Деяния крайне высокомерного злодея-дворянина (LN) Kuroyuki Yukiha Похоже, я угодил в тело злодея из фэнтезийного романа. Я — Люк Визария Гилберт, аристократ с пугающе сильными задатками, которому судьбой предначертано пасть от руки героя, считавшегося у меня бездарем. Чтобы не сгореть в финале, который так ждут читатели, мне остаётся лишь работать без остановки и не терять голову от гордыни. Идя наперекор року и целенаправленно качая силу, Люк поступает в Академию Магии Аслана, чтобы стать первым на своём курсе! Под его знамёна встают и блистательная наследница знатного Дома, и серый кардинал, которому в сюжете делать было нечего, и даже героиня, обязанная быть союзницей главного героя!? ==================== Иллюстрации [[image:/storage/reader-images/833750ec609299162bd656b475a660f775e4ab04.jpg]] [[image:/storage/reader-images/6bfe5b415d19838f0daaae917ed13b50ff190f12.jpg]] Текст иллюстрации: — Значит, это и есть главный герой? — Подожди, Лили! Тебе нельзя бегать! — Отлично, мы успели вовремя! Лили Акрил Рамри Волевая и храбрая девушка, близкая подруга Абеля. Она беспокоится из-за того, как сильно он себя загоняет. Абель Главный герой этого мира. Трусоватый, но добрый мальчик с тёмным и болезненным прошлым; он поступает в Магическую академию Аслана в поисках силы. [[image:/storage/reader-images/37b08dbae46c22ac50015446856234872733a078.jpg]] Текст иллюстрации: — Доброе утро, Люк. Я услышал голос. Похоже, Элис тоже уже проснулась. — В постели ты так же хорош, как и с мечом. Ты правда совершенство. — Заткнись. Оденься наконец. — О, разве у нас нет времени? [[image:/storage/reader-images/4487b30536e6e860ee708c827de1e89e6c617246.jpg]] Текст иллюстрации: Мия Клайн Леннокс Застенчивая девушка из другого дворянского рода. Она считает Элис соперницей, но скоро её судьба окажется в руках Люка, и он сможет вертеть ею как пожелает. Люк Уизария Гилберт Злодей этого мира фэнтезийной новеллы. Нелепо талантливый аристократ, которому почти всё даётся без малейших усилий. Теперь, когда я переродился им, суждено ли ему всё равно привести себя к гибельному концу, или я смогу создать собственный счастливый финал?.. Элис Рун Лонсдейл Красивая и талантливая старшая дочь влиятельного дворянского дома. Вскоре после знакомства с Люком она становится его невестой. Элис — настоящее воплощение ледяной королевы и смотрит свысока на всех, кроме Люка. ---------- Начальные иллюстрации [[image:/storage/reader-images/d0046a4481c2d1ee92eb56d118458226e7968eb4.jpg]] [[image:/storage/reader-images/ab8e1ee2c960a511ec3f6259b3e7fcf6c4ddc8e6.jpg]] [[image:/storage/reader-images/e34b6601dbfd362a7ed15d9badc05ed7f804cf0c.jpg]] [[image:/storage/reader-images/8f5a43934d19cc557a6c8747dfea918843e9f442.jpg]] [[image:/storage/reader-images/8c183c80b1391e0dd0b4f90e5f895c2371651b1c.jpg]] ---------- Пролог Ах да, я злодей-дворянин. Я понял это внезапно. Вернее, правильно будет сказать, что я вспомнил. Это фэнтези-мир из одного ранобэ. И я не его протагонист, а злодей-дворянин… Я только что заметил этот факт. Итак, что мне теперь делать? — Люк, что-то не так? — …… Просто думаю о всяком. — Вот как? Твоя еда остывает, так что не увлекайся, хорошо? На столе лежит куча вилок и ложек. Я попробовал поесть до боли экстравагантные блюда, но…… они довольно безвкусны. Неестественное ощущение этой реальности дошло до меня поздновато…… Что это такое? О, да ладно, блин, как это вообще возможно? Уа-а, ну и что мне делать? Сначала разберёмся, что это была за история…… а-а-а, вот отстой, я вообще не помню. Я смутно помнил сеттинг и персонажей. Но на этом всё. — Извини меня, матушка. Мне немного не по себе, могу я отдохнуть в своей комнате? У меня больше не было сил на то, чтобы поесть. Прямо сейчас я хотел бы использовать время, которое у меня есть, чтобы понять текущую ситуацию. — Э-э? Ты в порядке, Люк!? Сейчас же позовите священника… — Незачем. Я просто немного устал. — Я-ясно…… тогда ладно. Но если почувствуешь себя плохо, сразу скажи мне, хорошо? — Хорошо. Отвечая покороче, я встал с места, но… — …… Люк. Меня окликнули. — Да, отец? — Ты уверен, что с тобой всё в порядке? — Да. Я не вру. — Ладно, тогда отдохни. Альфред, немедленно дай мне знать, если будет что-то необычное. — Вас понял, милорд. Ей-богу…… мои родители, как всегда, чрезмерно опекают меня. Думая так, я пошёл в свою комнату со своим дворецким по имени Альфредом. Понятно, вот так и создаётся персонаж Люк. Хоть и крайне расплывчатые, но у меня есть эти воспоминания с точки зрения Люка; но я практически не помню эпизодов, чтобы кто-то вообще ругал меня. Вундеркинд, который может сделать почти всё, в любое время. Семейное окружение, где, как бы я плохо себя не вёл, не было никого, кто бы меня ругал. Неудивительно, что у него такая завышенная самооценка. А ещё он был высокомерным и непочтительным. Честно говоря, я должен сказать, что именно эта среда и сформировала его личность. — Что ж, господин Люк. Если вам что-нибудь понадобится, пожалуйста, дайте мне знать. — Ага. Пока Альфред остался ждать перед дверью, я вошёл внутрь и нырнул прямо в постель. Зарывшись лицом в подушку, я позволил своим мыслям блуждать. Итак, что мне теперь делать? Как мне поступать с этого момента, чтобы обрести счастливую жизнь? Давайте немного подумаем о своём будущем. Должно быть, благодаря необычайно талантливому уму, мириады мыслей проносились в моей голову за считанные мгновения. Но…… сколько я ни думал об этом, ответ был только один. Моя цель… быть счастливым. Я уже стал злодеем в роли Люка, так что ничего не поделать. Протагонист всё равно меня побьёт. Вроде бы имя протагониста начинается с «А», но я не могу его вспомнить из-за тумана, что застилает мою память. Ну и ладно, со временем вспомню. В любом случае, я хочу жить счастливой жизнью. Я хочу, чтобы у моей жизни был хэппи-энд. К счастью, я аристократ. Так что с большинством вещей проблем не будет. Хотя…… Ничего не делать — скучное дело. Это же фэнтези-мир. Я никак не могу противиться сильному желанию в полной мере насладиться мечами и магией… Ну да, мне нет смысла здерживаться. В этот момент мне вдруг пришла в голову мысль. — …… Точно. Может стоит постараться? Насколько я помню, «персонаж Люк» вообще никогда не прилагал особых усилий. На самом деле ему и не нужно было прилагать никаких усилий. Люк с самого начала обладал способностями, которые люди приобретали упорным трудом. Поэтому никто никогда не жаловался на его характер, даже если он был в высшей степени высокомерным и непочтительным. Он был поистине высокомерным персонажем… Ну, он так называемый хейт-персонаж. Он существует только для того, чтобы собирать ненависть и доставлять читателю удовольствие, когда протагонист даёт ему пощёчину. Я точно не хочу, чтобы это произошло, но…… это звучит интересно. Персонаж, который не должен прилагать усилий, прилагает усилия. Мне немного любопытно посмотреть, какие изменения он принесёт в этот мир. Что ж, попробуем выложиться на полную, ведь мне сейчас 10 лет. У меня есть талант к магии, я, наверное, поступлю в магическую академию в королевской столице в 15 лет, если всё будет хорошо. Вот что говорит мне память Люка. …… Но почему-то мне кажется, что я встречусь с ним, когда пойду в эту академию, — протагониста. Ну да ладно, моё желание узнать о магии с отрывом перевешивало желание увидеть протагониста. Кроме того, я думаю, что в таком мире сила напрямую связана со свободой. Чем вы сильнее, тем больше у вас возможностей. По этой причине, чем раньше я начну изучать магию, тем лучше. Но у меня ещё 5 лет до поступления…… Итак, что мне сейчас себя занять? Самообучением? Нет, пожалуй, мне лучше подыскать кого-то, кто сможет наставлять меня. Точно, мне ещё нужно научиться обращаться с мечами. Я должен научиться владеть не только магией. Если подумать, что это за персонаж, или, вернее, в чём я лучше: магии или мече? Я знаю, что я талантлив и в одном, и в другом, но нет ли у меня какого-то дисбаланса? Хм, может и был, но я вообще не помню. Мда уж, от моих воспоминаний никакого проку. Так что лучше изучу оба дела на данный момент. Затем, если я обнаружу, что у меня что-то хорошо получается, я могу сосредоточиться на этом. — Кажется, курс действий определён…… фу-фу-фу, становится интересно! Я невольно заговорил сам с собой… Правильно, жду с нетерпением. Сначала я растерялся, но глубоко в душе пылало пламя страсти. Я не могу унять своё наслаждение этим миром. … Тук, тук. Послышался стук в дверь. Мои горячие мысли быстро остыли. — Господин Люк, как вы себя чувствуете? Прошу прощения, милорд попросил меня проверить вас и доложить ему. — А-а, у меня всё хорошо. Я невольно ответил немного сварливо, так как меня сбили с мысли… Хм, погодите. Дабы подтвердить свою мысль, которая резко пришла мне в голову, я открыл дверь с грохотом. — Эй, Альфред…… вы? Что-то не так. — Аль…… фред. — Что такое, господин Люк? Я не могу обращаться с почетнием. Я собирался обратиться к Альфреду на «вы». Это нормально — употреблять почтительную речь к людям старше вас. Но я не могу её употреблять…… Нет, не совсем. … В глубине моей души лежит сильное чувство, что «мне незачем обращаться с почтением к простому дворецкому». Что это? …… Означает ли это, что натура «Люка» всё ещё жива? Я снова посмотрел на Альфреда. Морщинистое от старости лицо. Но в нём чувствуется грациозность и он, объективно говоря, красив; его телосложение нисколько не увяло. Ну ещё бы, ведь Альфред — человек, который раньше занимал пост заместителя лорда-командующего королевского ордена рыцарей. Я только что вспомнил это. Я подумал, что он идеально подойдёт для того, чтобы учиться у него фехтованию, но я не могу…… сказать это. Как я должен просить дворецкого научить меня? Я лучше умру, чем сделаю что-то настолько постыдное. …… Ха? Что это за непреодолимое и сильное чувство? Чёрт, почему я должен проходить через все эти неприятности только для того, чтобы попросить его научить меня владеть мечом!? — Альфред, ты можешь… Гу-гу-гу-гу…… блин, я потерял дар речи! Ещё немного!! — Можешь меня-я-я-я-я… А-а-а-а-а!!!! — Можешь меня-я-я-я-я-я-я! — Чем я могу вам помочь, господин Люк! А! Вы плохо себя чувствуете…? — Да не-е-е-ет! Я невольно выкрикнул. Я чувствовал, как пот струится из моего тела. Мои глаза, наверное, тоже налились кровью. — Ха-ах…… ха-ах… Не выходит, я не могу спросить. Как бы я ни пытался спросить, я не мог найти слов. Что это за проклятие такое…… отстой. Неужели, я так и останусь «Наглым Люком», как бы я ни старался? Нет, я должен изменить своё мышление. — Научи-и…… мен-я-я…… мечу-у. Я сказал это!! Мне удалось сказать это в повелительной форме!! Альфред, простите меня! Я знаю, что причинил вам кучу неприятностей в своей жизни! Мне искренне жаль! Я опустился на колени, по крайней мере, мысленно. — …… Что? Что вы только что сказали? Когда я почувствовал облегчение, Альфред произнёс пару слов, которые пустили насмарку мои старания…… Да вы шутите, что ли? — Ты меня не слышал…? Эй, Альфред!! Для меня будет чересчур повторять это! …… Ну да ладно, я сделаю это; если он научит меня владеть мечом, я сделаю это столько раз, сколько понадобится. — Научи меня-я-я-я-я-я-я…… мечу-у-у…! — Нет, извините. Из-за старости я не могу поверить своим ушам. — Ха-ах…… ха-ах… Понимаю. Я молча ждал его ответа. Альфред замолк, казалось, о чём-то думая. Но пожалуйста, пожалуйста, не отказывайся. Я так стараюсь сопротивляться, но не знаю, что сделаю, если ты откажешься. Реально, хуже и быть не может…… Не, ну серьёзно, что это за проклятие? — Я вас понял. Если вас это устраивает, я возьму на себя эту обязанность. — ………… Каким-то образом мне удалось получить его одобрение…… Хорошо. Но я не могу выразить ему свою благодарность. Боюсь, если я сейчас открою рот, то скажу что-нибудь ненавистное, поэтому мне приходится держать рот на замке. Простите меня, Альфред… Я благодарю вас от всего сердца. Ха-а… Интересно, наступит ли когда-нибудь хэппи-энд для меня, кто даже не может сказать одно-единственное слово «спасибо»…? ---------- Злодей-аристократ пробуждается Однажды вечером за ужином я внезапно осознал — или, пожалуй, «вспомнил» — кое-что важное. А. Точно. Я злодей-аристократ. Я отчётливо понял, что каким-то образом существую не в своём мире, а в мире одной фэнтезийной лайт-новеллы. Хуже того, я даже не главный герой… Я аристократ-злодей. Впрочем, на этом мои осознания и закончились. И что теперь? — Что-то случилось, Люк? — Я… просто задумался. — Понятно. Что ж, не забудь поужинать, пока всё не остыло. На столе красовалось множество роскошных блюд, рядом поблёскивали всевозможные дорогие приборы. Я попробовал одно блюдо, но во рту всё казалось безвкусным. Странная реальность происходящего окончательно ударила по мне с запозданием в несколько мгновений. Серьёзно, такое вообще возможно? Чёрт, что это была за история? Я не помню, как там всё развивалось. Так, сеттинг у меня есть, может быть, какие-то персонажи… и всё. Сейчас точно не время есть. Нужно разобраться в ситуации. — Прошу прощения, матушка. Я чувствую себя немного нехорошо и хотел бы на этот вечер удалиться к себе. Позволите мне выйти? — О боже, с тобой всё в порядке, Люк? Я немедленно велю позвать священника… — В этом нет необходимости, — быстро вмешался я. — Я просто немного устал, вот и всё. — П-правда? Что ж, хорошо. Но ты обязательно скажи, если тебе станет хуже. — Да. Я ответил как можно короче и быстро вышел из комнаты. Мой дворецкий последовал за мной по коридору. Затем меня окликнул ещё один голос. — Люк. Я остановился. — Да, отец? — Ты точно в порядке? — Да. Я говорю правду. — Хорошо. Тогда иди. — Он повернулся к моему дворецкому. — Альфред, немедленно сообщи нам, если заметишь какие-либо изменения в его состоянии. — Разумеется, господин. Господи, какие же они заботливые до крайности родители. Хотя, наверное, именно поэтому Люк и вырос таким. Воспоминания Люка, пусть и очень расплывчатые, хранятся у меня в голове, и среди них почти нет таких, где его ругали. Я настолько талантлив, что практически всё могу сделать с первой попытки. И даже когда я полностью неправ, никто не осмелится отчитать меня — точнее, его. Конечно, от такого станешь заносчивым и самодовольным. Он — само воплощение высокомерия. Его характер явно во многом сформировала среда. — В таком случае, господин Люк, позовите меня, если вам что-нибудь понадобится. — Хорошо. Альфред оставил меня у двери моей комнаты. Оказавшись внутри, я сразу нырнул на кровать и уткнулся лицом в груду подушек. Я отчаянно пытался обуздать мысли, которые неслись наперегонки. Что мне теперь делать? Какая у меня цель? Какая цель у Люка? Серьёзно, куда двигаться дальше?! Некоторое время я перебирал возможные варианты. Благодаря выдающимся умственным способностям я мог мгновенно прогнать через голову бесчисленное множество сценариев. Но как ни посмотри, ответ был только один. Цель проста: счастье. Теперь я злодей по имени Люк, и изменить это никак не могу. В конце концов главный герой придёт и побьёт меня, потому что именно так и положено происходить с антагонистом. Хм, как там звали протагониста? Кажется, что-то на «А»? Не могу толком вспомнить. Надеюсь, потом всплывёт. В любом случае я хочу, чтобы у моей истории был счастливый финал. Хочу прожить счастливую жизнь. К счастью, как аристократ, я едва ли буду сильно нуждаться в чём-то материальном. Но жизнь — это не только деньги, да и просто сидеть без дела было бы скучно. В конце концов, вокруг целый фэнтезийный мир, с магией, фехтованием и приключениями. Меня тянет выбраться наружу и исследовать его, и почему нет? Какой смысл сдерживаться? И тут меня осенило. — Мне правда стоит постараться. Похоже, этот персонаж по имени Люк в истории просто плыл по течению на своих привилегиях и вообще никогда ни к чему не прикладывал усилий. Ему никогда не приходилось стараться. С самого начала у него было всё, ради чего большинству людей приходится биться годами. Поэтому он силён и неуязвим для критики, хотя рядом с ним невероятно неприятно находиться. Он из тех персонажей, которых читатель должен ненавидеть; они существуют только затем, чтобы доставить удовольствие в момент заслуженного возмездия. Но я совершенно не заинтересован играть эту роль. Зато теперь я вижу, что оказался в любопытном положении: что будет, если этот ленивый, мерзкий персонаж всё-таки всерьёз за что-то возьмётся? Мне невольно интересно, как это изменит мир. Впрочем, забегать вперёд не стоит: на этом этапе истории мне всего десять лет. Если я продолжу в том же духе и буду следовать сюжету, то в пятнадцать лет меня примут в магическую академию в столице. По крайней мере, так подсказывают воспоминания Люка. Похоже, именно там я, к сожалению, и встречу главного героя… Нет, неважно! Желание научиться магии куда сильнее моего нежелания с ним встречаться. А главное — свобода человека прямо связана с тем, насколько он силён, особенно в этом мире. Чем больше у тебя силы, тем больше вариантов перед тобой открывается. Нужно начать учиться магии как можно раньше. До поступления в академию у меня есть пять лет. Может, заниматься самому до тех пор? Нет, лучше найти кого-нибудь, кто сможет меня учить. И не только магией нужно заняться; надо научиться обращаться с мечом. Кстати, в чём он — то есть я — лучше? Разумеется, от природы я одарён и в магии, и в фехтовании, но есть ли что-то, что выделяется особенно? Хм… Если и было, я не помню, так что пока буду изучать и то и другое. Потом всегда смогу сместить акцент. — Курс определён… Му-ха-ха! Сейчас начнётся самое интересное. Я не удержался, и несколько слов внутреннего монолога сорвались у меня с губ. Да уж, я жду этого с нетерпением. Сначала я растерялся, но теперь загорелся. Да, всё это странно, но это же не значит, что здесь нельзя немного развлечься. По-моему, не развлечься будет просто невозможно. Стук в дверь выдернул меня из разбежавшихся мыслей обратно в реальность. — Господин Люк, вы в порядке? Прошу простить вторжение, но ваш отец велел мне проверить ваше состояние. — Да, всё нормально, — коротко ответил я, немного раздражённый тем, как мои мысли окатили холодной водой. Эй, постойте-ка. Разве в итоге не выяснялось, что дворецкий на самом деле… Смутное воспоминание всплыло в голове, и мне нужно было убедиться. Я открыл дверь. — Ты. Альфред-са… кх. А? Странно. — Аль… фред. — Чем могу служить, господин Люк? Хм. Почему я не смог вежливо обратиться к нему «Альфред-сан»? Меня всегда учили уважать старших и использовать должные уважительные обращения, но слова просто не вышли. Или, скорее… «Тебе незачем проявлять почтение к простому слуге». Свирепый голос поднялся откуда-то из глубины и заставил меня замолчать своей праведной яростью. Что это было?.. Внутри меня всё ещё осталась часть воли Люка? Я снова посмотрел на Альфреда. Его лицо избороздили морщины и следы возраста, но держался он изящно, а под обветренной кожей ясно угадывалась крепкая мускулатура. Честно говоря, он был весьма хорош собой. Очень подходяще для человека, который когда-то служил заместителем капитана Королевских рыцарей. Похоже, он был бы идеальным человеком, чтобы научить меня обращаться с мечом… Но я никогда не смог бы такое вынести. Я — и стану учеником жалкого дворецкого? Да я скорее умру, чем стерплю такое унижение! А?.. Воля Люка… Она такая сильная, так трудно ей сопротивляться. Чёрт, почему я не могу просто попросить? — Альфред, ч-ч-чай… Уф. Чёрт, почему я не могу произнести нужные слова?! Почти получилось! — Ч-ч-чай… Аргх! — Чааааай… — Что случилось, господин Люк? — с лёгкой тревогой спросил он. — Ах, вам нездоровится? — Нет! Ответ вырвался у меня криком, но я ничего не мог с собой поделать. От напряжения всё тело покрылось потом, и я представлял, что глаза у меня, наверное, налились кровью. Я задыхался, совершенно вымотанный. Бесполезно. Я не могу произнести эти слова. Что это за проклятие?.. Как бы я ни сопротивлялся, в конечном счёте я всё равно высокомерный, мерзкий Люк. Просто заносчивый богатенький мальчишка, который слишком зазнался, чтобы просить кого-то о чём бы то ни было, особенно дворецкого. Давай, думай, должен же быть способ… — Я… приказываю тебе… н-научить меня… м-мечу! Ха! Получилось! Люк не просит, он требует. Вот лазейка — я могу просто приказать ему сделать это. Физически я, конечно, не мог унизиться до просьбы. Но духовно и эмоционально опустился на колени и поклонился так низко, как только мог. — …Прошу прощения? Что вы сказали, господин Люк? Слова Альфреда в один миг выбили из меня весь дух. Да ты издеваешься. — Ты… серьёзно не услышал?.. Ну же, не надо так, Альфред-сан! Я не выдержу, если придётся пройти через это снова! Но если придётся, я сделаю это. Сколько угодно раз! — Н-научи меня… м-мечу…! — Прошу прощения. Я стар и на мгновение усомнился в собственном слухе. — Фух… Ладно, — выдохнул я. Альфред молча задумался, а я с тревогой ждал его ответа. Пожалуйста, не отказывай мне. Я очень стараюсь бороться с этим, но не знаю, что сделаю, если ты скажешь нет. По всем воспоминаниям Люка я вижу, сколько неприятностей доставил тебе, Альфред-сан. — Понял. Если вы сочтёте меня достойным этой задачи, я буду служить вашим наставником, господин Люк. Я был в восторге, но не рискнул отвечать. Проклятие острого языка богатого мальчишки могло всё разрушить, стоит мне открыть рот. Вместо этого я просто подумал: мне правда жаль за всё это, и я правда очень благодарен. Господи, как я вообще найду счастливый финал для этой истории, если не могу сказать даже простое «спасибо»?.. ---------- История начинает сходить с рельсов Меня зовут Альфред Диг. Раньше я был заместителем лорда-командующего королевского ордена рыцарей, но это было давным-давно. Я давно вышел на пенсию и сейчас работаю дворецким в Доме Гилбертов. Я уже не один год работаю дворецким…… но я до сих пор думаю про себя. Лучше бы я не становился дворецким. Я терпеть не могу…… дворянские круги. Я в принципе не создан для этого. Тогда почему я до сих пор дворецкий? Что ж, я расплачиваюсь за своё. В своё время я допустил огромную ошибку в суждении на поле боя, и многие товарищи погибли из-за моего приказа. Они до сих пор мне снятся… тени моих погибших товарищей. Лорд-командующий сказал мне, что в тех сложившихся обстоятельствах это было неизбежно, и что это не моя вина, но я не мог себя простить. Вот почему я перестал быть рыцарем. Он также посоветовал мне стать инструктором, но как я мог работать на такой должности после того, как из-за моей бездарности мои товарищи погибли? Именно поэтому я отказался от должности инструктора и стал бродить по улицам, пока меня не подобрал предшественник Дома Гилбертов. Он был любознательным человеком. Будучи простолюдином, я даже не умел владеть речью, поэтому он с нуля научил меня вести себя как дворецкий. Я ещё тогда ненавидел аристократов, но благодаря этому человеку мои ценности немного изменились. Но опять же, тот человек был просто чудаком. Начиная с нынешнего поколения, они превратились в поганых дворян, которые смотрят на всех простолюдинов свысока, как будто они совершенно разные люди… Ну, это вполне нормально для дворян — смотреть на нас свысока. На самом деле Дом Гилбертов лучше, потому что они просто смотрят на них свысока и не делают ничего плохого. Ну, эта работа не для меня, но я научился одному трюку: полностью отделять свой разум от тела. Я спокойно делаю свою работу. Это всё, что нужно делать. Я уже давно так делаю, и сегодняшний день ничем не отличается. Я не собираюсь меняться…… не собирался меняться. — Можешь меня-я-я-я-я… Этого парня, который внезапно начал кричать прямо передо мной, как будто ему было больно, зовут Люк Визария Гилберт. Он старший сын Дома Гилберт. Горничные часто рассказывают о том, что этот парень может всё круто сделать, если постарается. На самом деле этот малыш необычайно находчив. Но он мне не нравится. Мне не нравятся глаза этого юнца, глаза, которые смотрят на всё свысока. Но сегодня он немного отличался. Он как будто боролся и отчаянно противился чему-то; это явно не было нормально. Как бы сильно я не любил дворян, я никогда не забуду оказанную ими услугу. Однако до этого я ни в коем случае не могу оставить без внимания аномалию, которая очевидна с первого взгляда. Поэтому я упреждающе спросил: — Чем я могу вам помочь, господин Люк! А! Вы плохо себя чувствуете…? — Да не-е-е-ет! … Судя по его виду, он не болен. Тогда что, чёрт возьми, с ним? Я выучил большую часть того, что мне нужно знать, чтобы стать дворецким, но до сих пор понятия не имею, что сейчас происходит с этим парнем… Вернее, это произошло внезапно. Он никогда раньше не разговаривал со мной лицом к лицу. Он, наверное, даже не признаёт во мне человека. Этот малец был воплощением моего отвращения к дворянству. Но что сейчас? Он по-прежнему смотрит на меня этими надменными глазами. И всё же… пристально глядя ему в глаза, я вижу, что он отчаянно пытается что-то сказать мне. Это единственное, что у меня вызывает немного хорошее предчувствие. Что ж, я ценю это, потому что до сих пор он вёл себя слишком дурно. — Научи-и…… мен-яя…… мечу-у. …… Что он только что сказал? Он хочет, чтобы я научил его владеть мечом? Научи меня мечу, — он это сказал? От так шутит, что ли? Фехтование — это то, что ненавидят дворяне, если только они не из рыцарской семьи. Это очевидный всем факт, да и Дом Гилбертов — не исключение. Этот малец, который наверняка думает о фехтовании как об игре для варваров, не умеющих использовать магию, теперь просит меня научить его владению мечом? — …… Что? Что вы только что сказали? Я рефлекторно переспросил. Мой мозг отказывался воспринимать слова, которые казались слишком нереальными. А затем мне на секунду показалось, что этот сопляк посмотрел на меня так, будто для него настал конец света…… Должно быть, у меня разыгралось воображение, да? — Научи меня-я-я-я-я-я-я…… мечу-у-у…! — Нет, извините. Из-за старости я не могу поверить своим ушам. — Ха-ах…… ха-ах… Понимаю. Видимо, я не ослышался. И всё же, что на самом деле с ним происходит? Почему он каждый раз начинает так болезненно кричать? Да ещё и запыхавшись… Ну да ладно. Я подумал минуту. Этот малец, вероятно, недооценивает искусство фехтования. Мастерству фехтования нельзя научиться за одну ночь. Это не та вещь, когда можно просто сидеть за столом и зубрить, как в магии. Вы учитесь ему через своё тело, снова и снова пачкаясь в грязи. Его родители ни за что не одобрят это, потому что они назовут это варварством, и все шишки полетят в меня. Ну, судя по всему, он вряд ли это серьёзно. Дворянская прихоть, просто шутка. Если это покажется ему хоть немного хлопотным, он, наверное, заскучает и бросит занятия. Вот к какому умозаключению я пришёл. — Я вас понял. Если вас это устраивает, я возьму на себя эту обязанность. — ………… … В то время я действительно думал об этом только так. На следующее утро он появился, как и обещал. Излишне говорить, что в душе я был разочарован. Если бы он не пришёл, мне бы не пришлось его учить. Но теперь, когда он здесь, я должен его учить. Ну что за проблема. Во всяком случае, я уже поговорил об этом с милордом. Он посмотрел на меня с крайним отвращением, но каким-то образом дал своё добро. Я передал мальцу меч. Разумеется, это была реплика. Будет не до шуток, если он поранится. — Сначала я покажу вам ката. Повторите за мной и взмахните мечом таким же образом. Даже среди тех, кто стремится стать фехтовальщиком, есть много тех, кто не любит ката. Причина довольно проста: это скучно. Если бы мне и правда пришлось взять ученика и учить его фехтованию, я бы сначала обучил его практическим навыкам. Я бы заинтересовал его мечом, а уже потом «ката». В любом случае, от «ката», которая несёт в себе все основы, никуда не деться. Ну и пусть. Моя цель — быстро объяснить этому юнцу, что мечи — это скучно. — Й, йо-йо-йо…… йоу-у-у-у…… ха-а…… ха-а…… дальше… …… Что за эмоциональная нестабильность у этого парня со вчерашнего дня? Серьёзно, он хочет, чтобы я поторопился? Даже если вы в состоянии просить наставления? Если я собираюсь взять ученика, то в первую очередь нужно проверить его хребет…… ну, эти мысли ни к чему… Давайте побыстрее с этим закончим. — Начинаем. … После нескольких взмахов. Просто посмотрев всего несколько раз на мои замахи, я был поражён особенностью его таланта. Даже если это “взмахи мечом”, это не так-то просто. Вы можете правильно размахивать мечом только тогда…… когда умеете пользоваться ногами, перемещать центр тяжести, передавать силу, выбирать время и дышать. Поэтому, если вы дадите любителю размахивать мечом, его движения будут случайными. Но этот малец…… он сделал это после того, как лишь единожды увидел, как я двигаюсь. Нет, это может быть случайность. …… Я опроверг эту интуицию, которая была близка к достоверности. После этого я какое-то время продолжал преподавать ему ката. И это становилось чем-то, что уже невозможно было отрицать. … Чудище. Это слово пришло мне на ум. — …… Господин Люк. Простите за вопрос, но у вас уже есть опыт обращения с мечами? Этого не может быть… Я уже знаю ответ. Я с ним 24/7. И всё же я ждал его ответа, потому что пытался как-то понять это непостижимое существо. — ……Ты реально так думаешь? Он посмотрел на меня снисходительным взглядом и спросил это. Но это уже не имеет значения. Это слишком тривиально. — Продолжим. — ………… Кое-как подавив свои хаотичные мысли, я продолжил преподавание ката. … Судя по всему, эмоция, которую испытывают люди, когда видят что-то, чего они не понимают, — это «страх». И я чувствую такой страх перед ребёнком, который держал меч в руках всего несколько минут, какой никогда не испытывал даже перед «лордом-командующим», которого я в итоге так и не победил. С каждым разом его движения становятся утончённее. Это аномальный темп роста. Этот малец, возможно, не знает этого, но он начал с точки, до которой обычному фехтовальщику придётся очень постараться, чтобы добраться до неё… Это невозможно…… от слова совсем. И вот, примерно час спустя после начала урока, который по идее должен был закончиться за жалкие минуты, я становлюсь свидетелем одного взмаха. Этот взмах только что… он был лучше моего? Мой меч не заржавел. Я дворецкий и телохранитель этого мальца, я не могу сосчитать сколько дней я не держал в руках меч, пока не достиг этого возраста. Этот малец что, всего за какой-то час владения мечом превзошёл меня? Я смутно припомнил разговор горничных. Господин Люк невероятен. Он может сделать что угодно мгновенно. Он, должно быть, гений. Вот что они говорили… Нет, тут другое. Этого юнца нельзя описать такими банальными словами. Чудище, нелюдь, девиант. Вот подходящие слова. — Господин Люк, на сегодня хватит. — …… Что, уже всё? Но мы ведь только начали? — Да, вы сегодня впервые взяли меч в руки. Нет смысла торопиться. — Ясно. Ну, раз ты так говоришь. Я отвёл господина Люка в его комнату, а затем пошёл к милорду. Мои ноги естественным образом двигались быстрее, и я не мог сдержать улыбку на своём лице. — 2-3 года……. он превзойдёт меня всего за 2-3 года… Должно быть, у меня сейчас на лице довольно жуткая улыбка. Но как тут не улыбаться? Как-никак, я бывший заместитель лорда-командующего королевского ордена рыцарей. Я был No.2 в этой стране, когда дело касалось навыков владения мечом, понимаете!? Будучи никем, я размахивал мечом столько, сколько себя помню. И подумать только, что меня превзойдёт малец, который держит меч максимум час, даже если он просто машет им? — …… Тах-ха! Вот так чертовщина! Перед таким бесподобным талантом я даже не могу испытывать зависть или ревность. Сомнений нет. Он был рождён, чтобы владеть мечом. — Я хочу увидеть… как далеко он сможет зайти. Меня охватило непреодолимое, сильное желание… Нет, я был очарован. Талантом, что воплощал собой дьявольский каприз. Продолжая идти, я постучал в дверь со всей силы. — Милорд, могу я поговорить с вами? — Входи. Итак, как бы мне начать? Ну ничего, я буду умолять, даже если для этого мне придётся пасть ниц. … Я хочу научить господина Люка владению мечом. Прошло около года с тех пор, как я начал учиться фехтованию у Альфреда. Мне очень хотелось начать учить магию, но даже если я начну много дел одновременно, то всё равно пройду половину пути. Было бы лучше сосредоточиться на фехтовании, пока я не завершу один шаг. …… Ничего себе. Фехтование…… это офигеть как интересно!! Мне сложно сказать, в чём именно, но мне всё равно интересно. Я обильно потею, и с тех пор, как я начал заниматься фехтованием, я стал намного лучше спать по ночам. И чем больше я занимаюсь им, тем больше чувствую, что у меня лучше получается. Это чувство реально вызывает привыкание. Но я никогда не побеждал Альфреда в тренировочном бою. Каждый раз, когда я проигрываю, меня охватывает сильное чувство унижения, которое я не могу вынести. А всё потому что я проигрываю простому дворецкому, и этот факт вызывает необъяснимую обиду. Не сосчитать сколько раз я проклинал Альфреда и самого себя от разочарования и раздражения. … Впрочем, то, что я наслаждаюсь всем этим, означает, что и впрямь не разбираюсь в человеческом сердце. Но я считаю, что это здорово, что мне удалось испытать это чувство на раннем этапе. Тот факт, что я был «побеждён» раньше, должно быть, оказал на меня огромное влияние, или, скорее, на “Люка”. Хотя, это вполне естественно, что я проигрываю. Всё-таки, мой соперник — бывший заместитель лорда-командующего королевским орденом рыцарей. По своей природе странно испытывать чувство сожаления, честно сказать. И вообще…… что? Не слишком ли строг Альфред? Особенно в последнее время; прошёл всего год с тех пор, как я взял в руки меч. Как и следовало ожидать, я проиграл и на этот раз. Я к тому, что он мог бы быть со мной помягче… — …… Прошёл всего год. Всего за год вы освоили практически всё — от азов фехтования до его применения. С другой стороны…… хотя, неважно. Э, когда это произошло? Это правда, что в последнее время частота тренировочных боёв сильно возросла, но… Альфред посмотрел на небо с таким выражением как будто он о чём-то думает. Как будто он с чем-то смирился. У него был такой взгляд, который можно было прочесть в любом случае. Затем он повернулся и посмотрел на меня, как будто принял какое-то решение. — Я…… служил заместителем лорда-командующего королевского ордена рыцарей… — Ты чего это? Я и так это знаю. Это результат моей попытки сохранить максимально вежливый тон. — Я сражался на многих полях сражений и отнял множество жизней. — ………… Не понимаю, почему Альфред вдруг так заговорил? Но мне захотелось понять как можно больше… Потому что Альфред — мой дражайший учитель. Я не могу отблагодарить его в полной мере. Вот почему я отчаянно пытался переварить эти слова и понять их, вращая свои мысли. — Меч — это не что иное, как инструмент, позволяющий отнимать жизни других. Важен разум его владельца. Тот, кто владеет мечом, сам решает, чего он хочет добиться своим отточенным мастерством меча. Вершить справедливость, иль творить зло…… Я прошу вас не забывать об этом. Сказав это, Альфред глубоко поклонился. Ну серьёзно, что с ним? …… Я не знаю. Что я должен сказать? В первую очередь мне хотелось бы поблагодарить его за то, что он помог мне продвинуться так далеко в тренировках, но…… нет, я не могу. За последний год я узнал, что “Люк”, воплощение высокомерия и непочтительности, не терпит такого. Тогда что мне сказать? — … Но. Слова Альфреда продолжались, словно прерывая разговор. И атмосфера вокруг него полностью менялась по мере того, как он говорил. — Я хочу увидеть, чего вы достигнете, даже если склонитесь ко злу!! Я хочу увидеть это, несмотря ни на что! Ах, не могу. Это желание совершенно неутолимо!! — …… Хм? …… Да чё это!? Что случилось с Альфредом!! У него глаза как у конченного психа!! Куда делся джентльмен Альфред!? Это из-за того, что я так старался!? Что за расхождение!? — Поэтому, с этого самого момента я буду учить вас различным техникам убийства вашего противника, которым я научился в ходе неоднократных обменов жизнью на полях сражений. Они совершенно отличаются от почтенного искусства фехтования королевства. Но я обещаю вам, что они помогут вам победить. Честно говоря, я бы хотел, чтобы вы прямо сейчас отправились на поле брани и ощутили атмосферу воочию, но…… я уверен, что ваш отец не одобрит такое. Какие ещё техники убийства!? Чему он пытается научить 11-летнего мальчика!? [[image:/storage/reader-images/333472ed4da174c934cc498ef61952c335482117.jpg]] Я не мог принят этот внезапный твис в реальности. Вот только… — Это всего лишь моё личное мнение, но я считаю, что какими бы грязными ни были используемые методы, это лучше, чем абсолютное поражение, которое равносильно смерти. — …… Хо-о. Внезапное преображение Альфреда. Я был в беспомощном недоумении от него, но одно его слово прямо-таки поразило меня изнутри. …… «Поражение». Я очень чувствителен к этому слову. Та самая вещь, которую ни за что не сможет принять жгучая натура “Люка” внутри меня, — «поражение». За последний год я потерпел столько поражений, что их не сосчитать. Снова и снова. Каждый раз, когда мы устраивали тренировочные бои, я проигрывал. Несмотря на это, моя самооценка ни капли не снизилась. Не смотри на меня свысока. Ты только подожди. Я буду на этом месте. Я обязательно тебя стащу. Этот голос эхом прозвучал в моей голове. И, возможно, по этой причине… — Ку-кух…… а-ха-ха-ха-ха! Я почему-то начал смеяться. — Да, верно. Это лучше, чем поражение. Твоё мнение абсолютно верно. Ты ни в чём не ошибаешься… Пока победа за мной, это всё, что имеет значение. — ……!! Верно…… всё именно так……!! Мои слова лились спонтанным потоком; они не прекращались. — Ты не исключение, Альфред. Не думай, что сможешь вечно смотреть на меня свысока. Однажды я и тебя побью. Ага, это может быть сущностью “Люка”, нет, теперь это может быть моей сущностью. Я уверен, что не смогу измениться, пока не умру. Обуздать эту чрезмерную самооценку невозможно, и единственный способ удовлетворить эту самооценку — это победить. Мне просто нужно продолжать побеждать. Господи блин, ну и мучительный же образ жизни. Реально мучительный. Ну да ладно… Может, всё не так уж плохо. Так что я просто сделаю это. — …… Это не заняло у него и 2-х лет, да? Мне кажется, что в последнее время я гораздо чаще разговариваю сам с собой. Интересно, почему? Если кто-то узнает об этом, не исключено, что я потеряю работу дворецкого. Мне надо избежать этого любой ценой. Ну, никогда не знаешь, что жизнь приготовила для тебя. Я никогда не думал, что доживу до того дня, когда мне захочется сохранить эту поганую работу. Прошло около полутора лет с тех пор, как я начал учить этого мальца…… нет, господина Люка, мечу. И сегодня… впервые я проиграл. Вот как тут не рассмеяться над этим? Мне хочется громко рассмеяться. Но я дворецкий. Я не могу дать кому-либо увидеть меня в таком виде. Поэтому я держал рот на замке и отчаянно пытался подавить нарастающие во мне эмоции. — Он правда…… он правда сделал это…! Нет, не только это. Он влёгкую превзошёл мои представления…! Ой, нехорошо. Я чувствую, как мои эмоции всплывают наружу. Я никогда не был с ним покладист. Наоборот…… я занимался с ним с убийственным намерением. Каждый раз, когда у меня был тренировочный бой с господином Люком, я чувствовал трепет, как будто мы действительно сражались за свою жизнь. Несмотря на то, что прошло много времени с тех пор, как он начал учиться фехтованию, он действительно шёл на меня с целью победить. Так было с тех самых пор, как мы впервые провели тренировочный бой. Ослабь я хоть немного бдительность — буду сбит с ног. Моя интуиция фехтовальщика твердила об этом. И по этой причине я всегда был серьёзен в каждом тренировочном бою; я противостоял не ребёнку, которого учил; я противостоял врагу, которого должен был убить. Поэтому мне пришлось относиться к этому серьёзно. Моё звание «заместитель лорда-командующего королевского ордена рыцарей» было не хухры-мухры. Чтобы внести ясность: несмотря на то, что я стар, я всё ещё с гордостью могу заявить, что я по-прежнему один из самых талантливых людей королевства. И теперь меня победил господин Люк… Он и впрямь победил, хах!! — Э-э-эх…… Я не могу насытиться. Я чувствую горячую дрожь глубоко внутри себя. Господин Люк войдёт в историю, это неизбежное будущее. Хотя нет… не так!! Он станет легендой!! И я ближе всех смотрю за тем, кто впишет своё имя в легенды!! Как же…… как же мне повезло!! — … Мистер Альфред. Затем я услышал голос, позвавший меня по имени. Это голос горничной. Я не расстроился по этому поводу. Я мгновенно и без проблем переключил своё сознание. — Я чем-то могу помочь? — Да, к вам гостья. — …… Ко мне? Я задумался. Ко мне гостья? Никто не приходил мне на ум. Я подумал о многих возможностях, как хороших, так и плохих… Но в итоге я так и не пришёл к ответу. — Милорд послал меня и передать вам: встреться с ней. — Ясно. Конечно я понимаю. — Тогда пройдёмте за мной. Ваша гостья уже ждёт в комнате. Услышав мои слова, горничная поклонилась и пошла. Кто же это может быть? У меня нет времени на это. Мне нужно подумать о будущих тренировках господина Люка. Так я искренне думал, но мне приказал милорд. У меня нет другого выбора, кроме как встретиться с этой гостьей. Я начал идти слегка тяжёлым шагом. … Эрука Ай Сазерленд. Это моё имя. Я с гордостью могу сказать, что когда-то это имя было настолько известно в королевстве, что не было никого, кто бы его не знал. Потому что я была лордом-командующим королевского ордена рыцарей. Это моя гордость… Ну, это было очень давно. Женщина никогда не сможет сравниться с мужчиной в грубой силе. Быть может, если бы я могла использовать магию, это была бы другая история, но, увы, она с самого начала не очень хорошо мне давалась. Несмотря на это, я одна из немногих женщин за долгую историю королевства, которая дослужилась до должности лорда-командующего королевского ордена рыцарей. Так что я могу немного похвастаться, не так ли? Теперь я открыла додзё в городе, в котором я обучаю фехтованию, принимая только тех, кто мне нравится. Вот почему я пришла к Алу. Честно говоря, мне хотелось поскорее поднять этот вопрос, но я даже не знаю, получится ли это, у меня много личных переживаний по поводу управления додзё. Как бы то ни было, я не собираюсь учить тех, кто мне не нравится, независимо от того, насколько они талантливы в обращении с мечом. Но верно и обратное. Нет смысла поднимать столь неопределённую тему окольным путём. Вот почему это заняло у меня так много времени. — Надеюсь, у него всё хорошо… Я до сих пор хорошо помню тот день, когда Ал ушёл с должности заместителя лорда-командующего. Он был по-настоящему упрямым. Однажды приняв решение, он никогда не изменит его. Ал слишком волевой человек. Когда я видела его в последний раз? Неужели это было так давно, что я даже не помню этого? Погрузившись на некоторое время в ностальгию, дверь открылась со стуком. — Извините за ожидание. Бывшая лорд-командующий королевского ордена рыцарей сир Эрука Ай Сазерленд. — Что вы, это мне стоят извиняться за свою навязчивость этим внезапным визитом. Я не могу отблагодарить вас за то, что вы любезно приняли меня, лорд Гилберт. Не то чтобы о Гилбертах ходили дурные слухи, но и хороших тоже не было. К лучшему или к худшему, этот Дом аристократический в аристократическом смысле этого слова. Дворяне в основном не самого лучшего мнения о королевском ордене рыцарей. Большинство из них думают о нас как о своре варваров, не умеющих использовать магию. И всё же. то это такое? Их отношение к мечу как-то изменилось? — Вы должно быть устали после долгого пути. Прошу, устраивайтесь поудобнее. — Благодарю. Я не прочь занять третьеклассную комнату, хотя я родом из аристократического происхождения. Я предполагала, что мне не откажут, хоть и ожидала, что ко мне будут какие-нибудь придирки. Но, к моему удивлению, приём оказался намного лучше. Мне пришлось покопаться в своей интуиции, чтобы понять, что всё это значит. — Чёрный чай вас устроит? — Да, спасибо. Стоящая рядом горничная налила чёрный чай в чашку. По комнате разошёлся приятный аромат. Далее мы ещё несколько раз беседовали, но я не почувствовала ни капли злобы. — Что ж, полагаю, мне нет смысла оставаться здесь и дальше. Я немедленно позову Альфреда. — Спасибо. С этими словами лорд Гилберт открыл дверь и ушёл. Однако я не была в комнате одна. Рядом со мной стояла горничная. …… Как я и думала, это странно. Начнём с того, что королевство Мирестия, магическая мировая держава, исторически было основано мастеровитой группой людей, владеющих магией. Вот почему дворянские Дома, которые считаются первоклассными, в той или иной степени обладают склонностью к магии. Другими словами, магия принадлежит знати. Среди простолюдинов крайне редко встречаются такие, кто обладают способностями к магии, но они исключения среди исключений. Те, кто может использовать магию, и те, кто не может. Пока магия поддерживает королевство, эта дискриминация — единственное, что никогда не исчезнет. …… Вот как я думала. Так почему же я вообще не почувствовала этого от лорда Гилберта раньше? Да что уж там, я даже почувствовала с его стороны уважение… Я правда не понимаю, что это значит. … Тук-тук. Пузырьки сомнений возникали в моей голове. Из-за чего я не обратила внимание на стук в дверь. Но ожидавшая горничная тут же открыла дверь. — Простите, что заставил ждать. Какая ностальгия. Его вид заставил меня почувствовать тоску, которую я испытывала по нему уже много лет. Однако, когда я увидела его впервые за долгое время, мне показалось, что он сильно изменился. — …… Пф-ф-ф. Когда я увидела, как Ал почтительно склонил голову, мне удалось сдержать смех, который грозил вырваться наружу. — Дальше я сам. Можешь возвращаться. — Слушаюсь, мистер Альфред. Горничная ушла. Теперь тут были только я и Ал. Не говоря ни слова, Ал сел на диван напротив меня, зажёг сигарету и выдохнул дым как будто это было чем-то само собой разумеющееся. И… — …… Здаров. — Пф-ф-ф, а-ха-ха-ха. Ты стал настоящим дворецким, Ал. Кто бы мог в это поверить? Бывший заместитель лорда-командующего королевского ордена рыцарей, которого когда-то боялись как «Беса» на поле брани, стал таким. Я достигла своего предела и громко рассмеялась, схватившись за живот. — А ведь я ещё помню, как до недавнего времени тебе с трудом давались заумные речи. — В смысле? Не говори о прошлом так, как будто оно было вчера. — А-ха-ха-ха, понятно. Прошло уже так много времени. Страшно, как летит время. — Ну и? Что тебе нужно от меня, Эрука? Ты же не просто так пришла повидать лицо старого приятеля, да? — Господи, а ты всё тот же. Ей-богу, тебе нужно поучиться подбирать слова к моим. — Вряд ли я смогу так. Это не в моём стиле. — Хе-хе, пожалуй. Я рада, что ты не изменился…… Ладно, я перейду прямо к делу. Я сделала паузу, а затем быстро продолжила: — Мне нужна твоя помощь в обучении моего ученика. Нет смысла использовать окольные пути для разговора с Алом. Поэтому я сказала открыто. — Недавно я взяла сироту и учу его владеть мечом. Его зовут «Авель», и у него очень хорошие глаза. Я уверена, что он тебе тоже понравится. Это мои истинные чувства; без всякой выдумки, только правда. — О-о-о как…… а что с талантом? — Что? — У него есть какой-нибудь талант? Слова, которые он произнёс, были странно незнакомы. Любой, кто знаком с Альфред, наверняка не поверит своим ушам, если услышит эти его слова. Ал выходец из простолюдинской среды. Это также была очень плохая семейная среда, настолько, что они были очень близки к тому, чтобы стать бездомными. У него не было никого, кто мог научить его владеть мечом. Но Ал пробился. Приложив колоссальные усилия. Это был человек с глазами голодного волка. Он проложил свой собственный путь, яростно размахивая мечом. Он ни разу не упоминал хоть слово о таланте. … До этого момента. Но поскольку он спросил, мне ничего не оставалось, как ответить. — У него…… нет никакого таланта владения мечом. Кажется, у него необычные способности к магии, но он не дворянин, поэтому он не сможет научиться атрибутной магии. Как же это расстраивает… Заявлять, что ученик, о котором я забочусь, не имеет никакого таланта. Но ничего не поделаешь. Это факт. Но также верно и то, что сущность мальчика по имени Авеля не является чем-то столь тривиальным, как талант. — Однако… Поэтому я продолжила свои слова: — У него пугающая «сила воли». Поистине…… пугающая. Он настоящее «чудище». Да, я нашла пугающую силу в Авеле. Это сумасшедшая сила воли. Даже мысль об этом сейчас заставляет меня дрожать. — Что думаешь? Тебе не интересно? Я спросил Ала. По правде говоря, мне очень хочется поподробнее и тщательнее поговорить об Авеле. У меня столько всего, о чём я хочу рассказать. Но, к сожалению, у меня сейчас нет на это времени. Вот почему я спросила. Я уверена, что Ал заинтересуется. …… Но его реакция оказалась немного иной, чем я себе представляла. Глаза Ала были ужасно пустыми. Он откинулся на спинку дивана и выдохнул сигаретный дым в потолок. — Слушай, Эрука. Мы уже говорили об этом раньше. Что на первом месте: меч или сердце? Помнишь? — …… Ага. Не ответив на мой вопрос, Ал начал говорить. — Ты силён сердцем, потому что хорошо владеешь мечом? Или потому, что твоё сердце сильно, меч искусен? Твой ответ всегда был один и тот же. Сначала идёт сердце…… так? — Да, так. Праведное сердце идёт на первом месте, а уже за ним идёт меч. По крайней мере, я так считаю. Именно из-за этого убеждения я иногда отказываюсь брать учеников, какими бы талантливыми они ни были. — Я тоже так думаю. Я почувствовала облегчение, услышав это от Ала. Как я и думала. Это тот Ал, которого я знала прежде… — …… Нет, так я думал. Я почувствовала, как моё сердце сжалось. — То есть? — Всё просто. Я изменил своё мнение. — …… Хочешь сказать, что меч на первом месте? — Нет, не совсем так… Мой ответ: меч и сердце совершенно не связаны. Я не нашла в глазах Ала ни следа человеческих эмоций. — Это не правда!! Я невольно повысила голос. — Тихо, послушай меня. Я встала и с грохотом хлопнула по столу, но Ал совершенно спокойно сделал мне замечание. Мне тоже стало стыдно за то, что я растерялась из-за вопросов и ответов с моим приятелем. — Подойди-ка сюда на минутку. Ал резко встал и подошёл к окну. Я не знаю, к чему это, но молча послушалась. — Гляди. Я сделала, как мне сказали, и выглянула в окно. И всё, что я увидела, это красивый двор и одного-единственного мальчика. Мальчика со светлыми волосами, золотистыми глазами и очень красивым лицом. Я знаю этого мальчика. Это наследник Дома Гилбертов, Люк Визария Гилберт. Ну и что с этим мальчиком? — Почти пора. Как обычно, господин Люк в этот час начнёт «ката». Посмотри на него и поделись своими мыслями. — Чего? Он учится фехтованию? — Ага, он сам попросил меня об этом. Так что я учу его фехтованию уже около полутора лет. — …… Хо-о. Понятно, так вот что вызвало ко мне уважение лорда Гилберта? Однако я до сих пор не понимаю намерений Ала. Полтора года с мечом — это не повод для гордости. Что, чёрт возьми, он хочет мне показать? Обдумывая всё это, я стала наблюдать за мальчиком. Затем мальчик двинулся. Он обнажил свой меч. А затем… его мастерство фехтования было настолько прекрасным, что заставило моё сердце трепетать. Ужасно утончённое «ката». Это уже не просто мастерство фехтования, а изысканный вид искусства. Оно было просто ошеломительно. Мой мозг, который должен был думать о всяких вещах, быстро сменился словом «трепет». Оно слишком прекрасно. Я никогда раньше не видела столь идеального выполнения «ката». Ответ, в том числе и мой собственный, не выдерживает критики. …… Стоп, погодите. Погодите, погодите, погодите. Я была так тронута, что с опозданием поняла это. Это фехтование…… неужели оно… — …… Ты сказал…… полтора года? — Да. Вот…… вот что такое «талант». Я резко посмотрела на Ала. И пришла в шок. Потому что на его лице сияла невероятно жуткая улыбка. Как если бы у того, кто поклоняется дьяволу, состоялась с ним аудиенция. Это была улыбка фанатика. — Ал…… ты… — …… Ой, извини. Этого хватит, присядь. Моё сердце до сих пор колотится. Я села, чувствуя себя опустошённой. — Ну как тебе? Скажи мне. — …… Одним словом: ужасающе. Вот что я бы сказала, если бы мне показали что-то подобное. Я не могу найти слов лучше, чтобы описать это. — Знаю. Но если ты спросишь меня, хорош ли господин Люк, то это точно не так. Если бы простолюдин попытался столкнуться с господином Люком, он бы, не колеблясь, пнул его. Вот какой человек господин Люк. — …… Понятно…… этот мальчик изменил тебя… — Талант даётся по прихоти бога. Нет хороших и плохих людей. — Это… Я хотела это отрицать. Но я не могу произнести эти слова. Ведь мине показали нечто подобное прямо на моих глазах. — Теперь, когда я думаю об этом, я понимаю, что причина, по которой я так и не смог победить тебя, была проста. У тебя был талант, а у меня нет. Только и всего. Пробормотал Ал как будто глядя вдаль. — …… Нет, это неправильно, Ал… Ты никогда не был таким человеком… — …… Возвращаясь к твоему вопросу, я вынужден отклонить твоё предложение…… извини. Я знала, что так будет. Ещё в тот момент, когда не ответил мне сразу. Нет, не так. Я уже тогда видела это по его глазам. — Я хочу увидеть это поближе. Я хочу увидеть, чего достигнет господин Люк. Хорошо это или плохо, я хочу увидеть это поближе!! Ха-ха, ты презираешь меня за это, Эрука? — ……… У меня больше не было слов. Думаю, его уже нет…… Ала тех времён. — Авель…… так ты сказала? В какой-то момент этот малец может столкнуться с господином Люком. Я искренне надеюсь, что он сможет сопротивляться ему как можно сильнее, когда это произойдёт. Услышав эти последние слова, я покинула резиденцию Гилбертов. — …… Я должна хорошо взрастить Авеля. Я вложу в это всю свою душу. В противном случае он никогда не сможет победить этого мальчика по имени Люк. Я определённо чувствовала, как из глубины моего сердца поднимается горячее пламя. Откликнувшись на слова Эруки Альфред должен был стать вторым наставником мальчика по имени Авель. Но этого не произошло, и Эрука и Альфред пошли разными путями. Стоит ли говорить, что причиной тому стал непостижимый “талант” мальчика по имени «Люк Визария Гилберт». Хотя, скорее, тут больше пугает то, что такой человек начал “прилагать усилия”. Да, эта повесть уже начала сбиваться с пути… ---------- Влияние усилий … «Гильдия авантюристов». Это независимая от страны организация, которая зарабатывает на жизнь в основном за счёт охоты на монстров. Поэтому тех, кто становится «авантюристами», не используют в войнах, политических спорах или других конфликтах с участием государства. Конечно, есть страны, которые призывают граждан во время войны, хотя королевство Мирестия не входит в их число. На этом фоне быть авантюристом — одна из популярнейших профессий среди простолюдинов. Но не каждый может стать авантюристов просто потому что желает этого. От авантюриста требуется только одно — «сила». Независимо от того, имеет ли человек знатный статус или благородный дух, человек, которому не хватает «силы» для победы над монстром, не может стать авантюристом. С другой стороны, если человек обладает силой, авантюристом может стать каждый. Хотя существует опасение, что она может превратиться в вооружённую группировку, угрожающую нации, за всю историю своего существования этого никогда не происходило благодаря своей строгой дисциплине, поэтому гильдиям авантюристов доверяют и позволяют им существовать. Кроме того, те, кто становятся авантюристами, также могут свободно перемещаться за пределы национальных границ. В Мирестии это означает, что в одном месте собираются люди с разными идеями и ценностями, и между авантюристами нередко возникают так называемые “споры”. Впрочем, широко известно, что королевство Мирестия верит в верховенство магии, поэтому авантюристы из других стран редко посещают эту страну. По этим причинам у многих граждан сложилось впечатление, что Гильдия авантюристов — это “шайка буянов”, и по факту это нельзя отрицать. Таким образом, спрос на авантюристов выше, чем у большинства других, хотя и не без проблем. В конце концов, ущербу, причиняемому монстрами, нет конца. Вот только по какой-то причине Гильдия авантюристов сегодня была не очень активна… или, скорее, совсем не оживлённа. — Только что пятая команда авантюристов А-ранга, «Когти пепельного волка», пришла сообщить, что она приостанавливает свою деятельность на неопределённый срок. — Ха-а… — Всё серьёзно. Сейчас не время вздыхать. — Эх, Эрука такая красивая… Надо было пригласить её на чай, прежде чем она вернётся в королевскую столицу. — Ради всего святого, хватит уже говорить о том, что было три месяца назад. Перестаньте убегать от реальности и примите решение, иначе гильдия прекратит своё существование! — Эх…… а конкретнее? — Вы и сами понимаете, о чём я. Пожалуйста, отклоните этот «запрос». — Не-не-не, я не могу. Ты же знаешь, какой страшный Ал, а!? — Но! Если вы не отклоните его, гильдия развалится! — …… Гу-ну-ну. Это Гильдия авантюристов в городе «Гилбадия», что в домене маркиза Гилберта. А тот, кто голосил от страха, — мужчина по имени «Дольче Паннакотта», работающий гильдмастером. — Ха-а…… но, как я и думал, я не могу отказать. Я знал, что что-то происходит, раз он взял на себя труд обратиться с таким запросом к авантюристам, хотя мог бы использовать своих собственных рыцарей, но…… пожалуйста, дай мне передохнуть, Ал… Дольче ещё раз глянул на запрос в своей руке. Там было написано следующее: «Вы будете участвовать в тренировочном рукопашном бою с Люком Визария Гилбертом, старшим сыном Дома Гилбертов. Вы можете использовать любое оружие по своему усмотрению. Вы не будете нести ответственность за любые травмы, причинённые «Люку Визария Гилберту» во время этого тренировочного боя. Однако в случае, если вы получите травму, Гилберты обещают выплатить соответствующую компенсацию. Награда причитается. При этом в случае вашей победы награда удвоится. Награда: 1 золотая монета». 1 золотая монета. Это большие деньги для среднестатистического авантюриста. Этого хватит на неделю, даже если вы проведёте роскошные ночи. И вы получите её всего за один тренировочный бой. Несмотря на подозрения, что за этим что-то есть, кто-нибудь да всё равно неизбежно попробует свои силы. При этом опасности для жизни нет, а поскольку этот запрос не требует участия какого-то конкретного ранга, гильдии ничего не остаётся, кроме как принимать заказы от авантюристов любого ранга. Но…… это был поистине «дьявольский запрос». Всего за три месяца. Пять команд авантюристов А-ранга, получившие этот запрос, объявили, что приостанавливают свою деятельность на неопределённый срок. А вот тут давайте поговорим немного об авантюристах. Для авантюристов ранг — это путь к успеху. А всё потому что среди авантюристов распространено понимание того, что те, у кого нет таланта, сколько бы усилий они ни прилагали, они всегда будут топтаться на ранге B, и только. Следовательно, у авантюристов А-ранга сильно развито чувство гордости. Это гордость за собственную «силу», что не сравнима с авантюристами В-ранга и ниже. Разумеется, есть уровни и повыше. Таких называют S-рангом, а высший ранг — X-рангом, однако эти ранги даются лишь горстке избранных людей, называемых «истинными героями» и «девиантами». Слишком мало людей вообще стремятся к ним, в связи с чем большинство авантюристов стремятся к А-рангу. А теперь вернёмся к теме. Так почему же 5 команд авантюристов А-ранга приостановили свою деятельность на неопределённый срок? Да потому, что они осознали, что «гордость», которую они приобрели ценой огромных усилий, оказалась до боли никчёмной и бессмысленной… И всё из-за случайной встречи с настоящим «монстром». «Это бессмысленно, это пустая трата времени. Почему гильдии присылает нам только таких слабых авантюристов?». «Я почти уверен, что те, кто пришли в прошлый раз, были авантюристами C-ранга. Вы тоже такой?». «А-ранг? Что, простите? Разве это не С-ранг? Зачем вообще нужно разделять людей с одинаковыми способностями? Система рангов гильдии ненадёжна». С точки зрения истинно избранных, все неизбранные в равной степени незначительны. Сколько бы усилий они ни прикладывали, им никогда не достичь настоящих высот. Они были просто счастливы соревноваться друг с другом. До чего забавно, не правда ли? Да, этих людей лишили их «гордости», которую они обрели, преодолевая различные трудности. Всё, что они когда-либо сделали, было осмеяно и отвергнуто. Это так жестоко… и так обыденно. Но если посмотреть на это под другим углом, то сейчас просеивают их. Захотят ли они снова встать на ноги или просто продолжат тонуть? Сильны те, кто знает высоту и всё же у них получается встать на ноги. Даже если они выстоят, возможно, они не смогут стать «истинными героями». Тем не менее, нет никаких сомнений в том,, что они смогут ступить на шаг дальше, где были раньше. Что ж, я кое-что понял за последние 2 года или около того. Моё высокомерие больше невозможно сдерживать. Как бы я ни старался с ним бороться, это без толку. Вероятно, нет никакого способа снять это проклятие… Ха-а…… думается мне, я просто продолжу наживать себе врагов. А ещё я был довольно груб с авантюристами. Они наверняка уже ненавидят меня… Ну, нет смысла ныть. В конце концов…… больше всего меня беспокоит поражение равному сопернику. В случае с Альфредом мы слишком далеки друг от друга по возрасту и опыту. Но что, если это будет кто-то моего возраста? Если я проиграю такому сопернику, смогу ли я сохранить свой рассудок? … Нет. Если я проиграю, моя огромная самооценка развалится, а моё эго рухнет. И в тот же миг наступит бэд-энд. Вот насколько сильна воля “Люка”. В таком случае…… мне не остаётся ничего другого, кроме как и дальше побеждать. Я должен быть голоден. Я должен принять…… это. Вероятно, это сильная «воля Люка», живущая в этом теле. Если я хочу и дальше побеждать в будущем, мне придётся принять это, а не отвергать. Я инстинктивно понимаю, что так лучше. Если я не стану более похожим на Люка и не стану сильнее, я уверен, что когда-нибудь достигну своего предела. В ситуациях, когда малейшая разница может стать решающим фактором между победой и поражением, есть вероятность, что мне не удастся победить. А раз так, то мне следует принять это. Я решил для себя, что никогда не пойду на компромисс в одном: победе. — ………… … М-м. Я — высший; нет никого выше меня, — моё высокомерное сердце верит в это и нисколько не сомневается в этом. Это не похоже на то, что было раньше…… но так и должно быть. Во мне возникло чёткое ощущение «вписывания». Как будто то, чем оно должно было быть изначально, наконец-то обрело свой первоначальный вид. — …… Легко, да? Я не хотел смотреть свысока на других. Однако…… я «Люк». И смотреть на других свысока — это вполне естественная вещь. В тот момент, когда я так подумал, я почувствовал облегчение. — …… Тц. Затем я увидел необычное зрелище. Кажется, когда Альфред с кем-то разговаривал, но он звонко цокнул языком, даже не скрывая своих намерений. Мужчина, перед которым он цокнул языком, несколько раз поклонился и ушёл, словно спасаясь. — Что такое, что-то случилось? Я спросил его, почему так. — …… Гильдмастер лично пришёл отказать в «запросе». — Ясно. …… Понятно. Честно говоря, бои с этими авантюристами были очень скучными. Тренировочные бои с авантюристами начались с того, что Альфред заговорил о том, что осталась только практика, но на деле это только разочаровало. …… Как я и ожидал, было легко. Раньше я сознательно сопротивлялся думать о таких вещах…… но как только я смирился с этим, мне стало значительно легче. Если говорить прямо, то эти авантюристы были слишком слабы, чтобы о них можно было говорить. К тому же, они были самыми высокоранговыми авантюристами города, поэтому неудивительно, что они меня разочаровали. — … Как раз вовремя. М-м, думаю, сейчас подходящее время. Я уже давно думал, что пришло время начать. — Вы о чём? — Пора… Я хочу узнать больше о «магии». Скажи моему отцу. Передай ему, чтобы он обратился в Министерство Магии и попросил пригласить оценщика магии. …… Это история об обычной трагедии. В королевстве Мирестия у простолюдинов два имени, а у дворян и членов королевской семьи — три. Но у мальчика было только одно имя: Авель. Да, он был сиротой. Авель вырос в маленькой церкви в небольшой деревне. Жизнь там никогда не была лёгкой. Он ежедневно пахал поля, собирал лекарственные травы и кое-как умудрялся зарабатывать на жизнь. При этом он едва мог утолять свой голод едой, которую ел. Это жизнь была далеко не богатой. Однако Авелю ни разу не приходила в голову мысль, что он несчастен. Сёстры и другие сироты в церкви были настоящей семьёй, а Авеля, самого старшего, очень обожали. Никто в деревне не подвергал их дискриминации, потому что они были сиротами. Несмотря на свою бедность, в их сердцах было сострадание, и все они жили, помогая друг другу. Авель любил всех в этой деревне, на лицах которых всегда была улыбка, как бы тяжело им ни приходилось. Он был счастлив. Он действительно был счастлив. Раньше он верил, что это счастье будет длиться вечно. Однако… всё закончилось слишком быстро. Однажды он услышал свист. Звук флейты был таким прекрасным и в то же время таким печальным, что заставил его остановиться. Затем, со звуком тяжёлых шагов, внезапно появились монстры под названием «лесные великаны» и напали на деревню. Эти монстры отличаются не только огромным ростом, но и высоким интеллектом, поэтому им свойственно охотиться стаями. Жителям деревни были безоружны, и им некуда было бежать. Сёстры отправили детей в разные места, чтобы они спрятались. Они хотели убедиться, что любой из них сможет выжить. Авель тоже послушался их слов и спрятался. Но даже спрятавшись, он всё равно мог их слышать. Крики жителей деревни. Звук чего-то, что давят. Оглушительный смех. Для Авеля в то время это было очень тяжело вынести. Он заткнул уши. И всё же он мог всё слышать. Звук чьего-то убийства и чьей-то смерти. Я не хочу этого слышать. Я не хочу этого слышать. Я не хочу этого слышать. Не хочу, не хочу, не хочу, не хочу… Да… это была обыкновенная трагическая история. У виконтской семьи Рамли нет своей земли, поэтому они проживают в королевской столице. Однако вторая дочь «Лили Акрил Рамли» не имела к этому никаких претензий. Потому что ей нравились улицы этого красивого королевского града. — Дживс, я иду гулять. — Как пожелаете, юная леди. Она собралась и вышла на улицу. Это был распорядок дня, который она соблюдала уже много лет, чтобы добавить немного красок в неизменный мир. Даже схема пешеходных маршрутов уже определена. Вот только… — … Эм, се-сегодня я снова хочу навестить Эруку! — Как пожелаете, юная леди. Около года назад эта картина, остававшаяся неизменной на протяжении многих лет, резко изменилась. В последнее время она стала захаживать в додзё Эруки, проводить там некоторое время, а затем возвращаться домой. Именно туда она идёт, когда говорит, что ей нужно «прогуляться». — …… Они подумают, что я раздражаю? — Отнюдь, я вообще так не думаю. Скорее, это будет честью, поскольку юная леди сама туда придёт. — Да, ты прав! Пойдём! Дживс! — Понял. Дворецкий по имени Дживс служил семье Рамли на протяжении нескольких поколений и был рядом с Лили с тех пор, как она себя помнит, наблюдая, как она растёт. Неудивительно, что он стал к ней немного снисходителен. В сопровождении нескольких охранников Лили шла по улицам. Это был красивый город, но слишком знакомый, и в нём больше не было атмосферы веселья. И всё же шаги Лили были очень лёгкими. Пройдя некоторое время, она увидела желаемое место. — Йа-а-а-а-а-а-а-а-а! Это был рёв оглушительной ярости. Сначала Лили думала, что это варварство, но теперь она привыкла. И это не значило, что она пришла сюда когда захотелось. Она знала, когда наступает время перерыва, так что выбирала уместное время. — Всё. Давай пока сделаем перерыв. — Ха-а…… ха-а…… спасибо… Она услышала голоса изнутри. Судя по всему, она удачно выбрала время. — Дживс. — Понял. Дживс подошёл, чтобы постучать в ёцуасимон, переполненный величием, но, похоже, в этом не было необходимости. Так как он открылся изнутри со скрипом. — Рада вас видеть. Входите. — Д-да… Их приветствовала бывший лорд-командующий королевского ордена рыцарей Эрука Ай Сазерленд. Лили было немного не по себе от Эруки. Как и в этот раз, у неё было жуткое ощущение, будто Эрука всё видит насквозь. Как-то раз она спросила её, как она всегда узнаёт об их визитах, но она просто посмеялась и сказала: «Мне просто кажется». Однако то, что она испытывает такое, не означает, что она её не переносит. Всё-таки Лили приходит в додзё без предупреждений. Когда она вошла, первое, что она увидела, был мальчик с растрёпанными чёрными волосами, который разлёгся на земле. Уголки рта Лили слегка приподнялись, увидев это. — Похоже, сегодня тебе пришлось несладко, Авель. — Ха-а…… ха-а…… Лили. Мальчик… Авель посмотрел на Лили, тяжело дыша. — Что? Плохо, если я приду? — И-извини. Это не так, скорее, я рад. — Фу-фу. Когда она говорит с ним немного резким тоном, Авель неизбежно нервничает. Она находит это очаровательным. Вот почему Лили дразнит его. — …… Как я и думала, ты всё так же тренируешься. — Ага. Авель сел на крыльцо и залпом выпил воду. В его словах не было ни капли этикета, но Лили, похоже, не возражала на этот счёт. — … Ты же не собираешься отказываться от Академии Магии Аслана, да? — Ага. — …… Реакция Авеля была быстрой. Мифический герой «Аслан» был легендарным магом, а также фехтовальщиком, чьё мастерство владения мечом сравнимы с навыками святого меча. Само собой разумеется, что «Академия Магии Аслана», что носит его имя, является лучшей магической школой королевства. Единственное требование для сдачи вступительных экзаменов — «иметь предрасположенность к магии». Но это не совсем так. Правильнее было бы сказать «имеющий предрасположенность к атрибутной магии». Это неписаное правило, которое никто не высказывает. Это истина, которую все принимают как должное и не подвергают сомнению в академии, основанной на системе полной меритократии. Существует огромная разница между теми, кто может использовать атрибутную магию, и теми, кто не может. Следовательно, атрибутные маги не используются в войнах, похожих на стычки. Почему? Да потому что количество смертей подскочит. Если бы произошла жестокая война, потребовавшая мобилизации многих атрибутных магов, поля сражений превратились бы в мир, полный мёртвых тел. Так почему же Авель был так одержим Академией Магии Аслана? Почему бы не стать рыцарем королевства или авантюристом? Независимо от того, насколько сильно вы оттачиваете свои навыки владения мечом, и даже если вы можете использовать какую-то безатрибутную магию, пытаться попасть в учебное заведение, в котором у вас не выйдет использовать атрибутную магию, — это слишком безрассудно. Почему он…… так одержим силой? Лили не хочет, чтобы Авель пострадал. Как ей заставить его сдаться? Это всё, о чем она думала в последнее время. — Зря стараешься. — …… Э? — Кто бы что ни говорил, я не сойду с пути… Я так решил. Давным-давно. — …… «Ну честно, он похожа на Эруку…» Он как будто видел её насквозь. — Я стану сильнее. Я не пойду на компромисс в этом вопросе, даже если это убьёт меня. Лили посмотрела на Авеля. В этих глазах точно не было ни света, ни надежды. Тем, что там извивалось…… была «тьма». Глубокая, бездонная, всепоглощающая тьма. Увидев это, по её спине пробежал холодок. — …… Ха-ха. Извини, что так резко. Я сказал что-то странное. Но эта опасная атмосфера мгновенно рассеялась. Тут был только обычный слегка неуклюжий и пугающе добродушный Авель. — Серьёзно, есть предел тому, как далеко ты можешь зайти. — А-ха-ха…… ты права. Авель почесал щеку, чувствуя смущение. — … Но я немного тебя уважаю. — Э? Когда они впервые встретились, Лили сама была высокомерной аристократкой. Для неё было неожиданностью услышать это. — Что? Почему ты так говоришь?! — Потому что ты… — А-а-а, хватит! Я ухожу! Лили энергично встала, чтобы скрыть своё смущение. — Я пришла сюда сегодня, чтобы кое-что объявить тебе. У меня есть предрасположенность к «воде». — А, правда!? Поздравляю, Лили!!! Это потрясающе! Ты правда потрясающая! — С-скажешь тоже. Это была беззаботная улыбка восторга. Лили не могла не подумать, если бы ситуация была наоборот, мог ли он так искренне восхищаться ею? — Так что…… я тоже собираюсь в «Академию Магии Аслана». Отныне ты будешь моим соперником, так что будь готов. — …… Ха-ха. Авель был рад. Было большой неожиданностью, что Лили, такой талант, назвала его своим «соперником». Но её не удовлетворило только это. — Но я не проиграю. Желание выглядеть немного крутым, Авель рассмеялся. Это наверняка будет тернистый путь. Путь будет настолько тонкий, что если сделать один неверный шаг, ты сразу упадешь на дно долины. Хотя нет, на самом деле, пути может и не быть. И всё же Авель принял решение. Я больше…… никому не позволю ничего отнять у меня, сказал он. — Га-а, кикк… В последнее время авантюрист А-ранга «Зак Каллисон» целыми днями тонул в алкоголе. Потому что только когда человек пьян, он может всё забыть. Да… чтобы он мог забыть тот страх. — …… Что б тебя. Чтобы заглушить сцену, которая в очередной раз промелькнула у него в голове, Зак налил рюмку алкоголя. Хозяин гостиницы вздохнул от вида человека, который с самого утра тонул в алкоголе, но последнему было плевать. Ему уже на всё было плевать. … Он хотел стать «героем». Ему нравились авантюристские драмы, воспеваемые менестрелями. И именно поэтому он стал авантюристом, но реальность оказалась не такой сладкой. Он много раз ударялся о стену. И тем не менее он упорно старался. Его упорный труд наконец-то принёс свои плоды, и к 30 годам Зак наконец смог стать авантюристом А-ранга. Да, он усердно старался. Очень усердно…… Вот только… … «И это всё, что ты можешь?». Он вздрогнул, как будто к его позвоночнику приложили лёд. «…… Я не забуду этого до самой смерти» Главное оружие Зака — «полутораручный меч», такой же, как у Люка. Наверное, поэтому. Скрестив мечи всего несколько раз, он понял. Ему дали понять. … Как бы он ни старался, ему не победить. И последним ударом под дых стали те глаза. Те глаза, которые смотрели на всё свысока. Ему как будто сказали, что всё, что он сделал до сих пор, ничего не значит. Зак снова выпил. Чтобы смыть с себя дурные воспоминания. [[image:/storage/reader-images/6b3ee4a98d210588938b4420fcf54610e88b64a1.jpg]] В этот момент дверь гостиницы со скрипом открылась. Он рассеянно огляделся. Человеком, который вошёл в помещение, был «Альфред Диг», тот, кто дослужился до должности заместителя лорда-командующего королевского ордена рыцарей, несмотря на то, что был простолюдином. — Ал. — …… Тц, пацан. Я с трудом тебя узнаю. Слова, которые он услышал, были резкими и суровыми. На самом деле Зак был из той же деревни, что и Альфред.Так что «тот запрос» был только на руку Заку. Он хотел показать Альфреду, которого он уважает, настоящего себя. Показать, что теперь он авантюрист А-ранга. Однако результат оказался не таким, как ожидал Зак. — …… Извини. Зак отвернулся. Потому что он не мог ничего сказать в ответ. Нет, вероятно, это было его слабое «я», которое действительно хотело отвести взгляд. — Похоже, твоя решимость стать «авантюристом», кем ты всегда хотел быть, была пустяковой, да, Зак? — ………… — Ну, дело твоё. У тебя гости. — …… Гости? Он думал кто бы это мог быть, но ему никто не приходил в голову. Пока Зак удивлялся, дверь открылась. В комнату вошла женщина с ребёнком. — Эм, вы Зак из «Когтя пепельного волка»? — Э…… а, да. Я Зак… Когда Зак сказал это, женщина и ребёнок мгновенно улыбнулись, как распустившиеся цветки. — Спасибо вам большое за победу над василиском! Не только мы, но и все жители села это ценят! — Спасибо, дяденька!! Это была благодарность без фальша. — …… Н-нет…… я просто выполнял запрос. — Даже так, мы всё равно сердечно благодарим вас. Какое-то время выражая свою благодарность, мать и ребёнок ушли, несколько раз склонив головы. Остались только ошеломлённый Зак и Альфред, который молча наблюдал за этой сценой. — Ал, что это было… — Кто знает, меня лишь попросили об услуге. Мне пора идти. У меня нет времени на такого жалкого ублюдка, как ты. Сказав это, Альфред тоже ушёл. Оставшись один, Зак немного растерялся, а затем залпом допил то немногое, что осталось в его рюмке. — Благодарность…… да? Прошло много времени с тех пор, как ему говорили это в лицо. Выполняй задания, зарабатывай деньги, повышай свою репутацию. Вот такими были его деньки. И именно поэтому он забыл. Почему он стал авантюристом? Почему он хотел стать героем? … Настоящая причина. — Ну да…… очевидно, для того, чтобы кому-то помогать. Но есть высота. Высота, которой, как бы ты ни старался достичь, ты не сможешь достичь. Тем не менее, весь тяжкий труд, который вы вкладываете, никогда не пропадает даром. Потому что наверняка есть кто-то, кому нужна эта сила. Потому что каким бы великим ни был герой, он не сможет защитить всё человечество. — …… Ха-ха, я всё такой же пацан. В тот день в рюмку Зака больше не наливали спиртного. А спустя несколько дней команда авантюристов А-ранга «Коготь пепельного волка» возобновила свою деятельность. Несколько дней спустя… Зак узнал, что Альфред устроил тот эпизод, узнав о текущем состоянии Гильдии авантюристов. Мимо проезжала карета с замысловатым узором, несущая флаг королевства Мирестия. Она была пышно оснащена разнообразными магическими предметами, так что какой бы неровной ни была местность, пассажиры внутри неё не ощущали сильной тряски. Вокруг кареты бок о бок на лошадях скакали десять человек в белоснежных доспехах. Они являлись членами королевского ордена рыцарей. Их задачей было сопровождение тех, кто ехал в этой карете, но это было, так сказать, только для галочки. А всё потому… что один из пассажиров внутри кареты был пользователем «атрибутной магии». — Дом Гилберт. У их предков чрезвычайно высокая предрасположенность к магии, но, похоже, последние несколько лет «атрибут» не проявляется. — А-а-а-а-а, поскорей бы домой…… блин,ну почему обязательно я? Внешний мир такой суровый. Вот бы всегда оставаться дома. Ненавижу этот солнечный свет. — …… Дом Гилбертов — благородный род, обладающий огромной властью. Пожалуйста, не грубите им. Я буду следить за ситуаций в меру моих сил, но… — Я знаю, помощничек. Кто я по-твоему? … «Амелия фон Элефтерия». Она имела различные титулы, наиболее важным из которых, наверное, является «руководитель исследования атрибутной магии». Департамент Исследования Магии проводит различные исследования в Министерстве Магии. Среди них Бюро Исследований Атрибной Магии в основном занимается атрибутной магией. В необычайно юном возрасте 22 лет она занимала должность руководителя исследований атрибутной магии, что, несомненно, делало её огромным талантом. В этой стране она также является одной из тех, кто обладает наибольшими знаниями в области атрибутной магии. Но нынешний титул Амелии другой. Прямо сейчас она ехала в этой карете в качестве «гос. оценщика магии», того, чья должность заключается в определении наличия или отсутствия предрасположенности к атрибутной магиии. — Ха-а-а-а, мне никогда не следовало получать этот сертификат… Она получила этот сертификат по той простой причине, что он был бы полезен в её исследованиях атрибутной магии, но на этот раз это обернулось катастрофой. «Пришлите “самого квалифицированного” оценщика магии», — такова была просьба Дома Гилбертов, и Амелия подошла для этого слишком хорошо. Маркиз Гилберт — один из высших дворян, чья территория уступает только территории короля, а к его военной мощи и состоянию, которыми он обладает, нельзя относиться легкомысленно. Посему эту просьбу нельзя было игнорировать. Состоялась серьёзная дискуссия на тему, почему он выбрал “наиболее квалифицированного”, хотя это была всего лишь оценка предрасположенности к магии. Какова его цель и что за всем этим стоит? Было много предположений, но они и предположить не могли, что на самом деле всё это было просто результатом его любви к Люку. — Пожалуйста, не расстраивайтесь так. Может быть, у них проявился «редкий атрибут»? Например… — … «Свет», что ли? Амелия перебила человека, которого прислали в качестве её помощника. — Хм-м, хотелось бы, чтобы это было так, но я не надеюсь на многое. Вот скажи, когда в последний раз подтверждался редкий атрибут? Дай-ка вспомню, точно…… у наставника бывшего директора Академии Магии Аслана, вроде бы, был атрибут «Света», да? — Да, так говорят записи. — Ха-а-а-а, вот бы увидеть его-о-о-о-о. Бывший директор академии должен был быть очень крутым магом, владеющим тремя атрибутами, но ходят слухи, что он не мог сравниться со своим наставником… — В это трудно поверить. — Вот бы увидеть его, как же хочется увидеть. Эх, я посплю. Разбуди, как приедем. — Понял. Сказав это, Амелия тихо закрыла глаза, которые всегда были сонными. По прибытии кареты, Амелию и остальных приветствовали «Клод Грэй Гилберт», глава Дома Гилбертов, дворецкий Альфред и несколько сопровождающих. Черты лица Клода очень точёные, а аккуратно подстриженные усы ещё больше подчеркивают его достоинство. Но его глаза острые, как у хищной птицы, и они внушают трепет тем, кто его видит. С первого взгляда было бы крайне сложно сказать, что Клод крайне заботливый человек. — Это наша первая встреча, лорд Гилберт. Меня зовут Амелия фон Элефтерия, и сегодня я буду отвечать за магическую оценку. — А, добро пожаловать, почтенная Амелия. Я слышал о вас. Я могу спокойно доверить вам оценку моего сына. — Это честь. От вялой атмосферы, которую Амелия источала в карете, уже и след простыл. — Давайте перейдём к делу. Альфред, проводи её в комнату. Я схожу за сыном. — Слушаюсь, милорд. Сюда, пожалуйста. Амелия подождала несколько минут в комнате, которую ей показал Альфред, после чего дверь с щелчком открылась. Там было три человека: Люк и его родители. — …… Почему вы тоже пришли? — Это же магическая оценка моего сыночка! Как я могу пропустить это! — Ха-а-а…… почтенная Амелия, извините, но ничего, если мы побудем здесь? — Конечно. Не обращая никакого внимания на разговор, Люк сел напротив Амелии. — Так это ты, м-да. Я слышал, ты превосходна. — …… Это честь. Надменность Люка была такой, как будто это было само собой разумеющееся; Амелию это слегка разозлило, но она не показала этого на своём лице. — Ладно. Давай уже начинай. — Перед тем как мы продолжим, я хотела бы прояснить одну вещь. Если в результате оценки у вас появятся какой-то атрибут, вы будете обязаны получить «квалификацию для использования атрибутной магии». — …… Означает ли это, что мне придётся поступить в какое-нибудь магическое училище и закончить его? — Всё верно. — М-м. Люк призадумался. «М-да, это “поводок”. Наверное, они хотят помешать магу, который может использовать атрибутную магию, покинуть пределы страны» Он некоторое время думал об этом, но иного варианта, кроме как пройти магическую оценку прямо здесь и сейчас попросту не было. — Ладно. — Я вас поняла. А теперь я воспользуюсь информационной магией «Оценка». Сказав это, Амелия указала рукой на Люка. После чего появился и исчез магический круг с геометрическим узором. — …… Э? — Что, что-то не так? Ощущение высасывания маны. В ясном сознании Амелии сразу же возник ответ, но она сама не могла в него поверить. Поэтому она зависла на несколько секунд. — …… Ещё раз. С неё капал холодный пот. «Не может быть», — подумала она. Она снова активировала «Оценку». И всё же она чувствовала, как из неё высасывают ману. Поэтому ей пришлось влить в неё ещё больше маны. А затем её подозрение сменилось уверенностью. — … Тьма. Амелия, подтвердившая результаты оценки, пробормотала всего одно слово. — Что, что вы сказали? Есть ли у моего сына предрасположенность к атрибутной магии? Раздался голос Клода, в десятки раз нервнее, чем у Люка, который ждал результата. Однако ответ оказался куда неожиданнее, чем он думал. — Это «атрибут тьмы»-ы-ы-ы-ы-ы-ы-ы!!! Матерь божьяа-а-а-а!!! Вы серьёзно-о-о-о!! Внезапно раздался крик. [[image:/storage/reader-images/285d4175da16f7c0cd57899e8b68455ec66f154e.jpg]] В то время как все потеряли дар речи из-за резкого преображения Амелии, Люк пребывал в тихом унынии. «Тьма»…… означает злодея, да?» … Эффект бабочки. Люк, как обычно, начал тренироваться с мечом. Видя, как Люк тренируется фехтованию, не пропуская ни одного дня тренировок, Клод был поражён его стремлением, из-за чего его любовь к своему чадо значительно усилилась. В результате при вызове оценщика магии он добавил фразу “самого квалифицированного”. Королевство, не в силах проигнорировать просьбу Дома Гилбертов, отправило Амелию, которая обладала превосходными навыками, но темпераментом помешанной на магии. После подтверждения, что у Люка есть «атрибут тьмы», о котором, изначально, должно было стать известно позже. Амелия… слетела с катушек. 〇 месяц 〇 день Не могу в это поверить. Вряд ли я забуду этот день до самой смерти. Прошли сотни лет с тех пор, как «атрибут тьмы» видели в последний раз. О нём не было никаких записей, по крайней мере, последние 100 лет. Я так удивилась, что повела себя немного грубо, и пожалела об этом. Но я не могу подавить своё интеллектуальное любопытство по этому поводу. Это невозможно, абсолютно невозможно. Потому что мне очень многое хотелось узнать про «атрибут тьмы»! Завтра я сообщу Министерству Магии, что останусь на некоторое время в «Гилбадии». А потом попрошу лорда Гилберта разрешить мне изучить «атрибут тьмы» Люка. Хм-м, но я не очень хороша в переговорах. Надеюсь, он хотя бы меня выслушает. 〇 месяц ✕ день Как оказалось, переговоры прошли удачно. И лорд Гилберт попросил меня научить Люка магии. …… Но я не умею преподавать. Однако кто-то должен его научить, потому что вы всё равно не сможете использовать атрибутную магию без прочной магической основы. Ну, по правде говоря, я тоже сертифицирована преподавать в Академии Магии Аслана, но…… это только потому, что я хотела иметь возможность свободно приходить и уходить из этой академии. Ну, знаете, там очень хорошая библиотека, исследовательские центры также хорошо оборудованы, и если у вас есть квалификация, вам не придётся проходить всякие нудные процедуры, так что она очень удобна. Но, честно сказать, я не заинтересована в обучении следующего поколения. Ха-а, я нервничаю. Даже когда я была студенткой, никто меня толком не понимал, даже когда я их учила. 〇 месяц △ день … Сегодня был 1-й день занятий магией Люка. В этот день мне стало ясно одно. Люку не нужен учитель. Да что это за ребёнок такой!! Это обалдеть просто!! Всё, что мне нужно было сделать, это просто вручить ему книгу по магии!! Многие называли меня «гением». Если честно, объективно говоря, я одна из самых талантливых людей в магии. Потому что я могу делать большинство вещей без труда. …… Но Люк не того уровня. Где же может найтись человек, который может контролировать магию с такой точностью, впервые применяя её? Сколько людей смогут использовать ряд неатрибутной магий в первый же день изучения магии? Ответ: никто. Раньше я думала, что это невозможно…… до сих пор. Но Люк провернул это прямо на моих глазах. Плохо. Это очень плохо. Я серьёзно, что это за ребёнок такой? 〇 месяц ♢ день Объём маны, которым вы обладаете, — это ваш талант. а объём маны, который вы можете выработать, — это усилие. Это распространённое высказывание, но не на мой взгляд. Талант нужен и для того, и для другого. Но единственное, чему не помогут усилия, — это объём маны, которым вы обладаете. Сегодня я удивилась, когда применила информационную магию «Магическое восприятие». Это магия, которая позволяет визуально оценить объём маны, которым обладает человек. Сегодня я буквально увидела огромную ману Люка. Я думаю, что такое количество маны сравнимо с директором академии или рядовым магическим рыцарем. Нет, может, даже больше. Ну, с того момента, как я прибыла сюда, я почувствовала, что он обладает огромной маной. Лорд Гилберт тоже потрясающий. Должно быть, у них это в крови. По крайней мере, сегодня всё идёт хорошо. Как обычно, это превзошло моё воображение. Возможно, на этом этапе преподавать становится немного интересно. 〇 месяц □ день …… Ну всё-ё-ё. Серьёзно, всё. Всего 18 дней. Всего за 18 дней Люк освоил все основы магии, на освоение которых ему должно было потребоваться несколько лет. Теперь он освоил почти всю магию, не связанную с атрибутами. Серьёзно, это слишком опасно! До меня доходили слухи о старшем сыне Дома Гилбертов. Что он эксцентрик, практикующий фехтование, несмотря на то, что дворянин. Даже я, не знакомая с мирскими делами из-за всех своих исследований, знаю, что об этом шептались среди дворянства последние 2 года. Когда мне впервые об этом рассказали, я думала, что он не успеет к 15 годам, когда сможет сдать вступительный экзамен в Академию Магии. Потому что ему осталось меньше 2-х лет. Но реальность оказалась прямо противоположной. Он был «чудищем» с необычным магическим талантом. Это поистине пугает, не говоря уже о том, что он даже не ослабляет своих усилий. И наконец… Наконец-то начиная с завтрашнего дня я смогу перейти к обучению атрибутной магии!!! Ура-а-а-а! Ах, не могу дождаться! Я так взволнована, что мне кажется, что я не смогу сегодня уснуть. 〇 месяц ◎ день По легенде, «свет» всё удерживает, а «тьма» всё поглощает. Атрибут света имеет свойство [отражение], а атрибут тьмы — [поглощение]. Так всё и есть! Что ж, это было подтверждено документально, но всё равно впечатляет, когда видишь это вживую! Свойство «поглощать магию». Это реально здорово! Это уже слишком! Вот только меня беспокоит, как мне его учить начиная с этого момента. Редким качествам трудно научить, поскольку прецедентов мало. Вернее, тут слишком много областей, которые придётся освоить самостоятельно. Посему я решила пока что показать ему свою атрибутную магию. Мой атрибут — «звук». Откровенно говоря, мой атрибут звука силён. Очень силён. В моей атрибутной магии всё «невидимо» и со «скоростью звука». Если против меня окажется обычный человек, я думаю, он погибнет, так и не узнав, что с ним сделали. Я показала Люку магию под названием «Стрела звука». Это чрезвычайно элементарная магия, но когда к ней добавляется атрибут звука, она становится невидимым звуковым ударом. Да, моя магия сильна. Было очень мило, что Люк, который всегда смотрел на всё свысока, немного удивился, когда увидел её. Должен быть допустимый верхний предел, но атрибут тьмы имеет свойство «поглощения», поэтому теоретически его можно использовать как сильнейшее копьё или щит. Но сможет ли он отбить мою магию — это уже другой вопрос. Невозможно отбить мою магию после того, как ты увидишь её, потому что невозможно вовремя активировать свою магию. Видимо, Люк сразу это понял. Он тут же глубоко задумался. В итоге, так и закончился сегодняшний день. Хм-м, всё-таки, это была не лучшая идея — внезапно демонстрировать свою магию. Учить и впрямь сложно. 〇 месяц ＃ день Плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо, плохо. Реально плохо. Люк назвал это… «Милость тьмы». «Распознавание маны» — это способность, которой обладает каждый маг. Это очень простая способность, которая даже не требует магии, чтобы почувствовать ману. А ещё есть «магический барьер», то есть магия, препятствующая магии. Люк сказал, что “связал” эти две вещи. Даже я, руководитель Бюро Исследований Атрибной Магии, не понимаю эту теорию. «Милость тьмы» — это «магический барьер» атрибута тьмы, который активируется в момент распознавания маны. Другими словами, эта магия позволяет Люку полуавтоматически блокировать использование магии других. Её даже не нужно осознавать, уже не важно, невидима ли она или со скоростью звука. Когда он сказал мне попробовать, я сначала не могла в это поверить… Но я не могла противиться своему желанию. Как бы сильно я ни ослабляла свою магию, если она попадёт прямо в него, ему не избежать серьёзной травмы. Но даже в этом случае я всё равно не могла остановить себя. Непреодолимое желание попробовать. Оглядываясь назад, я думаю, это была очень эгоцентрическая мысль. Но…… Люк сказал правду!!! Моя магия была полностью заблокирована!! Это плохо!! Реально плохо!! По словам Люка, «Милость тьмы» — это своего рода подсознательная магия, которая может защитить его только от магии ниже определённого уровня маны. Но даже так, Люк совершенно не представлял, насколько она удивительна. Он не знает ценности этой магии! И это ещё далеко не конец. Люк смог воспроизвести магию, которую он “поглотил” с помощью «Милости тьмы»!! По факту он воссоздал мою «Стрелу звука» и показал её мне!! А-а-а-а-а-а-а, это уже слишком… (текст спутан и нечитабелен) 〇 месяц ☆ день Люк теперь может использовать базовую «Стрелу тьмы». Я имею в виду, что это определённо предшествует «Милости тьмы». Люк во многом странный. Теперь я к этому привыкла. В то время как моя «Стрела звука» обладает свойствами “невидимости” и “скорости звука”, «Стрела тьмы» Люка обладает свойством “поглощения”. Это означает, что поглотить и предотвратить её может только магический барьер, превышающий вложенную в него ману. И напротив, его сила будет увеличиваться пропорционально количеству поглощаемой им маны. А-а-а-а-а, «атрибут тьмы» и впрямь лучший!! У него куча возможностей! Всё-таки, я правильно поступила, решив остаться здесь. Постоянно возникают вещи, которые я хочу исследовать. Я хочу узнать больше об «атрибуте тьмы». О, вспомнила. Скоро должна состояться вечеринка. Вечеринка в честь проявления «атрибута тьмы» Люка. Они хотят, чтобы я тоже присутствовала, но-о-о-о-о-о, я не хочу-у-у-у. Я лишь хочу в своё удовольствие тихо сидеть в тени и наблюдать за твоей магией, Люк. Приедет много знати, и надо будет вести себя прилично. Тоскливо. Так, погодите. Амелия круто переборщила. Эта её «магия звука»… она потрясающая. Чем больше я смотрю на это, тем больше понимаю, что это безумие. И с дополнительным бонусом в виде невидимости. Если бы мне сказали, в настоящее время она сильнейшая в мире маг, я бы точно поверил в это. … «Стрела звука». Я вздрогнул, когда впервые увидел её. Я знал, что со мной будет покончено в одно мгновение, если по мне попадёт эта штука. И в то же время поднялся пламенный гнев. Ещё один человек, превосходящий меня. Мне это действительно надоело. Мне нужно было найти контрмеру. Мне нужно было найти контрмеру с намерением убить. К счастью, Амелия очень подробно обучила меня теоретической системе магии. Честно говоря, эта женщина немного сумасшедшая…… хотя нет, она точно сумасшедшая. Потому что, когда она учит меня, у неё вот такое лицо: она всегда тяжело дышит, слюни текут из уголка рта, а глаза вылезают из орбит. Это было явно лицо человека, у которого в голове не хватало парочки важных винтиков. Но что касается того, чему она учит, я ей доверяю. Время, которое я провёл с Амелией, стоило того. Хотя, меня беспокоит то, что она использует слишком много звукоподражательных звуков при обучении, например: «Делай это, как гу-у, и это похоже на шри-ри-рин♪», — но мне всё равно понятно. И чтобы противостоять магии Амелии, я придумал «Милость тьмы». Хотя у неё есть недостаток: количество маны, которую можно генерировать, значительно уменьшается, когда я нахожусь без сознания, я всё равно считаю, что проделал отличную работу. У меня поистине ошеломляющий талант. Приложив немного усилий, я тут же вижу результаты. Что ж, даже если бы я не приложил никаких усилий, большинство людей даже близко не смогут встать рядом со мной. Каждое событие доказывает, что я «избранный». И каждый раз, когда это происходит, моя самооценка растёт. Вот только… я уже встретил 2-х человек, которые затмевают меня. Эх…… мне реально повезло. Есть стена, которую невозможно преодолеть без усилий. Что может быть удачнее для “меня”? Я рад. Очень рад. Теперь я на шаг ближе. К тому, на что я не могу даже взглянуть вверх — на истинные высоты. Но это единственное место, где я могу обрести покой. Я сокрушу всё, что встанет на моём пути. Это довольно хлопотно, но у меня нет другого выбора, кроме как сделать это. — Люк. Голос отца, зовущий меня. Ах да, прямо сейчас я в центре вечеринки с кучей лживых аристократов. Нехорошо теряться в таких мыслях. — Что такое, отец? — У тебя есть девушка, которая тебе нравится? — …… Что? Я правда не понял, что он только что сказал. — Я спрашиваю, есть ли у тебя девушка, которая тебе нравится. — …… Я не ослышался!! Это же так вырвано из контекста!! О чём он спрашивает меня ни с того ни с сего с таким серьёзным выражением!? — …… Никого конкретно. Я тихо ответил. На самом деле, я вёл диалоги со многими людьми, как мужчинами, так и женщинами, и ни один из них не был таким. — М-м, ясно. …… Серьёзно, что это с ним?! Я его не очень понимаю, хотя он мой отец!! — Тебе поступило много брачных предложений, но я им всем отказал. Знаешь почему? — …… Нет. — Люк, я хочу, чтобы ты сам сделал выбор. Понятно. Я знал, что у меня нет невесты. Но я не знал, почему так. Я считал, что дворяне ценят «связи» с власть имущими, но, похоже, мой отец отличается. — Если ты найдёшь ту, кто тебе понравится, скажи мне… Я обязательно женю её на тебе. Даже если она из королевской семьи. — ………… Да, чего и следовало ожидать от «родителей Люка». Высокомерие верить в то, что ты можешь сделать что-то, и не сомневаться в этом. Более того, в его глазах нет ни капли злого умысла, что делает его ещё зловещее. — Спасибо, отец. Во всяком случае, я так ему сказал. — М-м, хорошо. Наслаждайся вечеринкой. Я невольно вздохнул. Я устал общаться с аристократами, на которых на плевать, а он ещё вот так внезапно зовёт меня только для этого? Должен ли я честно сказать ему: «Отец, это не твоё дело»? Нет, я лишь огребу больше проблем…… Вернее, я понимаю. В оригинальной истории, после того как «Люк» возвращается в отчий дом, следующим врагом протагониста, вроде бы, становится его отец. Он затаил обиду на протагониста и всеми силами пытается раздавить его. Если бы мне пришлось выразиться, то это было похоже на «Главу 2. Заговор аристократов». Ну, этого не произойдёт, но… — … Несмотря на то, что у тебя проявился редкий атрибут, у тебя весьма грустный видок. Я услышал женский голос. Я почти выпалили: «Ну а теперь-то что?». Я с усталым сердцем повернул глаза. И там была очень красивая девушка. У неё были длинные, светлые серебристые волосы, голубые глаза и бледная кожа. Если она будет бродить по улицам, многие будут замирать от восторга. Однако я отчётливо ощущаю некую холодность, присущую красивым женщинам. Если честно, это не мой типаж. Кто мне нравится, так это энергичная и эмоциональная девушка, которая радуется и грустит даже в самых незначительных повседневных ситуациях. А девушка передо мной была полной противоположностью…… В том, что я так думаю, определённо виноват мой отец. — … Алиса Рун Лонсдейл, я прав? — О, ты знаешь, кто я, Люк Визария Гилберт? Это должна быть первая наша личная встреча. Старшая дочь графа Лонсдейла. Тот факт, что я помню её имя, означает, что она принадлежит к влиятельному дворянскому роду. — Могу я звать тебя Люк? — Как хочешь. — Что ж, тогда и ты зови меня Алисой. …… А-ах, за что? Ну вот правда, зачем ты лезешь ко мне? — А ты можешь использовать атрибутную магию? Я вяло спросил. Хотя меня это не особо интересовало. — Я погляжу, ты говоришь свысока. Но я отвечу тебе. Да, могу. — Ясно. Меня посетила одна мысль, когда я увидел её. Вероятно, у неё «атрибут льда». Она похожа на ледяную дамочку, когда вот так смотришь на неё. Особенно если это мир рассказа. — «Лёд», небось? — …… Кто-то рассказал тебе? Видимо, я оказался прав. На самом деле, я удивился, что всё именно так, как я видел, а не наоборот. — Но он не единственный. — …… Хо-о. — «Лёд» и «яд». Вот мои атрибуты. Вау. Иметь два атрибута — это действительно потрясающе, но…… это по-злодейски. Хотя это не так круто, как мой «атрибут тьмы». — …… Ты не выглядишь таким уж удивлённым. Кажется, Алиса была недовольна моей реакцией. Хотя выражение её лица осталось неизменным, эмоции отразились в её голосе. — Смотришь на меня свысока только потому, что у тебя редкий атрибут? — Ку-ку, я ничего такого не сказал. От моих слов её настроение стало ещё враждебнее. — …… Ладно. Ты завтра свободен? Давай устроим тренировочный бой. — Тренировочный бой? — Да. Обычно что-то такое не разрешается, но если с нами будет она, то это будет возможно, да? В поле зрения Алисы была Амелия. Она выглядела куда “правильнеей”, что по её обычному виду и не подумаешь. Теперь она по праву образцовая дворянка. …… Слишком большой разрыв. Хотя, — Да, давай проведём его. Убегать от вызова — это не вариант для меня. Алиса обладала красивой внешностью и талантом к магии. Поэтому она выросла в окружении тех, кто её «утверждал». Однако, поскольку старший брат Алисы «Иоланд» не был таким, это привело к искажению её личности. Иоланд был добр. Невероятно добр. Как бы на него ни смотрели свысока, как бы плохо с ним ни обращались, он никогда не терял любви к своей семье. Он был очень добрым человеком. Естественно, Алису и Иоланда сравнивали. Алису хвалили, а Иоланда ругали. Подобные сцены были обычным явлением в Доме Лонсдейлов. Дети растут, наблюдая за своими родителями. Алиса тоже начала смотреть свысока на своего старшего брата Иоланда, прежде чем она это осознала. И это постепенно обострялось. Хотя она и не проявляла насилия, для Алисы стало обычным делом оскорблять Иоланда. Но ни один нормальный человек, каким бы добрым он ни был, не сможет продолжать так жить. Да, у Иоланда был секрет. А именно…… он был конченным «сестролюбом» и «мазохистом». Поэтому его это даже не беспокоило. Напротив, он сексуально возбуждался из-за того, что Алиса смотрела на него свысока и оскорбляла его. Его доброта была притворством. Вся эта ситуация, когда любой нормальный человек страдал бы от этого, была для него величайшим счастьем. Вот почему он был добр. Он мог вести себя как можно мягче. Однако «доброта» Иоланда в конечном итоге исказила личность Алисы. Поскольку она продолжала оскорблять своего брата, который был старше её, в её сердце начал прорастать «садистский вкус». Этот маленький бутон со временем вырос, постепенно превратив её в «садистку». А затем, со временем, Алиса встретила Люка. В тот момент, когда она увидела всепоглощающие глаза Люка, разумом Алисы овладело одно-единственное сильное желание. Это было непреодолимое желание «унизить эти надменные глаза». Люк был существом, проявившим редкий «атрибут тьмы». Однако Алиса знала, что прошло меньше месяца с тех пор, как он начал обучаться магии. Тогда как она обучалась магии вот уже больше 3-х лет и являлась по-настоящему талантливым человеком, обладающим 2-я атрибутами. Она никак не могла проиграть. Да, проигрыш просто невозможен. — А-А-а-А-а-А-а-А-а-а-А-а!!! Иди к чёрту-у-у-у-у-у-у-у-у-у! С криком боли Алиса яростно стреляла залпом магии. Но это ничего не давало. Залп просто исчезал и поглощался «тьмой». Люка было уже невозможно остановить, когда он медленно подошёл к ней. Затем он приставил свой меч к шее Алисы. — Л-Люк! Достаточно! Всё кончено! Дальше нельзя! Ах, но если чуть-чуть больше…… ещё. Нет, всё же нельзя! Голос Амелии раздался эхом. — Ты ущербна, знаешь? Ущербна во всём. — Ха-а…… ха-а… Алиса упала на землю. Она израсходовала почти всю свою ману и больше не могла даже стоять. Сколько бы раз она ни пыталась, результат оставался прежним. А он просто подошёл к ней и приставил меч к её шее. Вот тебе и результат. Использовала ли она «атрибут льда» или «атрибут яда», всё было тщетно. В конечном итоге всё просто поглощалось “тьмой”. Она ничего из этого не поняла. Это уже даже не было состязанием. — Ха-а…… ха-а… Каждый раз, когда Алиса проигрывала, её осыпали словами, которые попирали её самооценку. Это были те самые слова, которыми Алиса осыпала своего брата. — Какое же ты позорище. И как ты только смеешь бросать мне вызов? Она должна была заставить его почувствовать себя униженным, но униженной оказалась именно Алиса. Её самооценка с треском сломалась. Всё, что было до сих пор, бесследно исчезло. Её сердце не выдержало такой нагрузки. — Ха-а…… ха-а…… ещё… … Иногда человеческое сердце «выворачивается наизнанку». Это для того, чтобы защитить себя, или оно раскрывает суть того, чем оно было изначально? Ответ не однозначен, но сердце Алисы определённо вывернулось наизнанку. — Ещё…… ха-а…… оскорби меня…… оскорби меня ещё…… ха-а… — …… Ха? Другими словами… она перешла от «С» к «М». [[image:/storage/reader-images/0af54bc866f9c758a7153dd933f24f6e768b27bf.jpg]] Если ты найдёшь ту, кто тебе понравится, скажи мне. На следующий день после того, как он сказал ему это, он увидел, как Люк принимает в гости девушку. Вероятно, это было то самое. Из-за сильного недопонимания отца Люка, Клода, в сочетании с его впечатляющими навыками, переговоры о сватовстве между Люком и Алисой прошли довольно гладко, но пройдёт много времени, прежде чем Люк узнает об этом факте… — …… Ка-ах. Утомлённый, Авель опёрся руками о землю, начав харкать кровью. Это было крайне странное зрелище. Но в этом не было ничего необычного. Для него это была просто рутина. Для Авеля это была обыкновенная рутина. — Давай остановимся. Ещё немного, и ты… — Ещё раз…… позвольте ещё раз… — Ясно. Я знала, что ты не остановишься. — … Угх. Эрука взмахнула мечом, выбив свет из кроваво-красных глаз Авеля. Вырубить этого юнца было проще, чем выкрутить руку младенцу. Его физические пределы уже давно были превышены, а мана полностью иссякла. Авель просто не мог оказать сопротивления. — Ха-а…… серьёзно. Это точно правильно? Я теперь задаю себе этот вопрос каждый день… Джела. — Слушаюсь, госпожа Эрука. … «Исцеление». В тот момент, когда женщина по имени Джела произнесла это, тело Авеля окутал зелёный свет, а его раны зажили, казалось иллюзией, что он был на грани смерти. — Сколько раз сегодня? — …… Намного больше 50. — И впрямь сумасшедший. Извини, что беспокою. — Что вы такое говорите? Для меня не будет большей радости, чем отплатить своей силой даже небольшую частью благосклонности, которую я получила от вас. — А ты всё такая же упрямая, да? Я ведь говорила тебе стать священником, но в итоге ты решила стать рыцарем. — Потому что я совершенно не согласна с идеей храма, что «исцеление даётся только тем, кто может его оплатить». — …… Фу-фу, странная же ты. Ну, я тоже не могу говорить за других. Эрука резко опустила взгляд и посмотрела на Авеля. У него нет физического таланта. Он может использовать магию, но у него нет таланта к магии. Но даже так, этот мальчик гонится за «силой», как будто чем-то одержим. Эрука не могла остановить его, потому что знала причину. — … Если бы не было никакого «пути», я могла бы честно сказать, что ему нужно сдаться. Авель, естественно, не мог использовать атрибутную магию. Он мог использовать лишь одну-единственную безатрибутную магию. Однако… эта единственная магия соединяла «путь» Авеля с высотами. Или следует сказать, что они уже давно соединились. Но он был настолько тонким и пустынным, что его даже нельзя было назвать путём. Любой здравомыслящий человек по незнанию исключил бы такой вариант. «Слава богу…… правда…… Я всё время беспокоился, а вдруг ничего не будет. Но сейчас… всё, что мне нужно, это двигаться дальше». Есть путь, ведущий к вершинам. Эрука никогда не забудет ту маниакальную улыбку на лице Авеля, когда он узнал об этом. Что бы ни случилось, путь обязательно есть. Для Авеля этого было достаточно. В этот день и сама Эрука подтвердила свою решимость. Авель уже был сломлен. И если она не будет направлять его должным образом, он сломается ещё больше. Вот что она подумала. Эрука тревожилась. Она продолжала с тревогой размышлять. Бессонные ночи стали для него привычным делом. Она хотела, чтобы Авель был счастлив. Эрука искренне на это надеялась. Остановись, сдайся. Сила — это ещё не всё. В мире есть ещё множество других вариантов. Она много раз думала о том, чтобы сказать это. И всё же, — …… Я не мог ему сказать. Всякий раз, когда она смотрит в эти глаза, наполненные безумием и решимостью, её слова всегда куда-то улетучиваются. Эрука знала “эти глаза”. Она знала. Что бы она ни сказала, всё будет без толку. Авель не остановится, его невозможно остановить. А потому Эрука тоже решилась. Решилась идти вместе с ним по этому адскому пути… — Как будешь готов. — Я иду. Мгновение спустя фигура Альфреда исчез. Со сверхскоростью, за которой ни один обычный человек не смог бы уследить даже глазами. Затем последовала вспышка диагонального удара. Люк знал, что он не сможет противостоять этой атаке в лоб. Разница в телосложении, которую невозможно преодолеть. А если бы он стал тягаться только за счёт мышечной силы, у него бы не было никаких шансов на победу. Следовательно, ему требовалось подавляющее мастерство, превосходящее его. И, конечно же, Люк справился с этим, как будто для него это было как дышать. Идеально выбрав момент и угол, он ударил по мечу Альфреда. Это было красивое парирование. Однако даже для Альфреда это было в пределах его ожиданий. Для Люка это было нормально. Поэтому он ожидал, что этот ход будет им заблокирован. Посему, в следующий момент Альфред нанёс беспощадный удар ногой. Этот удар, далёкий от благородного искусства фехтования королевства, предназначался исключительно для того, чтобы нанести противнику удар в лицо. Но Люк лишь равнодушно увернулся. На этом всё не закончилось. Без малейшего колебания он нанёс резкий удар в Альфреда. «Потрясающе…! Не только минимальное уклонение от внезапной атаки, но ещё и контратака…!» Альфред издал голос восхищения в душе; однако он мгновенно стёр эти отвлекающие мысли. Причина этого была в том, что ему нужно было вложить в это всё своё сердце и душу, и быть готовым убить, иначе он даже не сможет участвовать в бою. Он наклонил тело назад и сделал сальто, чтобы дистанцироваться, избегая при этом выпадов Люка. При этом он атаковал Люка снизу вверх, но тот, естественно, заблокировал его. — А-ха-ха-ха-ха!! Как я и думал, это весело!! Фехтование!! Нападение и защита поменялись местами. Люк сократил дистанцию и поднял меч по диагонали вверх. Альфред заблокировал его и тут же контратаковал. С этого момента последовал яростный обмен ударами мечами. Молния, ветер, вспышки. Серия ударов, не позволяющая даже ошибиться в выборе времени, чтобы отдышаться. Однако… единственным чувством, которое было у этих двоих в сердцах, было «веселье». Горизонтальный удар, толчок корпусом, упорство, пинки, взмах, парирование, подхват, боковой удар, укол рукой и т. д. Безкомпромиссный обмен мечами ради победы. Альфред не мог не испытывать ностальгии по щекочущему душу обмену жизнью, но при этом ощущал лёгкое чувство неполноценности. «Что б вас, мне не нравится стареть» Бой на мечах, который, казалось, длился вечно, подошёл к концу. — Думаю, я выиграл, Альфред. — Я проиграл. Что и ожидалось от вас, господин Люк. Острие меча Люка было нацелено на горло Альфреда. — Жаль, что я не могу сразиться с тобой в расцвете сил. — …… Фу-фу. Я тоже так подумал. Особенно с моей точки зрения как соперника. — Эй-эй, ты же мой учитель, разве нет? «Мне теперь нечему учить вас», — молча подумал Альфред. Честно говоря, ему следовало воздержаться от дальнейших тренировочных поединков с Альфредом. Потому что у него могли развиться странные привычки, если бы он постоянно сражался только с одним и тем же оппонентом. Несмотря на это, Альфред эгоистично продолжал скрещивать с ним мечи. Это было связано с непреодолимым желанием непосредственно почувствовать меч Люка. «И всё же, пора бы остановиться. К тому же, я уже недостаточно силён…… как же всё-таки жаль» Альфред думал, что как только Люк откроет для себя атрибутную магию, это заставит его бросить фехтование. Но этого не произошло. Он всё ещё мог лицезреть меч Люка. Он не мог выразить словами ту радость, которую испытал в тот момент. Однако верно и то, что он не мог найти для Люка подходящего соперника. И пока он думал, что ему делать, … Хлоп, хлоп, хлоп. Послышались тихие аплодисменты. И Люк и Альфред обернулись, чтобы посмотреть, кто их издаёт. Это была Алиса. — Значит, это правда, что тебе нравится фехтование. Это так чудесно. Альфред немедленно склонил голову. Но когда Люк увидел её, на его лице отразилось отвращение, которое он даже не старался скрыть. — Альфред, приготовь мне горячую ванну. — Слушаюсь. Он попытался проигнорировать её и уйти, но… — …… Ха-а, ха-а. Он услышал её отвратительное дыхание. — Я же говорил тебе не делать так, ты забыла? Люк не смог этого вынести. — Что? Планируешь ли ты прибегнуть к насилию в следующий раз? Ты собираешься унизить меня, разорвав мою одежду в клочья своими хорошо отточенными навыками владения мечом? — …… Хватит. Вали домой. Только вчера у него был тренировочный бой с Алисой. Однако Люк уже не переносил её. Или правильнее было сказать, что он не хотел к ней приближаться, потому что она заставляла его чувствовать себя некомфортно. Это можно было охарактеризовать как отвращение к тому, что невозможно понять. — Думаю, тебе лучше сначала меня выслушать. — Вряд ли мне стоит прислушиваться к тому, что ты говоришь. Так что поторопись и… — … Твоя помолвка со мной состоялась. — Возвращайся…… ха? Он уронил полотенце, которым вытирал пот с лица. Это были слова, которые Лука не мог понять. Нет, дело не в том, что он не понял слов. Его мозг отказывался воспринимать то, что он только что услышал. — …… Что ты щас сказала? — Я не вру. Мой отец рассказал мне об этом сегодня утром, и я согласилась. Я так рада. — Погоди. У меня болит голова. Мысли Люка кружились на высокой скорости. Два дня назад он встретил Алису на вечеринке. Так почему же это происходит? Слишком рано. Это слишком рано. Единственный, кто мог сделать такое, это… «Отец, это ты-ы-ы-ы-ы-ы-ы!!!!!» Он мгновенно нашёл ответ. «Навыки моего отца обернулись против меня же!! Как можно было заключить помолвку всего за два дня!! И ладно, если бы это было просто брачное предложение, пустяк!! Но почему из всех людей именно эта женщина-а-а-а!!» Да, было бы лучше, если бы это было на стадии переговоров о сватовстве. Не страшно. Но если помолвка состоялась, то это уже совсем другая история. Если вы расторгнете помолвку после того, как она была заключена, вы испортите репутацию другой стороны. Разумеется, такое не навредит Дому Гилбертов. И тем не менее, Люк не мог не думать, что оставит пятно позора на Доме Гилбертов. — Как, как до такого дошло… — Не может быть…… ха-а, ха-а…… как же больно осознавать, что ты не рад этому. — ………… «Почему у неё краснеют щёки…» — Я чувствую, что мне суждено быть с тобой, кто изменил для меня всё, но, похоже, для тебя всё по-другому, да? — Ага. — Ясно, но есть три преимущества. — Говори… Дыхание Алисы всё ещё было тяжёлым, а румянец на её щеках только усилился. Люк этого не понял и презрительно посмотрел на неё, потому что ему было не по себе. В результате дыхание Алисы стало ещё более затруднённым. Итак, картина повторилась. — Прежде всего, Дом Лонсдейлов обладает очень высокой предрасположенностью к магии. Я почти уверена, что если мы с тобой поженимся, у нас будет превосходное потомство. — ………… — Во-вторых, я бесподобная красавица. — ………… — Наличие рядом с тобой такой женщины, как я, даёт тебе более высокий статус мужчины. Есть статус, которого мужчина может достичь, только имея подле себя красивую женщину, понимаешь? Ну, то же самое касается и женщин. — ………… «…… Серьёзно, что она говорит с такой невозмутимой рожей? Мы вообще одного возраста? Она всё больше пугает меня…» — И последнее, если ты женишься на мне, тебе не придётся беспокоиться о стрессе. — …… Это почему же? — Я уверена, что смогу удовлетворить любое твоё желание, каким бы тяжёлым оно ни было… — ………… Увидев, как Алиса извивается и корчится, Люк потерял силы и сел на землю, как будто рухнул. Почему? Почему это произошло? Где я ошибся? Даже своим мозгом Люк не мог найти ответ на этот вопрос. Он устал. Поэтому он решил убежать от реальности. «Амелия рекомендовала «Академию Магии Аслана». Я слышал, что в ней сложно, так что придётся очень постараться…… ха-ха…… ха-ха-ха…… ха-ха-ха-ха…» — Люк, с тобой всё хорошо? Люк не ответил на вопрос Алисы. А Клод всё гадал, когда же Люк на радостях прибежит в его кабинет, его строгий взгляд немного смягчился, пока он с нетерпением ждал этого… ---------- Дневник главного исследователя Амелии ○-Е ЧИСЛО ○-ГО. Поверить не могу. Не думаю, что когда-нибудь забуду случившееся сегодня. До самой смерти не забуду. Сколько столетий прошло с тех пор, как у кого-то находили предрасположенность к Тьме? За последнюю сотню лет записей точно нет. Я так удивилась, что немного потеряла осторожность. Прискорбно, конечно, но я просто не могу подавить своё научное любопытство! Серьёзно, не могу! В смысле… я ведь всегда хотела изучить стихию Тьмы! Пожалуй, свяжусь с министерством и сообщу, что пока остаюсь в Гильбадии. А ещё попрошу лорда Гилберта разрешить мне исследовать предрасположенность его сына к Тьме. У-у-у, я всегда ненавидела переговоры. Надеюсь, всё пройдёт хорошо. ○-е число ○-го. Переговоры прошли успешно, но лорд Гилберт в качестве одного из условий попросил меня стать учителем его сына. Как учитель я, честно говоря, не очень, но прежде чем он сможет работать со своей стихией, ему всё равно придётся разобраться с основами. Кто-то должен его обучить, а у меня есть преподавательская квалификация Магической академии Аслана, но… я получила её только ради того, чтобы в любой момент заходить в академию. Великая библиотека там потрясающая; исследовательские помещения отличные, а с квалификацией не приходится каждый раз возиться с раздражающей бумажной волокитой на входе. М-да, серьёзно, у меня ноль интереса к воспитанию следующего поколения. Я волнуюсь. Ещё со студенческих времён никто толком не понимал, чему я пытаюсь их научить. △-е число ○-го. Сегодня был мой первый день занятий с Люком по магии, и одно теперь я знаю наверняка: инструктор ему не нужен. Что с ним вообще такое?! Он невероятен! Мне достаточно дать ему книгу заклинаний — а остальное он сделает сам! Люди всегда называли меня гением. Если честно, думаю, даже объективно они не ошибаются. У меня действительно есть талант к магии. Большинство вещей не кажется мне сложным. …Но Люк существует в совершенно другом измерении. Кому-нибудь раньше удавалось с первой попытки точно контролировать свою ману? Есть ли вообще человек, способный после первого дня магического обучения применить несколько нестихийных заклинаний? Ответ: нет. До сегодняшнего дня. То есть я бы сказала, что это невозможно, но он делает всё прямо у меня на глазах. Чёрт возьми, этот ребёнок и правда нечто особенное. △-е число ○-го. Говорят, объём запасов маны определяется талантом, а выброс маны — усилиями. Лично я не думаю, что это правда. Талант нужен и для того и для другого. Просто увеличить запас маны одними усилиями почти невозможно. Когда я проанализировала запас маны Люка заклинанием Восприятия маны, это стало настоящим потрясением: ему доступен огромный объём силы. Он на уровне директора академии или магического рыцаря… Может быть, даже выше. То есть я уже в первый день почувствовала глубину и мощь, но после проверки данных… уф, наверное, это у него в крови — природный резервуар такого размера. В любом случае сегодня всё снова прошло гладко. Он продолжает превосходить все мои ожидания, и теперь, когда мы взялись за дело по-настоящему, учить его мне даже стало довольно интересно. □-е число ○-го. Ого. Серьёзно, ого. Прошло всего восемнадцать дней. На такое должны уходить годы, но Люк освоил основы магии всего за восемнадцать дней. Он уже может использовать почти все нестихийные заклинания. Я слышала слухи, будто наследник Гилбертов — чудак, занимающийся мечом, но не понимала, что он ещё и безумно хорош в магии. Я так погружена в работу, что редко слежу за свежими сплетнями, но даже я знала тихие разговоры о нём, которые последние пару лет ходили среди аристократов. И всё же, когда Гилберты впервые со мной связались, я думала, что к вступительному экзамену в день пятнадцатилетия он никак не будет готов. У него было всего два года на подготовку. Я ошибалась. Оказалось, для такого чудовища, как этот ребёнок, этого более чем достаточно. И дело не только в его природном таланте, который уже выходит за пределы нормы. Куда страшнее то, насколько он полностью, до последнего, сосредоточен. И скоро… мы наконец переходим к обучению стихийной магии. Завтра! Да-а! Ох, я просто не могу дождаться! Я так чертовски взволнована, что, кажется, вообще сегодня не усну. ○○-е число ○-го. Свет отталкивает всё, но Тьма поглощает всё целиком. Свет отражает, а Тьма впитывает… Записи говорили правду! Да, конечно, всё это было в документах, но увидеть эту безумную способность поглощать магию вблизи — совсем другой уровень! Просто потрясающе. Правда, теперь мне интересно, как его вообще обучать. По редким стихиям почти нет прецедентов, так что составить учебный план сложно. В смысле, мне столько всего придётся выяснять самой. Поэтому я решила для начала просто показать ему свою магию. Моя стихийная магия основана на Звуке. Даже среди стихий Звук силён — очень силён, — потому что скорость звука не позволяет увидеть мои атаки невооружённым глазом. Если бы я сражалась с обычным человеком, думаю, он умер бы раньше, чем понял, что произошло. Я показала Люку заклинание под названием Стрела звука. Само базовое заклинание крайне простое, но когда я совмещаю его со своей стихией, оно превращается в единичный, безумно быстрый и почти неразличимый удар. Да, мои заклинания сильны, если уж говорить откровенно. Люк всегда смотрит на меня сверху вниз, поэтому выражение удивления на его лице, когда он это увидел, было немного милым. Думаю, предел есть, но способность стихии Тьмы к поглощению технически должна давать самую сильную возможную комбинацию щита и копья. Интересно, сможет ли она заблокировать даже мою магию Звука? Моя гипотеза: нет, не сможет. В конце концов, самый мощный щит в мире бесполезен, если ты не успеваешь его активировать. Похоже, он и сам это понял; я видела, как он обдумывает проблему. На этом наш день в итоге и закончился. Хм… Может, я зря показала ему свою стихию? Учить людей и правда трудно. #-е число ○-го. Ой-ой-ой-ой-ой-ой… Боже, это же безумие! Есть одна штука, которую умеет делать Люк; я назвала её «Тёмное благословение». Попробую объяснить с самых основ. У каждого мага в мире есть способность Обнаружения маны. Она настолько элементарна, что её вообще едва ли можно считать магией. Есть ещё базовое защитное заклинание — Магический барьер… И Люк сказал, что «связал их вместе». Каким-то образом…? То есть что это вообще такое?! Я главный исследователь стихийной магии, но хоть убей не могу понять, что он имеет в виду. Тёмное благословение — способность стихии Тьмы, которая активирует Магический барьер в тот миг, когда обнаруживает ману. Иными словами, Люк создал частично автоматизированную магическую систему безопасности, блокирующую заклинания. Ему даже думать об этом не нужно, а значит, совершенно не важно, если магия незаметна или летит с невозможной скоростью. Когда он попросил меня проверить её, я была уверена, что ничего не сработает… Но я не смогла устоять перед научным любопытством, хотя даже мои ослабленные заклинания серьёзно ранили бы Люка, если бы попали в него. И всё же как я могла не попробовать? Я обязана была проверить… ради знания! Если оглядываться сейчас, возможно, это было просто эгоистично с моей стороны. Но ничего, всё обошлось. Он оказался абсолютно прав! Он полностью заблокировал моё заклинание! Чёрт возьми, это было безумие! По словам Люка, поскольку Тёмным благословением он пользуется бессознательно, оно способно блокировать только заклинания ниже определённого объёма маны. Но я знаю, что он даже не представляет, насколько эта штука потрясающая. Он так силён и при этом совсем ничего не знает. И это ещё не всё! Он способен создавать копию любого заклинания, которое поглощает Тёмное благословение! Он взял и воссоздал мою Стрелу звука! Ах, это так круто! Мне так повезло, поверить не могу… Он такой, такой, такой потрясающий, что я п— (оставшаяся часть записи неразборчива) ☆-е число ○-го. Теперь Люк способен применять базовую Стрелу тьмы. Это замечательно, но, в смысле, она уж точно должна была идти до Тёмного благословения… Даже порядок, в котором он учится, странный. Хотя я уже привыкла. Стрела тьмы Люка обладает свойством поглощения, а значит, если в Магическом барьере, защищающем его цель, меньше маны, чем он вложил в стрелу, барьер просто будет поглощён его атакой. На самом деле поглощённая из барьера мана делает его Стрелу тьмы ещё сильнее. Ох, стихийная магия Тьмы и правда лучшая! Она открывает столько возможностей! Я всё-таки правильно сделала, что осталась здесь: каждый день появляется что-то новое для исследования. Я хочу знать о Тьме всё. Ах, точно, родные Люка, похоже, устраивают праздник в честь открытия его стихии. Меня тоже попросили присутствовать, но мне очень не хочется идти. Я бы лучше просто сидела в стороне и смотрела, как Люк творит магию. Наверняка там будет полно аристократов, и мне придётся вести себя прилично и рассудительно. Как уныло. * * * Когда я впервые увидел Стрелу света, меня пробрала настоящая дрожь ужаса. Я подумал: если бы кто-то атаковал меня такой магией, я был бы мёртв. Как в этом мире вообще могут существовать настолько безумные заклинания? Амелия-сан и правда невероятна. Эта магия Звука слишком сильна. Она явно сдерживалась, но её атаки всё равно были невероятно мощными — не говоря уже о том, что они действительно двигались со скоростью звука. Я ни секунды не усомнился бы, скажи мне кто-нибудь, что Амелия-сан — сильнейший маг во всём мире. И одновременно я почувствовал, как внутри меня с привычным жаром вспыхивает ярость. Ещё один человек, превосходящий меня. Как же мне это надоело. Я знал, что должен придумать способ противостоять её заклинанию. Я думал об этом долго и серьёзно. К счастью, на занятиях Амелия многому научила меня в теории магии. При всех её… прочих недостатках, знания у неё были весьма обширные. Если честно, она немного… ну ладно, очень странная. У неё появляется безумный блеск в глазах, и она начинает очень тяжело дышать. Эти выражения лица… и, клянусь, иногда я видел, как у неё текли слюни. Воистину выражение человека, у которого в голове отсутствует несколько очень важных винтиков. Зато всё, чему она меня учила, было верно, и время, проведённое с Амелией, оказалось очень продуктивным. По крайней мере, если не считать случаев, когда она говорила мне «ну соберись, и просто вот так — фьюш! Ой! Та-дам!» и прочую бессмыслицу. Но даже тогда я обычно как-то понимал, что она хочет сказать. В конце концов я придумал метод против магии Амелии: Тёмное благословение. К сожалению, у этого заклинания был серьёзный недостаток — пока оно активно, оно заметно снижало мой выброс маны. Но я всё равно был весьма доволен собой за то, что нашёл решение. Честно говоря, почти противно, насколько талантливым я был. Стоило мне приложить хоть малейшее усилие — и я сразу получал результат. Нет, дело не только в этом. Даже если бы я почти не старался, большинство людей никогда не смогло бы приблизиться к моему уровню. Всё, что я делал, доказывало: я один из избранных, и моё эго раздувалось ещё сильнее. И всё же я уже встретил двух людей, которые лучше меня. Я видел впереди нависающую стену. Мне нужно было стараться ещё сильнее, продолжать подниматься, прикладывать ещё больше усилий, чтобы её преодолеть. До сих пор мне везло, но насколько везучим я вообще мог быть? И всё же я был рад, что всё сложилось именно так. Мне казалось, что я приближаюсь к своей цели. Всё ближе и ближе к по-настоящему несравненным высотам, к самым высоким вершинам, скрытым туманом от тех, кто смотрит снизу. Только там я когда-нибудь найду покой. Я должен сокрушить всё, что стоит между мной и этой целью. Задача будет раздражающей, но я обязан это сделать. — Люк. Это был голос отца. Ах да. Я ведь посреди вечеринки, полной двуличных аристократов. Не стоит слишком уходить в мысли. — Что-то не так, отец? — Скажи, тебе понравилась какая-нибудь из присутствующих здесь девушек? — Простите? Я искренне не понял, о чём он спрашивает. — Я спрашиваю, пришлась ли тебе по вкусу какая-нибудь из этих девушек. — Э-э… Значит, я всё-таки расслышал правильно. Откуда это вообще взялось?! Как можно спрашивать такое с невозмутимым лицом? — Никто конкретно, — спокойно ответил я. Это была правда. На той вечеринке я почти ни с кем не обменялся больше чем парой слов — ни с девушками, ни с юношами. — Хмф, вот как. Серьёзно, что с этим человеком?! Он ведь мой отец, верно? Я понятия не имею, к чему он клонит! — Я получил несколько предложений о браке на твой счёт, но все их отклонил. Знаешь почему, Люк? — Нет. — Потому что выбирать должен ты сам. Понятно. Я знал, что у меня не будет устроенного брака, но до сих пор не понимал почему. Влиятельные дворяне действительно придают огромное значение политическим связям с другими домами, но, видимо, мой отец человек более сентиментальный. — Скажи мне, если какая-нибудь девушка привлечёт твоё внимание, — сказал он. — Я прослежу, чтобы ты взял её в жёны. Есть лишь одно исключение — королевская кровь. Да, это похоже на то, что могли бы сказать родители Люка. Он настолько высокомерен, что ни секунды не сомневается: сказанное им возможно… А когда он выдаёт такую фразу без малейшей злобы в глазах, всё становится ещё неприятнее. — Благодарю вас, отец, — ответил я просто, чтобы его удовлетворить. — Это всё. Наслаждайся праздником. Что мне оставалось, кроме как вздохнуть? И без того утомительно было иметь дело со скучными аристократами, а тут ещё отец устроил мне засаду с таким разговором. Может, стоило сказать ему прямо? Попросить не вмешиваться? Нет, так стало бы только хуже. Я не помнил всей истории, но помнил, что в оригинальной книге Люк сидел взаперти в родительском доме. Вероятно, чтобы следующим противником главного героя стал отец Люка. Из-за этого тот возненавидел главного героя и сделал всё, что было в его силах, чтобы уничтожить его. Что-то вроде «Глава вторая: арка заговора аристократа». Ну, у меня всё так не пойдёт. — Ты выглядишь ужасно мрачным для человека, у которого только что обнаружили талант к редкой стихии. Это был девичий голос. В обычной ситуации я, наверное, сразу выпалил бы: «Теперь ещё что?» — но в тот вечер просто повернул к ней усталый взгляд. Девушка передо мной была очень красива. У неё были длинные, сияющие серебряные волосы, острые сине-зелёные глаза и прекрасная кожа. Думаю, любой мужчина или женщина невольно залюбовались бы ею, просто проходя мимо на улице. Впрочем, в ней чувствовалась отстранённая холодность, то мощное ощущение давления, которое часто сопровождает красоту. Честно говоря, она не в моём вкусе. Мне нравятся девушки более живые и энергичные, которые открыто показывают, что чувствуют, понимаете? Та, что стояла передо мной, казалась полной противоположностью… Хотя наверняка я думаю об этом только из-за отца. — Элис Рун Лонсдейл, верно? — О, значит, ты знаешь моё имя, Люк Уизария Гилберт. Должно быть, это была моя первая встреча со старшей дочерью дома графа Лонсдейла. Раз я знал её имя, значит, её семья относилась к достаточно влиятельной знати. — Могу я называть тебя Люком? — спросила она. — Называй как хочешь. — Тогда и ты можешь звать меня Элис. Да ну брось. Зачем ты вообще ко мне подходишь? — Так… ты, значит, тоже пользуешься стихийной магией? — спросил я, не особенно интересуясь ответом. — Манера речи у тебя довольно заносчивая, не правда ли? Полагаю, я всё же снизойду до ответа, — усмехнулась она. — Да, пользуюсь. — Понятно. Первое, что пришло мне в голову, когда я на неё посмотрел: скорее всего, она пользователь стихии Льда. Это подошло бы такой снежной королеве, да и оба мы персонажи истории. — Лёд, верно? — Интересно, кто тебе сказал? Хм, я угадал. В каком-то смысле даже удивительно, что она ровно такая, какой выглядит. — Но это ещё не всё. — О? — Лёд и Яд. Таковы мои стихии. Ого. Пользователь двух стихий? Это действительно впечатляет. И стихии у неё довольно злодейские. Они даже могут посоперничать с моей Тьмой. — Ты не выглядишь особенно удивлённым, — продолжила она. Элис, похоже, была недовольна моей реакцией. На лице это почти не отражалось, но по голосу я уловил эмоцию. — Полагаю, ты смотришь на меня свысока из-за того, что у тебя одна из редких стихий, — высокомерно сказала она. — Мва-ха-ха, у меня не было такого намерения. Мой ответ, кажется, только усилил её враждебность. — Что ж. Скажи, ты свободен завтра? Проведём учебный поединок. — Учебный поединок? — Да. Обычно подобное, наверное, не разрешили бы, но с ней… — Элис на мгновение перевела взгляд на Амелию. — Думаю, это может оказаться возможным. Я проследил за её взглядом. Моя наставница вела себя как образцовая благовоспитанная молодая аристократка, что совершенно не сочеталось с её обычной манерой. Разница между её публичным и личным лицом, конечно, впечатляет. — Ладно, тогда сделаем это. Я не убегал от прямых вызовов. Мне ничего не оставалось, кроме как принять. * * * Элис была одарена красотой и талантом к магии и потому росла в окружении людей, которые поддерживали её постоянным одобрением. Однако это воспитание в определённом смысле исказило её характер, ведь её постоянно противопоставляли старшему брату, Йоланду, который ничем особенно не выделялся. Йоланд был добр до крайности. Как бы плохо с ним ни обращалась семья, он никогда не переставал любить родных. Он был именно таким — бесконечно добрым человеком. Даже когда Элис и Йоланда ставили друг против друга, даже когда её хвалили, а его ругали, он всё равно заботился о ней. Дети растут, наблюдая за родителями, и Элис тоже начала смотреть на старшего брата свысока. Постепенно её чувства к нему стали усиливаться и вышли за пределы простого повторения родительского фаворитизма. Она никогда не прибегала к насилию, но довольно часто осыпала его словесными оскорблениями. Однако каким бы добрым ни был человек, обычный мужчина не выдержал бы такого ежедневного давления вечно. Но Йоланд не был обычным мужчиной. Втайне у него был крайний комплекс сестры, и он был законченным мазохистом. Он никогда не воспринимал оскорбления как что-то плохое. Каждый раз, когда Элис ругала и унижала его, он испытывал извращённый восторг. Доброта Йоланда была подлинной. Просто всё в его положении — положении, которое заставило бы любого нормального человека провалиться на самое дно жалости к себе, — приносило ему высшую радость. Именно поэтому он в первую очередь стал таким добрым, таким бесконечно любящим, и именно эта его доброта в конце концов исказила характер сестры. Сердце Элис холодело с каждым днём, пока она ругала и принижала брата. Мороз распространялся и креп, пока она не превратилась в полную и абсолютную садистку. А затем она встретила Люка. Люк постоянно смотрел свысока на всех вокруг. С того самого мгновения, когда Элис впервые его увидела, её охватила жажда — всепоглощающее желание унизить мальчика с такими высокомерными глазами. Стихия Люка, может, и была редкой, но Элис знала, что он изучает магию всего около месяца. У неё же за плечами было больше трёх лет практики. Кроме того, она и сама обладала немалым талантом как пользователь двух стихий. Она никак не могла ему проиграть. Просто не было способа, при котором это могло бы случиться. Элис горько вскрикнула, выпуская один залп заклинаний за другим, но всё было бесполезно. Всё поглощала тьма. Она ничего не могла сделать, чтобы остановить медленное продвижение Люка к ней. Он приставил лезвие меча к шее Элис, и тогда Амелия вскрикнула. — Л-Люк! Достаточно! Больше нельзя! Дальше заходить нельзя! — В её голосе проступило внутреннее противоречие, а истинное «я» начало прорываться наружу. — Ах, н-но, может, ещё чуть-чуть… интересно, если… Нет-нет! Забудь! Амелия взяла себя в руки и, как ответственный взрослый, остановила поединок. — Ты не готова. В тебе всё недоделано, — сказал Люк. Элис лежала ничком на земле и тяжело дышала. Она израсходовала почти всю ману до последней капли и уже не могла даже стоять. Сколько бы она ни пыталась, результат оставался тем же: клинок Люка у её шеи. Этим всё заканчивалось. Каждое заклинание — будь то Яд, Лёд или их сочетание — легко поглощалось Тьмой. Это не было состязанием. Даже близко. Она пыталась осмыслить случившееся, дыша рвано, а её эго было растоптано окончательно. С каждым поражением Элис слышала те же унизительные слова, которые годами говорила брату. — Жалкое зрелище, верно? И с такой ничтожной силой ты решила бросить мне вызов? Именно Элис должна была поставить его в неловкое положение, но унижение досталось ей самой. С треском её самомнение обрушилось внутрь. Разум не выдержал тяжести, которую возложило на него поражение. — Ах… Е-ещё… — выдохнула она. Иногда сердце человека может предать его. Конечно, можно спорить, было ли это отчаянным движением ради самосохранения или всего лишь раскрытием истинной природы. Но как бы то ни было, в тот миг сердце Элис действительно её предало. — Ещё… Ах… Оскорби меня ещё! Д-давай, смотри на меня сверху вниз… — …А? Иными словами, она переключилась с S на M. * * * Я попросил его сообщить мне, если какая-нибудь девушка привлечёт его внимание, и уже на следующий день он встречается с одной из них. Я понял, что происходит, мой мальчик. Люк узнает об этом ещё нескоро, но огромное недоразумение его отца, соединённое с его невероятной способностью добиваться результата, приведёт к поспешной, но гладко устроенной помолвке Люка и Элис. * * * — Аргх! [[image:/storage/reader-images/84bd000a8979f7e0d6cfcf9f271637a9cf339200.jpg]] Избитый, покрытый синяками и стоящий на коленях Абель сплюнул кровь на пол. Для некоторых это было странное зрелище, но для него — ничего необычного. Так проходила повседневная жизнь Абеля. — Стоп. Достаточно. — Ещё немного. Ещё несколько минут… — Не остановишься? — Угх! Удар ребром ладони Элки мгновенно погасил свет в кроваво-красных глазах Абеля. Она вырубила его так легко, словно это была детская забава. Абель был лишён маны и давно вышел за пределы физических возможностей. Сопротивляться ей ему было уже нечем. — Серьёзно. Ты правда этого хочешь? Я каждый день задаюсь этим вопросом всё больше… Гела, будь добра. — Да, госпожа Элка. — Исцеление. Когда женщина по имени Гела произнесла это слово, тело Абеля окутало зелёное сияние, возвращая его с порога смерти так, будто он всего лишь разбил колено. — Сколько это уже за сегодня? — спросила Элка. — Думаю, не меньше пятидесяти, — ответила женщина. — Ты безумен, правда. Прости, что мы доставляем тебе столько хлопот. — Что вы такое говорите? Для меня нет большей радости, чем использовать свою силу, чтобы отплатить вам хотя бы малой долей за множество оказанных мне милостей, госпожа Элка. — Упрямая, как всегда. Ты и правда должна была стать жрицей, как я тебе говорила, но ты ни за что не поступишься убеждениями, да? — Храмы предлагают исцеление только тем, у кого есть деньги, чтобы заплатить, а я никогда не смогла бы с этим смириться. — Хе, вот это и делает тебя странной. Хотя я, наверное, не та, кому об этом говорить. Элка посмотрела на Абеля, лежавшего на земле перед ней. У него нет таланта к мечу. Магией он пользоваться может, но и в этом не особенно хорош. Мальчик гонится за силой так, будто одержим. Именно потому, что Элка знала, почему он хочет стать сильнее, она чувствовала, что не может его остановить. — Было бы проще сказать ему сдаться, если бы перед ним не было никакого пути. Стихийной магией Абель, разумеется, пользоваться не мог и владел лишь одним нестихийным заклинанием. Но это единственное заклинание было ключом. Оно открывало путь, по которому Абель мог подняться к новым высотам — к добру или к худу. К сожалению, этот путь был настолько узок и тернист, что большинство обычных людей вообще не сочло бы его дорогой. — Я так счастлив! Правда, по-настоящему… Я так боялся, что не пойму, что делать, если у меня ничего не окажется. Но теперь, с этим, я… мне просто нужно идти вперёд. Путь к вершине существовал, и в тот миг, когда Абель об этом узнал, он начал улыбаться. Элка никогда не забудет эту его улыбку — словно им что-то овладело. Одного знания, что путь есть, Абелю было достаточно, каким бы ни было то, что ждало его в дороге. В тот день Элка заново укрепила свою решимость. Абель сломается. Он разобьёт себя на куски, если меня не будет рядом, чтобы направлять его… Элка изводила себя тревогой за него. Иногда она сидела ночами, терзаясь беспокойством, пока сквозь занавески не пробивался утренний свет. Я хочу, чтобы Абель был счастлив. Элка держалась за эту мысль с упрямой прямотой. Ей хотелось схватить его за плечи и сказать: «Остановись. Сдайся. Сила — не всё. В жизни у тебя есть столько других выборов». Она представляла, как говорит ему это, столько раз, но… — …Я так и не смогла произнести эти слова. Всякий раз, когда она видела глаза Абеля, полные безумной решимости, она не могла заставить себя сказать хоть что-то. Элка знала такие глаза и понимала, что никакие её слова ничего для него не изменят. Абель никогда не остановится, потому что не сможет. Поэтому Элке пришлось принять собственное решение, и она его приняла. Она решила идти рядом с ним по этому кровавому пути. * * * — Когда будешь готов. — Тогда иду. В одно мгновение Альфред исчез, словно растворился в воздухе. Он двигался с такой скоростью, что обычный человек не смог бы проследить за ним невооружённым глазом. Затем блеснули свет и металл: Альфред нанёс горизонтальный удар. Разницу в телосложении между ними было не преодолеть, и Люк не мог надеяться победить одной только силой. Принимать такие удары в лоб он не мог, и именно поэтому Люк стремился довести технику до совершенства. С идеальным расчётом он точно наклонил меч и сбил клинок Альфреда о плоское, толстое ребро своего меча. Большинству пришлось бы потратить годы однообразных тренировок, чтобы добиться подобного, но для Люка это было так же естественно, как дышать. Это был прекрасный парирующий приём, но полностью в пределах того, чего Альфред ожидал от своего ученика. Он ожидал, что Люк будет настолько хорош, как нечто само собой разумеющееся, и планировал дальнейшие движения с учётом блока. Он ударил противника ногой — приём, конечно, нестандартный и очень далёкий от благородного, законного искусства фехтования королевства. Он должен был только застать Люка врасплох. Тот сумел повернуть корпус и уклониться, но на этом всё не закончилось. Не теряя ни секунды, он нанёс Альфреду укол. Великолепно! Его естественная реакция на внезапную атаку… Он превратил уклонение в собственную засаду! Голова Альфреда наполнилась восхищением, но он тут же отбросил его. Я должен вложить в этот бой всё, что у меня есть, двигаться с намерением убить его, иначе это не будет состязанием. Альфред выгнулся назад, скручиваясь в воздухе, чтобы одновременно уйти от атаки Люка и увеличить расстояние между ними. При этом он выпустил восходящий удар ногой, от которого Люк тоже легко увернулся. — Ах-ха-ха! Как же весело бывает фехтование! Теперь уже наступая, Люк ринулся вперёд и взмахнул мечом снизу вверх по диагонали. Альфред заблокировал и контратаковал, за что получил в ответ жестокую цепь ударов. Люк бил быстро, как молния, двигался стремительно, как вихрь, нанося удар за ударом. У Альфреда не было времени даже на неверный вдох. Однако этот спарринг наполнял их обоих одним и тем же чувством — азартом. Диагональные рубящие удары, нисходящие удары, блоки, контратаки, пинки, восходящие рубящие удары, парирования, финты, толчки, подсечки… В поединке на мечах допустимо всё, если ты стремишься к победе. Компромисса быть не могло. Альфред ощущал знакомый холод поля боя, восторг танца со смертью, но не мог отделаться от слабого, назойливого чувства собственной недостаточности. Цк. Ненавижу стареть. Бой, который, казалось, мог продолжаться вечно, внезапно быстро пришёл к концу. — Я победил, Альфред. — Именно так. Иного я от вас и не ожидал, господин Люк. Люк прижал клинок к горлу дворецкого. — Жаль, что я никогда не смогу сразиться с тобой в твоём расцвете сил, — сказал мальчик. Альфред усмехнулся. — Я думал ровно о том же. Разумеется, я был бы лишь скромным соперником, бросающим вызов вашей силе. — Эй. Ты вообще-то должен быть моим наставником. Мне уже очень давно нечему тебя учить, подумал Альфред. Если честно, не думаю, что нам стоит продолжать спарринги. Слишком много боёв с одним и тем же противником только закрепляет дурные привычки. То, что Альфред всё ещё скрещивал мечи с Люком, отчасти объяснялось тем, что он пока не нашёл для него более подходящего партнёра, но было и следствием его собственного эгоистичного, подавляющего желания продолжать скрещивать мечи с Люком. Он хотел чувствовать силу меча Люка своим собственным. Но рано или поздно я должен это прекратить. В любом случае, я уже недостаточно силён для него. Он действительно невероятен. Когда у Люка пробудилась стихийная магия, Альфред ожидал, что тот бросит занятия мечом, но этого не случилось. Осознание, что он снова сможет видеть, как Люк сражается мечом, принесло Альфреду неописуемую радость. Однако неизбежным оставался факт: Люку нужно было найти подходящего партнёра для спаррингов. Именно когда Альфред обдумывал эту проблему, он услышал звук. Хлоп, хлоп, хлоп. Саркастичные аплодисменты. Люк и Альфред обернулись и увидели смотревшую на них Элис. — Тебе и правда по вкусу фехтование. Это было прекрасно. Альфред поклонился их гостье, и Люк даже не попытался скрыть недовольство этим жестом. — Альфред. Подготовь мне ванну. — Да, господин Люк. Когда Люк повернулся, чтобы уйти, он заметил неприятное тяжёлое дыхание где-то у себя за спиной. Он остановился. — Я сказал тебе прекратить это делать. Ты уже забыла? — Возможно, и забыла. И ч-что ты сделаешь, если я не п-прекращу? Побьёшь меня? — задыхаясь, спросила она. — Используешь свои о-отточенные фехтовальные приёмы, чтобы изорвать мою одежду в клочья и у-унизить меня, наверное? — Довольно. Иди домой. Люк больше не мог этого выносить. С их короткого поединка с Элис прошло всего несколько дней, но он уже её ненавидел. Возможно, «ненавидел» было слишком сильным словом, но он определённо предпочёл бы держаться от неё как можно дальше. Она казалась ему отталкивающей и непонятной. — Думаю, тебе всё же стоит выслушать то, что я скажу, — произнесла Элис. — Не думаю, что ты можешь сказать мне хоть что-то стоящее. Поторопись и иди до— — Мы с тобой будем связаны браком, — перебила она. — —мой… А? Люк выронил полотенце, которым вытирал пот со лба. По отдельности я понимаю эти слова, но в целом они не имеют смысла. Мой мозг полностью отказывается обрабатывать ситуацию. — Что ты сейчас сказала? — Я не лгу. Сегодня утром я услышала это от собственного отца и согласилась. Меня это обрадовало. — …Подожди минуту. У меня голова заболела. Люк заставил шестерёнки в голове вращаться на огромной скорости. Я встретил Элис всего несколько дней назад, на празднике. Почему это происходит? Слишком быстро… Слишком быстро. Единственный человек, способный провернуть такое, — это… Отец! Это ты устроил! Люк сразу нашёл ответ. Мой отец настолько способен, что теперь это вышло мне боком! Как, чёрт возьми, он уже всё полностью уладил всего за несколько дней?! Предложения о помолвке ведь были просто разговорами, да? С ними я бы справился! Из всех девушек в мире почему он выбрал именно эту?! Аргх! Одно дело, если бы помолвку ещё только обсуждали, но раз всё решено, я застрял. Разорвать помолвку — значит потерять лицо. Дому Гилбертов, возможно, не слишком важно такое, но воле Люка внутри меня это очень важно. Действия, которые опозорят фамилию, недопустимы. — Почему?.. — простонал я. — Почему это происходит?.. — Ах, н-неужели… М-мне так грустно видеть, что это тебя расстраивает. Элис раскраснелась и дышала прерывисто. — Ты изменил во мне всё, Люк. Мне кажется, между нами может быть судьбоносная связь, и всё же… — Она сделала паузу. — Ты не чувствуешь того же, верно? — Нет. — Понятно. Однако в этом союзе для тебя будет три преимущества. — Тогда продолжай. Какие именно преимущества? Дыхание Элис становилось лишь тяжелее, и лицо её с каждой минутой краснело всё сильнее. Люк смотрел на неё с презрением, не понимая, что с ней происходит. Откровенно говоря, её поведение его тревожило. Его острый взгляд заставлял Элис распадаться ещё сильнее, и так продолжался этот порочный круг. — Во-первых, дом Лонсдейлов обладает высокой предрасположенностью к магии. Если мы с тобой поженимся, наши потомки практически наверняка будут одарёнными и сильными. — … — Далее, я обладаю несравненной красотой. — … — Моё присутствие рядом с тобой повысит твой статус как мужчины, — продолжила она. — Есть двери, которые мужчина не может открыть без прекрасной женщины рядом, разве нет? Думаю, с женщинами это тоже работает. …Как ей вообще удаётся говорить всё это с таким лицом? — И наконец, если ты женишься на мне, ты никогда не будешь испытывать стресс. — И почему же? — Я уверена, что смогу принять л-любые твои, ах, желания, какими бы… т-трудными они ни оказались… А-ха… ха… — … С этими словами остатки сил покинули ноги Люка, и он рухнул на землю, пока Элис извивалась и не могла успокоиться. Почему это происходит? Где я свернул не туда? Он перерыл мозг в поисках ответа и ничего не нашёл. Он устал и просто отвёл глаза от реальности перед собой. Амелия-сан ведь рекомендовала Магическую академию Аслана, да? Похоже, туда трудно поступить. Мне нужно будет очень постараться… Ха-ха… ха… Ах, ну и дела. — Ты в порядке, Люк? Люк ответил на вопрос Элис каменным молчанием. * * * Тем временем Клод откинулся на спинку кресла в своём личном кабинете. Лёгкая улыбка беспокоила его достойное выражение лица, пока он нетерпеливо ждал, когда сын ворвётся в дверь в приступе восторга. ---------- Академия Магии Аслана … «Академия Магии Аслана». Как хорошо известно, её основали с целью подготовки высшей военной силы страны, «магических рыцарей», и она является самым престижным магическим учебным заведением в королевстве Мирестия. Для тех, кто стремится получить титул «магического рыцаря», должность, которую могут занимать только 10 героев в стране, окончание этой академии действительно можно назвать вратами к успеху. Многие люди с талантом к магии в то или иное время стремятся поступить в эту академию. Но большинство из них в какой-то момент естественным образом сдаются. Если вы умеете пользоваться лишь толикой магии, вы даже не сможете добраться до стартовой линии. В этом вся суть «Академии Магии Аслана». Когда дело доходит до мнения «магических рыцарей», даже король не может его игнорировать. Подавляющая власть с честью. Они выделяются среди других магических дивизий. Правильно выбранные 10 людей. Они достойны чувства восхищения. Более того, академия также славится своей чрезмерной и абсолютной меритократией. По этой причине в академии нет системы «рекомендаций». Это потому, что в дворянском обществе это считается питательной средой для упадка магической силы. К слову говоря, это академия-интернат. Они и правда тщательно подходят к этому вопросу. Я считаю, что она по праву заслуживает того, чтобы носить имя в честь мифического героя. Сейчас я еду в карете, чтобы сдать вступительные экзамены в эту престижную академию, имеющую множество грандиозных титулов, но… — …… Почему ты едешь со мной в одной карете? — Ты задаёшь странный вопрос. Неужели мне и правда нужна причина быть вместе в одной карете, когда у нас совместное будущее? — …… Алиса Рун Лонсдейл произнесла эти слова без каких-либо изменений в выражении лица. Ненавижу это говорить, но она моя невеста. Однако я уже принял этот факт. Только идиоты ноют о том, что уже нельзя изменить. Лучше подумать о дальнейшем. Что мне нужно сделать, чтобы обрести счастье при условии, что моя невеста — Алиса, чудаковатая извращенка? Какое именно решение является оптимальным? Вот о чём мне следует подумать…… Ну, я ещё не нашёл ответа. М-м, это не то, о чём мне сейчас следует думать. Давайте пока сосредоточимся на ближайшем будущем. Как бы то ни было, я слышал, что туда сложнее всего попасть, если вам интересно. — Я немного нервничаю. Внезапно пробормотала Алиса. Хоть она и сказала, что нервничает, выражение её лица совсем не изменилось. — А вот ты такой же, как всегда. — Ну естественно. — Ты не нервничаешь? — Ты реально думаешь, что я чувствую себя настолько неуверенно? — …… Нет, я просто спрашиваю. Честно говоря, я не могу понять чувств этого человека. С чего бы ей нервничать? У неё редкий талант: она обладает двумя атрибутами. Вдобавок к этому, она никогда не пренебрегала усилиями по изучению магии. По крайней мере, так было с тех пор, как я встретил её. — … Тебе следует подумать о том, как занять второе место. — …… Э? Алиса выглядела слегка удивлённой, хотя и не до такой степени, чтобы это мог заметить обычный человек. — Не нервничай из-за такой фигни, как сможешь ли ты сдать экзамены. Это неприглядно. — …… Я совершенно искренен. Алиса сдаст экзамены. У неё такой талант, что её хвалила даже Амелия, и к тому же она много трудилась. — Фу-фу…… иногда мне кажется, что ты очень хитрый человек. — …… В смысле? — Ничего, не бери в голову. Алиса улыбнулась…… у меня было такое предчувствие. Ну, если ей от этого станет хоть немного лучше, то, я полагаю, оно того стоило? Люди — существа эмоциональные. Часто случается такое, что человек не может показать всё на что он способен из-за слабости духа. Пока мы говорили об этом, карета с грохотом остановилась. Альфред, чьё присутствие до сих пор совершенно отсутствовало, встал и открыл нам дверь. — Пожалуйста, будьте осторожны, когда ступаете. Я вышел из кареты, а за мной Алиса. И тут в поле зрения показались величественные ворота, что возвышались надо мной. Это был не первый раз, когда я их видел. И всё же у меня перехватило дыхание. Академия, видневшаяся вдалеке, излучала историческую атмосферу, но в то же время имела стиль, напоминающую королевскую резиденцию. — Что ж, я вернусь и заберу вас, когда ваши экзамены закончатся. — Ага. Это всё, что сказал Альфред. Затем он дал знак кучеру и пошёл в другую сторону. Ни единого слова поддержки. Это была совершенно обычная сцена из повседневной жизни. — Он к тебе очень холоден, этот дворецкий. Да, он такой. Именно так это выглядит в глазах других. Но… я получил определённую долю «доверия». Потому что Альфред мой наставник. Вот насколько я это понимаю. Что заставило мои уголки рта слегка приподняться. — …… Э-эй. — Ага…… это «Люк Визария Гилберт»… — Т-так и знал, он собирается поступить… — А с ним и «Алиса Рун Лонсдейл»…… значит, это правда, что они помолвлены…… эх… Эх, а мне ведь было так хорошо. — …… Тц. Неприятные взгляды, которые цепляются за меня. После той вечеринки обо мне много говорили в дворянских кругах. Вот почему я знаю, что есть такие люди. Хоть я и знаю это, но мне всё равно неприятно. До одури тупые существа, которые видят только поверхность вещей. Они смотрели на меня свысока, когда я занимался только фехтованием, но как только у меня проявился атрибут тьмы, они набросились на меня. Они настолько некомпетентны, что меня выворачивает. — Люк, всё хорошо? У тебя какое-то жуткое лицо. — …… Ничего, пойдём. — Хорошо. Я прошёл через ворота, перенастроив мысли. Что ж, это всё равно не отменило тот факт, что люди продолжали пялиться на меня. Вернее, мне кажется, половина этого из-за этой девушки, что неторопливо идёт рядом со мной. Она только выглядит классно…… Только выглядит. И я точно единственный здесь, кто знает истинную натуру этой самой девушки. Если тут есть кто-то, кто знает эту девушку такой, какая она есть на самом деле, и всё ещё любит её, я бы хотел как-нибудь сбагрить её этому человеку, но… «Мне в радость, что меня презираешь ты, кто изменил во мне всё. Я не такая извращенка, которая подпускает к себе кого попало». Я помню, как она однажды сказала мне это. Я не могу поверить, что эта девушка думает, что она не извращенка. В этот момент я ни с того ни с сего подумал о старшем брате Алисы, — мужчине по имени «Иоланд» с наклеенной улыбкой. Не знаю, почему я вспомнил о нём сейчас. Хотя нет, он засел у меня в голове с того момента, как мы впервые пожали друг другу руки. Алиса говорила мне, что он никчёмный человек. По правде говоря, он и мне казался человеком без амбиций. Однако, как только я пожал ему руку, я почувствовал это… этот ужасающе витиеватый поток маны. Я не мог избавиться от чувства дискомфорта, которое испытал тогда. Этот человек олицетворял собой чужеродность и жуткость. — Чего? Там собирается толпа. Голос Алисы вернул меня к реальности. Я посмотрел по сторонам и увидел толпу людей. …… И центр внимания был прямо передо мной. — Да-ха-ха-ха!! Авель!! Это всё, что у тебя есть в имени!? Я спрашивал себя, что тут забыл простолюдин, а ты, оказывается, даже не простолюдин!! Вот так шедевр!! В воздухе раздался хамский смех здоровяка. — Что!! А что в этом такого?! Для поступления в Аслан не важно, какой у тебя статус!! — Всё нормально, Лили. Меня это не волнует. Волевая девушка громко повысила голос в защиту мальчика. Однако куда больше моё внимание привлёк черноволосый паренёк в простой одежде. Робкий на вид мальчишка с кроваво-красными глазами. Я узнал его с первого взгляда. … Это он. Ясно. Я знал это. Что он точно будет здесь. — Свали. Вот только это не важно. Ничего не изменилось в том, что мне нужно делать. Я произнёс это короткое предложение этому здоровяку, кто преградил мне путь. — Ха-а-а!! Ты кому это вяка…… ешь…!? В тот момент, когда он увидел меня, глаза здоровяка расширились. — Мне ещё раз сказать, чтобы ты понял? Свали, бляшка. — В-в-в-вы лорд Люк!! Прошу меня извинить!! Пожалуйста, проходите!! Я без малейшего понятия, кто он, но, видимо, он знает, кто я. Воздух стал таким неподвижным, словно замёрз, но я прошёл мимо него, не заботясь ни о чём. Я искоса глянул на ошеломлённое лицо мальчика по имени «Авель», воспользовавшись случаем. — …… Ты знаешь этого черноволосого мальчика? Пройдя немного, Алиса тихо спросила меня. — Нет? Не знаю? Я никогда раньше не видел этого парня. — Ясно. У тебя была весёлая улыбка, вот я и подумала, что вы знаете друг друга. — Ку-ку-ку…… ясно, так я улыбнулся, да? Видимо, я улыбнулся, даже не осознавая этого. Она была права. У меня возникло желание улыбнуться. Время наконец-то пришло. Ага, давай, «протагонист». Я не буду убегать и прятаться. Не важно, как сильно этот мир любит тебя… я разобью тебя наголову. Объективно говоря, я превосходен во всех аспектах. И дело не в том, что я тщеславен. Это просто самоанализ. Но моим единственным поводом для беспокойства было то, что до сего дня Алиса была единственным человеком моего возраста, с которым можно было ставить сравнение. Но вступительные экзамены всё прояснили. Даже в Академии Магии Аслана, где собираются самые талантливые люди, нет никого, кто мог бы меня превзойти. Я больше скажу, все они даже близко не стояли рядом с Алисой. Да, никто. Никто… не мог стоять на моём пути. … Бдыщ. Прежде чем я успел это осознать, я уже стукнул кулаком по стене кареты. — Люк… — Не говори со мной сейчас. Чёрт. Что это было? Что, блин, это было? … «Магия усиления». После сдачи письменного экзамена проводился практический экзамен. Простой экзамен, в котором экзаменуемые трижды сражаются друг с другом, используя магию. “Авель” использовал только одну магию. Безатрибутная магия, ничего необычного. Конечно, я тоже могу её использовать. Вот только… … «Усиление тела ×5». Он повторил это простое заклинание 5 раз…… Невозможно. Это невозможно. У людей есть концепция под названием «магическая вместимость». Из-за этой концепции они не могут несколько раз получать магические усиления, улучшающую такие способности, как усиление физических способностей, укрепление кожи и усиление сенсорных способностей. Это невозможно…… так должно быть… Кроме них. Говорят, что те, кто достиг так называемого «царства героев», в крайне редких случаях могут получить его дважды. Амелия говорила, что, судя по статистике, существует высокая вероятность появления таких “авантюристов”. Почему-то я с самого начала мог использовать магию усиления дважды, но мне сказали, что это особый случай. Но он использовал его…… 5 раз. Было бы глупо называть это чем-то особенным или иного уровня. Очевидно, что это сила, явно выходящая за границы разумного. Я этого не понимаю. Я просто не могу этого понять. И то, что я не могу этого понять, меня крайне бесит. Эта неизвестность пугает и настораживает. — ………… Это было похоже…… на монстра, что сидит в засаде и выжидает момента впиться своими клыками мне в глотку. Но он не смог полностью его контролировать. Тем не менее, я легко смоделировал это тысячи раз, как будто он мог его контролировать. Что будет, если мы сразимся? Итог… абсолютно моя победа. Я учёл все возможные сценарии, условия и даже непредвиденные обстоятельства. И как бы я всё не учитывал, результат всегда будет один и тот же. Как бы он ни старался, он не сможет победить меня. Моя победа неоспорима. Так почему же…… моё сердце так взволновано? Что это за чувство, которое распространяется, как темная туча? Как будто некий монстр зорко высматривает возможность перекусить мне горло… — … Альфред. — Да. — Отныне у меня не будет так много возможностей скрестить с тобой мечи. Так что сегодня мы выложимся до предела. — Я вас понял. Я предпочитаю меч. В такие моменты я могу только размахивать мечом… Да уж, ну и умора. Чего я так тороплюсь? Это просто превзошло моё воображение. Это потому, что я этого не понимаю. А раз так, я пойду ещё дальше. Всё просто… Академия Магии Аслана. В некоем конференц-зале проходило важное собрание, на котором присутствовали директор академии и преподаватели. Ряд документов был разложен на роскошном круглом столе. — Как и ожидалось, «Люк» из Дома Гилбертов просто поражает. Он явно на голову выше остальных. — Хо-хо-хо. У него безумно сложная мана. Даже то, что это редкий атрибут, поразительно. — И правда. Просто взглянув на его ману, я могу сказать, что он тренируется каждый день. Что ж, если ты родился с таким талантом, то быть тщеславным — это нормально. — Согласна. Люк потрясающий. — Слушай, Амелия. Почему ты, как специальный лектором, присутствуешь на таком важном собрании, как будто это в порядке вещей? И не говори, что это просто потому, что тебе хочется побыть учительницей. Меня это ещё больше выбесит, если это примут. — Я, я могу проводить исследования где захочу…… и н-н-н-нисколько! Мои эмоции тут ни при чём! Да! Для исследователя проводить время в этой академии, где собирается много талантов, ценно во всех отношениях! — …… Тц. — Это я позвал Амелию. Я подумал, что было бы неплохо поделиться здесь некоторой информацией о нём. Ведь у него самый высокий балл среди всех экзаменуемых. Вы видели этот документ? Даже без участия Амелии, он и правда что-то с чем-то. — Но! Его поведение! Это точно не то, за что следует хвалить! Он сказал мне, экзаменатору, что я мешаю! Хотя я просто споткнулся и врезался в него! — А-ха-ха-ха-ха! Замечательно! Ты такой неуклюжий, знаешь? — Я не неуклюжий! Амелия! Ты была его наставницей! Разве ты не научила его манерам! Что б его! — А-ха-ха…… неловко-то как. — Ладно, мы отклонились от темы. Мы не можем сосредоточиться только на нём. Он уже получил высший балл на письменном экзамене и доказал свои способности на практическом экзамене. Нам ещё есть что обсудить. — Этот год богат. Не только редкие атрибуты, но ещё двух- и трёхатрибутные. В этом году это беспрецедентно. — Вы про «Алису» из Дома Лонсдейлов и «Мию» из Дома Ленноксов? — … Но это удивительно, правда? Чтобы двухатрибутный победил трёхатрибутного… — Что тут скажешь…… это было ошеломляюще. — Хе-хе-хе, Алиса тоже моя ученица! — Да помолчи ты уже. Лучше вот что скажи, это правда? Мне трудно в это поверить, когда это говоришь ты, моя сверстница. — Это правда, Брэд! — Будь добра, не суетись в этом месте. — Итак, мы определились с этими одиннадцатью людьми. Ещё один, на кого нам нужно обратить внимание, — это мальчик. Воздух слегка вздрогнул от этих слов. Все обратили своё внимание на имеющийся под их руками документ. В нём… было написано «Авель». Молчание продолжалось некоторое время. — …… Я против. Раздался голос. Это сказал мужчина, чьё лицо потускнело от возраста, но в его глазах обитала сильная воля. — Я не говорю это на зло. Вероятно, здесь нет никого, кто не мог бы понять его уникальность. Однако неспособность использовать атрибутную магию фатальна. Пока что он не столкнётся с проблемами. Фактически, на практическом экзамене он прошёл всё. Но каким он будет в долгосрочной перспективе? Несложно представить, что в конце его задавит настоящий талант. Ради его же блага, я считаю, что ему нельзя проходить. — И правда, в этом есть смысл. — Правильно, это также создаст прецедент для тех, кто не могут использовать атрибутную магию для сдачи экзамена. Около половины присутствующих согласились. Атмосфера склонялась к тому, чтобы отказать Авелю. Однако… — М-да, старики не могут мыслить здраво. Это сказал молодой человек с агрессивной причёской и воинственной улыбкой, как будто слово «хулиган» придумали для него. — С-старик!? Следи за своим ртом, Брэд! — Мнение старца, безусловно, верно, но если ты хочешь поспорить, будь конкретен. — Ку-ку-ку…… и то верно. Брэд рассмеялся. — Вы подсознательно полагаете, что только атрибутные маги могут победить атрибутных магов. Кто-то ахнул. Конечно, это стало откровением для большинства присутствующих здесь людей. — …… А ты хочешь сказать, что это не так? — Нет, по большей части это правда. Разница между теми, кто может использовать атрибутную магию, и теми, кто не может, огромна… Но это в “обычном” случае, понимаете? Брэд сделал паузу, а затем продолжил. — Я вижу потенциал в этом парне по имени «Авеле». Не уничтожайте этот потенциал только потому, что он не может использовать атрибутную магию или из-за другой чуши. В любом случае, если он не справится, значит так тому и быть. Я не вижу никаких минусов. Или вы настолько отчаянно хотите защитить “репутацию” Аслана? Снова воцарилась тишина. У мужчины по имени Брэд был дурной язык. И всё же произнесённые им слова имели смысл. Они молчали, потому что сами это признали. — Ха-ха-ха, хорошо сказано. Вы дали хорошую оценку этому юноше. Заговорил старик с белой бородой, которая была примерно в половину его роста. — Я ошибаюсь, директор? — Нет, не ошибаетесь. Это и был ответ. — Этот год поистине интересный. У нас есть редкие атрибуты, двухатрибутные, трёхатрибутные и даже мальчик без атрибута. Остальные тоже очень хороши, хотя, на мой взгляд, их немного. Хо-хо-хо, что ж, это будет весело. Старик, которого называли директором академии, невинно рассмеялся, как ребёнок. Прошедших абитуриентов в этом году… «40». — А-ха-ха-ха-ха-ха!! Я понял!! Я наконец-то понял!! Прошло несколько дней после экзаменов в Академии Магии Аслана. Но я до сих пор не мог принять его силу. Поэтому я думал о ней. Я продолжал думать о ней даже во время сна. Я изучил все возможности. А затем…… я пришёл к выводу. Ничего другого мне на ум приходило. Всё дело в том, что он выполнил определённое условие, — вот оно, и ответ лежит где-то здесь. Первое, о чём я задумался: есть ли способ расширить «магическую вместимость» или нет? На что я уже знал ответ. Он есть. И Авель тому подтверждение. Так что же это за способ? И вот тут мне правда пришлось помучиться. Потому что информации слишком мало. Плюс, это также подводит к вопросу: почему так много авантюристов могут использовать магию усиления дважды? Особенно те авантюристы, кого кличут «героями». Сначала я думал, что магическая вместимость зависит от магических способностей…… но это не так. Магическая вместимость зависит от физических возможностей. К такому выводу я пришёл после обдумывания различных возможностей. Авантюристов, являющихся чистыми воинами, гораздо больше, чем магов. Я должен был знать в тот момент. Поле брани, где смерть ощущается так близко. Ситуация, когда человек вынужден выйти за пределы своих возможностей. Чтобы пережить это вновь и вновь. Это…… это и есть условие для расширения «магической вместимости». Однако вопрос ещё остаётся. Даже если предположить, что это условие верно…… сколько полей сражений предстоит преодолеть? Насколько близко к смерти нужно быть, чтобы расширить свою «магическую вместимость»? Добиться такого подвига непросто даже герою. На это уйдёт время. Великие герои, должно быть, много раз ходили на краю смерти. И несмотря на это, они могли использовать магию усиления только «дважды». Вот тут-то «Авель» и отличается больше всего. Этот разрыв. Это абсурдно. Он ведь должен быть моим сверстником. Не важно, сколько усилий мы прилагали каждый день, чтобы ощущать смерть так близко, расчёты не сходятся. Как бы я об этом ни думал, в этом нет смысла. Должен быть предел тому количеству раз, когда человек может оказаться на грани смерти. И всё же, даже «герои» могли дублировать магию усиления только дважды, но чтобы он делал это 5 раз? — Ку-ку-ку… В этот момент я также предположил, что у Авеля может быть так называемое «слабое телосложение». Хрупкое тело, которое легко достигает своих физических пределов. В таких условиях теоретически можно легко довести своё тело до грани смерти много раз. Он может быть близок к смерти во много раз больше, чем физически превосходящие его «герои». Но нужно иметь «сумасшедшую ментальную силу», при которой он не против умирать снова и снова. — А-ха-ха-ха-ха-ха. Ах, я всё понял. В его силе нет ничего трансцендентного. Это очень специфическое условие, но эта сила имеет место быть. Слабое тело. Он может использовать магию, но у него нет таланта к магии. Ничем не наделённый «протагонист» получает силу «трансцендентной магической вместимости» благодаря своей безумной ментальной силе и упорному труду. Воистину сила “слабых”!! … Или нет? — Ку-ку, не заставляй меня разрываться от смеха. «Люк» наверняка видел только поверхность, потому что был слишком высокомерным. Авель не может использовать атрибутную магию. «Люку» понадобилось только это, чтобы он его недооценил. А потом его сбросили с пьедестала. — Какой же ты идиот. Ему просто пришлось смириться с этим. Именно тогда он это понял. Но в отличие от него я никогда не упускал из виду то, что мне нужно сделать. Чтобы сильный персонаж был побеждён слабым. Это действительно распространённое клише. — Это довольно скучно. Кто такое примет? Я не приму такой говённый рассказ. Мне плевать, что случится, я действую исключительно для себя. …… Ну, хоть я так и говорю. Ха-а…… это утомляет. До сих пор я считал, что стараюсь изо всех сил. Честно говоря, я уже начал думать, что больше не проиграю. Но…… этот Авель кажется вполне себе сильным парнем. Ну, думаю, так и должно быть. Он ведь протагонист, он не может быть слабым. Я много об этом думал, но сколько бы доказательств я ни приводил, это всего лишь мысли. Не будет странным сказать, что это особые способности Авеля. В этом нет ничего странного. К тому же, “я” физически благословлён, так что мне нет смысла пытаться подражать Авелю. Да что уж там, это будет иметь только обратную совместимость. У Авеля свой путь, а у меня свой. Мне не стоит об этом беспокоиться. Просто продолжай делать то, что я должен делать. Это всё, что мне нужно. Даже если я разгадал принцип способности, это не меняет тот факт, что Авель обладает чрезвычайно уникальной способностью. И однажды я столкнулись с ним лицом к лицу. Я думаю, это хлопотно. Но… как обычно, как бы плохо всё ни казалось, я не вижу такого будущего, в котором я проиграю. Где-то месяц назад отец и матушка спятили, когда получили письмо о моём зачислении в Академию Магии Аслана. Мне удалось убедить отца, который собирался принять меры по изменению системы школ-интернатов, и сегодня для меня наконец-то был первый день в академии. — Ну и почему ты едешь со мной в одной карете? — Ты задаёшь странный вопрос. Неужели мне и правда нужна причина быть вместе в одной карете, когда у нас совместное будущее? — …… Почему у меня возникает ощущение дежавю? Само собой, Алиса со мной. Я спросил её, почему, хотя знал, что она уже стала частью моей повседневной жизни. Раньше я люто ненавидел её, и это факт, но сейчас я ничего особенного не чувствую. Это так страшно, что я уже к ней привык. — Почему ты был таким сварливым после вступительных экзаменов? Это был внезапный вопрос. — Ну, был один парень, который мне немного не нравился. Только и всего. — Ясно. Тогда почему ты меня не ударил? Я бы предпочла, чтобы ты ударил меня, а не карету. — …… Ну да, она такая. Но… мне больше не так некомфортно. Привыкание и правда пугает. — Ты права… В следующий раз я ударю тебя. Лучше будь готова. Вот почему я сказал это легкомысленно. — Я-ясно…… жду с нетерпением…… хе-хе. Её щёки покраснели, а дыхание стало прерывистым, а затем она изогнулась, словно в агонии. Это всё ещё жутко. Ну, иногда с ней такое бывает. Пока мы говорили, карета остановилась. За окном появилась Академия Магии Аслана. Отсюда. Всё начинается отсюда. — Пожалуйста, будьте осторожны, когда ступаете. Я вышел из кареты, а следом за мной Алиса. И затем мы вновь оказались лицом к лицу с этими большими, величественными воротами. — Господин Люк. — Что, Альфред? — Я поговорил с королевским орденом рыцарей. Если вы ищете партнёра по мечу, не стесняйтесь использовать их. — Ку-ку, находчив, как и всегда. В следующий раз, когда я скрещу с тобой мечи, я буду сильнее, чем сейчас. Можешь рассчитывать на это. — Я с нетерпением жду этого. И ещё, пожалуйста, примите его. — Ч-что? То, что вручил мне Альфред, было кинжалом в ножнах. Хотя на нём нет броских украшений, по фактуре и твёрдости я могу сказать, что это очень искусно изготовленное изделие. Я попробовал обнажить его… Настоящий. — Пожалуйста, примите его как моё поздравление с вашим поступлением и как доказательство ваших достижений. — Ку-ку, я принимаю его. Я положил кинжал в карман. Огромное тебе спасибо, Альфред. Я зашёл так далеко благодаря тебе. — Ладно. Передавай привет моим матушке и отцу. — Я вас понял. Желаю вам всего наилучшего, господин Люк. — Ага. Пойдём, Алиса. — Да, давай пройдём весь путь вместе. — Хорошо… ха? — Пойдём быстрее. Мы же не хотим опаздывать? — …… Хорошо. У меня было так много всего, что я хотел сказать, но, отбросив это, я прошёл через главные ворота и вошёл в кампус. Мы вошли прямо в здание академии. Как только мы поднялись на 2-й этаж, я увидел этот класс. Я приложил руку к двери, остановился на мгновение, а затем медленно открыл её. В тот момент, когда я открыл дверь аудитории, меня встретило множество взглядов. В классе было человек тридцать. Естественно, все в этом месте одеты в ту же форму, что я и Алиса. Аудитория, где парты и стулья выстроены в ряд, была слишком просторной для такого количества людей, поэтому она произвела на меня немного искажённое впечатление. Каждый коротал время так, как ему хотелось. Спящая девушка. Парень читает книгу. Ещё один парень закинул ноги на парту и почему-то пристально смотрит на меня. Беспокойная девушка оглядывается по сторонам. Другой парень сохраняет прямую осанку и продолжает смотреть в одну точку, не обращая на нас внимания. Жуткий парень со слабой улыбкой. А другая девушка пристально смотрит на меня, нет, на Алису. И… — Лорд Люк!! Вы всё-таки сдали экзамены!! Нечто большое появилось передо мной. — Ты кто? — А!? Нет, правда, кто это? Если я встречал его раньше и даже не запомнил, то велика вероятность, что это кто-то, кто мне реально безразличен. — П-прошу прощения! Я ещё не представился. Я Хьюго Ван Нормандия, второй сын виконтского Дома Нормандии. Прошу меня простить за то, что преградил вам дорогу во время вступительных экзаменов! — …… А-а. Теперь вспомнил. Этот парень похож на того хулигана, который придирался к Авелю во время вступительных экзаменов. Да ладно? Даже он прошёл? А мне казалось, что эти персы-мобы, которые придираются к протагонистам, должны терпеть неудачу. — Ладно, Хьюго. Где моё место? — Кажется, тут ни у кого нет конкретного места, так что можно выбрать любое место. — Ясно. … Какой же он громкий. То, что он в этом классе означает, что отныне мы будем одноклассниками, но он уже меня бесит. Нет, погодите. С точки зрения его положения, разве он не был бы одним из моих прихвостней? У каждого злодея-дворянина есть свои прихвостни, так ведь? Мне бы не понравилось, если бы это был он. Затем Хьюго поприветствовал и Алису, но, к моему удивлению, она его полностью проигнорировала. Он явно был подавлен. Наверное, я был добрее Алисы, раз ответил ему. А пока давайте займём место сзади. Пока я шёл с этой мыслью в голове… — Привет, я Леонардо Рин Уэллс. Можешь звать меня Леонардо. Приятно познакомиться, Люк. На этот раз со мной заговорил жуткий на вид парень со слабой улыбкой. Его улыбка как бы говорила: «Я могу поладить с кем угодно». Неприятное ощущение. — Ага. Он протянул руку, но я проигнорировал это и продолжил идти. Ему ещё повезло, что я ответил ему. — А ты, должно быть, Алиса, да? Рад знакомству. Он что, помнит имена всех? Такой вопрос пришёл мне в голову. — Не говори со мной так непринуждённо, ладно? Честно говоря, от твоей наклеенной улыбки мне хочется блевать. — … А? — … А? Мой голос и голос Леонарда внезапно совпали. Чего, так он такой персонаж? Если бы мне пришлось судить по внешности, я бы сказал, что он симпатичный парень, но…… нет, проблема не в этом. Угу, воздух в аудитории полностью замёрз. Мне бы очень хотелось, чтобы Алиса перестала демонстрировать свою личность «ледяного типа» в таком месте. — …… Мне очень жаль. Если я тебя обидел, я извинюсь. — Пойдём, Люк. Мне бы хотелось сидеть от него как можно дальше. — ………… — …… Ага. А что он такого сделал, чёрт тебя дери? Если подумать, он ведь просто поздоровался, он ведь твой одноклассник. Больше не улыбаясь, он вернулся на своё место. Я не могу видеть выражение его лица, но его прежняя улыбка наверняка пропала. Я не мог не пожалеть его. Мне правда жаль, но тут я бессилен. Иногда я просто её не понимаю. Она слишком отличается, когда разговаривает со мной. Внезапно я перестал понимать Алису. Я думал, что она просто извращенка, но, видимо, женщины гораздо более многогранные и сложные существа, чем я себе представлял. После того, как произошло слишком много всего, я наконец-то смог сесть. Алиса, естественно, села рядом со мной. Мне любопытно, почему она так себя ведёт, но, наверное, лучше не спрашивать её об этом прямо сейчас. В аудитории настолько тихо, что все могут всё услышать… и всё из-за Алисы. — Прошло много времени с вступительных экзаменов, Алиса. Однако это молчание было нарушено. Говоря начистоту, я уже изрядно устал. С чувством раздражения я повернул взгляд и увидел девушку, которая смотрела на Алису. Нет, я знаю этого человека. Она третья дочь в Доме Леннокс. Мы однажды встречались на вечеринке. — Ой, а ты кто? — Я Миа, Миа! Ты же знаешь меня!? — Хм-м, а мы правда встречались? — Встречались!! …… А с ней-то что не так, ну серьёзно. Она такая громкая и шумная. [[image:/storage/reader-images/aa72f749be7880a1ec9caa01dfbed5212922a0b1.jpg]] — Люк, давно не виделись. — Ага. Видимо, она и меня помнит. — Если ты закончила здороваться, можешь вернуться на своё место? Когда я слышу твой визгливый голос, у меня звенит в ушах. — Что-что-о-о!? Я ни в коем случае не принимаю сторону Алисы, но у Мии определённо высокий голос. Хоть он и не особенно высокий, но из-за громкого голоса он довольно шумный. — …… Я рада, что ты сдала экзамен. Но не зазнавайся только потому, что тебе посчастливилось обойти меня на вступительных экзаменах. — Ась, я билась с тобой? Извини, я правда не помню. Для меня ты ничем не отличаешься от остальных. — …!! …… Не пожалей об этих словах. Сказав это, Миа вернулась на своё место. Насколько я помню, Миа талантливый человек, обладающая тремя атрибутами. И Алиса победила её. Хотя я не удивлён. …… Но она это серьёзно? Она продолжает наживать врагов быстрее меня. Мне кажется, ей лучше остановиться, если она может…… впрочем, я не любитель говорить о других за их спинами. Пока я так думал, дверь энергично распахнулась. — Мы успели!! — Подожди, Лили! Нельзя бегать! А вот и протагонист. — ………… — ………… И тут все замолчали. Ну ещё бы, Алиса, как-никак, превратила атмосферу в аудитории в лёд. — …… Авель, давай присядем куда-нибудь. — …… Д-да. Авель согнув осанку направился к своему месту. Глядя на него ещё раз, я подумал, что он и впрямь обычный паренёк, в котором нет ничего особенного. Но именно это и делает его таким жутким. Почти в то же время, когда Авель и его спутница заняли свои места, вдалеке прозвенел звонок. — Вижу, все на местах. Сказала женщина, войдя в аудиторию. — Я Фрейя, и я буду отвечать за 1-ый год. Приятно с вами познакомиться. Никто не ответил на это. Стараниями Алисы аудитория до сих пор была заморожена. Но женщину, назвавшую себя Фрейей, похоже, это совершенно не волновало. — Вас приняли в эту академию, и вы, конечно же, знаете о «рангах», не так ли? Давайте я сразу перейду к делу и объявлю текущие «ранги». Проверьте их. 1. Люк 2. Алиса 3. Миа 4. Ллойд 5. Лили 6. Леонардо 7. Цитрика 8. Хьюго 9. Авель — Чего!? Я 39-й!! Я не могу этого принять! — Спокойно. Я ещё не закончила объяснять. Хьюго был единственным, кто высказался, но, вероятно, были и другие, недовольные своими рангами. — Это результат всестороннего суждения, основанного на количестве маны, которой вы обладаете, и количестве маны, которую вы генерируете, измеренной во время вступительных экзаменов, а также на основании письменного и практического результатов… Ну, это только ваши ранги за этот первый год. А теперь позвольте показать вам «ранги академии». В нём определяются ваши оригинальные ранги. И потом мне показали тот факт, что я был всего лишь на 40-м месте снизу. А мой общий ранг по всей академии был 81-м. Многие имена стояли выше моего. Судя по цифрам (2) и (3), написанным рядом с именами, они, вероятно, были старшекурсниками. Что интересно, рядом с именем, написанным вверху списка, стоит цифра (2); а это значит, что на вершине рангов, вероятно, находится студент второго курса… И хотя имя «Элеонора» вызывает у меня странное ощущение… хм, оно ничего мне не напоминает. Меня не удивило и не порадовало то, что я на первом месте в своём учебном году. Я лишь чувствую, что это вполне естественно. Не более. Что меня больше всего поразило, так это то, что «Авель» находится в самом конце. — Разница в ваших способностях будет определять это. «Ранг» — это всё в этой академии. Другими словами, это «ценность». В раздатках, которые я сейчас начну раздавать, будут указаны занятия, которые можно посещать в определённые дни, но вы также можете выбрать такие, которые сами хотите посещать. Есть несколько обязательных занятий, и вы можете пользоваться всеми академическими удобствами. Вы также можете обращаться за помощью к отдельным учителям. Каждый из вас должен решить для себя, что, по вашему мнению, необходимо для продвижения вверх по «рангу». …… Это что? У меня такое ощущение, что я поступил в нелепую академию; ну да ладно. Я посмотрел на раздатки. На каждом дне недели чётко указаны расписание занятий и ответственный преподаватель. …… Чего? Имя Амелии тоже есть? И она отвечает за занятие под названием «атрибутная магия [прикладная]». — Ну, если бы мне пришлось дать совет, я бы сказала, что вам следует пройти курс «магической инструментологии». В «ранговых боях», о которых я расскажу позже, вы можете использовать только те магические инструменты, которые создали сами. Понятно. Вы вольны выбирать что угодно. Всё сделано для того, чтобы продвинуться вверх по «рангу». Действительно, это полная меритократия. — А теперь позвольте рассказать, что такое «ранговый бой». Тут ничего сложно. Если говорить простым языком, это магический квази-бой для поднятия своего ранга. Информацию поподробнее вы можете найти в раздатках, которые я сейчас раздам. В них также перечислены преимущества, которые можно получить от повышения «ранга». Затем нам дали очередные раздатки. Я просмотрел их. И там было написано следующее: ＋＋＋＋＋＋＋＋＋＋ ・ранг будет объявлен гражданам; ・гражданам разрешено смотреть ранговый бой; ・ранговый бой может состояться только тогда, когда более низкий ранг бросает вызов более высокому рангу; ・вы не можете вызвать кого-то на ранговый бой, если его ранг на 3 или более места выше вашего; ・если тот, кто находится ниже рангом, выиграет ранговый бой, он/она может забрать ранг соперника с более высоким рангом; ・проигравший в ранговом бою опускается на один ранг ниже; ・те, кого вызывают на ранговый бой, в принципе не могут отказаться (кроме неизбежных обстоятельств, таких как травма или плохое состояние здоровья); ・победитель рангового боя не может участвовать в ранговых боях в течение 1-й недели; ・проигравший рангового боя не может участвовать в ранговых боях в течение 1-го месяца; ・если вы проиграете одному и тому же человеку трижды, вы не сможете участвовать с ним в ранговом бою до конца года. ＋＋＋＋＋＋＋＋＋＋ Об этом было написано куча всего, но для меня важными моментами были вот эти. И всё же, что это за содержание? Хотя, этого следовало ожидать. — Там этого не написано, но в течение ближайшего месяца вы, первокурсники, можете бросать вызов любому однокурснику, независимо от ранга. Любой, кто недоволен своим рангом, должен потратить время на то, чтобы разобраться с этим. Что и ожидать, так бы я сказал. Аудитория, в которой из-за Алисы и без того было мёрзло и тихо, стала ещё беззвучнее. Я часто мог слышать звук того, как кто-то сглатывает слюну. — Вы чего? Вы же пришли в эту академию, потому что знали, на что идёте, разве нет? Единственным звуком был ровный голос Фрейи. — Это такая академия. Или вас устроило только то, что вы поступили в неё? Вы точно понимаете смысл стремления стать одним из 10 «магических рыцарей» в этой стране? Тут нет места тем, кто пренебрегает своими усилиями. Если не хотите быть несчастными, усердно учитесь и становитесь сильнее. Это всё, что я могу сказать вам. — ………… — Фу-фу, не волнуйтесь вы так. Уже гарантировано, что у вас есть таланты для поступления в эту академию. Понятно. В этой чокнутой меритократической академии Авель занял нижайший ранг. — Есть ещё вопросы? Если нет, то далее мы пойдём в общежитие и… — Извините… Тем, кто поднял руку, был Авель. — Да? — Я насчёт……. этих ранговых боёв. А когда мы можем провести его? Можно, например, провести его прямо сейчас…? По аудитории пробежало напряжённое чувство. Многие уставились на Авеля глазами, думая, что он, должно быть, псих или типа того. — Фу-фу…… ха-ха-ха! А ты интересный! Обычно приходится оформлять документы, но я освобожу тебя от этих обязательств только на этот раз! С кем ты хочешь сразиться? Скажи! — ………… Э-эх, я уже вроде как знал, что ввязываюсь в это. И что это произойдёт. — …… Я, я хочу сразиться с тобой, Люк. Чувствуя себя немного неловко, Авель медленно повернулся ко мне. В этих глазах борятся смелость и страх. А если присмотреться, его тело слегка дрожит. Услышав это, я подумал, что он и правда достаточно храбр, чтобы бросить мне вызов. Но я ясно понимаю его сердце. Ты так жаждешь силы, что хочешь узнать, насколько ты близок ко мне, у кого самый высокий ранг в этом месте, да? Ты хочешь знать, насколько высока стена, которую тебе нужно преодолеть, да? Хотя нет, ты думаешь о том, как преодолеть её, если придётся? — … Ага, давай. Так и быть. Если тебе так хочется это узнать, я покажу тебе. Разницу в наших положениях. Это была настоящая “арена”. Большое центральное пространство окружало множество мест, и для его защиты было установлено множество слоёв «магических барьеров». Но это было то, что могли чувствовать только нормальные люди. Тут также стояли некоторые барьеры, которые были гораздо прозрачнее тех, которые я знал. Должно быть, это какой-то механизм. Возможно, это связано с магическим предметом, но сейчас не время думать об этом. Я смотрю прямо на «врага» передо мной. Да, врага. Авель…… я признаю в тебе своего врага. Я не могу представить, что кого-то вроде тебя можно считать моим врагом. Сколько раз я представлял бой с тобой? Если честно, я смотрел свысока на всех, кроме Фрейи, способности которой мне не были известны. Мне правда плевать на тех, кто, как я знаю, ниже меня. Однако я пока подавлю свой высокомерный ум, который считает, что не нужно сдерживаться. Для полной победы… — Возьмите дистанцию. Раздался голос Фрейи. Помимо тех, кого я встретил ранее, на зрительских местах я мог видеть фигуры студентов и преподавателей. Славно. Выглядит славно. Поле зрения ясное. Хотя есть единственное опасение. Что я должен чувствовать теперь, столкнувшись лицом к лицу с «протагонистом»? Это единственный элемент неопределённости. Ничего. В моём сердце нет ни единой волны. Я заметил, что мой рот скривился в улыбке, которая превратилась в оскал. Авель обнажил меч. В ответ аудитория слегка загудела. Потому что использование меча было настоящей дикостью в академии, где магия — это всё. Однако не думай, что только ты можешь владеть мечом, ладно? Я тоже обнажил свой меч. Мы оба заняли боевые стойки. Должно быть, это крайне необычное зрелище в стенах этой академии. — Я знал, что ты воспользуешься…… мечом. — Чего, так ты знал? — Да, моя наставница рассказала мне о тебе. Она сказала, что ты гений, как «монстр». — …… Понятно. Тело Авеля слегка дрожало. И всё же он не отводил от меня своего взгляда. Это глаза человека, обладающего непоколебимой убеждённостью. Если использовать аналогию, то я походил на «повелителя демонов», а он — на «героя», выступающего против меня. Он бросил мне вызов, не потому что уверен в победе. А потому что него есть какая-то неоспоримая причина для этого. — Вы готовы? Фрейя сделала последнюю проверку. — Ку-ку, ага. — Да……! В любое время. Все варианты учтены. На самом деле ничего не изменилось даже после встречи с Авелем. — Тогда… начали!! В тот момент, когда было произнесено это предложение, Авель сделал шаг назад, чтобы увеличить дистанцию между нами. И начал творить свою магию. С такой скоростью, что мне хотелось зевать. Видя, как сходится количество маны, я убедился. Что со времени вступительных экзаменов не произошло крупных изменений. … «Усиление тела ×5». Авель активировал свою магию. И вот. — …… Я иду. — Ага, давай. Я не активирую никакую магию. Вместо этого просто держу меч наготове. Потому что я уверен, что смогу справиться с помощью меча. Самым большим преимуществом, которое я получил от обучения фехтованию, было то, что я смог развить свой «глаз». Чтобы победить Альфреда, которого невозможно победить одной силой, нужно было начать действовать раньше, чем это сделает противник. Решить, как двигаться до того, как противник сделает свой ход, а затем выбрать наиболее подходящее место для нанесения удара. Другими словами, для меня фехтование было именно таким. Однако… насколько глубоким оно стало сейчас. Мне не потребовалось много времени, чтобы влюбиться в фехтование. Это не изменилось даже сейчас. Это и впрямь интересный мир. Наверное, мне больше нравится меч, чем магия. Мой стиль меча — это «обратный» меч. Не тот стиль, в котором вы атакуете «спереди», продвигаясь вперёд, а стиль, который следит за движениями противника и использует его бреши. На тренировках с Альфредом это стало естественным, и я убедился, что такой стиль мне подходит лучше всего; тем более, что я также могу использовать магию. И самое главное, у меня «глаз-алмаз». Малейший жест, дыхание или трение одежды. Вся информация, которая поступает в мои глаза, говорит мне о следующих действиях моего противника. Вот почему мой меч стал таким, какой он есть сейчас. И в нём нет ничего неправильного. Слушай, Авель… ты реально думаешь, что сможешь победить меня быстрым и тяжёлым мечом? Каким бы трансцендентным ни был твой удар, я не могу проиграть мечу спереди; я уже видел его во время вступительных экзаменов. Так что тебе сейчас не следует играться. Если ты думаешь, что сможешь победить на таком уровне, то ты меня сильно недооцениваешь. Вскоре Авель топнул по земле. Со звуком, словно что-то взорвалось, его фигура расплылась. Со скоростью, за которой совершенно невозможно уследить глазами. Но это всё. Он настолько прямолинеен, что я знал, что он замахнётся только раз. Его легко парировать. Вот, вот так. Всё, что нужно сделать, это увернуться от этого «удара». — Что за…? Эй-эй, ты чему так удивляешься? Ты ведь не думал, что сможешь победить меня на таком уровне, не так ли? Не недооценивай меня слишком сильно. Плавный взмах мечом. Авель прокатился мимо меня с той же скоростью. Глядя на меня потрясёнными глазами, он опускает руки на землю. — Чего? Ты уже всё? Я спросил его об этом, и Авель покачал головой, как будто пытаясь прогнать свои мысли. Боевой дух вернулся в его глаза. Вот так. Ну же, давай. — Ещё нет!!! В ярости Авель снова ускорился. Несмотря на это, результат остаётся неизменным. Он просто машет мечом. И вот опять Авель неуклюже упал. Я увернулся от него трижды… Мне это надоедает. Я сжал кулак, когда Авель вскрикнул и в ярости бросился на меня. С шоком. И звуком чего-то ломающегося. Мой кулак ударил Авеля по лицу; мои глаза снова встретились с Авелем, когда он рухнул на землю. В тот момент, когда я увидел его глаза, полные удивления и отчаяния… непомерная отрада пробежала по моему телу, словно электричество. — А-ха-ха-ха-ха!! Я не был тщеславен. Не то чтобы я думал, что смогу победить. Но после встречи со своей наставницей я смог найти способ стать сильным и поступить в Аслан, что, как мне сказали, считалось для меня невозможно. Я не могу отрицать, что где-то в моём сердце было чувство «может быть». — А-ха-ха-ха-ха-ха! Что, ты уже всё!? Подумал я, глядя на смеющегося передо мной «монстра». Он так…… далеко? Насколько же он далеко…… что я даже не могу увидеть вершины? Теперь ничего не имеет смысла. Даже если я отныне продолжу стараться…… смогу ли я когда-нибудь добраться до этого мира? Моё сердце начинает окутывать тёмный туман. — Ты хочешь знать, не так ли? Пропасть между тобой и мной… Я покажу её тебе. Сказав это, Люк активировал заклинание со скоростью, сравнимой с мгновением ока. … «Солнце тьмы». Мгновенно на ладони Люка появился крошечный чёрный комок. — Это «ядро», которое сжало мою «тьму» до предела. Теперь…… всё готово к началу? Мой голос не слышен. Моё зрение затуманилось, и я плохо видел. Но одно чувство было очень отчётливым. Ощущение моей ускользающей маны. — Кха. Сильное головокружение и тошнота. Я даже не могу больше встать. — Чт, мана…… га… — Ч-чё-ё-ё-ёрт! — …… Ха-а, ха-а. — Что…… это… — Плохо…… теряю…… сознание… га… [[image:/storage/reader-images/31e475060673919d616d887e5cd73d5516a6ff0e.jpg]] «Магический барьер» изогнулся и исчез, поглощённый чёрной массой. Не только я, но и все на арене тоже страдали. — А-ха-ха-ха-ха!! Я собрал здесь прилично маны. Прежде чем я успел это осознать, крошечный чёрный комок на ладони Люка превратился во что-то невероятно огромное. Оно было чёрным и зловещим… его по праву можно было звать «Солнцем тьмы». Я чувствовал, как свет исчезает. Такими темпами я умру здесь… Так я подумал. Но… — … Кто позволит!? Это недопустимо. Не признавай этого!! Не в таком месте… — Я не могу сдатьсяа-а-а-а-а-а!! Я не могу умереть здесь. Я ещё ничего не сделал!! Но реальность оказалась безжалостной. Как бы моя воля ни сопротивлялась, тело даже не шевельнулось. — Ку-ку! Как я и думал! Я был прав насчёт тебя! … Моё уважение, Авель. Чёрт! Шевелись! Да шевелись ты, моё тело! Но оно по-прежнему не шевелится. Чёрт…… чёрт…… ах, серьёзно… Почему я…… такой слабый? Моё зрение сузилось, а сознание угасло. Незадолго до того, как свет полностью исчез из моих глаз, я услышал голос учительницы Фрейи, говорящей: «Достаточно». Учительница Фрейя объявила об окончании поединка. В этот момент гигантское «солнце», созданное Люком, рассеялось, как будто оно было иллюзией. Это странное ощущение, будто тебя тянут изнутри тела, тоже исчезло. Вместе с потерей маны, я почувствовала бездонное чувство беспомощности, нарастающее снизу, тогда как Люк смотрел сверху вниз на столь неприглядного человека… Ах, он неотразим. Я чувствую покалывание глубоко внутри тела и жар внизу живота. Как же жаль, что этот взгляд сейчас направлен не на меня. — Честное слово, Люк невероятен… — …… Ха-а, ха-а. — С, с тобой всё хорошо, Алиса? У тебя всё лицо красное… — Не волнуйся. Просто оставь меня в покое. — Хорошо…… если ты этого хочешь. Обычно боль в теле быстро утихает. Нет, я могу её подавить. Но сегодня…… всё иначе. Моё тело не только не утихает, но и становится только жарче и жарче. …… В глубине души я всё поняла. Я уже давно достигла своего предела. Я долго сдерживалась. Всё изменилось во мне… с «того дня». До встречи с Люком я была убеждена, что я лучшая на всём свете. Я никогда в этом не сомневалась. Потому что окружающие меня люди всегда смотрели на меня одинаково. И потому мне это не понравилось. Когда я впервые увидела Люка на той вечеринке. У него были точно такие же глаза, как я смотрела на окружающих. Я хотела запятнать его глаза унижением, глаза, которые смотрели на всех как низших существ. Разбить его сердце, полное высокомерия, и ещё больше раздавить его, наполненного ненавистью. Насколько это было бы приятно? От одной только мысли о том, как бы ему это было ненавистно, но он не в силах ничего сделать, моё тело покалывало от волнения. Но… этого не произошло. Это меня запятнали унижением…… это даже не был поединок. Для него я была всего лишь девкой из сброда. Я почувствовала себя беспомощной. Убогой. Жалкой. Меня охватило море чёрных эмоций, чего я никогда раньше не чувствовала. А потом…… я изменилась. Эмоция, которая должна была быть отвращением, стала «удовольствием», а затем она трансформировалась в «любовь». Когда я начала проводить с ним больше времени, эти искажённые чувства всё росли и росли. Я сама не знала почему. И всё же, это правда, что меня переделали с нуля. Я не могла вернуться к той, кем я была раньше. Я даже не хотела возвращаться. Но…… это было также начало мук. Он никогда не избегал тяжёлой работы. Всякий раз, когда я встречала его, то видела, что он всегда либо держит в руках меч, либо читает книгу по магии. Он даже не хотел на меня смотреть. Он продолжал учиться, как будто чем-то одержимый. Он искал «силы» с жаждущим сердцем, которое никогда не было довольно. И в тот момент я поняла. Он…… «свет», который слишком велик. Свет иногда становится чем-то, на что можно надеяться и чего жаждать… Но что, если он слишком велик? Его сияние обжигает глаза тех, кто его видит, и любой, кто пытается приблизиться к нему, сгорает дотла. Это слишком великий свет. Порой яркий свет обманывает и сводит людей с ума. Люк был именно таким. Поистине иронично, что его атрибут — «тьма». И всё же я влюбилась в этого Люка… Хотя нет, это было не такое уж красивое и чистое чувство. Оно было более мутным и отвратительным, как «зависимость» и «безумная любовь». Не успела я этого осознать, как уже не могла представить себе мир без него. Он не был милым. Он не нашёптывал мне о любви. И всё же моё сердце было настолько запятнано, что никакому другому цвету уже не было места. Я начала прилагать усилия, которых никогда раньше не делала. И я не занималась этим спустя рукава. Я отчаянно, правда отчаянно старалась. Потому что хотела отразиться в глазах Люка. Это были тяжёлые дни. Я училась магии столько, сколько позволяло время, и предавалась жалкой мастурбации по ночам, чтобы освободить свои растущие желания. И не успела я опомниться, как это стало моей повседневной рутиной. Я говорила себе снова и снова…… вот что значит быть рядом с большим светом, коим является Люк. Я также думала о том, насколько всё было бы проще, забудь я о Люке, но я просто не могла. Это было похоже на то, как если вы очарованы его ярким светом, вы уже никогда не сможете выбросить его из головы. Но оно того стоило, и Люк начал понемногу смотреть на меня. Я была так счастлива, по-настоящему счастлива. Как бы тяжело всё ни было, этого было достаточно, чтобы продолжать стараться столько, сколько я захочу. Вот только… я осознала, что человеческие желания бездонны. Люк, будто сладкий яд, медленно отравлял меня. Ещё. Ещё, ещё. Ещё, ещё, ещё, ещё, ещё… Моё желание росло с огромной скоростью. Желание, которое росло бесконечно. Боль от того, что её приходилось терпеть. Эта боль с каждым днём только усиливалась. Так что, наверное, этому было суждено случиться… В тот момент, когда я сегодня увидела «Солнце тьмы» Люка… что-то внутри меня сломалось. Мне кажется, это было похоже на кандалы. Моё сердце рассталось со своими кандалами. Желание, которое до сего дня подавлялось, переполнилось и быстро овладело мной. — Завтрак и ужин подаются в общежитии. Есть некоторые правила, но по сути вы вольны делать всё, что хотите. И ещё, ладите друг с другом, хорошо? Это лучше для вас. При поступлении в эту академию, вам гарантирован определённый статус. Преимущество этой академии в том, что вы можете иметь связи с такими людьми. Я оказалась в общежитии, не успела я опомниться. Моё сознание было затуманено. — Что ж, можете быть свободны. Настоящие занятия начнутся завтра. Если у вас есть занятия, которые вы хотите посещать, не опаздывайте. 2-й этаж предназначался для мальчиков, а 3-й — для девочек. После этого я пошла в назначенную мне комнату. Открыв дверь, я вошла внутрь и закрыла её. Я заперла дверь со щелчком. Я просто рухнула на кровать. А затем забралась на простыни. И, естественно, моя рука потянулась к низу живота…… Плохо дело, это вошло в привычку. Но прямо сейчас, если я не сделаю что-нибудь с этим ноющим телом, которое ощущается как горячий шар, я сойду с ума. Я нежно провела пальцем по нижнему белью. — …… Я утешала себя некоторое время. Мне хотелось как-то вывести этот жар из своего тела. Но…… не вышло. Сколько бы я ни пыталась утешить себя, боль только усилилась. — …… Ха-а…… ха-а… Так и знала, во мне что-то сломалось. Что-то, что удерживало меня. … Я достаточно натерпелась. Мне показалось, что я услышала такой голос. Больше не могу…… Я не могу больше это терпеть. Мои ноги естественным образом повели меня… в комнату Люка. Рациональная часть моего мозга искала причины поддержать меня. На днях у меня начались месячные, так что всё будет в порядке. К тому же мы с Люком помолвлены. Никаких проблем быть не должно, поскольку мы находимся в отношениях с обещанным будущим. Пока я размышляла об этом, я подошла к комнате Люка. В этот момент постепенно распространилось странное чувство напряжения. Но моё тело жаждало большего…… Решившись, я постучала в комнату. Дверь тут же открылась. — Это ты? Зачем ты пришла сюда? Моё присутствие ему явно не понравилось. Он как будто смотрит на мусор. Казалось, он отрицает всё, что касается меня. Всё это только воодушевило меня и стерло даже те небольшие причины, которые у меня остались. — Можешь…… впустить меня? — …… Ага. Люк на удивление легко впустил меня. Я закрыла дверь и сразу заперла её. — Ты что, блин, де… ха? Я сняла с себя одежду. Не медленно. Я мигом сняла свой жакет и всё нижнее бельё. — Я серьёзно, ты что делаешь…? Выражение лица Люка совсем не изменилось. Но его голос немного отличался от обычного. Это было так мило. — …… Я подошла прямо к Люку и коснулась его губ своими. Всунула свой язык ему в рот. И повалила Люка, пока мы продолжали переплетать языки… В окно светит утреннее солнце. Я встал с кровати и выглянул наружу. Какое чудесное утро. Правда…… чудесное утро… …… …… Т-твою ма-а-а-а-а-а-а-а-ать!!! И ты называешь себя мужчиной!!! Неужели мужчины такие глупые создания?!!! … Бдыщ. Я ударился головой о стену. Хуже быть не может…… Я сделал это. Мой разум перестал функционировать, как это было вчера вечером. Я никогда не думал, что мной будет управлять тело, а не логика… Что б вас!! Куда, мать их, смотрит охрана!! Это тоже входит в упомянутую ими так называемую “свободу”!? Таких связей быть не должно!! …… Ха-а, успокойся. Я сам виноват. Я даже не подозревал, что я так падок к женщинам. Я не могу не чувствовать себя таким жалким. Ну, всё, чем я до сих пор занимался, это…… фехтование и магия. — Доброе утро, Люк. Я услышал голос. В этой комнате есть только я и ещё один человек. — Даже не верится, что ночью ты ещё лучше. Ты действительно безупречен. — …… Замолчи. Живо одевайся. — Ой, ещё нет. …… Что б её. Я недооценил тот факт, что она настолько хороша, насколько хорошо выглядит. Я понятия не имел, что она превратится в такое смертоносное оружие. — … Ну так что? Может, ты сможешь хотя бы ещё разок? — ………… Я посмотрел на Алису. Кожа белая как снег. Губы слегка красные. Гламурное, соблазнительное тело. Всё это усиливает мою похоть. Эх…… ну серьёзно… — … Живо становись на четвереньки. Мужчины и правда такие глупые создания. — …… Давайте мыслить позитивно. Мне довелось познать женщину в 15-летнем возрасте. Я снова смог найти свою слабость. Это не должно быть плохо…… Да, я становлюсь ближе. К истинным высотам, которых никто другой не может достичь. ………… …… Ха-а. — Почему бы тебе не присоединиться ко мне? — …… Замолчи. Мы с Алисой по очереди принимали ванну. Я смыл с себя всё, в том числе и тот туман, что застилал мои мысли. Надо взять себя в руки. Внезапно в моей памяти всплыла вчерашняя сцена. … Авель. Честно говоря, он представлял собой ничтожное существо. Его сила физической атаки уникальна. Но на этом всё. Сколько бы раз мы не сразились, моя победа всегда гарантирована. Поскольку его сила базируется на магической силе, а не на чисто физических способностях, он даже недостоин зваться моим врагом. …… Ку-ку. И всё же мне нравятся его глаза. Эти глаза, что жаждут силы, никогда не ломаются, какой бы огромной ни была разница в силах. Глаза «протагониста» оказались куда лучше, чем я себе представлял. — Похоже, будет весело. Эти слова вырвались сами собой. И тут я заметил перемену в своём сознании. До этого момента я порой испытывал долю страха. Мысль о том, что однажды я потерплю поражение. Это не значит, что теперь он исчез. Просто я получаю удовольствие от всей этой ситуации. Авель, не важно, как сильно ты вырастешь и станешь сильнее с этого момента, я буду впереди тебя. Так что… борись изо всех сил. Мы направились в столовую. К счастью, она была близко, так что мы быстро туда добрались. Там уже был посетитель. Это тот рыжеволосый парень с очень плохими глазами, которого я видел вчера в классе. Он продолжал есть молча, не говоря ни слова. — У тебя гадкий взгляд. Мне от тебя некомфортно. Можешь просто свалить? — …… А-а? Мне было всё равно. Если говорить как есть, мне плевать на то, что делают другие. Он просто ест молча. Нет смысла донимать его…… Но у Алисы рядом со мной кажется другие мысли. Это стало видно с того дня, как я впервые вошёл в аудиторию. Если она чувствует хоть малейший дискомфорт, она без колебаний говорит что у неё на душе. Она крайне агрессивна по отношению к другим людям, кроме меня. В каком-то смысле…… она излучает атмосферу героини-злодейки. Наверное в оригинальной истории она тоже была героиней Люка. — …… Что б тебя. На лице рыжеволосого парня вздулись вены и он стал источать опасную ауру, как будто он собирался нанести удар в любой момент. Однако, как бы странно это ни выглядело, он встал со своей тарелкой и двинулся к краю широкого стола. Короче говоря, он послушно повиновался словам Алисы. — Хорошо, что он знает своё место. Люк, давай поедим. — … Погоди. Меня это слегка заинтересовало. — Как тебя зовут? — …… Ллойд. Ллойд, да? Он 4-й в порядке после Мии, которая может использовать 3 атрибута. Несмотря на свой хулиганский вид, он весьма талантлив. Но это только вызывает больше вопросов. — Почему ты повинуешься словам Алисы? — ………… Выражение лица Ллойда исказилось от гнева, и он стиснул зубы. Сам он неохотно повиновался словам Алисы. Тем не менее, тот факт, что он подчинился, означает, что у него есть какая-то воля. Воля, которую невозможно сломить. — Люк, мне чхать на этого парня. Давай просто поедим… — Держи рот на замке. — П-прости…… ха-а, ха-а. Я хочу знать ответ Ллойда. — …… Я был на том же месте, что и эта седовласка во время практических занятий перед вступительными экзаменами. — Седовласка? Ты о ком, блин, гово… — … Заткнись и не заставляй меня повторяться. И что потом? — ………… Ллойд сделал паузу. С выражением, полным унижения и гнева. Я услышал тяжёлое дыхание, доносящееся рядом со мной, но не обратил на него внимания. — …… Она была сильнее. Даже лучше меня…… что б её. Эти словах, казалось, раскрывали всё о человеке по имени Ллойд. — Мы не бились напрямую. Но…… я понял. Нынешний я не могу победить её… — Ку-ку, понятно. — И ты тоже, белобрысый. Тебя я тоже не могу победить прямо сейчас…… ты даже сильнее седовласки. Я даже не могу сказать, как далеко я от вас…… блять. Здесь много действительно интересных ребят. — Но это не значит, что я сдался. Просто подожди и увидишь, засранец…… я вас всех превзойду! — Ха-ха-ха. А ты забавный, ты мне нравишься. Интересный. Он стоик до мозга костей. Он подчинится любому, кого признает сильнее себя, как бы унизительно это ни было. — О, доброе утро. Вы все рано. Можно я присоединюсь к вам на завтрак…? — Нет, просто исчезни. — ……… Леонардо появился со свежей улыбкой. Но 2 секунды спустя эта улыбка исчезла, как дым…… лезвием безжалостных слов Алисы. — М-можно мне подсесть сюда…? — …… Садись куда хочешь. — Х, ха-ха…… спасибо. Я ещё никогда не чувствовал себя так глубоко тронутым чьей-то добротой… — ……… Ллойд принял Леонардо. Вопреки своей внешности, он кажется добрым парнем. Человек, полный сюрпризов. — Доброе утро. — А вот и шумная. — Я же просто пожелала доброго утра! Я не шумная! — Видишь, шумная. — Т-ты… Появилась Мия. Хоть она и ворчала, она присела рядом с Алисой и начала есть. Кажется, что они всё время ссорятся, но могут быть на удивление близки. — Готовься, Алиса! Через месяц я вызову тебя на ранговый бой! — Я готова в любое время. Я не проиграю тебе, кто во всём “недоразвита”. — Ч-что ты сей… — Завались уже, малая. Я услышал этот голос откуда-то из другого места. Я быстро понял, кого представляет эта «малая». — К…… кто сейчас посмел назвать меня малой!! Этот комментарий касался Мии. И кажется, она сама это осознавала. На самом деле это Ллойд назвал её «малой». — Сначала сразись со мной. Если ты проиграешь в ранговом бою, то не сможешь сражаться целый месяц. Так что сперва сразись со мной… ты всё равно не сможешь победить седовласку. — …… Если я правильно помню, ты второй сын Дома Арбетнот…… ты «Ллойд Ирис Арбетнот». Я знаю кто ты. Я слышала, ты очень хорош в магии. Ты из-за этого стал высокомерен? Ладно, давай сразимся. Я покажу тебе…… разницу в наших навыках. — Ха, интересно. Ну покажи мне её, малая. С самого утра всё было очень неспокойно. И правда, я попал в интересную академию. Утром я посетил несколько занятий. Большинство сегодняшних занятий представляли собой аудиторные лекции по каждому атрибуту. Не было никаких упражнений по ведению магических поединков или чего-то такого, и, конечно же, не было никаких занятий по моему атрибуту тьмы. Однако я подумал, что их стоит посетить, даже если это другие атрибуты. Мой «атрибут тьмы» также может поглощать ману и применять магию, используя свою силу. Это значит, что я могу использовать магию других атрибутов, хотя и с некоторыми условиями. Поэтому стоит сходить на занятия по другим атрибутам. Так я подумал, но… в итоге всё оказалось полным отстоем. Это были действительно неэффективные занятия: на подробное объяснение того, что я мог бы усвоить за 5 минут, ушло 90 минут. В таком случае мне не нужно ходить на них. Буду обращаться к учителям только в случае необходимости. И вот теперь я сижу в огромной библиотеке, которой может похвастаться Академия Магии Аслана. Это место по праву зовётся сокровищницей. Здесь сосредоточено знание знаний. Одно наличие возможности пользоваться этой библиотекой стоит того, чтобы поступить в эту академию. Я не могу вызвать старшекурсников на ранговый бой в течение месяца, поэтому некоторое время проведу здесь за изучением магии. Что ж, если появится какое-то занятие, которое меня заинтересует, я постараюсь посетить его хотя бы раз, например «магическая фармация». А остальное время давайте просто проводить здесь. Но сейчас мне придётся уйти. — …… О. Как только я вышел из библиотеки, я услышал голос. Я поднял взгляд и увидел… Авеля. — Н-не виделись со вчерашнего дня… Люди, которые ниже простолюдинов, обычно не употрбляют уважительную речь. Но я не чувствую от этого никакого дискомфорта. Означает ли это, что я сам признаю Авеля, хотя бы в такой степени? — Авель, да? — Да…… э-э-э, можно просто Люк? — Зови меня как хочешь. Он выглядел очень неловко и робко, когда смотрел мне в лицо. Вчерашних ран нигде не видно. Они отнюдь не были лёгкими травмами. Да уж, магия исцеления и впрямь удивительна. — Ты же не можешь использовать атрибутную магию, да? — ……. Да, ты это хорошо знаешь. — Тогда что ты делал утром? — Ну, кажется, учитель Брэд вчера смотрел наш бой… — …… Хо-о. — «Я потренирую тебя, так что пошли со мной», — сказал он и заставил меня пойти с ним…… ха-ха… Авель устало рассмеялся. Тренировки с Брэдом, должно быть, были довольно трудными. Понятно…… всё-таки, он благословлён. Этот парень обладает силой притягивать к себе окружающих людей. Воистину, эта сила достойна «протагониста». Ку-ку…… Его и правда нельзя недооценивать. — Так зачем ты поступил в эту академию? — …… Э? — Отвечай скорее. — А, э-э-э…… чтобы стать сильнее, наверное. — А зачем тебе нужно становиться сильнее? — Это… Меня это немного заинтриговало. Это был обыкновенный случайный вопрос. Однако атмосфера вокруг Авеля резко изменилась. Так сильно, что я даже невольно ахнул. — … Наверное за тем, чтобы у меня больше ничего не отняли. Ха, ха-ха-ха! Что это, чёрт возьми, за глаза!! Это так выглядит протагонист?? Всего лишь на миг. Мне показалось, что я всего лишь на миг увидел проблеск тьмы Авеля. К сожалению, я не знаю оригинальной истории. Интересно, что же заставило его выглядеть так? — … А что, если… Да, совсем чуть-чуть. Мне захотелось побыть немного злым. — Что бы ты сделал, если бы я пришёл отнять у тебя что-то драгоценное? — ………… — Тебе не победить меня. Ты узнал это вчера, не так ли? Так что ты будешь делать? Давай, скажи мне сейчас. Скажи мне свой ответ… — … Я. Мне нет нужды спрашивать об этом. [[image:/storage/reader-images/afd3854e91bafc4016b2e10ba73698bb2eaf789a.jpg]] Но я не мог не спросить. Я хотел узнать ответ Авеля. — Я… сделаю всё, что потребуется… — ………… Ответ оказался очень простым. Но я почувствовал…… Истинный смысл, сокрытый глубоко внутри этих слов. — А-ха-ха-ха. Хороший ответ. Я не буду тебя недооценивать. Эта непостижимая жуткость и есть суть этого парня. Хорошо. Возможность ощущать эту жуткость вблизи наверняка станет для меня источником питания. — А-ха-ха…… извини, я сказал что-то странное. Авель рассмеялся, словно поправляя себя. Странной атмосферы, которая витала ранее, больше не было. В такой академии мне никогда не наскучит. К слову, а какие уроки посещает этот парень? Он собирается посещать тот же урок по магической фармации, что и я? Ну, это его дело. А я тоже буду делать то, что должен. … Королевская столица в полночь. Закоулок, полный запаха крови… Из него вышли две фигуры, они немедленно прыгнули и двинулись на крышу. Залитые лунным светом на фигурах почти не было открытых участков кожи. — Опять тупик. — С меня хватит. Нам следует принять более прямые меры. — Прямые, ты серьёзно? — Серьёзно. Один голос был мужским, а другой — андрогинным. — Но это опасно, знаешь ли. Нам ведь нужно просто делать всё окольными путями. Мне нравится жить здесь больше, чем я думал. — Ты забыл о нашей миссии? — Нет, не забыл. — Не волнуйся. Я позабочусь об этом. — Когда ты так говоришь… — Атрибутные маги. Их разрушительные способности в широком диапазоне представляют собой угрозу. Но они не непобедимы. Люди этой страны. Они слишком полагаются на магию. Победа будет лёгкой. — Ха-а…… когда ты начинаешь так говорить, ты уже ничего не будешь слушать…… но хотя бы запомни. Не спеши. Давай делать всё медленно и уверенно. — …… Хорошо. С этими словами две тени растворились в ночи… ---------- Волнение старшего брата «Это неправильно…… они не совершили никаких преступлений, но только потому, что они выглядят немного иначе, с ними обращаются как с рабами…». Всё началось с чего-то действительно тривиального. Сегодня утром я лишь из приходи спросил Авеля: «Чем бы ты хотел заниматься, если бы стал магическим рыцарем?», на что Авель ответил: «Я хочу построить небольшую деревню». Не все люди сильны. Поэтому он хочет, по крайней мере, защитить тех, кто находятся в пределах его досягаемости. А ещё он добавил: … «Я хочу освободить рабов». Особенно те, кто порабощён просто потому, что они «полулюди», такие как “зверолюди” и “эльфы”. Страшнее всего было то, что я сначала этого не понял. Я вообще не видел ничего плохого в том, что полулюди — рабы. С чего бы их освобождать? Если ты получеловек, то ты заслуживаешь быть рабом…… Я серьёзно так думал, даже не осознавая этого. Но что ещё больше напугало меня, так это то, что для меня в этой идее нет ничего необычного. Дело не в том, что мои мысли особенно радикальны. Почти все, кто слушал Авеля, считали, что полулюди — это рабы, и воспринимали это как должное. Ну, разве что девушка по имени Лили, похоже, уже знала, какие мысли у Авеля, поэтому она не удивилась его заявлению. Если подумать, я уже наблюдал такую сцену раньше. Были времена, когда я видел в своём феоде зверолюдей и эльфов, но они почти всегда кому-то служили. Исключения составляли лишь авантюристы, возможно, приходившие из других стран. … «Полулюди — рабы людей». Это «здравый смысл» королевства Мирестия, и это «норма», укоренившаяся и в моём теле. Поэтому я этого даже не замечал…… наверное. Это было странное чувство, как будто знание, которое находится не в моём мозгу, а в другом месте, отрицает это. Может быть, я заметил эту аномалию потому что переродился? До сих пор я даже не задавался этим вопросом. С другой стороны, почему Авель мог считать этот здравый смысл «странным»? Он не из этой страны? — …… Сейчас не лучшее время думать об этом, да? Это не то, с чем я могу что-то сделать прямо сейчас, да и не хочется. По крайней мере, сейчас у меня есть парочка дел. Ну, когда я стану «магическим рыцарем», которому даны всевозможные “свободы” и “влияние”, возможно, я смогу так или иначе изменить этот глупый здравый смысл. Мне не нравятся вещи, лишённые такой рациональности. Даже если это называется освобождением, оно сопровождается различными проблемами. Однако это не произойдёт в одночасье. В любом случае, надо побольше разузнать об этом вопросе. А ещё об истории этой страны и других. С этой мыслью я вышел из библиотеки. И моментально переключил своё сознание. Мне предстоит сходить на последнее занятие во второй половине дня: «специальную практику по ведению магических битв». Имя лектора не указано в заранее розданных материалах, там только значится «специальный лектор». Есть несколько занятий, описываемых таким образом, и «специальная практика по ведению магических битв» — одно из них. Содержание урока записано как «боевая практика с участием врагов, использующих специальную атрибутную магию». Ку-ку, разве это содержание не очень захватывающе? Интересно, что это будет за урок? Я немного в предвкушении. — Давно не виделись, Алиса. — Да вы…… шутите… Я и правда удивлён. Это настолько неожиданно. — С тобой мы тоже давно не виделись, Люк. Кажется, последний раз мы виделись где-то год назад, да? — …… Ага. Серебристые волосы, длинные узкие голубые глаза, кристально чистая белая кожа, очень аккуратное лицо. Это старший брат Алисы… «Иоланд». — Все здесь? Тогда пора начинать урок! Я ещё никогда не видел Алису такой расстроенной. — Эй, твой брат такой красивый! Миа прошептала Алисе. — …… В каком месте? Алиса отрицала это с выражением отвращения на лице. Нет, объективно говоря, у Иоланда действительно очень аккуратное лицо. — О-он такой крутой… — Ух ты… Другие студентки также испустили возгласы восхищения. [[image:/storage/reader-images/741996a085c6ed2fc93309ea01be00f6ece8f4ea.jpg]] — …… Ха-а. А вот Алиса вздохнула. — Позвольте я начну с краткого вступления. Меня зовут Иоланд Элиас Лонсдейл. Можете не стесняться и звать меня учителем Иоландом. Мне приятно познакомиться со всеми вами. А ещё, как некоторые из вас, возможно, уже заметили, Алиса — моя младшая сестра. — ………… Иоланд радостно улыбнулся. Алиса с отвращением прищурилась. Они очень контрастные брат и сестра. На самом деле, когда я встретил его, я почувствовал, что он как-то странно отличается, но Алиса сказала мне, что он незначительный человек. Однако… — К слову говоря, я ношу звание «заместитель командующего 2-й дивизии атрибутной магии королевства». Ну, меня назначили на эту должность только в этом году. Похоже, это признание осталось в прошлом. До меня доходили слухи. Несмотря на то, что он принадлежит к магической дивизии королевства, мне сказали, что он всего лишь невзрачный рядовой солдат. Но я также слышал, что где-то 2 года назад он внезапно обрёл известность. Да… 2 года назад, когда я нехотя обручился с Алисой. Но о его назначении на должность заместителя командующего дивизией я слышу впервые. Чтобы простой солдат всего за 2 года стал заместителем командующего дивизией. Очевидно, это не нормально. Экстраординарно. — Теперь, когда я представился, я продолжу объяснение этого урока. Мой урок называется «специальная практика по ведению магических битв», кто-нибудь знает, о чём он? — Да! Затем один парень поднял руку. — Так, ты. Как тебя зовут? — Да! Я Логан Рол Комптон! — Хорошо, Логан. Тогда ответишь мне? — Это военные учения, в которых предполагается, что враг использует особую магию! — Правильно. Тогда знаешь ли ты, что такое, например, «магия особых атрибутов»? — Это…… я не знаю! — М-м! Молодец, что честен! Наблюдая за диалогом парня по имени Логан, который показывал благоприятное отношение, Алиса пробормотала: — … Отвратительно. В этот момент я не упустил, как движения Иоланда внезапно прекратились, а его тело на мгновение задрожало, на такое мгновение, что мне хватило только моргнуть. Э…… что это сейчас было? Такое чувство, будто я увидел что-то крайне отвратное. — Ч-что ж, я продолжу объяснение. Так называемые четыре основных атрибута это: огонь, ветер, вода и земля. Но я затрону атрибуты, которые далеки от этих четырёх основных. Например, мой атрибут «магнетизм» именно такой. … «Магнетизм», да? — Тогда вот ты, крепыш! Иоланд указал пальцем. — Я, я? — Да, ты. Как тебя зовут? Просто скажи мне своё имя. — Я Хьюго! — Хорошо, Хьюго. Какой у тебя атрибут? — «Камень». — М-м, это хороший атрибут. Тогда можешь попробовать использовать немного магии на мне? И сделай её как можно мощнее. — В-вы уверены……? — Уверен. Меня всё равно не ударит. — …… Хорошо. Провокационные высказывания Иоланда подогрели боевой дух Хьюго. — Я начинаю! — М-м, можешь в любое время. … «Каменная магическая пуля». В этот момент образовался гигантский камень и запущен в сторону Иоланда. Скорость также довольно хороша. Неплохо. Если немедленно не приступить к действиями по уклонению, ему не успеть. И всё же Иоланд не двинулся с места. — Уклоняйтесь!! Крикнул Хьюго. — … «Отражение». Когда Иоланда произнёс это, гигантский камень мягко изменил свою траекторию. Он пронёсся прямо над головой Иоланда. — Видишь, он не может меня ударить. А затем он засмеялся, как ребёнок. — О-офигеть… Почти все в аудитории, включая Хьюго, ахнули. Увидев только эту сцену, я в некоторой степени понял эту «магию магнетизма». Это очень мощная магия. Ку-ку, и по-твоему этот парень незначителен? Не заливай мне. — Моя «магия магнетизма» может придать магнетизм чему угодно, вызывая притяжение и отражение. В данном случае я применил магнетизм к большому камню, выпущенный Хьюго, и земле, создав отталкивающую силу. Понятно. — Сильный, думаете? Но радиус действия магнетизма вокруг меня составляет около 5 метров. Жар и холод невозможно отразить, а чем сильнее создаваемое притяжение и отражение, тем больше потребляется мана. Существуют различные недостатки, такие как ограниченные средства атаки на обширной территории. Иоланд продолжил говорить. — Отныне я буду учить вас. Но в реальном бою вам придётся находить такие слабости во время схватки и использовать собственное преимущество. Таким образом, на этих занятиях я хочу, чтобы вы научились сражаться против магов с особыми атрибутами, таких как я. «Специальная практика по ведению магических битв». Это отличные занятия. Я уже решил ходить на занятия Иоланда. — Что касается самих занятий, то я приведу с собой нескольких товарищей из магической дивизии в качестве ваших оппонентов, так что будьте к этому готовы… Ладно, думаю, на этом объяснения закончены. Насколько я вижу, у многих людей сложилось положительное впечатление об этом занятии. И только у Алисы по-прежнему сложное выражение лица. — Точно…… Люк. В этот момент меня внезапно окликнули по имени. — Я слышал, ты лучший в этом году… Хочешь сразиться со мной? — …… Ку-ку. На его лице нежная улыбка. Но что это за острая враждебность? До чего же сильно он меня ненавидит. Хотя я уверен, что ничего ему не сделал. — Ага, давайте сразимся. —Хорошо. Я выхожу вперёд, пока все наблюдают. Я взял дистанцию от Иоланда, а затем мы оба приготовили мечи. — Из-за природы магии я также пользуюсь мечом. — Ясно. — Атакуй, когда захочешь. — Ку-ку, тогда я пойду на вас без колебаний. Я активирую одну магию. … «Поглощение тьмы». Это простая магия, которая поглощает ману противника. Но её эффективность весьма впечатляет. Мана — это спасательный круг для магов. Без маны они ни на что не годны. Я был убеждён, что мой «атрибут тьмы» — сильнейший атрибут против магов… но…… я не смог поглотить ману. — Я знаю о твоём «атрибуте тьмы». Но я добавил к своей мане магнетизм и создал гравитацию, чтобы нейтрализовать её… Это не такое уж большое дело, как ты думаешь. — Ку-ку, а-ха-ха-ха-ха!! Мне и впрямь никогда не бывает скучно. Я не могу не повеселиться. … «Дарование: Тьма». Тьма окутала меч в моей правой руке. [[image:/storage/reader-images/f0a1b92da53b03cd932b6924fe04034b95bd7332.jpg]] … «Доспехи тьмы». Тьма приняла форму доспехов и покрыла всё моё тело. … «Усиление тела ×2». Вокруг проносится огромное количество энергии. — Готов? — Начинай. С улыбкой, которая будто бы расколола моё лицо, я топнул по земле. Иоланд искренне верил, что его младшая сестра Алиса красивее всех на свете. Ни один мужчина в мире не оставит её без внимания. Иоланд понимал этот факт лучше, чем кто-либо другой, поэтому знал, что когда-нибудь наступит день, когда Алиса покинет его. Он был готов принять это. Однако…… его ненаглядная младшая сестра изменилась. Руками дьявола по имени Люк. Это единственное, что он абсолютно не мог принять, несмотря ни на что. Вот почему Иоланд высвободил их. Свои истинные способности, которые он скрывал с определённой целью. И теперь монстр, который не должен был играть никакой роли в оригинальном рассказе, был выпущен на волю… … Это весело… Это бесконечно весело! Учитывая, что объём маны, которым обладает человек, ограничен, постоянно использовать магию абсолютно невозможно. Однако у Люка было несколько таких, казалось бы, невозможных заклинаний, в том числе «Милость тьмы», которое он первым разработал самостоятельно как противовес «магии звука» Амелии, а также несколько защитных заклинаний и информационной магии. Так что же делает это возможным? Он происходит от другого магического заклинания, которое Люк разработал до того, как поступил в Академию Магии Аслана. … Это «Поглощение тьмы». Это очень простая магия, использующая характеристики атрибута тьмы и поглощающая ману. До сих пор, вместо того, чтобы использовать его на других, Люк использовал его на себе, чтобы улучшить свою «скорость восстановления маны». Но теперь, когда он столкнулся с противником, он не смог устоять перед искушением испробовать его на нём. Возникающее при этом “противоречие” заключается в том, что объём его собственной маны увеличивается, а не уменьшается, несмотря на то, что он активирует магию. После долгих, усердных исследований Люку также удалось в чрезвычайно высокой степени улучшить характеристику «поглощения» атрибута тьмы. В результате это “противоречие” теперь стало невероятно огромным. Говоря другим языком, Люка почти не «тратил ману», что является величайшей слабостью мага. Однако Иоланду удалось “противостоять” «Поглощению тьмы» Люка. Уже одно это должно дать представление о том, насколько хорош человек по имени Иоланд как маг. Однако верно также и то, что Иоланд был бы первым, у кого «закончилась мана» из-за разницы в объёме имеющейся маны, если бы они продолжали в том же духе. Именно потому, что Иоланд сразу осознал этот факт, он и спровоцировал его. Он был уверен, что в случае с Люком, он воспримет это как провокацию, поэтому он обязательно этим воспользуется. И по факту он был прав. Это правда, что если он продолжит использовать «Поглощение тьмы», то он обязательно победит. Особенно, если это Люк, у которого остались дополнительные силы для дальнейшего усиления этой магии. Но… это было скучно. Люк хотел увидеть, как этот человек использует всю его мощную и непревзойдённую магию магнетизма. Вдобавок ко всему, он хотел сокрушить его в лоб. Это крайне высокомерное желание, которому он не мог противиться. Это была единственная причина. Но Люку этого было достаточно. — А-ха-ха-ха-ха-ха! — … А ты сильный. Благодаря магии бой на мечах разворачивался со скоростью, немного превышающей человеческую. Никто вокруг них не произносил ни слова, как им трудно было поверить, что это бой между магами; напротив, они все были просто очарованы. Бой был настолько красив, что даже моргание казалось им кощунством. Все они… и особенно «Авель», не могли оторвать глаз от этого боя. «…… Это, оно» По какой-то причине…… Он был убеждён. «Конечная точка, к которой мне следует стремиться… впереди!!» Дебют Иоланда, который не должен был участвовать в оригинальном рассказе. И тот Люк, который должен был утонуть в собственном таланте и не стараться изо всех сил, с ненасытным сердцем гонялся за силой. Множество неожиданных событий, которые изначально не могли произойти, создали в этой истории всевозможные ответвления, которые, в свою очередь, круговым образом способствовали росту Авеля. Люк думал каждый раз, когда скрещивал мечи, что с точки зрения чистой скорости Иоланд был чуть быстрее его, используя «Усиление тела ×2». «Потрясающе. На данный момент она совершенно выше, чем у Авеля, да» «Магнетизм», атрибут, которым обладает Иоланд, представляет собой магнитную магию, которая может генерировать как притяжение, так и отражение, наделяя её магнитными свойствами. Это очень мощная магия. Однако справиться с ней не так уж и просто. «Ошеломляющее ускорение за счёт магнетизма. И эти неортодоксальные движения, которые как будто бросают вызов законам природы…… Ха-ха, что за нечеловеческая магическая точность» Но даже так, магия Иоланда была эффективно запечатана более чем на половину. И всему виной «Доспехи тьмы» Люка. Эта магия защищает не только от физических атак, но и от любого магического вмешательства. Поэтому Иоланд не мог воздействовать на самого Люка с помощью магнетизма. Будь то воин или маг, обычный человек наверняка выиграл бы или проиграл в тот самый момент, когда Иоланд сократит расстояние между ними. Разумеется, Люк понимал этот факт. Так что он принял определённое решение именно потому, что понимал всё это.… А именно… не использовать больше ману. Магия магнетизма Иоланда может воздействовать даже на магию, если ей придать магнетизм, но в случае с тёмной магией Люка, дело принимает другой оборот. Тьма поглощает всё. И магия магнетизма — не исключение. Стоит ему только воспользоваться другими заклинаниями атрибута тьмы, бой станет до ужаса лёгким. Но нет; Люк хотел другого. Выйти на ринг против противника, а затем использовать подавляющую силу, чтобы сразить его. Одержать полную победу без всяких оправданий. Вот та победа, которую жаждал крайне высокомерный Люк. Он не сомневался, что способен на этот эгоизм. Это была отнюдь не необоснованная уверенность. Это была уверенность, подкреплённая всем, что он сделал до сих пор. «С точки зрения одного владения мечом я уступаю Альфреду. Но раздражающая природа его магнетизма с лихвой компенсирует это. Потребуется время, чтобы к этому привыкнуть» «…… Я не могу его ударить. Люк полностью сосредоточен на обороне. Всё перекрыто тонкой линией. Такое ощущение, будто я режу воду. Понятно, у него хорошее зрение… Это превосходит то, что я себе представлял» Мысли 2-х людей пересеклись. Для тех, кто едва мог следить за боем глазами, Люк и Иоланд казались равными соперниками. Со стороны Люка, который на данный момент ограничивал использование ряда магических заклинаний, это, можно сказать, было правильным решением. Но это было только на данный момент. Люк с невероятной скоростью растёт в сражениях. Словно насмехаясь, он улавливает дыхание, время и уникальный ритм своего оппонента, создавая предвидение, похожее на предсказание. С добавлением атрибута, называемого магнетизмом, комбинации форм меча близки к бесконечности. Тем более, что Иоланд может не только совершать нестандартные движения, но и изменять интенсивность своего магнетизма, делая его гибким или замедленным. Однако, будучи людьми, у всех есть чувства. И эти чувства невозможно полностью устранить. В стиле меча всегда будут неосознанно присутствовать свои предпочтения и отторжения. Что превращает бесконечность в конечность. «…… Это действительно потрясающе» Конец меча, заставляющего забыть время. В тот момент, когда он так подумал, нападение и защита поменялись местами. Некоторые люди были обеспокоены этим зрелищем. Как Алиса. Внутри её головы плясали вопросительные знаки. «Это правда…… мой брат…?» Всё до сих пор отрицало этот факт. Однако всё, что разворачивалось перед её глазами, подтверждало этот факт. Её сердце дико билось. А затем жгучая обида медленно ворвалась глубоко в её грудь. «…… Он меня обманывал» Это был гнев из-за того, что её предали. На тот момент Алиса понятия не имела о том, какому жестокому обращению она подвергала своего старшего брата. Всё, что она чувствовала, — это невыносимую ярость. «…………» Следующей эмоцией, наполнившей сердце Алисы, стало «горечь». Люк так счастливо улыбался. Сражаясь с её старшим братом, на которого она смотрела свысока. Она никогда не сможет удовлетворить Люка в своём нынешнем состоянии. Этот факт до боли огорчал. «Больше…» Я хочу стать сильной. Я хочу стать намного сильнее. В этот момент Алиса искренне так подумала. Я хочу, чтобы моё существование отражалось в глазах Люка. Только по этой причине. Она также была человеком великого таланта. Изначально она не жаждала силы до такой степени. … Но человек по имени Люк прилагал усилия. Уже один этот факт навсегда испортил ход повествования. — …… Произошло более тысячи ударов мечами. Бой, который, казалось, длился вечно, внезапно и неожиданно разрешился. Как неизбежный результат. Меч Иоланда отскочил, закрутился в воздухе и воткнулся в землю. — Я выиграл…… да? — …… М-м, я проиграл. Минутная тишина. Затем последовали бурные возгласы и аплодисменты. « О-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о!!!! » Это было щедрое восхищение для них обоих. Все их хвалили. А Иоланд тем временем подумал. «…… Всё по плану» На самом деле Иоланд наблюдал за боем между Люком и Авелем. В то время он стал свидетелем способностей Люка и уже знал, что не сможет победить его в одиночку. Неожиданным стало то, что Люк не прибег к своей великой магии, которую он проявил против Авеля, но в остальном всё было так, как и ожидал Иоланд. Тогда зачем Иоланд вызвал Люка на бой? Ради Люка… нет. Ради роста учащихся… нет. Это ради удовлетворение собственного желания. «Эх…… горе мне…… спровоцировал Люка, сразился с ним, а потом проиграл, будучи лектором…… и чтобы «Алиса» увидела меня… в таком жалком состоянии» — …… Ха-а, ха-а. Да, всё это было сделано ради того, чтобы разоблачить это безобразие перед Алисой. В сердце Иоланда бушевала жгучая страсть. Как будто не в силах больше даже стоять, он рухнул на колени. — У-учитель, с вами всё в порядке!? Мне позвать священника!? — Я, я в порядке… ха-а, ха-а… я просто немного устал. В этот момент Иоланд встретился взглядом с Алисой. Алиса, глаза которой были полны презрения, как будто смотрела на грязь, а не на человека. «Ах…… ах…… а-а-а-а-а-а-а-а-ах…» — У-учитель? Э-э! Беда!! Учитель Иоланд потерял сознание!! Необычайно обострённые и гадкие эмоции легко лишили Иоланда сознания. Когда мы покинули кампус, уже начали сгущаться сумерки. Я шёл в сторону общежития. Я немного устал. И тем не менее, моё сердце наполняло безмерное чувство радости. Поединок с Иоландом был весёлым. Правда весёлым. Когда я в последний раз чувствовал себя таким взволнованным? Говоря начистоту, это было во много раз увлекательнее, чем бой с Авелем. Так почему? Мои шаги, которые от усталости должны были быть тяжёлыми, оказались очень лёгкими. — Люк. В этот момент я услышал голос. — … Иоланд? — Можем поговорить минутку? — Ага. Прямо сейчас я чувствую себя хорошо. Сложнее найти причину для отказа. Прохладный ветерок щекочет мои щёки. Под ночным небом я ухожу с Иоландом. Жил-был один очень умный мальчик. Хотя нет, он был слишком умён для своего возраста. Мальчик начал чувствовать “несоответствие”, когда ему исполнилось 5 лет. Никто из окружающих его людей не мог понять того, что он считал само собой разумеющимся. А всё потому что их интеллект был ужасно низким. Он не мог поверить, что они такие же «человеческие существа», как и он. Он поддался невыносимому одиночеству. И столкнулся с суровой реальностью. Скучный. Мир такой скучный. С того дня мир, увиденный глазами мальчика, медленно, но верно превращался во что-то потускневшее. Надежда на будущее постепенно угасла, и мальчик потерял цель в жизни. Влияние этого потускневшего мира было огромным, и дух мальчика постепенно исказился. Ему было плевать, умрёт ли он сейчас. К моменту своего девятилетия мальчик полностью утратил привязанность к этому миру. Он просто жил, потому что ещё не умер. Это была крайне пассивная жизнь. Но однажды… мир улыбнулся мальчику. Это случилось, когда мальчик получил лёгкую травму из-за чего-то пустякового. Волноваться было не о чем. Это была всего лишь небольшая рана, как если бы ребёнок упал, играя в поле. Сам мальчик тоже ни капли не волновался. … «Ты в порядке, брат?». Кто-то заговорил с ним. Это была Алиса, которой в то время было 4 года. Это был первый раз, когда он узнал свою «сестру» напрямую. Из-за того, что она была незначительным существом, хотя тогда она и отражалась в его глазах, он неосознанно игнорировал её. … Ангел. Луч света блеснул во тьме. Это был момент, когда мир мальчика вновь обрёл свои краски. Слишком невинное сердце. Доброта без малейшей примеси. Как назвать это существо, если не ангелом? Это был поистине пустяковый случай. Однако, как будто всё, что происходило до этого момента, было ложью, мальчик нашёл смысл жизни пугающе просто. Но было поздно. Слишком поздно. Сердце мальчика, разъеденное днями отчаяния, было уже окончательно изуродовано. … «А что, если я превращу этого «ангела» в «дьявола»?». Злое желание, непостижимое для простых людей, овладело сердцем мальчика. Изменить эти глаза, наполненные только чистой любовью и состраданием, в глаза, наполненные мерзлотой и презрением. … Шок. В тот момент, когда мальчик подумал так, он почувствовал, как его позвоночник онемел. А затем мурашки удовольствия пробежали по всему его телу. Мальчик принял решение без малейшего колебания. Он взял на себя обязательство «контролировать сердца и умы людей» всеми своими способностями. Контролировать и манипулировать сердцами всех вокруг Алисы, включая себя. И, доминируя над многочисленными факторами, участвующими в формировании её личности… он превратил ангела в дьявола. Пугающий и кармический план мальчика начался в этот день. Его отчаяние в этом мире и даже тот факт, что он до сих пор жил так апатично, теперь казались благословением. Окружающие считали его некомпетентным. Ему это было на руку. Затем мальчик медленно развивал его, повторяя тривиальные действия. … «Садистское сердце», которое превратило бы Алису в дьявола. Он полностью доминировал и манипулировал окружающими его людьми. Никто бы не смог провернуть такое в одиночку. Но бог даровал ему это. Ужасающе превосходный «мозг». Тому, кто ни за что не должен был получить его. И когда мальчик стал юношей, это наконец-то свершилось. … «Брат, мне отвратно, когда ты рядом, так что можешь держаться от меня подальше?». … «…… Ха-ха». Всё пошло по плану. Ангел обратился в дьявола. Последующие дни были для юноши подобны раю. Он был по-настоящему удивлён тем, насколько красочным может стать мир в зависимости от того, как устроен человек. Каждый раз, когда он ловил полный презрения взгляд Алисы, небывалое чувство удовольствия и счастья наполняло всё его тело. Однако точно так же, как однажды «свет» внезапно пришёл в мир мальчика, внезапно пришла и «тьма». Алису, которой на тот момент было 12 лет, пригласили на вечеринку. … На вечеринку в честь мальчика по имени «Люк Визария Гилберт». Юноше не разрешили присутствовать на этой вечеринке, поскольку его родители заботились о своём достоинстве дворян с родословной. Это был своего рода неизбежный результат его некомпетентности. Но для юноши, которого не волновало всё, кроме Алисы, это было несущественно. И тут… случилась трагедия. Всего лишь за день. Всего лишь за один день Алиса изменилась. Он потратил несколько лет своего времени на взращивание садистского сердца Алисы. И всё это мальчик по имени Люк перекрасил за один день. Юноша сразу всё понял. Когда Алиса вернулась с той вечеринки, он увидел, что созданного им ранее «дьявола» больше нет. Её садистское сердце не исчезло. Однако сейчас там обитали очень сильные «мазохистский вкус» и «любовь», подобные его собственным. Брат больше не отражался в её глазах. Событие, которое не мог понять даже юноша. Что же могло так сильно изменить её мнение, да ещё и за такой короткий промежуток времени? Было бы ещё понятно, если бы Алиса просто влюбилась. Однако какого цвета «мазохизм» таился в этих глазах? Что она увидела и услышала? Почему она так сильно изменилась? Несколько дней спустя, словно для того чтобы посыпать соль на рану, юноша мог только смеяться, когда было принято решение о помолвке Алисы. Ему напомнили, что его собственное счастье было построено на тонком льду. Но… как ни странно, “отчаяния” не было. Дни, которые он провёл с Алисой, изменили сердце юноши. Юноша стал «человеком» настолько, что мог искренне радоваться счастью сестры. А позже он встретился с мальчиком по имени Люк. На самом деле юноша очень им заинтересовался. Он задавался вопросом о человеке, который изменил его сестру всего за несколько дней. И встретив его, он понял с первого взгляда. Он убедился в этом, воочию почувствовав атмосферу и обменявшись с ним парой слов. Что мальчик по имени Люк был таким же существом, как и он сам, или даже большим, чего, как он думал, не существовало в этом мире. «Всё ясно», — подумал юноша. Люк не изменил Алису, она просто вернулась в своё исходное состояние. Для Алисы было бы благословением встретить такого человека. Потому, что основное желание Алисы было таким же, как и у юноши. … «Я хочу, чтобы надо мной доминировал тот, кто превосходит меня во всех отношениях и кого я мог бы любить всем своим сердцем». Это искаженное желание глубоко связало юношу. У юноши даже не было никого, кого он мог бы назвать равным себе. Он сомневался, сможет ли он найти кого-то подобного в будущем. Именно поэтому он и пытался превратить Алису в «дьявола». Юноша рассмеялся. Ему стало немного завидно от мысли, что теперь Алиса может быть по-настоящему счастлива. Для неё, самой красивой и драгоценной младшей сестры в мире, не могло быть лучшей пары, чем Люк. Он не мог вмешаться. Однако это не означало, что он отказался от собственного счастья. Именно поэтому юноша отказался от всех своих прежних планов и стал действовать по новому ориентиру. — … Вот так всё и было. Да-а-а, молодость может быть страшной штукой, да? — …… Ха? Я-то думал, он собирается поговорить о сегодняшнем уроке со всей серьёзностью. Но что я только что услышал? … Он признался, что именно он осуществил самый ужасный план в мире, проект «госпожа света». Я отчётливо почувствовал, как холодок пробежал по моей спине. — Итак, давай поговорим о будущем… Будешь ли ты держать меня подле себя в качестве пешки? — …… Так ты всё это время подводил к этому? — А-ха-ха, ты понимаешь, да? … Почему этот парень так бодро улыбается? Наверное, сейчас я вижу проблеск самой ужасающей вещи на земле. — Есть три преимущества. — ……… Ух…… голова болит. Что это? Я чувствую сильное дежавю. — Во-первых, у тебя буду я, несравненно талантливая и полезная пешка. Я сделаю любую грязную работу, которую ты у меня попросишь, и сделаю её идеально. Ну, сейчас моего доверия и авторитета ещё маловато, но с этого момента я покажу всё, поэтому можешь быть уверен. — ……… — Далее, я хорошо умею управлять сердцами людей. Так-с, он должен скоро явиться…… О! А вот и он. В этот момент с неба появился бритоголовый мужчина и опустился на одно колено перед Иоландом. — Простите, что заставил вас ждать, господин Иоланд. — Всё в порядке, ты вовремя. Он был одет в форму магической дивизии. Уметь использовать магию полёта — штука сложная, но, честно говоря, меня не это сейчас волнует. Я устал… Мне реально нужно услышать что-то ещё от этого парня? — Позволь мне представить его тебе, это Голдва. Он начальник 2-го дивизии атрибутной магии, к которой я принадлежу. — ……… Иоланд, зам. начальника дивизии, поставил на одно колено человека по имени Голдва, его же начальника. Понятно; этот парень доказал и показал свои способности… Его полезность. — Хорошо, теперь можешь возвращаться. — Есть! С вашего позволения! Голдва снова взмыл и улетел в небо. Он позвал его сюда именно с этой целью. — …… А ты довольно хорошо выдрессировал его. — Это потому, что я много работал. Большая часть 2-ой атрибутной дивизии уже присягнула мне на верность… Иначе говоря, ты получишь в виде пешки не только меня. — ……… Если всё зашло так далеко, то это уже безумие какое-то. Почему он идёт на всё, чтобы попытаться завоевать моё расположение? Его мышление так извращено, что я не могу понять его мыслей. — И наконец…… хотя я не знаю, можно ли это назвать преимуществом. В общем, ты можешь показать мне, как счастливы вы с Алисой…… д-должно быть, это очень приятно, да!? Ты можешь чувствовать своё превосходство! …… Ха-ха…… а всё, что могу я, это утешать себя в страданиях…… ч-чего, э-э-э, Люк! Я ушёл. Не оглядываясь назад… Прошло несколько дней с тех пор, как я стал свидетелем ужасающей истинной натуры старшего брата Алисы, Иоланда. Однако события того дня до сих пор живо запечатлены в моей памяти. Наверное, я никогда этого не забуду. Что ещё хуже, сейчас я помолвлен с Алисой. Одна только мысль о том, что этот парень — мой шурин, пугает. Всё-таки, надо ещё постараться заставить меня опасаться за свою жизнь. И я никогда не думал, что наступит день, когда мне станет жаль Алису. Правда, мне её жаль. Возможно, она была бы более доброй и порядочной женщиной, если бы не этот её жуткий старший брат. …… Хотя нет. Я ведь тоже виноват? Ну, нет смысла думать об этом. На данный момент всё, что я могу сказать, это то, что этот человек, Иоланд, «злой» и вызывает у меня тошноту. Однако… верно и то, что событие того дня вызвало у меня интерес к вещам, называемым «пешками». До сих пор я думал и действовал только для того, чтобы стать сильнее. Я не шёл на компромисс, и это не было ошибкой. И впредь, конечно же, я не собираюсь прекращать своё стремление к силе. Однако объём того, что может сделать один человек в одиночку, неизбежно ограничен. В какой-то момент мне всё же обязательно пригодятся люди, которые будут моими руками и ногами. — …… Тц. Я недоволен тем, как я, судя по всему, слушаюсь слов Иоланда, и что ещё неприятнее, мой рациональный ум, пусть это мне и не нравится, понимает полезность этой «пешки», названной им. А затем я внезапно вспомнил. Хотя мне это было совершенно не интересно, но мне было удобно, что кто-нибудь из них обязательно «проиграет». — … Ку-ку, это просто идеально для эксперимента. Теперь, когда я думаю об этом, он будет сегодня. Ранговый бой между Мией и Ллойдом… ＋＋＋＋＋＋＋＋＋＋ Для большей части населения «баталии» далеки от повседневной жизни. Это особенно верно, если это «магический бой». Поэтому соревнования «ранговых боёв» Академии Магии Аслана, открытые для широкой общественности и зрителей, являются отличным источником развлечения для жителей королевства. Хотя ранговый бой Авеля и Люка был проведён в порядке исключения, первоначально о ранговом бое нужно сообщить академии, затем уведомить общественность, и только потом начать сам бой. Поэтому сегодняшний бой уже получил огласку и на арене в академии собралось много людей. — Сегодня первокурсники, да? — Да, девушка третьего ранга, Миа, и паренёк четвертого ранга, Ллойд, собираются биться друг с другом. Ку-у-у, бой между топовыми! Будет жарко-о-о! — Первокурсники не так зрелищны и жестоки в бою, как старшие. Так что мне всё же больше всего нравятся бои между опытными третьекурсниками. — Ну ты дебил. Ты уже просрал полжизни. Первокурсники как бутоны. Как ты не можешь понять, что есть куча возможностей для их роста? Важно не то, насколько ты силён, а то, сможешь ли ты прорваться. Быть слабым вначале — это нормально. Всё их великолепие в том, как они стремятся и растут, не сдаваясь. Именно таких детей нам и нужно поддерживать и болеть за них. Мы должны их подтолкнуть!! — Чел, ты реально странный. — Нет, это ты странный. На арене, где проходят предварительные раунды, постепенно собирается народ. Было несколько свободных мест, но в течение часа все они были заняты. От ожидания того, что вот-вот должен начать бой, всеобщее волнение превратилось в жар, кружащий вокруг. Теперь оставалось только дождаться времени начала. — Н-не верится, что собралось столько людей… Миа тем временем впервые в жизни почувствовала себя маленькой. Ей было больно дышать, как будто кто-то схватил её за сердце. — В-всё хорошо…… всё хорошо… Нет причин бояться. Она избранная, проявившая 3 атрибута. К тому же, она усердно оттачивала свои навыки после того, как проиграла Алисе на вступительных экзаменах. Она не может проиграть. Миа отчаянно твердила это самой себе. — Пора. — …… Д-да. Видимо, вот-вот начнётся. Дурные чувства, бурлившие в её сердце, не исчезли. Но она не хотела проигрывать. Она это абсолютно ненавидела. Поэтому Миа ответила решительно. Мотивировав себя, пусть даже и силой. Он медленно зашагала вперёд, и хотя бой ещё даже не начался, по её спине уже тёк пот. И как только она ступила на арену… в воздухе раздались оглушительные возгласы. — … Ах. Пронзительные взгляды публики ошеломили её. Это обеспокоило её ещё больше. Ей казалось, что звук её собственного сердцебиения раздаётся в её ушах. — В чём дело, малая? У тебя лицо одеревенело? — …… Нет, ничего подобного. В отличие от Мии, Ллойд спокойно улыбался. Это также отягощало её мысли. — Возьмите дистанцию, — приказал судья. Миа ещё раз сделала глубокий вдох и медленно отошла. Вдох, а затем выдох. После этого её сердце немного успокоилось. «Не волнуйся…… у меня получится. Я одолею Алису и в конце концов догоню Люка. Я не могу проиграть в такой ситуации…!» В её глазах пылал боевой дух. «Я не могу проиграть», — эта мысль бушевала в её голове. — Хорошо. Иначе было бы невесело! Ллойд свирепо улыбнулся. Начинай поскорее, или так он ей говорил. — Вы готовы? Оба кивнули, веря в свою победу. — Бой!! Наконец бой начался. Однако суровый магический бой, который все так ждали… так и не произошёл. Концовка этого боя оказалась крайне разочаровывающей. Миа может использовать 3 атрибута: «молния», «цепь» и «исцеление». Неизбежная магическая атака, вызванная «молнией». Физическая атака и способность сдерживания с помощью «цепи». А поскольку она ещё и обладает «исцелением», способным залечивать раны, обычному магу даже не дадут сразиться с ней как следует. Да… она по праву была избранной. Однако в самый важный момент она проявила колебание как раз-таки потому что у неё было так много вариантов на выбор. Это, в сочетании с незрелостью её разума, немного задержало активацию её магии. У Ллойда, напротив, имелся один-единственный атрибут: «пламя». Но благодаря своему необычайному таланту он максимально увеличил свою огневую мощь. Его «голубое пламя» отличалось от обычного пламени. Это была чистая подавляющая сила, сжигающая всё на своём пути. Именно поэтому Ллойд не колебался. И именно поэтому Ллойд был силён. Он просто уничтожал всё голубым пламенем, которое создавал своей огромной маной. Не то чтобы у Ллойда не было своих трюков, но, по сути, это было всё, о чём думал Ллойд, и он был убеждён, что это его сильнейшая тактика. — …… Голубое пламя распространилось в поле зрения Мии, ужасающее пламя, рефлекторно вселяющее страх. Почти в это же время она активировала свою «магию молний», но решила, что даже если выиграет по скорости, то сильно уступит по огневой мощи, поэтому переключилась. Она немедленно активировала «Магический барьер», чтобы отбить его. Однако его сила оказалась настолько велика, что вместе с ним не было лишних сил на то, чтобы активировать какую-либо другую магию. Если я хоть немного отвлеку своё внимание от того, что пытаюсь отбить, то сгорю в тот же миг. Именно из-за того, что она понимала этот факт, она ничего не могла поделать со сложившейся ситуацией. … Это тупик. — Эй-эй-эй! Ты уже всё, что ли, малая! — … Ку, у-у-у, нет… Дальнейшее было лишь вопросом времени. Концовка была крайне разочаровывающей. — А-а-а-а-а-а… горю, горю, горю!!! Последнее, что почувствовала Миа, это жгучая боль, обжигающая всё её тело. А последнее, что она услышала, это восторженные возгласы и бурные аплодисменты… Миа проснулась без единой царапины. Она тяжело села и огляделась по сторонам. Хотя она не смогла сразу понять сложившуюся ситуацию, со временем она постепенно всё вспомнила. … Воспоминание о её «поражении». — …… Ах. Одинокая слеза скатилась по её щеке. — А, у-у… Миа всеми силами пыталась сдержать слёзы, которые вот-вот собирались политься из её глаз. Она вела себя как можно смелее, поблагодарив священника, который за ней присматривал. Затем она пошла прямо в коридор, вышла из здания академии и начала бежать. С этого момента её слёзы не переставали течь. Миа добежала до общежития, сразу заперла дверь, как только добралась до своей комнаты, а после прислонилась к двери и села, как будто собираясь упасть. Больше ничего не могло сдержать её льющиеся слёзы. — …… У, у-у… Миа заплакала. Её голос просочился сквозь щель между зубами и всхлипнул. Как только они вышли, они не прекращались, сколько бы раз она их не вытирала. Смесь различных эмоций, включая разочарование, беспомощность и многие другие, полились из её глаз. И тогда Миа решила закрыться в своей собственной скорлупе. Неизвестно, как долго она оставалась такой. Но потом кто-то внезапно постучал в её дверь. Это были «Лили» и «Авель», которые переживали за Мию. Но она не ответила им; она просто проигнорировала их. Потому что сейчас ей не хотелось ни с кем разговаривать. … Тук-тук. Опять послышался стук. — Я же сказала, что не хочу ни с кем разговаривать. Просто оставь меня уже в покое. В голосе Мии звучал тихий гнев и разочарование. В любом случае, вероятно, это снова были «Лили» и «Авель». Почему они так переживают за неё, несмотря на то, что она почти никогда не разговаривает с ними? Она не знала причины этого, но какой бы она ни была, ей просто хотелось, чтобы её на время оставили одну. Это всё, о чём могла думать Миа. Однако… — … Ты кому это говоришь? Голос, который ей ответил, совершенно отличался от того, какой она себе представляла. И в нём содержался гнев, который перевешивал её собственный. Миа сразу узнала в этом голосе «Люка». Но кто бы это ни был, всё было одинаково. Её мнение не изменилось. — Выходи. Давай поговорим немного. — Я не хочу никого видеть… — Заткнись. Не думай, что у тебя есть выбор. Это было крайне высокомерное заявление, которое в этот момент вызвало у неё отвращение, оно не проявляло никакого внимания к чувствам других. — Живее. Если ты заставишь меня ждать ещё, я выбью эту дверь. — Хо-хорошо……! Хорошо! Люк с силой вскрыл её закупоренное сердце и наступил на него ногой. С точки зрения Мии, это было невыносимо. Однако она почувствовала опасность того, что дверь действительно выбьют, поэтому она неохотно открыла её. — …… Чего тебе? — Ужасный видок, Миа. И пока Миа ждала, что он скажет, сказанные слова Люком тоже были очень бессердечными. Она чувствовала, как в ней закипает гнев. Но затем… — Было тяжко? — …… Э? Её гнев тут же угас. Очень короткое предложение. Однако по какой-то причине слова Люка проникли и осели в глубине сердца Мии. Хотя она сама не могла этого понять, Миа определённо почувствовала в этот момент чувство умиротворения. Затем слёзы быстро полились и потекли по её щекам. Миа поспешно вытерла их, будто бы пытаясь скрыть смущение. — Т-ты пришёл сюда только за тем, чтобы сказать это? — А нельзя? Я позаимствую немного твоей маны. Внезапно она почувствовала, что её лишили маны. Слишком много всего произошло одновременно, и тогда у Мии закружилась голова. — Ч-что ты… — М-м, хорошие атрибуты. В тот момент, когда она увидела маленькую «цепь», вращающуюся с высокой скоростью на ладони Люка, она потеряла дар речи. — Как я и думал, «исцеление», «молния» и «цепь» тоже прекрасны. Понятно, «молнию» можно использовать и для улучшения физических способностей. Она отличается от магии усиления тем, что может игнорировать устойчивость к магии, что есть хороший атрибут, несмотря на свои ограничения. Было бы интересно связать «цепь» с «Обнаружением враждебности», чтобы автоматически перехватывать засаду. Маленьких «цепей» на ладони Люка увеличилось до 5 штук. Даже Миа могла заставить появиться только 2 цепи одновременно, а у него получилось целых 5. Но и это ещё не всё. Каждая из этих цепей была пропитана «молнией» и потрескивала электричеством. Миа не могла подобрать слов. — Т-ты… Удивительный. Он поистине удивительный. Она знала Люка, нет, в этот момент Миа осознала, что ей только казалось, что она его знает. … «Монстр». Ей дали понять сердцем, а не разумом, что то, что она видит перед собой, было монстром в человеческой шкуре. — М-м. Мгновение спустя магия, которую активировал Люк, исчезла. — Ладно, я пришёл сделать тебе предложение… Хочешь быть моей «пешкой»? — …… Э? Миа не поняла, что было сказано. Она поняла значение слов, но её мозг отказывался их понимать, потому что им не хватало контекста. — «Подчинённая», «слуга», называй это как хочешь. Это существо, которое служит мне, даже не сомневаясь в моих словах. Это то, чего я хочу прямо сейчас. Люк говорил это так, будто это был обычный, повседневный разговор. — Я, я не понимаю, как на та… — Если согласишься, тебе больше не придётся так себя чувствовать. — … — Я могу направлять тебя, как я это только что показал тебе. Ты хочешь силы, так? Ты больше не хочешь чувствовать себя так, правильно? Тогда будь моей пешкой… Я освобожу тебя от страха поражения. Она могла бы просто отмахнуться от этого как от бреда сумасшедшего и отшутиться. Однако слова Люка обладали таинственной убедительной силой. И в них была какая-то опасная сладость. В них была такая опасная сладость, что ей неосознанно захотелось «поверить» в них. «…… П-почему я…» Миа пришла в ужас от всего сердца. Она поняла, что возможность стать «пешкой» Люка каким-то образом стала для неё естественным выбором. Подсознательно она серьёзно подумывала о том, чтобы стать «пешкой» Люка. Именно потому, что она внезапно пришла в себя и смогла осознать этот факт со стороны, она ужаснулась. Однако… её сердце уже было отравлено его сладостью. Поэтому Миа невольно спросила: — Ч-что мне…… делать, как твоя пешка…? — … Ку-ку. Судя по выражению лица Мии, её слегка дрожащему голосу и такой тривиальной информации, Люка убедился в том, что этот «эксперимент» в некоторой степени удался. — Ничего сложного. Когда понадобится, я хочу, чтобы ты одолжила мне свою силу. Только и всего. — Понадобится…… что? Моя сила… — Да. Твоя сила понадобится мне. — ………… Сердце Мии дрогнуло, как только она услышала эти слова. Он не молвил ей слов утешения и не окутал её добротой. Она не хотела ни с кем видеться, но была вынуждена приоткрыть дверь по ходу дела, и в довершение всего ей даже сделали неслыханное предложение стать «пешкой». Вот только. Даже так. «Люк нуждается в моей силе. Я просто… рада этому факту» Миа почувствовала чрезвычайно инстинктивное и опьяняющее удовольствие. Время, которое она общалась с Люком, было совсем недолгим. Она бы даже сказала, что оно довольно коротко. Несмотря на это, каждое его слово было настолько сладким, что они растопили её сердце; возникло ощущение покоя, как будто её обнимало нечто тёплое. … Я хочу быть желаннее. Ею овладело это непреодолимое, сильное желание. Однако… — …… Можешь дать мне немного подумать? Если бы она слушалась своего сердца, ей очень хотелось ответить Люку громким «да». Но каким-то образом ей удалось сдержаться. Это точно не то, что следует решать на месте. Ей нужно было успокоиться и подумать об этом; та крупица разума, что осталась в ней, подсказывала ей действовать осторожно. — …… М-м, ясно. — … Люк выглядел немного разочарованным. Только это. Увидев только это, Миа испытала огромное чувство вины, как будто её сердце разорвалось на части. Этот выбор абсолютно неправильный. Что я наделала? Такое раскаяние нахлынуло на неё, как волна. Надо сейчас же всё исправить. И как раз тогда, когда Миа приняла это решение. — Тогда спрошу завтра ещё раз. Надеюсь на положительный ответ. Сказав это, Люк легонько положил руку на плечо Мии. В этот момент, когда он прикоснулся к ней, она почувствовала покалывание в мозгу, и её тело слегка задрожало. — …… Ах. Её тело лишилось сил, и она села прямо на месте. — …… Ха? Ты чего? Это был неожиданный поворот даже для Люка. Стоило ему слегка положить свою руку ей на плечо, как она села, как сломанная кукла; он больше ничего не понимал. И тут ситуация ещё больше ускорилась. — Ч-что ты делаешь?! Послышался голос третьего лица. Люк повернул глаза и увидел там двух человек: «Лили» и «Авеля». [[image:/storage/reader-images/0c73ef4447d047f01fd109bdc928cbd611e83e56.jpg]] Они были обеспокоены состоянием Мии и снова пришли проведать её. — Т-ты в порядке? — ………… Щёки Мии покраснели, а глаза выглядели пустыми. Она явно была не в своём обычном состоянии. Однако на самом деле с ней не было ничего плохого. Просто прикосновение Люка вызвало всплеск различных эмоций, и она была просто немного ошеломлена. Однако только что появившаяся Лили никак не могла об этом узнать. Она увидела Мию, сидящую в явно ненормальном состоянии, и Люка рядом с ней. — Т-ты! Люк, да?! Что ты с ней сделал! — …… Я ничего с ней не делал. И не кричи каждый раз. Ты шумная женщина. — Что, прости!? Люк решил, что он уже добился своей цели. Ему больше не было необходимости говорить с этой шумной женщиной. Он пришёл к такому выводу и ушёл. Игнорируя Лили, которая до сих пор что-то тараторила. И в тот момент, когда он проходил мимо Авеля, который молчал. — Люк, ты тоже пришёл сюда из-за беспокойства о ней, не так ли? — …… Ха? Люк растерялся, но Авелю больше нечего было сказать. Он просто улыбнулся. Как бы говоря, что слова больше не нужны. «…… Что это за взгляд «я знаю, что ты сделал»? На самом деле это не так…» После этого Люку тоже нечего было сказать. Просто потому, что он устал. Он спустился вниз по лестнице и вернулся в свою комнату. Он лёг на кровать и на некоторое время погрузился в свои мысли. «Увеличение числа пешек на удивление трудоёмкое дело. Направлять сердце человека к цели «верности» посредством слов и действий. Проще говоря, это всё, что нужно, но в некоторых случаях может потребоваться даже инсценировка трагедии» На этот раз «эксперимент» оказался слишком удобным. Либо Миа, либо Ллойд проиграли бы, и их эмоциональные колебания стали бы шире. Из-за этого в сердце образуется брешь. Люку было не важно кто это будет, Миа или Ллойд. Сгодились бы и первая и второй. А ещё «первое» поражение — лучший шанс. Люди — «привыкающие» существа. Во 2-ой раз поражение будет иметь меньший эмоциональный эффект, чем в 1-й раз, а в 3-й раз поражение будет иметь меньший эмоциональный эффект, чем во 2-й раз. Вот почему этот ранговый бой был идеальным. … В эксперименте по «увеличению количества пешек». Однако результат оказался не совсем таким, как он ожидал. Люк был уверен в себе. Он думал, что сможет использовать Мию как пешку. Однако этого не произошло. — Ну, для первого раза неплохо…… Тц, всё-таки досадно. Однако на этот раз Люк ещё больше понял ценность «Иоланда». … «Пешка, которая может увеличить количество пешек». Его ценность как пешки неизмерима. Он слишком ценен. Он не может легко отпустить его. — …… Ха-а, может помахать мечом? Единственным способом прогнать застоявшиеся мысли было размахивание мечом. Люк взял свой меч, который лежал на подпорке, и снова вышел из комнаты. Следующим утром. Когда молочно-белый рассвет начинает прогонять тьму. — Как бы…… я готова… Быть одной из твоих пешек. — ………… Миа первым делом с утра пришла в комнату Люка и сказала это с небольшим колебанием и смущением. Люк, думавший, что его попытка провалилась, на несколько секунд потерял дар речи, отчасти потому, что это было утро, когда солнце ещё не взошло. … А всё из-за появления «Иоланда». После встречи с человеком, которого не было в оригинальном рассказе, Люк заинтересовался тем, что называется «пешками». А затем он провёл эксперимент. Эксперимент по увеличению собственных пешек. И в результате девушка, которой суждено было когда-нибудь стать «магическим рыцарем», предпочла стать «пешкой» Люка… Миа резко проснулась. Между сном и бодрствованием не было никакого промежутка, и к тому времени, как она открыла глаза, она уже была в центре пробуждения. Но, возможно, из-за всего того, что случилось вчера, её тело всё ещё чувствовалось уставшим. Ей хотелось ещё немного побыть в этом уютном сонном мирке. Однако она не сочла это хорошей идеей. Она сразу подняла верхнюю половину тела и прислонилась к деревянному каркасу кровати. А затем осторожно положила руку себе на грудь. «…… Всё-таки не поменялось» Она проспала всю ночь, и её воля не поколебалась. Тогда давайте действовать. Потому что откладывать решения и упускать возможности — это то, что делают дураки. Миа приняла решение. — ………… В этот момент она внезапно увидела в своём сознании образ Люка. Какой бы хорошей ни была интерпретация, она никогда не приведёт к выводу, что вчерашний человек — «хороший человек». Миа тоже знала это. Она знала это… но по какой-то причине её всё равно тянуло к нему. Слова Люка снова и снова крутились внутри неё, и эмоции, которые она даже сама не могла постичь, хлынули наружу. «Хочешь быть моей «пешкой»?». Она понимала. Это шёпот дьявола, к которому ни за что нельзя прислушиваться. Возможно, её просто обманывают. Она понимала, что слова и действия Люка исходят не из добрых побуждений. Однако… — …… Я больше не могу. Она не могла устоять перед этим. Она просто не могла этому сопротивляться. Точно так же, как что-то однажды покрасили в чёрный цвет, и сколько бы других цветов ни добавляли, оно останется чёрным. Больше ничто не могло изменить её решение. Миа быстро оделась. Но это не значило, что она делала это небрежно. Каждое её действие было эффективным, и всё же она делала это быстро. Наконец, она встала перед зеркалом и причесалась. Затем она аккуратно уложила чёлку и всё было готово. Миа открыла дверь. И быстрыми шагами направилась к комнате Люка. Поначалу всё было хорошо. Однако постепенно она потеряла скорость. — Ч-что мне сказать… Её эмоции непроизвольно вырвались наружу… Именно в этот момент она пришла в себя. «Я, я спятила?! Посещать мужскую комнату так рано утром, о чём я только думаю!? Становиться его «пешкой»…!? Он подумает, что я свихнулась!!» Мию охватило желание закричать. Когда она прикоснулась к своим щекам обеими руками, они были очень горячими. Она почувствовала, как сердцебиение разливается по всему телу. Когда тело нагревается, голова остывает обратно пропорционально теплу тела. Её спокойное и ясное мышление выявило тот факт, что она слишком прямолинейна. Её эмоции были в беспорядке, и тем не менее, она заставила себя снова успокоиться. «Но мне кажется, что если я продолжу в том же духе, то навсегда потеряю возможность сказать это…!» Да, напомнила она себе. Если бы она просто появилась за завтраком, ничего не сказав после того, что случилось вчера, что бы произошло? Это было бы гораздо более неловко, — Миа пыталась убедить себя. — …………! Она сделала шаг вперёд. Он был таким тяжёлым, словно она волочила за собой цепи. Если бы она снова остановилась, то на сей раз она бы побежала обратно в свою комнату. Поэтому Миа задействовала свою ману и наложила на себя одну магию. … «Полёт». В этот момент её тело аккуратно всплыло, а затем ускорилось. Нужно как можно скорее добраться до комнаты Люка. С этой единственной мыслью она полетела по коридорам. Если бы у неё осталось хоть капля здравомыслия, что это общежитие и тут всё ещё спят студенты, потому что было ещё раннее утро, она могла бы закричать вслух: «Уо-о-о-о!». Благодаря своим удивительным магическим навыкам она пришла в кратчайшие сроки. Нет, прилетела. Затем Миа развеяла свою магию и снова встала на ноги. — ………… Комната Люка была прямо перед ней. Всё, что ей нужно было сделать, это постучать. Но прямо сейчас ей было бесконечно трудно постучать. Затем Миа крепко схватилась за край юбки. «Сделай это, Миа! Ты уже решила! Давай! Давай! …… У-у-у» Она повторяла эти мысли снова и снова и стояла неподвижно в холодном коридоре 5 минут. Но потом она поняла. Почему она проиграла во вчерашнем ранговом бою? Ллойд был очень силён. В их способностях также должна была быть явная разница. Но самой крупной причиной её поражения было и остаётся… её слабое сердце. Разве не поэтому она сейчас здесь, потому что хочет изменить себя? — …… Фу-ух. Фу-ух…… ладно. Наконец она решилась. Она сделала несколько глубоких вдохов. Затем Миа медленно вытянула руку и несколько раз слабо постучала. Она постучала и стала ждать; для Мии одна секунда растянулась в десятки раз дольше, чем секунда, но наконец дверь медленно открылась. Из приоткрытой двери выглянул парень… Это был Люк. В тот момент, когда она осознала это, разум Мии встряхнулся, как будто говоря, что это было только начало. Её сердце билось ужасно быстро. Разумеется, сейчас у неё не было возможности сказать ему: «Доброе утро». Поэтому она произнесла слова, которые повторяла в уме снова и снова, и которые должна была сказать. Прямо как чтение рукописи. — Как бы…… я готова… Быть одной из твоих пешек. — ………… Глаза Люка слегка расширились. Это произошло из-за сочетания различных неожиданных событий. Плюс, он только что проснулся от стука в дверь, так что его мысли были размыты. По этим причинам Люк на несколько секунд потерял дар речи. Однако Миа не могла этого знать. Она не получила ответа от Люка, хотя она и озвучила своё намерение сделать это. Это всё, что она имела в виду. Её сердце снова забилось быстрее. — … Понятно. Хорошая решимость. Наконец ей ответили. — Ты приняла правильное решение. Я рад. — …… Ах. Фраза Люка «я рад». Она подействовала на мозг Мии, как наркотик. Чувство восторга пробежало по всему её телу, как будто всё было подтверждено. Следующей настала очередь Мии потерять дар речи. Она могла только держать рот открытым и не издавать ни звука. Надо что-то сказать, что-нибудь поскорее. И пока ею двигали эти мысли… — … Забавные вещи ты говоришь, Миа. Она услышала другой женский голос. Дверь, которую слегка приоткрыл Люк, была открыта шире этим третьим лицом, прежде чем Миа смогла понять, кому принадлежал голос. — …… А-ба-ба-ба-ба. Мыслительный процесс Мии на этом полностью остановился. Потому что она увидела это. … Вид Алисы, которая была полностью обнажена. Почему она в комнате Люка? Почему на ней нет одежды? Почему она выглядит так самодовольно? В её мозгу проносились всевозможные вопросы, и всё же информация, которую она получала от своего зрения, была поистине шокирующей. Это было то, чего Миа, которая была слишком застенчива, чтобы смотреть прямо даже на те места, где целовалась какая-то пара, никогда не могла понять или принять это. Именно поэтому она сделала такой выбор: отпустить своё сознание. Бац, и Миа рухнула. Алиса ни капли не стыдилась. Она была абсолютно уверена в своей «красоте». Не было ничего, что заставляло бы её чувствовать себя стыдливо, когда за ней наблюдают. — …… Зачем ты вышла? — Она сказала такую нелепицу, что я просто не смогла устоять. Люк вздохнул и решил, что не может оставить Миа лежать вот так, он нежно взял её на руки и осторожно уложил на свою кровать, сдерживая разочарование от необходимости двигать своим телом с самого утра. … Территориальный город «Гилбадия», которым управляет маркиз Гилберт. Будучи торговым городом, этот город был оживлённым даже ночью, и через него проходило множество людей. Этот город посещают торговцы и авантюристы из разных стран. И сегодняшний день не был исключением. Все находили удовлетворение в своей занятости, а на их лицах отражалась яркость и усталость. В нём находился роскошный и величественный особняк, который знали все, кто проживал в этом городе. Это особняк Клода. Затем дверь особняка тайком открылась. Из помещения вышли четверо мужчин. — Пожалуйста, будьте осторожны, когда ступаете. Первым вышел Альфред, дворецкий этого Дома. — М-м, спасибо. — ………… Следующим вышел Иоланд. За ним вышел молчаливый человек по имени Голдва, начальник магической дивизии. — … Ку-ку. И наконец, был Клод, действующий глава Дома Гилбертов. Вот что подумал Альфред в тот момент, когда человек по имени Иоланд спросил его об этом месте: «Этот человек — «зло», — более того, именно этот вид «зла» он ненавидел больше всего. Однако… «… Тц, отвратительно» Теперь это чувство отвращения смягчилось. Альфреду это было немного не по себе. А вот что подумал Иоланд. «Т-так легко…… маркиз Гилберт, он оказался до смешного прост. Сначала он так настороженно относился ко мне, но как только я рассказал ему про Люка, всё пошло на лад» Причиной визита Иоланда к Клоду было желание воплотить в жизнь историю, которую он написал «в тот день». А именно… историю о том, как Люк становится «королём». «Фу-фу, Люк. Если и есть что-то, в чём я опережаю тебя, так это в том, что я родился в этом мире немного раньше» Люк был привязан к академии, тогда как Иоланд имел долю свободы. В противном случае сама эта ситуация была бы невозможна. Иоланд впервые встретил Люка, существо равного или более высокого статуса, чем он сам. Насколько же это было отрадно для него, кто всю жизнь был одинок в истинном смысле этого слова. Каким ярким он выглядел. Он тоже был очарован Люком. «Ты… наиболее достоин титула короля» И это ещё не всё. В этот план также входило собственное желание Иоланда остаться рядом с Люком в качестве его «пешки». «К тому времени, как ты выпустишься из академии, я покажу тебе причину, по которой ты не сможешь отпустить меня» История также ускорилась, когда Клод сговорился с планом Иоланда. Так почему же Клод сговорился с Иоландом? Разумеется, одним из факторов было то, что его родительская любовь к Люку была ненормальной. Однако это было ещё не всё. Слова Иоланда пробудили скрытые амбиции Клода. Ими были «узурпация престола». Во времена своей молодости у него тоже было жгучее и высокомерное стремление быть достойным королём. И план Иоланда вновь напомнил ему об этом. — За тобой «вооружённые силы», а за мной «фракция». Всё верно? — Да, я согласен. Я заставлю силу Люка расти, сосредоточив внимание на магической дивизии. Я попрошу вас объединить дворян. — Я слышал, что ты некомпетентен. Похоже, я просто болтал с невеждами, которые не видят дальше своего носа. — А-ха-ха, боюсь, что да… Ну и, сколького вы сможете достичь за 3 года? Иоланд выглядел немного вызывающе. — Ку-ку, не смеши меня. Кто я по-твоему? Я создам настолько прочную фракцию, насколько это возможно. Это ты меня разочаруешь. — Да, вы можете рассчитывать на меня. Ну, я не могу оставаться здесь слишком долго, поэтому я покину вас сейчас. Спасибо, что уделили сегодня время, маркиз Гилберт. — М-м, приходи снова в любое время. — Благодарю. Иоланд глубоко поклонился и взмыл в небо. Голдва также последовал за ним. Некоторое время они молча летели, а затем… — Ха-ха-ха-ха-ха! Эх, я буду занят!! Он выпустил своё чувство радости, которое взорвалось в его груди. — Если я могу чем-нибудь помочь, только скажите. — М-м, я позабочусь, чтобы ты тоже усердно работал, Голдва. Будь готов. — Есть!! В ответе Голдвы были искренняя решимость и дух. «Люк, я хочу посмотреть. Что ты будешь делать как король? Как ты будешь руководить и менять эту старомодную страну, которая полагается на магию и отстаивает человеческое превосходство? Хм-м, но если я отниму у тебя свободу, я могу разозлить тебя. Надо бы ещё привлечь отличных бюрократов. Ах, это и впрямь будет весело…» Думая о будущем, в котором произойдёт много чего интересного, Иоланд смеялся, как невинный ребёнок. ---------- Экстра. Что, если бы Люк и остальные были старшеклассниками в наше время [вечеринка набэ] Элитная Академия Аслан. Преодолевая пугающую экзаменационную войну, которая, как говорят, имеет 300-кратный, а то и 400-кратный уровень конкуренции, только горстка абитуриентов, которые сдают вступительные экзамены, получает разрешение на зачисление в эту престижную академию. Говорят, что тем, кто может поступить в эту академию, гарантировано блестящее будущее без исключений. Это взгляд на повседневную жизнь этих самых избранных… — …… Вечеринка набэ? — Ага! Вечеринка набэ! Давай устроим её, Люк! С одной стороны был юный господин «Люк» одного из крупнейших конгломератов в стране, а с другой — мальчик «Авель», родившийся и выросший в приюте. Эти двое, которые по идее вообще не должны ладить, обменивались словами в углу класса, как будто это было естественно. — Будет супер весело! Особенно с друзьями! — …… Хе-хе. С друзьями, м-да? Интересные же вещи ты говоришь, Авель. Мы с тобой никак не можем быть равн… — Чего-чего! Вы устраиваете вечеринку набэ!? Я тоже хочу пойти! — Конечно, Лили. Давайте все вместе! — Эй… — Хорошо. Я тогда и Ллойда с Леонардо позову! Я скоро! — Ага, будь добра. Мне уже не терпится, Люк! А, ты чего, Люк? — ………… Люк неосознанно плюхнулся на свою парту. «…… Ну почему всегда так?» Да, это отнюдь не редкое явление. По какой-то причине Люка донимают окружающие его люди. Не так давно он начал думать, что, возможно, это его судьба. «Я лишь немного…… совсем немного поинтересовался этим загадочным словосочетанием «вечеринка набэ», не отказавшись категорически, и вот тебе результат…» — …… Ну и что это за «вечеринка набэ»? — А!? Т-ты не знаешь, Люк!? Люк почувствовал раздражение от крайнего удивления Авеля, но в то же время у него самого возник вопрос: а насколько значимо такое событие как «вечеринка набэ»? Он прошерстил свои знания, но, как он и ожидал, он не смог найти ответ. — «Вечеринка набэ» — это сокращение от вечеринка набэмоно. Это сходка, на которой все приносят ингредиенты и вместе наслаждаются горячим набэмоно. Ничего удивительного, что он про это не знает. Ему ведь не выпадал шанс посещать подобные простолюдинские вечеринки. Хотя даже я краему уха слышала об этом. Ответ пришёл откуда-то ещё. От Алисы, приближающейся с цоканием. — Разумеется, если идёт Люк, то и я иду, да? Ты ведь не против? — К-конечно, Алиса. Не в силах противостоять давлению Алисы, Авель немного отпрянул. — Эй…… я ни слова не сказал, что пойд… — Эм! Я, я тоже хочу присоединиться…… можно? — Конечно, Миа! Миа набралась смелости и спросила, изредка поглядывая на Люка. А затем вернулась Лили с Ллойдом и Леонардо впридачу. — Авель~ Ллойд и Леонардо тоже согласны! — Класс! Уже жду не дождусь, Люк! — ………… — Йо, я тоже приглашу… — Это довольно мерзко, кого ты там собираешься пригласить? — Эм… — Да уж, давненько у меня не было вечеринки набэ. — ………… Когда и где она будет? Посреди болтовни о том, когда и где её провести, Люк молча задумался. «… Почему-то атмосфера стала такой, будто уже решено, что у вечеринка набэ будет…… почему?» Люк вздохнул, наблюдая, как его развеселевшие одноклассники радостно болтают вокруг его места, после чего он опять плюхнулся на свою парту… В определённый выходной. По разным причинам было решено провести вечеринку набэ в особняке Люка… но прямо сейчас атмосфера была настолько напряжённой, что её язык не поворачивался назвать вечеринкой. Единственным звуком, который можно было услышать, было стимулирующее бульканье готовящейся набэ. — Вот это да~! Дом Люка прямо как реальный замок! — … Тихо, Авель. Сосредоточься. — Что?……? У учащихся Элитной Академии Аслана имелась одна общая черта. Как это можно было заметить по ужасающему уровню конкуренции, которую они преодолели… их непомерно ранили проигрыши. Люк не был исключением. Для него провал был недопустим, что бы это ни было. Даже если это происходило на «вечеринке набэ». Компромисс с тем, что он хочет съесть, означал для Люка явное поражение. — ………… — Э-э-э, давайте ещё немного побол… Вместо весёлой вечеринки набэ они впились взглядами в горшок, как хищники, которые высматривали добычу. И когда Авель попытался обратиться ко всем таким образом… … Он закипел. Мгновение спустя они двинулись. Практически все, кроме Авеля, одновременно протянули свои палочки к горшку. — … Гах! Как будто я позволю вам, дворнягам, есть мясо!! — Не-е-е-ет, моё мяско! — Накалывай капусту вилкой, придурок. — Ай. К-кто меня только что ударил!? — Будь добр, не глазей на мой тофу. Это мерзко. — Л-Люк! Я дам тебе и моё мясо! — Эй! Не давай его Люку, дай мне! Я его не ел! — …… Нет. — … Чё? Наблюдая за этим зрелищем, Авель подумал про себя. А вот такая вечеринка набэ не так уж плоха… — Тц, я так и знал, мне тоже надо присоединиться… — Не надо, дорогой. Такими вещами дети должны наслаждаться одни. Клод, наблюдавший за всем сквозь дверную щель, решил про себя, что в следующий раз он обязательно устроит вечеринку набэ вместе с Люком… ---------- Иллюстрации и вводные материалы [[image:/storage/reader-images/d12fca4d9fda24fc8ebe7e2bfb59554325bab58a.jpg]] [[image:/storage/reader-images/e1d79b95a7d50937b9e488c9d03d2a470aa57b21.jpg]] Текст иллюстрации: Люк Уизария Гилберт — …Годвины, значит? — Давно не виделись, Люк. — Почему всё это происходит?! Почему именно со мной?! Зак Калиссон Элеонора Рейн Годвин [[image:/storage/reader-images/dbcfa430216dacdb727cffd503bdb78b68340c7c.jpg]] Текст иллюстрации: Полпон Реви Дина Милестия — …Н-нет… — Мва-ха-ха. Вот теперь у тебя тоже славное выражение лица. Все чувства ушли с лица Полпона — весь боевой дух, переполнявший его, вся несгибаемая убеждённость… Люку доставило немыслимую радость смотреть, как всё это прямо у него на глазах исчезает в реальном времени. — Так, посмотрим… Внезапно гигантское чёрное солнце, приковавшее к себе взгляды всех до единого на арене, исчезло без следа. Пока зрители в неверии озирались, Люк спокойно продолжил: — Значит, это делается вот так? Водный драконий король. [[image:/storage/reader-images/bb8b890d405d1712d3c974c0c247cb1560f6aad3.jpg]] Текст иллюстрации: Лили Акрил Рамри — И чего это он вдруг так невозмутимо себя ведёт?.. — В смысле, что плохого было бы в том, чтобы позволить нам сражаться вместе с ним? — Ты права, — ответил Абель. — Но это… ну, это очень на него похоже. Абель — Я не позволю никому из вас вмешиваться. — С этим драконом я буду сражаться один. [[image:/storage/reader-images/8a5c308b1a6301785694d77258b85065043b1d2b.jpg]] Текст иллюстрации: Люк Уизария Гилберт — злодей-дворянин из сюжета фэнтезийной новеллы, в который я переродился. Чудовищно талантлив и без усилий способен сделать почти всё, за что всерьёз берётся… и высокомерия у него под стать. Не приведёт ли его собственная самовлюблённость в конце концов к гибели? Элис Рун Лонсдейл — старшая дочь влиятельного дворянского дома и невеста Люка. Ледяная девушка, наделённая и красотой, и умом; свысока она смотрит почти на всех, кроме Люка. Мия Клайн Леннокс — знакома с Элис как дочь другого маркиза и считает её соперницей. Её судьба — одна из многих, оказавшихся во власти Люка. Абель — главный герой этого мира. Безгранично добрый и хороший человек, он скрывает тёмное прошлое и поступает в Магическую академию Аслана в поисках мощи и силы. Лили Акрил Рамри — сильная и преданная юная девушка, которая заботится об Абеле, повсюду ходит за ним и тревожится, когда он слишком себя загоняет. Альфред Диг — дворецкий дома Гилбертов и наставник Люка по фехтованию. Бывший вице-капитан Королевских рыцарей. Клод Грей Гилберт — крупнейший землевладелец королевства после самого короля и отец Люка. Родитель, который просто до неприличия обожает сына. Йоланд Элиас Лонсдейл — старший брат Элис. Несмотря на чудовищный сестринский комплекс, сам по себе он очень способный маг и к тому же прекрасно разбирается в политических интригах. Амелия фон Элефтерия — главный исследователь стихийной магии, магический эксперт и первый человек, когда-либо обучавший Люка магии. Зак Калиссон — авантюрист-мечник из отряда ранга A «Следы когтей Серого волка». Полпон Реви Дина Милестия — второй принц королевства Милестия. Второкурсник Магической академии Аслана. Фрейя Вен Элефтерия — классный руководитель первокурсников Магической академии Аслана. Младшая сестра Амелии. Элеонора Рейн Годвин — второкурсница Магической академии Аслана, первая в школьной иерархии. Подруга детства Люка. ---------- Содержание Глава первая: Пешка Интермедия 2.5: Дневник преподавателя Фрейи Глава вторая: Герой и Король демонов Глава третья: Неизбежная боль Глава четвёртая: Беда не приходит одна Глава пятая: Судьба Глава шестая: Авантюрист, попавший под перекрёстный огонь Глава седьмая: Спина героя Послесловие автора ---------- Пешка 1 СОЛНЦЕ ВЫГЛЯНУЛО ИЗ-ЗА горизонта. Мягкий свет постепенно расползался по ночному небу, возвещая рассвет нового дня. Люк невольно вздохнул, глядя на печальную картину перед собой: Мия лежала на полу без сознания. Она вдруг решила навестить его на заре, а когда в дверях появилась совершенно обнажённая Элис, Мия от неожиданности упала в обморок. Утро пока выходило не самым спокойным. — Она хочет стать твоей пешкой? Разве она не знает, что у тебя есть я? Я бы с безупречной точностью выполнила любой твой приказ, каким бы мерзким и низким он ни был… и справилась бы куда лучше такой девушки, как Мия. Элис говорила чуть громче обычного, и в её голосе едва заметно звучало настоящее чувство. Большинство людей вообще не уловили бы этого, но Люк знал её достаточно хорошо, чтобы заметить тонкий сдвиг. К тому же выражение её лица было по-настоящему сложным. Но Люк не понимал почему. — Как ты пришла к такому недоразумению? Ты моя невеста, а не пешка. Элис тихо ахнула, а затем замолчала. Для Люка это вообще не было проблемой. Элис и Мия занимали по отношению к нему разные положения, и это было объективной истиной. Однако кое-чего Люк ещё не осознавал: в глубине души его восприятие Элис изменилось, и он принял её как часть своей повседневной жизни. Поначалу сама мысль быть с ней раздражала его, но со временем он признал её своей невестой. Это была вполне явная перемена. Невеста, невеста, невеста… Но для Люка всё это было настолько естественно, что он почти не замечал перемены. И уж точно никак не показывал её внешне: он оставался таким же сдержанным, как Элис, а может, даже ещё сдержаннее. Он был столь же холоден и отстранён, и оттого малейший проблеск его чувств к ней становился тем более возбуждающим и манящим. Она снова и снова прокручивала слово «невеста» у себя в голове, повторяла его про себя, позволяя ему растворяться внутри, пока не опьянела им полностью. Её восторг постепенно начал принимать слишком чувственную форму. Ей становилось жарко, дыхание сбивалось. Обычно она попыталась бы хоть как-то скрыть свои грязные желания, но на этот раз сил на это у неё не было. — Ты и правда знаешь, как свести женщину с ума. Элис была совершенно обнажена, но, похоже, её это нисколько не смущало. Напротив, она сочла весьма удобным, что уже оказалась без одежды, и скользнула рукой Люку за шею. — Эй! Мия всё ещё здесь, — указал он. — Хе-хе… Тогда у нас будут неприятности, если она проснётся. Элис потянулась вверх и прижалась губами к губам Люка. Это был не тёплый и мягкий поцелуй, а поцелуй людей, которые уступили взаимному порыву. Пока Мия лежала без сознания на кровати, происходящее рядом с ней дошло до той границы, которую здесь лучше оставить за кадром. — Эй. Вставай уже. — …Ургх. Когда всё это закончилось, мы с Элис поднялись и начали готовиться к предстоящему дню. Однако Мия всё ещё не просыпалась. На этом этапе я уже не понимаю, слишком ли эта девчонка чувствительная или, наоборот, недостаточно… В любом случае, похоже, она и правда была сильно напряжена. — Наконец-то проснулась, соня? — Э… Э-Элис?.. Чт— Увидев Элис, Мия резко очнулась и рывком села на кровати, прижавшись спиной к стене. — Ч-ч-ч-что ты здесь делаешь?! — выпалила Мия. — Это я должна спросить тебя о том же. Ты знаешь, что мы с Люком помолвлены, и всё равно стучишься к нему в дверь? Какая коварная маленькая разлучница. — Я-я пришла не за этим! — Нет? Тогда, может быть, объяснишь, почему у тебя было такое выражение лица, когда ты пришла? — У м-меня не было никакого выражения! Хватит говорить странности! Я некоторое время молча смотрел, как Элис дразнит бедную девчонку. Ну, полагаю, я сам всё это начал, так что мне и стоит положить этому конец. Я уже объяснил Элис ситуацию, но, похоже, они двое правда просто не ладят, да? — Мия, какие сегодня занятия? — спросил я. — Эм… уроки у нас только после обеда, третьим и четвёртым периодом… и всё. — В таком случае иди и забронируй одну из площадок для магической тренировки. Либо первую, либо вторую. Без разницы. — Х-хорошо. — Я буду в библиотеке. Приходи за мной, когда забронируешь площадку. — Хорошо… Я поняла. Хм, она уже послушно принимает всё, что я говорю, вообще не задумываясь. Всё складывается даже лучше, чем я ожидал. Хотя… если подумать, возможно, даже слишком хорошо. Что это за смутное чувство обречённости у меня на задворках сознания? — Устраиваешь свои тайные встречи прямо у меня на глазах? Какой же ты порочный, — сказала Элис. — …Я уже объяснил, что это такое. — Да, и я поняла, что ты сказал, но приму ли я это — ещё вопрос, — парировала она, а её дыхание становилось всё более сбивчивым. — Уверена, я н-не смогу сосредоточиться ни на чём другом, так что в итоге приду тебя искать… буду наблюдать из какого-нибудь тайного у-укрытия… следить за всем, чем вы двое станете заниматься. Продолжая, она уже открыто задышала от возбуждения: — Уверена, смотреть на это будет, ах, так ужасно т-тяжело, н-но почему-то мне становится жарко от одной мы— — Ч-ч-что ты говоришь? — перебил я. — Мы не будем делать ничего такого! — О? И что же ты вообразила, раз так ярко покраснела? Я ведь не уточняла никаких конкретных действий, не так ли? Я всего лишь сказала, что буду смотреть на всё, чем вы двое займётесь. — Урк, это не… Если уж ты правда хочешь наблюдать, можно просто сидеть и смотреть как нормальный человек, знаешь ли. Зачем прятаться? Честно говоря, я этого совсем не понимаю — да и понимать не особо хочу. — Я иду в столовую. Обе, вон из моей комнаты. — Да, совершенно верно. Я не хочу тратить на разговоры с этой бесстыжей распутницей ни единого лишнего мгновения. — Я же сказала, я пришла не за этим! Мы втроём вышли из комнаты. Я запер дверь и направился в столовую, где меня ждала знакомая картина. За столом уже сидел рыжеволосый мальчишка со злыми глазами и завтракал. А, это Ллойд. Он всегда приходит раньше всех. Он посмотрел в нашу сторону, и наши взгляды встретились. Разумеется, Мию он тоже должен был увидеть. Ллойд ничего не сказал, когда мы вошли. Он быстро отвёл глаза и снова занялся завтраком. Он сидит чуть дальше от стола, чем вчера. Всё ещё делает, как велела Элис? Хе-хе… занятно. — …Хм? Мия вдруг пошла к столу Ллойда. — Я проиграла. Без оправданий, — прямо признала она. — Но я обязательно возьму реванш. — Да? Ну, приходи когда угодно, — сказал Ллойд. — Я готов. Только поторопись, а то я буду идти дальше и дальше, всё время на шаг впереди. Убегать и прятаться не стану, но и ждать, пока ты меня догонишь, тоже не собираюсь. Ллойд посмотрел в нашу сторону — не на меня, а на Элис. Он встал из-за стола и медленно подошёл к ней. — Я хочу ранговую дуэль. — Вот как? Хорошо, — тут же ответила Элис. — То есть… я не то чтобы думаю, будто смогу тебя победить, — добавил он. — Но мы все только поступили. Хочу ясно понять, насколько мне ещё далеко. Извини, но вот почему. — Уверяю тебя, причины мне совершенно безразличны, так что можешь перестать хлопать ртом. Я ведь на самом деле не слушаю. — … Не найдя, что на это ответить, Ллойд вернулся на своё место. — Мва-ха-ха… Я не смог сдержать смех. Ллойд слишком занятный. Он мне нравится. — Почему бы тебе вместо этого не бросить вызов мне, Ллойд? Не обязательно возиться с этой простой девчонкой. Услышав фразу «простая девчонка», Элис почему-то задышала тяжелее. Как раздражает… но я это позволю. Сегодня у меня хорошее настроение. — Тебе? Не, пока нет. Сейчас нет смысла бросать тебе вызов. — Ха-ха-ха… Понимаю. Когда будешь готов. Хотя в твоём случае нам не обязательно устраивать официальную ранговую дуэль. Сойдёт что-нибудь более непринуждённое. — А… ты серьёзно? — Да, серьёзно. Я уделю ему немного своего драгоценного времени. Пожалуй, это показывает, насколько он мне нравится. — Ладно. — Ллойд замялся. — Тогда… может быть. Да. — Не стесняйся, прошу. Я разрешу — тебе. Глаза Ллойда на кратчайший миг широко раскрылись, а затем его выражение снова стало обычным. Мва-ха, всё такой же злой взгляд. На этом наш разговор закончился, и мы оба вернулись к еде. Через несколько мгновений в столовую вошёл Леонард. — Эй, доброе у— — начал он, а затем заметил Элис. Она встретилась с ним взглядом, холодным и презрительным. — В-верно… Пойду, пожалуй, поем в углу… ха-ха-ха… Одного этого хватило, чтобы Леонарда унесло прочь, к столу Ллойда. К такому я тоже уже начал привыкать. Затем, пока я ел завтрак, раздался новый голос. — Э… эм, можно мне здесь сесть? — … Я обернулся и увидел стоящего рядом Абеля, а вместе с ним — ту громкую раздражающую девчонку, которая всегда ходила с ним. Лили, кажется? Стоит мне отказать Абелю, и эта девчонка начнёт от его имени вопить, устраивая в столовой утомительную сцену. В таком случае… — …Делай что хочешь. — А! Спасибо! Абель сел напротив меня, улыбаясь так, будто был по-настоящему счастлив оказаться здесь. Мерзость. Почему у меня такое чувство, будто этот парень странным образом ко мне привязался? Понятия не имею, с чего бы. — Эм… извини за вчерашнее. Я неправильно понял… — начал он. — Мне всё равно. — …Что?! Послушай, ты— — возмутилась Лили. — У-успокойся, Лили. Прости, Люк. — Почему ты перед ним извиняешься, Абель?! — Тебе бы держать это существо на поводке. Не мог бы ты на минутку заставить её помолчать? — Что ты сейчас сказал?! — …Заткнись. Когда это началось?.. Когда вокруг меня всё стало настолько проклято шумным? — Я так и знал. — Абель говорил со мной, но смотрел на Мию. — Она снова улыбается. — Ты в чём-то важном чудовищно заблуждаешься. — Д-думаешь? — Да, думаю. — Но она ведь улыбается, правда? — возразил он, и глаза его всё ещё были полны странного удовлетворения. — Этого ты отрицать не можешь. — … Похоже, он всерьёз думает, что вчера ночью я пошёл к Мии только затем, чтобы её подбодрить. — Иногда… я вижу, как ты тренируешься с мечом, знаешь? — И что с того? — То, как ты им машешь, настолько красиво, что трудно даже подобрать слова. В магии я пока мало понимаю, но в фехтовании кое-что понимаю, и… в-во время нашей дуэли я тоже это почувствовал. Я ничего не сказал. — Видишь ли, мой наставник говорил мне, что в мече главное — сердце. Плохой человек не может быть хорошим мечником… поэтому я и знаю, что ты на самом деле не плохой человек, Люк. Я слегка приподнял брови, но промолчал. Понятно… подумал я, наблюдая, как на лице Абеля расплывается беззаботная улыбка. Этот его наставник вбил ему в голову такую глупую чушь. Он думает, что у меня чистое сердце только потому, что я умею обращаться с мечом? Мир не настолько, чёрт побери, прост. После обеда я прибыл на площадку для магической тренировки номер один, чтобы обучить Мию нескольким заклинаниям. — Когда я пришла бронировать это место, я поговорила с преподавателем Фрейей, — затараторила Мия вместо приветствия. — Она сказала, что я выгляжу весьма энергичной для человека, которого настолько основательно опозорили перед всеми сверстниками… и что ей приятно видеть, что со мной всё в порядке… — Мне всё равно. Быстрее. Начнём. — Ах, с-спасибо, что учишь меня! — Сначала я возьму немного маны. Мия ахнула, когда часть её маны перетекла ко мне благодаря поглощающей способности моей тёмной магии. О да, вот это хороший материал. — Смотри. Броня исцеляющей молнии. В следующее мгновение по моему телу побежали фиолетовые разряды. Это заклинание я только что придумал на месте; раньше я никогда его не использовал. Хотя я знал, что у меня получится, — и вот, оказался прав. Правда, его ещё нужно немного доработать. — …А? Раздался оглушительный грохот, когда я оттолкнулся от земли. В этом заклинании смешаны элементы Молнии и Исцеления. Молния даёт пользователю скорость вспышки, но человеческое тело не способно выдержать такое чудовищное физическое напряжение. И тут в дело вступает Исцеление — мгновенно исцеляет те части моего тела, которые в процессе ломаются. Оно и правда быстрое… настолько быстрое, что мои рефлексы срабатывают чуть поздновато. Может, стоит соединить его с заклинанием, усиливающим чувства. Привыкать придётся долго, и маны оно жрёт огромное количество. Слишком долго подряд пользоваться нельзя… но всё это с лихвой окупается его чистой, невероятной мощью. Проведя ещё несколько испытаний, я отключил заклинание. — Нравится? — спросил я. — Э-это было невероятно… — Это составное заклинание, использующее и Молнию, и Исцеление. Ты научишься ему сама и сделаешь его своим, — сказал я ей. — Кроме того, ты слишком медленно активируешь заклинания, так что над этим тоже следует поработать. Ладно, я ухожу. — А? Вернуться в общежитие… или, может, всё-таки в библиотеку? Есть ещё кое-что, что я хочу изучить. — П-подожди! — Что? — Я остановился и оглянулся. — Ты правда уже уходишь? Я не знаю, смогу ли сделать это одна, — забеспокоилась Мия. — Если ты не против… я-я бы хотела, чтобы ты остался здесь со мной… ннаверное… Я уставился на неё. Что она говорит? — Чего ещё ты от меня хочешь? Я только что показал тебе заклинание. — Я видела. Просто… Я видел, что Мия вот-вот упрётся и начнёт жаловаться ещё сильнее. — Мия. Я разочарован в тебе. Я посмотрел ей прямо в глаза и великодушно сказал всё начистоту. — Идти по уже проложенному пути куда проще, но ценность есть в том, чтобы самому прокладывать дорогу через пустынную пустошь. Если ты даже этого не понимаешь, если тебе нужно, чтобы я всё время держал тебя за руку… мне придётся задуматься: не ошибся ли я в тебе? — А-ах… Меня не интересует кормить её такими вещами с ложечки. Она слишком размякла. Во многом освоение магии — дело инстинкта, разговор с самим собой, который продолжается много часов. Если она действительно настолько неспособна думать самостоятельно, она мне не нужна. Сколько бы таланта у неё ни было, всё это бесполезно, если она чрезмерно зависит от других. Она ничем не отличается от черни. Если я сейчас её избалую, она продолжит полагаться на меня по каждой мелочи. Именно поэтому, полагаю, мне нужно как следует её подстегнуть. Всё необходимое я ей уже сказал. Я снова двинулся к выходу. — П-прости… Чья-то рука вцепилась в мой рукав — разумеется, это была Мия. — Да что тебе вооб— — Прости! Прости, — отчаянно повторяла она. — Прости, прости, прости… не бросай меня, пожалуйста, не бросай меня… — …А? Глаза Мии были так полны слёз, что казались чёрными и пустыми, будто ни один луч света не мог пробиться сквозь водяную поверхность. Я ведь просто попытался её немного подбодрить… Как так вышло? Что я сделал? Не думал, что она из тех, кто реагирует подобным образом. Может быть… всё это происходит потому, что я приложил немного усилий? «Я разочарован в тебе». В тот миг, когда он произнёс эти слова, мне показалось, будто земля внезапно провалилась у меня под ногами. Я падала свободно, бесконечно погружаясь в бездонную пропасть. Неужели мне больше никогда не позволят увидеть тот ослепительный свет, который озарил моё сердце, как бы отчаянно я ни тянулась к нему? Когда эта мысль пришла мне в голову, всё перед глазами потемнело. Нет. Нет, нет, нет! Нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет… [[image:/storage/reader-images/57e790fb32d237f379ffc541761a92f609a5779a.jpg]] Я смотрел вниз на Мию, которая теперь цеплялась за мою ногу и плакала. Она всхлипывала и ловила воздух между сдавленными, паническими рыданиями. …Да вы издеваетесь. Чего она рыдает? Не понимаю. — М-мне не нужно быть для тебя первой, — выла она. — П-просто позволь мне быть рядом… пожалуйста… пожалуйста… Мия подняла на меня мутные, умоляющие глаза. Что, чёрт возьми, она делает? Серьёзно, почему это происходит?.. — Послушай меня, — твёрдо сказал я. — Сначала попробуй сама. Если ты даже не попробуешь, я никогда не пойму, на что ты способна своими силами. Она снова жалобно всхлипнула. — Тебе нужно немедленно перестать полагаться на других людей. Это у тебя очень дурная привычка, — сказал я. — Дисциплина означает разговор с собой, а он происходит только в одиночестве. С магией особенно… Но да, путь я тебе покажу. — П-прости… я буду с-стараться, правда, б-буду, т-т-так что… н-не бросай меня-я… — …Ладно. Слезь уже с меня, господи. Ты раздражаешь. — Н-не говори… ч-что я раздражаю… — … Что это вообще такое? Кто это за раздражающая мелочь у меня под ногами? Уж точно не та Мия, которую я считал способной стать моей пешкой. То есть что с ней такое?! Чёрт, у меня даже живот начинает болеть, стоит об этом подумать. Проклятье… почему я должен из-за этого переживать? — Я дам тебе один совет, — сказал я Мии, слегка прижимая руку к животу. — Сосредоточься на Исцелении больше, чем на Молнии. Последняя будет тебя ранить, так что просто продолжай исцелять те части себя, которые ломаются. Молния — это грубая мощь, но Исцеление сохранит тебе жизнь, поняла? — Да… Хорошо. — … Она всё ещё плакала. Я не понимал, как вообще можно так расстроиться из-за такой мелочи. Честно говоря, разбираться с этим было немного изматывающе. Пойти бы вздремнуть, что ли… Но прежде чем я успел поспешить прочь, меня вдруг посетило озарение. Со мной такое иногда случалось: я просто инстинктивно понимал, что именно должен сделать дальше. Следуя этому чувству, я мягко положил Мии руку на плечо. Я без сомнений знал, что мои нынешние действия направят её на лучший возможный путь. — Я перегнул палку, — деревянно сказал я. — А? — Прости меня. Я был суров, потому что возлагаю на тебя большие надежды. — Ах… эм… Рот Мии беззвучно открывался и закрывался. Мне показалось, что кружащаяся за её глазами пустота стала темнее, но я это проигнорировал. — Я не ошибаюсь. Я знаю, что правильно выбрал тебя. Ты справишься, верно? — Да… Я могу… Я смогу… Мия яростно закивала в ответ. Уф… чёрт, я устал от всего этого. Думаю, на какое-то время с новыми пешками покончено… — Тогда я ухожу. — Х-хорошо! Я буду стараться! Я почувствовал в ней сильную волю. Хороший, сильный взгляд у неё в глазах… наверное? Или это?.. А, забудем, лучше просто выбросить всё это из головы. Наконец я всерьёз направился прочь. Однако возле выхода кое-что привлекло моё внимание. Там кто-то был — кто-то, почти наверняка наблюдавший за нами. Прежде чем я успел как следует разглядеть этого человека, тень метнулась в сторону и исчезла. Сначала я подумал, что это Элис, но это определённо была не она. Хм. — Кто здесь? — резко сказал я, выйдя из тренировочной площадки. Я огляделся: далеко уйти он, вероятно, не мог. Сколько-нибудь огромного количества маны я от него тоже не чувствовал. Наверное, недостаточно, чтобы сбежать магическими средствами. Он должен быть всё ещё близко, но где в таком месте можно спрятаться?.. Я огляделся, но не заметил ни одного подходящего укрытия, кроме большого шкафа для уборочного инвентаря. Подождите-ка. Словно в насмешку над моим и без того измученным разумом, я понял, что моё постоянно активное заклинание Восприятия маны указывает: из вышеупомянутого шкафа исходит источник маны. Похоже, тот, кто сидел внутри, пытался с помощью магии скрыть своё присутствие, но, возможно из-за паники, не сумел сделать это полностью. — Выходи. Я знаю, что ты там прячешься. — … Ответа не было. Не похоже, что он собирается выходить в ближайшее время. — Ладно. Тогда мне придётся открыть этот шкаф. Стоило мне коснуться ручки, как двустворчатый шкаф распахнулся сам — и я увидел её. — …А? Это был человек, которого я совершенно не ожидал увидеть. — Какое занятное совпадение — встретить вас в таком месте, Люк Уизария Гилберт. Там, втиснувшись в шкаф с несколькими уборочными инструментами в руках, сидела классный руководитель нашего первого курса, преподаватель Фрейя. Она просто поздоровается со мной так, будто вовсе не сидела в кладовом шкафу? Словно встретиться с ней здесь — лишь небольшое совпадение? Чёрт, я не понимаю, что здесь происходит, но уже вымотан всеми этими делами с Мией. Почему весь этот бред случается в один и тот же день? Путаница, кружащаяся у меня в голове, и не думала замедляться; из неё рождались всё новые вопросы. — Я знаю, о чём вы думаете: «Почему?» Именно так, верно? Но это невероятно глупый вопрос. — … — Возможно, лучше подумать о чём-то вроде «Кто?» или «Как?». В шкафу, предназначенном для уборочного инвентаря, прячется преподаватель. Вероятность подобного происшествия, конечно, невелика, но отнюдь не равна нулю. То, что вы видите, — неоспоримый факт. Реальность, не подлежащая обсуждению. — … — Что ж, тогда я пойду. У меня есть работа. Я всё ещё понятия не имел, как на всё это реагировать, и мысленно уже отключился от абсурдного разговора. За столь короткое время со мной произошло столько необъяснимых вещей, что я просто не мог не выключиться. [[image:/storage/reader-images/809ae4aec47f983148dd49cde07946596ddeee8e.jpg]] — Всё именно так, как говорила моя старшая сестра: вы очень талантливы. И, похоже, внимательны к одноклассникам. Я впечатлена. С этими словами преподаватель Фрейя ушла. Она держала голову высоко и гордо, пока удалялась. Ни разу она не показала ни малейшего смущения из-за всего случившегося, и это лишь делало ситуацию ещё страннее. — …Я возвращаюсь в комнату, — сказал я со вздохом. Просто просплю остаток дня… Наверное, это будет более эффективное использование времени, заключил я, отбросив все прочие мысли. Недалеко от Магической академии Аслана, в месте, куда не доставал ни один рукотворный источник света, стояли двое, с головы до ног одетые в чёрное. Освещённые лишь сиянием луны, мужчина и женщина вели приглушённый разговор в мёртвой ночной тишине. — Эй, — сказал мужчина, — ты точно поняла? — Поняла. Сегодня только разведка. Только смотрим. — Ладно, но… только не увлекайся, ясно? Поняла? — Поняла. Но если получится похитить, так и сделаем. Мужчина вздохнул. — И чего ты всегда так заводишься из-за— Над их головами мелькнуло движение, и в следующее мгновение разговор оборвался: оба отпрыгнули в стороны. — Хм, хорошо уклонились, — сказал незнакомец, опустившись перед ними. — Какие невероятные физические способности… Это магия? Магические инструменты, возможно? Или что-то другое? Мужчина громко рассмеялся; его серебряные волосы отражали свет луны над головой. Йоланд — одного его вида хватило, чтобы в глубине инстинктов мужчины и женщины зазвенели тревожные колокола. Оба знали: этот человек слишком опасен, чтобы им сейчас с ним связываться, и ничего не оставалось, кроме как немедленно бежать. — …Урк! — Ты понимаешь, да? — …Поняла. Не настолько самовлюблённая. Тёмные фигуры обменялись взглядом, означавшим молчаливое согласие: «Мы не можем с ним сражаться. Нужно бежать». — А я как раз подумал, что вам пора бы уже начать появляться… и надо же, угадал! Какой я всё-таки везунчик. В следующее мгновение Йоланд оттолкнулся от земли, используя отталкивание между собой и почвой под ногами, чтобы метнуться вперёд. Он двигался с нечеловеческой скоростью, стремительно сближаясь с двумя фигурами. Если бы ему удалось всего лишь сократить дистанцию до радиуса своих атак, победа, вероятно, была бы обеспечена, но они не собирались просто позволять ему это сделать. Йоланд удивлённо вскрикнул, когда дымовая завеса вздулась перед ним и закрыла обзор. — Думаете, это меня останови— а? Приняв её за обычный дым, Йоланд попытался развеять облако своей магией, но обнаружил, что не может. В нём был какой-то трюк — что-то мешало его заклинаниям. Ему потребовалось лишь немного дополнительного времени, чтобы разогнать дым, но этой паузы оказалось более чем достаточно, чтобы две фигуры скрылись. Когда дым рассеялся, Йоланд не увидел ни малейшего следа ни одной из них, куда бы ни посмотрел. — Хм? Их ману я тоже отследить не могу. Невероятно, им и правда удалось от меня уйти, — сказал он, явно разочарованный. Йоланд вздохнул. — Что ж, полагаю, это неважно, — тихо пробормотал он себе под нос. — Эти двое, думаю, должны быть зверолюдьми… В этом королевстве их считают низшей породой из-за отсутствия маны, но такое мышление глупо. Зверолюдям ведь можно найти столько применений. Магией они, может, пользоваться и не способны, зато физические способности у них невероятные. Йоланд с помощью Полёта медленно поднялся в воздух. — Скорее всего, они пришли за Люком, да? Нужно исходить из того, что вести о его элементе Тьмы разошлись очень широко. Я хотел скрывать это хотя бы до тех пор, пока он не разовьётся и не повзрослеет. Увы, несмотря на то что наша страна столь великолепна в магии, мало кто, похоже, умеет эффективно собирать сведения… Он вздохнул, и через некоторое время к нему приблизилась ещё одна тёмная фигура. — Господин Йоланд. Мы полностью мобилизовались на их поиски, но… — Спасибо за труды, Гордоба. Всё в порядке. Трудно искать тех, у кого нет маны, правда? — Приношу глубочайшие извинения… — Для убийц из Королевства зверей они, по-моему, немного слишком прямолинейны. Может, другая страна использует зверолюдей, чтобы скрыть своё участие в этом?.. У нашего королевства всё-таки много врагов… но меня это, в сущности, не касается. Мы просто разберёмся с ними в любом случае. С этими словами Йоланд и Гордоба исчезли в мёртвой ночи. ---------- Дневник преподавателя Фрейи †-Е ЧИСЛО ○-ГО. Сегодня получила сообщение от старшей сестры. Похоже, она на какое-то время останется в Гильбадии. Что-то там про то, что у наследника дома Гилбертов обнаружили магию Тьмы. Ну то есть серьёзно! Да, я понимаю, редкие стихии — это потрясающе и всё такое… но она такая эгоистка! Она всегда была такой, ещё с детства. Обычно она такая сообразительная, но из-за некоторых вещей слишком уж выходит из себя. Стоит какой-нибудь теме исследований попасться ей на глаза — и всё! Больше ничего не важно. Она ведь всё ещё живёт у меня дома и всё такое… Не то чтобы я была против! В смысле, она наверняка и думает обо мне просто как об удобной служанке! Ах, как приятно наконец это выплеснуть! Эм… наверное, здесь я могу признаться и в этом: иногда мне бывает немного одиноко. Но ей я такого ни за что не скажу. ☆-е число ○-го. Теперь письма от неё приходят почти каждый день, и это, наверное, меня радует… но почему в них во всех написано одно и то же?! Везде только «Люк невероятный!», «Элис потрясающая!» и «тёмная магия — это вообще что-то запредельное». Конца этому нет! Я поняла, ясно?! Расскажи хоть немного, как у тебя самой дела, а?! Ну правда! Эта страница, где почти одна и та же фраза «ух ты, ух ты, ух ты» повторяется снова и снова, даже письмом не считается! Возвращайся уже домой, большая помешанная на магии дурочка! ○-е число △-го. Примерно через год, проведённый в Гильбадии, старшая сестра наконец вернулась домой. Ура!.. Да, если честно, я этому очень рада. Мне было одиноко, знаешь? Но, вот только… едва она вернулась, как сразу начала говорить, что собирается следующие три года работать преподавателем?! Что за чёрт?! То есть подожди-ка, всё происходит слишком быстро! Эх… я её младшая сестра, а даже меня уже утомляет, насколько свободно она живёт. Я понимаю: этот мальчик Люк и его недавно обнаруженная стихия Тьмы ужасно интересны, понимаю. Но всё же… она слишком торопится! Ещё даже неизвестно, сдаст он вступительный экзамен или нет. А академия магии-то потрясающая. Там нельзя стать преподавателем, просто подойдя и вежливо попросив… но, думаю, старшая сестра сумеет, если правда захочет. Она ведь уже добралась до положения магического рыцаря, и это поразительно, учитывая, какая она ленивая дома. Мне пришлось так тяжело работать, чтобы получить место магического рыцаря, так что в этом мы совсем не похожи. Ах, старшая сестра, ты так сосредоточена на том, что тебе нравится, и никогда в этом не идёшь на уступки… должна признать, за это я тебя уважаю. △-е число △-го. Сегодня был день вступительного экзамена Магической академии Аслана. Да… Люк и правда оказался потрясающим. Я, конечно, задумалась, раз уж старшая сестра без конца о нём говорит, но с таким выступлением он точно сдал экзамен. На практической части он завершал каждый бой за одно мгновение, так что я даже немного разочаровалась: увидеть больше его магии не получилось. Честно? В каком-то смысле он совсем как моя старшая сестра. Оба — настоящие таланты, с огромным врождённым даром. Да, Тьма — сильная стихия, но дело не только в этом. Если бы у него не было магических способностей, позволяющих эффективно ею пользоваться, было бы всё равно, насколько хороша его стихия. Но таланта у него огромное количество… У них обоих. Они особенные. Просто… такие одарённые дети, которые почти всё могут сделать с первой попытки, бывают на удивление чувствительными. Вот что меня беспокоит… Значит, я, как один из его преподавателей, должна его поддержать! Ладно! Кажется, я начинаю загораться! Но, вот… понимаешь… я люблю детей, но рядом с ними всегда ужасно нервничаю и в итоге становлюсь строгой… наверное, пытаюсь выглядеть невозмутимой? Такая жалость… в академии меня уже намертво записали в злые преподаватели. Нет! Не сдавайся, Фрейя! В этом году я стану ближе к ученикам! Я стану той, к кому они будут обращаться! Той, у кого они будут просить совета о любых своих проблемах! Так я и запустила свой «План дебюта крутого классного руководителя». Шучу. #-е число †. Наконец-то, наконец-то, наконец-то! Я получила место классного руководителя первого курса! Отлично! Я, типа, просто безумно рада! Я всегда хотела быть классным руководителем, так что правда счастлива. Но… ещё и немного нервничаю. Эта академия — не просто место, где весело проводят время… Из-за всей этой системы рангов все становятся очень жестокими. Каждый год несколько первокурсников неизбежно переводятся отсюда… Ох, стоит только об этом подумать, и я нервничаю ещё сильнее! Что мне делать? Я правда справлюсь? Когда дети подходят ко мне поговорить, я паникую и в итоге говорю с ними ужасно официально… Аргх, я совсем себя накручиваю. Такое чувство, будто где-нибудь обязательно совершу огромную ошибку. Не знаю, сможет ли она помочь, но позже стоит спросить старшую сестру. ○-е число ○○-го. Завтра… наконец тот самый день, когда все новые ученики придут на ориентацию. Я чертовски нервничаю… Я так много об этом думала. Весь день, что я провела здесь, в академии, у меня в животе была эта маленькая колющая боль. Не то чтобы очень больно, скорее такое постоянное мелкое мучение. Наверное, что-то вроде ада. Ох, помоги мне, старшая сестра… Я всегда так завидую тому, как крепко она, кажется, спит. Может, хоть немного понервничаешь из-за всего этого, а?.. То есть даже если быть снисходительной, я бы не сказала, что ты особо умеешь учить людей, старшая сестра! Гении — худшие! Они всегда схватывают всё инстинктивно, а остальных бросают позади. Ещё с детства она смотрела мои работы и пыталась учить меня магии… но я у неё ничему не научилась, знаешь? Она перегружает тебя слишком большим количеством информации за раз… столько справочных знаний и продвинутых вещей, что кажется, будто голова вот-вот взорвётся. А когда дело доходит до магии, всё ещё хуже… просто выдаёт длинную вереницу звуков вроде: «Тут нужно фшууух! Не вот так, фш-фш-фш!» Серьёзно, я понятия не имею, как она вообще умудряется писать научные статьи. Я до конца жизни не пойму, что чувствуют гении. Ах… но, наверное, мысли о ней меня немного успокоили. Спасибо. †-е число ○○-го. Ох ты… Ох ты, ох ты, ох ты, ох ты. Всё плохо. Сегодня мой первый день в роли классного руководителя, а они уже устраивают ранговую дуэль: Люк и Абель, первый в классе против последнего. Этот бой вообще разрешили только потому, что они только-только поступили. Я, кажется, немного увлеклась и разрешила им дуэль, не проверив всё заранее, и, ох, как же на меня потом накричали… но я ни о чём не жалею. В смысле, они оба были потрясающие! Их дуэль была просто великолепной, совершенно безумной! То есть… они сражались мечами, знаешь?! Оба! Люк достал меч, и я вообще не понимала, что происходит. А Абель сражался, наложив на себя магию усиления… Этот мальчик — сплошная загадка. Он правда потрясающий, хотя, кажется, собственные заклинания ещё немного им помыкают. Его движения слишком прямолинейны, а маны в его мече пока совсем нет. Возможно, когда-нибудь он сможет компенсировать это магическими инструментами, но без Антимагии, которая будет рассекать заклинания, он никогда не победит. Она ему абсолютно необходима, если он хочет сделать свой стиль фехтования рабочим. Да, ему ещё многое нужно исправить… но мне правда интересно, каким он станет. Может быть, Абель и Люк изменят общепринятое представление о том, что маги должны сражаться только заклинаниями. Ну, может, они станут магическими мечниками? Люк… просто невероятен. Правда, по-настоящему нечто особенное. Единственное настоящее преимущество Абеля над ним — скорость; я сама даже не успевала за ним уследить. Будь я на месте Люка, наверное, попыталась бы атаковать каким-нибудь дальнобойным заклинанием с широкой зоной поражения. Большинство людей со стихией Тьмы, наверное, сделали бы то же самое. Неважно, насколько быстро ты двигаешься, если бежать некуда. Но Люк… он действовал просто и сражался мечом! Даже себя совсем не усиливал! Я правда понятия не имею, что он делал. В мечах я не разбираюсь вообще, но даже я увидела, насколько он талантлив. А потом было то тёмное заклинание, которое он использовал в самом конце! Оно было настолько невероятным, что на мгновение у меня в голове всё почернело! Старшая сестра говорила мне, что Тьма — стихия, которая поглощает. Да… но я даже не думала, что она настолько сильна! Я была так очарована ею, что даже не догадалась управлять своей маной, чтобы сопротивляться, и он высосал из меня почти половину сил. Ещё он сломал все магические инструменты, которые разворачивали Магические барьеры вокруг арены. Кажется, теперь я понимаю, почему старшая сестра так одержима им. В смысле, он настолько особенный, что это видно с первого взгляда. Ой-ой… ещё я полностью провалила свой квест стать доступным классным руководителем. В этом году тоже пойду с образом «крутого преподавателя». Как… уныло. ☆-е число ○○-го. С начала занятий прошло несколько дней. Честно говоря, всё идёт очень хорошо. Похоже, в общежитии ученики тоже ладят. Хотя из-за системы иерархии они все соперники, как одноклассникам им всё-таки нужно сотрудничать. Они никогда не победят старшекурсников, если не будут активно делиться друг с другом информацией и тем самым вместе становиться лучше. Ну… наверное, каждый год из этого правила находятся исключения. Как бы то ни было, завтра ранговая дуэль Мии и Ллойда. Это первая официальная дуэль первокурсников, которую увидит публика. Наверное, они оба нервничают… Интересно, могу ли я чем-нибудь помочь? Честно говоря, я вообще не сторонница ранговых дуэлей для первокурсников. По-моему, было бы намного лучше, если бы их начинали проводить со второго года. Этим ученикам сначала нужно немного повзрослеть, понимаешь? К тому же это, вероятно, уменьшило бы количество переводов в первый же год. Но, к сожалению, я не в том положении, чтобы менять порядки академии. А раз так… Мия! Ллойд! Постарайтесь оба как следует! Я буду за вас болеть! ◇-е число ○○-го. В итоге ранговую дуэль выиграл Ллойд. У Мии три стихии, и она, несомненно, талантлива. Потенциал у неё ничуть не меньше, чем у Ллойда, а исход дуэли в основном свёлся к её нерешительности и слабой стойкости духа. Ещё у Ллойда всего одна стихия. Это тоже поставило её в невыгодное положение… Когда талантов так много, у позднего расцвета появляется своя особая форма. Если смотреть только на результат, её можно счесть немного разочаровывающей, но, думаю, они оба прекрасно справились. Дуэль была замечательная, и я уверена, этот опыт подтолкнёт их обоих к серьёзному росту. Ллойд хорошо дерётся. У него нет нескольких стихий, и это сильно ограничивает его варианты в дуэли. Поэтому он подавляет врагов ошеломляющей огневой мощью, прежде чем они успеют хоть что-то ему противопоставить. Просто, но, думаю, это лучшая тактика, которая у него есть. Для него очень разумно сражаться именно так. Мия… я немного волнуюсь, как она это переживёт. Думаю, это, вероятно, первое настоящее разочарование в её жизни. Интересно, она в порядке? Я думала пойти к ней, но решила дать ей сегодня отдохнуть. Не думаю, что всё сказанное мной сейчас до неё по-настоящему дойдёт, и, будь я на её месте, мне бы просто хотелось, чтобы меня оставили одну. Но завтра я к ней схожу. □-е число ○○-го. Мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец, мне конец. Сегодня Мия пришла попросить разрешения воспользоваться одной из площадок для магической тренировки. Ого, она быстро пришла в себя! — подумала я. Но я всё ещё проклята… всё ещё пытаюсь изображать крутого учителя, поэтому в итоге сказала ей нечто довольно бесчувственное. Мне захотелось извиниться, и я пошла на тренировочную площадку посмотреть, чем она занимается. Когда я пришла, они с Люком о чём-то разговаривали. Я не слышала, что именно они говорят, но что-то явно было не так. В смысле, Мия в какой-то момент расплакалась, а потом вцепилась ему в ногу. Я как-то поддалась любопытству и некоторое время просто за ними наблюдала, но затем Люк пошёл ко мне. Я запаниковала, спряталась в один из шкафов для уборочного инвентаря, и примерно на этом моя удача закончилась. Он меня нашёл. Я так запаниковала, что выдала какую-то загадочную фразу, вроде… — В шкафу, предназначенном для уборочного инвентаря, скрывается преподаватель. Вероятность возникновения подобного события, разумеется, невысока, однако она ни в коей мере не равна нулю. То, что вы видите, является неопровержимым фактом. Это реальность, которая не подлежит обсуждению. …Если честно, я сама не понимаю, что говорила. А потом просто ушла. А-а-а-а-а! Мой образ крутого учителя! Как мне завтра идти в академию?! Старшая сестра! Помоги-и-и— (Остальное было неразборчиво.) ---------- Герой и Король демонов 1 ОТКРЫВ ДВЕРЬ В СВОЮ комнату, я вошёл внутрь и тут же нырнул прямо в кровать. Я уткнулся лицом в подушку и полностью расслабился, выпуская долгий вздох, вместе с которым будто ушла вся усталость дня. — …Я устал. Почему-то мне показалось, что станет легче, если произнести это вслух — просто позволить словам сорваться с губ. Да. Я устал. Правда очень, очень устал. Я перевернулся на спину, посмотрел в потолок и погрузился в рассеянные мысли. Почему всё время происходит что-то настолько выходящее за пределы моего воображения? Если вспомнить, всё началось с того, что я попросил Альфреда-сана научить меня сражаться мечом. Я до сих пор мало знаю об оригинальной книге, но если судить по тому, что помню о персонажах, Альфред-сан ведь не должен был выдавать фразы вроде: «Даже если вы обратитесь ко злу, я хочу увидеть, что вы сделаете, мастер Люк!»… верно? Разве в оригинале он не бросал службу дворецкого, чтобы тренировать Абеля? Потом Элис. Она начинает тяжело дышать и краснеть по любому поводу, но, кажется, она не должна была быть такой. По-моему, она была скорее утончённой, злодейской героиней-аристократкой. Наверное, Элис сошла с ума из-за той ссоры, которая случилась у нас после первой встречи на вечеринке. И кто вообще такой этот Йоланд? Он вообще был в книге? Я не помню, был ли… но как можно забыть настолько яркого человека? Я вздохнул. Общее во всём этом… я. Причина происходящего — я сам. Больше я не мог этого отрицать. Все эти люди так далеко отошли от своих изначальных образов из-за того, как изменилось моё взаимодействие с ними. С Фрейей я почти не разговаривал, так что меня, конечно, тревожит, что она ведёт себя так странно, но это, если честно, наименьшая из моих проблем. Сейчас нет смысла об этом думать. В конце концов, из любого правила бывают исключения. Кстати, Фрейя ведь младшая сестра Амелии-сан, да? Вот и объяснение. Я снова вздохнул, а мысли продолжали кружить и кружить у меня в голове. Волна от той единственной перемены, которую я внёс в собственную жизнь, — от моего решения стараться — изменила ход событий и для всех остальных. В смысле, это единственное, что отличает мою историю от оригинала. Я довольно быстро принял врождённое высокомерие Люка, поэтому никогда не пытался быть особенно хорошим человеком. Спойлеров к оригинальной истории я тоже не знал, так что нельзя сказать, будто я строил планы на будущее. Выходит, дело правда в этом, да? Я всего лишь начал стараться, а ко мне слетелись все эти странные типы и чудаки. Или, может быть, странными они стали именно из-за общения со мной?.. И всё же я не думаю, что сделал что-то неправильное. Всё, что я делал, я делал ради того, чтобы избежать самого худшего возможного конца… поражения. Честно говоря, я не думаю, что сумел бы оправиться даже от одного-единственного проигрыша. Меня бы это вогнало в депрессию на всю оставшуюся жизнь. Именно поэтому с того самого дня, как я проснулся с этими воспоминаниями, я с такой бескомпромиссной решимостью посвятил себя учёбе. Да, я ни о чём не жалею, но факты надо понимать. Мои решения оказали на этот мир неожиданно огромное влияние. В оригинальной истории Люк, возможно, был невероятно талантлив, но я почти уверен, что появлялся он только в академической арке… Вот и всё, чем он был как персонаж. Похоже, я недооценил то, какое влияние оказываю на эту историю. Впрочем, признание этого факта ничего не меняло в моих дальнейших планах. И я понимал: пока я продолжу стараться, все эти раздражающие вещи будут продолжать происходить. — Сосредоточься, — сказал я себе. — Я должен правильно расставить приоритеты. Что здесь важнее всего? Ответ очевиден: мне нужно продолжать побеждать. В этом я не могу идти ни на какие уступки. Какие бы ещё неприятности ни возникли, какие бы осложнения ни появились, я не могу ослабить стремление к силе… что бы ни случилось. Вдруг на краю сознания всплыла Мия. …Но я больше никогда не хочу пережить ничего подобного. Впрочем, это и случилось только потому, что я ошибся. Это был результат того, что я поставил свои эгоистичные цели выше всего остального. Человеческое сердце и правда загадка, иногда даже моё собственное… вот чему всё это меня научило. Одно воспоминание о случившемся вызывает слабую боль в животе. Не то чтобы я страдаю… скорее неприятная, неуютная боль. Тревога, с которой просто мерзко сидеть наедине. Может, в последнее время я слишком напряжён. С тех пор как я попал в эту академию, я всё время был настороже и только сейчас понял, насколько сильно вымотался. Серьёзно, случилось столько всего… слишком много. Теперь я действительно чувствую весь этот стресс животом, особенно после той неловкой истории с Мией. Надо перестать всё это прокручивать и немного поспать. Уверен, когда отдохну, смогу двигаться дальше. 2 — ДАВАЙ! ВПЕРЁД, АБЕЛЬ! — Да, сэр! Спасибо! По сигналу преподавателя Брэда я направил ману внутри себя и окутал ею меч в руках. В последнее время я только и делаю, что тренируюсь и сплю, но всё равно едва справляюсь… Как же это трудно. У меня всё никак не получа— — Сколько раз тебе говорить?! Ты слишком много внимания уделяешь своей чёртовой мане! Я поднял глаза и увидел, как ко мне несётся огненная стрела, стремительно сокращая расстояние. Вскрикнув, я увернулся в последний миг и позволил выстрелу пролететь рядом. Б-было близко… Ещё секунда — и получил бы прямое попадание. — Бой уже начался, слышишь?! Смотри на меня! — Да, сэр! — Давай! Теперь жёстче! Держи голову ясной! Смотреть, наблюдать, думать и предугадывать. — Антимагия! Это была первая техника, которой меня научил преподаватель Брэд, — способ рассекать магию. Для любого мечника, который хотел сражаться с пользователями магии, особенно если сам не мог пользоваться магией, это была жизненно важная техника. Управляя маной или используя магические инструменты, можно покрыть меч маной… но когда это делаю я… кажется, будто это не просто мана. Как будто я использую ещё какую-то другую силу… — Ух! Ещё один огненный шар просвистел у меня над головой, когда я уклонился в самый последний момент: удар был рассчитан как раз на секунду, когда моё внимание дрогнет. Я веду себя как идиот! Мы сейчас прямо посреди боя! Преподаватель Брэд продолжал свой беспощадный обстрел заклинаниями. Уклониться. Уклониться. Рассечь. Медленно сокращать дистанцию, шаг за шагом. Не паниковать. Не терять остроту. Не становятся ли мои движения предсказуемыми? Что преподаватель Брэд сделает дальше? Смотреть на противника. Продолжать думать. — Укрепление силы! Начать с одного слоя. Не торопиться. В бою против Люка я активировал всю свою магию сразу, мгновенно доведя тело до предела, но теперь понимаю: так сражаться неправильно. Я стал слишком медленным. По какой-то причине Люк решил подождать, пока я закончу произносить заклинания, но я не могу рассчитывать, что следующий противник окажется таким же терпеливым. Я оставил ему возможность ударить; он просто ею не воспользовался. — Укрепление силы. Поэтому теперь я двигаюсь постепенно. Хорошо, сейчас два слоя! Уклоняться стало намного легче! Это примерно предел того, что я могу полностью контролировать, но этого достаточно. Продолжать предугадывать его движения. Продолжать уклоняться. Рассекать его заклинания Антимагией. Сейчас я сосредоточен только на этом. Я продолжал приближаться к преподавателю Брэду. По его стойке, по тому, как он держался, я мог понять, что он собирается снова запустить в меня заклинание. — Гра-а! Стена огня! Я знал, что это будет…! Укрепление силы — единственная моя магия, но она хорошо сочетается с этой техникой Антимагии. Чем сильнее мои удары мечом, тем более мощную магию я могу рассечь. — Антимагия! — сказал я. — Стоп… а? — Всё ещё чертовски доверчивый, Абель. Я рассёк заклинание преподавателя Брэда, Стену огня, и обнаружил, что с другой стороны меня уже ждёт его кулак. — Больно… — Думаю, жить будешь, но если болит — сходи к священнику. — Я-я в порядке… После первого за день удара я продолжил. Я бросал ему вызов снова и снова, столько раз, что уже сбился со счёта, но так и не победил. Преподаватель Брэд родом из рыцарского рода… поэтому, хотя сам он не мечник, он многое знает о том, как с ними сражаться. Оттого его советы такие полезные и понятные… пусть он и довольно суров, наверное. Но всё равно это весело. Когда я тренировался с мастером Элкой, я был так сосредоточен на том, чтобы стать сильнее, что ни о чём другом не думал. А теперь преподаватель Брэд учит меня пользоваться этой силой. Как бы ни было больно, как бы тяжело ни становилось… для меня всё это новое, и потому довольно весёлое. Всё, что у меня есть сейчас, — всё благодаря тем дням, которые я провёл в тренировках с мастером. Без неё я бы даже не добрался до стартовой черты. Спасибо вам, мастер… правда. — Как бы сказать… ты, похоже, совсем отчаялся, Абель, — сказал преподаватель Брэд, и его голос вернул меня в реальность. — Будто сейчас стоишь в опасном месте. — В-вы правда так думаете? — удивлённо ответил я. — Ага. Лезть в душу не стану, потому что мне, честно говоря, не особо интересно… но ты себя не загоняй, понял? — Не загонять себя… Что-то в этих словах заставило меня остановиться и задуматься. Я торопился? Мне казалось, что нет — по крайней мере, пока он не указал на это. — Ага. С моей точки зрения, ты будто пытаешься слишком быстро рвануть вперёд. Если уж говорить прямо, ты слишком зациклен на том, чтобы стать сильнее. — Да… возможно, вы правы. — Жадность до роста — дело хорошее, но если от отчаяния начнёшь ошибаться… у тебя шоры на глазах появятся. В конце концов тебе только хуже будет, если вцепишься в подъём наверх любой ценой, — грубовато сказал он. — Самые тупые решения обычно принимают узколобые парни, которым некогда подумать. — … Возможно, он прав насчёт всего этого… Я отчаянно хочу силы. Безнадёжно отчаянно. — Слушай, ладно? Знаешь, почему в эту академию вообще попадает так мало учеников? Чтобы мы могли нормально вас вырастить — отдать вам всё, что у нас есть. Мы, преподаватели, серьёзно относимся к вам, ребятам, понял? Не держи всё в себе. Ах, точно… Мне и правда повезло, да? — Спасибо вам! — …Ах, чёрт, не в моём это стиле — такие вещи говорить! На сегодня хватит! Убирайся с глаз моих! — Д-да, сэр! Преподаватель Брэд махнул рукой, прогоняя меня. Он бывает суров и порой немного страшен… но теперь я знаю, что на самом деле он очень хороший человек. Я направился к выходу, но перед тем как уйти, обернулся и ещё раз поклонился ему. — Большое вам спасибо! — …Ага. Потом увидимся. С этими словами я открыл дверь и покинул площадку для магической тренировки. Я так устал… Тренировки с преподавателем Брэдом и правда тяжёлые. Хочется просто свернуться где-нибудь клубком и вздремнуть. От каждого шага ломит всё тело, но это… почему-то даже приятно. Наверное, это чувство удовлетворения. Я так рад, что смог попасть в эту академию. Все здесь такие хорошие. Почти все, кроме меня, аристократы, и поначалу я думал, что надо мной будут смеяться, но ничего такого не случилось. Хотя, наверное, дело может быть и в том, что у всех хватает других забот. Жизнь здесь у нас у всех довольно тяжёлая. Вдруг я заметил преподавателя Фрейю. Она появилась из-за угла и пошла в том же направлении, куда направлялся я. А? Она меня не заметила? Я… я правда настолько незапоминающийся?.. Это даже немного задело… Справедливости ради, она выглядела рассеянной. Казалось даже, будто она что-то бормочет себе под нос, пока идёт. Может, думает о чём-то важном. Не стоит подходить и заговаривать… ах, но, наверное, будет невежливо, если я не поздороваюсь… Ладно, да! Надо сказать ей здравствуйте! Я немного ускорил шаг, приблизился к ней сзади и окликнул её. — И-извините! Голос получился чуть громче обычного: я хотел быть уверен, что она меня заметит. Оглядываясь назад, именно это, наверное, и стало проблемой. — Гя-а-аух! Она издала странный, пронзительный крик и подпрыгнула от неожиданности. Стопка бумаг, которую она несла, тут же взлетела в воздух. Г-гя-а-аух?.. Что это вообще за странный звук? Н-нет, сейчас не это важно! Что я наделал?! Я ведь просто хотел с ней поговорить, а теперь— — Абель. Несмотря на первоначальный испуг, преподаватель Фрейя теперь выглядела совершенно невозмутимой. Она спокойно смотрела на меня, пока вокруг неё опадала метель бумаг. Руки были скрещены на груди, а острые, морозные глаза смотрели прямо на меня. — Пугаете преподавателей ради удовольствия от их реакции? Понимаю. Какое достойное развлечение вы для себя нашли. Сначала я не понял, о чём она говорит. В отличие от преподавателя Фрейи, я был совершенно выбит из колеи всей этой встречей. Мне понадобилась минута, чтобы осознать, насколько неправильно она поняла мои намерения. — Н-нет, это не…! Я просто хотел поздороваться, честно! Я правда не хотел вас пугать! — О, просто поздороваться? Тогда вы, вероятно, хотите сказать, что это я виновата, раз испугалась простого приветствия? — Н-ничего подобного! Я виноват! Ах, эм… т-то есть… я хотел сказать… — Довольно. Мне нужно собрать бумаги. Помогите. — К-конечно! Преподаватель Фрейя всё-таки страшная… Она немного похожа на Элис, наверное, так что неудивительно, что мне трудно с ней справляться. Я начал помогать ей поднимать бумаги. — …Кстати, Абель, — начала преподаватель Фрейя. Одного того, что преподаватель Фрейя заговорила со мной, хватило, чтобы сердце пропустило удар. — Д-да?.. — Вы… что-нибудь слышали? — туманно спросила она. — Например, ну… конкретно обо мне? Может быть, от Люка в особенности?.. Мне совершенно нечего было ей на это сказать, а лгать не было причины, поэтому я ответил с полной, искренней честностью. — Э?.. От Люка? Ничего особенного… Он не из тех, кто сплетничает о таких вещах… — А ч-что насчёт других учеников? Они ничего не говорили? От неё исходит какая-то пугающая энергия… — Н-нет… насколько я знаю. — Понятно… Преподаватель Фрейя улыбнулась, и мне показалось, что с облегчением… наверное? Может, это просто моё воображение. К тому времени, как мы закончили говорить, все её бумаги уже были снова собраны. — Скоро у Элис и Ллойда будет ранговая дуэль. Если хотите повысить собственный ранг, советую присутствовать. — Х-хорошо. — Что ж, я пойду. Постарайтесь поменьше пугать преподавателей, Абель. — Я не хотел…! Я продолжал протестовать против этого несправедливого предположения, но преподаватель Фрейя просто ушла. Как бы сказать… Она и правда немного пугающая, но я не думаю, что она плохой человек. 3 ВОЙДЯ В КАБИНЕТ ДИРЕКТОРА, прежде всего замечаешь две картины, резко контрастирующие друг с другом. На первой была изображена группа счастливых людей, окутанных мягким светом сострадания; на второй — картина страданий, полная мутных фигур, мучающихся во тьме. Кабинет не был особенно роскошным — кто-то даже назвал бы его простым, — но в комнате всё равно чувствовалась несомненная утончённость. — Хо-хо, неужели с тех пор, как новая партия учеников прибыла в нашу академию, и вправду прошло уже два месяца? Вот теперь-то всё становится интересным, Брэд. — Не нравится мне твоё лицо, старик. — …Если помнишь, я бесчисленное множество раз просил называть меня директором… — Ага, ага, директор. Да блин, здесь больше никого нет, так кому какое дело? — Похоже, в этом году первокурсники привлекают немало внимания. — Ага, у некоторых уже даже прозвища есть. Провели всего одну-две ранговые дуэли, а толпе, похоже, эти ребята нравятся. — Дело не в частоте их дуэлей, а в их качестве. Разумеется, истинный талант этих юношей и девушек завораживает людей. Я вовсе не нахожу это странным. Ранговые дуэли были публичными событиями, открытыми для любого жителя королевства, который хотел присутствовать. Поскольку народ воспринимал их как разновидность развлечения, было лишь вопросом времени, когда отдельные участники поднимутся до своего рода небольшой славы. Популярность ученика могла расти по разным причинам — благодаря силе, уму, страсти, — но как бы то ни было, все самые популярные ученики со временем получали собственные прозвища. Говорили, что некоторые ученики уже успели их получить, и многие с нетерпением ждали их следующих ранговых дуэлей. Ледяная королева, Элис. Зверь синего пламени, Ллойд. Малый бог грома, Мия. Если говорить о первокурсниках, именно эти трое особенно ясно очаровали зрителей своей невероятной силой и высокими рангами. Даже те, кто имел о магии лишь самое поверхностное представление, могли увидеть их мощь, — но в итоге больше всего внимания привлекла вовсе не эта троица. — Мва-ха, Абель-герой, значит? Хорошее прозвище. Брэд тихо улыбнулся самому себе. На его лице были радость и гордость, которые он просто не мог сдержать. В конце концов, Абель уже больше не был самым низкоранговым учеником школы. Более того, он привлекал внимание толпы сильнее всех остальных. Элис, Ллойд и Мия, безусловно, были выдающимися — это был неоспоримый факт. Однако Магическая академия Аслана как раз и была местом для тех, кто обладал столь невероятным талантом к магии. Каждый год появлялись ученики, которые выделялись среди остальных своей абсурдной мощью, и в некоторой степени толпа к таким привыкла. Но Абель был другим. Каждому зрителю было очевидно, что неспособность пользоваться стихийной магией ставит его в невыгодное положение. Его сила тоже была проста для понимания: сочетание мощных физических способностей и мастерства владения мечом. Его способности были ересью, а происхождение резко отличалось от происхождения его знатных ровесников. К лучшему или к худшему, у толпы было множество причин болеть за Абеля. В нём было что-то от слабого претендента, бросившего вызов превосходящим силам, и зрители видели его лишь в одной публичной ранговой дуэли — в поединке против Хьюго, с которым его связывала вражда после их столкновения на вступительном экзамене. В тот день, когда он стоял один, с мечом в руках, и принимал мощную магию Камня Хьюго в лоб, Абель действительно выглядел героем. Именно тогда Абель одержал свою первую победу, и его популярность взлетела до небес. — Раз Абель не может пользоваться стихийной магией, я полагал, что у нас могут возникнуть небольшие трудности, если мальчик не покажет результатов. Какое облегчение — видеть, что он победил именно так. — Ах… чёрт. Ненавижу, что тебе приходится думать о такой ерунде, директор. — Хо-хо. Я уже давно к этому привык. — Уверен? Но, чёрт, для детей ведь не всё в этом хорошо… Хотя в этот раз я понимаю, почему так вышло. — Ты говоришь о переводе, да? Хм. С этим ничего нельзя поделать… таков путь нашей академии. Победа Абеля вызвала одну проблему: Хьюго перевёлся в другую школу. Поступление Абеля в Магическую академию Аслана убедило большинство учеников в его силе, но оставались и те, кто считал его ниже себя. Часть учеников смотрела на него свысока из-за неспособности пользоваться стихийной магией. Хьюго был одним из них. В Магической академии Аслана ученики постоянно смотрели вверх — на свои высокие цели и на тех, кто выше, кто стоит у них на пути. А вот взгляд вниз мог дать некоторое успокоение и душевный покой. Однако в некоторых случаях он мог столкнуть человека в ещё более тёмные глубины отчаяния. Именно поэтому Хьюго и перевёлся: он впал в уныние после поражения от того, кого считал ниже себя. — Полагаю, шанс вернуться у него всё же остаётся, хотя теперь это зависит от его собственных усилий. — Как всегда холоден, а? — заметил Брэд. — Ты не против, если я присмотрю за Абелем? — Прошу. Я не ошибся, доверив его тебе. — Ну, спасибо. — Хо-хо. Похоже, он твой любимчик, так что я не стану отбирать его у тебя, дабы не вызвать истерику. — А? Да не так это! Не то чтобы он мне нравился… я просто не ненавижу этого пацана, вот и всё! Всё, я пошёл! Некогда мне сидеть и болтать! С этими словами Брэд развернулся на пятках и направился к двери. — Увидимся, старик. Уходя, он с безрассудной силой хлопнул дверью. — Хо-хо, как всегда энергичен, этот человек, — усмехнулся директор. — Ах да, верно-верно. Сегодня тот день, когда я наконец увижу одну из ранговых дуэлей Люка. Как же я жду его тёмную магию! ♪ — Смотри. — Конечно, конечно! Я вся во внимании! Я взял кусок дерева, который приготовила для меня Амелия-сан, и активировал своё новейшее заклинание. — Тёмное чревоугодие. Над моей ладонью мгновенно появилось маленькое пятно тьмы. Я почувствовал, как мана хлынула из тела, и после срабатывания заклинания меня слегка повело. Пока это всё, на что я способен, но это результат двух месяцев упорной работы. Я серьёзно вложил в него столько времени и сил… Это не какая-то полусырая уловка. Другой рукой я опустил кусок дерева в тьму. Тот медленно поглощался, пока не исчез полностью. — Ах… ах… А-а-ах! Да. Моя тёмная магия теперь способна воздействовать не только на ману, но и на физическую материю. Это огромный шаг вперёд. Я не смог сдержать улыбку. — «Тьма поглощает всё…» Значит, вот что они имели в виду, — возбуждённо сказала Амелия. — Легенды были правдой! Всё это время они были пра-а-авдой! Ох, Люк, это же просто жутчайший кошмар! Как я и ожидал, Амелия так обрадовалась, что мне стало немного не по себе. …Даже не немного, если честно. Но, чёрт, именно благодаря ей я сумел завершить это заклинание. Среди других учеников она не пользуется популярностью из-за своей преподавательской манеры, построенной почти на одних звукоподражаниях, но то, чему я научился на её практических занятиях по стихийной магии, мне действительно помогло. — Пока я могу только это, но когда-нибудь я… эм… э-эй. Глаза Амелии выглядели странно, почти безжизненно. Из уголка рта у неё вытекла капля слюны, пока она с бешеной скоростью строчила в блокноте и продолжала что-то бормотать себе под нос. Она всё повторяет что-то про «множество интерпретаций» и «воздействие на других», но смотреть, как она бормочет, просто страшно. — Эй, ты слушаешь? — спросил я, легко постучав её по плечу. — Ой! Прости. Аха-ха… Я немного перевозбудилась… — … Она явно очень, очень талантлива — тут спорить не о чем. Просто… наверное, внутри у неё что-то сломано? Но она всегда была такой, с самого дня нашей первой встречи. — Кстати, разве у тебя сегодня нет ранговой дуэли, Люк? — Есть. Противник не особо. — …Но он ведь старшекурсник, разве нет? В общем рейтинге академии я занимал восемьдесят первое место. Мои магические исследования немного успокоились, и я решил, что пора заняться ранговыми дуэлями… но, честно говоря, особого восторга эта идея у меня не вызывает. У меня уже есть сведения о противнике, и я даже ходил смотреть одну из его ранговых дуэлей, но ничего особенного там не было. Он всего лишь пользователь магии Воды. В дуэлях он, похоже, неплох, но в целом его магия не слишком продвинута. Хотя для такого пользователя тёмной магии, как я, всё это не имеет значения. Впрочем, должен признать: в академии есть ученики, которые выглядят немного интереснее. — О! Разве до твоей дуэли уже не почти пора?! — Ага. Пора идти. — Так на тебя похоже — быть таким спокойным перед всем этим, Люк… Но я буду за тебя болеть, ладно?! Я-я приду смотреть… хе-хе… В её глазах было неописуемое, безумное упоение. Что именно она почувствует, когда будет смотреть, как я сражаюсь? Головой я понимал: не может быть, чтобы её чувства сводились к чистому желанию поддержать меня. Люк вошёл на арену первым, а следом за ним — его противник, второкурсник по имени Полпон. Зрители уже были так возбуждены, что одно лишь их появление вызвало в толпе рёв на предельной громкости: оглушительные овации раскатились по арене. Слухи о талантливой группе первокурсников ходили уже некоторое время, и это лишь раздувало ожидания от Люка. Наконец мальчик, стоявший на вершине своего курса, примет участие в публичной ранговой дуэли; их бешеный энтузиазм был вполне понятен. — …Я слышал о тебе. Говорят, ты чудовище, которое пользуется тёмной магией. Даже старшекурсники о тебе говорят. — Понятно. Пренебрежительный ответ Люка из двух слов вызвал у противника раздражённое рычание. Полпон впился в него взглядом, но Люк даже не пытался скрыть презрение и вёл себя так, будто вообще не видел стоящего перед ним противника. …Он выглядит молодым, как я и думал. Он правда старше меня? Хотя у меня какое-то странное чувство. Будто я когда-то давно уже встречал его… Пока Полпон кипел изнутри, мысли Люка были довольно будничными: ощущение дежавю и что-то, чего он никак не мог вспомнить. — Но… я не проиграю, — заявил Полпон. — Не могу! Я выиграю, чего бы это ни стоило! — … Страстный крик Полпона эхом разошёлся по арене. Его напряжённость совсем немного задела и эмоции Люка. Сила воли у него, чёрт возьми, неплохая. Но на этом мысли Люка о мальчике закончились, и его разум быстро переключился на выстраивание стратегии для предстоящей дуэли. Он перебирал каждую возможность и одну за другой находил для них ответы. В голове у Люка было только одно: как добиться полной и абсолютной победы над противником. Дуэлянты разошлись, а толпа гудела от возбуждения, ожидая начала боя. Контраст между двумя мальчиками бросался в глаза: один сверлил противника взглядом, будто пытался убить одними глазами, у другого на губах была тонкая улыбка, словно он хотел спровоцировать противника. Полпон приготовил посох. Люк спокойно смотрел, не делая никаких особых движений. Ожидание толпы раздувалось всё сильнее и сильнее, набухало — пока наконец… — Начали! Бой начался с немедленной активации заклинания — и произнёс его не Люк. — Полёт! Хорошо у него получается, подумал Люк, наблюдая, как Полпон взмывает в воздух над ним. Я заранее знал, что его первым ходом, вероятно, станет магия полёта, но вообще-то я тоже могу летать. Правда, моя работает немного иначе, мва-ха… Полпон тут же переключил внимание на накопление маны для второго заклинания. Однако следующим был ход Люка. — Крылья тьмы. Полпон ожидал, что Люк применит в дуэли продвинутую магическую технику Полёта, но драматичные чёрные крылья он не учёл. На мгновение они заворожили его, и для активации следующего заклинания ему понадобилась лишняя доля секунды. В дуэли против Люка это была невероятно значительная брешь. — …А? Крылья взмахнули один раз — вот и всё, что увидел Полпон. А затем широкая улыбка Люка оказалась прямо перед ним. Осознать, что только что произошло, было невозможно. — Аугх! Он почувствовал мощный удар в правую щёку. Не успев даже понять, что его ударили кулаком в лицо, Полпон сорвался из воздуха и тяжело рухнул на землю внизу. По всему телу пробежала острая боль, но атака не сбила его концентрацию. Полпон продолжил готовить следующее заклинание. Он был упорен в своём неумолимом стремлении к победе. Он собирался выиграть, чего бы это ни стоило. — Получай — Водный драконий король! Полпон знал, что обычная магия бесполезна против Люка, и потому решил не сдерживаться в этом бою. Он активировал сильнейшее заклинание из тех, что были в его распоряжении, породив водного драконьего короля, который взмыл в воздух и устремился пронзить проклятого врага. — Ого, неплохое заклинание. Улыбка Люка не дрогнула даже перед лицом огромного дракона, во много раз превосходившего его размерами. На самом деле он был приятно удивлён: противник применил заклинание чуть более сложное, чем он ожидал. Однако настоящей угрозы оно не представляло, и лёгкий интерес Люка быстро угас. — Тёмное солнце. На ладони у него появился маленький чёрный шар и с пугающей лёгкостью мгновенно поглотил драконьего короля целиком. Маленькое солнце разбухло, словно питалось веществом дракона и использовало его для роста. Исчезновение дракона ошеломило толпу и погрузило её в растерянную тишину. На мгновение казалось, что никто не знает, как реагировать; каждый зритель был настолько заворожён дуэлью, что едва ли хотел моргнуть, боясь упустить хоть что-нибудь. Но их общее нетерпение увидеть, что случится дальше, было мощным и неудержимым, и вскоре крики снова прорвали тишину. — …Н-нет… — Мва-ха-ха. А теперь и выражение у тебя неплохое. С лица Полпона ушли все эмоции — весь боевой дух, переполнявший его, вся несгибаемая убеждённость, всё. Люку доставляло невообразимую радость смотреть, как всё это прямо у него на глазах в реальном времени утекает прочь. Затем он переключил внимание на развёртывание следующего заклинания. — Так, посмотрим… Вдруг гигантское чёрное солнце, приковавшее к себе взгляд каждого человека на арене, полностью исчезло. Люк спокойно продолжил, пока толпа в неверии оглядывалась по сторонам. — Значит, вот так это делается? — пробормотал он себе под нос. — Водный драконий король. Точно по команде появился водный драконий король. Одного слова «отчаяние» было недостаточно, чтобы описать чувства Полпона. Всё было далеко за его пределами. Сколько времени ему понадобилось, чтобы выучить это заклинание? И всё же Люк сумел в одно мгновение развернуть его против него самого? Полпон мог только безмолвно смотреть на дракона перед собой. Такого не может быть… Это же… одно из моих заклинаний… Он понял вдруг, что ошибался. Безумием было даже думать о схватке с Люком. Его сердце погрузилось во тьму, и в этот миг он потерял всякую волю к борьбе. — Ха… ха-ха… ха… Горькая улыбка скользнула по губам Полпона. — Аха-ха-ха-ха! Водный драконий король приближался к нему — заклинание, которое должно было быть его величайшим союзником, его сильнейшим оружием. Полпон закрыл глаза и полностью сдался. Единственным звуком, который донёсся до него, был счастливый смех Люка — искренний и радостный, — эхом звучавший у него в ушах до самого конца. Тьма была настолько редкой стихией, что большинство граждан не привыкло видеть её в ранговых дуэлях. Люк оставил у них ясное, устрашающее впечатление, о чём свидетельствовали слова, которые в тот день были на устах у каждого зрителя. Очень скоро эти слова станут его прозвищем. Король демонов. В плаще тьмы, злодейски смеясь, когда он жестоко подавлял противников и втаптывал их в землю, Люк и правда выглядел Королём демонов. В тот день Люк заворожил первую группу страстных поклонников, очарованных его невероятной силой, и со временем их число будет только расти. Само собой, эта новая и неожиданная популярность стала ещё и большим подспорьем для плана Йоланда сделать его королём. ---------- Неизбежная боль 1 Я ДЕРЖУ НЕБОЛЬШУЮ ЛАВКУ в королевской столице. Дела… ну… вроде ничего, пожалуй. Сегодня я оставил магазин на жену, а сам направился в Магическую академию Аслана. Там сегодня дуэль, которую я просто обязан увидеть. Думаю, вернусь не слишком поздно, но, наверное, по дороге домой стоит купить что-нибудь небольшое — чтобы жена была ко мне помягче… Сегодня первая публичная ранговая дуэль первого места среди первогодок, Люка Уизарии Гилберта… Я правда не могу дождаться. Я уже много лет смотрю ранговые дуэли Аслана, так что лучше многих знаю: нынешние первогодки — что-то особенное. Сначала я увидел тот поединок между Зверем синего пламени и Ледяной королевой. Я привык к большим, зрелищным магическим битвам старшекурсников, так что, честно говоря, от этих двоих многого не ждал. Но когда всё-таки пришёл посмотреть, их дуэль всерьёз меня потрясла. У того пламени была такая чистая мощь — я до сих пор помню, как оно буквально раскалило всю арену и зажгло нас всех. А потом была Ледяная королева, которая заморозила и пламя, и всё остальное. У меня от неё мурашки по спине побежали — одним словом «невероятно» это даже не описать. И вот тогда я задумался о первогодке с самым высоким рангом. Чуть позже случилась первая победа Малого бога грома и рождение Героя — оба ученика так завели зрителей, что весь зал гудел. Лично я кричал за них обоих так громко, что к концу охрип. Но именно поэтому я и хочу увидеть лучшего из них. Если они настолько потрясающие, то насколько же сильнее этот ученик первого ранга? Я так хочу его увидеть, что уже не могу ждать. Мои ожидания росли день ото дня… но его первой дуэли пришлось ждать ужасно долго. Почему никто не бросал ему вызов? Остальные тоже сильны, так почему даже не попытались? Сегодня я наконец это пойму. Я вошёл через двери для зрителей, поднялся по лестнице арены и увидел, что половина мест уже занята теми, кто пришёл заранее. Я выбрал лучшее из оставшихся и сел. — Эй, так и знал, что могу встретить тебя здесь. Такое ведь нельзя пропустить, а?! — раздался рядом голос. — Ну надо же! — воскликнул я, повернулся и увидел знакомое лицо. — Да это же Бутч! Он мой знакомый… держит небольшой бар в городе и любит ранговые дуэли ничуть не меньше меня. Мы познакомились после того, как несколько раз пересеклись на арене. Некоторое время мы болтали, коротая ожидание. С нашими общими интересами было вполне естественно, что разговор быстро стал оживлённым. Мы всё ещё говорили, когда прозвучало объявление. — Внимание. Ранговая дуэль скоро начнётся. Семьдесят второе место, Полпон Реви Дина Милестия, против восемьдесят первого места, Люка Уизарии Гилберта! Голос диктора звучал неуместно вяло — слабое вступление к тому, что должно было случиться дальше. Сегодня хорошего комментатора нам не досталось, да… — подумал я. Но моё возбуждение уже достигало пика. Остальные зрители явно чувствовали то же самое: их крики почти сотрясали арену до основания. — Ну вот, наконец-то! — Да! Они наконец сразятся! Двое учеников вышли на арену, и от их вида напряжение среди зрителей поднялось ещё выше. Толпа закричала громче, а ожидания взлетели на новую высоту. — Так вот он какой… Это был первый раз, когда я увидел того мальчика — Люка. В тот самый миг, как мой взгляд упал на него, во мне проснулся какой-то глубокий инстинкт, и я сердцем понял: он зло. — Начали! Но стоило дуэли начаться, как всё это будто перестало иметь значение. Невероятные заклинания, которыми они оба начали обмениваться, лишили меня дара речи. Что это?.. Что это вообще такое?! Однажды, когда я был ещё ребёнком, я столкнулся с драконом. Позже я узнал, что тот дракон был ещё детёнышем, едва появившимся на свет… но я до сих пор ясно помню первобытный страх, который испытал тогда, будто кровь в моих жилах закипела. В тот миг я понял истинную иерархию живых существ. В присутствии дракона мне оставалось только ждать собственной смерти, и мне понадобились годы, чтобы оправиться от этого кошмара. Если бы тогда случайный авантюрист не спас мне жизнь, я бы сегодня здесь не сидел. Не знаю почему, но… сегодня моё сердце наполняет невероятно сильное и странно похожее чувство. Только на этот раз… это опьяняющий жар, горящий внутри. Не страх. Настолько потрясающей была их битва — я забыл дышать. — Аха-ха-ха-ха! Король демонов, — подумал я, услышав его злобный смех. Вот оно, зло, о котором всё время поют барды. Повелитель чудовищ, который своей великой силой погружает наш мир в страх и тьму. Не знаю, может ли такая сущность вообще существовать… но если может, то она, без сомнений, выглядела бы именно так. Ах… я просто хочу увидеть, что этот парень сделает дальше! Значит ли это, что я стал его поклонником? Даже если так, мне всё равно! Я так хочу смотреть его дуэли! Когда я пришёл в себя, все на арене уже стояли и с восторженной неудержимостью хлопали в ладони. За первые два месяца в академии вскрылось несколько проблем — например, пугающе толстые пачки писем, которые мои родители время от времени присылали из дома, или карманные деньги, настолько огромные, что я при всём желании не мог потратить их за месяц… И всё же к таким вещам как-то привыкаешь. Наверное, большинство моих проблем на самом деле никогда не были проблемами. То, с чем обычные люди бились бы с трудом, я обычно мог сделать без особых усилий. Хотя резкие боли в животе у меня всё ещё бывают. Вот прямо сейчас, например… — А? Принц? Что ж, появился ещё один повод для тревоги. — Да, принц. Мальчик, которого ты вчера победил, — второй принц этого королевства. Ты ведь должен был несколько раз встречаться с ним на дворцовых приёмах… Тебе правда настолько неинтересны другие люди? — … Она абсолютно права. Я никогда не могу запомнить ничего о тех, кого не считаю достойными запоминания. Мне было нечего возразить на обвинения Элис. Я молчал, пока мы шли бок о бок, как в последнее время часто бывало, а мысли мои занялись анализом принца. Он не выглядел старше меня. Если бы я не знал, я бы даже решил, что он немного младше. Если говорить сленгом, я бы назвал нашего второго принца персонажем типажа «сёта». В любом случае нет ничего странного в том, что принц учится в этой академии, а раз он из королевской семьи, логично, что с магией у него хорошо. …Стоп. Кстати, его фамилия ведь была «Милестия», да? Я не удержался и застонал вслух. У меня было очень плохое предчувствие. Я надеялся, что из этого ничего не выйдет, но в то же время уже смирился с тем, что из-за вчерашней дуэли меня снова втянут в неприятности. — Л-Люк… всё хорошо. — …Да. Почему я так смирился? Во многом из-за того, что рядом со мной идёт Мия, как и Элис. За эти два месяца я заставил её пройти обучение с тем заклинанием Брони исцеляющей молнии. Оно всё ещё нуждается в доработке, но с учётом ограниченного времени, думаю, она справилась хорошо. Она также одержала первую победу в ранговой дуэли против Лили, той девчонки, которая постоянно таскается за Абелем, и сейчас горит желанием взять реванш у Ллойда. Мия — моя пешка, и это меня радует. Но, ну… сейчас мне вообще-то не нужны пешки. Всё это началось из-за Йоланда, жуткого старшего брата Элис. Я уверен, что когда-нибудь в будущем мне понадобятся верные последователи, но это вовсе не обязательно должно происходить прямо сейчас. Есть слишком много других вещей, на которые мне следовало бы тратить время. Под моим непосредственным руководством Мия развила сильные способности и даже добилась победы. Я был уверен, что теперь она уже полностью освободилась от страха перед поражением. Поэтому я сказал ей, что она может перестать быть моей пешкой, что мои обязательства перед ней выполнены. Что ж, судя по всему, это было не то, что мне следовало говорить. Она заплакала — нет, по-настоящему разрыдалась, очень сильно. Она рыдала так отчаянно, что даже Элис потеряла дар речи. Хуже того, это случилось в одном из зданий академии, поэтому её плач привлёк внимание нескольких преподавателей и учеников и вызвал небольшой переполох. Серьёзно, я её не понимаю. В смысле, это я воспользовался её ослабленным душевным состоянием. Не то чтобы я хоть раз проявил к ней доброту… Честно говоря, всё это время я был с ней довольно жесток. Мы и знакомы-то не так давно. Так как всё дошло до такого? Я просто не могу понять, что к этому привело… — … Я бросил на Мию косой взгляд. В смысле… мне кажется, я вижу за её глазами настоящую, глубокую тьму… или я просто слишком много себе накручиваю? Поначалу Элис была настроена к ней очень враждебно, но теперь перестала говорить о Мии. Немного страшно, что для нас троих стало настолько нормально быть вместе… но, наверное, не всё в этом плохо. Недавно отец прислал мне письмо о большом фестивале, который этим летом пройдёт в соседней Империи и называется Фестивалем святого меча. Это событие для сильных воинов из разных стран мира, где они проверяют своё мастерство меча, — турнир, определяющий вершину фехтования. Наверное, отец узнал о нём от Альфреда, но возможность и правда звучит увлекательно. Я решил, что очень хочу принять участие, и добьюсь этого во что бы то ни стало. Пока что, пожалуй, схожу и уточню всё у своего классного руководителя, Фрейи. Правда, я всё ещё не могу перестать думать о том дне, когда нашёл её в кладовке для уборочного инвентаря. Обычно преподаватель Фрейя такая строгая и официальная, и именно поэтому тот случай так врезался мне в память. Зачем ей было прятаться там? Почему она вела себя так странно? Я понятия не имею, что у неё было на уме. В конце концов мы добрались до двери ученической столовой. Я вошёл, взял первое, что попалось на глаза, и сел на ближайшее свободное место. Меня до крайности раздражало, что даже такие мелкие действия притягивают чужие взгляды по всему залу. Хотя, наверное, это началось не недавно. Слухи о моей стихии Тьмы ходили ещё до того, как я поступил в академию. Но после вчерашней ранговой дуэли… мне кажется, взгляды стали ещё пристальнее. Какая разница. Мне и правда плевать на этот сброд. — А, Люк! Давай поедим вместе! Я как раз устраивался за едой, когда услышал чей-то оклик. Подняв глаза, я увидел Абеля и Лили. Даже не дожидаясь ответа, они оба сели напротив меня, словно всегда садились напротив, — ещё одна вещь, которую я просто не мог понять. Я кинул щенку пару объедков, и теперь он не перестаёт ходить за мной и тереться о мою ногу. Он уже даже приходит есть со мной, будто это что-то само собой разумеющееся? Однако я слишком устал, чтобы отказать ему. Почему это происходит? Что я ему такого сделал, чтобы заслужить это?.. — Я видел твою ранговую дуэль вчера! — Угу. — Да, она была правда потрясающей! Мне тоже надо стараться изо всех сил! — Подожди только, Мия, — сказала Лили. — Я обязательно возьму реванш, гарантирую! — Когда будешь готова… — ответила Мия. — Хм! Строишь из себя крутую, да? — Жалкая возня тех, кто ползает на самом дне в грязи, — бросила Элис. — Ч-что ты только что сказала… Да заткнитесь уже. Окружающие становились только громче и громче. Проклятье. Значит, есть вещи, с которыми даже я ничего не могу сделать? Да пошло оно. Всё пошло. Им всем стоило бы… то есть я сейчас… ну… ах, и это тоже к чёрту. Я устал, так что, пожалуй, только сегодня оставлю их в покое. — Эй, Люк. Посмотри туда, — прошептала Элис мне на ухо, указывая направление глазами. К нашему столу шёл один ученик. Я прекрасно знал, кто это, и печаль шириной и глубиной с океан тут же поглотила меня. Это был принц-сёта — Полпон. Прекрати… хватит втягивать меня во все эти раздражающие хлопоты! Хотя подождите… ещё рано делать выводы. Может, ему нужно что-то сказать человеку за моей спиной? — …Люк. Конечно нет. Я знал, что так и будет. Похоже, у меня просто талант влезать во всякую раздражающую дрянь. — Я должен проглотить гордость и попросить тебя об одолжении! — заявил Полпон. — Отказываюсь, — без промедления ответил я. — Ч-что?! Н-нет… [[image:/storage/reader-images/31bc3f3423eda5edeef0c628c375ec3e5db16dc8.jpg]] Ну и слабый же этот парень. Он уже выглядит ужасно подавленным. — Подожди, я не могу сдаться вот так! Пожалуйста, хотя бы выслушай меня! В его глазах была странная решимость, которая говорила мне: он не отступит. К тому же это нелепое взаимодействие привлекало нежелательное внимание. На этом этапе я просто хотел поскорее покончить с ситуацией. — Ладно. Выкладывай. — Спасибо! Так я согласился выслушать то, что он хотел сказать… — Пожалуйста, научи меня магии! …и ужасно пожалел о своём решении. Поначалу я даже не знал, как реагировать. Я никак не ожидал, что он выдаст нечто настолько непостижимое. Мы находимся в месте с первоклассными условиями, библиотекой, набитой до отказа томами, полными знаний, с преподавателями высшего уровня… и он идёт ко мне? Из всех доступных вариантов почему, чёрт возьми, он выбрал именно меня? — Я знаю, что девушка рядом с тобой, Мия, изучала магию под твоим руководством. Я также знаю, что всего за месяц она невероятно быстро выросла… а в нашей вчерашней ранговой дуэли я понял причину. Пожалуйста, я хочу, чтобы ты научил меня магии! Я… я обязан попасть в первую десятку рейтинга, чего бы это ни стоило! Значит, из-за того, что я хотел сделать Мию пешкой, принц целого королевства пришёл ко мне, злодею-аристократу, просить уроков магии? Дико. Я всё ещё не совсем понимаю. — Может, я и выгляжу не слишком внушительно, но я всё же член королевской семьи. Как только ты начнёшь меня учить, слухи тут же разойдутся. Уже один этот факт повысит твою славу, так что… к-как тебе такое? Я молча смотрел на него. Господи, будто каждое моё действие оборачивается непредвиденными последствиями. Этот мир правда совсем меня не любит, да? Ар-р, проклятье, да какая разница, если не любит?! Я переверну судьбу столько раз, сколько понадобится. В этой академии сила решает всё. Он может быть принцем, но теперь, когда я показал в рейтинге, насколько сильнее него, мне больше нет нужды уважать его титул. — Проваливай, червяк. Кто вообще согласится учить т— — Не хочу! — Убирайся с гл— — Пожалуйста… — Провал— — А-ах… — … Почему он выглядит так, будто вот-вот расплачется? Да вы издеваетесь. В смысле, ты волен просить, но и я, чёрт возьми, имею право отказать! Дерьмо. Видимо, придётся хотя бы уйти куда-нибудь потише и выслушать его… Однако ситуация вот-вот должна была стать куда хуже: Мия сбросила на весь разговор настоящую бомбу. — Люк учил меня только потому, что я стала его пешкой, так что, думаю, вам тоже стоит просто стать одной из его пешек, принц Полпон. Глаза Мии были ясными, совершенно искренними. Звучало так, будто она всем сердцем верила: её совет принесёт счастье и радость любому, кто ему последует. — П-пешкой?.. Принц-сёта, разумеется, был ошеломлён. Блин… я так устал… Ух, мой живот… 2 РЕШИВ, ЧТО ПРИСУТСТВИЕ АБЕЛЯ и Лили только всё усложнит, Люк на время распустил компанию. Надо обсудить это с Элис и Мией, потому что они знают мою ситуацию, и с Полпоном — потому что он корень моей нынешней проблемы. Однако кое-что Люка совсем не радовало. — Почему нам обязательно было собираться у меня в комнате? — Совершенно неподобающе, согласна, — пожаловалась Элис. — Входить сюда должно быть позволено только мне. — Заткнись. — Ах… п-прости… — В твоей комнате мне спокойно, — сказала Мия. — П-прошу простить за вторжение. Комната была достаточно просторной, чтобы вместить их всех, но Люк был невероятно недоволен происходящим. Он не имел привычки приглашать гостей без веской причины, и хотя на кратчайшее мгновение подумал, что их тема разговора, возможно, требует уединения его собственной комнаты в общежитии, всё это казалось ему совершенно лишним. Это правда был самый подходящий вариант?.. Ух. Ладно, просто закончим с этим как можно быстрее. — Я теперь вспомнил, — сказал принц Полпон, глядя на Мию. — Ты ведь дочь дома Ленноксов, верно? — …И что с того? Принц Полпон, корень всех их бед, сидел рядом с Люком. Мия вызывающе смотрела на него в ответ, и её поведение было ледяным. — Как члену королевской семьи, мне стыдно, что я так долго не узнавал в тебе сторонницу короны, — объяснил Полпон. — Но ведь не это вы пришли обсуждать, не так ли, принц Полпон? — напомнила ему Мия. Люк едва заметно вздохнул, чувствуя, что разговор вот-вот уйдёт в хлопотное русло. — Это имеет отношение к делу, — настаивал Полпон, и его лицо стало серьёзнее. — В конце концов, я пришёл просить об одолжении Люка, наследника дома Гилбертов, а они входят в число главных семей дворянской фракции страны. В королевстве Милестия существовали три великих аристократических семьи, каждая из которых обладала значительной политической властью. Это были дома маркиза Годвина, маркиза Драммонда и маркиза Гилберта. Дома Годвинов и Гилбертов объединились, создав фракцию дворян, а маркиз Драммонд хранил верность короне и вместе с единомышленниками из числа аристократов образовал противостоящую ей фракцию сторонников королевской власти. Двадцать лет назад между этими фракциями вспыхнула ожесточённая борьба за власть, но с тех пор столкновения давно утихли. Ведь амбиции Клода быстро поблекли после рождения его сына, Люка. — Пожалуй, ты прав, — холодно признала Мия. — Может быть, это тоже часть причины, по которой я поначалу так агрессивно относилась к Элис. С детства я видела слишком много подобной борьбы. Возможно, у меня есть бессознательная ненависть к сторонникам дворян. Но теперь меня всё это не волнует… хе-хе. Мия спокойно улыбнулась про себя, и это было на самом деле довольно пугающе. По спине Люка пробежала волна неописуемого страха. Дом Ленноксов принадлежал к сторонникам короны, а дом Лонсдейлов был влиятельным участником дворянской фракции. В последнее время открытых столкновений между группами стало меньше, но корни вражды между фракциями уходили глубоко. Именно поэтому Полпону казалось немного странным, что он видит Мию рядом с Люком и Элис. — Поздновато об этом говорить, но, принц Полпон, вы уверены, что поступаете разумно? Я имею в виду — просить Люка о помощи… — Я должен попасть в первую десятку академической иерархии, чего бы это ни стоило. Я знаю, что многие не одобрят то, что я делаю, но я пожертвую тем, чем должен, — ответил он. — И прямо сейчас я просто ещё один ученик, такой же, как вы. Может, перестанете называть меня «принцем» и будете обращаться ко мне по имени? — Хорошо. Значит, Полпон, — немедленно ответила Элис. — Ох. Полпон невольно был немного потрясён тем, как легко Элис перешла на фамильярное обращение. — Что такое? — Н-ничего… Вот так сразу? — подумал Полпон. — Да, как угодно, — пренебрежительно сказал Люк. — Полпон. Так вот… Люк, ты тоже? Ах… эм, я всё-таки твой старшекурсник, знаешь ли? Может, можно хоть капельку уважительнее?.. — Почему тебе так нужно попасть в первую десятку? Стоило Полпону начать задумываться, не он ли неправ во всей этой истории с формальностями, как вопрос Люка вернул его внимание к настоящей проблеме. — Ну… Полпон на мгновение заколебался, но, когда всё же ответил, посмотрел Люку прямо в глаза. — Король, мой отец, некомпетентен. Вот почему. Когда он произнёс это, на его лице не было ни боли, ни гнева — скорее полная противоположность. Все эмоции исчезли с лица Полпона, словно кто-то задул свечу. — Мой отец слишком доверяет магии, — продолжил он. — В линии наследования много людей, но он собирается выбрать следующим королём самого талантливого мага среди них. Это его единственный критерий. Полпон тихо тревожился о будущем королевства. — У нашей страны хватает проблем. Политическая борьба ослабила наш контроль над аристократами, многие подданные страдают от бедности. Есть и целая гора дипломатических проблем. Если мы не будем держаться должным образом, многие другие страны станут относиться к нам враждебно. На поверхности у нас вроде бы дружеские отношения с соседней Империей, но если сравнивать государственную мощь наших двух стран, всё наше королевство — карточный домик. Отставание в магических технологиях и правда нас погубит. Мы должны были понять, насколько сильно отстаём в разработке новых магических инструментов, но как нация мы слишком горды. Мы пренебрегаем всеми этими исследованиями только потому, что наша базовая магическая сила от природы выше, чем у них. Пока принц говорил, из королевства наружу сочился почерневший гной. Эта проблема годами нуждалась в решении, но её заметали под ковёр, пока страна почивала на лаврах своей врождённой магической силы. — Я хочу изменить это королевство. Для этого мне нужно стать лучшим магом, чем мой старший брат, чтобы я мог стать королём, — это самое основное требование для того, чего я хочу добиться. Но сейчас я не могу победить брата. Он сильнее меня в магии, однако о народе этого королевства он не думает ни секунды, поэтому я не могу позволить ему взойти на трон. Со всем уважением, я прошу тебя… Полпон склонил голову. Серьёзность этого поступка не прошла мимо Люка — он более или менее понимал, что значит для члена королевской семьи поклониться ему. — Я хочу, чтобы ты научил меня магии. На мгновение воцарилась тишина, а потом Люк наконец ответил смехом. — Мва-ха, похоже, ты кое-что неправильно понял. Его голос был злым, холодным как лёд. — Принц, мне плевать, что станет с этой страной, — прямо сказал он. — Для меня важно только моё собственное счастье. Я как раз один из тех самых аристократов, которых ты так презираешь. Полпон онемел. Отчасти, конечно, из-за гнева — ведь заявление Люка означало полный отказ от ответственности как дворянина. Естественно, Полпон, тревожившийся за будущее своей страны, рассердился бы. Но дело было не только в этом. Я злюсь, но не гнев лишил меня слов. За его словами будто стоит какая-то… неизвестная сила, и она подавила меня, — тревожно подумал Полпон. — Если ради достижения моего собственного счастья это окажется необходимо, — продолжил Люк, — тогда да, я приложу усилия, чтобы улучшить эту страну. Но сейчас я не вижу в этом никакой необходимости. — Н-но почему?! Ты ведь знаешь, что происходит, да? Ты слышал, что я только что ска— — Я знаю, что происходит, да. Но я считаю, что магическая сила этого королевства намного, намного выше, чем ты думаешь. — … — Не волнуйся, я прекрасно позабочусь о собственных владениях. Я не позволю никому считать меня в чём-либо хуже других лордов. В Люке не было ни крошки патриотизма. Он также не имел ни малейшего интереса тратить хотя бы мгновение своего времени на улучшение судьбы страны или на то, чтобы сделать Полпона королём. И, что важнее всего, он был убеждён: все события, которые сейчас разворачиваются вокруг него, не должны были происходить. Эту речь… разве он не должен был сказать Абелю? Кажется, они вместе преодолевают кучу испытаний или что-то такое, и Полпон в итоге становится королём… Разве история не должна была пойти именно так? Нет, я почти уверен. Именно так всё и должно было быть. Иначе и быть не могло. Люк ведь злодей-аристократ — сама мысль о том, что Полпон, второй принц королевства, когда-либо склонит голову перед кем-то вроде него, была странной. Господи, похоже, это лишь показывает, насколько всё теперь съехало с катушек… В оригинальной истории Абель должен был сразиться на дуэли со старшим братом Полпона. Они подписывали какой-то магический контракт: если Абель побеждает, Полпон получает возможность стать королём, а если проигрывает, то и Полпон, и Абель должны покинуть академию. Но произошло не это, да? То, что Люк обучал Мию и что её способности так быстро выросли за столь короткое время, привлекло внимание Полпона. Затем была его дуэль с Люком. Он сам кожей ощутил эту грубую мощь, и именно это заставило всё сойти с ума. — Ладно, хватит. Твоё присутствие мозолит мне глаза. Вон. — … У Полпона действительно много качеств, нужных королю. Если он взойдёт на трон и влиятельные аристократы объединятся, чтобы трудиться на благо этой страны, королевство Милестия и правда станет куда лучше, чем сейчас, — я в этом уверен. Но, чёрт возьми, каким бы талантливым он ни был, Полпону всё ещё всего шестнадцать. Пожалуй, молодость и неопытность иногда толкают к плохим решениям, особенно если дать эмоциям взять верх. «Люк учил меня только потому, что я стала его пешкой, так что, думаю, вам тоже стоит просто стать одной из его пешек, принц Полпон». Уже почти готовый сдаться, Полпон вспомнил слова Мии. Это было всё, за что он ещё мог ухватиться. — Если… если я стану твоей пешкой, ты тогда мне поможешь? — …А? Полпон отчаянно вцепился в последнюю оставшуюся надежду, пока его охватывала паника. Он был самым низкоранговым учеником школы, если не считать первогодок, и чувствовал огромное давление: ему нужно было сократить разрыв между собой и старшим братом, талантливым магом. И тут он встретил Люка… точнее, столкнулся с ним. Он наткнулся на чудовище, чьи заклинания были настолько мощны, что ставили его на совершенно иной уровень по сравнению со всеми остальными. Для Полпона Люк был единственной крупицей света во тьме, лучшим шансом на прорыв. Он убедил себя, что сможет улучшить своё нынешнее положение только в том случае, если Люк станет его учить. Я стану его пешкой, даже если для этого придётся заключить с ним магический контракт. Люк… не думаю, что он по-настоящему зол до мозга костей, несмотря на то, как он себя ведёт. Остаётся лишь надеяться, что я не ошибся в нём слишком сильно, иначе могу стать марионеточным королём… но я готов рискнуть. Если это значит проложить себе путь к трону, я с радостью буду ставить счастье Люка выше собственного столько, сколько потребуется. Это куда лучше, чем так и не стать королём и беспомощно стоять в стороне! Полпон принял решение. Возможно, если бы он сумел хоть немного успокоиться, то на миг задумался бы и понял, что делает неправильный выбор. Но в тот момент это было для него невозможно. — Я стану твоей пешкой, Люк! — заявил он. — Я из королевской семьи, значит, обязательно смогу сделать что-нибудь, что принесёт тебе счастье. Так что… пожалуйста! Пожалуйста, научи меня магии! Полпон снова склонил голову, и Люк почувствовал, как желудок скручивает тревожным узлом. Люк никак не мог знать ход мыслей, который подтолкнул Полпона к столь безумному решению. Вид принца, умоляющего его вот так, ужасно его тревожил. — …Просто дай мне секунду… голова болит… Живот тоже… — Л-Люк, ты в порядке?! — вскрикнула Мия. Одной рукой он держался за лоб, другой — за живот, но это никак не остановило его падение по спирали. В свою очередь, вид Люка, страдающего от такой сильной боли, ужасно встревожил Мию. Она тут же бросилась ему на помощь своей магией Исцеления. — Исцеление. Она повторила процесс. Потом повторила ещё раз. И ещё несколько раз. — Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление, Исцеление. — Хватит. Достаточно… — жалобно пробормотал Люк. — Д-да. — …Это было слишком много. Даже пылкое чрезмерное Исцеление Мии ничуть не облегчило боль в сердце Люка. 3 СЛЕДЫ КОГТЕЙ СЕРОГО ВОЛКА были далеко не заурядной партией авантюристов. Мало того что партия из четырёх человек достигла ранга A — на самом деле во всём королевстве не было ни одной авантюристской партии, которая была бы ближе к рангу S. Руководил ими мечник по имени Зак, вместе с ним были тяжеловооружённый воин Сиппел, бандит Суфсаса и лучник Куй Гон. Вместе они упорно трудились, чтобы подняться на такую высоту. Иронично… серьёзно. Когда-то, не так уж давно, Зак был сломленным человеком. После встречи с настоящим чудовищем, одним из избранных людей, он был готов всё бросить. На ноги его поставили интриги Альфреда, и он решил поработать авантюристом ещё немного. Раньше Зак бросался прямо в бой, проламываясь сквозь врагов, а товарищи шли за ним в качестве поддержки. Теперь же он знал свои пределы. После поражения от Люка партия Зака начала сражаться как команда и добилась поразительного прогресса. «Понимай обстановку, а потом отдавай точные приказы, чтобы двигать своими людьми». Именно в этом Зак был силён — в тактике, на которую опирался годами, — но однажды он понял, что, возможно, это вовсе не то, в чём он на самом деле хочет быть хорош. Он обнаружил, что зашёл в тупик, а затем разбил стену и нашёл по другую сторону ясную дорогу. — А? Ты куда собрался, Зак? — Просто загляну в таверну. Заодно кое с кем встречусь. — Уэй! Отлично звучит! Первый круг за тобой. Чуть позже увидимся там. — Конечно. Партия недавно прибыла в столицу, поэтому Зак оставил сумки в комнате на постоялом дворе, переоделся и сразу вышел выпить. Опыт научил его: в новом городе таверна всегда лучшее место, чтобы завести знакомства. Его группа так долго работала из Гильбадии, что в столице он на самом деле не был уже довольно давно. Зак шёл по улицам, лишь наполовину помня дорогу, пока не оказался перед небольшой таверной. Деревянная дверь была старой и потёртой, но почему-то успокаивала его куда сильнее, чем любое заведение поприличнее. Зак решил, что сегодня вечером это место ему подойдёт, и вошёл внутрь. — Ха-ха-ха! Я просто не могу дождаться следующей! — Я тоже! Внутри было всего трое посетителей: то ли большинству было ещё слишком рано начинать пить, то ли это отражало угасающую популярность таверны. Так или иначе, один человек сидел у стойки, пил и болтал с хозяином, а ещё двое сидели чуть поодаль и закусывали. — Блин, и что нам теперь делать?.. — вздохнул один. — Уже несколько часов говоришь одно и то же. Соберись. — Да, но… я просто не могу забыть, что случилось той ночью… — Слабак. Трус. Цыплёнок. У тех двоих в углу, которые ели и потягивали напитки, вокруг голов была обмотана какая-то ткань. Редко такое увидишь, — задумался Зак. — Тюрбаны, кажется? Вокруг этой парочки также стояла мрачная, пугающая атмосфера, из-за которой к ним было немного трудно подойти. — Эй, добро пожаловать! Новое лицо, да? Хозяин заведения очень кстати выбрал именно этот момент, чтобы окликнуть его, и Зак направился к стойке. — Рад встрече, хозяин! Да, только что прибыл в город! Меня зовут Зак, я авантюрист. Приятно познакомиться. Если не трудно, налейте эля! — Сейчас будет! Отработанным движением мужчина налил эля из деревянной бочки за спиной и довольно грубо поставил кружку на стойку. — Я Бутч, а это Корко, — сказал он, указывая на другого посетителя у стойки. — У него лавка на рынке. Приятно познакомиться! — Приятно познакомиться, Зак, — сказал Корко. — Да, взаимно. Зак сделал большой глоток эля. — А-а! Хорошая вещь! — Видно, понравилось! Что ты делаешь в столице, Зак? Не хочешь отвечать — так и скажи, наверное. — Да нет, расскажу. Меня вызвала Магическая академия Аслана. Этим летом начну там особым преподавателем. — Ч-что?! Это же чертовски невероятно!! — Эх, не такое уж большое дело, — пожал плечами Зак. — Тот, кого они хотели пригласить, не смог, так что я просто подменяю. — Но всё равно, это потрясающе! Я, наверное, просто не слышал о тебе, потому что не слежу за авантюристами, но ты ведь знаменитый, да? — Да нет же, серьёзно, я никто. Просто обычный авантюрист. Раньше работал в Гильбадии. Настойчивые возражения Зака были не скромностью. В глубине души он действительно верил, что говорит правду: он не герой и не злодей, а просто какой-то человек, которому довелось стать авантюристом. Он знал, что в этом мире существуют настоящие чудовища. При этой мысли в глубине сознания всплыл образ юного мальчика — мальчика, который смотрел на всё сверху вниз. — Гильбадия… Тогда ты, должно быть, знаешь Люка, верно? В тот же миг, как Зак услышал это имя, он выплюнул только что набранный в рот эль. — О-откуда ты знаешь это имя? — захлебнувшись, выдавил он. — Ну… да, я знаю, кто он такой… — О! Значит, знаешь! Тогда мне надо спросить: он всегда был таким великим магом?! — А?.. О чём ты, чёрт возьми? Люк — мечник. — Это ты о чём, чёрт возьми? Люк — потрясающий маг. — Хм? — Э? Мы правда говорим об одном и том же человеке? Едва у Зака начали складываться сомнения, как он почувствовал лёгкий рывок за рукав. — Я тоже хочу о нём послушать. Зак повернулся и увидел рядом девушку в тюрбане. Прежде чем он успел ответить, к нему поспешил высокий мужчина — тоже в тюрбане — и с извинениями склонил голову. — А-а, простите за это. С манерами у неё не очень, понимаете. Она всё время вот так мешается людям. — А? Д-да… не волнуйтесь. В смысле, я немного удивился, но мне не мешает. Хотите выпить с нами? — О, большое спасибо! Очень признателен! Небольшая таверна оживилась, несмотря на малое число посетителей внутри, — и многое из того, что Зак узнал от новых знакомых, стало для него большим сюрпризом. ---------- Беда не приходит одна 1 В ПРИЁМНОЙ ОСОБНЯКА ГИЛБЕРТОВ атмосфера была, мягко говоря, далека от мирной. Каждый из четырёх присутствующих мужчин ощетинился опасной, едва скрываемой агрессией, которая вот-вот грозила прорвать удушающее напряжение и в любой миг развязать полномасштабную войну. — Надо же, какая наглость — явиться сюда, граф Леннокс. Что тебе нужно? Мва-ха. Или сначала требуется официальное приветствие? — В этом нет нужды, маркиз Гилберт. Внешне граф Леннокс держал себя в руках, но враждебность и раздражение едва не выплёскивались наружу. Йоланд сидел неподалёку и наблюдал за происходящим с тонкой улыбкой. Хм, теперь я понимаю, зачем маркиз Гилберт позвал меня сюда. Внезапный визит влиятельного роялистского дворянина? Интересно, чего он хочет… — Есть вопрос, который я хотел бы обсудить с вами наедине… — Он осёкся и выразительно посмотрел на Йоланда. — Что здесь делает Лонсдейл? — Вам должно быть известно о связи домов Гилберт и Лонсдейл. Для меня он ничем не отличается от человека, который стоит рядом с вами. Можете говорить. — Хорошо, — ответил граф Леннокс, хотя было ясно, что он буквально кипит. Он слишком привык к почтительному обращению, и высокомерие Клода раздражало его до крайности. — Тогда спрошу прямо: что вы замышляете? — О чём вы говорите? — Не прикидывайтесь дураком! Граф Леннокс ударил ладонью по столу и поднялся. Взрывной жест гнева ничуть не встревожил Клода и даже слегка не омрачил выражение его лица. Он лишь улыбался, словно всё происходящее его забавляло, и этим ещё сильнее раздражал графа Леннокса. — Я пока не знаю, какова ваша цель, но прекрасно осведомлён о ваших странных делах в последнее время! Не думайте, будто я не заметил подозрительный приток роялистов, которые вдруг начали менять сторону и переходить к вашей фракции знати! Весьма подозрительно — и, разумеется, связано с какими-то тайными соглашениями, которые вы заключаете. — Мва-ха-ха… и? — Что?.. — Что вы собираетесь с этим делать? Если, конечно, предположить, что за всем перечисленным действительно стою я. — Вы…! Граф Леннокс резко захлопнул рот. Перед столь явным бесстыдством Клода он едва не потерял самообладание. Он знал, что пожалеет, если позволит проклятию сорваться с языка, и каким-то образом проглотил оскорбление. Однако гнев никуда не делся: граф достал из нагрудного кармана письмо и поднял его перед Клодом. — Я знаю, что за это отвечаете вы! — …Что это? — Письмо! Послание от моей третьей дочери, Мии, из Магической академии Аслана! — Ага. В голове Клода мгновенно всплыло несколько вариантов, но ни к какому выводу он прийти не смог. Для него это сообщение было совершенно неожиданным. Клод взглянул на Йоланда, и тот едва заметно качнул головой. — …Вы и дальше будете изображать неведение? Граф Леннокс вырвал письмо из конверта и ткнул пальцем в один из его фрагментов. Клод и Йоланд посмотрели на указанную строку, где было написано: «Я намерена полностью посвятить себя Люку». В тот миг, когда Йоланд дочитал эту фразу, он инстинктивно прикрыл рот ладонью — чтобы гость не заметил перекошенную улыбку, расползавшуюся по его лицу. Блестяще! Ты великолепен, Люк, поистине невероятен! Дальше в письме говорилось, что Мия собирается покинуть дом, если отец не примет написанное. Она была умной, хитрой девочкой и прекрасно понимала свою ценность для дома Леннокс как обладательницы трёх стихий. Граф Леннокс, разумеется, не смог принять заявление дочери о преданности и пришёл к Клоду в ярости, решив, что именно он — корень этой проблемы. Однако это была не единственная цель его визита. — Прошло всего два месяца с тех пор, как она поступила в академию, а теперь она «полностью посвящает себя» вашему сыну?! Будь оно всё проклято! Мне уже поступило несколько предложений о помолвке для Мии — от первого принца и от наследника дома маркиза Драммонда! В каком положении я окажусь, если она сбежит из дома?! В душе Клод презрительно рассмеялся над стоявшим перед ним человеком. Некомпетентен до мозга костей. Подумать только, ты сам показываешь такую слабость мне и фракции знати. И всё же… от моего сына иного и следовало ожидать! Он даже дочь роялиста сделал своей! Если подумать, это совершенно естественно. Он превосходит талантами даже меня; по законам природы другие обязаны тянуться к нему. Если бы это не были официальные переговоры, Клод, наверное, сиял бы от счастья, но он не собирался показывать такие эмоции другим, и потому его лицо оставалось твёрдым и неизменным, несмотря на новость. Зато он начал обдумывать, что делать дальше. Какой путь будет лучшим? Что принесёт мне наибольшую выгоду? Йоланд тем временем всё ещё дрожал от восторга, убеждённый, что сама судьба ему улыбается. Маркиз Клод — человек способный. Уверен, он придёт к тому же выводу, что и я: это наш шанс переманить графа Леннокса на свою сторону. В этот миг его можно убедить предать роялистов ради нашей фракции знати. Ещё один видный аристократ в рядах фракции знати значительно ускорил бы план Йоланда — и сделал бы мир для него куда интереснее. Он собирался потратить больше времени на укрепление основ фракции знати, прежде чем переходить к действиям, но не намеревался упускать такую возможность. Но как Люк сумел заставить её за два месяца так по уши в него влюбиться? Я бы никогда не смог сделать ничего подобного. О, ты действительно собираешься меня развлекать, не так ли? Хе-хе… Граф Леннокс, до этого опустивший взгляд в пол, вдруг резко вскинул голову и посмотрел на них. — Но… как бы там ни было, пока оставим этот вопрос. Сегодня мне нужно обсудить и другие дела. Граф Леннокс вздохнул — он просто не мог сдержаться. Этот безумный разговор довёл его гнев до точки кипения. Напряжение внутри него стало таким сильным, что жалобный вздох сам вырвался наружу, словно аварийный клапан выпустил пар. Зачем же он тогда пришёл к Клоду? Какова была его настоящая цель? — Я хочу, чтобы вы приняли мою дочь Мию в свою семью — как жену вашего наследника, вашего сына Люка Уизарии Гилберта. Он пришёл говорить о помолвке. В отличие от Клода, граф Леннокс не питал любви к своим детям. Если они оказывались способными, он растил их так, чтобы повысить престиж дома, но, если они были бесполезны, без малейших колебаний отрекался от них. Именно таким человеком он и был — холодным, расчётливым, рациональным. Но именно эта проницательность, по сути, и вознесла его к нынешнему положению. Мия выросла без родительской любви и потому бессознательно чувствовала потребность доказывать свою ценность окружающим. Она хотела быть кому-то нужной — хотела, чтобы её видели. Именно поэтому она соперничала с Элис, и, вероятно, именно это привело к её одержимости желанием быть желанной для Люка. — Мва-ха… полагаю, вы хотите сменить сторону и присоединиться к фракции знати? — Да. Если уж принимать решение, делать это надо быстро. Моя ценность для вас будет лишь падать после того, как моё положение пошатнётся. Предложение неплохое, не так ли? У вас уже есть несколько других роялистов в кармане. Я не могу утверждать, что понимаю все ваши мотивы и цели, но это мне известно. Йоланду было по-настоящему трудно подавить улыбку. Даже страшно, насколько удачно всё складывается. Я и не ожидал, что граф Леннокс так быстро окажется затянут на нашу сторону. Ситуация развивалась куда лучше, чем Йоланд вообще мог представить. Если бы за ним никто не наблюдал, он, наверное, в буквальном смысле катался бы по полу, хохоча и держась за бока. Клод ещё не ответил, но… в этом ведь нет необходимости? Не могу представить, чтобы он отказался от такого предло— — Хмф. Я подумаю. — А? — А?.. Ответ Клода был настолько неожиданным, что Йоланд невольно подал голос от изумления. Граф Леннокс тоже не ждал такого ответа и на несколько мгновений застыл в ошеломлённом молчании. — Я-я, конечно, не прошу сделать Мию его официальной женой. Положение наложницы тоже приемлемо, понимаете? — Да. Я сказал, что подумаю. Не заставляйте меня повторять. — Ч-что?! Что тут вообще можно обдумывать?! Не издевайтесь надо мной дальше! Несмотря на моё положение, я склонился перед вами! Я пошёл на настоящие уступки! — в отчаянии выкрикнул граф Леннокс. — Не поймите меня превратно, — ответил Клод. — Не поэтому я прошу времени на размышление. — Тогда почему?! Клод изящно отпил чай. Это действие лишь ещё сильнее взбесило графа Леннокса, но ему не оставалось ничего, кроме как ждать, пока Клод заговорит. — Я должен спросить самого Люка. Я не настолько глуп, чтобы дважды совершить одну и ту же ошибку. — А? Для графа Леннокса, который сам не питал привязанности к собственным детям, это заявление было почти непостижимо. Зачем ему спрашивать ребёнка? Я не понимаю, что он говорит. Втайне, с того самого момента, как был обнаружен редкий тёмный элемент Люка, граф Леннокс начал задумываться о возможности сменить сторону. Фракция знати получила бы в своё распоряжение колоссальную силу, ведь к её рядам должен был присоединиться пользователь тёмной магии. Граф Леннокс был человеком крайне логичным и даже не допускал мысли, что Клод может воспротивиться его предложению. К такому выводу его привела не высокомерность, а анализ ситуации. Он признавал способности Клода и понимал ценность собственного дома для фракции знати. При таком ходе мыслей было совершенно естественно, что он не сумел предугадать ответ Клода: тот находился настолько далеко от логики и разума, насколько вообще возможно. Пятнадцать лет назад Клод расставил свои приоритеты — и с огромным отрывом на первом месте стояло счастье его сына, Люка. Люк должен быть счастлив. Это было важнее всего. Не имело значения, чем придётся пожертвовать, чтобы воплотить это в реальность. Клод не колебался в этом даже тогда, когда в его сердце снова начала разгораться искра амбиций. Однако одну настоящую и досадную ошибку он всё же совершил — помолвку Люка с Элис. Когда дело касалось сына, он легко терял хладнокровие и тогда поспешил. В тот миг, когда он увидел лицо Люка, он понял свою ошибку, но уже ничего не мог сказать, чтобы её исправить. Было слишком поздно, и при этом он был не настолько глуп, чтобы не понимать, почему Люк тогда ни разу ему не пожаловался. Я не повторю той же ошибки, Люк! Поэтому Клод твёрдо решил: что бы ни случилось, он больше никогда не заставит Люка смотреть на него таким лицом. Йоланд, конечно, прекрасно знал о великой любви Клода к сыну, но лишь теперь осознал её истинную глубину. Поверить не могу… Почему он заходит так далеко?.. Именно в тот день граф Леннокс понял: привязанность Клода не знала пределов. Из-за своей слепой любви к сыну этот человек был готов отбросить всё и вся. 2 КОГДА УТРЕННИЙ СВЕТ ПОЛОЖИЛ КОНЕЦ ночи, вместе с ней оборвалась и безмолвная симфония ударов, несколько часов подряд сотрясавшая воздух. — Уже утро, значит… Люк слегка удивился, осознав это. Он был настолько сосредоточен только на взмахах меча, что полностью потерял чувство времени. Лишь во время таких тренировок ему удавалось не думать обо всём прочем, что его раздражало. Он мог полностью сосредоточиться на оружии в руках — короткая передышка. Последние дни его разум постоянно осаждали неожиданные события, и Люк чувствовал, что ему нужно больше времени с мечом. Этот меч затуплен, но иногда кажется, будто он и правда способен рассечь что угодно. Люк опустил взгляд на меч, всё ещё удерживая его обеими руками. Оружие было превосходно сделано, но для боя якобы бесполезно. В конце концов, это была всего лишь тренировочная реплика. Альфред учил меня, что отточенное владение мечом способно сделать человека острым даже без клинка в руках. Но это другое… что-то более отчётливое… На этом мысли Люка оборвались. — Х-холодно сегодня, правда, Люк? К нему приблизился неожиданный посетитель. В тот день здесь был ещё один человек, тренировавшийся с мечом. — Что ты здесь делаешь, Абель? Сосредоточение Люка было настолько глубоким, что он не впускал в него ни крупицы лишней информации. Более того, концентрация была столь велика, что обычному человеку было бы трудно когда-либо достичь такого уровня. Именно поэтому Люк не заметил, что Абель всё это время стоял в некотором отдалении и тоже упражнялся с мечом. — А? Я здесь всю ночь… Люк ничего не ответил. — Т-ты меня не видел, значит… Абель, казалось, расстроился из-за реакции Люка — точнее, из-за её отсутствия. Узнать, насколько мало его присутствие что-то значило, было удручающе. И всё же Абель был полон решимости трактовать действия Люка самым доброжелательным и удобным для себя образом. Наверняка его реакция была следствием честности, а не злобы. Люк правда очень трудолюбив. Наверное, всё, что я могу, — это стараться изо всех сил… значит, мне нужно приложить не меньше усилий, чем он, чего бы это ни стоило! Абель хотел однажды победить Люка, но восхищение в нём было ничуть не слабее. Он смотрел снизу вверх на Люка и на его чистую, огромную силу. — …Что это за мерзкий взгляд? — презрительно бросил Люк. — Ты меня раздражаешь. Исчезни. — Я-я правда странно смотрел?! Люк обращался с Абелем с тем же презрением, что и всегда, но всё никак не мог от него отделаться. Хуже того, Абель сам продолжал к нему тянуться — факт, который беспокоил Люка каким-то трудно выразимым образом. Люк развернулся на каблуках, собираясь вернуться в комнату. — А, подожди, Люк! — … Абель тут же двинулся следом. — Эм, Люк… Есть такое событие, которое империя, кажется, проводит каждый год… ты о нём слышал? Фестиваль Святого меча. — … — Я только недавно услышал о нём от наставницы, так что подробностей не знаю… но, говорят, там собираются мастера меча со всего мира и соревнуются, чтобы определить лучшего! Звучит же невероятно захватывающе, правда?! — … — Т-так что… как насчёт этого? Хочешь пойти посмотреть вместе со мной? Эм… кажется, его будут проводить… а? Ты слушаешь?! — … — Эм… Л-Люк? Ты хочешь пойти на фестиваль вмес— — Как же ты надоедлив. Люк ускорил шаг, надеясь оторваться от Абеля, который упрямо плёлся рядом и продолжал говорить с ним, несмотря на то что другой мальчик игнорировал каждое его слово. О Фестивале Святого меча Люк, конечно, знал. Он даже подумывал принять в нём участие, но, разумеется, не собирался сообщать об этом Абелю. 3 В МАГИЧЕСКОЙ ТРЕНИРОВОЧНОЙ ЗОНЕ НОМЕР ТРИ я наконец оказался лицом к лицу с Люком. — В чём дело? — поддразнил он. — Давай уже, Ллойд, колдуй. Я так долго доводил это новое заклинание… и нет никого, кому я хотел бы показать его первым сильнее, чем ему. Не то чтобы я думал, будто догнал его… но я продвинулся далеко и хочу узнать, насколько ещё отстаю. — Если ты уверен, что готов. — Мва-ха. Ты беспокоишься о моей безопасности? Не зазнавайся. Слова Люка разожгли во мне злость — но только её. Холод пробежал по всему телу и сжал сердце. По коже пошли мурашки, ноги ослабели. Передо мной стоял всего лишь одноклассник, но я ощущал такой ужас, какой, наверное, испытал бы перед каким-нибудь великим чудовищем. Нельзя себе врать. Где-то глубоко внутри я уже знаю. Мне этого парня не победить… Ха-ха! Чёрт, какой же он крутой. Сильные парни — это, мать его, так круто! Мне нравится, насколько в этой академии всё просто. Всё так понятно, что даже такой идиот, как я, понимает: кто обладает силой, тот наверху, и всё. Правда чувствую, что мне тут самое место. — Ну, начинаю, ладно? — Конечно. Давай. В ранговой дуэли я проиграл той ледяной девчонке. Жуткая она. Она знала, что я уверен в своей огневой мощи, и потому действовала просто, чтобы скрутить меня. Моё пламя никогда не победит лёд этой девчонки… пока не победит, во всяком случае, если я буду просто стрелять как идиот. Но ладно, могу признать, что пока не дотягиваю до неё. Я не отказываюсь когда-нибудь взять реванш чистой огневой мощью, но решил, что это хороший шанс попробовать что-то новое. К тому же дуэль после победы над ней я всё равно не смогу продавить грубой силой. Я знаю, что не выиграю у Люка, если буду просто швыряться обычными заклинаниями. Вот почему я сделал это. Это не широкий площадной удар и ничего такого — наоборот, совсем узкий. Я не даю мане расплываться, концентрирую всё в одной точке и выпускаю. — Обжигающая вспышка! Один тонкий поток огня с невероятной скоростью рванул прямо к Люку, грозя испепелить его на месте. Суть этого заклинания — точность. Я сделал его, чтобы бить в одну точку и прожигать дыры в толстых стенах. Тёмная магия Люка поглощает всё, чего касается… но ведь у количества маны, которое он может впитать за раз, должен быть предел. — Тёмный барьер. Как я и ожидал, Люк развернул защитное заклинание. Моё пламя врезалось прямо в его щит тьмы — и пробило его, скользнув по щеке. — Блестяще, — заметил он. — Ха… ха-ха! Да!! Я не удержался, вскинул кулак и радостно закричал. Получилось! Правда получилось! Моё пламя пробило его тьму! Правда, похоже, барьер сильно его ослабил — после прохождения через стену оно стало совсем слабым. Значит, я ещё не до конца правильно его концентрирую. Ах, мне ещё миллион всего надо улучшить, но это огромный шаг вперёд! — Хмф, ясно. Ты сконцентрировал ману в одной точке. Просто, но эффективно. Неплохая работа с магией… Критически важна именно плотность маны. — Потрясающе! Я всего один раз выстрелил в тебя, а ты уже столько понял о— — А если создать связь с Обнаружением маны, я смогу убрать лишние элементы барьера и уменьшить его размер, чтобы сделать щит плотнее, — загадочно пробормотал себе под нос Люк. — Мва-ха… Тёмное благословение тоже может включить эту технику. — А? Я понятия не имел, о чём вообще говорит Люк. — Давай. Ещё раз. — Ч-что ты сказал? — Выстрели в меня этим заклинанием ещё раз. — Эм… ладно. Сбитый с толку, я сделал, как он велел. Надо делать, что он говорит, — он сильнее меня. Пусть пламя и ослабло, когда добралось до него, но моё заклинание коснулось Люка. Оно ведь дошло до него, правда? — Обжигающая вспышка. — Тёмный барьер. Я использовал то же самое заклинание, но результат отличался как день и ночь. Моя Обжигающая вспышка была поглощена тьмой и бесследно исчезла в чёрном щите. — А? Х-хе… ха-ха-ха! Почему-то я рассмеялся. Серьёзно, что это вообще было? Когда я впервые увидел магию Люка, я понял, что он чудовище, но… я-я ведь правда думал, что продвинулся, а выходит, ошибался. Вся моя работа, все усилия — и он преодолевает это за мгновение, вот так просто?.. — Хмф, так я и думал. Ладно, в общих чертах я понял. Твоя магия работает вот так, верно? — сказал он, поднимая руку. — Темнеющая вспышка. Я почувствовал, как в пальцах Люка собирается мана… такая же, как моя. Не может быть. В следующее мгновение вспышка концентрированной тьмы скользнула по моей щеке и оставила меня без слов. Наконец я обрёл голос. — Ха… ха… а-ха-ха-ха!! Ты просто офигенный! Серьёзно, чувак, это было так круто! Все противоречивые чувства, поднимавшиеся во мне, смешались и почему-то в итоге вырвались смехом. Да… он настолько на другом уровне, что я, наверное, никогда его не догоню! Чёрт, это было что-то дикое! Он просто чертовски крутой. И всё же заставляет задуматься… я нутром чувствую: что-то глубоко внутри говорит мне, что не стоит даже пытаться стать таким, как он. Никогда. — Спасибо за это, — сказал Ллойд. — Я ещё вернусь за добавкой. — Конечно. Хорошая была магия, — ответил я. Мы вышли из тренировочной зоны и разошлись каждый своей дорогой. Мва-ха… интересно. Техника Ллойда ещё шероховата, но заклинание и правда было отличным. Хорошая у него магия — думаю, где-то на уровне Элис и Мии. …Но всё равно довольно скучно. Уверен, в обычном смысле магия очень глубока, но у меня всё, за что я берусь, получается слишком легко. И что важнее, в магических дуэлях нет той взаимной игры, что в боях на мечах, особенно когда благодаря своему чрезмерно сильному тёмному элементу я могу растоптать любого противника. Мне не хватает действия, от которого по позвоночнику бегут мурашки: обмена ударами, тактических отступлений, которые позволяют более слабой стороне перехватить преимущество… Это куда увлекательнее. Меч мне всё-таки ближе, если чест… а? Погодите, кажется, там кто-то есть… За мной наблюдают? Я обернулся, но наблюдательница запаниковала и побежала прочь в тот миг, когда наши взгляды встретились. Та девчонка с фиолетовыми волосами… Кажется, я уже где-то её видел? Или нет… Может, она просто кажется знакомой, потому что тоже учится на первом курсе? Хм. Впрочем, мне не особо важно, кто она. — Эй! Люк! Кто-то окликнул меня с другой стороны, и я обернулся — передо мной стоял корень всех моих нынешних тревог, Полпон. Я стиснул зубы и отвернулся. — А, эй! Подожди! Пожалуй, он раздражает меня примерно так же, как Абель. Сколько бы раз я его ни сбивал, он просто игнорирует это и снова поднимается… Ух, меня уже тошнит от возни с этим проклятым принцем. В тот день, когда он окончательно сошёл с ума и начал проситься в мои пешки, я ему отказал. По крайней мере, думаю, что отказал. Я пытался… но он всё никак не перестаёт таскаться за мной. Он не понимает, когда пора сдаться. Вспомнив об этом, я тихо выругался. Хотя, может, я сам навлёк это на себя. Мне стало всего лишь немного любопытно, что творится в его неприятной головёнке, и я спросил, что он сделает, если действительно станет королём. Его ответ был… ну, весьма впечатляющим. — Хороший вопрос! Сначала я устрою чистку всем некомпетентным аристократам королевства, осторожно, чтобы не убрать слишком многих сразу и не нарушить работу государства. Не знаю, сколько лет займёт этот процесс, но, пока страна не объединится в одно целое, мне правда не кажется, что я смогу добиться чего-то ещё. Так что… для начала я согласен править страхом. Так он ответил — и говорил об этом довольно бодро. Он использовал слово «чистка» так, будто речь шла о каком-то обычном повседневном деле, а не о совершенно безумной вещи. Полагаю, он имел в виду, что лишит титулов всех некомпетентных дворян и не допустит никакого инакомыслия. Честно говоря, это по-настоящему беспощадно. Я от него такого никак не ожидал. К несчастью, я не смог не впечатлиться им хоть чуть-чуть… И это стало моей главной ошибкой, потому что он лишь сделался ещё настойчивее. Я вздохнул. — Что случилось, Люк? Ты устал? — … Всё равно это было бы не так просто. Ему понадобится безумно мощная военная сила, чтобы подчинить этих дворян, — они ведь не станут просто переворачиваться на спину и падать без боя. Значит, фракции роялистов нужно набрать больше силы, а на это требуется время… По сути, на всё, что он предлагает, уйдут годы. И всё же его сердце, должно быть, сделано из ледяной стали, раз он настолько уверен в себе и настолько готов забирать чужие жизни ради страны. Это, пожалуй, немного интересно… Не думать так я не мог — пусть хотя бы про себя. Но Полпон был проницателен и, почувствовав, что продвигается, начал ходить за мной. Я снова вздохнул, на этот раз громче. — Люк…? Ты выглядишь совсем вымотанным. Ты уверен, что тебе не нужно, чтобы я стал одной из твоих пешек? Ты бы так не уставал, если бы я— Это из-за тебя я такой, идиот, — подумал я, отключаясь от остатка его фразы. — Ах, кстати, — вдруг воскликнул он, — девушка номер один в иерархии скоро вернётся с тренировки в магическом отделении. Ты же хорошо её знаешь, верно? То есть она ведь дочь дома Годвин. — Э?.. Элеонора… Это имя ровным счётом ни о чём мне не говорило, и всё же казалось смутно знакомым. По какой-то причине на кратчайший миг мне показалось, будто я её знаю. — Приходите завтра, хорошо, Канис? И ты тоже, Феррис! — Конечно, и спасибо за отличную жратву, хозяин! Увидимся! — …Спасибо за еду. Канис и Феррис составляли довольно заметную пару: Канис был особенно высоким мужчиной, а Феррис — маленькой девочкой совсем невысокого роста. Оба носили тюрбаны, обмотанные вокруг головы в одном и том же стиле. — А-а-ах! — Канис с удовольствием выдохнул. — Вот это было здорово! — … — А? Что такое, Феррис? Ты какая-то поникшая. Феррис не ответила. — Хм… ты о чём-то очень серьёзно думаешь, да? — Нет продвижения, — наконец сказала она. — Ничего. С того дня — ничего. — Что? Мы вообще-то продвинулись. — Объясни. — Мы выяснили, что наша цель не только пользуется магией, но ещё и потрясающе владеет мечом. Ну, наверное, мы пока не совсем уверены, правда это или нет, но информация ценная. — … — Да ладно, не смотри на меня так! Ты меня пугае— Канис резко оборвал фразу, увидев, как мужчина в чёрном капюшоне исчез в ближайшем переулке. По походке и всему поведению Канис сразу понял, что они работают в одной сфере. И всё же у них не было причин вмешиваться. Это не имело к ним никакого отношения. Канису следовало проигнорировать мужчину, но внимание необъяснимо потянуло его к незнакомцу. Затем своим невероятным слухом Канис уловил обрывок их разговора: «Выполнить план сегодня ночью. Захватить Тёмного». — Понял. Этот разговор нельзя было проигнорировать. Он легко мог представить, кого они подразумевали под «Тёмным», и обязан был убедиться, что не ошибся. — Феррис. — Да. Слышала, — подтвердила она. — Нужно расследовать. — Ага. Только обязательно следуй моим приказам. Поняла? — …Поняла. С этими словами Канис и Феррис исчезли, растворившись в ночи. 4 ЧАС БЫЛ ТАКИМ ПОЗДНИМ, ЧТО ДАЖЕ ДЕРЕВЬЯ СПАЛИ, когда три человека в чёрных плащах с капюшонами неслись сквозь темноту, сливаясь с ночью. Они бежали с такой отточенной дисциплиной, что их шаги были почти неслышны. — Последнее подтверждение. Этот магический инструмент мешает использованию маны в зоне действия. Эффект длится только пять минут. После этого он самоуничтожается, чтобы никто не смог узнать о нём больше… всё. — Значит, провалиться нельзя, да? — Понял. — Верно. За отведённое время выводим Тёмного из строя, надеваем на него Кандалы запечатывания маны и уносим отсюда. — Ага, понял! — …Понял. Группа направлялась к общежитиям Магической академии Аслана. Обычно здание находилось под строгой охраной нескольких разных магических инструментов, не позволявших чужакам проникнуть внутрь. Но этой ночью по какой-то причине ни один из них, похоже, не работал. Мужчины добрались до общежития, а затем обошли здание сзади. Один из них положил руку на ручку задней двери, и та легко распахнулась. — Всё как в данных разведки. — Ух! Они тут совсем привыкли к мирной жизни, да? — Тише. Сосредоточься. Мы не можем провалиться. — Да-да. Извиняюсь. Мужчина, отчитавший товарища, продолжил наставления. — Пока всё совпадает с тем, что нам сообщили. Но мы не знаем, что может случиться внутри, поэтому активируем этот магический инструмент в тот момент, когда войдём в общежитие. Следите за временем, ясно? — …Понял. — Ага. Ровно пять минут. Войдём и выйдем мигом. — …Согласен. — Ты правда не умеешь отвечать больше чем одним словом, да? — Верно. Идём. Идущий впереди открыл дверь, шагнул внутрь и сразу же активировал магический инструмент в руках, как и говорил. Недостаток инструмента заключался в том, что его эффект распространялся и на самих троих мужчин, но все они знали об этом заранее, так что проблемой это не было. Троица немедленно пришла в движение. Сначала они наткнулись на столовую, где обнаружили двух мужчин, похожих на охранников, подозрительно лежавших в коридоре. Те, похоже, дышали, а значит, были без сознания, но не мертвы. — … Вторженцы, казалось, не удивились двум охранникам. Они бросили на них лишь короткий взгляд и двинулись дальше по коридору. Общежитие было окутано темнотой, но шаги вторженцев оставались уверенными, словно они хорошо знали это место. Они остановились перед дверью одной комнаты и обменялись взглядами. Вот она, — молча согласились они. Дверь была заперта, но один из мужчин быстро и привычно справился с замком. Ещё раз переглянувшись с товарищами, он тихо приоткрыл дверь. — Ох, добро пожаловать. — Чт— Мужчина не смог сдержать короткого вскрика — это было первое событие этой ночи, которого он не предвидел. Комната была освещена слабым маленьким огоньком, и в этом свете перед ними на кровати неторопливо сидела красивая сереброволосая девушка. Мужчина заколебался лишь на долю секунды, а затем быстро перешёл к действиям. Если девушка закричит, их миссия провалится на месте. Её нужно было убить. Он понятия не имел, кто она, но это не имело значения: другого выбора, кроме как немедленно заставить её замолчать, не было. Быстрым движением он вытащил стилет, перехватил его в правой руке и двинулся к сереброволосой девушке с убийственным блеском в глазах. Он сделал ещё один шаг ближе… и тогда его оружие упало на пол. [[image:/storage/reader-images/a9bcd9bdac86ba894148d92c5e3abc5ddb1bc511.jpg]] — Хмф. Так я и думал. Значит, враги. Это всё, что мне нужно было знать. — Ух… что за…? Люк проснулся с тревожным ощущением, которое не мог проигнорировать. Он всё ещё чувствовал сонливость, и, конечно, к ней прилагались обычные неприятные и раздражающие ощущения, но было и что-то другое. Это чувство было настолько тревожным, что его затуманенный разум не мог думать ни о чём ещё. Оно было сильным, не похожим ни на что из пережитого им раньше. Причина, однако, определилась легко: все заклинания, которые он настроил на постоянную работу, почему-то перестали действовать. — А? Медленно он понял и то, что вообще не может использовать магию. Очевидно, происходило что-то странное. По мере того как пробуждалось сознание, к нему приходило и более глубокое понимание происходящего. Мою ману крадут. Эта мысль вынесла на передний план единственную возможность: — Тёмная магия. Точно. Магия, которая поглощает всё. Люк впервые испытывал это ощущение на себе, но почти не сомневался в его природе. Но сейчас это неважно. Ход его мыслей переключился, словно где-то перерезали нить и всё напряжение мгновенно ушло. Теперь, предельно сосредоточившись, он начал разбираться с ситуацией перед собой. Ясно… кто первым успевает наложить заклинание, тот получает преимущество, да? Хороший урок. Я не могу использовать свои заклинания, но всё ещё могу чувствовать ману. Поскольку способности Люка к обнаружению маны были постоянно связаны с его заклинаниями, разум непрерывно получал поток информации о мане вокруг. Благодаря этому его способность обнаруживать ману была куда точнее и шире, чем у других магов, — настолько, что те едва ли могли даже вообразить, на что он способен. Люк сосредоточил отточенные чувства и быстро определил: что-то приближается к нему… а затем слегка вздохнул, осознав это. — Опять, — простонал он. — Снова эта хрень? В последнее время в жизни Люка было множество вещей, вызывавших у него стресс. Элис, спящая рядом с ним, была одной из прямых причин этого стресса. Несмотря на собственные сомнения, последние недели он стал всё чаще приглашать её в свою комнату. Не говоря уже о том, что его приглашения в итоге были ближе к приказам, чем к предложениям. Люк чувствовал приближение неприятностей; он был достаточно знаком с признаками, чтобы их распознать. От этой ситуации у него заболел живот, а разочарование и обречённость и вызвали его «опять». Однако вздох никак не отражал его внутренние мыслительные процессы — спокойные и собранные. Он отодвинул всё это в сторону и быстро, логично начал просчитывать, как справиться с неожиданными обстоятельствами. — Элис. Вставай. — Что случилось, Люк? Или… хе, ты, может быть, в настро— — Заткнись. Просто ответь мне на вопрос, — резко бросил он. — Ты можешь использовать магию? — Хм? Конечно могу… — Она замолчала. — Нет? Нет, похоже, не могу. Любопытно. — Ясно. По крайней мере, не только у меня. Люк встал с кровати, подошёл к письменному столу и открыл один из ящиков. Внутри лежал подарок, который Альфред вручил ему при поступлении в академию: маленький, но смертоносный кинжал с настоящим лезвием. Глядя на него, Люк скривил губы в жестокой улыбке и вспомнил, чему учил его Альфред: «Господин Люк, главное назначение скрытого оружия — застать противника врасплох». Альфред обучал его приёмам убийства врагов, и безнравственность этих движений поначалу смущала Люка, но первое колебание осталось в прошлом. Альфред-сан… Я правда так благодарен тебе за всё, что ты для меня сделал. Люк вытащил кинжал из ножен. Он давно не держал этот клинок в руках, но тело помнило. Я справлюсь. — Ты тоже должна это чувствовать, верно? Кто-то идёт сюда. — Да. Похоже на то. — Мы не знаем, друзья это или враги. Ты мне мешаешь. Спрячься куда-нибудь. — Подожди. Разве я никак не могу помочь? — Без магии какая от тебя вообще может быть пол— — Я хотя бы могу стать приманкой. — …А? Люк слегка удивился самому себе. В это мгновение он понял, что бессознательно полностью исключил вариант использовать Элис как приманку из списка доступных решений. Она права, застать этих врагов врасплох будет легко, если использовать её как приманку. Но тогда почему я?.. Нет, забудь. Сейчас нет времени об этом думать. Мысли Люка продолжали нестись. Он отбросил эмоции, полностью сосредоточившись на поиске лучшего решения для текущей ситуации. Вероятно, безопасно предположить, что вторженцы — мои враги, и в таком случае их, скорее всего, больше одного. Если они идут сюда, чтобы столкнуться со мной напрямую, значит, всё очень тщательно спланировано. То есть они почти наверняка пришли за мной, верно? Не думаю, что это какая-то случайная удобная операция. Но ясной информации слишком мало, и я не могу использовать магию, чтобы узнать больше. С ними должен быть пользователь тёмной магии или какая-то особая сила… Нельзя сбрасывать со счетов и возможность существования некой технологии, способной на такое. В любом случае, если я не смогу их победить, на этом всё закончится. Люк принял решение. Я использую Элис как приманку, воспользуюсь внезапностью и убью одного из них сразу. Это лучший способ повысить шансы на победу. Всё получится, и с ней всё будет в порядке… Чёрт. Когда я успел стать таким мягким? При всей логике планов и холодных расчётах Люка в нём оставалась часть, которая хотела избежать использования Элис как приманки. — Всё хорошо, — прошептала Элис. — Я тебе доверяю, Люк. Люк молча посмотрел на неё. Её глаза были полны абсолютной, непоколебимой уверенности в каждом его слове. …Какая глупая девчонка, — подумал Люк, улыбаясь. — Ладно. Тогда я на тебя рассчитываю. — Конечно. Люк спрятался в углу комнаты и сосредоточил всё внимание на отслеживании приближающихся сигнатур маны. Их было трое. Люк допустил возможность, что они используют какую-то технику для сокрытия собственной маны и вместо неё посылают ложные сигналы, чтобы обмануть его. Они неуклонно приближались. Так и знал. Они идут прямо к этой комнате. Люк приложил ухо к полу. Да, трое. Быстрые, шаги тихие, размеренные… Хорошо обучены. Тяжесть ситуации легко могла заставить Люка запаниковать, но он оставался спокойным и сосредоточенным. Впервые в жизни он столкнулся с такой опасностью и понятия не имел, насколько сильны приближающиеся враги, но был уверен в себе. Его спокойствие служило свидетельством безгранично высокомерной веры в собственную силу. Такая ничтожная мелочь не может стать для меня настоящей угрозой. Люк тихо рассмеялся и крепче сжал кинжал, подаренный Альфредом. Подарок к выпуску и доказательство моего мастерства, да?.. Мва-ха… Не думал, что он пригодится в такой момент. В сознании Люка словно щёлкнул переключатель; осталась только ледяная часть. — Ох, добро пожаловать. — Чт— Так и знал. Их замешательство показало Люку, что нападавшие действительно целились в него. После крика мужчины всё произошло быстро. Люк уже почувствовал, что у того есть явное убийственное намерение, и в тот миг, когда вторженец достал стилет и направил его на Элис, Люк двинулся. — Хмф. Так я и думал. Значит, враги. Это всё, что мне нужно было знать. За миг, быстрее моргания, Люк вылетел из тени и кинжалом разорвал мужчине горло. Свежая кровь брызнула вверх, окатив Элис красным, а затем мужчина с бессловесным стоном рухнул на пол. Я впервые убил человека. Легче, чем ожидал… Теперь следующий. Люк бросил взгляд на двух остальных и, резко оттолкнувшись от пола, сблизился с ними. Второй мужчина молча принял его удар. Внезапная потеря товарища, по правде говоря, несколько его поколебала. Но тело двигалось инстинктивно, отвечая благодаря многолетней практике. Он нанёс укол в правый глаз Люка, но тот уклонился едва заметным движением шеи и снова атаковал. Не может быть. Это не движения любителя. В данных разведки такого не было. Совсем не было. Лёгкое смятение в его движениях стало роковым: один из невероятно точных ударов Люка вонзился в левое плечо второго мужчины. Тот не смог увернуться и, больше не в состоянии поднять руку, выронил стилет, которым был вооружён. Люк не ослабил натиск: ударил в горло, а затем, наконец, в незащищённое сердце, добив его. Это было ужасающе изящно — комбинация из трёх ударов, плавная и точная. — Гах! Второй мужчина упал на пол. — Никто не предупреждал… никто ничего не говорил об этом…! Третий мужчина начал медленно отступать, и на кратчайшее мгновение в голове Люка мелькнула мысль обездвижить его, чтобы получить информацию. Он быстро от неё отказался. Слишком много неизвестных переменных. «Не теряйте бдительности. Будьте особенно осторожны, когда отбросили врага назад. Не ослабляйте натиск». Слова Альфреда вернулись к нему, и Люк принял решение. Убить. Последний мужчина сунул руку в карман, пытаясь что-то вытащить, — и в этот миг кинжал пронзил его череп. Безжалостный бросок Люка убил его настолько мгновенно, что тот даже не успел издать горький предсмертный крик. — … Люк спокойно сделал долгий выдох. Он рассеянно посмотрел вниз, на окровавленные тела, распростёртые под ним. Какое-то время он просто стоял там, слегка оцепеневший и онемевший. — Люк, ты… — вскрикнула Элис и резко оборвала фразу, увидев его. — Люк! Элис подбежала к нему, выкрикивая его имя. Её реакция была понятна: мрачная картина становилась всё мрачнее, чем дольше она на неё смотрела. Люк только что рухнул на колени. Его руки тоже упали на пол. Что-то явно было не так. — Ты не ранен?! Я-я сейчас приведу Мию… Видимых ран на нём не было, но Элис решила, что на всякий случай стоит применить исцеляющую магию Мии. Это был самый разумный вывод, к которому она могла прийти, тщетно пытаясь найти ответы в панике. — Почему?.. Серьёзно… — пробормотал Люк себе под нос. Увидев, что его жизни, похоже, ничто не угрожает, Элис облегчённо вздохнула и тихо прислушалась к его словам. — Я просто… почему? Почему эти люди нападают на меня?.. Посреди проклятой ночи! Почему?! Какого хрена вообще происходит?! Это был крик, вырвавшийся из самой души Люка, — накопление дней и дней непрерывного стресса и тревоги наконец выплеснулось в мир. Крик души Люка разом разбудил каждого ученика в общежитиях и немедленно сделал явным беспрецедентное покушение на его жизнь, а также кровавые последствия. Это был самый крупный и скандальный инцидент из всех, что происходили в Магической академии Аслана, и он потряс людей королевства до глубины души. — Быстро. Подайте карету. Отец Люка, Клод, был вне себя от ярости. ---------- Судьба 1 РОСВАЛЬД МЕРЛИН ГОЛДБЕРГ, ДИРЕКТОР Магической академии Аслана, тихо смотрел в окно своего кабинета. Чёрный занавес ночи ещё не распахнулся навстречу новому дню, но снаружи, между зданиями, уже суетилось множество стражников. — Люк силён. Именно эта его сила и спасла нас этой ночью. Ах, до чего же жалкое зрелище… К кому именно были обращены эти слова, понять было трудно. Возможно, директор говорил с самим собой, потому что оказался не в состоянии защитить студентов своей академии. А возможно… Тук, тук! В дверь громко и грубо постучали, после чего она распахнулась, не дожидаясь ни малейшего ответа. В кабинет вошёл преподаватель академии — мужчина по имени Дюк. — Я вернулся, старик. Если искать хоть что-то хорошее, у нас тут сегодня почти ни царапины, не говоря уже о жертвах… Ты его уже видел? — Хмф, Люк выглядел совершенно невозмутимым. Он даже раздражался, когда я суетился из-за его самочувствия, — ответил директор. — Хо-хо… да, мальчик и впрямь смотрел на меня весьма недовольно. Силен, очень силен. — Ага, — кивнул Дюк. — Похоже, он убил всех, кто на него напал. Ненавижу признавать, но пацан правда нас спас. То есть, если бы не он… Бах! Росвальд врезал кулаком в стену. — Что я за преподаватель, если не способен защитить своих учеников? В словах директора звучали гнев и сожаление. Такое поведение было настолько на него не похоже и настолько тревожно, что даже Дюк замолчал. — И какая наглость… — продолжил Росвальд. — Презренное, нецивилизованное животное, ответственное за это, ещё пожалеет о дне, когда осмелилось подорвать мою академию. Я об этом позабочусь. — Значит, ты тоже понял? — Разумеется. Долгая прожитая мною жизнь не прошла впустую. Нападение этой ночью направлял кто-то изнутри, не так ли? — Ага, — с явным неудовольствием согласился Дюк. — Не хочу об этом думать, но другого объяснения я не вижу. — Я тоже не желаю в это верить, но теперь уже ничего не поделаешь. В их рядах нашёлся предатель. Само по себе это не было чем-то неслыханным, но от этого легче принять случившееся не становилось. — Чёрт… из-за этого всей академии может прийти конец, так что, может, уже и неважно. — Именно. Фракция знати не позволит оставить этот инцидент без последствий… Скверно, что теперь я обязан принимать это в расчёт. — Ещё как. Мы все забыли, но это нападение показало, насколько Милестия на самом деле слаба… — Дюк замолчал. — Нет, наверное, мы и так знали. Просто всё это время старались не замечать правду. — …Хмф. Росвальд погладил длинную бороду и молча повернулся к Дюку. В глазах директора горел упрямый свет решимости. — Созываю собрание. Позовёшь всех? — Конечно. С этими словами они вдвоём покинули кабинет директора. После того как мой мучительный вопль, проклинающий собственную проклятую судьбу, разнёсся по общежитию, разбуженные студенты начали собираться. Хорошо хоть в этом здании живут только первогодки, значит, человек сорок. Хотя нет, один идиот проиграл Абелю и перевёлся, так что теперь их тридцать девять. Всё, что последовало дальше, было сплошным хаосом и неразберихой. Кто-то из студентов начал плакать и выть. Кто-то, похоже, впал в полное смятение, впервые в жизни увидев труп. Потом кого-то вырвало, за ним ещё кого-то, потом ещё одного. Это был ад. — Я хочу спать. Стражники прибыли немедленно, и поскольку я оказался в самом центре этого инцидента, мне пришлось отвечать на их вопросы. Ночь быстро перетекла в день, а поспать мне почти не удалось. Я устал думать и просто отвечал примерно на всё, что они спрашивали… но если сейчас задуматься, разве они не должны были сначала дать мне отдохнуть, учитывая моё состояние? Эта страна и правда совсем прогнила, да?.. — Прости. Вина лежит на моей академии, а значит, ответственность лежит на мне. Я обязан защищать вас всех, но не сумел. Я и представить не мог, что подобное случится здесь… Я всё ещё не могу прийти в себя. Но главное — я так рад, что ты в безопасности. — … — Фрейя… да, да. Мы слишком привыкли к миру и где-то в глубине души убедили себя, что он будет длиться вечно… Но сколько бы ни продолжались мирные дни, никто не знает, что принесёт завтрашний день… — … Господи, атмосфера просто душит. Фрейя пришла объяснить мне кучу всего сразу после нападения, но всё это произошло только вчера — точнее, несколько часов назад. Похоже, все преподаватели до сих пор в режиме паники. По словам Фрейи, академию, скорее всего, закроют на неопределённый срок. Иными словами, все здесь разъедутся по домам… но организовать это быстро не получится, поэтому академия подыскивает нам временное жильё. А пока здесь находятся десятки Королевских рыцарей, чтобы обеспечить нам высший уровень безопасности, на который способно это королевство. Перерыв на неопределённый срок, в общем-то, понятен. Всё-таки это первый случай, когда на студента Магической академии Аслана напали. Уверен, это нападение потрясло всех и сразу по множеству причин. К тому же есть это загадочное блокирование маны… оно способно угрожать десятилетиям мира во всём этом королевстве, помешанном на превосходстве магии. Для всех нас это очень серьёзное слабое место. Нет сомнений: этот инцидент пробудил в каждом давно забытое чувство опасности. На телах нападавших не нашли ничего, что могло бы вызвать блокирование маны. Кандалы запечатывания маны у них, кажется, были, но это совершенно обычные предметы, которые в королевстве Милестия используют при аресте и заключении магов-преступников. Если нападавшие хотели не убить, а похитить меня, то вполне логично, что они захватили кандалы. Но, ну… Кандалы запечатывания маны действуют только при прямом контакте с человеком. Они не могли вызвать то, что произошло той ночью… значит, всё-таки тёмная магия? Это всего лишь ощущение, но мне не кажется, что пришедшие за мной типы были умелыми магами. Иными словами… нет, сейчас бессмысленно об этом думать. Единственное, что я знаю наверняка: той ночью я почувствовал нечто похожее на мой собственный тёмный элемент. Возможно, это как-то связано с тем, почему они пришли за мной. Если бы Альфред не научил меня обращаться с оружием, я был бы перед ними беспомощен. Хм… интересно, значит ли это, что в оригинальной книге тем троим удалось меня похитить? Как и почти всё прочее, я помню плохо, но могу представить, что должно было случиться дальше: Абель каким-нибудь образом спас бы меня, а спасение из его рук тяжело ударило бы по моей гордости и ещё сильнее разожгло бы мою ненависть к нему… Да, наверное, так и было. Пока я размышлял обо всём этом, до моих ушей донёсся обрывок разговора Фрейи и Амелии неподалёку: — Наверное, очень тяжело, когда не можешь пользоваться заклинаниями. — Да… совершенно верно. — А-а?.. Что это с в— — Пожалуйста, просто помолчи немного. — … Я никогда не видел Амелию-сан такой слабой, и, похоже, Фрейя тоже. Хмф… неужели люди этого королевства правда становятся настолько беспомощными, если их магию запечатать? Вот они, вредные последствия чрезмерной зависимости от магии, да? — К-кстати… Элис, ты ведь тоже вся была в крови? — вдруг сказал Абель. Элис холодно на него посмотрела. — Простите, но что именно вы себе вообразили? Не смейте обращаться ко мне так фамильярно. Я не такая добрая, как Люк. — П-прости… — Эй! Это ещё что такое?! В этой академии социальный статус ничего не значит! — возмущённо выкрикнула Лили. — Ох, до чего же раздражает твой визг. Я устала. Помолчи. — Ч-что ты только что мне сказала?! — Люк… я так рада, что с тобой всё в порядке, — сказала Мия, повернувшись ко мне. — Ты точно не ранен? Только скажи, хорошо? Я использую свою исцеляющую ма— — А-а, я вымотан. На фоне приглушённых голосов Амелии-сан и Фрейи компания вокруг меня, как всегда, шумела невыносимо. Из-за крайней сонливости их голоса казались ещё громче обычного, и от них болела голова. Элис спала не больше моего, но выглядит совершенно нормально. — Хорошо. Я поясню, чтобы избежать дальнейших недоразумений. Я услышала крик Люка и первой бросилась на место происшествия. Я его возлюбленная невеста, понимаете? Это совершенно естественно. — … — Но, ну, когда я увидела море крови на месте, я испугалась, — продолжила Элис как ни в чём не бывало, — и поскользнулась, пока спешила к нему. — Т-ты поскользнулась?.. — Да, и весьма сильно. Поэтому я и оказалась вся в крови… или вы, случайно, не обладаете даже достаточным умом, чтобы понять сказанное мною? — Д-да… спасибо, что объяснила… На короткий миг повисла неловкая тишина — никто, кажется, не знал, как реагировать на заявления Элис. Удивительно, как она умудряется с таким невозмутимым лицом выдавать одну ложь за другой. Не то чтобы я жаловался. В смысле, у меня были бы огромные неприятности, если бы все узнали, что я тайком приводил Элис к себе в комнату… Так что да, будем считать, что она поскользнулась на всей этой крови, ага? — Люк! Голос окликнул меня с неба. Голос, который я слишком хорошо знал, и который увлёк мой разум ещё глубже в пучину отчаяния. Йоланд. Он плавно спустился и приземлился рядом со мной. — Ах, я так рад, что ты цел! Я ничего не сказал, а он широко раскинул руки, словно собирался меня обнять. О нет, только не это. Зрелище было настолько мерзким, что я рефлекторно отвесил ему пощёчину. Я ничего плохого не сделал. Справедливость на моей стороне. — Гадость. Не подходи ко мне. — Ч-что… ах… к-как жестоко, — надулся Йоланд, внезапно задышав довольно тяжело. — Я-я ведь просто волнуюсь за тебя… — Нет… как ты мог? И с моим братом, из всех людей… Я отвёл взгляд от Йоланда и его мерзкого дыхания к Элис, которая, похоже, расстроилась совершенно не по той причине. А, теперь вспомнил. Эти двое всегда такие. — Л-Люк. Нельзя бить людей… Преподаватель Йоланд просто о тебе волнуется, — сказал Абель. Тем временем оба Лонсдейла крайне отвратительно возбудились: Йоланд задыхался и краснел, а Элис кипела неприкрытой ревностью. Ох, Абель. Ты правда не понимаешь, что здесь происходит, да? Хотел бы я быть настолько наивным. Хотя, дружище, ты уж слишком добрый, а? До почти смешного уровня. — Я тоже рад, что с тобой всё в порядке, Элис. Элис не снизошла до ответа, лишь сверкнула взглядом в сторону старшего брата. — И всё же это нападение, — сказал Йоланд, в одно мгновение переменившись. — Никогда не ожидал, что Королевские рыцари окажутся настолько некомпетентны. В этой академии вообще кто-нибудь патрулирует территорию? Йоланд произнёс это ровно настолько громко, чтобы все стоявшие поблизости рыцари услышали. Никто из них не повысил голос в ответ на его замечание, но на лицах многих появилось горькое выражение. — Сила рыцарей с каждым годом падает. Хотя, полагаю, я не могу свалить всю вину только на них. Переделать придётся всё королевство. Слова Йоланда звучали как неприятности, с которыми мне сейчас совершенно не хотелось иметь дела. Я проигнорировал их и ушёл. Я плохо соображаю. Я так устал. Я просто хочу поспать. Вот и всё, чего я сейчас хочу. Пусть чернь нападает на меня сколько угодно — я убью любого, кто полезет. Но пожалуйста… просто дайте мне поспать. Прошло несколько дней после инцидента. — Люк… Когда отец Люка прибыл в королевскую столицу, он выглядел более измождённым, чем Люк когда-либо видел. Он вышел из кареты и поспешил к сыну. — Отец. Простите, что заставил вас волно— Его прервали отцовские объятия. Клод крепко прижал сына к груди. — Ты моя гордость и радость… и я так, так счастлив видеть тебя целым… — … Он немного странный, а иногда странно увлекается, как с тем случаем, который привёл к моей помолвке с Элис… Но, насколько я помню, отец всегда казался мне воплощённым совершенством. Он всегда спокоен, что бы ни случилось, совершенно величественен, с манерами, которые бывают лишь у по-настоящему сильных. — Простите… простите, что заставил вас волноваться. Верно. Возможно, это и есть любовь. Едва эта мысль мелькнула у Люка, он ощутил, как от отца исходит сильная эмоция. Она была яростной и злой, почти убийственной. — Что ж. Тогда быстро покончим с уничтожением этой непостижимо некомпетентной академии. Что… он сейчас сказал? 2 — Я СКАЗАЛ, ЧТО УНИЧТОЖУ ИХ! Полностью и без остатка. Миру не нужен институт, который подвергает моего сына такой опасности. Ох, он серьёзно… Спорить с ним было невозможно. Люк понял это в тот миг, когда встретился взглядом с отцом и увидел в его глазах ярко пылающее раскалённо-красное пламя настоящей ярости. — Подождите. Думаю, отец, вы, возможно, немного торопитесь. И всё же Люк возразил. — О?.. Ты нечасто споришь с моими решениями. Мва-ха, значит, тороплюсь? Хорошо, я выслушаю, что ты хочешь сказать. — Благодарю. Люк не стал спрашивать почему. Ярость его отца была чрезмерной, но при этом оправданной. И всё же я не могу позволить уничтожить академию из-за этого. Внутри Люка бушевали яростные, неудержимые эмоции, все до единой служившие его собственному крайне высокомерному замыслу. Клод же, напротив, был вне себя от радости, потому что сын решил возразить одному из его решений. Он едва подавил усмешку в уголке губ, размышляя о том, что вот это и значит по-настоящему быть отцом и сыном. Как бы счастлив он ни был, Клод не мог разрушить свой величественный фасад улыбкой перед Люком. Он больше всего на свете хотел, чтобы сын его уважал, и в итоге его взгляд, обращённый к Люку, лишь стал ещё острее. Этот взгляд превратился в невидимые стрелы, в давящую силу, которая навалилась на Люка и пронзала его со всех сторон. Гнев Клода тоже нисколько не рассеялся: его пылающую ярость к тем, кто подверг опасности любимого сына, было не так-то просто утолить. Он искренне хотел исполнить желания Люка в той мере, в какой мог, но на это не мог согласиться так легко. — Есть три преимущества в том, чтобы позволить этой академии продолжить существование. — Хмф, значит, три? Ещё прежде, чем Люк успел полностью взять под контроль бешено мчавшиеся мысли, он уже произнёс их вслух. Ему просто показалось, что, наверное, стоит свести свои доводы к трём пунктам, — привычка, которую в нём отпечатали брат и сестра из дома Лонсдейлов. — Во-первых, Магическая академия Аслана — лучшая магическая академия в королевстве. Вы правы: они допустили тяжкую ошибку, и я даже не собираюсь пытаться её оправдывать. Я считаю, что идиоты, которые тревожат меня своей некомпетентностью, должны умереть, но верно и то, что за долгие годы это место выпустило бесчисленное множество невероятно талантливых магов. Нам нужно место, где элитные студенты смогут учиться у способных преподавателей, при строгой системе иерархии и лучших ресурсах. С моей точки зрения всё в этом месте имеет смысл. Клод слушал молча. — Проблема безопасности вскрыта, значит, теперь её можно устранить, — продолжил Люк. — Я думаю, было бы до некоторой степени расточительно уничтожать весь этот институт целиком. На самом деле нападение легко могло произойти где угодно. Нападавшие целились именно в Люка. Выбрал бы он Магическую академию Аслана или любую другую школу — нападение, скорее всего, всё равно случилось бы. Дело было не в том, что Магическая академия Аслана особенно уязвима, а в том, что королевство Милестия в целом стало слишком беспечным из-за своей магической мощи. Они убедили себя, что неприкосновенны, а в их восприятии угроз появились фатальные пробелы. — Во-вторых, полагаю, этот инцидент может стать прекрасной возможностью для нас, дома Гилбертов, и наших союзников во фракции знати захватить больше власти. — О? — Уверен, это нападение разгневает многих аристократов, независимо от того, к какой стороне они принадлежат. Они все будут потрясены и не смогут поверить в случившееся. Поэтому вы, как глава знати, должны взять на себя инициативу и успокоить злобный шёпот других аристократов. Это принесёт вам значительное расположение академии, Королевских рыцарей и даже самого короля Милестии. Я уверен, что такой ход сработает на благо нашего дома. Клод выслушал его, затем кивнул. — Блистательно. Он был впечатлён, чисто и просто. На самом деле Клод уже думал обо всём, что Люк только что ему сказал. Но он рассматривал этот путь только как отдельный человек — словно какой-нибудь честолюбивый дворянин, метящий на трон, — а не как отец. У Клода была чёткая иерархия приоритетов, и рядом с кипящей в крови яростью к тем, кто подверг сына опасности, его властные амбиции не значили вообще ничего. Потерять Люка для него означало потерять всё. Иного я от моего мальчика и не ждал! О нет… я так тронут всем этим, что сейчас, кажется, расплачусь. Клод был потрясён и счастлив, что сын пришёл к той же линии рассуждений, что и он сам. Это пробудило в нём бурные чувства, разожгло внутри огонь. Его переполняла такая сила эмоций, что стоило ему хоть на миг ослабить контроль — и он, пожалуй, действительно разрыдался бы. — Наконец, — сказал Люк, переходя к третьему пункту, — я считаю, что академия ценна постольку, поскольку позволит мне доказать, что я талантливее всех, кто в ней учится. Клод на мгновение лишился дара речи. — Я… прошу прощения, отец. Эта моя просьба, конечно, эгоистична. Просто я не могу вынести мысли, что низшие считают себя лучше меня. Я хочу доказать, что стою на первом месте в их иерархии, что я сильнейший. — Хе. Ха-ха… Когда Люк закончил говорить, Клод начал смеяться. Сначала тихо, про себя, потом всё громче и громче, пока больше не смог сдерживать гордость и обожание. — А-ха-ха-ха! Ты и правда мой сын! Разумеется, он был счастлив, что сын выразил эгоистическое желание, но дело было не только в этом. Он прекрасно понимал чувства Люка. — На тебя смотрят сверху вниз те, кто ниже тебя. Такое унижение трудно вынести. Мы действительно отец и сын, подумал Клод. Теперь, когда Люк так ясно выразил свои желания, Клод уже не колебался в принятии решения. — Понял. Я сделаю, как ты просишь. Однако я всё же ясно выскажу школе своё мнение относительно ситуации с безопасностью. — Благодарю, отец. На самом деле Клод намеревался направить часть своего гнева на академию, но сыну в этом не признался. — Придётся извиниться перед Джулией. — Перед матушкой? За что? — Мва-ха-ха… Я обещал ей устроить ад слабоумным, которые подвергли нашего сына опасности. — … Люк посмотрел на отца устало — он действительно был очень утомлён. Облегчение от того, что ему удалось утолить гнев Клода к академии, быстро сменила накопившаяся усталость, вызванная самим процессом. — Не бойся, я позабочусь о том, чтобы твоя академия сохранилась. Оставь это дело мне. — Благодарю, отец. — Хмф. Ах да, в ближайшие дни мы покинем столицу и вернёмся в Гильбадию. Подготовься. — Да, отец. — Что ж, мне нужно сказать пару слов вашему директору. Альфред, оставляю Люка на тебя. — Да, хозяин. Клод ушёл, а Люк склонил голову, провожая отца взглядом. Альфред, который до этого всеми силами старался слиться с фоном, подошёл ближе к Люку. Магическая академия Аслана считалась главным местом изучения магии, непревзойдённым учебным заведением. И всё же нападение, вне всяких сомнений, стало огромным провалом — непростительным фиаско, каким бы успешным ни был послужной список школы. В этот самый миг баланс политической силы в королевстве начал едва заметно смещаться в пользу фракции знати. Это означало: если Клод не вмешается и не успокоит напряжение между аристократами и Королевской академией, школе будет невероятно трудно продолжить работу. Однако Клод был всего лишь главой фракции знати. Пойдёт ли этот поворот событий на пользу королю Милестии? Академию не уничтожат, ей позволят продолжить работу — ценой большого долга перед нашей фракцией знати. Именно к такому ответу пришёл Люк, и, пусть он сам этого не осознаёт, он идёт путём завоевания, которого не желает. Клод направился к академии. Он был невероятно красив, но ему удавалось запугивать каждого, с кем он сталкивался. Впрочем, те, кто хорошо его знал, вполне могли бы заметить, что он в хорошем настроении. Люк и правда годится в короли; он прирождённый правитель. Клод видел в нём проблески этого, но не стал рассказывать сыну о задуманном заговоре. Йоланд, конечно, просил его молчать, но это была не единственная причина, по которой Клод не обсуждал это дело с Люком. Мва-ха-ха… я прямо представляю, какое у него будет лицо, когда он узнает! Это понятие было крайне далеко от того, как использовал бы его любой обычный человек, но для Клода узурпация трона была «сюрпризом» для сына. Он, конечно, собирался извлечь урок из случая с помолвкой с Элис… но, в конце концов, возможно, именно невероятная любовь к сыну и продолжала затуманивать его суждения. В небольшой таверне королевской столицы той ночью мужчина в тюрбане пил за стойкой ещё до того, как пришла большая часть остальных посетителей. — Ик. — Ты там как, Канис? Выглядишь в последнее время неважно. — Не… ну, спасибо, что спросил, Бутч, — пробормотал Канис. — Но дела паршивые, без шуток. — Что стряслось? Если хочешь выговориться, я послушаю. Канис поднял кружку эля и сделал ещё один глоток. — Значит… я тут кое над чем работал, всё это время втихую, да? А потом пришли какие-то типы, которых я вообще не знаю, и всё у меня отняли… Просто влезли без спросу, да ещё и напортачили так по-королевски, что теперь всё так перемешалось, я уже не знаю, что делать, — жалобно объяснил Канис. — Типа, оно и так было трудно, а теперь… а-а… эти проклятые идиоты! Канис был пьян, язык у него заплетался, а слова вырывались бессвязными рывками. Бутч мало что понимал из его речи, но уже много лет держал свою маленькую таверну и привык болтать с изрядно выпившими людьми. — Ну и ну, звучит тяжко. Понимаю, что тебе приходится переживать. — Понимаешь…?! — воскликнул Канис. — Я… типа, я уже как-то устал… — Нельзя же просто стараться, стараться и держаться так вечно, — мягко сказал Бутч. — Иногда надо остановиться и перевести дух. Тебе нужен отдых, вот что. — Ах… Бутч… В этот миг дверь со скрипом и дребезгом распахнулась. — Ещё открыто? — Ага. — Ну надо же, Зак! И ты тоже, Феррис? Добро пожаловать, добро пожаловать! Их приход стал для Бутча даром небес. Когда эти двое вошли, он внутренне закричал от радости. — А, Феррис, уже пора идти? — Нет. Хотя да, — поправилась она, критически на него глядя. — Но нет. Есть разговор. — Хм? Что случилось? Давай подробности! — Мерзость. Раздражает. Пьяный. — К-как жестоко…! — пролепетал Канис. Зак и Феррис подошли к стойке и сели. — Мне эля, как обычно! А тебе что, Феррис? — Медовуху. — Сейчас будет! Бутч быстро приготовил им напитки. Зак опрокинул свой, как моряк, а Феррис аккуратно отпила из своей кружки. — А-а-ах! Вот это оно! — …Вкусно. — Ну и удивился же я, когда ты внезапно ко мне пришла, Феррис, — сказал Зак. — А? Феррис к тебе приходила?.. Зачем? — спросил Канис. — Спрашивала про Гильбадию. Нам тоже надо ехать. — А? — икнул Канис. Зак сделал ещё глоток эля, затем повернулся к Бутчу. — Вообще-то я завтра возвращаюсь в Гильбадию. Из-за… ну, сам понимаешь… всего, что случилось в академии. — Эй-эй, как внезапно! Без тебя тут грустно будет. — Ох, чёрт, рад это слышать! Я и сам наконец начал привыкать к городу! Вот незадача! — сказал Зак. — Но… Гильбадия — мой дом, думаю. Я всегда собирался когда-нибудь вернуться. Я очень многим обязан главе гильдии, который там всем заведует. — Понятно, — сказал Бутч. — Ты верный парень, да? Не стану останавливать, если едешь ради такого дела! — Да ладно, я вернусь быстрее, чем ты заметишь! Обязательно зайду к тебе, хорошо? — Ещё бы! Ладно, сегодня с тебя денег не возьму! — Отлично! У меня друзья на подходе, налей и на них тоже! — ухмыльнулся Зак. — Га-ха-ха-ха! Ах ты чёртов халявщик! — с хриплым смехом воскликнул Бутч. — Ладно, ладно, зови сколько хочешь этих проклятых парней! Сегодня всех их напою! — Вот это да, я знал, что в тебе это есть, Бутч! За здоровье! Не обращая внимания на непринуждённый обмен репликами между Заком и Бутчем, Феррис наклонилась и прошептала Канису на ухо: — Академия на перерыве. Надо возвращаться в Гильбадию. Для нас даже хороший шанс. Оставаться нет причины. Пока Канис слушал, лицо Феррис было смертельно серьёзным, и всё же ни одно слово не задержалось в его пропитанном алкоголем сознании. — А-а-а? Ик! Чё сказала? Феррис молча уставилась на него. Канис был слишком пьян для такого важного разговора. — Никогда не умел пить, — заметила она. — Слабак. Ничтожество. Спустя некоторое время пришли друзья Зака. С этого момента громкие раскаты смеха уже не прекращались и до поздней ночи звенели из окон маленькой городской таверны. 3 Я НЕ МОГ ДОЖДАТЬСЯ, КОГДА ОКАЖУСЬ ДОМА. Нет в целом мире места лучше, подумал я, ныряя в собственную кровать и утыкаясь лицом в подушки. С тех пор как я поступил в Магическую академию Аслана, прошло всего несколько месяцев, но за это короткое время случилось слишком многое. Я пережил столько нового — правда, к сожалению, почти всё это новое было раздражающим, хлопотным или откровенно мучительным. Серьёзно, почему всё это происходит со мной? Даже я пока не знаю ответа… Но если есть одна вещь, в которую я начал верить, так это судьба. Я сделал выбор — отчаянно бороться против своей судьбы, чтобы не потерпеть поражение от главного героя этой истории, Абеля, приложив чуть больше усилий. Честно говоря, пусть я, возможно, и вызвал несколько расхождений между оригинальной историей и нынешней, похоже, в фундаментальной подоплёке сюжета ничего не изменилось. Или всё-таки изменилось? Из-за моих усилий на моём пути возникает препятствие за препятствием, нескончаемая вереница проблем. Не потому ли сейчас, когда я вернулся домой к родителям, мне хочется только остаться здесь навсегда? Почему я никак не могу перестать желать, чтобы мне больше никогда не пришлось выходить наружу? Здесь меня ничто не раздражает. Всё в порядке; все мои нужды удовлетворены. Это место прекрасно. Если внешний мир так полон помех, забот и скуки, зачем мне вообще утруждать себя и снова покидать этот дом? Мне правда стоит остаться здесь навсегда. На короткий миг, пока я размышлял о том, чтобы полностью отгородиться от мира, меня вдруг посетила ещё одна мысль. Может, это и есть моя судьба? Я подумал, что моё предназначение, возможно, — прожить жизнь затворником, запертым в детской комнате до конца своих дней. А потом, к несчастью, вспомнил новость, которую отец сообщил мне не так давно. — Вообще, Люк, кое-что всё же произошло. Тебе поступило предложение о помолвке от дома Леннокс. Её зовут Мия, и, полагаю, вы учитесь на одном курсе в Аслане, так что вполне могли уже встрети— ах! Это выражение лица! Значит, тебя это огорчает? Вижу, ты недоволен, Люк! Хорошо, я немедленно откажу им. Не беспок— — Отец… можно мне немного подумать? То, что отец пришёл подлить масла в огонь именно тогда, когда я размышлял о будущем, лишь всё ухудшило. Это действительно заставляет думать, что существует что-то вроде судьбы. Отец знал, что после нападения в Аслане я буду вымотан телом и духом, поэтому дождался, пока я вернусь домой, и только тогда поднял эту тему. Иного от него я и не ожидал. Он куда внимательнее, чем эти глупые стражники в академии. Ух. Живот болит. Откуда вообще взялись эти нелепые разговоры о помолвке с Мией? Как это случилось? Серьёзно, я правда не понимаю. Почему… ну почему?.. Как бы я ни старался, ответа найти не смог. Но отец сказал, что выбор за мной… другими словами, я могу отказаться. К тому же дом Леннокс, кажется, заявил, что их устроит даже положение наложницы. …Не понимаю. Что влиятельный роялистский дом вообще делает, выдвигая такое предложение? Почему им это так нужно, что они готовы пойти даже на уступку и отдать свою дочь мне в наложницы? Потому что Мия — третья дочь? Дом Леннокс всё это время хотел сменить сторону? Если так, то почему? В этой ситуации было слишком много непонятного. Что, чёрт возьми, происходит? Я перебирал в голове варианты, но информации было слишком мало. Далеко зайти в предположениях я не мог. Однако я понимал: первопричиной почти наверняка стала моя попытка сделать Мию одной из своих пешек. Наверняка всё началось именно с этого. С того момента всё и стало странным. Я не так уж много знаю об оригинальной истории, но думаю, Мия должна была оказаться на стороне Абеля, а не моей. А… теперь вспомнил. Когда она впервые потерпела поражение, именно Абель должен был утешить её на дне отчаяния и помочь выбраться с самого дна. Вроде бы Абель и Лили всё-таки пошли к ней в тот день, но я вроде как всё испортил, явившись первым. Понятно… значит, именно тогда они должны были подружиться, а я отнял у них этот шанс. И что, это карма? Я воспользовался слабым состоянием Мии, стал её ложным спасителем… и всё ради того, чтобы превратить её в верную пешку. Значит, вот результат. Окольным путём это привело к предложению сделать её моей наложницей. Ах, проклятье. Видите? Вот об этой судьбе я и говорил. Все эти явления сходятся так, что в конце концов всегда приводят «Люка» к тому, чтобы он заперся в родительском доме и наглухо закрыл дверь. Возможно, это немного эксцентрично с моей стороны, но если это мир фэнтезийной лайт-новеллы, такой вариант действий определённо должен быть доступен… Я просто так устал думать обо всём этом. Проблемы сыплются одна за другой. Но откладывать их бесконечно я тоже не могу. Мне нужно серьёзно обдумать эту помолвку и встретиться с проблемой лицом к лицу. Отказаться было бы легко. Достаточно сказать отцу, что я этого не хочу. Но… правда ли так будет лучше? Я немного поразмыслил. Для аристократов брак изначально не сводится к чувствам. Глубокие связи между двумя домами могут стать фундаментом настоящей силы и привести к большему для обеих сторон. Особенно если предложение исходит от такого влиятельного дома. Есть ещё и тот факт, что по неизвестной причине дом Леннокс явно идёт на значительные уступки. Отказ, несмотря на это, может ухудшить отношения между нашими семьями. И, ну… отец согласился с моей просьбой пощадить академию после недавнего нападения, но этим я создал ему настоящие трудности. Моя гордость не позволяет мне ещё сильнее задолжать кому-либо в этом мире — даже собственному отцу. Но это не настоящая причина моих колебаний. Проблема в самой Мии. Как бы это сказать?.. В ней есть нечто тревожное, и это меня пугает. Даже я не знаю, что она может сделать, если я откажусь. Если бы я точно знал, что отказ просто сделает её моим врагом, вопрос был бы снят. Плевать. Отлично, пусть приходит. Но я не уверен, что она отреагирует именно так. Она непредсказуема. Я не могу достаточно понять, что творится у неё в голове, чтобы предугадать её поступки, а это затрудняет решение. Если я откажу ей, то оставлю где-то рядом нестабильный элемент, который будет учиться вместе со мной в академии, и никогда не буду знать, на чьей она на самом деле стороне. К чёрту. Нет. Это будет сплошной стресс. А что сама Мия вообще думает об этом предложении о помолвке? Потом была ещё проблема Элис и всего дома Лонсдейлов… Я правда не знаю, что делать. Почему я вообще должен тратить время на все эти мучительные размышления? Я просто хочу стать сильным и счастливо жить… но, видимо, всё не так просто. По крайней мере, в конце концов все эти терзания привели меня к выводу: я решил лично обсудить всё с Мией, прежде чем принимать решение, тем самым полностью отложив решение на потом и оставив дело будущему себе. — Я знала, что ты разрушительница чужих семей, но не думала, что всё настолько плохо. Я уже даже не злюсь… Думаю, больше всего я просто потрясена твоими поступками. — … — Разумеется, не пойми меня неправильно. Я не злюсь из-за самого предложения о помолвке. Я понимаю положение, в котором оказался Люк. Наложницы вовсе не редкость, и я не настолько узколоба. — … — Злит меня, видишь ли, то, как тайком ты протолкнула это предложение. — Ну-ну, успокойся, Элис. Давай послушаем, что Мия скажет насч— — Замолчи, брат. Больше не открывай рот. Ты мне отвратителен. — Ч-что? К-как жестоко, Элис, — захныкал Йоланд, краснея. — … Так представители домов Лонсдейлов и Леннокс собрались на обсуждение. Разумеется, поговорить о помолвке. Сейчас здесь Элис, Йоланд и Мия… а с остальными разбирается отец. Он принял ещё одну мою эгоистичную просьбу и позволил четверым из нас поговорить. — Прости. Я правда ничего обо всём этом не знала, — сказала Мия. — Я понятия не имела, что всё зашло так далеко… Её голос звучал хрупко, словно мог развеяться от порыва ветра. Понятно… значит, для нас обоих это стало неожиданностью. Тогда всё просто. Снимем это предложение с повестки. — Хорошо. Если ты сама этого не хочешь, тогда разговоры о помолвке— — Я не это имела в виду! В голосе Мии прозвучали настоящие чувства, и на миг её охватила маленькая вспышка яростной убеждённости. Стоило мне встретиться с ней взглядом, как меня охватило ужасное предчувствие того, что она скажет дальше. — Я… я люблю тебя, Люк… правда люблю. Вот видите? Я всегда прав в таких вещах. Глаза Элис стали бесконечной, ледяной бездной, а Йоланд почему-то пугающе улыбался, наблюдая за нашей беседой. — Позволь кое-что тебе сказать, — произнёс я со вздохом. — Чувства, которые ты сейчас испытываешь, не настоящие. Они фальшивые. Я посеял их в тебе только ради того, чтобы ты стала моей пешкой. Всё это иллюзия, понимаешь? Единственная причина, по которой я тогда пришёл к тебе в комнату и утешал тебя, заключалась в— — Я знаю, — перебила Мия. — Я всё это знаю. Возможно, поначалу эти чувства и были фальшивыми… но теперь они настоящие. — … Я не чувствую вины за то, что сделал. Я никогда не пойду на компромисс в вопросе собственного счастья, чего бы это ни стоило… даже если ради этого придётся растоптать счастье других. Да, я воспользовался Мией и пытался её использовать… но не жалею об этом. — Я тебя не люблю, — сказал я прямо, решив выложить всю правду. — И ты всё равно хочешь выйти за меня? — Да. Я всё равно хочу быть рядом с тобой. Хочу быть тебе полезной, — настаивала она. — Но я буду стараться. Я буду стараться изо всех сил… чтобы, может быть, однажды ты тоже полюбил меня. Я молча уставился на неё, ошеломлённый. Чувства Мии оказались намного сильнее, чем я ожидал. Её любовь чертовски тяжёлая. Что заставило её так почувствовать? Да, я воспользовался её слабостью, но что я сделал, чтобы вдохновить такую любовь? Нет, не «любовь». Не думаю, что это вообще можно называть «любовью»… На этом этапе это куда ближе к «зависимости». — Я не против быть на втором месте, — добавила она с хихиканьем. Экстатический блеск в её глазах заставил меня содрогнуться — и мгновенно подтвердил: решение, которое я сейчас приму, будет правильным. Пусть я был бесконечно уверен в своих способностях и непревзойдённой силе, в тот миг я слегка дрогнул. По какой-то странной причине перед глазами мелькнуло видение, от которого у меня внутри всё оборвалось: моё собственное израненное тело лежит в грязи на тёмной пустынной дороге после того, как кто-то ударил меня ножом в бок. И всё же я не жалею о принятых решениях. — Хорошо. Я принимаю это предложение о помолвке. Ты тоже не против, да, Элис? — Я не имею права возражать против твоего решения, Люк. Однако я хочу предельно ясно обозначить одну вещь, — ответила Элис. Она повернулась к Мии и продолжила: — Я сверху, а ты снизу. Это понятно, Мия? — Понятно. Прости, что не поговорила с тобой как следует, Элис. — Поздравляю, Люк! — вмешался Йоланд. Я вздохнул. Я сейчас правда устал. — Как ты справишься в спальне, Мия? Ты уверена, что сможешь удовлетворить Люка? — В-в спальне?.. — Ты меня не понимаешь? В спальне делают только одно, разве нет? Се— [[image:/storage/reader-images/435f783ef52eeab4939366fc1e7a27da29394d5e.jpg]] — Заткнись, чёрт тебя побери, Элис. Я слегка шлёпнул её по затылку, прежде чем она успела сказать что-то совершенно возмутительное. К несчастью, от одного лишь прикосновения она начала тяжело дышать. Как же она мне надоела… Проклятая судьба. ---------- Авантюрист, попавший под перекрёстный огонь 1 — ПРОСТИТЕ! ПРОСТИТЕ МЕНЯ! ЭТО ВСЁ МОЯ ВИНА! Пожалуйста… пожалуйста… умоляю, пощадите мою дочь… Когда я поднял правую руку, раздражающая, хнычущая женщина у моих ног наконец перестала плакать. По правде говоря, мне было бы очень легко уступить досаде и просто отрубить ей голову, но я сдержал этот порыв. Нет, она ещё может мне пригодиться. — Подними голову. …Какая мерзость. Мрачное лицо женщины исказилось от ужаса и было всё в слезах. Вид у неё был настолько отвратительный, что смотреть на неё я почти не мог. Люди так сильно теряют в цене, стоит им оказаться непривлекательными, правда? — Ты прекрасно справляешься. Ну же, не принижай себя так. — А… а-а… — Твоя дочь выполнила приказ и безупречно направила их внутрь здания. Ошибка моя. Тебе незачем считать себя виновной. — Такого просто не может быть…! Я поднялся и подошёл к женщине. Затем присел, чтобы мои глаза оказались на одном уровне с её, и мягко положил руку ей на плечо. Я не хочу этого делать. Но это необходимо. Узы вокруг сердца этой женщины должны быть прочны. Ах… что это за неприятное ощущение ползёт по моей руке? Омерзительно. Надо будет не забыть потом её вымыть. — «Тьма» принесёт бедствие нашему миру. Его необходимо уничтожить. Прошу, продолжай помогать мне в этом. — …Всё, что во мне есть, принадлежит вам, мой господин. Моё тело и душа целиком посвящены служению вам. Восторженный взгляд женщины подтвердил мне, что моё решение было правильным. С ней я закончил и отступил. Этому королевству поистине везёт самым мерзким образом. Я долгие-долгие годы строил планы падения этой проклятой Милестии и её отвратительного режима гегемонии… И всё же именно в тот миг, когда я двинулся осуществлять замысел, до меня дошли слухи об обнаружении элемента Тьмы — слухи, которым я едва поверил. В последней великой войне один-единственный маг со Светом перевернул весь ход сражений и позволил Милестии забрать те трофеи, которыми она наслаждается сейчас. Зная историю этой страны, я никак не могу проигнорировать новое проявление противоположного элемента — Тьмы. Разумеется, я слишком хорошо знаю, насколько ужасна природа Тьмы… Нет, нельзя позволить, чтобы эта сила оставалась в их руках. Именно поэтому я распространил сведения среди других стран — разумеется, проследив, чтобы никто никогда не выяснил, что источником был я. Всё ради того, чтобы погасить Тьму. Милестия наверняка начнёт устранять страны, которые её ненавидят. Разумеется, я тоже сделал свои ходы. В этой стране немало тупых дворян, и польстить им оказалось проще простого. Плодом этой лести стало нападение на Магическую академию Аслана. Как минимум я хотел уничтожить Тьму, пока он ещё не развился. А ещё лучше — похитить его, если удастся. Тогда мы смогли бы использовать его как одну из своих пешек. Уверен, я сумел бы его обработать. План был крепкий, так почему же он обернулся таким блестящим провалом? Где я ошибся? Я погрузился в размышления. Магический инструмент не сработал? Нет, вероятность мала. Хм… ах, кажется, была ещё одна крупица сведений о том, что этот мальчишка довольно искусный мечник — для аристократа. Когда я впервые это услышал, я не придал значения, но возможно ли?.. Неужели он отбил их одной лишь немагической силой? Победил подготовленных убийц? Ребёнок — в этой стране, помешанной на превосходстве магии…? Не верится, что такое возможно. Или, вернее… я не хочу в это верить. …Нет. Возможно, это был другой студент. В этом году они приняли в академию мальчишку, который по их меркам некомпетентен, не способен даже пользоваться элементальной магией. Он? Или мог вмешаться кто-то третий, кого я даже представить не в состоянии? Хм… ах, я просто не знаю. Сведений слишком мало. …И что мне теперь делать? 2 — ИТАК, АЛЬФРЕД. ВОПРОС: СКОЛЬКО ты рассказал отцу о Фестивале святого меча? — Только основные сведения. Я сообщил ему лишь, что мероприятие будет проходить в империи. — Хорошо, это важно, — ответил я. — Значит, он не знает, что из-за ожесточённых боёв там каждый год гибнут люди? Альфред ничего не сказал. — Мва-ха-ха… никому об этом ни слова, Альфред. Не тревожься, я оставлю письменное распоряжение, что тебя не должны считать ответственным, если со мной там что-нибудь случится. Теперь, когда вся история с Мией наконец разрешилась, моя голова была полна мыслей о Фестивале святого меча. Он должен был пройти через несколько месяцев, и я очень ждал этого события. — В этом нет необходимости, — сказал Альфред. — Что? — Прошу прощения, господин Люк. Должен признаться: я хотел бы лично увидеть, как вы участвуете в состязании. Таково моё желание… и потому, если на турнире с вами всё же что-нибудь произойдёт, я возьму на себя всю ответственность. — Мва-ха… каким дерзким ты стал, Альфред. Мне плевать, чего ты там «желаешь». Я поставлю во главу угла собственные желания, а намерен я оставить письменную запись, снимающую с тебя вину. Меня не переубедить. — …Да, господин Люк. Благодарю вас. Разбираясь с Фестивалем святого меча, я узнал, что бои там ведутся настоящими мечами. Соревнование не то чтобы одобряет убийства, но смерть участников считается прискорбным последствием, на которое закрывают глаза. Иными словами, поединки там полностью настоящие. Мва-ха… кровь закипает. Как давно этого не было. — Для начала я раздобуду настоящий клинок. Хочу выбрать его сам. Готовься немедленно, мы выезжаем. — Понял. Я подготовлю стражу для поез— — Нет. Хватит тебя. — Да, господин Люк. Сейчас у меня есть только учебные копии, но после нападения на академию я действительно начал чувствовать, что мне нужен собственный настоящий меч. Полагаю, у рыцарей нашего дома есть оружие, и, конечно, Альфред дал мне тот кинжал, но я хочу выбрать сам. К тому же, если я намерен начать действовать как авантюрист, мне понадобится настоящий меч. Что до одежды… пока, наверное, сойдёт и академическая форма. Форма Аслана рассчитана на серьёзные магические дуэли, так что, думаю, даже при желании я вряд ли найду что-то функциональнее. Честно говоря, я взволнован. Нет, прямо-таки воодушевлён. Наверное, из-за всех неприятностей, которые в последнее время на меня свалились, возможность заняться этим приносит большое облегчение. Почти расслабляет. Хотя есть одна огромная проблема: если отец узнает, что участие в Фестивале святого меча подвергнет мою жизнь опасности, он никогда меня не отпустит. Поэтому я придумал получить квалификацию авантюриста. Тогда я смогу посетить империю не как аристократ, а как действующий авантюрист, аккуратно обойдя всю помпезность и церемонии, которые обычно сопровождают дворянина. Единственное, что меня действительно беспокоит, — опасность, если кто-нибудь на мероприятии узнает мою настоящую личность… но такой ошибки я не совершу. — Мва-ха-ха… А-ха-ха-ха! Идеально! Альфред подозрительно посмотрел на меня, когда я расхохотался, но мне было всё равно. Подготовка уже была у меня под контролем, и я верил, что всё пойдёт гладко. Отец наверняка разрешит мне участвовать в Фестивале святого меча, а значит… к кузнецу! — Слушай, прости нас, Зак. Знаю, ты сказал, что мы можем пойти с тобой, но всё равно… Эй, Феррис, ты тоже его поблагодари. — Спасибо. — Да нормально, не переживайте! Я ж всё равно особо ничем не занят. По крайней мере, это правда. И вообще, мне не трудно. Когда ты авантюрист вроде меня, начинаешь по-настоящему понимать, как важно заводить связи. Такие услуги всегда потом возвращаются и помогают. — Но ты ведь знакомишь нас с людьми и всё такое… — настаивал Канис. — Я правда не знаю, как нам тебя отблагодарить. — Да серьёзно, не переживай. Важнее другое, слушай… в общем, про кузнеца, к которому мы сегодня идём… — Хм? А что с ним? — Ну, понимаешь, он хорош… правда, отличный мастер и всё такое… но работать с ним бывает не так-то просто… — А. Ничего. С людьми хорошо умею, — сказала Феррис. Откуда у этой мелкой такая уверенность, а? Обычно у неё пустое выражение лица, и выглядит она довольно неприступной. Не говоря уже о том, что она почти не разговаривает… а когда разговаривает, всё коротко и отрывисто. Н-нет, должно же быть что-то… Наверняка у неё есть свои способы ладить с людьми. А если что-то пойдёт не так, я всё равно вмешаюсь. Не успел я оглянуться, как мы добрались до кузницы. Всё было именно таким, как я помнил: неприметный дом, превращённый в мастерскую. — Вот это то самое место, о котором я вам гов— — Я не прогнусь перед вашей проклятой властью!! Изнутри мастерской донёсся громовой яростный крик, и люди на улице остановились, чтобы посмотреть, что происходит. — Ч-что?! Я тоже ничего не понимал, но быстро вошёл внутрь. — Заткнись. Не ори на меня. В тот миг, когда я его увидел, все кошмарные воспоминания того дня поднялись из бездны и снова опутали мой разум. Я хотел заорать во всё горло от неверия: «Какого чёрта ты здесь делааааешь?!» Но не заорал. Честно говоря, считаю, что в тот момент проявил весьма достойную сдержанность. — Ал… и господин Люк?! — А? Ты кто такой? — К-конечно, вы меня не помните… Зак ничуть не удивился тому, что Люк совершенно не помнил их встречу. Похоже, для него я просто камешек у дороги. Такое трудно запомнить. Я понимаю, но чёрт, всё равно грустно это слышать вот так… — Эм, Ал?.. Что происходит? Зак познакомился с Канисом и Феррис в столице. Небольшая связь между ними привела к тому, что Зак привёл их обратно в Гильбадию, чтобы познакомить с лучшим городским кузнецом. Однако с представлениями придётся подождать. Зак решил, что прежде всего нужно уладить текущую ситуацию. — О, это ты, Зак… Ты ему скажи, ладно? Этот проклятый идиот заявляет, что не продаст нам меч. — Д-да… Ах… Ал правда злится… Я уже хочу уйти… Голос Альфреда звучал тихо и внешне спокойно, но Зак был достаточно проницателен, чтобы уловить в тоне явную злость. Он понял, что ситуация намного хаотичнее, чем показалось сначала, и живот у него сжался от тревоги. — Ничего не делай. Канис прошептал эти три слова Феррис; они оба стояли рядом с Заком как вкопанные. — Знаю. Таков был её единственный ответ. Все остальные в комнате были слишком заняты собственными обстоятельствами, и никто не услышал их короткого обмена. — Да плевать мне, что он сын лорда! — рявкнул кузнец. — Мои мечи не для игры в переодевания! Хочешь парадную железку — иди к кому-нибудь другому! — Как же неприятно иметь дело с настолько невероятно глупым человеком, — вздохнул Люк. — Ч-что ты сказал, мелкий— — Ах! Подождите, пожалуйста, господин Люк! Прошу! Одну секунду! Дайте мне поговорить с ним минуту, ладно?! — Второй раз спрашиваю: кто ты вообще такой? — Меня зовут Зак, я авантюрист! Мы скрестили мечи несколько лет назад! Люк оценивающе на него посмотрел. Ответа не последовало. — Вы меня не помните! Ничего страшного! Я знаю, что вы не помните! Зак повысил голос, пытаясь успокоить ситуацию; отчаяние проступало и в выражении его лица, и в каждом движении рук. Люк увидел взбудораженного новоприбывшего и почувствовал, как отвращение и неприязнь к нему перекрывают злость на кузнеца, но в Заке было и что-то странное: он не вызывал у Люка мгновенной неприязни. — Господин Люк. Когда вы тренировались под моим руководством, помните, я отправил запрос в Гильдию авантюристов? — Да. — Тогда вы сражались с человеком по имени Зак. Вот с ним. — Зак… Нет. Всё равно не помню. Шёпот Альфреда не пробудил в Люке никаких воспоминаний. Похоже, его разум полностью стирал память о тех, кого он считал незначительными. И всё же для Зака уже было великой победой, что ему удалось заставить Люка остановиться хотя бы на миг. — …Долго ждать я не буду. — Большое спасибо! Зак низко поклонился и подошёл к кузнецу Далкину, оказавшемуся в центре всего хаоса. Именно тогда Люк заметил и двух других людей в комнате. — О? Такое не каждый день увидишь, — заметил он, бросив взгляд на странную пару в тюрбанах. — Зверолюди? — Гх. Он легко заметил, что эти двое не были чистыми людьми. Его способности обнаруживать ману, отточенные постоянным использованием, подсказывали: ни в одном из них нет ни капли маны. От его слов лица Каниса и Феррис застыли от страха, но лишь на миг. Они быстро пришли в себя, и Канис начал действовать. — Д-да, мы ими и являемся, знаешь ли. Он размотал тюрбан, показывая отличительные черты зверолюда — свисающие собачьи уши. Затем снял и тюрбан Феррис. — Урк! Уши Феррис были кошачьими. Она не открывала их по своей воле, поэтому быстро попыталась прикрыть их руками. — Мы брат и сестра. Зверолюдям в этом королевстве трудно ужиться, правда? Поэтому мы и прячемся под тюрбанами, чтобы не напрашиваться на лишние неприятности. Канис заставил себя приветливо улыбнуться Люку. Феррис молчала. — Хмф. Зачем вы пришли в эту страну? — спросил Люк. — А? Острый взгляд Люка пронзил их насквозь, словно добрался прямо до груди и крепко обхватил их сердца. — Империя сразу за границей. Зачем приходить сюда? — снова спросил он. — Н-ну… Канис легко мог бы что-нибудь выдумать на месте, но и он, и Феррис понимали: Люк мгновенно увидит ложь. Это было всего лишь предчувствие, но оба инстинктивно были уверены, что он способен раскрыть их обман. Поэтому Канис никак не мог подобрать слова. Время тянулось, секунды становились длиннее и тяжелее, а тишина начинала душить всё вокруг. — Эм, можно я вмешаюсь? Как раз в этот момент вернулся Зак. — Что, ты уже договорился с тем типом? — спросил Люк. — Да, ну… видите ли, кузнеца зовут Далкин, и похоже, он кое-что неправильно понял. — Давай уже, выкладывай. — Кхм, ну, как вам, несомненно, известно, — начал Зак, — у великих аристократов нашего гордого королевства… то есть, при всей их, э-э, великой и благородной мудрости, конечно… принято, что— — Говори нормально. — П-прошу прощения. Похоже, он решил, что человек вашего положения, господин Люк, вообще не станет интересоваться фехтованием. Он подумал, что вы хотите купить церемониальный меч. И, ну… кхм… — Просто скажи уже. — Ну, я объяснил Далкину, что вы мечник, но он правда упрямый… Говорит, поверит, когда увидит собственными глазами. — А? — Ах! Зак поморщился, ощутив, как внутри Люка стремительно разгорается пламя ярости. — Ты хочешь, чтобы я продемонстрировал ему свою силу? — произнёс Люк, источая ужасную ауру гнева. — И кто он, чёрт возьми, такой? Никто! Куча конского дерьма! Да и ты, если на то пошло, кем себя возомнил?! — А-а-а… простите! Простите! — взвыл Зак и проклял собственную судьбу, пока живот скручивало узлами. — Но, — внезапно добавил Люк, — хе… полагаю, возможно, мне и стоит это сделать. — А? На лице Люка появилось мучительное выражение. Если я собираюсь играть роль авантюриста, нельзя злиться из-за каждого пустячного оскорбления… Люк вздохнул, пытаясь выпустить наружу бурлящую внутри ярость. — Зак, кажется? Пообещай мне одну вещь. — Кхм… чем могу быть полезен? — Я согласен. Покажу свои навыки владения мечом. Но понимаешь… — Он запнулся и нахмурился. — Не могу точно объяснить, но мне кажется, если я это сделаю, возникнет какая-нибудь раздражающая новая проблема. — Эм?.. Это ощущение было всего лишь предчувствием, но оно опиралось на его опыт. Его не отпускало дурное чувство: будто действие, которое он собирался совершить, приведёт к неприятным и непредвиденным последствиям. — Слушай, я продемонстрирую свои фехтовальные способности… но если из-за этого возникнет какая-нибудь проблема, решать её будешь ты. Ты меня понял, Зак? — Д-да… понял. На самом деле Зак совершенно не понял, что говорит Люк, но всё равно согласился. — Испытать клинок можно на заднем дворе, — сказал Далкин и пошёл вглубь мастерской, явно считая, что одного этого действия достаточно, чтобы они последовали за ним. Люк взбесился от его наглости, но вытерпел, напоминая себе, что ему нужно вести себя как обычному авантюристу. Альфред ничем не выдал эмоций, но чувствовал примерно то же, что и Люк. Он был настолько предан, что даже злился за своего господина, когда того оскорбляли. Все двинулись следом за Далкином, включая Каниса и Феррис, которые молча замыкали шествие. — Вот здесь. На заднем дворе стояло несколько рядов соломенных тюков — место было идеально подготовлено для испытания клинка, как и сказал кузнец. Люк молча подошёл к тюкам и положил на них руки. — Это не должно вызвать затруднений… С этими словами он вытащил свой тренировочный меч-копию. Он принёс его как образец для кузнеца, чтобы показать, какой меч хочет заказать, ведь настолько привык к его ощущению в руке. — Эй, да у этой штуки даже лезвия н— — Заткнись и смотри. — Ч-что ты мне сейчас сказал?! — Ну же! Давайте просто минутку посмотрим, мастер Далкин. Люк на мгновение ощутил меч в руках, затем принял стойку. Он опустил бёдра чуть ниже к земле и тем же движением выставил правую ногу вперёд, удерживая клинок справа от себя. Люк сосредоточился, и перемена в его облике была резкой и мгновенной. От него исходила напряжённая, опасная аура. Вот оно. Это зрелище мрачно напомнило Заку, что мальчик перед ним — настоящее чудовище. Люк всего лишь взялся за меч и встал в позицию, но этого хватило, чтобы все присутствующие ощутили его силу. Увидели её все, включая Далкина. Он был кузнецом, но в мечах разбирался достаточно, чтобы понять, что перед ним. Предубеждён здесь был я. Мальчишка аристократ, вот я и смотрел на него иначе… Сила Люка уже была неоспорима, но Далкин не остановил его демонстрацию. Кузнеца захватило неудержимое желание смотреть дальше. Он должен был увидеть, что произойдёт. Однако разум Люка уже не был открыт ни для чего, кроме цели перед ним. Все его отточенные чувства сосредоточились на одном-единственном. Удар был настолько быстр, что его едва можно было заметить. Только Альфред, Канис и Феррис смогли полностью увидеть технику: Альфред — благодаря годам тренировок, Канис и Феррис — благодаря превосходным чувствам зверолюдей. Зак увидел какую-то вспышку, но смазанную и неясную. Далкин не увидел ничего, но почувствовал, что что-то произошло. Верхняя половина соломенного тюка отделилась от нижней и тяжело шлёпнулась на землю. — Чт— Удивлённый вскрик вырвался у Зака, который всё ещё растерянно смотрел, как тюк падает на землю и распадается на три части. Неопытному глазу это могло показаться одним движением, но на деле Люк нанёс мечом несколько ударов. Небольшая толпа во дворе молчала, пока осознание постепенно оседало в головах, и затем один человек нарушил тишину. — Великолепно! Крик вырвался из самой души Альфреда. Он внезапно опустился на колени и, подняв руки к небу, возгласил слова хвалы и восхищения. — Господин Люк! Я и не представлял — совершенно не представлял, что вы стали настолько сильны! — А? Люк остолбенел от преображения Альфреда, и дальше ситуация лишь ухудшилась. — Эй, ты что это— гх! Люка перебил неприятный всхлип, за которым последовало сдавленное рыдание. По какой-то причине Далкин открыто разрыдался. В тот же миг, когда Люк увидел блестящие в его глазах слёзы, он понял: его выбор породил ровно ту проблему, которой он опасался. Он позвал на помощь. — Эй, Зак! Сделай что-нибудь! — Э-э-э?! Заворожённый движениями меча Люка, Зак впал в некое оцепенение. Но быстро очнулся, когда из-за хаоса, разворачивавшегося у него на глазах, боль в животе вернулась с десятикратной силой. 3 Я ТАК И ЗНАЛ. В МОЁМ МЕЧЕ СОСРЕДОТАЧИВАЕТСЯ какой-то странный свет, но… что это? Это явно не мана. Точно что-то другое, какая-то непонятная мне сила. Чёрт, у меня такое чувство, будто я упускаю какую-то важную настройку… Что бы это ни было, оно усиливает мои удары настолько, что мой тренировочный меч без лезвия становится острее любого настоящего клинка. В последнее время на тренировках я сосредотачивался именно на этой новой силе. Возможно, я ещё не понимаю её до конца, но уверен, она станет для меня ключом к новым высотам. То есть мой меч и правда стал быстрее и острее, чем когда-либо. Но он не достиг предела, и я тоже. Нет, я могу подняться ещё выше. Мва-ха… меч — это так весело. — Э-э… господин Люк? У вас найдётся минутка? Мастер Далкин хотел бы кое-что сказать. — П-простииииииите! — взвыл Далкин, бросившись ко мне и прижавшись лбом к земле. — Я б-б-ууу… был неправ! Только потому, ч-что вы аристократ, я… я… у-уа-а-а! Я молча и с отвращением смотрел на него сверху вниз. …Мерзость. — Ах… простите! Мастер Далкин — кузнец, так что такие вещи у них, можно сказать, в порядке вещей… н-но вы хотя бы согласитесь его выслушать? Пожалуйста, господин Люк! Я бросил взгляд на Зака. Тот быстро склонил голову, видимо почувствовав, что я теряю терпение к кузнецу. Не совсем понимаю почему, но этого Зака я не ненавижу… возможно, он мне даже чем-то нравится. Как мужчина он мало что собой представляет, но я чувствую с ним странное товарищество. Мы только что встретились… нет, стоп, кажется, мы однажды уже сражались? Хотя я не помню. — Итак… — снова начал Зак, но Далкин его перебил. — Прошу… примите этот меч! Мне не нужна оплата! Прошу! Я хочу, чтобы вы пользовались этим мечом!! Далкин протянул мне меч. Я вытащил его из чёрных ножен и увидел своё отражение в серебристом блеске клинка. Кроме того, в мече чувствовалась сильная мана. Честно говоря, между моей любимой копией и этим новым мечом было мало различий. Более того, в руках он ощущался так же хорошо. Хмф. Изумительно. — Старик, эта штука ведь из мифрила, да? — сказал Зак кузнецу. — Типа, ух ты, меч — настоящее произведение искусства, куда круче того, что есть у меня. Разве с мифрилом не жутко трудно работать, потому что он такой прочный?.. — Ага, ещё как. Меч сделан из мифрила с сердцевиной из кости чёрного дракона. Гарда — из зуба чёрного дракона, а в ножнах — кожа чёрного дракона. Это моя лучшая работа, без вариантов!! — Ч-чёрного дракона?! Откуда ты вообще такое достал? О-хо! Один из цветных драконов, значит? Помню, на лекции по монстроведению нам рассказывали, что это высокоуровневые монстры, уступающие только элементальным драконам и драконьим королям. Мне нравился этот предмет… преподаватель рассказывал всякое, чего не было в учебнике. Я с нетерпением ждал практических занятий по охоте на монстров, которые должны были пройти этим летом, но проклятые нападавшие всё у меня отняли. Я взял меч из рук Далкина и сделал несколько лёгких взмахов. У него был хороший вес, и рассекать воздух клинком было приятно. Это действительно хороший меч. — Далкин. Я неверно тебя оценил. — О-ох… — с тихим вздохом произнёс он. — Для меня великая честь получить от вас эти слова… — «Великая честь»?! — рассмеялся Зак. — Мастер Далкин теперь заговорил как джентльмен?! Его дерзость была непростительна, но мне нравятся люди с истинным талантом. Я его прощу. В конце концов, я весьма снисходителен. — Однако эти деньги ты возьмёшь, — сообщил я. — Альфред. — Да, господин Люк. — Подождите, пожалуйста! Я не могу принять пла— — Не заблуждайся. Это инвестиция, которую ты отныне используешь, чтобы выковать мне ещё более великий меч. Понятно? — А-ах… я, э-э… Да! Обещаю! — Он снова начинает меня раздражать. Зак. Сделай что-нибудь. — Почему я?! Я действительно хочу, чтобы он сделал мне ещё лучший меч, но причина не только в этом. Честно? Я не вынес бы долга перед этим человеком. Поэтому и предложил плату… но, чёрт, похоже, он изо всех сил заставляет меня пожалеть, раз рыдает и воет у меня в ногах. Ну же, ты взрослый мужчина! Но ладно, пожалуй, оставлю эту проблему Заку. — Кхм, извиняюсь… но я только что вспомнил, что нам пора кое-куда. Простите, что так внезапно уходим. Большое спасибо за сегодня. — …Спасибо. Едва мы вышли из кузницы Далкина, Канис и Феррис собрались уходить. — А, точно! Не переживайте! В следующий раз я отведу вас обоих куда-нибудь нормально поесть, поняли?! — сказал Зак, провожая их взглядом. — Подождите. Люк окликнул их, останавливая, и Канис с Феррис снова почувствовали, как рука крепко сжимается вокруг их сердец. — Я хочу кое о чём вас спросить. Встретимся ещё раз. — Разумеется, господин Люк. Тогда до свидания. — Хмф. Пока Люк больше ничего не сказал. Канис и Феррис ушли. — Э-э… мне тоже пора… Зак тоже попытался воспользоваться случаем и сбежать. С того самого момента, как он прибыл в кузницу и столкнулся с Люком, ему казалось, что он не может нормально дышать из-за тяжести огромного, панического страха, давившего на него. Он так боялся сказать что-нибудь не то, что живот болел. Люк был великим аристократом, и хотя Зак был опытным авантюристом, он всё же оставался простолюдином. Он не мог не следить за каждым своим словом, и было вполне естественно, что он держался настороже. К несчастью, горячее желание Зака уйти исполнено не было. — Зак, отведи меня в эту вашу гильдию, или как вы её там называете, — вмешался Люк. — Я стану авантюристом. — …А? — Не заставляй меня повторять. — А-а-а, простите! Сейчас же отведу! Выбора у него, конечно, не было. Зак понимал, что сопротивляться бесполезно, но всё же не удержался и бросил на Альфреда жалкий, умоляющий взгляд — просто на всякий случай. Разумеется, его щенячьи глаза встретились с молчаливым острым взглядом. От этого живот Зака скрутило ещё сильнее, и он отказался от сопротивления. Он прекрасно знал: в жизни бывают моменты, когда важно сдаться. Хватит уже… я просто хочу домой, к друзьям… Он покорно повёл Люка к Гильдии авантюристов, и путь прошёл в довольно неловком молчании. Зак умел вести разговор и в обычных обстоятельствах заполнил бы паузу болтовнёй, но решил, что сейчас лучше ничего не говорить. Он не знал, на что Люк может обидеться, и очень хотел не спровоцировать его случайной фразой. В итоге он выбрал самый безопасный вариант: молчание. Через какое-то время они увидели, как по дороге им навстречу едут несколько конных экипажей. Они явно принадлежали аристократу. — А? Это ведь?.. Люк порылся в памяти, но не мог вспомнить, чтобы отец упоминал гостей. Это явно был кто-то важный, но кто? Ни Люк, ни Зак не знали, что в одно и то же мгновение у них в головах возникла совершенно одинаковая мысль: у меня плохое предчувствие. Они оба отчаянно желали, чтобы экипажи просто прогрохотали мимо, но мир словно насмехался над их молитвами. Кареты остановились прямо перед ними. — Годвины, значит? — пробормотал Люк, взглянув на герб, украшавший дверцы кареты. Годвины были одним из ведущих домов фракции знати наряду с Гилбертами. Дверца кареты медленно открылась, показывая сидящую внутри женщину. — Давно не виделись, Люк. Люк скользнул оценивающим взглядом по этой особе, которая, судя по всему, его узнала. Она была невероятно красива, но в женщине ощущалась грубоватость, не слишком подходившая аристократке. Её длинные рыжие волосы напоминали львиную гриву, а за тёмно-синими глазами жила высокомерная и тихая дерзость. Хм. У неё очень большие… э-э… волосы. И не только, подумал Люк. Глядя на неё, он почувствовал, как в его спутанном разуме кусочки головоломки медленно встают на место. — Элеонора? — Ох, как же я рада, что ты меня помнишь! Точно, я её знаю. Или Люк знал её ещё до того, как я попал в этот мир. Я вижу это в воспоминаниях Люка. Похоже, она моя подруга детства. Теперь он понял то странное ощущение, которое возникло, когда он увидел её имя на первом месте рейтинга, а потом когда Полпон позже упомянул её. Я… всё вспомнил. Процесс шёл медленно, но отношения между домами Годвинов и Гилбертов значительно ухудшились, когда Клод потерял стремление занять трон. В то время Люк и Элеонора дружили, но естественным образом отдалились, когда связь между семьями ослабла. Затем появились слухи, что Люк учится владеть мечом, и это окончательно их развело. — И ты тоже, Альфред. Давно не виделись. — И правда давно, госпожа Элеонора. — Я рада видеть вас обоих, но… — Её спокойная и дружелюбная манера мгновенно изменилась. — Что ты делаешь с этим простолюдином, Люк? Зак хотел бежать со всех ног. Теперь великих аристократов было двое — а одного уже хватало, чтобы довести его стресс почти до предела. К тому же один из них явно был недоволен и смотрел прямо на него так, словно он ниже грязи, и Зак больше не мог этого выносить. Почему всё это происходит?! Почему со мноооой?! Даже если всё было всего лишь недоразумением, Зак не посмел сказать об этом ни слова. Вместо этого он прибег к мучительному внутреннему крику. — Тебя это не касается, — резко бросил Люк. — Пожалуй, ты прав, — ответила она. — Просто я не хочу, чтобы ты снова делал что-нибудь, что уронит твоё положение, Люк. — А? — Когда я узнала, что ты взялся за меч, то не поверила своим ушам. Ярость Люка вспыхнула мгновенно и очевидно, но Элеонора вела себя так, будто не заметила. Возможно, действительно не заметила. Так или иначе, она продолжала улыбаться, ещё шире прежнего. Нееееет!! — внутренне взвыл Зак. Он не мог смотреть, как к пороховой бочке подносят огонь, и по лицу у него потёк холодный пот. — Эй, Люк, помнишь, как мы детьми играли вместе? Ты тогда был просто потрясающим. Казалось, ты можешь сделать всё, за что возьмёшься. Я ведь правда на тебя равнялась. — Что ты пытаешься сказать? — Я всего за один год поднялась на вершину Магической академии Аслана, — усмехнулась Элеонора. — Сейчас я впереди тебя — по крайней мере пока. Но неужели ты правда думаешь, что сможешь превзойти меня одним лишь фехтованием? — Мва-ха-ха… что ж, прекрасно, — тихо рассмеялся Люк. — Если хочешь, можем решить это прямо сейчас. Я знаю, каким будет результат. Элеонора громко расхохоталась, и опасная аура вокруг неё только усилилась. — Хе… А-ха-ха! Ну ладно! — объявила она. Двое аристократов прожигали друг друга взглядами, как дикие звери, и воздух налился напряжением. Казалось, они кружат вокруг друг друга, выжидая возможность вцепиться врагу в горло. Однако страшное напряжение мгновенно оборвалось. — Элеонора, что ты там делаешь? — донёсся чей-то голос из одной из карет. — Поторопись! — К сожалению, придётся отложить до другого раза, — сухо сказала она. — Прощай, Люк. — … Элеонора развернулась на каблуках и вернулась в карету. Он даже не вышел! Что это вообще такое? — подумал Люк, когда лошади тронулись с места. Отец Элеоноры намеренно пренебрёг им? Он ни разу не вышел из кареты, даже на мгновение. Словно не счёл нужным предложить Люку даже самый минимум вежливого приветствия. Эта мысль наполнила Люка праведным гневом. — Идём, — прорычал он. — Да, господин Люк. — Д-да… конечно… Люк зашагал прочь, а Зак и Альфред последовали за ним. Элеонора… эта женщина станет моей ступенью. Всё пережитое заставило несколько воспоминаний всплыть в сознании Люка, и он вспомнил ещё немного оригинального сюжета. Она настолько исключительно талантлива, что поднялась на вершину всей академии ещё на первом курсе, но Люк легко побеждает её, чтобы продемонстрировать свою силу злодея. Да, теперь помню. Её роль в истории была в том, чтобы выставить меня последним боссом академической арки… Хотя сейчас это неважно. Мне всё равно. Я сделаю себя настолько могущественным, что ничто в этой истории меня не свяжет. Память Люка немного прояснилась, а в сердце укрепилась новая решимость обрести счастье, и он снова направился к Гильдии авантюристов. Кстати говоря… что здесь вообще делал дом Годвинов? — Что такое, Элеонора? Что-то случилось между тобой и сыном Клода? — Ничего особенного. Элеонора опустилась на сиденье, и карета снова тронулась. — Ты уверена? Почему у тебя лицо такое красное?.. — Со мной всё в порядке, отец. — Понимаю… — Он помолчал. — Ч-что именно ты так ёрзаешь? Вау, то есть, то есть… когда это Люк стал таким чертовски крутым?! Он так вырос и говорит такие громкие слова! То есть он вообще не отступил! Это было так дико! У меня внутри столько накопилось, кажется, я сейчас закричу или что-нибудь такое! Он ведь точно меня победит, да? А-а, не могу дождаться, когда выложусь против него по полной! Элеонора яростно смотрела вдаль и ёрзала на сиденье. Разрыв, который фехтование Люка когда-то проложило между ними, вызвал в ней довольно серьёзную перемену. ---------- Спина героя 1 ХОТЯ ГОРОД ГИЛЬБАДИЯ И УСТУПАЛ ПО оживлённости королевской столице, авантюристов он всё равно привлекал немало. В конце концов, сюда стекались самые разные люди, торговля всевозможными товарами шла бойко, и членам гильдии было удобно закупаться оружием, магическими инструментами, зельями восстановления и всем прочим, что могло им понадобиться. Ещё одним преимуществом города была доступность дорог. Короче говоря, для авантюристов это был идеальный узел. Поэтому Гильдия авантюристов в Гильбадии занимала солидное здание, снаружи весьма внушительное. Когда Люк, Зак и Альфред пришли туда, их встретили запах еды и крепкого алкоголя, а из-за двери перед ними доносился приглушённый смех. Наконец они добрались до Гильдии авантюристов… но как раз в тот миг, когда Люк собрался открыть дверь, Зак нерешительно подал голос: — Эм… можно я кое-что спрошу? — Что? — Ну… уверен, вы и так понимаете, но, если не считать редких бывших аристократов, большинство авантюристов — простолюдины, такие же, как я. Есть шанс, э-э, ну… кто-то из них может повести себя с вами немного грубо, господин Люк. Если можно… я бы хотел, чтобы вы закрыли глаза на часть их дурных манер… — Хм, хорошо. — А? Люк согласился так мгновенно, что Зак невольно вслух выдал своё удивление. — Э? Что, есть ещё что-то? — Н-нет… это всё. Спасибо. В кузнице Далкина Зак сделал то, о чём Люк его попросил, и увёл ситуацию из полного хаоса в более-менее управляемое русло. Из-за этого Люк почувствовал с авантюристом некое товарищество. Так или иначе, Зак ему по-своему нравился. — Тогда войдём. Веди. — Х-хорошо. Зак на миг замер, произнося в сердце последнюю молитву. Пожалуйста… пусть здесь ничего не случится! С решительным толчком он открыл дверь гильдии и вошёл внутрь. Всё, что он там увидел, было для него привычным, но для Люка — совершенно новым. Гильдия одновременно служила таверной, поэтому здесь обычно стоял шум. Внутри толпились не только группы авантюристов в доспехах, но и немало людей, выпивавших у стойки. — Га-ха-ха… о! Ну надо же, Зак! Давненько не— Посетитель, который повернулся поприветствовать вошедших, захлопнул рот, едва заметив мальчика у Зака за спиной. Когда к ним обернулись и другие, разговоры резко оборвались, сменившись тишиной. Ни один авантюрист в городе Гильбадия не мог не узнать наследника дома Гилбертов — и уж тем более не мог понять, что он вообще тут делает. Однако дело было не только в растерянности и лёгкой тревоге. Одно лишь присутствие Люка пробудило в умах многих авантюристов давно погребённые травматические воспоминания. Вдруг один из мужчин испуганно завопил. — А-а?! Что с тобой, Моккель?! Эй, подожди! Не обращая внимания на товарища, мужчина бросился прочь в одну из дальних комнат. — И что это было? — спросил Люк. — Кто его знает, а?.. Может, живот скрутило? — слабым, неубедительным голосом предположил Зак. — Наверное, рыбу плохую съел или вроде того. Ну и болван! Простите за это, ха-ха… Тихой сухой усмешке Зака, казалось, не от чего было отразиться в безмолвной гильдии. Конечно, он понимал, что только что произошло. Убежавший мужчина был Моккель, авантюрист ранга A, широко известный в городе. Зак знал и о том, что около трёх лет назад тому не повезло столкнуться с Люком. Как и Зак, как и бессчётное множество других мужчин, Моккель получил от клинка Люка непоправимый удар по самооценке и унёс с собой тяжёлые травматические воспоминания. Печально, но в этих краях такая история встречалась очень часто. Держись, Моккель. Я в тебя верю. Зак безмолвно помолился за него. — А, эм… Зак! Что тебе сегодня нужно? К нему обратилась официантка с подносом еды в руках. Двигалась она деревянно и, говоря, то и дело косилась на Люка и Альфреда. — Вообще-то господин Люк пришёл зарегистрироваться авантюристом, так что— — А?! Официантка отреагировала на пробормотанный ответ Зака полным потрясением. Её возглас удивления тут же эхом подхватили все в здании. — Я-я сейчас же позову главу гильдии! — крикнула она, поставила поднос с едой на ближайший стол и быстро убежала вверх по лестнице, в другую комнату. Люк молча наблюдал за происходящим с каменным лицом. — …А-а-а. Зак почувствовал, что настроение Люка медленно портится, и издал тихий стон отчаяния; но он ещё не знал, что до дна они пока не дошли. На самом деле всё вот-вот должно было стать по-настоящему ужасным. — Га-ха-ха-ха! Жалкие у этого города авантюристы!! К Люку направился крупный мужчина. Когда тот приблизился, лицо Альфреда стало чуть строже, и он шагнул вперёд, чтобы защитить своего господина. Это худший вариант! — внутренне взвыл Зак. Он знал почти всех в зале, но этого конкретного мужчину никогда прежде не видел. Значит, он недавно прибыл. Иначе ни за что не подумал бы сделать такую глупость. — Что, маленькому дворянчику захотелось поиграть в авантюриста? Га-ха-ха-ха! Да ты шутишь— В тот же миг трое других мужчин вскочили на ноги и бросились к Люку с дворецким. Одновременно крупный агрессивный мужчина наконец подошёл на нужную дистанцию… и Люк тут же отправил его в полёт. — Стой! — хором закричали три перепуганных голоса. — Бларгх! — хрюкнул мужчина, отскакивая по залу. Люк устал от подобных ситуаций, но при этом уже начал к ним привыкать. Он вздохнул почти с покорностью. — Ты вообще чем думаешь?! — Гр-р-р, ты что творишь?! — Э? Я п-просто… — Идиот! Болван! Мозгов нет! Завязывай с этим! — Да, завязывай! Гр-р-р! — А? Троица на короткий миг отчитала товарища, затем резко развернулась к Люку. — Примите наши глубочайшие извинения! — сказали они в один голос. Трио поклонилось с такой идеальной синхронностью, что Люк подумал: они, должно быть, заранее это где-то отрепетировали. Он молча смотрел на них. — Эй, ты! — воскликнул один из них, снова обернувшись к агрессивному товарищу. — Ты тоже извиняться не собираешься?! Он хлопнул крупного мужчину по затылку, заставляя поклониться и его. — Ай! П-простите… После этого его без лишних церемоний уволокли в одну из дальних комнат. Уходя, один из троих взглянул на Зака и поднял большой палец. — Р-ребята…! Эти трое были авантюристами, которых Зак прекрасно знал. Крупный мужчина, подошедший к Люку, всего лишь следовал давней традиции подтрунивать над новичками, но не понял, что Люк — не обычный новичок. Зак задумался, осознаёт ли этот человек, насколько ему повезло, что трое друзей бросились его спасать. — Ну, ну… господин Люк! — позвал ещё один мужчина, спешно выбегая из одной из дальних комнат. — И если это не Ал… то есть сэр Альфред! Добро пожаловать в Гильдию авантюристов! Это был глава гильдии Гильбадийского отделения, Дольче Паннакотта. — Я правильно понимаю, что вы желаете получить лицензию авантюриста? — спросил глава гильдии, взглянув на Люка. — Да. — Понял. Тогда прошу, позвольте мне лично заняться вашим заявлением. Люк молча прищурился. Разве приём заявлений и запросов на работу не вон там? Почему глава гильдии лично выходит ради этого? Потому что я аристократ? Раздражает… Люк ощутил раздражение из-за лишнего, ненужного внимания, которое привлекало его благородное происхождение. — Тогда прошу сюда. В соседней комнате я с радостью объясню вам нашу работу, расписания и систему вознаграждений, — сказал Дольче, вежливо приглашая их пройти. — Кстати, могу я спросить, в каких вы отношениях с Заком? — Хм, какое-то время я буду состоять в его отряде. Вопрос Дольче прозвучал непринуждённо, и Люк ответил так же. — Что? Заку понадобилось несколько мгновений, чтобы осознать сказанное Люком. Он с нетерпением ждал удобного случая развернуться, бодро объявить: «Ну что ж, до встречи!» — и на этот раз сбежать насовсем. Он молчал, позволяя словам медленно просачиваться в мозг, пока наконец не понял их смысл. — Что-о-о-о-о?! Крик вырвался из самой души Зака. Он инстинктивно посмотрел на товарищей по гильдии в поисках спасения, но каждый авантюрист в зале — включая тех троих хороших друзей, что только что помогли ему с нападением здоровяка на Люка, — идеально синхронно отвёл глаза. 2 В ТОТ ДЕНЬ ЛЮК СТАЛ АВАНТЮРИСТОМ РАНГА B. Дольче, глава Гильбадийского отделения гильдии, прекрасно понимал: по способностям новобранца можно было сразу поставить в высший доступный ранг. Однако для получения ранга A и выше авантюристу требовались результаты. Таковы были правила, и Дольче оставалось лишь бесчисленное множество раз кланяться, объясняя это. Люк, впрочем, принял ранг довольно легко. Для него стать авантюристом было всего лишь средством получить доступ к империи за границей, а до их системы рангов ему не было никакого дела. Но главное — он был в хорошем настроении: наконец получил настоящий меч и официально стал авантюристом. Его нынешний план сводился к тому, чтобы коротать время за авантюрной работой, готовясь к Фестивалю святого меча. Он был свободен от многих раздражителей, мучивших его в академии. Впервые за долгое время будущее его воодушевляло, и он был по-настоящему, искренне счастлив. Зарегистрировавшись лицензированным авантюристом, Люк зашёл в трактир, чтобы собрать товарищей Зака, а затем вернулся в особняк. В конце концов, ему нужно было объяснить отцу, Клоду, что он собирается делать. К тому времени, как он вернулся домой, ни Элеоноры, ни карет Годвинов уже не было. Их присутствие немного заинтересовало Люка, но он понимал, что отец предпринимает ходы, связанные с недавним нападением на Магическую академию Аслана, и не стал допытываться, какие именно. Тем временем Зак снова хотел сбежать, но из-за всего происходящего был слишком измотан, чтобы пытаться. С совершенно пустой головой он всё же сумел убедить товарищей по отряду присоединиться. В особняк он прибыл почти выхолощенным, но вскоре на него навалилась вся тяжесть ситуации. Лишь когда Клод пронзил его вопросами с подтекстом вроде: «Ты ведь понимаешь, что случится, если с моим сыном что-нибудь произойдёт?» — всё тело Зака начало дрожать. Великий лес Исплита, также известный как «Лес духов», был морем деревьев, окружавшим город Гильбадию. Лес был пышен и щедр, он давал городу богатые природные ресурсы. Однако в нём обитало и множество монстров, часто угрожавших жизням жителей окрестных деревушек. Вдоль опушки проходила хорошо используемая большая дорога, поэтому авантюристам, базировавшимся в Гильбадии, очень часто поручали охоту на этих монстров. Собственно, такие задания составляли основную часть запросов, поступавших в гильдию. Между Великим лесом Исплита и городом Гильбадией раскинулась очень большая равнина, где, что вполне предсказуемо, водились очень большие монстры. — Гра-а-а-а-а!! — Я вывел его на вас! Теперь всё зависит от вас, господин Люк! — Господин Люк! — Ага. Зак и остальные члены «Следов когтей Серого волка» окликнули Люка, и тот ответил коротко и спокойно, хотя гигантская ящерица бешено неслась к ним по траве. Вблизи они всегда кажутся огромными, а? Монстр, надвигавшийся на Люка, был настолько велик, что с лёгкостью мог бы проглотить человека целиком. Хотя я уже к ним привык. На самом деле авантюристы Гильбадии довольно часто сталкивались в поле с гигантскими ящерицами, и Люк уже победил несколько таких. Правда, они всё же имели сложность ранга B и могли представлять серьёзную угрозу. Меч или магия… чем его прикончить? После короткого колебания Люк взялся за рукоять меча. Дело было не в том, что меч эффективнее убивал монстров — такие рациональные соображения в голову Люка не входили. Меч ему нравился больше, и это было единственной причиной выбора. Зверь снова издал жуткий рёв, приближаясь. — Мва-ха… как всегда, шумный. Люк оттолкнулся от земли и рванул к гигантской ящерице, прыгнул к шее монстра и одним плавным движением выхватил меч. Сверкнуло лезвие, и к тому времени, как Люк приземлился по другую сторону существа, головы у него уже не было. Он сделал это так легко, что убийство выглядело почти будничным. — Прекрасная работа, господин Люк! — Они только и делают, что несутся напролом. Мне они наскучили. — А-ха… ну, они всё-таки огромные, так что, когда они так несутся, довольно страшно. — Га-ха-ха! Я знал, что вы справитесь, господин Люк! — Отлично! — Как всегда, великолепно. С тех пор как Люк временно вступил в «Следы когтей Серого волка» и начал работать авантюристом, прошло две недели. Его стремительное повышение до ранга A стало беспрецедентным, и с остальными членами отряда Зака у него сложились более-менее дружеские отношения. Первые три дня были довольно мучительными: Зак постоянно был на взводе и переживал из-за каждого произнесённого слова. Однако, несмотря на неловкое начало, очень быстро стало ясно, насколько полезен Люк для их отряда. С ним они выполняли заказы куда эффективнее, а общий доход резко вырос. Зак опасался, что присутствие Люка нарушит их построения, но, как ни странно, такой проблемы не возникло. Зак всё ещё часто испытывал больший стресс, чем обычно, но решил, что жаловаться на это вряд ли имеет право — учитывая, сколько денег они теперь загребали. В конце концов, при необходимости он прекрасно умел мыслить позитивно. [[image:/storage/reader-images/695f5972e994fae769bb30cc5aeaf4a1a99f998a.jpg]] — Э-э, тогда разделка и утилизация… — Разумеется, я займусь этим, — быстро ответил Люк. — Понял. Сиппел, ты, я и господин Люк займёмся расчленением. Куй Гон, Суфсаса, вы двое прикрываете нам спины. — Есть! — Понял! — …Ладно. И зачем господин Люк занимается всей этой грязной работой? Это же самая раздражающая часть задания, которую никто делать не любит, — подумал Зак, доставая нож для разделки туши. После завершения охоты на монстра труп нужно было обработать несколькими способами. Авантюристы, добывшие цель, должны были принести доказательство выполненной работы, а также все полезные материалы, которые можно было извлечь из тела. Расчленение служило ещё и предотвращению распространения заразных болезней. Это была очень важная работа, но мало кто из авантюристов получал от неё удовольствие. Проще говоря, она была скучной, раздражающей и неприятной. Для некоторых монстров требовалась ловкая рука и точные разрезы, что тоже заставляло многих авантюристов ненавидеть этот труд. Кое-кто терпеть его не мог настолько, что вовсе отказывался участвовать и платил гильдии из собственного кармана, чтобы та всё сделала за него. Одна из важных причин, по которой Люк выбрал эту мрачную работу сам, была простой гордыней. Так он демонстрировал: в мире нет ничего, чего он не смог бы сделать, будь оно возвышенным или низким. Кроме того, всё в авантюрной жизни было для него новым, и даже самые неприятные её стороны казались свежими и увлекательными. Его ничто не сковывало, и жизнь, которую он вёл, наконец ощущалась его собственной. Он охотился на монстров, убивал их и получал за это монеты. Простота всего процесса была приятна. — Эй, Зак! — Д-да?! Голос Зака сорвался от неожиданного оклика. Он уже привык находиться рядом с Люком, но в этом мальчике всё равно было что-то, заставлявшее его съёживаться. — Знаешь, мне любопытно, — сказал Люк. — Есть какая-то причина, почему ваш отряд называется «Следы когтей Серого волка»? — А… Для Люка это был лёгкий, праздный интерес — простой вопрос, который вдруг пришёл ему в голову. — Эм… тогда, думаю, сначала с основ. Вы знаете, что такое серый волк? — Разумеется. Монстр ранга D, нет? Почти не заслуживает внимания. — Ну, когда я только начинал, стая таких, э-э… чуть меня не убила… хе-хе, — смущённо рассмеялся Зак. — Что? — Га-ха-ха! Ещё как! Ты был одной ногой в могиле, мужик! Вот это воспоминания! — расхохотался здоровяк Сиппел. — Тогда я ещё был новичком, — быстро объяснил Зак. — Уверенным, но без всяких оснований. Потерял бдительность, и волки чуть не прикончили нас всех. Вот, смотрите. — … Зак задрал один рукав и показал Люку длинные шрамы на руке. — Так что название вроде предупреждения. Для меня самого, понимаете? Хочу не забывать, каким был в начале. Когда авантюристы там, в поле, расслабляются хотя бы на секунду, они могут умереть в мгновение ока. — Хм, понятно. Я знал, что ты мне нравишься. — …Э? Люк уже был уверен, что Зак — первоклассный авантюрист, и, к добру или к худу, эта история лишь усилила привязанность, которую он к нему испытывал. Когда с тушей гигантской ящерицы было надлежащим образом покончено, Люк и отряд вернулись в Гильбадию. — Мы здесь немного отдыхаем, а потом снова выходим, когда появится хороший заказ, верно? — Разумеется. — Понял, господин Люк. Теперь их отряд привык выполнять по несколько заказов за день, но сначала им нужно было возвращаться в город за наградами. Люк и остальные отправились обратно в гильдию, по дороге докупая расходные необходимые вещи. Многие жители Гильбадии всё ещё смотрели на Люка со страхом в глазах, но, как и к большинству вещей, к нему понемногу привыкали. — Эй, Зак, загляни как-нибудь! — Ты чего, старик? Солнце ещё высоко! Пока они шли по улицам, многие окликали Зака и его товарищей. В городе отряд особенно любили, и каждый был рад их дружбе и расположению. Зак бодро отвечал на оклики прохожих, пока они наконец не подошли к Гильдии авантюристов. И как раз когда Люк положил руку на ручку, чтобы войти внутрь, пронзительный голос пробился через дверь и вонзился ему прямо в череп: — Я уже сказала! Я пришла спросить, где Люк! Сердце Люка будто свинцовой гирей рухнуло вниз. — …Зак, слушай меня. — Ч-что такое? — У меня ощущение, что сейчас произойдёт что-то… раздражающее. — Какое совпадение, у меня ровно такое же чувство. — Тогда ты понимаешь, что я собираюсь сказать? — спросил Люк, бросив на него взгляд. — Да… снова мне всё исправлять, да? — вздохнул Зак. Зак не только тоже услышал голос, но и отреагировал точно так же. Он испытывал похожее дурное предчувствие насчёт того, что находилось по ту сторону двери, а предчувствия Люка и Зака, как правило, оказывались верными. Но стоять перед гильдией весь день они тоже не могли. Люк собрался с духом и медленно открыл дверь. — Эй, Лили, успокойся… а! Люк! Абель обернулся поприветствовать Люка, а тот, не находя слов, почти физически ощутил, как у него над головой всплывают вопросительные знаки. — П-прости за внезапный визит. Мы просто хотели зайти и посмотреть, как у тебя дела, — сказал Абель. — Просто провести время, вот и всё! — Давно не виделись, Люк, — сказала рядом с ним Лили. Люк понятия не имел, о чём говорит Абель. — Вы пришли… провести время… со мной? Люк отчаянно пытался переварить смысл слов. По отдельности он их понимал, но вместе они никак не складывались в связное целое. — Да! Я так удивился, когда услышал, что ты стал авантюристом! — широко улыбнулся Абель. — Мы с Лили тоже пошли и получили лицензии! Вот совпадение, да?! Мозг Люка почти закоротило от полной непостижимости происходящего, но один обрывок информации всё же зацепился в сознании: этот идиот всерьёз думает, что мы друзья?.. У Люка внезапно сильно закружилась голова. — Зак… я устал. На сегодня всё. — А? — Т-ты в порядке, Люк?! Абель бросился к Люку с выражением искренней тревоги за его самочувствие. 3 ИМЕННО В ЭТОТ МИГ ЛЮК ОКОНЧАТЕЛЬНО убедился. В этом мире существует судьба. Иначе не объяснить. Почему ещё Абель оказался бы здесь? Никакого другого объяснения я просто не вижу. Абель смотрел на Люка с обеспокоенным лицом, совершенно не подозревая о его внутренней скорби. Один вид этого мальчишки лишь ещё сильнее очернял сердце Люка. И всё же… Когда это произошло? Когда я начал принимать эти раздражающие стороны реальности как неизбежность? Что бы я ни делал, бесконечная череда досад и раздражителей не утихает, а каждый раз, когда поднимается новая волна, она превосходит мои ожидания. Где-то в подсознании Люк начал признавать необходимость компромисса — того, что ему придётся уступать. Именно это он и понял. Значит, я шёл на компромиссы…? — Мва-ха… не смешите меня. Разум Люка, ещё мгновение назад полный печали, теперь захлестнула ярость. Все следы жалости к себе исчезли, оставив лишь чистый гнев. Он злился не только на Абеля, но и на всё в мире, что его раздражало; и когда чувства Люка достигли предела, из него хлынуло устрашающее количество маны. Температура воздуха будто упала, и внезапно все в зале вспомнили нечто ужасное — Люка. Они в ярких подробностях вспомнили нанесённые им травмы, ощутили перед собой его чудовищное присутствие, и по залу прошёл холод. Зак стоял ближе всех к Люку, поэтому почувствовал это первым. Волна подавляющего ужаса навалилась на него, и он коротко вскрикнул. Рядом с ним, на расстоянии вытянутой руки и в то же время почти недосягаемо, стоял монстр. — Гааа! — М-Моккель?! Авантюрист Моккель уже второй раз за месяц закричал и убежал в другую комнату. Большинство остальных, придавленных яростным выбросом маны Люка, замерли на месте и не могли пошевелиться. То, что Моккель вообще сумел бежать, на самом деле доказывало, насколько он способен. — Когда это мы с тобой стали равными? — потребовал Люк, сосредоточившись на так называемом главном герое. — Ну же. Ответь мне, Абель. — А? Люк приблизился к Абелю. — Похоже, ты что-то не так понял, поэтому я объясню. Мы с тобой не— — Эй, прекрати! Лили встала между двумя мальчиками, будто не боялась ни одного из них. Люк свирепо посмотрел на неё за дерзость и лишь тогда заметил, что её руки слегка дрожат. — Вы оба ученики Аслана, — твёрдо сказала она, — и мы пришли провести время вместе! Абель очень ждал возможности увидеться с тобой, Люк! Лили изо всех сил подняла голос ещё громче обычного, чтобы не поддаться страху. — …Ты… кх…! Что? Люк посмотрел на ту, кто новым голосом несогласия встала между ним и Абелем, и внутри него начали бурлить свежие эмоции. Но прежде чем он успел хотя бы начать их осмысливать, тревожный колокол гильдии резко разрезал удушающую атмосферу и потряс его до глубины. Затем прозвучало объявление — голос мужчины слегка дрожал, а слова разнеслись над городом: — Чрезвычайная ситуация!! Монстр ранга S, уровень бедствия, движется к городу!! Это ледяной дракон!! Всем авантюристам и рыцарям вооружиться и собраться у западных ворот!! Человеческая мана может быть стихийной, но что насчёт маны монстров? С ними всё так же. Наверное, лучший пример — «стихийные драконы», существа, которых совершенно справедливо называют бедствиями. Их крепкие тела покрыты чешуёй, зубы и когти легко разрывают сталь, а дыханием они могут наносить мощные атаки по площади. Они не только физически сильны и невероятно трудноуязвимы, но и настолько разумны, что способны пользоваться магией. Честно говоря? Как живые существа они, по-моему, намного превосходят людей. Наверное, логично, что мы считаем их бедствиями, да? — …Мва-ха-ха. Но откуда он взялся? Что ледяной дракон здесь делает? Почему монстр уровня бедствия внезапно спускается на город? Хм, вообще… кажется, у меня есть догадка. — Л-Люк…? Эм, прости. Может, сейчас не время об этом говорить, н-но я… Очевидно, это вот этот идиот, который нервно ёрзает рядом со мной. Абель, главный герой этого мира, наверняка ввязался в какое-то крупное сюжетное событие. Если он приехал из королевской столицы, значит, всё началось там? Но тогда что он делает здесь, в Гильбадии? Вот результат желания «провести время», да? Боже, во что он вообще играет? Я не понимаю ничего из происходящего… но ладно. Абеля я терпеть не могу, зато это столкновение мне, по сути, на руку. Возможность сразиться с таким свирепым врагом, как ледяной дракон, весьма возбуждает. Обычные гигантские ящерицы уже до смерти мне наскучили. Авантюристы продолжали собираться вокруг меня, но я видел в них тьму: их лица лишились надежды. Ледяного дракона пока не видно, но я его чувствую. Он приближается. Эй, кстати, куда делись те двое зверолюдей?.. Я немного огляделся, но в толпе их не увидел. Мне ещё нужно кое-что у них спросить. — Люк! — окликнул кто-то. Я обернулся и увидел, как ко мне спешит отец, а за его спиной — бесчисленные рыцари. Альфред тоже был там. — Вы не собираетесь эвакуироваться, отец? — Не говори глупостей. Я никогда не был настолько слаб. Меня тревожишь ты, Люк. Немедленно отправляйся с Альфредом в— — Вы ведь не собираетесь приказать мне бежать, отец? — перебил я. Обычно я никогда не сделал бы ничего подобного… но сейчас просто не могу это допустить. Я наконец нашёл врага, против которого могу выложиться полностью. Я никому не позволю отнять это у меня. Меня жгло желание сразиться с ледяным драконом. Нет, не просто жгло — внутри бушевал глубокий, почти первобытный порыв, слишком сильный, чтобы ему сопротивляться. Разум лихорадочно заработал, подыскивая подходящее оправдание, которым можно будет убедить отца, если придётся объяснять, почему я должен выйти на бой. Я быстро нашёл образцовый ответ и тут же произнёс его. — Как наследник дома Гилбертов, я отказываюсь отвернуться и бежать, пока остаются жители, которых я обязан защищать. Я поставлю на кон свою жизнь и буду сражаться до самого конца. После моих слов все поблизости замолчали, и я почувствовал взгляды — полные самых разных эмоций. Это касалось и отца, и Абеля. — Дорогой мой мальчик… Иного от моего сына и ожидать не стоило! — воскликнул отец. — Я не знал, что ты настолько решительно настроен сражаться, но хорошо. Ты победил меня! Я не стану просить тебя отступить. — С-спасибо… Отец был так счастлив, что мне стало немного не по себе. Эй, я всего лишь хочу подраться с ледяным драконом… — Однако я не позволяю тебе умереть. — Да, отец. Выражение отца почти не отличалось от обычного, но я уловил под поверхностью сложную смесь эмоций. Я был уверен, что он всё ещё очень хочет, чтобы я бежал, но сознательно решил уважить мою решимость сражаться. Наверное, за это надо быть благодарным. — Люк, ты так решительно настроен сражаться с этим существом. Я знал, ты невероятный! Правда, ты потрясающий! Позволь и мне помочь! — Ты злюка, но, возможно, я в чём-то ошибалась насчёт тебя. Ладно, значит, и мне придётся помочь! Абель и Лили смотрели на меня с какой-то странной напряжённостью — что с этими двумя? — Простите. Я неправильно вас оценивал. Я не знал, что вы настолько заботитесь обо всех нас, господин Люк, — внезапно сказал Зак, и именно тогда я заметил перемену в толпе. Во всех вокруг появился боевой дух, которого ещё несколько секунд назад не было вовсе. — Господин Люк! Я тронут!! — Зак, прекрати— — Эй, вы все! Слышали, что сказал господин Люк?! Мы, авантюристы, не станем просто стоять в стороне, верно?! — крикнул Зак товарищам, высоко поднимая меч. — Ра-а-а-а-а!! Зверь взревел так громко, что звук показался взрывом и заставил землю под ногами всех людей содрогнуться. — Побьём этого ледяного дракона, а, Люк?! Я не ответил сразу. Серьёзно? Не ожидал, что моя жалкая отговорка так их заведёт. Я правда не понимаю, как думают глупые люди. Ну, ладно. Всё равно. К нам начал плыть фронт ледяной маны. Я почувствовал, как падает температура, кожа вдруг стала холодной и липкой. Пришло время встретить надвигающееся бедствие. — Грра-а-а-а-а!! Наконец ледяной дракон появился, и я не смог удержаться от улыбки. Посмотрим, насколько ты силён на самом деле, а? Я вытащил меч — и замер, когда по воздуху тоскливо протянулся свист. Звук был странно печальным и вместе с тем настолько красивым, что на краткий миг меня заворожил. — Э-этот свист… — пробормотал Абель, поражённый. Похоже, он что-то знает об этом звуке… Интересно, что? Хотя, наверное, этого и следовало ожидать. Он наверняка связан с нападением, а именно Абель привёл его сюда… почти наверняка, по крайней мере. Так или иначе, я просто оказался втянут. Но сейчас всё это неважно. Начнём — ты падёшь, ледяной дракон. Дни, проведённые Абелем в Магической академии Аслана, были безусловно самыми счастливыми во всей его жизни. Конечно, у него было множество драгоценных и незаменимых воспоминаний о времени, проведённом с наставницей Элкой, но жизнь в общежитии Аслана изменила его. Быть на территории академии, стараться вместе с друзьями и соперниками, находить своё место среди ровесников… именно это наконец начало понемногу растапливать одиночество, которое Абель чувствовал глубоко в самой сердцевине себя. Проще говоря — ему было весело. Настолько весело, что он почти забыл отчаяние того дня, когда потерял всё, что знал. Звук свиста раздался из ниоткуда и внезапно пробудил тьму внутри Абеля. Монстры отнимают у нас всё. Поэтому я должен убивать их. Убивать, чтобы они больше никогда ничего у меня не отняли. — Этот свист. Ты знаешь, что это? — …А? Вопрос Люка вернул Абеля к реальности, подняв его со дна океана мыслей. — Д-да… — дрожащим голосом ответил Абель. — Я слышал его раньше, п— — Грра-а-а-а-а!! Дракон взревел, обрывая его. Люк молча уставился на монстра. У того был дикий вид, но казалось, будто он изо всех сил пытается чему-то сопротивляться. — Э-эй, что нам делать? Он не идёт в атаку… — нервно спросила Лили. Большинство людей в толпе застыли, подавленные ужасным присутствием ледяного дракона. Они смотрели и ждали, подняв мечи, прислушиваясь к тому, как Люк ответит на вопрос. — Хм. Есть шанс, что эту тварь контролируют, да? — Э?! Ты правда так думаешь, Люк? Но, ну… возможно, наверное. Почему я сам не заметил этого раньше? — А? Кто-то контролирует дракона?! По толпе прошёл ропот, прерываемый потрясёнными выкриками. Люк бросил это как мимолётное предположение, но оно заставило Абеля опустить голову и задуматься. Если слова Люка окажутся правдой, это радикально изменит то, как Абель понимал события того дня. Абель подсознательно держал ужасные воспоминания под крышкой — или, возможно, сознательно вдавливал их глубже, — и потому такая возможность никогда не приходила ему в голову. — Драконы не умеют свистеть, — заметил Люк. — В этом звуке тоже есть мана. Ладно, забудь. Сейчас проверю теорию. Поскольку дракон пока не нападал, Люк решил, что можно предположить: тот, кто командует ледяным драконом, не контролирует его полностью. — Стрела тьмы. Заклинание было настолько простым, что люди, услышавшие эти слова, не поняли его выбора. Магия Люка содержала элемент Тьмы, но даже этого наверняка было недостаточно. Никто не ожидал, что его заклинание сможет повредить дракона. Истинная цель Люка, однако, была совсем иной. — … Маленькая Стрела тьмы попала в цель и впиталась в огромное тело ледяного дракона… а затем взорвалась. Ледяной дракон замер в воздухе, уже не бушуя и не рвясь, как несколько мгновений назад, а изящно взмахивая крыльями, чтобы зависнуть на месте. Подозрение Люка подтвердилось: Стрела тьмы поглотила ману, которая контролировала ледяного дракона. — З-заклинание разрушено?! Г-где этот свисток? Мне нужно— гах! Люк услышал голос мужчины — панический и обезумевший. Пока все смотрели, растерянные и сбитые с толку, ледяной дракон тряхнул головой. Этим движением он сбросил что-то со своей шеи в открытый воздух — мужчину в мантии, который, похоже, и был корнем проблемы. — Н-невозможно!! Нееет!! Хрум. Ледяной дракон раскрыл чудовищную пасть и одним укусом без церемоний проглотил мужчину целиком. Над толпой воцарилась потрясённая тишина, пока её наконец не нарушил гулкий голос самого дракона. — Вы, люди, отвратительны на вкус. Он сверху вниз уставился на толпу людей, и одного этого взгляда хватило, чтобы даже самые храбрые рыцари внезапно в подробностях представили собственную неминуемую смерть. Никто не ответил ни слова, но Люку показалось, что он слышит чьи-то вопли — ужасные стоны, будто души этих людей давили прямо в груди. — И всё же какую ошибку я совершил, — продолжил дракон. — Позволить человеку, низшему существу, управлять мной… Ничто не вызывает во мне большей досады. Для дракона это было лишь выражение обычного раздражения. Для людей внизу — жестокий урок реальности. Как бы упорно они ни тренировались, насколько бы сильными ни становились, как бы безупречно ни оттачивали свои техники — в конце концов человек оставался человеком. Один отдельный человек не мог даже приблизиться к монстру ранга бедствия. Люди были не способны достичь того уровня силы и разрушения, который обрушивал на мир ледяной дракон ранга S. Лязг металла о металл зазвучал громче прежнего: рыцари дрожали в доспехах. Э-эта тварь совсем другого уровня… совсем другой ступени живой иерархии, чем мы… Зак крепче сжал рукоять меча, чувствуя, как из души уходит воля, и отчаянно пытаясь вернуть её. Он лучше многих понимал: если провалиться в глубины отчаяния, со дна этой ямы уже не выбраться. — И всё же… меня освободил человек, — задумчиво произнёс дракон. — Это очевидно. Многие в толпе увидели надежду: ярость ледяного дракона, казалось, на миг рассеялась. Слова монстра намекали, что у него есть разум, а значит, он, возможно, способен пожалеть их. Он мог просто улететь и оставить их в покое — или даже поблагодарить. Таковы были хрупкие, мимолётные надежды слабых человеческих наблюдателей. — Но, как бы то ни было, люди мне неприятны. Нет ни одной причины позволить вам жить. Для собравшихся рассуждение ледяного дракона было непостижимым и высокомерным. Впервые дракон ясно продемонстрировал им намерение убивать. Боевой дух, который Люк зажёг в толпе, в одно мгновение исчез, оставив на месте лишь трусость и страх. Только часть авантюристов ранга A и рыцарей, знавших настоящий бой, сумела удержать волю сражаться. Одни почувствовали, что смерть рядом, другие пытались заставить себя продолжать. Наступила тишина, а затем раздался сердечный смех: — Мва-ха… А-ха-ха-ха-ха!! Люди смотрели, как Люк, открыто смеясь, вышел вперёд из их рядов. Выглядел он совершенно безумным, и большая часть толпы задалась вопросом, не сорвался ли мальчик окончательно. Зак уже несколько минут продумывал отступление, а теперь быстро начал оценивать, как помочь Люку тоже сбежать. Сколько из нас переживёт следующую атаку? — подумал он. Именно такой бой, по его оценке, должен был начаться, и Зак лихорадочно искал выход. Люк, конечно, был невероятно силён, но в конце концов он всё равно оставался человеком. — Господин Люк! — закричал Зак. — Слушайте сюда, вы все. Люк даже не повернулся к ним. Стоя спиной к толпе, он казался выше обычного. — Я не позволю никому вмешиваться. С этим драконом я буду сражаться один. Вероятно, Люк был единственным из присутствующих, кто в полной мере наслаждался ситуацией такой, какая она есть. Его разум наполнили техники меча и магические заклинания, о применении которых против человеческого противника он даже не мог думать. Против столь сильного врага он, возможно, даже получит шанс использовать всё это. Люк обладал такой огромной силой, что постоянно был вынужден её регулировать и сдерживать, и больше всего на свете хотел наконец отпустить себя полностью. Без всяких ограничений. Будет весело… по-настоящему упоительный бой в полную силу. Эта мысль заставила его ухмыльнуться в тот же миг, как пришла в голову. — Что бы ни случилось, не вмешиваться. — Люк… Люк просто хотел сражаться всем, что у него было, — вот и всё. Очевидно, Абель в конце концов воспользуется своей силой главного героя и победит эту тварь, верно? Тогда в чём проблема, если вместо него её уничтожу я? Мысли Люка были просты и эгоистичны, но для людей за его спиной, которые смотрели, как он в одиночку стоит против смертоносного монстра, парящего высоко над головой… Что ж, Люк выглядел героем. Настоящим — словно сошедшим из песен. — Ах… вы и правда…! — паническим шёпотом выдохнул Зак. Сам он, по сути, думал только о собственной жизни, и его трудно было за это винить при таких обстоятельствах. Никто не смог бы отчитать его за желание выжить. Но перед ними был Люк — мальчик, который смеялся в лицо отчаянной ситуации и без колебаний ставил собственную жизнь на кон ради спасения других. Для всех было очевидно, что ему подходит только одно слово — «герой», хотя, разумеется, они понятия не имели, что у самого Люка нет ни одной благородной причины действовать. Абель ненавидел монстров. Даже если в тот день ими управлял кто-то другой, врождённый садизм монстров отрицать было невозможно. Но важнее всего — монстры отняли у Абеля всё, и он не мог не ненавидеть их за это. Поэтому единственной мыслью, на которой он мог сосредоточиться, было то, как он убьёт ледяного дракона. Эти тёмные, мстительные чувства были всем, что у него имелось… по крайней мере до того момента, пока он не увидел, как Люк гордо стоит и заявляет, что выйдет против ледяного дракона, чтобы защитить своих людей. Люк… ты правда невероятный. Я горжусь, что могу назвать себя твоим другом. Но если всё станет по-настоящему опасно, я пойду тебе помогать. Хотя знаю, как сильно это тебя разозлит. — Ты ведь пойдёшь спасать его, если он окажется в настоящей опасности? — спросила Лили. — Да, — кивнул Абель. — Честно говоря, думаю, если Люк не сможет победить этого дракона, то даже все наши силы вместе его не одолеют… — сказала Лили. — Но ты всё равно пойдёшь попытаться его спасти, да? — Да. — Хе-хе. Я знала, что ты так скажешь, Абель. Лили больше не расспрашивала его и продолжила: — Но зачем он так круто изображает спокойствие? В смысле, что плохого было бы в том, чтобы позволить нам сражаться рядом с ним? — Ты права, — ответил Абель. — Но это… ну, это так на него похоже. Совершенно не подозревая о стремительном росте своей репутации, Люк активировал заклинания. — Броня тьмы. Крылья тьмы. Наложение: Тьма. — Ого, элемент Тьмы? — заметил дракон, заинтересовавшись. — Довольно необычно. Я ценю, что ты жертвуешь собой ради других. Как насчёт сделки? Если пожелаешь, я пощажу тебя, и только тебя, при усл— — Заткни свою пасть, разросшаяся ящерица. — Что ты только что мне сказал? Поведение ледяного дракона мгновенно переменилось. Ярость и мана, исходившие от его тела, буквально заморозили всё вокруг. — Мва-ха… не расслышал? Я спросил, с какой стати какая-то летающая ящерица смеет говорить со мной свысока? — дерзко сказал Люк. — Знай своё место. — Т-ты, ничтожество!! Я не дарую тебе лёгкой смерти! Так началась битва между Люком и ледяным драконом, причём нельзя было с определённостью сказать, кто из них первым открыл огонь. 4 — ГРА-А-А-А-А-А-А-А!! Ледяной дракон собрал в глубине глотки ужасающий объём маны, а затем выдохнул его ледяной дыхательной атакой. Люк понимал: при всём его таланте и способностях прямое попадание мгновенно убьёт его. Он молча смотрел на облако смерти, движущееся к нему, словно это была ничем не примечательная часть повседневности. С самоуверенной кривой усмешкой он активировал ответное заклинание: — Тёмное солнце. До удара дыхания оставалось меньше секунды, но Люк с поразительной точностью оценил количество маны в атаке и почувствовал, что сможет поглотить его без проблем. Тёмное солнце в его правой руке медленно поднялось в воздух, и дыхание ледяного дракона неестественным рывком потянулось к нему, сместило курс и было целиком проглочено чернотой. — Дерзость! Ледяной дракон выпустил ещё одно ледяное дыхание, но на этот раз направил его не на Люка. Атака устремилась к чёрному солнцу, которое поглотило первую. Однако теперь она была несколько уже и сосредоточеннее прежней. В следующее мгновение тёмное солнце покрылось льдом. Магия Люка была побеждена. — …Великолепно. Было ли это следствием мудрости существа, глубокой и необъятной, как океан, — такой, какой человеку никогда не достичь? Или выдающейся проницательности дракона? Так или иначе, ледяной дракон знал слабость тёмной магии: существовал верхний предел того, сколько маны она способна поглотить за один раз. Именно поэтому во второй дыхательной атаке ледяной дракон сконцентрировал ману. — Значит, плотность маны действительно жизненно важна. Понятно. Мва-ха… Ллойд и правда талантлив. — Что ты гово— — Тогда я тоже сконцентрирую свою ману. Узри меньшую, более глубокую сердцевину моего… Предельного тёмного солнца! Плохо дело, — инстинктивно почувствовал ледяной дракон. — Заклинание должно быть тем же самым, но в моём распоряжении нет магии и, разумеется, нет дыхания, способного его разрушить. Ощущение было лишь инстинктивным, но ледяной дракон почти не сомневался в его точности. К тому же был и тот факт, что Люк за такой короткий промежуток времени собрал настолько много маны. Между первым и вторым запуском заклинания у Люка почти не было задержки. Значит, нужно решать мгновенно. Я должен действовать сейчас, пока это Тёмное солнце не стало достаточно большим, чтобы высосать всю ману из воздуха. — Аугх! Драконы были сильными существами с пугающе высокой сопротивляемостью как физическим, так и магическим атакам, а также с феноменальными регенеративными способностями. Как живые существа они были поистине в отдельной лиге, и именно поэтому ледяной дракон решил разрушить магию Люка собственным телом. Он хлестнул мощным, гибким хвостом по тёмному солнцу — резко и быстро, как удар копья. Дракон взвыл, когда хвост вонзился в тёмное солнце, лишь для того чтобы его ману начало стремительно высасывать. Существо было ошеломлено. Как столько моей силы может быть вырвано при столь незначительном контакте? Прямых атак нужно избегать любой ценой. — Понимаю. У вас, драконов, и правда невероятная сопротивляемость, и в атаках она тоже играет вам на руку. Хм, да, а высокая устойчивость к физическим угрозам помогает наносить урон… или, возможно, дело скорее в сопротивлении магии. Наличие обоих делает вас куда сильнее, а? — …Гах! Люк одарил дракона бесстрашной улыбкой, и именно в этот миг существо наконец поняло. Этот человек, стоящий передо мной, — низшее существо, но он действительно намерен меня убить. Ледяной дракон ничего не знал о том, что могут означать человеческие выражения лица, но был чрезвычайно восприимчив. Его чувства были тонко отточены и гораздо чувствительнее, чем у среднего человека. Он не знал, что означает улыбка Люка, но почувствовал его намерение. Осознав это, дракон ощутил, как разум заволакивает тревожная дымка, и испытал чувство, которого не испытывал уже очень давно. Не может быть. Я… боюсь…? Однако страх быстро был вытеснен другой эмоцией — жгучей яростью. Ледяной дракон никак не мог принять, что простой человек, пусть даже на кратчайшее мгновение, заставил его почувствовать настоящий страх. — Ты-ы-ы-ы!! Всего лишь человек! Дракон взмахнул крыльями, ускоряясь. — Мва-ха… а-ха-ха-ха-ха!! Как же весело! Дракон поддался ярости, но понимал, что не должен позволить Люку снова использовать магию. Именно поэтому он решил как можно быстрее сократить расстояние. Люк взмахнул чёрными магическими крыльями и взмыл в воздух навстречу его рывку. Когти и зубы ледяного дракона снова и снова сталкивались с мечом Люка. По чистой силе было ясно, что ни человек, ни дракон не имеют преимущества. Битва оказалась удивительно равной. Царапнуть, укусить или ударить хвостом — любой из этих ударов был смертелен для человека… но только если достигал цели. Люк уклонялся от каждого удара в последний миг. Какими бы быстрыми и тяжёлыми ни были атаки ледяного дракона, Люк оставался неуязвим. И, разумеется, благодаря тёмной магии ему было просто нейтрализовать каждую дыхательную и магическую атаку дракона. Затянувшийся тупик явно раздражал ледяного дракона: тот злился, что простой человек вообще отнимает у него время. Однако чем дольше продолжался бой, тем точнее становились удары меча Люка, и раздражение дракона начало уступать место куда более серьёзному чувству. — …Угх! Ледяной дракон понял это с самой первой атаки Люка. Гнев захлестнул его, и он пытался отвести глаза от фактов, но теперь это было невозможно. Я больше не могу смотреть на этого «Люка» свысока… не могу пренебрегать им как ничтожным человеком. Если продолжу недооценивать его, сегодня умру я. Ледяной дракон почувствовал это инстинктивно и наконец признал Люка равным. Именно тогда он решил поставить жизнь на грядущую битву. Королевство Милестия в целом считало магию изначально превосходящей все прочие формы боя. Большинство авантюристов вообще не знали магии и потому, независимо от других талантов, не занимали в этом обществе особенно выгодного положения. Естественно, большинство по-настоящему великих авантюристов уходили из королевства искать лучшие перспективы. Иными словами, в Гильбадии оставались только авантюристы ранга A и ниже. — Ого, — пробормотал кто-то. Для толпы низкоранговых авантюристов на земле битва Люка с ледяным драконом выглядела сценой из книжки с картинками. Невозможной, почти нереальной — и всё же разворачивалась прямо у них на глазах. Авантюристы ранга A принадлежали к элите, лучшим из лучших, и ни один человек в толпе не заблуждался настолько, чтобы считать себя достаточно сильным для вступления в бой. На это были способны лишь по-настоящему избранные — героические авантюристы рангов S и X, стоявшие в иерархии даже над ними. Они стояли на поле боя, но большинство в толпе уже опустило мечи. Люди понимали, что должны быть готовы двинуться в любой момент, и всё же были полностью заворожены дуэлью над их головами. — Люк… насколько же ты силён? Абель, как и вся потрясённая толпа, смотрел вверх. Его разум заполнила одна мысль: невероятно. Было бы совершенно естественно подумать: когда-нибудь я хочу стать таким же, как он, — но Абель понял, что не может до конца прийти к этому. Вместо этого он остановился на близком чувстве. Я никогда не стану таким, как Люк. Единственная уверенность, оставшаяся в нём, заключалась в убеждённости, что он никогда не приблизится к уровню Люка. Однако он не сдался. Как и подобало главному герою, он твёрдо решил идти собственным путём. [[image:/storage/reader-images/231863938b1a38831eb4d6350fa42ae065d53fbd.jpg]] Он настолько далеко впереди, что я даже не вижу расстояния между нами… но… когда-нибудь я хочу догнать его. Сколько бы времени ни понадобилось, я уверен, рано или поздно смо— Самоанализ Абеля внезапно и неожиданно прервался. Из-за ужасного монстра, яростной битвы и постоянной нависшей угрозы смерти толпа была очень тихой и подавленной. Почти никто не выбивался из строя. Никто, кроме одного человека. — Превосхо-о-о-одно!! Где-то рядом с Абелем раздался крик безумной радости, и все в толпе повернули головы в поисках источника. Найти его было нетрудно. Оказалось, крик исходил от мужчины, стоявшего на вершине ближайшей каменной башни. Конечно же, это был Альфред, в экстазе наблюдавший за зрелищем. Рядом с ним стоял Клод — просто потому, что был слишком упрям, чтобы эвакуироваться. Вместе они с высоты наблюдали за боем Люка. — …Хм? Альфред, что с то— — Господин!! Видели ли вы, случайно, этот удар?! Ах, воистину он вознёсся в область богов!! — взвыл Альфред. — Достиг высот, на которые мне никогда не взойти!! Клод моргнул. Он внезапно столкнулся с фактом, что, несмотря на долгие годы службы Альфреда, ничего об этом человеке, оказывается, не знает. Большинство магических заклинаний требовало от заклинателя за долю секунды решать, как распределить ограниченную ману — сделать заклинание сильным или быстрым. Чаще всего это равновесие поддерживали почти не задумываясь и подсознательно выбирали желаемое соотношение скорости и мощности. Люк узнал об этом во время учёбы в Магической академии Аслана, но к нему это, по сути, не относилось. В его случае он мог полностью управлять балансом по собственной воле. Этот навык не был приобретён практикой. С магией Люк мог делать почти всё, что хотел, и таким был с самого начала. Никому не нужно было его учить: для Люка магия была так же проста, как дыхание, — и именно поэтому казалась такой скучной. Новое заклинание Люка, Крылья тьмы, было переработкой магии полёта, радикально усиленной его тёмной маной. Каждый взмах чёрных крыльев поглощал ману из воздуха и превращал её в скорость. Это позволяло ему двигаться быстрее, чем позволило бы любое другое заклинание магии полёта, — настолько быстро, что даже дракон, владыка неба, не мог уследить за ним в воздухе. — Стой на месте! Аугх! Люк легко уклонился от укуса ледяного дракона. Пролетая мимо, он полоснул его грозными крыльями, но атаки почти не дали эффекта. Сколько бы раз он ни рассекал дракона, урон оставался минимальным из-за его высокой сопротивляемости и прочной шкуры. Я мог бы использовать Тёмное чревоугодие… но, ну… Это устрашающее заклинание было самым великим из всего, что Люк имел в нынешнем арсенале. Оно представляло собой развитие способности его тёмной магии поглощать ману и позволяло целиком проглатывать физическую материю. Но заклинание всё ещё в разработке… Я не знаю, какую цену для тела придётся заплатить, если применю его сейчас. В любом случае, я не собираюсь решать этот бой магией. Я разрублю эту тварь. Движения этого проклятого дракона я уже насквозь прочитал. Они так предсказуемы и скучны… в конце концов, это, наверное, просто очередной монстр. Люк не собирался использовать Тёмное чревоугодие в их схватке. Он овладеет таинственной силой внутри меча — силу, вовсе не являющуюся маной, — и разрубит ею ледяного дракона. Именно это, решил он, и должен сделать. Он вспомнил тренировки с Альфредом, дни, проведённые за отработкой взмаха в Магической академии Аслана, и тот момент, когда проверял клинок в кузнице. Медленно то, что прежде было смутным, расплывчатым ощущением, обрело резкую ясность в обмене ударами с ледяным драконом. Закончить всё магией было бы упущенной возможностью. Люк преодолел все прежние испытания без этой неизвестной силы. Каждое из них было настолько лёгким, что ему даже не приходилось о ней думать. Но теперь перед ним стоял по-настоящему сильный враг, которого он не мог просто рассечь. Он принимал когти, укусы и дыхание ледяного дракона мечом. По мере боя, удар за ударом, он чувствовал, как сила понемногу становится его собственной, и на него снизошло некое осознание. — А. Так вот что это такое? Момент настал. Люк не понимал корня неизвестной силы внутри себя, но его чудовищный талант всё равно позволил ему овладеть ею. Сила была чем-то вроде «магии воина», и на первое время, решил Люк, ему достаточно знать именно это. Он быстро переключился и сосредоточил всё внимание на меч в руках, который затем начал сиять. — Рассечение. Свежая красная кровь брызнула из прочной шкуры ледяного дракона. Крови было больше, чем за весь их бой до этого момента. — Гра-а-а-а-а! — Мва-ха-ха… а-ха-ха-ха!! Великолепно! Мне нравится!! Едва Люк поймал ощущение, оно быстро стало казаться частью его самого. — Ещё! — рассмеялся он, снова сосредоточивая силу в мече. — Я могу ещё!! То, на освоение чего обычному человеку потребовались бы годы и годы тренировок, Люк превзошёл в одно мгновение — иначе он просто не мог. — Двойное рассечение! Тройное рассечение! — Гра-а-а-а-а-а-а-а!! Комбинация из двух ударов, затем из трёх, взмахи божественной скорости. Ледяной дракон рухнул на землю, корчась от сильнейшей боли — ощущения, которого не испытывал почти два века. Люк смеялся, когда на него попадали брызги крови, и, казалось, по-настоящему наслаждался. — А-ха-ха-ха!! Итак, что дальше?! Хм?! Почему бы не смешать? Люк снова сосредоточил свет в мече, но на этот раз что-то было явно иначе. Тёмная мана в его клинке окутала свет, окрашивая лезвие в угольно-чёрный цвет. — Тёмное рассечение. Люк выпустил атаку легко, словно это не была невероятно сложная и продвинутая техника, которая, вероятно, должна была быть за пределами его понимания. Ледяной дракон инстинктивно и мгновенно понял, что летящая атака опасна, но было уже слишком поздно. — Гра-а-а-а-а-а-а-а!! Ледяной дракон издал жалкий визг, когда его тело пронзила сильная боль — намного, намного худшая, чем от первого удара. В его разуме ясно и неотступно задержался образ смерти. Пока сознание дракона мерцало и гасло, он увидел нечто, что считал невозможным: ещё большая, ещё более ужасная сила набирала мощь в мече Люка. [[image:/storage/reader-images/f1d595290cc446a877fe39b1f79cd2781dc5e1a0.jpg]] — Было весело, но на этом всё, — сказал Люк с усмешкой, готовя очередное воинское заклинание. — Тёмное лез— — П-п-п-подожди!! Подожди секунду, пожалуйста!! Меч Люка остановился прямо перед ледяным драконом. Освобождённое давление могучего взмаха подняло в воздух землю и пыль. — …Что ты разыгрываешь? — Я-я-я-я приношу… п-полную сда… сдач… у… — выдавил он. Дракон опустил голову, обвив хвост вокруг ног, чтобы казаться как можно меньше. Для дракона это было высшим знаком уважения — демонстрацией покорности. Драконов совершенно справедливо считали сильнейшими существами мира. У них была чешуя, прочная как доспехи, клыки и когти, способные легко рвать сталь, и крылья, позволявшие парить в небе. Не говоря уже о множестве других особых способностей, таких как дыхательные атаки и свободное использование магических заклинаний. Обычно драконы были одиночными существами. Они почти не растили детёнышей, и дракончика через год-два изгоняли из гнезда. Некоторые виды просто оставляли яйца без присмотра и позволяли потомству выживать самостоятельно. Ледяной дракон никогда не встречал родителей и не испытывал к ним никакого интереса. Он родился примерно двести лет назад и ни на миг в жизни не сомневался, что является сильнейшим существом в мире. Ведь каждый аспект окружавшей его среды служил доказательством этого факта. Дракон шёл куда хотел — или куда его несло ветром. Он убивал всё, что хоть немного раздражало его, и жил, собирая любые сокровища, которые привлекали его прихоть. В какой-то момент дракон обнаружил, что никто вообще больше не осмеливается ему противиться. Драконы ведь были сильнейшей из всех рас. Никто в мире не мог противостоять ледяному дракону, владыке стихийной магии. А затем, неожиданно, его мир перевернулся. Переворот произошёл внезапно: однажды дракон почувствовал, что кто-то приближается, и медленно открыл глаза, чтобы рассмотреть нарушителя. Человек. Ледяной дракон ощутил сильное отвращение и раздражение от его присутствия. Этот человек потревожил мой сон. Уже за одно это он заслуживает тысячу смертей. Как раз когда дракон поднялся, чтобы убить нарушителя, звук свиста вполз ему в ухо. Дракон этого не знал, но это был магический инструмент под названием «Свисток подчинения». Его разработала самостоятельно не страна и не королевство, а некая организация. Дрожь. Тело ледяного дракона слегка задрожало. Он не знал названия эмоции, которую испытывал, — да и не хотел знать. Драконьими чувствами, отточенными куда тоньше, чем у любого человека, он уловил опасность, которой, по всем правилам, там даже не должно было быть. Ему показалось, будто всё внутри головы окрашивается чёрным, а часть разума отслаивается, отрывается от него. В конце концов ледяной дракон осознал, что испытываемая им эмоция — страх. Этот человек… пытается захватить мой разум. Не может быть. Это невозможно. Простой человек никогда не был бы способен на такое. — Гррра-а-а-а-а!! Ты… проклятый челове-е-ек!! С леденящим кровь рёвом дракон сопротивлялся изо всех сил. Однако, несмотря на это, мерзкая магия человека продолжала разъедать сознание монстра. У него не было времени выпустить дыхание или магическую атаку против напавших. Дракон понимал: вся его энергия должна оставаться сосредоточенной только на сопротивлении, иначе разум будет захвачен в одно мгновение. Долгие годы исследований, постоянных переработок и улучшений наконец дали результат в виде Свистка подчинения — магического инструмента, способного подчинить сильнейшую расу мира. — Блестяще… сработало! Артур будет рад! И всё же контроль свистка не был абсолютным. Ледяной дракон видел в людях лишь раздражающую помеху, вроде маленьких жужжащих мух. Для человека насекомое — ничто; для дракона человек — ничто. Один просто находился на совершенно ином уровне, чем другой. Они просто меня раздражают. Поэтому я их убиваю. Этой причины достаточно. Все прочие существа ниже меня, и эта истина никогда не изменится, — всегда думал дракон. — Рассечение. — Гра-а-а-а-а! Мировоззрение дракона было разбито в пыль. Монстр никогда прежде в жизни не ощущал такой сильной боли, и мысли его немедленно обратились к смерти. — Двойное рассечение! Тройное рассечение! — Гра-а-а-а-а-а-а-а!! В одно мгновение натиск полностью смёл высокомерие дракона и уверенность в собственном превосходстве, а часть его разума раскололась. Хватит. Хватит. Хватит. Я не хочу умирать… Я не хочу умирать… Я не хочу умирать. Он хотел крикнуть, отчаянно цепляясь за жизнь, но следующий взмах меча пришёл раньше, чем ледяной дракон успел выдавить слова. Для дракона, барахтавшегося в глубинах отчаяния, человек, летящий над ним, выглядел демоном. Время замедлилось до ужасающей степени. — Тёмное рассечение. — Гра-а-а-а-а-а-а-а!! Если бы ледяной дракон в прошлом был благословлён более сильными врагами — теми, кто мог бы дать ему хоть какую-то терпимость к боли и сделать менее самодовольным, — исход мог быть иным. Боль, которую Люк причинил ледяному дракону в тот день, была первой в его жизни — и была настолько сильной, что полностью изменила личность, мышление и систему ценностей монстра. Можно сказать, это было чем-то вроде перерождения. Щёлкнул переключатель, и ледяной дракон заново родился в мире, где боль и смерть были возможностями, которых следует бояться. Нужно извиниться… Нужно извиниться… Нужно извиниться… Нужно извиниться… Нужно извиниться! Это стало его срочным приоритетом. Я слишком зазнался. Простите. Я правда. Правда простите. Если я буду извиняться достаточно усердно… снова и снова… тогда, может быть, может быть, он меня простит. Таковой была угасающая надежда дракона. …А? Безжалостно меч человека продолжал собирать свет. Когда он становился всё больше и страшнее, дракона настигло ужасное понимание: а, это будет болеть ещё сильнее, да? Понятно… аугх! Н-нет… нет, я не выдержу!! — Было весело, но на этом всё. Тёмное лез— — П-п-подожди!! Подожди секунду, пожалуйста!! Дракон никогда прежде не употреблял слово «пожалуйста». Он никогда не был настолько вежлив и удивился, насколько естественно слово сорвалось с языка. Понимая собственную реакцию как инстинкт выживания, дракон держал голову опущенной, а хвост обвил вокруг ног, чтобы выглядеть как можно меньше. Он почувствовал, как ветер прошёл по телу: меч, к счастью, остановился в середине взмаха. Мне всё равно, что будет дальше, лишь бы не эта ужасная боль. Просто всё равно. Это было чистое самоотречение. — …Что ты разыгрываешь? — Я-я-я-я приношу… п-полную сда… сдач… у… Дракон склонил голову перед человеком. Возможно, когда-то, до знакомства с болью и страхом, ледяной дракон скривил бы лицо от отвращения, а в глазах у него стояли бы горькие слёзы унижения. Но теперь он не сделал ничего подобного. Единственным чувством, омывшим дракона, было сильнейшее облегчение оттого, что атаки прекратились, и немного смущения из-за того, что он запнулся, предлагая капитуляцию. Люк посмотрел сверху вниз на ледяного дракона, жалко дрожавшего перед ним, и задумался, как лучше использовать ситуацию себе на пользу. — Имя. — П-прошу прощения? — Я спрашиваю, есть ли у тебя имя, — повторил Люк. — Д-да! Да, есть! Люк на миг задумался, почему дракон всё время запинается и повторяется, но решил это проигнорировать. — Какое? — К… Король, эм, в-всего мира… — А? — А-а-а, простите! Простите! Это было так самонадеянно с моей стороны! Люк молча приподнял бровь. Эта тварь пытается шутить, что ли? К слову, это имя ледяной дракон однажды выбрал себе довольно праздно. В именах у него не было нужды, он придумал его просто убивая время, но в итоге прозвище ему понравилось. Дракон ведь действительно считал себя королём мира, в котором оказался. По крайней мере, считал — пока не встретил Люка. Люк посмотрел на дракона с подозрением. Монстр был не способен читать тонкие различия человеческих выражений лица, но превосходные мыслительные способности позволили ему почувствовать: человек перед ним в дурном настроении. Казалось, будто Люк сжал рукой его сердце. Нет. Стоп. Совсем плохо. Разум ледяного дракона заработал лихорадочно. — Д-д-д-да, конечно… я придумаю новое имя. — Хм. Ледяной дракон не мог придумать новое имя на месте, но решил, что следующее выберет настолько смиренное, насколько возможно. Чудесное имя «Король всего мира» я отдам этому человеку. Уверен, ему понравится. Это покажет моё уважение. Но как раз когда дракон собирался сказать ему это, человек произнёс: — Мва-ха, я решил. Ты можешь служить талисманом наших владений. — …А? Люк наконец нашёл способ расплатиться с большим долгом, который был должен отцу. Родня или нет, он не желал быть кому-либо обязанным. Ему пришла идея использовать ледяного дракона как талисман владений Гилбертов, чтобы принести их землям ещё больше процветания. Он был уверен: редкий стихийный дракон привлечёт толпы, а вслед за тем придёт и большое богатство. — До конца жизни ты будешь моей пешкой, приносящей процветание этим землям. Согласись — и я пощажу тебя, — усмехнулся Люк. — Ты будешь служить людям, которых прежде презирал. Полагаю, это станет для тебя унизительным испытанием, но взамен я не заберу твою жизнь. Разве я не великодушен? Мва-ха-ха. — Я сделаю это! Я стану вашей пешкой! — Ха-ха… а? Люк немного растерялся. Вот так сразу? Он ожидал болезненного выражения глубокого унижения, перемешанного с какой-нибудь внутренней борьбой, но дракон не прошёл никакого подобного эмоционального пути. На самом деле он выглядел воодушевлённым — даже немного нетерпеливым — стать одной из пешек Люка. — О, а ещё я буду снимать с тебя материалы, — сказал Люк, снова принимая угрожающий вид. — У драконов ведь невероятные регенеративные способности, нет? Тогда уверен, ты не будешь возражать, если я стану регулярно собирать твои когти, зубы и чешую? Мва-ха-ха-ха! А-ха-ха-ха— — Нисколько! Нет для меня большего счастья, чем позволить моей плоти служить вам, господин! — … Люк озадаченно моргнул. Вины за своё предложение он не испытывал, но понимал, что оно оскорбительно. Собственно, отчасти поэтому он его и сделал. Однако ледяной дракон всё равно казался воодушевлённым. Не понимаю. — Тогда в знак нашего нового товарищества… — начал дракон. — Стой… э-эй, что ты делаешь? — Хьях! Я отрезал хвост в дар… Он ведь скоро отрастёт. — …Понимаю. Хвост мне пока не нужен. — А, э-э, понял. — … Растерянность Люка стала глубже. Что это за внезапное преображение? Ещё несколько минут назад этот дракон пытался меня убить и называл «простым человеком». — Ты ведь не пытаешься меня обмануть? Бесполезно. Разумеется, я использую контрактную магию, чтобы сделать тебя своим фамильяром и обеспечить твоё полное содействие. Мва-ха-ха… Думаю, ты ждал, пока я ослаблю бдительность, чтобы на— — Для меня это будет честью-ю-ю! Люк не смог даже начать формулировать ответ. Пока я жив, я больше никогда не стану врагом Люка, — безмолвно поклялся себе дракон, и одна эта мысль наполнила его глубоким удовлетворением и радостью. — Прошу! Давайте немедленно проведём заклинание! — крикнул он. — Л-ладно… Люк снова задумался. Я что-то упускаю? В смысле, это же ловушка, да? Но какая? Он проанализировал ситуацию, пытаясь представить, какой план может быть у дракона, и не нашёл ничего — и именно это делало всё происходящее ещё более тревожным. Люк искренне на миг заколебался, действительно ли это хорошая идея. Наконец он собрал ману и произнёс заклинание. — Контракт: фамильяр. Вокруг Люка и ледяного дракона возник гигантский магический круг, породив вспышку ослепительного света. Контрактная магия была неэлементальной магией и действовала только при согласии обеих сторон. Количество маны, необходимое для контракта, зависело от строгости его условий, но в данном случае процесс прошёл невероятно гладко. Некоторое время они смотрели друг на друга, пока контрактная магия вступала в силу. Люк точно понял, когда невидимая связь полностью сформировалась: через новое соединение он почувствовал острое желание монстра служить ему и увидел в его сердце подлинную, абсолютную преданность. — Клянусь служить вам всем, что у меня есть! — …Хм. Люк устал сомневаться. Он взобрался на спину существа и вместо этого обратил мысли к разработке нового гильбадийского деликатеса… чего-нибудь с жареным хвостом ледяного дракона. Затем он вернулся к авантюристам, которые издалека наблюдали за его боем. Приближаясь, он действительно выглядел как герой древности — драконий всадник, величественно парящий в небесах. В тот миг, когда Люк приземлился, из толпы вырвался победный крик, и множество кулаков взметнулось в воздух в знак облегчения и поздравления. — А… ага! Это не сработает! — Невозможно. Суперневозможно. В стороне от толп зрителей Канис и Феррис тоже наблюдали бой Люка с ледяным драконом от начала до конца. На их лицах было одинаковое облегчение, словно наконец изгнали некий ужасный дух, который их преследовал. — Мы старались… но с этим ничего не поделаешь, а? Конец дороги, — хмыкнул Канис. — Думаю, у нас два варианта, да? Либо мы просто сбегаем как можно дальше… либо, ну… — … Как и во всём, что они делали, Канис и Феррис планировали следующий ход ради будущего зверолюдей. ---------- Послесловие автора ДАВНО НЕ ВИДЕЛИСЬ, ВСЕМ ПРИВЕТ. С ВАМИ ЮКИХА КУРОЮКИ. Я очень рад, что мы добрались до второго тома, и всё это благодаря вашей поддержке. В этой книге мы немного показали врага нашей истории, а в основном сосредоточились на том, как дела у Люка идут совсем не лучшим образом. Что вы об этом подумали? Среди множества действительно ярких персонажей мой личный фаворит, пожалуй, Зак. Буду рад, если читатели полюбят его так же, как люблю я. Конечно, мне нравятся персонажи, которые сокрушают и уничтожают врагов своей силой, но я люблю и тех, кто дерётся в грязи, восполняя отсутствие таланта упорством и хитростью. Впрочем, он авантюрист ранга A, так что не то чтобы совсем бездарь. Пока не знаю, получит ли история ещё один том, но в следующей книге она начнёт по-настоящему двигаться вперёд. Самые разные силы придут в движение, а у Люка-куна от всего этого начнёт болеть живот. Надеюсь, вы этого ждёте. Эту работу превратили в книгу довольно скоро после начала публикации веб-версии, так что есть проблема: мы довольно быстро её догоним… но я постараюсь изо всех сил. Что ж, теперь я хотел бы перейти к благодарностям. Сначала — Уоденим-сэнсэю, за все прекрасные иллюстрации в этом томе. Я чувствовал это ещё в первом томе, но когда между страницами текста появляются замечательные картинки, сам процесс чтения начинает радовать меня куда сильнее. Всё это благодаря Уоденим-сэнсэю. Правда, огромное спасибо за ваш труд. Кида-саме, редактору этого тома, — как и в прошлой книге, я хочу извиниться за все доставленные хлопоты. Каждый раз, когда я получал сообщение: «Мы исправили это у себя!», у меня немного сжималось сердце. Я также очень благодарен за ваш труд, особенно учитывая жёсткие сроки этого тома. Большое вам спасибо. И наконец — спасибо всем читателям, которые добрались до этого места. Пока я работал над этой книгой, мне нездоровилось, но мысли обо всех вас, читателях, очень поддерживали меня и помогали двигаться дальше. Как-то я всё же справился. Я сосредоточусь на том, чтобы дальше, в следующем томе, история стала по-настоящему интересной, так что надеюсь, вы останетесь со мной. Что ж, до свидания. ---------- Иллюстрации и вводные материалы [[image:/storage/reader-images/efb641be536698d92e70f45036e0791105341a78.jpg]] [[image:/storage/reader-images/4d02f820764170234d6fb7ac350d6f36d4f1f1de.jpg]] Текст иллюстрации: — ……… — Хочу, чтобы меня прижал к земле по-настоящему сильный парень! Такой, которого я не смогла бы победить в бою, даже если бы выложилась полностью! — Хочу, чтобы меня наказали! Чтобы мне показали, что в конце концов я всего лишь беспомощная маленькая девочка! Элеонора Рейн Годвин [[image:/storage/reader-images/96b6163c9dbd86e50975f6772c28411b89809971.jpg]] Текст иллюстрации: Амелия фон Элефтерия Фрейя Вен Элефтерия Элис Рун Лонсдейл Мия Клайн Леннокс — Я-я так и знала… Этот ошейник создан с помощью тёмной магии… Хе-хе-хе. — Сестра. Мы на людях. [[image:/storage/reader-images/e9c4a58ca042daa41cf23f7e7016361d30b697ed.jpg]] Текст иллюстрации: — Люк… Я хочу сразиться с тобой. Абель — Очень хорошо. Тогда нападай. Люк Уизария Гилберт [[image:/storage/reader-images/64aa8f9be0ead2281245ef834d7e80e0c32f53e6.jpg]] Текст иллюстрации: Люк Уизария Гилберт — злодей-дворянин из сюжета фэнтезийной новеллы, в который я переродился. Чудовищно талантлив и без усилий способен сделать почти всё, за что всерьёз берётся… но не станет ли в конце концов его самовлюблённость причиной его падения? Элис Рун Лонсдейл — старшая дочь влиятельного дворянского дома и невеста Люка. Ледяная девушка, наделённая и красотой, и умом; свысока она смотрит почти на всех, кроме Люка. Мия Клайн Леннокс — дочь другого маркиза, знакомая с Элис и считающая её соперницей. Её судьба — одна из многих, оказавшихся во власти Люка. Абель — главный герой этого мира. Безгранично добрый и хороший человек, он скрывает тёмное прошлое и поступает в Магическую академию Аслана в поисках мощи и силы. Лили Акрил Рамри — сильная и преданная юная девушка, которая заботится об Абеле, повсюду ходит за ним и тревожится, когда он слишком себя загоняет. Альфред Диг — дворецкий дома Гилбертов и наставник Люка по фехтованию. Бывший вице-капитан Королевских рыцарей. Клод Грей Гилберт — крупнейший землевладелец королевства после самого короля и отец Люка. Родитель, который просто до неприличия обожает сына. Йоланд Элиас Лонсдейл — старший брат Элис. У него сильнейший сестринский комплекс, но при этом он неплохо разбирается в политических манёврах и магических дуэлях. Амелия фон Элефтерия — главный исследователь стихийной магии, магический эксперт и первый человек, когда-либо обучавший Люка магии. Зак Калиссон — авантюрист-мечник из отряда ранга A «Следы когтей Серого волка». Полпон Реви Дина Милестия — второй принц королевства Милестия. Второкурсник Магической академии Аслана. Фрейя Вен Элефтерия — классный руководитель первокурсников Магической академии Аслана. Младшая сестра Амелии. Элеонора Рейн Годвин — второкурсница Магической академии Аслана, первая в школьной иерархии. Подруга детства Люка. ---------- Содержание Глава первая: Движения и манёвры Глава вторая: Хаос бьёт молнией Глава третья: Просчёт Глава четвёртая: Ты словно солнце Глава пятая: Империя ---------- Движения и манёвры 1 — АХ… Эдмонд Дилл Эдитор, секретарь королевства Милестия, даже не пытался скрыть тяжёлый вздох. Не первый, не второй… и уж точно не третий и не четвёртый. Учитывая доклад, который ему предстояло сделать королю, Эдмонд собирался вздыхать от отчаяния столько раз, сколько потребуется, чтобы хоть как-то подготовить себя к этому испытанию. Он поднимался по лестнице, но никак не мог перестать думать о соблазне развернуться, уйти обратно и, возможно, попросить себе долгий отпуск. Я достаточно усердно работал на этой должности. Даже слишком усердно. Мне положено отдохнуть — и, полагаю, не найдётся никого, кто имел бы право мне в этом помешать. Несмотря на уныние, толкавшее его к таким мыслям, храбрости сбежать у Эдмонда не было. Сердце могло сколько угодно бунтовать, но ноги сами продолжали шаг за шагом нести его вверх, пока он не достиг верхней площадки. Всё это ему осточертело, но в конце концов он умел лишь принимать ту реальность, которую перед ним ставили. Добравшись до второго этажа, Эдмонд направился к кабинету. Это была всего одна из множества таких комнат в огромном дворце, и всё же чем ближе он подходил именно к этой двери, тем тяжелее становилось у него на сердце. — …Это Эдмонд, — нерешительно добавил он после нескольких стуков. Одного усилия, чтобы чуть повысить голос, хватило, чтобы на него накатила новая волна усталости. — Войдите. Голос разрешил ему войти, но для Эдмонда это прозвучало скорее как приглашение переступить врата ада. — Прошу простить за вторжение. С неохотой Эдмонд на мгновение заставил себя отогнать мрачные мысли, а затем медленно открыл дверь. Обычно внутри бывало немного людей, однако обстоятельства сейчас были необычными: на этот раз Эдмонд насчитал больше десяти. Конечно, здесь присутствовал король Менгис, а также несколько талантливых министров. Были и кое-кто из самых доверенных людей короля, включая близнецов-магических рыцарей, Гарри и Такера, служивших его личной охраной. Все сидели вокруг большого стола в центре комнаты; бумаги на его поверхности лежали как попало. Похоже, совещание было в самом разгаре. Мне и спрашивать не нужно, что именно они обсуждали. Это может быть только недавнее нападение на Магическую академию Аслана. Одной из тем была возможность снова открыть академию после усиления и переработки мер безопасности. Однако куда более тревожным вопросом оставалась вероятность фракционной войны. Многие боялись, что нападение вызовет осложнения среди знати, но лидер аристократической фракции, маркиз Гилберт, взял на себя задачу их успокоить. К сожалению, его вмешательство поставило академию в ужасное положение. Многие влиятельные дворянские дома отправляли своих наследников учиться в Аслан, и потому нападение должно было вызвать серьёзное возмущение среди семей студентов… но этого не произошло. Никто не понимал, как именно ему это удалось, но маркиз Гилберт в пугающе короткий срок успешно утихомирил их всех. Более того, произошло это почти как по волшебству. Случившееся сильно повысило положение маркиза Гилберта и его влияние, а вместе с ними — и способность сплачивать свою фракцию. С каждым днём всё больше домов, прежде поддерживавших короля, переходили на его сторону. То обстоятельство, что целью нападения стал собственный сын маркиза Гилберта, лишь ускорило процесс, и некоторые дворяне уже начали говорить о Гилберте едва ли не как о святом. Короче говоря, последние события быстро начали размывать баланс сил между королевской и аристократической фракциями. Король, по очевидным причинам, не мог отнестись к этому легкомысленно. Именно это и было главной темой совещания, хотя, к несчастью, жар их спора пока не принёс ни одного блестящего решения. Никто не произносил ни слова, но раздражение, висевшее в воздухе, было и неописуемым, и совершенно очевидным. Секретарь Эдмонд остро чувствовал его затылком; оно давило на него, словно камень. И всё же есть кое-что, что я обязан сказать. — Уже вернулся, Эдмонд? Тогда слушаем твой доклад. Надеюсь, это не дурные вести? Король смотрел будто насквозь. Под этим пронзительным взглядом плечи Эдмонда стали тяжелее свинца. …Я просто хочу домой… Пожалуйста, отпустите меня… Эдмонд поискал глазами спасение, но большинство присутствующих, судя по всему, воспользовались паузой в совещании, чтобы перестать писать и передохнуть. Почти все за столом смотрели на него с ожиданием. И тут тишину прервал громкий, театральный зевок. Гарри, один из близнецов-магических рыцарей, развалился на диване у стены и выглядел откровенно скучающим. Мало того что он так непринуждённо валяется перед его величеством, так ещё и зевает без всякого стыда! Бездельник никчёмный! Эдмонд попытался сбежать от реальности, направив всё своё повседневное недовольство на дерзкого и непочтительного рыцаря. К сожалению, бесконечно откладывать дело было невозможно. — Ну… — нерешительно начал он. — Мы получили сообщение, что некий человек успешно сумел приручить стихийного дракона… — Ого! Ужасающего стихийного дракона, говоришь? Это воистину великолепная новость! Это был кто-то из моих магических дивизий? Уверен, такой подвиг совершил кто-то из сторонников короля! Эдмонд смотрел прямо перед собой; выражение его лица было мрачным. Он молчал. Почему я вообще взялся за эту работу? Он на мгновение замер и задумался. Наверное, всё началось с родителей. Они осыпали похвалами моего младшего брата, а я так отчаянно хотел их внимания и одобрения, что был готов пожертвовать чем угодно ради успеха. Я не хотел кланяться, но кланялся — без стыда льстил каждому влиятельному дворянину, пока не обзавёлся связями, достаточными, чтобы получить должность секретаря в королевском дворце. Как же я был счастлив, когда услышал о своём назначении. Если честно, положение и доход, которые даёт мне эта работа, более чем удовлетворительны… и всё же иногда я не могу не думать: правда ли я счастлив там, где оказался? Я завален работой, работой, работой с утра до вечера… только чтобы на следующий день всё началось сначала. Всё, что я делаю, — без эмоций выполняю порученные задачи. И ради чего? Могу ли я всерьёз назвать это счастьем? Неужели оно того стоит? Пока эти мысли лениво проплывали у него в голове, Эдмонд снова заговорил. Голос его был ровным и безжизненным, но достаточно громким, чтобы все отчётливо услышали. — В действительности укротителем дракона оказался Люк Уизария Гилберт — сын маркиза Гилберта. На мгновение воцарилась тишина. А затем… — Э-этот проклятый Гилберт… Он снооооова это сделал! Леденящий кровь вопль короля Менгиса, полный муки, эхом разнёсся по залам королевского дворца. Королевская столица, штаб-квартира Второй королевской магической дивизии. — …З-здравствуйте, преподаватель Йоланд. — А, ты пришла! Извини, что так внезапно. Ты не была занята? — Н-нет… Йоланд остался сидеть, но поднял взгляд, чтобы поприветствовать вошедшую юную девушку. У неё были тёмно-фиолетовые волосы и довольно встревоженное выражение лица. Йоланд подарил ей тонкую улыбку — из тех, что обычно заставляли женщин совершенно терять от него голову. — Садись, куда хочешь. Кхм… Цитрика, верно? Из дома барона Хаузена? — …Д-да. Всё верно. — Первокурсница Магической академии Аслана. Ты учишься на одном курсе с моей младшей сестрой. — Да, — нервно подтвердила она. — Эм, преподаватель Йоланд… О чём вы хотели со мной пого— — Ах-ха. Не нужно так настораживаться, — заверил её Йоланд, ухмыляясь и лениво листая документы в руках. — Ничего особенно важного. Он положил бумаги на стол перед собой и снова повернулся к Цитрике. Когда он заговорил дальше, голос его остался таким же непринуждённым, как прежде. — Это ведь ты провела нападавших в Магическую академию Аслана? — Я… что?! Переход был слишком резким, и Цитрика не успела за ним. — Твой дом балансирует на грани краха, не так ли? Полагаю, кто-то, кто понимает ваши слабости, использует их против вас. Я бы поступил именно так. Как бы то ни было, ваш дом поразительно бездарен. По крайней мере, вы сумели произвести на свет такого талантливого ребёнка, как ты. Думаю, только это и позволяет твоим родным цепляться за жизнь последними силами. — Э? А… эм… Спокойная атмосфера вокруг Йоланда не изменилась ни на йоту с того момента, как она вошла в комнату, но теперь его слова резали, как отточенные лезвия. — Да, твой элемент Сна, должно быть, оказался очень удобен, — легко продолжил он. — Я прав, верно? Именно ты провела нападавших в академию. — Ч-что всё это значит?! У-у вас есть доказательства? Цитрика так резко вскочила со стула, что невольно опрокинула его на пол. — У меня много друзей, — уклончиво ответил Йоланд, — и, сложив всю свою информацию вместе, я совершенно уверен, что это была ты. Однако, думаю, у нас тут небольшое недопонимание. Видишь ли, мне на самом деле совершенно всё равно, кто это сделал. Доказательства мне не нужны. — …Что вы имеете в виду? — Для меня важно только удобство. Мне было бы удобно, если бы это сделала ты, — а значит, для всех остальных это сделала ты. Документ передо мной — доказательство твоей ответственности за нападение. Подделка, конечно, но довольно хорошая, как думаешь? — Т-такое вам с рук не сойд— — О, ещё как сойдёт. Я весьма уважаемый помощник командира Второй королевской магической дивизии. А кто ты? Твой постыдный дом разваливается на части. Как думаешь, кому поверят люди этого королевства, если выбирать между нами двумя? — …А-а. — Не говоря уже о том, что моя драгоценная младшая сестра теперь тоже под малейшим подозрением. В конце концов, Элис способна создать какой угодно яд. — Н-но это же… — Ты всё ещё не понимаешь? В долю секунды Йоланд изменился. Его дружелюбная, легкомысленная манера растаяла, а глаза, которые он обратил на Цитрику, пока продолжал говорить, были совершенно лишены эмоций. — Мне правда, искренне плевать на то, что с тобой случится. Для меня ты абсолютно ничего не стоишь. — … Каким-то образом Цитрика почувствовала, что Йоланд говорит правду. Она поняла это — и в тот миг всё остальное отступило, разум опустел, и внутри осталась только глубокая безнадёжность. Е-ему правда всё равно, что со мной будет… Цитрика вспомнила жалкое лицо матери, искажённое слезами, когда та умоляла её. — Мы пропали. Для нас всё кончено. Теперь только на тебя одна надежда. Цитрика почувствовала, как по щеке стекает что-то холодное. — Ах-ха-ха. Прости, я немного переборщил и напугал тебя? — …Э? Тёмная дымка вокруг Йоланда рассеялась. Чувства Цитрики так перемешались у неё в голове, что она понятия не имела, какое выражение сейчас застыло на её лице. — Подумай сама. Я ведь не стал бы звать тебя сюда только ради того, чтобы всё это сказать, верно? Если бы я просто хотел повесить на тебя вину за нападение, я бы сделал это тихо. Йоланд добродушно усмехнулся. — Тогда чего вы от меня хотите? — спросила Цитрика. Выражение её лица было мутным и неуверенным, словно она блуждала в кромешной ночи. Ответ Йоланда, однако, оказался простым. — С этого дня ты будешь моей пешкой. — …А? Цитрика поначалу не совсем поняла. — Ты ведь понимаешь, что права отказаться у тебя нет? Начиная с сегодняшнего дня ты будешь беспрекословно выполнять все мои приказы. Пока, впрочем, можешь жить как обычно. Ты всё равно не знаешь ничего важного, верно? — Э? Эм… кхм… — О, не забивай себе этим хорошенькую головку. Всё нормально. Я использую тебя, чтобы выяснить, кто на самом деле за всем этим стоит. Цитрика в ужасе уставилась на него. Должно ли это было её успокоить? Она не знала. Всё, что она на самом деле понимала: сидящий перед ней мужчина был чистым, абсолютным злом. И всё же, похоже, пока она хотя бы сможет продолжать свою повседневную жизнь. Пока Цитрика находила в этой мысли крохотное утешение, Йоланд беззвучно смеялся про себя. То, как я управляю людьми, очень отличается от того, как это делает Люк. Он притягивает людей к себе и полностью пленяет их так, как я не могу. Он правит их сердцами, доводит их до безумной одержимости — превращает их в настоящих пешек во всех смыслах этого слова! Но Йоланд был доволен сделанным. Цели я достиг. Пока этого достаточно. На самом деле нападение на академию испугало Йоланда. Внезапно ему показалось, будто радостное будущее, которое он только начал выстраивать для себя, может рассыпаться прямо у него на глазах. Я больше никогда не повторю этой ошибки. Я найду того, кто стоял за этим, и прежде чем убить, вознагражу его всей болью и страданием, какие только может предложить этот мир. Весёлая улыбка Йоланда ни на миг не дрогнула, пока такие мысли проносились у него в голове. Внезапно в дверь постучали. — Хм? Войдите. — Прошу простить за вторжение. — …Э? — Цитрика озадаченно взглянула на нового посетителя. Она узнала в нём мужчину по имени Гордоба, знаменитого командира Второй королевской магической дивизии. Гордоба поспешно вошёл в комнату и низко поклонился Йоланду. Это вообще не имеет смысла, нахмурившись, подумала Цитрика. Гордоба быстрым шагом подошёл к Йоланду. — Мне нужно срочно доложить. Видите ли… Цитрика не могла разобрать, что именно говорил командир, когда наклонился и доверительно зашептал Йоланду на ухо. Ей оставалось лишь смотреть и ждать, что произойдёт дальше. — Что ты сейчас сказал?! — вдруг воскликнул Йоланд. — Ах-ха-ха! Ох, Люк, ты невероятен! Конечно, я приду на праздник! Он на миг замолчал и посмотрел на Цитрику. — А, точно. Ну, это как раз отлично. Ты тоже пойдёшь. Я вас познакомлю, хорошо? — …А?! Приказы Йоланда были абсолютны. Разумеется, Цитрика не имела права ему отказать. Цитрика Ди Хаузен была важным второстепенным персонажем. Точнее, должна была им быть. Её предательство не должно было раскрыться в первой половине книги. Ей предстояло быстро подружиться с Абелем, сопровождать его через разные испытания и закрепить за собой место в истории. Наконец, в подобающий драматичный и напряжённый момент во второй половине сценария она должна была со слезами признаться в своём преступлении. Но сюжет уже свернул с курса в нескольких местах, и именно поэтому в тот день она была понижена до статуса простой пешки в коллекции Йоланда. 2 ПО СРАВНЕНИЮ С ПРЕЖНИМИ правителями королевства Милестия нынешний король, Менгис Дин Милестия, был талантливым государственным деятелем. Возможно, он имел склонность раздувать собственные достижения, но в роли человека, объединяющего страну, такие недостатки характера порой играли ему на руку. Королю повезло и с талантливыми министрами, и с наследниками — причём почти буквально. Вся эта удача происходила от его стихийной магии, элемента Удачи. Менгис не отбирал людей на службу вручную, потому что ему это не требовалось. Сначала он наткнулся на своего секретаря Эдмонда, а затем самые разные талантливые люди из самых разных областей каким-то образом сами собрались вокруг королевского дворца. К несчастью, теперь ему приходилось заставлять всех этих умных и крайне способных слуг работать над нынешней, довольно мрачной задачей фракционной борьбы. Однако он также понимал, что отец Люка, Клод, скорее всего, уже давно полностью отобрал бы у него трон, если бы король не окружил себя такими талантами. Менгис безмерно баловал своего сына, наследного принца Алекдору, который служил командиром Первой королевской магической дивизии. Но дело было не просто в кумовстве: сын короля действительно обладал несомненным врождённым талантом к магии. — Э?.. Он эту тварь не победил, а приручил? Да это вообще дикость! Эй, Такер, как думаешь, ты бы смог приручить дракона? — Не-а, ни за что. Я бы весь разговор завалил. Драконы — ну, типа, самые высокомерные существа на свете, так как вообще уговорить одного стать тебе приятелем или что-то вроде того? Этот мальчишка и правда что-то с чем-то. Каждый раз, как всплывает его имя, обязательно какая-нибудь безумная история. Про него никогда не скучно болтать. — Вот-вот. Лично я думаю, что победить одного смог бы, но приручить?.. — Молчать, вы двое! — фыркнул король. Воздух наполнился напряжением. Хотя большинство присутствующих, вероятно, сочли, что вспышка короля вызвана праведным гневом и властью правителя, вовсе не положение монарха заставило его одёрнуть рыцарей. На самом деле это было просто голое раздражение от необходимости услышать ещё хоть одно слово о доме Гилбертов. — …Я даю вам двоим огромную свободу. Если вы даже зверя приручить не можете, у нас проблемы. — Ха-ха, ну это прям высокая планка. — Но… я ведь неловкий человек, знаете ли… Магические рыцари были близнецами, но ответили на слова короля совершенно противоположно: Гарри отмахнулся смехом, а Такер принял их близко к сердцу. Король Менгис тем временем просто чувствовал унижение от осознания, что его слуги уступают слугам другого человека. — Кхм… Ваше величество. Могу ли я высказаться? Секретарь Эдмонд робко подал голос. Голова его была полна желания бросить работу, но физическое тело, увы, продолжало исполнять обязанности. Поэтому было кое-что, что он должен был немедленно уточнить у короля. — Так вот, — осторожно продолжил Эдмонд, — маркиз Гилберт, как сообщают, устраивает праздник в честь победы над этим стихийным драконом, и… — Пошлите кого-нибудь другого. — К-кого-нибудь другого? — Да. Что насчёт эксперта из Министерства магии? Мы уже отправляли её к Гилбертам прежде. — Но в данном случае, полагаю… — Ты ведь меня слышал? Сделай это, Эдмонд. — …Да, ваше величество. В Менгисе была неописуемая сила — аура прирождённого правителя. Эдмонд больше не мог возражать. Он действительно собирался предупредить короля, но Менгис оборвал его прежде, чем он успел попытаться. Больше делать было нечего, и никто не смог бы его упрекнуть. Что бы ни случилось с этого момента, это будет не его ответственность, бесстрастно решил Эдмонд. Это не так должно работать. Вы должны пригласить его во дворец. Устроить для него большой праздник — хотя бы выполнить тот минимум, который от вас ожидается как от короля. Это же идеальный шанс показать, насколько вы близки к Гилбертам, разве нет? У вас голова так забита фракционной борьбой, что вы слепы ко всему остальному, проклятый болван! А, всё, с меня хватит! Во всём остальном Эдмонд был прикован к своей работе, но разум его оставался свободен. Он ничего не сказал, однако в мыслях жестоко отчитал короля. Это был мелкий, совершенно незначительный акт бунта — и, по правде говоря, именно так ему удавалось столько лет выдерживать напряжённую работу секретаря. — Доброе утро, господин Люк! — А, это тот мальчик, который победил дракона! — Господин Лю-ю-юк! — Мама, он важный? — Очень важный, да. Давай, дитя, склони голову вместе со мной. Почти все останавливались и склоняли головы перед Люком, когда он проходил по улице. Похоже, он стал особенно популярен и среди детей. В этом не было ничего удивительного: даже дети знали, насколько сильны драконы. Драконы — это круто, а значит, Люк, очевидно, был ещё круче. Эта недавно установленная «крутость» теперь была ясно видна всем, и старым, и малым. — Господин Люк, ничтожные люди принимают странные позы, глядя в эту сторону. Если их взгляды вас оскорбляют, я могу… — Заткнись. — И-и-ик! П-п-п-простите! Ледяной дракон, о котором и шла речь, закрыл рот и молча полетел рядом с Люком. Сейчас он был размером примерно с маленькую плюшевую игрушку, и его присутствие совершенно ясно доказывало правдивость слухов: этот дракон несомненно был приручен. Исследователи чудовищ давно предполагали, что драконы могут обладать неким особым способом скрывать себя, но до недавнего времени никто не мог доказать эти теории. В конце концов, записей о встречах с драконами было множество, а вот случаев, когда люди сами отправлялись искать их и успешно обнаруживали в логовах, — совсем мало. Пока оставалось неясным, присуща ли способность менять размер всем драконам или только этому. Так или иначе, это важное открытие лишь добавляло величия достижению Люка. Удивительным образом тело ледяного дракона, похоже, становилось легче по мере уменьшения. Иными словами, масса не сохранялась: дракон либо терял атомы, уменьшаясь, либо каким-то образом фундаментально менял свой атомный состав. И правда магическое существо. Впрочем, открытие способности ледяного дракона делало его ещё более подходящим для роли своеобразного персонажа-талисмана, как Люк изначально и планировал. Мва-ха-ха… Чернь знает своё место и склоняет головы, когда я прохожу. К этому можно привыкнуть. Дополнительное внимание Люку не мешало. Честно говоря, ему нравилось, когда на него смотрели с уважением и восхищением. Однако… — Люк! — Эй, Абель! Не выбегай вот так на улицу! Когда Люк посмотрел в сторону и увидел бегущих к нему Абеля и Лили, тёмные грозовые тучи собрались и заслонили солнце, так ярко сиявшее у него в сердце. …И сколько ещё эти идиоты собираются оставаться в Гилбадии? — Доброе утро, Люк! — Ой, он и правда такой миленький! Люк молча свирепо уставился на них. — Ничтожный человек смеет… а, эм, н-ничего. Вспомнив, что её господин тоже человек, дракон на полуслове проглотила привычное оскорбление и вместо этого обиженно притихла. — Я вообще-то тренирую тот приём, который ты использовал, Люк! Но не волнуйся, я никому не скажу, что ты меня ему научил. Когда всё получится, я приду и покажу тебе! Самоуверенность Абеля оставила Люка без слов. Зачем тебе показывать это мне? Никто тебя об этом не просил. — Ладно, увидимся, Люк! Мне пора на утреннюю тренировку! С улыбкой и взмахом руки Абель убежал. — А, Абель, подожди! — окликнула его Лили. — Прости, Люк, увидимся позже! Люк смотрел им вслед. За весь этот обмен ему так и не дали возможности произнести ни единого слова. — …Что это вообще сейчас было? Этот парень врывается, как ураган. Он вернулся мыслями к битве с ледяным драконом и к загадочной силе внутри меча, которую обрёл во время боя. Так вот оно? Истинный источник силы Абеля? Образ мыслей, которому следовали все жители королевства Милестия, включая Люка, пусть и бессознательно, заключался в том, что все могущественные способности должны так или иначе вращаться вокруг магии. И всё же теперь Люк понимал, что существует иная, совсем другая сила. Он почувствовал её собственными руками в бою с драконом. И не мог не думать, что эта новая способность должна быть связана с истинной природой силы Абеля. — Хм… Впрочем, пока забудем об этом. Люк снова пошёл дальше. На самом деле мне всё равно. В конце концов, это ничего не меняет в моих планах. Какая бы сила ни была у Абеля, я приму её в лоб и полностью раздавлю его. Я покажу ему, кто стоит выше. Вот и всё. — Кстати… ты самка? — спросил Люк, взглянув на дракона. — Э? Д-да… — ледяной дракон не имела ни малейшего понятия, как Люк определил её пол, но вслух сомнений не выразила. — Понятно. С этого дня называй себя Диа. — Диа… Прекрасное имя! Оно мне очень нравится! Спасибо! Маленький ледяной дракон Диа радостно захлопала крошечными крыльями рядом с Люком. Он полностью рассчитывал, что новый талисман будет привлекать толпы, и потому решил назвать её в честь города, где она была приручена. Если бы Диа оказалась самцом, он выбрал бы «Гил». Мысль была достаточно простой, и Люк не видел нужды объяснять её вслух. — Сейчас я иду к кузнецу. Ты ведь помнишь наше соглашение? Значит, ты не возражаешь, если я теперь возьму часть твоего тела, чтобы укрепить мой меч. Мва-ха-ха… — Конечно! Прошу, берите сколько угодно! Люк нахмурился. Мне это не очень нравится. Почему её так радует такая перспектива? Не сумев понять, Люк просто продолжил путь к мастерской кузнеца Далкина. — Диа, я только что придумал новое заклинание. Позже испытаю его на тебе. — Э-э-э-это будет больно?.. — Мва-ха-ха, кто знает? — И-и-ик! Люк удовлетворённо улыбнулся: наконец-то ему удалось вытянуть из Диа ожидаемую реакцию. Неподалёку, в тёмном переулке, за мальчиком и драконом наблюдали две фигуры в тюрбанах. — Свяжемся с ним сегодня ночью. Не знаю, что из этого выйдет. Ты точно уверен? — Да. Другого выбора нет. Если провалим задание — смерть. Если сбежим — за нами придут. К чёрту вечный страх. Нам нужен сильный покровитель. — …Да, тут ты прав. Они ещё немного понаблюдали за Люком, а затем исчезли так, словно растворились в самих тенях. 3 — ВЫ ЗВАЛИ МЕНЯ, МОЙ КОРОЛЬ? — Да. Спасибо, что пришла, Николь. На троне сидел черноволосый юноша и смотрел вниз на прекрасную женщину, только что вошедшую в комнату. Одежда её чем-то напоминала одеяние монахини. Она почтительно опустилась перед мальчиком на колено. — Помнишь тех глупых аристократов, которых я превратил в своих пешек? — спросил он. — Да, разумеется. — Похоже, я больше не смогу ими пользоваться. — …Понимаю. Значит, с ним всё-таки и такое случается, подумала Николь. Она никогда не представляла, что господин, которому она служит, способен потерпеть неудачу. — Меня это тоже удивило. Я думал, они будут заняты своими глупыми мелкими разборками, но, похоже, как минимум один из них умнее, чем я полагал. Это была моя ошибка. Я неверно оценил их страну. — Ни один ваш поступок не может быть ошибкой! — сказала Николь, а затем, осознав, насколько резко повысила голос, поспешно добавила: — Прошу прощения. — Всё нормально, — небрежно ответил он. Николь склонила голову в раскаянии, а король продолжил. — Я должен спросить тебя, — серьёзно сказал он, — сможешь ли ты это сделать? Тьма стоит у меня на пути. Ты избавишься от него ради меня? — Ах! Это… Подумать только, вы даруете м-мне такую честь! Я и представить не могла, что получу столь великую роль! Николь затрепетала, почти захлёбываясь восторженной радостью. Её господин хотел её — нет, нуждался в ней. Одного этого факта хватило, чтобы вознести её прямо на седьмое небо. Однако, увидев очень серьёзный, оценивающий взгляд его алых глаз, Николь быстро взяла себя в руки. Я ещё ничего не сделала. Всё окажется напрасным, если я не оправдаю его ожиданий. — Тогда как ты с этим справишься? Ты видела, что произошло на этот раз, верно? Тёмный силён. Уверен, ты понимаешь: если выйдешь против него в открытую, тебя тут же сразят. — Да, всё именно так. Николь не могла с этим спорить. Она вовсе не была неумелым бойцом, но если донесения верны, в прямом столкновении победить Тьму она просто не смогла бы. Если смотреть на ситуацию спокойно и объективно, её вывод был именно таким. — Тогда что ты сделаешь? — потребовал король. — Нам достаточно ударить по тем, кто ему близок. Если мы убьём кого-то, на кого он по-настоящему полагается, я уверена, что это создаст для нас брешь. Отвечая, Николь уже начала выстраивать план у себя в голове. Мне не нужно лично отправляться на это дело. — Ха-ха, хорошо. Рассчитываю на тебя, Николь. — Д-да! — Господин посмотрел на неё с удовлетворением в глазах, и от этого взгляда по всему её телу, словно электрический разряд, прошла вспышка чистой радости. — Вот как обстоят дела, Элис. Мне сказали, что расписание этого праздника нам передадут в своё время. Когда смогу, я тебе его сообщу. — Очень хорошо, отец. — Что-то не так? — Нет… Я просто немного устала. Я бы хотела немного отдохнуть у себя в комнате. Отец всё ещё говорил со мной, когда я отошла, но мне было всё равно. Открыв дверь в свою комнату, я вошла внутрь, рухнула на кровать и уткнулась лицом в одеяло. Через мгновение я повернулась и легла на спину. — …Это ужасно, — вздохнула я, глядя в потолок. Нападение на Магическую академию Аслана и последующее расследование… Всё это так выводит из себя. Стражники время от времени наведываются в дом, и всегда по одной и той же причине. Они явно подозревают, что именно я могла провести нападавших в нашу школу… хотя ад скорее замёрз бы, чем я хотя бы задумалась о таком. Отчасти именно поэтому я не связывалась с Люком эти три недели. Нет, кого я обманываю? Это всего лишь оправдание. На самом деле я ждала, что он сам свяжется со мной первым и скажет, что хочет встретиться. Я хотела доказательства, что мои чувства взаимны… Но это желание убедиться привело вместо этого к чему-то ужасному. Ледяной дракон. Даже дети знают, насколько сильны стихийные драконы, и потому, когда я услышала слух, что Люк приручил одного для себя, поначалу даже я не поверила своим ушам. Мне следовало бы радоваться, ликовать из-за этого прекрасного достижения Люка, и всё же… Просто… я не могу поверить, что этот дракон разделяет один из моих элементов. В тот миг, когда я узнала элемент дракона, где-то в глубине сознания появилась ужасная мысль. За эти три недели она превратилась в нестерпимый зуд, который я уже не могла игнорировать. Я знаю, что не должна, но, как бы ни старалась терпеть, раз в несколько дней всё равно срывалась и занималась самоудовлетворением. И всё же желание быть нужной Люку победило, и я удерживалась от того, чтобы связаться с ним. Больше всего на свете мне хотелось бы прямо сейчас, днём или ночью, бросить всё, отправиться в Гилбадию, ворваться к нему в спальню и навязать ему себя, конечно, но я знаю, что подобное недостойно благовоспитанной леди. Теперь, познав это удовольствие, я больше не могу сдерживаться. Но Люк до сих пор не прислал мне ни слова. В этом ли причина — в ледяном драконе? Некоторые говорят, что драконы обладают куда более развитым разумом, чем мы, люди. И, если подумать, я видела тексты, описывающие живущую на юге континента расу драконолюдей, в жилах которых смешана человеческая и драконья кровь. Я не знаю, правда ли всё это, но если да, то есть вполне реальная вероятность, что отношения, которые Люк установил с этим ледяным драконом, выходят далеко за рамки простого подчинения. Поэтому он и не связался со мной? Если он занимается с этим драконом чем-то подобным и находит в этом удовлетворение, тогда… М-меня… променяли?.. В тот самый миг, когда ужасная мысль пронзила меня, грудь болезненно сжалась, а по венам побежало неописуемое желание. Дыхание стало тяжёлым и рваным, тело начало разгораться жаром. Я почувствовала, как рука сама тянется ниже живота, но собрала весь оставшийся разум, чтобы остановить её. Так совсем нельзя. Если я отдамся этим желаниям, то, возможно, уже не смогу вернуться назад. Я не брошу всё ради мгновенного удовольствия! Я никогда не буду настолько глупа. — …Но оставаться так я тоже не могу. Желая как можно скорее оказаться в Гилбадии, я поспешила из комнаты к отцу. — О, эй, Мия, с возвращением! Сегодня, как всегда, потрясающе! — Ух ты, эта стихийная магия — что-то особенное! — Га-ха-ха-ха, нам придётся догонять! Нельзя позволить тебе слишком далеко уйти вперёд. Когда Мия вернулась в гильдию, несколько авантюристов окликнули её. На самом деле сейчас она работала одиночкой. Всё это она делала лишь для того, чтобы Люк в ней нуждался. Когда Мия узнала, что Люк стал авантюристом, она решила тоже стать авантюристкой: так она могла добиться, чтобы Люк всегда нуждался в ней. В одиночной работе авантюриста было много такого, что лично ей давалось очень тяжело. Эти проблемы стали очевидны сразу же, как только она начала работать, и каждый день она сталкивалась с ними и с чем-то новым. Несмотря на оковы, которые накладывал на неё дворянский статус, Мию вёл жгучий порыв быть полезной Люку. …Сегодня он тоже за мной не послал. Может, мне самой с ним связаться? Но это может его побеспокоить. Я могу просто надоесть ему. Подобные мысли остановили Мию на месте. К тому же я почувствую, будто опередила Элис, а я не хочу действовать у неё за спиной. Мия вздохнула. За короткое время в гильдии она бралась за любые поручения, которые попадались ей на пути, и прежде чем сама это осознала, поднялась до ранга A. Поначалу другие авантюристы пугались её дворянского статуса и не доверяли ей, держали на расстоянии. Но стоило ей продемонстрировать свои исключительные способности, как им пришлось её признать. Более того, в ней была миловидность, совершенно нехарактерная для аристократки. Это очарование, в сочетании с непринуждённой манерой речи и готовностью общаться со всеми без различий, быстро сделало её популярной участницей гильдии. — Э? Что-то не так? — спросил кто-то, заметив, что она нахмурилась. — Нет… Я просто задумалась. — Хм, ясно. О, кстати! Слышала, что в королевстве признали седьмого авантюриста ранга S? Какой-то мальчишка в Гилбадии, который… — Расскажи подробнее! — нетерпеливо перебила Мия. — Э?! Гилбадия. Невероятно отточенные чувства Мии уловили это единственное слово — она ни за что не могла его пропустить. Мужчина явно просто завёл праздный разговор и тут же оказался ошеломлён невиданной силой её ответа. — Что случилось, Ми… — Быстрее! Продолжай! — Э, ну… В Гилбадии только что назвали седьмого авантюриста ранга S в королевстве. Он одиночка, прямо как ты, насколько я слышал. Кажется, его зовут… — Люк, верно? — Да-да! Он вроде наследник тамошнего лорда, но, похоже, уже натворил удивительных вещей. Ну, типа, говорят, он выбил дух из какого-то ледяного дракона и правда сумел приручить эту тварь! Причём всё сам! — О… п-правда?.. — Что такое, Мия? Эй, не унывай. Ты тоже потрясающая! По-моему, следующий ранг S у тебя почти в кармане, вот увидишь… Мужчина продолжал говорить, но пустые глаза Мии затуманились и уплыли в сторону. Через мгновение она пошатываясь отошла от разговора. Она не обратила внимания на голоса, пытавшиеся вернуть её внутрь. В мрачном молчании она прошла через двойные двери и вышла на улицу. — Мой ранг… станет ниже… — пробормотала она себе под нос. Победа Люка над ледяным драконом была не проблемой. Напротив, она искренне гордилась достижениями своего жениха, и это давало ей предлог для празднования наконец отправиться к нему после столь долгой разлуки, так что сам исход был положительным. Но то, что Люк «приручил» дракона… принять это Мии было куда труднее. Её глаза всё ещё оставались пустыми, когда она поплелась обратно в особняк и рухнула на кровать. — Оно… выше меня рангом… Приручив эту тварь, Люк добавил ещё одну пешку в свою коллекцию. Это наверняка нарушало строгую иерархию, существовавшую в сознании Мии: иерархию тех мужчин и женщин, которые были Люку нужнее всего. Это была ключевая часть личности Мии, от которой она отказывалась расстаться. Она принимала, что Люк хочет Элис больше, чем её, — но Элис была единственным исключением, единственной, кто стоял выше неё… до этого момента. Но я стала пешкой Люка раньше, чем оно! Я не позволю этой твари стать для Люка незаменимее меня. Это совершенно недопустимо. Я не дам своему положению опуститься ещё ниже. Не дам… — Аргх… Ниже… ниже… ниже… Но… стихийный дракон — поистине могущественная пешка. Что, если эта сила станет для него важнее, чем я? От этой мысли сердце Мии утонуло в отчаянии. — …Мне нужно поторопиться. В одно мгновение Мия решила как можно скорее отправиться в Гилбадию. Среди разнообразных существ этого мира эльфы были одними из самых долгоживущих. Их продолжительность жизни в семь раз превосходила человеческую, и большинство из них имело исключительную склонность к магии. По крайней мере, в одном томе они описывались как раса, «получившая благословение духов». Несмотря на все их преимущества перед человеческим видом, в природе эльфов был один роковой изъян — трудности с размножением. Никто не знал почему, но некоторые учёные предполагали, что эта проблема была побочным следствием их долгой жизни. Какова бы ни была причина, у эльфов существовал определённый период размножения, а значит, они могли иметь детей лишь раз в три года. [[image:/storage/reader-images/52d265572de341d2234b83632bea73f9e0e10c9b.jpg]] Кроме того, настоящего эльфийского королевства не существовало, лишь разбросанные по Великому лесу Исплита племенные общины. Некоторые племена были дружелюбны, а отдельные эльфы даже отправлялись в человеческие страны. Однако с точки зрения их собратьев те, кто уходил наружу, считались весьма чудаковатыми. Большинство эльфийских племён изолировалось и избегало всяких контактов с людьми. К несчастью, люди высоко ценили эльфов за их прекрасную внешность, и изоляция почти не мешала частым похищениям. Поэтому эльфы, которых можно было увидеть в королевстве Милестия, особенно часто оказывались рабами. Несмотря на превосходные способности эльфийской расы, на стороне людей было одно лишь численное преимущество, и они легко подавляли эльфов. Какие бы несправедливости и зверства над ними ни совершались, эльфийской расе оставалось лишь терпеть страдания. Многие эльфы принимали эту реальность, но других воспринимаемая слабость их собратьев толкала к крайности. Так обрела известность террористическая организация «Витора». Группа назвала себя в честь злого дракона, чья тень некогда омрачила мир, а её целью было создание независимого государства для эльфийского народа. — Ты забрал свисток? — Артур, прости. Люди, которых я нанял на поиски, пока ничего не нашли. Но лично я… я наблюдал за боем издалека и думаю, что есть неплохой шанс: ледяной дракон просто проглотил свисток. — Понятно. Ты хорошо справился, Мариус. А вот этот пользователь тёмной магии… Люди не должны быть способны владеть такой силой. — Я тоже так думал. Я слышал о нескольких очень редких людях со сродством к Тьме, но она никогда не проявлялась вот так, верно? — заметил Мариус. — К тому же владелец ещё ребёнок… Он прожил всего десяток лет или около того. Лидер Виторы, Артур, на мгновение замолчал и задумался. Мы, эльфы, уступаем людям только в одном — в численности. У них гораздо больше людей, чем мы можем надеяться собрать. Если мы, эльфы, преодолеем эту единственную проблему, то будем превосходить людей во всём. Именно поэтому эльфы изначально создали свой магический инструмент — так называемый Свисток подчинения, способный управлять чудовищами. Если мы просто примем нынешнее положение дел, люди станут только высокомернее. По этой причине Витора не сторонилась насилия ради достижения своих целей. — Ну, даже если люди заполучат его, это неважно. Это такая магия, которая саморазрушается, если её использует кто-то, кроме эльфа. — …Да. — Что такое? Если хочешь что-то сказать, говори. — Просто… не знаю почему, но у меня плохое предчувствие насчёт всего этого. Особенно насчёт того человека. — У меня тоже, — ответил Артур. — Похоже, духи к нему благоволят, так что, думаю, нам стоит быть осторожными. В таких вещах твои инстинкты часто оказываются правы. — Почему духи выбрали такого человека, как он?.. — Нельзя так думать, Мариус. Духи просто случайно находятся рядом с нами; ими не движут эмоции или прочие мирские вещи. — Да, ты прав. Прости. Хотя Свисток подчинения разрабатывали уже некоторое время, он ещё не был завершён. После долгих проб и ошибок лучшие исследователи Виторы сумели создать инструмент, способный управлять чудовищами — сперва слабыми, а теперь и куда более могущественными зверями. Этот ужасающий инструмент мог очаровать даже дракона, но лишь ненадолго. Когда эльфы достигнут истинного, постоянного контроля, к которому стремились, организация сможет действовать гораздо решительнее. Даже с учётом всего этого прогресса у Артура оставалась одна тревога. Впрочем, она не была ничем конкретным и даже не казалась особенно вероятной — всего лишь возможность. Он был уверен: стоит произнести эти слова вслух, и он лишь встревожит товарищей, поэтому промолчал. Эта тёмная магия… Мне стоит держать это при себе. Но, с другой стороны, я обязан избежать худшего сценария. Нужно следить за ситуацией и двигаться, когда придёт время. Молодой эльф отчасти рассеянно посмотрел вдаль и начал думать совсем о другом. Как мне этого добиться? Как воплотить моё — нет, наше общее давнее желание? — Я вас не подведу, господин Люк! Я вложу в эту работу всё сердце и клянусь выковать меч, достойный вашей руки! — Д-да. Рассчитываю на тебя, Далкин. — Уаааа! — …Так жалко, когда ты плачешь вот так. Ну, тогда прощай. Почувствовав, что меня вот-вот втянут во что-то раздражающее, я поспешно покинул кузницу. Сегодня Зака со мной нет; я не выдержу этой драмы. — Какой отвратительный и шумный человек. Если желаете, я могу… — Не можешь, — резко оборвал её я. — Перестань предлагать убить каждого, кого мы встречаем. Я грозно посмотрел на ледяного дракона Диа, настойчиво призывая её закрыть рот прежде, чем она успеет сказать то, что, я был уверен, собиралась сказать. — Я буду действовать так, как пожелаю, — продолжил я, — а именно так, как выгодно мне. Ты согласна? — …Ах! Д-да, разумеется! Вы совершенно правы!.. Она определённо не поняла, к чему я клоню. Ну и ладно. Мы разные виды, с фундаментально разными ценностями. Я бросил попытки объясниться с драконом и пошёл обратно к своей резиденции. И всё же… драконья биология действительно интересная тема. Похоже, они могут менять размер, когда захотят, и способности, которые Диа продемонстрировала в кузнице, тоже любопытны. Она способна по желанию отращивать заново чешую, когти и зубы. Думаю, теперь я понимаю, почему раньше мои угрозы её не пугали. Как только особняк показался впереди, я решил, что момент подходящий. Не предупредив ни словом, я активировал заклинание: — Тёмный ошейник. — Фуа?! — взвизгнула Диа. — Ч-ч-что это?! — Мва-ха-ха… Забыла? Я сказал, что хочу испытать на тебе заклинание. На шее Диа появился ошейник. Выглядел он так, словно был сделан из чистой, сгущённой тьмы. Мне даже нравится смотреть, как она мечется и паникует. — Э-э-э-это б-б-будет больно?.. Будет, да?! О нет! Нет, нет, нет! — Эм… Эй. — Нееет! Пожалуйста, больше никакой боли! Я не вынесу! Уаааа! — … Однако в тот момент, когда Диа начала плакать и кричать, весь мой запал исчез без остатка. Мгновенно смутное веселье сменилось унынием. Она совершенно запаниковала. Это… моя вина, да? …Подождите, что я такое говорю? Я не виноват! Это она напала на меня; я просто победил её, когда она бросилась на меня. Ей ещё следует быть благодарной, что я оставил её в живых. — Успокойся. Больно не будет. — Вы… правда? Но нельзя, чтобы она вот так орала. Первым делом нужно как можно скорее её успокоить. — Обойди к задней стороне дома. Там и проверим. — …Да, хозяин. Когда мы добрались до заднего двора, Диа была так расстроена, что выглядела готовой вот-вот расплакаться. — Слушай. Между нами есть контракт… но не только он. Между нами существует и более глубокая, невидимая связь. Ты ведь тоже её чувствуешь? — Да. — Именно её я и хочу использовать, — объяснил я. — Как ты знаешь, мой элемент Тьмы позволяет мне забирать ману у других. С нашей особой связью я должен суметь вытягивать твою ману, как бы далеко ты ни находилась… наверное. Для этого и предназначено заклинание Тёмный ошейник, и поэтому мне нужно испытать его сейчас. До твоей толстой головы дошло? — Значит… вы будете только вытягивать мою ману? И-и это не будет больно? — Да, именно так. — …Я-я поняла, — всхлипнула Диа. Боже… утомительно. Но заклинание будет интересным, и если оно сработает, я смогу пользоваться элементом Льда когда угодно. Хе, о чём я вообще думаю? Это заклинание создал я; конечно, оно сработает. — Начинаю. — Да, хозяин! Диа закрыла глаза и стиснула зубы, будто готовилась к удару. Что за неуважение со стороны этого дракона… Она что, не доверяет мне, когда я говорю, что больно не будет? Я сосредоточил мысли. Мва-ха, вот оно. Я так и знал. Я чувствую ману Диа… Теперь нужно лишь взять её. — Ах… Мана Диа потекла в меня через связь, установленную нашим контрактом. — Мва-ха… Мва-ха-ха-ха-ха! Я знал, что это… Эй, что с тобой? — Я… мм, это… а-ах… Диа мягко порхала в воздухе рядом со мной, но в тот миг, когда заклинание подействовало, рухнула на землю. Она тяжело дышала, словно ей было больно. Я взял у неё совсем немного маны. Что с ней не так? — Тебе было больно, Ди… — Я… могла бы к этому привыкнуть… Я… я хочу, чтобы вы сделали это е-ещё раз… Эм… Что происходит? Я ощутил сильнейшее дежавю. Почему это кажется таким знакомым?! Перед внутренним взором вспыхнуло воспоминание. — Ещё… Ах… Оскорбляй меня ещё! Д-давай, смотри на меня сверху вниз… — …Элис. Точно. Она выглядит совсем как Элис тогда, в первую ночь, когда та преобразилась у меня на глазах. Что происходит?.. Как Диа стала такой? Подождите, может быть, это не моя вина. Нельзя исключать возможность, что они связаны через свой элемент. Возможно, это просто нечто присущее носителям элемента Льда? Да, проблема должна быть именно в этом. Хм, интересно… Возможно, стоило бы исследовать связь между нравом существа и элементом его маны. Наверное, начать следует с четырёх основных. Лёд происходит от Воды — значит ли это, что у всех пользователей водного типа где-то внутри дремлет такая склонность? А Мия тогда? Разве она не использует Молнию? И элемент Йоланда тоже немного необычный, так что… Подождите, почему я вообще так глубоко об этом думаю? Я тяжело вздохнул и поднял глаза к облакам. Рядом со мной всё ещё слышалось сбивчивое дыхание Диа. Кстати говоря, я давно не видел Элис. Интересно, как она там? ---------- Хаос бьёт молнией 1 — РАССЕЧЕНИЕ!.. ХА… ХА… ВСЁ ЕЩЁ НЕДОСТАТОЧНО. До того, что Люк показал в нашем бою, мне бесконечно далеко. Кажется, общий принцип я уже уловил, но… Нет, всё не так. Люк уже достиг вершины горы, а я ещё даже не добрался до её подножия. Я лишь смотрю на него издалека, но всё равно не могу отвести взгляд… не могу не смотреть снизу вверх на него и на его невероятное владение мечом… — Ха… нгх… Я остановился, чтобы перевести дыхание, и на миг перед глазами всё поплыло. От приступа головокружения меня повело, тело внезапно стало тяжёлым. Техника начала рассыпаться. Похоже, на сегодня это мой предел… но я должен продолжать! Ещё немного. Всего несколько минут… — Я никогда его не догоню, если хотя бы иногда не буду заходить слишком далеко, — пробормотал я себе под нос. — И ещё… к-кажется, теперь я понял. Я всегда чувствовал эту силу, но никогда не понимал её до конца. У меня всегда было ощущение, что это нечто отличное от магии, но я не знал наверняка. А потом, в тот день, я увидел технику Люка и почувствовал это кожей… Наконец всё стало мне ясно. Всё, что я делал до сих пор, — жестокие тренировки наставницы, постоянные попытки снова и снова довести себя до предела, все мои усилия — именно они дали мне эту силу. Она внутри меня, и теперь я её чувствую, но… Я ещё не умею пользоваться ею в полной мере. — Клянусь… я научусь владеть этой силой и— — Абель? Кто-то окликнул меня по имени. Я тренировался на площадке при гильдии, поэтому меня нередко прерывали, но этот голос заставил меня слегка вздрогнуть. Я хорошо его знал. — Лили? Что такое? Она не ответила. Не думаю, что когда-либо видел у неё такое лицо. Обычно она сразу говорит всё, что думает, — скорее даже выпаливает без малейших колебаний. Но сегодня ей, похоже, было трудно подобрать слова. Почему — я не понимал. Я стал ждать, пока Лили заговорит. Дыхание, ещё сбитое после тренировки, постепенно выровнялось. — Может, мне и не стоит этого говорить, — нерешительно начала Лили, — но я хочу, чтобы ты услышал это от меня. Я неуверенно посмотрел на неё. Я не понимаю, что она пытается сказать. — Абель… Ты никогда не станешь Люком. — … В тот миг, когда я услышал эти слова, дыхание снова сбилось, а грудь сдавило так, словно кто-то слишком крепко сжал моё сердце. — Я знаю, ты очень им восхищаешься, но мне кажется, что тебе нельзя просто… так упорно пытаться идти тем же путём, что и он, и заставлять себя держать тот же темп. Прости. Я понимаю, что это прозвучало внезапно. — … Она права. Я восхищаюсь Люком. Я никогда не пытался этого скрывать. Он постоянно превосходит не только мои ожидания, но и сами пределы того, что я могу представить. Для меня он и правда символ абсолютной силы. Не уверен, что сам осознавал это до сегодняшнего дня, но… больше всего я преклоняюсь не перед прежней наставницей и не перед преподавателем Брэдом. Перед Люком. Наставница и преподаватель Брэд оба настолько невероятно сильны, что я до сих пор даже не понимаю глубины их возможностей, так почему же…? Почему именно Люк стал в моём сознании образом абсолютной силы? — В последнее время ты всё время загоняешь себя, правда? Не только после ледяного дракона — с того самого дня, когда ты впервые встретил Люка в Магической академии Аслана, — продолжила Лили. — Я знаю, какой ты удивительный, Абель. Ты не можешь использовать ни одного заклинания стихийной магии, но величайшая магическая академия всего королевства всё равно приняла тебя. Это правда нечто особенное. Ты особенный! Но Люк, он… Прости. Просто мне кажется, если ты будешь продолжать в том же духе, однажды что-то в тебе сломается, а я правда не— — Ха… Какой же я дурак. Почему я не понял с первого раза, когда ты сказала мне это? Теперь я наконец понимаю, Лили. Ты всегда была той, кто поднимал меня обратно на ноги. Обычно ты такая упрямая, а сейчас говоришь так мягко и осторожно подбираешь слова. Тебе это совсем не идёт. Причина только одна: ты не хочешь меня ранить. Ты волнуешься за меня, я знаю. Всегда волновалась. Мне повезло, что рядом есть такие хорошие люди. С того дня, когда меня нашли одного в той деревне, меня окружали люди, которые меня любят. Я встретил наставницу, которая привела меня так далеко, и обрёл подругу, которая заботится обо мне от всего сердца. Ха-ха… но… Разве мне правда позволено иметь так много? И всё же чем больше у меня есть, тем сильнее я хочу за это держаться… Хочу силу, чтобы защищать то, что у меня есть, чтобы никто больше никогда не смог отнять у меня эти сокровища— — Спасибо, Лили. Спасибо, что беспокоишься обо мне. — К-кто сказал, что я о тебе беспокоюсь?! Не то чтобы меня это так уж волновало. Просто… мне, наверное, было бы немного неприятно, если бы с тобой что-нибудь случилось? Вот и всё. Она и правда добрая. Лили — аристократка, но говорит со мной на равных, хотя я едва ли даже простолюдин. Я ни за что не должен принимать это как должное. — Я ценю это, но со мной всё в порядке. Правда. Я от этого не сломаюсь. — А? — Я умею только стараться изо всех сил, так что в том, чтобы перегибать палку, у меня даже неплохо получается. Я стану настолько сильным, что однажды смогу защищать даже тебя, Лили. Наверное… это прозвучало немного хвастливо, да? А-ха-ха. Я слегка рассмеялся, чтобы скрыть смущение, но каждое слово сказал всерьёз. Я не собираюсь сидеть и ждать завтрашнего дня, будто он обязательно будет таким же, как сегодняшний. Жизнь несправедлива, и всё может измениться в одно мгновение, — вот почему я должен стать сильным. — Ч-что… что ты…? — А? Что-то не так? Лили перестала лепетать и замолчала. Я посмотрел на неё и понял, что она смотрит прямо в мою сторону. А когда она наконец заговорила, её голос сорвался на крик. — Наглый… н-наглый мальчишка! Это ни капельки не было круто! Ты совсем не крутой! Ты просто мальчишка с дурацкими растрёпанными волосааами! Прокричав последнее слово, Лили развернулась и убежала с тренировочной площадки. Я остался стоять один с мечом в руке и смотрел ей вслед. После её внезапного ухода здесь стало слишком тихо. — …А? Я… эм… А что бы в такой ситуации сделал Люк? В последнее время это стало моим привычным вопросом, да? Стоит мне столкнуться с препятствием, и я сразу спрашиваю себя: что бы сделал Люк? К несчастью для Абеля, в этот миг он смог представить лишь Люка, который выглядел бы столь же растерянным, как и он сам. — Моя деревня недалеко от города, так что слухи о Драконоборце уже до них дошли, — сказал Моккель и сделал ещё один глоток. — Ох, вот это вещь… — Ну да, ещё бы не дошли. Он ведь и правда впечатляюще сработал, — ответил Зак, а потом прищурился. — А это что у тебя за лицо? Двое авантюристов ранга A пили в таверне при гильдии, пока за окном догорал очередной день. Моккель вздохнул. — Все пятеро моих младших братьев от него без ума. Старший, Ред, тоже хочет стать авантюристом. Малец теперь упрашивает меня дать ему хоть раз встретиться с Драконоборцем. [[image:/storage/reader-images/094771de40ccae6116293d970286d0b0fb8952de.jpg]] — Ха-ха-ха, нелегко тебе, похоже, — усмехнулся Зак. — Слушай… только ко мне с такой просьбой не приходи, понял? — Да ладно тебе, Зак, сколько мы уже друзья? Не говори, что забыл тот день, когда мы плечом к плечу впервые постучали в двери гильдии? Ты правда бросишь товарища в беде? — Угу. А я вот помню день, когда впервые привёл сюда Люка. Не говори, что забыл, как ты вместе со всеми бросил меня на морозе, а? Что-то я не припомню, чтобы тогда у тебя были проблемы с тем, чтобы бросить товарища, Моккель. Моккелю на это было нечего сказать. В тот момент, когда Люк заявил, что вступает в партию Зака, Моккель очень удобно отвернулся. Совершенно не имея возможности оправдаться, он сделал ещё один глоток эля и уставился на Зака. — Да что вообще за любовь и восхищение этими «героями»? — Ты о чём? — спросил Зак. — Ничего странного, что молодёжь равняется на парня. — Вот как я думаю, — сказал Моккель. — Первое, чему должен научиться будущий авантюрист, — это что, может, он вовсе не такой уж особенный. Не редкость ведь, когда кто-нибудь выскакивает на бой с настоящей дрянью из монстров и в первый же раз получает так, что его в землю вбивает, да? Одно дурное решение — и ты труп. В нашей работе времени на обучение по ходу дела нет. — Нет, Моккель, ты просто уже выгоревший старик, — отмахнулся Зак. — Слишком много всякого дерьма повидал, вот и всё. Каждый поначалу хочет стать героем, разве нет? Именно за этим они вообще и стучатся в двери гильдии. Все думают, что именно они станут следующим великим героем, потому что те, кто настолько низко себя ценит, что думает иначе… ну, те вообще не стучатся. — …Гх, тут ты прав. — Не «тут я прав», а я прав. Зак и Моккель оба были лидерами собственных авантюристских партий ранга A. В гильдию они вступили одновременно и в молодости часто сцеплялись друг с другом, но теперь обоим было уже за тридцать. С возрастом они немного смягчились и стали постоянными собутыльниками. Как лидеры партий, они переживали много схожего и жаловались на одни и те же вещи, так что когда эти двое разговаривали, выпивка лилась рекой. Конечно, ни один из них не признался бы в этом другому, но оба находили в этой дружбе немалое утешение. В конце концов, в работе, где любой день мог стать последним, старый друг был драгоценностью — вещью по-настоящему незаменимой. — Ну, я понимаю, что ты пытаешься сказать, — произнёс Зак. — Вот именно. По-моему, самое важное для авантюриста — учуять момент, когда пора бежать. — Да ладно, Моккель, пощади меня хоть сегодня. Я слышал эту историю пять тысяч раз; она всплывает каждый раз, когда ты, чёрт тебя дери, выпиваешь. — А что плохого, а? В тот миг, когда понял, что дело дрянь, ты уже должен бежать. Вот что самое важное, ясно? А вот идиоты, которые мнят себя особенными, начинают мешкать. Гордость встаёт поперёк. Они думают, что храбрость — это каждый раз встречать опасность лицом к лицу, и принимают собственную проклятую безрассудность за мужество. Для таких ребят потом уже поздно. Ничем не станешь, когда мёртв. — Да-да, ты совершенно прав. А, мисс! — Зак помахал официантке. — Принесите нам тарелку жареных кусочков гигантской ящерицы! — Конечно! Кусочки ящерицы уже несут! — …Эй, Зак, притормози с жареным. Завтра прочувствуешь. — Заткнись. Ты мне мать, что ли? Наступила ночь, и таверна при гильдии начала постепенно заполняться авантюристами, которые заканчивали дневную работу и хотели восстановить силы перед следующим днём. — Вся причина, почему такой обычный парень, как я, добрался до ранга A, в том, что я чую опасность. Мне не надо объяснять, когда пора бежать из драки. А, ты ведь помнишь, да? Первый раз, когда господин Люк прислал в гильдию ту адскую заявку на награду. — …Такое не забудешь. И не потому, что я не пытался. — У меня тогда просто возникло чувство, как только я увидел контракт, понимаешь? Что-то тут не так, подумал я… В итоге всё равно клюнул на приманку и получил травму на всю жизнь. Видать, нельзя позволять деньгам застилать глаза. «Чистилище» ведь в конце концов распалось, да? Хотя мастер гильдии правда пытался удержать их вместе. — Да мало что он мог сделать. Они хотели метить в ранг S сильнее любого из нас. Если бы не Ал, я бы сейчас уже вернулся в деревню и, наверное, пахал поле. — Похоже, надо отдать должное господину Драконоборцу, а? — Всё равно, ну… парню ведь было всего десять лет, когда он впервые взялся за меч, да? Я просто… уф… Такое чувство, будто всё это было так давно. — Ха-ха-ха, понимаю— — А-а-а-а! По таверне при гильдии внезапно разнёсся крик. — Абель такой дураааак!! — Э? Это ещё что? Зак и Моккель одновременно повернулись и увидели, как мимо них промчалась юная, изящно одетая блондинка, визжа всю дорогу. Она пробежала через всю таверну и выскочила за дверь. Это была Лили. — Разве она не…? А, точно, она одна из той парочки, что недавно приехала из столицы, да? — Э-эй, Лили, подожди! — окликнул её вслед другой голос. Мгновением позже появился Абель и неловко поклонился собравшимся. — А, эм… простите, что потревожил, — сказал он и выбежал следом за Лили. Разве эти двое не друзья Люка? — подумал Зак, поворачиваясь обратно к столу. — …Так вот, — нерешительно сказал Моккель. — Слушай, Зак. Черноволосый пацан, который только что пробежал мимо? Рядом с ним у меня срабатывает датчик «мне это дерьмо не нужно». Держи ухо востро. — Ты о чём? По-моему, парень вполне безобидный. — Ага, как же, меня он не проведёт. Когда он рядом, надо быть готовым рвануть прочь, помяни моё слово. — У тебя там, в голове, много всего происходит, да, Моккель? — заметил Зак. — Эй, где там мои жареные кусочки ящерицы? По мере того как вечер тянулся дальше, в Гильдии авантюристов становилось всё оживлённее и теснее. Зак и Моккель продолжали опрокидывать кружки, но прошло всего каких-то полчаса относительного покоя, прежде чем над таверной снова сгустилась грозовая туча. Дверь резко открылась, естественно привлекая взгляды нескольких посетителей, — и те тут же лишились дара речи при виде вошедшего. — Хья-ха-ха— — Весело тебе, Зак. — Ха…? В тот миг, когда Зак услышал этот голос, всё хмельное приятное тепло до последней капли вытекло из него. Ему показалось, будто кто-то схватил его череп и как следует встряхнул. — А-а… Э-если это не господин Люк… Добрый вечер. — Что, пьёшь один? — А? Нет, я с Моккелем. Он прямо… здесь…? Но когда Зак обернулся, чтобы указать на него, Моккеля уже не было. Он умудрился исчезнуть без следа — почти так, будто его никогда и не существовало. Вот же ублюююдок! И это он ещё что-то говорил про чутьё на опасность?! — А, эм, да, — поправился Зак. — Сегодня мне захотелось побыть одному… — Ясно. Мне, впрочем, всё равно, — небрежно заметил Люк. — Слушай. Это ещё не скоро, но я должен дать тебе возможность подготовиться. В какой-то момент я отправлюсь в Империю, и ты тоже пойдёшь со мной. Понял? — О, понятно, — автоматически сказал Зак. — Вы… отправитесь… Стоп, в Империю? Слова Люка прозвучали совершенно внезапно. Он как стихийное бедствие, — подумал Зак. Вслух, конечно, сказать такое он не мог. — Эм… а какие у вас дела в Империи? — спросил он вместо этого. — Расскажу позже. — …Понимаю. — На сегодня всё. Пока. — А, да… до свидания… Люк развернулся и вышел, направившись прямо обратно из Гильдии авантюристов. — М-да, — вздохнул Зак. — В Империю я, в общем-то, не против… Но предчувствие у меня очень дурное. Представляя, какие несчастья могут его там ждать, Зак допил остатки напитка. И едва осушил кружку, как почувствовал руку у себя на плече. Невероятно исчезнувший Моккель волшебным образом вернулся сразу после ухода Люка. — Зак, вот это и есть то самое чутьё на опасность, о котором я тебе гов— — Да пошёл ты-ы-ы! — Аргх! Зак вскочил на ноги и нанёс Моккелю поистине жестокий дроп-кик. Посетители за соседними столами начали подначивать их, предвкушая драку. В общем и целом это был самый обычный вечер в таверне, полной разношёрстной публики, зарабатывавшей на жизнь ремеслом авантюристов. 2 — ЧТО ВСЁ ЭТО ЗНАЧИТ? Эдмонд, будь добр, объясни. Ах, ещё одна причина ненавидеть эту работу: я служу прихотям не одного начальника. — Да, конечно… принц Полпон. Мм… Желудок болит… Дело не только в короле; людей выше меня по положению слишком много, и, разумеется, я обязан выполнять всё, что они прикажут. В этом-то и проблема: что мне делать, если я получаю несколько противоречащих друг другу приказов…? — Кхм… Наследник дома Гилбертов приручил стихийного дракона, но я уверен, вам это уже известно— — Конечно, я слышал. Люк правда удивительный, да? Но… почему праздничный приём не проводят здесь, во дворце? Это немыслимо. Эдмонд замялся. Король Менгис всё-таки склонен ставить собственную гордость выше практической выгоды. А наследный принц Алекдора — выдающийся маг и весьма способный командир Первого королевского магического отряда, но внутренние дела его, похоже, не слишком интересуют. Пожалуй, второй по старшинству принц Полпон может оказаться лучшим из них. По крайней мере, он понимает, в каком положении находится наше королевство. — …Аристократическая фракция, судя по всему, стремительно набирает влияние, — объяснил он. — Его величество недоволен и обеспокоен. Именно поэтому в данном случае он принял такое решение— — А? Но разве именно поэтому их и стоило пригласить сюда? Это была бы хорошая возможность показать короля публике и продемонстрировать власть трона в открытой обстановке, разве нет? — … …Эм… Я тоже так думаю. Но что мне с этим делать? Серьёзно, вы убеждаете уже убеждённого! Пожалуйста, прекратите. — Пожалуй, говорить это тебе всё равно бесполезно, Эдмонд. Прости. — Ничего страшного, мой принц, — устало ответил Эдмонд. — Думаю, я сам тайком выберусь поздравить Люка. — Э…? — Вообще-то я уже поговорил с заместителем командира Второго королевского магического отряда. Всё для встречи готово, и я планирую взять тебя с собой, Эдмонд. — А, да, я… эм, п-понимаю…? По правде говоря, Эдмонд обычно считал себя человеком довольно сообразительным. Он был не только трудолюбив и стоек, но и обладал острым умом, — однако в тот конкретный раз Эдмонд не мог понять ни единого слова, сказанного ему улыбающимся юным принцем. В последовавший за этим неописуемый промежуток тишины до слуха Эдмонда доносился лишь звук короткого замыкания в его собственной голове. Возможно, простолюдины завидуют положению, которое мы, аристократы, занимаем. Но, ну… В некоторые дни я нахожу в нём одну лишь духоту. Сегодня как раз такой день. Сомневаюсь, что кто-нибудь устраивал бы грандиозный праздник в честь моего достижения — приручения стихийного дракона, — не будь я дворянином. — …Как же всё это утомительно. Ну и ладно. Скуку это нисколько не облегчает, но этот легкомысленный приём служит интересам отца, матери и процветанию дома Гилбертов в целом. И всё же сейчас я гораздо охотнее занялся бы ростом собственной силы… И, чёрт, здесь ещё и довольно холодно. — Вы что-то сказали, господин Люк? — Ничего, что касалось бы тебя. — Понимаю. А, кхм… Думаю, у меня, ну… с-странное ощущение— — Привыкай. — …Да. Диа закрыла рот и молча полетела дальше. Я сидел у неё на спине, и холодный ветер проносился мимо, заставляя меня слегка дрожать. Всё началось с того, что она попросила у меня разрешения вернуться домой и забрать свои вещи, чтобы должным образом принести мне подношение. Видимо, она ещё та накопительница сокровищ. Я решил, что это будет хорошей возможностью испытать новое заклинание, которое я только что разработал; именно поэтому я и летел сейчас верхом на спине Диа. Тёмная драконья броня. Это заклинание делает ровно то, что следует из названия: надевает на Диа тёмную магическую броню. Если немного его доработать, оно должно серьёзно повысить боевые возможности этой драконихи… но к нему придётся привыкать. Честно говоря, сама идея пришла мне в голову именно потому, как неудобно летать на Диа. — Здесь много того, что меня интересует. Смотри ничего не урони, Диа. — Конечно, хозяин! Мы возвращались в Гильбадию, безопасно таща за собой разнообразные драконьи сокровища… Но, чёрт, наверху совершенно ледяной холод. Надо что-то придумать с падением температуры. Когда-нибудь займусь… Проблема лишь в том, что сделать хочется слишком многое. И я очень хочу наконец как следует проанализировать вот эту штуку. Я сунул руку в карман и достал красивый свисток. Тот самый магический инструмент, с помощью которого тогда управляли Диа, хотя контроль над ней и оказался неполным. Свисток подчинения. Так уж вышло, что эта вещица не была уничтожена, и я сумел заполучить её в свои руки… весьма удачная находка для меня. Я активировал информационное заклинание и начал анализировать инструмент в ладони. — На нём несколько слоёв защитных заклинаний, — пробормотал я себе под нос. — Даже я пока ничего с ними сделать не могу. Мва-ха… Всё это весьма интересно. Использовать его я, конечно, не могу. Хуже того, в этой штуке заложена магия, которая заставит её самоуничтожиться в тот миг, когда я попытаюсь развеять защиту. Я не могу просто силой продавить её своей тёмной магией. То есть, уверен, если бы у меня было достаточно времени, я сумел бы найти способ отключить защищающие её заклинания… будь у меня такая роскошь. К несчастью, мне придётся присутствовать на этом приёме и беседовать со всеми явившимися бессмысленными аристократами — людьми, до которых мне нет никакого дела. Ух, депрессия уже подкрадывается. Осталось вытерпеть всего несколько дней. Те, кто прибыл на приём заранее, уже должны были въехать в мои владения. — Вижу город! Мы почти на месте! — Хмф. Пока я размышлял о своём положении, в поле зрения появилась Гильбадия. Когда мы с Диа взлетели впервые, это вызвало настоящий переполох. Теперь, однако, горожане уже вполне привыкли к виду ледяного дракона в пределах города. Мы приземлились на заднем дворе, где я спешился вместе с многочисленными драконьими сокровищами. Мгновением позже всё тело Диа засветилось магическим светом, и она приняла уменьшенную форму. — Если позволите сказать, добыча весьма впечатляющая! — Именно, — заметил я. — Ты хорошо справилась, добыв столько богатств. — В таком случае… не возражаете ли вы, если я, возможно… буду иногда совершать, кхм, вылазки и собирать ещё немного в свободное время? Как ни стыдно это признавать, я весьма неравнодушна к сокровищам. — Делай как знаешь. Но не позорь моё имя. — К-конечно… Ахаха. — Если понимаешь, то… — начал я и оборвал себя. — Что это? Внезапно я ощутил поблизости присутствие маны — причём довольно сильной. — Интересно, — задумчиво произнесла Диа; она, очевидно, тоже это почувствовала. Я проследил за следом маны через ворота к особняку — и там обнаружил её источник. — …Охо, понятно. Магический круг возник без предупреждения и в одно мгновение вызвал роскошную, внушительную карету с лошадью. Там, где секунду назад не было ничего, теперь стояла карета, украшенная гербом дома Годвинов. Я сразу понял. Пространственная магия. — Давно не виделись, Люк. — Мва-ха… И правда, Элеонора. Моя подруга детства вышла из кареты и поприветствовала меня. По крайней мере, именно такая у неё роль в этой истории. И ещё, ух ты, она такая… большая, и не в одном смысле. В общем, почти уверен, что только что заклинание сотворила именно Элеонора. Пространственная магия, да?.. Великолепная штука. Следом за Элеонорой из кареты вышел лорд Годвин. Он несколько мгновений смотрел на Диа. — …Это ледяной дракон? — тихо спросил он. — Это…? Ты, простой человек, смеешь обращаться ко мне так, будто— мммф! — Именно так, лорд Годвин, — ответил я, зажав Диа рот рукой. — Как ни стыдно это признавать, она ещё не обучена должным образом. Лорд Годвин прищурился, несколько секунд молча оценивал нас обоих, а затем снова заговорил. — Прошу прощения за свою грубость при нашей прошлой встрече. Пусть он и не потрудился даже слегка склонить голову, в его глазах я увидел искреннее раскаяние. — Мва-ха, о чём это вы? — … — Отец, могу я на минутку поговорить с Люком? — Только недолго. — Да, отец. Лорд Годвин бросил на меня неопределённый взгляд, а затем повернулся и вошёл в особняк. — И правда, мы давно не виделись, Люк, — сказала Элеонора. — Пожалуй. — И, ну, этот дракон— — Довольно твоей наглости, человек. Я почувствовал, как от Диа начал исходить ровный — и, откровенно говоря, пугающе мощный — поток маны. Раздражает, насколько же у этой проклятой драконихи низкий порог кипения. Впрочем, она столетиями была такой высокомерной. Возможно, привычку будет сложно сломать. — Слушай меня, — резко сказал я ей. — Это первое и последнее предупреждение. Больше не позорь меня. — …Ик! Но Диа — мой фамильяр; её вековая привычка держаться высокомерно для меня ничего не значит. — Второго раза не будет. Поняла? — Д-да… — Тогда ладно. Элеонора, что нам— а? Что с тобой? — …Люк, ты… Не могу поверить, — выдохнула она. — Ты правда подчинил своей воле такого могущественного монстра? — А? Да… И что? К чему она клонит? Ну, наверное, она впервые видит Диа, а та, если уж честно, действительно довольно сильный монстр… — Мм… хех, — Элеонора сначала тихо рассмеялась. — Хе-хе-хе! Я знала… Я была права насчёт тебя! От тревожного смеха Элеоноры у меня по спине пробежал холодок, а все мысленные сигналы опасности зазвонили громче прежнего. — В-вообще-то, Люк… у меня есть мечта, понимаешь… — Стоп. Остановись. Не говори мне. Мне неинтересно. — Это немного смущает… Но ты выслушаешь меня…? — Ты меня слушаешь? Я сказал нет. Прекрати говорить. — Правда? Ты не против? Ну, видишь ли… — Эй, я не— — Я хочу, чтобы меня прижал к земле по-настоящему сильный мужчина! Тот, кого я не смогла бы победить в бою, даже если бы отдала всё до последней капли!! Хочу, чтобы меня поставили на место! Чтобы мне показали: в конце концов я всего лишь беспомощная девочка! — … Почему её глаза так сияют и блестят? Что это за желание я чувствую от неё? Будто крайний мазохизм смешали с неистовой жаждой битвы. Эта извращенка определённо подвид того же типа, что и Элис. …Что это всё время запускает?! Элис, Диа, теперь Элеонора… Почему ко мне тянутся именно такие люди…? Я почувствовал слабость и сильное головокружение. — Но я слишком сильна, — продолжила Элеонора. — Не успела оглянуться, как оказалась на вершине всех академических рейтингов! Я уже совсем отчаялась и не знала, что делать, но… потом появился ты! Я наконец нашла своего человека! Давай, Люк! Прямо здесь и сейчас! Покажи мне всё, на что способен! — Что ты пытаешься ска— Меня накрыла волна отвращения такой силы, что я задрожал, и я даже не попытался это скрыть. Однако едва я начал говорить, меня перебил громовой раскат. — Ух, что ещё? Я поднял глаза к небу, и по спине пополз мерзкий холод дурного предчувствия. И тогда я увидел это — молнию. Как ни странно, она пронеслась прямо сквозь облака над моей головой, буквально рассекая небеса надвое. Разве молнии обычно не бьют в землю? — праздно подумал я, но тут молния резко свернула в воздухе под прямым углом и ударила в землю неподалёку от того места, где стояли мы с Элеонорой. В этот момент я узнал присутствие одного источника маны, который я слишком хорошо знал. — Э-хе-хе… Давно не виделись, Люк! Я пришла— а…? Кто это? Это была Мия, появившаяся одна, без всякого предупреждения. Рядом с Элеонорой она выглядела сравнительно маленькой, но огромное количество маны, которое она излучала, совсем не соответствовало её росту. Она смотрела на меня глубокими, мутно-чёрными глазами. Мозгу понадобилась доля секунды, чтобы узнать Мию, но за это короткое время мои мысли понеслись с такой скоростью, какую обычный человек и представить не смог бы. В итоге мой разум заполнился мыслями вроде «почему?», но рот почему-то произвёл совсем другой звук. — …Э? Один-единственный невнятный звук растерянности — вот и всё, на что я оказался способен. 3 ЛЮК БЫЛ СОВЕРШЕННО УВЕРЕН, ЧТО у Элеоноры в оригинальной истории не было таких извращённых склонностей, — и действительно, их у неё не было. Такой она быть не должна была. Искажение истории Люка сперва проявлялось в мелочах: в конце концов, он изменил лишь одно. Это было простое, прямолинейное решение — на этот раз немного постараться. Но как взмах крыльев крошечной бабочки однажды может породить ураган, так и изначальная история Люка всё дальше и дальше срывалась с рельсов. — Э-эй… Люк? Я правда старалась. Я увидела твои Крылья тьмы, и они вдохновили меня тоже попробовать носиться по небу… Поэтому я очень усердно тренировалась и создала это новое заклинание, и— — Стой. Послушай— — Так почему…? — Мия понеслась дальше. — Почему, почему, почему?! Не говори мне… я тебе больше не нужна?.. Эта девушка — твоя новая любимая?! — Кто эта человеческая самка? Господин Люк, если её поведение вам неприятно, я могу— — Заткнись, Диа. И ты тоже, Мия. Все, замолчите и слушайте, что я говорю. В тёмных глазах Мии, казалось, таилась глубокая, непостижимая тьма, которая затягивала Люка тем сильнее, чем дольше он выдерживал её взгляд. Он знал, что никакие его слова до неё не дойдут: по сути, она потеряла рассудок. Нужно вступить в физический контакт, чтобы попытаться вернуть её к реальности. Как только перегруженный мозг Люка пришёл к такому выводу, в нём сработали инстинкты выживания. Он легонько похлопал Мию по плечу. — Смотри внимательно. Это Элеонора из дома Годвинов. Ты ведь тоже дочь графа, верно? Наверняка видела её бесчисленное множество раз на разных приёмах. — …Э? А, д-да. — Карету тоже видишь, верно? — Да… — Она приехала на приём, который устраивают для меня. Она только что прибыла. Вот и всё. — Я о вас слышала, — сказала Элеонора. — Вы вторая невеста Люка, Мия Клайн Леннокс, не так ли? Полагаю, мы впервые говорим напрямую. Я Элеонора Рейн Годвин, но можете звать меня Элеонорой. Рада знакомству. — А, д-да… Я тоже рада знакомству. П-простите, я не хотела в— — Не беспокойтесь. Думаю, я в некоторой степени понимаю, что вы сейчас чувствуете. — …Мм. П-простите. Сердце Мии сжалось от множества чувств, нахлынувших разом: первоначального эмоционального взрыва, стыда из-за недоразумения, вины за то, что она бездумной грубостью доставила столько хлопот Люку и Элеоноре. Эти перемешанные чувства невозможно было удержать внутри, и в конце концов они неизбежно выступили слезами, покатившимися по щекам Мии. Люк примерно понимал, почему Мия может плакать. Элеонора посмотрела на него, глазами показывая, что ему стоит подойти и утешить её, но Люк колебался. Голова всё ещё была полна кружащихся сомнений, а пробирающий до позвоночника холод никуда не исчез. Один неверный шаг — и я, пожалуй, получу нож в спину за свои труды. Как бы прискорбно это ни было, ситуация хорошо напомнила ему, насколько опасной была Мия. У Люка появилась невеста, похожая на бомбу с тикающим таймером, но кто был в этом виноват? Всё случилось из-за его небрежной попытки манипуляциями превратить Мию в одну из своих пешек. Он прекрасно понимал, что винить здесь некого, кроме себя. И ещё осознавал: Мия никогда не дошла бы до такого состояния, если бы он изначально не решил так плотно с ней связываться. И всё же… что она делает здесь одна? Это официальный приём; с ней должны быть хотя бы родственники или несколько сопровождающих… Но она прилетела прямо сюда, чтобы увидеть меня. Я совершенно не понимаю, что сейчас происходит… Признание Элеоноры в её извращённой мечте уже нанесло Люку серьёзный урон, и внезапный удар в виде прибытия Мии окончательно выбил его из равновесия. По правде говоря, полностью перегрузить его психику было не так уж трудно. В конце концов, Люк принадлежал к тому типу персонажей, которые после первого же поражения заперлись бы в родительском особняке. За его высокомерием скрывалась несомненная душевная хрупкость — и, возможно, именно из-за неё он изначально был склонен держать людей на расстоянии. Может, поэтому я так себя и чувствую. — Перестань плакать, Мия. Мия всхлипнула и подняла взгляд. Люк погрузился в размышления, прежде чем ответить. По какой-то причине ко мне, похоже, тянутся женщины, предрасположенные к… весьма определённому типу отклонений. Все они странные мазохистки — кроме Мии. Люку на самом деле было глубоко плевать на всю эту ситуацию, и его мысли унеслись прочь, пытаясь сбежать от реальности перед ним. Именно поэтому в итоге он соображал не слишком ясно, когда произнёс следующие слова: — Ты особенная, Мия. Ах. Вот теперь я точно влип. В голове Люка эти слова должны были означать, что Мия является исключением из правила среди людей вокруг него. Она была особенной в том смысле, что, в отличие от остальных девушек, не была мазохисткой. Мия, конечно, никак не могла этого знать. Предсказуемо, она истолковала сказанное Люком совсем иначе. — Особенная…? — повторила она. — О-особенная… Слово отозвалось в голове Мии, повторяясь снова, снова и снова, пока— — Ахахаэхахнгх— Бух. Мозг Мии коротнул, и она рухнула на землю. — Боже мой, вы даже с женщинами обращаться умеете. — Кхм? — насмешливое замечание Элеоноры почти не подействовало на Люка: его напряжённое психическое состояние и общая неспособность подумать наперёд не позволили ему понять ни почему Мия упала, ни почему Элеонора вовсе не дразнила его. — Эм, господин Люк? Почему эта человеческая самка только что упала на землю? — …Откуда мне знать? Диа, похоже, тоже ничего не понимала. Вскоре к резиденции подъехала ещё одна запряжённая лошадьми карета. Люк сразу узнал герб на её боку: это был герб дома Лонсдейлов. Карета остановилась перед ними, и из неё вышла Элис. — Люк, сколько уже пр— что вообще здесь происходит…? — …Откуда мне знать?! Таковы были первые слова, которыми обменялись Люк и Элис после многих дней разлуки. [[image:/storage/reader-images/3e107ae646bc3f8d002fb3eca4a7b4e8b2b2ed78.jpg]] ---------- Просчёт 1 — ПРОГУЛКА ВСЕГО НЕНАДОЛГО. ТЕБЕ НЕЗАЧЕМ идти со мной, Альфред. — И всё же прошу позволить мне сопровождать вас, господин Люк. — Хм. Хорошо. Люк и Альфред отправились прогуляться по городу Гильбадия. На этот раз Люк и правда пытался сменить обстановку. Обычно, когда события дня наносили ему слишком сильный душевный удар, он закрывал глаза и размахивал мечом — и именно этим он собирался заняться позже. Но ему ещё нужно было осмотреть оружие, которое сделал для него Далкин, так что выйти из дома и немного размяться тоже было кстати. Диа в этот раз он оставил дома. Учитывая огромную гору сокровищ, которую ей предстояло перебрать на заднем дворе, она ещё долго будет занята и никуда не денется. Как же… спокойно. Альфред не только обучал Люка фехтованию, но и был рядом с ним с самого дня рождения. Разумеется, рядом с ним Люку было легко. Приятный ветерок скользил мимо, пока они шли по городу. Любому прохожему было ясно, что эти двое — не простолюдины: само ощущение вокруг них сразу выдавало их положение, и они естественно привлекали к себе взгляды всюду, где появлялись. Но для Люка это давно стало частью повседневности и больше его не занимало. — Прошу простить дерзость моей просьбы, господин Люк, но могу ли я ещё раз скрестить с вами мечи? — Мва-ха. Неожиданно. Почему ты просишь об этом, Альфред? Люк слегка повернул голову и посмотрел на Альфреда, который шёл на шаг позади хозяина и улыбался кривоватой улыбкой. — Я знаю этот взгляд. У тебя появилось что-то новое, верно? Это глаза мастера боевых искусств, которому не терпится испытать приём. — Да, отчасти причина в этом. — О? А в чём ещё? — Я хочу сам почувствовать ту вашу технику. Люк посмотрел Альфреду прямо в глаза и увидел в них два разных огня. Один — пламя воина. А другой… ну… Такое случается нечасто, но Альфред иногда правда становится немного безумным. И сейчас в его глазах тоже блестела эта опасная искра. Благодаря всему своему опыту и обострённому чутью на неприятности Люк уловил её мгновенно. И всё же… — Мва-ха, — рассмеялся он. — Хорошо. У меня нет возможности ему отказать. И, если честно, я даже не хочу. Мне самому интересно. Людей, способных скрестить мечи с Люком, было очень мало. — Благодарю вас, господин Люк. — Не за что, — ответил Люк. — Я готов хоть сейчас… хотелось бы так сказать, но, полагаю, до окончания вечеринки это невозможно. Раздражает. — Хе. Ничего не поделаешь, господин Люк. Элеонора уже прибыла на праздник, как и несколько других знатных гостей. Люк прекрасно понимал, сколько времени это событие украдёт у него бесчисленными приветствиями и разными формальностями, — и всё-таки сердце его радовалось. — Я отточу свою технику так, чтобы наше фехтование доставило вам как можно больше удовольствия. — Буду ждать. Только осторожнее, понял? Прочие проклятые аристократы всё ещё презирают фехтование во всех его проявлениях. В этом ничего не изменилось. — Да, я знаю. — Вот и хорошо. На этом разговор закончился. Ни Люк, ни Альфред не были разговорчивыми, но неловкости между ними не возникало. Они шли, чувствуя ветер, смотрели на привычные городские улицы и наслаждались медленным, тихим течением времени в обществе друг друга. Эта прогулка исцеляла сердце Люка лучше любой продвинутой магии Исцеления. — …Хм? Когда кузница Далкина уже показалась впереди, Люк заметил знакомого человека. Тот стоял к нему спиной, но Люк узнал его сразу. — А. Зак. — Чт— Гья-а-а-ха-ха! — Эй. Почему ты так удивился? — Да ничего… А, простите. Просто я давно вас не видел, и у меня переносимость… то есть… я… просто немного удивился! А-ха… — Мва-ха-ха. Люк не удержался от смеха. Хотя, мягко говоря, взаимным это чувство явно не было, Зак, без всяких сомнений, входил в число людей, которые Люку нравились. Он знал Зака далеко не так долго, как Альфреда, но рядом с ним почему-то чувствовал странное спокойствие — настолько, что Люк, похоже, подсознательно стремился держать Зака при себе, когда только мог. К ужасу самого Зака. — Ну тогда, — с опаской сказал Зак, — господин Люк, Ал… я, пожалуй, пой— э? Прежде чем Зак успел уйти, перед ними остановилась потрёпанная багажная повозка, запряжённая лошадьми. Люк сразу понял, что её пассажиры — не дворяне. — Люк Уизария Гилберт, да? Из повозки вышли трое грубоватых мужчин. Зак почувствовал дурное предчувствие, а Люк тоже начал испытывать сильное неудовольствие. Альфред шагнул вперёд. — Следи за языком. Ты знаешь, с кем говоришь? — Плевать я хотел на манеры, — ответил один из мужчин. — Слушай сюда. У нас твоя мать, Джулия Роделл Гилберт. — …Что? — Хм. Люк на мгновение задумался. …Что это за пришитое сбоку дополнение к сюжету? У них, однако, хватило наглости вытащить нас сюда посреди улицы, где все всё видят. Им неважно, что их увидят, или это просто плохой план? И я на девяносто процентов уверен, что история с похищением моей матери — всего лишь блеф… но оставшиеся десять процентов, что она правда у них, я тоже полностью списать не могу. Мужчина снова заговорил, теперь злее, будто его раздражало полное отсутствие реакции Люка на угрозу. — Если хочешь увидеть её живой, садись в повозку! — Хорошо. Только я? — Нет, все трое! — Понятно. Люк оглянулся. — Альфред. Зак. Похоже, вы оба едете со мной. — Я и собирался, господин Люк. — Конечно, я тоже поеду, — неожиданно сказал Зак. — Я не могу закрыть глаза на то, что эти трое вытворяют. Люк никогда прежде не видел у Зака такого выражения лица. Это зрелище заставило его слегка улыбнуться. — Надеть на них кандалы для запечатывания маны! Мечи с поясов тоже снять! Не сопротивляться, ясно? — Я и не собирался. Как и было велено, все трое забрались в заднюю часть повозки. Никто не возражал — а Люк даже всё это время улыбался во весь рот. — Боже мой… Ты правда пришла сюда без разрешения родителей? — Мм… П-простите. — И какой смысл извиняться передо мной? Мия виновато опустила голову, от чего стала казаться ещё меньше обычного, и Элис лишь вздохнула. Насколько Элис поняла, Мия не смогла подавить желание встретиться с Люком и поспешила к нему лично как можно скорее. Разумеется, такое поведение совершенно не подобало дочери видного аристократического рода и могло только навредить её дому. Но Элис не могла по-настоящему обвинять Мию за этот поступок: она слишком хорошо видела в девочке саму себя и болезненно понимала, что та должна была чувствовать. Она правда просто неловкая маленькая девочка. Элис понимала ход мыслей Мии, но это не означало, что она собиралась проявлять сочувствие. В глазах Элис чувства Мии ни в малейшей степени не оправдывали её поступка. То, что Мия не смогла сдержать собственные эмоции, было её личным недостатком. — Ты ведь понимаешь, что не можешь создавать Люку неприятности? — Я… да. Мне правда очень жаль… Суровые слова Элис повисли в холодном воздухе. В её голосе слышался гнев, и по мере речи он становился всё острее. Впрочем, Мия едва ли могла возражать. — О, Элис, не будь с ней так строга. В этот момент их разговор прервал мягкий голос. — Леди Джулия. Давно не виделись. — Ах… Рада снова тебя видеть. Это была Джулия, мать Люка. Сейчас она носила роскошное парадное платье, но сама Джулия была настолько прекрасна, что при первом взгляде на неё замирали даже женщины. Одним словом — чарующая. Элис сразу склонила голову, и Мия последовала её примеру. — Позволь мне заняться вопросом с Мией. Дальше я всё возьму на себя, Элис, если ты не против. — Н-нет, прошу вас! Я не могу позволить, чтобы мои проблемы утруждали вас, леди Джу— — Всё в порядке, — перебила её Джулия. — В конце концов, мы ведь станем семьёй, верно? Тебе больше не стоит об этом беспокоиться. — А-ах! В этот миг Джулия чем-то напомнила Люка, и Мия инстинктивно поняла, что дальнейшие возражения ей не позволят. — Да… большое вам спасибо… Джулия легко рассмеялась и повернулась к стоявшей рядом горничной. — Передай всё, что сейчас было сказано, моему мужу, хорошо? — Конечно, леди Джулия. Горничная коротко поклонилась и пошла по коридору. Всё ещё немного сбитая с толку, Мия могла только растерянно смотреть ей вслед. — Ну что ж, вы двое. Давайте поговорим, хорошо? Только мы, девочки. Идёмте за мной. — Да, леди Джулия. — Д-да. Разумеется, ни одна из девушек не могла отказаться. Им бы этого просто не позволили. Тон Джулии был уверенным и властным, а в слова она вложила едва заметную угрозу. Элис и Мии оставалось только сделать именно то, что им сказали. — Ох, какие же вы обе прелестные! Дайте-ка я вас обниму! — …Э? — Ах! Стоило им войти в комнату, как Джулия улыбнулась с искренним восторгом невинного ребёнка и притянула Элис с Мией к себе в объятия. — Люк и правда нашёл себе двух замечательных девушек, хе-хе. Вся та повелительная властность, которую она излучала ещё мгновение назад, исчезла без следа. Перемена в Джулии была настолько разительной, что Элис и Мия не могли не опешить. — Мия, я хочу услышать всё про академию и про то, как вы с Люком познакомились! У нас есть время, ты ведь не против? Джулия улыбнулась им — невинно и очаровательно. Элис и Мия переглянулись. Они не знали, с чего начать и сколько можно рассказывать, поэтому сначала обе очень тщательно подбирали слова; говорили медленно и сомневались перед каждым признанием. Джулия слушала спокойно. Иногда смеялась над какой-нибудь странной фразой, иногда сама вставляла слово-другое. — …и тогда я просто расплакалась… — Ох, Люк правда так поступил? Прости, Мия. — Прошу прощения, леди Джулия, — вмешалась Элис. — Но Мия сама виновата, что разрыдалась из-за такой мелочи. — Д-да! — воскликнула Мия. — Я была неправа! Я всё время думаю, как могла бы быть полезной Люку, но… вместо этого только доставляю ему проблемы… — Именно так, — язвительно заметила Элис. — Ах… — Хе-хе. Джулия счастливо рассмеялась, наблюдая, как две девушки разговаривают друг с другом. — Я рада видеть, что вы так дружны. — Мы совершенно точно не подруги, — мгновенно ответила Элис. — Но… я рада, что Люк выбрал Мию, а не некоторых других девушек. Вот и всё. — …Э? Мия была поражена. И в то же время почувствовала, как в груди от этих слов поднимается тепло. — Элис, ты ведь правда любишь Люка всем сердцем? — спросила Джулия. — Да. Ответ Элис был мгновенным и окончательным. Выражение её лица не дрогнуло ни на секунду. Мия же, когда ей задали тот же вопрос, покраснела до ушей и страшно разволновалась. — А ты, Мия? — Ч-чт…?! Ах, кхм… Д-да… я л-люблю его… Мия опустила взгляд, выглядя так, будто никогда в жизни ей не было так неловко. Джулия мягко улыбнулась их совершенно противоположным реакциям. — Люк всегда мог сделать всё, за что брался, словно это для него ничего не стоило. Конечно, как его мать я, наверное, не самая беспристрастная, но он и правда безупречен. Вас двоих никогда не утомляет находиться рядом с ним? — Нисколько. Никогда. — М-меня тоже! Всё как сказала Элис! — Хе-хе… Вы и правда замечательные девочки. Джулия скромно рассмеялась и сделала глоток чая. — Возможно, с моей стороны это будет немного прямолинейно, но я всё равно хочу, чтобы вы это услышали. И тогда она начала медленно рассказывать Элис и Мии то, что больше всего хотела донести до них в этот день. — Люк редко показывает свои чувства, поэтому вам может быть трудно понять, о чём он думает. Иногда он кажется холодным и далёким, но если бы он действительно не любил кого-то из вас, он бы не стал держать вас рядом. Я точно знаю: он не способен терпеть тех, кого ненавидит. Поэтому я уверена и в другом — вас обеих он любит. Я его мать, так что такие вещи просто знаю. В тот миг и Элис, и Мия нашли в словах Джулии сильное утешение. Каким-то образом они поняли: Джулия говорит это не просто чтобы их порадовать, а потому что это правда. — Кстати, это я и по собственному опыту говорю, — добавила Джулия. — Хе-хе-хе. Джулия озорно рассмеялась. В этот момент в дверь постучали. — О, кто бы это мог быть? Войдите, пожалуйста. — Прошу простить. — О, Элли! — Давно не виделись, леди Джулия. В комнату вошла Элеонора, один раз поклонилась Джулии и заговорила с мрачной срочностью. — Прошу простить мою невежливость, но я получила сообщение, что Люка видели, когда он садился в повозку неизвестного человека. — …Что ты сейчас сказала? В воздухе внезапно повисло напряжение. — Я хотела бы лично проверить, что с ним, — решительно сказала Элеонора. — С моей пространственной магией это будет достаточно просто. Разрешение лорда Клода я уже получила. Если говорить только об объективной боевой силе, именно мне следует отправиться и найти его. — Постой. Я пойду с тобой. — Я-я тоже пойду! Элис и Мия отреагировали мгновенно, но их участие нельзя было так легко одобрить. Как дочери дворянских домов, они, отправившись на поиски Люка, вероятнее всего, позже осложнили бы дело. — Я не собираюсь ни с кем сражаться, — настаивала Элеонора. — Если что-то случится, я верну его домой. Вы двое оставайтесь здесь и ждите нашего возвращения. — В твоих словах нет смысла, — возразила Элис. — Что бы ты сейчас ни говорила, если, найдя его, ты столкнёшься с боем, тебе придётся вступить в него. Люк никогда не отступил бы перед таким вызовом. — Я тоже так думаю, — добавила Мия. — Я не буду вам обузой, клянусь! Прошу, возьмите меня с собой! — …Хм. Вы двое сильны, это я признаю, — неуверенно сказала Элеонора. — Что мне делать, леди Джулия? Джулия молчала лишь короткое мгновение. — Хорошо, — уступила она. — Я возьму ответственность за это решение на себя. Но взамен вы должны непременно вернуть Люка домой целым и невредимым. Ясно? В этот момент Джулия решила уважить желание девушек и позволить им отправиться спасать её сына. 2 — ЛЮК НЕ ЛЮБИЛ ЖДАТЬ, НО В ТОТ ДЕНЬ, к несчастью, ждать ему пришлось довольно долго. Похитители надели на него кандалы, запечатывающие магические способности, и он не сопротивлялся, когда грубые мужчины затолкали его в повозку. К этому моменту прошло уже около тридцати минут с тех пор, как он сел внутрь, — по меркам Люка это было мучительно невыносимо. Ему всё это надоело, и вскоре терпение окончательно подошло к пределу. — Эй! Сколько, по-вашему, я ещё должен ждать в эт— — Заткнись! Закрой рот и сиди смирно! — …А? Мужчина, возможно, сам этого не понял, но его ответ был равносилен тому, чтобы наступить тигру на хвост или пощекотать спящего дракона: собеседник Люка совершил нечто крайне рискованное. Люк сел в багажную повозку по собственной воле, но после стольких минут бессмысленной и неприятной тряски он был явно в отвратительном настроении. Ох, парень, подумал Зак. Теперь тебе точно конец… Зак уже достаточно привык к ледяному гневу, которым Люк одаривал людей, и понимал, что ждёт того, кто только что его оскорбил. — Я великодушен, — опасно произнёс Люк, — поэтому спрошу ещё раз. Слушай. Думай. И тщательно выбирай слова. — …Гха. Сначала началась дрожь. Глядя на Люка, грубиян почувствовал, будто что-то обхватило его сердце руками, и даже не заметил, как у него внезапно задрожали ноги. Его инстинкты были человеческими, и сопротивляться им он не мог. Он был всего лишь мужчиной, не прожившим ещё и половины своей жизни, и ему казалось, что перед ним возвышается огромное чудовище. Нет… Спокойно, не бойся. Л-люди в этой стране не могут пользоваться навыками… Да они, кажется, даже не знают, что те существуют, верно? Без магии этот тип должен быть беспомощен. Я слышал слух, будто кто-то из них в одиночку одолел стихийного дракона, но это точно чушь! У мужчины была гордость. Он прошёл через ад, чтобы оказаться там, где был сейчас, и выгрыз всё, что имел, зубами и ногтями, — как бы далеко всё это ни было от роскошной пышности аристократии. — З-заткнись! Сиди тихо! Это была его вторая ошибка. Он начал кричать, выхватил меч и направил его прямо на Люка. Проигнорировав инстинкты, он вместо этого решил защитить свою гордость. — …Значит, это твой ответ? Дальше всё произошло в одно мгновение. В руках Люка внезапно оказался короткий меч. Разумеется, он прятал его в рукавах, но мужчине наверняка показалось, что оружие возникло из ниоткуда. — …А? К-как ты…? Люк подбросил клинок в воздух, поймал его зубами и — вжик. Он взмахнул мечом, зажатым в зубах, и перерезал ремешок, связывавший его кандалы между собой. Магией он всё ещё пользоваться не мог, поскольку сами кандалы оставались на запястьях, но одной свободы рук для Люка было более чем достаточно. Багажная повозка была довольно крупной, но не особенно просторной. Благодаря невероятной скорости Люк стремительно сократил расстояние до мужчины, и— — Прошу простить. Каким-то образом, по какой-то причине, Альфред добрался до него первым. Всё произошло настолько неожиданно, что, увидев Альфреда перед собой, мужчина на миг застыл. Однако инстинктивно — и это было достойно уважения — он всё же успел выхватить меч из ножен. — Руб— — Хм. Так я и думал. Такие, как ты, не могут представлять угрозу для господина Люка. Имело ли сопротивление мужчины хоть какой-то смысл — вопрос отдельный. Альфред нанёс два быстрых удара мечом, который, казалось, тоже возник из ниоткуда. Первый удар вонзил клинок в плечо мужчины и фактически лишил его возможности сражаться, а второй оставил жуткий разрез, от которого значительная часть его правого предплечья с глухим стуком упала на пол. — Га-а-а-а-а-а! Альфреду ничего не стоило убить мужчину, но последствия могли оказаться слишком хлопотными, поэтому он решил этого не делать. Мужчина рухнул на пол повозки, схватился за обрубок руки и стал кататься от боли. — Мва-ха… В этом не было необходимости, — сказал Люк. — Прошу простить, господин Люк. Я не хотел лишать вас удовольствия. [[image:/storage/reader-images/f7748d994cbd8711472ce7f745ff4e3bc5bfd616.jpg]] — В-выглядит правда больно, — сказал Зак. — О-ой, хм, почему это я один всё ещё в кандалах?.. А, э-э… простите, не могли бы вы снять их и с меня?.. А-ха-ха… Альфред склонил голову в извинении, а Люк выглядел немного довольным произошедшим. Зак неловко рассмеялся, слегка стыдясь, что руки связаны только у него. — Моя ру-у-ука! Больно! Чёрт, как же больно! — Что?! Что случилось?! Крики обезоруженного грубияна привлекли внимание его товарищей. Двое мужчин, управлявшие лошадьми спереди, заметили неладное и крикнули напарнику. В тот же миг из угла багажной повозки метнулись две тени — событие, которое удивило даже Люка. Я не замечал их присутствия до этого самого момента. Эти двое невероятно хорошо умеют скрываться… Кто они такие? Две фигуры в капюшонах выглядели людьми, и Люк немедленно принял боевую стойку на всякий случай. Однако фигуры пронеслись мимо него. Они направились прямо к двум мужчинам, сидевшим у лошадей. — Не убивать их! — …Понял. Почувствовав, что эта пара не проявляет к нему враждебности и, следовательно, не станет мешать его целям, Люк быстро окликнул Альфреда и позволил им пройти. В ответ он получил короткое согласие. Люди в плащах с невероятной скоростью достигли мужчин и приставили короткие мечи к их шеям. — Ну-ну, не дёргаться. Давайте-ка медленно остановим повозку, ага? — …Фех. Кто вы, чёрт побери, такие? Голос мужчины был полон досады и раздражения из-за невозможности сопротивляться. Ответ, однако, дал совсем другой человек. — Да чёрт! Это же Канис и Феррис! — воскликнул Зак. — Что вы двое вообще здесь делаете?! — А-ха-ха… давненько не виделись. О, да это же господин Люк и господин Альфред тоже. — …Давно не виделись. — Хм. Вы те двое зверолюдей. Люк помнил их со встречи у кузницы Далкина. Но сейчас это меня не волнует. Меня куда больше интересуют их способности к скрытности. Даже Люк не сумел заметить Каниса и Феррис, пока они прятались в углу повозки. — А-а… больно! Больно-о-о… — Абент! Чёрт, как вы посмели! — Советую молчать, — резко бросила Феррис, — если не хотеть умереть. — Гха… чёрт! Пожалуйста, выслушайте! Нас просто наняла какая-то женщина! Мы её до этого в жизни не встреч— — Молчи. Мужчина резко втянул воздух, но замолчал. Мощная аура Феррис подавила его. Она сняла капюшон, и оказалось, что под ним всё ещё надет тюрбан. Люк косо взглянул на неё, пока развязывал Зака и Альфреда и освобождал их от пут. — Чёрт, чёрт, чёрт… Нам не за это платили! Я думал, вы можете пользоваться только магией! Нам сказали, что вы даже навыками пользоваться не можете, а теперь… А-а-а-а… моя рука… Лицо мужчины, залитое слезами, исказилось от боли, когда он жалобно оплакивал свою судьбу. Воли к борьбе в нём явно больше не осталось, и уже одного этого было достаточно, чтобы Люк потерял к нему всякий интерес. Однако одна сказанная мужчиной вещь привлекла его внимание. — Понятно… Мва-ха-ха, теперь я всё понял. Словно туман в сознании Люка рассеялся. Вся его неопределённость насчёт таинственной немагической силы, которую он ощущал внутри себя, исчезла — природа этой силы в одно мгновение стала ясной. — Этот боевой дух, сила, живущая в разуме и теле всех грозных воинов… Возвышение этой силы и позволяет выполнять особые способности, которые вы называете навыками. Мва-ха-ха, теперь понятно. Это похоже на связь между маной и магией, верно? Возможно, именно этой силой пользовался Абель, когда— — К-кхм, господин Люк? О чём именно вы говорите? — Ни о чём. Тебя это не касается. Что вы двое, зверолюди, здесь делаете, вооб— а? Люк замолчал, ощутив опасность. — Это же…? Чёрт. Они пришли быстрее, чем я ожидал… Едва Люк попытался спросить Каниса и Феррис, что они здесь делают, как почувствовал неподалёку присутствие невероятно сильной маны. Это присутствие было ему слишком хорошо знакомо, и потому он точно понимал, что сейчас произойдёт. В воздухе рядом с Люком появился магический круг, и уже через несколько секунд из него вышли три юные девушки. — О, здравствуй, Люк, — невозмутимо сказала Элис. — Рада видеть, что ты, похоже, в порядке. — Враги Люка… — пробормотала Мия. — О, так вы уже закончили? Я ожидала кого-то посильнее, — заметила Элеонора. Люк не удержался от вздоха при виде этих хаотичных дополнений к и без того запутанной ситуации. Затем, поняв, что магия Элеоноры позволит гораздо быстрее вернуться домой, он сумел заставить себя посмотреть на дело чуть позитивнее. — Эй. Ты. Куда направлялась эта повозка? — потребовал он. — Обратно на нашу базу, — после небольшой паузы ответил грубиян. — Хорошо. Вези нас туда. — А? Н-нет, я… Прошу, только не убивай— — Молчи и делай. Люк изначально собирался просто убить время, подыграв мужчинам, но, похоже, их нанял кто-то ещё. Значит, это всё-таки тщательно спланировано. И, если верить тому, что только что сказала Элис, матушка в безопасности дома, так что… зачем они это сделали? Каков был их план? Люк отправился выяснить мотивы того, кто стоял за попыткой его похищения. Мва-ха… навыки, значит? Познавательный обмен. Кто в этом мире настолько глуп, чтобы попытаться похитить меня? Люк смотрел куда-то в пустоту с широкой улыбкой на лице. — Э?! Где-то далеко, в одной комнате, обставленной простой мебелью, странно одетая женщина от неожиданности свалилась со стула. — Что?.. Он сейчас посмотрел на меня? Дрожа, женщина поправила монашеское одеяние и снова приблизилась к кристаллу. Она заглянула внутрь, но золотоволосый мальчик уже больше не смотрел в её сторону. — Мне показалось… да? Фу-у… как же он меня напугал. Всё хорошо. Успокойся, Николь… Всё будет хорошо… Пытаясь убедить себя, она спокойно проанализировала доступную ей информацию. — Милестия отстаёт от других стран почти во всём, кроме магии… Но этот мальчишка… Тёмный только что использовал навык! Его научил этому другой человек из одной из соседних стран? Может, кто-то из его знакомых поделился с ним продвинутыми боевыми техниками?.. Только так я могу это объяснить… Николь многого ещё не понимала, но знала, что получила важные сведения. Она собиралась лишь прощупать мальчика, но добыча оказалась куда больше ожидаемой. Тщательно обдумывая своё положение, Николь снова перевела взгляд на кристалл. — Что ты здесь делаешь, Элис? — Разве не очевидно? Я здесь, потому что люблю тебя. — Ты не отвечаешь на вопрос. Мия, вам троим кто-то приказал прийти сюда? — Э-это было так… жестоко… Пока Элис всё больше задыхалась от возбуждённого смущения, Мия изо всех сил старалась ответить. — Эм… Поступило сообщение, что тебя увезли на чьей-то повозке, и Элеонора получила разрешение леди Джулии проверить, что с тобой. А мы с Элис решили пойти с ней. — Вот это уже достаточно ясно. Элис, ты правда неспособна дать простое объяснение? Мия тихонько ахнула, обрадованная похвалой, а Элис только сильнее разволновалась от обращённого на неё презрительного взгляда. — Прости… к-когда ты так на меня смотришь, я н-не могу— — …Хм. — Ха-ха-ха, вы трое и правда дружная компания, — усмехнулась Элеонора. — В любом случае, — сказал Люк, переводя острый взгляд на две фигуры в плащах, Каниса и Феррис. — Я хочу спросить у вас двоих многое, но начнём с того, что вы здесь делали. — А-ха-ха… Ну, э-э, мы увидели, как тебя, Зака и твоего слугу увозят, понимаешь? Вот и прыгнули в заднюю часть повозки вместе с вами. В итоге наша помощь, похоже, и не понадобилась, а? Вот же… — Значит, вы за этим пришли? — вмешался Зак. — Ну чёрт, спасибо! — Да брось… Канис повернулся к Заку и беззаботно рассмеялся, но даже при этом косился на Люка. В глазах Каниса стоял сильный страх. Так он всё-таки может пользоваться навыками, да? Я достаточно читал, чтобы понимать, каким огромным достижением считается освоить навык в подростковом возрасте без всякого обучения… А это означало, что мальчик перед Канисом в одиночку перевернул само понятие навыков и границы возможного. Он сломал правила, установленные с незапамятных времён. Канис затаил дыхание, едва сдержав дрожь ужаса, пробежавшую по телу. Люк ощутил часть его эмоций, но ещё не понимал их причины и в конечном счёте не слишком интересовался. Больше всего его занимало то, что он не сумел обнаружить двух зверолюдей, скрывавшихся в повозке. Он уже начал спрашивать об этом, когда почувствовал, как кто-то дёргает его за рукав. Люк опустил взгляд и увидел вторую зверолюдку — ту, которую называли Феррис. — Что такое? — спросил Люк. — …Хочу поговорить. Сегодня ночью… господин. Последнее слово прозвучало у неё по-настоящему неловко, к тому же почему-то слишком тихо. Люк не понял причины, но и сам хотел многое обсудить с двумя зверолюдьми, поэтому с радостью принял приглашение. — Конечно. Я не против. — Спасибо. …Она опять это сделала. Исключительный слух Каниса позволил ему уловить их разговор. Придётся снова её за это отчитать. — Кто она такая? Элис внезапно встала между Люком и зверолюдкой и, явно оскорблённая тайностью их разговора, открыто показала своё недовольство. — Я не знаю, кто ты, но ты ведёшь себя довольно фамильярно с Люком для рабыни, разве нет? — О! Неужели?! — вскрикнула Мия. — Ты одна из новых— — Н-новая женщина…?! — перебила Элис. — Меня что, уже меня— — Хватит. — Э? Ты сейчас и мне тоже сказал? Мия собиралась сказать «пешек», но Элис неправильно поняла и тут же, как обычно, пришла в возбуждённое состояние. Люк, уже привыкший к подобному, уловил, куда идёт разговор, и остановил его. Вздохнув, он переключился на другие вопросы. — Эй. Ты, — сказал Люк, повернувшись к мужчине, который корчился на полу, держась за обрубок руки. — Гха… Ч-чего тебе…? — Кто тебя нанял? — Н-не знаю… — Ты говоришь правду? — Д-да, не вру! Я старый приятель босса, так что был там, когда заключали сделку! На нанимателе был капюшон, мы даже не поняли, мужчина это или женщина! Но деньги дали хорошие… — Хм. Вы наёмники? — …Да. Слушай, мне правда жаль! Я дам тебе сколько денег захочешь! Только, пожалуйста, пощади мою ж— — Довольно болтовни. Тебя это не спасёт. Заткнись и вези нас к своему боссу. — …Урк! Мужчина относился к сегодняшнему делу спокойно. Обычный заказ, деньги вперёд — ничего необычного. Во что, чёрт побери, мы вляпались…? Но никакое сожаление уже не могло изменить ситуацию. В конечном счёте всё упиралось в один конкретный набор навыков, которого не хватало всем троим мужчинам в повозке: способность чуять опасность и ум вовремя от неё убегать. 3 ВСКОРЕ ГРУППА ДОБРАЛАСЬ ДО пещеры, у входа в которую стояли двое охранников. — О, отлично сработали, ребята, — окликнул их один из караульных. — Этот благородный сопляк, наверное, лёг как— — Прости. Прости, мы облажались… Багажная повозка мягко остановилась, и Люк с сопровождающими спустились на землю. Ещё через миг к шеям охранников прижались два холодных клинка. — …Да. Теперь вижу. Посреди всего этого мужчина, лишившийся половины руки, вывалился наружу и грубо рухнул в грязь. — Чт— Абент! — Соберите всех наёмников из вашей пещеры. До единого, — выплюнул Люк, не изменившись в лице. На лицах двух мужчин мелькнуло недоумение. — Вы трое. Идите с ними. — …Ах! — Ты уверен? — спросил Канис. — Да, отпусти их. — Понял. Канис и Феррис отпустили мужчин. Люк снова посмотрел на раненого, которого они назвали Абентом, и взглядом велел ему идти следом. Наёмники готовы были на всё ради денег и не останавливались перед злом, если за него предлагали достаточно монет, — но как люди, пережившие множество битв плечом к плечу, они также сильно ценили товарищей. Идиот… так легко отпускает заложников… Абент был сбит с толку, но облегчение оказалось куда сильнее. Если мы вернёмся к нашим, дальше как-нибудь разберёмся. Он оглядел людей у повозки. Восемь, если считать нашу цель, мальчишку, и трое из них явно не бойцы, а просто хорошенькие дворянские девочки. — Поторапливайтесь. Долго ждать я не стану. — Конечно. Мы сейчас вернёмся со всеми. Поддерживая раненого товарища, трое мужчин вместе вошли в пещеру, слабо улыбаясь себе под нос, пока отступали. Прошло несколько минут, прежде чем они вернулись. — Йо, господин аристократ! Слышал, у тебя с нашими ребятами вышла неприятность, а? По подсчёту Люка, наёмников было чуть меньше пятидесяти. — Хм. Это все? — …Что ты сейчас сказал? Лидер отряда наёмников, Агольт, слегка сузил глаза от замечания Люка. Мальчик никак не отреагировал на огромное число мужчин, собравшихся перед ним. Впрочем, Агольта в этом трудно было винить: ему и остальным сильно не хватало сведений о магии. Они считали магов странными людьми, которые иногда творят что-то неприятное, но не более того. Однако Агольт всё же не терял бдительности. Мужчина, которому Люк отрубил руку, был третьим по силе в их отряде, и Агольт не мог просто не обратить внимания на то, что с ним сделали, не говоря уже о том, что Абент по совместительству был его давним близким другом. Не думай, что я дам тебе легко умереть. Перед концом ты увидишь ад, мальчишка. Товарищ Агольта был ранен, и это нельзя было оставить без ответа. Именно он принял решение напасть на Люка, конечно, но сейчас об этом уже забыли: осталась только чистая, ничем не разбавленная ярость. — …И это правда всё, что у вас есть? — А? Люк внезапно сник, явно разочарованный. Разумеется, это зрелище только сильнее разозлило стоявших перед ним наёмников. — Элис. — Да? — Сделай это ты. — О, правда? — удивилась Элис. — Ты не возражаешь, если я заберу твоё удовольствие? — Не возражаю. Я хочу снова увидеть твою магию. Давно не видел. — Мм… а-ах! Чистая, ничем не разбавленная радость пробежала по всему телу Элис, словно электрический ток, — восторг такого рода она никогда прежде не испытывала. — Что? — моргнул Люк. — Ничего, — быстро ответила Элис. — Тогда я покажу тебе всё, на что способна, — всё, что ты пожелаешь увидеть. Один за другим появились магические круги, выстраиваясь рядами и поднимаясь в небо. Огромное количество ледяной маны начало собираться воедино и вскоре закружилось вокруг Элис яростным ветром. Наёмники смотрели в страхе, но им не хватало здравого смысла, и они всё равно недооценивали магов, хотя уже видели явную опасность происходящего. — Ч-что это за штука? — Босс! Э-это совсем хреново! Не знаю, что там происходит, но она выглядит чертовски сильной! Нам надо валить отс— — Бред! Посмотрите, что они сделали с Абентом! Мы не отступим! Вперёд, ребята! Мужчины разом рванули вперёд, готовые к бою. Они быстро приблизились к Элис, каждый отчаянно пытаясь снести ей голову с плеч. Но затем— — Мир льда. Безжалостный холод накрыл мужчин, и они за считаные секунды замёрзли намертво. В оригинальной истории Элис вовсе не должна была быть персонажем, который во что-либо вкладывает много сил. Однако встреча с Люком полностью исказила её судьбу. После того как она стала свидетельницей тренировочного боя между Люком и её старшим братом Йоландом, желание стать сильнее в ней только росло. И с того дня она неустанно работала ради этой цели. Её невероятный талант, доведённый и отточенный до предела, расцвёл подавляющей магической мощью. — Великолепно… Элис заморозила не только мужчин, но и большую часть пространства у входа в пещеру. Люк смотрел на раскинувшийся перед ним новый серебряный мир и не смог удержаться от одинокого слова восхищения. — Хе-хе, спасибо. Люк редко видел, чтобы Элис так смущалась. — Это и правда было чудесно, — с явным возбуждением заметила Элеонора. — Я не знала, что ты настолько… настолько… Эм, Э-Элис! Мы могли бы…? Ты не хотела бы сразиться со мной? Ну, чтобы по-настоящему, без сдерживания?! Похоже, возбуждения было слишком много. — О-ох, — выдохнул Зак, ошарашенный. — Круто… В противоположность ей, простое замечание Зака прозвучало как реплика ребёнка. Он потрясённо смотрел на Элис и чувствовал, как по затылку катится холодный пот. Это же реально страшно! Эта хорошенькая девочка всё это сделала?! А?! Магия — жуть какая страшная! Зак думал, что уже выработал некоторую устойчивость к зрелищам чудовищной силы за те дни, что провёл с Люком, но жестокая демонстрация Элис заставила его понять: к магии он всё ещё не привык совершенно. Битва закончилась в одно мгновение и совершенно однозначно — доказательством служили покрытые инеем мужчины перед ними, которые уже никогда не сдвинутся с места. Но на этом всё ещё не закончилось. [[image:/storage/reader-images/8b4f54bef052364fc08f31ba250b01ca62e3e937.jpg]] — Л-Люк… на мою тоже посмотри… — А? О… Люк так увлёкся магией Элис, что не сразу заметил Мию. За короткое время она тоже собрала огромное количество маны. В отличие от отточенной магии Элис, в грубой, режущей ярости её силы было нечто завораживающее Люка — нечто, подпитанное ужасной, сильной ревностью в сердце Мии. На самом деле, хотя Мия и признала Элис невестой Люка, сердце её не поспевало за разумом. Не все её эмоции были логичны. Мия хотела, чтобы Люк смотрел на неё — и только на неё. Ещё, ещё, ещё, ещё… Её мана продолжала разрастаться, подпитываемая бесконечными угрожающими мыслями и чувствами. Люк смотрел на неё с захваченным интересом. Он знал, что должен был остановить её, но не смог. Желание увидеть, что сделает заклинание Мии, было настолько сильным, что он проглотил слова. …Когда эти двое успели стать такими сильными? Поначалу боевые способности Элис и Мии совершенно не интересовали Люка, но сход оригинальной истории с рельсов принёс им обеим невероятно стремительный рост. Всё это было вызвано их встречей с Люком. — Молот молнии. Раскат грома ударил над миром льда, расколов его надвое, когда с небес, словно кара, обрушилась единственная молния. В её облике было что-то божественное — и что-то нереальное. — …А-ха-ха-ха-ха! Какая прекрасная магия. Почему я не могу подавить смех? Даже сам Люк не осознавал, насколько искажённой стала в этот миг его улыбка. Словно насмехаясь над законами природы, удар молнии в одно мгновение растопил мир льда. Лёд превратился в воду, а вода затем столь стремительно перегрелась, что это привело к паровому взрыву. Воздух расширился с невероятной скоростью. Люк понимал, что взрыв возможен, — именно поэтому он и думал остановить Мию, — но одно дело понимать, а другое видеть это собственными глазами. И тут откуда-то вмешался ещё один мощный источник маны. — Пространственное рассечение. Элеонора окружила их группу одним из своих заклинаний. — Мва-ха. В этом не было необходимости. — Не будь таким. Позволь и мне хоть что-то сделать, — ответила Элеонора. Раздался оглушительный грохот, и всё в округе разлетелось, будто клочки бумаги на ветру, превращая всю местность в выжженную пустошь. Части тел и куски плоти замороженных наёмников полетели во все стороны — в том числе к Люку и его спутникам, конечно, но магия Элеоноры не позволила ни одному из этих обломков достичь их. — …Простите. Мия пробормотала крохотное извинение, когда вокруг группы начал оседать пыльный туман. Она выглядела ещё меньше обычного. Я всегда такая… Я ничего не могу сделать как надо… Охваченная сильным самобичеванием, она почувствовала, как в уголках глаз собираются слёзы. Едва она ощутила, что они вот-вот прольются, на её плечо легла рука. — Хорошая работа. Я вижу, ты правда отрабатывала это. — Ах… С-спасибо… — …За что ты меня благодаришь? Никакие слова не могли даровать Мии большего спасения в тот миг. Сладкий яд уже давно пропитал её сердце, но это была новая инъекция. Внезапно Люк уставился в пустой воздух и сделал нечто совершенно непонятное для всех присутствующих. — Тебе понравилось, да? Тогда получи ещё: Тёмное поглощение духа. Люк активировал заклинание и направил его в пустоту перед собой. Когда Люк заключил контракт с ледяным драконом Диа, это научило его кое-чему новому. С того дня он был уверен в одном факте. Невидимые узы магии существуют. Исследователи магии бесчисленные годы доводили себя до исступления, изучая эту тему, и наконец были на грани прорыва, но Люк, конечно, ничего об этом не знал. Он знал из личного опыта, что такие узы существуют. Контракт фамильяра с Диа означал, что он может ощущать жизненную силу дракона, какое бы расстояние их ни разделяло. Незадолго до того, как Люк и его спутники сели в багажную повозку, которая привезла их к той роковой пещере, он благодаря постоянно активным заклинаниям информационной магии, окружавшим его, почувствовал присутствие маны неизвестного человека. Он осторожно исследовал её дальше, стараясь не выдать себя, и обнаружил, что за ним наблюдают. Именно тогда Люка посетила внезапная догадка. — Может быть, такие же магические узы возникают и при использовании дальнодействующих заклинаний вроде этого? В таком случае я, вероятно, смогу обратить их себе на пользу… — рассуждал он, развивая теорию. А затем включился чудовищный талант Люка. «Я могу это сделать». Он знал. Он начал с осторожного обратного поиска, чтобы определить, кто именно за ним шпионит, учитывая, что за ним всё время наблюдают. К моменту, когда он добрался до пещеры наёмников, он уже был уверен в местоположении наблюдателя — столице королевства Милестия. Люк был совсем немного удивлён. Учитывая расстояние между этим местом и столицей, заклинание должно было быть невероятно точным. — Тебе понравилось, да? Тогда получи ещё: Тёмное поглощение духа. Расстояние, однако, не представляло для Люка проблемы. Он просто пустил свою тёмную магию по невидимым линиям, соединявшим его с неизвестным наблюдателем, и— Невероятная магическая сила этих двух юных девушек вспыхнула у меня перед глазами. Я и так остерегалась ужасной мощи магов Милестии, а это тревожное зрелище ничуть не развеяло мой страх. И пока я пыталась прийти в себя после увиденного… — …Э? Моя цель — Тёмный — рассмеялся надо мной. Мгновение спустя из кристалла, через который я за ним наблюдала, хлынула тёмная мана. — Г-гах… Ах! Ахх! Мне показалось, будто внутри меня открылась дыра и вся моя мана безжалостно высасывается наружу. Как бы я ни пыталась ему сопротивляться, всё было бесполезно, а жалкая попытка защиты лишь заставляла меня ещё острее чувствовать собственное бессилие. — Ч-что… это…? — Хм. Безатрибутная магия. Вариативное применение информационной магии, какой-то магический инструмент…? Или ты используешь инструмент, чтобы усиливать собственные заклинания? Неважно. Я уже даже толком не слышала, что говорил Тёмный. Больно не было — по крайней мере, страдания не было. Но в итоге от этого становилось только страшнее. Всё моё тело подчинилось неописуемо сильному ощущению удовольствия, и в памяти всплыли старые воспоминания. Я вспомнила себя маленькой девочкой, возносившей молитвы Богу. Я помню, как мне отчаянно нужно было в туалет. Так сильно, что терпеть уже было невозможно. Но я… не могла ничего сказать. Нельзя же посреди молитвы Богу спрашивать, можно ли выйти в уборную. Поэтому я— Обмочилась. В-вот оно. Это чувство, когда тёмная магия силой высасывает из меня ману… Оно похоже на то самое ощущение, когда я тогда потеряла контроль. Я так старалась забыть это, но теперь помню ясно… Стыд, унижение и горькое облегчение от того, что наконец стало свободно. Тело задрожало. — Э-это плохо. Даже очень опасно… Мм… аах! Именно когда моё тело дрожало, я кое-что поняла. Я хочу ещё. Почему я так себя чувствую? …Нет, Николь! Нельзя! Только глупец поддаётся таким мимолётным ощущениям! Вспомни о верности, которую ты должна своему господину! — Просто дыши… глубокий вдох, глубокий выдох… Всё хорошо… Я всё ещё в порядке… — пробормотала я, пытаясь убедить себя, что это правда. — Ты слушаешь? Я предупреждаю тебя. У меня хорошее настроение, и на этот раз я проявлю милосердие. Второго раза не будет. — …Люк, с кем ты разговариваешь? — Мва-ха. Ни с кем. Тресь, тресь— Это были последние слова, которые я услышала, прежде чем кристалл покрылся трещинами, а затем разлетелся на куски. Вся мана была высосана из моего тела, и я всё ещё чувствовала слабость и вялость. Ноги дрожали подо мной. — Ха… ха… Это было по-настоящему страшно. Дело было не только в чистой мощи, не только в боевой силе. Сквозь кристалл я услышала лишь несколько его слов, но… теперь чувствую это костями. У него есть опасная способность очаровывать других. Я его враг, но если дам слабину, думаю, у Тёмного хватит притягательности, чтобы даже я начала ему доверять. Иными словами… у него харизма правителя. В чём-то он похож на господина. — Но я и так знала, что в прямом бою никогда его не одолею… Всё в порядке. Конечно, было бы выгодно, если бы этот инцидент полностью убрал Тёмного со сцены… Но сегодня мы получили много информации. Это очень положительный результат. Я снова села за стол и немедленно начала писать письмо. Я записала всё, что только что пережила: нужно как можно скорее рассказать обо всём господину. О силе Тёмного, о его притягательности, о магической мощи тех, кто рядом с ним, и… о странном ощущении, когда из тела высасывают ману. О том, как это похоже на то, как обмочишься, и какое облегчение с этим связано. Я записала в письме всё, что могла: и объективные наблюдения, и личный опыт. — Возможно, единственный способ — всё-таки заставить кого-то из близких Тёмного убить его за нас…? Но никто из тех, кто был сегодня у пещеры, думаю, этого не сделает. Я это чувствовала. Они все им очарованы. Я видела это в их глазах. — Мне нужно больше сведений. Информации недостаточно. Совсем недостаточно. Я должна собрать больше. Во мне самой нет ничего по-настоящему особенного… Всё, что я могу, — сражаться тем жалким оружием, которое у меня есть. ---------- Ты словно солнце 1 — СТОЯЛА ГЛУБОКАЯ НОЧЬ, И ОКРЕСТНОСТИ тонули во тьме. Почти все уже спали. — Хм. Разобрался. На это ушло несколько дней, но я наконец сумел рассеять многочисленные слои защитной магии, наложенной на Свисток подчинения. Я положил лупу обратно на стол и снова посмотрел на свисток уже невооружённым глазом. — Хм? Что? Все крошечные отметины на поверхности свистка, которые я принимал за трещины, начали исчезать, и я почувствовал, как рассеивается слабый след маны. — Вот как… Какая блестящая техника. Ничего подобного я ещё не видел. Должно быть, это срабатывало после снятия всех защит свистка и было искусно спрятано. Впрочем, такой малый объём маны не мог содержать много информации. Но важнее другое: получил ли прежний владелец свистка уведомление о том, что я отключил все защитные слои? — Так или иначе, я не собираюсь ни от кого бежать или пря— — Люк? Ты ещё не спишь? Я услышал голос со стороны кровати и обернулся. Элис лежала там, обнимая Диа. — Господин Люк в последнее время часто бодрствует в этот час, госпожа Элис. — Вот как? Тебе нельзя не спать всю ночь. Это вредно для кожи. Я посмотрел на них. Странно, что эти двое теперь, кажется, ладят. Потому что обе владеют элементом Льда? Я бы решил, что дело в том, что Элис моя невеста, но с Мией Диа так не ладит. Хотя… Мия тоже не слишком хорошо скрывает свою враждебность к Диа. — …Почему ты спишь в моей комнате так, будто она принадлежит тебе? Вечеринка завтра. Если кто-нибудь увидит… — Не беспокойся. Я попросила у госпожи Юлии разрешения присоединиться к тебе, и она с радостью согласилась. Если не ошибаюсь, дословно она сказала: «Хе-хе, только полегче с ним, ладно?» — …Матушка. Она добрая… даже слишком добрая. И, как бы это сказать… слишком снисходительная. — Господин Люк, могу я, эм… задать вам вопр-вопрос? — спросила Диа. — …Какой? Я был измотан и решил не придираться к её произношению. — Почему вы хотите стать настолько сильным? Однако вопрос меня заинтересовал. — Что ты имеешь в виду? — За последние двести лет я ни разу не встречала никого, кто мог бы сравниться со мной силой, господин Люк… но вы победили меня. Почему вы стремитесь стать ещё сильнее, чем сейчас? — …Хм. Я посмотрел на Диа и с первого взгляда понял: её вопрос был продиктован чистым любопытством, и ничем больше. Пожалуй, понятно, почему тебе интересно. Ты родилась с этой силой. Почему я хочу стать ещё сильнее? — Потому что мне нужна только полная победа. Вот почему. Именно так я и думал. Ради собственного счастья я должен побеждать и продолжать побеждать. — Я ни на миг не сомневался, что я сильнейший человек в мире, но не знаю, способен ли один сильный человек вечно побеждать перед лицом множества слабаков. Слабые пожирают сильных — так происходило из поколения в поколение. Именно слабые используют малейшие щели в своём расписании, чтобы развиваться… чтобы вкладывать то, что, кажется, называют усилиями. …Вздох. Я должен побеждать, и я должен побеждать дальше. Я не отверг Люка — я принял его. Не думаю, что это было ошибочным решением, но почему мне кажется, что я настолько завишу от всех вокруг?.. Люк всегда был таким? И почему все эти слишком насыщенные личности продолжают липнуть ко мне? Хотя… пожалуй, это не так уж плохо. — Хе-хе, это так на тебя похоже. Но на сегодня давай уже спать, Люк. Иди сюда. — …Хм. Не смей так непринуждённо приглашать меня в постель. — Я не приглашаю. Я предлагаю нам лечь спать. — Кх… Я же тебе говорю, я… Тук-тук. И тут в окно постучали. Я обернулся и увидел за стеклом двух людей с тюрбанами, обмотанными вокруг голов. Великий лес Исплита был благословлён духами и даровал своим обитателям множество благ, но в самых тёмных его глубинах жили ужасные чудовища. Этот переплетённый лес был воплощением природной крепости, и именно поэтому он служил базой эльфийской террористической организации, известной как Витора. — Невероятно! Их все рассеяли? Всего за… несколько дней? Грохот. Молодой эльф Артур вскочил на ноги. Одного этого движения хватило, чтобы всем присутствующим стало ясно, насколько серьёзна ситуация; каждый прекратил своё дело и посмотрел на него. — Ч-что случилось, Артур?.. — после короткого молчания спросил Мариус. Он был другом детства Артура и вторым человеком в их организации. — …Прости, Мариус. Мне нужно немного подумать. — Хорошо. Артур приложил руку ко лбу и начал обдумывать ситуацию. В воздухе дрожало напряжение, но в том, что делал Артур, не было ничего необычного: те, кто хорошо его знал, привыкли видеть его погружённым в размышления. — … Все ждали его следующих слов и тревожно наблюдали, как он думает. Он часто размышлял подобным образом, но то, что он остановился посреди собственного плана, выглядело очень тревожно. Все понимали: перед ними только что возникла чрезвычайно срочная проблема. Но они также были уверены, что всё будет в порядке, — их тревогу перевешивало огромное доверие к самому Артуру. В их глазах он всегда принимал правильные решения, и эта непоколебимая уверенность была отражением их веры в него. Но на этот раз… — Похоже, нам ничего не остаётся, кроме как немедленно броситься в войну… верно? — А?! Артур, ты хочешь сказать… мы нападём на Королевство зверей? Как бы Мариус ни доверял суждениям Артура, сначала эти слова было трудно принять. — Нет, Мариус. — Т-тогда… куда? Великий лес Исплита был зажат между двумя государствами: королевством Милестия с одной стороны и Регарио, Королевством зверей, с другой. У Регарио не было короля, и все важные решения обсуждались на совете, состоявшем из вождей различных племён. Это собрание часто называли Советом звериных королей. Королевство зверей часто вступало в стычки с соседними эльфами, пытаясь подчинить их своему влиянию. Поэтому Мариус вполне естественно решил, что они собираются уничтожить Регарио, — но ответ Артура оказался совсем не тем, которого он ожидал. — Мы должны уничтожить королевство Милестия. — Что?! Не только Мариус не смог скрыть потрясения. Стоявшие рядом тоже невольно ахнули от недоумения. Кто-то от изумления выронил из рук разные предметы, и по комнате прокатился лёгкий грохот. — …Артур, у тебя ведь есть причины? — Да. Вся защитная магия, которую я наложил на свисток, рассеяна. Более того, думаю, это сделали тёмной магией. Эти слова вызвали уже не просто удивление, а полное оцепенение. Каждый присутствующий прекрасно знал, сколько чрезвычайно продвинутых защитных заклинаний было наложено на Свисток подчинения. — Быть не может… Это какая-то ошибка… — Это правда, и у нас нет времени отворачиваться от реальности. Если технология, лежащая в основе этого свистка, распространится, столетия усилий пойдут прахом. С этого момента, все, ждите, что обстановка станет куда напряжённее. Напряжение в комнате можно было почти потрогать. Серьёзность ситуации было трудно отрицать. — …Но Милестия — старая держава. Я не хочу вылезать вперёд и в итоге навлечь на нас всё их внимание. Артур ещё несколько мгновений оставался погружён в мысли. Никто его не прерывал. Все молча ждали, когда он снова заговорит. — Мы завершим свисток, возьмём под контроль большое количество чудовищ и устроим нашествие чудовищ, — наконец сказал он. — Всё будет выглядеть делом рук Королевства зверей, и мы столкнём его с Милестией. Даже если последующая война не уничтожит всю страну, она по крайней мере даст нам достаточно хорошее представление об их военной силе. Никто не возразил против плана, который сформулировал Артур. Возражение было бы немыслимым. — Через три месяца мы нанесём удар. Я рассчитываю на вас всех. Все понимали: завершить все приготовления всего за три месяца будет непросто. Придётся работать в бешеном темпе и днём, и ночью, и даже тогда они, возможно, едва успеют. И всё же… — Предоставь это нам, Артур! — Целых три месяца? Да это проще простого. — Покончим с этим! — Вааа… Я так устал… шучу! Сделаю! Сделаю, ладно? Ну вот! — Хм! Раз ты настаиваешь, нам остаётся только справиться! Я тоже выложусь полностью, Артур! Все приняли просьбу с улыбками. Связи, соединявшие их организацию, были крепки, словно семейные узы. — Спасибо, — сказал Артур, глядя на людей, которых так любил. Так эльфийская террористическая организация Витора пришла в движение — всё ради своей цели: истинной свободы, мира, в котором ими больше никогда не будет править никто, кроме них самих. — Мва-ха, опоздали. — Ага… Прости уж, правда. Двое людей в тюрбанах открыли окно комнаты Люка и забрались внутрь. Они быстро размотали тюрбаны, сняли плащи с капюшонами и оба опустились на одно колено. — Позвольте нам ещё раз представиться, господин Люк. Но сперва могу ли я спросить, кто… — Что здесь делают эти никчёмные зверолюди? В глазах Элис стояло презрение — отвращение, вызванное исключительно тем, что двое гостей были зверолюдьми, и ничем больше. Такое отношение было типичным и глубоко укоренённым в королевстве Милестия. — Не обращайте на неё внимания. Она просто… — Я жена Люка. Люк замялся. На мгновение он растерялся, но заявление Элис было достаточно близко к истине, а объяснять всё подробнее было бы раздражающе хлопотно, так что он оставил всё как есть. — Ну да. Ладно. — А-а! — Нгх… Я-я не могу дышать…! Элис внезапно покраснела до густой алой краски — краснее, чем когда-либо в жизни, — и бессознательно начала стискивать Диа в объятиях. Драконица простонала от боли, но, к счастью, Люк не обернулся к ним. Его презрительный взгляд только сделал бы всё хуже. — Итак, кто вы такие? — предельно сухо спросил Люк, игнорируя происходящее на кровати. Техника, которую я видел у них в повозке, была поистине блестящей. Это не были приёмы ни авантюристов, ни рыцарей, а значит… — Кхм, да… Мы, эм… принадлежим к отряду скрытых операций Королевства зверей. — Да. — …Мва-ха. Люк улыбнулся. Ответ был близок к тому, чего он ожидал, но один вопрос всё ещё не давал ему покоя. Регарио, Королевство зверей… Я не знаю, что агенты этой страны здесь делают, но не могу представить, чтобы они были настолько некомпетентны. Почему страна зверолюдей отправила зверолюдей в качестве убийц? Они не подумали, чем может обернуться провал? — Моё настоящее имя — Доггл. — Некома, — сказала Феррис. — Уверен, вы и сами видите, что мы не кровные родственники, но между нами что-то вроде братско-сестринской связи. — Да. — Благодарим, что нашли время поговорить с нами сегодня. — Спасибо. Канис и Феррис — Доггл и Некома — снова склонили головы. Элис внимательно слушала каждое их слово, а когда Диа попыталась вмешаться, даже тихо шикнула на неё, заставив молчать. — Понятно. Это вы напали на Аслан? — спросил Люк. — Нет, не мы. Думаю, это, скорее всего, дело Божественной страны. — …Божественной страны, говоришь? — Да. Последние несколько лет они что-то замышляют. Они также обращались к Королевству зверей, добиваясь союза. Люк должен был впервые слышать о Божественной стране, и всё же эти слова показались ему до крайности знакомыми, хотя он ещё не мог сказать почему. Это может означать только одно… — Значит, они были важны для сюжета оригинальной истории. — Э? Вы что-то сказали? — Забудь, — быстро ответил Люк. — В любом случае, зачем ты распускаешь язык? Судя по тому, что я услышал до сих пор… мы враги, нет? — А! Нет, мы вовсе не враги! Мы правда не желаем вам вреда! — Вреда нет. Очень страшно. Почти плакать. В этот момент переполняющая Люка тёмная мана расползалась по половицам его комнаты, заставляя дыбом подняться каждый волосок на теле Доггла и Некомы. — Мы не намерены сражаться с вами. Собственно, именно это мы и пришли сегодня сказать… да. — Не драться. Даже чуть-чуть. Совсем. — …Хм. Люк посмотрел на них по-новому, и его мысли понеслись вперёд. В этих двоих есть что-то слегка знакомое. Меня не особенно интересует, какую роль они должны были играть в оригинальной истории, раз мы и так уже так далеко ушли с её пути. Но… от них пахнет неприятностями… Чёрт. Вот если бы Зак сейчас был рядом… — Если уж на то пошло, мы хотели бы быть на вашей стороне, господин Лю… — Вы мне не нужны. — Чт…? Н-не говорите так… — Печаль. — … Доггл явно расстроился по-настоящему, тогда как выражение Некомы осталось совершенно пустым, хотя она и объявила о своём разочаровании. Впрочем, ни одна из этих реакций не повлияла на решение Люка. Мне не нужны те, кто так легко меняет сторону. Можно использовать контрактную магию, чтобы они не предали меня, но возможные минусы перевешивают все плюсы. Я получу лишь две пешки и слишком много новых врагов. Оно того не стоит. Техника стирания присутствия, которую он видел у зверолюдей, была потрясающей, но Люк мог повторить что угодно, если видел это хотя бы раз. — Я провёл немало исследований об этой стране, — сказал Доггл. — Королевство сильно полагается на магию, поэтому большинство живущих здесь не знает о существовании навыков. Скажу прямо: Милестия застряла в прошлом. — Что ты хочешь этим сказать?.. — Первые отдельные навыки были определены, самое большее, несколько десятилетий назад. История этой дисциплины сравнительно коротка, но почти все остальные страны уже признали её, и теперь для воинов совершенно обычно приобретать навыки как нечто само собой разумеющееся. Он прав. В повседневной жизни я никогда не слышал, чтобы кто-то упоминал эти способности. Люк задумался: возможно, зверолюд был прав насчёт его страны. Вероятно, Милестия была куда сильнее привязана к прошлому, чем он сам представлял. — Не сомневаюсь, что бесчисленным мастерам оружия потребовались годы и годы тренировок, чтобы наконец создать особую дисциплину способностей, которую мы сегодня называем навыками, — сказал Доггл. Он поднял голову и посмотрел Люку прямо в глаза. — Но вы, господин Люк… вы приобрели их самостоятельно. Никто даже не говорил вам об их существовании. Я верю своим инстинктам, и нутро подсказывает мне: сделать вас врагом было бы глупее, чем пойти против всего Королевства зверей. Поэтому… прошу! Прошу, господин Люк! Позвольте нам служить вам! Доггл и Некома во второй раз склонили головы. …Вы мне не нужны. В итоге Люк не изменил решения. Сейчас ему не требовались убийцы, и планов, по которым они понадобились бы в будущем, у него тоже не было. Главное же — он остро чувствовал, что принятие этих двух зверолюдей принесёт одни неприятности. Тогда… как мне их отвергнуть? Прогнать их силой легко, но в этих двоих есть странная одержимость, из-за которой они могут продолжать болтаться вокруг и цепляться за мои пятки. Комнату окутала тишина. — Мва-ха… Я понял. Затем Люк заговорил, и неосторожные слова сорвались с его губ. — Не думаю, что нуждаюсь в ваших услугах — по крайней мере, если вас всего двое, — сказал он. — Добудьте мне верность каждого члена отряда скрытых операций Королевства зверей. Только тогда я приму вас в свои пешки. — А-а… За словами Люка не стояло ни глубокого замысла, ни сложной стратегии. Он придумал это требование на месте и просто хотел отделаться от зверолюдей, поскольку не видел смысла продолжать разговор. — …Вы можете обещать нам жизнь? — после нескольких секунд молчания тихо спросил Доггл. — Хотя бы минимально близкую к человеческой. — Разумеется. Я не использую свои пешки только для того, чтобы выбросить их, когда закончу. Если захотите, мы можем даже заключить контракт. Хотя уверен, эта задача выше ваших возмо… — Понял, — ответил Доггл. — …А? Я думал, они сдадутся и уйдут. Я ведь навязал им заведомо невозможную задачу. Глаза Доггла горели решимостью и боевым духом. — Клянусь, мы приведём на вашу сторону каждого члена нашего отряда. Тогда — до встречи. — Эй, подожди. Ты же… Но Доггл и Некома исчезли в воздухе. — … Почему со мной всегда так? — подумал Люк, окружённый пустотой. Почему ничто никогда не идёт хоть сколько-нибудь так, как я намереваюсь? Но даже с его пугающе развитыми умственными способностями Люк не смог найти ответа на собственный вопрос. — Впечатляет, как всегда, Люк. Теперь в твоём распоряжении ещё больше пешек. — Отличная работа, гошподин Люк! Люк вздохнул. Нет смысла думать о том, что я всё равно не способен решить. — …Я ложусь спать. Подумаю об этом бардаке завтра утром. Отвернувшись от всего этого, Люк уснул. Ах да. Вечеринка ведь завтра… — Ха… ха… Думай. Думай! Что сделал бы Люк? Стояла глубокая ночь, и ни одна душа не шевелилась, пока Абель, никому не ведомый, сжимал меч, готовый защитить то, что было ему дорого. 2 — В ТО УТРО Я НЕ УВИДЕЛ ЛИЛИ. ПОКА МЫ останавливались в одной гостинице, мы всегда завтракали вместе, но в тот день она так и не спустилась из своей комнаты. Я подождал какое-то время. Потом долго и тщательно её искал, но не нашёл. Я бегал туда-сюда, спешил, проверял все места, которые приходили в голову, говорил со всеми, кто мог что-то знать, — но никто не видел Лили. Тревога, постепенно нараставшая у меня в голове, к концу дня стала только сильнее, и прежде чем я успел опомниться, солнце уже начало садиться. Если я не найду её до конца дня, попрошу Люка помочь мне. Уверен, сначала он откажет, но в конце концов поможет. Я просто знаю: он найдёт её так быстро, что ещё и будет надо мной насмехаться, говорить, что я бесполезен, раз не смог найти маленькую девочку. Думаю, если бы я спросил его об этом, он, наверное, всё отрицал бы, но я знаю. — Чёрные волосы, красные глаза. Описание сходится. Абель, верно? И как раз когда я собрался и пошёл просить Люка о помощи, со мной заговорил незнакомец. Я обернулся и увидел человека, похожего на головореза, с неухоженной бородой. — Кто вы?.. — Без вопросов. Пойдёшь со мной. Отказываться не станешь, да? — … В тот миг я всё понял. Этот человек знает, где Лили. Кто-то снова собирается отнять у меня то, что мне дорого? Я почувствовал, как в груди начинают извиваться глубокие, тёмные чувства, и ощутил, как они внутри меня меняются. С меня правда хватит. Всё счастье, которое может предложить этот мир, сделано из стекла. Оно может разбиться в любой миг. Но счастье всегда лжёт мне. Оно создаёт иллюзию, будто будет длиться вечно, хотя я знаю, что это не так. Я думал, что понимаю это. Тем хуже, что оно всё равно манит… — …Эй. Не вздумай делать глупости, понял? — Я ничего не сделаю. Мужчина подозрительно посмотрел на меня. Я бесполезен. Только что я начал заводиться. В такие моменты нужно оставаться спокойным и собранным. Люк… уверен, он бы не позволил эмоциям даже показаться на лице. Мужчина вывел меня из Гильбадии, к грубому участку пустоши рядом с Великим лесом Исплита, куда часто заходили отряды авантюристов. — Вы. Я привёл мальчишку. Когда мы приблизились к лесу, мужчина внезапно окликнул кого-то, и из теней вышло несколько людей. Десять… нет, пятнадцать?.. — Прости, пацан. У нас контракт, но если честно… теперь это уже личное. — …Не думаю, что когда-либо встречал кого-то из вас. — Ты знаешь мальчишку по имени Люк, да? Мы — остатки наёмничьей шайки, которую он разгромил. Люк разгромил отряд наёмников? О чём он говорит?.. — Скажу проще. Нам нужна месть. Самого его мы не видели, но, судя по тому, что осталось от нашей базы, этот Люк — серьёзная проблема. Даже наш босс не смог бы его одолеть, так что у нас ни единого шанса. Поэтому мы сделаем вот что: раздавим в этом проклятом мире всё, что ему дорого. …Почему? Почему таким отбросам позволяют жить в этом мире свободно и спокойно? Тень окутала моё сердце, темнее прежнего. — Он забрал у меня самое важное в мире — мою семью, — прошипел наёмник. — Думаешь, такое можно простить? А? Ты знаешь, каково это — вернуться домой и увидеть, что всё, что у тебя было, уничтожено? Ты ни черта не понимаешь, к какому отчаянию такое приводит, пацан! — …Люк не щадит врагов, но обычно он совершенно не интересуется теми, кто не встаёт у него на пути. Ваша группа что-то сделала Люку? — Заткнись. Умри. К счастью, я успел уклониться от меча, внезапно вылетевшего из ножен мужчины. Использовав движение, я шагнул назад и разорвал дистанцию с противником. Меня наполняла жгучая ярость, но мысли оставались ясными и точными: я отчётливо видел мужчин перед собой и чувствовал, как мои чувства обостряются. — С Лили всё в порядке? — потребовал я ответа. — Кто знает? — фыркнул один из мужчин. — О себе лучше беспокойся, а? Взять его, парни! — Укрепление силы. — Чт…?! Он быстрый! Осторожно! Пока одно применение. Их много. Если я ошибусь, мне конец. У меня нет широких атак по площади, как у Лили и Люка, так что придётся победить их всех в ближнем бою. Я рванул к человеку на краю схватки, но… — Укрепление силы. Рассечение. — …Аугх! Движения мужчины ускорились — теперь он был быстрее меня. В последний миг я уклонился от его атаки и отскочил. — Не недооценивай нас, пацан. Тут все умеют эти твои начальные навыки! Навыки. Я не привык слышать это слово. Разве это не называется магией? Но в тот же миг в голове начали соединяться точки. Я вспомнил технику меча, которую Люк показал мне во время битвы с ледяным драконом; вспомнил ощущение странной, клубящейся внутри силы, которая не совсем походила на ману. От этих людей я тоже её чувствую… Кажется, я понял. Теперь понятно, почему я не мог сделать то, что сделал Люк, как бы усердно ни тренировался. Мне вообще не стоило пытаться использовать ману. — Ну давай, побарахтайся для нас ещё немного! Когда прикончим тебя, дальше пойдут все остальные, кто есть у этого сопляка Люка. Его друзья, его девчонка, его семья… Все. — …Вы мразь. Ярость прошла по моему телу с такой силой, что мне показалось, будто я могу потерять рассудок. Руки и ноги начали дрожать. Я хочу убить их… Убить всех прямо сейчас. Эти люди должны умереть. Они не заслуживают жизни. Они все… — Мва-ха-ха. Теряешь самообладание из-за таких пустяков? Ты и правда идиот, Абель. Вдруг в моей голове отозвался презрительный смех Люка. Да, я правда глуп, верно? — подумал я, беря себя в руки. — Нельзя терять из виду то, что мне действительно нужно сделать. Я медленно, ровно выдохнул, выгоняя из головы всё лишнее. Он назвал бы меня мерзким, если бы я сказал это вслух, так что я никогда не скажу Люку, но… каждый раз, когда упираюсь в стену и не знаю, смогу ли её преодолеть, я думаю о том, что сделал бы он. — Давай же, что случилось?! Это всё, на что ты способен?! — …Мва. Уклониться. Парировать. Но я иду по тонкой грани. Один неверный шаг — и всё закончится. Вот так протекает этот бой. Эти люди сильны, каждый из них. Честно говоря, они настолько мощны, что, если всё продолжится в таком темпе, кто-то из них меня всё же достанет. Я снова… не смогу никого защитить… Нет… Нет! Кто сказал, что я сдаюсь? — Ха… ха… Думай. Думай. Что сделал бы Люк? — Что ты там бормочешь? Упрямый ты, признаю… но мне уже надоело. Умри. Я плохо собираю ману. Эти люди оставляют мне так мало просветов, что я не могу снова применить Укрепление силы. Собрав все остатки выносливости, я отскочил назад. — Конец, — прорычал один из них. — Рассечение. — Гах! Другой мужчина выхватил меч и ждал меня ровно там, куда я должен был приземлиться. От этого я уже не увернусь. И парировать не смогу. Инстинкты подсказывают это. Мгновение растянулось в вечность, и в голову хлынули самые разные воспоминания. Вот оно… жизнь проносится перед глазами. Значит, я умру здесь? Я ничего не добился… совсем никого не смог защитить. Нет, я отказываюсь. Я не умру здесь. Я должен спасти Лили. Если мне и умирать, то после того, как я её спасу. Я больше никогда не позволю никому ничего у меня отнять! — Просветы всегда маленькие, Абель. За ними нельзя гнаться. Нужно терпеливо ждать, пока они сами появятся, а потом… Когда слова моего наставника хлынули в голову, они прошли по мозгу электрическим разрядом. Я вспомнил все техники меча, которые показывал Люк, пока я стоял, смотрел на него и снова и снова прокручивал их в памяти. — Мва-ха-ха. На грани смерти я почему-то рассмеялся — не своим смехом, а его. Казалось, всё, над чем я работал день за днём, вдруг сошлось в один миг. В яростном озарении я всем телом понял, что только что получил власть над чем-то мощным. Я полностью подчинил то, что так долго пытался ухватить. Эта сила, не совсем похожая на ману… Теперь я вижу. Она в моём мече… в моём теле, течёт сквозь меня. — Рассечение!! Мой рубящий удар сломал меч мужчины и снёс ему голову с плеч. Кровь фонтаном хлынула из шеи, и хаос взорвался вокруг, когда красный дождь обрушился на меня. Кажется, я улыбался. Остальные мужчины смотрели на меня с мешаниной чувств — растерянности, страха, ярости. Это было неважно. В моей голове вся лишняя информация вокруг поблекла. Понятно… теперь попробую усилить себя этой силой. [[image:/storage/reader-images/e8f7c099456a2c448d591f14372002df96eb6797.jpg]] — Ха-ха! Совсем не так! Видимо, до Люка мне всё равно далеко, да? Но пока сойдёт. Укрепление силы. Это было всего одно применение, но я почувствовал, как по мне разливается куда больше силы, чем когда я использовал мановую версию этой способности. Теперь понимаю. Я никогда не смогу повторить эффектные техники меча Люка. Мне нужно следить за противниками, как бы трудно ни было, предсказывать, что они сделают дальше… ждать маленьких просветов и выпускать через них свои рассечения. Я знаю: именно эту технику мне нужно практиковать, пока она не станет настолько отточенной, насколько вообще возможно. У меня нет невероятного таланта или чего-то подобного, так что я не могу позволить себе направить усилия не туда. Я оттолкнулся от земли и, когда в воздухе прогремел громкий взрыв, мгновенно сблизился с ещё одним мужчиной. — Что?! Он такой быст… Я отрубил ему голову. Кажется, теперь я могу всё. Хорошо, следующий. — Гья-а-а-а!! — Э-эй, подо… — Гья-а-а-а-а-а-а-а!! — Прости! Прошу, п-просто дай мне жи… Я забирал их жизни одну за другой. Уверен, Люк не проявил бы к ним милосердия. Я не могу дать этим людям ни единого просвета, чтобы ударить меня. Нужно быть совершенно тщательным, до самого конца. Осталось трое. Одного оставлю, чтобы расспросить о Лили. Но едва эта мысль прошла у меня в голове, я услышал голос. — Может, уже хватит? Ты прошёл мою проверку. Это был женский голос, ясный и отчётливый, хотя, казалось, исходил он вообще ниоткуда. — Может, уже хватит? Ты прошёл мою проверку. Абель инстинктивно повернулся, пытаясь посмотреть в сторону голоса, но никого не увидел. Тогда перехожу к следующей. Он тут же направил обострённые чувства на поиск присутствия женщины. Он не активировал Обнаружение маны — заклинание, которое использовал бесчисленное множество раз, — но бессознательно понимал почему. Без него я лучше. И всё же результат остался тем же. Там не было никого, кроме оставшихся мужчин, съёжившихся перед ним от страха. Поблизости он не чувствовал никакого присутствия и сосредоточился ещё сильнее, ни на миг не ослабляя бдительности. — Ты более чем достаточно силён. О, теперь, когда я хорошо рассмотрела твоё лицо, ты случайно не…? Нет, не может быть… — Где ты?! Покажись! Где Лили?.. С Лили всё в порядке?! — выплюнул Абель, не в силах сдержать эмоции. Его воротило от того, как странно спокойно и собранно звучал голос этой женщины. Разумеется, сам он не знал, что голос принадлежал Николь, которая с самого начала наняла наёмников и поручила им похитить Люка. — Маленькая Лили? С ней всё в порядке. Дам тебе услышать её голос. — Абель. — Лили! Голоса на мгновение сменились, и Абеля накрыло краткое облегчение, но тут же его снова затопило отчаяние: он понял, что она может лишиться жизни в любую секунду. — Прости… Прости, прости, прости, мне так жаль… Я потеряла бдительность. Я не думала! Я… я всегда такая самоуверенная; я правда идиотка. Правда, я… мне так жаль. Я… — Не извиняйся, Лили. Ты говоришь так, будто сделала что-то плохое, но это не так. Это они виноваты. Абель никогда ещё не слышал, чтобы Лили звучала настолько слабо, и ему показалось, будто грудь разорвали изнутри. Ведь первым, что сорвалось с её губ, было не «спаси меня», а слова извинения. Она такая сильная… Больше всего Лили ненавидела становиться обузой для Абеля, особенно сейчас. Абель знал это, и само знание причиняло ему ужасную боль. Я не прощу этих людей. Не позволю им уйти. — Я никогда не прощу тебя, если ты навредишь Лили. Глаза Абеля окрасились в угольную черноту, и Николь, глядя на него, ощутила лёгкий озноб. Он не должен был видеть её сквозь кристалл, но почему-то казалось, будто он смотрит прямо на неё. — Ладно. Если хочешь, чтобы я её отпустила, следуй моим указаниям. — … Но для Николь некоторые вещи были не предметом переговоров. У неё не было собственных особых сил, поэтому она должна была использовать все доступные инструменты — какими бы жестокими ни были эти методы. В какой-то мере она чувствовала вину, но у неё была цель, которую она обязана была выполнить, и ради этого ей нужно было быть беспощадной. Только это у неё и было, и потому она сделала свой ход: Николь предложила Абелю выбор. — Убей Люка Уизарию Гилберта до рассвета послезавтрашнего дня. Сделаешь это — я отпущу её. Отчаяние снова впилось когтями в грудь Абеля, будто кто-то сжал руками его сердце. Лили или Люк — вот какой выбор ему навязали. — А?.. Сначала он не мог принять это, но знал: у него нет силы прорваться через ситуацию каким-либо другим способом. Абелю казалось, что он дрейфует в тёмной пустоте, чернее ночи. — Повторю. Убей Люка Уизарию Гилберта до рассвета послезавтрашнего дня. Сделаешь это — я отпущу её. Николь предложила ему выбор, но почти не дала времени. Она лучше многих понимала, насколько это действенно. — Не забывай: я буду постоянно за тобой наблюдать. Бесполезно пытаться провернуть что-то глупое. Ну тогда удачи! — П-постой! Не уходи! Абель рефлекторно вскрикнул, но ответа не было. Женщина, похоже, ушла, но он всё равно хотел сказать кое-что — на случай, если его услышат. — Лили! Не беспокойся обо мне! Я спасу тебя, обещаю! Просто продержись ещё немного! Всё будет хорошо! Не волнуйся, ладно?! Абель кричал так громко, что к концу выдохся. Молча он молился, чтобы его голос всё-таки сумел дойти до Лили. Оставшиеся наёмники уже сбежали. Абель заметил это, но присутствие Николь было для него слишком неясным, и у него не оставалось выбора, кроме как отпустить их всех. — …Ха, ха… Он отчётливо почувствовал, как внутри него рвётся нить. Абель опустился на колени, и руки бессильно упали на землю. Он слабо ударил по грязи… потом снова, уже чуть сильнее. Потом ещё раз, снова и снова, каждый удар сильнее предыдущего. Порыв продолжал нарастать с каждым ударом, пока не превратился в неумолимую силу. Он не останавливался — не мог остановиться, — сколько бы крови ни лилось из разбитых костяшек. Он бил землю снова, и снова, и снова, пока уже не смог сдерживать спутанный комок чувств и не выпустил их одним мучительным криком, пронзившим безмолвную ночь. — А-а-а-а-а!! Абель исторг всю боль, угрожавшую его задушить. Всё разочарование, бессилие, ярость, ненависть — он выкрикнул всё разом. — Ничего! Я ничего не могу защитить! Как бы сильно ни старался! Я ни черта не могу защитить! Н… ничего… вообще… Земля вокруг него была мокрой от слёз. Я не выдержу. Я просто больше не могу. Абель ненавидел себя. Ненавидел то, что всё, на что он когда-либо был способен, — это размышлять о собственном отчаянии. Он чувствовал себя жалким и пустым. — Убей Люка Уизарию Гилберта к… послезавтрашнему дню. Слова Николь с силой напомнили, насколько жестоким может быть мир. — Что мне делать? — безнадёжно пробормотал он. — Что мне теперь делать?.. Абель согнулся, одинокий в своём отчаянии. Некого было попросить о поддержке, не было никого, кто протянул бы руку и вытащил его из этих глубин. У него не было силы спасти всех. Значит, мне придётся сделать выбор. 3 — СОЛНЦЕ УЖЕ ПОЧТИ ДОСТИГЛО ЗЕНИТА, когда Мия шла по улицам города Гильбадия, слегка опустив голову. Город был полон жизни, и куда бы Мия ни пошла, везде видела людей, спешащих туда и сюда. Для Клода, правившего этой областью, жители его владений были всего лишь инструментами для приумножения собственной славы. Но гордость самого Клода не позволяла ему допустить, чтобы король или другие аристократы усомнились в его способностях правителя. В результате в его владениях была какая-то манящая доброта, из-за которой люди сами желали находиться под его властью. В конечном счёте жители были счастливы, потому что для людей Гильбадии важнее всего было их собственное благополучие — неважно, по каким эгоистичным причинам их лорд его обеспечивал. — …Хороший город. Люди в толпе выглядели занятыми, потели, спеша по своим делам, но в их глазах был блеск. Все они жили полной жизнью и делали это так, как хотели сами, по собственной свободной воле. А что же я? Прошлой ночью родители Мии ужасно её отчитали. Их гнев вовсе не был несправедливым — напротив, он был полностью заслуженным. Родители запретили Мии ехать в Гильбадию, но она всё равно отправилась туда одна, и, разумеется, её внезапное появление сильно опозорило дом Ленноксов. Такой поступок не подобал третьей дочери почтенного графского рода. — …Ох, что я вообще здесь делаю? Прежде чем Мия успела это осознать, ноги привели её прямо к большому, внушительному особняку дома Гилбертов. Она хотела повернуть назад, но ноги не слушались. Я знаю, зачем я на самом деле здесь. Я хочу увидеть Люка. Надеюсь, он утешит меня. Хочу, чтобы он увидел меня — по-настоящему увидел — и сказал, что я имею право быть здесь. …Ох, как же я это ненавижу. Мия всем сердцем ненавидела эту слабую часть себя — ту часть, которая удобно цеплялась за все её избалованные желания. — Это смешно. Мне нужно идти до— — Остановись, Мия Клайн Леннокс. У Мии перехватило дыхание. Всё её тело дёрнулось и вздрогнуло, словно кто-то физически схватил её. Услышав голос, она сразу обернулась. — …Л-лорд Гилберт. Перед ней стоял отец Люка, Клод. Их взгляды встретились, и одного этого оказалось достаточно, чтобы Мия съёжилась. …Этот человек правда отец Люка. Его глаза, совсем как глаза Люка, будто видели её насквозь. — Что ты здесь делаешь? — Я-я очень извиняюсь. Я просто проходила мимо… — Хмф, понятно. Раз уж ты здесь, можешь войти. Позволь мне принять тебя. — Э?! В-вам не нужно— — Ты ведь не отказываешься от моего приглашения? — Н-нет, что вы… С-спасибо… Вскоре Мия осталась с Клодом наедине. Её взгляд тревожно блуждал по комнате. Неловко. Ей было настолько неловко, что она даже не чувствовала вкуса поданного чая. — Похоже, тебе не хватает уверенности в себе, Мия. Почему? Тишина резко оборвалась: слова Клода пронзили её прямо в сердце. Он был совершенно прав, и ответ застрял у Мии в горле, но Клод не стал её торопить. — Я… я часто перестаю замечать, что происходит вокруг, и, эм… — начала она деревянным голосом. — Из-за этого начинаю ходить кругами, с-создаю всем проблемы, и… Я понимаю, что доставила вам много хлопот, явившись сюда, милорд. Мне правда очень жаль… Мия склонила голову, показывая своё раскаяние. Она искренне хотела извиниться за то, что эгоистично вошла во владения лорда Гилберта, даже не подумав сначала связаться с ним. — Хмф. Мия опустила голову и лишь мельком взглянула вверх, пытаясь понять реакцию Клода. — Позволь сказать тебе, чего у меня нет. — …А? Такого ответа Мия никак не ожидала. — Элемента, — продолжил Клод, несмотря на её растерянность. — Моя мана не относится ни к одному элементу. Муа-ха, в детстве я, знаешь ли, довольно сильно из-за этого злился. Почему у моей маны нет элемента, спрашивал я себя. Хотя, ну… обычный маг всё равно никогда не смог бы выстоять против меня в бою — с элементом я или без него, разумеется. И тут Мия вспомнила кое-что. Присутствие Люка было таким огромным, что она забыла: до Люка в доме Гилбертов несколько поколений не рождалось магов с элементом. — А что насчёт тебя, а? У тебя целых три элемента, тогда как у меня нет ни одного. Гордись собой хоть немного. — …Ах. Мия наконец поняла. Она ещё не знала, почему Клод это делает, но чувствовала: он пытается её подбодрить. — И самое главное — Люк выбрал тебя. Одного этого уже достаточно, чтобы я признал твои способности. — Спасибо, лорд Гилберт. Клод почти полностью видел Мию насквозь. Его слова не были ложью, хотя, конечно, Мию он успокаивал исключительно из холодного расчёта — ради будущей выгоды Люка. Муа-ха… В женщинах у Люка первоклассный вкус, прямо как у его отца. Хотя она, пожалуй, немного неловкая. Клод проникся симпатией к Мии. Ему нравились её чистый и прямой характер, но больше всего он ценил её большой талант. При всём своём эго он был способен уважать тех, кто этого заслуживал. Разумеется, врагам такое уважение в итоге не приносило ни крупицы милосердия. — Что ж, на сегодня этого достаточно. Ты пришла увидеться с моим сыном, не так ли? — Ах! Ну, кхм… д-да… пришла. — Тогда я сейчас же провожу тебя к нему. — Большое спасибо! Мия опустила голову в искренней благодарности. На сердце у неё стало чуть легче, и она начала смотреть на предстоящее совсем немного позитивнее. Впервые за долгое время в ней появилась надежда. Однако примерно через минуту она доберётся до двери Люка, увидит совершенно обнажённую Элис и вновь испытает настолько сильное чувство дежавю, что всё её настроение будет испорчено… Но, конечно, сейчас Мия ещё не могла этого знать. Как не знала и того, что, несмотря на всё случившееся, этот день станет для неё по-своему особенным. По травянистой равнине мчались несколько роскошно украшенных экипажей. Кортеж был столь великолепен, что поражал всякого случайного прохожего, которому выпадало увидеть его. И всё же, несмотря на то что в одном из экипажей ехал один из самых высокопоставленных дворян всего королевства, охрана была удивительно малочисленной. — Как же здорово, что мы снова увидим Люка! Столько времени прошло! — …Я хочу домой. — Хм? Ты что-то сказал, Эдмонд? — Ничего, ваше высочество. Самым знатным пассажиром оказался второй принц королевства Милестия, Полпон. Рядом с принцем сидел секретарь Эдмонд, занятый мыслями о том, сколько бед и стресса причинит ему грядущая катастрофа. От каждой новой мысли в животе у него кололо всё сильнее. А-а… Я правда поехал, никому из королевской семьи ничего не сообщив. И что, чёрт возьми, мне теперь делать? Мягко покачиваясь в конном экипаже, Эдмонд заставил себя улыбаться и обречённо кивал в ответ на возбуждённую болтовню Полпона. — О, это ты, Мия. Доброе утро… или уже добрый день? — Да какая разница, какое сейчас время?! П-п-почему я так часто застаю тебя без одежды?! Быстро что-нибудь надень! — … Мия постучала, и дверь открыл вполне одетый Люк. Но стоило ему узнать гостью, как из-за его плеча высунулась совершенно не одетая Элис и тоже поздоровалась. Возможно, подумала Мия, это признак того, насколько Элис ей доверяет, но в данный момент это не имело никакого значения. — Л-Люк, скажи хоть что-нибудь! Тебя это устраивает?! — …Вообще-то да. Почему ты без одежды, Элис? — Я терпеть не могу обременительные помехи, а одежда — одна из таких помех. — Понятно. Ясно… — Что значит «ясно»?! Как это объяснение вообще могло показаться тебе разумным?! — У каждого своё. Нет смысла слишком задумываться о таких вещах. — Люк прав, Мия. Разве ты не понимаешь? — А?.. П-почему вы выставляете всё так, будто странная тут я? Н-нет, не понимаю… Я вообще уже ничего не понимаю… Мия перестала быть уверена в собственном понимании того, что правильно, а что нет. Медленно, но верно она теряла путеводный свет, который помогал ей жить дальше. — Так? Следующий вопрос Элис мгновенно выдернул праздно блуждающие мысли Мии обратно в реальность. — Ты тоже пришла заняться этим с Люком? — …А? От этих слов голова Мии полностью опустела, а лицо вспыхнуло ярко-красным. — Этим?! Э-это… этим? В смысле… «этим» этим?! Это… э-э-этим… — Ой, сколько раз ты это сказала? Семь? Звучит многовато. — Да, многовато. — Я-я не это имела в виду! Если быть честной с самой собой, Мия понимала, какие отношения связывают Люка и Элис. Разумеется, часть её считала происходящее неправильным… Разумом она понимала, что гордиться тут нечем, — и всё же где-то в уголке сердца у неё жила зависть к ним. — …Ммф. Поэтому она заколебалась. Если она собиралась когда-нибудь снять свою маску, то сейчас — или никогда. Но это было совсем не легко: эту маску она носила с самого дня рождения. — Ты тоже моя невеста, — прямо сказал Люк. — Я не против. — Ах… — Мия запнулась, и ей понадобилось немало времени, чтобы снова найти голос. — Я… я хочу. Она сказала это прежде, чем успела понять, что происходит. Несколько секунд спустя Мия, кажется, осознала, насколько сильно покраснела, и опустила взгляд в пол. Сладкие слова Люка слишком легко растопили её сердце. — Тогда сделаем это вместе? — предложила Элис. — Втроём. — …А? — Выйди, Элис. — Не хочу. Хотя… Пожалуй, я и сама не особенно хочу смотреть на тело другой девушки. Оно гротескное. — Я-я не гротескная! — Гротескная, особенно вот зд— — К-к-к-куда ты показываешь?! В тот день отношения Мии и Люка впервые изменились. Опыт получился не только приятным: её маленькое тело и неловкость сделали всё непросто, но для самой Мии это всё равно стало счастливым событием. В тот день она, в каком-то смысле, стала чуть более цельной. Влиятельные аристократы один за другим входили в зал. Среди гостей были не только представители аристократической фракции: присутствовало и небольшое число роялистов. У входа в зал выстроились несколько рыцарей лорда Гилберта — странное зрелище для светской вечеринки, но всякий, кто проходил мимо, понимал, почему это необходимо. — Э-это же… — Ледяной дракон… да? Гости вечеринки были знатного происхождения, но независимо от положения у входа их встречал кто-то, кто совершенно, без малейшего сомнения смотрел на них сверху вниз. И этим высокомерным существом был настоящий ледяной дракон во плоти. Такого приёма никто из них прежде не испытывал. У многих гостей была склонность к магии, но это лишь сильнее помогало им понять, насколько по-настоящему, пугающе силён этот монстр. Его мана была огромной, яростной, обжигающе-холодной… Им хватало едва уловимого намёка, чтобы всё понять. Было очевидно: если дракон пожелает, он без труда уничтожит каждого присутствующего. Один-единственный взмах когтя мгновенно погрузит зал в хаос — поэтому в воздухе висело вполне уместное напряжение. — Не беспокойтесь, — сказал один из рыцарей. — Этот ледяной дракон полностью подчиняется господину Люку. Волноваться не о чем. — Хм… Но слова человеческого рыцаря ничуть не убедили дворян, и они так и застыли на месте, не в силах пройти в зал. Такое замешательство было ожидаемым. Рыцарь взглянул на Диа, и та по сигналу раскрыла пасть, медленно произнося фразу, которую накануне ночью снова и снова отрабатывала в одиночестве. — Д-добро… п-пожаловать… на вечеринку… Она склонила голову, жалея о лёгком заикании, прокравшемся в слова. Те, кто увидел, как дракон кланяется, остались совершенно ошеломлены. Наследник дома Гилбертов, несомненно, сам был чудовищем. Иначе как бы он смог приручить столь могущественное создание? — А-кхм… Э-хе-хе… Вы не против, если я рассмотрю поближе? — А, да, дракон — гха?! Колебавшиеся дворяне начали входить в зал, и рыцарь у входа с облегчением вздохнул, решив, что его работа на сегодня закончена. По крайней мере, до тех пор, пока он не заметил… страстное выражение на лице одной особенно любознательной дворянки. От этого у него вырвалось испуганное «гха?!» — постыдное нарушение протокола. Такое поведение было недостойно его положения рыцаря. — П-прошу простить мою невежливость! Добро пожаловать, леди Амелия! Рыцарь тут же склонил голову, пытаясь исправить ошибку. Амелия выглядела странно запыхавшейся. Из уголка её рта стекала слюна, а глаза были совершенно безумными. — Я-я знала… Этот ошейник создан с помощью тёмной магии… Хе-хе-хе. — … Диа тоже не смогла скрыть растерянность. Будучи высокоразумным существом с куда большими знаниями, чем у любого человека, она легко понимала, почему большинство окружающих при первой встрече реагируют на неё страхом. Но… эта конкретная человеческая самка явно была совсем другой. С ней очевидно что-то не так. Пожалуй, пока я промолчу. Желание Диа не создавать проблем Люку взяло верх, и она предпочла молчать. Она понятия не имела, что эмоция, которую выражала Амелия, называется любопытством. — Мана элементального дракона влияет даже на окружающую местность… Поэтому места, где живут ледяные драконы, покрыты снегом… Но этот ошейник поглощает твою ману. Н-не говоря уже вот об этой части! Она позволяет ошейнику оставаться на тебе практически бесконечно! Ого! Люк и правда невероятен, прям как— — Сестра. Мы на людях. Диа не понимала, почему эта женщина обращается к ней, и её растерянность только усилилась, когда появилась вторая, с похожим запахом, и остановила первую. Диа испытала облегчение от вмешательства. — Н-но, Фрейя! Посмотри! — Да, я знаю. Но сначала мы должны поприветствовать лорда Гилберта. Младшая сестра Амелии, Фрейя, преподаватель Магической академии Аслана, спокойно и деловито изложила их обязанности как гостей. — Д-да… Ох, со мной всегда так. Я просто не могу сдержаться, когда вижу настолько невероятные магические работы… — Пойдём, сестра. Мы не можем заставлять его ждать. Фрейя двинулась вперёд, зацепилась за подол платья и эффектно рухнула на пол. Она быстро поднялась и, не дрогнув ни на секунду, отделалась всего двумя словами: — Прошу прощения. С этими словами Фрейя увела Амелию в зал, оставив рыцарей снаружи в полном изумлении. Такие мелкие падения никогда не могли сломать железную маску, которую Фрейя ковала для себя долгие годы. — Давно не виделись, Люк! — Ты здоров? Фрейя и Амелия поначалу поприветствовали меня более-менее с надлежащей формальностью. Разумеется, существовали определённые протоколы, но бессмысленный парад любезностей уже начал ужасно мне надоедать, и я ответил кратко. — Да. — Поздравляю! — воскликнула Амелия. — Во всём, я имею в виду. С победой над драконом, и… эм, н-ну, то есть… Э-хе, прости, что сразу к делу, но не расскажешь мне немного о заклинании этого ошей— — Сестра. — …Ах, да. Прости. Как и ожидалось, Амелия задыхалась от возбуждения — с ней всегда так, когда речь заходила о магии. А моя классная наставница Фрейя, напротив, оставалась бесстрастной, как всегда. Хотя Фрейя иногда прячется в шкафчиках для уборочного инвентаря с тем же самым выражением лица. Она совсем не настолько нормальна, какой кажется… Из них двоих именно её я совершенно не могу прочитать. Некоторое время пустой разговор продолжался без происшествий — пока на меня внезапно не обрушился неожиданный вопрос. — Я забыла, когда ты снова отправляешься в Империю? — …Что? Удар оказался настолько сильным, что мой мозг полностью отключился; в голове остались одни вопросительные знаки. …Откуда она об этом знает? — Ты ведь хочешь посмотреть Фестиваль Святого меча? Значит, отправляешься на следующей неделе, полагаю? — …Постой. Откуда ты это знаешь? Я создал себе целый статус авантюриста, чтобы вместе с Заком и ещё несколькими людьми посетить Империю без обычных ограничений. И всё это теперь пошло прахом… Но как? Где я ошибся? Что я вообще мог сделать иначе? — О, ты не слышал? Абель подал заявку через академию, и её приняли. Мы с сестрой тоже поедем. — Я так этого жду! — … Абель… Абель. Абель!! «Кажется, в Империи каждый год проходит такое мероприятие… Ты слышал? Фестиваль Святого меча… Говорят, там собирают мастеров меча со всего мира и соревнуются, чтобы определить лучшего! Звучит очень захватывающе, правда?!» Проклятый мальчишка!! То, что Абель не имел ни малейшего умысла и разрушил все мои планы исключительно из лучших побуждений, злило меня ещё сильнее. Один шаг… Один необдуманный шаг — и он перевернул все мои планы. Что с ним не так? То есть он правда центр всей этой чёртовой вселенной, да? Ух, я прямо вижу его сейчас с этой беззаботной улыбкой на лице. — А-а… И что теперь? Я как раз думал, не отправиться ли прямо в свою комнату и не проспать ли раздражение, когда среди аристократов поднялось странное волнение. — Хм? Разве это не… Я понял их шёпот, как только увидел мальчика, который махал мне рукой. Это был Полпон, второй принц королевства Милестия. Дом Гилбертов стоял во главе аристократической фракции, а принц лично явился на семейную вечеринку…? Всё это было крайне ненормально. Полагаю, присутствующим роялистам сейчас немного неловко. Я молча смотрел, как Полпон подошёл прямо к отцу, после чего они почему-то исчезли в задней комнате. Хмф, что он вообще здесь делает? Надеюсь, всё не станет ещё сложнее… Ух, живот болит. — Господин Люк, могу я занять минуту вашего времени? Я поглаживал живот, пытаясь успокоить спазмы, когда услышал голос Альфреда. — Что такое? — Юный мальчик по имени Абель говорит, что пришёл увидеться с вами. Что мне приказать? — …А? Беда не приходит одна, да? Что, чёрт возьми, он здесь делает?.. В отдельной комнате Клод и Полпон встретились тайно. Единственным другим присутствующим был королевский секретарь Эдмонд. Клод только что выслушал просьбу Полпона, и в воздухе повисла странная тяжесть. — Муа-ха… Ваше высочество, должно быть, я ослышался. Не повторите ли ещё раз? Что вы только что сказали? — Я повторю столько раз, сколько потребуется, лорд Гилберт. Вы ведь планируете узурпировать трон, не так ли? Вопрос Полпона только сильнее натянул и без того тугую нить напряжения. Я хочу домой… О, как же сильно я хочу домой… Ах, живот болит… Холодный пот стекал по лицу Эдмонда, пока он слегка прижимал руку к животу, пытаясь унять колющую боль. — В последнее время явно многие перешли на сторону аристократов. Я заметил это, как только начал расследование. Полагаю, в центре этого сдвига стоите вы, лорд Гилберт. Клод промолчал, и Полпон продолжил: — Согласно моему расследованию, похоже, вы даже не пытались это скрывать. Я воспринял это как провокацию — словно вы просили нас попробовать остановить вас, если сумеем. — …Муа-ха-ха. В одно мгновение воздух вокруг Клода изменился. — Ох, ох, какая ужасная у меня привычка. Полпон был к этому готов. Он быстро уловил перемену и сохранил на лице лёгкую улыбку. Эдмонд, напротив, заметно дрогнул. — Я лучше многих знаю, что должен вести свои замыслы тайно. Осторожность Полпона усилилась. Клод только что признал, что что-то замышляет, прямо в лицо Полпону. Такое признание даже перед вторым принцем вполне могло поставить лорда Гилберта в невыгодное положение. И всё же он без колебаний признал всё — тревожно дерзкий ход, означавший, что Клод совершенно не считал своё поведение рискованным. На миг Полпон испугался худшего сценария: возможно, его собственная жизнь прямо сейчас в непосредственной опасности, — и его мысли бешено заработали. Эдмонд тоже понимал, что они оба ходят по тонкому льду, но, пока боль в животе усиливалась, его собственные мысли продолжали барахтаться в панике. — Но мне это попросту не подходит, — продолжил Клод. — Почему я должен красться во тьме и опасаться, что другие подумают о моих действиях? Не вижу в этом логики. Я давлю врагов в лоб. Полпон сразу понял, что Клод не блефует, и от этого его заявление стало ещё страшнее. Этот человек правда отец Люка, молча подумал Полпон. И он действительно обладает силой влиять на эту страну. — То есть… вы желаете стать королём? — спросил Полпон, уверенный, что знает ответ. — Нет, не я. Королём станет Люк. — …Ах! — …Э?! Выражение лица Полпона ещё никогда не рушилось так полностью, как в этот миг. Эдмонд едва сдержал рефлекторное желание коротко вскрикнуть и в последний момент проглотил этот звук. Он уже перестал думать о том, как улучшить ситуацию. Это было бессмысленно. Идей не осталось, как и надежды. Придя к этому выводу, Эдмонд отбросил такие мысли и начал думать совсем о другом. Если я выберусь из этой комнаты живым и доберусь домой… Сегодня на ужин я съем своё самое любимое блюдо. — Эй, Элис. Как всегда прекрасна! — Ты отвратителен. Окажи миру услугу и исчезни, хорошо? — Эй, ну же, Элис… Наследник дома Лонсдейлов, старший брат Элис Йоланд, прибыл в зал вечеринки. Он с поразительной скоростью поднялся до должности заместителя командира Второго королевского магического отряда, так что вполне естественно привлёк взгляды некоторых гостей при входе. — Есть одна девушка, которую я хотел бы представить Люку… Кстати, где он? В ответ Йоланд получил лишь резкую, пронзительную тишину. При этих словах взгляды Элис и Мии переместились на юную девушку с гладкими фиолетовыми волосами, которая робко выглядывала из-за спины Йоланда. — Хм, не вижу его. Полагаю, обсужу это с ним позже. Тогда сначала представлю её вам двоим. — …Ты Цитрика, верно? — Э? Ах… да. П-привет, Элис… — О, вы двое подруги? — легко спросил Йоланд. — Нет, но мы учимся в одной академии. Люк не помнит тех, кто ему неинтересен, поэтому я взяла за правило запоминать для него всякую шваль. Когда-нибудь может пригодиться. — … М-мне так жалко себя… — подумала Цитрика. Да, она действительно была виновна в том, что провела нападавших в академию, но не из злого умысла. По правде говоря, её просто попросили выбрать между собственным домом и влиятельным мальчиком-аристократом, которого она не слишком хорошо знала. И из этих двух вариантов она, конечно же, выбрала семью. Уа-а… Я привыкла видеть, как страшно смотрит Элис, но Мия выглядит совсем безумной! Что это за сумасшедший взгляд?! Все мои чувства кричат мне бежать, будто она сейчас прожжёт во мне дыру глазами! Ч-что мне делать, если они узнают, что это была я?.. В этот миг Йоланд, похоже, уловил внутренние мысли Цитрики, и на его лице появилась тонкая улыбка. Он выглядел одновременно как чистое, концентрированное зло — и как невинный ребёнок, только что нашедший новую игрушку. — Знаете… Цитрика на самом деле та, кто впустил нападавших в академию. Йоланд прекрасно знал, какой хаос сейчас вызовут его слова. Та девочка Мия была настолько поглощена Люком, что слово «любовь» не могло полностью охватить масштаб её преданности. Он знал, что она сорвётся, — и знал, что своей магией сможет её остановить. — Ну-ну… Успокойся, Ми— ах? Однако последующие события пошли совсем не так, как ожидал Йоланд. Он не учёл одного человека — Элис. Его младшая сестра всегда была спокойной и собранной, холодной как лёд, но эти слова вызвали в ней опасное извержение. Уже не пытаясь скрывать убийственное намерение к брату, она без малейшего промедления активировала магию. Йоланд знал сердца других людей и годами манипулировал ими… но даже он не до конца понимал, насколько сильно встреча с Люком исказила личность Элис. — Элис, эй, подож— 4 — СТОЯЛА ТИХАЯ НОЧЬ, И ЛЮК ПОДНЯЛ голову, глядя на захватывающее дух звёздное небо. Обычно оно не тронуло бы его, но в этот вечер россыпь огней почему-то казалась особенно чарующей. Возможно, подумал он, этот внезапный интерес к небу отражал лишь то, насколько ему надоело иметь дело с назойливыми дворянами. — Прости, Люк… Что так внезапно тебя позвал. — … Люк мог бы просто стоять там и смотреть на звёзды всю ночь, но мальчик, шедший чуть впереди, не позволял этого. Надо же… Не каждый день видишь человека, который настолько плохо скрывает эмоции. Когда Абель подошёл к Люку ранее этим вечером, Люк собирался ему отказать. Однако в эту ночь в Абеле явно было что-то иное, и это совсем немного пробудило любопытство Люка. — И как далеко ты собираешься идти? Место уже довольно уединённое. — …Да. Наверное. Абель обернулся к Люку. Как обычно, его лицо было спутанным клубком сырых, ничем не прикрытых чувств. — Есть кое-что, о чём я хочу тебя спросить, Люк. Можно? — Что? — Если бы были два человека, которых ты хотел спасти… и ты правда мог бы спасти только одного из них… Что бы ты сделал? — …Муа-ха. На лице Люка появилась мягкая улыбка. — Какой глупый вопрос, Абель. — …А? — Предпосылка неверна. Я никогда не окажусь в положении, где мой выбор будет настолько ограничен. Он ведь моя полная противоположность, подумал Абель. Сколько бы я ни тренировался, это лишь даёт мне понять, насколько я далёк от своего идеала… Я прилагаю столько усилий и всё равно не получаю даже крохи уверенности в себе. Может, именно поэтому Люк кажется мне таким сияющим. — …А-ах? По какой-то причине по его щеке скатилась единственная слеза. Потом плотина прорвалась, и все накопившиеся эмоции и страхи хлынули наружу разом. Даже сам Абель не знал, почему плачет, — если бы кто-то спросил, он не смог бы ясно ответить, — но слёзы всё равно текли. Люк смотрел на него в неловком молчании. Разумеется, он понятия не имел, что происходит с Абелем. Он не знал, что срыв Абеля случился после похищения Лили и осознания того, что он недостаточно силён, чтобы её спасти. …Что, чёрт возьми, он разревелся? Сначала тащит меня с вечеринки — что, допустим, само по себе не так уж плохо… потом задаёт непонятный вопрос и вдруг начинает плакать. Я не способен понять этого мальчишку. Между Абелем и Люком, надо признать, была огромная пропасть в том, как они воспринимали мир. — Люк. — …Что? Голос Абеля звучал почти цепляюще. Он поднял голову, чтобы заговорить с Люком, и всё лицо его было перекошено слезами. Люк ответил небрежно, испытывая привычное отвращение ко всему непостижимому. — Я уже не понимаю, что правильно, а что нет. Просто совсем не понимаю… Я не могу быть как Люк. Не могу спасти всех, как спас бы он. За мной, наверное, следят прямо сейчас… Я могу поставить жизнь Лили под угрозу. У Абеля не оставалось времени. — Люк… Я хочу сразиться с тобой. Со слезами на глазах Абель обнажил меч. Нет — его вынудили. — … В одну секунду он плачет, в следующую вытаскивает меч и заявляет, что хочет сражаться. Эмоциональная нестабильность — это одно, но это уже слишком. Я не знаю, что творится у него в голове, и выяснять мне неинтересно. Впрочем… — Меч тьмы. Я сосредоточил тьму в правой руке, пока она не приняла форму меча. Не то чтобы я мог отказаться от прямого вызова. — Хорошо. Нападай. Абель резко вдохнул, но сразу не двинулся. Люк оценивающе посмотрел на него. Сколько прошло времени? Чем сильнее я сосредотачиваюсь, тем больше лишней информации отпадает… Но это раздражение не исчезает. Мне всё равно, почему Абель решил сражаться со мной, — меня это нисколько не касается. По-настоящему меня бесит то, что он бросил мне вызов с таким сомнением в сердце. И тут он внезапно двинулся. Это был прямой, лобовой удар — без фантазии и без намерения убить. Это не атака. Это оскорбление. — Идиот! — Урк! Я ударил его кулаком — точно так же, как в первый раз, когда мы скрестили мечи. Он тяжело рухнул на землю. — Мне плевать, зачем ты захотел со мной сразиться, но тебе лучше выкладываться до конца. В любом случае это не важно. Ты никогда меня не победишь. — …Угх. Я выплюнул эти слова в раздражении и не был уверен, сколько смысла Абель в них найдёт. — Прости… Я… прости… спасибо, Люк. — … За что он извиняется? За что благодарит? Ничего не понимаю. Но теперь я хотя бы вижу это — боевой дух в его глазах. — Муа-ха-ха. Ещё раз. — Укрепление силы. Я почувствовал присутствие маны, и Абель сделал первый настоящий ход. Он бросился в яростную рубящую атаку, совсем не похожую на предыдущую. Хорошо. Бросайся на меня всем, что у тебя есть, телом и душой, а я втопчу тебя в грязь. Вот так. Только так этот поединок будет иметь смысл. Хмф. Но его удары, как обычно, слишком прямолинейны. Затем Абель внезапно остановился — движение, которого я от него не ожидал. — Ра-а-а!! С мощным криком Абель нанёс удар ногой, рассчитанный только на то, чтобы застать меня врасплох. Я мог мгновенно защититься, но стойка была сбита, поэтому я оттолкнулся от земли и позволил себе отлететь назад. Дальше. …Муа-ха-ха. Довольно грубо с его стороны. Интересно, у кого он этому научился? Хотя мне всё равно, но приём напоминает то, чему учил меня Альфред… такое я и сам мог бы сделать. — А-ха-ха-ха! Ты и правда вызываешь у меня отвращение! Он украл мой приём. Значит, наблюдал за мной… Можно сказать, самостоятельное обучение. — Укрепление силы. Абель стал ещё быстрее. — Укрепление силы. Он продолжал накладывать усиливающее заклинание снова и снова. — Укрепление силы! Укрепление силы! Но движения у него сложные. Он вплетает финты, пытаясь меня обмануть. Признаю: я вижу, что он вырос. Когда я впервые столкнулся с ним в Магической академии Аслана, мне казалось, что я мог бы победить его с закрытыми глазами, — но теперь он достаточно силён, чтобы мне пришлось держать их открытыми. Его движения стали менее шаблонными, а техника меча — более отточенной. — Рассечение! Похоже, атака была рассчитана на то, чтобы воспользоваться коротким провалом в моём внимании. Значит, теперь он умеет пользоваться навыками. Он хотел использовать то, что я не знаю о его способностях, чтобы убить меня этим безжалостным первым ударом. — Тёмное рассечение, — ответил я. — Гха! Но нет ничего, что ты можешь сделать, а я не смогу сделать лучше. Абель прервал атаку на полпути и быстро отпрыгнул назад. Мудрое решение. Навыки и техника меча — разные вещи; принять этот удар означало бы завершить поединок. — Похоже, ты немного вырос, но в итоге даже к подножию моих способностей не приблизишься. Ты всего лишь бледная имитация, живущая в моей тени. — … Он быстрый — с пятью слоями «Укрепления силы». Возможно, он смог бы одолеть обычного элементального мага, которого легко захлестнули бы его уникальный стиль и нестандартные приёмы. К несчастью для него, я не совсем обычный. — На мне это не сработает. Мне не нужны особая магия или навыки. Эти острые глаза я отточил в тренировках с мечом, и одним взглядом на противника почти вижу будущее. Какими бы сложными ни стали его движения, стоит мне несколько раз скрестить с ним мечи — и все его шаблоны и склонности становятся для меня ясны. Не важно, насколько он быстр и насколько тяжёлы его удары: всё, что я вижу, я могу обработать… достаточно одного взгляда. — Люк. Ты не против… если я правда сделаю это?.. Если выложусь полностью?.. — …А? Абель всё ещё выглядел так, будто вот-вот заплачет, и я понял, что слова он выдавил из себя только после тяжёлой внутренней борьбы. Я понимал это, но в то же время внутри меня закипала ярость, грозившая свести меня с ума. — …Да пошёл ты! Сильный гнев волнами разошёлся по телу, и я начал слегка дрожать, пока он неотступно тянул меня за собой. И всё же я был в бою — рациональная, спокойная часть мозга возмущалась, что только дурак станет поддаваться эмоциям во время схватки. — Меня ещё никогда так не оскорбляли, — выплюнул я, пытаясь взять себя в руки. — Повторять не стану, так что слушай: нападай на меня всем, что у тебя есть! — Хорошо… понял, Люк. С этими словами моя ярость исчезла полностью, будто по щелчку пальцев. Так сработал мой природный инстинкт осторожности. — Укрепление силы. Абель исчез — и не в переносном смысле. В одну секунду он был в поле моего зрения, а в следующую исчез полностью. Мгновение спустя я услышал раскат грома и звук рассекающего воздух клинка. — Гха. Я могу справиться со всем, что вижу… но это было настолько быстро, что я даже не успел увидеть приближение. — Я-а-а! Инстинктивно я отреагировал на направление голоса. Угол атаки был для меня ужасным, а момент — отвратительным. Не сумев заблокировать удар, я почувствовал, как чудовищная сила проходит через всё тело. — Броня тьмы. Крылья тьмы. Я потерял контроль над телом и попытался вернуть его с помощью магии, взлетая в небо по инерции от удара Абеля. Внизу я увидел самого Абеля: он тяжело дышал, плечи ходили ходуном. — А-ха-ха-ха! Я не смог удержаться от смеха. Он заставил меня использовать магию… Впервые меня загнали в угол настолько, что я был вынужден применить заклинание против собственной воли. Более того… «Крыльев тьмы» должно было хватить, чтобы вернуть контроль, но я рефлекторно активировал ещё и «Броню тьмы»… Доказательство того, насколько тяжёлым показался удар и насколько я встревожился, когда он пришёлся по мне. Это чрезвычайно интересно. Как давно моё сердце не подскакивало вот так? То, что сделал Абель, было невероятно просто. Он усилил свою силу и магией, и навыками — вот и всё. Просто, но невероятно мощно. Эта сила почти слишком очевидна, слишком легко понятна. Я, конечно, мог бы повторить это… Но лучше испытаю новое заклинание. — Зловещий глаз тьмы. Тёмная мана собралась в моих глазах. Заклинание позволяло мне поглощать ману у всех в пределах видимости, в определённом радиусе, а также значительно усиливало мои способности восприятия. Я ещё наложу минимальное «Укрепление силы», а остальное обработаю «Крыльями тьмы». Этого хватит. — Начнём заново. — …Иду. Абель снова исчез — нет, с невероятной скоростью прыгнул прямо передо мной. Справа… Теперь я вижу его. Пока я могу воспринимать его, это не проблема. Каким бы быстрым или сильным он ни стал, я справлюсь. — Я-а! Хмф, он меня недооценивает. Атакует из слепой зоны, но всё равно кричит при ударе — доказательство того, что он не способен полностью отдаться безжалостности. Однако он быстр. Если я хоть немного опоздаю с реакцией, всё закончится. Но это не проблема. Это простой рубящий удар, направленный вертикально вверх через моё плечо. Полагаю, на подсознательном уровне он знает, что это у него хорошо получается, — или просто любит эту технику. В целом твои движения стали сложнее, Абель, но первые удары всё ещё слишком честные. Видишь? Вот это место. Достаточно снять давление прямо здесь. Дыхание, угол, момент… Всё идеально. Я не могу позволить себе ни одной ошибки, но сейчас я просто не могу оступиться. Я взмахнул мечом, и клинок потёк как вода. Абель пронёсся мимо, перекатился и, увлечённый собственной инерцией, споткнулся о землю. Он поднял на меня потрясённый взгляд, упираясь ладонями в грязь. Прямо как в первый раз, когда мы скрестили мечи. — Уже всё? — спросил я. — …Ещё нет!! Удар за ударом, мы обменивались атаками с безумной скоростью. Абель двигался так быстро, что я не мог контратаковать, и каждое парирование требовало полного внимания каждого нерва в моём теле. Но это не важно. У меня нет с этим никаких проблем — честно говоря, я очень наслаждаюсь. Мне не хватает этого возбуждения… Оно прекрасно. — …Ах! Абель, кажется, заметил моё беспокойство. Он так быстр, что попасть в него «Тёмным поглощением духа» будет слишком сложно, а заклинания вроде «Тёмного солнца», которым нужно немного времени для активации, не подходят. Но «Зловещий глаз тьмы» позволяет мне поставить этому бою предел. Мгновенного эффекта, как у «Тёмного поглощения духа», не будет, но пока Абель в моём поле зрения, он будет постепенно терять ману. Чем дольше длится бой, тем медленнее будет становиться Абель. Это будет похоже на удушение ватой… медленно, постепенно, вытягивая силу из его тела. С того самого момента, как я активировал это заклинание, единственный оставшийся Абелю путь — закончить наш поединок невероятно быстро. Первый удар был для него самым важным, но теперь уже поздно что-либо менять. — Я победил, — объявил я. — …Да. Я приставил меч к горлу Абеля. — Я знал… Ты правда невероятен… — … Абель лежал на земле и смотрел в ночное небо затуманенными, полными слёз глазами. Мысли спутались, и он не очень понимал, что чувствует, — знал только, что не может перестать плакать. Чтобы спасти Лили, он поднял меч на того, кого искренне уважал, — на друга. И мало того что попытка провалилась: он ещё и никогда не смог бы простить себе сам факт этой попытки. В конце концов я не смог спасти никого. Теперь мне больше ничего не остаётся, кроме как— — Не раздражай меня ещё сильнее, Абель. — А? Голос Люка тихо сочился яростью. — Ты вызвал меня на бой, но не желал настоящей победы. В твоём сердце было сомнение, не так ли? Абелю пришлось признать: Люк был совершенно прав. Он всё время колебался. Я хочу спасти Лили, но не хочу причинять вред Люку. Эта дилемма мучила его на протяжении всего боя, и Абель был уверен: даже если бы ему удалось одолеть Люка, он всё равно никогда не смог бы действительно убить его. — Если хочешь меня победить, тебе придётся отдать всё, что у тебя есть, глупец. Казалось, Люк видел его насквозь. Он развернулся на пятках, собираясь уйти, словно считал, что больше говорить не о чем. — Люк! — отчаянно крикнул Абель, пытаясь его остановить. — Чего тебе? Люк обернулся и выглядел глубоко недовольным. Абель понимал, что просит слишком многого, — более того, понимал это лучше кого-либо. И всё же свет, стоявший перед ним, был так ярок, что он не мог не ухватиться за него. Люк, с другой стороны, ничего не знал о положении Абеля — и потому, когда услышал его следующие слова, испытал лишь отвращение. — Ты… поможешь мне?.. — Гха! В этот миг на Люка обрушилось острое чувство долга. Что это за чувство?.. В одном отношении Абелю повезло: всё происходило в Гильбадии, владениях дома Гилбертов. Кроме того, сейчас в этих землях находилось немало влиятельных аристократов, а значит, любые проблемы, возникшие в данный момент, могли опозорить доброе имя Гилбертов. По этой причине Люк счёл уместным помочь Абелю… или, по крайней мере, именно это сказал себе. На деле все эти рассуждения были притянуты за уши. Я… Прямо сейчас, в этот момент… внутри меня есть непреодолимое чувство обязанности, будто существует реплика, которую я обязан произнести. Хмф… В такие моменты болезненно вспоминаешь, что в этом мире есть ясная история, которую необходимо рассказать. В обычных обстоятельствах Люк никогда не позволил бы кому-либо или чему-либо толкать его и предъявлять такие требования. Странно… Почему же мне кажется, что именно этим приказам я могу уступить и подчиниться? Неужели…? Я чего-то ожидаю от него?.. Чувство было слабым, но Люк был уверен: ему интересно увидеть, как Абель ответит на его вопрос. — Абель, — сказал он с всё ещё широкой усмешкой на лице. — Что ты дашь мне взамен? — …Ах. Снова. — Я не против помочь тебе… Но что ты предложишь мне в качестве возмещения? — Ч-что я могу… тебе предложить?.. Перед Абелем стоял мальчик, у которого было всё. Я ничего не могу ему дать… Постой. Абель так долго наблюдал за Люком, что точно знал, чего тот желает сильнее всего. Он мог предложить Люку единственное, чего у того ещё не было. — Я… Я знаю, чего ты на самом деле хочешь, Люк… Почему-то он полностью пленил меня с первой же нашей встречи… своей невероятной, постоянной и подавляющей силой. Но именно поэтому я знаю, чего он на самом деле хочет… — Это достойный соперник, верно? Когда Абель смотрел на Люка, он видел кого-то невероятно сильного, но в чём-то у этой силы, казалось, тоже были пределы. Поэтому я— — Я сделаю это. Стану для тебя достойным соперником. Тем, с кем ты сможешь сражаться, не сдерживаясь. В глазах Абеля появилась стальная решимость. Он не лгал: он и правда собирался стать достойным противником для Люка. — Муа-ха-ха… А-ха-ха-ха!! Люк рассмеялся так, словно слова Абеля действительно его позабавили. — Великолепный материал. Ты собираешься стать достойным противником для меня? О, Абель, по крайней мере твои попытки шутить улучшились, — усмехнулся Люк. — И всё же… это меня интересует. Слова Абеля в самом деле тронули Люка. Как бы сильно Люк ни боялся возможности поражения — именно это, в конце концов, было движущей силой его жажды бесконечной мощи, — недавно он осознал и кое-что ещё. Чем больше Люк тренировался, тем яснее понимал этот урок: жизнь становится скучной, когда ты силён. Чем могущественнее становился Люк, тем менее ярким казался мир вокруг. Прежде чем он сам понял, что происходит, Люк обнаружил, что в бою автоматически накладывает на себя ограничения. В глубине сердца у него появилось новое желание: он жаждал достойного противника, против которого смог бы обрушить всю полноту своей силы. — Полагаю, мы договорились, — уступил Люк. — Хотя многого от тебя я не жду. — Э, значит… ты…? — Я помогу тебе. Поторопись и— Не сумев сдержать эмоции, Абель бросился к Люку и крепко обнял его в благодарности. — Спасибо, Люк! Огромное спасибо! — …Гха. Отпусти. Ты отвратителен. Чуть отстранившись, Абель решил быстро рассказать Люку о недавних событиях. Он поведал о схватке с наёмниками, о похищении Лили и о странной неизвестной женщине, которая наблюдала за ним. Более того, скорее всего, он находился под наблюдением прямо сейчас. — Что, и всё? — спросил Люк, когда Абель закончил. — …А? Ничто из сказанного Абелем, казалось, ничуть не поколебало Люка. Для него это звучало почти обыденно. — Тёмное обнаружение маны. Наёмники, дальнее наблюдение — Люку хватило этого, чтобы догадаться: всё связано с его собственной встречей с загадочной женщиной, которая шпионила за ним в убежище наёмников. Само наблюдение не было проблемой: после происшествия с Николь Люк улучшил «Тёмное благословение» так, что за ним больше нельзя было следить. Следующим шагом он применил «Обнаружение маны», насыщенное тёмной магией, чтобы в широком радиусе найти ману Николь. — Хмф, они на удивление близко, — пробормотал Люк, а затем произнёс ещё одно заклинание: — Крылья тьмы. Люк взмыл в небо с невероятной скоростью. Абелю оставалось лишь ошарашенно стоять на месте, не понимая, как стремительно развивается ситуация. — Люк, ты правда— А? Но Люка уже не было. Затем вдали раздался тревожный грохот. Абель несколько секунд в растерянности смотрел в ту точку неба. Внезапно Люк появился снова. — Вот. Доволен? Люк вернулся, ведя за собой сферу тьмы. Сфера мягко опустилась на землю, где растаяла в грязи, открыв двух потерявших сознание людей внутри. Первой была женщина, которую Абель не узнавал, но было разумно предположить, что это похитительница. Второй… — Лили! Прости… Прости меня… Я так рад, что ты в порядке… Как же я счастлив снова тебя видеть… Она была без сознания, но жива и совершенно невредима. Её драматическое спасение было совершено слишком уж буднично. Люк правда это сделал… Невероятно… Я не знал, что делать, был в отчаянии, а Люк просто: «Что, и всё?» — будто это и задачей-то не было. …Вот почему я им восхищаюсь, снова подумал Абель. Он словно солнце… сияет так ярко, что я просто не могу не смотреть на него с восхищением. — Делай с этой девушкой что хочешь. Я собираюсь— э…? Люк ощутил, как расходуется огромное количество очень знакомой маны, и оба мальчика обернулись, чтобы увидеть, как со стороны особняка Гилбертов вырастает гигантская ледяная сосулька. — …День получается отвратительный. С обречённым усталым вздохом Люк пошёл обратно к хаосу, который, без сомнения, уже поглощал вечеринку. — Спасибо, Люк! Правда! Огромное спасибо! — крикнул ему вслед Абель. Конечно, он хотел сказать куда больше, но пока решил ограничиться обычной благодарностью. — Приходи ко мне, когда будешь готов, — ответил Люк, остановившись, но не оборачиваясь к Абелю. — Готов к тому, что я продемонстрирую свою непревзойдённую силу, разумеется. — Хорошо. Я догоню тебя, клянусь! Нет — я превзойду тебя! Люк снова пошёл вперёд, ни разу не оглянувшись. — Думаю, никто на самом деле не тянется к солнцу, думая, что сможет его коснуться… но я обязан. У меня нет другого выбора. Эти слова сорвались с губ Абеля, хотя рядом не было никого, кто мог бы их услышать. Такова была его решимость, пусть даже мир её и не заметил. ---------- Империя 1 — МОЁ СОЗНАНИЕ ПОМУТИЛОСЬ, И МНЕ ПОКАЗАЛОСЬ, будто меня то толкает, то тянет могучий прилив. Я медленно пришёл в себя и попытался оглядеться, но со всех сторон меня окружала сплошная тьма. — Я понимаю, почему драгоценный камень иной раз хотят отполировать. — А?.. Я услышал голос, но, обернувшись туда, откуда он донёсся, никого не увидел. — Но что делать с драгоценным камнем, который уже сияет столь совершенно, что ему нет равных? — …Постой, о чём ты вообще? И кто ты т— В следующий миг он оказался прямо передо мной: сидел на чисто-белом троне, резко контрастировавшем с алым ковром под ним. Я поднял взгляд на Люка Уизарию Гилберта. — Что? Он скучающе посмотрел на меня, небрежно подперев голову одной рукой. Разумеется, я не понимал, что происходит. Затуманенные мысли с трудом складывались хоть во что-то внятное, а голова, казалось, была набита одними вопросительными знаками. Однако моё замешательство его ничуть не волновало, и Люк просто продолжил говорить. — Всегда существовала вероятность, что они сочтут меня чем-то вроде чудовища… именно таков был бы смысл моей попытки. Слабые стремятся уничтожить то, чего не способны постичь, но, увы, этот мир всё равно покоится на плечах слабых. Именно простонародная толпа заставляет его вращаться — просто благодаря своей численности. Разум всё ещё вопил внутри меня; всевозможные чувства закручивались вихрем и сбивались с места. И всё же я не мог не слушать: мои уши впитывали каждое слово. — Мва-ха… Но здесь произошло нечто весьма любопытное. Эта неполная сторона твоей природы обладает определённым очарованием и уже начала сильно влиять на тех, кто рядом с тобой. Я протёр глаза и снова и снова пытался осмыслить увиденное. Как бы пристально я ни смотрел, всякий раз приходил к одному и тому же выводу. Это был Люк — сам персонаж, каким он и должен был быть. Я не знал, как правильно это выразить, но был уверен. Но тогда почему?.. Откуда это тревожное чувство внутри меня?.. — Хм. Полагаю, это означает, что существо нельзя считать по-настоящему завершённым без некоторой доли несовершенства. Какой занятный парадокс… Какой прекрасный мир нам достался. — … Я не мог произнести ни слова, чтобы перебить его. Какая-то загадочная сила давила на меня и принуждала молчать. — Впрочем, так или иначе, это ничего не меняет в том, что должно быть сделано. Иди и покажи им, что именно я стою над всеми прочими… Или нет, правильнее будет сказать — мы? Очнувшись, я увидел над собой знакомый потолок, но при этом ощущал странный разрыв между телом и сознанием. В памяти всё ещё ясно стоял Люк из моего сна, и вдруг я понял, почему его вид вызвал во мне такую тревогу. Его глаза. Не знаю почему, но в том, как он будто смотрел на меня сверху вниз, было что-то неправильное. Я представлял его не таким. Возможно, дело просто в том, что это был я сам… хотя нет смысла слишком об этом думать. — …Это был всего лишь сон. — О? И что же тебе снилось? Я медленно сел, всё ещё пытаясь заставить сонный мозг заработать. Элис терпеливо наблюдала за мной, лениво устроившись в кресле рядом с кроватью. Я уже не злился, обнаруживая её у себя в комнате. В последнее время, завидев её, я обычно только вздыхал и бормотал: «Опять ты?» Я как раз собирался выгнать её, чтобы переодеться, но тут кое-что вспомнил. — На днях, если бы я пришёл хоть немного позже… ты бы использовала свою магию Яда, верно? Эта проклятая идиотка взяла и применяла магию на вечеринке, где присутствовали все эти влиятельные аристократы. — Да. Та девчонка более чем заслужила смерть. Я могла бы убить её ядом, даже если бы мой брат попытался вмешаться. — … Элис, по-моему, нисколько не раскаивалась. К счастью, Йоланд, мой отец и ещё несколько членов дома Лонсдейл сумели очень ловко сгладить ситуацию. Но настоящая проблема в том, что Элис попыталась использовать магию Яда. — Ты ведь всё ещё не можешь её контролировать? Погибнуть могло бесчисленное множество людей. Элис не владеет магией Яда так же хорошо, как магией Льда… точнее, не способна удерживать её силу под крышкой. И хуже всего то, что у неё нет никакого способа дать кому-либо противоядие. — Этого бы не случилось. Со мной была Мия. — Что, Мия уже разработала противоядие от твоей магии Яда? — …Не знаю. — Эй. Элис запнулась, и я не стал дальше её допрашивать. В конце концов, думаю, она просто немного сорвалась. Важнее другое… почему та женщина, похитившая Лили, пыталась убить меня?.. Я вздохнул. Проблемам нет конца. Чем внимательнее смотришь, тем больше находишь раздражающих мелочей… но, вообще-то, прямо сейчас настроение у меня было неплохим. Я выбрался из кровати. — Ладно, неважно. Выйди, мне нужно одеться. — Нет. Я хочу посмотреть. Всё-таки я не могу не мыслить позитивно: сегодня я наконец отправляюсь в империю. Несколькими днями ранее, в кабинете Клода… — Ради всего святого, господин! Прошу, позвольте мне сопровождать господина Люка в поездке в империю! Прошу! Умоляю вас!! — …Д-делай как знаешь. — О, благодарю! Премного благодарю за согласие! Клод с тревогой смотрел на Альфреда, которого от этих слов захлестнули слёзы. Ты всегда был таким эмоциональным, Альфред?.. Боюсь, с ним что-то странное творится с того самого происшествия с ледяной драконицей. Нет, пожалуй, он всё это время был эмоционально нестабилен, а я просто до сих пор не замечал этой особенности его характера. Сомнения Клода никуда не делись, но он твёрдо кивнул. — Присмотри за Люком. — Я буду защищать его ценой своей жизни. Некоторые вещи не меняются. Свирепый взгляд Альфреда был всё таким же пронзительным, как прежде. Точно такой же взгляд он носил в те времена, когда на поле боя его боялись как демона. Божественная страна Майра, замок Мейдред. Полагаю, Божественный король всё ещё занят тем совещанием в тронном зале у меня за спиной. Я прекрасно представляю, что они обсуждают: Королевство Милестия. Оно стоит на пути нашей возлюбленной страны — оно и его магическая мощь. В развитии технологий магических инструментов, подготовке воинов и даже в том, что они до сих пор цепляются за анахронизмы вроде дискриминации полулюдей, их государство уступает нашему во всём, кроме одного. Именно подавляющая магическая мощь вынуждает соседей склоняться перед ними и подчиняться. Империя выставляет напоказ дружеские отношения с королевством, но, говоря прямо, она не более чем вассальное государство Милестии. У Милестии нет хороших отношений с другими странами, и, честно говоря, я не думаю, что мир должен позволять таким королевствам процветать. Но Фортис знал: думать подобное — не его роль. Именно поэтому он и покинул тронный зал. — …Николь. Она отправилась в Милестию некоторое время назад, но её регулярные сообщения с тех пор иссякли — именно это Фортис только что услышал на совещании в тронном зале. На самом деле он хотел немедленно отправиться на её поиски, но понимал, что ему никогда этого не позволят. Он принадлежал к невероятно редкой расе они, и хотя не был связан с Николь кровью, считал её младшей сестрой. Внизу живота вырос тяжёлый камень, и Фортис изо всех сил попытался разбавить тёмно-чёрные чувства, закручивавшиеся внутри. В этот момент за его спиной раскрылись толстые двери. — А, Фортис! Сегодня большой день! Голос был жизнерадостным. Фортис обернулся и увидел мальчика ростом меньше половины его собственного. Но Фортис прекрасно знал: внешность не значит ровным счётом ничего. Мальчик был эльфом и, несмотря на юный вид, был намного старше самого Фортиса. — Что ты имеешь в виду? — Да забудь. Рога! Дай потрогать твои рога! — Трогай. Фортис опустился на колено без малейшего сопротивления. — Ух ты! Они такие крутые! — … — Дай покататься у тебя на плечах! — Залезай. Комплимент его рогам чуть смутил Фортиса, но гордость мужчины-они не позволила этим чувствам подняться на поверхность. Если не считать почти трёхметрового роста и двух рогов, торчавших изо лба, он не так уж сильно отличался от обычного человека, но… думаю, на границе меня бы завернули. Особенно в странах вроде Милестии, где дискриминация распространена до предела. — Так что тебе от меня нужно, Сирил? Фортис шагал медленно и осторожно, чтобы мальчик не свалился с его плеч. — Ну, знаешь, вообще-то… оказалось, я собираюсь позаимствовать кое-какую силу у одного друга и отправиться атаковать Гилбадию! — Что?! Нет, нельзя! Твоя магия же… — Всё будет нормально. Я же сказал, разве нет? Сегодня большой день моего друга! — Но у нас недостаточно сведений. То есть, учитывая то, что случилось с Николь… и почему вообще должен идти именно ты? — Именно поэтому! Я иду туда, чтобы спасти Николь. Фортис нахмурился. Регулярные отчёты Николь показывали, что Тёмный отправится в империю смотреть грядущий Фестиваль Святого меча. Фортис, конечно, понимал, что это будет лучшее время, чтобы выдвинуться и спасти её… Логически, разумом, он это понимал. Но принять это сердцем — совсем другое дело. — К тому же нам правда нужно больше сведений, так что отчасти поэтому я и иду… ну, или, может, это и есть главная причина? Осмотреть ситуацию, выяснить, есть ли там угрозы помимо Тёмного, и какие у них технологии. Мы их недооценивали, так что сначала главное, да? Нужно понять, с чем мы имеем дело. — Тогда идти должен я. — Не-а. Твоя сила больше… индивидуальная. Ты не годишься для такой скрытной работы. — Но… — Ты ведь всё равно отправляешься в империю, правда, Фортис? — Откуда ты знаешь?.. — Просто знаю. — … Фортис услышал это в голосе мальчика: расспрашивать дальше означало бы только насмехаться над его решимостью. Очевидно, Сирил уже всё решил. — Обязательно вернись домой целым, — наконец сказал Фортис. — Ага. Не переживай за меня. Я, знаешь ли, довольно сильный. 2 — ТЕРРИТОРИЯ ИМПЕРИИ ОТНЮДЬ НЕ БЫЛА обширной, но большинство её городов процветали и славились богатством, а соседи хорошо отзывались о государстве. Особенно развитой была имперская столица Элис Тира. Когда приближался Фестиваль Святого меча, туда стекались самые разные люди со всех стран, и город постоянно бурлил шумом и возбуждением. Фестиваль имел для империи такое огромное значение, что принёс ей прозвище «Страна рыцарей». Раз великое событие стремительно приближалось вновь, в городе, разумеется, собралось множество влиятельных персон. — Тц, шумят как проклятые, — проворчала юная девушка, наблюдая за городом из окна. Она плюхнулась за туалетный столик и закинула ногу на ногу. Потом взяла расчёску и несколько раз провела ею по волосам, приводя в порядок белёсую чёлку. В зеркале она невольно поймала взгляд собственных острых глаз — ей так часто говорили, что она выглядит злой. Сегодня, конечно, никто ещё этого не сказал, но тревога всё равно немного зудела где-то на задворках сознания. Слегка заострённые уши девушки-полуэльфийки украшало множество пирсингов. Она могла сменить украшения под настроение, но решила оставить всё как есть на грядущий день. Когда она застегнула на шее любимый чокер, в её левом глазу блеснуло слабое золото. Затем засиял странный мягкий зелёный свет — смутный, так и не складывающийся в чёткую форму. Она узнала в нём духа. — Вы, ребята, милые. И тихие к тому же. У неё была особая сила, принципиально отличная от магии и навыков. Её Глаз духов был подлинным даром небес. Способность видеть духов, не говоря уже о том, чтобы напрямую взаимодействовать с ними, встречалась невероятно редко, и именно эта способность позволила девушке заметить особенно невероятную аномалию. — Ч-что?.. А-а-а! Вдруг через окно хлынул поток солнечного света — только это было вовсе не солнце, а нечто совсем иное. Цвета начали меняться, и девушка поняла, что это свет духов. Она уже видела такой свет прежде, но никогда — чтобы духов было столько в одном месте, и чтобы сияние было настолько ослепительным. Потрясение сбило её на пол комнаты. — Ч-что… что это такое?.. — пробормотала девушка. Голос был таким тонким, будто мог исчезнуть в любой момент. Порой моё аристократическое положение действительно раздражает — например, прямо сейчас. Я посмотрел на влиятельных дворян нашей страны. Они всё ещё здесь, даже после вечеринки в честь моей победы над ледяной драконицей… липнут ко мне. — Похоже, мы почти приехали, Люк! Я молча сверкнул глазами. Это всё твоя вина, Абель… болван. Из-за тебя мне теперь приходится официально посещать империю как представителю знати. Разумеется, это всё усложняет. Именно поэтому я и потрудился создать себе положение искателя приключений. Но теперь, похоже, всё пошло прахом. Забавно, однако, что именно в такие моменты я вспоминаю: Абель всего лишь простолюдин. Далеко не все здесь смотрят на него благосклонно. Он может быть учеником магической академии Аслана, но не каждый считает, что он вообще имеет право там учиться. Корни дискриминации глубоко уходят в аристократическое общество. Лично я, правда, не понимаю смысла оценивать человека по чему-либо, кроме его способностей. — Эй. Диа. — Д-да?.. Диа вздрогнула от моего зова и, дрожа, опустила ко мне свою огромную голову. — Ты будешь выполнять все приказы моего отца. Понятно? — Д-да! Конечш… конечно… — И ещё… — Да, господин? — Холодно. — Э? — Когда ты рядом, холодно. Подавляй свою ману. — И-и-и! П-простите! Я вздохнул. Похоже, за мной правда охотятся сразу несколько сил. Нападение на магическую академию Аслана — одно дело, но, думаю, происходит нечто ещё более крупное. Враги у меня со всех сторон… и если они придут прямо за мной, я с ними справлюсь, но если нападут на отца или мать, могут возникнуть неприятности. Ну, всё-таки это мои родители, так что сомневаюсь, что простонародная шваль сумеет их одолеть, но существуют ещё и определённые инструменты, способные отключать заклинания магов. Осторожности много не бывает. — Будь осторожен, Люк. — Да, матушка. — Если кто-нибудь тебе не понравится, Люк, немедленно скажи м— — Ах, дорогой, — матушка перебила отца и быстро заговорила поверх него. — Преподаватель Амелия, преподаватель Фрейя, пожалуйста, присмотрите за ним, пока он будет вдали. — Конечно. — Мы возьмём на себя заботу о нём, лорд Гилберт. Фрейя — одно дело, но я никогда не привыкну видеть, как Амелия ведёт себя так, будто она обычный человек. Впрочем, как бы то ни было, я действительно был воодушевлён. Честно говоря, я удивился тому, как сильно это меня радует. — …Мва-ха. Раздражающие проводы закончились, и мы наконец отправились в путь. Когда я садился в конный экипаж, в голове всё ещё оставалась некоторая тревога. А именно — недоумение по поводу того, почему Элис и Мия вдруг тоже, кажется, едут со мной. Хмф… влиятельные дворяне и правда ужасные люди. Кстати, куда делся Полпон? Я думал, он был здесь совсем недавно. Уже вернулся в столицу? Пожалуй, логично. Он ведь второй принц всего королевства… Меня и так удивляло, что он вообще делал на моей вечеринке… Проводить их пришли также Лили и Элеонора. Лили пожаловалась Абелю, что её не пригласили в империю, так что, разумеется, ей пришлось хотя бы прийти попрощаться. Элеонора же пришла, чтобы предоставить свою пространственную магию. Точнее, предоставила бы, если бы изначальный план Люка осуществился. Тогда он смог бы отправиться в империю один, используя пространственную магию, чтобы сильно сократить время пути — особенно по сравнению с долгой поездкой в экипаже, в которую он сейчас и отправлялся, — но теперь в применении этой магии существовали две главные проблемы. Первая заключалась в том, что магия Элеоноры не могла телепортировать такое количество людей, обладающих столь огромными запасами маны. Вторая — в том, что как великие дворяне Королевства Милестия они были обязаны сохранять определённый внешний вид. Именно поэтому их группа в итоге поехала по дороге, взяв с собой большой отряд рыцарей, а не отправилась с помощью пространственной магии. — Л-Люк… М-мы уже почти приехали, так что я был бы рад, если бы ты скоро проснулся… А-ха-ха… Голос Абеля был слабым, почти таким, будто он искал спасения. Собственно, так и было. В экипаже находились четверо, и, поскольку Люк спал, оставались только Элис, Мия и Абель. Однако он не мог сказать, что находится в хороших отношениях хотя бы с одной из девушек, а их напряжённые отношения становились терпимыми только тогда, когда между ними был Люк. Абелю было так неловко, что он не мог дышать. Неловкость душила его. Я больше не могу! Прошу, Люк, просто проснись уже! Элис иногда смотрит на меня с таким страшным лицом, а Мия всё время смотрит на тебя спящего каким-то жутко опасным взглядом! После того как Люк заснул, Абель сделал всё, что мог, пытаясь растопить лёд. Он хорошо умел пытаться — в глубине сердца он верил, что какие бы высокие стены ни вставали перед ним, усилия и находчивость помогут ему преодолеть всё. Элис же на каждую попытку отвечала только: «Не могли бы вы не обращаться ко мне столь фамильярно?» Впрочем, одержимость Мии Люком казалась такой сильной, что она даже не реагировала. Тупик. Здесь даже Лили нет, чтобы помочь… сколько бы раз я ни звал её мысленно, она не ответит. Значит… с усилиями покончено. Пора пробовать находчивость. Переключившись, Абель решил, что ему стоит просто тоже уснуть, но сон не приходил. А-а, я в полном тупике. Я не знаю, что сказать! О чём нам вообще разговаривать? О чём я обычно говорю с друзьями? Перестав понимать вообще хоть что-нибудь, Абель уже был на грани того, чтобы сдаться. Ему казалось, будто он бродит по тёмной комнате в поисках ответа. Н-невыносимо… я не могу дышать… Тишина была ледяной. Абель не мог уснуть, но всё же закрыл глаза. Он уже решил провести остаток пути, притворяясь спящим, когда услышал голос Люка. — О, мы уже приехали? Наконец. Спасение. Люк пробудился от сна. — Л-Люк… А… ты наконец… — …Почему ты плачешь, Абель? Люк потёр переносицу большим и указательным пальцами, разглядывая мальчика справа от себя, жалко всхлипывавшего. С точки зрения Люка, он совершенно не понимал, почему Абель плачет и смотрит на него с таким значительным видом. Тот вёл себя так, будто его только что спасли. — Доброе утро, дорогой, — пропела Элис. — А… ты. — Есть ли что-нибудь, что ты хотел бы, чтобы я сделала для тебя этим утром, или, быть может, что-нибудь, что ты хотел бы сделать со мной? — смело спросила она. — Я могу исполнить любое твоё желание. — Нет, — пробормотал Люк. — Молчи. Теперь она такая разговорчивая! Когда это случилось? Ещё несколько секунд назад мне казалось, что она убьёт меня каждый раз, когда я пытаюсь заговорить! — А… Кхм! Доброе утро, Люк! — Да. Утро. Мия уставилась на Люка напряжённым взглядом. Честно говоря, в последнее время она казалась Абелю весьма странной. Мия, которую знал Абель, была очень рассудительной, и он помнил, как в академии она часто сталкивалась с острой на язык Элис. Но в её сегодняшнем взгляде было что-то не так. Абелю было трудно подобрать слова, однако в том, как она ёрзала и извивалась, а также в странно опасном, голодном блеске, прятавшемся в её глазах, было нечто глубоко тревожное. Теперь она меня как-то пугает… Именно отточенные воинские чувства Абеля, а также его биологические инстинкты позволили ему заметить перемену в Мии. Тем не менее, в тот момент, когда Люк проснулся, на лице Абеля вновь появился намёк на улыбку. Тем временем в другом экипаже… — Послушайте, Альфред, я ещё раз спрошу. Вы вообще когда-нибудь видели магию Люка? Не видели, верно? Я знаю, что его навыки фехтования исключительны, даже я это понимаю… Но, думаю, куда более важным фактором здесь являются его магические способности. — Со всем уважением, госпожа Амелия, насколько именно вы понимаете мечное искусство господина Люка? Говорю как бывший вице-капитан Королевских рыцарей: его дарования совершенно выходят за рамки нормы. Они не просто редки — они абсолютно беспрецедентны. Разве не именно владение мечом позволило ему подчинить ледяную драконицу? — Тогда, говоря как нынешний главный исследователь элементальной магии и как магический рыцарь, я хотела бы сказать, что тёмная магия Люка с исторической точки зрения совершенно… Между наставником Люка по мечу и его наставницей по магии вспыхнула страстная дискуссия. Фрейя наблюдала с тихой ухмылкой. Хе-хе, рада, что старшая сестра, похоже, веселится. А-а… правда, я голодна. Хочу найти целую кучу сладостей, когда мы доберёмся до империи! Она смотрела в окно на внешний мир и молилась, чтобы они приехали как можно скорее. По сравнению с Королевством Милестия в империи Гуррен было куда меньше людей и гораздо меньше территории, но во многих отношениях империя процветала за пределами возможностей Милестии. Возможно, величайшей слабостью Милестии была склонность к изоляции и последующая нехватка разнообразия. Если не считать небольшого числа торговых городов вроде Гилбадии во владениях лорда Гилберта, Милестия почти не привлекала людей и технологии из других стран. Империя, напротив, была очень открытой страной и активно искала новых людей и новые идеи, чтобы включить их в своё общество. В результате империя Гуррен обладала уникальной культурой — плавильным котлом множества различных традиций. Наследный принц империи, Китвуд, был человеком с малым количеством личных желаний. Он почти не интересовался восхождением на место императора. По правде говоря, он с радостью вычеркнул бы себя из порядка наследования при первой же возможности. К лучшему или к худшему, Китвуд был невероятно талантлив, и его отец — нынешний император — возлагал на его будущее большие надежды. Сам Китвуд хотел лишь получить землю где-нибудь у границы, вести тихую жизнь и держаться особняком, но сказать такое отцу, учитывая своё положение, он никак не мог. Ах, проклятье… И зачем эти дворяне из королевства вообще сюда едут? Ненавижу всё это… Он поскрёб голову, пока мысли становились всё мрачнее. Никто в империи по собственной воле не стал бы связываться с кем-то из Королевства Милестия, и Китвуд не был исключением. — Повторим в последний раз. Думайте о них не просто как о дворянах; считайте их королевскими особами. Немедленно карайте смертью каждого, кто предпримет хоть малейшую попытку навредить им. — Есть, сэр! С того дня, как пришла весть о визите, дни Китвуда стали одинаково унылыми. Королевство никогда раньше не проявляло интереса к Фестивалю Святого меча… С какой стати они участвуют в этом году? Другие страны теперь тоже смотрят на нас настороженно. Разумеется, все подозревают, что за этим официальным визитом стоит какой-то политический ход. Справедливости ради, нам сообщили, что среди них будут ученики и что это часть их образования, но мы едва ли можем ожидать, что другие государства этому поверят. Серьёзно, когда я благополучно сопроводил их во дворец, просплю целые сутки… Если быть честным, Китвуд вообще не хотел иметь дела с дворянами. Он как раз горько обдумывал это, когда их группа появилась в поле зрения. Два конных экипажа, оба под флагом королевства, окружал целый отряд рыцарей в чисто-белых доспехах. Вот бы что-нибудь пошло не так, чтобы мы просто развернули их обратно и отправились домой. Но такого ведь не случится, да?.. А-а, как принц этой страны, я должен напоследок приободрить солдат. — Люди! Будьте насторо— хм? Что это за звук? Откуда-то — Китвуд не смог понять откуда именно — донёсся свист. — Мечи из ножен! Вдалеке он увидел, как к двум экипажам начинает стекаться чёрная масса. В ужасе Китвуд сразу узнал извивающееся скопление: стая чудовищ, известных как адские гончие. Не теряя ни секунды, он оттолкнулся от земли и рванул вперёд с невероятной скоростью. Это ужасный провал! Мы должны успеть к ним вовремя! Если экипажи королевства будут разорваны на части, ответственность возложат на империю, а происшествие могут даже использовать как предлог для начала войны против их страны. Именно чтобы предотвратить такие нападения, империя официально выставила награды для искателей приключений за несколько дней до визита и в результате полностью очистила тракты от чудовищ к проезду дворян. По крайней мере, когда сам Китвуд осматривал дороги накануне, они были очищены. Несколько адских гончих могли остаться, но стая такого размера? Немыслимо, подумал он. В тот же миг он прогнал лишнюю мысль из головы и заставил себя сосредоточиться. — Гррр… гра-а-а!! — Прорыв предела, Сверхусиление силы, Сверхускорение!! Китвуд мчался всё быстрее, но знал: вовремя добраться до экипажей не успеет. Безнадёжно. В таком случае, как ограничить ущерб? Нужно добиться, чтобы королевство не понесло ни одной смерти при этом нападении. Чёрт, чёрт, чёрт! С какой стати это происходит?!.. Э? Краем глаза Китвуд увидел, как из одного из экипажей что-то вытянулось — огромный посох. Приглядевшись, он понял, что тот просто высовывался из окна. — А?! Звонкий звук пронзил уши, и сам воздух содрогнулся так яростно, что удар коснулся кожи. Сначала Китвуд совершенно ничего не понял. Однако за следующие несколько минут он примерно сложил картину произошедшего. Бах. Адская гончая, бежавшая во главе стаи, буквально взорвалась, затем следующая за ней, и так одна за другой, пока вся группа не превратилась в разбросанную мясистую массу кусков. — Ха-ха… Магия, значит, потрясающая штука, — нервно рассмеялся Китвуд. — Э-э… со мной всё нормально, да? Китвуд ощупал себя, проверяя, не взорвалась ли какая-нибудь часть его тела так же, как адские гончие. Кажется, я всё ещё цел. Затем он ощутил присутствие и поднял взгляд в небо. — Прошу прощения, что обращаюсь к вам сверху. Я прибыла из Королевства Миле— Женщина в большой остроконечной шляпе, выглядевшая ровно так, как можно было бы представить могущественную волшебницу, медленно опускалась к нему. Похоже, пассажиры экипажей не пострадали. Ого… кто-то спускается к нам с неба… Голова Китвуда тоже словно плыла. Он всё ещё не был до конца уверен, что именно случилось со стаей адских гончих. В этот момент он остро ощутил разрыв с реальностью, от которого никак не мог отделаться. Святой меча был сильнейшим человеком во всей империи, и его знали все. Говорили также, что нынешний Святой меча — самый могущественный за всю историю, и уже одного намёка на его присутствие хватало, чтобы заставить соседей империи действовать. По этой причине должность имела огромное политическое значение и не сводилась лишь к личной боевой силе самого Святого меча. Бах-бах-бах! Бах! Бах! — … Но нынешний Святой меча, Сайрус Шварц, устал от мира политики. В душе он всё ещё считал себя человеком из простого народа, а до положения Святого меча поднялся лишь потому, что однажды по прихоти решил участвовать в фестивале. В деньгах он больше не нуждался, но всё равно продолжал работать искателем приключений исключительно потому, что любил это дело, и, естественно, не слишком жаловал аристократические типы. Бах-бах-бах-бах-бах! — Чёрт побери, Сайрус! Я знаю, что ты не спишь! Ты со мной решил притворяться, что тебя нет дома?! Хочешь, чтобы я расплакалась?! Я ведь расплачусь, чёрт тебя дери! У-а-а! — … Все в империи знали, что жильё Сайруса далеко не роскошное. На самом деле его квартира была чуть меньше жилища обычного простолюдина. Он попытался пожить в особняке, который император пожаловал ему за статус Святого меча, но почти сразу вернул его обратно. Растянутая планировка и просторные комнаты только заставляли Сайруса чувствовать себя неуютно. Нынешнее место ему нравилось. Ему нравилось в нём всё, по правде говоря, кроме того, как стук некоторых нетерпеливых посетителей отдавался от стен. Бах! Бах! Бах! Бах! Бах! — Эй, Сайрус! Ты правда куда-то ушёл?! Са-а-айрус! — А-а-а! Да заткнись ты уже! Сайрус выплеснул всю злость, распахнув входную дверь, и обнаружил ровно ту юную девушку, которую и ожидал увидеть. Как и предполагалось, она ни капли не выглядела виноватой. — Да сколько можно, Митти! Сколько раз я тебе уже, мать твою, говори— — Иди сюда на секунду. — А? Э-эй, стой… Да пошла ты! Он ничего не понимал в происходящем, и ему не дали даже мгновения подготовиться: маленькая девушка силой оттащила его от двери. У девушки-полуэльфийки с Глазом духов, Митти, не было по-настоящему ясной причины идти к Святому меча Сайрусу. Если бы ей пришлось объяснять, поступок был чистым инстинктом. Она видела огромное множество духов и знала: человек, столь любимый ими, просто не может быть чем-то обычным. Друг он, враг или ни то ни другое… этого Митти пока не знала. В любом случае, она была уверена, что Сайрус — самый сильный из известных ей людей, и решила, что должна показать ему. — …Ого, это безумие. Наследный принц верхом на белом коне ехал во главе процессии, медленно ведя по тракту к городу два экипажа под флагом Королевства Милестия. Один этот вид мог бы поразить простолюдина, но внимание Митти привлекло и заставило её окончательно лишиться слов совсем другое. Вокруг экипажа толпились бесчисленные духи всех элементов, даже Света и Тьмы. Их было столько, на виду было так много информации, что зрелище остановило Митти на месте. Ей пришлось на миг закрыть глаза, пытаясь всё это обработать. — Ого… значит, в город едет какая-то большая шишка? Митти вздохнула от того, насколько беспечно Сайрус отнёсся к визиту. — Идиот, ты что, не слышал? Это… Но как раз в тот момент, когда два экипажа должны были проехать мимо Митти и Сайруса, они внезапно остановились. Мгновение спустя одна из дверей открылась. — Люк, нельзя просто выходить здесь! Затем воцарилась полная тишина: из экипажа вышли двое пассажиров. Один — красивый золотоволосый мальчик, другой — довольно взволнованный черноволосый мальчик, который, похоже, изо всех сил пытался не дать другу покинуть экипаж. По толпе имперских зевак пробежал нервный толчок. Никто из них не хотел связываться с аристократами Королевства Милестия, но теперь один из них навязывал им своё присутствие вместо того, чтобы, как ожидалось, просто проехать мимо. Ситуация была крайне необычной, но не только поэтому городская толпа онемела. Другая причина заключалась в присутствии блондина — в его харизме, можно сказать. Он держался с подавляющей властностью правителя, и от этого у людей перехватывало дыхание. — Эй, ты. Девчонка. При словах мальчика толпа послушно расступилась, открывая юную полуэльфийку и зевающего, совершенно средне выглядящего мужчину. — …А. Митти знала, что при таком обращении дворянина должна немедленно ответить, но не сумела произнести ни слова. Мысли всё ещё кружились, подавленные странной реальностью, раскрытой её левым глазом. К счастью, она каким-то образом сумела проглотить одно слово, которое пришло ей в голову в тот миг, когда она увидела мальчика перед собой: чудовище. — О? Ну надо же, мой милый младший братик. Как поживаешь? Давно не виделись. — Давненько, брат. Да, я здоров. Во дворце Королевства Милестия встретились два королевских принца. Впрочем, радостной встречей это едва ли можно было назвать. Полпон внутренне вздохнул: ему не нравилось встречаться с братом, но он не смел позволить этим чувствам проявиться на поверхности. Вместо этого он посмотрел брату прямо в глаза и ответил беззаботной улыбкой. Его старший брат, наследный принц Королевства Милестия, Алекдора Бехи Диан Милестия, сейчас, похоже, не слишком стремился соблюдать формальности. — О, ну это хорошо. Даже прекрасно! Рад слышать. А теперь иди-ка сюда и обними брата. — …Да. Полпон согласился без малейшего намёка на сопротивление. Разум его в этот миг был ясен и остёр, и хотя он ощущал отвращение к непостижимой вещи, которую брат просил от него, сохранял невозмутимость. Он привык. Более того, он уже вообще ничего не чувствовал. «Опять?» — вот и всё сопротивление, на которое был способен его разум. Он смирился со своей судьбой на всех уровнях. — А-а… как вкусно от тебя пахнет. — … По телу Полпона прокатилась волна отвращения. В конце концов, привыкнуть он не мог именно к этой омерзительности. При этом Полпон был единственным, кому брат показывал эту сторону личности. Если оставить её в стороне, даже Полпону приходилось признать: Алекдора совершенно безупречен. До встречи с Люком второй принц был полностью уверен, что его старший брат — самый талантливый человек во всём мире. Тогда как мне его использовать? — стремительно думал Полпон. Как воспользоваться им, чтобы сделать Королевство Милестия лучше? — Эй, младший брат… ты ведь королевской крови, так что даже не подумал бы примкнуть к этой аристократической фракции, да? Полпон резко вдохнул. Он не ожидал, что эти слова будут прошептаны ему на ухо во время объятия, и они послали по телу электрический разряд. И всё же одних слов было недостаточно, чтобы разбить самообладание Полпона. — Что ты имеешь в виду, брат? — … В глазах Алекдоры не было света, и он не пытался скрыть свои подозрения. Взгляд его был холодным, жестоким и выискивающим. Инстинкты Алекдоры были столь остры, что Полпон задумался: не передалась ли старшему брату какая-то часть невероятно редкого элемента Удачи их отца — не магическим, а наследственным образом. Он немного напоминает мне Люка… в некоторых отношениях. Нет… прости, беру свои слова назад. Они совсем не похожи. Полпон почему-то представил, как Люк кричит на него, и почувствовал внутреннюю необходимость извиниться за сравнение. — Хм-м… Я решил спросить на всякий случай, — медленно сказал Алекдора. — Ничего такого не имею в виду. Просто, ну… мои инстинкты ещё ни разу не ошибались, вот я и немного обеспокоился. Начал бояться, что мне, может, придётся убить любимого брата собственными руками, понимаешь? — Не придётся, — сказал Полпон настолько легко, насколько сумел, тихо усмехнувшись и натянув на лицо напряжённую, невинную улыбку. На несколько мгновений между ними повисла тишина, пока в Алекдоре снова что-то не переключилось. — …Конечно, я ошибся! Ах, какое облегчение! — воскликнул он со смехом. — Фух… ладно, иди сюда! Алекдора просиял, и дыхание его стало странно хриплым и неровным, когда он снова обнял Полпона. Он опасен. Если я не смогу перетянуть его на свою сторону, то… возможно, мне будет лучше просто убить его. Ледяная драконица Диа ощущала странное, неприятное чувство, которому не могла подобрать названия. Крепко прижатая к земле этими низшими существами, именуемыми людьми, она должна была проводить дни, кипя от унижения, ярости и страха… И всё же теперь, когда хозяин Диа отправился в какое-то далёкое место, которое называл «империей», она неожиданно чувствовала противоречие. Сначала, как и следовало ожидать, пришло чувство восторга. Несколько дней без него — какое счастье! Пусть это лишь краткий миг освобождения, но я могу забыть весь этот страх… а те, кто сейчас окружает меня, — слабейшие мухи, которых я могу убить одним взмахом когтя. Чего мне теперь бояться? Я снова могу доказать, что являюсь абсолютной вершиной силы! О, не терпится расправить крылья в самом буквальном смысле. Но затем она замерла. Тогда почему я чувствую такую… пустоту? Моё сердце должно взлетать, а грудь кажется такой полой, будто внутри есть какая-то дыра. Диа не знала, как называется это чувство, и незнание злило её. — Ты выглядишь одинокой, драконица. Она услышала голос и открыла глаза. Под ней стояла женщина-человек. Большинство людей Диа различала с трудом, но эту помнила: именно её Люк называл матерью. Понятие «мать» не было для Диа незнакомым, хотя собственной матери она никогда не знала. Она предполагала, что когда-то, должно быть, и у неё такая была. — Человек, — прорычала она. — Не зазнавайся передо мной. Это не отец Люка. Перед этой я не обязана заискивать или склоняться. Диа была в дурном настроении, вызванном водоворотом неприятных чувств в сердце, которые никак не исчезали. Они ужасно раздражали, и эта женщина-человек оказалась удобной целью, на которой можно было выместить недовольство. — Не обращайся ко мне так фамильярно, — резко сказала Диа. — Мне нечего тебе сказать. — Ой, ну что плохого в маленькой беседе? Всё ведь нормально. — Не заставляй меня повторя— — Ну же, давай поговорим! — …Грр. Что не так с этим человеком? Почему она не съёживается передо мной? Она сильная? Нет, дело не в этом. Маны у неё намного больше, чем у среднего куска человеческого мусора, но всё ещё в пределах человеческих ограничений. И цвета у неё нет. Она уверена, что я на неё не нападу? Нет, мои драконьи инстинкты подсказывают, что причина тоже не в этом. Чем больше Диа думала об этой женщине, тем меньше понимала её. Однако одно она всё же понимала. Это присутствие… в ней есть что-то знакомое. Нечто похожее на то, что я чувствую от Люка. — Меня зовут Юлия. Я мать Люка. Рада познакомиться, Диа. — Молчи. Мне нечего тебе сказать. Немедленно исчезни с моих глаз. — Ты наконец со мной заговорила! А я всегда хотела поболтать! Мне тоже одиноко с тех пор, как Люк уехал в империю. Он ведь всегда кажется таким занятым, правда? Мне просто очень хочется с кем-нибудь поговорить! — … Что не так с этим человеком? И всё же что-то в её словах пробудило мой интерес. — …«Одиноко», говоришь? Что это такое? Эмоция заинтересовала Диа, и потому она задала простой вопрос. Вот и всё. — Что значит чувствовать одиночество? Хм, пожалуй, это довольно трудно объяснить, раз уж ты спросила, — задумчиво начала Юлия. — Это вроде чувства, которое возникает, когда тебе грустно, потому что ты не можешь быть рядом с теми, с кем хотела бы провести время. — Те, рядом с кем я хотела бы быть?.. Значит, я ошиблась. Это не может быть тем, что я чувствую, потому что нет никого, кого я хотела бы увидеть. — А? Да ни за что! Диа, ты же совершенно очевидно умираешь от желания увидеть Люка! — Хм?! Нелепость! Что ты вообще знаешь? С чего ты решила, будто я унижусь до такого чувства? Прямо сейчас я хотела бы распороть тебя и полакомиться твоими внутренностями, если бы только… — Ты врёшь. — … Я не могу достучаться до этого человека и даже не понимаю половины того, что она говорит. И всё же почему она говорит так, будто видит меня насквозь? В этом она совсем как мой проклятый хозяин. — О, точно! От скуки я недавно напекла печенья. Сейчас принесу тебе. Подожди здесь, Диа! — Не надо. Я не стану его есть. — Я скоро вернусь! — Эй! Слушай меня! Что вообще такое печенье? Что не так с этой проклятой женщиной? Всё это глубоко раздражает. Диа опустила голову на землю и закрыла глаза, и вдруг с изумлением осознала: бурные чувства, бушевавшие в её сердце, немного улеглись. — …Хм? Она открыла глаза, чуть приподняла голову и сосредоточилась на едва тревожном уколе, который только что ощутила. Это… чудовище. Нет, не одно — их много. Орда? И она искажена, к тому же движется сюда. Есть ещё что-то… дракон, равный мне по силе? Я уверена, что сумею победить его в бою, но, думаю, в сражении многие здесь погибнут. Он всё ещё далеко. При таком темпе пройдёт ещё несколько дней, прежде чем он доберётся сюда. Так, что мне было приказано делать в подобных ситуациях? Ах, точно — отец. Я должна доложить об этом отцу Люка. — Подожди-ка… Это может быть гораздо, гораздо важнее. В-верно, да… в таком случае я должна сообщить новости господину Люку, а не его отцу. Да, это разумное решение. Я не вынесла бы, если бы он потом рассердился на меня, раздражённый тем, что я не принесла сообщение прямо ему. Да, прямо сейчас это лучший путь. И потому Диа активировала заклинание неэлементальной магии «Телепатия», чтобы доложить о своих находках. 3 — В ИМПЕРСКОМ ДВОРЦЕ ЖИЛО МНОЖЕСТВО сыновей и дочерей аристократов, отправленных туда служить, а самые роскошные покои предоставлялись только тем, кто принадлежал к высшим рангам знати. Именно эту часть дворца выделили Люку и его группе в качестве временной резиденции. Большинству аристократов, посещающих империю, предоставляли хорошие комнаты в особняках или размещали в ближайшем монастыре, но дворяне из Королевства Милестия были совсем другим делом. Существовал риск, что если обращаться с милестийскими дворянами как с равными знати других стран, это разгневает их и подвергнет империю опасности. Поэтому им сделали особое исключение и позволили во время пребывания жить в части имперского дворца — хотя, разумеется, до принятия этого решения при императорском дворе шли жарчайшие споры. — Эта страна не так уж плоха. Как и следовало ожидать от Страны рыцарей. Наши Королевские рыцари и рядом не стоят. — Как бывшему Королевскому рыцарю, мне больно слышать эти слова, господин. — Мва-ха, ну, я не знаю, каким орден был в те времена, когда ты там служил, Альфред. Люк медленно просунул руку в рукав пальто, позволяя Альфреду помочь. Перед ним ровными рядами выстроились Имперские рыцари, разминаясь взмахами мечей. Чуть дальше находилась ещё одна группа, занятая практической тренировкой, и все они, конечно, использовали навыки. Имперские рыцари были главной боевой силой империи. В конечном счёте военный совет решил, что рыцарей следует показать гостям и не предпринимать попыток скрыть боевую мощь империи. Отчасти это должно было отвлечь внимание королевства от того, что империя Гуррен по-настоящему хотела скрыть; одновременно открытая демонстрация силы показывала, что они не намерены бросать вызов Королевству Милестия. — Что ты о них думаешь? — Полагаю, вы совершенно правы, господин Люк. Даже самые низшие в их ордене наверняка считались бы равными лучшим из наших Королевских рыцарей. Люк тонко и удовлетворённо улыбнулся ответу Альфреда. — Тогда что насчёт вчерашнего мужчины? — …Хмф. Альфред задумался на мгновение, но ему не понадобилось много времени, чтобы понять, о ком говорит Люк. — Если честно… я не могу сказать. Это единственный ответ, который я способен дать. Внезапный выход Люка из экипажа вызвал среди жителей империи большую панику, и не меньше всех — у самого наследного принца. Сначала моё внимание привлекла девочка с невероятно странной маной в левом глазу. Но потом тот мужчина рядом с ней… Уже стоя рядом с этим мужчиной, Люк ощутил нечто странное, и его внимание сразу переключилось на него. Он чем-то напоминал мне Абеля… Я ощущал исходящую от него непостижимую силу. — Он был бойцом второго сорта… или, по крайней мере, мне так кажется… — Мва-ха… какой расплывчатый ответ. Впрочем, я понимаю твою уклончивость. Впечатления Люка и Альфреда об этом мужчине почти совпадали. По манерам он сперва казался им совершенно обычным. Тело его было прекрасно натренировано и мускулисто, но больше ничто не бросалось в глаза. В нём не ощущалось ничего магического, и всё же… — Мои инстинкты говорят мне, что он силён. Невероятно силён, по правде. — Я тоже это почувствовал, да. Не на уровне логики, а на уровне инстинкта. Стоя в его присутствии, я захотел иметь меч в руках… Несмотря на то что внешность и манеры мужчины говорили ровно об обратном, Люк и Альфред оба ощутили исходящую от него мощную ауру, и этот диссонанс не отпускал их даже на следующий день. В комнате на короткое время воцарилось задумчивое молчание. Вскоре его прервал стук в дверь. Альфред открыл. — А, Альфред! Доброе утро. Люк здесь? На пороге стоял черноволосый мальчик, ученик старой подруги Альфреда, Элки Ай Сазерленд. — …Они поднялись в проклятый дворец, да? Юная полуэльфийка Митти, обладательница Глаза духов, к лучшему или к худшему, могла точно сказать, где находятся гости из королевства, если хотя бы немного сосредоточится на попытке ощутить их положение. Она не могла не смотреть: их постоянное, подавляющее присутствие вновь и вновь притягивало её внимание, как бы далеко она ни находилась. Сердце начинало колотиться каждый раз, когда она осмеливалась бросить взгляд в их сторону. Сколько людей в империи по-настоящему понимают, насколько опасна эта группа? Дело не только в золотоволосом мальчике, которому, похоже, посвятили себя духи… С ним приехали ещё двое с неразумно огромными запасами маны. Эти трое могли бы уничтожить всю страну, если бы захотели, но… — Этот чёртов Сайрус… Наверняка где-то валяется и бездельничает! Разъярённый выкрик Митти привлёк взгляды окружающих, но она не обращала на них внимания и продолжала идти. Я должна донести это до самых сильных людей империи… сообщить им, в какой опасности мы все находимся… не говоря уже о том, что Фестиваль Святого меча почти начался. Этот разгильдяй совершенно точно ошибается насчёт всего этого. — Чёрт, сегодня мне опять придётся выбивать из него сон, и… Звук чего-то разбившегося рассёк тишину, и Митти, как сделал бы любой, остановилась и посмотрела. Она увидела разбитый вдребезги цветочный горшок и беловолосого юношу, лежащего на полу с кровью, текущей из головы. Митти сразу бросилась к нему. — Вы все так и будете стоять и смотреть?! Делайте что-нибудь или уходите! Э-эй, ты в поряд… тц. О. Это ты. Уши мальчика были чуть длиннее её собственных. — Что ты здесь делаешь, Артур? — Хе, э-э… а-ха-ха, давно не виделись, Митти. Перепачканный кровью юный мальчик устало рассмеялся, но звук резко превратился в болезненный булькающий стон, когда Митти грубо плеснула зелье прямо ему в лицо. Она вздохнула: она знала, кто он на самом деле. Этот неуклюжий, на вид безобидный эльф, лежащий перед ней на земле, был лидером террористической организации Витора. — Сколько раз я тебе говорила? Я к тебе не присоединюсь, понял? — Ага. Жалко, конечно, но я не собираюсь тебя заставлять или что-то такое. Вообще-то сегодня я в имперской столице по другой причине. Видишь ли… Как раз когда Артур начал говорить, их вечно извивающиеся судьбы неожиданно столкнулись. — Вот ты где, полуэльфийка. Как я не почувствовала его, пока он не подошёл так близко? Митти встречала его всего один раз, но точно знала, кого обнаружит перед собой, ещё до того как обернулась. Это был юный мальчик со вчерашнего дня… тот самый, которого так любили духи. Физические способности нарушителя сделали проникновение слишком простым, не говоря уже обо всех магических инструментах, которыми он снабдил себя для этой задачи. Никто не мог обнаружить его присутствие — даже с помощью имперского арсенала магического оружия, ловушек и средств наблюдения, предназначенных для предотвращения незаконного проникновения в имперскую столицу. Он использовал один из собственных магических инструментов, чтобы скрыться заклинанием Невидимости, затем поднялся выше, чтобы осмотреть весь город. После этого активировал другой инструмент, позволявший видеть всевозможную ману. Он просканировал город внизу и проследил глазами различные источники маны. Через несколько секунд он нашёл его. Но вот проблема… Маны у него куда больше, чем я ожидал. При таком раскладе я не смогу воздействовать на него напрямую. У тех двоих, что ошиваются рядом, тоже огромные объёмы маны. Тогда, может, другие… Его взгляд повернулся к пожилому мужчине, похожему на слугу, и черноволосому мальчику. Имперская столица кипела жизнью даже днём, особенно из-за напряжённого, почти страстного возбуждения перед грядущим Фестивалем Святого меча, который должен был начаться следующим утром. Однако в тот день на одной из особенно богатых главных улиц тяжело осела странная атмосфера: все шли по одной стороне и искоса поглядывали на определённую группу, проходившую мимо. — Л-Люк… н-на нас смотрят… да? Мне от этого очень не по себе… — Абель, невзирая на твоё обычное положение, сегодня ты идёшь рядом со мной. Выпрямись. Не съёживайся так жалко, — резко сказал Люк. — Но… да, украдкой брошенные взгляды местной черни весьма неприятны. — Не буду повторяться, — вмешалась Фрейя, — но мы здесь в том числе ради международного обмена. Пожалуйста, не создавайте нам проблем, хорошо? Причина взглядов, которые бросали на Люка и его спутников, была ослепительно очевидна: они были одеты как люди Королевства Милестия. Без сомнения, не обращать на них внимания было бы труднее. В тот день с Люком были Абель и Фрейя. Всё началось с дружелюбного предложения Абеля: «Давай посмотрим город!» — и поскольку у Люка имелись собственные причины покинуть комнату, он охотно согласился. Фрейя выступала их сопровождающей, хотя на деле их было не трое: их сопровождали ещё двое элитных Имперских рыцарей, необходимых для немедленного исполнения казни на тот случай, если кто-нибудь проявит к ним хоть малейшую грубость. — Это хорошая возможность. Почему бы нам не найти что-нибудь поесть? Заодно это послужит знакомством с кулинарной культурой империи, — сказала Фрейя. Выражение её лица оставалось совершенно плоским. Но море в сердце Фрейи вовсе не было спокойным. Я просто хочу домо-о-ой, старшая сестра! Подушка прошлой ночью была какая-то не такая, поэтому я ни секунды не спала, а потом, когда ты хочешь со мной поговорить, меня клонит в сон, и с тех пор как я покинула королевство, вокруг столько нового, что я больше не могу, правда! Нет… нет, соберись, Фрейя! Нельзя сейчас падать духом! У моих учеников полно собственных тревог, и кто, если не я, проведёт их через это место?! От природы у Фрейи были пронзительные, ледяные глаза, соответствующие её красоте, но теперь недосып заострил их почти до предела. Со стороны она просто выглядела раздражённой, а внутри яростно пыталась себя приободрить. — Да… кхм… как насчёт чего-нибудь сладкого? — предложила она. В этом предложении не было ни следа эгоистичного желания, и оно ставило потребности учеников превыше всего. Или по крайней мере так она старалась это представить. — Отличная идея, преподаватель Фрейя! Я слышал, что еда в империи великолепна, так что с радостью попробовал бы что-нибудь сладкое! Что думаешь, Люк? — …Ладно. — Хмф, решено. Идём. Если быть честным, Люк на самом деле весьма любил сладкое. Фрейя же тайно ликовала. Более того, перспектива десертов настолько подняла ей настроение, что даже придала её шагу лёгкую, едва заметную пружинистость. — Кстати, где Альфред? Разве он не был с нами, когда мы выходили из дворца?.. — Тебе не стоит беспокоиться о его местонахождении… мва-ха. — Ты определённо что-то замышляешь, Люк… Невинный вопрос Абеля заставил Люка ухмыльнуться. Разумеется, эта улыбка вызвала у Абеля дурное предчувствие, но он быстро смирился с неведением: случалось это далеко не впервые. — И всё же… Люк оглядел улицы имперской столицы, бесконечно процветавшей и во всех отношениях куда более оживлённой, чем королевство. Конечно, здесь была арена, которая станет главной сценой Фестиваля Святого меча, но Люк видел вдоль магистралей также художественные музеи, театры, концертные залы и тому подобное. Эта культура была достаточно развита, чтобы наслаждаться искусством, но Люк отметил и то, как хорошо развиты их магические инструменты. Над городом была развёрнута гигантская Магическая преграда, охватывавшая его целиком, а на крепостных стенах Люк видел магическое оружие, которого прежде не встречал. — Иронично, что у Страны рыцарей магическая технология развита сильнее, чем у Милестии. В груди Люка начали распускаться неприятные чувства. Он считал неприемлемым, чтобы другая страна превосходила ту, где он проживает. — Пожалуй, я мог бы просто сам стать императором этого места, тогда… э? Эй. Стой. Фрейя. — Держись рядом со мной, Люк. Что такое? Люк внезапно повернулся. Каждое его движение напрягало нервы Фрейи, и она тревожно оглянулась. Спустя мгновение она и Абель наконец увидели, на что он смотрит. — Вот ты где, полуэльфийка. — …Что?! К-как? Это была вечно любопытная юная девушка со странной маной в левом глазу. Она запаниковала, когда Люк с широкой усмешкой пошёл к ней. Затем он увидел мальчика-эльфа рядом с ней: зеленовато-голубые глаза были прикрыты чисто-белыми волосами, лицо мокрое и испачканное каким-то зельем. Почему-то он немного напомнил Люку Абеля. — Эй, Гилберт. Что-то случилось? — А, ты та девушка, которую мы видели вчера! Фрейя и Абель догнали его. — П-приятно познакомиться, люди королевства! Мальчик-эльф казался робким и почти странно апатичным, когда быстро склонил голову. — …Кто ты? — потребовал Люк. — Э… кхм, даже не знаю, что сказать, — запнулся мальчик. — Эм, м-меня зовут Артур. Я эльф, как видите… Он выглядел настороженно, будто был знаком с общекоролевской дискриминацией Милестии против нечеловеческих рас, но внимание Люка привлекло в юном эльфе не это. Он, конечно, знал, что эльфы — талантливые маги. Однако, что интересно, хотя Люк чувствовал большие запасы маны в полуэльфийке, эльф, назвавшийся Артуром, казался совершенно лишённым маны. Мва-ха… похоже, рядом с этой полуэльфийкой всегда есть любопытные личности. Пожалуй, проведу небольшой эксперимент, — подумал он, вспомнив, что произошло при их вчерашней встрече. — Я Люк Уизария Гилберт. Он протянул руку — дружеское рукопожатие, не более. Абель потрясённо повысил голос, но Люк полностью проигнорировал его. — А-а! С-спасибо, рад познако— ах! Как раз когда Артур потянулся к руке Люка, с ним случилась ещё одна ужасная трагедия. Сделав шаг вперёд, он совершенно случайно наступил на выброшенную фруктовую кожуру и поскользнулся. Он довольно сильно рухнул лицом вниз. Артур, правда, привык к ударам и царапинам, поэтому быстро вскочил на ноги, не обращая внимания на кровь, бегущую из носа. Люк уставился на него. — П-простите! Я Артур Пендрагон! Очень приятно познакомиться! Затем два мальчика пожали друг другу руки: Люк — совершенно бесстрастный, Артур — с усталой улыбкой. Однако в мыслях каждого из них кипели великие размышления. Люк хотел знать, почему мальчик-эльф скрывает свою ману — странность, делавшая его почти столь же редкой находкой, как и полуэльфийка. Проще говоря, Люку были любопытны эти двое. Митти, затаив дыхание, наблюдала, как они пожимают руки. Она знала, кто Артур на самом деле, и молилась, чтобы из этой встречи ничего не вышло. — …Ух. Вдруг в выражении лица Артура мелькнула слабая вспышка боли, и виноват в этом был Люк. Глядя на кулон на шее Артура, Люк напрямую влил тёмную ману в ладонь Артура, намереваясь разрушить подозрительное украшение. Инстинкты подсказали Люку, что именно кулон скрывает ману мальчика-эльфа. Доказательств у него не было — только высокомерная уверенность в том, что его инстинкты ничем не хуже установленных фактов. Поэтому он не колебался. И тут произошло ещё кое-что, удивившее Люка. Он привык, что его тёмная мана поглощает всё, с чем соприкасается, но впервые почувствовал, как её прямо отвергают. Ощущение было чем-то похоже на то, что он испытал с Йоландом, но на этот раз отторжение было куда отчётливее. Впрочем, это неважно. Моя цель не украсть его ману, а лишь уничтожить кулон. И, как ожидалось, Люк в этом преуспел. — А! Кулон разбился и мгновенно выпустил ужасающий поток маны. Хлынувшая сила была подавляюще мощной, словно бушующий ураган, и Люк лишился слов. Никогда в жизни он не чувствовал, что ему по-настоящему что-то угрожает, даже во время битвы с ледяной драконицей Диа. Но теперь… его жизнь была в опасности — он знал это совершенно точно. Сила существа, стоявшего перед ним, была неоспорима. И это ещё не всё: ощущаемая им мана принадлежала элементу Света. — Назад!! Ветряная преграда! Следующей среагировала Фрейя. Она не знала, враг ли Артур, но решила, что лучше перестраховаться. Предвидя худшее, она решила действовать так, словно он уже был врагом, и с помощью своего элемента Ветра развернула преграду между Люком и Артуром. — А? У-а-а-а-а! Затем она использовала магию, чтобы обеспечить безопасность Люка и Абеля. Абеля отнесло прочь силой заклинания Фрейи, но Люк своей тёмной магией нейтрализовал её попытку сдвинуть его. [[image:/storage/reader-images/bf65abfcc1e789b5e72f776617b48f71d91d33a3.jpg]] — Что ты делаешь?! Я же сказала отойти от него! — Нелепость. Ты просишь меня поджать хвост и бежать? Тёмная мана потекла от Люка, когда он бесстрашно улыбнулся преподавательнице. Люди поблизости ощутили опасность кожей и в полной панике бросились врассыпную. Двое рыцарей, сопровождавших Люка, активировали все мыслимые усиливающие навыки и рванули вперёд, чтобы помочь ему. Ситуация была пороховой бочкой — пока наконец Артур её не обезвредил. — Я о-о-очень виноват! Я правда-правда-правда не хочу с вами драться! Артур бросился на землю, распростёрся ниц и прижал лоб к грязи. Это была отчаянная попытка продемонстрировать абсолютнейшую искренность извинений. — …И как далеко меня это унесёт? — вслух задался вопросом Абель, пока заклинание Фрейи несло его прочь от улицы. Если бы захотел, он мог бы вырваться из заклинания и броситься обратно к Люку, но был не уверен, что хочет. Даже при полном отсутствии таланта к магии Абель мгновенно понял невероятную силу эльфа. Хотя ничего неправильного в нём не было. Не думаю, что он плохой человек… или, по крайней мере, не думаю, что он желает зла… Абель уже сталкивался с тем, как его собственные отрицательные чувства насильно выставляют напоказ, и потому ему казалось, что он понимает. А больше всего он был уверен, что Люк никогда никому не проиграет. Он даже представить не мог такой возможности. Настолько огромным Люк выглядел в сознании Абеля. Но я ведь не могу просто вечно так улетать, да? Однако как раз когда Абель решил начать возвращаться, он услышал голос. — Нашёл. — Э? Что-то схватило его, и прежде чем он успел хотя бы обернуться, всё исчезло. ----------