной книге написано, что британцы любят треску".

Однако, британцы не ограничиваются этим-----Как только она это сказала, Старшая Сестра мягко улыбнулась, греясь в лучах утреннего солнца. Как я и думала, она красивая. Её улыбающееся лицо милее, чем у куклы-принцессы или героини из любой книжки с картинками, и она хорошенькая прежде всего. Глядя на такое счастливое лицо старшей сестры, я думаю, когда же это случилось?

Человек, который может всё. Моя старшая сестра. Она действительно отличается от меня, которая даже не может делать учебу, черную магию, всё, что я делаю, арифметические упражнения, обучение черной магии, и всё такое прочее. Она может делать всё. Или, кажется, быть кем угодно. Даже голубями. Даже кошками. Она не будет стоять перед ними окаменевшей, как я. Старшая сестра, которая может всё, может сказать: "Я счастлива, раз ты сделал это для меня" или "Попробуй повеселиться", - она думает, что я ничего не стою. Но она как будто другая. Видите, старшая сестра, кажется, очень веселится. Она улыбается.

Весьма----

Манака: "Вот. Попробуй, Аяка?"

Аяка: "О, хорошо. Ты не против?"

Манака: "Нормально. Смотри, ах.."

Открыв губы, пока она говорила это, я откусила кусок жареной рыбы, который она протягивала мне в своих тонких белых пальцах.

Я не очень люблю жирную пищу, но всё же.......

Манака: "Как оно?"

Аяка: "Вкусно........."

Действительно вкусно.

Жирная пища, хотя я её не очень люблю. Она хрустящая, мягкая и совсем не чувствуется жирности. Это так вкусно!

Манака: "Так, похоже, что талисман удачи в сметане оказался эффективным. Хорошо, если Аяка не против♪"

Аяка: "Талисман удачи?"

Манака: "Чтобы сделать мою стряпню вкусной, тайный талисман удачи. Это более удивительно, чем магия".

За столом папа, который пил кофе, начал задыхаться и кашлять, когда услышал это. Прежде чем мы со старшей сестрой успели начать кричать, папа пробормотал: "Ничего страшного". Возможно, я думаю, папа был шокирован. Словами старшей сестры. Волшебство? Талисман на удачу? Даже я могу это вспомнить. В конце концов, то, что люди называют магией, реально.

Наш----

Аяка: "Умм, вещь более удивительная, чем магия, умм.......".

Манака: "Что?"

Аяка: "Папа сказал это. Он сказал, что есть только одна вещь, более удивительная, чем магия".

Манака: "Верно. Вот почему я использовала его".

Старшая сестрёнка. Несмотря на то, что это звучит так естественно, мне интересно, о чём ты говоришь. Это было такое лицо. Ослепительное, купающееся в утреннем сиянии. Голос, который можно было услышать из губ того же цвета, что и лепестки цветущей вишни.

Как будто, это действительно, как-----

Манака: "Магия любви, смотри!"

Настоящая магия. Я, несмотря на то, что не знаю, что это за вещь, думаю, что это правда.

Аяка: "Любви?"

Манака: "Фуфу. Аяка, интересно, ты еще не знаешь об этом? Это называется магия любви, конечно же".

Когда она это сказала, большая сестра посмотрела и что-то прошептала мне.

Как будто она обращалась к кому-то позади меня.

Манака: "Это более удивительно, чем любая тайна, которую использует маг".

Манака: "Вот, пожалуйста, приятного аппетита".

Сказала девушка, стоя спиной к сиянию, которое было воплощением утра. Стоя у восточного окна и демонстрируя стол, на котором были расставлены различные блюда, она произнесла это голосом, более прекрасным, чем щебетание певчей птицы, которая даже сейчас чирикала за пределами резиденции. Что в некоторых отношениях даже сопровождалось ее застенчивыми жестами.

Это была красивая девушка.

С мягкими волосами, которые были прозрачными. И бледными, полупрозрачного цвета глазами. Она выглядела очень красиво в своём зелёном платье. Одинокий, лучезарный цветок в полном цвету----Так он мысленно описывал фигуру девушки. Например, если бы он был элегантным рыцарем, привыкшим обращаться с дамами, то он бы импровизировал, восхваляя красоту девушки, пока он еще был на грани похвалы, в тот единственный момент, когда он мог выразить свою благодарность за множество блюд, которые ему подали. Однако, если уж на то пошло, у него не было опыта общения с дамами.

Поэтому он просто смотрел на девушку.

Сейбер: "Спасибо."

коротко сказал он ей. Вложив в это чувство благодарности.

Манака: "Умм, хорошо..."

Несмотря на некоторую застенчивость, девушка улыбалась.

Манака: "Поскольку я не знаю твоих вкусов, я попыталась сделать все, что пришло мне в голову. Хотя, возможно, я немного переборщила".

Сейбер: "Нет. Я ценю твою благодарность".

Манака: "Тебе не нужно давить на себя, просто ешь то, что тебе нравится......".

Голос, который робко говорил. То есть, он внезапно становился меньше.

Это было примерно в тот момент, когда непонимающий взгляд девушки, быстро переместился с его фигуры на стол.

Манака: "Если ты съешь это для меня......".

Веселье, от которого, как говорят, побледнели все добрые феи, танцующие и греющиеся на солнышке. Большой блестящий распустившийся цветок, который был мокрым от утренней росы. Каждый из их лучей потемнел. Феи спрятались, а распустившийся цветок закрылся, отматывая время назад.

Её глаза задрожали. Выражение лица девушки опустилось.

Сейбер: "Ну тогда........."

Со всем уважением-----

Перед горой блюд, расставленных на столе, он мог видеть, как окончательно приходит в себя. Конечно, их было слишком много для нормального обеда. Блюда из яиц. Яйца с беконом, яичница, яйца-пашот. Каждого из них было примерно достаточно для шести человек!? Кстати, яйца-пашот сопровождались тостами. Это тоже было на шесть человек. Салат. Хорошо выглядящий, с зеленым цветом в качестве основной темы, его также было достаточно для шести человек.

Мясные блюда. Колбаски, которые жарились на гриле вместе с толстыми белыми грибами, также были рассчитаны на шесть человек. Кроме того, был один пирог с почками, который был приготовлен из грибов с мясом и коровьих кишок в качестве ингредиентов. Возможно, его только что испекли. Она только что сказала ему, что после того, как разрежет его на 6 равных частей, даст ему самый первый кусок".

Молочная каша также была рассчитана на шесть человек. Филе трески и картофель, обжаренные в масле, также были в стопке. Десерт - сливы с нарезанными персиками - тоже был по-своему хорош. Что касается крема и булочек, которые были поставлены после трапезы, то значительная их часть была размещена на подставке для торта. В целом, это были незнакомые для него блюда. По отдельности это были просто предметы, у которых были названия, которым его научила девушка, и изображения, прикрепленные к ним.

Сейбер: "Это не проблема, если всего так много".

Манака: " Но----"

Сейбер: "Еда служит рыцарю жизненной силой, когда он появляется на поле боя. Хотя блюд много, это не то, что меня беспокоит".

Сказав это, он улыбнулся. Хотя это было выражение лица, которое он сделал, чтобы успокоить девушку, на самом деле, если это было такое количество, то это не было невозможным аргументом. В том, что он выразил словами, была своя правда.

Теперь, когда им предстояло сражение, рыцарю требовалось много жизненной силы. Мясо, картофель и алкоголь - не то чтобы существовало врожденное убеждение, что рыцари, утвердившие свою храбрость, должны потреблять только это. Конечно, у каждого исключения есть пределы. Все рыцари, собравшиеся за Круглым столом, который возник в его воображении, не ограничились бы кивком при этих словах. В любом случае.

По крайней мере, он мог сказать это, не находясь в растерянности перед самим собой.

Сейбер: "Это не ложь".

Он ставил на кон свой меч и гордость. Он никогда не позволит себе сказать ложь.

Сейбер: "Человек с твоим характером получит всё это. Манака"

Манака Садзё-----

Так звали девушку.

Через некоторое время начался завтрак. Он подносил еду ко рту, как слова, и когда почти половина еды исчезла, девушка, наконец, вновь обрела свою первоначальную жизнерадостность. Каждый раз, когда он говорил ей слова "Это хорошо", девочка становилась веселее прямо на глазах. Присутствие фей и цветов вернулось. И естественно, на их устах появилась улыбка.

Как у девочки, так и у него самого.

Манака: "А потом."

Сказала ему девушка, с огромной улыбкой на лице. Если бы цветы могли говорить на нашем языке, то, наверное, это был бы звук, подобный этому. Этот звук был достаточно достойным, чтобы он так думал. Если бы только его дочери, живущие в том далеком Авалоне, могли так петь.

Манака: "Видишь жареную рыбу в сметане, я уверена в этом. Ведь очень разборчивая Аяка сказала мне, что эта жареная еда очень вкусная. Так что это должно быть то самое, да?".

Сейбер: "Да, у нее особенно великолепный вкус".

Манака: "Фуфу, если тебе так нравится, то я счастлива".

Девушка закрывает глаза и кажется совершенно счастливой.

Манака: "Видите ли, сегодня утром я попробовал приготовить английский завтрак в стиле 19-20 веков. Так вот, я думаю, мне интересно, близок ли вкус к тому, который был у вас на родине?".

Сейбер: "Да, это очень вкусно".

Манака: "Правда?"

Сейбер: "Да"

Манака: "Правда, правда?"

Сейбер: "Да, миледи. Ваша готовка очень вкусная".

Повторил он свои слова. Девушка еще больше углубила свою улыбку.

Манака: "Я так рада ----".

Наклонив голову, её волосы колыхались. Он тоже слегка улыбнулся в ответ. Удручающе говоря, хотя----- относительно слова "Англия", он не чувствовал, что это что-то, к чему он мог бы привыкнуть. Однако чувства девушки были переданы ему.

Этого было достаточно. На самом деле, это была вкусная еда.

Известные ему блюда отличались разумной трудоемкостью, поэтому, вероятно, они различались по шагам. Возможно, за долгие месяцы и годы в них произошел культурный упадок, а возможно, они сочетались с блюдами из чужих стран. Он чувствовал эту разницу во времени в пище, которую подносил ко рту. Он словно жаждал чего-то внутри, но даже в этом случае он был благодарен за внимание.

Девушка не знала, чего он желает, что чувствует, что думает обо всем этом. Но он принимал чистое существо. Не выражая ни малейшей нервозности по поводу предстоящих сражений, он просто улыбнулся девушке, которая говорила с невинным выражением лица, подобающим девушке ее возраста.

А потом----

Манака: "Эй, Сейбер..."

Сейбер: "Да, в чем дело?"

Обновленная, она назвала его имя. Сэйбер посмотрел на девушку.

Манака: "Я, этим утром, была одна вещь, которую я поняла. Ну, да, я определенно, должна была знать это с самого начала, но....".

Девушка кивнула "ага".

Манака: "Ты знаешь, по сути, это то же самое, что и приготовление пищи".

Прежде чем он успел спросить "Что именно?", слова отзвучали. Из её цветущих вишневых губ. Тихо, без изменения всего тона. В чрезвычайно естественной манере. Например, так же, как чашка, содержимое которой выплескивается при переворачивании.

Манака: "---- Так мы поступаем в Войне Святого Грааля".

Манака: "Я поняла, что кулинария, как и война Святого Грааля, ничем не отличается от всего остального".

Слова девушки продолжаются. Весело ----Все еще сохраняя красоту большого распустившегося цветка, без 1% пасмурной погоды.

Манака: "Если это требует времени, то лучше использовать голову, чтобы это не требовало времени. Хотя тушеные блюда требуют времени, чтобы долго тушиться, но разве это не было бы просто закончено, если бы вы использовали скороварку? Или даже электрический миксер, или даже микроволновую печь. Я не идиотка".

"Пинг", - она подняла указательный палец. Её жест был очень похож на жест маленького ребёнка, когда он что-то понял. Нет. Возможно, так оно и было. Даже для молодой девушки на его глазах, действительно, она только что, вероятно, придумала хорошую вещь. В этот момент он смог понять это.

Невинность девушки. Чистота девушки.

Сегодняшняя утренняя готовка и война Святого Грааля - для нее это было примером одного и того же. Было ли это всеобъемлющее ощущение её молодости, происходящее от недостаточного опыта, или проявление её невинности, неспособной понять суровый конфликт под названием Война Святого Грааля? Или же его заставил сказать это её непреодолимый природный дар? Скорее всего, последнее. Ведь она была выбрана Мастером в столь юном возрасте.

Манака: "Кроме того, в любом случае это подготовка, верно? Я думаю, что также важно, что мы делаем эти приготовления заранее ради нашей цели."

Она продолжила свою речь. Поймав при этом его взгляд.

Манака: "Поскольку мы не знаем, насколько сильны другие Слуги, я думаю, будет более эффективно сначала нацелиться на Мастеров. Говоря далее, вместо того, чтобы нацеливаться на самих Мастеров, если у этого человека есть слабое место, уступающее ему в силе, то гораздо эффективнее нацелиться на него."

Продолжая свою речь. Слабое место---- если это типичный Маг, то это сама их родословная. Их семья. Их дети.

Манака: "Итак, мы должны похитить их детей? Или убить их?"

Пока девушка не сказала ему об этом, он хранил молчание. Теперь у него не было выбора, кроме как разомкнуть губы. Однако, это было не для того, чтобы высказать свои тактические/стратегические соображения Магу, который был его Мастером. Это просто----

Сейбер: "Манака".

Он больше не мог этого выносить. Для девушки, чтобы привыкнуть к этому без всяких притязаний.

Ради войны Святого Грааля...... Ради убийства друг друга.......

Чтобы полностью убить всех шестерых Слуг и Мастеров, он уже подумал, что они не собираются выбирать средства. Это само собой разумеется для Магов, которые пытаются выжить в Войне Святого Грааля. Независимо от того, как она освещается, для тех, кто её ведёт, это не что иное, как конфликт, в котором они ставят на кон свои жизни. Ради своих желаний Маги, как и Героические Духи, вероятно, отдадут все свои силы в поисках победы.

Но, несмотря на это ----

Сейбер: "Чтобы вызвать кого-то на поединок, нужна смелость".

Поднявшись со стула и встав у окна, которое находилось на небольшом расстоянии от стола, он проговорил свои слова. В его намерения не входило проповедовать о рыцарстве. Это, вероятно, не то, что девушка далекой эпохи Разума могла понять сама.

Сейбер: "Возможно, ты уже поняла это".

Он также не мог произнести ни одного вынужденного слова. Потому что его хозяином была не кто иной, как эта девушка.

Сейбер: "Но я не могу допустить, чтобы кто-то, не имеющий к этому отношения, оказался втянут в это. Это же молодые люди, тем более, если они те, кому не хватает силы".

Тихо сказал он с невинностью в глазах. Без сомнения, он как будто давал подробные инструкции маленькому ребенку. Чтобы, по крайней мере, этой милой девушке не пришлось выбирать путь убийцы, обагренного кровью. Однако----

Манака: "Но это ради тебя, Сейбер".

Ее улыбка была непоколебима. Даже сейчас она мешала его намерениям высказать ей свои обидные слова, потому что в ней была неизменная улыбка, которая не так уж сильно отличалась от мокрых от утренней росы цветов, колышущихся под легким прохладным ветерком. Её сияющие глаза смотрели прямо на него.

Сейбер: " Моя......."

Манака: "Правильно, ты не должен пострадать. В схватке с другими слугами, ты, как первый ранг, я думаю, не проиграешь, но даже если ты получишь травму во время боя, то я......".

Говоря это, девушка приложила руку к груди. К груди ее зеленого платья. Ее нежные кончики пальцев осторожно расстегивали пуговицы.

Манака: "Я просто не могу этого вынести. Кроме того......"

Обнажая грудь платья. Ее белая, как снег, кожа и черный рисунок, вытатуированный на ней, обнажились. Серафим, степень мастера из семи отдельных перьев.

Манака: "Это, я не хочу использовать это на тебе. Никогда".

Короткие слова. Он едва мог уловить смысл, заложенный в них.

Раз уж речь зашла о битве, где он вступает в полномасштабное противостояние с другими слугами, естественно, он не мог отрицать, что может возникнуть ситуация, когда он будет вынужден использовать огромное количество праны, которая была заряжена в её символе Мастера. Значит, девушка избегала этого?

Девушка, наконец, меняет выражение лица, обращаясь к тому, кто спрашивал её взглядом "Почему?".

----Её щёки, слегка окрасившиеся в красный цвет, казались печальными.

---- Словно дама, признающаяся в любви.

Манака: "Потому что это связывает меня с тобой".

---- Я не хочу сводить всё к одному штриху.

----Потому что сейчас, только это, определенно связывает меня с тобой.

Да, девушка прошептала----

Война за Святой Грааль - это, в некотором смысле, конфликт.

Даже для таких людей, как я, этот вид конфликта никогда бы не стал предметом обсуждения.

Изначально правильный путь для Мага - это пожертвовать своей жизнью, чтобы быть постоянным учеником, который может превзойти свое поколение.

Даже если возникает конфликт между обществом и человеком, который защищает свою родословную и свои исследования, обычно невозможно остановить его, чтобы он сам не стал предметом конфликта.

Однако есть исключение.

Война за Святой Грааль.

На самом деле это происходит по простой и понятной причине.

Количество желаний, которые способен исполнить Святой Грааль, всего одно.

Против, семь "Мастеров" ----Маги, которые участвуют в Войне Святого Грааля.

Шесть из них должны быть уничтожены.

Так что приготовьтесь, ибо это неизбежная основа конфликта.

Степени Мастера.

Ангельская иерархия.

Это ключ, управляющий высшей силой, которая уничтожает все препятствия.

В войне за Святой Грааль семь магов наделены несравненным оружием.

Семь классов семи Героических Духов.

По одному классу духов на каждого мага, получившего ранг ангела.

Мы называем их "Слугами".

Существо, превосходящее магические тайны.

Самые могущественные из иллюзий, о которых люди мечтают.

Даже современное оружие, способное сжечь город дотла, никогда не сможет угнаться за ними.

Изначально не верилось, что их можно использовать в качестве тайных фамильяров уровня мага. Оставив свои имена где-то в истории, они являются воплощениями великих героев, создавших свои легенды.

Будучи сильнейшими существами, не имеющими аналогов, их впервые стало возможным вызывать и проявлять благодаря огромной магической силе, порожденной Святым Граалем.

Героические Духи могущественны и необычны.

Во многих случаях они принимают облик человека, но по сути своей не являются людьми.

Поэтому степени Мастера появляются на теле Мага.

Фрагмент силы Святого Грааля, они могут управлять даже Героическими Духами, которые являются существами, превосходящими магию.

Всего у них 3 приказа.

Другими словами, он может трижды подчинить себе Героического Духа или усилить его.

Без этого война Святого Грааля не может возникнуть.

Сейбер: "Эффективно", говоришь.

И снова он произнес эти слова. Его память точна. Вчера он запечатлел в своем сознании информацию о других Мастерах, которых ожидали в это время, основываясь на том, что он услышал от мага, которым была та девушка, и её отца.

Известная семья магов, семья Рейрукан.

Дочь нынешнего главы семьи, который считается одним из Мастеров, по слухам, близка к тому же возрасту, что и эта девочка. И, кроме того, она его знакомая. Помимо этого, он не знал, что и думать, но девушка определенно сказала, что она ему как друг.

Упорядочив информацию в своей памяти, он тщательно подбирал слова. Как человек, он должен был идти честным путем. Как человек, он должен показать своему народу путь к утопии.

Сейбер: "Ты сказала "нацелиться на ребенка Мастера". Я не хочу заставлять тебя делать что-то вроде убийства друга своими собственными руками".

Манака: "Вы так добры. Сейбер".

Сейбер: "Манака."

Манака: "Но, я в порядке. Тебе не нужно беспокоиться обо мне".

Сейбер:" Люди могут совершать ошибки. Однако ты мудра. Даже если ты не решишь совершить ошибку, ты, безусловно, сможешь исполнить свое желание, достигнув Святого Грааля."

Манака: "Да."

Девушка неопределенно кивает, но всё еще улыбается ему.

Манака: "Если это ради тебя, то я сделаю всё, что угодно".

Он не мог до неё дотянуться. И не дотянется. Хотя она должна слышать его слова, но разговор не завязывается. Почему? Он знал о нетерпении, которое было в его сердце. Поэтому он поспешил с выводом. Одно определенное слово, сказанное ранее.

Другими словами----

Сейбер: "Убийство человека - это нехорошо. Манака"

Манака: "Почему?"

Её голос, её слова. Они, вонзились в его грудь вместе с огромным толчком. Удар огромного стального молота, которым можно размахивать на поле боя, клыки и когти дракона, который в ярости пронзает землю и разрывает небеса, это заставило бы думать, что он даже не достигнет этого, и это, было лезвие, принесенное словами и выражениями. Но, более того, сама девушка не могла почувствовать, как лезвие глубоко вонзается в его грудь. Тем не менее, он не сдается.

Некоторое время назад, эта девушка счастливо болтала. О еде. О её младшей сестре. Если это так.

Значит, надежда еще есть.

Сейбер: "Например"

Плетение, его слова. Снова. И все же он не сдается.

Сейбер: "Утренние часы, которые я провёл с тобой, твоей семьей. Твоим дорогим отцом и младшей сестрой. Это одно и то же. Конечно, даже для мастера Рейрукана".

Манака: "Почему ты говоришь такие вещи?"

---- Её улыбка.

Манака: "Я решила отдать Святой Грааль тебе".

---- Её лучистые глаза.

Манака: "Я исполню твое желание. Чтобы ты смог спасти Британию".

----Сопровождаемая даже её красотой.

Манака: "Если это для этой цели."

----Цветок, блестящий в полном цвету.

Манака: "Тогда, я могу сделать всё, я сделаю всё для тебя".

----Просто.

----Просто девушка слабо, мягко улыбается ему.

----Как я заметил, мы разговаривали довольно долго.

5 минут.

10 минут.

30 минут.

Час.

2 часа.

3 часа.

Когда я смотрю на свои круглые часы, висящие на стене моей комнаты на 6 татами, часовая стрелка показывает, что уже час ночи.

Это середина ночи.

Вот дерьмо, это очень плохо.

Тацуми Китано не мог не чувствовать себя расстроенным. Его новый светлый золотоволосый кавказский друг, появившийся в то самое время, когда он зачитывал слова, записанные в блокноте, который был одной из вещей его покойного деда, скрывает слишком много тайн и любопытных подробностей о себе, и поскольку каждое из слов, которые он произносил, стимулировало любопытство, и поскольку даже Тацуми, который был полон интереса, задавал вопросы о том и о сем, он затягивал разговор, и не успел он оглянуться, как прошло несколько часов, пока они говорили об этом.

Я действительно......

действительно......

......голодный.

Поскольку они продолжали разговаривать до поздней ночи без всякого ужина, пустой желудок просто невыносим для Тацуми, растущего старшеклассника.

Что же теперь делать?

В холодильнике нет ничего приличного, а в моих запасах, кажется, только одна чашка лапши быстрого приготовления. Тем не менее, я не могу в одиночку съесть чашку лапши и оставить гостя. Ха... теперь, когда дело дошло до этого, мой выбор ограничен. Вот один из них, я пойду и куплю немного еды в ближайшем магазине.

Берсеркер: "В магазин на углу?"

Мой неожиданный гость и даже новый друг, Берсеркер наклоняет голову.

'Разве знания о современном обществе не были даны ему автоматически, я полагаю, но если бы я спросил, он, вероятно, ответил бы: "Хотя знания есть, у меня мало опыта с ними. Извините".

Понятно, значит, вот так?

'Может быть, это то же самое ощущение, когда ты не можешь почувствовать его кожей, даже если читаешь об истории в учебнике, - смутно думает Тацуми.

Хотя, возможно, он и сам не читал её как следует в учебнике.

Тацуми: "Магазинчик. Здесь поблизости тоже есть такой. Я думаю, что эта сеть, выпустила около 4000 магазинов по всей стране".

Берсеркер: "4000 магазинов?"

Берсеркер показывает выражение, которое говорит "невероятно".

Тацуми: "Да. Кажется, я как-то читал об этом в газете".

Берсеркер: "Потрясающе. То есть, ты хочешь сказать, что магазин, где готовят еду и который работает до полуночи, - это что-то вроде паба? Боже, это определенно отличается от знаний, дарованных мне Святым Граалем......".

Тацуми: "Они не могут готовить еду, но вы можете купить там еду. Ну, ты увидишь, когда мы придем туда".

Берсеркер: "Наша проблема в том, могут ли несовершеннолетние войти в магазин", - сказал он с серьезным выражением лица.

Хотя, возможно, он сказал это не в шутку.

Тацуми: "Проблема не в этом. Разве ты не можешь понять это со своим знанием Грааля?".

Берсеркер: "Думаю, я понимаю суть, но, прошу прощения, я не могу с этим примириться".

Тацуми: "Это должно быть тяжело, быть Слугой".

Сказав это, пара надела обувь и вышла на улицу. Выйдя из маленькой квартиры, пара пошла по ночной Сетагая в сторону магазина.

Автоматические двери.

Автоматически открывающиеся и закрывающиеся двери.

Или, скорее, дверь, которая автоматическая.

'Конечно, похоже, что она имеет эту функцию, согласно знаниям, которые были автоматически даны мне'.

Неотрывно глядя на стеклянные двери, которые автоматически открывались и закрывались у входа в магазин, Берсеркер инстинктивно глубокомысленно кивнул.

'Это очень интересно. Он обнаруживает человеческие движения через оптический прибор, который был установлен в верхней части дверей, что позволяет дверям функционировать'.

Полученная информация говорит ему, что это нечто, использующее сжатый воздух и гидравлику, но Берсеркер предполагает, что эта дверь, вероятно, использует силу электричества.

Если до сих пор она спокойно открывалась и закрывалась, то, возможно, это работа электромагнитного клапана? Как бы то ни было, не то чтобы я преуспел в инженерных знаниях. Это догадки. Если говорить о тех отраслях знаний, которые я изучал, то основными являются медицина, гражданское право, юриспруденция и фармацевтика".

Берсеркер: "......... Действительно, такая популяризация."

Конечно, я помню, что такие механизмы были изобретены где-то либо в Европе, либо в Новом Свете на рубеже 19-го века, то есть на моем веку, хотя сказать, что это не получило распространения в этом не очень широком мире - это, вероятно, просто оценка того времени. В частности, модель такого типа, открывающаяся и закрывающаяся подобным образом, естественно, никогда бы не была принята во внимание. Поскольку на Западе было обычным делом открывать двери вручную.

Тацуми: "Привет. Как долго ты собираешься пялиться на эти двери?".

Берсеркер: "О, прости. Я просто очень заинтересовался этой штукой".

Тацуми: "В дверях?"

Берсеркер: "Дверьми. Да."

Если я буду слишком часто смотреть на вход, это будет беспокоить других покупателей, и, кроме того, я заставляю моего хозяина Тацуми ждать.

Хотя мне не хочется оставлять здесь свои наблюдения за этими автоматическими дверями, давайте пока войдем внутрь магазина.

Даже в такой одежде легко двигаться.

По словам Тацуми, моя все еще проявленная форма не подходит для ночных странствий, поэтому я одолжил у него комплект одежды.

Ярко-синий спортивный костюм, сшитый из полиэфирного трикотажа, обладающего эластичностью.

Джерси.

Так Тацуми его назвал.

Согласно полученным мною знаниям, это, вероятно, популярное прозвище для такой одежды в наши дни.

Тацуми: "........"

Берсеркер одет в мою майку и белую футболку. Обычно потому, что разрешение другим носить одежду, которую надеваешь ты, вызывает очень невообразимое чувство, это то же самое, что смотреть в зеркало, где обычно вид других становится совершенно другим. Это не негативная вещь, как неприятное чувство или дискомфорт, это просто странно.

Тацуми в какой-то степени может терпеть, когда на него смотрят и пялятся. Но он совершенно не в состоянии делать то же самое из осторожности.

Берсеркер: "Тацуми?"

Тацуми: "Э, виноват. Я просто отвлекся. Наверное, одежда действительно делает мужчину".

Должно быть, я чувствовал, что он все равно привлечет к себе внимание, если, скажем, это будет выглядеть так---- "В префектуре Сетагая, где нет большого движения пешеходов или обычного транспорта, антикварный английский джентльмен появляется из-за автоматических дверей в магазине, окутанный особым спокойствием глубокой ночи" или что-то в этом роде.

Вот почему я заставил его переодеться.

Например, его одежда, вероятно, не представляла бы проблемы, если бы мы находились в оживленном городе, кишащем высотными зданиями и коммерческими учреждениями, как Синдзюку, но поскольку наш рост схож, он может легко ее надеть.

Тацуми: "..............."

Давайте не будем говорить о длине наших ног.

Какой длины.

Интересно, наши скелеты сильно отличаются?

Берсеркер, вошедший в помещение магазина, все еще продолжал демонстрировать глубоко заинтересованное выражение лица у автоматических дверей, затем он остановился, пройдя немного, и теперь неподвижно наблюдал за всем.

Полки с журналами, установленные параллельно прямо возле стеклянных автоматических дверей, полка с товарами для дома, стоящая напротив прохода, полка с кондитерскими изделиями рядом с ней и полка с продуктами быстрого приготовления.

Я вижу это, потому что в его глазах светится столько любопытства, что это заставляет меня думать, что нет предметов, которые не вызывают его интереса. Он совсем как моя младшая сестра, когда она была маленькой, когда я приводил ее в уголок игрушек в универмаге.

Нет.

Не слишком ли велика разница между ним и мной, когда я был маленьким?

Тацуми: "Действительно ли удобные магазины настолько необычны?"

Берсеркер: "Да. Очень даже".

Берсеркер кивает, глядя на полку в форме напитка, которая заполняла всю стену.

Берсеркер: "Вся эта полка - электрический холодильник, не так ли?"

Тацуми: "Ага. В вашу эпоху тоже были холодильники, верно?"

Берсеркер: "У нас были холодильники, но они охлаждали с помощью льда. Видите ли, электрические холодильники появились в 20 веке. Я полагаю, что они были внедрены в Соединенных Штатах в 1913 году".

Тацуми: "Это очень давно".

Берсеркер: "Для меня их режущая способность была также их сильной стороной. Потому что это было сразу после моей смерти".

Тацуми: "Это так........."

Неужели я разворошил осиное гнездо?

Тацуми втайне размышлял о том, что ему следует быть внимательным к своему новому другу, чего он не делал до сих пор, так как знал, что друг, о котором идет речь, Берсеркер, тихо улыбается ему.

Что?

Берсеркер: "Пожалуйста, я не хочу, чтобы вы так беспокоились обо мне, мастер Тацуми. Хотя я счастлив, что могу оплакивать вас за то, что вы живете в современной эпохе, которая далеко отстоит от моей эпохи, но факт остается фактом: я действительно обладаю личностью умершего человека. Однако я счастлив, что ты считаешь меня чем-то большим, чем просто запись".

Он сказал что-то сложное.

Тацуми, не зная, что ответить, открыл рот и сказал: "Понял". Кивнув, он сказал это.

Что это за "Трон Героев?", что это за существа - Слуги или Героические Духи, которые вписали свои существа в историю человечества?

Хотя он слышал основы этого, а также объяснение магии и тайн, скрывавшихся в тенях мира, Тацуми осознавал, что его состояние далеко от того, чтобы испытывать какие-либо сильные чувства или понимать это. Внезапно он задумался.

Похоже ли это ощущение на то, что испытывал Берсеркер, когда ему автоматически было даровано знание современной эпохи?

Я не знаю.

Если мы и дальше будем так разговаривать, то когда-нибудь, возможно, наступит время, когда я пойму его.

Несмотря на это, Тацуми в ответ кивнул ему.

Берсеркер.

Настоящее имя Джекил, или, скорее, антигерой Хайд.

Конечно, он не хотел, чтобы с ним обращались как с мертвецом.

Даже в таком виде Тацуми принял слова своего нового друга, внезапно появившегося в углу залитой светом квартиры.

Берсеркер: "Спасибо."

Оставив одну улыбку, Берсеркер уходит вглубь прохода.

Мысленно Тацуми убеждает себя: "Хотя у меня не хватает уверенности, чтобы подходяще ответить ему, он смог сказать все достойно и, по крайней мере, не солгал мне".

По крайней мере, я не заметил никаких признаков недовольного взгляда со стороны Берсеркера, и, судя по его реакции, ему, похоже, очень нравится эта сеть магазинов, которая насчитывает более 4000 магазинов по всей стране. При таком раскладе ему может понравиться и этот уголок, где выстроились в ряд такие вещи, как ланчи бенто, рисовые шарики, сэндвичи, а также сладкие булочки и южный хлеб.

Но, даже так.......

Несмотря на то, что я прохожу через это каждый день, у меня никогда не было ни малейших открытий, будь то место, где они стоят, что-то вроде этого меняется для человека с другим "углом зрения".

Берсеркера удивляет современная эпоха.

Меня удивляет Берсеркер.

Понятно, значит, это даже нельзя назвать равным в каком-то смысле.

Размышляя подобным образом, я захожу в магазин, держа в руках предоставленную корзину для покупок, а затем----

Берсеркер: "Понятно, значит это......а целлюлозная пленка.......нет, пластиковая пленка!"

Рип-рип.

Некий узнаваемый звук легким эхом отозвался вместе с удивленным голосом.

Тацуми: "!?"

Не может быть.

Он не мог!

Поспешно забежав за угол в панике, я обнаружил Берсеркера.

Ааа.

Он сделал это.

Он сделал это!

В это мгновение он внезапно сорвал пленку, глядя на упакованный рисовый шарик----.

Тацуми: "Ахххх! Какого черта ты делаешь!?

Берсеркер: "Это чудесно. Пищевой продукт, который был индивидуально упакован в пластиковую пленку. Интересно, это разлагающаяся полиолефиновая пленка? Это действительно отличная идея с точки зрения гигиены".

Тацуми: "Не открывайте товар, прежде чем заплатить за него! Разве так принято в Англии?".

Берсеркер: "А, нет, я просто....... не успел оглянуться, как уже сорвал его. Прости......."

----Ах. Впервые я увидел, как покраснело лицо этого учтивого молодого англичанина. И только минут через 10 я, Тацуми, снова смогу спокойно думать.

Извинившись перед продавцом вместе с Берсеркером в безумной спешке, я купил открытый рисовый шарик, а также рисовые шарики, которые я нечаянно выбрал, и несколько сэндвичей, закончил расплачиваться, обманчиво произнося перед кассой слова вроде "гм, он только учится за границей, и он не очень много знает о Японии", и вырвался из магазина в небольшом спринте. Дергая Берсеркера за руку, я спешу, спешу, спешу, спешу, спешу обратно по дороге домой.

Нет.

Подождите.

Минутку.

Я замечаю, что, вероятно, слишком тороплюсь, но все равно спонтанно разражаюсь смехом, и посреди этого смеха раздается мой голос, заглушаемый ночной Сетагаей: "Я думал, ты серьезный парень, а ты, оказывается, интересный".

Смеясь, когда он говорил это, Тацуми наконец-то что-то почувствовал.

Он краснеет.

Он увлечен.

У него есть интересы, и если он улыбается, то определенно может даже заплакать.

---- Джекил.

Или скорее Хайд.

Это мой новоиспеченный друг.

----Хотя он не совсем человек, внутри он не так уж сильно отличается от меня.

---- О, точно...

Он неожиданно довольно взбалмошный.

Но я уже доверяю ему.

Я решил не сомневаться в его словах.

Этот иностранный юноша, у которого ясные глаза и который очень похож на моего деда.

Поэтому сегодня, в этот момент, я, Тацуми Китано, решил добавить одну вещь, которая мне о нем известна".

Тацуми: 'Похоже, я смогу хорошо с тобой поладить'.

Свет----

Несмотря на угасание света, время от времени вспыхивает ослепительный свет. Пол из бетонного материала, который был сделан так, что выглядел как кирпич, покроется стружкой сам по себе. После небольшой задержки раздается металлический лязг высокого тона. В то же время, чрезвычайно жестокий удар проносится по округе, ломая и разбрасывая толстые деревья, словно выражая одним словом "Ветер".

Зеленые листья взлетают в воздух. Разлетаются куски коры. Разбиваются уличные фонари.

На углу темного многоэтажного района в центре города.

Нет ни души, чтобы стать свидетелем этой сцены.

Даже если кто-то по счастливой случайности вдруг пройдет мимо, на взгляд обычных людей, им, вероятно, будет трудно догадаться, что здесь происходит.

У основания высотного здания, очень удаленного от станции Джей Ар Икебукуро. В темноте города поздно ночью, кто бы мог подумать, независимо от того, отражается это в их глазах или нет----, что здесь будут две тени, которые стучат клинками, сталкиваясь на таких сверхвысоких скоростях, что их визуальная информация не может быть распознана разумом обычных людей.

Кто мог в это поверить, наблюдая такое.

Может ли быть, что это...

Лансер: "Как и следовало ожидать от Слуги первого ранга".

Раздался голос. Одна из фигур, полностью остановилась на своем пути. Показывая себя. Они пробормотали. Взяв в руку огромную металлическую массу, которая, вероятно, превышала их собственный рост.

Лансер: "Какой прочный у тебя клинок. И все же он быстрый, точный, без единой трещинки".

Лансер сказала.

Да, "копье".

Слишком длинное.

Слишком большое.

Металлическая масса, по форме напоминающая клинок с широким наконечником, - предмет, который в нынешнем 20 веке можно увидеть только в записях, например, в книгах и фильмах, или внутри музея. На протяжении долгого времени, начиная с дохристианской эпохи и заканчивая современностью, он был важным оружием в конфликтах человечества, и это предмет, которому многие храбрые воины доверяют свои жизни, и который продолжает уносить жизни.

Клинок с длинной рукояткой.

Цветок поля боя.

Другими словами, "копье".

Лансер: "Действительно......"

Это была причудливая сцена.

Сбоку от Саншайн 60, самого большого небоскреба в Икебукуро.

Под подвесной конструкцией скоростного шоссе Шуто, по которому даже сейчас изредка проезжает несколько машин.

Женщина, облаченная в стальные доспехи, держит свое чрезмерно длинное и очень большое "копье" таким образом.

Лансер: "Ты, конечно, известный герой, да?".

---- Да, она улыбалась, когда бормотала это.

Понятно, значит, это копье?

'Посмотрим, насколько великолепно это копье'.

Независимо от того, что это было за событие - Война Святого Грааля, в которой участвуют 7 Героических Духов, основные необходимые знания были автоматически дарованы мне Святым Граалем. Столкновение магии магов, столкновение огромных сил между Героическими Душами Это чудо, извращающее даже законы физики, повторение мифа или, может быть, даже некий вид насилия над миром?

Девушка на моих глазах держит в одной руке свое огромное копье и заставляет его слегка вращаться вокруг и около. Хотя его внешний вид может создать иллюзию, которая заставит усомниться в том, что оно сделано из бумаги, я уже могу уловить вес копья и то, где огромное лезвие, которое можно легко принять за большой щит, соприкасается своим острием с моим телом.

Тяжелое копье.

Это превосходит человеческую мудрость.

Скорее всего, оно легко превышает 100 килограммов.

Хотя это маловероятно, даже если часть рукояти состоит из большой стали копья. Если это так, то такое огромное и чрезмерно тяжелое копье, скорее всего, является предметом, превосходящим естественные законы.

Воистину, это самое подходящее оружие для Героического Духа Копья.

???: "Понятно."

Восхищение в его сердце... пусть оно отразится в его голосе. С фигурой, облаченной в броню, сияющую синим и серебряным цветами. Он----Сейбер, отводя назад правую ногу, опустит кончик своего "меча" к спине.

Это одна из его фирменных поз.

В наше время возможность даже размахивать им на поле боя уже давно исчезла---- так что да, он покажет, что может "принять" свой "меч", который уже должен быть оружием прошлого, как ее копье, обеими руками вот так.

Для того, чтобы сражаться. Чтобы скрестить клинки. Чтобы сразиться с противником, который несет копье и неминуемо встанет на его пути.

У основания высотного здания, высота которого составляет примерно 240 метров. Посреди площади, построенной из фальшивого кирпича и на первый взгляд напоминающей общественный парк средних размеров, на действительно плохих строительных лесах, где множество расшатанных ступеней накладываются друг на друга. Стоя на лестнице в нескольких шагах впереди него, лицом к врагу, который смотрит на него сверху вниз......, стояла женщина, которой подходит тишина ночи.

Длинные волосы не обязательно станут оковами на поле боя, так разве это проявление ее способностей и уверенности?

Женщина с копьем.

Среди моих товарищей в дни обучения была одна женщина, владеющая копьем, но ее стиль боя как будто отличается от ее".

Из его воспоминаний также ничего не пришло на ум о ее бронированном одеянии.

Это означает, что она - Героический Дух из другой страны, не Британии.

Сейбер: "Твое крепкое копье действительно могущественно, слуга 4-го ранга. Лансер."

Лансер: "О, значит, меня обнаружили".

Сабер: "В отличие от моего, твой было легко обнаружить".

Лансер: "Думаю, да. Хотя весьма прискорбно, что ты не хочешь оказать мне услугу и показать свой".

Женщина слабо улыбается.

Да, его меч, конечно, нельзя увидеть.

В конце концов, это невидимый меч.

Я скрываю истинную форму меча, манипулируя преломляющимся светом, с огромным объемом воздуха или ветра, который может быть собран и пойман из окружающей среды. Таким образом, со стороны Лансера - Героического Духа, использующего копье, это значит, что она обозначает воина, владеющего совершенно прозрачным и непонятным оружием, как своего врага.

Лансер: "Это сложный предмет, который ты используешь. Твое невидимое оружие, я имею в виду".

Сейбер: "Я приму твою капитуляцию в любое время. Рыцарь по своей природе - это тот, кто не замахивается мечом на даму".

Лансер: "О, вы так добры".

Женщина не сбавляет улыбки.

Лансер: "Если вы настаиваете на том, чтобы быть так добры ко мне, подобно этому----".

Женщина двигается.

Нет, воин двигается.

Какое значение имеет разница полов в этом месте? Никакого.

Его противник - Героический Дух. Для проявления самой легенды, которая высекла свое имя в промежутках истории и даже во времени, оставив себя в памяти людей, такая мелочь не имеет вообще никакого значения. Что здесь есть, так это просто, чудесная сила, которая появляется после такого проявления, вызов законам физики, и подавляющее разрушение!

Узрите.

Это фигура огромного копья, или металлической глыбы, в нежных кончиках пальцев Лансер, которая приближается к нему на сверхвысокой скорости?

Сверхтяжелое копье, которое еще недавно легко играло в ее руках, теперь исчезло. Использовала ли она прану ветра, как Сейбер, какую-то магию или что-то, вызванное эффектом ее сверхъестественной легенды?

Все это неверно.

Она просто, просто быстрая.

Быстрая.

Быстрая.

Она, безусловно, быстра, поскольку поворачивается, направляемая ладонью и кончиками пальцев Лансера, легкая, как перышко порхающей в небе птицы, и не более того, чтобы поднять свою скорость до невидимого уровня.

Лансер: "Как проблемно".

Она выпускает свой удар одновременно с голосом. Восприняв это, она выпустила 5 ударов примерно в одно и то же время. Огромное копье, которое вращалось с такой высокой скоростью, что еще больше вышло за свои пределы.

Сразу после этого раздалось 5 металлических лязгов.

Сейбер принял 5 последовательных ударов копья Лансера своим мечом, прямо спереди. Его подлинное невидимое лезвие меча отразило 5 псевдо-невидимых ударов со сверхвысокой скоростью. Мгновенная реакция на его сверхтяжесть и сверхвысокую скорость. Предательство естественных законов физики, которое подобно тому, как если бы вы получили пулю, выпущенную на большой скорости, но это Героический Дух, это существо, называемое Слугой, которое сражается в поисках Святого Грааля.

Лезвие и стальной клинок сталкиваются на высокой скорости. Примерно в то же время ударная волна проносится по окружению пары.

Она разбивает имитацию кирпичей.

И один за другим разбивает едва уцелевшие уличные фонари.

Лансер: "Великолепно."

В ее голосе все еще слышится нотка улыбки. Не отвечая, Сейбер отступает. Сразу же после этого 5 ударов подряд обрушились на то место, где он стоял, оставляя очень глубокие следы когтей на твердом бетонном полу.

Коготь.

Да, коготь.

Копье, которым владеет Лансер, превратилось в "руку". Огромная невидимая рука находится сзади ее изящного тела, с острыми стальными когтями на каждом из кончиков пальцев, атакуя небесно-серебряного рыцаря. Возможно, если кто-то и станет свидетелем этой сцены, то, скорее всего, запомнит ее как галлюцинацию.

Рука" атакует повторно.

Повторяется 5 ударов.

Временами Сейбер уклоняется от них, иногда получает их своим мечом, полностью отступая назад.

Уклоняться.

Защищаться.

Любой из этих вариантов идеален.

Нет необходимости избегать, обычные последствия ударных волн.

Но в какой-то момент я должен атаковать.

Дальность ударов, наносимых ее длинноствольным копьем, велика, но если она продолжит атаковать меня, повторяя эти сверхскоростные атаки, то мне будет трудно контратаковать своим клинком, который имеет меньшую дальность удара.

Однако......

Он уклонился от пяти последовательных ударов в общей сложности 7 раз, но сразу после этого..........

Сейбер: "----нгх!"

Сейбер меняет свой удар. Хотя пять последовательных ударов имеют чудесную технику, они слишком однообразны. Слишком мягко. Сначала я проскользну мимо ее невидимой "руки" с тонкой, как бумага, разницей, и вот так, я сверкну клинком, поворачивая свое тело, покрытое серебряной броней, из стороны в сторону. И сразу же срублю ее.

Этот меч, овеянный ветром, этот край лезвия, будет взят одной рукой, а не двумя, как это было до сих пор. Когда я позволю своему телу повернуться, это будет удар одной рукой, нанесенный моей полусогнутой фигурой. Этот гораздо более длинный удар, чем когда я использую обе руки, достигнет стройного тела Лансер, которая должна быть в форме, чтобы защитить себя с ее огромным диапазоном атаки копья!

Он пробивает ее нагрудную броню, которая, похоже, состоит из праны, и в этот миг пляшет пламя.

Огонь закрывает зрение Сейбера. Несмотря на это, он заряжает силой руку, сжимающую меч. И толкает клинок внутрь.

Я должен пронзить сердце врага и вонзить в него острие своего клинка. Но. Её реакция слаба. Бросаю взгляд, фигура Лансера значительно отделена от моей. Это не та дистанция, которую я смогу преодолеть, если взмахну мечом. Опять же, расстояние, на котором мне нужно сократить разрыв.

Лансер: "......Ты весьма грозный противник".

Наконец, улыбка исчезла из голоса Лансера.

Сейбер: "Это все, что у тебя есть? Ты, тот, кто упорно продолжает эти слишком однообразные атаки".

Лансер: "О, значит, меня снова обнаружили. О' любезный. Возможно, это проявление твоего милосердия - попытаться покончить с этим одним ударом, нацелившись на мое сердце?"

Сейбер: "Если это милосердие".

Он снова готовит свой невидимый меч.

Есть много способов сократить разрыв.

Тем не менее, Сейбер еще не показал некоторые из своих карт.

Но, вероятно, то же самое касается и той, кто держит копье.

Не может быть, чтобы она сформировала свое существо как Героический Дух, просто манипулируя сверхтяжелым копьем и делая его больше.

Вероятность того, что она скрывает свой козырь, также очень высока. Например----

Лансер: "О, добрый. Добрый слуга. Если вы настаиваете на том, чтобы быть столь добрым ко мне, то .......".

Вот так. Она откуда-то достала что-то вроде маленького флакона, который действительно выглядит как магический предмет.

Лансер: "Это будет распалять меня."

Лансер немедленно проглотила красную жидкость, наполнившую маленький пузырек.

Тихо. Все еще не сводя с него взгляда.

Былое воспоминание.

Бывшая сцена.

Это мирное время.

Особое время, которое было окутано определенной любовью.

Сейчас это уже далекое время.

Оно не вошло в историю человечества, но это воспоминания о смутных днях, которые можно связать в легенду.

Гора Хиндарфьялль.

Несмотря на то, что ее постоянно боятся как необитаемой пещеры дьявола, на самом деле, фигуры руны розы, приносящей явную смерть, на этой горе уже нет, как нет и огня или щита богов, который когда-то защищал меня во время сна.

Поскольку все это было убрано демоническим мечом моего возлюбленного Сигурда, Грамма.

В месте, где я встретила его, которое было даже похоже на конечный пункт назначения самой судьбы, я, обладающая функциями богини как дочь великого бога Одина, я, обычная женщина, я - Брунхильда, провела дни любви с моим возлюбленным.

Я с нетерпением жду его, только что вышедшего на утреннюю охоту, в тени дерева, прислушиваясь к милому щебету певчих птиц. Если бы все было как прежде, с прежними способностями, дарованными мне великим богом, я могла бы правильно понять, что говорят эти маленькие, очаровательные птички, но я уже не понимаю их, поскольку мое тело стало телом обычной женщины.

Тем не менее, я буду благодарить их за их нежные голоса.

В конце концов, я как будто слышу их щебетание, как будто они благословляют наше счастье.

Я стала счастливой.

Мне стало весело.

Хотя я должна быть пустой в моем одиночестве, без него.

Подожди.

Ситуация ожидания?

Для меня, которая была валькирией, это было так: отказаться от всех выходов и оставаться здесь, не делая ни малейшего движения, пока не придет время действовать.

Ничего не желая, не думая, не чувствуя, я ждала бы своего часа и повернулась бы только для того, чтобы выполнить приказ.

Хотя это не то, чтобы я отключала все свои сенсорные устройства, в ситуации ожидания я в каком-то смысле просто существовала.

И все же это странно.

Ожидая своего возлюбленного и вспоминая свои легкие опасения по поводу того, когда же он вернется, я думаю о том, какие слова любви я должна сказать ему, если он вернется, и улыбаюсь певчим птицам, которые шепчут мне, как будто утешают меня---- В этот нежный период я, как и ожидалось, чувствую что-то теплое.

???: "Брунхильда".

Ааа, я слышу его.

Он пришел за мной.

И снова он вернулся ко мне!

Купаясь в тихом солнечном свете, пробивающемся сквозь деревья, высший герой, облаченный в скромные бусы света, герой, победивший жадного, но лучезарного злого дракона, Фафнира из Гнитахейдра, сын королевы Хьёрдис и короля Сигмунда, Сигурд показывает себя. И хотя я со вздохом произношу слова о его красоте, рядом, как обычно, летают певчие птицы и не хотят улетать далеко. Даже когда он несет на плечах подстреленного оленя, эти дети никогда не будут бдительны рядом с ним.

Ведь они, как и я, знают.

Что он праведник, что он благородный король воинов, и то, что он не из тех людей, кто станет беспричинно лишать жизни малого.

Брунхильда: "С возвращением".

Я иду поприветствовать его со своей лучшей улыбкой.

С возвращением, мой дорогой.

Мой любимый Сигурд.

Спасибо тебе за великолепную партию и сегодня.

Какое блюдо мне приготовить сегодня?

Жаркое - это хорошо, но и варка тоже.

Хорошо также сделать из него фрикадельки, хотя это займет немного времени.

Ты говорил, что тебе нравятся фрикадельки, которые я готовлю, Сигурд.

Нет, я думаю, я точно знаю, что ты имеешь в виду, что тебе все равно, что это, лишь бы это было что-то, что я готовлю----.

Сигурд: "Сегодня я вдруг получил новое осознание о нас".

Брунхильд: "Фуфу. Новость, что это?"

Сигурд: "Хм?"

Что он не решается мне сказать?

Я, изобразив новую улыбку, говорю ему: "Пожалуйста, скажи мне. Возлюбленный. Каждое твое слово - моя радость. Это, безусловно, верно и для тебя, верно?".

Сигурд: "Да".

Кивнув глубоко прямо на меня, ты заглядываешь мне в глаза.

Я изумлена.

Что это, интересно?

Как только я замечаю, расстояние между нами становится гораздо ближе.

Сигурд: "Брунхильда. Я снова влюбился, в тебя, которая так красиво улыбается певчим птицам".

Брунхильд: "-------！"

Сигурд: "Это моя седьмая любовь с первого взгляда".

Брунхильд: "!!!"

Внезапное, новое признание в любви!

Я думала, что огонь вырвется из моего лица при таком неожиданном прецеденте.

Правда! Это так шокирует, сбивает с толку, несмотря на то, что это отношения, в которых мы оба уже знаем даже ритм дыхания и сливались нашими телами бесчисленное количество раз, сегодня я тоже краснею, как невинная юная дева.

Хотя у меня нет ни малейшего желания насильственно вести себя подобным образом, с жаром, который чрезмерно и неуклонно поднимается в ямах моего желудка и в глубине головы и щек, я могу вспомнить свои галлюцинации, которые изрыгнули бы пламя, если бы я открыла рот---- хотя я и не была оснащена такими очевидными ударными функциями---- У меня не было выбора, кроме как свесить голову вниз с закрытым ртом.

Проклятье, Боже правый, этот проклятый человек!

Сигурд: "Извини."

Перед моим покрасневшим и неподвижным состоянием, он честно поклонился, и.......

Сигурд: "Забудь об этом. Это всего лишь поправка. Было бы лучше, если бы я сказал, что влюбился в тебя Твоя фигура, когда ты резвилась с певчими птицами в солнечном свете, проникающем сквозь деревья, как и ожидалось, слишком изысканна. Мое сердце приняло форму. Мое тело, которое никогда не подвергалось внезапным ударам, с каким бы врагом мы ни сталкивались, и которое обладает естественными наступательными и оборонительными движениями, не должно было знать о грубом времени моего транса...... и все же, я действительно потерял себя в тот момент. Теперь я понимаю, что это может потрясти самое наше "я", до такой степени, что мы будем желать и хотеть, чтобы это пространство и время под названием "сейчас" разорвалось на части. Даже если ты потеряешь свое тело или твоя душа улетит в глубины Хеля, я непременно верну тебя, победив женщину-великана самого Хеля. Брунхильда".

Он говорит так...

Разговорчиво.

Несмотря на то, что обычно он очень неразговорчив. Он немногословен, даже когда мы обнимаем друг друга.

О, боже!

Что ты за человек!

Воспоминание о любви.

Теплое время.

Эти очень дорогие и невосполнимые, сокровенные для меня дни.

Сигурд всегда удивляет меня и сильно возбуждает дополнительную функцию под названием любовь, которая не должна была существовать во мне.

И все же......

И все же......

Время, которое я провела, особенно купаясь в мягком солнечном свете, проникающем сквозь деревья, вот так.......

....... это действительно то, что не может быть получено так легко.

Чуть раньше мой любимый признался мне в своей 7-й любви с первого взгляда.

По правде говоря, это было между его 5-м и 6-м признанием.

У меня была небольшая проблема. Конечно, сейчас, когда меня охватывает огромная радость, называемая любовью этого человека, это не то, что можно назвать огромной проблемой, и я даже не могу вспомнить, были ли мы в разгар близости друг с другом в зале Хиндарфьялла, который превратился из тюрьмы пламени в сцену для свидания, однако я кипела и металась, провожая его на утреннюю охоту.

Скорее, дело было в певчих птицах.

В утренние часы, когда забрезжил рассвет, хотя я и жду до полудня возвращения этого человека в солнечном свете, проникающем сквозь деревья, тем временем я непременно спугну певчих птиц, что бы я ни делала. Когда бы эта пятка, обтянутая мифриловой броней, ни ступала по траве, или когда бы я ни выходила на это место, ставшее чуть более открытым из-за упавшего дерева, в которое ударила молния какого-то происхождения, не совсем попавшая в руки людей, певчие птицы всегда улетали, словно стремясь убежать от меня.

Да, так вот, мне того времени они действительно не позволяли держать их в руках. По правде говоря, я помню, что чувствовала оттенок одиночества. Это действительно роскошно. Наверное, это делает меня жадной.

Быть окутанной любовью Сигурда, не более того, погрузить наши тела и умы в любовь, и все же дальше стремиться к гораздо большему, чем это. Даже если бы я собиралась изменить это, мои руки, несущие душу, - это то, что определяет меня как старшую сестру валькирий, которым великий бог дал равные роли, как богам смерти, и даже если я роняю грязь в чистый ручей, даже если я не могу стереть с себя следы поля битвы, смерть и глубоко окрашенную кровь людей......... я думаю про себя, что хочу ласкать их маленькие жизни.

Или это потому, что я стала человеком?

Так я думала.

Когда я была праведной валькирией, обладающей божественностью, неважно, медведь это был или волк, кролик или птица, они не проявляли ко мне никакой особой реакции. Они относились ко мне как к чему-то, что просто есть, как будто я такая же, как ветер и земля, горы и солнце, деревья и цветы. Даже если птицы видели, как я надевала шлем богов, подчиняя себе небо, они не улетали, и даже если я рыскала по лесу в поисках душ героев, звери не свирепо завывали на меня.

Так было не только со мной, так было и с моими младшими сестрами. Да, я того времени не принадлежала к людям, которые своим интеллектом и культурой очистили сельскую местность, и, вероятно, была определенной частью природы.

Ну а сейчас я полноценная человеческая женщина.

Я рада.

Я могу любить его с той же точки зрения, что и он меня.

Но только на время. В самом глубоком уголке меня, который работает как мое сердце, а не как схема, зародилась маленькая грустная эмоция, когда я смотрела, как улетают певчие птицы.

----Хорошо.

Теперь давайте попробуем немного пофантазировать.

В одно прекрасное утро я, которая так решила для себя, провожая его спину, когда он уходил на охоту, как обычно, направилась к тому открытому месту. Осторожно, не издавая ни звука, я старалась шаг за шагом твердо ступать по земле. Медленно и тихо, как охотник, тщательно выслеживающий свою добычу и не проявляющий достаточной бдительности, когда я шевелю клочок травы. По мере того, как я это делала, ах, я могла видеть, как певчие птицы играют, любовно щебеча.

Успокаивая себя, я шла все дальше и дальше, пока, наконец, не подошла к ним совсем близко. Чтобы не удивить их, чтобы не испугать, я сказала мягким тоном: "Доброе утро, маленькие певчие птички. Простите, что всегда пугаю вас. Я......"

Не успела я произнести свои слова до конца, как все певчие птицы разом улетели.

Провал.

Это была огромная неудача.

Затем во время следующей попытки я попробовала использовать руну сокрытия для следующего утреннего испытания, но результат был тот же.

В конце концов, те, кто звал меня, сбежали. И вот теперь, когда дело дошло до этого, мне, павшей, как деве, охладевшей к своему возлюбленному, и волку, не сумевшему в последний момент выследить свою добычу, ничего не оставалось, как высказать все этому любимому человеку, который с одного взгляда полностью разгадал мои беды и спросил меня "Что случилось?", хотя я должна была встретить его своей обычной неизменной улыбкой.

Сигурд: "Значит, все прошло неудачно для тебя".

Брунхильда: "Да".

Сигурд: "Они тоже испугались и улетели".

Брунхильда: "Да".

Сигурд: "Остановить дыхание или использовать руну - нехорошо. Они еще больше убегут, если ты это сделаешь".

Брунхильда: "Я вижу........."

----Знай пределы своего тела.

----Прекрати нарушать их покой сама и просто оставайся в зале и терпеливо жди его".

Беспомощно опустив плечи, я думаю о таких вещах.

Я попыталась возродить свою решимость, не позволить себе снова ступить в мирное убежище певчих птиц, но именно в этот момент тот человек, которого я удивительно люблю, подпер коленом землю.

С извинениями перед певчими птицами, с большим смущением за мои собственные глупые шаги, заглядывая в мое все еще висящее лицо из соседнего помещения, он сказал: "Прежде всего, сними свои доспехи. Это ненужная вещь, когда ты смешиваешься с ними в их мирный час".

Сказал он.

И затем он улыбнулся мне нежнее, чем кто-либо другой в этом мире.

После этого я сразу же получила время, которое я провела с ними среди солнечного света, проникающего сквозь деревья.

Я не забуду.

Я не забуду.

Утренний период, который я тихо провела в окружении милого щебетания, время, которое я получила, которое было наполнено теплом и страданием, вызванным нетерпеливым ожиданием кого-то, тот факт, что я могла показать улыбку, как обычная человеческая женщина, все это.

Все это.

Все это было потому, что ты был рядом со мной.

---- Сигурд.

---- Мой единственный и неповторимый герой.

----Ты, который дал мне так много, ты, которого я люблю больше всех, мой возлюбленный.

Один из многоквартирных жилых домов, который выстроился

примерно рядом со зданием Саншайн 60, префектура Тосима, Икебукуро.

----------------------------------------------------------------------------

Крыша, на которой никого не должно быть.

Время, которое уже достаточно подходит для того, чтобы называть его ранним рассветом, а не выражаться как полночь. Здание, в котором на каждом этаже располагались различные деловые службы, необитаемо на всех уровнях, то же самое должно было произойти и с крышей.

Однако там есть одна девушка.

Возможно, это можно назвать какой-то странной сценой. Человек, который не должен быть там, находится там, как будто это естественно для нее быть там, и это то же самое, что и пользователь копья из прошлого в некотором смысле, однако присутствия, которые пришли с ними, отличаются. Если та, прежняя, была агрессивной странностью, разрывающей на части тех, кто к ней приближается, то что же это? Как он должен это выразить?

По крайней мере, для Сейбер этого момента он не мог найти слов, с чем ее сравнить. Прибыв "сюда" в условленное место, он смотрит назад, на улыбку девушки.

Сейбер: "Манака"

Коротко, он называет имя девушки.

Манака Садзё.

Его хозяин в качестве Слуги.

Маг.

Мой единственный Мастер, который бросил вызов Войне Святого Грааля, чтобы получить Святой Грааль вместе со мной.

Манака спокойно сидит на походной простыне, расстеленной на одном из углов крыши, похоже, она ждала моего прихода сюда.

На данный момент у нее с собой огромная корзина и переносной термос.

Манака: "Ты пришел как раз вовремя. Ты такой замечательный, Сейбер".

Говорит она, наливая в чашку черный чай с поднимающимся паром из термоса.

Манака: "Точно, я тоже почти закончила свои приготовления. Смотрите, присаживайтесь, пожалуйста".

Радостно, с такой целой улыбкой она зовет меня.

Как будто она девушка брачного возраста, пришедшая на свидание в огромный парк, и решившая вдоволь наиграться за целый выходной день.

Нет.

Возможно, это из-за того, что я испытываю такие сильные эмоции к Манаке.

Я распластался на простыне. Вот так, - она протягивает мне теплый напиток.

Манака: "Я взяла тебя на улицу, я каким-то образом подвергла тебя опасности, и я была категорически против этого, но......".

Наклонив голову, она улыбается.

Манака: "Но. Если бы я знала, что такое совместное ожидание будет чем-то приятным, тогда это страшно".

Сейбер: "Страшно?"

Манака: "Ведь из-за этого кажется, что я хочу встречаться снова и снова, хотя Я.......".

Сейбер: "....... Это вызывает беспокойство."

Я отвечаю своими не обманчивыми мыслями. Не то чтобы мое тело дрожит от ночного холода, хотя горячий чай приятен. Увлажнив горло глотком, я спокойно размышляю, не стоит ли мне как-нибудь отчитать Мастера за ее очень некстати сказанные слова. Хотя слова вырвались не сразу. В конце концов, на днях я обнаружил своим телом, что оно не обязательно ограничивается тем, что посылает мои слова отсюда моему милому и даже симпатичному Мастеру.

А потом...

Поскольку это был еще обед, Манака открыла стоящую рядом корзину и начала раскладывать приготовленную еду.

Там хлеб с множеством ингредиентов, засунутый в него, и что-то, что было приправлено солью и завернуто в рис...

Манака: "Бутерброды или рисовые шарики, что вы предпочитаете?"

Честно говоря, я не пробовал ни то, ни другое.

Вероятно, это блюда современной эпохи. Я не слышал о них и не видел их у себя на родине.

Манака: "Вы слышали о графе Сэндвиче? Он из Британии, нет, из вашего будущего......но, если смотреть на это сейчас, то это прошлое, эээ, просто забудьте об этом, однако, этот благородный человек был тем, кто создал это. Граф придумал эту идею, потому что он хотел наслаждаться своими играми, не отрываясь от еды, и он был немного странным человеком, я думаю".

Улыбаясь, Манака осторожно достает хлеб.

Манака: "Итак, это хорошо. Еда, достаточная для середины партии".

Сейбер: "Понятно."

Я откусываю кусочек, который мне протягивают.

Вкусно.

Это был тост, поджаренный до коричневого цвета с передней и задней стороны, с ингредиентами, вложенными в него. По обе стороны от жареного цыпленка и сыра, которые затем были вставлены в тост, были свежие овощи, такие как помидоры и свежий салат-латук. Много сочных и свежих помидоров очень хорошо сочетаются с мясом и сыром.

Действительно, чувствуется, что это подходящее блюдо.

В эпоху, в которой он когда-то жил, свежие овощи были чрезвычайно ценными продуктами.

Однако в этом городе 1991 года н.э. нет никого, кто бы так говорил.

Манака: "....... Хорошо?"

Сейбер: "Да".

Я киваю, пока ем.

Хотя имя графа не было прикреплено к этому, обычай есть ингредиенты, вставленные в хлеб, передавался в Британии со времен Древнего Рима. Сейбер честно кивнул.

Хлеб, который я ем таким образом, с тех пор, как я...

Сейбер: "Мне нравится".

С самого начала.

Мне это нравилось.

Эти его слова не были ложью.

Сейбер, который без колебаний упомянул, что он король и рыцарь одновременно, не редко говорил неправду.

Поэтому сейчас он просто констатирует факты.

Манака: "Просто......сейчас......."

Манака взволнован?

Сейбер: "Хм?"

Жуй-жуй.

Запихивая бутерброд в рот, она смотрит на меня.

Манака: "Просто, сейчас, я думаю..."

Щеки Манаки вспыхивают.

Сейбер: "Хм?"

Жуй-жуй.

В следующий раз, я думаю, я попробую съесть немного этого свернутого риса.

Манака: "Я думаю, я просто слишком стесняюсь, наверное".

Как я и думал, щеки Манаки покраснели.

Так-то лучше.

Да, он думает.

Например, это ее жестокое поведение, как когда она рассказала отцу о сегодняшней "стратегии", не совсем подходит для девочки ее возраста.

Так лучше.

Со здоровым красным оттенком на ее милых щечках. Сияние феи и яркость цветка подходят ей гораздо больше, чем это.

Манака: "Ты такой злой. Сейбер."

Сказав это, она надувает щеки, как будто дуется.

Манака надувает губы.

--- Прекрасная девушка.

"Да, - думает Сейбер из глубины своего сердца.

Поэтому я вынужден думать об опасностях, связанных с тем, что она бросится в жестокость Войны Святого Грааля. Например, верно, что даже сейчас, в этот момент...... уже началась Война Святого Грааля.

Первая в истории крупномасштабная магическая война.

Взаимная бойня, в которой маги, владеющие тайнами, и героические духи, способные заставить подчиниться им даже самые могущественные физические законы, будут убивать друг друга, но...... даже если это так, она доказала, что может безопасно выходить на улицу подобным образом, и так далее. Однако эти действия слишком опасны.

Более того, она слишком опекает меня ---- как Слугу.

До самого конца Манака противилась идее вывести Сейбера на улицу. На днях Манака, которая была непреклонна даже перед своим отцом, проповедовавшим ей о жизненной силе тактики и стратегии в Войне Святого Грааля, и о том, что Слуги являются их боевой силой и ключом ко всем их движениям, отказалась подвергать Сейбера опасности, и упрямо заявила следующее.......

Манака: "Я сама что-нибудь сделаю".

И таким образом, для нее не должно было быть никакого способа выжить. Если бы это был обычный маг, то он, скорее всего, не прожил бы и полдня.

Но...

Она была особенной.

Манака: "Вот оно!"

Манака: "Мне пришла в голову отличная идея, Сейбер!".

Манака, улыбнувшись, вдруг крутанулась на месте и предложила сегодняшний патруль. Другими словами, это был активный патруль для других Слуг и Мастеров в этом позднем ночном городе. Манака и Сейбер будут действовать отдельно, проводить разведку и встретятся друг с другом в этом месте на рассвете. А потом...... Конечно, он возражал против этого.

Он возражал, но Манака его не послушал.

Сейбер: "Я столкнулся со Слугой, только что. Возможно..."

Проглотив бутерброд, я вкратце рассказываю ей. О начале Войны Святого Грааля и предыдущей битве. О встрече с Лансер, Слугой четвертого ранга. И что после того, как они сражались несколько раз, она быстро отступила, сразу после того, как что-то взяла. Является ли маленький пузырек, который она достала, ее "Благородным Фантазмом", пока неясно.

Манака: "Хмм......"

Манака лишь незаинтересованно кивает.

Сейбер мягко пытается отругать ее: " Мастер, если ты отделена от меня, то не должна предпринимать самостоятельных действий, если бы наши позиции поменялись местами, ты бы подверглась опасности", но она просто спокойно...

Манака: "Фуфу, ты беспокоился обо мне?"

Сейбер: "Конечно, волновался".

Манака: "Не будь таким беспокойным, Сейбер. Да, я думаю, может это потому, что ты добрый. Но не волнуйся. Я бы сразу поняла, если бы к нам кто-то приближался".

Я пытаюсь улыбнуться и слегка говорю: "Это не пустяк".

Конечно, я знаю, что к этому зданию с помощью магии был прикреплен барьер. Хотя тот, кто не чувствителен к магии, находится там, Слуге не составит труда почувствовать магию этого места, в конце концов, они существа, которые стоят здесь сейчас благодаря пране.

Здесь есть барьер. Кроме того, он не простой, как тот, что был сделан за день. Это мощный барьер, подходящий для мага первого ранга, владеющего семью перьями. Если бы это был обычный человек или средний маг, он не смог бы подняться на второй этаж, не говоря уже о крыше.

Однако все Слуги, с которыми мы столкнулись, являются могущественными Героическими Духами.

Как далеко они смогут пройти через этот барьер современного мага?

Более того, само существование барьера говорит о том, что "здесь есть маг".

По правде говоря, я думаю, что Лансер, вероятно, показала себя, потому что маг, который является Мастером Лансер, вероятно, почувствовал существование барьера, который Манака распространила над этим зданием.

Сейбер: "Нет, это слишком опасно. Давайте скажем......да, если бы это был Слуга класса Ассасин".

Манака: "Если речь идет об Ассасине, то все в порядке. Я уже договорилась с ней".

Сейбер: "А?"

Договорились?

Манака: "Не то чтобы я ее избила. Но она больше не наш враг".

Сейбер: "Не враг. Что именно ты имеешь в виду?"

Манака: "Что я позаботилась о ней, глупышка".

Она сказала это без колебаний, с выражением лица, на котором все еще было сияние распустившегося цветка. В это мгновение Сейбер задумался над ее словами.

Один маг против Героического Духа Слуги?

Я не почувствовал сегодня уникального присутствия Слуги.

Необходимые знания, которые приносит Святой Грааль, верно, запечатлели в сознании Сейбера даже общий этикет сражений Слуг.

Странное давление, подобное тому, что я чувствовал, когда столкнулся с Лансером, если это и есть уникальное присутствие Слуги, то я могу с гордостью надуть грудь и сказать, что я не чувствовал существования каких-либо Героических Духов, кроме Лансера, в этом центре города сегодня вечером.

Конечно, если у Ассасина есть навык "Сокрытие присутствия", позволяющий стирать их присутствие своей волей, то это возможно.

Сам он тоже беспокоился об этом.

'Но, маг, противостоящий Слуге один на один, и выходящий невредимым.'

Это не то, во что я могу поверить так просто.

Даже так...

Манака: "Здесь безопасно. В радиусе 3 километров от окрестностей нет ни Слуг, ни Магов."

Я не чувствую лжи ни в словах, ни в глазах Манаки.

Это были ее ясные глаза.

Это был ее безмятежный голос.

И в этой улыбке такая прелесть и сладость.

Манака: "Привет, Сейбер".

В ней есть какая-то страсть...

Манака: "С тех пор, как я сама позаботилась о слуге..."

Это было сияние феи.

Яркость цветка.

Однако, разве может фея или цветок подойти ко мне вот так?

Наше расстояние....

Близко.

Как только он заметил ее, слегка порозовевшие щеки девушки тут же оказались прямо перед лицом Сейбера.

Манака: "Могу я получить награду---?"

Голосом, полным надежды, Манака произнесла это так. Тихо.

По-прежнему не сводя с него взгляда.

Манака: "Тха, тха, это так плохо. Ты не играешь честно. Делать такое....... "

С маленьким голосом Манака продолжает что-то говорить, пока колотит. Не было ли у нее проблем с этим в качестве ее «награды», судя по ее реакции, как-то......

Для Манаки, которая положила руки на плечи, действие, которое выбрал Сейбер, было поцелуем.

Поцелуй.

Мягко, в лоб.

Манака: «Это, конечно, я думала, я думала, что, внезапно целуясь, как-то, может быть, слишком быстро, но, я счастлива, в лоб, я счастлива, что ты его коснулся, но, то есть, умм ты видишь......»

Смущенная и счастливая.

Девушка, которая волнуется и краснеет.

Это не заходит дальше, состояние юной леди.

То есть это, кажется, очень подходящее поведение, для её возраста.

― ― ― ― Этот ребенок, наверное, чистый.

――――Совершенно точно.

Он думает об определенном цвете.

Это белый.

Белый, чистый, на котором еще ничего не нарисовано.

Незатронутый белый ― ― ―

Или.

Это абсолютный белый, который может закрасить все творение?

Студентка А (Кёко): "Эй-эй, ты знаешь? Об этом слухе".

Студентка Б (Нао): "Я знаю, я знаю, это так, мисс Мэри......".

Студентка А (Кёко): "Да, да. Мисс Мэри".

Студентка Б (Нао): "Я тоже слышала точно такую же историю в своей школе. Это становится слухом даже в соседних школах".

Студентка А (Кёко): "Токио, верно? Да, похоже, слухи о мисс Мэри ходят только в Токио".

Студентка Б (Нао): "Это правда?"

Студентка А (Кёко): "Это правдивая история, в конце концов, это происходит в Токио".

Студентка Б (Нао): "Но я не видела этого по телевизору".

Студентка А (Кёко): "Просто её ещё не показывали по телевизору".

'О какой истории вы говорите? Слухи. Это только в Токио. Мэри. Мисс Мэри?

Для Аяки Садзё это была тема, в которой она не разбиралась.

Жуя и поглащая хлеб служившей ей школьным обедом, который она держала обеими руками, она смутно подслушивала разговор двух своих одноклассниц, которые точно выстроились в ряд и соединили свои парты вместе.

'Сегодня в меню булочка, тушеное мясо темного цвета и салат из свежих овощей'.

'Все та же старая булочка. Тот же старый вкус. '

'Хотя я действительно люблю жареный хлеб, я не считаю его неудовлетворительным, поскольку это не то, что появляется каждый день. Я просто, ах, думаю, что немного жаль. Но сегодня это даже немного радует, так как к нему прилагается мармеладный джем".

С треском разорвав маленькую пластиковую упаковку, я выталкиваю ее содержимое и съедаю кусочек за кусочком.

'Мне мармелад нравится больше, чем маргарин. Я не ненавижу сладкое".

Откусываю кусочек.

Я вгрызаюсь в хлеб.

'Вкус всегда разный, благодаря горько-сладкому мармеладу. Я не ненавижу его. Это моя любимая группа продуктов".

Студентка А (Кёко): "Ее имя, вы слышали?".

Студентка Б (Нао): "Ее имя...."

Студентка А (Кёко): "Имя мисс Мэри. Хм, а может, это не имя мисс Мэри, а название слуха?".

Студентка Б (Нао): "Понятия не имею. Что это?"

Студентка А (Кёко): "Я слышала, что она всегда будет звать тебя в 11 часов вечера".

Студентка Б (Нао): "Да"

Студентка А (Кёко): "И тогда ее спутники будут непременно умирать".

Студентка Б (Нао): "Да".

Студентка А (Кёко): "Итак, говорят, Кровавая Мэри приходит убить тебя в 11:00 вечера".

11:00 вечера.

Кровавая Мэри.

Такое ощущение, что я пришла и подслушала опасную историю.

Аяка: (Интересно, о чем они говорят?)

Те, кто болтал, всегда болтали о чем-то во время обеда. Там была девочка (Кёко), которая, очевидно, ходила 3 дня в неделю в детскую школу рядом со станцией, и девочка (Нао), которая всегда смотрела телевизор.

Поскольку я никогда не играла с ними после или вне школы, я не могу точно знать, что с ними происходит. Хотя я не думаю, что эти двое особенно лживы. Кажется, они вдвоем говорят о каком-то слухе.

Поскольку я привыкла подслушивать чужие разговоры, я пытаюсь прислушаться к их беседе, одновременно держа во рту очередной кусок хлеба, "Хаму", и многократно пережевывая. Смогу ли я понять их хотя бы с этого момента?

Я не могла слушать их как следует, потому что вначале я была больше сосредоточена на том, чтобы аккуратно извлечь мармелад из контейнера.

11 вечера. Кровавая Мэри.

Наверное, я попробую догнать их позже и внимательно выслушать.

Но спрашивать их об этом в одиночку я не стану.

В любом случае, даже если я открою рот и скажу что-нибудь, я не смотрю много телевизора, я даже не хожу в школу, и я едва получаю один номер журнала для девочек раз в месяц, так что у меня даже более слабое чувство, чем обычно, что я, вероятно, не буду хорошо сочетаться со сплетнями девочек начальной школы, которые того же возраста, что и я.

Так что, я просто использую свой рот для еды. Жевать.

Но я буду просто улавливать информацию, концентрируясь на своих ушах.

Аяка: (Ннх)

Это был слух. Об иностранной девушке, которая нежно зовет взрослых.

Ayaka: (О девушке....)

Это было ночью. Когда девушка появлялась посреди улицы поздно ночью.

Аяка: (Ночью?)

Это была смерть. Она непременно приносит смерть, в соответствии со своим именем.

Аяка: (......... Смерть. Она их убивает?)

Как я и предполагала, это была опасная история.

Это был слух.

Друг друга, или друг отца друга, или человек, который работает на отца друга друга, или что-то в этом роде. Странная история, которая была специально получена, как будто они видели это, но смутно от кого-то, кто непосредственно не видел и не знал об этом, вот так.

Я слышала о таких вещах раньше. Я могу сразу вспомнить это.

Например, разве не была популярна в классе собака с лицом человека в прошлом году во втором семестре? Это та же история, что и тогда. Мрачный слух, о котором шепчутся дети. Школьная история о призраке? Или одно из семи школьных чудес?

Интересно, так ли это, - слабо думает Аяка.

Например, количество лестниц, по которым больше поднимаются, чем спускаются, или анатомическая кукла в кабинете естественных наук, которая ходит сама по себе, или портрет музыканта в кабинете музыки, у которого двигаются глаза, или девочка, которая живет в туалете, и тому подобное. Если это не связано со школой, то есть женщина с перерезанным ртом, зеркало, которое становится фиолетовым, белая нитка, выходящая из мочек ушей, и синяя и красная бумага, более того----.

Аяка: (Там просто переворачивается стол)

Я думаю, что это что-то вроде некромантии, когда вы кладете монету в 5 йен на лист бумаги с написанным на нем японским алфавитом, который, как оказалось, имитирует спиритическую доску.

Когда они пригласили меня сделать это во время одного обеденного перерыва около весны со словами "Аяка, ты тоже так делаешь", я уставилась на этих девушек, размышляя, могут ли они быть из рода магов, но в этом не было ничего такого, это была просто глупая детская игра.

Например, кто из них нам нравится?

Человек, который нам не нравится, наши антипатии, вещи, которых мы боимся, мы спрашивали о таких вещах. Не прибегая ни к какой магии, кто-то из нашей группы, кто положил палец на монету в 5 йен, просто перетащил ее. Теперь, когда я думаю об этом, именно эти двое пришли и пригласили меня в тот раз.

Те двое, которые любят сплетничать.

Очень трусливая парочка.

Студент Б (Нао): "Все они умерли......"

Студентка А (Кёко): "Верно. Все, кто встретил этого человека. Не смогли спастись".

Студентка Б (Нао): "Ни за что, я боюсь".

Видите.

Она сказала, что ей страшно.

Студентка А (Кёко): "Я слышала, что человек, который видел зеркало, тоже умер. Интересно, умерли ли они, потому что дотронулись до него?".

Студентка Б (Нао): "А, это правда?"

Студентка А (Кёко): "Это правда. В конце концов, я слышала, что многие полицейские тоже умерли".

Студентка Б (Нао): "Это страшно......"

Я думаю, это странно.

Содержание слухов, определенно, было об ужасных и страшно опасных вещах. Иностранка "Мисс Мэри" окликает взрослого мужчину, возвращающегося домой с работы поздно вечером, и входит с ним в гостиницу. На следующее утро фигура девушки Мэри исчезает с одной лишь фразой "Добро пожаловать в мир смерти!", написанной на зеркале по-английски малиново-красной помадой. С таким же красным знаком поцелуя, рядом с восклицательным знаком.

Мужчина мертв на кровати. Причина неизвестна. Даже если он не был ранен, как вы полагаете, какова причина его смерти? Мне также сказали, что это становится новостью.

Объектами нападений становятся только взрослые мужчины, и нет ни одной женщины, а по рассказу девочки, которая ездит в школу на работу, друг ее отца в соседнем городе тоже был убит таким же образом.

Или.

Аяка: (Это вовсе не школьная история о призраке)

'Школьная история о призраке, или, скорее, история о призраке для взрослых. История о призраке для отцов, которые возвращаются домой, прогуливаясь по улицам поздно ночью. По сравнению с историей о собаке с человеческим лицом, я чувствую, что в этой истории есть ощущение реальности. Но в то же самое время в прошлом году, я не думаю, что мне было хоть немного страшно".

Я думаю, что это жутко, хотя если я скажу, что мне страшно, потому что я понятия не имею, о чем думает "мисс Мэри", или что она вообще сделала, тогда я, наверное, не могу сказать, что мне страшно, но, тем не менее, я никогда не испытывала страха раньше так что........

Это потому, что Аяка, уже знала.

Если это сплетня, которая была сублимирована в тайну, то она, вероятно, тоже была наделена силой. Что-то в размере слуха, произнесенного между детьми, недостаточно для всего этого.

По крайней мере, папа не сказал бы, что таинственная собака с человеческим лицом существует на самом деле. Кроме того, на сайте ----'

Аяка: (Мой папа просто замечательный)

Я тихо думаю, попивая молоко из бутылки. В конце концов, лишь немногие рискуют выходить на улицу и возвращаться домой поздно ночью, а многие остаются дома. Все в порядке. И даже если убийца действительно существует, это не остановит таинственные слухи о вышеупомянутой "мисс Мэри", о которой шепчутся девочки начальной школы.

Я тоже ничего не могу с этим поделать.

Именно поэтому я не боюсь.

Как и в прошлом году.

Хотя я не могу сказать этого никому из своих одноклассников.

---- Это потому, что мой папа - Маг.

---- Потому что он человек, который имеет дело с настоящими тайнами.

Это что-то вроде истории о призраках. Поэтому я не собираюсь проигрывать против какого-то слуха, или даже представителя Мифической расы.

Аяка: "Да"

Немного бормочет.

Аяка снова откусывает хлеб.

Позже, после школы----

Когда я возвращалась домой, солнце уже совсем село.

Это определенно вина сезона, что солнце опускается так быстро.

Это хорошее доказательство того, почему дыхание, которое я выдыхаю, начинает становиться белым, как и сегодня утром.

Я ясно вижу это глазами.

Немного холодно.

Аяка выдохнула "Хаа" в обе руки.

Если уж дошло до этого, то лучше бы я взяла с собой перчатки.

Аяка: "Холодно".

Я останавливаюсь перед входными воротами.

Когда я смотрю на него вот так, он, конечно, кажется по-своему большим домом.

Мои одноклассники, которые живут неподалеку, называют его "особняком", и хотя, наверное, эти слова не приходят мне на ум инстинктивно, когда я вижу его, я думаю о том, что он немного больше внутри, чем снаружи, просто говоря о его размерах.

Несмотря на это, независимо от того, как он устроен внутри, я не считаю преувеличением назвать его особняком, потому что я знаю о нем почти все, кроме комнаты, в которую я не могу войти.

Еще один, чуть больший, - это мой дом.

Моя классная руководительница говорила во время посещения дома, что это дом в западном стиле. За воротами я вижу деревья на переднем дворе и крыльцо в западном архитектурном стиле.

Ворота......

Хотя они не закрыты на ключ, я не могу войти внутрь, просто толкнув их нормально руками. Папа сказал, что он расширил барьер, а также сообщил причину этого. Это что-то об участии в большом "магическом ритуале", или что-то в этом роде?

Лично я не против пойти в начальную школу, ты сказал мне, что я должна, хотя строго предупредил меня быть осторожной всякий раз, когда я вхожу в дом или выхожу за его пределы (*Она мысленно обращается к папе).

Я выполняю все действия, как мне было сказано.

Убедившись, что поблизости никого нет, я произношу несколько слов. После этого я рисую пальцем на металлической арматуре, рядом с ручкой ворот, форму пути, которому меня учили. Хотя я все еще не очень умела в этом, я заряжаю свою прану.

Да, я совсем не могу делать это хорошо.

Если бы я умела, то у меня не ушло бы больше 5 минут времени на дело, которое должно было решиться за считанные секунды".

Аяка: "Интересно, сделала ли я это быстрее, чем вчера?"

Пробормотала я, толкая ворота.

Ворота, прочные, как каменная стена, плавно и без задержки открываются передо мной.

За ними снова тот же самый обычный дом.

Взявшись за ворота, я плотно закрываю их.

Аяка: "Я вернулась."

Бормочу я, чуть слышно.

Если сейчас такое время, то папы и старшей сестры нет в гостиной, и вообще, они в основном что-то делают либо в комнате, куда мне нельзя входить, либо в комнате, куда я не должна входить, так что я знаю, что в этом нет особого смысла, потому что никто не высунул лицо и даже не окликнул меня.

Но пока.

Я скажу это.

Это ежедневный обычай.

Я говорю: "Я дома", когда возвращаюсь домой.

А кто-то говорит: "Добро пожаловать домой", когда я возвращаюсь домой.

Аяка: "Добро пожаловать домой".

Поскольку здесь никого нет, я просто повторю про себя и на сегодня.

Пройдя через двор, я открываю входную дверь----.

Аяка: "А?"

'Есть какой-то приятный запах?'

Внезапно я вспоминаю то раннее утро пару дней назад, и мой разум расслабляется, думая: "Ни в коем случае......".

'Этот ароматный запах пекарской пшеничной муки, он такой же, как тот, что я чувствовал вчера, так что если я точно пойду на кухню, то, возможно, смогу встретить ее'.

Человек, с которым я не смогла встретиться сегодня утром.

Да, в это утро я была одна во время еды и снова одна во время ежедневной работы.

Выйдя из прихожей и не выпуская из рук рюкзак Рендсел, я направилась через коридор на кухню.

Как только я это сделала, там была----

Манака: "О, с возвращением. Аяка."

Красивый голос.

Симпатичное лицо.

Несмотря на то, что уже вечер.

Несмотря на то, что уже темно, ослепительно и сверкающе.......

Моя старшая сестра, Манака, улыбалась в своем фартуке.

Воображаемое чудовище.

Существо, о котором говорится только в старых легендах。

Мы дали им название "Фантастические существа", чтобы обозначить их.

Не равные ни одной из известных форм жизни, эти существа, превратившие свои облики в тайны, были разделены по придворному рангу на божественных зверей, мифических зверей и чудовищных зверей.

Маг также может использовать их, если они являются существами уровня чудовищного зверя.

Есть также примеры, когда часть их трупов использовалась в качестве мистического кода мага.

Если это существо превосходит мифических зверей, то возможны оба варианта.

Во-первых, в современную эпоху у человека нет шансов встретить такое существо.

Слуги могут легко разрушить этот здравый смысл.

Ведь они намного превосходят магические тайны.

Они могут победить иллюзии, о которых мечтают люди.

Иными словами, со временем они могут использовать даже существ, превосходящих мифических зверей.

В Войне Святого Грааля мы можем использовать мифологические тайны через Слуг.

Таким образом, вы никогда не должны забывать о своих мечтах.

Храните их в тайне.

Скрывайте их.

Раскрытие тайн - это табу для Магов.

Война Святого Грааля должна вестись в тени.

Аяка: "Сестрёнка, что ты готовишь?".

Манака: "Фуфу. Как ты думаешь, что я делаю?".

Аяка: "Я думаю, это торт. Потому что он приятно пахнет".

Манака: "О, так близко. Но что ж, думаю, ты наполовину права..."

Когда она говорит это, ее улыбающаяся фигура очень красива.

Старшая сестра Манака.

Та самая, которую я видела утром, несколько дней назад, с ее фигурой принцессы в фартуке, похожей на замок. Видите, она снова танцует и кружится сегодня.

'Она совсем как в том аниме-фильме, который нравился моей маме и который она показывала папе. давным-давно. Про принцессу, которая танцует, когда поет".

'Красивый человек. Словно бы я оказалась в том фильме'.

'Мои глаза - это не мои глаза, конечно, это что-то вроде камеры, которая проецирует фильм'.

'Они проецируют мою старшую сестру'.

Когда я думаю об этом, я полностью теряю сознание.

Манака: "Что не так, твои глаза так широко открыты? Твой рот тоже открыт, Аяка".

Аяка: "А?"

Кончики ее белых пальцев были на расстоянии, на котором я могла и не могла дотронуться до нее. Но я не мог их коснуться.

Я была на грани.

Аяка: "Это потому что ты такая красивая, старшая сестра. Ты как принцесса".

Манака: "Правда?

Аяка: "Да".

Я действительно......

......так думаю.

Манака: "Я кажусь тебе британской принцессой?"

Аяка: "Британской?"

Манака: "Фуфу. Да, но если я действительно кажусь тебе такой, то это делает меня счастливой".

Старшая сестра улыбается, так же, как и в то утро несколько дней назад.

'Она сверкает. Как будто она ослепительна и сияет. Уже вечер, еще не рассвело, и хотя заходящее солнце вот-вот упадет........ Она кружится по кухне, готовя еду так радостно в своем фартуке'.

'Она блестит.'

'Но она прекрасно двигает руками, так быстро, так ловко.......'.

'Она очень искусна'.

'Сегодня она не держит кухонный нож, вместо этого она держит в руках различные весы'.

'Интересно, что она готовит?'

'Если часть торта наполовину правильная, то какова оставшаяся половина?'

Когда я собирался спросить об этом, я заметил свой внешний вид. Опять же, я несла свой рюкзак Рендсел Поэтому, забежав в туалет, я мою руки холодной водой, а также полощу рот.

Я ставлю свой рюкзак в коридоре.

И снова направляюсь на кухню----

Аяка: "Старшая сестренка, умм....".

Я немного сомневаюсь, стоит ли спрашивать ее: "Можно мне тоже помочь?". Я останавливаюсь у входа в кухню, в которую я только что вошла, не раздумывая.

В отличие от моей старшей сестры, которая может все, я знаю, что независимо от того, будь то магия, учеба, работа горничной или что-то еще, я обычно занимаю более низкое положение, чем она, поэтому, возможно, для старшей сестры Манаки будет лучше сделать это самой, а не просить меня помочь ей.

Я верю, что это правда.

Жуй-жуй.

Пока я это делал, старшая сестра продолжала поворачиваться к моим рукам и произнесла одно слово.

Манака: "Помоги. Ты поможешь мне?"

Это был мягкий голос. Хотя я никак не могла понять, какое лицо делает сестрёнка, потому что не могла видеть ее отсюда. Конечно, я подумал: "Она улыбается мне". Конечно, она сделает для меня такое же лицо, как и раньше.

Я часто представляла себе улыбающееся лицо старшей сестры, которую я давно не видела, вот таким, но до утра того момента я не представляла, как оно выглядит.

Я киваю и произношу "Да!".

Манака: "Хорошо, тогда, может быть, ты сможешь взять для меня вон ту банку на полке?"

Аяка: "У, ммм"

Манака: "Пекарский порошок, хорошо".

Аяка: "Ах, ох. Поняла, старшая сестренка".

Манака: "А теперь, пожалуйста, достань для меня яйца из холодильника, хорошо. О, и, пожалуйста, выбери для меня два самых больших".

Аяка: "О, хорошо".

Манака: "Хихии. Кажется, они не разбились. Теперь, если ты можешь выпрямить столешницу вон там, мы.......".

'Это может быть?

'Да, даже если это не оно, может быть и оно'.

'Это не просто убрать тарелки, это первый раз за сегодня, когда я помогаю старшей сестре готовить'.

Хотя папа говорит мне: "Не трогай духовку в одиночку", это совсем другое дело, если я буду вместе со старшей сестрой, но пока на это мало шансов.

'I---- Это первый раз, когда я помогаю старшей сестре. Если я правильно себя понимаю, я немного нервничаю. В конце концов, старшая сестра не нуждается в моей помощи, так что......'

Аяка: "У, умм, яйца, вха, сколько же их нужно......"

Манака: "Два. Не волнуйся, у нас еще осталось несколько яиц, так что если вдруг они разобьются, все в порядке!"

Аяка: "О, хорошо".

Манака: "Кроме того, я уже приготовила несколько заготовок для них и все остальное тоже".

Аяка: "Хорошо..."

Манака: "Хихии. Твой голос дрожит. Возможно, ты ненавидишь носить яйца, Аяка?"

Аяка: "Нет, нет."

Я такая медленная.

Я делаю это так, невероятно медленно.

Но, просто быстро взглянув на нее, старшая сестра Манака не особенно сердится на меня.

Я знала, что не вижу ее лица, но все равно слышала ее смех.

Аяка: "Вот, держи, вот яйца".

Манака: "Спасибо. Ты позаботилась о том, чтобы нести их правильно, ты замечательная".

Аяка: "Нет, не замечательная".

Получить что-то подобное за то, что я просто несла яйца, как-то выглядит немного жалко.

Естественно, я опускаю глаза.

Аяка: "Теперь остальное..."

Манака: "Говоря о яйцах, хм, давай посмотрим, Аяка. Тебе нравятся яйца "Солнечной стороной вверх"?"

Аяка: "Эм, да".

Манака: " Солнечная сторона вверх? Или переворачивать?"

Аяка: "Я предпочитаю " Солнышко...

Внезапно, это вырвалось из моего рта.

'Ложь----'

'Нет.'

'Это не совсем ложь'.

'Это не то, о чем стоит врать'.

'Те, которые мне действительно нравятся, - это яйца всмятку, но я предпочитаю яйца "Солнечной стороной вверх", которые мой папа и старшая сестра, Манака, делают для меня, и поскольку я не думала, что особенно ненавижу их, это не ложь'.

'Я не ненавижу их.'

'Мне они обе нравятся.'

'Но, теперь это просто разговор, о том, что я необоснованно говорю, нравятся они мне или нет'.

Манака: "В этот раз я тоже приготовлю яичницу. Кажется, в Англии многие любят яичницу". Я уже делала её раньше, но сначала сделаю пробный вариант, потому что она еще не вышла красиво".

Аяка: "О, хорошо".

Манака: "Ты тоже попробуешь, верно".

Аяка: "Да".

Манака: "Хихии. Это так вкусно."

Как только она это сказала. Старшая сестра снова показала мне свое улыбающееся лицо.

"Это такая красивая улыбка".

'Она так сверкает, как цветок, который прекраснее всех других цветов, цветущих в Саду'.

'Она не призрачная фея, а скорее милая и благородная фея, как те, что появляются в книжках с картинками'.

'Кроме того, я знала, что она похожа на принцессу в замке'.

Манака: " Хихихи."

'А?'

'Старшая сестра, она такая же, как и утром, но она чувствует себя немного не так'.

'Но это не так, похоже на счастливое чувство----'

"Интересно, может, с ней случилось что-то хорошее?

Я так думаю.

Наклонив шею, я медленно пытаюсь заглянуть в лицо старшей сестры из-под нее.

Сразу же она возвращает мой взгляд со словами "а?".

Манака: "Что?

Аяка: "А, ты, эм, ты выг....".

Я была совершенно поспешной. Так поспешно, что она заметила меня. Я распыляюсь, я спешу, и теперь я стала небрежно относиться к своей помощи. "С тобой случилось что-то хорошее", - сколько секунд мне понадобилось, чтобы придумать что-то подобное?

Манака: "О боже, тебе так кажется?

Аяка: "Да".

Манака: "Ничего особенного, ничего хорошего, хотя.......".

Когда она прикасается указательным пальцем к губам, произнося "хм". Даже этот жест такой красивый и замечательный.

Манака: "Понимаешь, есть одно забавное животное, которое очень привязалось ко мне".

Аяка: "Животное?"

Манака: "Да. Животное".

Говоря это, старшая сестра улыбается.

Не глядя в мою сторону.

Она смотрит куда-то в сторону, а я ......

По какой-то причине ---- чувствую, как неописуемая, ужасно холодная дрожь пробегает по моему позвоночнику при виде этого сокровища.

Я с досадой роняю предметы, которые держала в руках.

Некоторые из яиц разбились.

На крыше отеля на вершине горы.

Под ночным небом Арчер, казалось, наблюдал за сверкающими звездами.

Звездное небо в Токио.

Несмотря на то, что звезд было всего несколько, мой неподвижный и, казалось, заинтересованный взгляд мог подтвердить, что его спина обращена к небу.

Я жду его, всего две секунды.

Его взгляд устремлен к звездам неизменно.

Маловероятно, что он окликнет меня, поскольку почему-то кажется, что у него нет никакого намерения повернуться ко мне лицом.

Эльза: "Черт возьми, Арчер!"

Хотя я намеревалась выпустить гораздо более сердитый голос.

Это полный провал.

Словно девочка-подросток, дующаяся и портящая настроение, получился такой звук.

Арчер: "Йоу".

Он оборачивается.

И, говорит это, улыбаясь.

Арчер: "Сегодня прекрасная ночь. Мастер"

Боже правый.

Что за лицо он делает?

Я не могу на него так злиться.

Даже если я намеревалась полностью пожаловаться: "Ты не написал мне сообщение, хотя находился всего в нескольких метрах от меня, и это уже выходит за рамки того, что ты не отвечаешь на мои телепатические призывы."

Я проталкиваюсь мимо него с этим импульсом, и если бы я была в состоянии тогда, я бы уклонилась от вопроса----, хотя я слабо надеялась, что я могла бы явно избежать произнесения этих слов.

Спасибо, что сделал умный шаг.

И за то, что не стал наблюдать за тем, как я плачу во сне.

Интересно, смогу ли я обойтись без этих слов, но----

Эльза: "Спасибо. За то, что беспокоишься обо мне".

Арчер: " Никаких проблем? Это была слишком хорошая ночь, и мои ноги просто двигались сами по себе. Виноват."

Элза: "....... Да."

Арчер: "Можешь ругать меня, если хочешь. Но плохо то, что я не могу сказать, что не сделаю этого снова".

Элза: "Ну и дела. Что это?"

Видите, ну и дела.

Он искренне улыбался.

Его слова несли в себе такой смысл, что я бы все равно поступила так же, если бы он был тем, кто плачет, когда спит.

Насколько он внимателен к другим?

Добрый ли он человек?

Или добрый герой?

Хотя он, несомненно, является человеком, который вписал себя в историю человечества как непревзойденный великий герой, и хотя он удивительное существо, которое может использовать свой особый прием, достигающий области тайн, как много он думает обо мне, этой женщине-маге, которая даже не является чем-то особенным?

Война Святого Грааля.

Поступает ли он так из-за договора и отношений между Мастером и Слугой?

Или его реакция типична для Слуги?

Нет.

Нет, я не думаю, что это так.

Арчер: "Тебе приснился хороший сон?".

Элза: "Да, что-то вроде......".

Арчер. Ему интересно, что за сон у меня был, хотя он не может догадаться об этом с такими глазами.

Арчер: "Это хорошо".

Ааа, еще один смех.

Спиной к мерцающим звездам и городским огням.

Я действительно от всего сердца думаю, что рада, что я не девочка-подросток.

Этот человек......

Возможно, если бы я не потеряла своего возлюбленного несколько лет назад, возможно, если бы у меня не было желания к Святому Граалю, возможно, если бы я не продолжала чувствовать, как 5 минут спустя в мире наступит ад----.

Арчер: "Что случилось Эльза, ты смотришь на мое лицо? Ааа, ты влюбилась в меня, не так ли? Что ж, неудивительно. Ведь здесь есть прекрасный мужчина".

Эльза: "Да-да. ......... Что бы там ни было, прекрасная заноза в моей заднице. Ты идиот!"

11 часов вечера.

Высотное уличное угловое здание, расположенное в Западном Синдзюку, префектура Синдзюку в столичном регионе Токио.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Это было место, где росли всевозможные зеленые деревья, и где рядом с бетонным городским пейзажем, известным как новый городской центр, можно было увидеть фигуры.

Центральный парк Синдзюку.

Одно из крупнейших ведущих зеленых городских пространств префектуры Синдзюку.

Если бы это было днем, то, вероятно, можно было бы увидеть фигуры бизнесменов, работающих в высотных зданиях, попыхивающих табачным дымом в тени деревьев во время своего часового перерыва, однако обычно в это время следы человеческой жизни почти исчезли.

Редко когда это место бывает совершенно необитаемым. По ночам здесь ночуют бездомные люди, которые переносят холод ночного воздуха в темноте, отбрасываемой деревьями.

Ибо они - истинный цвет тех немногих признаков человеческой жизни. Однако в то время в этом месте не было ни малейших признаков жизни.

Бездомные люди исчезали.

О причинах я не буду здесь говорить.

Но они исчезали.

На их месте осталась лишь одна человеческая тень.

Это была стройная фигура.

Это была фигура, подходящая к черноте, поглощающей ночь.

Это была фигура молодой девушки.

Это было тело элегантной и энергичной женщины.

Хотя ее голова была покрыта толстым капюшоном, черные одежды, покрывавшие ее тело, прекрасно держались на ней и четко демонстрировали ее темно-коричневые конечности, которые можно было интерпретировать как хорошо сбалансированные.

Ее возраст, может быть, это вторая половина подросткового возраста?

Если бы кто-то взглянул на нее, то, вероятно, был бы очарован ее телом, в котором упругость была наполнена молодостью, но если бы это были глаза человека, имеющего опыт обращения с клинком, чтобы отнять жизнь, то он, возможно, понял бы, что ее плоть, наполненная намеренной женственностью, была обучена сражаться.

Эта женщина была воином. Точнее говоря, она была человеком, который был полон решимости украсть жизнь в темноте.

Лунный свет освещает лицо женщины.

К нему прикреплен череп.

От ушей до подбородка, от линии шеи можно было разглядеть красоту черт лица, однако области от глаз до носа были скрыты символической маской черепа, что не позволяло точно определить ее лицо.

Женщина медленно идет вперед.

Подойдя к великолепному фонтану, получившему свое название от водопада, стекающего в озеро Онтарио, в центральном парке Синдзюку поздно вечером, женщина скромно опускает голову.

Манака: "Хихии. Не стоит так пугаться".

Раздается голос. Это был голос, сорвавшийся с губ девушки. Перед женщиной стоит девушка. Хотя еще секунду назад там никого не должно было быть, девушка появилась в пространстве, где никого не должно было быть.

Без звуков и признаков.

Как будто сердце времени остановилось, как будто она переместилась сюда, разорвав тело самого пространства.

Манака: "Ну, как все прошло? Мне кажется, ты говорила мне о довольно важном деле".

Ассасин: "Да."

Манака: "Итак, у тебя есть что-то, что ты хочешь мне сказать?"

Ассасин: "Нет, ах да".

Манака: "Пожалуйста, расскажи мне".

Ассасин: "Все было результатом моей слабости, моей некомпетентности. Им нет оправданий".

Не поднимая головы, женщина говорит эти слова девочке.

Она не могла смотреть на внешний вид девушки, повернутой спиной к фонтану и лунному свету над головой. Но это была позиция, которую можно было легко понять так: "У такой, как я, нет квалификации для этого".

Женщина посвящала всю себя своему абсолютному господину. Шея, которую она представляла, была воплощением ее желания всегда предлагать свою жизнь вам, юная леди.

Ассасин: "Пожалуйста, миледи, я хочу, чтобы вы взяли мою голову, прямо сейчас, в этом месте".

Манака: "Хммм?"

Ассасин: "Леди Манака?"

Манака: "Все в порядке, я знала это с самого начала. "Мастерская", которую создал Кастер, действительно мощная. Для того, чтобы войти в дом Мастера".

Девушка слабо улыбается.

Манака: "Тебе будет трудно, да? Хотя ты и симпатичная, прорваться через переднюю дверь для тебя будет сложновато. Кроме того, ......"

Девушка продолжает свою речь, все еще улыбаясь. Ее слабая улыбка сменяется искренней. Она могла догадаться о причине, но женщине было достаточно легко ее понять.

В конце концов, слова, сорвавшиеся с губ девушки, когда она начала говорить "Кроме того....", были посвящены теме утешения Сейбера.

Женщина уже знала, что "ее покой, ее радость и веселье заключались не в ней самой, а только в нем".

'Я не должна ревновать'.

Женщина просто прислушивается к словам.

'Даже если я просто буду так держаться за ее слова, это, просто возможность слушать ее речь, которая похожа на звук, сочиненный небесным посланником, делает мне большую честь'.

Манака: "......А потом. Я испекла ему лепешки. Думаю, на этот раз я испекла их хорошо, и он съел много, но его мысли о вкусе были такими холодными и безвкусными. "Это вкусно" и "мне нравится", - сказал он, но это все, что он сказал. И хотя я счастлива, так счастлива, ты видишь......".

Женщина-джинн не смогла бы сравниться с прелестью ее пухлых щек.

Манака: "Я думаю, не очень хорошо называть то, что он сказал, "односложным". Конечно, что бы он ни сказал, я буду счастлива".

Ассасин: "Да".

Манака: "Думаешь ли ты, что с этого момента мы с ним будем вместе навсегда?"

Ассасин: "Да".

Манака: "В таком случае, я думаю, что перемены станут нашей приправой, чтобы мы никогда не наскучили друг другу на протяжении всей вечности".

Уверена, женщина молча желает, чтобы это было правдой и для нее самой.

Если я открою рот, то из него польются подобные мысли". Девушка, не задумываясь, выплескивает свои мысли с губ, это не больше, чем я сама, когда я продолжаю закрывать губы'.

'По сути, нет никаких изменений.

'Неважно, кто мой партнер, например, я буду играть роль куклы, которой наплевать на своего партнера. '

'Хотя, я просто говорю о своих собственных чувствах. Даже так----'

Манака: "Кстати, у тебя достаточно праны?".

Неожиданно спрашивает девушка. Как будто она спрашивает, голоден ли тощий пес с пустым желудком?

Женщина размыкает губы. Но вместо слов она протягивает предмет, который молча достала.

Это была губная помада.

Темно-красная помада, которая уже была полностью израсходована.

Манака: "По-моему, ты в порядке. Хи-хи".

Она принимает помаду.

Девушка улыбается женщине, которая ей служит.

Манака: "Удивительно, ты сама нормально питаешься".

Вместе с "Вот, вот", она ласково похлопывает женщину своими белыми кончиками пальцев, пока они не исчезают. Сняв капюшон, она сделала это на ее волосах...... и голове.......

Тело женщины задрожало.

Нет, она дрожала.

Это не холодный ночной воздух.

Это не страх.

Это удовольствие. Радость.

Мои глубокие эмоции, позволить ей прикасаться ко мне.

Ее ногти легко касались всего моего тела, которое теперь можно было назвать Благородным Фантазмом, всего моего тела, состоящего из "смерти", которая есть даже в моих вздохах, жидкостях тела и, возможно, даже в моей коже.

'Несокрушимая, непобедимая, девушка, которая, напротив, даже не испытывает агонии'.

Родившись падшей с именем Манака Садзё, она сама по себе является чудом творения-порабощения.

Если в этом мире возможно нечто подобное судьбе, то, конечно же, я, умершая в далеком прошлом, могла встретить ее до того, как обрела такое временное существование, я уверена в этом".

Женщина была уверена в этом.

'Блестящая девушка. Как лунный свет, который плывет, нарушая ночь, обещавшую абсолютную тьму только одному человеку. Мой хозяин, мое все, надежный партнер, которого я наконец-то смогла заполучить впервые'.

Женщина вздрагивает.

'Лично решив стать моим единственным и неповторимым Мастером, просто иметь возможность прикасаться к нему кончиками пальцев девушки -......'

Манака: "Удивительно, удивительно".

----В таком виде я могу получить только поглаживание по голове.

Манака: "Ты такая удивительная, ты".

----Извергаюсь. Все мое тело, становится все горячее.

Манака: "Ты удивительная и красивая. К тому же, ты очень милая девушка".

---- На днях. Нет, с той ночи, когда мы встретились в Икебукуро, я всегда буду.......

Манака: "Я многого жду от тебя".

---- Я всегда буду подчинять себя твоему сиянию.

Манака: "Так что, пожалуйста, продержись еще немного. Ассасин."

Девушка улыбается.

Пока я греюсь в звездном и лунном свете.

Ее блеск, ее ослепление, остается со мной----

Слуги.

Героические Духи, которые проявились.

Сейбер.

Берсеркер.

Арчер.

Лансер.

Райдер.

Кастер.

Ассасин.

Самые мощные иллюзии, которые были разделены Святым Граалем на семь классов.

Они очень мощные.

Как уже говорилось выше.

Они могут раскалывать сталь, разбивать землю и даже пронзать небо.

Те, кому магия создала временные тела, не являются настоящими живыми существами.

Даже если они обладают внешностью, напоминающей человеческую, они не люди.

Скрывая в себе разрушительную силу и упорство, намного превосходящие силу человека или живого существа, они проявляют себя так, как это было в легендах.

Но они также не всемогущие существа.

Они, ставшие бытием благодаря пране и так же работающие на той же пране, впервые получают возможность проявиться, получив прану от Мага, который должен стать их Мастером.

Точнее говоря, простое мизерное количество праны, взятое у человека уровня мага, не является их пищей, поэтому не принимайте это за их прямое проявление.

Они не могут существовать без праны.

Другими словами, они не могут существовать без Мастера.

Хотя, как исключение, существуют----

Человеческие души.

Можно пополнить прану, "накормив" их ими.

Маги не являются существами, которые могут быть связаны человеческой моралью.

Таким образом, "кормление" душами не обязательно запрещено.

Однако, если это делать в избытке, то это может легко привести к раскрытию таинства.

Поэтому будьте осторожны.

Это была просто прихоть.

Удивительно, но я приехала в место, находящееся вдали от моих охотничьих угодий.

Если это ощущение моей прежней жизни, то оно полностью относится к категории близлежащих мест, но.........

Я, известная как слуга класса Ассасин, только слегка вздохнула.

На моем месте у окна, в общенациональной сети семейных ресторанов, которая находится немного в стороне от станции Икебукуро.

Притворяясь обычным человеком, обычным иностранцем, обычным клиентом, в состоянии, когда я превратилась в девушку, которая носит наименее заметный наряд.......

Сейчас вечер 6-го дня Войны Святого Грааля.

Интересно, как я оказалась в таком месте?

Я перебираю свои воспоминания.

Сначала я, как всегда, вышла из северного входа станции Икэбукуро в сторону коммерческого района на улице Мира, и когда я проходила мимо входа в Китайский квартал, в воздухе витал сладкий аромат.

От большого количества пассажиров пригородных поездов, которые возбужденно носились по станции Икэбукуро, используя ее в качестве конечной станции, до спокойного состояния местных жителей, живущих в районе северного входа станции, я шла по направлению к ней, вглядываясь в постепенно меняющиеся характеры людей, идущих по району.

Прогулка......

Не успела я оглянуться, как покинула главную улицу, пройдя через торговый квартал, людей, идущих и уходящих пешком, заметно поубавилось, и казалось, что немногочисленные пьяницы стали похожи на мою собственную добычу.

Перед моими глазами был семейный ресторан, величественно возвышавшийся надо мной, как цитадель или военная крепость, давно находящаяся в эксплуатации.

Ассасин: "................."

Я вздохнула еще раз.

Мое лицо, отраженное в огромных стеклянных окнах, которые были вставлены вместо стены, выглядит действительно подавленным, и кажется, что вокруг меня витает очень мрачный воздух. '

Хотя мне было бы приятно это услышать, если бы кто-то сказал мне, что я украшена и овеяна печалью, если бы он сказал мне это откровенно, то это было бы удручающе".

Да, в этом дальневосточном языке было несколько интересных фраз.

Как утомительно.

Я чувствую себя подавленной.

Поскольку последнее смутно напоминает похожее по звучанию выражение, обозначающее смерть святого человека в восточном мире, это может означать, что на Дальнем Востоке такая женщина, как я, влачит возмутительно порочное существование.

Может быть, я слишком много думаю об этом?

В такой степени.

Каждый вечер, каждую ночь.

Там может быть много мужчин, взывающих к этой темной женщине. Я смутно думаю об этом, и пока я медленно прокручиваю свои мысли, поднося ко рту соломинку, тянущуюся от стакана с горьким черным соком и водой в нем, в этот момент, когда.........

Официантка: "А? Не может быть, почему, если это не Китано!? Что ты делаешь в таком месте?

Что происходит?

На заднем сиденье девушка-официантка о чем-то шумит.

Она о чем-то разговаривает с клиентом.

Хотя, кажется, она назвала его имя.

Я не расслышала.

Китано: "Ув, ну это, ах, как бы это сказать, я был на прогулке с моим другом? Д, да, вот так, понимаете, я был на прогулке".

Официантка: "Ахаха, что это? Только не говори мне, что ты специально проделал весь этот путь от Сетагая до Икэбукуро пешком, да?".

Тот, кто разговаривал с официанткой, был юноша, который, скорее всего, был того же возраста, что и девушка.

Мальчик.

Насчет "пешком" - это определенно ложь.

Должно быть, он ужасно умеет врать.

В такой манере ему не выжить в мире с постоянными полями сражений, как тот, в котором я когда-то жила.

Нет.

Это нормально.

"Я не против", - внутренне бормочу я про себя.

Будь это в прошлом или сейчас, ничего не изменится.

Молодежь, которая живет честно, как сейчас, должна быть защищена.

Те, кто становятся воинами в каждой стране и эпохе, должны сражаться, защищая их.

Это ничем не отличается даже от ассасина.

Официантка: "Итак, кто этот друг? Сасаки?"

Китано: "Умм".

Официантка: "Ааа, я знаю. Это была девушка, не так ли!?".

Китано: "Черт возьми, нет. Это парень, определенно парень! То есть, он вроде как ходит в другую школу, эй. Вернее, подожди, я впервые слышу, что ты работаешь на полставки в семейном ресторане. Значит ли это, Нисимура, что ты молчала о работе в школе, чтобы иметь возможность приходить в Икебукуро?".

Нисимура: "Да......"

По тому, как напряглась девушка-официантка, я понял, что она издала небольшой стон.

Поскольку все события происходили позади меня, я не могла прочитать их выражения, однако, судя по их тону, который был таким, будто это конец света, они, вероятно, делали одинаковые лица.

Какое крайнее преувеличение.

Не похоже, что они превратились в рабов, которые живут только для того, чтобы умереть.

Но это правда.

Их обмен мнениями, похожий на прекрасное щебетание певчих птиц, был, несомненно, из мира, где живут люди.

Нисимура: "У меня сейчас много дел. Очень много".

Китано: "Да, да".

Нисимура: "Я получила соответствующее разрешение от школы. Я не лгу. Но я скажу тебе один раз на всякий случай: пожалуйста, держи это в секрете от школы и особенно, пожалуйста, не говори учителю по профориентации!"

Китано: "Я не скажу. Я не скажу!"

Нисимура: "Правда?"

Китано: "Ну, у меня нет причин создавать тебе проблемы".

Нисимура: "Понятно. ......Ахахаха, я уже думала об этом раньше, но ты действительно хороший парень, Китано!"

Я потягиваю кофе со льдом через соломинку.

Горький.

Наверное, это подобно реке.

Странно.

Несмотря на то, что Токио - столица на самом краю Дальнего Востока, он продает эти напитки, которые должны были быть изобретены в Персии, как будто они натуральные. Прежде чем я задумалась о развитии дистрибьюторского бизнеса в течение времени, я, конечно, все еще думаю, что это странно.

Несмотря на то, что я не чувствую здесь ни малейшего следа песка.

Есть напитки, которые распространились сюда с места моего рождения после моей смерти, где щебечет глупая молодежь, мир людей.

Он ужасно далек для меня.

Хотя прямо за моей спиной раздавался разговор, мне кажется, что я заглядываю в историю далекой страны".

Китано: "О да, точно. Вы слышали об этом странном слухе?".

Нисимура: "О чем это вы так неожиданно заговорили?"

Китано: "Ну, знаешь, Смерть Марии из Икебукуро. Я слышал об этом по радио".

Нисимура: "О-о-о. Эта госпожа Мэри! Да, я слышал, что они говорили и раздували шумиху об этом на полуночном радио, верно? Этот диджей хорош, подожди, ты слушал это? Я знаю, что она популярна среди девочек, но слушают ли ее мальчики вроде тебя?"

Китано: "Она случайно передавалась, когда я включил радио".

Нисимура: "Хеххх."

Внезапно у меня возникла галлюцинация, как будто меня назвали по имени.

Мисс Мэри.

11 часов вечера. Смерть Мэри.

Но это, я.

Я знала, что хищные действия, которые я совершила, когда шла одна, превратились в такой слух.

Но сейчас, когда я слушаю это, у меня возникает чувство, похожее на внезапный удар ножом.

Кто-то, незнакомый мне, говорил обо мне с другим, незнакомым мне человеком".

Нисимура: "Из того, что я слышала, у трупов каким-то образом практически расплавились головы. Эй, разве не было такого фильма?"

Китано: "Сканеры?"

Нисимура: "Вот оно! Тот, где их мозги взрывались как порох!".

Нет.

Это огромная разница.

Я не расплавляю голову жертвы.

Но, поскольку я чувствую, что среди сменяющих друг друга поколений лидеров есть те, кто владеет навыками, которые взрывают голову цели, это не обязательно может быть даже случайным слухом.

Нет.

Забудьте об этом, это не вписывается в теорию.

Не может быть, чтобы это было правдой.

Но в качестве меры предосторожности мне кажется необходимым проверить этот фильм.

Нисимура: "Кажется, она много писала губной помадой?".

Китано: "Это правда?"

Нисимура: "Да. Она написала на зеркале что-то вроде "Добро пожаловать в какой-то мир!". Кажется?"

Китано: "Хех......."

Нисимура: "Потом люди, которые смотрели в зеркало, тоже умерли. Поэтому многие полицейские также погибли".

Китано: "Значит, это не слухи, как я думал?"

Нисимура: "Нет, это правда, я слышала, как клиенты говорили об этом".

Нет.

Это тоже неверно.

Я не сделала ничего такого, чтобы писать иероглифы на зеркале безрецептурной помадой.

Однако стоит посмотреть, как много информации об этих отравлениях замалчивается следственными органами.

До тех пор, пока они не могут навесить ярлык на яд, которым меня наделили при жизни, неважно, какого врача они используют, тогда........

В то же время, похоже, что они могут обнаружить мой яд, который теперь превратился в мое таинственное тело с их современными химическими знаниями, хотя.......но, я не должна терять бдительность.

Когда я ищу свою добычу, я нагромождаю осторожность на осторожность еще больше, чем сейчас.

Убивать расследователей-приманку после того, как это произошло, - мучение.

Я осторожна, когда убиваю.

Я соблюдаю осторожность, когда пожираю души.

Я не могу позволить себе стать обузой или раздражителем для этого человека.

Ассасин: "Фью......"

Вдох.

Он просочился больше, чем я думала. Пока я пытался смотреть на городской пейзаж района Икебукуро, моя форма отражалась в окне. Мальчик на сиденье позади меня не отражается в нем.

Я могу разглядеть его затылок.

Интересно, какое у него лицо?

Судя по его голосу, его возраст, определенно, примерно около десяти лет. Это не сильно отличается от меня в моем возрасте. Примерно так же выглядит и моя внешность.

Пункт меню, который я заказала, был грейпфрутовый сок. Сок, который был выжат из какого-то странного фрукта.

Интересно, он сладкий? Или горький?

Китано: "Нисимура, я думаю, тебе следует быть осторожной, потому что ты находишься недалеко от станции Икебукуро. Когда работа закончится, я думаю, тебе стоит сразу пойти домой, не заезжая в игровой центр и т.д.".

Нисимура: "Эх, но разве мисс Мэри не нацелена только на парней?"

Китано: "Это правда, но ночью это опасно".

Нисимура: "Ахаха."

Она улыбается и уклоняется от вопроса. Добрые слова мальчика были восприняты в виде бесплодных усилий. Я вижу, что девушка-официантка производит впечатление куда более мирского человека, чем он.

Ааа, у меня есть это умение.

Думаю, я попробую сознательно улыбаться во время сегодняшней охоты.

Я знаю, что мои улыбки плохи, и что обычно я не улыбаюсь.

Несмотря на то, что в прошлой жизни я досконально изучила искусство обольщения, я до сих пор не могу привыкнуть к тому, что называется разговором, несмотря ни на что----.

Я больше не слышала голос мальчика на сиденье позади меня.

Девушка-официантка была предупреждена девушкой, которая, похоже, была ее начальницей, и вернулась к работе, сказав "извините".

Если разговор этих двоих был прерван, то у меня не было возможности послушать его голос.

Я не могу говорить с ним сама.

Я закрываю губы, насколько это возможно. Я могу открыть рот только тогда, когда соблазняю свою добычу и краду их жизни.

Кроме того.........

У меня также нет дел, о которых я должна с ним поговорить.

Хотя, вероятно, я могу заманить его, сказав: "Я знаю истинную личность мисс Мэри", мне нет смысла делать это прямо.

Вероятно, для меня более разумно убить удивленного противника и раскрыть свою истинную личность, если исходить из этого контекста, однако в этом случае я буду подобна злому джинну.

Но все же это большее зло, чем "мисс Мэри", о которой сплетничают по радио.

Китано: "......Полагаю, теперь ничего плохого не случится, верно?"

Бормотание.

Голос.

Осмелев, я встряхиваю горло и пускаю его на язык, пытаясь произнести его с губ.

Мой голос, который я издал впервые за день, стал немного хриплым.

Ассасин: "------"

Хотя были намеки на то, что мальчик позади меня смотрит на меня через плечо, я их проигнорировал.

Не то чтобы я хотела с ним общаться.

Скорее наоборот.

Даже завязывать отношения с жителем Токио - мучение.

Молчание.

Я лишь смотрю за окно и разглядываю город, наблюдая за приходящими и уходящими людьми.

С нетерпением жду наступления ночи.

Внутри семейного ресторана так же оживленно, как и раньше, и мы с мальчиком можем сохранять достаточную дистанцию, не говоря друг другу ничего некоторое время.

Проходит 2 секунды, проходит 10 секунд.

Спустя еще 10 минут он встает со своего места и покидает магазин, полностью оплатив счет. В итоге я не увидел его лица, только фигуру его спины, отраженную в оконном стекле. Было бы ложью, если бы я сказала, что не думала о том, что хочу увидеть его, но я не верила, что должна разыгрывать какую-то сцену, чтобы увидеть его.

А потом, вечером того дня.

Я совершенно, сыта по горло, когда начинаю свою новую охоту. Я совершенно забыла, какой у него голос и что за слова он говорил. Я забываю обо всем, и когда я прижимаюсь губами к человеку, которого я выбрала своей добычей, я убиваю его.

Я пожираю его душу в оцепенении.

Я использую пресловутую помаду, о которой все еще говорили, и оставляю в зеркале имя Мэри.

Существование доброго мальчика, который так любовно щебетал, полностью исчезает из моего сознания.

Вот почему......

2 дня спустя.

Даже если я и слышала голос другого человека, которого я собиралась убить с этого момента, я не думала об этом.

Я не осознавала этого.

------ Я думаю: конечно, это был не он.

---- Кап кап, кап.

----Множество капель воды льется из опрокинутой лейки.

Вес, который я держу, быстро становится легче.

Вода проникает в почву, до самых корней густо и плотно растущего зеленого Сада.

Уставившись на свои руки и землю, Аяка Садзё слегка дышит. Ее белое дыхание. Хотя солнце уже взошло прямо над ней, воздух был холодным. Даже свет солнца, проникавший сюда через стеклянные стены, не казался ей таким теплым.

Как обычно, полив растений происходит после утренних дел.

Время сегодня тянется медленно.

Я сегодня тоже опаздываю.

Аяка: "Моя учеба......."

Мои занятия по магии. Наверное, я должна ими заняться.

'Да', - слегка задумалась она.

Даже если я попытаюсь подумать об этом, ответ не придет ко мне.

Есть некоторые вещи, которые я, вероятно, должна делать, в любом случае это учеба. 'Учиться магии или учиться в школе?'

Ее папа всегда говорил, что и то, и другое важно, поэтому Аяка смутно поняла, что это означает "я, вероятно, должна это делать".

'Очевидно, я должна изучать магию, потому что это магия нашей семьи'.

'Очевидно, я должна учиться в школе, потому что я современный человек'.

'И то, и другое необходимо'.

'И то, и другое - само собой разумеющееся'.

'Даже без учителя-----'

Аяка: ".........."

Мельком взглянув, я возвращаю свой взгляд на окружение.

Несколько голубей кружатся на небольшом расстоянии от моих ног. Пока их сдержанное чириканье издает из горла воркующие звуки, они разглядывают мою внешность.

'Мое появление. Подглядывают. Правда?

Возможно, это мое воображение, но у меня есть догадка, что голуби что-то предвидят по моим словам и действиям.

Аяка: "Ничего хорошего."

Бормочу я тоненьким голоском.

Аяка: "Я уже дала вам немного еды".

Мой ответ встречается парой воркований и движений.

Словно говоря: "Мне все равно" или "Я даже ничего не получил", они наклоняют шеи.

"Фух", - выдыхает Аяка. Несмотря на то, что я нарушила правила и обратилась к ним, я даже не думаю, что ответ, который мне пришлют, будет настолько глупым, как этот. Думаю, я буду рада, если мне не придется обращаться к ним.

Аяка: "Хорошее горе".

Я выдыхаю вздох не на голубей, а на себя.

Я несу лейку, которая стала достаточно легкой, чтобы держать ее в одной руке, энергично в обеих руках.

Я больше не допущу такой ошибки.

Вчера, когда я поливала цветы и зеленые деревья, густо растущие в саду, я просто рассеянно несла лейку, которая становилась тем легче, чем больше уменьшалось ее содержимое, не замечая, что баланс веса смещается с каждым разом, мои руки неосторожно отпустили ее, и........ Все мое тело насквозь пропиталось холодной водой.

Причем, не один раз, а трижды.

Мое предчувствие, когда я чувствовала, что, возможно, или скорее---- сбудется не одно из моих счастливых предчувствий.

Конечно, я сама неуклюжая.

Если бы я не была такой, то вчерашний день прошел бы неожиданно легко.

Поэтому сегодня я не повторю эту ошибку.

Независимо от того, неуклюжая я или безрассудная, я должна учиться на своих ошибках. Я всегда слышала это от папы. Я должна знать, что мои ошибки - это хорошая возможность для роста. Наверное, мне говорили это уже бесчисленное количество раз. "Да, бесчисленное количество раз, - кивнула я.

Я не ослаблю бдительность. Я буду нести лейку обеими руками и поливать до последней капли".

Аяка: "Ага".

Кивнув, я возвращаюсь к месту полива.

Намеренно игнорируя собирающихся голубей, которые ошибочно посчитали, что я закончила полив.

Просунув шланг в открытую горловину лейки, я включаю кран. Раздается звук, похожий на звук текущей воды, проходящей по водопроводной трубе и льющейся в лейку.

Там они пересекаются с воем голубей.

Независимо от того, надежно ли звукоизолирован дом, я не слышу внешних шумов. Может, это автомобиль на главной улице?

Просто, как будто я нахожусь посреди леса----.

Несмотря на то, что я не знаю, насколько это похоже на настоящий лес, "Да", - смутно подумала я.

Это потому, что через некоторое время я поняла: "В лесу нет ни водопровода, ни техники".

Аяка: "....... Интересно, а сегодня их снова не будет?"

Мой ворчливый голос.

Он достаточно мал, чтобы полностью раствориться в звуке воды, наполняющей лейку.

Аяка: "Папа".

Я не видела его с сегодняшнего утра.

То же самое, что и вчера.

Аяка: "Старшая сестра".

Старшая сестра Манака даже не показалась на вчерашнем завтраке.

Сегодня утром тоже.

Аяка: "Важный ритуал, что это?"

В Токио проводится масштабный магический ритуал.

Говорят, что он ведет к величайшим амбициям магов.

Включая семью Садзё, все маги от прошлого до настоящего желали, желают и продолжают тянуться к этому великому предмету. Чтобы достичь его, необходимо провести ритуал. В середине позавчерашней ночи папа серьезным тоном сказал это Аяке, которая дремала с полусонными глазами.

Пока его речь раздавалась у неё в голове.

Важный ритуал.

Папа, а также старшая сестра принимают в нем участие.

Когда я спросила: "Может, мне тоже что-то сделать?". Папа покачал головой.

"Ты не должна вмешиваться в ритуал, но на некоторое время, пожалуйста, сделай перерыв в школе".

Пока он говорил это----

Аяка: "Интересно, я всегда буду на каникулах?"

Вчера, сегодня тоже.

Я делаю перерыв в начальной школе уже второй раз подряд.

Я всегда нахожусь дома.

Потому что меня проинструктировали: "Никогда не покидать территорию".

Хотя, сколько бы она ни расспрашивала о причинах, таких как "ситуация в бою становится более хаотичной, чем предполагалось вначале?" или "ушел ли мастер?" или "нужно ли нам быть осторожными с ассасином?" или "есть ли в поместье Рейрукан необходимый узел?", ее папа, который просто бормотал про себя какую-то несвязную речь, так и не дал Аяке должного ответа.

Хотя это показалось ей странным, Аяка послушно повиновалась папе, сказав "хорошо".

Это даже не первый раз, когда Аяка взяла выходной в школе.

Было время, когда она отсутствовала, когда была полностью прикована к постели с лихорадкой, или время, когда ее работа по дому затянулась, или несколько раз, когда она не могла пойти в школу, так как барьер был расширен из-за плохой сноровки самой Аяки. В этой связи я думаю, что раз уж папа связался с моей классной руководительницей в прошлый раз, то и я должна сделать что-то подобное и связаться с ней в этот раз. Как и в случае с повседневными обязанностями, я могла бы делать это, скрывая магическую часть.

'Как он связался с ней?' Мне было немного интересно.

Когда я отсутствовала с настоящей простудой и лихорадкой, некоторые одноклассники приходили, принося распечатки, вместе с некоторыми другими людьми, но никто не приходил, когда я отсутствовала для изучения магии. И все же, когда я приходила в класс на следующий день, мои одноклассники говорили что-то вроде "Ты отсутствовала, с тобой все в порядке?". То же самое, что и когда я отсутствовала с простудой и температурой.

Может быть, он использовал какую-то магию?

Интересно, как он это сделал?

Я, правда, не знаю. Я бы пошла и спросила его, но папы здесь нет.

Он не появлялся во время моей ежедневной утренней работы. Как вчера, так и сегодня.

Хотя мой утренний завтрак был приготовлен в холодильнике, записка с надписью "Пожалуйста, разогрей и съешь замороженную еду в микроволновке на обед и ужин" лежала на обеденном столе. Все точно так же, как и вчера.

Я не очень люблю замороженную еду.

Но мне очень нравится замороженная запеканка.

Но я немного ненавижу, когда мне приходится есть её снова и снова.

Аяка: "Если бы я ела её на обед.......".

Как будто я разговариваю с голубями у себя под ногами, я разговариваю сама с собой.

Аяка: "Что мне делать, может, посмотреть телевизор.......".

Программа кукольного телешоу, которая идет по образовательному каналу, забавная, и ее приятно смотреть каждый день.

Но мне кажется, что это немного одиноко, когда я не вижу своих одноклассников.

Я также не могу встретиться с папой и старшей сестрой.

Отсутствие в школе, то, что папа и старшая сестра по какой-то причине уехали далеко, не означает, что я не была одинока до сих пор. Особенно папа часто уезжал из дома на несколько дней по работе.

Но это было редкостью, когда они пересекались.

Отдыхаю от школы, одна в доме, где никого нет.

Я всегда поливаю Сад сразу после выполнения своих ежедневных обязанностей, вот так, чтобы отец не сердился из-за этого, даже если у меня есть свободное время до обеда.

Поскольку я одна, никто не может мне ничего сказать.

Аяка: "......Война Святого Грааля."

Остановив воду, которая вылилась из лейки, я пробормотала несколько слов.

"Война Святого Грааля". Это были слова, которые я услышала из речи папы в тот вечер, позавчера.

Важный ритуал.

Великое стремление магов.

Война Святого Грааля.

Я не знаю подробностей и не понимаю этого.

Но, было что-то, что даже Аяка могла почувствовать в этом, хоть немного.

О нескольких вещах----

Например, старшая сестра.

Старшая сестра Манака.

Она стала гораздо более блестящей, чем раньше, она стала еще красивее.

Например, мой папа.

Отец.

Он стал другим из-за изменений в старшей сестре, он стал немного бояться ее.

Речи папы несколько-----

Хотя я никогда не слышала об этом ни разу, до сих пор.......

----------------------------------------

В горах Окутама, западный Токио.

----------------------------------------

На поляне среди деревьев, далеко отстоящей от горной тропы, разворачивалась борьба не на жизнь, а на смерть, которой не мог коснуться ни один глаз. Точнее, эта картина отражалась в глазах птиц, танцующих в пепельном небе.

Одинокий рыцарь, облаченный исключительно в синие и серебряные доспехи, проскакивает в тот момент, когда на него один за другим обрушиваются челюсти смерти, с видом то ли защитника, то ли заслона.

Рыцарь, стоявший на склоне горы----Сейбер перехватывает летящий прямо на него рой смерти.

Бесчисленные стальные снаряды приближаются к нему, чтобы пронзить всё, что находится на линии их огня.

Они и есть стрелы.

Как и невидимый клинок, который он держит в руках, это оружие, которое не должно использоваться в современную эпоху.

Один из инструментов, которые люди используют, чтобы отнимать жизни у тех, кто им противостоит.

Натянув тетиву до предела, они выпускают нацеленные стрелы, пронзая цель, находящуюся на большом расстоянии, и убивают ее.

Порядка 20 стрел на один вдох.

Это не было обычным навыком. Другими словами, нет никаких сомнений, что противник, который проводит эту атаку, не обычный человек, он существует как существо, превосходящее человеческую мудрость, как и Сейбер. Возможно, не будет преувеличением даже сказать, что он - фрагмент высшей тайны. Созданный Слугой, этот особый ход достоин восхищения, ведь он использовал его, даже разрушая естественные законы. Выпущенные стрелы сметают горы Окутама с невероятной скоростью и силой.

Просверливает круглое отверстие в крепком стволе дерева.

Разбивает землю.

Разбивает слегка припорошенный дождем валун.

Они, несколько одновременных выстрелов. Примерно 20.

Полагаясь на крошечные отражения света, которые несут стальные наконечники стрел, или просто на небольшие звуки ветра, Сейбер встречает каждую смертоносную стрелу лицом к лицу.

Он уклоняется от них с помощью основных приемов, пронзает невидимым мечом те, от которых не удается уклониться, а остальные стрелы отбивает своей броней. Можно было бы сказать, что он обнажает свои доспехи. Его серебряная броня, сотканная из маны, если в ней есть особенно толстая часть, может защитить его от смертоносных стрел, пронзающих землю и крушащих деревья.

'Даже с моим острым зрением я не могу разглядеть фигуру Арчера'.

Хотя по направлению выпущенных стрел легко определить его местоположение, ему показалось, что стрелок, очевидно, не прекращает свои выстрелы, двигаясь по горе на большой скорости. С каждой группой выстрелов направление атаки стрел становится все более отчетливым.

Сейбер: "......... Между ним и сэром Тристаном, интересно, кто из них окажется лучше?"

Защищаясь от бесчисленных выстрелов, он испустил короткий вздох.

Один из рыцарей, которые когда-то собрались за Круглым столом.

Он ненадолго задумывается об этой фигуре и имени.

Этот рыцарь, свободно владевший множеством видов оружия, естественно, прекрасно владел и луком. "Лук, который попадает в цель", который он демонстрировал даже на охоте, был буквально ничем иным, как его особым приемом.

Если бы он противопоставил ему свое умение выпускать сразу несколько стрел, интересно, какой лук в итоге окажется лучше? Как рыцаря, который прошел через ту же военную сцену, что и он, это раздувает мое искреннее любопытство, но это не та ситуация, когда я мог бы сейчас не думать о каждом из своих сожалений. В уголке своего сознания он останавливается, чтобы скупо подумать о крошечном дополнительном кусочке дальше.

Там, в сражении, он сосредоточен только на битве.

Став одинокой боевой машиной, он просто приносит победу на поле боя.

Сам.

Вот что значит - достать меч.

Манака: "Если чувствуешь, что становится опасно, беги, немедленно".

Слова Манаки, сказанные минуту назад.

Сейбер точно помнит их.

Манака: "Ты, просто, должен выманить Арчера для меня".

Это было незадолго до того, как он ступил на гору.

Девушка, которая была его Мастером, сказала ему это, нахмурив брови.

В ее голубых глазах, прозрачных, как драгоценный камень, отразилась печаль.

Ее первые слова "Берегись, чтобы не пораниться" были обращены к тому, кого она не могла защитить, так как девушка, похоже, сильно переживала за него.

Но для Сейбера это не имело значения.

Скорее, можно сказать, что это была его специальность.

Ведь слуга должен пройти путь обмена жизнями, как клинок своего господина.

Воистину, он был подобен рыцарю, бегущему по полю боя ради своего господина.

В таком случае, слова девушки на этот раз.

Я хочу выманить его----

Действительно, он, конечно же, выполнит приказ своего хозяина.

Он попытается выманить его.

----------------------------------------

Я вижу одинокую девушку.

Я могу сказать, что она очаровательна и, возможно, красива".

'Прекрасная'. Думаю, это слово ей подходит.

Эта девушка шла в горах.

В полном одиночестве.

Она даже ничего не делала, в частности.

Когда она находит бабочку, она пытается удержать ее на пальце и улыбается.

Манака: "......♪"

Она поет и напевает мелодию.

Она обычный человек, который пришел на пикник?

Но в это холодное время года, когда так холодно, что выдыхаемый воздух становится белым?

Я знаю, нет никаких критериев оценки вражеского мага, вроде его внешнего вида и т.д.

Но тот факт, что она просто "девушка", отзывается болью где-то в "моем" сердце.

Более того, более чем что-либо......

Выражение лица девушки, мелодия, которую она напевает.

Нежная и прекрасная.

Я чувствую слишком много ее неподдельной чистоты.

Возможно, это дитя, воплотившее в себе столько прелести, было участником взаимной бойни?

Война Святого Грааля, и остальное-----

Манака: "Я нашла тебя".

Она видит меня!

Девушка определенно смотрит на меня.

Несколько "Не может быть!" поднимаются в моем сознании.

Может ли она быть Мастером? Эта девушка?

Не может быть, чтобы она прорвалась сквозь мою магию дистанционного наблюдения на таком расстоянии?

Не может быть, она искала меня?

Манака: "Вы ведь мастер Арчера, верно? Спасибо."

Я могу читать, слова, исходящие из ее шевелящихся губ.

Эта девушка - Мастер, это первое, без сомнения.

Я должна немедленно эвакуироваться.

Если у нее достаточно таланта, чтобы заметить меня на таком расстоянии, то, вероятно, ей не составит труда определить мое местонахождение.

Но я не могла пошевелиться.

Ни губами. Ни ногами. Я даже не могу пошевелить веками.

Я не могу пошевелить своим телом.

Это совершенно глупо, что я спрашиваю "Почему?". ----

Манака: "Спасибо."

Ее слова снова сорвались с губ цвета цветущей вишни.

"Спасибо."

Почему, эта девушка благодарит меня?

Она говорит их мне. Это несомненно.

Но я не могу понять смысл ее слов.

"Спасибо".

За что?

Манака: "Знаешь, хотя я рада, что ты позволил мне устроить пикник с ним.......".

Он----

Она говорит о своем слуге?

Пикник? О чем она говорит?

Манака: "Но........."

Выражение лица девушки темнеет.

В результате внезапной трансформации, прекрасное лицо окрашивается печалью.

Манака: "Ты заставил его подвергнуть себя опасности".

В глубине ее глаз-----

Манака: "И что ты собираешься с этим делать?"

Я вижу что-то----

Война Святого Грааля.

Это взаимная резня.

Маги, ставшие Мастерами, обычно решают угрожать вашей жизни.

Вы должны свободно использовать свои магические знания, и вы должны выжить до конца, подчинив себе своего Слугу.

Есть два условия, при которых вы можете быть побеждены в войне за Святой Грааль.

Случай, когда вы потеряли свою жизнь.

Случай, когда вы потеряли своего Слугу.

Даже если вы сможете сохранить свою жизнь, если вы потеряете своего Слугу, вы потеряете право на получение Грааля.

Но, даже если вы, возможно, потеряли своего Слугу, не теряйте бдительности. Вы должны искать защиты у " Наблюдателя", который был отправлен непосредственно из Святой Церкви, так как вероятность того, что вы можете быть убиты другими Мастерами, более чем вероятна.

Защитите свою собственную жизнь.

Защищайте свою родословную.

Вы не должны стать её окончанием, так и не продолжив её.

Вы должны эффективно использовать свою мастерскую.

Если мастерская определяет ваш стиль магии, то она станет вашей гарантированной защитой даже против Слуг.

С одной стороны, есть ход, где вы можете притворяться, что у вас обычная и неизменная жизнь.

Однако, если вы - Маг, обладающий связями в магическом мире, и вдруг остаетесь внутри собственной мастерской, то существует риск, что вас могут принять за Мастера, который бросает вызов Войне Святого Грааля.

Но если вы подходите к Войне Святого Грааля полусерьезно.

Тогда существует также вероятность того, что ваши коллеги-мастера уже уловили, что вы также являетесь участником войны.

Вы должны одновременно осознавать свое нападение и защиту.

И защищать свою кровь.

Своего сына. Свою дочь.

Защищайте людей, которые унаследуют вашу родословную, унаследуют ваши магические гербы и унаследуют ваши магические исследования.

Если вы чувствуете, что это необходимо-----

Не стесняйтесь использовать приманку.

Хироки Садзё: "Аяка. Ты здесь?"

Время перевалило за два часа дня.

Медленно, думая: "Мои навыки, конечно, не так уж велики даже для меня самой", я открыла ту же замороженную запеканку, что и для вчерашнего обеда и ужина, положила ее на жаропрочную тарелку, и когда я в третий раз смотрела на микроволновую печь, удивляясь тому, как работают ее функции.......

На кухне появился папа.

Когда я смотрю на папу, который отражает мой взгляд, я совершенно ошеломлена.

Это потому, что я думала, что дома никого нет? Или он вернулся домой извне, когда я не смотрела? Если это так, то старшая сестра тоже здесь? Более того, я думаю, что кто-то должен быть в одной из комнат, в которую я не должна входить.

Хироки Садзё: "Манаки здесь нет. Я тоже скоро уйду".

Аяка: "Я вижу......"

'В таком случае, я должна приготовить две запеканки'.

Подумав об этом, Аяка кивает.

Хироки Садзё: "Ты занимаешься?"

Слова папы.

Я не знаю, о какой учебе он говорит.

Говорит ли он о моей учебе в школе? Или о моих магических занятиях?

"Я занимаюсь ими", - туманно отвечаю я.

Я занимаюсь первым. Просто у меня такое чувство, что я не занимаюсь вторым должным образом. В конце концов, папа не показывается во время моих ежедневных утренних дел. Я не могу понять, правильно ли я это делаю, только по себе. Я могу понять это только тогда, когда это правильно.

Аяка: (Меня раскусили?)

Он указал на ложь в моих словах. Несмотря на то, что я думаю, что "я такая".

Хироки Садзё: "Это так?"

Я просто коротко киваю в ответ.

Папа не вышел и ничего не сказал.

Хироки Садзё: "Ты очень опоздала на обед".

Аяка: "Да".

Хироки Садзё: "Ты следовала памятке, в которой говорилось: "Пожалуйста, съешь это, правильно?"".

Аяка: " Прости. Я забыла съесть его.......".

Я выплевываю ложь даже здесь.

По правде говоря, я ждала, когда папа или старшая сестра вернутся домой.

Потому что, даже если я разогрею и съем замороженную еду в одиночку, она не будет даже немного вкусной.

В конце концов, когда я стану намного взрослей, я смогу больше делать дома, смогу готовить, но будет ли еда вкусной, когда я останусь одна?

Хироки Садзю: "Не могла бы ты накрыть на стол?"

Аяка: "Конечно".

Хироки Садзё: "Ты должна ответить "Да". Аяка"

Аяка: "Да, да".

Пока он продолжает говорить, я в одиночку захожу в столовую. Я вытираю стол влажной тряпкой для посуды и достаю вилки из шкафа. Поскольку у меня не было ни малейшего представления о нем, я осторожно, с опаской, достаю столовые приборы, достаточные для двоих. Я достаю две чашки и наливаю в них молоко.

Как только я немного справилась с этим, я слышу звук колокольчика, "пинг", доносящийся из кухни.

Папа вошел, неся две запеканки, которые были разложены по тарелкам.

Аяка: (Ах, мы будем есть вместе!)

Папа и я. Мы будем есть замороженные запеканки вместе.

Если мы будем есть его вместе, то вкус----

Не сильно изменится.

Это будет то же самое, что и вчерашний обед и ужин, замороженная еда.

Аяка: "А как насчет старшей сестры?"

Я ем, немного. И пью молоко.

Хотя я осторожно спросила об этом, тоненьким голоском, ответа нет. В столовой по-прежнему тихо.

Когда я поднимаю взгляд от своей тарелки, папа делает странное лицо.

С выражением, которое он не всегда показывал на своем лице, папа уставился прямо на меня.

Аяка: "Папа?"

Что такое, интересно?

Я никогда не видела такого выражения лица у папы.

В его глазах что-то есть, странное чувство, как будто это кто-то другой. Его выражение. Его лицо. Его глаза.

Я чувствую что-то, дрожь вдоль позвоночника. Это очень похоже на то, что я почувствовала, когда увидела улыбающееся лицо старшей сестры пару дней назад.

Это такое ужасно холодное чувство. Зябко.

Хироки Садзё: " Манака......" Папа начал что-то говорить, но потом закрыл рот.

Хироки Садзё: "Ритуал будет проводиться в течение очень длительного времени. Поэтому, позаботься о том, чтобы никогда не приближаться к задней комнате, и я не должен услышать, как ты зовешь нас оттуда."

Аяка: "Хорошо".

В этой комнате----, как я и думала, кто-то есть.

Аяка кивает, немного соглашаясь с этим.

В одной из комнат, куда мне нельзя входить, в задней комнате точно кто-то есть, а это значит, что я все-таки как-то их заметила. Хотя я не сразу поняла это, несколько дней назад посреди ночи, когда я шла по коридору, пытаясь сходить в туалет, у меня было такое чувство, что я увидела тень человека.

Телосложение тени отличалось от телосложения папы или старшей сестры.

Я не подумал: "Хии, грабитель". Я подумала, что он не кажется таким уж плохим человеком.

Аяка: (Интересно, это кто-то, кто имеет отношение к этой "Войне Святого Грааля"? Может, гость?)

Я хотела задать вопрос.

Кто этот человек?

Почему они в задней комнате?

Папа и старшая сестра встречаются с этим человеком?

Я хотела сказать это. Я хочу спросить его. Но я не могу сказать.

На лице папы все еще есть следы выражения, которого я никогда раньше не видела.

Я слишком напугана и не могу спросить его.

Аяка: "Старшая сестра в порядке?"

Пробормотав это, слова выплеснулись из моих губ.

Это не те слова, которые естественным образом сорвались с моих губ, я пыталась что-то сказать, и эти слова были выдавлены.

Я хочу соскоблить следы этого чего-то, что все еще цепляется за лицо папы.

Делая вид, что возвращаю свой взгляд к тарелке, я изучаю внешний вид папы.

Его выражение лица.

Эмоции в его глазах.

В них странное, беспомощное чувство.

Хироки Садзё: "Да, наверное. Нет, нет, с Манакой нет никаких проблем. Я даже не могу заметить ни одной проблемы, когда мы проводим ритуал для достижения нашей великой цели, так что не беспокойся о ней."

Аяка: "Правда?"

Хироки Садзё: "Нет никаких проб........."

Он пытается что-то сказать. Это почти как----

Однако. Он не смог продолжить свои слова. По крайней мере, с Аякой.

Хироки Садзё: "Проблема? Нет, никаких проблем. Все идет почти слишком хорошо. У нас все идет так хорошо, что даже Святая Церковь начинает сомневаться. То же самое и у меня. Почему, почему "это" может делать практически все? Я знаю, что у "этого" есть природный талант, но, возможно, "это" любит магию? Любит тайны? Но, даже если так, питать такое уважение к "этому" Слуге, пока он в человеческом теле.......... Уже сейчас "это" даже ведет себя так, будто знает местонахождение Большого Грааля. Так почему? Когда и как "это" получило знание о нем? Я не говорил "этому" об этом, так что для "этого", чтобы легко сделать, даже много секретных ритуалов, которые не принадлежат родовой магии Садзё, к которой она принадлежит.........".

Что он говорит, я понятия не имею, о чем он говорит?

Это был внутренний монолог папы.

Я не хотела его слушать.

Не обращая внимания на меня, стоящую прямо перед ним, фигура папы, который что-то бормочет и ворчит, очень.........

----была, очень странной, в конце концов.

Что касается моего папы, я люблю его.

Я люблю его.

Я также думала, что папа, несомненно, тоже любит меня.

Да.

Я думаю об этом даже сейчас.

Даже сейчас, я люблю это в папе.

Я просто думаю, что это 'это немного, страшно'.

Только это.

Да, только это.

Поэтому я жду, когда он вернется к нормальной жизни для меня.

Перестанет разговаривать сам с собой, снова превратится в обычного старого папу.

Несмотря на то, что это должно было быть то же самое, что я ела вчера, запеканка почему-то не имела вкуса.

Словно бы это была резина.

Когда я закончила есть.

Наконец, папа сделал свое обычное лицо.

Папа, который тихий, серьезный и немного суровый для меня.

Аяка: "Я займусь уборкой. А ты, папа, иди работай на .......".

Хироки Садзё: "Нет, это может подождать".

Папа, с его обычным лицом.

Тихим голосом он говорит......

Хироки Садзё: "Пойдем в сад. Мне нужно кое-что сказать тебе, Аяка".

Что это?

Я, наклонив шею, попыталась спросить: "Зачем?".

Папа взял меня за руку, и мы вышли из столовой.

Мы идем вместе по коридору.

Аяка. А?

Очень странно вот так держать папу за руку. У меня такое чувство, что я уже брала его так раньше, когда была намного младше, но, по крайней мере, я думаю, что это не воспоминание о том времени, когда я перешла в начальную школу.

Мы открываем перед нами дверь, через которую я прошла большую часть коридора дома, и выходим наружу.

Мы проходим через проход, открываем торцевую стеклянную дверь и, наконец, попадаем в него.

Сад.

Там, где я проводила большую часть своих утренних часов, - в нашем саду.

Окруженный стеклянными стенами и потолками, это место зеленых деревьев и цветов.

Здесь я делаю свои ежедневные утренние дела, и здесь же я занимаюсь учебой.

Хироки Садзё: "Никто не может уничтожить эту формулу заклинания. В худшем случае, пожалуйста, укройся здесь".

Аяка: "В худшем случае?"

Хироки Садзё: "Смысл этих слов именно таков, как они звучат. Даже если ты будешь внимательна, может возникнуть критическая ситуация".

Аяка: "А?"

Я не понимаю.

Я пытаюсь поднять взгляд на лицо папы.

Оно такое же, как и его слова. Выражение папиного лица, я не очень хорошо его понимаю.

Хотя небо стало пасмурным, оно все еще светлое, но я не могу разглядеть лицо папы из-за света, проникающего через стеклянный потолок позади него.

Хироки Садзё: "Я не хотел тебе этого говорить, но все, что здесь есть, было сделано твоей мамой".

Аяка: "Понятно".

У меня было такое чувство. Что это сделал не мой папа, я имею в виду.

Хироки Садзё: "Это правда. Она сделала его для тебя......"

Аяка: "Эх........"

Моя шея, я полностью ее наклонила.

Это место----

Я думала, что Сад - это место для занятий магией.

Это ради магии семьи Садзё.

Так что, естественно, это для того, кто унаследует дом, для старшей сестры.

Аяка: "Но, Старшая Сестра......?"

Хироки Садзё: "Манака, вероятно, не будет нуждаться в этом месте. Твоя мать, определенно, тоже это поняла".

Мать тоже?

Он говорит: "Она поняла", что?

Хироки Садзё: "Итак, Аяка......"

Папа трогает меня за плечо.

Хироки Садзё: "Это принадлежит тебе".

Только чуть-чуть, сильнее. Папа обнимает меня.

Хироки Садзё: "Это, просто твой.......".

А потом-----

Папа сказал мне несколько слов.

О саде.

О маме.

А после этого - о себе.

Хотя я снова и снова кивала, говоря "да", я не понимала, что мне говорят.

Но, даже так.......

Я понимала их.

Папа, мой папа, который стал немного испуганным, но...

На самом деле ничего не изменилось.

Конечно, это будет скоро.

Как только закончится важный ритуал, он обязательно вернется к нормальной жизни, верно?

----------------------------------------

Арчер: "Выпущенная стрела больше никогда не вернется. Хотя если прикрепить стрелу к луку, натянуть его до предела и выстрелить, может быть вы с ней и встретитесь вновь."

Говорит Арчер.

Своему Мастеру, которая даже сейчас неоднократно всхлипывает.

----------------------------------------

Берсеркер: "Аррруррууггггггхххххххххх!!!"

Берсеркер воет на луну, парящую в небе.

Посреди крепкого волшебного сада, похожего на крепость.

----------------------------------------

Лансер: "Ты добрый человек. Честный человек. Ты украшаешь себя серебряными доспехами. Даже когда я отниму твою жизнь своим копьем, ты, вероятно, не изменишься".

Пробормотала Лансер.

В то время как ее тело опаляет пламя, пылающее внутри нее.

----------------------------------------

Ассасин: "Мой мастер. Все, все, что я делаю, я делаю для вашего блага......".

Ассасин шепчет.

Повторяя свой смертельный танец снова, сегодня ночью.

----------------------------------------

Райдер: "Ха-ха! Спасайтесь, бегите, улетайте! Боритесь изо всех сил. Кричите. Вопите! В любом случае, судьба всех трех дворняг - сгореть и исчезнуть в моем свете!"

Звучно кричит король.

Сидя на своем корабле, парящем в ночном небе, он обжигает поверхность палящим жаром, подобным солнечному.

Выпускает стрелу.

Война уже началась.

Великий Святой Грааль.

Устройство для исполнения желаний, которое продолжает безжалостно работать.

Вокруг него вращается множество трагедий.

---- Обещанное время близко.

---- Война за Святой Грааль начинается, вторгаясь в токийскую ночь.

Да, это воспоминание.

Воспоминание о том утре, когда я в последний раз видела фигуру этого человека.

Манака: "Ну, тогда я пошла".

Когда она это сказала, старшая сестра пыталась выйти, ничего не неся с собой.

Папы уже и след простыл. Хотя она не совсем поняла это, Аяка Садзё слабо подумала: "Она определенно не вернется домой после прошлой ночи". В ритуале, в котором, по слухам, участвовали ее отец и старшая сестра, было слишком много тайн, о которых юная Аяка просто не знала.

Это было неизбежно.

В конце концов, я отличаюсь от старшей сестры.

Моей особенной старшей сестры.

Моей прекрасной старшей сестры.

Моя старшая сестра --- Манака Садзё.

Просто пройдя по коридору и пройдя расстояние до главного входа вот так, точно, все в ней другое.

Утреннее солнце, светящее в окно, сверкает, его сияние осыпает все тело старшей сестры. Как будто она - нечто более драгоценное, как фея или принцесса из сказки. Даже среди книжек с картинками, которые отец читал мне всего несколько раз перед тем, как я пошел в начальную школу, никогда не было человека, который бы так сиял, как эта, не было даже среди иностранных мультфильмов, которые я несколько раз смотрела сама.

Она просто слишком отличается от меня.

Я что, обыкновенная?

Или, может быть, заурядный человек?

Такие слова мне подходят, - думает Аяка.

Точно, это то самое слово, которое я только что выучила на уроке японского языка в начальной школе. Обычный. Несмотря на то, что это слово я уже должна была знать ----, выслушав объяснение из уст учителя и посмотрев, как предложение было написано на доске белым мелом, "Ааа, понятно, значит, так оно и есть", - подумала я.

Два символа, написанные рукой учителя, наверное, точно про меня".

---Моя старшая сестра, которая может освоить все.

--- Даже чёрную магию, в которой мне и самой ещё далеко до совершенства.

Говорят, что в возрасте восьми лет, как и я сейчас, старшая сестра в совершенстве овладела двумя видами колдовства нашей семьи без посторонней помощи. Аяка, слушавшая эту историю с загоревшимися глазами, непроизвольно выпустила изо рта "Интересно, а я тоже так смогу?".

Это было в прошлом году или чуть раньше?

Папа тогда тихо покачал головой и сказал: "Это потому, что она особенная, пожалуйста, ты должна думать только о том, чтобы овладеть черной магией Садзё".

Сначала я подумала: "Возможно, это потому, что я плохая девочка".

Как только я это подумала, я впала в депрессию, я была грустной, несчастной, я не могла спать, я также потеряла чувство времени, я даже опоздала более чем на 20 минут, чтобы выйти на свои ежедневные утренние дела.

Однако я сразу же понял, что это не так. Я полностью осознал это.

Если верить его словам, старшая сестра просто особенная ---.

В то же время, я сама была не более чем ребенком из очень обычного и среднего рода магов.

"Овладеть магией своей родословной" - это просто на словах. Но на самом деле, правильно унаследовав магический герб семейной линии, который был выгравирован в нашей крови, можно получить знания на всю жизнь, изучить их и каким-то образом стать хорошим наследником для своей родословной.

Это нормально. Это мой посредственный уровень черной магии.

---Даже если я думаю, что хочу быть.......

---такой же, как моя старшая сестра, я......

Не могу стать ею.

То есть, наверное, потому, что я уже решила, что это безнадежно.

Лучше думать как-то так.

Значит, и сегодня утром я не буду так думать.

Моя гораздо более красивая старшая сестра - лучезарный человек.

Даже когда я наблюдаю за блестящей душой той, кого зовут Манака Садзё, которая идет по коридору, кружась вокруг и вокруг, греясь в сияющем солнечном свете, я не буду думать "если бы я стала такой" или "я хочу быть прекрасной женщиной", я не буду думать о таких вещах. Я абсолютно не буду думать о них. Я не могу так думать.

Я буду просто смотреть.

Как смотрят на птиц, танцующих в небе, или на жуков, ползающих по земле.

Как многие маги, которые стремятся к истоку всего творения.

Ayaka: "Манака, старшая сестрёнка......."

Вздыхая, я бормочу ее имя.

Перед моими глазами уже появилась огромная дверь в фойе.

Если я пройду здесь, старшая сестра скажет мне, что она не вернется домой некоторое время.

Некоторое время назад, когда мы остались вдвоем за завтраком, я не сказала ни слова, кроме "Это правда?", но перед дверью в фойе, ах, "Скоро я действительно останусь совсем одна", подумала я...

Естественно, я открыла свои губы.

Мой голос. Слова, пусть и незначительные, выскользнули наружу.

Аяка: "Старшая сестра, ты идешь сейчас......".

Манака: "Хи-хи. Что такое?"

Кружась, старшая сестра поворачивается ко мне.

Когда она поворачивается спиной к огромной деревянной входной двери дома Садзё. Эта фигура в некоторых отношениях также похожа на Алису из сказки, где она отправилась в путешествие в Страну чудес, наполненную странными и чудесными вещами.

"Наклони голову", - сказала старшая сестра.

Красивый звук, похожий на звон колокольчика. Ее голос.

Манака: "Боже, Аяка, ты уже ученица начальной школы. И все же, интересно, одиноко ли тебе одной?".

Аяка: "...... Мне не одиноко".

Манака: "Ты ненавидишь лжецов?"

Аяка: "Мне одиноко".

С гораздо более слабым голосом, я смотрю вниз.

Манака: "Ха-ха. Это здорово. Отлично. Правильно, ты не должна лгать".

Может быть, я уже говорила ложь?

Но, думаю, я определенно одинок. То, что я чувствую, реально.

Я одинок. Это одиноко, быть одной в огромном доме.

Особенно, когда мы не так часто бываем вдвоем, даже когда старшая сестра остается дома, до того, как начался этот магический ритуал - Война Святого Грааля, я чувствовала, что мне недостаточно просто смотреть ей в глаза даже во время еды.

Несмотря на это, я думаю, что мне одиноко.

Кто-то где-то есть в моем доме, моя старшая сестра здесь, мой отец здесь. Если я одна, не встречая никого, то действительно одинокой я себя чувствую, когда здесь даже никого нет..

Как бы это сказать?

Посмотрев на старшую сестру, Аяка замолчала.

Даже если мне одиноко, я не могу сказать: "Оставайся здесь со мной", не так ли?

Я бы этого не позволила. Для старшей сестры, которая отправляется на важный ритуал, я немного сдержусь.

Манака: "Я счастлива, что ты выносишь это для меня, Аяка. Вот, вот"

Рука старшей сестры протягивается, касаясь головы Аяки.

Манака: "Ты замечательная, замечательная".

Говоря это, она гладит меня по волосам.

Несмотря на то, что она впервые делает что-то подобное, я чувствую знакомое присутствие в том, как сестренка использует свои руки, внезапно моя шея наклоняется.

Интересно, почему?

Манака: "Но я не могу. Я должна идти сейчас. К Великому Граалю. Ради того человека".

Старшая сестра улыбается.

Манака: "Интересно, может ли наступить день, когда ты тоже поймешь?"

---Искрясь, она сверкает.

Манака: "Делать что-то ради кого-то другого, я имею в виду. Это из-за тоски по кому-то?"

--- Видишь. Она как принцесса.

Манака: "Или это о том, чтобы влюбиться в них?"

---Сестренка, которая это говорит, красивее, чем что-либо или кто-либо.

Манака: "В этот момент мир впервые начнет вращаться вокруг меня".

Тосковать по кому-то. Любовь.

'Безусловно, это красивое слово', - думаю я.

Голос, произнесший так много из ослепительных губ старшей сестры, ее слова, сияли сильнее, чем сияние солнца, вливающегося через окно, со словами "Ааа, это прекрасно", Аяка была потрясена ими. Просто ее слова и сияние, исходящее от ее улыбки, настолько ошеломляют, что я не могу думать о чем-то другом.

Влюбиться, сказала она. Влюбиться.

Дело в том, что даже если я знаю это слово, я никогда не чувствовала его раньше.

Так.......

Манака: "В конце концов, он мой суженый".

---Пока я слушала ее красивый голос.

Манака: "Он, действительно существует. Аяка."

------Мои глаза. Я полностью отвожу их.

Манака: "Что угодно.... даже свою жизнь, не заботясь о том, чтобы пожертвовать ею. Партнер, который кажется таким".

---Я больше не могу выносить сияние старшей сестры.

Манака: "Он существует. Я уже с ним".

Искрясь, Большая сестренка говорит мне это, сияя.

Обычно я должна была быть очарована этим.

Однако почему-то у меня в груди клубится эта неописуемая серая дымка?

Почему это я отвожу глаза? Это потому, что вся старшая сестра, которая так сияет, слишком ослепительна.

Или я чувствую что-то другое?

Аяка не понимала этого.

Почему, почему я так волнуюсь перед этим человеком, который так сильно сияет?

Её жизнь? Пожертвовать ею? Да, сказанное устами этого человека?

Аяка: "Старшая сестра."

--- Смотрит вниз. Слова просачиваются наружу.

Аяка: "Ты ведь не умрешь, правда?"

--- Все еще с опущенными глазами.

Аяка: "Тебе лучше вернуться, хорошо, в наш дом, обязательно вернись, хорошо."

--- Как молитва, это просьба, к моей старшей сестре.

Аяка: "...... Мы встретимся снова, верно".

"Капелька, капелька", - слезы падают, когда я говорю ей эти слова.

Не поднимая головы, все еще не осознавая, что это последний момент между нами, не встречаясь с ней взглядом.

Вот почему Аяка не поняла этого.

Это в ее следующих словах.

Точнее, в тот миг, когда Манака Садзё ответила на ее слова, в тот ничтожный миг, что, черт возьми, произошло?

Мелькнуло то, что она, как ей казалось, видела до сих пор, в тот момент, это была четкая фигура, но для Аяки она была на месте.

Она не заметила...

Манака: "Нет. Думаю, для тебя будет лучше, если мы не встретимся."

--- Красивое эхо, звук..... ее голоса.

Манака: "Но ты права."

--- Голос, окутанный тайной.

Манака: "Если ты так привязана ко мне......"

---Нежно, словно обнимая меня, произносит старшая сестра.

Манака: "Тогда, если мне захочется, я даже воспользуюсь и тобой".

Когда старшая сестра говорила мне это, какое лицо она делала?

Когда старшая сестра говорила мне это, какими глазами она смотрела на меня?

До самого конца.

Аяка Садзё не понимала этого.

По крайней мере, в этот день, утро и время.

Я не понимала этого.

Война за Святой Грааль.

Речь идет о ее завершении.

Святой Грааль активируется, сжигая жизни семи Слуг.

Поверх структуры, победителем может стать только один Мастер, исход в другой форме - это то, чего изначально не могло быть.

Но если пренебречь исходом, то возможна и другая форма заключения.

Другими словами, случай, когда все Мастера либо потерпели поражение в войне за Святой Грааль, либо решили отказаться от своего права участвовать в ней.

У нас, магов, ищущих исток всего творения, вероятность того, что мы попросим воздержаться от участия во время этой Войны Святого Грааля, которая является для нас величайшей из возможностей, очень мала, но здесь я буду говорить только об этой возможности.

Быть побежденным...

Во многих случаях это, скорее всего, сопровождается смертью Мага.

Как это описано в отдельной рубрике.

Отказ от прав.

Это устанавливается путем объявления об этом Наблюдателю, который отправляется из Святой Церкви.

Как описано в отдельной рубрике.

Результатом является либо устранение, либо отказ от своих прав.

Если по стечению обстоятельств произойдет случай, когда число Мастеров станет равным нулю.

Тогда это сопровождается выводом под названием "нет победителя".

Не реализовав свои великие амбиции, мы будем ждать следующей возможности.

Но -

Да, это воспоминание.

Воспоминание о себе 8-летней давности, когда я видела фигуру этого человека в последний раз.

В последний...?

Нет, это неправильно.

Это было лишь временное расставание.

Потому что настоящий последний раз наступил вскоре после этого.

Сейчас я не могу вспомнить всего, только фрагменты, но есть одно воспоминание, которое я не хочу вспоминать.

Важный магический ритуал. Взаимное убийство 8 лет назад.

Совершённая объединёнными руками Ассоциации магов и Святой церкви, самая первая война Святого Грааля.

Моя память иногда расплывчата, да, так что эти обрывки последних моментов тоже могут быть неплохим началом.

Хотя, мне кажется, я уже рассказывала об этом кому-то раньше.

Видите, даже я могу произвольно полностью вспомнить это вот так.

Засыпая, я вижу сон.

О, как бы я хотела, чтобы мне не приходилось видеть такие сны.

Но это мое скудное желание не будет исполнено.

Ибо безжалостный Гипнос насильно показывает мне вот такие фрагменты памяти.

Первый - воспоминание о том раннем утре, 8 лет назад.

Мое прощание с тем человеком.

Последний - воспоминание об их смерти, 8 лет назад.

Это настоящий, реальный момент нашего с Манакой расставания.

---В темном, темном, глубоком подземелье Токио.

В трехмерном магическом круге.

Что-то черное, дрейфует в Большом Граале.

Стоящие в ряд - жертвы.

Бесчисленное количество девушек, падающих по порядку.

Обычные, простые, жизни, которые просто собираются быть поглощенными. Жизнь. Жизнь.

Чей-то смеющийся голос.

Кто-то-

Это, наверное, точно, это, я думаю, это смеющийся голос моего отца.

???: "Все так спокойно ждут своей очереди, но Аяка особенная".

Кто-то сказал.

???: "Падай прямо сейчас, стань моим ингредиентом".

Я знаю, это чей-то голос.

???: "В конце концов, обычные люди годятся исключительно для этого".

Это точно голос папы.

Хироки Садзю: "---Что, черт возьми, ты имеешь в виду!?"

Голос моего папы кричит. Я ненавижу это, прекрати, папа.

Хироки Садзё: "Этот средний, посредственный, заурядный человек......!"

Прекрати! Почему? Почему ты говоришь такие вещи?

Хироки Садзё: "Я ошибся, выбрав тебя".

Почему, почему ты так кричишь!?

Папа!

Отпусти меня! Больно! Я ненавижу это! Ненавижу!

Я что, тоже упаду? Туда?

И тут мое сознание кружится и теряет четкость вместе с моим отчаянием.

Вращение---

---Кусок мяса.

---Крик.

---Красный.

Я ничего не видела.

То, что я заметила, было после того, как я почувствовала, что что-то закрыло мое лицо.

Точно, я открыла свои закрытые веки.

И тогда, я увидела это.

Я увидела это.

Старшая сестра, как будто она защищает меня...

Как будто она даже защищает меня, стоит неподвижно.

Аяка: " Старшая сестра."

Могла ли я сказать что-нибудь в тот момент?

Возможно, я не смогла бы этого сказать.

Потому что я поняла, что за штука покрывала мое лицо.

Кровь...

На моем лице кровь сестрёнки.

Моей старшей сестры, которая стояла прямо перед моими глазами.

Красивый человек. Ты, которая сияла больше всех, как принцесса.

Что-то, что-то выпирает из ее груди.

Это, это что-то, пронзившее красивый узор из черных перьев на ее груди, - золотой клинок.

Её пронзил чей-то меч сзади, старшая сестра Манака.

Другими словами, то, что закрывает мое лицо, это, ааааа...

Сестрёнка ---

Свет ослепительного солнца проникает сквозь щели закрытых штор.

Голоса певчих птиц определяют время, сидя на ветвях деревьев прямо за окном.

Признаки утра.

Холод и темнота ночи исчезают куда-то, как ложь, день, который должен был быть "завтра", пока я не засну, приходит и принимает форму "сегодня".

Аяка: "....... ннхх."

Потирая тяжелые веки, в своей мягкой постели, Аяка Садзё просыпается.　

Просыпаться было хуже всего.

Почему, потому что ей приснился жестокий сон.

Хотя его содержание обрывочно, и она не помнит его, она знает только, что воспоминания о том моменте, 8 лет назад, явились ей в виде сна.

Аяка: （Утро）.

Мысленно пробормотав это, она протянула руку к цифровому будильнику, стоявшему у ее кровати. Когда ее правая рука высунулась из-под одеяла, ее коснулся прохладный воздух.

'Это ощущение входит в группу моих любимых вещей'.

Да, даже комфортное ощущение кровати, которая регулировала температуру ее тела, или даже свет утреннего солнца - все это ей нравится так же, как голоса этих певчих птиц.

Тем не менее, холодные вещи -отдают прохладой.

И хотя ее подталкивает искушение свернуться калачиком и снова заснуть, она как-то терпит.

Она подносит цифровой будильник ближе к глазам. Хотя часть о том, что она может нормально вести повседневную жизнь даже без очков, не очень беспокоила ее, со зрением, которое ухудшилось за эти восемь лет, ей было трудно видеть предметы, находящиеся под рукой, не надевая очки. Ведь у нее близорукость.

【1999】

Как всегда, бросив мимолетный взгляд на западный календарь, она проверила время.

【АМ 5:59】

5:59 УТРА.

Это не такое уж раннее время для ее одноклассников, у которых, например, утренняя тренировка в клубе. Однако Аяка не состояла ни в каком клубе, поэтому это время - определенно то время, когда она должна встать с постели.

Аяка: "Отлично, ух".

Пробормотав это, она выключает будильник.

Время, на которое был настроен будильник - 6:00 утра.

Значит, "идеально". Ей пришлось быстро встать с кровати.

Извиваясь и выползая из-под одеяла, она с трудом снимает пижаму.

Затем она надевает школьную форму, которую разложила перед сном вчера вечером, надевает очки, которые оставила на столе, а затем расчесывает волосы перед зеркалом в полный рост, которое стояло рядом с ее шкафом. Поскольку волосы у нее не очень длинные, она сразу же заканчивает прическу. Все в порядке. По крайней мере, это не повлияло на время завтрака.

Ее дыхание стало белым.

Воздух в коридоре был еще холоднее, чем внутри ее комнаты.

Идя в ванную в быстром темпе, она моет лицо водой, которая была настолько холодной, что воздух совсем не беспокоил ее.

Естественно, она закрепляет свою чёлку заколкой, чтобы она не намокла.

Аяка: "Хайя!"

Холодно. Удивленная, она издала крик.

Хотя она подумала: "Я явно проснулась сама по себе", но намеки на сон, которые, очевидно, все еще оставались где-то на ней, исчезают в этот момент. Ее сознание прояснилось. Вытирая влагу с лица своим личным полотенцем, она снимает заколку с бахромой, надевает и поправляет очки...

Вдруг ей на глаза попадается... Маленькая стремянка, которой она теперь не может воспользоваться.

Аяка: "Я должна выбросить ее, в следующий раз".

Пробормотав это и вздохнув, она смотрит в зеркало.

Естественно. В нем отражалась ее собственная внешность.

Она даже не намочила челку, в свои 16 лет.

Она не очень-то походила на того человека. Но если она вынуждена это сказать, то...

Аяка: "Какое обычное лицо".

Слова лились естественным потоком.

Девушка, которая носила очки. Девушка, которая ничем не выделялась и, казалось, никуда не вписывалась.

Возможно, она не была похожа на то лицо, и даже не имела ее ясных глаз, которые должны сиять, ловя свет, но они не привлекательно блестели сквозь линзы ее очков. 'Да', - подумала Аяка.

Это было лицо, о котором нельзя было сказать, что оно входит в группу ее любимых вещей".

Перед собственным отражением в зеркале она задумалась, почему выражение ее глаз так полно настороженности.

Возможно, это проистекает из ее характера.

Ее собственная личность.

'Другими словами, я мрачная, трусливая, узколобая, и..........'

Ayaka: "......Хух. черт, время, время."

'---Так безнадёжно........'

'......Посредственно.' 

Спеша, она проходит по коридору и открывает дверь в столовую, проходит через нее, чтобы пройти на кухню.

Хотя он говорит, что не возражает против "системы дежурных" в приготовлении пищи, она хотела готовить сама, насколько это возможно, после того невероятного количества, которое он приготовил в последний раз, когда она доверила ему это. Хотя она не особенно возражала против того, чтобы есть много еды, было бы утомительно придумывать что-то, если бы ей пришлось есть столько же еды, сколько и ему.

Достав из холодильника несколько овощей пальцами, на которых все еще была намотана вчерашняя перевязка, она берет кухонный нож и начинает с помидоров.

Постукивая, она начинает их резать.

Разрезая овощи, она думает: "Я стала гораздо более искусной в этом деле, чем в детстве".

Уже после начальной школы она заметила, что даже один стиль нарезки меняет текстуру продуктов, напрямую связывая ее со вкусом. В связи с этим она не могла похвастаться мастерством.

Несмотря на то, что она умела готовить в основном овощи, ей потребовалось немало времени, чтобы понять это.

Аяка: "Я действительно обычная, не так ли?".

Сейбер: "Доброе утро, Аяка. Похоже, ты снова пришла рано утром".

Внезапно, голос ---.

Несмотря на то, что она не хотела удивляться в этот момент, "Вах!" она вскрикнула. Она была удивлена.

Когда она перевела взгляд, там появился он.

---У него были голубые глаза, которые при добавлении света становились зелеными.

---Мой слуга.

Аяка: "Боже. Не пугай меня так, Сейбер".

Сейбер: "Прости, Аяка. Я не хотел тебя удивить, но ты была сосредоточена".

Аяка: "Я просто режу овощи".

Сейбер: "Я вижу. Но все равно, ты очень умело обращаешься с кухонными ножами".

Он улыбается, когда говорит это.

Это было его обычное улыбающееся лицо.

Добрая улыбка, словно говорящая: "Я принимаю в тебе все".

Это определенно была иллюзия, но солнечный свет, проникающий через окно, словно искрился и сиял, обволакивая его, как будто его благословляли. Это не означало, что от него исходила магическая сила, или что он был принцем из книжки с картинками.

Аяка: "......Это нормально."

Каким-то образом, она слегка произносит это, сохраняя спокойный голос.

Она сосредоточилась на приготовлении пищи. 'Давайте закончим это быстро'.

Она быстро готовит завтрак.

В салате из свежих овощей - жареные яйца. А также тосты. Сосиски, которые тоже были приготовлены, потому что он подошел к ней и спросил "У тебя нет мяса?", тоже жареные.

Мясо. О, мясо...

Мясо, то, что происходит из тел живых существ, ей не нравится. Она этого не выносит. Кровь тоже. Итак, сосиски. Ощущение мяса, отсутствие следов крови, готовые продукты, она не могла справиться с такими видами мяса, если только это не был этот стиль переработанной пищи. Она может только сказать, что она дисквалифицирована как черный маг. Бинт, обмотанный вокруг пальца на ее левой руке, был хорошим доказательством этого.

Хотя Аяка и считает себя жалкой, но тут уж ничего не поделаешь.

Сейбер: "Выглядит аппетитно".

Аяка: "Я просто нарезала и пожарила его".

Сейбер: "Навыки также могут быть применены к простым задачам. То же самое касается и мечей, и кухонных ножей".

Аяка: "......."

Не собираясь отвечать, она начинает пытаться накрыть на стол в столовой.

И, как будто она это предвидела, он сделал это в мгновение ока.

Он сделал и все остальное, когда Аяка вошла, неся чашки и молоко, вынутое из холодильника.

Аяка: "....... Спасибо."

'Хоть раз позволь мне сказать спасибо'.

Не услышав его ответа, она подходит к столу, он четко говорит: "Спасибо за еду", садится на место рядом с Аякой, которая мягко говорит: "Спасибо за еду" и жует. Завтрак начинается. Первым идет кусочек помидора, после того, как она кладет его в рот, она ест жареные яйца...

'Ааа.' 'Опять.'

Несмотря на то, что она не осознает этого.

Аяка мысленно выдохнула.

По своей привычке, она снова приготовила жареные яйца.

Сейбер: "Мои извинения, я так понимаю, что было бы лучше, если бы я этого не слышал, верно?"

Она ничего не сказала. В любом случае, он, чье место в качестве самого превосходного Слуги, знал, что Аяка не хотела говорить. Было ли это потому, что у него была магическая связь с его Хозяином, нет, это не так, он просто проницателен.

Тут же она высказывает предположение. 'Даже сейчас он абсолютно точно знает, за что я извиняюсь'.

Сейбер: "Жареные яйца, мне нравятся с любым способом жарки. Так что я не против, чтобы ты подала их мне в твоем любимом стиле".

Аяка: "Эм, окей......".

Видишь. Он знает.

Не сводя с него глаз, Аяка кивает.

Аяка:(Как, а? ）

Она шепчет в уме. Как будто она пытается избежать его восприятия.

Хотя яйца вкрутую действительно являются ее любимыми, нет, хотя это было так, сейчас она уже не уверена, так ли это на самом деле. Ведь она продолжала готовить жареные яйца, которые всегда нравились ее старшей сестре.

В первую очередь, ей нравились яйца вкрутую, когда она была моложе, так что, возможно, она открыла свои вкусы, проявив скромный бунтарский дух по отношению к своей старшей сестре, которая была идеальной.

Вдруг...

Сама того не зная, Аяка смотрела в окно.

8 лет назад. Как будто она танцевала вокруг, в том месте, где тот человек грелся в лучах утреннего солнца.

Аяка: "....... Эй, Сейбер"

Сейбер: "Что такое?"

Аяка: "Ты, ты был слугой моей старшей сестры. Во время войны Святого Грааля, 8 лет назад, не так ли?"

Сейбер: "Верно. Манака была моим Мастером".

Аяка: "Каким Мастером она была? Моя старшая сестра, это......".

'Искреннее любопытство'.

'Вот, наверное, и все', - подумала про себя Аяка.

То ли потому, что ей не хотелось продолжать трапезу в тишине, то ли потому, что для нее было бы лучше услышать много или даже мало информации о Войне Святого Грааля - несколько причин приходит ей в голову. Но самая близкая из них - это то, что она считает себя любопытной. Потому что ее вдруг стало это волновать. Во всяком случае, она все еще говорила об этом.

Сейбер: "Манака, ну, давай посмотрим, она была отличным магом".

Он улыбается.

Сейбер: "Она была очень талантлива. Она была не очень снисходительна к другим Магам, но, несмотря на это, я чувствовал, что она обладала талантом не ниже первого класса".

Аяка: "А?"

Она почувствовала, что ее зацепили его слова.

Она полностью наклонила голову.

Аяка: "О. Твоя память о прошлом времени, о первой войне Святого Грааля нечеткая, верно? Кажется, ты уже упоминала об этом раньше".

Сейбер: "Ах....... Да."

8 лет назад он тоже участвовал в Войне Святого Грааля.

Героический Дух Меча первого ранга. Он сражался в качестве слуги моей старшей сестры, Манаки Садзё, полностью победил остальных шесть Героических Духов и получил Святой Грааль. Однако прямо перед этим он нарушил свой контракт...

Аяка: "Последствия, верно. Твоя память после призыва на этот раз в порядке?".

Сейбер: "О, да. Не стоит беспокоиться, единственная ненадежная часть моей памяти связана с событиями 8-летней давности."

Он кивает.

Не похоже, чтобы с ним было что-то не так.

Он был безупречным человеком. Человеком? Нет, Героическим Духом. Находясь рядом с ней, которая является самой низкой из семи рангов Мастеров - Принцем, он - Слуга первого ранга, который поклялся сражаться вместе с ней в этой войне Святого Грааля.

Его улыбающаяся фигура поистине изысканна, как у героя, нарисованного в книжке с картинками. И в то же время его переполняет такая живая энергия...

Аяка: （Хах?）

Его обычное улыбающееся лицо.

Хотя оно и должно было быть таким, сейчас, всего лишь на короткий миг.

На его лице почему-то появилось грустное, извиняющееся, почти неприятное странное выражение.

Действительно, как будто оно застыло на его лице?

Аяка: "Сейбер?"

Сейбер: "Аяка. Могу ли я также задать тебе вопрос?"

Аяка: "Хм, конечно".

Сейбер: "Твоя старшая сестра. О Манаке Садзё, как ты к ней относишься?".

Старшая сестра...

Моя старшая сестра Манака.

Человек, который сиял больше, чем кто-либо другой.

Человек, который прошел через Войну Святого Грааля восемь лет назад, вместе с Сейбером.

Я в то время была еще молода, поэтому сейчас я многого не могу вспомнить, но некоторые вещи я точно помню.

Например.

Я, о своей старшей сестре, всегда...

--- Кусок мяса.

Аяка: "О моей старшей сестре?"

I---

Аяка: "Я......."

Всегда---

Аяка: "......Ум, хорошо. Насчет моей старшей сестры, она мне нравилась. Она могла заниматься магией, а также учиться, кроме того, она была красивой."

--- Крик.

Аяка: "Ну, видишь, у моей старшей сестры волосы так блестели и переливались на солнце. Это было очень красиво и замечательно."

Это не ложь...

Аяка: "Хотя время, которое мы проводили вместе, было недолгим, в те моменты, когда мы были вместе, она всегда была добра ко мне".

Это не ложь...

Это не ложь...

Это правда.

---Красный.

Моя старшая сестра, которая умела делать все хорошо, нет, моя сестрёнка.

Красивый человек. Моя старшая сестра Манака.

Наряду с моим отцом, она была человеком, который, несомненно, был добр ко мне.

Ко мне, обычной и ни на что не способной.

Аяка: "Я любила ее".

Я говорю это еще раз.

Я пытаюсь улыбнуться.

Молясь при этом, чтобы у меня не получилось неловкое лицо.

А потом...

И вот девушка достигает Сада.

Стеклянные стены и потолок вбирают в себя много утреннего солнца.

В центре его сияния она смотрит на стаю голубей, которые кружатся у ее ног, в то время как она думает о существовании повязки, намотанной на ее собственный палец; она осторожно берет одну из птиц на руки.

Девушка размышляет о прошлом.

Она уже мало что может вспомнить, например, свои воспоминания восьмилетней давности.

Ее воспоминания о старшей сестре.

Воспоминания об отце.

Девушка размышляет о некоторых вещах.

Есть только две вещи, которые она может вспомнить фрагментарно.

У нее нет воспоминаний о матери.

Сейбер: ".........Аяка."

Раздается голос молодого человека, который она привыкла слышать.

Непосредственно рядом со стеклянной дверью входа в Сад стояла его фигура. Из-за яркого солнечного света, даже если бы на его лицо падали тени, девушка хорошо знает его выражение.

Он, несомненно, улыбается. Даже сейчас.

Осторожно отпускает голубя, которого она несла в руках.

Девушка прямо кивает ему, глядя в зеленые глаза.

Аяка: "Да, пойдем."

---А затем, я пойду вперёд.

---Год 1999.

Навстречу Второй Войне Святого Грааля, которая снова проходит в этом Токио.

Бесполезные опасения. Надеюсь, это все, чем они являются.

Верно, скорее всего, это не более чем ненужные заботы.

Все записи, сделанные в этом блокноте, ничего не значат.

Потому что Вторая война за Святой Грааль больше никогда не состоится.

Независимо от того, кто победит, мой род никогда больше не будет вовлечен в войну Святого Грааля.

Чудо Святого Грааля больше не повторится.

Кто-то один непременно достигнет истока.

На этом все закончится.

Но. Если по какой-то случайности.

Если это произойдет, то являются ли слова, которые сказал мне на днях Наблюдатель, правдой?

В определенный день февраля 1999 года, 8:25 утра.

Район Сугинами, главные ворота частной средней школы.

---------------------------------------------------------------------------------------------------

Многие ученики идут в школу.

Есть ученики, которые идут и болтают, связавшись с кем-то, ученики, которые обнаруживают своих друзей и обмениваются с ними приветствиями, ученики, которые размахивали руками во все стороны, пытаясь приложить усилия на утренней тренировке во дворе школы, а некоторые спокойно проходят через школьные ворота в одиночку.

Что касается Аяки Садзё, то она относилась к последней категории.

Почти не было случаев, когда она скажет: "Я с кем-то вместе по дороге в школу". Конечно, она ответит на приветствие, но она никогда не будет искать кого-то одного или звать его, она также никогда не будет сознательно смотреть на утренний школьный двор, потому что это единственный пейзаж, мимо которого она всегда проходит.

Вот почему сегодня она снова одна. Она идет среди детей того же возраста, которые носят такую же форму, как и она.

Идет к входу, через который она проходит, слегка поклонившись инструктору по воспитательной работе, стоящему у главных ворот.

С каких пор это началось...

С каких пор она предпочитает быть одна.

Даже если у нее появлялся друг, которого она могла бы назвать "лучшим другом", она держалась с ним на определенном расстоянии.

Даже сейчас, если бы она попыталась найти такого друга, то, вероятно, нашла бы одного или двух одноклассников, хотя в начальной и средней школе должны быть одни и те же ученики, она бы не знала о них.

Было бы неправильно, если бы она сказала: "У меня нет друзей".

Это не значит, что у нее не было друзей, которых можно было бы назвать таковыми. Среди одноклассниц у нее было несколько человек, девушка, с которой она относительно хорошо разговаривает, и девушка, которая разделяет с ней некоторые интересы.

Аяка: (......... Да. Есть несколько)

Аяка бормочет в своих мыслях.

Друзья. Если у нее их было немного, то она это осознавала.

Это ее судьба как мага?

Должна ли она поддерживать адекватные отношения с миром?

Это может быть правильным, а может быть неправильным для нее. Тем не менее, до 8 лет назад, а точнее - еще когда она была ученицей начальной школы, ей казалось, что количество ее друзей было чуть больше, чем сейчас.

Вскоре в ее сознании появляется причина.

Что случилось 8 лет назад, когда она была ученицей 2-го класса?

Точнее сказать, тогда "не с ней самой", а что произошло в ее собственном окружении?

8 лет назад магический ритуал, проведенный в Токио в 1991 году, забрал ее отца и старшую сестру, в результате чего многие пейзажи, в которых жила Аяка, полностью изменились.

Аяка: (Война Святого Грааля, уже вторая. Масштабный магический ритуал во имя великой цели).

Она вспоминает название ритуала.

Обычно, несмотря на то, что во время учебы в школе не приходилось сознательно следить за какими-то магическими проявлениями, она, кто считала именно так, не могла переубедить себя.

В конце концов, все уже началось.

Ночью того дня, хотя она и не могла вспомнить, как лезвие пронзило грудь - нет, она не хотела этого помнить - но страх того времени смог оживить ее яркие воспоминания об этом. Если бы она позволила своему разуму хоть немного поблуждать, то даже то, что она идет вот так, могло бы быть иллюзией или желанием, но это то, чего нет в этой реальности, ее настоящее "я" не собирается умирать, будучи пронзенным копьем в грудь посреди Сада, так что даже это кажется иллюзией.

Ее ноги, все ее тело, кажется, дрожат от глубины сердца.

Она кажется окаменевшей.

'Я слаба'. Она полностью осознавала это. Если она сейчас отдастся своему страху, то, без сомнения, вся она в мгновение ока будет уничтожена.

'Но этого не случится.'

'Я пойду пешком. Я пройду через главные ворота и направлюсь к входу. Все в порядке.

Потому что эти Командные заклинания с одним перышком, выгравированные на моей груди, говорят мне, что я никогда не останусь одна".

'Тот, кто одет в голубое и серебряное, мой ---'

???: "Доброе утро, Садзё".

Аяка: "Ах, ох, доброе утро, Исами..."

Внезапно голос окликнул ее, и она обернулась.

Поскольку она была полностью сосредоточена на своем внутреннем самосознании, ее поведенческая реакция стала несколько неловкой. Выражение ее лица действительно стало удивленным, и больше всего - ее голос. Она, возможно, немного опрокинулась.

Что касается хозяина голоса, который поприветствовал ее "Добрым утром", то с ним все было прекрасно.

Яркий голос. Веселый взгляд. И, кроме того, он прекрасен, высоко подняв правую руку.

Переведенный студент, Исами. Одноклассник с ярко окрашенными волосами, который перевелся в странное время.

Исами/Райдер: "Хорошая погода сегодня, да? У тебя такое мрачное лицо, ты о чем-то беспокоишься? Это из-за сегодняшней контрольной?"

Аяка: "Умм."

Из-за сразу трёх навалившихся тем она на мгновение теряется.

'Хорошая погода. Думаю, это правда.

'Я не думаю, что делаю мрачное лицо, но меня что-то беспокоит. Хотя я не могу говорить об этом людям".

'Эм, на сегодня была запланирована небольшая контрольная работа?'

Исами/Райдер: "Мисс Садзё. Ты, часто ходишь в школу одна, не так ли?"

Аяка: "Хэх......?"

'Только я задумалась, с чего начать отвечать, а уже другая тема?'

Исами/Райдер: "Интересно, а тебе нравится быть одной?"

Аяка: "Н-нет, совсем нет".

Исами/Райдер: "Разве нет?"

Светлое лицо Исами, оказалось ближе, чем она ожидала.

Он легко преодолел "определенное" расстояние, которое Аяка полубессознательно создала, подойдя к ней с улыбкой в своем выражении, которое соответствовало утреннему бодрому настроению. Это достаточно дружелюбное лицо. Он всегда демонстрирует такое выражение в кругу одноклассников.

'Если подумать, я не помню, чтобы когда-нибудь видела его одного?'

Аяка: (......... Что это?)

Она вспоминает голубей, которые часто собирались у ее ног, когда она была ребенком. В последнее время, хотя голуби кажутся такими же, как обычно, вороны тоже привязались к ней, хотя раньше такого не было.

Аяка не знала, друга, который бы так к ней подошел.

А если это человеческий мальчик, то тем более.

Внезапно в ее сознании всплыл профиль Сейбера.

Хотя внешне он выглядит как человек чуть старше ее, он не человек.

Поэтому, чтобы молодой человек вот так естественно подошел к ней, тоже странно для нее...

Исами/Райдер: "Видишь ли, мой друг тоже был ребенком, который часто оставался один. Однако, все в нем отличается от тебя".

Аяка: "Исами - это друг из твоей предыдущей школы?"

Исами/Райдер: "О! Кстати о школе, Садзё, слухи о здании школы на южной стороне, ты уже слышала их?"

Аяка: "А???"

Он ответил на ее вопрос вопросом.

Более того. Тема. Словно он внезапно снова сменил ее.

Пока Аяка склоняла шею в раздумьях, Исами продолжал сыпать словами одно за другим. По его словам, после уроков ходят слухи о зловещем призраке, появляющемся в южной части здания школы, или о газовых инцидентах, или о чем-то таком, что неоднократно происходит в самых разных местах в районе Токио? Будь то история о призраке, услышанная им от одноклассников, или история, опубликованная в газете или показанная по телевизору, одна за другой его истории были очень туманны и имели скрытые в них невидимые намерения.

В любом случае, неосведомленная Аяка просто наклоняет голову.

Аяка: "Знаешь, Исами, для человека, который только что перевелся, ты определенно хорошо информирован..."

Исами/Райдер: "Это неправда. Прошло не так много времени с тех пор, как я пришел сюда, и у меня, кажется, кружится голова от того, о чем я не знаю. Но знаешь, есть пара вещей, о которых я знаю".

Аяка: "Что?"

Исами/Райдер: "О тебе, например. Мисс Аяка Садзё".

Аяка: "А?"

Внезапно он назвал ее полным именем.

Не имея возможности ответить ему сразу, Аяка бросает на него сомневающийся взгляд.

Исами/Райдер: "Есть много ситуаций, когда такая девушка, как ты, должна быть с кем-то вместе. Но ты решила остаться одна. Это верно в классе, и это верно даже сейчас".

Аяка: "Это не.......".

"Правда".

И с этим Аяка не могла заявить об этом.

То же самое происходит, когда она идет в школу, между уроками, во время обеденного перерыва и даже после школы, как сейчас.

Если она в состоянии говорить, то она ответит ему, но почти ничего не может сделать сама.

Исами/Райдер: "Так и есть."

Вторая фраза из того же обмена.

Когда она поднимает взгляд, переместившийся к ее ногам, лицо Исами оказывается прямо перед ее глазами. Переведенный студент, который в мгновение ока завоевал популярность среди одноклассниц, и чьи яркие волосы ему очень идут. Мальчик, который дружелюбен и всегда улыбается.

Аяка: "Вы, наверное...?"

В тот момент. Судя по его лицу.

Исами/Райдер: "Мне интересно......"

Обычное яркое выражение на его лице исчезает.

Исами/Райдер: "Возможно, ты ненавидишь людей?"

Ощущение небытия, наполненное холодом, похожим на маску, точно такую же, как---.

----------------------------------------------------------------------------------------------

--- В местечке на окраине Токио.

произошел конфликт вокруг Святого Грааля.

--- Победитель, конечно, существовал.

Но никто не получил Грааль.

---И вот, 8 лет спустя.

1999.

---Святой Грааль снова проявился в Токио.

Под началом семи Мастеров, теперь соберутся семь Слуг.

---Начинается вторая Война за Святой Грааль.

Слуги.

Героические Духи, которые проявились.

Сейбер.

Берсеркер.

Арчер.

Лансер.

Райдер.

Кастер.

Ассасин.

Самые мощные иллюзии, которые были разделены Святым Граалем на семь классов.

Они очень мощные.

Как уже говорилось выше.

Они могут раскалывать сталь, разбивать землю и даже пронзать небо.

Те, кому магия создала временные тела, не являются настоящими живыми существами.

Даже если они обладают внешностью, напоминающей человеческую, они не люди. Скрывая в себе разрушительную силу и упорство, превосходящие людей и других живых существ, они проявляют себя так же, как и в легендах.

Но они также...

Тот же день, Поздно вечером.

Префектура Синдзюку, Токио, Центральный парк Синдзюку.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

За зелеными деревьями, окружавшими высотное здание на западе Синдзюку, стоял человек.

Внезапно мужчина появился перед большим фонтаном, получившим свое название от реки Ниагара, впадающей в озеро Онтарио. Если бы кто-то стал свидетелем этого - хотя в это время года почти нет бездомных, которые подходили бы к этому полуночному водопою - они, вероятно, восприняли бы это как появление человека в этом месте из ниоткуда. Например, он мгновенно пересек пространство, или...

Нет. Это не перемещение в пространстве. Это техника магического уровня.

Этот человек сделал не что иное, как материализовался.

Правда в том, что он находился в этой области уже некоторое время назад. Хотя, просто не в той форме, которая была видна глазу.

Мужчина: "Ну что ж..."

Это был герой, облаченный в броню.

Его металлическая броня, покрывающая левую руку и оба плеча, сверкает в свете уличных фонарей.

Внутри легкого снаряжения на правой руке, в отличие от левой, находится одинокое копье. Это длинное копье, легко превышающее рост мужчины, похоже, было сделано из дерева.

По внешнему виду оно отличается от тех копий, которые можно было увидеть на японских полях сражений в прошлом.

То же самое можно сказать и о его доспехах. Они напоминают о чужеземных вкусах. Включая копье и доспехи, его мужественная фигура не слишком выделялась на фоне окружающего пейзажа, так что, возможно, фонтан с подсветкой в виде морского узла и зеленые деревья виноваты в том, что к нему, похоже, привыкли? С самого начала этот парк парит на фоне городского пейзажа под названием Западный Синдзюку. В этом "высоком" городе с выстроенными в ряд высотными зданиями, который производит впечатление передовой цивилизации, действительно нестандартно, что здесь есть грандиозный фонтан и зеленый парк с открытым широким входом.

Человек 1: "Я бродил по центру города, или, возможно, я должен сказать, что я пытался проложить себе путь сюда, но .......".

Закрыв один глаз, мужчина смотрит вверх на одно из высотных зданий...

Глядя на здание Синдзюку Сумитомо, он кривит рот.

Мужчина 1: " Ты действительно здесь? У меня нет слов, это действительно достойно восхищения, сэр".

Вторая материализация.

Подобно растворяющемуся звуку воды фонтана, фигура Лансера исчезает.

Западный Синдзюку, в группе высотных зданий.

Пока несколько лет назад не было завершено строительство нового офисного здания правительства Токийской метрополии, самым большим зданием в Западном Синдзюку было здание Синдзюку Сумитомо. Блеск под глазами, который можно увидеть с высоты 210 метров, может также создать иллюзию, что человек заглядывает в океан звезд.

Конечно, это никак не могут быть звезды.

В конце концов, это устройства, изобретенные людьми.

Короче говоря, нет большой разницы между их применением и костром, который освещает ночь.

???: "То же, что и всегда----"

Один из Героических Духов случайно оказался там.

Это был человек, похожий на короля, со сверкающими золотыми волосами.

Человек 2: "Нет, это желание человека, что отрастил себе на редкость огромное брюхо. Он не устал от своих пяти желаний. О' Это общество, которое даже приобрело желание потребления в конце своего смутного процветания, так иронично находится на пределе. Я в теле клоуна и тщеславен, как королевский замок без короля, так стоит ли мне сжечь себя на костре удовольствий? Я возведу стены своего замка, и все это для того, чтобы достичь небес!".

Герой среди героев.

Король среди королей.

Поэтому это были слова, которые управляют самим сегодняшним днем глазами города.

Человек 2: "Какая нелепость. В храме, где нет священника, чему они молятся?"

Это не высокомерие.

Это не напыщенность.

Есть вещи, которые должны быть там, даже для него, настоящего короля, появившегося в Токио.

Лансер: "Откуда мне знать? Люди и тому подобное, похоже, не сильно изменились с моего времени."

Отмена духовной формы...

Лансер материализовался перед глазами золотого Героического Духа.

Человек 2: "Это что-то вроде декорации для пьесы, Лансер?"

Лансер: "Кто знает?"

Перед глазами своего грозного врага, которого он должен убить, он спокойно пожимает плечами. Конечно, он также давно заметил, что человек, стоящий перед ним, способен ощутить его присутствие. Героические Духи, участвующие в Войне Святого Грааля, могут ощущать уникальное присутствие Слуги. Разговор идет по-другому, если он находится в определенном месте, но для Слуги любого класса иерархии, возможно рискнуть и предположить: "Он приближается".

И даже тогда он остается на этом месте, величественно стоя вот так.

Вот так.

Он взывает к голосу.

Уже по одному его виду он знает, что это не обычный Слуга.

Точнее говоря, он может понять это своей кожей, а не зрением.

Лансер: (Ну, не то чтобы я особенно возражал).

Он думает о профиле своего Мастера.

То есть, какую реакцию она произведет, если он расскажет ей об этом герое золотого цвета? В частности, его интересует, какое выражение лица она сделает. Ни в коем случае, это не в ее характере - удивляться, узнав, что другой парень - грозный враг.

Лансер: (Сейбер ещё ладно, но этот парень равен.... действительно большой шишке).

'Боже мой.'

Сделав вздох, Лансер пожимает плечами.

Хотя его мастер сказал ему: "Я не против, если ты его убьешь". Он, вероятно, должен отступить прямо сейчас.

По крайней мере, он не тот противник, с которым стоит ссориться в его нынешнем состоянии, когда его Благородный Фантазм все еще запечатан.

--- В местечке на окраине Токио.

Произошел конфликт вокруг Святого Грааля.

---Обычно люди не знают об этом масштабном магическом ритуале.

Только один человек должен стать победителем.

---Это было 8 лет назад.

1991.

---Проявленный Святой Грааль находится в этом Токио.

Под началом семи Мастеров, теперь соберутся семь Слуг.

---Первая историческая война за Святой Грааль началась.

----------------------------------------------------

В один из дней февраля 1991 года, ранний рассвет.

Район Чууку, пристань Харуми.

----------------------------------------------------

С чем можно сравнить тени от группы зданий, протянувшихся через всю береговую линию?

О нынешней эпохе, поскольку минимум информации автоматически доводится до тех, кто материализовался в Слуг, говорят, что мы либо падаем в непостижимом замешательстве, увидев что-то впервые, либо даже не испытываем шока от удивления перед неизвестным - но я не могу сказать это наверняка.

'А, понятно.' Похоже, он смог обрести некое понимание.

Например, о сцене перед ним.

В темноте раннего рассвета, перевалившего за полночь, гигантская тень, образованная высотным зданием района набережной Токийского залива, даже когда он увидел, как она контрастирует с темнотой моря под его глазами, Сэйбер не был особенно удивлен этим.

Пирс Харуми.

Кроме него самого прибрежные дороги были необитаемы.

Сэйбер перевел взгляд в сторону дальнего мира.

Над черным Токийским заливом...

Там, величественно и даже возвышенно возвышаясь над окрестностями, он увидел фигуру сверкающего храма.

Но это не один храм.

Множество храмов формируют его величественный облик, нагромождая их в несколько слоев, что превращает его в сверхкрупный храмовый комплекс. Если предположить, что все проходы, видимые его глазами, были чем-то реально существующим, а не иллюзией, то он мог бы измерить глазами, что это нечто, общая длина которого легко достигает нескольких километров. Его величественный вид был таким, словно он упал на вершину моря, как звездная ночь. В этом городе, который потерял большую часть своего звездного света из-за света, заполнившего поверхность земли, это слишком иронично.

Сам того не осознавая, он был очарован ею.

Нельзя сказать, что он много знает, в том смысле, что ему известно лишь минимальное количество вещей, и все же это не должно так уж сильно отличаться от него и тени зданий, идущих вдоль залива.

Скопление огней, плывущих по морю, очень красиво.

Не сдерживая себя, эта сцена показалась ему достаточно достойной, чтобы оценить ее.

Но. Однако. Это не было сияние настоящей звездной ночи.

Это просто отражение праны, принесенной Героическим Духом, которого он должен победить, вместе со своим сиянием.

Это название... Действительно, это большой сияющий храмовый комплекс.

Манака: "Благородный фантом Райдера, да? Я не хочу отпускать тебя в такое место".

Сейбер: "Манака."

Называя ее имя, он поворачивается к Мастеру рядом с ним.

Пока она позволяет сиянию храма отражаться в них, его мутные глаза беспокойно смотрели перед собой.

Если бы весь этот город не был полем битвы, на котором он скрестит мечи в поисках Святого Грааля, то, будучи рыцарем, он считал, что должен предложить ей поэму --- ее глазам, исполненным такой прелести.

Словно мудрость звезд обитала там, в ее глазах.

Однако они затуманиваются. Они тревожно дрожат.

Сейбер понял, что причина этого - его опасения по поводу того, что девушка прячет в глубине своих глаз.

Сейбер: "Этот храм был развернут для того, чтобы вызвать меня. Точнее, меня, Арчера и Лансера. Видя, что перемещения двух других все еще неясны, я, по крайней мере, должен идти, иначе он может исполнить свое обещание."

Манака: "Ты не должен. Один, как!"

Сейбер: "Я знаю об опасности".

Райдер, который может контролировать множество Благородных Фантазмов, является сильным Героическим Духом, даже если он один. Более того, убедившись, что по крайней мере два гигантских зверя, показавших свою мощь в битве на днях, присутствуют внутри храма на вершине океана, нетрудно предположить, что сам храм представляет для него угрозу.

Этот храм, скорее всего, представляет собой нечто похожее на мрамор реальности.

Благородные Фантазмы, которыми управляют Героические Духи, участвующие в Войне Святого Грааля, в целом являются мощным оружием, но у Райдера оно другого порядка. Буквально, он может сказать, что его противник отличается по рангу от обычных героев и великих людей. Это может быть случай, когда он просто называет себя "королем среди королей".

И, что он жаждет такого титула.

Уладив это с Сейбером.

Если он не ответит на его "приглашение" в свой великий храм, который виден оттуда, то он, возможно, не дожидаясь рассвета, превратит весь Токио в море огня с помощью своего летающего солнечного корабля. Поскольку у Райдера как раз достаточно сил, чтобы воплотить подобное в жизнь, ему противостоят лишь немногие, но он действительно чувствует, что этот Героический Дух не из тех, кто подобным образом отбросит угрозы лишь на словах.

Токио. Эта, столица в конце востока.

Она никогда не станет для него Британией, как и люди, живущие там, не станут его подданными.

Тем не менее...

Сейбер: "Это мое эгоистичное желание. Я, я хочу остановить его!"

Манака: "Действительно, я вижу. Значит, даже ты можешь иногда хныкать, как маленький ребенок. "

Сейбер: "Мне очень жаль".

Манака: "....... Пожалуйста, не делай такое лицо. Это я должна была сделать что-то для тебя, как твой мастер".

Тихо, девушка, которая является его мастером, кивает.

Первоначально это были невероятные слова.

Эта совсем юная девушка, выступающая в роли врага, который должен победить главу семьи тайн, управляемой магами, которая пересекается с десятками имен, та, которая хвастается, что она "сделает что-то сама" и так далее, даже если предположить, что у нее есть природный талант к магии, нет, прежде всего, он должен оценить, говорит ли она невозможное. Эта семья находится в горном районе западной части Токио, скрываясь в недрах своей магической мастерской, вокруг которой натянуты прочные барьеры.

В магической крепости или даже в лабиринте, полном смертельных ловушек.

Хрупкая девушка даже не должна быть в состоянии пробраться туда. Даже если ей это и удастся, она никак не сможет в одиночку бросить вызов и выжить в магической битве с десятками магов в качестве противников.

Но Сейбер спокойно сообщил девушке.

"Спасибо."

Так как он уже знал, силу Мастера, который столкнется с Войной Святого Грааля вместе с ним самим.

Манака: "Честно говоря, ну и ну! Ты действительно очень эгоистичный принц, ты знаешь это".

Его Мастер...

Манака Садзё, подходит и прижимается к нему вплотную.

Зеленое платье девушки перекликается с его синими и серебряными доспехами. Это, несомненно, ее намерение, чтобы он не чувствовал тяжести ее тела. Хотя в последнее время они стали гораздо ближе, Манака неизменно никогда не прикасалась к Сейберу сама.

Манака: "Ты действительно не можешь насытиться спасением других, не так ли? Они такие хрупкие и мимолетные, люди то есть".

Кончиками белых пальцев девушка поворачивает ладонь к его серебряному нагруднику. Так она прижимает ладонь к его груди. Правда в том, что, остановившись немного на грани этого......, она говорит.

Манака: "Ты всегда заставляешь меня беспокоиться о тебе".

Ее щеки слегка надуваются.

Это был очаровательный жест.

Если бы не эта мрачная резня и прочее, если бы он, конечно, подходил для цветочного сада, в котором льется яркий солнечный свет, то это жест цветка, который напоминает о блеске и невинности. После этого, внезапно, она смотрит на лицо Сейбера в манере "у меня только что появилась идея".

Выражение ее лица слегка омрачается.

Манака: "Я беспокоюсь о тебе. Я волнуюсь и переживаю до такой степени, что могу заплакать, но......".

Как есть, с улыбкой на обеспокоенном лице.

Манака: "Но знаешь, та я, которая не беспокоится, тоже где-то здесь, в моем сердце. Потому что я знаю, что ты не проиграешь, с каким бы Героическим Духом ты ни столкнулся. Ибо меч, которым ты владеешь, разорвет всех твоих врагов, а сияние, которым ты расцветаешь, сокрушит всех твоих врагов". Эй, Сейбер. Мой Сейбер. Даже если Война Святого Грааля, возможно, будет проведена снова, я..."

Сейбер: "Ты не проиграешь. Никому, верно".

Тихие слова.

Его голос полностью растворяется в ночном небе, где немногочисленные звезды контрастируют с поверхностью океана.

Сразу после этого...

Присутствие гигантского тела, вылетает наружу. Как бы рефлекторно, он обхватывает рукой талию Манаки, принимая оборонительную позицию.

Он контратакует без раздумий, планируя только идеальную защиту для своего Мастера, он заостряет взгляд. Не прошло и двух секунд, как в поле его зрения появляется тень. Гигантское тело, которое, вероятно, летело по дуге над Токийским заливом, приземляется прямо перед его взором.

Его огромное тело, которое больше, чем полуприцеп, легко приземлилось, даже не почувствовав удара.

Его скорость и масса, не обращая внимания на смертельное количество энергии, которое должно было бы достаться и его гигантскому телу, и твердому дорожному покрытию, преодолевая законы физики, в то же время распространяя достаточно ветра, чтобы мягко шелестеть юбкой девушки.

Это было человеческое лицо.

Это был лев.

С лицом, на котором был надет характерный головной убор, у него было тело льва, который является царем зверей.

Гигантское. Гигантское тело. Огромный каркас.

Чудовищный зверь, наделенный огромной массой.

Оно, со спокойным взглядом, от которого веяло какой-то святостью, смотрело на Сейбера и Манаку беспросветными глазами. Разведчик или авангард? Или это намеренный гонец, который пришел сообщить ему о втором приглашении?

Сейбер: "Сфинкс Райдера..."

Имя гигантского зверя срывается с губ Сейбера.

Это имя того, что не должно ступать на землю в современную эпоху. Легендарное чудовище, о котором говорили в Вавилонии и Древней Греции, как о Химере с человеческой головой и львиным телом. В более далеком прошлом, в Древнем Египте несколько тысяч лет назад, это был легендарный четвероногий зверь, которого боялись как проявление бушующего ветра и пламени, воплощение Хоруса в поверхностном мире, управляющего небесами. Другое его имя, как говорят, Абу аль-Хоул.

Чудовище, о котором ходит множество легенд, обитает от Средиземного моря до Западной Азии. Если бы в этом месте находился неопытный маг, то он мог бы сразу понять: "Что за чудовищного зверя он вызвал?" Однако нет абсолютно никаких причин, чтобы поместить его в ранг чудовищного зверя.

Так что же это такое?

Это...

Существо, обитающее в легендах.

То, что спит в иллюзиях.

Существо, которое существует в мифах.

Фантастический зверь.

Воображаемое чудовище. Существо, о котором говорят только в старых легендах.

Не равные ни одной из известных форм жизни, эти существа, превратившие себя в форму тайн, были классифицированы в соответствии с их рангом на "чудовищных зверей", "мифических зверей" и "божественных зверей".

В таком случае, это...... Этот великий зверь - нечто иное.

Это нечто, заставляющее демонов падать ниц, разрушающее иллюзии и управляющее земной поверхностью своей священной мощью.

Божественный зверь... Подпадающий под несомненно высший ранг, если исключить род драконов, это священный зверь!

Сфинкс: "■■■■■■■■■-----!"

Огромный божественный зверь ревет. Его морда, которая должна была молчать, злобно искажается, придавая звериное выражение с оскаленными зубами в форме, похожей на человеческую с враждебностью на лице, он воет на небо с несколькими звездами в нем.

Неподвижность пирса Харуми разрывается в тот же миг.

Сейбер: "Давай. Манака. Я улажу это и отправлюсь в храм Райдера".

Манака: " Сейбер."

Сейбер: "Манака. Пожалуйста."

'Наверное, мне никогда не стать утонченным рыцарем'.

Полуавтоматически, он думает в маленьком уголке своих мыслей и разума, который мгновенно специализируется на боевых действиях.

В ситуации, когда он должен улыбнуться девушке, которая беспокоится о безопасности рыцаря, он просто бросает острый взгляд на монстра.

В ответ Сейбер слегка переводит руку с талии девушки, чтобы нежно коснуться ее плеча.

Манака: "....... Я, я понимаю."

Девушка тихо кивает.

Из его приоткрытых губ, которые только что хотели что-то сказать, вырываются лишь слова утверждения.

"Нет, я не позволю никому из вас сбежать".

Подняв рев, как будто говоря ему это, гигантское чудовище просто держит свой пристальный взгляд, пока Сейбер готовит свой невидимый меч.

И тогда...

Райдер: "Хо, хо. Как интересно! Далеко до трёх, неужели они собираются доказать, что могут одолеть нашего "зверя" с одним Слугой? Хотя это всего лишь частица моей силы, моей славы, чтобы справиться с моим львиным телом зверя горячих песков, который может уничтожить даже целые армии......".

На вершине Токийского залива находится большой храмовый комплекс.

Внутри самой глубокой части главного храма.

В темной комнате с гигантской таинственной зловещей сферой.

Освещаемый бледным светом нескольких вен, напоминающих огромные магические цепи, король улыбается.

Райдер: "--- Хорошо. В таком случае покажите мне вашу борьбу, о беспросветные".

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Харуми, Токийский международный торгово-выставочный центр.

Его помещения на главной улице.

--------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Несомненно, слово "растоптанный" здесь очень уместно.

Асфальтовое покрытие, резко разбитое гигантскими ногами, группа полуприцепов, раздавленных ударом приземления.

Несмотря на то, что все еще можно назвать это разрушением, подумать, что внешние стены площадки, вмещающей тысячи людей, будут резко разбиты передними лапами зверя, совершенно невероятно и так далее", - или кто-то так думает.

Поскольку уже наступил ранний рассвет, может быть, ему просто повезло, что это место кажется необитаемым?

Сражение между Сейбером и Сфинксом достигло такой площади, которая сравнима с огромным выставочным центром. Его когти, приносящие больше разрушений, чем он мог предположить по их внешнему виду, и клыки, набрасывались на него один за другим со скоростью, достойной восхищения.

Она намного быстрее, чем у естественных существ, например, больше, чем движения львенка или тигра. Чтобы совершить все эти движения своим гигантским телом, какой скоростью обладают его клыки и кончики когтей?

Ударная волна и разрушительный звук, который раздается после их атаки, говорят о реальности, которая должна быть удивительной. Бегая по дороге, стене и крыше, Сейбер уклоняется от этих атак.

Он уклоняется от массивных атак.

Он уклоняется от быстрых последовательных атак.

Уворачиваясь от всего, он направляет свой взгляд точно в центр гигантского зверя. Тот выжидает возможности контратаковать, одновременно улавливая полную картину своей цели в виде контура. Причуда ли это его атакующих движений, или передышка между последовательными атаками, в любом случае, он ждет этого "промежутка".

Но. Гигантский зверь, похоже, каким-то образом обладает высоким интеллектом.

Он использует свою способность летать, чтобы нерегулярно поддерживать свои атаки со всех сторон с помощью 3D маневрирования, и нет ни малейшего признака того, что он теряет этот импульс.

Чего же ждет Сейбер - действия, которое он понял.

И затем, снова...

Он показывает, что будет выполнять даже финты.

Обдуманный бесполезный удар среди повторяющихся атак. Он разрушает стену площадки, разбрасывая ее на куски. Хотя Слуг в основном не могут ранить атаки, не содержащие маны, они могут быть в определенной степени затронуты "вторичными эффектами, которые приносят атаки, содержащие ману".

Сейбер: ".........нгх!"

Он избегает летящих железобетонных фрагментов, в этот момент..........

Что-то, что даже не было выполнено ни разу прежде, полноскоростная атака гигантского зверя, использующая все 4 его ноги!

Его второе действие уклонения, чтобы отменить уклонение от осколков, слишком поздно, он не успел вовремя. В таком случае, Сейбер выбирает заднюю часть лезвия своего меча в качестве щита и поднимает его перед своим телом.

Это не идеальное уклонение, но защитная позиция, которая перехватывает атаку с ног до головы---!

Треск. Он тяжелый. Слишком тяжелый.

Используя дополнительную порцию маны одновременно с постепенным высвобождением праны ветра, которую он прячет в Невидимом Воздухе, Благородном Фантазме, окружающем его невидимый меч, он снова не останавливается, чтобы поймать стремительный удар гигантского зверя. Удар, которого якобы достаточно, чтобы расколоть все его тело, поражает Сейбера. Иллюзия, похожая на металлический звук, доносящийся откуда-то, это звук скрипа всего его скелета? Тем не менее, в конце концов, урон получает не он.

Несмотря на то, что он шлепнулся на землю, а также разбил своим зарядом несколько внешних стен помещения, гигантский зверь, вероятно, думает о том, чтобы спровоцировать его на завершающий удар своими когтями.

Сейбер: (Понятно.)

Сейбер понимает, в каком-то уголке своих мыслей.

Сейбер: (Это точно, зверь.......!)

Ветер, который с неистовой силой вырывается из его меча, меняет свои векторы. Из своей формы, когда он пытается остановить его головой вперед, он превращается в форму отбивания. В то же время, пока Сейбер крутится вокруг и около, он совершает прыжок. Используя его в сочетании со всплеском маны из задней части сапог, он устремляется на большую дистанцию.

Сейбер: "......... Точно".

Коротко, он выпускает дыхание.

Сейбер: "Если бы ты был обычным мечником, я бы, наверное, не смог с тобой сравниться. Но..."

--- Он меняет позицию.

Зверь, не рассчитав стратегию на брешь в доспехах, даже не дрогнул перед острием его клинка.

Естественно. Враг - не рыцарь и не солдат, не танк и не стрела, да и направленной магией он тоже не обладал. Подобно бушующему шторму, это не более чем необычный зверь.

Таким образом, Сейбер изменил свою стойку. В конце концов, чтобы противостоять чудовищу, наделенному гигантским телом, которое более чем в несколько раз выше его самого, не подобает бросать ему вызов с помощью техники меча, которая предполагала поле боя.

Заняв пространство между левой и правой ногами шире, чем обычно, он низко опускает бедра.

Подняв невидимый клинок, который он держал обеими руками над правым плечом, он заряжает его со всей силой своего тела.

Он сбрасывает свои доспехи во весь рост.

Он твёрдо стоит на ногах.

Эта стойка...

Нечто, предназначенное для убийства огромного мистического зверя.

В голубых глазах Сейбера нет выражения нетерпения и тому подобного.

Естественно. В конце концов, это не первый раз, когда ему приходится делать это.

Превосходящий его собственный рост, один коготь, один клык тяжелее топора или огромного меча, которым владеет гигантский воин, как резко, быстро, они с монстром, превосходящим человеческий интеллект, пытаются зарубить друг друга. Даже не нужно считать подобных чудовищ, с которыми он столкнулся только за последние несколько дней, у него есть память, о битве с существами, которые подобным образом достигли формы тайны, существования, превосходящего человечество.

Злые драконы, гиганты, огромные звери и рыкающие твари.

Он пришел и уничтожил всех этих злобных монстров, которые пытались посягнуть на Британию.

Поэтому, да, он уже знает, как с этим бороться!

Сфинкс: "■■■■■■■■■■■■■■-----!!!"

Обжигающее пламя.

Сокрушительная атмосфера.

Время от времени рев зверя, который притворяется, а также воплощает в себе силу, которой обладает король, мгновенно нападает на Сейбера, превращаясь в огненный шторм, который полностью сжигает и сокрушает его врагов.

Казалось бы, вызванный стойкой мечника, это упреждающий, сверхъестественный удар!

Яростная атака, словно воплотившая в себе частицу силы, управляемой небесным отцом Горусом, мгновенно сжигает ряд деревьев, растущих на главной улице, и попадает прямо в восточное здание огромной ярмарки с куполообразной крышей. Восточное здание выставочного комплекса, известное молодежи по прозвищу, которое ассоциируется с "монстром", появляющимся в фильмах со спецэффектами из-за своей формы, растаяло, как раскаленная ириска, менее чем за несколько секунд.

Если это так, то где же Сейбер?

Сгорел ли он от пламени, был ли раздавлен ветром или исчез, как туман, потеряв сердцевину души вместе со своим временным телом?

Нет. Это не так.

Вот голова гигантского зверя. На том месте, где должно быть человеческое лицо.

Теперь в ней зияет огромная дыра.

Изменив свое тело и меч в одну стрелу, которая была прикреплена к луку и натянута до предела, Сейбер пронзил всю огненную бурю и голову гигантского зверя насквозь.

Но фигура мечника не видна за огромной дырой в голове. 'Где он?' Гигантский зверь, потерявший свое лицо, с ненормальной жизненной силой начинает поворачивать голову, которая, вероятно, потеряла большую часть мозга, и беспокойно оглядывается в поисках его.

'---Он надо мной'.

То, на что твердо опирается серебряный мечник, кружащийся в небе на высоте примерно 200 метров, - это ночное звездное небо. В дополнение к падающему движению, он ускоряет себя, буквально пиная воздух в атмосфере, в позиции для выполнения своего второго удара, который сопровождается вторым ускорением, вызванным всплеском маны. Уже сейчас он с размахом размахивает своим невидимым мечом. Вторая атака явно направлена на то, чтобы рассечь гигантское чудовище.

С исчезнувшей мордой гигантское чудовище вскидывает верхнюю часть тела вверх. Словно говоря ему, что даже повреждения головы и тому подобное не будут восприняты как критические повреждения, оно нацеливается на мечника обеими раскаленными от праны когтями передних лап. Он парирует стремительный выпад Сейбера одновременной атакой слева и справа. Не имея ни лица, ни глазных яблок, ни полностью утраченного зрения, когти гигантского зверя были слишком точны. Да и скорости у них предостаточно. Независимо от того, оснащен ли он мана-сжимаемой броней или нет, перед этими когтями это ничего не значит.

В конце концов, он больше не просто разбивает врагов Райдера.

Его левая и правая передние лапы...

---Его раскаленные когти, разбиваются.

---Против его невидимого лезвия, вращающегося с большой скоростью.

--- Против его безжалостного танцующего лезвия.

Это тоже нарушение?

Он бы, наверное, не назвал это ударом.

Принудительно вращая всем телом и мечом в стороны на высокой скорости, используя Барьер Короля Ветров в унисон со вспышкой маны, заряженной его полной силой, Сейбер соскабливал когти гигантского зверя, пока тот падал. Нет никого, кто мог бы уследить за тем, сколько вращений он совершил за эти секунды. Кроме того, на гигантском звере не было ни глазных яблок, ни лица.

Более того, продолжая вращаться, его удар в падении мгновенно проходит от головы безликого гигантского зверя до его туловища.

Рассекая его...

Он не может сказать, что равномерно разделил его на две части.

Сейбер: "........Сейчас."

Приземлившись, Сейбер встал.

Зверя ветра и огня больше не было, только следы его конечностей остались позади.

Сейбер: "Как и обещал. Давай разберемся с этим, Райдер".

11 часов вечера.

Высотное здание на углу улицы, расположенное в Западном Синдзюку, префектура Синдзюку, в столичном районе Токио.

Это было место, где росли всевозможные зеленые деревья и где на фоне бетонного городского пейзажа, известного как новый городской центр, можно было увидеть фигуры людей.

Центральный парк Синдзюку.

Одно из крупнейших зеленых городских пространств префектуры Синдзюку.

Если бы это было днем, то, вероятно, можно было бы увидеть фигуры бизнесменов, работающих в высотных зданиях, которые во время часового перерыва попыхивают табачным дымом в тени деревьев, однако обычно в это время следы человеческой жизни почти исчезают.

Редко бывает, чтобы это место было полностью необитаемым. По ночам здесь ночуют бездомные, которые переносят холод ночного воздуха в темноте, отбрасываемой деревьями.

Потому что они - истинные цвета тех немногих признаков человеческой жизни. Однако в то время в этом месте не было никаких признаков присутствия кого-либо. Бездомные исчезали.

О причине я не буду говорить здесь. Но они исчезали.

На их месте была только одна человеческая тень.

Это была стройная фигура.

Это была фигура, которая соответствовала черноте, поглощающей ночь.

Это была фигура молодой девушки.――――

Это было тело элегантной и энергичной женщины.

Несмотря на то, что ее голова была покрыта толстым капюшоном, черная одежда, которая скрывала ее тело, идеально облегала ее фигуру и четко демонстрировала ее темно-коричневые конечности, что можно было интерпретировать как хорошо сбалансированное телосложение.

Ее возраст, она примерно в подростковом возрасте?

Если бы кто-то взглянул на нее, то, вероятно, был бы очарован ее телом, которое обладало упругостью и было наполнено молодостью, но если бы это были глаза человека, у которого был опыт обращения с клинком, чтобы отнять жизнь, то он, возможно, увидел бы ее плоть, которая была наполнена с намеренной женственностью ее готовили к бою.

Женщина была воином. Если быть точным, она была человеком, который был полон решимости украсть жизнь в темноте.

Лунный свет освещает лицо женщины.

На нем изображен череп.

От ушей до подбородка в чертах ее лица была какая-то красота, которую можно было разглядеть по линии шеи, однако области, ведущие от глаз к носу, были скрыты символической маской-черепом, из-за чего невозможно было определить точное выражение ее лица.

Женщина медленно идет вперед.

Когда она подходит к великолепному фонтану, который получил свое название от водопада, впадающего в озеро Онтарио, в Центральном парке Синдзюку поздней ночью, женщина смиренно опускает голову.

Манака: “Хихи. Тебе не стоит так пугаться.”

Раздается голос. Это был голос девушки. Перед женщиной стоит девушка. Хотя всего секунду назад там никого не должно было быть……Действительно, девушка появилась в пространстве, где никого не должно было быть.

Без каких-либо звуков и указаний.

Как будто сердце времени остановилось, как будто она переместилась сюда, разорвав на части само пространство.

Манака: “Итак, как все прошло? Я думаю, ты говорила мне о довольно важном деле”.

Ассасин: “Так и есть”.

Манака: “Итак, у тебя есть что-то, что ты хотела бы мне рассказать?”

Ассасин: “Нет, э-э, да”.

Манака: “Пожалуйста, скажи мне”.

Ассасин: “Все это было результатом моей слабости, моей некомпетентности. Им нет оправданий”.

Не поднимая головы, женщина говорит эти слова девочке.

Она не могла смотреть на то, как выглядит девушка, стоя спиной к фонтану с водой и лунному свету над головой. Но это была позиция, которую можно было легко понять как “У кого-то вроде меня нет для этого квалификации”.

Эта женщина полностью посвятила себя своему абсолютному господину. Шея, которую она демонстрирует, была воплощением ее желания всегда отдавать свою жизнь вам, юная леди.

Ассасин: “Пожалуйста, моя леди, я хочу, чтобы вы отрубили мне голову, прямо сейчас, на этом месте”.

Манака: “Хмммм?”

Ассасин: “Леди Манака?”

Манака: “Все в порядке, я знала это с самого начала. “Позиция”, которую Кастер создал для нас, действительно мощная. За то, что вошла в дом Мастера.”

Девушка слабо улыбается.

Манака: “Тебе будет трудно, не так ли? Хотя ты и симпатичная, проникнуть внутрь через главный вход, вероятно, будет для тебя сложновато. Кроме того......”

Девушка продолжает свою речь, все еще улыбаясь. Ее слабая улыбка становится искренней. Она могла догадаться о причине этого, но женщине было достаточно легко ее понять.

В конце концов, слова, сорвавшиеся с губ девушки, когда она начала говорить “Кроме того...”, были посвящены теме ее утешения Сэйбер.

Женщина уже осознавала, что ‘ее покой, ее радость и веселье заключались не во мне, а только в нем’.

‘Я не должна ревновать".

Женщина просто прислушивается к словам.

‘Даже если я просто цепляюсь за ее слова, просто возможность слушать ее голос, который напоминает голос небесного посланника, делает мне огромную честь’.

Манака: “......А потом. Я испекла ему несколько булочек. Думаю, на этот раз я испекла их хорошо, и он съел их много для меня, но его вкус показался ему таким холодным и пресным. “Это вкусно” и “мне нравится”, - сказал он, но это все, что он когда-либо говорил. И хотя я счастлива, так счастлива, понимаешь...

Ни одна женщина-джинн не смогла бы сравниться с красотой ее пухлых щек.

Манака: “Я думаю, не очень хорошо называть то, что он сказал, шаблонным. Конечно, что бы он ни сказал, я буду счастлива”.

Ассасин: “Да”.

Манака: “Как ты думаешь, мы с ним теперь всегда будем вместе?”

Ассасин: “Да”.

.: “В таком случае, я думаю, перемены станут нашей изюминкой, которая не даст нам заскучать друг с другом целую вечность”.

Я уверена, что женщина втайне желает, чтобы это относилось и к ней самой.

‘Если я открою рот, то из него вырвутся подобные мысли. Девушка без колебаний высказывает свои мысли вслух, и это ничем не отличается от меня, поскольку я продолжаю молчать’.

‘По сути, ничего не изменилось’.

‘Не важно, кто мой партнер, например, я буду играть роль куклы, которой наплевать на своего партнера’.

‘Хотя, я просто говорю о своих чувствах. Даже если так...’

Манака: “Кстати, у тебя достаточно праны?”

Внезапно спрашивает девушка. Это как если бы она спрашивала, голоден ли тощий пес с пустым желудком?

Женщина открывает рот. Но вместо слов она показывает предмет, который получила молча.

Это была губная помада.

Темно-красная помада, которая уже была полностью израсходована.

Они не могут существовать без праны.

Другими словами, они не могут существовать без Мастера.

Хотя, как исключение, существуют――――

Человеческие души.

Можно восполнять их запасы праны, “подпитывая” их этим.

Маги - это существа, которые не могут быть связаны человеческой моралью.

Таким образом, “кормление” душами не обязательно запрещено.

Однако, если совершать его в чрезмерных количествах, это может легко привести к раскрытию тайн. Поэтому будьте осторожны.

(Выдержка из старой записной книжки)

Манака: “Мне кажется, с вами все в порядке. хи-хи-хи”

Она берет помаду.

Девушка улыбается женщине, которая ее обслуживает.

Манака: “Удивительно, вы хорошо поели в одиночестве”.

Приговаривая “Вот так, вот так”, она ласково поглаживала женщину кончиками своих белых пальцев, пока они не затихли. Сняв капюшон, она проделала то же самое с ее волосами…И с головой…

Тело женщины задрожало.

Нет, она дрожала.

Это не из-за холодного ночного воздуха.

Это не страх.

Это удовольствие. Радость.

Мои глубокие эмоции позволяли ей прикасаться ко мне.

Ее ногти легко касались всего моего тела, которое теперь можно было бы даже назвать Благородным Фантазмом, всего моего тела, которое состояло из “смерти”, которая присутствует даже в моих вздохах, жидкостях организма и, возможно, даже в моей коже.

‘Бессмертная, непобедимая, девушка, которая, напротив, даже не испытывает агонии’.

Будучи рожденной падшей с именем Манака Садзё, она сама по себе является чудом, покоряющим мир.

‘Если в этом мире возможно что-то вроде судьбы, то, конечно, я, умерший в далеком прошлом, мог встретить ее до того, как получил такое временное существование, я уверен в этом’.

Женщина была убеждена в этом.

‘Блестящая девушка. Как лунный свет, который плывет, рассеивая ночь, обещавшую абсолютную тьму только одному человеку. Мой учитель, мое все, - надежный партнер, которого я, наконец, смогла обрести впервые.’

Женщина дрожит.

‘Я лично решила стать своим единственным Мастером, и просто чувствовать прикосновение кончиков пальцев девушки - это...’

Манака: “Потрясающе, потрясающе”.

――――В таком состоянии меня можно только погладить по голове.

Манака: “Ты такая удивительная, ты”.

――――Я закипаю. Все мое тело становится горячим.

Манака: “Ты удивительная и красивая. Кроме того, ты очень милая девушка.”

―――― На днях. Нет, с той ночи, когда мы встретились в Икебукуро, я всегда буду.......

Манака: “Я многого от тебя жду”.

―――― Я всегда буду покоряться твоему сиянию.

Манака: “Так что, пожалуйста, потерпи еще немного. Ассасин”.

Девушка улыбается.

Пока я греюсь в свете звезд и луны...

Ее сияние, ее ослепительность остаются со мной———

[[image:/storage/reader-images/839d74c5be0738e12ba42d05cc1a5ee65dd5d435.jpg]]

Маг, полюбивший тайны, отправляется играть со своей семьей

―――― Кап, кап, кап.

―――― Из наклоненной лейки стекает множество капель воды.

Вес, который я держу, быстро уменьшается.

Вода проникает в почву, вплоть до корней густо растущего зеленого сада.

Глядя на свои руки и землю, Аяка Садзё слегка вздыхает. Ее белое дыхание.

Хотя солнце уже всходило прямо над ней, воздух был холодным. Даже солнечный свет, проникавший сюда через стеклянные стены, не казался ей таким теплым.

Как обычно, я поливаю растения после утренних хлопот.

Время сегодня тянется медленно. Я тоже сегодня опаздываю.

Аяка: “Мои занятия.......”

Мои занятия магией. Наверное, мне стоит ими заняться.

"Да", - слегка задумывается она.

Даже если я попытаюсь подумать об этом, ответ не придет ко мне.

Есть некоторые вещи, которые я, вероятно, должна делать, в любом случае, это учеба. "Мои занятия магией или учеба в школе?"

Ее папа всегда говорит, что важно и то, и другое, поэтому Аяка смутно поняла, что это означает "наверное, мне стоит этим заняться".

Очевидно, я должна изучать магию, потому что это родословная нашей семьи.

Очевидно, я должна учиться в школе, потому что я современный человек.

И то, и другое необходимо.

И то, и другое также естественно.

Даже без учителя...

Аяка: “..........”

Взглянув мельком, я возвращаю взгляд к своему окружению.

Несколько голубей слоняются неподалеку от моих ног. Из их сдержанного чириканья вырываются воркующие звуки, они подглядывают за моим внешним видом.

Мой внешний вид. Подглядывают. Правда?

[[image:/storage/reader-images/5e724467dcbee5c61d212529376d823c94c97a4b.jpg]]

Возможно, это всего лишь мое воображение, но у меня есть предчувствие, что голуби ожидают чего-то от моих собственных слов и действий.

Аяка: “Ничего хорошего”.

Я бормочу тихим голосом.

Аяка: “Я уже дала тебе немного еды”.

Мой ответ был встречен парой воркований и движений.

Как будто говоря “Мне все равно” или “я даже ничего не получила”, они вытягивают шеи.

"Фух", - выдыхает Аяка. Несмотря на то, что я нарушила правила и окликнула их, я даже не думаю, что ответ, который мне прислали, будет таким глупым. Думаю, я буду рада, если мне не придется их окликать.

Аяка: “Боже мой”.

Я вздыхаю, обращаясь не к голубям, а к себе.

Я несу лейку, которая стала достаточно легкой, чтобы держать ее в одной руке, но осторожно, обеими руками.

Я больше не совершу такой ошибки.

Вчера, когда я поливала цветы и зеленые деревья, густо растущие в саду, я просто рассеянно несла лейку, которая становилась все легче по мере того, как уменьшалось ее содержимое, не замечая, что баланс веса каждый раз смещался, мои руки неосторожно отпускали ее, и....... Все мое тело промокло в холодной воде.

Причем, не один раз, а трижды.

Мое предчувствие, что, возможно, или, скорее, это не одно из моих достоинств, сбылось.

Конечно, я сама неуклюжая.

Если бы я не была такой, то вчерашний день прошел бы неожиданно буднично.

Вот почему сегодня я больше не повторю этой ошибки.

Независимо от того, неуклюжа я или безрассудна, я должна учиться на своих ошибках. Я всегда слышала это от папы. Я должна осознавать, что мои ошибки - это хорошая возможность вырасти. Мне, наверное, уже говорили это бесчисленное количество раз. “Да, бесчисленное количество раз”, - кивнула я.

Я не потеряю бдительности. Я буду держать лейку обеими руками и поливать ее до последней капли.

Аяка: “Да”.

Кивнув, я возвращаюсь к водопою. Намеренно игнорируя собравшихся голубей, которые ошибочно приняли это за то, что я закончила поливать.

Подсоединив шланг к открытому отверстию лейки, я открываю кран. Раздается звук, похожий на журчание воды, бегущей по водопроводной трубе и льющейся в лейку.

Здесь он перекрывается с голубиными трелями.

Несмотря на надежную звукоизоляцию, я не слышу посторонних шумов. Это автомобиль проезжает по главной улице?

Такое ощущение, что я нахожусь посреди леса.――――

Несмотря на то, что я не знаю, насколько это похоже на настоящий лес, "Да", - смутно думаю я. Это было потому, что через некоторое время я поняла: ”В лесу нет ни водопровода, ни канализации".

Аяка: “....... Интересно, они сегодня снова не придут?”

Мой ворчливый голос.

Он достаточно тихий, чтобы полностью раствориться в звуке воды, наполняющей лейку.

Аяка: “Папа”.

Я не видела его с сегодняшнего утра, как и вчера.

Аяка: “Старшая сестра”.

Старшая сестра Манака даже не появилась на вчерашнем завтраке.

И сегодня утром тоже.

Аяка: “Что это за важный ритуал?”

Здесь, в Токио, проводится масштабный магический ритуал.

Говорят, что он приводит к реализации величайших амбиций магов.

Все маги, включая семью Садзё, от прошлого до настоящего, желали и продолжают стремиться заполучить этот великий предмет. Чтобы получить его, необходимо провести ритуал. Позавчера в середине ночи ее папа серьезным тоном сказал это Аяке, которая дремала с полусонными глазами.

Пока она записывала его речи. Это важный ритуал.

Папа и Старшая сестра принимают в нем участие.

Когда я спросила: “Может, мне тоже что-нибудь сделать?” Папа покачал головой.

“Ты не должна участвовать в ритуале, но, пожалуйста, сделай перерыв в школе на некоторое время”. Когда он это сказал――――

Аяка: “Интересно, навсегда ли у меня каникулы?.......”

Вчера, сегодня тоже.

Я беру перерыв в начальной школе второй раз подряд.

Я всегда нахожусь дома.

Потому что меня проинструктировали: “Никогда не покидай территорию”. Хотя, сколько бы она ни расспрашивала о причине этого, например, “не становится ли боевая ситуация более хаотичной, чем предполагалось вначале?”, или “Мастер ушел?”, или “Нужно ли нам быть осторожными с Ассасином?”, или “есть ли уже подозрение на узел в поместье Рейрукан?” ее папа, который просто бормотал себе под нос какую-то бессвязную речь, так и не смог толком ответить Аяке.

Хотя Аяка и подумала, что это странно, она послушно подчинилась своему папе, сказав “хорошо”. Это был даже не первый раз, когда Аяка брала отгул в школе.

Было время, когда она отсутствовала, когда была полностью прикована к постели из-за лихорадки, или время, когда ее работа по дому затягивалась, или количество раз, когда она не могла пойти в школу, так как барьер был увеличен из-за плохого мастерства самой Аяки. В этой связи я думаю, что, поскольку папа в прошлый раз связывался с моей классной руководительницей, я, конечно, должна сделать что-то подобное и на этот раз связаться с ней. Например, когда мои повседневные дела затянулись, я могла бы делать это, скрывая волшебную часть.

"Как он с ней связался?" У меня был к этому некоторый интерес.

Когда я отсутствовала с настоящей простудой и лихорадкой, некоторые одноклассники действительно приходили с распечатками, вместе с другими людьми, чтобы навестить меня, но никто не приходил, когда я отсутствовал на своих занятиях магией. И все же, когда я на следующий день пришла в класс, мои одноклассники говорили что-то вроде: “Ты отсутствовала, с тобой все в порядке?” То же самое, что и тогда, когда я отсутствовала из-за простуды и высокой температуры.

Возможно, он использовал какую-то магию?

Интересно, как он это сделал?

Я, правда, не знаю. Я бы пошла и спросила его, но папы здесь нет.

Он не показывался во время моих ежедневных утренних хлопот. Вчера, а также сегодня тоже.

Хотя мой утренний завтрак был приготовлен в холодильнике, на обеденном столе в гостиной лежала памятка с надписью “Пожалуйста, разогрейте замороженные продукты в микроволновке и съешьте их на обед и ужин”. Все точно так же, как и вчера.

Я не очень люблю замороженные продукты. Но мне очень нравится замороженный гратен. Но я немного не люблю, когда мне приходится есть его снова и снова.

Аяка: “Если бы я ела его на обед...”

Как будто я разговариваю с голубями у себя под ногами, я разговариваю сама с собой.

Аяка: “Что мне делать, может, мне посмотреть телевизор?..”

Программа кукольного телевидения, которая идет на образовательном канале, веселая, и ее приятно смотреть каждый день.

Но, я думаю, мне просто немного одиноко, когда я не могу увидеться со своими одноклассниками.

Я также не могу встретиться с папой и старшей сестрой.

То, что я не ходила в школу, что папа и старшая сестра по какой-то причине уезжали далеко, не означает, что до сих пор я не чувствовала себя одинокой. Особенно часто папа уходил из дома на несколько дней по работе.

Но они редко пересекались.

Делаю перерыв в учебе, совсем одна в доме, где никого нет. Я всегда поливаю сад сразу после выполнения своих повседневных обязанностей, вот так, чтобы он не рассердился, даже если у меня будет свободное время до обеда.

Поскольку я одна, никто не может мне ничего сказать.

Аяка: “……Война за Святой Грааль”.

Останавливая воду, которая лилась из лейки, я бормочу эти несколько слов.

“Война Святого Грааля”. Это были слова, которые я уловила из речей папы в тот вечер, позавчера.

Важный ритуал.

Великие амбиции магов.

Война за Святой Грааль.

Я не знаю подробностей и не понимаю этого. Но даже Аяка смогла что-то в этом почувствовать, совсем немного.

О некоторых вещах――――

Например, о Старшей сестре.

Старшая сестра Манака.

Она стала намного ярче, чем раньше, и даже похорошела.

Например, мой папа.

Отец.

Он стал другим из-за перемен в Старшей сестре, он стал немного бояться ее.

Речи папы в какой-то степени... Хотя я никогда об этом не слышала, до сих пор.......

Война за Святой Грааль.

Это взаимная резня.

Маги, ставшие Мастерами, обычно решают угрожать вашей жизни.

Вы должны свободно использовать свои магические тайны и выжить до конца, используя своего Слугу.

Есть два условия, при которых вы можете потерпеть поражение в войне за Святой Грааль.

Случай, когда вы потеряете свою жизнь.

Случай, когда вы потеряете своего Слугу.

Даже если вы сможете сохранить свою собственную жизнь, если вы потеряете своего Слугу, вы потеряете свое право на получение Грааля.

Но, даже если вы, возможно, потеряли своего Слугу, не теряйте бдительности. Вы должны обратиться за защитой к “Надзирателю”, которого прислала непосредственно Святая Церковь, поскольку более чем вероятно, что другие Мастера могут убить вас.

Защищайте свою собственную жизнь.

Защитите родословную своей семьи. Вы не должны прекращать заниматься магией, продолжайте заниматься ею непрерывно.

Вы должны эффективно использовать свою мастерство.

Если мастерство определяет ваш стиль магии, то оно станет вашей надежной защитой даже от Слуг.

С одной стороны, есть возможность притвориться, что у тебя обычная и неизменная жизнь. Однако, если вы Маг, у которого есть внешняя социальная сеть, и вы внезапно остаетесь в своей собственной мастерской, существует риск того, что вас могут принять за Мастера, который бросает вызов Войне за Святой Грааль. Но, если вы относитесь к Войне Святого Грааля без особого энтузиазма.

Тогда есть вероятность, что ваши коллеги-Мастера уже поняли, что у вас общая родословная.

Вы должны одновременно осознавать, как нападать, так и защищаться.

И беречь свою кровь.

Ваш сын. Ваша дочь.

Защитите людей, которые унаследуют вашу родословную, ваши магические схемы и ваши магические исследования.

Если вы чувствуете, что это необходимо - не стесняйтесь использовать приманку.

(Выдержка из старой записной книжки)

Западная часть Токийского мегаполиса, внутри горы Окутама.

На поляне, обсаженной деревьями, которая находится далеко от горной тропы, разворачивалась борьба не на жизнь, а на смерть, которую никто не мог увидеть своими глазами. Нет, если быть точным, этот пейзаж отражался в глазах птиц, танцующих в пепельном небе.

Одинокий рыцарь, облаченный исключительно в синие с серебром доспехи, проскальзывает сквозь них в тот момент, когда челюсти смерти обрушиваются на него одна за другой, делая вид, что иногда защищает их или прогоняет прочь.

Рыцарь, стоявший на горном склоне, Сэйбер - перехватывал летящий прямо на него смертоносный рой.

Бесчисленное количество стали приближается к нему, чтобы пронзить все, что находится на линии их огня.

Это стрелы.

Как и невидимый клинок, который он держит, это оружие, которое на самом деле не следует использовать в современную эпоху.

Один из инструментов, которые люди используют, чтобы отнимать жизни у тех, кто противостоит им.

Натянув тетиву до предела, они выпускают стрелы с натянутой тетивой, пронзая цель, находящуюся на большом расстоянии, и убивая ее.

Примерно 20 стрел на вдох.

Это не было обычным умением. Другими словами, нет никаких сомнений в том, что противник, проводящий эту атаку, - не обычный человек, он существует как существо, превосходящее человеческую мудрость, так же как и Сэйбер. Вероятно, не будет преувеличением сказать, что он - фрагмент величайшей тайны.

Созданный Слугой, это особый прием, которым стоит восхищаться, поскольку он использует его, даже нарушая законы природы. Выпущенные стрелы, летящие с невообразимой скоростью и мощью, вспарывают гору Окутама изнутри.

Они проделывают круглое отверстие в крепком стволе дерева.

Разбивает землю.

Разбивает валун, на который слегка обрушился дождь.

Это несколько одновременных выстрелов. Примерно 20 из них.

Полагаясь на крошечные отблески света, исходящие от стальных наконечников стрел, или просто на тихие звуки ветра, Сэйбер встречала каждую смертоносную стрелу острием вперед.

Он уворачивается от них с помощью простых движений ног, разрубает тех, кого невозможно избежать, своим невидимым мечом, и все же он отражает оставшиеся стрелы своей броней. Вероятно, можно было бы сказать, что он обнажает свою броню. Его серебряная броня, сотканная из маны, если она особенно плотная, то, возможно, сможет защитить его от смертоносных стрел, которые вонзались в землю и ломали деревья.

Даже с моим острым зрением я не могу разглядеть фигуру Арчера.

Хотя по направлению выпущенных стрел легко определить его местоположение, ему показалось, что стрелок, по-видимому, продолжает стрелять, двигаясь через гору на высокой скорости. С каждой группой выпущенных стрел направление попадания стрел становится все более отчетливым.

Сэйбер: “......... Интересно, кто из них двоих победил бы - он или сэр Тристан?”

Защищаясь от бесчисленных выстрелов, он коротко вздыхает.

Один из рыцарей, которые когда-то собрались за Круглым столом. Он немного задумывается над этой цифрой и именем.

Этот рыцарь, который свободно владел множеством видов оружия, естественно, превосходно владел и луком, “Лук, поражающий цель”, который он демонстрировал даже на охоте, был в буквальном смысле не чем иным, как его особым приемом.

Если бы он продемонстрировал ему свое умение стрелять из нескольких стрел одновременно, то интересно, какой лук в итоге оказался бы лучше? Как рыцарь, который прошел через те же военные сцены, что и он, я испытываю неподдельное любопытство, но это не та ситуация, когда я мог бы сейчас думать о каждом из своих сожалений. Где-то в глубине души он останавливается, чтобы немного поразмыслить о том, что происходит дальше.

Там, в этой битве, он сосредотачивается только на сражении.

Превратившись в одинокую боевую машину, он просто приносит победу на поле боя. Это он сам.

Вот что значит обнажить меч.

Манака: “Если почувствуешь, что становится опасно, немедленно беги”.

Слова Манаки, сказанные минуту назад.

Сэйбер точно их помнит.

Манака: “Ты просто должен выманить Арчера для меня”.

Это было как раз перед тем, как он ступил на гору.

Девушка, которая была его Наставницей, сказала ему это, нахмурившись.

Ее голубые глаза, прозрачные, как драгоценный камень, увлажнились, и на ее прекрасных чертах появилась грусть.

Ее первые слова “Береги себя, чтобы не пострадать” были обращены к тому, кого она не смогла защитить, поскольку девушка, похоже, сильно переживала за него.

Но для Сэйбера это не имело значения.

Скорее, можно сказать, что это было его специальностью.

Слуга должен отправиться к месту обмена жизнями в качестве клинка своего Мастера.

Воистину, он был подобен рыцарю, бегущему по полю боя ради своего Мастера.

В таком случае, на этот раз это слова девушки.

Я хочу привлечь его внимание――――

На самом деле, он, несомненно, выполнит приказ своего хозяина. Он попытается выманить его на чистую воду.

Например, когда на него непрерывно сыплются сотни, нет, тысячи, нет, миллионы стрел, он просто пытается выстоять.

Он готовит свой меч. Одной рукой. Если бы у него был клинок, которым он мог бы размахивать не для того, чтобы рассечь приближающегося врага пополам, а для того, чтобы сбивать летящие в него стрелы, то одноручный - это подходящая поза для того, чтобы держать меч только в правой руке.

Чтобы подготовиться к любым непредвиденным обстоятельствам, ему, вероятно, следует держать левую руку свободной.

Остановившись на склоне горы, он продолжает подвергаться дальнейшему обстрелу.

Стая стальных стрел атакует его несколько секунд подряд.

Он благополучно уворачивается и отражает их.

Как раз в тот момент, когда он почувствовал, что его тело привыкло к уклонению и защите, стрелы внезапно оборвались. Даже по прошествии нескольких секунд стрелы не добрались до него. «Он что, разочаровался в противнике, который мог бы уложить его на такой дистанции?» «Нет. Вероятно, дело не в этом.» «Странное присутствие Слуги даже сейчас ощущается в горах неуверенно». «Я буду бдительно ждать, не меняя позы».

И затем―――――

Небо окрасилось в черный цвет.

Нельзя сказать, что черные дождевые тучи появились внезапно.

Хотя, этого было достаточно, чтобы полностью заполнить небо...―――――

Волной стрел?

Потоком смерти?

Проливным дождем из стали?

Сэйбер: “-----Как интересно”.

Снова держа невидимый клинок обеими руками.

Сэйбер что-то бормочет.

Я вижу одинокую девушку.

Я могу сказать, что она очаровательна и, возможно, даже красива.

‘Прелестная’. Я думаю, что это слово ей подходит.

Эта девушка гуляла в горах.

Совсем одна.

Она даже не делала ничего особенного.

Когда она находит бабочку, то пытается подержать ее на пальце и улыбается.

Манака: “......♪”

Она поет и напевает мелодию.

Она обычный человек, приехавший на пикник?

Но в это холодное время года, когда так холодно, что мой выдыхаемый воздух становится белым?

Я знаю, что нет никаких критериев оценки вражеских магов, таких как их внешний вид и т.д.

Но тот факт, что она просто “девушка”, ранит где-то в “моем” сердце.

Более того, больше всего на свете......

Выражение лица девушки, мелодия, которую она напевает.

Нежная и красивая.

Я слишком сильно ощущаю ее неподдельную чистоту. Неужели этот ребенок, воплощающий в себе столько красоты, возможно, участник взаимной резни?

Война за Святой Грааль и все остальное -----

Манака: “Я нашла тебя”.

Она может видеть меня!

Девочка, определенно, смотрит сюда, на меня.

В моей голове всплывает несколько ‘Ни за что!’.

Может ли она быть Мастером? Эта девушка?

Не может быть, она преодолела мою магию дистанционного наблюдения на таком расстоянии?

Не может быть, она искала меня?

Манака: “Вы мастер Арчера, верно? Спасибо”.

Я могу читать слова, слетающие с ее шевелящихся губ.

Эта девушка - Мастер, в этом нет сомнений.

Я должен немедленно эвакуироваться. Если у нее достаточно таланта, чтобы заметить меня на таком расстоянии, то, вероятно, ей не составит труда определить мое местонахождение.

Но я не мог пошевелиться.

Не мои губы. Мои ноги. Я даже не могу пошевелить веками.

Я не могу пошевелиться.

С моей стороны было бы совершенно глупо спрашивать “Почему?” ----

Манака: “Спасибо”.

Ее слова снова слетают с губ цвета вишни.

“Спасибо”.

Почему, эта девушка благодарит меня? Она говорит их мне. В этом я совершенно уверен.

Но я не могу понять смысл ее слов.

“Спасибо”.

За что?

Манака: “Знаешь, хотя я рад, что ты позволил мне устроить пикник с ним.......“

Он――――

Она говорит о своем Слуге?

О пикнике? О чем она говорит?

Манака: “Но............”

Выражение лица девушки мрачнеет.

В результате внезапного преображения само очарование окрашивается печалью.

Манака: “Из-за тебя он подвергся опасности”.

В глубине ее глаз -----

Манака: “Итак, что ты собираешься с этим делать?”

Я вижу что-то――――

[[image:/storage/reader-images/81fc7938ea927984bcb2f45abceebd45974755ad.jpg]]

Хироки Садзё: “Аяка. Ты здесь?”

На часах было уже два часа дня.

Медленно, думая о том, что "мои навыки, конечно, не так уж велики даже для меня", я открываю ту же замороженную форму для запекания, что и для вчерашнего обеда и ужина, выкладываю ее на жаропрочную тарелку и, когда я смотрела на микроволновую печь, задавалась вопросом, как работают функции духовки. в третий раз......

На кухне появился папа.

Когда я смотрю на папу, который отражает мой взгляд, я совершенно ошеломлена. Это потому, что я думала, что дома никого нет? Или он вернулся домой со стороны, когда я не видела? Если это так, то старшая сестра тоже здесь? Более того, я думаю, что в одной из комнат, куда мне нельзя заходить, кто-то должен быть.―――――

Хироки Садзё: “Манаки здесь нет. Я тоже скоро уйду”.

Аяка: “Понятно......”

"В таком случае, мне, наверное, стоит приготовить два гратена".

Подумав об этом, Аяка кивает.

Хироки Садзё: “Ты занимаешься учебой?”

Слова папы. Я не знаю, о каких занятиях он говорит.

Он говорит о моих школьных занятиях? Или о моих занятиях магией?

“Я занимаюсь ими”, - неопределенно отвечаю я.

Я занимаюсь первым. Просто у меня такое чувство, что последнее я сделала неправильно. В конце концов, папа не показывает своего лица во время моих ежедневных утренних дел по дому. Я не могу сказать, правильно ли я это делаю сама. Я могу понять это только тогда, когда это необходимо.

Аяка: (Неужели меня разоблачили?)

Он указал на ложь, звучавшую в моих словах. Несмотря на то, что я так и думал.

Хироки Садзё: “Это так?”

Я просто коротко киваю в ответ.

Папа не вышел и ничего не сказал.

Хироки Садзё: “Ты очень опоздал на обед”.

Аяка: “Да”.

Хироки Садзё: “Вы следовали инструкции, в которой говорилось: “Пожалуйста, ешьте это правильно”?”

Аяка: “Мне очень жаль. Я забыла......съесть это.......”

Я лгу даже здесь.

По правде говоря, я ждала возвращения папы или старшей сестры.

Потому что, даже если я разогрею и съем замороженные продукты сама, они не будут вкусными.

В конце концов, когда я стану намного больше, я смогу больше делать по дому, я смогу готовить, но смогу ли я тогда вкусно есть их, даже когда буду одна?

Хироки Садзё: “Накрой, пожалуйста, на стол”.

Аяка: “Конечно”.

Хироки Садзё: “Ты должна ответить “Да”. Аяка”

Аяка: “Да, да”.

Пока он продолжает говорить, я вхожу в столовую одна. Я протираю стол влажной салфеткой для мытья посуды и достаю вилки из шкафчика. Поскольку я понятия не имела о нем, я на всякий случай достаю столовые приборы, которых хватит на двоих. Я достаю две чашки и наливаю в них молоко.

Пока я готовила, из кухни донесся звук колокольчика “пинг”.

Вошел папа, неся две порции гратена, которые были разложены по тарелкам.

Аяка: (Ах, мы будем есть это вместе!)

Папа и я. Мы будем есть замороженный гратен вместе.

Если мы будем есть его вместе, то его вкус практически не изменится.

Это будут те же замороженные продукты, что и на вчерашний обед и ужин.

Аяка: “А как насчет старшей сестры?”

Я немного поела. И запила молоком.

Хотя я осторожно спросила об этом тихим голосом, ответа не последовало. В столовой по-прежнему тихо.

Когда я подняла взгляд от тарелки с запеканкой, папа состроил странную гримасу.

Папа уставился прямо на меня с выражением, которое у него не всегда появлялось на лице.

Аяка: “Папа?”

Интересно, что это такое?

Я никогда не видела такого выражения лица у папы.

В его глазах есть что-то странное, такое чувство, что это кто-то другой. Выражение его лица. Его лицо. Его глаза.

Я чувствую, как что-то пробегает у меня по спине. Это действительно похоже на то, что я почувствовала, когда пару дней назад увидела улыбающееся лицо Старшей сестры.

Мне так ужасно холодно. Прохладно.

Хироки Садзё: “Манака......”

Папа начал что-то говорить, после того как закрыл рот.

Хироки Садзё: “Ритуал будет проходить в течение очень важного периода времени. Так что постарайся не приближаться к задней комнате, я не должна слышать, как ты зовешь нас оттуда”.

Аяка: “Точно”.

В этой комнате, как я и думала, кто-то есть.

Аяка кивает, слегка соглашаясь с этим.

В одной из комнат, куда я не должен заходить, в задней комнате определенно кто-то есть, а это значит, что я все-таки каким-то образом их заметил. Хотя сначала я этого не осознавал, несколько дней назад посреди ночи, когда я шел по коридору, пытаясь сходить в туалет, у меня возникло ощущение, что я увидел тень человека.

Телосложение тени отличалось от телосложения папы или Старшей сестры.

Я не подумала: "Хии, грабитель". Я подумала, что он не такой уж плохой человек.

Аяка: (Интересно, может, это кто-то, кто имеет отношение к “Войне за Святой Грааль”? Может, гость?)

Я хотела задать вопрос.

Кто этот человек?

Почему, они в задней комнате?

Папа и старшая сестра встречаются с этим человеком?

Я хотела сказать это. Я хочу спросить его. Но я не могу этого сказать.

На лице папы все еще есть выражение, которого я никогда раньше не видела. Я слишком напугана и не могу спросить его―――――

Аяка: “Как там старшая сестра?”

Я бормочу несколько слов, и они срываются с моих губ.

Это не те слова, которые естественным образом слетели с моих губ, я пыталась что-то сказать, но эти слова были выдавлены из меня.

Я хочу стереть следы того "чего-то", что все еще остается на папином лице.

Делая вид, что снова смотрю на свой гратен, я изучаю внешность папы. Выражение его лица. Эмоции в его глазах. В них странное чувство беспомощности.

Хироки Садзё: “Она……Я думаю. Нет, нет, с Манакой проблем нет. Я не вижу ни одной проблемы, связанной с проведением ритуала для достижения наших великих целей, так что не беспокойся о ней”.

Аяка: “Я, это правда?”

Хироки Садзё: “Это не пробле.........”

Он пытается что-то сказать. Это почти как―――― Однако. Он не смог продолжить. По крайней мере, для Аяки.

Хироки Садзё: “Проблема? Такой проблемы нет. Все идет даже слишком хорошо. У нас все так замечательно складывается, что даже Святая Церковь начинает сомневаться. У меня то же самое. Почему, почему “это” может делать практически все? Я знаю, что “это” обладает природным талантом к этому, но, может быть, оно обожает магию? Обожает тайны? Но, несмотря на это, относиться с таким уважением к “этому” Слуге, пока он находится в человеческом теле......... Уже сейчас “это” ведет себя так, будто знает местонахождение Великого Грааля. Так почему? Когда и как “тот” узнал об этом? Я не рассказывал “той” об этом, так что для того, чтобы “той” было легко совершить даже множество секретных ритуалов, которых нет в линии Садзё, ее принадлежность.........”

Что он говорит, я понятия не имею, о чем он говорит?

Это был внутренний монолог папы.

Я не хотел этого слышать.

Не обращая внимания на меня, стоящего прямо перед ним, на фигуру папы, который что-то бормочет и брюзжит, это очень.........

―――― в конце концов, это было очень странно.

Что касается моего папы, я люблю его.

Я люблю его.

Я также подумала, что папа, конечно же, тоже любит меня.

Да.

Я так думаю даже сейчас.

Даже сейчас мне это нравится в папе.

Я просто думаю, что это "немного пугает".

Только это.

Да, только это.

Итак, я жду, пока он не придет в норму.

Перестань разговаривать сам с собой, превратись снова в обычного старого папу.

Хотя это должно было быть то же самое, что я ел вчера, по какой-то причине у запеканки не было вкуса.

Оно мягкое, тягучее, как гратен.

Когда я доедаю его до конца.

Наконец-то папа состроил свою обычную гримасу.

Папа, который тихий, серьезный и немного строгий по отношению ко мне.

Аяка: “Я уберу. Итак, папа, ты идешь на работу.......”

Хироки Садзё: “Нет, это может подождать”.

Папа со своим обычным выражением лица.

Он говорит тихим голосом......

Хироки Садзё: “Пойдем в сад. Мне нужно кое-что сказать тебе, Аяка”.

Что это такое?

Я наклоняю голову и пытаюсь спросить: “Почему? ” Папа берет меня за руку, и мы выходим из столовой.

Мы вместе идем по коридору.

Хм. А?

Это очень странно - вот так держать папу за руку. У меня такое чувство, что я уже делала это раньше, когда была намного моложе, но, по крайней мере, я думаю, что это не воспоминание о том времени, когда я перешла в начальную школу.

Мы открываем перед собой дверь, через которую я прошел большую часть коридора дома, и выходим наружу. Мы проходим по коридору, открываем стеклянную дверь в конце и, наконец, добираемся до нее.

Сад.

В нашем саду, где я проводила большую часть своих утренних часов.

Это место, окруженное стеклянными стенами и потолками, утопает в зелени деревьев и цветов.

Здесь я выполняю свои ежедневные утренние обязанности, и это мое место для учебы.

Хироки Садзё: “Никто не может разрушить эту формулу заклинания. В худшем случае, пожалуйста, спрячьтесь здесь”.

Аяка: "В худшем случае?”

Хироки Садзё: “Смысл этого именно такой, как кажется. Даже если вы будете очень внимательны, может возникнуть критическая ситуация”.

Аяка: "Да?”

Я действительно этого не понимаю.

Я пытаюсь заглянуть папе в лицо.

Это то же самое, что и его слова. Выражения папиного лица я не очень хорошо понимаю.

Несмотря на то, что небо затянуло облаками, было по-прежнему светло, но я не мог разглядеть папино лицо из-за света, проникающего сквозь стеклянный потолок за его спиной.

Хироки Садзё: “Я не хотел тебе этого говорить, но все, что здесь есть, было сделано твоей мамой”.

Аяка: “Я понимаю”.

У меня действительно было такое чувство. Я имею в виду, что это сделал не мой папа.

Хироки Садзё: “Это правда. Она сделала это для тебя......”

Аяка: “А.........”

Моя шея, я полностью наклоняю ее.

Это место――――

С тех пор я думал, что этот сад - место, где можно заниматься магией. Это ради семейной магии Садзё.

Так что, естественно, это для человека, который унаследует дом, для старшей сестры.

Аяка: “Но, старшая сестра...?”

Хироки Садзё: “Манаке, вероятно, это место не понадобится. Твоя мама, определенно, тоже это поняла”.

Мама тоже?

Он говорит: “Она поняла”, что?

Хироки Садзё: “Итак, Аяка......”

Папа, трогает меня за плечо.

Хироки Садзё: “Это принадлежит тебе”.

Только чуть-чуть, крепче. Папа обнимает меня.

Хироки Садзё: “Это только твое.......”

И затем―――――

Папа сказал мне несколько слов.

О садике.

О маме.

А после этого - о себе.

Хотя я снова и снова кивала, говоря “Да”, я на самом деле не понимала слов, которые мне говорили.

Но, несмотря на это........

Я понимала их.

Папа, мой папа, который немного испугался, но―――――

По правде говоря, на самом деле ничего не изменилось.

Конечно, это скоро произойдет.

Как только важный ритуал закончится, он обязательно вернется к нормальной жизни, верно?

[[image:/storage/reader-images/b204ac4f7f5123054fb8951bc43ca09629571026.jpg]]

――――――――――――――――――――――――――――――――――――――――

Арчер: “Выпущенная стрела больше никогда не вернется обратно. Хотя, если наложить стрелу на тетиву, натянуть ее до предела и выстрелить, она сможет немного вернуться назад”.

Говорит Арчер.

Своему Мастеру, который даже сейчас продолжает всхлипывать.

――――――――――――――――――――――――――――――――――――――――

Берсеркер: “АААВРРРРПРГГГПХХХ---!!”

Берсеркер воет на Луну, плывущую в небе.

В середине крепкий волшебный сад, который похож на крепость.

――――――――――――――――――――――――――――――――――――――――

Лансер: “Ты добрый человек. Честный человек. Ты, который украшает себя серебряными доспехами. Даже если я пронзу твою жизнь своим копьем, ты, вероятно, не изменишься”.

Бормочет Лансер.

Обжигая свое тело в пламени, которое полыхает внутри нее.

――――――――――――――――――――――――――――――――――――――――

Ассасин: “Мой господин. Все, абсолютно все, что я делаю, я делаю ради тебя......”

Шепчет Ассасин.

Повторяя свой смертельный танец снова, сегодня вечером. ――――――――――――――――――――――――――――――――――――――――

Райдер: “Ха-ха! Беги, убегай, улетай прочь! Сражайся изо всех сил. Крик. Кричите! В любом случае, судьба всех вас троих, ублюдков, - сгореть и исчезнуть в моем свете!”

Громко кричит король.

Сидя на своем корабле, парящем в ночном небе, он обжигает поверхность планеты жаром, подобным солнечному.

Выпускает стрелу.

Война уже началась.

Великий Святой Грааль.

Устройство, исполняющее желания, продолжает безжалостно действовать.

Столько трагедий связано с этим.

―――― Обещанное время близко.

―――― Война за Святой Грааль приведет к росту насилия, что отразится на токийской ночи.

За улыбкой скрывается человек.

Это воспоминание.

Воспоминание о том утре, когда я в последний раз видела фигуру этого человека.

Манака: “Ну, тогда я ухожу”.

Когда она это сказала, Старшая сестра пыталась уйти, ничего не взяв с собой.

Папы нигде не видно. Хотя Аяка Садзё и не совсем это поняла, она смутно думает: "Она определенно не вернется домой после вчерашней ночи". В ритуале, в котором, как говорили, участвовали ее отец и старшая сестра, было слишком много секретов, о которых юная Аяка просто не знала.

Это было неизбежно.

В конце концов, я не такая, как Старшая сестра.

Моя особенная старшая сестра.

Моя прекрасная старшая сестра.

Моя старшая сестра - Манака Садзё.

Просто пройди по коридору и пройди расстояние до главного входа, как сейчас, и все в ней изменится. Утреннее солнце, которое светит в окно, сверкает, когда его сияние разливается по всему телу Старшей сестры. Как будто она - нечто более ценное, чем это, как фея или принцесса из волшебной сказки. Даже среди книжек с картинками, которые мой отец читал мне всего несколько раз перед тем, как пойти в начальную школу, никогда не было человека, который бы так блистал, как этот, даже среди зарубежных анимационных фильмов, которые я сама несколько раз смотрела, не было ни одного.

Она просто слишком отличается от меня.

Я обычная?

Или, может быть, посредственный человек?

"Такие слова мне подходят", - думает Аяка.

Да, это слово я только что выучила на уроке японского языка в начальной школе. Обычный. Несмотря на то, что это было слово, которое я уже должна была знать, выслушав объяснение из уст учителя и посмотрев, как предложение было написано на доске белым мелом, я подумала: "А-а, понятно, так вот как оно бывает".

"Эти два иероглифа, написанные рукой учителя, вероятно, определенно обо мне".

――― Моя старшая сестра, которая может овладеть чем угодно.

――― Даже одной из черных магий, в которой я сама далека от совершенства.

Говорили, что примерно в восемь лет, когда мне было столько же, сколько и старшей сестре, она в совершенстве овладела двумя видами магии нашей семейной линии без малейшей помощи. Аяка, которая слушала эту историю с сияющими глазами, нечаянно проговорилась: “Интересно, смогу ли я сделать то же самое?” из ее рта.

Это было примерно в прошлом году или чуть раньше? Тогда папа тихо покачал головой и сказал: “Это потому, что она особенная, пожалуйста, думай только о том, чтобы овладеть черной магией Садзё”.

Сначала я подумала: "Возможно, это потому, что я плохая девочка". Я впала в депрессию, как только подумала об этом, мне стало грустно, несчастно, я не могла заснуть, я также потеряла чувство времени, я даже опоздала более чем на 20 минут, чтобы приступить к своим ежедневным утренним делам.

Однако я сразу поняла, что это не так. Я полностью осознала это.

По его словам, Старшая сестра просто особенная. ―――

В то же время, я сама была не более чем ребенком из самой обычной и среднестатистической семьи Магов.

"Овладеть магией своей семейной линии" - это просто выразить словами. Но на самом деле, должным образом унаследовав магические цепи семейной линии, которые запечатлены в нашей крови, можно получить знания, которых хватит на всю жизнь, изучить их и, так или иначе, это хорошее место для того, чтобы овладеть своей родословной.

Это нормально. Это мой обычный стиль черной магии.

――― Даже если я думаю, что хочу быть........

――― Такой же, как моя старшая сестра, я……

Не могу стать ею.

Возможно, потому, что я уже решила, что это безнадежно.

Почему-то так думать лучше.

Так что сегодня утром я тоже не буду об этом думать.

Моя старшая сестра, которая стала намного красивее - лучезарный человек. Даже когда я наблюдаю за яркой душой той, кого зовут Манака Садзё, которая идет по коридору, кружась по комнате, греясь в лучах солнца, я не буду думать: "Если бы я стала такой", или "Я хочу быть замечательной женщиной", я не буду думать о том, о таких вещах. Я ни за что не стану думать о них. Я не могу так думать.

Я просто буду смотреть.

Это все равно, что смотреть на птиц, танцующих в небе, или на жуков, ползающих по земле.

Как и многие маги, которые стремятся к корню всего сущего.

Аяка: “Манака, старшая сестра.......”

Вздохнув, я бормочу ее имя.

Огромная дверь в фойе уже появилась перед моими глазами.

Если я буду проходить мимо, старшая сестра скажет мне, что какое-то время не вернется домой.

Некоторое время назад мне спокойно сказали, что, когда мы остались вдвоем за завтраком, я не произнесла ни слова, кроме "Это правда?", но перед дверью в фойе, ах, "Скоро я действительно останусь совсем одна", - подумала я.― Естественно, я приоткрыла рот.

Мой голос. Слова, какими бы незначительными они ни были, вырвались сами собой.

Аяка: “Старшая сестренка, ты уже уходишь?..”

Манака: “Хи-хи. Что это?”

Старшая сестренка поворачивается ко мне.

Когда она поворачивается спиной к огромной деревянной входной двери дома Садзё. Эта фигура в некоторых отношениях также похожа на Алису из сказки, где она отправилась в путешествие в Страну чудес, наполненную странными и чудесными вещами.

“Наклони голову”, - сказала Старшая сестренка.

Приятный звук, похожий на звон колокольчика. Ее голос.

Манака: “Боже, Аяка, ты уже учишься в начальной школе. И все же, мне интересно, одиноко ли тебе одной?”

Аяка: “...Я не одинока”

Манака: “Ты ненавидишь лжецов?”

Аяка: “Я одинока”.

Понизив голос, я опускаю глаза.

Манака: “Ха-ха. Это здорово. - отлично. Правильно, ты не должен лгать”.

Может быть, я лгал раньше?

Но, думаю, я определенно одинок. То, что я чувствую, настоящее.

Я одинок. Это так одиноко - быть одному в огромном доме.

Особенно учитывая, что мы не так часто бываем вместе, даже когда Старшая сестра остается дома. До того, как начался этот волшебный ритуал - Война Святого Грааля, я чувствовала, что мне недостаточно просто встречаться с ней даже во время еды. Несмотря на это, я думаю, что мне одиноко.

Кто-то есть где-то в моем доме, моя старшая сестра здесь, мой отец здесь. Если я остаюсь одна, ни с кем не встречаясь, то, когда я действительно остаюсь одна, ни с кем не встречаясь, я понимаю, у меня такое чувство, что все будет по-другому.

Как бы это сказать?

Взглянув на свою старшую сестру, Аяка замолчала.

Даже если мне одиноко, я не могу сказать: “Останься здесь, со мной”, не так ли?

Я бы с самого начала этого не допустила. Ради своей старшей сестры, которая собирается совершить важный ритуал, я немного сдержусь.

Манака: “Я счастлива, что ты терпишь это ради меня, Аяка. Вот так, вот так.”

Старшая сестра протягивает руку и касается головы Аяки.

Манака: “Ты великолепна, великолепна.”

Говоря это, она гладит меня по волосам.

Несмотря на то, что я думаю, что она впервые делает что-то подобное, я чувствую что-то знакомое в том, как сестренка использует свои руки, и внезапно моя шея наклоняется. Интересно, почему?

Манака: “Но я не могу. Я должна идти прямо сейчас. К Великому Граалю. Ради этого человека”.

Старшая сестра улыбается.―――

Манака: “Интересно, настанет ли день, когда ты тоже поймешь”.

――― Искрящаяся, она сверкает.

Манака: “Я имею в виду, что она делает что-то ради кого-то другого. Это из-за того, что она тоскует по кому-то?”

――― Видишь. Она похожа на принцессу.

Манака: “Или из-за того, что она влюблена в кого-то?”

――― Старшая сестра, которая так говорит, красивее, чем что-либо или кто-либо еще.

Манака: “В этот момент мир впервые начнет вращаться, даже сосредоточившись вокруг меня”.

Тосковать по кому-то. Любовь.

"Конечно, это красивое слово", - думаю я.

Голос, который так много произносил из уст ослепительной Старшей сестры, ее слова сияли ярче, чем сияние солнца, льющегося в окно, и “Ах, это чудесно”, - Аяка была потрясена ими. Просто ее слова и сияние, исходящее от ее улыбки, настолько ошеломляют, что я просто не могу думать ни о чем другом.

Чтобы влюбиться, - сказала она. Любовь.

Дело в том, что, хотя я и знаю это как слово, я на самом деле не чувствовала этого раньше.

Итак.......

Манака: “Я имею в виду, что, в конце концов, он мой суженый”.

――― Пока я слушала ее приятный голос.

Манака: “Он действительно существует. Аяка.”

―――――― Мои глаза. Я полностью отвожу их.

Манака: “Все, что угодно.... даже свою жизнь, не заботясь о том, пожертвуешь ли ты ею. Партнера, который кажется таким”.

――― Я больше не могу выносить сияния Старшей сестры.

Манака: “Он существует. Я уже с ним”.

Сияющая Старшая сестренка говорит мне это, сияя от счастья.

Обычно я должна была быть очарована этим.

Однако, по какой-то причине, почему у меня в груди клубится этот неописуемый серый туман? Почему это я отвожу глаза? Это потому, что Старшая сестра, которая так сильно сияет, слишком ослепительна. Или я чувствовала что-то еще?

Аяка этого не понимала.

Почему, почему я чувствую такое беспокойство перед этим человеком, который излучает столько энергии?

Ее жизнь? Пожертвовать ею? Да, это сказано устами этого человека?

Аяка: “Старшая сестра”.

――― Опускает глаза. Слова вырываются сами собой.

Аяка: “Ты ведь не умрешь, правда?”

――― Я все еще не поднимаю глаз.

Аяка: “Тебе лучше вернуться, хорошо, к нам домой, обязательно вернись, хорошо”.

――― Это как молитва, это просьба к моей Старшей сестре.

Аяка: “...Мы еще встретимся, правда?”

“Кап, кап”, - слезы текут по щекам, когда я говорю ей эти слова.

Не поднимая головы, все еще не осознавая, что это последний момент между нами, не встретившись с ней взглядом должным образом.

Вот почему Аяка этого не поняла.

Это прозвучало в ее следующих словах.

Точнее, в тот маленький момент, когда Манака Садзё ответила на ее слова, в тот крошечный момент, что же, черт возьми, произошло?

Ее взгляд, который, как ей казалось, она видела до сих пор, в тот момент сопровождался четкой фигурой, но для Аяки она была именно там.

Она не заметила―――

Манака: “Нет. Я думаю, для тебя будет лучше, если мы не встретимся”.

――― Прелестное эхо, звук.... ее голоса.

Манака: “Но, ты права”.

――― Голос, окутанный тайной.

Манака: “Если ты так привязана ко мне...”

――― Слова Старшей сестренки звучат нежно, как будто меня обнимают.

Манака: “Тогда, если я захочу, я даже воспользуюсь тобой”.

Когда Старшая сестренка сказала мне это, какое у нее было выражение лица?

Когда Старшая сестра сказала мне это, какими глазами она смотрела на меня?

До конца.

Аяка Садзё этого не осознавала.

По крайней мере, в тот день, утром и в то время…

Я этого не осознавала.

[[image:/storage/reader-images/0bad4c6d9e7d5c7033d649305bc52453789bc568.jpg]]

Война Святого Грааля.

Она близка к завершению.

Святой Грааль активируется, сжигая жизни семи Слуг.

В конечном счете, победителем может стать только один Мастер, и исход в другой форме - это то, чего вы изначально не могли достичь.

Но если вы не принимаете во внимание его результат, то возможна и другая форма заключения.

Другими словами, это случай, когда все Мастера либо потерпели поражение в войне за Святой Грааль, либо решили отказаться от своего права на участие. У нас, магов, ищущих корень всего сущего, очень низкая вероятность того, что мы попросим о личном воздержании во время этой Войны Святого Грааля, которая является для нас величайшей возможностью, но здесь я буду говорить только о такой возможности.

Потерпев поражение――― Во многих случаях это, вероятно, сопровождается смертью Мага.

Как описано в отдельном разделе.

Отказ от прав.

Это устанавливается путем сообщения об этом Надзирателю, назначенному Святой Церковью.

Как описано в отдельном разделе.

Результатом является либо исключение, либо отказ от своих прав. По случайности, количество Мастеров становится равным нулю.

Затем мы встречаем это с выводом, который называется “победителя нет”. Если наши великие амбиции не будут выполнены, мы будем ждать следующей возможности.

Но―――

(Выдержка из старой записной книжки)

Это воспоминание.

Воспоминание о себе восьмилетней давности, когда я видела этого человека в последний раз.

Последний---?

Нет, это неправильно.

Это было лишь временное расставание.

Потому что настоящий последний раз наступил вскоре после этого.

Сейчас я не могу вспомнить все, кроме фрагментов, но есть одно воспоминание, которое я не хочу вспоминать.

Важный магический ритуал. Взаимная резня, произошедшая 8 лет назад.

Осуществленная объединенными усилиями Ассоциации магов и Святой Церкви, самая первая война за Святой Грааль.

Да, иногда моя память оставляет желать лучшего, так что эти обрывки из прошлого раза тоже могут быть хорошим началом.

Хотя, я думаю, что уже рассказывала об этом кому-то раньше.

Видите, даже я могу произвольно вспомнить это полностью.

Засыпая, я вижу сны.

О, как бы я хотела, чтобы мне не приходилось видеть таких снов.

Хотя, такое мое скромное желание не будет исполнено.

Потому что безжалостный Гипнос насильно показывает мне эти фрагменты воспоминаний вот так.

Первое - это мои воспоминания о том раннем утре 8 лет назад.

Мое прощание с этим человеком.

Последнее - это мое воспоминание об их кончине, произошедшей 8 лет назад.

Это настоящий момент, когда мы расстались со старшей сестрой Манакой.

――― В темном, мрачном, глубоком подземелье Токио.

В трехмерном магическом круге.

Что-то черное плывет по течению в Великом Граале.

В очереди стоят жертвы.

Бесчисленное количество девушек, падающих по очереди.

Обычные, незамысловатые жизни, которые вот-вот будут уничтожены. Жизнь. Жизнь.

Чей-то смеющийся голос.

Кто-то――― Это, наверное, да, я думаю, что это смеющийся голос моего отца.

???: “Все так спокойно ждут своей очереди, но Аяка особенная”.

Кто-то сказал.

???: “Падай прямо сейчас, стань моими ингредиентами”.

Я знаю, это чей-то голос.

???: “В конце концов, у обычных людей хватает полезности только на это”.

Это определенно папин голос.

Хироки Садзё: “---Что, черт возьми, ты имеешь в виду!?”

Это кричит мой папа. Я ненавижу это, прекрати, папа.

Хироки Садзё: “Этот средний, заурядный, ординарный человек...!”

Прекрати это! Почему? Почему ты говоришь все это?

Хироки Садзё: “Я ошибся, выбрав тебя”.

Почему, почему ты так кричишь?

Папа!

Отпусти меня! Мне больно! Я ненавижу это! Я ненавижу это!

Я тоже сейчас упаду? Вон туда?

И затем мое сознание кружится и отключается вместе с моим отчаянием.

Кружится―――

――― Кусок мяса.

――― Крик.

――― Покраснел.

Я ничего не видела.

Я заметила это после того, как почувствовала, что что-то накрыло мое лицо.

Так, я открываю свои закрытые веки.

И тут я увидела это.

Я видела это.

Старшая сестра, как будто она защищает меня――― Как будто она даже защищает меня, стоит как вкопанная.

Аяка: “Старшая сестра”.

Мог ли я...... сказать что-нибудь в тот момент?

Возможно, я не смогла бы этого сказать.

Потому что я поняла, что это за штука закрывала мое лицо.

Кровь―――

На моем лице кровь Старшей сестры.

Моя старшая сестра, которая стояла прямо перед моими глазами.

Симпатичный человек. Ты, которая сияла больше всех, как принцесса.

Что-то, что-то выпирает из ее груди.

То, что пронзило красивый узор из черных перьев у нее на груди - это золотой клинок.

Ее пронзил чей-то меч сзади, старшая сестра Манака.

Другими словами, то, что закрывает мое лицо, это... а-а-а...―――

Старшая сестра―――

Лучи ослепительного солнца проникают сквозь щель между задернутыми шторами.

Голоса певчих птиц, сидящих на ветвях деревьев прямо за окном, сообщают о времени.

Признаки приближающегося утра.

Холод и темнота ночи куда-то исчезают, словно ложь, день, который должен был быть “завтра”, пока я не ложусь спать, приходит и принимает форму “сегодня”.

Аяка: “.......нннхх”.

Аяка Садзё просыпается в своей мягкой постели, потирая отяжелевшие веки. Хуже всего было проснуться.

Почему, потому что ей приснился жестокий сон.

Хотя содержание этого отрывочно, и она на самом деле ничего не помнит, она знает только, что воспоминания о том моменте 8-летней давности являлись ей в виде снов.

Аяка: (Сейчас утро)

Бормоча это про себя, она протягивает руку к цифровому будильнику, который стоял на прикроватной тумбочке. Когда ее правая рука высунулась из-под одеяла, ее коснулся холодный воздух.

"Это чувство входит в число моих любимых вещей’.

Да, даже ощущение комфорта в постели, которая регулировала температуру ее тела, или даже свет утреннего солнца - все это нравится ей так же, как голоса певчих птиц.

Несмотря на это, холодные вещи остаются холодными.

Хотя ею движет искушение завернуться всем телом в одеяло и снова заснуть, она каким-то образом справляется с этим.

Она подносит электронный будильник поближе к глазам. Хотя то, что она обычно проводит свою повседневную жизнь даже без очков, ее не очень беспокоило, из-за того, что за эти восемь лет зрение ухудшилось, ей было трудно видеть предметы, находящиеся под рукой, без очков. В конце концов, она близорука.

【1999】

Бросив, как всегда, мимолетный взгляд на западный календарь, она проверяет время.

【5:59】

5:59 УТРА.

Например, для ее одноклассников это обычное время, когда они ходят на утренние занятия в клуб. Однако Аяка не состояла ни в каком клубе, так что в это время ей определенно пора вставать с постели.

Аяка: “Отлично, тьфу”.

Бормоча это, она выключает будильник.

Будильник был установлен на 6:00 утра.

Итак, “отлично”. Ей пришлось быстро встать с постели.

Извиваясь и выползая из-под одеяла, она пытается снять пижаму.

Затем она надевает свою школьную форму, которую разложила вчера вечером перед сном, надевает очки, которые оставила на столе, и причесывается перед зеркалом в полный рост, висевшим рядом с ее гардеробом. Поскольку на самом деле у нее не такие уж длинные волосы, она сразу же их заканчивает. Все в порядке. По крайней мере, это не повлияло на время ее завтрака.

Изо рта у нее идет пар.

Воздух в коридоре был еще холоднее, чем в ее комнате.

Быстрым шагом направляясь в ванную, она умывается водой, которая была такой холодной, что воздух ей совсем не мешал.

Естественно, она закрепляет челку булавкой, чтобы она не намокла.

Аяка: “Хииия!”

Холодно. Удивленная, она вскрикивает.

Хотя она думала: "Я явно проснулась одна", - намеки на сон, которые, по-видимому, все еще оставались где-то на ее теле, в этот момент исчезают. Ее сознание ясное. Вытирая влагу с лица своим личным полотенцем, она снимает заколку с челки, надевает и поправляет очки―――

Внезапно это привлекает ее внимание. Маленькая стремянка, которой она сейчас не может пользоваться.

Аяка: “Я должна выбросить ее в следующий раз”.

Пробормотав это и вздохнув, она смотрит в зеркало.

Естественно. Там отражалась ее собственная внешность.

Она даже не намочила челку, так что это она сама, 16-летняя.

Она не очень-то похожа на этого человека. Но если уж ей приходится это говорить, то...―――

Аяка: “Какое обычное лицо”.

Слова лились сами собой.

Девушка, которая носила очки. Здесь изображена девушка, которая ничем не выделялась и, казалось, нигде не вписывалась.

Возможно, она и не была похожа на этого человека, и даже у нее были такие же ясные глаза, которые должны были бы сиять, отражая свет, но сквозь линзы ее очков они не казались привлекательными. "Да", - подумала Аяка.

Это было лицо, о котором нельзя было сказать, что оно принадлежало к числу ее любимых.

Глядя на свое отражение в зеркале, она задавалась вопросом, почему в ее глазах столько настороженности.

Возможно, это следствие ее характера.

Ее собственной индивидуальности.

‘Другими словами, я мрачная, трусливая, недалекая и..........’

Аяка: “......Ха. черт, время, самое время”.

‘―――Такая безнадежная........’

‘......Обычная’.

Торопясь, она проходит по коридору и открывает дверь в столовую, проходя через нее на кухню.

Хотя он говорит, что не возражает против "системы дежурства" при приготовлении пищи, она хотела, насколько это возможно, готовить самой, после того, как он приготовил невероятное количество, когда она доверила ему это в последний раз. Хотя она не особенно возражала против того, чтобы есть много еды, было бы неудобно что-то придумывать, если бы ей приходилось есть столько же еды, сколько и ему.

Достав из холодильника овощи пальцами, на которых все еще был вчерашний бинт, она берет кухонный нож и начинает с помидоров.

Постукивая пальцами, она начинает их нарезать.

Просто нарезая овощи, она думает: "Я стала намного опытнее в этом деле по сравнению с тем временем, когда была ребенком". После окончания начальной школы она заметила, что даже один способ нарезки меняет текстуру блюда, напрямую связывая ее со вкусом. Из-за этого она не могла по-настоящему надуться. Несмотря на то, что она умела готовить в основном из овощей, ей потребовалось немало времени, чтобы понять это.

Аяка: “Я действительно обычная, не так ли?”

Сэйбер: “Доброе утро, Аяка. Похоже, ты сегодня снова пришла рано”.

Внезапно голос ―――

Несмотря на то, что в этот момент она не хотела удивляться, “Вау!” - воскликнула она. Она была удивлена.

Когда она перевела взгляд, там появился он.

――― Тот, у кого были голубые глаза, которые казались зелеными с добавлением света.

――― Мой слуга.

Аяка: “Боже. Не пугай меня так, Сэйбер”

Сэйбер: “Прости, Аяка. Я не хотел тебя напугать, но ты была так сосредоточена”.

Аяка: “Я просто режу овощи”.

Сэйбер: “Я это вижу. Но, тем не менее, ты очень умело обращаешься с кухонными ножами”.

Он улыбается, произнося это.

Это было его обычное улыбающееся лицо.

Добрая улыбка, которая как будто говорила: “Я приму в тебе все”. Это определенно была иллюзия, но солнечный свет, который лился в окно, казалось, искрился и сиял, окутывая его, как будто он был благословлен. Это не означало, что от него исходила магическая сила, или что он был принцем из книжки с картинками.

Аяка: “...Это нормально”.

Каким-то образом она произнесла это спокойным голосом.

Она сосредотачивается на готовке, которая стоит у нее перед глазами. "Давай покончим с этим побыстрее". Она быстро готовит завтрак.

К салату из свежих овощей подают яичницу-глазунью "Санни Сайд". А также тосты. Сосиски, которые тоже были приготовлены, потому что он подошел к ней и спросил: “У вас нет мяса?” - тоже обжариваются.

Мясо. О, мясо―――

Мясо и другие продукты, которые получают из тел живых существ, ей не подходят. Она их терпеть не может. Кровь тоже. Итак, сосиски. Вкус мяса, отсутствие запаха крови, готовое блюдо - она не смогла бы есть такое мясо, если бы оно не было обработано таким способом. Она может только сказать, что дисквалифицирована как Черный маг. Бинт, которым был обмотан палец на ее левой руке, был хорошим доказательством этого.

Хотя Аяка и считает, что она жалкая, ничего не поделаешь.

Сейбер: “Выглядит аппетитно”.

Аяка: “Я просто нарезала и поджарила его”.

Сейбер: “Навыки также можно применять для выполнения простых задач. То же самое касается мечей и кухонных ножей”.

Аяка: “.......”

Не отвечая на вопрос, она начинает пытаться накрыть на обеденный стол. И, как будто она ожидала этого, он сделал это в мгновение ока. Он сделал все остальное до того момента, пока Аяка не вошла, неся чашки и молоко, которые достала из холодильника.

Аяка: “...................Спасибо тебе”.

"На этот раз позволь мне сказать тебе спасибо’.

Не услышав его ответа, она подходит к столу, он отчетливо произносит “Спасибо за еду”, садясь рядом с Аякой, которая тихо отвечает “Спасибо за еду” и продолжает жевать. Начинается завтрак. Сначала она берет кусочек помидора, после того, как отправляет его в рот, она съедает яичницу-глазунью "Солнечной стороной вверх"―――

"Ах". "Опять получилось".

Хотя и не осознает этого.

Аяка мысленно вздыхает.

По своей обычной привычке, она в очередной раз приготовила яичницу-глазунью.

Сэйбер: “Прошу прощения, я так понимаю, было бы лучше, если бы я этого не слышал, верно?”

Она ничего не сказала. В любом случае, тот, чье место - самый лучший слуга, знал, чего Аяка не хотела говорить. Было ли это из-за того, что у него была магическая связь со своим Мастером, нет, это не так, он просто проницательный. Она сразу же начинает что-то соображать. "Даже сейчас он абсолютно точно знает, за что я извиняюсь".

Сэйбер: “Яичница-глазунья "Солнечной стороной вверх", мне нравятся яичницы, приготовленные любым способом. Так что я не против, если ты приготовишь их мне в твоем любимом стиле”.

Аяка: “Эм, хорошо......”

Понятно. Он знает.

Не поднимая на него глаз, Аяка кивает.

Аяка: (Нравится, да?）

Она шепчет про себя. Как будто она пыталась избежать его внимания, тихо.

Хотя на самом деле она больше всего любит яйца с начинкой, нет, хотя так оно и было, сейчас она не совсем уверена, так ли это на самом деле. В конце концов, она продолжала готовить яичницу-глазунью "Солнышко", которую всегда любила ее старшая сестра.

Во-первых, когда она была младше, ей нравились яйца с начинкой, так что, возможно, она открыла свои вкусы благодаря своему скромному бунтарскому духу по отношению к своей старшей сестре, которая была само совершенство.

Внезапно―――

Сама того не зная, Аяка смотрела в окно.

8 лет назад. Это было так, словно она кружилась в танце на том самом месте, где тот человек грелся в лучах утреннего солнца.

Аяка: “........ Хэй, Сэйбер”.

Сэйбер: “В чем дело?”

Аяка: “Ты, ты был слугой моей старшей сестры. Во время Войны Святого Грааля, 8 лет назад, не так ли?”

Сэйбер: “Верно. Манака была моим Мастером”.

Аяка: “Она была хорошим Мастером? Моя старшая сестра, то есть......”

"Искреннее любопытство".

"Наверное, в этом все и дело", - думает про себя Аяка.

Было ли это из-за того, что она терпеть не могла продолжать трапезу в тишине, или из-за того, что ей, возможно, было бы лучше услышать побольше или хотя бы немного информации о Войне за Святой Грааль, ей на ум приходит пара причин. Но, самое близкое, это то, что она думает, что ей любопытно. Потому что она внезапно забеспокоилась об этом. Во всяком случае, она все еще говорила об этом.

Сейбер: “Манака, ну, давай посмотрим, она была отличным магом”.

Он улыбается.

Сэйбер: “Она была очень талантлива. Она была не слишком снисходительна к другим магам, но, несмотря на это, я чувствовал, что у нее талант не ниже, чем у магов первого класса”.

Аяка: “Да?”

Она чувствовала, что ее зацепили его слова.

Она наклоняет голову.

Аяка: “Ой. Память последнего времени, о первой войне Святого Грааля является нечеткой, так? Я помню, что ты это говорил”.

Сэйбер: “Ах....... Эм, да”.

8 лет назад он также участвовал в войне за Святой Грааль.

Первый по рангу Героический Дух Меча. Он сражался как слуга моей старшей сестры Манаки Садзё, полностью победив остальных шестерых Героических Духов и заполучив Святой Грааль. Однако прямо перед тем, как это произошло, он разорвал свой контракт―――

Аяка: “Последствия, верно. На этот раз у тебя все в порядке с памятью после призыва?”

Сейбер: “О, да. Не стоит беспокоиться, единственная ненадежная часть моей памяти касается событий восьмилетней давности”.

Он кивает.

Не похоже, чтобы с ним было что-то не так.

Он был безупречным человеком. Личностью? Нет, Героическим Духом. Прижимаясь к ней, самой низкой из семи Принцев–господ, он является Слугой первого ранга, который поклялся сражаться бок о бок с ней в этой Войне за Святой Грааль.

Его улыбающаяся фигура действительно изящна, как у героя из книжки с картинками. И в то же время она излучает такую живую энергию.―――

Аяка: (Да?)

Его обычное улыбающееся лицо.

Хотя это должно было быть сейчас, всего на мгновение.

На его лице почему-то появляется грустное, извиняющееся, почти неприятное выражение.

Действительно, это похоже на то, как будто она висит у него на лице?

Аяка: “Сэйбер?”

Сэйбер: “Аяка. Могу я тоже задать тебе вопрос?”

Аяка: “Да, конечно”.

Сэйбер: “Твоя старшая сестра. Что касается Манаки Садзё, что ты к ней чувствовала?”

[[image:/storage/reader-images/f47acbda95e75f50286e99fff18956334bbf04f2.jpg]]

Старшая сестра―――

Моя старшая сестра Манака.

Человек, который блистал больше, чем кто-либо другой.

Человек, который восемь лет назад участвовал в Войне Святого Грааля вместе с Сэйбер.

В то время я была еще юна, так что сейчас я многого не помню, но кое-что я определенно помню.

Например, точно.

Я, что касается моей старшей сестры, всегда...―――

――― Кусок мяса.

Аяка: “О моей старшей сестре?”

Я―――

Аяка: ”Я......."

Всегда...―――

Аяка: “......Эм, ну. Что касается моей старшей сестры, она мне нравилась. Она умела не только учиться, но и заниматься магией, к тому же она была хорошенькой.”

――― Крик.

Аяка: “Ну, ты же видишь, волосы моей старшей сестры так ярко блестели на солнце. Это было очень красиво и чудесно”.

Это не ложь―――

Аяка: “Несмотря на то, что мы провели вместе совсем немного времени, она всегда была добра ко мне”.

Это не ложь―――

Это не ложь―――

Это правда.

――― Красный.

Моя старшая сестра, которая все умела делать хорошо, нет, моя старшая сестра.

Симпатичный человек. Моя старшая сестра Манака.

Как и мой отец, она была человеком, который, безусловно, был добр ко мне.

Ко мне, обычной и ни на что не способной.

Аяка: “Я любила ее”.

Я повторяю это еще раз.

Я пытаюсь улыбнуться.

Молясь, чтобы у меня не было неловкого выражения лица.

Ненужные опасения. Что ж, я надеюсь, что это все так.

Да, вероятно, это не более чем ненужные опасения.

Все записи, записанные в этой тетради, ничего не значат.

Потому что Вторая Война Святого Грааля больше никогда не состоится.

Независимо от того, кто победит, моя семья больше никогда не будет вовлечена в войну за Святой Грааль.

Чудо со Святым Граалем больше не повторится.

Кто-то в одиночку обязательно доберется до корня.

На этом все заканчивается.

Но. Если случайно.

Если это так, то являются ли слова, которые Надзиратель проговорился мне на днях, правдой?

(Выдержка из старой записной книжки)

И затем―――

И вот девушка выходит в сад.

Стеклянные стены и потолок залиты утренним солнцем.

В центре этого сияния она смотрит на стаю голубей, которые роятся у ее ног, и думает о существовании повязки, обмотанной вокруг ее собственного пальца; она осторожно берет одну из птиц на руки.

Девушка размышляет о прошлом.

Она уже мало что помнит, например, то, что было 8 лет назад.

Ее воспоминания о старшей сестре.

Ее воспоминания об отце.

Девушка размышляет о нескольких вещах.

Были только две вещи, которые она могла вспомнить урывками.

У нее нет воспоминаний о своей матери.

Сэйбер: “………Аяка”.

Раздается голос молодого человека, которого она привыкла слышать.

В непосредственной близости от стеклянной двери, ведущей в Сад, виднелась его фигура. Из-за яркого солнечного света, даже если на его лицо падали тени, девушка хорошо различала выражение его лица.

Он, несомненно, улыбается. Даже сейчас.

Осторожно выпуская голубя, которого она несла на руках.

Девушка кивает тому, у кого были зеленые глаза.

Аяка: “Да, пойдем”.

――― А потом я пойду пешком.

――― Сейчас 1999 год.

В преддверии Второй Войны Святого Грааля, которая снова проходит в этом Токио.

[[image:/storage/reader-images/8c17cd0a244442f3d7e957c82ba5569d949e58a4.jpg]]

С девочкой снова играют в Войну Святого Грааля

В определенный день февраля 1999 года, 8:25 утра, район Сугинами, у главных ворот частной средней школы.

Множество учеников собираются в школу.

Есть ученики, которые прогуливаются и болтают, общаясь с кем-то, есть ученики, которые находят своих друзей и обмениваются с ними приветствиями, есть ученики, которые машут руками во все стороны, стараясь приложить усилия на утренней тренировке в школьном дворе, в то время как некоторые спокойно проходят через школьные ворота в одиночестве.

Что касается Аяки Садзё, то она попала в последнюю категорию.

Вряд ли когда-нибудь она скажет: “Я с кем-нибудь иду в школу”. Конечно, она ответит на приветствие, но она никогда не найдет кого-то сама и не окликнет его, она также никогда сознательно не будет смотреть на утренний школьный двор, потому что это единственный пейзаж, мимо которого она всегда проходит.

Вот почему сегодня она снова одна. Она прогуливается среди детей того же возраста, которые были одеты в такую же форму, что и она.

К входу, через который она проходит, слегка кланяясь инструктору по воспитательной работе, стоящему сбоку от главных ворот.

С каких это пор это началось―――

С каких это пор она, естественно, предпочитает быть одна.

Даже если бы ей удалось завести друга, которого она могла бы назвать “лучшим другом”, она бы соблюдала с ним определенную дистанцию.

Даже сейчас, если бы она попыталась найти кого-нибудь из них, то, вероятно, нашла бы одного или двух одноклассников, хотя в начальной и средней школе должны быть одни и те же ученики, она бы о них не знала.

С ее стороны было бы неправильно говорить: “У меня нет друзей”.

Нельзя сказать, что у нее не было друзей, которых она могла бы назвать таковыми. Среди ее одноклассниц было несколько, девушка, с которой она относительно хорошо общалась, и девушка, с которой у нее были общие темы.

Аяка: (......... Да. Есть несколько)

Мысленно бормочет Аяка.

Друзья. Если у нее их было немного, значит, она знала об этом.

Такова ли ее судьба как мага?

Должна ли она поддерживать адекватные отношения с окружающим миром?

Это может быть правильным, а может и неправильным для нее. Тем не менее, еще 8 лет назад, а точнее, когда она была ученицей начальной школы, ей казалось, что количество ее друзей было чуть больше, чем у нее было сейчас.

Причина вскоре всплывает в ее сознании.

Что случилось с ней 8 лет назад, когда она была ученицей 2-го класса начальной школы?

Или, если быть точным, тогда “не с ней самой”, а с тем, что происходило в ее собственном окружении?

8 лет назад магический ритуал, проведенный в Токио в 1991 году, унес жизни ее отца и старшей сестры, в результате чего многие пейзажи, в которых жила Аяка, полностью изменились.

Аяка: (Вторая Война Святого Грааля - это масштабный магический ритуал ради достижения больших целей.)

Она вспоминает название ритуала.

Обычно, несмотря на то, что в школе не нужно было сознательно следить за какими-то магическими сложностями, тот, кто думал подобным образом, считает, что с этим ничего нельзя было поделать даже для себя.

В конце концов, это уже началось.

Ночью того дня, хотя она и не могла отчетливо вспомнить, что почувствовала, когда лезвие пронзило ее грудь - нет, она не хотела этого вспоминать, но ее страх того времени смог оживить ее яркие воспоминания об этом. Если бы она позволила своему разуму хоть немного отвлечься, то даже то, что она вот так ходит, могло бы быть иллюзией или желанием, но этого нет в этой реальности, ее настоящее "я" не находится на пороге смерти от пронзения копьем в грудь в посреди сада, так что даже это кажется иллюзией.

Ее ноги, все ее тело, кажется, дрожат от всего сердца.

Она выглядит окаменевшей.

"Я слаба". Она полностью осознавала это. Если она сейчас поддастся своему страху, то, без сомнения, вся она исчезнет в мгновение ока.

"Но этого не произойдет".

"Я собираюсь уйти. Я пройду через главные ворота и направлюсь ко входу. Все в порядке."

Потому что эта командирская печать с одним оперением, выгравированная у меня на груди, говорит мне, что я никогда не бываю одна.

"Тот, кто одет в синее с серебром, - мой..."

???: “Доброе утро, Садзе”.

Аяка: “А, о, доброе утро, Исеми...”

Внезапно ее окликает чей-то голос, и она оборачивается.

Поскольку она была полностью сосредоточена на своем внутреннем самосознании, ее поведение стало несколько неловким. Выражение ее лица действительно стало таким, как у удивленного человека, а больше всего изменился ее голос. Она, возможно, немного сбилась с ритма.

Что касается мастера озвучивания, который поприветствовал ее “Добрым утром”, у него все было идеально.

Приятный голос. Веселая внешность. Вдобавок ко всему, он в экстазе вот так высоко поднимает правую руку.

Переведенный студент, Исеми. Одноклассник с ярко окрашенными волосами, который перевелся в неурочное время.

Исеми/Райдер: “Хорошая погода сегодня, да? У тебя такое мрачное лицо, ты о чем-то беспокоишься? Это из-за сегодняшней викторины?”

Аяка: “Ммм”.

Указывая на три темы сразу, она на мгновение теряется.

"Хорошая погода. Думаю, это правда".

"Не думаю, что я делаю мрачное лицо, но я чем-то обеспокоена. Хотя я не могу говорить об этом людям".

‘Ммм, на сегодня была запланирована короткая викторина?’

Исеми/Райдер: “Мисс Садзё. Вы часто ходите в школу одна, не так ли?”

Аяка: “Да......?”

"Как раз когда я задумалась, с чего мне начать отвечать, уже была другая тема?"

Исеми/Райдер: “Интересно, тебе нравится быть одной?”

Аяка: “Н-нет, вовсе нет”.

Исеми/Райдер: “Разве?”

Сияющее лицо Исеми оказалось ближе, чем она ожидала.

Он легко преодолевает “определенную” дистанцию, которую Аяка неосознанно создала, и подходит к ней с улыбкой на лице, которая соответствует утренней бодрости. Это достаточно дружелюбное лицо. Он всегда демонстрирует это выражение в кругу одноклассников.

‘Если подумать, я не думаю, что я когда-либо видел его в покое?’

Аяка: (.........Что это такое?)

Она напоминает голубей, которые часто приходили сбор у ее ног, когда она была ребенком. В последнее время, хотя голуби кажутся такими же, как обычно, вороны тоже привязались к ней, хотя раньше этого не было.

Аяка не знала, что у нее есть друг, который бы так к ней отнёсся

Особенно, если это человеческий мальчик.

Внезапно перед ее мысленным взором всплыл профиль Сэйбер.

Несмотря на то, что внешне он выглядит как мужчина чуть старше ее, он не человек. И то, что молодой человек так естественно подходит к ней, тоже странно для нее―――

Исеми/Райдер: “Видишь ли, мой друг тоже был ребенком, который много времени проводил в одиночестве. Однако, в нем все не так, как в тебе”.

Аяка: “Исеми......этот друг, твой друг из предыдущей школы?”

Исеми/Райдер: “О! Кстати, о школе, Садзё, слухи о здании школы в Саут-Сайде, ты их уже слышала?”

[[image:/storage/reader-images/458f276c1c50d3c8c13b779badc88c393c367426.jpg]]

Аяка: “Да?”

Он ответил вопросом на вопрос.

Более того. Тема разговора. Как будто он внезапно снова сменил тему.

Пока Аяка, задумавшись, вытягивала шею, Исеми продолжал сыпать словами одно за другим.

По его словам, после уроков ходят слухи о зловещем призраке, появляющемся в южной части школьного здания, или же это газовые инциденты или что-то еще, что постоянно происходит во всевозможных местах в столичном районе Токио? Была ли это история о привидениях, которую он услышал от своих одноклассников, или история, прочитанная в газете или по телевизору, одна за другой его истории были очень туманными и скрывали в себе скрытые намерения.

В любом случае, неосведомленная Аяка просто наклоняла голову.

Аяка: “Знаешь, Исеми, для того, кто только что перевелся, ты, безусловно, хорошо информирован...”

Исеми/Райдер: “Это неправда. Прошло совсем немного времени с тех пор, как я приехала сюда, и, кажется, у меня кружится голова от всего, о чем я не знаю. Но, знаете, есть пара вещей, о которых я действительно знаю.

Аяка: "Что?”

Исеми/Райдер: “Во-первых, о вас. Мисс Аяка Садзё.”

Аяка: “Да?”

Внезапно он назвал ее полным именем.

Не имея возможности ответить ему сразу, Аяка бросает на него вопросительный взгляд.

Исеми/Райдер: “Часто бывает так, что такая девушка, как ты, должна быть с кем-то вместе. И все же ты сама решила остаться одна. Это правда в классе, и это правда даже сейчас”.

Аяка: “Это не.......”

"Это правда". И при этом Аяка не могла заявить об этом.

То же самое происходит, когда она ходит в школу, между уроками, во время обеденных перерывов и даже после школы, как сейчас.

Если она сможет говорить, то ответит ему, но вряд ли она сможет что-то сделать сама.

Исеми/Райдер: “Есть”.

Второй такой же обмен репликами.

Когда она подняла взгляд, устремленный на свои ноги, лицо Исеми оказалось прямо перед ее глазами. Студент, который в мгновение ока завоевал популярность среди ее одноклассниц, и чьи яркие волосы ему очень идут. Мальчик, который дружелюбен и всегда улыбается.

Аяка: “Ты, наверное,...?”

В этот момент. На его лице появилось такое выражение.

Исеми/Райдер: “Интересно......”

Обычное радостное выражение исчезло с его лица.

Исеми/Райдер: “Возможно, вы ненавидите людей?”

Ощущение пустоты, наполненное холодом, похожим на маску, как у―――

――― В одном месте на окраине Токио. Вокруг Святого Грааля разгорелся конфликт.

――― Победитель, безусловно, существовал. Но Грааль так никому и не достался.

――― И затем, 8 лет спустя. В 1999 году.

―――Святой Грааль вновь появился в этом Токио. Теперь под руководством семи Мастеров соберутся семь Слуг.

―――Начинается Вторая Историческая Война Святого Грааля.

Слуги.

Проявившиеся героические духи.

Сэйбер.

Берсеркер.

Арчер.

Лансер.

Райдер.

Кастер.

Ассасин.

Самые могущественные иллюзии, которые Святой Грааль разделил на семь классов.

Они очень могущественны.

Как упоминалось выше.

Они могут раскалывать сталь, разрушать землю и даже пронзать небо.

Те, кому с помощью магии были созданы временные тела, не являются настоящими живыми существами. Даже если они и обладают внешностью, напоминающей человеческую, они не являются людьми. Скрывая разрушительную силу и упорство, которые намного превосходят человеческие или звериные, они проявляются такими, какими они были в своих легендах.

Но они также...―――

(Выдержка из старой записной книжки)

В тот же день, поздно вечером.

Префектура Синдзюку, Токио, Центральный парк Синдзюку.

За зелеными деревьями, окружавшими высотное здание Западного Синдзюку, стоял мужчина.

Внезапно этот человек появляется перед большим фонтаном, который получил свое название от реки Ниагара, впадающей в озеро Онтарио. Если бы кто-то, возможно, стал свидетелем этого, то, хотя в это время года почти нет бездомных, которые подошли бы к этому ночному водопою, они, вероятно, восприняли бы это как появление человека в этом месте из ниоткуда. Например, он мгновенно пересек пространство, или.

Нет. Это не перемещение в пространстве. Это техника магического уровня.

Этот человек всего лишь высвободил свою духовность.

Правда в том, что он был в этих краях некоторое время назад. Правда, не в той форме, которую можно было бы увидеть глазами.

Мужчина: “Ну что ж”.

Он был героем, закованным в доспехи.

Его металлическая броня, закрывающая левую руку от обоих плеч, сверкает в свете уличных фонарей.

В легком снаряжении на правой руке, в отличие от левой, находится одинокое копье. Это было длинное копье, которое, по-видимому, было сделано из дерева и значительно превышало рост человека.

По внешнему виду оно отличается от тех типов копий, которые можно было увидеть на полях сражений в Японии в прошлом. То же самое относится и к его доспехам. Это напоминает о вкусах иностранцев. Несмотря на копье и доспехи, его мужественная фигура не слишком выделялась на фоне окружающего пейзажа, так, может быть, виной тому фонтан в виде водопада и зеленые деревья, которые, похоже, уже привыкли к нему? С самого начала этот парк словно парит на фоне городского пейзажа под названием Западный Синдзюку.

В этом “высоком” городе с выстроившимися в ряд высотными зданиями, который создает впечатление ультрасовременной цивилизации, действительно, нет ничего необычного в том, что здесь есть грандиозный фонтан и зеленый парк с открытым широким входом.

Мужчина 1: “Я слонялся по центру города, или, возможно, мне следует сказать, что я пытался добраться сюда, но.......”

Закрыв один глаз, мужчина смотрит на одно из высотных зданий - на здание Синдзюку Сумитомо, и кривит губы.

Мужчина 1: “Вы действительно здесь? Я теряю дар речи, я восхищен вами, сэр”.

Второе озарение.

Фигура Лансера исчезает, как растворяющийся звук журчания воды в фонтане.

Западный Синдзюку, в группе высотных зданий.

До тех пор, пока несколько лет назад не было завершено строительство нового административного здания Токийского метрополитена, зданием, которое могло похвастаться самой большой площадью в Западном Синдзюку, было здание Синдзюку Сумитомо. Сияние под глазами, которое можно увидеть с высоты 210 метров, также может создать иллюзию того, что вы заглядываете в океан звезд.

Конечно, это никак не могут быть звезды. В конце концов, это устройства, изобретенные людьми. Короче говоря, нет особой разницы между их применением и костром, который освещает ночь.

???: “Как всегда----”

Один из Героических Духов случайно оказался там.

Это был мужчина, похожий на короля, со сверкающими золотыми волосами.

Мужчина 2: “Нет, это желание человека, который редко так великолепно полнеет. Не уставший от своих пяти желаний, этот капитал, который даже в конце смутного процветания приобрел склонность к потреблению, по иронии судьбы находится на пределе своих возможностей. Я в теле клоуна и тщеславен, как королевский замок без короля, поэтому я сожгу себя в огне наслаждения, я воздвигну стены своего замка, и все это ради того, чтобы достичь небес!”

Герой среди героев.

Король среди королей.

Таким образом, это были слова, которые, с точки зрения жителей города, управляют сегодняшним днем.

Мужчина 2: “Какая нелепость. В храме нет священника, чему же они молятся?”

[[image:/storage/reader-images/f517bc3a3550148ca41c3556aa8d09616d611800.jpg]]

Это не высокомерие.

Это не напыщенность.

Есть вещи, которые должны быть здесь, даже для его величества, настоящего короля, который появился в Токио.

Лансер: “Откуда мне знать? Люди и тому подобное, похоже, не сильно изменились с моего времени”.

Отменяя его одухотворение, перед глазами золотого Героического Духа материализовался Лансер.

Мужчина 2: “Это твоя демонстрация или украшение, Лансер?”

Лансер: “Кто знает?”

Перед лицом своего грозного врага, которого он должен убить, он спокойно пожимает плечами. Конечно, он также давно заметил, что человек, стоящий перед ним, способен ощущать его присутствие. Героические Духи, участвующие в Войне за Святой Грааль, могут ощущать уникальное присутствие Слуги. Разговор ведется по-другому, если он происходит в определенном месте, но, возможно, для Слуги любой классовой иерархии рискованно строить догадки и просто говорить: “Он приближается”.

Несмотря на это, он остается на этом месте, величественно стоя вот так.

Подобный этому.

Он обращается к голосу.

Он понимает, просто взглянув на него, что он не обычный слуга.

Проще говоря, он мог бы понять это, если бы мог воспринимать знаки кожей, а не зрением.

Лансер: (Ну, не то чтобы я особо возражал)

Он думает о профиле своего собственного Мастера.

То есть, как она отреагирует, если он расскажет ей об этом золотистом герое?

В частности, его интересовало, какое выражение лица у нее будет. Ни в коем случае, это не в ее характере - удивляться, узнав, что другой парень - грозный враг.

Лансер: (Сэйбер хорош, но этот парень не уступает ну.... достойная порицания важная шишка.)

"Боже мой".

Вздохнув, Лансер пожимает плечами.

Хотя его хозяин сказал ему: “Я не возражаю, если ты убьешь его”. Вероятно, ему следует оставить это прямо здесь.

По крайней мере, в его нынешнем состоянии, когда его Благородный Фантазм все еще запечатан, с ним не стоит ссориться.

――― В одном месте на окраине Токио.

Вокруг Святого Грааля произошел конфликт.

――― Как правило, люди не знают об этом масштабном магическом ритуале.

Победителем должен быть только один человек.

―――Это было 8 лет назад.

1991.

――― Проявленный Святой Грааль находится в этом Токио. Теперь под руководством семи Мастеров соберутся семь Слуг.

――― Началась первая в истории Война Святого Грааля.

В один февральский день 1991 года, на рассвете.

Район Чуууку, пирс Харуми.

С чем можно сравнить тени от группы зданий, протянувшихся вдоль береговой линии?

Что касается нынешней эпохи, то, поскольку тем, кто материализовался в качестве Слуг, автоматически доводится минимум информации, говорят, что мы либо впадаем в необъяснимое замешательство, увидев что-то в первый раз, либо даже не испытываем шока от неожиданности перед неизвестным---но я не могу сказать этого наверняка.

‘А, понятно’. Я думаю, он стал способен к какому-то пониманию.

Например, к представшей перед ним сцене.

В темноте раннего рассвета, который уже перевалил за полночь, Сэйбер не был особенно удивлен гигантской тенью, отбрасываемой высотными зданиями прибрежного района Токийского залива, даже когда увидел, что она контрастирует с темнотой моря у него перед глазами.

Пирс Харуми. На прибрежных дорогах, кроме него самого, никого не было.

Сэйбер устремляет взгляд вдаль.

Над черным Токийским заливом―――

Там, величественно и даже величественно возвышаясь над окрестностями, он увидел очертания сверкающего храма.

Но это не просто один храм.

Множество храмов формирует его величественный облик, нагромождая их в несколько слоев, что делает его очень большим храмовым комплексом. Если он предположит, что все проходы, которые видны его глазам, существуют на самом деле, а не являются иллюзией, тогда он сможет оценить своими глазами, что это нечто, общая протяженность которого легко достигает нескольких километров. Его величественный вид был таким, словно он упал на поверхность моря, прямо как звездная ночь. В этом городе, который потерял большую часть своего звездного света из-за света, заливавшего поверхность земли, это выглядит слишком иронично.

Сам того не осознавая, он был очарован этим.

Он не может сказать, что знает много, в том смысле, что знает лишь о минимальном количестве вещей, и все же это не должно сильно отличаться от этого места и тени зданий, тянущихся вдоль залива.

Скопление огней, плывущих по морю, прекрасно.

Не сдерживаясь, он подумал, что эта сцена показалась ему достаточно достойной, чтобы оценить ее по достоинству.

Но. Однако. Это не было сиянием настоящей звездной ночи.

Это просто отражение праны, принесенной Героическим Духом, которого он должен победить, вместе с ее сиянием.

Это название - действительно, это большой сверкающий храмовый комплекс.

Манака: “Благородный Фантазм Райдера, да? Я не хочу, чтобы ты заходил в такое место”.

Сейбер: “Манака”.

Выкрикивая ее имя, он оборачивается к Мастеру, стоящему рядом с ним.

Когда она позволила сверкающему сиянию храма отразиться в них, его затуманенные глаза с беспокойством уставились на себя.

Например, если бы весь этот город не был полем битвы, на котором он скрестил бы мечи в поисках Святого Грааля, то, как рыцарь, он решил, что должен посвятить ей стихотворение - ее глазам, которые были наполнены такой красотой. Как будто мудрость звезд поселилась там, в ее глазах.

Однако они расплываются. Они беспокойно подрагивают.

Сэйбер понял, что причиной этого были его опасения по поводу того, что девушка прятала в глубине своих глаз.

Сэйбер: “Этот храм был развернут для того, чтобы вызвать меня. Точнее, меня, Арчера и Лансера. Учитывая, что действия двух других все еще неясны, по крайней мере, я должен пойти, иначе он может осуществить свое обещание”.

Манака: “Ты не должен. В одиночку, как?”

Сейбер: “Я осознаю опасность”.

Райдер, способный управлять многими Благородными Фантазмами, обладает могущественным Героическим Духом, даже если он индивидуум. Более того, узнав, что по крайней мере два гигантских зверя, показавших свою мощь в битве на днях, находились внутри храма на вершине океана, нетрудно предположить, что сам храм представляет для него угрозу.

Этот храм, скорее всего, представляет собой нечто похожее на настоящий мрамор.

Благородные Фантазмы, которыми управляют Героические Духи, участвующие в Войне за Святой Грааль, в целом являются мощным оружием, но у Райдера оно другого порядка. Буквально, он может сказать, что его противник отличается по рангу от обычных героев и великих людей. Это может быть случай, когда он просто называет себя “королем среди королей”.

И что он жаждет такого титула.

Уладив это с Сэйбер.

Если он не откликнется на “приглашение” посетить свой великий храм, который виден вон оттуда, то, вероятно, превратит весь Токио в море огня, не дожидаясь рассвета, на своем летающем солнечном корабле. Поскольку Райдер обладает достаточной силой, чтобы сделать возможным такое насилие, ему противостоят всего несколько человек, но он действительно чувствует, что этот Героический Человек не из тех, кто подобным образом бросает угрозы только на словах.

Токио. Это столица на краю востока.

Для него это никогда не будет Британия, и люди, которые там живут, никогда не будут его подданными.

Несмотря на это―――

Сэйбер: “Это мое эгоистичное желание. Я, я хочу остановить его!”

Манака: “Правда, я понимаю. Значит, даже ты иногда можешь ныть, как маленький ребенок".

Сэйбер: “Мне так жаль”.

Манака: “....... Пожалуйста, не делай такое лицо. Это я, как твой Мастер, должна была что-то сделать для тебя”.

Девушка, которая является его Мастером, тихо кивает.

Изначально это были невероятные слова.

Эта совсем юная девушка, служащая врагом, который должен победить главу семейства тайн, контролируемого магами, которая носит десятки имен, которая хвастается, что “сама что-нибудь с этим сделает” и так далее, даже если предположить, что у нее есть природный талант что касается магии, то нет, прежде всего, он, вероятно, должен оценить, говорит ли она невозможное. Эта семья находится в горном районе западной части Токио, прячась в недрах своей волшебной мастерской, которая окружена прочными барьерами.

В волшебной крепости или даже в лабиринте, полном смертельных ловушек.

Хрупкая девушка не должна была даже пробраться туда. Даже если она справится с этим, у нее не будет возможности в одиночку сразиться с десятками магов и выжить в магической битве.

Но Сэйбер тихо проинформировал девушку.

“Спасибо”. Поскольку он уже знал о силе Мастера, который будет сражаться за Святой Грааль вместе с ним.

Манака: “Честно, боже! Ты действительно очень эгоистичный принц, ты это знаешь”.

Его Хозяйка, Манака Садзё, подходит и прижимается к нему вплотную. Зеленое платье девушки сочетается с его голубыми с серебром доспехами. Несомненно, это ее намерение - не дать ему почувствовать тяжесть ее тела. Несмотря на то, что в последнее время они стали намного ближе, Манака никогда лично не прикасалась к Сэйберу.

Манака: “Ты действительно не можешь насытиться спасением других, не так ли? Люди такие хрупкие и мимолетные”.

Белоснежные кончики пальцев девушки, ее ладонь, обращены к его серебристому нагруднику.

Вот так она кладет ладонь ему на грудь. Правда в том, что она немного замирает на пороге этого.……

Манака: “Ты всегда заставляешь меня волноваться за тебя”.

Ее щеки слегка надуваются. Это был очаровательный жест.

Если бы не эта мрачная бойня и так далее, если бы это, конечно, подходило для цветника, залитого ярким солнечным светом, то именно этот жест цветка напоминает о великолепии и невинности.

После этого, внезапно, она поднимает взгляд на Сэйбера с выражением "у меня только что появилась идея".

Выражение ее лица слегка темнеет.

Манака: “Я беспокоюсь о тебе. Я волнуюсь и переживаю до такой степени, что готова расплакаться, но......”

Как есть, с улыбкой на обеспокоенном лице.

Манака: “Но знаешь, та я, которая не волнуется, тоже где-то в глубине моего сердца. Потому что я знаю, что ты не проиграешь, с каким бы Героическим Духом ты ни столкнулся. Ибо меч, которым ты владеешь, разнесет в клочья всех твоих врагов, сияние, которым ты излучаешь, сокрушит всех твоих врагов.

Привет, Сэйбер. Мой Сэйбер. Даже если Война Святого Грааля, возможно, начнется снова, я...”

Сэйбер: “Ты не проиграешь. Никому, верно?”

Тихие слова.

Его голос полностью растворяется в ночном небе, где немногочисленные звезды контрастируют с поверхностью океана. Сразу после этого―――

Присутствие гигантского тела, вылетающего наружу. Словно рефлекторно, он обхватывает Манаку за талию, принимая оборонительную стойку.

Он контратакует, не задумываясь, и, планируя только идеальную защиту для своего Хозяина, он обостряет свой взгляд. Не проходит и 2 секунд, как в поле его зрения появляется тень. Гигантское тело, которое, вероятно, летело, описывая дугу, над Токийским заливом, четко приземляется прямо перед его взором.

Его огромный кузов, который больше, чем полуприцеп, легко приземлился, даже не ударившись.

Его скорость и масса не учитывают смертельное количество энергии, которое должно быть затрачено как на его гигантское тело, так и на твердое дорожное покрытие, нарушая законы физики, но при этом распространяя достаточно ветра, чтобы мягко шелестеть юбкой девушки.

Это было человеческое лицо.

Это был лев.

С лицом, украшенным характерным головным убором, он имел тело льва, который является царем зверей.

Гигантский. Гигантское тело. Огромное телосложение.

Чудесный зверь, который был наделен подавляющей массой.

Оно со спокойным видом, от которого казалось, что в нем есть что-то святое, смотрело на Сэйбер и Манаку сверху вниз парой тусклых глаз. Разведчик или авангард? Или это преднамеренный посыльный, который пришел сообщить ему о его втором приглашении?

Сэйбер: “Сфинкс Райдера...”

Имя гигантского зверя срывается с губ Сэйбера. Это название того, что не должно было бы ступать на землю в современную эпоху. Легендарный монстр, о котором говорили в Вавилонии и Древней Греции, химера с человеческой головой и длинным телом. В далеком прошлом, в Древнем Египте, несколько тысяч лет назад, это было легендарное четвероногое животное, которого боялись как воплощения бушующего ветра и пламени, воплощения Гора в наземном мире, который управляет небесами. Говорят, что другое его название - Абу аль-Хавль.

Зверь, о котором ходит множество легенд от Средиземного моря до Западной Азии. Если бы в этом месте оказался неопытный Маг, то он мог бы сразу понять это неправильно, как “Какого Чудовищного Зверя он вызвал”, однако нет совершенно никаких причин помещать это в контейнер с Чудовищным Зверем.

Итак, что же это такое?

Это - Существо, которое обитает в легендах.

Существо, которое спит в иллюзиях.

Существо, которое существует в мифах.

[[image:/storage/reader-images/6e0b0d0757a5077330e638ef95716ad8b6019862.jpg]]

Фантастический вид. Зверь, который был придуман. Существо, о котором говорится только в старых легендах.

Не сравнимые ни с одной из известных форм жизни, эти существа, которые сами приняли форму мистерий, были классифицированы в соответствии с придворным рангом на "Чудовищных зверей", "Фантастических зверей" и "Божественных зверей". В таком случае, это...... Этот великий зверь - нечто иное.

Это нечто, заставляющее демонов падать ниц, разрушающее иллюзии и управляющее земной поверхностью своей священной мощью.

Божественный зверь - несомненно, самый высокий по рангу, если исключить родство с драконами, это священный зверь!

Сфинкс: “■■■■■■■■■-----!”

Огромный божественный зверь рычит. Его морда, которая должна была оставаться безмолвной, злобно кривится, придавая звериное выражение оскаленным зубам, напоминая человека с враждебным выражением на лице, он воет в небо, на котором сияет несколько звезд. В этот момент тишина на пирсе Харуми нарушается.

Сэйбер: “Продолжай. Манака. Я улажу это и отправлюсь в храм Райдера”.

Манака: ”Сэйбер".

Сэйбер: "Манака. Пожалуйста.”.

‘Наверное, я никогда не стану утонченным рыцарем’.

Полуавтоматически, он мыслит в уголке своего разума, который мгновенно ориентируется на бой.

В ситуации, когда он должен улыбнуться девушке, которая беспокоится о безопасности рыцаря, как сейчас, он просто бросает острый взгляд на монстра.

В ответ Сейбер слегка убрал руку с талии девушки, чтобы нежно коснуться ее плеча.

Манака: “........ Я, я понимаю”.

Девушка тихо кивает.

С его приоткрытых губ, которые просто хотели что-то сказать, слетают слова одобрения.

- Нет, я не позволю никому из вас сбежать. - Издав рев, как будто говоря ему это, гигантский зверь просто сдерживал свой свирепый взгляд, пока Сэйбер готовил свой невидимый меч.

И затем―――

Райдер: “Хо-хо. Как интересно! Вместо трех они намерены доказать, что могут справиться с нашим “чудовищем” всего с одним Слугой? Хотя это лишь малая толика моей силы, моей славы - сразиться с моим чудовищем с телом льва из горячих песков, которое может уничтожить даже целые армии......”

На вершине Токийского залива находится огромный храмовый комплекс.

Внутри самой глубокой части главного храма.

В темной комнате, в которой находится гигантский таинственный зловещий шар.

Освещенный бледным светом нескольких прожилок, напоминающих огромные магические цепи, король улыбается.

Райдер: “Тогда ладно. В таком случае, покажите мне свою борьбу, сколько душе угодно, о, лишенные света”.

Харуми, Токийский международный торгово-выставочный комплекс.

Здание расположено на Мейн-стрит.

Несомненно, слово “растоптанный” очень подходит для этого места. Асфальтовое покрытие, на которое внезапно наступили гигантские ноги, и группа полуприцепов, раздавленных ударом при приземлении.

‘Несмотря на то, что по этому поводу все еще говорят об ухудшении состояния, совершенно невероятно представить, что внешние стены помещения, способного вместить тысячи людей, могут быть внезапно разрушены передними лапами зверя’, - по крайней мере, так кто-то может подумать.

Поскольку сейчас уже рассвело, может быть, ему просто повезло, что это место кажется необитаемым?

Битва между Сэйбер и Сфинксом произошла на территории, которая по размерам сравнима с чрезвычайно большим выставочным центром. Его когти, которые приносят больше разрушений, чем он предполагал, судя по их внешнему виду, и клыки нападали на него один за другим со скоростью, достойной восхищения.

Он намного быстрее, чем у обычного животного, например, быстрее, чем движения львенка или тигра. Насколько быстрыми должны быть его клыки и кончики когтей, чтобы выполнять все движения его гигантского тела?

Ударная волна и разрушительный звук, которые раздаются после их атак, говорят о реальности, которая, должно быть, удивительна. Перебегая дорогу, стену и крышу, Сэйбер уклоняется от этих атак.

Он избегает массированных атак противника.

Он избегает быстрых последовательных атак.

Уворачиваясь от всего, он направляет свой взгляд точно в центр гигантского зверя. Тот, кто ждет возможности контратаковать, одновременно представляя себе полную картину своей цели в общих чертах. Является ли это особенностью его атакующих движений или перерывом между последовательными атаками, в любом случае, он ждет указанного “промежутка”.

Но. Гигантский зверь, похоже, каким-то образом обладает высоким интеллектом.

Он использует свои летные способности, чтобы нерегулярно атаковать со всех сторон с помощью трехмерного маневрирования, и нет ни малейшего признака того, что он теряет этот импульс. Чего ждет Сейбер, действия, которое он понял.

И затем, снова―――

Он показывает, что способен даже на финты.

Преднамеренный бесполезный удар среди повторяющихся атак. Он разрушает стену помещения, разбрасывая ее на куски. Хотя слуги в принципе не переносят атаки, не содержащие маны, на них могут в определенной степени влиять “вторичные эффекты, которые возникают при атаках, содержащих ману”.

Сэйбер: “......... нгх!”

В этот момент он уклоняется от летящих железобетонных осколков…

То, чего раньше никто не делал, - атака гигантского зверя на полной скорости, в которой использовались все его 4 лапы!

Его второе уклоняющееся действие, отменяющее его уклонение от осколков, было слишком запоздалым, он не успел сделать это вовремя. В этом случае Сэйбер использует тыльную сторону лезвия своего меча в качестве щита и поднимает его перед собой.

Это не идеальное уклонение, а защитная стойка, которая перехватывает атаку в лоб!

Грохот. Он тяжелый. Слишком тяжелый.

Используя дополнительный выброс маны одновременно с постепенным высвобождением праны ветра, которую он прячет в Невидимом Воздухе, Благородной Фантазии, окутывающей его невидимый меч, он снова не останавливается, чтобы отразить стремительный удар гигантского зверя. Удар, которого, по-видимому, достаточно, чтобы расколоть все его тело, поражает Сэйбера. Иллюзия, похожая на металлический звук, доносящийся откуда-то эхом, это звук скрипа всего его скелета? Даже в этом случае, в конце концов, не он честно получает урон.

Несмотря на то, что гигантский зверь шлепнулся на землю, а также разрушил несколько внешних стен площадки своим ударом, он, вероятно, думает о том, чтобы спровоцировать его на завершающий удар своими когтями.

Сэйбер: (Понятно.)

Где-то в глубине души Сейбер понимает.

Сэйбер: (Это спокойствие, чудовище...!)

Ветер, который с неистовой силой вырывается из его меча, меняет направление. Из формы, когда он пытается остановить удар, он превращается в форму, отражающую удар. В то же время, пока Сэйбер крутится из стороны в сторону, он прыгает. Используя это в сочетании с выбросом маны из задней части своих ботинок, он преодолевает большее расстояние.

Сэйбер: “..........Конечно”

На мгновение он выдыхает.

Сейбер: “Если бы ты был обычным фехтовальщиком, я бы, наверное, не смог с тобой сравниться. Но...”

―――Он меняет стойку.

Зверь, не применяя никакой стратегии в отношении бреши в своей броне, даже не дрогнул перед кончиком его заостренного клинка.

Естественно. Враг даже не рыцарь и не солдат, не танк и не стрелок, и у него даже нет бессмысленной магии. Подобно бушующему шторму, это не более чем необычный зверь.

Таким образом, Сэйбер меняет свою стойку. В конце концов, чтобы сразиться лицом к лицу со зверем, наделенным гигантским телом, которое в несколько раз выше его самого, не стоит бросать ему вызов с помощью техники владения мечом, предполагающей поле боя.

Расставив левую и правую ступни шире, чем обычно, он низко опускает бедра.

Поднимая невидимый клинок, который он держал обеими руками, над правым плечом, он заряжает его со всей силой, которая есть в его теле.

Он снимает свои доспехи во всю длину.

Он отчетливо осознает, что стоит на утоптанной земле.

Эта поза―――

предназначена для того, чтобы убить гигантского загадочного зверя.

В голубых глазах Сэйбера нет выражения нетерпения или чего-то подобного.

Естественно. В конце концов, ему уже не в первый раз приходится это делать.

Намного превышающий его собственный рост, один коготь, один клык тяжелее топора или огромного меча, которыми владеет гигантский воин, так же резко и быстро он и чудовище, превосходящее человеческий интеллект, пытаются убить друг друга. Ему даже не нужно было пересчитывать похожих зверей, с которыми он столкнулся за последние несколько дней, но у него осталось воспоминание о битве с существами, которые также обрели форму загадки, существования, превосходящего человеческое.

Злые драконы, великаны, огромные звери и твари, которые рычат.

Он пришел и уничтожил всех тех злобных монстров, которые пытались посягнуть на Британию.

Вот почему, да, он уже знает, как с этим бороться!

Сфинкс: “■■■■■■■■■■■■■■-----!!”

Обжигающее пламя.

Атмосфера удушья.

Иногда рев зверя, который притворяется, а также воплощает силу короля, мгновенно атакует Сэйбер, превращаясь в огненный шторм, который полностью сжигает и сокрушает ее врагов.

Судя по позе фехтовальщика, это упреждающий, сверхъестественный удар!

Яростный удар, словно созданный для того, чтобы воплотить частицу силы, которой управляет небесный отец, Гор, он мгновенно превращает в пепел ряд деревьев, растущих на главной улице, и попадает прямо в восточное здание огромного концертного зала с его куполообразной крышей. Восточное здание выставочного центра, широко известное молодежи под своим прозвищем, связанным с “монстром”, который появляется в фильмах со спецэффектами из-за своей формы, растаяло, как разогретая ириска, менее чем за несколько секунд.

Если это так, то где же Сэйбер?

Сгорел ли он в огне, был ли раздавлен ветром или растворился, как туман, потеряв ядро своей души вместе со своим бренным телом?

Нет. Это не так.

Взгляните, голова гигантского зверя. На том месте, где должно быть человеческое лицо.

Теперь в нем зияет огромная дыра.

Превратив свое тело и меч в единственную стрелу, которая была наложена на тетиву лука и натянута до предела, Сейбер пронзил всю огненную бурю и голову гигантского зверя насквозь.

Но фигуру воина не видно из-за гигантской дыры в его голове. ‘Где он?’ Гигантский зверь, потерявший свое лицо, с его необычайной живучестью, начинает поворачивать голову, которая, вероятно, потеряла большую часть своего мозга, и беспокойно озираться в поисках его.

--- Он надо мной.

То, по чему уверенно ступает небесный серебряный фехтовальщик, кружащийся на высоте примерно 200 метров - это ночное звездное небо. В дополнение к падающему движению, он ускоряет себя, буквально пиная воздух в атмосфере, принимая стойку, которая позволит ему нанести второй удар, который сопровождается вторым ускорением, вызванным выбросом маны. Он уже вовсю размахивает своим невидимым мечом. После этой второй атаки становится ясно, что он намеревается рассечь гигантского зверя пополам.

Не теряя лица, гигантский зверь переворачивает верхнюю часть тела вверх. Как бы говоря ему, что даже повреждения головы и тому подобное не будут восприняты как внутренние повреждения, он целится в мечника обеими передними лапами, которые раскалились докрасна от праны. Он противостоит Сэйберу, который наносит свой стремительный удар, одновременно атакуя слева и справа. У него нет лица, нет глазных яблок, и, несмотря на то, что он полностью теряет зрение, когти гигантского зверя были слишком точными. Они также обладают достаточной скоростью. Оснащен ли он доспехами, скомпилированными из маны, или нет, это ничего не значит по сравнению с этими когтями. В конце концов, он больше не просто разит врагов Всадника. Его левая и правая передние лапы―――

――― Его раскаленные когти разбиваются вдребезги.

――― Против его невидимого клинка, который вращается с большой скоростью.

――― Против его безжалостного танцующего клинка.

Это тоже нарушение?

Он, наверное, не назвал бы это рубящим ударом.

Резко развернув все свое тело и меч в сторону на высокой скорости, используя Барьер Короля Ветра в унисон со всплеском маны, который был заряжен на полную мощность, Сэйбер, падая, соскребал когти гигантского зверя. Нет никого, кто мог бы проследить, сколько оборотов он совершил за эти секунды. На данный момент у гигантского зверя также нет глазных яблок и морды. Более того, продолжая вращаться, он наносит удар дропом, который мгновенно перемещается с головы безликого гигантского зверя на его туловище.

Рассекая его пополам―――

Он не может сказать, что разделил его поровну.

Сэйбер: “......... Сейчас”.

Когда приземлившийся Сэйбер встал.

Зверя из ветра и огня больше не было, остались только следы его конечностей.

Сэйбер: “Как и обещал. Давай разберемся с этим, Райдер”.

Круглосуточный магазин

----Теперь, когда я заметил, мы разговариваем уже довольно долго. 5 минут.

10 минут.

30 минут.

Час.

2 часа. 3 часа.

Когда я смотрю на свои круглые часы, висящие на стене в комнате с 6 татами, часовая стрелка показывает, что уже 1 час.

Сейчас середина ночи.

О черт, это действительно плохо.

Тацуми Китано не мог сдержать разочарования. Его новый светловолосый друг, похожий на белокурого человека, который появился в тот момент, когда он зачитывал текст, записанный в блокноте, который был одной из вещей его покойного деда, скрывает слишком много тайн и курьезов о себе, и потому каждое из произнесенных им слов было загадочным. любопытно возбуждающий ----и поскольку даже Тацуми, который был полон интереса, задавал вопросы о том о сем, он продолжал беседу, и не успел он опомниться, как прошло несколько часов, пока они говорили об этом.

Я действительно......

Действительно……

…...голоден.

Поскольку они продолжали разговаривать до поздней ночи, так и не поужинав, пустой желудок был просто невыносим для Тацуми, который подрастал как старшеклассник.

Итак, что же делать?

В холодильнике нет ничего приличного, и я думаю, что в моем запасе есть только одна чашка лапши быстрого приготовления. И все же я не могу съесть лапшу в одиночестве и оставить своего гостя. Ха... теперь, когда дело дошло до этого, мой выбор ограничен. Во-первых, я пойду и куплю что-нибудь поесть в ближайшем круглосуточном магазине.

Берсеркер: “Магазин на углу?”

Мой неожиданный гость и даже новый друг, Берсеркер, наклоняет голову.

“Я полагаю, что знания о современном обществе не были даны ему автоматически, но если бы я спросил, он, вероятно, ответил бы: "Хотя знания есть, у меня мало опыта в этом. Извините”.

Понятно, значит, так оно и есть?

"Может быть, это то же самое ощущение, когда ты не можешь ощутить это на самом деле кожей, даже если читаешь об истории в учебнике", - смутно думает Тацуми.

Хотя, возможно, он сам не читал об этом как следует в книге.

Тацуми: “Магазин товаров повседневного спроса. Где-то здесь тоже есть такой. Я думаю, что этот магазин открыл около 4000 магазинов по всей стране”.

Берсеркер: “4000 магазинов?”

Выражение лица Берсеркера говорит о том, что "невероятно".

Тацуми: “Да. Кажется, я как-то читал об этом в газете”.

Берсеркер: “Потрясающе. Так ты хочешь сказать, что круглосуточный магазин, где готовят еду и который работает до полуночи, - это что-то вроде паба? Боже, это, конечно, отличается от знаний, которые были даны мне Святым Граалем......”

Тацуми: “Они не умеют готовить, но вы можете купить там еду. Что ж, вы увидите, когда мы туда доберемся.

Берсеркер: “Наша проблема в том, могут ли несовершеннолетние войти в магазин”, - сказал он с серьезным выражением лица.

Хотя, вероятно, он сказал это не в шутку.

Тацуми: “Проблема не в этом. Неужели ты не можешь понять этого с помощью своих знаний о Граале?”

Берсеркер: “Я думаю, что понимаю суть этого, но.....Я прошу прощения, я не могу до конца смириться с этим”.

Тацуми: “Должно быть, тяжело быть Слугой”.

Говоря это, пара надела обувь и вышла на улицу. Покинув маленькую квартиру, пара направилась по ночному Сетагая к магазину "Уют".

Автоматические двери.

Автоматически открывающиеся и закрывающиеся двери.

Или, скорее, автоматическая дверь.

‘Конечно, судя по автоматически предоставленным мне знаниям, у него есть такая функция’.

Пристально глядя на стеклянные двери, которые автоматически открывались и закрывались при входе в круглосуточный магазин, Берсеркер инстинктивно кивнул.

‘Это очень интересно. Он распознает движения человека с помощью оптического прибора, установленного в верхней части дверей, который позволяет им функционировать.’

Предоставленная информация говорит ему, что это нечто, использующее сжатый воздух и гидравлику, но Берсеркер предполагает, что эта дверь, вероятно, использует энергию электричества.

‘Если до сих пор она тихо открывалась и закрывалась, то, возможно, это работа электромагнитного клапана?

Как бы то ни было, я не отличаюсь знаниями в области инженерии. Это предположение. Если говорить о тех областях знаний, которые я изучал, то основными из них являются медицина, гражданское право, юриспруденция и фармацевтика.’

Берсеркер: “.........Это действительно так популярно”.

Конечно, я припоминаю, что такие механизмы были изобретены где-то в Европе или в Новом Свете на рубеже 19-го века, на котором я живу, хотя сказать, что они, вероятно, не получили широкого распространения в этом не очень широком мире, - это, вероятно, всего лишь оценка их в те дни. В частности, модели такого типа, которые открываются и закрываются подобным образом, естественно, никогда бы не были приняты во внимание. Поскольку на Западе двери обычно открывались вручную――――

Тацуми: “Привет. Как долго вы собираетесь пялиться на эти двери?”

Берсеркер: “О, извините. Я просто очень заинтересовался этой штукой”.

Тацуми: “Дверями?”

Берсеркер: “Дверями. Да.”

Вероятно, это также обеспокоило бы других посетителей, если бы я продолжал слишком пристально смотреть на главный вход, и больше всего на свете я заставляю своего мастера Тацуми ждать.

Хотя мне не хочется оставлять здесь свои наблюдения за этими автоматическими дверями, давайте пока зайдем в магазин. Несмотря на это, эту одежду легко переносить.

По словам Тацуми, моя все еще проявляющаяся форма не подходит для ночных прогулок, поэтому я позаимствовал у него комплект одежды.

Ярко-синий спортивный костюм, сшитый из эластичного трикотажа, стилизованного под полиэстер. Трикотаж.

Так назвал его Тацуми.

Судя по тому, что я знаю, это, вероятно, популярное прозвище для этой одежды в наши дни.

Тацуми: “........”

На Берсеркере моя футболка и белая рубашка. Обычно, когда вы позволяете другим носить ту одежду, которую надеваете вы, это вызывает совершенно невообразимые ощущения, это то же самое, что смотреться в зеркало, когда вид окружающих становится совершенно другим. Это не негативная вещь, как неприятное чувство или дискомфорт, это просто странно.

Тацуми в какой-то степени может смириться с тем, что сам может смотреть на него. Но он в полном замешательстве, делая то же самое, не соблюдая меры предосторожности.

Берсеркер: “Тацуми?”

Тацуми: “Э-э, виноват. Я просто отвлекся. Думаю, одежда действительно красит мужчину”.

Я, должно быть, чувствовал, что он все равно привлечет к себе внимание, если, скажем, все пойдет так: “В префектуре Сэтагая, где нет большого количества пешеходов или регулярного движения транспорта, из-за автоматических дверей в круглосуточный магазин, окруженный особое спокойствие глубокой ночи” или что-то в этом роде. Вот почему я заставил его переодеться.

Например, его одежда, вероятно, не представляла бы проблемы, если бы мы жили в оживленном городе с шумными высотными зданиями и коммерческими учреждениями, таком как Синдзюку, но......поскольку мы одного роста, он может легко носить ее.........

Тацуми: “...............”

Давай не будем говорить о длине наших ног.

Какой длины.

Интересно, сильно ли отличаются наши скелеты?

Берсеркер, вошедший внутрь магазина, все еще демонстрировал у автоматических дверей то же, казалось бы, глубоко заинтересованное выражение лица, затем, пройдя немного, он остановился и теперь пристально наблюдал за происходящим. Полки для журналов, установленные параллельно стеклянным автоматическим дверям, полка для товаров повседневного спроса, расположенная напротив прохода, полка для кондитерских изделий, расположенная рядом с ней, и полка для продуктов быстрого приготовления.

Я вижу это, потому что в его глазах светится столько любопытства, что это наводит меня на мысль, что нет предметов, которые не вызывали бы у него интереса. Он совсем как моя младшая сестренка, когда она была маленькой, когда я приводил ее в отдел игрушек универмага.

Нет.

Не слишком ли велика разница между ним и мной, когда я был молод?

Тацуми: “Неужели удобные магазины настолько необычны?”

Берсеркер: “Да. Очень даже”.

Берсеркер кивает, уставившись на полку в форме стакана, которая занимала всю стену.

Берсеркер: “Вся эта полка - электрический холодильник, не так ли?”

Тацуми: “Да. В ваше время тоже были холодильники, верно?”

Берсеркер: “У нас были холодильники, но они охлаждались с помощью льда. Видите ли, электрические холодильники появились на свет в 20 веке. Я полагаю, что они были внедрены в Соединенных Штатах в 1913 году”.

Тацуми: “Это было очень давно”.

Берсеркер: “Для меня их новаторство также было их сильной стороной. Потому что это было сразу после моей смерти”.

Тацуми: “Это так............”

Я разворошил осиное гнездо?

Тацуми продолжал втайне размышлять о том, что ему следует быть внимательным к своему новому другу, чего он до сих пор не делал, так как он знал, что друг, о котором шла речь, Берсеркер, спокойно улыбается ему.

Что?

Берсеркер: “Пожалуйста, я не хочу, чтобы вы так сильно беспокоились обо мне, мастер Тацуми. Хотя я счастлив, что могу оплакивать вас за то, что вы живете в современную эпоху, которая сильно отличается от моей эпохи, факт в том, что у меня действительно характер умершего человека. Однако я рад, что вы считаете меня чем-то большим, чем просто записью.”

Он сказал что-то трудное.

Немного растерявшись, что ответить, Тацуми открыл рот и сказал: “Понял”. Кивнув, он сказал это.

Что, черт возьми, такое "Трон героев"? Что за существа являются Слугами или Героическими духами, которые оставили свой след в истории человечества?

Несмотря на то, что он слышал основы этого, а также объяснение магии и тайн, которые скрывались в тенях этого мира, сам Тацуми осознавал, что его состояние было далеко от того, чтобы сдерживать какие-либо реальные чувства или понимание по этому поводу. Внезапно он задумывается.

Похоже ли это на ощущение Берсеркера, когда он автоматически получил знания о современной эпохе? Я не знаю.

Если мы продолжим в том же духе, то однажды, возможно, настанет время, когда я пойму его.

Несмотря на это, Тацуми в ответ кивнул ему.

Берсерк.

Настоящее имя Джекилл, или, скорее, антигерой Хайд.

Конечно, он не хотел, чтобы с ним обращались как с покойником.

Несмотря на это, Тацуми принял слова своего нового друга, который внезапно появился в углу его залитой светом квартиры.

Берсеркер: “Спасибо”.

Оставив на лице улыбку, Берсеркер продвигается вглубь прохода.

Мысленно Тацуми убеждает себя, что "хотя у меня и не хватает уверенности, чтобы дать ему достойный ответ, он смог сказать все с достоинством, и, по крайней мере, он мне не солгал".

По крайней мере, я не заметил никаких признаков недовольного взгляда Берсеркера, и, судя по его реакции, ему почему-то очень нравится эта единственная удобная сеть магазинов, которая может похвастаться более чем 4000 магазинами по всей стране. В таком случае ему также может понравиться этот уголок, где в изобилии представлены такие блюда, как ланчи бэнто, рисовые шарики, сэндвичи, а также сладкие булочки и южный хлеб.

Но, несмотря на это.......

Несмотря на то, что я прохожу через это каждый день, мне никогда не приходилось делать ни малейших открытий, будь то место, где они стоят, что-то подобное меняется для человека с другим “углом зрения”. Берсеркер удивлен современной эпохой.

Я удивлен Берсеркером.

Я понимаю, что в некотором смысле их даже нельзя назвать равными.

Размышляя таким образом, я захожу в магазин, держа в руках предоставленную корзину для покупок, а затем――――

Берсеркер: “Понятно, так это...... целлюлозная плёнка.......нет, пластиковая пленка!”

Рип-рип.

Раздался легкий узнаваемый звук, сопровождаемый удивленным голосом.

Тацуми: “!?”

Ни за что.

Он не мог этого сделать!

В панике поспешно сворачивая за угол, я замечаю Берсеркера.

Аааа.

Он сделал это.

Он взял и сделал это прямо сейчас!

В этот момент он внезапно сорвал пленку, разглядывая упакованный рисовый шарик.――――

Тацуми: “Ааааа! Что, черт возьми, ты делаешь!?

Берсеркер: “Это потрясающе. Продукт питания, упакованный в индивидуальную пластиковую пленку. Интересно, не разлагается ли полиолефиновая пленка. Это действительно отличная идея с точки зрения гигиены”. Тацуми: “Не открывай товар, пока не заплатишь за него! Так вот как это делается в Англии!?”

Берсерк: “Ах, нет, я просто....... то есть, не успел я опомниться, как уже стащил его. Извините.......”

---- Ах. Впервые я увидел, как покраснело лицо этого учтивого молодого англичанина. И только через 10 минут я, Тацуми, снова смогу спокойно мыслить.

Извиняясь перед продавщицей в безумной спешке, я покупаю открытые рисовые шарики вместе с рисовыми шариками, которые я случайно выбрала, и несколько бутербродов, расплачиваюсь, обманчиво произнося такие слова, как “ммм, он просто учится за границей, и он не очень много знает о Японии”. я подошел к кассе и выскочил из магазина быстрым шагом. Таща Берсеркера за руку, я спешу, спешу, спешу, спешу обратно по дороге домой.

Нет.

Погоди.

Подождите минуту.

Я понимаю, что, наверное, слишком тороплюсь, но, тем не менее, я спонтанно разражаюсь смехом, и в середине этого смеха раздается мой смеющийся голос, приглушенный ночной тишиной Сэтагая: “Я думал, ты серьезный парень, но ты, оказывается, очень интересный.” Смеясь, Тацуми, наконец, почувствовал, что краснеет.

Он увлекается.

У него есть интересы, и если он улыбается, то определенно может даже заплакать.

―――― Джекилл.

Или, скорее, Хайд.

Это мой новоиспеченный друг.

―――― Хотя он и не совсем человек, внутри он не так уж сильно отличается от меня.

―――― А, точно..

Он неожиданно оказался довольно взбалмошным.

Но я уже доверяю ему.

Я решил не сомневаться в его словах.

Этот молодой иностранец, у которого ясные глаза и который очень похож на моего дедушку.

Итак, сегодня вечером, в этот момент, я, Тацуми Китано, решил добавить кое-что, что я о нем знаю.

Тацуми: "Похоже, я смогу с тобой поладить".

Для моего Незащищенного "Я"

Это воспоминание из прошлого.

Сцена из прошлого.

Это мирное время.

Особое время, которое было окутано особой любовью.――――

Теперь это уже далекое время.

Это не вошло в историю человечества, однако, это воспоминания о смутных днях, которые можно связать воедино в виде легенды.

Гора Хиндарфьялл.

Несмотря на то, что эту гору постоянно считают необитаемой пещерой дьявола, на самом деле руна розы, которая приносит очевидную смерть, на этой горе уже исчезла, как нет ни огня, ни щита богов, который когда-то защищал меня, когда я спал. С тех пор, как все это было уничтожено демоническим мечом моего любимого Сигурда, бабушка.

В том месте, где я встретила его, которое было даже похоже на конечный пункт назначения самой судьбы, я, обладавшая функциями богини как дочь великого бога Одина, я, которая всего лишь обычная женщина, я, Брюнхильда, проводила дни любви со своим возлюбленным им. Я с нетерпением жду того, кто только что вышел на утреннюю охоту, в тени дерева, прислушиваясь к прекрасному щебетанию певчих птиц. Если бы все было как раньше, с моими прежними функциями, дарованными мне великим богом, я могла бы правильно понять, о чем говорят эти маленькие очаровательные птички, но я уже больше не понимаю их, потому что мое тело стало телом обычной женщины.

Несмотря на это, я хочу выразить им свою благодарность за их нежные певучие голоса. В конце концов, я как будто слышу их щебечущие голоса, как будто они благословляют наше счастье.

Я стала счастливой.

Это стало весело.

Даже несмотря на то, что мне должно быть пусто в одиночестве, без него.

Ждать.

Ситуация ожидания?

Для меня, которая была Валькирией, это означало отказаться от всех выходов и оставаться здесь, не делая ни малейшего движения, пока не придет время действовать.

Ничего не желая, не думая, не чувствуя, я бы ждала своего часа и поворачивалась только для того, чтобы выполнить приказ.

Хотя это не значит, что я отключаю все свои сенсорные устройства, в каком-то смысле в режиме ожидания существовал только я сам.

И все же, это странно.

Ожидая своего возлюбленного и вспоминая свои небольшие опасения по поводу того, когда же он вернется, я думаю о том, какие слова любви я должна сказать ему, если он вернется, и улыбаюсь певчим птицам, которые шепчут мне, как будто утешают меня, В этой нежной точке, я, как и ожидалось, чувствую что-то теплое.

???: “Брюнхильда”.

Ах, я слышу его.

Он пришел за мной.

Он снова вернулся, на мою сторону!

Купаясь в лучах тихого солнечного света, пробивающегося сквозь кроны деревьев, непревзойденный герой, облаченный в скромные бусы из света, герой, победивший жадного, но лучезарного злого дракона, Фафнир из Гнитахейдра, сын королевы Хьердис и короля Зигмунда, Сигурд, являет себя. Хотя я со вздохом восхищаюсь его красотой, певчие птицы, как обычно, летают поблизости и не улетают далеко. Даже когда он несет на плечах подстреленного оленя, эти дети никогда не будут проявлять бдительность рядом с ним.

Потому что, как и я, они знают.

Что он праведный человек, он благородный король воинов, и тот факт, что он не из тех, кто может безосновательно лишить жизни маленького человека.

Брюнхильда: “Добро пожаловать обратно”.

Я подхожу поприветствовать его своей лучшей улыбкой.

С возвращением, мой дорогой.

Мой любимый Сигурд.

Спасибо тебе и за сегодняшнюю великолепную дичь.

Что мне приготовить на ужин?

Запекать ее хорошо, но варить тоже.

Из него также можно приготовить фрикадельки, хотя это займет немного времени.

Ты сказал, что тебе нравятся фрикадельки, которые я готовлю, Сигурд.

Нет, я думаю, я точно знаю, что ты имеешь в виду, что тебе все равно, что это будет, лишь бы это было то, что я делаю сам――――

Сигурд: “Сегодня я внезапно получил новое представление о нас”.

Брюнхильда: “Фу-у-у. Погоди, и что это?”

Сигурд: “Хм?”

О чем он не решается мне рассказать?

Я снова улыбаюсь и говорю ему: “Пожалуйста, расскажи мне. Любовь моя. Каждое твое слово - моя радость. Это определенно относится и к тебе, не так ли?”

Сигурд: “Да”.

Кивнув, ты пристально смотришь мне в глаза.

Я поражена.

Интересно, что это такое?

Я замечаю, что расстояние между нами становится намного меньше.

Сигурд: “Брюнхильда. Я снова влюбился в тебя, которая так красиво улыбается певчим птицам”.

Брюнхильд: “-------!”

Сигурд: “Это моя седьмая любовь с первого взгляда”.

Брюнхильд: “!!!”

Неожиданное новое признание в любви!

Я думала, что мое лицо вспыхнет от такого неожиданного прецедента.

Действительно! Это так шокирует, сбивает с толку, несмотря на то, что это отношения, в которых мы оба уже знаем даже ритм нашего дыхания и соединяли наши тела бесчисленное количество раз, я и сегодня краснею, как невинная юная девушка.

Несмотря на то, что у меня нет ни малейшего желания принуждать себя к подобному поведению, с лихорадкой, которая чрезмерно и неуклонно поднимается в животе, в глубине головы и на щеках, я могу вспомнить свои галлюцинации, которые извергали пламя, если бы я открыла рот...- несмотря на то, что я не была оснащен такими очевидными функциями нанесения удара, у меня не было другого выбора, кроме как опустить голову и все еще держать рот закрытым.

Черт возьми, боже милостивый, этот проклятый богом человек!

Сигурд: “Извини”.

Перед моим покрасневшим и неподвижным лицом он отвесил честный поклон, и.......

Сигурд: “Забудь об этом. Это поправка. Та, которая была бы лучше, если бы я сказал тебе, что влюбился в тебя. Твоя фигура, когда ты резвилась с певчими птицами в лучах солнца, пробивающегося сквозь деревья, как и ожидалось, слишком изысканна. Мое сердце обрело форму. Мое тело, которое никогда не подвергалось внезапным ударам, с каким бы врагом мы ни сталкивались, и которое обладает естественными атакующими и защитными движениями, не должно было знать о том, как быстро я впал в транс... и все же в тот момент я по-настоящему потерял себя. Теперь я понимаю, что это может потрясти нас самих до такой степени, что мы захотим, чтобы это пространство и время под названием "сейчас" разорвалось на части. Даже если ты потеряешь свое тело или твоя душа унесется в глубины Хель, я, несомненно, верну тебя, победив женщину-великаншу из самой Хель. Брюнхильда”.

Он говорит именно так. В разговорной форме.

Несмотря на то, что обычно он очень молчалив, он произносит меньше слов, даже когда мы обнимаем друг друга.

О, боже!

Этот человек звал тебя!

Воспоминание о любви.

Теплое время.

Те очень, очень дорогие и незаменимые для меня дни.

Сигурд всегда удивляет меня и очень волнует дополнительная функция, называемая любовью, которой не должно было быть во мне.

И все же......

И все же……

Моменты, которые я проводила, особенно купаясь в нежных солнечных лучах, пробивающихся сквозь деревья, вот так, как сейчас........

…На самом деле, это то, что не так-то просто получить.

Незадолго до этого мой возлюбленный признался мне в своей седьмой любви с первого взгляда.

Честно говоря, это было между его 5-м и 6-м признаниями.

У меня возникла небольшая проблема. Конечно, теперь, когда меня охватывает огромная радость, называемая любовью этого человека, это не то, что я могла бы назвать огромной проблемой, и не то, чтобы я даже не могла вспомнить, были ли мы близки друг к другу в зале Хиндарфьялла, который превратился в настоящий ад. однако, выйдя из огненной тюрьмы на сцену для свидания, я кипела и изливалась после того, как проводила его, когда он уходил на утреннюю охоту.

Скорее всего, речь шла о певчих птицах.

В утренние часы, когда еще чувствуется присутствие рассвета, хотя я и жду возвращения этого человека до полудня в солнечных лучах, пробивающихся сквозь деревья, за это время я наверняка распугаю певчих птиц. Эта пятка, закованная в мифриловую броню, ступает по траве и выходит на место, которое стало чуть более открытым для упавшего дерева, в которое ударила молния, хотя это не похоже на то, что они попадали в руки человека, певчие птицы всегда улетали, как будто они были на земле. стремящийся убежать от меня.

Да, так что……Мне, тогдашнему, они и в самом деле не позволили бы их подержать. По правде говоря, я помню, как чувствовала себя немного одинокой. Это действительно роскошно. Наверное, это делает меня жадной.

Быть окутанными любовью Сигурда, не более того, погружать свои тела и умы в любовь и в то же время стремиться к гораздо большему, чем это. Даже если бы я намеревалась изменить это, мои руки, несущие душу, - это то, что определяет меня как старшую сестру валькирий, которым великий бог дал равные роли с богинями смерти, и даже если я брошу грязь в чистый ручей, даже если я не смогу стереть следы смерти. поле боя, смерть и густо окрашенная кровь людей от меня самого.........Я думаю про себя, что хочу любить их маленькие жизни.

Или это потому, что я стала человеком?

Я думала таким образом.

Если подумать, когда я была праведной валькирией, обладавшей божественностью, не имело значения, был ли это медведь, волк, кролик или птица, они не проявляли ко мне никакой особой реакции.

Они относились ко мне как к чему-то, что просто существовало, как будто я был таким же, как ветер и земля, горы и солнце, деревья и цветы. Даже если бы птицы увидели, что я ношу шлем богов, когда покоряю небеса, они бы не улетели, и даже если бы я бродила по лесу в поисках душ героев, звери не стали бы свирепо выть на меня.

Так было не только со мной, то же самое было и с моими младшими сестрами. Да, я в то время не была одной из тех, кто расчищал местность своим интеллектом и культурой, и, вероятно, была определенной частью природы.

Ну, на данный момент я полноценная человеческая женщина.

Я рада.

Я могу любить его с той же точки зрения, с какой он любит меня.

Но только ненадолго. В самом глубоком уголке моей души, который работает как мое сердце, а не как цепь, зародилась крошечная грусть, когда я наблюдал за улетающими очертаниями певчих птиц.

―――Хорошо.

А теперь давайте попробуем проявить немного изобретательности.

Однажды утром я, принявшая такое решение, провожая его взглядом, когда он уходил на охоту, направился, как обычно, к тому открытому месту. Внимательно следя за происходящим и не издавая ни звука, я старалась шаг за шагом твердо ступать по земле. Медленно и бесшумно, как охотник, тщательно выслеживающий свою добычу и не проявляющий достаточной бдительности, когда я двигала этот клочок травы. Когда я это делала, ах, я могла видеть, как играют певчие птицы, нежно щебеча. Успокаивая себя, я продвигалась все дальше и дальше, пока, наконец, не подобралась к ним совсем близко. Чтобы не застать их врасплох, чтобы не напугать, я сказала нежным тоном: “Доброе утро, маленькие певчие птички. Простите, что всегда пугаю вас. Я...”

Прежде чем я успела произнести свои слова до конца, певчие птицы внезапно улетели.

Провал.

Это был огромный провал.

Затем, во время моей следующей попытки, я попыталась использовать руну сокрытия для следующего утреннего вызова, но результат был тот же. В конце концов, те, кто окликнул меня, сбежали. Теперь, когда дело дошло до этого, у меня, влюбленной, как у девушки, которая была холодна к своему любимому, и у волка, который в последний момент не смог выследить свою добычу, не было другого выбора, кроме как высказать все этому любимому человеку, который с первого взгляда понял мои проблемы и я спросила: “Что случилось?” - хотя мне следовало бы встретить его со своей обычной неизменной улыбкой.

Сигурд: “Значит, для тебя все закончилось плохо”.

Брюнхильда: “Да”.

Сигурд: “Они тоже испугались и улетели”.

Брюнхильда: “Да”.

Сигурд: “Заглушать дыхание или использовать руны нехорошо. Если ты это сделаешь, они будут еще отчаяннее убегать”.

Брюнхильда: “Я поняла.........”

--- Знай пределы своего тела.

―――― Перестань нарушать их покой ради себя, а просто оставайся в коридоре и терпеливо жди его.

Бессильно опустив плечи, я размышляю о таких вещах. Я пыталась собраться с духом, чтобы снова не вторгнуться в тихое убежище певчей птицы, но именно в этот момент... человек, которого я, как ни странно, люблю, уперся коленом в землю.

Извинившись перед певчими птицами, сильно смущенный моими собственными глупыми действиями, он бросил взгляд на мое все еще опущенное лицо, стоя неподалеку, и сказал: “Прежде всего, снимите свои доспехи. Это ненужный предмет, когда вы общаетесь с ними в мирное время”. Он сказал.

А потом он улыбнулся мне нежнее, чем кто-либо другой в мире――――

После этого я сразу же вспомнила время, проведенное с ними в лучах солнечного света, пробивающегося сквозь деревья.

Я этого не забуду.

Я этого не забуду.

Утренний период, который я спокойно провела, окруженная милым щебетанием, время, которое я провела, наполненное теплом и страданиями, называемыми нетерпеливым ожиданием кого-то, тот факт, что я могла улыбаться, как обычная человеческая женщина - все это.

Все это.

Все это произошло потому, что ты был рядом со мной.

―――― Сигурд.

―――― Мой единственный герой.

――――Ты, который дал мне так много, ты, которого я люблю больше всех на свете, мой возлюбленный.

[[image:/storage/reader-images/a129fc107604b23d1a36cc9c30d6b7cc5bbaf992.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/99a45f733ce32bbcb6369bd900609224e156e4b2.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/542090f912be0c19661acbef528565b40f14ecad.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/d3664ce62d7de44cd9164c446f56ae30cb447d57.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/f5cca15b9b6f8ae50750a0a88d92bc1453bfefe5.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/9cde67ddc5703deaf1830abe47ab54d01b83e8ca.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/939cef8edaf8e7c500647ab08ad080a5a5b41e35.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/53b52289833d8a8ee1c163e9f9eb438325002ec2.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/48a75e69f2c942fcf23a6e295c236a80ba26053a.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/50aa7d6707b173c161127ad9dfd3bee4a02bd58d.jpg]]

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Вот полный рассказ 8-летней давности о человеке, который унаследует имя благородной семьи Рейрукан----

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

Время - 1999 год нашей эры ----

Конец века, Токио.

Началась Вторая Война Святого Грааля.

На земле обетованной, на востоке, безвестно разворачивается взаимная бойня Семи Людей и Семи Слуг.

Семь Магов, каждый из которых хранит свои собственные желания, собирают и проявляют Семь Слуг.

Все они борются за право использовать Святой Грааль, священную реликвию, которая была где-то спрятана.

Для чего все это?

Да, все ради амбиций. Ради клятвы. Ради одержимости.

Святой Грааль существует именно для "Истока" всего творения, который, надо сказать, является даже самой причиной существования Мага.

Всемогущее устройство, исполняющее желания. Хотя я слышала, что оно было официально признано Ассоциацией Магов, нет возможности сказать, похоже ли оно в целом на то, что ищут семь Мастеров и Слуг, или каковы на самом деле их конечные индивидуальные желания.

Святой Грааль, который, как говорят, материализовался в Токио.

До сих пор не было выяснено, какова его истинная форма.

Действительно ли это предмет, обеспечивающий временный мост к "Истоку"?

Или есть другая возможность?

По крайней мере, стороны Мастера не были проинформированы об этом, ни Святая Церковь, выполняющая роль надзирателя, не может нарушить свое молчание по этому поводу, а группа в Часовой Башне даже не ведет себя так, как будто у них есть сомнения по этому поводу.

Я не могу отрицать опасность, открывающую огромный подводный камень.

Но даже если это правда.

Я буду стремиться, по крайней мере, к "Истоку".

Я буду свободно использовать множество магий, которые культивировались в этом теле.

Я буду командовать голодными чудовищными зверями, которые были отданы под мой контроль.

Я буду править своей магической мастерской, которую я превратила в сад смерти.

Я буду использовать своего Героического Духа, который проявляется как мой клинок.

Теперь, когда я создаю это руководство, используя все свои "воспоминания" и "прошлое", которое я могу вспомнить, как будто это было вчера.

Я достигну того места, о котором мечтала, собирая в кучу трупы и кровные линии многих Магов.

Я должна бороться дальше.

Если я не смогу этого сделать, тогда я могу просто умереть.

Да, это правда.

Буквально.

Конечно, моя смерть будет ужасно мучительной, нет?

Я буду страдать до конца, умру и закончу свою жизнь в неприглядном виде.

Если кто-то потерпит поражение в битве, то Мастер может потерять жизнь в результате----.

Как-то это не так просто для меня.

Умереть.

Если я не получу Святой Грааль этими руками, это будет для меня несомненно.

Даже если бы я искала защиты, например, с одобрения Наблюдателя, это было бы бессмысленно.

Все то, что составляет нынешнюю меня, может только гнить, крошиться, таять и угасать.

Вот почему----

Мне некуда бежать.

Нет, я ни в коем случае не планировала убегать.

Поэтому я ждала этого.

Второго пришествия Святого Грааля.

Материализации Героических Духов.

Ради дней бойни, которые будут висеть надо мной с удушливым запахом крови.

Ради моего сурового конца, где я смогу использовать все свои способности и характер.

За то время, когда на моем теле появится степень мастера.

----Эрр, да. Итак......

---- То, чего я ждала, это последняя бойня.

-------------------------------------------------------------------------------------------------------------------

------------------------------------------------------------------------------------------------

В определенный день февраля 1999 года нашей эры.

Главная усадьба Рейрукан, Токио.

------------------------------------------------------------------------------------------------

В лунном свете сиял экстравагантный дом в западном стиле.

Если бы кому-то сказали, что это королевский особняк, он бы, наверное, согласился.

Удивительно старое, даже среди других домов и зданий, строение, наполненное экстравагантными вкусами, достаточно подходящее для того, чтобы в нем сидел правитель. Хозяин дома в западном стиле, несмотря на то, что не имеет четкого статуса в обществе, пустил глубокие корни в городе и управлял им, как будто это было естественно для него.

Рейрукан.

Это не название этого особняка.

Скорее, это имя Мастера, который владеет и управляет домом.

Там, в "Токио", городе на краю востока, который даже имеет репутацию пограничного в магическом мире, находится правитель, который овладел множеством магических систем и официально получил власть над человечеством, как ведущий влиятельный человек.

'Это подходящий особняк для короля, чтобы провести в нем ночь'.

Думает мужчина, проходя по коридору второго этажа и небрежно глядя на изнуряюще высокий потолок.

Он был высоким человеком.

Если смотреть на его тщательно тренированное тело даже поверх одежды, то он был героем.

Оторвавшись от потолка, мужчина перевел взгляд на окно.

Время около полуночи. Острый взгляд мужчины легко улавливает темный сад, который не виден обычным людям. Причина этого проста. Он не обычный человек.

Он знает, что в просторном палисаднике живут несколько крупных пород собак.

Охотничьи собаки. Не просто породы собак, а настоящие охотничьи собаки, которые несут в своем теле средства для охоты на добычу.

Точнее, они - существа сверх этого.

Это не просто живые существа, это тип животных, воссозданных как орудия уничтожения, чтобы разорвать на части любого врага, вошедшего в помещение. И действительно, несмотря на то, что поблизости нет никаких признаков присутствия других людей, демонические псы бдительно точат свои клыки. Обычные люди не смогли бы их различить, но мужчина различил красные глаза демонических собак, которые слабо мерцали праной. Заниматься подобной деятельностью в течение стольких часов, находясь в состоянии боевой готовности разорвать нарушителя в считанные секунды, для обычных животных - невозможный подвиг.

Лансер: ".......Только о верном".

Это не так, по отношению к орудиям.

Ибо мужчина, несомненно, выражает это по отношению к безошибочному присутствию собак, которые готовы отдать все за своего хозяина.

Пожав плечами, он снова начинает ходить по коридорам.

Особняк, в любом случае, просторный.

Прошло некоторое время, пока он, наконец, добрался до комнаты, к которой стремился.

Вместо того чтобы сосредоточенно идти по темному коридору, конечно, было бы быстрее двигаться с большой скоростью с помощью духовной формы, но мужчина этого не делал. Сегодня ему хотелось идти своими ногами, а кроме того, он хотел немного понаблюдать за состоянием собак.

На дверную ручку комнаты мужчина положил руку----.

Открыв тяжелую дверь, он пытается с силой постучать, как будто понял это постфактум.

Мисая: "Не перебивай меня".

'Ах----'

'Похоже, я действительно помешал ей'.

Подумал мужчина, увидев своего Мастера, которая сидела в широкой комнате.

В бледном свете он мгновенно уловил все состояние внутренней комнаты, которая была такой же мрачной, как и коридор.

Не дремлет ли она тихо, может быть, она в середине своего чтения?

Мисая: "По какой-то причине. Даже мои домашние собаки редко мешают мне читать".

Холодно сказала ему его Мастер---- Мисая Рейрукан.

Она была ослепительной женщиной.

Женщина, полная мудрости.

Женщина, которой служили собаки.

И, более всего, она была женщиной, которая глубоко понимала свое "я" в борьбе за обмен жизнями.

Все еще сидя на диване, она вдруг закрывает книгу, которую держала в руках----, и кладет ее рядом со стаканом, который уже стоял по другую сторону от нее, в то время как глаза Мисаи слабо смотрят на мужчину. Не очень сильный, но и не очень слабый взгляд. Несмотря на улыбку на губах, взгляд ее прям.

Эта женщина, которая внушительно смотрит на него, которая даже назвала его охотничьей собакой клана, действительно ли она глава семьи?

С легкой радостью в сердце мужчина ждет слов женщины, которая является его мастером.

Как обычно, сегодня у нее снова тот же ледяной голос?

Некоторое время, подобно ее первым словам, он предсказуемо слышал их холодное эхо. Он, вероятно, осознает их завораживающую силу, однако, к сожалению, температура слишком низка. Нет такого мужчины, которого бы это взбодрило. А может быть, это подходящий момент для того, чтобы мужчина дрожал от страха перед ней? Есть также тип сильно напряженных мужчин, которые останутся на месте, но.......

Мисая: "Я не собиралась просить тебя патрулировать поместье, Лансер".

Лансер: "Ну, видишь ли, это мое упорное добровольное начинание. Мне не нужна твоя благодарность за это".

Мисая: "Ты думаешь, прежде чем говоришь!?"

Температура ее голоса становится еще ниже.

Шипы, заключенные в ее взгляде, словно превращаются в мечи.

Мужчина, Лансер, принимает ее взгляд и слова со стабильным спокойствием.

Лансер: "Наверное, мне не следовало этого говорить".

Встряхивает дрожащими руками----

В то же время, глядя на свою молодую женщину, Лансер неопределенно смотрит на то, что находится вон там.

В самой глубине комнаты, есть что-то, за диваном.

Там находится одна полая комната.

Это было паранормальное пространство, которое могло искривить поле зрения человека, когда он, мягко говоря, наблюдал за ним. На самом деле, возможно, это не их поле зрения искривлено. Даже если это так, при сверхчеловечески остром зрении Лансера, все искажения не исчезнут. Если бы это был нормальный человек, то это полностью вывело бы его чувство равновесия из строя, и он не смог бы нормально стоять. Из-за магии, которая была над ним произведена, на него, должно быть, было наложено какое-то заклинание, так что не было бы ничего странного, если бы он мог, скажем, заставить нормального человека умереть, просто взглянув на него.

В центре искривленной комнаты плавает нечто, переплетенное духовной нитью.

Это красное "копье".

Оружие, которое он сам когда-то использовал на многих полях сражений.

Благородный фантазм, который был дан ему, когда он материализовался как Героический Дух.

Сущность, которая должна стать козырной картой в этой Второй Войне Святого Грааля.

Оно, не будучи в его собственной руке, было запечатано из-за прихоти его собственного Мастера, как сейчас.

Он не особенно собирался высказывать ей свои возражения. Он понимает, что выбор его Мастера, бросившего вызов Войне Святого Грааля, на самом деле имеет смысл, и больше всего на свете он ценит находчивость своего Мастера. Она также является превосходным магом, обладающим большим количеством праны, достаточным для того, чтобы позволить ему, материализовавшемуся таким образом, гулять каждую ночь.

Кроме того, эта женщина где-то----

Мисая: "Дальше встретимся с Арчером. Поскольку он, похоже, беззаботно бродит по центру города, ты, вероятно, сразу же найдешь его, если это ты. Я не возражаю, если ты убьешь его, если сможешь".

Лансер: "Если я смогу его убить, верно?"

Мисая: "Это мои точные инструкции. Если ты их слышал, то ответь на них добром".

Лансер: "А Гаэ Болг?"

Мисая: "Пока нет".

Мисая снова поднимает свой бокал----

Мисая: "Я не буду снимать печать с твоего Благородного Фантазма. Я сама решу, когда ты сможешь им воспользоваться".

Когда ее голос достигает почти фригидного градуса, она внезапно останавливается.

Сдерживает ли она себя или делает это бессознательно, Лансер не может этого знать, хотя он предполагал, что первое, вероятно, будет лучше для него.

Искусная женщина. А сама она хотя бы осознает это?

Лансер: "'Ладно 'Ладно."

Пожав плечами, Лансер непроизвольно бросает взгляд на бокал, который держала женщина.

В стакане остался кусочек льда. Он все еще сохраняет свою форму.

Что звучит, наверное, правильно. Сегодня ночью становится особенно холодно, а тепло камина еще не проникло в комнату. Лед, вероятно, так и останется льдом, ну, пока что.

Хотя----

Он не сохранится до рассвета.

Все это будет мимолетно таять с течением времени, такова уж штука, называемая льдом.

Мисая: "Кстати".

Лансер: "Хм?"

Мисая: "Кажется, я еще не слышала. Твой ответ".

Лансер: "Ах".

Мисая: "Поскольку ничего не поделаешь, я специально повторю это для тебя, только в этот раз. Если ты услышишь меня в этот раз, дай мне, свой ответ".

Лансер: ".........Хорошо."

Мисая: "Пожалуйста, постарайся быть серьезным и внимательным с этого момента. Я не позволю тебе унижать меня, низводя самого себя до уровня Героического Духа, который более бесполезен, чем сторожевой пес."

Героические духи, вызванные Святым Граалем.

Они сами являются тайной, вышедшей за пределы реальности и превратившейся в легендарных существ, превзошедших человеческий интеллект.

Если говорить о них просто, то, кроме того, что они проявились как Слуги, связанные с нами магией, они не более чем простые солдаты в Войне Святого Грааля, даже если о них говорят, что они могущественные Героические Духи.

Их оружие, боевая одежда и даже различные выражения лиц не являются ошибкой.

Но у Героических Духов есть разум.

Как и человек, они, вероятно, обладают мудростью и знаниями, превышающими те, что были у них при жизни.

И, более того, у них есть чувства и личность.

Если вы прикажете им совершить действия, противоречащие их воле, то вероятность того, что они взбунтуются, тоже велика.

Взаимные отношения между Хозяевами и Слугами имеют решающее значение.

Если вы не сможете установить с ними дружеские отношения, то боевые действия могут оказать на них негативное влияние.

Следовательно, в крайнем случае вы можете "принудить их к действиям" с помощью степени Мастера.

Однако в этот момент вы обязательно разорвете ваши взаимные отношения.

Поймите, что это фатально плохой шаг.

В зависимости от выстраиваемых отношений, можно направлять их действия по желанию Мастера, даже не используя ни одного из ваших драгоценных командных заклинаний.

Поймите.

Осознайте.

Что Слуги - это оружие, наделенное свободной волей.

Доверие, симпатия, послушание, просьба, опора, желание, привязанность.

Друг, товарищ, хозяин и слуга, подчиненный, паразит, слепая вера, любовь----

Неважно, что это.

Быстро постройте подходящие отношения между собой и своим Слугой.

В один из февральских дней 1999 года нашей эры.

Главное поместье Рейрукан, Токио.

Сияющее в лунном свете, было экстравагантным особняком в западном стиле.

Если кому-то сказать, что это был королевский особняк, то он, вероятно, тоже кивнул бы.

Удивительно старое, даже по сравнению с другими домами и постройками, сооружение, исполненное экстравагантных вкусов, вполне подходит для того, чтобы в нем восседал правитель. Как очевидный факт, несмотря на отсутствие четкого социального статуса, хозяин дома в западном стиле имел глубокие корни в городе и управлял им, как будто это было естественно для них.

Рейрукан.

Это не название этого особняка.

Скорее, это имя хозяина, который владеет домом и управляет им.

Там, в “Токио”, городе на краю востока, который даже имеет репутацию передового рубежа в мире магии, есть правитель, который овладел несколькими магическими системами и официально стал править человечеством, как ведущая влиятельная личность.

‘В этом особняке вполне мог бы провести ночь король’

Так думает мужчина, проходя по коридору второго этажа и как бы невзначай задирая голову к потолку высотой до шеи.

Он был высоким мужчиной.

Глядя на его тщательно тренированное тело даже сквозь одежду, можно было подумать, что он герой.

Мужчина переводит взгляд с потолка на окно.

Время около полуночи. Проницательный взгляд этого человека легко улавливает темный сад, который не виден обычным людям. Причина этого проста. Это потому, что он не обычный человек.

Он знает, что в просторном палисаднике перед домом есть несколько крупных пород собак.

Охотничьи собаки. Не просто порода собак, а настоящие охотничьи псы, которые носят в себе средства для охоты на свою добычу.

Точнее, это существа, находящиеся за пределами этого.

Это не настоящие живые существа, а разновидность фамильяров, переделанных в орудия уничтожения, чтобы разорвать на части любого врага, который войдет в помещение. Действительно, несмотря на то, что поблизости нет никаких признаков присутствия других людей, демонические псы неусыпно напрягают нервы.

Обычные люди не смогли бы отличить их друг от друга, но этот человек узнал красные глаза демонических псов, которые слабо мерцали от праны. Заниматься такого рода деятельностью в течение стольких часов, находясь в состоянии боевой готовности, чтобы разорвать незваных гостей на части за считанные секунды, - это непосильный подвиг для обычных животных.

Лансер: “.......Говоря о преданности”

Это не относится к инструментам.

Потому что мужчина, несомненно, выражает это по отношению к безошибочно узнаваемому присутствию собак, которые отдали бы все ради своего хозяина.

Пожимая плечами, он снова идет по коридорам.

Особняк, в любом случае, просторный.

Прошло некоторое время, пока он, наконец, не добрался до комнаты, к которой стремился.

Вместо того, чтобы сосредоточенно идти по темному коридору, конечно, было бы быстрее двигаться на высокой скорости с помощью спиритизации, но этот человек этого не делал. Сегодня вечером ему захотелось прогуляться своими ногами, и, кроме того, он хотел немного понаблюдать за состоянием собак.

Мужчина кладет руку на дверную ручку своей комнаты, в которой находится объект, и открывает ее.――――

Открыв тяжелую дверь, он пытается постучать с силой, как будто осознал это постфактум.

Мисая: “Не перебивай меня”.

"Ах..."

"Похоже, я действительно помешал ей".

Думает мужчина, увидев своего Хозяина, который сидел в большой комнате.

В бледном свете он мгновенно оценил обстановку в комнате, которая была такой же мрачной, как и коридор.

Не задремав по-тихому, могла ли она быть в середине чтения?

Мисая: “По какой-то причине. Даже мои домашние собаки редко мешают мне читать”.

Холодно сказала ему его хозяйка Мисая Рейрукан.

Она была ослепительной женщиной.

Женщиной, полной мудрости.

Женщина, которой прислуживали собаки.

И, прежде всего, она была женщиной, которая глубоко понимала саму себя, борясь за обмен жизнью.

[[image:/storage/reader-images/7db56b2f1af7d8b26de2712ea1488fdd6aa1fc2b.jpg]]

Все еще сидя на диване, она внезапно закрывает книгу, которую держала в руках, и подносит ее к стеклу, которое уже было с другой стороны, в то время как глаза Мисаи слабо смотрят на мужчину. Не очень сильный, но и не очень слабый взгляд. Несмотря на то, что на ее губах играет улыбка, ее взгляд прямолинеен.

Эта женщина, которая так надменно смотрит на себя, которую она даже назвала охотничьей собакой клана, действительно ли она глава своей семьи?

Хотя на душе у мужчины немного радостно, он ждет слов от женщины, которая является его Мастером.

Как обычно, неужели сегодня у нее снова такой же ледяной голос?

Некоторое время, как и в случае с ее первыми словами, он, как и следовало ожидать, слышал их холодное эхо. Он, вероятно, осознает их очарование, однако, к сожалению, температура слишком низкая. Нет такого мужчины, которого это воодушевило бы. Или, может быть, это подходящее время для того, чтобы мужчина дрожал от страха перед ней? Есть также тип нервных мужчин, которые остались бы на месте, но.......

Мисая: “Я не собиралась просить тебя патрулировать поместье, Лансер”.

Лансер: “Ну, видишь ли, это мое постоянное добровольное начинание. На самом деле мне не нужна твоя благодарность за это”.

Мисая: “Ты думаешь, прежде чем говорить?”

Ее голос становится еще тише.

Шипы, которыми она сверкает, словно превращаются в мечи.

Мужчина, Лансер, спокойно воспринимает ее взгляд и слова.

Лансер: “Наверное, мне не следовало этого говорить”.

Он трясет дрожащими руками.―――― Одновременно глядя на свою молодую хозяйку, Лансер рассеянно смотрит на то, что находится вон там.

В самой глубине комнаты. Там, за диваном, что-то есть.

Там есть единственная пустая комната.

Это было паранормальное пространство, которое могло исказить поле зрения человека, когда он осторожно наблюдал за ним.

На самом деле, это, вероятно, не из-за искажения поля зрения. Даже если это связано со сверхчеловечески острым зрением человека, Лансера, полное искажение не исчезнет. Если бы это был обычный человек, то это на мгновение полностью вывело бы его из равновесия, и он не смог бы нормально стоять. Из-за магии, которая была применена к нему, на него, должно быть, было наложено какое-то заклинание, так что не было бы ничего странного, если бы он мог заставить обычного человека умереть, просто взглянув на него.

В центре искореженной комнаты парит нечто, вплетенное в духовную нить.

Это красное “копье”.

Оружие, которое он сам когда-то использовал на многих полях сражений.

Благородный Фантазм, который был дан ему, когда он материализовался в виде Героического Духа.

Существо, которое должно стать козырной картой в этой Второй войне за Святой Грааль.

Оно, хотя и не было в его руках, было запечатано по прихоти его собственного Мастера.

Он не особенно планировал высказывать ей свои возражения. Он осознает, что решение его Хозяина бросить вызов Войне за Святой Грааль на самом деле имеет смысл как причина, и больше всего на свете он высоко ценит находчивость своего Хозяина. Точно так же она была превосходным магом, обладавшим большим количеством праны, достаточным для того, чтобы, возможно, позволить тому, кто материализовался подобным образом, разгуливать по округе каждую ночь.

Более того, эта женщина где-то есть――――

Мисая: “Теперь сразитесь с Арчером лицом к лицу. Поскольку он, похоже, беззаботно бродит по центру города, вы, вероятно, сразу его найдете, если это вы. Я не возражаю, если ты убьешь его, если сможешь”.

Лансер: “Если я смогу убить его, верно?”

Мисая: “Это мои точные инструкции. Если ты их услышал, то ответь им тем же”.

Лансер: “А Гаэ Болг?”

Мисая: “Пока нет”.

Мисая снова поднимает свой бокал――――

Мисая: “Я не стану снимать печать с твоего Благородного Фантазма. Я решу, когда тебе этим воспользоваться”

Когда ее голос становится почти ледяным, она внезапно замолкает.

Сдерживает ли она себя или делает это неосознанно, Лансер не в состоянии понять, хотя и предполагал, что первое, вероятно, было бы лучше для него.

Умелая женщина. И вообще, осознает ли это сама женщина?

Лансер: “Хорошо, хорошо”.

Пожимая плечами, Лансер случайно бросает взгляд на стакан, который держала женщина.

В стакане остался кусочек льда. Он все еще сохраняет свою форму.

Что, вероятно, звучит правильно. Сегодня вечером становится особенно холодно, и тепло от камина еще не проникло в комнату. Лед, вероятно, так и останется льдом, по крайней мере, до поры до времени.

Хотя――――

Это не продлится до восхода солнца.

Все это со временем быстро растает, такова штука, называемая льдом.

Мисая: “Кстати”.

Лансер: “А?”

Мисая: "Кажется, я этого еще не слышала. Ваш ответ.”

Лансер: “А”.

Мисая: “Поскольку с этим ничего не поделаешь, я повторю это специально для тебя, только в этот раз. Если ты услышишь меня в этот раз, дай мне свой ответ”.

Лансер: “......... Хорошо.”

Мисая: “Пожалуйста, впредь постарайся быть внимательнее. Я не позволю тебе унижать меня, низводя себя до уровня Героя, который бесполезнее сторожевой псины”.

Духи-герои, призванные Святым Граалем.

Сами по себе являются тайной, которая вышла за пределы реальности и превратилась в легендарных существ, превзошедших человеческий интеллект.

Если бы я выразил их как очень простой факт, то они не просто проявились как Слуги, связанные с нами магией, они не более чем буквальные слуги в Войне за Святой Грааль, даже если о них говорят, что они могущественные Героические Духи.

Их оружие, военная одежда и даже различные выражения лиц не являются ошибкой.

Но Героические Духи действительно обладают разумом.

Как и люди, они, вероятно, обладают мудростью и знаниями, которых у них было больше, чем за всю их жизнь.

И, самое главное, у них есть чувства и индивидуальность.

Если вы прикажете им совершать действия, противоречащие их воле, то они могут взбунтоваться.

Взаимоотношения между Мастерами и Слугами имеют решающее значение.

Если вы не можете построить с ними дружеские отношения, то борьба также может оказать на них негативное влияние.

Следовательно, вы можете “принудить их к действиям”, используя степень магистра в качестве последнего средства.

Однако в этот момент вы определенно разорвете ваши отношения.

Поймите, что это фатально неверный шаг.

В зависимости от того, какие отношения строятся, можно направлять их действия так, как того желает Мастер, даже не используя ни одного штриха ваших драгоценных степеней магистра.

Понимать.

Распознавать.

Что Слуги - это оружие, обладающее свободной волей.

Доверие, симпатия, послушание, мольба, доверие, стремление, страдание―――― Друг, товарищ, хозяин и слуга, подчиненный, паразит, слепая вера, любовь――――

Не имеет значения, что это такое.

Быстро установите подходящие отношения между собой и вашим собственным Слугой.

(Выдержка из старой записной книжки)

Это было тихое утро.

Утренний воздух, который обычно совсем не меняется.

Хотя в воздухе все еще чувствуется холод, характерный для середины зимы, немного успокаивает, так как дает ощущение приближения наступления следующего сезона. В следующем сезоне. Конечно же, Мисая Рейрукан не могла заставить себя задуматься о том, сможет ли она справиться с этим и так далее.

Приняв мир природы, она смогла просто жить своей естественной жизнью.

Она может продолжать вести себя как великолепный и утонченный монарх.

Свободно применяя свою мудрость и умение командовать, она сможет сокрушить их, только если они окажутся на ее пути.

Даже если это будет мир.

Даже если это будут Героические Духи.

Даже если это будет Святой Грааль.

Это была ситуация, которую она никак не могла изменить.

Мир будет менять свои очертания, а она будет продолжать вести себя как обычно.

Обратное маловероятно.

Это был ее ответ на опыт последних восьми лет, когда ей приходилось таинственным образом сохранять свое правление в качестве главы семьи Рейрукан.

Рейрукан. Ее собственная семейная родословная. Ее собственное имя. Это ее нематериальный статус, который передается из поколения в поколение? Или она на стороне контроля, потому что стала наследницей своей семьи? Нет. Нет, она может сказать, что все по-другому. Несмотря на то, что сила, которой, несомненно, была наделена ее фамилия Рейрукан, в значительной степени существует, то, что сделало Мисаю Рейрукан той, кто правит как магическим миром, так и мировым сообществом, - это ее выбор, ее собственные устойчивые способности и ничто иное, как границы ее собственных действий.

Это лишь одна из способностей, которыми она овладела, потому что титул главы семьи Рейрукан был у нее под рукой.

Она изменит мир благодаря своей природе.

Это истинная красота. Это все для нее.

8:10 утра. ――――

Токийский район Сугинами, частная средняя школа.

У окна классной комнаты на третьем этаже в школьном здании на южной стороне.

Мисая спокойно смотрела вниз, на неизменный пейзаж.

Она приехала немного раньше обычного.

Поскольку этим утром она собиралась отправиться в школу пешком, она проскользнула мимо главных ворот своего особняка в заранее рассчитанное время, но вместо этого наткнулась на лимузин производства Daimler AG, который ждал, чтобы забрать ее. Без сомнения, это было устроено по усмотрению одного из стариков Нагатачо. Если бы она планировала ехать в школу на машине, то воспользовалась бы одной из принадлежащих ее особняку, так что, хотя, по правде говоря, это была ненужная помощь, Мисая села в лимузин, не обращая на это внимания.

Если они говорят, что хотят получить ссуду на такую сумму, должна ли она попытаться ее получить?

Хотя это правда, что она даже считает забавным то, что вы можете одолжить на несколько минут, которые требуются, чтобы просто сходить в старшую школу префектуры, не так уж и плохо внести некоторую напряженность в схему власти старших, плавно садясь в лимузин. Застой влечет за собой беспечность.

Иногда также необходима стимуляция.

Мисая: “----”

Она молча наблюдает за тем, как ученики идут в школу.

Тот же пейзаж, что и вчера. Нет, все как обычно, все то же самое.

Толпы невинных мальчиков и девочек, которые не знали ни о том, что происходит, ни о том, что начинается здесь, в Токио.

Эти невинные, непорочные, ничего не подозревающие, невежественные и жалкие ягнята――――

Мисая не может постичь их.

Независимо от того, является ли она светским правителем или магом, управляющим тьмой, есть еще много тех, кто смотрит свысока на людей, называемых широкой публикой или так называемыми массами, и она даже может сразу вспомнить конкретные имена и лица этих людей. Говорить о тенденциях - верх глупости, но если она намеренно заговорила об этом, то уровень самосознания Мисаи, вероятно, войдет в разряд редких.

О мальчиках и девочках ниже.

Как они и должны были сделать, их жизни будут украдены с помощью элементарного колдовства, которое даже не является Великой Магией, жизни, которые будут собраны в результате одного небольшого действия Героического Духа в Войне Святого Грааля.

Ресурсы для эксплуатации и потребления их будущего.

Она не отрицает, что есть и другие стороны, но дело не только в этом.

Иногда они улыбаются друг другу, иногда ссорятся или беспокоятся о своих любимых, об их оценках или будущем, но мальчики и девочки, которые проводят утро подобным образом, - слабые создания. Эфемерные создания.

Для нее в ней самой есть явная сила.

Если это так, то――――

Для Мисаи сцена, представленная ниже, означает только одно.

Те, кого она должна защищать.

Те, над кем она должна властвовать, защищать и даровать им как можно больше счастья.

―――― Таким образом, Мисая Рейрукан правит ими.

――――Есть только один способ. Просто оставаться такой, какая она есть.

Мисая спокойно продолжает смотреть.

На учеников. В то же время она смутно ощущает присутствие невинных людей, которых она должна защищать этими руками, как единое целое.

И вдруг кто-то отвечает ей взглядом.

Она наблюдает за одной студенткой, чего обычно не делает.

Отчасти неосмотрительно, отчасти с опаской Мисая обратила внимание на фигуру одной девушки.

――― Ученица, которая прятала свои ясные глаза за очками.

―――― Ее зовут Аяка Садзё.

Если она просто посмотрит на нее вот так, то она - одна из обычных студенток.

Одна из невинных девиц, которые должны находиться под ее защитой, однако, она не такая, как все. То есть, Маг.

[[image:/storage/reader-images/5ee1d1dcf31f17518d98618750b3bc993e4d36f4.jpg]]

Одна из тех, кто знал достаточно о существовании тайн в этом мире и кто обладает силой, чтобы использовать ее, пусть и немного. Более того, она даже является магом, который участвует в Войне за Святой Грааль так же, как и она сама.

Аяка Садзё. Ранг ее хозяина - Принц, это самый низкий из семи рангов.

Выживший представитель семьи Садзё, который победил и шел до конца в последней Войне Святого Грааля.

Ходила ли она вот так спокойно в школу, была ли она слишком самоуверенной из-за того, что пережила дневной налет других, или она поняла, что нет смысла даже запираться дома, где находится ее магическая мастерская, или она подумывает о том, чтобы попытаться использовать учеников в качестве живого щита, или, как и ожидалось была ли она уверена в способностях своего собственного Слуги?

Мисая: “Она довольно беззаботна”.

Она что-то бормочет, слегка заостряя взгляд.

Она не планировала устраивать драку в школе в течение дня, это было больше, чем просто сокрытие тайн, что является обязанностью мага, но Мисая считает, что она хочет избежать причинения вреда ученикам, которые должны быть под ее защитой, в пределах ее владений, насколько это возможно.

Кроме того, теперь, когда Аяка Садзё так величественно входит в школу, вероятность того, что ей прислуживает Слуга, обладающий таким же духовным даром, как и у нее, очень высока――――

Мисая: (Кроме того......)

Она переводит взгляд на здание школы в Норт-Сайде.

Хотя она не может точно определить, что это, она чувствует, что в здании школы что-то есть.

Мисая: (Враги в школе не ограничиваются только этой девочкой.)

На короткое время она погружается в свои мысли.

А потом----

???: “О, мисс Мисая, доброе утро!”

Она оборачивается на знакомый голос.

Она уже давно почувствовала их присутствие. Несколько ее одноклассниц.

Прикрываясь маской девочки своего возраста, Мисая, как обычно, бодро отвечает.

Она отвечает “Доброе утро” тем, кто произносит свои утренние приветствия одними губами.

Кто-нибудь, случайно, не видел ее с друзьями?

Когда они спрашивают, почему она стоит у окна, она медленно качает головой ――――

Мисая: “Нет, ничего страшного”.

Друзья. Правильно, друзья.

Вот так - для себя.

У нее даже не было человека, которого она могла бы назвать “другом” в полном смысле этого слова.

Править преходящими массами, которые должны быть защищены, вести их за собой, несомненно, даруя им мир и счастье, для нее - для этой естественной Мисайи Рейрукан.

Стоять бок о бок с кем-то.

В этом нет необходимости.

Война Святого Грааля - это одиночная битва.

Если и есть человек, которого можно назвать вашим “другом”, то только у Героических Духов есть характер, подходящий для этого.

Хотя существуют некоторые исключения.

Типы фамильяров, по сути, такие же, как слуги.

Есть также случаи, когда они могут использовать мага из той же семьи, что и вы, в качестве подчиненного. Если вы привлекаете внимание своим откровенным поведением в группе, если есть возможность противостоять даже вероятности того, что убийца внезапно убьет вас во сне, то это тоже неплохой ход.

Однако будьте осторожны.

Вы не должны поддаваться влиянию ваших собственных детей.

Безопасность тех, кто унаследует ваши магические цепи, имеет приоритет над всем остальным.

Маги - это не отдельные личности, поэтому я должен определенно подчеркнуть важность преемственности крови в вашей семье.

Имейте это в виду.

Вы не должны бросать вызов Войне за Святой Грааль, в то время как ваши дети все еще находятся рядом с вами.

Если есть маг, который, возможно, делает это.

То вы глупец, который не понимает всей серьезности Войны Святого Грааля?

Или вы абсолютный силач, который убежден, что сможет выжить даже в героической схватке?

Вы, должно быть, один из двух.

(Выдержка из старой записной книжки)

―――― А затем время возвращается назад.

На 8 лет назад.

Это 1991 год нашей эры.

Когда начинается Первая Историческая Война Святого Грааля.

Когда вот-вот развернется битва между семью Мастерами и семью Слугами.

Когда правитель был еще молод.

В те дни она еще не знала ни о своем происхождении, ни о своей сущности.

Она была молода.

Детской.

И незрелой.

―――― Дни, когда она была под чьей-то теплой и нежной защитой.

Я иду по коридору второго этажа, залитому лунным светом.

Я немного ненавижу свое молодое тело.

Несмотря на то, что меня часто сравнивают с “ребенком, который очень взрослый для своих 10 лет”, я достаточно хорошо понимала, что мои собственные шаги, когда я иду таким быстрым шагом, неприятны.

Я хочу поскорее повзрослеть.

И мое тело тоже.

И мой разум тоже.

Даже как человек, даже как Маг.

Я――――

Я хотела как можно скорее стать взрослым.

Я немного устала быть ребенком, о котором говорят, что он “удивительный” только потому, что он ходит в темноте.

Мрачный коридор, который постепенно освещается только светом свечей, зажженных с помощью магии, да, я могла бы назвать его жутким, если бы была учеником начальной школы того же возраста.

Что касается состояния моих одноклассников, то все мои ровесники - слабаки.

Собака с человеческим лицом.

Женщина с разрезанным ртом.

Фиолетовое зеркало.

Белая нить.

Красная и синяя бумаги.

13 шагов.

Анатомическая модель человека, которая ходит ночью.

Портрет с движущимися глазами.

И, в конце концов, есть ли девочка в школьном туалете?

Все это детские сплетни, которые передаются шепотом между детьми. Страшная история. Даже если бы я могла понять логику истории о привидениях, я бы не смогла ее прочувствовать.

Такие вещи, что в них такого страшного?

Во тьме ничего не происходит, пока маг что-то не предпримет, поэтому призрачные существа не должны так легко появляться в центре города, если есть шанс, что слухи превратятся в тайну, скорее всего, они станут объектом большого интереса для нас, магов.

Вот почему, даже когда я иду один по мрачному коридору, я ничего не чувствую.

В обычной и неизменной обстановке я особенно не должен испытывать страх.

К тому же, небо сегодня ясное, и на небе светит огромная луна.

Я могу сказать, что этого более чем достаточно для яркой ночи.

Бояться нечего.

Однако, было бы ложью сказать, что я не нервничала.

Мисая: “............”

Я выдыхаю немного белого воздуха - как бы невзначай, я смотрю на передний двор через окно.

На таком расстоянии и в такой темноте я не могу как следует разглядеть цветы гортензии, которые мы посадили вместе с мамой. Кажется, что здесь совсем ничего не изменилось. Все тот же старый сад.

Хотя так быть не должно.

Он не должен быть таким, как обычно.

Даже цветок, который я посадила, когда земля была испачкана, должен быть наполнен смертельными проклятиями.

Однако я не смогла придумать ничего, кроме этого.

Магическая мастерская. Это смерть для незваных гостей.

Это слишком очевидно.

В конце концов, Война Святого Грааля уже началась.

Мисая: “Ты звал меня, отец?”

Я стучу в дверь гостиной.

Кажется, я впервые вхожу сюда в такой поздний час.

Хотя в это время мне уже следовало бы лечь в постель и спать, как обычно, я иду по коридору и оказываюсь в гостиной, где меня ждет отец.

Потому что он сказал мне “зайди в комнату” через знакомого.

Поскольку я сомневалась, стоит ли идти туда в пижаме, я сразу же переоделась, как только выскользнула из постели. Несмотря на то, что мы семья, мы должны проявлять максимум вежливости друг к другу.

Особенно, если мне предстоит встретиться непосредственно с отцом.

С тех пор, как он был выбран участником Войны за Святой Грааль и получил степень магистра, которая является доказательством того, что он магистр, отец был занят день и ночь. С тех пор как мама и слуги переехали на нашу виллу в Идзу, я тоже немного помогаю ему, хотя отец сам управляет всем и охраняет главный особняк в Рейрукане.

Несмотря на то, что он выполняет свои обязанности главы семьи Рейрукан, в то же время они накладываются на его подготовку к Войне Святого Грааля.

Он занимается сбором разведданных о других Мастерах и даже ищет катализаторы для призыва Слуг общей мобилизации, как с прямой, так и с обратной связью――――

Бьюсь об заклад, отец активен, не различая дня и ночи.

Сказав, что сейчас ночь и я не могу показаться на людях в чем-нибудь, например, в пижаме.

Лорд Рейрукан: “О, Мисая? Пожалуйста, входите”.

Ответ. Я тихонько открываю тяжелую дверь.

В просторной комнате виднелась фигура моего отца.

Он глубоко опустился на диван и с нежностью посмотрел на меня.

Хотя выражение лица отца отчасти оживляет меня, я все же чувствую себя неуверенно.

Мисая: “Разве в укреплении мастерской нет необходимости? Война за Святой Грааль уже началась.......”

Да, так. Война Святого Грааля.

Об этом магическом ритуале беспрецедентного масштаба и первом историческом ритуале, который будет проведен здесь, в Токио, я уже кое-что слышала от отца.

Это грандиозное побоище, устроенное семью Мастерами и Слугами.

Героические духи и Магия, подношения Святому Граалю, который дарует и поглощает все скрытые в нем тайны мистерий.

Битва, в которой жертвуются жизни, чтобы добраться до “Корня”, который является 1000-летней главной целью для нас, магов.

Я, несомненно, верю в победу Отца. В стране Дальнего Востока, которая, как говорят, является даже границей Магического мира, я слышала, что рейруканцы считаются исключительно известной семьей магов Часовой башни. Даже среди них отец, как известно, является особенно выдающимся среди сменяющих друг друга поколений глав семей.

Но.

Несмотря на это.

Беспокойство неизбежно поселяется в уголке моего сознания.

Война за Святой Грааль. Это абсолютно беспрецедентно, и даже к Героическим Духам относятся как к фамильярам, но перед этим беспрецедентным событием, которое, вероятно, глубоко войдет в историю магии, у него не должно быть возможности обрести абсолютный душевный покой.

Но, несмотря на то, что я это говорю――――

По какой-то причине, сегодня вечером на лице отца улыбка.

Мисая: (Почему? Почему ты такой, отец?)

Я наклоняю голову.

Мисая: “Отец”.

Когда я собираюсь заговорить, Мой друг внезапно останавливается, всего на мгновение.

Я увидела это.

Я нашла это.

Рядом с отцом было “что-то”.

[[image:/storage/reader-images/56229f3a46774aadb96f06d2f0ea45f10ab96074.jpg]]

Возможно, там было что-то, что скрывалось с помощью магии.

Я сразу же сосредоточила свое внимание на своем собственном зрении. Мои магические контуры. Моя прана. Мое зрение.

Когда я соединяю все одновременно, я запускаю формулу, которая уничтожает магию в моем видении.

Злоумышленник?

Нет, это не должно быть возможным.

Я начинаю догадываться о нескольких причинах того, что изменило внешность отца. В тот момент мое воображение пугало больше всего, чем прогулка по ночным коридорам, созерцание безлюдного сада и безмолвная луна.

Сознательно я останавливаю свои мысли на полпути. Это бесполезно. Я должна была уже убедиться в “чем-то” к этому моменту!

Рядом с отцом.

Нет, если быть более точным, стоя за диваном.

Это тонкая――――

Там была “тень”, одетая в черное.

Я не могу разобрать, что это было.

Несмотря на то, что там определенно что-то есть, четкое изображение не передается в мой мозг в виде визуальной информации.

Мисая: “Кто......?”

Тень: “Ты действительно умный ребенок. Несмотря на то, что ты упорно изучал основы, ты пытался разгадать мою магию сокрытия. У тебя тоже есть родословная, но это великая вещь - усердно изучать и оттачивать себя. Держу пари, инструкции твоего учителя тоже превосходны”.

Голос, которого я раньше не слышала.

То ли это звучит ужасно спокойно, то ли, наоборот, пугает.

Я перевожу взгляд на отца. Ко времени Войны Святого Грааля я даже не слышала ни одной истории, в которой другой маг принимал бы кого-то в качестве товарища. Тогда что же это за “тень”?

Отец. Если, если эта тень - враг, тогда――――

Лорд Рейрукан: “Приношу свои извинения”.

Когда он это говорит.

Отец улыбается, склонив голову.

―――― А?

Что он делает? Отец.

Ни за что, для тени, которая никому не известна.

Ничего хорошего.

Это безнадежно. Отец, это почти так же, как если бы ты был некомпетентным учеником, который умоляет великого мастера научить его этому.

Отец - величайший маг Дальнего Востока. Кроме того, для дедушки, который скончался намного раньше, странно, что он так себя ведет.

И все же. Почему?

Как?

Лорд Рейрукан: “Мисая, мы уже укрепили нашу магическую мастерскую. Что касается магической мастерской, нет, я даже не возражаю, если она будет названа храмом. Потому что он превратил наш особняк в крепость, в которой таятся небывалые тайны, благодаря использованию великолепной искусной магии”.

Мисая: “Храм......”

Лорд Рейрукан: “Поприветствуй его, Мисайя. Ибо он - тот, кто принесет Корень нам, рейруканцам”.

Я не понимаю смысла его слов.

Отец, о чем ты говоришь?

Храм?

Корень?

Он?

У меня не было выбора, кроме как с нескрываемым смущением посмотреть на тень.

Я могу выразить это только как “жутковатый”.

Когда высокая черная тень, широко раскрыв рот, показывает свои похожие на глаза светящиеся точки на голове, он смотрит на меня сверху вниз, как будто всматривается в меня.

Тень: “Приятно познакомиться с вами, маленькая мисс”.

Сказала тень.

Это был лёд.

Его голос, он заставляет меня почувствовать что-то ужасно холодное в своей ясности.

Вот почему я думаю о льде.

Ледяном демоне. Ужасном существе, которое носит тени. Что мне делать?

Нужен ли мне огонь? Хотя я не очень горжусь своей магией преобразования стихий, но, если, если это поможет мне связаться с этой тенью, я выстрелю в нее. Нет. Нет. Дело не в этом. Я правильно понимаю слова отца. Мастерская. Храм. Человек, который принесет Корень.

Не путаю ли я сама себя?

Наконец, я осознаю, что мои губы слегка дрожат.

“Тень” приближается ко мне.

Пока отец спокойно наблюдает за мной, он обходит диван с другой стороны и решительно подходит к тому месту, где я только что стояла.

И затем.

Кастер: “О, отпрыски многих детей, получивших мое учение. Я древний, проявившийся в классе Кастер. Как и вы, я тоже один из магов, ищущих Корень.”

Осторожно, тень ――――

Кастер: “Пожалуйста, вместе со своим отцом, со мной”.

Протягивает мне руку――――

Кастер: "Давай будем друзьями”.

Тихо прошептал он――――

[[image:/storage/reader-images/81ce5cdd34c04460efd083e07705d403bbf2c78d.jpg]]

Война Святого Грааля разбудила еще одну девушку.――――

И все же, было раннее утро.

Девушку совершенно не волновали ни белизна ее дыхания, ни воздух в коридоре, который за ночь успел сильно остыть. Она чувствовала тепло утреннего солнца, проникающего сквозь большие стеклянные окна, знала, что с наступлением полудня температура воздуха будет повышаться, и, самое главное, холод ее не беспокоил.

Девушка, Мисая Рейрукан, уже вспоминала события того завтрака.

Мисая: “Как на самом деле зовут этого человека?”

Сидя на противоположном конце длинного стола, ее отец ответил на тихий вопрос Мисаи.

“Не мое дело отвечать на это”.

“Если у тебя есть что-то, что требует ответа, тогда тебе следует спросить этого джентльмена напрямую”.

Мисая: “Я понимаю. Отец”.

Мисая восприняла слова отца как согласие.

Другими словами, этот человек был―――

‘Один из семи Героических Духов, которые материализуются в соответствии с масштабным магическим ритуалом, известным как Война за Святой Грааль, который проводится здесь, в Токио, человек, принявший облик Слуги рейруканцев в ранге Кастерв, чтобы встретиться лицом к лицу с таким человеком.’

“Мужчина”. Да, она интуитивно знала, что это, должно быть, мужчина.

Фигура, которую она впервые увидела прошлой ночью, была скрыта магическим образом.

Все, что она могла вспомнить, - это жуткая “тень”.

Она была сбита с толку. Было и недоумение. Насколько она помнила, она была потрясена.

Быть ошеломленным, не осознавая существования другого человека. Для Мисаи это было впервые.

Хотя ее жизнь до сих пор была не очень долгой - десять лет, будь то тайны или маги - она часто сталкивалась с существами, которых нельзя было назвать людьми в прямом смысле этого слова. Однако Мисая никогда не испытывала страха перед кем-либо из них.

Всякий раз, когда демон появлялся перед ее глазами из-за некромантии ее отца, всякий раз, когда она смотрела на магического зверя, жаждущего крови, на расстоянии, достаточном для того, чтобы его дыхание касалось ее кожи, или всякий раз, когда она обменивалась словами с магом, который в течение года находился с визитом в Европейской ассоциации Мисайя Рейрукан решительно встретила каждого из них, не дрогнув при виде них.

Это не было сознательным действием.

Только до тех пор, пока это не было сочтено разумным.

Однако. Прошлой ночью она была в замешательстве. Она не сразу сообразила, как им следует смотреть друг другу в глаза.

‘Как мне следует понимать этот факт?’ Мисае еще предстояло найти ответ внутри себя.

Мисая: "...Я выясню это. Я сделаю это собственными глазами".

Идя по коридору, она снова мысленно вспоминает слова своего отца, сказанные за завтраком.

Героический дух. Великий человек или герой, превзошедший человеческий интеллект, могущественная иллюзия, с которой маг не может справиться, за исключением случаев, подобных нынешнему. Воплощение грозного мифа.

“Тень”, называвшая себя Мастером, действительно является Героическим Духом.

Теперь в этом больше нет сомнений.

Тогда что же такое Героический Дух? Что это за человек? Действительно ли он тот, кто принесет Святой Грааль рейруканцам, достаточно ли он достоин того, чтобы ее отец проявил к нему уважение таким образом?

Поскольку у нее было разрешение, у нее нет причин сомневаться в своем поведении.

Мисая с достоинством проходит по коридору, не обращая внимания на сопротивление многочисленных барьеров, от которых ее тело обжигает, и достигает комнаты, которая находится в самом северном коридоре первого этажа особняка Рейрукан и называется “личная комната” этого человека.

Это была большая красная дверь.

Обычно она редко заходила в это место.

Когда-то это была мастерская ее деда, и она слышала, что все, что имело магическую ценность, было перенесено в подземную мастерскую ее отца после того, как он занял должность мастера. Итак, Мисая знала, что этот район, по сути, является мертвой зоной. Группа комнат в этом просторном особняке, в которых нет посетителей. Места, где никто не живет.

Мисая: "После того, как началось обсуждение Войны за Святой Грааль, отец, похоже, воспользовался кладовой".

Несколько месяцев назад она наблюдала, как специализированные антиквары-дилеры привозили большое количество тщательно упакованной мебели. Поскольку напрямую доставить их в подземную мастерскую было невозможно, их ненадолго поместили в это необитаемое место, и если предположение Мисаи о том, что груз был доставлен фамильярами, было верным, то предметы, которые не были перенесены под землю, и предметы, не имеющие магической ценности, были завещаны им ею дедушка имел в виду, что старая мебель, должно быть, где-то тихо спит.

И, в какой-то степени представляя себе, что откроется ее взору, Мисая смотрит на дверь.

Она не дотронулась до дверной ручки, потому что та уже была слегка приоткрыта.

Мисая: "Он, конечно, неосторожен, что не запер дверь. Не так ли?"

Мысленно понизив его оценку на один балл, она тихонько подходит к щели.

Она робко заглядывает в комнату―――

Кастер: “Это Мисая, верно? Пожалуйста, войдите”.

Чей-то голос.

Звук был не таким неясным, как прошлой ночью.

Его внешность, да. Это была не неуловимая черная “тень”. Высокая. Само его тело не изменилось.

Стройная фигура. Его тело было таким же, как и прошлой ночью.

Он стоял посреди комнаты в лучах утреннего солнца, проникавших сквозь щель между занавесками, и, казалось, с чем-то экспериментировал. Держа в левой руке колбу с голубой жидкостью, он пытался перелить серебристую жидкость из пробирки, зажатой между пальцами правой руки. Внезапно он останавливает свои руки и поворачивается к ней.

Уже без осуществления его сокрытие магии, она могла видеть его фигуру даже в тускло освещенной комнате с наполовину закрытыми шторами.

‘---Он был прекрасным человеком.’

‘---Красивый человек. Я определенно не думаю, что это женщина. Мужчина.’

Мужчина в длинном белом халате.

‘Это из-за его длинных блестящих волос у него нежный женский вид, несмотря на то, что он определенно мужчина, учитывая его длинное тело?’

‘Черные волосы. Я думаю, они ему очень идут’.

Несмотря на то, что она видела только его фигуру, ее слегка заниженная оценка его, похоже, немного повысилась.

Кастер: “Звучит странно, но добро пожаловать. В конце концов, этот особняк принадлежит тебе и твоему уважаемому отцу. Пойдем, Мисая, ты замерзнешь, если останешься в коридоре. Не нужно стесняться”.

Мисая: “......Конечно”.

Она слегка кивает.

Понимая, что становится напряженной, она входит в комнату.

И тут Мисая была загипнотизирована.

За этой дверью находилась великолепная “комната мага”. На деревянном столе было сложено несколько толстых магических фолиантов и пергаментов, а также на деревянных полках. В мензурки и колбы наливались разноцветные жидкости, бесчисленные пробирки были расставлены в ряд, в резервуаре для воды плавал комок бледной плоти, соединенный с латунным предметом, который, по-видимому, был каким-то механическим устройством, на стенах и в шкафчиках тут и там были странные магические катализаторы...мумия чего-то, напоминающего рептилию, когти, клыки и сердце существа, которое вряд ли могло принадлежать обычному существу, обсидиановый нож, золотой череп и различные другие предметы создавали ощущение присутствия, а также многочисленные магические формулы и магические круги, которые были начертаны на стенах, полу и потолке.

Мисая: “Ого......”

‘Ни в коем случае, комната, которая должна была быть в лучшем случае хорошим местом для хранения вещей, превратилась в вундеркамеру, переполненную такими загадками, как эта?‘

‘Я думал, это просто пространство, полное темноты и пыли.’

‘Это так ярко, как будто вся комната сияет’.

Мисая: “Это невероятно. Всего за одну ночь ты сделала все это...”

Она говорит, все еще испытывая это чувство.

Ее восхищение вылилось в слова.

Обстановка комнаты действительно заинтриговала девушку, которая все еще была любознательна.

Во время Войны за Святой Грааль Мисая не могла покидать территорию особняка Рейрукан, то есть мастерской. Хотя ее мать переехала в их вторую резиденцию в Идзу вместе со всей прислугой, следуя совету своего отца, Мисая решила остаться в этой главной резиденции Сугинами для своего желаемого будущего обучения.

В результате ей в основном приходилось какое-то время оставаться в своей комнате, а также она не могла ходить в школу.

В остальном Мисаю это не беспокоило, она была более чем удовлетворена объяснениями своего отца, в которых он рассказывал ей о системе и правилах Войны за Святой Грааль, когда у него появлялось немного свободного времени, хотя…… По правде говоря, это почему-то казалось совершенно скучным.

Все, что попадалось ей на глаза, было свежим и волнующим. Это было то же чувство, что и тогда, когда она впервые посетила мастерскую своего деда и отца и сказала, что это невозможно, или даже больше того!

“Ммм....”, - ее нерешительность рассеивается из-за кипящего любопытства. “Ничего, если я спрошу тебя кое о чем?”

Кастер: “Конечно. Я из тех, кто получает удовольствие, обучая и направляя других. Итак, позвольте мне ответить на ваши животрепещущие вопросы”.

Его тон. Спокойный.

Выражение его лица. Точно так же, и в то же время, оно было окутано добротой.

Кастер: “Ты тоже не кто иной, как потомок многих детей, которые, подобно твоему уважаемому отцу, получили мои наставления. Я буду отвечать только до тех пор, пока ты этого пожелаешь”.

Улыбаясь, когда он сказал это в ее присутствии, она уже потеряла терпение.

Приоткрыв свой маленький ротик, Мисая обдумывает вопрос. Что за существо эта мумия перед нами, с сердцем, клыками и когтями? Обсидиановый нож - реликвия какой эпохи, а золотой череп - своего рода магический катализатор?

Мисая: “Я хочу узнать о предметах в этой комнате. Она полна предметов, которых я никогда раньше не видела...... Например, давайте посмотрим, что это?”

Она указывает на высушенный труп рептилии.

Кастер: “А, это......” Он отвечает с улыбкой. “Это мумия саламандры”.

Он сказал это без промедления.

Мисая вспоминает своего учителя начальной школы. Отвечая на вопросы одноклассницы о фуригане иероглифов, он отвечал непринужденно, как будто был учителем естественных наук.

Саламандра――― Это фантастический вид, и в то же время тот, кто управляет одним из элементов в одной теории. Несмотря на то, что это должен быть чрезвычайно ценный предмет, независимо от того, существует ли он, трудно представить, что его можно хранить открыто, как сейчас.

Разговаривая с Мисаей, он с улыбкой кивает.

Кастер: “Действительно, это правда. Это фантастический вид, который уже давно исчез даже в мою эпоху, не говоря уже о современной, но поскольку он остается реликтом, нет ничего необычного в том, что он является объектом изучения и экспериментов. Мы можем ожидать, что он окажет большое влияние, если использовать его в качестве катализатора для магии стихий, и это действительно отличный катализатор для алхимии. Это зависит от того, как вы его используете, но мы можем получить представление о нем в течение его жизни”.

Мисая: “Возможно ли его вызвать?”

Кастер: “Ты можешь. Но я использую его для изготовления элементарных материалов”.

Гладко.

В конце концов, он говорит так, как будто это для него естественно.

Кастер: “Превращение огня в стихию часто считается очень простым магическим приемом, однако, если вы овладеете им, то когда-нибудь, несомненно, сможете даже получить огонь, приносимый самим солнцем.”

Это естественная метафора, но если вы попытаетесь вдуматься в нее - разве вам не кажется, что это чудесно?” Замечательный. Она никогда не думала о магии с такой точки зрения.

Независимо от того, было ли это эффективно, Мисая верила, что маги не должны поддаваться мечтательным эмоциям, даже если она осознавала, что это приносит пользу. Это не только учение ее деда и отца, но и идея, полученная как очень простой, но реалистичный ответ. Итак, она никогда не думала, что там может прозвучать слово "Фантастический".

Это не произвело на нее впечатления, да и не должно было ее убеждать.

Было только удивление.

Время на вопросы и ответы.

Прошло примерно тридцать минут.

Мисая: “Тогда, итак, что находится в той банке, которую я вижу вон там?”

Кастер: “Это личинка гомункула. Используя специальный раствор, я могу фиксировать ее внешний вид на каждой стадии роста. Таким образом, я могу наблюдать мельчайшие изменения внутри нее. Я верю, что если я узнаю, почему у них, как правило, такая короткая продолжительность жизни, это может привести к преодолению их короткости”.

Не прерывая его больше, он, что касается слов Мисаи――― Вежливо отвечал на них.

Один за другим.

Если бы Мисая спросила: “Что это?”, или “Что это такое?”, или “Были ли эти кристаллы извлечены один за другим из четырех из пяти великих элементов?”, или “Является ли последний из них “фрагментом” эфирного сгустка, который придал форму пятому бесформенному эфиру?”, и т.д., он открыто отвечал на них, не задумываясь, какие бы вопросы она ему ни задавала.

По его словам, многие предметы в этой комнате, похоже, были приготовлены ее отцом специально для него, как для заклинателя, вызывающего слуг. Наконец Мисая поняла, что принесли разносчики антиквариата.

Однако. Что касается “фрагмента” эфирных сгустков, элементов, участия гомункулов и количества драгоценных камней, наполненных могущественной маной, которые она могла видеть, он сказал, что, по-видимому, создал их в течение одной ночи. Она не смогла понять это сразу, как ожидалось. Все это заняло бы много времени, возможно, годы, но, возможно, это стало возможным благодаря навыкам Слуги, о которых на днях упоминал ее отец. Или это была техника, которой он овладел с помощью магии прошлого, которую он приобрел за свою жизнь?

Кастер: “Я верю, что высший эфир ведет к древнему утраченному ритуалу. Я хочу получить его, праведное сияние звезд, которого достигли мудрецы Халдеи в далекие древние времена. Это высший свет, который мерцает и наполняет космос, и в то же время это свет и этой планеты”.

Хотя, по ее мнению, это было слишком напыщенно.

Тем не менее, он повторял свои искренние ответы достаточно часто, чтобы у нее сложилось о нем благоприятное впечатление. Хотя он видел в ней юную девушку, он почти не говорил о конкретных магических упражнениях, но Мисая считала, что за короткое время, проведенное вместе, она получила больше, чем надеялась, в своем обзоре его ответов на ее вопросы.

Это было всего лишь. Только.

Он еще не открыл ей своего настоящего имени.

Кастер: “…… По вашему лицу видно, что вы недовольны. Я понимаю. Я прошу прощения за это”.

Мисая: “Да?”

Кастер: “Вы уже маг. Если так, то вас, безусловно, не удовлетворят мои простые ответы. Тогда давайте будем уделять вашим инструкциям около 2 часов в день”.

Вот почему возможность получить магические знания, неизвестные ей, делала ее счастливой.

Но, более того, Слуге, который должен работать на ее отца, никогда не хотелось бы тратить время, предназначенное для Войны за Святой Грааль, на что-то другое. Итак, Мисая поворачивается и поднимает лицо, чтобы ответить ему.

Мисая: “Нет, я должна вежливо отказаться. Я благодарна за ваше предложение. Но вы же...”

Кастер: “Я же?”

У него было прекрасно очерченное лицо.

Доброе и нежное. Фигура, которая почти как у мага, и даже кажется молодой.

Она даже подумала: "Что это было за жуткое зрелище прошлой ночью?’ Он с длинными черными волосами. Существо, называющее себя Заклинателем. Правда, она пришла узнать, был ли он Героическим Духом, достойным ее отца. Со вчерашнего вечера и до сегодняшнего утра она была в растерянности из-за того, что почти не спала.

Неужели с Героическими Духами так легко ладить?

Ее мнение о нем уже поднялось на несколько ступеней, и казалось маловероятным, что теперь это можно остановить.

Выдержав его взгляд, Мисая, немного подумав, приоткрывает губы.

Мисая: “……Ты слуга моего отца. Я думаю, тебе следует потратить свое время и силы на моего отца, на Войну за Святой Грааль”.

Кастер: “Ты мудрый ребенок. Мисая.”

Он глубокомысленно кивает.

Встав со стула, на котором он сидел, он наклоняется до тех пор, пока его взгляд не оказывается на одном уровне с Мисайей. По его словам, при этом он естественным образом становится на колени.

Кастер: “Ты прав. Видишь ли, это моя дурная привычка. Где бы я ни находился, я всегда делюсь с кем-то своей мудростью и учу их. Меня призвали как Слугу Кастера, а не как того, кем я был раньше. Именно поэтому я не обманусь в своем долге и приложу все усилия ради твоего отца и его амбиций”.

Его искренний взгляд был устремлен прямо на Мисаю.

Это было не так, как прошлой ночью.

В отличие от того раза, когда он появился в виде жуткой тени, напоминавшей ей холодный прозрачный лед, Мисая не могла заставить себя задуматься, как будто в нем был какой-то аспект ее личности.

И все же, почему это так?

Сейчас она не может найти в себе ни капли смущения.

Но в этот момент она почувствовала, что он давит на нее.

Заклинатель: “Мисая, ты мудрый ребенок. Прекрасный ребенок. Похоже, благодаря тебе я снова могу задуматься о своем существовании”.

Мисая: “Я... я сказала только то, чего от тебя следовало ожидать”.

Не отводя взгляда.

Она сразу же принимает это и отвечает.

Затем, когда он снова улыбнулся.

Кастер: “Пожалуйста, позволь мне как-нибудь выразить тебе свою благодарность. Мисая.”

Мисая: “Нет, это...”

Она и так уже потратила на него свое драгоценное время ради собственного любопытства.

Хотя Мисая и сказала то, о чем искренне думала: “Я больше ничего не приму”.

Кастер: “Это не успокоит мои чувства”.

Ясно.

Он отверг ее.

Кастер: “Поэтому позвольте мне дать вам это”.

Когда――― В его руке был кинжал, откуда он его достал?

Мисая, естественно, знала, что многие маги в современную эпоху получают его один раз, и его дает им их учитель в качестве доказательства того, что они становятся полноценными практиками. Мистический код, который выполняет функцию усиления при занятиях магией, и своего рода “посох”, используемый для магических ритуалов.

Прежде всего, эта форма знаменита.

Можно сказать, что это особенно известный меч среди магов.

Мисая: “Меч Азота....”

Бормоча, она произносит это название.

Кастер: “Кажется, ты знаешь об этом. Как насчет его происхождения?”

Мисая: “Я знаю это. Это было создано Ван Хоэнхаймом, алхимиком и магом, чье имя до сих пор остается в открытой истории как Парасель...”

Она смотрит на него, когда говорит, и внезапно обрывает свою речь.

Красивый мужчина приложил палец к своим губам и сделал жест “Тссс”.

Взволнованная Мисая прикрывает рот обеими руками.

"Неужели?"

"Ни за что’.

"Неужели этот человек..."

‘Создатель и владелец этого меча в прямом смысле этого слова..."

Кастер: “Это секрет”.

Сказал он ей тихим голосом, приблизив губы к ее ушам, как будто они вели тайный разговор.

Естественно, и ее отец тоже это знал.

Мисая кивает снова и снова и жестом показывает ему, что она этого не скажет и никому не расскажет.

Каждый раз, когда она кивала, она чувствовала, как в ее сердце поднимается радость. Радость.

Волнение. Как бы ей сказать поточнее? То, что она так отчетливо и сильно ощущает внутри себя.

Удивление, нет. Растроганность, нет. Восторг, нет.

Это гордость.

Он был уверен в железных стенах мастерской, которая была крепостью тайн, которые он собрал воедино, и, очевидно, какая-то его часть считала, что у него не возникнет проблем с тем, чтобы рассказать об этом Мисае, которая находилась внутри. С тех пор, как ее отец привел метафору о том, что это древний “храм”, а не мастерская, построенная магами. Все еще. Несмотря на это, он назвал ей свое настоящее имя как факт.

То есть, другими словами.......

Ничто иное, как оценка того, что она была достойна доверия и он доверил свою судьбу ей.

Мисая: "……Этот человек. Действительно, доверяет мне".

Подняв на него глаза с нежной улыбкой, она сразу же реагирует на его пристальный взгляд.

Она снова сжимает кинжал, который держала в руке.

Меч Парацельса―――

Хотя ей следовало бы обменяться им, когда они встретились прошлой ночью.

Несмотря на это, у нее впервые возникло иллюзорное желание как следует пожать ему руку.

Слуги, призванные во время Войны Святого Грааля…… ……Являются олицетворением мистерий, возрождением легенды.

По правде говоря, то, что делает их, намного превосходящих по мощи современную магию и оружие, в буквальном смысле слова самыми сильными, - это не что иное, как “Благородные фантазмы”, которыми они обладают.

Это оружие, имя которого вошло в легенды того времени.

Это особый прием, который они отточили за время своего существования.

Это символ легенд, которые они накопили. Чудо, которое обрело форму.

“Благородный фантазм” станет вашим козырем в борьбе за Святой Грааль.

Таким образом…… Скройте истинное имя своего Героического Духа.

Узнайте истинные имена других Слуг.

Имя Героического Духа указывает на реальность этой легенды.

О способностях “Благородных фантазмов”, которые служат их козырями, можно легко догадаться, связав их с их истинными именами.

Но имейте в виду.

Получение и сокрытие их истинных имен сильно повлияло на исход Войны Святого Грааля.

(Выдержка из старой записной книжки)

Днем того же дня.

Как ни странно, в особняке Рейрукан был “посетитель”.

Это был мужчина.

Мужчина, одетый в черную одежду.

Мужчина, который нагло обнажил свою смуглую кожу.

В его глазах, которые были того же цвета, что и сияющее солнце, казалось, что в них горит пламя или действительно солнце, сияющее в небе.

Мужчина оглядел особняк Рейрукан, спокойно стоя у главных ворот.

Райдер: “Итак, это и есть та идеальная крепость, которой вы так гордитесь? А, маги?”

――― Сказал он им ясным голосом.

Этот человек не был человеком.

Он был Слугой, который в материализованном состоянии посетил особняк Рейруканов в одиночестве.

Его классом был Всадник. Он говорил это себе, как будто это было естественно для него.

По приказу своего Мастера то, который не сдвинулся с места и все еще сидел в своей мастерской в западной части Токио, которая была его крепостью, он сказал, что ему было поручено выступить в качестве посланника, чтобы заключить союз с семейством Рейрукан, которое, “как он предполагал, участвовало в войне за Святой Грааль”. поскольку они были самыми выдающимися магами на Дальнем Востоке.

Мисая не смогла скрыть своего удивления по поводу этого внезапного инцидента.

Тайно заставляя своего знакомого летать - с тех пор, как началась война за Святой Грааль, ее независимое наблюдение за помещениями стало для нее почти ежедневной рутиной. Почувствовав, что безумно воющий Берсеркер вторгся на территорию ее отца, она тихонько заглянула через окно в гостиную, куда ввели посетителя, и даже если она внимательно следила за речью и поведением мужчины, когда он объявил, что он посыльный и сам слуга, в деталях было видно, что ничего, что могло бы убедить ее в этом.

Однако.

Он, Кастер, конечно же, сказал ее отцу, что это так.

Кастер: “Он определенно Слуга. В этом человеке есть что-то особенное.”

Если он так говорит, значит, это правда.

Одно из основных знаний о Войне Святого Грааля, полученных от Святой Церкви, заключается в том, что слуги обладают способностью ощущать присутствие друг друга на определенном расстоянии, и ее отец, и Мисая тоже это знали.

Тем не менее, посыльный, который слишком сильно демонстрировал свою наглую фигуру. Наездник.

Прошлой ночью она услышала кое-что из этой истории от своего отца. Ее отец сказал, что он ведет переговоры с неким Мастером о своего рода “союзе” через их знакомых. Несмотря на это, она никогда не думала, что сам Слуга проявит себя так откровенно.

Затаив дыхание, она смотрит на обстановку в гостиной глазами своей знакомой птички.

Райдер: “Какой скучный особняк. А я-то надеялся увидеть достаточно интересное представление”.

Мастер Рейрукан: “После того, как ты встал у главных ворот и произнес свое имя, я изменил формулу заклинания, чтобы освободить тебя от подобных барьеров. Если хочешь, я мог бы вернуть их в исходное состояние, Райдер”.

Райдер: “Как будто твоя магия достойна моего развлечения”.

Райдер пожал плечами в ответ на слова отца.

Несмотря на поведение посланника, который, казалось, испытывал отвращение к тому, что его класс был раскрыт, и выказывал легкое презрение к этому, союз был заключен без инцидентов. Ее отец поставил подпись и печать кровью на пергаменте, на котором уже было написано содержание, возможно, это был процесс заключения какого-то магического контракта.

Мастер Рейрукан: “Однако, даже если ты Слуга, отправить тебя в твоем материализованном состоянии в одиночку - это...”

В отличие от ее отца, который не скрывал удивления от своих слов, хотя выражение его лица, как обычно, не изменилось, она не знала, как Кастер отреагировал на это.

Он почти ничего не сказал.

Он просто продолжал спокойно и внимательно смотреть на Райдера.

Райдер: “В этом нет никакой проблемы”.

Райдер улыбнулся, держа в руке чашку с чаем.

Он скрестил свои длинные ноги, как бы говоря, что он настоящий хозяин особняка.

Несмотря на то, что некоторые представители его класса и статуса уже должны были быть раскрыты, она не заметила в нем ни малейшей осторожности. По крайней мере, ее отцу, который участвовал в Войне за Святой Грааль в качестве Мастера, были даны “глаза”, позволяющие видеть некоторые способности Слуги, просто взглянув на них, и эта информация должна была автоматически передаваться Кастер, который является Слугой ее отца, посредством сердечного общения.

Несмотря на это. Мужчина, хотя и был недоволен, явно сохранял самообладание.

Она не могла понять, что он блефует.

У Мисаи было предчувствие, что то, что он изобразил, - это не слабая улыбка.

Это выражение выдало его эмоции.

В нем нет ни подавления, ни обмана. Райдер действительно это чувствовал. Спокойный. Вчера вечером ее отец даже упомянул о “храме”, мастерской Кастера, который, по сути, был противником - обещал обладать величайшей силой для мага в самой пасти смерти.

Райдер: “Это далеко не развлечение, но я не возражаю. Ты всегда можешь попытаться активировать свои духовные барьеры. Ничего страшного, если ты будешь целиться мне в шею. Те, кто бросит мне вызов с клинками, сразу поймут, насколько грешно протягивать руки к солнцу, сияющему в небе”.

Кастер: “Ты, кажется, уверен в своей силе”.

Тихо сказал Кастер.

Такое выражение лица невозможно было незаметно заметить с того места, где находился фамильяр Мисаи.

Райдер: “Естественно. А как насчет тебя, Маг?”

Кастер: “Я все еще на полпути к этому”.

“Понятно, значит, ты утверждаешь, что ты новичок", - смеется Райдер.

После, немного посмеявшись, сказал―――

Райдер: “Действительно. Кажется, здесь одни неумелые люди”.

Он тут же переводит взгляд своих золотистых глаз на знакомого у окна.

Райдер: “Хотя, кажется, есть один человек, который может встретиться со мной взглядом. В буквальном смысле”.

Мужчина улыбается еще шире.

Продолжая свою речь, он встает и преувеличенно широко разводит руки в стороны.

Райдер: “Меня не интересовала эта заурядная демонстрация макиавеллизма, но я действительно радуюсь! Малышка, даже если ты такая маленькая, продолжай открывать глаза и наполняй свои владения достоинством и гордостью, ибо я отдаю должное тем, у кого такие королевские черты лица.

Райдер: “Я тоже признаю наш нынешний союз. Радуйся”.

Воздух замирает.

Смысл слов, брошенных Райдером, был предельно прост.

Это означает, что этот человек пытался вынести “суждение”, не обращая никакого внимания на магию контракта или намерения своего Мастера. Посреди вражеской территории, в центре мощной мастерской, построенной руками Кастера, он пытался определить, достаточно ли достойны его противники, чтобы объединить с ним усилия, держа в одной руке чайную чашку.

Это не то, что можно сделать с помощью всего лишь одного слова "хладнокровие". Мужчина думал об этом до сих пор.

Должен ли он бороться с ними или нет?

Должен ли он убить их или нет?

С абсолютной уверенностью в том, что он может сделать это сам.

Кастер: “Какой ужасный человек. Что бы вы собирались делать, если бы в конце концов не захотели этого?”

Заливаясь смехом, мужчина отвечает на вопрос Кастера―――

Райдер: “Я должен это говорить? В мгновение ока я бы заставил этот особняк исчезнуть вместе с его дерзкой магией”.

[[image:/storage/reader-images/7288d629633ad1f7de82d42bc406c89de69c83de.jpg]]

Ее сознание―――

Она не потеряла его, но ей потребовалось приложить все усилия, чтобы сохранить его.

Мисая, которая была в своей комнате, встретилась взглядом с Райдер через видение своего фамильяра.

По спине у нее пробежали мурашки.

Мисая: “у....... упс....... А........нгх.......”

Она почувствовала тошноту. Что-то, что было слишком сильным, чтобы назвать головокружением, пронеслось у нее в голове, и она внезапно перестала отличать лево от права, а также верх и низ. В этот момент у нее возникло ощущение, что у нее начался сильный жар.

Несмотря на то, что внешность этого человека не должна была отличаться от внешности обычного человека.

Она стала такой в тот момент, когда их взгляды встретились через ее фамильяра.

Она знала, что посыльный был Слугой, она была готова к этому и, более того, намеревалась продолжать следить за ним. Она могла бы даже сказать, что, скорее всего, была убита его видением, в зависимости от его способностей.

Несмотря на это, дрожь во всем ее теле не прекращалась.

Хотя их взгляды только что встретились.

В отчаянии Мисая встретила его золотистый взгляд, повинуясь интуиции, напоминавшей решимость не отводить взгляда. Это было настолько сильно, что ей показалось, что она принимает на себя проклятие или какое-то колдовство. Однако было ясно, что ни один из ее магических обрядов не сработал. Ее отец и Кастер не могли позволить себе отказаться от этого.

Мисая: “.......Ммм”.

Борясь с тошнотой, она прикрывает рот обеими руками.

Она всхлипывала.

Мисая отчаянно пытается заглушить свои слезы и крики.

‘Что я не так понял?’

‘Неужели моя гордость из-за того, что Кастер назвал мне свое настоящее имя, заставила меня обманывать себя, думая, что я выше своего роста?’

‘――― С телом обычного человека.’

‘...С моим незрелым телом, которое не достает до ног моего отца, я загляну в щель этого чудовища’.

‘Не осознавая собственной неопытности, я стал высокомерным по отношению ко всему. к себе’.

‘Однако...’

‘Однако’.

‘Однако’.

‘Даже так".

‘Только мельком взглянув’.

‘Даже сейчас я продолжу принимать это и никогда не отвернусь’.

Героические духи - это не люди.

Не дайте себя одурачить, потому что они гуманоиды.

Изначально героические духи - это существа, которыми не могут управлять сами люди.

Они - второе пришествие мифа. Легенда. Иллюзия, которая, вероятно, способна разрушить даже законы физики.

Даже Ассасин, который является самым слабым из классов из-за своих относительно низких прямых боевых способностей, абсолютно неподходящий противник для человека. Будь то маг, владеющий навыками боевой мобилизации, или армейский взвод, вооруженный современным оружием, вы умрете, только если встретитесь лицом к лицу с Духом Героя.

Не забывайте, что это всего лишь мечта.

Люди не могут надеяться победить Слугу.

Даже если они выдающиеся маги.

Они не считаются исключением.

(Выдержка из старой записной книжки)

Под лунным светом―――

Он тихо прогуливался по палисаднику особняка Рейруканов.

Фон Хоэнхайм.

Маг, оставивший после себя бесчисленные легенды и даже широко известный под именем Парацельс.

Слуга, который был призван на Войну за Святой Грааль и получил звание Кастера.

Он обдумывал текущую “военную ситуацию” в одиночестве, проверяя качество работы магической мастерской особняка Рейрукан, которая была дополнительно стабилизирована благодаря использованию его собственного навыка “Создание территории” в качестве основы для мастерской, построенной его Мастером.

Теперь, когда семеро Слуг были призваны в этот Токио, Война Святого Грааля уже началась.

Было подтверждено начало боевых действий между Сэйбер и Лансером, и появились доказательства того, что Берсеркер тоже пытался вторгнуться в этот особняк. Хотя неудавшееся вторжение все еще было инцидентом, произошедшим до того, как он был призван, многие Мастера поняли бы, что это место является базой одного из Мастеров. Тем более, что теперь оно превратилось в откровенно могущественную магическую крепость, об этом нетрудно догадаться.

Хотя он был недоволен тем, что они знали это место.

Военная ситуация сама по себе была не так уж плоха.

Похоже, что им обещали одержать победу, по крайней мере, до финальной стадии, согласно их союзу с “Хозяином Западного Токио”, который Райдер подписал сегодня днем. Даже если бы он не знал своего настоящего имени, нет сомнений, что Райдер был довольно могущественным Героем.

Кастер: “....... Конфликт, я не могу сказать, что мне это особенно нравится, но......”

Красные и синие цвета плыли вокруг него, когда он бормотал это.

Красный и синий самоцветы. Произнося беззвучные слова, он должным образом управляет своими стихиями и проверяет барьеры особняка. Убедившись, что с работой магических печей, установленных в четырех местах, все в порядке, он внезапно поднимает взгляд к ночному небу.

Звездное небо слегка потускнело по сравнению с той эпохой, которую он знал.

Он думает о нескольких вещах.

Элементали. Алхимия. Основы магии.

Эфир, который был пятым элементом, и истинный эфир, который распространялся в Эпоху Богов.

И свет сверкающих звезд.

Теперь это событие останется в далеком прошлом. Однако он может вспоминать его так, как будто это было вчера. Это вызывает ностальгию и разбивает сердце одновременно.

Кастер: “....... Это неизбежно. Мое время уже истекло”.

Перед его мысленным взором всплывает образ Мисаи, любимого ребенка его Учителя.

Маги по-прежнему связаны с жизнью даже в настоящем.

“Потомки многих детей, которые получили мое учение, несомненно, живут в этом мире”.

Кастер: “Но. Кто бы мог подумать, что у нее будут черты правителя?”

Мисая Рейрукан.

Естественно, он чувствовал, что у нее огромный талант к магии, но на самом деле, более того, она была наделена чертами правителя. Перед яростной жаждой крови этого Райдера она выдержала его взгляд даже сквозь своего фамильяра и продолжала отвечать на него своим―――

Если бы не ее действия, нынешняя выгодная военная ситуация никогда бы не сложилась.

Кастер: “Я всегда думал, что короли - это сплошные неприятности, независимо от эпохи, но, похоже, я должен немного изменить свое мнение о них. В этом мире есть короли, которые могут распознавать королей”.

Говорит он красному и синему камням.

Он улыбается своим альтер-эго, которые мерцают и отвечают бессловесными словами.

Кастер: “Магические способности - это то, что воспринимают маги. Способности короля - это то, что воспринимают короли. Если бы существовал такой человек, как Мерлин, то он был бы исключением”.

Это было искреннее восхищение Райдер, которая разглядела способности Мисаи, когда та не могла понять себя.

Кастер слегка улыбается.

Этот ребенок, Мисая, несомненно, вырастет прекрасным магом, главой семьи.

Даже если ему не удалось добиться этого однажды, когда он пытался это сделать.

???: “......Хнннрхх!”

Даже не прислушиваясь, он понимает, что произошло.

Он мог слышать воющий голос вдалеке. Незваный гость пытался проникнуть на территорию, которая была их укрепленной магической мастерской. Настойчиво и сегодня вечером. Он вполне мог сказать, что это был берсеркер.

Его было бы легко убить, если бы он просто раскрыл истинное имя своего Благородного Фантазма.

Но было еще довольно рано.

Хотя он абсолютно верил в силу, которую давал его собственный Благородный Фантазм, в лучшем случае, он думал, что должен использовать ее, чтобы справиться с более чем двумя Слугами, даже если они были самыми слабыми. Конечно, он был того же мнения, что и его Мастер. Они надеялись, что появятся другие группы, привлеченные безрассудной смелостью Берсеркера, но, похоже, никого не соблазнит столь импульсивное дикое животное.

Когда он пытается развернуться и вернуться в особняк,――― Он внезапно останавливается.

Кастер: “Что?”

Тихое бормотание.

Оглянувшись, я увидел фигуру нового нарушителя.

――― Это была девушка.

Манака: “Добрый вечер, господин Магус. Вы Кастер?”

Кастер: “Добрый вечер, юная леди”.

Когда он спокойно говорит ей об этом.

Кастер тихо чувствует тревогу в своем сердце.

Кастер: "Невозможно..."

‘Почему я не почувствовал, что она была в моей мастерской, в моих собственных магических владениях?’

‘Десятки барьеров и проклятий, элементали, которых можно было бы назвать моими альтер-эго, один за другим разворачиваются в небе, в дополнение к стаям синтетических демонических тварей, созданных руками моего Мастера во всех направлениях, идеально расставленные ловушки для устранения незваных гостей, и, кроме того, я могу автоматически чувствовать, если любой из них был активирован. В любом случае, даже если бы в лесу на заднем дворе были намеренно ослаблены ограждения, чтобы создать путь для проникновения в одиночку, они появились бы в саду перед домом, рядом с главной резиденцией.’

Он мгновенно перечисляет возможности. Сокрытие присутствия. Или пространственный перенос. Первое - уникальный навык Ассасина, но он не мог почувствовать в девушке, стоявшей перед ним, уникального присутствия Слуги - всего лишь обычного человека - и она тоже не должна была быть способна имитировать это, и даже если бы это было правдой, было бы трудно представить, что она мог бы избежать его препятствий в виде смерти. Даже в последнем случае современным магам не так-то просто использовать трюк, который переходит в область магии.

‘Но девушка существует на самом деле’.

Когда она купается в лунном свете, ее платиновые волосы и зеленое платье блестят.

"Было бы просто превратить ее в пепел. Но..." - Она вызвала его интерес.

"Кто, черт возьми, эта девушка?"

Несмотря на то, что Берсеркер кричал, он не мог пробраться дальше опушки леса на заднем дворе, этой волшебной крепости, которую он превратил в свою собственную мастерскую. Но девушка так легко оказалась поблизости от особняка, который был самой внутренней частью крепости.

Не обращая внимания на Кастера, который выразил молчаливое сомнение, из-под ног девушки появились три “тени”. Фамильяры? Очень сомнительно, что есть еще какой-то Героический Дух, кроме него самого, который был вызван с классом Заклинателя, если так, то что это за девушка, которая заставляет этих фамильяров материализовываться подобным образом?

Маг?

Были основания предполагать это.

Манака: “Хм......”

Он слегка вытягивает правую руку.

В середине процесса материализации он направляет свою стихийную магию в знакомые “тени”.

[[image:/storage/reader-images/a619007d9c3850431100c882383103bee99832b1.jpg]]

Даже не используя свой Благородный Фантазм и полагая, что, возможно, нет необходимости активировать многочисленные спецэффекты, прилагаемые к мастерской, он быстро произнес заклинание, чтобы вытянуть энергию из двух парящих в воздухе драгоценных камней. Он избавился от них с помощью своей обычной магии.

Одним взглядом определяя, какой элемент будет наиболее эффективным для каждой цели, он преобразует свою магическую силу в различные атрибуты для каждой из трех “теней” и одновременно запускает их.

Ему не требуется даже нескольких десятичных долей секунды.

Он поражает кого-то огнем, душит в воде и разрывает на части ветром.

Все “тени”, подвергшиеся воздействию силы класса "великий маг", трагически исчезают, как туман.

Стараясь не ранить саму девушку, он ограничивает радиус ее действия.

Манака: “О?”

Девушка, которая внезапно потеряла своих знакомых прямо у нее на глазах, слегка наклоняет голову ―――

Манака: “Хи-хи. Ты пользуешься довольно необычной магией, не так ли? Это очень интересно!”

Говоря это.

Она сама излучает сияние―――

Манака: “Но ты же знаешь”.

Нежась в лунном свете.―――

Манака: “С моих питомцев уже достаточно”.

Она радостно улыбается―――

Манака: “Как насчет того, чтобы я стала твоим особым другом?”

[[image:/storage/reader-images/4cf63c9267a78d282bfed84ba8518b0071839696.jpg]]

Еще одна девушка встречает Сэйбер――――

――――Рыцарь небесного серебра защитит меня.

От воющего черного монстра.

От безошибочно угадываемого намерения убить, нависшего надо мной.

В темном лесу. Когда я размахиваю своим невидимым мечом под лунным светом, непрерывно льющимся сквозь разрыв в облаках.

Он спасает меня.

Он сбивает с ног моего страшного врага.

Затем любезно улыбается мне.

Такое случается,――――

Если мой разум работает должным образом, это безошибочно. Несмотря на то, что я знаю, что это невозможно.

‘Это нереально, я вижу сон’, - я не могу остановить эти глупые мысли, которые возникают у меня внутри.

Безумная идея, как у маленького ребенка.

Даже у моих одноклассников в начальной школе, должно быть, мечты немного лучше.

Все верно, это просто недоразумение.

И все же. Почему?

Почему у меня такое чувство, что эта сцена, свидетелем которой я являюсь, на самом деле не является частью Войны за Святой Грааль, а является сценой из книжки с картинками, которую моя мама читала мне однажды, давным-давно?

Я удивляюсь.

И я думаю.

Что благородный рыцарь никогда не причинит вреда даме или ребенку.

Так что, даже если бы он был слугой, который служит враждебному магу, я уверен, он не стал бы убивать меня――――

Рыцарь: “С тобой все в порядке?”

Видишь, рыцарь окликает меня.

В точности как в книжке с картинками.

Добрый, ласковый, прямо как сказочный рыцарь.

Он как будто пытается успокоить меня, замерзшую и дрожащую.

Рыцарь: “Он намеренно сходит с ума. Тебе следует немедленно бежать”.

Я пытаюсь кивнуть на голос рыцаря.

Но я все равно не мог пошевелиться.

Но на этот раз это не из-за страха.

Я не могу пошевелиться, потому что наблюдаю за битвой между монстром и рыцарем, разворачивающейся у меня на глазах.

Скоростная битва, за которой трудно уследить даже с моими магически усиленными глазами.

Великолепные боевые искусства рыцаря.

Как будто духовный барьер Кастера не действует на него.

Он продолжает сражаться, как будто облачен в сам ветер.

Правда в том, что на него должны быть наложены ужасные ограничения. На самом деле, монстр демонстрирует неуклюжие движения, как будто его действительно заставляют чувствовать воздействие барьера.

Даже я, несведущий в технике физического боя, мог видеть, что превосходство рыцаря было очевидным.

В конце концов, монстр, который продолжал потрясать когтями, тяжело дыша, принял свою духовную форму и исчез.

Его разочарованный вой продолжается.

Под лунным светом.

В темном лесу остались только я и рыцарь.

И затем.

Рыцарь без меча всего один раз обращает свой зеленый взгляд на “меня”.

Рыцарь: “Я так рад, что ты в безопасности”.

Когда он произносит это.

Мягко, хладнокровно.

Он действительно――――

......улыбается мне.

Его красивые глаза сияют в лунном свете――――

―――― Случайная встреча с рыцарем, столкновение с чудовищем.

Стрелки часов отмотались совсем немного назад.

Это был инцидент в темном лесу.

Это был инцидент поздней ночью.

Дул ветер.

Деревья, которые были того же цвета, что и темное ночное небо, шелестят.

Луна была скрыта густыми облаками, поэтому ночь была темной, с очень редкими мерцающими звездами.

Черный лес. Да, такое выражение подходит. Несмотря на все еще холодное время года, это густое и хвойное место почти наверняка можно принять за “настоящий лес”, если именно этот пейзаж открывается взору, когда просыпаешься посреди ночи.

Пространство, похожее на лес.

Глубокая темнота.

Это часть территории особняка Рейрукан, который был построен как магическое укрепление.

Если бы нам нужно было классифицировать, можно ли было бы назвать это задним двором?

Он слишком просторный, чтобы описать его одним словом. Говорят, что место, где еще есть место для аккуратного размещения нескольких зданий начальной школы, включая территорию, местные жители до сих пор называют лесом. Рейруканский шварцвальд. Сад тьмы.

Теперь там была маленькая фигурка.

Одинокая девушка.

Она шла в темноте без всякого страха.

Без света фонарика в руке, она была спокойна, как будто это было днем.

На самом деле, она была слишком равнодушна.

Ее глаза, через которые с помощью магии циркулировала магическая сила, могли легко видеть в ночи. Возможно, было бы преувеличением сказать, что это своего рода рудиментарный магический глаз, но многочисленные тени, которые приносила ночь, все равно не мешали девушке.

Девушка――――

Мисая Рейрукан спокойно прогуливается по Шварцвальду.

В выражении ее лица чувствуется легкая нервозность, которая говорит о том, что она просто прогуливается по территории своего собственного особняка.

В конце концов, она заметила.

Мисая, которая отправила фамильяров в полет по всей территории, заметила, что только один из барьеров Кастера, который был сделан так точно и прочно, что его без преувеличения можно было бы назвать идеальным, имел “прореху” в небольшой части этого заднего двора. Тут она кое-что поняла. "Итак, несмотря на то, что Кастер уже здесь, возможно, кто-то из Слуг все еще пытается проникнуть в дом". Конечно, полного проникновения еще ни разу не было.

Он делал все возможное, чтобы прорваться к опушке леса, но это правда, что в определенной степени ему было позволено проникнуть внутрь. И все из-за этого “разрыва”. Это был “разрыв”, который намеренно произошел ночью.

Мисая: (......Однако я не думаю, что кто-то, кто может создать барьер с такой высокой степенью совершенства, допустил бы такую ошибку.)

Мисая размышляет про себя.

Обычно она считает, что правильным будет немедленно сообщить об этом.

Но ее отец и Кастер беспокойно ходят туда-сюда. Совсем недавно, когда она осторожно заглянула в комнату, где ее отец был со своим фамильяром, он о чем-то разговаривал с Кастер с серьезным выражением лица.

Если это так, то она была подходящим человеком для этой работы.

"Я тайно починю его вот этими руками".

Да, - подумала Мисая.

Хотя правильный путь - получить разрешение после сообщения об этом, она, по крайней мере, была уверена, что принимает эффективное и рациональное решение.

В то же время, несмотря на то, что у нее, возможно, были амбиции из-за ее молодости, Мисая не может позволить себе осознавать их. Хотя на днях Райдер дал ей понять, что она слишком неопытна.――――

Мисая: (Все в порядке. Скоро все закончится.)

У нее должна быть возможность починить его, если это всего лишь небольшая “трещина”. Она уже знала конкретное место, когда летала на своем фамильяре ранее. Она могла бы закончить это прямо сейчас.

Кинжал, который она носила с собой, не выпуская из рук ни на мгновение. Этот меч Азота, который она получила от Кастера, обладает гораздо более высокими характеристиками, чем многие магические коды, оставшиеся на память от ее деда, и он должен сделать ее первоклассным магом, хотя и не настолько, как Кастер или ее отец.

Мисая: “.........Вот оно.”

Некоторое время спустя она уже шла сквозь темноту.

Она шла по Шварцвальду, который был полон ужасающих смертельных ловушек, которые могли бы смертельно ранить ее на месте, если бы она прикоснулась к ним, по тропинке, которой ее научили заранее, и с которой у нее не возникло бы проблем, если бы она пошла по этому маршруту. И шла.

Прошло около двадцати минут после того, как она ступила в лесную зону.

Мисая нашла вышеупомянутую “слезу”. В волшебной стене, сотканной с такой красотой, что, казалось, она завораживала ее, была проделана дыра, такая широкая, что в нее мог пролезть только один человек.

Казалось, это вызывало ее на такой поступок.

- Ха, - она слегка втянула в себя воздух.

Верно. Это…… В этом нет никаких сомнений. Мисая мгновенно все поняла. Хотя это было сделано так, что казалось, будто все произошло само собой, это было сделано намеренно. Пригласить глупо злоумышленников, намеренно готовили “разрыв” и дать им ущерб с рядом интенсивных магических ловушек, которые относятся элементалы――――

Монстр: “ррггх-----!”

В тот момент. Крик раздался голос.

Вой, похожий на вой дикого зверя.

Какая-то подозрительная тень, несомненно, пытается найти и проникнуть сквозь “брешь”, нет, “вход” в барьере, который был возведен на нерушимой территории с помощью магии. Она всего в нескольких метрах впереди Мисаи. Она близко. Слишком близко.

Странная тень, которая кричит. Враг.

Обычно, да, это пойманная в ловушку добыча.

Однако сейчас, в этот момент.

Там был кто-то, кого здесь не должно было быть.

Иностранный агент по имени Мисая――――

Мисая: “......Привет!”

Она сразу же пытается рассказать об этом своему отцу и Кастер через фамильяра, которого оставила в главной резиденции.

Слишком медленно. Даже она понимала, что ей не хватает здравого смысла.

Ее “глаза” встретились с глазами странной тени.

Ярко-красные, плавающие в ночной тьме. Красные глазные яблоки. Налитые кровью глаза. Преднамеренный злой умысел.

Это не та эмоция, которую человек может выразить.

Там была подавляющая масса разрушительных и убийственных импульсов.

Человекоподобный монстр.

Фантом.

Безумный зверь.

В голове у нее промелькнуло несколько сравнений. У нее возникло странное чувство, что все они подходят под это описание, и в то же время ни одно из них не подходит. Проходя через “вход” в магической стене, оно, которое пристально смотрело на нее в позе горбуна, не должно было видеть человека целиком.

Ей было трудно четко разглядеть форму его тела.

Черный. У него было черное, как смоль, тело, похожее на тень.

Она думает о магии сокрытия, которую увидела, когда впервые увидела Кастера. Хотя она и похожа на эту, что-то в ней определенно было не так. В тот момент она смогла скрыть свои сомнения и подозрительность по этому поводу.

Потрясающее присутствие.

Черное тело и красные глаза.

Острые когти и широко раскрытая пасть напоминают волка, который пожирает свою добычу. Черные когти.

Абсолютно не похоже на человека.

Слуга―――― Это ошеломило ее.

Это давило на нее.

Она всего лишь человек; она никак не может противостоять этому дьяволу.

Его внешность может быть ошибочно принята за вид чудовищного зверя, но она может понять почему.

Множество загадок, которые наводят страх.

Само воплощение легенды. Совокупность разрушительной силы, достаточной для того, чтобы воспроизвести миф на поверхности.

Героический дух. Изначально, это сверхъестественный персонаж, который не может быть использован магом-человеком.

Она будет убита. В тот момент, когда этот монстр почувствует это, она определенно умрет.

Но даже в этом случае.

Это было не в первый раз, когда она испытывала подобное чувство. То, что она почувствовала, когда Райдер навестил ее на днях, намного превосходило то, что чувствовала Мисая в этот момент.

Вот почему она может думать. Она, безусловно, может и действовать.

В уголке своего сознания, который, казалось, был переполнен страхом, она лихорадочно размышляет о том, что она может сделать в этот момент.

Предупредить о своем кризисе, манипулируя своим фамильяром.

Начать свой побег с самоманипуляции.

Два варианта действий. Все в порядке. Она может это сделать. Даже если у нее начали дрожать ноги и она стояла неподвижно. Она не знала, допустит ли монстр, стоящий перед ней, последнее действие, но теперь, когда она знала, что ей следует делать, маловероятно, что она сможет оставаться неподвижной, по крайней мере, здесь.

Она принимает решение. Мисая пытается направить свои мысли в нужное русло, когда――――

Существо: “Аррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррр!”

Второй вой.

Намерение убить. Злоба. Вражда. Недоброжелательность.

Разум Мисаи содрогается от потрясения, поскольку это вызывает у нее что-то вроде накопления негативных эмоций по отношению к другим. Ее мысли цепенеют. Ее тело, которое уже готово было пошевелиться, останавливается.

Она не может пошевелиться.

Ее тело и сердце тоже. Она застыла в неутешительной степени.

Она не могла даже произнести ни слова из-за дрожащих губ.

Только ее широко раскрытые глаза продолжали следить за подозрительной фигурой.

Под ее дрожащим взглядом деформированное тело медленно начало двигаться. Он сокращает расстояние, одновременно разбивая деревья, до которых дотрагивается своими когтями, на глазах у Мисаи.

Мисая наблюдает за ним, все еще не в силах пошевелиться.

Его красные глаза.

Не похожи на человеческие.

Он щурился, как если бы это решить, какой жертвой, чтобы сокрушить в первую очередь.

Ах, это. Этот деформируется слуга. Намерена поглотить ее. Нее всех людей.

Мисая: “.......нгхх!”

Мисая молча уставилась на него.

Она не проронила ни слезинки.

Она решительно подняла взгляд на красные глаза воплощения разрушения.

Даже если она сама этого не осознавала, она, несомненно, была фигурой маленького правителя, выступающего против нарушителя закона, который вторгся на ее территорию.

Когда монстр наклоняет голову, он протягивает к ней свои острые когти.

Мисая даже не подумала о том, чтобы закричать. Она не могла отвести взгляд. Даже если бы она не могла убежать или позвать на помощь, она сильно прикусила губу и уставилась прямо на него.

Челюсти смерти раскрылись.

Когти смерти приближаются к ней.

Она не может сопротивляться этому.

И затем.

В тот момент, когда его челюсти были готовы сомкнуться на голове Мисаи, а когти - пронзить ее грудь и вырвать сердце.

Голубая и серебряная тень――――

Беззвучно. Приземляется между Мисайей и монстром.

Фигура, сияющая в лунном свете, непрерывно льющемся из просвета в густых облаках.

Голубом и серебристом.

Одетая в костюм европейского средневекового рыцаря, она выглядела как юноша.

Его золотистые волосы развевались на ветру.

Хотя не было похоже, что он что-то держал в руках, он стоял лихо и величественно, четко контролируя все свои неровные движения с помощью позы и того, как он держал оружие.

Чудовище, с которым он сталкивается, кажется темным в лунном свете, его искривленное черное тело все еще согнуто, и оно рычит при внезапном появлении рыцаря небесного серебра.

Это ярость и угроза воплощенного кровожадного зверя.

Смертный приговор назойливому существу, появившемуся перед своей жертвой.

Существо: “Аррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррррр!”

Третий вопль.

Тело Мисаи рефлекторно напрягается.

Она не думала, что есть человек, который может нормально двигаться, после того, как услышала это в упор.

Поэтому она уверена, что этот молодой человек определенно не человек.

Рыцарь небесного серебра начал битву, получив удар в лоб.

Невидимое оружие, когти, клыки и бой на мечах.

Начинается Танец ужаса, сокрушающий все, к чему прикасается.

Его черные когти, обладавшие такой разрушительной силой, что это было невозможно даже при стрельбе из огнестрельного оружия, с легкостью ломали и валили с ног толстые деревья.

Он не попал в него. Молодой рыцарь легко уклонился от его нерегулярных атак. Иногда они отбивают его невидимое оружие.

Это не мог быть человек.

В любом случае.

Прежде всего, там было двое слуг.

Правильнее было бы сказать, что они оба столкнулись, когда пытались проникнуть в “слезу”. Используя свои мысли, которые постепенно восстанавливались после ее паралича, Мисая признает это, в то же время, я―――― Слабо.

"Может быть", - подумала она почти бессознательно.

"Может быть".

"Если бы я была в приличном состоянии, мне бы не пришлось так себя чувствовать".

"Вот почему это чувство - своего рода ненормальная ситуация".

"Да, конечно".

Уродливый монстр.

Тот, который привел к абсолютной смерти.

Рыцарь, который появился там в лунном свете.

Героический дух, владеющий невидимым клинком.

Возможно, этот прекрасный человек.....

‘Не пытался проникнуть в поместье’.

‘То, что он столкнулся с монстром, не было совпадением’.

‘Правда в том, что....’

‘---- Возможно, он пришел, чтобы спасти меня’. Вот так.

Естественно, она так думала.

Как упоминалось ранее.

Слуги, призванные Святым Граалем, обладают индивидуальностью.

Это чрезвычайно редкий случай.

Первоначально материализовавшиеся Героические Духи не обладали самосознанием.

Они, которые очень редко проявляются как проявление Противодействующей Силы, обладают способностью действовать автоматически, и говорят, что в них вообще нет эмоций или индивидуальности.

Это ясно видно из некоторых случаев, зафиксированных ассоциацией.

Также нет сообщений об успешном диалоге с ними.

Автоматические боевые машины.

Говорят, что кто-то однажды назвал их именно так.

Однако в Войне за Святой Грааль действительно проявляются исключительные Героические личности.

Подробности о причине неизвестны.

Считаем ли мы это хорошим примером чудес Святого Грааля?

Или же мы должны рассматривать их как своего рода кандалы для Хозяина?

Во многих случаях они сохраняют ту индивидуальность, которая была у них при жизни.

Поэтому важно знать жизнь и анекдоты вашего собственного слуги.

Записи, фольклор, легенды. Соберите как можно больше людей и познакомьтесь с ними поближе.

Как упоминалось ранее, будьте осторожны при построении отношений с ними.

В случае, если их личность по какой-то причине изменится.

Берсеркер - пример этого, поскольку он приходит в ярость из-за своего безумного навыка улучшения.

В этой ситуации становится трудно строить с ним отношения.

Однако, если вы измените свою точку зрения, то―――― Это можно рассматривать как возможную шахматную фигуру, которая будет направлять их безжалостные действия, не влияя на их личность.

Конечно, вы должны понимать характер своего Героического Духа.

Независимо от ваших сомнительных отношений, это влияет на ход Войны за Святой Грааль.

Например.

В том случае, если вы обрели Героический Дух, который пытается избежать детоубийства из-за своей индивидуальности, присущей ему еще при жизни.

Если их вынудят вступить в битву с Мастером или Героическим Духом, который выглядит как маленький мальчик или девочка, я не могу отрицать возможности того, что это приведет к ненужным разногласиям.

Конечно, вы должны понимать характер своего Героического Духа.

Она заключается в том, чтобы контролировать ход Войны Святого Грааля, не влияя на обстоятельства взаимоотношений.

Например.

В этой ситуации они получили Героический Дух, который не может совершить детоубийство из-за своей индивидуальности, пока они были живы.

Я не могу определенно отрицать возможность возникновения ненужных разногласий, если это серьезная борьба с Героическим Духом и его Хозяином, который выглядит как мальчик или девочка.

(Отрывок из старой записной книжки)

[[image:/storage/reader-images/2c9d8e0c2061632c53ab3556820f709175b7a83b.jpg]]

Это было――――

Утренняя сцена немного отличалась от обычной.

Завтрак в одиночестве.

Если быть точным, там было довольно много молодых женщин в униформе горничных, но, строго говоря, Мисая, как и ожидалось, была единственным человеком в просторном обеденном зале.

С началом Войны Святого Грааля все слуги, которые жили в особняке Рейрукан, были вынуждены переехать на виллу Изу вместе с ее матерью. Она также знала, что ее отец и Кастер и так были достаточно заняты.

Вот почему Мисая завтракала в одиночестве.

Пробормотав несколько слов, она села в конце длинного стола.

Ощущая тепло солнечного света, который сдержанно струился сквозь оконное стекло.

К голосам певчих птиц, которые рассказывали об утре, не примешивалось никаких других звуков, кроме звяканья, которое она издавала каждый раз, когда клала нож и вилку на тарелку.

Не было слышно, как мать мягко отчитывала ее: “Ты не должна шуметь”. Окружавшие ее женщины, соблюдавшие воздержание, ничего не сказали.

Никакой реакции не последовало, если они не внесли свой вклад.

Это естественно.

В конце концов, эти женщины не были людьми.

Это были гомункулы женского типа, созданные Кастером――――

Они исполняли роль слуг для тех, кто посещал виллу Идзу. В то же время они также выполняют функции усиленной охраны. Прошлой ночью они попытались проследить за Мисайей, которая пыталась выскользнуть из особняка и скрыться в лесу, и сказали ей: “Пожалуйста, вернись”. Их мастерство на высоте.

Или ей следует сказать, что магия Кастера совершенна?

Похоже, что действия Мисаи прошлой ночью каким-то образом автоматически передались им.

Это не устное сообщение, а общее восприятие.

Для мага нет ничего необычного в том, что он постоянно получает информацию от фамильяра.

Однако для уровня Кастера это слишком много. Одновременный обмен восприятием более чем с десятью гомункулами. Несмотря на то, что он не является легендарной личностью из эпохи Аска, он делает это как нечто само собой разумеющееся.

Судя по разговору, все их чувства, похоже, связаны воедино.

Они кажутся несколькими индивидуумами, или они похожи на колонию. Или это так?

Что они не гомункулы, которых может изготовить обычный маг.

Мисая: “.......... Он, вероятно, использует другой метод.”

Она что-то бормочет.

За последние несколько дней Мисая отчетливо поняла разницу между героическими Духами и людьми.

После встречи с двумя слугами, вернувшись в особняк, она увидела своего отца, у которого был редкий для него цвет лица, и Кастера, на лице которого появилось выражение, похожее на беспокойство. Она впервые видела своего отца в таком состоянии.

Ее отец, который был известен как один из самых выдающихся магов Дальнего Востока.

Великий маг.

Мастер Рейрукан, на которого, как говорят, косо смотрят даже маги часовой башни.

Чтобы такой отец так побледнел―――― Услышав слова Мисаи, которая не видела Мастеров и была свидетелем только Героических настроений, на лице ее отца, наконец, появилось облегчение.

Она не была уверена, почему ее отец так настороженно относился к Мастерам.

Мисая: “..........”

Внезапно она переводит взгляд на гомункула рядом с собой.

Поднося ко рту яичницу-болтунью, разрезанную ножом и наколотую на вилку, она смотрит на свою белоснежную кожу. Те, кто отличается от людей, но очень похожи на людей.

В целом, благодаря бледной окраске, она производит впечатление куклы.

И все же, они были еще белее, чем лицо ее отца прошлой ночью.

Мисая почувствовала, что ей как-то не по себе из-за их застывших глаз, которые почти не моргали.

У нее не было претензий к вкусу блюд, которые они готовили, но их послушание и абсолютная, как у машин, готовность выполнять все команды вызывали у нее что-то вроде жалости к ним.

Если бы она вдруг закричала во всю глотку, требуя свободы для каждого из них, она думает, что они наверняка прислушались бы к ней. Она не чувствовала бунта и резни искусственного объекта, как в зарубежных романах, которые она раньше видела в кабинете своего деда.

Если бы они захотели, чтобы она обратилась к ним, она была бы счастлива сделать им одолжение.

Точно так же, как она поступила бы с людьми, живущими в этом городе.

Несмотря на это.

По какой-то причине она не может избавиться от своего слабого осознания их.

Например, да. Она не собиралась выбирать кого-то из них в качестве собеседника и не думала, что захочет с ними дружить.

Это потому, что они были искусственными существами?

Или потому, что они похожи на кукол?

Нет. По крайней мере, сама Мисая не придерживается этой точки зрения.

Итак, так или иначе.

Мисая: (Хотя мне интересно, какие мысли проходят через множество искусственных мозгов, соединенных пространственно.)

Даже если бы она попыталась их разубедить, то проявился бы интерес к чистым вещам, взаимные отношения, которые проистекают из симпатии к их личностям, - многие дружеские отношения не выдержали бы этого.

По-прежнему храня молчание, Мисая продолжает есть.

Снова раздается звон ее ножа и вилки.

Под щебет певчих птиц.

Несколько минут спустя――――

Завтрак подходит к концу.

В конце концов, ее отец так и не появился в столовой.

То же самое и с Кастер.

Теперь, когда она упомянула об этом, есть ли у слуг еда? Теоретически, если подключены магические пути от Мастера она поняла, что они не нуждаются в пищевых добавках, хотя возможно ли, что им нравится что-то есть, каким-то образом?

Последние несколько дней он, казалось, ничего не ел.

Когда он появляется в столовой с ее отцом, он ничего не ест.

Да. Конечно, ее отец ест много еды.

Особенно за завтраком с Мисаей――――

Мисая: (......Несмотря на то, что было утро).

Редко бывает, чтобы отца здесь не было.

Даже вчера вечером ее отец не появился на ужине.

Для нее не было редкостью ужинать в одиночестве, поэтому она не обратила на это внимания.

Мисая: “Интересно, куда ушел отец". Горничная: “Он в своей комнате”.

Реакция гомункула была такой же, как и прошлой ночью.

Мисая: “Понятно”.

Кивает.

Мисая допивает остатки молока.

Его фигура стояла перед дверью.

В одной из комнат ее отца, всего в нескольких минутах ходьбы от коридора на втором этаже с высокими потолками. Он как раз выходил из открытой двери перед комнатой, в которой, как она узнала, был диван, вполне удобный для Мисаи.

Он был высоким.

С блестящими черными волосами, которые блестели в лучах утреннего солнца..

Слуга Кастер.

Заметив ее, он, как всегда, улыбается.

Кастер: “Доброе утро, Мисая. Ты хорошо спала?”

Мисая: ".....Да, я спала”.

Она не отводит взгляда.

Однако ее ответ задерживается на один удар.

Естественно, Мисая испытывала чувство стыда за свои глупые поступки прошлой ночью.

Это был неправильный выбор. Если бы она проверила это в тот момент, когда заметила аномалию, то сразу бы поняла, что “разрыв” был оставлен намеренно, и никаких проблем бы не возникло.

Мисая прекрасно понимала, что из-за необдуманных поступков ее рассудительность притупляется.

Она никогда больше не должна совершить ту же ошибку.

Они были похожи на действия очень маленького ребенка.

Ее чувство стыда было ужасно сильным, и у нее возникло желание убежать из этого места.

Однако.

Прошлой ночью она не смогла нормально поговорить с Кастер и своим отцом.

Обо всей информации, которую она увидела возле этого “разрыва”. Весьма вероятно, что Кастер также получал ту же информацию от различных магических сетей наблюдения и нескольких элементалей, которые находились в небе над территорией. Тем не менее, она сама только вчера вечером поняла, что имеет смысл поделиться с ним всеми своими опасениями.

Мисая рассказывает о том, что она увидела.

Только о том, что это произошло в том месте.

Воющий монстр.

Рыцарь небесно-серебряного цвета.

Столкновение двух Героических Душ.

Конечно, она не упомянула о своих детских иллюзиях.

Тихо, безмолвно Кастер слушал ее.

И затем――――

Кастер: “Спасибо тебе, Мисая. Конечно, я получил определенную информацию, но ваша информация носит ограниченный характер и основана на ощущениях человека, который лично испытал это на себе. Парализующий эффект воя человека, которого мы считаем Берсерком, вероятно, действует только на близком расстоянии. Это очень важная информация.”

Когда он это сказал.

Он тихо поклонился ей, прежде всего.

Мисая не сразу поняла, что произошло.

Поклон в японском стиле, который отличается от тех, что делают на Западе. Это также свидетельствует о глубокой благодарности.

Мисая: "Кастер........?”

Кастер: "Мне жаль. Я должен был спасти тебя, но я доверил это тому Слуге. Если бы этот рыцарь не был таким благородным Героем, ты могла бы погибнуть.

Мисая: “Пожалуйста, подними голову, Кастер”, -

Ее голос дрожит от чувства вины, это было невыносимо.――――

Все, что произошло прошлой ночью, было вызвано ее собственной глупостью и незрелостью.

Мисая прекрасно понимала, что он и ее отец ни в чем не виноваты.

Не может быть никаких проблем с тем, чтобы он решил, что риск слишком велик, чтобы отправиться на поле боя, куда двое слуг пытались ворваться, чтобы спасти ее, и не раздавить их.

Мисая: “Это была моя вина. Поэтому, пожалуйста, не делай этого, Кастер”.

Кастер: “………Ты добрый ребенок. Мисая. Или ты все еще не понимаешь, насколько ты дорога своему отцу?”

Мисая: “Это, э-э...”

Когда она, наконец, увидела его глаза, когда он поднял голову, она снова запоздала с ответом.

Было бы ложью, если бы она сказала, что ей ничего не пришло в голову.

Мисая знает, что есть веская причина, по которой его тон, который обычно должен быть на удивление спокойным, превратился в легкий “выговор”. Ее происхождение как мага. Ее семья.

Потеря преемника - это большая проблема, которая отличается от других проблем в мире.

Исчезновение всего, что они накопили.

Исчезновение уникального магического герба рода, который они совершенствовали на протяжении поколений.

Это не что иное, как самый жестокий конец их непрерывных исследований, тренировок и борьбы.

Его слова должны были означать именно это.

И все же, почему―――― Почему содержание его слов, которые последовали за этим, несколько отличалось от ожиданий Мисаи?

Кастер: “Эта битва за обладание Святым Граалем определенно имеет для нас огромное значение. Достичь “Водоворота Корня” - это абсолютная цель всех магов. Но в то же время потерять тебя - это настоящая трагедия. Мисая, ты - свет моего Мастера”.

Мисая: "Его свет...”

Кастер: “Несравненное сияние, столь же драгоценное, как свет звезд, который когда-то сиял над истинным миром. Даже в Войне за Святой Грааль это не то, на что следует посягать. Ты не должна отказываться от будущего своих любимых детей ради исполнения своего самого заветного желания. Независимо от того, маг ты или нет”.

Его рука коснулась ее щеки.

Как и ее отец.

Как и ее мать.

Нежный.

Теплый.

Несмотря на то, что у Мисаи были замерзшие руки и очень низкая температура тела, он чувствовал это.

Даже в словах, которые он произносил.

Кастер: “Пожалуйста, не забывай. Каждый любимый ребенок, который наполняет эту землю, - это сияние благородной звезды. Для твоего отца Мисая Рейрукан значит больше, чем его собственная жизнь”.

Его слова.

Его взгляд.

Мисая приняла их безоговорочно.

Тем не менее, она также считает, что его напыщенность несколько преувеличена по сравнению с тем, что он говорит.

Она чувствует, что его чувства передались до глубины ее сердца.

Вот почему―――― На этот раз она ответит без промедления.

"Да." Коротко. И мило.

[[image:/storage/reader-images/9f1a06965daa0d5f9b8de011786d695857133097.jpg]]

Я――――

Я смотрела на себя.

На свое отражение в зеркале.

Я стала другой, чем восемь лет назад.

Женщина по имени Мисая Рейрукан, которая живет в настоящем 1999 году.

Я, которая выросла из тела маленького ребенка в тело женщины.

Независимо от того, насколько сильным будет мой взгляд, я, естественно, встречу точно такой же взгляд.

Я обращаюсь к другой стороне зеркала.

Привет, ты.

Привет, Мисая.

Как насчет того, что Вторая Война Святого Грааля наконец-то началась?

Вам не удалось победить этого ребенка в начале войны?

Интересно, было ли это эффективным.

Или.

Похоже ли это на то время, когда я была полна глупостей, даже когда была молода?

Мисая: “Никогда больше...”

Бормочу я.

Мой голос теряется в звуке текущей воды.

Звук горячего душа, стекающего по моему телу, уносится в канализацию, заглушая мои слова.

Кажется, я была права, добавив отдельную душевую.

У меня не так много монологов, но неплохо отвлечься звуком собственного голоса.

Я смотрю на себя.

Острый. Такое ощущение, что мой взгляд пронзает меня насквозь.

И тогда я дотягиваюсь до метки магистра - у себя на затылке.

Внезапно. Это прекращается.

Между прочим――――

Восемь лет назад. Во время Первой войны за Святой Грааль.

Где появились метки магистра моего отца, который был магистром?

Не думаю, что они были в том же месте, что и мои.

Я никогда их не видела. Ни разу.

Я просто спросила, почему это было перо, и мне не удалось увидеть настоящую вещь до конца.

Да, так вот.

До конца.

Если я спрошу, ответит ли мне отец?

Да. Он бы мне его показал.

Этот человек, казалось, возлагал на меня большие надежды.

Я―――― Я бы радовалась в то время, верно?

Если бы я могла просто показать свою драгоценную метку магистра отцу.

Невинно.

Я бы рассмеялась.

Я, которая и не подозревала, что что-то может быть таким счастливым.

С лицом, казалось бы, счастливого ребенка, все еще не знающего, когда настанет это время.

Но уже слишком поздно, я уже не та, какой была тогда.

Того маленького ребенка больше нет.

У меня нет отца.

У меня тоже нет матери.

Глава Рейрукан - это я.

Я, Мисая Рейрукан, которая убьет остальных шестерых Господ и слуг, участвуя во Второй Войне Святого Грааля.

И никто другой.

Я просто буду предаваться убийству, как сейчас.

Мисая: “----Отец”.

Ответа нет.

Вместо――――

Звук льющейся в душе воды звучит безостановочно.

Ужасно долго.

Это как будто...

Они похожи на каскад слез, льющихся из моих больших глаз, парящих в небе.

[[image:/storage/reader-images/8a3f8fa5f9d84553b2378b3b6ea8ec3ecde45e7b.jpg]]

Царь царей попирает―――――

――― Свет. Сияющий. Раскаленный докрасна.

Посреди ночи его не увидишь, но он напоминает сияние солнца.

Поток света, который, кажется, прожигает темное небо.

Сияние было таким сильным, что лунный свет стал мутным.

Золотой магический свет от “корабля”, парящего в далекой вышине, один за другим падал на черный лес, поглощая красноглазого монстра, который был его целью, вместе с каждым деревом в окрестностях. Это не прекращается. Это не прекращается. Свет падает много раз. Свет, который взрывается, неся с собой разрушение.

Райдер: “Ха-ха! Да, посмотрите на небо! Падите на землю! Падите ниц! Если Царь Царей спустится, проявите ко мне должное уважение! Потому что, видите ли, вы, ублюдки, видите мой свет только тогда, когда исчезаете из этого мира!”

Он стоит на носу своего “корабля”, который покоряет небо.

Он преувеличенно широко раскидывает руки.

С огромной высоты этот человек смотрит на все сверху вниз.

Он говорит, что постоянно устремляется навстречу тому же жару, смерти и сиянию, что и солнце, периодически опускающееся к земле.

Райдер: “Ха-ха! Беги, беги, прыгай! Сражайся изо всех сил. Крик. Кричи! Рано или поздно вам троим, ублюдкам, суждено сгореть в моем свете и исчезнуть!”

Целью чрезвычайно яростного светового дождя был не только гротескный безумный зверь, но и другие Слуги, сражавшиеся в “Черном лесу” Рейрукан.

Громкий смех продолжается.

Никто не может остановить его.

Может ли кто-нибудь остановить его?

Нет. Он не остановится. Его невозможно остановить.

Даже Героический Дух, о котором ходят легенды, не может надеяться сравниться с ним.

Кто может остановить ужасающего Урея, который вырастает из страшного солнца, вспышки света, которая поражает с явным намерением устроить резню, а не теплый свет, который приносит изобилие на землю?

Шварцвальд наводнен. Хвойный лес в поместье Рейрукан.

Монстр, который находится в его центре, может быть затоплен даже без средств для создания лучей смерти.

Хотя странного вида зверь пытается противостоять свету с его удивительной живучестью――――

Берсеркер: "Рррааааааааааааааггггхх!!"

Раздается вой.

Однако вибрации, которые должны были потрясти лес, поглощаются большим количеством света.

Тело разъяренного монстра, Берсеркера, разрушается.

Неважно, насколько ужасающей силой обладают его скрытые конечности, в этом нет смысла, если они будут раздавлены, сожжены и исчезнут под воздействием света. Он просто рассыплется. У него нет средств для восстановления.

Мастер, который должен был помогать и поддерживать действия этого Слуги в данной ситуации, уже убит. Молодой человек, бросивший вызов Войне за Святой Грааль, с очень слабым чувством долга и жалким отсутствием знаний о магии или приличных тайнах, совсем недавно был обнят и получил поцелуй от Ассасина, которая подкралась к нему по приказу своего Мастера и выбыла из Войны за Святой Грааль. Умирая, когда вся его жизнь и сознание растворялись в сладком тающем яде, юноша краем сознания размышлял о благополучии Берсеркера, который достиг своих целей, но менее чем за две секунды весь его мозг и нервы были поглощены огромным мутным потоком крови, удовольствия, и он умер.

Следовательно, у этого безумного зверя нет шансов на победу.

Даже если бы они оставили его в покое, он бы просто исчез.

Поскольку у него нет навыка самостоятельного действия, Слуга, лишенный запаса маны своего Мастера, не может продолжать поддерживать свое собственное тело и в конечном итоге исчезнет.

Несмотря на это.

За то короткое время, что ему оставалось, безумный зверь действовал так, чтобы достичь целей своего Мастера. А именно, поражение мага, который правит Токио и пытается совершить какой-то зловещий ритуал.

Убийство мастера Рейрукана и его слуги. Именно потому, что он не знал ни магии, ни тайн, безумный зверь сражался, повинуясь воле честного молодого человека, который продолжал сражаться, руководствуясь слепым чувством долга, не зная, что это за Война Святого Грааля, начатая здесь, в Токио.

А потом, сегодня вечером, наконец-то произошла катастрофа.

Каждую ночь бешеный зверь попадал в засаду в шварцвальде на территории поместья Рейрукан, который он продолжал атаковать, чтобы найти брешь в его мощных полях. Героический Дух Меча, с которым он встретился прошлой ночью и который обменялся когтями и клинком с Сэйбер, был там, и это снова стало естественной битвой. Не только это. Там было много Героических Духов, которые вступили в схватку один на один между Сэйбер и безумным зверем, который неистовствовал, выжимая из себя последние силы.

Лансер. Длинноволосая женщина, закованная в доспехи и вооруженная огромным копьем.

Арчер. Человек, который прячется и пускает стрелы из-за деревьев.

И затем――――

Там был Райдер, который появился на летающем “корабле”.

Безумный зверь, который пытался прорваться вперед, разгромив Шварцвальд и приняв на себя клинок Сэйбер, копье Лансера и стрелу, которые, казалось, принадлежали Арчеру, ради достижения своих целей, был лишь трагически сожжен яростным дождем света.

Наслаждаясь светом, безумный зверь размышляет в своем еще не остывшем сознании.

‘Это правильно’.

‘В конце концов, я не смог бороться за справедливость с Хайдом, который появился на свет как фрагмент моего представления о зле’.

Хотя изначально это была идея в духе Джекилла, которая была невозможна, в свои последние мгновения чудовище, безусловно, мыслит своим разрушающимся мозгом.

‘Если я о чем-то и жалею, то только об одном".

"Героический дух Меча".

Сэйбер.

Похоже, человек, облаченный в небесное серебро, до самого конца не мог удовлетворить свое желание сразиться один на один. Перед лицом этого изуродованного разума и тела, других Героических Духов и ужасающего потока света этот благородный Героический Дух сказал.

Сэйбер: “Это моя битва. Если возможно, я не хочу, чтобы ты вмешивался!”

Какой добрый слуга.

Он ни в коем случае не наивен.

То, о чем он говорил, было состраданием к безумному зверю.

К тому времени, когда он провел свой первый матч-реванш с Сэйбер, сердце безумного зверя уже было пронзено невидимым мечом, а его духовное ядро заметно ослабло. Более того, он отразил внезапную атаку копьем Лансера, стрелой Арчера и даже потерял свой магический путь после смерти своего Мастера. То, что позволяло ему использовать свои когти против Героических Духов, превращаясь в ураган разрушения, останавливаясь и не рассеиваясь, было связано с его выносливостью, которая была значительно увеличена, особенно благодаря его безумному навыку усиления и нескольким другим навыкам, которые он получил от чудодейственного препарата, который был его Благородным Фантазии. Все зависело от его навыка самомодификации, который демонстрировал его наиболее оптимальную форму. Но он не смог заполучить ни одного слугу со своим спутником.

Исход уже был предрешен.

Несмотря на это, тот воин сказал: “Один на один”.

“Клинком и когтями”.

С ослепительной гордостью за безумного зверя, у которого не было ни гордости, ни храбрости, а только глупость.

Берсеркер: “----нгх!!”

В свои последние мгновения.

Пытались ли когти безумного зверя, устремленные к небу, предотвратить атаку? Искали ли они луну, которая виднелась дальше за парящим “кораблем”? Или он пытался ответить благородному воину своими когтями?

В любом случае.

Эти когти тоже исчезают в лучах света.

Ассасин: “……Какой сильный героический дух”.

На крыше высотного кондоминиума, возвышающегося над особняком Рейрукан в районе Сугинами, Токио.

Женщина что-то бормотала.

Это была молодая девушка.

У нее была смуглая кожа.

Ее взгляд сквозь белую маску, имитирующую череп, был прикован к “кораблю”, который продолжал извергать свет с неба. Хотя это было нечто, о чем она не знала при жизни, нынешняя она, проявившаяся как Слуга, смогла распознать, что это “солнечный корабль”, о котором говорится в древнеегипетских мифах.

Если это Героический Дух, который может использовать это как Благородный Фантазм, перспективы ограничены.

Король, который достигает уровня бога - фараона. Либо это, либо…… Среди сменяющих друг друга поколений фараонов из древнеегипетских династий, если они могут манипулировать таким могущественным Благородным Фантазмом, то это должен быть кто-то, кто оставил свое имя в истории как очень могущественный боец. Сила Слуги зависит не только от его известности, но и от способностей тех, кто постиг тайны, добившись успехов раньше своей эпохи, поэтому к ним нельзя относиться легкомысленно.

Ассасин: “Я должна действовать быстро”.

Она что-то бормочет.

Но вскоре после этого женщина слегка качает головой.

Ассасин: “......... Нет. Нет.”

Она проявила определенную дерзость.

Великолепная девушка, которая была ее истинным Мастером, если бы это было ради той девушки, которая прекраснее распустившегося цветка, она должна была бы быть способна великолепно уничтожить его своими непостижимыми руками. Даже солнце. Даже луна. Не может сравниться с этой девушкой в великолепии.

Она будет подчиняться только приказам девушки, которая является ее Мастером.

Как совсем недавно――――

Да. Она только что убила одного из них.

Она крепко обняла бедного молодого человека, который называл безумное чудовище “другом” и кричал о справедливости, не зная ничего о Войне за Святой Грааль.

Нежно, грациозно она обняла его. И втерла в него много яда.

Их губы сомкнулись.

Нежно. С любовью.

Она расплавила весь его мозг и нервы и убила его.

На самом деле, это было ее первое убийство по прямому приказу Мастера после воплощения.

Поэтому она задрожала и возбудилась от возбуждения в тот момент, когда поцеловала юношу. Ощущение тепла и сладости, пробежавшее по ее спине до макушки, определенно, должно было быть намного сильнее того, что почувствовал юноша.

Сразу после того, как она убила его, у нее впервые перехватило дыхание.

Чтобы она была так увлечена.

Своим Мастером.

Ассасин: “Все для моего Мастера”.

Она снова что-то бормочет.

Она хмуро посмотрела на “солнечный корабль”. Что касается мага, который был учителем Арчера, то она уже влюбилась в эту девушку на горе Окутама на днях. Какой бы искусной она ни была, каким бы Героическим Духом ни обладала, Арчер больше не был врагом девушки.

Из оставшихся шести Слуг у девушки уже было трое, включая ее саму.

Остались только Лансер и Кастер, и――――

Тот Героический Дух, который управляет великолепием, видимым краем ее взгляда.

Поскольку она была человеком, которому недоставало прямой боевой мощи, она вряд ли могла соперничать с ним. Она бы только сгорела от света и полностью исчезла, прежде чем смогла бы приблизиться к нему. Но даже в этом случае, если бы слова сами слетели с красивых губ девушки, она бы сделала это без колебаний.

Она приблизилась бы к нему, даже если бы ее тело разбилось вдребезги и она умерла. Будь то в небе.

Будь то в крепости.

Будь то в спальне.

Она придвинулась бы к нему еще ближе, где бы они ни были, и прижалась бы к нему губами. При необходимости, даже больше.

Ассасин: “....... Леди Манака”.

Она произносит имя девушки.

Да. неважно, что это было, если бы это было по приказу этого человека.

Если бы она посмотрела на нее своими ясными глазами.

Если бы она позволила ей погреться в лучах ее ослепительного сияния.

Будь то король парящего великолепия, или женщина, скрывшая свое горе, или честный маг, или король рыцарей со священным клинком в руке――――

Или даже если это совсем маленький ребенок.

Она будет убивать своими губами, пальцами, кожей и телом.

Об общем фронте с другими лагерями.

В Войне за Святой Грааль шестеро Слуг и Маги, естественно, являются врагами.

Они всего лишь мишени, которые нужно победить и убить.

Однако и здесь есть исключения.

Например, предположим, что создан временный союз, чтобы предотвратить истощение в первых битвах.

Сотрудничая с двумя Героическими Духами, мы можем определить победу или поражение нашего союзного партнера, после эффективного устранения других героических Духов-одиночек.

Это чрезвычайно эффективный метод.

Нет такого понятия, как Героический Дух, который не боролся бы с двумя Героическими Духами.

Но, в то же время, этот метод также сопряжен с огромным риском.

В конце концов, другие Слуги и Мастера в конечном счете являются вашими врагами.

Подумайте о возможности предательства, которая всегда присутствует.

Будьте осторожны, чтобы не получить удар в спину.

И ветераны-герои, и мастера-маги слишком слабы и уязвимы, если вы нанесете им неожиданный удар.

Что бы вы ни делали.

Ни на секунду не теряйте бдительности.

Если вы решите, что есть возможность убить их, делайте это без колебаний.

(Отрывок из старой записной книжки)

[[image:/storage/reader-images/5b6c77ee827237e7a38525ac5008d4cd02a6f293.jpg]]

Она пыталась уснуть.

На самом деле. Она переоделась в ночную рубашку и лежала в постели вот так.

Мисая: “Хнн.......”

Но. Это было бесполезно.

Казалось, она не могла уснуть этой ночью, что бы ни делала.

В своей комнате на втором этаже главной резиденции. Мисая Рейрукан тихо ждала прихода сна, ошеломленно глядя на лунный свет, льющийся через окно.

На днях ее отец, естественно, отругал ее за то, что она зашла в Шварцвальд, который был их задним двором, поэтому ей было запрещено выходить ночью даже из дома. “Старайтесь как можно реже заходить в главную резиденцию”. Проще говоря, “спи спокойно по ночам”.

На днях она полностью осознала свою глупость, и слова отца были разумными.

Поэтому Мисая попыталась уснуть.

Она завернулась в теплое одеяло поверх мягких простыней.

Но. Она не может уснуть.

Она была настолько возбуждена, что не могла заснуть.

Причиной было――――

Мисая: “Не могу, не сплю......”

Она не может уснуть. Она не может заснуть.

У нее было определенное представление о причине этого.

Прошлой ночью. Все события, которые произошли в глухом лесу. Хотя Мисая могла только стоять у окна и смотреть, потому что ей было запрещено летать на фамильярах, она видела это собственными глазами.

Свет. Сияющий. Раскаленный докрасна.

Сияние, напоминающее солнечный свет, которого никогда не увидишь ночью. Поток света.

Фигура, которая была захвачена ее магией ясновидения, определенно была тем человеком - Героическим Духом, который посетил рейруканцев и заключил союз с ее отцом, это был не кто иной, как Райдер. Должно быть, это был Благородный Фантазм, принадлежащий этому человеку. “Солнечный корабль”, парящий в ночном небе, и исходящий от него невероятно яркий свет.

У нее даже была галлюцинация, что она стоит посреди мифа из эпохи богов.

К счастью, он находился внутри ограниченных полей Кастера, которые простирались до самого неба, так что, вероятно, его не было видно широкой публике. Если бы не ее магическое зрение, смогла бы она вообще увидеть свет, не говоря уже о летающем корабле? Хотя они, должно быть, сочли это случайным землетрясением.

Казалось пугающим даже думать о том, сколько великой магии потребуется, чтобы воспроизвести такой масштаб разрушений с помощью магии. В то же время, она прекрасно осознавала это. Осознавая тот факт, что она стала свидетельницей бури, которой является беспрецедентная и даже единственная в своем роде война за Святой Грааль, и естественного напряжения, которое возникает из-за этого. И, помимо всего прочего, это в некотором роде захватывающе. Надеюсь, она хочет верить, что последнее - самое лучшее, что она когда-либо испытает.

Она хочет верить, но не знает наверняка.

Сцена прошлой ночи - нет, тот, кто больше всего переживал из-за этого, был ее отец.

Взгляд ее отца - это то, что запомнилось ей навсегда.

Ситуация на войне совсем не плохая. Ограниченные поля, сотканные Кастером в центре этого поместья, предотвращают вторжение слуг, и на самом деле, из трех слуг, которые до сих пор пытались совершить тотальное вторжение, ни один из них не добрался до главной резиденции. Потому что они заключили союз с Райдером, могущественным Слугой, который, как она видела, был единственным, кто смог пробиться в мастерскую вопреки этому.

И прошлой ночью. В битве в Шварцвальде Берсеркер пал от меча Сэйбер и полностью исчез в свете Райдера.

Они объединились с таким могущественным Райдером. Хотя это правда, что в конце концов они встретятся лицом к лицу, Кастер все равно увидел эту сцену и сказал ей: “Не стоит беспокоиться”. Он абсолютно уверен. В своей магии, или, скорее, в своем Благородном Фантазме.

Она знала, что не может сказать, что это ее успокоило.

Мисая считает, что в этом, вероятно, и заключается суть Войны за Святой Грааль.

Но даже если так.

Что случилось с ее отцом после того дождя света?

Ее обычный отец был необычайно встревожен, до немыслимого уровня.

Наблюдая за ним, Мисая почувствовала, что он больше чем на две секунды потерял дар речи.

Что же, черт возьми, увидел ее отец?

Это беспокоило ее.

Это было главной причиной, по которой Мисая не могла уснуть.

Мисая: “Нннх.......”

Ничего хорошего.

Она просто не может уснуть. Даже если она закрывала глаза, они тут же открывались.

Поэтому она выскользнула из постели.

Она сунула ноги в теплые тапочки, имитирующие форму кролика.

Она протягивает руку к радиоприемнику, стоящему на ее большом старинном деревянном столе в восточноевропейском стиле. Мисая говорит, что иногда прикасается к этому предмету, только когда не может уснуть. Как и все маги, живущие в современную эпоху, Мисая не очень хорошо разбиралась в технике, и даже если она не прикасалась к ней ежедневно, этот радиоприемник, который подарила ей мать, отличался от других.

Она настраивает частоту, поворачивая круглые детали.

Она поняла сам принцип. В случае радиоприемников AM сигнал, несущий аудиоинформацию, принимается антенной путем его модуляции, а аудиоинформация воспроизводится путем ее демодуляции с помощью этого радиоприемника, который является приемником. После этого звук, записанный радиостанцией в таких крупных городах, как Йоцуя или Акэбонобаси, будет с небольшой задержкой отдаваться эхом в этой комнате отдаленного особняка Рейроукан.

И тогда это должно――――

Мисая: “....... Это странно. Какая сейчас станция, а?”

Она ничего не слышит.

Если быть более точным, даже когда она попыталась настроить частоты, слышались только помехи.

Он был сломан? В магическом мире широко известно, что есть много случаев, когда маги, которые манипулируют тайнами, не очень-то совместимы с машинами, созданными цивилизацией. Часто можно услышать, что даже если их только что купили, они сразу же ломаются.

Мисая в этом не уверена.

Она намеревалась действовать очень осторожно.

Мисая: “Ну, я ничего не могу с этим поделать. Когда Война Святого Грааля закончится, я все улажу”.

Она может просто попросить кого-нибудь из слуг сделать это.

Хотя это немного ошеломляет - спрашивать гомункула, который в настоящее время работает временным слугой, она про себя думает, что ей следует оставить все как есть. "Они - собственность Кастер, поэтому неправильно относиться к ним так же, как к тем, кто служит семье Рейрукан", - думает Мисая.

Итак. Что делать?

Она не может заснуть.

Ее глаза совершенно не видят сна, и радио бесполезно для того, чтобы убивать время.

Просматривает ли она фолианты по магии или учится в школе, даже если она о чем-то думает, она этого совсем не чувствует. Она делает и то, и другое, когда бодрствует в течение дня. Особенно в том, что касается ее школьных занятий, они были слишком скучными, и она уже рассказала о том, что ей следует выучить после того, как она перейдет в среднюю школу, а это значит, что она уже закончила это. В таком случае ей нужно заниматься только школьными предметами.

Не имеет значения, сколько раз она научится колдовать; ей никогда не бывает достаточно, и она охотно занимается этим. Если это дневное время. Даже если ее глаза и сознание бодрствуют, если она находится в состоянии, когда знает, что ее тело хочет спать, она определенно не сможет учиться, даже если откроет волшебный фолиант.

Вот почему. После того, как Мисая немного подумает.

Она тихо подходит к двери.

Стараясь не шуметь――――

Она выходит в коридор. Даже если ей запретили выходить на улицу, ей не запрещено пройтись по внутреннему помещению главной резиденции, и она может придумать причину для этого. Причина для того, чтобы прогуляться, не прибегая ко лжи. Да, она пойдет в туалет. Именно для этого она просто прогуливается, а не выходит на улицу. Тем не менее, это забавно - сделать небольшой крюк.

Как только она вошла в коридор, у нее перехватило дыхание.

Воздух в феврале все еще холодный, особенно по ночам.

В отличие от дома, в коридоре не было подогрева пола, поэтому тепло ее тапочек успокаивало. Пока она шла, изо всех сил стараясь не шуметь, Мисая внезапно выглянула в окно.

Мисая: (Наверное, все в порядке, да? Мне не о чем беспокоиться. Верно?)

Бормочет она про себя.

Она не могла вникнуть во все текущие обстоятельства, так как не посылала никаких фамильяров.

Хотя магии восприятия было буквально не счесть. С момента последней битвы прошло уже несколько часов. Даже если бы она не думала, что кто-то снова попытается проникнуть внутрь, если бы кто-то случайно появился, Кастер и ее отец немедленно заметили бы его.

Мисая: “………Бесчисленное множество”.

Она ворчит своим голосом, не задумываясь.

И тут Мисая Рейрукан тоже думает о своей неопытности сегодня вечером.

Бесчисленный. Да, в буквальном смысле. Значение этого.

Кастер: “Верно. Итак, вы заметили это.”

Раздается его голос.

Мисая отворачивается, чтобы не замечать его, и тихо вздыхает.

В конце концов, она посмотрела на него. Неудивительно, что это была высокая фигура.

Его длинные блестящие волосы. Его задумчивые глаза.

Тот, кто появился во временном теле в современную эпоху, Кастер.

Кастер: “Мои глаза повсюду в доме, и даже коридоры не исключение. И поэтому, Мисая, ты не должна гулять по ночам. Ты ведь знаешь, что твой отец беспокоится о тебе, верно?”

Они вернулись в ее спальню.

Врать нехорошо, поэтому она упрямо заявила, что идет в дамскую комнату. В результате он все это время ждал ее в коридоре. Хотя Мисае и не хотелось говорить, что он не ее слуга, вид у него был невозмутимый.

Кастер: “Я жду тебя”.

Мисая: “Все в порядке. Пожалуйста, прекрати, Кастер”.

Кастер: “Нет”.

Мисая: “Как я и говорила......”

Кастер: “Я жду тебя, Мисая”.

Она проиграла.

Это было неописуемо неловко.

Действительно, именно в тот момент, когда было названо ее имя, она поняла, что это своего рода наказание.

Смиряясь с этим, она терпит свое смущение. Выйдя из туалета, они идут по коридору и таким образом возвращаются в ее спальню.

Кастер: “А теперь в постель. Мне снять с тебя эти милые тапочки?”

Мисая: “......Все в порядке. Я могу многое сделать сама”.

Она спокойно переносит чувство, что расстроена.

Эта сцена. Эта ситуация. Неважно, что она думает, это плохо и его поведение, как будто он присматривает за ней, пока она не ляжет в постель и не закроет глаза, в любом случае, такой статус-кво обычно имеет смысл.

С точки зрения леди, было бы ложью сказать, что она не возражала против того, чтобы он входил в ее спальню.

Однако. Его это не беспокоило.

Напротив, она, как ребенок, может почувствовать намек на то, что он обязан остаться, пока не убедится, что она спит, и все же на лице Мисаи, казалось, отразились разочарование и неудовлетворенность. Ей просто придется спокойно принять это и вытерпеть.

Кастер: “О боже? Это современное устройство?”

Мисая: “Да. Это радио”.

Кастер: “Хм. Так это радио?”

Мисая: “Вас это интересует?”

Она снимает тапочки с кроликами, пока он все еще смотрит на стол.

Она ложится в постель. Засовывая босые ноги под одеяло, она зовет его.

Кастер: “Да. Очень. Любая превосходная технология, какой бы она ни была, может стать эталоном. Идеи и вдохновение могут появиться только при тщательном накоплении знаний”.

Он с большим интересом смотрел на радиоприемник.

Почему он с таким интересом слушает радио, несмотря на то, что он Герой и обладает некоторыми знаниями о современной эпохе? Разве он не разбирается в радио? Или он не знает, что этот радиоприемник, который подарила ей мать и который изначально принадлежал ее бабушке, не относится к категории современных? Или это потому, что это особый тип радиоприемника?

Даже если она не поняла, она попытается более или менее выразить это словами.

Радио. Общий термин, обозначающий систему передачи, приема и воспроизведения звука, которая использует радиоволны и электрические сигналы.

Целью ее использования является――――

Кастер: “Это для развлечения, информации и связей с общественностью?”

Мисая: “Да. Развлекательные программы, новости для передачи информации. А остальное используется для рекламы товаров”.

Кастер: “Значит, это похоже на телевизор”.

Мисая: “Я думаю, что это очень похоже. Разница в том, сопровождается ли это фильмом. Радио появилось первым, а телевидение, похоже, распространилось позже”.

Кастер: “Понятно. Это очень интересно”.

Он глубокомысленно кивает.

Она и представить себе не могла, что он, легендарный алхимик, о котором ходят легенды, будет так увлечен разговором о радиоприемнике, к которому каждый житель современной Японии случайно прикасается. Это может не дать ей уснуть всю ночь, если они заговорят о пейджерах.

Плохо, если у него есть время.

Он, как бы это выразиться, действительно умел слушать.

Цель его использования, его принцип, степень распространения, тенденции для каждого поколения и т.д.

Когда вы спрашиваете о чем-то, чего вы не понимаете, она упрощает один вопрос за другим и делает полученную информацию своей. Когда он слушает, осмысливая ее, она явно уточняет свои ответы, потому что ей приятно разговаривать. Или ей следует сказать, что с ним стоит поговорить.

Мисае, безусловно, хочется поговорить еще.

Но она чувствует себя немного уставшей.

Ее веки отяжелели.

Сонливость, которой она не ощущала еще мгновение назад, постепенно овладевает ею.

В тот момент, когда она это почувствовала, ее сознание пошатнулось. Ее ясные мысли рушатся, и она погружается в сон.

Кастер: ”Мисая"

Мисая: “Да, да......”

Кастер: “Спасибо тебе за сегодняшний вечер. Теперь спи. Не о чем беспокоиться. “

Мисая: “Конечно.......”

Ее глаза. Закрываются.

Как будто их направлял его нежный голос.

Кастер: “Спите со спокойной душой. Твой отец заключил обоюдное соглашение между Мастерами и Райдером, у которого есть сила разрушить мою волшебную крепость, и этот отвратительный Сэйбер пока не собирается прокладывать себе дорогу бульдозером. Так что, будь уверена, ты можешь спать спокойно.

В то же время, шепчущим голосом.

Его рука коснулась ее.

Кастер: “Сладких снов”.

На затылке―――― Его левая рука, касавшаяся ее затылка, была странно теплой.

Вчера температура его тела была ужасно низкой, но сегодня она совсем другая.

Почувствовав облегчение, Мисая задремала.

Мисая: “Э-э-э...”

Кастер: ”Это талисман на удачу, который поможет тебе хорошо выспаться".

Мисая: “О, хорошо......талисман на удачу......”

В тот момент, когда она закрывает глаза.

Глядя на Кастера, которая мягко улыбается ей, Мисая смутно задумывается.

Почему?

Почему он назвал Сэйбер “отвратительным”? Она была уверена, что на днях он определенно назвал этого небесно-серебряного рыцаря “благородным героем”.

Но даже если и так.

В чем причина изменения его описания----?

[[image:/storage/reader-images/a7d052874f4b4ce65035f96d0fa8bb252dc32b67.jpg]]

О взаимоотношениях между Героическими Духами......

Как упоминалось ранее, Героические Духи, участвующие в Войне за Святой Грааль, являются исключительными личностями.

Проблемы, которые могут возникнуть при этом, были упомянуты выше, но я опишу здесь еще одну проблему.

Героический Дух и Героическая настроенность.

Когда у них возникают отношения, отличные от столкновения, они становятся ужасающими воплощениями разрушения.

Как личность, если один Героический Дух испытывает некоторую привязанность к другому Героическому Духу, вероятность того, что Мастер также потеряет контроль над собой, очень высока.

В исключительных случаях существуют Героические Духи, которые могут максимально проявить силу своей Благородной Фантазии, углубляя свои чувства привязанности к ним, и если они такие Героические Духи, то неплохо усилить их чувства к другим Героическим Духам с помощью действенных средств, таких как чудодейственные лекарства или магия. Но. Это единственное исключение.

Привязанность Героического Духа к другому Героическому Духу - опасная вещь.

Будь то любовь или вражда.

Чрезмерная привязанность затрудняет формирование выигрышной боевой ситуации.

Если их не остановить, их отношения с хозяином легко разрушатся, а если у вас есть союз с другим лагерем, то даже этот союз окажется под угрозой.

Есть только один способ справиться с этим.

Поймите своего собственного слугу. Разберитесь в их мнениях. Осознайте их менталитет.

Как уже упоминалось, нет другого способа должным образом справиться с проблемой, связанной с личностью вашего Героического Духа, кроме как понять его и построить с ним отношения.

Постройте отношения со своим Героическим Духом, которые превзойдут все привязанности.

(Отрывок из старой записной книжки)

Вундеркинд.――――

Ее природный талант был бы именно таким.

Серафим первого ранга в иерархии Мастеров.

Владелица "Сэйбер", слуги номер один.

Эта девушка......

Ее зовут Манака Садзё.

Даже сейчас я думаю о словах, которые этот человек сказал в прошлом.

Он принадлежит к тому же поколению, что и я, мастер Рейрукан, и, поскольку мы маги-коллеги со старыми родословными, живущими в одном городе, я много общался с нынешним главой семьи Садзё. Поэтому я все понял. Этот человек не из тех, кто отпускает дурацкие шутки, и он не из тех, кто разыгрывает жалкую храбрость.

Мы общались - правда, это были всего лишь разговоры мага с магом. Это были далеко не те дружеские отношения, которые есть у людей в этом мире, хотя мы несколько раз обменивались словами о наших магических исследованиях. Тем не менее, я могу сказать, что мы “ближе”, чем другие маги.

Однако я могу сказать, что наши соседи, которые общаются с магами и скрывают свою истинную сущность, в этом смысле гораздо “ближе”.

В нескольких наших беседах, да, я уверен, он говорил мне об этом.

Его собственная дочь. Манака Садзё.

“Что она гений, который не вписывается в родословную семьи Садзё”.

Магические цепи, которые должны были передаваться по наследству в рамках семейной линии, безусловно, заложены в теле Манаки, но сомнительно, можно ли это назвать магической цепью Садзё. Аяка, родившаяся позже, безусловно, обладает магическими цепями самой семейной линии, но――――

“Всему есть исключения”, - сказал он.

Магические схемы. Скорость обучения. Способности к магии. Он сказал, что Манака овладела этим с поразительной скоростью, даже тем видом магии, к которому он, ее отец, и последующие поколения глав Садже никогда не прикасались.

Я не могу поверить, что это произошло так внезапно. Это не шутка и не блеф, но, вероятно, он сказал это с некоторым преувеличением. Это правда, что Манака Садзё может быть своего рода гением-вундеркиндом, но, конечно, такого монстра не может существовать. Точно так же, как и моя любимая дочь Мисая, которая родилась наполненной знаниями и с большим количеством магических цепей, чем у меня, она не более чем прирожденная наследница с редким талантом.

Глупо, что я тогда так решила.

Ах. Ах, да.

Какой же я была дурой?!

Мастер Рейрукан: “...Я понимаю, ха-ха, это так?”

В резиденции Рейрукан. В исследовательской комнате виллы я выдавливаю из себя улыбку.

Какое пустое выражение отражается в стеклянной бутылке.

Могу ли я показать это лицо своей жене и дочери?

Пустая улыбка. Как, даже если это улыбка.

Это не улыбка восторга.

Это определенно улыбка, вызванная ужасом.

Это проявление ужаса, потому что я вспомнил выражение, которое по сути должно было называться “прекрасное”. Это, это нечто, сделанное в форме человеческого существа, несомненно, чудо.

Иначе――――

Манака: “Привет. Рада с вами познакомиться. Правда, дядя Рейрукан?”

Улыбка сама по себе расцвела.

Шепот, как у прекрасной и прелестной феи.

И что-то невероятное отразилось в ее глазах.

Вспомнив улыбку этой девушки, обращенную ко мне, я съеживаюсь от страха.

Несколько дней назад в Токио родилась первенец в семье Садзё, та девушка, которую я видел всего один раз с начала Первой войны за Святой Грааль.

Мастер Рейрукан: “Что, когда я...”

Мисая――――

В ту ночь, когда моя дочь столкнулась с Берсеркером и Сэйбер, она, конечно, не заметила Манаку Садзё. Я отчетливо помню, какое облегчение испытала в тот момент. Ах, я так рада. Значит, это не подстроено? Тогда эти слова были просто угрозой.

Манака: “Если у этого человека есть слабость, я считаю, что эффективнее нацелиться на нее, а не на самого Мастера. А как насчет тебя, дядя? Ты не согласен? Например, Мисая. Она милая девочка. Потеря этого ребенка была бы для тебя очень, очень болезненной, не так ли, дядя?”

Да. Верно. Так оно и было бы на самом деле.

Я воспринял это как простую угрозу. В конце концов, Мисая была в безопасности. Ничего не произошло, никто не пострадал и не погиб. Та девушка просто заявила, что это уловка. Какой бы вундеркинд она ни была, ей не сравниться с совершенной техникой фон Хоэнхайма, легендарного алхимика, Парацельса, который материализовался как Кастер.

Да, я решила в ту ночь. Я почувствовала облегчение.

И все же, почему?

Как, когда?

Она сделала это с Мисайей, которую защищала эта волшебная крепость―――― Как дочь Садзё подставила меня?

Мастер Рейрукан: “.......Кто я такой? Я какой-то величайший маг Дальнего Востока. Маленькая девочка, которая сама сделала это со мной......”

Я застонал и рассмеялся.

Я расхаживаю по исследовательской комнате, как будто заблудился, смотрю и проверяю различные мистические коды, которые тут и там лежат у меня в руках, в отчаянии бросаю их на пол и разбиваю вдребезги. Нет. Нет.

Это не то, что мне нужно. Я должен это найти. Обычно я связываюсь с Ассоциацией магов и всеми ломбардами по всему миру и заказываю все возможные средства, но связаться с внешним миром сложно.

Война Святого Грааля, которая, как предполагается, является ритуалом для реализации наших амбиций, которые должны принести нам блестящую славу, теперь является нашим самым большим препятствием и тем, что мешает моим действиям. Я не могу выйти из помещения, так как оно защищено ограниченным полем, и я не могу позволить, чтобы сюда приближались посторонние. Даже если я найду то, что ищу, где-то в мире, в этом нет смысла, если я не смогу принести это на территорию.

Поэтому я ищу его. В особняке Рейрукан.

В любом случае, если моя коллекция - наследие моего деда, то у меня есть шанс.

Веря в это, я продолжаю искать. И продолжаю искать.

Я скрываю сомнения, которые явно зарождаются в моем сердце.

Мастер Рейрукан: “Где!? Где это!? Та вещь. Без нее все бессмысленно.”

Я продолжаю искать――――

Мастер Рейрукан: “Мисая. С Мисайей будет покончено.”

Это никуда не годится.

Это бесполезно.

Это безнадежно. Только это.

Не только я, Кастер тоже это заметил.

Следы проклятия. На моей дочери Мисае есть следы чьего-то проклятия. К счастью, она пока этого не заметила, но она замечательная дочь, родившаяся у нас с женой. Есть вероятность, что она сама заметит это в ближайшем будущем.

Мы с Кастер заметили это несколько часов назад.

Что происходит?

С ней что-то случилось во время той битвы, когда был убит Берсеркер?

Нет, этого не может быть. Маловероятно, что кто-то сможет проскользнуть мимо нашей с Кастер сети наблюдения.

Но.

Манака Садзё――――

Если это та девушка.

Как и в случае с прошлым инцидентом, она проскользнула сквозь сеть наблюдения и предстала передо мной.

Она проскользнула сквозь Кастер и мои “глаза”, которые были сосредоточены на битве, связалась с Мисаей и наложила на нее проклятие.

Если подумать, картина сходится.

Я понимал, что у нее незаурядный талант, но это не так.

Она монстр.

Она проникла в особняк Рейрукан, в это волшебное место, которое даже наполовину превратилось в другой мир. И не один раз, а дважды.

Маг.

Это правда?

Терпя крики, которые вот-вот вырвутся наружу, я продолжаю искать страх, которого раньше не испытывал даже по отношению к слугам.

Теперь, про себя――――

Нет. Это необходимая вещь для Мисайи.

Я все еще смогу приготовить ее вовремя.

Кастер: “......Пожалуйста, приятных снов”.

Шепчет он, глядя на уснувшую девушку.

Он тихо садится на край кровати.

Протягивает правую руку. Он нежно касается белой щеки спящей девушки.

Кастер: “Мисая”

Он шепчет ее имя.

Это имя девушки, которая спит с закрытыми глазами.

Это имя девушки, которую любят родители.

Это имя девушки, которая полна решимости принести себя в благородную жертву.

На мгновение на его лице отразилась печаль.

Он не пошел против этого.

Потому что он уже совершил свое предательство.

Итак, он открывает рот и говорит. Он посвящает свои слова кому-то, кого здесь нет.

Кастер: “Мой господин, как вы и приказали, я еще больше привязался к ней”.

Девушка――――

Пристально глядя на Мисаю.

Кастер: "Да. Пожалуйста, не стесняйтесь. Любое проклятие может быть наложено удаленно по желанию."

Кастер: "Например, да, как радио".

Он продолжает равнодушно.

Ответный голос не отражается эхом. Или он доходит только до него?

Кастер: “Нет. Все в этом мире принадлежит тебе. Если это то, на что ты решилась, то какой смысл в моих чувствах?”

Он――――

Он кланяется пустому пространству.

Кастер: “Моя повелительница, принцесса Корня, рожденная править всем сущим. Даже боги далекого прошлого, наполненные истинным светом звезд, не могут сравниться с тобой в сиянии”.

Уважительно――――

Как будто он стоит перед истинным хозяином, которому должен служить.

Кастер: “----Мисс Манака Садзё”.

[[image:/storage/reader-images/887e085d73117c0a8405a012450790bac5680e9b.jpg]]

Взгляды девушки и молодого человека до смешного жестоки――――

Мой друг――――

Мои дорогие братья.

Потомки многих детей, которые получили мое учение.

Мое любимое дитя, которое находится на Дальнем Востоке и которое блестяще отточило свою магию, не прекращая своих занятий.

Даже мастер Рейрукан, участник “Войны за Святой Грааль”, проходившей в этом самом отдаленном городе Токио.

Мой друг, который отдает все силы этой суровой битве за достижение амбиций, которые скрываются в каждом маге, и пытается посвятить себя этому буквально прямо сейчас.

Я, Парацельс, уважаю тебя. Мне также жаль тебя.

Поскольку твои попытки исполнить свое заветное желание с помощью Грааля сейчас не имеют смысла.

Но не печалься.

Не волнуйся.

Я молюсь о том, чтобы горизонты вашей души, ваше осознание и чувства были как-то должным образом расширены.

Таким образом, даже если вы не сможете спастись,――――

В конце концов, вы избавитесь от угрызений совести, сожалений и горьких слез.

Вы обретете разум.

Да, как и я.

Даже если ваши личные или семейные желания не будут исполнены.

В некотором смысле ваши амбиции будут удовлетворены.

Благодаря моей прекрасной, блестящей и милой Потнии, которая связана с Корнем.

Мастер Рейрукан: “Ты предал меня? Кастер”.

Голос растворяется в ночном небе.

Несмотря на то, что небо в столичном регионе было залито сиянием звезд и луны, он был удивительно чистым и даже напомнил ему о наступлении чего-то чистого.

Чистый. Чистый. Это правда?

По крайней мере, красота есть.

Ослепительная девушка в полном расцвете сил.

И высокий молодой человек, который следует за девушкой, как тень. Нет, правильнее сказать, среднего возраста. По крайней мере, до того, как он стал Героическим Духом, его жизнь, должно быть, была долгой, поскольку у него было много времени, чтобы испытать это, живя нормальной жизнью, поэтому он заслуживает того, чтобы называться человеком среднего возраста.

Но его внешность сама по себе является внешностью изящного молодого человека――――

Его лицо не было обращено к “нему”. В палисаднике поместья Рейрукан Кастер, Слуга, Героический Дух, который использует силу их мифов и легенд, недоступную человеческому пониманию, обратил только свой взгляд на человека, который протягивал левую руку во время рукопожатия, на человека, который который когда-то был его Мастером и сейчас лежал на булыжной мостовой, кашляя кровью.

Тишина. Просто тишина.

Одними жестами он давал понять, что ему больше нечего сказать этому человеку.

Мастер Рейрукан: “Я понимаю”.

Стонущий голос.

Изо рта мужчины стекала красная струйка.

Мастер Рейрукан: “Ваше ограниченное поле было идеальным. Даже если бы вы были магом из Эпохи богов, это было бы прекрасно. Невозможно... Но пересеките ограниченное поле и даже примените магическое вмешательство к Мисае. Но это возможно”.

В голосе звучала убежденность.

Мастер Рейрукан: “Для вас”.

Это был гнев.

Мастер Рейрукан: “Если бы это было в пределах ограниченного поля, для вас это, несомненно, было бы легко”.

Это был звук сожаления.

Помимо всего прочего, в нем слышалось отчаяние.

Кастер никак не отреагировал на слова человека, мастера Рейрукана, который когда-то был его Мастером и которого он когда-то называл другом. Даже не взглянул в сторону девушки, которая улыбалась, купаясь в лунном и звездном свете.

Тихо. Он говорит ей об этом, почтительно склонив голову.

Кастер: “Мисс Манака Садзе. В продолжение вчерашнего "Берсеркера", я уверен, что сегодня вечером мы убьем еще одного слугу. Второе, если ситуация изменится”.

Манака: “Да, это правда”.

Кастер: “Все будет так, как ты хочешь”.

Манака: “Да”.

Кастер: “----Ты все еще выглядишь недовольным. Это из-за уничтожения клана Окутама? Если ты попросишь меня о чем-нибудь, я, фон Хоэнхайм, сделаю все возможное, чтобы оправдать твои ожидания. Не забывай. Ты единственный, кто может сравняться с миром”.

Манака: “Хмм, нет, все в порядке. Только я и этот ребенок отправимся в Окутаму”.

Кастер: “Как пожелаешь”.

Они обмениваются словами. Холодно.

Это была ужасающая тема.

Человек, который терпел боль и пытался подняться с булыжников, явно понял смысл их разговора. Имеется в виду уничтожение мага, который является Хозяином этого могущественного Слуги Райдера, и его клана. Несмотря на то, что это далеко не “храмовый” класс, магическая мастерская на горе Окутама, которую соткали десятки магов, обладает огромной силой. Двум людям безрассудно входить туда и даже говорить о том, чтобы уничтожить ее.

Нет. Это не безрассудство.

Таким образом, она определенно вторгнется в мастерскую, которую можно назвать “храмом”. Тем не менее, у нее было достаточно свободы действий.

Монстр.

Эти два персонажа мелькают в сознании мужчины.

Ничего хорошего. Девушка, которая пытается улыбаться Кастеру как Слуга и Героический Дух, не может быть убита сама по себе. Невыносимое существование. Что следует называть неоспоримое дарование, однако, слова, что приходят к нему по-прежнему. Монстр.

Почему?

Ее талант, безусловно, великолепен.

Он и так прекрасно понимал, что она наводит ужас.

Однако великий маг, который овладел четырьмя Великими видами магии и даже обрел Философский камень - фон Хоэнхайм, великий Парацельс, достигший уровня Героического Духа, теперь служит ей? Какой бы одаренной она ни была, она определенно человек.

Она ни за что не сможет совершить такой подвиг, как заставить слугу подчиняться ей.

Если это так, то...

Как и прежде, у него возникает сильное подозрение. Почему?

Мастер Рейрукан: “Ты....... Почему, почему, почему ты подчиняешься этой девушке? Ты, который называл меня другом. Ты. Мастер Парацельс, я, должен был идти вместе с вами. Если мы станем магами-единомышленниками, у нас, безусловно, будет связь, не похожая на связь других Слуг......”

Есть. Он верил в это.

Слова, слетавшие с его уст, всегда были полны мудрости и в то же время даже сострадания к людям. Он был убежден, что личность, о которой многие маги говорят, что она ценна для большей части человечества и от которой следует отказаться во время обучения, на самом деле соответствует Героическому Духу, концу героев и великих людей в истории и мифах.

Но.

Как простой факт.

Он наложил проклятие на Мисаю, свою любимую дочь.

Это стало еще темнее, глубже и уже не поддается исправлению с тех пор, как он впервые обнаружил это.

Когда именно он это сделал――――

Мастер Рейрукан: “Ответь мне, Кастер...!”

Нет ответа.

Даже когда этот человек, мастер Рейрукан, кричал на него, вокруг была только ночная тишина.

Неужели он больше не тот молодой человек, который когда-то называл его Хозяином?

Вместо этого девушка что-то прошептала ему.

Нежно. Любезно. Издавая где-то там озорной звук.

Обращаясь к мужчине, который не может пошевелиться из-за того, что его колени все еще подогнуты.

Манака: “Дядя Рейрукан. Тебе не нужно так бояться меня.”

Она была красивой девушкой.

Девушка, которая глубокой ночью оказалась в цветущем саду.

Война за Святой Грааль. В которой семеро людей и слуг убивают друг друга с помощью Магов и Героических Духов. Такая пропитанная кровью опасность и жестокость происходят в ужасно далеком мире, в который можно заглянуть из рая, наполненного только добротой и улыбками. Это даже наводит его на мысль о подобной иллюзии.

Девушка.

Сияние.

Принцесса.

Она была существом, подобным этим.

Манака: “Месектет". Очень страшный сфинкс Абу-эль-Хол. С таким количеством Благородных Фантазмов и якобы непобедимым Райдером, ты все еще не понимаешь, что здесь происходит?”

Она улыбается.

Нежно.

Манака: “Мой Сейбер сражается в Токийском заливе.... с Арчером и Лансером в качестве статистов. Может быть, Райдер победит их троих”.

Она улыбается.

Она прищуривает глаза.

Манака: “Так что, соберись. Ты еще не потерял своего друга Кастера. Он все еще проявляет себя, просто немного общается со мной”.

Она улыбается.

Как будто она действительно наслаждается чем-то от всего сердца.

Для чего. Это из-за ее превосходства? Мужчина, у которого колени прилипли к каменной мостовой, и который только смотрит на нее, не в силах подняться, не поймет этого. Он никогда не поймет, что девушка просто наслаждается всем, что она делает, изнуряя себя ради того, кого любит.

Он просто чувствует это.

За ее сверкающими глазами, в которых отражается сияние звезд и луны, скрывается бесконечная бездна.

Манака: “Твой друг. Кастер. Несмотря на то, что он помогает мне сегодня, он не так уж плох. Благодаря ему мой драгоценный Сейбер может владеть своим мечом даже в Тентирисе Рамессеума, которого отправил на тот свет Райдер.

Он действительно такой драгоценный? В конце концов, этот меч - честь, и он может даже преодолеть время.

Да, девушка сказала――――

Она напевает песню.

Это песня феи, танцующей в саду под лунным светом, льющимся на нее?

Это песня святого, который благословляет Войну за Святой Грааль?

Или.

Это пророчество Потнии Терон о конце света, которая приветствует нечто, пришедшее из бездны?

Манака: “Прошлое. Настоящее. И будущее”.

Она хихикает.

При этом у нее вырывается слабый смешок.

Манака: “Это превосходит все времена. Сама по себе несбывшаяся мечта многих людей, форма возвышенной “славы”.

Круг за кругом.

Танцуя, как большой цветок.

Манака: “Это сверкающий меч, которым владеет непобедимый царь. Капля звездного света...”

Она кружится.

Она смеется, поворачивается и высоко поднимает левую руку.

Манака: “----Фуфу. Я уверен, это прекрасно. Как его меч пронзает токийскую ночь. Вот почему я должен покончить с этим как можно скорее. В противном случае я, возможно, не смог бы как следует разглядеть свет отсюда или из глубины гор Окутамы, которые находятся далеко от моря”.

Когда она это говорит.

Девушка, дразня, закрывает правый глаз. Понимает ли она? Ее жест пытается передать что-то неожиданное. Он не знает. Он не может продолжать думать. Он уже был на пределе.

Мастер Рейрукан: “Гу-гу-гу...”

Мужчина стонет, как будто его заводят жесты девушки.

Что-то красное проливается на каменную плитку палисадника. Звук льющейся воды отдается эхом всплеска.

Поле его зрения сильно затряслось.

Внезапное повреждение, которое он получил, он сразу же понимает по острой боли во всем теле. Это не связано с какой-либо атакой. Все повреждения и боль исходят изнутри него самого. Даже если он отчаянно пытается подавить их магическим лечением, он на пределе своих возможностей.

В результате вот что.

Этот человек не знает точной ситуации, связанной с ожесточенной битвой, которая сейчас происходит в Огромном храмовом комплексе, возвышающемся над Токийским заливом. Эта область, которая существует в виде Шарика Реальности, не допускает магической дальнозоркости или ясновидения и не позволяет фамильярам проникнуть в нее.

Но один факт остается фактом.

Во время той решающей битвы――――

Тот факт, что Кастер, безусловно, предал Райдера в разгар борьбы не на жизнь, а на смерть против “трех рыцарей” - Арчера, Лансера, Сейбера и Райдера, который является владельцем великого храмового комплекса. Другими словами, Кастер, слуга-мужчина, предал своего партнера, с которым заключил союз с помощью контрактной магии.

Это нарушение контракта.

До тех пор, пока они не подпишут Свиток самозащиты, магический контракт, скрепленный кровавой печатью, если они нарушат контракт, то понесут соответствующее наказание. В частности, магический герб на его теле нанесет мужчине такой вред, как этот.

Он, вероятно, лишится жизни, если оставит это в покое.

Толстые кровеносные сосуды, которые поднимаются от его шеи и виска, опасно вздулись и пульсируют.

Он умрет, только если нарушит союз, который создает партнерство, пока они не станут последними двумя Слугами. Потому что это такой контракт, такая Клятва верности. Волшебный герб автоматически уничтожит их тела. Есть только один способ остановить это, и это немедленно прекратить действие, приличествующее предательству.

Мастер Рейрукан: “Кастер! Я приказываю своему другу со степенью магистра----!”

Кричит мужчина.

Он прекрасно осведомлен о существовании степеней магистра.

У него больше нет другого выбора, кроме как силой принудить Кастера, который все еще должен быть его Слугой, используя степень Магистра. Он прекратит любые предательские действия против Райдера прямо сейчас.

А затем, с помощью оставшихся у него степеней магистра, он заставит его снять проклятие, наложенное на его любимую дочь, и уничтожить девушку, которая является эквивалентом монстра.

При условии, что порядок казни будет изменен на противоположный.

Сначала он убьет эту девушку, которая является его главным препятствием и даже становится для него проблемой.

Затем он спасет свою дочь Мисаю.

Он может отложить приостановку своей двойной игры напоследок.

Мастер Рейрукан: “Чтобы убить, Манака Са......!”

Если он израсходует все свои степени магистра, он не сможет выиграть Войну за Святой Грааль.

Но даже в этом случае мужчина решает, что ему все равно.

Здесь. Сейчас, в этот момент, самое время использовать его степень магистра.

Он знал, что его скелет и внутренние органы уменьшаются в размерах. Это эффект магии контракта. Обычный человек не может вынести ощущения, когда его пожирают изнутри. Мужчина с удивлением признает, что у него хватило силы воли продолжать говорить и вынести это.

Он выдержит это. Слово. Осталось всего одно слово.

“Убей ее”.

"Все, что тебе нужно сделать, это упомянуть об этом!"

Если Кастер раскроет истинное имя своего Благородного Фантазма, даже Слуга разлетится в разные стороны.

Независимо от того, каким природным талантом она обладает, в конце концов, она всего лишь девушка, которая является обычным человеком!

Манака: “Фуфу”.

Ее смех.

Он похож на звон колокольчика.

Глаза девушки в упор смотрели на мужчину.

"Какого черта, когда она успела подойти ко мне?"

Она должна была находиться на расстоянии.

Нет никаких признаков того, что она использовала магию. Однако, девушка находится прямо перед его глазами, всего в нескольких сантиметрах от него. Мужчина замолкает, когда его пронзает пристальный взгляд ее ясных глаз. Его язык не двигается.

Мастер Рейрукан: “......Нгх!”

У него не двигается не только язык.

Его руки. Его ноги. Все в его теле не может двигаться.

Манака: "Сдавайся, дядя. Пожалуйста, официально передайте Кастера мне. Я бы хотела, чтобы мистер Парацельс сделал для меня еще кое-что”.

Мастер Рейрукан: ".........Вы, должно быть, шутите, да?..”

Он говорит ей словами, двигая языком по губам, которые не могут двигаться.

В то же время из его ротовой полости вытекает много крови, затрудняя даже его дыхание, которое и без того становится редким. Возможно, это из-за действия магии контракта, или из-за того, что он бросает вызов взгляду девушки. В любом случае, именно его необычайная сила воли заставила его подать голос в этой ситуации.

Как отреагирует симпатичная девушка на это упорство и энергию?

Будет ли она жалеть его?

Будет ли она печалиться о нем?

Или она ответит на это чувство сочувствием?

Манака: "Фуфу. Понятно, тогда в таком случае”.

Она улыбалась.

Напоминая ему о цветах в полном цвету.

Манака: “Я создам слабость, чтобы заставить тебя сдаться. Половина работы уже сделана, так что я закончу прямо сейчас”.

Она улыбалась.

При этом ее слова, губы и глаза были полны невинности.

Манака: “Вообще-то, я думала сначала заняться этим...”

Она улыбалась.

Великолепная, как цветы.

Невинная, как ангел.