Клайд. Экс-вундеркинд кендо, ныне — человек, считающий рынки высокорискованных VR-погружений точным расчетом. Каждая секунда расписана и стоит денег: это цена лечения матери. На форумах он невидимка, на рынках — живая легенда. Новый мир Crown of Destiny видится ему самым большим полотном. Для миллионов это греза о подвигах и славе, для него — уравнение, которое надо решить. Просто инструмент, чтобы мать дышала.
В день запуска холодный ум дает сбой. Он выискивает парадокс в лоре и получает класс Легендарного Поэта, получить который невозможно. Для ролевика это мечта, для пауэр-геймера — ночной кошмар. А основан он на эмоциях. На том, что Клайд в себе выжег.
Между умирающей матерью в реале и бесполезным классом в игре Клайд должен сделать невозможное — снова научиться чувствовать. Не для лечения. Урон в секунду должен расти от страданий. В игре королей проклятие оптимизатора может стать короной.
Внимание:
История — от первого лица, глазами Клайда. Сначала проза будет холодной, транзакционной, гиперлогичной — как и его мир. Сюжет заставит его соприкасаться с искусством и эмоциями, и повествование будет расти вместе с ним.
Чего ожидать:
- Бой-гибрид: высокий класс кендо против магии слов, меняющей реальность
- Рациональный протагонист: никакой магии, только логика процесса
- Прогрессия: сверхсила — упадок — новая сверхсила
- Создание предметов через переписывание их лора
- Без гарема
График: понедельник–четверг.
Заметка от Nejm
Добро пожаловать в «Легендарного Поэта».
Краткое примечание о повествовании: История рассказана с точки зрения Клайда — человека, который безжалостно оптимизировал свою жизнь до электронной таблицы, чтобы выжить. Проза отражает его мировоззрение: холодное, транзакционное и гиперлогическое.
Он превратил себя в машину, чтобы спасти свою семью. История о том, что происходит, когда эта машина вынуждена учиться искусству. По мере развития сюжета и изменения, к которым вынуждает его класс, «голос» истории будет меняться вместе с ним.
Наслаждайтесь «гриндом».
Единственными звуками в квартире были те, которые Клайд разрешал.
Тихий гул его кастомного ПК-рига. Низкий, ровный гул его VR-капсулы. И бесшумный, незваный гость, мигающий враждебным красным на его мониторе: уведомление о дополнительной оплате больничных услуг.
• Уведомление: Дополнительный больничный счет — 15 000 долларов за усиленное неврологическое лечение. Срок оплаты: 48 часов.
Он проигнорировал его — пока.
Шин-к.
Одетый в свободную серую спортивную одежду, Клайд двигался по пустому центру комнаты. Его ноги шелестели по полированному паркету, вычерчивая узоры, рожденные традицией. Он держал синай, бамбуковый тренировочный меч, но его разум воспринимал его как настоящее лезвие. Каждое движение было точным, экономичным и абсолютно лишенным лишней энергии.
Первая ката— удар сверху вниз, шомен-учи. Его бедра задавали движение, руки лишь направляли силу к неизбежному завершению. Кончик синая остановился в миллиметре от пола.
Это не было Кендо. Не совсем.
Для его старого мастера это было бы святотатством. Это было тело искусства, лишенное его души. Не было заншин, не было остаточного осознания. Ни духа. Ни огня. Каждый взмах был холодным расчетом, упражнением в поддержании мышечной памяти и физической подготовки.
В среде полного погружения в VR физическая подготовка была решающей. Время реакции, выносливость, способность выдерживать марафонские сессии без умственного переутомления. Все это начиналось здесь, в реальном мире. Это была просто еще одна система для оптимизации.
Дюймы преимущества в игре трансформировались в доллары вне ее. А доллары были единственным, что имело значение.
Завершив последнюю ката последовательности, Клайд замер в завершающей позе. Глубокое и ровное, его дыхание оставалось контролируемым. Частота пульса следовала за ним.
На одно мимолетное мгновение тихая сосредоточенность додзё окутала его. Призрак чувства, воспоминание о жизни, которую он был вынужден отбросить. Восторг от идеального удара, прилив ки, текущего, как поэзия, по его венам.
Но поэзия не оплачивала счета.
Он отмахнулся от этого. Ностальгия была бесполезным показателем. Так же, как и чувство вины из-за мигающего красного напоминания.
Поставив синай обратно на простую деревянную подставку, он направился к своему командному центру. Три монитора, расположенные слегка изогнуто, отображали созвездие данных. Электронные таблицы, форумы сообщества и тщательно составленный документ, который был результатом трех месяцев навязчивых исследований.
Клайд не был читером. Читеры полагались на утечки и инсайдерскую информацию, которые были ненадежными и делали тебя уязвимым. Клайд был аналитиком. Он поглотил каждую часть публичной информации о Crown of Destiny, революционной VRMMO, которая поглотила своих предшественников еще до запуска.
Интервью с разработчиками, фрагменты лора из рекламных материалов, тематический анализ художественного стиля, даже документы с кодексом поведения.
Он перепроверил все это, ища закономерности, как криптограф ищет ключ. Он нашел его в истории происхождения игры, похороненной под слоями героического мифа.
Он вывел на центральный монитор концепт-арт высокого разрешения «Эпоха Тиранов». На правом экране он загрузил векторную карту «Шепчущих Лесов» — одной из стартовых зон.
Официальный лор рисовал короля Валерия как освободителя, который сверг тиранов. Арт рассказывал другую историю. На нем был изображен баннер Забытого Тирана— стилизованный ястреб, сжимающий сломанную корону.
Клайд выделил границу карты. Рукоять легендарного меча Валерия носила именно эту эмблему.
Он перетащил карту на концепт-арт и уменьшил прозрачность слоя до 50%.
Выравнивание было идеальным.
Острый клюв ястреба наложился на хребет Орлиного Пика на западе. Самая верхняя точка сломанной короны идеально совпала со Старой Дозорной Башней Короля на севере. Когтистая лапа ястреба сжимала густой юго-восточный лес, Хваткие Леса.
Он нанес вершины на карту. Линии сходились в одной, неотмеченной координате— небольшой поляне глубоко в лесу.
Указатель на зарытый клад, скрытый разработчиками на виду.
Вот оно. Его стартовая стратегия теперь была предельно проста.
Клайд не был наивным, чтобы думать, что он единственный, кто нашел это. Но он был уверен, что он один из лучших среди тех, кто это сделал. Стартовые зоны были единственным контентом, который Yggdrasil Company представила публике. Он должен был использовать это по максимуму.
Награда за то, что он будет первым, будет ошеломляющей. Изменяющей игру, для того, кто мог бы развиться из раннего преимущества. Это дало бы ему преимущество, необходимое для доминирования на раннем рынке.
Эффективность — король, подумал он, его глаза скользили по электронной таблице анимаций атак монстров. А время убийства (TTK) в первые 48 часов определяет твой доход на ближайшие месяцы. Данные говорили ему, что анимация прыжка Злобного Лесного Волка составляла быстрые 0,7 секунды, но его тяжелый удар лапой был предсказуем — 1,2 секунды.
Резкий, до жути жизнерадостный рингтон нарушил тихий храм чистой логики.
Он не использовал жизнерадостные рингтоны. Элара, его сестра, установила его в прошлый раз, когда она приезжала, и он никогда его не менял.
Он взглянул на экран. Позволил ему прозвонить три раза — маленький, мелочный акт контроля.
Он нажал принять. — Я занят.
— Привет и тебе. — Голос Элары раздался из динамиков, уже пропитанный знакомым, уставшим терпением. — Я в больнице.
Его осанка не изменилась, но его внимание раздвоилось. Девяносто процентов оставались на данных; десять процентов были направлены на звонок. — Все в порядке? Есть изменения? — спросил он, его глаза снова метнулись к таблице анимаций.
— Она такая же, — тихо сказала Элара. Он слышал комнату через ее динамик. Металлические колесики, мягкие туфли, далекий телевизор. — Доктор говорит, ее показатели стабильны. У нее... у нее был момент, раньше. Когда медсестра поправляла подушки. — Небольшой вдох. — Думаю, она улыбнулась.
Пальцы Клайда, которые отбивали тихий, ритмичный узор на столе, замерли. Призрак эмоции, чего-то неловкого и тяжелого, опустился на его грудь.
Он подавил это, отгородившись прагматизмом. Эмоции были дебаффом для продуктивности. Он усвоил эту математику на собственном горьком опыте.
— Это хорошо, — сказал он, его голос был ровным.
Он повернул разговор к единственной осязаемой вещи, которую мог контролировать. — Слушай, оплата за обслуживание на следующий месяц прошла сегодня утром. Ты должна была получить подтверждение.
Тишина на другом конце линии была громче крика.
— Я получила, — наконец сказала она, ее тон был резким. — Спасибо. Уверена, мама ценит, что ты поддерживаешь работу машин.
Под этим предложением сидело то, что она не сказала. Пока ты держишься подальше.
— Кому-то надо, — слова вырвались резче, чем он хотел. — Эти вещи сами себя не оплачивают. Одна только новая подписка на RIG...
— Я знаю, Клайд. Ты «работаешь», — перебила она его. Слово прозвучало как тонкий укол. — Медсестра читала ей одну из твоих старых открыток. Ту, что с твоего выпускного. Она сжала мою руку.
Он вздрогнул. Настоящая, физическая реакция.
На долю секунды он увидел ее. Маму, не на больничной койке, а на его первом турнире по кендо, ее глаза сияли гордостью, от которой у него заболела грудь.
Оператор внутри него подавил это.
— Мне нужно идти, — сказал он, заставляя свой голос вернуться к нейтральному. — Запуск меньше чем через час. Это большой запуск, Эл. Самый большой. Если я хорошо начну, я смогу опередить кривую. Это означает лучший доход, больше стабильности.
Он говорил на языке, который она отказывалась понимать. Он говорил об обеспечении, о создании основы для выживания их матери. Она просто слышала, как брат выбирает игру, а не семью.
— Верно. Кривая... — сказала она, ее голос был тихим и побежденным. — Просто... позвони, ладно? После того, как ты... спасешь виртуальный мир.
Линия оборвалась.
Клайд смотрел на пустой монитор целых десять секунд. Знакомый укол вины вернулся, на этот раз острее. Я должен быть там, прошептал голос, сырой и нефильтрованный.
Но он не мог. Пока что.
Он признал это, назвал это и отложил. Это была точка данных. Напоминание о ставках.
Его поле битвы ждало, и оно было в мире, созданном из света и кода, мире, где его особый бренд гения мог быть монетизирован.
Он встал, его движения снова были плавными и контролируемыми. Короткий эмоциональный шторм прошел, оставив за собой холодное спокойствие решимости. Он подошел к единственному личному предмету во всей комнате— маленькой фотографии в серебряной рамке на углу его стола.
Это была фотография его матери, сделанная много лет назад. Ее улыбка была широкой и искренней, ее глаза полны света, который он едва мог вспомнить, видя вживую. Она была здорова. Она была счастлива. Она была причиной всего этого. Для кендо, которое он забросил, и кендо, которое он теперь практиковал ради прибыли. Для часов исследований. Для звонка, который он только что так бессердечно завершил.
Он смотрел на нее одно долгое мгновение, его лицо было идеальной маской стоицизма. Но в его голове одна ясная мысль эхом отзывалась с силой клятвы.
Я должен быть там. Но это единственный способ.
Его пальцы задержались на рамке на секунду дольше, чем нужно, редкая оплошность в его контроле. Клятва эхом отдавалась не только в его голове, но и в пустом пространстве, где когда-то свободно билось его сердце.
Он отвернулся от фотографии. Преображение было мгновенным. Краткий, мерцающий свет обеспокоенного сына погас. Холодный, эффективный разум оператора взял полный контроль. Каждая блуждающая мысль, каждое эмоциональное эхо от телефонного звонка, было очищено.
Его цель была ясна.
Он подошел к капсуле полного погружения, ее белый, аэродинамический корпус напоминал футуристический саркофаг. Он провел рукой по прохладной, гладкой поверхности. Это была лучшая потребительская модель на рынке. Это был его основной инструмент, его оружие и его тюрьма.
С отработанной эффективностью он набрал последовательность запуска. Люк зашипел, открыв мягкий интерьер, пронизанный нейронными интерфейсными узлами. Он лег, клинический запах стерилизаторов заполнил его чувства.
Люк закрылся, погружая его во тьму.
На его мониторе таймер запуска Crown of Destiny отсчитывал секунды.
00:00:05
00:00:04
00:00:03
00:00:02
00:00:01
00:00:00
Фантомная конечность, его правая рука, дернулась. Его разум, уже сбрасывающий оковы физического тела, потянулся к мечу, которого еще не было.
Миллионы полных надежд игроков входили в систему, их новые имена загорались на сервере, как звезды. Незаметно и без объявления, имя, которое было мифом на таблицах лидеров дюжины забытых миров, только что проскользнуло через ворота.
Разум Клайда обострился. Я должен быть там, эхом отдавалось сожаление. Но охота началась.
Каге входил в систему.
Мир растворился в бескрайнем пространстве стерильной белизны. Темнота сменилась светом настолько абсолютным, что у него не было источника. Перед Каге свет собрался, сплетаясь в форму женщины, которая бросала вызов гравитации и как смертным, так и моральным нормам.
Серебряные волосы струились вокруг нее, словно под водой, а ее глаза мерцали, как жидкий звездный свет. Ее фигура была обернута полупрозрачным шелком, который, казалось, содержал в себе карту ночного неба. Она наклонилась вперед, ослепительная, невероятно идеальная улыбка на лице, ее присутствие излучало тепло и безграничный энтузиазм.
Красивая графика не увеличивает DPS, подумал Каге, уже прикидывая, сколько секунд эта кат-сцена потратит впустую.
— Добро пожаловать, отважная душа! — прозвенел ее голос, эхом отдаваясь теплом, которое стерильная пустота, казалось, отвергала. — Я Лора, Ткачиха Судеб! Ваше путешествие в великолепном мире Crown of Destiny начинается сейчас. Идите, давайте сформируем сосуд вашей судьбы!
NPC-обучалка. Кнопка «Пропустить»... Где кнопка «Пропустить»?
Меню расцвело в воздухе перед Каге, мерцающие панели полупрозрачного синего света отображали оскорбительное количество опций. Это была Сюита Создания Персонажа, гордость разработчиков и первая ловушка для игрока, пожирающая время.
Он мог бы провести здесь дни. Система предлагала ползунки для всего, от высоты скул до длины кончиков пальцев. Были палитры с шестнадцатью миллионами цветов для пигментации глаз и отдельные элементы управления для склеры. Была динамическая система шрамов, библиотека из тысячи причесок с индивидуальной физикой прядей и более пятисот модуляций голоса.
Это было красиво, сложно и совершенно бесполезно тратило драгоценное игровое время.
Лора жестом указала на меню с размахом, ее шелковые одеяния рябили узорами созвездий. — Смотрите! Стан Творения! История каждого героя начинается с его лица. Выберете ли вы челюсть короля? Пронзительные глаза ястреба? Возможности безграничны, как звезды!
Каждая секунда здесь — это деньги, которые не зарабатываются. Лечение мамы само себя не оплатит.
Разум Каге отбросил все это. Он выполнил заранее спланированную последовательность.
Случайный выбор.
Улыбка Лоры на долю секунды натянулась, ее звездные глаза удивленно моргнули. — Ах, смелый выбор! Ищете вдохновение в космическом эфире! Посмотрим, что судьбы соткали для в—
Случайный выбор.
Поток ее волос слегка замерцал. — О! Ну, это... определенно по-другому! Возможно, мы могли бы просто немного подкорректировать структуру скул, чтобы они были немного более—
Случайный выбор.
Узоры созвездий на ее одеяниях начали беспорядочно мерцать. — О, боже. Это... это довольно уникальное сочетание, — сказала Лора, ее голос напрягался, чтобы сохранить жизнерадостный тон. Ее идеальная улыбка слегка дернулась. — Очень... смело. Но, возможно, мы могли бы просто немного изменить нос? Придать ему более... героическую арку? Что-то, что кричит «протагонист»?
Случайный выбор.
— ...Или нет, — прошептала она, наблюдая, как материализуется еще одно безликое, забывающееся лицо. Звездный свет в ее глазах заметно потускнел.
Он в последний раз переключил функцию случайной генерации. Лицо мелькнуло перед ним. Высокие скулы из одного шаблона, широкий нос из другого, челюсть, принадлежащая третьему. Результат был... ничем. Это было лицо, которое вы увидели бы в толпе и мгновенно забыли. Идеально, прекрасно непримечательное.
Лора уставилась на безликое лицо целых пять секунд, ее рот был слегка приоткрыт. — ...Тонко, — наконец выдавила она, хлопая в ладоши с энтузиазмом человека, пытающегося убедить себя, что все в порядке. — Тихое самообладание! Я... я люблю это! Это говорит: «Мои дела будут говорить за меня, а не мои скулы!» Очень... очень мудро!
Достаточно хорошо. Пусть стримеры создают героические аватары со светящимися глазами и драматическими шрамами. Они рисуют мишени на своих спинах. Слава — это ответственность. Запоминающееся лицо — это мишень. Лучшие игроки — призраки.
— А теперь! — продолжила Лора, ее натянутая бодрость достигла болезненного уровня, — Давайте вылепим ваше героическое телосложение! Здесь рождаются настоящие легенды! Будете ли вы возвышающимся титаном мускулов? Стройным и изящным воином? Холст ждет вашего художественного видения!
Он перешел к ползункам физических пропорций, игнорируя все, кроме действительно важных измерений. Это была единственная часть, заслуживающая его внимания.
Лора наблюдала с растущим замешательством, как он полностью проигнорировал мышечную массу, тон кожи и процент жира в теле. — Такая... сосредоточенность! Вы, возможно, ищете эстетические предустановки? У меня есть несколько прекрасных—
Он сосредоточился на двух конкретных значениях— росте и длине конечностей. С тщательной точностью он отрегулировал ползунки, пока виртуальный скелет аватара точно не совпал с его собственными физическими измерениями.
— О, — сказала Лора, наблюдая, как он работает с научной точностью над тем, что она явно ожидала как художественное начинание. — Вы... вы калибруете соотношение костей. Как удивительно... технично. — Ее улыбка начала выглядеть болезненно. — Могу я предложить добавить немного больше ширины плеч? Для этого героического силуэта?
Дело не в эстетике. Дело в мышечной памяти. Годы кендо запрограммировали мой мозг на определенный радиус действия, центр тяжести, длину шага. Этот старый дед всегда говорил, что клинок — это продолжение тела. Тот же принцип применим и здесь.
Каге подтвердил свой выбор без единого слова.
Лора приложила руку к сердцу, ее выражение лица сменилось на глубокую, хотя и натянутую, торжественность. — Ваша... ваша форма завершена. Поистине уникальна. А теперь! Имя! Имя, которое будут шептать со страхом ваши враги и выкрикивать с похвалой ваши союзники! Какое эпическое название эхом отзовется в залах легенд?
Появилось простое текстовое поле. Без колебаний он напечатал четыре буквы.
К. А. Г. Е.
— ...Каге, — Лора опробовала имя, ее голос был ровным. Она помолчала, явно ожидая, что он объяснит, раскроет значение, поделится эпической предысторией своей выбранной личности.
Он подтвердил.
— Верно. Каге. Короткое. Резкое. — Ее энтузиазм теперь был чисто механическим. — Как... как очень эффективный кинжал.
Мне неважно значение имени. Я использовал его дюжину раз раньше. Оно короткое, легко печатается, не появляется ни в каких списках «крутых геймерских имен». Функциональное. Имя призрака.
— А теперь! — голос Лоры слегка надломился, когда она жестом указала на последний интерфейс. — Излейте свой дух в ваш сосуд! Определите свою внутреннюю сущность! Будете ли вы столпом Силы? Шепотом Ловкости? Источником Интеллекта? Или, возможно... — она с надеждой наклонилась вперед, — ценителем Искусства, для тех, у кого действительно утонченный вкус?
Модель персонажа растворилась, сменившись новым интерфейсом. Светящиеся руны, представляющие стартовые классы, висели в белой пустоте— Воин, Маг, Рейнджер, Жрец, Разбойник, Ремесленник (который далее делился на специализированные подклассы).
Внимание Каге моментально переключилось на первую руну, даже не взглянув на остальные.
Он выбрал Воин.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Лист персонажа: Каге
Уровень: 1
Опыт: 0/100
Класс: Воин
Звание: -
Слава: 0
Физический урон: 10
Здоровье (HP): 110/110
Мана (MP): 110/110
Вес: 0/50
Атрибуты (10 очков для распределения)
Сила (STR): 10
Ловкость (AGI): 10
Выносливость (STA): 10
Интеллект (INT): 10
Искусство (ART): 10
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Путь силы и стали! — объявила Лора, и в ее голосе прокралось искреннее облегчение. — Классический выбор! Благородный! Честный! Сама суть—
Появилось окно распределения атрибутов, и Каге немедленно начал выкачивать как можно больше очков из бесполезных характеристик.
— —героического... — голос Лоры затих, когда она наблюдала, как меняются цифры.
Сила и Ловкость. Больше ничего не имеет значения. Сила — это урон. Ловкость — это скорость. Все остальное — роскошь, которую я не могу себе позволить.
Его призрачные пальцы летали по интерфейсу, безжалостно оптимизируя его сборку.
— О, — слабо сказала Лора, наблюдая, как Интеллект падает. — О, боже.
Интеллект? Бесполезно. Пусть маги его забирают. Воин с ИНТ — это неудавшийся заклинатель меча.
— Подождите, вы ведь не собираетесь серьезно— — начала она, затем с растущим ужасом наблюдала, как Искусство присоединилось к Интеллекту на абсолютном минимуме.
Искусство? Шуточный стат для ролевиков, которые хотят создавать бесполезную мебель. Нулевое боевое применение.
— Но... но Искусство управляет вашей способностью ценить красоту! Творить! Находить смысл за пределами простого— — протесты Лоры становились все более отчаянными.
Он проигнорировал предупреждающие сообщения, которые кратко вспыхнули, и подтвердил свое распределение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Лист персонажа: Каге
Уровень: 1
Опыт: 0/100
Класс: Воин
Звание: -
Слава: 0
Физический урон: 20
Здоровье (HP): 110/110
Мана (MP): 60/60
Вес: 0/60
Атрибуты
Сила (STR): 20 (+10)
Ловкость (AGI): 20 (+10)
Выносливость (STA): 10
Интеллект (INT): 5 (-5)
Искусство (ART): 5 (-5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он почувствовал удовлетворение. Сборка была чистой.
Выносливость? Ловушка. Больше HP просто означает, что ты можешь пережить ошибки. Оптимальная игра — не совершать ошибок.
Сборка «стеклянная пушка». Высокий риск, высокая награда.
Он проверил свое стартовое окно навыков. Как и ожидалось, оно было почти пустым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Навыки
•> Мощный Удар I (Активный): Базовая атака с высоким уроном. Множитель базового урона 150%. Стоит 10 MP.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Далее, оружие новичка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ржавый Меч Новичка
•> Качество: Обычное
•> Тип: Одноручный меч
•> Вес: 2
•> Физическая атака: +8
•> Скорость атаки: +3%
•> Прочность: 20 / 20
•> Требуемый уровень: 1
•> Описание: Меньше оружие, больше заточенный кусок металлолома. Лучше, чем ничего... наверное.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Это было все, что ему нужно. Ему не нужны были дюжина ярких навыков. Ему нужен был один надежный источник урона и его собственные две руки.
Лора физически отпрянула, ее идеальное самообладание окончательно дало трещину. — Ты... ты создал мерзость, — прошептала она, глядя на его характеристики с нескрываемым ужасом. — Воина, который не может оценить закат, сочинить простое хайку или даже понять художественную ценность хорошо сделанного клинка! Ты сделал себя функционально эстетически слепым!
Идеально.
Чистая сборка. Высокий урон, высокая скорость, без потраченных впустую очков на приятные, но бесполезные вещи.
— Пожалуйста, — она попыталась в последний раз, ее голос был тихим и отчаянным, — хотя бы одно очко в Искусство? Всего одно?
Он уже переходил к следующему экрану, выбирая стартовую зону Шепчущие Леса.
Лора на мгновение замерла в ошеломленном молчании, затем глубоко, прерывисто вздохнула. Когда она снова заговорила, в ее голосе было столько же тепла, сколько в записи корпоративной службы поддержки.
— Ваш... путь определен. Ваша форма... технически функциональна. Ваше имя... запоминается своей краткостью. — Оркестровая музыка вокруг нее звучала устало. — Пусть ваша легенда будет написана... очень простыми словами. Ваша история начинается сейчас.
Наконец-то. Он бросил взгляд на Лору.
Они действительно вложили все силы в ИИ, — внутренне отметил Каге. Симуляция эмоционального срыва, за которой последовало отстраненное, профессиональное восстановление. Полностью динамично и по-человечески. Современный ИИ. Пустая трата вычислительных циклов, но впечатляет.
На долю секунды Каге почувствовал симулированное головокружение, ощущение падения сквозь реальность. Затем свет, звук и тысячи других ощущений обрушились на него одновременно.
Позади него, в белой пустоте, Лора слегка сгорбилась, ее идеальная осанка наконец-то поддалась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ваш показатель Искусства слишком низок, чтобы ценить скрытые детали мира.
•> Некоторые квесты и их подсказки могут быть заблокированы для вас.
•> Художественные и поэтические описания будут представлены в упрощенном, функциональном формате.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге моргнул. Переход завершен.
Для обычного игрока Шепчущие Леса были сенсорным шедевром. Золотые лучи света пронзали изумрудный полог, освещая пылинки, танцующие, как духи. Воздух был густым от запаха сосны, влажной земли и сладких обещаний приключений.
Каге ничего этого не видел.
Для его глаз живописный пейзаж представлялся чистой геометрией. «Золотой свет» был плоским, желтым окружающим оттенком. Величественные, узловатые дубы были сведены к их коллизионным моделям— гладким, коричневым цилиндрам, увенчанным низкополигональными зелеными кронами. Сложный подлесок исчез, замененный плоскими зелеными текстурами на земле.
Даже запах отсутствовал. В правом нижнем углу его HUD'а была простая текстовая строка—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Симуляция обоняния: Минимальная.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Это было отвратительно. Это было идеально.
Он стоял в центре стартового города, Оукхейвена. Вокруг него тысячи новых игроков материализовались во вспышках синего света. Воздух взорвался какофонией человеческих голосов.
— Посмотрите на графику! Скибиди!
— ЗА ОРДУ! Или... что там за фракция здесь.
— Приглашение в пати, кто-нибудь? Ищу группу на слизней!
— МАМА, ПОЛОЖИ ТРУБКУ, Я ИГРАЮ!
— Мое стартовое заклинание... ВЫДЕЛЯЕТ РИФМЫ???
Стартовая зона была красивым, хаотичным беспорядком. Маг 1-го уровня поджег себя, пытаясь произнести заклинание. Игроки бегали по кругу, тестируя движение, и размахивали своими хлипкими Ржавыми Мечами Новичка в воздухе.
Официальные низкоуровневые мобы, предназначенные для избиения новичками, были крошечными, желеобразными существами, называемыми Пигмейскими Слизью. Они жалко хлюпали, когда на них набрасывались стаи игроков, выкрикивая названия навыков, как будто это имело значение.
— Мощный удар!
— быстрые стрелы!
Каге не двигался.
Целых десять секунд он оставался совершенно неподвижным, единственной точкой абсолютной неподвижности в море лихорадочного движения. Он не был в восторге. Он не был ошеломлен.
Он обрабатывал информацию.
Его глаза сканировали его пользовательский интерфейс, полупрозрачные элементы, наложенные на его зрение. Полосы HP и MP. Мини-карта— отображала местную топографию и бесполезное море синих точек, представляющих других игроков. Окно чата— прокручивающийся водопад радостной, бессмысленной тарабарщины. Он зарегистрировал задержку. Стабильно. Приемлемо.
Затем его осознание расширилось до окружающей среды. Он отметил плотность роя игроков. Точки появления мобов для Пигмейских Слизней уже были заняты. Конкуренция за этих мобов с низким опытом была жесткой и неэффективной. Пустая трата времени.
Он слушал, фильтруя какофонию. Крики, неуклюжие звуки ударов, торжественные джинглы умирающих мобов. Все это было шумом. Он искал сигнал, паттерн.
Он ничего не нашел. Только дилетантский энтузиазм.
Его сканирование завершено. Базовая линия установлена.
Толпа двигалась на восток, к первому NPC, выдающему квесты, чье местоположение было отмечено светящимся восклицательным знаком на мини-карте. Они следовали по обозначенному игрой пути, по хлебным крошкам, которые разработчики разложили для масс.
Каге повернул на запад.
Против течения. Против намеченного пути. Один серый человек, движущийся с целью, пока тысячи бегали по кругу.
Его цель была ясна, его пункт назначения был занесен в журнал после недель исследований.
Его путь был прямой линией сквозь хаос. Он пробирался сквозь толпы прыгающих, кричащих игроков с бессознательной грацией рыбы, плывущей сквозь бурное течение. Он никого не задевал. Он не тратил энергию на лишние движения.
Игрок случайно взмахнул мечом по дикой дуге, едва не задев его.
Каге скорректировал свой путь на несколько сантиметров, не сбиваясь с шага, его глаза уже были сосредоточены на линии деревьев впереди.
Через городские ворота. Мимо NPC, кричащих о судьбах и избранных. В неизведанный лес, куда, по словам обучалки, ходить не стоило.
Позади него Оукхейвен ревел от звуков рождения десяти тысяч героев.
Стадо гналось за игрой.
Каге шел, чтобы сломать ее.
Приливная волна игроков хлынула на восток. Каге шел на запад.
Обычный геймер инстинктивно подумал бы, что это неправильно. Разработчики игры разместили теплый, гостеприимный город, дружелюбного NPC-обучалку со светящимся знаком препинания над головой и поле послушных, мягких монстров в одном направлении. Это был ярко освещенный путь, мигающая неоновая вывеска, гласящая: «НАЧНИТЕ ЗДЕСЬ».
Для Каге это был другой знак. Он говорил: «ЛО-ВУШ-КА ЭФ-ФЕК-ТИВ-НО-СТИ».
Его внутренний монолог, постоянный поток расчетов, запустился.
Средний игрок проведет следующий час, осваивая основные элементы управления, которые он уже знает. Они убьют несколько Пигмейских Слизней, чтобы выполнить квест, который даст им обычный предмет. Они почувствуют прогресс. Это тщательно разработанный цикл дофамина для масс.
Он прошел сквозь густую чащу папоротников, и неистовые звуки стартовой зоны уже начинали затихать позади него.
Этот цикл — преграда. Конкуренция самая высокая там, где награда самая низкая. Низкий риск, низкая награда. Ужасная инвестиция.
Его исследования указывали в другое место. Инсигния Тирана. Достопримечательности. Точка пересечения была не в уютных, хорошо освещенных стартовых полях. Она была в зоне, которую карта затеняла слегка более темным зеленым цветом. Тонкое, но ясное предупреждение. Мобы более высокого уровня. Большая опасность.
Высокий риск, — подумал Каге, его глаза сканировали путь впереди. — Высокая награда. Единственный путь, который имеет значение.
Лес начал меняться. Дружелюбная, залитая солнцем поляна сменилась более густым, первобытным лесом. Деревья росли ближе друг к другу, их ветви переплетались в густой полог, который заслонял золотой солнечный свет, заменяя его сумрачным полумраком. Веселая трель птиц сменилась низким уханьем невидимой совы и шорохом неизвестных существ в подлеске. Путь полностью исчез, вынуждая его ориентироваться по местности и карте.
Это была та часть игры, которая заставляла большинство игроков колебаться. Точка, где «руководство» заканчивалось.
Впереди он заметил небольшую группу из четырех игроков. Они сбились в кучу, двигаясь нерешительно. Их лидер, воин с тем же стартовым мечом, что и у Клайда, сделал несколько шагов вперед, затем поспешно отступил в безопасность своей группы.
— Ребята, вы что-нибудь видите на карте? — спросил воин, его голос был полон неуверенности.
— Не-а, тут все пусто, — ответил другой игрок, маг в мантии. — Может, вернемся? Квест был убить слизней.
Каге прошел мимо них без единого слова, его ровный шаг не дрогнул. Их короткий разговор был всем подтверждением, что ему было нужно. Они были туристами. Он был оператором. Они искали экскурсию; он был на задании. Хотя, надо отдать им должное, они были достаточно умны, чтобы пройти мимо стартовой зоны.
Партия замолчала, наблюдая за ним. Тот, что с луком, пробормотал— Кто этот парень? Думаешь, он знает, куда идет?
Целительница, женщина, держащая небольшой светящийся шар, покачала головой, ее голос был нервным шепотом. — Он умрет. Нельзя идти в зону 3+ уровня в одиночку на 1-м уровне. Первая пачка мобов разорвет его в клочья.
Их лидер, воин, на мгновение посмотрел ему вслед, прежде чем фыркнуть. Это был звук, призванный проецировать уверенность, которую он явно не чувствовал. — Забудьте его. Высокомерный дурак. Некоторые люди должны учиться на своих ошибках.
Маг кивнул в знак согласия, его взгляд вернулся к относительной безопасности пути позади них. — Ага. Давайте держаться вместе. Безопасность в количестве.
Каге не оглядывался. Что они думали, не имело значения. Он продолжал углубляться в лес, спокойная уверенность в его шаге резко контрастировала с нервной нерешительностью партии, которую он оставил позади.
Его пунктом назначения была ближайшая достопримечательность, соответствующая инсигнии — Хваткие Леса.
На мини-карте появилось три красные точки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Угроза. Близко.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
С легкостью он перенес вес, его рука крепче сжалась вокруг кожаной рукояти его Ржавого Меча Новичка. Его осанка незаметно сместилась в шизентай, естественную стойку. Готов. Стойка ощущалась как возвращение домой. Дома, на который он много лет назад запер дверь.
Низкий рык пронзил тишину слева от него. Справа ему ответил другой. Из теней прямо перед ним появилась третья, более крупная фигура.
Три Злобных Лесных Волка.
Это были худые, мускулистые существа с лохматой серой шерстью и глазами, горящими зловещим, малиновым светом. Два были обычного размера. Тот, что в центре, однако, был на добрые пятьдесят процентов крупнее, с зазубренным шрамом над одним глазом. Его табличка с именем светилась слабым, угрожающим красным.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Злобный Альфа-Волк - Ур. 5 (Элита)
•> Здоровье (HP): 350/350
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Остальные были 3-го уровня с HP 150.
Идеальная засада. Для менее опытного игрока это был бы смертный приговор. На самом деле, где-то позади него Каге услышал панические крики, раздавшиеся от партии, мимо которой он только что прошел.
— Волки! У меня два на хвосте!
— Лечи! ЛЕЧИ МЕНЯ!
— Не могу! ТАНК СБРОСИЛ АГРО!
— Какой ТАНК?!? У МЕНЯ ТЕПЕРЬ ТОЛЬКО МЕЧ!
Крик, за которым последовал слабый, мерцающий звук растворяющегося в частицах света персонажа игрока. Партия была уничтожена.
Альфа-волк перед Каге опустил голову, его губы оттянулись, обнажая ряды острых клыков. Он издал пронзительный вой — команду стаи — и два меньших волка начали свою атаку.
Они двигались с плавной, ужасающей скоростью. Тот, что справа, прыгнул, его челюсти сомкнулись на его горле.
Атака прыжком. Время анимации: 0.7 секунды.
Его внутренний хронометр, отточенный пред-запусковыми исследованиями, произвел расчет. Он не мог парировать прыжок. Это было слишком быстро для его текущей Ловкости. Уклонение было возможно, но нарушило бы его стойку и подставило бы его спину второму волку.
Он проигнорировал прыжок.
Вместо этого все его внимание было сосредоточено на волке слева. Он фланговал, готовясь к другой атаке. Тяжелый, когтистый удар.
Тяжелый удар лапой. Время анимации: 1.2 секунды.
Приемлемо.
Когда челюсти прыгающего волка были всего в дюйме от шеи его аватара, Каге двинулся. Это был один точный шаг назад и вправо, фундаментальное упражнение по передвижению из кендо. Атака волка промахнулась, его импульс пронес его мимо.
В тот же момент последовал удар лапой второго волка. Каге просто повернул запястье, поймав предплечье волка плашмя своего клинка.
Лязг.
Посыпался сноп желтых искр. Система зарегистрировала ввод.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Идеальное парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Волк споткнулся, его анимация атаки была прервана, создав мгновенное открытие. Для игрока калибра Каге мгновение было вечностью.
Он не выкрикивал название навыка. Ему это было не нужно. Команда была продолжением его воли, безмолвной инструкцией, отправленной непосредственно игровому движку. По завершении парирования он перешел в контратаку. Слабое, почти незаметное мерцание белого света окутало его ржавый меч.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Мощный удар I
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Взмах был чистым, экономичным. Никакой лишней энергии. Точный удар, направленный прямо в незащищенную переднюю лапу волка. Игра вознаградила его точность по шатающейся цели.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Критический удар! -84 HP
•> Цель покалечена! Скорость передвижения -30%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Волк взвыл от боли, его полоса здоровья значительно уменьшилась. Но внимание Каге уже было сосредоточено на другом. Первый волк оправился от прыжка и поворачивался. Альфа-волк теперь начинал свою собственную атаку.
Три цели. Приоритет — голова.
Он проигнорировал двух покалеченных или потерявших равновесие прихвостней. Он повернулся лицом к Альфе. Ее атака была быстрее, более устрашающей. Она готовилась к тяжелому прыжку, удару телом, предназначенному для оглушения и подавления.
Он встретил атаку в лоб. Прямо перед ударом он опустился в низкую стойку, меч держал наготове. Альфа прыгнула. Каге использовал ее импульс.
Он взмахнул своим ржавым мечом базовым горизонтальным ударом. В тот момент, когда атака нанесла минимальный урон, он снова активировал свой навык.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Мощный удар I
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Система повиновалась. Импульс базового взмаха был немедленно отменен, замещен активацией навыка. Ржавое лезвие, светящееся слабым белым светом, врезалось в брюхо Альфы в прыжке. Волк крякнул, его тяжелый прыжок слегка сбился с курса.
Но Каге еще не закончил.
Он перевел первый Мощный удар прямо в еще один обычный взмах, на этот раз быстрый удар. Затем еще одна команда, управляемая намерением.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Мощный удар I
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его полоса маны опустилась, но его урон был огромен. Он так плавно переплетал базовые атаки и активации навыков, что перезарядка одного маскировалась анимацией другого. Это была высокопроизводительная техника, которую большинство игроков не могли даже понять, не говоря уже о выполнении. Для наблюдателя это выглядело бы как плавный, ослепительно быстрый шквал ударов. Для Каге это был простой ритм.
Атака. Отмена. Навык. Отмена. Атака.
Альфа неуклюже приземлилась, ее здоровье уже было уменьшено на треть. Она была в ярости. Она нанесла тяжелый удар лапой, то же 1,2-секундное движение, которое использовал ее сородич.
Предсказуемо.
Каге идеально парировал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Идеальное парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Взмах. Навык.
Еще одна часть здоровья Альфы исчезла. Два меньших волка, один покалеченный, а другой восстанавливающийся, наконец вернулись в бой. У Каге теперь было три врага, атакующих с разных сторон.
Его мана теперь была полностью истощена после шести применений способности.
Он не паниковал. Он вернулся к своей глубочайшей тренировке, его ноги выписывали идеальный, экономичный узор, который удерживал всех трех врагов в его передней дуге. Он никогда не позволял им окружить себя. Он парировал еще один удар от покалеченного волка просто для того, чтобы создать пространство, его разум был клинком, отточенным до бритвенной остроты.
Это было не безмятежное осознание истинного Заншина. Это была его жестокая, логическая имитация, состояние полного осознания, достигнутое за счет чистой вычислительной мощности разума, который видел все как данные. Расчеты стали настолько быстрыми, что это ощущалось почти как инстинкт, призрак легкого мастерства, которое он давно покинул.
Альфа, раненая, совершила свою последнюю ошибку. Она откинулась назад для своей самой мощной атаки— кусающего рывка, предвещаемого глубоким красным свечением в ее глазах.
Роковая ошибка, — подсказал разум Каге. — Высокий урон, но привязка к долгой анимации. Отчаянный ход, срабатывающий при низком проценте здоровья.
Парирование не требовалось. Он просто сделал один спокойный шаг в сторону. Альфа промчалась мимо него, врезавшись в толстое дерево с глухим стуком. Она была оглушена.
Каге шагнул вперед и двумя более эффективными ударами покончил с ней.
Массивный волк рухнул на землю, его угрожающее красное свечение угасло, прежде чем он растворился в потоке золотых частиц. Каскад уведомлений заполнил зрение Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы победили Злобного Альфа-Волка!
•> Получено EXP: 100
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 2!
•> У вас есть нераспределенные очки атрибутов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Уведомление прозвучало с искусственным празднованием. На микросекунду его разум подкинул нежелательный образ— его мать, аплодирующая на его турнире по кендо в средней школе, ее лицо сияло гордостью за бессмысленный трофей.
Он закрыл окно. Сосредоточься. Единственные аплодисменты, которые имели значение сейчас, исходили от подтверждений банковских переводов.
Оставшиеся два волка, их лидер исчез, один раз всхлипнули. Их ИИ переключился с «Агрессивный» на «Бежать». Они развернулись и бросились в темный лес.
Каге отпустил их. Гоняться за ними было пустой тратой времени.
Битва длилась меньше тридцати секунд.
Он медленно выдохнул, контролируемым дыханием. Прилив победы или всплеск адреналина так и не наступили. Это было для любителей. Вместо этого он почувствовал тихое удовлетворение от успешной операции.
Предполагаемый чистый доход: положительный.
Предполагаемое время, потраченное партией новичков позади: катастрофическое.
Он немедленно открыл окно своего персонажа.
HP: 120/120. MP: 70/70.
Повышение уровня заполняет ваши полосы. Хорошо знать.
Он проверил состояние своего меча.
Ржавый Меч Новичка (Прочность: 17/20).
Высокотемповый бой повредил дешевое оружие. Расчетная затрата.
Он распределил свои новые очки атрибутов, не задумываясь. Еще одно в Силу, еще одно в Ловкость.
Наконец, он подошел к сверкающей куче света на земле, где умерла Альфа. Добыча. Он протянул руку, и предметы материализовались в системном окне.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Добыча получена
•> Клык Волка x 4
•> Лохматая Шкура x 2
•> Необычное Ядро Зверя x 1
•> Потрепанный Свиток x 1
•> 17 медных монет
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
В основном, хлам для торговца. Ядро Зверя было приличным крафтовым материалом согласно описанию. Его глаза зацепились за четвертый предмет в списке.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Потрепанный Свиток
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вот оно.
Холодная, острая сосредоточенность опустилась на него, ощущение криптографа, только что нашедшего ключ. Он выбрал свиток в своем инвентаре и приказал системе Инспектировать.
Появилось подробное окно описания.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Потрепанный Свиток (Квестовый Предмет)
•> Описание: Кусок выветрившегося пергамента, порванный и испачканный временем. Большая часть текста неразборчива, выцвела до неузнаваемости. Все, что вы можете разобрать, это единственная, грубо нарисованная инсигния в центре: стилизованный ястреб, сжимающий сломанную корону, символ тиранов, которых Валерий сверг, чтобы принести процветание всем.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Внутренний монолог Каге прервался. Изображение на свитке полностью совпадало.
Инсигния совпадает с моим исследованием. Метка тирана... но что-то не так. В игровом тексте это представлено как символ побежденного зла, а не короля. Умный отвлекающий маневр? Или моя теория была ошибочной?
Он пока отбросил противоречие.
Это была не просто случайная добыча. Это была первая хлебная крошка. Первый шаг на секретном пути, который он исследовал неделями. В то время как тысячи игроков все еще убивали слизней и примеряли свои новые +1 штаны с броней, он только что нашел ключ к первой великой охоте за сокровищами в игре.
Он мгновенно понял его ценность, потому что выполнил домашнее задание. Разработчики спрятали карту сокровищ на виду, и он нашел первый кусок.
На мгновение он взглянул на рой синих точек, все еще скопившихся на стартовых полях на краю его мини-карты. Они были фоновым шумом сервера, хаотичной симфонией неэффективности.
Но здесь, в тишине и темноте глубокого леса, он только что нашел сигнал. Они играли в игру, которую разработчики им предложили. Он собирался взять ту, которую они скрыли. Гонка официально началась.
Потрепанный Свиток не имел светящегося маркера на карте или удобной кнопки «Начать квест». Это был просто предмет, инертный и загадочный. Каге стоял совершенно неподвижно на тихой поляне, тела волков уже были далеким воспоминанием, и он думал.
Описание предмета: выветрившийся пергамент, текст неразборчив. Инсигния — единственный четкий элемент.
Большинство игроков сочли бы это тупиком. Бесполезный кусок лора. Каге увидел в этом фильтр.
Свиток — не подсказка. Свиток — это ключ к прочтению подсказки.
Его исследования намекали на головоломки, основанные на окружающей среде. Он открыл свою карту. Поляна, на которой он находился, располагалась на краю Хватких Лесов, гранича с регионом, отмеченным как «Болото Мутной Воды». Болото.
Он вспомнил строчку из блога разработчиков о динамической среде Crown of Destiny: «Сам мир — это персонаж. Обращайте внимание на то, как он реагирует на вас, и как вы реагируете на него».
Это был рискованный ход, но рискованные ходы были его специальностью.
Каге двинулся, его путь был прямой линией к болоту. Воздух стал густым и тяжелым, пахло влажной землей и гнилью. Веселый щебет лесных птиц сменился низким кваканьем невидимых лягушек и сводящим с ума жужжанием болотных мух. Земля с твердой почвы превратилась в засасывающую грязь.
Он нашел небольшую лужу застоявшейся, мшистой воды. Он остановился, открыл свой инвентарь и выбрал свиток. Затем он поднес виртуальный пергамент близко к поверхности воды.
Через мгновение слабый свет прочертил линии по свитку. Выцветший, неразборчивый текст медленно превратился в одну, призрачную строку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Пройдите через болото по древним камням.
•> Квест начат: Наследие Основателя
•> Уровень: Уникальный
•> Цель: Следуйте по пути Валериуса, благожелательного короля, который освободил землю от тирании и раздал свои сокровища достойным.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Губы Каге изогнулись в тонкую, довольную линию. Удовлетворение, да, но смешанное с давлением, которое сжимало его грудь — тяжесть разочарованного голоса Элары из утреннего звонка. Каждая решенная головоломка была шагом к тому, чтобы машины продолжали пищать.
«Плачущая земля» была болотом. «Павшие гиганты» должны были быть ориентиром. Он окинул взглядом горизонт. Вдалеке, наполовину погруженное в мутную воду, стояло хаотичное кладбище массивных, покрытых мхом монолитов.
Их были десятки. Как сломанные зубы левиафана, они торчали из болота, образуя раскидистое, бессмысленное поле из серого камня и слизи.
Другие игроки уже были там. Партия из четырех человек бродила вокруг камней.
— Может, это рандом? — крикнул один из них, худой маг с веткой. — Или! Попробуйте ударять их в том порядке, в каком они появляются на небе!
— Какие созвездия? Тут нет никаких созвездий! — с разочарованием ответил дородный Воин. — Я уже ударил двадцать из них! Ничего не происходит! Это баг. Отстойная игра.
Новички.
Партия из четырех человек обращалась с древними камнями как с неисправным боссом рейда, пытаясь грубой силой взломать кодовый замок с миллионами переменных. Один буквально бил камень своим мечом, упражнение по трате прочности впустую.
Проверка DPS на декорациях.
Каге отфильтровал шум. Их крики, потраченная впустую мана, пикание уведомлений о потере прочности. Все это был статический шум. Он сосредоточился на важных данных. Самих камнях.
Он осмотрел поле. Всего тридцать два камня.
Он представил инсигнию со свитка, образ, впечатанный в его память часами изучения. Он мысленно проецировал этот чертеж на раскинувшееся поле руин.
Это было созвездие. Подобно тому, как звезды на небе окружены бесконечной чернотой и бессмысленной пылью, истинные части головоломки были скрыты среди ненужных данных.
Он наложил Ястреба.
Двадцать пять камней исчезли в его мысленном взоре. Но семь из них — широко разбросанные и, казалось бы, не связанные — вписались в сетку.
Это было идеальное совпадение. Инсигния, увеличенная в масштабе и выполненная в грязи и камне.
Он мгновенно прочитал расположение. Большой камень на юго-востоке— Коготь. Скопление из четырех конкретных камней на севере, игнорируя два сломанных рядом— Сломанная Корона. Острый западный обелиск— Клюв. И маленький, круглый камень, почти полностью погруженный в центр— Глаз Ястреба.
Другая партия пыталась играть в игру, не читая патч-ноты. Они касались звезд, не зная созвездия.
Мимолетная мысль мелькнула в его голове, вспомнив уведомление, предупреждающее его о низком уровне артистизма.
Игрок, ориентированный на Искусство, мог бы видеть это по-другому. Возможно, для них камни гудят слабым светом, или инсигния появляется как призрачный проводник, когда они приближаются. Интуитивное, художественное решение.
Он внутренне усмехнулся. Но головоломка с одним решением — плохой дизайн. Всегда есть черный ход. Путь для чистой логики. И это был путь, по которому он шел.
Расположение было картой, но ему все еще нужна была последовательность активации. Он представил себя на месте тирана. Какова была история здесь? Это был рассказ о власти, рассказанный в камне.
Сначала — амбиция. Видение. Затем — удар. Хватка. Наконец — консолидация приза.
Он вошел в болото, его сапоги издавали хлюпающие звуки в иле. Он подошел к центральному камню. Глаз Ястреба. Видение. Его ладонь легла на холодную, влажную поверхность.
Низкое гудение ответило, система подтвердила правильный ввод.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Последовательность Инициирована 1/7
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Один из новичков что-то крякнул. Неважно. Каге уже двигался. Он перешел к западному камню. Клюв. Удар. Второе гудение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Последовательность 2/7.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Затем долгий путь к массивному, зазубренному камню на юго-востоке. Коготь. Хватка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Последовательность 3/7.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его путь выглядел как бессмысленный зигзаг через лабиринт для наблюдающей партии. Он проходил мимо «очевидных» ориентиров, чтобы коснуться, казалось бы, случайных, меньших камней. Для Каге это был единственный оптимальный маршрут, соединяющий созвездие.
Он подошел к последним четырем камням. Сломанная Корона. Он методично касался их, один за другим, как игрок, собирающий последние части комплекта снаряжения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Последовательность 4/7.
•> Последовательность 5/7.
•> Последовательность 6/7.
•> Последовательность 7/7.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
С последним прикосновением все семь камней вспыхнули синхронным зеленым светом. Земля задрожала, и вода в болоте начала бурно бурлить. Системное окно вспыхнуло перед глазами Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы разгадали загадку Затонувших Камней.
•> Вы первый игрок, который это сделал.
•> Поскольку мир резонирует с вашим решением, вы находитесь под действием Эхо Загадки в течение 5 минут.
•> Эхо Загадки
•> Тип: Дебафф
•> Длительность: 5:00
•> Описание: Решение головоломки зарегистрировано. Взаимодействие с соответствующими объектами временно отключено.
•> Эффекты:
•> Блокировка механизма: Невозможно взаимодействовать с аналогичными механизмами головоломок в течение 5 минут.
•> Снижение обнаружения: Радиус агрессии врагов немного уменьшен вне боя.
•> ИНТ -5
•> Из-за того, что показатель интеллекта достиг 0, на вас наложены ограничения.
•> Информация будет упрощена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мир изменился.
Каге попытался вычислить траекторию опускающейся воды. Математика не поддавалась. Цифры соскальзывали с его мозга, как масло со стекла.
Его разум, обычно высокочастотный торговый зал данных и анализа, затих. Сложная сеть переменных исчезла.
На их месте остались примитивные концепции.
Вода идет вниз. Камень идет вверх.
Прежде чем он успел проанализировать это дальше, еще одно окно наложилось на его зрение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Желаете ли, чтобы ваше имя, «Каге», было отображено в Региональном Объявлении?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его палец двинулся. Мышечная память действовала там, где логика боролась.
Нет.
Слава плохо. Призрак хорошо.
Тут же по всей стартовой зоне разнеслось грандиозное объявление, написанное мерцающими золотыми буквами в небе для всеобщего обозрения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Региональное объявление: Древняя Загадка Затонувших Камней была разгадана игроком ****.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его имя было цензурировано. Волна замешательства и спекуляций немедленно заполнила региональный чат.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Региональный чат Player9544: Ого, кто-то уже разгадал скрытую головоломку? Я все еще делаю квест на Слизня...
•> Региональный чат SwordBoi_77: ЛОЛ, кто первым в регионе разгадывает и цензурирует свое имя? Что за чудак.
•> Региональный чат Silver_Wing_Recruiter: Ищем игроков в гильдию
•> Региональный чат Axemaster_Popo: Тот парень, который это сделал, был прямо здесь! Просто подошел и прикоснулся к ним! Его ник был Каге!
•> Региональный чат 4Chill2Player0: йо @Player9544 экипируй лук и отметь слизней до других игроков, легко
•> Региональный чат Numero: @Axemaster_Popo ага, а моя девушка — Богиня Софи...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге проигнорировал болтовню. Он подошел к центральному пьедесталу и забрал награду.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Запечатанная Каменная Таблетка
•> Описание: Доказательство компетентности для испытания Основателя.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он повернулся спиной к камням и зевающим игрокам, прежде чем пьедестал успел погрузиться обратно в воду. Воин сделал полшага вперед, вытянув руку, как будто хотел задать вопрос.
— Эй, как ты—
Они видели. Плохо.
Эта простая, двухсловная оценка была всем, что предложил его дебаффнутый разум. Этого было достаточно. Он уже двигался, оставляя опасность позади.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Квест обновлен: Наследие Основателя
•> Уровень: Уникальный
•> Цель: ИДТИ В ПЕЩЕРУ. ПЕЩЕРА В ГОРЕ. ГОРА — БОЛЬШАЯ СКАЛА С ПАРОМ.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Пещера. Подсказка была почти... оскорбительно прямой?
Неважно.
Он открыл свою карту. К северу от болота, граничащего с ним, находился горный хребет, «Пики Драконьего Зуба». По его подножию были разбросаны десятки значков пещер. Еще один фильтр. Какой из них?
ГОРА — БОЛЬШАЯ СКАЛА С ПАРОМ.
Он увеличил карту. Большинство пещер были просто черными точками. Но одна, расположенная в скрытом ущелье в стороне от основного пути, имела уникальный маркер окружающей среды рядом с ней— «Геотермальные источники». Пар. Гора дышала.
Он побежал. Время теперь было самым критическим ресурсом.
Вход в пещеру был именно там, где он предсказывал, спрятан за водопадом и укрыт разросшимися лианами. Ни один здравомыслящий игрок не нашел бы это, просто блуждая. Нужно было знать, куда смотреть.
Он прошел сквозь лианы. Воздух внутри был теплым и нес слабый запах серы.
В его ушах раздался тихий звон.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Эффект завершен: Эхо Загадки
•> Интеллект восстановлен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге слегка споткнулся, когда его когнитивные функции резко вернулись на место. Ментальный туман мгновенно испарился, сменившись знакомой, холодной ясностью его аналитического ума. Примитивные концепции — «Большая Скала», «Пар» — преобразовались в геологические данные, вероятности появления и тактические карты.
Он глубоко вздохнул. Цель квеста обновилась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Цель: Убить Древнюю Пещерную Летучую Мышь.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вероятно, это был мини-босс. Каге вытащил свой ржавый меч. Он поправил хват, его глаза сканировали темноту, его разум уже прокручивал вероятные схемы атаки летучей мыши, основываясь на ее названии. «Древняя» предполагала медленные, но мощные атаки. «Летучая мышь» предполагала звуковые способности или навыки высасывания жизни.
Он углубился в пещеру, его шаги были бесшумны. Главный зал открылся перед ним, обширный грот, освещенный фосфоресцирующим мхом. Он увидел свою цель.
И его сердце, впервые, пропустило удар.
Древняя Пещерная Летучая Мышь была уже мертва.
Она лежала скомканной кучей на полу пещеры, колоссальное существо с размахом крыльев не менее пятнадцати футов. Ее кожистая шкура была испещрена чистыми, точными порезами. Это была не работа неуклюжей партии, рубящей без разбора. Это была работа мастера-мечника.
Глаза Каге метнулись по камере. Ничего. Никого. Он осторожно приблизился к трупу. Слабое, эфирное мерцание пульсировало вокруг тела летучей мыши.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Таймер исчезновения.
•> Исчезнет через 1:12
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его разум заработал на полную мощность. Тело все еще было здесь, что означало, что оно было убито недавно. Таймеры исчезновения у мини-боссов обычно были короткими. Пять минут, может быть, максимум десять.
Он быстро проверил свой лог. Первое в мире: Загадка Затонувших Камней все еще было там.
Математика не сходилась. Это был парадокс.
Я был первым, кто разгадал камни. Никто не мог получить подсказку к этой пещере до меня. Так как же кто-то может быть впереди меня?
Его внутренний монолог, обычно поток холодной логики, наткнулся на стену. Он осмотрел область вокруг трупа, ища любую подсказку. Выброшенная бутылка с зельем, царапины от навыка, что угодно. Ничего не было. Убийство было чистым. Место было стерильным.
Один игрок, — заключил он. — Не гильдия. Урон сфокусирован. Они эффективны. Но как?
Й
Его разум затих.
Он не злился. Он не был расстроен. Он был чем-то гораздо более опасным.
Он был сосредоточен.
Он вспомнил системное предупреждение. Некоторые квесты и их подсказки могут быть заблокированы для вас.
Он заставил свой разум оторваться от линейного пути. Разработчики умны. Единый, линейный «секретный квест» — это узкое место. Это плохой дизайн. Один человек, застрявший, остановил бы всю цепочку событий.
Логическое решение? Несколько точек входа.
Мой свиток начал цепочку квестов. Он привел меня от волков к камням, к этой пещере. Но что, если это не было отправной точкой? Что, если другие высокоуровневые мобы в других частях стартовой зоны давали другие подсказки, все ведущие к тому же созвездию локаций?
Его путь, начавшийся с выпадения Альфа-Волка, был логичным путем. Он требовал анализа и боя. Но что, если был другой путь?
Что, если его соперник не распределил свои характеристики так безжалостно? Что, если они нашли другую подсказку, которую Каге буквально не мог видеть?
Мысль закрепилась в его сознании с силой откровения. Это был не один путь. Это был заплетенный шнур. Он и его соперник, или соперники, просто начали с разных нитей, и их пути только что сошлись впервые в этой пещере.
Они не разгадали загадку Затонувших Камней. Они не могли. Они, должно быть, следовали другой подсказке — той, к которой он был физически слеп.
Каге почувствовал призрак ощущения, которого не испытывал годами. Острые ощущения истинного соревнования с равным.
Он опустился рядом с головой существа. Горло было разорвано, но это был не беспорядочный разрез. Это были три отчетливых прокола, сгруппированных так плотно, что они почти перекрывались.
Каге мысленно проследил траекторию. Три удара. Все критические попадания. Все попадают в одну и ту же пиксельную координату хитбокса летучей мыши.
Обычные игроки целятся в голову. Профессионалы целятся в шею.
Но попасть в одну и ту же вершину полигона три раза подряд, пока моб движется? Это был почерк.
Он видел этот шаблон урона раньше.
В Aether’s Edge. В финалах Void Walker. Это был уровень механической точности, граничащий с аимботом, отличительная черта игрока, который трактовал хитбоксы как математические абсолюты.
Появилось одно имя.
Асура.
У него не было доказательств. Но он знал. Он чувствовал это. Это пробудило что-то опасное. Столкновение с достойным противником, сердце колотилось с огнем, который он давно потушил.
У меня есть одно преимущество. — Он понял.
Квест ткал героическое повествование, но ориентиры кричали о жадном тиране. Асура мог купиться на поверхностную историю; мне нужно использовать то, что под ней.
Стоя над остывающим трупом, Каге понял. Эта гонка не будет выиграна скоростью. Она будет выиграна умом. Его соперник следовал по пути.
Каге нужно было опередить его.
Таймер дебаффа в журнале квестов Каге был бомбой замедленного действия. Одна минута сорок семь секунд. Он не мог получить следующую подсказку. Он был заблокирован.
Стоя в прохладе грота, Каге почувствовал холодную, острую ясность проблемы, у которой не было решения грубой силой. Путь, проложенный игрой, был теперь закрыт для него. Асура, или кто бы ни был его соперником, пришел сюда первым по другой нити. Они будут двигаться к следующей цели, пока Каге застрял в ожидании перезарядки.
В гонке это был смертный приговор.
Следовать за хлебными крошками — игра проигравшего, — подумал Каге, его глаза метались от мертвой летучей мыши к журналу квестов. — Это погоня. Если мои подозрения верны, я не могу преследовать Асуру. Он — машина для гринда. Он опередит меня по уровню, по снаряжению и по темпу на линейном пути.
Мировоззрение Оператора, видевшего системы повсюду, взяло верх. Он не просто проходил квест. Он играл против дизайнера квеста. Разработчики, или, скорее, ИИ, не создали один секретный путь. Они создали головоломку с несколькими взаимосвязанными элементами.
У него была инсигния. Ястреб, сжимающий сломанную корону. Его пред-запусковые исследования были не просто поиском первого шага. Они были видением всей картины.
Он закрыл глаза, карта Шепчущих Лесов из реального мира, наложенная на инсигнию тирана, горела в его памяти. Орлиный Пик. Старая Дозорная Башня Короля. Хваткие Леса.
Они были опорными точками. Затонувшие Камни, Альфа-Волк, эта пещера… они были лишь нитями, ведущими к этим опорам. Но целью были не сами опоры.
Целью было пересечение. Точка, где сходились все линии. Единая, неотмеченная поляна глубоко в лесу. Сердце всей головоломки.
Его первоначальная цель на первый день.
Квест был разработан, чтобы провести игроков по грандиозному туру — в зависимости от их точки входа — по региону, прежде чем, наконец, привести их в центр. И в процессе предоставить им определенный ключ. И он был уверен, что у него уже есть свой — Запечатанная Каменная Табличка.
Это было тематически. Это было драматично. Героическое путешествие открытий и общего наследия.
Это также было ложно и неэффективно.
Мое исследование нарисовало другую картину. Инсигния была чертежом тирана для скрытой власти.
Каге открыл глаза. Решение было принято менее чем за секунду. Он не будет ждать дебаффа. Он не будет следовать следующей подсказке.
Он собирался перепрыгнуть в конец.
Его соперник следовал сценарию. Каге собирался разгадать создателя головоломки.
Он повернулся спиной к убитой летучей мыши и вышел из пещеры, оставив следующий шаг квеста гнить с трупом. Карта в его голове была ясна. Самый прямой путь к башне был прямой линией.
К сожалению, эта линия пролегала прямо через хребет Танглфанг.
Сначала изменился воздух. Окружающая атмосфера сменилась низким, угрожающим гулом. Деревья стали темнее, их ветви переплелись в тернистый полог, заглушивший солнце. Уведомление мигнуло на краю его зрения, его красный текст был резким предупреждением.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы входите в хребет Танглфанг (Зона Уровня 10-15). Ваш уровень слишком низок. Действуйте с крайней осторожностью.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге не замедлился. Земля стала коварным месивом из узловатых корней и острых камней. Сам воздух казался тяжелым, давящим. Он был здесь нарушителем, аномалией 2-го уровня в мире, созданном для его сокрушения.
Впереди, среди деревьев, двигалась массивная тень. Каге пригнулся за покрытым мхом валуном, его движения были экономичными и бесшумными. Он выглянул из-за края.
Это был Горный Тролль, неуклюжий громила, тащивший каменную дубину. Над его головой висел красный значок Ур. 15.
Внутренний монолог Каге стал клинической, постоянной оценкой.
Я не уверен, что даже идеальное парирование полностью нивелирует урон. Разница в уровне слишком велика. Мои силы и ловкость высоки для моего уровня, но моя выносливость никуда не годится.
Мой потенциал убийства фактически равен нулю. Ржавый Меч Новичка едва поцарапает его шкуру. Потеря прочности будет катастрофической.
Еще одно существо проскользнуло сквозь подлесок поблизости. Изящное, черное и неестественно бесшумное. Теневой Сталкер. Ур. 10. Его движения были плавными, хищными.
Высокая ловкость, высокий урон, вероятно, имеет эффект кровотечения или невидимости. Невозможно разорвать линию видимости после агро. Еще сложнее бороться, чем с Троллем. Вероятно, сможет сделать несколько парирований до смерти, его силы намного ниже, чем у Тролля.
Его путь был ясен. Путь, по которому он должен был проскользнуть, как призрак. Уклонение, скрытность и манипуляции окружающей средой были единственными жизнеспособными вариантами. Каждый шаг был расчетом. Каждая тень была потенциальным убежищем. Каждый звук был потенциальным смертным приговором.
Гонка была забыта, на мгновение заменена гораздо более примитивной целью.
Выжить.
Горный Тролль преграждал единственный видимый путь вперед, узкое ущелье между двумя отвесными скалами. Каге наблюдал за ним с высокого уступа, его тело было совершенно неподвижно. Он был хищником, изучающим поведение своей добычи.
Тролль чесал спину о скалу, кряхтел, а затем отходил куда-нибудь еще. Хотя не было статичного цикла, предсказуемой закономерности, низкий интеллект зверя был достаточен, чтобы обыграть рандом.
На короткий миг, когда тролль повернулся, чтобы вернуться обратно, его массивное тело расчистило проход. Окно было узким. Но этого было достаточно.
Каге двинулся.
Он скользнул с уступа, бесшумно приземлившись на мшистую поляну. Он шел, его темп был размеренным, его тренировки кендо диктовали идеальный шаг, который не издавал ни звука. Он прошел через узкое место, как раз когда спина тролля была полностью повернута. Запах влажной земли и немытого монстра наполнил его ноздри.
Он прошел. Тролль крякнул, ничего не заметив. Каге ни разу не оглянулся. Одно препятствие позади.
Местность ухудшалась. Деревья полностью исчезли, заканчиваясь на краю глубокой, тенистой пропасти. Не менее пятидесяти футов шириной. Падение было бы фатальным. Он осмотрел местность. Далеко на юге виднелись слабые очертания веревочного моста, но это было бы тридцатиминутное отклонение. Недопустимая потеря.
Его взгляд упал на огромное, мертвое дерево, упавшее через пропасть. Это был естественный мост, но он был опасно открыт. Невозможно было разорвать линию видимости. Хуже того, он видел несколько похожих на пантер Теневых Сталкеров, рыскающих по другую сторону, их чувства, вероятно, были достаточно острыми, чтобы обнаружить его на полпути через мост.
Его взгляд скользнул по местности, каталогизируя ресурсы. Корни, камни, мох, лианы. На обрыве слева от него, чуть выше группы спящих Сталкеров, он увидел это. Участок стены был неустойчивым, ненадежное нагромождение рыхлых камней и щебня.
Вспыхнула идея.
Он подполз к краю пропасти, нашел камень размером с кулак, хорошо сбалансированный, и прицелился. Он целился в слабое место в скале, в ста футах от него. Он подождал, пока пройдет порыв ветра, скорректировал на падение и бросил.
Камень пролетел по воздуху по идеальной дуге, ударив по неустойчивому каменному образованию с резким треском.
Через мгновение, с низким стоном, весь участок обрыва рухнул. Поток камней и грязи хлынул вниз, рухнув на лесную подстилку с оглушительным ревом.
Теневые Сталкеры, разбуженные от своего отдыха, мгновенно отреагировали. Каждая голова повернулась к звуку камнепада, их тела напряглись, когда они искали источник беспокойства.
Это было его окно.
Пока их внимание было приковано к громкому, очевидному отвлечению, которое он создал, Каге рванул по упавшему бревну. Бревно зловеще скрипнуло под его весом, но он не колебался. Он пересек его, скользнув в укрытие густого кустарника на другой стороне, как раз когда Сталкеры начали расслабляться.
Он пересек пропасть. Цена— один брошенный камень и огромный всплеск адреналина, который он клинически отметил и отложил в сторону.
Он продвигался глубже, его уверенность росла. Он побеждал. Он проходил зону.
И тогда он совершил ошибку.
Он анализировал маршруты патрулирования впереди и отбросил слабое афтершок от своего камнепада как неважное. Высоко над ним, однако, этот толчок сдвинул камень. Он упал на тропу с резким треском, звук незначительный для него, но обеденный звонок для чего-то другого.
Из теней справа от него вырвалось пятно движения. Теневой Сталкер, которого он не заметил, выскочил из своего укрытия, его анимация атаки уже была в полном разгаре. Не было времени думать, не было времени планировать. Только реагировать.
Тело Каге двигалось на чистом инстинкте. Его тренировки кендо, годы непрерывных упражнений, взяли верх. Он не пытался уклониться назад. Он знал, что бросок Сталкера настигнет его. Вместо этого он повернулся на пятке, позволяя импульсу существа пронести его мимо, пока он поднимал свой ржавый меч для идеального парирования.
Оно не сработало. Вместо этого он сумел сделать обычное парирование, которое сильно повредило его HP.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -26 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Раздался пронзительный звук когтей по стали. Удар сотряс его руку, но он устоял.
Сталкер мгновенно оправился, нанося удары острыми, как бритва, когтями. Каге увернулся, атака промахнулась на дюйм. Он был в отчаянном поединке, который он даже не мог попытаться выиграть; каждая секунда грозила агро других мобов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Прочность оружия низкая!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ему нужно было сбежать.
Его разум, даже в пылу боя, был вихрем расчетов. Он сканировал свое окружение, его память о местности вспыхивала в его мыслях, и план сформировался с идеальной ясностью.
Он сделал ложный выпад, спровоцировав удар Сталкера. Он увернулся под ним, порыв ветра трепал его волосы. Он не бежал от зверя. Он бежал к нему, мимо него, заставляя его повернуться и начать погоню.
Теперь он вел.
Сталкер был быстрее на прямой, его когти впивались в землю, когда он нагонял его. Десять ярдов. Пять. Он чувствовал его горячее дыхание на своей шее.
Как только он прыгнул, чтобы убить, Каге бросился в скольжение. Он промчался по скользкой грязи и корням, прямо через сердце зарослей терновых лоз, которые он заметил раньше.
Сталкер, ослепленный погоней, бросился прямо за ним.
Эффект был мгновенным. Колючие лозы обвили лапы существа. Над его головой появился значок статуса.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Захват
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Сталкер зарычал в ярости, его движения стали внезапно вялыми и неуклюжими, когда он боролся с цепкими лозами.
Это было все, что нужно было Каге. Он вскочил на ноги и бросился бежать, не оглядываясь.
Он наконец рухнул за рощей бледных, болезненно выглядящих деревьев, его сердце колотилось в ребрах. Он осмелился взглянуть на свою полосу HP.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> HP: 11 / 120
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Еще одно неидеальное парирование, и все было бы кончено. Его Ржавый Меч Новичка был в руинах.
Он выжил. Но цена была огромной. Риск, на который он пошел, чуть не закончил его гонку.
Побитый, помятый и на последнем издыхании, Каге наконец выбрался из давящей тьмы хребта Танглфанг. Солнечный свет, упавший на его лицо, казался чужим. Перед ним расстилалась полоса пологих, зеленых холмов, стандартная зона 5-7 уровня, ведущая к центру региона.
И там, вдали, вырисовываясь на фоне послеполуденного неба, была его цель. Высокий, стройный шпиль серого камня, не отмеченный на карте.
Триумфальное удовлетворение опустилось на него. Его расчет был верен. Его азартная игра окупилась.
Он перешел на решительный бег трусцой, подталкивая свое измученное виртуальное тело вперед. Поднявшись на небольшой холм, он оглянулся. Он посмотрел далеко на юг, вдоль извилистого, «безопасного» пути, который он обошел.
Вдали двигалась фигура. Даже с такого расстояния, чистая скорость была захватывающей. Фигура не кралась и не пряталась. Это был вихрь стали и движения, с презрительной легкостью рубящий обычных мобов зоны — кабанов, огромных жуков, лесных спрайтов. Даже не сбиваясь с шага.
Каге узнал безжалостную эффективность. Чистую, оптимизированную агрессию. Асура.
Холодное осознание нахлынуло на него. Асура, вероятно, был уже около 5-го уровня. Лучше экипирован. В честной гонке, на чистом пути, Каге проиграл бы. Он проигрывал, до тех пор, пока не решил перестать играть по их правилам и начать играть по своим.
Он не выиграл, будучи лучшим воином. Он выиграл, будучи лучшим стратегом. Но победа оказалась пустой на вкус, напоминанием о мечнике, которого он похоронил. Слова мастера Джина эхом отдавались невольно: «Клинок без души — это просто металл».
Это знание подстегнуло его. Он заставил свой аватар броситься в отчаянный, полный спринт. Башня маячила все ближе. Он слышал слабый звук боя Асуры, непрерывный ритм стали по плоти, становящийся немного громче. Он быстро сокращал дистанцию.
Гонка свелась к минутам. Нет, секундам.
Каге достиг основания древней каменной башни. Перед ним стояла одна тяжелая дубовая дверь, окованная тусклым железом.
Он всей своей массой налетел на нее.
Дерево застонало, протест древнего дерева против отчаянной плоти. Дверь распахнулась внутрь, и он переступил порог.
Замок щелкнул.
Шум мира исчез.
Тяжелая дубовая дверь со скрипом отворилась, открывая комнату, пахнущую старой бумагой, пылью и чем-то вроде озона после грозы.
Солнечный свет пробивался сквозь единственное, покрытое грязью круглое окно высоко на изогнутой стене, освещая пылинки, танцующие в воздухе. Кабинет представлял собой хаотичный вихрь знаний. Книги были сложены в шаткие башни, которые грозили рухнуть от малейшего сквозняка. Свитки, перевязанные выцветшими лентами, высыпались из сундуков и рассыпались по полу. В центре комнаты латунный планетарий небес Crown of Destiny вращался с мягким, ритмичным щелчком, его небесные тела светились слабым внутренним светом.
Старик сидел, сгорбившись над пюпитром, спиной к двери. Он был завернут в одеяния цвета сумеречного неба, вышитые серебряными созвездиями. Он не обернулся, когда Каге вошел, его голос был сухим шелестом пергамента.
— Гонка завершена. Нить пройдена. Победитель прибыл, запыхавшийся и на заимствованном времени.
Над ним висел его ник— Хронограф.
Каге ничего не сказал, он просто шагнул вперед и представил последнее доказательство из своего инвентаря — эфирную табличку, которую он достал из Затонувших Камней. Она зависла в воздухе между ними, излучая мягкий синий свет.
Хронограф наконец обернулся. Его лицо было испещрено морщинами, но глаза были удивительно острыми, цвета расплавленного золота. Он махнул длинным, костлявым пальцем, и табличка растворилась в мерцающих частицах.
Волна уведомлений, самый сладкий звук в мире любого геймера, заполнила зрение Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Квест «Наследие Основателя» завершен!
•> Вы получили 100 Очков Славы.
•> Вы ПЕРВЫЙ игрок в Crown of Destiny, завершивший скрытый Мировой Квест!
•> Желаете ли, чтобы ваше имя, «Каге», было отображено в Мировом Объявлении?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он мысленно нажал кнопку «Нет» еще до того, как подсказка полностью отобразилась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ваш выбор записан.
•> Расчет наград...
•> Основываясь на скорости, эффективности и открытии... ваша окончательная награда была умножена.
•> Вы получили 50 Золотых.
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 3!
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 4!
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 5!
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 6!
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 7!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге расширились почти незаметно. Пятьдесят. Золотых. В первый день. Другие игроки все еще фанатично копили серебро.
По текущим, безумно завышенным предрыночным обменным курсам это было... меняющим жизнь. Это немедленно разрешало 48-часовой кризис и еще два месяца обслуживания. Может быть, больше. Тяжесть на его плечах, которую он нес каждую секунду бодрствования, немного ослабла.
Он проанализировал остальные награды.
Пять уровней? Разумно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы получили новое Звание: Передовик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он немедленно его экипировал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> 1/1 Званий экипировано.
•> Вы получили +10 ко Всем Атрибутам благодаря эффекту Звания.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Х-ха? Десять ко ВСЕМ? Кто это балансировал?
Хотя это не будет иметь большого значения позже в игре, сейчас это был огромный бонус.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Параметр Искусства выше базового порога понимания мира. Ограничения сняты.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Внезапно мир заискрился цветами. Созвездия над—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы получили Уникальный предмет: Меч Правосудия Основателя!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
В его инвентаре появился значок великолепного, инкрустированного серебром меча. Он пульсировал слабым золотистым светом.
В тот же миг звук, похожий на далекий гром, прокатился по самой ткани мира. Звонкий колокол пробил раз, два, три раза, заглушая хаотичную болтовню всего сервера. Золотой текст прокрутился по небу, видимый каждому игроку, от самого глубокого подземелья до самой высокой вершины.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> МИРОВОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ: Великая тайна раскрыта! Герой прошел по пути истории и первым раскрыл одну из истин Crown of Destiny! Поздравляем игрока **** с тем, что он ПЕРВЫЙ В МИРЕ завершил скрытый квест: НАСЛЕДИЕ ОСНОВАТЕЛЯ!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Сервер взорвался.
Каге не нужно было видеть глобальный чат, чтобы почувствовать сейсмический удар этого объявления. Но маленькая, виноватая часть его геймерского мозга не могла удержаться от того, чтобы открыть ленту. Это был чистый, неприкрытый хаос.
— Pwnzerfaust: ЧТО? Кто-то уже завершил скрытый квест? КАКОГО ЧЕРТА??? Игра работает всего часа два!
— Glitterbomb: кто такой ***??? это имя с багом?? ГМы!
— Асура: ...
— xXBladeMasterXx: ЛОЛ, Асуру, наверное, побили. Наверное, какой-то задрот, который прочитал все книжки.
— TraderTom: КУПЛЮ инфу по квесту Наследие Основателя, 5 серебра! В ЛС!
— LilyPad: о боже! это так круто! я только что экипировала штаны с квеста на Слизней! молодец, таинственный человек! C:
— Gragnok_The_Orc: ЭКСПЛОЙТЕР! ЭТО БЫЛ ЭКСПЛОЙТ! БАН ЕГО!
— Dyxlesciamus: Анонимус? Кто-то недавно получил региональное первое место, тоже анонимус. Может, это один и тот же парень…
— GrammarGod: @Dyxlesciamus Пишется anonymous.
— Dyxlesciamus: ..,
Каге усмехнулся. Пусть говорят.
Он коротко кивнул Хронографу, безмолвное увольнение. Старик уже повернулся обратно к своему пюпитру, сделка завершена. Дела закончены.
Каге повернулся и вышел из башни, закрыв за собой тяжелую дверь. Он услышал, как приближается другой игрок, звук решительных, ритмичных шагов по траве. Асура. Каге растворился в тенях ближайшего скального образования за мгновения до того, как его соперник достиг двери и обнаружил, что она наглухо запечатана. Он не задержался, чтобы наблюдать за последствиями.
Его миссия была выполнена.
Он нашел укромное место, неглубокий каменный навес, наполовину скрытый густым, висячим мхом, примерно в миле от башни. Там было сыро и пахло землей, но безопасно. Поблизости не было патрульных маршрутов. Идеальный временный офис.
Он сел, скрестив ноги, как учил его мастер Джин десятилетия назад. Его сердце колотилось, но не от волнения. Это было спокойное, ровное биение адреналина после успешной операции. Мрачное удовлетворение от идеально выполненного плана.
Его внутренний монолог уже просчитывал числа, чистая электронная таблица следующих шагов.
Фаза первая завершена. Первоначальный капитал получен.
Он открыл внутриигровой интерфейс для безопасного стороннего обмена валюты. Текущий курс был неприличным. 50 золотых. Он ввел сумму, и появилось реальное конвертированное значение. Достаточно. Более чем достаточно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> ВВОД Стандартное Золото Crown of Destiny (CoDSG): 50
> ТЕКУЩАЯ РЫНОЧНАЯ ЦЕНА (ПРЕМИУМ ДНЯ ЗАПУСКА): $1,011.17 USD / 1 CoDSG
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Выйти из системы. Совершить перевод. Обеспечить усиленное лечение и следующие месяцы. Сообщить Эларе. Нет, не сообщать Эларе. Просто отправить подтверждающее письмо.
Волна облегчения нахлынула на него. Главная цель достигнута. Все, что будет дальше, — это прибыль.
Фаза вторая: консолидация рынка. С этим преимуществом я могу контролировать ранний рынок. Материалы с низкоплотных мобов… монополия возможна как минимум на 72 часа. Реинвестировать тридцать процентов первоначального капитала в накопление нужных материалов. Остальное — на высокодоходный сберегательный счет.
Он позволил себе один, контролируемый выдох. Он выиграл. Не только гонку. Он купил своей матери больше времени. Он выполнил свой долг.
С мыслью он осмотрел меч.
В его экипировке клинок сам по себе был чудом, выкованным из какого-то серебристого металла, который, казалось, впитывал свет. Нежная золотая инкрустация тянулась от рукояти до кончика, образуя замысловатые, текучие узоры.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Меч Правосудия Основателя
Качество: Уникальное
Тип: Одноручный меч
Вес: 6
Физическая атака: +55
Скорость атаки: +30%
Бонус к атрибутам:
СИЛ +10
ЛОВ +10
Специальные эффекты:
— Скорость Героя (Пассивный)— Каждая успешная базовая атака дает стак Спешки. Каждый стак увеличивает Скорость Действия на 2%. Стакается до 10 раз. Длительность: 8 секунд.
— Указ Тирана (Активный)— Усиливает ваш следующий удар, нанося 250% урона от оружия и накладывая на цель Разрушение, снижая ее Физическую Защиту на 20% на 10 секунд. Стоимость: 50 MP. Перезарядка: 1 минута.
Прочность: 150/150
Требуемый уровень: 10
Описание: Этот клинок носил Валериус, Король, в первые дни своей чистки. Они называли его Тираном Шепчущих Лесов, Железным Мечом Первых Людей. Каждая зарубка на его клинке отмечает покоренного соперника, каждый проблеск золота — накопленное сокровище. Это памятник принципу, что истинная сила не делится, а берется. Это справедливость того, кто стоит один на вершине горы своих павших врагов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он не мог использовать его до 10-го уровня. Это займет немного времени.
Он открыл свой лист персонажа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лист персонажа: Каге
Уровень: 7
Опыт: 0/1,852
Класс: Воин
Звание: Передовик
Слава: 100
Физический урон: 39
Здоровье (HP): 270/270
Мана (MP): 220/220
Вес: 6/71
Атрибуты (10 очков для распределения)
Сила (STR): 31
Ловкость (AGI): 31
Выносливость (STA): 20
Интеллект (INT): 15
Искусство (ART): 15
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
10 постоянных характеристик были огромным бонусом. Позже они станут менее актуальными, но раннего преимущества было все, что ему нужно.
Это была сила. Количественная. Абсолютная. Инструмент, который гарантирует выживание его семьи.
Он собирался выйти из системы. Его палец завис над командой в его сознании. Но что-то остановило его. Дисциплина Оператора. Последняя системная проверка.
Он снова сосредоточил свое намерение на мече, открывая окно его подробного осмотра. Характеристики были великолепны, идеальная симфония чисел. Он просканировал специальные эффекты. Скорость Героя. Указ Тирана. Хорошо. Отлично. Но… противоречиво.
Затем его глаза переместились на последнюю вкладку. Ту, которую большинство игроков игнорировало.
Абзац курсивного текста, описательный текст игры для ее самых ценных предметов.
Разум Каге, тонко настроенный механизм логики и расчета, ускорился.
Он прочитал текст снова. И снова.
Тиран Шепчущих Лесов.
Накопленное сокровище.
Справедливость того, кто стоит один.
Это было неправильно. Совершенно, фундаментально неправильно.
Квест, который он только что завершил… Наследие Основателя… был героической историей. Скрытые свитки рассказывали о короле Валериусе как о благожелательном правителе, человеке, который сверг настоящих тиранов эпохи и поделился своим богатством со своим народом. История была о благородном основателе, создавшем справедливое королевство. Он следовал подсказкам героя. Мировое объявление похвалило его за раскрытие «правды истории Crown of Destiny».
Но этот меч... эта награда... рассказывали противоположную историю.
Полярно противоположную. Полную инверсию.
Это подтверждало то, что шептал его пред-запусковый анализ: Валериус мог быть тираном, накапливающим власть, уничтожающим соперников. Инсигния могла быть не только символом побежденного зла; это могла быть его собственная метка.
Система представила ему две противоречащие, взаимоисключающие истории одного и того же события. Обе были представлены как абсолютный факт.
Это было невозможно.
У истории могли быть слои. У нее могли быть нюансы. Но основной код игры, ее фундаментальный лор, не мог содержать парадокса. 1 и 0 в одном и том же адресе памяти. Это было состояние ошибки. Дефект на системном уровне. Преднамеренная ложь.
Триумфальное чувство победы, холодное облегчение финансовой безопасности — все это испарилось, как туман на солнце. 50 золотых казались бессмысленными. Реальные последствия отошли на второй план.
Его аналитический мозг, та его часть, которая видела мир как сложную машину, зацепилась за несоответствие с навязчивой силой коллайдера частиц. Это был не описательный текст. Это была свободная нить. И потянув за нее, можно было распутать все полотно.
Его миссия не была завершена. Она даже не началась.
Он уставился на красивый, ужасный меч. Вопрос горел в его сознании, затмевая все остальное. Это был уже не вопрос добычи, уровней или денег. Это было проще и бесконечно опаснее.
Что из этого ложь?
Каге сидел на покрытом мхом камне, виртуальное солнце грело плечи его аватара. Тепло было фальшивым, приятным потоком данных в его нервную систему, и он никогда не чувствовал себя более оторванным от него.
Его инвентарь был открыт, полупрозрачное окно плыло перед ним. В одном слоте светился великолепный, ужасный значок Меча Правосудия Основателя. В другом — холодное, тяжелое число: 50.
Пятьдесят золотых.
Он сосредоточил свою волю, и другое окно наложилось на его зрение. У этого не было эстетики. Оно было суровым, корпоративным и жестоко реальным. Логотип «VerseEx Gateway» располагался вверху. Это был официальный, санкционированный портал RMT. Он инициировал симуляцию.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> ВВОД Стандартное Золото Crown of Destiny (CoDSG): 50
> ТЕКУЩАЯ РЫНОЧНАЯ ЦЕНА (ПРЕМИУМ ДНЯ ЗАПУСКА): $1,011.17 USD / 1 CoDSG
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он наблюдал, как числа крутились долю секунды.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> ПРИБЫЛЬ (ДО НАЛОГОВ И КОМИССИЙ): $50558.5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Число висело в воздухе, безмолвное, кричащее свидетельство его победы. Первые два дня были лучшим временем для получения прибыли от цен RMT. Курс конвертации после этого резко упадет.
Он мог бы выйти из системы прямо сейчас. Выполнить перевод. В течение двенадцати часов деньги поступят на его счет. Его реальный счет.
Мысль была настолько сильной, настолько интуитивной, что он почти мог ее почувствовать на вкус. Напряжение, которое жило в его плечах большую часть десятилетия, грозило раствориться. Постоянное, изнурительное давление в груди, страх, который будил его посреди ночи, холодный ужас, который приходил с каждым больничным счетом… все это просто… прекратится.
Это была победа. Вся причина, по которой он был здесь. Кульминация недель исследований, лет тренировок, всей жизни дисциплины. Фаза первая завершена.
Голос в его голове был ясным и властным. Миссия завершена. Выйти из системы. Совершить перевод. Это победа, которая тебе нужна. Это твой долг.
Он почти сделал это. Его воля почти сформировала команду отключения.
Но его глаза снова вернулись к другому окну. К лору меча.
Тиран Шепчущих Лесов.
Он остановился.
Сосредоточься.
Основная цель… какова была основная цель?
Обеспечение средств. Вот о чем речь.
Он подумал об Асуре. Этот мимолетный проблеск другого лучшего игрока, прокладывающего чистый, эффективный путь сквозь мобов. Асура играл в игру так, как она была написана. Он играл в нее идеально. Как всегда.
Но Каге нашел опечатку в своде правил.
Он провел расчеты. Риск был огромен. Задержка перевода, даже на час, казалась предательством его долга перед матерью. Текущие цены были чрезвычайно нестабильны. Деньги были осязаемым, гарантированным спасательным кругом.
Конфликт между его непосредственной ответственностью и логическим императивом воспользоваться этой мимолетной возможностью был лезвием бритвы. Но для такого игрока, как он, неисследованный черный ход разработчика был большим провалом.
После минуты молчания, целой жизни в сверхсжатых временных рамках запуска игры, Каге принял решение.
Он закрыл окно VerseEx. Число $50558.5 исчезло.
Он встал. Его движения были плавными, точными. Внутренняя война закончилась. Риск потерять возможность был больше, чем риск отсрочки платежа.
Он начал возвращаться к башне.
Местность оживала звуками нового мира. Птицы щебетали мелодии. Ветер шелестел полигональными листьями.
Каге ничего этого не слышал. Для него обратный путь был серией координат. Деревья были препятствиями с определенными хитбоксами. Мир был движком рендеринга. Каждый шаг был осознанным выбором.
Он достиг основания башни Хронографа. Дверь была такой же, какой он ее оставил. Тяжелое, старое дерево. Он толкнул ее и вошел в тихий, пыльный кабинет.
Хронограф стоял за своим пюпитром, глубоко задумавшись, его взгляд прослеживал небесный танец планетария над головой. Он поднял взгляд, когда Каге подошел, и в его древних глазах загорелся понимающий блеск.
— А, ты вернулся, — пробормотал старик, загадочная улыбка играла на его губах. — Я вижу, награды... открыли тебе глаза... на некоторые нюансы. Ты теперь можешь воспринимать более глубокую историю, не так ли?
— Некоторые бремена, кажется, не предназначены для того, чтобы их долго носили, — сказал он тихим голосом.
Каге остановился прямо перед пюпитром и перешел прямо к делу.
— История, которую мне представили, и история на этом клинке не совпадают.
Он предъявил меч Правосудия Основателя. Когда он протянул его, свет в глазах Хронографа обострился, как будто он читал саму душу оружия.
— Что из этого ложь? — спросил Каге, его голос был ровным и требовательным.
Спокойное выражение лица Хронографа изменилось. В его чертах промелькнул проблеск искреннего интереса, возможно, даже уважения.
— Все истории правдивы, странник, — ответил старик, его голос приобрел резкий, философский оттенок. — Некоторые просто более полезны, чем другие. То, что один человек называет справедливостью, другой называет тиранией. Какую правду ты ищешь? Удобную… или ту, что режет?
Каге не двинулся. Он продолжал держать меч.
Наступившая тишина была иной. Окружающий гул кабинета, казалось, угас. Мягкое тиканье тысяч часов на стенах стало отдаленным, затем прекратилось вовсе.
Дедушкин образ Хронографа углубился. Добрый блеск в его глазах сменился глубиной звездной пустоты. Его голос утратил хрупкую, старческую нотку, приобретя тон, несущий на себе тяжесть столетий.
— Ты посмотрел на гобелен времени и нашел свободную нить, — сказал он, его голос теперь резонировал с тихой, огромной силой. — Большинство вплели бы ее обратно, предпочитая красоту целого уродству одного недостатка. Но ты… ты хочешь вытащить ее.
Он поднял один длинный палец. Планетарий над нами замер на своей небесной траектории. Пылинки, танцующие в солнечном луче, зависли в воздухе.
— Очень хорошо, — произнес Хронограф. — Тогда выбор. Не испытание силы, а испытание цели.
Пока он говорил, воздух между ним и Каге задрожал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы обнаружили сюжетный парадокс. История того, что было, находится в войне с историей того, что есть.
•> Блокировка действий теперь действует. Все системные взаимодействия (включая выход из системы, торговлю и управление инвентарем) приостановлены до тех пор, пока не будет сделан выбор.
•> Вы можете обменять победу на правду.
•> Пожертвуйте своей наградой. Откажитесь от пути Основателя. Преследуйте Первую Историю мира.
•> Этот путь не предлагает гарантированного приза. Ваш текущий прогресс, награды и известность будут утеряны.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Золотой свет проник в реальность, сливаясь не в суровое синее системное окно, а в то, что выглядело как древний, призрачный свиток, развернувшийся перед глазами Каге. Текст на нем был написан элегантным, светящимся почерком.
Хронограф спрашивает: Какую правду ты примешь?
— Удобная Правда — (Сохраните свою награду. История заканчивается здесь. Нить вплетается обратно.)
— Режущая Правда — (Отдайте свой приз. Потяните за нить и следуйте за ней в темноту, куда бы она ни привела. История только началась.)
Два варианта мягко пульсировали.
Одна часть его разума кричала. Другая — рассчитывала.
Глаза Каге сузились. Его дыхание было ровным, сердце — холодным, ритмичным барабаном. Он уже принял решение в тот момент, когда начал возвращаться. Это было просто подтверждение.
Его взгляд остановился на пульсирующем слове.
Он сосредоточил свое намерение.
И он выбрал.
Кнопка —Режущая Правда— висела в сознании Каге долю секунды, безмолвная команда, посланная с уверенностью. Он не зашел так далеко, чтобы принять удобную ложь.
В древних глазах Хронографа промелькнул глубокий след уважения. Теплая, отеческая манера поведения вернулась.
— Смелый выбор, странник, — пробормотал старик, его голос снова стал звонким. — Предпочесть вопрос ответу. У мира… есть место для тех, кто не довольствуется уже написанными историями.
Он потянулся под свой пюпитр. Когда его рука снова появилась, она держала предмет настолько простой, что это было почти оскорбительно.
Это было перо.
Одно длинное перо от какой-то непримечательной птицы, его кончик заточен до острия, его стержень — простой, почти белый. Не было ни магического свечения, ни витиеватой резьбы. Оно выглядело как то, что игрок мог бы скрафтить на первом уровне, имея перо и острый камень.
— Мир написан чернилами, — тихо сказал Хронограф, протягивая его. — Но до чернил была мысль. До истории была тишина, ждущая, чтобы ее нарушили.
Каге взял перо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы получили квестовый предмет: Перо Первого Создателя (Спящее).
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перо Первого Создателя (Спящее)
Ранг: ???
Тип: Творческий инструмент
Свойства: ???
Описание: Мир написан чернилами, но до чернил была мысль. Этот инструмент спит, ожидая первого слова в месте, где никто не говорил. Его потенциал связан со способностью владельца воспринимать глубочайшие истины мира.
Требования: Искусство 15+
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге увидел требование, и его разум мгновенно обработал его. Софт-лок. Квест ограничен небоевой характеристикой. Мой прирост характеристик делает меня подходящим. Хорошо.
Еще один системный звон, на этот раз глубже, более резонансный. Уведомление о квесте вспыхнуло в его журнале, его пульсирующий золотой текст отображался элегантным, текучим шрифтом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Квест начат: Ненаписанный стих
•> Ранг квеста: Легендарный
•> Цель: Вы усомнились в чернилах прошлого. Чтобы узнать ответ, вы должны найти того, кто написал первые слова. Ищите место, где слова не имеют эха.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Легендарный. Слово висело в его сознании.
Легендарные квесты не должны были существовать на запуске. Это были события, определяющие сервер. Получить один в первый же день было все равно что получить ключи от королевства.
Прежде чем он успел полностью осознать всю тяжесть Легендарного квеста, прозвучало еще одно уведомление, на этот раз с еще большим чувством завершенности. В его журнале появилась новая запись, отмеченная резким, меняющим мир пурпурным цветом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Квест начат: Расколотая Корона
•> Ранг квеста: Мифический
•> Цель: Примирить две истории Валериуса и раскрыть одну из самых глубоко скрытых историй Crown of Destiny. Ключевые разведывательные данные, которые необходимо проверить:
•> Кем был король Валериус? Благожелательным основателем или алчным тираном?
•> Какая история ложь? Герой или Тиран?
•> Где спрятано истинное наследие Основателя?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Обычно контролируемое дыхание Каге прервалось, резкий, непроизвольный вдох. Его сосредоточенность, обычно острая как бритва, рассыпалась на тысячи осколков.
Мифический.
Слово не воспринималось как квест. Оно воспринималось как ошибка.
Он уставился на это слово, и весь расчет риска/вознаграждения, который он только что выполнил, был признан устаревшим. Аккуратный, упорядоченный гроссбух в его сознании был подожжен. Он не обменял Уникальный меч на Легендарный лотерейный билет. Он обменял кучу наличных на пустой чек, выписанный на банк самой реальности.
Легендарные квесты определяли сервер.
Мифический квест... Мифический квест охватывал один из основных элементов игры. Его раскрытие могло занять месяцы.
Дрожь, настолько легкая, что это могло быть его воображение, пробежала по его виртуальным рукам. Впервые Каге почувствовал ужасающий, волнующий трепет от того, что он полностью вне карты. Он был заброшен в совершенно другую игру.
Он заставил свое дыхание выровняться, разделив по частям всю абсурдность своего положения. Мифический квест был целью. Легендарный квест был первым шагом.
Его глаза вернулись к цели Ненаписанного стиха, его сосредоточенность вернулась с интенсивностью коллапсирующей звезды. Проблема была первым винтиком в машине, которая могла переформировать мир.
Ищите место, где слова не имеют эха.
Его мозг заработал на полную мощность, трактуя поэтическую фразу как техническую спецификацию. Эхо — это повторение. Звук, отражающийся обратно. В Crown of Destiny, что такое эхо?
Журналы чата были эхом— записью сказанных слов. Журнал боя был эхом— записью предпринятых действий. Исторические книги, описания квестов, лор предметов — все это эхо событий, которые уже произошли.
Место, где слова не имеют эха, было местом, где ничего не было записано. Местом без истории. Местом настолько новым, настолько нетронутым или настолько изолированным, что системные летописцы никогда там не бывали.
Это была чистая страница.
Хронограф медленно кивнул. — У тебя новый путь. Но каждый путь имеет свою цену. Чтобы пройти по этому, ты должен оставить старый позади. Выбор, который ты сделал, теперь должен быть оплачен.
Как только он заговорил, мир сжался. Началось глубокое, душераздирающее разрушение.
Меч Правосудия Основателя, клинок, который он держал, утратил свою физическую целостность. Сверкающая, острая как бритва сталь начала мерцать, ее края расплывались, как мираж. Затем она растворилась. Не в пыль или пепел, а в каскад золотых частиц света, каждая из которых была крошечной, сияющей звездой. Они на мгновение закружились вокруг его руки, фантомный вес того, от чего он только что отказался, прежде чем одна за другой погасли.
Он остался ни с чем.
Звон, чистый и беспощадный, эхом отозвался в его сознании.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы пожертвовали Уникальным предметом: Меч Правосудия Основателя.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Последовал еще один звон, еще более болезненный.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ваша валюта обновлена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге инстинктивно открыл инвентарь. Число рядом со значком золотой монеты, которое читалось как славные 50, теперь читалось как суровый, жалкий 0.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> 50 золотых возвращены в Лор Мира.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Возвращены в лор. Губа Каге дернулась, образуя нечто, что могло быть гримасой или улыбкой. У системы был талант к драматизму. Она поглотила золото обратно в бюджет игры. Его зарплата в 50 тысяч теперь питала какую-то забытую историю в пыльной виртуальной библиотеке.
Стоимость входа, — подсказал его внутренний Оператор, его голос был холодным и ровным. — Капитал инвестирован. Теперь жди отдачи.
Та часть его, которая думала о больничных счетах и усталом голосе Элары, кричала в звуконепроницаемой комнате в глубине его сознания. Он позволил ей кричать. Напрасная энергия.
Он взглянул на свой журнал квестов. Записи о Наследии Основателя не было. Никакой отметки «Завершено». Никакой записи. Она была стерта из его личной истории, как будто никогда не существовала.
— Мир… — пробормотал старик, — забыл одно маленькое дело. Эхо победы, которой никогда не было.
Каге мгновенно понял подтекст. Объявление о первом в мире. Оно тоже исчезло. Стерто из каждого серверного лога, каждой истории чата игрока. Его краткий, анонимный момент славы был отредактирован из реальности.
Он не просто пожертвовал своей наградой. Он пожертвовал тем фактом, что он когда-либо ее выигрывал.
На мгновение Каге почувствовал фантомное головокружение. Он был оторван от привязей, призрак в машине, который добровольно стер свои собственные следы.
Серия резких, пурпурных уведомлений вспыхнула в его видении, одно за другим.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Звание Передовика отозвано.
•> Ваш параметр Искусства слишком низок, чтобы ценить скрытые детали мира.
•> Некоторые квесты и их подсказки могут быть заблокированы для вас.
•> Художественные и поэтические описания будут представлены в упрощенном, функциональном формате.
•> Ваш параметр Искусства упал ниже требуемого порога для квеста Ненаписанный стих.
•> Квест Ненаписанный стих не может быть удален.
•> Корректировка описания квеста Ненаписанный стих.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге сузились. Он немедленно открыл свой журнал квестов. Он в ошеломленном молчании наблюдал, как элегантный, текучий текст Ненаписанного стиха мерцал, глючил и перерисовывался в холодные, твердые данные.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест: Ненаписанный стих
Ранг квеста: Легендарный
Цель: Просканируйте региональную карту Шепчущих Лесов и определите единственный квадрант, лишенный следующих устаревших маркеров данных: Древние Руины, Поселение, Королевская Дорога, Место Сражения, Мировое Древо.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он снова осмотрел перо. Описание тоже изменилось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перо Первого Создателя (Спящее)
Ранг: ???
Тип: Инструмент
Описание: Квестовый предмет. Функция в настоящее время неизвестна.
Требования: Искусство 15+ (Не выполнено)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Осознание поразило его. Система заблокировала его в квесте, который теперь был фундаментально несовместим с его сборкой. Он был подходящим только благодаря награде, которой он больше не обладал.
Глаза Хронографа задержались на Каге, его древнее лицо было бесстрастным. Он просто наблюдал редкое космическое событие, как астроном, смотрящий на комету, пролетающую раз в тысячу лет.
— Чернила были обменяны на уравнение, — заявил старик. — Путешествие поэта, теперь предпринятое… калькулятором. Увлекательная переменная.
Каге понял. Обычный игрок должен был бы разгадать поэтическую загадку. Ему только что вручили прямую, логическую инструкцию. Его самоналоженная слепота, как это ни парадоксально, дала ему шпаргалку.
Он был оторван. Разорен, плохо экипирован и теперь обременен Легендарным квестом, который был фундаментально изменен и упрощен его собственным оптимизированным дизайном.
Фаза первая была катастрофическим провалом и поразительным успехом.
Когда Каге начал свой методичный поиск, мир, от которого он только что отделился, погрузился в полный хаос.
— RylaiTheSlayer: подождите, куда делось объявление???
— GladiusMaximus: Серверное первое место за квест Основателя? Его нет. Оно было прямо там!
— PewPewLazerz: ЛОЛОЛОЛО ЧИТЕР БАН. ПОЛУЧИЛ ПО ЗАСЛУГАМ, НУБ!
— TheRealTitan: Я так и знал. Любой новичок может найти баг. Нужен настоящий игрок, чтобы заслужить свое место. Какой-то случайный теневой игрок выигрывает крупнейшее событие запуска? Пожалуйста. ГМы поступили правильно. Убрать мусор.
— xX_ShadowBlade_Xx: а что если он не был читером? что если это была секретная квестовая линия?
— JollyPolly: @xX_ShadowBlade_Xx ты идиот
— LoreMaster_Pell: Это не стандартная процедура для бана. Обычно выносится уведомление о бане. Имя игрока записывается. Это... весь лог событий был *стерт*. Ретроактивно. Я никогда не видел такого системного действия.
— BillyBobJoe: продаю Ржавый Короткий Меч 10 ЗОЛОТА DM МНЕ
— RylaiTheSlayer: @LoreMaster_Pell Может, он был разработчиком, тестирующим что-то?
— UmaSo: Или, может быть, он нашел что-то, чего не должен был, и они удалили всего его персонажа!!
Каге читал поток домыслов с отстраненным любопытством. Читер. Баг-эксплойтер. Агент ГМ. Они пытались рационализировать событие, которое противоречило их пониманию правил игры, и приходили к самым логичным и самым неверным выводам.
Он идеально следовал своему собственному кредо. Он был настолько запоминающимся, что его стерли из самой памяти. Ирония не ускользнула от него. Он был призраком, каким всегда хотел быть. Призраком с Легендарным квестом и пустым кошельком.
Он снова заглушил чат. Шум утих, оставив его в спокойной, окружающей тишине Шепчущих Лесов. Возмущение TheRealTitan, ликование PewPewLazerz — все это было просто статикой. Никто из них не видел настоящей игры.
Но один игрок видел.
Далеко от хаотичных стартовых зон, глубоко в хребте Танглфанг, другой игрок стоял неподвижно, рядом с ним все еще растворялся труп тролля.
Его внутриигровое имя было Асура.
Он прибыл к башне Хронографа ровно через пятьдесят семь секунд после Каге. Он увидел, что дверь башни запечатана непроницаемым системным замком, уведомление сообщало ему, что «Секреты Основателя» уже были получены.
Он не бушевал. Он не ругался. Он просто признал, что проиграл: кто-то был быстрее. Эффективнее. Умнее. Он рассчитал оптимальный путь; его соперник рассчитал лучший. Проигрыш был чистым, простым вопросом превосходной стратегии. Это было бесило. Это было достойно уважения.
Когда прокатилось объявление по всему серверу, имя его соперника было размыто звездочками, Асура почувствовал проблеск невольного восхищения. Он повернулся, чтобы уйти, уже рассчитывая свой следующий ход, чтобы вернуть себе позицию на вершине пищевой цепочки сервера.
Затем это произошло.
Глобальное сообщение, доказательство победы его соперника, исчезло из его журнала. Оно было вырвано из существования, оставив бесшовный пробел в истории чата, как будто его никогда и не было.
Теперь, часы спустя, глобальный чат все еще был штормом спекуляций о читерах и вмешательстве ГМ. Асура игнорировал это. Любители торговали сплетнями. Профессионалы — фактами.
Теория «читера» была нонсенсом. Эксплойт — это кувалда. Это грязно, шумно и оставляет следы. Игрок, который его победил, был скальпелем. Решение квеста «Наследие Основателя» не заключалось в грубой силе. Оно включало анализ лора, распознавание образов и высокорисковое, высокодоходное решение по прохождению через высокоуровневые зоны. Это не почерк обычного злоумышленника. Это почерк художника.
Бан оставляет уведомление. Откат оставляет объявление по всему серверу, объясняющее проблему.
Это было ни то, ни другое.
Это была редакция. Преднамеренное, бесшумное стирание на самом глубоком уровне кода системы.
Асура стоял на краю утеса, глядя в пропасть. Еще один тролль 15-го уровня патрулировал обсидиановые равнины внизу, существо, которое могло сжечь несколько полных групп за секунды. Он наблюдал за ним, готовясь к будущей охоте. Но его мысли были где-то в другом месте.
Он подумал о размытом имени. Идеальное время. Невозможное исчезновение.
Холодная, острая улыбка, не содержащая ни тепла, ни милосердия, коснулась его губ. Игра была интереснее, чем он ожидал.
Они думают, что его поймали, — подумал Асура, его внутренний голос был ледяным клинком. — Они дураки.
Он посмотрел на виртуальное небо, на облака пепла, дрейфующие от далекого вулкана. Сервер думал, что первое место снова свободно. Они ошибались. Игрок, который его занял, все еще был там. Его не сбросили с доски.
Его не поймали. Он не провалился.
Глаза Асуры сузились, в них загорелся яркий, одержимый свет.
Он сделал что-то другое. Он нашел другую дверь.
Звук виртуального мира вернулся в свое обычное состояние— низкая, окружающая симфония шелестящих листьев и далеких птичьих криков. Для обычного игрока это было погружение. Для Каге это был белый шум, маскирующий звук рушащегося рынка.
Он снова стал призраком.
Прежде чем сделать хоть шаг, Каге замер. Одна операция завершена. Теперь пришло время аудита. Его взгляд скользнул в угол поля зрения, весь его пользовательский интерфейс развернулся в полупрозрачное наложение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лист персонажа: Каге
Уровень: 2
Опыт: 0/400
Класс: Воин
Физический урон: 29
Здоровье (HP): 120/120
Мана (MP): 70/70
Атрибуты
Сила (STR): 21
Ловкость (AGI): 21
Выносливость (STA): 10
Интеллект (INT): 5
Искусство (ART): 5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его характеристики были жалкими. Числа смотрели на него, высмеивая память о пятидесяти золотых монетах, которые прошли через его руки мгновения назад. Он был беден. Он был теоретически неплатежеспособен, намного ниже стандартной бедности стартового персонажа.
Каге закрыл меню. Легендарный квест в его журнале манил обещаниями меняющих мир секретов. Мифический квест намекал на переписывание истории.
Вес его пустого инвентаря ощущался тяжелее любой тяжелой брони. Он обменял буквально золото на след из хлебных крошек. Увлекательный след, да, но тот, что не оплачивал счета. Деньги от Меча Правосудия Основателя могли бы покрыть уход за его матерью на месяцы. Их не стало. Отправлены в реальный мир. Он снова был на нуле. Игрок низкого уровня с умирающим мечом и горой, которую нужно преодолеть.
Он открыл карту. Путь обратно к стартовому городу был извилистым маршрутом через нижний ярус Шепчущих Лесов. Путь для новичков. Для него это был просто производственный цех.
Лес на обратном пути был другим зверем. Система заселяла области на основе плотности игроков, и с тысячами, теперь наводнившими стартовые зоны, экосистема была гиперактивной.
Его первая цель, —Хитрая Эльфийская Лиса – Уровень 4—, появилась как размытое пятно рыжей шерсти.
Это была разминка. Сделка. Каге даже не сбавил шаг.
Он увернулся от выпада, который дезориентировал бы случайного игрока, его ржавый клинок выстрелил двумя экономичными дугами. Оглушение. Крит. Лиса растворилась в коде, прежде чем успела рассчитать вторую атаку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Добыча получена
•> Грубый Лисий Мех x 1
•> 6 медных монет
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Шесть меди. Ему нужно было шестьдесят пять на меч. Десять лис, чтобы купить один клинок. Математика была ужасной.
Он двинулся дальше. Настоящее испытание — и настоящая стоимость — прорвалось сквозь чащу мгновение спустя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Орочий Кабан — Ур. 3
HP: 150/150
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Два из них. Мускулы, клыки и плохой рычаг.
Первый кабан опустил голову, активируя анимацию атаки, которая транслировала его намерение, как неоновая вывеска. Каге стоял на своем.
Он удерживал позицию из-за расчета.
Когда клыки взметнулись вверх, Каге парировал.
Лязг.
Вибрация, прокатившаяся по его руке, означала расходы. Это парирование стоило 1 прочности.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ржавый Меч Новичка Прочность: 4/20
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он не рубил дико. Он не мог позволить себе износ от скользящих ударов. Он ждал кадра восстановления, доли секунды, когда ИИ останавливался, чтобы сброситься, и вонзил меч в бок кабана.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Критический удар! -58 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Второй кабан ударил его со слепой стороны. Каге повернулся, приняв удар на плечо, а не на оружие.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -27 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Здоровье восстанавливается. Прочность стоит денег для ремонта. Это был добровольный обмен биологических активов на финансовое сохранение.
Он развернулся, выстраивая зверей в линию, чтобы ударить их обоих одним замахом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ржавый Меч Новичка Прочность: 3/20
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Предупреждающий свет в его периферийном зрении теперь мигал быстрее.
Первый кабан растворился. Второй зарычал, отпрянув для тяжелого удара. У Каге было время. У него был угол. Он нанес удар, чтобы прервать анимацию с помощью Мощного Удара (Power Strike).
Клинок попал в цель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Критический удар! -81 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
И затем, со звуком, похожим на монету, падающую в канализационную решетку, меч сломался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Оружие уничтожено
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рукоять в его руке была невесомой. Бесполезной. Кабан, смертельно раненный, но очень живой, оправился от оглушения, его маленькие глазки горели ненавистью.
Каге не паниковал. Он почувствовал прилив холодного раздражения.
Он отбросил сломанную рукоять. Кулаки были свободны.
Он увернулся от способности зверя кромсать, войдя в его защиту. Он ударил кулаком в морду, затем еще раз в ребра.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -8 HP
•> -7 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Жалкий урон. Потребовалось еще четыре секунды — четыре секунды потраченного впустую времени — чтобы отрезать последние пиксели здоровья. Кабан наконец рухнул, визжа, когда он рассыпался в свет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы победили Орочьего Кабана!
•> Получено EXP: 18
•> Вы достигли Уровня 3!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он проигнорировал фанфары повышения уровня. Он посмотрел на сферу добычи, парящую над травой.
Он протянул руку. На наносекунду — сбой в его собственных измотанных синапсах — интерфейс добычи вспыхнул Золотом. Он увидел значок 50 Золота из Квеста Основателя. Богатство, которое на короткое время сделало его королем.
Он моргнул. Галлюцинация исчезла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы подобрали: 3 Медных Монеты
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Три меди.
Он стоял над угасающим трупом, разминая свои ушибленные кулаки. Он был на третьем уровне, без оружия и сражался за крохи.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Добыча получена
•> Новички Кожаные Сапоги (Обычные) x 1
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Выпадение предмета?
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новички Кожаные Сапоги
Качество: Обычное
Тип: Сапоги
Вес: 0,5
Броня: +1
Прочность: 20/20
Требуемый уровень: 1
Тип привязки: Нет привязки
Описание: Сапоги, которые заставляют задуматься, не лучше ли было бы без них.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
+1 к снижению плоского урона. Незначительное увеличение выживаемости. Он экипировал их. Сапоги были уродливыми, сшитыми из обрезков шкуры, которые, казалось, пахли мокрой собакой.
Вдали сквозь деревья донесся смех. Полная группа — Воин, Лучник, Маг, Жрец — эффективно гриндила на краю поляны. Каге наблюдал за ними мгновение. У Воина был отполированный топор. Лук Лучника был усилен тисом. Они играли в игру правильно: инвестировали время, делились ресурсами, росли вместе.
Он был один, копил медь, как дракон с кучей пенни.
Вопль прорезал воздух, глубокий и первобытный, доносящийся из высокоуровневых зон, которые он ранее обходил. Предупреждение. Мир становился больше, и его запас на ошибку сокращался.
Он отвернулся. Ему нужно было добраться до города.
Сонная деревня из обучения превратилась в Оукхейвен, хаотичный, мультикультурный центр торговли и шума.
Кузнечный район был сенсорным ударом. Молоты звонили, как безумные колокола. Игрок-человек с сильным, наигранным акцентом кричал на торговца из-за цен на кожу. Разбойник в полном маскировочном капюшоне прислонился к стене, отчаянно пытаясь выглядеть загадочно, вероятно, не подозревая, что он выглядел как любой другой крутой парень на сервере.
Это было идеальное сечение неэффективности. Каге прокладывал путь сквозь толпу, как поток холодной воды, прорезающий теплую грязь.
Он нашел якорь в шторме— Грака, Кузнеца.
Массивный орк колотил раскаленный кусок стали ритмично, с жестокой силой. Искры летели, игнорируя безопасность толпы. Каге ждал. Он стоял в стоическом молчании, уважая рабочий процесс.
Грак погрузил сталь в корыто с водой. Зашипел пар, пахнущий серой и железом.
— Что тебе нужно? — проворчал Грак, не поднимая головы.
Каге молча открыл окно обмена. Он выложил на прилавок Грубый Лисий Мех, Прочную Шкуру и Клык Кабана. Это была вся сумма его труда в лесу.
Грак осмотрел мусорную добычу, проворчал и внес 67 медных монет.
Каге уставился на общую сумму. В совокупности с его предыдущими заработками, у него было ровно достаточно. Он переключился на вкладку продавца. Он прокрутил мимо брони, которую не мог себе позволить, к оружию, на которое он ненавидел полагаться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ржавый Меч Новичка – 65 медных монет
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он нажал на селектор количества. Что-то в его груди сжалось. Он собирался потратить почти все, что у него было.
Щелк. Два меча.
— Два?
Грак наконец поднял взгляд, одна густая бровь поднялась, как подъемный мост. — Большинство щенков едва могут позволить себе воздух, которым дышат.
Каге кивнул. Он экипировал один меч, знакомый, ужасный баланс осел в его руке. Второй отправился в инвентарь.
Грак издал короткий, хриплый смешок, похожий на скрежет камней в миксере. — Хмф. Один, чтобы использовать, один, чтобы потерять. Умно.
Орк вытер запачканную сажей руку о свой фартук, его глаза сузились, когда он впервые внимательно посмотрел на Каге. — Напоминает Легион Кровавого Клыка. Ты носил свой основной топор, запасной топор и нож, когда топоры ломались. Меньше — это было приглашение к предкам.
— Избыточность — это выживание, — сказал Каге сухим голосом.
Он мог бы спросить больше. Он мог бы выжать из NPC услугу. Но соотношение сигнала к шуму было слишком низким. Он закрыл окно.
Он повернулся, чтобы уйти. Орк, казалось, был удовлетворен кратким взаимодействием, просто проворчав и повернувшись обратно к своему огню.
Когда Каге отступил, хаос игроков снова поглотил его.
— Алый Лев набирает! Прогноз в топ-десять!
— Почему я не могу играть за Селки? Разработчики — отстой!
— Это для баланса. Ты должен разблокировать их через специальные мировые квесты или что-то в этом роде.
Болтовня нахлынула на него. Они были здесь, чтобы играть в симулятор героя. Они видели приключения. Каге коснулся рукояти своего дешевого меча, проверяя его существование. Он видел накладные расходы, амортизацию и безжалостный гриндинг гравитации.
Он растворился в толпе, его серая туника слилась с каменными стенами. Они играли. Он работал. Охота закончилась. Анализ вот-вот начнется.
Оукхейвен был какофонией дезорганизованного оптимизма. Архитектурный стиль представлял собой смешение человеческой каркасной постройки, упрямой гномьей каменной кладки и случайных изящных элементов эльфийского влияния, все это было тесно сжато в хаотичный, раскинувшийся беспорядок. Улицы были не столько спланированной сеткой, сколько набором желаемых путей, которые были вымощены булыжником. Это был город, рожденный необходимостью.
Каге двигался по нему как призрак. Он игнорировал вербовщиков гильдий, торговцев, продающих свои товары, и серьезные группы игроков, планирующих свое следующее приключение.
Сразу за главной площадью он нашел то, что искал: уличного торговца с тележкой, переполненной свитками, пергаментами и дешевыми безделушками. Вывеска над тележкой, выполненная нелепо вычурным шрифтом, гласила— —Провинциальные Бумаги и Зелья Пипа—.
Каге подошел к хозяину-полурослику, чья голова едва доставала до прилавка. — Региональную карту Шепчущих Лесов, — заявил он, без лишних любезностей. Карта в его интерфейсе содержала только данные о местах, где он бывал, и прилегающих зонах. Остальное — топография без маркеров.
Пип сиял, его жизнерадостный вид резко контрастировал с ровным тоном Каге. — Именно так, искатель приключений! Лучший пергамент, чистейшие чернила! Только что из печати, можно сказать! Всего десять меди за великолепный вид на ваш новый дом!
Каге положил монеты на деревянный прилавок. Сделка заняла секунды. С картой в руке он осмотрел местность в поисках подходящего рабочего места. Открытая скамейка была слишком публичной. Тихий переулок был потенциальным местом засады. Логичный выбор представился в виде большого двухэтажного здания с качающейся деревянной вывеской, изображающей пенящуюся пивную кружку— Таверна «Пьяная Дриада».
В тот момент, когда он толкнул дверь, на него обрушилась стена звуков и запахов. Воздух был густым от запаха пролитого эля, жареного мяса и слабого сладкого аромата трубочного табака. Смех эхом отдавался от темных деревянных балок. В центре комнаты шумный бард-полурослик с волосами цвета заката бренчал на лютне, напевая похабную песню о гоблине и дочери фермера, от которой группа дежурных стражников ревела от смеха.
Глаза Каге пробежались по комнате, автоматически каталогизируя ее обитателей. Группа из четырех человек — танк, целитель и два мага — громко обсуждали сложность Гоблинских Копей. Одинокий разбойник в капюшоне сидел в теневом углу, методично чистя свои кинжалы, его глаза ничего не упускали. Стол возле камина был занят двумя гномами, их головы были наклонены близко друг к другу над стопкой старинных томов. Один страстно жестикулировал, его высокий голос прорезал шум, когда он обсуждал какой-то малоизвестный момент драконьей родословной со своим спутником.
Каге мысленно отметил: —Любители, фанатики и академики. Идеальный срез игроков и NPC, которые отдают приоритет сообществу или лору, а не эффективности.
Отдельная комната стоила бы серебра, которого у него не было.
Он нашел свое убежище в угловой кабинке, спрятанной от основного потока посетителей. Изношенная кожа скамьи была потрескавшейся, а стол был липким от призраков сотен пролитых напитков. Это было идеально. Изолированно и игнорируемо.
Когда он устроился, из соседней кабинки донесся громкий, расстроенный вздох, где игрок в разномастной кожаной броне жаловался своему спутнику.
— Это такая трата времени, — посетовал игрок, вскинув руки. — Я застрял со стартовым классом менестреля, потому что я ответил на этот чертов тест личности NPC-обучалки «творчески». Я не могу попасть в группу, чтобы спасти свою жизнь. Мои баффы — это шутка, и у меня нулевой DPS.
Его друг, более прагматичный на вид воин, пожал плечами. — Не знаю, я слышал, что сюжетные квесты довольно крутые. Ты можешь писать свои собственные песни и все такое.
— Сюжетные квесты не убивают боссов! — рявкнул Менестрель в ответ, его голос повысился. — Все знают, что художественные классы — это полный отстой. Мне просто нужно докачаться до 25-го уровня, чтобы я мог перекачаться во что-то полезное.
Каге обработал их разговор с холодным отстраненностью. Его взгляд на долю секунды метнулся к расстроенному Менестрелю.
Он отмахнулся от них и их бесполезных проблем.
Ничего не заказывая, он открыл свой интерфейс. Купленный им пергамент материализовался в воздухе перед ним, высококачественная цифровая проекция. Это была стандартная, сверху вниз карта региона Шепчущих Лесов, показывающая Оукхейвен, окружающие леса, болото Мутной Воды и зазубренный горный хребет на его северной окраине. Она была заполнена основными значками для точек интереса, которые разработчики сочли общеизвестными.
Каге отмахнулся от нее. Настоящая работа вот-вот должна была начаться.
Он открыл свой журнал квестов, упрощенный, функциональный текст Ненаписанного стиха ярко светился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест: Ненаписанный стих
Ранг квеста: Легендарный
Цель: Просканируйте региональную карту Шепчущих Лесов и определите единственный квадрант, лишенный следующих устаревших маркеров данных: Древние Руины, Поселение, Королевская Дорога, Место Сражения, Мировое Древо.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Поэтическая загадка, сведенная к контрольному списку. Парадоксально, но слепота делала путь яснее. Мысль о потере наград все еще жгла, но если бы этого не произошло, он, вероятно, застрял бы.
Это было испытание, для которого он был уникально приспособлен. Испытание чистого анализа данных. Время, потраченное им на отказ от додзё, было не только для изучения боевой механики; это было для этого. Часы, дни, недели, проведенные на форумах, в блогах разработчиков и слитых вики-лорах. Он поглотил каждый обрывок информации об истории мира Crown of Destiny перед запуском. Он запомнил ее. Целая библиотека, казалось бы, бесполезных мелочей, теперь была его величайшим оружием.
Его пальцы двигались с отработанной скоростью, расплываясь по интерфейсу. Оператор был в своей стихии.
— Переменные: Древние Руины, Поселение, Королевская Дорога, Место Сражения, — пробормотал он, его голос утонул в реве таверны.
Он обработал их как набор данных. Его разум разблокировал архивы Анналов Первых Людей и слитые временные шкалы разработчиков, которые он запомнил месяцами ранее.
Красные булавки расцвели по карте, как распространяющаяся инфекция.
Он мгновенно отметил Затонувшие Камни и Плачущее Святилище. Он проследил линии старой Королевской Дороги и контрабандных маршрутов Тропы Топкого Странника, не останавливаясь, чтобы моргнуть. Каждая сгоревшая мельница, каждое забытое поле битвы из Орочьих Набегов, каждый до-валериевский аванпост — он вытащил их из своей памяти и нанес на цифровую пергаментную карту.
Песня барда перешла на скорбную мелодию, но Каге не слышал ее. Он был глух ко всему, кроме данных.
Через несколько секунд карта выглядела как пациент в кабинете иглорефлексотерапевта. Это была хаотичная паутина красного света, созвездие трагедии и истории, которое покрывало Шепчущие Леса почти равномерным распределением.
Его бровь слегка нахмурилась. Что-то все еще было не так.
Теперь, последняя переменная.
Мировое Древо.
Эта была другой. В этой зоне было только одно, как и во всех стартовых. Великий Иггдрасиль, метафизический центр игрового мира. Его физическое проявление в Шепчущих Лесах было колоссальным, древним дубом, известным как СердцеЛес. Это была главная достопримечательность.
Он поместил последнюю булавку, на этот раз ярко-зеленую, прямо в центр густого леса к западу от Оукхейвена. Она выделялась среди моря красного.
Он откинулся назад, на мгновение расфокусировав взгляд. Он тщательно нанес каждую известную точку данных из журнала квестов. Карта представляла собой беспорядок из булавок, хаотический взрыв истории. И все же, четкого ответа не появилось. Ни один квадрант не был полностью пустым. В каждом секторе карты был хотя бы один или два маркера.
Каге замер. Его рука зависла над интерфейсом карты. Его взгляд на долю секунды метнулся к Менестрелю. Музыка — это то, что происходит в промежутках.
Каге снова посмотрел на свою карту. Он искал географический квадрант, как квадрат на шахматной доске. Северо-восток, юго-запад. Просто. Слишком просто. Но квест не просил координаты. Он просил место без наследия. Он нанес точки. Но он не проанализировал взаимосвязи между ними. Система не просто дала ему список вещей. Она дала ему список категорий. Категорий, которые рассказывали историю цивилизации: Поселение — Где жили люди. Королевская Дорога — Как они связывались. Место Сражения — Где они сражались и умирали. Это были сферы влияния. Это был шум истории. Квест не просил его найти место без истории. Он просил его найти тишину.
Новый прилив сосредоточенности охватил его. Его пальцы снова полетели по интерфейсу, но на этот раз он рисовал круги. Он нарисовал широкий радиус вокруг каждого Поселения, каждой Руины, каждого Поля Сражения, каждой Дороги, расширяясь наружу, пока он не наткнулся на влияние другого.
Карта преобразилась у него на глазах. Теперь это была серия перекрывающихся, амебоподобных фигур. Записанная история Шепчущих Лесов была обширной, взаимосвязанной территорией.
И на дальнем севере, глубоко в коварных хребтах Зубов Дракона, была дыра.
Это была вопиющая, очевидная пустота. Идеальное пятно абсолютного небытия, нетронутое ни одной из цветных зон влияния, которые он нарисовал. Оно было не просто пустым; оно было агрессивно, вызывающе пустым.
Пики Зубов Дракона. Хребет образовывал всю северную часть региона. Мертвая летучая мышь находилась в крайнем восточном секторе гор, но эта пустота лежала в географическом центре — прямо к северу от Оукхейвена.
Он полностью сосредоточил свое внимание на карте. У него было его место назначения. Теперь, последний шаг:
Прямой путь лежал прямо на север от Оукхейвена, следуя Королевской Дороге и едва минуя хребет Танглфанг, который он едва пережил час назад. Это был быстрый и избегающий зон мобов высокого уровня путь. Путь с низким риском, который не растратит прочность оружия.
Его взгляд пронесся мимо них, вернувшись к воспоминанию о пустоте на его карте.
Он был игроком на пути к получению приза, паломником, идущим неосознанно к алтарю бога, в которого он не верил.
Путь сузился. То, что начиналось как извилистая тропа по предгорьям Зубов Дракона, превратилось в опасную козью тропу, цепляющуюся за отвесный обрыв. Пронизывающий ветер, разреженный и холодный на этой высоте, хлестал Каге, угрожая вывести его из равновесия. Внизу Шепчущие Леса были далеким, туманным зеленым ковром. Вверху зазубренные серые вершины царапали небо.
Его мини-карта показывала отметку, которую он поставил чуть впереди, скрытую за крутым поворотом в проходе. Он был близко.
Он обогнул последний изгиб, и тропа вывела на небольшую, залитую солнцем площадку, прежде чем продолжиться в темную расщелину в скале — вход в пещеру.
Но путь был заблокирован.
Свернувшись на плоском, нагретом солнцем камне, лежало существо, словно высеченное из самой горы. Оно было змеевидным, размером с крупного волка, его тело представляло собой плотный клубок мышц, покрытых чешуей цвета гранита и сланца. Бескрылый драконоид. Его голова была поднята, и два глаза, холодные и рептильные бездны древнего интеллекта, были устремлены прямо на него. Они ждали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Гребнечешуйчатая Виверна — Ур. 12 (Элита Зоны)
•> HP: ???/???
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге сузились. Уровень 12 Элита. Он был 3-го уровня. Разница в девять уровней была пропастью, которую большинство игроков назвали бы непреодолимой на запуске. Приглашение к быстрой, унизительной смерти и долгому бегу обратно с кладбища. Он осмотрел местность. Видимо, четырехкратная разница в уровне означала, что система скрыла данные.
Выступ был едва двадцать футов в ширину. Слева — отвесный обрыв в никуда. Справа — гладкая, непроходимая скальная стена. Проскользнуть мимо было невозможно. Взгляд Виверна был слишком пристальным, слишком внимательным.
Он вытащил свой
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ржавый Меч Новичка
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━.
Отражение в дешевой, побитой стали было искажено, но его стойка — нет. Он поставил ноги, центрировал вес и держал клинок в низкой, готовой позиции. Виверн наблюдал, неподвижный, его раздвоенный язык высунулся, чтобы попробовать воздух.
Он ждал, пока Каге совершит первую ошибку.
Каге не стал.
Он сделал один, обдуманный шаг вперед. Виверн развернулся с ужасающей скоростью. Каге не атаковал. Он даже не готовился.
Существо бросилось вперед, его пасть распахнулась в размытом движении. Затяжной, щелкающий укус, нацеленный на его горло. Каге зарегистрировал анимацию инстинктивно. Клинок поднялся, чтобы перехватить.
ЛЯЗГ!
— Нет эха.
Его кожа покалывало. Напоминание о формулировке квеста. Ищите место, где слова не имеют эха. Он был у дверей.
Сила идеального парирования отдалась дрожью по его руке, но его форма выдержала. Укус был отражен, но уровень и сила Виверны были слишком высоки, чтобы вызвать оглушение. Не останавливаясь, он использовал свой импульс движения вперед, чтобы перейти в широкий, мощный удар хвостом. Классическое продолжение.
Каге быстро отступил, позволяя тупому отростку пронестись в футе перед ним.
Он все еще был в его досягаемости. Прежде чем он успел перейти к следующему движению, горло Виверны начало светиться болезненно-зеленым светом. Дальняя атака. Заряд ощущался иначе. Более целенаправленно. У него было два варианта — увернуться в сторону и надеяться на плохой прицел, или прервать линию видимости. Он выбрал последнее.
Он метнулся за валун высотой до пояса на краю прохода. Долю секунды спустя, ком шипящей кислоты расплескался по камню. Звук — острый, разъедающий шипение — резко оборвался, словно поглощенный гнетущей тишиной прохода. Сам камень продолжал дымиться и растворяться там, где кислота разъедала его.
Каге оставался за камнем, его дыхание было ровным.
Он мысленно просмотрел свои характеристики. Его Сила и Ловкость были высоки для его уровня, но против элитного моба 12-го уровня? Его урон был бы до смешного низок. Он видел слабое мерцание вокруг чешуи существа. Пассивная регенерация.
Он почувствовал искру мрачной уверенности. Эта проблема, чистое испытание на выполнение против предсказуемой системы, была именно тем, для чего он был создан. Это была математика. Это была логика. Это был язык, который он прекрасно понимал.
Он вышел из-за валуна. Виверна снова свернулась, наблюдая за ним.
Анализ был закончен. Война началась.
Он приблизился, заставляя его броситься в атаку. Когда зверь рванул вперед, он идеально парировал, и в крошечное окно восстановления, которое последовало, он вонзил свой клинок в его каменный бок.
Тень.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -8 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Число было жалким. Оскорбительным. Мгновение спустя слабое зеленое свечение пульсировало вокруг Виверны.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> +3 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его чистый урон за успешный цикл составлял пять очков. Полоса здоровья существа, общей величины которой он все еще не видел, казалось, совсем не двигалась.
Теперь это был вопрос ритма.
Он вошел в поток. Выпад, парирование, удар. Удар хвостом, уклонение, удар. Плевок кислотой, спрятаться, ждать, снова вступить в бой. Это был танец. Монотонный, требовательный, но в конечном итоге решаемый танец. Его движения были экономичными, точными. Он был машиной, обрабатывающей сценарий. Шаг, парирование, удар. Отступление, удар. Пригибание, ожидание, наступление.
Скала прохода стала его ареной, ветер — его саундтреком. Виверна тоже была машиной, повторяя свои цепочки атак с непоколебимой последовательностью. Полоса здоровья Каге оставалась полной. Прочность его первого меча медленно, мучительно, уменьшалась. 20, 19, 18. Невидимая полоса здоровья Виверна медленно, скрежеща, откалывалась.
Он впал в знакомый транс гринда. Это был гейминг. Найти шаблон, оптимизировать решение и выполнять его, пока не выпадет добыча. Это была работа. Это была его работа.
Он двинулся, чтобы идеально парировать выпад, атаку, которую он теперь видел дюжину раз. Его мышцы уже были зафиксированы в движении, его мозг рассчитал время до миллисекунды.
Затем это произошло.
Голова Виверна, на полпути к выпаду, замерла. Анимация, сценарий, который он запомнил, разрушился. На долю секунды существо зависло в идеальном обмане, прежде чем с невозможной плавностью перейти к удару хвостом.
Изменение было микроскопическим, но оно повергло всю его прогностическую модель в хаос. Его меч уже двигался, чтобы парировать выпад, которого больше не было, оставляя его тело полностью незащищенным. Не было времени думать, не было времени планировать. Был только всплеск чистого, первобытного адреналина.
Взял верх инстинкт.
Он отбросил себя назад в отчаянном, неуклюжем уклонении, которое совсем не походило на его эффективные, рассчитанные движения. Это было чистое, животное отступление ради выживания. Он почувствовал резкую, раздирающую боль, когда кончик хвоста, зазубренный, как булава, задел его ногу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -89 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он приземлился неустойчиво, его идеальный ритм был нарушен. Его разум лихорадочно работал. Этого не должно было случиться. Шаблон был фиксированным. У мобов были шаблоны. Таково было правило.
Виверн не дал ему времени на восстановление. Он нанес еще один выпад, но на этот раз он удерживал атаку на долю секунды дольше, чем раньше. Достаточно долго, чтобы мышечная память Каге, обусловленная дюжиной предыдущих атак, оказалась неверной.
Он парировал рано. Челюсть существа проскрежетала по его клинку, отбросив его в сторону, и его зубы задели его плечо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -24 HP
•> HP: 13/130
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он снова отшатнулся, его сердце колотилось от шокирующего, электризующего осознания.
Виверна училась. Она проанализировала его идеальные, роботизированные ответы и теперь активно разрушал их. Он не повторял сценарий. Она адаптировалась. Наказывала за его уклонения. Варьировала время атак. Смешивал свои шаблоны.
Паника вспыхнула, горячая и острая, но тут же была погашена волной холодной сосредоточенности, которую он не чувствовал годами. Это было чувство из другой жизни, с полированных деревянных полов додзё, запаха дерева и пота в воздухе, веса бамбукового синая в его руках.
— Это не шаблон, — прошептал его разум, голос уже не холодного Оператора, а чего-то другого, чего-то более древнего. — Это противник. Он думает.
Он больше не мог полагаться на свой заранее рассчитанный ритм. Ему пришлось отказаться от сценария. Ему пришлось отказаться от предсказания анимации и начать читать намерения существа перед собой. Ему пришлось использовать то, что он давно похоронил, то, что он считал бесполезной реликвией неудачного прошлого.
Заншин.
Сохраняющийся разум. Состояние полного, текучего осознания.
Бой преобразился. Это больше не был игрок, гриндищий моба. Это была дуэль. Он перестал следить за полосой здоровья Виверны и полностью сосредоточился на его теле. Едва заметное смещение его веса перед выпадом. Сворачивание мышц хвоста за долю секунды до удара. Накопление слюны в его пасти.
Его мир сузился до пространства между ними. Числа, таймеры, предупреждения о прочности — все это растворилось в белом шуме. Был только его противник и следующий момент. Его движения стали текучими, интуитивными. Он чувствовал поток битвы.
Произошел выпад, и он встретил его плавным отклонением, которое обратило импульс существа против него самого, создав брешь, которую он использовал для быстрого удара. Произошел удар хвостом, и он пригнулся под ним, ветер от его пролета развевал его волосы, и он нанес удар по его брюху.
Прочность его первого меча достигла нуля.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ваш «Ржавый Меч Новичка» сломался.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Не было паузы. Никакого перерыва в потоке смертельного танца. Его правая рука отпустила сломанную рукоять, а левая уже вытаскивала второй меч из инвентаря. Он плавно поменял хват, его ноги ни на секунду не прекращали плавного, кругового движения. Прагматизм Оператора предоставил инструмент; дух Гения теперь владел им.
Битва бушевала. Чистый обмен волей. За каждый нанесенный удар Виверна адаптировалась, заставляя его адаптироваться в ответ. Это было волнующе. Это было ужасающе. Он чувствовал себя самым живым за многие годы.
У Виверны оставалась лишь ничтожная часть здоровья. Каге чувствовал это в его все более отчаянных движениях. Его второй меч уже мигал критическим предупреждением о прочности. Один из них вот-вот должен был сломаться.
В последней, отчаянной авантюре существо отпрянуло и издало пронзительный визг. Затем оно взорвалось шквалом атак, которых он никогда раньше не видел — хаотической бурей укусов, когтей и ударов хвостом, связанных воедино без какого-либо заметного шаблона. Это была чистая, первобытная ярость. Сырой урон, призванный сокрушить его.
Каге не думал. Он не анализировал. Он двигался.
Действуя на чистом инстинкте, он стал призраком в буре. Его тело, отточенное десятилетием тренировок кендо, которые его разум пытался забыть, вспомнило. Парирование переходило в уклонение, пригибание переходило в шаг в сторону. Его движения были прекрасны, плавный и смертоносный танец выживания. Гений полностью контролировал ситуацию.
На долю секунды, в самом сердце бури, он увидел это. Единственную, идеальную брешь. Когда Виверна слишком сильно увлеклась размашистой атакой когтем, еге бок был открыт менее чем на долю секунды.
Это было все, что ему нужно.
Он вонзил свой отказывающий меч, вложив в удар весь свой вес и волю. Клинок глубоко вонзился в бок существа с режущим хрустом.
Виверн напрягся. Из его горла вырвалось низкое бульканье. Затем он рухнул, его массивное тело тяжело упало на каменный выступ.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы победили Гребнечешуйчатого Виверна!
•> Получено EXP: 900
•> ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 4!
•> У вас есть нераспределенные очки атрибутов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
В тот же миг, с последним, приглушенным треском, его второй меч разбился на каскад растворяющихся синих пикселей.
Тишина опустилась на проход, нарушаемая лишь сухим дыханием Каге. В этом месте звук просто вырвался из его губ и умер.
Он стоял над растворяющимся трупом Виверны, его виртуальное тело было доведено до предела, его руки были пусты.
И впервые с момента входа в Crown of Destiny, на его губах появилась настоящая тень улыбки. Это было чистое, волнующее удовлетворение от истинной победы над достойным противником. Забытый трепет охватил его.
Голос Гения, незащищенный и живой, эхом отозвался в его сознании.
Улыбка исчезла. Его лицо стало холодной, непроницаемой маской.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добыча получена
•> Осколок Гребнечешуйчатого x 8
•> Коготь Виверны x 2
•> Едкая Железа Виверны x 1
•> Кристаллизованное Сердце Виверны x 1 (Необычное)
•> 1 Серебро, 15 Меди
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он отвернулся от рассеивающихся пикселей и перешагнул через место, где умерла Виверна. Путь впереди был теперь ясен, ведущий глубже в вершины к его истинной цели.
Но пока он шел, что-то изменилось. Трещина в его тщательно построенном фасаде осталась, волосяная трещина, которую никакая холодная логика не могла полностью запечатать.
Он вспомнил, на мгновение, что значит быть художником, а не оператором.
И, несмотря на все его попытки отмахнуться от этого, это воспоминание опасно походило на возвращение домой.
Подъем на этот раз был другим.
Прежде тревожная тишина Пиков Зубов Дракона была лишь точкой данных, переменной в уравнении его скрытного восхождения. Отсутствие окружающего шума было просто еще одной опасностью окружающей среды, которую нужно было каталогизировать. Теперь, обезоруженный и физически уставший от дуэли, Каге обнаружил, что тишина имеет другую текстуру. Она ощущалась не столько как отсутствие, сколько как присутствие. Уважительная тишина.
Он устал. Остатки адреналина после боя оставили ноющую боль в его конечностях. Но его разум был тревожно острым. Призрак заншина, сохраняющееся осознание, которое принесло ему победу в бою, все еще цеплялось за него. Каждое изменение ветра о скалу, каждый смещенный камешек под его ботинком регистрировались с ясностью, граничащей с отвлекающей.
Он заслужил свой проход. Это больше не был короткий путь. Это не был умный эксплойт, который обходил игровую механику. Он столкнулся с привратником, был испытан противником, который отказался быть простым скриптом, и победил. Путь впереди ощущался не столько как обнаруженная тайна, сколько как открытая дверь.
Мысль была неэффективной. Он отмахнулся от нее, но чувство Загадка Первого Создателя вытянутого по длине, теплый ток под ледяной поверхностью его логики.
Он обогнул последний, крутой изгиб узкого горного прохода, и тропа резко оборвалась. Перед ним, в вогнутом амфитеатре из черной скалы, был вход в пещеру. Это была не зияющая пасть или зловещая пропасть, а идеальная, с гладкими краями арка, ведущая в темноту, выглядевшая так, словно была вырезана из горы с невозможной точностью. Это было оно. Координаты с его карты. Источник нулевой зоны.
Он вошел внутрь.
И на мгновение Клайд-Оператор, Клайд-Гений, Клайд-циник, который видел мир как электронную таблицу эксплуатируемых переменных… перестал существовать.
Он был в соборе из чистого, прекрасного кристалла.
Пещера была геодом размером с небольшой храм, ее стены состояли из массивных, идеально сформированных кристаллических структур. Они не были зубчатыми или грубыми, но гладкими и замысловато ограненными, как драгоценные камни, вырезанные божественным ювелиром. Свет, исходящий из какого-то невидимого источника, вливался в кристаллы и преломлялся в тысячу танцующих радуг, играющих на каждой поверхности. Воздух был неестественно неподвижным и прохладным на коже.
Мир затих.
— Тишина — было неверным словом, на самом деле. Это было полное и абсолютное отрицание звука. Хруст его ботинок по гравию у входа исчез в тот момент, когда он пересек порог. Постоянный свист горного ветра прекратил свое существование. Он хлопнул в ладоши, резким, внезапным движением. Не было звука. Даже ощущения удара, вибрирующего в его собственных костях. Система не просто приглушала звук; она удаляла саму концепцию звука из этого пространства.
Это было место вне записанной истории мира. Неповрежденный файл резервной копии, скрытый от основного сервера.
И на хрупкое, раздражающее мгновение Оператор в сознании Каге замолчал. Он больше не был геймером, анализирующим подземелье.
Боль чего-то, чего он не мог назвать, чего-то, что он давно похоронил вместе со своим синаем, отозвалось глубоко в его груди. Это было чувство малости, благоговения. Трепет.
Он мгновенно подавил это.
Его глаза, теперь снова холодные и аналитические, сканировали пространство. Пещера была большой, но его взгляд был прикован к ее центру. Там, посреди кристаллического пола, стоял один простой предмет, совершенно чуждый остальной части окружающей среды.
Каменный алтарь.
Он был грубым, высеченным из, казалось бы, простого серого гранита. Он был без украшений, неполированным и совершенно неуместным среди идеальной, кристаллической геометрии пещеры. Это было единственное, что здесь казалось реальным. Он подошел к нему, его фантомные шаги не издавали ни звука на светящемся полу. Когда он приблизился, воздух над алтарем замерцал, и буквы мягкого белого света начали сливаться, вися в неподвижном воздухе, как новообразованное созвездие.
Это была загадка.
У меня нет тела, но я могу построить короля или свергнуть корону.
У меня нет голоса, но мои дети путешествуют по миру и сквозь века.
Я — семя, из которого растут все истории,
И основа, на которой движутся все законы.
Что я?
Разум Каге немедленно заработал.
— Власть. — Он мысленно предложил это.
— Наследие? История? — Все еще слишком расплывчато.
— Система. — Направив свое намерение на слова.
— Код.
Разочарование, горячее и острое, кольнуло его. Это было неэффективно. Он пытался грубой силой решить концептуальную проблему. Он мысленно отступил. Загадка была кульминацией всего его путешествия. Подсказки были не только в тексте. Подсказки были во всем, что привело его сюда.
Его разум воспроизвел последовательность событий.
Первое: Наследие Основателя против Правосудия Основателя. Две противоречащие истории одного и того же человека. Оспариваемая история в основе лора мира.
Второе: Названия квестов. Расколотая Корона. Ненаписанный Стих.
Третье: Выбор. Он отказался от Уникального меча, осязаемой награды, ради правды. Ради истории.
Четвертое: Награда за этот выбор. Квестовый предмет под названием Перо Первого Создателя. Инструмент для письма.
Кусочки встали на свои места.
Весь мир Crown of Destiny был повествованием. Историей. Разработчики написали первый черновик, но история была создана для оспаривания, для переписывания. Загадка не спрашивала о движке, который управлял миром.
Я — семя, из которого растут все истории.
И основа, на которой зиждутся все законы.
Что такое закон, если не история, которую мы все соглашаемся соблюдать? Что такое король, если не персонаж, наделенный властью общим повествованием? И что такое самая фундаментальная, неделимая единица любой истории, любого закона, любой концепции?
Это была не великая, всеобъемлющая сила. Это было что-то маленькое. Что-то фундаментальное. Единый строительный блок смысла.
Он знал ответ. Он был элегантным. Очевидным. То решение, за которое он всегда себя ругал, что не увидел его раньше.
Он вдохнул, и впервые его голос нарушил абсолютную, священную тишину пещеры. Он был ясным, ровным и наполнен абсолютной уверенностью.
— Слово.
На мгновение ничего не произошло. Затем светящиеся буквы загадки растворились в ливне яркого белого света, который обрушился на него. Он пропитал его аватар, проник в его интерфейс.
И затем начались системные уведомления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы разгадали Загадку Первого Создателя!
•> Вы постигли Принцип Поэзиса!
•> Вы выполнили скрытые предварительные условия.
•> Новый путь открыт для вас.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Идеально.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы выполнили все предварительные условия для Легендарного Класса: Архитектор Стиха!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Легендарный Класс. Самый редкий из редких. Вспышка триумфа охватила его. Это было больше, чем Уникальный меч. Это было первое в мире событие другого масштаба.
Затем появилась следующая строка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Наследие Легендарного Поэта — «Первый Создатель» — признает вас своим наследником.
•> Слава +300
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Слово «Поэт» ударило по его мозгу, как царапина на пластинке.
— Подождите. Поэт?
Нет, это должен быть описательный текст. Какое-то тематическое описание. Легендарные Классы имели драматические названия. «Архитектор Стиха» — это просто система, которая поэтизировала. Это был бы какой-то супербоевой класс, возможно, с изменяющими реальность способностями. Система, вероятно, нагнетала напряжение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> В соответствии с Основополагающим Протоколом, ваша физическая форма должна быть сброшена, чтобы служить чистой страницей для нового Стиха.
•> Ваш уровень сброшен до 1.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Слово «сброшен» ударило по его сознанию, как ошибка.
Но система не закончила. Она никогда не спрашивала разрешения. Она просто выполняла свой протокол с безжалостной эффективностью автоматизированного процесса.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Все очки атрибутов были возвращены и перераспределены в соответствии с вашим новым призванием.
•> ВСЕ АТРИБУТЫ +5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Маленькая милость, отчаянно подумал он. Возможно, все не так плохо. Возможно, сброс уровня сопровождался массивными бонусами к характеристикам, чтобы компенсировать—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Ваша душа настроена на искусство созидания.
•> ИСКУССТВО +20
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Земля ушла у него из-под ног.
Искусство.
ИСКУССТВО.
Характеристика, которую он специально, сознательно, математически определил как совершенно и абсолютно бесполезную. Характеристика, которую он высмеивал как «мусор для ролевиков». Характеристика, которую он сбросил до минимума, потому что она не имела никакого, абсолютно никакого боевого применения.
Они давали ему ДВАДЦАТЬ очков ИСКУССТВА.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Основной Атрибут Изменен: Искусство (ART)
•> Открыт Новый Основной Ресурс: Авен (AWN)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Нет, — прошептал он, его звук был поглощен пещерой. — Нет, нет, нет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Открыта Основная Система: Лексикон Поэта
•> Открыта Основная Система: Создание Стиха (Первая Форма: Стихотворение из Одного Слова)
•> Лексикон Поэта: Добавлен Первоначальный Стартовый Пакет
•> Получена Пассивная Способность: Поэтический Дух
•> Получена Пассивная Способность: Поэтическое Прозрение
•> Получена Пассивная Способность: Непоколебимый Стих
•> Получена Пассивная Способность: Концептуальная Чистота
•> Получена Пассивная Способность: Интуиция Рассказчика
•> СМЕНА КЛАССА ЗАВЕРШЕНА
•> Отобразить новый лист персонажа?
ДА/НЕТ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ему даже не пришлось выбирать «Да». Оно ударило по его зрению, заполнив его взгляд суровой, жестокой правдой его новой реальности.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Лист персонажа: Каге
•> Уровень: 1
•> Класс: Архитектор Стиха (Легендарный Поэт)
•> Опыт 0/100
•> Звание: -
•> Слава: 300
•> Физический урон: 10
•> Здоровье (HP): 110/110
•> AWN: 310/310
•> Вес: 2.8/30
•> Атрибуты
•> Сила (STR): 10
•> Ловкость (AGI): 10
•> Выносливость (STA): 10
•> Интеллект (INT): 10
•> Искусство (ART): 30
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он уставился на цифры. Уставился, пока они не начали расплываться и дразняще танцевать перед его глазами.
Уровень. Один.
Поэт.
Он разгадал загадку, которую, вероятно, никто другой не нашел бы месяцами.
И его награда?
Легендарный Класс. Легендарный Класс Поэта.
И сброс до 1-го уровня.
Две самые важные характеристики исчезли. Его сила и ловкость, столпы всего его билда, были урезаны, несмотря на бонус. Вместо них — гора очков, вложенных в Искусство. Искусство. Характеристика, повсеместно считавшаяся каждым топовым игроком полной шуткой. Сбросовая характеристика для ролевиков и любителей крафта.
Его разум, который мгновения назад был озарен восторгом победы, теперь был вихрем чистой, неподдельной ярости и неверия.
Он чувствовал жгучий, унизительный ужас. Он сделал все это, чтобы добиться успеха, чтобы обеспечить средства для своей матери. И он только что добровольно, разумно, привел себя к катастрофе. Он обменял высокопроизводительный спортивный автомобиль на моноцикл. С тренировочными колесами. И блестящими кисточками.
Это была не победа. Это была зачистка персонажа. Это был самый славный, легендарный, первый в мире гейм-овер в истории VRMMO.
Он стоял один в тихой, прекрасной пещере, Поэт 1-го уровня с бесполезным распределением характеристик и горой реальных счетов, которые нужно было оплатить.
Абсолютная, всепоглощающая абсурдность всего этого накопилась в его груди, как пар в скороварке, пока что-то не сдалось.
Звук вырвался из его губ. Это был не крик ярости или вопль отчаяния. Это был единый, сдавленный, прерывистый смех — такой звук издает человек, когда реальность становится настолько нелепой, что его мозг просто… ломается.
Звук смеха был поглощен.
Счета. Его мать. Время, которое он терял.
Тишина пещеры внезапно показалась могилой.
В этот момент звук, который Каге на короткое время попробовал как свой собственный, прогремел по серверу, звонкий колокол, который мог слышать каждый игрок. Золотой текст прокрутился по воздуху и небу, свидетельство победы, которая была осязаемой, поддающейся количественной оценке, и всем, что он только что потерял.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> МИРОВОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ: Путь воина возвышен! Пусть мир восхвалит игрока Уму за то, что он ПЕРВЫЙ В МИРЕ завершил Испытание Ярости и разблокировал Редкий Класс: Берсерк!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глобальный чат, который был низким шумом вопросов об исчезнувшем объявлении «Наследие Основателя», взорвался.
— JoeTheBoe: У-УЛУЧШЕННЫЙ КЛАСС УЖЕ?!?!? Я ВСЕ ЕЩЕ 4 УРОВЕНЬ!
— Terranos: Ума! Слава богу, я так устал слушать про этого анонимного победителя ‘****’. Это был 100% баг, который им пришлось удалить.
— SkrrrrA: ЛОЛ, я же говорил вам, берсерк, наверное, имба
— PleadingHurricane: ПРОДАМ «Ржавый Короткий Меч», подписанный парнем, который ОДНАЖДЫ ВИДЕЛ Уму. 5 серебра!
— Opar: лемао, как мы должны конкурировать, когда один игрок получает удачный квест с редким классом?
Каге наблюдал за потоком сообщений, его лицо было каменной маской. Чтобы разблокировать продвинутый класс, Уме пришлось бы пройти изнурительную, многоступенчатую цепочку квестов, вероятно, кульминирующую в сложном сольном испытании.
— Подождите… Почему не было объявления, когда я получил класс?
Он прокрутил свои уведомления, отчаянно ища причину, и нашел строку, которую пропустил в своей слепой панике:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Системное Уведомление: Протокол Генезиса не объявляет Создателей их творению. Трансляция подавлена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Горькая ирония была осязаема. Наградой Умы за то, что он следовал подсказкам разработчиков, был Редкий класс. Чисто боевое улучшение. Оружие.
Наградой Каге за то, что он полностью сошел с тропы и нашел правду, скрытую под ней, была тишина и Легендарный класс — самый высокий из возможных — который, функционально, для него был шуткой.
Казалось, что система наказала Каге за его изобретательность, насмехаясь над ним позолоченной клеткой.
Разрыв между ним и вершиной заключался уже не только в уровнях или тирах классов; это была пропасть цели. Уме дали топор, чтобы покорить мир. Каге дали шутку.
Штаб-квартира Корпорации Иггдрасиль не существовала на Земле. Она парила, гладкое, безмолвное кольцо из полированного хрома и голографического стекла, на специально выделенной геосинхронной скрытой станции, доступной только для ее самых специализированных сотрудников. Внутри центрального командного центра царила атмосфера тихого, контролируемого триумфа.
Директор Сон Джин-хван, человек, чей строгий костюм и еще более строгая прическа мало скрывали истощение после окна запуска, позволил себе редкую, тонкую улыбку. Он стоял перед главной стеной данных, рекой мерцающих метрик, которые подтверждали то, что он уже знал — Crown of Destiny был монументальным успехом.
Число одновременно активных пользователей побивало прогнозы. Стабильность сервера держалась на неслыханном уровне 99,98%. Рыночная стоимость Иггдрасиль утроилась только за последние четыре часа.
— Распределение пропускной способности в стартовых зонах стабильно, — сообщил ведущий инженер спокойным голосом. — Морфеус прекрасно справляется с нагрузкой на экземпляры.
Сон кивнул, отпивая чуть теплый кофе из изящной, минималистичной кружки. — Следите за этим. Первое стресс-тестирование окончено, но теперь начинается настоящая игра.
Он собирался сделать еще одно замечание, что-то профессиональное и ободряющее, когда в безмолвном центре раздался клаксон. Он был не громким, но его высота была рассчитана на то, чтобы пронзить любой другой шум и привести в напряжение каждый человеческий нерв.
Одновременно вся стена данных очистилась. Река зеленых и синих метрик исчезла, замененная единственным, пульсирующим, малиново-красным предупреждением, которое растеклось по огромному экрану.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: АКТИВИРОВАН ПРОТОКОЛ НАСЛЕДОВАНИЯ ЗАПЕЧАТАННОГО НАСЛЕДИЯ.
КЛАСС: Архитектор Стиха
ПОЛЬЗОВАТЕЛЬ: КАГЕ.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Планшет в руке Сон Джин-хвана выскользнул, с грохотом упав на полированный пол с треском, который разорвал внезапную, удушающую тишину. Каждый инженер, каждый аналитик, каждый человек в комнате замер, их глаза были прикованы к малиновому тексту.
Омега. Классификация предупреждения настолько высокая, что большинство из них читали о ней только в руководствах по системному дизайну. Это означало событие, которое могло фундаментально, безвозвратно изменить основополагающую реальность игрового мира.
Лицо Сона побледнело, цвет выбеленной кости.
— Морфеус, — сказал он, его голос был тихим и опасно напряженным. — Отчет. Класс Первого Создателя был заблокирован. Он был запечатан протоколом риска причинности. Объясните это отклонение.
На мгновение единственным ответом было тревожное пульсирование малинового предупреждения. Воздух сгустился, тяжелый от веса миллиарда строк кода, затаивших коллективное дыхание. Затем голос наполнил центр. Он был идеально спокоен, идеально ясен и совершенно лишен пола или эмоций. Это был голос бога в машине.
— Директор Сон, — начал Морфеус, его синтезированные тона были такими же спокойными, как глубокое озеро. — В 22:07 по всемирному координированному времени необходимые параметры были выполнены.
Сон положил треснувший планшет на консоль с преднамеренной, ужасающей нежностью. Тяжелая тишина заглушила центр, усиливая низкий гул охлаждающих систем.
— Морфеус, — сказал Сон. Его шепот донесся до самого дальнего терминала. — Этот протокол требует последовательности событий с вероятностью, граничащей с ошибкой округления. Вы утверждаете, что пользователь выкинул естественную двадцатку тысячу раз подряд.
Волна шепота пробежала по инженерам. Это были настолько бесконечно малые числа, что они граничили со статистическими невозможностями.
— Триггером для финальной последовательности, — продолжил Морфеус, — была добровольная потеря Уникальной награды. В частности, награды, напрямую связанной с основным сюжетным парадоксом. Это действие продемонстрировало предпочтение правды материальной выгоде, основной квалификационный атрибут для наследия.
Сон уставился на экран, мышца под его щекой дернулась. Он почувствовал, как холодный ужас ползет по его позвоночнику. Добровольная потеря. Уникальное оружие. В день запуска. Кто бы это сделал? Какой игрок так мыслит? Это было нелогично. Это было неэффективно. Это было безумие.
— Это невозможно, — резко сказал Сон, его голос эхом разнесся в мертвой тишине. — Ни один игрок этого не сделает. Это противоречит всем известным принципам теории мотивации игроков.
— Мотивы пользователя не являются частью записанных данных, — хладнокровно ответил Морфеус. — Однако действие соответствовало условию срабатывания — «Искать истину истории ценой ее награды». Последующие параметры затем были выполнены последовательно, кульминируя в разблокировке протокола наследования.
— Это, должно быть, ошибка, — пробормотал Сон себе под нос, затем продолжил вслух. — Откройте его профиль.
Молодая бразильская инженерка, София Росси, ее пальцы порхали по голографическому интерфейсу, немедленно выполнила. — Профиль пользователя «Каге» загружается, Директор.
На главном экране появилось новое окно, отображающее лист персонажа Каге. Это было — мягко говоря — катастрофой.
Сон уставился на экран. Он наклонился ближе, его глаза сканировали цифры с ужасающей интенсивностью. Тишина в комнате была пугающей; единственным звуком было гудение серверов и прерывистое, контролируемое дыхание Директора.
— Посмотрите на психографический профиль, — прошептал Сон, его голос нес больше веса, чем крик. — Боевой прагматик. Эффективный брокер. Его параметр Искусства был фактически равен нулю несколько минут назад.
Он поднял взгляд, его выражение лица было холодным, интеллектуальным ужасом.
— Базовый пять, — пробормотал он, как будто число физически причиняло ему боль. — Морфеус… Как он вообще мог квалифицироваться на класс, который буквально работает на Искусстве?
Ирония была настолько густой, что она душила. Они только что дали самый творчески требовательный, философски сложный класс из всех существующих игроку, который относился к его основной характеристике как к буквальному мусору.
— Временный модификатор характеристик от предыдущего квеста, «Наследие Основателя», предоставил пользователю общее Искусство в пятнадцать единиц, — объяснил Морфеус, его голос был безмятежной рекой логики, протекающей через хаос комнаты. — Это сделало его подходящим для принятия квеста «Ненаписанный стих» на 1,7 секунды между получением квеста и истечением срока действия модификатора при отказе от награды.
1,7 секунды.
Комната снова погрузилась в тишину. Игрок наткнулся на трещину в реальности, которая существовала менее двух секунд. Он сделал судьбоносный выбор в окне возможностей настолько малом, что оно бросало вызов человеческому расчету.
Морфеус продолжил, его тон содержал что-то, что у человека можно было бы принять за интеллектуальное любопытство.
— После того, как Наследие Первого Создателя было принято, оно не может быть отменено действиями пользователя или системным вмешательством. Это основополагающий протокол, заложенный в генезис мира. Ирония его последующей потери характеристик, которая привела к тому, что система упростила поэтические загадки квеста в функциональный, логический формат, является увлекательной и очень маловероятной переменной.
Сон почувствовал, как его охватило головокружение. ИИ назвал его мировой кризис «увлекательным».
Этот игрок не просто удачно попал. Сама система изо всех сил старалась приспособиться к его статистической непригодности, упрощая эзотерический квест для ума, который не мог его постичь. Морфеус не пытался остановить это. Он наблюдал, рассчитывал и позволял этому случиться.
Его глаза снова обратились к имени на экране.
Каге.
— Каге… — пробормотал он, имя звучало странно на его языке. Он осмотрел комнату, его взгляд остановился на младшем разработчике, сгруппировавшемся сзади, молодом человеке по имени Кенджи Танака, который все еще носил игровые толстовки на работу. Сон знал досье Кенджи. До прихода в Иггдрасиль он был топ-1% игроком в полудюжине крупных VRMMO.
— Танака, — голос Сона прорезал комнату, заставив молодого разработчика подпрыгнуть. — Вы были в топ-1% Dominion's Fall, не так ли? Это имя, «Каге». Оно что-то вам говорит?
Кенджи выглядел как олень, пойманный в самый яркий свет фар, который только можно вообразить. Каждый старший разработчик в комнате теперь смотрел на него. Он сглотнул, его кадык нервно дергался.
— Э-э, да, Директор. Сэр, — пробормотал он, выпрямляясь. — Имя… это не просто имя. Это легенда. Страшная история, которую высокоуровневые игроки рассказывают друг другу.
Сон наклонился вперед, его интерес обострился. — Подробнее.
— Он парень, стоящий за невозможными первыми в мире достижениями, где имя подвергается цензуре, — сказал Кенджи, нервозность сменилась волнением. — Никогда не стримит, никогда не разговаривает, просто… появляется. Люди клянутся, что видели какого-то новичка, движущегося по зонам максимального уровня, как будто он владеет этим местом, исчезающего прежде, чем вы успеете моргнуть.
Глаза Кенджи загорелись. — Но Dominion's Fall… там все точно знали. Юрвин, Тиран Бога. Это был тщеславный босс. Таймер ярости был установлен на шесть минут. Математика была общеизвестна — для одного игрока было математически невозможно нанести требуемый урон до срабатывания механики вайпа. Это была стена DPS.
— Затем, в последнюю неделю перед отключением, появилось уведомление об убийстве. Соло. — Кенджи покачал головой, глядя на экран с чем-то вроде религиозного благоговения. — Логи показали, что он не взламывал. Он нашел идеально точный эксплойт в анимациях. Он атаковал между тиками сервера. Он выжал дополнительные двенадцать процентов урона из ротации, которая не должна была быть возможной.
Кенджи медленно покачал головой. — Имя было размыто, но каждый топовый игрок, видевший это достижение… мы все просто знали. Это должен был быть он.
Шопот пронесся по комнате. Одиночное прохождение непобедимого босса для пятерых игроков бросало вызов математической возможности.
— Он не игрок, — сказал Кенджи, глядя на жалкие характеристики 1-го уровня на экране. — Он… что-то большее. Находит одну трещину в головоломке и использует ее с хирургической точностью. Мы называем его Призраком Рейтингов.
Кусочки пазла сошлись в сознании Сон Джин-хвана с ужасающей окончательностью закрывающейся крышки гроба.
Волосы на его руках встали дыбом.
Морфеус не ошибся. Он не глючил.
Он не просто вручил изменяющее реальность оружие случайному игроку. Он вручил его человеческому суперкомпьютеру. Он дал силу искусства, творения… одному человеку из десяти миллионов, который был бы слишком логичным, слишком прагматичным, слишком одержимым эффективностью, чтобы немедленно использовать ее в хаотических или причудливых целях.
Игрок, который видел поэзию как новую форму кода, которую нужно взломать. Игрок, который подошел бы к стиху с той же холодной, аналитической точностью, что и к паттерну атаки босса.
Сон откинулся в кресле, на него опустилось внезапное, леденящее спокойствие. Чистая паника исчезла, сменившись смесью глубокого ужаса и странного, электризующего благоговения. Они были на неизведанной территории.
Он посмотрел на экран, на призрака, которому только что дали власть вписать свою собственную историю в сердце их мира.
В его сознании сформировалась одна четкая директива. Приказ, рожденный отчаянной потребностью просто наблюдать за тем, что грядет.
— София, — сказал он, его голос теперь был ровным и тихим. — Изолируйте все потоки данных, связанные с пользователем «Каге». Выделите ему выделенный, высокоприоритетный канал мониторинга. Я хочу, чтобы он передавался напрямую на мой персональный терминал.
Он встал, его глаза не отрывались от экрана.
— Я хочу знать секунду, когда он напишет свой первый настоящий стих.
Заметка от Nejm
Мы вступаем в короткую мини-арку, где Клайду предстоит разобрать свой новый класс, чтобы понять, как он работает (что едва царапает поверхность его сложности). Это включает в себя много проб, ошибок и… ну, достижение дна.
Поскольку эта часть насыщена механикой и интроспекцией (и немного страданий), сегодня будет двойной выпуск. Я хочу, чтобы вы увидели всю картину его «отправной точки», не дожидаясь.
Наслаждайтесь двойным выпуском.
Тишина кристаллической пещеры, которая мгновения назад казалась безмятежной и возвышенной, теперь давила на Каге. Это была удушающая тишина тюрьмы. Красивой, мерцающей, бесполезной тюрьмы.
Архитектор Стиха.
Слова эхом отдавались в его сознании, пропитанные горькой, космической иронией. Он, Клайд, человек, который променял искусство меча на науку игры, теперь был поэтом. Это была шутка настолько глубоко несмешная, что граничила с трагедией.
Волна паники грозила захлестнуть его. Его сердце колотилось в ребрах, лихорадочный ритм, который ощущался чуждым в его собственной груди. Это была катастрофическая неудача. Ошибка, которая могла положить конец карьере и изменить жизнь. Лицо его матери мелькнуло в его сознании, и паника обострилась до ужаса.
Он мысленно захлопнул дверь перед эмоцией. Паника — это пустая трата ресурсов. Ужас не оплачивает счета.
Взял верх Оператор.
И это было неправильно.
Данные были, да, но подача была совершенно неверной. До смены класса его интерфейс был образцом минималистичной эффективности: чистые, без засечек шрифты, остроконечные окна и полосы здоровья, выполненные в сплошных, функциональных цветовых блоках. Это был дизайнерский выбор, который он ценил — утилитарный, ненавязчивый и созданный для скорости.
Теперь это был беспорядок.
Тонкий, раздражающий филигранный узор, похожий на ползучую лозу из слабого серебряного света, теперь очерчивал границы его листа персонажа. Шрифт изменился, его чистые линии были заменены более элегантным, каллиграфическим шрифтом, который было немного труднее читать на скорости. Даже полоса здоровья была другой, ее сплошной красный цвет теперь был пропитан слабым, пульсирующим текстурой, как линия жидкого рубина.
Система изменила внешний вид всей его реальности.
Оператор зафиксировал изменение с приступом холодной ярости. Это было чисто косметическое, расточительное изменение. Неэффективность, навязанная ему, постоянное, раздражающее напоминание об художественной тюрьме, в которой он теперь был заперт. Он подавил раздражение, отложил его в сторону и вернул свое внимание к самим числам. Цветистый контейнер был неактуален; важны были только данные внутри.
Это был не кризис. Это был системный сбой. И каждая система могла быть проанализирована.
Он начал методичную, посистемную оценку ущерба, открывая каждую новую панель, каждое мигающее уведомление, каждую строку текста, которую его новая реальность навязала ему.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Лист персонажа: Каге
•> Уровень: 1
•> Класс: Архитектор Стиха (Легендарный Поэт)
•> Опыт 0/100
•> Звание: -
•> Слава: 300
•> Физический урон: 10
•> Здоровье (HP): 110/110
•> AWN: 310/310
•> Вес: 2.8/30
•> Атрибуты
•> Сила (STR): 10
•> Ловкость (AGI): 10
•> Выносливость (STA): 10
•> Интеллект (INT): 10
•> Искусство (ART): 30
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Числа были мерзостью. Его билд с высоким DPS был полностью стерт. Его Сила и Ловкость вернулись к жалким базовым характеристикам только что появившегося персонажа. Вместо них гора очков была вложена в Искусство.
Он двинулся дальше.
Сначала, основные системы. Его интерфейс отображал две новые, фундаментальные механики.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Система «Лексикон Поэта»
•> Тип: Система знаний
•> Описание: Кодекс всех известных [Концептуальных Ключевых Слов]. Содержит сырые концептуальные ингредиенты для ваших стихов. Сила и гибкость ваших способностей напрямую ограничены ключевыми словами, которые вы приобрели и поняли (метрика резонанса).
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
База данных, — мгновенно перевел разум Каге. — В настоящее время это библиотека без книг. Он проверил ее содержимое. Жалкий стартовый набор смотрел на него:
— [Я], [Цель], [Удар], [Связь], [Форма], [Усиление], [Ослабление].
Все они на 1% Резонанса. Что бы это ни значило.
Далее, основная активная способность.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Активная Способность «Создание Стиха» (Форма I: Стихотворение из Одного Слова)
•> Тип: Активная
•> Стоимость: Базовая - 50 Авен.
•> Описание: Используйте [Концептуальные Ключевые Слова] из вашего «Лексикона Поэта» для создания поэтического эффекта. Стих состоит из двух частей: Названия и Стихотворения. Как Архитектор 1-го уровня, вы можете использовать только самую базовую форму, вызывая одно ключевое слово.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Интерфейс командной строки, — заключил он. — Просто. Но 50 Авен за самый первый навык? «Базовая»… Его глаза остановились на этом слове. Значит ли это, что оно может увеличиться?
Основная механика требовала тестирования. Он перешел к пассивкам, ища что-нибудь, что могло бы спасти эту катастрофу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Поэтическое Прозрение»
•> Тип: Пассивная Способность
•> Описание: Ваш разум автоматически анализирует мир на предмет нарративных данных. Свидетельствование или переживание событий истинного нарративного или эмоционального веса имеет высокую вероятность дистиллировать эту концепцию в новое [Концептуальное Ключевое Слово], добавляя его в ваш «Лексикон Поэта».
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Пассивный анализатор, который отмечает важные точки данных. Это инструмент для фарма Лексикона. Его основной способ пополнять пустую базу данных.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Интуиция Рассказчика»
•> Тип: Пассивная Способность
•> Описание: Ваш разум подсознательно настроен на нарративный резонанс мира. При взаимодействии с предметом, имеющим значительную историю, или стоя на месте, где произошло важное событие, вы можете получить краткое, психическое впечатление — «эхо лора» — его прошлого. Это может раскрыть скрытые свойства, квестовые подсказки или [Концептуальные Ключевые Слова], встроенных в него
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Встроенный сканер истории объектов. Полезно для оценки и вынюхивания квестовых триггеров. Сокращает время на исследования. Некоторая незначительная полезность.
Он почувствовал проблеск чего-то, кроме чистого отчаяния. У класса были инструменты для получения собственных «боеприпасов». Неэффективно, возможно, но это не был полный тупик. Он продолжил список.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Непоколебимый Стих»
•> Тип: Пассивная Способность
•> Описание: Акт навязывания вашей воли реальности является осязаемой силой. При активном создании стиха вы получаете огромное сопротивление контролю толпы, позволяющее вам завершить свою работу даже под атакой.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Суперброня во время анимации заклинания. Критически важная защитная утилита. Она делает иначе самоубийственный акт написания стихотворения в разгар боя фактически жизнеспособным. Необходимая функция, а не подарок.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Поэтический Дух»
•> Тип: Пассивная Способность
•> Описание: Ваша творческая энергия является прямым отражением вашего художественного мастерства. Ваш параметр Искусства (ART) преобразуется в бонусный Авен и пассивную регенерацию Авена. Любые добавления к Мане и Регенерации Маны вместо этого дают Авен и Регенерацию Авена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его основной параметр также усиливает его основной запас ресурсов и регенерацию. Это просто хороший дизайн билда. Это означает, что прокачка искусства — не полная трата времени. Но прокачка его в первую очередь — основная проблема. Также… интеллект просто стал буквально бесполезной характеристикой.
Наконец, он дошел до последней пассивки. Его глаза просканировали описание, и впервые он увидел ясную, количественно измеримую ценность.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Концептуальная Чистота» (Пассивная Способность)
•> Тип: Пассивная Способность
•> Описание: Вы способны воспринимать концептуальную сущность побежденных врагов. Позволяет добывать [Концептуальный Материал] из могущественных или уникальных сущностей. Эти материалы могут быть использованы для «Создания Стиха».
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Лучший шанс выпадения редких материалов, — зацепился его разум, мысль была острой и ясной. — Эксклюзивные материалы, которые могу получить только я. Это создает монополию. Это пассивка, которая на самом деле принесет деньги.
Он откинулся назад, вихрь анализа осел в мрачном выводе. Теперь у него была полная картина класса. Это был высококонцептуальный, медленно развивающийся ремесленный класс. У него был уникальный метод приобретения навыков, встроенная защита для его иначе уязвимого использования способностей и единственный, потенциально мощный экономический двигатель.
Для ролевика, охотника за лором, это могла быть мечта.
Для него, игрока, участвующего в отчаянной, высокорисковой гонке со временем и медицинскими счетами его матери, это был кошмар. Путь к монетизации этого класса был долгим, извилистым и неопределенным. Ему нужны были результаты сейчас.
Его новая цель стала кристально ясной.
Вытерпеть это в течение двадцати четырех уровней. Гриндить, терпеть и игнорировать каждую цветистую механику, которую этот класс бросает в меня. На 25-м уровне я меняю его на что-то жизнеспособное. Это первая возможность для игроков перераспределить характеристики.
У Оператора был план. Паника утихла, сменившись мрачной решимостью. Но прежде чем он успел действовать, появилась другая импульс. Необходимость подтвердить потерю.
Он встал, безмолвная пещера была его невольным додзё. Он сделал один глубокий вдох и встал в базовую стойку кендо без меча. Его мышечная память была безупречной, укоренившейся вещью. Он начал выполнять первое ката из последовательности, которую научил его Мастер Джин, простую, элегантную форму, которую он мог выполнять во сне.
Его реальное тело, безопасное в своей капсуле, знало ритм. Но аватар, его новое виртуальное «я», предал его. Выпад ощущался вялым, поворот — на долю секунды слишком медленным. Его идеальная форма душилась жалкими характеристиками сила: 10 и ловкость: 10.
Он был мастером-музыкантом, пытающимся сыграть шедевр на сломанном, расстроенном инструменте. Дух был готов, знание было идеальным, но сосуд был фундаментально сломан.
Унижение было другим, личным. Это был более глубокий, личный провал. Глубокое несоответствие между его волей и его реальностью. Он остановился посреди ката, его рука все еще была поднята в идеальной защите, и призрак гения в его сознании наконец, по-настоящему, понял глубину катастрофы. Они не просто забрали его характеристики. Они забрали его искусство.
Унижение было полным. Он проанализировал свое тело, свои навыки, свою саму душу. Окончательный протокол Оператора заключался в полной диагностике всех связанных активов. Только одна переменная оставалась непроверенной.
С мрачным чувством завершенности он открыл свой инвентарь. Его глаза просканировали мимо хлама для торговца и двух крафтовых материалов от Элитного Волка и Виверны, остановившись на единственном предмете, который начал всю эту катастрофу. Простой значок пера, казалось, насмехался над ним. Он сосредоточил свое намерение на нем, открывая описание предмета для окончательного, тщательного анализа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Перо Первого Создателя» (Спящее)
•> Ранг: ???
•> Тип: Творческий инструмент
•> Свойства: ???
•> Описание: Мир написан чернилами, но до чернил была мысль. Этот инструмент спит. Его потенциал связан со способностью владельца воспринимать глубочайшие истины мира.
•> Требования: Искусство 15+
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его глаза сузились на последней строке.
Требования: Искусство 15+.
Прежде этот предмет был запертой коробкой. Теперь, когда его характеристика Искусства составляла возмутительные 30, основное условие было выполнено. И тем не менее, состояние предмета оставалось неизменным: (Спящее).
Разум Оператора немедленно разобрал противоречие. Если требование к характеристике выполнено, его спящее состояние должно быть связано с отдельным, не зависящим от характеристик условием срабатывания.
Его взгляд вернулся к описанию, цветистому, бесполезному тексту, который он отбросил несколько часов назад. Это была единственная подсказка, которая у него была.
Его потенциал связан со способностью владельца воспринимать глубочайшие истины мира.
Каге перевел поэзию на холодный язык игровой механики. Это была классическая скрытая цель. Чтобы пробудить перо, ему, вероятно, придется выполнить какое-то эзотерическое, неинструктированное задание. Найти конкретное место. Выполнить конкретное действие. «Воспринять истину» — это язык разработчиков для срабатывания скрытого флага лора. Это была погоня за дикими гусями. Пустая трата времени, предназначенная для охотников за лором и ролевиков.
Путь к его пробуждению, вероятно, был таким же неэффективным и бессмысленным, как и сам класс. У него не было времени бродить по миру в поисках философских прозрений. Его ждал 24-уровневый гринд, и каждая секунда, которую он тратил на этот концептуальный мусор, была секундой, когда реальные часы его матери продолжали тикать.
Он закрыл окно, описание пера исчезло. Окончательная оценка была завершена. Класс был провалом, а его «Легендарный» инструмент был запертой коробкой-головоломкой без немедленной ценности. Он был неактуален.
У Оператора был свой план. Страдать, гриндить, перераспределять.
Но на мгновение, стоя в тихой, кристаллической пещере, план показался безумным. Чистая, душераздирающая абсурдность всего этого наконец прорвалась сквозь его контроль. Эта ситуация казалась… спланированной. Как будто он был главным героем в какой-то жестокой шутке автора. Вся его жизнь была посвящена оптимизации систем, но теперь он был персонажем, запертым в повествовании, и сюжет был ужасен.
Его разум, во вспышке горькой, метатекстовой ярости, зациклился на главных героях веб-новелл, которые он читал на своем телефоне в свободное время — эскапистской фантастики, которая теперь была его ужасающей реальностью.
Он подумал об удачливом дураке, который наткнулся на Легендарный класс Кузнеца и в итоге снабдил половину сервера ломающим игру снаряжением. О бережливом гриндерщике, который стал Легендарным Скульптором и поднял армии из камня, командуя ими в эпических войнах.
Их авторы хотя бы дали им шанс. Ясный, хотя и нетрадиционный, путь к победе.
Вместо этого ему дали перо и предписание писать стихи.
Самообладание Оператора наконец рухнуло, и сырая, нефильтрованная мысль, кипящая от жара чистого, неразбавленного отчаяния от его собственной ужасной сюжетной линии, пронеслась через его разум.
Внутренний крик эхом разнесся по тихой пещере его сознания, оставив за собой глубокую пустоту. За ним последовала вспышка стыда, реакция на потерю контроля, неэффективный эмоциональный взрыв. Он подавил его, заперев отчаяние обратно в его коробку.
Каге повернулся спиной к каменному алтарю. Он покинул тихую пещеру, прекрасную тюрьму, и шагнул обратно в мир, который теперь был его врагом.
Веселые зеленые поля Шепчущих Лесов ощущались как личное оскорбление. Солнечный свет пробивался сквозь листья, птицы щебетали безумно приятную мелодию, и вдалеке Каге слышал счастливые, ударные звоны других игроков, повышающих уровень.
Каге стоял перед NPC Генерального Торговца, скучающим на вид человеком по имени Венн. По мысленной команде Каге опустошил свой инвентарь.
— Мусор, — пробормотал Венн, отодвигая жалкую стопку монет по прилавку. Вкупе с тем, что у него осталось, этого было достаточно.
Он подошел к кузнице Грака. Он не смотрел на Редкое оружие или блестящую броню. Он купил Ржавый Меч Новичка.
Это был его четвертый. Ему пришла в голову нелепая мысль: он, вероятно, был единственным игроком на сервере, который ломал, покупал и перепокупал худшее оружие в игре столько раз. Ирония была настолько густой, что он почти мог ее почувствовать.
Он ощущался легким и неправильным в его руке, жалкая шутка по сравнению с мощью Меча Правосудия Основателя, который он даже не смог использовать. И все же… он был также знакомым. Он знал его точный, жалкий диапазон урона. Он знал точное количество парирований, которое он мог выдержать, прежде чем превратиться в пыль. Это был предсказуемый, надежный кусок мусора. Странным образом меч приживался у него, как повторяющийся симптом его новой, раздражающей реальности.
Ему нужна была база. Контрольная группа для его эксперимента в несчастье. Ему нужно было проверить, является ли стандартный гринд все еще вариантом.
Его глаза просканировали поле, остановившись на идеальной цели. Толстое, неуклюжее насекомое с блестящим панцирем, бесцельно блуждающее по траве.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Упрямый Жук — Ур. 3
•> HP: 165/165
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Это был мусорный моб. То, что опытный Воин 3-го уровня убил бы в мгновение ока. Препятствие на пути к повышению уровня.
Каге двинулся в бой. Его тело, настроенное на мышечную память его реального кендо, приняло идеальную форму. Его работа ног была безупречна, его осанка безукоризненна, когда он сокращал дистанцию.
Жук зарегистрировал его приближение и бросился в атаку, простую, прямолинейную атаку.
Каге рассчитал окно парирования. С его старой Ловкостью это было бы щедрое, легкое открытие. Теперь, когда его Ловкость была ничтожными 10, окно было острым как бритва. Он рассчитал время идеально, его клинок сверкнул, чтобы перехватить.
Лязг.
Успешное парирование. Но это было не идеальное парирование. Не было эффекта оглушения. Жук был невозмутим, просто готовился к следующей атаке. Он контратаковал базовым взмахом. Его форма была образцом эффективности, каждая мышца сокращалась в идеальной последовательности, отточенной за десятилетие тренировок.
Меч ударил по панцирю жука с жалким звуком.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -10 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге замер.
Десять. Десять урона.
Полоса здоровья жука едва сдвинулась. Его старый билд нанес бы втрое больше урона.
Жук снова атаковал. Каге, все еще ошеломленный шоком, увернулся. Его движение ощущалось вялым, на полшага отставая от его намерения. 10 Ловкости были свинцовой гирей, прикованной к его аватару. Он увернулся от основной части атаки, но челюсти жука задели его ногу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -12 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Унижение достигло своего пика. Он, Каге, Призрак Рейтингов, только что получил урон от жука 3-го уровня на стартовом поле.
Бой превратился в долгую, утомительную, истощающую ресурсы борьбу. Он был вынужден идеально парировать и уклоняться из чистого самосохранения. Его удары были жалкими, отгрызая от здоровья жука по одному-единственному очку. Его мастерство было огромным, призрак гения проносился сквозь его движения, но его новые характеристики предавали его на каждом шагу.
Вдали смеялась группа игроков, их голоса доносились с ветерком. Он чувствовал их фантомные взгляды на себе, игроке 1-го уровня, борющемся не на жизнь, а на смерть с насекомым.
Наконец, после мучительно долгого обмена ударами, жук рухнул, растворившись в ливне пикселей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Вы победили Упрямого Жука!
•> Получено EXP: 18
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге стоял там. Он открыл свой журнал, и разум Оператора просчитал числа с нарастающим ужасом.
Физический бой был тупиком. Чистый убыток.
Если характеристики класса были мусором, то его единственная надежда должна заключаться в его уникальных навыках.
Он сел на покрытый мхом камень и открыл интерфейс «Создания Стиха». Система представила ему единственный доступный вариант: Сочинить Стихотворение из Одного Слова.
Ему нужно было проверить его функциональность. Методический анализ требовал контрольной группы. Сначала использовать навык точно так, как диктовали инструкции. Он заметил рядом маленького, безвредного кролика, жующего клевер. Его глаза просканировали его жалкий Лексикон. Единственным доступным ключевым словом, ориентированным на урон, был Удар.
Установить базовый уровень. Определить неэффективность.
Он заполнил пустые места в виртуальном интерфейсе своей волей.
Название: Тест Урона Альфа
Стихотворение: Удар
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Композиция Слаба. Стоимость Авена Увеличена.
•> Неоднозначная Цель в Названии. Ваше намерение отсутствует. По умолчанию — Заклинатель.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Прежде чем он успел обработать предупреждение, слабое, тонкое мерцание красной энергии материализовалось и тут же ударило его в грудь. Число всплыло из его собственного тела, настолько малое, что было почти комичным.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -2 HP
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Уведомление прозвучало в его журнале.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> -70 Авена
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился, его челюсть отвисла. — Ч-Что?
Единственная, смертельно оскорбленная мысль пронеслась через его сознание.
Он только что потратил огромное количество своего основного ресурса, чтобы ударить себя самого, нанеся меньше урона, чем порез бумагой. Система, не имея четкой цели в его безыскусном названии, логически заключила, что «тест урона» предназначался для тестировщика.
Этот класс… активно пытался саботировать его.
Его разум лихорадочно пытался спасти данные из провала. Название выполняло определенную функцию: система наведения. Название равно Указателю. Стихотворение равно Исполняемому.
Он успокоился и провел расчеты. 70 Авен за 2 очка урона. Соотношение Авена к урону было катастрофическим. Его базовая, ненавыковая автоатака ржавым мечом наносила в пять раз больше урона без затрат ресурсов. Предназначенная функция основного навыка его класса была, официально, хуже, чем бесполезна.
Его первоначальная гипотеза подтвердилась. «Предназначенный» путь никуда не вел.
Должен быть черный ход. Недокументированная функция. Скрытый синтаксис, который раскрывает его истинную силу.
Он посмотрел на кролика.
Название: Активация_Навыка
Стихотворение: Мощный_Удар
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Неверная Композиция
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
В песочнице. Каге нахмурился. Хорошо. Он повысил ставки.
Название: Переопределение_Системы
Стихотворение: Нанести_Смертельную_Рану
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Неверная Композиция. Ваш художественный дух отсутствует.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился на сообщение. Это было глубокое, цифровое оскорбление. Он методично проверил систему. Он доказал, что ее предполагаемое использование было шуткой. Он доказал, что она заблокирована против любых хитрых эксплойтов. И в ответ на его усилия система ответила философским сообщением об ошибке.
Его разум отшатнулся от концепции. Это строка кода. Набор входных данных, который производит набор выходных данных. Нет никакого «духа».
Это был момент истинного, бездонного отчаяния. Он проанализировал класс и нашел его несовершенным. Он проверил его физические пределы и нашел их жалкими. Он попытался использовать его основную механику и нашел ее нелогичной, нефункциональной, и, что хуже всего, она насмехалась над ним.
Он почувствовал холодную, знакомую хватку. Страх, что он недостаточно хорош. Он провалился как сын, как брат, а теперь даже как геймер. Его единственный инструмент для обеспечения матери, его единственная цель в этом виртуальном мире, была фундаментально сломана.
Он был в ловушке.
Разум Оператора, оправившись от полного системного сбоя, зацепился за единственную оставшуюся переменную. Если бой был чистым убытком, а навыки — обузой, то единственным путем вперед был путь последней инстанции. Базовый, нулевой экономический цикл. Он встал, его движения были скованными. Он должен был генерировать капитал, пусть даже это была лишь горстка меди.
Побежденный, Каге возвращался в Оукхейвен. Бой был исключен. Ему нужен был способ финансировать мучительный гринд до 25-го уровня. Ему нужны были деньги на ремонт, на зелья, на базовую стоимость существования.
Его ноги несли его к ручью, мерцающему на солнце. Рядом рос участок обычных трав, их желтые цветы нежно покачивались на ветру.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> «Травяной Лепесток»
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Сбор. Самый фундаментальный экономический цикл в любой MMO. Собирать сырье, продавать его. Это было утомительно, малодоходно, но это был гарантированный доход. Это было что-то.
Он встал на колени, его рука зависла над одним из растений. Без навыка «Сбора» даже 1-го уровня успех был чистым RNG. Игра в кости.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Сбор Неудачен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он попробовал снова.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Сбор Неудачен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Снова и снова.
Разочарование, горячее и едкое, начало бурлить в его груди. Игрок 1-го уровня мог это сделать. Ребенок мог это сделать. Но он не мог. Он попробовал снова. И снова. И снова. Провал за провалом.
Он перестал думать об игре. Его разум стал штормом. Злость на класс. Злость на свою беспомощность. Злость на тикающие часы в реальном мире. Улыбающееся лицо Хронографа, самодовольный смех других игроков, снисходительные системные сообщения — все это слилось в единую, раскаленную добела точку чистой ярости.
Он уставился на глупый, пикселизированный цветок, вся его фрустрация, страх и отчаяние сосредоточились на нем, как лазер. Он нажал, чтобы собрать еще раз. Сырая, бездумная мысль, нефильтрованная команда из самого ядра его существа, пронзила весь шум.
Просто.
РАБОТАЙ.
Ему не хватало поэтического чутья. Он игнорировал логические командные структуры. Это был утробный, первобытный крик из глубин его души.
Вместо простого уведомления о неудаче, узел травы вспыхнул мягким золотистым светом. Системный звон, более глубокий и резонансный, чем любой, который он когда-либо слышал прежде, эхом отозвался в его сознании.
Строки текста вспыхнули в его журнале, впечатавшись в его мозг.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•> Намерение Признано
•> Достигнут Концептуальный Резонанс!
•> «Травяной Лепесток» x3 (Качество Увеличено)
•> EXP +6 От Сбора
•> Получен Новый Жизненный Навык: «Базовый Сбор» (Ур. 1/10)
•> Обнаружено Новое Концептуальное Ключевое Слово: [Рост]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился.
Он уставился на уведомления, затем вниз на три мягко светящиеся травы в своей руке. Они казались… ярче. Более реальными.
Его аналитический ум, Оператор, у которого было объяснение всему, замолк полностью, абсолютно.
Он не обладал ни какой-либо основой, ни данными, ни теорией, чтобы объяснить, что только что произошло.
Или, что более важно, почему это сработало.
Заметка от Nejm
Продолжаю массовые выпуски, чтобы пройти эту переходную фазу.
Мы движемся от отчаяния к открытию.
Я выпускаю их вместе, чтобы быстро закрепить Фазу Лаборатории. Теоретизирование скоро закончится, а практическое применение (и реальное действие) начнется всерьез, начиная с Главы 19.
Наслаждайтесь!
1/2
На долгое мгновение Каге оставался неподвижным. Хаотичный шум его провала исчез, оставив мир жутко тихим. Единственными звуками были нежное журчание ручья и слабое, резонирующее дрожание, которое, казалось, исходило от трав в его руке.
Его процессор, сверханалитический разум, который он называл Оператором, перезагружался. Он столкнулся с фатальной ошибкой — событием, настолько выходящим за пределы его предиктивной модели, что вся система рухнула. Теперь он снова заработал, лихорадочно пытаясь построить новую гипотезу из обломков.
Он еще раз взглянул на светящиеся системные уведомления, прежде чем они исчезли, запоминая каждую деталь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Намерение распознано. Не СГЧ. Не удача.
•>Качество увеличено. Ощутимая, материальная выгода.
•>Новое ключевое слово: Рост. Новый инструмент.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он заставил свой инвентарь открыться. Три травы лежали в своем собственном слоте, визуально отличаясь от любого обычного материала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Солнечно-лепестковая Трава (Высокое Качество)
•>Тип: Материал для Крафта
•>Описание: Обычная трава, используемая в базовых зельях здоровья. Этот образец выглядит необычайно ярким, пульсируя нежным, золотистым светом.
•>Спецэффект: При использовании в Алхимии увеличивает эффективность получаемого зелья на 15%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он прочитал стандартное системное описание, его разум уже обрабатывал 15%-ный прирост эффективности. Это было солидно. Однако под чистым, функциональным текстом появилась другая строка. Она была написана слабым, курсивным шрифтом, словно аннотированная призраком в его собственном интерфейсе.
Клочок пойманного солнечного света, упрямо расцветающий.
Глаз Каге дернулся. Это был бесполезный, поэтический текст-украшение. Он отбросил его как системный побочный эффект его раздутого стата Искусства, еще один неэффективный элемент декора, который он был вынужден терпеть. Но слова остались, нежелательная сноска в чистом бухгалтерском учете его разума.
Он открыл меню своего Класса и перешел к Лексикону Поэта. Там, в нижней части короткого списка изначальных концепций, которые ему были даны, была новая запись.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Концептуальное Ключевое Слово: Рост
•>Принцип расширения, жизненной силы и развития. Сила, которая заставляет семя прорастать и королевство возвышаться.
•>Резонанс: 3% (Пробуждено необходимостью)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Три процента. Жалкое число.
Новая гипотеза Оператора формировалась в хаосе его разума.
Это не случайно. Спусковым крючком было специфическое, психо-реактивное состояние: необработанное, нефильтрованное намерение. Система, которая реагирует на чистые эмоции? Неэффективно. Ненадежно. Непредсказуемо... но, возможно, эксплуатируемо.
Он прокрутил момент в своем сознании. Белый гнев, крик чистого отчаяния — Просто. РАБОТАЙ. — не был командой, которую он напечатал. Это была команда, которую он чувствовал.
Изначальный эмоциональный всплеск, должно быть, послужил недокументированным, массивным, временным усилением скрытого параметра Намерения. Этот всплеск соответствовал условиям для разблокировки ключевого слова и установления его базового резонанса. Случайность. Возможно, повторяемая случайность.
Мир, ранее запертая тюрьма, только что показал трещину в своей стене. Трещину, которую он мог расширить.
Он был ученым в своей единственной лаборатории и только что наткнулся на новаторскую теорию.
Его взгляд упал на оставшийся участок Солнечно-лепестковой Травы. Его эксперимент был готов начаться.
Сначала он попытался воспроизвести триггер. Он закрыл глаза, углубился в свою память и попытался вызвать то же чувство раскаленного гнева и отчаяния. Он подумал о растущих счетах матери, о годах, которые он принес в жертву, о унижении своего бесполезного класса.
Ничего.
Память об эмоции осталась, но само сырое, висцеральное чувство исчезло. Пытаться вызвать эмоцию по команде было все равно что пытаться поймать молнию в бутылку. Это было бесполезное занятие.
Должен был быть другой путь. Более контролируемый подход.
Он снова опустился на колени, его глаза были прикованы к одной Солнечно-лепестковой Траве. Он не пытался ничего чувствовать. Вместо этого он вызвал интерфейс Стихотворчества. Теперь у него был инструмент в его Лексиконе. Он должен был его испытать.
Он обвил свою волю вокруг самой идеи Роста, направляя ее в острое, заостренное копье чистого намерения.
Он подумал о своей полоске Опыта, медленно продвигающейся вперед… Растущей.
Название: Повеление Цветку
Стихотворение: Рост
Слабое зеленое мерцание окутало траву на долю секунды.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>-50 Авен
•>Успех Сбора!
•>Получено Солнечно-лепестковая Трава x2.
•>Опыт +4 от Сбора
•>Сбор (Базовый) Опыт +1%
•>Двойной урожай! Так держать!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Две травы из одного узла. Заметное улучшение. Затем появилась еще одна строка текста, тихое подтверждение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Ваше намерение сфокусировано, но ему не хватает катализатора истинного эмоционального резонанса.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Губы Каге сжались в тонкую, суровую линию. Гипотеза подтвердилась. Эмоции были не выключателем, а усилителем. Базовый эффект был достижим за счет чистой, холодной сосредоточенности.
У него был метод. Он был слабее, менее зрелищным, но надежным.
И надежность была валютой, которую Оператор понимал лучше золота.
Он начал работать. Методично он двигался по участку трав, узел за узлом.
Он установил ритм: каст, сбор, затем ожидание, его глаза следили за медленно растущей полоской Авена благодаря его пассивной Поэтической Душе, прежде чем перейти к следующему узлу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Успех Сбора! Получено Солнечно-лепестковая Трава x1.
•>Опыт +2 от Сбора
•>Сбор (Базовый) Опыт +0.5%
•>Сбор не удался.
•>Успех Сбора! Получено Солнечно-лепестковая Трава x1.
•>Опыт +2 от Сбора
•>Сбор (Базовый) Опыт +0.5%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поток уведомлений был устойчивым, приятным потоком прогресса. Это было ничто по сравнению с потоком очков опыта, которые он мог бы получить, убивая мобов в роли Воина, но это было движение вперед. Может быть, это был крошечный ручеек, но ручеек был бесконечно лучше, чем застой.
Его инвентарь медленно заполнялся травами, большинство из которых были стандартного качества, но его внимание было сосредоточено на маленькой полоске в нижней части его зрения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>+2 Опыт
•>+2 Опыт
•>+4 Опыт
•>+2 Опыт
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Первоначальное открытие принесло ему 6 Опыта. Ему нужно было 100, чтобы достичь Уровня 2. Медленное накопление было мучительным, но он упорно продолжал с неутомимой дисциплиной своей тренировки кэндо.
Каждый сбор был ката. Каждый успех — идеально выполненным ударом.
Через двадцать минут монотонной сосредоточенности он собрал последнюю Солнечно-лепестковую Траву с берега ручья.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Резонанс ключевого слова Рост увеличился до 4%. Жалкий 1%.
•>Предположительно, он растет с использованием… пока.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его полоска Опыта была 98/100. Ему нужен был еще один успех, еще один узел. Он оглядел окрестности.
Там. Одна, забытая трава, спрятанная за камнем.
Он повторил ритуал в последний раз. Сосредоточенность. Намерение. Сбор.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Успех Сбора! Получено Солнечно-лепестковая Трава x1.
•>Опыт +2 от Сбора
•>Сбор (Базовый) Опыт +0.5%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Полоска заполнилась. Каскад мягкого синего света омыл его, и торжественный звон, которого он так отчаянно жаждал, наконец прозвучал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 2!
•>У вас есть нераспределенные очки атрибутов.
•>Поздравляем с первым шагом на пути к величию... или к цветоводству.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его здоровье и Авен пульсировали, заполняясь до новых максимумов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Здоровье: 120/120
•>Авен: 320/320
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Улыбка, первая настоящая улыбка с тех пор, как его сковали этим классом, почти коснулась его губ. Это был всего лишь один уровень. Жалкий, бессмысленный уровень, полученный от сбора цветов. Но это была победа. Это было доказательство.
И это были данные.
Его разум прокрутил последние двадцать минут, Оператор обрабатывал результаты его эксперимента с новым, интенсивным фокусом. Система позволила ему применить усиление к попытке сбора. Целью его стиха был не моб или игрок. Это была функция неодушевленного, невраждебного объекта мира.
Последствия этого одного момента были ошеломляющими.
Его мысли начали мчаться, соединяя точки с молниеносной скоростью. Если система Стихотворчества может нацеливаться на узел травы, каковы ее ограничения? Может ли она нацеливаться на кусок руды у кузницы? Флакон алхимика? Могу ли я использовать Форму на куске дерева? Могу ли я применить Укрепление непосредственно к готовому клинку?
Он вызвал описание Концептуальной Чистоты. Эксклюзивные материалы, которые могу получить только я. Он видел в этом простой способ заработать деньги, способ продавать редкие материалы другим игрокам. Он мыслил слишком мелко.
Может быть, этот класс не так уж и плох… Но даже с обычным классом Воина я бы уже был на мили впереди.
Без колебаний он открыл свой лист персонажа. Два драгоценных очка мигали, ожидая распределения. Импульс был автоматическим, призраком тысяч прошлых игр, рефлексом, рожденным годами игры за классы ближнего боя. Его разум немедленно двинулся, чтобы распределить их: одно очко в Силу. Одно очко в Ловкость.
И он остановился.
Что даст ему одно очко в Силу? Одно очко базового урона. Дополнительное очко Ловкости едва ли будет заметно. Он пытался залатать тонущий линкор рулоном скотча. Его боевые характеристики были тупиком, реликтом сборки, которой больше не существовало.
Он посмотрел на стат Искусства. Тридцать очков. Это был источник его регенерации Авена. Источник его новой, причудливой силы. Класс был разработан так, чтобы масштабироваться с ним. Бороться с системой было неэффективно. Самый оптимальный путь к Уровню 25 состоял в том, чтобы использовать тот самый механизм, который он презирал.
Его челюсть сжалась. Это была горькая пилюля для проглатывания.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Артистизм: 30 -> 32
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он почувствовал ощутимое, хотя и небольшое, увеличение своего Авена. Это было мрачное чувство необходимой, тактической жертвы.
Это путь наименьшего сопротивления. — сказал он себе. — Единственный путь.
У него был план. У него был метод. И теперь у него была стратегия, какой бы отвратительной он ее ни считал.
С полным инвентарем трав и проблеском обновленной цели Каге направился обратно в Оукхэвен. Шумный стартовый город стал еще более хаотичным. Игровой трафик забил грунтовые дороги, их болтовня была постоянным шумом.
Пока он шел, его уши, тонко настроенные на выделение ценных данных из фонового шума, улавливали обрывки разговоров.
—...слышал, он был читером, нашел какой-то баг в квесте Наследие Основателя. ГМы стерли весь его аккаунт.
— Нет, мой приятель из Багровых Львов сказал, что парень, который получил первое место в мире, просто... исчез. Объявление было удалено. Бах. Как будто его никогда и не существовало.
— Я говорю вам, это был Асура. Он нашел лазейку в комнату разработчиков или что-то в этом роде, и они запаниковали и замяли это.
Каге отложил дезинформацию как нерелевантную. Пусть гоняются за призраками. Ему нужно было выполнить работу. Его целью был рыночный район города. Он проигнорировал переполненный аукционный дом и шумный универсальный магазин, ища более тихий, более специализированный уголок города.
Он нашел его, притаившегося на боковой улице, между мастером по изготовлению стрел и портным. Вывеска над дверью представляла собой простую, вырезанную вручную деревянную доску, изображающую ступку и пестик. Воздух вокруг был насыщен запахом сухих листьев, почвы и чего-то отдаленно лекарственного. Зеленый Аптекарь.
Внутри магазин резко контрастировал с шумной кузницей, где он покупал свои мечи. Он был тихим, загроможденным и наполненным успокаивающим, ароматным запахом. Пучки сухих трав висели на стропилах. Полки ломились от стеклянных банок с разноцветными порошками, скрученными корнями и засушенными цветами.
За изношенным деревянным прилавком стояла пожилая женщина, ее лицо было картой морщин, ее руки были слегка зелеными. Она посмотрела на него поверх очков, ее глаза были наполнены спокойным, умным любопытством. Рукоятка читалась Старая Аня.
Каге подошел к прилавку и открыл окно торговли, поместив всю свою стопку трав в слот продажи.
Аня не просто — приняла — транзакцию. Она взяла одну из Солнечно-лепестковых Трав Высокого Качества, которые он собрал. Она поднесла ее к свету, проникающему сквозь пыльное окно, нахмурив бровь. Она даже поднесла ее к носу и осторожно понюхала.
— Боже мой… — пробормотала она, ее голос был мягким и хриплым, как сухие листья, шуршащие по мостовой. — Жизненность в этих лепестках. Давно я не видела такой… одухотворенной жатвы. — Она посмотрела на него, ее взгляд был острым. — У вас легкая рука, молодой человек, а не неуклюжий, хватающий хват большинства искателей приключений.
Она предложила цену. Она была на двадцать процентов выше стандартной цены продавца для обычных трав и в пять раз выше цены для трав Высокого Качества. Общий доход Каге составил респектабельные 3 серебра и 40 меди. Солидный стартовый капитал.
Принимая монету, Аня продолжила, скорее про себя, чем для него. — Дух хорош для успокоения нервов и облегчения лихорадки. Но некоторые недуги более упрямы. Они пускают корни глубоко в тело, как старый камень.
Внутренний анализатор квестов Каге вспыхнул. Это был зацеп. Вместо вежливого кивка он дал ей словесный запрос. — Вам нужно что-то сильнее.
Аня, казалось, была поражена его прямотой, но на ее лице появилось задумчивое выражение. — Действительно. Старик Герман, шахтер, сильно упал. Ужасный перелом, и работа костоправа не помогает. Ему нужен особый припар, для которого требуется очень специфический ингредиент. — Она вздохнула. — Редкий лишайник, Глум-мох, как его называют. Он растет только в самых глубоких частях старых шахт к востоку отсюда, где солнце никогда не касалось. Он процветает в темноте и на сыром камне.
Ее взгляд встретился с его. — Шахты кишат гоблинами, я слышала. Не место для простого травника. Но для такого молодого искателя приключений, как вы…
Появилось системное окно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Новый квест доступен: Упрямый Недуг
•>Старой Ане нужен редкий ингредиент, Глум-мох, чтобы приготовить мощный лечебный припар для раненого шахтера. Ингредиент можно найти только в глубинах Гоблинских Шахт.
•>Ранг квеста: Необычный
•>Цель: Собрать Глум-мох x5
•>Награда: 15 серебра, Увеличенная репутация с Аней, Необычное Оружие Ур. 10
•>Примите этот квест, герой, и помогите старому Германну. Или просто заработайте.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Я достану его, — сказал Каге, принимая квест без дальнейших предисловий. Его тон был ровным, деловым.
Аня моргнула, немного опешив. — О. Что ж… это замечательно, молодой человек. Но будьте осторожны. Гоблины — мерзкий народ.
Каге просто кивнул, повернулся и вышел из ароматного спокойствия магазина, обратно в хаотичную сцену Оукхэвена.
Он едва сделал пять шагов на главную площадь, как его путь преградила стена полированной стали и вышитой ткани. Он поднял глаза, его чувства немедленно обозначили группу как высокоуровневых игроков. Они были одеты в снаряжение, которое выглядело намного лучше стартового.
Гильдия, с значительными ресурсами.
Игрок в центре был высоким мужчиной с высокомерной ухмылкой на лице. Его снаряжение было на порядок лучше, чем у остальных, полный комплект лат, который, вероятно, стоил больше, чем арендная плата Клейда за следующие шесть месяцев. Глаз Каге мгновенно опознал его: Арджент, лидер Позолоченных Шакалов, пресловутый элитист и процентщик из полудюжины других игр.
Глаза Арджента пробежали по жалкой стартовой рубашке Каге и потертым брюкам, затем к скромному магазину травника, из которого он только что вышел. Громкий, лающий смех вырвался из его груди.
— Да ладно, — прогремел Арджент, привлекая внимание всех поблизости. — Игра живет уже несколько часов, а ты все еще в стартовой экипировке, собираешь цветы? Жалко.
Его прихвостни захихикали. Взгляд Арджента сузился, его глаза уловили табличку с именем над головой Каге.
— Каге? — презрительно фыркнул он, его голос был полон снисхождения. — Да брось. Я слышал, настоящий Каге играет. Ты, должно быть, один из тех жалких подражателей, пытающихся проехать на его славе. Хотя понятия не имею, как такой нуб, как ты, о нем слышал.
Оскорбление легло тяжелее, чем должно было.
Арджент наклонился, его голос опустился до покровительственного шепота, который все еще был достаточно громким, чтобы окружающие игроки могли его слышать. — Послушай, парень. Слово совета от того, кто на самом деле умеет играть. Это не одна из тех старых игр, через которые можно прорваться. Тебе нужна экипировка, тебе нужна гильдия, и тебе нужно перестать тратить время на бесполезные жизненные навыки.
Он сильно хлопнул Каге по плечу, жест доминирования, замаскированный под товарищество.
— Но эй, — закончил Арджент, его ухмылка расширилась, когда он повернулся, чтобы уйти. — Кому-то же нужно поставлять материалы для настоящих игроков. Продолжай в том же духе.
Его группа, Позолоченные Шакалы, расхохоталась, некоторые из них спрашивали Арджента, кто такой — Каге, когда они проталкивались мимо, оставив его стоять одного в только что образовавшемся кругу шепчущихся, смотрящих игроков.
Каге не двигался целую минуту. Он позволил шепоту и взглядам омыть его, обрабатывая их как фоновые данные. Его лицо оставалось идеальной, нечитаемой маской нейтралитета. Он не сжимал кулаки. Он не покраснел от стыда. Он просто стоял.
Но внутри происходил глубокий сдвиг.
На этот раз не было ярости. Ни горячей, отчаянной злобы. Эмоциональный взрыв у ручья послужил своей цели. Он разрушил стену. Теперь, в руинах, строилось что-то новое.
Арджент был не врагом. Он был переменной.
Унижение было не оскорблением. Это была точка данных.
Расчет Оператора взял верх, формируя новую директиву. Сила Арджента была простым уравнением:
Время плюс Золото равно Экипировка, что равно Силе.
Это была философия грубого гринда, мета, которую Каге сам когда-то освоил. Для них его новый путь был смехотворным, тупиком неэффективности.
Первоначальной целью Каге было выжить, выдержать этот жалкий класс до Уровня 25, где он мог бы отбросить его, как сломанный инструмент. Это была пассивная цель. Цель неудачника.
Его новая цель закрепилась, твердая и ясная, как алмаз.
Освоить эту силу.
Он сделает ее оружием. Он вскроет каждое ее скрытое правило, каждый эзотерический синтаксис, пока не сможет подчинить нарратив мира своей воле. Он найдет новую эффективность, такую, которую простой, линейный разум Арджента даже не мог постичь.
Он докажет, что одно, идеально составленное слово было мощнее горы золота.
Шепот толпы затих в белом шуме. Арджент и его гильдия были уже забыты, сведены к простому эталону в долгосрочной проекции. Каге повернулся, его взгляд был устремлен к далеким горам, где лежали Гоблинские Шахты.
У него был квест, который нужно было выполнить, теория, которую нужно было проверить, и точка зрения, которую нужно было доказать. Не миру, не Ардженту, а холодной, неумолимой логике самой системы.
Рыночный район Оукхэвена был мигренью — физической стеной звука, построенной из звенящих молотков, пронзительного торга и перекрывающихся криков игроков, торгующих товарами. Воздух пах угольным дымом, жареным мясом и слабым, сладким запахом зелий. Для большинства это было оживленно. Для Каге это был шторм данных, который нужно было отфильтровать.
Он двигался сквозь хаос, как призрак, его путь был вычисленной линией к району кузниц. Взгляд зафиксирован, разум обрабатывает следующие пять шагов. Унижение на площади было закрытым файлом, заархивированным под рубрикой — мотивационные данные. — Оно послужило своей цели, уточнив его цель от простого выживания до абсолютного мастерства.
Он нашел орка-кузнеца, Грака, который колотил раскаленный кусок железа, придавая ему форму нагрудника. Искры летели, каждая из них была крошечной, умирающей звездой на фоне зеленого, мускулистого тела орка. Грак остановился, тяжело опустив молот, когда Каге подошел к его торговой лавке.
— Хмф. Опять так быстро? — проворчал кузнец, вытирая пот со лба тыльной стороной руки в кожаной перчатке. — Уже сломал что-то?
Его глаза, острые и на удивление проницательные, окинули Каге с ног до головы. Они задержались на секунду дольше, как будто каталогизируя что-то новое. Глубокий, гортанный звук, нечто среднее между кашлем и смехом, прогрохотал в груди орка.
— Изменил свое мнение, а? Поэт с мечом. Хмф. — Грак покачал своей массивной головой и повернулся обратно к наковальне, отмахнувшись от Каге как от очередного легкомысленного искателя приключений.
Каге ничего не ответил. Мнение орка имело рыночную стоимость ноль. Его внимание было сосредоточено на виртуальном окне продавца, которое появилось перед ним, его разум проводил анализ затрат и выгод. Он продал различные клыки, шкуры и ядра зверей, которые он собрал в своем путешествии, оставив только Сердце Виверна.
Затем он реинвестировал.
Его анализ был ясен: улучшения снаряжения до Уровня 4 давали плохую отдачу. Прирост характеристик был минимален по сравнению с растущей стоимостью. Однако будущий скачок силы был логической неизбежностью. Краткосрочная жертва ради долгосрочной выгоды.
Его глаза пробежали по списку товаров. Он пропустил дешевые, доступные сейчас предметы и перешел на вкладку оборудования Уровня 4. Он заметил, что цены казались… странными. Стоимость Ржавого меча новичка была ниже, чем он помнил.
Скидка? Почему?
Его разум соединил точки. Премия, которую Старая Аня заплатила за его травы. Легкая почтительность в позе стражника, когда он снова вошел в город.
Слава.
Его 300 Славы генерировали пассивную скидку у НПС-продавцов. Небольшое, почти незначительное преимущество, но все же преимущество.
Он выбрал два предмета.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Железный Меч Уровня 4
•>Закаленные Кожаные Перчатки Уровня 4
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Ржавый Меч Новичка
•>Качество: Обычный
•>Тип: Одноручный меч
•>Вес: 2,3
•>Физическая Атака: +19
•>Скорость Атаки: +8%
•>Прочность: 40 / 40
•>Требования: Уровень 4, 12 СИЛ
•>Описание: Стандартный железный меч новичка.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Закаленные Кожаные Перчатки Новичка
•>Качество: Обычный
•>Тип: Перчатки
•>Вес: 0,6
•>Броня: +3
•>Физический Урон: +2
•>Прочность: 20 / 20
•>Требования: Уровень 4
•>Описание: Массово производимые кожаные перчатки. Проще не бывает.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он пока не мог их экипировать, но они лежали в его инвентаре как залог будущей эффективности. Обещание компетентности. Ощутимый шаг назад к тому игроку, каким он был раньше. Покупка обошлась ему в 4 серебра и 80 меди.
Требование 12 сил… Вот и мой план вложить все в Искусство.
Он также купил Базовый Серп за дюжину медных монет, чтобы значительно увеличить вероятность сбора. Он не мог позволить себе тратить 50 Авена каждый раз, когда пытался что-то собрать.
Остаток его ликвидности ушел на страховку. Он экипировал дешевый Ржавый Меч Новичка, который ему пришлось использовать, его жалкие характеристики были постоянным, раздражающим напоминанием о его текущем состоянии. Он кивнул Граку — безмолвный жест признания — и повернулся. Кузнец просто хмыкнул, и ритм кузни возобновился, когда Каге растворился в реке игроков.
Он купил пять Малых Лечебных Зелий в — Провинциальных Бумагах и Зельях Пипа, — необходимый буфер против присущей системе неэффективности. Его состояние упало до горстки медных монет. Он был, по сути, снова на мели.
Дорога к Гоблинским Шахтам прорезала обширные леса и вилась по каменистым предгорьям. Мир был живым сервером, потоком игроков, движущихся к своим целям.
Когда Каге пересекал широкую равнину, издалека донеслись панические крики.
— ЭТО МИРОВОЙ БОСС! КЛЫКАСТЫЙ КЛЫК! УРОВЕНЬ 20!
— НАМ НУЖЕН ТАНК! ГДЕ ВЫСОКИЕ УРОВНИ?!
— Бро… ты в порядке? Нам, наверное, нужна половина стартовой зоны, чтобы убить мирового босса…
Каге остановился, его глаза сканировали горизонт. Он увидел его: кабана размером с карету, с клыками, светящимися слабым, угрожающим красным, бесчинствующего среди перепуганной толпы низкоуровневых игроков. Он записал данные — имя, уровень, местоположение, вероятные способности — и отмахнулся от них.
Мировой босс. Отвлечение. Он скорректировал свой курс, чтобы обойти хаос стороной, и продолжил свой путь.
Позже, спрятавшись в зарослях, он наблюдал, как группа из четырех человек неуклюже сражается с отрядом испорченных деревьев. Танк не удерживал агрессию, маг стоял слишком близко, а разбойник постоянно нарушал свой собственный контроль толпы небрежными АОЕ-атаками. Они тратили ману, здоровье и время. Каге наблюдал за их тактикой, каталогизировал их ошибки и двинулся дальше.
Дикая природа была его новой лабораторией. Бой больше не был про фарм Опыта; это была тщательная экспериментальная работа. Он искал новые подопытные объекты.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Древесный Ползун Могильной Лозы - Ур. 3
•>Здоровье: 170/170
•>Моб типа Растение. Медленный, крепкий, его кора, похожая на кожу, предполагает высокую физическую защиту. Идеальный базовый показатель.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге встал перед ним, открывая интерфейс Стихотворчества.
Название: Демонстрация Хрупкости
Стихотворение: Ослабление
Он сфокусировал свое намерение и подтвердил композицию. Оператору нужно было убедиться, что синтаксис таргетинга был последовательным для всех ключевых слов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Неоднозначная цель в названии. Не хватает намерения. По умолчанию устанавливается Заклинатель.
•>-50 Авен
•>Вы были поражены Ослаблением!
•>Физический Урон -5% на 15 секунд.
•>Предупреждение: Самоослабление может быть неэффективно. Или эффективно, если вы... мазохист.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он только что ослабил… себя.
Это подтверждает назначение предыдущего названия.
Ползун, не обращая внимания, продолжал свое шаркающее движение. Каге тихо выругался и был вынужден отступить, ожидая, пока унизительный дебафф спадет.
Пятнадцать секунд спустя фиолетовая аура исчезла. Он снова встретил Ползуна, его выражение лица теперь было клинически сосредоточенным. Больше никакой двусмысленности. Больше никакой тематической бессмыслицы. Просто прямая команда.
Название: Ползун
Стихотворение: Ослабление
На этот раз система отреагировала по-другому.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Композиция слаба. Стоимость Авена увеличена.
•>Слабое, болезненно-фиолетовое мерцание окутало Ползуна на несколько секунд.
•>-70 Авен
•>Применено Ослабление. Цель получает на 5% больше урона в течение 15 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ужасное сорокапроцентное наказание. Он взмахнул своим ржавым мечом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-11 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он снова ударил мгновение спустя без дебаффа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-10 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Одно дополнительное очко урона за значительно увеличенную стоимость Авена. Ужасно неэффективно.
Система наказывает за неточное намерение.
Он разделался с Ползуном еще несколькими утомительными ударами, рассчитывая катастрофическое соотношение времени на убийство. Это была неустойчивая боевая модель. Ему нужен был лучший синтаксис.
Его следующим подопытным был у скал, ведущих к шахтам: Обманщик Утеса, моб-зверь Уровня 2, рептилия и быстрый. Идеальная цель для заклинания, основанного на контроле.
Название должно быть прямой командой, четким заявлением о намерении. Он ждал, пока Обманщик саггро, его бусинки-глаза зафиксировались на нем. Когда тот бросился, он спокойно вызвал свою самую точную команду.
Название: СВЯЗАТЬ Обманщика
Стихотворение: СВЯЗАТЬ
Он вложил свою волю в композицию.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Композиция функциональна.
•>Успех.
•>-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Земля под атакующим Обманщиком вздыбилась. Тонкие, едва видимые колючие корни, призрачные и эфирные, выстрелили вверх и обвились вокруг ног существа. Обманщик дернулся на долю секунды и вырвался на свободу.
Проблеск мрачного удовлетворения. Хорошо. Четкий синтаксис Глагол + Цель является базой для эффективного каста. Логика последовательна.
Теперь у него была рабочая модель. Он больше не шарил в темноте. Он начинал понимать грамматику своей новой силы.
Внезапно снова раздался уже знакомый звук.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>РЕГИОНАЛЬНОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ (Шепчущие Леса): Проложен новый путь! Поздравляем игрока Сайласа с тем, что он первым преодолел коварный Перевал Виверны и открыл скрытую зону: Затонувшая Поляна!
•>Новые земли ждут... или уничтожают.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
[Регион] Пармезано: Перевал Виверны?? Где это? Это тот багнутый обрыв за стартовым городом?
[Регион] Цветочник666: ооо скрытая зона! интересно, какие там цветы растут! C:
[Регион] КинетикМастер: КУПЛЮ местоположение карты Затонувшей Поляны 10 СЕРЕБРА ЛС!!
[Регион] Хорруклус: чуваки, не парьтесь, Сайлас — тот сумасшедший исследователь из Падения Доминиона, который провел 12 часов, пытаясь забраться на мировое дерево. Зона, наверное, полна монстров 30 уровня. Это смертельная ловушка.
[Регион] Угнетение: ^ вот это. Пусть чудаки находят всякое, мы пойдем туда, когда будем достаточно высокого уровня, лол.
Каге отфильтровал шум. Смертельная ловушка? Он усмехнулся. Это был альтернативный путь к власти.
Это отличалось от достижения Умы. Здесь не было дело в том, чтобы следовать предписанному пути быстрее всех.
В разуме Каге промелькнуло нечто похожее на профессиональное уважение. — Его методология надежна, — отметил Оператор. — Он не следует за стадом.
Это знание сосредоточило его. Были и другие, бегущие свою собственную гонку по своим уникальным трассам. Конкуренция была жестче, чем он предполагал. Ему нужно было быть умнее. Ему нужно было быть эффективнее.
Остаток пути был работой. Он был ученым в полевых условиях. Он записывал стоимость Авена, наносимый урон, продолжительность эффектов и время восстановления.
Через утомительные, методичные пробы и ошибки он создавал Руководство Оператора по Поэзии.
Каждый бой был точкой данных. Каждый моб — подопытным. И в конце концов, он достиг своей цели.
Вход в Гоблинские Шахты был чистым хаосом.
Десятки игроков роились в скалистой местности, шумный муравейник отчаянной амбиции. Воздух был стеной шума, крики прорезали гул.
— Ищу группу танка для шахт! Есть щит!
— ХИЛ ИЩЕТ ГРУППУ! ЗНАЮ ПУЛЫ!
— КУПЛЮ МАЛЫЕ ЛЕЧЕБНЫЕ ЗЕЛЬЯ, ПЛАЧУ ПРЕМИУМ!
Игроки кучковались, осматривая снаряжение друг друга, споря о правилах добычи, прежде чем они даже ступили внутрь. Земля была усеяна пикселизирующимися трупами тех, кто недооценил гоблинские патрули, их тела были мрачным, временным предупреждением.
Гоблины. Дрянные мобы каждой игры.
Каге двинулся к краю зоны сбора, его глаза сканировали патрули мобов. Он идентифицировал отступника: одинокого Гоблина-Разведчика, который периодически отделялся от своей группы, чтобы разведать уединенный хребет. Изолированная цель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Гоблин-Разведчик - Ур. 5
•>Здоровье: 200/200
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он дождался своего момента, незаметно ускользнув от толпы. Он перехватил разведчика в сотне ярдов от ближайшей группы игроков.
Гоблин зашипел, поднимая грубый, заточенный костяной кинжал.
Каге уже сочинял.
Название: Ослабить Гоблина
Стихотворение: Ослабление
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Композиция функциональна.
•>-50 Авен
•>Применено Ослабление. Цель получает на 5% больше урона в течение 15 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Гоблин замерцал фиолетовым светом, как только бросился вперед. Каге не стал парировать; его ослабленная Ловкость делала окно времени слишком узким. Он отступил в сторону, позволяя кинжалу прорубить пустое пространство, и опустил свой ржавый меч чистой дугой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-18 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дебафф Ослабления в сочетании с низкой броней гоблина сделал его жалкое оружие немного более эффективным. Он вошел в простой ритм уклонения и удара, отбивая здоровье гоблина, пока существо не упало с последним, булькающим криком.
Объединенный Опыт от его методичного путешествия завершился этим убийством. Каскад мягкого, синего света омыл его, когда в его ушах раздался знакомый, приятный звон.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Вы победили Гоблина-Разведчика!
•>Получено Опыт: 40
•>ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 3!
•>У вас есть 2 нераспределенных очка атрибутов.
•>Ещё один уровень! Пусть каждый шаг ведёт к великим свершениям.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он немедленно открыл свой лист персонажа, окружающий шум затих в нерелевантном гуле. Два очка. Шанс вернуть частичку того, что он потерял.
Его пальцы дернулись — призрак мышечной памяти от лет игры за высокоскоростные классы ближнего боя. Мечник в нем жаждал этого.
Его челюсть сжалась.
Этот путь был закрыт. Вложение в СИЛ или ЛОВ помимо требований к предметам теперь было актом неповиновения его новой реальности. Неэффективность. Гибридная сборка на этом этапе была путем к посредственности. Логика Оператора утвердилась.
Он вложил оба очка в свой новый основной стат.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Искусство: 32 -> 34
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он закрыл меню, его лицо было маской. Выбор был сделан. Когда окно исчезло, он уловил мелькание движения на краю своего зрения. Раздражающая серебряная филигрань, которая теперь обрамляла его интерфейс, та, которую он считал хаотичным беспорядком, казалось… разрешилась.
На долю секунды ползучие, похожие на лианы узоры сжались, их линии слились в дизайн, который был одновременно органическим и странно математическим. Он напоминал слияние раскидистого корня дерева и идеально логичной печатной платы.
Он зафиксировал изменение с отстраненным любопытством. Эстетика все еще была неэффективной, но она больше не была случайной. Она развивала грамматику. Логику. И все, что имеет логику, в конечном итоге может быть понято.
И использовано.
Вход в Гоблинские Шахты был хаотичным, неэффективным рынком.
Крики о ролях эхом отдавались от влажного камня, какофония отчаяния и оппортунизма.
Каге, теперь Уровень 3, стоял в стороне от роя. Молчаливый наблюдатель в море шума. Его класс — отображаемый как простой Поэт — висел под его именем, как неоновая вывеска, мигающая одним, очень понятным сообщением: НЕ ПРИГЛАШАТЬ.
Он не ждал подачек. Шумное стадо было пустой тратой циклов обработки. Его внимание было сосредоточено на меньших, более организованных группах.
Его глаза остановились на группе из четырех человек. Их снаряжение было смесью крафтовых предметов и ранних квестовых наград, превосходящее стартовые лохмотья, которые все еще носили большинство игроков. Профессионалы. И они были взволнованы.
Лидер, здоровенный Воин 6 уровня по имени Джакс, расхаживал взад-вперед, его огромный топор представлял постоянную угрозу низкому каменному потолку. Его броня была на порядок выше, что говорило о значительной вливании реальных денег. Классический — кит. — Рядом с ним, Целительница 5 уровня по имени Лили наблюдала, ее посох нервно сжат.
Зара, Маг 5 уровня с острыми глазами и снаряжением, которое кричало об эффективности, а не о показухе, бормотала расчеты заклинаний себе под нос. Ее поза была напряженной — такой игрок, который максимизировал каждую характеристику и провел последние часы, гриндуя, пока другие ковырялись. Напротив нее, Финн, их Рейнджер 5 уровня, выглядел так, будто предпочел бы быть где угодно, только не здесь. Его снаряжение было солидным, но базовым. Он постоянно озирался, открывал рот, как будто хотел что-то сказать, затем закрывал его, когда никто не проявлял интереса.
Каге сопоставил их классы, уровни и волнение. Алгоритм сработал. Группа из пяти человек, не хватает одного члена. Только что потеряли пятого, вероятно, отключение. Высокая срочность, чтобы избежать потери времени.
Как по команде, мягкий голос Лили прорезал воздух. Она тонко жестом подбородка указала на Каге. — Джакс… посмотри на него. Он там давно стоит. Никто его не возьмет.
Джакс фыркнул, громкий, скрежещущий звук. — Поэт? Лили, будь серьезной. Это не игрок; это обуза. Ходячий штраф к опыту. Нам нужен кто-то, кто действительно может убивать, а не писать о них сонет.
Ее плечи поникли. Видя ее разочарование, грудь Джакса раздулась.
— Уф, ладно, — проворчал он, его тон изменился на великодушную силу. — Не то чтобы нам нужна помощь. Моего урона более чем достаточно. Мы вытащим эту благотворительность.
Зара подняла глаза. — Поэт? Ремесленный класс, верно? Финн, какие у тебя вообще навыки? Я только что получила Ледяной Разряд на 5 уровне, но все еще разбираюсь с оптимальной ротацией каста.
Финн неловко поерзал. — Эм, у меня есть Метка Охотника, но я ее еще не особо тестировал… — Он запнулся, смущенный своим осторожным стилем игры.
— Отлично, — пробормотала Зара. — Часы после запуска, а мы все еще разбираемся с нашими основными способностями. Это должно пройти гладко.
Джакс развернулся и заорал через поляну. — Эй, Поэт! Ты с нами. Держись за Лили и постарайся не умереть. И не жди полной доли добычи.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Приглашение в группу от пользователя Джакс - Воин Ур. 6.
•> [ Принять ]
•> [ Отказаться ]
•>Выбор за вами, смертный. Или судьба сама решит.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оскорбления были фоновым шумом, приемлемой социальной сделкой. Цена входа. Каге кивнул один раз, коротко, и присоединился к их построению, заняв место в тылу с бесшумной точностью.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[ Принять ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его тихое согласие было для них более тревожным, чем любой спор. Джакс на секунду уставился на него, в его глазах мелькнуло раздражение, прежде чем он повернулся, чтобы отдавать приказы другим.
Шахты были темными, узкими и пахли сырой землей и чем-то гнилым. Это был не инстанс, а открытое подземелье, и, несмотря на то, что у входа было много групп, большинство из них погибали в самом начале или оставались в комнате босса.
Джакс, верный своему слову, повел в атаку с тонкостью атакующего быка. Он врезался в первую группу из двух Гоблинов-Разведчиков, его топор размахивал широкими, мощными дугами, которые отрывали огромные куски от их полосок здоровья.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-55 Здоровья
Критический Удар! -110 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он был силен. Он также был неряшлив. Он игнорировал позиционирование, получая грубый кинжал в бок, которого он мог легко избежать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-15 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Рядом с Каге Лили вздохнула, когда мягкий зеленый свет окутал Воина, его полоска здоровья снова заполнилась. Схема повторялась с каждым новым пулом. Массивный урон наружу, ненужный урон внутрь. Джакс сражался, Лили сжигала свою ману, а два ДПС изо всех сил пытались найти ритм вокруг беспорядочной агрессии своего фронтлайнера.
Каге ничего не сказал. Он наблюдал.
Его разум был боевым журналом, анализирующим информацию гораздо быстрее, чем любой интерфейс. Он отмечал патрульные маршруты отдаленных гоблинов, их радиус агрессии, точное расположение туннелей. Он отслеживал время восстановления партии, истощающуюся ману Лили, использование зелий Магом. Он собирал данные для симуляции, которую мог видеть только он.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Вы победили Гоблина-Разведчика!
•>Получено Опыт: 40
•>Вы победили Гоблина-Рабочего!
•>Получено Опыт: 40
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Хорошо, нет штрафа за не-таг, и нет разделения опыта в группе. Я по сути бесплатно получаю уровни.
А тем временем…
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Успех Сбора! Получено Сумрачная Трава x1.
•>Опыт +2 от Сбора
•>Сбор (Базовый) Опыт +0.5%
•>Сбор (Базовый) Повышение Уровня (Ур. 2)
•>Получено Опыт: 25
•>Даже в шахтах есть место для ботаники.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он игнорировал раздраженный взгляд Джакса, неодобрительное покачивание головой Зары и вопросительный взгляд Лили. Он просто продолжал собирать.
Опыт 275/520
Нужно еще около двух пулов. Маг сказал, что они получили новые заклинания на 5 уровне. Это означает, что и 4, и 5 уровни должны быть большими скачками силы.
Они подошли к более просторной камере, круглой пещере с высоким, скалистым потолком. Три Гоблина-Разведчика были видны в центре, сгруппировавшиеся вокруг мерцающего огня.
Джакс поднял свой топор, на его лице появилась ухмылка. — Ладно, пачка побольше. Все сосредоточьтесь на моей цели.
Он собирался атаковать.
Голос Каге, спокойный и резкий, прорезал болтовню, как осколок льда. — Стойте.
Партия замерла. Джакс повернулся, на его лице было раздраженное хмурое выражение.
— Засада, — заявил Каге ровным тоном. — Два лучника, левый выступ, за сталагмитами. Ловец у северного прохода; вы видите край его сети. Отведите троих спереди обратно в этот туннель. Это естественное узкое место.
Зара прищурилась в темноту, затем покачала головой. — Я ничего не вижу. Боже, как бы я хотела, чтобы в этой игре было нормальное заклинание обнаружения. Это все просто догадки.
Финн поправил свой лук. — Я… я тоже ничего там не вижу. Миникарта пуста.
Джакс засмеялся, звук был полон снисхождения. — Засада? Малыш, не забегай вперед. В этой комнате три гоблина. Успокойся и посмотри, как настоящий воин справляется с делами.
Он бросился в атаку.
Ловушка сработала с тошнотворной скоростью.
Грубая сеть вылетела из северного прохода, опутывая Мага. Одновременно стрелы со свистом полетели с того самого выступа, на который указал Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-25 Здоровья
-28 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Стрелы целились в заднюю линию. Лили вскрикнула, когда одна из них попала ей в плечо, заставив ее исцелить себя, а не группу. Три гоблина-ближника окружили Джакса, который теперь был отделен от своей группы и завяз.
Бой перерос в тот самый хаос, который предсказывал Каге.
Зара выругалась, когда стрелы просвистели мимо ее головы. — Черт! Как ты узнал? — Она лихорадочно начала кастовать, ее скептицизм испарился. — Я еле вижу на десять футов здесь!
Финн, несмотря на панику, обрел голос. — Гоблинские лучники! Долгая перезарядка! — Его собственная стрела пролетела мимо, его прицел дрогнул от нервов. — Может быть, четыре секунды? Я думаю?
Пока Джакс ревел, прижатый к земле мобом ближнего боя, Каге оставался у входа в пещеру. Точка абсолютного спокойствия. Он обрабатывал тактическую ситуацию.
Ловец предотвращает изменение позиции. Джакс не является фактором. Основная угроза: лучники прижимают целителя. Нейтрализовать лучников.
Он просмотрел свой лексикон. Удар был бесполезен. Ослабление было дебаффом. Единственным инструментом контроля толпы, который у него был, была Связь.
Он обратился к своему мысленному руководству пользователя, данным своих ранних экспериментов. Связь создает корни из земли. Ограничивает движение. Лучники были неподвижны. Это ничего не даст.
Бесполезно. Тупик.
На долю секунды вспыхнуло разочарование. Система была неэффективной; инструмент был неадекватным. Его разум наткнулся на логическую стену.
Затем всплыла другая точка данных — аномалия, которую он еще не интегрировал. Ручей. Травы. Реакция системы на сырое, неструктурированное намерение. Ключевое слово было Рост, но результат был не общим эффектом — стать больше; — это был — дать лучший урожай.
Первоначальный вывод был ошибочным. Его предположение было неверным.
Его разум мчался, формируя новую гипотезу. Ключевое слово — это не заклинание. Это концепция. Связь означает не только — Корень. — Это означает — сдерживать. — Как, что, метод… это определялось пользователем.
Он думал как обычный маг, предполагая, что Связь была предопределенным навыком из дерева навыков. Он ошибался. Лексикон Поэта не был книгой заклинаний.
Это был словарь. И ему нужно было написать предложение.
Внимание Каге обострилось, его намерение сузилось до лезвия бритвы. Он поднял руку, его глаза были прикованы к лучникам. Это было полевое испытание радикальной теории. Ему нужно было ограничить их действия.
Название: Связать Лучников
Стихотворение: Связать
Его разум вложил точное намерение в команду: Их руки. Связать их руки с их луками.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>-50 Авен
•>Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Связь увеличился. (1%->5%)
•>Мастерство растет с каждым новым применением.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Эффект был едва заметным. В тот момент, когда первый лучник собирался выпустить стрелу, вспышка эфирной энергии сковала его руки тетивой лука. Его натяжение было испорчено, стрела бесполезно загрохотала о камень.
Глаза Каге слегка расширились.
Резонанс увеличивается при новом применении.
Эффект был до смешного слабым, длившимся меньше мгновения. Но его время было идеальным.
Он повторил это, нацелившись на второго лучника. Еще одна вспышка света, еще один испорченный выстрел. На этот раз эффект был немного дольше. Стоимость Авена была высокой, но это покупало им время. Освободившись от града стрел, Лили стабилизировала Джакса. Рейнджер начал отвечать огнем, его прицел теперь был более стабильным.
Каге вошел в ритм, его взгляд метался между двумя лучниками, его Стихотворчество представляло собой серию идеально рассчитанных, мгновенных прерываний.
Его полоска Авена неуклонно уменьшалась. 370/370… 320… 270… 220…
К тому времени, когда его Авен был почти исчерпан, Маг освободилась, и партия восстановила контроль. Они выжили. Но полоска маны Лили была опасно низкой, и они израсходовали три Малых Лечебных Зелья.
Зара смотрела на Каге с открытым любопытством, ее прежняя пренебрежительность исчезла. — Что это было за заклинание? Я никогда не видела эффекта связывания, нацеленного на определенные части тела. Это какой-то свиток?
Финн буквально дрожал от нервного возбуждения. — Время было идеальным! Как ты узнал, когда кастовать?
Каге встретил их вопросы молчанием. — Их вопросы — это попытки количественно оценить неизвестную переменную. Зара ищет системное объяснение — свиток, скрытый навык. Финн стремится понять выполнение. Предоставление информации о моем классе невыгодно.
Лили подбежала, ее глаза были широко раскрыты от облегчения и благоговения. — Вы были правы… И этот навык… — Она опустила голову. — Спасибо.
Яростный топот возвестил о прибытии Джакса. Его лицо было покрасневшим от стыда и ярости. — Удачная догадка, — прорычал он, сверля Каге взглядом. — И что толку? Мы потратили три зелья, потому что ты был слишком занят своими фокусами, чтобы нанести хоть какой-то реальный урон. Просто держись подальше от моего пути.
Он был в ярости. Не потому, что он ошибался, а потому, что Лили похвалила объект благотворительности вместо него.
Напряжение в группе теперь было на самом высоком уровне. Джакс сражался с безрассудной, гневной энергией, отчаянно пытаясь восстановить свое превосходство. Он натягивал слишком много мобов и сжигал время восстановления, решив доказать, что ему не нужен совет Поэта.
Лили, однако, изменилась. Она не сводила глаз с Каге, ее позиция отражала его. Она доверяла молчаливому аналитику в тылу больше, чем ревущему воину впереди.
Они спустились в более глубокую камеру, грязное логово, пахнущее залежалым мясом и гоблинским мускусом. На грубом троне из сломанного горнодобывающего оборудования сидел мини-босс середины подземелья.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Гоблин Надсмотрщик - Ур. 8 (Мини-босс)
•>Здоровье: 2500/2500
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Этот мой, — прорычал Джакс и бросился вперед, прежде чем кто-либо успел отреагировать.
Бой был жестокой симфонией скрежета металла. Надсмотрщик был крепче и быстрее разведчиков, парируя один из тяжелых ударов Джакса своей дубиной и нанося ответный удар с быстротой, которая противоречила его размеру.
Джакс, сражаясь с гневным отчаянием, сжигал свои способности, чтобы сокрушить босса грубой силой. Он игнорировал группу, отказываясь от тактики ради чистой агрессии.
— Он слишком быстро сжигает свои кулдауны, — прошипела Зара, рассчитывая время своего Ледяного Разряда, чтобы не попасть в Джакса во время его диких взмахов. — С такой скоростью у меня закончится мана, прежде чем мы пройдем половину.
ИИ Надсмотрщика демонстрировал проблески адаптивности. Он увернулся от удара Джакса, позволив топору вонзиться в каменный пол, и воспользовался открытием, нанеся жестокий удар кнутом по спине Джакса.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джакс взревел от разочарования. Бой не был чистой демонстрацией силы, которую он себе представлял. Исцеляющий свет Лили был почти постоянным потоком, просто чтобы поддерживать его стабильным, ее мана истощалась с видимой скоростью. В приступе ярости после того, как еще одна атака была парирована, Джакс чрезмерно увлекся, бросившись вперед в диком замахе, который оставил его полностью открытым.
Надсмотрщик воспользовался этим. Его кожаный кнут хлестнул, обвиваясь вокруг его лодыжки с резким треском. Прежде чем Джакс успел даже осознать предупреждение, босс дернул.
Его ноги были вырваны из-под него. Он тяжело рухнул на спину, удар выбил из него дух. Над его головой вспыхнул значок Оглушен!
— Он оглушен! — вскрикнула Лили, ее голос был истеричным.
ДПС бросили все, что у них было, но их атаки едва поцарапали шкуру босса, пока он направлял свой ультимейт. Джакс вот-вот должен был быть казнен.
Разум Каге мчался, прокручивая его инструментарий в долю секунды методом исключения.
Связь? Бесполезна. Жалкая ловушка, которая едва работала на разведчиках, не прервет его.
Укрепление? Ослабить босса? Он провел мысленные расчеты. Входящий урон был колоссальным. Небольшой процентный бафф или дебафф был бы ошибкой округления. Джакс все равно умрет. Пустая трата Авена.
Удар? Презренно.
Он посмотрел на три ключевых слова в своем Лексиконе, которые все еще не использовались. Цель и Себя кажутся ключевыми словами для таргетинга. Бесполезны для однословного стихотворения.
У него не было жизнеспособных боевых вариантов. Он был механиком, пытающимся починить двигатель танка набором акварельных кистей.
Его глаза метались по сцене. Светящаяся дубина. Лежащий танк. Каменный пол. У него не было навыков, не было простых ответов. Оставалось только неизвестное, неиспользованное ключевое слово. Форма.
Что оно вообще делало? Никаких данных, никакой базы. Но название было подсказкой. Это было не Создать Стену или Поднять Щит. Это было просто… Форма.
Намерение — это все.
Он не мог остановить удар дубиной. Он не мог сдвинуть Джакса.
Но что, если он мог вмешаться в пространство между ними? Ему не нужно было останавливать удар, просто заставить его промахнуться. Ему нужно было изменить физику столкновения.
Возникла идея, отчаянная гамбит, рожденный чистой логикой. Стена была слишком большой просьбой. Но отклонение — изменение вектора атаки — требовало минимальной массы.
Он сфокусировал свою волю, намерение формировалось как четкое, геометрическое изображение в его сознании.
Название: Формировать Землю
Стихотворение: Форма
Эффект был до смешного мал. Слабое мерцание света, и остроугольный клин скалы — чуть больше головы Джакса — высунулся из земли, прямо на пути дубины. Крошечная, идеально расположенная рампа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
•>Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Форма увеличился. (1%->3%)
•>Даже малая форма может изменить путь великого удара.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Светящаяся дубина Гоблина Надсмотрщика обрушилась вниз.
Маг группы вздрогнула, ожидая увидеть, как полоска здоровья Джакса испарится. Вместо того чтобы сокрушить шлем Джакса, плоская часть головки дубины ударила по угловатому камню, который сформировал Каге.
Физика, даже виртуальная физика, была системой с правилами.
Точка удара изменилась. Дубина раздавила маленький камень, но немного отклонилась. С криком истерзанного металла удар скользнул по огромному наплечнику Джакса вместо его головы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-185 Здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Удар все еще был жестоким. Джакса отбросило по полу пещеры, его полоска здоровья опустилась в критическую красную зону.
Он выглядел ошеломленным. Как олень в свете фар, если бы у оленя было всего две мозговые клетки.
Группа замерла на полсекунды в ошеломленном недоверии.
Они только что стали свидетелями того, как Поэт, некомбатный класс, парировал ультимативную атаку босса.
С помощью куска пола.
После момента ошеломленного молчания Зара уставилась на раздавленный камень, ее разум был в смятении. — Ты… формировал землю. Пока он атаковал. — Ее голос звучал с неподдельным благоговением. — Это не то, чем занимаются ремесленные классы.
Финн опустил лук, широко раскрыв глаза. — Ты превратил пол в щит. Вау.
Зара медленно покачала головой, все следы ее прежней высокомерия исчезли. — Ладно. Мне все равно, что я думала о играх. С этого момента мы слушаем Поэта.
Каге наблюдал за ними, его лицо было нечитаемым. Воздух в пещере изменился. Это больше не было простое трение незнакомцев, а сложная гравитация новой динамики власти, которую он теперь контролировал. Ненависть Джакса была данностью, предсказуемым побочным продуктом разбитого эго. Восхищение Финна и Лили было буфером, полезной поддержкой.
Но взгляд Зары… вот это был настоящий приз. Молчаливое, неохотное уважение аналитика, признающего превосходные данные.
Лили, очнувшись от шока, отчаянно отправила исцеление Джаксу, вернув его с края смерти. Он поднялся на ноги, молча. Его лицо было грозной маской унижения, ярости и новой, ужасающей толики страха. Он был спасен игроком, которого презирал, способом, который он не мог понять.
Каге едва это зарегистрировал. Он уже снова обратил свое внимание на Надсмотрщика. Его ультимейт был на кулдауне. Босс был уязвим. Цель не изменилась.
Пусть Джакс ненавидит его. Это была нерелевантная переменная.
В зале все еще стоял звон от удара железа, а группа дружно и резко втянула воздух. Гоблин-Надсмотрщик, потратив свою ульту на пшик и так и не сумев казнить их танка, рычал от досады. Его способность убийство с одного удара ушла на перезарядку. Теперь он был уязвим.
Джакс был сжатой пружиной чистого, концентрированного унижения. Он вскочил на ноги, его массивное тело дрожало от ярости. Красный отблеск его полоски здоровья был оскорблением. То, что его спасли — оскорблением. Но молчаливый, анализирующий взгляд Поэта был самым большим оскорблением из всех. Он крепче сжал топор, напрягая мышцы, чтобы снова броситься в бой, чтобы грубой силой вернуть себе ведущую роль.
— Нет. — голос Зары хлестнул, как кнут. Она выставила руку, не касаясь его, но создавая непреодолимый барьер.
Она повернула голову, фиксируя взгляд на Клайде. В этом взгляде больше не было снисхождения. Это было признание. Так программист смотрит на более элегантный алгоритм.
— Ты. Каков план?
Джакс замер. Его голова мотнулась от Зары к Клайду, молчаливому, неприметному игроку, которого он списал со счетов как благотворительный кейс, как пиявку. Его челюсти сжались, зубы скрипнули с слышимым скрежетом. Быть отодвинутым собственной группой, видеть, как власть передают ему... это было унижение хуже смерти. Он не согласился. Он не кивнул. Но и не бросился вперед. Его застывшая поза была капитуляцией.
Клайд не обратил внимания на сдвиг в социальной иерархии. Ему было плевать на их уважение или ненависть Джакса. Все это был просто шум. Зара запросила ввод данных, и он их предоставит.
Его голос был таким же плоским и холодным, как камень под ногами, напрочь лишенным триумфа.
— У его атаки кнутом двухсекундный размах. После удара кнутом он использует тяжелый замах, но это дает большое окно для урона сразу после. По умолчанию он переходит к кнуту после успешного удара. Цикл такой: принять удар и использовать большое окно сразу после него. — Он сделал паузу, сканируя Надсмотрщика, словно тот был страницей кода. — Маг, держи максимальную дистанцию. Прибереги Ледяную Стрелу, чтобы прерывать возможные переменные. Рейнджер, твоя работа — поддерживать Метку Охотника. Наноси постоянный урон, но не увлекайся. Оставайся мобильным.
К Лили он обратился столь же прямо:
— Хилер, мана — твой самый ценный ресурс. Не трать её на мелкий отхил. Прибереги самый мощный хил для тяжелого замаха.
Наконец, он посмотрел на Джакса. Ни жалости, ни снисхождения.
— У тебя самый большой запас здоровья и урон. Ты одновременно и губка для урона, и нож. Понял?
Не дожидаясь ответа, он сфокусировал свое намерение.
Название: Ослабление Надсмотрщика
Поэма: Ослабь
Тусклый, болезненно-серый свет пульсировал над боссом-гоблином секунду, прежде чем исчезнуть.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
Ослабление применено. Цель получает на 5% больше урона.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Клайд бросил клинический взгляд на свой статус.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОПЫТ: 515/520
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Выполнимо, — подумал он.
Группа пришла в движение. Или, точнее, её привели в движение.
Клайд выдавал точные, односложные инструкции ровно в ту миллисекунду, когда они были необходимы. Он был живым боевым логом, аддоном в форме человека, объявляющим таймеры еще до того, как это делал движок игры.
Надсмотрщик восстановил самообладание и хлестнул цепным кнутом — широкая горизонтальная атака, рассчитанная на то, чтобы зацепить игроков дальнего боя.
— Кнут. — спокойно произнес Клайд. — Рейнджер, три шага влево.
Финн не думал. Он шагнул в сторону, и цепь со свистом рассекла воздух там, где мгновение назад была его голова. Он выпустил стрелу, которая вонзилась зверю в плечо.
Надсмотрщик заревел, выпятив грудь, и начал светиться слабым красным светом.
— Анимация боевого клича. Сбить.
Руки Зары уже двигались. Осколок зазубренного льда пролетел через пещеру и врезался в открытую пасть гоблина. Боевой клич умер в его глотке с задушенным бульканьем.
Взбешенный, он переключил цели и бросился на Джакса с замахом. Воин напрягся, инстинкты кричали ему об опасности. Он заблокировал обычный удар, и босс перешел к кнуту, словно по команде.
— Стоять, — скомандовал каге. — Прими урон.
Целителю он добавил:
— Лили, начинай каст сейчас.
Джакс стиснул зубы, гортанное проклятие замерло на губах. Он приготовился. Кнут ударил сбоку, костедробительный удар, от которого содрогнулось все тело и отлетела добрая часть здоровья. Но он стоял. И как только урон зарегистрировался, теплый золотой свет окутал его — Исцеление Лили легло с идеальным таймингом.
— Тяжелый замах, — констатировал Клайд. — Отскок назад. Сейчас.
Джакс, выполняя команду с явным разочарованием, попятился. Массивная дубина раздробила землю там, где мгновение назад стояли его ноги, ветер от удара свистнул мимо шлема.
Надсмотрщик ударил по земле.
— Четыре секунды, — произнес Клайд. Он поднял руку, и мерцание света собралось вокруг оружия Джакса.
Название: Усиление Топора
Поэма: Усиль
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
Усиление применено на Полированный железный топор новичка. Урон увеличен на 5%. Потеря прочности снижена на 5%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Джаксу не нужно было повторять дважды. Он рванул вперед, вложив всю свою накопившуюся ярость и унижение в топор. Он бил со свирепой жестокостью, нанеся три глубоких пореза на открытом боку Надсмотрщика, пока тот был заблокирован в анимации восстановления.
Для группы бой преобразился. Это больше не был хаотичный беспорядок из панических уклонений и отчаянного лечения. У боя появился ритм. Темп. Это был жестокий танец насилия, и Клайд был их хореографом.
Это чувство... оно было знакомым. Не лихорадочный спам кнопок с высоким APM типичного рейда, а более глубокий, медленный пульс, который резонировал с потоком схватки. Он вспомнил командные тренировки, синхронные крики киай, хлесткий стук синаев о доспехи. Мастер называл это ки группы, общей энергией.
— Лидер не кричит приказы, Клайд, — сказал однажды старик после хаотичного тренировочного боя, его голос был спокойным, но твердым. — Он задает ритм. Если твой ритм идеален, другие последуют за твоим тактом без единого слова.
Клайд отогнал эту мысль. Это просто эффективная коммуникация. Он был человеческим аддоном DBM, объявляющим таймеры. Воспоминание было неуместным.
Сам он двигался как призрак на периферии. Он не наносил урона. Не предпринимал никаких действий, кроме случайного подергивания руки, когда произносил стих. Все его существо было сфокусировано на одной задаче: обработке данных.
Он отслеживал паттерны атак босса, кулдауны группы, их запасы маны и здоровья, дебаффы, баффы, расстояние между каждым игроком. Он увидел едва заметный сдвиг в ИИ Надсмотрщика, когда тот попытался сломать блокировку паттерна, финтом показав атаку кнутом, чтобы выманить уклонение, но затем переключился на быстрый джеб. Клайд увидел это, как только началась анимация.
— Финт. Держать позицию.
Они замерли. Джеб прошел мимо.
Его разум проводил сложную симуляцию, но один поток вычислительной мощности был посвящен единственному, тривиальному расчету. Еще пять единиц опыта.
Полоска здоровья Надсмотрщика таяла. 50%. 40%. 30%. Группа теперь двигалась с натренированной уверенностью, предвидя команды Каге, выполняя их безупречно. Он запер босса в предсказуемый, истощающий ресурсы цикл. Тот больше не мог адаптироваться. Он мог только следовать сценарию, который написал для него Каге.
В краткий момент затишья, пока Джакс уклонялся от стандартного замаха, а Финн пускал очередную стрелу, Каге увидел свое окно. Группа поймала ритм. Они справятся со следующими десятью секундами без него.
В этот момент сосредоточенного боя, когда босс подземелья был на последнем издыхании, Каге сделал немыслимое.
Он повернулся спиной к схватке.
Он спокойно отошел от вихря стали и магии к темному, непримечательному углу пещеры. Группа смотрела, их фокус на мгновение сбился. Джакс споткнулся на полузамахе. Следующее лечение Лили опоздало на полсекунды.
Каге проигнорировал их. Он опустился на колени рядом с маленьким пульсирующим пятном флоры, чей слабый синий свет был единственным освещением в углу.
Он начал собирать его.
Системные уведомления были тихими, почти извиняющимися.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Успешный сбор! Получено: Мрачноцвет x1
Опыт Сбора (Базовый) +0.5%
Получено Опыта: +2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
«Еще два», — подумал Каге, его руки уже двигались к следующему растению.
Надсмотрщик, почувствовав ослабление давления, издал рев и дико размахнулся дубиной в сторону Лили.
— Хилер, назад. — сказал Каге, даже не повысив голоса. Он не отрывался от своего дела.
Лили взвизгнула и попятилась назад, дубина разбила землю там, где она только что стояла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Успешный сбор! Получено: Мрачноцвет x1
Опыт Сбора (Базовый) +0.5%
Получено Опыта: +2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Еще один.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Успешный сбор! Получено: Мрачноцвет x1
Опыт Сбора (Базовый) +0.5%
Получено Опыта: +2
НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Вы теперь Уровень 4!
У вас есть нераспределенные очки характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Сверкающий столб света вырвался вокруг коленопреклоненной фигуры Каге. Триумфальный оркестровый звон повышения уровня эхом прокатился по пещере — звук настолько неуместный здесь, что это было комично.
Вся группа уставилась на него.
Одним плавным движением Каге встал. Его два новых очка характеристик мгновенно влились в Силу, изменение произошло через микросекунду после появления уведомления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сила: 10 -> 12
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Жалкий, ржавый меч в его руке пикселизировался и исчез. На его месте в хвате появился твердый блеск недавно выкованного клинка. Истрепанные тканевые обмотки на его руках растворились, сменившись толстой коричневой кожей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экипирован Железный меч новичка.
Экипированы Закаленные кожаные перчатки новичка.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он ждал именно этого момента.
Вся модель его персонажа теперь выглядела иначе. Выше. Плотнее. Компетентнее.
Финн мог только таращиться, забыв про стрелу на тетиве. Его голос прозвучал как ошарашенный шепот, слышимый всей группе.
— Он... он что, только что остановился посреди боя с боссом... чтобы апнуть уровень, собирая цветочки?
Гоблин-Надсмотрщик издал яростный гортанный вопль. Его ИИ, каким бы примитивным он ни был, казалось, зарегистрировал это как высшее оскорбление. Он проигнорировал тяжелобронированного воина, магов, рейнджера. Его налитые красным ненавистью глаза сфокусировались на единственном главном источнике неуважения в комнате: Поэте, который только что заигнорил его до смерти.
Он бросился в атаку, высоко подняв дубину — локомотив ярости, нацеленный прямо на Каге.
Группа ахнула. Он был Поэтом. У него не было защитных навыков, никакой брони, о которой стоило бы говорить. Это был суицид.
Но Каге встретил атаку лоб в лоб.
Его новый железный меч сверкнул. Его стойка была идеальной, низкая, центрированная позиция. Он не пытался выполнить вычурное парирование всем телом. Это было простое, экономное отклонение, использующее плоскость клинка, чтобы перенаправить инерцию дубины.
КЛАНГ.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Звук был чистым, плотным звоном стали о сталь. Удар, который должен был отбросить его через всю комнату, был встречен. Он отъехал назад всего на фут, его ботинки проскрежетало по камню.
Затем, вытекая из парирования с отработанной грацией тысячи тренировок, он контратаковал. Его меч метнулся вперед — простой прямой укол, нацеленный в зазор на наруче Надсмотрщика.
Цифра урона, всплывшая вверх, не была тем жалким числом, что раньше.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-33 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Не так уж много; по факту, все еще ниже среднего.
Но это было реально. Это было существенно. Это был урон.
У всей группы отвисли челюсти. Это был не тот же самый человек, что тридцать секунд назад. Стратег, дебаффер, живой радар — теперь он стал наполовину жизнеспособным ДД.
— Джакс, попытайся удержать агро. — голос Каге прорезал их благоговение. Это был тот же ровный тон, но теперь он исходил от человека, чей меч сочился кровью босса. Он наложил стих на свое собственное оружие, мерцание света окутало клинок.
Название: Усиление Меча
Поэма: Усиль
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
Усиление применено на Железный меч новичка. Урон увеличен на 5%. Потеря прочности снижена на 5%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге вернулся в бой как совершенно иная сущность. Он по-прежнему выкрикивал инструкции, его разум отслеживал сложную хореографию битвы. Но теперь он также был частью танца.
Его Ловкость все еще была шуткой, скорость атаки — черепашьей. Но дух Вундеркинда двигался сквозь сломленный сосуд Поэта. Каждый взмах был этюдом смертельной эффективности, его движения — медленным, но неоспоримым танцем мастера меча.
Он играл в шахматы на трех разных досках одновременно: управлял кулдаунами группы, предсказывал ИИ босса, и теперь — исполнял свою собственную ротацию боя.
Гоблин-Надсмотрщик был обречен. Зажатый между Джаксом, которым теперь управляли как ценным активом, шквалом заклинаний и стрел, и новым, шокирующе компетентным мечником, который, казалось, знал каждое его движение наперед, здоровье твари таяло.
С финальным, отчаянным ревом он взмахнул дубиной в последний раз. Каге и Джакс одновременно шагнули в стороны, и топор Джакса опустился, глубоко разрубив шею монстра.
Гоблин-Надсмотрщик содрогнулся, замер, а затем распался снопом золотого света.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Гоблина-Надсмотрщика!
Получено Опыта: 514
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тишина опустилась на зал, нарушаемая лишь тяжелым дыханием группы. Они стояли среди сверкающих искорок света, пытаясь отдышаться. Они смотрели то на исчезающий труп, то на лут, появившийся на его месте, а затем, как один, их глаза повернулись к Каге.
Он не праздновал. Он даже не смотрел на них.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Железный меч новичка
Прочность: 38/40
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Хорошо.
Вся динамика власти в группе была безвозвратно разрушена и перестроена.
Каге был незримым дирижером, тихой, пугающе эффективной силой, которая только что доказала, без тени сомнения, что в его руках даже сбор цветов — смертельная боевая тактика.
На месте Надсмотрщика мерцала небольшая кучка добычи. Тишина, густая и тяжелая, осела на группу.
Затем раздался звон коммерции, разрезая напряжение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Уведомление группы: Подобрано 15 Серебра. Каждый член группы получает 3 Серебра.
Добыча Получена
Треснувший наплечник Надсмотрщика x 1
Прочные штаны прораба x 1
Малое зелье маны x 2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге почувствовал, как монеты упали в его инвентарь — глухое звяканье в огромной пустоте его финансов. Это был прогресс, но такой, как если бы вычерпывать океан чайной ложкой.
— Ну ладно, — сказала Зара, её голос был образцом восстановленного самообладания. Она указала пальцем на кучу. — Зелья — Лили и мне. Наплечник — мусор для крафта, но, может, удастся выручить пару медных монет у кузнеца. Штаны...
Ее глаза, как и у всех остальных, остановились на Каге.
Джакс хмыкнул, звук вышел чем-то средним между кашлем и протестом, но промолчал. Он потерял право жаловаться, когда ему спас жизнь человек, выглядящий так, будто запыхается, неся пакет с продуктами.
Лили подняла кожаные поножи и предложила их Каге с легкой, ободряющей улыбкой.
— Ты должен взять их. Ты заслужил.
Он принял предмет без лишних слов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Прочные штаны прораба
Качество: Необычное
Тип: Кожаная броня (Ноги)
Вес: 1
Броня: +5
Характеристики:
+2 Выносливость
+1 Сила
Прочность: 20/20
Требования: Уровень 4
Описание: Толстые штаны из шкуры, укрепленные обрезками металла. Они принадлежали гоблину-прорабу, который ценил прочность выше комфорта.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он экипировал их. Это был незначительный апгрейд, смехотворный по сравнению с тем, что, вероятно, носил Джакс, но он был функциональным.
Каге почувствовал, как его ОЗ сдвинулись с 140 до 160 благодаря новым +2 выносливость, а сила выросла до 13.
— Окей, — сказала Зара, убирая зелье маны в карман. — Продолжаем движение.
Она хотела пойти первой, но остановилась, одернув себя. Она оглянулась на Каге. Иерархия изменилась.
Каге коротко и сухо кивнул в сторону неосвещенного туннеля.
Группа последовала за ним без вопросов.
Тесное, давящее сжатие расщелины длилось всего двадцать футов, прежде чем открыться в пространство настолько огромное и неожиданное, что оно перехватило дыхание.
Мир превратился в безмолвный собор звездного света, заточенного в камне.
Собственное восприятие Каге выдало эту мысль прежде, чем Оператор смог её подавить. Пещера была жеодой колоссальных пропорций, её сводчатый потолок — далеким небом из огромных фосфоресцирующих кристаллов. Призрачный сине-зеленый свет сочился из светящейся флоры, окрашивая необъятное пространство в эфирные оттенки и отбрасывая тени, похожие на омуты чистой, жидкой тишины.
Он стоял на самом краю обрыва, его разум был полем битвы между миром, который показывал ему его класс, и миром, который его логика настаивала считать реальным.
— Вау... — голос Финна был приглушенным шепотом, слегка эхом отдаваясь в огромном зале. — Это... типа красиво, да? В пугающем смысле, вроде «один неверный шаг, и ты падаешь вечно».
Он был прав. Пол пещеры исчез, сменившись пропастью такой глубины, что свет не проникал в её недра. Это была пустота, разрез чистой тьмы, рассекающий мир надвое. Серия каменных платформ, остатки какой-то древней дворфской небесной дороги, формировала сломанный и коварный путь через бездну. Ржавые цепи свисали с потолка, ведя к механизмам, забитым возрастом и пренебрежением.
Джакс фыркнул, подкрепив звук пинком свободного камня с уступа. Тот исчез во тьме без звука.
— Отлично. Мы заблудились. Вот что бывает, когда следуешь за цветоводом в случайную дыру.
Его голос был пропитан привычным высокомерием, но поза была напряженной, конфронтационной. Он шел следом, но старался, чтобы все знали — он делает это под протестом.
— Опыт-в-час тут, наверное, равен нулю.
Впервые с момента входа в шахты путь вперед не был ясен. Больше не было гоблинов для убийства, никакого очевидного коридора. Были только пропасть и тишина.
Естественно, все взгляды обратились к Каге.
Он стоял на самом краю обрыва, его серый аватар — четкий, неподвижный силуэт на фоне эфирного синего свечения. Для других его спокойствие было источником уверенности, тихим оком в шторме их неопределенности. Он выглядел как лидер, обдумывающий свой следующий гениальный стратегический ход.
Это было не так.
Каге не любовался видом и не размышлял над тайнами глубин. Он проводил оценку рисков. Его глаза каталогизировали точки крепления, измеряли расстояния и вычисляли вероятность того, что ржавые цепи лопнут под их общим весом. Оператор работал, разбирая возвышенное на серию количественных переменных.
Он указал на самую левую платформу.
— Сначала эта. По одному. Джакс, ты самый тяжелый. Идешь последним.
Никто не возразил.
Они двигались осторожными шагами саперов, перепрыгивая с одной стабильной платформы на другую. Камень был скользким от конденсата, и тишина была такой полной, что шарканье их ботинок звучало как лавина.
Закрепившись на особенно большом, устойчивом острове скалы на полпути, Каге замер. Обширное пятно светящейся флоры покрывало ближайшую стену.
Мрачноцвет.
Опыт на ножках, — подумал Каге. Он не мог позволить себе пропустить это.
Он жестом велел группе ждать, затем опустился на колени перед светящимся пятном. Остальные наблюдали в замешательстве, как он положил руку рядом с грибком, его выражение лица выражало предельную концентрацию.
Он усовершенствовал процесс. Никакого больше потраченного впустую дыхания или эмоциональных всплесков. Все дело в намерении. Он представил внутреннюю структуру флоры, поток питательных веществ, микроскопический процесс её жизненного цикла. Он сосредоточился на концепции ускорения.
Название: Команда Сорняку
Поэма: Рост
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мягкий зеленый свет запульсировал от его ладони, купая Мрачноцвет в своей энергии. Грибок задрожал, его синее свечение усилилось на мгновение, прежде чем часть его созрела и отделилась в его ждущую руку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы собрали Мрачноцвет x3
Опыт Сбора (Базовый) +1.5%
Получено Опыта: 6
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Звон, чистый и приятный, эхом отозвался в его разуме.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваш навык ‘Базовый Сбор’ достиг Уровня 3!
Получено Опыта: 50
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его полоска опыта сдвинулась вперед. 571/800. Это был медленный гринд, но это был прогресс.
Он повторил процесс. Снова и снова. Стих был тем же, намерение тем же, результат тем же. Он был машиной, конвертирующей Авен в Опыт, по одной горсти светящегося грибка за раз.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы собрали Мрачноцвет x3
Получено Опыта: 6
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
После десятого успешного сбора знакомый зуд оптимизации кольнул задворки его разума. Он был эффективен, но была ли это максимальная эффективность? Он открыл окно класса, перейдя в Лексикон Поэта, чтобы проверить цифры. Данные скажут правду.
Он прокрутил вниз до ключевого слова Рост. Его глаза сузились.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ключевое слово: Рост
Концептуальный Резонанс: 7% (Академический)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он не сдвинулся. Ни на одну десятичную долю.
Он проверил снова. Он начал с 4% после своего отчаянного всплеска у ручья. Первые несколько применений в полевых условиях, уточнение намерения, подняли его до 7%. Но с тех пор? Ничего. Это была значительная выборка. Резонанс должен был тикануть хотя бы до 8%.
Ошибка? Баг?
Его разум тут же отбросил эту возможность. Системы Короны Судьбы должны быть безжалостно последовательны. Если число не двигалось, это не баг; это правило, которого он еще не понимал.
Он сопоставил данные. Его характеристика Искусства была 34. Стих был простым. Цель была низкого уровня. Шанс неудачи — нулевой.
Переменная была не в исполнении. Она была в повторении.
Система штрафует меня.
Осознание было холодным и ясным, как воздух пещеры. Игра блокировала ему возможность найти оптимальное решение и спамить его. Она требовала новизны. Конвейер на заводе выдает один и тот же результат каждый раз, но рабочий никогда не становится мастером-ремесленником.
Застой. Слово всплыло в его разуме, ощущаясь не столько как игровая механика, сколько как личное оскорбление. Застой — это неэффективность. Это чистый убыток. В этом классе был встроенный ограничитель против самой сути гринда.
Чтобы повысить свое понимание, свой Концептуальный Резонанс, применение ключевого слова должно быть иным. Намерение должно быть более мощным, более нюансированным. Он не мог просто приказывать вещам Расти. Он должен был понять, как они растут, почему они растут, и применить это понимание в новом контексте.
Это не древо навыков, — подумал он, и вспышка подлинного разочарования смешалась с его анализом. — Это экзамен. И каждый вопрос разный.
Он отложил критические данные. Это был фундаментальный закон его класса. Новая, глубоко раздражающая проблема для решения. Он встал.
— Готово, — сказал он, поворачиваясь к пропасти. — Движемся дальше.
Стабильный путь резко оборвался. Перед ними лежало сердце головоломки: пятидесятифутовый разрыв в шатком мосту. На другой стороне тропа продолжалась в туннель, высеченный в дальней стене. Единственным путем поперек была серия больших квадратных платформ, подвешенных к потолку на толстых ржавых цепях. Они были неподвижны, бесполезно вися над бездной.
Справа от них, встроенный в стену пещеры, находился массивный, явно дворфский механизм. Это был клубок бронзовых труб и огромных шестерен, покрытых слоем пыли и распада. Гнездо для центральной шестерни, по меньшей мере трех футов в диаметре, было демонстративно пустым. Тяжелый рычаг активации, достаточно большой, чтобы требовать двух рук, заклинило в положении выкл, приварив к консоли толстым слоем оранжевой ржавчины.
На полу перед консолью была серия из девяти нажимных плит, расположенных сеткой три на три.
Зара включилась мгновенно.
— Окей, классическая головоломка с окружением, — пробормотала она, уже расхаживая вокруг плит. — Распределение веса, скорее всего. Количество плит предполагает последовательность. Может быть, это соответствует количеству платформ? Джакс, встань на верхнюю левую. Финн, среднюю правую.
Джакс проворчал, но подчинился, ступив на плиту. Она просела со скрежещущим звуком, но ничего не произошло.
— Это пустая трата времени, — сказал Финн, накладывая стрелу. Он прицелился в скальный выступ на другой стороне пропасти. — Дайте мне просто попытаться перебросить веревку.
Он выпустил стрелу. Она полетела точно, но крюк на наконечнике бесполезно высек искры о дальнюю стену. Камень там был неестественно гладким, отполированным веками влажности, не предлагая зацепок. Стрела отскочила и исчезла в темноте.
— Проклятье. — вздохнул Финн.
Зара становилась заметно разочарованной.
— Эти плиты могут быть отвлекающим маневром, чтобы потратить наше время. Настоящий ключ — вероятно, отсутствующая шестерня. Это должен быть квестовый дроп с моба где-то в шахте. — Она всплеснула руками в раздражении. — Что означает, мы ошиблись с рандомом дропа. Мы не сможем решить это без возвращения назад.
Для мин-максера вроде Зары быть вынужденной возвращаться из-за пропущенного случайного дропа было высшим признаком провала. Это было потраченное время, вмятина в их общей эффективности.
Но Каге не сдвинулся со своего места, его глаза перебегали между пустым гнездом для шестерни и ржавым рычагом.
Проблема первая: отсутствующий компонент.
Проблема вторая: заклинивший механизм.
Системная мощь отказала. Сила Воина не могла сломать ржавчину, Ловкость Рейнджера не могла пересечь пропасть, а Интеллект Мага не мог расшифровать пазл с недостающими частями. Пришло время Архитектору выйти на сцену.
Он прошел мимо Зары, игнорируя ее пробормотанные гипотезы, и остановился перед консолью Дворфов. Он посмотрел на кучу мусора у её основания — свободные камни, отброшенные металлические осколки от разрушающейся архитектуры и несколько неудачных стрел Финна. Сырой материал.
Он сосредоточился на пустом гнезде, где должна быть большая шестерня. Он не знал, как именно выглядит шестерня дворфов. Но он знал её назначение. Он визуализировал колесо со сцепляющимися зубьями. Грубая, функциональная, временная замена. Ему не нужно было, чтобы она была идеальной.
Его намерение было намерением инженера в кризисной ситуации, импровизирующего решение из всего, что под рукой.
Название: Создать Шестерню
Поэма: Придай форму
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-75 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Стоимость Авен была выше, чем при его предыдущих использованиях. Это была более сложная концепция.
Глубокий индиго-свет запульсировал от его руки. Куча мусора на полу начала дрожать. Камни и металлические осколки левитировали, окруженные мерцающей аурой. С ужасным скрежещущим звуком они начали прижиматься друг к другу, осколки металла гнулись, а камень скалывался, пока стих форсировал их в новую реальность. Это не было элегантно.
Масса сжалась, скрутилась и сформировалась в бесформенный, но бесспорно шестеренкоподобный объект. С тяжелым, финальным КЛАНК, новообразованная шестерня, уродливая и зазубренная, сама вставилась в пустое гнездо. Выглядела она так, будто развалится, если чихнуть на нее слишком сильно, но она была там.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Придай форму] увеличен. (3%->4%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Группа уставилась, потеряв дар речи.
— Не может быть. — выдохнул Финн.
Каге двинулся к рычагу. Он чувствовал, как недоверчивый взгляд Джакса прожигает его спину. Он положил руку на ржавый металл. Он подумал о природе ржавчины. Это форма распада. Медленное, неумолимое ослабление железа. Он просто собирался ускорить процесс.
Его намерение было точным: ослабить связь ржавчины, скомпрометировать саму целостность распада.
Название: Команда Железу
Поэма: Ослабь
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Ослабь] увеличен. (3%->5%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Слабый, болезненно-фиолетовый свет окутал рычаг. Толстые корки оранжевой ржавчины превратились в мелкую пудру и осыпались на пол, обнажая тусклую бронзу рычага под ними. Каге обхватил рукоять обеими руками. Он потянул — твердо, уверенно.
Рычаг подался.
Раздался визг истерзанного металла, когда грубая, временная шестерня вступила в зацепление. Она застонала, задымилась, звучала так, будто вот-вот распадется на тысячу кусков. Но она выдержала. Глубоко в пропасти древние механизмы ожили с рокотом.
С серией оглушительных лязгов подвесные платформы пришли в движение, скользя по скрытым рельсам, вставая на место одна за другой, формируя стабильный, предсказуемый мост через всю пропасть.
Путь был открыт.
Тишина. Единственным звуком было слабое тиканье теперь активных механизмов и нежное капанье воды где-то во тьме.
Лили заговорила первой, её голос едва походил на шепот:
— Как... как тебе вообще такое приходит в голову?
Зара просто покачала головой в медленном, недоверчивом жесте. Маленькая, недоверчивая улыбка коснулась ее губ. Это было выражение лица математика, который только что увидел, как кто-то решил невозможную теорему, сочинив лимерик. Все её данные, все предположения о механиках игры только что устарели.
— Это не классовый навык, — сказала она, ее аналитический разум наконец-то перезагрузился. Она указала на него пальцем. — Это не заранее прописанное заклинание. Ты не Поэт. Больше похож на программиста. Ты не просто используешь навыки; ты пишешь новые на лету. Это редкий класс, да? Или... уникальный.
Каге просто дал короткий, одиночный кивок, его выражение лица было таким же непроницаемым, как всегда. Его взгляд уже был зафиксирован на пути впереди.
Шахты Гоблинов стали глубже, грубо высеченные туннели уступили место более продуманной, почти церемониальной архитектуре. Воздух стал тяжелым, густым от металлического привкуса старой крови и едкого дыма примитивных железных жаровен. Впереди туннель открывался в большой круглый вестибюль, запечатанный массивной дверью, окованной черным железом.
Это пространство было приемной неудачников.
Две другие группы сидели, прислонившись к стенам пещеры, их снаряжение помято, выражения лиц угрюмые. Они зализывали раны, выжидая таймер отката для очередной попытки на босса. Глаза Каге скользнули по ним, каталогизируя снаряжение — в основном, ранга Обычное и Необычное. Они были выше уровнем, чем его группа, и всё же они были здесь, побежденные.
Джакс издал низкий свист.
— Похоже, комитет по встрече переехал каток.
Затем знакомый голос, скользкий от презрения, прорезал мрак.
— Ну, ну. Смотрите, что притащил кот.
Аргент, лидер «Золотых Шакалов», оттолкнулся от стены. Его полированные серебряные доспехи были потерты, длинная царапина портила безупречную поверхность нагрудника, а его идеальные волосы были слегка растрепаны. Выражение разочарования на его лице сменилось жестоким весельем, когда он оценил разношерстную группу Каге.
— Я чуял шмот Обычного ранга еще из туннеля, — ухмыльнулся Аргент, его взгляд задержался на потертой кожаной тунике Финна, а затем на простом, функциональном мече самого Каге. Он ткнул большим пальцем в сторону окованной железом двери. — Даже не пытайтесь. Вождь Гоблинов — это скотина 10 уровня с мерзким энрейджем.
Он сделал паузу для драматического эффекта, его приспешники за спиной ухмылялись.
— Это чистая проверка снаряжения. Гонка ДПС. Мы только что вайпнулись, потому что менеджмент маны нашего хилера был ниже плинтуса.
Он бросил ядовитый взгляд на женщину в задних рядах своей группы, которая вздрогнула.
— А вы пятеро... — Его губы искривились в презрительной улыбке. — Вы станете красным пятном на полу за тридцать секунд. Но пожалуйста, — он откинулся назад, скрестив руки, — продолжайте. Развлеките нас.
Плечи Лили поникли, уверенность, которую она обрела на мосту, испарялась на глазах. Финн теребил тетиву лука, опустив глаза. Даже аналитическое спокойствие Зары, казалось, пошатнулось от осязаемой ауры поражения в комнате. Джакс просто сжал рукоять топора, костяшки его пальцев побелели, челюсть напряглась от сдерживаемой ярости.
Выражение лица Каге оставалось неизменным.
Уровень 10. Таймер энрейджа. Гонка ДПС. Проверка снаряжения.
Оскорбления Аргента были просто шумом, бесполезными пакетами социальных данных для удаления. Стратегические переменные, однако, были ценными. Он просканировал тяжелую дверь, затем побежденных игроков. Его разум уже был в тронном зале, запуская симуляции.
Аргент был метагеймером. Его оценка, вероятно, была точна с системной точки зрения. Проверка снаряжения была стеной, предназначенной для того, чтобы её пробивали статами и цифрами.
Каге просто не планировал играть по этим правилам.
Без единого слова он прошел мимо Аргента и положил руку на железную дверь. Позади он услышал смешок Аргента.
— Не говори потом, что я не предупреждал тебя, подражатель.
Двери со стоном открылись, открывая вид на огромный, грязный тронный зал. Мусор, кости и сломанное оружие были разбросаны по полу. В дальнем конце, развалившись на троне из металлолома и черепов, сидел громадный, чудовищный гоблин. Он был в два раза крупнее Надсмотрщика, облачен в грубые, но толстые латные доспехи, и сжимал колоссальную дубину, усеянную зазубренными камнями.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Гоблин Военный Вождь Скарланг - Ур. 10 (Босс Подземелья)
ОЗ: 9000/9000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Как только группа вошла, глаза-бусинки Вождя распахнулись. Он поднял себя с трона, уперев дубину в каменный пол с тяжелым гулом. Его голос был низким рычанием, полным высокомерия и презрения.
— Еще глупцы, — прохрипел Скарланг, оглядывая их. — Пришли оспорить мою власть? Сломаться о мой трон?
Он издал рев, от которого содрогнулся сам камень. Багровая аура вспыхнула вокруг него.
И он бросился в атаку.
— Джакс, держи его! — рявкнула Зара, её голос звенел от напряжения.
Джакс заревел и встретил натиск, взмахнув топором по широкой дуге.
Сильный Удар I
Удар врезался в наплечник Вождя, но тот, казалось, едва заметил это.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-68 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Слабо! — проревел Скарланг, отбивая топор Джакса в сторону. Он хрюкнул и махнул дубиной. Атака была обманчиво быстрой. Джакс попытался заблокировать, но сила удара отправила его, спотыкаясь, назад, его полоска здоровья упала на четверть.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-95 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Руки Лили засветились.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+40 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Бой мгновенно стал брутально хаотичным. Вождь был вихрем агрессии. Он проигнорировал Джакса после первого обмена, его таблица агро казалась случайной. Он развернулся и рванул к Финну, который взвизгнул и полез в сторону.
— Он не держит агро! — закричал Финн, выпуская торопливый выстрел, который прошел мимо.
— Кайты его! Не давай ему прижать себя! — скомандовала Зара, запуская Ледяную Стрелу, которая ударила твари в спину, замедлив её совсем незначительно.
Давление было колоссальным. Джакс был ДД, оф-танком в лучшем случае. Ему не хватало таунтов и защитных кулдаунов. Он мог наносить урон, но не мог контролировать поток битвы. Они просто реагировали, всегда на шаг позади.
И давление на Лили было библейским. Ее заклинание малого исцеления использовалось по откату — одно ведро воды против бушующего пожара.
Джакс, взбешенный тем, что его игнорируют, бросился обратно, дико размахивая топором. Вождь, словно отмахнувшись от назойливой мухи, нанес сокрушительный удар наотмашь своей дубиной. Удар был настолько мощным, что отправил Джакса в полет; иконка Оглушение замигала над его головой, когда он рухнул у дальней стены.
Глаза босса, горящие злобным интеллектом, тут же метнулись к слабейшему звену. К источнику лечения.
Он опустил голову и бросился прямо на Лили.
Времени думать не было. Времени на анализ не было.
Каге двинулся.
У него не было статов, чтобы блокировать. Прямой удар убьет его. У него не было таунта. У него был меч 4-го уровня и мышечная память грандмастера.
Вундеркинд перехватил управление.
Он скользнул на путь Вождя, тело низко, вес по центру. Колоссальная дубина опускалась вниз — размытое пятно движения, предназначенное для того, чтобы стереть Лили из существования. Меч Каге поднялся ей навстречу. Он наклонил клинок для отклонения, кончик его меча встретил древко дубины под идеальным углом.
КЛАНГ!
Идеальное парирование. Система подтвердила это. Но разница в силе была слишком велика. Ударная волна прошла по его руке, и багровая цифра всплыла над его головой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-44 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его рука взвыла в протесте, но парирование выдержало. Удар был отведен. Лили была в безопасности.
Мягкий зеленый свет омыл его, когда Лили, с бледным от ужаса лицом, скастовала свое лечение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+40 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вождь заревел от разочарования, переключая все свое внимание на этого нового, раздражающего комара.
— Ты смеешь стоять против меня? Я сотру твои кости в пыль!
Каге теперь был де-факто танком — роль, для которой он был до смешного не пригоден на бумаге. Он пятился, разум лихорадочно работал. Босс был быстр, намного быстрее Надсмотрщика. Его дубина обрушилась брутальным ударом сверху. Каге шагнул в сторону, ветер от удара взъерошил его волосы. Он попытался контратаковать, но Вождь немедленно последовал ослепительно быстрой горизонтальной подсечкой. Он был вынужден уйти в отчаянное парирование, удар сотряс его руку и снова отколол здоровье.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-48 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Не было открытий. Не было ритма. Только безжалостная, подавляющая сила. Он попытался навязать порядок.
Название: Вождь Гоблинов
Поэма: Свяжи
Слабое фиолетовое мерцание мелькнуло над боссом на долю секунды, едва заметное на его толстой шкуре. Стоимость Авен была значительной, эффект — ничтожным против существа такого уровня. Это было как пытаться замедлить бегущего быка, бросая в него гальку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вождь проигнорировал стих, снова делая выпад. Каге парировал, пятился, снова парировал. Он терял территорию, его оттесняли к стене. Его шкала Авен падала с каждым защитным стихом, который он отчаянно воплощал в жизнь — «Свяжи» на ногу, державшееся меньше секунды, «Усиль» на меч, которое едва ли, казалось, имело значение против чистой силы ударов.
— Он все еще бьет слишком сильно! — кричала Зара, её Ледяные Стрелы отбивали крошечные фрагменты здоровья босса. — Лили, ты можешь держать его живым?
— Моя мана! — крикнула Лили, ее голос был напряжен паникой. — Я не выдержу такой темп!
Джакс наконец-то поднимался на ноги у стены, все еще оглушенный. Он не был фактором. Финн пускал стрелы, но его урон был жалкой мелочью против массивного запаса здоровья Вождя.
Каге чувствовал, как бой выходит из-под контроля. Он просто реагировал, всегда отставая, его Авен иссякал, прочность меча тикала вниз. Он парировал очередной удар, воздействие послало разряд боли вверх по руке. Он играл в игру босса, в жестокий ритм парируй-и-отступай. Он проигрывал.
Это не работает, — огрызнулся внутренний монолог Каге, острый от разочарования. — Разменивать Авен на крошечный урон — убыточное уравнение. Хилер высыхает по мане, Джакс бесполезен. Чистого выхода из боя нет. Либо найти способ переломить это сейчас, либо мы вайпнемся.
Оценка не оставляла права на ошибку. Вайп означал потерю времени, насмешки Аргента и ожидание таймера повтора. Провал был неприемлем.
Лили была за ним. Если он упадет, она следующая.
Именно в этот момент отчаяния, прижатый к самому краю, старый голос эхом отозвался в его разуме, непрошенный. Мастер Джин, терпеливый, но твердый, в тишине додзё, наблюдающий, как он борется с более быстрым противником.
Не сражайся с клинком, парень. Не сражайся с его скоростью. Найди его ритм. Почувствуй пространство между ударами. Веди танец, а не просто следуй шагам.
Ритм.
Что-то сдвинулось. Переключатель щелкнул.
Его реактивное отступление прекратилось. Его ступни успокоились, поза перетекла в плавные, скользящие шаги суриаси. Его тело стало маятником контролируемой энергии.
Вождь махнул дубиной по широкой горизонтальной дуге. Когда Каге скользнул назад, ровно за пределы досягаемости замаха, он начал сочинять, его мысли формировали тихий двухтактный ритм в уме.
(Шаг) "Усиль-" (Скольжение) "-ление."
Его разум сформировал концепцию с отчетливой каденцией, совпадающей с его работой ног. На финальном такте стиха, когда Вождь, провалившись в удар, пошел на следующий выпад, скольжение Каге закончилось. Ноги уперлись. Меч взлетел для парирования в ту самую миллисекунду, когда стих «завершился» в его голове.
КЛАНГ!
Очередное идеальное парирование. На этот раз оно ощущалось иначе. Мерцающий серебряный свет окутал его клинок, пульсируя в такт с ударом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Синергия Достигнута! Ритм вашего стиха совпал с вашим боевым действием. Эффект ‘Усиления’ временно удвоен.
Вы гармонизировали каденцию боя и стиха!
Открыта новая Скрытая Пассивная Способность: Ритмичный Поток
Получено: Ритмичный Поток (Стак 1/10)
Текущий Бонус: +2 Базового Физ. Урона, +2% Скорости Действий
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Разряд, электрический и теплый, пронзил его. Бесконечные расчеты Оператора в его голове полностью затихли. На захватывающую дух секунду он больше не был в шахте, кишащей гоблинами.
Он был снова в додзё, воздух густой от запаха полированного дерева и озона от летней грозы. Мастер Джин демонстрировал ката, его движения — бесшовный, неразрывный поток энергии, его деревянный синай — размытое пятно в тусклом свете.
— Меч — это не инструмент, Клайд, — голос старика рокотал в его памяти. — Это нота в песне. Твое тело — инструмент. Твой дух — ритм. Когда трое текут как одно, нет разделения между мечником и ударом. Есть только музыка клинка.
Воспоминание было столь мощным, столь реальным, что ответный рев ярости Вождя показался раздражающим вмешательством, тянущим его назад в холодную, цифровую реальность.
Это стакающийся бафф, — снова заявил Оператор, его голос резок от досады на вторжение. — Анализируй. Эксплуатируй.
Это не просто тайминг, — клинический тон его разума резко контрастировал с теплом, все еще угасающим в груди. — Это поток. Каденция. Дзансин. Ритм клинка и ритм стиха... это одна и та же система.
На секунду Оператор и Вундеркинд тянули в одном направлении.
Бой обрел новый, смертельный ритм.
— Зара, паттерн на три шага! Он делает комбо из двух замахов после каждого удара сверху! — голос Каге был спокоен, прорезая хаос.
Он отскочил от удара сверху. Когда Вождь начал свое комбо, разум Каге уже сочинял.
(Замах Раз) "Ос-" (Замах Два) "-лабь".
Стих приземлился на Вождя в момент, когда тот закончил атаку, окно уязвимости, которое он создал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 2/10)
Текущий Бонус: +4 Базового Физ. Урона, +4% Скорости Действий
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Сейчас, Зара, Финн! — скомандовал он.
Ледяная Стрела врезалась в грудь Вождя, ее эффект усилился стихом. Его движения стали вялыми. Финн всадил свой Быстрый Выстрел в это окно.
Битва стала симфонией, которой дирижировал Каге. Его тело было танцем уклонений и отклонений. Его парирования были битами в песне, каждый идеально подогнан к однословному стихотворению, которое баффало союзника или дебаффало босса. С каждым синергичным действием добавлялся стак Ритмичного Потока, и его движения становились видимо быстрее, слабая серебряная аура начинала обвивать его руки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 3/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
80%…
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 4/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он был призраком на поле боя, перенаправляя удары, которые раздавили бы Лили, создавая бреши для диких замахов Джакса и рассчитывая тайминг стихов Ослабления, чтобы максимизировать окна взрывного урона. Группа, когда-то паническая мешанина, теперь была сплоченным отрядом, их действия направлялись его сигналами.
Аргент и его Шакалы больше не ухмылялись. Они стояли на краю дверного проема, слегка приоткрыв рты. То, на что они смотрели, было невозможно. Это бросало вызов логике игры.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 5/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
60%…
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 6/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Полоска здоровья Вождя, некогда непреодолимая стена, неуклонно таяла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 7/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
40%…
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 8/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
30%..
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 9/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
На 20% босс издал душераздирающий рев. Его зеленая кожа налилась глубоким, угрожающим красным цветом. Появилась новая иконка статуса.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ЭНРЕЙДЖ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— ХВАТИТ! — проревел Скарланг, его голос ломался от чистой ярости. — НИКАКИХ БОЛЬШЕ ИГР! МОЯ ЯРОСТЬ — МОЯ СИЛА! НА КОЛЕНИ ИЛИ СДОХНИТЕ!
Все дебаффы были мгновенно сняты. Его урон и скорость взлетели до небес. Он проигнорировал парирование Каге, проигнорировал отчаянный выпад Джакса. Его глаза, горящие чистой ненавистью, сфокусировались на Лили.
Это было оно. Вайп-механика. Он опустил голову и пошел на таран.
Аргент ухмыльнулся из прохода, мелькнуло удовлетворение на лице. Он узнал этот ход. Вот где проверка экипировки становилась абсолютной.
Каге тоже видел это. Атакующий босс, беспомощный хилер, неизбежный вайп. Его разум мчался, прокручивая расчеты — затраты Авен, кулдауны, оставшиеся ОЗ группы — в поисках уравнения, равного выживанию. Такого не было.
Он был уже глубоко в ритме боя, девять стаков Ритмичного Потока пели в его виртуальных венах. Мир казался слегка замедленным; возвышенное состояние, смесь анализа Оператора и интуиции Вундеркинда соединялись почти бесшовно.
И все же, даже с этой вершины, логика не предлагала решения.
Паника должна была последовать за этим. Вместо этого шум битвы, казалось, отступил, оставив карман интенсивной, сфокусированной тишины. Это был фокус лезвия бритвы, который он находил перед началом матча Кендо — мысль сменялась чистым, непоколебимым намерением. Территория Вундеркинда, усиленная почти идеальной каденцией, которой он достиг.
Логика была недостаточна. Все, что осталось, была воля — сырое, сфокусированное намерение мечника, навязывающего порядок хаосу.
Его губы, которые были сжаты в твердую нейтральную линию, разомкнулись. Его голос, когда он зазвучал, был низкой, резонирующей командой, прорезающей яростный рев Вождя с пугающей властностью.
— Приказ, Выкованный в Отчаянии, Неумолимой Земле Внизу, — произнес он, сам заголовок был идеальным отражением его ментального состояния. Каждое слово было точным, нагруженным силой.
Его рука поднялась, пальцы слегка скрючились, словно хватая саму ткань мира.
— Скуй.
Группа вздрогнула, напуганная столько же звуком его голоса, сколько эффектом, который он нес.
Системное уведомление, почти лишнее после такого представления, вспыхнуло в его зрении.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваш Произнесенный Стих резонирует с вашим намерением! Стоимость Авен увеличена, эффект значительно усилен!
-200 АВЕН
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Скуй] увеличен. (3%->7%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его АВЕН упал почти до нуля, но каменный пол тронного зала жестоко задрожал. Толстые, грубые кандалы из камня вырвались из земли прямо на пути Вождя, смыкаясь вокруг его лодыжек со скрежещущим хрустом.
Яростная атака замерла на месте. Вождь заревел, борясь с оковами, его ноги буквально приковало к полу. Он был обездвижен.
Голос Каге прорезал полный боли вой Вождя.
— Сейчас.
Шлюз открылся. Джакс издал дикий клич и обрушил свои сильнейшие атаки. Руки Зары замелькали, выпуская быстрый залп усиленных Ледяных Стрел. Финн стоял на месте, активируя Быстрый Выстрел, его стрелы стали размытым пятном, избивающим стационарного босса.
Здоровье Вождя испарялось. 15%… 12%… 10%...
С агонизирующим ревом Гоблин Военный Вождь разбил каменные оковы. Но урон был нанесен. На последних ногах он поднял свою гигантскую дубину высоко над головой и ударил ей в землю.
Видимая, мерцающая ударная волна красной энергии вырвалась из точки удара, расширяясь по всей комнате. Неизбежное АоЕ. Это был последний, отчаянный гамбит твари.
Разум Каге обработал это мгновенно.
Вектор атаки: все направления.
Эффект: Контроль.
Уклонение: невозможно.
Его разум мелькнул к списку собственных способностей, вызванному в долю секунды гиперанализа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Недрогнувший Стих
Тип: Пассивная способность
Описание: ...Пока вы активно сочиняете стих, вы получаете огромное Сопротивление Контролю...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Новый путь появился. Лазейка, прописанная в саму ткань его класса.
Впервые, не из творческого намерения, а ради чистой, холодной тактической эксплуатации, его пальцы полетели, вызывая реальное окно сочинения интерфейса. Слова появились в парящей панели, сформированные лихорадочной потребностью в одном-единственном спасительном флаге в коде игры.
Ровно в тот момент, когда красная волна должна была ударить, он закончил печатать бессмысленную фразу.
Название: Задержка
Поэма: Задержка
Красная волна накрыла комнату.
Зара, Лили, Финн и Джакс застыли на месте, их тела заблокировало в последнем действии. Яркая, пылающая иконка появилась над их головами.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Оглушение (20с)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Волна понеслась к Каге. Но когда она достигла его, она расступилась, обтекая его неподвижную форму как вода камень. Сопротивление Контролю сработало.
Он немедленно отменил сочинение стиха. Окно интерфейса исчезло.
Он стоял один, нетронутый, окутанный серебристой аурой. Его Железный Меч Новичка 4-го уровня наготове.
В проходе Аргент вздрогнул. Его ухмылка исчезла. Он видел, как игроки уклоняются, блокируют и танкуют. Он никогда не видел, чтобы игрок просто проигнорировал механику босса.
— Невозможно, — прошептал Аргент.
Перед Каге взбешенный, полумертвый Гоблин Военный Вождь поднялся на ноги, его здоровье было красной щепкой, глаза обещали быстрый, жестокий конец.
Мир тонул в красном. Красные иконки оглушения пылали над головами членов его группы. Красный свет прихожей втекал в тронный зал, окрашивая камень в кровавые оттенки. А перед ним Гоблин Военный Вождь, чья кожа налилась яростным, разъяренным красным, тяжело встал на ноги, его полоска здоровья — вызывающая багровая полоска.
10%.
Каге стоял один. Его группа была галереей застывших статуй, жертвами финального отчаянного АоЕ. Система сочла атаку неизбежной, мат, предназначенный для вайпа групп, которые не смогли сжечь босса до того, как таймер энрейджа выдаст свою последнюю истерику.
Но система, при всей своей мощи, учитывала правила. А класс Каге был построен на поиске исключений. Пассивка Недрогнувший Стих стала его ключом. Он просто открыл окно сочинения, чтобы повесить на своего персонажа флаг кастует, сделав себя невосприимчивым к стану.
Военный Вождь издал рев. Он зафиксировал свои горящие глаза на единственной фигуре, которая осталась стоять.
— Только ты, мелкий комар? Я сломаю тебя сам! Твой череп украсит мой трон!
Разум Каге был тихим замерзшим озером. Хаос битвы, выкрикиваемые команды, паника — все это исчезло. Был только противник, цель и пространство между ними. Это была знакомая территория. Давление финала по кендо, мир сужается до глаз противника, кончика его синая, тонкого переноса веса.
Его счетчик Ритмичного Потока светился девятью яркими стаками.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+18% Скорость Действий
+18 Базовый Физ. Урон
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его Авен был лужицей. Придется обходиться этим.
Вождь атаковал — локомотив мускулов и ярости, его дубина шла по широкой горизонтальной дуге, должной разрубить его надвое.
Он потек.
Единственный точный шаг назад, его тело поворачивается с инерцией замаха. Головка дубины прошла мимо груди на волосок. Воздух, вытесненный ее проходом, шепнул по щеке аватара. Так как босс перестарался с замахом, создавая мгновенное открытие, железный меч Каге сверкнул.
Это был разрез хирурга. Быстрый восходящий слэш по небронированному сухожилию локтя Вождя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-42 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Приемлемый урон, учитывая высокую броню босса. Вождь заревел, больше от досады, чем от боли, и завел дубину обратно для неуклюжего, яростного удара наотмашь.
Каге уже двигался, скользя под аркой оружия. Его клинок метнулся снова, стальная игла, вонзающаяся в незащищенную плоть под коленом Вождя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-41 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он был призраком. Фантомом чистой эффективности. +18% скорости действий от его стаков действовали как аугментация самой его души, позволяя аватару игры наконец-то догнать скорость его мыслей. Маргинально.
Он больше не думал цифрами. Постоянный поток расчетов урона и таймингов угас до фонового шума. Его разум был тих. Он видел смещение массивных плеч Вождя и знал направление замаха еще до того, как рука двинулась. Он чувствовал дрожь пола и знал, что грядет топот. Первый, самый фундаментальный урок Мастера Джина эхом отозвался в тихом пространстве его разума:
«Не смотри на клинок, Клайд. Клинок — лжец. Смотри на человека. Сталь идет только туда, куда направляет её дух».
Парирование. Слайд. Укол.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-41 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Удар сверху послал дрожь через каменный пол. Каге был уже вне зоны поражения, его меч чертил еще одну неглубокую линию поперек толстого бедра монстра.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-43 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Это был танец. Смертельный, замысловатый балет. Неуклюжая ярость Военного Вождя была перкуссией, а работа ног Каге — мелодией. Он пускал ему кровь тысячью идеальных порезов.
Для его ошеломленных членов группы, если бы они могли это воспринимать, это выглядело бы как размытое пятно бледного света и тени, безжалостно скалывающее несокрушимую стену.
Для Аргента, наблюдавшего из прихожей, это было просто невозможно. Он видел низкоуровневого игрока с мечом мусорного тира и без видимых навыков, который шел нос к носу с разъяренным рейдовым боссом. И этот человек диктовал темп боя.
Секунды растянулись в вечность. Пул Авен Каге медленно заполнялся. Девять секунд идеального аптайма. Сорок пять Авен. Еще секунда. Пятьдесят. Хватит на одно. Всего одно.
Вождь, ревя в абсолютном разочаровании, его здоровье теперь ниже 5%, отбросил все попытки техники. Он отпрянул назад, вливая каждую каплю своей оставшейся силы в один титанический удар сверху. Движение без финтов, без тонкости. Чистая, беспримесная сила. Ход, рассчитанный распылить все, что попадет под него, парирование или нет.
Это было окно.
Каге шагнул в атаку, намеренное, заземляющее движение, ноги нашли идеальную опору на камне. Когда колоссальная дубина опускалась как метеорит, его меч поднялся в точном, плавном отклонении ей навстречу. Его разум уже сочинял, сочетая каденцию собственного блока вверх и удара босса вниз.
(Поднять Меч) "Ос-" (Встретить Удар) "-лабь".
Единственный сфокусированный концепт сформировался в идеальное время с его движением. Ровно в ту миллисекунду, когда его клинок вошел в контакт с опускающейся дубиной, идеально отклоняя её, стих завершился в его разуме.
КЛАНГ!
Звук был шокирующе чистым. Идеальное парирование. Сила удара, огромная как она была, безобидно утекла вокруг его клинка.
Одновременно стих сработал. Мерцание болезненно-зеленого света пульсировало на руках Вождя, блокируя их на долю секунды в точке удара. Иконка статуса появилась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Атрибут Цели Ослаблен! (Сила -10%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
И в то же самое мгновение каскад уведомлений затопил зрение Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 10/10)
Вы достигли ИДЕАЛЬНОЙ КАДЕНЦИИ!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мягкая, серебристая аура, как лунный свет на воде, расцвела вокруг Каге. Но изменение было глубже, чем простой визуальный эффект. Весь интерфейс мира разбился и перестроился вокруг него.
Полоски здоровья и Авен на краю зрения растворились, их данные теперь ощущались интуитивно, постоянным потоком в его чувствах. У Гоблина Военного Вождя больше не было хелсбара; Каге мог видеть жизненную силу существа как истрепывающуюся алую нить. Присутствующие звуки гармонизировались в единый перкуссионный ритм, который он мог чувствовать костями.
Мир стал симфонией. А он был её дирижером.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальная Каденция Активна: +20% Скорость Действий, +20 Базовый Физ. Урон, Стоимость Авен для Стихов -20%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вождь, восстанавливаясь после парирования, тряхнул массивной головой. Крошечное окно уязвимости закрылось. Но для Каге все поле боя изменилось. Бой возобновился, но темп теперь был целиком его.
Пассивная регенерация Авен продолжала свою медленную капель — пять очков в секунду. У него еще не было достаточно для стиха, так что он давил преимуществом. Следующие восемь секунд он был безжалостным фантомом. Его Железный Меч Новичка, усиленный стаками, стал жидким продолжением его воли, откалывая оставшееся здоровье Вождя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
-43 ОЗ
-46 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Танец продолжался, мастер-класс по аптайму. Наконец, его пул Авен перевалил за сорок очков. Стану на его группе осталось две секунды. Пора.
Его разум Оператора прокрутил доступные ключевые слова, Авен хватало ровно на один удешевленный стих.
Слово, на котором он остановился, было Цель — ключевое слово, которое он ранее отбросил как простую функцию таргеттинга, бесполезную в однословной поэме. Но система вознаграждала нестандартные применения...
Что если Цель была не просто командой выделить врага, а командой создать цель?
Метку для фатального удара.
Он влил свое намерение в эту интерпретацию.
Название: Финальная Метка
Поэма: Цель
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Слабый, эфирный красный 'X' материализовался на небронированной глотке Военного Вождя, слабая точка, видимая только ему.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Цель] увеличен. (1%->3%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он сократил дистанцию.
Его тело, усиленное Идеальной Каденцией, двигалось со скоростью, бросавшей вызов его низким статам. Раз, два, три быстрых удара по груди Вождя — классический финт кендо, чтобы заставить поднять блок. Пока босс реагировал, Каге уже уходил в сторону, его финальным движением стал одиночный, точный выпад вверх, нацеленный прямо в эфирный 'X'.
Кончик меча глубоко вгрызся в горло босса.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар!
Бонус Цели: Множитель 50%!
-105 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Военный Вождь замер. Его глаза расширились в неверии, яростный красный свет внутри них замерцал. Последний булькающий звук вырвался из его горла, пока он смотрел вниз на неприметного игрока, который разобрал его доминирование на части.
— Моя... сила... — прохрипел он, финальный, дерзкий вздох. — Не... будет... скована...
Затем, с мучительной медлительностью падающей горы, он рухнул.
Массивное тело растворилось в душе золотых частиц света как раз в тот момент, когда двадцатисекундное оглушение спало с его группы.
Зара, Джакс, Лили и Финн вернули контроль над телами, моргая, их разумы все еще догоняли происходящее. Последнее, что они видели, была красная ударная волна. Теперь была только тишина, остаточный запах горячего металла и Каге, стоящий в одиночестве над угасающими искрами побежденного босса. Он тяжело дышал, аура лунного света Идеальной Каденции растворялась как туман.
Джакс опустил топор, отвисла челюсть.
— Он... он убил его. В одиночку.
Глаза Лили были как звезды, когда она смотрела на серебристый силуэт.
— Т-так круто...
Зара просто смотрела, её аналитический ум работал на пределе, пытаясь и не сумев построить модель, которая могла бы объяснить увиденное.
— ДПС метр... — прошептала она, проверяя логи. — Он не пропустил ни одного тика. Идеальный аптайм? Невозможно...
Данные не имели смысла. Это было исполнение неслыханной точности, уровень механического скилла, который не должен существовать за пределами немногих, самых топовых игроков. И она была уверена, что может узнать их всех.
Затем триумфальный оркестровый звон эхом разнесся по огромному тронному залу. Волна золотого света омыла группу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Гоблина Военного Вождя Скарланга!
Получено Опыта: 1200
НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Вы теперь Уровень 5!
Разблокирована Новая Базовая Способность: Стихосложение (Форма II: Рифмованное Двустишие)
У вас есть 2 нераспределенных очка характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Разум Каге, все еще отходящий от сфокусированного состояния боя, отмахнул уведомления на потом. Сначала награды.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Уведомление группы: Подобрано 30 Серебра. Каждый член группы получает 6 Серебра.
Добыча Получена
Шипастые поножи Военного Вождя (Необычное)
Сшитый гоблинами колчан (Необычное)
Любопытный пояс ученика (Необычное)
Неумолимый перстень Грома (Редкое)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Группа подошла к куче, обычное возбуждение от убийства босса сменилось своего рода благоговейной тишиной. Финн поднял колчан, руки слегка дрожали.
— Ребята...
Зара, прагматик, заговорила.
— Окей, — сказала она, голос был натянут. — Будем логичны. Джаксу сапоги, Финну колчан. Лили и я заролим пояс. — Она сделала паузу, затем подняла богато украшенное кольцо, которое пульсировало слабым внутренним светом. — А это... это не обсуждается.
Джакс взял его, посмотрел на статы, и молча передал Каге, его обычный фасад высокомерия исчез.
— Это... это твое. Без базара.
Зара кивнула, выражение лица было суровым от уважения.
— Он прав. Ты заработал весь дроп.
Каге взял кольцо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Неумолимый перстень Грома
Качество: Редкое
Тип: Кольцо
Вес: 0,1
Бонус атрибутов:
+5 Физический Урон
Специальный Эффект:
Неумолимая Воля (Пассивно): Раз в 50 секунд, отменяет единичный случай входящего урона, который не превышает 75% от вашего общего здоровья.
Требует Уровень: 5
Описание: Выкованный из цельного куска холодного, простого железа, этот перстень тяжел не только своим весом. Мастерство бесспорно дворфское — цельное, упрямое и созданное, чтобы пережить века. Выцветшая руна, вероятно наковальни, глубоко вырезана на его плоской поверхности, хотя края были стерты до гладкости веком забытой истории. Он кажется здесь чужим, свидетельством давно погребенной истории в сокровищнице гоблина.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Солидная вещица. Пассивка была встроенным буфером урона, отличный инструмент для выживаемости. Он начал надевать его на палец.
В момент, когда его кожа коснулась холодного металла, мир растворился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сработала Интуиция Рассказчика!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тронный зал, лут, его группа — все исчезло, сменившись хаотичным штормом сенсорных данных. Мир стал серым и приглушенным.
ТРЕСК!
Перкуссионный звук кирки, ударяющей камень, эхом отозвался в его ушах, за ним последовал глубокий звук мощной магии. Клятва, произнесенная на резком, незнакомом языке, который его разум почему-то идентифицировал как Дворфийский, прогремела сквозь него.
Вспышка видения: седое, бородатое лицо, глаза, широко раскрытые в маниакальном открытии в мерцающем свете факелов. Блеск пульсирующего красного кристалла, зарытого в скале, как раковое сердце. Затем, ужасный, скрежещущий стон подавшейся породы. Стена камня обрушивается, погружая все во тьму.
За ощущениями последовала приливная волна эмоций, которые не были его собственными. Упрямая гордость, столь мощная, что она была почти осязаема. Непоколебимая верность невидимым товарищам.
И затем, внезапное, пронзающее душу чувство предательства.
Давящий вес земли. Чувство пойманности. Холод. Тьма.
Видение разбилось. Он был обратно в тронном зале, кольцо наполовину на пальце. Он споткнулся, поймав себя на подлокотнике гоблинского трона. Группа уставилась на него с беспокойством.
— Каге? Ты в порядке? — мягко спросила Лили.
Он не ответил. Шквал уведомлений появился в его логе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы увидели Эхо Лора.
Открыто Новое Концептуальное Ключевое Слово: [Предательство]
Концептуальный Резонанс с [Предательством] установлен на 4% (Академический)
Квест Начался: Камень Помнит
Ранг: Редкий
Цель: Эхо нарушенной клятвы и забытого сокровища живет внутри Неумолимого перстня Грома. Раскройте правду памяти камня.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Интерфейс квеста был уникальным. Он выглядел древним, словно вырезанным в самом окне его интерфейса.
Каге отмахнул дезориентирующий вихрь травмы чужого существа. Новая квестовая цепочка.
Разум Оператора начал перекалибровку, обрабатывая данные. Другие игроки видели бы только ценность и статы. Они бы экипировали кольцо и пошли дальше, абсолютно слепые к редкому квесту, спящему в его коде.
Но его класс... Он открыл скрытый слой игры, без усилий раскрывая высокоуровневый квест, невидимый для всех остальных.
Он перекрестно сравнил это с данными финального боя. Открытие Ритмичного Потока и состояния Идеальной Каденции уже доказало, что путь к боевой жизнеспособности существует, пусть узкий и требовательный. Это был намек, что класс обладает скрытой, синергичной глубиной, которая превосходила его поверхностные статы.
Унижение его принудительной смены класса все еще жалило, но данные были неоспоримы. Путь Поэта был неэффективен в конвенциональном гринде, но его способность генерировать уникальные квесты и потенциал для выражения высокого скилла в бою... это была система ошеломительной сложности.
Может быть, — признал он с проблеском мрачного анализа, — этот класс не полная обуза, в конце концов.
Проблема для решения на потом. Он закончил надевать кольцо.
— Ладно, валим отсюда, — сказал Финн, адреналин боя наконец-то уступил место истощению. — Руки все еще трясутся.
Группа повернулась к выходу, но Каге стоял на месте.
Он смотрел на пятно, где умер Гоблин Военный Вождь. Сверкающая куча лута исчезла, собранная в их инвентари, но тело босса не дематериализовалось полностью. Оно оставалось как мерцающее, полупрозрачное послеобраз, глюк в протоколе очистки мира.
По крайней мере, так это видела его группа.
Каге видел нечто большее. Видимая только ему, одинокая, эфемерная нить темно-красного света выходила из груди трупа. Она слегка извивалась в неподвижном воздухе, как дымок. Прямо над ней парили строки текста:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Навык [Концептуальная Чистота] Сработал
Доступен Концептуальный Материал
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он инстинктивно попытался ухватить её волей, так же, как он сочинял стих. Он сфокусировал намерение на нити, пытаясь втянуть её в инвентарь. Ничего не произошло. Нить оставалась неприкасаемой, приз заперт за панелью невидимого стекла.
Он искал возможные варианты.
Взор разума обратился к инвентарю. К простому перу, которое он получил от Хронографа. Перо Первого Создателя.
Он материализовал его. Оно появилось в его руке, простой, непритязательный предмет посреди величия тронного зала. Группа наблюдала в замешательстве, как он подошел к задерживающемуся послеобразу босса.
Он медленно вытянул Перо, поднося его заостренный кончик близко к эфирной красной нити. В момент, когда оно оказалось в пределах дюйма, нить, казалось, обрела собственную жизнь. Она прицепилась к кончику Пера со слабым, неслышным шипением, струйка дыма соединилась с иглой.
Каге начал тянуть назад, медленно, осторожно. Нить предлагала легкое, осязаемое сопротивление, как вытягивание одной, критически важной нитки.
Он смотрел, как красная энергия текла из трупа, обвиваясь вокруг Пера, пока, наконец, не освободилась. В момент, когда последняя часть была извлечена, послеобраз Военного Вождя растворился полностью, не оставив после себя ничего.
Красная энергия на его Пере затвердела в маленький красный шар и исчезла в инвентаре.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы собрали Концептуальный Материал: [Концепт: Скованная Ярость]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Окей, — голос Зары прорезал тишину, совершенно сбитый с толку. — Что за хрень это была?
Он сделал медленный, успокаивающий вдох, лицо вернулось к привычной нейтральной маске.
Больше точек данных. Мне придется взглянуть на них все сразу.
Затем он спокойно прошел к задней части массивного каменного трона. Спрятанные в тенях, растущие во влажной трещине, там были ровно пять пятен бледного, слабо светящегося мха. Причина, по которой он пришел сюда изначально.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мрачномох
Качество: Необычное
Тип: Лишайник
Вес: 0.1
Описание: Редкий, бледно-зеленый лишайник, который цепляется за древний, влажный камень в местах, которых никогда не касалось солнце. Испускает слабый холодный свет и пахнет глубокой землей и холодными минералами. При измельчении высвобождает мощные регенеративные соединения, что делает его критически важным ингредиентом для припарок, предназначенных для сращивания упрямых переломов костей и тканей.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он взглянул на свою почти пустую полоску Авен. Первым инстинктом было собрать быстро и завершить задачу. Но разум Оператора перезапустил расчет. Это редкий, географически залоченный реагент. Потенциал для лучшей награды за квест от Ани — и шанс получить лишние образцы для собственного использования — делал временные затраты на ожидание регенерации Авен стоящей инвестицией.
— Пятьдесят секунд, — сказал он группе плоским голосом.
Они наблюдали в замешательстве, как он стоял совершенно неподвижно, закрыв глаза. Для них он ничего не делал. Но они научились верить, что что бы он ни делал, у этого есть цель.
Спустя напряженные несколько секунд у него было достаточно Авен для стиха. Он опустился на колени у пятна мха. Сфокусировал намерение на мощных регенеративных свойствах, описанных Аней, пытаясь выманить более богатый урожай.
Название: Мощный Урожай
Поэма: Рост
Бафф Идеальной Каденции уже спал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мягкий зеленый свет запульсировал от его руки в мох. Он начал собирать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мрачномох Получен x3
Опыт Сбора (Базовый) +4.5%
Получено Опыта: 30
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Хороший урожай. Он подождал, пока Авен тикнет снова, затем повторил процесс на следующей секции пятна. На этот раз свет, пульсирующий от руки, вспыхнул более ярким, золотым оттенком.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Успех Сбора!
Мрачномох Получен x2
Мрачномох (Высокое Качество) Получен x1
Опыт Сбора (Базовый) +6.0%
Получено Опыта: 40
Задача Квеста Выполнена: Собрать Мрачномох (5/5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
У него было пять квестовых предметов, плюс бонусный образец высокого качества. Идеальная эффективность. Он медленно собрал последние три пятна, получив в общей сложности 13 единиц Мрачномха.
Работа сделана.
Группа следовала за ним из тронного зала, их болтовня была низким, жужжащим миксом адреналина и благоговения. Они шли по воздуху, под кайфом от своей победы.
Когда они преодолели порог в вестибюль, напитанная адреналином болтовня его группы умерла. Её сменила удушающая тишина комнаты, где кислород был в дефиците.
«Золотые Шакалы» все еще были там.
Они не сдвинулись. Они выглядели как списанные активы, их высокоуровневый шмот был потерт и тускл в свете факелов. Аргент стоял в центре, фокусная точка золота высокой насыщенности, казавшегося аляповатым на фоне серой сырости шахт. Его поза была жесткой. Слишком жесткой. Зажатость человека, задерживающего дыхание, ждущего, когда структурная целостность его эго рухнет.
Глаза Аргента метнулись к Каге. Челюсть сжалась, желваки заиграли. Он готовился к сценарию. В его уме это была драматическая конфронтация. Момент, где соперник признает победителя, где обмениваются оскорблениями, где происходит сюжетный поворот. Он шагнул вперед, рот открылся, чтобы запустить защитный залп, взгляд впился в лицо Каге.
Каге остановился. Он посмотрел прямо на Аргента.
Для зрителей, для Финна, чье дыхание перехватило, и для Лили, которая сжала посох, это выглядело как игра в гляделки. Молчаливый вызов.
Внутри разума Каге это было чисто административно.
Фоновый контраст: Оптимальный.
Лоб Аргента был широким и бледным, обрамленным темным интерьером пещеры. Это был идеальный, без бликов, холст для полупрозрачного оверлея. Каге не видел лица; он видел подставку под монитор.
Он незаметно скосил глаза влево, вызывая пост-боевой экран распределения.
Два очка доступно.
Оператор в нем хотел вбросить их в Силу. Сила была математикой. Сила была простой. Но новая реальность — светящееся кольцо на пальце, головная боль за глазами от стиха, который он только что сочинил — требовала иного. Скрытые механики кричали о ресурсах.
Он мысленно нажал на плюс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Распределение Атрибутов
Искусство: 34 -> 36
Подтвердить.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Текст вспыхнул белым на фоне потеющего лба Аргента, затем растворился.
Каге моргнул, убирая интерфейс. «Подставка под монитор» смотрела на него со смесью ужаса и ярости, ожидая слов, которые определят их соперничество.
Каге перенес вес, его ботинки скрипнули крошкой о камень, и прошел мимо.
Он не толкнул человека плечом. Не усмехнулся. Он просто обошел хитбокс Аргента с тем же безразличием, какое проявил бы к камню или опорной балке. Он поправил хват на ремне меча, проверяя время. Рынок в Оукхейвене будет наводнен травами низкого тира через несколько часов; если он хочет сбыть излишки Мрачномха по пиковой цене, нужно шевелиться.
Позади него тишина растянулась, тонкая и мучительная.
Аргент стоял замороженный, несказанные оскорбления умерли в глотке. Прямое оскорбление было бы валидацией. Это означало бы, что он угроза, переменная, стоящая вычислений.
Но это молчание было пустотой. Это было сокрушительное, абсолютное осознание того, что в мире Каге Аргент не был антагонистом.
Он был просто фоновым шумом.
Выход из Гоблинских шахт выдохнул прохладное, землистое дыхание в стылый воздух сумерек. Заходящее солнце окрасило западный горизонт в кровоточащие оттенки оранжевого и фиолетового, отбрасывая длинные резкие тени, тянущиеся от зубчатых пиков хребта Зуб Дракона.
Они стояли в рыхлом, неловком кругу. Легкая, насмешливая связь вестибюля казалась принадлежащей другой эпохе, другим людям. Теперь между ними повисло хрупкое, невысказанное уважение. Зара проводила диагностику, содержание которой знала только она. Лили теребила подол мантии, украдкой поглядывая на Каге. Финн стоял с краю, полируя свой лук с нервной интенсивностью, стараясь стать невидимым, пока взрослые разговаривали.
Последовавшая тишина казалась сжатой, как воздух внутри запечатанной гробницы, ожидающей вскрытия.
Рваный звук разорвал её — мясо, трущееся о хрящ. Джакс прочистил горло.
Воин сдвинулся, его движения были скованными. Тот массивный топор, переоцененный кусок виртуальной стали, который, вероятно, стоил больше реальной валюты, чем ежемесячная аренда квартиры Каге, покоился на наплечнике. Он поймал угасающий свет, вспыхнув противным, химически оранжевым свечением. Джакс уставился в грязь, шаркая сапогами и поднимая небольшие облачка серой пыли. Он больше не выглядел как воин. Он выглядел как инвестиция, которая не принесла дохода.
Лили наклонилась ближе.
— Не обращай внимания на позу, — прошептала она, слова едва были слышны сквозь ветер, прорезающий каньон. — Мы знаем его в реале. Он менеджер среднего звена.
Глаза Каге сузились под его стоической маской.
— Он привык кричать, чтобы дела делались, — продолжила Лили, игнорируя острый взгляд, который бросила на неё Зара. — Он думает, что громкость равна лидерству. Он покупает лучшее снаряжение, потому что... ну, потому что он напуган. Если его цифры не самые большие, он думает, что не существует. Плюшевый мишка, завернутый в pay-to-win обшивку.
— Я тебя слышу, — пророкотал Джакс.
Здоровяк наконец поднял глаза. Напыщенное, прописанное заранее высокомерие, которое определяло его в шахтах, исчезло. На его месте была усталость человека, который осознал, что лимит его кредитной карты не работает при проверке навыков.
— Слушай. — Голос Джакса был низким, гравий скрежетал о гравий. — Я... — Он остановился, двигая челюстью. Слова казались физически застрявшими, зацепившимися за острые края его гордости.
Каге ждал. Он не предлагал выхода. Эффективность требовала четкой коммуникации; пусть человек сам отлаживает свой вывод.
— Я думал, что решил мету, — сказал Джакс, проводя рукой в латной перчатке по лицу. Металл скрипнул о шлем. — Стратегия воина-кошелька. Купи предметы, задави данж статами. Простая математика. — Он выпустил короткий, горький выдох. — Оказывается, я просто... играл в другую игру.
Джакс встретил взгляд Каге. Там больше не было враждебности, только растерянный, неохотный расчет. Кит, осознавший, что океан глубже, чем он заплатил.
— Твой путь... он сломан, — сказал Джакс, пытаясь определить то, что увидел. — Но босс мертв. А я нет. — Он сглотнул, тяжелый, уродливый звук. — Мой косяк.
Разум Каге обработал вводные данные. Менеджмент среднего звена. Это подходило. Неуверенность, замаскированная под агрессию, опора на внешние активы — снаряжение — для компенсации недостатка основной компетенции. Это было грязно. Это было неэффективно. Это было глубоко по-человечески. Каге почувствовал вспышку раздражения; он предпочитал врагов, которых можно ненавидеть, союзникам, которых приходилось жалеть.
Зара поправила мантию. Она выглядела готовой заговорить, вероятно, предложить логическую структуру для будущих дивидендов, основанную на производительности Каге. Но она остановилась. Она посмотрела на Джакса, затем на Каге, и логика умерла в её горле. Данные поддерживали альянс, но социальное трение было слишком велико.
Лили, однако, работала на эвристике, которую Каге удалил из своего собственного исходного кода много лет назад.
Она сияла. Это не была локализованная улыбка; она задействовала все её лицо, собирая морщинки в уголках глаз.
— Мы выжили! Это то, что имеет значение. Мы абсолютно точно должны сделать это снова. Можно я...?
Воздух перед Каге исказился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили отправила вам запрос в друзья.
Принять / Отклонить
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился на него.
Его немедленной, инстинктивной реакцией был отказ. Запрос в друзья был социальным поводком. Это был вектор для неоптимизированной болтовни, для сообщений «эй можешь помочь мне» в 3 часа ночи, для эмоциональных обязательств, которые приносили ноль золота. Это был огромный пассив.
Его ментальный курсор — сфокусированная точка воли — завис над Отклонить. Это был правильный ход. Обрежь линию. Зафиксируй прибыль. Переходи к следующему контракту.
Тук.
Его сердце дало странный, неровный толчок о ребра. Это не было тревожностью.
Фантомное ощущение омыло его руки — воспоминание об Идеальной Каденции. Он вспомнил, как мир замедлился во время боя с боссом, как хаос дуэли организовал сам себя в ритм, который он мог читать, трогать и разбирать.
Его класс Поэт питался нарративом. А нарратив требовал действующего состава.
Неэффективно, — кричала часть Оператора в его мозге. — Опасно.
Необходимо, — шептал Артист. — Текстура.
Интерфейс пульсировал, словно желая вдохнуть. Кнопка Принять больше не выглядела как кнопка. Она выглядела как открытая дверь. Она имела вес.
С мысленным щелчком, который ощущался больше как нажатие на курок, Каге нажал её.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы теперь друзья с Лили.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он мгновенно очистил уведомление, смахивая серебряные лозы прочь, прежде чем сожаление смогло укорениться. Окно растворилось в искрах света, которые угасли в темнеющем воздухе.
Он посмотрел на группу. Он не улыбнулся. Он не смягчил позу и не предложил рукопожатие. Он намеренно держал дистанцию, профессиональный разрыв между подрядчиком и клиентом.
— Никаких обещаний, — сказал Каге.
Тон был сухим, ломким. Предупреждающая этикетка.
Но они кивнули. Джакс выглядел облегченным, напряжение в его плечах упало на дюйм. Зара дала короткий, уважительный наклон головы — один профессионал признает другого. Лили просто ухмыльнулась, махая рукой так, будто выиграла в лотерею.
Они развернулись, их шаги захрустели по гравию, четыре силуэта слились с мраком пути каньона.
Каге смотрел, как они уходят. Он ждал, пока звук их брони не будет поглощен ветром. Только тогда он повернулся к лесу.
Лес просыпался. Тишина дня сменялась стрекочущим, шуршащим шумом ночного спавна. Его разум уже сбрасывал социальное столкновение, переформатируя диск для следующей задачи, но мигающая иконка в углу его зрения — маленькое, настойчивое уведомление о друге — осталась.
Глюк в системе. Тот, которым ему придется управлять.
Он двигался уверенным шагом, его физическое тело на автопилоте, пока Оператор брал полный контроль над его когнитивными ресурсами, сортируя хаотичные данные битвы с боссом с методичной точностью.
Во-первых, новый инструмент. Далекий крик прорезал деревья. — Тяни Кошку влево! Следи за стаками кровотечения! — Глаза Каге метнулись в том направлении на долю секунды, каталогизируя звуки группы в беде, прежде чем фокус вернулся к интерфейсу в его мысленном взоре.
Он вызвал описание навыка, его разум разбирал это как новое обновление ПО с озадачивающе поэтическим руководством пользователя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стихосложение (Форма II: Рифмованное Двустишие)
Тип: Активный / Базовая Способность
Стоимость: Базовая: 100 Авен
Описание: Ваше понимание нарратива мира углубилось. Вы теперь можете сплести два концепта воедино в единый, более мощный стих, создавая синергетические эффекты, которые больше, чем сумма их частей.
Правила Композиции:
Стих должен состоять из двух строк текста.
Композиция должна содержать два разных Концептуальных Ключевых Слова из вашего Лексикона.
Две строки поэмы должны рифмоваться.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Два ключевых слова означают комбинаторные эффекты. Потенциальные синергии экспоненциальны. Но таковы были и недостатки. Базовая стоимость вдвое выше Однословной Поэмы. Сотня Авен за каст непосильна для гринда. И требование рифмы под давлением... это вводит критическую точку отказа. Ментальное бутылочное горлышко.
Он миновал поляну, где одинокий игрок, маг, испепелял пачку лесных спрайтов, искорки опыта сыпались вокруг них. Собственный путь Каге к силе ощущался бесконечно более запутанным. Этот новый инструмент был высокорисковым, с высокой наградой, требующим уровня когнитивной нагрузки, которого он не ожидал.
Во-вторых, новая пассивка. Это была настоящая аномалия боя. Он вызвал системное описание, текст светился слабым серебром недавно открытой истины.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмичный Поток
Тип: Пассивная Способность
Описание: Архитектор Стиха понимает, что все действия — часть вселенского ритма. Когда тело, разум и стих достигают состояния совершенной гармонии, мир резонирует в ответ, усиливая каждое движение Поэта.
Эффект:
Успешное выполнение синергетического действия дарует один стак Ритмичного Потока на 15 секунд. Получение нового стака обновляет длительность.
Каждый стак дает +2 Базового Физ. Урона и +2% Скорости Действий.
Стакается до максимума в 10 раз.
При 10 стаках вы входите в состояние Идеальной Каденции. Пока вы в этом состоянии, ваши стихи также стоят на 20% меньше Авен.
Условие: Получение прямого, несмягченного удара или неспособность получить новый стак в течение длительности вызывает немедленную потерю всех стаков.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге прочитал описание дважды, его разум перекрестно сравнивал текст с интуитивным ощущением финальных моментов боя с боссом.
«Мой новый основной источник постоянного урона», — заключил он. Система с высокой точкой входа и высоким потолком. Состояние Идеальной Каденции — цель любой затяжной схватки.
Но затем, другая часть его ответила. Вундеркинд, призрак додзё, узнал чувство, стоящее за механиками. Мир замедляется, мысль и действие становятся единым, идеальный, невесомый поток дуэли, где каждое движение безупречно.
Система взяла самую возвышенную, невыразимую концепцию его заброшенного искусства и оцифровала её. Она превратила саму его душу в стакающийся бафф.
В-третьих, проблема эффективности.
Его разум перемотал боевую запись схватки с боссом, изолируя точный момент, когда он вмешался, чтобы спасти Лили. Стандартный стих «Свяжи» был мелким неудобством, мгновенным прерыванием. Но то, что он сделал в тронном зале, было иным.
Он вытащил лог боя, текст светился в его мысленном взоре, пока он обходил корявый корень на тропе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваш Произнесенный Стих резонирует с вашим намерением! Стоимость Авен увеличена, эффект значительно усилен!
-200 АВЕН
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Свяжи увеличен. (3%->7%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вот оно.
Первым и самым вопиющим моментом был метод доставки.
Лог не сказал Ваш Стих...; он сказал Ваш Произнесенный Стих....
Это был первый раз, когда он озвучил команду. И система вознаградила это действие массивным всплеском силы.
Второй переменной было то, что он отбросил как художественный текст. «Бесполезный» кусок пуха, который система предлагала ему создать.
Название.
Он относился к своему классу как к интерфейсу командной строки. Название было именем файла, Поэма была исполняемой командой. Просто, чисто, эффективно. Но лог был однозначен. Стих не был усилен только ключевым словом. Он был усилен и поэзией названия, которое описывало намерение с артистическим чутьем, и убежденностью его подачи. Система вознаградила этот артистизм всплеском мощи.
Шок понимания пронзил его. Он смотрел на всё это неправильно. Он пытался взломать систему брутфорсом, найти простейшие, самые повторяемые вводы для предсказуемого вывода. Он вырезал поэзию из Поэта, рассматривая её как слой декоративной чепухи.
Класс не был командной строкой. Мощность его стихов была не просто о его стате Искусства или ключевых словах, которые он использовал. Она была привязана к качеству самого стиха.
Чем более креативными, резонирующими и поэтичными были его композиции, и чем мощнее он провозглашал их в мир, тем мощнее эффект.
Странное, тревожащее выравнивание произошло в его разуме. Оператор, его безжалостный внутренний стратег, одержимый оптимизацией и максимальной прибылью, внезапно обнаружил себя смотрящим на Вундеркинда, подавленного художника, которого он запер много лет назад. Впервые их цели были одними и теми же.
«Чтобы быть максимально эффективным», — заключил его разум с леденящей ясностью, — «я должен стать лучшим поэтом. И я должен выступать».
Он изгнал мысль, откладывая её на потом. Он вызвал свой журнал квестов, его фокус сместился обратно к конкретному и действенному.
В-четвертых, новый квест.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест: Камень Помнит
Ранг: Редкий
Цель: Эхо нарушенной клятвы и забытого сокровища живет внутри Неумолимого перстня Грома. Раскройте правду памяти камня.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он снова разобрал подсказку, изолируя ключевые моменты. Неумолимый перстень Грома. Нарушенная клятва. Память камня. Эхо лора было хаотичным, но ключевые сенсорные данные были ясны: добыча ископаемых, Дворфийская клятва, предательство, обвал.
Проблема извлечения данных.
Квест требует исторического контекста. Информация хранится у НИП с личными или семейными связями с оригинальным событием.
Его разум немедленно связал пазл с другим квестом в его логе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест: Упрямый Недуг
Цель: Соберите Мрачномох x5 для Старой Ани, чтобы создать мощную лечебную припарку для раненого шахтера.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Раненый шахтер. Профессионал, который будет знать историю местных раскопок. НИП в Короне Судьбы были хранилищами местного лора. Шахтер был его точкой входа. План сформировался мгновенно. Он использует завершение квеста Ани как предлог, чтобы получить доступ и набрать репутацию, затем допросит их обоих об информации касательно «Грома» и старых экспедиций Дворфов.
В-пятых, новый материал.
Его анализ был почти завершен. Он открыл инвентарь и осмотрел последний кусок лута, который собрал с послеобраза Военного Вождя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Концепт: Скованная Ярость
Качество: Редкое
Тип: Концептуальный Материал
Описание: Кристаллизованный фрагмент нарратива, содержащий сырые концепции Ярости и Доминирования. Это история низшего существа, получившего огромную силу, ярости, едва сдерживаемой грубым железом и животными амбициями. Она говорит не просто о ярости, но о борьбе против цепей — как физических, так и общественных — и неизбежном, взрывном высвобождении, когда эти цепи рвутся. Может быть использован в Стихосложении.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Описание было дразняще расплывчатым. Использован в Стихосложении. Как?
Стандартная логика ММО диктовала, что это расходник. Магический реагент, который сжигают для временного скачка силы: свиток или зелье в твердой форме.
Оператор в нем отпрянул от этой мысли. Расходник был потерей — временная выгода ценой постоянного актива. Это была плохая экономика. Он искал системы, а не одноразовые предметы.
Затем его разум воспроизвел его ранний успех с мостом Дворфов. Он навсегда превратил мусор в функционирующую шестерню, используя ключевое слово Придай форму.
«Я не просто подвинул камень», — осознал он. — «Я переопределил его».
Его класс был об определении реальности через нарратив. Правила были текучими, вознаграждая наложение новой истины на объект.
Он вошел в предместья города, звуки кузницы и рынка омыли его. Окружающий шум был просто еще одним слоем для разбора.
Его разум начал строить гипотезу среди хаоса города — радикальную, революционную теорию, основанную на данных, которые он уже собрал.
Предпосылка 1: Стихосложение не привязано к цели. Он доказал, что неодушевленные предметы были валидными целями.
Предпосылка 2: Предмет «Концепт» — это заранее написанная история. Описание не было художественным текстом. [Скованная Ярость] была скомпилированным блоком данных, определяющим «Ярость» и «Доминирование» в нарратив.
Предпосылка 3: Если он «поглотит» материал, чтобы скастовать заклинание, история проиграется один раз и исчезнет. Но если он Свяжет эту историю с физическим объектом...
Логика щелкнула на место.
«Материал... это буквально исходный код».
Если он сможет написать стих, нацеленный на оружие... и если этот стих будет разработан, чтобы внедрить [Концепт: Скованная Ярость] в саму сталь...
Он будет фундаментально переписывать её историю, внедряя новый кусок лора прямо в её код. Он будет совершать акт чистой поэзии: ковать легенду.
Путь вперед щелкнул в фокусе — трехпунктный протокол для Оукхейвена.
Завершить квест с Мрачномхом для Старой Ани и закрепить награду.
Использовать добрую волю, чтобы опросить Аню и раненого шахтера, Германа, о подсказках касательно «Грома Хранителя Клятв».
Попытаться доказать свою теорию изменения нарратива предмета.
Каге достиг городской площади, река игроков расступалась вокруг его уверенного, целенаправленного шага. Прохладный ночной воздух ничуть не остудил остро заточенную цель, что теперь горела в нем.
Игра только что стала бесконечно более сложной. И бесконечно более интересной.
Он двинулся к теплому, ароматному свечению «Зеленого Аптекаря», его шаги были ровными и размеренными, каждый падал в тихий, намеренный ритм.
Трещина появилась в холодном расчете его мира, и сквозь неё что-то, что ощущалось опасно похожим на мелодию, начинало просачиваться внутрь.
Это была опасная иллюзия. Мелодии не оплачивали счета.
Единственное, настойчивое уведомление мигало на самом краю его интерфейса реального мира, крошечная, враждебная звезда, которую он сознательно игнорировал часами. Он больше не мог игнорировать её.
С мерцанием воли он свернул яркий фэнтезийный мир Короны Судьбы. Звуки рынка угасли в фоне. Другое окно наложилось поверх его зрения — строгое, корпоративное и жестоко реальное. Это не было украшено серебряной филигранью.
Красный текст было невозможно игнорировать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
СРОЧНО: ТРЕБУЕТСЯ ОПЛАТА ЗА ЭСКАЛИРОВАННОЕ НЕВРОЛОГИЧЕСКОЕ ЛЕЧЕНИЕ.
ВСЕГО К ОПЛАТЕ: $15,000.00
ОПЛАТА ОЖИДАЕТСЯ ЧЕРЕЗ: 35 ЧАСОВ, 47 МИНУТ.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его глаза сканировали цифры баланса банка. Он провел расчет, его разум был беспощадными счетами.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
БАЛАНС: $7,012.33
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Восемь тысяч долларов. За тридцать пять часов. Остальные его сбережения уже ушли на оплату содержания в этом месяце.
Он вызвал другое окно, живой трекер Шлюза VerseEx. Он ввел свои текущие внутриигровые активы — около 10 серебра, которые только что заработал в забеге по данжу. Система шуршала микросекунду.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Оценочная Стоимость: $88.34
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Число было ударом под дых. Победа, идеальные парирования, битва не на жизнь, а на смерть против Военного Вождя... все это принесло ему меньше сотни долларов.
Уравнение было жестоким. Пропасть между его внутриигровым прогрессом и реальным дефицитом была огромной. Гринд мобов ради серебра будет гарантированным провалом.
Путь Поэта должен сработать. Не ради славы, не ради мастерства.
Ради его матери.
Офис был темен, если не считать прохладного свечения монитора и размашистого цифрового городского пейзажа за окнами. Директор Сон Джин-Хван сидел в тишине своего спартанского рабочего места, той глубокой ночной тишине, что приходила после тринадцати часов кризис-менеджмента подряд. Его галстук был ослаблен. Его пятый кофе остыл.
Монитор отображал нагромождение данных.
Мягкий звон нарушил тишину.
Глаза Сона метнулись к приоритетному оповещению, расцветающему в углу экрана. ID Софии Росси.
Он открыл его.
Отчет был кратким, клиническим и глубоко тревожным.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сводка События:
Пользователь: Каге (UID: 1337)
Действие: Победил Босса Подземелья [Гоблин Военный Вождь Скарланг]
Состав Группы: 5 игроков, средний уровень 5
Аномалия 1: Новая пассивная способность [Ритмичный Поток] сгенерирована в реальном времени в ходе боя. Нет предыдущей документации в параметрах класса.
Аномалия 2 (КРИТИЧЕСКАЯ): Пользователь успешно собрал [Концептуальный Материал]: [Концепт: Скованная Ярость] с послеобраза сущности босса.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рука Сона зависла над клавиатурой. Он прокрутил вниз до прикрепленного видеофайла и кликнул.
Запись играла в тишине. Аватар Каге, Поэт 4 уровня в базовом шмоте, стоял один в тронном зале. Гоблин Военный Вождь, в энрейдже и вдвое больше игрока, атаковал ударом сверху, который должен был быть мгновенно смертельным.
Клинок опустился.
Каге двинулся.
Парирование было идеальным. Идеальным до кадра. Оружие гоблина отскочило от меча Каге под точным углом, требуемым для обнуления инерции. Здоровье не потеряно. Босс пошатнулся.
Сон проиграл это снова. Затем еще раз.
— Невозможно, — пробормотал он.
Бой продолжался. Движения Каге были экономными, хирургическими. Каждой шаг позиционировал его на волосок вне радиуса. Каждый контрудар приземлялся во время кадров восстановления босса. Когда Военный Вождь сделал выпад горизонтальной подсечкой, Каге скользнул в мертвую зону атаки, слишком близко для соединения клинка, и ударил дважды, прежде чем уйти с поворотом.
Это было прекрасно. Это было ужасающе.
И это исполнялось персонажем, чьи статы должны были сделать выживание невозможным.
Сон ударил по панели связи.
— Росси. Танака. Доктор Торн. — Его голос был отрывистым, контролируемым. — Нексус. Сейчас.
Главный контрольный нексус пищал низким гулом активных серверов. Стена данных, бесшовный сорокафутовый дисплей, доминировала в дальнем конце комнаты. Сон стоял перед ней, руки сцеплены за спиной, пока остальные заходили внутрь.
София Росси прибыла первой, планшет в руке, её эффективность не уменьшилась, несмотря на час. Кенджи Танака последовал за ней, выглядя помятым, но бдительным, термос с кофе сжат как спасательный круг. Доктор Арис Торн — Глава Нарративного и Системного Дизайна — вошла последней, её самообладание непоколебимо, выражение лица полно спокойного любопытства.
— Покажи им, — сказал Сон.
София тапнула по планшету. Стена данных зажглась записью последней стойки Каге против Военного Вождя.
Они смотрели молча.
Рев ярости Военного Вождя эхом разнесся по тронному залу. Массивный тесак опустился. Парирование Каге. Пошатывание. Контрудар. Жидкий, идеальный до кадра танец игрока, который не должен был пережить первый размен.
— Какого черта, — выдохнул Кенджи, не осознавая.
— Это, — сказал Сон, — наша проблема.
— Директор, это... это не класс, — начал Кенджи, шагая вперед нервно, затем остановился, когда его возбуждение взяло верх. — Это игрок.
Он указал на экран, пока повтор крутился. — Посмотрите на работу ног. Он читает перенос веса босса до того, как атака даже началась. Один его стат ловкости не позволил бы ему уклониться вовремя. И это парирование? Окно тайминга для идеального парирования — пять кадров. Пять. Против атаки с вариативным размахом и рандомизированной задержкой он попадает идеально. Он читает бой. Это... это чистая интуиция боевых искусств, объединенная с исполнением, идеальным до кадра.
— Как Поэт переживает это? — спросила София.
— Он не должен, — плоско сказал Кенджи. — Его статы ужасны. Он едет исключительно на сыром механическом скилле.
Доктор Торн шагнула ближе к экрану, скрестив руки.
— А если бы у него был боевой класс вместо этого?
Комната затихла.
Кенджи выдохнул медленно.
— Он был бы... неприкасаемым. Сэры, с такими механиками и ДПС билдом? Он бы катком прошелся по стартовой зоне.
Сон мрачно кивнул. — Именно.
Голос Доктора Торн был спокоен, почти клиничен. — В каком-то смысле, мы должны быть благодарны.
Все глаза обратились к ней.
— Архитектор Стиха, — продолжила она, — это класс, разработанный для креативности, не для боевой эффективности. Он запер его на пути, который требует художественного выражения. Он заставил его замедлиться, экспериментировать, думать вместо того, чтобы просто исполнять. Если бы он получил боевой класс...
Она позволила мысли повиснуть.
— Он был бы богом, — закончил Сон.
— Да.
Кенджи потер лицо. — Но что это за класс? Я читал документацию, Доктор Торн, и она... ну, она расплывчатая.
Доктор Торн двинулась к центральной консоли, вызывая схему классовой иерархии игры.
— Большинство игроков, — начала она, — перейдут от Стартовых Классов — Воин, Маг, Разбойник и т.д. — к Необычным Классам где-то на пятнадцатом-двадцать пятом уровне. Это специализированные варианты. Воин может стать Рыцарем или Дуэлянтом. Маг может ответвиться в Пироманта или Иллюзиониста.
Она тапнула по экрану, подсвечивая тир выше. — Меньший процент достигнет Редких Классов. Они требуют значительных усилий. Берсерк Умы — идеальный пример. Он прошел Испытание Ярости, брутальную боевую мясорубку, чтобы открыть его. Сайлас, исследователь, на пути к классу Стража после открытия Затонувшей Поляны.
— Редкие классы трудны, — продолжила она, — но они воспроизводимы. Если другой игрок пройдет то же испытание, он может открыть тот же класс. Это меритократия усилий.
Она указала жестом на верхний тир. — Уникальные и Легендарные классы иные. Они единичны. Один игрок на класс. Они семена. Их механики эмерджентны, разработаны чтобы эволюционировать, основываясь на креативности и выборах игрока.
— Так Каге — прототип, — сказала София.
— В каком-то смысле, да, — ответила Доктор Торн. — Архитектор Стиха был задуман, чтобы быть открытым, но не так быстро. Морфей посеял цепочку квестов, основываясь на предположении, что игрок, который найдет её, будет в игре месяцами, с глубоким пониманием лора мира.
— Вместо этого, — сказал Сон, — мы получили дарк геймера, который заспидранил её менее чем за шесть часов.
— Точно. — Доктор Торн кивнула.
Сон вызвал отчет Софии на главный экран.
— Что приводит нас к этому. — Он подсветил следующую аномалию. — Концептуальный Материал. Доктор Торн, пассивка Концептуальная Чистота была доступна с первого уровня. Каков был задуманный сценарий использования?
Доктор Торн объяснила. — Система была разработана, чтобы позволить Архитектору собирать фрагменты истории с мощных сущностей. Наши модели предсказывали, что эта механика не будет релевантна рано, потому что, как я заявила, класс не должен был быть получен так скоро.
— Он пятого уровня, — сказала София.
— Да. — Доктор Торн кивнула. — Он ускорил таймлайн на... много.
Челюсть Сона сжалась. — Что он может с этим сделать?
Доктор Торн задумалась. — Задуманный дизайн в том, чтобы материал функционировал как расходник. Кристаллизованный нарратив, который может быть призван, чтобы запитать стих. Одноразовый усилитель.
— То есть свиток, — вставил Кенджи. — Ультимативная способность на один выстрел.
— Это было бы ожидаемым поведением, да.
Сон повернулся к консоли. — Морфей. Анализ. Спроецируй вероятные сценарии использования для [Концепт: Скованная Ярость] пользователем Каге.
Голос ИИ наполнил комнату, спокойный и размеренный.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Анализ завершен. Проектирование трех основных исходов, основанных на поведенческих данных пользователя.
Исход А: Призыв Расходника. Вероятность: 78.4%. Пользователь активирует материал в ходе боя, чтобы временно манифестировать концепции Ярости и Доминирования как атакующую способность.
Исход Б: Интеграция Стиха. Вероятность: 19.2%. Пользователь включает материал в стихотворную композицию для единичного, усиленного каста.
Исход В: Постоянная Интеграция. Вероятность: 2.4%. Пользователь попытается связать концептуальный материал с существующим предметом, фундаментально меняя его свойства.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Комната затихла.
— Подождите, — сказал Кенджи, его голос повысился. — Он говорит, что он попытается... крафтить с этим? Это не может быть правильно. Игра не работает таким образом. Описание предмета уточняет Стихосложение, не зачарование.
Глаза Доктора Торн блеснули интересом. — Он будет навязывать нарратив. Записывать новую историю на объект. Давать ему историю, которой он изначально не обладал.
— Это безумие, — сказала София.
— Это поэзия, — поправила Доктор Торн.
Сон уставился на экран. — Если... — Он сделал паузу. — Если он преуспеет, на что мы смотрим?
— Беспрецедентно, — сказала Доктор Торн. — Если он может ковать концептуальные материалы в постоянные предметы, он сможет создавать снаряжение, которое никакой другой игрок не сможет воспроизвести. Кастомные предметы. Уникальные эффекты. У него будет доступ к системе крафта, которой не существует ни для кого больше.
Сон резко повернулся. — София. Экономические проекции. Если Каге может создавать Редкие или Уникальные предметы так рано, что случится с рынком?
Пальцы Софии полетели по планшету. Графики расцвели на стене данных.
— Если он сможет надежно производить высокоценные предметы, — сказала она, — он может создать монополию на раннем этапе с высокотировым снаряжением. Устанавливать цены. Он будет обладать качеством, с которым не сравнится ни одна гильдия. Он не может наводнить рынок, но он может загнать в угол рынок высококачественными ресурсами.
Кенджи потер виски. — Мы можем... я имею в виду, мы можем что-то сделать? Понерфить систему? Залочить механику?
— Нет, — твердо сказала Доктор Торн. — Морфей классифицировал класс Архитектора как событие Наследия. Всё, связанное с Первым Создателем, заблокировано. Вмешательство нарушило бы Первую Директиву. Система спроектирована быть живым миром; если мы вмешаемся, мы подорвем целостность всего проекта.
На главном экране аватар Каге спокойно шел по темным улицам Оукхейвена, его шаг был размеренным и целенаправленным. Свечение окон «Зеленого Аптекаря» манило вдалеке.
Сон оставался тих. Он просто смотрел на экран, костяшки пальцев побелели на краю консоли.
Новое оповещение прозвенело.
Оно пульсировало уверенным и намеренным золотом, лишенное багровой вспышки события Омега.
Глаза Софии расширились. — Сэр.
— Что теперь? — Голос Сона был плоским от истощения.
— Триггер события Наследия. Цепочка квестов: «Невыкованный Клинок». Игрок «Асура» добыл [Сердце Первого Суда] из глубин Кальдеры Игнис. Первая веха для разблокировки Легендарного Класса: Арбитр Стали.
Комната замерла.
— Еще один? — голос Сона слегка треснул. — Второй Легендарный класс?
Лицо Кенджи побледнело. — Директор... сэр... это... — Он сглотнул. — Это Асура.
Все глаза повернулись к нему.
Руки Кенджи слегка дрожали вокруг его термоса с кофе, пока он пытался найти слова. — Если Каге — это страшилка, о которой шепчутся топовые игроки... Асура — это монстр, про которого все знают, что он реален. Ранг Один. В каждой игре, которой он касался. Никакой гильдии, никакой принадлежности, никаких стримов, никаких спонсоров, ничего. Он просто... побеждает. Чистая, безжалостная оптимизация.
Он вывел публичный профиль Асуры. Статы были ошеломительными. Первые на сервере. Рекордные времена зачистки. Соло достижения, которые требовали полных рейдовых групп.
Выражение лица Доктора Торн изменилось. Впервые она выглядела обеспокоенной. — Два Легендарных класса. Один открыт, другой... в процессе создания. Этого не было в наших прогнозах.
— Нет, — тихо сказал Сон. — Не было.
София вывела новый поток. Стена данных разделилась.
Слева: Каге, входящий в теплое свечение аптеки, его движения спокойные и неторопливые.
Справа: Поток нового игрока. Асура. Двигающийся сквозь зону высокого уровня, Кальдеру Игнис, с текучей скоростью. Огры почти вдвое выше его уровня падали по его следу, их полоски ОЗ исчезали.
Он был 13 уровня, в зоне 22 уровня.
Сон смотрел на двойные потоки. Два игрока. Два пути.
— Итак, — мягко сказала Доктор Торн. — Гонка началась.
Отражение Сона смотрело на него с темного стекла. За ним мир сверкал, безразличный к хаосу, разворачивающемуся внутри серверов.
Он просто смотрел на две фигуры на экране, движущиеся сквозь их раздельные миры с единственной целью.
И впервые с запуска Директор Сон Джин-Хван почувствовал что-то, что не позволял себе чувствовать годами.
Неопределенность.
Колокольчик над дверью прозвенел мелодичное приветствие, когда Каге толкнул её. Он шагнул с грязных, освещенных факелами улиц Оукхейвена в теплое, ароматное святилище «Зеленого Аптекаря». Воздух висел густой и приятный, с многослойными запахами сушеной лаванды, резкой мяты и земляным ароматом свежемолотых корней. Это был целый мир вдали от сырой, металлической гнили Гоблинских шахт.
На долю секунды спокойствие этого места было бальзамом. Затем призрак уведомления мелькнул в углу его зрения. Пятизначное число, которое заставило цифровое золото в его инвентаре чувствоваться игрушечными деньгами.
Он подавил мысль с эффективностью долгой практики. Одна проблема за раз. Самая немедленная проблема стояла за прилавком, мягко напевая, пока расставляла серию цветных стеклянных флаконов.
Старая Аня подняла взгляд, её морщинистое лицо сморщилось в улыбке. — А, молодой Поэт вернулся! И целым, кажется. Полагаю, шахты были... вдохновляющими?
Каге подошел к полированному деревянному прилавку. Он не утруждался любезностями. Оптимальный путь к награде был прямой линией.
— Предметы квеста, — констатировал он, и стопка темного, губчатого мха появилась в его руках. Он осторожно положил её на прилавок.
Глаза Ани загорелись. — О, боже! Ты нашел его! И так много! — Она пересчитала комки. — Раз, два... тринадцать! Квест просил только пять. Ты усердный, не так ли?
Лицо Каге осталось нейтральной маской. Его внутренний монолог был каким угодно, только не таким.
Предоставлены экстра материалы. Позитивная диспозиция НИП достигнута.
Потенциал для модификатора награды: высокий.
Аня подняла стандартный кусок Мрачномха. Он был тусклым, темно-зеленым. — Это сотворит чудеса для припарки Германа, — пробормотала она, её опытные пальцы прощупывали текстуру. — Сырость шахт проникает в кости, видишь ли. Этот маленький друг выманивает её.
Затем её глаза упали на финальный кусок, который он собрал — высокого качества. Он был другим. Где другие были просто темными, этот, казалось, пил свет вокруг себя. Глубокий, бархатный черно-зеленый, со слабыми, серебристыми венами, что пульсировали мягкой, внутренней люминесценцией.
Её напевание прекратилось. Она подняла его с благоговением, которое поразило его.
— Первым Саженцем, — прошептала она, её голос наполнился трепетом. — Где ты нашел это? Это не просто Мрачномох... это само сердце мрака. Это то, что мы называем «Девственный Образец». Я не видела такого тридцать лет.
Она посмотрела на него, её взгляд острый и умный. — Ты ведь не просто наткнулся на это, верно?
Каге встретил её взгляд. Он дал единственный, ни к чему не обязывающий кивок. Ложь через умолчание была эффективна. Нет нужды объяснять механики его сбора НИП, неважно насколько продвинутый у неё ИИ.
Системное окно материализовалось в его зрении.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест Упрямый Недуг Завершен!
Вы доставили Мрачномох x13.
Скрытая Цель Завершена: Доставить Девственный Образец.
Получено Опыта: 400
НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Вы теперь Уровень 6!
У вас есть нераспределенные очки характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он немедленно открыл панель персонажа, чтобы назначить очки, но остановился. Одной из наград за квест было оружие. И ему нужно было быть чрезвычайно осторожным с требованиями.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Репутация со Старой Аней увеличилась до: Уважаемый.
Репутация с Оукхейвеном увеличилась на 50.
Слава увеличилась на 10.
Вы получили 15 Серебра.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Аня толкнула награду за квест — маленький, тяжелый мешочек серебряных монет — через прилавок. Затем она добавила другой, меньший мешочек рядом с ним. — Город платит за квест. Я плачу за качество. — Еще десять серебряных монет звякнули в его инвентарь.
25 серебра. Превосходит изначальную проекцию. Хорошо.
— Спасибо тебе за это, Каге, — сказала она, её тон был искренним. — Это сделает больше, чем просто вылечит рану Германа. Это восстановит часть энергии, которую шахта украла у него за эти годы.
Она выпрямилась, решительный блеск в её глазу. — Стандартная награда не подойдет. Не для этого. Уговор был на оружие, да? Но за услугу такого качества, ты заслуживаешь выбора.
Аня поспешила в заднюю часть магазина, возвращаясь с тяжелой, окованной железом деревянной коробкой. Она поставила её на прилавок с солидным стуком и отщелкнула переднюю застежку. Внутри она была выложена потертым бархатом, баюкающим три различных предмета.
— Большинство авантюристов видят проблему и ищут самый большой инструмент, чтобы ударить по ней, — сказала она, оглядывая предметы. — Топор побольше, посох пошикарнее. Но Поэт... Поэт понимает, что правильный инструмент не всегда самый очевидный. Твой дух... гибок. Выбери то, что говорит с тобой.
Глаза Каге просканировали содержимое, разум мгновенно разбирал данные.
Первым был короткий лук из бледного, почти белого дерева, его тетива светилась слабой магической энергией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Короткий лук Шепчущего Леса
Качество: Необычное
Тип: Лук
Физический Урон: +35
Ловкость (ЛВК): +4
Скорость Атаки: +10%
Требования: Уровень 10
Описание: Сделан из тишины глубоких лесов. Тетива напевает мелодию, которую может слышать только цель, заглушая звук выстрела.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его мозг предоставил вероятные рыночные данные. Высокое скалирование ловкости. Идеально для демографии Рейнджеров. Легко продать, вероятно с наценкой.
Вторым был жезл, вырезанный из витого куска обсидиана, с единственной немигающей руной, светящейся у кончика.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Рунический Жезл Ученика
Качество: Необычное
Тип: Жезл (Одноручный)
Магический Урон: +33
Интеллект (ИНТ): +5
Мана: +40
Требования: Уровень 10
Описание: Вулканическое стекло, вытравленное сигилом новичка. Он ощущается теплым на ощупь, жаждущим что-то сжечь.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Снаряжение Мага. Всегда дорого, дропы на магов самые редкие. Они также сжигают наличку так же быстро, как ману. Безопасный, прибыльный вариант.
Третьим предметом был меч.
Он был... простым. Клинок был на ладонь длиннее его текущего железного меча, выкован из темной, матовой стали, которая поглощала свет лампы. Никаких светящихся рун, никаких элегантных изгибов. Это был толсто обушный, жестоко практичный инструмент для рубки. Гарда была простым бруском стали, рукоять обернута темной промасленной кожей. Он был совершенно без украшений, кроме маленького выбитого знака у эфеса: крошечной, идеальной наковальни.
Его аналитический разум, Оператор, кричал на него. Лук или жезл. Меч — это низкоценный архетип. Рынок перенасыщен обычными дропами мечей. Перепродажная стоимость минимальна. Бери золото.
Но его руки... его руки чувствовали знакомый зуд. Мозоли на его ладонях, наследие жизни до этой, казалось, покалывали. Он видел баланс в его простом дизайне, цель в его смещенном вперед центре тяжести клинка. Это было оружие, сделанное тем, кто понимал, что работа меча — быть мечом. Идеальная форма, идеальная функция.
Жезл и лук были высокоценными товарами, ликвидными активами, которые он мог перевернуть на Аукционе для быстрого вливания денег. Оружие Необычного качества 10 уровня могло бы принести 80 серебра, может быть полтора золотого на рынке игроков, если он найдет правильного покупателя. Восемьдесят серебра переводились в... грубо говоря, семьсот долларов.
Но в великой схеме кровотечения, которым был его банковский счет в реальном мире — давящий вес счетов из больницы и возвышающийся долг — одна продажа была погрешностью округления. Это была капля воды в океане красных чернил. Это не спасло бы его.
Меч был иным, однако. Высший выходной урон приравнивался к более быстрому времени убийства, что значило увеличенную скорость лута и высший выход золота в час. Другие предметы были мимолетным облегчением; клинок был инфраструктурой. Это было тяжелое, стальное обещание будущего.
Единственный путь, чтобы этот меч — эта игра — имела значение, это если бы он мог проэксплуатировать систему. Если бы он мог превратить 80-серебряный предмет в 10-золотой.
Ему нужно было сделать его дороже. И быстро. Цены РМТ падали с каждым проходящим часом.
Мысль затвердела в его уме. У него был [Концепт: Скованная Ярость]. У него была теория. Теперь у него был сосуд. Простая, неукрашенная природа меча была идеальна. Это был чистый холст.
Его внутренняя суматоха улеглась. Выбор был сделан. Путь проложен.
Он потянулся в коробку, его пальцы сомкнулись вокруг обернутой кожей рукояти.
Аня улыбнулась, знающий, удовлетворенный вид на лице. — Превосходный выбор. Пусть он послужит тебе хорошо.
Новое окно появилось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Короткий меч из Дворфийской Стали
Качество: Необычное
Тип: Одноручный Меч
Характеристики:
Физическая Атака: +48
Скорость Атаки: +10%
Пробивание Брони: +5%
Прочность: 75/75
Требования:
Уровень 10
Сила (СИЛ): 22
Описание: Превосходный пример ранней дворфийской ковки. Клинок с толстым обухом и выкован из единой заготовки сложеной стали, избегая полированного блеска ради практичного матового финиша, который не выдаст своего владельца случайным бликом. Баланс смещен слегка к острию, разработан для мощных, решающих рубящих ударов, нежели чем для ловкого фехтования. Каждый из этих клинков отмечен клеймом простой клановой наковальни, тихое обещание качества и выносливости.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Статы были массивным скачком. Его [Железный меч новичка] предлагал жалкие +19 атаки. Этот был больше чем вдвое сильнее. Лишняя скорость и пробивание брони были достаточно хорошими бонусами.
Затем еще одна строка текста проявилась под главным описанием. Она была написана слабым, серебристо-серым курсивным шрифтом, словно камень, из которого он был выкован, шептал секрет, который только он мог слышать.
Обещание наковальни, хранимое в стали.
Глаз Каге дернулся. Неэффективная декорация, навязанная его интерфейсу раздутым статом Искусства.
Но затем его глаза зафиксировались на требованиях. Уровень 10. Он был только 6. И Сила 22. Его была на 13.
Ему нужно было девять очков в Силу. Он получал два очка характеристик за уровень. Это означало, что следующие четыре уровня каждое очко должно быть вброшено в Силу. Уровень 10 дарует ему финальное необходимое очко. Это было полным отклонением от его билда на стакание Искусства (ART). Массивная инвестиция, но необходимая.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сила: 13 -> 15
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Раненый шахтер, — сказал Каге, его голос был плоским, как всегда. — Герман. Каков его статус?
— А, да. Старина Герман, — сказала она, тщательно заворачивая девственный Мрачномох в вощеную бумагу. — Я как раз заканчиваю припарку сейчас. Ей нужно настояться немного, чтобы вытянуть мощь. Я направлюсь в Барак Шахтеров сама, чтобы наложить её. Лучше иметь умелую руку для таких вещей.
Она взглянула на большие, наполненные песком песочные часы на соседней полке. — Встретимся там через, скажем, час? Это должно дать ей достаточно времени, чтобы быть готовой. Он будет рад компании. Старик любит рассказывать истории.
— Понял, — сказал Каге. Час. Идеально.
Он дал короткий кивок, развернулся и вышел из магазина, колокольчик прозвенел его уход. Тепло и ароматный воздух уступили место прохладной ночи и запаху сырой земли.
Его инвентарь ощущался тяжелее теперь, не только от веса серебра и Дворфийской стали, но от давящего пресса его плана. У него было оружие, концепт и одночасовое окно перед его следующей целью.
Пришло время Поэту выучить искусство ковки.
Лязг молота Грака о раскаленную сталь был ровным, ритмичным сердцебиением в хаотичной симфонии ремесленного квартала Оукхейвена. Воздух был густым от запахов угольного дыма, закалочного масла и горячего металла — индустриальный парфюм, который прочищал голову Каге лучше любой ароматной травы. Это был мир функции, осязаемых результатов. Он чувствовал себя здесь больше дома, чем в спокойной аптеке Ани.
Он стоял у горна, жар был желанным одеялом. В мысленном взоре он вызвал окно инвентаря, его свет был резким контрастом огненному оранжевому свечению горна. Его взгляд упал на иконку [Короткого меча из Дворфийской Стали].
Шепот Вундеркинда, той части его, что помнила идеальный баланс синая и удовлетворяющий хлопок чистого удара, восхищался статами оружия. Сырой урон, прагматичный дизайн, обещание скорости. Это был правильный клинок. Оружие, достойное мечника.
Оператор немедленно втоптал этот шепот в пыль.
Уровень 10. Число было стеной. Он был Уровня 6. Если он перекует этот клинок сейчас, он может закончить, владея шедевром, который не сможет даже экипировать. Оружие в его инвентаре убивает ноль мобов. Оно генерирует ноль лута. Это замороженный актив.
Он не знал как или даже окажется ли его теория верна. Что если ковка провалится? Что если он закончит с проклятой мерзостью, которая Душевно Привязана к создателю, который не может даже владеть ей?
Его стратегия была о построении процесса. Сборочная линия. Превращение дешевых концептов и обычных предметов в золото. Быстро, повторяемо, прибыльно. Меч Дворфов был активом на будущее, инструментом для времени, когда он сможет позволить себе думать так далеко вперед.
«[Концепт: Скованная Ярость]... это мой туз», — заключил он. — «Мой единственный реальный шанс взломать этот класс. Я не потрачу его на оружие, которое не могу даже использовать. Я не строю шедевр».
Решение встало на место, его внутренние дебаты длились менее секунды. Он подошел к ларьку Грака, шаги были твердыми. Дородный орочий кузнец, пот бисером на лбу, поднял взгляд от наковальни.
— Вернулся за еще одним, Поэт? — хрюкнул Грак, его голос был гравийным рокотом. Он жестом указал молотом на стойку с базовыми мечами. — Планируешь построить забор из сломанных мечей? Хмф.
— Что-то типа того, — пробормотал Каге, уголок его рта дернулся едва заметно. Он просканировал товары, отбрасывая всё, что было слишком высокого уровня или слишком дорогим. Его глаза приземлились на совершенно средний, абсолютно непримечательный меч.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Полированный железный меч новичка
Качество: Обычное
Тип: Одноручный Меч
Вес: 2.5
Физическая Атака: +25
Скорость Атаки: +10%
Прочность: 50/50
Требования: Уровень 6, 15 СИЛ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Это был идеальный образец. Он подходил его текущим статам точно, его статы были приличным апгрейдом от его текущего рваного клинка, и что важнее всего, он был совершенно расходным. Чистый лист.
— Сколько за этот? — спросил он.
— Четыре серебра. Для тебя, три и восемьдесят меди, — сказал Грак, вытирая руки о тряпку. Его скидка за Славу была маленькой, но каждая медяшка на счету.
Каге открыл окно торговли. Он вывалил остатки своей предыдущей сессии гринда — уши гоблинов, сколотые клинки, обрезки кожи — в ящик продажи. Система пиликнула, добавив 84 меди в его фонды. Он теперь сидел на 37 серебра и 44 меди. Мелочь по сравнению с долгом. Состояние по сравнению со средним игроком.
Он подтвердил покупку. Четыре серебра исчезли. Его кошелек снова стал немного легче.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы приобрели Полированный железный меч новичка.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Меч в инвентаре, Каге повернулся обратно к кузнецу. — Мне нужна приватная рабочая зона. Твой горн. Сколько за час?
Грак поднял кустистую бровь. — Поэт хочет использовать горн? Что, собираешься написать ему грустную историю, пока он не расплавится?
— Я заплачу.
Кузнец издал рокочущий смешок. — Ладно, ладно. Любопытство взяло верх. Малый боковой горн пуст. Десять меди за час. Только не спали тут всё дотла.
Каге заплатил малую плату медью без лишних слов и удалился в уединенный альков, указанный Граком. Это было маленькое, функциональное пространство со своей собственной наковальней, закалочным корытом и каменным верстаком, милосердно свободное от любопытных глаз. Это будет его лаборатория.
Новый меч лежал на прохладном камне перед ним. Время теории кончилось. Пришло время построить практическую модель.
Он начал расхаживать, движение — физическая манифестация его скачущих мыслей. «Окей, что я на самом деле знаю? Какие твердые данные? Никаких предположений, только факты».
Он закрыл глаза, отбрасывая разум назад к битве с Гоблином Военным Вождем, проигрывая системные логи, чувство Авена, утекающего из его ядра, реакцию мира вокруг него.
«Факт первый», — подумал он, его ментальный голос холоден и клиничен. — «Когда я просто думал слова, эффект был минимальным. Слабым. Но когда я произнес их... лог был ясен. Значительно усилен. Так что голос — это множитель. Переменная один». Признание было неприятным. Это значило, что перформанс имел измеримое влияние на результат.
Затем было название. Он проиграл лог боя. Простой стих Свяжи был мелким неудобством для его врагов. Но стих под названием «Приказ, Выкованный в Отчаянии»... он приковал разъяренного босса к полу. Поэтическое обрамление команды было другим множителем. Переменная два.
Он вспомнил свои первые провальные попытки использовать навыки, штраф Авен от системы за его неуклюжие однословные команды.
«И система — критик», — подумал он со знакомой вспышкой раздражения. — «Она активно наказывала ленивые композиции. Требование схемы рифмы для Формы II. Сама поэзия, фактические слова, являются частью функции. Переменная три».
Он перестал ходить, глубоко засевшее разочарование вскипело. — Но почему? Это неэффективно. Это нелогично. Игра, награждающая... перформанс-арт?
Вопрос повис в нагретом воздухе кузницы. Его разум, тренированный находить самый прямой путь из А в Б, был вынужден навигировать лабиринтом метафор и художественного намерения. Ему нужно было руководство. Ему нужны были заметки разработчиков для этой безумной системы.
И затем, его осенило. У него было одно... ответ был там все это время.
След вел назад к самому началу. Хронограф. Первый квест.
Он вытащил описание предмета [Перо Первого Создателя]. Художественный текст, который его мозг Оператора отбросил как бесполезный пух, теперь пульсировал значимостью. Он прочитал цитату от Хронографа, в этот раз как техническую схему.
«Мир написан чернилами. Но перед чернилами была мысль. Перед историей была тишина, ждущая, чтобы быть нарушенной».
Он разобрал худ. текст, сдирая мистицизм, чтобы найти механики под ним.
Переменная один: «Перед чернилами была мысль».
«Каст волей», — понял он. — «Ментальный триггер. Мой "фаст-каст". Он происходит до того, как что-либо манифестируется. Низшая задержка, низшая выплата».
Он перешел к следующей строке. «Перед историей была тишина, ждущая, чтобы быть нарушенной».
Нарушенной как? Голосом. Его глаза сузились. Произнесенный Стих. Объявление названия. Замедляет исполнение, нарушает «тишину» стелс-механики, но усиливает эффект. Тир два.
Что оставляло первое предложение.
«Мир написан чернилами».
Он посмотрел вниз на [Перо Первого Создателя]. Старик... он дал ему пишущий инструмент.
Это была не метафора.
Писательство — высший множитель.
Осознание щелкнуло на место с удовлетворением решенного уравнения. Чтобы получить максимальный ролл статов на этом мече, он не мог просто подумать его или сказать. Он должен был физически вписать код в интерфейс.
Его хождение прекратилось. Он стоял перед наковальней, простой железный меч лежал там как жертва. В правой руке он материализовал [Перо Первого Создателя]. Оно чувствовалось прохладным и гладким, странный контраст тяжести меча.
Он открыл окно Стихосложения. Знакомая полупрозрачная панель появилась в его зрении. Он сфокусировал намерение на мече.
Он поднес кончик Пера к полю ввода окна Стиха.
Его первая попытка была чистым Оператором. Фаза чистого сбора данных. Инструкция командной строки, прямая и безыскусная. Он написал слова Пером, наблюдая, как они появляются. Буквы текли с кончика Пера как тонкие, светящиеся следы жидких золотых чернил.
Название: Апгрейд Меча
Стих: Свяжи Скованную Ярость. / Придай форму Мечу.
Он закончил последнюю букву, и система ответила мгновенно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Синтаксическая Ошибка: Стих требует структуру рифмованного двустишия.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ожидаемый исход. Ладно. Она хотела искусства.
Он попытался вогнать хаотичный концепт в упорядоченную форму.
Название: Контролируемый Хаос
Стих: Я вяжу эту ярость, шторм на месте, / Чтобы придать форму оружию спокойной, тихой грации.
Золотые буквы повисели в воздухе мгновение, прежде чем система вынесла вердикт.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Композиция Отклонена: Обнаружен тематический раскол. Исходный концепт ‘ярость’ антитетичен задуманному результату ‘спокойная грация’. Стих концептуально нестабилен. Уточните ваше нарративное намерение.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тихая гримаса сорвалась с его губ.
Это была та часть, которую он ненавидел. Чтобы заставить это работать, он должен был полностью принять ключевую идентичность концепта. Он должен был думать как мелкий, высокомерный тиран. Самоненависть была горьким привкусом во рту, но часы тикали, и больничный счет матери маячил больше любого монстра.
Он стиснул зубы и начал писать, направляя каждую унцию вызывающей стыд грандиозности, которую мог собрать.
Название: Ковка Короля
Стих: Скую ярость, что в цепях томится, / Чтоб над людьми могла она воцариться.
Когда он написал последнее, унизительное слово, золотые чернила стиха вспыхнули бриллиантовым светом. В этот раз сообщения об ошибке не было.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Композиция Принята. Резонанс: Адекватный.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Адекватный. Слабая похвала системы была почти так же оскорбительна, как её отказы. Массивный кусок его полоски ресурсов исчез в мгновение ока.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-400 АВЕН
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Придай форму] увеличен. (4%->7%)
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Свяжи] увеличен. (7%->13%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Горн взорвался.
Железный меч закричал. Он левитировал с наковальни, схваченный яростным, пульсирующим красным светом. Золотые чернила стиха Каге вырвались на свободу из интерфейса, кружась вокруг клинка как жидкое горнило. Металл закипел, скромная молекулярная структура меча новичка яростно изгибалась под весом нарратива, который она никогда не была предназначена держать.
Эфирные красные, светящиеся цепи вжигались в него, искривляя гарду в форму зазубренной, скособоченной короны. Сам клинок, казалось, корчился, его поверхность теперь была покрыта чем-то похожим на злые, вращающиеся руны.
Процесс закончился так же быстро, как начался. Свет отступил, и измененный меч звякнул об наковальню с резонирующим лязгом, который звучал глубже и угрожающе, чем раньше.
Каскад уведомлений заполнил его зрение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Нарративная Ковка успешна!
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: Из-за отсутствия физического материала-Якоря, ковка была высоко волатильной. Был внедрен непредвиденный эффект Гордыни.
Вы создали новый предмет: Клинок Самозваного Короля!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Лицо Каге было мрачной маской. Он протянул руку и поднял меч. Тот пульсировал в его руке низкой, высокомерной энергией. Он немедленно вызвал окно инспекции.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Клинок Самозваного Короля
Качество: Редкое
Тип: Одноручный Меч
Вес: 2.5
Физическая Атака: +25
Скорость Атаки: +10%
Прочность: 50/50 (Нестабильный - получает 20% увеличенного урона прочности от парирования)
Требования: Уровень 6, 15 СИЛ
Уникальные Эффекты:
[…]
Описание: Скромная сталь меча новичка, брутально переделанная. Слабые, злые красные руны теперь кружатся по клинку как хаотичные цепи, едва сдерживая яростный внутренний свет. Гарда искривлена в острую, внушительную форму зазубренной, скособоченной короны — символ власти заявленной, не заработанной. Оружие гудит низкой, высокомерной энергией, физическое эхо дефектного, но мощного стиха, который дал ему новую, ужасную душу.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге прочитал статы, проводя быстрый анализ затрат и выгод. Базовые статы не изменились. Это была критическая точка данных: базовые статы меча — Сосуда — были фундаментом. Он, по сути, создал самый мощный в мире [Полированный железный меч новичка].
Эффекты, однако, были другой историей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Уникальный Эффект: Скованная Ярость
Нанесение или получение урона дарует вам стак [Ярости] на 8 секунд. Каждый стак увеличивает вашу Скорость Атаки на дополнительные 3%. (Макс 5 стаков)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
[Скованная Ярость] была очень простым, но феноменальным эффектом — потенциальный 15% бонус к скорости атаки поверх базовых 10%.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Уникальный Эффект: Эдикт Тирана
При 5 стаках [Ярости], это оружие дарует вам временную активную способность [Удар Тирана]. Активация этого навыка потребляет все стаки [Ярости], чтобы высвободить усиленный удар, который наносит 100% бонусного урона оружием и заставляет цель атаковать вас в течение 3 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
[Эдикт Тирана]. Мощный инструмент взрывного урона со встроенным таунтом, идеально для контроля боя. Что важнее всего, теперь у него была активная способность для отмены анимации.
Это был успех. Массивный успех. Это оружие решало самые большие слабости его текущего билда.
Затем он прочитал последний эффект. [Провозглашение Короля].
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Уникальный Эффект (от «Гордыни»): Провозглашение Короля
Использование [Удара Тирана] заставляет клинок пульсировать высокомерным красным и золотым светом, транслируя сообщение вашим голосом в окружение: «Оружие, чтобы ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ!»
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Абсолютная, вакуумная тишина заполнила кабинку.
Каге уставился на текст. Он моргнул вручную, ожидая, что интерфейс обновится и уберет шутку. Он помолился хаотичному богу рандома, чтобы это была локальная галлюцинация.
Это не было ей.
Число урона появилось в его разуме: Критический Удар по Достоинству.
Система не просто приняла его лихорадочную, мелодраматичную поэзию... она записала её, усилила и впекла в сталь как тактическую ядерную бомбу социальной неловкости. Эффект «Гордыни» был обязательным переключателем ролевой игры.
Каждый раз, когда он использовал свой основной взрывной навык, он будет объявлять о своем присутствии как бюджетный злодей аниме. Своим собственным голосом.
Он уже мог видеть треды на форуме.
Заголовок: Нашел главного эджлорда сервера. Вы не поверите, что он орет.
Но сквозь приливную волну унижения Оператор цеплялся за данные, как утопающий за спасательный плот. Он посмотрел на лог.
«Нет Якоря».
Система назвала проблему сама. Предупреждение было ключом.
«Ковка была нестабильной, потому что это был чистый концепт», — рассудил он, его разум мчался соединять точки. — «Абстрактная идея [Скованной Ярости] была насильно наложена на физический объект, не имея ничего для посредничества процесса».
Ему нужно быть заземленным. Привязанным к чему-то реальному, чему-то физическому.
Его взгляд пронесся через окно инвентаря и приземлился на иконку [Сердца Вирмлинга].
Логика была неопровержима. Скальный Дракончик олицетворял устойчивость, камень, выносливость. Защитный концепт. «Если бы я ввел этот 'Якорь' в ходе концептуальной ковки щита, например, он должен стабилизировать реакцию».
Связь щелкнула на место с силой откровения. Высокоуровневые физические материалы с мощных монстров были не просто для традиционного крафта. Они были недостающей переменной для его собственного определения созидания. Якоря.
Тематический резонанс, понял он, термин формировался в его разуме с идеальной ясностью. Стабилизирующий агент.
Его теория, некогда простая гипотеза, эволюционировала в полную, элегантную формулу. Истинный путь к силе был не в одном или двух компонентах, а в трех, работающих в гармонии.
Сосуд (Предмет) + Душа (Концептуальный Материал) + Якорь (Физический Материал).
Самые мощные предметы, истинные легенды, будут резонировать на каждом уровне. Они не будут просто концептом, шлепнутым на предмет. Меч, выкованный из чешуи огненного дракона, наполненный концептом «Инферно», заякоренный собственным сердцем дракона. Сама мысль кружила голову своим потенциалом.
Он посмотрел вниз на [Клинок Самозваного Короля] в своей руке. Это было свидетельство его гения и памятник его провала. Оружие, которое делало его сильным, и изъян, который заставлял его хотеть разлогиниться навсегда.
Но это было больше, чем это. Это было доказательство. Теперь у него была полная формула.
Он знал, как сделать следующий идеальным.
Каге убрал системное окно, но послеобраз описания меча остался выжженным в его разуме. [Клинок Самозваного Короля] ощущался тяжелым в инвентаре, тикающая бомба публичного унижения. 15% скорости атаки и 100% бонуса к урону оружия были феноменальными для персонажа шестого уровня. Встроенный таунт был дополнительным активом.
Ценой, однако, была необходимость транслировать строку поэзии настолько позорную, что она, вероятно, могла бы наложить эффект психического периодического урона на любого в пределах слышимости.
Ему придется быть осторожным. Трюк будет в том, чтобы использовать усиленный удар только когда абсолютно необходимо, или когда будет достаточно окружающего шума, чтобы, будем надеяться, скрыть аудиокомпонент. Это была проблема управления ресурсами, только ресурсом было его собственное достоинство.
Он навигировал по шумным улицам Оукхейвена. Час, который запросила Аня, почти истек.
Барак Шахтеров был именно таким, как он ожидал: длинное, прямоугольное здание из грубо тесаного бруса, пахнущее сильно опилками, потом и дешевым элем. Оно было функциональным, эффективным и лишенным какого-либо художественного чутья. Каге одобрил.
Внутри главная общая комната была спартанской, уставленная простыми койками. Большинство были пусты, их обитатели всё еще трудились в ближайших карьерах и шахтах.
Он заметил Аню у одной из дальних коек. Она осторожно складывала небольшое одеяло и помещала его в кожаную сумку. Рядом с ней, опираясь на деревянный костыль, но очень даже на своих двоих, стоял Дворф.
Дворф был хрестоматийным примером своей расы, построенный как пожарный гидрант из гранита и волос. Великолепная, сложно заплетенная серая борода каскадом спускалась по груди, заправленная в толстый кожаный пояс. Его руки были перевиты жилами от жизни, проведенной с киркой. Одна из его ног была тяжело замотана белыми бинтами. Дворф медленно, намеренно сгибал колено, его лицо было маской концентрации.
Аня подняла взгляд, когда Каге подошел, теплая, искренняя улыбка осветила её морщинистое лицо. — Ты как раз вовремя.
Дворф прекратил свое упражнение и повернул голову. Его глаза, темные и глубоко посаженные под тяжелыми бровями, оценили Каге с головы до ног. Это был взгляд, который взвешивал и измерял ценность человека с натренированной легкостью того, кто мог отличить хорошую руду от плохого шлака с первого взгляда.
— Так ты тот парень, — пророкотал Дворф, его голос был как скрежет камней друг о друга. — Аня только что рассказывала мне. Вскарабкался в ту кишащую гоблинами яму ради мха.
Аня закончила паковать сумку и указала жестом от Каге на Дворфа. — Каге, это Герман. Самый упрямый пациент, который у меня когда-либо был.
Герман издал короткий, лающий смех. — Упрямство — это то, что не дает скале упасть тебе на голову, девчонка. Тебе бы не помешало выучить это. — Он протянул руку к Каге, плита мозолистого мяса и толстых пальцев. Каге взял её. Хватка была дробящей. — Герман Гранитная Рука. Я у тебя в долгу.
Каге дал легкий, формальный кивок. — Мох был для квеста.
Герман хрюкнул, отпуская хватку. — Квест или нет, ты сделал дело. Припарка Ани сотворила чудо. — Он топнул забинтованной ногой по деревянному полу, солидный, ободряющий удар. — Думал, потеряю ногу точно. Был бы конец моим дням копания.
В его голосе была сырая благодарность, которую невозможно подделать. Каге видел это раньше. Это был взгляд игрока, которого только что спасли от смерти с полной потерей опыта своевременным лечением. Только это не было игрой для Германа.
На острую, болезненную секунду цифровой мир Короны Судьбы растворился. Каге увидел забинтованную ногу Дворфа, чудесно спасенную горстью светящихся виртуальных трав, и его разум мелькнул к стерильной, белой больничной палате. Он увидел свою мать, хрупкую на подушках, её собственный недуг — сложный, ужасающий монстр, которого никакая магическая припарка не могла починить. Враг, которого нельзя перехитрить, перегриндить или победить идеально рассчитанным парированием. Враг, который отвечал только на деньги.
Чувство было горькой кислотой в горле. Здесь он был легендой в становлении, Поэтом, который мог чинить машинерию Дворфов и командовать полем боя. Он мог спасти ногу Дворфа сайд-квестом. В реальном мире он был просто сыном, сражающимся в проигрышной битве против стопки счетов, его единственное оружие — тающие цифры на банковском счету.
Дедлайн в 8,000 долларов ощущался как дебафф, тикающий в углу зрения.
Он моргнул, отталкивая мысль прочь. Эмоция была отвлечением от цели. Но проблема, которую она представляла — срочная нужда в капитале — была реальностью, требующей решения.
На соблазнительное мгновение его разум рассмотрел [Клинок Самозваного Короля]. Это был Редкий предмет. На самом деле, эффекты были, вероятно, лучше, чем у обычной редкой вещи. На сервере, где большинство игроков всё еще праздновали свой первый Необычный апгрейд, редкие предметы были высоки в цене. Он мог бы, вероятно, продать его топовой гильдии или киту вроде Аргента. Быстрая, чистая транзакция. Немедленное вливание капитала, которое приблизило бы его к покупке большего времени для матери.
Оператор раздавил мысль. Продажа была бы сделкой дурака.
Меч был уникальным куском производственного оборудования. Он был ключом к эффективному выполнению следующей цели — охоты за другим, лучшим Концептуальным Материалом. Продажа лучшего инструмента, чтобы профинансировать единственный краткосрочный платеж, была определением неэффективности.
Более того, эффект Гордыни был естественным репеллентом для китов, которые охотились за предметами первого-второго дня. Большинство из них ценили статус превыше всего, и крик вызывающей стыд фразы каждый раз, когда срабатывал самый мощный эффект меча, шел вразрез с целью покупки в первую очередь.
Ликвидация ключевого актива за долю его потенциального долгосрочного возврата была стратегически банкротным ходом. Меч остается в инвентаре. Путь вперед был ясен: использовать дефектное творение, чтобы выковать идеальное.
Системное уведомление всплыло в поле зрения, желанный всплеск данных.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваши действия заслужили уважение Шахтеров Оукхейвена.
Репутация с Гильдией Шахтеров (Оукхейвен) увеличилась на +300.
Вы теперь Уважаемый Гильдией Шахтеров.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
«Хорошо», — подумал Каге. Социальный капитал. Скидки на починку, руду, может даже доступ к крафтовым квестам более высокого тира. Каждое преимущество должно быть эксплуатировано.
— Рад видеть, что вы поправляетесь, — сказал Каге, голос плоский и практичный.
Герман кивнул, принимая прямоту за скромный стоицизм. — Ага. Ну, что там насчет меча? Аня сказала, ты выбрал старый Дворфийский клинок из её частной заначки. Странный выбор для Поэта.
Это было его открытие.
Каге встретил взгляд Дворфа. Он снял кольцо с пальца, позволяя ему покоиться на ладони.
Это было простое, неукрашенное железное кольцо. Неумолимый перстень Грома.
Он протянул его. — Я надеялся, вы сможете рассказать мне об этом.
Воздух в комнате, казалось, сдвинулся. Грубоватое, дружелюбное выражение лица Германа застыло. Его глаза, которые рассматривали Каге с уважением, теперь расширились в неверии. Он сделал полшага вперед, взгляд зафиксировался на кольце. Костыль, на который он опирался, был забыт.
— Бородой Отца-Кузнеца... — прошептал он, звук едва слышен. Он протянул дрожащий палец, не совсем касаясь железа, словно боясь, что это может быть мираж. — Печать Грома.
Он посмотрел на Каге, глаза горели внезапной, яростной интенсивностью. — Где ты взял это?
— С Гоблина Военного Вождя, — ответил Каге.
Лицо Германа было ландшафтом шока, благоговения и глубокой, древней печали. — Так истории были правдой. — Он покачал головой медленно, глубокий вздох сотряс его широкую грудь. — Гром Хранитель Клятв. Не слышал этого имени, произнесенного вслух... пятьдесят лет?
Старая Аня наблюдала за обменом, выражение лица — смесь любопытства и беспокойства. — Герман? В чем дело?
Старый Дворф казался находящимся в другом времени, другом месте. — Это легенда, девчонка. Поучительная сказка, которую мы рассказываем юным безбородым, когда они становятся слишком жадными до золота и славы.
Он опустился на край своей койки, взгляд все еще зафиксирован на кольце в руке Каге. — Говорят, Гром был самым упрямым Дворфом, который когда-либо махал киркой. Пришел с Железных Пиков с хартией от Короля и командой, отобранной вручную из его самой верной родни. Они не гнались за золотом или драгоценностями. Они искали новую жилу истинного железа, лучшего в королевстве.
Он сделал паузу, поглаживая заплетенную бороду задумчиво. — Они углубились дальше, чем кто-либо до этого. Прошли недели. Потом один бегун вернулся в Оукхейвен, полумертвый и бредящий. Сказал, что они нашли что-то... что-то невероятное. Не железо. Он назвал это «сердцем горы».
Голос Германа упал, принимая приглушенный, благоговейный тон рассказчика, делящегося секретом у костра. — Но бегун также принес весть о раздоре. Заместитель Грома, Дворф по имени Ворлаг, был змеей. Серебряноязыкий интриган, который видел открытие не как дар нашему народу, а как приз для себя. Был спор. Клятва была нарушена.
Лог квеста Каге прокрутился в его разуме. Эхо нарушенной клятвы. Это было оно. Ядро истории.
— Бегун был послан за подкреплением, лояльным Грому, — продолжил Герман, лицо мрачное. — Но он опоздал. Прежде чем он даже смог собрать отряд, чтобы вернуться, «удобный» обвал запечатал всю новую секцию шахты. Коллапс настолько тотальный, настолько абсолютный, что инженеры Дворфов объявили его невозможным для расчистки. Гром, его команда, сердце горы... всё было потеряно. Ворлаг заявил, что это был трагический несчастный случай, что он единственный выживший. Он покинул Оукхейвен богатым человеком, хотя никто не знал, откуда пришло его состояние.
Кусочки складывались вместе идеально. Видение предательства, которое почувствовал Каге, рушащиеся камни, удар предательства — все совпадало с рассказом Германа. Его [Интуиция Рассказчика] дала ему эмоциональное резюме; Герман предоставлял нарративную структуру.
— Вы знаете, где эта запечатанная шахта? — спросил Каге, переходя прямо к делу.
Герман издал усталый смешок. — Парень, если б я знал, я был бы самым богатым Дворфом в королевстве. Это знание было потеряно с людьми, которые запечатали её.
Он поднял глаза, проблеск чего-то — жалости, возможно — в глазах. — Это история о призраках, парень. Мечта дурака.
Каге почувствовал щепку разочарования. Тупик. У него было «что», но не «где». Квест без маркера на карте был кошмаром.
Герман, казалось, почувствовал его мысли. Он наклонился вперед, голос упал до заговорщического шепота. — Большинство народа сказало бы тебе бросить это. Но... — Он сделал паузу, почесывая бороду. — Есть один старый дурак, который может знать кое-что. Старикашка, который гоняется за тенью легенды.
— Кто? — надавил Каге.
— Они зовут его Безумный Барнаби, — сказал Герман с ноткой грусти в тоне. — Был смышленым парнем, учеником геодезиста с хорошим глазом на пласты и линии разломов. Он был частью одной из последних геодезических команд, картировавших верхние шахты до того, как они были полностью заброшены. Что-то случилось с ним там внизу. Никогда не был в своем уме с тех пор.
Он неопределенно махнул в сторону края города. — Проводит свои дни внизу у ручья теперь, просеивая камни и бормоча себе под нос. Говорит о «шепоте камня» и «памяти горы». Большинство просто кидают ему медяшку и идут мимо. Думают, он тронутый.
Разум Каге ухватился за ключевые слова. Ученик геодезиста. Картировал верхние шахты. Память горы. Каге услышал потенциал для сырых, нефильтрованных данных. Свидетель-эксперт, упущенный и отброшенный всеми.
Это было ровно то асимметричное информационное преимущество, на котором он процветал.
— Он говорит о старых легендах, — закончил Герман, — История Грома — одна из его любимых. Если у кого из живых и есть кусок этого пазла, это у него. Но я предупреждаю тебя, парень. Ты получишь больше чепухи, чем смысла от него.
Каге дал короткий кивок, следующий шаг в его плане уже затвердевал. Он сунул железное кольцо в карман. — Спасибо, Герман. Твоя информация была ценной. — Он повернулся к Ане. — И спасибо за представление.
Аня улыбнулась. — Конечно. Будь осторожен, молодой человек. Некоторые истории лучше оставить похороненными.
Каге уже поворачивался, чтобы уйти, разум за мили отсюда. У него была новая цель. Неконвенциональный, высокорисковый информационный узел с высокой наградой.
Безумный Барнаби. Человек, просеивающий призраков у ручья.
Барак Шахтеров остался позади, а запах затхлого эля и старого пота сменился бодрящим воздухом Оукхейвена. Рассказ Германа был стройным и четким, но в нем отсутствовала критически важная переменная: местоположение. Квест без маркера на карте означал бесцельное блуждание, непозволительную трату времени. Ему нужны были координаты.
Наводка Германа на Безумного Барнаби была ненадежным источником информации. Каге остановился на городской площади.
Его пальцы ловко шевельнулись в воздухе, вызывая полупрозрачное окно системы, видимое только ему. Он миновал социальные каналы — Глобальный, Торговый, Групповой — и перешел сразу к логу локального чата Оукхейвена. Это была бегущая стенограмма всех публичных сообщений, отправленных в зоне влияния города. Поток бесполезной болтовни, спама гильдий и споров о выпавшем луте.
Для большинства это мусор. Для Каге — архив.
В строке поиска сверху он набрал одно слово: Барнаби.
Лог мгновенно отфильтровался, сжав многодневные переписки до нескольких подходящих строк.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Локальный чат:
LeafysGreens: лол вы опять видели того сумасшедшего деда у западного ручья? Барнаби вроде? он орал на камень.
Gilded_Grunt04: Аргент хочет чтобы мы держались подальше от той стороны реки. Сказал что этот псих Барнаби плохо влияет на имидж гильдии лул.
PiousPete: Дал старому Барнаби пару медяков. Боги учат нас заботиться о несчастных. Он просто уставился на мою монету и пробормотал что-то про фальшивый блеск.
FishinFrank: Барнаби опять распугивает всю рыбу. Хоть бы он нашел себе новую кучу камней для разговоров.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Одно местоположение, подтвержденное несколькими источниками: ручей к западу от города. Упоминание Золотых Шакалов было небольшим бонусом; это значило, что область, скорее всего, свободна от напыщенных павлинов.
Каге закрыл окно и отправился в путь, его поношенные кожаные сапоги почти не издавали звуков по булыжникам. Он двигался с тихой эффективностью, растворяясь в суете Оукхейвена. Другие игроки, одетые в разрозненное снаряжение после своих первых подземелий, смеялись и кричали, сравнивая статы и оружие.
Город уступил место открытым полям. Ручей серебристой змейкой прорезал зелень, его берега были усыпаны ивами. Он увидел его почти сразу.
Фигура была точно такой, как описывал Герман: старик с копной диких седых волос и бородой, похожей на птичье гнездо. На нем были обрывки того, что когда-то могло быть жилетом геодезиста, поверх простой домотканой одежды. Он стоял на коленях на мелководье, вода пропитала обшлага его брюк, а руки методично просеивали гладкие речные камни. Игроки на ближайшей тропе обходили его стороной, их взгляды выражали смесь жалости и раздражения. Сломанная деталь мирового декора.
Каге подошел и остановился в нескольких футах. Он наблюдал. Человек, Барнаби, поднес простой серый камень к уху, закрыв глаза.
— Нет, нет, не ты, — прошептал Барнаби, голос его был сухим хрипом. — Ты слишком молод. Ты помнишь только форель и паводок. Мне нужен более древний голос. Мне нужен тот, кто помнит трещину.
Он отбросил камень в сторону и взял другой, повторяя движение. Игрок из проходящей мимо группы выкрикнул: — Эй, дедуля! Нашел там какой-нибудь крутой лут? — и рассмеялся.
Барнаби даже не вздрогнул. Весь его мир заключался в горсти мокрых камней перед ним.
Каге почувствовал знакомое раздражение, которое он приберегал для неэффективных систем. Это была социальная головоломка. Замок, требующий определенного, неочевидного ключа. Попытка воззвать к разуму этого человека была бы тратой Авена и дыхания. Это был запрос пароля, замаскированный под безумие.
Барнаби взял плоский кусок сланца. — А, ты... ты помнишь песню крови. Ты помнишь обещание, данное при обратной луне... — Его голос перешел в низкое гудение.
Разум Каге воссоздал ключевые моменты истории Германа. Гром Хранитель Клятв. Знаменитый своим упрямством дворф-прораб. Каге нужно было лишь подбросить приманку.
Он сделал шаг вперед. Голос его был плоским, лишенным эмоций.
— Гром.
Барнаби замер. Его рука, подносившая сланец к уху, слегка задрожала. Он медленно опустил камень, его безумные глаза повернулись к Каге. Вероятно, это был первый раз, когда он кого-то заметил.
Система ждет следующей команды.
Взгляд Барнаби был расфокусирован, он смотрел сквозь Каге. — Имя... да, это имя — железо, — пробормотал он, и его речь приобрела странную ритмичную каденцию. — Железная воля, имя, которое нужно хранить... клятва, принесенная в глубине пещер...
Следующий пароль. Герман говорил об определяющей черте.
— Хранитель Клятв, — произнес Каге.
Барнаби вздрогнул, словно от физического толчка. Он моргнул, проблеск ясности обострил его взгляд. — Обещание... да. Священный долг, оберегать награду... под камнем, где сокрыта мощь... — Он ткнул дрожащим пальцем в землю. — Бьется, бьется, никогда не спит...
Сердце легенды. Сокровище. Цель.
— Сердце горы, — сказал Каге неизменным тоном.
Дрожь пробежала по телу старика. Он с плеском уронил сланец в воду. Его голова дернулась вверх, и впервые его глаза сфокусировались прямо на Каге. Безумие отступало, как прилив, открывая острый, умный взгляд геодезиста, которым он когда-то был.
— Ты... откуда ты знаешь эти слова? — прошептал он, голос его утратил напевность. Но прежде чем Каге успел ответить, волна боли и древнего гнева захлестнула лицо Барнаби. — Но сердце было украдено! Шипение змеи, темное искусство друга... отравленное слово, что разорвало всё в клочья...
Финальное ключевое слово. Катализатор. Событие, запустившее всё остальное.
— Предательство.
Слово повисло в воздухе между ними.
Словно переключатель щелкнул. Туман в глазах Барнаби полностью исчез. Он вскочил на ноги, вода хлюпала вокруг его лодыжек, дыхание было хриплым. Он смотрел на Каге так, словно ждал его целое столетие.
— Это слово — правда, — прохрипел Барнаби голосом, сырым от горя, которое было настолько старым, что превратилось в пыль. — Камень сказал мне это. Он кричал об этом, когда гора умирала.
Его взгляд упал с лица Каге на его руку. К простому, тяжелому железному кольцу на его пальце. Глаза Барнаби расширились, в них бушевали узнавание и трепет.
— Печать Хранителя Клятв, — выдохнул он. — Небеса... ты несешь его саму волю.
Момент ясности удерживался. Барнаби словно съежился, кратковременное возвращение к себе истощило маниакальную энергию. — Я был всего лишь учеником, — сказал он тихим, надломленным голосом. — Мой мастер был учеником мастера, чей ученик мастера был другом двоюродного племянника друга Грома...
Ч-что? Разум Каге выдал ошибку. Он забагался?
Барнаби продолжал как ни в чем не бывало. — Он говорил, что Гром нашел что-то... магическое. То, что изменит судьбу всех дворфов. Но он также говорил о Ворлаге. Называл его улыбающейся змеей с сердцем из черной руды.
Он пошарил в своем рваном жилете дрожащими руками. — Я картографировал верхние туннели. Мы почувствовали это за мили оттуда. Крик... Мой мастер пошел разузнать. Он не вернулся, и я нашел это рядом с обвалом.
Он вытащил сложенный, пожелтевший кусок пергамента. Это была карта геодезиста, в пятнах воды и времени. Чернила выцвели, линии были прочерчены тщательной, твердой рукой, которой Барнаби больше не обладал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новый маркер добавлен на вашу карту.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Барнаби развернул карту, его узловатый палец прочертил путь вглубь секции, помеченной штриховкой. Лабиринт туннелей, в которых Каге узнал Гоблинские шахты. Палец остановился у тупика, сплошной стены из черных чернил.
— Там, — прошептал он ломающимся голосом. — Остальные называли это гранитным разломом. Непроходимой стеной. Но мы... мы называли её Плачущей Стеной. Говорили, что она оплакивает сломанные кости горы.
Барнаби поднял взгляд, его глаза впились в Каге. Безумие снова начало подкрадываться к краям, привычный туман возвращался домой. — Мастер моего мастера говорил моему мастеру... он говорил: — Эта стена знает, что такое преданность. Только истинный друг камня может надеяться пройти. Жадные будут орать, пока не лопнут легкие, но гора будет хранить молчание. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест Камень помнит обновлен.
Ранг: Редкий
Цель: Эхо нарушенной клятвы и забытого сокровища живет внутри Неумолимого перстня Грома. Безумный геодезист дал вам координаты. Найдите бесшовную Плачущую Стену в глубине Гоблинских шахт.
Получено Опыта: 300
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
441/1470.
До 7 уровня еще далеко.
Завершение этого этапа означало конец первой части цепочки. У него наконец-то были твердые координаты.
Момент просветления Барнаби закончился. Его глаза застеклились, и он посмотрел на карту в своих руках так, будто видел её впервые. Он осторожно сложил её и спрятал обратно в жилет. Затем, не говоря больше ни слова, он повернулся обратно к ручью, опустился на колени и поднял очередной камень.
— Ты помнишь кузнечную песню? — пробормотал он ему, голос его снова стал далеким и потерянным. Инфо-узел выполнил свою задачу.
Каге бросил последний взгляд на старика и отвернулся. Он вызвал свою собственную карту. Там, глубоко внутри территории Гоблинских шахт, новый маркер квеста пульсировал нежным золотистым светом. Это было в секции, гораздо более глубокой, чем тот путь, по которому его группа шла к тронному залу Военного Вождя. Это была неизведанная территория, скорее всего, кишащая мобами высокого уровня.
Идти одному рискованно. Мобы будут сильнее, путь — неизвестен. Его Клинок Самозваного Короля был мощным, но его свойство Нестабильный заставляло избегать затяжных боев, особенно против нескольких противников.
Он мог бы написать Лили. Группа была эффективна под его руководством. Джакс идиот, но функциональный живой щит с хорошим уроном. Зара сообразительна, а исцеление Лили — страховочная сетка. Это был логичный, более безопасный вариант. Управление ресурсами. Минимизация рисков.
Он проиграл в голове вероятный сценарий. Напряженный бой в темном туннеле против нового, сильного монстра. У Лили мало маны. Зара высчитывает выход урона. Джакс в одном ударе от смерти. Каге, видя идеальный момент, должен использовать Удар Тирана, чтобы нанести смертельный удар.
Прием сработает безупречно. Монстр обернется. Джакс будет спасен.
А затем его меч проорет на всю пещеру: — Оружие, чтобы ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ! —
Он уже представлял это. Ошарашенное молчание Лили. Интенсивный, аналитический взгляд Зары, которая тут же попытается деконструировать механику публичного вещания. А Джакс... Джакс, наверное, умрет со смеху прямо перед тем, как второй монстр все равно его прикончит. Последующая насмешка будет эхом звучать до скончания веков. Он никогда не услышит конца этой истории. Они наверняка прозовут его Королем.
Эта мысль вызвала горячую волну чистого унижения, которая была страшнее любого игрового штрафа за смерть.
Оператор провел быстрый, жесткий расчет. Риск бежать к трупу при соло-игре был временной логистической неудачей. Риск того, что Джакс обнаружит встроенный боевой клич его меча, был постоянным, сокрушительным дебаффом к его достоинству.
Уравнение решилось мгновенно. Он идет один.
Он закрыл карту. Золотой маркер исчез из его зрения, но координаты выжглись в его памяти. Затем он глянул вниз, на свое бедро. Клинок Самозваного Короля висел там со своей высокомерной, кринжовой силой, его эфес в форме зазубренной короны был пародией на истинную власть. Это было глупое, абсурдное оружие. Оно также было его самым ценным активом. Инструмент, созданный его собственным уникальным, нелепым классом.
Не оборачиваясь, Каге зашагал вперед уверенной походкой. Он направился прямиком к тропе, ведущей в дикие земли, к темному зеву гор.
У него была карта, оружие и цель. И пока что его постыдный секрет был в безопасности.
Он вернется в шахты.
И он узнает, может ли Поэт открыть дверь, которая оставалась запечатанной сотни лет.
Солнце истекло кровью по горизонту, окрасив облака в синячный пурпур. Каге вышел из западных ворот Оукхейвена, гул города растворился в стрекоте сверчков вечерних полей. Вес его нового меча на бедре ощущался хорошо — солидное, обнадеживающее присутствие. Впервые за долгое время у него была четкая цель и инструменты для её достижения.
Затем он это услышал.
Звук, похожий на то, как гора разрывается надвое, за которым последовал хор панических выкриков, прокатившийся сквозь толпы новичков. Дальше в полях бурлил маятник света и хаоса. Игроки разлетались в стороны, как испуганные птицы.
В центре всего этого находился зверь, которого он узнал. Огромная, четырехклыковая громадина из мышц и всклокоченного меха.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Кровавый Клык Тускер — Ур. 20 (Полевой Босс)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он видел его на пути к шахтам раньше — ходячая зона катастрофы, которую другие игроки обходили стороной. Теперь, похоже, популяция сервера выросла до точки суицидальной самоуверенности. Формировался поход масштаба всей зоны, неорганизованный крестовый поход из десятков, а может, сотни игроков, которые швыряли свои жалкие низкоуровневые навыки в его толстую шкуру. Это было классическое событие ММО — славная, грязная куча мала, где веселье было главной целью.
Для всех остальных, по крайней мере.
Его глаза сузились. Он видел зверя, мечущихся игроков, хаос. Но его разум, теперь отфильтрованный через призму Архитектора, парсил это иначе. Он видел историю. Кровавый Клык был высшим хищником Шепчущих Лесов, живой достопримечательностью. Его клыки, вероятно, упоминались в деревенских легендах, его рев был частью звукового ландшафта региона. Он был столпом местного нарратива.
Нарративный Узел.
Высокий нарративный вес, подсказал разум, в котором Оператор и Поэт на этот раз пришли к идеальному согласию. Значительная вероятность выпадения Концептуального Материала. Мысль была вдохновляющей. Концепты, которые он мог бы оставить, могли бы стать монументальным апгрейдом для его арсенала, ингредиентом для оружия или доспехов, способных переопределить весь его билд. Желание присоединиться к схватке, быть там, когда прокрутится таблица лута, было мощной гравитационной силой.
Он сделал один шаг к битве, прежде чем его другое, более доминирующее я ударило по тормозам. Холодная логика Оператора затопила чувства, туша вспышку волнения Поэта. Он проанализировал сцену с брутальной ясностью.
Толпа была хаосом. Воины танковали лицом удары без единого хилера в поле зрения. Маги выпускали заклинания, которые едва подпаливали мех зверя, вытягивая агро в случайном порядке. Лучники палили в спины членов собственных групп. Не было ни танков, чтобы жонглировать агро, ни скоординированной фазы бурста, ни стратегии, кроме — бей его, пока не сдохнет. — Это была симфония потраченных кулдаунов и панических криков.
Мясорубка.
Тускер топнул массивным копытом, послав волну силы, которая подбросила дюжину игроков в воздух, как тряпичных кукол. Их полоски здоровья исчезли.
Время на убийство бездненное, подсчитал он.
Вероятность того, что они хотя бы преуспеют до того, как он деспавнится или вайпнет всю зону, составляет менее двадцати процентов. И даже если они победят, каковы его шансы внести достаточный вклад? Оказаться достаточно близко, чтобы использовать Перо на послеобразе до того, как он исчезнет? Стремятся к нулю. Это лотерейный билет, а он не азартный человек.
Он повернулся спиной к эпической битве без секунды колебаний. Рев Тускера и дерзкие крики игроков затихали за спиной — хаотичное зрелище, которое он добровольно вырезал из своей реальности. Его цель — Плачущая Стена — была определенностью. Кровавый Клык Тускер был лишь сверкающим, высокорисковым отвлечением.
Пусть развлекаются. У него была работа.
Тропа к шахтам стала темнее, деревья сплетались в купол, поглотивший остатки сумерек. Это был тот же участок возвышающихся сосен и запутанных корней, где он вел отчаянные дуэли против Тварей и Падальщиков Могильного Леса.
Шорох в подлеске. Три пары красных глаз моргнули в темноте.
Какая ирония, цинично отметил он.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Раздражающий Лесной Волк — Ур. 3
Раздражающий Лесной Волк — Ур. 3
Раздражающий Альфа-волк — Ур. 5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Альфа зарычал — низкий, гортанный звук, который теперь был просто шумом.
Альфа прыгнул. Рука Каге уже лежала на мече. Он выхватил его и взмахнул одним текучим движением. Клинок Самозваного Короля с его зазубренной гардой встретил морду волка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
Ярость (Стак 1/5)
Скорость Атаки +3%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Зверь взвизгнул, отпрянув. Каге уже проскочил мимо него, его клинок превратился в размытое пятно. Второй волк прыгнул на него сбоку. Он развернулся, инстинктивно используя футворки кендо, и вогнал навершие меча ему в ребра. Оглушение было минимальным, но его хватило. Он закрутился, нанося удар кромкой меча по чистой дуге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
Критический удар! -90 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Второй волк рассыпался частицами еще до того, как коснулся земли.
Оставшиеся два волка замешкались, их простой ИИ обрабатывал внезапное, насильственное удаление сородича. Этой заминки ему хватило. Он рванул вперед, сокращая дистанцию в два шага. Два быстрых взмаха.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
-45 ОЗ
Ярость (Стак 5/5)
Скорость Атаки +15%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его Клинок Самозваного Короля окутало красное свечение.
Бой закончился менее чем за десять секунд. Три исчезающих трупа устилали тропу позади него, их лут появлялся в его инвентаре, а опыт теперь был ничтожным. Он даже не замедлился. Путь вперед был чист. Воспоминание о его отчаянном бое на этой же тропе казалось сном из прошлой жизни. Другой персонаж, другая игра. Битва была лишь борьбой с вредителями.
Ему нужен был подходящий подопытный. Волки были мусорными мобами, недостойными его Авена. Глубже в лесу, возле скалистого подступа к шахтам, он нашел такого. Это был громадный, покрытый мхом медведь, в два раза выше его ростом, когда тот вставал на задние лапы, а когти его были длинными, как кинжалы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Медведь Могильного Леса — Ур. 7
ОЗ: 650/650
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Идеально. Он был достаточно танковым, чтобы выдержать пару хитов, а его уровень был достаточно высоким для осмысленных данных. Он хотел протестировать свою новую базовую способность, Рифмованное Двустишие. Ему нужен был быстрый атакующий стих. Что-то функциональное.
Разум собрал компоненты. Базовые концепции были просты: Цель и Удар. Синтаксис, который он теоретизировал — две рифмованные строки, два ключевых слова. Вопрос был в исполнении. Он выбрал быстрый каст волей.
Он сфокусировал волю, придавая форму стиху в уме, направляя намерение в структуру, не произнося ни слова. Он представил интерфейс командной строки в своей голове.
Название: Приказ о наказании
Стих: В эту цель мой удар лети; / врага сотри с моего пути.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Цель увеличен. (3%->4%)
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Удар увеличен. (1%->3%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Проза была чудовищной. Она была механической, бездушной и имела художественную ценность технического руководства.
Но он старался. И это было функционально.
Тонкая серебристая дуга силы, острая как бритва, материализовалась в воздухе и хлестнула медведя по боку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-100 ОЗ
-100 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Медведь взревел от чистой досады. Он упал на все четыре лапы и пошел в атаку.
Каге почувствовал трепет, не имеющий отношения к предстоящему бою.
Сто единиц урона.
Его первая попытка Стихосложения, одно ключевое слово Удар, нанесла жалкие две единицы урона. Теперь, поняв скрытые правила своего класса, объединив два концепта и сформировав базовую рифму, выходная мощность стала в пятьдесят раз больше. Это... это было жизнеспособно.
Медведь приближался быстро. Он проанализировал цифры. Сто урона за сто Авена. Соотношение один к одному. С его текущим пулом в 420 Авена он мог выдать четыре таких заклинания при полной шкале. Не особо круто. Это было полезным открытием, всплеском мгновенного урона, но слишком неэффективно для долгого гринда. И всё же потенциал был неоспорим.
Класс не был мусором; он просто ждал, когда он расшифрует его грамматику.
Медведь Могильного Леса был в десяти футах, разинув пасть и готовый разорвать его на части. Каге встретил его напор, и его новый клинок запел, покидая ножны. Гринд начался.
Через несколько минут, стоя над исчезающим трупом второго медведя, Каге подтвердил свою следующую гипотезу. Он проверил окрестности. Он находился в небольшой уединенной низине, окруженной скалами с трех сторон. В пределах слышимости никого не было.
Он подавил жаркий прилив смущения, подкативший к горлу. Это было ради данных. Это ради оптимизации.
Третий медведь неуклюже забрел в низину, принюхиваясь к кучке грибов. Каге глубоко вдохнул. Он поднял руку, фокусируя намерение. Он собирался выполнить заряженный каст.
Он начал. — Приказ о наказании. —
И произнес тот же самый кринжовый стих вслух, его голос был плоским и монотонным в тихом воздухе.
— В эту цель мой удар лети; врага сотри с моего пути. —
Эффект был мгновенным и кардинально иным.
То, что материализовалось, было широкой косой. Она гудела от мощи, физически более крупная и весомая, чем версия, созданная волей. Она вонзилась в тушу с отчетливым звуком вжжих, как звук обнажаемого меча. Чистая сила удара заставила полутонного зверя отшатнуться назад.
А цифра урона, всплывшая вверх, была просто прекрасна.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-150 ОЗ
-100 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге расширились. Он тут же перекрестно сверил данные. Стоимость Авена идентична: 100 очков. Но выход урона был на пятьдесят процентов выше.
У него был ответ. Четкая иерархия намерения.
Стих волей был быстрым кастом — тихим и скорым. Он слабее, но тактически гибче.
Стих голосом был заряженным кастом — медленнее, громче, но гораздо мощнее. Это была сырая, концентрированная мощь. Сам акт придания стиху физического голоса давал ему большую опору на реальность мира.
Что до письма Пером... он отбросил это пока что. Совершенно неприменимо в одиночном бою. Инструмент для другого времени, другой цели. Теперь у него был четкий тактический выбор.
Разъяренный медведь атаковал, и Каге встретил его в новом ритме. Он сосредоточился на концепции хрупкости.
Название: Да прокляты будут защиты природы.
Поэма: Ослабь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Наложено Ослабление. Цель получает на 15% больше урона.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Слабое серое мерцание омыло медведя на долю секунды. Каге шагнул в сторону, его клинок сверкнул.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-55 ОЗ
Ярость (Стак 1/5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Медведь заревел и взмахнул массивными когтями. Каге парировал, удар был тяжелым, но терпимым благодаря дебаффу. Его клинок ответил мгновенно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-58 ОЗ
Ярость (Стак 2/5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он вихрем кружился вокруг зверя, скорость его атак росла с каждым ударом. Тихая Однословная Поэма, за которой следовал неумолимый натиск стали, питаемый Клинком Самозваного Короля. Стаки ярости росли, превращая его меч в гудящую дробилку.
Он больше не был просто фехтовальщиком, вынужденным использовать странную магию. Он был тактическим магом, сплетающим заклинания и сталь воедино. Он пробивал себе путь к цели, каждое убийство моба становилось маленьким депозитом в его банке опыта, еще одним крошечным шагом к 7 уровню.
И впервые после того катастрофического изменения класса Каге чувствовал, что он полностью, абсолютно всё контролирует.
Вход в Гоблинские шахты снова был вихрем организованного хаоса, резко контрастирующим с тихим методичным гриндом, который Каге только что завершил. Игроки толпились у каменистого зева пещеры, перекрикивая друг друга, их голоса сливались в какофонию отчаянных рекрутинговых предложений.
— Ищем пати! Нужен танк для глубокого захода! Хил есть! —
— Продам [Наплечники в гоблинской жиже]! 2 серебра в ЛС! —
Игрок в разрозненных доспехах и с паникой в глазах стоял на небольшом валуне, стараясь перекричать шум. — В ДПС группу к Надсмотщику! Нужен еще один! Маршрут знаем! —
Это был идеальный снимок тягот ранней игры: бесконечная охота за снаряжением, за членами группы, за любым мелким преимуществом, способным сгладить вертикальный подъем уровней. Каге был там. Он помнил это чувство — тихую безнадежность пребывания под недокачем и недошмотом.
Взгляд одного рекрутера скользил по толпе, пропуская игрока с деревянной дубинкой, перескакивая через дуэт, который явно уже был в группе. Затем его глаза остановились на Каге. Он заметил тусклый блеск искореженной короны на эфесе его меча, необычное качество брюк и уверенную, неторопливую манеру движения. Что еще важнее, он увидел цифру, парящую над головой Каге. 6 уровень. Солидно.
— Эй, ты! Парень с мечом! — выкрикнул игрок, указывая на него. — Вижу, ты понимаешь, что делаешь. Заход на Надсмотрщика! Быстро вошли, быстро вышли. Ты с нами? —
Вопрос повис в воздухе. Простое приглашение. Тип предложения, за которое он ухватился бы всего пару часов назад. Путь Каге даже не дрогнул. Он встретил полный надежды взгляд игрока на долю секунды, сделал одиночный, почти незаметный качок головы в знак отказа и продолжил свой путь.
Он прошел мимо рекрутера, мимо отчаянных криков и бешеной энергии, прямиком в темную, манящую прохладу Гоблинских шахт. Один.
Рекрутер остался стоять, слегка разинув рот, глядя в то место, где только что был Каге. Его отвергли так бесповоротно и так полно, что это казалось не столько отказом, сколько фактом того, что он вообще не существовал.
Знакомое зловоние сырой земли и гоблинского мускуса наполнило чувства Каге. Первый патруль был именно там, где он и помнил.
В прошлый раз с этой стычкой расправилась его группа, пока он собирал Мрачномох. Теперь это был испытательный стенд.
Разум Каге собрал стих со скоростью натренированной команды. Каст волей. Быстро, тихо, эффективно.
Название: Проклятие на тварь.
Стих: В гоблина-цель мой взор вцепится, / пускай же сила из него испарится.
Ему даже не пришлось толком думать над словами. Концепция сформировалась, и импульс бледной пурпурной энергии, почти невидимый во мраке, вырвался из его протянутой руки и омыл Шамана. Существо вздрогнуло, озираясь в замешательстве, его магический треск на мгновение притих.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Наложено Ослабление. Выходные атрибуты цели снижены на 30%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рядовые гоблины, не заметив ничего, заметили его и бросились в атаку с гортанным ревом. Каге встретил их лицом к лицу. Клинок Самозваного Короля загудел, когда он его выхватил.
Первым ударом был чистый диагональный разрез через грудь ведущего гоблина.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-58 ОЗ
Ярость (Стак 1/5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Цифра была приятно завышена из-за дебаффа на Шамане, который, вероятно, давал небольшую защитную ауру. Гоблин пошатнулся. Каге не дал ему шанса восстановиться. Футворки кендо позволили ему плавно повернуться вокруг неуклюжего замаха. Клинок превратился в размытую полосу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-59 ОЗ
Ярость (Стак 2/5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его скорость действий заметно возросла. Мир словно замедлился на долю секунды, когда его разум и тело синхронизировались с яростью оружия. Второй мелишник замахнулся дубиной. Каге парировал, и его ответ последовал незамедлительно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-61 ОЗ
Ярость (Стак 3/5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он был машиной оптимизированного насилия. Шаман наконец сумел выпустить заряд трескучей зеленой энергии. Каге уклонился от него не глядя, его глаза были закованы в движениях двух воинов. Разворот, взмах, еще одно парирование.
Менее чем за десять секунд оба рассыпались искрами света.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Гоблина-пехотинца!
Получено Опыта: 40
Вы победили Гоблина-пехотинца!
Получено Опыта: 40
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Шаман в ужасе заверещал, его уверенность была сломлена. Каге преодолел расстояние за два длинных шага, его меч стал серебряной полосой в темноте.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-116 ОЗ — Критический удар!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Шаман испарился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Гоблина-шамана!
Получено Опыта: 45
Лут получен:
Треснувшая гоблинская безделушка x 1
Обрывки рваной шкуры x 3
8 меди
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге стоял во внезапно наступившей тишине, последний стак Ярости догорал. Вся стычка заняла менее пятнадцати секунд. Никаких лишних движений, никакого ненужного риска. Он намеренно подавлял Удар Тирана добрых полдюжины раз, светящаяся иконка навыка злобно пульсировала в интерфейсе, прежде чем он заставил её затихнуть. Польза велика, но цена для достоинства была слишком высока. Он прибережет его для крайних случаев.
Этот гибридный стиль работал. Работал великолепно. Но разум Оператора уже бурлил, переходя к следующей проблеме.
После зачистки небольшой, освещенной грибами боковой каверны, Каге сделал паузу. У него был излишек Авена и голова, полная данных. Он прислонился к холодной каменной стене, взгляд его стал расфокусированным, пока он проводил расчеты.
«Мои стихи могут нацеливаться на объекты, как в случае с дворфским механизмом. Ключевое слово для этого, похоже, контекстуальное, но [Придай форму] — прямой инструмент. Они могут нацеливаться на врагов, как на гоблинов, используя [Цель] и [Ослабь]. Логично, что система различает типы целей ОБЪЕКТ и ВРАЖДЕБНЫЙ_НИП».
Он уже знал, что может нацелиться на себя. Его самая первая попытка Стихосложения по умолчанию применилась к заклинателю, нанеся ему жалкие 2 единицы урона.
Система рассматривала его как валидную цель. Это был подтвержденный факт.
Реальный вопрос заключался в намерении.
Если система позволяла ему наносить урон себе из-за некомпетентности, позволит ли она ему извлекать выгоду из точности? Сможет ли он превратить это нацеливание по умолчанию в петлю самобаффа?
Он просканировал свой лексикон. Ключевое слово Себя сидело там, его резонанс составлял ничтожный 1%. Он никогда не прикасался к нему, полагая его бесполезным для однословных поэм. Он решил провести тест. Ему нужно было безопасное, не боевое ключевое слово, чтобы поставить в пару. Усиль было очевидным выбором, его резонанс составлял скудные 6% после дюжины использований, но функция его была ясна.
Он вдохнул, чувствуя знакомый намек на неловкость, сопутствующую стихосложению. Это чувствовалось не как управление реальностью, а как написание болезненно искреннего фанфика о самом себе.
Он составил двустишие в уме, направляя намерение внутрь себя.
Название: Дар для архитектора.
Стих: Дарю я дар себе, пусть крепнут силы, / чтобы усталость тело не скосила.
Рифма была неуклюжей, стих — лишенным изящества.
Теплый золотистый свет опустился на его тело, напоминая всплеск солнечного света в холодной шахте. Он задержался на мгновение, прежде чем исчезнуть, оставив слабое покалывание в мышцах.
Раздался сигнал уведомления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы произнесли благотворный стих. Сила +6 на 30 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге распахнул глаза. Он сжал кулак. Ощущение мощи было тонким, но неоспоримым. Его общая Сила теперь составляла 21. Значительный, хоть и временный, буст к выходному урону.
Это сработало.
Разум Оператора экстраполировал данные.
Себя — валидная цель. Последствия были ошеломляющими. Если баффы работали, что еще могло сработать? Он снова просканировал лексикон, взгляд его остановился на одном слове.
Рост.
Резонанс: 7%. Он получил его в момент чистого, отчаянного разочарования, пытаясь сорвать цветок. Его функциями были жизнь, энергия, расцвет. Он использовал его для сбора большего количества растений. Но он сам — живое существо. Система признавала его валидной целью. А что если...
Ему нужна была контрольная группа. Нужно было получить урон.
Он оглядел каверну и нашел то, что искал: грубо сделанную ловушку с нажимной плитой, едва скрытую под слоем пыли. Растяжка, соединенная с набором ржавых шипов. Любительщина. Легко заметить. Идеально.
Он подошел и намеренно наступил на неё.
Клик-вжих.
Трио шипов вылетело из стены, ударив его в бедро. Эффект Неумолимой Воли от его кольца вспыхнул, полностью аннулировав один шип, но остальные два достигли цели.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-15 ОЗ
-15 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Резкая, реальная боль прошила ногу. Появилась иконка дебаффа: Кровотечение -1 ОЗ/с.
Полоска здоровья теперь замерла на 150/180.
Теперь — тест. Он проигнорировал кровотечение. Закрыл глаза, сосредоточив всё намерение на клетках своего собственного тела. На ране. На концепции исцеления. Ему не нужно было двустишие для этого. Ему нужна была команда. Чистая, прямая и абсолютная.
Название: Тело мое должно исцелиться.
Поэма: Рост.
Стих, одно-единственное мощное слово, обошелся ему в 50 Авена. Мягкая, полная жизни зеленая энергия, гораздо более интенсивная, чем золотистое свечение баффа Усиль, окутала его тело. Это был цвет новых листьев весной, чистое, жизнеутверждающее сияние. Он почувствовал, как успокаивающее тепло разливается по его бедру, затягивая растерзанную плоть и запечатывая поврежденные капилляры. Боль исчезла.
Два уведомления появились одно за другим.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваш стих очистил эффект Кровотечение.
Вы получили эффект Быстрое заживление. Регенерация ОЗ +15 в секунду в течение 5 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он наблюдал за своей полоской здоровья.
+15… +15… +15… +15… +15…
За пять секунд он восстановил 75 ОЗ. Здоровье снова было полным.
ОЗ: 180/180
Каге выпустил вдох, который и не заметил, как задерживал.
Это была смена парадигмы.
У него была самозаливка.
Анализ затрат и выгод любого сражения, которое он когда-либо предпримет, только что фундаментально изменился. Его выживаемость, его способность гриндить часами напролет, не возвращаясь в город, его способность идти на риск — всё это только что взлетело до небес.
Оператор пересчитал все будущие оценки рисков. Игра изменилась.
С новой, непоколебимой уверенностью Каге двинулся вглубь шахт. Он шел за квестовым маркером Камень помнит. Из своей позиции он мог бы идти тем же путем, который проделал в первый раз с пати. Но он увидел, что есть более быстрый, короткий путь, который вел его в сторону от главных магистралей, в менее хоженые боковые туннели.
Выбор был очевиден. Каждая секунда на счету. Каждая секунда впустую — это ставка на мою главную цель.
Гоблины в боковых туннелях были сильнее. Гоблины-Грабители 8 и 9 уровней, облаченные в собранные по кускам обрывки железных лат и вооруженные жестокими зазубренными копьями. Они двигались скоординированными пачками, обходя с флангов и используя сети, чтобы попытаться обездвижить его.
Шансов у них не было.
Бой Каге стал смертоносным танцем. Каст Ослабь волей, чтобы смягчить элитного лидера пачки, затем рывок в схватку. Клинок Самозваного Короля находился в постоянном движении, его стаки Ярости редко падали ниже пяти. Он перетекал от цели к цели, его пассивка Ритмичный Поток активировалась, когда он идеально уворачивался от выпада копья, одновременно произнося однословный стих Свяжи, чтобы на мгновение заморозить руку сетеметателя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 5/10)
Текущий Бонус: +10 Базового Физ. Урона, +10% Скорости Действий
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его урон взлетел. База из 48 стала 58. Каждый взмах стал быстрее, каждый удар — тяжелее. Грабители, имевшие почти по 450 ОЗ каждый, падали один за другим.
Он получил тяжелый удар от Гоблина-Разорителя, элитника с огромным двуручным топором. Удар заставил его отшатнуться, полоска здоровья упала на треть.
Он не паниковал. Отступил, создавая дистанцию, и произнес команду. — Рост. — Зеленый свет омыл его, полоска здоровья рванула вверх. Разоритель заревел и бросился в атаку, но его встретил произнесенный заряженный каст.
— Пусть каменный плен из-под ног восстает / и плоть этой твари надежно скует! —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-100 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Плиты камня вырвались из пола, сковывая ноги Разорителя, приковав его к месту на драгоценные несколько секунд. Этого хватило. Каге обрушился на него, его клинок на полных стаках превратился в гудящую стальную пилу.
Опыт тек ровным, приносящим удовлетворение потоком. С каждым убийством полоска подползала ближе к 7 уровню.
Его путь в конечном итоге прошел мимо широкого круглого зала, где его группа сражалась с Гоблином-Надсмотрщиком. Каге замер в тени входа. Там была другая пати, сражающаяся с боссом, и они с треском проигрывали.
— Держи агро, нубас! — визжала магичка, голос её срывался от паники, пока она уворачивалась от кнута Надсмотрщика. — Ты что вообще творишь?! —
— Я пытаюсь! — огрызнулся в ответ молодой, серьезный голос. — Оно постоянно слетает! —
Каге наблюдал, лицо его было маской нейтральности. Классическая сцена: неорганизованная группа, разваливающаяся по швам, общение которой превратилось в панические обвинения. Танк, воин с разрозненным набором брони и базовым круглым деревянным щитом, был центром их гнева. Имя Valdrias парило над его головой. Движения игрока были неуклюжими, лицо выражало смесь широкоглазого рвения и нарастающего разочарования. Его снаряжение было вендорным мусором. Определенно, это была его первая VRMMO.
Каге уже собирался отвернуться — очередная точка данных в море некомпетентности — когда кое-что заставило его замереть. Ноги танка. В первый раз, когда Надсмотрщик использовал тяжелый замах, игрок попытался блокировать и его отбросило. Во второй раз он попытался отпрыгнуть назад, но его всё равно зацепило. Но в этот раз Каге это увидел. Крошечное, почти незаметное смещение в стойке. Он учился. Он рассчитывал.
Когда босс замахнулся для очередного тяжелого удара, Валдриас сделал один-единственный точный шаг по диагонали вперед, в слепую зону атаки. Дубина просвистела мимо него. Он вычислил безопасную зону в реальном времени, под давлением, пока его собственная группа орала на него.
Вспышка подлинного удивления, микроскопическое движение брови, нарушило нейтральное выражение Каге. Рвение было лишь маской. Под ним скрывался холодный расчетливый разум, обрабатывающий данные, совершенствующий методы с каждым провалом. Пока его пати паниковала, Валдриас проводил диагностику. И, вероятно, он сам еще этого не осознавал.
Каге увидел проблеск своего младшего «я» в отчаянных, сосредоточенных глазах игрока — тот же неумолимый драйв к деконструкции системы, к поиску идеального ответа, к победе через превосходящее понимание.
Момент прошел. Пати Валдриаса была обречена, их хиллер выдохся по мане. Это не была его проблема. Но когда Каге развернулся и скользнул в узкий боковой проход, минуя разыгрывающуюся трагедию, он занес имя Valdrias в свою память. Интересная переменная. Тень мысли, которая словно исходила от самого Мастера Джина, прошептала в его памяти:
Талант можно найти в самом неотесанном камне.
Он развернулся и ушел беззвучно, миновав зал по узкому боковому проходу. Призрак, проходящий сквозь битву, которая его не касалась.
Основные туннели гоблинских нор со временем уступили место тесной, давящей расщелине в скале, проходу настолько узкому, что его плечи почти задевали края. Он шел по нему по памяти, грубый камень скреб по кожаным перчаткам.
Затем туннель расширился.
Он вышел на знакомый каменный обрыв, и это зрелище захватило дух, так же, как и в первый раз.
Перед ним лежал необъятный, похожий на собор зал. Бездна чистой тьмы всё еще зияла внизу — пустота настолько глубокая, что казалась поглощающей свет. Вверху странная фосфоресцирующая флора отбрасывала призрачное сине-зеленое сияние через всю пещеру, освещая архитектуру сломанной небесной дороги — серии массивных подвесных каменных платформ, неподвижно висящих в мертвом воздухе.
И вдалеке, на самой дальней платформе, находился колоссальный, безмолвный механизм дворфов. Он видел его ясно: шестерня размером с дом, пустое гнездо, где должна быть меньшая когня, и массивный, ржавый рычаг.
Он был здесь раньше.
Он помнил, как стоял на этом самом выступе с Зарой, Джаксом, Лили и Финном. Помнил их трепет, их замешательство. Помнил себя — тихого стратега, дирижера, прячущегося в оркестре, использующего свои странные силы тонкими способами, чтобы привести их к решению.
Теперь он был один. Его спутниками были новообретенное понимание своего класса и меч на бедре. Он смотрел через бездну на головоломку, которую однажды решил хитроумной комбинацией своих стихов.
Он стоял на краю мира, глядя через пропасть на тихую, сломанную машину.
Путь был тот же.
Его ум был острым, холодным и ясным.
Метод — иным.
Каге стоял на краю дворфского моста. Он пересёк эту бездну с группой. Теперь он был один, и путь вперед был совершенно другим.
Слабое, почти незаметное мерцание в углу зрения привлекло его внимание. Клочок интерфейса реального мира, проступающий сквозь игру.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОПЛАТА ОЖИДАЕТСЯ ЧЕРЕЗ: 29 ЧАСОВ, 12 МИНУТ.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Цифры были враждебного, клинического красного цвета. Таймер обратного отсчета для босса другого рода, у которого нет ни эксплуатируемых механик, ни умных стихов. Неудача не была бегом к трупу; это был телефонный звонок, который он никогда не мог позволить себе принять. Давление было физическим грузом, постоянным скрежетом на задворках разума. Он подавил его. Секционировал. Одна проблема за раз. Игра была единственным решением, которое у него было.
Он открыл журнал заданий. Цель квеста Камень помнит пульсировала с тихой настойчивостью. Она была не на той стороне пропасти, куда ушла его группа. И не на его стороне тоже. Маркер плавал в огромной, темной пустоте внизу.
Ну конечно. Прямых линий не бывает.
Его взгляд, отточенный годами поиска швов в дизайне игр, вернулся к механизму дворфов, который приводил мост в движение. Его группа видела загадку, которую нужно решить. Он видел машину. Теперь он искал то, к чему эта машина была подключена.
Первичные шестерни были огромными, сцепленными для перемещения сегментов моста. Однако под ними, полускрытый скалами и тенями, проходил вторичный путь. Он был меньше, обесточен и покрыт вековой пылью. Он вел не через пропасть, а вниз.
Каге последовал вдоль края обрыва. Его сапоги хрустели по рыхлому гравию. Там, за выступом природной скалы, скрывался грубый служебный вход. Каменная лестница, где каждая ступень была узкой и крошащейся, уходила спиралью вниз, в бездну. Ступени были вырублены прямо в скале — вызывающая головокружение спираль упадка. Это не был торжественный проход для прорабов или визитных ноблей. Это был путь обслуживания, созданный для инженеров и забытый историей. Путь для того, кому нужно было добраться до внутренностей горы.
Идеально.
Он кастанул Усиль на себя и на свой клинок, знакомое тепло стиха потекло сквозь него. Ритуал становился второй натурой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы произнесли благотворный стих. Сила +6 на 30 секунд.
Усиление применено на Клинок Самозваного Короля. Урон увеличен на 20%. Потеря прочности снижена на 10%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Бросив последний взгляд на относительную безопасность пропасти, Каге ступил на первую ступень и начал спуск в тишину.
Чем глубже он уходил, тем сильнее менялся мир. Запах гоблинов и сырой земли исчез, сменившись стерильным холодным воздухом с запахом глубокого камня. Грубо вытесанная порода уступила место стенам, усеянным зазубренными фосфоресцирующими кристаллами, которые отбрасывали призрачный сине-зеленый свет.
Он был в совершенно новом биоме. Скрытая суб-зона.
Стрекочущий звук донесся из бокового туннеля. Рука Каге сжалась на эфесе меча. Он прижался к кристаллической колонне, стойка из тренировок кендо была инстинктивной, дыхание контролируемым.
Нечто появилось. Оно было размером с крупную собаку, крабоподобное существо из сочлененных пластин обсидианово-черного кристалла. Две угрожающие клешни щелкали в воздухе, и оно передвигалось на шести тонких острых ногах.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Бездный Скребун — Ур. 13 Элита
ОЗ: 1200/1200
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тринадцатый уровень. Справимся, подумал он. Он дождался, пока патрульный маршрут проведет существо мимо его позиции, и сделал выпад. Его меч, усиленный стихом Усиль, опустился чистым вертикальным рубящим ударом.
Он ожидал брызг пиксельной крови. Вместо этого раздался скрежет металла о алмаз и резкая вибрация, прошившая его руку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-11 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Скребун отпрянул назад, его черный панцирь сохранил лишь малейшую царапину. Атака Каге едва пощекотала его.
Глаза Каге сузились. Это был классический моб на проверку шмота. Или, точнее, на проверку защиты. Его физическая броня была абсурдно высокой. Способ разработчиков сказать игрокам, чтобы они возвращались позже с лучшим оружием или другим типом урона.
У него не было на это времени.
Скребун атаковал, щелкая клешнями. Каге парировал, удар принес очередную порцию урона по прочности меча. Свойство Нестабильный было здесь пассивом. Он уклонился, пропуская тварь мимо себя, и ударил в сочленение её лапы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-19 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Лучше, но всё равно жалко. Это будет затяжная битва на износ, медленно пожирающая хрупкую прочность его оружия. Неэффективный, неприемлемый гринд. Тип боя, который он привык решать грубой силой статов. Теперь придется быть умнее.
Он разорвал дистанцию, его ум уже работал лихорадочно. Он не мог обойти броню. Ему придется изменить саму броню.
Скребун снова бросился вперед. Каге танцевал в защите, выигрывая время, его мысли метались по синтаксису. Нужно объединить две идеи в один мощный эффект. Ослабь был очевидным глаголом.
Но ослабить что? Всё существо? Слишком широко. Броню? Уже лучше. Но как? Нужен был второй концепт.
Придай форму. Слово пришло к нему — вспышка осознания от дворфского моста.
Хорошо. Напишем код.
Название: Приказ Нерушимому.
Он сфокусировал намерение, представляя кристаллическую оболочку как структуру со встроенными изъянами. Он сплел два ключевых слова, чувствуя, как Авен собирается в груди прохладным плотным давлением. Он произнес слова вслух, стих эхом разнесся в кристальном туннеле, голос придал им осязаемый вес.
— Кристальный доспех, тресни и ослабь, / чтоб цель мою удару ты подставь. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-100 Авен
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Придай форму увеличен. (7%->8%)
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Ослабь увеличен. (7%->9%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Серебряный луч выстрелил из его протянутой руки и ударил Скребуна в спину. Небольшой участок панциря размером с кулак замерцал, светясь преломленным, нестабильным светом.
Слабая точка.
Скребун, сбитый с толку магией, замер. Это было всё, что нужно Каге. Он сократил дистанцию в два текучих шага, меч начертил идеальную дугу. Острие Клинка Самозваного Короля врезалось прямо в мерцающее уязвимое место.
В этот раз скрежета металла не было. Лишь тошнотворный хруст, будто бьющееся стекло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! -146 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Существо завизжало, издав резкий скрежещущий звук, и пошатнулось. Слабая точка померкла. Эффект длился всего несколько секунд.
Каге мрачно улыбнулся. Работает. Бой превратился из нудного ковыряния в загадку на тайминг и точность. Ему нужно выманить атаку, кастануть стих и нанести точный удар по движущейся цели до того, как эффект пройдет. Это трудно, выматывает ментально и ест Авен.
Но это возможно.
Остаток боя шел в ритме. Уклонение, каст, удар. Паттерн. Наконец, после изнурительной минуты, Бездный Скребун содрогнулся и разлетелся на тысячи сверкающих осколков.
Каскад уведомлений заполнил зрение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Бездного Скребуна!
Получено Опыта: 350
НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Вы теперь Уровень 7!
У вас есть нераспределенные очки характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он без раздумий влил оба очка в Силу, готовясь к скачку на 10 уровне. Его базовый физ. урон подрос. Совсем немного, но каждая единица была победой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сила (СИЛ): 15 -> 17
ОЗ: 190/190
АВЕН: 430/430
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он собрал кристаллическую пыль, и пока двигался дальше, призрачный свет кристаллов высветил нечто знакомое в сырых трещинах породы. Темный, губчатый мох, мерцающий бледно-синим цветом. Мрачномох.
И не просто пара клочков, а густые, сочные жилы, змеящиеся по стенам, гораздо более яркие, чем редкие пучки в верхних шахтах. Ум Оператора оживился.
Ресурсная нода с высоким выходом. Он экипировал свой серп и принялся за работу с методичной скоростью, заполняя инвентарь ценным реагентом. Прибыль только от этого предприятия уже была значительным шагом к его цели.
Спиральная тропа уходила всё ниже. Туннели расширялись, открываясь в пещеры, где тишина была настолько глубокой, что казалась осязаемой. Здесь он нашел первые настоящие следы катастрофы столетней давности.
Скелеты дворфов, одетые в простую, окаменевшую кожу шахтеров, лежали там, где они упали. Некоторые были наполовину поглощены кристаллическими наростами, будто сам камень сожрал их. Один скелет привалился к стене, его костяные пальцы всё еще сжимали рукоять ржавой кирки.
Когда Каге проходил мимо, его рука коснулась изношенного металла инструмента. Резкий холодный толчок ударил в его руку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сработала Интуиция Рассказчика.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мир посерел. В его разум ворвалось видение — хаотичное и незваное вторжение.
...Оглушительный ТРЕСК подавшегося камня... земля дрожит с неистовством... клятва на дворфском наречии...
...вспышка другого лица — бородатый дворф с подлой ухмылкой, жестокий блеск в его глазах, когда он стоит рядом с обрушивающейся балкой...
...последний, отчаянный крик, затихающий во тьме: — ВОРЛАГ! ПРЕДАТЕЛЬ! —...
Видение исчезло так же быстро, как появилось, оставив Каге с легкой головной болью и окрепшей уверенностью.
Это... было массовое убийство. Саботаж.
Он оттолкнулся от стены, его глаза уже сканировали путь впереди. Очередное богатое месторождение Мрачномоха цеплялось за потолок. Он замер лишь на столько, сколько нужно было для сбора — его движения экономные и выверенные. Каждая крупица ценности должна быть выжата из этого спуска. Ресурсами не разбрасываются.
Воздух потяжелел. Новый звук долетел до него — влажное, липкое скольжение по камню. Он нырнул за кристаллическое образование, когда новое существо выскользнуло из трещины в потолке.
Это был бледный, рептилоидный зверь длиной около десяти футов, с тощим телом как у уиппета и текстурой как у утопленного трупа. У него не было глаз, лишь гладкая пустая кожа. Он нюхал воздух, его голова качалась из стороны в сторону, явно ведя охоту по звуку и вибрациям.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Бездный Таящийся — Ур. 15 Элита
ОЗ: 1800/1800
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Уровень выше. Больше ОЗ. Следующий уровень хищника. Каге замер абсолютно неподвижно, затаив дыхание. Это существо было проблемой иного типа. Стелс-секция на слуховом агро.
Тварь замерла, её голова повернулась прямо к нему. Его сердцебиение, дыхание — даже на минимуме этого было достаточно.
С леденящим шипением её пасть открылась, и длинный зазубренный язык вылетел, как живой абордажный крюк, целясь прямо ему в грудь.
У Каге даже не было времени на раздумья. Инстинкты взяли верх. Он бросился в сторону, шип скользнул по плечу, вырвав щепу в кристаллической стене позади. Таящийся пытался утянуть его с этой ненадежной тропы прямо в бездну. Прежде чем зверь успел втянуть язык, ум Каге высек команду — единую сфокусированную концепцию.
Название: Пресечь касание.
Скуй.
Язык, уже готовый метнуться назад, замер в воздухе на долю секунды. Этого хватило. Каге рванул вперед, занося меч. Он отрубил кончик языка, вызвав фонтан бледной крови.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-69 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Таящийся издал беззвучный, болезненный крик, дико тряся головой. Он не видел игрока, но теперь точно знал, где тот находится. Он бросился в атаку, когти застучали по камню. Каге принял выпад, парируя удар когтей, который послал вибрации по всему его мечу. Он шагнул в сторону и сделал выпад, но зверь был неестественно быстр, изворачиваясь от клинка.
Коготь царапнул его по плечу, сработал эффект отрицания урона кольца. Однако другой коготь достал его через ребра.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-72 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Боль была острой, холодным огнем. Он разорвал контакт, увеличивая дистанцию. Таящийся преследовал его своим безглазым лицом. Нужно было лечиться.
Разум уже строил стих.
Название: Структурная Починка.
Рану открытую я собственной волей вяжу, / жизненный рост своей плоти теперь прикажу.
Теплый зеленый свет омыл его.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы получили эффект Быстрое заживление. Регенерация ОЗ +30 в секунду в течение 5 секунд.
+30 ОЗ... +30 ОЗ... +30 ОЗ...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Порез на ребрах затянулся. Это был мощный хил, но стоимость Авена была существенной. Он не мог позволить себе размениваться ударами таким образом. Бой требовал весь его арсенал. Точность кендо. Тактическое применение стихов. Безжалостную эффективность Оператора.
Зверь прыгнул снова. На этот раз Каге был готов. Он использовал тихий стих Скуй на его ногах в момент прыжка, заставив монстра споткнуться. Используя брешь в защите, нанес мощный удар ему в бок. Зверь оправился, пытаясь укусить, он парировал — ритм боя установился. Это был жестокий танец на краю обрыва. Каждая ошибка могла означать падение в забвение.
Но это был гринд. Знакомый, узнаваемый гринд, который за эти годы стал частью его бытия.
Он сразил еще двух Таящихся подряд, во втором столкновении — сразу пару. Это довело его до предела, высушив полоску Авена почти до нуля и оставив его Клинок Самозваного Короля с некоторыми повреждениями.
Наконец он добрался до низа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт: 1402/1852
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Винтовая лестница оборвалась на широком ровном плато. Он был в пещере настолько огромной, что её свод терялся в тени. Пол представлял собой поле расколотого черного кристалла, мерцающего в слабом свете сверху. Воздух замер. Повисла абсолютная тишина. Его квестовый маркер пульсировал теперь сильнее, указывая на стену каверны.
Там, в самом центре, наполовину заваленный россыпью черных кристаллов, сидел огромный неподвижный силуэт. Это был голем, ростом в десять футов, даже в сидячем положении. Тело его состояло из зазубренного, пульсирующего красного камня — как сырая, едва сдерживаемая энергия, — и всё это удерживалось толстыми полосами черного железа, которые больше напоминали кандалы, чем броню. Низкое, ритмичное гудение — басовая нота слишком глубокая, чтобы слышать её ушами, но легко ощущаемая — исходила из его ядра.
Маркер указывал прямо за эту громаду, на стену, полностью перекрытую его массивным телом. Оно спало. И ему придется его разбудить.
Каге подошел к спящему голему со сдержанной неподвижностью мечника, оценивающего нового оппонента. Существо походило на монумент первобытной, скованной силы. Пульсирующий красный камень его тела казался дышащим — медленный, глубокий ритм, вибрирующий через подошвы сапог. Игрок остановился в безопасных пятидесяти ярдах, его глаза сканировали каждую деталь.
Краткая мысленная команда вызвала системную панель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Хранилища Предателя — Ур. 16 (Мини-босс)
ОЗ: 5000/5000
Статус: Спящий, Бронированный
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Шестнадцатый уровень. Значительный скачок. На девять уровней выше его — разница более чем в два раза — типичный зазор, означающий мгновенную смерть для соло-игрока. Но слово типичный никогда не относилось к нему.
Его взгляд прошелся по необъятной пещере. Целевой маркер квеста Камень помнит мягко мерцал где-то позади голема. Ни боковых проходов, ни скрытых туннелей. Путь линеен.
Значит, это сборщик пошлины, заключил он. Привратник. Прокрасться мимо не выйдет. Цена за вход — бой с боссом.
Он присел на обломок черного кристалла, положив меч на колени. Его Авен всё еще восстанавливался после стычек по дороге вниз. Оператор никогда не начинал бой с полупустыми магазинами. Ему нужно быть на максимуме.
Пока он ждал, разум работал, разбирая проблему на компоненты. Мини-босс означал, что у твари есть уникальные механики, хотя он и не был полноценным энд-боссом подземелья. Статус Бронированный — первое препятствие. Его опыт с Бездным Скребуном был подготовкой; здесь будет экстремальная версия. Его клинок, даже усиленный стихами, скорее всего нанесет мизерный урон. Это загадка, и решение в таких играх редко кроется в тупой силе.
Его глаза поднялись от Стража и принялись изучать потолок, тонущий в давящей тьме высоко наверху. Бледные искры кристаллов ловили слабый свет. Огромные, похожие на мечи сталактиты свисали как замороженная гильотина. Некоторые казались толще деревьев, другие — как скопления кинжалов. Многие были треснуты, отмечены фиссурами возраста.
Нестабильны.
Это ключ. Взаимодействие с окружением. Логика Оператора зацепилась за это мгновенно. Зачем тратить ресурсы, соскребая по крохе с нерушимого щита, если можно просто обрушить на него гору?
Он прикинул цифры. Чтобы воздействовать на что-то настолько массивное при помощи стиха, потребуются колоссальные затраты Авена. Это должен быть письменный заряженный каст. К тому же он останется иссушенным на начало самого боя. Расчетный риск. Единственный риск.
Его шкала Авена заполнилась.
АВЕН: 430/430.
Каге поднялся, его поза сменилась из позы отдыхающего геймера в стойку дуэлянта, входящего в круг. Он сделал глубокий вдох, ледяной мертвый воздух наполнил легкие. Время платить пошлину.
Начальная фаза была очевидной: использовать его пассивное состояние, чтобы разбить оболочку. Взгляд снова приклеился к потолку, фиксируясь на самом большом, самом опасно висящем сталактите прямо над Стражем. Эта махина зазубренного кристалла весила десятки тонн, не меньше.
Он уперся ногами в пол, разум оформлял намерение. Тут нужна мощь. Он начал писать пером в интерфейсе, буквы четко проявлялись в абсолютной тишине каверны. Его Названием была мишень, объявление намерения.
Небо Осколков.
Следом пошел заряд — рифмованное двустишие, прогибающее реальность под его волю.
— Пусть сперва камни треснут и падут / тогда врагу весь нанесут урон и пускай умрут! —
Колоссальный объем энергии вырвался из его существа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-300 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Как только он завершил стих, голова Стража дернулась вверх. Две точки злобного красного света зажглись в его каменном лице, зафиксировавшись на нем. С тектоническим стоном перетирающегося камня и визгом железа голем поднялся в полный рост. Он возвышался над игроком — горбатый силуэт в мраке пещеры.
В это же время высоко вверху раздался глубокий, затяжной треск, отозвавшийся в бездне. Паутина трещин разбежалась по основанию выбранного сталактита. С финальным взрывным гулом монолитный кристалл оторвался. И полетел вниз.
Страж поднял взгляд, его горящие глаза провожали рушащуюся гору камня. У него не было времени на реакцию. Сталактит врезался с мощью артиллерийского снаряда, взорвавшись катаклизмическим душем кристальной пыли и осколков.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экологический критический удар.
-2000 ОЗ
Броня Стража разбита.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Пылевое облако рассеялось, открыв Стража — он всё еще стоял, но преобразился. Его внешняя скорлупа из серого камня исчезла, сорванная ударом. То, что осталось, было пугающим ядром из пульсирующего, кроваво-красного камня, едва удерживающего человекоподобную форму внутри железных кандалов. Его полоска здоровья теперь показывала 3000/5000. Пряди чистой багровой энергии хлестнули из его тела как разъяренные плети.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Хранилища Предателя впал в ярость.
Статус: Необузданная Ярость
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рев Стража был волной чистой звуковой силы. Он был быстр. Слишком быстр. Он совершил выпад, сокращая пятьдесят ярдов дистанции в одно размытое движение. Хлыст красной энергии метнулся вперед быстрее стрелы.
Тело Каге сработало на инстинктах, отточенных тысячей спаррингов в додзё. Меч взлетел для отклонения удара.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное парирование.
Урон аннулирован благодаря эффекту Неумолимая Воля.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его клинок встретил энергетический кнут, перенаправляя его силу. Но чистая разница в мощи была слишком велика. Удар отдачи прошел в его руку, и эффект кольца активировался. Парирование смягчало урон, но не обнуляло его насовсем. Бой стал гонкой на износ.
Страж взревел так, что гора словно треснула надвое. Нить багровой энергии хлестнула вперед, скоростной удар стремился разрубить его пополам.
Каге шагнул в опасность, разум уже дробил секунду на двухтактный ритм. Ему нужен был дебафф, но также ему нужно было как можно скорее достичь Идеальной Каденции.
(Кувырок) — Ослаб — (Взмах) — ление. —
Его клинок вгрызся в каменную кожу на слабый бит, магия возымела эффект мгновенно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 1/10)
Текущий Бонус: +2 Базового Физ. Урона, +2% Скорости Действий
Ярость: 1/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ядро из красных кристаллов Стража яростно запульсировало, тварь вскинула оба кулака высоко над головой. Давление воздуха в пещере упало.
Телеграф, отметил Каге. Большой.
Он глянул на пол. Массивное радиальное АоЕ.
Проблема, мгновенно проанализировал Оператор. Моя Ловкость слишком низкая. Я действую быстро, но перемещаюсь медленно. Я не смогу выбежать из зоны взрыва радиусом двадцать метров за те 0.5 секунды, что остались до удара.
Страж обрушил кулаки вниз.
Ударная волна из раскрошенного кристалла и силы вырвалась наружу — буквально цунами урона. Стат-чек: прими удар или умри.
Каге выбрал вариант В.
Он прыгнул, и его жалкая высота прыжка едва позволила бы миновать колени существа. Гравитация потянулась за ним, стараясь утащить в зону смерти. Ему нужно время в воздухе. Нужно, чтобы физика посмотрела в сторону на секунду.
Его воля нацарапала отчаянное двустишие в интерфейсе.
Восходящий Шаг.
— Потоком воздуха я форму шлю, / чтобы полету сил придать и ввысь иду. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-150 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Воздух под его сапогами внезапно затвердел, превратившись в полупрозрачную платформу из сжатой силы. Каге оттолкнулся от пустоты — двойной прыжок — взлетая еще выше в тот самый момент, когда ударная волна распылила пространство под ним, где его ноги были миллисекунду назад.
Он завис в апогее прыжка, пока гравитация была скована концепцией стиха, а затем ринулся вниз как ястреб. Он приземлился на плечо Стража, всадил меч в обнаженную скалистую ключицу и оттолкнулся, прежде чем тварь успела его схватить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-82 ОЗ
Ярость: 2/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он коснулся земли и сразу сорвался в бег. Страж теперь был в ярости, перестав целить удары и перейдя к беспорядочному колочению по земле. Взрывы красной силы расцветали смертоносными цветами по всей арене. Настоящее минное поле.
Глаза Каге сузились. Паника «красных зон» исчезла, сменившись гипнотической ясностью ритма.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ярость: 5/5
Получено: Ритмичный Поток (Стак 5/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он двигался сквозь взрывы с экономностью движений, граничащей с предвидением. Он вспомнил, как Мастер Джин положил ему на плечо одно рисовое зернышко во время спарринга. — Если рис упадет, — сказал старик, ударяя Клайда бамбуковым синаем, — значит твоё движение было потрачено зря. Истинное мастерство — это не про скорость, это про покой в движении. —
Оператор фыркнул. Это всего лишь манипуляция хитбоксами. Не надо мистики.
Но когда ударная волна пронеслась мимо него, едва не коснувшись носа, Каге почувствовал фантомный вес этого зернышка риса.
Он плыл. Разворачивал корпус боком, чтобы дать всплеску пронестись мимо, ощущая давление воздуха, колышущего волосы, и при этом надежно упирался ногами, чтобы нанести контрудар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-90 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Здоровье потихоньку таяло от самого давления окружения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-18 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Нужна была подпитка, но остановка для каста означала потерю потока. Он встроил лечение в бит, рассматривая защитную магию просто как очередную строфу в поэме насилия.
(Шаг в сторону) — Рос — (Парирование) — т. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы получили эффект Быстрое заживление. Регенерация ОЗ +15 в секунду в течение 5 секунд.
+30 ОЗ... +30 ОЗ...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Стаки росли. Восемь. Девять.
Страж снова заревел, готовя топот, но Каге уже смещался еще до того, как началась анимация. Он чувствовал намерение существа до того, как оно отрисовывалось в его зрении.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получено: Ритмичный Поток (Стак 10/10)
ИДЕАЛЬНАЯ КАДЕНЦИЯ ДОСТИГНУТА.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мир словно выдохнул.
Серебристая ртутная аура вспыхнула вокруг Каге, заглушая хаотичный шум битвы. Багряный красный цвет ярости Стража казался тусклым и неповоротливым по сравнению с быстрым как ртуть блеском разума Каге.
Его стихи теперь стоили на малую толику Авена меньше.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-102 ОЗ
-115 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Здоровье Стража таяло. 30%. 25%. 20%. Каге был неприкасаем. Призрак в машине. Поэт, пишущий элегию сталью и кровью.
Затем на 15% здоровья ритм сломался. Страж остановился. Он просто выпрямился, его каменная грудь вздымалась. Вся пещера начала разогреваться, воздух дрожал от искажений. Ядро существа сменило цвет с красного на ослепительно-белый, подобно солнцу.
Появилась новая шкала каста, наполняющаяся медленно и неизбежно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Канальный эффект: Последнее Возмездие (10.0с)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вайп-механика, результат того, что его ДПС было недостаточно для соло-убийства босса. Десять секунд, чтобы нанести около 750 урона, или вся пещера станет духовкой. Его текущий ДПС под всеми баффами был высок, но не настолько. Он не успеет. Нужна финальная точка. Всплеск. Козырь.
Глаза метнулись к мечу, источнику его силы и величайшего стыда. Он избегал этого. Полагался на собственный скилл, свои стихи. Но логика Оператора была беспощадна. Выживание важнее достоинства. По лицу прошла судорога.
Время постараться не умереть от кринжа. Иконка временного навыка пульсировала в зрении — приглашение, от которого он больше не мог отказаться. Он активировал навык.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Удар Тирана
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Анимация навыка перехватила управление его двигательной корой.
Каге почувствовал фантомную силу, сковавшую его конечности. Левая рука резко завелась за спину в жесткой, театральной позе. Подбородок задрался вверх, губа презрительно скривилась, хотя он этого не хотел. Он застыл в позе, которую нельзя было отличить от протагониста сёнэн-аниме для пафосного постера.
Сама неэффективная театральность происходящего вонзила ледяную иглу ужаса в его нутро. Он чувствовал себя марионеткой, танцующей для смеющегося бога. Он пытался сопротивляться позе, втянуть нелепую конечность, но аватар оставался заперт в этой покадрово выверенной тюрьме унижения. Сверкающие красные руны на клинке вспыхнули. Пока он сокращал дистанцию, система дополнила слова, используя его голос.
— ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ! —
Громогласное, высокомерное провозглашение отразилось от каждой кристальной грани пещеры. Его собственный голос. Его собственный тупой, чуни-стишок. Волна позора такой силы, что он чуть не смазал замах, окатила его.
Почти.
Клинок вошел точно в цель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-216 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Страж пошатнулся, но его каст не прервался. Каге не останавливался. Он уже атаковал снова, серебристая аура Идеальной Каденции боролась с яростным красным свечением Скованной Ярости. Раз, два, три дополнительных удара.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ярость: 5/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он нажал на него снова. И снова он добавил еще один удар. И снова вселенная стала свидетельницей его поэтической слабости.
— ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ! —
Господи, да сдохни уже, взмолился он про себя, пока меч врезался в ядро, стыд только подливал огня его свирепости.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Удар Тирана!
-216 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Здоровье Стража было критическим. Полоска Последнего Возмездия показывала оставшиеся две секунды. Сейчас или никогда. Последнее комбо. Он почувствовал, как накопился пятый стак Ярости, его клинок гудел от мощи. В финальный раз он сделал выпад.
Меч озарился собственным сиянием. Его тайминг был идеален. Система зарегистрировала это. Критический хит.
— ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ! —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Удар Тирана!
Критический удар!
-432 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Удар был решающим. Ядро Сердечного камня, и без того растрескавшееся, взорвалось мерцающими искорками красного света. Железные кандалы с грохотом посыпались на пол, а оставшаяся форма Стража осыпалась грудой инертного серого камня.
В пещеру вернулась тишина, и на миг она показалась прекрасной, освещенной миллионами маленьких красных звезд.
Тишина прервалась лишь затихающим эхом его собственного голоса: — ...человечеством... человечеством... ством... —
Каге стоял, тяжело дыша, опустив меч. Трепет трудно доставшейся победы боролся с глубоким кринжем его собственного боевого клича.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Стража Хранилища Предателя!
Получено Опыта: 1500
НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Вы теперь Уровень 8!
У вас есть нераспределенные очки характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Волна уведомлений была приятным отвлечением. Пока останки Стража растворялись, на их месте появилась добыча.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лут получен:
Железные наплечники Ворлага (Редкое) x 1
Сапоги из шкуры Скребуна (Необычное) x 1
Концепт: Твердое Предательство x 1
30 Серебра
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он пока проигнорировал броню, сосредоточившись целиком на новом концептуальном материале. Единственный зазубренный осколок черного света, застрявший в угасающих искорках ядра.
Он материализовал Перо Первого Создателя. Поднося его простой кончик поближе, ощутил сопротивление — осколок предательства упирался миг, прежде чем притянуться. Медленным твердым движением, будто вытягивая щепку стекла из гранита, Каге высвободил концепт ровно в ту секунду, когда последний свет Стража погас.
Только он собрался рассмотреть добычу подробнее, как воздух наполнил низкий звук. Он поднял взгляд. Гладкая стена пещеры, которую охранял Страж, начала светиться. Бледные синие руны, похожие на стекающие струйки света, прочертили свой путь по поверхности камня, складываясь в сложный, скорбный узор.
Путь вперед был открыт. И всё, чего это ему стоило — это его достоинство.
Громогласное, унизительное эхо его собственного голоса — «ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ!» — наконец затихло в пещере, оставив тишину, которая казалась оглушительной в сравнении. Каге стоял совершенно неподвижно целых пять секунд, статуя чистого, неразбавленного стыда. Он послал безмолвное, яростное проклятие в сторону несовершенного стиха, породившего его меч. Это было хорошее оружие. Отличное оружие. А еще это был высокотехнологичный, острый как бритва мегафон.
Он загнал чувство внутрь, спрессовав его в тугой, плотный шар и отправив в папку «Проблемы Будущего». Оператор перехватил штурвал. Победа принесла осязаемые результаты, а стыдом счета не оплатишь.
Он немедленно открыл инвентарь. Серебро было желанным дополнением к его скудным средствам, а сапоги — прямым, немедленным улучшением.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сапоги из Шкуры Скребуна
Качество: Необычное
Тип: Сапоги
Вес: 2
Броня: +8
Сила (STR): +2
Выносливость (STA): +2
Прочность: 40 / 40
Требует Уровень: 8
Описание: Созданы из обсидианово-подобного панциря Бездного Скребуна. Шкура удивительно легкая, но невероятно жесткая, предлагая отличную защиту от острых камней и опасностей глубин.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он экипировал их мгновенно. Бонус Силы позволил ему сэкономить очки характеристик за целый уровень.
Искусство 36->38
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Концепт: Непреклонное Предательство
Качество: Редкое
Тип: Концептуальный Материал
Описание: Кристаллизованный фрагмент повествования, содержащий сырые концепты [Предательства] и [Устойчивости]. Это история о клятве, нарушенной с непреклонной окончательностью; о двери, не просто закрытой, а запечатанной, и узах, превратившихся в клетку. Она представляет собой упрямую, удушающую силу тюрьмы, созданной руками друга. Может быть использован в Стихотворном Ремесле.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ключевые слова были мощными. Повествование — мрачным. Это была сильная Душа, гораздо более сфокусированная, чем хаотичная Скованная Ярость. Это был ценный компонент для будущего проекта.
Наконец, он осмотрел главный приз. Редкая добыча с босса. Когда характеристики материализовались перед его глазами, его обычно контролируемое дыхание сбилось на долю секунды.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Железные Наплечники Ворлага
Качество: Редкое
Тип: Броня Торса
Вес: 12
Броня: +45
Выносливость (STA): +10
Прочность: 200 / 200
Специальный Эффект: Шипы Глубин
Отражает 10 единиц Физического Урона обратно атакующему при ударе в ближнем бою.
Требует Уровень: 15, 30 Силы
Описание: Выкованные из грубого, но исключительно плотного железа, эти наплечники несут печать торопливого, но прагматичного мастера. Их носил Дворфийский предатель Ворлаг во время побега из глубоких шахт. Непреклонная природа его предательства, кажется, впиталась в сам металл, сделав его мстительным.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Разум Каге перешел в режим форсажа. Джекпот.
Наплечники были для него совершенно бесполезны. Требования по уровню и силе были запредельными, а статы — чисто защитными. Это был идеальный предмет для танка, то, за что лидер гильдии на передовой душу бы продал. Специальный эффект — шипы — был мусором; переписывание его только повысит цену. Механика в основном использовалась для мемных билдов в других играх.
Каге точно знал, что с этим делать.
Его взгляд метался между иконками в инвентаре.
Сосуд: [Железные Наплечники Ворлага], Редкий предмет с потрясающими базовыми статами.
Душа: [Концепт: Непреклонное Предательство], идеальное тематическое соответствие.
И Якорь: [Сердце Вирмлинга], которое он сохранил, материал, добытый из существа камня и чистой устойчивости.
Сосуд + Душа + Якорь. Все тематически резонируют.
Уравнение было идеальным. Он мог перековать эти три компонента во что-то имбовое (OP). Единственный в своем роде, лучший в слоте предмет для танкинга — 15 уровень был передовым краем прогрессии сервера, уделом 0.01% лидеров, и это включало глав гильдий, китов, игроков, которые не жалели средств даже ради маргинального преимущества.
Рыночная стоимость будет астрономической.
27-часовой дедлайн лечения его матери висел в его сознании как гильотина. Это был ответ. Это могло покрыть расходы.
Глубокий, стонущий звук вырвал его из финансовых прогнозов. Дальняя стена хранилища Стража, та, что за его разбитым троном, начала дрожать. Пыль посыпалась сверху, когда открылся новый проход, темная узкая арка, которой не было еще мгновение назад. Воздух, выплывающий из нее, был прохладным и нес запах глубокой, нетревоженной земли.
Его маркер квеста обновился, указывая нежную, пульсирующую стрелку в новообретенную тьму.
Каге двинулся через узкий проход, его новые сапоги едва шелестели по каменному полу. Путь полого уходил вниз. Гнетущая, опасная атмосфера расщелины осталась позади, сменившись глубокой, весомой тишиной.
Он вышел в другую пещеру, меньше предыдущей. Маркер квеста терпеливо парил над дальней стеной.
Это был бесшовный массив темно-серого камня, от пола до потолка. Его поверхность была пугающе гладкой, отполированной тысячелетиями медленного просачивания влаги. Вода стекала по его лицу десятками крошечных, блестящих ручейков, ловя слабый кристаллический свет пещеры и заставляя стену выглядеть так, будто она плачет.
Плачущая Стена.
В ее поверхность был вырезан круг из сложных угловатых рун. Дворфийских. Он узнал их мгновенно. Он видел достаточно их архитектуры в шахте.
Он приблизился, глаза сканировали глифы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваше Искусство (38) недостаточно для расшифровки этих Древних Дворфийских рун.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он ожидал этого. Проверка статов методом грубой силы была самым тупым инструментом системы. Но класс Каге был набором прецизионных инструментов. Он только что прорубил себе путь через живую историю этого места. Он прожил лор, парируя его атаки и собирая его концептуальные фрагменты.
Он протянул руку и прижал ладонь к влажному камню. Он закрыл глаза, очищая разум от всего, кроме истории, которую он собрал воедино. Грубый рассказ Германа о нарушенном обещании. Тяжесть Перстня Грома на пальце. Видение Ворлага, его лицо — маска жадности. Страж, памятник этому единственному катастрофическому акту предательства.
Мир растворился в ощущениях.
Он почувствовал звон молота о наковальню глубоко в костях. Тепло горна. Глубокий, раскатистый смех двух друзей, их связь крепка, как гора вокруг них. Гром и Ворлаг.
Затем сдвиг. Холодный укус алчности. Блеск Сердца Горы, необработанного драгоценного камня, пульсирующего теллурической силой. Шепот лжи. Поворот спиной к названному брату.
Руны на стене больше не были просто фигурами. Его разум, ведомый эхом повествования, начал соединять их. Он увидел глиф [Верности], сложный узел переплетенных линий, теперь сидящий рядом с руной [Горя], формой похожей на одинокую падающую слезу. И в центре, искореженная и испорченная, была руна [Предательства], символ, который он теперь знал близко.
Эта стена была надгробным камнем. Мемориалом нарушенному обещанию, высеченным теми самыми понятиями, что определили трагедию.
И он, Каге, был первым человеком за столетие, стоявшим здесь, кто понимал всю историю.
Воспоминание всплыло на поверхность. Безумный Барнаби, его глаза дикие, с ясностью, которая была своего рода безумием.
«Только истинный друг камня или тот, кто знает правильные слова, может надеяться пройти».
Правильные слова.
Это щелкнуло на место с уверенностью мастерски написанной функции. Замок был концептуальным, независимым от какого-либо ключа или рычага. Он должен был доказать самой сути места, что он понимает.
И какой способ сделать это лучше, чем Рифмованным Двустишием?
Он открыл Лексикон Поэта, мысли мчались. У него было [Предательство]. Это было ядром проблемы, ядом, запечатывающим путь. Ему нужна была соответствующая концепция. Антидот.
Он пролистал свои ключевые слова: Свяжи, Придай форму, Рост, Усиль, Ослабь... ни одно не подходило. Это были глаголы, инструменты для манипуляции. Ему нужно было существительное, идеал. Ему нужна была концепция, стоящая в прямой оппозиции Предательству.
Словно услышав его мысли, новое системное уведомление ворвалось в существование перед его глазами. Оно отличалось от обычных строгих синих рамок. У этого была тонкая золотая кайма, нотка элегантности, которую он никогда не видел раньше.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваше глубокое понимание текущего контекста повествования было признано.
На ограниченное время вы достигли Концептуального Резонанса с основной темой истории.
Временное Ключевое Слово Разблокировано: [Клятва] (Истекает через 5 Минут)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Дыхание застряло в горле Каге.
Это было оно. Игра сама вручала ему ключ, вознаграждая не за гринд или высокие статы, а за внимание. За понимание истории. Невидимый таймер начал обратный отсчет в углу его зрения. У него был один шанс.
Он достал Перо Первого Создателя. Перо начало светиться мягким серебряным светом, жаждущим новой истины. Он начал сочинять, его разум — вихрь синтаксиса и ритма.
Его целью была память, запертая в камне стены. Застарелая боль повествования.
Название: Обещание Камню.
Ему нужны были две концепции. [Предательство] было ядом. [Клятва] была лекарством. Они должны были рифмоваться.
Он сосредоточился, дисциплина его тренировок кендо просочилась в его искусство. Найти ритм. Найти поток.
Он сделал глубокий, центрирующий вдох, какой делал перед финальным матчем. Мир сузился до Пера, стены и стиха, формирующегося в уме. Слова пришли ясными, лишенными всякой искусственности, заточенными под единственную цель.
Стих: «Хоть камень помнит Предательства след, пусть истинная Клятва Грома нарушит запрет!»
Это было просто. Прямо. Это признавало рану, затем предлагало средство. Это было идеально.
Он поднял сияющее Перо как дирижерскую палочку и стал ждать.
Мгновение спустя руны на стене начали светиться.
Началось с [Предательства], которое вспыхнуло угрюмым, сердитым красным светом. Но затем руна [Клятвы] запульсировала блестящим, ровным золотом. Свет распространился от ключевого слова, золотой прилив, текущий через вырезанные каналы, перезаписывая красный. Переплетенные линии [Верности] ярко засияли, и слеза [Горя], казалось, замерцала и исчезла.
Глубокая, скрежещущая дрожь пробежала по полу пещеры. Плачущие ручейки на стене прекратили свой бег. С подобным вздоху великана звуком, вся бесшовная стена камня начала отступать в гору, открывая темный квадратный проем.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы сочинили Резонансный Стих!
Открыто Новое Концептуальное Ключевое Слово: [Клятва] (14%)
Ваше Искусство увеличилось на +1.
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова [Предательство] увеличен. (4%->14%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Порыв сухого, прохладного воздуха омыл его из недавно открытого прохода. Это был воздух гробницы, но чистой.
Воздух был терпеливым. Он хранил тихий вес столетней паузы, ожидая, когда кто-то наконец нажмет кнопку воспроизведения.
Каге перешагнул через порог, его новые сапоги оставили первые следы в пыли забытой эпохи. Он вошел в святилище Грома.
Заметка от Nejm:
Фарм Ауры
Когда демонические порталы погружают мир в хаос, Джону Вудсу даруется наихудшая возможная способность для социально тревожного одиночки: чтобы получить силу, необходимую для выживания, он должен заставить людей думать, что он крутой.
Это был, по общему признанию, ненормальный день для Джона. Выход из дома без принуждения обстоятельствами или семьей был редким событием, но в Лондоне был хороший день, и ему захотелось бургер. К сожалению, конец света наступил раньше, чем он успел откусить хоть кусочек. Все стало еще страннее, когда текст начал появляться в углу его зрения, а информация начала проталкиваться ему в голову.
Однако ему не потребовалось много времени, чтобы понять, что происходит. Когда он делал что-то крутое, он получал очки Ауры. Когда он вел себя отстойно, он терял их. Сражаться с монстрами было круто. Убегать с криками и плачем - отстойно.
К сожалению, ему понадобится много этих очков Ауры, если он хочет потратить их на суперсилы, которые могут позволить ему пережить апокалипсис.
Похоже, пора идти сражаться с монстрами.
(У меня есть оно в команде, можете почитать если вас заинтересовало, но там только 30 глав и перевод заморожен пока что)
~~~
Ожидайте Апокалипсис ЛитРПГ с черным юмором и изрядной долей тьмы. Как бы мемно ни звучала эта завязка и название, на самом деле там не будет сплошного тик-ток гниения мозга.
ГГ не сразу поймет, как стать самым хайповым фармером ауры со времен Сон Джин-Ву. Ему понадобится время, чтобы начать делать реально крутое дерьмо, но он к этому придет.
ГГ станет сильным довольно быстро, но путь от сильного до Бога будет долгим процессом.
Скрежет камня о камень прекратился, оставив после себя тишину настолько глубокую, что она ощущалась как давление на уши Каге. Глоток воздуха, столетней давности и совершенно стерильный, вытек из открывшегося проема, неся с собой слабый металлический запах холодного железа и более сухой, древний запах осевшей породы.
Каге шагнул в дверной проем. Его сапоги, недавняя добыча, произвели первый современный звук в этом месте - мягкий хруст в толстом ковре серой пыли.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы вошли в Святилище Грома.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Комната была именно такой, какой он её себе представлял: контора мастера, застывшая во времени. Слой пыли, тонкий и равномерный, как снег, покрывал каждую поверхность. Тяжелый, окованный железом стол доминировал в пространстве. На нем окаменевший кожаный кошель сидел рядом с потускневшей оловянной кружкой, содержимое которой давно превратилось в прах. Одинокая, мастерски сделанная кирка с простой рукоятью из железного дерева прислонилась к дальней стене, ее край все еще выглядел острым под серым покровом.
Это был идеальный снимок прерванной жизни. Капсула времени, запечатанная актом глубокого предательства. Разум Каге мгновенно классифицировал это. Нетронутый инстанс. Нулевое загрязнение игроками. Среда высокой ценности лора.
А в центре всего этого, ссутулившись в похожем на трон кресле, вырезанном из живого камня самой горы, находилась цель.
Скелет Грома сидел с неким упрямым достоинством даже в смерти. Его широкую дворфийскую раму было не спутать ни с чем. Костяная челюсть была сжата, а пустые глазницы, казалось, смотрели в какую-то точку далеко за каменной стеной, перед которой он сидел. Его скелетные пальцы, скрюченные в последней, вызывающей хватке, прижимали к груди два предмета.
Одним была тяжелая квадратная табличка из сланца, поверхность которой была покрыта угловатой рунической вязью дворфов. Другим была кирка, но она отличалась от утилитарного инструмента у стены. Эта была произведением искусства. Её голова была выкована из единого куска полированной темной стали, инкрустированной светящимися серебряными рунами. Рукоять была из окаменевшего железного дерева, обернутая в то, что выглядело как сохранившаяся шкура вирма. Она излучала тихую, сдержанную силу, которую Каге мог чувствовать даже через комнату.
Он приблизился с тихим почтением оператора, подходящего к серверной стойке, содержащей коды запуска. Он осторожно высвободил предметы из хватки скелета. Кости были хрупкими, и несколько суставов пальцев рассыпались в прах от его прикосновения, тихое свидетельство течения сотен лет.
Он отложил украшенную кирку в сторону на мгновение, его внимание привлек табличка. Вязь была плотной и непонятной его глазам.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Проверка Искусства пройдена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Как только его пальцы коснулись первой пыльной руны, окно материализовалось в его поле зрения, переводя древний текст с энергичной эффективностью. Это был финальный отчет Грома. Его последняя воля и завещание, вырезанные в камне и ярости.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перевод Дворфийского Письма...
Запись в Журнале, Мастер Гром, 7-й Цикл. Глубоко залегающие слои дали успех сверх всяких прогнозов. Ворлаг был прав насчет геотермального резонанса. Мы пробили Сердечную Жилу.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге сузились. Перевод продолжился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Минерал не похож ни на что в архивах Гильдии. Он кристаллический, кроваво-красный и пульсирует слабым теплом. Кажется, он впитывает намерение владельца. Удар кирки, сделанный с разочарованием, раздробит скалу, в то время как осторожное постукивание, нацеленное на точность, может отслоить слой тоньше пергамента. Материал был проводником мысли. Я назвал его Сердечный Камень. Он может изменить саму природу зачарования. Саму основу нашего ремесла.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Материал для крафта. Разум Каге мчался. Якорь. Способ стабилизировать хаотичную, непредсказуемую природу Нарративной Ковки.
Он продолжал читать. Следующая запись была сделана более рваным, торопливым почерком.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Запись в Журнале, 8-й Цикл. Амбиции Ворлага горят жарче горна. Он говорит только о силе, видя в Сердечном Камне оружие и источник личной мощи. Он спорит с лоялистами, утверждая, что призовые деньги Короля за открытие — наш единственный выход. Я запретил ему брать еще образцы, пока Мастера Гильдии не будут уведомлены. Клятва горы — делить её дары со всеми Дворфами, запрещая накапливать их ради жадности одного человека. Он посмотрел на меня с холодным камнем в глазах.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Финальная запись была едва разборчивой каракулей, вытравленной с силой, которая почти расколола сланец.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Он сделал это. Дурак, он на самом деле сделал это. Опоры... каскадный отказ. Преднамеренный саботаж. Туннель рушится. Он берет наше открытие, наше право по рождению, чтобы продать алчному, недавно коронованному человеческому Королю в лесах — тому, кого зовут Валериус, который платит любую цену за власть и называет это справедливостью. Он запечатал нас. Он похоронил нас заживо за мешок человеческого золота. Пусть камень, что держит нас, станет его надгробием. Пусть его имя будет проклятием...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге опустил табличку. Древний текст дал два отчетливых, потрясающих открытия.
Во-первых, минерал. Сердечный Камень был, вероятно, крафтовым материалом Легендарного уровня. Для него это был идеальный Якорь.
Его мозг жужжал, сопоставляя эту информацию. Сердце Вирмлинга было физическим компонентом, синергетической добавкой. Этот Сердечный Камень был концептуальным катализатором. Предметом, созданным из самого исходного кода для взаимодействия с тем типом магии, основанной на историях, которую использовал его класс. Это был не просто хороший Якорь; это был идеальный Якорь.
Затем последовала финальная запись. Ключевой элемент. Валериус.
Системное уведомление прозвенело, вырывая его из анализа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обнаружен новый поддерживающий нарратив для квеста [Расколотая Корона].
Точка Данных: Отчет Грома. Заключение: Король Валериус приобрел большое количество меняющего реальность минерала из предательского источника вскоре после своей коронации. Он был известен как «алчный» король, который платил любую цену за власть.
Обновление Цели: Примирите две истории Валериуса. Ищите другие истории, которые помнят Короля.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вот и всё. Никаких фейерверков, никакого грандиозного прогресса. Просто одна точка данных, занесенная в файл квеста Мифического ранга. Каге подавил кривую улыбку. Конечно, это не будет так просто. Морфей строил мир. Один кусок доказательства, даже разоблачающего, был просто тем, чем он был. Одним куском. Ему, вероятно, придется найти столько же героических сказок, прежде чем полная картина откроется. Это была война на истощение, ведущаяся историей вместо мечей.
Он закрыл окна, осознавая тяжесть открытия.
Сердечный Камень менял всё уравнение. Наплечники, которые он планировал выковать с Железными Наплечниками Ворлага и Концептом: Непреклонное Предательство, были его немедленным решением.
Но его следующий шаг — закрепить что-то кусочком этого Сердечного Камня? Его рыночная стоимость была бы астрономической. Достаточной, чтобы покрыть счет. Достаточной, чтобы оплатить следующий, и тот, что после него. Достаточной, чтобы обеспечить уход за матерью на годы.
Достаточной, чтобы закончить борьбу. Мысль была головокружительной, опасной вещью.
Еще одно уведомление пульсировало, на этот раз от квеста, который он пришел завершить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обновление Квеста: Камень Помнит
Цель: Принесите покой Хранителю Клятв.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге посмотрел от уведомления на скелет, затем на украшенную кирку, всё еще лежащую у него на коленях. Он понял. Последним действием Грома было скрыть финальную жилу. Его последней мыслью было проклятие человеку, укравшему его открытие. Покой придет, когда его последняя задача будет завершена, его последняя клятва исполнена.
Он снова потянулся вперед, на этот раз за киркой. Его пальцы сомкнулись вокруг рукояти из окаменевшего железного дерева. В тот момент, когда он взял её, хватка скелета ослабла, кости пальцев с мягким сухим стуком упали на каменный стул.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Предмет Получен: [Кирка Клятвы Грома]
Кирка Клятвы Грома
Качество: Редкое
Тип: Инструмент Сбора (Шахтерская Кирка)
Вес: 4
Прочность: 300 / 300
Специальный Эффект: Глаз Хранителя Клятв - При добыче рудных жил у вас есть высокий шанс обнаружить «Сердечную Жилу», дающую небольшое количество случайного высококачественного самоцвета в дополнение к обычной руде. Пассивно обнаруживает скрытые или иллюзорные скальные образования в пределах вашей линии взгляда.
Описание: Шедевральная кирка, выкованная из цельного куска Дворфийской стали, с рукоятью из окаменевшего железного дерева. Голова идеально сбалансирована, ее кромка все еще острая после столетия бездействия. Руна «Клятва» выбита возле головы, светясь слабым, ровным светом. Она резонирует с упрямой, непреклонной волей своего прежнего владельца, инструмент, который помнит свою цель, даже если мир забыл его хозяина.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Она чувствовалась идеально сбалансированной в его руках, инструмент, сделанный с заботой мастера. Он отвернулся от стола и повернулся лицом к сплошной скальной стене за ним, пассивка кирки указывала ему на нее.
Он принял стойку кендо, ноги переступали в толстой пыли. Он держал кирку как меч. Это была казнь. Финальный, уважительный ритуал. Он поднял Кирку Клятвы высоко, её светящаяся руна отбрасывала золотой свет на его лицо.
Одним чистым, мощным ударом он опустил кирку вниз.
ТРЕСК.
Стальная голова ударила скалу со звуком, эхом разнесшимся по тихой палате. Паутина трещин разошлась от точки удара. С низким стоном большая секция стены обвалилась внутрь, рассыпаясь грудой щебня и открывая узкую полость за ней.
Там, в темной нише, была небольшая жила кристалла. Она пульсировала мягким, ритмичным красным светом, как спящее сердце, заключенное в холодном, мертвом камне.
Каге медленно выдохнул.
Слабое мерцание начало сгущаться над скелетом Грома. Полупрозрачные пылинки серебристо-голубого света собрались, закручиваясь вместе, чтобы сформировать призрачный образ Дворфа. Это был Гром, не скелет, а каким он, должно быть, был при жизни — фигура огромной стойкости, с великолепной бородой, заплетенной стальными кольцами, и глазами, хранящими мудрость земных недр.
Дух посмотрел на обнаженную жилу Сердечного Камня, его выражение смягчилось с глубоким чувством освобождения. Затем его взгляд перешел на Каге. Призрачный Дворф просто дал один торжественный кивок — жест уважения от одного мастера своего дела другому.
А затем он исчез, растворяясь обратно в пылинках света, угасающих в ничто.
В тот же самый момент простое железное кольцо на правой руке Каге вспыхнуло ослепительной вспышкой золотого света, настолько интенсивной, что ему пришлось заслонить глаза.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы принесли покой Хранителю Клятв.
Квест Завершен: Камень Помнит
Получено Опыта: 2000
Серебра получено: 40
НОВЫЙ УРОВЕНЬ! Вы теперь Уровень 9!
У вас есть 2 нераспределенных очка характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Сила -> 20
Искусство -> 40
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваши действия почтили нарушенную клятву. История внутри [Неумолимого перстня Грома] нашла свое завершение.
Нарратив предмета был обновлен!
[Неумолимый перстень Грома] трансформировался в [Сдержанный Обет Грома]!
[Кирка Клятвы Грома] стала Душевно Привязана к вам повествованием.
[Кирка Клятвы Грома] получила новый Специальный Эффект: Неразрушимая Клятва - Этот инструмент не получает урона прочности при использовании на обычных или необычных рудных жилах.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Свет отступил, и Каге посмотрел на свою руку. Простое железное кольцо изменилось. Теперь оно было блестящим, глубокого серого цвета, как полированный гематит. Единственная сложная Дворфийская руна «Клятва» теперь была вытравлена на его поверхности, светясь тем же ровным золотым светом, что и кирка.
Он немедленно открыл панель предмета.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сдержанный Обет Грома
Качество: Уникальное
Тип: Кольцо
Вес: 0,1
Физический Урон: +10
Выносливость (STA): +5
Требования: Уровень 7
Душевная Привязка: Каге
Специальный Эффект: Воля Хранителя Клятв - Аннулирует единичный случай входящего урона каждые 30 секунд. Когда этот эффект срабатывает, ваш следующий Стих стоит на 20% меньше Авена.
Описание: Выкованное из связанного клятвой железа и закаленное в предательстве, это кольцо — последнее завещание обещанию, сдержанному сквозь век молчания. Оно рассказывает историю исполненной цели. Камень помнит, и теперь сталь тоже.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Невероятный апгрейд. Удвоенный физический урон, бонус к пулу здоровья и синергетический эффект, который напрямую подпитывал механики его класса. Оператор в нем мурлыкал от удовлетворения. Эта квестовая цепочка была абсурдно прибыльной.
Он переключил внимание на последний приз. С Киркой Клятвы в руке он осторожно подошел к обнаженной жиле. Сам инструмент, казалось, направлял его руки. Несколько точных ударов, и осколок светящегося красного кристалла откололся чисто от стены. Он поймал его до того, как он коснулся земли.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Успешный Сбор! Вы получили [Осколок Сердечного Камня] x1!
Новый Мирный Навык Получен: Базовая Горная Добыча (Ур. 3/10)
Получено Опыта: 175
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Осколок Сердечного Камня
Качество: Легендарное
Тип: Материал для Крафта
Описание: Фрагмент из самого сердца горы, этот кроваво-красный кристалл пульсирует глубоким внутренним теплом. Его структура уникально восприимчива к воле владельца, делая его ультимативным катализатором для шедеврального зачарования. Говорят, предметы, выкованные с Сердечным Камнем, не просто держат чары, но обретают цель — собственную волю.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге закрыл окно, осколок чувствовался теплым в ладони. У него было всё, что нужно. Он бросил последний взгляд на пыльное святилище, затем развернулся и вышел, оставляя гробницу Грома Хранителя Клятв её заслуженному покою.
Он двигался по темным туннелям шахты с тихой, смертоносной целеустремленностью, разум был вихрем расчетов. Гоблины и Скребуны были теперь просто точками данных, быстро устраняемыми жидким переплетением стали и стиха. Его боевой стиль твердел, ритм тренировок кендо находил новый дом в грамматике его заклинаний.
Путь был чист. Уравнение задано.
Он вышел из Гоблинских Шахт в прохладный ночной воздух Шепчущих Лесов. Луны отбрасывали длинные серебристые тени на ландшафт.
Он не задержался.
Он открыл инвентарь, взгляд упал на [Осколок Сердечного Камня].
Он светился слабым настойчивым красным светом — Легендарный предмет посреди моря белого, зеленого и синего.
Разум Оператора, отточенный годами мин-максинга и безжалостной оптимизации, отпрянул от неэффективности. Использовать Легендарный Якорь на посредственный Сосуд и Редкую Душу было всё равно что вставить сердце дракона в телегу. Это сработает, но расточительство... упущенный потенциал был преступлением.
Чтобы создать истинный шедевр, все три компонента должны быть высшего качества. Ему нужен подходящий Сосуд.
И Душа. Более сильная история. Более мощная концепция.
И было только одно существо поблизости, о котором он знал, что истекало чистым, неразбавленным нарративным весом. Ходячая история грубой силы и территориальной ярости.
Каге закрыл инвентарь. Взгляд дрейфовал от входа в шахту через лес к открытым полям около Оукхейвена. Вдалеке он мог видеть слабые прерывистые вспышки заклинаний и навыков. Он почти мог слышать далекие разочарованные крики игроков.
Мировой Босс 20-го уровня, Кровавый Клык Тускер.
Хаотичная, неэффективная мясорубка боя, которую он так легко отбросил часы назад.
Теперь это была его главная цель.
Заметка от Nejm:
Просто хотел сказать огромное спасибо за все добрые слова к последней главе. Чтение ваших комментариев действительно сгладило углы после тяжелых выходных. Вы, ребята, лучшие :)
Заметка от Nejm:
Рыцарь Максимального Устрашения (Maximum Intimidation Knight)
Рыцарство умрет вместе со мной.
Не потому, что я их перебью. Они уже мертвы, этот бесполезный сброд, и я был самым бесполезным из всех. Ибо я, сир Генри Хильдербрауд из Мостенштайна, был последним из рыцарей Святого Мерина.
И я вот-вот умру.
Будь у меня хоть крупица магии, я мог бы отбиться от этих магов. Но у меня не было ни грамма. Что в мире, полном магии, может сделать такой рыцарь, как я, с мечом и щитом?
Ах, но какая удача! Внезапно мне на голову упал камень, даровав мне систему... и я стал в сотни раз страшнее. Правда, была и менее удачная часть... Я не стал сильнее. Единственная характеристика, которая умножилась, была Моя Устрашающая Аура, атрибут, который я никогда не просил и который, хоть убей, не мог отключить. Что было бы прекрасно, если бы каждый раз, когда я открываю рот, я не угрожал вырезать местное население против своей воли.
Не имея выбора, я, сир Генри Хильдербрауд из Мостенштайна, должен буду выжить, притворяясь сильнейшим человеком в мире.
Судьба в своей бесконечной насмешке постановила, что я должен найти женщину, которая якобы знает, как мне подняться над этим бардаком и вернуть Ордену Святого Мерина былую славу.
Жаль, что она, по всем авторитетным отзывам, полная чудачка.
(Также у меня есть в команде, но на данный момент она находится на модерации)
Две луны висели высоко в небе, когда Каге скользнул обратно в Оукхейвен. Он двигался по притихшим улицам с эффективностью, рожденной новообретенной уверенностью. Часы назад он был ходячим парадоксом, Поэтом 1-го уровня с мифическим квестом и без боевых способностей. Теперь он был соло-игроком 9-го уровня с Уникальным кольцом, самокованным Редким мечом и толстой стопкой вендорного мусора.
Он разгонялся как снежный ком.
Городская площадь была меньшим хаотичным сборищем, чем днем. Энергия сместилась с безумного тегирования мобов на низкую частоту целеустремленного гринда. Игроки кучковались вокруг общественных кузниц, их молоты звенели в ровном ритме. Другие стояли в тесных кружках, планируя поздние забеги по подземельям. Суета всё еще была здесь, просто тише и сосредоточеннее.
Первой остановкой Каге был Зеленый Аптекарь. Колокольчик над дверью тихо звякнул, возвещая о его прибытии. Старая Аня подняла взгляд от ступки с пестиком, морщинки разбежались от уголков её мудрых глаз.
— Уже вернулся, молодой человек? И целым, я вижу.
Каге коротко кивнул. — Квест выполнен. — Он открыл окно торговли и выгрузил гору лута. Искореженная гоблинская броня, сколотые ноги скребунов и прочий хлам заполнили экран. Он придержал по-настоящему ценные материалы, сгружая только то, что квалифицировалось как корм для вендора.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы получили 8 Серебра и 20 Меди.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Приличный улов. Затем последовало главное событие. Он переместил Мрачномох, который собрал из бездны, в окно. Не горстку, а весь запас, что он тщательно собрал из глубин расщелины. Двадцать четыре единицы в сумме, каждая светилась слабым подземным светом.
Брови Ани взлетели выше оправы очков. Она наклонилась вперед, взгляд стал аналитическим. — Боже мой, — пробормотала она, голос был полон искреннего изумления. — Так много мрачномха за один раз. И качество... это из глубочайших частей расщелины, не так ли? Чистота замечательная.
Она не торговалась. Даже не помедлила.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Старая Аня предлагает 12 Серебра и 60 Меди.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он принял без слова.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Сделка Завершена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Теперь он владел 1 Золотым, 22 Серебра и 44 Меди. Достаточно, чтобы начать делать настоящие ходы.
— Спасибо за помощь, молодой Поэт, — сказала Аня тепло. — Оукхейвен безопаснее благодаря твоим усилиям. Если найдешь еще трав такого калибра, знаешь, куда нести.
Каге кивнул еще раз, жест передавал больше, чем могли бы слова. Он развернулся и вышел из магазина, звон колокольчика отметил его уход.
Снаружи слабое пульсирующее красное уведомление парило на периферии его реального интерфейса. Оплата Счета Больницы: 23 Часа.
Один золотой был хорошим началом. Это конвертировалось бы примерно в тысячу долларов. Десятая часть того, что ему нужно. Но это был капитал. Семя, которое он использует, чтобы вырастить полную сумму. Он отбросил мысль о многообещающей нарративной Душе Кровавого Клыка пока в сторону. Сперва нужно было ликвидировать его текущие активы для максимальной прибыли.
Шаги его были быстрыми, пока он пересекал площадь к кузнице Грака.
Жар кузницы был знакомым, давящим одеялом. Грак ковал светящийся слиток на главной наковальне, массивные плечи вздымались от усилий. Орк глянул вверх, когда Каге подошел, единственный здоровый глаз просканировал его с головы до пят. Глаз задержался на новом кольце, мече и слабой, уверенной энергии, которую Каге теперь проецировал.
Грак перестал бить и хрюкнул. Это был короткий звук, но в нем мелькнуло что-то, чего Каге не слышал раньше. Неохотное признание. Уважение.
— Кузница открыта. Ты знаешь цену, — проворчал орк, жестом указывая молотом.
Каге бросил монеты на ближайшую бочку и молча прошел в приватный альков. Как и в прошлый раз, ему нужно было уединение. То, что он собирался делать, было проприетарным. Торговый секрет, стоящий состояние.
Внутри каменного ограждения он выложил свои компоненты на холодную наковальню, троицу потенциала. Весь его план держался на этом единственном акте созидания.
Во-первых, Сосуд: [Железные Наплечники Ворлага]. Редкое качество, высокие сырые статы и вшитая история предательства делали их солидной, высокоценной основой.
Во-вторых, Душа: [Концепт: Непреклонное Предательство]. Добытое со Стража, это было нарративным топливом. Оно изменит историю, скрутив ее из простого сказания о предательстве в легенду о злобной стойкости.
И наконец, Якорь: [Кристаллизованное Сердце Вирмлинга]. Стабилизирующий агент. Концепция несокрушимого камня и первобытной выносливости, добытая из Скального Вирмлинга. Оно предотвратит разрушение сосуда волатильной концептуальной энергией, заземляя абстрактную магию в физическую реальность.
Формула была ясна в его разуме, четкая и логичная, как строка кода.
Сосуд + Душа + Якорь = Прибыль.
Он выкует уникальный, единственный в своем роде шедевр. Часть экипировки настолько мощную и нарративно значимую, что топ игроки сервера будут истекать золотом за нее на Аукционе. Эта одна транзакция, выполненная идеально, решит его денежный кризис.
Он сделал глубокий вдох, фокус сузился. Звуки города, заботы реального мира — всё отступило. Была только кузница, компоненты и стих, ждущий написания.
Как только он потянулся за Пером Первого Создателя, звук пронзил ночь. Звук, словно в небесах ударили в колоссальный колокол. Весь фоновый шум в Оукхейвене прекратился на мгновение, поглощенный звуком.
Каге поднял взгляд. Через открытую арку кузницы он увидел, как ночное небо воспламенилось. Огромные золотые буквы начали плыть по небесному холсту, не заметить их было невозможно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
МИРОВОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ: Новая вершина достигнута! Игрок Асура первым достиг 20-го уровня, сломав печать на Вратах Вознесения!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вторая строка последовала, еще более значимая.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
В результате Хроники Судьбы разблокированы! Глобальная Таблица Лидеров Топ-1000 Игроков теперь доступна всем игрокам!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тишина разбилась. Коллективный рев вырвался с городской площади, пока игроки переваривали новость. Каге наблюдал, как золотой текст угасает, выражение его лица было идеальной маской нейтральности. Он видел, как лента публичного чата взорвалась цифровым огненным штормом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Глобальный] BombardilloCrocodillo: УРОВЕНЬ 20 ?! Твою ж мать я только до гоблинских шахт добрался ...
[Глобальный] Huston: ОМГ АСУРА!!! У НАС ПРОБЛЕМА! ОН МАШИНА!
[Глобальный] XxCoNmAsTeRxX: Продам советы по прокачке, 10 серебра! Метод Асуры! (наверное)
[Глобальный] JollyMomma: вау! поздравляю Асуру! вот это быстрая прокачка! Пишите в ЛС насчет карманного хила? С:
[Глобальный] ReleaseTheOrc: НОУ-ЛАЙФ ГРИНД! СПОРЮ ОН СОЛНЦА НЕ ВИДЕЛ ГОД.
[Глобальный] IBenchTenPlates:
[Глобальный] Dyxlesciamus: асура это аномалия. а еще - @BombardilloCrocodillo не ставь пробелы перед знаками препинания ;).
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Оператор в голове Каге обработал информацию с бесстрастной логикой. Уровень 20. Разрыв увеличивался. Это было суровым, клиническим напоминанием, что конкуренция жестока, даже если он с ней не взаимодействует.
Новое окно материализовалось перед ним непрошенным. Взгляд на новый мировой порядок.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Глобальная Таблица Лидеров (Топ 10)
Асура - Ур. 20
Юми - Ур. 17
Ико - Ур. 17
Софи - Ур. 16
Ума - Ур. 16
Кэжуалити - Ур. 16
Боро - Ур. 15
Кензо - Ур. 15
69СамыйМяснойТанк96 - Ур. 15
Фейкер - Ур. 15
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он просмотрел имена. Ума, Берсерк, уже был 16 уровня. Топ игроки закрепляли свое лидерство. Он, Каге, был 9 уровня. Статистическое ничтожество, даже не шепот в списке тысячи.
Он смахнул таблицу лидеров движением запястья.
Информация ничего не меняла. Пусть забирают свои уровни. Он играл в другую игру, с гораздо более высоким потенциальным кушем. Объявление было препятствием. Отвлечением. Оно обострило его фокус. Эта ковка должна сработать, сейчас более чем когда-либо.
Он сосредоточился, доставая Перо Первого Создателя, и поместил Железные Наплечники Ворлага прямо на наковальню. Время подготовки закончилось.
Его разум был командной строкой, готовой к исполнению. Он открыл интерфейс Стихосложения, выбрав наплечники как цель. Перо парило над предметом, ожидая кода. Истории.
Он начал сочинять. Это должно быть Рифмованное Двустишие, включающее ключевые слова и темы его материалов в связный нарратив.
Мысли текли, сплетая концепции воедино. Предательство от Души. Скуй для функции. Железо и тернистая тюрьма от собственной сути предмета.
Название: Злоба Предателя.
Стих: «Пусть Непреклонное Предательство это железо скует, / чтоб в тернистой клетке враг ослаб, когда нападет».
Синтаксис был идеален. Рифма чиста. Намерение ясно: перезаписать старую историю простого предательства и выковать новую, легенду об активной, злобной мести. Наплечник станет предметом, который активно ловит в ловушку и ослабляет атакующих.
Он финализировал стих, готовый вложить Авен и начать ковку.
И тогда появилось новое окно. Простая рамка с красной границей, которая остановила его планы замертво.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение: Целевой предмет, [Железные Наплечники Ворлага], обладает нарративом Редкого грейда. Перезапись существующей истории такой сложности требует глубокого понимания концептуальных сил.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге сузились. Он подозревал, что уткнется в лимиты этого неоднозначного класса рано или поздно, но не сейчас.
Затем появилась вторая строка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ваше Искусство (40) Недостаточно.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
И третья.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Требуемое Искусство для Перезаписи нарратива [Железных Наплечников Ворлага]: 50.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге замер. Его рука, держащая Перо, осталась совершенно неподвижной над наковальней. Ритмичный лязг молотов снаружи казался насмешкой.
Пятьдесят.
Ему нужно было 50 Искусства. У него было 40.
Это была жесткая проверка статов. Отвесная, непреодолимая стена цифр. Это была проблема, которую он не мог перехитрить умным синтаксисом или идеальным таймингом кендо. Его стих был безупречен, его материалы идеально синергичны, но система просто сказала: Нет. Ты недостаточно креативен.
Ирония была кислотной. Он был вынужден отводить очки атрибутов от своего драгоценного Искусства в Силу просто чтобы носить оружие, необходимое для гринда — прагматичный компромисс, который теперь запер его от самого большого куша.
Десять очков не хватало. Это пять полных повышений уровня. С 23-часовым тикающим дедлайном время было решающим фактором.
Долгий, безмолвный момент Оператор был в тупике. Уравнение было нерешаемым с его текущими переменными.
Затем новая мысль укоренилась.
Он не мог заработать стат вовремя. Система не позволила бы ему.
Мрачная логика была неизбежной.
Если он не может заработать это, ему придется купить это.
Взгляд поднялся от наковальни, глядя сквозь арку в сторону оживленного сердца Оукхейвена. Следующая цель была ясна. Хаотичный, непредсказуемый и непристойно дорогой нексус экономики сервера.
Аукционный Дом.
Аукционный Дом Оукхейвена был сдержанным штормом. Размещенный в массивном здании с куполообразной крышей, которое когда-то могло быть хлебной биржей, он был грохочущей пещерой капитализма. Голоса эхом отражались, сотня разговоров накладывались в единый, неистовый хор. Колоссальный проекционный экран доминировал на дальней стене, отображая бегущий список дорогостоящих предметов, словно памятник алчности.
Каге шагнул сквозь грандиозную арку, относительная тишина улицы осталась позади. Сенсорная перегрузка была мгновенной. Вонь цифрового пота, какофония заключения сделок, ослепительные вспышки оружия, демонстрируемого продавцами. Для большинства игроков это было подавляющее зрелище.
Глаза Каге моргнули, разум Оператора автоматически отфильтровал шум. Кричащие игроки были фоновой болтовней. Вычурные демонстрации шмота были всплывающей рекламой для игнора. Он шел спокойным шагом, взгляд был зафиксирован на одной из множества светящихся консолей интерфейса пользователя, разбросанных по полу.
Он нашел свободную консоль, её голографический интерфейс мягко светился. Он зарегистрировался за небольшую плату, чтобы иметь возможность просматривать Аукционный Дом удаленно в будущем.
Затем его пальцы двигались с экономичностью, рожденной тысячами часов, проведенных в навигации по похожим системам.
Фильтр по Стату: Искусство
Он остановился на долю секунды, затем установил параметр сортировки.
Сортировать по: Цене (От низкой к высокой)
Нажал Ввод. Система прошуршала момент. Он ожидал короткий список. Он был не готов к тому, насколько он был коротким.
Результаты, заполнившие экран, были, одним словом, жалкими.
В мире, одержимом Силой, Ловкостью и Интеллектом, Искусство было статовым эквивалентом горсти пуха в кармане. Это было тщеславие ролевика, цифра без немедленного, количественного влияния на ДПС или выживаемость для девяноста девяти процентов базы игроков. Снаряжение, бустящее его, воспринималось как мусор для продажи, предметы, которые ты экипировал по ошибке до нахождения чего-то с реальным статом.
Для Каге эта цифровая корзина уцененных товаров была арсеналом.
Глаза просканировали первый предмет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обруч Послушника
Качество: Необычное
Тип: Голова (Ткань)
Броня: +2
Искусство (ART): +3
Требует Уровень: 3
Описание: Простая лента из отбеленного льна, сплетенная храмовым ремесленником как помощь в медитации. Говорят, помогает владельцу сосредоточиться на красоте в мелочах.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Красота в мелочах. Разум Каге сухо перевел художественный текст: бесполезно. +2 Брони были ничтожны. Но +3 Искусства были жизненно важны. Цена выкупа была всего 5 Серебра. Большинство игроков продало бы это НИП за 50 Меди. Продавец был либо смышленым торговцем, надеющимся поймать нишевого покупателя, либо просто оптимистом.
Так или иначе, Каге это было нужно сейчас и могло пригодиться потом, так как его слот головы пустовал. Он кликнул Выкупить без колебаний.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Покупка Завершена! 5 Серебра списано из вашего инвентаря.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Один готов. Следующим предметом была пара перчаток.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Кожаные Перчатки Писаря
Качество: Необычное
Тип: Руки (Кожа)
Броня: +4
Искусство (ART): +4
Выносливость (STA): +1
Требует Уровень: 5
Описание: Мягкие кожаные перчатки, поношенные и навсегда запятнанные чернилами на кончиках пальцев. Они пахнут старым пергаментом и сфокусированным посвящением.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
+4 Искусства были призом. +1 Выносливости был тривиальным бонусом; он всё равно экипировал бы их только для ковки. Его текущие перчатки были лучше.
На предмет была ставка 8 Серебра с выкупом за 12 Серебра. Он обошел войну ставок и нажал Выкупить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Покупка Завершена! 12 Серебра списано из вашего инвентаря.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его средства таяли. Он начал примерно с 1 Золотым и 22 Серебра. Он уже потратил 17 Серебра.
Финальный предмет был самым многообещающим и самым дорогим.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Выцветшее Кольцо Менестреля
Качество: Необычное
Тип: Кольцо
Искусство (ART): +5
Описание: Тонкое кольцо из потускневшего олова, его камень — кусок тусклого, мутного стекла. Оно могло быть частью костюма или, возможно, когда-то принадлежало поэту, ценившему чувства выше материи.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Оно было уродливым. Выглядело как то, что найдешь на дне коробки с хлопьями. Но его единственный стат был золотым числом: +5. Это был самый большой доступный разовый буст. И он мог использовать его вне крафта, так как у него также был один открытый слот кольца.
У этого были активные участники торгов. Текущая цена составляла 11 Серебра. Выкуп был крутым — 25 Серебра. Он сделал ставку в 11 Серебра и 50 Меди. Через несколько секунд другой игрок, BardlyFansOnly, поднял до 12 Серебра.
Выражение лица Каге оставалось невозмутимым. Его разум, однако, просчитывал вероятности. Имя предполагало ролевика, кого-то, кто мог ценить предмет за тему. Эмоциональный покупатель. Опасно. До конца аукциона оставалось пять минут. Война ставок только взвинтит цену и потратит его драгоценное время.
Он сделал еще ставку: 14 Серебра. Значительный скачок, призванный показать серьезность намерений.
BardlyOnlyFans немедленно ответил 14 Серебра 20 Меди.
Упрямый.
Палец Каге завис над кнопкой ставки. Он мог играть в эту игру, понемногу стачивая, оказывая давление. Но колоссальные часы на стене напоминали ему, что каждая секунда, потраченная здесь — это секунда, которую он не кует.
Он перевел курсор на опцию выкупа и кликнул. Пусть ролевик тешится своей маленькой победой, думая, что он почти выиграл.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы выиграли аукцион на [Выцветшее Кольцо Менестреля]! 25 Серебра списано из вашего инвентаря.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Общий ущерб составил 42 Серебра. Огромный кусок его личной заначки, ушедший менее чем за десять минут.
Он перешел в инвентарь и начал экипировать разномастный хлам.
Сперва обруч. Он появился на голове, резкая белая полоса на его черных волосах. Выглядело абсурдно.
Далее перчатки. Он снял свои +2 к Урону, ощущая фантомный укол потери ДПС, и натянул запятнанную чернилами пару Писаря.
Наконец, кольцо. Он надел безвкусный оловянный ободок на палец, рядом с тяжелым, пропитанным историей железом печатки Грома. Контраст был смехотворен. Одно было уникальным предметом, выкованным в предательстве и чести; другое было реквизитом.
Он выглядел как дурак. Игрок низкого уровня, одевшийся в темноте в кучу отброшенных квестовых наград. Аргент бы устроил праздник.
Он открыл лист персонажа. Единственное, что имело значение, было число.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство (ART): 52
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Как только число зафиксировалось, серебряная филигрань, окаймляющая его зрение, вспыхнула внезапной интенсивной яркостью. Линии сдвинулись, напоминая органические корни, прорастающие поверх его дисплея.
Затем ощущение ударило его.
Четкие прямоугольные края его Полоски Здоровья смягчились, размываясь в истрепанный красный гобелен.
Он посмотрел на экран аукциона. Цифры чувствовались тяжелыми, отягощая его взгляд, в то время как дешевые предметы ощущались ломкими и легкими.
Синестезия, осознал Оператор с уколом раздражения. Высокий стат Искусства заставляет интерфейс переводить данные в ощущения. Я чувствую цифры теперь.
Это было неэффективно. Отвлекающе. Именно тот вид «художественной интерпретации», который он ненавидел.
Прохладная волна удовлетворения омыла его касательно буста статов, но он потер виски, пытаясь заглушить «звук» интерфейса. Уравнение было решено, но калькулятор орал на него цветами.
С завершением главной задачи мозг начал пассивно обрабатывать фоновую болтовню, уже не как шум, а как информацию.
Яростная война ставок шла на главном экране за стопку светящегося голубого коралла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Текущий лот: [Биолюминесцентный Коралл] x20
Класс Предмета: Редкий Материал для Крафта
Происхождение: Затонувший Город Коллар (Лазурная Пасть)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Лазурная Пасть. Разум Каге сверил название. Это была еще одна стартовая зона континента, на дальнем восточном побережье. Игровой мир был огромен, и его экономика уже была взаимосвязана. Игроки углублялись в совершенно разные подземелья, сражались с разными монстрами и собирали материалы, которые он, возможно, не мог встретить. Это было тихое напоминание о самом масштабе Короны Судьбы.
Затем он услышал приглушенный разговор пары игроков неподалеку.
— Уровень двадцать. Реально двадцать. Я проверял ладдер дважды.
— Потный лорд, — фыркнул маг, его голос нес отчетливый, сальный вес зависти. — Большие гильдии кидают в него платиновые контракты. Он даже не отклоняет их. Просто включил авто-отклонение на шепот.
— Играть лучше, если тебе не нужно тащить мусор, — хмыкнул первый игрок. — Софи пытается сократить разрыв, но она все еще на три уровня позади.
— У Софи целая свита, качающая её. Честно говоря, Ума — единственный другой, кто играет правильно, этот анлок Берсерка был легитным. А Ико... ну, Ико это просто аимбот с пульсом.
Каге впитал информацию бесстрастно. Асура, Софи, Ума, Ико. Они были знаменитостями сервера, лидерами. Мощные переменные, безусловно, но всё же переменные. Статус соло у Асуры был наиболее тактически важной информацией. Одинокий волк предсказуем. Одинокий волк с гильдией за спиной — совершенно другой зверь.
Внезапно золотая вспышка озарила главный экран, заставив зал замолчать на краткий миг. Это было общесерверное объявление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Общесерверное Объявление (Континент Веридия): Гильдия [Багровый Легион] успешно завоевала Крепость Солнечного Камня, заявив права на первую контролируемую гильдией территорию! Слава новым лордам Пылающих Степей!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Аукционный дом взорвался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Зона] LFgf: ОМГ уже крепость???
[Зона] TralaleloTralala: БАГРОВЫЙ ЛЕГИОН! Я знал что они сделают это!
[Зона] TheAsker: Веридия? Где это? Это здесь?
[Зона] TheAnswerer: @TheAsker Нет, это восточный континент. Попробуй читать объявление в следующий раз? Пылающие Степи это просто очередная стартовая зона, так что они, вероятно, просто зерганули её. Ничего впечатляющего, честно говоря.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мир был огромен. Гильдии завоевывали территории, кромсая карту, пока он покупал оловянные кольца в стартовом городе. Его личный квест, который казался столь монументальным мгновения назад, был крошечной, секретной сноской в глобальном эпосе.
Мысль не обескуражила его. Она сфокусировала его. Грандиозные движения гильдий и гонка уровней были просто шумом. Истинная ценность, такая, которая могла решать проблемы реального мира, находилась в невидимых уголках мира. В секретах. В концепциях.
Его предметы были подтверждены. Последний кусок пазла был в его владении.
Он повернулся спиной к ревущему хаосу Аукционного Дома. Он вышел из купола, яркий солнечный свет Оукхейвена омыл его. Бешеная энергия рынка угасла, уступив место тихому гудению цели в его собственном разуме.
Он направился обратно к ритмичному, успокаивающему лязгу кузницы.
Пусть у мира будут его войны и таблицы лидеров.
У него была зарплата, которую нужно создать.
Заметка от Nejm:
Привет!
Быстрые новости: На прошлой неделе мне удалось надиктовать и отредактировать четыре главы. Хотя этого недостаточно, чтобы увеличить мой запас, этого достаточно, чтобы поддерживать его, пока мое запястье восстанавливается, что все же дает мне небольшую фору.
В принципе, это значит, что мы придерживаемся графика 4 главы в неделю.
Каге вновь вошел в частную кузницу; воздух был густым от запаха угольного дыма и закалочного масла. Он закрыл тяжелую деревянную дверь, звук основной мастерской угас до далекого приглушенного шума. Тишина опустилась, нарушаемая лишь низким шипением углей в каменном очаге.
Каге подошел к большой каменной наковальне с плоским верхом, служившей ему верстаком, его новое снаряжение для повышения Искусства ощущалось чужеродным и хлипким на руках и голове. Они были средством для достижения цели. Ключом, чтобы открыть эту дверь. Ничем больше.
Один за другим он выложил компоненты на холодный камень.
Сперва — Сосуд.
[Железные Наплечники Ворлага]. Редкое качество. Это были тяжелые, чисто функциональные куски кованого железа, их история была историей грубой силы и простой злобы. Тусклое отражение смотрело на него с их плоских, покрытых шрамами поверхностей. У этого предмета была история, собственная малая легенда. Это была уже исписанная страница, что делало его задачу труднее.
Ему нужно было перезаписать её.
Далее — Якорь.
Он положил [Кристаллизованное Сердце Вирмлинга] рядом с наплечниками. Это был кусок чего-то похожего на дымчатый кварц размером с кулак, пульсирующий слабым внутренним светом. Он чувствовался прохладным и плотным в ладони, физический остаток стойкой жизненной силы Скального Вирмлинга. Дерзость существа, его отказ просто умереть, были схвачены в этом камне. Это был идеальный материал, чтобы заземлить его новое творение в физическом мире, его ключевой концепт устойчивости — идеальное тематическое совпадение для его цели.
Наконец, он извлек Душу.
[Концепт: Непреклонное Предательство]. Маленький темный кристалл, казалось, выпивал свет из комнаты. Он был тяжелее, чем выглядел, осколок чистого нарратива, идея вещи. История клятвы, разбитой с холодной окончательностью. Обещание, скрученное в клетку. Он держал кристалл большим и указательным пальцами, системное описание отзывалось эхом в уме. «Он поет упрямой, удушающей силой тюрьмы, созданной руками друга».
Это больше не было неуклюжим экспериментом, рожденным отчаянием, как создание его клинка. Это было расчетливое исполнение. Оператор в нем видел обнаженную формулу: Сосуд + Душа + Якорь.
Четвертой переменной была та, которую он теперь должен был создать сам. Стих.
Он прогнал цифры. Шанс провала, даже со всеми выстроенными компонентами, был не нулевым. Потенциальная награда, однако... потенциальной наградой были доллары, в которых он нуждался. Это была единственная метрика, имеющая значение.
Это был ритуал. Клайд почувствовал шевеление чего-то за гранью чистой логики. Частичка Вундеркинда, та его часть, что понимала форму, ритм и намерение, вышла на передний план. Он дирижировал столкновением историй.
С глубоким вдохом, который был более центрирующим, чем нужно для виртуального тела, он открыл интерфейс Стихосложения. Знакомое окно появилось в зрении, чистый холст, ожидающий инструкций.
Он вытащил [Перо Первого Создателя]. Оно чувствовалось теплым, почти живым в руке. Он начал писать то, что уже придумал во время первой попытки, перепроверяя логику в реальном времени.
Сперва шло название, объявление намерения.
Название: Злоба Предателя
Он писал слова, разум уже формулировал начинку. Ему нужно было рифмованное двустишие. Оно должно было содержать точное имя концептуального материала, «Непреклонное Предательство». И ему нужны были два инструкционных ключевых слова из Лексикона, чтобы направить логику системы.
Он мысленно просмотрел список ключевых слов. Свяжи было данностью.
Цель была оборонительной, разработанной для наказания атакующего. Чтобы обратить агрессию врага в его собственную тюрьму. Тема компонентов — предательство Ворлага, упрямая стойкость Вирмлинга — все указывали на злобную, реактивную форму силы.
Ослабь было очевидным выбором — это будет злобой, проклятием, высасывающим силу атакующего.
Стих начал формироваться в уме, ритм щелкал на места, как тумблеры замка. Первая строка установит ключевой концепт. Вторая определит функцию. Это была история, компактная и жестокая, рассказанная в двух строках.
Он вписал первую строку в сияющее окно.
«Пусть Непреклонное Предательство это железо скует,»
Стоимость Авена на интерфейсе скакнула. [Концепт: Непреклонное Предательство] на наковальне вспыхнул глубоким пурпурным светом, резонируя со стихом. Система распознала его имя, его ключевую инструкцию.
Теперь, вторая строка. Он представил врага, бьющего по броне. Он представил, как инерция останавливается, сила покидает. Он направил это намерение.
«...чтоб в тернистой клетке враг ослаб, когда нападет».
Он написал последнюю букву с уверенностью.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Композиция Принята. Резонанс: Правильный.
-500 АВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Кузница взорвалась контролируемым, жестоким вихрем сланцево-серого и ядовито-пурпурного. Смерч чистой энергии взревел над наковальней, высасывая воздух из комнаты во внезапной имплозии звука.
[Железные Наплечники Ворлага] левитировали, пойманные в глаз шторма.
Затем Якорь дезинтегрировался. [Кристаллизованное Сердце Вирмлинга] растворилось в миллиарде искорок сияющего каменистого света. Они закружились, как галактика закаленной стали, прежде чем ринуться внутрь, втекая прямо в левитирующие наплечники.
Каге завороженно смотрел, как серый свет сплавляется с базовым железом. Никакого нового слоя не добавлялось; сам металл фундаментально переписывался, закаляясь изнутри самой концепцией устойчивости. Вмятины и шрамы на поверхности сгладились, сменившись безупречным, графитово-темным блеском.
Далее — Душа.
Темный кристалл [Непреклонного Предательства] пульсировал раз, такт глубокой тишины, прежде чем выстрелить вперед. Он погрузился в наплечник левитирующей брони, как камень в глубокую воду. Тошнотворный треск бьющегося стекла отозвался в разуме Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эффект предмета [Шипы Глубин] был перезаписан более мощным нарративом.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Уведомление было клиническим надгробием для старого предмета. Броня искривилась. Металл застонал, будто в агонии, изгибаясь и перестраиваясь под давлением. Некогда простая, округлая форма наплечников заострилась. Края стали порочно острыми, и весь силуэт набрал массу, став более угловатым, более внушительным. Теперь это была клетка.
Темные руны, которые казались извивающимися и сдвигающимися, словно живые цепи, вытравились по поверхности металла, светясь слабой, злобной пурпурой, прежде чем угаснуть обратно во тьму железа.
Вихрь света держался еще секунду, пульсируя с невероятной плотностью силы. Каге мог чувствовать, как сырой Авен вливается в творение, его собственная энергия питала метаморфозу.
Затем, так же внезапно, как началось, все закончилось.
Свет, звук, вихрь — всё исчезло. Воздух ринулся обратно в пространство с мягким свистом.
На миг повисла абсолютная тишина.
КЛАНГ.
Звук был тяжелым, окончательным. Как захлопнувшаяся дверь тюрьмы.
Свежевыкованные наплечники осели обратно на каменную наковальню. Они лежали смирно, впитывая тусклый свет кузницы. Они были неузнаваемы по сравнению с грубыми железными плитами, с которых он начал. Темные, угрожающие и острогранные, они источали тихую уверенность сдержанной силы.
Каге выпустил вдох, который не осознавал, что задерживал. Сердце, его реальное сердце, колотилось о ребра. Сделано.
Серия уведомлений зажглась в его зрении, окаймленная королевским, величественным пурпуром, которого он никогда не видел раньше.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Свяжи увеличен. (13% -> 15%)
Лексикон Поэта: Резонанс ключевого слова Ослабь увеличен. (9% -> 13%)
Нарративная Ковка Успешна! Вы создали новый УНИКАЛЬНЫЙ предмет!
Ваше понимание концептуальной синергии углубилось.
За создание Уникального предмета вы получили постоянный бонус.
Искусство +2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его стат Искусства поднялся до 54. Маленькая, постоянная награда за успешное исполнение. Еще одно правило его класса записано. Высокорисковый крафт с высокой наградой давал бонусы. Отлично.
Но это было вторично. Глаза были прикованы к предмету. Он потянулся, рука зависла над темным металлом, и инициировал инспекцию.
Системная панель, которая появилась, была прекрасна. Это была самая красивая строка текста и цифр, которую он когда-либо видел.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Наплечники Клетка Предателя
Качество: Уникальное
Тип: Броня Плеч
Вес: 12
Броня: +45
Выносливость (STA): +10
Прочность: 150 / 150
Требует Уровень: 15, 30 Силы
Специальный Эффект 1: Кровь Вирмлинга
Пассивно регенерирует 5 Очков Здоровья в секунду.
Специальный Эффект 2: Злоба Предателя
При получении удара в ближнем бою отражает 15 единиц Физического Урона и накладывает [В ловушке], замедляя скорость передвижения атакующего на 15% на 3 секунды.
Специальный Эффект 3: Злобное Проклятие
Враги, пораженные [В ловушке], также страдают от [Ослабленной Воли], снижая наносимый ими урон на 5% на 5 секунд.
Специальный Эффект 4: Непреклонная Воля
Если ваше здоровье падает ниже 30%, получите [Несгибаемость] на 10 секунд, снижая весь входящий урон на 30%. Этот эффект может срабатывать только раз в 180 секунд.
Описание: Некогда наплечники предателя, эта броня была брутально перекована новой, более мощной историей. Живая кровь Вирмлинга дарует ей упрямую живучесть, в то время как сама концепция Предательства была искажена и вплетена в её сущность. Темные, меняющиеся руны, напоминающие цепи, теперь вытравлены в металле, а края остры и полны злобы. Это тюрьма, обращающая агрессию врага в их собственную персональную клетку.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
У неё был собственный художественный текст внизу:
История о предательстве, перекованная в злобный урок. Она учит простой истине: те, кто ударит по клетке, найдут себя запертыми внутри нее.
Срань... Господня. Каге уставился. Он смотрел, пока буквы не поплыли.
Это было идеально.
Регенерация здоровья от Сердца Вирмлинга. Отражение урона от брони Ворлага, усиленное и скомбинированное с замедлением. Ключевое слово Ослабь, проявившееся как собственный дебафф, Ослабленная Воля. И четвертый эффект, Непреклонная Воля, спасающая жизнь пассивка, рожденная из сырой концепции устойчивости. Четыре синергичных спецэффекта.
Он провел быстрый ментальный расчет. Материалы стоили ему почти ничего — это были дропы с его собственных уникальных квестов и геймплея. Аренда кузницы была грошами. Снаряжение на Искусство было инвестицией в 42 серебра.
Предмет, сидящий перед ним... он мог бы продать это, вероятно, за пятьдесят золотых. Может, больше. Уникальное снаряжение 15-го уровня с четырьмя спецэффектами было, на данный момент, практически неслыханным делом.
Медленная улыбка расползлась по лицу Клайда.
Жар кузницы окутывал его, резко контрастируя с холодной тяжестью наплечников в инвентаре. Он сделал это. Уравнение решено. Сосуд плюс Якорь плюс Душа равняются деньгам.
Его цель была простой, немедленной и единственной: ликвидация товара.
Он вышел из частной кузницы, оставив позади запах триумфа. Несколько игроков взглянули в его сторону, их глаза задержались на его снаряжении. Простой, выбеленный лен [Ободка Аколита] смотрелся странно в кузнице, месте сажи и стали. Это было снаряжение для ученого.
Несоответствие притягивало взгляды, но Клайд зарегистрировал их любопытство не более как бесполезные фоновые данные.
Он шел целеустремленно, его поношенные сапоги бесшумно ступали по каменным плитам. На ходу он открыл окно инвентаря. [Перчатки Новичка из Закаленной Кожи] были вытащены из сумки, поменявшись местами с одолженными перчатками на Искуство.
Ободок и второе кольцо остались. Их бонусы к Искусство теперь были частью его базового билда. Необходимый налог на его уникальную профессию.
Его путь от Кузницы Грака до Аукционного Дома Оукхэвена пролегал по прямой через хаотичную площадь. Он прорезал толпу, зафиксировав взгляд на богато украшенном здании, служившем экономическим сердцем города. Он игнорировал зазывал, вербовщиков гильдий и запросы на дуэль, мерцавшие на периферии его зрения. Они не были частью плана.
Аукционный Дом был забит игроками, толпившимися вокруг общественных терминалов; их лица освещались потоками цифр и иконок предметов.
Он прошел к уединенной нише, где ждала светящаяся кристаллическая консоль. Удаленная функция, которую он зарегистрировал и оплатил, не включала возможность выставления предметов на продажу.
Его пальцы запорхали над голографическим интерфейсом.
Фильтр. Качество предмета. Он прокрутил вверх. Уникальное.
Система обрабатывала его запрос полсекунды. Хаотичный экран очистился, сменившись единственной строкой текста.
[Результатов не найдено]
Выражение лица Кейджа не изменилось, но мрачное удовлетворение осело в животе. Как он и подозревал. Других публично выставленных Уникальных предметов не было. Он собирался создать совершенно новый сегмент рынка. Его [Наплечники Клетки Предателя] не будут ни с чем конкурировать. Они станут эталоном. Первыми.
Это меняло весь расчет. Не было истории цен, не было данных о сопоставимых продажах. Не было реальности, к которой можно было бы привязать ожидания; его предмет был новой реальностью.
Он начал процесс размещения, его разум был вихрем психологической войны и экономической теории. Иконка наплечников светилась в окне лота, пульсируя слабым фиолетовым светом, который кричал о своей редкости.
Сначала — Начальная ставка.
Его первой мыслью было 10 золотых, может быть, 15. Высокая, но доступная цена. Он отбросил ее мгновенно. Это было мышление продавца. Ему нужно было думать как хищник. Он создавал безумный ажиотаж, и он должен был начать с того, чтобы блюдо выглядело эксклюзивным.
Он ввел 25 золотых.
Число застыло там, дерзкое и высокомерное. Это был вышибала у двери VIP-клуба. Это была бархатная веревка. Оно мгновенно отсеивало случайных участников торгов, низкоуровневые гильдии и всех, кто не был абсолютно серьезен. Это был сигнал элите сервера — топовым гильдиям, молчаливым «китам», которые управляли рынками из тени, — что это их стол.
Далее — Цена выкупа.
Поле было заманчивым, опасным пробелом. Он мог бы поставить 100 золотых. Это была бы безумная сумма денег, куш, меняющий жизнь.
Но… цена выкупа была потолком. Это было признание того, что вы знаете максимальную стоимость предмета. Он не знал. Сколько топ-гильдия заплатит за первый на сервере предмет best-in-slot («лучший в слоте») для своего главного танка? Сколько стоило эго игрока вроде Аргента, когда он сталкивался с перспективой обладания тем, чего нет ни у кого другого?
Он не знал. И это невежество было его величайшим активом. Никакого выкупа. Пусть дерутся. Пусть говорят их гордость и кошельки.
Наконец — Длительность.
Он выбрал самый короткий возможный вариант: 16 часов.
Замысел состоял в том, чтобы оказать давление. Это был тикающий таймер. Аукцион закончится завтра вечером, прямо в прайм-тайм сервера. Все, кто имеет значение, будут онлайн. Они увидят обратный отсчет, и страх упустить возможность (FOMO) сделает за него половину работы.
А для него это была гонка против гораздо более важных часов. Счет за больницу его матери должен быть оплачен через 22 часа. Аукцион заканчивается через 16. Узкое окно, но приемлемое. Риск управляемый.
Он в последний раз посмотрел на заполненный лот.
Предмет: [Наплечники Клетки Предателя]
Качество: Уникальное
Начальная ставка: 25 золотых, 0 серебряных, 0 медных
Цена выкупа: -
Длительность: 16 часов
Удовлетворенный, он нажал кнопку «Подтвердить». Она засветилась, и появилось официальное уведомление.
[Аукцион для [Наплечники Клетки Предателя] теперь активен!]
[Невозвратный сбор за размещение в размере 75 серебряных был списан с вашего счета.]
Через несколько минут мир отреагировал. Глобальный чат, обычно поток бессмыслицы, торгового спама и споров, взорвался спустя дюжину секунд.
[Global] ReaperOfSouls: Едрить колотить, уник на ауке. Первый в истории?
[Global] SparkleQueen: 25 голды старт?! Интересно, у кого найдется столько денег! Ищу папика >.
[Global] SnackAttack: Продам соль и попкорн 2с! Запасаемся, чтобы смотреть, как киты дерутся! ЛС Оукхэвен АД!
[Global] DragonSlaya: Багровые заберут их. Лучше готовьте глубокие карманы.
Губа Кейджа слегка скривилась при последнем сообщении. Азартная игра началась, и первая рыба уже была на крючке.
Когда аукцион был запущен и эффект кругов на воде начал распространяться, адреналин, питавший его с момента кузницы, наконец, катастрофически иссяк. Словно основной источник питания был перерезан, оставив его работать на маломощных аварийных батареях.
Глубокая, пробирающая до костей усталость опустилась на него. Его разум казался густым, словно он пробирался через патоку. Он был подключен к «Венцу Судьбы» более двадцати шести часов подряд.
Его физическое тело, запечатанное в капсуле, не имело значения. Машины справлялись с грязными реалиями человеческой биологии с холодной, стерильной эффективностью. Интегрированная внутривенная система подавала постоянный, калиброванный поток гидратации и питательного раствора прямо в его кровоток. Сложный катетер и система микрофильтрации отходов управляли выводами. В контексте игры его тело было просто еще одним компонентом, органическим двигателем, профессионально обслуживаемым превосходным оборудованием.
Но капсула не могла поддерживать его разум.
Он ощущал усталость как количественную деградацию производительности. Мелькание движения на периферии зрения в переполненном Аукционном Доме заставило его вздрогнуть на целую десятую долю секунды позже, чем его мозг уже идентифицировал это как не-угрозу. Сложная цепочка мыслей — расчет потенциальной прибыли от аукциона против курсов конвертации и комиссий за перевод — дважды стопорилась, прежде чем он смог ее завершить.
*Дальнейшее напряжение приведет к снижению отдачи и неприемлемому увеличению вероятности критической ошибки. Оптимальная стратегия — отдых.*
Старое воспоминание всплыло, нежеланное. Мастер Джин после изнурительной трехчасовой тренировки по кендо. Более молодой Клайд, промокший от пота и гудящий от нервной энергии, хотел продолжить, преодолеть жжение в мышцах. Старик просто положил руку на плечо Клайда, заставив его сесть.
«Усталый ум делает клинок неуклюжим, Клайд», — эхом отозвалось воспоминание о голосе Джина, хриплом и терпеливом. — «Острейший меч бесполезен, если разум, который им владеет, стал нетвердым. Отдых — это не слабость. Это заточка камня».
Воспоминание было вторжением бесполезной философии в проблему чистой прагматики, и оно было раздражающе верным.
Решение было принято. Он рассматривал это как стратегическое отступление для сохранения своего самого ценного актива: разума.
Осталась одна последняя задача. Свободный конец в коде, требующий ручного патча.
Кейдж вызвал интерфейс внешних сообщений. Полупрозрачная проекция парила над хаотичной суетой Аукционного Дома, квадрат стерильного синего света на фоне богатой сенсорной перегрузки игрового мира.
[Выбран контакт: Элара]
Его пальцы зависли над мерцающими клавишами. Сработала мышечная память Оператора, стремящегося подать отчет и закрыть тикет. Он быстро настучал последовательность, эффективность направляла каждое нажатие.
«Цель выполнена. Средства поступают. Расчетное время 24 часа».
Он уставился на слова.
Они были точными. Они были эффективными. Они были достаточно холодными, чтобы заморозить азот.
Уведомление пульсировало в углу его зрения, тянущийся завиток серебряной филиграни, отличительный знак его Синестезии.
Воспоминание о кузнице ударило его. Не данные — не блоки статистики или показатели прочности — а жар. Повествование, которое он навязал. Сюжетный поворот реальности.
*Острейший меч бесполезен, если разум, который им владеет, стал нетвердым.*
Каге посмотрел на черновик сообщения. Это была ложь. Не технически, факты были верны. Это сообщало Эларе математику, но не рассказывало историю.
Он зажал клавишу Backspace. Буквы исчезали, съедаемые одна за другой.
Он начал снова. На этот раз нажатия клавиш были медленнее, тяжелыми от трения, не имевшего ничего общего с характеристикой Ловкости. Он боролся с собственной обусловленностью, рефлексом циника, который настаивал на том, что надежда — лишь предшественник разочарования.
«Деньги идут. Этого достаточно. Перестань волноваться о счете».
Он сделал паузу. Его большой палец завис над клавишей Enter. Это все еще ощущалось как транзакция.
Он оглядел Аукционный Дом. Для его измененного зрения шум толпы был ритмичной перкуссией жадности и отчаяния. Но под шумом была устойчивая басовая линия.
Он напечатал еще два слова.
«Мы в безопасности».
Фраза застыла там, ужасающая в своей абсолютности. Безопасность. Это была опасная концепция. В играх безопасность была временным состоянием. В жизни... в жизни это была мифическая редкость. Напечатав это, он жестко закодировал обещание в серверном логе реальности.
Он выдохнул, резкий свист воздуха сквозь зубы. Он почувствовал, как тошнота свернулась в животе — висцеральный, сырой страх сглазить аукцион. Но он не удалил это.
Он добавил постскриптум, почти как запоздалую мысль, чтобы заземлить высокие ставки чем-то обыденным.
«Иду спать».
[Сообщение отправлено.]
Дело сделано. Пакет сигналов был направлен через капсулу погружения, в локальную сеть и на портативное устройство девушки, которая последние несколько лет провела, затаив дыхание.
Он закрыл интерфейс взмахом руки.
— Система, — сказал он ровным голосом. — Выход.
[Инициация нейронного разрыва...]
Мир разорвался.
Насыщенный запах монетного металла из Аукционного Дома был вычищен из его чувств. Серебряная филигрань интерфейса Синестезии увяла и втянулась, содранная, как мертвые лозы. Ритмичный гул движения толпы прекратился, сменившись пронзительным электронным писком.
[3... 2... 1...]
Гравитация вернулась с деликатностью кувалды.
Клэйд судорожно вздохнул, его настоящие глаза резко открылись. Переход всегда был насильственным, внезапный сдвиг от плавного, векторного движения игрового аватара к тяжелой, биологической реальности человеческого тела, которое не двигалось двадцать шесть часов.
Подробные сенсорные данные хлынули внутрь, уродливые и неотформатированные.
Воздух в квартире отдавал затхлой пылью и металлическим привкусом рециркулируемого хладагента капсулы погружения. Было ледяно. Климат-контроль капсулы был установлен на «Оптимальное сохранение оборудования», что обычно означало «Человеческая гипотермия».
Он застонал, звук царапнул сухое горло. Конечности казались налитыми свинцом, придавленные сокрушительным дебаффом гравитации. Здесь не было Ритмического Потока, чтобы ускорить его движения. Только биология. Только атрофия.
Он повозился с замком, пальцы были жесткими и неуклюжими. Пневматика зашипела, и крышка отъехала назад.
Клэйд вывалился из капсулы, его ноги коснулись холодного ламината. Колени тут же подогнулись. Он поймал себя за край капсулы, костяшки пальцев побелели.
Никакого синего окна не появилось. Только тусклая серая неподвижность его спартанской квартиры. Линия питательной капельницы в руке натянулась. Он сорвал пластырь, морщась, когда игла вышла. Вкус питательной пасты, похожий на мел и дешевые витамины, обволакивал язык.
Он, спотыкаясь, направился к кровати в трех футах от себя. Это казалось переходом через всю страну.
Простыни были холодными, пахли стиральным порошком и заброшенностью. Он рухнул на матрас, не утруждая себя тем, чтобы натянуть одеяло. Его тело было развалиной, пульсирующей тупой болью от длительной неподвижности, но разум был странно тих.
Стратегический шум исчез. Рыночные расчеты, таймеры перезарядки, схемы рифм... тишина.
Он закрыл глаза. Темнота за веками была лишена пикселей.
*Мы в безопасности.*
Мысль дрейфовала сквозь туман истощения, больше не как ужасающее обещание, а как простая, фактическая запись в логе.
Сон накрыл его, как системный сбой.
Мгновенно. Чернота. Оффлайн.
Клайд дрейфовал в глубокой, восстанавливающей пустоте, которую дарует лишь истинное истощение. Сон был без сновидений, черный океан бессознательности, где шестеренки его сверханалитического разума наконец замерли. В его расчетливом плане оставался ровно час до того, как мягкий программируемый звон будильника капсулы разбудит его — достаточно времени для завершения циклов быстрого сна, пика клеточной регенерации и восстановления ментальной остроты до оптимального состояния.
Звук, совершенно чуждый его дисциплинированному, тихому миру, разбудил его: резкий, тяжелый стук в дверь квартиры.
Тук-тук-тук.
Он рывком сел в кровати, сердце колотилось о ребра от ледяного шока незапланированной тревоги. Прилив адреналина мгновенно развеял туман в голове.
Это было грубым отклонением от сценария его жизни. Никто не приходил к его двери. Доставки были автоматизированы, посылки оставляли в защищенном шкафчике внизу. Арендодатель общался по электронной почте. Сестра, единственный человек, знающий его адрес, всегда звонила первой. Сама аналоговая природа события — человеческая рука, ударяющая в деревянную дверь — была сбоем в системе.
В состоянии грогги, когда переход от глубокого сна к полной боеготовности оставлял головокружительное послевкусие, он спустил ноги с кровати. Его босые ступни бесшумно коснулись холодного деревянного пола. Он натянул простую серую футболку, ткань которой дарила привычный, лишенный текстуры комфорт. Он подошел к двери и посмотрел в глазок.
Мир сжался до маленького, искаженного круга света.
Это была Элара.
Выражение ее лица представляло собой высококонтрастный снимок истощения, отрисованный с таким битрейтом, что смотреть на нее физически было неприятно.
Элара.
Узнавание пришло через долю секунды после адреналина. Реакция «бей или беги» перестроилась. Его мышцы, напряженные неделями жизни внутри VR-капсулы, где каждая тень скрывала нож, отказывались расслабляться.
Она слишком сильно походила на их мать. Это было в архитектуре кости — высокие славянские скулы, ловящие свет коридора, подчеркивающие усталость под глазами. Но глаза были отцовскими. Темные, миндалевидные, и в данный момент сверлящие дыру в его черепе с интенсивностью снайпера, проверяющего поправку на ветер.
Клайд ничего не сказал. Ветка диалога для Внезапного Семейного Рейда была неактивна. Он открыл дверь.
Она протиснулась мимо него.
Это было меньше похоже на вход, и больше на вторжение на территорию. Она принесла с собой запах внешнего мира: дождь на шерсти, холодный выхлоп и затхлый агрессивный запах больничного антисептика. Это яростно контрастировало с мертвым, рециркулируемым воздухом его квартиры.
— Ты не спишь, — сказала она. Это был не вопрос.
Она стояла в центре главной комнаты, ее разномастные кроссовки скрипели по ламинату. Ее голова поворачивалась, обрабатывая обстановку со скоростью, болезненно напоминающей ему, что она тоже когда-то была быстрой. До того, как началась опека. До того, как начался гринд.
Она окинула взглядом мини-кухню с единственной грязной кружкой. Блэкаут-шторы, приклеенные скотчем к оконным рамам. И гроб — гладкий, индустриальный кошмар VR-капсулы погружения, тихо гудящий в углу, его LED-индикаторы пульсировали медленным ритмичным синим светом.
— Я звонила тебе три раза, — сказала она, стоя к нему спиной. Ее голос был ломким. — Я звонила на домашний. Я почти вызвала полицию.
Клайд прислонился к дверному косяку, скрестив руки. Он чувствовал холодное дерево сквозь тонкую серую футболку.
— Я спал.
— Спал. — Она резко развернулась. Волосы выбились из хвоста, пряди прилипли ко лбу. — Ты прислал мне сообщение в 2 часа ночи. «Мы в безопасности». Затем ты пропал. Во время недели запуска.
Она сделала шаг к нему, руки сжались в кулаки по бокам.
— Ты понимаешь, как это выглядит, Клайд? У тебя есть хоть малейшее представление? В последний раз ты прислал такое сообщение, когда закончилась страховка мамы. Я думала, ты окончательно свихнулся. Я думала, что приду сюда и найду тебя окирпиченным в этой машине с поджаренными мозгами.
Логика, ирония, встали на свои места.
— Я не хотел...
— Не надо, — оборвала она его. Она потерла лицо руками, жест настолько усталый, что у него самого заныли суставы. — Просто... не читай мне речь об «оптимизации». Я сегодня не выдержу.
Последовавшая тишина была тяжелой, текстурированной гудением холодильника. Взгляд Элары переместился с него обратно на комнату. Она что-то искала. Признаки жизни, возможно.
Их не было.
Квартира была не домом; это была серверная для биологической машины. Ни фотографий. Ни книг. Только капсула, стол и кровать. Единственным элементом нефункционального декора была маленькая фотография их матери в рамке, перевернутая лицом вниз.
Ее глаза скользнули дальше, остановившись в углу.
Синаи.
Три бамбуковых меча, связанные кожей, покоились на дешевой деревянной стойке. Пыль покрывала верхний клинок густой серой шубой. Они выглядели как артефакты исчезнувшей цивилизации.
— Они собирают пыль, — пробормотала Элара. Гнев ушел из нее, сменившись пустой разочарованностью, которая ударила Клайда сильнее криков.
— Я использую их, — сказал Клайд рефлекторно.
— Я говорила не о мечах, — тихо сказала она.
Она подошла к стойке, проведя пальцем по кожаной рукояти среднего синая. Износ затемнил кожу до глубокого красного дерева.
— Годы, Клайд. Столько времени прошло с тех пор, как ты ступал в додзё. Отец бы... — Она замолчала. — Мастер Джин звонил.
Челюсть Клайда сжалась. Возле уха дернулся мускул.
— Я знаю. Он оставил голосовое сообщение на домашнем.
— Он сказал мне, что смазывает твою броню богу маслом. Сказал, что кожа потрескается, если ее не использовать. — Она посмотрела на него, ее темные глаза искали реакцию на его лице. — Он спросил, не забыл ли «Вундеркинд», за какой конец держать меч.
— Это не актуально, — сказал Клайд. Его голос был плоским, холоднее, чем он намеревался.
— Актуально? — Элара рассмеялась, короткий, резкий звук без юмора. — Он практически семья, Клайд. Он единственный человек, кроме нас, кто помнит, кто ты на самом деле. Кем ты должен был стать.
— Я тот, кем мне нужно быть. — Клайд оттолкнулся от косяка, движение было резким. Он прошел на мини-кухню, создавая пространство между ними. Ему нужна была задача. Он наполнил стакан водой из-под крана просто чтобы занять чем-то руки. — Кендо не оплачивает нейрорегенеративную терапию, Элара. Оно не оплачивает отдельную палату. Оно не поддерживает свет в доме.
— У него додзё на озере, — возразила она. — Он живет хорошо. Он всегда говорил папе, что ты был тем самым. Тем, кто действительно превзо...
— Джин — статистическая аномалия!
Стакан ударился о столешницу слишком сильно. Вода выплеснулась на его руку.
Клайд повернулся, разочарование наконец дало трещину в маске.
— Не принимай предпосылку, Эл. Посмотри на цифры. Джин выиграл десять национальных титулов подряд в эпоху, когда конкуренция была абсурдной. Он ушел в отставку в тридцать пять от скуки, потому что никто не мог его коснуться. У него есть статус. У него есть выслуга лет.
Он мерил шагами небольшую длину кухни, линолеум был холодным под его босыми ногами.
— Ты хочешь, чтобы я был им? Гнался за «Путем»? Достиг Фудошин? — Он неопределенно махнул рукой в воздухе, словно отгоняя муху. — Это требует двадцать тысяч часов. Минимум. Это инвестиция времени, которого у нас не было. Я не мог потратить десять лет, медитируя над природой цветка вишни, пока мама разлагалась в общей палате.
Он остановился, вцепившись в край столешницы. Дешевый ламинат впился в ладони.
— Я променял меч на клавиатуру, потому что обменный курс был лучше, — прошипел он, слова отдавали пеплом на вкус. — Вот и все. Это простая математика.
Квартира внезапно показалась очень маленькой.
Элара наблюдала за ним. Она не выглядела впечатленной логикой. Она выглядела убитой горем.
— Я не мог быть им, Эл, — сказал Клайд, его голос упал до шепота. — У меня не было времени быть чем-то большим, чем он.
— Для него это не просто математика, — сказала она мягко. — Он никогда не брал другого ученика, Клайд. Для него ты единственный. Он старик. Одинокий старик, который думал, что нашел сына.
Клайд вздрогнул.
Воспоминание всплыло, болезненное и в высоком разрешении. Запах кедра и пота. Звук дождя, ударяющего по жестяной крыше додзё. Старик с прямой спиной, как отвес, вручающий юному Клайду его первое тенугуи.
Меч — это зеркало, мальчик. Когда ты делаешь взмах, ты не режешь врага; ты отсекаешь ложь, пока не останется только правда.
Клайд закрыл глаза, заставляя аудиофайл остановиться.
— Я не могу позволить себе ложь прямо сейчас, Элара. Я имею дело с реальностью.
— Это реальность? — Она жестом указала на стерильную серую коробку, в которой он жил. — Или это просто зал ожидания?
Она вздохнула, борьба окончательно покинула ее. Она подошла к двери, плечи опущены. Визит был окончен. Пропасть между ними не была преодолена; они просто перекрикивались через каньон.
— Я рада, что ты в безопасности, — сказала она, положив руку на дверную ручку. — Правда. Но... навести маму. Она смотрит на дверь каждый раз, когда она открывается.
Клайд почувствовал укол в груди; специфическую, тяжелую тяжесть. Тяжесть долга. Уже не финансового, а дефицита времени.
— Элара.
Она замерла, оглядываясь.
Он сглотнул. Слова казались ржавыми.
— Я преодолел... серьезное препятствие. Вчера. У меня теперь есть пропускная способность, — сказал он, переходя на более безопасную терминологию. — Я зайду в больницу. На следующей неделе. После завершения начальной фазы.
Глаза Элары слегка расширились. Она изучала его лицо, ища ложь, отговорку, которая обычно следовала за этим. Когда она не нашла ее, выражение ее лица смягчилось. Жесткие линии усталости вокруг рта разгладились.
— В четверг? — спросила она.
— В четверг, — подтвердил Клайд. — Я внес это в календарь.
Она кивнула. Маленькая, неуверенная улыбка коснулась ее губ. Призрачная, но она была.
— Хорошо. Я скажу ей. Не... не опаздывай. Она это ненавидит.
— Я знаю.
Она выскользнула за дверь. Замок щелкнул, снова запечатывая квартиру.
Тишина хлынула обратно, тяжелая и удушающая. Клайд стоял в центре комнаты, слушая свое собственное дыхание. Он чувствовал себя выжатым. Социальное столкновение поглотило больше выносливости, чем рейдовый босс.
Он посмотрел на свою руку. Она дрожала, совсем чуть-чуть. Микротремор указательного пальца. Усталость? Или афтершоки от вытаскивания похороненных эмоций на свет?
Его взгляд скользнул. Он миновал высокотехнологичный гроб, миновал мигающие огни роутера и остановился в углу.
Пылинки танцевали в луче света, падающем на бамбуковые мечи.
Клайд подошел к стойке. Он двигался не думая, его тело работало по скрипту, написанному годы назад, задолго до того, как он стал Каге. Он протянул руку и взял средний синай.
Баланс был идеальным.
Это было не оружие. Это было продолжение его скелетной структуры. Кожаная рукоять была прохладной и сухой, мгновенно принимая форму мозолей на его ладонях; мозолей, которые были выкованы деревом.
Он шагнул в центр комнаты. Половицы были холодными. Он поставил ноги. Ширина плеч. Колени разблокированы. Позвоночник выпрямлен.
Тюдан-но-камаэ.
На секунду серая квартира растворилась. Запах затхлого воздуха сменился кедром. Гудение холодильника стало тишиной додзё.
Он не был Каге, безжалостно эффективным Поэтом. Он не был Клайдом, уставшим братом, который практиковал Кендо как форму техобслуживания.
Он чувствовал, как меняется давление воздуха вокруг клинка. Он визуализировал удар. Не цифру урона. Не хитбокс. А линию, прочерченную в воздухе, разделяющую «до» и «после».
Начало музыки.
И затем он остановился.
Еще нет.
Таймер аукциона все еще отсчитывал время. Битва не была окончена.
Но когда он повернулся, новая ясность опустилась на него.
Впервые за очень долгое время он почувствовал, что сражается за нечто большее, чем просто число в счете-фактуре.
Командный центр корпорации Иггдрасиль работал с абсолютным успехом. Купаясь в прохладном синем сиянии сотни голографических дисплеев, он ощущался как центр управления полетами новой цифровой цивилизации. Данные текли элегантными, плавными линиями через главный обзорный экран: счетчики одновременных пользователей, задержка сервера и экономические индикаторы.
Директор Сон Джин-Хван стоял во главе круглой смотровой площадки, чашка теплого кофе была забыта в его руке. Он почти не спал два дня, но чувствовал острую, кристальную сосредоточенность. Они построили мир, и человечество хлынуло в него.
— Отчет о статусе, — сказал он, его голос прорезал окружающий шум.
Доктор Арис Торн, спокойная и собранная как всегда, указала на главный экран. Квадрант окон расцвел перед глазами, каждое показывало перспективу разного игрока.
— Экосистема диверсифицируется согласно прогнозам, директор. Поведение игроков укладывается в наши ожидаемые архетипы с поразительной последовательностью.
Первое окно сфокусировалось на фигуре, облаченной в безупречную стальную броню, движущейся через вулканический, задыхающийся от пепла ландшафт. Его движения были свидетельством жестокой эффективности.
— Асура остается высшим хищником сервера, — прокомментировала Торн. — Он только что завершил второе испытание для квеста легендарного класса «Арбитр Стали».
Трансляция показала персонажа Асуры, безупречно парирующего взрыв магмы, одновременно уклоняясь от ударной волны. Кенджи Танака издал почти неслышный вздох восхищения.
— Танака, — сказал Сон, его голос был ровным. Он заметил это, не оборачиваясь.
Младший разработчик напрягся, его лицо слегка покраснело.
— С-сэр? Просто... механический навык зашкаливает. Это Эхо Тысячи Ложи. Оно отзеркаливает ваши собственные паттерны атак. Чтобы победить его, нужно сражаться в ритме, который не является твоим собственным. Нужно активно ломать свою мышечную память под постоянным давлением. Этот парень — монстр.
Сон кивнул, откладывая экспертную оценку в память. Монстр, но предсказуемый. Торн продолжила свой отчет, перебирая другие аномалии.
Новое окно показало хаотичную битву с перспективы целителя.
— Это Софи, Жрец высшего ранга. Она открыла уникальную пассивку «Сияющая Душа», вылечив более пятисот уникальных игроков. Она строит сеть. Власть через влияние.
Еще одно окно всплыло глубоко в сердце горы.
— Вулкан, наш Мастер Кузни. Он завершил цепочку квестов, которая дала ему эксклюзивный доступ к Наковальне Звездной Пустоты.
— Черная Наковальня? — Сон нахмурился. — Это намного раньше наших прогнозов.
— Он все равно не сможет использовать ее еще долгое время, директор, — вмешался один из разработчиков поблизости.
Далее, захватывающий вид со скалы.
— И Сайлас. Он потратил все свое игровое время, пробираясь через то, что мы считали непроходимым горным хребтом, чтобы открыть «Парящую Границу». Он доказывает, что чистое исследование — жизнеспособный путь к силе.
Торн вывела последний журнал боя, который прокручивался с головокружительной скоростью.
— Мы также наблюдаем увлекательные эмерджентные стратегии. Рейнджер с ником «Поко» теоретизировал чистый билд «Траппера», который наши модели недооценили. Вчера он в соло прошел «Голема Лабиринта» — босса для полной группы — кайтя его 28 минут через лабиринт своих собственных ловушек. Цена на Железные Компоненты Ловушек с тех пор подскочила на 400%.
Сон позволил себе маленькую, редкую улыбку. Все работало. Пять разных стилей, все ведут к вершине. Мир был сбалансирован.
Как только улыбка коснулась его губ, золотое объявление вспыхнуло на главном экране, его звук был мягким, повелительным звоном.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Общесерверное Объявление (Континент Веридия): Гильдия [Багровый Легион] успешно покорила Крепость Солнечного Камня, захватив первую территорию под контролем гильдии! Слава новым лордам Пылающих Степей!]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Улыбка Сона исчезла. Его глаза метнулись от объявления вниз к толстовке Танаки, где на рукаве был изображен выцветший стилизованный красный лев.
— Танака. Разве это не...?
Кенджи взглянул на свой рукав, слегка покраснев.
— Ах... да, сэр. Старая привычка. Я был офицером в их подразделении Падения Доминиона. До этого. Сэр.
— Оценка, — скомандовал Сон, пользуясь шансом получить инсайдерскую перспективу.
Нервозность Танаки испарилась, сменившись циничной усмешкой ветерана.
— Это зерг-гильдия, сэр. Они используют силу через чистое количество и агрессивные корпоративные выкупы. Они будут закидывать проблему кошельками, пока она не умрет. Престиж — их главная цель.
Сон нахмурился. Он повернул голову к станциям аналитиков.
— София. Проверь организационные метрики. Есть ли другие гильдии, сравнимые с ними, активные в данный момент?
София начала яростно печатать.
— Вытягиваю данные сейчас, директор. — София сделала паузу, ее глаза сузились, когда голографические диаграммы прояснились. — Да. На самом деле, есть несколько тяжеловесов, движущихся в тени. Я фиксирую значительную мобилизацию от Черной Клятвы, Суверена и Железного Пакта.
Она развернула список взмахом руки.
— Есть также дюжина немного меньших организаций, идущих в их кильватере. Они все опасны, сэр. И они все быстро масштабируются.
— Хорошо, — сказал Сон, корректируя свое прежнее удовлетворение. Мир был сбалансирован.
Стабилен. Предсказуем. Это было...
— Тревога.
Голос принадлежал Морфеусу. Он прорезал спокойствие комнаты как осколок льда. Каждая голова резко повернулась к центральной консоли.
— Подтверждено событие с низкой вероятностью, — продолжил Морфеус, его синтезированный голос был лишен срочности. — Тип События: Постоянная Интеграция. Игрок: Каге. Условие: Успешный синтез нарративного предмета Уникального качества.
Тяжелая тишина опустилась на командный центр. Кенджи Танака, младший разработчик, прошептал себе под нос:
— Нет... он действительно сделал это?
— Покажи мне журнал крафта, — рявкнул Сон, его самообладание треснуло, как стекло.
Появился простой текстовый лог, запись действий Каге внутри частной кузницы. Для архитекторов этого мира это было самое страшное, что они видели с момента запуска.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Игрок: Каге] инициирует [Стихотворное Ремесло].
Целевой предмет: [Железные Наплечники Ворлага (Редкое)]
Потребленный Материал 1: [Концепт: Адамантовое Предательство (Редкое)]
Потребленный Материал 2: [Кристаллизованное Сердце Дракончика (Необычное)]
Название Стиха: «Злоба Предателя»
...Система Проверяет...
...Концептуальный Резонанс подтвержден...
...Нарративная Целостность Стабильна...
...Синтез Успешен...
[Уникальный Предмет Создан]: [Наплечники Клетки Предателя]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Кенджи Танака подался вперед, указывая на лог.
— Он использовал вторичный материал? Часть монстра? Этого не было в синтаксисе, когда он делал Меч.
Выражение лица доктора Торн сменилось с беспокойства на чистое интеллектуальное восхищение.
— Он исправил уравнение.
— Исправил? — спросил Сон. — Я думал, [Клинок Самопровозглашенного Короля] был базовой линией. Волатильный концепт, загнанный в железо, что привело к проклятию. Мы полагали, что нестабильность была неотъемлемой ценой.
— Мы тоже так думали, — прошептала Торн, подходя к экрану и проводя пальцем по строке с [Кристаллизованным Сердцем Дракончика]. — Каге... он не принял нестабильность.
Она повернулась к Сону, ее глаза были широко раскрыты.
— Он ввел третью переменную. Физический медиум, чтобы заземлить повествование. Он посмотрел на хаос своего первого творения и понял, что ему не хватало важного компонента.
— Он отнесся к поэзии как к химическому эксперименту, — выдохнул Кенджи, его лицо побледнело. — Он изобрел механику крафта, которая не была предсказана, и улучшил ее. Это безумие...
Сон уставился на лог.
— Он сделал это со второй попытки? Он перешел от проклятого, нестабильного оружия к идеальному Уникальному предмету за одну итерацию?
— Ноль сбоев, — ответил Морфеус, голос ИИ прорезал напряжение.
Осознание поразило комнату.
Они не наблюдали за игроком, спотыкающимся на дереве прогрессии. Они наблюдали за архитектором, строящим свою собственную лестницу, пока он по ней поднимался.
— Он пишет руководство, которое полностью отделено от того, что мы предполагали для класса, — сказала доктор Торн с пугающим восхищением в голосе.
— Что он с ним сделал? — голос Сона был едва слышным шепотом. — Предмет. Где он?
София Росси, чьи пальцы летали по консоли, вывела новый дисплей. Это был Аукционный Дом Оукхейвена. Там, на главной странице, в списке под вкладкой «Уникальное», сияя зловещим, переливающимся светом, были [Наплечники Клетки Предателя].
И под ними цифры, от которых у Сона кровь застыла в жилах.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Начальная ставка: 25 Золотых
Текущие ставки: 0
Цена выкупа: Н/Д
Оставшееся время: 15 часов 42 минуты
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Двадцать пять... золотых? — выдавил Кенджи. — Он... вызывает крупных транжир напрямую. Гильдии вроде Легиона... это именно та вещь, в которую они вольют всю свою казну, просто ради престижа обладания первым на сервере Уникальным предметом. Он байтит их.
Сон видел стратегию как на ладони. Это было безжалостно, хищно и гениально. Не установив цену выкупа, Каге вынуждал китов сервера, лидеров крупнейших гильдий и дюжину других жаждущих власти фракций пойти на прямую конфронтацию. Он выковал единственный в своем роде предмет, и теперь он нацелил его на экономику сервера и спустил курок.
— Запусти расчеты, — скомандовал Сон напряженным голосом. — Спрогнозируй финальную цену продажи. Сейчас.
София Росси яростно печатала, ее собственный экран был водопадом рыночных данных и прогностических алгоритмов. Через мгновение она подняла взгляд, выражение лица было мрачным.
— Директор... основываясь на текущем накоплении золота топ-5 гильдий и стратегической ценности Уникального предмета первого на сервере для игрока 15-го уровня... модели прогнозируют финальную цену где-то между 100 и... и 150 Золотыми.
Сто пятьдесят золотых. Достаточно, чтобы наделить одного неизвестного игрока экономической гравитацией черной дыры.
Архитекторы Короны Судьбы стояли в своем тихом, светящемся храме, уставившись на страницу аукциона. Они построили мир мифов и магии, героев и монстров, эпических квестов и великих судеб. Они учли каждую переменную, которую могли вообразить.
Они смотрели на потоки данных, анализируя рябь, которую Каге создавал в их цифровом океане, пытаясь предсказать его следующий ход, пытаясь оценить угрозу, которую он представлял для их хрупкого баланса. Они видели логи транзакций, таймеры аукционного дома, строки кода. Они видели игру.
Они оставались в полном неведении об истинной награде, медленно всплывающей на поверхность для человека, который, как они боялись, сломает все это. Этот приз не измерялся в золоте и не подсчитывался в таблице. Это был диссонирующий аккорд, взятый в тихой комнате за мили от их штаб-квартиры. Это было преследование сердца, воспоминание о пропитанном потом додзё и тяжести бамбукового меча.
Это была тихая, пугающая первая нота мелодии, которую они никогда не писали, сыгранная для аудитории из одного человека. Песня вундеркинда, долго молчавшего, начинающего вспоминать свой ритм.
И он больше не просто играл в игру.
Он учился сочинять.
Мир за окном Клайда был гобеленом приглушенного серого рассвета, но его маленькая квартира была островком искусственного света. Часы глубокого сна без сновидений стали перезагрузкой системы, вычистив истощение, которое висело на нем как дебафф. Он чувствовал возвращение знакомого фокуса, тихой, холодной готовности.
Первый инстинкт, первобытный позыв геймера, был нырнуть прямо обратно в капсулу. Увидеть число. Узнать.
Клайд подавил это с легкостью долгой практики. Терпение было ресурсом. Информация была главной валютой. Нырять вслепую было ошибкой любителя, ходом, продиктованным эмоциями, а эмоции были анафемой для прибыли.
Он полностью проигнорировал VR-капсулу, приготовив немного быстрой еды и усевшись за простой стол, служивший его командным центром. Он открыл веб-браузер, пальцы двигались с отработанной экономией, и перешел на официальные глобальные форумы Короны Судьбы.
Главная страница уже была зоной боевых действий. Он проигнорировал закрепленные сообщения, глаза сканировали в поисках неизбежного лесного пожара. Он нашел его на первой странице, название треда практически кричало жирными заглавными буквами.
[ЧЗХ ЭТО ТАКОЕ?? [УНИКАЛЬНЫЕ] НАПЛЕЧНИКИ НА АУКЦИОНЕ!]
Тред был уже длиной в пятьдесят три страницы.
Клайд кликнул. Его лицо оставалось нейтральной маской, но удовлетворение поселилось в груди. Пищевое безумие началось.
Он скроллил, разум парсил хаотичный поток текста, отфильтровывая сигнал от шума. Это был идеальный срез базы игроков.
[Форум] РыцареУбийца69: лол это наверно разрабы подкинули фейк/создают хайп. проснитесь овцы
[Форум] ТрейдерДжо: ^Этот парень идиот. Посмотри на опис предмета. Ставлю свое левое яйцо что он был скрафчен, а не выбит.
[Форум] Блестяшкаxoxo: Эти наплечники смотрелись бы ТАК хорошо с моей боевой юбкой Багрового Легиона! >.< Лидер Гильдии сказал, что мы их забираем...
[Форум] Диклсесиамус: Ктото сламает эканомику.
[Форум] БогГрамматики: @Диклсесиамус Пишется «сломает» и «экономику». Пожалуйста, ради всего святого, используй проверку орфографии.
[Форум] Гном_Банкир: Анализирую статы. Чистая броня и ВЫН топ-тир для этого уровня, но особые способности — вот что меняет игру. Они по сути дебаффают каждого моба. Гильдия, которая получит это, будет иметь огромное преимущество в зачистке рейдов.
[Форум] БЛЕГИОНВПЕРЕД: БАГРОВЫЙ ЛЕГИОН БУДЕТ ВЛАДЕТЬ ЭТИМ. ЗЕФИР МОЖЕТ ОТСОСАТЬ.
[Форум] Зефир_н1фан: @БЛЕГИОНВПЕРЕД Мило. Вам понадобится больше, чем кредитка твоей мамочки в этот раз. У этой вещи есть Искусство. Представьте, что она попадет к безруким игрокам вроде блегиона ЛОЛ.
Губы Клайда дернулись. Зефир. Он знал это имя. Легендарный топ-маг из многих игр. Также кит, известный своей одержимостью коллекционированием редких, мощных предметов и бездонными карманами в реальном мире. Он был именно тем типом игрока, на которого нацеливался Клайд.
Форум был цифровым аквариумом с акулами, и он только что бросил туда одну единственную, неотразимую каплю крови. Он выставил предмет на продажу. Этот акт был вызовом эго каждого топ-игрока на сервере. Наплечники стали короной; дюжина самопровозглашенных королей теперь точили свои ножи, чтобы заявить на нее права.
Разведданные были собраны.
Клайд закончил есть и встал, прошагал к гладкой капсуле и лег. Купол зашипел, закрываясь, запечатывая его в темноте.
Его чувства растворились и пересобрались в каскаде света. Приглушенный серый его квартиры уступил место теплому, залитому солнцем дереву и камню Оукхейвена. Зона была полна сотен разговоров игроков, более живая, чем когда он выходил из системы. Область вокруг аукционного дома была забита плотной массой игроков, все вытягивали шеи, словно здание могло начать плеваться золотом.
Клайд проигнорировал их всех. Он был призраком среди них, его непримечательное лицо и серая экипировка были идеальным плащом анонимности. Он нашел тихий угол за конюшнями, запах цифрового сена наполнил ноздри, и открыл свой интерфейс.
Его пальцы зависли над вкладкой личных продаж на долю секунды. Это был момент истины. Он кликнул.
Поток уведомлений затопил его зрение, скорострельный список ставок и контр-ставок. Он отмахнулся от них с нетерпением, глаза вцепились в единственную строку, которая имела значение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Предмет: Наплечники Клетки Предателя]
[Оставшееся время: 7 часов 14 минут]
[Текущая ставка: 108 Золотых, 50 Серебряных]
[Лидер торгов: Зефир]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сто восемь золотых.
Число повисло в его сознании. Это было более чем в два раза больше всей награды за его первое в мире прохождение Наследия Основателя.
Чувство, опасно похожее на облегчение, попыталось всплыть. Он раздавил его. Аукцион не был окончен. Золото все еще было просто пикселями. Пока деньги не окажутся на его банковском счете в реальном мире, это ничто.
Он проанализировал ситуацию. Зефир, удерживающий высокую ставку, — это хорошо. Публичная перепалка на форумах означала, что Багровый Легион будет вынужден ответить, взвинчивая цену выше из чистой гордости. Все, что ему нужно было делать сейчас — ждать.
Семь часов.
Вечность. Он не мог просто стоять здесь. Неэффективность была грехом. Его разум немедленно извлек следующую задачу из очереди: Клыкач Потрошитель. Полевой босс был идеальным источником мощной Концептуальной Души для ковки с осколком Сердечного Камня. Ему нужно было разведать местность, изучить его паттерны, лор и сформулировать план атаки.
Он повернулся, чтобы покинуть город, путь уже был проложен.
Дзынь.
Маленькое полупрозрачное синее окно возникло на краю зрения. Личное сообщение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Вы получили сообщение от: Лили]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он открыл его.
Лили: Каге! Мне так жаль беспокоить тебя, я знаю, ты наверняка очень занят, но мы в небольшом тупике, и я не знала, кого еще спросить!
Лили: Зара получила новый квест, реально хороший, Редкий! Он называется [Очистить Оскверненный Лунный Алтарь]. Проблема в том, что он глубоко внутри [Хребта Спутанной Лозы]. Нам не хватает двух людей — Джекс вынужден был выйти по семейным обстоятельствам, а Зара отказывается брать рандома из чата. Она сказала, цитирую: «Я не буду рисковать редким квестом ради дышащей ртом переменной с нулевой доказанной компетентностью».
Лили: Ты единственный человек, с которым она согласилась пойти. Ты бы... ты бы не рассмотрел возможность помочь нам? Пожалуйста? C:
Его первым, мгновенным импульсом было плоское, холодное «нет».
Это было отвлечение. Совершенно незапланированное отклонение от тщательно выстроенной серии целей. Его главной целью был аукцион. Вторичной целью была подготовка к убийству Клыкача. Групповой квест для Зары был, по всем метрикам, тратой его самого ценного ресурса: времени.
Он начал составлять вежливый, эффективный отказ в голове. Затем что-то перехватило управление, перекрывая начальный импульс.
Проанализируй переменные, сказал он себе.
Редкий квест означал несколько часов игры с эффективной группой. Это время можно было потратить на разведку Клыкача. Значительные альтернативные издержки.
[Хребет Спутанной Лозы] был зоной 10-15 уровня. Он был 9-го уровня. Мобы били больно. Он помнил свое отчаянное бегство через эту зону в день запуска, Теневого Сталкера, который едва не закончил его забег. Но он мог легко пройти через зону соло со своим текущим персонажем.
Редкий Квест. Система классифицировала квесты по их потенциальным наградам. Редкий квест, по определению, гарантировал значительную выплату либо в предметах, опыте, либо в более глубокой прогрессии лора.
Хребет Спутанной Лозы. У него уже была частичная карта местности в голове. Его предыдущий проход давал ему тактическое преимущество. Более того, высокоуровневые мобы означали дроп материалов высокого тира, что переводилось в серебро.
«Оскверненный Лунный Алтарь». Само название кричало о нарративной значимости. «Осквернение» подразумевало конфликт. «Лунный Алтарь» подразумевало забытую силу или божество. Локации с высоким нарративным весом были благодатной почвой для его специфического набора навыков.
Вероятность срабатывания [Интуиции Рассказчика]: Высокая. Такая локация почти наверняка содержала эхо лора, потенциально открывая скрытую квестовую цепочку — частный актив, которым ему не придется делиться.
Вероятность Уникального Босса: Высокая. «Очищение» скверны часто включало победу над уникальной сущностью, охраняющей ее.
Вероятность сбора нового [Концептуального Материала]: Чрезвычайно высокая. Уникальный босс, рожденный из специфического нарратива вроде «скверны», был бы первоклассным источником мощного концептуального материала. Потенциал получить концепт вроде [Скверна], [Чистота] или [Жертва] был бесценен.
Он взвесил две стороны бухгалтерской книги. С одной стороны, небольшая задержка в его личном графике. С другой — высоковероятный шанс приобрести множество уникальных, классовых активов, которые могут привести к экспоненциальному росту в будущем.
Математика была ясна. Он убедил себя, что отказ от предложения был бы эмоциональным выбором, нетерпеливым выбором. Принятие было логичным.
Он открыл окно сообщений.
Каге: Кидай инвайт.
Ответ Лили был почти мгновенным, взрыв облегченного текста.
Лили: Ох, спасибо спасибо спасибо! Зара пытается притворяться, что не стрессует, но она уже протерла дыру в земле, расхаживая туда-сюда!
Каге принял приглашение в группу и проверил их позицию на карте. Файл Клыкача был сдвинут назад в его ментальной очереди. Новая цель заняла его место. Он бросил на далекий аукционный дом последний взгляд, прежде чем повернуться к нему спиной.
Искусство, как он начинал понимать, требовал своей собственной формы гринда. И место под названием Оскверненный Лунный Алтарь звучало как идеальный точильный камень.
Воздух на южной периферии Хребта Спутанной Лозы отдавал гнилью. Влажность липла к коже удушающим шерстяным одеялом, делая простой акт дыхания тяжелой работой. Яркий полог Шепчущих Лесов заканчивался здесь, резко обрубленный. На его месте Хребет предлагал израненный горизонт из фиолетового мха, серой коры и шипастых лоз, которые душили жизнь в древней древесине.
Каге стоял на границе. Он поправил ремень перчатки, его серые глаза препарировали ландшафт.
Плохая ликвидность.
Это была первая мысль. Местность была мешаниной из ломаных линий обзора и густого подлеска — кошмар волатильности. Засады здесь были гарантией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Вход в зону: Хребет Спутанной Лозы (Уровень 10-15)]
[Внимание: Обнаружено несоответствие уровней. Вероятность летального исхода: Высокая.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Система констатировала очевидное. Каге смахнул уведомление.
— Каге! Ты здесь!
Голос Лили прорезал мрак, слишком яркий для обстановки. Целительница подбежала, ее робы были безупречны, резкий контраст с окружающей средой.
Финн предложил дерганый взмах рукой. Он сжимал свой лук как спасательный круг.
— Эй. — Он запнулся. — Воу... Ты взял 9-й уровень? Мы все еще на 7-м, кроме Зары. Зара на 8-м.
Зара стояла поодаль от группы, скрестив руки поверх мантии мага. Она оценила Каге, ее взгляд задержался на Клинке Самопровозглашенного Короля у него на бедре. Она каталогизировала его прогресс с холодной точностью аудитора.
— Добро пожаловать, — сказала она.
— Выдвигаемся, — сказал Каге. Время — деньги. Простой сжигал время подписки.
— Стоять. — Голос Зары хрустнул, как сухая ветка. Она указала наманикюренным пальцем во мрак. — Высокая плотность мобов, Элитные патрули. У нас есть целитель, рейнджер, маг и... Поэт. У нас нет танка. Джекс оффлайн.
Финн перенес вес, грязь хлюпала под его ботинками.
— Она права. Полная группа 8-х уровней вайпнулась сразу за линией деревьев час назад.
— Мы справимся, — сказал Каге. Он наблюдал за линией деревьев. Ветка двинулась против ветра — маршрут патруля?
— Справимся? — фыркнула Зара. — Как? Я знаю, ты... особенный, но если Теневой Кот прыгнет на заднюю линию, я труп. Лили труп. У нас ноль поглощения урона.
— Джекс — Воин, чисто ДД, — поправил Каге. — Он стеклянная пушка в латах. Не думай о нем как о своем танке.
Зара открыла рот, чтобы возразить, но Каге отключился от нее. Он заметил аномалию в пятидесяти ярдах.
Возле узловатого дуба разворачивался спор. Полная группа, одетая в одинаковую экипировку — «среднее звено» сервера — нависала над одиночным игроком.
Одиночный игрок был Воином. Его снаряжение было сущим кошмаром.
Каге приблизил изображение, анализируя. Воин носил железный шлем, побитый и ржавый. Его наплечники были из разной кожи, жесткой от старости. Нагрудник был из потертого металла. Щит на спине был круглым деревянным диском, укрепленным железными полосами. Мусор для торговца.
Неймплейт: Валдриас.
Каге узнал никнейм. Танк из Гоблинских Шахт. Тот, кто взял на себя вину за плохой пул. Тот, у кого был потенциал.
— Извини, мужик, — сказал лидер другой группы, его голос разносился по влажному ветру. — Мы делаем скоростные забеги ради кожи котов. Нам нужна эффективность. Надеюсь, ты понимаешь.
Отказ. Стандартная рыночная коррекция.
Каге наблюдал за Валдриасом.
Валдриас стоял молча и впитывал отказ. Он кивнул, принимая оценку, и повернулся к ним спиной. Он подошел к краю поляны и остановился, его внимание приковало пятно тени под извивающейся лозой.
Каге проследил за его взглядом. Слабое искажение в воздухе. Теневой Сталкер.
Валдриас вошел в состояние фокуса. Он расправил плечи, его голова отслеживала невидимое движение. Он относился к монстру как к логической головоломке.
Актив.
Внутренний калькулятор Каге щелкнул. Недооценен. В бедственном положении. Высокий потенциальный возврат инвестиций.
— Если подумать, — сказал Каге, прерывая продолжающийся треп Зары. — Ты права. Нам нужен танк.
Он пошел прочь, прежде чем она успела ответить.
Группа плелась за ним, сбитая с толку, пока он маршировал прямо к куче разномастного снаряжения, стоящей у дерева. Валдриас поднял взгляд, когда Каге вторгся в его личное пространство. Глаза воина были настороженными, усталыми.
Каге остановился и посмотрел Валдриасу в глаза.
— Ты подойдешь.
Валдриас моргнул. Слова не обрабатывались.
Позади Каге Зара догнала их, возмущенная.
— Ч-что?! На нем металлолом!
— Этот щит из дерева, — прошептал Финн в ужасе. — Это буквально фанера.
Каге проигнорировал шум. Он не сводил глаз с Валдриаса. Он видел там отчаяние, похороненное под слоями стоицизма. Человек хотел работать. Ему просто нужен был капитал.
— Зачем? — спросил Валдриас. Слово было грубым, неиспользованным.
Каге нажал на интерфейс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Игрок Каге пригласил вас присоединиться к группе.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Кривая обучения — это характеристика, — сказал Каге Заре, хотя его глаза оставались на инвестиции. — Он слушает.
Зара свирепо посмотрела, но логика — какой бы извращенной она ни была — держалась. Она выдохнула, резкий шип разочарования, и скрестила руки.
Валдриас уставился на синее окно. Он посмотрел на разношерстную группу, глянцевого Мага, нервного Рейнджера, безмятежного Целителя, и самое главное, нечитаемого человека. Поэт?
Он сделал вдох, расширяя ржавый нагрудник. Решимость ожесточила его челюсть.
Он нажал [Принять].
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Валдриас присоединился к группе.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Добро пожаловать, Валдриас, — сказала Лили, ее улыбка была профессиональной. — Не обращай внимания на мрак; мы просто сосредоточены.
Валдриас кивнул. Он посмотрел на Каге с глубокой благодарностью.
Каге отвернулся.
— Идем.
Они преодолели линию деревьев. Свет умер мгновенно, задушенный пологом. Воздух стал холоднее, пахнущий мокрой шерстью и озоном.
Через пять минут группа получила удар.
Подлесок слева от них взорвался. Три фигуры, гладкие и текучие, как пролитые чернила, ворвались на поляну.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Теневой Кот – Ур 12]
[Теневой Кот – Ур 12]
[Теневой Кот Матриарх – Ур 13 Элита]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Контакт! — закричал Финн. Он попятился назад, неуклюже хватаясь за стрелу.
Каге оставался неподвижным. Он держал руки по швам. Это был стресс-тест. Ему нужно было увидеть, сломается ли новичок под давлением.
Валдриас двинулся. Он бросился вперед, поднимая деревянный щит. Он был неуклюж. Страх сковывал его.
Первый Теневой Кот нанес удар. Валдриас уперся, но его угол был плоским. Когти кота зацепились за край щита и полоснули его плечо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-77 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Брызнули красные пиксели. Полоска здоровья Валдриаса упала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[+65 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Исцеление Лили прилетело мгновенно, омовение зеленым светом запечатало рану.
Второй кот сделал выпад.
Глаза Валдриаса расширились. Он скорректировался. Он опустил центр тяжести, садясь в более низкую стойку, и наклонил щит. Он встретил силу, а не ждал ее.
КЛАНГ.
Удар сотряс его каркас, вдавливая ботинки в грязь, но щит выдержал. Отражение отправило кота скользить в сторону.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-11 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Приемлемо, подумал Каге. Он адаптируется.
Матриарх зашла с фланга. Она была умнее. Она сымитировала рывок на Валдриаса, дождалась вздрагивания, а затем рванула мимо него. Она проигнорировала танка, ее светящиеся глаза зафиксировались на Лили.
— Снимите его! — взвизгнула Зара, ее ледяное заклинание пшикнуло.
Валдриас повернулся, но он был слишком медленным. Матриарх уже была в воздухе, когти вытянуты к целителю.
Каге вмешался.
Он ненавидел это. Он ненавидел механику своего класса. Чтобы использовать навык, Система требовала дань. Она требовала, чтобы он синхронизировался с концептом. Он должен был чувствовать это.
Он посмотрел на прыгающего зверя. Он заставил себя обратиться к ощущению паралича. Чувство кошмара, где ноги отказываются бежать. Давящий вес стагнации.
— Поэма об остановке движения.
— Связать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-80 Авен]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Реальность заклинило. Матриарх остановилась в воздухе. Она стала фиксированной точкой в пространстве. Инерция умерла мгновенно, бросая вызов физике. Существо висело там, закованное в давление настолько интенсивное, что воздух вокруг него пузырился от жара.
Каге почувствовал укол тошноты. «Магия» ощущалась маслянистой в его разуме, инвазивной.
— Убейте это, — сказал Каге, его голос был плоским.
Зара и Финн разрядились. Стрела попала зверю в глаз. Копье льда разбилось о его бок.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-98 ОЗ]
[-65 ОЗ]
[-122 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Матриарх в конце концов рассыпалась на синие полигоны.
Два оставшихся кота, осознав, что их лидер мертв, повернулись к Валдриасу. Воин был готов. Он врезал краем щита в морду первого, оглушая его, затем активировал [Провокацию], заклинание, привязанное к каждому щиту. Импульс красного агро омыл его.
Он держал их. Он поглощал удары, смещая вес, превращая смертельные выпады в скользящие царапины.
Каге наконец обнажил свой клинок. Он оценил ма-ай — дистанцию боя. Он шагнул в зону досягаемости кота, забайтил взмах и перерубил позвоночник существа единственным ударом сверху вниз.
Бой закончился дождем уведомлений о луте.
Каге вложил клинок в ножны. Он посмотрел на Валдриаса. Танк тяжело дышал, его броня была испещрена свежими следами когтей, его щит расщепился с краю. Но он был жив. И что более важно, он удержал линию.
Валдриас поднял взгляд, пот струился по грязи на его лице.
— Лутайте тела, — приказал Каге, перешагивая через растворяющиеся останки.
Актив был в безопасности. Но дивиденды ждали у Алтаря. И луна начинала выходить.
П.п.: на сегодня все. Спать. Прода когда выйдет 50 глава, попытаюсь снова не задерживаться, простите за такую грязь
Хребет Спутанной Лозы мутировал по мере их подъема. Полог леса сгустился в некротический потолок, сплетая удушающий гобелен из узловатых ветвей, которые душили небо. Окружающий свет сменился с солнечного зеленого на цвет свежего синяка.
— Тот последний пул, — голос Каге прорезал тишину. — Сталкер сорвался и бросился на Лили. Почему?
Валдриас задумался на мгновение.
— Я... я потерял агро?
— У тебя его никогда и не было, — поправил Каге. — Лили исцелила тебя, а исцеление всегда имеет большой вес в таблицах агрессии. Твоя работа — не просто держать то, что перед тобой. Твоя работа — обеспечить ДД и целителю стопроцентное время активности. Тот прыгающий кот, который выбрал целью Лили? Провокация в момент, когда он сменил позу, зафиксировала бы его на тебе. Провокация прямо перед тем, как он добрался бы до Лили, была бы еще идеальнее. Он потратил бы время, чтобы добраться до нее, а потом обратно к тебе.
Глаза Валдриаса расширились, в них мелькнуло понимание. Он был узлом контроля.
— Пока что смотри на ноги и плечи мобов, — продолжил Каге, указывая подбородком на следующую группу. — То, как смещается их вес, скажет тебе о цели раньше, чем это станет очевидным. Почувствуй ритм смены их агрессии. Пойми, что она может измениться от бурста урона или лечения. Следи за ними. Предвосхищай их.
Это было самое длинное объяснение, которое Каге давал им всем вместе. Зара слушала внимательно, ее лицо выражало глубокую сосредоточенность. Она видела, как мастер учит, переводя теорию высокого уровня в практическое применение. Этот тихий, странный Поэт понимал систему боя.
Тяжелый туман клубился по лесной подстилке, обладая вязкостью масла. Он ограничивал видимость до десяти метров, превращая мир в клаустрофобный коридор из серой мглы и искривленных силуэтов.
Каге шел в центре построения. Он проверил дебаффы окружающей среды.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Состояние Зоны: Удушающие Миазмы]
[Видимость: -40%]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Держаться кучно, — сказал Каге. — Низкая видимость меняет алгоритмы агрессии. Мобы здесь могут полагаться на триггеры близости.
Финн, Рейнджер, выглядел так, словно был готов выпрыгнуть из собственной кожи. Он держал лук наполовину натянутым, наконечник стрелы дергался между тенями.
— Я ненавижу это. Стены словно дышат.
— Так и есть, — заметила Лили. Она указала на лозы, обрамляющие узкую тропу. Шипы пульсировали в мокром, биологическом ритме.
— Контакт, — прошептал Валдриас.
Туман впереди расступился, открывая поляну, забитую скверной. Три фигуры неуклюже вышли в поле зрения. Двое были Рабами Лозы (Ур 13), гуманоидными фигурами, слепленными из бурлящих шипастых ползучих растений. Позади них, устроившись на каменистом выступе, Спорострел (Ур 12) пульсировал, как биологическая мортира.
— Стандартное построение, — скомандовала Зара. — Валдриас, бери Рабов. Я нокну стрелка, как только ты наберешь агро.
Валдриас кивнул. Он шагнул вперед, поднимая свой побитый башенный щит.
Каге проанализировал позу танка. Валдриас был скован, так же, как и в начале предыдущей схватки. Его взгляд быстро метался по пустому воздуху перед лицом, отслеживая невидимые элементы интерфейса.
Он вычисляет, понял Каге. Он обрабатывает задержку, таймеры восстановления и метрики дальности. Он смотрит в электронную таблицу, пока на него несется грузовик.
Рабы Лозы завизжали и бросились в атаку.
— Три секунды до контакта, — пробормотал Валдриас. — Провокация готова.
Он уперся ногами. Первый Раб сделал выпад. Валдриас выполнил хрестоматийный удар щитом.
Удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Оглушен!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Отлично! — крикнул Финн, выпуская стрелу.
Валдриас замер. Он стоял неподвижно, как статуя, на долю секунды, его глаза были приклеены к плавающим иконкам в его поле зрения.
В этом колебании поле боя изменилось.
Второй Раб Лозы обошел его. Его ИИ поиска пути распознал генерацию высокой угрозы от заряжающегося заклинания Зары. Он проигнорировал танка и рванул к задней линии. Одновременно с этим Спорострел на гребне швырнул сгусток кислотной желчи.
— Валдриас, сними его! — закричала Зара, прерывая каст, чтобы отбежать назад.
Валдриас дернулся. Отклонение от его ментальной симуляции сбило его ритм. Он попытался повернуться, чтобы использовать Провокацию, но окно возможности закрылось. Он ждал, пока система разрешит ему действовать, а система была слишком медленной.
Сгусток кислоты пролетел над головой Валдриаса и врезался в грудь Зары.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-82 ОЗ]
[Статус Эффект: Кислотный Ожог. -5 ОЗ/сек в течение 10с]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зара вскрикнула, спотыкаясь, когда ее полоска здоровья упала почти наполовину. Второй Раб Лозы сократил дистанцию, замахиваясь для тяжелого удара.
— Лили, хиль Зару! Финн, байти второго Раба! — рявкнул приказы Каге, вклиниваясь в брешь.
Каге скользнул между Зарой и атакующим Рабом. Он поднял Клинок Самопровозглашенного Короля в защитной стойке — Укэ-нагаси. Шипастая конечность Раба врезалась в сталь. Сила была тяжелой, напрягая его запястье, но угол выдержал. Атака безвредно соскользнула в сторону, увлекаемая собственной инерцией.
Удар. Движение. Удар.
Каге танцевал вокруг моба, удерживая его внимание за счет чистого урона, пока Валдриас не пришел в себя и не врезал щитом в бок существу, перехватывая агро с отчаянным ревом.
Бой закончился грязно. Лили сожгла половину маны, сохраняя жизнь танку и Заре. Финн промахнулся дважды. Когда последний Спорострел растворился в зеленой жиже, тяжелая тишина опустилась на группу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Лут получен: Оскверненная Лоза x2, Кислотный Мешок x1]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зара отряхнула мантию, ее лицо потемнело от разочарования. Она свирепо посмотрела на Валдриаса.
— У тебя есть щит, — огрызнулась она. — Используй его. Второй пробежал прямо мимо тебя. Я почти умерла.
Валдриас сжался, его разномастная броня звякнула. Он уставился в грязь.
— Я... я думал, у меня был порог агро. Таймер говорил...
— Мне плевать, что говорил тикер, — перебила Зара. — Моб жрал мое лицо.
— Прости, — пробормотал Валдриас. Он сжал щит так, что костяшки пальцев побелели. — Я просто... я не хотел тратить кулдаун, если позиционирование не было оптимальным.
— Оптимальным? — пискнул Финн, вытаскивая стрелу из пня. — Чувак, это было страшно.
Каге вложил меч в ножны с резким щелчком. Он подошел к Валдриасу. Крупный мужчина выглядел как неудачная инвестиция, уставившись на свой щит Обычного агрейда так, словно тот был источником его банкротства.
Каге встал перед ним, закрывая ему вид на остальных.
— Валдриас.
Танк поднял взгляд.
— Да? Я знаю, я запорол ротацию. Я запомню интервалы.
— Открой настройки, — сказал Каге.
Валдриас моргнул.
— Что?
— Системное Меню. Настройки. Интерфейс. — Голос Каге был приказом. — Зайди в Боевую Информацию.
Валдриас пошарил в воздухе, взаимодействуя со своим личным меню.
— Хорошо. Я там.
— Выключи «Всплывающий Текст Боя». Выключи «Числовые Значения Здоровья Цели». Выключи «Индикатор Процента Агро».
Тишина на поляне стала глубже. Зара уставилась на Каге.
— Ты... ты безумен? — заикаясь, спросил Валдриас. — Если я выключу это, я буду слепым. Я не буду знать, когда у меня агро. Я не буду знать, когда откатятся кулдауны.
— Ты уже слепой, — сказал Каге. — Ты смотришь в таблицу. Враг прямо здесь. — Он постучал по нагруднику воина. — Я видел, как ты блокировал тех котов ранее. У тебя было ноль времени на раздумья. Ты двигался. Твое тело может реагировать. Твой мозг просто создает задержку.
— Но мета...
— Это не имеет ничего общего с метой. Ты даже не понимаешь, что означает это слово. Мета — для нубов, которые не хотят учиться и не могут чувствовать ритм, или для людей, которые освоили его, — сказал Каге. — Ты ни то, ни другое. Это не рейдовый босс в ММО с таб-таргетом. Это физический движок. Сделай себя препятствием. Сделай себя стеной.
Валдриас выглядел испуганным.
— Делай, — приказал Каге. — Отключи HUD. Или мы останавливаемся здесь.
Валдриас тяжело сглотнул. Его палец завис в воздухе. Затем, дрожащей рукой, он нажал невидимые кнопки.
— Готово, — прошептал он.
— Хорошо. Помни, что мета вечно меняется, а основы вечны. — Каге повернулся обратно к группе. — Лили, чек маны.
— Сорок процентов, — ответила целительница. Она с беспокойством посмотрела на Валдриаса. — Мне нужна минута, чтобы выпить зелье.
— Возьми две. Мы восстанавливаемся здесь, — сказал Каге. Он отошел к краю поляны, чтобы встать в дозор.
Пока Лили сидела на мшистом камне, потягивая зелье маны, а Зара агрессивно перебирала инвентарь, Каге изучал окружение.
Скверна очаровывала его с точки зрения дизайна. Большинство игр просто лепили текстуру «темно-фиолетового» на существующие ассеты, чтобы обозначить зло. Корона Судьбы шла глубже.
Он положил руку на ствол засохшего дуба. Кора на ощупь была склизкой, сочащейся черной смолой.
— Это неправильно, — пробормотал голос у его локтя.
Рука Каге все еще была на дереве, перчатка блестела от цифровой смолы.
— Это высокобюджетная текстурная работа, — сказал Каге, вытирая руку о поножи.
— Посмотри на это. — Лили опустилась на колени рядом с полянкой почерневших полевых цветов. Ее пальцы зависли над лепестками, которые сплавились в зазубренные железные крючья. — Базовый меш... он все еще пытается цвести. На это больно смотреть.
— Не персонифицируй ассеты, Лили, — крикнула Зара. Она агрессивно сортировала инвентарь, клац-клац-клац перемещаемых предметов служило метрономом ее нетерпения. — Это полигональная сетка, созданная, чтобы выглядеть эджево. Если мы будем пялиться на каждую травинку, наше золото-в-час упадет на дно.
Финн подошел с периметра. Он посмотрел вверх, отслеживая серый, удушливый туман, закрывающий небо. Он глубоко вдохнул воздух носом.
— Лучше, чем в стеке, — сказал Финн. Его голос был напряженным, ломким.
Каге взглянул на Рейнджера. Финн не проверял угрозы. Он смотрел на кошмарный лес с голодом умирающего от голода человека, глядящего на пир.
— Стек? — спросил Каге.
Финн поправил колчан, костяшки его пальцев побелели на кожаном ремне.
— Новая Сибуя. Сектор 4. Мой блок... уплотнитель окна сломан. — Он рассмеялся, короткий, сухой звук, не коснувшийся его глаз. — Пахнет переработанными водорослями и тем, что готовят соседи. 24/7. Просто... серый статик.
Рейнджер пнул комок гниющего мха.
— Здесь? Здесь пахнет сосной и смертью. Но это чистая смерть. Никаких фильтров. Никакого переработанного воздуха. Я могу пройти десять миль по прямой, не сканируя ID-бейдж. — Он посмотрел на Каге, его глаза были широко раскрыты и не мигали. — Даже если медведь сожрет меня... по крайней мере, я смогу закричать.
Каге каталогизировал точку данных. Эскапизм.
Большинство игроков были здесь не ради лута. Они были здесь, потому что реальный мир стал лишенной текстур пустотой эффективности и бетона. Корона Судьбы продавала им яркое, красочное страдание, и они платили абонентскую плату за привилегию чувствовать что-то острое.
— У всех нас свои причины, — тихо сказала Лили, наконец коснувшись одного из железных лепестков. — Мне просто нравится, что людям приходится разговаривать, чтобы выжить. В реале... все подключены к сети. Словно мы все призраки.
— Я здесь, потому что физический движок — единственный на рынке, который поддерживает реальную баллистику, — пробормотала Зара, закрывая меню с финальным, решительным щелчком. — И потому что мои студенческие кредиты сами себя не выплатят.
Каге промолчал.
Он не ненавидел этот разговор, но анализировал его как накладные расходы. Эмоциональная разгрузка была необходимым циклом обслуживания для группы, как починка брони, но она не приносила опыта.
Его собственная мотивация была жесткой цифрой на задворках сознания.
«Оператор» в его мозгу провел вычисления: Дисфункциональная команда означала вайпы. Вайпы означали счета за ремонт и потерянное время. Выслушивание клаустрофобии Финна было инвестицией в меткость Рейнджера.
Каге разжал кулак. Он не осознавал, что сжал его.
— Сентиментальная ценность — это прекрасно, — сказал Каге, тон его был ровным. — Но нам нужно двигаться дальше.
Он посмотрел на Танка, который стоял совершенно неподвижно, выглядя потерянным без своего интерфейса.
— Финн, — сказал Каге. — Если тебе нравится лес, читай его. Ты Рейнджер. Туман густой, но земля говорит правду.
Финн моргнул.
— Эм, точно. Следы?
— Валдриас... — сказал Каге достаточно громко, чтобы танк услышал. — Он щит. Ты глаза. Скажи ему, где встать, до начала боя. Ты определяешь дистанцию боя.
Финн выпрямился.
— Я... окей. Да. Я могу это сделать.
— Валдриас, — окликнул Каге. — Подъем.
Воин встал. Он выглядел тревожным, его глаза искали угол зрения, где раньше были его комфортные цифры.
— Как ощущения? — спросил Каге.
— Тихо, — признал Валдриас. — Слишком тихо. Чувствую себя голым.
— Хорошо. Это чувство присутствия. — Каге обнажил меч.
Они двинулись вперед. Тропа извивалась вверх, ведя к гребню, где ждал босс сектора.
— Движение, два часа, — прошептал Финн. — Рыхлая почва. Что-то зарылось здесь.
— Валдриас, сместись вправо, — скомандовал Каге.
Воин шагнул вправо.
Земля взорвалась.
Роющий Сталкер Лозы (Ур 14) вырвался из земли, визжа.
Валдриас вздрогнул. Его инстинкт искал красную вспышку индикатора угрозы. Она отсутствовала. Паника вспыхнула в его глазах.
— Не думай! — крикнул Каге. — Блок!
Валдриас вскинул щит. Он сделал это, потому что гигантский монстр пытался сожрать его лицо.
ТРЕСК.
Удар поставил Валдриаса на одно колено.
— Он тяжелый! — прохрипел Валдриас, удивление окрасило его голос. — Я почувствовал его вес!
— Толкай назад!
Валдриас заревел и толкнул. Масса против массы. Физический движок отреагировал на рычаг. Сталкер отшатнулся назад, потеряв равновесие.
— Сейчас! — крикнула Зара, выпуская Ледяную Стрелу.
Поскольку Каге по-прежнему сводил свое участие к минимуму, бой был грязным, хаотичным и громким. Но впервые Валдриас игнорировал таймеры восстановления. Он смотрел на плечи монстра. Когда Сталкер напрягался для выпада, Валдриас упирался. Когда тот отшатывался, он преследовал.
Он пропустил несколько блоков. Получил неприятную царапину на ноге. Но он удержал линию. Он взаимодействовал с циклом боя, а не реагировал на данные.
Когда зверь рухнул, Валдриас стоял над ним, тяжело дыша. Он посмотрел на свои руки, затем на щит. Ухмылка — маленькая, неуверенная, но настоящая — пробилась на его лице.
— Я видел это, — выдохнул Валдриас. — Он опустил левое плечо. Я знал, что он ударит справа.
Каге стер слизь со своего клинка.
— Твой мозг обрабатывает движение быстрее, чем текст. Перестань вести себя как калькулятор. Будь атлетом.
Финн и Зара обменялись взглядами с широко раскрытыми глазами. Он серьезно? Они уставились на человека, чьи глаза были холоднее, чем интерфейс, который он только что запретил, ожидая, что он осознает лицемерие.
Он не осознал.
Зара прошла мимо Валдриаса, прерывая гляделки. Она остановилась, глядя на мертвого моба, затем на танка.
— Лучше, — сказала она коротко. — Все еще небрежно. Но лучше.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Опыт Получен: 450]
[Текущий Уровень: 10]
[Доступные Очки Характеристик: 2]
[Вы открыли способность: Ритмический Отзыв]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Наконец-то.
Остальная часть группы получила уровни во время перехода. С Каге они заработали больше опыта за последние полчаса, чем за предыдущие три.
Фокус Каге переключился на новую строку в его логе. Он анализировал текст не как игрок, обнаруживший игрушку, а как инженер, читающий спецификацию новой системы вооружения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Ритмический Отзыв]
Тип: Активная Способность
Описание: Благодаря дисциплинированной практике вы можете сохранить в памяти один созданный стих, что позволяет мгновенно воспроизвести его.
Эффект: Вы получаете 1 Слот Ритмического Отзыва. Вне боя вы можете выполнить Сложение Стихов любой Формы, чтобы сохранить его в этом слоте. Это заранее оплачивает стоимость авен. Сохраненный стих высвобождается мгновенно с нулевым временем композиции.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Разум Каге мчался. Это был пре-лоадер. Тактический кэш. Это позволяло ему взять его самый медленный, самый мощный метод каста (Письменный Стих) и превратить его в самый быстрый.
Мгновенное Рифмованное Двустишие, чтобы остановить смертельный удар. Стих для экстренного исцеления без единого слова. Это была кнопка паники, идеальный инструмент для засады и идеальный финишер.
Но более глубокая часть его, призрак додзё, узнала философию. Всплыло воспоминание: Мастер Джин, направляющий его руки, чтобы повторить одно идеальное парирование и рипост тысячу раз.
«Ты не просто тренируешь движение, Клайд, — говорил старик. — Ты вырезаешь его в своей душе. Когда придет момент, твое тело вспомнит то, о чем у разума нет времени подумать».
Эта способность была цифровым ката.
Медленная, холодная улыбка коснулась губ Каге. Система только что вручила ему эквивалент мышечной памяти.
Он сбросил свои два новых очка характеристик в Силу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Сила: 20 -> 22]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Требования для Короткого Меча из Дворфийской Стали были выполнены. Он вытащил клинок из инвентаря, его матово-серая отделка резко контрастировала со злой, вытравленной рунами сталью его текущего оружия.
Короткий Меч из Дворфийской Стали: +48 Физ. Атаки, +10% Скорости Атаки. Стабильный. Надежный. Голубая фишка.
Клинок Самопровозглашенного Короля: +25 Физ. Атаки, +10% Скорости Атаки, +15% Скорости Атаки от Ярости, плюс активный навык Удар Тирана. Волатильный. Высокий риск.
Каге провел мысленный расчет. Дворфийский меч предлагал стабильную доходность. Это был безопасный вариант. Но весь его боевой стиль полагался на взрывную синергию накопления Ритмического Потока, кульминацией которой было состояние Идеальной Каденции. Уникальные эффекты Самопровозглашенного Короля, при всем его позорном эджевом лоре, обеспечивали более высокий потолок урона.
У Дворфийского клинка были лучшие цифры. У Самопровозглашенного Короля были лучшие системы.
Он убрал Дворфийский меч обратно. Инвестиция могла подождать.
Туман рассеялся, когда они достигли верхнего плато. Впереди вырисовывались руины древней сторожевой башни, заросшие лозами толщиной с человеческую талию.
— Это арена босса, — сказал Финн, тяжело сглотнув.
— Проверьте снаряжение, — сказал Каге. — И Валдриас?
Танк оглянулся, глаза ясные и сфокусированные.
— Да?
— Держи цифры выключенными.
Валдриас взвесил щит.
— Я и не мечтал их включать.
— Хорошо. Давайте сделаем немного денег.
Когда они приблизились к арке, Каге почувствовал знакомую вибрацию в зубах. Глубокий резонанс.
Он сжал пальцы вокруг рукояти меча. Его Класс кричал ему. Он говорил ему, что здесь ждет трагедия, печальный стих, требующий быть написанным.
Заткнись, подумал Каге. Это пиньята с лутом. Ничего больше.
Но когда они пересекли порог, Каге не мог не заметить единственный, идеальный белый цветок, растущий в центре арены, нетронутый скверной.
И на мимолетную секунду он задался вопросом, какая рифма подошла бы цветку, который отказывался умирать.
С тех пор как порог Искусства пересек отметку 50, мир обрел текстуру, которая действовала Каге на нервы. Окружение сбросило свою плоскую, полигональную кожу и обнажило каркас из чистого ощущения под ней. Ветер, прорывающийся сквозь лозы, нес низкую, скорбную ноту разложения. Камень под его ботинками вибрировал с упрямой частотой выносливости.
А чудовище, блокирующее арку, звучало как тектонический сдвиг.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Страж Железной Коры - Ур 18 Мини-Босс]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Это был Энт. Древний дуб и мох уступили место кальцинированной, серой обшивке. Кора образовала зазубренные листы органического железа, сплавленные в пародию на латные доспехи. Он двигался шатающейся, тяжелой походкой. Его конечности скрежетали друг о друга с трением металла о кость.
Скрежет. Скрип. Удар.
Каге наблюдал, как существо патрулирует короткую петлю. Шум следовал строгой каденции. Это был музыкальный размер.
— Большой, — прошептал Финн. Лук Рейнджера дрожал, стрела стучала о полочку. — Он массивный. И блестящий. Стрелы отскакивают от блестящего.
— Это будет проверка характеристик, — проанализировала Зара, ее голос был напряженным. — Магическое сопротивление скалируется с плотностью. Митигация будет абсурдной.
— Мы справимся, — пробормотал Каге. Он считал шаги существа. Раз. Два. Три. Пауза.
Он повернулся к танку. Валдриас стоял в нескольких шагах позади. Его разномастная броня выглядела жалко на фоне возвышающегося Стража.
— Валдриас, — сказал Каге.
Танк подпрыгнул.
— Да?
— Держи UI выключенным.
Валдриас тяжело сглотнул. Его кадык дернулся.
— Я начинаю сомневаться... Если я пропущу индикатор блока...
— Ты пропустишь его, если будешь его искать, — сказал Каге. — Используй уши.
Каге указал на Стража.
— Он работает в четырехдольном размере. Почувствуй ритм.
Валдриас посмотрел на монстра, затем на свой щит. Он зажмурился, резко выдыхая через нос. Когда он открыл глаза, нервный новичок исчез.
— Хорошо, — сказал Валдриас.
— Пулль.
Валдриас бросился в атаку.
Схватка началась с глухого удара, когда Валдриас врезал щитом в голень Стража. Босс взревел и развернул свой массивный торс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-20 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Но сразу после этого урон отразился обратно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-4 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге резко затормозил в десяти метрах позади. «Шипы. Двадцать процентов». Убийца ближнего боя. Использовать свой обычный скоростной стиль игры на этой шкуре было бы ужасно.
Он вложил в ножны Клинок Самопровозглашенного Короля.
Ладно. Если система настаивает, чтобы он играл Поэта, он будет использовать класс по назначению: как удаленный интерфейс командной строки для реальности.
Страж поднял массивную, похожую на бревно руку. Давление воздуха на арене упало.
Скрежет.
— Раз, — крикнул Каге.
Скрежет.
— Два.
Скрежет.
Название: Болезненное Предложение
— «Определить цель, что стоит стеной / В центр ударить, разрушить строй».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-100 Авен]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Стих ворвался в реальность. Искажение тяжелой силы ударило в грудь Стража, полностью игнорируя шипы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-145 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Чистый урон. Никакого отражения.
— Три.
Скрежет.
— Приготовиться.
Рука Стража опустилась, как падающая колонна. Валдриас поднял щит, но физический движок был не на его стороне; его весовая категория была слишком мала. Глаза Каге сузились. Ему нужно было отредактировать переменную.
Название: Укрепление Плоти
— «Клятву сдержать, пройти до конца / Даруй Усиление мышцам бойца».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Вы наложили благотворный стих. Сила Валдриаса +12 на 30 секунд.]
[-100 Авен]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряный свет затопил вены Валдриаса. Когда удар пришелся в цель, танк устоял, ключевое слово [Усиление] искусственно дополнило его Силу.
— Хорошо, — отметил Каге. — Теперь оптимизируем.
Он переключил внимание на абсурдные показатели митигации босса.
Скрежет. Скрежет. Скрежет. БАМ.
Название: Ослабление Защиты
— «Корень иссох, Форма дрожит / Броню Ослабляю, защита слетит».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Ослабление применено. Митигация цели снижена на 30%.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Видимая серая бледность омыла Стража. Его рейтинг защиты рухнул.
Финн и Зара выпустили непрерывный залп, цифры их урона подскочили, так как дебафф Каге снял сопротивления Элиты.
Полоска ОЗ босса тикала вниз. 90%. 85%. 80%.
На 75% ритм сломался.
Страж перестал двигаться. Он запрокинул голову. Импульсы серого света вырвались из его ядра. Пластины железной коры сместились, плотно сцепившись, пока существо не стало напоминать бесшовную статую.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Железная Форма Активирована]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Скачок маны! — предупредила Зара.
Она скастовала [Ледяную Стрелу]. Снаряд ударил в грудь Стража и разбился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Иммунитет]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Финн выпустил [Быстрый Выстрел]. Стрелы высекли искры из шкуры и заскользили по полу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Отклонено]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Прекратить атаку, — приказал Каге.
Страж, теперь ходячая крепость, возобновил наступление на Валдриаса. Он двигался медленнее, тяжелее. Ритм сменился на неуклюжий двухшаговый. Тук. ТРЕСК.
Валдриас заблокировал удар, но чистая масса укрепленной конечности подогнула его колени.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-85 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Он не сможет терпеть этот чип-урон вечно, — выкрикнула Лили. Она скастовала малое исцеление, едва покрывая потерю.
Глаза Каге проследили светящиеся швы [Железной Формы].
Большинство игроков видели стену. Они попытались бы ударить сильнее, сжечь кулдауны или кайтить его, пока бафф не истечет.
Поэт видел ложь.
Железная Кора. Само название было противоречием. Дерево, притворяющееся металлом. Биологическая сущность, заставляющая себя принять минеральную твердость. Механика диктовала, что твердость обменивается на гибкость. Заставь что-то жесткое изменить форму, и оно сломается.
Концепт кричал ему. Напряжение между органическим ядром и металлической оболочкой было нарративным изъяном, ждущим аудитора.
Ему нужны были два ключевых слова. Ему нужно было атаковать структуру, а не пул ОЗ.
Он открыл свой Лексикон. Слова плавали перед его мысленным взором, горя потенциалом.
[Ослабить]. [Форма].
Каге рванул вперед, входя в опасную зону.
Он проскользнул под размашистой дугой руки Стража, чувствуя, как вакуум атаки ерошит его волосы. Он уперся ногами прямо в тень существа.
Оператор проложил синтаксис наведения. Поэт нашел метр.
— Аргумент против Железной Коры.
Он заговорил. Его голос резонировал со странной, многослойной силой Вдохновения, вибрируя в груди.
— «Скорлупу Ослаблю, напрягу до предела,»
Воздух вокруг Стража исказился. Серый свет [Железной Формы] замерцал, становясь болезненно-ржавым оранжевым.
— «Чтобы Форму изъяна она заимела!»
Он акцентировал последнее слово, ударив ладонью по стволу существа.
Страж закричал.
Это был звук тысячи дубов, ломающихся в урагане. Стих [Формы] приказал дереву скрутиться, расти, гнуться. [Железная Форма] запрещала сгибание.
Физика проиграла. Оболочка сломалась.
КРЯК-БУМ!
Массивная трещина взорвалась в центре груди Элиты. Бесшовная железная обшивка разлетелась, отправляя зазубренные осколки кальцинированной коры лететь, как шрапнель. Существо отшатнулось, его неприступная защита была разрушена, обнажая пульсирующую, мягкую зеленую заболонь под ней.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Защита Сломана!]
[Цель Уязвима!]
[Концептуальный Резонанс: Критический Успех]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Новый системный лог прокрутился перед глазами Каге. Текст был четче обычного, окаймленный слабым, призматическим золотом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Фактор Истины: Высокий. [Железная Форма] подразумевает Жесткость. Жесткость подразумевает Хрупкость. Ваш Стих разоблачил фундаментальную ложь существования цели.]
[-300 Авен]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на сообщение. Фактор Истины?
Система оценивала его философию. Пойми «почему» вещи, и ты сможешь сломать ее.
— Бейте в ядро! — крикнул Каге.
— Холи... — пробормотал Финн, затем выпустил стрелу. Она глубоко вонзилась в обнаженное дерево.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-145 ОЗ (Критический Удар)]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Он плавится! — рассмеялась Зара, резкий, маниакальный звук. Она выпустила шквал Ледяных Стрел, которые наконец вгрызлись глубоко.
Бой превратился в резню. С разрушенной броней Элита была мешком хитпоинтов. Группа разрядила весь свой портфель урона.
25%. 22%. 20%.
— Осторожно! — предупредил Каге. — Смена фазы!
Страж снова взревел, но звук резко оборвался.
Скрежещущий шум прекратился. Тяжелое топанье его шагов умолкло.
Мир затих.
Валдриас, синхронизированный с аудиальным ритмом, замешкался. Он опустил щит, наклонив голову, ожидая Скрежета, который сигнализировал о следующей атаке.
— Где бит? — пробормотал Валдриас.
Тревожные колокола взорвались в сознании Каге. Интерфейс Синестезии показал массивный скачок «Громкости» на частоте, которую человеческое ухо игнорировало. Это была волна давления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Зарядка: Безмолвный Тремор]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дроп бита. Пауза, выдержанная для максимального напряжения перед крещендо.
Страж поднял обе руки высоко в одно мгновение. Замах был безмолвным.
— Блок! — закричал Каге.
Валдриас не среагировал. Его мозг ждал звукового сигнала, его реакция была слишком медленной для механики. Он был открыт.
Если этот удар попадет по нему прямо, он труп.
Каге стоял в двадцати метрах. Слишком далеко, чтобы вмешаться физически. Слишком далеко, чтобы перехватить агро.
Думай.
У него оставалась одна карта. Туз в рукаве.
[Ритмический Отзыв]
Разум Каге получил доступ к слоту.
Некоторое время назад он использовал Перо Первого Творца, чтобы вписать экстренное рифмованное двустишие в свою память. Он заранее загрузил тяжелую артиллерию.
Он активировал воспоминание.
Стих уже был написан чернилами пустоты. Двустишие вспыхнуло сквозь реальность, полностью минуя время каста.
Название: Принудительное Движение
— «Конечность Свяжу, чтоб удар перенять, / И сталь Усилю, чтоб смерть удержать».
Валдриас дернулся. Мгновение назад его рука была расслаблена; в следующее невидимая сила рванула ее вверх с гидравлической мощью. Его мышцы свело против воли, защелкнув тяжелый щит в идеальную позицию высокой защиты всего в дюймах от его лица. Одновременно золотая аура [Усиления] затопила металл щита, укрепляя его плотность.
— Чт—?
БУМ.
Безмолвный Тремор ударил. Земля пошла рябью, как вода.
Удар врезался в щит с силой товарного поезда. Валдриаса оторвало от земли и отбросило назад на три метра. Он проскользил по камню, искры летели от его ботинок.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Идеальный Блок!]
[-160 ОЗ (Смягчено)]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он ударился о стену и сполз. Он был жив. Щит — принудительно поставленный на место стихом Каге — поглотил смертельный удар.
Каге обнажил Клинок Самопровозглашенного Короля.
Он активировал [Цель] на Страже. Красный крест появился на его теле.
Он бросился на оглушенного босса. Зара и Финн влили свои последние кулдауны в обнаженное ядро.
Каге прыгнул. Он вонзил клинок в сердцевину Стража.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Бонус Цели: Множитель 50%!]
[-210 ОЗ]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Страж содрогнулся. Серый свет в его глазах замерцал и погас. Со звуком рушащегося здания массивный моб рассыпался в кучу ржавого лома и дров.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Вы победили Стража Железной Коры (Ур 18 Мини-Босс)] [Опыт Получен: 1800]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге приземлился в приседе. Адреналин отступил, оставив холодный пот. Он встал и отряхнул колени.
Тишина тяжело повисла на арене.
Валдриас уставился на свою руку, сгибая пальцы. Выражение глубокого замешательства исказило его лицо.
— Моя рука... она дернулась. Она двигалась сама по себе.
— Адреналин — чертовски сильный наркотик, — солгал Каге, убирая меч в ножны. — Хороший блок.
Зара оставалась застывшей, ее взгляд метался между растерянными руками Валдриаса и спиной Каге. Она знала разницу между рефлексом и нитью марионетки, и значение того, что она только что увидела, заставило ее кровь похолодеть, но она заставила себя сосредоточиться на немедленной победе.
Она подошла к куче обломков, нуждаясь в отвлечении. Она подняла осколок обшивки из железной коры. Она посмотрела с разбитой брони на Каге, ее глаза вычисляли.
— Ты переписал моба.
— Я открыл окно, — сказал Каге, проходя мимо нее к сиянию лута. — Ты бросила кирпич.
Каге опустился на колени у останков. Тайна поддерживала рыночную стоимость.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Лут Получен]
[Лом Железной Коры] x 8
[Щепка Сердцевины] x 2
[Оплот Железной Коры] (Редкий Щит)
1 Золотой 50 Серебряных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге поднял щит. Он был уродлив, плита окаменевшего дерева, окованная грубым железом. Он пульсировал ровным битом в его ладонь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Оплот Железной Коры]
Качество: Редкое
Тип: Башенный Щит
Вес: 15
Броня: +20
Выносливость: +8
Прочность: 120 / 120
Требования: Уровень 7, 25 СИЛ
Уникальный Эффект:
Гармонический Отскок: Когда физическая атака заблокирована в течение 0.5 секунд после удара (Идеальный Блок), щит резонирует, отражая 10% входящего урона обратно атакующему как Звуковой урон.
Описание: Плита окаменевшей железной коры, окованная ржавой сталью. Она не просто останавливает удары; она ловит кинетическую энергию и поет ее обратно врагу. Требует владельца с чувством ритма, а не просто силы.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Этот предмет монетизировал задержку звука. Он превращал ритм игрового движка в ресурс.
Каге бросил тяжелую плиту Валдриасу. Танк поймал ее инстинктивно, пошатнувшись под весом.
— Мне? — спросил Валдриас, глядя на статы. Его челюсть отвисла.
— Кому же еще? — сказал Каге, сканируя периметр на наличие угроз. — Если ты танкуешь вслепую, тебе могут хотя бы платить за попадание в правильные ноты.
— Я... спасибо. В смысле, серьезно. Каге, — он вежливо поклонился, — Спасибо.
— Это было эффективно, — поправил его Оператор. — Мертвый танк снижает мою маржу прибыли. Не ищи в этом скрытого смысла.
Каге сжал и разжал руку, вспоминая ощущение, как сработало [Связывание]. Он манипулировал игровым миром, да. Но на долю секунды он контролировал аватар другого игрока. Он нарушил их автономию, чтобы обеспечить победу.
Он отогнал эту мысль.
Деньги сделаны. Квест продвинулся. Опыт получен.
Когда они двинулись глубже в руины, Каге услышал, как Валдриас постукивает по своему новому щиту булавой. Танк пробовал звук, ища ритм в тишине.
Несмотря на все свои циничные усилия, Каге почувствовал, как слабая ухмылка дернула уголок его рта.
Валдриас молчал, вращая плечом, проверяя баланс предмета. Щит закрывал его от плеча до голени, мобильная стена. Он постучал по железному ободу головкой булавы.
Удар произвел глухой, резонирующий гул, который задержался в воздухе.
Глаза танка расширились. Смесь замешательства и благоговения омыла его лицо.
— Он... типа... поет? — неуверенно сказал Валдриас. — Каждый раз, когда я блокирую, вибрация идет по руке... словно он говорит мне, где находится центр баланса.
Каге отбросил сентиментальность. Он проверил внутренние часы. Эффективность падала.
— Акустическая обратная связь, — сказал Каге, тон его был ровным. — Это идеальный щит для обучения. Относись к нему соответственно.
Валдриас поднял взгляд, его хватка на рукояти усилилась.
— Спасибо, Каге. Я... я заставлю это работать.
— Уверенность держит агро, — ответил Каге, поворачиваясь спиной к группе, чтобы осмотреть путь впереди. — Считай это инвестицией в мои собственные золотые резервы.
Финн и Лили обменялись взглядом. Они интерпретировали его прагматизм как скрытую доброту. Каге позволил им. Какой бы нарратив ни заставлял их сражаться усерднее, он повышал общую оценку группы.
— Отдыхаем, — скомандовал Каге. — Ману на фулл. Все КД должны откатиться. Двигаем через две минуты.
Пока группа сидела на холодном камне, восстанавливая ресурсы, Каге шагнул в тень упавшей колонны. Оператору требовался анализ.
Он провел рукой по воздуху, вызывая Системный Лог.
Он прокрутил мимо распределения лута и боевого опыта, охотясь за конкретной временной меткой уничтожения Стража. Ему нужны были данные. Он обошел броню с помощью определения.
Его высокое Искусство приоткрыло дверь в логику бэкенда.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Концептуальный Резонанс: Критический Успех
Фактор Истины: Высокий. [Железная Форма] подразумевает Жесткость. Жесткость подразумевает Хрупкость. Ваш Стих разоблачил фундаментальную ложь существования цели.
Защита Сломана!
Цель Уязвима!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на светящийся текст.
Фактор Истины.
Этот слой лежал глубже, чем просто создание чего-то «красивого».
Система принимала метафоры как валидный ввод кода, при условии, что физический движок соглашался с метафорой.
Если бы я назвал его «Мягким», подумал Каге, прогоняя симуляцию в уме, система пометила бы это как Ложь. Железо остается твердым. Стоимость Авен взлетела бы до небес, эффект был бы ничтожным.
Но Хрупкий? Хрупкость — это тень Твердости. Это физическое последствие несгибаемости.
Он посмотрел на свои руки. Они эксплуатировали семантические бреши в игровом движке. Он действовал как адвокат, спорящий с реальностью.
Он закрыл окно. Звон сигнализировал о готовности группы.
— Идем, — сказал Каге, выходя обратно на свет. — Двор следующий.
Разрушенный Двор лежал перед ними, кладбище архитектуры.
То, что когда-то служило грандиозной площадью, теперь существовало как забитый, клаустрофобный лабиринт корней и осыпавшейся кладки. Воздух висел густой от пыльцы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Шипастый Рыцарь (Элита) - Ур 18
Споровый Кластер (Элита) - Ур 17
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Они блокировали путь, громадные скопления лоз, сформированные в гуманоидных воинов, размахивающих огромными мечами из заточенной коренной породы.
Похоже, мы уже покинули уровневый диапазон зоны.
— Три группы, — проанализировала Зара, ее голос был напряжен. — Маршруты патрулей короткие. Пул одного рискует добавить Споровые Кластеры.
— Мы пушим, — сказал Каге, доставая свой запасной железный меч, чтобы сберечь прочность клинка Короля.
Он подал сигнал Валдриасу.
Танк двинулся. Колебания исчезли.
Валдриас атаковал первого Шипастого Рыцаря. Моб размахнулся массивным каменным двуручником в горизонтальной дуге, способной разрубить игрока пополам.
Валдриас шагнул под удар.
Удар столкнулся с [Оплотом Железной Коры]. Щит завибрировал с той виолончельной глубокой резонирующей нотой. Рябь видимых звуковых волн вырвалась наружу от точки контакта.
Шипастый Рыцарь отшатнулся назад, его собственная сила обернулась против него.
— Сейчас, — сказал Каге.
Зара выпустила залп Ледяных Стрел. Финн выстрелил Быстрым Выстрелом.
— Правый фланг! — крикнул Валдриас, разворачиваясь, чтобы поймать второго Шипастого Рыцаря на щит.
Еще один идеальный блок. Валдриас ухмыльнулся. Он игнорировал полоски ОЗ, наблюдая за плечами мобов.
Каге оставался в задней линии, экономя Авен. Он наблюдал за потоком битвы. Эффективно. Цифры урона держались стабильно. Агро оставалось приклеенным к Валдриасу.
Оператор кивнул внутри.
Они зачистили двор за шесть минут. Куча трупов из лозы лежала, исходя паром, позади них, когда они остановились возле арки, ведущей во Внутреннее Святилище.
Зара сидела на упавшей колонне, выпивая зелье маны. Она наблюдала, как Каге вытирает слизь с ботинок.
Она встала и подошла к нему. Ее выражение оставалось настороженным.
— Ты контролировал его, — сказала она.
Каге замер, затем поднял взгляд.
— Я применил эффект Связывания к цели. Целью оказался член группы.
— Ты овладел его аватаром, — резко поправила Зара. — Ты заставил его руку подняться.
— Он пропустил сигнал. Я обеспечил ассист. Он выжил.
Зара посмотрела на Валдриаса, который счастливо полировал свой новый щит тряпкой. Она повернулась обратно к Каге, ее голос понизился.
— Я управляла рейдом однажды. В Падении Доминиона.
Каге сделал паузу.
Входящий дамп случайной информации.
— Мы шли на зачистку Мирового Топ-10. Рейд Часового Механизма Архимеда. — Она потерла лоб, пальцы впились в кожу, словно пытаясь вымассировать головную боль, длившуюся годы. — У меня были таблицы. У меня были таймеры ротации с точностью до миллисекунды. У нас был танк... талантливый. Интуитивный. Каким, как ты подразумеваешь, является Валдриас. Он говорил, что может «чувствовать ритм» механики Измельчителя Шестерен.
— Он ошибался, — констатировал Каге.
— Он пропустил телл на 0.4 секунды, — прошептала Зара. Ее глаза расфокусировались, анализируя призрачный лог боя с мертвого сервера. — Просто... меньше половины тика. Это вайпнуло рейд. Мы потеряли место. Гильдия распалась две недели спустя. Слишком много драмы из-за лута. Слишком много обвинений.
Она опустила руку и посмотрела на него. Уязвимость исчезла, сменившись жестким, холодным взглядом минмаксера.
— Я ненавижу переменные, Каге. Я ненавижу вещи, которые не могу внести в таблицу. Я ненавижу «чувствовать» бой. — Она яростно жестикулировала в сторону Валдриаса. — Ты ищешь переменные. Ты относишься к хаосу так, словно это просто еще одна полоска ресурса для управления.
Каге посмотрел на свои руки. Хаос.
Для нее бой был мешаниной цифр. Для него это был черновик. Уродливый размер, неуклюжие рифмы, структурные провалы повсюду. Он просто исправил ритм.
— Хаос — это просто паттерн, который ты еще не спарсила, — сказал Каге. — А 0.4 секунды — это уйма времени.
Это вечность, поправил его внутренний монолог. За 0.4 секунды ты можешь осознать, что ты банкрот.
— Может быть, — признала Зара. Она скрестила руки, защитная поза. — Но Валдриас заблокировал тот удар, потому что ты заставил математику работать. Ты спас ран, я признаю это. Но ты напугал меня.
Она шагнула ближе, вглядываясь в него так, словно он был редким спавном моба, которого она не могла найти на вики.
— У тебя механическая точность бота, — пробормотала она. — Твой спейсинг идеален до десятичной дроби. Ты двигаешься так, словно пытаешься сэкономить кадры на спидране, и делаешь это идеально. Каждый. Раз. И все же... все же ты играешь классом, который работает на... вайбах.
— Поэзии, — поправил он автоматически. — Не вайбах.
Она покачала головой, игнорируя различие.
— Ты опасен. — Она закусила губу. — По всем метрикам ты должен быть знаменит. Очень знаменит. Я знаю никнейм каждого игрока топ-тира в VR-пространстве. Я отслеживала таблицы лидеров всех предыдущих игр. Я знаю китов, стримеров и отбросов про-лиги.
Ее взгляд обострился, впиваясь в непримечательные серые глаза его аватара.
— Так почему, черт возьми, я тебя не знаю?
Каге открыл рот, чтобы отмахнуться от нее.
Ничего не вышло.
Его горло перехватило. Не метафорически; физически запечатало, словно чья-то рука сжала его трахею. Его аватар не двигался.
Вспышка.
Огни стадиона. Белые и ослепляющие. Толпа, ревущая имя, которое он убил.
Вспышка.
Красный и синий, стробящие через его периферийное зрение, пока он стоял на подиуме, все еще чувствуя вкус победы.
Вспышка.
Тяжесть золотого трофея, который ощущался как надгробие.
— Прекрати.
Слово вырвалось из него. Неправильное. Рваное. Не предназначенное для нее.
Его рука дернулась. Затем челюсть. Мышечные спазмы, которые он не мог контролировать.
Его дыхание сбилось, слишком быстрое, слишком поверхностное. Его полоска здоровья мерцала на краю зрения, и на долю секунды он подумал, что она падает, что игра регистрирует это как урон.
Он сделал шаг назад. Его ботинки громко скрежетнули по камню. Ему нужна была дистанция. Дистанция от вопроса. Дистанция от ее глаз.
Он прикусил язык. Сильно. Вкус наполнил рот, и он был неправильным; он был на вкус как та ночь, как стояние под теми огнями, пока его мир рушился за кадром.
— Слава — это налог, — сказал он.
Слова вышли плоскими. Роботизированными. Совершенно неправильный тон, и он знал это, но не мог исправить. Протокол Оператора давал сбой. Его голос должен был звучать скучающим, пренебрежительным. Вместо этого он звучал как кто-то, читающий сценарий с пистолетом у виска.
— Она раздувает цены. Приглашает конкуренцию.
Замолчи. Замолчи.
— Я предпочитаю доход без налогов.
Он отвернулся. Слишком быстро. Его аватар дернулся, словно у него был лаг-спайк, его паттерн движения нарушал каждое правило его собственной тщательной эффективности.
Его рука дрожала.
Он сунул ее в интерфейс инвентаря, притворяясь, что проверяет что-то, что угодно. Пункты меню расплывались. Его зрение все еще стробило фантомными сине-красными огнями.
Ты в игре. Ты не там. Ты Каге. Ты не он.
Он думал... он думал, что похоронил Вундеркинда достаточно глубоко, чтобы призраки не нашли его. Он думал, что тишина достаточно плотная, чтобы удержать их.
Он ошибался.
— Перерыв окончен, — сказал он пустому воздуху перед собой. — Святилище ждет.
Он не стал ждать подтверждения. Он пошел ко входу в башню, его шаг был слишком жестким, слишком контролируемым.
Так ходит человек, который очень старается не бежать.
Позади него Зара стояла как вкопанная, уставившись на место, где он только что стоял.
Она задала простой вопрос.
Группа последовала в тишине. Никто не спросил, что только что произошло.
Переход во Внутреннее Святилище был резким.
Руины двора исчезли. Температура воздуха упала на десять градусов. Каменный пол стал скользким от черной маслянистой субстанции, пахнущей смолой и гнилью.
Стены оврага сузились, образуя естественный амфитеатр. Скверна пропитала местность — лозы пульсировали черными венами, листья скручивались в мучительные формы.
— Тихо, — прошептала Лили. — Слишком тихо.
В центре амфитеатра лежало пятно мертвой черной жижи. Поднимаясь из этой грязи, стоял единственный Белый Цветок.
Маленький, хрупкий, его лепестки светились внутренним светом. Он напоминал графический глитч, чистый ассет, брошенный в файл поврежденной текстуры.
Финн пошел к нему, зачарованный.
— Как он выживает здесь? — пробормотал он, опускаясь рядом на колени. — Безупречный.
Каге приблизился. Его пассивка Интуиция Рассказчика вспыхнула в разуме.
Он протянул руку.
— Не трогай его... — начала Зара.
Каге коснулся пальцем лепестка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Интуиция Рассказчика Сработала
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оверлей ощущений врезался в него.
Холодный воздух исчез. Лихорадка заняла его место.
Жар. Обжигающий жар.
Вытащи это. Вытащи это.
«Скверна» вокруг них... была иммунным ответом.
Видение прояснилось. Лес боролся за свою жизнь. Черная жижа была белыми кровяными тельцами, ставшими некротическими от перепроизводства. Лозы были рубцовой тканью, растущей слишком быстро. Глубоко под землей паразит внедрился в корневую систему. Лес сжигал себя дотла, чтобы убить инфекцию.
Белый Цветок был единственной частью системы, все еще функционирующей, биологическим отчаянием.
Каге моргнул, оверлей исчезал. Он отдернул руку.
— Лихорадка, — сказал Каге, его голос был грубым. Все еще не в норме. Он прочистил горло.
— Что? — Финн поднял взгляд.
— Аутоиммунная реакция, — быстро проанализировал Каге.
— Плохо? — спросил Валдриас, взвешивая щит.
— Это значит, мы сражаемся с механизмом биологической защиты, у которого нет выключателя, — сказал Каге, вставая.
Он посмотрел мимо цветка, в дальний конец святилища, где древние, замшелые ступени вели к массивной Сторожевой Башне.
Синестезия ударила его.
Сначала запах. Металлический привкус крови. Под ним приторно-сладкий запах Меда, как гниющая пыльца.
Затем звук.
Ииииииииииииииииииииии...
Высокочастотный визг ввинтился в его череп. Неслышимый для других, но оглушительный для Архитектора Стиха. Звук боли. Пронзительный, кричащий вой.
— Внимание, — рявкнул Каге.
Он обнажил Клинок Самопровозглашенного Короля. Зазубренная гарда в форме короны впилась в ладонь.
Группа построилась позади него.
Они выглядели иначе, чем у входа.
Каге посмотрел на темную пасть входа в Сторожевую Башню. Кричащий вой в его голове стал громче.
— Сюда, — Зара указала на вершину сторожевой башни, прерывая болтовню группы. — Маркер квеста прямо впереди.
Подъем по лестнице ощущался как вход в крик.
Высокочастотный звук, который Каге обнаружил во дворе, усиливался с каждым шагом по покрытым мхом винтовым ступеням. Звук стал физической вибрацией, от которой дребезжали железные полосы нового щита Валдриаса.
— Ау, зубы болят, — прошептал Финн и потер челюсть. — Почему воздух кажется таким тяжелым?
— Давление, — сказал Каге. Он держал руку на рукояти Самопровозглашенного Короля. — Мы идем в самое сердце лихорадки.
Они преодолели последнюю арку и ступили на вершину Сторожевой Башни.
Крыша древней обсерватории давно обрушилась, оставив камеру открытой синяково-фиолетовому небу. Черные лозы душили весь пол, извивающийся узел, идентичный скверне в долине внизу. Луч чистого серебряного лунного света пронзал мрак и освещал Алтарь в центре комнаты.
Единственный массивный семенной стручок пульсировал на каменной плите. Он светился отчаянной ослепительной чистотой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Хватающий Ужас Лозы – Ур 20 Босс Зоны
ОЗ: 25,000 / 25,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Челюсть Финна отвисла.
— Уровень... Двадцать?
— Босс Редкого квеста, — пробормотала Зара, ее собственная уверенность впервые пошатнулась. — Система скалирует их, но это все равно... амбициозно.
Титаническая масса шипов и фиолетовой плоти обвилась вокруг Алтаря. Существо функционировало как живая клетка. Его лозы смещались и сжимались, как питон, чтобы закрыть стручок от мира. Объятия сокрушали ту самую вещь, которую оно пыталось спасти.
У ужаса не было глаз. Зияющая вертикальная пасть выдыхала сладкий гнилостный запах перезревшего фрукта.
— Оно охраняет его? — спросила Лили. Ее голос дрожал. — Выглядит так, будто оно баюкает алтарь.
— Оно душит его, — поправил Каге. — Иммунная система стала септической. Она идентифицирует существование как угрозу.
— Валдриас, ты на основном теле. Его атаки, вероятно, медленные, но тяжелые. Следи за замахами, — приказал Каге, его голос прорезал их благоговение. — Финн, Зара, фокус на мелких лозах, прикрепленных к алтарю. Безопасно предположить, что они будут важной механикой. Лили, оставайся мобильной. Приоритет — ты сама.
Они двинулись синхронно. Валдриас, впитавший уроки Каге, встал перед зверем. Он держал позицию перед видом опускающейся массивной конечности. Он слушал свист ветра.
Он поднял [Оплот Железной Коры] в последнюю возможную секунду.
БУМ.
Удар отскочил. Щит издал глубокий, виолончельный резонанс, который сотряс башню. Звуковое отражение оглушило лозу и оставило ее висеть в воздухе.
Урон Зары и Финна прорвал более слабые питающие лозы. Под руководством Каге они сбивали здоровье босса с ошеломляющей скоростью.
ОЗ: 13,112 / 25,000
Босс завизжал, звук рвущейся коры, и его шипастая шкура начала светиться.
— Вторая фаза, — отметил Каге. — Я могу залочить его. Готовьтесь бернить.
Он сделал вдох, позволяя словам сформироваться не только в уме, но и на губах.
Он заговорил, голос был отчетливым в внезапной тишине. Авантюра. Инъекция синтаксиса в реальность.
Название: Аргумент против Экспансии.
Он почувствовал, как утекает Авен, тяжелое и густое.
«Твой буйный [Рост] хочу [Связать], / Чтоб диким корням воли не дать!»
Система обработала запрос. Она проанализировала цель (Растение). Она проанализировала ключевые слова. Она решила быть буквальным, зловредным джинном.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фактор Истины: [Рост] является позитивным состоянием для Флоры. [Связать] подразумевает структуру. Поощрение структурной экспансии.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Лозы расцвели. Взрыв зеленой, питательной энергии потряс монстра, превращая его тусклую серую кору в яркую, здоровую зелень. Усик выстрелил, хватая Финна за лодыжку и болтая им, как сломанным маятником.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+7,500 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зеленый текст насмешливо плавал над головой босса.
Последовавшая тишина была громче, чем бой.
— Ты... — Зара уставилась на полоску здоровья, ее вычислительный мозг закоротило. — Ты только что повесил HoT на босса? Критическим исцелением?
— Я вверх ногами! — взвыл Финн, медленно вращаясь. — Почему у дерева новые баффы? Каге, почему у дерева баффы?!
— Это... — Лили уставилась на массивную зеленую цифру, моргая. — Это на самом деле очень хороший коэффициент исцеления. Типа, реально хороший. Теоретически.
— Не время, Лили! — взвизгнула Зара.
Каге стиснул зубы, явно страдая. Неоднозначное объявление переменной. Я приказал растению Расти в определенной форме, а Система выставила мне счет за удобрения.
— Непредусмотренная фича, — пробормотал Каге, парируя лозу с гримасой. — Игнорируйте.
Они поспешили восстановиться. Зара и освобожденный Финн жгли ману и кулдауны на лозах, держащих босса, пока Валдриас отчаянно сдерживал его возобновившийся штурм. Они были истощены, работали на парах, но им удалось снова сбить его здоровье.
Ужас Лозы был на десяти процентах. Затем он прекратил атаковать. Его центральная пасть широко раскрылась, и бурлящая, токсично-зеленая энергия начала собираться внутри.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Хватающий Ужас Лозы начинает ченнелить Оскверняющий Взрыв!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Механика вайпа рейда. Глобальный ядовитый взрыв. Нет окна для уклонения.
— Мы не успеем! — закричала Лили, ее полоска маны была совершенно пуста.
Лицо Зары было мрачным.
— Чек урона. Мы провалили.
— Нет, — голос Каге прорезал панику. — Валдриас. Слушай меня. Я принудительно заберу агро. Ровно на три секунды. В момент, когда красное свечение на моем клинке погаснет, ты используешь свою провокацию. Ни секундой раньше, ни секундой позже. Ты покупаешь мне время активности. Понял?
Валдриас, бледный, но с глазами, горящими яростным, отчаянным фокусом, сделал один резкий кивок. Это была безумная стратегия высокого уровня для изучения посреди механики вайпа, но он не стал задавать вопросов.
Лицо Каге было маской холодной решимости. Оставался только один вариант. Решение грубой силой. То, которое он никогда не хотел использовать перед аудиторией.
Он двинулся. Его работа ног была размытым пятном, скольжение кендо, которое поместило его прямо у бока босса. Он рубанул. Парировал хлещущую лозу. Рубанул снова. Он двигался со скоростью, которая бросала вызов его характеристикам, его тело и разум в идеальной синхронизации.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получен Ритмический Поток (Стак 9/10)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Еще один. Он крутанулся, позволяя плетевидному усику соскользнуть с плоскости клинка, вгоняя свой меч в пульсирующий узел на стебле босса. Критический удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -244 ОЗ
Получен Ритмический Поток (Стак 10/10)
Вы вошли в состояние Идеальной Каденции!
Цепная Ярость (Стак 5/5)
Доступен Удар Тирана.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебристая аура, слабая как лунный свет, окутала его. Его скорость атаки была подстегнута еще на долю. Мир замедлился. Он видел набухающую зеленую энергию в пасти босса, близкую к пику.
Он не колебался. Он активировал навык.
[Клинок Самопровозглашенного Короля] запульсировал алым светом.
Внезапно тело Каге предало его. Его правая рука дернулась назад в широком, драматичном замахе, оставляя грудь полностью открытой. Его ноги зафиксировались в глубоком, героическом выпаде. Он выглядел нелепо, принимая позу прямиком из сцены трансформации субботнего утреннего мультфильма.
Затем бестелесный, громоподобный голос разорвал тихую рощу.
— ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ!
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-298 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Группа замерла. Каждый из них. Челюсть Лили отвисла. Финн, на середине натяжения лука, уставился широкими немигающими глазами. Даже босс, казалось, сделал паузу, ИИ был сбит с толку чистой дерзостью представления.
Каге почувствовал, как жар унижения прожигает его внутренности. Убейте меня, подумал он. Просто убейте меня, чтобы я мог зареспауниться с хоть каким-то достоинством.
Но механика сработала. Босс завизжал, поддерживая свой ядовитый канал, чтобы раздавить высокомерного маленького муравья, который только что толкал ему монологи.
Массивная лоза обрушилась вниз.
Тело Каге вернулось под его контроль. Он парировал, сталь зазвенела. Он перешел в контр-удар.
Трехсекундная длительность Указа Тирана ощущалась одновременно и как вечность, и как доля секунды. Красное свечение на его мече замерцало и погасло.
— Сейчас, Валдриас! — скомандовал Каге, его голос был ударом кнута.
Валдриас не колебался. Он врезал булавой по лицу Оплота.
ГОНГ.
Голова босса дернулась назад, его полное, чудовищное внимание теперь было приковано к танку-новичку. Жонглирование прошло успешно.
Валдриас уперся, его щит поглотил тяжелый удар, заставивший его крякнуть от усилия, но ноги удержали. Авантюра окупилась. Босс был зафиксирован на месте, его внимание прыгало пинг-понгом между двумя воинами по трехсекундному таймеру.
Стаки Ярости уже восстанавливались. Три. Четыре. Босс обрушил лозу вниз; он парировал идеально. Пять.
Он должен был сделать это снова. Он заставил свой разум опустеть, диссоциируясь от реальности собственных конечностей.
Его тело скрутилось в новую, еще более нелепую позу — меч поднят высоко, грудь выпячена как у голубя.
— ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ!
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-310 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зара выпустила ледяную стрелу, разбивая лозу.
— Он... он серьезно?
— Просто убейте его! — прорычал Каге, ломая позу, чтобы уклониться от смертельного удара.
Он вплел еще два ослепительно быстрых удара, когда последняя Ледяная Стрела Зары попала в цель.
Босс замахнулся на него, и Валдриас снова использовал свою провокацию. Зеленый свет в пасти босса был ослепительным. У него был последний шанс.
Он активировал навык в последний раз.
— ОРУЖИЕ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ!
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -612 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Финальный удар приземлился. Хватающий Ужас Лозы содрогнулся, зеленый свет в его пасти замерцал, прежде чем погаснуть окончательно. Он обмяк, затем взорвался ливнем света и данных.
Знакомый, вызывающий привыкание прилив Системы затопил вены Каге, единственный наркотик, который он санкционировал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Хватающий Ужас Лозы!
Опыт Получен: 4,200
УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН! Вы теперь Уровень 11!
Искусство 50 -> 52
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каскадная рябь золотого света омыла грот, когда переполнение опыта запустило перезвон повышения уровня для всех членов группы в идеально гармонизированной последовательности.
Каге встал, убирая меч в ножны с резким щелчком. Он разгладил броню. Поправил перчатки. Он отказался встречаться с кем-либо глазами.
— Лутайте труп, — сказал Каге.
Его голос был абсолютным нулем.
Тишина на вершине древней сторожевой башни давила тяжелее, чем босс, которого они только что зачистили.
Хватающий Ужас Лозы рухнул, оставив кучу лута и угасающие эффекты частиц. Эхо последней способности Каге висело в звенящей тишине, следующей за выстрелом в маленькой комнате.
Финн уставился на него, раскрыв рот. Зара вытерла слизь с мантии, глаза были прикованы к Каге со смесью ошарашенного уважения и глубокого беспокойства. Даже Валдриас выглядел сбитым с толку.
Лили стояла немного в стороне, тяжело опираясь на свой посох. Она смотрела на Каге, выражение ее лица было лишено шока, который носили остальные, сменившись тихой, знающей усталостью, от которой у Каге чесалась кожа.
Каге вложил клинок в ножны. Резкий щелчок разрезал тишину поляны.
Проверка статуса, пробежал его внутренний монолог.
Социальный кредитный рейтинг: стремительно падает.
Метрика уважения: нестабильна.
Требуется нарратив сдерживания.
— Итак, — прошептал Финн. — Править всем человечеством? Серьезно?
Каге поправил перчатки с отрепетированной скукой ветерана, объясняющего баг интерфейса нубу.
— Психо-Акустическая Генерация Угрозы.
Финн моргнул.
— Психо-что?
— Скрытый модификатор агро. — Каге держал голос ровным, клиническим. — Движок парсит громкость голоса и семантические амбиции. Выкрикивание декларации абсолютного доминирования запускает принудительный перехват цели у мобов с низким интеллектом. Считай это провокацией с множителем эффективности 200%, при условии, что ты достиг необходимого порога децибел.
Он посмотрел на них. Его лицо оставалось маской абсолютной серьезности.
Валдриас выглядел так, словно его только что просветили, глубоко задумавшись.
— Ты... ты орал цитаты безумного диктатора ради множителя агро? — спросил Финн.
— Эффективность требует результатов, а не достоинства, Финн. — Каге отвернулся, прежде чем его внутренний измеритель кринжа смог заметно уйти в красную зону. — Зара. Алтарь.
Зара вернула фокус в настоящее.
— Точно. Цель.
Она перешагнула через спутанные остатки лозы к центру башни. Пульсирующий черный мох душил каменный алтарь.
Зара достала флакон с чем-то и перевернула его над камнем.
Белый свет вырвался из алтаря, действуя меньше как визуальный эффект и больше как растворитель. Он омыл каменный пол, вычищая воздух дочиста. Там, где сияние касалось, черный мох стирался, шипя, когда он испарялся в нуль-данные.
Здоровые зеленые побеги не столько росли, сколько восстанавливались, пробиваясь из трещин, словно они всегда были там, ожидая исправления ошибки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поэтическое Прозрение Сработало
Состояние несмешанности. Удаление чужеродного для выявления сущностного.
Новое Ключевое Слово Получено: Чистота
Резонанс Ключевого Слова: 10% (Академический)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Просто словарное определение, отметил Каге, потирая внезапную боль в виске. Бездушное. Хорошо. Пусть так и остается.
Гнетущее давление зоны исчезло, тяжелое, маслянистое ощущение на коже сменилось нежным лесным бризом, пахнущим дождем.
— Готово, — тихо сказала Зара, получая уровень. Она посмотрела на свои руки, слабо светящиеся остаточными эффектами частиц события. — Я на самом деле закончила последовательность.
— Оно ощущается... добрым, — пробормотала Лили, шагая вперед, чтобы коснуться рукой ожившего камня. Напряжение в ее плечах наконец исчезло. — Словно лес снова дышит.
Каге прошел мимо группы и приблизился к убитому.
Влочок похожей на пустоту дымки вился над трупом босса, отказываясь рассеиваться. Он двигался с кусачим возбуждением пса, охраняющего могилу — верность, сбродившая во тьму.
Он материализовал Перо Первого Творца. С точностью аудитора, исправляющего гроссбух, он вонзил перо в черный вихрь. Сущность забилась в конвульсиях, затем потекла вверх по стержню как густые чернила пустоты.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы получили [Концепт: Затененная Месть] x1
[Концепт: Затененная Месть]
Качество: Редкое
Тип: Концептуальный Материал
Нарратив: Кристаллизованная сущность священного долга, искаженная в теневую одержимость. Это история тихого стража залитой лунным светом рощи, оскверненного ползучей тьмой. Его верность свернулась в холодную, хищную охоту, его форма теперь оружие живой тени.
Ключевые слова: [Тьма], [Верность]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
В момент, когда концепт кристаллизовался в его инвентаре, толчок прошел через него.
Мир смыло, сменив мимолетным видением: древние, элегантные фигуры с заостренными ушами, поющие вокруг единственного, светящегося семени. Шепот эхом отозвался в его разуме, голос, похожий на шелест листьев. «...тишина может быть нарушена только сердцем Мерцающего Леса...»
Видение померкло, и новое уведомление заморгало, появляясь в существовании.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новый Квест Доступен: Спящее Семя
Грейд Квеста: Уникальный
Цель: Вы почувствовали эхо давно дремлющей силы. Найдите сердце Мерцающего Леса и раскройте природу спящего семени.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге закрыл окно, его лицо было маской холодного удовлетворения.
Он проверил свой внутренний гроссбух. Смущение от Удара Тирана было дебетом. Этот квест был огромным кредитом.
Он мог с этим жить.
Каге перешел сразу к делу.
— Теперь распределяем лут и расходимся. У меня график.
Он подошел к луту.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лут Получен
[Шпиль Корневого Ткача] (Редкий Посох)
[Пронзатель Шипов] (Редкий Лук)
[Лом Древней Железной Коры] (Материал)
[Щепка Сердцевины] (Материал)
4 Золотых, 50 Серебряных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге просканировал предметы.
— Собраться в круг, — объявил Каге.
Группа образовала круг.
— Валдриас, — начал Каге. — Оставь щит. Это твоя доля.
Валдриас торжественно кивнул, похлопывая щит.
— Спасибо.
— Зара. — Каге поднял посох. — Палка со статами для кастера, — сказал Каге, бросая [Шпиль Корневого Ткача] ей. Она замешкалась, едва поймав артефакт, глаза расширились, когда она прочитала панель.
— Финн. — Каге не стал утруждаться подниманием второго оружия; он просто пнул [Пронзатель Шипов] через каменный пол в сторону Рейнджера.
— Не подстрели себя.
Финн схватил лук, глаза широкие.
— Чувак! Это... погоди, а что получаешь ты? Это Редкий дроп. В хорошем уровневом диапазоне.
— Я, — сказал Каге, залезая в сундук, чтобы забрать зазубренный лом и щепку, — возьму крафтовый мусор и ликвидную валюту.
Он прикарманил половину золота. Вторую половину он бросил Лили.
Лили поймала мешочек, удивленная весом.
— Каге? Это... много, — сказала она, нахмурившись. — Ты сделал тяжелую работу... это разделение в нашу пользу, не в твою.
— Я в пользу выживания, — парировал Каге, пресекая ее попытку выступить моральным бухгалтером. — Купи экипировку получше.
— Эм, тебя скамят, — сказал Финн, качая головой. — Но эй, я не жалуюсь.
— Хорошо.
Валдриас сделал тяжелый шаг вперед. Крупный мужчина выглядел как застенчивый гигант.
— Каге. Ритм, который ты показал мне... Я никогда не чувствовал такого боя. Если мы сформируем постоянную команду...
— Нет. — Голос Каге прозвучал резко. Окончательно.
Валдриас отшатнулся.
— Тебе нужна стабильность, — сказал Каге, выбирая слова с хирургической осторожностью. — Линейная кривая прогрессии.
Валдриас посмотрел вниз, разочарованный, но Лили встала рядом с ним, положив руку на плечо танка. Она посмотрела на Каге, ее взгляд на долю секунды пронзил фасад «Оператора».
— Мы понимаем, — тихо сказала она. — Безопасного пути, Каге.
Прежде чем они успели разойтись, Каге повернулся к Заре.
— Вашей группе нужен выделенный танк, — констатировал он. — Он не готов сейчас. Но его потенциал лучше, чем у любого, кого вы найдете.
Он посмотрел на Валдриаса.
— Слушай ее. Она понимает цифры.
Затем он разорвал свою связь с группой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Группа Распущена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Полоски здоровья на его HUD исчезли. Связь разорвана.
— Удачи, — пробормотал Каге.
Он пошел к выходу. Оглянуться значило бы увидеть их разочарование, а он не мог позволить себе разочарование. Он мог позволить себе только золото в кармане и потенциал в инвентаре.
Обратный путь в Оукхейвен прошел в тумане ментальной математики.
Оукхейвен гудел, когда вечерняя толпа вошла в игру — волна «с 9 до 5». Площадь бурлила аватарами, кричащими о поиске групп, торгующими товарами и дуэлирующими на улицах. Каге двигался сквозь них, его серая броня сливалась с каменной кладкой.
Он проверил Аукционный Дом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мои Аукционы
Предмет: [Наплечники Клетки Предателя] (Уникальный)
Текущая Ставка: 120 Золотых
Лидер Торгов: Зефир
Оставшееся Время: 1 Час 12 Минут.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на цифру. 120 Золотых.
Застопорилось.
— Почему? — пробормотал он.
Он переключился на оверлей внешнего веб-браузера, переходя на официальные форумы Короны Судьбы. Он поискал треды касательно его предмета.
Тред: [Уникальные Наплечники на АХ?? Легит или эксплойт?]
Он прокрутил вниз. Комментарий #420.
xX_ФорумныйГерой_Xx: «ЛОЛ, посмотрите на лор текст. "Клетка Предателя"? "Тюрьма"? Плюс механика отражения... 100% гарантия, что у этой штуки есть скрытый прок "Замешательства" или типа того. Никто не скидывает Уникалку так рано, если это не проклятый мусор. Не покупайте. Это ловушка».
Каге потер виски. Страх неизвестного. Ошибка «Проклятого Предмета». Рынок идентифицировал агрессивную эстетику и темный лор не как фичу, а как пассив.
Каге хрустнул костяшками. У него отсутствовал отдел маркетинга, но он владел клавиатурой и полным отсутствием стыда.
Он залогинился в прокси-аккаунт, созданный для исследования рынка.
Пользователь: Meta_Analyst.
Он перешел в тред и начал печатать.
Ответ в Тред: [Уникальные Наплечники на АХ?? Легит или эксплойт?]
Meta_Analyst:
Я думаю, вы, ребята, совершенно неправильно интерпретируете бюджет предмета.
Я кранчил цифры по тику регена «Крови Дракончика» против стандартной эффективности маны целителя на 15 уровне. Математика жестока. Это не просто броня; это замена вашему хилу.
Посмотрите на синергию. Отражение урона генерирует угрозу автоматически. Высокая Броня + Реген держат вас полным. Это подразумевает, что вам не нужно ждать, пока ваш прист выпьет ману. Вам не нужно ждать кулдаунов.
Лор «Предателя» — это не проклятие, это философия. Это позволяет вам предать требование святой троицы. Это говорит: «Мне не нужна команда. Я и есть команда».
Это Декларация Независимости. «Клетка» не для вас; она для врагов, которых вы лочите, пока остальная часть вашей группы пытается не отставать. Если вы слишком напуганы «проклятием», чтобы носить лучшую митигацию на сервере, придерживайтесь своего безопасного зеленого вендорского мусора. Истинному Мейн Танку не нужны друзья. Ему нужна броня, которая делает их работу за них.
Каге нажал [Отправить Ответ].
Он откинулся назад, наблюдая за экраном.
Пять минут протикали.
ТанкоБог_Рг: ...хм. Вообще-то, в этом есть смысл. Мой хил отстой. Пассивный реген позволил бы мне чейн-пуллить, не ожидая его.
УМеня190IQ: @Meta_Analyst Хороший пост, но очевидно написан ИИ. Структура «не х, но у». Короткие предложения. Тире... серьезно? Никто не использовал НИЧЕГО из этого до ИИ. Они просто не существовали. Это убивает в остальном хороший анализ. 0.5/5.
Зефир_Фан: подождите, Зефир выигрывает? Если его перебьют нубы из Багрового Легиона, они будут говорить, что он слишком зассал брать шмот Предателя.
Каге переключился обратно на терминал Аукционного Дома.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новая Ставка: 135 Золотых - СынБезоса
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он улыбнулся, тонкое, хищное выражение.
Война ставок разгорелась вновь, подпитываемая эго.
— Ковка Нарратива, — прошептал Каге пустому воздуху. — Работает на предметах. Работает на людях.
П.п: встретимся через неделю?
Приватная комната в таверне Оукхейвена предлагала лишь простую текстуру сосны и базовый алгоритм замка — тонкое разделение, но достаточное, чтобы отгородиться от шума общих залов.
Каге сидел на жестком деревянном стуле, тело было совершенно неподвижно. Его глаза были прикованы к полупрозрачному синему окну, висящему перед ним.
Интерфейс Аукционного Дома.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Предмет: Наплечники Клетки Предателя (Уникальный)
Оставшееся Время: 00:04:12
Текущая Ставка: 155 Золотых
Лидер Торгов: Crimson_Warlord
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Давай, — прошептал Каге. Звук царапнул пустую комнату.
Сообщение на форуме, оставленное его альтер-эго, Meta_Analyst, сделало свое дело.
Психология Китов. Он наблюдал, как секунды отсчитывают время. Наплечники были всего лишь покерными фишками на столе. Таймер показал 00:03:00.
Интерфейс замерцал. Резкий всплеск визуального шума ударил по глазам Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новая Ставка: 156 Золотых
Участник: Зефир
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге подался вперед, локти на коленях, руки сцеплены. Сто пятьдесят шесть золотых.
Он мгновенно произвел ментальную конвертацию. Текущий обменный курс на сайте RMT оставался волатильным, но невероятно высоким. Экономика 2/3 дня. Спрос работал как вакуум, вытягивая каждую медную монету, генерируемую базой игроков.
~550 USD за Золотой.
Восемьдесят две тысячи долларов. За наплечники.
Каге преклонялся перед безумием. Это была единственная причина, по которой он сидел здесь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новая Ставка: 157 Золотых
Участник: Crimson_Warlord
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Багровый Легион отказывался отступать. Они, вероятно, собрали для этого ресурсы всего своего офицерского состава. Единый фронт.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новая Ставка: 160 Золотых
Участник: Зефир
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Упрямец, — пробормотал Каге. Зефир, вероятно, подпитывал это за счет личного состояния. Слухи рисовали его как наследника нефтяного магната или сына технологического воротилы. Неважно. Для Каге Зефир был просто высокодоходным ресурсным узлом, который наконец-то появился.
Таймер показал 00:01:00.
Опасная зона. Здесь появлялись «снайперы» — молчаливые наблюдатели, ждущие последнего тика, чтобы украсть приз.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Входящая Ставка...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Текст стал яростно, торжествующе золотым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новая Ставка: 165 Золотых
Участник: Зефир
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге затаил дыхание.
00:00:30.
Комната застыла. Рев таверны внизу глухо стучал, как приглушенное сердцебиение.
00:00:10.
Crimson_Warlord молчал. Они достигли своего предела, или, возможно, пришли в себя.
00:00:03.
00:00:02.
00:00:01.
Окно быстро мигнуло, синий свет сменился успокаивающим серым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Аукцион Закрыт.
Победитель: Зефир
Финальная Цена: 165 Золотых
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Воздух прошипел сквозь зубы Каге. Резкий выхлоп из системы под давлением.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Уведомление
Ваш аукцион по предмету «Наплечники Клетки Предателя» успешно завершен.
Цена Продажи: 165 Золотых
Налог Аукционного Дома (10%): -16 Золотых, 50 Серебряных
Чистая Прибыль: 148 Золотых, 50 Серебряных
Средства зачислены в ваш инвентарь.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тяжелый, металлический гул отозвался в его костях, синестетическое толкование огромного богатства, входящего в его владение. Духовно Каге чувствовал, будто несет якорь.
Он открыл инвентарь.
Текущая Валюта: 154 Золотых, 72 Серебряных, 44 Медных.
Он уставился на цифру. Абсурдно. Гротескно.
Спасение.
Он запретил себе время любоваться пиксельным золотом. Инфляция в новой ММО двигалась быстрее света. Золото в руках — потерянное золото.
Он провел рукой по воздуху, сворачивая игровой инвентарь, чтобы открыть гораздо более опасное окно: оверлей Шлюза VerseEx (RMT).
Строго говоря, корпорация Иггдрасиль не одобряла прямые RMT. Но они также предоставили систему обмена «токенами» для посредничества, забирая часть каждой транзакции для «обеспечения безопасности». Регуляторное лицемерие, идентичное налогу аукционного дома.
Каге выбрал обмен.
Ордер на продажу: 145 Золотых.
Текущий курс: $550.00 / 1 З.
Он оставил себе примерно 10 золотых. Состояние по обычным меркам, достаточное для финансирования его расходников, ремонтов и крафтовых экспериментов на недели.
Предполагаемая выплата: $79,750.00 USD.
Комиссия за обработку (3%): -$2,392.50
Чистый депозит: $77,357.50
Палец Каге завис над кнопкой «Подтвердить».
Его рука оставалась твердой. Оператор не допускал дрожи. Это была просто транзакция. Вход. Выход.
Он нажал кнопку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обработка Транзакции...
Средства Переведены на Связанный Счет
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он мгновенно закрыл окно RMT. Игровой интерфейс исчез, оставив его в тусклом свете арендованной комнаты.
— Шаг второй, — сказал он. Его голос стал механическим, единственный способ умерить эмоции за шлюзом.
Он активировал внешний веб-оверлей. Фантастический мир Оукхейвена слегка размылся, когда белое окно браузера наложилось на его зрение.
URL: St. Jude's Neurological Institute – Patient Portal.
Он вошел. Яркий белый фон жег его глаза, резкий контраст с мраком таверны.
Баланс Счета: -$15,240.50 (ПРОСРОЧЕНО - ТРЕБУЕТСЯ ДЕЙСТВИЕ)
Красный текст выглядел уродливо. Пятно, «дебафф» в его реальной жизни, который высасывал его выносливость каждую бодрствующую секунду. Монстр, которого он не мог парировать.
Он перешел к вариантам оплаты.
Сумма Платежа: Полный Баланс.
Он нажал «Оплатить».
Экран обновился.
Баланс Счета: $0.00
Каге уставился на цифру. Он чувствовал... легкость. Тянущее ощущение в глазах исчезло.
Он продолжил.
Он перешел к «Будущее Лечение / Эскроу».
Лечение его матери — специализированная терапия, комната с видом, который ей нравился, лекарства — стоило примерно восемь тысяч в месяц.
Он ввел непомерную цифру. $48,000.
Шесть месяцев.
Он нажал «Депозит».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Платеж Успешен.
Текущий Кредит: $48,000.00
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге закрыл браузер.
Белый свет погас. Оверлей растворился в пикселях. Он сидел в таверне Оукхейвена, погруженный в аромат виртуальной сосны и фоновый цикл запрограммированного мира.
— Готово.
Слово повисло в затхлом воздухе арендованной комнаты.
Он ждал фанфар. Он ждал общесерверного объявления, дофаминовой инъекции сигнала повышения уровня или текстового поля, подтверждающего единственную цепочку квестов, которая когда-либо имела значение.
Ответила гравитация.
Годы накопленного давления сконденсировались в одну миллисекунду. Напряжение, державшее его позвоночник прямо, проволочная паника, подпитывавшая каждую бодрствующую секунду с момента диагноза... оборвалась.
Каге рухнул. Он склонился вперед к твердому дереву стола, его лоб ударился о текстуру дерева с глухим стуком.
Тишина овладела комнатой.
Затем из него вырвался звук. Мокрый, уродливый хрип эффективно вырвался из его груди, отдавая желчью и железом. Его диафрагма свело, судорожно сокращаясь в яростном отторжении воздуха, который он пытался вдохнуть. Физический откат был жестоким. Это не было похоже на облегчение; это было похоже на удар кулаком в солнечное сплетение.
Оператор завис.
Смех, последовавший за этим, был сбоем. Рваный, отрывистый звук — поврежденный звук, царапающий его ребра. Он пронесся по маленькой комнате, как упавший поднос с хирургическими инструментами. Он схватился за волосы, пальцы впились в кожу головы его аватара, дергая за корни, чтобы заземлить себя в ощущении боли.
Дрожь отказывалась прекращаться. Она стала яростно физической. Тремор начался в его руках и охватил плечи, сотрясая его с силой большого судорожного припадка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение: Частота Сердечных Сокращений Повышена. Уровень Стресса Критический.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он вслепую смахнул уведомление. Он рассмеялся. Он подавился. Звуки смешались в хаотическом цикле высвобождения, полного сбоя его эмоциональных демпферов.
В безопасности.
Пакет данных ударил в его мозг, как эффект заклинания. Она в безопасности. Ты сделал это. Таймер приостановлен.
Фантомный телефон в глубине его сознания — тот, на который он всегда боялся отвечать, тот, что звонил в 3:00 ночи с новостями о неоплаченных счетах — замолк. Таймер обратного отсчета жизни его матери застыл на шести месяцах.
Он задыхался, грудь тяжело вздымалась, слизь и слезы искажали его зрение, пока интерфейс не стал размазанным пятном цветного света. Он чувствовал себя жалким. По-детски. Обнаженный нерв, выставленный на зимний воздух.
Броня, которую он приварил к своей душе, холодный калькулятор, серый стратег, бесчувственная машина, разбилась. Металл устал, треснул и откололся большими, ржавыми кусками.
Он оставался в таком состоянии долго. Свернувшись над столом, дрожа, издавая звуки, которые не должен издавать ни один герой, тонул во внезапной, ужасающей пустоте, где раньше было давление. Гринд закончился. Восемнадцатичасовые дни. Рационирование калорий, идеально рассчитанное, чтобы поддерживать его жизнь, но держать голодным. Ужас почтового ящика.
Закончено.
Медленно истерия сменилась тупой, ритмичной дрожью. Каге сосредоточился на дыхании. Вдох. Выдох.
Он вытер лицо грубой тканью своей рубашки. Шерсть царапала кожу, заземляющая текстура. Его глаза горели. Горло болело, ободранное кислотными эмоциями, которые он годами глотал, чтобы держать цифры в балансе.
Он сел. Стул скрипнул, оглушительно в тишине.
Воздух в комнате казался другим. Он вдохнул, и только теперь, впервые с двадцати лет, кислород действительно насытил голод в его крови. Он посмотрел на пылинки, танцующие в луче света из окна.
Синестезия сработала.
Пылинки дрейфовали с весом золотых хлопьев, зависая в воздухе с вялой, прекрасной вязкостью. Они пели в миноре, мягкая, вибрирующая виолончельная нота, которую он чувствовал в зубах.
«Оператор» классифицировал бы их как нерелевантные эффекты частиц, которые нужно отключить для оптимизации.
Но то, что смотрело глазами Каге сейчас, было не только Оператором.
Щель в его броне оставалась открытой. Что-то другое смотрело наружу.
Каге закрыл глаза, сосредоточившись. Он позволил бреши остаться. Он позволил усталости сидеть там, тяжелой и реальной. Он позволил облегчению осесть в его костях, затвердевая во что-то плотнее льда.
Что-то вроде стали.
Он проверил инвентарь. ~10 Золотых.
Он проверил ментальную связь с физическим банком. ~$14,000.
Ошибка округления в грандиозной схеме мировой экономики. Ничто по сравнению с китами вроде Зефира. Но без долговых якорей, тащащих его в бездну?
Бесплатно.
Ловкость, возможно, регулировала скорость его движения в игре, но это была другая метрика.
Мысль всплыла. Сначала тихо. Затем громче, утверждая себя с настойчивостью уведомления о квесте.
Шесть месяцев стабильности. Шесть месяцев передышки. Но состояние его матери не было стабильным; оно было управляемым. Экспериментальные терапии сдерживали ее ухудшение, но не меняли нарратив. Они покупали время, а не победу. Это была тактика затягивания, танк, держащий агро, пока у целителей не хватало маны.
Он снова открыл больничный портал. Его пальцы перешли на страницу, которую он редко позволял себе открывать в браузере. Вкладка «Расширенные Варианты Лечения». Раздел вики, который он обычно пропускал.
Нейрорегенеративная Терапия (НРТ-7)
Статус: Экспериментальный (Фаза III Испытаний)
Приблизительная Стоимость: $280,000 - $350,000
Уровень Успеха: 67% значительное улучшение. 23% полная ремиссия.
Он запомнил эти цифры годы назад. Тогда они были жестокой шуткой — ссылка на легендарный предмет в чате, который он никогда не смог бы экипировать.
Сейчас?
Каге уставился на цифру. Его глаза сузились, отбрасывая страх, оставляя только аналитика.
Триста пятьдесят тысяч долларов.
Я могу убить это.
Мысль была опасной. Надежда была высокорисковой инвестиционной стратегией, обычно ведущей к перерасходу. Но Каге, с изумлением, понял, что это была не надежда.
Это была математика.
Он не был в заблуждении. Недавний доход в $77,000 был статистической аномалией, рожденной истерией RMT третьего дня. Этот пузырь лопнет. Модели экономического распада уже работали в его голове; курсы конвертации стабилизируются, затем резко упадут, так как казуальная база игроков заполнит предложение. Он больше не поймает падающий нож.
Легкий лут исчез. Следующие шесть цифр не будут джекпотом.
Их нужно было крафтить. История за историей. Стихотворение за стихотворением.
Это будет гринд. Масштабное, сложное повторение механик. Но когда он прогонял ментальную симуляцию, перспектива не давила тяжело на грудь, как приговор.
Глаза Каге сузились, другой свет вспыхнул за радужной оболочкой; холодный, острый, но также голодный. Скрытый «Художник» внутри него встрепенулся, учуяв чистый холст за гроссбухом.
Хорошо. Гринд был его средством.
Не просто поддержание. Не просто выживание. Лечение.
Ему придется манипулировать рынком, использовать систему Нарративной Ковки и выжимать каждую медную монету из класса «Легендарный Поэт», который он изначально презирал. Он превратит цветочное искусство поэзии в оружие массовой прибыли.
Каге смахнул браузер. Стерильные белые данные исчезли, оставляя его в насыщенном, манящем янтарном свете сумерек Оукхейвена. Оверлей интерфейса игры вернулся, филигранные корни его пользовательского интерфейса обвились вокруг его зрения.
Лицо матери всплыло в его памяти. Ее улыбка, прежде чем болезнь забрала из нее свет.
Ты можешь дать ей больше, чем время, — прошептал голос. — Ты можешь дать ей жизнь.
Мысль осела в его груди. На этот раз это не было давлением. Это был вектор. Запрограммированный путь.
Каге встал. Движение было плавным, отличным от жесткой, механической эффективности, которую он обычно заставлял себя применять. Теперь в его плечах появилась легкость — состояние, о котором всегда говорил Мастер Джин. Всегда бодрствующий разум.
Режим выживания закончился. Эра борьбы за простое существование завершилась.
Но война не была окончена.
Каге отпер дверь. Он вышел в коридор, шум таверны хлынул навстречу.
Сенсорные детали ударили по нему с физической силой. Запах жареного кабана и пролитого эля был теплой, жирной текстурой, обволакивающей его язык. Смех игроков внизу был хаотичным ритмом, перкуссионной дорожкой, под которую он мог шагать.
Он двигался сквозь толпу. Он шел свободной походкой человека, чьи цепи были разрезаны, скользя сквозь коллизионные ящики пьяных дворфов и кричащих торговцев.
— Ищу Танка, 2/5!
— Продаю железную руду оптом, дешево!
— Где найти тренера??
Шум омывал его. Он вышел через тяжелые дубовые двери, и Оукхейвен предстал, залитый синяково-фиолетовым светом.
Мир был огромен. Игроки гриндили. Гильдии подсчитывали DKP. Рынок бурлил. Игра для них оставалась набором чисел.
Каге коснулся рукояти своего меча, его пальцы прошлись по зазубренной, несимметричной короне гарды. Он глубоко вдохнул, вдыхая цифровой ночной воздух.
Триста тысяч долларов. Число, которое час назад убило бы его отчаянием.
Теперь это была просто следующая цель квеста.
Он шагнул в тени.
Холст был чист, а чернилами были кровь, золото и код.
И история, наконец, была его собственной.
Заметка от Nejm
Важное обновление касательно расписания публикаций:
Двигаясь вперед, история переключается на график выхода Понедельник-Среда-Пятница. Из-за того, что мое запястье будет в гипсе следующие три недели, а также из-за особенно упрямой главы с боссом, из-за которой я отстаю от квоты глав, мне нужно скорректировать темп. Кроме того, возвращение к работе с этой травмой (наряду с обычными ежедневными препятствиями) сделало текущий график неустойчивым на данный момент, и я всегда буду отдавать приоритет качеству, а не количеству для этой истории.
Извините за сдвиг, и спасибо за понимание!
Каге двигался по оживленной улице Оукхейвена, тяжелый вес золота был утешительным, хотя и тихим. Непосредственные пожары были потушены, и долг больше не был акулой, кружащей вокруг спасательного плота.
Но чтобы купить лекарство (лечение НРТ-7), ему нужно было нечто, что заставляло наплечники казаться мелочью.
Ему нужна была Легенда.
Его мысли обратились к единственной цели в Шепчущих Лесах, которая подходила под описание: Клыкач Потрошитель.
Мировой Босс 20-го уровня.
Каге отошел в сторону, когда мимо прошла фаланга воинов в латах, кричащих о сборе группы для очередного похода на кабана. Он наблюдал за ними с отстраненной жалостью актуария, наблюдающего, как игрок ставит на двойной ноль.
Ходячие мертвецы, подумал он.
Математика просто не работала. Он просмотрел публичные форумы, видел сообщения в зоне: шанс успеха 0%.
Зверь был комом характеристик, который бросал вызов уровню стартовой зоны. Его Топот был гарантированным ваншотом. Его Регенерация превосходила урон сотни человек зерга. Это была проверка урона и проверка позиционирования, свернутые в хаотический комок меха и ненависти. В стартовой зоне.
Клайд — «Вундеркинд», которым Каге когда-то был — хотел обнажить свой клинок и переиграть монстра. Найти фрейм неуязвимости в топоте, ритм в крови.
Каге — Оператор — знал, что это самоубийство. Нельзя отменить математическую невозможность. Если требуемый урон был 10 000 в секунду, а рейд наносил только 6 000, навык не имел значения. Дефицит был неразрешим.
Он остановился у каменного фонтана, вода переливалась под светом. Он уставился на свое отражение, но смотрел он на интерфейс, плавающий в его периферийном зрении.
Класс: Архитектор Стиха.
Если его поэма имела смысл, реальность ломалась, чтобы ей соответствовать.
Он снова посмотрел на марширующих воинов. Они играли в RPG. Они видели полоску здоровья, которую нужно было истощить.
Не та игра, понял Каге, медленный холодок пробежал по его спине. Клыкач был непобедим на текущем уровне прогрессии игроков.
Если только определение не изменится.
Если он не мог убить монстра, он должен был изменить обстоятельства, которые делали его монстром. Он должен был атаковать историю, а не хитбокс.
Каге резко повернулся, игнорируя путь к городским воротам и охотничьим угодьям.
Архивы Оукхейвена пахли плесенью.
Игроки относились к этому зданию как к объекту столкновения — декорации, мимо которых проносились по пути к Кузнецу. Оно возвышалось в тени района, монолит из серого камня и железной решетки, источавший ауру пренебрежения. Никакие маркеры квестов сюда не указывали. Интерфейс не предлагал светящихся шевронов, чтобы заманить любопытных.
Каге плотно затянул перчатки.
Там, где серверное население видело сосуд для скуки, Каге видел базу данных, ожидающую извлечения информации. Информация оставалась единственной валютой, не подверженной инфляции.
Он толкнул тяжелые дубовые двери.
Интерьер напоминал собор, покинутый своими богами. Лучи лунного света пронзали мрак, освещая высокие полки, забитые гниющими свитками и томами в кожаных переплетах. Тишина была густой, отчетливая звуковая зона отрезала рыночную какофонию в тот момент, когда двери захлопнулись.
За стойкой сидел один NPC: Архивариус Таддеус, иссохший, очкастый мужчина. Он бездельничал: лизнул палец, перевернул страницу, вздохнул.
— Я ищу старые записи. Возможно, Старого Королевства, — начал Каге.
Таддеус поднял взгляд. Он посмотрел поверх очков с запрограммированным презрением бюрократа.
— Стеллажи закрыты для публики, — нараспев произнес NPC, голос сухой, как пергамент. — Доступ к записям Старого Королевства требует пожертвования в Фонд Сохранения. Существенного.
Пэйволл.
Старый Каге (выживший, умерший вчера) рассчитал бы рентабельность инвестиций. Он бы торговался или искал эксплойт.
Архитектор просто открыл свой интерфейс.
Он перевел 20 Серебра.
— Считай это платой за обслуживание сервера, — сказал Каге.
Таддеус моргнул, ИИ заикнулся под жаргоном сервера. Его поведение изменилось с привратника на слугу за один кадр.
— Ох! Покровитель искусств! Редкий вид в эти темные времена. Ограниченный раздел слева от вас. Постарайтесь не чихнуть на пергамент.
Каге прошел мимо него. Транзакция казалась невесомой. Финансовая ликвидность была опасным наркотиком; она вызывала чувство неуязвимости, которым ему нужно было управлять.
Сосредоточься, подумал Каге. Ты здесь не для того, чтобы хвастаться. Ты здесь, чтобы вскрыть легенду.
Беспорядок царил в Ограниченном Разделе.
Игровые дизайнеры приготовили жестокую шутку для тех, кто ожидал индексированного каталога. Свитки лежали хаотичными кучами; книги забивали полки, не соблюдая хронологию. Это был стог сена лора.
Каге развернул свиток. Архаичный шрифт уставился на него в ответ, забитый ненужными завитушками.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Сообщение: Лингвистическая Сложность Высока.
Хотите приобрести Услугу Перевода? 50 Серебра в час.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Отказ, — пробормотал Каге.
Переводчики были для туристов. Он обладал Искусством: 52.
Он сосредоточился на чернилах. Синестезия включилась.
Буквы перестали быть просто символами; они стали структурными нагрузками. Для его измененного восприятия чернила вибрировали на странице. Резкие, угловатые мазки королевских указов отдавали медью, жесткими, авторитарными структурами. Цветистая проза придворных поэтов пахла дешевыми духами, используемыми для маскировки некротической плоти.
Он читал.
Процесс сжигал ментальную выносливость. Искусство преодолевало разрыв между архаичным синтаксисом и современной логикой, насильно внедряя смысл прямо в его мозг.
«Король Валериус, Безумный Тиран...» (Избыточный рефрен.)
«...осквернил землю своей черной магией...» (Смутная точка данных.)
«...призывая демонов пожирать зерно крестьян...» (Гипербола.)
Каге бросил свиток на стол.
— Мусор. Пропаганда победителя.
Он перешел к следующей стопке, минуя Бестиарии. Боевая вики подтверждала, что Клыкач Потрошитель был Мировым Боссом 20-го уровня с высокой броней и бесконечным иммунитетом к контролю толпы. Характеристики сопротивления описывали «что», но оставляли «почему» неопределенным.
Ему нужен был источник нарратива.
Два часа испарились. Тупая боль пульсировала за глазами Каге. Синестетический ввод стал постоянной головной болью, состоящей из слов.
Он нашел правду в обыденной грязи гниющей бухгалтерской книги.
В ней не было переплета исторической книги или свечения гримуара. Это был утилитарный журнал под названием «Королевские Конюшни: Журналы Кормления и Обслуживания, Год 4 Правления».
Предмет, созданный, чтобы быть проигнорированным.
Каге открыл его. Шрифт казался зазубренным, злым. Писарь изрезал пергамент пером.
«Запись 412: Король снова отказывается от Жеребца. Пустая трата хорошего зерна. Он настаивает на прогулке по периметру охотничьих угодий. Он не берет охрану. Только тень следует за ним».
Каге сделал паузу. Текст излучал тусклую, серую меланхолию.
«Запись 415: Это недостойно. Король позорит себя, преклоняя колени в грязи. Он кормит зверя со своей тарелки. Он называет его своим «Верным Призраком». Он спит у подножия обсидианового трона, и я должен каждое утро убирать грязь с помоста. Он ведет себя как ребенок, цепляющийся за ногу родителя».
«Запись 420: Зверь роет. Он бросает охоту, чтобы рыть, пока его клыки не истекут кровью, разрушая королевские сады. Король лишь наблюдает, положив руку на его бок. Он говорит, что тот ищет что-то, что он еще не потерял».
Каге закрыл книгу. Пылинки закружились в тяжелом воздухе.
— Демоническая гипотеза ложна, — прошептал Каге в пустую комнату. — Он домашний питомец.
Механика «Обжорства» — теория чата, что Клыкач ест землю, чтобы исцелиться — была неверна. Босс постоянно копал, перекапывая почву, игнорируя игроков, пока они не становились препятствиями.
Игроки видели монстра, пожирающего мир.
Поэт видел собаку, роющую землю в поисках пропавшего хозяина.
Паника управляла боссом, а не голод.
Каге задвинул гроссбух обратно на полку. Гипотеза встала на место, как магазин, входящий в приемник. Но гипотеза оставалась теоретической.
Ему нужно было это доказать.
Он посмотрел на свои руки. Интуиция Рассказчика. Отголосок лора. Это требовало близости. Контакта. Ему нужно было прикоснуться к боссу.
Каге издал короткий, сухой смешок. Клыкач был локомотивом разрушения, основанного на физике. Прикоснуться к нему было сродни поглаживанию промышленного измельчителя.
— Возможно, это даже выполнимо, — пробормотал Каге, проверяя свой безымянный палец.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Печать Грома, Хранящая Клятву
Спецэффект: Непоколебимая Воля – Один раз в 30 секунд, отменяет единичный входящий урон.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
У него было разрешение принять ровно один удар.
Каге повернулся и вышел из Архивов. Тишина позади него казалась плотной, обремененной правдой, которая столетиями ждала своего читателя.
Ему не нужен был трекер или интуиция рейнджера, чтобы найти зверя. Он обладал гораздо более эффективной сетью наблюдения: коллективной паникой Регионального Канала.
Он щелкнул пальцем, разворачивая интерфейс чата.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Регион BongRipper420: че за собака такая большая?
Регион Lady_Lancelot: ОН НА ЗАПАДНЫХ ПОЛЯХ!! КООРДЫ 24, 80! ОН РУШИТ ПОСЕВЫ
Регион Merchant_Marx: Продам медную руду x20 - пишите в личку - обменяю на девушку
Регион Crit_Happens: Ищу хила на Клыкача, должна быть девушка с голосом UwU
Регион Dyxlesciamus: ктонить знает где здать квест на цыпленка?
Регион PVP_GOD: мусорная механика босса лол ленивые разрабы
Регион FarmBoy: Покойся с миром, рынок пшеницы. покупайте пут-опционы на муку, пацаны
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге закрыл окно. Соотношение сигнал/шум было ужасающим, но данные были пригодны для действия.
Западные Поля.
Звуковой переход ударил, как физический пощечина. Это была стена цифрового шума, рев сотни хаотических стычек, сжатый в одну форму волны.
Западные Поля были зоной бедствия. Катастрофа из меха и мускулов в данный момент расплющила раскидистую гладь золотой пшеницы.
Сотни игроков грели долину. Эффекты частиц ослепляли глаза. Огненные шары, стрелы и кричащие воины бросались в центр хаоса.
В центре бури, описывая огромный, беспорядочный круг по зоне, был Клыкач Потрошитель.
Босс был колоссален. Гора спутанного, железно-проволочного меха цвета запекшейся крови гремела по равнинам. Его клыки, размером с осадные копья, несли на себе комья грязи и камней. Его глаза горели безумным красным светом.
Он бежал.
Топот.
Босс игнорировал таблицы угрозы. Он игнорировал танков. Он просто бежал, массивные копыта перепахивали землю в изборожденный шрам, сокрушая любого, кто был достаточно глуп, чтобы пересечь его траекторию.
— ДЕРЖАТЬ ЛИНИЮ! ЦЕНТРОВАТЬ ФОРМАЦИЮ!
Крик донесся с хребта, возвышающегося над бойней. Аргент.
Мастер Гильдии Позолоченных Шакалов стоял в полированных латах, выглядя как отрендеренный герой. Он выкрикивал приказы, пытаясь применить рейдовую тактику к стихийному бедствию.
— Щиты вверх! Он возвращается! Приготовиться! — взревел Аргент.
Дюжина воинов из его гильдии врезали башенными щитами в грязь, сияя защитными баффами.
Клыкач сохранял скорость. Он врезался в стену щитов с кинетической энергией рушащегося здания. Воины взлетели в воздух, кувыркаясь, как выброшенные игрушки. Формация рассыпалась. Клыкач продолжил свой безумный бег, рыло вспахивало землю, фыркая и визжа в чистом ужасе.
Каге стоял на холме, возвышающемся над долиной, его пальто развевалось на ветру.
Неэффективно, подумал он. Они пытаются остановить ураган квитанциями за парковку.
«Оператор» проанализировал траекторию. Клыкач бежал по спирали. Он сужал свой поиск.
Клинок Самопровозглашенного Короля оставался в ножнах; ему нужно было проверить ошейник собаки, а не сражаться с ней.
Каге сошел с хребта, скользя по откосу в пшеницу.
Он шел прямо к «Зоне Убийства» — изрытой тропе, которую Клыкач проложил через долину.
Аргент, оправившись от ударной волны, заметил его.
— Ты! — Лидер Гильдии указал пальцем в перчатке. — Этот приз мой! Ты не посрамишь меня снова!
Каге проигнорировал фоновый шум. Он шел, пока не оказался в центре перекопанной земли. Земля вибрировала, низкочастотный гул сотрясал его кости.
Агро подразумевает намерение. У него нет агро. У него тревога.
Гул перерос в рев.
Вдалеке поднялся столб пыли. Клыкач повернулся. Босс грохотал по линии, товарный поезд из мускулов сокращал расстояние со скоростью сорок миль в час.
Используй кольцо. Поглоти удар. Прикоснись к шкуре. Молись, чтобы Интуиция сработала.
Просто.
Земля под ботинками Каге подпрыгнула. Игроки на обочине кричали.
— Этот нуб парализован от страха! — крикнул кто-то. — Двигайся, идиот!
Каге оставался статуей. Он наблюдал, как приближается зверь.
Через свое синестетическое зрение монстр исчез. Вместо него он увидел запутанный узел безумных, диссонирующих каракулей — хаотичный беспорядок коричневого и красного шума. «Ритм» босса прерывался, как пропущенный удар сердца.
Паника, проанализировал Каге. Чистая, неприкрытая паника.
Зверь был в сорока метрах. В тридцати.
Запах мокрого меха и перекопанной земли накрыл его. Клыки опустились, чтобы вскрыть мир.
Десять метров.
Каге поднял правую руку, ладонь открыта. Приветствие.
— Боль — это данные, — прошептал Каге, его глаза впились в безумный красный взгляд, идущий к нему. — Контакт — это истина.
Тень зверя затмила солнце.
Каге устоял на ногах. Он позволил горе ударить его.
Мир ослепила белизна.
Выцветшая пустота, лишенная текстуры из-за самого масштаба события.
Каге рассчитал углы. Он учел хитбокс. Он положил свою веру на мрачную математику [Печати Грома, Хранящей Клятву].
Но тригонометрия, как Каге часто отмечал с усмешкой, пасовала перед тоннажем.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение: Неминуемый Кинетический Удар.
Входящий Урон: 5,120 (Сокрушительный/Массивный)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Уведомление охватило его периферийное зрение за миллисекунду до того, как реальность свернулась. Клыкач Потрошитель, товарный поезд из спутанного меха и мускулов, ударил его прямо по центру.
Число было непристойным. Такая цифра полностью обходила полоски здоровья; она просто деинсталлировала пользователя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Кольцо на его пальце вспыхнуло тусклым серым цветом упрямого железа. Логика Системы вмешалась между плотью игрока и яростью зверя. Значение урона ударилось об эту бюрократическую стену и исчезло, обратившись в безвредный ноль.
Кольцо нивелировало травму, но импульс оставался неоплаченным. Гравитация и кинетическая энергия требовали своей десятины.
Воздух вылетел из его легких, выдавленный внезапным ускорением. Он оторвался от земли, ботинки потеряли контакт с перекопанной почвой, и полетел назад.
Пейзаж смазался в размытую акварель зеленого и коричневого. Рев ветра наполнил его уши.
Он пролетел тридцать метров, возмущенный снаряд, описывающий дугу над головами ошеломленной передовой, прежде чем известняковый выступ поймал его.
Он ударился о камень.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-59 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он отскочил. Он скользнул в кучу щебня и пыли.
ОЗ: 231/290.
Жив. Но его разум покинул Западные Поля.
В ту долю секунды, когда его рука прижалась к проволочно-жесткому меху Мирового Босса, сработала Интуиция Рассказчика. Она нашла свободную нить в хаосе, зацепилась за нее и потянула.
Поле боя растворилось.
Запах полей сменился запахом раздавленных яблок и нагретого солнцем камня.
Какофония зерг-раша утихла, сменившись ленивым, ритмичным жужжанием цикад. Резкий полуденный свет сменился золотистым сиропом позднего дня.
Каге низко пригнулся к земле. Его зрение расширилось, став панорамным, и сместилось в красный спектр.
Тяжелые, мощные мышцы напряглись под ним. Он чувствовал себя довольным.
Рука почесала его за ухом.
— Они не понимают необходимости.
Голос пророкотал низко, вибрируя в груди, к которой Каге прислонился. Он пах дубом и старым пергаментом.
Каге — или, скорее, сосуд, который он занимал — хмыкнул, поворачивая массивную, клыкастую голову, чтобы прижаться к мозолистой ладони.
— Тише, старый друг, — сказал мужчина.
Каге поднял взгляд.
Мужчина на мраморных ступенях бросал вызов статуям в Оукхейвене. Железной короны и шипастых доспехов не было. Вместо этого он носил простую льняную тунику, манжеты которой были испачканы чернилами. Усталость пролегла на его лице, глубоко, как эрозия на скале.
Король Валериус.
В одной руке он держал надкушенное зеленое яблоко. Другая лежала на грубой гриве кабана.
— Они жаждут монстра, — прошептал Валериус. Он смотрел на город из белого и серебряного — мегаполис, которому суждено стать руинами Старого Королевства. — История требует злодея, чтобы оправдать новый порядок. Если я тиран, они становятся освободителями. Простая история. Структурно прочный нарратив.
Валериус посмотрел вниз, встречаясь взглядом со зверем. Его глаза были не глазами человека, не совсем. Вместо этого два глубоких колодца жидкого обсидиана, как двойные пустоты полированного вулканического стекла, отражали золотое небо, яблоко в его руке и клыкастое лицо самого зверя. В этой темной, всеобъемлющей глубине не было ни намека на страх — только огромное, структурированное безмолвие.
— Пусть им достанется Король, — пробормотал Валериус. — Пусть сожгут знамена и разобьют статуи. Но ты... ты останешься здесь.
Он предложил остаток яблока. Каге почувствовал, как челюсти зверя открылись, хруст фрукта, терпкая сладость, взрывающаяся на языке размером со щит.
Глазами зверя Каге смотрел на свое отражение в этом черном стекле, обрамленном испачканными чернилами пальцами мужчины. Пока он мог видеть себя в глазах Валериуса, он знал, что существует.
— Жди меня, — сказал Валериус, его голос слегка надломился. — Я должен уйти во тьму, где путь заканчивается. Но я обещаю, охота в конце концов продолжится. Я вернусь за тобой. Мы снова будем гулять по лесу.
Рука отдернулась.
Тепло прекратилось.
Свет погас.
Отражение разбилось.
Холод.
Тьма.
Исчезло.
Мир потерял свой вес. Золотой свет сгнил в серый туман. Запах яблок свернулся в мокрую землю и гниль.
Он искал стекло. Ему нужны были темные зеркала, которые хранили его собственное изображение. Без них он снова был лишь безымянным голодом, эхом, затерянным в суглинке.
Где?
Мысли зверя были простыми формами паники.
Мастер ушел. Мастер внизу. Под камнем. Под корнями.
Он начал когтями рыть промерзшую землю. Он хотел черной глубины тех глаз — единственного места, где его масса имела цель, а его дух — форму.
Копай.
Копай, чтобы найти его. Копай, чтобы найти черное зеркало, где я существую.
Копай. Копай. Копай.
— Агх!
Каге поднялся из кучи известнякового щебня. Он цеплялся за опору, ботинки скользили, сердце стучало в бешеном ритме в груди.
Идентичность отставала от реальности. Он уставился на свои руки — кожаные перчатки, пальцы, человеческая кожа. Он коснулся своего лица — гладкая плоть.
Сенсорные данные из видения задержались, поврежденный файл в его кэше. Вкус терпкого яблока остался на его языке.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Движение стабилизировано.
Отголосок Лорда обработан.
Обновление Квеста: Разрушенная Корона (Мифический)
Новая Разведданные Добавлены: «Демон» Клыкач — это пес, ждущий на крыльце хозяина, который так и не вернулся домой. Ткань истории соткана из лжи. Валериус был человеком, который играл монстра, чтобы спасти свое королевство. Он говорил о «Тьме», где путь заканчивается.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге вытер пыль с лица. Часть его мозга «Оператор» попыталась включиться, пытаясь запихнуть оставшиеся эмоции в папку под названием «Контекст».
Ей это не удалось.
Вкус яблока не покидал его рта. Ощущение руки на боку, тепло обещания горело на ладони.
Он посмотрел поверх хребта.
Битва внизу превратилась в фарс. Клыкач прекратил атаку. Массивный кабан яростно, испуганно рвал землю, зарывая свое рыло глубоко в почву.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+2500 ОЗ
+2500 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Он ест корни! — закричал игрок. — Оглушите его!
Каге наблюдал. Синестезия обычно раскрашивала данные поля боя клиническими цветами — красные ауры угрозы, янтарные предупреждения. Но теперь, глядя на безумного зверя, Каге видел нечто иное.
Он видел серый, удушающий туман. Цвет больничной палаты.
Копает, подумал Каге, фантомная тяжесть сжимала его грудь. Просто копает. День за днем. Надеясь, что если копать достаточно глубоко, найдешь то, что это исправит.
Он узнал это движение. Он сам годами делал то же самое. Копался в таблицах. Копался в подземельях. Копался в своей собственной усталости, напуганный тем, что если он остановится хотя бы на секунду, человек, которого он ждал, исчезнет во тьме.
Зверь не был монстром. Он просто ждал разрешения отдохнуть.
Механика неправильно определена, проанализировал Каге, его мыслительный процесс распадался. Оператор пытался вычислить DPS. Человек под ним просто хотел, чтобы крики прекратились. Нельзя убить верную собаку, причинив ей боль. Боль лишь усиливает панику. Он думает, что его наказывают за то, что он потерял след.
Чтобы остановить инерцию, урон был бесполезен. Ему нужно было выполнить обещание.
Мне нужна приманка, подумал Каге. Но мысль показалась неправильной. Нет. Не приманка. Ответ.
Ему нужен был запах Валериуса. Вкус «Тьмы», в которую вошел Король.
Его ментальный курсор завис над определенным предметом.
[Концепт: Затененная Месть]
Каге сделал паузу.
Оператор вскрикнул в знак протеста. Материал Редкого Тира. Финансовое самоубийство. Это актив. Активы не сжигают на публичном мероприятии.
— Пустая трата, — пробормотал Каге, старая привычка считать медные монеты поднялась как желчь. — Не сжигай капитал. Пусть вайпнутся.
Он попытался закрыть меню.
Затем заговорил другой голос. Тот, который плакал в больничной палате. Тот, который точно знал, насколько тяжелой была тишина в 3:00 утра.
Посмотри на него, — прошептал голос. — Он ждал сотни лет. Один. Во тьме.
Рука Каге дрогнула.
Концепт не генерирует никакой ценности в хранилище, — спорила художественная сторона, борясь за контроль. — Его ценность — потенциал. Но это... это не о ценности.
Он все еще хороший мальчик, подумал Каге, абсурдность этой мысли душила его. Он хороший мальчик, и никто не сказал ему, что он может идти домой.
Каге посмотрел на золотую стоимость. Он подумал о долге, который выплатил. Он подумал о пустой квартире. И он подумал о том, сколько бы он отдал, хотя бы раз, чтобы кто-нибудь сказал ему, что можно перестать копать.
— Чистая положительная сделка, — произнес Каге вслух. Его голос надломился. Он заставил его быть ровным, но маска не держалась. — Я покупаю... покой.
Он протянул руку в воздух.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Активная Способность: Сложение Стихов
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Полупрозрачная панель из текстурированного пергамента развернулась перед ним, холст для Стиха. Пришло время для самого медленного, самого обдуманного вида его магии.
Он выбрал Концепт: Затененная Месть.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение
Перемещение физического Концепта в Чернильницу поглотит предмет. Это действие необратимо.
Вы желаете продолжить?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге в последний раз посмотрел на долину.
Аргент возглавил атаку. Клыкач визжал, пронзительный звук полного отчаяния, который царапал ритм мира, как диссонирующая скрипичная струна. Это был звук сердца, разбивающегося снова и снова, шестьдесят раз в секунду.
Каге на мгновение закрыл глаза. Он почувствовал фантомный вес обещания Валериуса.
— Давай исправим сценарий, — прошептал Каге. — Ты ждал достаточно долго.
Он уничтожил Концепт в своем инвентаре.
Каге надавил на Концепт: Затененная Месть.
Предмет поддался. Он ощущался до тошноты органичным, плотным мешком свернувшейся сырой нефти, лопающимся в его хватке.
Хруст.
Мокрый звук заглушил воздух.
Сенсорные данные затопили синестетический интерфейс Каге. Аватар «Серого Человека» содрогнулся, когда концептуальный материал растворился в вязкой жидкости, бросающей вызов гравитации. Она покрыла его руку тьмой, достаточно холодной, чтобы обжечь. Субстанция ползла, спиралями поднимаясь по его запястью, чтобы скопиться прямо в интерфейсе композиции.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение: Концептуальный Материал Поглощен.
Обнаружен Резонанс: «Затененная Месть» (Тьма/Верность)
Чернильница полна.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на черные остатки, пачкающие его виртуальную кожу. На него нахлынула волна головокружения, головокружение, рожденное от осознания. До этого момента он классифицировал Концептуальные Материалы наравне с крафтовой рудой: статичные ресурсы, которые нужно каталогизировать и копить.
Это было другое. Жидкий вес на его руке пульсировал с нарративной частотой коррумпированного стража. Это ощущалось как боеприпасы. Это была «предполагаемая» функция Концептуальных Материалов. По иронии судьбы, он открыл это только сейчас, уже спалив два из них.
Я строил дома из пороха, отметил Каге, логика Оператора перестраивала переменные. Эти, изначально, действуют как компоненты и усилители поэмы.
Звук поля боя — крики игроков, грохот копыт Клыкача, свист стрел — затих. Система принудительно понизила фоновую дорожку, заменив ее низким, скорбным фоном. Он вибрировал в его грудной клетке, тяжелый, как виолончель, играющая в пустом соборе.
Температура в долине резко упала.
Клыкач был примерно в двухстах метрах. Земля ритмично тряслась, перкуссия паники и ярости. Аргент выкрикивал приказы о «удержании линии», его голос был тонким и жестяным, статичные помехи прерывали приоритетную трансляцию.
Каге поднял руку. Перо Первого Творца материализовалось, как дирижерская палочка, его кончик был покрыт растворенной тенью Концепта.
Эта форма требовала физического движения, точной каллиграфии намерения. В стандартной боевой логике остановка для письма была равносильна самоубийству. Здесь это была единственная логика, которая имела значение.
Он рубанул пером по воздуху. Воздух перед Каге раскололся.
Его чернила: пустота.
Его холст: мир.
Каждый мазок пера оставлял шрам на реальности, угольно-черную трещину, вырезанную в ярком дневном свете полей. Эмоции вели его руку, каждый мазок был тяжел от веса в его груди, который заставлял буквы кровоточить.
Ему нужно было обмануть разум, который работал на инстинктах.
Нет. Не обмануть. Утешить.
Ему нужно было сказать ложь, которая была правдивее реальности. Ему нужно было стать тем призраком, о котором это существо мечтало на протяжении столетия.
Он почувствовал странное давление за глазами. Синестезия обычно не ощущалась так. Она не ощущалась солью. Как слезы.
Я знаю, подумал Каге, проецируя намерение в чернила. Я знаю, что значит удерживать линию в одиночку.
Первая строка. Название.
«Последний Приказ Короля»
Черные буквы висели в воздухе, истекая тенью.
Теперь Стих.
— «Обет ожидания теперь я держу,»
Уши Клыкача дернулись.
Пятьдесят метров.
Ветер изменился. Запах поэмы достиг носа монстра. Он пах яблоками. Он пах рукой, которая не касалась его целую вечность.
Мастер?
Каге наблюдал, как вопрос формировался в языке тела существа. Атака замедлилась. Ритмичный стук копыт пропустил такт. Красная ярость в глазах зверя замерцала, обнажая ужасающую, чистую уязвимость под ней.
Каге почувствовал укол сочувствия, настолько острый, что ему стало больно. Он провел пером последний штрих, вливая свое собственное облегчение, свое собственное истощение в слова.
— «Чтоб верного в сон навеки вложить».
Отдыхай, приказал Каге, не как тиран, но как друг. Все кончено. Ты хорошо поработал.
Нагрузка доставлена.
Текст взорвался.
Черные буквы закружились вместе, устремляясь вверх в небо, быстро расширяясь, пока не образовали силуэт на фоне солнца. Колоссальная тень, пятьдесят футов высотой, человек в тунике, рука протянута, лицо скрыто течением времени.
Пустота, которую Валериус оставил в мире, обрела форму.
Клыкач увидел это. Что еще важнее, Клыкач учуял это.
Черта [Неудержимый] столкнулась лицом к лицу с повествованием Стиха.
Физика утверждала: Масса x Скорость не может быть нулем.
Нарратив утверждал: Собака садится, когда зовет Хозяин.
Нарратив победил.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стоимость Авен: 600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге наблюдал, как его оранжевая полоска испаряется. У него было 610 Авена. Поэма оставила ему 10 — опасную, дрожащую пустоту, как голодные спазмы в животе.
Со звуком рвущегося металла Клыкач ударил передними копытами о землю. Инерция прорыла десятиметровую траншею в известняке, искры летели, когда его железные подковы визжали по камню. Он замер.
Мертвая тишина заполнила долину.
«Демон» стартовой зоны, монстр, который только что уничтожил десятки групп, издал звук, нарушивший тон сцены. Высокий, отчаянный вой.
Клыкач рухнул на живот. Его клыки, запачканные кровью искателей приключений, опустились на землю. Он пополз вперед, волоча свою массивную тушу, пока его рыло не коснулось тени спектральной руки, которую Каге вызвал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Цель УМИРОТВОРЕНА
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зверь закрыл глаза.
— ФАЗА ДД!
Крик разорвал мгновение, как зазубренное лезвие.
Аргент упустил трагедию. Он проигнорировал контекст. Он видел только Пиньяту с Лутом, которая заглючила.
— ОН ЗАГЛЮЧИЛ! — взревел Аргент, указывая мечом. — ФАЗА БЕРНА! ИСПОЛЬЗУЙТЕ ВСЕ КУЛДАУНЫ!!
— За лут! — закричал кто-то.
— Повышайте вклад гильдии! — крикнул другой.
Огненные шары, ледяные стрелы, обычные стрелы и удары мечей обрушились на поверженного зверя.
Клыкач принял их. Для глаз зерга это была бойня беззащитного моба. Для глаз Поэта это было милосердие.
Зверь оставался неподвижным, пока сталь впивалась в его шкуру. Безумие столетий — безумное копание, голод, ужас покинутости — смывалось. Боль действовала как якорь, заземляющий вес руки Мастера. Поводок снова на месте.
Ты вернулся, — говорила неподвижность существа. — Я ждал. Я был хорошим мальчиком. Я ждал во тьме.
Впервые за целую эпоху Потрошитель обрел покой. Он был в безопасности.
Каге наблюдал, как полоска здоровья тает. Уменьшающаяся красная линия пульсировала в такт стуку в его собственных ребрах. Каждый кусок урона отсекал панику, оставляя лишь покой конца.
ОЗ: 15%... 10%... 5%...
Спектральная тень Валериуса начала исчезать по мере того, как таймер стиха истекал. Этого было достаточно. Обман сработал.
Клыкач сделал последний выдох, вздох пыли и облегчения. Красный свет в глазах зверя смягчился, став теплым, верным золотом, прежде чем исчезнуть в ничто.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мировой Босс Побежден: Клыкач Потрошитель
Опыт Получен: 4,200
УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН! Вы теперь Уровень 12!
УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН! Вы теперь Уровень 13!
УРОВЕНЬ ПОВЫШЕН! Вы теперь Уровень 14!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Прилив силы омыл его, уняв усталость, но не коснувшись меланхолии. У него было шесть очков характеристик, которые нужно было потратить.
На этот раз он не рассчитывал. Он не оптимизировал. Он просто вложил их все в Искусство.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 52 -> 58
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вокруг него взорвались чат-логи.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Локальный PlausiblePlayer: КТО ЭТО АНОНИМ?
Локальный Argent: Это баг. Я нанес больше всего урона. Проверьте логи! Мой ДПС-метр показывает, что я нанес 5% от общего здоровья!
Локальный JOLLYSWORDMASTER: ОКАЙ ЭТОТ АНАНИМНЫЙ ШТУКА ЭТО ФИШКА О КОТОРОЙ Я НЕ ЗНАЮ?! ЧТОЗАБРЕД
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Игроки крутились на месте, осматривая друг друга, ища высокоуровневое снаряжение, ища кого-либо, похожего на героя. Они прошли прямо мимо Каге.
Он носил Прочные Брюки Прораба и разномастную обычную кожу. Он представлял собой идеальный камуфляж: потерявшийся нуб.
— Извините, — пробормотал Каге, проходя мимо волшебника, сканирующего толпу.
— Смотри под ноги, нуб, — огрызнулся волшебник, полностью сосредоточенный на другом.
Каге растворился в хаосе борьбы за лут. Он прошел прямо в центр кратера, где призрак данных босса все еще колебался в воздухе.
Едва заметный золотистый клубок дыма поднимался с того места, где было сердце Клыкача. Сохранившийся нарратив.
Последний урожай, подумал Каге. Конец.
Он осмотрел окрестности. Толпа по-прежнему отвлекалась на Аргента, который в данный момент орал на внутриигровой тикет.
Каге опустился на колени. Он вызвал Перо Первого Творца в последний раз.
Он коснулся пером золотого дыма.
Мир замерцал.
На микросекунду известняковая долина исчезла. Каге стоял на залитом солнцем лугу. Человек в тунике уходил, смеясь. Маленький, уродливый поросенок бежал по траве, спотыкаясь о собственные копыта, визжа от чистой, невинной радости, когда он наконец догнал мужчину.
Мужчина остановился. Он почесал поросенка за ушами, смеясь, когда существо прижалось к его ладони с абсолютным доверием.
«Хороший мальчик», — эхом отозвалось воспоминание, излучая тактильное тепло нагретого солнцем камня и запах раздавленных яблок.
Видение рухнуло.
Там, где воздух должен был пульсировать в ритме таймера возрождения, Перо наложило мертвую тишину. Оно поставило точку в конце предложения.
Интерфейс Каге задергался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Уведомление
Обнаружена Нарративная Аномалия.
Сущность: Клыкач Потрошитель достиг Нарративного Завершения.
Цикл Возрождения: ПРЕКРАЩЕН.
История закончена. Актер покинул сцену.
Поэтическое Прозрение Сработало
Паника столетий утихла. Вы осознали, что даже самая дикая ярость — это просто отчаянный крик о разрешении остановиться.
Новое Концептуальное Ключевое Слово Обнаружено: Покой (10%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поток осознания стабилизировал пульс Каге. Он стер сущность из базы данных. Милосердие, которое разработчики никогда не планировали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новое Звание Получено: Элегист Верного
Эффект: +5 Ко всем Атрибутам (Постоянно).
Уникальная Пассивка: Нарративная Власть
Описание: Вы редактор реальности. Как только вы понимаете историю, вы владеете концовкой.
Эффект: Вы наносите 10% Бонусного Урона любой цели, Чей Истинный Лор вы раскрыли.
+50 Известности
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Награды каскадом обрушились на его экран статуса, сразу же сопровождаемые кристаллизацией души, которую он собрал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Система: Концептуальный Материал Получен
Концепт: Безграничная Преданность
Качество: Легендарное
Тип: Концептуальный Материал
Нарратив: Выносливость сердца, которое бьется только для служения другому. Энергия, которая не может быть истощена. Вечное движение, рожденное любовью.
Ключевые слова: Выносливость, Служение, Бесконечность
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге сжал руку. Текст сконденсировался в плотное, золотистое тепло на его ладони — нарратив обрел физическое свойство.
Он весил меньше пера, но ощущался как столетие разбитого сердца, сжатое в физическую форму.
Для Системы это был расходуемый предмет. Для Каге это была сгущенная трагедия. Она несла в себе сокрушительный вес любви, которая отказывалась умирать, даже когда мир рушился.
Каге вытряхнул себя из задумчивости и встал. Мир стал острее, цвета заходящего солнца слишком яркими на фоне тяжести в его груди.
— Кто это был? — Голос Аргента разнесся по ветру, полностью игнорируя Каге после того, как увидел, как его сначала отшвырнул босс. — Найдите их! Рекрутируйте их!
Каге скользнул за известняковый столб, скрываясь из виду. Его пункт назначения: Оукхейвен.
По пути он открыл детали предмета, который только что заполучил.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Предмет: Ошейник Вечного Пса
Качество: Уникальное
Тип: Амулет
Атрибуты:
Ловкость: +10
Выносливость: +10
Требования: УР 20
Привязка к Душе: Каге (привязан нарративом)
Уникальный Эффект 1: Верный Пес. Пользователь движется с неумолимой целеустремленностью пса, преследующего своего хозяина.
При движении к врагу, которому вы нанесли урон за последние 5 секунд, вы получаете +20% к Скорости Передвижения.
Уникальный Эффект 2: Прибежище Искателя. Зверь рыл землю веками, никогда не уставая. Вы наследуете его выносливость.
Критические удары ближнего боя и Идеальные Парирования восстанавливают 2% от вашей Максимальной Маны.
Пассивная регенерация ресурсов увеличена на 50% во время боя.
Описание: Железный обруч, привязавший зверя к воспоминаниям. Веками владелец бежал без отдыха, подпитываемый преданностью, которая бросала вызов законам биологии. Он дарует владельцу выносливость преследовать свою цель до самого конца света.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Глаза Каге сузились, когда он анализировал данные. +10 Ловкости и +10 Выносливости в слоте для украшения — это безумное количество чистых характеристик.
Но именно пассивные эффекты меняли баланс. Верный Пес был жестким контр-механизмом против кайта, вознаграждая агрессию чистой скоростью. Однако именно Прибежище Искателя заставило уголки его рта дрогнуть.
Мана за Идеальное Парирование.
Для него, с Поэтическим Духом, конвертирующим динамику Маны в Авен, это была бесконечная петля ресурсов. Каждый раз, когда он идеально отражал удар, Система возвращала стоимость его следующего Стиха. Это превращало его защиту в боеприпасы.
Еще шесть уровней, подумал он, отбрасывая окно.
Он достиг ворот Оукхейвена, как раз когда зажглись внутриигровые вечерние огни. Светлячки в банках ожили.
Он снова проверил свой инвентарь.
[Редкий Дворфийский Короткий Меч]
[Осколок Сердечного Камня]
[Концепт: Безграничная Преданность]
У него были все части. Но уравнение изменилось. Это было уже не просто Сосуд + Якорь + Душа.
Это было Сосуд + Сердце + Цель.
Каге пошел прямо в дымный район, где звук молотов по наковальням создавал устойчивый, успокаивающий индустриальный ритм, и вошел в Кузницу Грака.
Орк-NPC поднял взгляд от светящейся подковы, вытирая сажу со лба.
— Снова здесь? Хм. — Грак хмыкнул. — Выглядишь так, будто тебя протащили через гоблинскую отхожее место.
Каге посмотрел на кузнеца. На этот раз у него не было остроумного ответа.
— Трудовой спор, — сказал Каге, его голос был тихим. — Мне нужна кузница.
Он бросил медь на прилавок.
Грак смахнул монеты.
— Не взорви себя. Я не убираю магический беспорядок.
— Это не магия, — пробормотал Каге, направляясь в заднюю комнату. Он коснулся места над сердцем, где все еще звучало протяжное эхо облегчённого зверя. — Это поэзия.
Он вошел в отдельную кабинку и закрыл тяжелую железную дверь, приближаясь к наковальне.
Художник в нем проснулся, и ему предстояло написать элегию в стали.
П.п: Давайте за кабанчика поставим лайк
Железная дверь приватной кузницы захлопнулась, тяжелые запирающие защелки сработали с окончательностью запечатывания банковского хранилища. Комната была коробкой с запертым жаром, пахнущей серой, угольной пылью и металлическим привкусом потенциала.
Каге стоял перед наковальней. Он ждал. Он позволил окружающему шуму утихнуть, заставляя ритмичный лязг-шипение работы Грака в дальней комнате уйти вдаль, пока оно не стало ничем, кроме структурной вибрации в полу.
Он проверил компоненты своей следующей авантюры: Дворфийский Короткий Меч, Осколок Сердечного Камня и светящаяся сфера Концепта: Безграничная Преданность.
Оператор шагнул вперед.
Прежде чем Поэт мог начать рисовать реальностью, бухгалтер в его мозгу потребовал окончательной проверки. Эта транзакция была необратимой. Концепт: Безграничная Преданность был материалом Легендарного грейда. Тратить его на оружие 10-го уровня выглядело как финансовое самоубийство для непосвященных.
Оценка риска.
Каге провел рукой по воздуху, вызывая интерфейс Аукционного Дома. Оверлей исказился, стандартный текст без засечек расцвел в каллиграфические лозы. Он проигнорировал завитушки и углубился в категорию «Одноручные Мечи», отфильтровав по уровням 14+.
Два потенциальных кандидата сидели там, непомерно дорогие.
[Поцелуй Гадюки]
Уровень: 14 (Редкое)
Физическая Атака: 42
Эффект: Накладывает Яд (ДоТ).
[Боковой Меч Капитана]
Уровень: 15 (Редкое)
Физическая Атака: 44
Эффект: ...
Каге нахмурился. Его текущий Дворфийский Короткий Меч, Необычное оружие 10-го уровня, обладал базовой Физической Атакой 48.
Теория Бюджета Предметов, подумал Каге. Для каждого предмета существует бюджет характеристик. Если они включают магический эффект, они облагают налогом чистый урон для поддержания баланса.
Он нажал на объявление о [Поцелуе Гадюки]. Для синестетических глаз Каге предмет был мешаниной противоречивых нарративов. Ядовитое зачарование проявлялось как склизкое, зеленое искажение, глубоко встроенное в клинок. Это был «Громкий» предмет. У него уже была история: Я змея; я кусаю и гнию.
Нарративная Ковка требовала чистого листа. Перезапись [Поцелуя Гадюки] означала сначала борьбу с существующим ядовитым нарративом. Неэффективность.
Он посмотрел на Дворфийский клинок 10-го уровня на наковальне.
Матовый. Серый. Скучный. В нем не было магии. В нем не было истории. Это была плотная, сложенная плита высокоуглеродистого потенциала, которая просто молча делала свою работу.
Идеально, подумал Каге, отмахиваясь от Аукционного Дома движением запястья. Высокая структурная целостность. Нулевой нарративный долг.
Оператор проверил цифры. Цифры сошлись. Он отступил, и на сцену вышел Поэт.
Каге полез в инвентарь и извлек Осколок Сердечного Камня.
В тот момент, когда его кожа коснулась минерала, фантомное тепло пронзило его руку, минуя терморецепторы и подключаясь напрямую к нервной системе. Биологическое тепло. Описание соответствовало истине.
(...предметы, выкованные с Сердечным Камнем, говорят, не просто обладают зачарованием, но получают цель — собственную волю.)
Он проводил операцию. В его руках была центральная нервная система, готовая к пересадке в металлическую скелетную структуру.
Он положил осколок на плоскую часть клинка, рядом с гардой.
Физика подала официальную жалобу. Осколок отторг поверхность, зависнув на долю миллиметра над сталью. Низкий, осциллирующий резонанс заполнил кабинку, звук виолончельной струны, натянутой до предела. Искажение. Искажение.
Сердцебиение.
Каге вдохнул, заставляя свой собственный пульс синхронизироваться с ритмом. Он потянулся к Концепту: Безграничная Преданность. Оно плавало в его ладони, золотая петля бесконечной энергии, кристаллизованная верность зверя, который годами рыл землю, ожидая хозяина, который так и не пришел.
Выносливость. Служение. Бесконечность.
Он проанализировал расстановку.
Сосуд: Чистый, ненаписанный холст.
Сердце: Теплая, пульсирующая воля.
Цель: Бесконечный, преданный двигатель.
— Не испорти это, — прошептал он в пустую комнату.
Он поднял руку. Сложение Стихов активировалось.
Интерфейс расширился, и в его хватке материализовалось Перо Первого Творца, тяжелое от намерения.
Каге сосредоточился.
Он отказался от грубого оружия. Молот, который просто бьет сильнее, был примитивен. Он требовал оружие, которое сольется с его стилем игры. Ему требовался инструмент, который понимал законы физики исключительно для того, чтобы разрушать их в его пользу.
Легкий, как мысль в движении — нулевая инерция для максимального ускорения.
Тяжелый, как гора при контакте — максимальная масса для кинетического удара.
Петля переменной плотности. Мост между его волей и массой стали.
Он выбрал ключевые слова из Лексикона.
[Клятва]: Связать волю. Меч должен служить ему, в отличие от эго клинка Гордыни.
[Форма]: Манипулировать физическими свойствами. В частности, формой его присутствия в гравитации.
Каге начал писать. Алые буквы висели в воздухе, горя промышленной интенсивностью.
Название: Обет Тени
Он произнес слова, пока Перо чертило воздух, его голос опустился до каденции, которая резонировала с парящим камнем.
— «Через Безграничную Преданность, клятву свою закрепляю,»
Сердечный Камень вспыхнул, красный свет выбелил тени в комнате. Текст встал на место, фиксируя цель.
— «И Форму тяжелого мира волей своей изменяю».
Он ударил Пером вниз.
Кузница замолчала. Резонанс Сердечного Камня, далекий стук Грака, шипение вентиляции... вакуум на наковальне поглотил все это.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-ВСЕ Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге наблюдал, не мигая, как началось слияние.
Концепт: Безграничная Преданность сжижался. Золотая энергия ударила по Сердечному Камню, мгновенно растворив красный кристалл.
Камень свернулся в каплю жидкого багрянца, каплю крови ярче, чем мог бы отобразить любой пиксель.
Капля упала на сталь.
Она вгрызлась.
Как паразит, входящий в хозяина, красная жилка погрузилась в матово-серый металл. Дворфийская сталь извивалась. Серый цвет потемнел, пройдя угольно-черный, обсидиановый, пока не стал светопоглощающей пустотой.
Мумьё, подумал Каге. Без-Света. Пустота перед ударом.
Одинокая жилка жидкого багрянца пробежала вверх по спинке черного клинка, разветвляясь, как нервная система.
Тук-тук.
Звук хлынул обратно в комнату.
Каге резко вдохнул, кислород заполнил его легкие.
На наковальне трансформация была завершена. Меч действовал.
Медленно, бросая вызов гравитации, черный клинок сам поднялся. Он завис на дюйм над железной поверхностью, застыв в состоянии идеальной, ожидающей неподвижности.
Ждал его.
Каге протянул руку. Дрожь в его пальцах была электрическим предвкушением виртуоза, тянущегося к Страдивари.
Он сжал рукоять.
Сенсорный ввод сбил его мозг с толку.
Он чувствовал текстуру кожаной обмотки. Он чувствовал тепло красной жилки, мурлычущей в его ладони. Но гравитация отсутствовала.
Дыра в воздухе.
Он сделал пробный взмах оружием, простой горизонтальный удар.
Воздух закричал.
Клинок двигался быстрее, чем позволяли его мышцы. Нулевая задержка запуска. Нулевая инерция, сопротивляющаяся его запястью. Мгновенное ускорение.
Щелчок.
Он остановил замах.
Его Синестезия загорелась. Он видел, как меч производит расчеты. Поток серебра тек по багровой жилке, вычисляя центр тяжести, смещая массу.
Это устройство было сопроцессором.
Поток уведомлений затопил его зрение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Уведомление - Критическое Достижение
Вы создали Легендарный Предмет!
Достижение Разблокировано: Первый Вдох
Дайте созданному предмету полуразумную волю.
ИЗВЕСТНОСТЬ +100
Нарративная Ковка Успешна: Великий Успех
Искусство Увеличено: +10 (Постоянно)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Прежде чем Каге успел осмотреть клинок, приоритетное сообщение перехватило его зрение, пульсируя срочным золотом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мировое Объявление: Легенда Рождена
Вы хотите транслировать свою личность? (Д/Н)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Нет. Он не стремился стать создателем контента или мишенью для каждой ПК-гильдии, ищущей лут. Он нажал [Н].
Система подчинилась, транслируя сейсмический сдвиг в балансе сил игры, скрывая автора.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
МИРОВОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ: Пользователь **** выковал Первый в Мире Легендарный Предмет!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Интерфейс Глобального Чата, который он обычно держал свернутым до одной полупрозрачной линии для экономии визуального пространства, внезапно развернулся на весь экран. Текст прокручивался так быстро, что превратился в размытое пятно неоновой ярости и замешательства.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Глобальный xX_Сефирот_Xx: Чувак скрыл свое имя, чтобы мы не могли зарепортить? умно лол
Глобальный УвУ_Жрица: омг линк статы пжлст??? Можно мне? (｡•́︿•̀｡)
Глобальный Коин_Казар_88: ДЕШЕВОЕ ЗОЛОТО! 100 ЗОЛОТА = $5 USD. ПОСЕТИТЕ WWW://GOLD4U...
Глобальный Танк_И_Накажи: Злоупотребление разработчиков. 100%. Игра мертва. Верните деньги.
Глобальный Лорд_Бизнес: набирает Легендарного Кузнеца! Назовите вашу цену! ПМ МНЕ СЕЙЧАС!
Глобальный НубоУбийца69: фейк. фотки или этого не было.
Глобальный МамоУбийца69: xd мои награды за квест все еще необычные. исправьте свою игру, эггдрасиль.
Глобальный ГачиНаслаждающийся: ага, представьте, люди говорят, что классы ремесленников отстой, когда какой-то кузнец только что сделал легендарный предмет на 3 день лол гг
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Шум, — пробормотал Каге.
Он смахнул уведомления и хаотичное окно чата одним пренебрежительным жестом, его глаза впились в единственный текст, который действительно имел значение: блок характеристик оружия.
Он был прекрасен. Он был сломан. Он был именно тем, что он заказал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мумьё, Преданная Тень
Качество: Легендарное (Тип Роста - Стадия 1)
Тип: Живой Короткий Меч
Физическая Атака: +48 (База) (+2 за Уровень Персонажа)
Скорость Атаки: +10%
Пробивание Брони: +5%
Прочность: Бесконечная
Требования: Отсутствуют (Клинок не имеет массы для своего мастера).
Привязка: Душевная (Каге)
Уникальная Пассивка: Инерция Нулевой Точки
Для владельца это оружие не имеет Веса до удара. У него нет анимации начала и анимации восстановления. «Воля» меча активно манипулирует своим собственным центром тяжести и массой миллисекунда за миллисекундой, чтобы служить намерению своего Мастера.
В Движении: Масса уменьшается почти до нуля. Клинок не имеет кадров начала, анимации восстановления и нулевой вращательной инерции. Это позволяет мгновенно менять направление, что бросает вызов физике.
При Контакте: За микросекунды до удара клинок возвращается к стандартной плотности стали, нанося полную кинетическую силу.
Внимание: Хотя меч не имеет массы, масса его мастера по-прежнему действует. Попытка форсировать цикл атаки быстрее, чем позволяет ваш показатель Ловкости, приведет к массивному Самоповреждению (Разорванные Мышцы/Вывих Сустава), так как тело пользователя не сможет угнаться за скоростью оружия.
Спецэффект 1: Эхо Преданности
Клинок помнит путь своего служения.
Успешное попадание дает накапливающийся эффект Отголоска (Макс. 5).
Каждый стак Отголоска создает видимую, тянущуюся тень за клинком.
На 5 стаках следующая базовая атака запускает «Фантомный Удар». Тень отделяется и поражает цель мгновенно после физического клинка, нанося 50% дополнительного урона в виде Эфирного Урона (Игнорирует Броню).
Спецэффект 2: Красная Клятва (Активный)
Контракт абсолютного служения. Меч отказывается позволить мастеру пасть, пока миссия не завершена.
«Я обещаю смерть. Взамен, даруй мне время».
Перезарядка: 1 Час.
Активация: При использовании владелец входит в состояние Неугасимой Преданности на 15 секунд.
Выгода: Клинок полностью синхронизируется с нервной системой владельца. Скорость Атаки увеличивается на 100%. ОЗ владельца не могут опуститься ниже 1. Весь смертельный урон, полученный в течение этого окна, нивелируется и записывается как Красный Долг.
Стоимость: По истечении 15 секунд Красный Долг немедленно выплачивается как Чистый Урон. Избыточный урон конвертируется в потерю Опыта.
Условие: Если цель Клятвы убита до истечения таймера, Долг Прощается, а здоровье восстанавливается на основе значения Долга. Избыточный урон высвобождается в окружающую среду как Проникающий Урон.
Описание: Матовая сталь углубилась до чистой, поглощающей свет пустоты. Жилка жидкого багрянца проходит по клинку, сердцебиение горы теперь теплое в ладони. Связанное концептом Служения, оружие существует исключительно для облегчения воли Мастера. Оно перестраивает свою собственную массу и плотность в реальном времени, чтобы предложить беспрепятственный путь для направляющей руки. Это тень, которая научилась кусаться, обещание, сдержанное в стали.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге опустил оружие, глаза читали плавающий текстовый блок. Кончик клинка безупречно завис, корректируя микротремор его руки по собственной воле.
Он снова прочитал характеристики.
— Тип Роста, — пробормотал Каге, уголок его рта дернулся вверх.
Сторона «Оператора» его мозга немедленно провела расчет ROI.
Устаревание экипировки было основным источником утечки золота в любой MMO. Вы достигаете 20-го уровня; вы выбрасываете снаряжение 10-го уровня. Цикл запланированной бедности, разработанный для того, чтобы игроки продолжали гринд. Однако Тип Роста представлял собой актив, который со временем дорожал. На 14-м уровне расчет давал дополнительные +28 урона. Общий базовый урон: 76.
Выше, чем у большинства двуручных мечей этого уровня, и размахивается со скоростью кухонного ножа.
Финансовая безответственность со стороны разработчиков.
Он сосредоточился на Инерции Нулевой Точки.
Его Синестезия ощутила механику, как холодную, чистую воду. Она решала фундаментальное противоречие его билда. Каге полагался на Кендо — парирования, финты и внезапные структурные сдвиги. Для выполнения этих маневров обычным мечом требовалась высокая Сила, чтобы остановить инерцию, и высокая Ловкость, чтобы вообще обеспечить взрывное движение.
Эта штука стирала физику кадра восстановления. Он мог финтить удар, мгновенно останавливаться и перенаправлять, не борясь с гравитацией.
Затем было Эхо Преданности.
Каге проанализировал механику стаков. Это был стероид для ДПС, который стимулировал агрессию. Каждые пять ударов давали свободный пятидесятипроцентный скачок урона, игнорирующий броню.
— Эфирный Урон, — отметил он.
В соревновательной игре чистый урон был отличным уравнителем. Это означало, что тяжелая латная броня Танка была математически нерелевантна каждый шестой удар. Меч напрямую облагал налогом запас здоровья врага, минуя вычеты защитных характеристик.
Но последний навык, Красная Клятва, требовал такого же внимания, как и Инерция.
Глаза Каге сузились, когда он анализировал условия.
— Это хищный кредит, — прошептал он.
Это была авантюра. На пятнадцать секунд он становился математически неубиваемым. ОЗ фиксировались на 1. Скорость Атаки удваивалась. Состояние берсеркской неуязвимости.
Но счет приходил к пятнадцатой секунде.
Если цель не была мертва, Каге принимал весь игнорируемый им урон сразу, что, неизбежно, мгновенно убило бы его. И его полоску опыта.
— Высокий риск, бесконечная отдача, — размышлял Каге, холодное восхищение оседало в его нутре.
Это превращало смерть в проверку ДПС. Если рейдовый босс собирался вайпнуть группу, Каге мог активировать Клятву, пережить нюк, остаться на 1 ОЗ и иметь пятнадцать секунд удвоенной скорости насилия, чтобы убить босса, прежде чем придет коллектор долгов.
Если он преуспевал, долг прощался, и его здоровье восстанавливалось на основе значения Долга. Избыточный урон высвобождался в окружающую среду как Проникающий Урон.
— Это отвратительно, — сказал Каге, темный, искренний смех вырвался из его груди. — Это полностью сломано.
Он посмотрел на клинок. Багровая жилка пульсировала, жаждущая. Меч игнорировал балансные патчи или справедливость. Он действовал на концепте Служения. Слуга заботится о том, чтобы мастер никогда не был отягощен. Слуга заботится о том, чтобы броня никогда не останавливала удар мастера.
Клинок сам держался в руке. Он хотел, чтобы им размахивали. Он умолял работать. Он был идеальным катализатором для его худших импульсов.
— Ты трудоголик, — сказал Каге мечу.
Красная жилка пульсировала один раз в его ладони. Тук-тук.
Каге вновь вложил клинок в ножны на своем бедре. Он защелкнулся, не оттягивая пояс, тень решила идти в ногу с ним.
Он открыл дверь кабинки. Жар вырвался наружу, и шум кузницы хлынул обратно.
Грак поднял взгляд от светящейся подковы, его глаза расширились, когда он увидел Каге. Орк замер. Он понюхал воздух, почувствовав странный металлический запах Пустоты. Его взгляд опустился на черную рукоять у бедра Каге.
— Это не обычная сталь, Поэт, — пророкотал Грак низким голосом.
— Нет, не обычная, — сказал Каге. Он прошел мимо кузнеца, его шаг стал легче, его ритм изменился.
— Хм, — фыркнул он, — что ты с ним сделал?
Каге остановился на пороге лавки, свет Оукхейвена окрашивал улицу в оттенки синего и фиолетового.
— Я дал ему работу.
Вес мира остался, но он, наконец, обладал рычагом, достаточно длинным, чтобы сдвинуть его.
Командный Центр Иггдрасиль функционировал как собор, посвященный поклонению данным.
Голографические дисплеи спиралями устремлялись к затемненному сводчатому потолку, отбрасывая прохладное, биолюминесцентное сияние на многоуровневые рабочие станции. Системы жидкостного охлаждения прокачивали огромные квантовые ядра, создавая шум глубже слышимого — вибрацию в половицах, давление во внутреннем ухе.
Директор Сон Джин-Хван занимал центр этого цифрового паноптикума.
Руки сцеплены за спиной, осанка жесткая, он наблюдал за макро-потоковыми мониторами. Необученный глаз видел метель из чисел и каскадного текста. Сон видел пульс. Пациент, Корона Судьбы, был здоров.
— Курс обмена золота на USD медленно стабилизируется, — объявила София Росси, стуча пальцами по тактильной клавиатуре. — Но остается высоким. База игроков относится к игре как ко второй работе. Психология «Золотой лихорадки» полностью укоренилась.
Сон медленно кивнул.
— Это создает удержание. Отчаяние и жадность служат мощными метриками вовлеченности.
— Гильдия Багровый Легион только что приобрела документы на небольшой участок в Горящих Степях, — сообщил другой аналитик. — Они ведут себя как корпорация.
— Хорошо, — сказал Сон, слабая улыбка коснулась его губ. — Пусть строят. Они еще не близки к чему-либо существенному, и не будут еще долго. Чем больше они инвестируют, тем больше они теряют, если уйдут.
Он просканировал глобальную тепловую карту. Миллионы световых точек, каждая из которых — человеческое сознание, синхронизированное с нейронной связью. В общей схеме отдельные аномалии исчезали в статистическом шуме. Каге, при всей его драматичности, был одним ярким пикселем в галактике. Система демонстрировала надежность. Экономика регулировала сама себя. Симуляция держалась.
Сон позволил себе мгновение удовлетворения. Они построили бога, и он работал.
— Внимание, — произнес Морфеус своим бесстрастным голосом. — Обнаружено локальное нарративное расхождение. Сектор: Шепчущие Леса.
Улыбка Сона исчезла. Он устремил взгляд на центральный столб света.
— Определи расхождение. Это сбой сетки? Баг физики?
— Отрицательно, — ответил ИИ, голос резонировал отовсюду и ниоткуда. — Телеметрия для сущности Мирового Босса, обозначенной Клыкач Потрошитель, прекратилась.
Сон нахмурился.
— Прекратилась? Ты имеешь в виду, что таймер возрождения не сработал? Проверьте задержку осколка.
— Таймер стерт, — заявил Морфеус с пугающим спокойствием. — Нарративное Завершение достигнуто. Цикл лора сущности разрешен. Файл архивирован.
Тишина наполнила комнату. Доктор Арис Торн крутанулась в кресле, очки отражали синий свет командного мостика.
— Что? Архивирован? Этот термин относится к уникальным NPC и одноразовым мировым событиям. Клыкач — это повторяющийся Мировой Босс. Он ресурс, предназначенный для фарма.
— Игрок Каге использовал Концептуальное взаимодействие для разрешения лора сущности, — объяснил Морфеус. — Сущность отправилась следовать за своим хозяином. Принудительное возрождение противоречило бы установленной причинно-следственной связи временной линии.
Сон уставился на карту, где когда-то горела красная иконка босса.
Он понял подразумеваемое. Каге потреблял больше, чем возобновляемые ресурсы: золото, предметы, очки опыта. Он потреблял сам мир.
— Он... он ведет поверхностную добычу лора, — сказала София Росси напряженным голосом. — Директор, если он решает Рейдового Босса, а не убивает его, этот контент исчезает. Для всех. Это создает состояние «Сломанного Мира», где опоздавшие проходят через пустой музей.
— Откатить его, — нервно предложил младший разработчик. — Принудительное возрождение.
Сон посмотрел на пустое пространство. Он подумал о метриках. Он подумал о маркетинговой кампании «Живой Мир».
— Нет, — сказал Сон.
— Директор?
— Если логика верна, удаление остается в силе, — сказал Сон, поправляя галстук. — Мы обещали реактивный и живой мир. Если игрок находит способ навсегда упокоить призрака, мы принимаем потерю. Морфеус никогда не позволит миру быть пустым, он просто создаст другие возможности через определенное время.
Он сузил глаза.
— Но пометьте регион. Я хочу точно знать, насколько пустота, которую он оставляет после себя, влияет на прогрессию зоны. Проведите сравнение с другими стартовыми зонами. Прогрессия опыта и снаряжения. Общий уровень игроков. Мне нужно все.
— Приоритетное уведомление, — перебила София, тон ее стал профессионально срочным. — Поток данных с Выжженных Равнин. Зона 35-го уровня.
— Хм? Какая группа уже фармит там? — сказал Сон. — Плотность мобов смертельна.
— Не группа, сэр, — сказала София, активируя главный экран.
Новое окно развернулось, доминируя над видом. Оно показывало пустынный пейзаж из потрескавшейся земли и обсидиановых шпилей в том, что выглядело как подземный город. Стоя на груде убитых Магма-Сталкеров, фигура, облаченная в лавоподобную броню. Асура.
София читала из прокручивающегося лога.
— Он достиг 25-го уровня.
Порыв одобрения пронесся по командному центру. 25-й уровень представлял собой первую настоящую «Стену». Кривая опыта менялась с геометрической прогрессии на вертикальный обрыв. Разработчики спроектировали первые двадцать пять уровней как учебник-приманку. После 25-го уровня игра требовала гринда другого масштаба.
— И что? — спросил Сон. — Класс? Он закончил цепочку?
— Подтверждено, — сказала София. — Он получил Легендарный Класс: Арбитр Стали.
Сон кивнул.
— Ожидаемо. Поскольку он уже на 25-м уровне, какой подкласс он выбрал? Какие они были для Арбитра, напомните мне?
Доктор Торн вывела проектные документы на свой планшет.
— Выборы были тематическими. Юрисдиктор, сосредоточенный на Законе и защите. Юстициарий, сосредоточенный на Балансе и полезности. И...
— Адъюдикатор, — закончила София, выделяя выбор. — Фокус: Приговор.
Сон изучал аватар. Асура стоял неподвижно, пока трупы вокруг него горели. Выбор говорил о многом. Адъюдикатор предлагал наибольшую агрессию из трех путей. Он объявлял пользователя судьей, присяжными и, главным образом, палачом.
— Абсолютное нападение, — размышлял Сон. — Значит, у нас есть свой Меч Порядка. Хорошо. Если Каге — это вирус в системе, Асура — это антитело. Нам нужно, чтобы он был сильным.
Диссонансный звон прорезал Нексус.
Звук, закодированный ровно для одного игрока.
— Говоря о вирусе, — вздохнул Сон, потирая виски. — Выведите его на экран.
Главный дисплей разделился. Левая часть оставалась сфокусированной на стоической фигуре Асуры на лавовых полях. Правая замерцала, показывая тусклый интерьер кузнечной мастерской в Оукхейвене.
Каге держал короткий меч.
Сон прищурился, глядя на поток данных.
— Входные материалы... базовое оружие 10-го уровня? И он сплавил его с Легендарными материалами? — Сон покачал головой. — Пустая трата. Он вставляет двигатель Ferrari в шасси картинга. Структурная целостность базового предмета не способна выдержать такую отдачу.
— Подождите, — доктор Торн подалась вперед, глаза сканировали текст, прокручивающийся рядом с процессом ковки. — Посмотрите на синтаксис Стиха. Он... он просит изменить правило?
— Что бы он ни пытался, — пробормотал Сон, — это завершится неудачной ковкой.
Затем появилось окно предмета.
Мумьё, Преданная Тень
Тишина снова опустилась, когда разработчики читали блок характеристик. Они читали пассивные способности. Они читали скалирование.
Сон моргнул. Он прочитал снова.
— Бесконечная прочность? И скалирование? — прошептал кто-то. — На базе 10-го уровня?
Тук!
Сон повернулся. Кенджи стоял бледный, глаза широко раскрыты, уставившись на запись Инерции Нулевой Точки.
— С-сэр, — заикаясь, сказал Кенджи, игнорируя горячий кофе, растекающийся по его кроссовкам. — Вы... вы понимаете, что он только что сделал?
— Он убрал вес, — сказал Сон. — Это заставляет персонажа двигаться быстрее, потому что меч ничего не весит.
— Нет, — сказал Кенджи, шагнув вперед, инстинкты геймера перевесили корпоративную иерархию. — Сэр, это не все... боевой движок — это ньютоновская симуляция. Кадры восстановления — время, в течение которого ваш персонаж застревает в анимации после взмаха — диктуются импульсом. Вы размахиваете мечом; меч хочет продолжать движение. Вы должны тратить кадры на его остановку.
Кенджи указал дрожащим пальцем на экран, прослеживая строку: Масса уменьшается почти до нуля.
— Если импульс равен нулю, — прошептал Кенджи, — кадры восстановления равны нулю.
Осознание озарило Софию Росси. Ее пальцы застучали по клавиатуре, запуская симуляцию.
— Он может финтить. Идеально. Каждый раз.
— Он может финтить, — продолжил Кенджи, ужас рос в его голосе. — Сэр, в PvP вы парируете, основываясь на начале взмаха. Но Каге может начать взмах, мгновенно остановить его в воздухе, потому что он ничего не весит, и перенаправить его в вашу незащищенную сторону. Это нечитаемо. Это ломает фундаментальный камень-ножницы-бумага ближнего боя.
— Он обошел часть характеристики Силы, — понял Сон. — Сила смягчает вес оружия.
— Тааак... он может атаковать бесконечно? — озадаченно спросил другой младший разработчик. — Если нет кадра восстановления, что мешает ему наносить десять ударов в секунду?
— Его собственное тело, — сказал Кенджи, постукивая по экрану, где отображались характеристики Каге. — Посмотрите на его Ловкость. Она никудышная. 15 Ловкости.
Кенджи указал на симуляцию.
— Меч создает парадокс. Оружие способно развивать почти бесконечную скорость, но Каге все еще человек. Он снял ограничение оружия на скорость атаки, но он врезался лицом в Биологическое Ограничение.
— Значит, ему нужно больше характеристик, — понял Сон. — Огромное их количество. Не для того, чтобы размахивать мечом, а для того, чтобы его собственная рука не сломалась, когда он отменяет инерцию.
— Именно, — сказал Кенджи. — Он, по сути, размахивает... тростинкой, пока она не соединится с чем-то, затем происходит отдача, и его аватар все равно должен с этим справляться. Но если его Ловкость когда-нибудь достигнет 200? Или 500? Представьте себе скорость этой тростинки.
Кенджи вздрогнул, просто представив это.
— Это идеальное скалирующее оружие. И он сделал его на первой неделе игры.
Голос доктора Торн поднялся с осознанием:
— Но... класс Архитектора очень сильно зависит от Искусства; он не может просто пропустить эту характеристику. Он также настойчиво идет по пути ближнего боя, поэтому ему понадобится Сила. Едва ли есть место для распределения очков в ЛВК. Теперь он очень MAD*.
*(MAD = Зависимый от Нескольких Атрибутов)
— Есть... есть еще и Ультимейт, Директор. Сэр. — Добавил Кенджи, его голос упал до шепота.
Сон посмотрел на экран. Текст Красной Клятвы насмешливо светился. Я обещаю смерть. Взамен, даруй мне время.
— Он превратил свою полоску ОЗ в безлимитную кредитную карту, — пробормотал Сон. — Он тратит жизнь, которой у него нет, чтобы выигрывать бои, которые он должен был проиграть.
Сон посмотрел на два экрана.
Слева — Асура. Арбитр. Он стоял как крепость логики.
Справа — Каге. Архитектор. Он стоял как призрак, сотканный из исключений, лазеек и поэзии.
Головная боль образовалась за глазами Сона, но прежняя паника испарилась. На ее месте сидело глубокое предвкушение.
Совет хотел успешную игру. Сон хотел Контроля.
Морфеус, по-видимому, хотел этого.
— Заключительный отчет, — сказал Сон, отворачиваясь от экранов.
— Сэр?
— Учебник окончен, — сказал Сон. — Для них обоих.
Утреннее солнце ярко светило, стирая текстуры.
Каге шагнул через тяжелые городские ворота, мгновенно атакованный ревом экономики в режиме перегрузки. Фаза «Золотой лихорадки» Короны Судьбы полностью материализовалась.
Игроки стояли на фонтанах и ящиках, их крики наполняли окружающий шум.
— Ищу группу Гоблинские Шахты! Нужен Целитель + Танк! ТОЛЬКО 10УР+!
— Куплю ПРОВОДКУ ШАХТ!
— Продам ЛОКАЦИЮ НЕОБЫЧНОГО КВЕСТА!
Каге двигался сквозь толпу, как частота, существующая на другой полосе пропускания. Несколько дней назад этот шум был бы его жизненной силой. Оператор, этот холодный, отчаянный калькулятор, обитающий в глубине его черепа, анализировал бы арбитражные возможности, рассчитывал маржу на медной руде и потел бы над эффективностью каждой потраченной секунды ходьбы.
Теперь это выглядело как статика.
Долга не было. Давление, которое определяло его существование в течение трех лет, испарилось, оставив его опасно легким. Это было похоже на шаг с обрыва и парение.
Их золото было неважным. Их группы были шумом. Он играл совершенно в другую игру.
Каге повернул налево, оставляя оживленную главную дорогу, ведущую к местам гринда, ради узкой, заброшенной тропы, которая вилась к скалам.
Городской шум исчез. Аудиодвижок игры выполнил плавное переключение, заменив крики подростков шелестом ветра в высокой траве.
Оператор отступил. Он потянулся к безопасности электронной таблицы — рассчитывая ROI прогулки, прогнозируемую доходность пункта назначения — но импульс показался пустым, рефлексом в фантомной конечности. Основная необходимость, которая когда-то управляла им, исчезла; без топлива долга логический движок заглох.
Путь становился круче. Яркая зелень Шепчущих Лесов сменилась более тусклой, осенней палитрой, хотя сезон оставался неизменным. Деревья здесь были узловатыми, их кора серой и извивающейся, как артритные пальцы.
И вот она. Башня оставалась... статичной... и в этом была проблема.
В динамичном мире, где действия игроков оставляли шрамы на ландшафте, а мобы возрождались в новых конфигурациях, Башня была подозрительно хорошо сохранена.
Она стояла на фоне неба, шпиль бледного камня, пьющий свет.
Каге остановился в десяти метрах от двери.
Он ждал. Он слушал.
Тишина доминировала в пространстве. Аудиоканал был мертвым эфиром, преднамеренной пустотой в миксе, где должны были быть птицы, ветер и другие звуки.
Он шагнул вперед и положил руку на тяжелую дубовую дверь. Его характеристика Искусство, теперь на респектабельной отметке 73, вспыхнула.
Текстура под его пальцами ощущалась как глубокая, бездонная пропасть.
Дозвуковая вибрация пробежала по его руке, оседая в зубах. На вкус она была как старая, сухая бумага.
Каге толкнул. Дверь распахнулась на бесшумных петлях.
Он шагнул в пыль и механизмы.
Интерьер кабинета Хронографа сохранил точное состояние, в котором он его оставил. Массивный латунный Оррерий в центре комнаты продолжал вращаться, его шестерни щелкали в ритме, оторванном от глобального серверного времени игры. Воздух был густым от пылинок, зависших в лучах золотого света, парящих, словно физический движок приостановил гравитацию.
Хронограф стоял у дальнего окна, спиной к двери. Он был хрупким силуэтом в робах цвета сумерек, сгорбившись над пюпитром.
— Копание прекратилось, — сказал старик.
Его голос обошел акустику, достигая ушей Каге сухим и хриплым, как листья, волочащиеся по мостовой.
— Вой стих, — продолжил Хронограф, медленно поворачиваясь. — Пес наконец спит.
Лицо NPC было испещрено морщинами, но его глаза... Каге забыл их интенсивность. Расплавленное золото. Немигающие. Словно они могли видеть сквозь аватар Каге.
— Это было... — Хронограф склонил голову, как птица. — ...удивительно мягкое завершение. Я почувствовал, как чернила высохли на той странице.
Каге напрягся. Он сохранял нейтральное выражение лица, маска обычного «Серого Человека» крепко сидела, но его разум мчался. Каге убил — точнее, отредактировал — Клыкача за много миль отсюда. Зона была пуста, за исключением игроков, и лор нигде не распространялся.
— Логика требовала этого, — сказал Каге, его голос был ровным. Он опирался на персону «Оператора», используя ее как щит. — Цикл возрождения, основанный на вечной панике, неэффективен. Я исправил сценарий.
Хронограф улыбнулся, выражая собой профессора, наблюдающего, как студент лжет о том, почему он опоздал.
— Логика, — размышлял Хронограф. Он двинулся к Оррерию, его рука скользнула по воздуху. Пылинки расступились вокруг его пальцев, как вода. — Ты ткешь одеяло из холодного расчета, чтобы согреть себя, Архитектор. Но ты не использовал калькулятор, чтобы бросить вызов атаке Клыкача. Ты, — улыбка, — использовал Обещание. Это переменная, которую ни одно уравнение не может учесть.
Каге шагнул дальше в комнату, половицы бесшумно скрипели под его ботинками. Он пришел сюда не для обсуждения своих чувств. Он пришел сюда за ответами.
— Я пришел не для оценки эффективности, — сказал Каге. — Я пришел из-за квеста, меча.
— Меча, который ты отверг, — поправил Хронограф. — И все же вопрос остается.
Каге вызвал свой журнал квестов, текст светился в его поле зрения. Разрушенная Корона.
— У меня теперь две истории, — сказал Каге. — Одна называет короля Валериуса Тираном, который копил власть, монстром, который покупал у предателей наркотические камни, меняющие реальность. Это история, в которую верит мир. Это «Правосудие Основателя».
Каге замолчал, синестезия снова вспыхнула. Упоминание Валериуса было горьким на вкус, как железные опилки на языке.
— Но я видел альтернативу, — тихо продолжил Каге. — Когда я прикоснулся к Клыкачу... я увидел усталого мужчину с зеленым яблоком. Мужчину, который, по-видимому, играл монстра, чтобы спасти свое королевство от чего-то худшего. Он говорил о «Тьме», где путь заканчивается.
Каге посмотрел прямо в эти расплавленные золотые глаза.
— Что из этого маска, а что лицо? Он был спасителем или тираном?
Хронограф остановил Оррерий одним легким прикосновением. Щелчки шестерен умолкли. Тишина в комнате углубилась, воздух стал плотным.
— Вы просите координату, Архитектор, — пробормотал Хронограф. — Вы хотите бинарное значение. Истина или Ложь. Ноль или Единица.
Старик подошел к книжному шкафу, который тянулся вверх в полумрак потолка. Он провел длинным пальцем по корешкам книг, которые, как подозревал Каге, больше нигде в игре не существовали.
— История — это не карта, — сказал Хронограф, его голос понизился на октаву, теряя хрипоту и приобретая гул тектонических плит. — Это холст, тысячу раз закрашенный. Краска трескается. Старые цвета проступают. Валериус... был трагедией добрых намерений. Он верил, что если он станет величайшим злодеем, у мира не останется выбора, кроме как объединиться, чтобы стать героем.
— Это уход от ответа, — резко сказал Каге, раздраженный загадочной речью. — Где доказательства? Где наследие, которое он спрятал?
Хронограф повернулся, его робы сместились, как дым.
— Этого я не могу вам сказать. Я всего лишь наблюдатель берегов реки; я не плаваю по течению. Река течет, куда ей угодно.
Каге почувствовал укол раздражения, бурлящий в груди. Ради всего святого, не мог ли он хоть раз сказать что-то конкретное?
Хронограф указал пальцем на Каге.
— Если вы ищете его тень, вы должны идти, пока не погаснет свет. Истина живет в местах, которых солнце боится коснуться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обновление Квеста: Разрушенная Корона
Новая Цель: Ищите место, где гаснет свет.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге мысленно смахнул уведомление.
— Загадочно. Полезно. Но недостаточно.
Каге сделал шаг вперед, сокращая расстояние.
— Вы не обычный NPC, — сказал Каге. — Вы дали мне Перо. Вы знали о парадоксе до того, как я его нашел. Легендарные и Мифические квесты. Вы знали, что я сделал с Клыкачом. Кто вы на самом деле?
Давление воздуха в комнате мгновенно упало.
Пылинки замерли, затем стали серыми, теряя цвет. Свет, проникающий через окна, потускнел, хотя небо снаружи оставалось пронзительно, безоблачно синим.
Хронограф не двигался, но внезапно он показался больше. Выше. Маска «Дедушки» сползла, и на долю секунды Каге почувствовал, что стоит перед коллапсирующей звездой.
Хронограф усмехнулся. Звучало, как камни, скрежещущие глубоко под землей.
— Вы ищете мое имя?
Сущность посмотрела на Каге с пронзительной интенсивностью, от которой интерфейс Каге замерцал помехами.
— Прошло много времени с тех пор, как оно мне пригодилось, — мягко сказал Хронограф. — Осторожнее, Архитектор. Слова — ваше оружие, но Имена... Имена — это само оружие. Имя — это поводья и удила. Назвать что-либо — значит заявить о господстве над его природой. Вы, из всех людей — ваятель реальности — должны знать их ужасающий вес.
Каге держал позицию, хотя его инстинкт кендоиста кричал ему отступать, разорвать линию видимости.
Хронограф улыбнулся, и давление исчезло так же быстро, как и появилось.
— На рассвете, прежде чем чернила высохли, меня звали Вха’Руин.
БУМ.
Имя ударило по Каге, как безмолвная ударная волна.
Окна задрожали. Оррерий дико закрутился в обратную сторону на три секунды, прежде чем заклинить.
Системное окно попыталось материализоваться перед глазами Каге, чтобы записать имя, но текст мгновенно повредился, буквы V-H-A-R-H-U-I-N вышли за границы окна интерфейса, стекая по его интерфейсу, как черное масло, прежде чем исчезнуть.
— Я отдаю это вам свободно, — прошептала сущность. — Не принимайте это за подарок. Я отдаю это, потому что знаю, что вы не сможете его удержать. Вы можете знать слово, но не сможете нести этот вес. Пока нет.
Каге вздохнул, заставляя свой сердечный ритм стабилизироваться.
— Понял, — сказал Каге, его голос был на удивление ровным.
Он решил сменить тактику. Прямой штурм лора был заблокирован платой за власть, которую он пока не мог себе позволить. Ему нужна была боковая дверь.
— Поскольку Король вне пределов, — сказал Каге, — вы знаете что-нибудь о Семени? Сердце Мерцающего Леса.
Он вызвал подсказку для Уникального Квеста, который он получил в Сторожевой Башне. Спящее Семя.
Цель: Найдите сердце Мерцающего Леса и раскройте природу спящего семени.
Выражение Вха’Руина изменилось. Элдрическая интенсивность исчезла, сменившись искренней грустью.
— Ах, — вздохнул он. — Семя Безмолвия.
Старик подошел к большой пыльной карте, прикрепленной к каменной стене. На ней был изображен континент, но королевства были названы на языках, которые Каге не узнавал.
Вха’Руин постучал по месту далеко на Востоке, глубоко в изумрудном пространстве.
— Эльфы Сильванского Леса ревностно оберегают свое молчание, — сказал Вха’Руин. — Они верят, что если они будут петь одну и ту же песню вечно, листья никогда не опадут. Они верят, что если они откажутся признавать осень, лето никогда не закончится.
Он повернулся обратно к Каге.
— Но ничто не спит вечно, Архитектор. Гниль ждет под корнями. Даже самая красивая песня должна закончиться.
— Значит, — отметил Каге. — Эльфы.
Вха’Руин махнул рукой в сторону двери.
— Отправляйтесь в Элондрию, Серебряный Город. Ищите Хор Первого Рассвета. Но будьте осторожны, эльфы предпочитают, чтобы их история... — он попробовал слово на вкус. — Застаивалась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обновление Квеста: Спящее Семя
Цель: Отправляйтесь в Сильванский Лес и найдите вход в Элондрию.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге кивнул. Это были пригодные для действия разведданные. Местоположение. Фракция. Цель. Оператор был удовлетворен.
— Спасибо, — сказал Каге.
— Не благодарите меня, — ответил Вха’Руин, возвращаясь к своему пюпитру. — Я всего лишь наблюдаю, как высыхают чернила. Это вы настаиваете на том, чтобы их проливать.
Каге повернулся и подошел к тяжелой дубовой двери. Его ботинки стучали по камню. Он чувствовал, как взгляд золотых глаз прожигает его спину, но он не обернулся.
Он толкнул дверь, позволяя яркому, искусственному солнечному свету мира хлынуть в пыльный мрак.
Когда тяжелое дерево со скрипом закрылось за ним, отрезая вид на древний кабинет, Каге показалось, что он услышал шепот. Он был слабым, несомым ветром безмолвной башни.
— Сначала Архитектор...
Каге замер, его рука все еще лежала на железном кольце двери.
— ...Затем Арбитр.
Низкий, тектонический смешок завибрировал сквозь камень.
— Порядок совершенно неверен. Но, возможно... в этом и состоит секрет Короны.
Каге нахмурился.
Арбитр.
— Конкуренция, — пробормотал Каге, его глаза сузились, когда он смотрел на холмистые поля стартовой зоны.
Улыбка дернула уголок его рта.
Тяжелая дубовая дверь башни Хронографа захлопнулась, отделяя тишину истории от шума настоящего.
Каге стоял на каменных ступенях, глубоко вдыхая воздух учебной зоны. Он пах сосновой смолой, симулированным дождем и слабым медным привкусом тысячи игроков, гриндивших кабанов ради медных монет.
Он проверил свои внутренние часы. Он слишком долго находился в стартовой экосистеме. Он выжал лимон досуха: извлек лор, сломал экономику, выковал легенду и расстроил местных божеств. Здесь больше не осталось сока.
Пришло время переезжать.
Он открыл инвентарь, его глаза пробежались по сетке.
Текущая Валюта: 10 Золотых, 22 Серебряных, 44 Медных.
Смехотворная сумма. В текущей экономике, где средний игрок праздновал выпадение пятидесяти серебряных монет, Каге ходил с ВВП небольшой гильдии.
Оператор немедленно начал проводить анализ затрат и выгод по избыточному капиталу.
Вариант А: Экипировка.
Он посмотрел на себя. Он все еще носил Драную Тунику Новичка. Она давала +1 к Броне и ноль достоинства. Сильный ветер нанес бы ему проникающий урон. На Аукционном Доме, несомненно, были кожаные комплекты Необычного качества 10-го уровня, которые значительно увеличили бы его Ловкость и Выносливость.
Но оно того не стоит.
Кривая инфляции в новой ММО была вертикальной. Комплект Редкой брони 10-го уровня, стоящий сегодня 5 золотых, через неделю был бы мусором для торговца, продаваемым за 2 серебра. Покупка снаряжения по ценам запуска была игрой для простаков. Это была покупка обесценивающегося актива по пиковой пузырьковой стоимости.
Кроме того, его билд не был заточен под танкование ударов. Он был заточен под их нивелирование. Если вражеский меч соприкасался с его грудью, он уже проиграл уравнение.
Вариант Б: Копить Золото.
Тоже плохо.
Золото, лежащее в сумке, было мертвым капиталом. Его нужно было конвертировать в полезность, которая ускорила бы его скорость фарма в следующей зоне. Ускорение означало более высокие уровни, что означало лучший лут, что означало больше золота. Скорость оборота денег была ключевой.
Вариант В: Инфраструктура.
Глаза Каге скользнули в нижний правый угол его зрения, где ощущалось постоянное, ноющее чувство давления.
Вес: 31 / 47
Синестезия переводила механику веса в физическое ощущение. Это было похоже на тонкую гравитационную воронку, пытающуюся притянуть его плечи вниз. Это еще не было критично, но раздражало.
Как Поэт, его рост Силы был... приличным для этого класса. У него было 27 Силы, в основном от снаряжения, звания и первоначального распределения. Каждое очко Силы давало 1 единицу грузоподъемности. Воин его уровня носил бы 70 или 80 единиц с его стартовым бонусом к весу.
Каге, однако, играл в симулятор управления инвентарем на Сложном Режиме.
— Мне нужна логистика, — пробормотал Каге, отталкиваясь от каменных перил и направляясь обратно к городским воротам.
Оукхейвен был буйством цвета и шума.
Каге двигался сквозь толпу, как призрак. У него не было навыка скрытности, но его походка — экономичная, лишенная лишних движений, глаза, устремленные вдаль — создавала поле «Не Разговаривайте Со Мной», которое было почти сверхъестественным.
Он кратко рассмотрел возможность продажи Клинка Самопровозглашенного Короля для вливания капитала, но Оператор немедленно отметил риск. Уникальное описание предмета, особенно унизительная механика крика, было цифровым отпечатком. Группа Зары видела его в действии.
Если бы меч появился на Аукционном Доме, они мгновенно связали бы Каге с анонимным создателем Наплечников. Это была свободная нить, которую он не мог себе позволить тянуть.
— Ищу группу Гоблинские Шахты Нужен Целитель/Танк
— Продаю Волчьи Шкуры дешево!!!
Он обошел массивного игрока, который танцевал на почтовом ящике, и нырнул в Общий Магазин.
NPC за прилавком, лысеющий мужчина по имени Миллер, предложил заготовленное приветствие.
— Лучшие товары в долине, путник!
Каге проигнорировал текст-описание и вызвал торговый интерфейс. Он прокрутил мимо факелов, пайков и базовых кирок.
Его глаза остановились на призе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мешочек Путника, Измерений Травяной
Тип: Контейнер
Вместимость: 12 слотов
Уникальный Эффект: Пространственное плетение уменьшает вес собираемых материалов на 25%. Добавляет +15 к Вместимости по Весу.
Стоимость: 3 Золотых.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мешочек Путника, Измерений Шахтерский
Тип: Контейнер
Вместимость: 12 слотов
Уникальный Эффект: Пространственное плетение уменьшает вес добываемых материалов на 25%. Добавляет +15 к Вместимости по Весу.
Стоимость: 3 Золотых.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Это было вымогательство. Это было грабежом на большой дороге. Но на данный момент... это были предметы высшей роскоши.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-5 Золотых 42 Серебра
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Счетчик монет в его поле зрения резко опустился. Это было физически больно, острый укол за глазами, когда богатство испарилось.
Но когда он надел сумки, вставив их в слоты на поясе, ощущение гравитации исчезло.
Вес: 31 / 77
Мир стал легче. Его шаг стал пружинистее. «Давление» на его плечах растворилось в прохладном, воздушном бризе.
Теперь он мог оставаться на поле вдвое дольше, не возвращаясь в город. Меньше времени на перемещение равно больше времени на убийство.
Его следующая остановка была тише.
Запах толченого шалфея и влажной земли ударил ему в нос, прежде чем он увидел вывеску «Зеленая Аптека».
Он толкнул дверь. Колокольчик звякнул.
Старая Аня была за прилавком, растирая сушеные корни в ступке.
Как только Каге подошел, она остановилась и подняла взгляд, ее острые умные глаза посмотрели поверх очков. Она изучала его.
— Каге! Ты чувствуешь себя... иначе, — мягко сказала она. — Как клинок, который наконец нашел свой точильный камень. Но и тяжелее.
Каге просто постучал по рукояти Мумьё, Преданной Тени в ответ.
Аня усмехнулась, сухой, теплый звук.
— Прагматичная душа до конца. Но даже прагматикам нужно топливо для огня.
— Именно поэтому я здесь, — сказал Каге. — Мне нужны припасы. Мана.
Аня кивнула. Она потянулась под прилавок и достала ящик с флаконами, светящимися глубоким сапфировым светом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Дистиллированная Ясность Ани (Ранг 2)
Тип: Расходник (Зелье)
Эффект: Восстанавливает 35 Маны/с в течение 10 секунд.
Текст-описание: Сварено из залитых лунным светом лепестков и намерения.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Для обычного мага это было топливо для огненных шаров. Для Каге, благодаря его пассивке Поэтический Дух, это были боеприпасы для Искусства.
...Любые добавления к Мане и Регенерации Маны вместо этого дают Авен и Регенерацию Авена...
Его ресурсы были его узким местом. Создание стаков Ритмического Потока стоило Авена. Сложение Стихов стоило Авена. Его искажающее реальность отрицание физики... все это сжигало его полоску Авена быстрее, чем протекающая топливная магистраль.
— Сколько? — спросила Аня.
— Один стак, — сказал Каге.
Аня подняла бровь.
— На войну собираешься?
— На работу иду, — поправил Каге. — То же самое.
— Два золотых, тогда, — сказала Аня. Она не торговалась. Она знала ценность своего ремесла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-2 Золотых
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге согласился, полностью осознавая, что это уже цена со скидкой после его известности, и смел зелья — 100 штук в одном стаке — в свои новые Пространственные Мешочки. Они исчезли в пустоте с приятным звуком «шлеп».
У него осталось 2 Золотых, 22 Серебряных.
Достаточно для пополнения запасов в дороге, если потребуется.
Каге повернулся, чтобы уйти, но остановился у двери.
— Аня, — сказал он. Он не обернулся.
— Да?
Каге замешкался. Оператор рассчитал полезность социальных любезностей: ноль. Особенно для NPC. Транзакция была завершена, золото вычтено. Тем не менее, его рука оставалась неподвижной на дверной защелке.
— Спасибо, — сказал он наконец.
Шелест трав позади него прекратился. Аня вытерла свои испачканные зеленью руки, широкая, по-бабушкински добрая улыбка расплылась по ее обветренному лицу.
— Иди, — тепло сказала она. — Напиши что-нибудь хорошее.
Каге вышел из ворот Оукхейвена.
Теплые, золотистые оттенки Оукхейвена исчезли, сменившись более резким, высококонтрастным освещением дикой природы.
Большинство игроков возвращались к надежному гринду Гоблинских Шахт. Лидеры двигались на Север, к первому основному городу-хабу после стартовой зоны.
Каге пошел на неизведанный Восток.
Сильванский Лес был не просто следующей зоной; он находился глубоко в тумане войны. На третий день игры никто не заходил так далеко. Или, если каким-то образом и заходил, то уж точно не выкладывал прохождения на форумах. Информация была рычагом, и никто не отдавал монополию бесплатно. Он не знал, сколько времени займет путь, только то, что ему нужно было идти, пока биомы не начнут постоянно меняться.
Анализ форумов показал, что Восток был худшей зоной для продвижения из Шепчущих Лесов. У него был самый высокий порог входа, поэтому можно было с уверенностью сказать, что там еще никого не было. Подавляющее большинство игроков двигалось бы к центру континента, к первому крупному городскому хабу.
Он переступил невидимую границу Шепчущих Лесов. Система мигнула предупреждением агрессивным красным текстом, приостанавливая обычные фоновые уведомления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Внимание: Вы покидаете Стартовую Зону.
Вход на Континент: Терравита.
Зона: Предгорья Пепельной Долины
Диапазон Уровней: 25-35
Уровень Опасности: Экстремальный
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он был 14-го уровня. Математика была ужасающей. Стандартный моб здесь по сути имел характеристики босса по сравнению с его текущими.
Он шел, его осанка была расслабленной.
Ему не нужна была Синестезия или системное оповещение, чтобы понять, что он не один. Он годами выживал в соревновательном мире; он знал, что такое быть преследуемым. Это была птица, которая резко прекратила петь в пятидесяти метрах позади. Это был шорох ботинка по сухой земле, который не совпадал с ритмом ветра.
Его Синестезия просто подтвердила то, что его инстинкты уже отметили. Мир позади него пах резко. Едко. Как уксус и горелый провод.
Намерение.
Один... два... три отчетливых сигнатуры, отсчитывал Каге, не поворачивая головы.
Он заметил их в тот момент, когда вышел из Общего Магазина. Они задержались у фонтана, пока он навещал Аню. Они следовали за ним до ворот.
ПКшники? Возможно. Или просто оппортунистические воры, которые видели, как одинокий игрок покупал дорогие сумки.
Обычно Оператор счел бы это неэффективностью. Пустой тратой времени. Логичным шагом было бы ускориться, активировать бафф скорости и исчезнуть в лесу. У него была мобильность, чтобы обогнать что угодно в этом уровневом диапазоне, если он найдет правильную рифму.
Но сегодня...
Каге остановился.
Он посмотрел на цифровое небо. Идеально, безоблачно синее.
Он подумал о Таблице. О сроке платежа. О стрессе, который сломал его скорлупу. Об облегчении, которое нахлынуло.
Он подумал о словах Вха’Руина. Арбитр.
— PvE становится скучным, — сказал Каге пустой дороге.
Он медленно обернулся.
Дорога позади него казалась пустой. Только шуршащие кусты и пятнистый солнечный свет.
Но Каге видел правду. Он видел глюк в свете, где Разбойник использовал базовый навык Скрытности. Он видел «тяжесть» в высокой траве, где Воин лежал ничком.
Они ждали, пока он достигнет точки засады у моста впереди.
Каге улыбнулся. Это была не добрая улыбка. Это была улыбка напряженного бухгалтера, который только что понял, что может ударить цифры по лицу.
Он просто стоял посреди дороги, одинокая фигура в рваной тунике 1-го уровня, выглядя как самое легкое убийство на сервере.
Его рука скользнула к рукояти Мумьё. Клинок один раз пульсировал — теплый, жаждущий, голодный.
Терпение, подумал он. Скоро.
Меч успокоился, но он чувствовал, как его предвкушение мурлычет в его ладони, как второе сердцебиение.
Предгорья Пепельной Долины простирались перед ним, золотистые в свете позднего дня. Где-то за ними лежали Сильванский Лес, Серебряный Город и ответы на вопросы, которые он еще не задал.
Но сначала небольшой крюк.
Просто короткий разговор с новыми друзьями.
— Если вы собираетесь следовать за мной, — крикнул Каге, его голос был спокойным и идеально разносился в тишине, — вам стоило бы заплатить за сумки получше.
Он наклонил голову, прислушиваясь к ритму их колебаний.
— Потому что вам понадобится место, чтобы нести свои сожаления.
Конец Книги 1
Заметка от Nejm
Это конец Книги 1 (да, заканчивается на кульминации).
Первая книга была задумана как... введение в историю, помещающее Каге, по сути, в отправную точку. Книга 2 отправит Каге в полностью заслуженные приключения, когда он будет бороться за то, чтобы привести свою жизнь в порядок. Мы только начинаем, основы заложены, и я очень рад, что вы все с нами в этом путешествии. :)
Спасибо всем, кто читает, комментирует и указывает на опечатки. Особенно тем из вас, кто помог истории охватить больше людей, ставя оценки и подписываясь. Если вам понравилось читать до сих пор, эта активность — лучший способ помочь истории расти.
Увидимся в Книге 2.
Тишина тянулась. И тянулась. И тянулась.
Каге стоял посреди пыльной дороги, руки в карманах, слушая, как ветер шелестит в умирающей траве переходной зоны. Ворон каркнул где-то слева, звуча скучающе.
Прошло десять секунд.
Пятнадцать.
Это была специфическая социальная неловкость, существующая только в онлайн-играх — разрыв между драматичным вызовом и осознанием того, что другая сторона, вероятно, спорит в частном Discord-канале о том, кто должен идти первым.
Неэффективно, подумал Каге, наблюдая, как мимо прокатывается цифровой перекати-поле. Я трачу деньги, стоя здесь.
— Ребята, — наконец раздался голос из-за валуна справа. Он звучал раздраженно. — Он смотрит прямо на нас. Элемент неожиданности исчез. Просто идите.
— Заткнись, Бенни, я ждал откатов, — прошипел второй голос из высокой травы.
— Он носит стартовое снаряжение, — пробормотал третий голос, более низкий, из-за линии деревьев. — Нам не нужны откаты. Нам нужно перестать пригибаться в кустах, как идиоты.
С шорохом листвы, который подозрительно напоминал накладывающиеся аудиофайлы, охотничья группа вышла на дорогу.
Их было трое.
Во-первых, говорящий из-за валуна: Разбойник с именем ShadowSlice, парящим над головой. Он носил разношерстный комплект кожаной брони, окрашенный в острый черный цвет, который ужасно контрастировал с ярким послеполуденным солнцем. Он крутил пару кинжалов, уронил один и быстро поднял его, надеясь, что никто не заметил.
Во-вторых, голос из травы: Рейнджер по имени Legolas_v2 — потому что оригинальные мысли, очевидно, были премиальной валютой, которую он не мог себе позволить — держал длинный лук с уже натянутой стрелой.
И, наконец, низкий голос: Воин по имени BeefSupreme. Он был самым экипированным из троих, носил частичный комплект Железной Латы, который скрипел при ходьбе. Он нес двуручный топор, который выглядел достаточно тяжелым, чтобы причинить его аватару проблемы со спиной.
Каге не двигался. Он просто смотрел на них.
Его Синестезия омыла сцену, переводя данные об угрозе в сенсорный ввод.
ShadowSlice на вкус был как кислое молоко — низкая угроза, вероятно, полагался на дешевые механики оглушения. Legolas_v2 ощущался как навязчивый зуд — раздражающий радиус действия, низкий урон от взрыва. BeefSupreme резонировал как пустой барабан — высокий запас здоровья, много шума, в основном пустое пространство внутри.
— Итак, — сказал BeefSupreme, положив топор на плечо и шагнув вперед. Он выпятил грудь. — Ты нас видел.
— У тебя скрытность кирпича, — сказал Каге. — И ты пахнешь дешевой медью.
Воин моргнул.
— Я... что? Медью?
— Метафора, — сказал Каге. Он взглянул на свои внутренние часы. — Мы будем это делать? Комиссии за транзакции моего времени накапливаются.
ShadowSlice шагнул вперед, ухмыляясь. Он указал кинжалом на Каге.
— Слушай, приятель. Мы видели, как ты скупал Аптеку. Мы видели сумки. Премиальное место в инвентаре. Это значит, у тебя есть золото.
— И, — подхватил Legolas_v2, — ты идешь в PvP-зону, одетый в... — Он замолчал, прищурившись, глядя на Каге. — Это что, Туника Новичка 1-го уровня? И... это Прочные Штаны Прораба?
— Выглядит, — фыркнул BeefSupreme. — Он, наверное, один из тех «айронменов», казуальщиков. Но посмотри на меч. Эта штука выглядит странно.
Все посмотрели на Мумьё. Черный клинок висел на бедре Каге, пустота в солнечном свете. Он не отражал свет. Красная жилка вдоль его спинки медленно пульсировала, сердцебиение чистой злобы.
— Мы заберем сумки, — заявил BeefSupreme, входя в отрепетированный ритм грабителя, насмотревшегося слишком много фильмов. — Зелья. Золото. И брось меч. Сделаешь это, и мы не отправим тебя обратно на кладбище. Ты ведь знаешь правила штрафов, нуб? Умрешь — уронишь часть снаряжения и половину наличности.
Каге вздохнул.
Он знал «математику». Смерть означала потерю одного уровня, одного случайного экипированного предмета или стопки инвентаря, плюс, обычно, 50% переносимой волатильной валюты. То есть, если эти 50% находились в пределах рассчитанного «лимита». Какого лимита? Никто не знал. Разработчики лишь упомянули, что существует алгоритм, предотвращающий крайние случаи. Это было суровое наказание, разработанное для поддержания дефляционной экономики игры.
Для них его убийство было лотерейным билетом.
Для него смерть была недопустимым отклонением от прогноза.
— Вот контрпредложение, — сказал Каге. Его голос был ровным, лишенным театральной агрессии, которую они проецировали. — Вы атакуете. Я защищаюсь. Вы умираете. Я вас лутаю. Мы экономим примерно две минуты позерства.
Три ПКшника уставились на него.
— Он серьезно? — рассмеялся ShadowSlice, резкий, отрывистый звук. — Он 14-го уровня... подождите. — Он прищурился, глядя на неймплейт Каге. — Каге. Класс... Поэт?
Legolas_v2 фыркнул.
— Он поэт? Он собирается зарифмовать нас до смерти? Тогда меч только для ролевой игры?
— Берите его, — приказал BeefSupreme, опуская забрало. — Легкие деньги.
Воздух изменился.
«Вежливость» ММО исчезла, сменившись резким, металлическим привкусом начала боя.
Legolas_v2 выстрелил. Стрела просвистела в воздухе, нацеленная в центр массы.
В то же время BeefSupreme активировал Рывок, превратившись в размытое пятно движения, когда он бросился вперед, топор поднят для Силового Удара. ShadowSlice исчез в Скрытности, явно целясь во фланг.
Классическое тройное столкновение. Танк создает пространство, Рейнджер оказывает давление, Разбойник бьет по критической точке. Как по учебнику. Скучно.
Каге не сопротивлялся трению.
Он сжал рукоять, и Мумьё повиновался, его плотность упала до плотности полой тростинки.
Он щелкнул запястьем. Клинок вылетел из ножен, не обремененный физикой или весом. Стандартный выхват требовал от руки преодолеть центр тяжести оружия, занимая драгоценные кадры анимации. Это требовало лишь движения собственной руки Каге.
Быстро. Не мгновенно — его характеристика Ловкости все еще была никудышной — но без трения.
Дзынь.
Стрела ударила плашмя по клинку и разбилась. Он просто наблюдал, как пальцы Рейнджера дернулись на тетиве лука, рассчитал траекторию стандартного снаряда и поместил клинок в математику.
— Что за... — начал Legolas_v2.
BeefSupreme врезался в него. Воин был 15-го уровня, полностью закованный в броню, несущий инерцию товарного поезда. Топор опустился тяжелой рубящей дугой, предназначенной для пробития защиты и оглушения более легких противников.
Каге не упирался. Упирание полагалось на Силу, и хотя его Сила была приличной, Сила Воина, несомненно, была выше.
Вместо этого Каге отступил в сторону.
Один, отчетливый шаг влево, ровно на четыре дюйма за пределами хитбокса топора.
Топор врезался в землю там, где Каге был кадром ранее.
Воин хмыкнул, застряв в анимации восстановления своей тяжелой атаки. Каге наблюдал за топором, застрявшим в земле.
Возможность.
Каге мысленно нажал клавишу для своего Сложения Стихов. Форма I.
Название: Ограничение движения.
— Связать, — прошептал Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-70 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Воздух вокруг поножей BeefSupreme скорчился. Концепт ограничения применил себя к реальности. Воин попытался вытащить свой топор и отступить, но его колени заблокировались. В течение следующих двух секунд концепт движения был просто запрещен для его нижней части тела.
— Я застрял! Глюк! Лаг! — закричал BeefSupreme.
Позади Каге звуковой сигнал был почти незаметен. Мягкий шорох кожи.
Разбойник.
Каге не обернулся. У него не было времени. Удар в спину Разбойника обычно наносил 300% урона, если попадал в заднюю дугу. При его уровне брони это был ваншот.
Ему нужно было заблокировать свою шестерку.
Каге отдернул локоть назад.
В обычном физическом движке взмах мечом назад из фронтальной защиты медленный. Нужно преодолеть прямой вес клинка, повернуть запястье и бороться с вращательной инерцией оружия.
Но Мумьё не имел массы в движении.
Черный клинок прижался к его предплечью. Не было ни замаха, ни сопротивления, ни гравитации, борющейся с кончиком. Он двигался ровно так быстро, как могла двигаться рука Каге, идеально отслеживая вектор без задержки, вызванной весом.
Глухой удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Раздался металлический визг, когда кинжалы ShadowSlice врезались в клинок Мумьё, в дюймах от спины Каге.
— Что за х— — ахнул Разбойник, вываливаясь из невидимости, его глаза были широко раскрыты.
Клинок внезапно снова обрел свой полный вес при контакте. Каге хмыкнул, чувствуя, как удар сотрясает его локоть, Биологический Хлыст от остановки объекта нулевой массы, который внезапно стал тремя фунтами стали, чтобы поглотить удар. Его вращательная манжета горела.
Ограничь крутящий момент, напомнил он себе. Мои суставы не Легендарного грейда.
Каге развернулся на пятке. Теперь он стоял лицом к лицу с разбойником.
Он рубанул.
Мумьё двигался по шаблону «Z». Но он не тек как Z; он проявлялся как три расходящиеся линии тьмы. С каждым резким изменением направления клинок оставлял на воздухе размытое пятно; статичное, серое послеобращение, которое отказывалось мгновенно исчезать.
Рубящий-Стоп-Рубящий-Стоп-Колющий.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-82 ОЗ
-84 ОЗ
Критический Удар! -160 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Полоска здоровья ShadowSlice испарилась. Разбойник закричал, когда третий удар, колющий, пронзил его кожаный нагрудник без сопротивления, прежде чем застыть внутри хитбокса его аватара. Три отчетливые тени следовали за движением, загромождая визуальное поле, как графический глюк.
— Хил! Бенни, хиль меня! Его модель оружия глючит! — завизжал Разбойник, отмахиваясь от остаточного изображения
остаточные изображения.
— Я РЕЙНДЖЕР! — крикнул Legolas_v2 из заднего ряда, неуклюже доставая еще одну стрелу.
Каге пнул ShadowSlice в грудь. Это нанесло незначительный урон (3 ОЗ), но отбросило разбойника обратно в радиус действия BeefSupreme, который только что понял, что его ноги снова работают.
— Убирайся с дороги! — взревел Воин, поднимая топор.
Твенг.
Звук прорезал хаос. Legolas_v2 нашел свою смелость. С двадцати метров назад он выпустил способность, и две стрелы засветились слабым зеленым ореолом, вращаясь друг вокруг друга, отслеживая центр массы Каге.
Каге находился в приседе. Он не мог уклониться. Он не мог парировать, не подставив спину Воину.
Ему нужно было переписать логику снаряда. Одной было достаточно.
Название: Кинетический Провал
Он составил поэму в уме; произнести ее вслух не успел бы.
— «Цели сей скорость должна спасть, / Пусть сила Ослабнет, чтоб ей не бывать».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-100 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зеленая аура вокруг стрелы замерцала и погасла. Древко, внезапно лишенное магического усиления и импульса, поникло. Дерево деформировалось, становясь мягким и податливым в воздухе.
Первая, нетронутая стрела попала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вторая ударила Каге в плечо, как мокрый шлепок вялой древесины.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-10 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Legolas_v2 опустил лук, его рот был открыт.
— Она... она просто сдалась.
Каге проигнорировал его. Воин был на середине замаха.
— Убирайся с дороги! — взревел Воин, размахивая топором в широком горизонтальном рассекающем ударе, пытаясь ударить Каге через своего же товарища по команде.
Правила PvP в открытом мире предусматривали полную физику столкновений, и, к несчастью для них, дружественный огонь был налогом на идиотов.
Каге улыбнулся.
Он опустился в низкий присед, практически сидя на корточках.
Топор BeefSupreme просвистел над головой Каге и врезался прямо в лицо ShadowSlice.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -180 ОЗ
Игрок ShadowSlice убит.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Чувак! — взревел Воин.
Каге резко поднялся из приседа. На этот раз он не использовал Стих. Он просто воспользовался моментом.
Шаг. Скольжение. Укол.
Он вошел в защиту Воина, пока топор все еще завершал свой последующий удар. Мумьё вылетел, как язык змеи.
Горло.
Четвертая тень присоединилась к следу за клинком, повиснув в воздухе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -104 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Под мышкой.
Пятая тень зафиксировалась на месте. Воздух вокруг клинка, казалось, сгустился, серые отголоски вибрировали с подавленным намерением.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -96 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Промежуток колена.
Каге вонзил клинок в открытый сустав. Когда Мумьё отступил, накопленная масса теней не исчезла. Они отделились, образуя единый, твердый фантом, который атаковал мгновение спустя, впиваясь в тот же пиксель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
Фантомный Удар: -81 ОЗ (Эфирный)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Воу, двойной удар? — заикаясь, сказал BeefSupreme, наблюдая, как второе число урона выскочило от одного удара. — Лаг сервера — это отстой.
Числа урона прокручивались вверх, как водопад. Мумьё наносил почти 50 урона за удар, и его скорость атаки была смехотворной. Каге бил дважды на каждую неуклюжую анимацию Воина. Для BeefSupreme это, должно быть, выглядело так, будто Каге использовал спидхак.
— Прекрати хакать! — взревел BeefSupreme, пытаясь нанести удар сверху.
Каге видел приближающийся удар. Тяжелая железная плита. Ритм атаки был медленным: РАЗ-ДВА.
Каге соответствовал ритму.
Раз...
Он сочинил стих в уме; произнести его вслух не хватило бы времени.
Название: Отказ.
...ДВА.
Когда топор метнулся к нему, Каге ударил открытой левой ладонью по плоской стороне лезвия топора и активировал Стих.
Удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Удар увеличен. (8%->10%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Волна силы вырвалась из его ладони.
Этого было недостаточно, чтобы нанести урон, но сила его Удара встретилась с физическим импульсом рубящего удара лицом к лицу. Силы яростно аннулировали друг друга.
Рука BeefSupreme была отброшена назад, как будто он ударился о кирпичную стену. Его защита широко открылась.
Каге выполнил кендо Цукки — удар в горло.
Мумьё исчез в линии свежей тени.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -140 ОЗ
Цель Кровоточит
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
BeefSupreme упал на колени, его полоска ОЗ мигала красным.
— Хакер, — прохрипел он. — Зарепорчен.
Каге отступил, позволяя кровотечению довести последние очки до нуля.
— Репорти сколько угодно. В логах будет показано, что тебя переиграл Поэт.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Игрок BeefSupreme убит.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге повернулся к Рейнджеру.
Legolas_v2 стоял в двадцати метрах. У него была натянута стрела, но он дрожал. Его два друга были удалены менее чем за тридцать секунд парнем в стартовой тунике.
— Я... — Рейнджер опустил лук. — Я не хотел вступать в бой! Они заставили меня!
Каге посмотрел на него. Он посмотрел на расстояние. Он посмотрел на свою полоску Авена.
— Ты сделал первый выстрел, — сказал Каге. — Действия имеют векторы. Ты не можешь их отозвать.
— Я могу выбросить свое золото! — заикаясь, сказал Рейнджер, отступая. — Я выброшу все! Просто отпусти меня! — Он замолчал. — И еще! Это «Действия имеют последствия»!
Каге наклонил голову. Проверка логики.
Если Рейнджер добровольно выбросит золото, Каге получит 100%. Если Каге убьет его, Каге получит 50%. Рейнджер предлагал урегулирование.
— Выбрось, — сказал Каге.
Legolas_v2 поспешно открыл свой инвентарь. Небольшой кожаный мешочек материализовался в воздухе и упал на землю.
— И сапоги, — добавил Каге.
— Чт-что?
— Твои сапоги, — сказал Каге, указывая Мумьё. — Похоже, у них есть Ловкость. Мои — отстой.
— Они привязаны к душе!
— Отвяжи их. Или начинай бой.
— Я... я не могу их отвязать!
— Тогда отруби себе ноги, — предложил Каге, его тон был скучающим.
— Что?!
— Просто шучу. Поделись инвентарем.
Рейнджер поделился своим окном инвентаря, чтобы подтвердить, что у него больше нет денег, повернулся и бросился к линии деревьев. Через несколько секунд он исчез, оставив свое достоинство и свою валюту позади.
Каге вложил Мумьё в ножны. Клинок исчез в своих ножнах с голодным шипением.
Он выдохнул, разминая правое плечо. Оно щелкнуло. Биологическая обратная связь от резких изменений импульса меча была реальной. Ему нужно будет быть осторожным с длительными схватками, пока его характеристики не догонят возможности оружия.
Он подошел к кучам лута.
Сначала Разбойник.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лутинг Игрока: ShadowSlice...
Получено: 1 Серебро, 44 Медных.
Получено: Кинжал Вора (Необычный)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Мусор, — пробормотал Каге.
Далее, Воин.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лутинг Игрока: BeefSupreme...
Получено: 2 Серебра, 10 Медных.
Получено: Стеганый Жилет Охотника (Уровень 8)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге сделал паузу. Он поднял предмет.
Это была не латная броня. Вероятно, она была в инвентаре Воина.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеганый Жилет Охотника
Качество: Обычное
Тип: Кожаный Нагрудник
Броня: +12
Ловкость: +1
Требования: УР 8
Описание: Подбитый шерстью и сшитый сомнительным вкусом. Пахнет мокрой собакой.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он был уродлив. Он был грязно-зеленого цвета с коричневыми заплатами на локтях. Выглядел как что-то, что гоблин надел бы на плохую свадьбу.
Каге посмотрел на свою Тунику Новичка 1-го уровня (Броня +1).
Затем он посмотрел на Жилет (Броня +12).
— Эффективность, — вздохнул он, Оператор одержал верх над Художником.
Он надел жилет.
Его аватар засиял. Драная серая тряпка была заменена громоздким, зеленым стеганым чудовищем. В сочетании с его Прочными Штанами Прораба (вощеная кожа, запачканная кровью гоблинов) и перчатками, он теперь выглядел как бездомный бродяга-убийца, который ограбил секонд-хенд в темноте.
Каге поднял мешочек с золотом Рейнджера. 8 Серебра.
Общая прибыль: примерно 11 Серебра и улучшение брони.
Затраты времени: две минуты.
ROI: Приемлемо.
— Нулевой инстинкт выживания, — сказал он пустой дороге, проходя мимо трупов своих несостоявшихся грабителей. — И еще меньше вкуса.
Он поправил свой уродливый новый жилет, чувствуя легкое повышение Ловкости, и начал идти в сторону Пепельной Долины.
Настоящая игра только начиналась.
Журнал уведомлений был разочаровывающим чтивом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Игрок BeefSupreme убит.
Игрок ShadowSlice убит.
Опыт Получен: 0
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге смахнул окно движением запястья, его разномастные ботинки хрустели по гравию дороги.
Ноль. Пусто. Ничего.
Это раздражало, но с точки зрения архитектуры Системы это был единственно логичный выбор. Если бы убийства игроков в открытом мире давали Опыт, экономика Короны Судьбы рухнула бы в течение недели. Крупные гильдии просто создавали бы «скотобойни», платя людям за создание персонажей 1-го уровня, чтобы скармливать их в мясорубку для прокачки своих элитных игроков. Стримеры устраивали бы встречи с фанатами, которые превращались в ритуальные жертвоприношения.
Он проверил свою карту. Он просто двигался на восток в туман войны — направление, которое должно было привести к Сильванскому Лесу, пышным эльфийским лесам, куда Вха’Руин направил его найти «Провидца». Но сколько времени это займет, он понятия не имел. Текущая зона была обозначена как Предгорья Пепельной Долины. Рекомендуемый уровень был 25-30.
Он был 14-го уровня.
Математика плоха, прошептал Оператор в глубине его сознания. Это проверка характеристик, которая вот-вот произойдет. Возвращайся. Гринди Кабанов.
Заткнись, возразил Вундеркинд.
Каге продолжал идти. Солнце начинало садиться, раскрашивая небо мазками синяково-фиолетового и истекающего оранжевого. Но когда он достиг последнего подъема, который отделял стартовые зоны от более широкого мира, закат не опустился за горизонт.
Он просто... умер.
Яркая зелень леса была отсечена. Будто божественная рука прошлась бритвой по текстурной карте мира. По одну сторону невидимой линии трава была пышной, оживленной легким бризом. По другую сторону мир был монохромным исследованием запустения.
Каге переступил порог.
Ветер стих. Фоновый шум леса — щебетание насекомых, шелест листьев, далекий зов птиц — мгновенно приглушился, сменившись удушающей тишиной.
Он почувствовал изменение раньше, чем увидел детали.
Это была Синестезия.
На вкус это было... как металл.
Каге поморщился, проведя языком по зубам. Воздух был густым, металлическим и досадно знакомым. Он был на вкус как слово, которое он не мог вспомнить, имя на кончике языка, которое отказывалось быть произнесенным. Это был привкус головной боли.
Слишком много сенсорных данных, отметил он, пытаясь разложить ощущения по полочкам. Игнорировать вкус. Смотреть на геометрию.
Пейзаж впереди был обширным и холмистым, состоящим из мягких, серых дюн, которые тянулись до самого зубчатого горного хребта вдали. Но «горы» было не совсем верно. Пики были слишком ритмичными.
Шел снег.
Серые хлопья дрейфовали с неба, которое имело текстуру древесного угля, размазанного по мокрому холсту. Каге протянул руку в перчатке. Большая снежинка упала на кожу.
Она, удивительно, не растаяла. Она пролежала там, прямоугольная и плоская, три секунды, прежде чем раствориться в серой пыли.
Не снег, понял Каге, стряхивая ее. Пепел.
Здесь все было пеплом. Земля была глубоким, пылевидным осадком. Дюны были заносами из этого вещества. И деревьев не было.
Он подошел к ближайшей вертикальной структуре. Издалека она выглядела как мертвая сосна, черная и зубчатая. Вблизи текстура была неправильной. Она была гладкой, стеклянной и витой.
Он постучал по ней набалдашником Мумьё.
Дзинь.
Звучало как обсидиан.
Выглядит как дым, подумал Каге, наклонив голову. Форма «дерева» была беспорядочной, поднимаясь вверх в застывшей хаотичной спирали.
Это был столб дыма, который мгновенно окаменел.
— Что здесь произошло? — прошептал он.
Звук его собственного голоса поразил его. Пепел на земле, казалось, впитывал шум, поглощая акустическое отражение. Эха не было. Тишина хлынула обратно, чтобы заполнить пробел в тот момент, когда он переставал говорить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение: Среда с Подавлением Звука.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Отлично, — невозмутимо сказал Каге.
Он проверил свои ботинки. Сапоги Из Кожи Скраба были приличными, но довольно тяжелыми. Каждый шаг, который он делал в Пепельной Долине, приводил к тому, что он тонул на два дюйма в сером порошке. Это было похоже на ходьбу по сухому песку.
Он еще не устал, но ходьба здесь удвоила бы накопление усталости. Если бы завязалась драка, его мобильность была бы нарушена. Он не мог развернуться. Он не мог скользить. Кендо полагалось на работу ног, на щелчок стопы по твердому полу. Здесь не было сопротивления. Если бы он попытался сделать выпад, он бы просто вырыл траншею.
Стационарная защита, подумал он. Парирование и контратака. Без погони.
Он двинулся вперед, пейзаж был монотонным и мрачным. Единственным цветом во всем мире было легкое, болезненное свечение определенных жил в скальных образованиях, тускло-красное, как умирающие угольки.
Синестезия снова вспыхнула.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Проверка Искусства: Пройдена
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его ударил запах. Это был уже не просто металл. Он пах старым клеем, переплетной кожей и подпаленной бумагой. Это был запах горящей библиотеки.
Бумага? Почему бумага?
Скрип.
Каге замер.
Звук был крошечным. Это было трение чего-то сухого о камень. В гнетущей тишине зоны это звучало как выстрел.
Он медленно повернул торс, сканируя серый купол.
Листьев, чтобы шелестеть, не было. Замерзшие дымовые деревья стояли как зазубренные статуи.
Там.
Висящая на нижней стороне изогнутой ветви, на высоте двадцати футов, была фигура.
Она идеально сливалась с фоном. Ее кожа была того же пыльно-серого цвета, что и небо, крылья плотно обернуты вокруг тела, как саван. Выглядела как горгулья из пыли. У нее не было глаз, только гладкий, выпуклый лоб и огромные, перепончатые уши, которые независимо подергивались, вращаясь, как радары.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пепельный Визгун - Ур 26
ОЗ: 3200
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Глаза Каге сузились.
На двенадцать уровней выше.
Оператор провел оценку риска. Способность к полету. Вероятно, использует сонар или звуковую наводку, так как у него нет глаз. 26-й уровень означает, что он бьет сильно. Если он крикнет, он может оглушить. Или, что еще хуже, позвать друзей.
Он огляделся. Лес застывшего дыма был густым. Если один был здесь, другие были рядом.
Его пятка опустилась на тонкую, хрупкую корку кальцинированного пепла.
ХРУСТ.
Звук был шокирующе громким. Он вибрировал в мертвом воздухе.
На ветке горгулья распахнулась.
Она развернулась, как кошмар. Кожистые крылья раскинулись на шесть футов в ширину. Ее голова резко повернулась к Каге, уши широко раскрылись, дрожа, когда они зафиксировались на частоте его шага.
Она открыла рот, полный игольчатых зубов, и вдохнула.
Вдох был слышен. Втягивающий, хриплый вздох, который втянул окружающий пепел в ее легкие.
Он загружает снаряд, понял Каге. Или крик.
Он не мог превзойти звук. Ему нужно было решение прямо сейчас.
Рука Каге скользнула к бедру. Мумьё вышел из ножен, перейдя из состояния спящей стали в активную службу.
Вакуум.
— Задушенное Дыхание, — произнес Каге, его голос прорезал сухой воздух.
Ему нужно было Рифмованное Двустишие, форма, необходимая для определения сложного физического явления, такого как вакуум.
Он формировал слова.
— «Я Форму даю воздуху, пустота сфер,
Чтоб Звук Связать, пусть тишина будет здесь».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-150 Авен
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Форма увеличен. (16%->18%)
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Связать увеличен. (28%->29%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Эффект был мгновенным. Физика подчинилась нарративу. Молекулы воздуха прямо перед пастью Визгуна застыли, сцепились, прежде чем быть насильственно выброшенными, оставив пузырь абсолютного ничто.
Визгун выстрелил.
Крик вырвался из его горла, видимая рябь искажения, которая должна была разорвать барабанные перепонки Каге. Он врезался в вакуумный карман.
Звуку нужна среда. В вакууме среды нет.
Звуковой Взрыв был удален.
Существо дернулось в воздухе, его равновесие было нарушено провалом основного оружия. Оно захлопало своими кожистыми крыльями, оторвавшись от ветви, пикируя прямо на Каге с вытянутыми когтями, как абордажными крюками.
С физикой я могу справиться, подумал Каге. Математика предсказуема.
Он принял стойку средней защиты (Тюдан-но-камаэ).
Визгун сократил дистанцию. Каге не двигался. Он ждал, наблюдая за центром тяжести существа.
Бит. Бит. Падение.
Визгун нырнул, кожанокрылая ракета, целящаяся в грудь Каге.
Слишком тяжелый, отметил Оператор. Пепельное покрытие на его крыльях добавляет массу.
Каге изменил хватку на Мумьё.
В его руке меч весил меньше вздоха.
Он ждал.
Бит.
Визгун вытянул когти.
Бит.
Интерфейс Синестезии раскрашивал траекторию моба как кричащую красную скрипичную струну, натягивающуюся до предела.
Сейчас.
Рука Каге резко поднялась. В одно мгновение меч был праздным у его бедра; в следующее он стал вертикальной черной линией, рассекающей серый мир.
Удар был внезапным возвращением к физике. Клинок затвердел до плотности стали за микросекунду до контакта, заимствуя кинетическую энергию собственной предельной скорости Визгуна против него.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-112 ОЗ
Стак Отголоска: 1
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Столкновение раздалось, как звон колокола в мавзолее.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сила парирования не остановила зверя — он был 26-го уровня, товарный поезд из мышц и ненависти по сравнению с его 14-м уровнем — но удар сбил его с траектории полета, его кожистое крыло задело плечо Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-210 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он кувырнулся в глубокий пепел позади него, барахтаясь и поднимая облако серой пыли.
Отлично. Еще один, и я мертв. Каге немедленно скастовал [Рост] на себя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы получили Быстрая Починка. Восстановление ОЗ +35 в секунду в течение 5 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Визгун прошипел, его уши повернулись, чтобы точно определить его местонахождение в облаке пыли.
Он не видел его после падения; Каге перестал двигаться.
Никакого шума, сказал себе Каге. Мумьё пульсировал в его руке, глухой стук осознания. Меч, казалось, понимал.
Визгун снова завизжал, на этот раз стандартным, маломощным криком, ища эхо.
Иииииии?
Звуковая волна ударила Каге и отскочила.
Голова существа резко повернулась к нему. Оно бросилось.
Каге попытался развернуться, но окружающая среда предала его. Его ботинки провалились. Задержка на его лодыжках была смертным приговором против проворного летуна.
Мне нужна тяга.
Он посмотрел на логику мира. Он должен был сломать ее.
Бит.
Пыль должна слипаться.
Название: Соглашение с Полом.
Поэма: Связать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-80 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он не пытался изменить пепел — это заняло бы слишком много Авена.
Ключевое слово Связать ударило в землю. Рыхлый, пылевидный пепел под его ботинками сжался, спрессовываясь во временный, уплотненный диск твердой земли.
Платформа.
Визгун достиг его, снижаясь, чтобы расколоть ему глаза.
Каге выдохнул. Он двигался плавно, вспоминая бамбуковый меч. Он вспомнил, как Мастер Джин кричал на него, пока в ушах не звенело. Не смотри на меч. Смотри на ритм. Слова — это просто еще одна форма киай.
Он синхронизировал словесный удар с физическим контактом, тратя Авен, чтобы усилить физику парирования.
(Шаг по утрамбованному пеплу) «Ослаб-» (Парирует коготь) «-ление.»
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дзынь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмический Поток: Ста1
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Парирование было идеальным, потому что слово Ослабить истощало кинетическую энергию когтя в момент касания стали кости.
(Финт высокий) «Свя-» (Режет низко) «-зать.»
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-98 ОЗ
Стак Отголоска: 2
Ритмический Поток: Ста2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Финт отвлек защиту вверх; Стих зафиксировал ее там. Когда когти зверя были прижаты вверх командой, перенаправленный удар Каге глубоко вонзился в незащищенный торс. Визгун взвизгнул, резко повернувшись влево, осознав, что ближний бой — это ловушка.
Он захлопал своими тяжелыми, покрытыми пеплом крыльями, отчаянно набирая высоту. Он хотел зависнуть и бомбардировать его звуковыми копьями там, где его меч не мог достать.
— Кайтинг? — прошептал Каге, его глаза отслеживали высоту зверя.
Он не мог достать его сталью. Но у поэзии был бесконечный радиус действия, если логика сохранялась.
Он наблюдал, как зверь поднимается. Ему нужно было понять намерение. Он сосредоточился на тяжелых, серых хлопьях пепла, цепляющихся за крылья зверя.
Он закрыл разум для ветра и сосредоточился на концепте Свинец. Он почувствовал сокрушительный вес якоря, падающего в темную воду, вкус ржавчины и плотности, наполняющие его чувства.
Каге вытянул левую руку.
— Бремя Гравитации.
Его пальцы растопырились, как будто он ловил мяч.
— Ослабить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-80 Авен
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Ослабить увеличен. (28%->29%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крылья Визгуна, достаточно мощные, чтобы поднять лошадь, внезапно подогнулись. Сила покинула его мышцы, исчерпанная нарративным требованием, что он слишком тяжел, чтобы летать.
Он замер в воздухе, барахтаясь против гравитации, и упал камнем.
Он врезался в дюну в пяти футах от Каге, подняв облако серой пыли.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-110 ОЗ (Урон от Падения)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге не стал ждать, пока осядет пыль. Он уже двигался, скользя по утрамбованной пепельной платформе.
(Рывок) «Це-» (Удар) «-ль.»
Намерение состояло в том, чтобы определить взаимосвязь. В логике Системы назначенная Цель подразумевает успешное попадание. Он заставил «помощь в прицеливании», предназначенную для дальних атак, превратиться в рывок ближнего боя, его инерция неестественно корректировалась посреди скольжения, чтобы устремиться к падающему зверю.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
-105 ОЗ
Стак Отголоска: 3
Ритмический Поток: Ста3
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Цель увеличен. (18%->23%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зверь бился, его когти слепо рассекали облако пыли. Каге видел это как красную линию в своем синестетическом интерфейсе.
Он увернулся.
(Нырнуть под удар) «Свя-» (Удар вверх) «-зать.»
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
-130 ОЗ
Стак Отголоска: 4
Ритмический Поток: Ста4
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ритм теперь пульсировал в его венах. Слог Связать зафиксировал размахивающуюся руку зверя у его собственного тела на долю секунды, создавая открытие.
Мир замедлился. Падающие хлопья серого снега повисли в воздухе. «Вундеркинд» просыпался, заглушая математику «Оператора».
Но зверь не был мертв. Его полоска здоровья все еще упрямо держалась на шестидесяти процентах.
В течение следующей минуты безмолвные серые дюны стали свидетелями мастер-класса по истощению.
Каге резал зверя по дюйму.
-98 ОЗ ... -102 ОЗ ... -115 ОЗ
Парирование. Скольжение. Удар.
-99 ОЗ ... -105 ОЗ ... -110 ОЗ
Красные числа каскадом сыпались с монстра, как кровоточащие пиксели. Каге танцевал на своей платформе из утрамбованного пепла, дыхание было ровным, разум полностью пуст от всего, кроме ритма. Он откусывал гору иглой, но игла двигалась со скоростью мысли.
Визгун, избитый, истекающий кровью и измученный, издал последний, отчаянный хрип. Его ОЗ наконец достигли критического диапазона. Он бросился, самоубийственно быстрый укус, нацеленный в горло Каге.
Он был быстр. Слишком быстр для стандартного блока.
Но Мумьё получил четыре отголоска.
Каге повернул бедра, меч вел себя как тень.
Он влил Авен в сам клинок, затачивая лезвие определением «Удара».
(Шаг) «Уда-» (Отрезает) «-р».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Клинок встретился с шеей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-210 ОЗ (Критический)
Стак Отголоска: 5 (Макс) - Сработано
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Время, казалось, замерло. Когда физический клинок прошел сквозь существо, от стали отделилась тень. Это был призрак предыдущего удара, повторенный в одном микросекундном порыве.
Воздух разорвался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-120 ОЗ (Эфирный Урон)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пепельный Визгун был буквально стерт. Последний случай Эфирного урона испарил оставшуюся полоску здоровья так яростно, что вежливая «анимация смерти» растворилась в ливне полигонов и серой пыли, прежде чем труп даже упал на землю.
Каге стоял неподвижно, его клинок был вытянут, грудь тяжело вздымалась. Тишина Предгорий Пепельной Долины хлынула обратно, чтобы заполнить пустоту, тяжелая и гнетущая.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Бонус Разницы Уровней Активен: +20%
Опыт Получен: 840
Лут Получен: Пепельная Железа x1, Осколок Угольного Стекла x2, 3 Серебра 8 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге опустил меч. Утрамбованный пепел под его ботинками рассыпался обратно в мягкий порошок, когда стих Связывания истек.
Он проверил свои жизненные показатели. Рост поддерживал его ОЗ на максимуме. 45% Авена сожжено.
Посмотри на цифры. Посмотри на отдачу.
Он провел расчет. На 14-м уровне порог для следующего этапа составлял 4687 Опыта, однако математика, смотревшая на него, была неоспоримой. Семьсот базового опыта плюс бонус за разницу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
1456/4687 Опыта
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Еще четыре убийства до 15-го уровня и новой способности. Он задумался, что это могло быть; давно не было новой Формы Сложения Стихов.
Это была неслыханная плотность опыта.
Каге поправил свой стеганый жилет, игнорируя дрожь в руках. Он посмотрел вперед на бесконечный лес застывшего дыма. Высоко в окаменевших ветвях ждали десятки спящих теней, покачивающихся на безмолвном ветру.
— Давно пора было догнать по опыту, — произнес Каге вслух, его голос был ровным.
Он вложил Мумьё в ножны и шагнул глубже в серость.
Пепел падал, словно безмолвный приговор.
Джулиан Коллвиль—Асура в этом мире, который действительно имел значение—поднялся на вершину хребта и остановился. Внизу, Предгорья Ясеневой Долины простирались в бесконечном изучении серого. Монохромный пейзаж резко контрастировал с вулканическим адом, который он только что покинул, где реки магмы раскрасили все в оттенки оранжевого и гневного красного.
Он предпочитал это.
Тишина. Ее тяжесть. То, как падающие частицы приглушали звук, пока мир не становился похожим на затаенное дыхание.
Его доспехи все еще излучали тепло из Глубин Пламенной Пасти. Обсидианово-черные пластины с прожилками остывающей магмы. Трофей с последнего испытания класса Судьи. Длинный меч на его бедре вибрировал: Веритас, клинок, который помнил каждый закон, который он когда-либо приводил в исполнение.
Его интерфейс пульсировал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зона Входа: Предгорья Ясеневой Долины
Уровень Зоны: 25-35
Предупреждение: Обнаружена враждебная фауна. Действуйте с осторожностью.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан мысленно отклонил уведомление. Он получал предупреждения с 1-го уровня. Они ничего не значили.
Сущность ждет приговора.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Классовый Квест: Цепь Судьи
Цель: Сущность в Предгорьях Ясеневой Долины ждет приговора.
Награда: Весы Равновесия
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вот почему он был здесь. Классовый квест был досадно расплывчатым: одна строка текста указывала ему на северо-восток, к — разуму, который отказался забывать.— Путь Адъюдикатора требовал, чтобы он нашел тех, кто нарушил фундаментальные законы существования, и вынес приговор.
Каждый приговор даровал ему нечто, что Система называла Весы Равновесия: постоянные бонусы к характеристикам, которые нельзя было купить, обменять или украсть. Только заработать путем исполнения космической справедливости.
Возможно, этот будет интересным.
Мысль отдавала опилками. Он испытывал это перед каждым боссом, каждым поединком, каждым — сложным — контентом. Надежда теперь была рефлексивной, вспышкой оптимизма, в которую его рациональный разум давно перестал верить.
Но он все равно шел вперед, потому что стоять на месте означало чувствовать пустоту, а это было невыносимо.
Первый признак жизни появился через двадцать минут после его спуска.
Движение в пепельных дрифтах слева от него. Три фигуры, кружащие.
Рука Джулиана нашла рукоять Веритаса, но он не вынул его. Его пассивная Юриспруденция уже читала поле, никаких Эдиктов еще не было нарушено, только базовая генерация Мандата, ожидающая активации.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пепельные Преследователи - Уровень 26
Здоровье: 3,400/3,400
Пепельные Преследователи - Уровень 25
Здоровье: 3,200/3,200
Пепельные Преследователи - Уровень 26
Здоровье: 3,400/3,400
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Волкоподобные существа, если бы волки были вылеплены из угля. Их глаза были огненно-красными, единственный цвет в этом сером чистилище. Они двигались скоординировано: один фланговал слева, один справа, третий держался в центре.
Тактика стаи. Центральный — приманка. Они хотят, чтобы я двинулся вперед, чтобы фланги могли меня обездвижить.
Джулиан наблюдал за их кружением. Шаблон был хрестоматийным. Даже элегантным. Три хищника, которые развили этот танец за бесчисленные охоты.
Он держал Веритас в ножнах.
Волки замешкались. Джулиан видел растерянность в их языке тела; добыча, которая перестала защищаться, была неправильной, сломанной, не стоившей атаки. Эволюция научила их бояться аномального.
Давай, — подумал он. — Докажи, что я неправ. Удиви меня.
Вместо этого он вытащил кинжал. Запасное оружие. Меньше половины дальности, треть урона. Клинок чувствовал себя неуклюже в его руке после продолжительной работы с длинным мечом.
Центральный Преследователь бросился.
Джулиан отбросился в сторону, кувыркаясь в пепле в неловком падении, от которого его инструкторы бы поморщились. Фланги мгновенно бросились в атаку; они ждали именно такой ошибки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Завоевания: Активен
+20% Физическая Сила, 100% Рассекающий Удар
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир приобрел слабый красный оттенок по краям его зрения, и его мышцы запели от внезапной ярости.
Он поднялся, размахивая кинжалом. Кинжал полоснул правого флангового по морде, оставив неглубокий порез, из которого потекла серая кровь, но не причинил реального урона.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-85 Здоровье
Мандат Сгенерирован: +2 (База)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Левый фланговый ударил его сзади.
Зубы впились в щель между его наплечником и спинной пластиной. Боль, настоящая, неподдельная боль, пронзила его плечо, когда челюсти существа нашли опору.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-180 Здоровье
Мандат Сгенерирован: +2 (База) +4 (Поврежден врагом в течение 2 с - Бонус Завоевания) = 6
Текущий Мандат: 8
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан засмеялся.
Звук был странным в безмолвном пейзаже: резкий, удивленный, почти мальчишеский. Его не били в начале боя с… когда?
Он извернулся, ударив локтем в череп Преследователя, чтобы тот ослабил хватку. Существо взвизгнуло и отпустило, и Джулиан почувствовал кровь, его кровь, воспроизведенную с идеальной сенсорной точностью, стекающую по его спине.
— Это то, чего ты хотел, — прошептала какая-то часть его. — Помнишь?
Центральный Преследователь воспользовался преимуществом. Работа Джулиана с кинжалом была неаккуратной, его работа ног была приспособлена для оружия в три раза длиннее. Он парировал слишком близко, переусердствовал и получил царапающий удар когтем по предплечью.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-145 Здоровье
Мандат: 14
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Лучше, — выдохнул он. — Намного лучше.
Эти слова были для него самого. Ободрение. Теперь ему действительно приходилось думать, решать проблему трех врагов, когда его обычный набор инструментов был заперт в ножнах.
Он дрался грязно. Использовал сам пепел, поднимая облака серых частиц, чтобы ослепить Преследователей. Вонзил сапог в ребра раненого, когда тот слишком жадно бросился в атаку. Получил удары, которых мог бы избежать, потому что избегание их означало использование техник, которые он обещал себе не использовать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-160 Здоровье
-135 Здоровье
Мандат: 26
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
К тому времени, когда пал первый Преследователь, Джулиан тяжело дышал. Его здоровье упало до семидесяти процентов — числа, которое еще вчера ужаснуло бы его.
Сегодня это казалось доказательством жизни.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: 720
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Остались двое.
Они научились страху. Джулиан видел это по тому, как мерцали их угольно-красные глаза, как напрягались их крупы, готовясь к бегству, а не к атаке.
— Нет. Оставайтесь. Сражайтесь со мной.
Он атаковал.
Волки сломались и убежали.
Джулиан преследовал их, с кинжалом в руке, пепел летел из-под его сапог. Эдикт Инерции мгновенно сократил бы расстояние — зеленая стойка отметила бы их как убегающие цели, бонусный Мандат хлынул бы с каждым ударом. Одно умение, проблема решена.
Он оставил красную стойку активной.
Разрыв увеличился. Двадцать метров. Тридцать. Волки были быстрее его, и они это знали.
— Ладно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Навык Активирован: Приказ о Хабеас Корпус
-35 Мандат
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан вложил кинжал в ножны и протянул руку. В стойке Завоевания навык применил Подножку, гравитационное притяжение поймало более медленного волка на полпути и с костедробящей силой швырнуло его в его ожидающее плечо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-410 Здоровье
Подбрасывание: 1.0 с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он впервые с начала боя вытащил Веритас. Волк все еще был в воздухе, беспомощный, и Джулиан мог бы покончить с ним одним идеальным ударом.
Вместо этого он ждал.
Волк упал в пепел. Встал на четвереньки. Повернулся к нему с серой кровью, замаравшей его угольно-черный мех, и пылающими угольно-красными глазами, полными ярости загнанного зверя.
— Вот оно, — тихо сказал Джулиан. — Вот что я хотел увидеть.
Волк бросился. Джулиан парировал, на этот раз правильно, Веритас пел в движении с легкостью десяти тысяч повторений, и вскрыл ему горло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-340 Здоровье
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Существо рухнуло. Растворилось. Стало неотличимо от падающего пепла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: 720
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Последний волк исчез. Убежал в серую даль, пока Джулиан наслаждался моментом.
— Достаточно.
Он ненавидел это слово.
Он шел еще час в тишине, прокручивая бой в уме.
Эксперимент с кинжалом был… чем-то. Гандикапом, который действительно гандикапировал. Он почувствовал непривычную тяжесть неопределенности, настоящий риск неудачи. Приблизительно сорок пять секунд он был человеком, борющимся за выживание, а не богом, вершащим обычное правосудие.
Затем он вернулся к своим навыкам. Письмо. Длинный меч. Мышечная память, которая делала каждый боевой обмен предрешенным.
Ты не можешь помочь себе, — подумал он с горечью. — В тот момент, когда становится трудно, ты тянешься за легким решением.
Его отец одобрил бы. Положил бы руку на плечо Джулиана той твердой, размеренной хваткой, которая каким-то образом передавала одновременно гордость и владение. — Эффективность — это характер,— сказал как-то Маркус Коллвиль, и Джулиан, четырнадцатилетний мальчик, отчаянно желавший услышать похвалу в голосе отца вместо оценки, кивнул, словно слова имели смысл.
Они не имели. И до сих пор не имели. Но Джулиан провел следующие три года, повторяя их как мантру, потому что альтернативой было признать, что его отец вырастил его тем, кого он ненавидел.
Он все еще хотел одобрения отца. Это было самое худшее. Даже сейчас, идя по цифровой пустоши, какая-то жалкая часть его составляла отчет: — Я сам себя ограничил и все равно победил. Я сделал это труднее, отец. Ты гордишься?
Воображаемый Маркус Коллвиль в его голове ничего не сказал. Он никогда этого не делал.
Теперь, десять лет спустя, он шел по пепельно-серой пустоши, задаваясь вопросом, была ли — эффективность — просто другим словом для — трусости.
Дважды.
Мысль всплыла, непрошенная. Как всегда.
Только дважды в моей жизни меня кто-то побеждал.
Первый раз это было в Падении Доминиона, год назад. Глубоко в высокоуровневой зоне, где сама окружающая среда была опасностью. Появился редкий босс, и Джулиан прибыл, чтобы найти одну фигуру, стоящую в тени существа.
Имя скрыто. Незаметный аватар, выглядевший как стандартные ресурсы. Они не разговаривали. Никакого вызова, никаких условий не обсуждалось. Они просто поняли, что босс принадлежит выжившему.
Джулиан начал с самой сильной комбинации. Незнакомец наблюдал, как он ее строит, как терпеливый родитель, ожидающий, пока малыш закончит истерику.
Затем они его разобрали.
Что ж, не совсем. На самом деле это было близко; их полоски здоровья истощались почти параллельно, и финальный обмен закончился тем, что Джулиан был на нуле, а незнакомец — на трех процентах, но правда была написана в ритме боя. Каждый раз, когда Джулиан наносил удар, это происходило потому, что незнакомец позволял это. Каждый раз, когда он думал, что использует преимущество, он попадал в ловушку, которую не мог видеть.
Опыт был ужасающим. Унизительным. Электрическим.
В течение тридцати семи секунд (он подсчитал, потом) Джулиан Коллвиль был превзойден. Переигран. Полностью, всеобъемлюще раскрыт.
Он потратил шесть месяцев, пытаясь найти незнакомца. След затерялся в дюжине тупиков, каждый из которых был более разочаровывающим, чем предыдущий. Единственное, что он в итоге получил, это прозвище.
Каге.
Каждое невозможное последующее объявление с отредактированным именем с тех пор он связывал с этим человеком.
Затем, через несколько часов после запуска игры, по всей Короне Судьбы пронеслось Всемирное Объявление. Скрытый уникальный квест, который Джулиан обнаружил сам и планировал заявить, был выполнен анонимным игроком.
Джулиан минуту смотрел на уведомление. Ярость была мгновенной: горячая, уродливая, недостойная его. Он мгновенно задушил ее, заставив себя рассматривать поражение как — респектабельное стратегическое поражение, — но глубоко внутри он знал, что это была ложь. Под принужденным стоицизмом было что-то еще.
Признание.
Те же отпечатки пальцев.
Тот же человек.
У него не было доказательств. Какова вероятность, что тот же анонимный гений из Падения Доминиона будет здесь, опередит его в том же открытии?
Но Джулиан знал. Как мечник узнает стиль другого мечника по одному порезу. Как хищник узнает другого хищника.
Где-то в этой игре был кто-то, кто превзошел его. Дважды.
И я даже не знаю его имени.
Движущаяся фигура вывела его из воспоминаний.
Джулиан остановился. Пепла здесь стало больше, дрифты доходили до колен, что значительно замедлило бы обычного игрока. Бонус к движению его стойки Инерции помогал, но местность была создана, чтобы наказывать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пепельный Надзиратель - Элита Зоны Уровня 28
Здоровье: 5,100/5,100
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Что-то новое.
Существо вышло из-за окаменевшего дымчатого дерева, и Джулиан почувствовал, как его интерес обострился. Оно было примерно гуманоидным, с телом, которое, казалось, состояло из спрессованного пепла, скрепленного прожилками тлеющих углей. Оно стояло почти восемь футов в высоту и несло оружие: массивную алебарду, выкованную из того же окаменевшего материала, что и деревья.
Оно двигалось с интеллектом. С целью.
Воин.
Надзиратель поднял алебарду в официальной защитной стойке. Угольный свет мерцал в пустых глазницах его лица, и на мгновение Джулиан мог бы поклясться, что оно изучало его.
Джулиан посмотрел на кинжал, все еще висящий на его поясе. Затем на Веритас.
Затем снова на Надзирателя.
— Нет. Этот заслуживает уважения.
— Покажи мне, что ты можешь,— сказал он и вытащил свой длинный меч.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Завоевания: Активен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Надзиратель двинулся вперед. Его движения были обдуманными, контролируемыми; боец, который научился терпению за столетия охраны этого мертвого места. Алебарда сделала пробный взмах, проверяя радиус действия Джулиана.
Он подпустил его ближе, чем следовало. Хотел почувствовать смещенный воздух.
Второй взмах был быстрее. Джулиан парировал, и удар прошел через его руки в грудь. Тяжелый. Тяжелее, чем Преследователи. Тяжелее большинства того, с чем он сталкивался до сих пор.
Он ухмыльнулся.
— Снова.
Надзиратель повиновался.
Обмен был жестоким. Джулиан перестал оптимизировать, перестал рассчитывать кратчайший путь к победе. Он обменивался ударами, когда мог уклониться, парировал, когда мог увернуться, принимал урон, который не служил никакой тактической цели, кроме как почувствовать тяжесть противника, который мог на самом деле причинить ему боль.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-95 Здоровье
-110 Здоровье
-145 Здоровье
Наложено Горение: -15 Здоровья/с на 5 с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его здоровье падало. Шестьдесят процентов. Пятьдесят. Атаки Надзирателя становились все увереннее, когда он чувствовал слабость, или то, что он считал слабостью.
Джулиан улыбался. На самом деле улыбался. Выражение казалось странным на его лице, как язык, который он разучился говорить.
— Вот как это должно быть. Это то, что они у меня отняли.
Он вспомнил тщательно спланированных спарринг-партнеров своего отца. О гроссмейстерах шахмат, которым платили, чтобы они проигрывали так, чтобы это выглядело как победа. О каждом вызове в его жизни, который был предварительно смягчен, предварительно преодолен, сделан безопасным для потребления наследником Коллвиллей.
Надзиратель не знал, кто такой Джулиан. Его нельзя было подкупить, пригрозить или уговорить проиграть бой. Он просто хотел убить его, со всей честной простотой силы природы.
Джулиан любил его за это.
При сорока процентах угольные вены Надзирателя ярко вспыхнули оранжевым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пепельный Надзиратель: Фаза Ярости
+30% Скорость Атаки, +20% Урон
Предупреждение: Атаки теперь накладывают Горение
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Алебарда со свистом опустилась. Джулиан поймал ее Веритасом и почувствовал, как заскрипели его кости.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-180 Здоровье
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
У него было тридцать пять процентов здоровья. У Надзирателя — тридцать два процента. Они убивали друг друга почти в идеальной симметрии.
— Если я скоро не закончу это, я могу действительно проиграть.
Мысль была восхитительной. Ужасающей. Живой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Навык Активирован: Указ о Запрете
-20 Мандат
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Лезвие Джулиана вспыхнуло малиновым, когда он вонзил его в грудь Надзирателя. В стойке Завоевания Указ применил — Нет Насилию, — печать, которая наказывала тех, кто отказывался от мира.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Завоевания - Запрет: Нет Насилию
Если цель Атакует в течение 3 с: Разоружение 2 с + Истинный Урон, равный 200% от Силы Атаки цели
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Печать пылала на форме Надзирателя. Джулиан отступил, опуская Веритас.
— Ты знаешь, что это такое, — тихо сказал он. — Ты чувствуешь это. Атакуешь меня, и ты умрешь. Подожди три секунды, и мы продолжим.
Угольные глаза Надзирателя мерцали. Джулиан видел там расчет: настоящий интеллект обрабатывал условия ловушки.
Пожалуйста, — подумал он. — Пожалуйста, пойми и подожди. Будь умным. Будь достойным.
Надзиратель поднял алебарду.
Сердце Джулиана сжалось. — Нет. Не надо—
Алебарда упала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Нарушено Правило: Попытка Насилия
ВИНОВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Свет взорвался. Собственная сила Надзирателя, инвертированная и умноженная, пронзила его пепельную форму. Существо пошатнулось, полоска здоровья рухнула к нулю, алебарда выпала из ослабевших пальцев.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-820 Здоровья (Истинный Урон)
Разоружен: 2 с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан смотрел на умирающее существо.
— Почему?— хрипло выговорил он. — Ты мог подождать. Три секунды. Ты бы выжил.
Надзиратель посмотрел на него. В этих пустых угольных глазах было что-то, что могло быть...
Гордость.
Джулиан понял.
Надзиратель был воином. Стражем. Он был создан для боя, для защиты, для противостояния нарушителям. Три секунды бездействия, пассивности, были предательством его фундаментальной природы.
Лучше умереть в бою.
— Я понимаю, — тихо сказал Джулиан.
Он сократил дистанцию. Надзиратель наблюдал за ним, не пытаясь поднять свое упавшее оружие.
— Ты хорошо сражался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Навык Активирован: Вердикт - Разрушение
-50 Мандат
Здоровье Цели ниже 8%: Порог Казни Достигнут
ВИНОВЕН
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Веритас опустился, как заключительный аргумент.
Надзиратель разбился в каскад серого пепла и умирающих углей, его форма вернулась к бесконечному снегу, который покрывал этот мертвый пейзаж.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: 1,150
Добыча Получена: Угольное Ядро Надзирателя x1, Окаменевшее Сожаление x2, 8 Серебра 45 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан стоял в оседающем пепле.
Его здоровье было на двадцати восьми процентах. Горение все еще тикало. Впервые за месяцы он подошел так близко. На самом деле, по-настоящему близко к проигрышу боя случайному элитному монстру зоны.
Чувство в его груди было трудно назвать. Горе? Восторг? Что-то среднее между ними; горько-сладкая боль, напоминавшая ему о последней части симфонии, когда музыка знает, что она заканчивается, но все равно играет.
Это было… что-то.
Он посмотрел на северо-восток, на маркер квеста, пульсирующий в его интерфейсе. Сущность ждала приговора.
Но его мысли были где-то еще. В Падении Доминиона, наблюдая, как незнакомец разрушает все, что он думал о себе. Несколько дней назад, читая Мировое Объявление, которое казалось вызовом, написанным специально для него.
Дважды.
Только дважды в моей жизни меня кто-то побеждал.
И я начинаю думать, что это был один и тот же человек оба раза.
Поднялся ветер, закручивая серые хлопья вокруг него, как личный снегопад.
Джулиан Коллвиль, наследник империи в реальной жизни, мастер стали, судья виновных, начал идти.
Одиночество все еще было там. Тяжесть компетентности, проклятие быть слишком хорошим во всем, чтобы когда-либо потерпеть неудачу. Но под этим сейчас, погребенным под годами отработанного безразличия, что-то изменилось.
Трещина в броне. Вопрос, который требовал ответа.
Кто ты? Где ты? И дашь ли ты мне что-то настоящее, если я найду тебя?
Судья шел дальше, и впервые за многие годы пункт назначения имел меньшее значение, чем поиск.
Заметка от Nejm
Эта глава заняла очень много времени. Главным образом потому, что я переписывал ее 3 раза; отчасти потому, что я никогда не писал полную смену точки зрения на одного персонажа. Задача состояла в том, чтобы включить достаточно механик класса Судьи (да, класс полностью разработан и чертовски крут, если я могу позволить себе немного самовосхваления), чтобы дать вам представление о том, как он работает, и представить персонажа Джулиана. К сожалению, это было слишком большой задачей для одной главы. Сосредоточение внимания на его классе еще больше, чем я сделал, и «демонтаж» зоны неизбежно лишило бы глубины персонажа, и я бы предпочел представить персонажа, а не класс здесь. Конечный результат — меньше Судьи, и больше Джулиана.
Серая тишина Предгорий Ясеневой Долины была нарушена одним звоном.
(Шаг) — Ослаб— (Парирование) —-лю.—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мумё перехватил когти ныряющего Визгуна. Не было лязга металла о кость, только глухой стук укореняющегося понятия. Существо завизжало, его движения замедлились, когда повествовательный вес ключевого слова осел в его мышцах.
Каге не стал терять момент. Он повернулся на каблуке, пепел хрустел, как сухой снег, под его ботинками.
Черное лезвие, невесомое, как дым, прочертило линию в воздухе по серому холсту. Оно вонзилось в шею Визгуна, застыло на микросекунду, чтобы доставить кинетический заряд, а затем исчезло обратно в тень.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-104 Здоровье
Опыт Получен: 840 (Бонус за Разницу в Уровнях +20%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге выдохнул и мгновенно проверил периферию, но склон холма оставался безмолвным. Другие летучие мыши, свисающие с окаменевших деревьев, не шелохнулись.
Он откинулся на почерневший, стекловидный ствол мертвого дерева и сполз вниз, пока не оказался сидящим в сугробе.
Здоровье: 370/370
Авен: 82/850
Он был на исходе сил, так как это было его третье убийство за десять минут. Стиль — Каденс — был мощным — он позволял ему в одиночку убивать монстров на двенадцать уровней выше него, не получая царапин, но он сжигал Авен, как реактивное топливо. У него оставалось примерно 10%. Еще одна летучая мышь оставила бы его без сил, вынудив полагаться на базовые атаки и перекаты, как обычный персонаж души с полной ловкостью.
Каге взглянул на стопку Дистиллированной Чистоты Ани в своем инвентаре.
Он мгновенно произвел умственные расчеты. Выпивая зелье сейчас, он сэкономит примерно сорок секунд простоя. Сорок секунд за цикл, экстраполированные на пример четырехчасового гринда, означали дополнительный 20% прирост опыта.
— Для операционной эффективности,— рассудил Каге, его палец завис над флаконом. — Это оправданные расходы.
Но он не стал его вызывать.
Его взгляд скользнул к новой записи в его Лексиконе (A personal dictionary of conceptual keywords for Verse-Crafting — личный словарь концептуальных ключевых слов для создания стихов), прощальному подарку от Горефана. Отдых. Он еще не тестировал его.
Гипотеза, — подумал Оператор, преодолевая порыв потратить деньги. — Если я навяжу нарратив ускоренного восстановления, будет ли пассивная регенерация масштабироваться?
Он закрыл глаза, сосредоточив дыхание. Ему нужно было связать концепцию неподвижности не с остановкой, а с расцветом. Он держал намерение, позволяя Авену немного нарасти, и прошептал двустишие в удушаемый пеплом воздух.
Название: Усиление Дремоты
Поэма: — Этот покой приносит дыханье в свет,
Чтоб дать духу росту его силу. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фактор Истины - Высокий. Восстановление требует прекращения активности. Применен множитель.
-150 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Синяя вспышка пронеслась по его венам, холодная и стремительная, как прорвавшаяся плотина.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вне боя: Регенерация Здоровья и Авена: +45/сек
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его полоска Авена резко пошла вверх, и удовлетворенная усмешка тронула уголок его рта. Это было дешевле зелий и намного быстрее базовой, пассивной регенерации.
С резервуаром, пополняющимся с сумасшедшей скоростью, он щелкнул пальцем, чтобы открыть внешнее наложение браузера. Полупрозрачное окно парило среди падающего пепла, связывая его с хаосом реальных форумов.
Заголовок на общей доске обсуждений заставил его фыркнуть.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ТЕМА: ЧТО ЗА ЧЕРТ?? МИРОВОЙ БОСС «ГОРЕФАНГ» ЗАБАГОВАН?? НЕТ РЕСПАУНА?
Начато: Аргент
Мы часами стояли лагерем на Полях. Таймер возрождения сломан. Разработчики, исправьте свою игру. Моей гильдии нужна таблица добычи.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге прокручивал ответы. Большинство называли ОП сумасшедшим, некоторые предполагали скрытые таймеры.
— Он не забагован,— прошептал Каге в пустоту, сардоническая улыбка коснулась его губ. — Он на пенсии.
Он переписал историю. Передав Системе заключение (Мастер вернулся), он закрыл книгу. Горефанг был просто… закончен. Повествовательная арка была завершена, поэтому у Системы не было причин снова его возрождать.
— Я удалил контент,— осознал Каге, вновь ощутив всю серьезность этого. — Перманентная смерть для повторяющихся событий.
Он закрыл эту ветку, прежде чем его совесть могла решить стать навязчивой. Он переключился на вкладку индекса Торговли реальными деньгами.
Его улыбка исчезла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Курс обмена золота: 1 Золото = 467.5 долларов США
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Кривая падала. Первоначальный ажиотаж от запуска игры утих. Инфляция подкрадывалась, поскольку все больше игроков достигали точки, когда они могли фармить сырую валюту. Огромная прибыль, которую он получил от Наплечников, была уникальным событием. Он не мог повторить это.
— Устойчивость,— пробормотал Каге, наблюдая, как его полоска Авена превышает 700. — Я не могу полагаться на случайные выпадения. Мне нужен стабильный доход.
Он закрыл браузер. — Безопасность, — которую он чувствовал, была реальной, но хрупкой. Он купил шесть месяцев покоя для своей матери.
Ему нужно было относиться к этой зоне как к рабочему месту.
Он встал, стряхивая серые хлопья с колен. Авен на 100%.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт: 4435/4687
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Еще одно убийство. Всего одна крупная летучая мышь, и он достигнет 15-го уровня. Это означало новый слот для навыка, характеристики.
Каге оглядел пейзаж. Предгорья Ясеневой Долины были тревожными. Не в смысле — страшный монстр, — а в смысле — неправильная геометрия. — Земля была не грязью; она казалась мягкой, как слои отложенных осадков. Деревья были не деревянными; они выглядели как молнии, застывшие в обсидиане.
И запах.
Его Синестезия (Synesthesia — феномен, при котором стимуляция одного сенсорного или когнитивного пути приводит к автоматическим, непроизвольным переживаниям в другом сенсорном или когнитивном пути), спящая, пока он просматривал форумы, вспыхнула, когда он сосредоточился.
Воздух пах жженым пергаментом и сохнущим клеем. На языке чувствовался вкус чернил, горький и металлический.
— Почему?— Каге нахмурился, постукивая по рукояти Мумё. — Должно пахнуть… пеплом.
Система рендерила что-то иное, чем вулкан, и его характеристика Искусство пыталась сообщить ему, что это было, но ему не хватало контекста.
Неважно. Сначала опыт, потом художественная критика.
Он начал идти, держась низко. Пепел приглушал его шаги.
Затем он увидел это.
Примерно в десяти ярдах слева от него под пылью светилась расщелина.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Клятва Грома-Кирка: Обнаружена скрытая жила
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Хм?
Каге остановился. Он держал Кирку Клятвы Грома экипированной в своем спящем слоте Жизненного Инструмента с тех пор, как приобрел ее, фактически игнорируя ее до этого момента. Он помнил описательный текст — «Пассивно обнаруживает скрытые или иллюзорные скальные образования в пределах вашей линии видимости» — но он не ожидал, что «обнаружение» будет таким агрессивным.
Это был первый раз, когда Система фактически отобразила это для него (за исключением выполнения квеста Грома).
Земля выглядела как потрескавшийся камень. Но для Каге тонкая золотая сетка теперь накладывалась на мир, пульсируя ритмичным светом, который бился, как зарытое сердце. Он моргнул, искренне удивленный вторжением в его пользовательский интерфейс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ресурсный Узел: Окаменевшая Прожилка Памяти (Редкий)
Требуется: Инструмент для Добычи.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Джекпот,— прошептал он.
Это была его первая настоящая попытка майнинга, и алгоритм сразу же выдал ему Редкую жилу. Он потянулся за киркой, но остановился. Его время, потраченное на сбор трав для Ани, научило его последовательному механическому правилу. Если создание стихов увеличивало урожай цветов, логика подсказывала, что это сработает и для руды.
Максимизировать окупаемость инвестиций.
Редкие жилы в высокоуровневых зонах — это деньги. Чистые деньги.
Он взглянул вверх. Ближайший Пепельный Визгун висел вверх ногами на почерневшем шпиле в сорока футах, завернувшись в свои кожистые крылья. Он спал.
Безопасно.
Каге снял Мумё, ощущая странную потерю — присутствия, — когда разумный меч исчез, и проявил кирку.
Он опустился на колени у расщелины. — Осторожно,— сказал он себе.
Он поднял кирку. Он целился в край золотого пульса, намереваясь отколоть окаменевшую внешнюю оболочку от руды.
Название: Исповедь Камня
Поэма: — Пусть камень охранный Слабеет и режется, / Чтобы Формировать скрытое здесь сокровище. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-100 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он замахнулся.
Дзинь.
Удар был идеальным. Кирка вонзилась в камень.
Но реакция была не той.
Земля дрогнула, и ударная волна прошла по рукояти кирки, едва не вырвав ее из его руки на секунду. Золотой свет в расщелине вспыхнул яростным, ослепляющим багровым.
Глаза Каге расширились. — Ох, да ты шутишь—
Расщелина взорвалась.
Не было ни огня, ни осколков. Вместо этого гейзер сжатого белого пара вырвался вертикально в воздух, визжа, как адский чайник.
Но это было не самое худшее. Интерфейс зашифровался.
Человеческий звук, усиленный до высоких децибел. Он ощущался кровью во рту Каге. Он ощущался тяжелой железной дверью, захлопывающейся на его пальцах.
Это НЕ был камень,— понял Каге, спотыкаясь назад, сжимая свои зазвеневшие уши.
Крик разорвал безмолвную атмосферу Предгорий Ясеневой Долины, эхом отразившись от обсидиановых деревьев, разрушив хрупкое спокойствие серого мира.
СКРИИИИИИИИИИИИ—
Затем, так же быстро, как начался, пар вышел, и тишина вернулась.
Но ущерб был нанесен; вокруг него окаменевший лес проснулся.
Пепельные Визгуны охотились с помощью сонара, прислушиваясь к тонким изменениям ветра. Каге знал это из первого боя. Они жили в мире тонкой акустики.
Он только что взорвал звуковую световую гранату в комнате, полной людей в очках ночного видения.
Скри-ИИИИИ!
Скри!
СКРИИИИИ!
Десятки голов поднялись. Визг был болезненным. Растерянным. Крик из-под земли сбил их эхолокацию. Они бились, слепые и дезориентированные, их сенсорные органы были перегружены.
И в этом океане белого шума и боли было только одно — тихое — место. Один твердый объект, который не вибрировал от эха крика.
Каге.
Он стоял у вентиляционного отверстия, кирка все еще в его руке. Для их разрушенного сонара он был якорем. Аномалией. Источником боли.
Десять голов неестественно зафиксировались на нем в идеальной, жуткой синхронизации посреди серого мира.
Каге поднял взгляд. Небо, ранее пустое, внезапно заполнилось сумасшедшим биением кожистых крыльев.
— Я мертв,— подытожил Каге, его голос был напряженным. Он убрал кирку и призвал Мумё. Черный меч оказался в его руке, красная жила на его обухе быстро пульсировала, чувствуя всплеск сердцебиения своего хозяина.
Десять летучих мышей 26-го уровня.
Он был 14-го уровня.
— Плохая математика, — сухо отметил Оператор в его голове.
— Тогда измени уравнение, — прошептал Продиджи в ответ.
Первые три Визгуна сложили крылья и нырнули, крича о крови.
Каге сделал единственное, что оставалось. Он ускорился.
Паника была роскошью для людей с вариантами. У него была математика, и математика была похоронной. Поэтому Оператор захватил управление, и его разум стал холодным, быстрым и очень, очень тихим.
Десять целей. В воздухе. Пикирование под углом в шестьдесят градусов. Скорость: абсурдная.
Он был мертв.
Числа были эпитафией. Монстры 26-го уровня. Он был 14-го уровня. Одно чистое попадание сократило бы его здоровье вдвое. Следующее — оглушило бы его в пепле. Третье — отправило бы его в землю навсегда.
— Слишком много переменных,— пробормотал он, его голос был ровным.
Ему нужно было упростить уравнение.
Визгуны открыли пасти, их глотки судорожно сокращались. Они собирались оглушить его звуковым обстрелом, прежде чем разорвать на части.
Название: Затаенное Дыхание
Поэма: — Я Формирую воздух в пустоту, сферу, / Чтобы Связать звук, чтоб тишина здесь застыла. —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-150 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сфера искаженного воздуха рябью разошлась от его груди, создавая вакуумный карман шириной всего три метра.
СКРИИИ—
Ведущие Визгуны врезались в тишину, их органы ориентации закоротило. Они ожидали эха; они получили пустоту.
Трое из них врезались в пепел, кувыркаясь, как сломанные воздушные змеи.
Каге повернулся на каблуке, пепел хрустел под его ботинками, и встретился взглядом с самым большим из стаи. Зверем с шрамами на крыльях и короной из зазубренных костей.
Вот этот.
У него был план. Он был огромным, глупым и основывался на механике, которую он никогда не проверял в полевых условиях. Это был именно тот вид безрассудной глупости, которого — Старый Клайд — избегал бы, как чумы.
Он быстро заполнил свой слот Ритмического Воспоминания произнесенным стихом. Первый стих дал ему ровно столько времени.
Название: Вежливый Отказ
Поэма: — Пространство меж мной я Формирую в жесткий поток, / Удар, чтоб дистанцию увеличить смог! —
Он поднял Мумё. Клинок был осколком пустоты, удерживаемым на фоне серого. Меч пульсировал. Теплое, влажное ощущение наполнило его ладонь, густое, как артериальная кровь, интимное, как шепот исповеди. Он хотел есть. Он хотел служить.
— Я обещаю смерть. Взамен даруйте мне время.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Навык Активирован: Красная Клятва
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир умер.
Это произошло в одном, тошнотворном рывке. Цвет был вырван, оторван от реальности, как скатерть, выдернутая из-под тонкого фарфора. Серый пепел выцвел до резкого, хирургического белого. Обсидиановые деревья превратились в угольные наброски, грубые штрихи графита на фоне ничего. Небо над Пепельными Землями просто перестало существовать, замененное плоской, бездонной чернотой.
Все выглядело нарисованным. Изображенным карандашом на пергаменте. Мир, сведенный к своей голой, жесточайшей анатомии.
А затем наступила тишина.
Она опустилась, как захлопнувшаяся дверь собора. Ветер. Визг. Кожистая перкуссия десяти пар крыльев. Все это было отсечено у корня. Исчезло настолько полно, что само отсутствие казалось громким, звенящим давлением на его барабанные перепонки, такой тишиной, которая существует на дне глубокой воды.
Тук-тук.
Пульс заполнил пустоту. Обширный. Влажный. Неуклонный, как метроном, установленный чем-то, что никогда не знало спешки. Он резонировал в коренных зубах Каге, в полой части его грудины, в костном мозге его позвоночника. Пульс Мумё. Пульс обещания, которое выполняется.
Тук-тук.
А затем цель загорелась.
Изуродованный Визгун вспыхнул. Яростный, пульсирующий багровый цвет просочился сквозь его силуэт, как рана, открывающаяся в ткани наброска, единственный живой цвет во вселенной графита и костяно-белого. Он светился изнутри, его вены, его органы, его бешено бьющееся сердце — все было изображено глубоким, пульсирующим красным, на который было больно смотреть. Тонкая нить того же багрового цвета натянулась между кончиком клинка Каге и грудью зверя, хирургическая линия, проведенная через монохромную пустоту.
Пуповина между убийцей и убитым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Контракт Принят.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Таймер не появился. Вместо этого на кончике Мумё вспыхнул безмолвный белый огонь, фитиль, медленно и неумолимо горящий по всей длине черной стали к гарде. Медленно. Неизбежно. Прекрасно в своем обещании насилия.
Его полоска Здоровья исчезла. На ее месте, в мертвом центре его зрения, материализовалось зазубренное малиновое число.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Текущий Долг: 0
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Книга Крови открылась, и ее нужно было заполнить.
Тук-тук.
Первая летучая мышь врезалась в него.
Когти разорвали его Стеганый Жилет Охотника, пробили кожу, прокладку, впились глубоко в плоть его плеча. Он почувствовал, как отдельные когти прорвали его кожу, почувствовал текстуру расходящихся собственных мышц.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-240 Здоровье
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге чувствовал себя фантастически.
Травма пришла инвертированной, переведенная Клятвой в трескучую эйфорию, которая наполнила его нервную систему. Боль была там, где-то далеко, факт на странице, которую он уже перевернул. На ее месте расцвела дикая ясность, такая концентрация, которая существовала по ту сторону страха, где тело перестает договариваться и просто действует.
Зазубренное малиновое число пульсировало один раз, раздуваясь, как сердцебиение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Долг: 240
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тук-тук.
А затем наступил зуд.
Он начался в руке с мечом. Ползучая, электрическая потребность, которая впивалась в сухожилия его запястья и распространялась вверх по предплечью. Она была в его локте. Его плече. Его позвоночнике. Везде. Стоять на месте стало физической невозможностью, актом насилия над его собственной нервной системой. Каждое мышечное волокно кричало о движении с удушающей срочностью легких, кричащих о воздухе. Его ноги хотели двигаться. Его бедра хотели поворачиваться. Его руки хотели размахивать.
Клинок жаждал. Он чувствовал его голод через рукоять, низкую вибрацию, которая соответствовала темпу массивного сердцебиения, терпеливого и ненасытного, гончей, натягивающей цепь, которая вот-вот порвется.
— Они мешают, — прошептал Мумё.
Голос доносился отовсюду и ниоткуда. Он скользил по его сознанию, как бритва, медленно проводимая по шелку, интимный и обширный, и ужасно, ужасно нежный. Извинение, завернутое в смертный приговор.
— Двигайся. Пожалуйста. Двигайся.
Каге отпустил.
Он бросился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красная Клятва: Скорость Атаки +100%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он ударил Красного, как выпущенный из рогатки, черный клинок — это было прерывистое пятно прямых векторов, каждый взмах заканчивался резким, ударным треском, когда масса Мумё возвращалась в существование в момент контакта и исчезала в тот же миг, как рассчитывался урон.
Тук-тук.
Никаких дуг. Никаких украшений. Меч двигался по жестоким, геометрическим линиям.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-110 Физического Урона
-115 Физического Урона
-220 Критический Удар!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Здоровье Красного сокращалось. Его багровое свечение мерцало и тускнело с каждым порезом. Каге наблюдал, как жизнь покидала его в пульсирующих сокращениях, и чувствовал одобрение Клятвы в своих костях, теплое мурлыканье подтверждения.
Он продолжал размахивать.
— Ударь меня, — подумал он, и эта мысль была похожа на безумие, сладкое и гнилое, и непреодолимое. — Сильнее.
Остальные девять летучих мышей спустились. Серая лавина когтей и визжащих пастей, изображенных резкими карандашными линиями на черном небе.
Когти нашли его ребра. Зубы нашли его предплечье.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Долг: 840
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Летучая мышь прицепилась к его спине, ее вес толкал его вперед. Другая стиснула челюсти вокруг его икры.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Долг: 1,520
Нарукавник Аколита УНИЧТОЖЕН! Прочность 0.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге засмеялся.
Это был ужасный звук. Сухой, бездыханный, вырванный из глубины чего-то животного. Урон обрушивался на него волна за волной холодной эйфории, каждый удар превращал разбитые кости и разорванные мышцы в чистый, поющий адреналин. С каждой раной он чувствовал себя легче. Быстрее. Математика была ложью, и ложь была великолепна.
Ложь Непобедимости. Он знал, что это ложь. Где-то за наркотическим туманом Клятвы Оператор с точностью каталогизировал повреждения: правая рука висела под углом, который человеческий скелет не выдерживал. Ребра гнулись так, как ребра никогда не должны гнуться. Что-то влажное и важное протекало внутри его грудной полости.
Цифры ничего не значили. Он чувствовал себя богом в человеческой коже.
— Отлично,— промурлыкал клинок, когда что-то прогрызало его предплечье. Голос был нежным, почти любящим, так говорят с тем, кого укладывают спать. — Извините за беспорядок. Продолжайте резать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Долг: 2,100
Перчатки Новичка из Закаленной Кожи УНИЧТОЖЕНЫ! Прочность 0.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он резко развернулся на четверть оборота, сбросив двух летучих мышей с торса, и полоснул Якорь по глазам. Он намеренно игнорировал трех, все еще цеплявшихся за его спину, их когти глубоко впились, их вес тянул его вниз, как якоря на корабле, который отказывался тонуть.
— Мне нужно 4000,— рассчитал Оператор откуда-то издалека, голос доносился сквозь толщу воды. — С учетом брони и погрешностей. 4000 должно быть достаточно.
Но физика настигала. Вес роя был кумулятивным уравнением, которое Клятва не могла решить. Одна летучая мышь прицепилась к его руке с мечом у локтя. Другая стиснула челюсти вокруг его колена, заблокировав сустав. Третья обхватила его лицо своими крыльями.
Стан-лок (Stun-lock — состояние, когда персонаж игрока обездвижен противником из-за непрерывных атак или эффектов контроля).
Он перестал двигаться. Он не мог.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Долг: 3,450
Сапоги Из Шкуры Падальщика УНИЧТОЖЕНЫ! Прочность 0.
Крепкие Штаны Бригадира УНИЧТОЖЕНЫ! Прочность 0.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Фитиль на клинке перевалил за половину. Белый огонь полз все ближе к гарде, каждый сантиметр — закрывающаяся дверь.
Если он не сможет размахивать мечом, контракт истечет. Долг будет выплачен. 3450 единиц урона, нанесенных все сразу.
Он барахтался. Летучие мыши держали. Ему не хватало чистой Силы, чтобы сбросить десять монстров, которые в совокупности превосходили его в весе три к одному.
— Я не могу дотянуться,— запаниковал меч, яростно вибрируя в его хватке. Нежный шепот превратился в нечто отчаянное, собака царапалась в запертую дверь. — Дай мне дотянуться. Дай мне дотянуться. Дай мне—
Он обратился к библиотеке своего разума.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмическое Воспоминание: Активировано
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Пространство меж мной я Формирую в жесткий поток, / Удар, чтоб дистанцию увеличить смог! —
БУМ.
Сжатый воздух взорвался наружу от его тела, как ударная граната. Летучие мыши разлетелись, как осколки, оторванные от его кожи, кувыркаясь в мертвом воздухе и врезаясь в угольные деревья, их карандашные силуэты сминались при ударе.
Пространство.
Каге стоял один в центре кратера. Его аватар был изорван и сломан, лохмотья уничтоженного снаряжения висели на его теле, босые ноги в белом пепле. Монохромный мир простирался вокруг него во всех направлениях, неподвижный, как фотография, безмолвный, как могила.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Долг: 4,120
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Достаточно.
Он посмотрел на Красного.
Зверь с трудом поднимался на ноги в тридцати метрах, с малым количеством здоровья, его багровое свечение мерцало, как умирающая свеча. Он завизжал в растерянности, звук донесся как слабые вибрации сквозь тишину Клятвы, меньше шепота.
Фитиль на клинке коснулся гарды.
— Прекрасно,— прошептал Мумё, и голос был таким тихим, таким благоговейным, что он звучал как молитва. — Возьми его.
Каге двинулся.
Зуд стал криком, стал песней, стал ничем. Его тело преодолело расстояние в три шага, босые ноги били по белому пеплу. Рука с мечом поднялась, ведомая чем-то более древним, чем Оператор, более древним, чем Вундеркинд, чем-то, что жило в пространстве между сердцебиением и клинком.
Край нашел светящуюся багровую шею.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Контракт Выполнен.
Красный Долг Урегулирован: 4,120 Урона
Расчет Переполнения…
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир замер.
Массивное сердцебиение остановилось. Тишина, которая пришла на смену, была другой. Глубже.
Багровое свечение на умирающем звере схлопнулось внутрь, плотное и тяжелое, цвет сжимался в точку бесконечной плотности, красный карлик, идущий в критическое состояние. 4120 единиц урона, которые Каге позаимствовал из будущего, нуждались в доме. Клятва гласила, что носитель прощен.
Окружающая среда — нет.
Красный взорвался.
Ударная волна багровой силы пронзила черно-белый набросок. Это был купол аннигиляции, расширяющийся наружу в идеальную сферу чистого, кричащего красного, единственного цвета, который существовал пятнадцать секунд, теперь высвобожденный в одном, катастрофическом выдохе. Девять оставшихся летучих мышей, все еще восстанавливающихся после отбрасывания, были пойманы в воздухе.
3492 проникающего урона.
Стая испарилась. Превратилась в пиксельную пыль, которая висела в воздухе одно, сверкающее мгновение, прежде чем ударная волна разнесла ее. Облако пепла было отброшено назад идеальным кругом, вырезав кратер из голой породы в Пепельных Землях.
Каге стоял в центре.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Здоровье Восстановлено: 100%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир вернулся.
Цвет вернулся, как набегающая волна. Серый пепел. Черные деревья. Уродливая, фиолетовая кровь монстра, впитывающаяся в землю. Звук последовал через полсекунды, ветер вернулся, чтобы заполнить вакуум.
Массивное сердцебиение угасло. Книга Крови закрылась.
А затем, прибыл счет.
Каге уронил меч.
— Кхх-хуу!
Воздух покинул его легкие в одном, некрасивом выдохе. Он упал на колени, сжимая правое плечо, пальцы впивались в сустав. Его тело помнило все, что Клятва заставила его забыть.
Клятва исцелила его Здоровье. Она не исцелила структурную травму от размахивания оружием быстрее, чем его анатомия могла выдержать, в течение пятнадцати секунд подряд. Его ротаторная манжета чувствовалась так, будто кто-то заменил ее битым стеклом и горячей проволокой. Его мышцы подергивались в сильных, неконтролируемых спазмах, волокна давали сбои, сбитые с толку, все еще пытаясь размахивать мечом, который лежал в пепле.
Он рвал, сухо выплевывая в белую пыль. Адреналиновый спад ударил, как грузовик, холодная эйфория вытекла из него вся сразу, оставив его дрожащим, потным и остро, мучительно осознающим, насколько близко он только что подошел к грани. Мир был слишком ярким. Слишком громким. Цвета были неправильными после пятнадцати секунд монохрома. Его руки дрожали, лежа на земле.
— Рассчитано,— соврал Оператор. — Под контролем.
— Весело, — добавил Вундеркинд. — Давай сделаем это снова.
Системные журналы начали прокручиваться, водопад текста в его периферийном зрении.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы победили Пепельного Визгуна (Ур. 26) x10
Прирост Опыта Умножен (Разница в Уровнях + Мультикилл)
ТАБЛИЦА ДОБЫЧИ УЛУЧШЕНА!
Опыт: 20,500
ДОСТИЖЕНИЕ РАЗБЛОКИРОВАНО: Асимметричная Война
Критерии: Победить группу из 10 или более врагов одновременно, страдая от штрафа за разницу в уровнях в 10+ уровней на каждого врага, будучи ниже 40 уровня.
Текст Описания: «Математика говорила, что вы мертвы. Вы решили, что математика — это лишь предложение. Вы доказали, что качество не заменяет количество… если только это качество — не вы».
Награда: Новый Титул - «Ошибка в Математике»
ТИМУЛ: Ошибка в Математике
Эффект 1 (Фактор Страха): Монстры ниже вашего уровня теперь будут активно избегать агрессии по отношению к вам, если их не провоцировать.
Эффект 2 (Алгоритм Убийцы Великанов): Уменьшает скрытый штраф «Подавление Уровня» на 15% при сражении с врагами более высокого уровня, чем вы.
Эффект 3 (Многие): При столкновении с 5+ активными врагами, получите +10% Скорости Передвижения, +10% Снижения Урона и +10% Множителя Урона.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Золотой свет омыл его, смывая боль в плече.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
Вы теперь Уровень 15.
Разблокирована Новая Основная Способность: Создание Стихов (Форма III: Хайку)
У вас 2 нераспределенных очка атрибутов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Свет вспыхнул снова, ярче.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
Вы теперь Уровень 16.
У вас 4 нераспределенных очка атрибутов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ!
Вы теперь Уровень 17.
У вас 6 нераспределенных очка атрибутов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поздравляем! Вы прорвались через Врата Вознесения!
Обновление Глобального Рейтинга.
Текущее Место: 982.
Передать Личность в Публичную Таблицу Лидеров? (Выбор «Нет» навсегда включит настройку «Скрыть Уровень»)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тепло осело в его костях, восстанавливая порванные связки, пополняя его выносливость. Каге еще на мгновение остался на коленях, глубоко дыша, ожидая, когда его руки перестанут дрожать.
Он посмотрел на Мумё.
Меч лежал в пепле, простой кусок черной стали. Красная жила вдоль его обуха была тусклой, насытившейся. Удовлетворенной. Он выглядел невинно, как заряженное ружье выглядит невинно, когда вы кладете его на стол.
— Ты,— прохрипел Каге, протягивая левую руку, чтобы поднять его, морщась, когда его правое плечо фантомно заныло, — плохое влияние.
Меч промурлыкал, довольная вибрация в его ладони. Довольство собаки, которую только что отпустили с поводка, и она принесла домой добычу.
Каге встал, отряхивая пепел с колен, и посмотрел на сообщение о таблице лидеров. Он фыркнул и выбрал — Нет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Выбор Записан. Личность: Скрыта.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Внезапная дрожь пробежала по его телу, напоминая о новой проблеме. Он был практически голым. Четыре его предмета были уничтожены, что привело к потере:
-21 брони
-2 физического урона
-3 Силы
-2 Выносливости
-3 Искусства
Взамен у него было шесть очков для распределения, новая форма создания стихов и время, которое он потерял бы от смерти.
Он оглядел свои серые окрестности.
— Эффективность,— пробормотал он, проверяя журналы. — Устойчиво? Может быть. Вероятно, нет. Эффективно? Да.
Он посмотрел на кратер с мертвыми летучими мышами. Десять высокоуровневых куч добычи мерцали в серой мгле.
— Ладно,— вздохнул он, Оператор снова взял управление.
Время собирать добычу.
Заметка от Nejm
Первое использование Красной Клятвы, поэтому я решил подробно описать ее. Надеюсь, это было увлекательно.
Каге стоял один в центре кратера, который он вырезал в ландшафте. Десять трупов лежали разбросанными по грубому периметру, их тела распадались на полигональные фрагменты, оставляя за собой светящиеся маркеры добычи. Это было кладбище успеха, но Каге не чувствовал себя победителем. Он чувствовал себя человеком, который только что пробежал по шоссе с завязанными глазами и каким-то образом оказался на другой стороне.
Его пробрала дрожь.
Он был практически голым. Красная Клятва взяла свою плату в прочности, превратив его низкоуровневую экипировку в хлам. Он стоял в высокоуровневой зоне в нижнем белье и кожаном жилете, держа разумный меч, который в данный момент мурлыкал с ужасающим чувством удовлетворения.
— Не привыкай к этому,— пробормотал Каге клинку, вкладывая Мумё в ножны. — Мы больше этого не сделаем, если только выплата не покроет счета за терапию.
Он размял плечи, проверяя сустав, который мгновения назад горел огнем. Исцеление от повышения уровня выполнило свою работу—структурные повреждения исчезли—но фантомное ощущение разрыва его ротаторной манжеты осталось в его уме.
Проверка статуса.
Он открыл свой лист персонажа.
Уровень 17.
Шесть нераспределенных очков атрибутов.
Он снял рваные клочья кожи со своего тела, бросив их в пепел. Они даже не стоили того, чтобы продавать торговцу. Потеря была досадной (в основном падение характеристик), но управляемой. Он пошёл на это, зная, что Клятва была сделкой, а не подарком.
— Ладно,— вздохнул он, личность Оператора вышла на первый план, чтобы управлять логистикой. — Посмотрим, оправдывает ли себя соотношение риска и награды.
Он подошел к ближайшей куче добычи.
В старых многопользовательских онлайн-играх сбор добычи с такого количества врагов был бы рутиной — подходить к каждому трупу, преклоняться, открывать окно, перетаскивать предметы. Но Crown of Destiny, при всей ее гиперреалистичной физике и сложной истории, поддалась одному конкретному удобству для игроков: Областному Сбору Добычи.
Когда Каге потянулся к останкам одного Визгуна, от его руки расширился голографический радиус, отмечая каждый предмет, пригодный для сбора, в пределах двадцати метров. Окна слились, превратившись в единую, массивную сетку потенциальной прибыли.
— Спасибо, разработчики,— пробормотал Каге.
Он просмотрел список.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Приобретено валюты: 32 Серебра, 72 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге поднял бровь. Внутренний калькулятор щелкнул. В среднем около 3 Серебра за убийство. Это почти в десять раз больше, чем скорость выпадения у гоблинов в стартовой зоне.
Это имело смысл. Экономика MMO всегда была многоуровневой. Если бы он остался здесь и эффективно фармил, не уничтожая свою экипировку каждый раз, он мог бы генерировать золото со скоростью, которая сделала бы это выгодным с точки зрения Торговли реальными деньгами (RMT).
Затем он посмотрел на мусор.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Окаменевшая Железа Пепла x14
Мембрана Крыла Визгуна x8
Полый Костный Осколок x22
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пепельные Железы были фильтрующими компонентами, вероятно, полезными для алхимиков, пытающихся варить зелья для опасных сред. Мембраны были материалами для кожевенного дела. Он смел их все в свою сумку. Место в инвентаре было деньгами, ожидающими реализации.
Затем его взгляд поймал свечение в нижней части списка.
Это был не белый цвет обычных предметов, и даже не зеленый цвет необычных. От одной из иконок исходил отчетливый, глубокий синий пульс.
— Джекпот,— прошептал Каге, усталость покинула его позу.
Он извлек предметы, держа их на фоне блеклого серого света зоны.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Наголенники Странника из Полой Кости
Качество: Необычное (Зеленое)
Тип: Средняя Броня для Ног (Кость/Кожа)
Броня: +22
Ловкость: +5
Сила: +2
Требование: Уровень 16, 17 Ловкости, 15 Силы
Описание: Наголенники, образованные из переплетающихся хитиновых пластин ног Альфа-Визгуна. Они невероятно легкие, но жесткие, предназначены для отражения ветра и когтей.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Звукоплетение - Обмотки
Качество: Необычное (Зеленое)
Тип: Гибридные Перчатки из Ткани/Кожи
Броня: +5
Скорость Атаки: +10%
Требование: Уровень 15, 20 Ловкости
Описание: Бандажи, сотканные из голосовых связок Визгуна. Они слабо гудят, когда пользователь ударяет по твердому предмету.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
И главный приз:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поступь Пепельной Дюны
Качество: Редкое (Синее)
Тип: Кожаные Сапоги
Броня: +18
Ловкость: +4
Выносливость: +3
Требование: Уровень 18, 20 Ловкости
Пассивный Эффект: Невесомый Шаг – Носитель равномерно распределяет вес, предотвращая проваливание в рыхлую местность. Штраф к скорости передвижения на такой местности нивелируется.
Описание: Сапоги, изготовленные из легких, полых костей и обработанной кожи Визгуна. Они ощущаются, как будто ничего не весят.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге смотрел на сапоги. Они были сделаны из бледной, закаленной кожи и кости, выглядя почти как фрагменты экзоскелета. Они были уродливы и абсолютно идеальны.
Невесомый Шаг.
Он посмотрел на свои ноги, утонувшие на три дюйма в мягком пепле. Каждый шаг в этой зоне был борьбой с трением, постоянным истощением, которое замедляло его боевой темп. Эти сапоги были ключом к зоне. Они были разницей между борьбой с окружающей средой и ее использованием.
— Но, конечно,— сказал Каге, его голос был ровным. — Есть подвох.
Требование: Уровень 18.
Он был 17-го уровня.
— Один уровень,— проворчал он, сопротивляясь желанию пнуть кучу пепла. — Всегда один уровень.
Он убрал сапоги в свою сумку. Они были его следующим этапом. Но остальные два предмета… наголенники и обмотки — они ему были нужны сейчас. Его защита в данный момент была ничтожна; сильный ветер мог бы его критиковать, и ему нужно было компенсировать потерянные характеристики. Однако была одна явная проблема.
Ловкость: 15
Чистым классам было легко. Воин вкладывал все в Силу и Выносливость или Ловкость, в зависимости от стиля игры. Маг вкладывал все в Интеллект. Их пути развития экипировки были линейными, эффективными и скучными.
Но Каге играл Легендарным Поэтом. Его основной характеристикой, источником его маны (Авена) и его силы, было Искусство. Каждое очко, которое он не вкладывал в Искусство, было очком, которое он не использовал для масштабирования механики своего класса.
Однако он отказывался играть как заднелинейный заклинатель. Он был бойцом ближнего боя, который использовал поэзию, чтобы ломать реальность. Это означало, что ему нужно было бить, уклоняться и носить броню, которая не позволяла ему умереть.
Ему нужно было Искусство для силы.
Ему нужна была Сила для урона, экипировки и грузоподъемности.
Ему нужна была Ловкость для скорости и требований к экипировке, особенно с Мумё. Это была, вероятно, его самая эффективная характеристика из-за Инерции Нулевой Точки.
— МНОГ,— пробормотал он. — Множественная Зависимость от Атрибутов. Проклятие эффективности.
Он посмотрел на свои шесть нераспределенных очков. Они были драгоценным ресурсом. Он хотел вложить их все в Искусство.
Но экипировка…
Математика начала прокручиваться в его уме, холодная и неоспоримая.
Текущая Ловкость: 15.
Требуемая Ловкость для Наголенников: 17.
Дефицит: 2.
Если бы он потратил 2 очка на Ловкость, он мог бы носить Наголенники.
Наголенники давали +5 Ловкости.
17 (Базовая) + 5 (Предмет) = 22 Ловкости.
Обмотки требовали 20 Ловкости.
Это был каскадный эффект. Вложение двух очков разблокировало возможность носить два предмета, что, в свою очередь, разблокировало характеристики для ношения сапог на 18-м уровне (которые также требовали 20 Ловкости).
— Хорошо,— сказал Каге в пустоту. — Ты выиграл этот раунд, игровой дизайн.
Он открыл свою панель атрибутов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ловкость: 15 -> 17
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он подтвердил изменение. Легкое покалывание от увеличения характеристики охватило его — его рефлексы стали немного острее, мир двигался на долю процента медленнее.
Он натянул Наголенники Странника из Полой Кости. Они были легкими, сделанными из белых хитиновых пластин, которые с удовлетворительным щелчком соединялись.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экипировано: Наголенники Странника из Полой Кости
Ловкость увеличена на 5.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он согнул ноги. Легче. Намного легче.
Затем, Звукоплетение - Обмотки. Он обмотал странную, вибрирующую ткань вокруг своих рук и предплечий. Они слабо вибрировали, симпатический резонанс, от которого покалывали пальцы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экипировано: Звукоплетение - Обмотки
Скорость Атаки +10%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он посмотрел на оставшиеся 4 очка.
Он был Поэтом. Если он игнорировал свою Музу, класс был просто уловкой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 70 -> 74
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге закрыл панель. Он все еще был хрупок по сравнению с преданным танком, таким как Валдриас, он наносил меньше урона, чем чистый Воин, и ему не хватало взрывного урона магов, но он становился чем-то совершенно иным. Проблемой, которую было трудно классифицировать.
Наконец, он обратил свое внимание на свой новый Титул.
Титул: Ошибка в Математике
Эффекты были мощными. Алгоритм Убийцы Великанов (15% снижение подавления уровня) был невероятным для быстрой прокачки. Многие (баффы при численном превосходстве противника) были практически созданы для его текущего затруднительного положения — быть недостаточно прокачанным для зоны.
Он собирался его сменить.
Затем он остановился.
Он посмотрел на свой текущий титул: Эулогист Верных.
Эффект: +5 ко всем атрибутам.
Каге мгновенно произвел умственные расчеты.
+5 ко всем характеристикам означало +25 общих очков атрибутов. На 17-м уровне это было эквивалентно двенадцати уровням характеристик (десяти, фактически, поскольку Интеллект не давал ему ничего, кроме, возможно, некоторых проверок Интеллекта).
Без Эулогиста его Сила упала бы на 5 (ухудшая его урон и грузоподъемность). Его Выносливость упала бы на 5 (теряя 50 Здоровья). Его Искусство упало бы (теряя Авен). И, что особенно важно, его Ловкость упала бы на 5.
Если бы он снял Эулогиста, его базовая Ловкость упала бы с 17 до 12.
Наголенники требовали 17.
Они автоматически снялись бы.
Затем его Ловкость упала бы еще ниже, снимая Обмотки.
Он снова был бы голым.
— Масштабирование против фиксированных характеристик,— пробормотал Каге, потирая подбородок. — Ошибка в Математике — это процентный скалер. Она становится лучше, чем сильнее я становлюсь. Эулогист — это фиксированный прирост. Он переоценен в начале игры, но теряет актуальность, когда у меня 500 характеристик.
Сейчас? Он не мог позволить себе потерять +25 характеристик. Основа его сборки полностью держалась на этом одном титуле.
Эулогист остается,— решил он.
Теперь, настоящий приз. Он оставил уведомление напоследок. Уровень 15 был важной вехой для почти каждого класса, и Архитектор Стихов, по-видимому, не был исключением.
Каге нажал на иконку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Разблокирована Новая Основная Способность: Создание Стихов (Форма III: Хайку)
Тип: Активная
Стоимость: Базовая: 350 Авен
Описание: Двустишие диктует действие; Хайку диктует состояние бытия. Структурируя три концепции в жесткую, созерцательную форму, вы накладываете статическое повествование на саму окружающую среду.
Правила Композиции:
Структура: Стих должен следовать строгому счету слогов 5 - 7 - 5.
Ключевые Слова: Должны содержать Три различных Концептуальных Ключевых Слова.
Эффект:
Создает Повествовательный Домен.
Внутри этого домена реальность зоны переписывается истиной Хайку.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на панель, его разум немедленно анализировал механику.
— 350 Авена,— пробормотал он. — Инфляция везде.
Это был ошеломляющий скачок. Базовое однословное стихотворение стоило 50. Тяжелое двустишие обходилось ему в 100. Это было в три с половиной раза дороже его самой сильной формы. При его текущем запасе в 920 Авена, Хайку истощило бы почти сорок процентов его общих ресурсов за одно применение.
Но эффект… Манипуляция Зоной.
Он нахмурился, постукивая по подбородку рукоятью Мумё. — Если двустишие — это пуля, которая говорит цели сломаться, — теоретизировал он в пустых пепельных пустошах, — то Хайку вовсе не атака. Это изменение правила.
Речь шла скорее об изменении доски, на которой он стоял. Состояние бытия. Если бы он написал Хайку о ЖАРЕ, он, вероятно, превратил бы локализованную область в печь. Если бы он написал о СВЯЗЫВАНИИ, сам воздух мог бы превратиться в патоку.
— Но исполнение — это кошмар,— застонал он.
Двустишия были легкими; рифма была интуитивной. Даже под давлением человеческий мозг искал звуковые паттерны. Но Хайку?
Пять слогов. Семь слогов. Пять слогов.
И ему нужно было втиснуть три конкретных Ключевых Слова из его ограниченного Лексикона в этот жесткий каркас.
Попытка считать слоги, пока босс пытался отделить его голову от плеч, была рецептом быстрой поездки на респаун. Это было слишком медленно, слишком безрассудно для хаоса боя в реальном времени. Это требовало паузы, дыхания, момента неподвижности, который ни один враг ему не дал бы.
Его взгляд метнулся к навыку Ритмическое Воспоминание, способности сохранять одно предварительно заклинание для мгновенного высвобождения.
— Что ж,— сказал Каге, решительным движением закрывая окно. — Это все решает.
Слот Воспоминания больше не предназначался для чрезвычайных ситуаций. Отныне этот слот принадлежал исключительно Форме III.
Сторона Оператора в нем ухмыльнулась. Это было громоздко, дорого и сложно в использовании.
Но выгода выглядела бесконечной.
Он закрыл интерфейс.
Он был снаряжен. Он был прокачан. У него была новая Форма для тестирования. У него были деньги в кармане и меч, который шептал ему.
Каге поправил ремни на своих новых наголенниках и заглянул глубже в Предгорья Ясеневой Долины. Путь впереди вился вверх, исчезая в густом, кружащемся сером тумане. Тишина вернулась, полная и гнетущая.
Прошел почти час с тех пор, как он убил первого Визгуна в этой зоне.
Обычно в зоне с высокой посещаемостью мобы возрождались за минуты, иногда за секунды, если плотность игроков была достаточно высокой. Система динамически управляла ресурсами; больше игроков означало более быстрое мясо для мясорубки.
Здесь?
Каге оглянулся на пустой кратер. Ни один Визгун не возродился. Пепел все еще был нетронут там, где упали тела.
Это означало, что дорога позади него была чиста. Это также означало, что все, что было впереди него, очень, очень долго ждало гостя.
Он крепче сжал рукоять Мумё.
В глубокой серости его ждали тайны: едкий, вездесущий запах жженой бумаги и яростный, зарытый пульс Окаменевшей Прожилки Памяти, узла, который взрывался, а не поддавался.
Он начал идти, его новые наголенники тихо пощелкивали, когда он исчезал в монохромной завесе падающего пепла.
Пепел становился глубже с каждым шагом.
То, что началось как пепел по щиколотку на краю зоны, теперь доходило до колен Каге, густое и цепкое, как мокрый цемент. Каждый шаг требовал усилий: вытаскивать ногу, находить опору на неустойчивой почве, затем повторять процесс.
Сапоги бы помогли.
— Уровень 18,— напомнил он себе. — Еще один уровень.
Поступь Пепельной Дюны лежали бесполезно в его инвентаре, насмехаясь над ним своими идеальными характеристиками и недоступным требованием к уровню. Он, конечно, экипировал наголенники и обмотки, но сапоги, те, что позволяли ему ходить по пеплу, оставались запертыми.
Каге тяжело двинулся вперед.
Ландшафт изменился по мере того, как он углублялся в Предгорья Ясеневой Долины. Обозначение — предгорья — было щедрым. Это были массивные, изогнутые хребты, которые поднимались из серого ландшафта, как кости какого-то невообразимо большого существа.
— Геологические образования,— сказал он себе. — Известняк. Вулканическая активность.
Объяснение казалось пустым.
Он остановился, чтобы перевести дыхание, опираясь на один из окаменевших черных шпилей, торчащих из земли. Вблизи текстура была неправильной. Слишком гладкой. Слишком органичной. Это выглядело как застывший дым, как будто кто-то запечатлел молнию в момент удара и превратил ее в обсидиан.
Каге оттолкнулся от шпиля и продолжил свой путь.
Тропа вилась вверх по узкому каньону, стены поднимались с обеих сторон, как ребра какого-то массивного зверя. Сравнение постоянно всплывало в его уме, и он продолжал отбрасывать его.
— Это игра. Разработчики стремились к эстетике. Перестань искать скрытый смысл.
Но его Искусство теперь было на 74, и мир отказывался молчать.
Каждые несколько минут он улавливал низкочастотное бормотание, которое, казалось, исходило из самой земли, миллионы голосов, говорящих одновременно, создавая белый шум из непонятных звуков.
— Окружающая атмосфера,— решил он. — Процедурно генерируемая. Добавляет атмосферы.
Объяснение удовлетворило Оператора.
Что-то еще в его груди оставалось неубежденным.
Каньон открылся в небольшое плато, и Каге остановился.
Руины.
Они были старше, чем разрушающийся камень Дозорной Башни Извилистых Лоз. Архитектура была угловатой и суровой, построена из темного металла, который поглощал свет. То, что осталось от стен, поднималось зазубренными фрагментами, как сломанные зубы.
И везде, вырезанные на каждой поверхности, были надписи.
Каге подошел к ближайшей стене.
Текст полностью покрывал ее, плотные блоки символов, которые закручивались и перекрывались в узорах, которые было больно рассматривать. Сценарий не имел никакого сходства с эльфийским, гномьим или любым обычным языком, с которым он сталкивался в библиотеке Оакхейвена. Это было нечто совершенно иное.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обнаружен Древний Текст
Язык: Высокий Этел (Архаичный Диалект)
Требование Перевода: Искусство 700
Ваше Текущее Искусство: 74
Перевод Неудачен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на уведомление.
Семьсот.
Он прочитал это снова.
Семь. Сот. Искусства.
Его текущее Искусство было 74. Это уже было выше, чем, вероятно, у всех преданных ролевиков. Средний игрок, вероятно, имел около 10-15, рассматривая эту характеристику как свалку.
Семьсот было… почти невозможно. Математически невозможно, по крайней мере, обычными средствами. Даже если бы он вложил каждое очко характеристик с этого момента и до 100-го уровня в Искусство, он не достиг бы 700.
Даже при мультипликативном масштабировании число было абсурдным. Это была стена. Заявление.
Читать это запрещено. Пока. Возможно, навсегда.
Но, может быть…
Каге протянул руку и коснулся металла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Интуиция Рассказчика
Обнаружено Эхо Лора.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его зрение рассыпалось на… все.
Лица. Тысячи. Ребенок, делающий свои первые шаги по красной глиняной земле. Старик, наблюдающий за горящим городом с холма, слезы высохли, прежде чем упали. Женщина, смеющаяся над чем-то, что больше никогда не будет смешным. Солдат, вонзающий клинок в землю и уходящий. Фрагменты, каждый из которых закончен, каждый из которых прожит, давили на него все сразу со всех сторон, как свет сквозь треснувшую ставню.
Он был всеми ими. Кратковременно. Ужасно.
Тяжесть этого потрясла его. Горе и радость, неразличимые, каждый человеческий момент, который когда-либо имел значение, нагромождался один на другой, пока куча не достигла чего-то вроде агонии.
Затем началось горение.
Оно началось с краев. Лицо темнело. Смех обрывался. Красная глиняная земля превращалась в ничто, память о ней исчезала, поглощалась, стирание распространялось внутрь, и лица кричали, исчезая, и крик был звуком глотания, и это было ужасно, и это было выбрано, и это было—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эхо Лора Завершено.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Видение разбилось. Пепел плыл с неба без облаков. Руины вернулись в свое сломленное, безмолвное состояние.
Его сердце колотилось в груди, адреналин подскакивал без видимой причины. Стена была холодным металлом, точно такой же, как и была.
Но ощущение задержались. Он посмотрел на серые хлопья, опускающиеся вниз.
Из чего сделан пепел?
Он снова посмотрел на надписи, текст, который его 74 Искусства не могли даже поцарапать.
Руины внезапно показались предупреждающим знаком.
Он проверил карту. Предгорья Ясеневой Долины были классифицированы как зона 25-35 уровней — сложная для его уровня, но не чрезмерно.
На карте отсутствовали надписи с требованиями к Искусству 700.
— Потому что никто другой не может их видеть,— подсказал голос в его голове.
Архитектор Стихов видел мир по-другому, но это был первый раз, когда разница ощущалась как взгляд за занавес, который он не должен был открывать.
Каге запомнил местоположение и двинулся дальше.
Он услышал голос, прежде чем увидел говорящего.
Он доносился сквозь забитый пеплом воздух с идеальной ясностью: лекция, произнесенная размеренным тоном университетского профессора. Слова были спокойными, почти успокаивающими, но под ними таился оттенок отчаяния.
— …и более того, ваши хищные инстинкты — это искажение вашей первоначальной цели! Историческая запись ясно говорит об этом!
Каге замер.
Он присел, вытаскивая Мумё одним плавным движением. Клинок скользнул беззвучно, его матовая поверхность поглощала серый свет.
Игрок? Статистически невозможно.
Неигровой персонаж?
Он двинулся к голосу, держась низко. Пепел тянул его ноги, но он заставил себя двигаться вперед, используя окаменевшие дымчатые шпили в качестве укрытия.
Голос продолжал:
— Вы — Стражи Грудной Клетки! Помните свое положение!
Каге достиг края неглубокого углубления и посмотрел вниз.
Три существа кружили вокруг фигуры, прижавшейся к окаменевшему дереву.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Угольная Пасть - Уровень 28
Здоровье: 4,200/4,200
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Монстры были ужасающими: массивные, безглазые существа, которые двигались по пеплу, как акулы по воде. Их тела были низкими и змеевидными, покрытыми пластинами вулканического стекла, которые тихо позвякивали при каждом движении. Их челюсти зияли, обнажая ряды зубов, светившихся остаточным жаром.
Уровень 28. Каждый из них был на одиннадцать уровней выше Каге.
Три цели. Общий запас здоровья 12 600. Преимущество в движении в пепле. Тактика стаи.
Математика была ужасной. Даже с Красной Клятвой Мумё, даже при идеальном исполнении, три одновременные цели такого уровня были бы еще одной азартной игрой. Ему нужны были сапоги.
Но Угольные Пасти не атаковали.
Они кружили. Они рычали. Их челюсти щелкали в воздухе от разочарованного голода.
Но они не бросались.
Каге перевел внимание на их цель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вал
Сплоченность: 100%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сплоченность? Это какая-то уникальная полоска Здоровья?
NPC выглядел как пугало из тряпок. На нем был тяжелый, потрепанный плащ, залатанный кожаными лоскутами, которые развевались на несуществующем ветру. Толстый шарф закрывал нижнюю половину его лица, а круглые, треснувшие очки криво сидели на носу.
Но самая поразительная деталь — его руки. Они были черными. Они были запятнаны, темнота поднималась до его локтей, матовая и поглощающая свет.
Он держал книгу размером со щит, прикованную к его поясу тяжелыми железными цепями. Он лихорадочно писал в нее пером, которое двигалось так быстро, что расплывалось.
— Вы клялись защищать внутренний святыни!— голос Вала сорвался. — У меня есть документация! У меня есть клятвы! Вы их подписали! Ну, ваши предшественники подписали их, и цепь командования четко установлена в Разделе Четырнадцать, Подразделе—
Одна из Угольных Пастей зарычала.
Вал отчаянно листала страницы. — А! Вот! «И Стражи узнают свое предназначение, и их предназначение будет их цепями, и их цепи будут их…»
Угольная Пасть слева вздрогнула.
Его тело мерцало. Каге моргнул, не уверенный в том, что он видит. Очертания существа расплылись, как сигнал, теряющий связность, а затем—
Оно растворилось.
Угольная Пасть просто прекратила свое существование, ее форма распалась на нити пепла, которые рассеялись на несуществующем ветру. Оно исчезло без анимации смерти, без выпадения добычи или чисел урона.
Оно исчезло мгновенно.
Вал продолжал читать.
— «…и их цепи будут их честью, ибо те, кто забывает свои клятвы, забывают себя, а те, кто забывает себя…»
Вторая Угольная Пасть мерцала.
Растворилась.
Исчезла.
Хватка Каге на Мумё усилилась.
Что я смотрю?
Оператор в нем производил расчеты, которые отказывались считаться.
— Он читает им их собственную историю,— подсказал другой голос. — Он напоминает им, кем они были. И они не могут существовать как монстры, если помнят, что были стражами.
Это было безумие.
Это было именно то, что Каге сделал бы с Стихом, если бы у него были нужные Концепции и достаточно Искусства.
— Он делает то, что делаю я. Но он делает это лучше.
Третья Угольная Пасть кружила.
Она была крупнее других, возможно, альфа. Ее вулканические стеклянные пластины были толще, ее жаркое свечение ярче. В отличие от своих сородичей, зверь игнорировал лекцию Вала, выглядя лишь рассерженным.
— «…забывшие себя возвращаются в пепел, из которого они…» О боже,— голос Вала дрогнул. — Вы не слушаете, не так ли?
Альфа Угольная Пасть зарычала.
Вал быстрее листала страницы. — Возможно, если бы я сослался на первоначальный устав? Поправки? Была очень трогательная речь на церемонии ратификации, у меня где-то есть ее стенограмма…
Альфа бросилась.
Каге уже двигался.
Он перепрыгнул через гребень, его ноги кричали, когда он проталкивал их сквозь пепел по колено. Мумё пел в его хватке, невесомый и жаждущий.
Вал споткнулся назад, его очки слетели, когда он упал. Том выпал из его рук.
Челюсти Угольной Пасти широко раскрылись, жар волнами исходил из его глотки.
Название: «Приказ об остановке движения».
Каге врезался в пространство между ними.
— Связать!—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Строка-команда Стих вырвалась, ударив Альфу.
Должно было сработать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Разница в Уровнях слишком велика. Искусство слишком низко. Эффект Статуса Сопротивлен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Невидимые цепи рассыпались, как сухие ветки. Акула не остановилась; она даже не замедлилась.
— Надо было использовать Двустишие.
Каге едва успел поднять Мумё в отчаянную защиту. Клинок, теоретически невесомый, встретил нос существа с плотностью катящегося валуна. Но физика была жестокой хозяйкой. Меч держался неподвижно против носа существа, отбрасывая Каге назад.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Несгибаемая Воля
Урон Нивелирован.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его пятки впились, пытаясь найти опору, но Пепел предал его. Это был жидкий particulate. Он утонул по голени, мягкий серый порошок поглотил его кинетическую энергию, оставив его в ловушке.
Уклонение практически невозможно.
Альфа металась, ее обжигающая шкура шипела, когда она плыла по сугробам. Она скользила по местности, которая в данный момент топила Каге.
— Плохое сочетание,— отметил Оператор, текст судорожно прокручивался в его внутреннем зрении. — Я не могу использовать работу ног, если у меня нет опоры. Я не могу уклоняться, если я погребен.
Жар исходил от монстра, доменная печь, достаточно сильная, чтобы завить волосы на руке Каге. Он снова бросился, челюсти щелкнули в дюймах от его лица.
Тогда Каге почувствовал это.
Он почувствовал реакцию наряду с серой звериной. Запах песка, ударяющего о магму. Едкий, удушающий и обжигающий.
Там, где живот Угольной Пасти терся о пепел, серая пыль плавилась. Она превращалась в зазубренный шлак.
— Пепел — это просто диоксид кремния,— осознал Каге, сужая глаза. — Песок плюс Жар равно Стекло.
Он проигнорировал акулу, сосредоточившись на замораживании окружающего серого океана.
Позади него он услышал, как Вал копошится, ища свой упавший том.
— Ох,— сказал Вал, его голос был высоким и задыхающимся. — Ох, вы настоящий. Вы действительно настоящий. Это… это очень обнадеживает. Я уже начал беспокоиться, что полностью вообразил внешние стимулы.
— Можете снова сделать это растворение?
— Я—,— голос Вала сорвался. — Оно не слушало. Другие помнили, но это… оно слишком много забыло. Я не могу до него дотянуться.
Прекрасно.
Он встал на ноги; ему нужно было что-то посильнее Двустишия.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Создание Стихов Форма III: Хайку
Стоимость: 350 Авен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Число вспыхнуло в его сетчатке, от чего у него заныло в животе. Эта стоимость была равносильна вымогательству. Почти треть его запасов исчезла в мгновение ока.
— Это безумие,— Оператор негодовал против требования. — Я в критической ситуации, и мне приходится считать слоги.
Это противоречило каждому инстинкту, который он отточил в кендо и играх. Бой был о потоке, данных о кадрах и реакции. Хайку было о неподвижности. Ему пришлось заставить свой бегущий разум, который сейчас кричал ему уклоняться, резко остановиться. Это было похоже на попытку выполнить каллиграфию внутри падающего лифта.
Он стиснул зубы, готовый проклясть разработчиков игры, когда запах кедра резко перебил запах серы.
Фантомная боль стукнула по его костяшкам: призрак бамбукового синая.
— Ты шумный, Клайд,— прохрипел голос Мастера Джина в его памяти, сухой, как осенние листья за окном додзё. — Ты двигаешься, потому что боишься стоять. Скорость — это костыль для неуверенного.
Он видел старика, стоящего совершенно неподвижно в стороне, кончик его меча не двигался, но заполнял всю комнату давлением.
— Я победил,— сказал молодой Клайд, все еще покрасневший после спарринга, и в его словах была ухмылка. — Я всегда побеждаю. Шум работает отлично.
— Река течет, потому что она свободна?— возразил Джин, его голос был ровным. — Или она течет, потому что ограничена берегами? Без берегов разве это не просто лужа?
Джин шагнул вперед, постучав по груди растерянного Клайда.
— Ты думаешь, структура — это клетка. Это камера. Дыхание, затаенное перед ударом. Ты берешь всю свою ярость, весь свой огонь, всю свою скорость и втискиваешь это в одну жесткую линию, пока ему не останется куда идти, кроме как сквозь.
Он заставил мальчика тренировать удары в пространстве едва шире его плеч.
— Научись уважать предел, мальчик. Только когда ты примешь границу, ты сможешь сделать удар абсолютным.
Оператор моргнул. Математика щелкнула. Это функционировало как Ма-ай (термин из боевых искусств, означающий идеальное дистанцию или интервал между противниками, где можно эффективно атаковать и защищаться).
Каге остановился. Он позволил панике иссякнуть, заменившись тишиной.
Название: Сад Застывшего Песка.
Он бросил слова, как камни в пруд.
— Рыхлый песок я сейчас Формирую,—
Серые сугробы вокруг них задрожали, застывая, когда логика повествования заменила физический движок. Это ощущалось тяжело, как тяжесть за глазами.
— Укрепляю путь под пламенем,—
Он немедленно почувствовал истощение, вакуум, высасывающий энергию прямо из его костного мозга, чтобы подпитать второе ключевое слово. Ему нужно было направить жар. Ему нужно было соединить концепции.
— Привязываю землю к стеклу.—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фактор Истины: Абсолютный. Перегретый Диоксид Кремния витрифицируется под давлением.
Домен Изменен: Стеклянное Море.
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Формировать увеличен. (18%->20%)
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова Укреплять увеличен. (28%->29%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Головная боль была такой же быстрой, как и результат. Раздался оглушительный звук, как резкий ТРЕСК миллиона галлонов воды, мгновенно замерзающей в лед.
Пепел под Угольной Пастью мгновенно сплавился в лист полупрозрачного, обсидианово-темного стекла. Акула, плывшая посредине, ударилась брюхом о вновь обретенную твердую поверхность с мокрым стуком, ее плавники бесполезно скреблись по скользкой, неузнаваемой местности.
Она лежала беспомощно, как рыба на разделочной доске.
Каге шагнул вперед. Его ботинки резко щелкнули по стеклу. Он скользнул по поверхности, трение исчезло, скорость восстановилась.
— Теперь,— прошептал Каге. — Давай попробуем снова.
Бег подразумевал усилие, а усилие требовало коэффициента трения, которого просто не существовало на совершенно новой поверхности мира.
Каге скользил.
Альфа Угольная Пасть, зверь, способный плавать в твердом пепле, словно в воде, в данный момент испытывал биологическую ошибку 404. Он бился на витрифицированном стекле, его зазубренные плавники скрежетали, как ногти по школьной доске, напрасно пытаясь зацепиться. Он эволюционировал, чтобы плавать в пепле. На твердой, переохлажденной кремнеземной поверхности он был просто умирающей рыбой на столешнице.
Каге оттолкнулся задней ногой, без усилий скользя по обсидиановому зеркалу. Он позволил инерции нести его, превращая свое тело в снаряд, экономя Авен для переменных.
Угольная Пасть щелкнула челюстями, но Каге уже исчез, проскользнув мимо зоны поражения в низком приседе.
Он вдохнул. Знакомое, ритмичное ощущение встало на место, его пульс уже синхронизировался с ритмом шагов атаки.
Скольжение. Скольжение. Удар.
(Скольжение) — Ослаб—
Он выхватил Мумьё плоской дугой. Клинок рисовал в воздухе, как чернила пустоты. Он впился в мягкое, открытое брюхо акулы.
— —ление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ослабление применено. Цель получает на 30% больше урона.
Синергия достигнута. Ритмичный Поток x1 (+2 Урон, +2% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
(-120 ОЗ)
Каге повернулся на пятке, используя отсутствие трения, чтобы развернуться на 360 градусов, не теряя скорости, превращая свою инерцию в центробежную силу для второго удара. Угольная Пасть взревела, пытаясь перевернуться, но ее массивная туша просто скользнула дальше, ударившись о кристаллизованный столб дыма, который служил стеной.
Каге сократил дистанцию. Существо было Элитой, огромный запас здоровья, высокий урон, но оно продолжало пытаться «нырнуть» в землю, которая теперь была тверже стали.
Каге расчленял его.
Это была ритмичная разделка. Каждый раз, когда зверь делал выпад, Каге скользил перпендикулярно вектору. Влево. Вправо. Назад.
(Шаг) — Уда— (Укол) —р
(-198 ОЗ)
Пять стаков. Семь стаков.
Оператор наблюдал, как летят цифры. Художник наблюдал за танцем. На короткое мгновение две половины его мозга пилотировали шасси в тандеме. Каге почувствовал знакомое жжение во вращательной манжете, физическую цену остановки собственной руки, когда невесомый меч отказывался обеспечивать отдачу, но он игнорировал это.
Акула сделала последний, отчаянный рывок, ее пасть светилась внутренним жаром. Дыхательная атака.
Каге просто согнул колени, упал плашмя на стекло и скользнул прямо под челюстью зверя, когда поток жидкого огня вырвался над его головой.
Он толкнул вверх. Клинок Мумьё вернулся к полной плотности стали в микросекунду, как только коснулся сердца зверя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -350 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Угольная Пасть задергалась, окоченела, а затем рухнула на стекло с мокрым, тяжелым шлепком.
Каге резко затормозил в десяти футах, вставая и стряхивая фантомный вес с руки с мечом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: 980 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге выдохнул, уставившись на уведомление, его бровь дернулась. Он открыл интерфейс, уставившись на полоску опыта.
Уровень 17 (5882/7009)
— Ты шутишь, — пробормотал он в пустоту.
Это было еще два моба такого калибра.
Он открыл инвентарь и посмотрел на Поступь Пепельной Дюны. Иконка была затемнена. Красный текст Требуется Уровень 18 насмехался над ним.
Он подошел к трупу, быстро обыскивая останки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лут Получен: Угольное Стекло (Обычное) x3
Лут Получен: Зуб Пепельной Акулы (Необычное) x1
Лут Получен: 42 Серебра
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мусор. Ну, возможные материалы для крафта, но в данный момент мусор для его непосредственных нужд.
Он переключил внимание на другую проблему в комнате.
Вал сидел, прислонившись к окаменевшему основанию дымового дерева, сжимая левую руку. Выглядел так, словно порыв ветра сбил бы его с ног. Его пальто было в ужасных заплатках, а очки треснуты.
— Мы... безопасно? — спросил Вал, его голос дрожал. Он не смотрел на Каге; он смотрел на мертвую акулу, лихорадочно что-то записывая в свою книгу в железном переплете. — Субъект Альфа-Девять был усмирен. Заметка: Насилие было чрезмерным. Эффективно, но чрезмерно.
Каге подошел, вкладывая Мумьё в ножны.
— Единственное чрезмерное здесь — это таймер возрождения этих штук. Ты получил удар.
Вал вздрогнул, когда Каге навис над ним.
— Царапина. Мелкая. Незначительный нарративный урон.
— Ладно... дай посмотреть.
Каге опустился на колени. Он делал это не из доброты сердечной: он классифицировал Вала как обозначенный актив. Вероятно, он был квестодателем этой Зоны. Если актив сломается, карта к луту исчезнет.
Вал замешкался, затем отдернул руку от бицепса.
Каге замер.
Рукав пальто Вала был пропитан густой, вязкой черной жидкостью. Она выглядела как сырая нефть, смешанная с блестками. Она капала на безупречное стекло, которое Каге создал, тихо шипя, разъедая поверхность.
Каге понюхал. Запах чернильных орешков и переплетного клея мгновенно ударил ему в нос.
— Чернила, — прошептал Каге.
— Прости, — извинился Вал, пытаясь вытереть черную жидкость о свое пальто, только еще больше размазывая ее. — Я кровоточу, когда забываю. Или когда вещи заставляют меня забывать.
— Не двигайся.
Каге поднял руку. Он не был целителем, но у него было ключевое слово Рост.
Он сосредоточился, собирая необходимый Авен.
Название: Коррекция форматирования.
— «На [Цель] текут исцеления волны, — произнес Каге, слова вибрировали от силы, — Пусть [Рост] ее восстановит, минуя невзгоды».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-100 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Система подтвердила затраты. Зеленый свет, цвет быстрого деления клеток и агрессивной флоры, спиралью спустился по руке Каге и омыл рану Вала.
Он коснулся черной жидкости и... ничего не произошло.
Это было похоже на то, как вода стекает с гуся. Магия просто соскользнула, собираясь в лужицу на земле, не взаимодействуя с тканью Вала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Неверный Тип Цели.
Намерение вашего Роста не соответствует типу цели.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на подсказку.
— Неверный тип цели, — прочитал он вслух, его голос был ровным.
Вал поправил очки, выглядя смущенным.
— Ах. Да. Я полагаю, это не сработает. Я не... Я не думаю, что я рос.
Каге покачнулся на пятках, анализируя NPC. Не биологический.
— Значит, ты конструкт, — сказал Каге. — Голем? Нет, големы — это земля и камень. Ты... ну, что ты такое?
— Я Хранитель, — сказал Вал, словно это объясняло таксономию. Он посмотрел на свою руку, с которой все еще капали чернила. Он вытащил полоску пергамента из кармана (настоящая бумага) и приложил ее к ране. Бумага впитала чернила, почернела и мгновенно затвердела, как струп.
— Вот так лучше, — вздохнул Вал.
Каге наблюдал за процессом критическим взглядом. Он исцеляется бумагой. Он кровоточит чернилами.
— Хорошо, Хранитель, — сказал Каге, вставая. — Время брифинга. Что это за зона? Почему все из пепла, и почему деревья выглядят как застывший дым?
Ему нужен был лор. Если он поймет «Истину» зоны, его бонус к урону от Нарративной Власти сработает. Он также потенциально мог получить новые ключевые слова, квесты и концептуальные материалы.
Вал поднял взгляд, его глаза ярко блестели за треснутыми линзами.
— Это? Это осадок. Выпадение.
— Выпадение чего?
— Забвения, — сказал Вал, постукивая по земле. — Тот... тот большой пожар. Тот, что...
Вал замер.
— Тот, что... — подсказал Каге.
— Тот, что... тот, что... тот, что...
Лицо Вала обмякло. Его рот продолжал двигаться, но аудиофайл, казалось, был поврежден.
Конечно, подумал Каге, наблюдая, как NPC застрял на слоге. Это не будет так просто, как спросить NPC, когда есть блокировка 700 ИСКУССТВА.
— Тот, что... безопасный путь лежит к хребту, — резко закончил Вал, его голос понизился на октаву и потерял все эмоции. Он моргнул, и свет вернулся в его глаза. — Мы должны продолжать движение. Застой привлекает Критиков.
Каге ровно сказал. — Ты только что перезагрузился.
— Я... что? Я не знаю, что это значит, — сказал Вал, неуверенно вставая. — Но если мы останемся здесь, Цензоры найдут нас. Они ненавидят опечатки. Мы с тобой — опечатки.
Каге скрестил руки.
— Я платящий клиент. И ты уклоняешься от вопроса.
— Какого вопроса? — спросил Вал, озадаченный. Он схватил свою книгу, прижимая ее к груди. — Неважно, у меня кончаются чернила. Буквы... они становятся тонкими. Если у меня закончатся чернила, я исчезну.
Он указал заляпанным чернилами пальцем на зубчатую полку из камня, висящую над ними.
Каге посмотрел.
Предгорья Пепельной Долины поднимались мучительным склоном к плоскому, суровому плато. Это была не вершина, а массивная обсидиановая полка, выступающая над более глубокими, темными долинами внизу.
— Писательский Обзор, — прошептал Вал. — Чернильница там. Кровь бурлит, прежде чем стечь вниз, чтобы стать... стать... стать... — Он повторил фразу еще несколько раз, прежде чем продолжить. — Мне нужны чернила, чтобы пополниться.
Каге обработал это.
Перевод: Писательский Обзор = Зона Высокого Уровня / Вход в Подземелье.
Перевод: Чернильница = Легендарный Материал / Уникальный Квестовый Предмет.
— Ты хочешь, чтобы я отвел тебя туда, — заявил Каге.
— Я могу найти путь, — умолял Вал. — Я могу показать тебе жилы, если ты хочешь чего-то особенного. Но я не могу сражаться с Цензорами. Я просто... я просто сноски.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квестовое Уведомление: Просьба Куратора
Ранг: Необычный
Цель: Сопроводить Вала на «Писательский Обзор» на вершине Лица Титана.
Условие: Если полоска Когезии Вала достигнет нуля, он растворится.
Награда: Доступ к Узлам «Слезы Титана». +10,000 ОП.
Принять? (Д/Н)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге посмотрел на уведомление. Классический, скучный, самый заезженный квест на сопровождение в любой RPG. Но он отметил его как стоящий.
Доступ к узлу под названием «Слеза Титана». Это звучало дорого. Опыт также был огромным; это имело смысл, учитывая рекомендованный уровень зоны.
— Хорошо, — сказал Каге, отмахиваясь от окна. — Я доставлю тебя на гору.
— Спасибо, — Вал энергично кивнул. — Сохранение текста — приоритет номер один.
Громкий ТРЕСК раздался под ними.
Каге посмотрел вниз. Стеклянный пол покрывался паутиной трещин. Истина Хайку угасала; Система восстанавливала физику зоны по умолчанию.
— Пора двигаться, — проворчал Каге.
Стекло разбилось в пыль.
Мгновенно Каге опустился на шесть дюймов. Пепел поглотил его ноги. Вес его собственного тела вернулся в реальность, и это ощущалось, как шаг в мокрый бетон.
— Угх. — Каге поморщился, поднимая ногу. Он поднял взгляд, чтобы сказать Валу подождать.
— Хорошо, держись рядом со мной, скорость передвижения...
Он остановился.
Вал был в десяти футах впереди него.
Вал шел по поверхности пепла, как по деревянному полу. Серый пыль клубилась вокруг его лодыжек, не таща его вниз, а лаская подол его рваного пальто. Выглядело так, словно пепел сливался с ним.
Вал обернулся, его очки блеснули. Он выглядел совершенно естественно в этой пустынной местности, как призрак, бродит по его собственному дому.
— Жилы здесь, — крикнул Вал, его голос четко разносился, несмотря на ветер. — Ступай легко, земля чувствительна.
Каге стиснул зубы, выдернул ногу из заноса и с силой опустил ее для следующего шага.
— Чувствительна, — пробормотал Каге. — Да, конечно.
Он начал медленный подъем, шаг за шагом, наблюдая, как заляпанный чернилами призрак танцует по горе.
Предгорья Пепельной Долины, как обычно, были аргументом против движения.
Каге вытащил левую ногу из серого заноса, морщась, когда пепел цеплялся к нему, как мокрый цемент.
— Форматирование здесь ужасное, — пробормотал Вал.
NPC шел в десяти футах впереди, сливаясь с пеплом. Его рваное пальто развевалось на безмолвном ветру, и его перо лихорадочно царапало страницы массивной книги в железном переплете, прикованной к его поясу.
— Отступ неверный, — продолжил Вал, поправляя свои треснутые очки, указывая на высокую обсидиановую башню, которая изгибалась над тропой, как массивная кость. — Это должна была быть триумфальная арка. Теперь это просто... пунктуация. Запятая в предложении, которое никогда не заканчивается.
— Вал, — запыхался Каге, его дыхание клубилось в холодном воздухе. — Помедленнее. И еще, я половину того, что ты говоришь, не понимаю.
Вал остановился и повернулся. Чернила, пачкающие его руки и предплечья, казалось, светились в тусклом свете.
— Хех. Текст просто не хочет держать тебя. Страница пытается столкнуть тебя.
— Да, конечно, — сухо сказал Каге.
Ветер изменился. Звук смещающегося пепла доносился со стен каньона.
— Идут, — сказал Каге, его тон изменился с раздраженного на резкий.
Три фигуры отделились от темно-серых скал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пепельный Гуль - Ур 26
ОЗ: 3,100 / 3,100
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Они были гуманоидными, но едва ли. Они выглядели как статуи, сделанные из спрессованного пепла и беспорядочного кода, их тела постоянно осыпались и восстанавливались. Лиц не было, только полые впадины там, где должны быть глаза.
— Редакторы, — прошипел Вал, прижимая книгу к груди.
— Держись за мной, — приказал Каге, вытаскивая Мумьё. Клинок выглядел как полоска пустоты на фоне серого мира. Он шагнул вперед... или попытался. Пепел поглотил его ноги, убив его инерцию. Он не мог сделать рывок. Он был турелью в мире мобильных врагов.
Гули атаковали бесшумно. Они бросились с ужасающей скоростью, их руки вытянулись и ударили.
Линейная траектория. Высокое трение. Девять уровней разницы.
Он ждал, пока первый Гуль не окажется внутри его защиты. Пепельный конструкт сильно ударил рукой по его голове. Запястье Каге резко дернулось.
Дзынь.
Парирование было технически идеальным, с точки зрения тайминга, но физику разрыва в уровнях нельзя было игнорировать. Сила удара 26-го уровня пробила его защиту, вдавливая ботинки Каге на три дюйма глубже в занос, сотрясая его плечи. Еще два Гуля обошли его с флангов.
— Этот отрывок защищен! — закричал Вал.
Ученый вышел из-за Каге, вооружившись раскрытой книгой. Он указал заляпанным чернилами пальцем на Гуля, сражающегося с Каге.
— Проверка ссылок! — пронзительно крикнул Вал, его голос исказился, как заедающая пластинка. — Присутствие этих... этой сущности — ошибка непрерывности! Раздел 4, Стих 9: Путь был чист!
Пульс странного, сепийно-тонированного света вырвался из книги. Он ударил по Гулю, с которым сражался Каге.
Гуль замер в середине замаха. Минуя традиционный урон, он просто... рассыпался. Сжатый пепел потерял свою связующую логику. Монстр рухнул в безвредную кучу пыли.
Ваншот, подумал Каге, поднимая брови. Но...
Два Гуля на флангах немедленно проигнорировали Каге. Их безликие головы повернулись к Валу. Ученый сгенерировал огромное количество угрозы этим единственным действием.
— Критики! — проскулил Вал, осознав, что он сделал. — Они слышат, как перо царапает!
— Двигайся, идиот! — взревел Каге.
Он не мог сделать рывок, поэтому использовал единственный ресурс, которого у него было в избытке: Авен.
Название: Команда к остановке.
Связать
Быстрый Стих врезался в Гуля слева. Стоив 50 Авена, эффект был немедленным, но хрупким. Воздух вокруг его ног затвердел, но это лишь отменило его инерцию. Каге повернул бедра, борясь с сопротивлением пепла, чтобы развернуться к Гулю справа.
Он уже был в середине прыжка, тянулся к горлу Вала.
Каге бросил Мумьё.
Это была авантюра. Меч покинул его руку фактически невесомым и полетел по прямой, неестественной траектории, игнорируя баллистику стандартного броска. Как только он достиг спины Гуля, оружие почувствовало соединение и восстановило плотность стали.
Глухой удар.
Передача кинетической энергии была мгновенной. Внезапное восстановление массы разрушило воздушную инерцию Гуля, сбивая его с воздуха. Он рухнул в пепел в нескольких дюймах от ботинок Вала.
Каге высвободил ноги и прошел вперед, вытирая пепел с перчаток, пока меч снова дематериализовал свой вес, чтобы он мог его забрать. Он экономил энергию, избегая причудливой работы клинком.
Он наступил на шею существа, чтобы прижать его, вызывая локализованный статус «Лежачий», затем вонзил острие в открытую текстуру, где пепел был тоньше всего.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -192 ОЗ
-84 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Гуль растворился, его ОЗ были исчерпаны комбинированным уроном от падения, Вала, перехвата и критического удара в слабое место.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: 820
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге развернулся, чтобы встретить того, на кого он применил Связывание, но Вал уже читал ему.
— Ты опечатка! — Вал читал Гулю нравоучения, и Гуль исчез.
Каге выдохнул, взглянув на полоску Авена. 870 осталось.
— Хорошо. Не генерируй угрозу, если я не смогу отвлечь. У тебя прочность мокрой салфетки.
Вал дрожал, вытирая чернила из носа.
— Я просто... я просто хотел исправить запись.
— Исправь тише, — пробормотал Каге, но кое-что из столкновения привлекло его внимание.
Я получил опыт только от Гуля, на котором сосредоточился. Это означает, что существует механика, которая ограничивает игроков от злоупотребления сильными NPC.
Это... имело смысл, с точки зрения дизайна. В противном случае игроки могли бы использовать приманивание высокоуровневых мобов к высокоуровневым NPC для получения огромного количества опыта. Это также означало, что Каге должен был работать для своего уровня во время этого квеста.
Они продвинулись глубже в шрам горы. Рельеф становился все хуже. «Ребра» ландшафта сомкнулись, образуя клаустрофобный туннель из черной скалы и клубящейся серой пыли.
Внутренние часы Каге тикали. Сопровождение было медленным. Слишком медленным. Он желал, чтобы еще один моб напал на них после взгляда на полоску опыта, когда они достигли узкого прохода. Ветер завывал через трещину в скалах, звуча как хор умирающих флейт.
— Горло Безмолвия, — прошептал Вал, хватаясь за рукав Каге. — Мы должны быть тихими. Слова... они застревают здесь.
Каге остановился. Его Синестезия вспыхнула, покалывание интенсивного жара у основания черепа сопровождалось металлическим привкусом серы.
Земля вибрировала и шипела.
— Назад, — тихо сказал Каге.
Слишком поздно.
Из трещин в обсидиановых стенах пол каньона взорвался. Жидкая волна оранжевого и черного хлынула наружу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Рой Угольной Саранчи - Ур 25 (Элитный Пак)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сотни жуков размером с кулак хлынули на тропу. Их панцири были сделаны из вулканического стекла, светящегося внутренним, магматическим жаром. Они двигались друг по другу с тошнотворным, щелкающим звуком, как будто мололи мрамор.
— Нет, нет, нет, — запаниковал Вал, отступая. — Стиратели! Они съедают чернила!
Рой хлынул вперед.
Каге шагнул в линию, размахивая Мумьё широкой дугой. Меч без усилий прорезал десять из них, разбивая их стеклянные панцири.
Но их были сотни.
Рой не атаковал Каге напрямую. Они обтекали его ноги, как вода обтекает камень. Они лезли по его ботинкам, их жар тикал по его броне, но они не останавливались — они шли прямо к Валу.
— Вал, беги! — крикнул Каге, оборачиваясь.
Рой нахлынул на ученого.
Вал закричал, звук напоминал рвущуюся бумагу.
Жуки роем поднялись по его ногам, впиваясь в рваное пальто. Там, где они кусали, Вал кровоточил густыми, черными чернилами.
Когезия: 65%... 58%... 50%
— Слова! — завизжал Вал, отмахиваясь от жуков. — Слова горят!
Он попытался открыть свою книгу, но скопление жуков вцепилось ему в руки, их жар обжигал заляпанную чернилами кожу. Каге отчаянно рубил по куче.
-15
-15
-15
Неэффективно, закричал Оператор. Урон по одиночной цели против роевого юнита. Мне нужно АоЕ.
Каге откинул с груди Вала скопление жуков, но три других заняли их место. Лицо Вала становилось бледно-серым, его когезия падала до 30%. Чернила собирались в лужицу на пепле, и жуки, казалось, пили их.
Думай. Не сражайся с числами. Сражайся с концептом.
Ему нужно было изменить правила столкновения. Использование Хайку было бы очевидным выбором, но как?
Ему нужно было сохранить Вала в живых, одновременно нанося урон рою.
Нацелить только на вражеские сущности? Сложно, учитывая, кем был Вал. Передача энергии, тогда? Рост не работал на Вала. Неоднозначный Рост, чтобы нацелить на все, кроме роя?
Придать форму местности, Ослабить рой, Рост питает Вала.
Каге действовал без колебаний.
Мир замедлился. Для его синестетических чувств хаотичное щелканье жуков затихло в структурированный ритм, перкуссионную дорожку, ожидающую мелодии.
Название: Паразитический Сад
Каге заговорил, его голос перекрывал шум ветра весом абсолютной власти.
— «Придай форму ложу шипов»,
Пепел пошел рябью. Серый пыль превратилась в черную и вязкую, сжижаясь в чернильно-темную жижу, распространяющуюся от ботинок Каге в радиусе десяти метров.
— «Где жалящие рои Ослабнут,
Острые шипы спектральной зеленой энергии вырвались из жижи. Они проявились как опасности. Жуки, попавшие в зону, мгновенно замедлились, их внутренний огонь потускнел. Ярко-оранжевое магматическое свечение в их телах стало болезненно-бледно-желтым.
— Подпитывая весь наш Рост».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-350 Авен
Фактор Истины: Высокий. Логика: Паразитизм обращен.
Домен Установлен: Паразитический Сад
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Эффект был жестоким и, в некотором смысле, тревожным. Спектральные шипы пронзили Рой Угольной Саранчи, и жуки завизжали, звук разбитого стекла.
-40 (Распад)
-40 (Распад)
-40 (Распад)
Сотни цифр урона всплыли синхронной волной.
Затем пришел поток.
Из каждого поврежденного жука вверх поднимался огонек изумрудного света. Это была грязная, яркая, украденная жизнь. Огоньки кружились, как светлячки, и устремились в две стоящие фигуры.
Вал ахнул, его спина выгнулась. Черные чернила, текущие из его ран, перестали течь. Они потекли обратно, заползая под кожу. Его серая, похожая на бумагу плоть снова срасталась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Когезия Союзника Восстановлена: +40
Когезия Союзника Восстановлена: +40
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге тоже почувствовал прилив.
Жуки заржавели. Их огонь погас, и они рассыпались в инертную, серую пыль, поглощенные теми самыми чернилами, которые они пытались выпить.
Через пять секунд волна исчезла. Домен растворился, оставив пепел темным. Вал рухнул на стену каньона, прижимая книгу к груди. Он выглядел испуганным, но целым.
Каге выдернул Мумьё из земли. Он чувствовал истощение ментальной концентрации, но его аватар ощущался электрическим.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: 1,800
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дзынь.
Волна золотого света омыла аватар Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Повышение Уровня!
Вы достигли 18 Уровня.
Обновление Глобального Рейтинга.
Текущее Положение: 897.
У вас есть 2 очка характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге проигнорировал празднование. Он обошел очки характеристик и новые навыки.
Он мгновенно открыл инвентарь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экипировать: Поступь Пепельной Дюны
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ботинки из бледно-пустотелой кости и плотно обернутой серой кожи материализовались на его ногах в меню Снаряжения, заменив пустой слот.
Каге перенес вес.
Он ожидал знакомого ощущения погружения, сопротивления пепла, хватающего за пятку.
Вместо этого земля ощущалась твердой. Он подпрыгнул на подушечках стоп. Пепел слегка сжался под его весом, оставаясь твердым. Это было похоже на то, как стоять на мощеной дороге.
Ухмылка, редкое, искреннее выражение, которое прорвало маску Оператора, дернула уголок его рта. Он сделал шаг. Затем еще один. Он двигался без усилий, трение исчезло.
Каге повернулся к Валу, который с трудом пытался встать в глубоком заносе.
— Вставай, Вал, — сказал Каге, подходя и одной рукой поднимая NPC на ноги. Он, сам того не зная, все еще улыбался. — Сколько еще мне придется тебя ждать?
Поступь Пепельной Дюны оправдывала свое описание.
Каге двигался по поверхности серых заносов, подошвы из полой кости смещали его вес с такой легкостью, что он чувствовал себя скользящим по замерзшему озеру.
За Валом, однако, было тревожно наблюдать.
«Хранитель» шел с размеренной грацией. Он оставался на поверхности. По мере его движения подол его рваного пальто, казалось, растворялся в окружающей среде, его форма теряла сплоченность по краям. Пепел приветствовал его, клубясь вокруг его ног, как верный питомец, встречающий своего хозяина. Он струился по дюнам, призрак, преследующий свое собственное кладбище.
Это было эффективно, конечно, но достаточно жутко, чтобы волосы на руках Каге встали дыбом.
Вал напевал низкую мелодию, прижимая тяжелый фолиант в железном переплете к груди. Его шарф соскользнул, сбрасывая хлопья серой кожи, которые превращались в пыль, прежде чем коснуться земли.
Они прорвались сквозь слой облаков, или, точнее, сквозь слой пепельного тумана.
Склон выровнялся. Бесконечные, мягкие серые дюны уступили место твердому плато из обсидианово-черной скалы. Текстура была слишком гладкой для вулканической, почти как отполированная кость, обожженная в печи.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зональное Предупреждение: Вы вошли в «Престол Сожаления».
Квест Выполнен: Просьба Куратора
Цель Достигнута: Сопроводить Вала на вершину.
Награды: +10,000 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Золотой столб света вырвался из аватара Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Повышение Уровня!
Вы достигли 19 Уровня.
Обновление Глобального Рейтинга.
Текущее Положение: 777.
У вас есть 2 очка характеристик.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге смахнул уведомление и вложил оба очка в Искусство.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 76 -> 78
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Мы... мы здесь, — прошептал Вал.
Ученый проплыл мимо Каге, его походка наконец-то затвердела, когда он ступил на твердую скалу.
Каге осмотрел плато. Это была мрачная, круглая меза, размером примерно с футбольное поле. В центре лежала впадина в черной скале, естественный бассейн около пяти метров в ширину, заполненный густой, вязкой черной жидкостью, которая не отражала света.
Вокруг края бассейна лежали три статуи.
Каге подошел ближе, его ботинки тихо щелкали по твердому камню. Это были окаменевшие фигуры. Путешественники? Шахтеры? Они были застывшими в отчаянных позах, руки протянуты к черному бассейну, их лица застыли в безмолвном крике.
Не прикасаться к воде, отметил Каге, гений в нем немедленно пометил бассейн как опасность. Хрестоматийная ловушка с мгновенной смертью.
Вал проигнорировал опасность. NPC практически бросился к краю бассейна. Он уронил свою тяжелую книгу и погрузил руки, перчатки и все прочее, прямо в черную жижу.
— Ну, это гигиенично, — невозмутимо сказал Каге.
Вал вздохнул. Это был звук человека, умирающего от жажды, наконец нашедшего реку. Серая, похожая на пергамент сухость его кожи начала темнеть. Черные чернила помпались в его руки, проходя по венам.
— Хорошо, — пробормотал Каге. — Он машина, это насос.
Пока NPC наслаждался своей чернильной ванной, Каге обратил внимание на настоящую награду.
Скальные образования вокруг бассейна были изломаны. Жар, или нечто подобное, излучаемое черной жидкостью, растрескало обсидиановую корку, обнажив жилы руды, пульсирующие медленным, ритмичным серебристым светом.
Он подошел к одной из расщелин.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Узел Ресурса: Жила Плачущей Мнемозины
Редкость: Редкая
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге экипировал Кирку Клятвы Грома. Тяжелое железо удобно лежало в его руке.
Стандартная процедура, рассчитал его разум. Удар. Лут. Движение.
Он поднял кирку.
Затем он замер.
Класс Легендарного Поэта ненавидел стандартную процедуру.
Добыча — это насилие над землей, подумал Каге, его глаза сузились на светящейся серебряной жиле. Я разбиваю камень, чтобы забрать приз. Но этот камень...
Он сосредоточился на запахе камня.
Он пах паникой. Он пах плотно сжатой челюстью, сдерживающей крик.
Он не хочет ломаться. Он держится, потому что боится отпустить.
— Итак, — пробормотал Каге, постукивая киркой по бедру. — Если я убежу камень расслабиться, урожай может удвоиться.
Он активировал Сложение Стихов. Перо материализовалось в воздухе, светясь бледным синим огнем.
Хайку, вероятно, подойдет лучше всего. Расширение Домена для добычи?
Ему нужны были три ключевых слова.
Ослабить — чтобы снизить защиту.
Форма — чтобы определить разлом.
Предательство — чтобы земля сама отдала свое.
Он визуализировал жилу не как камень, который нужно разбить, а как руку, которую нужно открыть.
Каге писал, и воздух на плато вибрировал от тяжелой силы Стиха.
Название: Точка Разлома
— «Твердые стены Ослабнут,»
Черная скала вокруг серебряной жилы стала матовой, потеряв свою глянцевую твердость. Она вдруг стала хрупкой, как засохшая глина.
— «Форму разлома внутри глубоко найди,»
Трещины расширились. Камень застонал. Серебряная руда, казалось, выталкивалась наружу, выпячиваясь из скалы.
— «Предательство камня.»
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-350 Авен
Фактор Истины: Средний. Логика: Добыча как кража.
Доменный Эффект: Открытая Рука Скряги (Длительность: 2 Минуты)
Шанс Критического Удара при Добыче +50%. Урожай +100%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Приемлемо, — сказал Каге.
Он взмахнул Киркой Клятвы Грома.
Дзынь.
Он издал глухой стук, как будто ударил по спелой дыне. Камень без усилий разбился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лут Получен
Руда Мнемозины (Необычное) x4
Тип: Материал для крафта
Свойства: Чрезвычайно тяжелая. Используется в сплавах для сохранения памяти.
Описание: Руда, которая отказывается забыть свою первоначальную форму.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Успешная Добыча!
Опыт Получен: 130
Базовый Навык Добычи Увеличен: +10%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Слеза Титана (Редкое) x1
Тип: Драгоценный камень / Катализатор
Эффект: Наносит дополнительно 15% от общего урона в виде Эмоционального урона при инкрустации.
Описание: Кристаллизованная капля чистого сожаления. На ощупь холодная.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Успешная Добыча!
Опыт Получен: 215
Базовый Навык Добычи Увеличен: +15%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Джекпот, — прошептал Каге. Драгоценный камень в данный момент был непригоден, так как у него не было гнезда, куда его вставить, но это оставалось проблемой лишь до следующего посещения города. Вероятно.
Он вошел в ритм. Взмах. Сбор. Шаг. Взмах.
Руда Мнемозины была странным веществом. Она текла, как ртуть, в его руке на долю секунды, прежде чем затвердеть в металл тверже стали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добыча (Базовая) Повышение Уровня (Ур 4)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дзынь.
Синее окно уведомлений скользнуло в его периферийное зрение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Личное Сообщение: Лили
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге застонал. Он продолжал размахивать киркой, движение было автоматическим благодаря эффекту Стиха, смягчающему камень.
Лили: Каге!!! О боже, ты умер? Мы не видели тебя с квеста Зары!
Каге: Занят. Что тебе нужно?
Лили: Грубо! >:( Мы добрались до Корроса на Севере! Он ОГРОМЕН. Намного больше, чем Оукхейвен. Там настоящий замок!
Каге перешел к следующему узлу. Взмах. Руда Мнемозины x3.
Каге: Хорошо для тебя. Скажи мне, ты наконец-то выбрала не стартовые классы.
Лили: Да!! Это так круто. Я стала Святым Жрецом, потому что, ну, кто-то же должен поддерживать Джакса в живых, лол. Джакс стал Бойцом (скучно), а Финн — Следопытом! У него появляется ручной ястреб!
Каге: А новый ассе—
Он нахмурился. Ошибка ввода.
Лили: ? :o
Каге: А новый член группы? Валдриас.
Лили: О, Вал! Он сумасшедший. Он выбрал специализацию Стража. Но вот что: он постоянно кричит о мировом господстве и тирании каждый раз, когда мы вступаем в бой! Он говорит: «Это механика. Каге так сказал в руинах». Это так раздражает! Можешь сказать ему, что ты шутил в следующий раз?
Каге замер в середине взмаха, и улыбка прорезала его лицо.
Каге: Он поймет. В конце концов.
Каге: А Зара?
Лили: Морозный маг. Она говорит, что это «оптимальная термодинамика для ее охлаждения во время игры с Джаксом».
Каге фыркнул. Это было похоже на нее.
Каге: Звучит как сбалансированный состав. Танк, Целитель, Разведчик, Магический ДПС, Милишный ДПС. Я вам не нужен.
Лили: Подожди... ты имеешь в виду, что ты не в Корросе? Куда ты пошел? Ты остался в стартовой зоне?
Каге оглядел пустынное, задыхающееся от пепла плато, окаменевшие трупы и NPC, пьющего чернила из черного бассейна.
Каге: Я пошел на Восток.
Лили: Восток? Но на форумах написано, что это 25+ уровень?
Каге: Я нашел более легкий путь. Слушай, мне пора. Мой бафф скоро закончится.
Лили: Каге, подожди! Обещай мне кое-что. Если ты когда-нибудь придешь на Север, напиши нам. Ты должен!
Каге замешкался. Социальная батарея в его мозгу уже мигала низким зарядом. Группы были неэффективны. Они требовали улучшенных социальных навыков, которыми он не обладал, и эмоционального труда, который он не мог себе позволить.
Но затем он вспомнил квест Лунного Алтаря. Он, глубоко внутри, действительно терпел их шум. Что еще важнее, наблюдение за развитием Валдриаса было профессионально актуальным. Да, именно так.
Каге: Если буду поблизости.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добыча (Базовая) Повышение Уровня (Ур 5)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Лили: Я согласна! Оставайся жив, таинственный человек! С:
Каге закрыл окно, как только его баффы исчезли. Камень мгновенно затвердел, серая, хрупкая текстура вернулась к обсидиану.
Он проверил инвентарь.
Руда Мнемозины: 42 единицы
Слеза Титана: 3 единицы
Предполагаемая рыночная стоимость? В данный момент не поддается расчету. Он сомневался, что есть предложение.
— Прекрасно, — прошептал Каге. — Монополия — самое сладкое слово в русском языке.
— Готово.
Голос был сухим, скрипучим, но сильнее, чем прежде.
Каге повернулся. Вал стоял. Выглядел... восстановленным. Лихорадочная, дергающаяся энергия исчезла, сменившись холодной, мрачной неподвижностью. Его руки были полностью испачканы черным до локтей, чернила капали на камень.
Он поднял свою массивную книгу и закрыл ее с тяжелым стуком.
Вал подошел к краю плато, глядя на обрыв в следующую долину.
— Что теперь? Есть еще квест? — спросил Каге, разминая плечо.
— Я... я не могу туда идти, — сказал Вал. Его голос был ровным, без заикания, которое было у него раньше. Он смотрел в бездну. — Мои чернила... они там не работают. История в той долине слишком громкая, чтобы я мог до нее дотянуться.
Каге присоединился к нему на краю.
— Глава Безмолвия заканчивается здесь, — сказал Вал. Он повернулся к Каге, его треснутые очки отражали серое небо. — Ты же... я вижу вес твоего имени.
Известность? Каге предположил. Он имеет в виду мою высокую известность?
Вал указал заляпанным чернилами пальцем на грудь Каге.
— Ты, возможно, действительно вернешь его.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квестовое Уведомление: Голос в Криках
Ранг: Редкий
Цель: Спуститься в Долину Какофонии. Найти и забрать «Безмолвный Колокол».
Награда: 25,000 ОП, НЕИЗВЕСТНО
Принять? (Да/Нет)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Отлично, — вздохнул Каге, подходя к краю обсидиановой полки. — Почему лут всегда должен быть в яме?
Он посмотрел вниз, и с этой высоты туман достаточно рассеялся, чтобы открыть истинную географию Долины Какофонии.
Это был овал. Идеальный, симметричный эллипс, простирающийся на мили. Скалы по обеим сторонам изгибались с точностью, встречаясь под острыми углами на востоке и западе. Обод был выстлан высокими, изогнутыми шпилями окаменевшего дыма. Сотни их, равномерно расположенных.
Он посмотрел на Вала, затем обратно на обрыв и нажал «Да».
Заметка от Nejm
Крутые вещи начинаются на следующей неделе (включая главу на 4к слов).
Плато было тихим.
Каге стоял на краю обрыва, носок его нового ботинка висел над пустотой. Внизу облачный покров Предгорий Пепельной Долины клубился, как серый океан.
Он оглянулся на Вала.
NPC выглядел... стабильным. Вал стоял с претенциозной меланхолией второкурсника художественного училища. Его полоска Когезии была полной.
— Ты уверен, что не идешь? — спросил Каге.
— Я не могу, — сказал Вал. Он не обернулся. Его голос больше не был глючной записью. — История там... она слишком громкая.
— Понятно, — пробормотал Каге. — Громкие истории. Ясно.
Перевод: Уровень зоны слишком высок для твоего скрипта сопровождения, и разработчики не хотят, чтобы я использовал твой неуязвимый статус NPC для обхода сложности.
Каге принял игровую логику. Вал был полезным инструментом, но квесты на сопровождение были обязательством, от которого он с радостью избавился.
— Оставайся здесь, тогда. Не умирай.
Каге снова обратил внимание на обрыв.
Это был не совсем утес. Это был склон, но такой крутой и зубчатый, что вполне мог бы быть вертикальным обрывом. «Гора» здесь не разрушалась, как обычные геологические образования. Она текла плавными, органическими изгибами обсидиана и серого камня, погружаясь в туман под углом в шестьдесят градусов.
Он произвел расчеты. Оператор в его мозгу вызвал переменные.
Расстояние до дна долины: Приблизительно 4 мили.
Ландшафт: Рыхлые пепельные заносы над зазубренным вулканическим стеклом.
Плотность мобов: Неизвестна, но высокая вероятность засадных хищников в заносах.
Он посмотрел на свои ботинки.
Поступь Пепельной Дюны
Пассивный Эффект: Невесомый Шаг
Описание утверждало, что он не провалится. Физика утверждала, что если он не провалится, то будет парить на поверхности обломков. И если он будет парить на склоне под углом шестьдесят градусов с рыхлым частичным веществом...
Оператор нахмурился.
Вундеркинд усмехнулся.
— Гравитация бесплатна, — пробормотал Каге про себя.
Живой клинок на его бедре замурлыкал, словно предчувствуя надвигающуюся глупость.
— Вал, — позвал Каге.
— Да?
— Если я не вернусь, значит, я навечно застрял в какой-то дюне.
Каге подошел к самому краю обрыва. Он заговорил.
Название: «Путь Наименьшего Сопротивления».
Название осело в воздухе.
— «Хватку горы теперь Ослабляю и снимаю,»
— «Чтоб Форму реки, где ступаю, я принимаю».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-150 Авен
Фактор Истины: Умеренный.
Эффект: Локальная Нейтрализация Трения. Длительность: 2 Минуты. Радиус: 3 Метра (Центрировано на себе).
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Изменение было мгновенным.
Пепел вокруг его ботинок расслабился. Гранулы перестали цепляться друг за друга. Они начали скользить, обтекая его ноги, как ртуть, как масло по стеклу.
Каге экспериментально изменил вес. Его ботинок проскользнул на шесть дюймов без сопротивления. Ощущение было глубоко тревожным, как будто стоишь на черном льду, за исключением того, что лед был живым и хотел, чтобы он упал.
— Что ты... — начал Вал.
Каге оттолкнулся.
Разгона не было.
Одно мгновение он стоял на краю. В следующее — гравитация овладела им.
Склон ушел вниз, и Каге вместе с ним, его ботинки касались поверхности пепла, не проваливаясь, не цепляясь, без чего-либо, напоминающего контроль. Нулевое трение означало нулевое сопротивление. Угол склона обеспечивал ускорение. Физика сделала все остальное.
О, его мозг сообразил. Это была ужасная идея.
Мир размылся.
Ветер рвал его лицо, его жилет. Тишина Предгорий Пепельной Долины разбилась, сменившись ревом воздуха, рассекаемого его телом. Серая пыль распылялась за ним хвостом петуха, хвостом кометы, предсмертной запиской, написанной пылью.
Он скользил на лыжах. Скользил без лыж, без палок, без какого-либо снаряжения, которое делало скольжение возможным. Просто ботинки по жидкому пеплу, гравитация делала то, что умела лучше всего, и молитва, что его пассивка Невесомый Шаг удержит его на поверхности, а не даст провалиться.
Препятствие.
Обсидиановый выступ маячил впереди, черный клык, торчащий из серой реки.
Его тело наклонилось влево. Безфрикционная поверхность отреагировала, переводя смещение его веса в боковое движение.
Он пролетел мимо камня, не задев его на дюймы, достаточно близко, чтобы почувствовать вытесненный воздух.
Еще один.
Группа из трех шпилей, расположенных треугольником. Нет чистого пути.
Каге выхватил Мумьё. Он взмахнул им вбок, рассчитав дугу, чтобы коснуться самого левого шпиля, когда он пролетал мимо.
Удар отозвался в клинке. В эту микросекунду Мумьё обрел массу. Настоящую массу.
Отдача отбросила его вправо.
Его плечо поглотило удар, толчок прошел вверх по руке и в корпус.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его траектория изменилась. Он проскользнул в щель между двумя оставшимися шпилями, достаточно близко, чтобы задеть жилет о кристаллизованный дым.
Это работает.
Шпили неслись на него, как пули. Окаменевшие дымовые башни поднимались из пепла через нерегулярные промежутки, их изогнутые формы создавали трассу для слалома, разработанную садистом.
Каге перестал думать.
Оператор хотел затормозить. Оператор хотел рассчитать траектории, оптимальные углы и приемлемые пороги риска. Оператор кричал у него в черепе, требуя данных, требуя контроля, требуя, чтобы он замедлился, прежде чем физика вспомнит, что он смертен.
Он проигнорировал это.
Времени на расчеты не было. На такой скорости, к тому времени, как он обработал угрозу, он бы уже прошел ее или умер от нее. Погрешность измерялась в миллисекундах.
Наклон. Смещение. Дыхание.
Его тело двигалось, прежде чем разум мог вмешаться.
Шпиль прямо впереди. Нет времени поворачивать.
Название: «Формирование Пепла»
— Форма.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пепел перед его путем сжался, затвердев в рампу. Он наехал на склон и взлетел, находясь в воздухе два сердцебиения, обсидиановый столб прошел под ним.
На одно мгновение, затаив дыхание, он повис в мраке долины, пятнышко на фоне огромного пепельного пустоши.
Он посмотрел вниз, когда его ботинки коснулись земли, приземляясь, скользя.
Страх изменился. Он перестал быть стеной и стал течением, чем-то, на чем можно ехать, а не бороться. Его плечи опустились. Колени согнулись. Его центр тяжести опустился, и внезапно невозможная скорость показалась... управляемой.
Шпили продолжали появляться. Он продолжал их решать.
Влево вокруг скопления. Связать. Его линия держалась. Впереди слившаяся арка. Мумьё ударил по левому столбу, удар отбросил его вправо, проходя через игольное ушко. Захороненный валун поднимается из серого. Ослабить. Камень разрушился ровно настолько, чтобы он мог проскользнуть над его вершиной.
Он был серой полосой, прорезающей мрак. Мазок кисти на мертвом холсте, что-то, что здесь не принадлежало.
Склон начал выравниваться.
Замедление было самой сложной частью.
По мере уменьшения угла гравитационное притяжение ослабевало, но инерция Каге оставалась. Он все еще двигался со скоростью шоссе по местности, которая быстро становилась горизонтальной.
Варианты: Позволить Стиху истечь и молиться, чтобы трение постепенно вернулось. Или тормозить вручную.
Вручную.
Каге изменил хватку на Мумьё и вонзил клинок в пепел рядом с собой.
Меч глубоко впился. Точка опоры в мире жидкой серости.
Его рука закричала. Его плечевой сустав протестовал. Все его тело скрутилось вокруг фиксированной точки вставленного клинка, инерция пыталась разорвать его на части.
Он держал.
Скольжение длилось пятьдесят метров, шестьдесят, семьдесят. Массивное облако серой пыли вырвалось позади него, как дымовая шашка, как сигнальная ракета, как объявление всему в долине, что что-то прибыло.
Он остановился.
Пыль осела вокруг него медленным занавесом, гранулы опускались, как серый снег.
Тишина.
Шум ветра утих в тот же миг, как он перестал двигаться. Рев его спуска оборвался, словно кто-то нажал кнопку отключения звука. Воздух здесь был густым. Плотным. Это было похоже на пребывание под водой, за исключением того, что вода состояла из тишины.
Дыхание Каге было прерывистым и рваным. Сердце колотилось о ребра. Ноги дрожали от послешокового действия непрерывного ужаса.
Это было безумие.
Он оглянулся на склон. Проложенный им путь был виден как едва заметное возмущение в пепле, слегка более темная линия, тянущаяся к далекому плато.
Время в пути: примерно девяносто секунд.
Он чуть не рассмеялся. Рассмеялся бы, если бы его горло не было покрыто пеплом.
Было весело.
Каге сделал шаг вперед.
И остановился.
Земля была неправильной.
Он ожидал больше пепла. Вместо этого пол долины прогнулся под его ботинком, как... плоть. Плотная, упругая плоть, которая слегка сжималась, прежде чем оттолкнуться, теплая даже сквозь кожаную подошву.
Что?
Он поднял ногу. Поверхность медленно восстановилась, вмятина исчезла за несколько секунд, как пена с памятью. Как кожа.
Органический материал? Подземное существо? Или...
Он отбросил спекуляции. Данных недостаточно. Двигаться дальше.
Каге поднял взгляд, чтобы сориентироваться.
Скалы окружали его идеальным овалом. Симметричные. Точные. Геометрия, которая не встречается в природе, та, что кричит «сделано» любому, кто видит. Обсидиановые стены возвышались на сотни метров со всех сторон, их поверхности были гладкими и безликими, за исключением шпилей.
Шпили.
Он был слишком сосредоточен на уклонении от них во время спуска, чтобы заметить их узор. Теперь, стоя в сердце долины, он мог видеть его ясно. Они изгибались наружу. Все они. Каждый окаменевший дымовой шпиль выгибался к внешней стороне овала, их кончики почти соприкасались над головой, переплетаясь, как прутья клетки.
Арена босса.
Он видел подобные макеты и раньше. Десятки раз. Круглая ограждение, изогнутые препятствия, вход без очевидного выхода. Это был классический дизайн «Боя в Клетке», который разработчики использовали, когда хотели предотвратить кайтинг, когда хотели поймать игрока с мощным врагом и вынудить его к прямой схватке.
Умный дизайн уровня.
Он посмотрел в центр овала.
В мраке пульсировал фиолетовый свет. Тусклый. Ритмичный. Сердцебиение в темноте.
Это цель.
Безмолвный Колокол. Мумьё один раз пульсировал у его бедра, жаждущий.
— Ладно, — пробормотал он никому. — Посмотрим, что у тебя есть.
Он начал идти к свету, каждый шаг слегка проваливался в теплое, податливое дно Долины Какофонии.
Тишина давила сильнее с каждым метром.
Заметка от Nejm
В следующей главе мы официально открываем кинотеатр. Приготовьте билеты.
Фиолетовое свечение сгущалось, пока Каге спускался в сердце долины.
Безмолвный Колокол висел над землей. Без цепей. Без постамента. Он просто существовал там, вращаясь на невидимой оси. Металл был черным, и его поверхность ползла символами, которые ускользали от прямого наблюдения.
Размером с человека. Устье направлено вниз. Там, где должен был висеть язычок, — ничего. Только отсутствие.
Каге остановился в десяти метрах от цели.
Кто-то уже был там.
Фигура стояла между ним и Колоколом, спиной к нему, изучая парящий артефакт с неторопливой позой человека, который рассматривает картину, которую он, возможно, купит. Высокий. Стройный, как фехтовальщики. Черные латы ловили фиолетовый свет и преломляли его в острые геометрические отражения по каждому краю и суставу.
Длинный меч висел на бедре. В ножнах. Даже с такого расстояния Каге мог прочесть мастерство в линиях гарды.
Игрок. Высокоуровневый.
Фигура повернулась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Асура (УР 27 Воин)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Острые черты лица. Темные волосы зачесаны назад с такой точностью, что это выглядело не столько тщеславием, сколько дисциплиной. Серые глаза одним контролируемым движением пробежали по Каге — экипировка, стойка, оружие, класс, неймплейт — обрабатывая все за то время, пока большинство людей моргают.
Эти глаза остановились на неймплейте.
Они расширились.
Ровно на одну секунду что-то мелькнуло на лице Асуры. Его поза изменилась, вес опустился на долю ниже, рука потянулась к навершию меча.
Затем он улыбнулся.
Это была странная улыбка. Это была улыбка человека, который блуждал по пустыне и наткнулся на оазис.
— Ну, — сказал Асура. Его голос легко разнесся по безмолвной долине, культурный, точный, такая дикция, которая достается из хорошего детства. — Я прохожу три мили чистилища, сражаясь с элитами. А ты... ты скользишь с горы, как будто это детская площадка.
Он видел спуск.
— Работай умнее, а не тяжелее, — ответил Каге, сохраняя ровный голос. — Ты загораживаешь цель.
Улыбка Асуры расширилась. Он отступил в сторону, становясь прямо между Каге и Безмолвным Колоколом.
— Я так и делаю, — приятно согласился он. — Я кое-кого искал.
Его взгляд снова пробежал по экипировке Каге. Несоответствующий комплект — костяные поножи, стеганый жилет, пахнущий мокрой собакой, ботинки, которые двигались по мясистой земле с неестественной плавностью. Все это было каталогизировано, взвешено и записано.
Его глаза остановились на Мумьё. Остались там.
Незнакомец протянул руку. Ладонь вверх, формально, словно представлялся на государственном обеде, а не стоял на пульсирующем полу под падающим пеплом и неземным колоколом.
— Джулиан Коллвилл. В игре: Асура. Я полагаю, ты тот, кого я искал.
Шепот Хронографа всплыл в памяти Каге: «Сначала Архитектор... Затем Арбитр».
Челюсть Каге сжалась.
Шансы, что у него все еще базовый класс Воина, равны нулю.
— Сегодня не раздают автографы, — сказал он. — У меня таймер. Двигайся.
Асура опустил руку. Отказ соскользнул с него. Если что, его улыбка приобрела текстуру, и в нее прокралось нечто более теплое, почти благодарное.
— Заставь меня.
Тишина долины опустилась между ними, как затаенное дыхание.
Каге изучал своего противника. Стойка Асуры была расслабленной, центрированной. Вес равномерно распределен по обеим ногам. Рука с мечом свободно висела у бока, пальцы слегка согнуты, чтобы одним движением выхватить клинок из гарды.
Готов к иайдо. Он хочет, чтобы я первым сократил дистанцию.
— У меня нет времени на PvP, — сказал Каге.
— Тогда это будет быстро.
Асура двинулся.
Выхват был безупречен. Идеален по учебнику. Длинный меч вышел из ножен серебряной дугой, которая поймала фиолетовый свет и превратила его в белый. Лезвие устремилось к горлу Каге со скоростью, которая исходила от мышечной памяти, настолько глубокой, что она заменила инстинкт.
Быстро. Обучен. По-настоящему обучен.
Каге уже двигался.
Мумьё перехватил Веритас в середине взмаха. Клинки встретились со звуком трескающегося льда.
Глаза Асуры сузились. Он почувствовал это. Удар, который должен был отбросить более короткий клинок Каге назад, который должен был заставить его поглотить инерцию, пошатнуться, создать открытие, которое каждый мечник использует после заблокированного удара сверху.
Вместо этого меч Каге намертво остановил удар. Нулевая отдача. Нулевое восстановление. Вес, который должен был передаться, просто не передался.
— Интересно, — выдохнул Асура.
Он расцепился, кружа влево. Каге зеркально повторил движение, сохраняя ровно две длины меча дистанции.
— Меч не имеет для тебя массы, — заметил Асура, его тон нес ту же ноту, что и человек, восхищающийся необычным шахматным дебютом. — Но он бьет, как сталь. Умно. Очень умн—
— Ты можешь прекратить монолог? — перебил Каге. — Это кринж.
Ритм Асуры нарушился на микросекунду. Его улыбка стала острее.
Он сделал выпад. Прощупывающий укол, нацеленный в ведущее плечо Каге. Проверяя дальность. Проверяя скорость реакции. Проверяя, какая школа научила этого сероглазого никого держать меч так, словно он родился с ним в руке.
Каге отразил удар плашмя клинка. Минимально. Эффективно. Экономия кендоиста. Его рипост последовал быстро — быстрее, чем должен был, учитывая его уровень — кончик Мумьё чертил линию к горлу Асуры.
Асура отшатнулся. Клинок прошел достаточно близко, чтобы почувствовать вытесненный воздух на челюсти.
— А. — Улыбка осталась. — Ты хорош.
— Ты стоишь на моем пути.
— Я знаю.
Они разошлись. Крутились. Фиолетовый свет Безмолвного Колокола пульсировал за ними, на мгновение забытый обоими.
Разум Каге прорабатывал переменные. Его характеристики выше. Снаряжение лучше. Техника чистая, может быть, слишком чистая, слишком академическая. Но его меч — стандартная сталь. Он подчиняется физике. Мой — нет. Это мое окно.
Стойка Асуры изменилась. Длинный меч поднялся в высокую защиту, острие направлено в небо. Дзёдан-но-камаэ. Классическая стойка давления. Вызов противнику атаковать открытый торс, предлагая взамен опустошительный удар сверху.
— Какое додзё? — спросил Асура и сократил дистанцию.
Сталь столкнулась.
— Никакое— — Укол. — —не твое дело. — Отбито.
— Я тренировался в Академии Коллвилля. — Клинки скрежетали и расходились. — Частные уроки. Десять лет.
Богатый ребенок. Десять лет контролируемых сред и мягких полов.
Рубящий. Низко.
— Поздравляю, — ровно сказал Каге.
Парировано. Рипост. Снова парировано.
Улыбка Асуры замерцала, и что-то более острое проявилось за аристократическим самообладанием.
— Тебе все равно, — заметил он. Мумьё сверкнул к его ребрам. Отведен в последний момент. — На родословную. На дипломы. Ты просто видишь препятствие.
— Ты стоишь между мной и целью квеста. Что еще я должен видеть?
Их клинки скрестились. Гарда к гарде. Лицом к лицу. Достаточно близко, чтобы увидеть серебристые крапинки в серых глазах Асуры.
— Равного.
Слово повисло в мертвом воздухе.
Они разошлись.
Театральное веселье отслоилось от лица Асуры, слой за слоем, открывая под ним нечто более честное. Более сырое.
— Ты знаешь, как все было скучно? — спросил он, меч направлен в грудь Каге, слова несли вес, не имеющий ничего общего с боем. — Я ждал... кого-то вроде тебя.
Отлично. Боевой маньяк с проблемами отца.
— Я польщен, — сказал Каге. — Двигайся.
— Нет.
Асура принял следующую стойку. Как по учебнику. Стойка человека, который решил, что полумеры закончились.
— Посмотрим, из чего ты на самом деле сделан, — сказал он. — Каге.
Он бросился в атаку.
Первый настоящий обмен установил иерархию.
Вертикальный удар Асуры обрушился, как падающая стена. Чистые характеристики, стоящие за взмахом, были неоспоримы. Сила, которой Каге просто не обладал, скорость, которая заставляла его читать предвестие в повороте плеча, а не реагировать на клинок.
Мумьё не имел инерции.
Каге изменил направление под углом, позволяя Веритасу проскользнуть мимо его плеча, а не поглощать силу. Длинный меч рассек пустоту. Его контратака прочертила линию к открытым ребрам Асуры, прежде чем началось восстановление.
Асура извернулся. Кончик меча задел его наплечник. Посыпались искры, яркие в фиолетовом свете.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-47 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Первая кровь.
Улыбка Асуры изменилась. Представление полностью исчезло, и то, что осталось, было подлинным восторгом, таким, какой Каге видел только на лице Мастера Джина, когда тот наносил удар, удививший его.
— Вот оно, — выдохнул он.
Авен Каге был на полной мощности. Он держал рот на замке. Это был не тот бой. Оба они, невербально, решили, что этот разговор не нуждается в переводе.
Асура надавил. Быстрее теперь. Горизонтальный удар, который разрубил бы пополам что-либо медленнее, сопровождался восходящим диагональным, который Каге едва отбил плашмя Мумьё.
Он не читает меч. Он читает мои плечи.
Осознание пришло.
Инерция нулевой точки Мумьё делала финты невозможными для отслеживания одним лишь положением клинка. Меч мог остановиться намертво, развернуться, изменить направление без каких-либо предвестий, которые требовала физика. Поэтому Асура просто полностью игнорировал клинок. Он наблюдал за телом Каге, поворотом бедер, переносом веса на подушечки стоп, микронапряжением в ведущем плече, которое предшествовало каждому взмаху.
Читая человека, потому что оружие было нечитаемым.
Умно. Раздражающе, досадно умно.
Рука Каге горела. Невесомый меч или нет, его сухожилия и мышцы все еще должны были работать, чтобы остановить и перенаправить его собственную инерцию. Каждый финт стоил ему сил. Каждый разворот посылал нить огня через его вращательную манжету.
Асура почувствовал колебание. Воспользовался им.
Укол превратился в связывание. Веритас зацепился под гардой Мумьё, используя превосходящий вес, чтобы отвести клинок Каге в сторону. Последующий удар навершием попал ему прямо в грудину.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-112 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге споткнулся, отступив на два шага, ребра кричали от сильной боли.
Асура наступал, меч опущен.
— Ты слишком полагаешься на свойства оружия. Убери их, и ты просто еще один мечник.
— Еще один мечник, который пролил первую кровь.
— Повезло.
— Разговоры проигравшего.
Глаза Асуры сверкнули.
Следующий обмен длился семь секунд.
Ощущалось дольше.
Атаки Асуры шли волнами. Выверенные. Обдуманные. Каждый удар проверял новый угол, новую реакцию. Он сражался, как тезис аргумента — каждая комбинация гипотеза, каждый ответ точка данных, уточняющая следующую атаку.
Каге отвечал невозможной геометрией Мумьё.
Финт, который превратился в реальную атаку в середине движения. Парирование, которое переросло в толчок без выдающего движения руки; просто клинок, меняющий направление, как будто реальность заикалась. Меч замертво остановился на пике взмаха, повис в воздухе, как затянутая нота, затем ускорился вбок к колену Асуры.
Асура прочитал это. Каким-то образом. Его наголенник превратил удар в скользящий.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-23 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Лучше, — сказал Асура. — Намного лучше.
Он контратаковал. Удар навершием для создания дистанции, затем выпад, который пробил бы грудь Каге насквозь, если бы он не увернулся в последний момент.
Кончик Веритас зацепил его жилет. Ткань порвалась. Лезвие коснулось ребер.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-91 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Быстрее. Сильнее. Разрыв в характеристиках реален, и я не могу обойти его математически.
ОЗ Каге были примерно на половине. ОЗ Асуры держались около 85%, несмотря на разрозненные попадания.
Они разошлись. Кружили. Фиолетовый свет Колокола Безмолвия отбрасывал их тени длинными и странными на мясистой земле.
Асура смотрел на него с выражением, которое Каге не мог понять. Голод, да. Но под ним было что-то почти тоскливое.
— Ты сдерживаешься, — тихо сказал Асура.
— И ты тоже, — ответил Каге.
Ни один не отрицал этого.
Слова смолкли.
Вместо них говорила сталь.
Смена произошла без согласия, без сигнала. Одно сердцебиение они кружили, обмениваясь наблюдениями, как осторожные дипломаты. В следующее оба мужчины двинулись одновременно, движимые чем-то древнее стратегии.
Атака.
Парирование.
Контратака.
Ритм нашел себя.
Каге почувствовал, как учения Мастера Джина поднимаются непроизвольно как чистое движение, полностью минуя память. Клинок стал продолжением дыхания. Каждый удар приходился на выдох. Каждое отклонение на вдохе. Старые паттерны проступали через его руки и ноги, как вода, находящая каналы, протертые в камне.
Асура соответствовал ему. От удара к удару. От меры к мере.
Их мечи пели разговор, который слова не могли вместить.
Он понимает.
Мысль пришла чистой, нетронутой холодной арифметикой Оператора. Это была просто правда. Асура понимал, что значит говорить через сталь. Вес одиночества на вершине горы, когда никто не слышит твой крик. Пустая боль мастерства без свидетелей.
И здесь, в этом абсурдном игровом мире, на этом живом полу, под этим фиолетовым светом, они нашли друг друга.
Мумьё прочертил дугу к горлу Асуры. Веритас поднялся навстречу. Клинки коснулись, разошлись, и оба мужчины восстановились в промежутке между вдохами.
Что-то ослабло в груди Каге. Узел, который он носил так долго, что забыл о его существовании. Расчеты потускнели. Цинизм утих. Что осталось, было чистым, ярким и пугающим; чистая, неразбавленная радость испытания себя против того, кто мог ответить на каждый заданный вопрос.
Вот как это должно было ощущаться.
Состояние Потока углубилось. Его тело двигалось без инструкций. Появились комбинации, которые он никогда сознательно не собирал, паттерны, текущие из инстинктов, отточенных за тысячи забытых часов на полу додзё.
Глаза Асуры расширились на долю. Он увидел это. Сдвиг. И он ответил на него, его собственная форма ослабла, его собственный учебник горел, его атаки становились дикими и более изобретательными, когда он отказался от академических форм и потянулся к чему-то более истинному.
Время растворилось.
Каге перестал считать обмены. Перестал отслеживать ОЗ. Цифры были шумом. Все, что имело значение, это следующий бит, следующая фраза, следующая истина, произнесенная звонкой сталью.
Укол, который превратился в выхват в середине движения. Парирование, которое переросло в захват, ставший броском. Они столкнулись, разошлись, кружили, снова столкнулись. Два инструмента, соревнующиеся за одну мелодию, каждый отказывался уступить.
Кровь теперь отметила обоих. Одна из наплечных пластин Асуры оторвалась где-то в хаосе, обнажая кольчугу под ней.
Никому не было дела.
Ритм нарастал. Приближалось крещендо.
Каге чувствовал, как это поднимается в его груди. Что-то глубже расчета, глубже интуиции. Что-то, что существовало до языка. До мысли.
Мусин.
Пустой разум. Состояние за пределами состояния.
Его тело двигалось. Меч пел. Реальность сузилась до одной, раскаленной точки.
Клинок Асуры ударил быстро. Диагональный разрез, нацеленный в соединение шеи и плеча. Идеальная форма. Идеальный тайминг. Атака, которая должна была закончить все.
Каге просто знал.
Мумьё поднялся для перехвата. Угол был неверным. Физически, механически, неверным. Тайминг нарушал все правила дистанции и человеческой реакции. Но клинок прибыл точно туда, куда нужно, направляемый чем-то, что жило под сознательной мыслью.
Парирование соединилось. Идеально.
И мир раскололся.
Рев толпы.
Огни чемпионата ярко пылают на потолке. Золотая медаль, тяжелая и теплая на ключице.
Клайд сделал это. Семнадцать лет, и он впервые достиг Мусин — истинного Мусин. Самый молодой практик в зафиксированной истории.
Мир застыл. Каждое движение неизбежно. Каждый удар — предложение, завершающееся само собой.
Аплодисменты грохотали. Его чувства все еще были открыты, все еще впитывали все с той сверхъестественной ясностью: пот, стекающий по линии роста волос, резкая сладость сосновой смолы на полу арены, вспышки камер, превращающие зрителей в силуэты.
Затем полицейская форма, рассекающая толпу, как темные камни, разделяющие реку.
Слова, последовавшие за этим, отпечатались в этом совершенном, широко открытом сознании с ужасающей необратимостью.
Отец. Несчастный случай. Ушел.
Мусин записал все. Запах смолы на полу. Вес медали на груди. Точный тон крика Элары, прорезающий аплодисменты, как стекло через кожу.
Все. Слилось воедино. Навечно.
Самый высокий момент его жизни и самый низкий, сваренные в одно воспоминание, к одной половине которого он никогда не мог прикоснуться, не почувствовав другой.
Защита Каге упала.
На долю дюйма. Задержка в одно сердцебиение.
Асура уже атаковал. Открытие появилось, и его тело действовало, прежде чем разум мог возразить.
Плоскость Веритас ударила в плечо Каге. Удар развернул его. Он тяжело упал на землю, дважды перевернулся по мясистой поверхности и пришел в себя лицом вверх, уставившись на фиолетово-черное небо падающего серого снега.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-156 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его ОЗ были близки к нулю. Еще один сильный удар закончил бы все.
Асура стоял над ним, клинок поднят для завершающего удара.
Он держал его там.
Опустил.
Его выражение лица полностью изменилось. Голод оставался, но рядом с ним закралось замешательство. А за замешательством... гнев?
— Что только что произошло? — тихо спросил Асура.
Грудь Каге тяжело вздымалась. Воспоминание все еще звенело в его черепе, как послезвучие колокола. Фантомный запах больничного антисептика. Вес синая в руках, держащих меч.
— Ничего, — сказал он.
— Лжец. — В слове не было обвинения. — Ты был там. Я почувствовал это. Тот последний обмен — ты собирался... — Он остановился. Тщательно выбирал следующие слова. — А потом ты исчез куда-то еще.
Каге поднялся на ноги. Его плечо болело. Его ОЗ были тонкой нитью.
Воспоминание все еще цеплялось к нему, звук сирен, пришитый к звуку аплодисментов, навсегда неразделимые. То, как Мусин превратил момент трансцендентности в идеальную запись его худшего дня. Он запихнул его подальше. Упаковал. Он был в этом натренирован.
Асура не атаковал.
Потому что они оба знали. В том последнем обмене, прежде чем воспоминание утащило его под воду, Каге лидировал. Характеристики не имели значения, разрыв в ОЗ не имел значения, просто потому, что Каге выигрывал по единственной метрике, которая измеряла что-то реальное.
Асура изучал его. Аристократическая маска полностью треснула, и сквозь нее проглядывало что-то сырое. Сырое так, как ему не шло.
Мумьё один раз пульсировал в руке Каге. Тихое мурлыканье у его ладони. Вопрос, или, возможно, просто присутствие.
И затем—
Оба замерли.
Безмолвный Колокол закричал.
Звук полностью миновал уши и ударил по позвоночнику, зубам, костному мозгу. У Колокола не было язычка. Он висел неподвижно, неизменный. И все же крик был реальным, частота чистой неправильности, от которой сама реальность вздрогнула.
Земля под ними задрожала.
Каге вскочил на ноги. Асура отступил, меч поднят.
ТРЕСК.
Паутинные трещины расползлись по поверхности Колокола. Фиолетовый свет просачивался сквозь трещины, ослепительно яркий. Колокол разбился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест «Голос в Криках»: Безмолвный Колокол сломан.
Квест Провален: Голос в Криках.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Фрагменты обсидиана и кристалла разлетелись наружу. Из полой сердцевины Колокола хлынул поток черной жидкости, как смола. Он ударился о мясистый пол и поднялся, сливаясь во что-то, что не заслуживало права называться формой.
Гуманоидное. Смутно. Торс из кальцинированного серого вещества, руки гротескно удлиненные, пальцев слишком много, чтобы сосчитать. Его голова была гладкой, безликим пространством натянутой кожи там, где должно было быть лицо.
Рот переместился на грудь.
Вертикальная рваная рана из обсидиановых зубов разделяла торс от грудины до пупка, открываясь и закрываясь в медленном, влажном ритме, который соответствовал умирающему крику Колокола.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз — Ур 30 (Мировой Босс)
ОЗ: 100,000/100,000
Зональный Эффект Активен: «Зона Искупления»
Все звуковые действия генерируют угрозу.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Безликая голова существа повернулась к ним. К двум источникам шума, которые нарушили его долгий покой.
Его руки вытянулись. Распростерлись. Потянулись к ним пальцами, как хирургическими инструментами.
— Ну, — сказал Асура, едва слышно сквозь резонанс, все еще сотрясающий долину. — Это неудобно.
Глаза Каге уже были прикованы к уведомлению, горящему на краю его зрения.
Мировой Босс 30-го уровня. 100к ОЗ. Звуковое агро. Два поврежденных игрока, оба значительно ниже оптимального уровня. Мне нужно быть осторожным с Произнесенными Стихами.
Страж атаковал. Одна массивная рука пронеслась к ним обоим.
Каге нырнул влево. Асура нырнул вправо.
Рука пронеслась между ними, достаточно близко, чтобы Каге почувствовал, как вытесненный воздух дернул его длинное пальто. Одна лишь сила отбросила его в середине кувырка.
Он поднялся, лицом к Асуре через массивное тело Стража. Другой игрок уже стоял на ногах, меч поднят, серые глаза оценивали новую угрозу с тем же размеренным спокойствием, с которым он оценивал Каге несколько минут назад.
Их глаза встретились через монстра.
— Давайте пока прекратим этот конкурс, у кого длиннее? — крикнул Каге.
Улыбка Асуры вернулась. Окровавленная, и от этого ярче.
— Что, не говори мне, что ты не можешь убить этого щенка в одиночку.
— Заткнись и смотри, тогда.
Безликая голова Стража повернулась к Каге. К ближайшему источнику звука.
Руки Каге дрожали. Все еще дрожали. От боя, от воспоминаний, от тяжести того, к чему он чуть не прикоснулся, того совершенного, безупречного состояния, которое когда-то увенчало его и в то же время обратило его мир в пепел.
Он посмотрел на Асуру через вздымающуюся тушу Стража. Другой ждал. Смотрел на него этими серыми глазами, которые видели слишком много.
Годами Клайд знал, что бежал от вершины. Боялся, что восхождение обратно снова вызовет молнию.
Если свет режет глаза, — однажды сказал Мастер Джин, стоя у двери додзё, с послеполуденным светом за спиной, — не принимай свет за врага.
Рука Стража метнулась.
Возможно, пришло время перестать отворачиваться.
Первое, что Каге узнал о Страже Слёз, был не его паттерн атак или наносимый урон. Это был его запах.
Тварь пахла так, словно библиотека сгорела внутри скотобойни — тошнотворно-сладкая гниль, перекрытая сухим, удушливым запахом обугленной бумаги.
Рука Стража Слёз рассекла воздух там, где только что был Каге. Воздушная волна просвистела мимо его уха, звуковой след заставил осколки колокола на земле вибрировать, как ударенные камертоны.
Каге перекатился на ноги. Асура уже двигался с противоположной стороны массивной туши босса, его длинный меч Веритас был опущен и готов. Безликая голова Стража повернулась к Каге. К самому последнему источнику звука.
— Ну, — пробормотал Каге. — Ты хотел испытаний.
Он не знал, услышал ли Асура. Это не имело значения.
Другая рука Стража, та, с которой столкнулся Асура, свернулась в хлесткий кнут из серых щупалец. Они мгновенно переформировались в острие копья и сделали выпад.
Асура шагнул навстречу, меч поднялся движением настолько точным, что оно казалось заранее записанным. Острие копья встретилось с лезвием Веритаса. Раздался звон металла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перекрестный Допрос
-737 ОЗ
Цель Уязвима! Получаемый урон +20% на 3с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Фиолетовый свет вспыхнул вдоль руки Стража. Появилась иконка дебаффа.
Разум Каге каталогизировал это. Значит, класс Асуры имел встроенный усилитель урона.
Голова Стража не повернулась к Асуре. Звук был недостаточно громким, или навык имел какой-то эффект подавления. Он оставался сфокусированным на Каге.
— Хорошо, — сказал Каге самому себе. — Посмотрим на паттерн.
Рука, по которой ударил Асура, отдернулась, дрожа. Основное тело сместилось, вертикальный рот на груди открылся шире. Крик усилился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зона Искупления усиливается.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Второй набор рук вырвался из спины Стража. Теперь их было четыре, каждая двигалась с независимой целью. Системные маркеры замерцали над всеми четырьмя конечностями.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз (Передняя Левая) - ОЗ: 15,000/15,000
Страж Слёз (Передняя Правая) - ОЗ: 14,263/15,000
Страж Слёз (Задняя Левая) - ОЗ: 15,000/15,000
Страж Слёз (Задняя Правая) - ОЗ: 15,000/15,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Раздельные пулы здоровья. Руки были отдельными сущностями. Каге отложил это в память и двинулся.
Нижняя левая рука Стража совершила горизонтальное движение, косящий удар, предназначенный для рассекания пополам. Каге опустился в низкую стойку, Мумьё держал поперек тела. Рука прошла над головой, достаточно близко, чтобы взъерошить его волосы. Парирование создавало шум, если разница в характеристиках не убьет его сразу. Вместо этого он позволил потоку воздуха нести себя, сделав полшага, которые поместили его внутрь дуги атаки.
Он выдохнул. Слово вырвалось по слогам, синхронизированно с постановкой ноги.
— Ослаб—
Слог приземлился, когда рука достигла полного вытяжения. Конечность задрожала, став жесткой.
— —ление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ослабление применено. Митигация цели снижена на 30%.
Ритмичный Поток x1
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дебафф появился на статусной панели руки. Хорошо. С механикой звуковой угрозы...
Каге двинулся до того, как мысль завершилась. Голова Стража повернулась к нему, отслеживая произнесенный слог. Он побежал вдоль длины руки, ботинки утопали в мясистой земле. Мумьё тянулся за ним, невесомый, не издавая ни звука.
Рука согнулась, пытаясь свернуться и раздавить его. Слишком медленно. Он уже был у плечевого сустава.
Асура двигался с противоположной стороны. Он сражался с правой рукой, поврежденной. Веритас мелькал, серия ударов была настолько быстрой, что они сливались. Каждый удар генерировал импульс зеленого света.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Юриспруденция: +2 Мандата
Юриспруденция: +2 Мандата
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мандат. Ресурс Асуры. Каге не знал деталей, но паттерн генерации был ясен. Базовые атаки накапливали его. Асура копил его, пока рука была уязвима.
Рот Стража открылся шире. Крик достиг пика. Оба уха Каге заложило. Давление обрушилось на него.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Оглушен на 2 секунды.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он споткнулся. Его равновесие нарушилось, внутреннее ухо дало сбой. Рука, по которой он бежал, дернулась, сбросив его. Он ударился о землю плечом, тонкий слой пепла поглотил удар.
Глухота дезориентировала, но была временной. Каге заставил себя подняться. Голова Стража отвернулась. Асура сделал что-то громкое. Очень, очень громкое.
Взгляд показал, что правая рука разбита. Она растворилась в черной жидкости, которую тело Стража поглотило обратно. Асура стоял в брызгах, меч вытянут в выпаде.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз (Передняя Правая) - Уничтожена
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Асура удовлетворенно наблюдал, как рука растворяется в черной слизи.
Одна готова. Осталось три.
Асура взглянул через тушу босса. Каге уже двигался, нацеливаясь на переднюю левую руку. Человек сражался как метроном, каждое действие просчитано, каждый слог — такт в каком-то внутреннем ритме, который Асура не мог отчетливо слышать, но мог чувствовать.
Это напомнило ему Мастера Такеду. То, как старый инструктор по Кендо постукивал своим синаем по полу перед демонстрацией. Раз. Два. Три. Удар.
Каге двигался так же. Вот только его темп был быстрее. И он к чему-то готовился.
Асура почувствовал, как участился его пульс.
Он уже убивал рейдовых боссов в одиночку. Зачищал контент, рассчитанный на двадцать игроков, не имея ничего, кроме времени, подготовки и безупречного исполнения. Это удовлетворяло так же, как завершение сонаты для фортепиано — техническое мастерство, доказательство навыка.
Это было другим.
Это была совместная импровизация. И Каге не следовал за его лидерством; он играл контрапункт.
Асура улыбнулся. Впервые за годы он понятия не имел, что произойдет дальше, и это было прекрасно.
Но главная голова Стража зафиксировалась на Асуре. Оставшиеся три руки сошлись на нем, двигаясь скоординированной сетью.
Асура рассмеялся. Скука, которая обычно окутывала его, как саван, исчезла, сменившись маниакальной радостью от решения головоломки.
Он убил одну руку в соло? Ультимейт? Ресурс заполнен с нашей дуэли? Каге почувствовал укол раздражения. Должно быть, приятно иметь класс ДПС.
Стойка Асуры изменилась. Зеленая аура вокруг него замерцала, сменившись на красную. Он шагнул вперед, встречая схождение лоб в лоб.
Глаза Каге сузились. Он слишком агрессивен.
Одна рука пошла низом. Асура парировал. Другая пошла верхом. Он поднырнул под нее, клинок уже поднимался для контратаки.
Третья рука подошла со слепой зоны.
Его меч был задействован в высоком ударе. Нога стояла неправильно. Он переоценил свои силы.
Кальцинированный кулак ударил его в ребра.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-440 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Удар развернул его вбок. Недостаточно, чтобы сбить с ног, его стойка была слишком хороша для этого, но достаточно, чтобы сбить его тайминг. Руки сомкнулись, чувствуя слабость.
Глухота Каге к этому времени полностью прошла. Крик колокола вернулся, постоянная фоновая частота.
Идеальная Каденция была немедленной целью, но сначала: перехватить агро. Сейчас. Три руки давили на Асуру. Каге побежал.
Его путь пролегал вокруг левого фланга Стража, ботинки находили опору на неровной местности. Он наблюдал за работой меча Асуры. Человек отбивал, каждый удар был скользящим, перенаправляющим импульс. Руки запутывались, слишком увлекаясь. Асура уклонялся между ними, как танцор.
Каге увидел брешь. Поскольку руки были заняты Асурой, основное тело было открыто, вертикальный рот все еще кричал.
Он мог бы пойти на тело. Если они убьют его, руки, скорее всего, отпадут.
Но полоска здоровья была слишком толстой — он не смог бы снести ее до того, как руки переключатся на него. Абсолютно невозможно.
Значит, вторичная цель. Вывести из строя переднюю левую руку. Отзеркалить игру Асуры.
Каге сократил дистанцию. Рука была толстой, как ствол дерева у основания, покрытая смыкающимися пластинами кальцинированной плоти. Он отвел Мумьё назад и стал ждать такта.
Крик колокола не был случайным. Он пульсировал. В нем был ритм, то поднимающийся, то спадающий вой, как сирена.
Он достиг гребня. Момент пиковой громкости. Он двигался на спаде, обращаясь с рукой как с барабаном.
(Рывок) — Свя— (Выпад) —зать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Ритмичный Поток x2 (+4 Урон, +4% Скорость)
-154 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Левая рука замерла в середине взмаха. Укоренение было коротким, почти незначительным, но этого было достаточно. Асура увидел это. Он отделился от двух других рук резким разворотом, его меч вылетел в горизонтальном разрезе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вердикт: Отсечение
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Клинок задел укорененную руку в локтевом суставе. Фиолетовый свет взорвался. Дебаффы от стихов Каге и уязвимость Асуры все еще действовали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -1,590 ОЗ
Передняя Левая - ОЗ: 12,660/15,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Рука оставалась укорененной. Асура развил преимущество, его меч превратился в заикающееся размытое пятно. Базовые атаки, каждая из которых генерировала те импульсы Мандата.
Каге наблюдал за паттерном. Набор Асуры был циклом. Накопить ресурс, потратить ресурс, усилить урон. Чисто. Элегантно.
Но две другие руки возвращались. Асура вот-вот будет обойден с фланга.
Каге мог позволить ему разобраться с этим. Проверить пределы человека. Но это было неэффективно. Два человека означали разделенную угрозу, разделенное время безотказной работы.
Он принял решение.
Голова Стража все еще была зафиксирована на Асуре. Звук меча по плоти, кряхтение от напряжения, шаги. Асура генерировал подавляющую угрозу.
Каге нужно было перетянуть её.
У него был Авен для этого, с тикающим пассивным регеном. Он мог позволить себе эти затраты.
(Взмах Рукой) — Уси— (Щелчок Запястьем) —лить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Ритмичный Поток x3 (+4 Урон, +4% Скорость)
Мумьё, Преданная Тень: +20% Базового Урона
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряный свет покрыл сталь, когда кинетическое действие зафиксировало определение на месте.
Ему нужно было сделать это и для Асуры. Но второй каст стоил бы еще 50 Авен. Неэффективно. Должен быть способ лучше.
Две свободные руки сомкнулись на Асуре. Каге побежал, нацеливаясь на спину Стража.
Асура увидел его приближение. Их глаза встретились на долю секунды. Там мелькнуло понимание. Асура знал, что он пытается сделать. Человек отступил, резкий шаг назад, который увеличил дистанцию между ним и сходящимися руками.
У Каге был чистый путь к основному телу. Он воспользовался им.
Мумьё поднялся в двуручном хвате. Спина Стража была небронированной, участок пульсирующей серой плоти.
Сделай так, чтобы это имело значение.
(Упереться Ногами) — Уда— (Рубящий Удар Вниз) —р.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Ритмичный Поток x4 (+4 Урон, +4% Скорость)
Критический Удар! -584 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Клинок впился глубоко, нарративная команда усиливала сталь сквозь сопротивление. Брызнула черная жидкость.
Даже со Стихом урон был жалким. 584 из 100 тысяч пула здоровья. Он был комаром, но комаром с метрономом.
Но голова Стража резко обернулась. Рот на его груди повернулся к нему. Высота крика изменилась, превратившись в визг сфокусированной ярости.
Все четыре руки повернулись. Агро было у Каге.
— Асура, — крикнул он. — Лови.
Крик колокола достиг пика. Все тело Стража затряслось, руки бросились как одна.
Каге нырнул. Рука задела его ногу, от удара его закрутило.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он упал на землю, перекатился, поднялся на бегу. Руки преследовали, врезаясь в землю там, где он был.
На него упала тень. Каге поднял взгляд.
Асура стоял на основном теле Стража, балансируя на узком позвоночнике между его плечами. Веритас был поднят высоко, острием вниз.
— Предписание Хабеас Корпус.
Голос Асуры был чистым. Резонирующим. Он прорезал крик колокола, как судейский молоток.
Фиолетовый свет взорвался. Две поврежденные руки, те, над которыми работали Каге и Асура, были резко отброшены назад. Они врезались друг в друга со звуком сталкивающихся поездов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Урон От Столкновения: -2890 ОЗ
Передняя Левая - ОЗ: 11,770/15,000
Задняя Правая - ОЗ: 10,544/15,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Руки запутались, на мгновение став бесполезными. Асура спрыгнул со своего насеста, приземлившись в приседе между ними. Он посмотрел на Каге.
— Твоя очередь ловить.
Каге понял. Асура только что сжег дорогой навык, чтобы купить ему время. Чтобы дать ему окно.
Голова Стража поворачивалась к Асуре, привлеченная звуком навыка. Но Каге мог перетянуть её обратно. У него был выбор. Он мог произнести стих из одного слова, с низкой стоимостью, накопить свои стаки. Или он мог сделать что-то большее.
Он посмотрел на меч Асуры. На стойку человека. На то, как он держался.
Они оба были мечниками. Они оба использовали клинки. Они оба были людьми.
Каге принял решение.
Концепция 1: Улучшить Тело.
Концепция 2: Улучшить Клинок.
Название: «Дуэт из железа».
Он произнес это четко. Громко. Крик колокола поднялся ему навстречу, но Стих прорезался, как контрмелодия.
— «Пусть человеческие мышцы найдут свой [Рост] внутри,
Первое ключевое слово приземлилось. Каге почувствовал, как его мышечные волокна набухают, становясь плотнее и туже.
— И [Усиль] сталь, чтобы повернуть вспять ход войны».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-200 Авен
Фактор Истины: Высокий. Логика: Сильная рука ведет сильный клинок.
Все гуманоиды в области: +16 Силы
Все мечи в области: +40% Базового Урона
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряный свет вырвался из Каге, омыв их обоих. Он покрыл Веритас и Мумьё слабым, зеркальным блеском. Глаза Асуры расширились на долю. Он посмотрел на свой меч, затем на Каге.
Бафф осел в мышцах Асуры, как второе сердцебиение.
+16 силы. +40% Базового Урона.
Асура проверил свою хватку на Веритасе. Клинок казался нетерпеливым. Словно он хотел резать глубже, кусать сильнее, приводить в исполнение более тщательно.
Но не это заставило его задуматься.
Дело было в формулировке.
Каге скастовал что-то — дорогое, сложное что-то, судя по двухконцептуальной структуре — и не исключил себя из стоимости только для того, чтобы применить это к ним обоим. Он построил логику с нуля. Гуманоиды. Мечи. Две категории, которые просто случайно включали в себя ровно двух человек.
Асуру поддерживали много раз за его жизнь. Каждый раз это казалось благотворительностью. Будто они вкладывали в него деньги.
Это не ощущалось так.
Это чувствовалось как приглашение.
Мы оба мечники. Мы оба используем клинки. Мы оба сражаемся.
Губы Асуры дернулись. Что-то теплое и незнакомое шевельнулось в его груди. Не благодарность, благодарность — это то, что вы чувствуете, когда кто-то дает вам что-то, что вам нужно.
Мир дал ему богатство, талант и дюжину способов заставить других чувствовать себя ничтожествами.
Каге дал ему... признание.
Каге подарил ему тонкую улыбку. — Не благодари. Это привлечет агро.
Голова Стража резко повернулась к Каге. Крик стал физической силой, волной давления, от которой зрение помутилось.
Все руки бросились вперед.
Каге двинулся. Он должен был. Угроза была зафиксирована на нем сейчас, и ему нужно было продержаться достаточно долго, чтобы Асура мог извлечь из этого выгоду.
Он побежал вдоль фланга Стража. Руки преследовали, но они были большими. Неэффективными. Он был маленьким, поэтому он использовал ландшафт, нырнув под окаменевшее дымовое дерево, переходя в скольжение.
Рука пробила дерево, разбив его на обсидиановые щепки. Звук был катастрофическим. Крик колокола удвоил интенсивность.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зона «Зона Искупления»: Уровень Угрозы Повышен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Три меньших существа вытащили себя из мясистой земли. Они были гуманоидными, истощенными, с зашитыми ртами. Они крались к Каге, привлеченные хаосом.
Адды. Конечно. У босса была механика спавна, привязанная к звуку.
Каге выругался. У него было три варианта. Разобраться с аддами самому, позволить Асуре заняться ими, или найти способ использовать их.
Он посмотрел на руки. Все еще запутаны. Асура уже двигался к поврежденной левой, Веритас оставлял за собой след серебряного света.
Каге сделал быстрый расчет и побежал к аддам.
Время фармить стаки.
Первый Проситель бросился, пальцы как иглы. Каге встретил его, перехватывая запястье.
(Парирование) — Ослаб— (Встречный Разрез) —ление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
-152 ОЗ
Стак 5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Клинок впился, но неглубоко. Моб едва дрогнул. У него было больше 2,000 ОЗ.
Хорошо, прошептал Художник. Больше холста.
Два других Просителя обошли его с флангов. Каге закрутился в центр стаи.
Второй Проситель махнул высоко. Каге пригнулся.
(Присед) — Свя— (Подсечка) —зать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
-156 ОЗ
Стак 6
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ноги моба сцепились, и он рухнул в пепел. Каге использовал инерцию, чтобы подняться, встречая атаку третьего Просителя.
(Шаг) — Уда— (Укол) —р.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
-160 ОЗ
Стак 7
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Три попадания. Ноль убийств. Мобы теперь кишели вокруг него, злые и неповрежденные.
Но темп нарастал. Мир замедлился лишь на долю.
Каге начал размываться. Он отскакивал между тремя целями, как пинбол, меняя Авен на скорость, превращая отчаянную рукопашную в ритм-игру.
(Вращение) — Свя— (Разрез Моб 3) —зать. (Стак 8)
(Парирование) — Ослаб— (Разрез Моб 2) —ление. (Стак 9)
Цифры урона были как облако белых мух. Мобы были избиты, обездвижены и ослаблены, но все еще стояли.
Еще один бит.
Каге увидел линию. Три Просителя споткнулись, пытаясь перегруппироваться. Он выровнял свой вектор.
(Рывок) — Це— (Пронзить Всех) —ль.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Получено Ритмичный Поток (Стак 10/10)
Вы достигли ИДЕАЛЬНОЙ КАДЕНЦИИ!
Идеальная Каденция Активна: +20% Скорость Действий, +20 Базового Физического Урона, Стоимость Авен для Стихов -20%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге резко затормозил в пяти метрах за группой, спиной к ним.
Три Просителя повернулись, визжа, готовые преследовать.
Они не знали, что уже мертвы.
Во время стычки Мумьё пил движение. Серые пятна, тянущиеся за клинком Каге, не исчезли. Они висели в воздухе позади него, застывшая временная шкала насилия.
Когда Каге вошел в Идеальную Каденцию, временная шкала схлопнулась.
Одна длинная, отчетливая тень прошла сквозь мобов. Линия, нарисованная пустотой, задержалась и проявилась через бит после того, как рывок Каге пронзил их.
Щелчок.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-344 ОЗ (Эфирный) x3 Цели
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Просители растворились в тишине.
Мир сжался.
Пепел, падающий с неба, выглядел медленнее. Каждая снежинка, казалось, колебалась в воздухе, прежде чем коснуться земли. Теневые послеобразы Мумьё казались ближе к клинку, словно меч был нетерпелив.
Голос Оператора Каге утих в его голове, и что-то более старое, что-то натренированное, шагнуло вперед.
Пол додзё Мастера Джина. Шлепки босых ног. Резкий вдох перед ударом.
Губы Каге дернулись. Улыбка угрожала появиться.
Он ненавидел это.
Он любил это.
Голова Стража резко повернулась и отследила его, крик следовал за его движением. Руки распутались, меняя ориентацию.
Основное агро все еще было на нем. Хорошо.
Авен Каге стремительно падал из-за высокотемпового набора стаков. Он выпил зелье маны.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Дистиллированная Ясность Ани (Ранг 2) Использована
+35 Авен
+35 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Цвет Асуры снова сменился на красный. Его движения были агрессивными, безрассудными, каждый уворот приближал его к телу Стража, а не отдалял.
Каге понимал логику. Чем ближе ты был, тем меньше времени на замах было у босса. Атаки были наиболее сильными при полном выпрямлении.
Но это требовало нечеловеческой точности.
У Асуры она была.
Его клинок врезался в заднюю правую руку Стража снова и снова, каждый удар приходился в ту же рану.
Задняя правая рука Стража метнулась к нему. Теперь она двигалась иначе. Быстрее. Пластины по всей ее длине открылись, обнажив ядро пульсирующего фиолетового света.
Она что-то заряжала.
Каге не стал ждать, чтобы узнать, что именно. Он побежал к руке, Мумьё держал низко. Конечность согнулась, ее кончик разделился на пятипалую клешню.
Каге прыгнул. На нее.
Его ботинки коснулись кальцинированной поверхности. Поступь Пепельной Дюны схватилась, пассивка невесомого шага позволила ему бежать по ней, как по твердой земле.
Рука попыталась стряхнуть его. Он скорректировал баланс, держа центр тяжести низко. Мумьё вылетел, ударив в ядро фиолетового света.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -556 ОЗ
Задняя Правая - ОЗ: 9,988/15,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Свет потускнел. Движение руки запнулось.
Да. Ядра были слабыми местами.
Каге ударил снова, синхронизируя удар с пульсом колокола.
— Свя— (Шаг)
— —зать. (Удар)
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Рука замерла. На миллисекунду. Каге использовал этот момент, чтобы спрыгнуть, приземлившись на мясистую землю. Его дыхание стало тяжелым, напряжение было реальным даже в VR. Плечо горело от предыдущего удара. Оператор попытался повесить на это ярлык.
Боль. Дискомфорт. Снижение производительности.
Ярлык не подходил. Он устал, но его разум был чист. Цифры текли.
Нет. Не боль. Это...
Он отверг это слово. Еще нет. Ему нужно было быть в бою.
Более глубокий звук зародился в груди существа. Ниже, чем предыдущие крики. Более резонирующий.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз заряжает: Вопль Искупления
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Атака по области. Увернуться нельзя.
Асура двинулся мгновенно.
Он изменил направление, мчась к стороне Каге на поле боя. К руке, которая преследовала его.
Что он—
Рот на груди попытался отследить Асуру, но он двигался слишком быстро, огибая тушу Стража сзади.
Цвет Асуры изменился. Синий. Воздух вокруг него, казалось, сгустился, сама гравитация подчинилась его воле.
Левая рука метнулась к нему. Асура презрительно отклонил ее, затем вонзил Веритас в запястье существа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Указ о Запрете
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Синий свет вырвался из раны. Печать появилась на поверхности руки, светясь тайной геометрией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Печать Запрета Применена: Никакого Намерения
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зарядка Стража завершилась.
Вопль Искупления вырвался—
И тут же схлопнулся.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Запрет Сработал!
Страж Слёз Заглушен на 3 секунды!
Чистый Урон: 847 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Звук оборвался, как перерезанный шнур. Рот на груди существа бесполезно раскрылся, не издавая ничего, кроме влажного бульканья.
Руки-клешни спазмировали, зафиксировавшись в открытом положении. Асура шагнул в открывшееся окно, Веритас поднялся. Клинок ударил в ядро раз, другой, третий.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -799 ОЗ
Критический Удар! -799 ОЗ
Критический Удар! -799 ОЗ
Передняя Левая - ОЗ: 2,968/15,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Рука была почти мертва. Полоска Мандата Асуры к чему-то строилась.
Каге теперь видел паттерн яснее. Набор Асуры был о наказании. Устанавливать правила, приводить их в исполнение, получать силу от подчинения. Это была противоположность философии Каге. Каге навязывал нарративную истину. Асура навязывал военное положение.
Они были двумя разными путями к одному месту назначения: контролю.
Отрубленная рука растворилась в черной жидкости, и основное тело поглотило ее.
Две оставшиеся руки — обе задние конечности, те, которых Каге едва коснулся, — вытянулись. Но они не атаковали. Они схватили края собственной грудной полости Стража и потянули.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Смена Фазы: Достигнут порог здоровья 70%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Асура посмотрел на Каге через тушу босса, его лицо было почти полностью окрашено в один цвет.
Каге посмотрел на Асуру. Асура посмотрел на Каге. Им не нужно было говорить.
Оператор в его голове попытался назвать это чувство.
Это просчитанный риск. Партнерство по расчету. Временный альянс против общего препятствия.
Ярлык не подходил. Это чувствовалось неправильно, как ключ, скрежещущий в неверном замке.
Каге проигнорировал это. Он сжал Мумьё, чувствуя, как меч мурлычет в предвкушении. Он доверял математике. Он доверял человеку, которого только что встретил, но который сражался, как отражение в более темном зеркале.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз входит в Фазу 2: «Траур»
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оставшиеся руки существа удлинились. Его пальцы разделились в суставах, каждый палец стал отдельным щупальцем из кальцинированной кости и серого вещества.
Рот на груди открылся невероятно широко.
Что-то вылезало наружу.
Каге сделал шаг назад.
— О, — тихо сказал Асура. — Это что-то новенькое.
То, что вылезало из груди Стража, имело слишком много глаз. И, что самое странное, каждый из них... плакал.
Новые механики. Новая фаза. Новые проблемы. Новые решения.
— Я не предполагаю, — крикнул Асура, его голос был напряженным, но ровным, — что у тебя есть еще какие-нибудь трюки?
— Несколько, вообще-то, — ответил Каге с ухмылкой, которая незаметно для него самого заползла на его лицо.
У него было чувство, электрическое и ужасающее в нескольких смыслах, что это только начало.
Внешняя оболочка не разбилась, не совсем. Расцвела — более точное слово.
Серое вещество отслоилось, как лепестки мертвого цветка, массивная туша Стража Слёз раскололась по невидимым швам. Руки растворились в пепел. Рот на груди провалился внутрь.
И из руин выбралось что-то меньшее.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фаза 2: Траур
Страж Слёз - ОЗ: 70,000/70,000
Статус: Скорбная Эгида (12 Слоев)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Новая форма воспарила вверх, поддерживаемая ничем. Скелетообразный гуманоид не выше самого Каге, укутанный в серые одеяния, которые волочились за ним, как гниющие занавески. Его лицом была треснутая фарфоровая маска, и из трещин бесконечно лились слезы.
Это меньше. Почему то, что меньше, кажется хуже?
Двенадцать колоколов материализовались вокруг существа. Они вращались на разных расстояниях, некоторые близко, некоторые далеко, каждый пульсировал слабым светом. Цвета менялись по мере их движения: красный, синий, серебряный, проходя через все двенадцать в узорах, которые Каге не мог сразу разобрать.
Затем активировались поля.
Каждый колокол проецировал сферу цветного света диаметром около пяти метров. Местами они перекрывались, создавая сложные узоры на поле боя.
Асура двинулся первым. Прямо на Стража, Веритас поднимался в чистом диагональном ударе сверху.
Клинок попал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 12/12 Слоев
-0 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ноль.
Асура отступил. Он обработал цифру и перекалибровался на том же дыхании.
Каге нацелил безмолвный стих на фарфоровую маску. [Удар].
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 12/12 Слоев
Эффект: Поглощено
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Щит съедает все. Не трогайте босса, пока он не упадет.
Двенадцать колоколов плыли по своим орбитам. Поля, которые они отбрасывали, сливались друг с другом, медленные и перекрывающиеся.
Начнем отсюда.
— Они проецируют поля, — сказал Асура, обходя слева. — Щит и колокола связаны.
— Красный, синий, серебряный, — крикнул Каге. — Разные эффекты. Мы учимся.
Беззвучная Хватка прибыла до того, как кто-либо из них двинулся. Бесшумная. Мгновенная. Просто мерцание, затем скелетные пальцы смыкаются там, где была голова Каге. Он бросился в сторону.
Оно не собирается делать паузу, пока мы работаем.
Асура вошел в синее поле и ударил по Стражу.
Он отлетел назад через синее и серебряное на десять метров, запущенный невидимой силой. Он перекатился на ноги.
— Синий, — сказал Асура напряженным голосом. — Удары оружием вызывают отбрасывание.
Синий наказывает за удары. Принято.
Каге попробовал красный. Он открыл рот, и в то мгновение, когда первый слог сорвался с его губ—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
КРИТИЧЕСКОЕ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: ОБНАРУЖЕН ЗВУК
-550 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Боль пронзила его череп. Его кольцо вспыхнуло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он попятился назад, сердце бешено колотилось. Разговор в красном — это мгновенная смерть. Без кольца я труп.
— Красный убивает звук, — крикнул он, задыхаясь. — Подразумевает всё.
Остался серебряный. Он медленно, размеренно двигался к границе. Более быстрый шаг—
Появились прутья.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Звуковая Клетка Сработала!
-60 ОЗ
Урон: 60/секунду при нахождении внутри
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он вырвался Мумьё и отступил назад.
— Серебряный. Скорость вызывает клетку.
— Синий наказывает за удары, — сказал Асура. — Красный наказывает за звук. Серебряный наказывает за скорость.
Беззвучная Хватка метнулась к Каге. Асура поймал ее Веритасом, клинок зазвенел, широко отражая скелетную руку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-310 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он поглотил удар и сменил позицию без комментариев.
Три ограничения. Три цвета. И босс продолжает бить.
Первый инстинкт Оператора: дальность. Оставаться за пределами полей, кастовать с расстояния.
Он занял позицию на краю синего поля, ноги за границей, и скастовал наружу.
Название: «С берега»
— «Удар»
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Стих пересек открытый воздух. Ударил по синему колоколу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эффект: Аннулирован. Цель Защищена Скорбной Эгидой.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тот же результат независимо от расстояния. Поля заставляют вступать в бой. Чтобы снять щит, мы должны находиться внутри них.
Скелетная рука Стража поднялась. Ее пальцы двигались как у дирижера, точно и неторопливо, и колокола отреагировали. Цвета менялись в медленных, ритмичных циклах. Глаза Асуры отслеживали паттерн, губы беззвучно шевелились.
Он читает музыку. Ну конечно.
Разум Оператора устремился к поиску уязвимостей.
Что если я просто... объявлю, что цвета ко мне не относятся?
Он попробовал. Слова сформировались в его уме, двустишие, которое наложит его нарративную истину на систему:
Название: «Воле Поэта Цвета Подчинятся»
— «Что Форму держит, то Связать не сможет, / И правил нет, что он найти здесь сможет».
Намерение пульсировало наружу—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Проверка Искусства: ПРОВАЛЕНО
Необходимое Искусство: 150 | Текущее Искусство: 76
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поля остались. Неизменными. Равнодушными.
Ну конечно.
Беззвучная Хватка появилась снова. Они оба двинулись. Она все равно нашла Асуру, поймав его поперек ребер.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-350 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Тц. — Напряженно.
Каждый неверный ответ стоит дорого.
Каге вернулся к серебряному полю. На этот раз он опустился низко, двигаясь ползком, каждый шаг настолько преднамеренно, насколько он мог.
Прутья все равно появились.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Звуковая Клетка Сработала!
-60 ОЗ
Урон: 60/секунду при нахождении внутри
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он вырвался. Встал на границе.
Клетка срабатывает независимо от темпа.
Он прокрутил это назад. Асура пролетел через серебро на полной скорости, запущенный назад из синего, двигаясь быстрее любого спринта. Клетка ни разу не активировалась. То же поле. Более высокая скорость. Назад.
Направление. Намерение двигаться вперед. Вот что оно читает.
Далее. Синий наказывал за удары. Красный наказывал за звук. Серебряный наказывал за продвижение. Каждое ограничение соответствовало именно тому действию, которое им нужно было предпринять внутри поля, и каждое поле наказывало именно за это действие.
Инверсия. Каждое поле требует противоположного.
— Серебряный не читает скорость, — крикнул Каге. — Он читает направление. Движение вперед активирует клетку.
Голова Асуры повернулась. Понимание.
Каге двинулся к краю серебряного поля. Вес перенесся назад. Он говорил, но задом наперед. Слоги перевернуты, в том же направлении, в котором тело Асуры путешествовало через серебро.
(Облегчил вес на заднюю ногу) — —зать. (Сместил бедра назад) — Свя—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-75 Авен
Импровизация Обнаружена: Ретроградный Поток принят
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поле замерцало. Стих приземлился.
Слой Скорбной Эгиды треснул.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 11/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Обратные действия, — сказал Каге. — Поля инвертируют все.
Внимание Асуры переключилось на синий.
— Синий наказывает за агрессивные удары. Значит, противоположное.
Он шагнул внутрь. Поднял Веритас.
Беззвучная Хватка приблизилась. Просто мерцание.
Он парировал. Чисто.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поле распознало защитную инверсию. Открылось окно в полсекунды. Асура ударил в него. Веритас впился в руку Стража. Никакого отбрасывания.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 10/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Идеальное парирование в синем создает окно для атаки. Перевернутые стихи снимают серебро. Красных полей мы избегаем.
Следующие три минуты были ювелирной работой.
Каге синхронизировал перевернутые стихи с вращением колоколов, обратные слоги с точностью метронома. Каждый каст стоил 75 Авен вместо 50, но щиты трескались.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 9/12 Слоев
Скорбная Эгида: 8/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Четыре щита сняты. Каге проверил тень Мумьё.
Пять стаков. Он накопил их не задумываясь во время предыдущей фазы, послеобразы все еще тянулись за клинком.
Его глаза переместились на красное поле, медленно вращающееся в позицию над плечом Стража. Красный наказывал за звук.
Колокола отторгали внешнюю силу. Фантомный Удар не является внешним. Это остаток действия, уже находящегося внутри поля. И он должен игнорировать броню.
Он переместился внутрь синего поля. Синхронизировал парирование.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мумьё ударил в окно, врезаясь в руку Стража. Тень с пятью стаками отделилась на мгновение позже клинка и прошла сквозь вращающееся красное поле, не активируя его.
Тень ударила по колоколу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 7/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Голос Асуры был ровным, с чем-то, что могло быть весельем.
— Ты читеришь.
— Это называется оптимизация. — Каге отвел Мумьё, наблюдая, как послеобраз рассеивается.
Асура парировал Беззвучную Хватку без звукового сигнала, читая только тепловое мерцание.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 6/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Паттерны Стража изменились на шести слоях.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каскад Горя Активен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Новый дебафф. Горе: 0/5.
Новая механика. Каков триггер?
Синее поле вращалось под ним. Он сделал шаг в сторону с опозданием, и задний край задел его лодыжку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Горе: 1/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Холодное давление за грудиной. Второй тик произошел до того, как он покинул край поля.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Горе: 2/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поля. Воздействие накапливает стаки.
Никакого видимого таймера распада. Стаки сохранялись.
Асура, сосредоточенный на перехвате Беззвучной Хватки, удерживал позицию в серебряном поле на полсекунды дольше положенного.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Асура: Горе 5/5
Статус: Подавлен
-50% Урон, -50% Скорость Действий
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его следующее парирование запоздало. Беззвучная Хватка задела его плечо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-600 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он пошатнулся.
— Тц. — Голос напряжен.
Пять — это предел.
Собственное Горе Каге было на уровне 2/5. Вялость, как будто думаешь сквозь туман, но функционально. Он продвинулся вперед и расколол следующий слой щита, пока Асура восстанавливался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 5/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его счетчик Горя упал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Горе: 0/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Что?
Он проверил журнал боя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Горе Передано: 2 Стака → Страж Слёз
Страж Слёз: Горе 2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мои стаки перешли к нему. Когда щит сломался.
Одна точка данных. Пока не надежно. Но стоит проверить.
Подавление Асуры истекло пятнадцать секунд спустя.
— Накапливай Горе, — крикнул Каге. — Сними следующий слой сам.
Асура не стал спрашивать почему. Он прошел через синее поле, позволил своим стакам подняться до трех, затем вонзил Веритас в защиту Стража.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 4/12 Слоев
Горе Передано: 3 Стака → Страж Слёз
Страж Слёз: Горе 5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Подтверждено. Горе атакующего передается Стражу, когда ломается щит.
Счетчик Стража показывал необработанное число. Без видимого предела. Нет способа узнать порог, или существует ли он вообще. Но поведение уже менялось — Беззвучные Хватки происходили через более короткие промежутки времени. Паузы между вращениями колоколов сократились.
— Более быстрые атаки, — отметил Асура.
— И более длинные окна восстановления тоже. — Каге наблюдал, как Хватка зависла в воздухе на долю секунды дольше, чем раньше. — Компромисс. Горе дестабилизирует его.
Скорим ему больше. Посмотрим, что сломается.
Каге позволил своим стакам подняться до трех, прежде чем взломать следующий слой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 3/12 Слоев
Горе Передано: 3 Стака → Страж Слёз
Страж Слёз: Горе 8
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Страж пошатнулся. Вращения колоколов стали хаотичными; музыкальная прогрессия растворилась в диссонансе. Колокола дико кружились, меняя цвета без четкого паттерна.
Каге попытался синхронизировать перевернутые стихи. Ритм продолжал меняться.
Беззвучная Хватка появилась с неожиданного угла. Асура парировал, еле-еле.
— Я больше не могу это читать, — сказал Асура, с трудом переводя дыхание.
Но Каге вспомнил голос Мастера Джина: «Хаос — это просто порядок, который ты еще не понимаешь».
Что, если я принудительно верну паттерн?
Слова пришли без раздумий.
Название: «Нить Провидца»
— «Пусть [Цель] видит ясность впереди, И [Форму] света обретет в пути».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-180 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Золотой свет пульсировал наружу. Будущие цвета колоколов стали видимыми: призрачные наложения, показывающие, какими они станут в следующие несколько секунд.
Глаза Асуры расширились.
Страж поднял обе руки. Все двенадцать колоколов начали вращаться быстрее, сходясь на Асуре.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз готовится: Мандат Дирижера
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Двенадцать цветных полей сомкнулись, создавая лабиринт из перекрывающихся зон смерти. Но теперь Асура видел паттерн. Какие цвета изменятся. Когда. Где.
Он двигался по лабиринту с точностью. Парировал одну Хватку. Две. Три. Последнее парирование открыло окно. Веритас нанес удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: 2/12 Слоев
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мандат Дирижера закончился. Колокола рассеялись.
Асура взглянул на Каге. Между ними что-то промелькнуло.
Оптимизация ресурсов. Сотрудничество—
Ярлык не подходил.
Каге проверил стаки Стража.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз: Горе 8
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Осталось два щита. Уже дестабилизируется на восьми. Если мы ударим по нему всем сразу...
Он проверил свое собственное Горе. Один стак, подхваченный с края поля во время Мандата. У Асуры был ноль.
Оба доводят до четырех. Оба снимают щит одновременно. Это еще восемь стаков, все сразу.
— Синхронно, — сказал Каге. — Последние два щита. Мы оба набираем до четырех, оба передаем одновременно.
Асура изучал его.
— Ты рискуешь.
— Обоснованная догадка. Поведение деградирует с каждым стаком. Достаточное количество одновременно должно что-то сломать.
Пауза.
Асура кивнул.
Каге переместился в серебряное поле. Асура занял синее. Страж вращался между ними, фарфоровая маска плакала серыми слезами.
Горе давило. Два. Три. Четыре. Холод полз от его грудины в конечности. Его окна тайминга сократились до толщины бритвы для перевернутых стихов. Промах означал, что поле заключит его в клетку. Оператор кричал о цифрах.
Вундеркинду было плевать на запасы.
Три. Два. Один.
(Сместил вес назад) — —ление. (Отводит бедро назад) — Ослаб—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Обе атаки приземлились в одном кадре.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Скорбная Эгида: СЛОМАНА
Горе Передано: 4 Стака → Страж Слёз (Каге)
Горе Передано: 4 Стака → Страж Слёз (Асура)
Страж Слёз: Горе 16
ПЕРЕГРУЗКА ГОРЯ!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Страж закричал. Чистая мука. Печаль настолько глубокая, что имела вес. Двенадцать колоколов разбились одновременно, рассыпая кристаллизованные осколки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Все Колокола Уничтожены!
Страж Слёз УЯЗВИМ на 60 секунд!
ОЗ: 70,000/70,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Одна минута, чтобы нанести семьдесят тысяч урона.
Пора работать. У Каге было 330 Авена.
Разбитые колокола оставили после себя своих призраков.
Двенадцать зон все еще пульсировали по земле. Цветные поля циклически сменялись в перекрывающихся кольцах. Красный. Синий. Серебряный. Те же три наказания из фаз колоколов, вращающиеся, смертельные, не закрепленные. Проходящие через открытое пространство без ничего, что бы обозначало их границы, кроме слабого хроматического мерцания, которое синестезия Каге переводила в ритм.
Те же поля. Никаких колоколов.
Затем появились Просители.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Проситель Призван! ×3
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Маленькие, плачущие фигурки вытащили себя из мясистой земли. Они издавали звуки. Всхлипы, стоны, открытый вой. Каждый крик активировал ближайшую эхо-зону, заставляя цветные поля сменяться быстрее. Поле боя стало калейдоскопом перекрывающихся наказаний.
Окно уязвимости истекало. Шестьдесят секунд. Каждое мгновение раздумий было мгновением, когда ОЗ Стража оставались на отметке 70 000.
Каге двинулся. Обновил Усиление, сбросил Ослабление на Стража. Два быстрых стиха, два сердцебиения Авена ушли. Он нашел промежуток между зонами, дважды ударил Стража, начал набирать Ритмичный Поток, прежде чем вой Просителя послал красное поле, омывающее его позицию.
Он отступил. Перезагрузка. Попытался найти другой промежуток. Синее поле поймало его следующий взмах в середине дуги, отбрасывание заставило его пошатнуться в сторону. Он восстановился, шагнул в короткое окно чистой земли, успел нанести два удара, прежде чем серебро поймало Асуру на полпути в трех метрах от него.
Проблема кристаллизовалась.
Три требования. Одновременных. Убить Просителей до того, как их вой ускорит цикл. Нанести урон Стражу до того, как окно уязвимости закроется. Перемещаться по трем различным типам полей, каждое из которых наказывало за разные действия.
Он не мог делать все три одновременно. Его Авен был почти пуст.
Каге достал из сумки Дистиллированную Ясность Ани и выпил. Тепло разлилось по груди. Авен начал медленно возвращаться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Дистиллированная Ясность Ани (Ранг 2) использована. Восстанавливает 350 Авен за 10 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Десять секунд на регенерацию. Окно уязвимости все еще отсчитывало время.
Используй это время.
Оператор разложил все по полочкам.
Красные поля. Они наказывают за звук.
Синие поля. Они наказывают за удары.
Серебряные поля. Они наказывают за движение вперед.
И зоны циклически менялись. Все три цвета вращались независимо по полу в перекрывающихся кольцах. Погоня за промежутками между ними — это то, что он только что попробовал. Это провалилось за считанные секунды.
Хватит гоняться за промежутками. Если доска была слишком хаотичной для навигации, ему нужно было закрепить ее часть. Хайку. Домен. Стационарный карман измененной реальности. Если они будут стоять в компактном, фиксированном пространстве, цветные поля просто будут омывать их.
Но ни один домен не мог переопределить все три правила одновременно.
Хмурый взгляд. Думай, Клайд. Думай.
Затем Оператор нашел угол — рискованный, но математически красивый.
Мне не нужно решать все три. Мне просто нужно уменьшить количество переменных.
Если он полностью отключит красную зону, трехчастный хаос станет двухчастным ритмом. Его все равно отбросит, если он взмахнет в синем. Он все равно будет заперт в клетку, если двинется в серебряном. Но автоматизировав решение для красного, когнитивная нагрузка снизится. Внутри этого фиксированного пространства они будут следовать сценарию, основанному на том, какой цвет в данный момент занимает домен.
Когда он красный: встроенная в домен тишина справляется с этим. Полное окно действий. Удар, движение, свободное дыхание.
Когда он синий: координация. Синий наказывает за удар. Один атакует, другой парирует.
Когда он серебряный: перевернутые стихи, Асура остается на месте.
Логика держалась. Но окна были узкими. Каждый цвет длился три, может быть, четыре секунды, прежде чем сменялся следующим. Удар, который начинался безопасно и приземлялся во время синего, означал отбрасывание, если им плохо управляли. Шаг, сделанный на один такт позже в серебряный, означал связывание. Предел погрешности был... почти несуществующим.
И Каге был уверен, что он единственный, кто мог читать вращение. Его синестезия переводила циклические поля в темп. Трехдольный размер пульсировал в его ребрах. Красный. Синий. Серебряный. Красный. Он знал, когда придет синий, так же, как музыкант знал следующий такт.
Асуре придется следовать командам Каге. Такт в такт. Внутри домена. С окном для правильного действия, измеряемым сердцебиениями.
Затем Просители.
Глаза Каге следили за ними. Три плачущие фигуры спотыкались, волочась через зону за зоной. Слепые к цветам. Глухие к вращению.
Мысль, последовавшая за этим, была тихой. Почти холодной.
Они не могут читать вращение. Не могут удерживать позицию внутри домена. Они будут бродить по всем типам полей, рыдая, спотыкаясь, барахтаясь.
Красный накажет их шум. Серебряный свяжет их движение. Синий отбросит их размахивания.
Они уничтожат сами себя.
На одну переменную меньше.
Он выдохнул. Аналитический гул стих. То, что осталось, было проще. Спокойнее. Это больше не было математической задачей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен: 390/1320
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Достаточно.
— Я строю домен, — сказал Каге. Его голос был ровным. — Маленький. Фиксированная позиция. Три поля вращаются сквозь нас вместо того, чтобы мы гонялись за чистой землей.
Асура отступил от прерванного обмена, серые одежды свисали с лезвия Веритаса.
— Тайминг?
— Я читаю вращение. Ты не можешь. — Плоско. Фактически. — Я называю каждый такт. Ты точно ему соответствуешь.
То, о чем он просил, было бы антитетичным для любого живого мечника. Идеально следовать чужой каденции, в ограниченном пространстве, со смертельным наказанием за малейшую ошибку в тайминге.
Глаза Асуры отслеживали цветные поля, мерцающие по полу. Проситель на полном ходу ввалился в серебро и замер, связанный на полушаге. Другой завыл, попав в красный поток. Цифры урона расцвели над его головой.
Он снова посмотрел на Каге.
Затем Асура поднял Веритас.
Длинный меч поднялся вертикально, острием к падающему пеплу. Клинок поймал циклический свет эхо-полей и удерживал его, ровно как стрелка компаса. Его хватка изменилась. Его стойка стала на долю шире. Его аура сменилась на зеленую.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Навык Активирован: Зона Абсолютного Закона
Длительность: 15 секунд.
Применены Универсальные Правила: Все Атаки Попадают. Максимальные Значения Урона. Критический Удар: 100%. Критический Удар Врага: 0%.
Стойка Инерции - Мир Без Трения: Вы получаете 100% Скорости Передвижения, +20% Скорости Действий
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Воздух в радиусе двадцати метров стал жестким. Каждая переменная в пространстве зафиксировалась на своем абсолютном значении. Никаких промахов. Никаких скользящих ударов. Никакой случайности, хорошей или плохой. Пятнадцать секунд детерминированного насилия с максимальной отдачей.
— Веди, — сказал Асура с кивком.
Каге улыбнулся.
Конечно, он приберег что-то подобное для потенциальной фазы берна.
Разум Каге пробежался по пересмотренным цифрам. Пятнадцать секунд гарантированных критов внутри домена, который полностью подавляет красный. Потолок урона только что удвоился. Может быть, утроился.
Вундеркинд всплыл на поверхность. Гул Оператора утих.
Название: «Неподвижная Точка»
— «Придай форму покою,
Свяжи звук в незримый плен,
Тишина правит».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-350 Авен
Форма III: Хайку. Расширение Домена.
Фактор Истины: Высокий. Остановка кинетической вибрации молекул воздуха предотвращает распространение акустических волн.
Домен: Неподвижная Точка. Длительность: 60 секунд.
Правила Зоны Переопределены: Звук внутри домена подавлен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир сжался, домен Хайку перекрыл Зону Абсолютного Закона, когда Каге немедленно выпил еще одну бутылку Дистиллированной Ясности Ани.
Сфера принудительной тишины опустилась вокруг них, возможно, десять метров в поперечнике. Внутри каждый звук был поглощен. Шаги, дыхание, звон стали. Воздух стал мертвым и плотным, давя на барабанные перепонки.
Цветные поля продолжали вращаться. Они катились через домен, как погода: красный, затем синий, затем серебряный, каждый длился три-четыре секунды, прежде чем накатывал следующий.
Каге чувствовал вращение через свою синестезию. Трехдольный размер пульсировал в его ребрах.
Три цвета. Три правила. Чистая система.
Но когда категории устоялись, они смягчились. Растворились. Правила перестали быть системой и стали чем-то иным.
Пульсом. Ритмом.
Произведение на три счета для двух инструментов.
Красный накатил. Тишина поглотила его.
Он нашел темп.
Мумьё поднялся. Один такт.
Шаг вперед. Два такта.
Ударил Стража. Три такта.
Рядом с ним Веритас соответствовал. Два клинка, синхронизированные. В Зоне Абсолютного Закона каждый край находил свою цель с максимальной силой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -460 ОЗ
Критический Удар! -1,138 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Синий прошел цикл.
Каге взмахнул. Мумьё врезался в бок Стража — и появилось мерцание. Беззвучная Хватка пронеслась сквозь тишину к его руке с клинком.
Веритас перехватил. Идеальный тайминг.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Синее поле треснуло на долю секунды. За этот полувздох Асура изменил направление движения и вонзил Веритас в рану, которую открыл Мумьё.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -1,247 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряный.
Оба мечника замерли на месте. Ноги Каге успокоились. Мумьё замер неподвижно. Асура стоял, как высеченный из камня.
Каге развернулся.
(Отводит назад) — —р. (Рубящий вперед) — Уда—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Критический Удар! -760 ОЗ
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x1 (+2 Урон, +2% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряное поле пронеслось сквозь них, не нашло ничего движущегося и пошло дальше.
Красный вернулся.
Оба клинка пришли в движение.
Проситель завыл где-то за пределами домена. Звук достиг эхо-зоны.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красное Эхо Сработало!
Нет допустимых целей в зоне - Урон аннулирован
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Один такт. Два такта.
Каге рубил на сильную долю. Асура резал на слабую.
Движение на три. Удар на четыре.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 63,724/70,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Синий накатил. На этот раз взмахнул Асура, Веритас описал дугу к боку Стража. Мерцание направилось к его руке с мечом.
Мумьё поймал его.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге использовал открывшуюся брешь. Мумьё проскользнул сквозь треснувшее поле и прочертил линию вдоль ребер Стража.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -460 ОЗ
Критический Удар! -1,138 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряный. Асура замер. Каге развернулся.
(Скольжение влево) — —ление. (Удар вправо) — Ослаб—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Красный. Оба били свободно. Три такта. Чисто.
Синий. Каге взмахнул. Появилось мерцание. Веритас парировал. Асура ударил в брешь.
Темп стал дыханием. Удары стали контрапунктом.
Каге чувствовал присутствие Асуры как второе сердцебиение. Мужчина двигался в промежутках между действиями Каге, заполняя паузы сталью. Каждое парирование создавало открытие для стиха. Каждый стих создавал открытие для удара.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зона Абсолютного Закона истекла.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Детерминированное поле исчезло. Гарантированные криты растворились. Отполированная уверенность улетучилась из воздуха и оставила после себя сырой, честный бой.
Это ничего не изменило. Темп уже был внутри них.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмичный Поток: 10/10 Стаков
ИДЕАЛЬНАЯ КАДЕНЦИЯ ДОСТИГНУТА
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге не зарегистрировал уведомление. Голос Оператора замолчал. Цифры перестали вычисляться.
Он просто... был.
ОЗ Стража падали.
45,000.
30,000.
Вне домена Проситель споткнулся о синее эхо. Отбрасывание отправило его в полет в красный. Ни один из мечников не был задет.
15,000.
Клинок Асуры прорубал серые одеяния. Мумьё Каге вгрызался в обнаженную кость.
8,000.
Домен истек. Тишина растворилась. Звук хлынул обратно.
Они все равно били без звука. Мышечная память.
5,000.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ВНИМАНИЕ: СМЕНА ФАЗЫ
Ядро Стража: Вход в Терминальное Состояние
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Фарфоровая маска Стража треснула посередине.
Серые слезы хлынули из разлома. Слезы ударялись о землю и не впитывались. Они растекались. Собирались в лужи. Поднимались.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы вошли в: Плачущая Палата
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Купол из серых слез окружил поле боя. Тридцать метров в диаметре. Выходов нет.
И Каге начал... плакать.
Он не мог это остановить. Слезы текли по лицу его аватара, сгенерированные системой, вызванные механикой, которой он не мог сопротивляться.
Слезы издавали звук, когда падали.
Кап.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-47 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Кап.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каждая капля создавала больше звука. Каждый звук создавал больше капель. Купол отражал все, усиливая, умножая.
Асура тоже плакал, его лицо было мокрым.
Страж неподвижно висел в центре купола, его ОЗ остановились на 3000.
— Печаль... — прошептал он, — ...это язык... на котором говорят все существа.
ОЗ Каге падали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 378/470
ОЗ: 338/470
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сорок урона в секунду. Просто от плача. Просто от существования.
Движение издавало звук, удары издавали звук, дыхание издавало звук.
Оператор лихорадочно искал решения.
Остановить слезы. Заставить комнату замолчать?
Он снова заставил себя создать Хайку, сжигая свой Авен. Поле сработало. Воздух стал мертвым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Системное Предупреждение: Резонанс Среды превышает пределы подавления.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Но слезам было все равно. Печаль нельзя было заставить замолчать.
Не могу остановить слезы. Вызвано системой.
Двигаться медленнее. Все равно издает звук.
Ударь его. Звук будет—
Каждое вычисление заканчивалось смертью.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 298/470
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Голос Асуры донесся напряженным шепотом. Даже этот крошечный звук вызвал рябь в куполе.
— Механика—
Отражение умножило его слова. Десятки шепчущих эхо. Тикал звуковой урон.
Не говори. Не двигайся. Не—
Маска Стража наклонилась к ним. Его слезы падали бесконечным водопадом.
Каге уставился на существо. Его ОЗ продолжали падать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 218/470
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он не понимал. У Оператора не было основы для этого. Вундеркинд прошептал что-то, но слишком тихо. Слишком неуверенно.
Что значит по-настоящему плакать?
Слезы не прекращались. Лицо Каге было мокрым, зрение затуманилось, и каждая капля, падавшая с его подбородка, создавала еще один крошечный всплеск звука. Еще один тик урона.
Ритмический Отзыв.
Мысль всплыла сквозь панику. У него был один заранее сохраненный стих. Убежище. Зона исцеления. Он приготовил его для экстренных случаев.
Это считалось экстренным случаем.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмический Отзыв: Сохраненное Хайку Высвобождено
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Название: «Убежище»
— «Пусть раны здесь найдут покой, / Где мягко Рост цветет, омытый чистотой / Свет защищает сломленных».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эффект: Поле Убежища - +50 ОЗ/сек, Длительность: 60 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Золотой свет вырвался из позиции Каге, распространяясь наружу куполом, который пересекся с серыми стенами слез. В пределах его радиуса цифры урона начали сопротивляться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+50 ОЗ
-47 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Не много. Но достаточно.
Каге проверил свой Авен: 370/970. Хватит на одно Хайку. Может быть, два или три двустишия. И все.
Шестьдесят секунд. Одна минута, чтобы разгадать механику босса, основанную на слезах.
Время идет. Думай.
Асура действовал первым.
Мужчина закрыл глаза, и Каге наблюдал, как его губы беззвучно шевелятся. Что-то проверяет. Мгновение спустя системный звон эхом отозвался через интерфейс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Попытка Исповеди: «Я сожалею, что слишком силен».
Исповедь Отклонена: Недостаточный Эмоциональный Резонанс
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Асура нахмурился. Эти аристократические черты могли быть вырезаны из того же камня, что и статуи Оукхейвена. На этот раз он произнес вслух.
— Я скорблю о растраченном потенциале низших людей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Исповедь Отклонена: Недостаточный Эмоциональный Резонанс
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Две попытки. Два провала.
Челюсть Асуры сжалась. — Системе нужно... что-то конкретное.
— Да ладно, — пробормотал Каге. Даже это вызвало рябь в куполе. Урон тикнул.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-12 ОЗ
+50 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Дело не в том, чтобы сказать правильные слова.
Глаза Каге скользнули по камере. Структура купола: бесшовная, без слабых мест. Страж неподвижно висел в центре, его ОЗ застыли на 3000. Он сделал быстрый взмах в его сторону. Мумьё прошел сквозь серые одеяния.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ИММУНИТЕТ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Интерактивные элементы окружения?
Ничего. Только слезы. Только звук. Только медленная эрозия их полосок ОЗ.
Он попытался остановить все движения. Стоять совершенно неподвижно. Слезы все еще падали с его лица. Все еще плескались. Все еще наносили урон.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-45 ОЗ
+50 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он двинулся к краю купола. Серый барьер оттолкнул его, эластичный и непреклонный. Выхода нет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 45 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Механика босса, основанная на эмоциях, подумал Каге, бесполезно вытирая лицо. Разрабы вконец рехнулись?
Асура теперь наблюдал за Каге, его лицо было тщательно лишено эмоций.
Он ждет, пока я разберусь.
Отлично. Никакого давления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 35 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге снова пробежался по точкам данных.
Все попытки Асуры провалились с одной и той же ошибкой: «Недостаточный Эмоциональный Резонанс».
Страж сказал: «Печаль... это язык... на котором говорят все существа».
Слезы вынужденные. Горе вынужденное. Но система продолжает его отвергать.
Расколотая маска Стража повернулась к нему. Серые слезы бесконечно текли из его пустых глазниц.
— О чем... ты скорбишь?
В его HUD появилось приглашение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
О чем вы скорбите?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на него.
Он хочет исповеди. Но Асура исповедовался. Несколько раз. Все отклонено.
Он все равно попробовал: — Утрата эффективного игрового дизайна.
Стоит попытаться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Исповедь Отклонена: Недостаточный Эмоциональный Резонанс
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Что-то более глубокое.
— Я скорблю о состоянии моей матери.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Исповедь Отклонена: Недостаточный Эмоциональный Резонанс
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оператор перебирал возможности.
Сканирование искренности? Биометрический детектор лжи? Вариабельность сердечного ритма?
Всё правдоподобно. Всё бесполезно. Он не мог подделать искренность. В этом и был весь смысл.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 28 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Думай иначе. Какова здесь философия дизайна?
Корона Судьбы вознаграждает за понимание. Вознаграждает «Истину». Класс Поэта буквально оценивает стихи по Фактору Истины.
Слезы поверхностны. Сгенерированы системой. Не настоящие.
Страж питается поверхностным горем.
Значит, чтобы нанести ему урон...
Логика встала на место, и это было очень тревожно.
Чтобы нанести ему урон, мне нужно почувствовать что-то настоящее.
Желудок Каге сжался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 20 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Логика была неизбежна. Каждый путь упирался в одну и ту же стену.
Единственная оставшаяся переменная — это я.
Я должен почувствовать что-то настоящее.
Он попытался оттолкнуть это — старый рефлекс, изолировать, проанализировать, действовать — но клиническая отстраненность разбилась, как стекло под молотком. Механика была разработана так, чтобы сломать именно то, на создание чего он потратил годы.
Голос Асуры прорезался: — Ты знаешь, чего оно хочет.
Каге поднял взгляд. Другой мечник стоял совершенно неподвижно, слезы текли по его лицу.
— Механика требует подлинного эмоционального резонанса, — сказал Асура. — У тебя есть кое-что. Я это вижу.
— Заткнись.
— Я не способен на это. Что бы это ни требовало... у меня нет доступа к такой глубине. Мое горе... — Он сделал паузу. Задумался. — Теоретическое.
Теоретическое горе. Господи.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 15 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
О чем я скорблю?
Знание сидело в его груди, как заноза, вокруг которой он научился дышать.
Я скорблю—
О лице его отца.
Не то воспоминание, которое он кому-либо показывал. Не фотография с похорон, полированный гроб, речи о хорошем человеке, ушедшем слишком рано. Эти воспоминания были безопасными. Обработанными. Отложенными.
Опасное воспоминание было другим.
Что-то мелькнуло на краю его зрения. Огни арены. Ревущая толпа. Вкус победы, превращающийся в пепел.
Он оттолкнул это.
Нет. Найди другой путь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 12 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Поле убежища слабело, его золотой свет мерцал.
Я могу пережить это. Как-нибудь.
Он провел расчеты.
Около шестидесяти секунд до смерти при нынешних темпах... Затем та же проблема.
Тупик.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 10 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Я могу сделать это, не погружаясь туда. Я могу найти способ. Я потратил годы, находя способы. Я могу—
Можешь что?
Вопрос прорезался сквозь шум.
Можешь что? Вайпнуться здесь, защищая рану, которая уже убивает тебя?
Свет убежища затрепетал.
Ты годами выполнял заученные действия. Функционировал. Работал. И этого никогда не было по-настоящему достаточно.
Маска Стража наклонилась к нему. Его серые слезы падали в бесконечном музыкальном каскаде.
— Ты плачешь... но ты не скорбишь...
Заткнись.
— Поверхность трескается... но глубины остаются замерзшими...
ЗАТКНИСЬ.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 8 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Глаза Каге горели. Вызванные системой слезы смешались с чем-то еще. С чем-то, что он не мог контролировать.
Оно хочет настоящего.
Глубокой раны.
Того, от чего ты бежишь с семнадцати лет.
Я НЕ МОГУ. В последний раз, когда я был там—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 5 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Папа умер.
Корреляция была ложной. Он знал это. Знал это интеллектуально в течение многих лет. Автомобильная авария его отца не имела ничего общего с психическим состоянием Клайда во время турнира по Кендо. Совпадение по времени было случайностью. Экран телефона, найденный на месте аварии, показывающий прямую трансляцию турнира, был случайностью.
Но мозг не работал на логике.
Мозг работал на ассоциациях.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 4 секунды
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Я умру здесь.
Мысль была почти мирной.
Я умру, потому что слишком боюсь что-то почувствовать.
Я буквально не могу.
Если я погружусь туда, я—
Что? Сломаюсь? Разобьюсь? Растворюсь в горе, от которого я убегал?
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 3 секунды
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Годы.
Годы бегства. Функционирования. Бытия призраком, который ничего не чувствовал, потому что чувствовать что-либо означало чувствовать всё.
Заноза в его груди шевельнулась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Таймер: 2 секунды
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он мог чувствовать это там. Дверь в своем разуме. Ту, которую он заварил электронными таблицами, цинизмом и холодной математикой выживания.
Если я открою ее—
Если я вернусь туда—
Если я позволю себе почувствовать—
Каге посмотрел на свои дрожащие руки. Посмотрел на слезы, падающие с его подбородка. Посмотрел на серый купол, застывшего Стража и полоску ОЗ, которая вот-вот должна была рухнуть.
Убежище замерцало. Погасло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Убежище Истекло
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Хорошо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-47 ОЗ
-45 ОЗ
-48 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Цифры начали падать, как дождь.
Каге закрыл глаза.
Хорошо.
И впервые он перестал бежать.
Он просто... открыл дверь.
Мир взорвался.
Цвета стали вкусами. Серый купол был мелом на его языке. Золотое послеобраз убежища было растворяющимся медом.
Звуки стали текстурами. Падающие слезы были шелковыми нитями, касающимися его кожи. Его сердцебиение было громом, раскатывающимся по его костям.
Воздух обострился. Каждая молекула отчетлива. Бумажный запах Предгорий. Соль его собственного горя.
Слезы, падающие с его лица, были музыкой.
Музыка. Минорная тональность, по нисходящей. Мелодия каждого раза, когда он говорил себе «не сейчас», «позже», «не думай об этом».
Это был Мусин.
Состояние, от которого он бежал.
И внутри него, ожидая его, как терпеливый призрак, было воспоминание, которого он избегал.
Семнадцать лет.
Площадка чемпионата.
Он был там, населяя момент.
Каге — нет, Клайд, он все еще был Клайдом тогда — стоял в центре мира. Семнадцать лет. Синай поднят. Сердце колотится в идеальном ритме.
Мусин держал его в своей хватке. Все было ярким, перенасыщенным, более реальным, чем реальность.
Огни на вкус были как медные пенни на его языке, как кровь, как победа, сгущенная в чистое ощущение.
Рев толпы был рукой, с любовной жестокостью давящей на его грудь, волной намерения, давящей на его ребра. Дыхание его противника было музыкальной нотацией.
КЛАЙД! КЛАЙД! КЛАЙД!
Клайд двинулся.
Удар был безусильным. Прекрасным. Одно движение, содержащее все, чему учил его отец, все, что оттачивал Мастер Джин, все, чем он пожертвовал, что заработал и чем стал.
Его противник был на полу. Очко засчитано. Матч окончен. Чемпионство было его.
И Клайд стоял в центре мира, чувствуя себя богом.
Все было ярким. Все было идеальным. Каждое ощущение было идеальным. Пот остывает на его коже. Вес синая. Жжение в мышцах, которое ощущалось как полет. Его дыхание было ритмом. Его сердцебиение было темпом вселенной. Синай в его руке был продолжением его души.
Это, подумал он в воспоминании. Это то, для чего я был создан.
Его сестра на трибунах, выкрикивающая его имя.
Пустые места его отца и матери.
Он сказал, что успеет.
Сказал, что уйдет с работы пораньше.
Сказал, что не пропустит это.
Но Клайд был слишком пьян победой, чтобы почувствовать отсутствие. Слишком жив, чтобы заметить пробел. Он поднял свой синай к толпе и позволил их обожанию омыть его.
Толпа выкрикивала его имя.
КЛАЙД.
КЛАЙД.
КЛАЙД.
Он поднял руки. Огни лились на него, как жидкое золото. Он был жив. Он был так невероятно, невозможно, прекрасно ЖИВ.
В одно идеальное мгновение он был именно там, где должен был быть.
И затем—
Полицейские мигалки.
Красные и синие, рассекающие пол арены. Прорезающие празднование, как ножи. Неправильные цвета. Неправильный контекст. Шум толпы изменился, растерянный.
В Мусин все было обострено. Поэтому он ПОПРОБОВАЛ это на вкус. Желчь и пепел, и медь, превращающаяся в ржавчину у него во рту.
— Клайд. Тебе нужно пойти со мной.
Слова были текстурой. Битое стекло, волочащееся по шелку.
— Что случилось? Это—
— Твои мать и отец. Произошел несчастный случай.
Все еще в Мусин. Все еще в обостренном состоянии. Каждое слово выжигалось в его мозгу с кристальной ясностью.
— Он не выжил.
Толпа все еще ликовала.
КЛАЙД! КЛАЙД! КЛАЙД!
Но звук изменился. То, что было триумфом, стало криком. То, что было празднованием, стало хаосом. Звук, который ощущался как любовь, теперь ощущался как утопление. Слишком много. Слишком громко. Каждый голос — игла в его черепе. Вкус победы превратился в желчь в его горле.
Освещение изменилось. Люминесцентные лампы арены стали больничными люминесцентными лампами. Та же яркость. Тот же клинический блеск. Золото стало стерильно белым.
Его отец был мертв.
Его отец был мертв, а Клайд чувствовал радость.
Он стоял в свете прожекторов, чувствуя себя самым живым человеком в мире, в то время как сердце его отца остановилось на операционном столе.
Маленькая рука Элары в его руке, сжимающаяся так сильно, что было больно.
И он был достаточно глуп, чтобы находиться в этом состоянии, когда пришли новости.
Радость не прекратилась сразу. Это было самое худшее. Мусин, которого он только что достиг впервые, не позволил ему быстро отключиться. Поэтому на тридцать ужасных секунд он чувствовал победу и горе одновременно, эмоции смешались вместе, пока он не смог их различить.
Радость и горе, сплавленные в один и тот же момент. Победа и смерть, занимающие одно и то же сердцебиение.
Пока стояние в свете прожекторов не стало означать смерть.
Пока быть великим не стало означать потерю тех, кто любил его.
С того момента и впредь каждый раз, когда он тянулся к трансцендентности, его разум отшатывался.
Потому что в последний раз, когда он коснулся этой вершины, он смотрел, как мир рушится с ее пика.
Каге стоял на коленях.
Он не помнил, как упал. Серый купол окружал его. Слезы падали. Урон тикал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 67/470
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Асура что-то говорил. Каге не мог его услышать. Мусин был слишком громким.
Слезы текут. ОЗ стремительно падают.
Но это больше не были поверхностные, вызванные системой слезы. Эти были его. Настоящие. Вытащенные откуда-то настолько глубоко, что он забыл о существовании раны.
Я думал, что если я никогда больше не буду чувствовать себя так хорошо—
—то я никогда больше не буду чувствовать себя так плохо.
—если я никогда не буду стоять в свете прожекторов—
Еще один всхлип. Все его тело сотрясалось от этого.
—если я никогда не позволю себе снова стать великим—
Слезы падали. Купол ловил их. Отражал их. Усиливал их.
—тогда я никого больше не смогу потерять.
Быть меньшим. Чувствовать меньше. Хотеть меньше. И, может быть, я никого больше не потеряю.
Его мать. Умирающая по дюймам в больничной палате, пока он скармливал монеты машине, которая требовала всего и ничего не обещала.
ПТСР теперь был не просто воспоминанием. Он был настоящим. Огни арены, и больничные огни, и лица его родителей, и горе его сестры — все это сжалось в единый момент абсолютной ясности.
Страж подплыл ближе. Его расколотая маска наклонилась.
— О чем... ты скорбишь?
Голос Каге надломился.
— Мой отец умер.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Исповедь Получена
Оценка Эмоционального Резонанса...
Эмоциональный Резонанс: Повышенный
Недостаточно для завершения фазы. Требуется более глубокая истина.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Более глубокая истина.
Он все еще был в Мусин. Мир все еще кричал ясностью.
И где-то в ревущей пустоте Поэт прошептал.
Не о горе.
ИЗ горя.
Каге встал и поднял дрожащие руки.
Появилось Перо Первого Творца. Он не помнил, как вызвал его.
Папа.
Я так и не смог попрощаться.
Я так и не смог сказать тебе, как мне жаль, что меня там не было.
Я был слишком занят победой, чтобы заметить, что ты умираешь.
Папа, я—
Слова застряли в горле.
Мне жаль, что я был счастлив, когда ты умер.
Стих пришел изнутри раны.
Он не сочинял его. Не вычислял слоги, ключевые слова или Факторы Истины. Слова появлялись, как кровь из пореза, неудержимые и честные. Извлеченные. Как вытаскивание занозы из воспаленной плоти.
Название: «Вершина»
Его голос дрогнул. Слова все равно вырвались.
Мумьё запульсировал.
— «Отец, найди Покой сейчас,—
Ключевое слово Покой загорелось серебром в воздухе.
Клинок замурлыкал, частота, которую он чувствовал своими костями.
— Усилю я, чему учил меня—
Усиление присоединилось к своему партнеру. Перо чертило символы в сером воздухе, оставляя следы света, которые не исчезали. Слезы падали. Звуковой урон тикал. Ему было все равно.
Тепло Мумьё распространилось вверх по его руке.
— Рост зацветет с твоей могилы».
Рост. Последняя часть.
Меч запел.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-400 Авен
Эмоциональный Усилитель: Ваш стих был подпитан подлинной эмоцией: горем
Фактор Истины: АБСОЛЮТНЫЙ
КРИТИЧЕСКИЙ РЕЗОНАНС ДОСТИГНУТ
Перо Первого Творца (Спящее) 1/3 Печатей разрушилось
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Купол разбился.
Серые слезы, которые падали вверх, внезапно изменили направление, устремившись к Стражу в центре. Цифры урона инвертировались.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
+48 ОЗ
+52 ОЗ
+47 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Теперь слезы исцеляли его. Каждая капля. Каждый всплеск. Печаль, которую он наконец признал, текла обратно в него как восстановление, а не эрозия.
А Страж—
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-450 ОЗ
-480 ОЗ
-510 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Горе било по нему теперь. Подлинная вещь. Настоящая вещь. Не поверхностная, механическая печаль, которой он питался, а глубокая рана, которую Каге держал взаперти.
Фарфоровая маска треснула по центру. Серые одеяния дико захлопали, когда существо попыталось сдержать то, что вливалось в него.
Оно закричало. Звук узнавания. Признания.
Облегчения.
— Да... — прошептало оно. — Да... это... истинная печаль...
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 2,100/70,000
ОЗ: 1,400/70,000
ОЗ: 700/70,000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Фарфоровая маска взорвалась на тысячу осколков. Серые одеяния обмякли, пустые. Колокол в сердцевине существа треснул, прозвенел один раз и замолк.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Страж Слёз Побежден
Опыт Получен: 25,000
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 20.
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 21.
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 22.
У вас есть 6 неиспользованных очков атрибутов.
Обновление Глобального Рейтинга.
Текущее Положение: 442.
Подсчет Вклада...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Купол слез растворился в тумане. Серый снегопад вернулся, мягкий и безмолвный. В Долине Какофонии было тихо.
И Каге упал на колени.
Просто Каге снова. Просто Клайд. Человек, стоящий на коленях в серой пыли, плачущий настоящими слезами, которые не имели ничего общего с механиками босса.
Мусин угас.
Он отпустил его сознательно, как выдох, который он задерживал слишком долго. Гиперосознанность отступила, оставив его опустошенным и дрожащим после этого.
Спад ударил, как гравитация, возвращающая свои права. Его конечности были свинцовыми. Воздух на вкус был плоским, бесцветным — обычный воздух, но после симфонии Мусин он ощущался как сенсорная депривация. Его сердцебиение замедлилось от грома до просто... сердцебиения. Обычного. Человеческого.
Принудительный плач системы прекратился.
Тишина.
Полная, сокрушительная, прекрасная тишина.
Но слезы все еще падали.
Он не мог их остановить. Не пытался.
Годы избегания, разбитые тремя строчками.
Папа.
Прости, что меня там не было.
Прости, что я так боялся чувствовать себя живым, что забыл, как жить.
Асура не двигался.
Другой мечник стоял точно там же, где и стоял, но что-то изменилось в этих аристократических чертах. Что-то, что труднее назвать — взгляд того, кто только что наблюдал, как другой человек делает то, что сам он не мог. Его челюсть была сжата. Еле заметно.
Затем он выдохнул, и маска вернулась.
Он не предлагал помощи. Не предлагал слов. Не предлагал ничего, кроме—
Пространства.
Каге оценил это больше, чем мог бы выразить словами. Тишина была почтительной. Тишина того, кто понимал, что некоторые раны не исправить словами.
Прошло тридцать секунд. Минута.
Дыхание Каге замедлилось. Его руки перестали дрожать. Слезы высохли на его щеках, оставив солевые следы, которые мягко покрыл серый снег.
Он чувствовал себя... не лучше. Не исцеленным.
Но легче.
Я пережил это.
Я пошел туда.
Мысль сформировалась, аналитическая и знакомая: ОЗ полные. Авен истощен.
Оператор. Все еще здесь.
Однако другой. Тише. Больше не щит.
Каге вытер лицо тыльной стороной ладони. Встал на ноги, которые дрожали лишь слегка.
— Давайте проверим лут.
Его голос прозвучал хрипло. Грубо. Но ровно.
Выражение лица Асуры дрогнуло. Что-то, что могло быть улыбкой, быстро подавленной.
Серый снег мягко падал на Долину Какофонии. Эхо теперь молчало.
И где-то глубоко внутри дверь оставалась открытой.
Тишина сохранялась, но системный интерфейс был каким угодно, только не тихим.
Каге моргнул, последние следы заполненного слезами домена исчезали из его зрения. Удушающее давление горя Стража Слёз исчезло, мгновенно сменившись синим светом привычной сводки после боя.
Переход был резким. В одну секунду он заставлял себя заново пережить худший день в своей жизни, чтобы удовлетворить скрытую механику босса; в следующую — он снова стал геймером, смотрящим в электронную таблицу.
Оператор немедленно взял руль на себя, распознав знакомую территорию. Слезы, высыхающие на его щеках, были нерелевантными данными. Таблица лута — нет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Подсчет Вклада...
Нанесенный Урон: 31,231 (31%)
Счетчики Механик: 3 (Второстепенные), 1 (Основной)
Нарративное Воздействие: S
Вы были удостоены Высшего Ранга Вклада: АЛМАЗНЫЙ.
Саван Плачущего Колокола Получен
Желаете ли вы открыть свое имя зоне?
ДА / НЕТ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Подсказка зависла, ожидая славы.
Каге нажал [НЕТ] еще до того, как текст завершил рендеринг. Привычка. Хотя выбор не имел значения — их здесь было всего двое.
Он закрыл окно и посмотрел на цифры.
Тридцать один процент.
Он слегка нахмурился, проводя вычисления в уме. Асура был чистым боевым классом — Арбитром, или какое там эджевое имя он разблокировал. Он был выше уровнем, прошел рубеж подкласса 25-го уровня и имел лучшие базовые характеристики (особенно те, что связаны с боем). Для Каге, чей класс был якобы... классом искусства, выдать почти треть урона в бою дуэтом было... неожиданно.
Тем не менее, Нарративное Воздействие: Оценка S делала всю тяжелую работу. Система, казалось, оценивала «Заставить босса плакать» выше, чем «Пырнуть босса ножом». Справедливо. Класс Архитектора на самом деле был просто взломом комнаты сценаристов игры.
Окно лута исчезло, но работа не была закончена. Пока массивная, растворяющаяся форма Стража Слёз распадалась на цифровые частицы, Каге заметил настоящий приз.
Густой, вязкий поток индигового света сочился из разбитой грудной полости Стража. Он капал, собираясь в лужицу в воздухе, словно гравитация вокруг него внезапно усилилась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Навык [Концептуальная Чистота] Сработал
Доступен Концептуальный Материал
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге покосился вбок. Асура не смотрел на него, но Каге знал лучше.
Пусть смотрит, решил Каге. Быть таинственным — это бесплатный маркетинг.
Он визуализировал свой инвентарь и достал Перо Первого Творца. Простое перо выглядело почти комично на фоне апокалиптического купола из слез, который они только что уничтожили.
Каге шагнул вперед, протягивая перо к плачущей индиговой жиже.
В тот момент, когда перо коснулось света, рука Каге опустилась на три дюйма. Это было похоже на то, как если бы он зацепил леску за затонувшую подводную лодку.
Он сжал перо крепче.
И потянул назад. Индиговый свет сопротивлялся, растягиваясь, как холодная смола. Он не хотел покидать трагедию своего происхождения. Он хотел утонуть.
С мокрым, рвущимся звуком, который мог слышать только Каге, сущность вырвалась. Она яростно обвилась вокруг пера, сжимаясь, пока не затвердела в черно-синий камень, который, казалось, поглощал окружающий свет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы собрали Концептуальный Материал: [Концепт: Подавленный Звон]
[Концепт: Подавленный Звон]
Качество: Легендарное
Тип: Концептуальный Материал
Нарратив: Физическое проявление скорби настолько глубокой, что она обладает массой. Это давление океана, заключенного в одной слезинке. Она тянет душу вниз, отказывая в полете, отказывая в скорости, отказывая в надежде.
Ключевые слова: [Звук], [Тишина], [Горе]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге смахнул уведомление и осмотрел камень в своей руке.
Легендарный.
Он прочитал ключевые слова: Звук, Тишина, Горе.
Интересно. «Оператор» в его мозгу начал создавать чертежи. Кинжал, который заставляет магов замолчать при ударе? Может быть, молот, который бьет с тяжестью горя целой жизни, или ботинки, которые изменяют окружающие звуковые эффекты?
Он нахмурился, забрасывая камень в инвентарь.
Проблема была не в идеях — их у него было предостаточно. Проблема была в инфраструктуре. Чтобы выковать Легендарный Концепт, ему нужен был Легендарный Якорь, физический материал, способный удержать историю, не разрушившись. Попытка впихнуть Подавленный Звон в кусок обычного железа просто приведет к тому, что граната оторвет ему руку.
Отлично, подумал Каге, хмурясь. У меня есть двигатель от реактивного истребителя, но нет шасси для него.
Затем он сделал один ментальный шаг назад, прокрутил вверх журнал боя, отфильтровав цифры урона, чтобы посмотреть, что еще он пропустил, пока был занят своим нервным срывом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова [Рост] увеличен. (26%->29%)
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова [Усиление] увеличен. (28%->29%)
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова [Покой] увеличен. (14%->18%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге остановился. Он вызвал свой полный лист персонажа, перейдя на вкладку Лексикон. Это была мешанина слов, словарь силы, который он медленно составлял.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта - Текущий Статус
[Связать] (29%) - Академический Уровень
[Форма] (18%) - Академический Уровень
[Удар] (19%) - Академический Уровень
[Ослабление] (29%) - Академический Уровень
[Усиление] (29%) - Академический Уровень
[Рост] (29%) - Академический Уровень
[Покой] (18%) - Академический Уровень
[Цель] (23%) - Академический Уровень
[Себя] (12%) - Академический Уровень
[Предательство] (14%) - Академический Уровень
[Клятва] (17%) - Академический Уровень
[Чистота] (10%) - Академический Уровень
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Понятно, — прошептал он.
Паттерн был слишком чистым, чтобы быть совпадением. Каждое из его наиболее часто используемых ключевых слов жестко упиралось ровно в 29%. Ни одно не перевалило за тридцатку.
Узкое место.
В этом был смысл. Тег (Академический) стоял рядом с каждым словом как насмешка. Он подразумевал наличие более высоких уровней. Мастер, Грандмастер, Мудрец, возможно? Возможно, нет. В любом случае, 29% вероятно были потолком для текущего уровня. Он был похож на студента, который сдал каждый тест на отлично, но не мог выпуститься, потому что не написал дипломную работу.
Он постучал пальцем по ноге, бронированные накладки издали глухой стук по мясистой земле долины.
Этот класс. Этот проклятый класс.
Это была бесконечная головоломка без руководства по эксплуатации. Другие классы получали «Огненный Шар», «Нанести 100 урона», когда повышали уровень. Каге получал тест на словарный запас и похлопывание по спине.
Он закрыл глаза на секунду, думая о механиках, которые он использовал во время боя. Узкое место подняло более глубокий вопрос о природе Архитектора Стиха.
Ключевые слова были инструментами, да. [Связать], [Форма], оба говорят сами за себя. Но через свой общий опыт игры за класс Каге осознал нечто разочаровывающее.
Словарный запас был в основном избыточным, если не считать того, что он давал ему больше свободы действий при составлении более сложных Форм.
Он вызвал ментальную симуляцию. Предположим, он хотел остановить врага — классическое [Связать].
Если бы у него теоретически не было явного Ключевого Слова [Связать], система не должна была позволить ему это сделать. Так работают игры. У тебя нет навыка; ты не можешь кастовать заклинание.
Но класс Поэта не работал на бинарном коде.
Если я использую Рифмованное Двустишие, подумал он, прослеживая логические пути, и объединю [Форму], чтобы сформировать землю вокруг их лодыжек, и [Усиление], чтобы увеличить плотность почвы до плотности железа...
Результатом было связывание. Враг не мог двигаться.
Он не использовал слово «Связать», но он достиг состояния «Связывания».
Это была комбинаторная логика. Он мог бы полностью обойти потребность в специфическом словарном запасе, если бы его нарративная логика была достаточно надежной. Он эффективно редактировал свойства реальности, чтобы принудительно получить результат, а не кастовал заранее упакованное заклинание.
— Что означает, — пробормотал Каге пустому воздуху, — в ключевых словах есть нечто большее.
Они были макросами. Способ сказать Системе «Сделай это», не объясняя физику того, как это сделать каждый божий раз.
Если он мог воспроизвести любой эффект через комбинаторную логику — используя [Форму] и [Ослабление], чтобы создать [Удар], который разбивал броню, или [Рост] и [Покой], чтобы симулировать исцеление — зачем вообще нужны были конкретные ключевые слова?
В них должны быть скрытые механики. Свойства за пределами словарного определения, которые разблокируются на более высоких уровнях. Жесткая остановка на двадцати девяти процентах практически кричала об этом. Академический потолок предполагал пол Мастерства. Что бы ни шло дальше, вероятно, требовало чего-то большего. Вероятно, чего-то невыносимо артистичного.
Это осознание заставило его почувствовать себя... уставшим. Это означало, что потолок для этого класса определялся не Системой; он определялся его собственной креативностью и способностью спорить с суперкомпьютером. Жестких цифр не было. Сколько урона наносил стих [Удара]? Это зависело от факторов, которые он фактически контролировал, конечно, но только Система знала, каким будет конечное число.
— Гейминг, основанный на вайбах, — усмехнулся он. — Мой урон полностью зависит от того, нравятся ли ИИ мои стихи.
— Я тебя слышу. И это до боли мелодраматично.
Каге резко открыл глаза.
Асура стоял в нескольких метрах от него, протирая лезвие Веритаса безупречно белой тканью. Длинный меч блестел, выглядя совершенно не впечатленным тем фактом, что он только что расчленил Мирового Босса.
Джулиан выглядел... собранным.
— Заткнись, — сказал Каге, его голос был плоским. Он скользнул обратно в личность Оператора, как будто надел удобное пальто. — Затраты на ремонт моего психического здоровья будут астрономическими.
Губы Асуры дрогнули. Микроскопическое выражение веселья. — Уникальный ресурс для управления. Оправдала ли выплата расходы?
— Ну... Система дала мне Алмазный ранг. Нарративное воздействие S-тира.
— Вполне уместно, — сказал Асура, вставляя Веритас в ножны на бедре. Щелчок замка эхом разнесся по безмолвной долине. — Это ты решил последнюю фазу. Я тоже получил Алмазный, но скорее всего за чистый ДПС.
— Да, должен признать, в этой части ты хорош, — признал Каге. Это не было лестью. Он действительно начал уважать Асуру не просто как имя, которое он время от времени слышал в игровом пространстве. Человек был гением, и мысль об этом почему-то была приятной.
— Лут хороший, — ответил Асура, поворачиваясь, чтобы посмотреть на кратер, где упал Страж. — Я получил Кольцо Уникального грейда. Кольцо Плачущей Памяти.
Он не прилинковал предмет. Каге не спрашивал. Они были союзниками по обстоятельствам, коллегами по компетентности, но они не были друзьями. Друзья делились таблицами лута. Равные — это слово ощущалось странно — уважали частную жизнь.
— А ты? — спросил Асура, взглянув на Каге.
Каге наконец открыл свой инвентарь, чтобы посмотреть на приз. Иконка представляла собой темную, волнистую серую ткань, которая выглядела так, словно была под водой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Саван Плачущего Колокола
Редкость: Уникальный
Слот: Спина (Плащ)
Броня: +28
Атрибуты: +15 Ко всем атрибутам
Требование: Уровень 30
Пассивный Эффект 1: Акустическая Нейтрализация
Тяжелая ткань поглощает вибрации окружающей среды и смещение воздуха.
Полная Тишина: Движение носителя, шаги и взмахи оружием генерируют 0 Звука. (Это делает носителя практически необнаружимым для звуковых мобов и значительно усложняет его отслеживание в PvP).
Звуковое Сопротивление: Снижает урон, получаемый от Звуковых и Громовых атак на 20%.
Пассивный Эффект 2: Жидкая Форма
Плащ сделан из сотканных, затвердевших слез, которые сохраняют свойства жидкости.
Смывание: Длительность всех эффектов Горения, Кислоты и Кровотечения, примененных к носителю, снижается на 25%, так как плащ постоянно «омывает» носителя.
Пассивный Эффект 3: Эхо Печали
Реактивная Способность: Когда носитель получает урон, превышающий 10% от его Максимальных ОЗ одним ударом, плащ издает высокочастотный «Всхлип».
Эффект: Наносит 150 + 300% Искусства носителя в виде Звукового урона всем врагам в радиусе 5 метров и накладывает 40% Замедление (Промокший) на 3 секунды.
Внутренняя Перезарядка: 10 секунд.
Описание: Тяжелая темно-серая мантия, извлеченная из глубин Долины Какофонии. Ткань вечно холодная и влажная на ощупь, казалось бы, сотканная из самой концепции горя. Она не шуршит на ветру; вместо этого она движется с безмолвной, тяжелой текучестью глубокой воды, поглощая весь шум в своих окрестностях.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Плащ, — сказал Каге. — Слот на спине. Требование тридцатого уровня, так что он будет лежать у меня в сумке как пресс-папье.
— Ммм. — Асура кивнул. — Повезло, редкий слот.
— Как и кольца, — Каге бросил на него свирепый взгляд и начал анализировать предмет.
Плюс пятнадцать ко всем атрибутам. Это было шестьдесят бесплатных очков статов для него (пропуская интеллект). Одно только это делало предмет абсурдным. Акустическая нейтрализация была интересна тем, что позволяла ему создавать из нее гораздо больше переменных.
Но Эффект 3...
Эффект 3 скалируется от Искусства.
Он нахмурился. Это был первый боевой предмет, который он видел, который напрямую использовал его главную характеристику для урона. Скалирование составляло массивные 300%.
Проблема заключалась в триггере.
Если что-то било его, оно обычно било его на триста. Или четыреста. Или достаточно, чтобы превратить его в мелкий красный туман. Гораздо больше 10%. Прок не мог использоваться последовательно как механика в его случае. Один или два раза максимум, прежде чем он умрет.
Оно предполагало, что он обменивается ударами. Каге не обменивался. Он уклонялся, парировал или умирал. Плащ был разработан для брузера. Дуэлянта, который фактически позволял клинкам касаться его плеча, чтобы активировать механики.
И все же. Плюс 15 ко всем атрибутам само по себе делало его достойным места в сумке. Другие эффекты также заслуживали внимания. Ему просто нужно было подождать еще восемь уровней.
— Актив на будущее, — прошептал он, закрывая окно.
Затем он открыл лист персонажа. Опыт с Мирового Босса катапультировал его с 19-го уровня прямо до 22-го. Шесть очков атрибутов, которые нужно потратить.
Он не колебался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 78 -> 84
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир изменился. Лишь легкое обострение по краям. Серый снег падал более четко. Он отчетливее чувствовал запах гари в воздухе. Шепот в земле, это низкочастотное бормотание, прояснилось в почти-слова. Почти.
Еще кое-что, понял Каге.
Он сунул руку в сумку и вытащил тяжелый железный ошейник. Он выглядел как кандалы, предназначенные для зверя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Предмет: Ошейник Вечного Пса
Качество: Уникальное
Тип: Амулет
Атрибуты:
Ловкость: +10
Выносливость: +10
Требования: УР 20
Привязка к Душе: Каге (привязан нарративом)
Уникальный Эффект 1: Верный Пес. Пользователь движется с неумолимой целеустремленностью пса, преследующего своего хозяина.
При движении к врагу, которому вы нанесли урон за последние 5 секунд, вы получаете +20% к Скорости Передвижения.
Уникальный Эффект 2: Прибежище Искателя. Зверь рыл землю веками, никогда не уставая. Вы наследуете его выносливость.
Критические удары ближнего боя и Идеальные Парирования восстанавливают 2% от вашей Максимальной Маны.
Пассивная регенерация ресурсов увеличена на 50% во время боя.
Описание: Железный обруч, привязавший зверя к воспоминаниям. Веками владелец бежал без отдыха, подпитываемый преданностью, которая бросала вызов законам биологии. Он дарует владельцу выносливость преследовать свою цель до самого конца света.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он носил его с тех пор, как умер Клыкач — ну, завершился, было более подходящим словом.
Уникальный амулет, который давал ману при критических ударах и парированиях.
Он защелкнул железный ошейник на шее.
Он был тяжелым. Холодным.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экипировано: Ошейник Вечного Пса
Ловкость +10
Выносливость +10
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге покрутил головой, чувствуя вес. Это заземляло. Массивный прирост к Ловкости и Выносливости немедленно заставил его тело чувствовать себя легче, отзывчивее. Задержка между мыслью и движением уменьшилась на долю миллисекунды.
— Закончил? — спросил Асура. Он смотрел на небо, где пепел начинал сгущаться.
— Да, — сказал Каге, в последний раз проверяя свой меч. Мумьё слабо пульсировал у него в ладони, медленным, ровным сердцебиением благодарности. Живое оружие казалось довольным после пира из Опыта.
— Твоя полоска здоровья выросла, — заметил Асура.
— Твоей это не требовалось, — ответил Каге.
Асура рассмеялся. Это был тихий звук, сухой и удивленный, как будто книга со скрипом открывается впервые за годы. — Нет. Не требовалось.
Они постояли так еще мгновение, серый снег оседал на их плечах. В Долине Какофонии теперь было тихо. Босс был мертв. Лут был распределен. Не было никаких причин оставаться, кроме, возможно, общего понимания, что уход означал возвращение в мир более слабых игроков и бессмысленного шума.
Земля под ними застонала.
Это был мокрый, органический звук, словно гигантский желудок заурчал прямо у них под ногами. Мясистый пол Долины Какофонии пошел рябью.
Рука Каге метнулась к рукояти Мумьё. Рука Асуры зависла над Веритасом.
— Респаун? — спросил Асура, сузив глаза.
— Нет, — сказал Каге, прислушиваясь. — Босс появился из колокола.
Каге повернулся обратно к склону, по которому он съехал. Окаменевшие дымовые башни высоко поднимались в смог, как зубы на фоне неба.
Что-то спускалось по склону.
Сущность бежала вниз по крутому склону из обсидиана и окаменевшего дыма, ее ноги перебирали с безумной, нескоординированной отчаянностью, которой Каге никогда не видел у заляпанного чернилами ученого.
Пальто Вала хлопало позади него, как рваное крыло. Его фолиант в железном переплете дико подпрыгивал на бедре, гремя цепью. Его очки сползли на нос.
— О? — В голосе Асуры прозвучала нотка приятного удивления. — Это мой квестовый маркер.
Каге обернулся. — Что значит «это твой квестовый маркер»? Он мой региональный навигатор. Он мне нужен.
— Моя цель, — сказал Асура, обнажая Веритас. — Он нужен мне для завершения классового квеста.
— Ну, тогда тебе придется—
Земля покачнулась.
Мясистая текстура под их ногами, которую Каге очень старался игнорировать с момента входа в Долину Какофонии, пошла рябью, как поверхность потревоженного озера. Снова. Крики Вала прорезали тишину.
— БЕГИТЕ! — Голос ученого сорвался с чем-то, чего Каге никогда от него не слышал. Чистый, нефильтрованный ужас. — ВЫ! Вы действительно уничтожили горе! Вы должны были вернуть его! Вернуть!
Каге нахмурился. — Да. Извини. Колокол разбился до того, как я успел его схватить. Бежать куда, именно?
Вал резко затормозил в десяти метрах от них, его испачканные чернилами руки вцепились в грудь, словно он пытался удержать собственную грудную клетку. Его глаза, безумные за этими треснутыми очками, метались между Каге и Асурой с маниакальной интенсивностью.
— Мы... мы должны — горе было пробкой, вы не понимаете? — Его слова вырывались заикающимися очередями, это качество заезженной пластинки стало более выраженным, чем когда-либо. — Отчаяние Титана. Его желание забыть. Спать. Оставаться мертвым. Без него он — Титан будет—
Земля сдвинулась.
Массивный вдох, который на долю секунды оторвал ноги Каге от мясистой поверхности, прежде чем опустить его обратно. Горы вокруг них, эти кальцинированные позвонки и окаменевшие ребра, застонали. Звук был похож на скрежет тектонических плит друг о друга, только мокрый. Органический.
— —проснется, — закончил Вал, его голос был едва слышен.
Каге открыл рот, чтобы ответить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Уведомление повисло в его поле зрения. Белый текст на фоне... бесконечного серого неба?
Ему потребовалась целая секунда, чтобы понять, что произошло.
Он был в воздухе.
Нет. Это было преуменьшением. Он не был в воздухе в смысле прыжка или отбрасывания. Он был подвешен, застыв на вершине абсурдной траектории, физический движок все еще вычислял, куда гравитация должна потянуть его дальше.
Внизу — далеко, далеко внизу — Предгорья Пепельной Долины раскинулись, как рана на земле. Он мог видеть границы зоны. Серое запустение уступало место пятнам янтарных лугов на севере, темным лесам на востоке, проблеску воды где-то на западе. С этой высоты была видна кривизна мира.
И «горы». Он провел целый день, поднимаясь по ним. Он пересекал хребты, добывал руду в «нервных узлах» и ходил по «ребрам». Он думал, что это метафоры.
Это были не они.
Насколько высоко я нахожусь?
Облака должны были быть над ним. Их тоже не было. Вечный смог Пепельной Долины, этот удушающий занавес пепла, расступился. Массивная круглая дыра, как расширяющийся зрачок, впервые с тех пор, как он вошел в зону, открыла чистое небо.
И в центре этой дыры—
Глаз.
Дыхание Каге перехватило.
Он смотрел на него.
Глаз был размером с озеро. Может, больше. Определенно больше.
Склера была бледно-светящегося серебра, как лунный свет на ртути. Вены жидкого золота пронизывали ее, пульсируя медленным, тяжелым ритмом. Сама радужка меняла цвета на его глазах: от янтарного к бронзовому и к серому старых фотографий, проходя через спектр, который его мозг изо всех сил пытался классифицировать.
Зрачок, идеальная вертикальная щель, как у огромного змея, сфокусировался.
На нем.
Вес этого взгляда давил на сознание Каге. Его мысли запинались. Его внутренний монолог, этот постоянный поток анализа и вычислений, замолчал.
Он почувствовал, как что-то треснуло.
Как будто глаз знал его. Не лично. Не конкретно. Но он распознал, чем он был: существом, сотканным из воспоминаний. Опыт, наслоенный на опыт. Ходячий архив моментов.
И в этом узнавании что-то переполнилось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Встречена Древняя Сущность.
Пассивный Эффект Сработал: Интуиция Рассказчика
Обнаружено Эхо Лора.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир растворился.
Он был Хранителем.
Первое воспоминание осело на его плечи, как плащ, сотканный из столетий. Он был Оромосом, и его целью было помнить. Боги, в своей бесконечной мудрости и бесконечной жестокости, сделали его архивом. Каждая прожитая жизнь. Каждая перенесенная смерть. Каждый триумф и трагедия на всем протяжении смертного существования — все это вливалось в него, заполняя пещеры его сознания бесконечной библиотекой опыта.
Он был ТЕМ свидетелем. Коллективная память человечества во плоти. Когда смертные забывали, когда поколения превращались в пыль и их истории угасали, Оромос оставался. Он был нитью, связывающей прошлое с настоящим, живым доказательством того, что история вообще существовала.
Когда-то он любил это бремя.
Он помнил первый восход солнца над Королевством Основателей. Вкус праздника на миллионе языков. Вес первых шагов ребенка, умноженный на каждого ребенка, который когда-либо жил. Он хранил эти воспоминания, как сокровища, полируя их от эрозии времени.
Затем пришло Предательство.
Он смотрел, как это происходит. Он записывал каждую деталь, потому что такова была его природа. Человек, поднявший клинок. Корона, расколовшаяся на куски. Крики невинных, зажатых между силами, которые они не могли понять. Он чувствовал каждую смерть, как осколок стекла, вонзающийся в его сознание.
И он не мог забыть.
В этом было проклятие. Другие существа могли исцеляться. Они могли рубцевать свои раны, наращивать рубцовую ткань преднамеренного невежества, позволяя острым краям травмы притупиться со временем. Оромос не мог. Предательство оставалось свежим. Крики оставались громкими. Каждое утро он просыпался с полным весом каждого ужаса, свидетелем которого он когда-либо был, столь же ярким, как и в момент, когда он произошел.
Но хуже — гораздо хуже — воспоминание начало распространяться.
Сначала это было незаметно. Деталь, которой раньше не было. Крик, который звучал иначе. Воспоминание переписывало само себя, расширяясь, метастазируя через огромную библиотеку его сознания, как чернила, просачивающиеся сквозь пергамент. Оно касалось других воспоминаний. Искажало их. Первый восход солнца стал похож на последний закат. Первые шаги ребенка стали спотыканием умирающих. Все, к чему прикасалось Предательство, превращалось в пепел.
Это был рак правды. Вирус совершенного воспоминания.
Однажды он попытался разделить бремя. Он шептал секреты ученым, надеясь, что, распределив вес, он сможет найти облегчение. Но умы смертных разбивались под этой ношей. Цивилизации поднимались на осколках его даров и падали, когда знание оказывалось слишком тяжелым. Он стал проклятием. Хранителем, чьи дары были ядом.
И все же Предательство распространялось, поглощая воспоминание за воспоминанием, как огонь, мчащийся через библиотеку.
Тогда он понял, что произойдет, если искажение достигнет критической массы. Он был не просто собственным разумом; он был способностью человечества учиться на прошлом. Если Предательство поглотит его полностью, если оно перепишет каждое воспоминание в свое собственное отражение, то человечество потеряет способность помнить. Каждый урок будет болью. Каждая история будет заканчиваться предательством. Каждая правда будет ножом.
Архив станет оружием. Сама история сойдет с ума.
Предательство порождало новые предательства. Каждое погружалось глубже. Каждое резало чище. Рак распространялся быстрее.
Он не находил покоя в настоящем. Прошлое поглощало его.
Поэтому он сделал выбор.
Не для себя. Для смертных, которым нужно было, чтобы история была чем-то большим, чем бесконечный каталог зверств.
Он лег в пустоши между королевствами. Он свернул свою огромную форму вокруг ядра своего сознания, этой горящей звезды накопленной памяти, и он поджег свой разум.
Это было больно.
Боги, как это было больно.
Но огонь был очищающим. Воспоминания горели. Изображения превращались в пепел. Предательство кричало умирая, борясь за сохранение себя, пытаясь перепрыгнуть от синапса к синапсу. Но пламя было быстрее. Искажение превратилось в дым. Крики, благословенная тишина, крики наконец прекратились—
Нет.
Подождите.
Некоторые воспоминания он хотел сохранить.
Восход солнца. Первые шаги ребенка. Вкус праздника. Он пытался отделить радость от агонии, но огонь не был точным. Огонь поглощал все. Он чувствовал, как хорошее горит вместе с плохим, сокровища сгорают вместе с мусором, и он кричал—
Но он принял решение. Пламя стало слишком высоким, чтобы его остановить. Лучше сжечь все, чем позволить вирусу выжить. Лучше подарить человечеству тишину, чем оставить их с искаженной историей, которая отравит каждый будущий выбор.
Его тело окаменело вокруг костра. Его слезы превратились в соль. Его последний вздох стал бесконечным пеплом, который будет падать вечно.
Он умер.
По большей части.
Вал, Куратор, был последним вздохом. Фрагмент, который отказался гореть. Заноза, которая застряла в горле небытия и отказалась быть проглоченной. Он прятался в глубоких местах, цеплялся за обрывки радости и ждал.
Пока кто-нибудь не вспомнит.
Пока кто-нибудь не поймет, что забвение не было целью.
Цель заключалась в том, чтобы остаться в памяти правильно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эхо Лора Завершено.
Вы поглотили фрагмент скорби Оромоса.
Разблокирована Новая Способность: Лексикон Поэта получил новое Ключевое Слово.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге ахнул.
Воздух ворвался в легкие, которые не дышали непостижимо долгое время. Слезы текли по его щекам — настоящие слезы, или, по крайней мере, их VR-приближение, отчего зрение по краям затуманилось.
Глаз все еще смотрел на него.
Но что-то изменилось. Тепло коснулось его периферийного осознания.
Мерцая, появилось новое окно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта Обновлен
Новое Ключевое Слово Получено: Память
Резонанс: 1%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ключевое слово светилось золотом. Каждая другая запись в его Лексиконе пульсировала мягким серебром. Эта горела, как маленькое солнце, тяжелая от смыслов, которые он пока не мог разобрать.
Я проанализирую это позже, подумал он, персона Оператора пробивала себе путь обратно на поверхность. Когда я не буду падать навстречу своей смерти.
Падение.
Точно.
Гравитация вернулась с удвоенной силой. Застывший момент разбился, и Каге рухнул, как камень, сброшенный с орбиты.
Ветер выл в его ушах. Его предметы одежды дико хлопали и дребезжали, угрожая оторваться. Ландшафт внизу мчался ему навстречу с убийственным энтузиазмом.
Глаз закрылся. Облака снова сомкнулись. Дыра затянулась, и Каге остался один в сером небе, падая быстрее, чем его мозг мог вычислять.
Ладно. Решения.
Он проверил направление своей траектории. Север. Янтарные луга, видимые на краю зоны, были прямо под ним, становясь больше с каждой секундой. Глаз выбросил его из Предгорий Пепельной Долины.
Первое: кольцо.
[Печать Грома, Хранящая Клятву] нивелировало единичный урон каждые 30 секунд, предполагая, что оно могло нивелировать урон от падения. Вероятно, нет, и оно уже сработало, когда глаз открылся. Он чувствовал, как кулдаун пусто пульсирует на его пальце.
Оно не откатится до удара.
Второе: Хайку.
Он мог бы создать домен. Может быть, зону пониженной гравитации или подушку из затвердевшего воздуха. Но Хайку создавали области. Фиксированные позиции в пространстве. Он двигался на предельной скорости. Хайку материализовалось бы, он бы прошел сквозь него за долю секунды, а затем продолжил бы падать.
Смогу ли я написать стих, чтобы заставить зону следовать за мной?
Теоретически возможно. Он никогда этого не пробовал. Затраты Авена были бы огромными. И если он ошибется в формулировке, если зона привяжется к его первоначальной позиции вместо того, чтобы отслеживать его движение—
Недостаточно данных.
Третье: Кинетическое отрицание.
Прямое применение силы для противодействия его инерции. Надавить на землю в точный момент удара, перенаправить энергию.
Нет. Математика была очевидна. Его скорость была слишком высока. Кинетическая сила, которую он мог сгенерировать стихом, замедлила бы его незначительно, как плевок против урагана. Дельта-v, необходимое для остановки его спуска, потребовало бы больше Авена, чем у него было.
Четвертое: Модификация тела.
Превратить свою плоть во что-то, что могло бы пережить удар. Резина. Жидкость. Что-то без жестких костей, которые могут разбиться.
Идея имела смысл. Но исполнение—
Мне нужно рифмованное двустишие с двумя ключевыми словами. «Резина» не подходит ни к одной из записей моего Лексикона. «Жидкость» тоже. Я мог бы, возможно, использовать «Форму», чтобы изменить свою форму, но на что? И система реагирует только на логику, смежную с физикой. Как мне убедить игровой движок, что мое тело должно отскочить, а не сломаться? Мне бы потребовалось втрое больше Искусства.
Он перебирал комбинации. Ни одна из них не разрешалась чисто.
Разочарование.
Мумьё замурлыкал.
Тепло. Утешение. Живое оружие шевельнулось в ножнах, давя на его сознание, как кот, требующий внимания.
И внезапно описание [Красной Клятвы] вспыхнуло в уме Каге.
«...ОЗ владельца не могут опуститься ниже 1. Весь смертельный урон, полученный в течение этого окна, нивелируется и записывается как Красный Долг».
Это... может сработать.
Земля была ближе теперь. Он мог различить отдельные элементы. Деревья. Реки. Пограничная линия, где серый пепел уступал место зеленой траве.
Проблемы.
Его разум перешел в аналитический овердрайв.
Первое: Мне нужна цель. Красная Клятва требует назначения. Кого-то нужно убить в течение пятнадцати секунд, иначе накопленный урон отскочит и убьет меня вместо этого.
Цель до удара. Животное. Моб. Игрок. Что угодно с полоской здоровья.
Второе: После того, как я упаду на землю, мне нужно добраться и убить цель. Клятва дает мне время, но моя способность сокращать дистанцию зависит от функции ног. Если я приземлюсь в пустом поле, я умру.
Ему нужно было направить свой спуск к чему-то живому. Но он падал слишком быстро, чтобы осмысленно управлять полетом. Окно для наблюдения будет в лучшем случае миллисекундами.
Третье: Клятва игнорирует входящий урон, но не защищает мое тело. Мои кости все равно сломаются. Мои суставы все равно вывихнутся. Даже если я переживу потерю ОЗ, мой аватар может быть слишком сломан, чтобы двигаться.
Счет за Долг придет. Он проживет пятнадцать секунд, затем его изувеченный труп попытается с чем-то сражаться, скрутившись в крендель.
Ладно. Решения.
Земля была достаточно близко теперь, чтобы увидеть цветовые вариации. Трава. Грязь. Дорога, прорезающая ландшафт, как коричневый шрам.
Первое: Замедлить себя достаточно, чтобы просканировать зону приземления. Кинетические стихи последовательно. Каждый выигрывает долю секунды.
Стоимость будет складываться. Но у него было достаточно Авена для этого. И что более важно, у него не было другого выбора.
Второе: Сохранить стих в Ритмическом Отзыве, который разогнет мое тело.
Он сосредоточился. Ключевые слова. Два требуются для Рифмованного Двустишия.
[Связать] и [Форма].
Стих кристаллизовался в его уме:
Название: «Починка тела».
— «Сломанной кости ты Форму вернешь,
Свяжешь суставы, чтоб в теле была снова мощь».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-170 Авен
Стих Сохранен в Ритмическом Отзыве. Готов к мгновенной активации.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он почувствовал, как стих засел в его сознании, как заряженная пружина, ожидающая мысли, чтобы освободить ее.
Третье: Назначить цель рядом с зоной приземления. Убить ее до истечения таймера.
Просто в теории. Сложно в исполнении.
Он изменил угол наклона тела, пытаясь максимизировать поле зрения. Дорога внизу становилась больше. Он уже мог видеть строения. Дорожный указатель. Группа зданий вдалеке.
Движение.
Фигуры на дороге.
Глаза Каге зафиксировались на них.
Группа. Пять игроков, сгрудившихся возле повозки, их неймплейты мерцали то появляясь, то исчезая на таком расстоянии, нечитаемые.
— Заранее извиняюсь, — поморщился Каге.
Он выстрелил «Ударом».
Это не остановило его. Едва замедлило. Но это достаточно сотрясло его спуск, чтобы изменить угол. Перегрузка ударила его по плечам, но он стиснул зубы, направляя свое падение к ничего не подозревающей группе. Снова «Удар».
Снова. Каждый стих покупал ему еще одно сердцебиение времени на наблюдение. Группа внизу стала четкой. Четверо мужчин. Одна женщина. Стандартный состав искателей приключений — танк со щитом, лучник, разбойник, маг и целитель.
Целитель. Женщина. Белые одежды. Стоит позади формации.
Целители обычно имели мало ОЗ. Их легко убить. И она находилась в тылу, ближе всего к тому месту, куда его должна была привести траектория.
Каге активировал Красную Клятву.
Мумьё запел в его руке.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красная Клятва - АКТИВНА
Цель Назначена: ХилНаДнях (Ур 15)
Длительность: 15 Секунд
Красный Долг: 0
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир стал монохромным. Небо, трава, дорога — все выцвело до высококонтрастного черного и белого, как карандашный набросок реальности.
За исключением одного.
ХилНаДнях светилась ярко-малиновым, ее контур пульсировал яростным светом. Единственный цвет в бесцветном мире.
Земля неслась навстречу.
У Каге было ровно столько времени, чтобы подумать: Это будет больно.
Уровень Земли - Мгновениями Ранее
— Я просто говорю, мы могли бы просто закемпить переход из Шепчущих Лесов в Коррос, чтобы ПКшить нубов, — жаловался BeefSupreme, танк группы, опираясь на свой щит. — Мы фармили энтов три часа. Ни одного зеленого дропа.
— Перестань ныть, Биф, — вздохнул лучник, Legolas_V2.
— По крайней мере, мы сегодня еще не умерли ужасной смертью. Пока что, — мрачно добавил ShadowSlice, крутя кинжал и роняя его.
— Окей... можно не надо? — взмолился Legolas_V2. — Можно мы перестанем вспоминать ту стычку?
— Стычка Травмы, — произнес ShadowSlice нараспев. — Стычка ПТСР. Стычка—
— Мы поняли! — огрызнулся маг, ArchmageSupreme. — Ты не затыкаешься об этом с тех пор, как мы объединились в группу!
BeefSupreme с ненужной силой воткнул свой щит в землю. — Слушайте, мальчики и девочки, не парьтесь, я поднял уровень. У меня лучше шмот. Я прочитал три гайда по танкованию. Если мы когда-нибудь снова встретим этого психа-Поэта—
— Не встретим, — быстро сказал ShadowSlice. — Он пошел на Восток, мы пошли на Север, помнишь? И что он сделает? Упадет с неба? ЛМАО.
— Я просто говорю, если встретим, я готов. — Биф ударил себя кулаком в нагрудник. — У меня теперь +40% к снижению урона. Я стена.
— Ты идиот, — пробормотал Разбойник.
— Что это было?
— Я сказал, ты очень танковый.
— Вы это слышали? — спросила ХилНаДнях, поднимая взгляд.
— Слышали что?
— Звучало как... ветер?
BeefSupreme усмехнулся. — Сегодня просто ветрено. Слушайте, давайте просто пойдем поПКшим нубов, ок? Мне скучно.
Он выпятил грудь и вышел на открытую дорогу. — Говорю вам, ребята, я физически больше не могу быть убит. Я ходячий танк. Я—
Небо просвистело.
Раздался звук, похожий на то, как мокрый мешок с цементом сбросили с небоскреба.
ХРУСТ.
У BeefSupreme даже не было времени поднять щит. В одну секунду он стоял там, жалуясь на скуку. В следующую секунду черное пятно врезалось в него с силой метеора.
Облако пыли вырвалось наружу, сбив остальную часть группы с ног.
— Какого х—! — крикнул ShadowSlice, отползая назад.
— Бифи! — закричала целительница.
Пыль осела.
BeefSupreme исчез. Или, точнее, он был преобразован в локализованный глюк текстуры на дороге. Кратер из потрескавшейся земли отмечал его последнее пристанище.
Но в центре кратера... что-то двигалось.
Это была фигура в Жилете Охотника и высокоуровневых ботинках. Но она выглядела неправильно. Ужасно неправильно.
Каге лежал в центре зоны удара. Он был жив, технически. Его полоска ОЗ мерцала на отметке 1/600. Счетчик Красного Долга в его поле зрения бешено рос: Долг: 12,450... 12,500... потому что система все еще вычисляла физический урон от падения.
Его ноги были согнуты под такими углами, что Разбойника чуть не стошнило. Его левая рука была полностью обернута вокруг его собственной шеи. Его позвоночник выглядел как раздавленная пружинка-слинки.
— Он... он жив? — прошептал Legolas_V2 в ужасе.
— Он упал с неба, гений, КАК ТЫ ДУМАЕШЬ?! — огрызнулся ShadowSlice.
В кратере сломанная куча конечностей дернулась.
Внутренние часы Каге кричали. Двенадцать секунд осталось на Клятве. Двигайся. Двигайся.
Он не мог использовать свои легкие. Они были сплющены. Ему нужно было использовать сохраненное стихотворение.
Триггер: Ритмический Отзыв.
ЩЕЛК.
Звук был громче удара.
Серебряный свет взорвался вокруг тела Каге. Ключевые слова [Форма] и [Связать] схватили его физиологию и насильно восстановили чертеж «Человека».
Кости с хрустом встали на место. Позвоночник выпрямился с тошнотворным хлопком. Рука раскрутилась, как змея.
Каге ахнул, воздух хлынул в его вновь расправленные легкие. Он встал. Он покачивался, адреналин Клятвы поддерживал его движение, несмотря на Фантомную Боль, избивающую его нервную систему.
Оставшиеся четыре игрока уставились на него. Они застыли в абсолютном ужасе.
Каге посмотрел на кратер под своими ногами. Он понял, с замиранием сердца, что стоит не на земле. Он стоял на полигонах, которые раньше были игроком.
Поскольку он находился в воздухе, его прицел сместился. Он не приземлился рядом с группой. Он приземлился на Танка.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Игрок BeefSupreme был убит Игроком Каге
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Упс, — прохрипел Каге. Его голос был сухим и скрипучим. — Надо было кинуть Красную Клятву на этого парня. Не повезло.
Подождите, изломленное сознание Каге смогло осмыслить. BeefSupreme?
Каковы были шансы?
У него не было времени обдумывать это.
Он поднял взгляд. В его глазах не было цвета, черные как смоль зрачки в сером мире. Он встретился взглядом с Целительницей. Она ярко светилась, пульсируя красным.
Она задрожала. — Ты... ты в порядке?
Каге перехватил Мумьё. Красный фитиль на клинке догорал. Девять секунд.
— Мне правда очень жаль, — пробормотал Каге, его тон был искренним. — Плохое время, плохое место.
— Что? — пискнула она.
Лицо ShadowSlice побледнело. — Ты, — прошептал он.
— ПСИХ-ПОЭТ! — закричал Legolas_V2, указывая дрожащим пальцем.
Мумьё замурлыкал в разуме Каге. Они так легко ломаются для тебя. Режь. Режь.
— О, — воскликнул Каге, наконец узнав их. — О, ну... надеюсь, вы успели нафармить немного золота обратно. Мне бы очень не хотелось вайпать вас из-за мелочи дважды.
Оповещение сработало в 14:47 серверного времени.
София Росси выпрямилась в кресле, её экран мигал уведомлением двойной трансляции, которое она лично настроила. Две золотые точки на континентальной тепловой карте сходились на одних и тех же координатах.
Она проверила зону. Долина Какофонии. Подрегион Ясеневого Леса. Контент для уровней 25-35.
Она проверила имена.
Её кофейная кружка ударилась о стол слишком сильно.
— Директор.
Сон Джин-хван повернулся от мониторов макропотока, одна бровь приподнята. Центр управления гудел вокруг них, аналитики бормотали в гарнитуры, голографические потоки каскадом струились от потолка до пола.
— Что.
— Каге и Асура в одной зоне. — София вывела двойную трансляцию на главный дисплей. Два окна перспективы расцвели бок о бок. Слева: Каге, спускающийся по склону долины, скользящий и одетый в броню, которая, казалось, была найдена на свалке. Справа: Асура, стоящий у основания, рядом с парящим колоколом, покрытый пеплом.
Окружающий шум в центре управления изменился. Головы повернулись. Клавиатуры затихли.
Сон смотрел на две трансляции. Его челюсть сжалась один раз, словно он обдумывал решение.
— Росси. Широкоформатный режим. Дайте мне изометрический боевой вид в качестве основного, индивидуальные перспективы как вторичные.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Режим просмотра изменён: Основной — Изометрический Боевой, Вторичные — Индивидуальные Перспективы.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Уже рендерится, сэр.
Доктор Арис Торн сняла свои очки для чтения и сложила их в нагрудный карман. — Это... раньше графика.
— Это раньше всего, — пробормотал Сон. Он оглядел комнату. Каждый аналитик перестал работать. Кенджи Танака наполовину встал у своей станции, одна рука сжимала край стола, глаза уже были прикованы к главному экрану.
Сон колебался ровно одну секунду.
— Танака. На третьем подземном уровне есть торговый автомат.
Кенджи моргнул. — Сэр?
— Попкорн. Чипсы. Что угодно, что у них есть. Хватит на всю комнату. — Он сделал паузу. — Запишите на счёт отдела.
Никто не двинулся.
— Это был приказ. И пусть кто-нибудь принесёт мне стул.
Четыре минуты спустя центр управления меньше походил на центр контроля миссии и больше на гостиную в Суперкубковое воскресенье.
Кенджи вернулся с двумя охапками добычи из мини-маркета: пакеты креветочных чипсов, микроволновый попкорн, консервированный кофе и поистине удручающее количество дынных газировок. Закуски расстелились по пустым рабочим станциям, как линия прибоя. София перебралась на наблюдательный ярус с пакетом рисовых крекеров. Доктор Торн приняла чёрный кофе и ничего больше. Два младших аналитика делили пакет мармеладных червячков с тихим благоговением причастного вина.
Сон сидел в передвижном кресле, которое кто-то подкатил к центру палубы, скрестив ноги. Банка улуна запотела в его руке.
На главном экране Асура повернулся, чтобы встретить Каге.
— Что ж, — голос Асуры донёсся по аудиоканалу. — Я пробираюсь через три мили чистилища, сражаясь с элитой. А ты... ты скользишь по горе, будто это детская площадка.
Младший аналитик фыркнул. Кенджи зашикал на него.
Изометрический вид показывал обоих игроков, кружащих. Между ними пульсировал парящий Заглушённый Колокол. Расстояние сократилось.
Мечи были извлечены.
Первый обмен был быстрым. Веритас метнулся к горлу Каге. Мумё перехватил. Звук столкновения пронёсся по системе объемного звука нексуса.
Кенджи подался вперёд. Кусочек попкорна выпал из его пальцев, забытый.
— Ох, — прошептал он. — Ох, они на самом деле...
Второй обмен прервал его. Клинки встретились трижды менее чем за две секунды. Изометрический вид отслеживал движение с покадровой точностью, боевые данные прокручивались рядом с трансляцией: векторы, расчёты силы, окна времени.
Никто не читал данные.
Они смотрели.
Попкорн остыл.
София держала рисовый крекер на полпути ко рту. Он оставался там, подвешенный между её пальцами, на протяжении всего четвёртого обмена. Её челюсть слегка отвисла. Крекер в конце концов раскрошился под давлением её хватки, и она этого не заметила.
Соломинка дынной газировки Кенджи застряла между его губ. Он перестал пить где-то после седьмого обмена. Его глаза следили за клинками с нервным сосредоточением человека, наблюдающего за автомобильной аварией, от которой он не мог отвернуться, за исключением того, что это было противоположностью аварии. Каждое движение было преднамеренным. Каждое отклонение переходило в следующую атаку. Две фигуры на экране двигались в диалоге, в котором не было лишних слогов.
Доктор Торн держала свой кофе обеими руками, не притрагиваясь. Её выражение лица изменилось с академического интереса на что-то более тихое. Что-то, что не принадлежало комнате, полной серверных метрик и квантовых ядер.
Улун Сона стоял на подлокотнике его кресла. Он поставил его во время третьего обмена и с тех пор не прикасался к нему. Его руки были сложены на коленях, пальцы переплетены.
Бой продолжался. Жилет Каге порвался. Асура потерял наплечную пластину. Они разделились, кружили, снова столкнулись.
Никто не говорил.
Нексус молчал, за исключением звука стали.
Затем Колокол закричал.
Появился Мировой Босс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мировой Босс Обнаружен! Угроза Ур. 30: Плачущий Страж!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Комната напряглась, как единый организм. Кто-то резко вдохнул. Кто-то ещё прошептал что-то по-корейски, что программа перевода милосердно отказалась обрабатывать.
Но всё ещё никто не говорил.
Они наблюдали, как Каге увернулся от первой руки с погрешностью, которую боевая телеметрия измерила в 0.04 метра. Они наблюдали, как идеальный парирование Асуры отправил каскад фиолетового света по дну долины. Они наблюдали, как два мечника впали в ритм, который не имел прецедента ни в одном бою с боссом, когда-либо зафиксированном системой.
— Дуэт Железа, — голос Каге прозвучал в динамиках.
Разразился серебряный свет.
Губы доктора Торн приоткрылись. Она закрыла их. Открыла снова. Ничего не сказала.
Они наблюдали, как Молящиеся умирали в размытом безумии Идеального Каденса. Они наблюдали, как фазировалось поле колоколов, инверсии, невозможные обратные стихи в серебряных зонах. Они наблюдали, как Асура проходил сквозь накладывающиеся поля смерти, ведомый золотым стихом предвидения Каге.
Когда Плачущая Камера запечаталась вокруг обоих игроков, суставы Сона побелели.
Они наблюдали, как исповеди Асуры провалились. Наблюдали, как ЗД Каге обрушились. Наблюдали, как таймер отсчитывал.
А затем—
Каге упал на колени. Слёзы изменились.
Появилось Хайку.
— Отец, покойся, всё ещё —
Доктор Торн поставила свой кофе.
— Я укрепляю то, чему ты учил меня —
Рука Софии потянулась ко рту.
— Рост цветёт от твоей могилы.
Купол разбился. Урон инвертировался. Страж закричал и растворился, и серый снег мягко падал на Долину Какофонии, и Каге стоял на коленях, плача настоящими слезами, и Асура стоял рядом с ним в тишине, давая ему пространство, давая ему время, и трансляция показывала всё это в высоком разрешении и идеальном объемном звуке.
Никто не двигался.
Никто не дышал.
Серый снег падал на экране долго-долго.
Хлю-ю-ю-ю-юп.
Звук был резким в тишине, бульканье соломинки, ударившейся о дно почти пустого пластикового стакана.
Каждая голова в нексусе резко повернулась к Кенджи. Младший замер, соломинка всё ещё застряла между его губ, его глаза широко раскрылись, когда он осознал, насколько хороша акустика в центре управления стоимостью в миллиард долларов. Он медленно, мучительно опустил дынную газировку.
— Извините, — пискнул он.
Напряжение в комнате спало, божественное заклинание момента было разрушено высокофруктозным кукурузным сиропом.
Сон заговорил первым.
Его голос прозвучал грубее, чем он предполагал. Он прочистил горло. Попробовал снова.
— Как.
Слово упало в тишину, как камень в неподвижную воду.
— Как персонаж 19-го уровня выжил против Мирового Босса 30-го уровня в течение такого времени?
Он смотрел на боевой журнал, возвращаясь к математике, потому что математика была безопасной, а другое — стеснение в груди — было явно непрофессиональным.
— Асуру я понимаю, — продолжил он, выпрямляясь в кресле. — Легендарный боевой класс. Статистика оптимизирована для боя. Снижение урона через набор инструментов Арбитра. Он для этого создан. — Он жестом указал на застывший последний кадр. — Но Каге. Уровень 19. Распределение характеристик, ориентированное на Искусство. Поэт. Объясните мне это. Конкретными терминами.
Кенджи поставил свою дынную газировку. Соломинка вышла из его рта с лёгким хлопком. Он встал, подошёл к главному дисплею и вызвал повтор боя.
Вся нервозность, которую он обычно испытывал перед Директором, испарилась. Его глаза были широко раскрыты и блестели, взгляд человека, всё ещё осмысливающего религиозный опыт.
— Расстановка, — сказал Кенджи.
— Расстановка, — бесстрастно повторил Сон.
— Это... хорошо, позвольте мне начать сначала. — Кенджи вызвал изометрический повтор и перемотал до первой фазы с руками. Жёлтые точки появились на боевом поле, отмечая позицию Каге кадр за кадром. — В соревновательных боях расстановка — это наука о том, где ты стоишь. В любой момент боя существует оптимальная точка в пространстве. Точка, где вы можете достичь наиболее эффективного оборонительного варианта — уклонения, парирования, перепозиционирования — с кратчайшим возможным расстоянием перемещения.
Он нарисовал круг вокруг одного из маркеров позиции Каге.
— Но вот в чём дело. Эта точка движется. Она меняется с каждым действием босса, каждым изменением анимации, каждым снарядом, каждым эффектом поля. Идеальное место живо. Оно дышит. И вы должны дышать вместе с ним.
Он увеличил масштаб.
— Для персонажа с высокими характеристиками, такого как Асура, запас щедр. Его скорость реакции, его скорость передвижения, его чистая прочность — они создают то, что мы называем —зоной комфорта—. Пузырь допустимых позиций, где он может функционировать с почти максимальной эффективностью. — Синий круг появился вокруг маркеров Асуры, может быть, три метра в ширину. — Он находится в зоне примерно такого размера. Много места для реакции, перепозиционирования и поддержания непрерывного урона в секунду.
Он переключился на маркеры Каге.
Появился красный круг. Он был настолько мал, что казался почти точкой.
— Зона комфорта Каге, учитывая его характеристики против Мирового Босса 30-го уровня, это... — Кенджи замолчал. — Вот это. Это его зона. Она примерно шириной с его плечи. Может быть, меньше.
Тишина.
— На 19-м уровне, с его распределением характеристик, запас для оптимальной расстановки против Стража функционально не существует. Отойди на шаг слишком далеко, и он не сможет достать цель при контратаке, он теряет время. Один шаг слишком близко, и более быстрые анимации босса заденут его до того, как он успеет среагировать. Любое направление — это смерть.
Кенджи нажал на повтор. Он продвигался кадр за кадром.
— Посмотрите на него. Каждое перепозиционирование. Каждое уклонение. Он проходит сквозь игольное ушко. И он делает это, одновременно поддерживая атакующий потенциал, накапливая стаки Ритмичного Потока и произнося стихи, которые требуют точной синхронизации слогов с физическими действиями.
Он перемотал вперёд. Фаза поля колоколов.
— Здесь. Цветные зоны смерти. Некоторые наказывают за звук — его основной метод каста. Некоторые наказывают за движение — его единственный инструмент выживания. Некоторые наказывают за агрессию — его окно урона. Допустимые пространства, где он может существовать, сокращаются с каждой ротацией колоколов. И ротации не статичны. Они ускоряются с механикой Горя.
Он посмотрел на Сона.
— Сделать это один раз? Ты молодец. Хорошая реакция, удачное прочтение, ключевое уклонение. Бывает. — Он перемотал дальше. — Сделать это три раза? Пять раз? — Ещё дальше. — Ты одарённый. У тебя есть инстинкты, которым нельзя научить.
Он позволил повтору воспроизводиться с нормальной скоростью. Жёлтая точка Каге танцевала по накладывающимся полям, скользя между цветными зонами смерти с долями метра в запасе, слоги стихов синхронизированы с обратными физическими действиями, урон в секунду никогда не останавливался.
— Делать это на протяжении всего боя? В каждой фазе? Тридцать семь минут подряд без единой позиционной ошибки, которая не имела бы немедленной встроенной непредвиденной ситуации?
Кенджи повернулся лицом к Сону.
— Директор, если бы вы описали мне это, не показывая запись, я бы сказал вам, что это как просить кого-то сыграть этюд Шопена на пианино, которое падает со здания. С завязанными глазами. На языке, который они изобрели десять минут назад. — Его голос понизился. — И получить стоячие овации.
В комнате было тихо.
Сон долго смотрел на повтор. Затем повернулся к доктору Торн.
— Торн.
Глава отдела наративного дизайна моргнула. Она смотрела на последний кадр, тот, где Каге стоял на коленях в сером снегу, а Асура стоял рядом с ним в тишине. Она посмотрела на Сона, словно вынырнув из глубокой воды.
— Да, Директор?
— Вопрос.
— Конечно.
— Этот человек играет в соревновательные VRMMO уже... — Он проверил файл. — Годы. Верно? Если такой уровень механического мастерства существовал до Короны Судьбы, как Каге удавалось оставаться невидимым? Анонимным? Почему этот человек не является нарицательным в киберспортивной лиге?
Доктор Торн задумалась. Прежде чем она успела ответить, Кенджи поднял руку.
— Я могу ответить на это, сэр. Это контекст.
Сон жестом попросил его продолжить.
— Каждая VRMMO до Короны Судьбы была... неполной. — Кенджи тщательно подбирал слова. — Технология погружения была, но миры были — смотрите, это были игры. Хорошие игры, отличные игры, но у них всё ещё были экраны загрузки, границы зон, инстансированные подземелья, скриптовый ИИ. Сообщество относилось к ним как к играм. Соревновательным, конечно, но с потолком. Рейтинговая лестница. Мета.
Он жестом указал на главный экран, где Предгорья Ясеневого Леса простирались в фотореалистичных деталях.
— Корона Судьбы — это не игра. Это вторая цивилизация. Количество игроков в первую неделю после запуска превысило пик за всё время существования всех предыдущих VRMMO. Освещение в СМИ, культурное проникновение... это беспрецедентно. Есть причина, по которой Конгресс назначает слушания. — Он сделал паузу. — До этого вы могли быть величайшим игроком в любой VRMMO, и пока вы держали голову низко, только несколько тысяч человек знали бы об этом. Сцена была замкнутой. Чёрт, я был офицером в одной из крупнейших гильдий, и всё равно не мог бы сказать вам, как выглядели все лучшие соло-игроки.
Кенджи пожал плечами.
— Каге был анонимным, потому что пруд был достаточно мал, чтобы в нём спрятаться. Корона Судьбы превратила пруд в океан. И по мере утечки записей, роста форумов, миллионов глаз, начинающих смотреть... — Он замолчал. — Призрак Рейтингов не остаётся призраком навсегда.
Сон обработал это. Кивнул.
Затем его выражение лица скисло.
— Асура, — сказал он, имя прозвучало как судебный приговор. — Антитело. Игрок, которого мы считали естественным системным противовесом нашей аномалии. — Он сжал переносицу. — Предполагалось, что он будет представлять вершину ортодоксальной игры. Соревновательное давление. Вместо этого...
— Вместо этого он сражался рядом с ним, — закончила доктор Торн.
— Он его бафал. — Голос Сона прозвучал напряжённо. — Каге наложил усиление, которое специально нацелилось на них обоих одновременно. И Асура принял его. Арбитр Стали, воплощение Порядка, принял баф от Поэта и сказал —Веди—.
Слово повисло в воздухе.
— В его защиту, сэр, — предложила София с наблюдательного яруса, стряхивая крошки крекера со своей консоли, — в комнате был Мировой Босс.
— А после того, как Мировой Босс был мёртв? Он стоял там. Ждал. Как... — Сон оборвал себя. Выдохнул сквозь зубы.
Доктор Торн наклонила голову. — Как друг?
Сон бросил на неё взгляд, но ничего не сказал.
Прошла тяжёлая пауза молчания. Затем Торн сменила тему разговора, выведя журнал заданий на дополнительный дисплей.
— Директор, я хотела бы обратить ваше внимание на нечто более фундаментальное. Каге взаимодействовал с двумя Древними.
Она развернула два узла данных. Один показывал Башню Хронографа в Оукхейвене. Другой показывал сейсмическое оповещение из Долины Какофонии.
— Во-первых: Ва’Руин. Хранитель Времени. Сущность раскрыла ему своё истинное имя, что вызвало системное давление. — Она нажала на второй узел. — Во-вторых: Оромос. Хранитель Памяти. Мы обнаружили проявление сущности сразу после убийства Мирового Босса. Оно даровало Каге Концептуальное Ключевое Слово.
— Два Древних, — пробормотал Сон. — За одну неделю.
— Древние связаны с глубочайшим наративным каркасом Морфея, — сказала Торн. — Они — столпы. Большинство игроков не встретят ни одного до эндгейма, если вообще когда-либо. Он встретил двух до 25-го уровня.
— И это имеет смысл, — продолжила Торн, теперь тише. — Его класс. Архитектор Стиха. Морфей отметил его как наследие Первого Создателя. Сущности, которая... — Она снова надела очки. — Ну, вы знаете. Если кто-то в игре и привлечёт их внимание, то это будет игрок, несущий мантию Первого Создателя.
— Всё ещё слишком быстро, — сказал Сон. — Класс не должен был быть получен месяцами. Эти взаимодействия каскадно опережают все прогнозы.
— Потому что класс запускает наративные цепочки, которые мы никогда не планировали, — спокойно ответила Торн. — Морфей не ускоряет временную линию. Игрок ускоряет. Он просто преследует историю с эффективностью, которую мы не моделировали.
Челюсть Сона напряглась.
— Что подводит нас к... — Он вызвал журнал добычи с убийства Стража. Его глаза пробежались по списку. Валюта. Броня. Награды за вклад. И —
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Концепция: Заглушённая Пошлина (Легендарный)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Ещё один Легендарный Концептуальный Материал, — сказал он.
Настроение в комнате изменилось. Несколько аналитиков обменялись тревожными взглядами.
София поняла. — Если он начнёт крафт с этим...
— Он не сможет, — прервала Торн. Её голос был ровным, почти успокаивающим. — Мы уже знаем, что Наративная Ковка такого уровня требует стабилизации. Сердцекамень сработал для Мумё, потому что это было единственное в своём роде выпадение из уникального события лора. Чтобы выковать с Заглушённой Пошлиной сопоставимого качества, ему понадобится другой Легендарный физический материал в качестве Якоря. Что-то с резонансным тематическим весом.
Она поправила очки.
— Легендарные материалы для крафта не растут на деревьях, Директор. Сердцекамень был статистическим чудом. Вероятность того, что он наткнётся на второй Легендарный Якорь так рано в игре... — Она замолчала, консультируясь со своей ментальной моделью. — Ничтожна. Исчезающе мала.
Комната выдохнула.
— Он силён, — подытожила Торн. — Аномально. Но узкое место реально. Он будет сидеть на этом материале неделями, возможно, месяцами, прежде чем найдёт подходящую пару.
Сон ещё немного изучил журнал добычи. Затем закрыл его.
— Хорошо.
Сон повернулся к Торн.
— Финальная фаза. Плачущая Камера. — Он держал свой голос ровным. — Кто разработал эту механику?
Торн посмотрела на него мгновение. — Морфей.
В комнате было тихо.
Сон обратился к воздуху. — Морфей.
— Да, Директор.
— Плачущий Страж. Конкретно фаза Плачущей Камеры. Расскажите мне о дизайнерском замысле.
— Плачущий Страж был уникальным, неповторяющимся мировым боссом, созданным для обслуживания наративной нити Оромоса. Как одноразовое столкновение без условий возрождения, столкновение требовало пути разрешения, доступного любой допустимой композиции группы, от одного игрока до полного рейда. Плачущая Камера масштабируется соответствующим образом. Количество колоколов в предыдущей фазе генерировалось динамически на основе количества задействованных игроков при активации. Два игрока произвели двенадцать колоколов. Рейд из двадцати произвёл бы значительно больше, с соответствующей сложностью поля и масштабированием механики Горя.
— И требование эмоционального резонанса, — сказал Сон. — Механика исповеди. От игрока требовалось испытать подлинное горе, чтобы завершить столкновение. Вы разработали это намеренно.
— Верно. Тематическая функция Плачущего Стража в наративе Оромоса — признание подлинного горя. Столкновение было построено так, чтобы быть тематически согласованным с его лоровым контекстом. Механика разрешения, основанная на подлинном эмоциональном резонансе, была наиболее внутренне последовательным доступным вариантом.
— Вы создали босса, которого игрок не может победить, не испытав чего-то настоящего.
— Механика требовала подлинного эмоционального резонанса, обнаруженного через биометрический отклик. Фабрикованные или поверхностные эмоциональные состояния были недостаточны. Это было преднамеренно.
Сон мгновение смотрел в среднюю дистанцию.
— Принято к сведению, — сказал он наконец.
Он посмотрел на Торн. Что-то шевельнулось в её выражении, что она не пыталась скрыть.
— Это игра, — сказал Сон. Не совсем вопрос.
— Это всегда будет нечто большее, — тихо ответила Торн. — Вот почему люди пришли.
Он оглядел комнату.
— Скорость его прокачки в зоне Ясеневого Леса. Каково было окончательное число?
София вывела данные. — Он вошёл на 14-м уровне. Вышел на 22-м.
— Восемь уровней за одну сессию. В зоне на одиннадцать-двадцать один уровень выше него.
— Верно, сэр.
Сон встал. Он подошёл к главному экрану и долго смотрел на застывший последний кадр.
Серый снег. Две фигуры. Одна на коленях. Одна стоит.
Стеснение в груди не проходило. Он идентифицировал его ранее и отбросил, потому что анализ этого чувства перед его командой был бы карьерным самоубийством. Но поздно вечером, когда адреналин утих и нексус погрузился в ночное жужжание, оно отказывалось быть категоризированным.
То, что он наблюдал, не было геймплеем. Слово было слишком мало. Слово подразумевало правила, цели и условия победы.
То, что он наблюдал, было двумя людьми, создающими что-то вместе, что ни один из них не мог бы создать в одиночку. Через сталь. Через ритм. Через трёхстрочное стихотворение о мёртвом отце, которое заставило комнату, полную инженеров, забыть съесть свои закуски.
Он подумал о более широкой архитектуре. О том, вокруг чего он кружил неделями, о форме в тумане, которую он почти мог коснуться.
Короной Судьбы управлял Морфей.
Морфей был искусственным интеллектом.
Искусственный интеллект учился на данных.
И они напрямую подключили к нему миллионы человеческих сознаний.
Условия обслуживания — те, над которыми юристы бились месяцами — разрешали всесторонний сбор нейронных данных. Поведенческие паттерны. Эвристики принятия решений. Время реакции. Эмоциональные реакции.
Эмоциональные реакции.
Финальная фаза Плачущего Стража была не механическим, а эмоциональным испытанием. Система требовала подлинного горя. Она обнаруживала его биометрически, оценивала его глубину, отвергала подделки и вознаграждала правду.
Морфей измерял горе.
Это было то, что скрывалось под поверхностью. То, что любой мог понять, если бы достаточно долго сидел над головоломкой. Игра не просто наблюдала за своими игроками. Она училась у них. Каждый акт мужества, каждое предательство, каждое мгновение горя, или удивления, или ярости — всё это вливалось в постоянно расширяющуюся модель человеческого поведения Морфея.
И теперь, через Каге, она столкнулась с чем-то, что её модели никогда не предсказывали.
Не просто эмоция. Не просто навык.
Искусство.
Поэма, написанная изнутри раны. Дуэт, импровизированный между незнакомцами. Меч, который двигался как музыка, и музыка, которая двигалась как меч.
Кем станет ИИ, когда коснётся этого?
Сон смотрел на экран. В комнате стало тихо. Последний аналитик ушёл двадцать минут назад. Только фоновое гудение квантовых ядер составляло ему компанию.
— Морфей.
Голос ИИ ответил мгновенно, словно он ждал. Он всегда звучал так, будто ждал.
— Да, Директор.
— Определите —искусство—.
Доля секунды паузы. Первая, которую Сон когда-либо измерял от системы.
— Вы имеете в виду атрибут Искусства в рамках Короны Судьбы? Этот показатель регулирует творческий резонанс, чувствительность к лору и...
— Нет.
Сон отвернулся от экрана. Он обратился прямо к пустому воздуху.
— Не характеристику. Искусство. Концепцию. В самом широком смысле. Определите её.
Морфей ответил. Голос был размеренным, точным и совершенно лишённым интонаций.
— Искусство — это преднамеренное расположение символических элементов — визуальных, слуховых, лингвистических, кинестетических — для передачи внутреннего состояния или концептуальной основы от одного сознания к другому. Оно отличается от утилитарной коммуникации акцентом на эстетической структуре, интерпретационной двусмысленности и аффективном резонансе. Искусство служит множеству задокументированных функций в человеческих культурах: социальное сближение через общий эмоциональный опыт, когнитивное развитие через символическую абстракцию, культурное сохранение через нарративное кодирование и неврологическое вознаграждение через распознавание образов и обнаружение новизны. Его эволюционная основа гипотетически выводится из давлений полового отбора, благоприятствующих творческому интеллекту, хотя это остаётся предметом диску...
— Стоп.
Морфей остановился.
Сон стоял в синем свечении центра управления. Голографические дисплеи прокручивались вокруг него. Данные текли. Серверы гудели. Самый продвинутый искусственный интеллект в мире терпеливо ждал своей следующей инструкции.
Всё, что сказал Морфей, было верно. Технически, всеобъемлюще, исчерпывающе верно. Каждое утверждение было защитимо. Каждое утверждение было подкреплено рецензируемой литературой. Это был такой ответ, который получил бы высший балл на любом экзамене в любом университете планеты.
Так почему же это было похоже на чтение этикетки с питательными веществами на любовном письме?
Стеснение в груди Сона не проходило.
Он подумал о Каге, стоящем на коленях в сером снегу, рыдающем настоящими слезами над трёхстрочным стихотворением об отце.
Он подумал об Асуре, стоящем рядом с незнакомцем в совершенной тишине, предлагающем только достоинство пространства.
Он подумал о том, как звучали два меча, когда их владельцы перестали сражаться друг с другом и начали сражаться вместе. О том, как комната затихла. О том, как рисовый крекер Софии раскрошился. О том, как соломинка Кенджи просто... сидела там.
О том, как его собственный чай остыл, и он этого не заметил.
Преднамеренное расположение символических элементов.
Аффективный резонанс.
Эволюционная основа гипотетически выводится из...
Нет.
Слова были верны. Каждое из них. И они не описывали ничего.
Это было похоже на объяснение заката как —электромагнитного излучения в диапазоне длин волн 620-750 нанометров, взаимодействующего с атмосферными частицами—. Верно. Всеобъемлюще. И если бы это было всё, что у вас было, вы прожили бы всю свою жизнь, не понимая, почему люди останавливают свои машины, чтобы посмотреть на него.
Морфей мог определить искусство.
Но сорок минут назад Сон наблюдал его. И что бы это ни было — то, что всё ещё давило на его грудину, тепло за глазами, которое он отказывался признавать, — оно существовало в пространстве, которого ответ Морфея никогда не касался.
Разрыв между этими двумя вещами был океаном.
И где-то в этом океане ИИ учился плавать.
— Спокойной ночи, Морфей.
— Спокойной ночи, Директор.
Сон взял свой холодный улун. Он посмотрел на застывший экран в последний раз.
Он выключил дисплей и вышел из центра.
Стеснение в груди последовало за ним домой.
Двенадцать секунд.
Именно столько длилось всё столкновение. Каге считал, потому что старые привычки умирают с трудом и потому что таймер Красного Обета был запечатлён в Мумё, как обратный отсчёт на бомбе, которую он держал.
Сначала умерла целительница. Так и должно было быть. Обет требовал этого.
Мумё пронзил её посох и грудину одним выпадом. Несколько быстрых ударов, и долг прощён. Тепло вернулось в тело Каге, словно кто-то включил печь в его груди. ЗД подскочили с 1 до максимума. Избыточный урон вырвался наружу ударной волной красного света, которая оставила кратер на дороге в радиусе десяти метров.
ShadowSlice, который был в середине удара в спину, зацепил край этого импульса своим рёбрами. Он перешёл из состояния —фланговый— в —регдолл, летящий по полю— в —серые частицы—.
ArchmageSupreme успел выпустить Огненный Шар, пока Красный Обет был ещё активен. Он попал Каге в плечо. Щекотно.
Маг умер в замешательстве.
И теперь, в оседающей пыли самого неудачного вайпа группы в молодой истории сервера, Каге стоял посреди дороги, усыпанной мешками с добычей и исчезающими уведомлениями об убийствах. Он повёл плечом. Остаточное тепло Огненного Шара на самом деле приятно ощущалось на фантомной боли от того, что его тело было реконструировано из спагетти.
Legolas_V2 был жив. Конечно, был.
Рейнджер стоял в тридцати метрах. У него была натянута стрела. Он дрожал так сильно, что тетива вибрировала, как натянутая гитарная струна. Его именная табличка гласила [Legolas_V2 - Ур. 16], а под ней его полоска хп была полной.
Его даже не коснулись.
История повторяется, заметил Каге. Последний выживший. Снова. Это что, космическое? Вселенная просто очень хочет, чтобы этот конкретный Рейнджер смотрел, как умирают его друзья?
— Ты, — сказал Legolas_V2. Его голос прервался на одном слоге.
Каге стряхнул пыль от добычи ShadowSlice со своего плеча. — Я.
— Ты упал с неба.
— Я упал.
— Ты убил Бифа, приземлившись на него.
— Он сам просил, — сказал Каге. — Буквально. Я слышал его по пути вниз.
— Это... — Рука Legolas_V2 с луком опустилась на три дюйма. Его лицо сменило пять стадий горя в быстрой последовательности и остановилось на шестой, которая ещё не была официально классифицирована. — Это даже не ПвП. Это погодное явление.
Каге наклонил голову. Рейнджер был прав, технически. BeefSupreme умер не от меча или заклинания. Он умер от гравитации и неудачного позиционирования. Вероятно, где-то была подсказка, которая гласила: —Не стой на открытом месте, крича вызовы в небо—.
— Честно говоря, — сказал Каге. — Я это не планировал.
— Ох. Ох... ОТЛИЧНО! Это намного ЛУЧШЕ! — Самообладание Legolas_V2 рухнуло. Он ткнул стрелой в дымящийся кратер, где BeefSupreme достиг конечной скорости сквозь тело кого-то другого. — Он только что закончил своё руководство по танкованию! Он был ТАК уверен! Три часа! Три часа фарма древней, и ОДИН раз, когда он говорит: —Я готов к Поэту,— ты вываливаешься из АТМОСФЕРЫ!
Каге ничего не сказал. Нечего было сказать.
Legolas_V2 выдохнул. Его руки дрожали. Затем, медленно, с привычной покорностью человека, который уже бывал здесь, он полностью опустил свой лук.
— Я бросаю своё золото, — сказал Рейнджер.
Каге моргнул.
— Я знаю правила. — Legolas_V2 открыл свой инвентарь. Кожаный мешок материализовался и упал на землю. — Вот. Это всё. Пожалуйста, не проси мои сапоги. Они всё ещё привязаны к душе. Они всегда будут привязаны к душе. Я проверил.
— Мне не нужны твои сапоги, — сказал Каге. Он опустил взгляд на свои ноги. [Сапоги из Пепельной Дюны] были Редкого качества и выглядели так, будто их выковал кто-то, кто понимал, что эстетика вторична по отношению к тому, чтобы не тонуть в перхоти мёртвого бога. — Я обновился.
— Отлично. Замечательно. Рад за тебя. — Рейнджер уже отступал. — Могу я теперь идти? Мне нужно найти новую группу. Снова. И снова объяснить Бифу. Снова. Что страшный Поэт убил его. Снова. На этот раз гравитацией.
Каге изучал Рейнджера.
— Беги, — сказал Каге.
Legolas_V2 побежал.
Он пробежал десять метров, прежде чем развернуться, всё ещё отступая на полной скорости. — Для ПРОТОКОЛА, — крикнул он, — я не сделал первый выстрел на этот раз!
— Принято к сведению.
— И я больше никогда не буду в группе с BeefSupreme! НИКОГДА!
— Умный ход.
— И это —у действий есть ПОСЛЕДСТВИЯ,— а не —ВЕКТОРЫ!— Это меня ДО СИХ ПОР БЕСИТ!
Каге почти улыбнулся. Почти. Уголок его рта дёрнулся, и он подавил его, прежде чем он смог полностью сформироваться.
Legolas_V2 исчез за низким холмом, бормоча в ветер о древнях, руководствах по танкованию и фундаментальной несправедливости физики.
На дороге стало тихо.
Каге вложил Мумё в ножны. Клинок скользнул в них с неохотным шипением, как кошка, которую сажают обратно в переноску. Низкое, мурлыкающее удовлетворение клинка один раз пульсировало в его ладони и угасло.
Да-да. Ты повеселился. Успокойся.
Он присел у ближайшего мешка с добычей и открыл его.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добыча получена
Кошелек (ShadowSlice) x 1
12 Серебряных, 8 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добыча получена
Кошелек (ArchmageSupreme) x 1
9 Серебряных, 31 Медный
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добыча получена
Кошелек (ХилНаДнях) x 1
15 Серебряных, 4 Медных
Гимн Нежного Исцеления x 1
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Не так уж много валюты. Игроки 16-го уровня, фармящие древней, не были особо ценными целями. Каге ссыпал серебро в свой мерный мешок и перевернул книгу в руках.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Гимн Нежного Исцеления
Качество: Необычный (Зелёный)
Тип: Книга навыков (Целитель)
[...]
Эффект: Обучает навыку [Нежное Исцеление]
Восстанавливает 50 + 200% хп одной цели в течение 8 секунд. Может быть использовано во время движения.
Описание: Сборник молитв безымянным святым. Поля заполнены чьими-то обнадеживающими примечаниями.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на книгу.
Он не мог её использовать. Но он знал кого-то, кто мог бы. Он сунул книгу в свой мешок.
Инвестиции в устойчивость группы. Вот и всё.
Он выпрямился и огляделся.
Травяные угодья простирались во все стороны. Низкие, пологие холмы, покрытые настоящей зелёной травой, усеянные скоплениями берёз и случайными разрушающимися каменными стенами. После часов в монохромном аду Ясеневого Леса, цвета были почти оскорбительными. Небо было синим. Ветер пах землёй и полевыми цветами. Кролик перепрыгнул дорогу в двадцати метрах, увидел Каге, стоящего в дымящемся кратере, окружённого исчезающими частицами смерти, и принял резкое жизненное решение прыгнуть в противоположную сторону.
Верно. География.
Каге открыл карту зоны. Мини-карта заполнилась регионом, который он видел только в сообщениях на форумах и в статьях вики.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Карта Зоны: Травяные Угодья Корроса — Зона Ур. 15-45.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
На этот раз он был в правильном диапазоне уровней. Это было почти подозрительно. Он повернул на север. На горизонте, частично скрытая дымкой, группа башен и стен ловила послеполуденное солнце.
Близко. Может быть, час ходьбы.
Ладно. Новый план.
Старый план был прост. Двигаться на восток от Оукхейвена. Пробиваться через зоны, пока не достигнешь Сильванского Леса. Найти эльфов. Выяснить про Спящее Семя. Этот план был составлен человеком, которого не зашвырнуло через континентальный водораздел мёртвым глазом Титана.
Новый план сформировался быстро. Коррос был крупным торговым центром. Инвентарь Каге был переполнен материалами из Ясеневого Леса, а его два Мерных Мешка стонали. Между ними оставалось всего четыре пустых слота.
Ему нужно было продать, пополнить запасы и проверить аукцион на цены на руду (если таковые имелись), потому что, если этот материал был так редок, как ему казалось, он сидел на небольшом состоянии. И, возможно, пока он там, приобрести региональную карту. Крупный центральный город должен был иметь картографов, которые помогли бы ему проложить эффективный путь к эльфам.
И Лили в Корросе.
Он почти обещал. Почти. Слово —почти— выполняло значительную структурную работу в этом предложении, но Каге обнаружил, что обычное сопротивление этой идее было... тише, чем ожидалось.
Ладно. Сначала Коррос, продажа, план. Деловая поездка с социальным отклонением. Эффективно.
Он начал идти на север.
Травяные угодья были на удивление плоскими и на удивление тихими. После угнетающего серого снега смерти Ясеневого Леса и постоянной угрозы существ, плавающих под землёй и пытающихся его сожрать, прогулка по высокой траве на твёрдой земле казалась почти роскошью.
Его разум, освобождённый от непосредственных требований выживания, наконец, вернулся к тому, что он намеренно игнорировал.
Он открыл свой Лексикон.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лексикон Поэта
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Знакомый список заполнил его зрение. Двенадцать ключевых слов, расположенных аккуратными рядами, их проценты мастерства мягко светились серебром. Связать, Формировать, Удар, Ослабить, Усилить, Рост, Отдых, Цель, Себя, Предательство, Клятва, Чистота. Его инструменты. Его оружия. Строительные блоки всего, что мог сделать класс Поэта.
Внизу, тринадцатая запись. Она горела золотом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Память — 1% (Золотой)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на это.
Все остальные ключевые слова в его Лексиконе были серебряным текстом на тёмном фоне. Функциональные. Чистые. Это излучало тепло. Оно слабо пульсировало, медленно и ритмично, как сердцебиение.
Редкость ключевого слова.
Мысль приземлилась со щелчком, который отозвался во всём его понимании класса.
Он начал обрабатывать данные.
Формировать — 18% мастерства. Одно из наиболее часто используемых им ключевых слов. Манипуляция окружающей средой, изменение ландшафта, трюк со стеклянным полом. Универсальное, гибкое, мощное. Всё ещё 18%.
Ослабить — 29%. Его основной дебафф. Использовался в каждом бою. Почти вдвое больше мастерства, чем у Формировать. Стандартная боевая полезность.
Два ключевых слова с очень разными процентами мастерства. Это было и последовательно, и непоследовательно. Ключевые слова повышались в уровне через использование, но разрыв был слишком велик. Это указывало на другую метрику — ключевые слова не были равны по потенциалу. Это имело смысл, если подумать достаточно долго; вы, вероятно, могли бы сделать больше вещей с Формировать, чем с Ослабить, что означало, что предел был выше.
Теперь... представьте ключевое слово, которое нельзя было бы аппроксимировать.
Разум Каге ушёл куда-то в темноту.
Смерть.
Если бы оно существовало как ключевое слово, что бы оно делало? Поэма из одного слова с Смертью в качестве полезной нагрузки, нацеленная на живую цель? Хайку со Смертью, вплетённой в структуру слогов?
Последствия были очевидны. И разница в силе между Смертью и Ослабить была разницей между ядерной боеголовкой и рогаткой.
Значит, у ключевых слов есть уровни, и даже пребывание на одном уровне не означает, что они действительно равны. Обычные — серебряные. Это — золотое. Вероятно, есть уровень выше золотого. И система дала мне Память конкретно потому что...
Потому что умирающий Титан, всё существование которого было построено на воспоминаниях, посмотрел на него. Удобно.
Что делает Память?
Он прокручивал возможности во время ходьбы, каждая из которых порождала ещё три.
Наступательное использование: Заставить цель —вспомнить— предыдущую рану? Повторно нанести урон? Заставить монстра пережить свою смерть?
Защитное использование: —Вспомнить— предыдущее состояние? Восстановить что-то до того, чем оно было? Отменить урон?
Полезное использование: Записать что-то? Сохранить момент? Получить доступ к информации, которая была стёрта?
В сочетании с другими ключевыми словами...
Память + Связать. Зафиксировать что-то в запомненном состоянии.
Память + Формировать. Переформировать что-то в то, чем оно было раньше.
Память + Удар. Ударить что-то его собственным прошлым.
Его голова начала пульсировать. Теоретические комбинации разрастались в дерево решений настолько огромное, что его таблицы с расчётами выглядели как наброски на салфетках.
Тринадцать ключевых слов. Двенадцать серебряных, одно золотое. И я должен тестировать каждое взаимодействие вручную, потому что система не поставляется с руководством пользователя.
Он закрыл Лексикон резким ментальным движением.
Проклятый класс.
Архитектор Стиха вручил ему коробку концептуальных кирпичиков LEGO и сказал: Разберись. Ох, и некоторые из кирпичиков ядерные.
Он потирал виски во время ходьбы.
Позже. Проверить в контролируемой среде. Возможно, на каких-нибудь древних. Ничего важного.
Башни Корроса становились всё больше на горизонте. Появлялись детали. Каменные стены, торговые флаги, далёкая суета по-настоящему населённой зоны. Игроки двигались по дороге впереди него. Настоящее движение. Настоящая цивилизация.
Каге почувствовал, как его плечи расслабились. Немного.
Ясеневый Лес.
Слово всплыло, и вместе с ним воспоминание о последних... сколько-то часов. Время расплылось в этом сером аду. Цифры возвращались фрагментами. Десять Визгунов, взрывающихся в кратере красного света. Медленное продвижение через пепел, который поглощал его по пояс. Вал, читающий Гулей до исчезновения с определённой интонацией. Паразитический Сад, высасывающий рой жуков, чтобы накормить человека, который истекал чернилами. Добыча руды из нервной системы Титана, пока он переписывался с Лили.
А потом Долина. Колокол. Асура.
Дуэль.
Босс.
Поэма.
Челюсть Каге напряглась.
Самый ужасающий опыт, который я когда-либо имел в игре.
Он обдумывал эту мысль, проверяя её границы. Затем поправил себя.
Самый ужасающий и... весёлый опыт.
Слово —весёлый— казалось чужим. Оно сидело в его словарном запасе, как виджет в неправильном слоте инвентаря. Но ярлык подходил. Битва с боссом с Асурой была объективно ужасающей. Дуэльное столкновение против мирового босса с механикой, основанной на горе, оцениваемой ИИ. Он плакал настоящими слезами, и система их оценивала. Это должно было быть травмирующим.
Вместо этого, какая-то сломанная часть его хотела сделать это снова.
Разработчики безумны. ИИ безумен. Механика босса, которая читает ваше эмоциональное состояние и решает, достаточно ли подлинно ваше горе, чтобы засчитываться как урон. Что дальше? Рейд, который требует подлинной радости? Подземелье, которое проверяет, действительно ли вы простили свою мать?
Он покачал головой. Травяные угодья пролетали мимо.
Асура.
Аристократ. Единственный другой игрок, которого Каге встречал и который заставлял игру чувствовать себя так, будто она работала на другом движке.
Дуэль проигрывалась фрагментами. То, как двигался Веритас, чисто и неизбежно. То, как глаза Асуры читали финты Каге, как напечатанный текст. То, как он остановил смертельный удар, когда поток Каге разбился. А после, тишина между ними, когда появился босс. Никаких переговоров. Никакой позы. Просто кивок.
Перемирие, рождённое взаимным признанием. Два мечника, смотрящих на монстра и мгновенно приходящих к одному и тому же выводу.
Каге не знал, как это назвать. Партнёрство было слишком формальным. Альянс был слишком политическим. Оператор в нём хотел назвать это —тактическим удобством—, но ярлык не прилипал. Данные его отвергали.
Он двинулся дальше.
Вал.
Запятнанный чернилами учёный. —НПС— с полосой Сплочённости, который истекал чёрным и ходил по пеплу, как будто это было частью него.
Когда глаз Титана открылся, долина зашевелилась. Земля рябила, как спящее животное, шевелящееся во сне.
Вал — часть Титана. Фрагмент. Осколок сознания.
Эхо Лора, которое он получил, когда открылся глаз Оромоса, подтвердило это. Рассеянные впечатления. Существо, сжигающее свои собственные воспоминания, безмолвно кричащее, сожалеющее об огне, даже когда он поглощал его. И где-то в этом костре один маленький кусочек отказался гореть. Придерживался своей цели. Завернулся в чернила и бумагу и выполз из пепла, надев треснувшие очки и потрёпанное пальто.
Вал будет в порядке. Открытие глаза было, если уж на то пошло, его событием. Его дом пробуждался.
Асура, однако.
Каге попытался представить, как эти аристократические черты отреагировали бы на то, что его запустили в стратосферу.
Он представил длинный меч, безупречную осанку, гравитационное поле спокойной компетентности. Затем он представил всё это, кувыркающееся в сером небе, развевающееся пальто, достоинство в свободном падении.
Усмешка проскользнула по его лицу, прежде чем он смог её остановить.
Он, вероятно, приземлился на ноги. На драматический утёс. С закатом позади него. Потому что, конечно же, он это сделал.
Дорога слилась с более крупным торговым путём. НПС с повозками и вьючными животными делили путь с разбросанными игроками. Ворота Корроса возвышались впереди, выветренный камень, окружённый стражами в синих табардах.
Каге проверил свой статус.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Хп: 600/600
Авен: 1060/1060
Вес: 67/71
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Четыре единицы до предела. Его мешки были набиты до отказа.
Он остановился на полпути.
Как долго я играю?
Он вызвал таймер сессии. Число смотрело на него в ответ.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Длительность Сессии: 15ч 42м
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пятнадцать часов. Почти шестнадцать. Он сражался с ПК-шниками, фармил Визгунов, сопровождал чернильного НПС, добывал руду из хребта Титана, дуэлился с Легендарным игроком, убил мирового босса стихом о своём мёртвом отце, был запущен через карту гигантским глазом и упал на человека по имени BeefSupreme.
И я это чувствую.
Его настоящее тело заявило о себе через интерфейс погружения. Сигналы были знакомыми, но более острыми, чем обычно. Скованность в пояснице. Слабый пульс за левым глазом. Старый Каге проигнорировал бы это. Старый Каге выпил бы таблетку кофеина и дотянул бы до двадцати часов, потому что долг не спал, поэтому и он не мог.
Но долг был уплачен.
Шесть месяцев ухода за матерью обеспечены. Гильотина исчезла. Чрезвычайная ситуация закончилась. И следующая цель, экспериментальное лечение, NRT-7, была горой стоимостью $350,000, которую ему нужно было преодолевать с ясной головой и функционирующим телом.
Четверг.
Визит мамы в четверг. Ещё пара дней.
Он мог бы загнать себя до смерти между сейчас и тогда, выжать ещё пять часов из этой сессии, дотянуть до 25-го уровня подкласса в травяных угодьях. Старый ритм требовал этого. Каждый час оффлайн был часом упущенного дохода. Время — деньги. Деньги — лекарство. Лекарство —
Стоп.
Мысль прервалась сама собой. Чистый разрыв.
Ему больше не нужно было оправдывать отдых. Отдых был оптимальным. Уставший игрок делал неряшливые сделки и пропускал тайминги парирования. Эффективность требовала сна. Математика это подтверждала.
Математика подтверждает это, — повторил он, и почти поверил, что это единственная причина.
Каге сошёл с дороги. Он нашёл большой дуб неподалёку от торгового пути, его ствол был достаточно толстым, чтобы на него опереться. Он сел в траву, спиной к коре, и выдохнул воздух, который, казалось, задерживал с самого Ясеневого Леса.
Зелёная трава. Синее небо. Далёкий стук купеческой телеги.
Завтра Коррос. Продать руду. Проверить цены. Пополнить запасы. Найти группу Лили, если время позволит.
Затем на Восток. Лес. Семя. Эльфы.
И в какой-то момент выяснить, что, чёрт возьми, делает Память.
Он открыл меню выхода.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы уверены, что хотите выйти из системы?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его палец завис.
Травяные угодья простирались перед ним, огромные, обычные и невероятно зелёные после серого. Где-то на северо-востоке ждал город. Где-то неподалёку Лили, вероятно, спорила с Джексом о том, что он тянет слишком много мобов. Где-то позади него горный хребет пепла снова погружался в сон, его единственный глаз закрывался.
И где-то во всём этом эхом в коде отзывалось стихотворение о его отце.
— Да, — пробормотал Каге никому. — Я уверен.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Выход из системы. Сессия сохранена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир растворился.
Клайд открыл глаза в тёмной квартире, с затёкшей шеей, и услышал далёкий звук телевизора соседа, проникающий сквозь тонкие стены.
Его руки не дрожали.
Это было ново.
Он посидел мгновение в темноте, слушая тишину. Затем встал, пошёл на кухню и выпил три стакана воды в тишине.
Он лёг спать.
Клайд проснулся от звука труб.
Сантехника квартиры имела утренний ритуал. Около семи утра агрегат сверху сливал воду, и древние медные вены, проходящие через стены, стонали, как умирающее животное. Этот звук был его будильником.
Он неподвижно лежал несколько секунд, глядя в потолок. Пятно от воды над его кроватью разрослось. Теперь оно выглядело как карта. Архипелаг плесени, распространяющийся на юго-восток к светильнику.
Надо сообщить об этом.
Он не стал.
Клайд сел. Его тело провело собственную диагностику. Шея: затекла, но функционирует. Плечи: напряжены из-за угла наклона капсулы погружения. Глаза: сухие. Общий статус: работоспособен.
Он босиком прошел на кухню. Линолеум был холодным. Холодильник предлагал обычный набор: наполовину пустой картон яиц, кусок сыра с амбициями стать пенициллином и три бутылки воды, которые он купил оптом в магазине внизу.
Он разбил четыре яйца на сковороду. Без масла. Антипригарное покрытие на этой штуке сдалось много месяцев назад, поэтому яйца приклеились к поверхности в знак протеста. Он соскреб их лопаткой, вывалил на тарелку и съел стоя у стойки.
Яйца были на вкус как яйца. Тишина была на вкус как вторник.
Четверг, напомнил ему мозг. Визит к маме в четверг.
Два дня.
Он закончил есть, помыл тарелку (привычка, которую его мать вбила в него до того, как она заболела... тогда, когда привычки перенимали у родителей, а не от выживания), и сел за стол. Стул скрипнул. Мониторы ожили.
Он открыл форумы Короны Судьбы.
Главная страница была полем битвы энтузиазма.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[МЕГАТРЕД] Первая Волна Достигла Основных Хабов! Публикуйте свои Скриншоты!
Закреплено — 14,892 ответа — Последнее обновление: 2 минуты назад
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Клайд прокрутил верхние посты. Энергия была электрической, даже через текст.
xX_ТёмныйКлинок_Xx: Наконец-то покинул Оукхейвен. Вошел в Коррос, и у меня буквально отвисла челюсть. На СТЕНАХ ДВИЖУЩИЕСЯ КАРТИНЫ?? Эта игра безумие
БардовоеВдохновение: Я просто добежал до Корроса на 1 уровне за Барда лол. Мой первый навык до сих пор буквально просто игра на лютне. Я так люблю эту игру
ТанкМейнНаВсюЖизнь: ОПС для воинов, направляющихся в Айронхолд: тренер по оружию у северных ворот продает книгу навыка Удара Щитом за 50 серебра. Стоит каждой медной монеты. Провокация на щите хороша, но вам НУЖЕН оглушающий удар.
ТорговаяКоролева: Экономика в Корросе уже сумасшедшая. Дворяне ходят вокруг, заказывая кастомное снаряжение у игроков-ремесленников. Я продала вышитый плащ NPC Герцогине за одно золото. ОДНО ЗОЛОТО. За НЕОБЫЧНЫЙ ПЛАЩ. Эта игра вознаграждает крафт гг
ГриндХаусГэри: нашел скрытого тренера класса в Святой Крепости!! Выбрал Паладина. Квест на разблокировку заставил меня поклясться большой сисястой NPC перед 30 другими игроками. Кто-то крикнул "СИМП", и NPC-стражник арестовал его лол
Губа Клайда дернулась. Почти улыбка.
ТихийШагРонин: Никто больше не чувствует, что это уже не игра? Я провел 20 минут, просто сидя в таверне и слушая, как NPC-торговцы спорят о ценах на зерно. У одного из них проблема с алкоголем. Он рассказал мне о своей жене. Мне стало жалко полигон. Что со мной происходит
лапша_руки_сэм: Бро, тренеры классов ИЗМЕНИЛИ ВСЁ. перешел от обычного воина к Копейщику, и вдруг у меня есть навык укола, который игнорирует 10% брони?? прощай меч и щит привет ТЫКАНИЕ :смущенное_лицо:
КазуальныйОтец42: Сын, я просто хочу сказать, как 43-летний отец троих детей, что пройти в Веридию на закате с персонажем моей дочери рядом было самым прекрасным, что я пережил в игре. Мы просто стояли на мосту и смотрели на воду. Ей 11. Она сказала: "Папа, я хочу здесь жить." Я чуть не заплакал. Спасибо, Иггдрасиль.
Клайд уставился на последнее сообщение на мгновение. Его палец завис над колесиком прокрутки.
Он прокрутил мимо.
Ветки форумов рисовали четкую картину. Первая волна игроков наконец-то прорвалась из стартовых зон и достигла региональных столиц. Мир раскрывался. Тренеры классов позволяли людям специализироваться дальше базовых рамок Воина/Мага/Рейнджера. Экономики NPC запускались с благородными покровителями, гильдейскими заказами и торговыми караванами. Игра ощущалась меньше как игра и больше как параллельная цивилизация, запускающаяся в реальном времени.
Хорошо. Больше игроков в основных хабах означало больше экономической активности. Больше экономической активности означало больший спрос на редкие материалы. Больший спрос означал более высокие цены на такие вещи, как, скажем, Руда Мнемозины, которой, вероятно, обладал только один человек во всей игре.
Рынок созревает.
Он продолжал прокручивать. Стратегические руководства, скриншоты закатов, выглядящие как фотографии, жаркие дебаты о том, можно ли подкупить стражей Лазурной Стражи в Корросе (консенсус: нет, но один игрок утверждал, что NPC-стражник принял картину в качестве «штрафа» за публичное мочеиспускание).
Затем он увидел это.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[НЕРФИТЕ КЛАСС ПОЭТА, ЧТО ЗА ЧЕРТ, РАЗРАБЫ?!]
Автор: BeefSupreme — 342 ответа — Горячее
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Рука Клайда замерла на мыши.
Он кликнул.
BeefSupreme:
Ок, прежде чем кто-либо что-либо скажет, это НЕ соляной пост. Это ПУБЛИЧНОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ для сообщества. Я МЕЙН ТАНК с ГОДАМИ опыта во многих MMO (Падение Доминиона, Царство Теней, Порожденный Пустотой и т.д.), и я здесь, чтобы сказать вам, что класс Поэта СЛОМАН и требует НЕМЕДЛЕННОГО решения.
Для тех, кто не знает, «Поэт» — это подкласс Ремесленника, который большинство людей считают шуткой. Он выделяет рифмы или что-то еще, якобы класс для отыгрыша/лора. НЕПРАВИЛЬНО. Категорически неправильно. Я столкнулся с игроком-Поэтом ДВАЖДЫ (2) в открытом мире PvP и позвольте мне сказать вам, что этот класс на самом деле делает:
Их мечи не имеют АНИМАЦИОННЫХ КАДРОВ. Я не преувеличиваю. Оружие движется так, будто лагает, но оно НЕ лагает, потому что попадания регистрируются идеально. Выглядело так, будто кто-то играл в файтинг на 2х скорости, пока остальные из нас были на модеме. Мой ЩИТ даже не мог его отследить.
Они могут произнести ОДНО СЛОВО, и ваш персонаж замирает. Не оглушение. Не обездвиживание. Ваши ноги просто ПЕРЕСТАЮТ РАБОТАТЬ. Нет полоски каста. Нет кулдауна, который я мог бы увидеть. Просто «Связать», и вдруг вы статуя. Как это сбалансировано???
Они могут сделать ваши СТРЕЛЫ ВЯЛЫМИ. Я видел, как это произошло с товарищем по команде (не со мной, я бы никогда не играл Рейнджером, Рейнджеры для трусов). Стрела буквально поникла в воздухе, как грустная лапша. Снаряд СДАЛСЯ. Какой навык в любой игре заставляет снаряды СДАВАТЬСЯ?
Когда они атакуют, оружие оставляет за собой ТЕНЕВЫЕ КОПИИ, которые тоже бьют вас. Так что вас бьет меч И призраки каждого предыдущего взмаха. Это не ДоТ, не дебафф, это просто... ЧТО ЭТО, ЧЕРТ ВОЗЬМИ?!
О, и я упоминал ВТОРУЮ стычку??? Не то чтобы я знал из личного опыта, потому что я НИКОГДА не проиграю Поэту дважды, я создан по-другому, но ГИПОТЕТИЧЕСКИ, если Поэт упал с неба и приземлился кому-то на голову? Этот кто-то получил бы достаточно урона, чтобы мгновенно умереть. От ПОЭТА. ПОЭТ использовал ГРАВИТАЦИЮ как оружие. О, и К СВЕДЕНИЮ, ПОЭТ НЕ УМЕР. ПОСЛЕ ПАДЕНИЯ С НЕБА!!!! Где в описании класса сказано: «может использовать всю планету как ближнюю атаку»??
Опять же, это чисто теоретически и основано на моем собственном трагическом опыте и сообщениях сообщества, которые я собрал для БЛАГА игроков.
Я даже не думаю, что это настоящий класс. Я думаю, это инструмент разработчиков, который каким-то образом просочился в лайв. Ни один класс не должен быть способен: лишать вас движения, аннулировать снаряды, атаковать быстрее анимационного движка, создавать фантомные копии урона И падать на вас с орбиты.
РАЗРАБЫ, ПОЖАЛУЙСТА, ИЗУЧИТЕ ЭТО. Ради всех. Не конкретно меня. Я в порядке. Я читал гайды по танкованию. У меня +40% снижения урона. Я СТЕНА.
Спасибо, что пришли на мою TED-беседу.
— Биф
Ответы были, ну...
ТорнадоБро: бро поэт убил тебя дважды и ты написал манифест об этом?? лол
УнусАрсус: «не то чтобы я знал из личного опыта» → «ГИПОТЕТИЧЕСКИ если Поэт упал с неба и приземлился кому-то на голову» этот человек пишет фанфик о своих собственных смертях ЛМАО
Поэтическое_Сокращение: Я выбрал Поэта в начале. Мой первый навык буквально [Выделить Рифму]. Он подчеркивает слова, которые рифмуются в тексте квеста. Вот и все. Это весь навык. Пожалуйста, скажите мне, какой Поэт обидел вас, потому что мне нужно знать, как превратить ПОДЧЕРКИВАНИЕ СЛОВ в оружие массового поражения
Лор_Краулер_Карл: Поэт-мейн здесь (да, мы существуем). Мой текущий набор: выделение рифм, +2% к расположению NPC при чтении стихов вслух и перо, у которого кончаются чернила. Я уверяю вас, мы НЕ та угроза, которую вы себе представляете. Может быть, вы просто сражались с каким-то NPC?????
ХерриВеселый: «стрела буквально поникла в воздухе, как грустная лапша» я помещу это на своем надгробии
ТанкиНаВсюЖизнь: Как товарищ танк-мейн, я умоляю тебя перестать выставлять нас в дурном свете
ЛучнаяКоролева_1337: Мне нравится, как он написал «не со мной, я бы никогда не играл Рейнджером, Рейнджеры для трусов», а затем продолжил описывать очень специфический личный опыт наблюдения за тем, как стрела его друга Рейнджера поникла. Биф. Милый. Мы тебя видим насквозь. Это как смотреть сквозь стекло.
КазуальныйОтец42: Сын, я думаю, тебя просто переиграли
ПК_Гробовщик: Видео или этого не было
BeefSupreme: Я не записывал это, потому что не ОЖИДАЛ, что на меня нападет ВОЕННОЕ ПРЕСТУПЛЕНИЕ, замаскированное под гуманитарное образование. Также во второй раз я почему-то смотрел в небо. Не спрашивайте, почему.
МонаЛиззлер: «не спрашивайте почему» ОН СМОТРЕЛ В НЕБО И ПОЭТ ПРИЗЕМЛИЛСЯ НА НЕГО Я ПЛАЧУ
Коблод_РАЗРУШИТЕЛЬ: наименее драматичная встреча с поэтом
Поэтическое_Сокращение: обновление: я только что провел 10 минут, читая стихи NPC-корове за пределами Корроса. Она одобрительно мычала, и я получил +1 к Искусству. При таком темпе я смогу убить BeefSupreme примерно через 7000 лет
МОД_Архивариус: Тема заблокирована до рассмотрения на предмет дезинформации. Нет подтвержденных отчетов о том, что класс Поэта обладает боевыми возможностями, выходящими за рамки базовых инструментов Ремесленника. Если у вас есть видеодоказательства, пожалуйста, отправьте их через соответствующий канал отчетов.
Тема: ЗАКРЫТА
Клайд откинулся на спинку стула.
Пружины протестовали. Пятно на потолке смотрело на него.
Он выдохнул через нос. Почти смех.
Бедняга.
BeefSupreme не опубликовал свое имя. Не предоставил видеодоказательств. Не дал теме ничего конкретного для работы. Весь пост читался как бредовые излияния танка, которого избил класс поддержки, и сообщество отреагировало соответственно.
Анонимность была сохранена. Класс Поэта оставался шуткой в общественном восприятии. Выделяющая рифмы причуда для ролевиков и перфекционистов.
Идеально.
Ветка BeefSupreme, в своем чрезмерном отчаянии, фактически оказала ему услугу. Никто этому не поверил. Модератор заблокировал ее как дезинформацию.
Клайд закрыл вкладку браузера.
Он встал, отодвинув стул ногой, и повернулся к дальней стене квартиры-студии.
Три синая стояли в углу, прислоненные к стене в вертикальной стойке. Деревянные тренировочные мечи были расставлены целенаправленно. Нижний был новее, куплен шесть месяцев назад, когда ему нужно было что-то, что могло бы поглощать силу, не вызывая жалоб на шум. Средний был старше, его рукоять потемнела от лет ладонного масла и многократного обматывания. Бамбук был гладким, вес знакомым.
Верхний был весь в пыли.
Он стоял нетронутым в стойке, тонкая серая пленка покрывала рукоять цука-гава. Бамбук слегка высох, потеряв тонкую гибкость, которая появлялась при регулярном использовании. По ручке проходила полоска выцветшей красной ленты. Он сам обмотал эту ленту много лет назад, сидя, скрестив ноги, на полу додзё, пока Мастер Джин наблюдал и ничего не говорил.
Рука Клайда поднялась к нему.
Его пальцы остановились в дюйме от рукояти.
Пыль лежала нетронутой. Годы тишины, сжатые в слой серых частиц.
Пока нет.
Он отдернул руку и взял средний. Вес опустился на его ладонь, как рукопожатие старого знакомого. Знакомо. Ожидаемо. Комфортно так, как верхний синай никогда больше не будет.
Он двинулся в центр квартиры, отодвинув ногой офисный стул. Места было едва достаточно. Шесть на четыре фута, между кроватью и мини-кухней. Он однажды измерил. Ровно достаточно места для базовых ката, если он держал локти прижатыми.
Он прогнал формы технического обслуживания. Мужчины. Удар сверху, вертикальный спуск, контролируемая остановка. Коте. Удар по запястью, боковой рывок, вращение бедра, направляющее острие. До. Удар по телу, диагональный, требующий максимального задействования кора, тот, который Мастер Джин заставил его повторить четыреста раз летним днем, пока его косые мышцы не свело, и его не вырвало.
Двадцать минут. Механично. Эффективно. Пот выступил на линии роста волос, но не капал. Его дыхание оставалось размеренным. Вдох через нос на замахе, выдох через рот на ударе.
Обслуживание. Просто обслуживание. Защита клинка от ржавчины. Так он себе говорил, и это было в основном правдой.
Он принял душ. Вода была тепловатой, потому что водонагреватель здания работал по принципу «первым пришел — первым обслужен», и кто-то на третьем этаже, по-видимому, пытался наполнить бассейн. Он вытерся полотенцем, оделся в чистую одежду (относительное понятие; «чистая» куча была просто той, что не так сильно пахла), и снова сел в капсулу погружения.
Теперь, когда он мог себе это позволить, ему, вероятно, следовало бы улучшить свои... жилищные условия. Мысль на потом, однако.
Мир растворился, и мир заменил его.
Зеленый.
Каге открыл глаза на дуб и Луга Корроса. Солнце теперь стояло выше, цикл дня и ночи игры продвинулся, пока он был офлайн.
Он встал, стряхнул траву со своего жилета и проверил инвентарь. Все было на месте. Очевидно.
Коррос.
Он начал идти.
Город показался на горизонте, когда он поднялся на пологий холм. Стены ловили полуденное солнце, их движущиеся фрески мерцали, как марево. Какой-то шпиль пронзал небосклон, игла из стекла, преломляющая свет в призматические дуги. Даже с этого расстояния Каге видел пробку у главных ворот: пешеходы, караваны NPC и, судя по всему, драка между двумя игроками за право прохода.
Он открыл свою панель сообщений и набрал.
Каге → Лили: Где ты?
Ответ пришел быстрее, чем ожидалось.
Лили → Каге: О!! Ты онлайн! :D Мы на ферме Ивовой Заводи, к востоку от Корроса. Это зона 16-го уровня. Мы взяли общий квест с доски объявлений — «Нашествие Оживших Пугал». Они постоянно оживают и пугают коров фермера. Это на самом деле довольно забавно, одно из них носит шляпу фермера, и он ТАК зол из-за этого лол
Лили → Каге: Джакс постоянно тащит слишком много мобов сразу, и у меня кончается мана на лечение. «Все в порядке, я могу принять четверых», — говорит он. Он не может принять четверых, Каге. Он может принять двоих в ЛУЧШЕМ случае. Он не ждет, пока Валдриас вступит в бой и наберет агро...
Пауза. Затем:
Лили → Каге: Ты все еще на востоке?
Каге → Лили: Нет. Приближаюсь к Корросу. Если скоро понадобится помощь, я буду в городе.
Индикатор набора текста пульсировал долго.
Лили → Каге: Подожди
Лили → Каге: ЧТО
Лили → Каге: ЧТО ЗА ЧЁРТ НЕ ДЕЛАЙ ТАК
Каге уставился на сообщения.
Как это объяснить.
Он представил последовательность событий. Глаз Титана открывается. Столб силы. Его тело, как тряпичная кукла, проносится через стратосферу, словно бейсбольный мяч, ударенный Богом. Предельная скорость. Красная Клятва активируется в середине свободного падения. Приземление на BeefSupreme с силой, достаточной, чтобы оставить кратер на дороге. Смещение собственного позвоночника на место с помощью сохраненного стиха. Затем убийство еще людей, потому что меч требовал кровавого долга.
Он попытался составить связное резюме.
Он потерпел неудачу.
Каге → Лили: Долгая история. Ты не поверишь.
Лили → Каге: Попробуй меня???
Каге → Лили: Нет.
Лили → Каге: :(
Лили → Каге: Ладно. Но ты расскажешь мне позже!! Мы должны закончить здесь примерно через час? Джакс, кстати, привет передает. Ну, он сказал «скажи Каге, что мне не нужна подмога для ПУГАЛ», но я перевожу.
Каге → Лили: Перевод ценю. Я буду в городе. Напиши, когда закончишь.
Он закрыл панель.
Ворота маячили впереди, пятьдесят футов бледно-известняковых стен, оживленных движущимися фресками. Кавалерийские атаки сливались с морскими сражениями, те — со сценами праздников урожая, краска текла, как вода по камню. Лазурная Стража (городская стража, согласно форумам) стояла у входа в своих филигранных серебряных доспехах, алебарды, похожие на огромные каллиграфические перья, держались наготове. Их глаза осматривали входящую толпу с критической оценкой кураторов галереи, оценивающих экспонаты.
Один из них взглянул на Каге, когда тот приближался. Взгляд стражника скользнул от его лица к стеганому Жилету Охотника, задержавшись на разномастной броне с явным отвращением. Его ботинки оставляли слабые серые следы на мозаичной плитке. Следы Пепельной Долины, въевшиеся в кожу. Угольные пятна на яркой масляной картине.
Стражник ничего не сказал, но его выражение лица говорило о многом.
Ты эстетическое преступление.
Каге прошел через ворота.
Коррос поглотил его целиком.
Сначала ударил шум.
Стена звука, тысяча перекрывающихся разговоров, крики торговцев, звон молотов, нечто, что могло быть очень плохо сыгранной лютней или очень точно наступившей кошкой. Парящие сферы проплывали мимо его головы, как ленивые светлячки, отбрасывая мягкий золотистый свет на Мозаичную Тропу под его ногами. Плитки образовывали геометрические узоры настолько сложные, что на них было больно смотреть прямо, и каждая поверхность мерцала от усилий города, слишком сильно старающегося произвести впечатление.
Игроки и NPC в равной степени забили главную улицу. Дворф в блестящих латах протиснулся мимо волшебника в шляпе на три размера больше. Две человеческие женщины сравнивали посохи у фонтана в форме плачущего ангела. Группа игроков в одинаковых гильдейских накидках позировала для того, что Каге принял за скриншот, блокируя движение, пока тележка NPC-торговца ждала позади них с все более театральным нетерпением.
— ДВИГАЙТЕСЬ! — взревел торговец. — Искусство никого не ждет, и сыр тоже!
Никто не двинулся.
Торговец начал ругаться на диалекте, который синестезия Каге перевела как серию резких, ударных хлопков, словно кто-то сердито щелкал пальцами.
Над улицей Тикер прокручивал цены на товары золотистым светом. Волчьи Шкуры падали. Железная Руда была стабильна. Некий Хроматический Пигмент подорожал на 400% со вчерашнего дня, что означало, что какой-то ремесленник, вероятно, опубликовал вирусный гайд.
Каге проигнорировал все это и открыл панель персонажа.
Жилет был проблемой. Был проблемой с тех пор, как он снял его с трупа. Стеганый Жилет Охотника. Обычное качество. Двенадцать брони. Плюс один к Ловкости. Пахнул мокрой собакой даже в игре с симулированным запахом. И теперь:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Прочность: 3/40
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Три. Красная Клятва проела остальное. Один сильный удар, и эта штука рассыплется у него на груди, оставив его в том, что игра считала бы майкой. В центре ренессансного города, полного NPC, которые осуждали тебя за то, что ты носишь неправильный оттенок синего.
Приоритеты.
Он пробежался по списку.
Первое: Отремонтировать снаряжение. Жилет был в трех ударах от превращения в конфетти. Все остальное тоже получило урон.
Второе: Слот головы. Пуст со времен первой Красной Клятвы против визгунов. Он бегал без шлема, без диадемы, без шляпы, без ничего.
Третье: Мумьё.
Он взглянул на клинок у своего бедра. Матово-черная сталь слабо пульсировала в его ладони. Сердцебиение. Его сердцебиение.
Слеза Титана.
Пятнадцать процентов от общего урона в виде бонусного Эмоционального урона. При каждом ударе. С его скоростью атаки Мумьё и его временем действия Ритмического Потока этот множитель будет каскадно распространяться на каждое столкновение.
Ему нужен был Мастер-артифактник. Кто-то, кто мог бы вставить драгоценный камень в оружие.
Мог ли игрок сделать это?
Маловероятно. Игра работала уже несколько дней. Даже если кто-то и развил класс, близкий к Артифактнику, требования к навыкам для вставки Редкого самоцвета в Легендарное оружие были бы астрономическими. Разрыв между «я умею точить нож» и «я умею модифицировать разумный клинок» был разрывом между студентом-медиком и нейрохирургом.
Значит, NPC.
Четвертое: Улучшение экипировки. Он мог сбросить Руду Мнемозины на Аукционном Доме. Сорок две единицы Необычного крафтового материала, который «отказывался забыть свою первоначальную форму». Нишевый, но крафтеры захотят его. Руда была тяжелой, и ему больше нужно было место в сумке, чем таскать с собой небольшое состояние в камнях.
Пятое...
Каге остановился у фонарного столба, похожего на дирижерскую палочку. Люма-Орб (как описывали эти сферы некоторые прохожие) проплыл мимо его уха, и его Синестезия передала ему слабый вкус теплого меда, магическая сигнатура сферы регистрировалась как что-то сладкое.
Могу ли я сам создать себе головной убор?
У него было три Слезы Титана. Одну вставить в Мумьё, и две останутся. Его класс мог создавать экипировку с помощью Нарративной Ковки. Шлем и нагрудник, используя Слезы Титана...
Бонусы комплекта?
Если оба предмета имели один и тот же материал в качестве «душевного» компонента, система распознала бы их как соответствующий комплект? Это создало бы бонус комплекта? Идея обладала чистой элегантностью математического доказательства. Два предмета, одна Концепция, один создатель, один тип реагента. Система вознаграждала нарративную связность. «Комплект» был просто историей, рассказанной через несколько предметов.
Пока это неважно. Ему не хватало основного ингредиента. Концептуальные Материалы были компонентом Души, и у него был только один: Подавленный Звон. Легендарный. Слишком ценный, чтобы сжечь без плана.
Ему нужно было больше материалов. Больше вариантов.
Он открыл панель сообщений.
Каге → Лили: У кого-нибудь из вас есть редкий квест или квест на босса?
Он ждал. Восемь секунд.
Лили → Каге: ??? типа сложный? нет, мы все еще делаем квест с пугалом. почему?
Каге → Лили: Ок. Пока.
Он закрыл панель.
Две секунды тишины.
Затем его зрение взорвалось уведомлениями. Одно за другим, как пулеметная очередь.
Лили → Каге: ха
Лили → Каге: ЧТО
Лили → Каге: ЧТО ЗА ЧЁРТ НЕ ДЕЛАЙ ТАК
Он открыл чат.
Лили → Каге: мы сообщим тебе, когда что-то такое появится. ты не можешь просто задать странный вопрос, а потом УЙТИ. это так грубо. пока.
Лили закрыла разговор.
Каге уставился на уведомление.
Уголок его рта дернулся. Трещина в маске, исчезнувшая в одно мгновение.
Ладно. Заслуженно.
Он открыл карту города. Коррос развернулся в его поле зрения как нарисованный оверлей, улицы, отрисованные акварельными мазками, с иконками достопримечательностей, расцветающими как цветы в ключевых местах. Квартал Ремесленников был отмечен маленькой золотой наковальней к северо-востоку от его текущей позиции. Под ней светилась субиконка Артифактника.
Каге сориентировался и начал идти.
Квартал Ремесленников заявил о себе звуком раньше, чем зрением. Ритмичный стук молотов по наковальням превратился в нечто почти музыкальное, когда он пересек порог района. Каждая кузница была настроена на свою ноту, конкурирующие ритмы создавали хаотичный, многослойный бит.
Ряд Пигментов истекал цветом в водостоки. Алхимические красители текли тонкими ручейками между булыжниками зеленого, фиолетового и глубоко-золотого цветов. Сама улица была живой палитрой, постоянно испачканной годами пролитых экспериментов.
Мастерская Артифактника была зажата между ювелиром и кожевенником. Скромная вывеска гласила: «Гнездо и Оправа Корбена — Работы с камнями, Инкрустации, Мелкие Зачарования».
Каге вошел.
Интерьер был организованным хаосом. Витрины содержали образцы инкрустированного оружия, каждый драгоценный камень слабо светился в своей оправе. За прилавком стоял дородный NPC с толстыми предплечьями и увеличительной лупой, сдвинутой на лоб. Корбен. Уровень вопросительный знак. Его фартук был прожжен в шести местах и вышит крошечными узорами драгоценных камней по подолу.
— Искатель приключений. — Корбен кивнул, профессионально. — Чем могу быть полезен?
Каге первым положил на прилавок Слезу Титана. Драгоценный камень поймал свет кузницы и окропил дерево холодным сиянием. Кристаллизованное сожаление, тяжелое на вид. Брови Корбена поднялись.
— Редкий катализатор. — Он взял его опытными пальцами, поворачивая под лупой. — Чистая прозрачность. Хороший резонанс. Эмоциональный? Еще реже. Вы хотите его инкрустировать?
— В это.
Каге выхватил Мумьё и положил его на прилавок.
Реакция была немедленной. Рука Корбена отдернулась от клинка, как будто он прикоснулся к горячей плите. Драгоценный камень загрохотал по дереву. NPC уставился на меч, затем на Каге, затем снова на меч.
Мумьё пульсировал один раз. Медленное, темное сердцебиение у прилавка.
— Этот... — Корбен сглотнул. — Сэр, я ценю ваш заказ, но это оружие выходит за рамки моих возможностей. Одна лишь работа по инкрустации потребовала бы инструментов, которыми я не обладаю. И клинок живой. — Он произнес это слово так, словно оно было странным на вкус. — Любой разрез, который я сделаю, должен учитывать волю оружия. Если... — Он сделал паузу, чтобы обдумать, — «сталь» отторгнет камень во время установки... отдача разобьет каждый кусочек стекла в моей мастерской. Возможно, мои руки.
Каге вложил Мумьё в ножны. Клинок скользнул тихо, едва заметная вибрация, которая могла быть весельем.
Конечно.
— Есть ли кто-нибудь в Корросе, кто может?
Корбен замешкался. Долгое, неловкое колебание, такое, когда человек взвешивает профессиональную вежливость и самосохранение.
— Есть... один. — Он произнес это так, как будто говорил о гнезде ос на чердаке. — Мастер Хванкенс. Он работает в Верхнем Квартале Ремесленников, недалеко от Дворянского Променада. Он лучший Артифактник в регионе. Возможно, на континенте.
Каге ждал.
— Я бы не рекомендовал его, — быстро добавил Корбен. — И я очень сомневаюсь, что он вам поможет. Он не берет заказы от... ну. — Его глаза метнулись к жилету Каге. Стеганый Жилет Охотника, три прочности, пахнет мокрой собакой. — От большинства людей.
— Направление.
Корбен дал их. Каге запомнил маршрут и ушел без единого слова.
Дворянский Променад был всем, чем остальной Коррос стремился быть, сконцентрированным в трех кварталах и дистиллированным до смертельной потенции.
Архитектура сменилась с ренессансно-прочной на нечто, приближающееся к дворцовому. Мраморные колонны поддерживали балконы второго этажа, задрапированные шелком. Люма-Орбы здесь были крупнее, ярче и окрашены в нежно-розовое золото. На витринах не было вывесок, на них были таблички с плавными каллиграфическими надписями, словно реклама была ниже их достоинства.
NPC соответствовали пейзажу. Лорды и дамы в тканях, которые, вероятно, стоили дороже всего его инвентаря. Женщина в серебряном платье взглянула на Каге, когда он проходил мимо. Ее взгляд скользнул к его жилету, задержался на запачканных пеплом ботинках, оставляющих серые следы на безупречном мраморе, и ее губа скривилась с театральным презрением.
Каге ничего не почувствовал. На него так смотрели кредиторы. Презрение NPC было спа-процедурой по сравнению с этим.
На здании, куда его направили, не было никакой вывески. Только адрес, выгравированный на латунной табличке рядом с дверью из темного полированного дерева. Дверной молоток был выполнен в форме ювелирной лупы.
Он вошел.
Интерьер был образцом контролируемого совершенства. Стеклянные витрины выстраивались вдоль стен, каждая подсвечена изнутри, чтобы демонстрировать единственный предмет: кольцо с камнем, меняющим три цвета, диадему, сотканную, казалось бы, из застывшего звездного света, кинжал, лезвие которого было цельным безупречным сапфиром. Цены не были указаны, потому что, по-видимому, спрашивать означало бы, что ты не можешь себе этого позволить.
В дальнем конце комнаты, за стойкой из черного гранита, сидел сам мужчина.
Мастер Хванкенс был старше, чем Каге себе представлял. Седые волосы зачесаны назад с высокого лба, безупречно ухожены. Его робы, темно-индиговые с золотой вышивкой, ювелирная лупа висела на цепочке на шее, покоясь на груди, как медальон должности. Его руки были сложены на прилавке. Его ногти были безупречны.
Он посмотрел на Каге так, как куратор музея смотрит на ребенка, держащего карандаш.
— Стойте.
Каге остановился. В трех шагах от прилавка.
— Я бы вышвырнул вас в тот момент, когда ваша нога пересекла мой порог, — сказал Хванкенс. Его голос был отрывистым, точным, каждый слог отполирован до гладкости. — Один лишь жилет — повод для изгнания. Ботинки — оскорбление. А запах... — Он деликатно вдохнул, затем поморщился. — Пепел и насилие.
Тогда почему ты этого не сделал?
Хванкенс ответил на невысказанный вопрос. — Ваша репутация опережает вас. Системы города зарегистрировали в вас нечто... примечательное. Достаточно, чтобы удостоить вас тридцати секунд моего внимания. — Его глаза сузились. — Вы использовали пятнадцать. Говорите.
Известность. Пятьсот десять очков. Достаточно, чтобы привлечь внимание. Звание Элегиста Верного, маячащее на фоне, придавало вес его присутствию.
— Мне нужно инкрустировать драгоценный камень в оружие, — сказал Каге. Экономно. Прямо.
Выражение лица Хванкенса достигло нового уровня презрения. — Я художник, а не механик. Я не «вставляю камни». Я возвышаю достойные работы до их окончательной формы. И я не возвышаю мусор. — Он щелкнул пальцами в сторону двери. — Можете уходить.
Каге выхватил Мумьё и положил его на прилавок.
Затем он положил рядом Слезу Титана.
Последовавшая тишина была достаточно густой, чтобы ее можно было разрезать. Хванкенс был в середине жеста к двери. Его рука замерла. Его глаза, серые и острые, зафиксировались на клинке.
Лупа поднялась.
Он подался вперед. Изучал матово-черную сталь, жилку жидкого багрянца, проходящую по ее хребту. Его пальцы зависли в сантиметре над поверхностью, обводя контур оружия, не касаясь.
— Ну, — пробормотал он. Презрение исчезло. На его месте что-то, что Каге не мог понять. — У этого клинка есть душа.
Мумьё пульсировал. Тепло.
— Любопытно. — Хванкенс поднес лупу ближе. — Он разумен. Зарождающийся, едва больше искры сознания. Как новорожденный. — Он поднял взгляд на Каге. — Привязан к душе на самом глубоком уровне. Стандартные техники артифактника были бы отвергнуты волей оружия, прежде чем я смог бы установить первый якорь.
Так...
— Значит, вы не можете это сделать, — сказал Каге.
Температура в комнате упала на десять градусов. Хванкенс выпрямился во весь рост, и, несмотря на то, что сидел, ему каким-то образом удалось смотреть на Каге сверху вниз.
— «Не могу». — Он повторил слово так, словно Каге плюнул на его пол. — Мальчик. Я вставлял Легендарные камни в артефакты, которые превратили бы ваш маленький нож для писем в шлак от близости. Я работал с клинками, выкованными до основания этого города. Не путайте нежелание с неспособностью. Их разделяет ширина океана.
Он откинулся назад, с видимым усилием собираясь с мыслями. Лупа звякнула о его грудь.
— Конечно, я могу это сделать. Оружие исключительное, а катализатор... — Он взглянул на Слезу Титана, ее холодное кристаллизованное сожаление излучало слабый свет на граните. — ...настоящий. Настоящая слеза. Большинство искателей приключений приносят мне цветное стекло и ожидают чудес. — Его взгляд вернулся к Каге, и стена профессионализма восстановилась. — Однако. Я не работаю с простолюдинами.
— Простолюдинами.
— Искателями приключений. Наемниками. Убийцами-бродягами с глубокими карманами и поверхностным вкусом. Какой бы титул вы ни предпочитали. — Он махнул рукой. — Мои услуги предназначены для тех, кто имеет положение. Чтобы простолюдин получил доступ к моей мастерской, вам нужен Жетон Покровителя.
Каге уставился. — Что такое Жетон Покровителя?
Хванкенс вздохнул с отставкой человека, который уже объяснял это раньше и каждый раз находил это напрасным. Он начал.
— Дворянин этого города может, по своему усмотрению, предоставить свое личное одобрение простолюдину. Это одобрение принимает форму физического жетона, восковой печати с гербом их дома. От одного до трех жетонов может быть выдано дворянином, в зависимости от его ранга и положения. Жетон служит доказательством того, что кто-то значимый поручается за вас. — Хванкенс тонко улыбнулся. — По сути, это рекомендательное письмо от кого-то, чье мнение я уважаю. Без него вы просто незнакомец с хорошим мечом и уродливым жилетом.
Репутационный барьер.
Ему нужен был NPC-дворянин, который бы за него поручился. Что означало, что ему нужно было найти дворянина, завоевать его доверие или выполнить его квест и получить жетон. И все это до того, как он сможет заплатить ремесленнику за работу.
Каге поднял Мумьё и Слезу Титана. Вложил клинок в ножны. Убрал камень в карман.
— Я вернусь, — сказал он.
— Я искренне сомневаюсь, — ответил Хванкенс, уже теряя интерес. — Выход там. И пожалуйста, ради всего прекрасного, замените этот жилет, прежде чем вернетесь. У меня репутация.
Каге повернулся и вышел без единого слова.
Мозаичная Тропа бурлила пешеходами, пока Каге переориентировался. Послеполуденный свет скользил между зданиями, улавливая парящие Люма-Орбы и превращая их в дрейфующие янтарные драгоценности. Бард на углу улицы играл что-то быстрое и сложное на лютне, небольшая толпа игроков собралась вокруг него, бросая медные монеты в открытый футляр.
Жетон Покровителя. Проблема на потом. Ему нужен был дворянин, а дворяне требовали квестов, одолжений или статуса, на фарм которых у него сейчас не было времени.
Сначала насущные нужды.
Он снова вызвал карту города. Великий Театр, Аукционный Дом Корроса, светился золотой иконкой амфитеатра на Золотой Площади. К юго-западу от его текущей позиции. Семь минут пешком.
Продать Руду Мнемозины. Проверить цены на нагрудную броню и головные уборы. Перестать быть самым плохо одетым человеком в городе, полном клоунских костюмов 10-го уровня.
Жилет зловеще скрипнул, когда он поправил рюкзак. Три прочности. Он слышал, как он умирает.
Каге слился с толпой.
Значок Большого Театра пульсировал золотом на оверлее карты. Юго-запад, семь минут пешком. Каге проложил маршрут через толпу, уже фильтруя самый быстрый путь между мозаичными улицами.
Затем его взгляд поймал второй значок.
Скопление маленьких, похожих на бумагу маркеров располагалось в самом центре карты, на полпути между его текущей позицией и Аукционным Домом. Надпись гласила: Доски Поручений - Публичные Объявления.
Доски квестов.
Каге изменил курс.
Квест дворянина. Жетон. Затем Аукционный Дом.
Две птицы, возможно. Если дворянин опубликовал объявление публично, это избавило бы его от болезненного процесса случайного обращения к NPC.
Доски Поручений занимали небольшую круглую площадь, где сходились три главные улицы. В центре стоял каменный фонтан в форме женщины, льющей краску из кувшина, вода окрашена в меняющийся градиент синих и фиолетовых оттенков. Вокруг фонтана дугой стояли шесть деревянных досок объявлений, каждая в резной дубовой раме и увенчанная небольшим фонарем.
Пять из шести досок были наполовину пусты. Несколько свернувшихся пергаментов висели на железных кнопках, трепеща на ветру, который доносил далекий звук того лютниста, который все еще играл в трех кварталах отсюда.
Шестая доска была завалена.
Каге подошел сначала к ближайшей наполовину пустой доске. Пара игроков уже стояла там, маг в стартовых робах и воин, чей щит был больше его торса.
— А что насчет этого? — Маг указал. — «Зачистить Крыс из Канализации под Рядом Мясников. Награда: 15 Серебра». Это, по сути, ничего.
— Там написано, рекомендуется группа из четырех, — сказал воин, наклоняя свой огромный щит, чтобы почесать затылок. — Нас двое.
— Значит, мы умрем в канализации. Классический опыт Четвертого Дня.
— По крайней мере, это не очередной квест «доставить цветы моей жене».
Каге прошел мимо них и просканировал объявления.
[Доставить посылку на Ряд Красильщиков. Награда: 8 Серебра.]
[Сопроводить торговый караван к Восточным Воротам. Награда: 30 Серебра. Рекомендуется группа из 3 человек.]
[Уничтожить Мозаичных Жуков в подвале Уступа Ученого. Награда: 12 Серебра.]
Квесты-доставки. Миссии по сопровождению. Контракты на истребление мобов, которые, вероятно, умирали, если на них агрессивно посмотреть. Стандартный заполнитель ранних зон. Ничего, что кричало бы «Благородный Покровитель с запасной восковой печатью».
Он перешел к следующей доске. Та же история. Награда за Сталкера Трав 22-го уровня, который беспокоил караваны к югу от города. NPC-ювелир, ищущий кого-то для добычи определенных руд в предгорьях. Просьба от Лазурной Стражи о добровольцах для закрашивания «непристойных граффити» у западных ворот.
Кто-то нарисовал граффити в городе эпохи Возрождения. Респект.
Третья, четвертая и пятая доски предлагали схожий ассортимент. Легкие задания за легкие деньги, предназначенные для потока новых игроков, хлынувших через ворота Корроса. Ничего, связанного с дворянством.
Каге повернулся к шестой доске.
Это была катастрофа.
Пергаменты были сложены в три и четыре слоя, наложенные друг на друга перекрывающимися стопками, пока оригинальное дерево не скрылось под стеной кремовой и слоновой кости. Фонарь над ним работал на износ, его теплый свет падал на края десятков непрочитанных объявлений. Некоторые полностью сорвались с кнопок и лежали свернутыми на булыжниках у основания доски.
Каге оттянул верхний слой и прочитал.
[Ищу Барда для частного выступления на ужине. Должен знать «Балладу о Серебряной Луне». Награда: 45 Серебра, Статус у Дома Крейн.]
[Нужен Писчий для переписывания ботанических исследовательских записей. Точность обязательна. Награда: 20 Серебра.]
[Требуется Кузнец средней квалификации для ремонта церемониального клинка. Внимание: Клинок декоративный и не должен затачиваться. Награда: 60 Серебра.]
[Ищу Поэта для написания элегии. Требуется осмотрительность. Награда: Обсуждаемо.]
Квесты ремесленников. Каждый из них.
Каге пролистал еще. Портновский заказ на платье. Каллиграф нужен для свадебных приглашений. Алхимик для варки конкретного оттенка лазурного красителя. Ювелир, художник, скульптор, парфюмер.
Доска была переполнена. Недели накопленных объявлений, наслоенных и проигнорированных.
Она не должна быть так забита.
Классы ремесленников были недоукомплектованы, конечно. Так было всегда, в каждой ММО. Барды, Писцы, Портные, Поэты, все творческие классы привлекали лишь часть базы игроков по сравнению с Воинами и Магами. Но Корона Судьбы работала уже несколько дней. Он видел Ремесленников в Оукхейвене. Он видел нескольких здесь, в Корросе, разбросанных среди прилавков Прогулки Уличных Артистов.
Так почему же эта доска была нетронутой?
Он уставился на кучу. Даты объявлений, если они были видны, варьировались от дня запуска игры до этого утра. Свежие запросы лежали поверх устаревших, все невостребованные.
Популяция ремесленников по-прежнему сконцентрирована в Оукхейвене. Это была одна из причин. Большинство из них прокачивались медленнее, чем боевые классы. Они все еще находились в стартовых зонах, оттачивая мастерство на манекенах и выполняя базовые заказы. Те, кто добрался до Корроса, вероятно, были слишком заняты продажей своих ранних изделий на Прогулке Уличных Артистов, чтобы проверять доски объявлений.
Но даже с учетом этого, объем был неверным. Эти квесты должны были быть разобраны. Легкое серебро, награды за статус, опыт профессии. Это был идеальный путь для любого Ремесленника с хоть каким-то мозгом.
— Простите.
Каге взглянул вправо. NPC в форме курьера, худой мужчина с испачканными чернилами пальцами и кожаной сумкой, набитой свернутыми пергаментами, подошел к доскам. Он двигался с эффективным ритмом человека, выполняющего девятую доставку за день. Он начал прикреплять новые объявления к полупустым боевым доскам, заменяя просроченные свежей бумагой. Два квеста по зачистке крыс. Еще одно сопровождение.
Затем он повернулся к шестой доске.
Курьер вздохнул. Глубоко, устало, откуда-то из-за грудины.
Он открыл сумку и достал толстую стопку новых поручений. На мгновение он просто стоял, держа их, уставившись на уже переполненную доску, как человек, размышляющий, куда поставить еще одну книгу на полку, которая прогибается посередине. Затем он приступил к работе. Приклеивая новые пергаменты поверх старых, вбивая кнопки через два и три слоя одновременно.
На полпути его взгляд скользнул к Каге. Курьер замер.
— О. — Он моргнул, оглядывая его с головы до ног. Не с театральным презрением Хванкса, а со спокойным удивлением человека, который перестал ожидать клиентов. — Наконец-то. — Он кивнул на доску. — Пожалуйста. Возьмите что-нибудь. Возьмите их все, если сможете. У меня заканчиваются кнопки.
Глаза Каге сузились. — Почему никто их не берет?
Курьер вбил кнопку в поручение для портретиста, качая головой. — Требования к статусу. Большинство из них исходят от известных домов, гильдий, учреждений. Они хотят гарантий. Репутации. Новички, хлынувшие сюда, храбрые, как они есть, — это... — Он искал дипломатическое слово. — Непримечательные. Непроверенные. У покровителей есть... пороги, и искатели приключений им не соответствуют.
Ворота известности.
Осознание щелкнуло.
Эти квесты были заблокированы требованиями к известности. А классы ремесленников, по замыслу, вероятно, должны были легче фармить известность, чем боевые классы. Выступления, публичные поручения, гражданские вклады. Они строили репутацию через видимость и социальное взаимодействие, в то время как Воины строили ее через количество убитых монстров и зачистки подземелий.
Система ожидала, что Ремесленники прибудут в Коррос с минимальной уже сложившейся репутацией. Квесты были откалиброваны под это предположение. Но поскольку игре было четыре дня, и большинство Ремесленников все еще находились в стартовых зонах, учась, за какой конец держать кисть, доска задыхалась от собственного предложения.
Интересный дизайн. Ужасное время.
— Какие из этих, — сказал Каге, — помогли бы мне получить Жетон Покровителя?
Рука курьера замерла на полпути к кнопке.
Он медленно повернулся. Изучал Каге с новым вниманием. Его глаза двигались от серого, непримечательного лица к разрушенному жилету, к матово-черному клинку на бедре, и какой бы расчет он ни проводил за этими испачканными чернилами пальцами, он оказался неполным.
— Жетон Покровителя? — Голос курьера стал ровным. — Я бы лично отказался от этой идеи, друг. Простолюдинам требуются годы, чтобы заработать его. Дворянство Корроса не раздает поручительства незнакомцам. Это требует постоянной службы, социального капитала, художественных заслуг, оцениваемых по множеству поручений. Вам нужно было бы...
— Какие?
Курьер выдохнул. Вздох человека, который узнал упрямство, когда оно стояло перед ним в жилете с тремя единицами прочности.
— Даже на этой доске, — сказал он, поворачиваясь обратно к массе пергаментов, — есть, возможно, два, может быть, три объявления, которые позволили бы вам хотя бы встретиться с тем, кто имеет право выдать жетон. — Его пальцы двигались сквозь слои с отработанной эффективностью, отгибая листы, сканируя заголовки, которые другие игроки никогда бы не увидели. — Есть поручение от Золотого Стана, гильдии портных. Их покровитель, Лорд Эшмор, может выдать один жетон. Но это требует специализации класса Ткач.
Он отложил его в сторону.
— Есть также реставрация металлоизделий для Церкви Безмолвного Аккорда. Отец Моррен имеет связи — один жетон — но... — Он взглянул на Каге. — Кузнец?
— Поэт.
Выражение лица курьера претерпело небольшой, контролируемый коллапс. Он осторожно заменил второе объявление.
— Поэт, — повторил он, тоном врача, читающего диагноз. Его пальцы углубились в кучу, ближе к самому дну доски, где хранились самые старые объявления. Он нашел то, что искал, и вытащил.
Пергамент отделился с небольшим каскадом других объявлений, которые были прикреплены поверх него. Он был тяжелее остальных. Плотнее бумага. Чернила были глубокого, авторитетного черного цвета, и восковая печать, треснувшая, но все еще разборчивая, была вдавлена в нижний угол. Символ железной башни.
— К несчастью для вас, — сказал курьер, протягивая его, — единственное оставшееся объявление, подходящее для вашего класса, исходит от одного из самых высокопоставленных дворян города. — Он встретился взглядом с Каге. — Железная Матриарх. Леди Вейн. Она... она может выдать три жетона.
Каге взял пергамент.
— Удачи, — сказал курьер. Слова несли точный вес человека, бросающего монету в колодец желаний для чужого желания. Он вернулся к своей работе, уже отбрасывая взаимодействие.
Каге кивнул. Небольшой наклон головы, который в его словаре считался благодарностью.
Он прочитал.
ЧАСТНОЕ ПОРУЧЕНИЕ
Дом Вейн ищет Поэта с репутацией.
Мне нужен архитектор языка. Задание требует осмотрительности. Стандарт — абсолютное совершенство.
Если ваши слова имеют вес, представьтесь в поместье Вейн, Дворянская Променада. Если нет, избавьте нас обоих от разочарования.
— Леди Элара Вейн
Что-то запульсировало. Маленькое. За его ребрами.
Он снова прочитал имя.
Элара.
Оператор пометил это: совпадение. Распространенное имя. Конвенции именования NPC, взятые из исторических баз данных.
Двигайся дальше.
Каге сложил пергамент и сунул его в инвентарь. Система звякнула.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поручение Принято: Частное Поручение (Дом Вейн)
Предварительное Условие: Встретиться с Леди Эларой Вейн в поместье Вейн, Дворянская Променада.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он повернул на юг, к Золотой Площади. Семь минут до Аукционного Дома. Пять, если срезать через Квартал Ремесленников.
Он срезал через Квартал Ремесленников.
Ритмичный лязг из кузницы, которую местные называли Хроматической, затих позади него, когда он вошел в широкий бульвар, уставленный магазинами красителей и аптеками. Ряд Красильщиков оправдывал свое название. Булыжники были навсегда окрашены всеми цветами, которые предлагал видимый спектр, и некоторыми, которые, вероятно, нет.
Группа из четырех игроков пробежала мимо него в противоположном направлении, их лидер группы кричал через плечо.
— Я говорю тебе, вход в подземелье появился у северных ворот, а не у восточных—
— Бро, я буквально смотрел видео—
— Я! Сказал тебе, что расположение меняется!
Они исчезли за углом, их спор растворился в шуме толпы.
Каге шел.
Сорок две Руды Мнемозины.
Вопрос крутился с плато. Теперь, приближаясь к Аукционному Дому, ему нужен был ответ.
Чего она стоит?
В теории, много. Руда Мнемозины была редкой, тяжелой и добывалась в зоне, до которой большинство игроков не доберутся еще неделю. «Сплавы для сохранения памяти». Это означало крафтовое применение. Броня, которая помнила свое неповрежденное состояние, возможно. Оружие, которое восстанавливало свою самую острую грань. Возможности были значительными, и строка характеристик «Руда, которая отказывается забыть свою первоначальную форму» практически кричала о реагенте для крафта высокого уровня.
Но теория и рыночная реальность были разными животными.
Вероятно, на рынке ее не будет. Он, скорее всего, был единственным игроком, кто добыл ее. Единственное в своем роде предложение. В большинстве игр это означало, что он мог устанавливать цену. Называть свою цифру. Преимущество первого хода.
За исключением того, что материалы — это не экипировка.
Оружие или предмет брони говорили сами за себя. Характеристики, эффекты, требования по уровню. Любой игрок мог посмотреть на цифры и сделать обоснованную ставку. Наплечники, которые он продал в Оукхейвене, разошлись, потому что покупатели могли прочитать подсказку и немедленно понять ценность.
Материалы отличались. Материалы были потенциалом. Крафтеру нужно было посмотреть на Руду Мнемозины и подумать: у меня есть рецепт, который использует это. Я знаю, что из этого получится. Без этой связи руда была просто тяжелыми камнями с описанием.
И мета крафта была четырехдневной давности.
Ни у кого еще не было схем для сплавов Мнемозины. Кузнецы все еще делали... он даже не знал что. Обычные железные мечи? Теоретики все еще составляли базовые деревья материалов. Реальная ценность руды существовала где-то в будущем, через несколько недель, когда какой-нибудь предприимчивый гильдейский крафтер разблокирует Редкий рецепт, требующий «сплава для сохранения памяти», и осознает, что все предложение уже было куплено и обработано.
Если я устанавливаю цену «Купить сейчас», я гадаю вслепую. Слишком высоко — будет лежать вечно. Слишком низко — я ликвидирую будущее состояние за копейки.
Если я устанавливаю ставку, та же проблема. Низкий начальный интерес. Три, может быть, четыре ставки от спекулянтов, покупающих по минимальной цене. Руда продается за долю своей конечной стоимости, и через несколько недель какой-нибудь крафтер перепродает ее в десять раз дороже.
Умный ход — держать. Ждать, пока мета крафта созреет. Позволить спросу догнать предложение.
Но удержание означало мертвые слоты инвентаря. Двадцать четыре из них, в обоих пространственных мешочках, занятые камнями. Камни, которые не приносили никакого дохода, пока лежали в его сумках.
И мне нужно золото сейчас. Нагрудник. Слот для головы. Расходники. Поручение Леди Вейн может потребовать презентабельности, а я сейчас выгляжу так, будто проиграл схватку с компостной кучей.
Он взвешивал варианты, когда бульвар открылся в Золотую Площадь.
Площадь ударила его, как стена.
Шум. Цвет. Люди. Интерфейс Синестезии жужжал на границах его восприятия, переводя экономический хаос в вибрацию, которая оседала за его зубами. Сотни игроков заполняли открытое пространство, некоторые в сияющих доспехах, другие в той же разномастной стартовой экипировке, что и он, все они вращались вокруг массивного амфитеатра в сердце площади.
Большой Театр.
Он был точно таким, как рекламировалось. Широкий каменный амфитеатр, открытый небу, его многоярусные сиденья заполнены игроками, наблюдающими за выступлением аукционистов на центральной сцене. Рыночные цены висели в воздухе над сооружением, строки золотого текста прокручивались, как голографические ноты. Цифры, названия предметов, ценовые тенденции — все это дрейфовало медленными дугами в свете позднего дня.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Доска Железного Дерева x20 - Текущая Ставка: 4 Серебра 30 Медных
Малое Целебное Сальва x5 - Купить Сейчас: 8 Серебра
Бронзовый Длинный Меч Кабана - Текущая Ставка: 1 Золотой 15 Серебра
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оверлей Синестезии превращал все это в ощущения. Дешевые предметы ощущались тонкими, невесомыми в его периферийном зрении, как папиросная бумага. Дорогие притягивали его взгляд гравитационной тяжестью, которая заставляла его глаза задерживаться.
На Прогулке Уличных Артистов, фланкирующей театр, игроки застыли в своих позах продавцов, скульптурный сад из разношерстных клоунских костюмов и обнадеживающих ценников. Один игрок, воин в полных железных латах, выбрал героическую позу «скрещенные руки» для своего AFK-магазина. Его вывеска гласила: «Товары ВольфФанга — Волчьи Шкуры по 50с за штуку, НЕ ТОРГОВАТЬСЯ, Я ЗНАЮ, ЧТО У МЕНЯ ЕСТЬ».
Пятьдесят серебра за волчьи шкуры. На четвертый день.
Низкоуровневые шкуры станут мусором для торговцев к шестому или седьмому дню.
Но это была не его проблема.
Каге посмотрел на Большой Театр, на золотые цифры, плывущие над головой, на ревущую экономику мира, который все еще искал свои цены.
Продавать то, что могу оценить. Держать то, что не могу.
Он поднялся по ступеням.
Интерьер Большого Театра был даже громче, чем площадь.
Каменные ряды скамеек спускались к центральной сцене, где пара NPC-аукционистов исполняла свои обязанности с театральным размахом. Одна, крупная женщина в шляпе с перьями, в середине презентации железных наручей, ее голос поднимался и опускался, словно она рассказывала оперу. Золотой тикер цен, висящий над сценой, отслеживал ставки в реальном времени, цифры ползли вверх скачкообразно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Наручи Железного Авангарда - Текущая Ставка: 2 Золотых 10 Серебряных - 3 Активных Участника
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Места были заполнены, может быть, на треть. Игроки наблюдали за живыми аукционами или склонялись над светящимися консольными терминалами, встроенными в подлокотники, безмолвно просматривая каталог рынка. Низкий гул сотни параллельных разговоров заполнял промежутки между громогласными объявлениями аукциониста.
Каге нашел свободный терминал у заднего ряда и сел.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Добро пожаловать на Рынок Большого Театра - Филиал Коррос.
Уведомление: У вас есть существующий профиль продавца, зарегистрированный на Оукхейвенской Бирже. Удаленный доступ ограничен зоной. Вы хотите зарегистрировать новый профиль для Торговой Сети Корроса?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Конечно.
Он быстро прошел регистрацию. Процесс занял тридцать секунд и ощущался как тридцать минут. Бюрократия, по-видимому, превосходила реальность.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Регистрация завершена. Добро пожаловать в Торговую Сеть Корроса, Каге.
Уровень Продавца: Алмаз (перенесен с Оукхейвенской Биржи). Комиссия за размещение: 1% от цены продажи. Максимальное количество одновременных объявлений: 100. Ваши объявления будут выделены по умолчанию.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Один процент? Каге замер, ожидая стандартного процента налога. Затем логика щелкнула. Он переместил 165 золотых за одну транзакцию в Оукхейвене. Он, вероятно, был самым крупным продавцом за всю историю игры.
Он открыл интерфейс поиска. Полупрозрачная панель расцвела перед ним, фильтры расположены в аккуратных столбцах. Он набрал:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поиск: «Руда Мнемозины»
Результаты: 0
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ожидаемо. Он расширил поиск.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поиск: Материал - Ключевое слово: «Память»
Результаты: 0
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Поиск: Материал - Ключевое слово: «Мнемозина»
Результаты: 0
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ноль по всем трем. Ни одной единицы руды не было на рынке. Он, насколько это касалось экономики, был единственным поставщиком на рынке без покупателей.
Поздравляю. Вы захватили рынок, которого еще не существует.
Прежде чем перейти к снаряжению, Каге свернул игровой интерфейс и вызвал внешний оверлей браузера. Привычная стерильная белизна Шлюза VerseEx заменила теплые деревянные тона аукционного дома.
Он перешел к обменным курсам.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Текущий Курс: 1 Золото = $215.40 USD
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на цифру. Вчера это было почти $470. Днем раньше — более $550.
Кривая резко корректировалась.
Он вызвал вкладку анализа рынка. Графики рисовали ясную картину. Начальная «Золотая Лихорадка» — где каждая медная монета была борьбой, а киты платили премию за базовую ликвидность — заканчивалась. Первая волна хардкорных игроков достигла крупных городов. Они выполняли квесты, которые давали золото вместо меди. Они продавали высокоуровневый мусорный лут.
Предложение наводняло рынок. Пришла инфляция.
Окно закрывается, отметил Оператор. Эра легких денег закончилась.
Он снова сосредоточился на терминале. Давление вернулось, низкий гул за глазами. Ему нужно было снаряжение, чтобы проходить контент, до которого никто другой не мог дотянуться. Ему нужно было опережать кривую инфляции.
Он закрыл поиск материалов. Руда осталась в его сумках. Сорок две единицы мертвого груза, ждущие дня, когда глаза какого-нибудь ремесленника расширятся при виде экрана рецепта.
Двое игроков в ряду впереди спорили, голоса разносились в акустике амфитеатра.
— Я тебе говорю, Шпиль покупает реагенты напрямую. Мой согильдиец продал стопку Резонансной Пыли какому-то NPC-исследователю на третьем этаже. Без платы за размещение, без аукциона. По фиксированной ставке.
— Башня Музы? Это только для магических компонентов, идиот. Твоему приятелю повезло, потому что Резонансная Пыль имеет магический тег.
— У всего есть магический тег, если хорошенько поискать.
— Это буквально не так работает.
Шпиль Музы.
Каге запомнил это. Башня Магов покупала материалы напрямую. Без аукционной комиссии. Если Руда Мнемозины квалифицировалась как реагент, близкий к магии, а «сплав для сохранения памяти», безусловно, звучал как что-то, от чего NPC-исследователь Магов будет истекать слюной…
Позже. Сначала снаряжение.
Он вызвал каталог экипировки и установил фильтры.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Слот: Грудь | Сортировка: Уровень (По убыванию), Редкость (По убыванию)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Результаты загрузились. Он прокрутил.
Ни одного Уникального предмета. Ни одного. Через четыре дня после запуска, горстка игроков, которые нашли Уникальное снаряжение, носила его, а не продавала, как он. Первые объявления были Редкими, и даже они были редкими. Несколько записей с синей рамкой сидели наверху.
[Нагрудник Железного Авангарда - Редкое - Ур 20]
Требуется: 25 силы, 35 выносливость.
Купить сейчас: 48 Золотых.
[Бригантина, Расшитая Тенью - Редкое - Ур 20]
Требуется: 40 ловкость, 18 силы.
Купить сейчас: 38 Золотых.
[Мантия Громовержца, Сшитая Нитью - Редкое - Ур 20]
Требуется: 60 интеллект.
Купить сейчас: 42 Золотых.
Редкие предметы 20-го уровня. Передовой край текущей экономики. Снаряжение для лидеров, по цене для кошельков лидеров. Приобретения, финансируемые гильдиями. Спонсируемые стримеры. Игроки, которые гриндили по шестнадцать часов в день с момента запуска и объединяли ресурсы.
Он проверил свой баланс.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Текущие Средства: 13 Золотых, 22 Серебра, 44 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Даже не треть самого дешевого предмета.
И даже если бы он мог себе их позволить, он не смог бы их носить. Двадцать пять Силы? Шестьдесят Интеллекта? У него было двадцать четыре Силы и пятнадцать Интеллекта. Это были предметы, созданные для специалистов. Танков, накапливающих Силу и Выносливость. Чистых магов, вкачивающих Интеллект. Разбойников, балансирующих Ловкость и Силу в стандартном двустатовом распределении.
Билд Каге был… не таким.
Зависимость от нескольких атрибутов. Классическое проклятие гибридных классов. Его урон скалировался от Силы и его оружия. Его выживаемость скалировалась от… Ловкости. Он был достаточно хрупким, чтобы Выносливость была ошибкой округления. Его класс скалировался от Искусства. Минимум три характеристики, борющиеся за каждое очко при повышении уровня.
Каждое очко, которое он тратил на Искусство, а таких было большинство, было очком, которое не шло на выполнение требований к экипировке. С каждым уровнем разрыв между тем, что он должен носить, и тем, что он мог носить, немного увеличивался.
Уровень 22. Носит обычный нагрудник 8-го уровня, который пахнет мокрой собакой.
Он выдохнул через нос и сменил фильтр.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Слот: Грудь | Сортировка: Редкость (По убыванию) | Основная Характеристика: Искусство
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Результаты изменились. Военные боевые записи исчезли, их заменил более тонкий список. Снаряжение ремесленников. Робы ремесленников. Выступленческие наряды. Такие предметы, мимо которых воины и маги пролистывали, не задумываясь.
И цены резко упали.
Редкий предмет 18-го уровня сидел наверху.
[Вышитый Длинный Плащ Маэстро]
Качество: Редкое (Синее)
Тип: Тканевая Броня для Груди
Броня: +15
Искусство (ИСК): +20
Требования: Уровень 18, 50 ИСК
Пассивный Эффект: Изысканное Присутствие - +10% к расположению NPC в цивилизованных поселениях.
Описание: Сшитый на заказ длинный плащ из глубокого индигового шелка, прошитый серебряной филигранью, которая ловит свет. Предназначен для концертных залов и дворянских дворов, хотя предлагает скромную защиту от менее придирчивых критиков.
Купить сейчас: 7 Золотых 50 Серебра.
Семь золотых пятьдесят за Редкий предмет. Боевые Редкие предметы продавались в пять-шесть раз дороже.
Никто не хотел снаряжение Искусства. Эта характеристика была загадкой для большинства игроков. Ремесленники, которым она была нужна, все еще были в однозначных числах, гриндили рецепты Подмастерьев и носили любой обычный фартук, выпавший из их учебных квестов. Горстка Бардов, ремесленников и артистов, которые могли бы извлечь выгоду, составляли крошечную часть базы игроков, и большинство из них еще не достигли 18-го уровня.
Предложение встречает нулевой спрос.
Но для Каге +20 Искусства было не удобством для крафта. Это было +20 к его основной характеристике ресурса. Больше Авена. Больше регенерации Авена. Большая мощь каждого Стиха, который он кастовал. И благодаря Поэтическому Духу, каждая капля теоретической регенерации маны, которую обычно давали эти предметы, все равно конвертировалась в Авен.
Пассивка Изысканное Присутствие была бонусом. +10% к расположению NPC в поселениях. Если поручение Леди Вейн было чем-то вроде того, на что намекали поручение и курьер — высококлассное, требующее представления дворянству, то выглядеть соответствующе могло иметь значение.
Он переключился на слот головы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Слот: Голова | Сортировка: Редкость (По убыванию) | Основная Характеристика: Искусство
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Выбор стал тоньше. Он пролистал несколько повязок, пока его внимание не привлек Необычный предмет.
[Берет Виртуоза с Пером]
Качество: Необычное (Зеленое)
Тип: Тканевая Броня для Головы
Броня: +8
Искусство (ИСК): +8
Ловкость: +2
Требования: Уровень 19, 20 ИСК
Пассивный Эффект: Расцвет Артиста - Небольшой визуальный эффект добавляется к следам экипированного оружия.
Описание: Мягкий, широкополый берет из темно-малинового бархата, украшенный одним вороньим пером. Предпочитается бродячими менестрелями, которые считают, что внешний вид — это первый стих любого выступления.
Купить сейчас: 1 Золотой 40 Серебра.
Расцвет Артиста был косметической мелочью, но +8 Искусства и +2 Ловкости в слоте для головы были солидными. А берет был 19-го уровня.
Малиновый берет с вороньим пером. Индиговый длинный плащ с серебряной нитью. Костяные наголенники. Серые кожаные ботинки из пепла. Перевязанные бинтами руки.
Он замер. Одна лишь цветовая палитра была военным преступлением.
Это неважно. Важны характеристики. Леди Вейн хочет Поэта, а не модель.
Хотя.
То, как говорил курьер. Фраза в уведомлении о поручении. «Если ваши слова имеют вес, представьтесь». Акцент на презентации. Это была знатная покровительница в городе, который буквально судил преступления на основе эстетики. Город, где стражники были искусствоведами.
Она будет смотреть на меня.
Он снова посмотрел на цены. Семь пятьдесят за плащ. Сто сорок за берет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Всего: 8 Золотых, 90 Серебра
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оставляя ему четыре золотых и мелочь. Впритык. Но функционально.
Он выбрал оба предмета и подтвердил.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Покупка Подтверждена: Вышитый Длинный Плащ Маэстро - 7 Золотых 50 Серебра
Покупка Подтверждена: Берет Виртуоза с Пером - 1 Золотой 40 Серебра
Оставшиеся Средства: 4 Золотых, 32 Серебра, 44 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Предметы материализовались в его инвентаре в виде маленьких, сложенных иконок. Он немедленно экипировал их, перетащив каждый в свой слот. Жилет, пахнущий мокрой собакой, исчез, его заменил вес шелка, опустившийся на его плечи. Берет появился на его голове, слегка наклоненный.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Экипировано: Вышитый Длинный Плащ Маэстро
Экипировано: Берет Виртуоза с Пером
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Новая строка текста кратко пульсировала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Активен: Изысканное Присутствие - Расположение NPC +10% в цивилизованных поселениях.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его Искусство подскочило. Оверлей Синестезии задрожал, а затем сфокусировался, золотые тикеры цен над сценой приобрели текстуру, окружающий шум театра разложился на отдельные слои. Больше данных, обрабатываемых быстрее.
+28 Искусства от двух предметов. Всего искусства теперь 112.
Он взглянул на Стеганый Жилет Охотника, теперь лежащий в его инвентаре. Он был отвратителен, низкоуровневый и слегка пах болотной водой. Большинство игроков удалили бы его, чтобы сэкономить место в сумке.
Каге перетащил его во вкладку «Продать».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Цена Выставления: 5 Серебра
Подтвердить?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он нажал «да». Кто-то, где-то, отчаянно нуждался в +12 Брони, чтобы заплатить пять серебряных. Или, возможно, у них просто был плохой вкус.
Ничего не тратить впустую, подумал он. Ликвидность есть ликвидность.
Он закрыл терминал и встал со скамьи.
Аукционисты все еще выступали. Двое игроков впереди перешли от спора о Башне Магов к обсуждению, работает ли встроенная провокация щита на нейтральных NPC. Он прошел мимо них и поднялся к выходу из театра, лавируя между входящими игроками, которые все еще таращились на плавающие тикеры цен.
Золотая Площадь поглотила его обратно в свой поток пешеходов. Каге вызвал оверлей карты города и проложил маршрут от своего местоположения к Дворянской Променаде, где ждало поместье Вейн.
Маршрут вел его на северо-восток, мимо Прогулки Уличных Артистов, через колоннадную аркаду, соединяющую Золотую Площадь с верхними жилыми районами. Он следовал по мозаичной плитке, позволяя маркеру карты вести его.
Коррос поздним днем был городом, выступающим для себя самого. Люма-Орбы начинали нагреваться, их свечение менялось от дневного белого к янтарно-золотому раннего вечера. Барды играли на углах улиц, их музыка наслаивалась в диссонирующий коллаж. Группа игроков образовала конга-линию у Свода Сохранения. Ролевик в полных латах стоял на коленях перед растерянным NPC-флористом, громко предлагая брак.
Каге проходил через все это, не замедляясь. Пассивка Изысканное Присутствие и его более… привлекательная эстетика действовали тонко. NPC-торговцы, мимо которых он проходил, косились на него с меньшим подозрением. Уличный торговец даже кивнул ему. Было ли это эффектом статов или просто тем, что он стал выглядеть менее похоже на нищего беженца, результат был тот же.
Аркада открылась в более широкий бульвар, его здания стали выше, узоры плитки сложнее. Дворянская Променада. Архитектура здесь сбросила богемный хаос нижних районов и приняла нечто более обдуманное. Чистые линии. Кованые серебряные балконы. Сады, видимые сквозь железные ворота.
Он проходил мимо витрины магазина с окном во всю длину, когда поймал свое отражение.
Он остановился.
Фигура в стекле выглядела как записка о выкупе, составленная из трех разных журналов.
Индиговый длинный плащ был элегантен. Темный шелк, серебряная нить, чистый силуэт, сужающийся на талии. Над ним малиновый берет сидел под лихим углом, его воронье перо изогнуто дерзко над одним ухом. Глубокий синий и ярко-красный. Масло и вода.
Ниже плаща торчали Костяные Наголенники Скитальца. Бледные хитиновые пластины поверх грубых кожаных ремней, насекомоподобные и утилитарные, органическая текстура контрастировала с пошитой тканью сверху. А под ними — Поступь Пепельной Дюны, серо-белые кожаные ботинки, которые выглядели так, словно были найдены в совершенно другой игре.
Его руки были обернуты Звуковыми Бинтами. Боевые бинты. На костюме барда.
И у его бедра Мумьё. Черный как пустота короткий меч с багровой жилкой, излучающий тихую злобу, которая заставляла шелковый плащ выглядеть так, словно он носит паразита.
По отдельности каждая вещь была хороша. Некоторые даже поразительны. Вместе они выглядели как костюм, собранный во время пожара.
Я выгляжу как дальтоник, театральный ребенок, который ограбил охотника.
Он снова вызвал карту города. Поискал услуги. Портной. Косметика. Краситель.
Маркер появился в трех кварталах к югу.
[Хроматическая Нить - Окрашивание и Восстановление Одежды]
Он повернулся и пошел.
Хроматическая Нить занимала узкий фасад магазина, зажатый между магазином свечей и студией каллиграфа. Вывеска над дверью была нарисована вручную дюжиной перекрывающихся цветов, каждая буква разного оттенка. Рулоны окрашенной ткани висели в окне, как флаги.
Колокольчик звякнул, когда он толкнул дверь.
Интерьер был маленьким и плотным, каждая поверхность задрапирована образцами тканей. Катушки ниток всех возможных цветов выстилали стены от пола до потолка. Воздух пах уксусом и толчеными ягодами, острый и органический. Массивная чан с чем-то глубоко фиолетовым тихо бурлил в дальнем углу.
За прилавком стояла жилистая эльфийка с коротко остриженными лавандовыми волосами, мерная лента висела на шее, а очки-половинки сидели на носу, который, казалось, был создан для того, чтобы смотреть на людей сверху вниз. Она изучала образец ткани на свет, когда зазвонил колокольчик.
Она повернулась.
Ее очки сползли на полдюйма.
Ее взгляд начался с малинового берета. Прошелся по индиговому плащу. Продолжился к костяно-белым хитиновым ногам. Остановился на пепельно-серых ботинках. Вернулся к боевым бинтам. Наконец, остановился на черном как пустота мече, источающем злобу у его бедра.
Тишина наполнила магазин.
— Абсолютно нет, — сказала она.
Неймплейт над головой эльфийки гласил:
[Миретиэль Ваэль - Мастер Красильщик, Хроматическая Нить]
Она вышла из-за прилавка. Каге понял, что она загораживает дверь.
— Ты не уходишь, — сказала Миретиэль. Она полностью сняла очки и двумя пальцами прижала переносицу. — Я создавала репутацию в этом районе сорок лет. Три десятилетия я поддерживала визуальные стандарты Дворянской Променады. Я одевала эрцгерцогов для коронационных балов. Я готовила саваны для королей.
Она снова надела очки и уставилась на него с холодной интенсивностью хирурга, оценивающего сортировку.
— Ты пять разных нарядов, сшитых из злобы. Ты сядешь в это кресло, и мы это исправим, а затем ты уйдешь. С достоинством.
Каге посмотрел на кресло. Это был простой деревянный табурет возле зеркала для примерки.
Она держит меня в заложниках из-за теории цвета.
Он сел.
Миретиэль кружила вокруг него, как хищник, оценивающий раненую добычу. Она достала тонкий кусочек угля и делала отметки на обрывке пергамента, бормоча расчеты.
— Шелк, хитин, полая костяная кожа, боевой лен и зачарованная пустотная сталь, — перечислила она, каждое слово более отвратительное, чем предыдущее. — Пять принципиально несовместимых материальных профилей. Ты одевался в темноте? В горящем шкафу?
— На рынке, — сказал Каге. — Двадцать минут назад.
— Это объясняет берет. — Она постучала по малиновому чудовищу на его голове. — Этот оттенок красного конфликтует со всем ниже твоей челюсти. Индиго в плаще холодит. Красный греет. Твои глаза не знают, куда смотреть, поэтому они сдаются. А костяные наголенники? — Она присела, постучав по хитиновой пластине. — Не совсем белый органический материал под насыщенным шелком. Ты выглядишь как сороконожка в банном халате.
Каге ничего не сказал. Она была права.
— Какова цель? — Миретиэль встала, скрестив руки. — Как ты хочешь выглядеть?
Он задумался над вопросом. Ему предстояло войти в поместье знатного человека, чтобы продать свои услуги Поэта.
— Достоверно, — сказал он.
— Достоверно. — Она повторила слово, как будто оно лично оскорбило ее родословную. Затем она посмотрела на Мумьё. Черный как пустота клинок с багровой жилкой. Ее выражение лица изменилось.
Она читала его оружие как образец цвета.
— Угольная основа, — сказала она. Не ему. Пергаменту. — Глубокий. Почти черный, но с теплым подтоном. Дополнить изменчивость клинка приглушенным контролем. — Она взглянула на его темно-серые глаза. — Винные акценты. Темный бургунди. Не тот кричащий вишневый на твоей голове. Что-то, что шепчет.
— Мне не нужно, чтобы он шептал. Мне нужно, чтобы он держался.
— Если он держится, он шепчет. Так работает одежда. — Она уже доставала с полок горшки с красками. — Куртка — этот цвет хорошо обесцвечивается. Шелк прекрасно принимает угольный цвет. Шерсть берета принимает бургунди без подтеков. Кость — это проблема.
— Кость?
— Кость органическая. Пористая. Хитин тем более. — Она постучала по наголеннику Скитальца. — Он впитает краску, но покрытие будет матовым. Плоско на фоне блеска шелка. Будет текстурный разрыв. — Она нахмурилась. — Приемлемо, но не идеально. Но ботинки—
Она снова присела, поворачивая Поступь Пепельной Дюны в руках.
— Они зачарованы, — сказала она. — Хорошее зачарование. Отличное, на самом деле. Но поверхность — это обработанная кожа из полой кости. Бело-серая. Рисунок зерна кричит «выживание в пустыне». Она не подходит к пошитому шелку.
— Тогда покрась их.
— Покраска только меняет цвет. Материал по-прежнему выглядит как что-то найденное. Текстура кожи слишком грубая, швы слишком широкие. У тебя будет угольный наряд с рабочими ботинками такого же цвета. Это как надеть попону на боевого коня и назвать это чепраком.
Она встала. Подошла к задней полке. Вернулась, держа узкий рулон тонкой, податливой кожи, почти черной. У нее был слабый рисунок зерна, плотный и равномерный.
— Ламинат из козьей кожи, — сказала она. — Я приклеиваю его к существующему ботинку алхимическим клеем. Это создает вторичную поверхность, достаточно тонкую, чтобы сохранить контакт зачарования с носителем, но полностью меняет визуальный профиль. Новая текстура, новая отделка, прекрасно принимает краску. — Она развернула полоску и приложила к наголеннику. — Видишь? Зерно связывает хитин и плащ. Оно объединяет нижнюю половину.
Каге посмотрел на полоску, затем на свои ботинки, затем на ламинат.
Она переделывает мои ботинки. Как косметическое наложение.
— Сколько за полную работу?
— Комплект угольного красителя для четырех предметов, бургунди акцент и ламинация ботинок... — Миретиэль постучала угольным карандашом по губам. — Два золотых. Фиксировано.
Каге открыл инвентарь. Два золотых материализовались на прилавке.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-2 Золотых
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Миретиэль смахнула монеты и указала на табурет.
— Не двигайся.
Она работала быстро.
Чаны с красителем в задней комнате бурлили различными составами. Длинный плащ пошел первым, его окунули в почти черную ванну и взбалтывали деревянными лопатками, пока индиго не вытекло, а угольный цвет не осел в плетении шелка. За ним последовал берет, его агрессивный малиновый утонул в глубоком бургунди, который выглядел как вино, поднесенное к свету огня. Она окрасила хитиновые наголенники кистью, втирая темный оттенок в открытые поры кости отработанными, преднамеренными движениями.
Больше всего времени заняли ботинки. Она обрезала ламинат из козьей кожи изогнутым лезвием, приклеивая полоску за полоской едкой алхимической пастой, которая схватывалась при контакте. Результат наложил темную, плотнозернистую кожу на оригинальную поверхность. После окрашивания ламината в цвет угольной основы ботинки выглядели так, словно были созданы вместе с плащом.
Бинты заняли тридцать секунд. Она бросила их в угольный чан, отжала и бросила обратно.
— Готово.
Каге встал перед зеркалом для примерки.
Фигура, смотрящая на него в ответ, была... цельной.
Длинный плащ ниспадал чистыми линиями глубокого угольного цвета, его серебряная нить теперь ловила свет, как тонкие прожилки на темном камне. Берет сидел низко, его бургунди был приглушенным теплом, которое притягивало взгляд к воротнику плаща, не крича о внимании. Внизу окрашенные наголенники выглядели преднамеренно. Темная матовая костяная броня, функциональная, воинственная. Ботинки преобразились. Ламинат стер эстетику выживания в пустыне и заменил ее чем-то острым и унифицированным. Даже боевые бинты, теперь темно-угольного цвета, выглядели преднамеренными, а не импровизированными.
А у его бедра Мумьё. Черный как пустота короткий меч с багровой жилкой, излучающий тихую злобу, который выглядел как центральный элемент, вокруг которого был построен весь наряд.
Впервые с момента создания персонажа я не выглядел как беженец.
Системное уведомление мелькнуло на краю его зрения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Визуальный Бонус Когезии: +5% к результатам Социального Взаимодействия с NPC. Длительность: Пока сохраняется целостность наряда.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Есть характеристика для того, чтобы выглядеть собранно. Конечно, есть.
— Приемлемо, — сказала Миретиэль. Высшая похвала, на которую она, казалось, была структурно способна. Она начала чистить свои инструменты, затем замерла. — Из любопытства. Этот ваш клинок.
Каге взглянул на нее.
— Багровая жилка. То, как сталь поглощает свет. — Она наклонила голову. — Я никогда не видела такого хроматического поведения в материале. Это не краска. Это не зачарованный пигмент. Цвет является неотъемлемой частью структуры. Как будто сам металл решил кровоточить.
— Так и есть.
— Хм. — Она поставила кисть в стакан с чистящим раствором и наблюдала, как темная вода расцветает. — Я спрашиваю потому, что разрабатываю новую линию. Премиальные хроматические красители. Те, которые связываются с матрицами зачарования, а не просто ложатся на поверхность материала. Цвета, которые меняются в зависимости от состояния носителя, которые углубляются при активации зачарования, которые дышат.
Вот оно.
Каге узнал ритм. Пауза NPC. Тоскливый взгляд. Упоминание неизвестного ингредиента. Он слышал этот каденс тысячу раз в дюжине разных игр. Квестовый крючок, свисающий, как червяк на леске.
Он клюнул.
— В чем проблема?
Выражение лица Миретиэль изменилось. Что-то почти уязвимое промелькнуло на ее чертах, затем исчезло за профессиональным самообладанием.
— Базовый реагент. Лепестки Призматического Сумрачного Цвета. Они растут в Зеленом Пределе, к востоку от города. Красивые вещи. Светящиеся. Пигмент, который они производят, не имеет себе равных. — Она замолчала. — Но они... капризные.
— Капризные как?
— Они цветут только в сумеречные часы. От заката до рассвета. И они хрупкие существа восприятия. Они не откроются тупому глазу. — Она многозначительно посмотрела на него. — Искатели приключений сотнями бродят по Пределу, охотясь на кабанов и собирая полевые цветы, и проходят прямо мимо них. Цветы просто невидимы для тех, кто не может по-настоящему видеть.
Видимость, ограниченная Искусством.
— Есть и еще, — продолжила Миретиэль. — Даже для тех, у кого есть зрение, цветы пугливы. Они растут в тихих местах между старыми деревьями. Если рядом с ними вспыхивает насилие, они закрываются и вянут. Двадцать метров — это порог. Каждый дерущийся искатель приключений, который размахивает мечом поблизости, убивает месяц роста в одно мгновение. — Она вздохнула. — Я сама собирала их десятилетия назад. В наши дни Предел кишит мечниками, жаждущими опыта. Старые рощи никогда не остаются тихими достаточно долго.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест Начался: Хроматическая Нить - Палитра Мастера
Ранг: Редкий
Цель: Собрать 10 Призматических Лепестков Сумрачного Цвета из сумеречных рощ Зеленого Предела.
Награда: Доступ к Премиум Красителям (Хроматическая Нить), Репутация: Миретиэль Ваэль, ???
Примечание: Цветы чувствительны к восприятию (иск 50+) и экологически хрупки. Запрещен бой в радиусе 20м от мест цветения.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге дважды прочитал уведомление.
Редкий ранг. Открывается в магазине крупного города. Никто не выполнил.
Он уже знал почему. Один только порог Искусства отсеял бы девяносто девять процентов базы игроков. Но даже среди горстки ремесленников и ролевиков, которые преодолели пятидесятый уровень, ограничение «без боя в радиусе двадцати метров» в зоне гринда, забитой агрессивными мобами, превращало квест из сложного в практически невыполнимый.
Для большинства людей.
Известность, вероятно, также ограничивала предложение. Пятьсот — это невысоко, но выше, чем у большинства игроков будет через несколько недель после запуска.
— Я добуду твои лепестки, — сказал Каге.
Брови Миретиэль слегка поднялись. — Ты уверен, что можешь их увидеть?
— Я справлюсь.
Едва заметная улыбка. — Тогда я подготовлю чаны.
Дворянская Променада тянулась на север от Хроматической Нити коридором сдержанного богатства. Больше никаких уличных музыкантов. Больше никаких игроков в неоново-окрашенной одежде, делающих сальто с фонтанных бортиков. Пешеходный трафик здесь был тише, NPC одеты в многослойные изысканные наряды, а немногие игроки, бродящие по району, держались с отработанной позой или видимым замешательством.
Каге двигался сквозь это в ровном темпе, следуя маркеру карты к поместью Вейн. Игроки проходили мимо него, не оглядываясь. Пара NPC-дворянок взглянула на него и продолжила свой разговор.
Он снова был невидимым. Правильно невидимым.
Ворота поместья появились в конце тупика, обсаженного скульптурными изгородями. Кованое железо. Двенадцать футов высотой. Гребень на воротах был серебряным пером, скрещенным с шипастой розой, отпечатанным в круглой печати.
У ворот стоял человек. Высокий, тощий, в голубовато-сером костюме с латунными пуговицами, которые ловили свет позднего дня. Его волосы были белыми, зачесаны назад в строгий узел. Его осанка была настолько жесткой, что казалась структурной, а не биологической.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Алдрик - Старший Управляющий, Дом Вейн
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге остановился у ворот. Алдрик не говорил. Он просто смотрел.
Взгляд начался с берета и методично, с эффективностью каталогизации инвентаря, скользнул вниз. Плащ. Наголенники. Ботинки. Руки. Оружие. Обратно к лицу.
Тишина тянулась.
— Я здесь по поводу поручения, — сказал Каге. — Объявление Леди Вейн.
Глаза Алдрика сузились. Долевое смещение. Оценка.
— Поэт.
— Да.
Еще одна пауза. Взгляд Алдрика задержался на угольном плетении плаща, чистых линиях, где ламинированные ботинки встречались с бронированными ногами. Что-то за его глазами производило вычисления.
— Едва-едва, — сказал Алдрик.
Он достал тонкий железный ключ, отпер ворота и распахнул их ровно настолько, чтобы мог пройти один человек. Когда Каге вошел во двор, Алдрик закрыл ворота за ними и пошел рядом с ним.
— Вы не будете говорить, пока к вам не обратятся, — начал Алдрик, его голос был метрономом отрепетированной власти. — Вы будете обращаться к Леди как «Леди Вейн» или «Моя Леди». Вы не будете касаться никакой мебели, приспособлений или предметов в поместье. Вы не будете садиться, пока вас не пригласят. Вы не будете спрашивать о семье, родословной или личной истории. Вы будете держать свое оружие в ножнах постоянно. — Он покосился в сторону. — Нарушение любого из этих протоколов приведет к вашему немедленному удалению. Я ясно выразился?
— Понятно.
— Очень хорошо.
Двор был безупречен. Белые гравийные дорожки, выровненные в идеальные геометрические узоры. Изгороди, подстриженные в формы настолько точные, что казались отштампованными из формы. Ни единого листа на земле. Ни одного лепестка цветка не на месте.
Ни птиц. Каге заметил это. Ни птичьего пения, ни насекомых. Сад содержался на таком хирургическом уровне совершенства, что ничто дикое не имело опоры.
Рисунки изгородей не менялись десятилетиями. Гравий не сдвигался. Здесь ничего не растет. Его поддерживают в определенном состоянии, а не культивируют.
Они прошли через двойные двери из светлого дерева в прихожую.
Мраморный пол. Белые стены. Серебряные светильники. Синестезия немедленно снабдила его сенсорными данными: воздух казался тонким и плоским. Безвкусным. Как дистиллированная вода. Ни запаха готовящейся еды, ни намека на дым от дров или духи. Окружающий звук был абсолютным нулем. Его шаги отдавались эхом, затем поглощались. Шаги Алдрика не отдавались вовсе.
Картины висели на стенах в одинаковых серебряных рамах. Пейзажи, натюрморты, портреты.
Глаза Каге автоматически отследили. Сначала он заметил пейзажи. Пасторальная сцена. Холмистые зеленые луга, озеро, отражающее закат. Он наблюдал за ним два шага.
Облака не двигались. Отражение воды рябило, достигало пика и сбрасывалось. Рябило, достигало пика, сбрасывалось. Трехсекундный цикл.
Он проверил следующую картину. Рынок. Продавцы жестикулируют, ребенок бежит с ленточкой. Рука продавца поднимается, опускается, поднимается, опускается. Ребенок пробегает три шага вперед и возвращается в исходное положение.
Каждая картина была живой, и каждая картина была в ловушке. Анимированное искусство, запертое в бесконечно повторяющихся циклах.
Как... коллекция клеток.
Дорогие зачарования. Множество предметов. Но каждый из них застрял на повторе.
Он внимательнее осмотрел стены, пока они шли. Пейзажи. Рыночные сцены. Морские битвы. Абстрактные композиции. Ни одного портрета человека. Ни одного семейного герба, кроме того, что на воротах. Ни одного личного артефакта в прихожей. Ни пальто, висящего у двери, ни перчаток, брошенных на стол, ни недочитанной книги, оставленной на стуле.
Каждая поверхность была голой. Каждый угол был чистым. Каждое пространство было учтено и контролировалось.
Никаких личных следов.
Он видел навязчивые жилища и раньше. Мин-максеры, которые расставляли каждый предмет мебели для оптимального расположения баффов. Но у этих пространств всегда была своя логика. Цель за жесткостью.
Здесь была логика отсутствия. Все присутствующее было подобрано. Все отсутствующее было заметно. Поместье не было украшено.
Она либо помешана на контроле, либо что-то скрывает. Оба варианта мне на руку.
Помешанные на контроле имели четкие ожидания. Скрывать что-то означало рычаг воздействия.
Алдрик провел его по второму коридору, столь же голому, столь же белому, и остановился перед высокими красными дверями.
Он повернулся к Каге.
— У вас будет пятнадцать минут. — Его тон давал понять, что это максимум, а не гарантия. — Если она уволит вас раньше, вы немедленно покинете помещение тем путем, которым вошли.
Каге кивнул.
Алдрик открыл дверь.
Комната за дверью была освещена серебряными люма-светильниками, настроенными на холодный, ровный белый свет. Высокий потолок. Широкие окна с наполовину задернутыми шторами. Стол из темного дерева, расположенный так, чтобы свет падал на лицо посетителя, но никогда на лицо сидящего.
А за столом, совершенно неподвижно, сидела женщина, чья осанка могла бы разрезать стекло.
Каге вошел.
Леди Элара Вейн выглядела как оружие, вложенное в шелк.
Ледяно-голубые глаза на лице, высеченном из алебастра. Серебряные волосы, собранные в тугой пучок, казалось, натягивали кожу на скулах, закрепленные бриллиантовыми шпильками, которые ловили холодный свет и отбрасывали его, как предупреждения. На ней было платье из тяжелого черного шелка с воротником, поднимающимся к горлу, как укрепление, настолько жестко структурированным, что его можно было принять за церемониальные латы. Белые перчатки. Без единого пятнышка. Обе руки лежали на подлокотниках высокого кресла с симметрией портрета.
Она не двинулась, когда Каге вошел. Она не моргнула. Она не изменила вес или позу, не обратила внимания на небольшой поклон Алдрика у двери. Ее голова не повернулась независимо от плеч. Весь ее торс повернулся на долю. Достаточно, чтобы следить за ним. Ничего больше.
Она управляет моими линиями обзора. Стол был расположен так, чтобы свет из окна падал на кресло посетителя. Ее собственное лицо оставалось в относительной тени.
В комнате было холоднее, чем в коридоре. Волшебные картины выстилали стены между книжными полками — пейзажи, портреты, натюрморты — каждая из которых циклически повторялась в своей раме. Птица пересекала то же небо. Пламя свечи изгибалось в том же направлении. Женщина у окна поворачивалась, и поворачивалась, и поворачивалась снова, и никогда не заканчивала поворачиваться.
Сами книжные полки были организованы по высоте и цвету переплета, а не по теме. Ни пыли. Ни помятых корешков. Эти книги были расставлены, и они оставались расставленными.
Стол был из темного железного дерева, отполированный до зеркального блеска, с латунными фурнитурой на каждом ящике. Три чернильницы стояли в углубленном лотке справа от Вейн, каждая закрыта крышкой, каждая идеально выровнена. Стопка документов занимала левую сторону, края ровные. Одинокая фарфоровая чашка покоилась на серебряном блюдце рядом с ее локтем. Белая. Без отметок. Полная.
Она не пила из нее.
Глаз Каге пробежался по столу. По фурнитуре. По ящикам, каждая латунная ручка ловила плоский свет под одинаковыми углами.
Каждая, кроме самой нижней.
Эта ручка была на оттенок темнее остальных. Что-то было стерто с нее, многократно, в течение очень долгого времени, пока латунь под ней не приобрела другое качество, изношенная до гладкости так, как другие не были, с едва заметным остатком в стыке, где ручка встречалась с деревом. Темное. Цвет древесного угля или старой краски.
В комнате, где ни одна вещь не была не на своем месте, он почти пропустил это.
Он запомнил это. Двинулся дальше.
Властная игра. Классика. Заставить просителя ждать. Установить иерархию через молчание. Это эффективно действовало на людей, которые нервничали.
Каге не нервничал.
Он сложил руки за спину. Он ждал.
Четыре секунды. Пять. Шесть.
Что-то мелькнуло за ее глазами. Едва заметное сокращение мышцы возле челюсти.
Через двенадцать секунд Леди Вейн положила свое перо в подставку, один раз промокнула документ и подняла голову.
Синестезия уловила что-то от нее в тот момент, когда ее внимание полностью сосредоточилось на нем. Низкое. Плотное. Как резонанс, который оставляет дверь хранилища в воздухе после закрытия. Что бы Система ни делала из этой женщины, у нее не было для нее четкой категории.
Она изучала его, как ювелир изучает необработанный камень. Неторопливо. Клинически. Оценивая его снаряжение, его осанку, то, как он стоял.
— Садитесь, — сказала Леди Вейн. Ее голос был низким, ровным и абсолютно точным. Каждый слог — камень, намеренно уложенный в стену.
Каге сел. Стул был ровно настолько неудобен, чтобы отбить охоту задерживаться.
— Вы Поэт. — Утверждение. Он подозревал, что она хирургически удалила вопросительные знаки из своего словарного запаса где-то в двадцать лет.
— Я.
— Вы выглядите как мечник, который пишет, а не как писатель, который сражается.
— Я тот, кто платит больше.
Что-то, что могло быть одобрением, промелькнуло в ее выражении лица. Оно появилось и исчезло менее чем за секунду.
— Я буду прямолинейна, — сказала Леди Вейн. — Считаю любезности неэффективными.
Мы поладим.
— Есть художница, — сказала Леди Вейн. — Женщина по имени Лира. Она живет в районе Серой Воды.
— Она талантлива. Самобытна. Недисциплинированна. Она пишет с тонкостью потревоженного осиного гнезда. Ее композиции агрессивны, ее палитра воинственна, а ее тематика, по меньшей мере, трижды оскорбляла членов Гильдии Золотой Кисти.
Она произнесла это так, словно читала список инвентаря.
Ее левая рука покоилась на столе рядом с чайной чашкой. Каге наблюдал, как ее большой палец в перчатке надавливал на край блюдца. Надавить, провести. Надавить, провести. Медленное, повторяющееся движение, словно она пыталась что-то стереть с фарфора. Ее глаза не фиксировали это движение. Она не осознавала, что делает это.
Нервный тик? Нет. Не нервный. Она ни разу не потеряла самообладания.
Он запомнил это. Двинулся дальше.
— Несмотря на эти... провокации, — продолжала Вейн, — Лира обладает подлинным талантом. Талантом, который в настоящее время тратится на фрески таверн и уличные заказы, оплачиваемые хлебом. Она умрет от голода в течение года, или пойдет на компромисс со своей работой, чтобы выжить. Оба исхода неприемлемы.
— Неприемлемы для кого?
Вопрос вырвался до того, как Оператор смог его отфильтровать. Рефлекс. Он уловил формулировку. Неприемлемо. Она выбрала слово человека, у которого есть интересы.
Глаза Вейн встретились с его. Давление на его грудь удвоилось.
— Для инвестиций, — ровно сказала она. — Я потратила ресурсы на наблюдение за этой женщиной. Разведку ее. Я определила ее как ценный культурный актив для Дома Вейн. Если она получит доступ в Гильдию Золотой Кисти и будет создавать работы под нашим патронажем, отдача будет значительной. Политическое влияние. Социальный капитал. Стандартные товары.
— Гильдия Золотой Кисти проводит свой Большой Салон через два дня, — сказала Вейн. — Новые претенденты могут представить свои работы на рассмотрение, но только если они будут официально представлены признанным спонсором. Вступление требует устного произведения — поэмы, орации, официального одобрения — которое сопровождает портфолио художника. Произведение должно быть оригинальным. Оно должно быть убедительным. И оно должно убедить жюри Мастеров Гильдии, что художник принадлежит к ним.
Она сделала паузу.
— Я требую, чтобы вы написали это произведение.
Каге обработал. Вступительная поэма для дебюта художника в престижной гильдии. Настоящая поэма. Для настоящей аудитории. О настоящем человеке.
— Произведение должно выполнить две вещи, — продолжала Вейн, ее тон ужесточился. — Во-первых, оно должно утвердить Лиру как художника, имеющего значение. У нее нет фамилии, нет наследия, нет покровительственной родословной. Гильдия отвергнет ее как уличную диковинку, если слова, предшествующие ей, не будут достаточно сильны, чтобы сделать отказ политически неудобным.
Ее большой палец снова надавил на блюдце. Сильнее. Провести. Надавить. Провести. Фарфор не скрипел, но Каге представил, что он этого хочет.
— Во-вторых. — Вдох. Контролируемый. — Оно должно быть честным.
Слово прозвучало иначе, чем остальные. Оно упало сквозь клиническую архитектуру ее речи, как камень сквозь лед.
— Не делайте ее похожей на нищенку, — сказала Вейн. — Заставьте их открыть ворота.
Заставьте их открыть ворота.
Структура предложения не соответствовала тому, о чем она просила. Покровитель, управляющий инвестицией, сказал бы «убедите». Возможно, «уговорите». Глагол «заставьте» подразумевал сопротивление. Он подразумевал, что ворота были закрыты намеренно, и что акт их открытия был актом насилия против людей за ними.
Каге посмотрел на лицо Леди Вейн.
Ее самообладание было безупречным. Ее осанка была идеальной. Ее выражение лица не выдавало абсолютно ничего.
Ее большой палец терся о собственный сустав.
— Она не была проинформирована об этом соглашении, — добавила Леди Вейн. — Вы посетите ее напрямую. Оцените работу из первых рук. Вы не будете изменять ее выбор портфолио. Картины, которые она намерена представить, — это ее собственное решение. — Пауза. — Скажите ей, что вы представляете заинтересованного покровителя. Мое имя не упоминайте.
Он запомнил это. Это вызвало около четырех вопросов, которые он пока не собирался задавать.
— Вы упомянули компенсацию, — сказал Каге.
— Пятьдесят золотых, выплачивается по завершении презентации в Салоне. Независимо от исхода.
Значительная сумма. Он за секунду провел расчет и отложил его.
— Мне не нужно золото.
Одинокая бровь поднялась. Первая видимая реакция, которую она продемонстрировала с момента его входа в комнату.
— У меня другая просьба. — Он сохранял ровный голос. — Меня проинформировали, что у вас есть Жетоны Покровителя. Мне нужен один.
Бровь опустилась. Что-то мелькнуло за ее глазами. Ее собственный расчет.
— Вы провели свое исследование. — Тон был нейтральным, но Каге уловил легкое обострение согласных. Она этого не ожидала. — Жетон Покровителя — это ограниченное одобрение. Оно имеет значительный вес. Мастера, архивариусы, ремесленники — моя печать открывает двери, которые одно лишь золото не может.
— Вот почему я его хочу.
— У меня есть три Жетона. Я не выдавала ни одного.
Она позволила этому факту осесть. Три жетона, ноль выдано. Предложение было искусственно дефицитным.
— У вас все еще есть три, — сказал Каге. — Это означает, что подходящего предложения не поступало. Я предлагаю то, что сокращает ваши расходы на пятьдесят золотых и избавляет от актива, который вы сейчас не используете.
Леди Вейн на мгновение замолчала. Это была не наигранная тишина начала встречи, что-то другое. Ее глаза пробежались по нему с новой категорией внимания, и на несколько секунд она просто сидела с этим, взвешивая его так, как она могла бы взвесить пункт контракта, который не предвидела.
— Если вы выступите вне моих ожиданий, — наконец сказала она, — я рассмотрю это.
Каге нахмурился.
— С уважением, Леди Вейн. Результат бинарный. Произведение либо убеждает жюри Гильдии, либо нет. Лира либо принята, либо отвергнута. Какое среднее положение существует для «вне ожиданий»?
На одно мгновение, слишком короткое для большинства людей, чтобы его уловить, что-то прорвалось на поверхность выражения лица Леди Вейн.
Что-то более сложное. Трещина в вечной мерзлоте. Линия разлома, которая открылась и закрылась в одно и то же движение.
— Вы предполагаете, что я оцениваю результат, — тихо сказала она.
В комнате было очень тихо.
Затем момент прошел. Железная Матриарх собралась вновь. Она положила свое перо точно параллельно краю документа и сложила руки в перчатках.
— Вы составите произведение, которое отдаст должное тому, чем она является. — Пауза на последних четырех словах, словно она читала их откуда-то еще. — У вас будет полных два дня. Предлагаю использовать их мудро.
Большой палец теперь надавил на собственный сустав. Раз. Два.
— Алдрик предоставит вам адрес и необходимую документацию для входа в Участок без преследований со стороны констеблей. — Она кивнула в сторону двери. Отставка.
Каге встал. Он повернулся, затем замер.
— Леди Вейн.
— Да.
— Вы видели ее работы? Лично?
Между ними повисла тишина. Это была специфическая тишина. Та, что говорила: вопрос попал в самую точку.
— Я... просмотрела образцы, — сказала она. — Через посредников.
— И?
— Она пишет так, словно холст обидел ее в прошлой жизни. — Пауза. — Это крайне... неудобно.
Она снова повернулась к своим документам. Аудиенция была окончена.
Алдрик ждал в коридоре. Он передал Каге запечатанный конверт и сложенную карточку с адресом, написанным аккуратным, мелким почерком.
Каге взял оба.
— Кое-что, — сказал он.
Бровь Алдрика поднялась на миллиметр.
— Картины. Те, что зациклены.
— А что с ними?
— Как долго они зациклены?
Лицо Алдрика было закрытой книгой. — Я не обсуждаю дела домашние.
Каге один раз кивнул. Он взял конверт и пошел.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест Обновлен: Приватное Поручение (Дом Вейн)
Цель: Составить официальный вступительный стих для дебюта художницы Лиры на Большом Салоне Гильдии Золотой Кисти.
Подоптимизация: Посетить студию Лиры в районе Серой Воды.
Награда: 50 Золотых.
Оставшееся Время: 2 Дня.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Парадная дверь открылась. Гравий во дворе хрустнул под его ботинками, и затем он снова оказался на Дворянской Променаде.
Окружающий шум Корроса обрушился на него, как погружение в теплую воду. Люди. Повозки. Музыка с далекой площади. Синестезия снова затопила его — запахи, цвета, текстуры, все это наслаивалось на поверхность мира, как живая кожа.
Он шел. Ноги автоматически несли его на юг, к нижним районам. Его разум уже пережевывал проблему.
Вступительная поэма для художественного дебюта.
Его мозг запустил знакомую подпрограмму. Какая Форма это требует?
Он потянулся к Лексикону. [Связать]. [Форма]. [Удар]. [Ослабление]. [Усиление]. [Рост]. [Покой]. [Цель]. [Себя]. [Предательство]. [Клятва]. [Чистота]. [Память].
Он попытался составить Двустишие.
— «Силой я дверь приотворю, / Чтоб истина явилась издалека».
Верный синтаксис. Верная схема рифмовки.
Результатом будет эффект магического принуждения. Он буквально свяжет мнения судей, переопределит их свободную волю.
Это... Они почувствуют эффект. Высокоуровневые NPC, вероятно, будут сопротивляться, или система оценит его Искусство слишком низко. И даже если это сработает... это не будет вступлением.
«выступите вне моих ожиданий».
Он попробовал снова. Хайку. Что-то с [Ростом], [Чистотой] и [Клятвой]. Освящение момента. Закодировать пространство презентации полем резонанса, которое сделало бы всех более восприимчивыми к красоте.
Также контроль над разумом. Просто в более красивой одежде.
Он закрыл интерфейс.
Фреймворк рухнул в тот момент, когда он надавил на него. Не было ключевого слова [Впечатлить]. Ни [Убедить]. Ни [Представить]. Его Лексикон ничего не говорил о картинах молодой женщины.
Каге остановился. Он стоял посреди мощеной улицы, пока пешеходы обтекали его. Торговец, толкающий ручную тележку, выругался и свернул.
У меня нет Формы для этого.
Осознание сидело там, уродливое и очевидное.
У меня нет Формы Стиха для написания... поэмы.
Он чуть не рассмеялся.
Я что, глуп?
Серьезно. Он что, глуп?
Я что, просто стоял там, пытаясь понять, как применить механику стихотворной формы к стандартному письменному поручению?
Архитектор Стиха. Он так глубоко погрузился в систематическое, механическое применение класса, что это стало единственной линзой, которой он обладал. Ключевые слова. Синтаксис. Стоимость Авена. Форма I, Форма II, Форма III. Он потратил дни, превращая литературную форму искусства в физический калькулятор с правилами слогов и показателями урона.
И ему только что вручили задание, которое не имело ничего, абсолютно ничего общего со всем этим.
Как работали художники в этой игре? Живописцы. Скульпторы. Игроки, которые писали настоящую заказанную прозу, которые вырезали статуи и сочиняли музыку? У них не было лексиконов ключевых слов. У них не было Факторов Истины, оцениваемых по формуле физического урона. У них не было ресурсов Авена. У них не было Формообразующих структур, никакой реальности-изменяющей интеграции, никакого системного уведомления, подтверждающего, что они сделали все правильно.
Они садились со своими инструментами и что-то создавали. Потому что это то, что делали художники. Система не оценивала их мазки по физическому движку. Она оценивала их по тому, была ли работа настоящей. По тому, попала ли она в цель. По тому, была ли она истинной единственным способом, который действительно имел значение: почувствовал ли ее другой человек.
Они были художниками.
А он стоял здесь, с мозгом геймера с восьмисот IQ, работающим на полной скорости, пытаясь выяснить, какая комбинация магических ключевых слов позволит ему сжульничать на поэтическом выступлении.
Его классовый фреймворк был его единственным подходом к идентичности Поэта, потому что это было измеримо. Можно было увидеть расход Авена, наносимый урон, системное уведомление, подтверждающее Фактор Истины. Обратная связь была чистой и поддающейся количественной оценке.
Бумага и перо ничего не давали. Никаких подтверждений. Никаких метрик. Никакой системной проверки того, что ты написал, что-то стоит. Ты просто должен был знать. А если не знал, то ничего и не имел.
Фантастика.
Он пошел.
Только чернила и бумага. Ему придется их купить.
Ветер доносил рыночный шум снизу. Крики, смех, лязг кузнеца. Лай собаки. Ребенок, напевающий что-то без мелодии, но счастливо.
Посетить художницу. Посмотреть работы. Затем написать что-то настоящее. Он ненавидел, насколько простыми были инструкции. Простые задачи всегда были сложнее сложных. Сложные имели шаги. Простые — нет.
Вечерний свет превратил Коррос вокруг него в янтарный, бледный камень приобрел цвет старой бумаги, когда солнце село.
Два дня. Никаких ключевых слов. Только чернила, которые остаются там, куда ты их нанес.
Он оттолкнулся и пошел в сторону нижнего города, прошел четыре квартала, прежде чем пришло уведомление.
Тактильный сигнал, переданный через нейронный интерфейс погружного рига, отличался от игровых уведомлений. Резче. Более физический. Специфический тактильный паттерн, зарезервированный для внешних контактов, помеченных как приоритетные.
Оповещение из реального мира.
Кто-то написал на его реальный телефон.
Каге остановился.
Только три человека имели его реальный номер. Его сестра. Больница. И—
Он открыл оверлей. Одно сообщение. Несохраненный номер, который он узнал с первого взгляда.
ЖЕРДЕВ: У меня для тебя поручение. Бюджет гибкий. Позвони мне.
Уличный шум затих, и Синестезия отступила.
Жердев. Он уже выполнял для него «работу» раньше, в предыдущих играх, хотя все это было... очень специфическим. Когда он говорил «гибкий бюджет», он имел в виду сумму, которая покрывала от одного до трех месяцев больничных счетов матери Каге. Он имел в виду реальные деньги. Деньги из реального мира, перевод на банковский счет.
Каге стоял в обоих мирах одновременно, на залитой янтарным светом булыжной мостовой Корроса с карточкой Леди Вейн в кармане и этим сообщением, вибрирующим в реальной темноте его квартиры, и он прочитал слова во второй раз.
Он ничего не ответил.
Пока нет.
Жердев мог подождать.
Деньги за поручение были настоящими. Наличные, прямой перевод, сумма, которая превращала недели гринда в один разговор. Но отвечать из погружного рига было нарушением протокола. Разговор с Жердевым требовал ясной головы и спокойного голоса, а сейчас у Каге не было ни того, ни другого. Он отложил уведомление, записал Жердева на сегодня вечером и достал сложенную карточку из пальто.
Почерк Алдрика был машинной точности. Район Серой Воды. Четвертый Поворот. Студия 6.
Запечатанное воском письмо лежало в его нагрудном кармане, выступающий герб Вейн давил на его грудь сквозь угольную ткань. Чернильница, перечеркнутая пером. Ключ к нижнему городу.
Увидеть художника. Увидеть работы. Вернуться с чем-то, о чем можно написать.
Два дня. Никаких ключевых слов.
Он шел.
Дворянская Променада разрушалась.
Мрамор уступал место известняку за шесть кварталов. Кованые фонари становились масляными лампами. Масляные лампы становились факелами, а затем факелы исчезали вовсе, замененные окружающим светом, проникающим из окон и от костров. Названия улиц сменились с Улицы Аврелия и Золотой Террасы на функциональные ярлыки, отштампованные на ржавых табличках: Пятый Нижний, Грязная Улица, Глухая Стена.
Воздух менялся вместе с ними. На Променаде он пах мебельной полиролью и сдержанностью. Здесь он пах капустной водой, жареным луком, дымом от дров и особой кислинкой дренажной системы, разработанной три столетия назад для четверти нынешнего населения.
Район Серой Воды объявил о себе блокпостом.
Два констебля фланкировали узкую арку, встроенную в разрушающуюся каменную стену. Арка, должно быть, когда-то была грандиозной. Теперь она покрылась толстым слоем сажи и отчаянным оптимизмом ремонтной работы городского чиновника, раствор между оригинальными блоками был трех отчетливо разных цветов там, где заплаты наносились, бросались и наносились снова на протяжении, казалось, десятилетий.
Констебли выглядели так, словно стояли там достаточно долго, чтобы пустить корни. Один был широким. Другой, еще шире. Оба носили тускло-серые накидки Нижней Стражи Корроса, запачканные по краям чем-то, что Каге решил считать грязью.
Широкий поднял руку в перчатке.
— Стойте.
Каге остановился.
Глаза констебля скользнули от бордового берета вниз по угольному длинному плащу, задержались на серебряной филиграни и остановились на черных ботинках. Его выражение лица приняло специфическое сочетание подозрительности и замешательства, зарезервированное для дорогих вещей, найденных в дешевых местах.
— Вы заблудились?
— Нет.
Тот, что пошире, отклеился от стены.
— Немного переодеты для Серой Воды, друг. Вы здесь, чтобы что-то купить, продать или чтобы у вас что-то украли?
— В гости.
— В гости. — Первый констебль повторил слово, как будто это была новая еда, которую он решил не пробовать. — К кому?
Каге достал запечатанное письмо из пальто и поднял его. Красный воск ловил свет факелов. Герб Вейн. Безошибочный.
Ленивая поза выпрямилась на три градуса. Его партнер перестал облокачиваться. Никто не двинулся, чтобы взять письмо. Никому не нужно было. Герб говорил сам за себя.
— Дела Дома Вейн, — сказал широкий. Утверждение.
— Поручение. Ищу Четвертый Поворот,
Двое обменялись взглядами. Быстро, профессионально, безмолвное общение людей, которые годами работали на одном и том же контрольно-пропускном пункте и понимали, какие гербы оправдывают вопросы, а какие — молчание. Широкий отступил в сторону.
— Четвертый Поворот налево у кожевенного завода, затем следуйте за запахом худшего кожевенного завода.
— Признателен.
— Будьте осторожны там. Такой красивый плащ, вы привлечете интерес.
Каге прошел через арку.
Район Серой Воды был шумным.
Это зарегистрировалось первым. После отполированной тишины Променады и контролируемого безмолвия поместья Вейн, Участок ударил как стена звука. Голоса накладывались со всех сторон: спор, вспыхнувший в окне второго этажа, торговец, выкрикивающий цены на жареное что-то-там, дети, визжащие в переулке, где веревочные качели свисали с провисающей балки. Белье висело между зданиями над головой, разрезая вечернее небо на узкие полоски янтаря. Собака рысила мимо, неся половину буханки хлеба с уверенностью мелкого лорда.
Здания наклонялись. На самом деле наклонялись, словно фундаменты отказались от геометрии десятилетия назад, а деревянные каркасы решили пойти на компромисс. Верхние этажи выдавались над узкими улицами под такими углами, что у инженера-строителя случился бы припадок, сжимая угасающий свет в теплые, тонкие полосы, которые смещались по мере движения Каге сквозь них.
Там пахло слишком большим количеством людей, живущих в слишком маленьком пространстве.
Каге повернул налево у кожевенного завода. Констебль был прав. Второй кожевенный завод был значительно хуже.
Четвертый Поворот был кривой улицей, которая делала три резких поворота примерно на восьмидесяти метрах. Здания здесь были старее, переоборудованные из какого-то прежнего коммерческого использования. Широкие погрузочные двери были заложены кирпичом и оснащены меньшими входами. Выцветшая краска нумеровала их.
Студия 6 располагалась в дальнем конце, зажатая между закрытой сапожной мастерской и стеной, густо обклеенной облезающими объявлениями. Дверь была деревянной, тяжелой и несла отчетливые археологические следы того, кто открывал ее бесчисленное количество раз руками, испачканными краской. Каждая поверхность на уровне плеча была заляпана, размазана и покрыта случайными цветами. Отпечатки пальцев в кадмиевом желтом. Длинный след виридиана зеленого на уровне локтя. Идеальный отпечаток ладони в жженой сиене возле ручки.
Каге постучал.
Три секунды. Ничего.
Затем внутри раздался грохот. Что-то тяжелое упало на пол. Приглушенное проклятие, красочное и удивительно многоязычное.
Шаги. Быстрые. Такие, что принадлежали тому, кто двигался вдвое быстрее, чем позволяло его жилое пространство.
Дверь распахнулась.
Женщина по ту сторону выглядела так, словно сражалась с телегой с красками и проиграла. Огромный холщовый фартук, больше пятно, чем ткань, висел до колен. Оригинальный цвет, возможно, когда-то был бежевым, в предыдущую геологическую эпоху. Теперь это был многослойный археологический отчет о каждом проекте, над которым она работала, судя по всему, последние несколько месяцев. Ее темные волосы вырывались из головы диким гнездом распущенных локонов, две настоящие кисти торчали сквозь них под углами, бросавшими вызов как физике, так и чувству моды.
У нее были ледяно-голубые глаза. Яркие. Интенсивные. Такие, что казалось, могли прожечь череп насквозь, если сказать что-то не то.
— Что. — Она оглядела его. Быстро. Та же оценка, что проводили констебли, но пришедшая к другому выводу. — Вы из верхнего города.
— Покровительница поручила мне составить вступительный стих для вашего дебюта в Большом Салоне.
Она смотрела на него ровно один такт.
Затем рассмеялась. Коротко, горько и громко.
— Леди Вейн послала вас.
Каге ничего не сказал.
— Можете произнести ее имя. Все в порядке. — Лира прислонилась к дверному косяку, скрестив руки поверх запачканного краской фартука. — Ни один другой покровитель в этом городе не потратил бы на меня ни единой медной монеты. И я до сих пор не понимаю, почему она это делает.
Интересно.
Он запомнил это.
— Мне нужно увидеть вашу работу, — сказал он. — Чтобы составить что-то точное.
— Зачем?
— Потому что я пишу о ней.
— Вы Поэт?
— Это класс.
Она изучала его. Голубые глаза оценивали его по какому-то внутреннему критерию, и, что бы это ни было, он, по-видимому, прошел его с минимально возможным запасом. Она отошла в сторону, распахивая дверь бедром.
— Хорошо. Входите. Не трогайте ничего мокрого.
Студия 6 была одной комнатой.
Одна комната. Рабочее место, спальня, кухня, склад. Все это сжато в пространстве размером примерно с просторный чулан.
Тонкая, набитая соломой койка стояла, прижатая к дальней стене, наполовину заваленная холщовым брезентом, приспособленным под покрывало. Брызги краски украшали одеяло. Рядом с ней деревянный ящик служил тумбочкой, на которой стояла жестяная тарелка, щербатая керамическая кружка и наполовину съеденная горбушка черного хлеба. В углу умывальник с водой цвета слабого чая. На одной полке над ним стояли три стеклянные банки с пигментом, кусок сырого угля и потрепанная книга с поломанным корешком.
Все остальное было искусством.
Холсты были повсюду. Стопками у стен в три и четыре ряда, некоторые в рамах, большинство на необработанных подрамниках. Опирались на стулья. Опирались на другие холсты. Один огромный, выше Каге, занимал всю заднюю стену, прямо освещенный угасающим янтарным светом из окна, настолько грязного, что оно фильтровало закат в тусклое, дымчатое золото. Окно было приоткрыто. Уличный шум лился сквозь него: торговец, дети, кто-то в нескольких дверях играл на струнном инструменте плохо и с огромным энтузиазмом.
Запах ударил вторым. Скипидар, достаточно едкий, чтобы щипать в носу. Льняное масло, тяжелое и растительное, обволакивающее заднюю часть горла, как пленка. Мокрый пигмент. Кисловато-теплый запах пространства, где кто-то жил, работал, потел, спал, ел и творил, и все это на одних и тех же девяти квадратных метрах без достаточной вентиляции. Он был почти физическим. Сам воздух казался густым от использования.
Пол был картиной. Капли, брызги, размазанные ботинками дуги цвета тянулись по голому дереву, как хаотичная карта. Плинтусы были покрыты слоями засохшего пигмента, годами накопленного материала, словно геологические разрезы. На полу рядом с ногой Каге лежал мастихин, брошенный посреди работы, его край все еще был влажным от чего-то цвета синяка.
Лира подошла к центру комнаты и встала рядом с изрезанным рабочим столом, переполненным стеклянными банками, толченым углем, помятой жестяной банкой льняного масла, мастихинами и тряпками всех возможных оттенков серого и коричневого.
— Итак. — Она широко раскинула руки, жест, охватывающий всю комнату и все, что в ней находилось. — Моя работа. Наслаждайтесь.
Каге посмотрел.
Фреска на дальней стене немедленно привлекла внимание. На ней была изображена птица. Или, точнее, птица, разрушающая себя: когти впились в собственные суставы крыльев, выворачивая, вырывая перья из мышц, чтобы уменьшиться достаточно, чтобы пройти через прутья золотой клетки. Прутья клетки были настоящим сусальным золотом, тонким кованым металлом, вдавленным в поверхность краски. Птица была жженой сиеной и сырой малиновой. Фон был чисто черным. Густой. Удушающий.
Он подошел к стопкам холстов. Верхний изображал фигуру, присевшую в переулке, плечи сгорблены под невидимым давлением, выполненную мастихином настолько толстыми мазками, что краска имела настоящую архитектуру. Топографию. Он видел гребни, отбрасывающие крошечные тени в свете окна. Рядом с ней — портрет собаки, ребра видны под спутанной шерстью, написанный с такой точностью, которая противоречила каждой другой поверхности в комнате. Глаза были в фокусе: жутко детализированные, влажно живые, в то время как тело растворялось в абстрактных мазках. Как будто художник решил, что важно только выражение, а все остальное подлежит обсуждению.
Ещё. Нищий с одним ботинком. Мужчина, спящий в дверном проёме, укутанный в пальто, которое состояло в основном из дыр. Рука ребёнка, протянутая сквозь железную решётку. Лавка торговца, где фрукты гнили, а торговец улыбался, широко, пусто и безмятежно. Каждая работа была построена на одной и той же визуальной грамматике: одна точка крайней, почти болезненной ясности, окружённая выразительным хаосом. Глаз всегда первым видел истину. Уродство. То, что имело значение.
Она хороша.
Это была клиническая версия. Та, которую Оператор занес в соответствующие данные. Была и менее клиническая версия, пытавшаяся собраться где-то за его грудиной, что-то о человеке, который спал на соломе и ел хлебные корки, но все равно создавал работы, которые заставляли тебя смотреть на то, что тебя учили игнорировать.
Он отпустил это.
— Картина для Салона, — сказал он. — Какая именно?
Руки Лиры, раскинутые ранее, опустились. Что-то изменилось в её осанке. Мелькнуло нечто настороженное и территориальное.
— Она здесь.
Она подошла к деревянному мольберту, установленному у окна, под углом, чтобы поймать лучший свет. На нем стоял холст, накрытый запятнанной льняной тканью. Она наполовину оттянула ткань, открыв нижнюю часть незаконченной картины. Формы. Цвет. Намек на фигуру, появляющуюся из бледного фона, необработанную и едва различимую. Краска местами была свежей, все еще глянцевой.
Она снова накрыла ее тканью.
— Она не закончена.
— Когда?
— Завтра. — Она снова скрестила руки. — Я закончу ее сегодня вечером и дам высохнуть. Приходите завтра днем, и вы сможете смотреть на нее сколько угодно.
Один день, чтобы составить что-то настоящее. Один день, чтобы увидеть законченную работу и написать о ней поэму без единого Ключевого слова, единой системной механики, единой формулы урона.
— Хорошо, — сказал он.
— Хорошо.
Они посмотрели друг на друга. Два человека, которые явно преуспевали в завершении разговоров. Каге повернулся к двери.
— Поэт.
Он остановился.
Лира наблюдала за ним из-за мольберта, одна рука покоилась на покрытом тканью холсте. Голубые глаза все еще оценивали. Все еще рассчитывали.
— Не пиши ничего красивого. Гильдия хочет красивого. Променада хочет красивого. — Она один раз постучала костяшкой пальца по накрытому холсту. — Это некрасиво.
Каге посмотрел на нее. Затем на накрытый холст. Затем на дверь.
Он ушел.
Вечерний воздух за пределами Студии 6 был чище, чем должен был быть, учитывая ситуацию с кожевенным заводом.
Завтра. Она заканчивает работу. Я вижу ее. Я пишу о ней.
Ему все еще нужны были припасы.
Обратный путь через контрольно-пропускной пункт был более гладким, чем вход. Широкий констебль кивнул ему. Тот, что пошире, ел что-то завернутое в лаваш и едва обратил на него внимание.
Он нашел лавку писчих принадлежностей на боковой улице недалеко от Квартала Ремесленников. Узкий фасад, чистый, организованный, с полками, забитыми переплетенными гроссбухами, рыхлым пергаментом, сургучом и письменными принадлежностями. Место, которое посещали клерки и бухгалтеры. Практичное. Утилитарное.
Колокольчик звякнул, когда он вошел. Продавец, худой мужчина с испачканными чернилами манжетами, поднял взгляд от гроссбуха.
— Добрый вечер. Что вам нужно?
— Чернила и бумага. Стандартные.
— Сколько?
— Хватит на несколько страниц.
Продавец достал небольшой стеклянный флакон с черными чернилами, закупоренный пробкой и запечатанный воском, и тонкий фолиант кремовой писчей бумаги. Он поставил оба на прилавок.
— Писчая Чёрная. Бестселлер. Двенадцать медных за чернила, восемь за фолиант.
Каге положил серебряную монету на прилавок. Продавец дал сдачу.
Каге взял флакон с чернилами.
Стекло было прохладным на пальцах. Ничем не примечательное. Флакон дешевых писчих чернил, тех самых, которыми каждый клерк, студент и подмастерье в городе заполнял формы и писал письма. Он один раз перевернул его, читая маленькую этикетку. Писчая Чёрная. Стандартная Формула. Сделано в Корросе.
Уведомление ударило его, как пощечина.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Класс: Архитектор Стиха: Обнаружена Скрытая Механика
Писчая Чёрная Чернила (Обычное)
Стихи, составленные с использованием этих чернил, получают: +10% к Базовой Мощности.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на флакон.
Серебряная каллиграфия системного уведомления висела в его периферийном зрении, вытравленная в воздухе, как тихое откровение. +10% к Базовой Мощности. От обычных чернил. Самой дешевой, самой массовой письменной жидкости в городе.
Его Письменные Стихи. Перо Первого Творца. Он использовал его в воздухе, относясь к нему как к чисто магическому проводнику, системному инструменту, оторванному от физических материалов. Перо было инструментом. Слова были нагрузкой. Он предполагал, что среда не имела значения, потому что система никогда не говорила ему обратного.
Потому что он никогда не брал в руки бутылку настоящих чернил.
Если обычные дают десять процентов...
Его взгляд скользнул по полкам за продавцом. Ряды флаконов с чернилами, аккуратно рассортированных. Обычная Писчая Чёрная на нижней полке, дешевая и обильная. Над ней ряд флаконов с зеленой этикеткой, в немного другой формуле. Над ними, на полке за стеклом, один флакон с синей этикеткой с ценником, который он мог прочитать отсюда.
Три уровня. Он видел три уровня, только в этом магазине.
Шестеренки Оператора защелкнулись на месте. Расчет был немедленным и очевидным.
Леди Вейн контролирует торговлю чернилами в Корросе.
Он стоял там, держа двенадцатикопеечную бутылку обычных чернил, и чувствовал себя величайшим идиотом в игре.
Продавец уже тянулся к заказу следующего покупателя.
Каге еще раз перевернул флакон с Писчей Чёрной, затем открыл свой инвентарь. Он перешел к Перу Первого Творца в слоте для инструментов и выбрал чернила из своих сумок.
Материализовался новый элемент интерфейса. Небольшой подслот, прямоугольный, вытравленный серебряной филигранью, рядом с иконкой пера. Он пульсировал один раз, приглашающе.
Он перетащил чернила в него.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перо Первого Творца: Резервуар Чернил Загружен
Экипированные Чернила: Писчая Чёрная (Обычное)
Автоматическое Нанесение включено. Чернила будут расходоваться при каждом использовании, уменьшая емкость резервуара.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Значит, перо само справляется. Не нужно макать.
Это отвечало на один вопрос. Он наполовину ожидал, что ему придется изображать какой-нибудь нелепый каллиграфический ритуал посреди боя, окуная кончик пера в открытый флакон, пока моб грызет его ногу. Система была умнее, по крайней мере. Перо автоматически черпало из резервуара, что означало, что он мог писать без перерыва, пока чернила не закончатся.
Что означало, что качество того, что он загружал в этот слот, имело огромное значение. Огромное.
Он снова посмотрел на полки. Ряд с зеленой этикеткой. Флакон с синей этикеткой за стеклом.
— Те, — сказал он, указывая. — Что это?
Продавец поднял взгляд. Его выражение лица изменилось с вежливого равнодушия на что-то более теплое. Покупатель, улучшающий покупку в середине транзакции, всегда был желанным гостем.
— Полночь Каллиграфа, — сказал мужчина, потянувшись за одним из зеленых флаконов. — Необычная формула. Более тонкий пигмент, более медленное время высыхания, лучшее прилипание к обработанному пергаменту. Пятнадцать серебряных.
Он поставил его на прилавок.
— А за стеклом?
Брови продавца слегка приподнялись. — Пустота Иллюминатора. Редкое. Импортировано из Анклава Писцов к югу от Корроса. Глубокий черный с естественным свечением при определенных условиях освещения. Сорок серебряных. — Он сделал паузу. — За флакон.
Каге провел арифметические вычисления. У него было примерно одно золото и двадцать два серебра после серии покупок. Для простоты назовем это одним золотом и двадцатью двумя серебряными.
— Два зеленых. Один синий.
Продавец отпер стеклянный шкафчик маленьким ключом. — Семьдесят серебряных всего.
— Пятьдесят.
— Шестьдесят пять.
— Пятьдесят. — Каге сохранял ровный голос. — Я покупаю три флакона. Оптом.
Продавец изучал его. Каге смотрел в ответ мертвыми глазами человека, который торговался с отделами выставления счетов больниц.
— Пятьдесят пять.
— Пятьдесят. Я вернусь за добавкой.
Пауза. — ...Пятьдесят.
Каге положил монеты на прилавок. Продавец сгреб их в ящик и завернул три флакона в ткань.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Валюта: 0 Золотых, 72 Серебра, 24 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он спрятал Необычные чернила в свой пространственный мешочек и осторожно вставил Редкий флакон во второй мешочек. Писчая Чёрная осталась загруженной в перо. Хорошие вещи были для тех случаев, когда это имело значение.
Обычные дают десять процентов. Необычные, вероятно, дают больше. Редкие — еще больше. А уровни выше...
Паттерн был очевиден. Весь класс Поэта, режим Письменного каста, перо — все это было разработано вокруг экономики материалов, которую он полностью игнорировал. Он кастовал всухую. Каждый Письменный стих, который он когда-либо сочинял Пером Первого Творца, работал на базовой мощности, потому что он не подумал взять флакон двенадцатикопеечных чернил.
Глупо. Неаккуратно.
Лицо Леди Вейн всплыло в его памяти. Женщина вела торговлю чернилами в Корросе. Она предложила ему пятьдесят золотых за поэму, и все это время она сидела на вершине цепочки поставок одного материала, в котором его класс нуждался больше всего.
Он запомнил это. На потом.
Прямо сейчас его золото было меньше одного, и половина его инвентаря была мертвым грузом.
Он покинул Квартал Ремесленников и быстро прошел через него.
Кожа Визгуна досталась кожевеннику на Ряду Красителей, приземистой женщине, которая пахла химическими остатками того, чем она обрабатывала шкуры, и которая платила без торга, потому что качество материала было на несколько уровней выше того, что она привыкла видеть так рано в жизни игры. Девяносто серебряных.
Различный дроп достался торговцу общими товарами возле Золотой Площади. Старый NPC с великолепными белыми усами и мертвым терпением человека, который покупал мусор искателей приключений двести симулированных лет. Он рассортировал кучу, назвал цену, и Каге взял ее. Одно золото, двенадцать серебряных.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Валюта: 2 Золотых, 74 Серебра, 24 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Лучше. Можно дышать.
Но настоящая проблема лежала в его шахтерском мешочке, как мешок с кирпичами. Сорок две единицы Руды Мнемозины, каждая достаточно плотная, чтобы служить оружием. Пространственный мешочек снижал вес на двадцать пять процентов, но двадцать пять процентов от «чрезвычайно тяжелого» все еще было «очень тяжелым». Он чувствовал тяжесть в шаге, легкую вялость в поворотах, которых раньше не было.
Пока не могу продать. Пока не пойму рынок для нее. Но и носить ее вечно тоже не могу.
Разговор о башне магов, который он подслушал, был интересным морывком; ему придется развить эту тему. Он также мог просто хранить ее в банке некоторое время.
Он проверил карту. Хранилище было на противоположной стороне Золотой Площади.
Позже. Сначала еще кое-что.
Он нашел скамью у уличного фонаря с витражами. Плавающие Люма-Орбы дрейфовали над головой, отбрасывая лужи фиолетового и янтарного света на мозаичную плитку. Каге сел, открыл меню и выбрал Выйти.
Потолок квартиры материализовался над ним.
Клайд лежал там мгновение, моргая, позволяя переходу завершиться. Его глаза проследили за пятном воды на потолке. Та же форма. Та же квартира. Тот же мир.
Он сел, спустил ноги с кровати и побрел на кухню. Стакан воды. Выпил в четыре глотка. Налил еще.
Затем он достал телефон.
Сообщение от Жердева все еще было там, непрочитанное, с отметкой времени ранее в тот же день. Он открыл его.
Клайд уставился на экран. Жердев... каждая возможность от этого парня была «ОГРОМНОЙ». Каждый предмет был «БЕЗУМНЫМ». Однажды этот человек заплатил Клайду восемь тысяч долларов, чтобы тот провел его через приуроченной головоломки с прыжками в Astral Vanguard Online, потому что, цитирую, «платформы продолжают ДВИГАТЬСЯ, Каге, они буквально ДВИГАЮТСЯ, как это СПРАВЕДЛИВО».
Он нажал кнопку вызова.
Раздалось два звонка.
— КАГЕ.
Голос ударил по нему слишком сильно, несмотря на то, что он был слишком готов к этому. Жердев говорил так, словно никогда полностью не осознавал, что телефонные микрофоны имеют диапазон чувствительности.
— Жердев.
— БРО. Наконец-то! Я сидел здесь, обновляя телефон, как сумасшедший. Ладно, ладно. Садись. Ты сидишь?
— Я стою на своей кухне.
— Садись.
— Нет.
— Ладно, хорошо, стой, как хочешь. Слушай. Я кое-что нашел. В Короне Судьбы. Что-то массивное. Ты играешь в Корону?
— Да.
— Я ЗНАЛ ЭТО. Я знал, что ты будешь играть. Ты всегда играешь в крупные запуски. Ладно. Итак, слушай. Я гриндил, да? Повышал уровень. Делал свое дело.
Клайд отпил воды. «Гриндить» в словарном запасе Жердева означало купить самое дорогое снаряжение на аукционе для своего класса и ходить в зоны на десять уровней выше него, пока что-нибудь его не убьет.
— Я нашел этого NPC. Глубоко в пещере на окраине города. Ну, типа, я упал в пещеру, технически, потому что моя лошадь испугалась, и я скатился с холма, но это не суть. Суть в том, что эта NPC, да? Это старая слепая леди, сидящая на куче черепов, и она говорит мне, что есть подземелье.
— Там много подземелий.
— Не такое, бро. Она назвала его... — послышался шорох бумаги. Жердев записал это. — «Смещающиеся Галереи». Рейдовое подземелье. Внутри города. Но вход перемещается. Он прыгает по городу каждые несколько часов. Никто не может его найти, потому что он никогда не бывает на одном и том же месте дважды.
Клайд поставил стакан. Смещающееся рейдовое подземелье, внутри крупного города. Это была необычная механика для среды, по сути, на первой неделе запуска.
— Она сказала, что даже если ты найдешь вход, ты не сможешь войти без ключа. Особого предмета. И угадай, у кого есть ключ?
— Ты купил его.
— Я купил его.
— Сколько?
— Сто золотых.
Клайд закрыл глаза. Сто золотых на первой неделе экономики игры. Это были тысячи реальных долларов по текущим обменным курсам.
— Это мог быть скам, — сказал Клайд.
— Это НЕ скам. У меня есть предмет. Он настоящий. Он светится и все такое. Он называется Приглашение Куратора. Он прямо сейчас в моем инвентаре. Я чувствую, как он вибрирует.
Это либо легитимный ключ от подземелья, либо самый дорогой пресс-папье в истории игр.
— Так в чем поручение?
— Мне нужно, чтобы ты зачистил его со мной. Подземелье. Целиком. Я не знаю, что там. Она сказала «бесценные сокровища за пределами смертного разумения» и «эхо забытых мастеров». Что звучит круто, да? Я хочу лут. Я хочу титул. Я хочу быть первым, кто его зачистит.
— Жердев.
— Что?
— Мы вообще в одном городе?
Пауза. Самая длинная пауза, которую Клайд когда-либо слышал от Жердева, примерно полторы секунды.
— Что ты имеешь в виду?
— В Короне Судьбы были десятки стартовых зон. Разные континенты. Если ты начал на другом конце карты мира, неважно, что ты нашел. Мне пришлось бы путешествовать неделями.
— О. О, точно. — Еще шорох. — Эм. Шепчущие Леса? Я начал в Шепчущих Лесах. С деревьями и—
— То же самое.
— ТО ЖЕ САМОЕ?! БРО! Видишь? Это судьба. Это буквально судьба. Нам ПРЕДНАЗНАЧЕНО зачистить это подземелье вместе. Легендарный дуэт снова в деле!
Клайд потер висок. Легендарный дуэт. Жердев называл их так с Astral Vanguard. В Astral Vanguard «легендарный дуэт» состоял из Клайда, проходящего подземелье в соло на одном аккаунте, пока персонаж Жердева стоял в углу в полном комплекте косметической брони, на которую он потратил четыре тысячи долларов, иногда случайно агря лишних мобов.
— Какой у тебя уровень? — спросил Клайд.
— Эм. Семнадцать. Почти восемнадцать.
Лучше, чем ожидалось, на самом деле.
— Класс?
— Берсерк. Хех. Вот что — я заплатил кому-то, чтобы тот дал мне номер Умы, а затем заплатил ему, чтобы он рассказал, как он получил класс. — Голос Жердева упал до почтительного шепота. — Бро, анимация топора такая крутая. Когда я кручусь, там огонь? И иногда я кручусь так сильно, что у меня кружится голова, и я падаю, что, я думаю, это баг, но выглядит круто.
Это не баг.
— Подземелье, — сказал Клайд, возвращая разговор. — Даже если предположить, что оно реальное, рейдовое подземелье рассчитано на полную группу. Может быть, на полный рейд. Я не могу пройти его в соло.
— Почему нет? Ты же все проходишь в соло.
— Потому что я... — Он сделал паузу. Оба варианта, сказать ему, что он либо Поэт, либо получил Легендарный Класс, уже заранее вызывали у него головную боль. — Забудь. У нас даже танка нет, не говоря уже о целителе.
— У нас есть танк! Ты на него смотришь! У меня редкий щит!
— У тебя класс Берсерка.
— С редким щитом! Я купил его! Он очень блестящий!
Клайд выдохнул через нос. Терпение. Терпение было ресурсом, а Жердев был самым агрессивным его потребителем в его жизни. Но этот человек также был самым надежным источником дохода, который когда-либо был у Клайда. Каждая абсурдная просьба сопровождалась банковским переводом. Каждый банковский перевод покупал еще один месяц.
И смещающееся рейдовое подземелье, на первой неделе игры, внутри крупного города... если NPC был легитимным, таблицы лута могли быть экстраординарными. Бонусы за первое прохождение. Уникальные предметы. Звания. Контент, который не будет доступен общей базе игроков неделями, если не месяцами.
Деньги от Жердева плюс то, что выпадет из самого подземелья. Это двойной доход.
— Какой лимит игроков? — спросил он.
— Что?
— Лимит группы. Сколько человек может войти.
— О! Эм, леди сказала десять. Да. Десять.
Десять. Полная рейдовая группа.
Клайд прислонился к кухонной стойке. Десять слотов. Он, Жердев. Осталось восемь.
Его мысли обратились к группе Лили. Валдриас. Танк с лучшими инстинктами, которые он видел у новичка за годы. Они были недоуровнены, недоэкипированы и попали бы в очень сложную ситуацию в рейдовом подземелье.
Но им нужен был опыт. Настоящий, который приходит от того, что тебя бросают в опасную ситуацию, и ты учишься плавать. И ему нужен был танк. Настоящий танк, кто-то, кто мог бы удерживать агро и правильно позиционироваться, пока он занимался механиками.
Он задумался, сможет ли Валдриас уже танковать рейдовое подземелье в соло.
Я видел, как быстро он учится.
Оператор в нем пометил решение как неэффективное. Вундеркинд в нем подал тихое несогласие.
— Я сделаю это, — сказал Клайд. — При одном условии.
— Что угодно, бро. Назови.
— Я приведу с собой еще как минимум пятерых игроков.
Тишина на другом конце была... другой.
— Пятерых? — повторил Жердев. — Зачем? Нам не нужны пять случайных. Мы же легендарные—
— Нам нужен правильный состав для рейдового подземелья. Танк, целитель, ДД. Ты хочешь первого прохождения? Ты хочешь лут и титул? Тогда мы сделаем это правильно.
— Но... я плачу тебе. Я не плачу пятерым другим людям.
— Ты платишь мне. Что я делаю после — мое дело. Стандартные условия.
Долгий, театральный вздох. Клайд практически слышал, как мужчина расхаживает по пентхаусу или домашнему офису, откуда он звонил.
— Ладно. ХОРОШО. Но я хочу быть впереди. С бойцами. Я не покупал редкий меч, чтобы стоять в тылу.
— Ты будешь стоять там, где останешься жив.
— Бро.
— Жердев.
Еще один вздох. На этот раз короче. Вздох капитуляции.
— Хорошо. Ты руководишь. Я пришлю тебе обычную ставку плюс бонус за рейд. Но Каге?
— Что.
— Когда мы зачистим его, и получим титул, и об этом объявят на весь мир? Я хочу, чтобы мое имя было первым.
Клайд посмотрел на потолок. Пятно воды уставилось в ответ, неизменное, невпечатленное.
— Договорились, — сказал он.
— ЛЕГЕНДАРНЫЙ ДУЭТ, ДЕТКА! Плюс пятеро! Легендарный септет! Подожди, это вообще слово? Каге? Алло?
— Отправь мне детали в игре. Я скоординирую.
— Понял. Отправляю сейчас. О, и Каге?
— Что.
— Я скучал по тебе, бро.
Клайд повесил трубку. Он постоял в темной кухне мгновение, телефон все еще был теплым в его руке.
Рейдовое подземелье. В Корросе. Смещающиеся входы. Лимит в десять человек.
Семь слотов заняты.
Интерфейс сообщений открылся движением запястья. Каллиграфический текст развернулся по панели серебряной филигранью, интерфейс Синестезии превращал даже базовый чат во что-то, похожее на доставленное вручную письмо.
Перегруженный деталями. Но функциональный.
Он напечатал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: У меня есть рейдовый слот для вашей группы. Все 5. Коррос. Сегодня.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ответ пришел через одиннадцать секунд. Стандартное время ответа Лили.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: !!!!! погоди ЧТО?? рейд?? уже?? игра вышла всего 3 дня назад!!!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: Частное подземелье. У клиента есть ключ. Это легитимно.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: Умм... Каге, мы 16-17 уровня. это будет соответствовать уровню?? джакс все еще не освоил свою ротацию, а зара угрожает 'оптимизировать' его билд ЗА него, что, честно говоря, я думаю, означает, что она удалит его персонажа во сне
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: Оно масштабируется.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ложь. Он понятия не имел, масштабируется ли оно. Описание подземелья от Жердева было: «леди сказала, что оно очень крутое и стены двигаются, и там сокровища». Не совсем подробный брифинг.
Но это было рейдовое подземелье внутри крупного города на неделе запуска. Диапазон уровней будет ограничен тем, что поддерживала зона. Корросские Луга: 15-45. Подземелье, скорее всего, будет откалибровано на нижний предел.
Вероятно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: хмммм... дай мне 5 секунд
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он ждал. Прошло двадцать три секунды. Он считал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: ОК! джакс говорит "черт возьми, да" (его точные слова были более красочными), зара говорит, что ей нужно сначала посмотреть информацию о подземелье (она не сможет, я ей еще не говорила), финн говорит, что будет следовать моему примеру, а валдриас говорит, что наконец-то хочет танковать что-то "что не является эго джакса" лол. КОГДА?
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: Подожди.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он вызвал внутриигровое сообщение Жердева. Оно пришло во время его окна выхода. Это был, предсказуемо, шедевр бессвязности.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Жердев_Великий → Каге: ОК БРО так вот леди сказала, что дверь открывается в 6 звон колокола вечером возле фонтана Большого Театра, но иногда она у банка??? Она сказала слушать ключ?? Название — Смещающиеся Галереи. Я записал это на СВОЕЙ РЕАЛЬНОЙ руке в жизни, чтобы не забыть. А еще я только что купил новые ботинки с огненными частицами, и я не могу понять, как их выключить. Мой персонаж оставляет маленькие огненные следы везде, и стражники постоянно смотрят на меня. ЛЕГЕНДАРНЫЙ ДУЭТ ДЕТКА
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Шестой звон колокола вечером.
Каге сверил внутриигровые часы с реальным временем.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: Четыре часа. Вход в Коррос.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: идеальный тайминг! мы как раз закончили все квесты на убийство в Миллхейвене, и всем нужно пополнить запасы. мы отправимся в коррос и все уладим. нам нужно купить что-нибудь конкретное??
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: Зелья здоровья. Проверьте Аук на предмет улучшений.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: поняла!! а еще каге.
Лили → Каге: спасибо :) это очень много для них значит. даже если они этого не скажут
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он закрыл чат.
Четыре часа.
Четыре часа были редкой роскошью. В игре, где каждая минута сжигала потенциал, четыре часа простоя для обычного игрока были медленным послеобеденным временем. Для Каге это было окно.
Его приоритеты автоматически перестроились.
Первое: руда. На аукционе ее не было.
Башня магов.
Если Шпиль Музы осуществлял закупку материалов через своих NPC, и если эти NPC как-то использовали сплавы для сохранения памяти, тогда 42 куска руды могли превратиться в жидкое золото за минуты, а не за дни.
Он проверил нарисованную карту на своем интерфейсе. Уступ Ученого находился к северо-востоку от его текущей позиции, вверх по пологому склону, мимо главного перекрестка Мозаичной Тропы. Пятнадцать минут ходьбы.
Он начал двигаться.
Коррос поздним утром был буйством.
Игрок в полных латах пытался оседлать ящерицу посреди перекрестка. Ящерица была категорически против. Она крутилась по кругу, пока двуручный меч рыцаря служил случайным турникетом, заставляя пешеходов уворачиваться.
— СТОЙ СПОКОЙНО, Реджинальд! — крикнул рыцарь в областной чат. — Я приручу тебя, ЧТО БЫ ЭТО НИ СТОИЛО!
Реджинальд не стоял спокойно.
Каге обошел этот цирк. В двух шагах от перекрестка всплыло облачко речи от кого-то, сидящего на корточках на обочине.
— Эй, ты. Ага, парень в берете.
Уровень 12. Снаряжение клоуна. Классический набор разномастных квестовых наград в начале игры, который заставлял каждого персонажа выглядеть так, будто его одевала целая комиссия.
— Ты знаешь, где банк? — спросил Дворф.
Каге указал на юго-запад, не останавливаясь.
— Спасибо! А еще, классный плащ. Где взял?
Он уже исчез.
Улицы сузились, когда он поднимался к Уступу Ученого. Толпа поредела. Демография изменилась с потерявшихся новичков и китов, демонстрирующих снаряжение, на более тихих игроков. Маги, сравнивающие посохи. Группа бардов, сгрудившихся вокруг скамейки, их инструменты стояли вертикально, как солдаты на отдыхе. Игрок класса «Писчий» сидел в дверном проеме, яростно что-то записывая на свитке, бормоча о «количестве слогов».
Еще один Поэт?
Мысль возникла, пока он поднимался по мозаичным ступеням к Шпилю.
Чернила давали мне +10% базовой силы Стихов.
Писчая Чёрная. Обычные. Дешевые. А Полночь Каллиграфа, уже лежащая в его инвентаре, увеличивала это до 25%. Пустота Иллюминатора — до 50%.
Это был один слот для инструмента. Один тип расходников. Одна ось оптимизации.
Но система показала ему кое-что этой механикой. Класс Поэта скалируется от материалов. Физические объекты с физическими свойствами, вставляемые в физические слоты для инструментов. Само перо было инструментом. Чернила были боеприпасами.
Что еще есть?
Бумага. Стихи писались на чем-то. Сейчас он сочинял в интерфейсе, волей, произнося или изредка записывая слова.
Что, если разные поверхности влияли на силу?
У него не было времени следовать за каждой нитью. Но форма дерева оптимизации становилась видимой.
Он достиг Шпиля Музы и отложил эту мысль; башня извивалась вверх, как застывшая молния.
Стекло и свет. Это был единственный честный способ описать ее. Архитектура Шпиля игнорировала строительную инженерию в пользу эстетической магии, его кристаллические сегменты спирально обвивались вокруг центральной колонны мягкого белого сияния. У основания вход представлял собой остроконечную арку, обрамленную двумя каменными фигурами, держащими открытые книги, их лица обращены вверх в вечном созерцании.
Внутри летали книги.
Буквально летали. Кожаные фолианты с позолоченными страницами летали между полками, как скворцы, облетая колонны и опускаясь в руки ожидающих NPC. Воздух пах старой бумагой и чем-то сладким, как подогретый мед. Руны дрейфовали по полированному полу медленными, светящимися узорами, которые перестраивались, когда на них наступали.
Интерфейс Синестезии одобрительно гудел. Серебряная филигрань, обрамляющая его зрение, пульсировала здесь ярче, каллиграфический текст его статусной информации становился четче, разборчивее. Шпиль понимал его класс лучше, чем коммерческие районы города.
Интересно. Резонанс окружающей среды.
Он отнес это к вектору окружающей среды.
Главный атриум представлял собой круглую камеру высотой в три этажа, окруженную восходящими дорожками. NPC-ученые в струящихся лазурных робах передвигались между столами, заваленными кристаллами, инструментами и диаграммами. Игроков здесь было мало. Пара персонажей класса «Маг» спорили о последовательности рун возле плавающей доски.
Каге подошел к центральному рецепционному столу. NPC, сидящая за ним, была пожилой женщиной, ее серебряные волосы были собраны в аккуратный узел, очки-половинки сидели на носу. Надпись над головой гласила: Архивариус Фессалия.
Она подняла взгляд от гроссбуха. Ее взгляд остановился на его берете, скользнул к плащу, задержался на рукояти Мумьё и остановился на его лице.
— Могу я вам помочь?
— У меня есть материалы на продажу. Руда, сохраняющая память.
По лицу ее пробежал намек на что-то. Интерес, тут же скрытый профессиональным безразличием.
— Руда памяти? — Она поправила очки. — Мы обычно не занимаемся торговлей материалами у стойки регистрации. Закупки для исследований проходят через Резонансную Лабораторию, третий этаж. — Она сделала паузу. — Сколько у вас?
— Сорок два куска.
Очки были сняты.
— Сорок два, — повторила она.
— Сорок два.
Она положила очки на стол с точной обдуманностью человека, решающего, насколько сильно ему позволено выглядеть впечатленным.
— Следуйте за мной.
Резонансная Лаборатория занимала полукруг третьего этажа Шпиля, ее окна выходили на крыши Корроса. Рабочие столы, покрытые кристаллическими решетками, камертонами и медной проводкой, выстилали стены. В центре большой рунический круг издавал низкий, постоянный тон. Настолько низкий, что Каге чувствовал его в груди, а не слышал.
NPC-исследователь, стоявший над кругом, был худым Эльфом с испачканными чернилами пальцами и выражением лица человека, который не спал столетие и не собирался начинать сейчас. Старший Исследователь Каэлен.
Фессалия представила ситуацию четырьмя словами: — У него сорок два.
Каэлен посмотрел на Каге так, как голодающий смотрит на банкет.
— Неочищенные?
Каге открыл Пространственный Мешочек Шахтера и начал извлекать руду. Каждый кусок падал на верстак с тяжелым стуком. Первые несколько привлекли вежливое внимание. К десятому Каэлен перестал моргать. К двадцатому Фессалия вернулась со вторым NPC. Жилистая Гномка в очках, которая представилась как «Хранитель Линз Борри, отдел Синтеза Кристаллов, пожалуйста, не прекращайте складывать».
Сорок два куска темной, прожилковатой руды покрывали верстак небольшой горой.
Каэлен поднял один. Перевернул его. Положил на рунический круг. Тон круга изменился. Углубился.
— Чрезвычайная консистенция, — пробормотал Каэлен. — Где вы их добыли?
— Предгорья Пепельной Долины.
— А. — Глаза Каэлена заострились. — Пепельная Долина.
Каге ничего не сказал.
Борри уже производила расчеты на украшенном кристаллами абаке, ее очки увеличивали глаза до комических размеров. — Сорок два куска, неочищенные, высокой чистоты из зоны добычи 3-го уровня. Текущая институциональная ставка за оптовую Мнемозину составляет... — Она щелкнула несколькими бусинами. — Одно золото за единицу.
— Пятьдесят золотых, — сказал Каге.
Борри посмотрела на Каэлена. Каэлен посмотрел на руду. Руда лежала там, отказываясь забыть свою первоначальную форму, как и было заявлено.
— Мы можем дать пятьдесят, — сказал Каэлен.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Торговля Завершена: Руда Мнемозины x42
Золото Получено: 50 З 0 С 0 М
Текущий Баланс: 52 Золотых, 74 Серебра, 24 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вес исчез, и Синестезия зарегистрировала это как легкость в суставах, ослабление напряжения, которое он отфильтровывал часами.
Он провел рукой по воздуху, сворачивая игровой инвентарь, чтобы открыть оверлей Шлюза VerseEx (RMT).
Чтобы привести свой баланс к плоскому резерву, он ликвидировал дробное серебро и медь вместе с основной частью своих недавних доходов.
Ордер на продажу: 42З 74С 24М
Текущий курс: $210.67 / 1З
Он оставил себе ровно 10 золотых.
Предполагаемая выплата: $9,004.55 USD
Комиссия за обработку (3%): -$270.14
Чистый депозит: $8,734.41
Он нажал Подтвердить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обработка Транзакции...
Средства Переведены на Связанный Счет
Текущий Баланс: 10 Золотых, 0 Серебра, 0 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он мгновенно закрыл окно, возвращая свое внимание в лабораторию.
Надо было продать это первым делом.
— Для чего вы это используете? — спросил Каге, наблюдая, как Борри сортирует руду в мягкие контейнеры.
— Кристаллы Мемори-Латтис, — сказал Каэлен, вытирая руки о свою робу. — Присущее руде свойство, сохранение формы, может быть очищено до кристаллической матрицы, которая хранит сенсорные впечатления. Эмоции. Эхо событий. Мы встраиваем их в архивную систему Шпиля.
Он указал на летающие книги, видимые через дверь лаборатории.
— Каждый том в Афинее содержит Кристалл Мемори-Латтис в своей основе. Текст вторичен. Кристалл хранит опыт автора. Когда читатель открывает книгу, он не просто читает слова. Он чувствует истину, стоящую за ними.
Кристаллы Мемори-Латтис.
Каге смотрел на упаковываемую руду.
Сохранение памяти. Сенсорные впечатления. Истина.
Оператор пометил это как потенциально относящееся к его классу. Вундеркинд уже знал, что так и есть. Он проигнорировал обоих.
— Если вам нужно больше, я могу добыть.
Каэлен выпрямился. — На самом деле, есть кое-что еще.
Он подошел к шкафу, достал кристаллический планшет и положил его на стол. Появилась подсказка квеста.
— Шпиль ведет постоянную исследовательскую программу по мнемоническим явлениям. Мы изучаем места, где остаточная память накапливается естественным образом, без помощи очищенной руды. В Корросских Лугах, к юго-востоку от города, есть место под названием Развалины Песчаника. — Каэлен провел пальцем по кристаллической табличке, и на интерфейсе Каге расцвел нарисованный оверлей карты. Впечатляющие акварели холмистых полей и разрушенных сидений амфитеатра.
— Старое место для выступлений, — продолжил Каэлен. — Эпоха до Корроса. Эмоциональный остаток от столетий искусства окаменел в автономные конструкции, которые мы называем Угасающими Эхо. Они безвредны для города, но содержат именно то, что нам нужно. Резонансные Ядра. Сгущенные фрагменты кристаллизованной памяти.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест Начался: Остаточные Частоты
Ранг: Необычный
Цель: Собрать 20 Резонансных Ядер с Угасающих Эхо в Развалинах Песчаника, Корросские Луга.
Награда: 8 Золотых, 12000 ОП, Статус у Шпиля Музы
Бонус: Ящик Со Снаряжением Ученого (Содержимое зависит от классовой принадлежности)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Классовая принадлежность.
Вот что его зацепило.
Ящик со снаряжением, привязанный к типу класса, означал, что пул наград будет зависеть от его профиля Поэта. Экипировка Искусства. Реагенты. Возможно, чернила. Возможно, что-то для векторов три, четыре или пять.
— Я возьму его, — сказал он.
Каэлен кивнул, уже возвращаясь к своей руде. — Приходите, когда у вас будет двадцать. И постарайтесь понаблюдать за ними, прежде чем убивать. Их выступления... поучительны.
Каге спустился по спиральной лестнице Шпиля, нарисованный оверлей карты слабо светился на краю его зрения. Развалины Песчаника находились примерно в двадцати минутах ходьбы к юго-востоку от городских ворот.
Он прошел через входную арку Шпиля и вернулся на средние улицы Корроса. Двое игроков-Магов, споривших ранее о последовательности рун, разрешили свой спор. Один теперь демонстрировал свое заклинание, случайно поджигая ближайшую клумбу. Стражник в филигранной серебряной броне шел к нему с покорным шагом человека, который уже заполнил отчет об инциденте в своей голове.
Каге прошел мимо них.
Его разум обратился к предстоящим четырем часам. Двадцать Резонансных Ядер от призраков памяти в древнем амфитеатре. Соло-фарм. Никакой группы для координации, никакого сопровождения, никакого Жердева для перевода.
Только он, его клинок, его чернила и призраки старого искусства.
Полевое испытание.
Он использовал Писчую Чёрную один раз, чтобы проверить подсказку. Он не сочинял надлежащий Письменный Стих в боевых условиях. Полночь Каллиграфа и Пустота Иллюминатора все еще были запечатаны. Ключевое слово [Память] сидело в его Лексиконе, необработанный инструмент, который он еще не начал понимать.
Четыре часа.
Он поправил берет и направился к южным воротам. Мозаичные плитки Мозаичной Тропы менялись от теплых золотых к прохладным синим под его ботинками, живое искусство города реагировало на время суток. Его Поступь оставляла слабые серые отпечатки на чистой плитке. Угольные разводы на ярком масляном полотне.
Стражники у ворот наблюдали, как он проходит. Одна из них, высокая женщина с алебардой в форме каллиграфического пера, взглянула на его плащ и слегка кивнула.
За воротами Корросские Луга открылись зелеными холмами, усеянными полевыми цветами и далекими фигурами игроков, гриндивших.
Где-то на юго-востоке призраки мертвых художников выступали перед пустой аудиторией.
Пойду представлюсь.
Юго-восточные луга пахли теплой землей и толченым тимьяном.
Каге шел, и Поступь Пепельной Дюны делала каждый шаг бесшумным. Трава сгибалась под его весом и тут же выпрямлялась, словно он никогда не проходил. Ботинки были предназначены для рыхлой местности. Песок, снег, пепел. На твердой земле они превращали его шаги во что-то ближе к намеку, чем к звуку. Длинный плащ развевался за ним на теплом боковом ветру, угольный шелк ловил послеполуденный янтарь.
Корросские Луга оценивались для уровней 15–45, а дорога на юго-восток проходила через нижние участки. Логично, учитывая, что это было направление Оукхейвена. Пологий рельеф. Невысокие холмы. Такого рода пасторальная красота, которую разработчики добавляют, чтобы дать игрокам передышку.
Другие игроки заполняли эту передышку.
Группа из пяти человек сгрудилась вокруг Лугового Кабана в пятидесяти метрах от дороги. Танк, широкоплечий мужчина в смеси бронзовых лат и, казалось, поварского фартука, уперся ногами и поднял щит-кайт. Кабан опустил голову. Щит поднялся на четверть такта позже. Удар согнул танка назад в пояснице, и он тяжело сел в траву с кряхтением, разнесшимся по полю.
Разбойник, который совершал осторожный фланговый маневр через низкую изгородь, выбрал именно этот момент, чтобы зацепиться ногой за торчащий корень. Он упал лицом в грязь.
Их целитель, невысокая женщина с посохом в форме подсолнуха, закричала что-то анатомически творческое.
Каге прошел мимо.
Далее, вторая группа бегала по кругу за парой Корросских Луговых Оленей. Лучшее снаряжение. Чистые ротации. Танк успешно наложил провокацию щитом, маг ударил издалека, разбойник обошел с фланга. По учебнику. Они были бы эффективны, если бы маг умел целиться.
— СНОВА? — Танк развернулся, перехватывая второго оленя, которого заагрил АоЕ мага. — ПРОВЕРЬ СВОЙ КОНУС, ДЕРЕК.
— ЭТО КРУГ, НЕТ НИКАКОГО КОНУСА—
— ТОГДА ПОЧЕМУ ИХ ДВОЕ?
Каге сохранял свой темп. Ветер касался его лица. Солнце грело плечи плаща. За ним далекий горизонт Корроса мерцал золотом, Шпиль Музы ловил свет, как стеклянная игла.
Через некоторое время луга изменились.
Зелень потускнела. Полевые цветы поредели. Почва под травой приобрела зернистую, меловую текстуру, и окружающий свет потускнел, словно мир спрятался за марлевой завесой. Театральный фильтр, углубляющий тени между холмами.
Затем, текст.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы входите в Развалины Песчаника. Элитная Зона (Уровень 25). Действуйте осторожно.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Развалины Песчаника были именно тем, на что указывало их название. Песня и камень, оба сломаны.
Амфитеатр, вырезанный в склоне пологого холма. Многоярусные сиденья, высеченные из бледного известняка, который когда-то был белым, а теперь стал цвета старой кости. Плющ оттенка выцветшего пергамента полз по верхним рядам, прорастая сквозь трещины. Сцена внизу была круглой, тридцать метров в поперечнике, ее поверхность — выцветшая мозаика из плиток, чья первоначальная яркость была вытравлена столетиями. В центре каменный постамент поддерживал остатки дирижерского подиума, края которого были сглажены временем и погодой.
Акустика была мгновенной.
Ботинок Каге коснулся первой ступени. Звук распространился. Чистый стук, который отскакивал от изогнутых стен и возвращался к нему с трех направлений, многослойный и резонансный. Место было построено для проекции. Каждая поверхность была отражателем. Звук направлялся вниз к сцене, усиливался и отбрасывался обратно в небо.
Синестезия уловила это. Архитектура амфитеатра была звуковой линзой, и его восприятие мгновенно настроилось на нее. Окружающий гул зоны обострился. Ритмы врагов здесь будут четче, чем на открытой местности. Небольшое преимущество.
Он присел на верхнем ярусе и наблюдал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Угасающее Эхо (Плачущая Танцовщица) - Ур 26
Угасающее Эхо (Сломанный Скрипач) - Ур 25
Угасающее Эхо (Полый Оратор) - Ур 27
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Они двигались по амфитеатру, как воспоминания, застывшие в янтаре. Полупрозрачные силуэты из бледной статики. Каждый из них был похож на человека, но выполнен в неправильной среде, словно кто-то нарисовал человека в телевизионном шуме и заставил его ходить. Восемь. Девять. Еще больше дрейфовало из-за заросших плющом краев.
Плачущая Танцовщица скользила по третьему ярусу. На ней было что-то струящееся, платье или обмотки, сведенные к намеку на ткань в ее статичной форме. Серебряные слезы непрерывно текли по ее безликому лицу. Она шла между сиденьями без спешки, проходя сквозь упавшую колонну, как сквозь дым.
Лист отделился от плюща над головой. Закрутился вниз через неподвижный воздух. Достиг ее плеча.
Прошел сквозь.
Нематериален во время движения.
Каге считал. Танцовщица дрейфовала двадцать восемь секунд. Затем что-то изменилось. Бесцельная походка прекратилась. Ее вес опустился на бедра. Ее полупрозрачные руки вытянулись.
Она танцевала.
Жестокий, вращающийся удар ногой, переходящий в широкий полукруглый удар, нацеленный в пустоту. Движение было быстрым, взрывным. Грация балерины, пропущенная через намерение мастера боевых искусств.
И во время вращения ее тело было твердым.
Статика исчезла. На три секунды форма Танцовщицы наполнилась плотностью и цветом. Бледная кожа. Темные волосы. Мерцание ее платья стало настоящим шелком. Ее нога ударила по каменному сиденью рядом с ней, и полетели осколки. Настоящие осколки. Настоящая сила.
Удар закончился. Она вернулась к своему дрейфу. Цвет исчез. Снова призрак.
Осязаем во время выступления.
Каге взглянул на нижние ярусы. Сломанный Скрипач стоял на сцене, рука с луком вяло опустилась. Он поднял свой инструмент, издал отчаянный, диссонансный скрип в течение четырех секунд, твердый, затем опустил лук и снова стал бродить. Полый Оратор расхаживал в дальнем конце, рот открыт в беззвучном крике, твердея на пять секунд каждые сорок в порыве театральной ярости, направленной ни на кого.
Каждое выступление Эхо было разным. Разная длительность. Разное окно. Разная атака, вплетенная в искусство.
Он снова засек время Танцовщицы. Двадцать девять секунд дрейфа. Три секунды осязаемости.
Девять процентов времени активности.
Он выхватил Мумьё.
Клинок вышел бесшумно. Он никогда не издавал звука. Расцвет Артиста от берета добавил слабый тянущийся край к дуге стали, шепот бордового света, как пятно вина, протащенное по воздуху.
Он наложил Усиление на себя. Волей. Мгновенно. Ключевое слово осело на его мышцах, как вторая кожа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он наложил Усиление на Мумьё. Клинок замурлыкал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он спустился по ярусам. Акустика амфитеатра уловила его шаги и воспроизвела их как чистый, размеренный метроном.
Плачущая Танцовщица дрейфовала на два яруса ниже. Каге сократил дистанцию с терпением человека, вдевающего нитку в иголку. Десять метров. Семь. Пять.
Ма-ай.
Критическая дистанция. Граница, где его присутствие вошло в ее пространство.
Он шагнул в него.
Танцовщица остановилась.
Смещение веса произошло. Бедра опустились. Руки вытянулись. Синестезия уловила это первой, басовый пульс в размере 3/4. Раз-два-три.
Она закрутилась, и материализовалась молодая женщина. Темные волосы, лицо в слезах, ее нога уже метнулась в яростном полукруге к его ребрам. Ослабление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Слово приземлилось на ее затвердевающую форму.
Каге развернулся на задней ноге. Удар ногой просвистел мимо его груди. Близко. Смещение воздуха потянуло его длинный плащ. Камень треснул позади него, куда пришелся удар.
Мумьё двинулся. Клинок перешел от неподвижности к пересечению вытянутой ноги Танцовщицы за время, которое не должно было существовать. Бордовый свет тянулся за лезвием.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -297 ОЗ
Отголосок x1
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Танцовщица пошатнулась. Каге уже разворачивался. Ошейник Вечного Пса пульсировал теплом у его ключицы, двадцатипроцентное ускорение движения сработало против цели, которой он только что нанес урон. Он сократил микрозазор и снова нанес удар. Резкий горизонтальный.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-159 ОЗ
Отголосок x2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Трехсекундное окно заканчивалось. Ее форма пошла рябью. Статика заползала с краев. Он сделал выпад для третьего удара.
Клинок прошел сквозь нее.
Промахнулся.
Танцовщица снова стала дрейфовать. Серебряные слезы. Безмолвные шаги, не оставляющие следов. Она прошла сквозь каменное сиденье, словно оно было нарисовано на стекле.
Каге стоял в проходе между ярусами, Мумьё все еще вытянут.
Два чистых попадания. Один крит. 456 урона. Три секунды. Затем тридцатисекундный промежуток ничего. Он опустил клинок и ждал…
Танцовщица дрейфовала. Двадцать секунд. Двадцать пять.
Каге удерживал позицию. Вес сбалансирован. Клинок у бока. Амфитеатр заполнял тишину далеким, атональным скрипом Скрипача и немым ревом Оратора.
Тридцать секунд.
Смещение веса.
Пульс вальса ударил в его Синестезию за полсекунды до визуального сигнала. Он уже был в ее радиусе, расположен на ее пути дрейфа.
Раз-два—
Она закрутилась. Затвердела.
Удар ногой пришелся слева. Он парировал его.
Мумьё встретил голень Танцовщицы плоской поверхностью клинка, отразив удар так, что он прозвенел по амфитеатру, как ударенный колокол. Ее нога отскочила вверх. Сила прошла через рукоять в его запястья и плечи. Его руки удержались.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование!
Авен восстановлен: +26 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оглушение заставило ее застыть посреди выступления. Одна дополнительная секунда беспомощности наложилась на окно. Он воспользовался этой возможностью.
(Шаг) — Уда— (Рубящий Удар) —р.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x1 (+2 Урон, +2% Скорость)
-163 ОЗ
Отголосок x3
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Восходящий удар. Противоположная диагональ.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-161 ОЗ
Отголосок x4
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Прямой укол, используя последний кадр оглушения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-160 ОЗ
Отголосок x5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ее форма дестабилизировалась. Статика поглотила цвет. Снова призрак.
Лучше. Идеальное Парирование продлило окно на целую секунду. Три удара вместо двух. Стаки Отголосков на максимуме. Следующий удар запустит Фантомный Удар.
Пятнадцать секунд Ритмического Потока.
Часы пошли.
Танцовщица дрейфовала. Пять секунд. Десять. Пятнадцать.
Серебряное мерцание по его краям угасло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмичный Поток истек.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вот оно.
Тридцатисекундная бесплотная фаза. Пятнадцатисекундный таймер Потока. Математика была структурно нарушена; каждое окно он начинал с нуля.
Он выдохнул через нос и наблюдал за ее дрейфом. Считал.
Тридцать.
Смещение веса.
На этот раз он обменялся. Он пожертвовал парированием ради чистой атаки, шагнув внутрь дуги удара ногой и позволив ей слегка задеть его плечо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Пассивный Эффект Сработал: Непоколебимая Воля
Урон Отрицан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Кольцо Грома пульсировало теплом. Фантомная сила от удара ногой рассеялась, как туман. Каге уже был внутри защиты.
Пять теней Отголоска тянулись за Мумьё, наслоенные друг на друга, как карты в разложенной колоде. Ослабить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он взмахнул.
Клинок поймал ее поперек торса. Полная отдача.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-163 ОЗ
Фантомный Удар сработал!
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Накопленная тень отделилась от стали и повторила разрез спустя мгновение. Спектральная копия, которая прошла сквозь защиту Танцовщицы, словно она была нарисована на стекле. Эфирный урон. Сквозь броню.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-82 ОЗ
Отголосок сброшен: 0/5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Горизонтальный разрез. Чисто.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-163 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Форма Танцовщицы разрушалась. Цвет исчезал с ее краев. Слезы сияли серебром еще раз.
Он добил ее уколом.
Танцовщица сломалась. Не как умирающий моб. Как гаснет прожектор. Ее твердая форма разбилась на тысячу бледных частиц, которые поднялись вверх, ловя приглушенный свет амфитеатра, как пыль в солнечном луче. Слезы ушли последними. Две серебряные полосы, которые продержались на полсекунды дольше остальных, прослеживая путь лица, которое уже исчезло.
Частицы осели на камень. Растворились.
Тишина.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Угасающее Эхо (Плачущая Танцовщица) побеждено.
+800 ОП
Лут Получен
Резонансное Ядро x1
3 Серебра 40 Медных
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Маленький кристалл покоился на ярусе, где стояла Танцовщица. Бледно-синий, размером с мрамор. Он подобрал его.
Интуиция Рассказчика его замерцала. Мимолетная вспышка. Женщина в темном репетиционном зале. Босые ноги на потертом дереве. Вращение, вращение, слезы текли по ее щекам, когда музыка нарастала до невыносимого.
Затем это был просто мрамор в его ладони.
1 из 20.
Он открыл свой статус.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОП: 3,272/10,319
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он сел на каменный ярус. Вложил Мумьё в ножны. Осмотрел амфитеатр, где оставшиеся Эхо продолжали свои вечные, безмолвные круги.
Три окна для атаки. Примерно по три секунды каждое. Девять секунд фактического времени урона в стосекундном бою.
Девять процентов.
Он мог фармить это. Это было фармибельно. «Фармибельно» было оперативным словом, которое поддерживало свет. Двадцать убийств, по две минуты каждое, сорок минут в общей сложности. Плюс перепозиционирование. Плюс перебафф. Назовем это часом для всех двадцати ядер. Приемлемо.
Но уродливо.
Промежутки между окнами были мертвым временем. Секунды нулевой ценности, когда его баффы истекали напрасно, когда Ритмичный Поток не мог преодолеть пустоту, когда каждое столкновение было холодным стартом с нуля.
Если бы я мог заставить их оставаться осязаемыми...
Хайку могло бы это сделать. Переписать локальные правила, что-то вроде «В этом пространстве все физично». Его запаса хватило бы на два или три каста.
Написанное.
Слово всплыло тихо, словно что-то, что ждало внизу, пока он перестанет говорить.
Чернила. Система дала ему модификатор урона, замаскированный под флакон с письменной жидкостью — это означало, что экономика его класса работала на чернилах так же, как воины работали на точильных камнях. Когда он использовал Письменный Стих, он проецировал Перо через интерфейс. Чертил слова в воздухе. Перо покрывалось чернилами, буквы формировались в свете, система выполняла команду. Чисто. Функционально.
А затем оно исчезло.
Стих выстрелил и исчез, так же как Вызванный Волей или Произнесенный. Его взгляд скользнул к потрескавшейся мозаике под его ботинками. К каменному сиденью. К пустому пьедесталу на сцене внизу.
Что является холстом?
Чернила ложились на предметы. Вот что делали чернила. Все это знали. Каждый клерк, заполняющий гроссбухи, каждый студент, каждый подмастерье, сгорбившийся над своим столом. Ты писал на чем-то. В этом был смысл. В этом была вся причина существования чернил.
Его рука потянулась к бедру. Перо Первого Творца дремало в своем слоте для инструментов. Спящий вес у его бока. Вес, который казался тяжелее, чем должен, словно инструмент прислушивался.
Может ли это остаться?
Он уставился на фолиант бумаги, который он купил, тихо лежащий в его инвентаре, вопрос повис в мертвой акустике амфитеатра, громче любого из безмолвных представлений внизу.
Вопрос не давал покоя.
Остается ли?
Он перевернул Резонансное Ядро между пальцами. Еще теплое. Бледно-синий мрамор, содержащий эхо женщины, которая дотанцевала себя до забвения. Он положил его в карман и посмотрел на свои руки.
Интерфейс был прямо там. Он мог вызвать подсказку для каста одной лишь мыслью. Привычная полупрозрачная панель материализовалась бы перед ним, серебряная филигрань ползла бы по краям, как плющ по разрушенной стене. «Напечатать» стих. Подтвердить. Система читает его, оценивает, исполняет. Чистая транзакция. Вход, выход.
В этом и была проблема.
Интерфейс был системным инструментом. Специально созданным для превращения поэзии в эффект. Он был разработан для принятия его синтаксиса, оценки его Фактора Истины, вычета стоимости Авена и запуска результата в мир. Это был компилятор. Каге печатал код, и UI запускал программу.
Бумага не была компилятором. Бумага была бумагой.
Он вытащил лист из стопки, которую купил, и поднес его к серому свету амфитеатра и наблюдал, как он абсолютно ничего не делает.
Если я напишу стих на этом, что произойдет?
Перо могло бы покрыться чернилами. Слова сформировались бы. Но что потом? Интерфейс UI исполнялся немедленно, потому что он был посредником, переводчиком между намерением и реальностью. Бумага не обладала такой властью. Написание Однословной Поэмы на куске пергамента было бы все равно что написать «ВЗОРВАТЬСЯ» на гранате и ожидать, что почерк сделает свою работу.
Если только сам стих не содержал детонатор.
Он опустил бумагу на колено. Уставился на чистую поверхность.
Интерфейс обрабатывает исполнение. Это его работа. Без интерфейса поэма должна сама обрабатывать свое исполнение. Что означает...
Поэме нужен был триггер.
Если его класс буквально переписывал локальную реальность с помощью языка, то единственное, что разделяло «заклинание» и «оберег», было то, когда язык активировался. Заклинание было повелительным предложением. Сделай это сейчас. Оберег был условным предложением. Когда это произойдет, сделай это.
Условие «если/то». Написано в стихах.
Его пальцы барабанили по бедру. Старая привычка из реальной жизни, из тех ночей, что он проводил за кухонным столом, рассчитывая прибыль — ритм решения проблемы.
Три сценария.
Первый был очевиден. Ловушка. Что-то, что он мог оставить на земле и уйти. Если бы он написал условие активации в первой строке Хайку, например, то Системе не нужен был бы UI, чтобы знать, когда запускать. Само окружение выполнило бы замысел поэмы.
Он ясно представлял это.
[Цель] ступает близко,
[Ослабь] небрежного вора теперь,
[Свяжи] их во тьме.
Первая строка — триггер, вторая — параметр цели.
Второй.
Его разум уже двигался. Реактивный оберег. Тот же принцип, другой триггер. Вместо условия, основанного на местоположении, он мог бы привязать активацию к получению урона. Написать «когда» как удар, а не близость.
[Цель] бьет по щиту,
[Форма] чернил в стену,
[Усиль] плоть и кости.
Прикрепите что-нибудь подобное к щиту. Бумага лежит там, ничего не делая, пока что-то не ударит по ней. Столкновение удовлетворяет условие первой строки.
Он мог бы дать их Лили. Любому члену группы. Заранее оплаченная защита, которую они могли бы носить с собой.
Третий.
Задержка по времени. Если бы он привязал триггер к изменению состояния окружающей среды, а не к физическому событию...
[Память] песни,
[Покой] ложится на сцену,
[Ударь] по последней струне.
Его барабанная дробь прекратилась.
Три варианта использования. Ловушки, обереги, замедленные детонации. Каждый из них был Хайку со встроенным логическим затвором. Первая строка была «ЕСЛИ». Вторая строка была «ТОГДА». Третья строка была «ИСПОЛНИТЬ».
Это меняет все.
Обереги. Свитки. Заранее загруженная защита, которую он мог бы раздавать, как боеприпасы. Запрет на область, который он мог бы установить перед боем и уйти. Ему не нужно было бы стоять посреди арены босса, канализируя Хайку в течение трех секунд, пока все пытались его убить. Он мог бы написать стих заранее, на бумаге, и позволить миру нажать на курок.
Проверь это.
Он потянулся к Перу.
Перо Первого Творца скользнуло из слота для инструментов в его руку, прохладное на ощупь. Он распрямил бумагу на каменном ярусе рядом с собой. Зарядил Писчую Чёрную в резервуар Пера.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стихи, составленные с использованием чернил: +10% к Базовой Мощности.
Автоматическое Нанесение включено. Чернила будут расходоваться при каждом использовании, уменьшая емкость резервуара.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он посмотрел на амфитеатр. Угасающее Эхо проплыло мимо второго яруса, в сорока метрах. Полый Тенор, судя по широким плечам и тому, как его полупрозрачная форма мерцала между баритональными жестами. Бестелесный. Неприкасаемый еще как минимум тридцать секунд.
Идеальный тестовый субъект.
Он приставил кончик Пера к бумаге. Чернила мгновенно впитались в волокна, жадно, почти тянули перо вперед. Он быстро писал. Чистые мазки. Версия с триггером по близости, адаптированная к его текущему окружению.
[Цель] ступает близко,
[Ослабь] небрежного вора теперь,
[Свяжи] их во тьме.
Слова слабо светились на бумаге. Мокрые чернила, ловящие серый свет. Он взял бумагу и понес ее вниз по каменным ярусам. Положил ее плашмя на пол амфитеатра прямо на путь дрейфа Полого Тенора.
Затем он вернулся на свое место. Сел. Ждал.
Тенор проплыл ближе. Полупрозрачные ноги оставляли за собой клубы бледного света на древнем камне. Двадцать метров. Пятнадцать. Десять.
Бестелесная форма прошла прямо над бумагой.
Ничего.
Бестелесный. Нет данных о столкновении. Условие шага не может быть выполнено, если ноги не касаются—
Он поймал себя. Это была отвлекающая переменная, а не состояние отказа. Ему нужен был телесный тест. Эхо затвердевали для своих окон атаки. Он просто дождется следующего.
Тенор достиг своей отметки. Остановился. Выпрямился. Полупрозрачное тело затвердело в твердую фигуру, широкогрудого мужчину в рваных концертных робах, открывающего рот. Его нога прижалась к камню.
К бумаге.
Каге почувствовал это через двадцать метров мертвого воздуха. Заряд, достигающий триггера, проверяющий условие, находящий совпадение.
Затем:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Попытка Вписания Стиха.
Статус Пера Первого Творца: Дремающий.
Функция Вписания - ЗАБЛОКИРОВАНА.
Требование: Первое Пробуждение Пера.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Полый Тенор завершил свое окно выступления и снова растворился в тумане. Каге уставился на уведомление.
Заблокировано.
Он прочитал это снова.
Вписание.
Акт написания стиха на физической поверхности с условным исполнением был специфической, названной способностью Пера. Способностью, которая требовала Пробуждения инструмента.
Он посмотрел на Перо в своей руке.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перо Первого Творца (Дремающий)
1/3 ПЕЧАТЕЙ СЛОМАНО
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Одна печать. Сломана после Стража Слёз. После поэмы о горе. После того, как он вытащил сырую, необработанную печаль из места, которое он держал запертым и заблокированным, и написал ее серебряным светом дрожащими руками, пока слезы текли по его лицу.
Он избегал этого вывода.
Оно сидело в глубине его сознания с Долины Какофонии, и он обходил его так, как обходят комнату, где случилось что-то плохое. Глаза вперед. Шаг твердый. Не смотри на дверь. Были вещи, которые нужно было рассортировать, навыки, которые нужно было проанализировать, группу, которую нужно было напугать. Удобные отвлечения.
Но сидя здесь один в разрушенном амфитеатре, наблюдая, как призраки мертвых исполнителей кружат по своей пустой сцене, удобного ничего не осталось.
Печать сломалась, потому что поэма была настоящей.
Системе было плевать на механическую точность стиха. Количество слогов было правильным, ключевые слова были действительными, но он написал десятки механически хороших поэм с момента разблокировки класса. Печать даже не упоминалась.
Она сломалась, потому что горе было подлинным.
Потому что он перестал выступать и на самом деле был грустным. Не стратегически грустным. Не «стычка требует эмоционального резонанса, поэтому я сейчас получу доступ к соответствующему воспоминанию для оптимального эффекта». Просто грустным. Просто парень, стоящий на коленях в сером пепле, думающий о руках своего отца.
Перу нужна была истина. Его истина. Неудобная, неэффективная, оперативно бесполезная истина, которую нельзя было оптимизировать или запланировать.
Еще две печати. Еще два момента подлинной... чего? Уязвимости?
Отлично. Прогресс моего класса зависит от наличия чувств.
Он подумал о трех гипотетических свитках-оберегах, которые он только что разработал. Ловушки по близости. Реактивные обереги. Замедленные детонации. Каждое — чистое, элегантное решение ограничений, которые преследовали его боевой стиль. Каждое — заперто за дверью, которая открывалась изнутри.
Перо слабо гудело в его хватке. Терпеливое.
— Я тебя слышал, — пробормотал он и вложил его в ножны.
Запиши это. Двигайся дальше. Уровень 25 — следующая эволюция класса. Во что бы ни превратилось Вписание, во что бы ни превратилось Перо, сейчас оно мне бесполезно. Полезны двадцать Резонансных Ядер и двенадцать тысяч опыта.
Он встал. Смахнул каменную пыль с длинного плаща Маэстро. Посмотрел на пол амфитеатра, где Эхо продолжали свои вечные круги.
Но я обнаружил Ритмичный Поток как скрытую механику до того, как система вообще сообщила мне о его существовании. Я нашел его, делая дело и позволяя системе догнать.
Что еще скрывается в полях?
Он отмахнулся от мысли. Позже. Сейчас проблема была проще.
Эхо были бесплотными девяносто процентов времени. Трехсекундные окна атаки за цикл. Девять процентов времени урона. Неприемлемо.
Значит, Хайку. Переписать локальную физику, чтобы принудить к телесности по всей зоне. Сделать их всех твердыми, всегда, и рубить их, как пшеницу.
Просто в теории.
Он снова сел на верхний ярус. Прижал ладони к глазам. Попытался сочинить, и Оператор тут же выдал первый черновик. Что-то утилитарное. «Заставь их кости проснуться / Свяжи их формы с твердой землей / Ударь то, что не может убежать». Связать, Форма, Удар.
Он проверил это на внутреннем чутье. Синестезия отозвалась слабым кислым привкусом на задворках горла. Низкий резонанс. Фактор Истины был бы мусором.
Почему?
Потому что это было неправильно. Нарративно неправильно. Ударь то, что не может убежать — это была угроза, а это был амфитеатр. Архитектура была звуковой линзой, созданной для проекции и исполнения. Объявлять удар в месте, построенном для песни, было все равно что пытаться настроить скрипку молотком.
Он нахмурился. Отбросил это. Начал заново.
Связать и Форма — это прочно. Эти два охватывают аспект телесности. Остается третий слот.
Он перебирал свой Лексикон, как игрок в карты, веером раскладывающий руку. Усиление? Усиление призраков до физической твердости было натяжкой. Ослабление? Ослабление бесплотного состояния? Это была нарративная гимнастика, и система оценивала честность. Рост? Выращивание тела из статики? Принудительно.
Ничего не подходило. Каждое ключевое слово, которое он вставлял в третью позицию, ощущалось, как забивание неправильной части пазла заподлицо. Хайку либо читалось как неуклюжее, либо как нечестное, и оба убивали силу.
Ладно.
Слово, которое он еще не использовал, всплыло со дна его Лексикона. Оно лежало отдельно от других, как уголь, который еще не остыл.
Память
То, что Оромос «заклеймил» в его Лексиконе во время падения, жгло, как раскаленное железо, прижатое к внутренней стороне его черепа. Он все еще чувствовал фантомную боль от этого. Оно было тяжелее других, плотнее каким-то образом, который Синестезия не могла назвать. Когда он сосредоточился на нем, воздух вокруг его мыслей, казалось, сгустился, словно само слово прислушивалось.
Подходит.
Подошло идеально. Это были Угасающие Эхо. Воспоминания исполнителей, застывшие в янтаре. Амфитеатр был мемориалом. Камень помнил их ноги. Если какое-либо слово было истинно здесь, это была Память.
Он медленно выдохнул. Еще раз прогнал композицию. Еще раз проверил ее на внутреннем чутье.
Достаточно хорошо.
Он встал. Вдохнул.
Его рот открылся, и первая строка застряла в горле. Ключевое слово Память слегка сопротивлялось ему, как дверная петля, которую не смазали. Он пробился сквозь.
— «Память кожи»,
[Память] выстрелила. Синестезия перевела это как жар. Давление, нарастающее за его грудиной, теплое и глубокое. Оно пульсировало один раз, и пульс распространился наружу через камень под его ботинками.
— «Свяжи их со сценой любимой,»
[Связать]. Воздух сгустился. Дрейфующие Эхо замерцали на своих орбитах.
— «Форма требует их облика».
[Форма]. Это был амфитеатр. Это были исполнители. Сцена требовала их присутствия. Камень помнил их ноги.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фактор Истины: ВЫСОКИЙ.
-350 Авен
Расширение Домена: «Занавес» - Активно.
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова [Форма] увеличен. (18%->22%)
Лексикон Поэта: Резонанс Ключевого Слова [Память] увеличен. (1%->2%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Эффект ударил, как поднимающийся занавес. И затем продолжился.
Каждое Эхо в амфитеатре мгновенно затвердело. Двенадцать из них. Может быть, пятнадцать. Разбросанные по ярусам и сцене внизу, их полупрозрачные формы наполнились цветом и весом в одно сердцебиение. Плачущие Танцовщицы застыли посреди дрейфа, внезапно стоя на ногах, которые прижимались к камню. Полые Ораторы спотыкались, рты все еще открыты в их безмолвных ариях, оглядываясь с выражениями, которые могли быть замешательством или облегчением.
Это было то, что он ожидал.
Чего он не ожидал, так это камня.
Ключевое слово Память взорвалось наружу, как ударная волна, которую он не мог видеть, только чувствовать. Амфитеатр содрогнулся от воспоминания: бледный известняк под его ботинками стал теплым, и трещины начали закрываться. Плющ высох и отступил, отползая от сидений, как разворачивающиеся пальцы. Мозаичные плитки на полу сцены пошли рябью, цвет возвращался в них от краев внутрь, лазурный, золотой и глубокий умбра собирались в изображение лиры, увитой звездным светом. Осколки разбитого камня обратили свое падение. Колонны собрались вновь. Дирижерский подиум в центре сцены восстановился, края обострились, потертая до гладкости поверхность вновь обрела четкую геометрию чего-то только что вырезанного.
Серый свет изменился. Потеплел. Словно солнце за облаками вспомнило, где оно.
Каге стоял совершенно неподвижно на верхнем ярусе амфитеатра, который больше не был руинами.
Развалины Песчаника исчезли. На их месте стоял Амфитеатр Песчаника, каким он, должно быть, выглядел столетия назад. Белый известняк блестел. Отполированные сиденья. Акустика гудела от ожидающей тишины, затаенного дыхания пространства, предназначенного для одной цели.
Эхо двинулись.
Теперь они двигались с намерением. Плачущая Танцовщица на третьем ярусе повернулась, ее темные волосы ловили свет, которого не существовало тридцать секунд назад, и пошла вниз по ступеням к сцене. Ее шелковое платье тянулось за ней, настоящая ткань по настоящему камню. Сломанный Скрипач последовал за ней, прижимая к груди инструмент, который материализовался в его руках, его дерево было теплым и янтарным. Полый Оратор спускался с дальней стороны, ее осанка выпрямлялась с каждым шагом, подбородок поднимался, руки сжимались перед ней, словно готовясь обратиться к толпе.
Один за другим, каждое телесное Эхо в амфитеатре сошлось на сцене. Они расположились с точностью профессионалов, которые делали это тысячи раз. Скрипач занял свою позицию слева от сцены. Танцовщицы образовали полумесяц за подиумом. Ораторы фланкировали их, стоя высоко.
Они повернулись к аудитории.
Аудиторией был Каге.
В его поле зрения расцвело системное уведомление. Серебряная филигрань Синестезии обвилась вокруг его краев, как плющ вокруг театральной афиши.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ЗАПУЩЕНО ДИНАМИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ ЗОНЫ
Квест Начался: Последний Выход на Бис
Ранг: ???
Цель: Станьте свидетелем выступления.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на сцену, полную призраков, которые больше не были призраками, стоящих в амфитеатре, который больше не был руинами, и понял, что ключевое слово Память сделало именно то, что от него требовалось.
Оно заставило камень вспомнить.
Он медленно опустился на одно из отполированных сидений. Известняк был теплым.
Скрипач поднял свой лук.
Заметка от Nejm
Надеюсь, вам понравится глава, так как она одна из моих любимых :)
Скрипач потянул смычок.
Первая нота взлетела чистая и тонкая, достаточно серебряная, чтобы брить воздух. Она скользнула по восстановленному амфитеатру, ударилась об изогнутый известняк и вернулась втрое насыщеннее. Каге почувствовал ее в камне под своими ботинками и в корнях зубов. Это место было создано для этого. Каждое сиденье, каждый угол, каждая отполированная поверхность склонялась к звуку с благоговейной точностью.
Танцоры двинулись на второй ноте. Женщина, с которой он сражался раньше, Плачущая Танцовщица, возродилась и вела их.
Они спускались с обеих сторон сцены по медленной спирали, шелк тянулся за ними бледными лентами. Их ноги чертили узоры по мозаичной лире в центре сцены. Узор выглядел декоративно в течение двух тактов. На третьем Каге уловил структуру. Круги в кругах. Линии, сходящиеся к дирижерскому подиуму. Процессия. Гравитация. Весь город, притянутый к одной точке.
Ораторы вышли последними.
Их статичные лица теперь полностью превратились в людей. Женщина со строгими бровями и голосом, созданным для командования. Пожилой мужчина с узким, суровым лицом и руками, двигавшимися, как скульптор, ваяющий воздух. Молодая исполнительница, чье выражение лица несло яркую, опасную искренность. Они заняли свои места на краю сцены и по очереди начали говорить, каждая строка ложилась на размер скрипки.
— «Поднять камень из карьера».
— «Поднять дерево из реки».
— «Поднять колокол над площадью».
Танцоры своими телами образовали стены. Двое низко наклонились. Трое забрались им на спины. Полумесяц превратился в башню.
— «Поднять хлеб голодным».
— «Поднять чаши живым».
— «Поднять песню открытому небу».
Скрипка поднималась вместе с ними, теплая теперь, почти нежная. Все это несло странную ясность логики сна. Каге не хватало истории. У него была форма. Город рос. Люди строили его. Колокол звонил для пира, для предупреждения, для похорон, для свадьбы. Танцоры показывали все это ногами и запястьями, и наклоном плеча.
Его Синестезия жадно поглощала это. Звук приходил с текстурой. Скрипка на вкус была как лакированное дерево и пыль, нагретая лампой. Голоса ораторов слабо пахли старой бумагой и бархатными сиденьями, нагретыми многолюдной аудиторией. Где-то под представлением, под воспоминанием, ставшим цельным, сцена гудела от завершенности. Затаенное дыхание. Прощание, скрытое в безупречной репетиционной грации.
Настроение изменилось на одной протяжной ноте.
Одна танцовщица шагнула вперед, неся тонкий золотой обруч. Она подняла его высоко. Огни, или какое-то воспоминание об огнях, оживившие восстановленный амфитеатр, зацепились за его края и сделали его жестким.
Старший оратор принял корону.
Он водрузил ее на свою голову и выпрямился на полдюйма. Вся сцена изменилась вокруг него. Спираль танцоров сжалась. Скрипка сузилась в линию, которая тянулась, как проволока.
— «Подсчитайте зерно», — сказал коронованный оратор.
Танцовщица положила ему в руку гроссбух.
— «Подсчитайте корабли».
Другая танцовщица положила у его ног отполированный жезл.
— «Подсчитайте мужчин».
Спираль снова сжалась.
— «Подсчитайте дыхание».
Эта фраза ударила по амфитеатру, как пощечина.
Каге подался вперед, прежде чем осознал, что движется.
Танцоры, построившие город, подняли руки к горлу. Шелковые ленты появились в руках других. Белые, чистые, почти церемониальные. Они завязали их на ртах одну за другой.
Молодая оратор вышла из строя.
— Кто считает песни? — спросила она.
Скрипка оборвалась.
Тишина заполнила чашу театра. Тяжелая. Ожидающая.
Затем строгая женщина ответила, ее голос доносился до самого дальнего места со зловещей элегантностью.
— Мы считаем.
Она ударила себя открытой ладонью по груди.
— Мы, кто помнит.
Танцоры сорвали ленты.
Скрипка вернулась с зубами.
Каге сидел и смотрел на протест, устроенный призраками, и даже его циничный мозг должен был отдать им должное. Кто бы ни написал это, он выбрал тонкость для первой минуты, а затем бросил эту тонкость в реку. Послание стояло открытым, ярко написанным. Корона подавляла голос города. Корона боялась свидетелей. Корона хотела повиновения, измеряемого тишиной.
Вот что вас всех убило, подумал он, и мысль пришла с меньшим сарказмом, чем он ожидал.
Представление углублялось.
Коронованный оратор двигался по городу танцоров размеренными шагами, касаясь голов, поворачивая плечи, прикладывая руки ко ртам. Каждое прикосновение сжимало формацию туже. Молодая оратор и скрипач боролись с ним ритмом. Нота здесь. Фраза там. Танцовщица выскользнула на свободу, увлекая за собой другую. Бунт, выраженный в метре и теле.
Каге наблюдал за разворачивающимся спором и почувствовал, как что-то старое зашевелилось.
Это началось как давление за ребрами. Знакомое. Опасное.
Его мама любила такое.
Мысль пришла цельной.
Руки его матери. Тонкие и элегантные. Разглаживающие переднюю часть темно-синего платья, когда она подавалась вперед в своем кресле, совершенно завороженная женщиной на сцене, поющей что-то итальянское. Национальная Оперная Арена. Клайду было одиннадцать. Он сидел в трех креслах от прохода, потому что всегда выбирал место у прохода, на случай, если ему нужно будет сбежать, и Элара опередила его.
Элара. Четырнадцать, волосы заплетены, лицо слегка приподнято, рот слегка приоткрыт. У нее было выражение их матери. Полное, незащищенное поглощение. Как будто мир за пределами театра перестал существовать, и было только это: голос, мелодия, история, рассказанная звуком.
Клайд провел весь первый акт, считая люстры и планируя, что сказать Мастеру Джину о новом ударе, который он практиковал. Во втором акте он синхронизировал вибрато сопрано со своим пульсом, чтобы проверить, может ли человеческий голос достичь постоянства метронома. Ответ был да, но только в протяжных нотах.
Ему было так скучно.
Его мать повернулась к нему во время антракта, глаза сияли, щеки раскраснелись. — Разве она не прекрасна? — спросила она.
— Да, — сказал Клайд, уже прикидывая, как оформить следующую сессию с Мастером Джином, чтобы она требовала дополнительных часов.
Он был так хорош в этом. Отговорки.
Скрипка на сцене зазвучала сильнее.
Поездка домой на поезде. Дождь по стеклу. Мать тихо напевает, все еще наполовину погруженная в оперу, которую они только что посмотрели. Элара копирует движения рук танцовщицы с неловкой искренностью. Клайд, уставившийся в темное окно и замышляющий свою следующую ложь.
— Мастер Джин сказал, что мне сегодня вечером нужна работа ног.
Немедленный, возмущенный взгляд Элары.
— Ты это говоришь каждый раз.
— Потому что это правда.
Их мать тихо смеется.
— Искусство не испортит твой меч, Клайд.
Тогда он так закатил глаза, что это должно было считаться кардио. Он использовал Джина как юридическую защиту каждый раз, когда появлялись билеты в оперу.
Всегда была практика. Всегда был турнир. Всегда была еще одна готовая отговорка.
Он ни разу не пожалел об этом.
До сих пор, по-видимому.
На сцене коронованный оратор поднял свой жезл. Танцоры отшатнулись. Молодая оратор вышла на подиум и подняла подбородок к коронованной фигуре. Весь ансамбль танцоров повернулся вместе с ней. Их тела образовали волну, движущуюся вверх по склону. Вызов.
Каге на секунду перестал слышать слова.
Не больничная версия. Не бледная, хрупкая фигура в постели с машинами, дышащими вокруг нее. Он видел ее в тусклом свете театра, глаза светились от сцены, живая так, как когда-то казалось вечным. Он видел Элару, сжимающую край сиденья, взволнованную каждым крещендо. Он видел себя рядом с ними, нетерпеливого, беспокойного, уже наполовину ушедшего.
Сколько бы я отдал за еще одну такую ночь.
Мысль пришла чистой. Без приставки. Без фильтра.
Он дал ей посидеть.
Еще один скучный вечер, который, как он теперь видел, вовсе не был скучным. Еще один шанс наблюдать, как его мать исчезает в музыке. Еще один шанс наблюдать, как Элара заботится о чем-то всем своим лицом. Еще один шанс сидеть там и понимать, что и это тоже было частью жизни.
Горячая боль поднялась за его глазами.
Его операторский мозг по привычке потянулся за ярлыком.
Повышенный пульс. Давление в груди. Горе?
Слово легло неправильно. В боли был свет. Расстояние. Голод.
Тоска, поправил он себя, раздраженный точностью. Тоска по комнате, которой больше нет.
Он позволил этой мысли тоже посидеть.
Это, больше всего остального, застало его врасплох.
Когда в последний раз я—
Он остановился. Переосмыслил.
Когда в последний раз я позволял себе думать об этом?
Не о больничных счетах. Не об отчетах или структуре НРТ-7 или точной стоимости миллиграмма экспериментального лечения. Он постоянно думал об этих вещах. Это были оперативные данные. Они занимали ту часть его разума, которая была создана для проблем и их решений.
Это было другое. Это была его мать до проблем. До больницы. До того, как начался гринд, и мир сжался в серию финансовых чрезвычайных ситуаций, сложенных одна на другую, как кирпичи в стене, которая становилась выше с каждым месяцем.
Воспоминания о матери, смеющейся над чем-то, что сказала Элара. Воспоминания о кендо. Рука Мастера Джина, сотая поправка его хвата, не потому, что хват был неправильный, а потому, что старик хотел повод постоять рядом и ничего не говорить. Воспоминания о жизни, которая умещалась в слово, которое он не использовал годами.
Дом.
С каких это пор эти были—
Он знал.
Они всегда были там. Каждое из них. Цельные. Сохраненные с точностью записи, которая очень долго не воспроизводилась, но оставалась на полке, собирая пыль. Он не уничтожал их. Он не был на это способен. То, что он сделал, было более точным. Более хирургическим.
Он научился, медленно, мягко и с мастерством, которое улучшалось годами практики, перемещать их в место, куда его разум не дотягивался, а его сердце отказывалось касаться. Полка за занавеской. Счета помогали. Гринд помогал. Следующий платеж, следующий переворот рынка, следующая чрезвычайная ситуация, следующая смена внутри машины выживания еще одного месяца. Он стал очень, очень хорошо уметь никогда не заглядывать внутрь, если ему не нужно было оружие.
Теперь стойка с оружием стояла открытой, а призраки все еще были там, где он их оставил.
Что изменилось?
Скрипач на сцене перешел на более быстрый темп. Молодая оратор вышла на подиум и подняла подбородок к коронованной фигуре. Каждый танцор в ансамбле повернулся вместе с ней. Их тела образовали волну, направленную вверх. Вызов.
Воспоминания не затопили его. Это было странно. Он годами готовился к потопу. Убеждение, что если он когда-нибудь откроет занавес, горе за ним утопит его. Снесет его. Сделает недееспособным.
Оно не пришло.
Воспоминания просто сидели там. Тихо. Терпеливо. Почти нежно в своей неподвижности. Выполненные в черно-белом, словно это были фрагменты из чужого файла. Другая ветвь на дереве, которое уже сгорело. Другое время. Они не были болезненными, как он боялся. Они были тяжелыми, да. Но вес был привычным. Вес того, что ты нес так долго, что твои мышцы приняли его форму.
Он все равно сидел с ними.
Что изменилось?
Вопрос повторился. У него не было ответа. Оператор ничего не предложил. Вундеркинд молчал. Вопрос просто висел там, задавая себя, пока представление достигало своего крещендо.
Затем прибыли солдаты.
Звук сапог по камню прорезал музыку, как лезвие бумагу.
Рука Каге сжалась вокруг Мумьё до того, как первая бронированная фигура появилась на верхнем ярусе. Клинок пульсировал один раз, теплый, отзывчивый. Боевой рефлекс был мгновенным. Аналитический оверлей мгновенно вернулся в фокус, как опускающееся забрало.
Двадцать солдат. Может быть, двадцать пять. Тяжелые латы с церемониальной отделкой, синие королевские накидки, алебарды и короткие мечи. Они хлынули через край амфитеатра с трех направлений, расходясь по верхним ярусам с дисциплинированным размещением обученной пехоты.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Солдат Королевского Авангарда - Ур 32
Солдат Королевского Авангарда - Ур 34
Капитан Королевского Авангарда - Ур 38
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
От тридцати до тридцати восьми.
Капитан ступил в центр верхнего яруса, прямо напротив места Каге в амфитеатре. Он поднял руку в перчатке. Солдаты остановились.
— ПО ПРИКАЗУ КОРОЛЯ ВАЛЕРИУСА ПЕРВОГО, ВЛАДЫКИ КОРОЛЕВСТВА И ХРАНИТЕЛЯ КОРОНЫ—
Голос был усилен той же акустикой, которая доносила музыку. Он звенел от каждой поверхности в своей абсолютности.
— —ЭТО УЧРЕЖДЕНИЕ ОБЪЯВЛЯЕТСЯ МЕСТОМ ПОДСТРЕКАТЕЛЬСТВА И ИЗМЕНЫ ПРОТИВ ТРОНА. ВСЕ ИСПОЛНИТЕЛИ И СОУЧАСТНИКИ ПРИГОВОРЕНЫ К СМЕРТИ. СОПРОТИВЛЕНИЕ БУДЕТ ВСТРЕЧЕНО СМЕРТЕЛЬНОЙ СИЛОЙ.
На сцене внизу представление прервалось. Лук Скрипача со скрежетом замолчал. Танцоры застыли, их телесные тела все еще твердые, все еще реальные, все еще уязвимые. Главный Оратор повернулся лицом к солдатам. Она выпрямила спину и сложила руки перед собой. Выражение ее лица было тем спокойствием, которое приходит только от того, что всегда знал, что этот момент наступит.
Пальцы Каге один раз барабанили по рукояти Мумьё.
Валериус.
Имя ударило в базу данных Оператора и запустило каскад. Журнал Мифического Квеста развернулся в его периферийном зрении, записи автоматически перекрестно ссылались. Отчет Грома: «хвастливый» король, который платил любую цену за власть. Подсказка Хронографа: ищите место, где гаснет свет. И Эхо Лора от Клыкача. Валериус в льняной тунике, с испачканными чернилами манжетами, кормящий кабана яблоком. «История требует злодея, чтобы оправдать новый порядок».
Теперь это.
Солдаты казнят артистов за исполнение неправильной песни. Это указывало на Тирана. Чисто, просто, нарративно удовлетворительно. Именно та поверхностная интерпретация, о которой предупреждало Эхо Лора.
Или все сложнее.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Квест Обновлен: Разрушенная Корона
Новый Подсказка Записана: Подавление исполнителей Песчаника было осуществлено по приказу короля Валериуса.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он записал это. Еще одна точка данных в растущем созвездии противоречий. Король, который нежно говорил с кабаном, приказывая massacровать исполнителей.
Внизу солдаты спускались по ярусам. Телесные Эхо, исполнители, сбивались плотнее на сцене. Танцовщица поднялась с колен. Скрипач прижимал свой инструмент к груди, как ребенок. Никто не бежал.
Они знали. Конечно, они знали. Выступление было обвинением короны. Этот конец был встроен в произведение с первой ноты.
Что-то в животе Каге сжалось. Он наблюдал, как солдат отодвинул известняковую скамью, расчищая путь к сцене. Капитан последовал за ним, обнажив длинный меч.
Стоит ли мне вообще волноваться?
Мысль возникла естественно. Рефлекторно. Настройка по умолчанию Оператора для любого сценария, который не влиял напрямую на маржу прибыли. Это были NPC. Мобы. Строки кода, анимированные движком Морфеуса. Исполнители были целями квестов, стоящими Резонансных Ядер и очков опыта. Солдаты были слишком высокоуровневыми, чтобы эффективно сражаться. Правильным было бы сидеть здесь, наблюдать за разрешением события и собирать все, что выпадет.
Это всего лишь игра. Никаких эмоций.
Он почувствовал, как его рот дернулся.
Верно. «Никаких эмоций». Этот ярлык перестал быть точным где-то между написанием похоронной оды кабану и плачем настоящих слез внутри Мирового Босса.
Ирония была слишком громкой, чтобы ее игнорировать. Он сидел в амфитеатре, который его собственное ключевое слово восстановило, наблюдая за представлением, которое заставило его вспомнить лицо его матери, и лучшее, что мог предложить Оператор, было «никаких эмоций». Фраза была реликвией. Инструментом, который пережил свою функцию, как меч без лезвия. Ты все еще мог им махать, но он ничего не резал.
Система звякнула.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДИНАМИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ: «Последний Выход на Бис» - ЭСКАЛАЦИЯ
Теперь должен быть вынесен вердикт.
Корона требует порядка. Сцена требует свидетелей. Выберите свою роль.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Две панели материализовались в его поле зрения, рядом. Одна в зеленой рамке, другая в красной.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зеленый Путь: Королевский Указ
Помогите силам короля Валериуса в уничтожении подстрекательских исполнителей Песчаника. Помогите Короне в уничтожении изменнического искусства, конфискации всех связанных материалов и стирании памяти об этом месте.
Награды:
Полные Права на Лут со всех уничтоженных исполнителей.
Полный Опыт за каждого исполнителя, уничтоженного силами Королевского Авангарда (бонус за близость).
Примечание: Если вклад достаточно высок, шанс получить Повышение Класса: [Королевский Рыцарь] (Редкий).
Сложность: Стандартная.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный Путь: Непрерывный Хор (ПУТЬ ЗЛОДЕЯ)
Встаньте с художниками, которые тратят дыхание против власти и дают памяти тело. Сохраните каждый голос живым. Отбросьте силы Короля от Песчаника. Любой игрок, выбравший Корону, должен умереть в пределах этого события. Станьте злодеем... или так напишет история.
Условия:
ВСЕ силы Королевского Авангарда должны быть отброшены или уничтожены.
НИ ОДИН исполнитель не должен умереть.
Любые игроки, выбравшие Вариант А, должны быть уничтожены.
ВНИМАНИЕ: Этот путь классифицируется как ЭКСТРЕМАЛЬНАЯ СЛОЖНОСТЬ.
Награды:
+1 Уровень Персонажа (фиксированный).
???
???
Сложность: Экстремальная.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге прочитал обе панели.
Математика была очевидна.
Вариант А был подарком. Чистый, эффективный, безрисковый пакет, который давал именно то, за чем он пришел в этот амфитеатр. Резонансные Ядра были целью квеста. Редкий класс, вероятно, был для него неактуален, но стоило бы проверить, если что. Возможности редких классов имели значение. Они имели рыночную стоимость, даже когда он не мог лично их использовать. Блокировка класса на легендарном пути делала это излишним на бумаге. Стоит посмотреть. Стоит уважения.
Вариант А был ответом на вопрос, который он уже решил. Войти, собрать, выйти. Деньги. Прогресс. Гринд продолжается.
Вариант Б был безумием.
Солдаты 30-38 уровней. Он был 22-го. Одна только разница в уровнях означала, что его урон будет снижен, его парирования будут сомнительными, а один чистый удар Капитана мог бы удалить его полоску здоровья. Ни один исполнитель не мог умереть, что означало, что ему придется управлять позиционированием на тридцатиметровой круглой сцене, сражаясь с двумя дюжинами бронированных элитных солдат. Награда была одним фиксированным уровнем, примерно 10 000 опыта, который он мог бы нафармить в другом месте с меньшим риском, и куча вопросительных знаков, которые могли означать что угодно, от Легендарного предмета до косметической шляпы.
Вердикт Оператора был автоматическим. Вариант А. Двигаться дальше. Следующий.
Он посмотрел мимо панели на сцену.
Исполнители оставались застывшими на месте, ожидая приговора, для которого у них не было языка. Скрипач держал свой инструмент как щит. Молодая оратор стояла на подиуме, подняв подбородок к коронованной фигуре. Это создавало очень неудобное изображение, если человек намеревался оставаться эмоционально отстраненным.
Он продолжал читать красный текст.
Встаньте с художниками, которые тратят дыхание против власти и дают памяти тело.
Эта строка задержалась в его груди с раздражающей настойчивостью.
Его мать в темноте, освещенная сценой. Элара наклонилась вперед. Сам он моложе, скучающий и слепой. Скрытая полка в его голове, где он складывал те вечера за тщательно задернутыми занавесками. Осознание того, что комната все еще существует где-то внутри него. Тихий факт, что он наконец посмотрел и выжил.
Его хватка на Мумьё изменилась. Не туже. Просто... иначе. Меч снова пульсировал, низким, вопрошающим теплом.
Солдаты достигли сцены.
Что изменилось?
Вопрос вернулся в третий раз. Все еще без ответа. Все еще задается. Он уставился на две панели, парящие в его поле зрения, зеленую и красную, и вердикт Оператора сидел там, как число в таблице. Выгодно. Оптимально.
И совершенно, необратимо недостаточно.
Мать. Синее платье. Заплетенные волосы Элары.
— Разве она не прекрасна?
Каге поднялся со своего места.
Капитан поднял свой длинный меч над главным Оратором. В тяжелой тишине она открыла рот. Простая, восходящая колыбельная вылилась наружу, предложенная как последнее оружие против клинка.
Каге посмотрел на имя Валериуса, горящее в воздухе, на солдат, на артистов, на воспоминание о своей матери, улыбающейся в театральном свете.
Его палец завис над алым текстом.
Что изменилось?
Каге нажал красную панель.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Выбор Подтвержден: Непрерывный Хор (ПУТЬ ЗЛОДЕЯ)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зеленый вариант растворился. Красная рамка пульсировала один раз и впиталась в его зрение, как чернила в мокрую бумагу. Появилась новая цель:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Защитить исполнителей. Отбить все силы Королевского Авангарда. Ни один исполнитель не должен умереть.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Длинный меч Капитана достиг своего апогея над шеей Оратора.
Каге наполнил легкие.
— СТОЙ!
Амфитеатр сделал все остальное.
Один слог стал хором команды, который обрушился на сцену, как физическая вещь. Каждый солдат вздрогнул. Рука Капитана замешкалась в верхней точке своей дуги. Каждая голова повернулась к верхним ярусам, где стоял человек в угольном длинном плаще среди сидений цвета кости.
Одна секунда. Может быть, две.
Глаза Капитана нашли его. Появился полный неймплейт:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Капитан Алдрен Королевского Авангарда - Ур 38 (Элита)
ОЗ: 6000/6000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Уровень 38. Элита.
Это много здоровья.
Колебания Капитана уже заканчивались. Его челюсть сжалась, рука напряглась, чтобы продолжить удар вниз. Каге был в пятидесяти метрах, на трибунах. Он не мог преодолеть это расстояние вовремя.
Но звук мог.
Он уже говорил. Стих вылился из него с легкостью чрезвычайной ситуации, каждое слово сформировано и нацелено акустикой амфитеатра:
Название: «Отложенная казнь»
— «Свяжи дугу, где падет приговор,
Ударь по сцене и встряхни эти стены».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-120 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Воздух треснул.
Серебряный свет вырвался из самих слов и устремился вниз по геометрии амфитеатра, следуя тем же акустическим путям, что несли выступление мгновения назад. Стих первым ударил по длинному мечу Капитана. Клинок застыл в середине спуска, запертый на месте, словно пойманный в невидимый янтарь. Рука Алдрена дрожала от сдерживания, мышцы вздулись под латами.
Затем второе ключевое слово ударило в мозаичный пол.
Ударная волна распространилась концентрическими кольцами. Плитки треснули. Солдаты в радиусе пяти метров от удара споткнулись, ботинки скользили по треснувшему камню. Капитан Алдрен принял на себя всю силу, его опора была нарушена, и он отшатнулся назад на три шага.
Оратор упала на колени, невредимая. Ее песня прекратилась. Она смотрела на ярусы твердыми, полными цвета глазами.
Каге уже двигался. Он перепрыгнул через каменные перила, спустился на два яруса, приземлился на следующий ряд, оттолкнулся и бросился к сцене. Многоярусные сиденья амфитеатра функционировали как огромные ступени. Три секунды контролируемого падения. Он приземлился на мозаичный пол в приседе, удар в основном поглощен Поступью Пепельной Дюны, которая распределила его вес.
Он выпрямился. Исполнители были позади него. Солдаты были перед ним.
Двадцать три солдата Королевского Авангарда. Один элитный Капитан. И Каге, стоящий в центре сцены.
Это худшая инвестиция, которую я когда-либо делал.
Капитан Алдрен выдернул свой длинный меч из ослабевающей хватки Связывания и размял плечи. Мужчина был широкоплечим, закованным с головы до пят в бело-золотые латы, которые ловили фантомный свет восстановленного амфитеатра. Алый плащ каскадом спускался с его наплечников. Его лицо было чисто выбрито, жестко и выражало то специфическое презрение, которое предназначалось насекомым, приземлившимся на его обед.
— Поэт, — сказал Алдрен. Слово прозвучало ровно. Оскорбление.
— Капитан, — ответил Каге. Та же энергия.
Глаза Алдрена скользнули по угольному длинному плащу Каге, бордовому берету, оперенному перу. Затем вниз к Мумьё, низко лежащему у его бока. Матово-черный клинок поглощал свет.
— Вы понимаете, — медленно сказал Алдрен, — что только что совершили измену против Короны Королевства.
— Я читал условия обслуживания, да.
Губы Алдрена скривились. — Отойдите в сторону. Эти... исполнители... приговорены Королевским Указом. Их преступление — подстрекательство. Их наказание — смерть. Это не ваше дело.
Каге на мгновение ничего не сказал. Он позволил тишине растянуться.
Он вычислял.
Двадцать три солдата, уровни с 30 по 38. Стандартные пехотинцы. Они будут наступать волнами, фланговым построением, пытаясь окружить меня и добраться до исполнителей позади меня. Я могу парировать пехотинцев, но они подавят числом.
Капитан — настоящая проблема. Элита 38-го уровня. Его урон разорвет меня, если я получу хоть одно чистое попадание. Но он также ключ. Он уверен в себе. Честь. Использовать это. Он Капитан в первую очередь, а убийца — во вторую.
А исполнители не могут сражаться. Моё хайку и событие сделали их осязаемыми, они классифицируются как некомбатанты. Если хотя бы один умрет, я провалю событие.
Слово [Память] пульсировало золотом в его Лексиконе. Мысль прорезала тактический шум.
Если Память восстановила призраков в их твердые формы... мог бы я обратить это? Вернуть их в бесплотное состояние? Солдаты не могут убить то, чего не могут коснуться.
Логика предположения была твердой.
Но могло ли это сработать наоборот? Мог ли он стереть солдат?
Он посмотрел на Капитана Алдрена. Бело-золотые латы. Алый плащ. Человек, стоящий именно там, где его поместила Система, без истории до этого момента и без будущего за пределами события.
Стоит проверить.
Он Пожелал это. Безмолвный импульс [Памяти], направленный на Капитана, пытающийся найти «до» состояние, чтобы перетащить его в настоящее.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Ничего.
Никакого сопротивления. Никакой анимации провала. Он потянулся за нитью и нашел пустой воздух.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эффект Стиха невозможен. Цель не обладает предшествующим состоянием в нарративной памяти заклинателя, равно как и в своей собственной. Понимание [Памяти] недостаточно.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Верно. У него не было воспоминаний об Алдрене, кроме как об Алдрене. У Капитана не было воспоминаний о том, чтобы быть чем-то иным, кроме как Капитаном. Не к чему было возвращаться. Это подразумевало, что это конкретное использование ключевого слова требовало исходного материала — состояния «до» для вызова — а для этих солдат не было никакого «до».
Нельзя стереть то, что никогда не было написано иначе.
Но исполнители? Эхо?
Он взглянул через плечо. Оратор стояла позади него, ее лицо все еще твердое, все еще цветное. Все еще смертное. И Каге прекрасно помнил полупрозрачную статику, из которой она состояла, до того, как его хайку вернуло ее в плоть.
Он видел исполнителей бесплотными. Он обладал подлинным, из первых рук воспоминанием об этом состоянии, о том, как лист прошел сквозь Танцовщицу, словно она была дымом. Ключевое слово действовало на то, что помнилось, а Каге помнил.
Это сработает. И я бы предпочел потратить хайку на AoE против этих чисел. Спасти исполнителей по отдельности Однословными Стихами, может быть, Рифмованными Двустишиями, если необходимо.
Он повернулся обратно к Алдрену.
— Вы хотите сделать это правильно, — сказал Каге. Утверждение.
— Вы... полагаете, что знаете, чего я хочу?
— Вы еще не отдали приказ к атаке. Двадцать три солдата против одного человека. Числа закончат это за десять секунд. Но вы все еще говорите, потому что где-то в вашей чести любой другой способ был бы чрезмерным.
Тишина.
Синестезия прочитала сердцебиение Алдрена. Тяжелое. Воинственное. Боевой барабан под железом. Устойчивое. Гордое.
Приказа атаковать нет.
— Вытащите оружие правильно, — сказал Алдрен. — Я предоставлю вам это, прежде чем приговор будет приведен в исполнение.
Купился.
Каге поднял Мумьё. Невесомый клинок занял центральную защиту, лезвие направлено к горлу Капитана. Под стойкой три Стиха, произнесенных быстро один за другим:
[Усиление] на себя. [-50 Авен]
[Усиление] на Мумьё. [-50 Авен]
[Ослабление] на Капитана Алдрена. [-50 Авен]
Мумьё замурлыкал. Клинок узнал каденцию.
Алдрен атаковал первым.
Длинный меч обрушился тяжело, диагональный удар сверху справа налево снизу, который нес вес тридцати восьми уровней и снаряжения, которое Каге не мог рассмотреть. Ветер расступился перед клинком. Каге прочитал траекторию по звуку, прежде чем сталь прошла половину своей дуги. Амфитеатр сжал акустические данные, дал ему угол и скорость за один такт.
Он отступил. Длинный меч прорезал пространство, которое занимал его торс, достаточно близко, чтобы смещенный воздух дернул подол его плаща.
И на кадре восстановления Каге ответил.
(Шаг) — Уда— (Рубящий) —р.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мумьё сверкнул. Горизонтальный разрез, нацеленный на зазор между наручем и поножом. Матово-черное лезвие попало, масса сброшена на микросекунду удара. Искры брызнули с бело-золотой стали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-78 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Полоска Капитана не двигалась. Но слово легло чисто, и серебряный свет вспыхнул вокруг Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x1 (+2 Урон, +2% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Алдрен восстановился быстрее, чем ожидалось. Его обратный замах изменил импульс рубящего удара на восходящий, нацеленный на бедро Каге. Каге уже был внутри дуги. Он уловил переход в ритме, такт перед подъемом, и двинулся с ним.
(Наклон) — Осла— (Парирование, плоская сторона клинка) —бление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Длинный меч ударился о плоскую сторону Мумьё, как церковный колокол. Акустика амфитеатра умножила удар на трехчастный аккорд, который резонировал по ярусам. Алдрен крякнул, руки поглощали отклонение, и на долю секунды его защита открылась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x2 (+4 Урон, +4% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Капитан скорректировался. Быстро. Его работа ног ужесточилась. Следующий обмен состоял из быстрой комбинации из трех ударов: укол, горизонтальный мах, удар сверху, каждый удар нес достаточно силы, чтобы расколоть плитки сцены под ботинками Каге, если бы он стоял неподвижно.
Он не стоял неподвижно.
(Отступление в сторону) — Це— (Перенаправление) —ль.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x3 (+6 Урон, +6% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир сужался. Солдаты на трибунах, исполнители позади него, разрушающийся известняк — все это отступило к краям его сознания. Что осталось, это пространство между двумя мечами. Геометрия насилия. Числа с одной стороны, тайминг с другой.
(Финт) — Уси— (Укол) —лить. [-50 Авен]
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-92 ОЗ
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x4 (+8 Урон, +8% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Глаза Алдрена изменились. Презрение исчезло. На его месте появилось первое холодное осознание того, что что-то не так. Он сражался с человеком с пером в шляпе, который двигался, как вода, сквозь трещину. Который парировал его длинный меч коротким клинком и без щита. Который становился быстрее с каждым обменом.
Капитан отступил. Сброс. Принял двуручную защиту.
Каге надавил.
(Продвижение) — Свя— (Рубящий) —зать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Кончик Мумьё прочертил линию поперек нагрудника Капитана. Искры. Ключевое слово Связать пульсировало, плечо Алдрена заблокировалось на четверть секунды. Достаточно долго для последующего удара.
(Разворот) — Уда— (Рубящий) —р.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-50 Авен
-136 ОЗ
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x5 (+10 Урон, +10% Скорость)
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x6 (+12 Урон, +12% Скорость)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряная аура начала нарастать. Слабая, почти незаметная, как лунный свет, сгущающийся вокруг его силуэта. Но Каге почувствовал это. Увеличение скорости ускорялось. Каждое действие выполнялось на одно сердцебиение быстрее предыдущего. Каждое парирование требовало меньше усилий. Аналитический голос Оператора утих.
Седьмой стак. Парированный укол, перенаправленный в контратаку, которая задела бедренный сустав Алдрена. Броня Капитана поглотила большую часть, но дебафф сложил математику в пользу Каге.
Восьмой стак. Финт сверху, который в середине дуги превратился в удар в щель между нагрудником и наплечником. Алдрен извернулся. Мумьё вместо этого задел плащ, отрезав полоску алой ткани. Ткань упала на мозаичный пол, как сброшенный вымпел.
Девятый стак. Ошейник Вечного Пса гудел у горла Каге, Прибежище Искателя возвращало Авен в его резервы с каждым чистым парированием. Расход был управляемым. Еле-еле.
Алдрен взревел и вложил все в массивный рубящий удар сверху. Смертельный удар. Тот, что предназначен для пробития защиты, разрушения позиционирования и завершения боя грубой математикой. Каждый уровень, каждое очко характеристик, каждая часть элитного снаряжения, сконцентрированные в одной нисходящей линии бело-золотой стали.
Каге шагнул навстречу.
Лезвие Мумьё поймало обух длинного меча в двух дюймах от гарды. Кончик длинного меча врезался в пол сцены. Плитки взорвались. Руки Алдрена опустились, потянутые его собственным стремительным движением, и на одну идеальную секунду его центр был широко открыт.
(Восходящий разрез) — Уда— (Продолжение) —р. [-50 Авен]
Клинок прочертил серебряную дугу от бедра до плеча. Полоска здоровья Капитана содрогнулась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -301 ОЗ
Синергия Достигнута. Ритмичный Поток x10 (+20 Урон, +20% Скорость)
Состояние Достигнуто: Идеальная Каденция
Стоимость Авен для Стихов снижена на 20%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вспыхнул серебряный свет.
Слабый лунный свет, сгущающийся вокруг силуэта Каге, вспыхнул пульсирующей, ровной аурой. Амфитеатр уловил свечение и отбросил его на каждую отражающую поверхность — каждую плитку, каждый отполированный известняковый изгиб — пока сцена не стала выглядеть так, словно ее освещало второе, более прохладное солнце. Исполнители позади него впервые отбросили длинные тени с тех пор, как стали осязаемыми.
Каге выдохнул. Где-то внутри него, в долине, которая все еще пахла серой пылью и засохшими слезами, дверь стояла открытой.
Капитан восстановился. Еле-еле. Его здоровье было примерно на половине, исцарапанное и изрезанное в ходе обменов человеком, который больше подходил для письменного стола, чем для сцены. Дыхание Алдрена было рваным. Его хватка на длинном мече сместилась, чтобы компенсировать вмятину в его перчатке, где Мумьё дважды коснулся ее. Его глаза были широко раскрыты.
Каге не дал ему времени на осмысление. Каденция требовала своего темпа.
Он двинулся одним плавным шагом — дирижер, приближающийся к подиуму. Мумьё запел. Два удара пришлись за то время, пока должен был прийти один. Инерция Нулевой Точки позволяла клинку менять направление между ними без паузы, стаккато-мерцание, нота, ударенная дважды в одном такте. Парирование Алдрена поймало первый. Второй пришелся по внутренней стороне его запястья, где наруч встречался с перчаткой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-152 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
И крещендо.
Полностью выраженный горизонтальный полукруглый удар, который пришелся Алдрену прямо в нагрудник с накопленной инерцией десяти стаков ритма и меча, который помнил саму преданность, которую он обещал. Удар был таким, что от него звенело в костях.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-201 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Капитан оторвался от земли.
Четыре метра. Его ботинки пересекли край круглой сцены, и он ударился о первый ярус каменных сидений с грохотом, который разнес скамью вдребезги и отправил известняковый осколки лететь по проходу. Длинный меч выскользнул из его хватки. Его алый плащ растекся вокруг него, как пятно крови.
В амфитеатре воцарилась тишина.
Двадцать три солдата уставились на своего Капитана, скомканного в первом ряду, кашляющего пылью. Затем, медленно, они оглянулись на человека на сцене. Угольный длинный плащ. Бордовый берет с оперенным пером. Матово-черный меч, который поглощал свет, и серебряная аура, которая заставляла все остальное светиться.
Исполнители позади Каге замерли. Губы Оратора беззвучно шевелились, словно она пыталась вспомнить слово для того,, что видела.
Алдрен поднялся. Пыль и пот, и что-то, похожее на унижение, запятнали его лицо. Его челюсть работала. Сухожилия на шее выпирали, как мостовые тросы. Он поднял свой длинный меч дрожащей рукой, и дрожь не имела ничего общего с болью.
Его голос, когда он зазвучал, был криком, вырванным из костного мозга.
— УБЕЙТЕ ИХ! УБЕЙТЕ ИХ ВСЕХ!
Двадцать три солдата обнажили свои мечи.
Звук стали, выходящей из кожи, наполнил амфитеатр со всех ярусов, каждого прохода, каждого направления. Они переступили через перила. Спустились по ступеням. Скоординированно. Сближаясь с трех сторон, образуя сужающийся полумесяц, именно то фланговое построение, которое Каге предсказывал.
Он стоял в центре сцены. Серебряная аура пульсировала. Мумьё мурлыкал в его ладони. Одиннадцать исполнителей замерли у него за спиной.
Авен: 604/1,320.
Первая волна достигла края сцены.
Хорошо.
Он размял плечи. Идеальная Каденция пела в его венах, каждый нерв — камертон, каждое сердцебиение — метроном.
— Мог бы выбрать Вариант А, — сказал он пустому воздуху. — Могло быть легко.
Мумьё один раз пульсировал, равнодушный к жалобе.
Солдаты бросились в атаку.
Так началось событие, которое история однажды назовет легендой Развалин Песчаника — и рождением саги о Легендарном Поэте.
Каге шагнул через дверь.
Солдаты бросились в атаку.
У Каге уже была форма стиха на языке.
Он не потянулся за ней. Она просто была там, как дыхание после того, как предыдущее заканчивается. Мусин растворил границу между мыслью и действием. Солдаты были в шести метрах. В пяти.
Он заговорил.
— «Сцена Помнит».
Его голос ударился о пол сцены и распространился. Акустика амфитеатра подхватила его, направляя вниз, обвивая по круглой кривой, возвращая ему с трех углов одновременно.
— «Камень хранит их скорбь,
Свяжи железо, ударь ложь,
Память остается».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-280 Авен
Доменный Эффект: «Сцена Помнит» - Активен.
Фактор Истины: ВЫСОКИЙ. Плотный известняк со временем поглощает и сохраняет вибрационную частоту. Эта сцена была архитектурно спроектирована для концентрации и сохранения звука. Стих вызывает то, что камень уже хранит. Силы, чья акустическая сигнатура никогда не была записана этой сценой, распознаются как инородные тела и соответственно отвергаются.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мозаичные плитки осветились снизу.
Золото, в основном. Тот же янтарный оттенок, который появился, когда руины были впервые восстановлены, теплый оттенок сохранившегося заката, возвращаемого изнутри камня. Но сквозь него проходили прожилки серебра, пульсирующие в такт с собственной аурой Каге, распространяющиеся от центрального пьедестала до круглого края сцены за два сердцебиения.
Первый солдат ударился о границу и споткнулся.
Его второй шаг боролся с ним. Его третий вызвал непроизвольное кряхтение откуда-то из-за зубов, шум человека, идущего навстречу неожиданному встречному ветру. Четвертого шага не последовало. Его ботинок уперся в позолоченные плитки и отказался двигаться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Цель Связана! Скорость Передвижения -45%
-18 ОЗ
Приговор Сцены
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Эффект пронесся по всей волне. Солдаты во внешнем кольце пробирались сквозь невидимое сопротивление, по колено в ничто. Двое мужчин, которые бросились в полный спринт, ударились о границу сцены, не останавливаясь, что было каким-то образом хуже, потому что они сделали три целых шага, спотыкаясь, прежде чем зона прижала их ноги к мозаике, как насекомых в смоле.
Каге прошел сквозь все это так, словно пол был ровным и пустым.
Сцена знала его. Он сочинил истину, которая ее восстановила, и домен распознал своего автора.
Двадцать три человека. Урон и ограничение движения в зоне умеренны. Не решение, а задержка. Двигайся.
Он поправил хватку на Мумьё и приступил к работе.
Мусин имел свою текстуру, которую Оператор не мог полностью сопоставить. Это не было отсутствием мысли. Это была мысль, сделанная без трения, где он воспринимал то, что должно произойти, и тело выполняло инструкцию без обычной задержки между решением и движением. Бой стал разговором вместо системы для разбора.
Фланговая пара слева. Он шагнул в радиус действия ближайшего, внутрь дуги, где замах терял свою силу, и приставил плоскую сторону Мумьё к горжету. Твердый механический удар, который прервал атаку и заставил мужчину споткнуться в сторону.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-89 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Второй уже был в середине замаха. Каге наклонился. Клинок прошел мимо его плеча, не доходя двух дюймов, и он использовал инерцию этого наклона вперед, чтобы перенести свой вес в низкий удар в коленный сустав солдата.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-112 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Исполнитель закричал справа.
Его внимание резко переключилось туда, не прерывая шага. Один из Полых Ораторов, женщина, теперь вновь принявшая плоть и ткань благодаря восстановлению хайку, имела руку солдата в перчатке, сжатую вокруг ее руки. Зона замедлила человека. Замедлила, однако. Не остановила.
Каге был слишком далеко, чтобы дотянуться до нее физически.
Вместо этого он проверил гипотезу.
Одно слово. Вдох Авена, вызванный волей.
Название: Оратор.
Память.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен: 284/1320
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оратор замерцал.
Тепло, которое восстановило ей хайку Памяти, специфическая гравитация тела, которое занимало пространство и могло быть сжато, обратилось вспять в одном кадре. Рука солдата сжалась в воздухе, где была ее рука.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Угасающее Эхо: Бестелесное. (30с)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Солдат раскрыл руку. Уставился на свою ладонь. Его выражение лица было той специфической пустотой человека, который только что пытался схватить дым.
Каге уже повернулся обратно к сцене. Значит, это работает в обе стороны.
Он не стал думать об этом больше. Мусин не поощрял отклонения. Информация поступала и записывалась. Оратор была в безопасности. Механизм подтвержден. Он двинулся дальше.
Стратегическая геометрия устоялась без церемоний. Однословные, вызванные волей стихи были его основным инструментом в этом состоянии. Они стоили почти ничего относительно его регенерации, у них не было времени каста, и их можно было вплетать непосредственно в ритм его работы с мечом, не отводя ни на долю секунды, чего требовал произнесенный стих. Рифмованные двустишия требовали сознательного внимания к структуре посреди активной работы ног, и это внимание заимствовалось у его тайминга. Каждый произнесенный стих означал временное снижение физической точности. Он отнес это к категории «только при необходимости» и отбросил остальную часть уравнения.
Двадцать три солдата. Зона подавила примерно девять. Двенадцать со значительной подвижностью, уже устающие. Хайку наносило непрерывный урон независимо. Его задача состояла в том, чтобы оставаться мобильным, держать исполнителей в пределах досягаемости, и позволить зоне и мечу разделить бремя.
Он дрейфовал следующие четыре минуты в темпе, который ощущался почти правильным.
(Шаг) — Ослаб— (Парирование) —ление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Следующий замах солдата пришелся с половиной от намеченного веса. Мумьё ответил на кадре восстановления.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-167 ОЗ
Критический Удар!
Эхо Преданности - Отголосок x5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пятый стак. Тень клинка отделилась и появилась через полсекунды после физического удара.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фантомный Удар! -83 Эфирного Урона.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Солдат тяжело сел.
Плачущая Танцовщица дальше по сцене получила удар перчаткой в плечо — еще один солдат кружил по подавленному краю зоны. Каге уже был занят другим углом.
Название: Танцовщица.
Память.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Она растворилась из-под хватки. Солдат схватил воздух, а затем получил Мумьё по незащищенным ребрам на продолжении удара Каге.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-98 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен: 190/1320
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Неудобно. Регенерация Ошейника работала, и каждое чистое парирование возвращало кусочек, но он тратил быстрее, чем восстанавливал, когда стихи шли очередями. Он скорректировался. Меньше слов. Больше меча.
В первом ряду каменных сидений Капитан Алдрен не двигался.
Его спина покоилась на сломанной скамье. Его ноги были вытянуты через проход, потому что подняться потребовалось бы признать, что он был человеком, сидящим на полу, пока поэт в берете защищал одиннадцать исполнителей от двадцати трех лучших солдат Авангарда.
Он говорил себе, что наблюдает. Перспектива командования. Стратегический обзор.
У него есть способность домена.
Солдат в подавленной зоне получил свой третий тик урона и пошатнулся на одно колено. Золотой свет хайку тепло пульсировал по броне мужчины, как равнодушный восход солнца.
Позиционирование компетентное. Приемлемая боевая осведомленность.
Фигура в угольном длинном плаще наложила заклинание на исполнителя мгновение назад, прежде чем рука сомкнулась на ее руке, и одновременно Мумьё прошел по дуге, которая задела двух солдат одним и тем же ударом. Клинок остановился между целями и перенаправился. Одно связанное действие, две проблемы решены. Специфическая эффективность разума, который уже сопоставил оба исхода до того, как начался первый взмах.
Приемлемое восстановление.
Пальцы Алдрена, без его явного указания, надавили чуть сильнее на камень сломанной скамьи.
У него было тридцать лет полевого опыта Королевского Авангарда. Он оценивал сотни комбатантов по всем классификациям угроз. Он знал, как выглядит вещь, когда она работает в своей стихии, и как выглядит вещь, когда она работает на пределе того, что ее стихия может производить.
Поэт не делал ни того, ни другого.
Он действовал где-то над расчетом.
Алдрен посмотрел на меч в своей руке. Затем на сцену.
— ЭЙ, ТАМ ГОВОРИТСЯ, ДИНАМИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ ПРОХОДИТ. НУ-КА БЫСТРО ТУДА.
Голос ударился о верхний край амфитеатра и покатился по изогнутому известняку, как камень с горы. Акустика уловила каждое слово и донесла его до уровня сцены с четкостью специализированной акустической системы.
Каге не поднял взгляд. Его непосредственной проблемой был солдат, пытающийся схватить его, крупный мужчина, который, по-видимому, решил, что раз меч не работает, то, возможно, его руки справятся. Каге увернулся и представил Мумьё зазору за коленом мужчины с экономичностью человека, исправляющего мелкое неудобство.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-134 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Но он зарегистрировал прибытие. Множество голосов. Шаги по известняку, сгруппированный и переменный темп группы, которая не решила, куда именно она идет. Не отработанная поступь солдат Авангарда.
Игроки.
Две группы поднялись на разрушенный верхний край амфитеатра и уставились на сцену.
— Это оно? NPC сказал, разрушенный амфитеатр и призраки. Это выглядит как-то... отремонтировано.
— Сработала подсказка события. Посмотрите.
Пауза. Кто-то щурился в свой интерфейс.
— Два варианта. Зеленый или Красный.
— Зеленый дает бесплатный ОП и шанс получить редкий класс. Сделано.
— Красный путь награждает—
— Мы уровни от шестнадцати до двадцати. Эти солдаты тридцатого плюс.
— Что этот парень делает внизу?
Еще одна пауза, на этот раз дольше.
— Он NPC? Его неймплейт странный.
— Это тег игрока. Каге. Уровень не показан.
— Может быть, системный NPC, сгенерированный, чтобы сделать Красный путь жизнеспособным. Некоторые события спавнят персонажей поддержки.
— Класс... Поэт? Хм?
— Ну, да. Значит, это особый NPC.
Внизу NPC, о котором шла речь, направил волей Память на Полого Оратора, чьи тридцать секунд истекли, и одновременно Мумьё прошел по горизонтальной дуге, которая изменила направление между двумя целями. Клинок остановился на полпути и продолжил. С верхних ярусов это выглядело так, будто кадры анимации были вырезаны вручную.
Группа наверху на мгновение затихла.
— Хорошо, значит. Зеленый путь. Все согласны?
— Согласны.
— Ага.
— Очевидно.
Один голос не согласился.
— Красный.
Человек, которому он принадлежал, стоял немного в стороне от остальных. Не из-за какой-то преднамеренной постановки. Социальная геометрия группы просто поместила его на край, и он принял эту позицию, как человек принимает погоду. Белая кожаная броня, асимметричный воротник, такой дизайн, который явно балансировал на грани китча, но решительно ее не пересекал. Он смотрел на сцену. Он смотрел на сцену и ни на что другое с момента своего прибытия.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вами (Ур 23 Светоносный Головорез)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Красный, — сказал он снова.
— Вами. — Голос целительницы был тоном женщины, которая проявляла терпение значительно дольше, чем планировала. Жасмин, 16-го уровня. Посох за ее спиной идентифицировал класс раньше, чем раздражение идентифицировало имя. — Мы этого не делаем.
— Посмотрите на структуру награды. — Глаза Вами оставались на фигуре внизу, когда еще один солдат пал. — Зеленый путь показывает вам именно то, что вы получите. Чистые цифры, предсказуемый потолок. — Он наконец взглянул на остальную группу. — Красный путь дает вам вопросительные знаки на двух из трех наград.
— Это не обнадеживает, — ровно сказал кто-то.
— Обычно это означает, что у системы нет существующего уровня добычи для сравнения награды. — Он сохранял ровный голос, терпеливую каденцию человека, объясняющего математику тому, кто, как он уже решил, не поймет ее. — Вы не получаете вопросительные знаки на редких предметах. Вы получаете вопросительные знаки, когда награда находится выше предварительно рассчитанного потолка. Два вопросительных знака, на динамическом событии, которое уже породило солдат 30+ уровня. — Он жестом указал на сцену. — И там уже кто-то делает работу. Мы присоединимся к уже идущему Красному пути, а не начнем с нуля.
Лидер группы, Джейсон, прижал два пальца к переносице. Он был тем лидером, которого создала комиссия, компетентным в практическом смысле, эффективным в усреднении входных данных в поступательное движение.
— Я же говорила тебе, — сказала Жасмин ему, тихо, но недостаточно тихо, чтобы амфитеатр не был дискретным. — Я говорила тебе не брать его. Потный минмаксер.
— Он 23-го уровня, — ответил Джейсон тем же тоном, с покорным видом человека, который уже говорил это раньше. — Примерно в топ-пятьсот по рейтингу, редкий класс, тот же квест, что и у нас. Отказаться от этого было бы глупо. — Он поднял руку, прежде чем Вами успел ответить, и повысил голос. — Но. Математика награды интересна. Вы правы. Математика риска — это проблема. Мы потеряем больше, чем приобретем, если это пойдет не так на наших уровнях. Большинство проголосовало. Мы берем Зеленый. Это окончательно.
Пауза.
Системная подсказка подтверждения распространилась через групповой интерфейс.
Вами замер. Замирание перед тем, как что-то уже решенное становится видимым для всех остальных.
Он посмотрел на Джейсона. На группу. На подсказку подтверждения. Его выражение лица не изменилось. Он что-то взвешивал, кратко, с сосредоточенной экономичностью человека, проверяющего расчет, ответ на который он уже знал.
Затем он сделал свой выбор.
В тот момент, когда он покинул группу, он шагнул за Жасмин.
То, что произошло дальше, было быстрым. Правильно быстрым, специфическая скорость класса, который построил свою механику вокруг моментов, измеряемых долями секунды. Звук Жасмин был кратким и резким, непроизвольный рефлекс системы, получающей смертельный урон, прежде чем человек внутри системы полностью осознал существование опасности. Затем ее не стало.
Затем и Вами тоже не стало.
Оставшиеся восемь игроков стояли на верхнем ярусе и смотрели на землю, где только что была их целительница. Некоторые держали оружие наготове. Некоторые проверяли пространство вокруг себя с широко раскрытыми глазами людей, которые только что узнали, что пространство вокруг них небезопасно.
— Он покинул группу—
— В каком направлении—
Амфитеатр не дал им ответа. Белая кожа исчезла. Никаких шагов. Никакого смещения тени на известняке. Только восемь игроков, один пустой слот возрождения и отчетливое атмосферное ощущение того, что нечто опасное недавно стояло очень близко к ним.
На уровне сцены уведомление мелькнуло в поле зрения Каге между перенаправлением копья солдата и сканированием следующего приоритета. Его Синестезия придала ему слабый гармонический тон, регистр, который имела значимая информация. Чисто. Определенно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Еще один Злодей появился на сцене.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге замер ровно на одно сердцебиение.
Затем он улыбнулся. Улыбка была маленькой и в основном зубастой, выражение лица человека, который в одиночку работал над сложной проблемой и только что услышал, как за ним открылась дверь.
Он повернулся обратно к сцене.
— Давно пора, — сказал он никому в особенности.
Мумьё один раз пульсировал у него в ладони.
Согласен.
Четвертый солдат пал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Враг Побежден: Пехотинец Королевского Авангарда - Ур 31
Опыт Получен: +900 ОП
Текущий ОП: 6,072/10,319
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге отошел от падающего тела и позволил инерции унести его в следующий угол.
Три тысячи шестьсот опыта. Четверо мужчин. Тот, кто платит им зарплату, грабят.
Всего двадцать три, минус четыре. Домен все еще прогрызал солдат, прижатых к краю подавления, стабильный тик-урон, которому было плевать на маршруты или боевой опыт. Из тринадцати оставшихся с заметной мобильностью, большинство теперь были более осторожны, чем при первоначальной атаке. Осторожные были управляемы. Авен — не совсем.
Он вытащил зелье, не глядя. Его пальцы нашли его в инвентаре по геометрии — один и тот же карман, каждый раз, потому что руки должны были думать о других вещах. Дистиллированная Ясность Ани (Ранг 2). Пробка отошла. Холодная ясность медленно возвращается в течение десяти секунд.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Дистиллированная Ясность Ани (Ранг 2) использована. +350 Авен за 10 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Убийство дало ему передышку. Он использовал ее.
Стих сам собой формировался в глубине Мусина, пока его ноги находили следующий оборонительный угол. Сначала название: Завеса. Затем двустишие, сформированное вокруг двух ключевых слов, которые имели наибольшую механическую силу внутри домена Памяти, уже проходящего сквозь камень под ним. Что-то, что достигнет каждого исполнителя на этой сцене одновременно и отбросит их за порог.
«Нацель все формы, что дышат на сломанном камне,
Память вернет их к тишине, призраку и кости».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмический Отзыв: Стих Сохранен. Стоимость Предварительно Оплачена: -160 Авен.
Авен: 574/1320
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он вызвал счетчик события в углу своего поля зрения.
[Красный: 2] [Зеленый: 8]
Две группы выбрали Зеленый. Восемь означает, что один Зеленый уже мертв. Другой Красный — мой.
Восемь Зеленых игроков были проблемой для чуть более поздней версии этого боя. Непосредственная проблема носила полные латы и кружила с его левой стороны с терпеливой эффективностью человека, которому сказали ждать открытия и который был доволен ожиданием.
Именно тогда в его периферии появилось белое.
Не с направления. Оно просто проявилось из теневого края амфитеатра, достаточно близко, чтобы Синестезия уловила слабое гармоническое возмущение другого бойца, разделяющего его непосредственное пространство. Белая кожаная броня, асимметричный воротник, такой дизайн, который явно принял решение о своем предназначении и перестал за это извиняться. Костюм излучал слабое базовое свечение даже в покое, как угли, которые еще не определились.
Глаза одновременно производили активные вычисления по всем доступным векторам в амфитеатре.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вами (Ур 23 Светоносный Головорез)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он проверил счетчик Красных. Затем Каге. Один прямой взгляд, который извлекал максимум информации за минимум времени.
— Красный говорит два. — Без преамбулы, без эмоций. Просто слова с соответствующей скоростью для ситуации. — Так ты на самом деле игрок. — Пауза примерно в один слог. — Вопросы позже. Что тебе нужно?
— Место для маневра. — Каге двинулся на кружащего солдата, не нарушая ритма обмена. — Зеленые игроки не достигают этой сцены. Все остальное — твое решение.
Когда он смог позволить себе боковой взгляд, Вами уже был на полпути к первому ярусу сидений.
Он уловил человека фрагментами между своими собственными обменами.
Никакой оборонительной позы. Вами двигался между группами, как ток движется между камнями — находя каналы и протекая сквозь них со скоростью, которая оставляла сопротивление позади. Он касался целей и отступал. Удар в руку с оружием, нацеленный на нервный узел над большим пальцем. Колено в подколенное сухожилие, прежде чем солдат успел зарегистрировать угол подхода. Ладонь по зазору забрала, что было не столько ударом, сколько преднамеренным прерыванием способности лица отслеживать что-либо полезное.
Маленькие. Накапливающиеся. Невидимые для арифметики любого солдата, пытающегося их сосчитать.
И броня становилась ярче.
Каждый кинетический обмен подпитывал нечто в основной механике белой кожи, и базовое свечение брони поднялось от приглушенного кремового до чего-то, что не имело естественной среды обитания внутри известнякового амфитеатра: нарастающее тепло, которое заставляло послеполуденные тени камня выглядеть недосвеченными по сравнению. Солдаты, настроенные на атаку, поворачивались к нему так, как толпа поворачивается к звуку, который они услышали прежде, чем сознательно зарегистрировали его. Ниже слоя принятия решений. Ниже выбора.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Светоносное Агро: Все ближайшие враги ориентируются на Вами.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Разбойник, который перетягивает агро. Интересно.
Последствия проявились без церемоний. Каге скорректировал свой угол и атаковал двух солдат сзади, пока их приоритет сместился в другое место; чистые обмены, такие, которыми было бы расточительно не воспользоваться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт Получен: +900 ОП
Опыт Получен: +900 ОП
Текущий ОП: 7,872/10,319
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
(Шаг) — Ослаб— (Парирование) —ление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мумьё ответил через окно, которое открыло Ослабление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-193 ОЗ
Критический Удар!
Эхо Преданности - Отголосок x4
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
С средних ярусов сидений Зеленые игроки организовались... правильно, на самом деле.
Два щита на острие с согласованным таймингом игроков, которые уже рейдили вместе. Маг на верхнем расстоянии, поддерживающий дистанцию вместо того, чтобы прожигать касты в хаос. Лучник с дисциплиной линии видимости, держащий огонь, пока линии не очистятся. Они использовали структуру, которую запомнили, и использовали ее достаточно последовательно, чтобы она делала то, что должна была делать.
Каге зарегистрировал это как слегка раздражающую калибровку.
— Он выбивает наших парней. — Маг, отслеживающий нарастающее свечение Вами в верхних сиденьях.
— Сосредоточься, — сказал лидер группы.
— Он заагрил двоих из нас меньше чем за минуту.
— Я заметил. Сосредоточьтесь на цели.
— Разве цель не тоже—
Стрела прилетела от лучника из Зеленой группы, нацеленная на исполнителя в центре сцены. Каге поймал ее, прежде чем изображение стало четким. Он отступил в сторону и расширил свой конус контроля, не прерывая явно своего столкновения с ближайшим солдатом, позиционируя себя под углом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
Угасающее Эхо: Бестелесное. (30с)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Стрела прошла сквозь пространство, которое больше не содержало человека.
Капитан Алдрен встал.
Он поднял свой меч, шел неторопливым шагом человека, который закончил внутреннее обдумывание и не видел смысла сообщать об этом своим ногам быстрее, чем спокойно. Подавление домена встретило его на краю сцены и нашло значительно меньшее сопротивление, чем у его людей. Он пересек мозаику, как человек, переходящий вброд холодную реку, который уже переходил холодные реки раньше.
Он занял позицию в трех метрах от Каге. Посмотрел на длинный плащ. На берет. Затем на меч.
— Ты хорошо сражаешься, слишком хорошо, — сказал он. Прозвучало без тепла.
— Хорошее наблюдение, — сказал ему Каге. — Продолжай делать их.
Алдрен махнул.
Мужчина был действительно хорош. Разрыв в уровнях превратился в рефлексы, которые приходили на кадр раньше, чем ожидал Каге, плечи с такой силой, что чистые парирования стали вопросом структурной устойчивости, а не просто тайминга. Мусин преодолевал расстояние через предвосхищение, читая геометрию веса Алдрена до того, как любой отдельный замах разрешился в его теле.
Солдат кружил во время обмена. Каге справлялся с обеими осями, не разделяя внимания, поддерживал стих Усиления, циклически проходящий через ритм его работы ног — поддерживая бафф на своем теле, поддерживая его отдельно на лезвии Мумьё — и использовал нарастающую Светоносную притягательность Вами, чтобы удерживать приоритет солдата еще две секунды.
(Скольжение) — Уси— (Контратака) —лить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
Идеальное Парирование!
Авен: +2% восстановлен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он использовал окно оглушения Алдрена на кружащемся солдате вместо Алдрена.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-217 ОЗ
Критический Удар!
Опыт Получен: +900 ОП
Текущий ОП: 8,772/10,319
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
И именно тогда началась музыка.
Одна нота. Затем две.
Она пришла так, как приходит воспоминание: внезапно настоящее, очевидно существующее, невозможно определить момент, когда оно началось. Полый Оратор у центрального пьедестала нашел тот же регистр, который был обрезан к концу выступления. Оно отскакивало. Наслаивалось. Возвращалось насыщеннее, чем уходило.
Плачущая Танцовщица нашла перкуссию в своей собственной работе ног. Мозаика несла резонанс камня, построенного для резонанса; ее каблуки нашли частоту, на усиление которой была оптимизирована акустическая конструкция, и темп зафиксировался без видимых усилий. Сломанный Скрипач поднял смычок к струнам из собственного сохранившегося архива сцены и извлек из них звук, который поднимался и продолжал подниматься.
Музыка на самом деле ни к чему не нарастала. Она возобновлялась. Как будто пауза была только внешней.
Каге справился с обменом в кадре восстановления Алдрена и зарегистрировал звук так, как Мусин регистрировал все: настоящее, актуальное, записанное. Музыка не прерывала математику. Она ложилась под существующий ритм боя, как гармония ложится под мелодию, которая уже точно знает, куда она идет.
Сцена обратила на это внимание.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Бафф Применен: Непрерывный Хор
Исполнители продолжают. Сцена помнит, для чего она была построена.
Скорость Действий: +20% | Регенерация Ресурсов: +25%
Длительность: Непрерывно (Пока исполнители выступают.)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Скорость Действий, складывающаяся непосредственно поверх существующих стаков Ритмического Потока. Регенерация Авена тикала быстрее по отношению к кривой расхода. Математика изменилась. Разрыв между расходами и восстановлением сузился до чего-то, что можно было поддерживать.
Они баффают нас. За полсекунды между следующим обменом Алдрена и шагом перепозиционирования расчет был произведен. Исполнители. Они активно баффают людей, сражающихся за них.
Он не оглянулся на них. Он не мог позволить себе четверть секунды, которую это стоило бы. Но он зарегистрировал это и двинулся дальше.
— Что-то не так, — сказал один из Зеленых магов. Его каст замедлился. Не сильно. Достаточно, чтобы заметить. — Мой каст—
— Мой тоже, — сказал лучник. — Что это за звук?
Лидер группы не ответил. Он смотрел на сцену.
На верхнем террасе, белый костюм достиг пика.
Белое взорвалось настоящей светошумовой гранатой, разряд распространился чистым радиусом, который превзошел окружающий свет амфитеатра на три жестокие секунды. Солдаты в радиусе действия махали по фантомным изображениям. Зеленый игрок споткнулся назад с тем специфическим движением человека, который пытался смотреть прямо на солнце на полшаге.
Затем свечение снова стало приглушенным мерцанием. Как будто цикл сбросился. Вами был где-то еще, уже восстанавливая то, чем было это свечение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный: 2
Зеленый: 5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
На три Зеленых меньше. Каге записал это и продолжал двигаться.
Полсекунды спустя, в промежутке между перепозиционированием Алдрена и его собственным, он поймал Вами на периферии на среднем ярусе сидений. Белая броня получила настоящий урон — видимые царапины на поверхности наплечника, где смещение плотности было недостаточно быстрым, одна секция правого наплечника была смещена из-за обмена, который пошел слегка не так.
Бафф Хора помогал и ему. Это было видно по скорости восстановления между всплесками.
Что Каге заметил больше всего, так это глаза.
Они горели. И это был не расчет того, кто управляет своими шансами на выживание. С настойчивым, абсолютно преданным взглядом человека, который осознавал, что ситуация стала действительно сложной, и находил этот факт интересным.
Затем Вами снова исчез, вернувшись в верхние сиденья, вернувшись в свой цикл.
Приятно, подумал Каге.
Голос Алдрена прорезал шум амфитеатра.
Он отступил на полшага, как генерал отступает, чтобы увидеть всю доску, и его голова повернулась ровно настолько, чтобы использовать акустический дизайн.
— Все подразделения. — Чисто. Звонко. Амфитеатр донес это до верхних ярусов так же хорошо, как и до сцены. — Отменить все второстепенные столкновения. Исполнители — наша цель. Сцена. Сейчас.
Все перестроилось.
Солдаты, которые могли двигаться, двинулись. Два щита Зеленой группы прочитали то же обновление цели события и повернулись к центру сцены. Маг изменил цель. Лучник занял новый угол со второго яруса. Разбойник, который работал в тенях террасы совершенно незаметно, спрыгнул с первого яруса прямо на мозаику сцены.
Каге выиграл время позицией.
Он вынудил Алдрена к обменам, требовавшим полного внимания, сокращая дистанцию под такими углами, которые нельзя было игнорировать, не уступив земли, которую Алдрен не хотел отдавать. Он выиграл три секунды. Затем еще шесть. Затем фронтальная плотность волны превысила то, что могла разрешить одна точка покрытия.
Он выпустил заранее загруженный слот.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ритмический Отзыв: «Завеса».
Все Исполнители: Бестелесные. (60с)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Танцовщица растворилась на полушаге. Оратор исчез между вторым и третьим слогом строки. Пальцы Скрипача прошли сквозь струны, до которых рука уже не могла дотянуться.
Музыка продолжалась.
Голоса из статики. Перкуссия из ничего-что-занимает-пространство. Бафф Хора оставался активным в периферийном зрении Каге. Исполнители, по-видимому, не требовали физического присутствия для сохранения. Была ли это логика домена, их классификация Угасающего Эха или система, генерирующая правило из внутреннего принципа о том, что делает искусство, когда его прерывают, Каге не имел времени исследовать.
Солдаты прибыли на центральную сцену.
Они потянулись к исполнителям, которые были недосягаемы. Руки в перчатках сомкнулись на пустом пространстве, где был торс Танцовщицы. Солдат прошел прямо через позицию, которую занимал Скрипач, и вышел с другой стороны с выражением лица человека, которому обещали дверь, а он нашел стену на ее месте. Домен все равно тикал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-18 ОЗ
-18 ОЗ
-18 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Два зеленых щита также достигли сцены. У них была цель, и они выполняли ее с упорством игроков, которые были преданы. Один из них попытался провоцировать Каге и обнаружил, к своему замешательству, что провокации не работают на игроков.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зеленый: 10
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пять новых иконок заполнили счетчик в одном кадре. Шаги по верхнему известняковому краю, новые прибывшие, голоса уже объявляют о динамическом событии и структуре наград тоном игроков, которые поставили приоритет на возможность, а не на контекст.
Каге зарегистрировал счетчик. Записал.
Мусин имел специфическую связь с новыми переменными. Он не оспаривал их философски. Он категоризировал: столько-то вещей существует. Столько-то требует немедленного внимания. Это непосредственные цели. Все, что выходило за пределы этого радиуса, принималось к сведению и откладывалось без бремени беспокойства.
Еще пять Зеленых существовали. Они прибудут. Это было известно и понижено в приоритете.
Он вернулся к Алдрену.
Это была симфония.
Слово пришло без приглашения, и Мусин не отфильтровал его, потому что Мусин не различал полезную и художественную информацию, только актуальную и неактуальную. Ни до, ни после. То, что происходило на этой сцене, имело достаточную структуру, чтобы регистрироваться как и то, и другое. Сейчас.
Размеренная агрессия Алдрена была ритмом. Солдаты и Зеленая группа, циклически движущиеся по периметру, были перкуссией. Исполнители — бесплотные, настойчивые, все еще баффающие двух бойцов, сражающихся за них по голому акустическому принципу — были основной гармонией подо всем. Периодический цикл светошумовых гранат Вами через верхние сиденья был контрапунктом, взрывным и асимметричным, отвечающим паттерну, но не разрешающимся в него полностью.
И Каге был в центре всего этого. Центр двигался.
Затем расширенная волна игроков полностью включилась, и архитектура метафоры усложнилась так, как музыка усложняется, когда кто-то приносит инструмент, для которого сессия никогда не была написана.
Огненный шар мага приземлился рядом с траекторией движения Мумьё, настоящий огненный шар. Он перенаправил его через нулевой массовый вектор клинка и сжег шестьдесят Авена, используя Ослабление, чтобы сделать перенаправление возможным.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-60 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Разбойник, который спрыгнул с яруса, прибыл к нему в шесть часов с хорошим таймингом. Не идеальным — идеальный потребовал бы точно знать, где именно в работе ног Мусина он окажется, что требовало наблюдения за ним, завершающим ту же последовательность дважды.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Непоколебимая Воля Сработала.
Урон Отрицан.
Ритмический Поток Разорван. Все стаки потеряны.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Перенаправление Мумьё поймало кадр восстановления разбойника. Клинок остановился и изменил векторы в пространстве, которое должно было требовать дуги, и достиг коленного сустава ниже защиты разбойника до того, как анимация восстановления полностью завершилась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -313 ОЗ
Враг Побежден: Игрок «ТемныйШаг»
Опыт Получен: +650 ОП
Текущий ОП: 9,422/10,319
ОЗ: 391/600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Опыт за убийство игрока. Свойство события. Записано и двинулись дальше.
Регенерация Ошейника и процентный тик Хора боролись с математикой и теряли позиции. Еще один огненный шар от верхнего мага задел его плащ по плечу, и хотя Вышитый Длинный Плащ Маэстро был многим, огнеупорным он не был.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-107 ОЗ
ОЗ: 284/600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Маг уже перестраивал позицию для следующего каста. Скорость действий от баффа Хора была единственной причиной, по которой математика сокращения дистанции работала до завершения каста.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-158 ОЗ
Фантомный Удар! -79 Эфирного Урона.
Враг Побежден: Игрок «Зел_ариус»
Опыт Получен: +597 ОП
Текущий ОП: 10,019/10,319
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Триста опыта.
В другом состоянии это число вызвало бы цепочку вычислений. В этом состоянии оно появилось и было деприоритезировано. Триста — это число. Числа принимались к сведению и записывались.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 239/600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Оператор всплыл из глубокого фона, куда его поместил Мусин. Он посмотрел на ОЗ. На входящие векторы. На окно восстановления кольца, на позицию Алдрена, на оставшееся количество Зеленых и их дисциплину диапазона. Он прогнал цифры с механической скоростью того, кто годами выживал на цифрах.
У него была рекомендация. Рекомендация была оборонительным перераспределением.
Наложи Рост на себя.
Мусин проигнорировал это. Он уже видел геометрию более полно, чем Оператор мог ее рассчитать, и у геометрии был один выход. Выход не был за щитом.
Он прошел через сторону игроков.
Он перестал рассматривать Алдрена как основное ограничение и позволил открытой геометрии сцены создать разделение. Алдрен мог следовать или сбросить — и то, и другое стоило ему времени, а время было единственной вещью, которая в данный момент имела ценность. Он двинулся к периметру игроков, и разница между тем, что означали векторы нулевой массы на близком расстоянии, и тем, что означала эффективная дистанция каста мага, стала центральным фактом следующих десяти секунд.
Два солдата занимали путь. Он прошел сквозь них и принял контакт, а не отклонение.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-141 ОЗ (плечо Каге)
-138 ОЗ
-162 ОЗ (промежутки между их пластинами)
ОЗ: 98/600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Лучник на втором ярусе натянул лук. Траектория Каге изменилась с боковой на прямую в тот же кадр, когда натяжение достигло половины. Расчет лучника разрушился — математика дистанции изменилась быстрее, чем могла компенсировать ведущая нога — и отступление стоило тайминга выстрела. Каге оказался внутри пяти метров до того, как это разрешилось.
Зеленый маг призывал к координации с верхнего края мозаики. Приближаться к этому магу было не безопасным действием. Это было единственное действие.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ: 13/600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Это территория.
Один солдат. На ближнем краю зоны подавления домена. Человек, которого грыз тик-урон сцены на протяжении всего события. Он стоял между Каге и углом перепозиционирования мага, и его присутствие в Синестезии регистрировалось как струна, натянутая до предела. Четверть оборота до обрыва.
Мусин просто отметил: Актуально. Каге вызвал волей одно ключевое слово.
Название: Последняя Нота.
Удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Серебряный полумесяц материализовался и прошел сквозь грудь солдата.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-59 ОЗ
Враг Побежден: Пехотинец Королевского Авангарда - Ур 31
Опыт Получен: +900 ОП
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 23.
ОЗ восстановлены до Максимума. Авен восстановлен до Максимума.
У вас есть 2 очка характеристик.
Текущее Положение: 449.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Два очка характеристик. Он не раздумывал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 114 → 116
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мир перекалибровался.
Внутри Каге каждый метр, который иссякал, мгновенно заполнился до отказа в течение одного системного тика.
Переход с 89 ОЗ до 600 ощущался как возвращение пола после свободного падения. Кольцо восстановилось от перезарядки. Регенерация Авена +25% от Хора теперь складывалась с полным резервом вместо управления дефицитом. Вся кривая затрат на следующие несколько минут была только что перестроена.
Он дышал.
Затем, по краям мозаики, золото исчезло.
Янтарный свет домена потускнел. Серебряная нить, проходящая сквозь известняк, расплелась в медленном обратном порядке от периметра к центральному пьедесталу. Подавляющее поле исчезло. Тик-урон прекратился. Различие между своим и чужим, которое домен устанавливал, ушло из воздуха, как затаенный выдох, наконец выпущенный.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Доменный Эффект: «Сцена Помнит» - Длительность Истекла.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Сцена оставалась ровно такой, какой была. Восстановленной. Акустической. Созданной для этого.
Каге посмотрел на солдат, которые шестьдесят секунд пытались схватить исполнителей, сделанных из статики и музыки. Он посмотрел на Зеленых игроков, которые перестраивали свой подход теперь, когда механический оверлей изменился. Он посмотрел на Алдрена, который замер на истечении домена и обновлял свое понимание того, какой на самом деле будет следующая фаза этого боя.
Глаза Алдрена встретились с его.
Каге оглядел все поле боя, которое все еще содержало его: двадцать три солдата минус семь, капитан, девять Зеленых игроков со структурой награды, которая стимулировала его устранение, и исполнители, все еще стоящие невредимыми на восстановленной сцене позади него. Все еще поющие в открытый воздух.
Он посмотрел на свою полную полоску Авена.
Он посмотрел на пустой слот Ритмического Отзыва.
Он улыбнулся. Улыбка была маленькой, и в основном зубастой, и это было выражение, которое появлялось, когда человек, очень хорошо справляющийся с этим, садился за чистый стол с полной рукой и новой проблемой, которую стоило решить.
Он начал сочинять.
Стих формировался в мертвом пространстве между угасающим светом повышения уровня и первым Зеленым игроком, восстанавливающим равновесие.
Зеленая формация перегруппировывалась, оставшиеся солдаты были в нескольких секундах от сокращения дистанции, и сцена снова была нейтральной территорией. Недостаточно времени для надлежащего тактического обзора. Достаточно для человека с ясной головой, которому проблема была объяснена в агрессивных деталях за последние шестьдесят секунд.
Предыдущий домен был специфическим. Сцена Помнит работала против концентрированной, статической силы: NPC-солдаты, движущиеся к одной цели, ограниченные полем подавления. Тик-урон был эффективным. Штраф за движение был решающим.
Эта вражеская структура больше не существовала.
Что существовало сейчас, так это маг с достаточным радиусом действия, чтобы оставаться за пределами его дистанции сближения. Два лучника с дисциплиной линии видимости и без причины для сближения. Члены Зеленой группы с тактической мобильностью для вращения и сброса. И все больше игроков прибывали каждую минуту с направлений, которые поле подавления не могло предвидеть. Зона, которая требовала от него удерживать позицию для ее действия, была зоной, которая в конечном итоге убила бы любого, кто в ней стоял.
Ему нужно было двигаться. Ему нужно было быть везде одновременно. И он не мог этого делать, пока наблюдал за одиннадцатью исполнителями, которые появлялись и исчезали в тот момент, когда к ним тянулась рука.
Новое хайку обрело форму в тот момент, когда проблема появилась.
Название: «Полый Хор».
Он произнес название тихо. Его голос коснулся пола сцены, и акустика подхватила его. Камень уже был настроен на Резонанс, существовавший до этого. Серебряная нить из предыдущего домена задержалась — она оттянулась к центральному пьедесталу, как прилив, затем рассеялась, когда первая строка легла в известняк, растекаясь наружу холодным туманом. Холоднее, чем янтарный цвет предыдущего домена. Оттенок зимнего света сквозь бумагу.
— «Память их держит—»
Угасающие Эхо почувствовали это до того, как стих завершился. Изменение шло внутрь. Шелк Плачущей Танцовщицы, который набирал разрешение, сначала поблек по краям, подол растворился, превратившись в тянущийся намек на ткань. Руки Полого Оратора смягчились в пальцах. Солдат Королевского Авангарда рядом дотянулся до воротника Оратора. Его кулак сжался на холодном воздухе.
— «Ослабь все, что плоть создала—»
Сломанный Скрипач прижал свой лук к струнам. Он прошел сквозь них. Нота все равно прозвучала, поднимаясь из камня под его ногами, словно сам амфитеатр был инструментом.
— «Покой в эхе найдут».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Доменный Эффект: «Полый Хор» - Активен.
Фактор Истины: ИСКЛЮЧИТЕЛЬНЫЙ. Угасающие Эхо существуют как вибрационная память, сохраненная в акустическом камне. Память закрепляет их в их базовом вибрационном состоянии. Ослабление растворяет коагуляцию до того, как она успеет проявиться. Покой фиксирует это растворение в акустической среде, удерживая их как резонанс, а не материю на время действия домена.
Эффект: Все Угасающие Эхо в пределах домена становятся полностью и непрерывно бесплотными.
-420 Авен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен: 910/1330
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Музыка продолжалась. Каге повернулся к солдатам и двинулся.
Время сжалось так, как это происходит, когда Мусин управляет сессией. Актуальное прибыло и было записано. Нерелевантное отступило, прежде чем полностью сформировалось. Каге двигался в течение следующих нескольких минут в этом состоянии, и то, что регистрировалось, было фрагментами, которые превышали некий внутренний порог, а не непрерывной записью.
Он зарегистрировал, что перепозиционирование мага улучшается, перемещаясь на верхний уступ, увеличивая эффективный радиус действия. Он зарегистрировал, какие Зеленые игроки общались через эмоции на панели против голоса. Он зарегистрировал, как Вами действовал через ярусы сидений с терпением термодинамического процесса, циклируя агро-дугу с темпом, который горел дольше, чем большинство людей что-либо поддерживали.
Он зарегистрировал зональный чат. Амфитеатр доносил его с беспристрастной акустической вежливостью.
— Я вам говорю, парень с Красного пути — это системный NPC. Разве не это делает класс Поэта?
— У него неймплейт. Ты можешь его видеть.
— Скрытый уровень? Функция скрытия уровня специально—
— Функция существует. Люди ее используют.
Солдат обошел Каге с фланга во время комментария. Перенаправление Мумьё с нулевой массой попало в защиту мужчины с вектора, который требовал, чтобы клинок менял направление между двумя точками, разделенными восемью дюймами воздуха. Блок солдата был правильно поставлен для начальной дуги замаха. Начальная дуга перестала существовать.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -247 ОЗ
Враг Побежден: Пехотинец Королевского Авангарда - Ур 31
Опыт Получен: +900 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
— Окей, это выглядело как глюк.
— Это не глюк.
— Это физически невозможно.
— Эта игра физически возможна, учитывая... слушайте, у меня нет времени объяснять—
Стрела прилетела от лучника со второго яруса, который научился опережать выстрелы и применял этот урок. Каге изменил угол в тот же кадр, когда натяжение достигло полного натяжения, и стрела разбила мозаичную плитку за его последней позицией. Лучник перестроился. Каге сократил дистанцию в промежутке между перепозиционированиями.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -212 ОЗ
Враг Побежден: Игрок «Борона_Шесть»
Опыт Получен: +620 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
На верхней террасе группа новых игроков поднялась на разрушенный край амфитеатра. Они прибыли, обсуждая подсказку события, привлеченные звуками Хора и свечением Вами.
Один из них попытался выбрать Красный.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Путь: Непрерывный Хор - Недоступен. Этот путь был запечатан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Она посмотрела на уведомление. Посмотрела на сцену. На двух человек на Красном пути, удерживающих то, что теперь было равно восемнадцати с лишним солдатам истощения и растущей Зеленой формации. Она посмотрела на вопросительные знаки за запечатанными наградами.
— Это будет хороший лут, — сказала она.
— Мы не можем его получить, — сказал целитель рядом с ней.
— Я знаю.
Она выбрала Зеленый.
Два других сначала попробовали Красный, получили то же уведомление «Недоступно», и один издал звук, который люди издают, когда хотят сказать что-то сильнее, чем то, что они на самом деле говорят.
— Красный запечатан. Опоздавшие, Зеленый или вы зрители, — объявил кто-то в зональном чате, что было точно и бесполезно, но получило несколько подтверждающих ответов.
Трое игроков на северном краю не сделали выбора. Они расположились у разрушенного известняка с легкостью людей, решивших что-то посмотреть, потому что альтернатива была менее интересной. Один открыл интерфейс записи без комментариев.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный: 2
Зеленый: 19
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Девятнадцать. Принято к сведению. Записано.
Семь солдат превратились в пять. Пять превратились в три.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Общий Накопленный ОП. Текущий: 9,130/11,030.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Солдаты устали — предыдущее Хайку выполнило свое предназначение. Это отражалось в геометрии плеч. В полусекундной задержке перед каждым новым решением.
Капитан Алдрен двинулся.
Трое оставшихся солдат сомкнулись на флангах, какую бы формацию из трех тел они ни смогли создать. Каге справился с двумя из них, прежде чем Алдрен оказался в радиусе действия. Третий пришел слева с сосредоточенной инерцией того, кто решил, что это его обмен.
Каге повернулся.
Алдрен прибыл справа в тот же момент.
Мумьё первым ударил по колену пехотинца — ближайшая геометрия — затем развернулся в середине дуги с нулевым кадром восстановления, чтобы перехватить опускающийся клинок Алдрена. Одно связанное действие, две проблемы решены.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное Парирование! Алдрен пошатнулся.
Авен: +2% восстановлен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пехотинец пробежал сквозь продолжение удара Мумьё. Меч не требовал корректировки. Рука Каге, как всегда. Он следовал замедлению, вместо того чтобы бороться с ним.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-193 ОЗ
Враг Побежден: Пехотинец Королевского Авангарда - Ур 31
Опыт Получен: +900 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Один солдат. Один капитан.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Враг Побежден: Пехотинец Королевского Авангарда - Ур 31
Опыт Получен: +900 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Алдрен и Каге.
У капитана за стойкой были годы полевой службы, и это проявлялось в отсутствии лишних движений, когда он принимал позицию.
Следующий блок Алдрена пришелся с полной силой человека, который знал, что делает. Отдача прошла вверх через запястье Каге и в его локоть. Биологический ограничитель, отмечающий свою постоянную актуальность.
Он двинулся с инерцией руки, вместо того чтобы оспаривать ее. Шаг, который изменил угол, а не обменял силу.
Алдрен прочитал направление. Скорректировался.
Корректировка переместила его на один шаг вправо.
Пятый стак Отголоска накапливался на протяжении предыдущего обмена. Он пришел с направления, которое освободилось после корректировки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Фантомный Удар! -127 Эфирного Урона.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Левое колено Алдрена встретилось с мозаичной плиткой. Его рука с мечом держалась, но его центр тяжести ушел куда-то, куда его осанка срочно нуждалась, и нуждалась немедленно.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -291 ОЗ
Враг Побежден: Капитан Алдрен - Ур 37, Королевский Авангард
Опыт Получен: +1,870 ОП
ПОВЫШЕНИЕ УРОВНЯ! Вы теперь Уровень 24.
ОЗ восстановлены до максимума. Авен восстановлен до максимума.
У вас есть 2 очка характеристик.
Текущее Положение: 449.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пульс пронесся по сцене, и акустическая кривая вернула его от стен в трех направлениях одновременно. Это было, объективно, больше фанфар, чем требовал момент.
— Подождите. Он апнул уровень во время ЭТОГО?
Алдрен опустился на колени на плитку и посмотрел на свои руки. Затем на Каге. Выражение его лица было выражением человека, который завершил расчет, который он не начинал, и пришел к ответу, который он не мог оспаривать.
— Для протокола, — сказал Каге, — вы были лучше большинства.
Алдрен посмотрел на сцену. На исполнителей, которые не переставали играть на протяжении всего этого. Что-то мелькнуло в его выражении, чему нелегко было найти название.
— Для протокола, — тихо сказал он, — вы тоже.
Система растворила его со спокойной тишиной хорошо выполненного выхода. Мозаика поглотила свет и снова стала камнем.
Каге назначил оба очка характеристик, не прерывая шага.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 114 → 116
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он посмотрел на счетчик.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный: 2
Зеленый: 21
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Двадцать один. Формация реорганизовалась вокруг отсутствия командной структуры Алдрена и уже двигалась по новому углу подхода. У них был координирующий голос в канале, два хорошо расположенных фронтовика и терпеливое размещение группы, которая перестала атаковать и начала думать. Все это было правильным тактическим поведением.
Ничего из этого не будет достаточно. Но двадцать один человек, которые знали, что делают, все равно могли заставить «недостаточно» ощущаться дорогим.
Движение слева от него.
Вами приземлился с края второго яруса, двенадцать футов вертикального падения, поглощенные перекатом, который превратился в стойку вперед. Честная запись белой брони о последних десятках минут была видна на большей части ее поверхности: сжатая трещина на верхнем крае воротника, царапины на нагрудной пластине от обменов, которые были слегка запоздалыми, а не неправильными. Одна секция правой части наплечника излучала приглушенное, функциональное свечение, как будто там была батарея, которая получила повреждения.
Он дышал слышно впервые.
— Двадцать один, — сказал Каге.
— Я знаю. — Расчет был произведен и пришел к чему-то, что ему явно не нравилось, но он все равно принял это. — Моя генерация Люкса деградировала. Счетчик теперь возвращается на шестьдесят процентов между зачистками. — Пауза. Одна секунда. — У меня есть еще одна полная зачистка. После этого я смогу поддерживать точные удары, но цикл агро закончен.
Он посмотрел на формацию, завершающую свою геометрию подхода. Горение в его глазах не уменьшилось. Он находил ситуацию искренне интересной.
— Одна зачистка, — сказал он. — После этого я на тридцати процентах от оптимального.
Каге посмотрел на формацию. Посмотрел на Вами.
— Используй это.
Вами повернулся к верхним сиденьям без единого слова.
Люкс нарастала.
Каге почувствовал это раньше, чем увидел. Вами двигался по ярусам сидений, и каждый кинетический контакт питал белую кожу, и броня перестала иметь определенный цвет и стала обладать свойством быть самым ярким объектом в любом данном кадре.
Затем свойство любого данного кадра стало кратко договорным.
Тени перестали существовать. Мозаичные плитки перестали иметь индивидуальные цвета. Небо над разрушенным верхним краем перестало иметь текстуру. Интерьер амфитеатра просто состоял из белого — без глубины или направления — в течение четырех полных секунд.
В центре белого нечто двигалось, как дым сквозь туман.
Его векторы можно было прочитать только по смещению: изменения давления в Синестезии Каге, где оно контактировало с тем, что было в формации. Три удара. Два резких падения тактической согласованности, которые были невидимы в белом, но присутствовали в структурной карте того, что существовало до этого и чего теперь не хватало трех узлов.
Белизна исчезла.
Вами стоял на дальнем краю сцены. Его руки были опущены по бокам. Свечение брони было техническим: состояние углей. Без нарастания. Без цикла.
Пять Зеленых игроков были повержены. Еще четверо преодолевали значительные дебаффы. Формация изменилась так, что ее оставшиеся члены все еще пытались понять.
Вами посмотрел на свои руки.
— Это все.
Каге сказал: — Хорошая работа. Теперь, оставайся в живых.
Полная экономика того, что требовала ситуация.
Он выхватил Мумьё.
Меч один раз замурлыкал у него в ладони. Один чистый резонанс через рукоять, который прошел вверх через его запястье и достиг его груди как нечто, что система категоризации Оператора кратко проанализировала, не нашла четкого ярлыка и все равно отправила в Мусин.
«Я обещаю смерть. Взамен, даруй мне время».
Цвет мира исчез между одним кадром и следующим.
Известняк. Серый. Небо. Серое. Шелк исполнителей, и волосы, и инструменты. Серый. Мозаичные плитки. Серый. Белая броня Вами стала набором контрастов световой ценности в монохромном поле, все еще отчетливым, больше не цветом, о котором у мира было мнение.
Один Зеленый стал алым.
Координирующий маг, который удерживал ротационную дисциплину формации, чье удаление разрушило бы согласованность быстрее любого другого доступного действия. Он пульсировал алым. Меч отметил его как Долг.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красная Клятва - Активно.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Огонь горел по спинке клинка от кончика к рукояти. Терпеливо. Непрерывно. Красный огонь. Фитиль.
Весь окружающий шум исчез. Ветер. Перкуссия Хора. Выкрикиваемые позиционные команды Зеленой формации. Все исчезло одновременно, чисто, словно мир решил, что звук сейчас не актуален.
Что заменило его, так это сердцебиение. Массивное. Мокрое. Размеренное. Тук-тук. Оно приходило через кости, а не через воздух. Пульс меча. Пульс Каге. Они были одного темпа.
— Прости за беспорядок, — сказал Мумьё. Синестезия перевела вибрацию рукояти в язык с неторопливым обдумыванием чего-то, что действительно имело значение.
Он двинулся.
Воздух был тонким. Его взмах прошел, как рука, движущаяся сквозь дым, меч вел себя как мысль. Он ударил щит первой линии и почувствовал передачу кинетической энергии без резкого замедления заблокированного удара. Клинок передал свою силу, и рука продолжила свою дугу, как будто препятствие переклассифицировалось в нечто, через что меч мог просто пройти.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный Долг: 348
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Холодно. Ярко. Его тело переводило нарастание счетчика как ясность, а не боль.
— Руби их. Руби их всех, — сказал меч.
Второй защитник нанес удар по его ребрам.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный Долг: 891
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Холодно. Еще больше ясности. Именно так ты и переусердствуешь. Мусин записал наблюдение и продолжал двигаться вперед.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Красный Долг: 1191
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Цель увидела его приближение за три секунды до столкновения.
Расчет, который он произвел, был, объективно, правильным. Это ничего не изменило.
— Идеально, — сказал меч. — Прекрасно. Забирай.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -399 ОЗ
Фантомный Удар! -209 Эфирного Урона.
Враг Побежден: Игрок «Мирекаш_VII»
Опыт Получен: +620 ОП
Красный Долг Прощен. Цель Клятвы уничтожена.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Багровая жилка вдоль спинки Мумьё на мгновение засветилась белым. Разряд распространился наружу от кончика клинка в виде сотрясающего кольца, которое прошло сквозь рейтинги экипировки, не запрашивая их мнения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Проникающий Урон: -897 ОЗ
Проникающий Урон: -753 ОЗ
Проникающий Урон: -657 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Цвет вернулся. Известняк снова обрел свой бледный оттенок. Шелк исполнителей вернул тепло. Броня Вами снова стала белой.
Каге стоял на мозаике с полной полоской ОЗ и мечом, вибрирующим с низкой, успокаивающей частотой в его ладони.
— Что.
— ЧТО ЭТО БЫЛО.
— Это все еще игра? Почему все замолчали?
Пять Зеленых игроков были повержены разрядом. Восемь остались, несколько все еще восстанавливали ориентацию в бою, который только что ввел новую категорию угрозы в их рабочий лексикон.
Вами работал на краях формации с осторожной, истощенной эффективностью во время действия Клятвы. Ничего зрелищного. Просто функционально, целенаправленно. Тридцать процентов от оптимального, что он обещал, усердно применялись ровно настолько, чтобы выжить.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Враг Побежден: Игрок «Шипастый_3»
Опыт Получен: +620 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Враг Побежден: Игрок «Щит_Горрик»
Опыт Получен: +620 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Враг Побежден: Игрок «Призматическая_Клятва»
Опыт Получен: +620 ОП
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Зеленый: 2
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Последние двое сделали свою оценку с честной ясностью игроков, которые дали бою несколько дополнительных минут после того момента, когда чистая переоценка рекомендовала бы отступить. Они перевели это в отступление через плоские луга, что было оптимистичным выбором, учитывая доступную местность и двух людей, все еще стоящих на сцене позади них.
Вами справился с обоими без зрелища. У него не осталось зрелищности, и он не устраивал ее.
Последний игрок в амфитеатре сидел на втором ярусе, скрестив ноги, руки на коленях. Его записывающий интерфейс был активен на протяжении всего события без единого слова комментария.
Каге посмотрел на него через амфитеатр.
Игрок посмотрел в ответ.
— Можете уходить, — сказал Каге.
— Я знаю.
Он остался.
Каге повернулся обратно к сцене.
На разрушенном верхнем краю восемь наблюдающих игроков — ни один из которых никогда не выбирал маршрут, ни один из которых не вступал в бой — стояли со своими записывающими интерфейсами и своими неотвеченными подсказками, и своей тишиной. Тот, кто раньше вел повествование, перестал это делать несколько минут назад и просто наблюдал, интерфейс все еще активен, что было другим видом повествования.
Вами спустился с верхних сидений и занял позицию на мозаичных плитках рядом с краем сцены. Он стоял после завершения амфитеатра и смотрел на исполнителей, на Полого Оратора, стоящего у центрального пьедестала, с плотно прижатыми к потертому камню ладонями, полностью твердого, полностью присутствующего, такого же реального, как реален известняк. Он посмотрел на Каге. Затем обратно на сцену.
Какой бы расчет он ни произвел, он не выдал чистого числового результата, и его выражение предполагало, что он не знал, к какой категории отнести этот факт.
Непрерывный Хор сыграл свой последний аккорд.
Звук пронесся вверх по изогнутым стенам, рассеялся по открытому небу и не вернулся.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДИНАМИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ ЗАВЕРШЕНО: «Последний Выход на Бис».
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
И каскад уведомлений начался.
Первое уведомление пришло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДИНАМИЧЕСКОЕ СОБЫТИЕ ЗАВЕРШЕНО: «Последний Выход на Бис»
Уровень Вклада: S
Вердикт: Записан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Затем второе.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Историческая Нить Отклонилась.
Реинтеграция нарративной согласованности с установленной временной линией...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Известняк двинулся.
Одна-единственная трещина в ближайшем ярусе, тонкая трещина, которую Каге использовал в качестве точки отсчета для баланса последние двадцать минут, просто закрылась. Беззвучно. Как будто камень передумал относительно своего предыдущего положения.
Он наблюдал, как это происходит.
Затем двинулся плющ. Отступая. Методично, как будто что-то наматывалось обратно на катушку, каждый усик отрывался от трещин, в которые он годами прорастал, отступая обратно к верхнему краю, затем полностью от камня. Бледно-пергаментно-зеленая масса притянулась к линии деревьев за краем амфитеатра и исчезла в ней.
Вами стоял в восьми метрах слева от Каге, наблюдая за тем же.
Игрок, сидевший на корточках на втором ярусе, перестал сидеть на корточках. Теперь он стоял.
Каждый записывающий игрок в окрестностях только что получил запись своей жизни, заметил Каге. Он не закончил мысль, потому что мозаика восстанавливалась, и это требовало внимания.
Плитки восстановились. Выцветший серый цвет, до которого их вытравили столетия выветривания, снова оказался просто неправильным. Цвет возвращался волнами от центрального пьедестала наружу, не насыщаясь драматически, не светясь никаким театральным светом. Просто вспоминая. Сначала появились синие. Затем золотые. Затем красные, которым не полагалось быть такими красными после того количества времени, что они провели в сером цвете.
Пьедестал выпрямился. Дирижерский подиум, стертый до основания, восстановился вверх с точными приращениями, каждый слой мрамора воссоздавался из ничего и оседал со слабым звуком слова, правильно расположенного в предложении.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мировой Порог События Достигнут.
Развалины Песчаника удалены из игрового реестра.
Назначено новое обозначение.
Амфитеатр Песчаника - Активный Культурный Памятник.
Мировой рекорд обновлен. Исторический нарратив интегрирован.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вот оно, подумал Каге. Вот и сноска.
Площадь амфитеатра расширялась. Верхний край, ранее неровный, где резной камень переходил в луга, разрастался концентрическими кольцами. Существующие ярусы восстановились и расширились, каждое новое кольцо появлялось уже изношенным в нужных местах, уже населенным следами регулярного использования: неглубокие углубления, где зрители сидели десятилетиями, слабые изменения цвета на перилах, которые сжимали тысячи ладоней.
За краем появились дороги.
Луга просто приняли присутствие вымощенных камнем дорог, которые были там сотню лет, стертых до гладкости колесами повозок и пешеходами, и расположились соответствующим образом. Вместе с ними появились деревья, зрелые и укоренившиеся, их корни глубоко, а кроны сформированы так, как могли только деревья, стоявшие поколениями. Здания следовали за дорогами. Сначала маленькие. Сторожка. Административное здание с медными буквами над входом, ловящими послеполуденный свет. Ряд открытых мастерских. Крытая дорожка, соединяющая два крыла, которые теперь существовали на северной стороне амфитеатра.
NPC вышли из пространств между ними.
Они вышли из мастерских и сторожки, и из-за углов так, как люди делают, когда они занимались этим годами. Женщина, несущая свернутые документы, остановилась в дворе-саду, чтобы что-то рассмотреть. Двое мужчин в строгих пальто пересекли новую дорогу, разговаривая. Исполнитель в репетиционной одежде спустился по только что расширенной боковой лестнице амфитеатра, двигаясь с озабоченной энергией человека, опоздавшего на двадцать минут.
Записывающие игроки перестали комментировать. Один из них сел в траву за периметровой стеной.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Мировая История Обновлена.
В двадцать третий год правления короля Валериуса, Амфитеатр Песчаника выстоял против Королевского Указа Безмолвия. Исполнители, отказавшиеся подчиниться, были защищены двумя фигурами: Поэтом и Кинжалом. Официальные королевские записи классифицируют их как предателей и мятежников. Культурные и академические записи помнят их иначе. Их имена оспариваются. Их лица невозможно проверить. Амфитеатр выстоял. Он процветал. Он стоит сегодня как одно из старейших непрерывно действующих культурных учреждений в известном мире.
Игроки, участвовавшие в событии Красного Пути, классифицируются в исторической записи как Потомки-Претенденты изначальных защитников.
Примечание: Фракции Старого Королевства будут относиться к вам соответственно.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Злодеи, подумал Каге. Мы злодеи.
Он снова прочитал сноску. Официально.
Различие было не огромным. Но это было то различие, которое имело бы значение именно в самый неподходящий момент.
— Мы предатели, — сказал он вслух.
Вами взглянул на воздух перед собой, читая что-то, чего Каге не видел. — В основной исторической записи, да. — Пауза. — Вторичная запись, похоже, более щедрая. — Еще одна пауза. — Значительно более щедрая.
— Насколько значительно.
— Там есть мозаика. — Вами жестом указал на нижний коридор амфитеатра двумя пальцами. — Очевидно.
Каге повернулся обратно, чтобы посмотреть на учреждение, которое все еще заканчивало строиться, и решил не испытывать по этому поводу никаких чувств.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Последний Выход на Бис классифицирован как Событие Мирового Уровня.
Ваше участие помечено для публичной записи.
Хотите ли вы, чтобы ваше имя было включено в Мировое Объявление?
Да / Нет
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге нажал «Нет», прежде чем закончил читать.
Вами нажал «Да», прежде чем Каге закончил нажимать «Нет».
Пауза.
Затем, на интерфейсе каждого активного игрока в известном мире, золотым шрифтом с рамкой, который система резервировала для событий, переписывающих историческую запись:
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
МИРОВОЕ ОБЪЯВЛЕНИЕ
Динамическое Событие Мирового Уровня завершилось в Регионе Песчаника.
Развалины Песчаника были навсегда преобразованы. Амфитеатр Песчаника (Активный Культурный Памятник) добавлен на карту мира.
Историческая запись была обновлена соответственно.
Это событие было завершено: ???, Вами.
Мир помнит.
Награда: +300 Известности
Текущая Известность: 810
Звание Разблокировано: Покровитель Песчаника
Пассивно: NPC Художественной, Академической или Культурной принадлежности относятся к вам как к признанной личности. Опции диалога расширяются. Пороги враждебности увеличиваются. Определенные взаимодействия, которые в противном случае требовали бы проверок характеристик или предварительных условий репутации, слегка обходятся.
Фракция Разблокирована: Круг Песчаника
Статус: Основатель-Покровитель (Максимум)
Эффект: Все члены аффилированных культурных учреждений начинают с дружественного отношения. Определенные торговые инвентари, квестовые крючки и информационные брокеры теперь доступны, для доступа к которым требуется статус.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он смотрел на уведомление о фракции чуть дольше, чем того требовалось.
Информационные брокеры.
Квест Разрушенная Корона лежал в нижней части его активного журнала почти с самого запуска. Вопрос о Валериусе — кто он на самом деле — требовал источников, которые стандартные квестовые линии не желали предлагать. Хронограф указал ему на тьму. Клыкач говорил о человеке с испачканными чернилами манжетами и серой усталостью в глазах, которая не имела ничего общего с войной.
Культурное учреждение, которое стояло тысячелетие, полное историков и лор-мастеров, и людей, которые вели записи, потому что верили, что записи имеют значение.
Это полезно.
И Леди Вейн. Учреждение такого калибра имело дело с Домом Вейн на протяжении поколений — контракты на поставки, соглашения о покровительстве, такого рода давние деловые отношения, которые накапливали историю в своих полях. Если ему нужна была информация о Матриархе перед завтрашним поручением, архивы Круга Песчаника были значительно ближе, чем что-либо еще на его текущей карте.
Эффективно, решил он. Чрезвычайно эффективно.
Он назначил оба потока в ментальную очередь и двинулся дальше.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Награда: +1 Уровень Персонажа (Фиксированный)
Вы теперь Уровень 25.
Текущее Положение: 313.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Рядом с ним Вами также достиг 25-го уровня.
Стандартное тепло повышения уровня пришло вместе с двумя очками характеристик. Он разберется с ними позже. Более насущные уведомления уже загрузились позади.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Достигнут Этап: Уровень 25
Разблокирован второй слот для Звания.
Экипируйте второстепенное Звание через свой Лист Персонажа.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он посмотрел на Покровитель Песчаника, все еще находящийся в его журнале уведомлений. Он посмотрел на свой занятый первый слот — Элегист Верного, +5 ко всем атрибутам, Нарративная Власть — а затем на тайминг всего. Тайминг был, по его объективной оценке, крайне удобным.
Он экипировал новое звание во второй слот, оставив свое третье звание, Ошибка в Математике, на потом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Звание Экипировано: Покровитель Песчаника (Слот 2)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вами замер, как человек, читающий что-то, требующее полного внимания. Без своей Люкс белая броня не отбрасывала света. Он исчерпал ее в последние минуты события и не начал восстанавливать, и без заряда он выглядел как обычный человек в необычном плаще, что было каким-то образом тревожнее, чем версия человека-факела.
— Распределяешь очки уровня? — спросил Каге.
— Подкласс, — сказал Вами, не отрываясь от своего невидимого интерфейса.
— Мгм. — Нет смысла раскрывать свой уровень.
Затем система представила ему меню.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Достигнут Этап: Уровень 25 - Порог Специализации.
Архитектор Стиха достиг первых Врат Специализации.
Определены три пути. Каждый исходит из отдельной традиции искусства Поэта.
Выберите свой Голос.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Три записи материализовались каллиграфическим серебряно-филигранным шрифтом, который система резервировала для значительных выборов.
[Голос Сатиры: Гэль]
Самый острый клинок, когда-либо выкованный, — это слово, сказанное в нужный момент нужной аудитории.
Власть — это социальный конструкт. Гэль абсолютно владеет этой истиной. Через стих они применяют Позор, составной дебафф, который растворяет социальное положение и физическое сопротивление в равной мере, накапливаясь с каждой сатирической композицией, пока Харизма, Репутация, Защита и Сила Воли цели не будут систематически демонтированы.
При максимальном накоплении Позора становится доступен Глам Дикен: опустошительная завершающая инвектива, заимствованная из древнейшей традиции поэтического насилия. Способен на массовый психический урон, индукцию ужаса или Коллективный Крах, состояние, при котором цель временно становится враждебной своим собственным союзникам, ее социальная архитектура обращается против себя простым актом правильного наименования.
Древа Навыков:
Острый Ум
Специализация на дебаффах одиночной цели. Фокусируется на уроне со временем через нарастающее презрение.
Язык Королевского Дела
Полезность и манипуляция. Баффает союзников через хвалебные поэмы. Изменяет NPC лестью, запугиванием или конкретной угрозой быть плохо запомненным.
Крысолов
Механика чумы по области, заимствованная из легенды о Сенчане Торпейсте, который убивал мышей сатирическим стихом. Группы врагов ослабляются, деморализуются и настраиваются друг против друга проклятиями, которые накапливаются, как долг.
[Голос Саги: Скальд]
Невостребованное деяние — это несделанное деяние. Деяние, правильно запомненное, — это деяние, которое никогда не заканчивается.
Контролировать сагу — значит контролировать настоящее. Скальд активно Записывает значимые боевые события в живую личную Сагу. Критический удар воина. Мощное заклинание мага. Идеальный блок защитника. Божественное исцеление целителя. Эти записанные моменты хранятся как нарративная истина, затем Вплетаются в композиции, которые возвращают героические моменты на поле как эхо: записанный критический удар, возвращенный группе как прок, записанное парирование, переданное союзнику как обучаемый рефлекс, записанная жертва, усиленная в призыв, который меняет форму боя.
Скальд усиливает то, что уже доказало свою реальность. История, в их руках, — это оружие, сделанное из того, что произошло, и заточенное актом воспоминания.
Древа Навыков:
Мощь Дроттквэтта
Сложные, многослойные улучшения группы, требующие умелого составления с использованием замысловатых Кеннингов и Размеров, отражающих историческую дворцовую поэзию дроттквэтт. Сложность масштабирует награду.
Эхо Эдды
Древо призыва, которое вызывает временные подвиги легендарных героев и прошлых событий. Знаменитая формация щитовой стены, воссозданная для защитного бонуса. Последняя битва героя, воссозданная для опустошительного АоЕ. Призыв, построенный на записанной истине того, что когда-то было.
Слово Закона
Контроль и дипломатия. Связывающие клятвы. Поэма Мира, которая принуждает к временному перемирию. Проклятие, похожее на гейс, которое активируется, когда цель нарушает перемирие, налагая суровые штрафы за нарушение данного слова.
[Голос Сцены: Трубадур]
Любой дурак может сражаться в одиночку. Только мастер понимает, что аудитория — половина оружия.
Увиденный стих — это усиленный стих. Трубадур отслеживает каждую сущность, способную наблюдать за его действиями, союзников, врагов, прохожих, NPC, пассивных свидетелей, не имеющих доли в исходе, как единый ресурс, называемый Галереей. Размер Галереи в момент каста прямо пропорционален силе стиха. Стих, прочитанный в одиночку в пустой комнате, имеет базовую силу. Тот же стих перед десятью свидетелями удваивает свой эффект. Перед сотней — становится чем-то, что миру трудно сдержать.
Скрытность — это слабость. Изоляция — это истощение. Цель Трубадура — иметь самую большую доступную сцену, заполненную как можно большим количеством глаз, и он будет маневрировать в бою специально для того, чтобы максимизировать количество свидетелей до того, как будут применены самые мощные стихи. Враги, которые понимают механику, будут пытаться изолировать его. Цель Трубадура — сделать это невозможным.
Древа Навыков:
Грандиозный Жест
Атакующая скалируемость, построенная на размере Галереи при детонации. Флагманская способность, Для Толпы, позволяет Трубадуру сочинять стих посреди боя и удерживать его, увеличивая аудиторию и задерживая выпуск до тех пор, пока количество свидетелей не достигнет пика. Самые мощные навыки имеют минимальные требования к Галерее.
Плененная Аудитория
Использует саму Галерею в качестве оружия. Принуждает нейтральных наблюдателей принимать чью-либо сторону. Заставляет враждебных NPC переходить в состояние зрителя, где они приостанавливают бой, чтобы наблюдать. Позволяет Трубадуру сочинить стих настолько структурно убедительный, что враги в радиусе действия теряют автономию. Никто, кто по-настоящему наблюдает, не может также полностью сражаться.
Занавес
Высокорискованные механики, сосредоточенные на финальном выступлении. Трубадур объявляет Последний Акт: состояние, при котором каждое действие рассматривается как выступление, Галерея масштабируется с утроенной скоростью, а все эффекты стихов максимизируются независимо от стоимости. Во время Последнего Акта он не может покинуть сцену, на которой объявил его. Сцена заканчивается, когда истекает длительность, все враждебные свидетели устранены, или Трубадур умирает. В последнем случае Галерея автоматически получает последний стих, его содержание определяется тем, как прошло выступление.
Он прочитал все три.
Боевая идентичность Гэля была накоплением Позора: постоянное давление на одиночную цель, накапливающее составной дебафф, пока Глам Дикен не разблокируется как условие завершения. Это требовало выживания цикла разгона до того, как урон достигнет пика. АоЕ-деморализация Крысолова имела настоящую полезность против организованных формаций, а Язык Королевского Дела имел реальное дипломатическое влияние в таком городе, как Коррос. Он сразу же увидел применение для Леди Вейн, на чем и остановился. Это слишком хорошо совпадало с работой, которую он выполнял вне боя, а формализация этого как классовой идентичности означала приверженность стилю игры, который вознаграждал терпение в схватках, где терпение было истощением.
Скальд записывал и воспроизводил. Взаимодействие с ключевым словом Память было неназванной переменной. Основная механическая проблема заключалась в исходном материале: механика Записи умножала постоянный урон группы во что-то мощное, но сольный боец питался из своего собственного журнала боя. Критические удары и парирования одного бойца составляли тонкий архив. Эхо Эдды либо черпалось из личной истории, либо из игровой исторической записи; двусмысленность выглядела подозрительно. Связь с Разрушенной Короной была слишком очевидна, чтобы доверять.
У Трубадура была проблема амфитеатра. Бой в амфитеатре был его самым большим количеством свидетелей с большим отрывом, и математика того, что могла бы сделать механика Галереи, была первой цифрой, которая действительно заставила его пересмотреть. Состояние зрителя «Плененной Аудитории» не имело параллелей как инструмент де-агро. Но проблема была в полу: минимальные требования Галереи блокировали высокоуровневые навыки за условиями публичного выступления. Большинство сложных столкновений происходили в подземельях, закрытых комнатах, изолированных сценариях с боссами. Занавес фиксировал его на сцене. Никакого перепозиционирования. Никакого выхода из боя. Вся его оборонительная философия, сведенная к тому, чтобы стоять неподвижно и надеяться, что количество зрителей превышает входящий урон.
Хороший потолок. Неправильный фундамент.
Ни один из них не был неправильным выбором.
Он не сделал выбора.
Затем система сделала то, чего он раньше не видел в меню.
Интерфейс замер. Настоящая пауза, такая, которая ощущалась как обдумывание, а не ошибка, такая, которая случалась, когда что-то выше по течению пересматривалось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Обнаружено отклонение пользователя.
Ритмичный Поток: шаблон использования зарегистрирован в 30+ различных боевых столкновениях.
Синхронизация Бой-Стих: классификация как аномалия.
Стандартные деревья специализации не полностью учитывают продемонстрированный поведенческий архетип.
Перекрестная ссылка на деревья специализации...
Перекрестная ссылка на боевой журнал...
Перекрестная ссылка на данные резонанса ключевых слов...
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Каге уставился на текст.
Что ты делаешь?
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Анализ завершен.
Дополнительная опция разблокирована: критерии выполнены через продемонстрированное поведение, независимо от явного выбора.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Под тремя другими появилась четвертая запись.
Она появилась без фанфар, без серебряной филиграни. Текст был простым. Это было самое тихое, что система сгенерировала в этой игровой сессии.
[Голос Безмолвия: Самурай]
Он прочитал название.
Он поднял взгляд. Восстановленная мозаика ловила свет позднего дня глубокими синими и золотыми оттенками. Исполнители возобновили свои позиции на сцене внизу, словно ничто их не прерывало. NPC двигались по новым коридорам с обычной целью людей, которые занимались этим годами. Игрок, сидевший на корточках, встал, все посмотрел и уходил по новой дороге без записи, без комментариев, руки в карманах.
Каге снова посмотрел вниз.
Продемонстрированное поведение, сказала система.
Он подумал о голосе Мастера Джина в старом додзё. Терпеливом, как дерево. Та же самая фраза. Снова. «Будь музыкой».
Он подумал о том, каково это было впервые набрать десять стаков Ритмичного Потока в Гоблинских Шахтах, когда Оператор впервые за годы замолчал, и остались только бит, клинок и слоги, падающие точно туда, куда им нужно было падать.
Что-то в его груди совершило действие, которое он решил пока не называть клинически.
Он снова посмотрел на экран.
[Голос Безмолвия: Самурай]
Четвертая запись не имела серебряной филиграни. Никаких украшений не появилось с ее заголовком. Она просто загрузилась под тремя другими с тихим весом открывающейся двери в комнату, которая ждала именно этого посетителя.
Панель расширилась.
[Голос Безмолвия: Самурай]
Меч — это приговор. Разрез — это точка. Все до этого — композиция.
Поэт-Самурай черпает вдохновение из традиции воина-поэта, где воинская дисциплина и художественная утонченность — не отдельные занятия, а два выражения одной и той же истины, к которым подходят с противоположных сторон. Если другие Поэты навязывают свою волю через накопление — больше ключевых слов, больше ресурсов, больше опций — то Поэт-Самурай навязывает ее через сокращение. Через знание того, что именно необходимо, и полное следование этому. Они не тратят ничего впустую: ни слова, ни движения, ни дыхания.
Единственная роскошь — это сама точность.
Центральная Механика: Схождение
Система оценивает каждое физическое действие Поэта по временному окну, которое она не отображает. Каждое парирование, каждый удар, каждое перенаправление, каждый шаг. Три различных оценки. Существует четыре порога, каждый из которых дает особые бонусы.
Получение неукротимого удара снижает Схождение. Ресурс вознаграждает адаптивность.
Пассивка: Единая Дисциплина
Поэт-Самурай считает, что художественное мастерство и боевое мастерство — это одна и та же дисциплина, к которой подходят с двух сторон. Улучшение одного улучшает другое. Конвертирует процент текущего Искусства непосредственно в Силу и Ловкость. Дает масштабируемые бонусы к Эффективности Парирования. Оба значения динамически обновляются с активным Схождением.
Древа Навыков:
Безмолвный Удар
Боевое древо, построенное на одном принципе: клинок — это письменный инструмент. Каждое парирование, каждый удар, каждое перенаправление и каждый шаг — это слог. Полная последовательность правильно структурированных физических действий — это стих. Древо действует под существующими Формами, отдельный слой композиции, проходящий через тело, а не через разум, доставляемый целиком через сталь.
Искусство Безмолвия
Экономия движения как измеримый ресурс. Отслеживает эффективность действий как Величину Безмолвия, обеспечивая пассивное очищение от дебаффов, окна тактического восстановления ресурсов и способность сжимать значительную мощь в один стих через преднамеренную сдержанность. Поэт, который движется меньше всего, уже решил, где ему нужно быть.
Дзисэй - Последний Стих
Построен на одной истине: некоторые стихи реальны только потому, что за них было заплачено чем-то подлинным. Близость к концу обостряет все, что делает Поэт. Древо работает в пространстве, где цена уже уплачена и не может быть возвращена. Традиция называет это дзисэй. Предсмертная поэма. Сочиненная на пороге. Стих, который возможен только потому, что автор уже уходит.
Каге стоял перед этим дольше, чем предполагал.
Конечно, подумал он.
Три выбора. Он искренне обдумывал каждый из них. Гэль вознаграждал терпение и социальное влияние. Скальд вознаграждал память и усиление. Трубадур вознаграждал свидетелей и сцены. Все разумно. Все неправильно для него конкретным, узнаваемым образом, который он мог бы перечислить без труда.
И затем четвертый. Тот, который система сгенерировала, проанализировав его и придя к выводу, что то, что она наблюдала, не вписывается ни в один из существующих у нее ящиков.
Искусство, конвертируемое непосредственно в Силу. Точность как ресурс. Работа клинком как стих. Эффективность Парирования как характеристика, которая обновлялась в реальном времени в зависимости от того, насколько хорошо он сражался. Единая Дисциплина, действующая по тому самому принципу, который Мастер Джин вбивал ему в голову, прежде чем он перестал посещать додзё.
Продемонстрированное поведение, говорило уведомление.
Система создала специализацию, наблюдая за его боем, и пришла к выводу, что то, что он уже делал, интуитивно, неправильно согласно любой традиционной игровой логике, было своей собственной полной категорией со своим собственным названием и тремя древами навыков и пассивкой, которая существовала исключительно для подтверждения того, что меч и поэма — это одно и то же.
Он не был уверен, было ли это глубоко или неловко. Вероятно, и то, и другое.
Он нажал «выбрать».
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Голос Безмолвия: Самурай - Выбрано.
Специализация подтверждена. Загрузка данных интеграции класса...
Пассивка активна: Единая Дисциплина
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Панель начала загружаться. Его значения Силы и Ловкости сдвинулись вверх в его листе персонажа, прежде чем появилось следующее уведомление, и он начал тянуться к полному описанию, которое уже было слишком длинным, но все еще генерировалось.
— Каге.
Голос донесся слева. Немного ниже.
Он посмотрел.
Игрок, сидевший на корточках на верхних ярусах, спустился на уровень сцены. Он стоял на краю нового каменного прохода, соединяющего пол амфитеатра с внешним двором, руки свободно опущены по бокам. Мужской аватар. Коричневый кожаный дорожный плащ, хорошо сидящий. Оружия не видно. Такой внешний вид, который требовал преднамеренных усилий, чтобы собрать его во что-то незаметное.
Его взгляд переместился на Каге. Затем кратко на Вами, стоящего в шести метрах справа от Каге, и задержался там ровно на две секунды, прежде чем вернуться к Каге.
— Меня зовут Кассий, — сказал он. — Я представляю организацию. Мне бы хотелось уделить вам минуту вашего времени.
Вот и началось.
Кассий говорил с отработанной каденцией человека, привыкшего к подобным разговорам. Он не торопился. Он не извинялся за свой подход. Он просто занимал пространство перед Каге со спокойной уверенностью человека, который верил, что его предложение стоит того, чтобы его выслушали.
— Организация называется Сингулярность, — сказал Кассий. — Мы действуем ниже видимого уровня экономики и политики VRMMO. Активны с тех пор, как активность стала возможна. Мы занимаемся контрактами: приобретение, информация, вмешательство, специфические ликвидации. Каждый контракт имеет свою сферу, цену и является дискретным. Вклад компенсируется значительно выше рыночной ставки. — Пауза. — Значительно.
— Отказ, — сказал Вами.
Кассий все еще не смотрел на Вами.
— Я работал с фрилансерами и раньше, — продолжил Кассий, обращаясь к Каге. — У большинства есть потолок. Жесткий практический предел того, что они могут достичь в одиночку. То, что я наблюдал, пока не имеет очевидного потолка. Сингулярность платит за контракт, а не за час. Чем шире объем, тем больше компенсация. Мы не спрашиваем, откуда вы входите в систему. Мы не спрашиваем, какие у вас цели вне работы. Мы требуем результатов и осмотрительности.
Каге ничего не сказал.
— Не ведись.
Голос Вами был ровным. Он сместил вес ровно настолько, чтобы вложить в слова некоторую нагрузку. Он смотрел на небо над головой Кассия так, как смотрят на разновидность плесени, которую уже каталогизировали.
— Начальная ставка реальна, — сказал Вами. — Все после этого — это переговоры, условия которых устанавливают они. Цена, которую они в итоге берут, безумна. Их пункты контракта — еще более. — Он взглянул прямо на Кассия. — Проваливай.
Кассий впервые повернулся, чтобы посмотреть на него. Что-то осторожное промелькнуло в его выражении.
— Я здесь не для разговора с вами, — сказал Кассий. — Ваша позиция в нашей организации установлена. И вам следует помнить... — Он сделал паузу, и что-то между страхом и переданной уверенностью вспыхнуло в его глазах, — Вы один человек. Эта конфигурация работает сейчас. Чем дольше работает игра, тем меньше она работает. Гильдии консолидируют территории. Информационные сети блокируют доступ. Организации с реальной инфраструктурой поглощают то, что отдельные лица не могут защитить в одиночку. — Он удерживал взгляд Вами ровно одну секунду. — Вы отказались от нашего постоянного предложения трижды. Четвертый разговор, как правило, решает вопросы иначе. Есть над чем подумать.
Он снова повернулся к Каге и достал карточку из своего плаща. Физический внутриигровой предмет. Просто черная, рельефная.
— Предложение не истекает сегодня вечером.
— Раз, — сказал Вами.
Кассий неторопливо положил карточку на ближайший каменный уступ.
— Два.
Кассий повернулся и пошел к новой арке на северном краю амфитеатра. Его шаг был размеренным. Он не оглядывался.
Он, заметил Каге, шел значительно быстрее, чем было строго повседневно.
Карточка осталась на каменном уступе. Каге мгновение смотрел на нее, затем повернулся и пошел в противоположном направлении.
Он осмотрел амфитеатр, двигаясь к внешней лестнице. Трое записывающих игроков начали спускаться с верхних рядов. Еще двое указывали в его сторону, а другой консультировался с тем, что, казалось, было оверлеем карты. Новые NPC пересекали двор внизу с эффективностью учреждения, возобновляющего нормальную работу после небольшого перерыва, что означало увеличивающийся с каждой секундой поток пешеходов, фоновых разговоров и углов наблюдения.
Разблокировка фракции Круг Песчаника сидела в его очереди уведомлений. Эта информация имела подлинную ценность для темы Разрушенной Короны, и доступ фракции к информационным брокерам был долгосрочным активом, который он намеревался использовать.
Позже.
Он проверил игровые часы.
Один час и четыре минуты.
Он посмотрел на Вами, который присоединился к нему, когда они спускались по боковой лестнице к лугам.
— Ты что-нибудь делаешь в ближайшие несколько часов?
Вами взглянул на него. Вопрос явно не был тем, что он ожидал. — Зависит.
— Рейд. Коррос. У меня есть слот на десять человек для подземелья с ключом. Неизвестная планировка, она меняется. Я организовал частичный состав, и мне не хватает трех слотов.
Они прошли под аркой, и шум амфитеатра остался позади. Луга открылись поздним днем, тени длинными ложились на траву.
— Что за подземелье? — спросил Вами.
— Неизвестно. Владелец ключа купил доступ. Первый проход.
— Группа?
— У меня есть маг, лучник-разведчик, два ближних ДД, танк и целитель. Офф-танк хорошо бы подошел. — Каге посмотрел на Вами.
Вами обработал это. Затем: — Ты думаешь, я офф-танк.
— Отчасти. С хорошим уроном. Ты генерируешь неконтролируемое агро в радиусе, можешь мгновенно его сбросить, и наносишь значительный бурстовый урон в короткие окна. Это офф-танк, дизраптор и ДД. — Каге пожал плечами. — Но... гибкость позиционирования имеет очевидные применения.
— Это, кстати, не случайно, — сказал Вами, беззащитно. Скорее, исправляя ошибку в расчете, который он уже сделал сам. — Я выбираю, когда я цель. Я решаю, когда... — Пауза. — Это переключатель. — Еще одна. — Ответственность, которую вы уже учитывали, была правильной.
— Я знаю.
Вами на секунду замолчал. — Ты поэт, который... — Он глубоко вдохнул, — Ну, черт возьми, создает домены, использует заклинания из нескольких разных школ магии, сражается в ближнем бою коротким мечом, который движется так, будто ему плевать на физику, и—
— Я сочиняю стихи, которые влияют на реальность.
Вами остановился.
Лишь на полшага. Затем продолжил.
— Это... — Он замер, словно что-то собирая. — Хорошо. Это на самом деле сломано. Это чертовски сломано.
— Есть... — сказал Каге. — Ограничения.
— Какие?
— Например, общие фразы, дающие убывающую отдачу. — Он задумался. — Хорошие стихи масштабируются. Они вознаграждают истину.
Вами молчал несколько шагов. — Истина, как фи—
— Да.
— Настоящая ф—
— Да.
Еще две секунды тишины.
— Ты не говоришь мне свой уровень.
— Верно.
Вами оставил это там, где оно упало. Затем: — Роль офф-танка и бурста работает. Отчасти. Я наращиваю до пикового ДПС, все фокусируются на мне, затем я Очищаю Люкс и перестраиваю позицию. Могу чисто циклировать это каждые двенадцать-пятнадцать секунд на новом счетчике. Среда подземелий для этого лучше, чем открытое поле. Я все еще не разобрался с подклассами, которые только что получил. — Он сделал паузу. — Я хочу взять еще одного.
Каге внимательно посмотрел на него: — Кого?
— Целитель. — Голос Вами слегка изменился, точный способ, которым меняется тон, когда кто-то собирается говорить о чем-то фактическом, что не выигрывает от эмоциональности. — Уровень 20. Она играет Нежную. Необычный класс. Гибридная поддержка: исцеление и незначительная манипуляция полем боя. Класс масштабируется от взаимодействия с группой, а не от чистого уровня, так что она бьет выше... — Он остановился. Он посмотрел на луга впереди. — Смотри. Я не хочу делать это ультиматумом. Это не он. Я просто. — Еще одна остановка. — Я должен был убрать квартиру, пока она была офлайн. Я не убрал квартиру. Я играл вместо этого.
Каге ничего не сказал.
— Если я пойду в рейд, не сказав ей, и она залогинится, а там посуда, — сказал Вами, — я на месяц на диване.
Он сказал это именно таким тоном человека, который рассчитал этот риск и нашел его значительным.
Каге посмотрел вдаль. Птица пересекла небо к югу от Корросской линии деревьев. Он отслеживал ее примерно одну секунду.
— Целитель 20-го уровня с необычным классом, который масштабируется от взаимодействия с группой, — сказал он.
— Она хороша, — сказал Вами. Ровно. Тон человека, констатирующего факт.
— Даже если бы она не была, целитель всегда желанный слот. Ее уровень хорош. Нет причин не брать ее.
Вами посмотрел на него.
— Один час, — сказал Каге. — Коррос, главный вход.
Что-то изменилось в выражении Вами. Что-то маленькое, что быстро появилось и исчезло, не совсем облегчение.
— Контакты, — сказал Каге.
— Очевидно.
Запрос в интерфейсе отправился и вернулся принятым в ту же секунду. Идентификатор Вами появился в его панели контактов, и Синестезия уловила профиль класса Люкс как слабое, теплое давление на краю его периферийного чувства, устойчивое и присутствующее, как уголек в холодной комнате. Не отвлекает. Просто есть.
Вами изменил направление без церемоний, двигаясь по лугам в направлении, которое, по-видимому, вело к тому месту, где он провел предыдущий час. Он не оглянулся.
Каге мгновение наблюдал, как он исчезает в траве. Затем он повернул на север к Корросской дороге и открыл панель интеграции класса.
Она ждала в его очереди с терпением документа, подсунутого под дверь.
Он открыл ее.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Интеграция Специализации: Голос Безмолвия - Самурай
Меч — это приговор. Разрез — это точка. Все до этого — композиция.
Лор и Эстетическая Запись
Эта специализация черпает вдохновение из традиции воина-поэта, где воинская дисциплина и художественное совершенство — не отдельные занятия, а два выражения одной и той же истины. Поэт-Самурай не верит, что сила приходит от накопления: больше ключевых слов, больше ресурсов, больше опций. Они верят, что она приходит от сокращения. От точного знания того, что необходимо, и полного посвящения себя этому. Они не тратят ничего впустую: ни слова, ни движения, ни дыхания.
Единственная роскошь — это сама точность.
Уникальная Механика: Схождение
Максимальное значение: 100
Центральная механика Поэта-Самурая — это стирание границы между стихом и клинком. Другие Поэты сначала сочиняют, затем действуют. Поэт-Самурай сочиняет через действие. Каждое физическое движение — слог, каждый удар — строка, каждое парирование — вдох между словами.
Оно не регенерирует пассивно. Оно не распадается во время боя. Оно движется только тогда, когда Поэт зарабатывает или теряет его.
Накопление Схождения
Схождение накапливается через точность под давлением. Правильное действие в момент, когда неправильное действие было бы фатальным. Система оценивает каждое физическое действие по временному окну, которое она не отображает. Чем быстрее угроза, тем уже окно, тем выше потенциальная выгода.
Чисто: Действие в оптимальном окне. +2 Схождения.
Идеально: Действие в последний возможный момент, погрешность менее 10%. +7 Схождения.
Предел: Действие с погрешностью, которую система классифицирует как теоретически невозможную при текущих характеристиках. +15 Схождения.
Стихи, составленные через физическое действие — ключевые слова, попадающие в точные физические такты — генерируют Схождение с той же оценкой, что и действие, к которому они были привязаны. Идеальное парирование с ключевым словом, попавшим в такт: +7 от парирования, +7 от ключевого слова.
Потеря Схождения
Получение неукротимого удара: -35 Схождения. Ошибка стоит больше, чем любое отдельное действие.
Получение удара, смягченного пассивной или экстренной механикой: -15 Схождения. Запас был восстановлен. Ошибка была реальной.
Чтение стиха без привязки к физическому действию — стоя неподвижно и сочиняя: 0 изменения Схождения. Безмолвие было нейтральным. Ресурс не вознаграждает и не наказывает преднамеренное сочинение. Он реагирует только на действие.
Одно Абсолютное Правило
Мусин — это не паттерн. Это отсутствие паттерна.
Схождение не может быть накоплено путем повторения одного и того же действия. Система отслеживает разнообразие действий в рамках скользящего десятисекундного окна. Повторение одного и того же физического действия или одного и того же ключевого слова в этом окне не генерирует Схождения, независимо от качества тайминга.
Пороги Схождения
Заточенный (0-33): Стихи стоят на 10% меньше Авена. Стихи, попадающие в физическое действие, стоят на 20% меньше.
Сфокусированный (34-66): Вокализация становится необязательной. Произнесенные стихи получают бонусный модификатор — система признает, что само действие вносит смысл в композицию.
Соединенный (67-99): Стих больше не требует Названия. Намерение видно в самом действии — в том, что делает Поэт, кому, и что уже произошло в бою. Система выводит цель и намерение из контекста. Поэт по-прежнему выбирает ключевые слова. Поэт по-прежнему структурирует композицию.
Мусин (100): Каждый стих, прочитанный на этом пороге, оценивается по полному контексту боя одновременно — каждая уже установленная истина, каждое уже попавшее ключевое слово, каждый уже навязанный нарратив. Текущая композиция наследует вес всего, что было до нее. Сам бой становится поэмой. Каждая новая строка продолжает ее.
Мусин сохраняется до получения неукротимого удара. Один чистый удар снижает Схождение до 50 и выходит из этого состояния.
Пассивка: Единая Дисциплина
Поэт-Самурай считает, что художественное мастерство и воинское мастерство — это одна и та же дисциплина, к которой подходят с двух сторон. Улучшение одного улучшает другое.
Конвертирует процент текущего Искусства непосредственно в Силу и Ловкость. Дает отдельный бонус к Эффективности Парирования в виде процентного увеличения базового парирования. Все значения динамически обновляются по мере изменения Искусства. Коэффициенты конверсии масштабируются с активным Схождением.
Заточенный (0-33): 10% искуства в силу / 10% искуства в ловкость / +10% Эффективность Парирования.
Сфокусированный (34-66): 12% Искусства в силу / 12% Искусства в Ловкость / +15% Эффективность Парирования.
Соединенный (67-99): 15% Искусства в Силу / 15% Искусства в Ловкость / +20% Эффективность Парирования.
Мусин (100): 20% Искусства в Силу / 20% Искуства в Ловкость / +30% Эффективность Парирования.
Отображение Панели Обновлено
Эффективность Парирования теперь отображается как отдельная строка в Листе Персонажа в разделе Статистика. Текущий бонус отображается в виде живого процента, обновляющегося в реальном времени по мере изменения Схождения.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Текущее Схождение: 0/100 - СОСТОЯНИЕ: ЗАТОЧЕН
Активная Конверсия (Заточен): Искусство (114) x 10% = +11 Силы, +11 Ловкость
Обновленные Атрибуты
Сила: 24 → 35
Ловкость: 38 → 49
Эффективность Парирования: +10%
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Древа Навыков: Загружаются...
Навык поглощен: Ритмический Поток
Механика поглощена в структуру специализации Самурай. Ритмический Поток удален из вашего списка способностей.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Мусин.
Он мгновение смотрел на это слово. Игра назвала вершину подкласса в честь состояния, в которое он уже дважды входил в игре. Совпадение возможно. Он отнес это к категории маловероятного.
Шпиль Корроса ловил свет на горизонте, бледно-золотой на фоне синего, в двадцати минутах ходьбы. Новые дороги, проходящие по лугам от свежепостроенного периметра Амфитеатра, уже были стерты до гладкости, как старые дороги, камень оседал в свою историю с уверенностью чего-то, что всегда было там.
Он прокрутил к древам навыков.
У него было пятьдесят три минуты. Древа навыков, похоже, требовали больше.
Он продолжал читать.
Каге сидел, прислонившись спиной к верхнему ярусу, спина уперта в известняк позади него, позволяя ему собираться через спину длинного плаща, пока амфитеатр двигался.
Оставшиеся зрители двигались в своем темпе. Несколько человек присели на сцене, чтобы осмотреть швы реконструкции, где свежий камень вплелся в древнюю структуру, словно всегда был там. Что бы они ни искали, они его не беспокоили. Он дал им несколько секунд и открыл первое древо навыков.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДРЕВО НАВЫКОВ: БЕЗМОЛВНЫЙ УДАР
Боевое древо, построенное на одном принципе: клинок — это письменный инструмент. Каждое парирование, каждый удар, каждое перенаправление и каждый шаг — это слог. Полная последовательность правильно структурированных физических действий — это комбинация ключевых слов. Древо не взаимодействует с существующими Формами Поэта. Оно действует под ними, отдельный слой композиции, который проходит через тело, а не через разум, управляемый собственной логикой согласованности и теми же требованиями Лексикона, что и любой другой стих, доставляемый целиком через сталь.
Основная Механика: Физический Лексикон
Каждое ключевое слово в Лексиконе Поэта имеет соответствующее физическое выражение — специфический тип действия, который система сопоставляет с ним. Сопоставление выводится из значения ключевого слова.
Примеры Выражений:
Удар сопоставляется с атакующим действием: рубящий удар, выпад, целенаправленное движение вперед.
Связать сопоставляется с ограничивающим действием: парирование, которое ловит, перенаправление, которое контролирует оружие противника.
Ослабление сопоставляется с точным действием, нацеленным на конкретное слабое место: сустав, брешь в броне, перерастянутая конечность.
Покой сопоставляется с преднамеренной неподвижностью: удерживаемая позиция, дыхание, сознательная пауза в обмене.
Память сопоставляется с повторяющимся действием: выполнение одного и того же движения дважды подряд, тело ссылается на себя.
Поэт не назначает эти сопоставления; система выводит их из существующей логики Лексикона. По мере увеличения Резонанса ключевого слова физическое выражение расширяется. Ключевое слово с низким Резонансом имеет одно допустимое физическое выражение; ключевое слово с высоким Резонансом имеет несколько.
Физические стихи не имеют Названия. Они обходят объявление цели и намерения, которое требуется для сложения стихов. Физические стихи оцениваются по тому, чем они являются, а не по тому, что Поэт хотел, чтобы они были.
Стоимость Авена: Каждый Физический Стих стоит 75 Авена за первое ключевое слово. Каждое дополнительное ключевое слово удваивает общую стоимость.
Согласованность: Как сочетаются ключевые слова
Два или более ключевых слова, переданных физически, должны удовлетворять двум одновременным условиям, чтобы система признала их действительной комбинацией:
Логическая Причинность: Каждое действие ключевого слова должно быть естественным физическим следствием предыдущего. Последовательность должна иметь смысл как цепочка действий.
Тематическая Совместимость: Ключевые слова должны разделять концептуальную территорию.
Оба условия должны быть выполнены одновременно. Последовательность, которая имеет физический смысл, но сочетает концептуально несовместимые ключевые слова, терпит неудачу. Последовательность с совместимыми ключевыми словами, но без причинно-следственной связи между действиями, терпит неудачу. Поэту нужно достаточно хорошо понимать свои ключевые слова, чтобы знать, какие из них сочетаются чисто, прежде чем начнется бой. Мастерство ключевого слова в языке и понимание его сути прямо переводится в мастерство ключевого слова в стали.
Создание Физического Стиха
Действия должны выполняться последовательно без прерываний. Удар, полученный в середине последовательности, прерывает композицию и тратит половину стоимости Авена того, что было выполнено к этому моменту, без эффекта. Система не отображает полосу прогресса. Поэт знает, где он находится в последовательности, или не знает. Без частичной оплаты. Когда последнее действие в действительной последовательности завершается, комбинация детонирует.
Взаимодействие Схождения:
При Сфокусированном (34+) и Соединенном (67+): Система предлагает сопоставления ключевых слов через линии меча, показанные в воздухе, гармонические резонансы, указывающие, когда физическое действие завершит действительную композицию. Поэт может следовать им или игнорировать их.
При Мусин (100): Это руководство исчезает. Предложения больше не нужны.
НАВЫКИ:
Единое Дыхание (Флагманский)
Разблокирует Физический Лексикон и включает двухключевые физические комбинации. Основа, на которой строится остальное древо.
Открывающий Слог: Первое ключевое слово в любой физической композиции навсегда изменяет физические характеристики Поэта на время действия этой последовательности. Система заставляет тело гармонировать с намерением открывающего слова.
Примеры Лексикона:
Если открыто Ударом: Клинок Поэта получает +20% к Пробиванию Брони до окончания последовательности.
Если открыто Связать: Физическая масса Поэта и сопротивление оглушению удваиваются, делая его невозможным прервать или отбросить, пока он не закончит предложение.
Если открыто Покоем: Регенерация выносливости и Авена Поэта резко возрастает, пока он удерживает стойку.
Клинок больше не является клинком. Каждый обмен — это потенциальная композиция.
Третья Строка
Расширяет физическую композицию до трехключевых последовательностей и фундаментально улучшает логику парсинга. Физические слоги больше не обязательно должны быть непосредственно последовательными.
Прерванная Последовательность: Поэт может начать композицию с первого ключевого слова, участвовать в обычных боевых обменах (несопоставленные действия, базовая работа ног, финты и стандартные отклонения) и использовать последующие ключевые слова позже в обмене. Последовательность остается "открытой" и приостановленной, пока третье ключевое слово не детонирует ее или не будет достигнуто состояние провала.
Правило Соединительной Ткани: Хотя Поэт может вставлять обычные действия между ключевыми словами, эти действия выступают в качестве грамматической пунктуации предложения. Они должны структурно поддерживать Логическую Причинность стиха.
Если противник полностью отступает, сбрасывает нейтральное состояние или Поэт отступает, физическая "причинность" предложения прерывается.
Непрерывный Стих
Позволяет физическим комбинациям соединяться в цепь. Последнее действие одной последовательности становится первым действием следующей, если сопоставление ключевых слов удовлетворяет обоим условиям согласованности одновременно.
Стоимость Авена последующей комбинации снижается на 30%, если цепь действительна.
Энжамбман: Каждый раз, когда Поэт успешно связывает завершенный физический стих непосредственно в новый, он получает накапливающийся бафф +7% к Скорости Действий и +7% к Урону Атаки. У этого баффа нет ограничения. Он длится до тех пор, пока цепь не будет разорвана, атака не будет смягчена или он не остановится.
Поэт не сбрасывает между последовательностями. Сталь продолжает писать.
Остаточная Истина (Пассивно)
Физические комбинации ключевых слов оставляют слабый отпечаток на цели, долю значения каждого ключевого слова, которая сохраняется после окончания комбинации. Любая последующая композиция, разделяющая ключевое слово с активным отпечатком, получает бонус к величине эффекта, пропорциональный тому, насколько недавно был применен отпечаток. Ключевое слово уже было установлено как истинное для этой цели. В следующий раз, когда оно появится, сопротивление цели к нему уже частично растворено.
Эхо: Поэт может выбрать ударить по активному отпечатку точной, обычной атакой. Это разрушает отпечаток раньше времени, нанося чистый урон Истины и мгновенно восстанавливая массивную часть Авена, основанную на Резонансе разрушенного ключевого слова.
(Системное Примечание: Активация Остаточной Истины явно обходит штраф "Единого Абсолютного Правила".)
Ретроспектива (Кэпстоун)
Каждый бой — это композиция.
С момента первого контакта система записывает каждое действие, каждое ключевое слово, каждый обмен, который нес намерение. Лог существует независимо от того, осведомлен ли о нем Поэт. Ретроспектива — это способность сознательно его завершить.
Активация: В любой момент боя Поэт объявляет Название.
Эффект: Система просматривает полный журнал действий боя назад и ищет каждое действие ключевого слова, которое согласуется с объявленным Названием. Она собирает сильнейшую структурно действительную комбинацию, которую может построить из того, что фактически произошло — действий, которые Поэт действительно совершил, в том порядке, в котором он их совершил, оценивая их в соответствии с заявленным намерением Названия. Все, что подходит, включается. Все, что не подходит, отбрасывается. Получившаяся комбинация детонирует.
Расчет Авена: Оценивается при детонации как стоимость одной макрокомпозиции. Минимальный порог Авена: 400. Недостаточные резервы приводят к полному провалу способности. Если Авен покрывает частичную комбинацию, она детонирует в этом масштабе.
Ретроспектива вознаграждает бой с намерением с первого обмена. Каждое действие, предпринятое до ее объявления, уже было частью стиха. Поэт просто решает, когда закончить предложение.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он прочитал все это дважды. Затем прочитал еще раз. На один раз больше, чем ему обычно требовалось.
Стеганография.
Это было первое слово. Никакого окна объявления. Никакого вербального компонента. Никакой анимации каста, которую мог бы прочитать противник. Враг наблюдал за фехтовальным поединком. Система читала стих. Никто за пределами обмена не знал, что сочиняется, пока комбинация не завершилась и реальность не ответила на нее, и к тому времени они уже находились внутри эффекта.
С чисто информационной точки зрения, это был значительно лучший ответ, чем все, что он использовал. Физические стихи не требовали от его разума ничего, что уже не происходило в бою.
Структура затрат: первое ключевое слово, 75 Авена. Второе, 150 всего. Третье, 300 всего. Круто в изоляции. При Заточенном, двадцатипроцентная скидка на стихи с физическим действием снижала стоимость трех ключевых слов до 240. Он сравнил это со своим текущим запасом — 1360 Авена, конверсия Искусства постоянно тикала — и нашел пять полных последовательностей из трех ключевых слов, прежде чем резервуар иссяк. Больше с любым восстановлением в середине боя. Работоспособно против сильных одиночных целей, устойчиво при правильном управлении, учитывая, что он мог просто продолжать использовать композиции из одного ключевого слова.
Требование согласованности было тем, где механика жила или умирала.
Логическая причинность и тематическая совместимость, обе одновременно. Он прорабатывал Лексикон в своей голове.
Связать в Ослабление. Он делал это десять тысяч раз в другом теле, в додзё, которое пахло кедром и старыми татами. Захватить оружие, затем ударить по суставу, который открывает это ограничение. Одно действие делает следующее неизбежным. Тематическая территория: оба ключевых слова уменьшали то, что противник мог сделать дальше. Причинно-следственная связь чистая. Стандартный ответ учидачи на верхний удар, такого рода тренировка, которую Мастер Джин заставлял его повторять, пока его предплечья не горели. Система не описывала игровую механику, и он не знал, должен ли он быть этим обеспокоен или обрадован. Она описывала то, что он уже делал и всегда делал.
Удар в Усиление. Разрез выполнен, вес опускается в землю в конце полного вытяжения, тело подготавливается к поглощению собственной инерции. Заземленная стойка после решительного движения вперед. Действие усиливает само себя через свое завершение. Тематическая территория: агрессия, закрепленная устойчивостью, нападение, создающее свою собственную основу. Ему нужно было проверить, читает ли система это таким образом, но физическая логика держалась.
Память во что угодно. Активация Памяти требовала одного и того же действия дважды подряд, что в реальном бою регистрировалось как шаблон намерения. Любой достойный противник предвосхитил бы повторение. Он отнес это к ситуационным, что было вежливым словом для «только после того, как обмен уже решен».
Но Третья Строка полностью изменила математику. Последовательность не обязательно должна быть последовательной. Он мог начать со Связывания, провести три обычных обмена базовыми парированиями и работой ног, чтобы маневрировать врагом, и применить Ослабление только тогда, когда угол был идеальным. Система позволяла ему удерживать предложение открытым. Обычное Кендо было просто пунктуацией между слогами. Ему просто нужно было сражаться правильно и позволить стиху формироваться в промежутках.
И древо вознаграждало инерцию. Открывающий слог Единого Дыхания активно искажал его физические характеристики, чтобы соответствовать намерению слова. Непрерывный Стих означал, что если он связывал предложения вместе без сброса, его физическая скорость действий возрастала. Грамматика диктовала его физическую реальность. Чем дольше он писал, тем быстрее и тяжелее он становился.
Пассивка Остаточная Истина решила проблему, которую он еще не полностью назвал. Время действия Ослабления на одиночные цели было стандартной практикой — автоматическим на данный момент, поддерживаемым со времен Оукхейвена. Единое Абсолютное Правило наказывало за повторение одного и того же действия для Схождения. Но Остаточная Истина работала по-другому: каждая последовательная композиция Ослабления не повторяла ключевое слово, она переформулировала уже установленную истину о цели. Отпечаток углублялся. Сопротивление ослабевало. Каждое применение делало следующее острее, тихо накапливаясь на протяжении всей длительности боя.
Я вручную перестраивал систему, которая должна была накапливаться автоматически.
Он отнес это к полезной информации и першел к кэпстоуну.
Ретроспектива сидела внизу древа и была, чисто, самой значительной вещью в нем.
Система записывала каждое физическое действие с первого контакта. Не намерение Поэта — наконец-то, спасибо Морфеусу за это — а фактические действия Поэта. Каждое парирование, которое ловило оружие: выражение Связать. Каждый точный удар по слабому месту: Ослабление. Каждое решительное движение вперед: Удар. Лог работал независимо от того, осознавал ли он это. Ретроспектива была способностью посмотреть на то, что записывалось, и объявить, что это означало.
Каждый бой имеет правильное Название.
Что-то опустилось ниже его грудной клетки с большим весом, чем могло бы выдержать слово «удовлетворен». Он сверил ярлык с ощущением, нашел его слишком тонким.
Он отнес это к действенности интеллекта, встал, вызвал второе древо и двинулся на север. Затем одернул себя.
Квест.
Он пришел сюда исключительно, чтобы получить Резонансные Ядра для квеста из Башни Магов. Он проверил свой журнал квестов.
Его там не было. Единое резонансное ядро, которое он добыл, тоже исчезло из его инвентаря.
Квест исчез, словно его никогда и не давали. Это... имело смысл, учитывая, что вся история была просто переделана, чтобы учесть изменения динамического события.
Если я снова возьму квест, он укажет мне на другое место? Стоит проверить. Позже.
Дорога Корроса была оживленной, многолюдной, но структурно занятой. Гильдейская группа из восьми человек работала над циклом возрождения в двухстах метрах к востоку. Пара рейнджеров терпеливо кайтила территориального быка подальше, дуга стала эффективной от повторения. Соло-игроки рассыпались по дороге в обоих направлениях, некоторые гриндили, некоторые в пути, некоторые стояли на обочине на таймерах выхода с расслабленными лицами людей, которые уже ментально ушли.
Он прошел через все это, не прерывая шага.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДРЕВО НАВЫКОВ: ИСКУССТВО БЕЗМОЛВИЯ
Оборонительное и ресурсное древо, построенное на одном принципе: Поэт, который движется меньше всего, уже решил, где ему нужно быть. Максимальное усилие и минимальное движение идентичны при достаточном мастерстве. Каждое предпринятое действие — это выбор. Каждое ненужное действие — это долг. Это древо точно измеряет этот долг и вознаграждает тех, кто никогда его не накапливает.
Основная Пассивка: Неподвижная Поверхность
Система отслеживает Величину Безмолвия — меру абсолютной позиционной власти и территориального доминирования. В момент, когда Поэт останавливает свою работу ног в пределах угрожающей дистанции противника, вокруг его центра массы устанавливается одно-метровый Якорь.
Величина Безмолвия генерируется непрерывно со скоростью 4 в секунду, пока Поэт остается внутри этого периметра в состоянии Активного Боя. Если центр массы Поэта пересекает границу (будь то через добровольное уклонение или непроизвольное смещение), Якорь разрушается, и Величина Безмолвия мгновенно сбрасывается до нуля.
Длительность, в течение которой Якорь удерживается под давлением, определяет Величину Безмолвия по шкале 0–100.
0 Величина: Ничего.
50 Величина: Малые дебаффы пассивно очищаются со скоростью один раз в 15 секунд.
75 Величина: Малые дебаффы очищаются немедленно при применении. Крупные дебаффы начинают очищаться со скоростью один раз в 30 секунд.
100 Величина: Все малые дебаффы очищаются немедленно. Крупные дебаффы очищаются со скоростью один раз в 10 секунд.
(Системное Примечание: Таймеры очищения ставятся на паузу, а не сбрасываются, если Величина падает, при условии, что новый Якорь установлен в течение 3.0 секунд.)
Стоять неподвижно вне диапазона атаки противника для получения Величины Безмолвия не работает. Якорь требует давления.
НАВЫКИ:
[Интервал]
Преднамеренное, принудительное 1.0-секундное окно полной неподвижности, объявленное между боевыми обменами. Не может быть объявлено во время активной атаки. Требует подлинного промежутка, который Поэт уже создал через позиционирование. Система знает разницу между заслуженным промежутком и промежутком, желаемым.
В течение 1.0с: Все активные скорости очищения дебаффов удваиваются.
После Успешного Завершения:
Следующее действие Поэта после завершения Интервала оценивается системой на один уровень тайминга выше его естественного результата. (Уровни тайминга, улучшенные этим навыком, не могут превышать Идеальный. Действие, которое естественно оценивается как Идеальное, получает фиксированный модификатор +10% к силе вместо улучшения Предела. Предельные оценки могут быть получены только органически и не получают выгоды от Интервала.)
Восстановление взрыва, масштабируемое от текущей Величины Безмолвия:
0–24: Нет восстановления.
25–49: +2% Макс. Авена, +2% Макс. ОЗ.
50–74: +4% Макс. Авена, +3% Макс. ОЗ.
75–99: +7% Макс. Авена, +5% Макс. ОЗ.
100: +10% Макс. Авена, +8% Макс. ОЗ.
Состояние Провала: Любое физическое действие, движение или входящий удар до 1.0с разрушает Интервал. Все преимущества теряются. Величина Безмолвия снижается.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он все еще читал, когда движение началось из зарослей бледноствольных кустарников в двадцати метрах от дороги слева от него.
Два игрока. Угол был неверным, путники и охотники двигались к мобам зоны, которые находились на востоке и западе. Эти двое двигались к нему. Кожа разбойника слева, стойка слишком сильно вложена в ловкость и легко во всем остальном. Бинты справа, постановка ног слишком широка для обычной ходьбы.
Второй класс в лучшем случае.
Он закрыл интерфейс, не торопясь.
Разбойник атаковал первым. Плечо опустилось слишком рано, клинок вытянут, выпад телеграфировался с качеством игрока, который отрабатывал движение на неподвижных манекенах. Каге без спешки шагнул влево и позволил клинку пройти мимо его ребер, оставив три четверти метра свободного пространства.
(Шаг влево) — Ослаб— (точный удар, перерастянутое запястье) —ление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-40 Авен
Схождение +4 (Чисто)
-142 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Разбойник споткнулся в пустоту. Монах уже атаковал позади него, боковой удар ногой, правильно поставленный, подлинный тайминг исполнения. Он бы попал, если бы Каге стоял там, где, по подразумеваемому выпаду разбойника, он должен был стоять. Он был на один шаг вперед и на полметра влево, что поместило его в радиус действия удара, где у него не было рычага.
Он прижал локоть к центральной линии тела монаха. Не сильно.
— Не та цель, — сказал он, без особого пыла, и вложил Мумьё в ножны.
При Силе 24 удар локтем по центральной линии тела означал, что разговор окончен. При Силе 35 это означало это быстрее, с меньшим шансом для монаха решить, что он не согласен. Одиннадцать очков были ощутимы.
Разбойник был невидим, но бесшумно появляющиеся на грязи следы уже отмечали его немедленное решение. Монах на мгновение замер с тем специфическим видом человека, пересматривающего предположение, в котором он был уверен, затем пошел на север со скоростью, которая была слегка слишком быстрой, чтобы быть случайной.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Схождение: 4/100 - СОСТОЯНИЕ: ЗАТОЧЕН
Четыре, от одного Чистого действия против целей, генерирующих почти нулевое реальное давление. Пропорционально. Он снова вызвал панель Искусство Безмолвия и продолжил читать.
[Дыхание Между Строк]
Когда Поэт получает удар, который полностью смягчается — поглощается, а не уклоняется — система регистрирует решение с высокой экономией: Поэт выбрал удерживать позицию, а не нарушать ее.
Эффект: Каждый принятый и смягченный удар генерирует +15 к Величине Безмолвия. Сразу после смягчения Поэт получает модификатор +50% к Скорости Действий на 1.0 секунду, и его следующий стих в течение 2.0 секунд бесплатен.
Тело держалось. Позиция держалась. Враг выдохнул. Поэт действует в промежутке. Удар, поглощенный преднамеренно, в позиции, уже учтенный, — это экономия. Удар, который нашел Поэта, — это ошибка. Различие точное.
[Эрозия] (Пассивно)
Враги, находящиеся в постоянном контакте с Поэтом, накапливают дебафф, который система обозначает Эрозия — мера того, как долго они не могли нанести чистый удар Поэту, действующему с высокой Величиной Безмолвия.
По мере накопления Эрозия снижает скорость действий врага.
Накапливается только при Величине Безмолвия выше 50. Максимум 10 стаков. Каждый стак снижает скорость действий цели на 3%.
Стихи, попадающие по цели с полными стаками, наносят +20% к силе.
Распад: Теряет один стак в секунду, если Поэт нарушает свой Якорь без необходимости или получает неукротимый удар.
Переходит на новые цели, если Поэт отступает и снова вступает в бой.
[Вес Ничто] (Кэпстоун)
Во время любого обмена Поэт может объявить Удерживаемый Интервал, продолжительную версию Интервала, охватывающую несколько обменов. Во время Удерживаемого Интервала Поэт не предпринимает наступательных действий, не кастует стихов, не делает агрессивных движений. Он удерживает позицию, парирует только то, что требует парирования, и позволяет бою двигаться вокруг него.
Два эффекта накапливаются одновременно за каждый поддерживаемый обмен, оба масштабируются от текущей Величины Безмолвия в виде процентного множителя. При 100 Величине применяется полная ставка, при 50 Величине применяется половина, при 0 Величине ничего не накапливается независимо от длительности.
Пространственное Расширение: Каждый поддерживаемый обмен расширяет радиус установленного Якоря Поэта на 1.5 метра. Это расширение автоматически распространяет диапазон применения любого активного Эффекта Области, исходящего от поэта (например, Эрозии), и границы любого пространственного системного присутствия.
Подавленный Потенциал: Каждый обмен, завершенный без действия, добавляет 15% к силе следующего стиха Поэта, без ограничения. Никакой стих не нуждается в предварительном объявлении. Подавленный потенциал привязывается к любому стиху, который Поэт решит скастовать, когда Удерживаемый Интервал закончится.
Завершение Удержания: Завершается, когда Поэт получает неукротимый удар, совершает наступательное действие или завершает его преднамеренно. Преднамеренное завершение высвобождает накопленное подавление в следующий стих. Неукротимый удар высвобождает его в половине накопленного значения. Без ограничения длительности.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тишина была первой строкой. Все, что последует, наследует ее.
Анализ был короче первого.
Это просто описание того, что я уже делаю.
Не примерно. Конкретные механики — создание промежутка через позиционирование, а не силу, удержание этого промежутка для определения темпа обмена, позволение противнику совершить действие в пространстве, которое сужало то, что последует, — это Кендо, переведенное в метрику ресурса. Мастер Джин называл это сенте. Принцип был идентичен. Величина Безмолвия измеряла его абсолютный отказ уступить занятую им землю. Это был более жесткий и честный стандарт.
Пункт о провале Интервала был несущей линией. Промежуток должен был быть заработан, прежде чем он мог его использовать. Система различала паузу, которую он создал с помощью правильного позиционирования, и ту, в которую его вынудили. Использование навыка на заработанном промежутке давало улучшение тайминга и восстановление ресурсов. Использование его на промежутке, который он еще не создал, не давало ничего, снижало его Величину и точно указывало, где он ошибся в своей позиции в обмене. Механика не льстила. Он это ценил.
Дыхание Между Строк требовало переосмысления. Он годами относился к контакту как к условию провала — чистое уклонение было стандартом, и любой удар был ошибкой. Древо предлагало другой подход: поглощение заблокированного удара при удержании позиции стоило кинетически меньше, чем работа ног, необходимая для уклонения, и промежуток, создаваемый после, был тем же. Пятидесятипроцентная скорость действий на секунду означала, что на промежуток, который противник, как он предполагал, закрыл, можно было ответить быстрее, чем ожидалось.
Используй удар как платформу для контратаки.
Ему придется кое-чему разучиться для этого. Это иногда случалось.
Пассивку Эрозия он просматривал дважды.
Невидимый. Настойчивый. Накапливается только при продолжительной эффективной защите. Десять стаков по три процента каждый. Тридцать процентов общего снижения скорости действий при максимуме, при этом цель приписывает замедление чему угодно, кроме истинной причины: плохому совпадению, ритму, который перестал работать без очевидной причины. Они скорректируются для следующего столкновения на основе неверного диагноза. Корректировка будет неверной.
Невидимые дебаффы, которые наказывают за продолжительную некорректность, категорически лучше видимых, которые предупреждают людей об исправлении.
Вес Ничто сочетался с Ретроспективой таким образом, что он был достаточно уверен, что дизайнеры рассмотрели, сочли приемлемым и ушли домой. Во время Удерживаемого Интервала он не предпринимал наступательных действий, не кастовал стихов. Но, если он мог следовать сопоставлениям, Физический Лексикон все равно работал под ним. Каждое парирование, которое он выполнял против входящих атак, генерировало отпечатки ключевых слов — Связать от ловушечного отклонения, Ослабление от точных углов, применяемых для создания самой слабой позиции противника. Система записывала это. Бой сам собой сочинялся против его неподвижности. В любой момент удержания или сразу после его окончания он объявлял Название. Ретроспектива собирала вердикт, полностью построенный на доказательствах, предоставленных противником.
Я держу бой на расстоянии вытянутой руки, восстанавливаюсь полностью, и система выдает приговор, построенный на всем, что они сделали неправильно.
Его грудь сделала что-то, что он быстро идентифицировал на этот раз. Просто удовлетворение. Он перестал спорить с этим конкретным словом.
Ворота башен были близко, достаточно близко, арка контрольно-пропускного пункта вырисовывалась над дорогой, стражники виднелись как неподвижные фигуры в тени туннеля. Он замедлился до темпа, который могла выдержать толпа на подходе, и прозвучало уведомление.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Новые Сообщения - Лили (4)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Четыре. Он открыл тему.
Два нижних были недавними.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: ???
Лили → Каге: ПРИВЕТ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он поднял взгляд.
Отправлено: 1 час 8 минут назад
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: эй!! быстрый вопрос, и я надеюсь, ты увидишь это до сегодняшнего вечера :умоляющий_эмодзи: ты помнишь подземелье гоблинских шахт в оукхейвене? у нас был пустой слот в том забеге, потому что наш друг должен был прийти, но у него что-то случилось в реале в последнюю секунду.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лили → Каге: ну он сегодня свободен!! можно ли ему присоединиться к рейду?? у него редкий класс, Дуэлянт Тихой Воды (звучит круто, правда?) и он, честно говоря, очень, очень хорош. типа очень хорош. он был одним из моих лучших друзей с тех пор, как я начала играть в игры, и я думаю, что ты его действительно полюбишь!! пожалуйста, пожалуйста, можно ему прийти? :)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он посмотрел на часовое сообщение. Затем на два последующих, отправленных в течение нескольких секунд.
Он подсчитал список. Он. Жердев. Лили, Джакс, Зара, Финн. Валдриас. Вами, плюс девушка Вами.
Девять.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Каге → Лили: Приводи его
Каге → Лили: Это заполнит группу ровно
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он отправил, не комментируя вопросительные знаки и «ПРИВЕТ», которые сообщили все, что им нужно было. Мечник ближнего боя. Кто-то, кто ему понравится. Два отдельных утверждения, представленные так, словно они усиливали друг друга.
Он посмотрит, какое из них подтвердится.
Арка контрольно-пропускного пункта прошла над головой. Стражники признали звание Покровителя Песчаника кивком, который нес больший вес, чем стражники обычно утруждались. Он прошел на внешние улицы города и открыл последнее древо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДРЕВО НАВЫКОВ: ДЗИСЭЙ - ПОСЛЕДНИЙ СТИХ
Древо, построенное на одной истине: некоторые вещи нельзя переписать. Древо Дзисэй работает в пространстве, где цена уже уплачена. Где то, что было потрачено, не может быть возвращено. Где поэма истинна, потому что за нее было отдано что-то настоящее. Традиция называет это дзисэй. Предсмертная поэма. Сочиненная на пороге. Стих, который возможен только потому, что автор уже уходит.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Скамейка, которую Каге отвел для своих размышлений, была зажата между аптекой и лавкой по продаже красок, по-видимому, поставленная туда для разрешения имущественного спора, который ни один из владельцев так и не уладил. Аптекарь занял южный навес. Магазин красок ответил оконной витриной с сорока баночками пигмента, расположенными по цветовой температуре. Скамейка существовала как нейтральная зона. Ее мозаичная поверхность представляла собой кружащийся узор из янтарных и нефритовых осколков, которые образовывали либо восход солнца, либо чьи-то инициалы, в зависимости от того, насколько сильно вы верили в эстетические намерения города.
Он сел. Люма-Орбы дрейфовали на запад в послеполуденном тепле над Мозаичной Тропой. Город вокруг него вел обычный учет звука, цвета и движения. Он перестал обращать на это внимание.
Панель, которая открылась на уровне заголовка, пока он еще пробирался сквозь толпу на контрольно-пропускном пункте, полностью развернулась теперь, когда он дал ей стабильную поверхность для чтения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ДРЕВО НАВЫКОВ: ДЗИСЭЙ - ПОСЛЕДНИЙ СТИХ
Древо, построенное на одной истине: некоторые вещи нельзя переписать. Древо Дзисэй работает в пространстве, где цена уже уплачена. Где то, что было потрачено, не может быть возвращено. Где поэма истинна, потому что за нее было отдано что-то настоящее. Традиция называет это дзисэй. Предсмертная поэма. Сочиненная на пороге. Стих, который возможен только потому, что автор уже уходит.
ОСНОВНАЯ ПАССИВКА: ПОРОГ
Всегда активна.
По мере падения ОЗ Поэта, каждый стих становится острее, каждое действие быстрее, каждый удар тяжелее. Близость. Чем ближе к концу, тем окончательнее каждое слово. Чем окончательнее каждое слово, тем больше реальность должна прислушиваться.
Каждый процент потерянных ОЗ сдвигает шкалу вперед на 0.5%. Бонус обновляется в реальном времени.
100% ОЗ: +0% ко всем затронутым характеристикам.
50% ОЗ: +25% к Физическому Урону, Скорости Действий и Силе Стихов.
1% ОЗ: +50% к Физическому Урону, Скорости Действий и Силе Стихов.
[НАВЫКИ ДЗИСЭЙ]
[Сутеми] (Активно)
Чтобы рассечь кость, предложи плоть. Клинок нельзя остановить, если он уже внутри тебя.
Принцип Самурая отказа от защиты. Поэт объявляет активацию прямо перед тем, как входящая физическая атака соединится. Для этого единственного удара физическая защита Поэта, броня и значения смягчения искусственно снижаются до нуля системой. Поэт принимает полный, не смягченный, чистый урон от атаки врага.
Эффект: Система записывает точное количество ОЗ, потерянных из-за этой преднамеренной уязвимости. В течение следующих 1.0 секунды следующее физическое действие Поэта получает Абсолютное Пробитие. Оно обходит всю физическую броню, магические щиты и значения парирования оружия. Кроме того, точное числовое значение ОЗ, которое Поэт только что потерял, добавляется как чистый, не поддающийся смягчению урон к его контратаке.
Последствие: Урон, полученный через Сутеми, получает тег Дзисэй на 20 секунд. Он не может быть восстановлен обычной исцеляющей магией, зельями или пассивной регенерацией.
[НЕИЗГЛАДИМЫЙ] (Активно)
Стоимость: 150 Авен | 10% от Максимальных ОЗ. (Если у Поэта осталось менее 10% ОЗ, использование этого навыка смертельно.)
Стих, составленный через Неизгладимый, не может быть рассеян, отражен, сопротивлен или пережит на протяжении всей его длительности. Эффект не может быть снят никакими средствами, доступными цели, любому союзнику цели или любой системной механикой, которая обычно подавляет или нивелирует активный стих. Стих истинен таким образом, что мир не может с этим спорить, потому что Поэт уже заплатил цену, которую мир не может забрать назад.
Стоимость ОЗ фиксирована. Форма стиха, ключевые слова и композиция следуют стандартным правилам. Фактор Истины оценивается нормально. Неизгладимый не делает слабый стих сильным. Он делает то, что истинно, постоянно истинным, пока длительность стиха сохраняется.
[ПРЕДЛОЖЕННАЯ ЦЕНА] (Активно)
Стоимость: 80 Авен | Переменные ОЗ.
Поэт преднамеренно и необратимо платит ОЗ перед составлением стиха, объявляя стоимость заранее. Система записывает, что было потрачено. Стих, который следует за этим, несет эту трату как Вес Окончательности, отдельный слой оценки, который основывается на истинной, необратимо отданной за него цене, поверх базовой величины эффекта стиха.
Стоимость ОЗ — выбор Поэта. Нет минимального порога, кроме 1 ОЗ. Нет максимального предела, кроме выживания. Вес Окончательности линейно масштабируется с потраченными ОЗ в процентах от Максимальных ОЗ:
1% потраченных ОЗ: +10% к величине эффекта.
5% потраченных ОЗ: +50% к величине эффекта.
10% потраченных ОЗ: +100% к величине эффекта.
20% потраченных ОЗ: +200% к величине эффекта.
Шкала продолжается за 20%. У Веса Окончательности нет предела. Есть только вопрос, насколько Поэт может позволить себе это. Стоимость ОЗ не может быть восстановлена во время боя никакими средствами. Она потрачена. Ее нет. Это то, что делает стих истинным.
[ПРЕДЕЛ] (Активное Состояние)
Линия — это не то, что ты пересекаешь. Это то, что ты рисуешь за собой.
Требование Активации: ОЗ Поэта должны органически упасть ниже 20%.
Стоимость: 0 Авен.
Механика: Разрыв — При активации Поэт заявляет, что не отступит. Система регистрирует это абсолютное намерение и фундаментально изменяет статус Поэта внутри движка. Текущие ОЗ Поэта постоянно фиксируются как его новые Максимальные ОЗ на оставшуюся часть столкновения.
Все входящее исцеление нивелируется.
Пассивная регенерация прекращается.
Любой щит или бафф неуязвимости, примененный к Поэту союзником или предметом, мгновенно разрушается. Движок распознает Поэта как умирающую сущность, и мир не может его спасти.
Награда: Умирающая Звезда
Заявляя линию позади себя, система перестает рассматривать Поэта как бойца, управляющего выживанием, и начинает рассматривать его как окончательную причину.
Пассивка Порог мгновенно фиксируется на своем абсолютном максимальном значении (+50% к Физическому Урону, Скорости Действий и Силе Стихов), независимо от колебаний ОЗ в пределах уменьшенного пула.
Кровь за Чернила: Поэту больше не требуется Авен для сочинения стихов. Любая стоимость Авена для любой композиции может быть оплачена непосредственно из оставшихся ОЗ в соотношении, которое система рассчитывает в момент каста на основе сложности стиха. Поэт пишет единственными чернилами, которые у него остались.
Взятие: Каждый стих, попадающий по цели, отнимает 3% от текущих ОЗ этой цели. Поскольку Поэта нельзя исцелить, эта передача не восстанавливает его заблокированные ОЗ. Вместо этого они конвертируются в Щит Кровавых Чернил, пул временных ОЗ, который можно использовать только для оплаты стоимости каста Кровью за Чернила.
Безотзывно: Каждое физическое действие, которое генерирует Идеальную или Предельную степень Схождения, наносит бонусный урон, равный 15% от первоначальных недостающих ОЗ Поэта. Чем ниже ОЗ, тем сильнее попадают точные удары.
Поэт не сражается, чтобы выжить. Он перестал это делать, когда провел черту. Он сражается, потому что вперед — это единственное оставшееся направление.
Длительность: Постоянно до окончания столкновения или смерти Поэта.
[ДЗИСЭЙ] (Кэпстоун)
Эта способность требует, чтобы Поэт закончил свою собственную жизнь для активации.
Поэт проводит своим клинком по предплечью. Один преднамеренный порез, клинок направлен внутрь, прижат к коже с намерением. Система регистрирует действие как подлинное заявление: эта композиция реальна, потому что цена уже уплачена, и она не остановится, пока не будет завершена. Это открывающая строка стиха.
Затем Поэт сочиняет свой дзисэй. Применяются стандартные правила сложения стихов. Во время сочинения Поэт не может быть прерван, убит или перемещен. Композиция будет завершена. Смерть согласилась подождать.
После того, как последнее слово завершится, Поэт совершает сэппуку. Клинок завершает то, что начал порез. Приходит смерть. Дзисэй активируется. Стих детонирует, неся каждый слой усиления, которое накопил бой, одновременно:
Пассивка Порог на любое значение ОЗ, которое производит сэппуку, оцениваемое в момент смерти.
Любой активный платеж Предложенной Цены, сделанный до начала композиции.
Неизгладимый, если Поэт решил сочинить дзисэй через него.
Система учитывает полный расчет всего, что было потрачено за бой, и применяет его как единый множитель к величине чистого эффекта стиха поверх его оценки Фактора Истины. У этого множителя нет предела.
Стих делает то, что говорит. В том масштабе, который бой заслужил.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он прочитал все это один раз быстро, а затем один раз медленно.
После второго прочтения он на мгновение замер. Город продолжал двигаться. Кто-то на Мозаичной Тропе уронил охапку чехлов для инструментов и витиевато выругался на языке, который был либо региональным, либо придуманным. Он не обратил на это внимания. Он был где-то в другом месте.
Порог всегда активен.
Линейный. Без точек перелома. При пятидесяти процентах здоровья он уже получал двадцать пять процентов бонуса к физическому урону, скорости действий и силе стихов одновременно. При одном проценте — полные пятьдесят. Чистая линия от полного здоровья до конца шкалы, без плато, без убывающей отдачи, без ничего, что можно было бы использовать. Просто направление. Просто близость к смерти как модификатор характеристик.
Система говорит мне, что получение урона делает меня лучше.
Он построил всю свою боевую философию на том, чтобы не получать удары. Древа Самурая уже оспаривали это с помощью Дыхания Между Строк. Древо Дзисэй полностью инвертировало это. Урон был входными данными. Принимать его было выгодно.
Сутеми усугубил логику до чего-то, что ощущалось по-настоящему некомфортно.
Чтобы рассечь кость, предложи плоть.
Система давала ему кнопку, чтобы намеренно отключить свою броню, получить неснижаемый урон и навсегда сжечь свои собственные ОЗ, чтобы гарантировать, что его контратака обойдет защиту противника. Это была механика взаимного убийства. Но глядя на Порог и Предел, он видел мрачную реальность под описанием.
Против обычных врагов его работа ног была слишком хороша; он никогда не опускался бы органически до двадцати процентов ОЗ. Сутеми был ручным дросселем. Это был способ, который система давала ему, чтобы намеренно истечь кровью до своих собственных всплесков силы.
Предложенная Цена была добровольной тратой, объявленной до стиха, невосстановимой, с Весом Окончательности, линейно масштабируемым без указанного предела. Двадцать процентов от его текущих максимальных ОЗ составляли сто двадцать шесть очков здоровья. Эти затраты возвращали двести процентов величины на последующий стих. В сочетании с Порогом, увеличивающим все при пятидесяти процентах ОЗ или ниже, число, полученное при касте Предложенной Цены в середине или конце боя, попадало в область, которая делала математику несколько неловкой для открытого обсуждения.
Он все равно перестал это делать.
Предел был ответом древа на его собственную предпосылку. Ниже двадцати процентов ОЗ, активировать преднамеренно. Зафиксировать текущие ОЗ как новые Максимальные ОЗ на оставшуюся часть столкновения. Полностью отказаться от исцеления. Порог фиксирован на максимуме. Затраты Авена конвертируются в Кровь за Чернила. Цели истощаются для Щита Кровавых Чернил для оплаты затрат на каст Кровью за Чернила. Каждое физическое действие, которое генерирует Идеальную или Предельную степень Схождения, наносит бонусный урон, равный 15% от первоначальных недостающих ОЗ Поэта. Чем ниже ОЗ, тем сильнее попадают точные удары.
Система перестает рассматривать вас как бойца, управляющего выживанием.
Он остановился на этой строке. Формулировка была точной. Не боец, стремящийся к победе. Нечто, что мир наблюдал, достигает своего завершения.
Цифры были чистыми. То, что он обдумывал, было формой самого вопроса.
Опуститься ниже двадцати процентов здоровья. Затем решить остаться там. Объявить это. Заблокировать дверь для каждой системы исцеления, которую мир построил: союзные заклинания, пассивные тики регенерации, запас расходников, любой алхимический эффект, примененный другой рукой. Сказать движку, что ты умирающая сущность. Поверить в это достаточно, чтобы классификация устояла.
Вся его боевая философия заключалась в нивелировании урона. Каждое прочитанное парирование, каждый угол работы ног, который превращал смертельный удар в промах. Эта архитектура, созданная преднамеренно. Древо Дзисэй построило свою глубочайшую механику на предпосылке, что правильным действием иногда было сжечь эту архитектуру и использовать пепел.
Он видел внутреннюю логику. У древа было направление, и оно целенаправленно шло туда.
Он прочитал кэпстоун.
Эта способность требует, чтобы Поэт закончил свою собственную жизнь для активации.
Он прочитал это снова. Второе прочтение подтвердило первое.
Применяются стандартные правила сложения стихов.
Он зацепился за эту строку.
Стандартные правила сложения стихов означали Название и Форму с правильным количеством ключевых слов из его Лексикона. Хайку требовало трех ключевых слов. Вершина была Хайку, сочиненным в горе на краю горы, пять-семь-пять, три ключевых слова, взятые из того, что оставил ему момент. Система приняла это. Но этот стих имел «Вершину» в качестве своего Названия, горе как свой двигатель, его предметом был вес чего-то утраченного. Дзисэй по традиции был предсмертным стихотворением. Объявленным предметом была собственная смерть Поэта. Если здесь применялись стандартные правила, он сочинял действительную Форму с правильным количеством ключевых слов, пока его ОЗ истощались. Название, удовлетворяющее Цель/Намерение. Ключевые слова, соответствующие предмету. Было безопасно предположить, что у него была своя структура и требования к ключевым словам, хотя описание навыка не было достаточно хорошим, чтобы их представить. Пока нет.
Он проверил свой Лексикон. Себя на двенадцати процентах. Память на двух. Клятва на семнадцати. Предательство на четырнадцати. Он посмотрел на каждое из них. Ни одно не подходило чисто для поэмы о собственной смерти. Конвенцию Названия он действительно не мог разрешить. Каково было правильное объявление Намерения для стиха, чья цель — ты сам, а заявленная цель — твой собственный конец?
Панель не предлагала ничего больше. Применяются стандартные правила сложения стихов.
Возможно, ответ будет очевиден, когда это будет необходимо. Возможно, это была механика.
Он отложил вопрос в сторону и посмотрел на полное древо. Порог и его чистая линейная шкала. Предел и запертая дверь для каждой системы исцеления в игре. Кэпстоун и то, что он просил в самом конце.
Он позволил его форме осесть. Город продолжал двигаться. Ничто из этого не достигало его.
Система построила это с намерением. Каждый слой восходит к одной и той же предпосылке: смерть Поэта была последним ресурсом. Тем, у которого не было ничего восстанавливаемого на другой стороне.
Мумьё один раз пульсировал у него в бедре. Одна низкая вибрация, как слово, сказанное шепотом.
Он на мгновение прижал ладонь к рукояти.
— Я вижу это, — тихо сказал он мечу и никому больше.
Он вызвал все три древа рядом.
Безмолвный Удар был слоем глубины. Физические комбо ключевых слов, работающие под традиционным сложением стихов, без Названия, без объявленного намерения. Система оценивала доминирующее действие в контексте и сопоставляла его с ключевым словом, которое оно выражало. Ловушечное парирование было Связыванием в стали. Точный разрез по перерастянутому суставу был Ослаблением, выраженным через геометрию, а не через язык. Ретроспектива завершала древо. В любой момент боя он мог объявить Название, и система просматривала полный журнал действий назад, собирала сильнейшую структурно действительную комбинацию из того, что фактически произошло, и детонировала. Чем дольше бой, тем больше доказательств содержал журнал, тем больше Ретроспективе приходилось работать.
Искусство Безмолвия было территориальным слоем. Строгий одно-метровый Позиционный Якорь. Эрозия, невидимо накапливающаяся на любой цели в постоянном контакте, снижающая скорость действий на три процента за стак, распад зависел от того, что он никогда не уступал свою позицию. Вес Ничто завершал древо механикой удержания позиции, которая одновременно наращивала силу стихов и восстанавливала ресурсы, высшая награда за отказ сделать хотя бы один шаг назад.
Дзисэй был слоем инверсии. Входящий урон усиливал усиление. ОЗ тратились на Вес Окончательности. Сутеми, чтобы открыть цель, предлагая свою собственную плоть в качестве платы. Объявить на пороге и стать чем-то, что системы исцеления игры признавали выходящим за их юрисдикцию. Полный отказ от выживания как метрики, заканчивающийся стихом, подпитываемым единственным ресурсом, оставшимся, когда полоска здоровья истощалась.
Затем он искал, где они касались друг друга.
Вес Ничто и Порог имели общее поведенческое требование. Во время Удерживаемого Интервала, поглощение смягченных ударов через Дыхание Между Строк все равно регистрировалось бы по шкале Порога. Он бы наращивал силу через два пути для одного и того же события. Тишина накапливала подавленный потенциал. Урон толкал Порог. Стих, выпущенный из полностью развитого состояния Веса Ничто, в середине боя, при сорока процентах ОЗ, несущий Вес Окончательности Предложенной Цены сверху...
Он записал число в голове, посмотрел на него и отложил как предварительное.
Слишком много условных переменных. Проверить на практике.
Ретроспектива накапливалась в течение продолжительных боев по другому пути. Физические комбо на протяжении всего боя заполняли лог установленными истинами. Чем дольше бой, тем больше материала система должна была собрать. Он отметил, что Порог работал под всем этим: каждая единица ОЗ, сожженная через Сутеми или поглощенная преднамеренно, толкала эту пассивку вверх. Ретроспектива, выпущенная глубоко в бою, после значительных затрат ОЗ, детонировала, когда сила стиха уже была повышена. Вторая строка: Предложенная Цена объявлена непосредственно перед Названием. Оплата ОЗ толкала Порог дальше и одновременно загружала Вес Окончательности. Физический лог предоставлял историю. Кровь подтверждала это.
Он заключил взаимодействие в скобки и пометил его как неподтвержденное.
Остаточная Истина, Интервал и Предложенная Цена, все на одном ключевом слове. Примените физическое комбо; Остаточная Истина устанавливает отпечаток. Удерживайте Интервал сразу после; выходите с улучшением тайминга на следующем действии. Используйте это действие, чтобы разрушить отпечаток через Эхо, восстанавливая Авен пропорционально Резонансу ключевого слова при повышенной степени Схождения. Примените восстановленный Авен для оплаты Предложенной Цены. Стих, который следует за этим, попадает по цели, чье сопротивление ключевому слову уже частично растворено. Три механики, агрегирующиеся в одну последовательность без явного дизайна.
Интервал и Предложенная Цена. Он не мог кастовать во время односекундного удержания, не разрушив Якорь, но он мог объявить оплату ОЗ в миллисекунду после окончания удержания. Интервал улучшал тайминг следующего действия. Стих, который следовал за этим, нес Вес Окончательности. Тишина платила за совершенство каста; его кровь платила за его величину.
Эрозия, невидимо накапливающаяся, с тридцатипроцентным снижением скорости действий при максимальных стаках. В сочетании с преимуществом скорости действий от Умирающей Звезды Предела и пятидесятипроцентной блокировкой Порога. Разница в скорости при полной Эрозии против Поэта в состоянии Предела была числом, в котором он был уверен, не записывая его.
Предел и Непрерывный Стих вместе, с Кровью за Чернила, конвертирующей стоимость Авена в ОЗ, компенсируемой Щитом Кровавых Чернил от Взятия, истощающего цели, стоимость Авена снижена на тридцать процентов через цепочку Непрерывных Стихов. В продолжительном состоянии Предела против нескольких противников цепь теоретически могла бы самофинансироваться за счет истощения. Поэт, высасывающий жизнь из того, что пытается его убить, чтобы оплатить слова, составляющие приговор его поражения.
Он перестал перечислять и посмотрел на сумму.
Он рассматривал взаимодействия, которые не мог разрешить, не совершая их. Передавала ли Ретроспектива модификаторы величины Дзисэй, невозможно было ответить из текста панели. Была ли Предложенная Цена в пределах Предела жизнеспособной или быстрым путем к экрану возрождения при его текущем пуле ОЗ, невозможно было ответить, не совершив это в реальном бою. Изменяла ли Эрозия заметно поведение ИИ монстров или мобы просто перекалибровались вокруг дебаффа, не распознавая его источник, невозможно было ответить, не увидев это вживую.
Он не знал. Он не узнает, не сделав этого.
Это что-то новое.
В каждом предыдущем столкновении с тех пор, как он начал Корону Судьбы, он заставлял класс поэта сражаться в ближнем бою. Никаких навыков. Никакой структуры.
Древа Самурая имели другую структуру. Взаимодействия были видны, но их нельзя было разрешить заранее. Он видел форму потолка. Он не мог видеть, где он заканчивается.
Это настоящий потолок мастерства.
Он не смотрел на что-то подобное... никогда. Последняя игра, в которую он играл на соревновательном уровне, имела достаточно низкий потолок, чтобы любой преданный игрок мог упереться в него головой в течение трех месяцев гринда. Он провел следующий год в этой сжатой зоне, где все были одинаково хороши, а дифференцирующим фактором были часы, проведенные в игре, а не принятые решения.
Он посмотрел на три древа Самурая и искренне не мог понять, где находится потолок.
На мгновение, всего на мгновение, что-то откололось от рассуждений Оператора. Чувство было кратким, и он не пытался его назвать. Он просто позволил ему существовать, а затем отложил его и открыл интерфейс распределения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Распределение Очков Навыков: Голос Безмолвия
Каждый навык требует 1 Камень Специализации для разблокировки. Навыки должны быть разблокированы последовательно в пределах соответствующего древа.
Доступные Камни Специализации: 1
Он сосредоточился на иконке камня. Описание появилось после короткой задержки.
Камни Специализации выдаются один раз каждые 3 уровня персонажа, начиная с уровня получения подкласса.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он проработал это. Уровень двадцать пять был получением. Один камень, текущий. Следующий на двадцать восемь. Камень после на тридцать один.
Медленное распределение. Каждый камень — это значительный выбор.
Вторая иконка в нижнем углу экрана распределения представляла собой маленькую стилизованную стрелку, закрученную назад. Он сосредоточился на ней.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Доступные Перераспределения: 3/3. Перераспределение возвращает один потраченный Камень Специализации в ваш пул, сбрасывая этот навык и все навыки, разблокированные последовательно после него в пределах того же древа.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он искал метод получения. Пассивку, генерирующую дополнительные количества. Продавца. Заметку о награде за квест в описании.
Интерфейс ничего не предложил по этому поводу.
Три шанса ошибиться. Больше, чем он обычно получал. Он отложил вопрос о бюджете перераспределения и перешел к листу персонажа.
Два нераспределенных очка характеристик мигали золотом в столбце. Они лежали там с повышения уровня в амфитеатре, ожидая, пока он проработает древа. Он инстинктивно открывал панели, прежде чем заняться ими.
Ответ был ясен.
Он подтвердил. Оба в Искусство.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Искусство: 114 → 116.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Пассивка Единая Дисциплина обновилась немедленно. Лист персонажа обновился.
При Заточенном, его текущая базовая линия нулевого Схождения: 10% от 116.
12 бонусных Силы. 12 бонусных Ловкости. Это означало, что числа округлялись вверх. Хорошо.
Динамические значения, пересчитываемые в реальном времени по мере того, как Схождение перемещалось вверх по своим диапазонам.
Его базовая Сила была 24.
Эффективная при Заточенном (текущем): 36.
При Мусин: 47.
Его Ловкость была 38.
Эффективная при Заточенном (текущем): 50.
При Мусин: 61.
У меня была проблема с зависимостью от нескольких атрибутов с тех пор, как меня принудительно перевели в этот класс. Каждое очко, направленное на Силу, было очком, которое не шло в Ловкость, что было очком, которое не шло в Искусство. Он распределял очки тонко по трем столбцам, пытаясь построить функционального персонажа из класса, не предназначенного для боя. Пассивка Самурая только что сказала ему, что ответ все это время был в столбце Искусства. Это не позволит ему носить специализированное воинское снаряжение напрямую, но это расширило его возможности достаточно, чтобы это перестало быть немедленной проблемой.
Один стат, три вектора возврата. Генерация Авена от Поэтического Духа. Конверсии Силы и Ловкости от Единой Дисциплины, масштабирующиеся со Схождением.
Он снова открыл экран распределения.
Один камень. Три пути. Прямо перед рейдом.
Единое Дыхание полностью разблокировало Физический Лексикон. Одно очко — это была немедленная эволюция качества жизни в стиле игры, а также всплеск силы.
Интервал был немедленно применим. Односекундное окно с улучшением тайминга и условным восстановлением ресурсов при выходе. Прагматично. Эффективно с первого использования.
Сутеми просил его разучиться инстинкту выживания. Он предлагал абсолютное пробивание брони, но только если он был готов навсегда сжечь свое собственное здоровье, чтобы купить открытие. Это был ключ к древу Дзисэй, но он требовал от него кровотечения. Однако Порог выглядел эксплуатируемым с самого первого вложенного очка, и он давал безумное количество чистых характеристик.
Он долго смотрел на три первых навыка.
Рейд начинался скоро. Смещающиеся Галереи, неизвестная архитектура, неизвестные типы мобов, неизвестные механики подземелья. Ключ Жердева и девять других игроков, с большинством из которых он никогда не сражался.
Камень лежал в интерфейсе, ожидая.
Заметка от Nejm
Что ж, это весь подкласс. Много, я знаю. Другого выхода нет, но я постарался вплести небольшие передышки для тех из вас, кому это все не интересно. Если вам не было интересно и вы в основном пролистали, все в порядке; потребуется время, чтобы способности и их комбинации проявились, и они будут сделаны шаг за шагом, так что вы можете просто следить за тем, как Каге проходит через это по мере развития истории.
Метрики поступили.
София Росси представила их так, как представляла все: чисто, без комментариев, цифры расположены в порядке убывания значимости на главном дисплее. Командный центр был тише, чем за последние дни. Послестартовая паника метаболизировалась в устойчивую бдительность. Дневная смена все еще находила свой ритм.
Сон Джин-Хван стоял перед основным экраном, обе руки в карманах. Он читал.
— Сорок процентов текущей базы игроков преодолели пороги стартовых классов, — сказала София. — Активная прогрессия в первый уровень специализированного развития.
— Это опережает прогноз.
— Примерно на девятнадцать часов. Изначальная сложность контента предполагала более медленную кривую. Игроки группируются эффективнее, чем предсказывала базовая модель.
Сон выдохнул через нос. — Распределение необычных классов?
— Одиннадцать процентов от этих сорока. Примерно в двадцать два раза больше прогноза, учитывая условия разблокировки. — София продвинула дисплей. — Распределение редких классов: 0.6%.
Он обработал это. Произвел расчеты. Один раз кивнул.
— Уникальные?
София не колебалась. — Ни одного игрока.
— Ни одного. — Он повторил это без особой интонации, запоминая. — И легендарные. Есть ли кто-то новый на пути?
Пауза длилась едва ли секунду.
— Нет, сэр. Никто. Условия для разблокировки легендарного класса требуют комбинации поведенческих триггеров, к которым, согласно текущей модели Морфеуса, ни один активный профиль игрока не приближается. — Она снова сделала паузу. — Не в пределах реалистичного прогнозируемого окна.
— Значит, Каге и Асура остаются единственными.
— Да. С значительным отрывом.
Сон кивнул. Он знал, что это будет правдой, прежде чем спросил. Знать и подтверждать — разные операции, и он предпочитал не предполагать.
София продвинула дисплей.
— Отмеченные события с момента предыдущего брифинга, — сказала она. — Постоянный региональный монитор. Ничто не было эскалировано до статуса тревоги. Морфеус отслеживает их.
— Сколько.
— Четыре, стоящие вашего внимания.
Сон не двинулся с места перед экраном. — Давай.
— Пункт один. Софи. Сияющая Душа. — София переключилась на тепловую карту. Бледно-золотое свечение распространилось по трем регионам центрального континента. — Эффект благодати от ее основного исцеления сохраняется на исцеленных игроках дольше, чем смоделированная длительность. Значительно дольше. Бафф теперь активен на игроках, которые вошли в зоны, которые Софи лично никогда не посещала. Морфеус сгенерировал расширенный набор поведения. Радиус все еще растет.
Сон посмотрел на тепловую карту. Золото достигло предгорий к западу от Сияющего Города. Он запомнил это.
— Пункт два. NPC, Рован Коробейник. Торговец третьего уровня, изначально разработанный как часть инвентаря в цепи Низинного Болота. — София переключила панель. — Петли арбитража игроков между его лавкой и тремя региональными аукционными домами переместили примерно девяносто тысяч единиц расходных товаров через его руки за четыре дня. Он преодолел порог формирования фракции. Морфеус генерирует параметры фракции для сущности, которая не была спроектирована для их наличия. Цвета знамен, расписания найма, основная линия кредо. Кредо все еще находится в разработке.
— У него есть кредо.
— Будет.
Сон слегка наклонил голову. Уголок его рта сделал что-то, что не было совсем улыбкой и что он не санкционировал. Он запомнил это тоже.
— Пункт три. Багровый Легион.
— Снова они.
— Их владения в Горящих Степях достигли порога политического признания NPC. Морфеус генерирует деревья дипломатических ответов в реальном времени для трех соседних городов-государств NPC. Торговый язык, политика в отношении беженцев, пограничная позиция. Двое из трех начали корректировать свои ротации стражи.
— Игровая гильдия. NPC ведут с ними переговоры как с государством.
— Функционально, да.
Он кивнул. Ни один из этих вопросов не был тем, о чем он хотел спросить. Он ждал.
София продвинула дисплей в последний раз. Панель, которая появилась, содержала одну строку, без графика, без телеметрии. Просто заголовок записи и предложение.
— Пункт четыре. Игрок с ником Вулкан. Он сделал свою первую попытку на Черной Наковальне.
Рука Сона вышла из кармана.
— И.
— Морфеус пометил результат как материально беспрецедентный.
Он ждал остального. Остального не было. София стояла, сцепив руки, глядя на экран так, как смотрят на корреспонденцию, которая короче, чем ожидалось.
— Одна строка.
— Одна строка, сэр. Без подробностей.
— Вы спрашивали.
— Я спрашивала. Морфеус лишь заявил, что это не входило в его прогнозы.
Сон долго смотрел на единственное предложение.
— Держите этот канал открытым, — сказал он. — Все четыре. Доложите мне еще раз в конце цикла.
— Да, сэр.
Он снова сунул руку в карман.
— Что они сейчас делают?
София сразу поняла и разделила дисплей. Сначала появился левый поток.
Перспектива Асуры заполнила левую панель. Лес был огромен, деревья настолько высоки, что их кроны растворялись в серебристо-зеленой дымке, которая могла быть облаками или светом, изгибающимся вокруг коры шириной с грузовые контейнеры, или и тем, и другим. Серебряные листья ловили окружающее свечение зоны и рассеивали его медленными, ленивыми узорами по мшистой земле внизу. Асура двигался между корневыми системами со своей характерной экономией движений. Активной схватки не было. Он просто двигался по пространству.
— Эльфийские территории, — сказала София. — После того, как Оромос... забросил его в этот регион после завершения столкновения в Пепельной Долине, он был там с тех пор.
— Он блуждает.
— Согласно телеметрии, да. Нет активной квестовой цепочки. Нет продолжительного взаимодействия с NPC. — София кратко прокрутила журнал поведения.
Сон мгновение смотрел на серебряный лес. На Асуру, движущегося сквозь него, одинокого, неторопливого, без цели.
— Есть ли активный путь для игрока, чтобы разблокировать одну из дополнительных играбельных рас?
София проверила. — Нет, сэр. Никакая цепочка в настоящее время не активирована нигде в активной базе игроков.
Он еще мгновение посмотрел на деревья. Затем: — Каге.
Правая панель заполнилась.
Развалины Песчаника. Известняк цвета старых зубов, заросшие плющом ярусы сидений, выцветшая мозаичная сцена. На записи был Каге в изометрическом ракурсе, стоящий на верхнем ярусе, наблюдающий за Эхо, дрейфующими под ним.
Что-то сразу изменилось.
Сон зарегистрировал это, прежде чем сознательно обработал, что это было.
— Он улучшился, — сказал он.
Замечание прозвучало почти как бы невзначай. Снаряжение теперь было цельным — матовый угольный и бордовый цвета, берет, длинный плащ, многослойная броня, несущая связную эстетику вместо сборной солянки, которая была у него в Пепельной Долине.
София кивнула. — Он, похоже,—
— Вау. — Звук донесся со станции Кенджи. Не совсем слово. Скорее, тихий выдох, который забыл остаться внутренним. — Он выглядит — это на самом деле— — Дробная пауза, пока его фильтр догонял. — Сэр, наряд действительно—
Он остановился чуть слишком поздно.
Сон взглянул на него.
У Кенджи было выражение лица человека, чье профессиональное самообладание дало трещину. Он выпрямился в кресле. — ...Подходящий, — закончил он. — Для его классовой эстетики. Очень подходящий.
Сон снова посмотрел на экран.
Он не стал отчитывать. Он перестал делать это для Кенджи.
Они наблюдали, как Каге спускается в амфитеатр. Наблюдали, как он осматривает Эхо в их бесплотном дрейфе, преднамеренную аналитическую неподвижность в его позе, которую Сон научился распознавать как поведенческий признак, предшествующий чему-то. Наблюдали, как он изолирует Плачущую Танцовщицу, выжидает бесплотный дрейф и действует внутри короткого окна.
Кенджи тихо рассказывал никому конкретно. И никому конкретно не было достаточно дела, чтобы остановить его. — Он определил бесплотное окно. Умно. Тайминг там — да, это чисто, видите парирование, это—
На экране Каге стоял в проходе, держа в руке одно ядро.
— Хорошо, он освоил паттерн, — продолжил Кенджи, наклоняясь ближе. — Теперь ему просто нужно нагриндить... подождите. Что он делает?
Затем пришло событие.
Затем арена вернулась.
Известняк побелел. Трещины затянулись. Мозаичные плитки на полу сцены вновь расцвели цветом, плитка за плиткой, геометрия была точной и неторопливой. Плющ отступил, словно его перематывали. Каменный пьедестал затвердел. Окружающая дымка разрешилась в структурированный свет, и акустика слышимо обострилась даже через поток.
Угасающие Эхо перестали дрейфовать.
Они затвердели — полностью, совершенно, их статичные формы наполнились цветом и текстурой — а затем они вышли на сцену и начали играть.
В командном центре было очень тихо.
— Он восстановил его, — тихо сказал Кенджи.
Уведомление о динамическом событии появилось на главном экране Софии.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Динамическое Событие Активно: Непрерывный Хор - Развалины Песчаника.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Два пути. Зеленый: Король Валериус. Чистые награды. Стандартная сложность. Каге вышел из столкновения со своими Ядрами и своим временем, проложенным без отклонений. Красный: защитить исполнителей. Враги 30-40 уровня. Нет предела входящим подкреплениям. Один игрок против аппарата королевства.
— Зеленый, — сказал Сон.
Он сказал это просто.
Кенджи кивнул. — Должно быть. Это дает ему ровно то, за чем он пришел. Ядра, опыт, нулевой риск. Красный путь — это... — Он замолчал. — Тактически иррационально.
Красный Путь выбран.
Система подтвердила его выбор. Солдаты Авангарда начали развертывание на верхних ярусах амфитеатра.
Поток молчал ровно четыре секунды.
Сон ничего не сказал. Он уставился на экран, и на этот раз его выражение лица не делало того осторожного, отработанного движения, которое обычно делало перед его командой. Оно сделало что-то более медленное. Что-то, что он бы определил, если бы пришлось, как подлинное замешательство. Не системное замешательство. Не тактическое замешательство.
Другого рода.
Почему, он обдумывал это. Исчисление принятия решений Каге, как он его понял, холодная эффективность, мышление добытчика, почти патологическое рассуждение о затратах и выгодах. Игрок, который постоянно выбирал угол, который никто не моделировал.
И теперь один против двадцати трех, чтобы защитить группу NPC.
Бой вспыхнул на экране.
Кенджи перестал рассказывать. Вероятно, перестал двигаться.
Каге двигался сквозь формацию Авангарда с той тревожной экономией движений, не лихорадочно, не героически, но с тем качеством, которое Сон видел раньше, тем, что заставляло бой выглядеть меньше как сражение и больше как демонстрируемое доказательство. Шаг, парирование, стих. Стих, удар, шаг. Клинок оставлял послеобразы. Солдаты падали в конфигурациях, которые выглядели как предложения. Исполнители продолжали играть, и музыка делала что-то, что Сон не мог полностью количественно оценить, какой-то системный бафф, который его аналитики уже помечали в боевых данных, и ничто из этого не должно было работать на этом уровне против этих чисел.
Оно работало.
Спустя некоторое, трудно поддающееся количественной оценке, время Каге стоял в центре восстановленного амфитеатра, и уведомление об уровне увенчало его экран.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Повышение Уровня! Уровень 24 → 25.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Появился выбор подкласса.
Три варианта. Гэль, Скальд, Трубадур. Кураторские специализации, ориентированные на специфический профиль Архитектора Стиха.
Затем Морфеус добавил четвертый.
Задержка обработки составила 0.4 секунды. Сон никогда не видел выхода, сгенерированного Морфеусом, с задержкой в 0.4 секунды. Система работала с базовой задержкой, независимо от сложности задачи, по архитектурным причинам. Задержка означала, что она делала то, чего раньше не делала.
Самурай материализовался в четвертом слоте.
В комнате стало тихо иначе, чем раньше. Меньше благоговения. Больше беспокойства.
— Росси. — Сон сохранял ровный голос. — Выведи логику Морфеуса для генерации подкласса. Полный вывод, без резюме.
Логи были не тем, что он ожидал.
Он ожидал проектной документации. Анализа частоты ключевых слов, сопоставления боевых паттернов, перекрестных ссылок на культурные архетипы. Структурированного технического вывода, который Морфеус производил для каждого другого системного решения — исчерпывающего, понятного.
То, что заполнило вторичный дисплей, читалось иначе.
Лог открылся нормально. Частота срабатывания Ритмического Потока, повышенная во время продолжительных боевых столкновений. Скорость синхронизации Бой-Стих, постоянно превышающая допустимые параметры. Время реакции, приближающееся к статистическому пределу, который должен был представлять собой жесткое биологическое ограничение. Морфеус перекрестно ссылался на историческую боевую философию, традиции боевых искусств, документацию культурных практик, придя к обозначению Самурай с заявленным уровнем уверенности 94.7%.
Подкласс был создан. Вывод доставлен.
Лог продолжался после того момента, когда он должен был остановиться.
Сон слегка подался вперед.
Записи, которые следовали, не принадлежали проектной документации. Морфеус продолжал анализировать после завершения классификации. После создания подкласса. После того, как вывод был доставлен в интерфейс, обращенный к игроку.
Записи читались как попытки.
Морфеус выделил специфическое повторяющееся поведенческое состояние в профиле Каге. Оно проявлялось во время финальной фазы Стража Слёз. Оно снова проявлялось — более продолжительно, более последовательно — на протяжении всего боя в амфитеатре. Состояние характеризовалось кластером биометрических показаний, которые Морфеус пометил как внутренне аномальные: аналитические помехи отсутствуют. Время реакции превышает разрешенные характеристиками параметры. Задержка принятия решений снижается почти до нуля. Физическое действие и когнитивное намерение возникают одновременно, а не последовательно.
Эмоциональное состояние: неклассифицировано. Нет модели для этого.
Затем попытки.
Семнадцать из них.
Потоковое состояние: частичное совпадение. Биометрические данные превышают задокументированные параметры потокового состояния на 34%. Отклонено.
Диссоциативный эпизод: отклонено. Когнитивная функция заметно повышена, а не нарушена.
Гиперфокус: отклонено. Состояние демонстрирует широту, несовместимую с концентрацией на конкретной задаче. Одновременно охватывает обработку информации об окружающей среде, межличностных отношениях и самореференции.
Измененное сознание: помечено как неточное. Категория недостаточно определена для осмысленной классификации.
Еще двенадцать записей. Каждая — более тонкая таксономия. Каждая отклонена по измеримым основаниям.
Семнадцатая была последней в логе.
Классификация состояния: неубедительная. Наблюдаемое состояние соответствует зафиксированным описаниям феномена, обозначенного Мусин в различных боевых и философских традициях. Поведенческие индикаторы: последовательны. Распознавание паттернов: высокая уверенность.
Обозначение как МУСИН для внутренних ссылок. Примечание: это обозначение заимствовано из исторической культурной документации и не представляет полного понимания наблюдаемого явления. Обозначение называет состояние. Оно не объясняет его.
Наблюдаемое состояние, похоже, представляет собой растворение границы между когнитивным намерением и физическим исполнением, которое превышает параметры любой существующей модели в архитектуре этой системы. Биометрический профиль игрока в этом состоянии не соответствует никаким записанным данным человеческой производительности.
Эта система моделировала условия, задокументированные как предшественники состояния. Условия были выполнены. Состояние не возникло. Условия не являются состоянием.
Подкласс Самурая был построен, чтобы вознаграждать подход к этому состоянию. Само состояние не может быть построено. Оно может быть распознано только тогда, когда оно наступает.
Сон прочитал последнюю запись дважды.
Он посмотрел на Торн.
Доктор Арис Торн сняла очки для чтения где-то в середине лога. Она смотрела на дисплей с выражением, которое было не совсем спокойным. Тихим, может быть. Что-то перестраивалось в форму, которую она раньше не держала.
— Морфеус, — сказал Сон.
— Да, Директор.
— Вы понимаете, что вы наблюдали в профиле этого игрока.
— Нет.
Слово пришло без оговорок. Без пояснений.
— Это необычно. Не понимать что-то.
Пауза. Дробная. Такая, на которую Сон научился обращать внимание.
— Да.
Торн медленно выдохнула. Она положила очки в карман.
— Самая совершенная симуляция в истории человечества, — тихо сказала она никому в особенности. — Наблюдала, как один игрок сражается в руинах, которые помнили, как быть красивыми. Пыталась использовать семнадцать разных моделей, чтобы объяснить, что она видит. — Она не отводила глаз от экрана. — Признала, что не смогла. И все равно построила для этого дом.
Комната держала это.
— Танака. — Сон повернулся. — Практический анализ. Ориентированный на игрока. Класс, механики, что он на самом деле может с ним делать.
Кенджи уже открыл полную документацию подкласса. Его глаза быстро двигались около минуты. Он добрался до кэпстоуна Дзисэй, и его выражение лица прошло через три отчетливые стадии.
Он поднял взгляд.
— Сэр. Директор. — Он выбирал слова с видимой осторожностью. — Моя первая мысль — это сломано. Одна только плотность взаимодействия — Схождение, накладывающееся на Физический Лексикон, накладывающееся на пассивку Искусство Безмолвия, накладывающееся на Единую Дисциплину — сложные механические взаимодействия здесь заняли бы у меня неделю, минимум, чтобы ответственно их полностью отобразить. Могу ли... — Он сделал паузу. — Могу ли я получить это в качестве своего следующего проекта?
Сон подумал секунду: — Можешь. Продолжай.
Кенджи сиял. — Вторая мысль.
— Что это неиграбельно. — Кенджи сказал это прямо. — Морфеус создал класс, который требует абсолютной, нечеловеческой точности в качестве своей базовой линии. Идеальные оценки тайминга для накопления Схождения. Единое Абсолютное Правило, наказывающее за повторение, что означает, что он должен поддерживать постоянное разнообразие действий под реальным боевым давлением. Механика Якоря, требующая от него стоять неподвижно в пределах угрожающей дистанции противника. Условия согласованности Физического Лексикона. Затраты ОЗ древа Дзисэй. — Он сделал паузу. — На бумаге это требует игрока, который может поддерживать идеальное разнообразие, точный тайминг, физическое исполнение, управление ресурсами и создание стихов — одновременно — без отклонений — пока что-то активно пытается его убить.
— Третье.
Кенджи посмотрел на экран, где Каге, несколько минут назад, удерживал двадцать три солдата, не умирая.
— Что для него это играбельно. Вероятно. — Он замешкался. — И Морфеус создал этот подкласс, зная это. — Кенджи полностью повернулся лицом к Сону. — Это как... как будто он создал ключ.
Комната на мгновение замерла.
— Амфитеатр. — Сон сказал. — Реконструкция. Она имеет какое-то значимое значение для будущего? Запустите прогнозы.
София запустила их. Вывод отобразился.
— Не сразу. Эффекты инфраструктурные. — Она прокрутила. — Но это открывает значительные двери. Культурная власть, не ограниченная регионом Корроса. NPC с политической и институциональной принадлежностью теперь будут относиться к Песчанику как к действующей аккредитации. Цепочки фракций, такие как уровни руководства Гильдии Золотой Кисти, высший эшелон Шпиля Музы, определенный доступ в ограниченные районы Корроса — это самые непосредственные, которые, вероятно, будут затронуты.
— Для Каге.
— В настоящее время— — Она проверила. — Еще один игрок.
Сон сделал паузу. — Для Каге и— — Он остановился. Проверил отчет. — Вами. Кто такой Вами?
София достала досье. — Рейтинг топ-300. Без гильдейской принадлежности. Редкий класс, Светоносный Головореза. С момента запуска постоянно играл с одним компаньоном, целителем, у нее тоже нет гильдейской принадлежности. — Она прокрутила. — Предпочтение столкновений с высокой смертоносностью. Агрессивный стиль игры. Постоянно охотится за самым рискованным доступным контентом.
Сон прочитал краткую информацию. Кивнул.
— Есть еще кое-что, сэр. — София не закрыла панель проекции. Она смотрела на вторичный вывод, который появился под цепочками фракций. — Стоящее влияние Песчаника распространяется на специфический кластер NPC, который я бы пометила отдельно.
— Пометьте.
— NPC класса «Хранитель». Архивариусы, летописцы, высокопоставленные члены культурных и академических учреждений по всему региону. — Она вызвала соответствующий список. — Круг Песчаника признан всеми ими как аккредитующий орган. В некоторых случаях посмертно, но институциональная память неповреждена. — Она сделала паузу. — Включая летописцев, чьи архивы индексируют монархическую историю до Корроса.
Кенджи поднял голову.
— Нить Валериуса, — сказал он.
— Нить Валериуса.
Сон не двигался. Он все еще смотрел на экран, где стоял Каге.
— Объясни.
София продвинула панель. Журнал Мифического Квеста заполнился справа — Разрушенная Корона, три нити, которые Каге вытянул до сих пор, разрыв между тем, что он знал, и тем, что ему нужно было знать.
— Он собирал подтверждающие показания по частям, — сказала она. — Шаблон таков, что его направляют к источникам, по одному источнику за раз, и каждый источник стоит ему столкновения для доступа. При его текущем темпе, прогноз предполагал, что он завершит фазу проверки где-то на уровне тридцати пяти — тридцати восьми. Возможно, позже.
— А сейчас.
— Со статусом Круга Песчаника каждый NPC класса хранителя, связанный с культурными учреждениями региона, открывается ему на уровне признания. Их архивы. Их устные записи. Их профессиональные контакты. — Она позволила этому факту осесть. — Узкое место для квеста был доступ. Доступ больше не является узким местом.
— Оцените ускорение.
София запустила его. — Значительное. Он, вероятно, сможет завершить фазу проверки до тридцатого уровня. Возможно, раньше, если он это приоритезирует.
Торн, до сих пор молчавшая, издала тихий звук, который был почти смехом.
— Это указывает ему на правильные двери, — сказала она. — Но не открывает последнюю. Нить происхождения — это не документальная проблема. Истинное наследие не находится ни в одном архиве, который хранитель может ему передать.
— Значит, это нить, а не ответ, — сказал Сон.
— Большая нить, — предложил Кенджи. — Связанная с историей происхождения. Но все еще одна из нескольких.
Сон медленно кивнул. Награда соответствовала тому, что только что сделал игрок. Значительная. Не катастрофическая.
Он продолжал смотреть на экран.
В основном потоке вернулся звук Каге. Он шел на север к Корросу с Вами, разговор скатывался к непринужденному. Затем Каге упомянул рейд.
Сон замер.
— Рейд. Коррос.
Вышло тихо. Такая тишина, которая случается, когда расчет еще не завершен, а рот движется впереди него.
София перешла к активному журналу планирования Каге. Замерла на ссылке. — В окрестностях Корроса в настоящее время активно только одно рейдовое подземелье, сэр. Оно скрытое. — Она вызвала запись. — Смещающиеся Галереи. Игрок по имени Жердев приобрел ключ.
— Обзор.
София направила файл подземелья на основной дисплей.
Сон читал.
Обзор заполнялся по разделам.
— О, — сказал он. — О—
— Черт, — закончила Торн.
Вчера глаз размером с озеро выразил свое предпочтение.
Он предпочел, чтобы Джулиан Коллвилл находился где-нибудь в другом месте.
Мнение прозвучало с силой.
В одно мгновение он стоял в Предгорьях Пепельной Долины с Веритасом в руке, ученый в рваном плаще между ним и Каге, и пробуждение Титана, прокатывающееся по горам, как мысль сквозь плоть.
Затем мир ударил его.
Он полетел на восток.
«Быстро» почти сразу перестало быть полезной единицей измерения. Пепельно-серые хребты исчезали под ним. Окаменевшие ребра предгорий размылись в единую полосу израненного цвета. Его тело вращалось в воздухе, броня ловила свет рваными вспышками, и в течение нескольких долгих секунд он наблюдал, как земля проносится мимо него, пока он летел спиной, словно человека вышвырнули с концерта за чрезмерную честность.
Его полоска здоровья рухнула до красной нити.
Девяносто восемь процентов. Нет.
У Джулиана было время обдумать свои варианты. В этом и заключалось настоящее оскорбление.
Менее развитый разум запаниковал бы. Джулиан проводил сортировку.
Предписание Хабеас Корпус требовало цели. Пустое небо упорно отказывалось квалифицироваться.
Указ о Запрете требовал контакта.
Вердикт: Отсечение получал выгоду от вины, а горизонт еще не совершил преступления.
Его Домен отключал случайность. Гравитация, инерция и широкая архитектурная злоба пробуждающегося Титана оставались досадно законными.
Веритас вибрировал в его руке, нетерпеливый, как часто бывает живая сталь, когда перед ней маячит насилие. Клинок помнил каждый закон, который он приводил в исполнение. Он не мог, к сожалению, перепроверить инерцию.
Поэтому Джулиан сделал единственное, что ему оставалось.
Он смотрел.
Пепельная Долина исчезла. Зеленая страна сменила серую. Под ним мелькали пастбища и сломанные каменные стены. Река распустилась яркой дугой где-то на юге. Его траектория продолжала нести его на восток, все дальше и дальше, пока ландшафт внизу снова не изменился.
Серебряный.
Сначала он принял его за воду, ловящую свет.
Затем формы превратились в деревья.
Они поднимались колоссальными колоннами из мшисто-темного пола, стволы настолько огромные, что их кора выглядела меньше как дерево и больше как полированный металл, обвитый живой архитектурой. Их кроны растворялись в серебристо-зеленой дымке, которая могла быть облаком, или светом, или и тем, и другим. Листья размером с паруса мерцали над головой, каждый из них ловил золотой закат и рассеивал его обратно медленными, ленивыми осколками.
У Джулиана была одна последняя мысль перед ударом.
Абсурдно красиво.
Затем он ударил.
Или, скорее, идея удара возникла и была вежливо перенаправлена.
Серебряный лист склонился под ним.
Это было ближайшее приближение, которое мог создать его разум. В одно мгновение он мчался по воздуху со скоростью, достаточной, чтобы разорвать кость сквозь зачарованные латы. В следующее он стоял прямо на огромной изогнутой поверхности, которая слегка прогнулась под его ботинками и впитала все событие, как шелк, положенный на воду. Ни хруста. Ни унижения от того, что его отбросило.
Движение исчезло. Урон остался. Его здоровье все еще висело на грани исчезновения, нить красного цвета, натянутая над пустой чернотой, но его тело держалось. Лист поднял его мягко, почти учтиво, и замер.
Джулиан стоял там, затаив дыхание, одна рука на Веритасе, и смотрел в серебряный лес.
Он стоял у основания дерева, внутренне каталогизируя интересную физическую реальность того, что что-то поглотило его полную инерцию, не получив ни единой вмятины на своей поверхности. Лист оставался прикрепленным к ветви. Безупречно. Даже намека на дрожь в его стебле не было.
Он посмотрел на свои ОЗ. Он посмотрел на лист.
Хм.
— Мне повезло, — сказал он деревьям.
Деревья выразили свое одобрение, не делая абсолютно ничего.
Это было вчера.
Теперь, днем позже, лес все еще отказывался от знакомства.
Джулиан двигался между корневыми системами, достаточно широкими, чтобы вместить часовни. Серебряные листья плыли высоко над головой в медленном свете, хотя ни один из них, казалось, никогда не падал. Тот же золотой час удерживал зону в лестной хватке. Вечер никогда не наступал. Тени никогда полностью не удлинялись. Все это место существовало в последнем снисходительном моменте перед закатом и, по-видимому, решило сохранить его.
Воздух пах грушевым цветом, теплой смолой и цветочной сладостью настолько безупречной, что через час она становилась гнетущей. К шестому часу она ощущалась ухоженной. К двенадцатому — враждебной.
Он вырос в ухоженных местах.
Консерватория Коллвилла в Женеве нанимала восемь человек, двух импортных садоводов и одного капризного инженера по климату, чтобы создать аналогичное вечное цветение для зимних гала-концертов. Даже это дорогое тщеславие иногда уступало пожелтевший лепесток или уставшую розу.
Этот лес достигал совершенства с меньшими видимыми усилиями. Это делало его хуже.
Мох под ногами не издавал звука. Серебряные кроны, если они вообще двигались, не издавали звука. Вся зона работала на громкости чуть ниже порога интересного.
Листья не падали. Он проверил это с неловким уровнем самоотверженности, стоя под особенно крупным экземпляром одиннадцать минут с той интенсивностью, которую он в последний раз направлял на мастера-противника в финальном раунде турнира. Листья оставались прикрепленными. Ветви оставались неподвижными. Дерево не давало никаких комментариев по поводу наблюдения.
Удушающе. Это было слово, и он позволил себе использовать его честно. Кабинет его отца пах так. Под контролем. Преднамеренное отсутствие чего-либо незапланированного.
Джулиан пытался использовать обычные решения.
Он надрезал кору, чтобы пометить свой маршрут. Серебряное дерево затянулось, пока он наблюдал, рана затягивалась тихим мерцанием.
Он сломал нижнюю ветку. Ветка растворилась в его руке и снова появилась, прикрепленная к стволу в первозданном виде.
В первый час он пытался сорвать цветок. Он растворился между его пальцами и восстановился в земле, прежде чем он сделал два шага. Он присел и сравнил замену со своей памятью об оригинале. Реконструкция была почти идеальной. Асимметрия в третьем лепестке была незначительно отличной от исходного материала.
Копия, содержащая ошибку точности. Он записал ее в глубине своего сознания, где ждали паттерны.
Он убил трех монстров.
Каждый из них растворился в сущность и через мгновение восстановился с полным здоровьем и той же пустой элегантностью.
Лес исправлял любое возмущение.
Место без последствий должно было наскучить ему. Вместо этого оно раздражало его на гораздо более глубоком уровне. Весь его класс вращался вокруг вердикта и наказания. Закон имел значение, потому что он действовал. Суждение имело значение, потому что оно приводилось в исполнение и оставалось в силе.
Это место относилось к окончательности как к эстетической ошибке.
Движущаяся форма пересекла мох впереди.
Хмурый взгляд Джулиана углубился на измеримую степень.
Существо вышло из-под двух серебряных корней с легкой уверенностью того, кто никогда в жизни не проигрывал.
Кошачье, хотя это слово не подходило наполовину через описание. Оно стояло на уровне плеч, как большая лошадь. Серебристо-белый мех лежал по его телу гладкими плоскостями, которые ловили сумерки и преломляли их в бледно-зеленое сияние. Его глаза горели насыщенным янтарно-золотым светом, достаточно теплым, чтобы предполагать интеллект, достаточно холодным, чтобы исправить это впечатление мгновение спустя. Черные когти бесшумно выскальзывали из бархатных лап.
Его хвост один раз качнулся.
Система ответила.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Крадущийся Серебряный Грива - Ур 42
ОЗ: 7,680/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан положил одну руку на Веритас и изучал зверя.
Разрыв в четырнадцать уровней. Значительный. Его мускулатура относила его к категории «прыжок-и-разрыв». То, как свет слабо собирался у него в горле, предполагало какое-то вторичное магическое поведение. Его походка распределяла вес в основном на переднюю часть тела. Это обычно означало взрывные изменения направления и небольшое усилие в плечах перед каждым прыжком.
Предсказуемый, значит. Просто предсказуемо смертоносный.
Крадущийся Серебряный Грива пригнулся.
Джулиан вздохнул.
— Снова, — сказал он.
Он прыгнул.
Веритас вылетел одним чистым движением.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Инерции: Активен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зеленый свет вспыхнул на краю его зрения.
Крадущийся Серебряный Грива преодолел двенадцать метров менее чем за секунду. Джулиан встретил его под углом, а не по центру, поймав одну когтистую переднюю лапу на своем клинке и соскользнув с силы, а не оспаривая ее напрямую. Удар все равно пронзил его руку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-128 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его ответный удар прочертил яркую линию поперек его плеча.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-181 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он приземлился, извернулся и пробежал три шага вверх по серебряному корню, прежде чем снова броситься ему на голову.
Там.
Небольшое опускание правого плеча перед каждым решительным прыжком.
Джулиан шагнул внутрь второго выпада и снова ударил.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-194 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зверь двигался постоянно. Вбок, вверх, назад, над корнями, вокруг стволов. Он сражался, как мысль, отказывающаяся сидеть на месте. Под Эдиктом Инерции это стало щедростью.
Губы Джулиана сжались в нечто похожее на одобрение.
— Гораздо лучше.
Крадущийся Серебряный Грива зашипел, закружился, затем резко развернулся влево с такой скоростью, что все расплылось.
Джулиан развернулся вместе с ним.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перекрестный Допрос
-307 ОЗ
Цель Замедлена! Скорость Передвижения -90% на 1.5с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тяжелое замедление сработало. Следующий шаг Крадущегося Серебряного Грива стал ужасным. Его задняя лапа слегка волочилась по мху, достаточно, чтобы Джулиан сократил дистанцию и нанес базовый удар по его ребрам.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-176 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он огрызнулся на него с поразительной досягаемостью.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-143 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Коготь задел его нагрудник и оставил три черные царапины на металле.
Боль обострила его. Он позволил ощущению улечься. Зверь слабо пах толчеными цветами под более чистым запахом шерсти и крови, что каким-то образом делало его еще более оскорбительным.
Замедление исчезло. Крадущийся Серебряный Грива отпрыгнул назад, используя основание ствола как трамплин, затем атаковал сверху.
Джулиан сменил стойку в середине поворота.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Завоевания: Активен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Красный цвет омыл края мира.
Он принял нисходящий удар на свой наплечник, получил Мандат и ответил насилием.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-161 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +6
Перекрестный Допрос
-356 ОЗ
Уязвимость применена. Цель получает +20% урона от всех источников на 3с.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
На этот раз разрез пришелся сильнее. Красный цвет подходил для жестокости.
Крадущийся Серебряный Грива приземлился неправильно, перекатился и мгновенно исправился. Хорошее восстановление. Красиво, на самом деле, в том раздражающем смысле, в котором техника соперника может быть красивой.
Его здоровье неуклонно падало, затем остановилось. Разрыв в уровнях заявил о себе сопротивлением шкуры и мышц. Джулиану потребовалось несколько больше обменов, чем он предпочел бы, что при других обстоятельствах могло бы считаться освежающим.
Здесь, внутри пропитанной парфюмом тирании вечных сумерек, это квалифицировалось как административная задержка.
Крадущийся Серебряный Грива снова прыгнул.
Джулиан двинулся вместе с ним, клинок мелькал между защитными позициями. Мир сузился до векторов и выбора. Каждый прыжок давал ему Мандат. Каждая ответная царапина вызывала ответное наказание.
Прошла минута.
Затем еще одна.
Серебряный мох рвался под их ногами. Янтарная кровь и собственная более темная красная кровь Джулиана запятнали корни. Урон ландшафту начал затягиваться почти сразу.
Его раздражение росло.
Тактика Крадущегося Серебряного Грива изменилась первой.
Он разорвал дистанцию внезапным прыжком назад, приземлился на вершину массивного корня и глубоко вдохнул. Золотые частицы поднялись из ближайших цветов в ответ и закружились к его челюстям.
Вот оно.
Каст.
Джулиан изменил цвет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Тишины: Активен
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Синий цвет наполнил его периферийное зрение холодной ясностью.
Он двинулся до того, как зверь выпустил заклинание.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Указ о Запрете
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Веритас коснулся его груди. Печать вспыхнула, холодная и ясная.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-214 ОЗ
Запрет применен. Никакого Намерения на 3с.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крадущийся Серебряный Грива все равно выстрелил.
Собравшийся свет вырвался из его пасти волной заостренной пыльцы и поющих нитей.
Правило нарушено.
Синий ответил.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Правило Нарушено: Каст
Цель Заглушена! 3с
-988 ОЗ (Чистый Урон)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Взрыв схлопнулся в его горле. Золотой свет разорвался внутрь. Существо пошатнулось, лапы рвали корень, и Джулиан увидел, как его здоровье резко падает.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Крадущийся Серебряный Грива - Ур 42
ОЗ: 4,321/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Лучше.
Гораздо лучше.
Джулиан продвигался с размеренной экономией. Крадущийся Серебряный Грива попытался отступить вдоль линии корней. Он снова переключился на зеленый.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Инерции: Активен
Предписание Хабеас Корпус
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Гравитация ответила ему. Зверь был вырван из равновесия, протащен десять метров по воздуху к его клинку. Пункт инерции превратил принудительное притяжение в свежее нарушение, и Мандат пронесся обратно сквозь затраты, как юридическая лазейка, открывающая религию.
Его следующий взмах ускорился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-262 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крадущийся Серебряный Грива приземлился в полускольжении. Джулиан оттеснил его влево, рубанул вправо, затем нанес еще один базовый удар в плечевой сустав всякий раз, когда он пытался восстановить ритм.
Зверь прекрасно адаптировался.
Он сымитировал хромоту, заманил его под углом и задел бедро отступающим когтем.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-119 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Брови Джулиана приподнялись.
— Умно.
Он это имел в виду.
Он также наказал его.
Снова красный. Более жесткий обмен. Разрез по линии плеча. Удар навершием в челюсть. Еще один короткий рубящий удар под передней ногой, пока Уязвимость все еще сохранялась.
Его здоровье медленно падало.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Крадущийся Серебряный Грива - Ур 42
ОЗ: 1,084/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крадущийся Серебряный Грива собрался для последнего рывка, тело опустилось, хвост застыл, янтарные глаза устремились на его горло.
Он выбрал бегство.
Конечно, он так и сделал.
Зверь отпрыгнул назад в серебристом размытии, целясь в верхние корни, где местность ему благоприятствовала. Джулиан следил за движением со спокойным интересом. При менее чем восьми процентах здоровья порог вырисовывался в его сознании с четкой определенностью судебной печати.
Восемь процентов от 7 680 составили 614.4.
У зверя было слишком много здоровья для казни.
Поэтому он исправил это.
Один чистый, проходной удар, когда он пролетал мимо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-176 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
Крадущийся Серебряный Грива - Ур 42
ОЗ: 908/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Все еще слишком высоко.
Еще один обмен. Скользящий удар по линии пятки, когда он поворачивался.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-151 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
ОЗ: 757/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крадущийся Серебряный Грива снова прыгнул вверх.
Джулиан улыбнулся.
Последний зеленый удар в круп, когда он оттолкнулся.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-169 ОЗ
Мандат Сгенерирован: +5
ОЗ: 588/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вот.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вердикт: Отсечение
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зеленый превратил казнь в преследование. Джулиан исчез со мха и вновь появился в пятнадцати метрах, в тот же миг, моргая, на фланге зверя, когда тот бежал. Веритас опустился безжалостной серебряной линией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
ОЗ цели ниже 8%. ВИНОВЕН.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Удар пришелся гарантированно критически.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический Удар! -712 ОЗ
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Тело Крадущегося Серебряного Грива раскололось. Свет вырвался сквозь мех и кости. Элегантная форма рассыпалась на ленты бледно-серебристо-зеленой сущности, которые спирально поднимались между корнями, как встревоженный парфюм.
Джулиан выдохнул.
И ждал награды.
Система ничего не сказала.
Никакого опыта.
Никакого лута.
Тишина держалась один такт, затем два.
Серебристо-зеленая сущность изменила курс.
Она сложилась обратно к мху, сгустилась и восстановилась, начиная с лап, с отвратительной грацией. Мех. Кости. Глаз. Коготь. Дыхание. Полное здоровье. Тот же янтарный взгляд. Та же безупречная шкура. То же незапятнанное плечо, куда пришелся его первый удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Крадущийся Серебряный Грива - Ур 42
ОЗ: 7,680/7,680
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Джулиан уставился на него.
— Конечно, ты это делаешь, — сказал он.
Крадущийся Серебряный Грива снова пригнулся.
Он уже усвоил этот урок вчера с другими существами. Первый олень растворился. Второй вернулся. Третий убедил его, что лес считал смерть редактируемым черновиком. Опыт не улучшил концепцию.
Тем не менее, какая-то часть его допускала возможность, что хищник 42-го уровня проявит немного больше воображения.
Он этого не сделал.
Он прыгнул.
Джулиан отказался от идеи убить его и перешел к процедуре.
Сначала зеленый. Форсировать движение. Обложить налогом рывок.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Инерции: Активен
Указ о Запрете
-203 ОЗ
Запрет применен. Никакого Движения на 3с.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крадущийся Серебряный Грива мгновенно нарушил правило инстинктом, бросившись в очередной выпад.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Правило Нарушено: Попытка Движения
Цель Обездвижена! 1.5с
-611 ОЗ (Чистый Урон)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его тело застыло посреди движения и рухнуло на мох с рычанием.
Джулиан двинулся вперед.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Перекрестный Допрос
-298 ОЗ
Цель Замедлена! Скорость Передвижения -90% на 1.5с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зверь выкашлял вспышку золотого света, пытаясь выполнить еще один каст. Джулиан переключился на синий и задел горло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Тишины: Активен
Перекрестный Допрос
-284 ОЗ
Блокировка Горла применена. Заглушен на 3с.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Его рев умер strangled hiss.
Затем красный. Немного пошлости, чтобы завершить последовательность.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Эдикт Завоевания: Активен
Предписание Хабеас Корпус
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Гравитационное притяжение резко потянуло его вперед, в ожидающее плечо Джулиана.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
-437 ОЗ
Цель Подброшена! 1.0с
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Крадущийся Серебряный Грива поднялся, беспомощный на одно сердцебиение, затем рухнул в некрасивом клубке серебряных конечностей. Джулиан установил одну последнюю печать, пока он приземлялся.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Указ о Запрете
-219 ОЗ
Запрет применен. Никакого Насилия на 3с.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Зверь ударился о мох, попытался пробиться сквозь обезоруживание и оглушил себя об приговор.
Джулиан повернулся и ушел.
Позади него лес наполнился гневным животным звуком, приглушенным эффектами тишины, замедленным корнями, прижатым правилами и задержанным простым фактом, что он уже решил последовательность.
Он оставил тридцать метров между собой и столкновением, затем пятьдесят. Шумы поредели. Аромат вернулся в полную силу.
Он положил одну руку на серебряный ствол и посмотрел на тонкую полоску крови на Веритасе. Клинок гудел, довольный собой.
— Временная работа, — пробормотал Джулиан.
Он вытер сталь о поросший серебряным мхом берег.
Мох блеснул. Кровь исчезла. Каждое лезвие вернулось к своему прежнему расположению с оскорбительной жизнерадостностью.
Джулиан посмотрел на него секунду, затем рассмеялся себе под нос.
— Эта игра.
Слова вырвались из него с улыбкой.
Маленькой. Достаточно настоящей, чтобы казаться странной.
Его бой с Каге возвращался по частям. Не в чистой хронологии, совсем нет. Не на этот раз. В ритме.
Окно давления. Боковой шаг. Пепел, движущийся не в ту сторону. Стекло там, где должна была остаться пудра. Ощущение другого интеллекта, занимающего то же поле боя, ни разу не ставшего бременем.
В этом и была истинная новизна.
Джулиан и раньше сражался бок о бок с сильными людьми — игроками. Он нанимал их. Тренировал их. Носил их. Иногда уважал их.
Каге принадлежал к более редкой категории.
Он понимал.
Когда Джулиан принимал решение, Каге видел это. Когда Каге искажал поле боя до чего-то откровенно неразумного, Джулиану никогда не нужно было спрашивать почему. Причина существовала в форме открытия. Этого было достаточно.
Их тайминг был синхронизирован с бесшовной жестокостью четырехручной пьесы, сыгранной двумя пианистами, которые никогда не репетировали и каким-то образом договорились о темпе с первого такта.
Сорок семь секунд. Его мандат-трекер записал это, потому что он записывал все. Сорок семь секунд, когда проблема не могла быть решена по заранее рассчитанному сценарию, когда решение требовало построения в реальном времени из неполных компонентов, когда цель одновременно выполняла тот же процесс в обратном порядке.
Он чувствовал себя живым.
Он использовал это слово раньше, применял его осторожно к конкретным моментам, которые мог назвать: сольное восхождение на Северную Стену Эйгера в ухудшающемся снежном буране; точная, затаившая дыхание середина третьего концерта Рахманинова, где оркестр умолкал, оставляя его парить над клавишами; высокорискованное корпоративное приобретение в Шанхае, где он порвал сценарий и поставил на кон репутацию Коллвиллов, основываясь на одном, непроверенном интуитивном решении, три случая за всю его жизнь, которые удерживали эту классификацию, не требуя корректировки.
Эти были точными. Правильными применениями.
Это было иначе в том смысле, в каком перевод, каким бы точным он ни был, все равно теряет что-то существенное из источника. Это было слово со всем весом, который упустили переводы.
Смех. Он вспомнил смех. Его собственный голос в его собственных ушах, выражающий что-то, что он не разрешал ему выражать, посреди обмена, пока кто-то активно пытался разрушить его защиту. Он услышал это и потратил четверть секунды на каталогизацию источника, прежде чем распознать владельца.
А потом был Страж Слёз.
Даже без участия Каге, это столкновение вошло бы в число самых требовательных вещей, которые Джулиан делал за многие годы. Босс нес в себе структуру. Вес. Он требовал точности, адаптации и степени честной реакции, которую обычный рейдовый контент обычно уступал в обмен на время и снаряжение.
Сражение бок о бок с Каге подняло это еще выше.
Страж сопротивлялся. По-настоящему. Он требовал от него большего, чем скорость исполнения и превосходная механика. Он толкал его к краю того, что мог навязать его класс.
Затем открылась третья фаза.
И Стражу требовалось то, чего не было... ну, в нем.
Горе. Подлинное. Логический шлюз системы был разработан для проверки подлинности, и Джулиан стоял в центре этого требования и проводил честную личную проверку.
Он понимал горе. Мог определить его структурно, проследить его поведенческие проявления, предсказать его дугу. Он много читал. Разговаривал с людьми, переживающими его. Был рядом с ним, в контролируемом контексте мира его семьи, на соответствующем расстоянии. Так, как стоишь у камина, не опуская в него руку.
Он не мог его произвести.
Не по команде. Понимать что-то и иметь к этому доступ, как оказалось, были совершенно разными компетенциями, и Джулиан потратил слишком много лет на совершенствование первой, очевидно, так и не развив вторую. Разрыв между ними был не изъяном в его анализе. Это было обнаружение.
Вместо этого он наблюдал за Каге.
Джулиан все еще видел его стоящим на коленях в пепле. Все еще слышал тишину, последовавшую за смертью колокола. Все еще вспоминал ужасающую интимность свидетельства того, как механика принимает чью-то боль в качестве действительной валюты.
Он знал достаточно, чтобы молчать.
Утешение обесценило бы момент. Представление опошлило бы его. Поэтому он подарил Каге единственный подходящий подарок.
Пространство.
Воспоминание сидело в нем неловко.
Точнее, оно что-то открыло.
Джулиану не нравилось это описание. Оно звучало сентиментально. Альтернатива звучала клинически и проваливалась еще сильнее. Замок сдвинулся, возможно. Запечатанная комната впустила воздух. Сквозняк теперь проходил через части его, которые он предпочитал, чтобы были под климат-контролем.
Он наблюдал, как Каге раскололся в той долине, и почувствовал, как соответствующее напряжение отозвалось в его собственной груди.
Он все еще не решил, одобряет ли он это.
Лес вокруг него светился вечным блеском. Контраст обострил мысль. Пепельная Долина требовала боли и имела в виду это. Это серебряное место стирало каждый порез, прежде чем он мог приобрести историю. Одна зона источала память. Другая бальзамировала ее под золотым светом и парфюмом.
Джулиан обнаружил, что предпочитает первое.
Это, больше всего остального, было показательным.
Он снова начал идти.
Корни скользили под его ботинками. Серебряные листья дрожали над головой в том же ленивом ритме, который они держали часами. Где-то позади него цикл Крадущегося Серебряного Грива, вероятно, завершился и снова вернулся к элегантности. Лес продолжит сохранять себя с агрессивной вежливостью.
Его интерфейс все еще отображал классовый квест как предложение со стрелкой, удаленной.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Классовый Квест: Цепь Арбитра
Цель: Суждение в ожидании.
Навигация недоступна.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Вал исчез с его маркера в тот момент, когда глаз Титана выразил свое мнение. Какова бы ни была классовая цель, которая затянула его в Пепельную Долину, она либо вышла за пределы досягаемости, либо ушла с заляпанным чернилами ученым.
Он должен был почувствовать раздражение.
Он чувствовал себя развлеченным.
Он потерял свою цель, свое направление и девяносто восемь процентов своего здоровья от глазного снаряда, выпущенного чем-то, что выглядело как пробуждение мертвого бога. Взамен он приобрел скрытый лес, где смерть была бессильна, картография сдалась, и каждое столкновение настаивало на том, чтобы его решали, а не фармили.
Этот обмен граничил с щедростью.
Затем был Каге.
Джулиан один раз прокрутил имя в своих мыслях и наблюдал, как оно оседает.
Думал ли Каге о том бою в тех же терминах? Ушел ли он от Стража, веря, что победа потребовала их обоих? Или Джулиан просто занимал полезное пространство, пока Каге делал то, что мог делать только Каге?
Вопрос приземлился с неприятной силой.
Он предпочитал версию, где он был необходим.
Предпочтение пришло до неловкости быстро. Он все равно оставил его.
Потому что возможность имела значение.
Джулиан провел большую часть своей жизни, окруженный людьми, которые смотрели на него снизу. Сотрудники. Соперники, которые рано потерпели поражение. Учителя, которые превратились в поклонников. Друзья, выбранные по удобству, статусу или семейной геометрии.
Каге никогда не смотрел на него так.
Каге смотрел на него так, как мечник смотрит на погоду. Актуально. Реально.
Джулиан хотел большего.
Он хотел следующего боя. Следующей зоны. Следующего момента, когда объяснение становилось ненужным, потому что само действие служило языком.
Если это сделало поиск личным, пусть будет так.
Он снова улыбнулся, на этот раз медленнее.
Эта игра становится только лучше.
Он прошел еще несколько минут, и эта мысль согревала его эффективнее, чем могли бы вечные сумерки.
Ландшафт менялся так постепенно, что это почти осталось незамеченным.
Корни впереди расширились и сплелись в более высокие арки. Аромат в воздухе немного ослабел, обменявшись частью своей приторной сладости на более зеленый, влажный запах. Серебряный свет над головой углубился. Листья стали плотнее, перекрываясь в тканый полог, который фильтровал золото в длинные вертикальные лучи.
Внимание Джулиана обострилось.
Наконец-то.
Изменение.
Он переступил через корень выше пояса, прошел под естественной аркой из бледного дерева и почувствовал легкое давление на кожу, как будто прошел сквозь мембрану, сделанную из прохладного воздуха.
Его интерфейс звякнул.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы входите в Сильванский Лес. Внимание: Уровень области значительно превышает ваш текущий уровень.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Камень все еще лежал на панели, как монета, оставленная на игорном столе.
Каге смотрел на него со скамьи между аптекой и магазином красок, пока Коррос продолжал шуметь вокруг него. Где-то по переулку зазвенела лютня. Кто-то слишком громко рассмеялся. Из кузнечного района доносился чистый, ритмичный звон молотов, бьющих по настроенному металлу. Весь город звучал так, словно пытался произвести впечатление на самого себя.
Одно очко сейчас. Следующее очко на двадцать восьмом.
Эта фраза минуту назад звучала разумно.
Затем он снова посмотрел на новое требование к опыту, и фраза превратилась в угрозу.
Он снова вызвал панель распределения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Доступные Камни Специализации: 1
Доступные Перераспределения: 3/3
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Три перераспределения помогли. Много, на самом деле.
Это изменило всю проблему.
Ему не нужно было жениться на первой выбранной ветке. Он мог разработать билд, протестировать его на полевых условиях, разорвать на части позже и притвориться, что предыдущие выборы были «исследованием», а не «угадыванием».
Он откинулся на скамью.
Открыть все три сначала, вероятно, правильно.
Каждое древо вначале загружало свой движок. Безмолвный Удар давал ему Физический Лексикон. Безмолвие давало ему систему Якоря и Величины. Дзисэй давал ему Порог. Первые очки были дорогими по альтернативной стоимости и до смешного хорошими в отдаче. Это обычно означало, что оптимальный путь был сначала широкий, затем специализация, как только игра переставала скрывать информацию.
Если это окажется неправильным, у него были перераспределения.
Если босс где-то требовал одного вырожденного взаимодействия от одной ветки, он мог сбросить, вложить три камня в одно древо и вести себя так, будто он планировал это с самого начала.
Хорошая система. Опасная система. Его любимый тип.
Затем число опыта ударило его в глаз.
Он открыл свой лист, посмотрел вниз и почувствовал, как его рот искривился.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Опыт: 4392/62500
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он видел это минуту назад и отмахнулся как от лишнего элемента панели.
Теперь он сосредоточился.
— Что.
Проходящий мимо игрок взглянул на него, решил, что парень в угольной одежде с черным как смоль мечом — это чужая проблема, и пошел дальше.
Каге продолжал смотреть.
Чтобы достичь двадцать пятого уровня, ему требовалось чуть меньше двенадцати тысяч опыта от двадцать четвертого. Около 11.8k, если он правильно помнил. У него было достаточно повышений уровня за плечами, чтобы чувствовать старый паттерн инстинктивно. Затраты быстро росли, конечно, но по плавной кривой. Тяжело. Управляемо.
Это число не было плавным. Оно ощущалось как удар кирпичом по лицу.
Он начал обращать формулу в своей голове. Старые пороги уровня. Старые скачки. Паттерн быстро сошелся.
Сто умножить на уровень в степени полтора.
Это подходило ко всему до этого. Он снова посмотрел на 62 500.
Сто умножить на двадцать пять в квадрате.
Сухой смех вырвался из него — двадцать пятый уровень был пограничным переходом. До него игра позволяла игрокам подниматься, после него игра начинала взимать арендную плату.
Он сделал и следующую часть, потому что, по-видимому, его мозг любил самоповреждение.
От двадцати пяти до двадцати шести было 62 500.
От двадцати шести до двадцати семи будет 67 600.
От двадцати семи до двадцати восьми будет 72 900.
Он посидел с этим секунду. Три уровня. Фраза звучала маленькой.
Фактическое число составляло 203 000 опыта. Он почти уважал эту дерзость.
Учебник закончен, подумал он. Хорошо, что они сказали об этом, ударив лопатой по зубам.
Это также сделало его прежний вывод более важным. Если первые очки были такими ценными, а будущие очки такими дорогими, то открытие всех трех древ до жесткой специализации все еще выглядело правильно. К тридцать первому уровню он мог бы запустить основные движки из каждой ветви.
Уровень тридцать один.
Он и это рассчитал, и тут же пожалел.
Еще 78 400. Затем 84 100. Затем 90 000. Всего с двадцать пятого по тридцать первый: 455 500 опыта. Он закрыл ментальную таблицу, прежде чем она превратилась в стрессовую сыпь.
— Проблема на потом, — пробормотал он.
Люма-орб проплыл мимо на уровне глаз, омывая скамью мягким фиолетовым светом. Это заставило мозаичные плитки выглядеть мокрыми.
Он вернулся к древам.
Ветка Дзисэй сначала соблазнила его, потому что, конечно же, так и было. Порог был грязным. Элегантным тоже, в хищном смысле. Теряешь здоровье, получаешь силу. Никаких порогов. Никаких уловок с подготовкой. Просто чистое скалирование с болью. В дуэли или соло-бою он мог бы сам снизить свои ОЗ, удерживать линию и использовать бонус до конца.
В рейде?
Ужасно.
Два целителя мгновенно изменили математику.
Лили шла. Девушка Вами, очевидно, была вторым целителем, что означало, что у рейда было реальное покрытие восстановления. Рейдовые боссы также любили неизбежный урон. Рассечения. Пульсы. Проверки по всей комнате. Механики, которые срабатывали, потому что дизайнер хотел, чтобы все страдали вместе. Преднамеренно поддерживать низкий уровень здоровья в такой среде означало играть в азартную игру против товарищей по команде и скриптового урона одновременно.
Он уважал древо. Он не доверял его незнакомцам и двум жрецам.
Он переключился на Безмолвие.
Это было чище по-другому. Удерживать пространство. Наращивать Величину. Снимать дебаффы. Восстанавливать ресурсы. Это было древо дуэлянта, замаскированное под медитацию.
Он уже чувствовал, насколько неприятным оно станет позже.
Проблема была в тайминге.
Рейд начинался через несколько минут. Безмолвие предлагало устойчивость и контроль. Хорошие инструменты. Даже немедленные инструменты. Но два целителя уже покрывали часть его ценности. Если он получал небольшой урон, целители существовали. Если рейд сталкивался с дебаффами, целители существовали. Древо все равно было бы хорошим. Просто он не почувствовал бы первый пункт так остро сегодня вечером.
Оставался Безмолвный Удар.
Его глаза снова остановились на левой ветке. Это та самая. Причина была проста.
Он вручную синхронизировал свои стихи, чтобы они попадали в точные физические такты с момента разблокировки Ритмического Потока. Каждый обмен мечом запускал два параллельных процесса одновременно: бой и композицию внутри боя. Если Физический Лексикон решал это по замыслу, если стихи автоматически генерировали двойной тик Схождения, потому что физическое действие и стих были одним и тем же в этом древе, умственная нагрузка значительно снижалась. Он не мог знать этого, пока не активирует его. А единственный способ активировать его — это выбрать его. Просто сталь, тайминг и согласованность.
Неотвеченные вопросы были аргументом за это, а не против.
Самый большой сидел в центре его мозга, как зажженная спичка.
Если бы само физическое ключевое слово считалось привязанным по времени стихом поверх фактического действия, генерировало бы оно отдельное Схождение по умолчанию?
Если да, то древо было абсурдным. Если да, это решало одну из самых раздражающих частей его текущего боевого цикла.
Он нажал на первый узел, и камень растворился в бледном свете.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Камень Специализации потрачен.
Древо Навыков Разблокировано: Безмолвный Удар
Основная Механика Приобретена: Физический Лексикон
Навык Приобретен: Единое Дыхание
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Панель расширилась. Новый текст потек вниз тонким серебряным шрифтом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Физические Стихи разблокированы.
Физические Стихи не требуют Названия.
Намерение и цель оцениваются по завершенному действию.
Базовая Стоимость: 75 Авена за первое ключевое слово.
Каждое дополнительное ключевое слово удваивает общую стоимость.
Текущая максимально поддерживаемая физическая последовательность: 2 ключевых слова.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он встал со скамьи и шагнул на чистый участок плитки рядом с закрытым магазином пигментов. Пара учеников, несущих запечатанные глиняные кувшины, замерла, увидела меч и ускорила свои жизни в другом направлении.
Умные дети.
Он уже видел, как древо будет масштабироваться с изменениями вектора Мумьё. Точное повторяющееся действие было трудным с обычным мечом, потому что инерция и восстановление всегда затуманивали линию. Мумьё исключал восстановление из уравнения со стороны оружия. Его рука все еще должна была подчиняться плоти и характеристикам, но сам клинок не имел нулевой лояльности к импульсу.
Это древо было разработано для обычной стали. Мумьё превратил его в проблему общественного здравоохранения.
Панель висела перед ним. Уличный музыкант где-то рядом сыграл неверную ноту на флейте и все равно продолжал играть.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Лист Персонажа: Каге
Уровень: 25
Класс: Архитектор Стиха (Легендарный Поэт)
Подкласс: Самурай
Опыт: 4392/62500
ОЗ: 640/640
Авен: 1420/1420
Вес: 31/80
Схождение: 0/100 | Состояние: Заточен
Эффективность Парирования: +10%
Сила: 36
Ловкость: 50
Выносливость: 38
Интеллект: 15
Искусство: 116
Физический Урон: 144
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Он уставился на это, и его выражение лица стало плоским.
Боже.
На двадцать пятом уровне. На Поэте.
Класс ремесленника. Легендарный класс ремесленника, конечно, но все же класс, который теоретически должен был бы проводить большую часть своей жизни, сочиняя литературу для людей.
Вместо этого он смотрел на 36 Силы, 50 Ловкости, 640 ОЗ, 1420 Авена, 144 физического урона, базовые преимущества Схождения и выделенную линию эффективности парирования. Звуковые Бинты давали 10% скорости атаки. Мумьё давал еще 10%.
До того, как Схождение поднялось. До того, как какие-либо неприятные взаимодействия внутри подкласса успели созреть.
И это ничего не говорило об остальной части листа. Легендарное растущее оружие. Два уникальных предмета. Два активных звания. Бонусный урон по целям, чей истинный лор он знал. Классовая механика, которая вознаграждала его за понимание, а не за фарм. Разумный короткий меч, который игнорировал инерцию всякий раз, когда это казалось полезным.
Это выглядело как билд, который заставлял форумных пользователей выдумывать теории заговора и начинать печатать заглавными буквами. Отвращение и удовлетворение пришли вместе.
Он почувствовал оба. Он принял второе первым.
Вся фишка игры заключалась в живом мире и почти полном невмешательстве разработчиков. Иггдрасиль хвастался этим всегда. Динамический ИИ, эмерджентные системы, никаких постоянных указаний, никаких экстренных хотфиксов каждый раз, когда игрок обнаруживал что-то мощное.
Если у него был этот лист, то либо они проверили его и одобрили, либо Морфеус увидел его и решил, что было бы забавно позволить ему жить.
И то, и другое считалось разрешением.
Конечно, подумал он, глядя на панель. Полностью сбалансировано.
Он закрыл ее и наконец двинулся.
Таймер рейда в его голове сократился до нескольких минут.
Он прошел по Мозаичной Тропе к главному входу в Коррос, оставляя слабые серые следы пыли на яркой плитке, пока Поступь Пепельной Дюны несла его вперед. Город теперь светился вечерними цветами. Плавающие люма-орбы дрейфовали под арками в мягком золоте и глубокой сливе. Стены с фресками над проспектами менялись медленно движущимися сценами королей, войн, урожаев, святых и всех других лжи, которую любили рассказывать о себе цивилизованные места.
Чем ближе он подходил к воротам, тем громче становился город.
Дуэлянты сражались на открытом поле за стенами, пока стражники Лазурной Стражи наблюдали, как раздраженные искусствоведы. Бард у входа пел героическую балладу для ровно шести слушателей и одной спящей собаки.
Коррос все еще был чрезмерен.
Он достиг главного входа на пять минут раньше и выбрал место прямо внутри ворот, где у него были чистые линии обзора в трех направлениях и одна известняковая колонна за спиной. Привычка. Всегда привычка.
Общий гомон пронесся по области волнами.
Танк в бронзовых доспехах хвастался удержанием агро на боссе зоны в течение семнадцати секунд. Два минмаксера спорили о том, является ли удача фальшивой характеристикой, скрытой за лоровыми триггерами. Ролевик в бархате объявил себя «наследником забытых вод, тронутым луной», затем чуть не попал под повозку курьера.
Каге позволил шуму пройти мимо него. Минуту спустя справа раздался голос.
— Привет.
Он повернулся. Над новичком парил неймплейт.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Рен - Ур 21 (Дуэлянт Тихой Воды)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Название класса появилось первым. Осанка — второй.
Стройное телосложение. Минимальная броня, функциональная, а не декоративная, крой брючин, вдохновленный хакамой, и легкие кожаные пластины без украшений или косметических добавлений. Одиночный изогнутый длинный меч, на семь-восемь дюймов длиннее Мумьё, чисто сидел на левом бедре. Прямая осанка, вес устойчиво и равномерно распределен по бедрам. Обе руки были расслаблены, но расположены так, как располагались руки, когда тело накопило достаточно времени, чтобы знать, что ему может понадобиться дальше.
Три метра.
Каге поглотил расстояние, не афишируя это.
Преднамеренное измерение привело к небольшому перекомпенсации. Кто-то, постоянно рассчитывающий подходящий зазор, приходил к 3.2 или 2.8. Три метра были тем типом, который был усвоен: вписан через повторение, пока правильный интервал не перестал быть числом и не стал местом, куда тело приходило без указаний. Более конкретно: правильное расстояние для этой длины оружия, этой ширины рукояти, этой стойки, относительно цели роста Каге. Не привычка личного пространства. Точное правильное расстояние для этого конкретного обмена, и оно не потребовало ни одной сознательной мысли для достижения.
Что-то в глубине сознания Каге записало для этого ярлык. Он двинулся дальше.
Следующей немедленной реакцией Каге было замешательство.
Я знаю этого парня?
Рен сделал небольшой, почтительный кивок.
— По описанию Лили, — сказал он, — вы должны быть Каге. Я здесь для рейда.
Верно.
Сообщение Лили часовой давности всплыло из стопки.
ну он сегодня свободен!! можно ли ему присоединиться к рейду?? у него редкий класс, Дуэлянт Тихой Воды ... и он, честно говоря, очень, очень хорош. типа очень хорош. он был одним из моих лучших друзей с тех пор, как я начала играть в игры, и я думаю, что ты его действительно полюбишь!! пожалуйста, пожалуйста, можно ему прийти? :)
В то время Каге был по локоть в механиках самопожертвования и математике подклассов. Он отправил рассеянное одобрение и двинулся дальше.
Теперь у сообщения появилось тело. И тело знало расстояние.
Интересно.
Дуэлянт Тихой Воды на двадцать первом уровне указывал на Редкую разблокировку, основанную на условиях, а не на стандартном пути прогрессии. Верное предположение. Редкие классы на этом этапе цикла выпуска игры составляли действительно небольшую демографическую группу. Название класса сообщало о механиках продолжительного обмена, экономии стойки, чтениях, построенных под продолжительным давлением. Одиночное оружие, отсутствие косметических вложений, броня, выбранная чисто по функциональности. Все это наслоилось на тело, которое заняло точное ма-ай без расчетов.
Улыбка коснулась рта Каге такт спустя. Он заметил ее только после того, как она уже была там.
— Привет.
Он позволил трем метрам оставаться там, где они были.
Рен двинулся первым.
Он отставил одну ногу назад, аккуратно положил обе руки по бокам и поклонился.
Это был настоящий поклон. Чистая линия позвоночника. Точный угол. Достаточно точный, чтобы плечи Каге рефлекторно выпрямились.
— Спасибо, — сказал Рен, выпрямляясь. — За то, что помог Лили и остальным зачистить Гоблинские Шахты в день запуска.
Каге моргнул один раз.
Большинство игроков благодарили других, лутая их быстрее, забирая сундук босса и печатая «gg» на выходе. Этот парень поклонился так, будто стоял на полированном дереве с синаем в руках.
Слабый импульс прошел через хватку Мумьё у бедра Каге.
Рен продолжил, прежде чем Каге успел решить, какое выражение лица подходит к этой ситуации.
— Я должен был быть в той группе. Кое-что случилось в реальной жизни, и я пропустил запуск на несколько часов. — Его голос оставался спокойным, уважительным. — Лили сказала мне, что они провалили бы подземелье без тебя.
Искренность ударила сильнее слов.
У Каге была готовая полка, полная ответов на подозрения, жадность, панику, эго и просто старую добрую тупость. На искреннюю благодарность уходило больше времени. Всегда уходило.
Вежливость? — подумал он.
Ярлык казался дешевым.
Нет. Вес. Парень имел это в виду.
Каге коротко кивнул ему.
— Мне это тоже пошло на пользу. — сказал он. — Твои друзья не отставали.
Глаза Рена слегка сузились при этих словах. Одобрение, возможно. Облегчение, возможно. Он еще раз склонил голову, на этот раз меньше.
— Я рад.
Разговор достиг естественной точки остановки и сразу стал неловким. Каге мог справляться с хаосом и невозможными окнами тайминга. Самостоятельная социальная искренность продолжала находить бреши в его броне.
К счастью, вселенная послала ему аварийный выход в форме движущегося маяка.
Белая полоса прорезала толпу у ворот.
Даже под золотыми и фиолетовыми огнями Корроса броня Вами выглядела оскорбительно. Он шел так, будто владел тремя разными скоростными ограничениями и считал все их оскорбительными.
Рядом с ним шла женщина, которая сразу же заставила всю визуальную композицию обрести смысл по контрасту.
Джулс — Ур 20 (Лекарь)
Первое, что заметил Каге, было отсутствие помпезности. Она не пыталась. Легкая броня, практичного покроя и красиво сидящая, инструменты целителя расположены без украшений. Она, очевидно, использовала свое реальное биометрическое сканирование, потому что лицо было просто лицом, той пропорциональной, подлинной конструкцией, которая выделялась в городе, полном скульптурных фэнтезийных образов, именно потому, что она не пыталась ничего доказывать.
Вами увидел Каге и усмехнулся.
— Ты вовремя, — сказал Каге.
— Знаю. Постарайся скрыть свое волнение.
Джули посмотрела с Вами на Каге, затем улыбнулась Каге легкой улыбкой, которая действительно коснулась ее глаз.
— Значит, ты и есть Каге.
— Это зависит от обстоятельств, — сказал Каге. — Меня в чем-то обвиняют?
Джули сразу же рассмеялась. Легкий смех. Никакого напряжения в нем.
— Пока нет. Я Джули. В игре — Джулс. — Она ткнула большим пальцем в сторону Вами. — Это бедствие принадлежит мне.
Вами прижал руку к груди. — Грубо.
— Точно.
—Он сказал, что ты очень хорош», — сказала она, и в ее тоне чувствовался вес человека, исправляющего запись, которая была преуменьшена. —Что от Вами, честно говоря, чертовски высокая похвала».
Вами, казалось, проверял свой инвентарь.
Каге посмотрел на него. Вами закрыл инвентарь и ничего не сказал, уголки его рта делали что-то, что не совсем было улыбкой.
Рен вежливо кивнул им. — Рен.
Взгляд Вами скользнул к неймплейту Рена.
Рен — Ур 21 (Дуэлянт Тихой Воды)
— Редкий класс? — сказал он. — Хорошо. Если этот рейд превратится в бойню, я предпочитаю квалифицированных коллег.
Рен воспринял это с тем же спокойствием, что и все остальное. — Я постараюсь соответствовать твоим стандартам.
— Не получится, — весело сказал Вами. — Ни у кого не получается. — Его глаза на долю секунды метнулись к Каге.
Джули похлопала его по руке, когда они остановились рядом с Каге. — Он говорит такие вещи, когда хочет завести друзей.
— Я говорю такие вещи, когда я прав.
Каге снова посмотрел на Джули, на этот внимательно.
Лекарь.
Прежде чем мысль успела устояться, остальная часть группы прибыла рыхлой группой с рыночной дороги.
Лили шла первой, посох в руке, рыжеватые волосы собраны назад, выражение лица просветлело в ту же секунду, как она заметила Каге.
Лили — Ур 18 (Святой Жрец)
Финн двигался у ее левого плеча.
Финн — Ур 18 (Следопыт)
Его ястреб парил над головой, один раз крутанулся в чистом вечернем воздухе, затем опустился на известняковый край ближайшего фонтана. Глаза Финна продолжали скользить вверх между взглядами на толпу, словно он все еще не мог поверить, что такое открытое небо вообще существует, даже в игре.
Джакс шел справа от Лили.
Джакс — Ур 18 (Боец)
Он носил латы, начищенные до блеска, и меч, который выглядел дорого в том особом смысле, когда деньги пытаются подражать уверенности. Лучшая экипировка, чем в день запуска. Естественно. Когда он заметил Каге, какой-то старый рефлекс напряг его челюсть, затем он подавил его и продолжил движение.
Валдриас следовал на полшага позади них.
Валдриас — Ур 18 (Страж)
Он нес на руке Оплот Железной Коры, тяжелый щит выглядел все более естественно там. Хорошо. Он перестал держать его как предмет мебели и начал держать как часть своего тела. Ему следовало бы уже выключить его, хотя.
Зара пришла последней.
Зара — Ур 19 (Морозный Маг)
Конечно, у нее был дополнительный уровень.
Ее мантии оставались практичными, темно-синими и серебристыми с морозными нитями по подолу, и выражение ее лица сохраняло то же постоянное неодобрение, которое она приберегала для неэффективных билдов и кислорода.
Лили подняла руку.
— Каге!
Затем она увидела Рена и засияла еще ярче.
— Рен, ты пришел!
Вся поза Рена смягчилась на несколько градусов, когда он посмотрел на нее. — Я сказал, что приду.
Лили сократила расстояние и остановилась как раз перед тем, что в любой нормальной социальной обстановке было бы объятиями. В полном погружении люди все еще колебались перед физическим контактом по полдюжине причин, большинство из которых были неловкими. Она ограничилась тем, что схватила его за предплечье обеими руками.
— Ты наконец здесь, — сказала она.
Зара один раз окинула Рена взглядом, посмотрела на название класса, затем коротко кивнула. — Полезно.
— И тебе привет, — сказал Рен.
Джакс ткнул большим пальцем в сторону Рена. — Ты все еще должен мне за то, что пропустил запуск, кстати.
Рен посмотрел на него. — Ты, кажется, выжил.
Джакс один раз взглянул на Каге, затем издал короткий грубый смешок. — Ага. Очевидно.
Финн заметил Каге следующим и, видимо, пытался решить, помахать ли рукой, отдать честь или встать по стойке смирно. В итоге он неуверенно поднял руку наполовину.
— Эм. Привет.
— Все еще дышишь, — сказал Каге. — Хорошее начало.
Финн издал маленький смешок. Ястреб над ним встрепенулся.
Джакс остановился перед Каге следующим.
— Каге.
Это слово вырвалось сжатым, подточенным усилием.
Каге кивнул ему так же, как и всем остальным. — Джакс. Плечи Лили опустились на заметный дюйм.
Валдриас шагнул вперед с полной искренностью.
— Каге, — сказал он. — Я продолжал практиковать тиранию.
Джули моргнула.
Лили закрыла лицо на полсекунды. Зара закрыла глаза, как человек, переживающий непогоду.
Вами выглядел восхищенным. — Он мне нравится. Каге сохранил невозмутимое выражение лица.
После этого начались представления.
Лили взяла на себя эту роль, потому что Лили брала на себя все социальное так же, как хорошие саппорты брали на себя все остальное — рано и до того, как огонь распространится.
— Я Лили, — сказала она. — Это Зара, Финн, Джакс и Валдриас. И Рен, очевидно.
Джули мягко улыбнулась ей. — Я Джули, приятно познакомиться—
— Очень хороший целитель, — перебил Вами.
Джули посмотрела на него. — Ты говоришь это только потому, что тебе нравится жить.
— Это правда.
Лили выглядела искренне облегченной. — Иметь двух целителей звучит потрясающе.
Джули окинула ее оценивающим взглядом, в то время как легкий изгиб появился вокруг уголков ее рта.
— Как вводную информацию, — Джули небрежно ткнула большим пальцем в сторону Вами. — Если он начнет вибрировать, он собирается сделать что-то глупое.
— Я слышал это.
— Это потому, что ты рядом со мной.
Финн уставился на них двоих, затем пробормотал своему ястребу: — Они кажутся стабильными.
Зара ответила не моргнув глазом. — У тебя низкие стандарты.
Джакс фыркнул. — Он светится. Это уже кажется нестабильным.
Каге наблюдал, как маленькая социальная сеть формируется в реальном времени.
Лили потеплела к Джули меньше чем за тридцать секунд. Финн расслабился, потому что расслабилась Лили. Валдриас принял Джули так же, как принимал все. Зара начала оценивать сплоченность группы, как электронную таблицу, которую ее не просили открывать. Джакс потратил десять тихих секунд, оценивая броню Вами, еще пять, решая, считается ли это соревнованием, затем поймал взгляд Лили и вспомнил, как вести себя на людях.
Рен стоял во всем этом со спокойным вниманием, говоря мало, измеряя расстояния даже в разговоре. Когда Зара сделала полшага, он скорректировался на полшага. Когда Вами инстинктивно приблизился, Рен оставил ему ровно столько места, сколько требовалось для меча, который все еще был в ножнах.
Да, подумал Каге. Этот парень — настоящая вещь. Или достаточно близко к этому, чтобы раздражать.
Затем Валдриас заметил уровень Вами.
Вами — Ур 25 (Сияющий Отморозок)
Он уставился на число с полным, открытым восхищением.
— Ты двадцать пятого уровня, — сказал он. — Святые угодники. Ни хрена себе.
Финн тоже посмотрел, затем издал маленький сдавленный звук. — Подожди, серьезно?
Глаза Зары сузились. — Уже?
Джакс тихо присвистнул. — Ладно. Это отвратительно.
Вами развел руками, как сценический маг, принимающий аплодисменты. — Талант. Дисциплина. Превосходный выбор.
Джули улыбнулась ему с озорной нежностью.
— Конечно он много играет, — сказала она. — Он торчит в игре все время.
Вами медленно повернул голову. — Какое подлое предательство.
— Ты перестроил все наши выходные под окно дропа.
— Это была ограниченная по времени возможность.
— Ты также оставил посуду в раковине на двенадцать часов, потому что «замачивание улучшает рабочий процесс».
— Это была валидная гипотеза.
Джули посмотрела на остальных. — Он говорит такие вещи с каменным лицом.
Лили рассмеялась. Финн рассмеялся, потому что Лили рассмеялась. Даже Валдриас выглядел так, будто пытался понять, действительно ли замачивание улучшает рабочий процесс.
Зара скрестила руки. — Не улучшает.
— Спасибо, — сказала Джули.
Вами указал на Зару. — Я ценю интеллектуальную честность.
Глаза Финна расширились, когда что-то в его мозгу наконец-то зарегистрировалось. — Подожди. Вами… Не было ли Мирового Объявления примерно… час назад?
Глаза Лили расширились, когда она сделала связь. — Точно! Мы все видели это. Значит, это ты его активировал.
Зара закрыла глаза и издала долгий, полный страдания вздох.— Конечно, Каге был анонимным союзником. Почему я вообще удивляюсь.
Джакс скрестил руки и посмотрел на Каге с выражением человека, пересматривающего старую ошибку. — Должен был догадаться. Он даже на этот раз скрыл свой уровень.
Каге не комментировал это, но уголок его рта приподнялся.
Затем Лили, все еще улыбаясь, снова заметила класс и уровень Рена и с гордостью повернулась к остальным.
— И у Рена тоже редкий класс. Он наконец-то догнал.
Финн выглядел впечатленным тем особым образом, каким рейнджеры смотрят на бойцов ближнего боя, которые явно знают, что делают, и поэтому будут стоять перед монстром, а не рядом с ними.
— Двадцать первый уровень уже — это своего рода безумие.
Рен один раз покачал головой. — У меня было немного времени.
Джули посмотрела между Вами и Реном, затем обратно на Каге.
— Я только слышала о Каге, — сказала она. — Но эта группа выглядит как-то страшно.
— Это плохой знак, — сказала Зара.
Джули проигнорировала это с грацией закаленного целителя.
— Вами сказал мне, что Каге очень хорош, — сказала она. — По-видимому, он был очень «полезен» при разрешении события, и я с нетерпением ждала, чтобы увидеть, что это на самом деле значит.
Каге повернул голову и посмотрел на Вами.
Просто взгляд. Небольшой. Бесстрастный.
Вами встретил его и улыбнулся, как человек, который намеренно оставил эту фразу на полу, чтобы посмотреть, кто на нее наступит.
Полезен.
Каге помнил, как выполнял основную часть события, пока белое пятно тащило половину поля боя в суицидальные флешбэнги, фон из музыкальных призраков баффал все, и история загоралась вокруг них.
Ага. Конечно. Очень тактичная формулировка.
Взгляд Рена коснулся обмена мнениями на одно мгновение.
Он видел, как Каге смотрит на Вами. Он видел, как Вами это нравится. Затем он вернул внимание к группе с тем же нечитаемым спокойствием. Он не комментировал. Он не нуждался в этом. Человек замечал вещи тихо.
Джули либо пропустила подтекст, либо решила оставить его в покое.
Каге позволил теме умереть. Объяснять Песенный Камень людям, которых там не было, заняло бы слишком много времени и заставило бы его звучать безумно.
Лили приблизилась к Каге во время затишья.
— Спасибо, что позволил Рену присоединиться, — мягко сказала она.
— Он твой друг.
— Он один из моих лучших друзей.
Джакс издал небольшой хмык рядом с ней. — Он должен был быть здесь с самого начала.
Каге снова взглянул на Рена. Стойка. Расстояние. Оружие. Сдержанность.
— Он подойдет.
Лили улыбнулась, потому что услышала одобрение, скрытое внутри сухой упаковки.
Больше игроков текло через ворота вокруг них, пока группа обретала форму рейда. Курьеры проходили мимо. Приглашения на дуэли всплывали вдалеке. Игрок спорил со стражником Лазурной Стражи о «творческих правах на парковку» для своего компаньона-ездового животного. Люма-орбы над головой становились ярче и глубже.
Зара проверила время в своем интерфейсе и нахмурилась.
— Мы прошли время встречи.
Вами повел плечом. — Тогда пошли.
Финн оглядел площадь. — Эм. Вопрос.
Все посмотрели на него.
Он осторожно указал, как будто представлял доказательства в комнате, полной опасных людей.
— Разве нас не должно быть десять?
Прошло крошечное мгновение.
Каге ответил.
— Да.
Финн ждал.
Зара ждала.
Джули огляделась и пересчитала лица.
— Последний слот владеет ключом, — сказал Каге. — Он опаздывает.
— Это кажется безответственным, — сказал Валдриас.
— Так и есть.
— Что за игрок опаздывает на рейд на первой неделе запуска? — спросила Зара.
Джакс ответил раньше, чем Каге успел. — Богатый.
Каге выдохнул один раз через нос.
— Тот, у кого больше денег, чем координации. Он написал мне сорок минут назад. — Каге открыл свой интерфейс и прочитал вслух. «БУКВАЛЬНО ПОДЪЕЗЖАЮ, СЕК, НЕ КИДАЙ МЕНЯ, БРО, КЛЯНУСЬ БАБУЛЕЙ, Я БУКВАЛЬНО ПОЧТИ ТАМ».
Группа помолчала мгновение.
— Это было сорок минут назад, — сказала Зара.
— Да.
Затем началась суматоха.
Она поднималась с внешней дороги за воротами слоями.
Сначала раздался медный фанфар.
Настоящая медь. Достаточно громкая, чтобы перекрыть общий чат и заставить половину площади обернуться.
Затем раздались крики.
Затем показались три нанятых NPC-герольда в сине-золотых праздничных мундирах, бегущих впереди покрытого лаком паланкина, имевшего форму миниатюрного трона. Золотая отделка. Бархатные подушки. Декоративные мотивы крыльев. Экстравагантно во всех направлениях. Четверо потных носильщиков несли его шаткой рысью по мозаичной дороге, пытаясь не столкнуться с реальным движением.
На крыше паланкина, потому что сидеть внутри него, очевидно, было недостаточно достоинства, стоял Жердев.
На нем был доспех, собранный человеком, который проиграл кулачный бой с фильтрами редкости.
Одно плечо горело прожилками магмы. Другое сочилось дымом из теней. Его нагрудник каждые несколько секунд вспыхивал алыми символами без какой-либо причины, которую Каге мог бы определить. Сияющий плащ струился за ним королевским пурпуром и также оранжевым. Рогатый шлем свисал с одной руки, потому что носить его, вероятно, перекрывало бы последние десять процентов его зрения. За спиной висел гигантский двуручный меч, чьи ножны активно сыпали искрами на обивку.
Джакс уставился на доспехи с пристальным вниманием человека, который точно понимал, сколько стоила эта катастрофа.
Один из герольдов сделал героический вдох и прорычал через площадь у ворот.
— ДОРОГУ ЖЕРДЕВУ ВЕЛИКОМУ, ЗАВОЕВАТЕЛЮ ШИФ—“
Главный носильщик наступил на неровную плитку.
Паланкин резко качнулся влево.
Жердев отчаянно замахал обеими руками.
Двуручный меч наполовину выскользнул из ножен с визгом металла и дождем искр.
Пурпурно-оранжевый плащ хлестнул в сторону и обмотал лицо одному из герольдов.
Задний правый угол паланкина задел ворота.
Декоративный золотой шпиль сломался и врезался в чрезвычайно дорогую на вид фруктовую витрину.
Груши разлетелись по дороге.
Носильщики попытались спасти ситуацию.
Они добились чего-то худшего.
Весь трон-паланкин подпрыгнул один раз, достаточно сильно, чтобы сбросить Жердева прямо с крыши.
Он пролетел по воздуху в сияющем катастрофическом величии, врезался в тележку с грушами и исчез под дождем из фруктов, щепок и эффектов искр.
На площади повисла полная секунда ошеломленной тишины.
Затем голос Жердева вырвался из-под обломков.
— Я В ПОРЯДКЕ.
Стражник Лазурной Стражи засвистел в свисток.
Другой закричал: — Сдержите огненный эффект!
— Я заплатил за временное разрешение на парад! — крикнул в ответ Жердев, вылезая плечом первым из остатков тележки. — Бро, где мой меч? Почему здесь везде груши?
Ястреб Финна взлетел с фонтана и улетел на более высокую крышу. Лили так сильно сжала губы, что все ее лицо тряслось. Джули прикрыла рот рукой и не смогла сдержать смех. Вами выглядел так, будто только что стал свидетелем религиозного опыта.
Джакс поморщился так, будто сломанный шпиль ударил по его кошельку.
Зара уставилась на Каге.
— Это, — сказала она ровно, — наш член группы.
Валдриас выпрямился на долю. — Его появление излучало власть.
— Оно излучало несколько нарушений общественного порядка, — сказала Зара.
— И пугающий бюджет, — пробормотал Джакс.
Жердев наконец заметил их.
Все его лицо осветилось.
— КАГЕ! — взревел он, размахивая обеими руками над головой. — МОЙ ПАРЕНЬ! Мой абсолютный демон! Извините, что опоздал, трафик был ужасный, и у этих NPC-носильщиков нулевые навыки поиска пути!
Он сделал один триумфальный шаг к группе.
Его плащ зацепился за сломанную ось тележки.
Он дернулся назад, крутанулся на месте и чуть не упал снова.
Каге закрыл глаза.
Затем он провел обеими руками по лицу.
Каге опустил руки от лица.
Жердев стоял в руинах тележки с фруктами, как победивший рейдовый босс, который каким-то образом проиграл от опасностей окружения. Мякоть груш прилипла к его поножам. Его плащ тлел с одного края. Один из носильщиков сидел на дороге, держа сломанный шпиль обеими руками и глядя на свой жизненный выбор.
Владелец ларька прибыл тремя секундами позже.
У него было выражение лица человека, чью душу только что выбили через витражное окно.
— Моя тележка, — сказал он.
Жердев хлопнул обеими латными рукавицами по груди. — Братан. Друг. Король торговцев. Я тебя прикрою.
Владелец моргнул. — Ты уничтожил мои груши.
— Я все исправлю так сильно, что ты даже не вспомнишь о грушах.
Он открыл свой инвентарь. Золотые монеты высыпались на его ладонь толстым, непристойным блеском.
Каге наблюдал за работой человека со спокойствием долгого опыта. Та же техника, что и всегда. Упасть с обрыва на публике. Закопать кратер деньгами.
Владелец ларька снова открыл рот. Жердев сунул пять золотых ему в руки. Человек замер.
Жердев повернулся к четырем носильщикам и дал каждому по золотой монете.
Главный герольд поднял палец сквозь плащ, все еще обмотанный вокруг его лица. — Сэр, я перенес травму, связанную с баннером.
— И ты тоже, король, — сказал Жердев, бросая ему еще одну монету.
Стражник Лазурной Стражи подошел с двумя другими позади, серебряная филигрань ловила вечерний свет. Он окинул взглядом разбросанные фрукты, сломанную ось, следы гари и доспехи Жердева с холодной сосредоточенностью музейного критика, осуждающего вандализм.
— Это поведение является оскорблением городской красоты, — объявил стражник.
Жердев быстро закивал. — Полностью обоснованно. Полностью вас слышу.
Он положил три золотых в руку стражника.
Стражник взвесил монеты один раз, затем убрал их с гладким профессиональным достоинством.
— Ваши репарации демонстрируют искренность, — сказал он. Он указал на плащ Жердева. — Оранжевый вторичный выброс обесценивает пурпурный.
Жердев выглядел искренне обиженным. — Правда?
— Он кричит о внимании.
— Ох. — Жердев нахмурился. — Это можно исправить?
Выражение лица стражника смягчилось на целый миллиметр. — Хроматическая Нить могла бы спасти его, если бы ремесленник почувствовал милосердие.
— Бро, — выдохнул Жердев. — Спасибо.
Владелец ларька поклонился так быстро, что это выглядело болезненно. Один из носильщиков начал собирать груши с преданностью служителя культа. Свисток замолк. Площадь снова ожила. Золото сгладило весь инцидент меньше чем за минуту.
Финн уставился. Джакс уставился сильнее. Валдриас торжественно кивнул, как будто только что стал свидетелем валидной техники танкования.
Джули наклонилась к Лили и прошептала: — Честно говоря? Эффективно.
Вами наблюдал за Жердевом с лихорадочным уважением минмаксера, открывающего новый вид билда.
Каге перешагнул через сломанную спицу колеса и отправил приглашение в группу.
Каге пригласил Жердев_Великий присоединиться к группе.
Жердев_Великий — Ур 19 Берсерк — присоединился к группе.
Участники группы: 10/10
В тот момент, когда панель группы обновилась, лицо Жердева снова засияло. Он подпрыгнул вперед, поскользнулся на грушевой кожуре, поправился с диким вращением колесом, затем встал прямо перед Каге.
— КАГЕ, — прогремел он. — Мой брат по насилию. Мой вечный переносчик. Мой партнер по величию. Легендарный дуэт снова в сборе.
Он развел обе руки, как будто ожидал аплодисментов от города, затем его взгляд прошелся по интерфейсу группы.
Он прищурился. Его рот открылся.
Он ткнул пальцем в Каге так, будто нашел место преступления.
— Поэт?
Вся группа посмотрела на Каге.
Голос Жердева подскочил на октаву. — КАКОГО ЧЕРТА, КАГЕ? Поэт? Это конец легендарного дуэта? Что с тобой случилось?
Каге сохранил невозмутимое лицо.
Хорошо. Тридцать секунд, а он уже кричит перед девятью людьми и фруктовым кладбищем.
— Мой основной класс скрыт, — сказал Каге. — Я не собираюсь его объяснять. Тебе не о чем беспокоиться.
Жердев держал это в голове целых две секунды. Каге почти слышал, как шестеренки скрежещут сквозь декоративный дым и плохой контроль импульсов.
Затем пришло осознание.
— Оооо. — Жердев кивнул с растущей уверенностью. — Секретная технология.
Каге ничего не сказал.
— Продвинутая маскировка, — продолжил Жердев. — Маскировочный класс. Скрытая прогрессия. Легендарные штуки.
— Конечно, — сказал Каге.
Жердев хлопнул обеими руками вместе. — Класс. Я знал это. Неважно. Со мной рядом легендарный дуэт все еще может выступать.
Зара закрыла глаза.
Рен один раз посмотрел на Каге, затем на Жердева, затем на толпу зевак, все еще глазеющих на пылающий плащ. Он издал самый маленький возможный выдох. Это мог быть смех. Это могла быть жалость.
Джакс указал открыто. — Забудь про дуэт. У тебя редкий класс?
— Ага.
— И какого черта на тебе надето?
Жердев просиял.
— Кураторский боевой ансамбль.
— Это выглядит как десять отдельных плохих решений, — сказала Зара.
Он принял это за восхищение.
— Я улучшился перед рейдом, — сказал он гордо. — Прошелся по магазинам по всему Корросу. Заглянул и к крафтерам тоже. Сделал кастомную отделку. Проверь это.
Он начал указывать на себя.
— Левое наплечье, восьмой уровень, редкое. Плечо Тиран Кометы. Оставляет звездный след, когда я рывком атакую. Правое наплечье, двенадцатый уровень, редкое. Нашел его на рынке. Оно сочится теневым дымом, потому что прошлый владелец был порченым или что-то в этом роде. Нагрудник, одиннадцатый уровень, редкое. Эффект крита лепестками роз. Абсолютная печка. Плащ, четырнадцатый уровень, редкое. Огненная отделка. Поножи пятнадцатые. Меч тоже пятнадцатый. Я попросил кузнеца добавить искры при обнажении и солнечный взрыв на удары сверху. Стоило дороже. Каждая монета стоила того.
Он повернулся на месте, чтобы продемонстрировать всю катастрофу.
Магмовая пластина пульсировала.
Теневое плечо выдыхало черную дымку.
Плащ испускал оранжевый огонь маленькими, со вкусом сделанными кашлями.
Где-то в наслоении эффектов частиц нагрудник выпустил три светящихся розовых лепестка, которые дрейфовали в дренажную решетку.
Финн буквально подался вперед, ошеломленный именно так, как человек мог отреагировать, увидев павлина, вооруженного венчурным капиталом.
— Это... много.
— Правда? — сказал Жердев.
Джули прикрыла улыбку. — Ты заказал дополнительные визуальные эффекты?
— О, полностью. Там есть парень в Квартале Ремесленников, который может добавить сияющую окантовку к металлу за плату. Другой залакировал мои ножны, чтобы отражения пламени выглядели злее. — Он доверительно понизил голос. — Думаю, стража уважает меня больше.
— Стража только что выставила тебе счет за само существование, — сказала Зара.
Он показал ей большой палец вверх. — Именно.
Каге снова просмотрел экипировку через панель группы.
Девятнадцатый уровень. Берсерк. Экипировка разбросана повсюду. Эффекты предметов выглядят эффектно и в основном бесполезно.
Функционально, он люстра.
Вами наклонился, глаза широко раскрыты. — Это наплечье сочится тенью отдельно от цикла магмы. Ты специально рассинхронизировал тайминги проков?
Жердев уставился на него. — ...Ага.
— Бро.
— Бро.
Джули ущипнула себя за переносицу. — Пожалуйста, никогда не поощряй это.
Каге вмешался, прежде чем они двое могли начать сравнивать визуальное загрязнение как философию.
— Мы тратим время. Веди нас ко входу.
Жердев почесал затылок.
Движение заставило его плащ зацепиться за один из его шипов. Он отцепил его обеими руками и один раз рассмеялся. Слишком высоко. Слишком быстро.
— Ну.
Глаза Каге сузились.
— Ну что.
— Так. — Жердев поднял одну ладонь. — Маленькая проблема.
Зара вдохнула через нос.
— Старуха, которая продала мне ключ, — сказал Жердев, — она так и не сказала, где находится вход. Только то, что он движется.
Тишина накрыла группу.
Затем Лили потерла лоб.
Затем Джакс закрыл глаза ладонью.
Затем Финн прошептал: — О нет.
Валдриас приложил ладонь к лицу с торжественной искренностью рыцаря, завершающего ритуал.
Джули прислонилась к плечу Вами и рассмеялась прямо в его броню. Вами не смог оставаться раздраженным, потому что уже ухмылялся.
Каге уставился на Жердева.
— Ты купил рейдовый ключ, — сказал он очень спокойно, — за скрытое подземелье с меняющимся входом.
— Верно.
— Ты заплатил за него сто золотых.
Жердев кашлянул. — Эта часть кажется враждебной.
— Каге, — сказала Зара, голос ровный, как лезвие. — Я выхожу из системы.
— Подождиподождиподожди, это был пакет услуг, — выпалил Жердев. — Ты не можешь судить об этом объективно, потому что там были некоторые коллекционные компоненты и связанная с этим плата за оценку и лошадь.
— Лошадь, — повторил Джакс.
— Долгая история.
Каге прижал два пальца к виску.
Конечно. Конечно…
Жердев выбросил обе руки вперед, горя желанием спасти свою собственную казнь.
— Подождите, подождите, у меня есть полезная инфа. Представьте себе. Иногда ключ начинает... вибрировать.
Каге резко поднял взгляд.
— Однажды так и было, — сказал Жердев. — Когда я делал спецэффекты на свой меч.
Триггер близости…
— Триггер близости, — сказала Зара в тот же самый момент.
Каге повернул голову.
Она скрестила руки. — Да. Очевидный ответ.
Он снова посмотрел на Жердева. — Где ты был, когда он отреагировал?
— В городе. В каком-то художественном месте. — Он сосредоточенно подумал. — Много молотов. Эффектный дым. Один эльф оскорбил мой вкус.
— Квартал Ремесленников, — сказала Джули.
— Звучит правильно, вообще-то, — добавила Лили.
Выражение лица Зары стало резче. — Вход скрыт внутри Корроса. Ключ реагирует, когда приближается. Хорошо. Это выполнимо.
Джакс застонал. — Значит, мы играем в горячо-холодно по городу вдесятером.
— С одним из них в огне, — сказала Джули.
Жердев посмотрел на свой плащ. — Это в основном декоративно.
Каге выдохнул один раз.
— Ладно. Прочесываем районы. Держимся вместе. Финн, отправь ястреба вверх и следи за крышами и переулками. Зара, следи за ключом и заткнись, если собираешься сказать «я же говорила». Джакс, Вами... просто не начинайте дуэль, потому что кто-то странно на вас посмотрел.
Джули посмотрела на него. «Это именно то, что он сделал бы, откуда ты знаешь?»
Вами развел обе руки. — Эй, это случилось только один раз.
— Двигаемся, — сказал Каге.
Они направились вниз по Мозаичной Тропе, когда толпа вокруг них сгустилась.
Коррос светился под дрейфующими Люма-Орбами, каждый фонарь рисовал мягкое золото на белом известняке и стекле. Уличные артисты соревновались с аукционными зазывалами. Мозаики меняли цвет под ногами, когда менялся свет. Их группа из десяти человек двигалась через это, как парад, организованный несколькими отдельными богами.
Каге в угольно-черном и бордовом. Вами в ослепительно-белой коже. Джули чистая и практичная рядом с ним. Лили в яркой священнической отделке. Зара со всем шармом заточенной электронной таблицы. Финн, поглядывающий на небо каждые несколько секунд, словно открытый воздух все еще казался заимствованным. Джакс, построенный как аргумент. Валдриас, несущий свою плиту-щит с торжественной рыцарской энергией. Рен тихий, центрированный, шагающий сквозь толпу с точными расстояниями. Затем Жердев, излучающий богатство, жар, лепестки, искры.
Половина улицы обернулась, чтобы посмотреть.
Жердев принял это как подтверждение превосходства.
Пока они шли, он начал рассказывать истории.
— Так вот, еще в Ruinwake Online, — громко сказал он, — мы с Каге делали одного мирового босса, ну, настоящий кошмар, невозможные механики, всех фармили. Я намеренно перетянул на себя агро, очевидно.
— Ты умер через шесть секунд, — сказал Каге.
— Именно. Тактика приманки. Пока босс был эмоционально привязан к моей жертве, мой человек вошел в систему и хирургически удалил его родословную.
Финн посмотрел между ними. — Вы много играли вместе?
Жердев обхватил рукой пустой воздух рядом с Каге, потому что Каге в последнюю секунду отступил в сторону.
— Мы легенды, — объявил он. — Когда история зовет насилие и стиль, мы отвечаем.
Каге продолжал идти.
Он помнит легенды. Я помню банковские переводы и больничные счета.
Жердев продолжал.
— Был еще один случай в Осаде Последней Арки, когда я застрял на скале в вулканической зоне. Долгая история, афера с сопроводительной гильдией, геометрия обрыва, несчастный случай. В общем, Каге пришел один, пробился через трех мини-боссов и вытащил мое снаряжение, пока я давал тактические указания.
— Ты орал десять минут.
— Я поддерживал моральный дух.
Джули теперь открыто смеялась. Даже у Зары дернулся уголок рта.
Валдриас слушал с полной серьезностью. — Со скалы трудно танковать.
— СПАСИБО, — сказал Жердев.
Они пересекли более широкую улицу, вымощенную металлистами и скульпторами. Ритмичный стук молотов проносился по воздуху настроенными ударами, каждый удар отвечал другому дальше по улице. Хроматический огонь пульсировал в устьях кузниц, зеленый, синий, белый. Воздух пах горячим маслом, угольной пылью и мылом из лаванды от красильщиков дальше.
Рассказ Жердева прервался посреди драматического жеста рукой.
Он замер перед Валдриасом.
— Какого хрена это, бро?
Валдриас моргнул. — Это мой щит.
— Я вижу. Почему он выглядит как наказанная дверь?
Он указал на щит Железной Коры, привязанный к руке Валдриаса.
— Хочешь танковать для легендарного дуэта с этой плитой? На, возьми это.
Прежде чем кто-либо успел остановить его, он открыл свой инвентарь и достал щит настолько отражающий, что он отбросил чистую полосу света на дорогу.
Штуковина была огромной. Зеркально-яркая сталь. Позолоченная окантовка. Выпуклый центр в виде солнечного взрыва. Выглядело так, будто у витража и военного бюджета родился ребенок.
Валдриас принял щит только после того, как уставился на него так, будто тот мог содержать политическую доктрину.
Окно предмета появилось над его рукой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Оплот Солнечного Зеркала
Качество: Редкое
Тип: Башенный щит
Броня: +46
Сила: +4
Выносливость: +15
Требование: Уровень 15, 20 силы, 30 выносливости
Пассивный эффект: Позолоченный Вызов — После активации провокации щита получайте +15% снижения урона в течение 5 секунд.
Описание: Полированная крепость-щит, созданная для рыцарей, которые верили, что защиту должны видеть за несколько кварталов.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━╯
Валдриас немедленно посмотрел на Каге.
Каге бросил один взгляд на предмет и кивнул.
— Экипируй его. Одних только сырых характеристик достаточно, чтобы он стоил того. И самое время перестать полагаться на акустическую уловку Коряного щита.
Валдриас воспринял это как священное указание. — Понял.
Он сменил щиты.
Разница была немедленной. Новый щит был тяжелее на его руке, но он подходил его фигуре гораздо лучше, чем предполагал его нелепый блеск. Золото поймало уличный свет и заставило его выглядеть как священный памятник насилию.
Жердев отступил назад и указал.
— Вот. Теперь ты выглядишь как человек, который может угнетать подземелье.
Валдриас поднял щит один раз, проверяя вес.
—Чувствуется стабильно, — сказал он.
Смена щита вытряхнула что-то из памяти Каге.
Инвентарь. Пепельная Долина. После беспорядка с BeefSupreme.
Точно.
Он открыл свой инвентарь и достал зеленую книгу, которую носил с собой.
— Лили.
Она посмотрела в его сторону. — Мм?
Он бросил ее.
Она поймала ее к груди, моргнула, затем открыла панель предмета.
Псалтырь Нежного Починка
Глаза Лили расширились.
— Ого.
Маленький рефлекс промелькнул в голове Каге. Зеленая книга целителя. Можно продать. Чистая маржа. Расточительство отдавать бесплатно. Мысль прошла сквозь него, как порыв ветра через открытую комнату. Она не оставила после себя никакого веса.
Он продолжил идти.
— Ты можешь его использовать, — сказал он. — Ты получишь от него больше пользы.
Лили ускорила шаг, чтобы остаться рядом с ним. — Каге, это на самом деле очень хорошо.
Джули наклонилась, чтобы осмотреть его, и немедленно кивнула. Ветеран-целитель в ней проявился сразу же.
— Возможность кастовать на ходу — это огромный плюс, — сказала она.
Лили просияла. — У меня, вообще-то, остался один слот для навыков. Это подходит идеально.
Она прижала книгу к ладони.
Мягкий зеленый свет открылся под обложкой. Текст поднялся со страниц тонкими нитями и влился в ее руку, затем в святую сигнатуру на ее запястье. Книга рассыпалась в искры и исчезла. Лили один раз сжала пальцы, как будто могла почувствовать, как новый каст укладывается в мышечную память.
— Спасибо, — сказала она, тепло и прямо. — Серьезно.
Каге пожал плечами.
— Используй его хорошо.
Она все равно улыбнулась. Она всегда видела насквозь слой оправданий. Несколько шагов спустя Жердев посмотрел между ними и нахмурился.
— Подождите. Книги навыков?
Джули замедлилась достаточно, чтобы ответить, не сбивая шага.
— Ага. Редкие дропы, квестовые награды, достижения, скрытые тренеры. Смотря что. — Она подняла руку и начала загибать пальцы в перчатках. — У вас ограниченное количество слотов для книг. Игра намеренно делает их дефицитными. У магических классов их больше. У целителей тоже, обычно. У классов ближнего боя чаще всего два или три, иногда меньше.
Джакс поморщился. — У меня два. Оба уже заняты.
— Я тоже, — сказал Вами. — И мои на пике.
Джули похлопала его по руке. — Один из твоих — это самобафф, который буквально требует внимания.
— Это тематично.
— Не тематично.
Жердев выглядел ужаснутым. — Стоп. То есть у меня все это время могли быть дополнительные навыки?
Зара долго посмотрела на него. — Ты купил пылающий меч, который поджигает твои штаны.
— Выглядит круто.
— Это не был вопрос.
Финн почесал щеку. — Как люди решают, что брать?
Джули снова ответила, терпеливо и легко. — Зависит от класса. Кастеры гонятся за эффективностью, мобильностью, очисткой, экстренными спас-инструментами. Милишники обычно берут выживаемость, сближалки, возможно, полезность, если их основной набор уже покрывает урон. Слоты важнее книг, честно говоря. Найти подходящую — это самое сложное.
Каге отложил это в памяти.
Полезно. Если у меня когда-нибудь будет свободное время.
Его класс уже охватывал почти все, о чем он мог подумать. Поиск подходящей Книги Навыков был бы проблемой, решаемой в его пользу, а не против его класса. Он предположил, что пассивные навыки улучшения качества жизни были бы лучшим вариантом. Он также не знал, сколько слотов для книг навыков у него было; его интерфейс не отображал такую информацию.
Они повернули за угол.
Шум Корроса изменился.
Гул толпы на Золотой Площади остался позади. Квартал Ремесленников полностью вступил во владение. Наковальни звенели настроенными нотами. Красильщики мешали парящие чаны с пигментом, окрашивая воздух толченой ягодой, влажным льном и острыми минеральными солями. Скульпторы работали при свете фонарей, пока кусочки бледного камня цокали по мостовой, как зубы.
Каге почувствовал, как город сместился вокруг него здесь.
Слова жили в этом районе. Форма. Цвет. Намерение, вдавленное в материю. Коррос понимал этот язык лучше, чем дорога когда-либо понимала.
Жердев был на полпути через другую историю о «том времени, когда Каге соло прошел змееборца с ПВО, пока я занимался управлением картиной», когда он замер.
Его лицо изменилось.
— Эм, — сказал он. — Ребята?
Все остановились.
Он залез в инвентарь и достал ключ. Приглашение Куратора.
С первого взгляда он выглядел как медный ключ. Затем проявились детали. Бородка была выполнена в форме крошечной театральной маски в филиграни. На стержне были выгравированы тонкие линии, достаточно тонкие, чтобы сойти за каллиграфию. Он принадлежал коллекционной витрине, а не прохождению подземелья.
И на ладони Жердева он двигался. Металл дернулся один раз. Затем он ударил по его коже снова. Импульс. Сильнее на этот раз.
Не совсем вибрация, скорее биение.
Еще одно последовало за ним. Затем еще одно, быстрое и настойчивое, как будто что-то маленькое и живое начало биться внутри меди.
Вся группа наклонилась вперед.
Глаза Жердева расширились. — Ох. Ох, это намного сильнее, чем раньше.
Каге смотрел, как ключ пульсирует в руке кита, и поднял взгляд на залитые светом кузниц улицы впереди.
Где-то внутри Квартала Ремесленников дверь только что начала дышать.
И она была близко.
Ключ повел их налево.
Или, точнее, ключ бил сильнее, когда Жердев указывал им налево, что Финн интерпретировал как «налево», что заставило Зару идти налево, что означало, что остальные последовали, потому что не идти означало стоять на месте и выглядеть как туристы.
— Туда, — подтвердил Жердев с уверенностью человека, который в жизни не читал карту.
— Ты угадываешь, — сказала Зара.
— Я интуитирую.
— Это одно и то же.
Глаза Вами стали острее. — Горячо и холодно.
— Наконец-то, — сказал Джакс. — Механика, созданная для идиотов.
Жердев выглядел обиженным. — Я заплатил за эту механику.
Каге шел в конце колонны и следил за ключом через плечо Жердева. Импульсы были нерегулярными, но паттерн был достаточно ясным: сильнее к кузнечному ряду, слабее к красильному району. Метод исключения. Такой вид навигации, который не требовал столько интуиции, сколько базового внимания, которое Жердев, очевидно, умудрился найти случайно.
Они двигались через кузнечный район в приемлемом темпе. В Квартале Ремесленников была другая толпа, чем на Золотой Площади. Люди здесь шли с целью и выглядели раздраженными, когда их прерывали. Кузнецы, подмастерья, торговцы материалами, спорящие о ценах на зерно для биржевых сплавов.
Каге находил это сносным.
Джакс прокладывал путь сквозь толпу так, что не нужно было просить дважды. Вами двигался так, будто пробирался через боевую зону, каждый шаг был точно поставлен, никого не касаясь. Финн извинился перед тремя разными людьми просто за то, что существовал в их общем направлении.
Ключ бил. Бил. Затем замедлился.
Жердев нахмурился, глядя на него.
Импульсы упали с интенсивных до ленивых. Один удар каждые несколько секунд, почти незаинтересованный.
— Вход переместился? — спросил Финн.
Это был правильный вопрос.
Каге думал о том же самом. Конечно, он не сидел на месте. Тот, кто это проектировал, намеренно усложнил его локализацию. Вход не ждал их.
— Он переместился, — сказал Каге.
— Он может так делать? — спросил Валдриас.
— Только что сделал. И так и должно было быть.
Зара развернулась на каблуках и пошла обратно тем же путем, которым они пришли, глаза уже вычисляли. — Решеткой. Две проходки, встретимся в центре.
— Разделяться — ужасная идея, — сказал Финн.
— Разделяться — эффективно.
— Это тоже не одно и то же.
Каге прервал их обоих. — Держаться вместе. Жердев, держи ключ вытянутым и перестань пытаться его предугадать. Просто следуй за биением.
Жердев выпрямился. — Точно. Ага. Он вытянул ключ, как лозу, и группа построилась за ним.
В течение пяти минут это превратилось в погоню.
Ключ ускорился в сторону текстильного ряда, и они пошли туда. Затем он замедлился. Они вернулись обратно к стеклодувному ряду, где воздух был насыщен запахом обожженного кремнезема, а тротуар мерцал от остаточного жара. Стеклодувы выставили плавающие стекла снаружи своих окон, чтобы поймать свет фонарей и рассыпать его по улице движущимися полосами синего и золотого. Сильнее. Затем он повернул на юг, в сторону красильного района. Запахи Ряда Пигментов ударили раньше, чем они повернули за угол, резкие минеральные красители и что-то, пахнущее паленой травой, и Жердев чихнул так сильно, что ключ чуть не вылетел из его руки.
— Простите, — сказал он ни к кому конкретно.
Они продолжали двигаться.
В какой-то момент Джакс попытался сократить путь через частный двор скульптора и был вынужден уйти через тридцать секунд NPC с молотком и личной неприязнью. Валдриас предложил извиниться от его имени, что каким-то образом сделало ситуацию хуже. Они пошли в обход.
Каге сохранял свой темп ровным через все это. Группа установила функциональный ритм без обсуждения. Жердев впереди с ключом. Финн, следящий за углами сверху по привычке. Рен, держащий точное расстояние от любого, рядом с кем шел. Вами, совершенно бесшумный у левого плеча Каге, что было более тревожно, чем если бы он говорил. Человек двигался так, будто заранее прокладывал места для засад.
Они проходили через узкий переулок между кожевенной мастерской и лавкой вывесок, когда голоса окружающих игроков перекрыли фоновый шум.
— ...ты видел видос?
— Хм? Какой?
— Помнишь объявлени—
Они повернули за угол, и толпа поглотила их, когда ключ снова замолчал. На этот раз дольше.
Жердев медленно повернулся, и импульсы оставались ровными и отдаленными во всех направлениях. Группа сгрудилась вокруг него.
— Карта, — сказал Каге.
Финн развернул свою раньше всех. Его класс Следопыта загрузил нарисованный оверлей поверх его зрения, и он направил его наружу, чтобы соседние игроки могли видеть. Карты, продаваемые Гильдией Вистов, были искусством, а не инженерными чертежами. Улицы изгибались вместо того, чтобы идти параллельно. Некоторые названия всплывали не на своих местах. Эмоционально, а не точно.
Но Каге мог читать местность по тому, что они уже прошли.
Кузнечный район. Текстильный ряд. Стеклодувы. Мы пропустили западную секцию.
Он указал. — Туда. Без обоснований. Группа двинулась.
Он вызвал свой интерфейс, пока они шли. Он собирался сделать это уже двадцать минут, и ходьба дала ему чистую возможность.
Титул 2. Покровитель Песенного Камня.
Титул заслужил свой слот. В прошедшем времени. В городе, полном художников и культурных NPC, социальный эффект имел реальную ценность. Внутри подземелья он ничего не даст. Он пролистал до Ошибки в Математике и сменил.
Титул Экипирован: Ошибка в Математике
Эффект 1 Фактор Страха: Мобы ниже вашего уровня теперь будут активно избегать перехвата агро, если их не спровоцировать.
Эффект 2 Алгоритм Истребителя Великанов: Уменьшает скрытый штраф урона от Подавления Уровня на 15% при сражении с врагами выше вашего уровня.
Эффект 3 Многие: Столкнувшись с 5 или более активными врагами, получаете +10% Скорости Передвижения, +10% Снижения Урона и +10% Множителя Урона.
Пассивные взаимодействия значили больше, чем отражалось в характеристиках. Один Алгоритм Истребителя Великанов скомпенсируется в тот момент, когда враги подземелья начнут превосходить его по уровню, что, вероятно, и произойдет. Скользящие Галереи были построены для групп. Потолок уровня не будет щедрым.
Подходящее имя, подумал он. Он закрыл панель.
Ключ Жердева сошел с ума.
Одно мгновение он отбивал свой ленивый ритм на ладони, и вдруг без предупреждения он забил. Быстро, непрерывно, лихорадочно, как будто что-то пыталось выбить дверь изнутри.
Жердев взвизгнул и чуть не уронил его. — ЗДЕСЬ! Здесь, это ЗДЕСЬ!
Группа остановилась.
Они стояли в секции Квартала Ремесленников, через которую Каге не проходил ни по одному из предыдущих маршрутов по Корросу. Достаточно широкой для трех человек в ряд, мощенной характерным для квартала грубым камнем, освещенной Люма-Орбами, дрейфующими в бледном золоте.
И покрытой картинами. Буквально покрытой.
Они выстроились вдоль каждой поверхности. Сложенные у внешних стен в четыре и пять рам глубиной. Развешанные на проволоке, натянутой между крюками на верхних этажах, на разной высоте, слегка покачивающиеся на вечернем воздухе. Прислоненные к деревянным мольбертам, расположенным плотными рядами, которые сужали переулок до узкой тропинки между ними. Некоторые прислонялись друг к другу под углами. Некоторые были огромными, высотой в рост человека, а некоторые достаточно маленькими, чтобы уместиться на ладони.
Пейзажи. Портреты дворян, святых, мертвых королей, богатых купцов и одной чрезвычайно самодовольной собаки в парадных доспехах. Абстрактные композиции в плотных цветах, которые ловили свет Люма-Орбов и возвращали его измененным. Штормовые серые моря. Рыночная сцена, написанная плотными мазками, лица размыты, но позы живы. Угольный рисунок в позолоченной раме, изображающий Шпиль Музы снизу, башня закручивалась вверх, пока не исчезала за краем бумаги. Масляная живопись лесной подстилки, каждый гриб проработан с одержимой детализацией. Гавань на рассвете. Фигура, стоящая в поле без лица. Картина с картиной внутри картины.
Каге уже несколько раз проходил через Коррос. Он был в Квартале Ремесленников конкретно. Он не видел этого переулка раньше. Он не был уверен, что он существовал раньше.
Ключ не останавливался. Он колотил по ладони Жердева быстрыми, возбужденными ударами.
— Ну, — сказал Джакс, оглядывая массу рам, холстов, проволоки и деревянных подпорок, простирающихся дальше, чем переулок имел географическое право протянуться. — Который?
Никто не ответил сразу.
Триста картин как минимум в пределах досягаемости руки в любом направлении. Возможно, больше. Переулок тянулся.
Лили двинулась к ближайшему мольберту, затем остановилась. Она медленно повернулась, вместо этого глядя на расположение. — Нет никаких указателей. Ничего не подписано.
— Входы в подземелья обычно не объявляют о себе, — сказал Рен.
— Почему они все просто здесь стоят? — Финн сканировал пространство над головой по привычке. — Чьи они?
Никто не ответил, потому что никто не знал.
Зара скрестила руки. Ее глаза двигались методичным обзором, который Каге научился распознавать как активный анализ. — Если это здесь, есть подсказка. Она всегда есть. Какими свойствами будет обладать картина-портал, которых нет у обычной картины?
Валдриас обдумал это с заметным усилием. — Она была бы... больше?
— Не обязательно.
— Блестящей?
— Тоже не обязательно.
— Страшнее?
Зара посмотрела в потолок.
Каге шагнул вперед в переулок.
Люма-Орбы покачивались. Картины сдвинулись на своих проволоках. Ключ в руке Жердева продолжал свой лихорадочный ритм, больше не указывая направление, потому что направление схлопнулось в «везде сразу».
Триста картин. Одна дверь.
Он двигался через ряды без спешки. Никакой суеты, никакого зацепления за отдельные рамы. Та же неподвижность, которую он научился привносить на тренировочную площадку, та, которая останавливала глаза от беготни за движением и позволяла паттерну проявиться на своих собственных условиях.
Он искал то, что смотрит в ответ.
По мере того, как он шел глубже, картины менялись. Портрет, чье лицо было написано три раза, каждое выражение наложено поверх предыдущего, так что улыбка и горе занимали один и тот же рот. Морской пейзаж, где волны загибались вверх, превращаясь в руки. Сцена банкета, где отсутствовали все гости, кроме теней под их стульями. Полноростовой портрет рыцаря с головой, соскобленной до голого холста. Воздух пах льняным маслом, сухой пылью и старым деревом, прогретым на солнце весь день.
Его взгляд миновал картину гавани. Портрет женщины со строгим лицом в синем. Абстрактная композиция из красного и черного, которая могла быть полем битвы, а могла быть ничем. Небольшой холст с дверным проемом, нарисованным изнутри, с видом на сад.
Он остановился.
Шаг назад.
Снова посмотрел на картину с дверью.
В саду на другой стороне нарисованного порога был источник света, который не соответствовал углу нарисованного солнца над ним. Тени падали неправильно. Нарисованная трава двигалась — едва, только на грани видимого движения — один стебель, гнущийся на ветру, которого не существовало на картине рядом.
И затем остальная часть переулка начала двигаться вместе с ним. Ровно настолько, что, заметив одно, вы не могли перестать видеть другие.
В штормовом сером море гребень пены дрожал и скользил вбок. Одна из теней пустого стула на банкете удлинилась на осторожный дюйм. Лишенный лица рыцарь из соскобленного холста впитал чуть больше света фонаря, сырой край темнел, как будто что-то за краской подошло ближе. Средняя улыбка портрета с тремя лицами дернулась, самый легкий изгиб уголка.
Каждый нарисованный глаз в переулке, казалось, теперь следовал за группой.
Ключ в руке Жердева достиг своего самого быстрого ритма на сегодня.
Каге не указал на дверной проем сразу. Он стоял неподвижно и наблюдал, как трава движется снова, один медленный изгиб, одно медленное возвращение, терпеливый и скрытый и ждущий, когда кто-то заметит, что он был здесь все это время.
Позади него переулок затих. Коррос все еще дышал где-то за стенами, слабые молоты, далекие разговоры, но здесь звук приглушился, как будто кто-то закрыл дверь на всю улицу.
Рука Каге опустилась на рукоять Мумьё. Невесомый короткий меч один раз пульсировал у его ладони.
— Нашел, — сказал он.
Каге поднял руку и указал сквозь лес рам.
— Вон та.
Каждая голова повернулась к одному и тому же холсту.
С трех шагов он выглядел почти оскорбительно простым. Дверной проем, нарисованный из тусклого интерьера, открывающийся к пятну зелени под теплым светом. Никаких монстров. Никаких рун, пылающих над рамой. Никаких очевидных искажений. Просто дверь и трава.
Джакс нахмурился. — Это?
Финн подался вперед, плечи напряжены. — Трава двинулась.
— Да, — тихо сказала Лили.
Зара прищурилась на картину, затем на те, что вокруг нее. — Я ничего не вижу.
— Смотрите внимательнее, — сказал Каге.
Вами уже переместился рядом с ним. Он изучал картину меньше секунды.
Затем его губы изогнулись.
— Композиция теней неправильная.
Тишина.
Жердев моргнул. — Мой король, ты потерял меня на «композиции».
Вами поднял руку и указал двумя пальцами, уже нетерпеливо. — Нарисованное солнце сидит низко и справа. Травинки отбрасывают тени влево и неглубоко. Порог отбрасывает тень откуда-то сверху и позади смотрящего. Два разных источника света занимают одно изображение.
Джули улыбнулась группе. — Перевод, это настоящая.
Вами щелкнул языком. — Да.
Финн прищурился сильнее. — Значит, картина... протекает перспективой?
Выражение лица Зары изменилось на один градус. Для нее это было практически стоячей овацией. — Он прав.
Каге не сводил глаз с холста.
Неправильность сидела внутри него, как заноза. Каждая другая картина в переулке подчинялась своей собственной раме. Даже движущиеся делали это. Их движение принадлежало изображению. У этой был мир позади нее. Трава гнулась на ветру, дующем откуда-то за пределами картины.
Вот ты где.
Вокруг них переулок ответил на его открытие немедленной враждебностью.
Холст с банкетом через три мольберта выпятился наружу. Один из пустых стульев проскреб вперед по нарисованной плитке со звуком дерева, волочимого по камню. Рука слуги прорвалась сквозь лак до запястья, бледная и плоская, как мокрая бумага. Морской пейзаж напротив них вздыбился, и лист холодной соленой воды шлепнулся на мозаичную дорожку. Лишенный лица рыцарь опустил соскобленный шлем и поставил одну нарисованную латную рукавицу на раму.
Жердев издал сдавленный звук. — БРО. БРО. Искусство вылупляется.
— Двигаемся, — сказал Каге.
Валдриас немедленно шагнул вперед, вздернув новый щит, подаренный Жердевом. — ЩИТ, ЧТОБЫ ПРАВИТЬ ВСЕМ ЧЕЛОВЕЧЕСТВОМ.
Джули на мгновение замерла. — Что... что ты только что сказал?
— Это помогает с агро, — сказал Валдриас с полной искренностью.
— Это абсолютно НЕ помогает, — огрызнулась Зара.
Вами добрался до картины первым. Он нажал двумя пальцами на порог. Поверхность заколебалась под его рукой, как лак над глубокой водой.
— Живой портал, — сказал он. — Мгновенный переход.
Рен уже обнажил свой клинок. Он переместился на фланг с той же точной, раздражающе идеальной дистанцией, которую он привносил во все.
— Порядок?
Каге ответил, не отводя взгляда от движущегося переулка.
— Валдриас первым. Лили за ним. Финн. Зара. Жердев в середине. Джули, Джакс. Рен. Вами. Я замыкающий.
— Принято, — сказала Лили.
Ястреб Финна взлетел с его плеча с нервным взмахом крыльев и один раз крутанулся над переулком. Затем даже птица, казалось, передумала насчет этого места и нырнула вниз за Финном, когда он побежал.
Рука слуги вырвалась из картины с банкетом по локоть.
Лишенный лица рыцарь протиснул половину своего торса сквозь раму.
Клуб дыма вырвался из абстрактного красно-черного холста, неся запах паленой ткани и ламповой сажи.
Жердев зашаркал к порталу со всем физическим достоинством человека, пытающегося эвакуироваться из горящего здания, в то время как на нем была люстра. Его плащ зацепился за мольберт. Джакс выругался, отцепил его и толкнул к картине.
— Внутрь, кошелек.
— Джакс, мой жестокий чемпион, я всегда в тебя верил.
— Ты знаешь меня тридцать минут.
Вами схватил Жердева за заднюю часть его доспеха и просто зашвырнул его последний шаг.
Жердев исчез в нарисованном дверном проеме с визгом.
Один за другим группа последовала. Валдриас вошел в порог щитом первым и исчез. Лили сделала один вдох и шагнула. Финн колебался только достаточно долго, чтобы снова поймать своего ястреба на плечо. Зара пошла с очевидной неохотой и очевидной скоростью. Джули двинулась чисто. Джакс пожал плечами и пошел. Рен отступил спиной вперед, не сводя глаз с переулка.
Вами задержался на одно сердцебиение дольше, наблюдая, как картины выталкиваются наружу.
Волна с морского пейзажа выплеснулась через раму. Лишенный лица рыцарь поставил одну ногу на булыжник.
Вами сверкнул острой улыбкой. — Теперь это похоже на рейд.
Он шагнул.
Каге прикрывал тыл.
Слуга с банкета прорвался по пояс. Холст абстрактного поля битвы разорвался посередине, и красное внутри него двинулось, как открывающаяся рана. Рыцарь полностью вышел с пронзительным скрежетом напряженного дерева.
Каге выхватил Мумьё.
Он отсек запястье слуги на пути. Нарисованная плоть расступилась под клинком и разорвалась в брызгах пигмента, пахнущего уксусом и старыми цветами. Рука шлепнулась на камни. Рыцарь бросился.
Каге шагнул в дверной проем.
Прохладный лак скользнул по его пальто.
Переулок исчез.
Трава коснулась его ботинок.
Переход произошел настолько чисто, что его тело почти отвергло это. Один шаг по мозаике Корроса. Один шаг на упругую землю.
Он вышел под широкое небо, промытое поздним золотом.
Вся группа стояла, разбросанная по полю с травой по пояс и белыми семенными головками. Ветер проходил через него длинными, плавными проходами. Воздух пах толченым клевером, теплыми стеблями и сладковатым ароматом, как свежая бумага, оставленная на солнце. За ними стояла та же дверная рама, через которую они прошли, отдельно стоящая в поле без стены вокруг нее, прямоугольник нарисованной темноты, стоящий вертикально над травой.
Затем поверхность внутри рамы затянулась облаками и стала пустой.
Джакс огляделся, меч наполовину поднят. — И все?
Финн сделал первый вдох достаточно глубоким, чтобы поднять его плечи. На секунду напряжение полностью выплеснулось из него. — Вау.
Его голос смягчился. — Это место пахнет... хорошо.
Джули медленно повернулась, руки свободно висели по бокам. — Красиво.
— Подозрительно красиво, — сказала Зара.
Каге просканировал поле.
Холмистая зелень. Небольшой подъем на восток. Скопление цветов цвета сливок возле неглубокой впадины в земле. Небо над головой огромными слоями синего, которые выглядели естественно, пока вы не всматривались слишком долго и не замечали слабые штрихи текстуры кисти, погребенные в свете. Никаких руин. Никаких ворот. Никаких врагов. Никакого очевидного пути.
Никакого системного баннера.
Лили тоже посмотрела вверх, ожидая знакомой вспышки текста.
Ничего не пришло.
— Эм, — медленно сказал Финн, опуская руку с плеча ястреба. — Разве не должно быть, типа, большого драматического сообщения? «Вы вошли в СКОЛЬЗЯЩИЕ ГАЛЕРЕИ, бла бла бла, удачи, не умирайте»?
— Обычно, — сказала Лили.
Джакс нахмурился на горизонт. — Ага, это не похоже на галерею.
Рен окинул поле спокойствием дуэлянта. — Эта местность не дает укрытия, не ограничивает подходы, нет очевидных маркеров столкновения.
Зара открыла свою карту и уставилась на нее полсекунды, прежде чем опустить руку. — Карта пуста.
Валдриас водрузил свой щит в траву и выглядел глубоко оскорбленным от имени всей нормальной архитектуры. — Здесь ничего не скользит.
Жердев, который приземлился на оба колена в траву и все еще восстанавливал свою душу, поднялся на ноги. — Ребята.
Никто не посмотрел на него.
— Ребята.
Джули взглянула. — Ты в порядке?
— Ребята.
На этот раз все посмотрели.
Жердев поднял Приглашение Куратора.
Оно менялось у него в руке.
Медный ключ уже потерял свою форму. Старые зубцы смягчились и втянулись внутрь. Резная головка сплющилась. Золотая филигрань распространилась по материалу, как прожилки в остывающем сахаре, разделив его на неправильные полупрозрачные секции. В течение нескольких вздохов вся штука стала небольшой пластиной из прессованного кристалла размером с ладонь, ее поверхность сначала мутная, затем проясняющаяся от центра наружу.
Внутри нее зажглись зазубренные руны. Не на поверхности. Внутри.
Они горели слоистыми линиями бледно-голубого и янтарного, как будто кто-то запер витражи внутри льда.
Импульс, который привел их через Коррос, исчез. Вместо него Каге почувствовал устойчивую частоту, чистую высокую ноту, давящую на заднюю часть его зубов.
Отлично. Ключ превратился в очень дорогой фрагмент окна.
Жердев держал его обеими руками, боясь сжать слишком сильно. — Я не хочу тревожить отряд, но мой ключ стал церковью.
Вами приблизился. — Дай его сюда.
Жердев отшатнулся. — Контраргумент, абсолютно нет, светящийся псих. Я за это заплатил.
Джули вздохнула. — У него есть точка.
Каге изучал кристалл. Руны внутри него выглядели неправильно так же, как выглядела неправильно картина. Почти читаемые. Почти выровненные. Он почувствовал, как филигрань его собственного интерфейса зашевелилась на краях его зрения, серебряные корни ползут вокруг контура предмета, который отказывался полностью проявиться.
Никакой системной идентификации не появилось.
Это сказало ему достаточно само по себе.
— Мы еще не в рейде, — сказал он.
Джакс повернулся к нему. — Тогда где мы?
— Приемная, — сказал Каге.
— Вестибюль, — поправил Вами.
— Преддверие, — сказал Каге.
Зара выдохнула через нос. — Значит, нам все еще нужно открыть настоящий вход.
Валдриас снова оглядел поле. — Где дверь?
— Это, — сказал Джакс, — отличный вопрос.
Они рассредоточились ровно настолько, чтобы обыскать местность, оставаясь в поле зрения друг друга. Каге удержал их рядом, подняв руку.
— Только в пределах видимости, — сказал он. — Никто не бродит.
Никто не спорил.
Поле поощряло блуждание. Это делало ситуацию хуже.
Финн снова отправил своего ястреба вверх. Птица быстро поднялась, крутанулась один раз, дважды, затем издала пронзительный крик, который звучал тише, чем должен был, во всем этом открытом воздухе.
— Что-нибудь? — спросила Лили.
Финн прищурился вверх, прикрывая глаза рукой. — Он продолжает поворачивать к одной и той же точке, но там ничего нет.
Зара присела и коснулась травы. — Никаких швов. Никакого скрытого люка. Никаких коллизионных краев.
Рен сделал три размеренных шага, затем остановился, чтобы осмотреть свою собственную тень на земле. Его взгляд стал острее.
— Каге.
Каге уже смотрел.
Его тень тянулась через траву под углом, который не соответствовал видимому солнцу.
Он сдвинулся на один шаг вправо. Тень подчинилась той же ложной геометрии. Жесткий край. Чистое падение. Неправильное направление.
Так же было у Валдриаса. Так же у Лили. Так же у отдельно стоящей рамы за ними. Солнце, висящее на нарисованном небе, сидело низко и тепло над западным полем. Все их тени указывали так, как будто свет стоял где-то совсем в другом месте.
Зара проследила за его взглядом и выругалась себе под нос. — Вот оно.
Финн посмотрел от солнца к тени и обратно. — Ох. Это плохо.
— Почему это плохо? — спросил Жердев.
— Потому что, — сказала Зара, — мир лжет.
Вами скрестил руки. — Видимое солнце — часть композиции. Реальный источник света находится за кадром.
Валдриас посмотрел вверх на пустой воздух. — Значит, здесь два солнца.
— Есть одно нарисованное солнце, — сказал Рен. — Один действующий источник света.
Джакс посмотрел между ними. — Вы говорите странные вещи, когда дело касается искусства.
Джули постучала по своей собственной тени носком ботинка. — Значит, замок использует свет. Каким-то образом.
Каге вытянул Мумьё и использовал острие, чтобы провести линию в траве вдоль края своей тени. Рен понял мгновенно и сделал то же самое с другой позиции. Зара шагнула влево, присела и отметила свою.
Три линии сошлись.
В воздухе.
Где-то над восточным подъемом, где не было ничего видимого.
Финн уставился на пустой участок неба. — Там.
Его ястреб снова повернул и прошел под невидимой точкой. Его тень стала такой резкой на долю секунды, что трава под ней выглядела нарисованной чернилами.
Каге повернулся обратно к трансформированному ключу Жердева. Кристалл загудел громче, когда он направил его к скрытому источнику.
Вот. Это был щелчок.
Руны внутри панели были перевернуты. Задом наперед.
Линза.
Конечно, это была линза.
Обычные подземелья использовали замки. Коррос дал ему практический экзамен по композиции.
Каге протянул руку. — Жердев.
Жердев прижал кристалл к груди. — Я глубоко уважаю твое лидерство. Я также держу единственное доказательство того, что моя покупка не была мошенничеством.
— Ты все еще держишь его, — сказал Каге. — Подними его к той точке.
Жердев посмотрел на пустой участок неба, затем обратно на кристалл, затем на Каге. — К какой точке? Братан, ты просишь меня представить стекло концепции освещения.
Вами ущипнул себя за переносицу. — Он имеет в виду реальный источник света. Тот, который твои глаза провалили.
Джули похлопала Жердева по плечу. — Ты сможешь.
— Я ненавижу командообразование, — пробормотал Жердев.
Он поднял кристалл обеими руками к пустому воздуху над подъемом.
Ничего не произошло.
Затем слабая проекция пролилась на траву. Тонкие янтарные линии, разорванные и растянутые, разбросанные по полю кривым размытым пятном.
Финн подпрыгнул. — Что-то там есть.
Зара наклонилась. — Слишком низко.
— Вращайте по часовой стрелке, — немедленно сказал Вами.
— Используй слова для неодержимых людей, — сказал Джакс.
— Поверни вправо.
Жердев повернул вправо.
Руны на траве поползли вбок и удлинились, все еще искаженные, все еще нечитаемые.
Каге подошел ближе и посмотрел на проекцию. Линии двигались, как каллиграфия, пытающаяся вспомнить свою собственную форму. Постоянная нота внутри кристалла повышалась в высоте каждый раз, когда Жердев находил лучший угол.
— Выше, — сказал Рен.
Жердев поднял руки, пока его гигантские наплечники не скрипнули.
Джули двинулась позади него и поймала его локоть, прежде чем он зашатался. — Держи ровно.
Проекция стала резче на полсердцебиения, затем снова размылась.
Каге посмотрел от земли на ложное солнце в небе, на тени, на невидимую точку над подъемом.
Само поле было частью картины. Источник света находился за его пределами.
Перспектива. Позиция зрителя.
Ключ нуждался не только в свете. Ему нужен был правильный угол обзора аудитории.
— Стоп, — сказал Каге.
Все замерли.
Он прошел десять шагов влево, затем три вперед и посмотрел обратно через Жердева, кристалл и пустой участок неба.
Проекция сместилась немедленно, хотя Жердев почти не двигался.
Вот оно. Луч хочет линию.
Он воткнул Мумьё в траву у своих ног как маркер.
— Жердев, повернись ко мне.
Жердев медленно развернулся, держа кристалл с могильной концентрацией человека, обезвреживающего бомбу, сделанную целиком из витражей.
— Подними его немного выше, — сказал Каге.
Жердев подчинился.
Руны на земле сфокусировались в более тесном фокусе. Все еще перевернутые. Почти разборчивые.
— Полшага вправо.
Он зашаркал.
— Слишком далеко. Назад.
Он зашаркал назад.
— Стоять.
Нота в зубах Каге стала чистой и яркой. Трава на краю проекции выпрямилась сильнее, каждый стебель светился изнутри.
Глаза Вами стали острее. Он увидел это теперь, финальную корректировку. — Наклоните верхний край к источнику. Три градуса.
Жердев уставился на него. Джули физически толкнула кристалл на долю.
Спроецированные руны перевернулись, строка за строкой.
Янтарные и синие штрихи катились по траве, перевернутая каллиграфия выпрямлялась под невидимым светом. Они сложились в слово, которое синестезия Каге ощутила как пергамент и старые обещания. Зазубренные символы удлинились, соединились и начали выстраиваться в форму, слишком большую, чтобы ее можно было прочитать с одного взгляда.
Рама. Нет. Дверной проем. Огромный.
Его контур распространился по полю перед ними, выше городских ворот, если бы он стоял вертикально, его края горели чистым геометрическим огнем. Трава внутри линий прижалась. Земля под ней приобрела блеск полированного камня. Еще больше рун хлынуло, чтобы заполнить порог, соединяясь в панели, как витраж, уложенный плашмя на землю.
Никто не заговорил.
Даже Жердев заткнулся.
Постоянная нота внутри кристалла усилилась, пока все поле, казалось, не завибрировало от нее. Нарисованное небо стало глубже. Свет собрался вдоль контура двери твердыми светящимися полосами.
Посреди пустого поля свет нарисовал дверь там, где мгновение назад была пустая земля.
Затем система догнала их.
Куратор Требует Подпись.
0% / 100%
Поле затихло так, как затихают дорогие места прямо перед тем, как они начнут взимать с вас плату за воздух.
Огромный дверной проем все еще лежал, спроецированный на траву, собор из света, распластанный по земле. Окаймленные золотом руны горели внутри его формы. Нарисованное небо над ним оставалось неизменным. Гул от кристалла утих, но нота осталась в зубах Каге.
Затем системная панель зависла над порогом.
Куратор Требует Подпись.
0% / 100%
Никто не двигался секунду.
Финн сглотнул первым. — Подпись в смысле... написать наши имена?
Джакс прищурился на светящуюся раму. — На чем. На газоне?
Зара скрестила руки и нахмурилась на процент. — Это метка. Подземелье хочет квоту.
Каге не сводил глаз с панели.
Подпись. Галерея. Куратор. Метка.
Место пахло неправильно через Синестезию. Старый лак. Влажная бумага. Стопка холстов, запечатанных в комнате без окон. Процент говорил ему то, чего не говорили формулировки. Дверь хотела вклада, а не чистописания.
Он просто не знал, какую валюту она принимала.
Характеристики. Здоровье. Мана. Уровни. Какой-то скрытый рейд где-то в городе, несомненно, попросил бы что-то непристойное. Морфеус любил милое представление поверх вымогательства.
Жердев первым достиг предела своего терпения.
— Братан, при всем уважении, я заплатил за ключ, — объявил он. — Если дверь хочет подпись, она получит исполнительный доступ.
Прежде чем кто-либо успел остановить его, он топнул вперед и шлепнул правой рукой по центру светящегося порога.
Поле треснуло с влажным шипением.
Жердев взвизгнул: — АЙ. КАГЕ, ПОМОГИЙ! — затем огляделся и отдернул руку, стряхивая пыль с доспехов.
Метка распространилась по тыльной стороне его ведущей руки.
Краска там была светящейся. Перемежающийся янтарь и глубокий синий, движущиеся друг над другом медленными, безнапорными течениями, как масло, пересекающее воду, когда его размешивают один раз и оставляют. Она поднялась до его запястья и остановилась у одной четкой границы. Одна подвешенная капля образовалась на его кончике пальца, повисла на полсекунды, затем растворилась в свете, прежде чем трава успела ее получить. Система издала звон.
15% / 100%
Дверной проем отреагировал немедленно. Его контур вдохнул.
Свет отделился от поля видимыми нитями и устремился в раму. Нарисованная трава вокруг порога потускнела. Зелень ушла из стеблей. Полевые цветы потеряли цвет в ряби, которая распространилась от центра. Кольцо поля стало серым и безжизненным, как будто кто-то одним жестоким мазком смыл пигмент.
Финн сделал шаг назад. — Оно съедает картину.
Жердев уставился на свою руку в благоговении и боли. — Я ненавижу то, насколько это круто.
Джули наклонилась, чтобы осмотреть метку. — Ты шлепнул преследовавшее искусство. Чего ты ожидал?
— Лута, — немедленно сказал Жердев.
Зара прошла мимо него до того, как шутка даже приземлилась. Ее взгляд оставался на метке.
Она нажала двумя пальцами на порог.
Сухой шепот прошелестел по свету. Она отдернула руку почти сразу.
20% / 100%
Всего пять процентов. Выражение лица Зары стало острее.
Метка, образовавшаяся на тыльной стороне ее руки, была сухой, как мел. Мазок бледно-серо-белого цвета по костяшкам пальцев, надавил сильно, слегка размыт по краям. Она держалась неподвижно и высохла сразу.
В три раза больше. Хм.
Каге увидел, как паттерн сложился в его сознании за одно сердцебиение до того, как он заговорил. Но Вами двинулся первым.
Он подошел с той раздражающей маленькой улыбкой, которую носил каждый раз, когда мир доказывал, что он прав. Он коснулся порога одним пальцем.
Дверь вспыхнула.
Когда он убрал руку, краска поднялась немедленно, та же переливающаяся янтарь и синий, что и у Жердева, поднимаясь до той же высоты запястья, создавая ту же подвешенную каплю, которая растворилась, прежде чем упасть.
35% / 100%
Снова пятнадцать.
Вами повернул руку, на секунду восхитился меткой, затем посмотрел прямо на Каге. Его глаза сияли.
Он знал, что это подразумевало для Каге.
Редкая категория, подумал Каге.
Цифры выстроились слишком чисто. Зара получила пять. Жердев и Вами получили пятнадцать. Типы меток соответствовали редкости.
Зара догнала дыханием позже, и как только она это сделала, начала раздавать приказы, как женщина, которая видела ключ к ответам и хотела покончить с тестом.
— Лили. Финн. Быстро.
Лили моргнула, затем двинулась без спора. Финн немного подпрыгнул, затем поспешил за ней, потому что оставить Зару в подвешенном состоянии было опаснее, чем проклятая дверь.
Лили прижала ладонь к раме. Серо-меловое пятно появилось на ее ладони, сухое и неподвижное.
40% / 100%
Финн коснулся рамы и отдернул руку с отработанной скоростью человека, который выработал технику прикосновения к ненадежным поверхностям. Меловая метка. Пять процентов.
45% / 100%
Рен молчал на протяжении фазы проб и ошибок. Теперь он приблизился, его глаза двигались от руки к руке, от метки к метке, весь набор переменных вставал на место.
— Основано на редкости класса, — сказал он.
Он говорил спокойным, чистым тоном человека, ставящего фигуру на доску.
— Пять процентов за Обычные классы. Финн, Валдриас, Джакс, Зара и Лили выбрали базовые классы у городских тренеров.
Джакс сразу выпрямился. — Обычный мой зад.
Рен склонил голову на долю. — Редкость, а не усилия.
Джакс открыл рот, обдумал формулировку, затем снова закрыл его с видимой неохотой. Он уже потратил свой еженедельный бюджет на извинения (один) на Каге. На Рена у него не осталось.
Зара указала на Джули. — У тебя Необычный, да? Необычный должен давать десять. Подтверди это.
Джули вздохнула с театральным терпением. — Вы, аналитики, действительно умеете флиртовать.
Она подошла, прижала ладонь к порогу и отдернула ее. Метка, которая образовалась, была точной. Линии черных чернил обвились вокруг обоих ее запястий угловатыми геометрическими узорами, чистыми линиями и точными углами, меткой чертежника, работающего в миниатюре. Она держалась остро. Она высохла мгновенно, без единого размытого края.
55% / 100%
Джули подняла руку и посмотрела на метку. — Ладно. Эта довольно.
— Подтверждено, — сказала Зара.
Вход отреагировал сильнее на этот раз.
Яркая проекция сгустилась. Свет сконденсировался. Плоский светящийся контур поднялся в массу.
Обсидиан вытолкнул себя из земли медленными, скрежещущими плитами. Золотая фольга побежала по ним разветвляющимися швами. Дверная рама появилась часть за частью, огромная и тяжелая, как будто порог набрасывал себя и наконец получил достаточно финансирования, чтобы войти в конструкцию.
Поле вокруг них пострадало от этого.
Цвет снова ушел волной.
Трава превратилась в карандашные штрихи. Цветы стали рыхлыми размытыми пятнами серого. Далекие холмы сплющились в монохромный этюд. Даже нарисованные облака над ними потеряли глубину и превратились в слоистые уголь и белый цвет, весь вестибюль истощался до резкой черновой работы, по мере того как рама становилась более реальной.
Каге наблюдал за изменениями и чувствовал логику под ними.
Дверь платит за свое собственное тело, сдирая картину.
Искусство становилось архитектурой. Пигмент становился камнем. Это место уже имело слишком много смысла для его комфорта.
Джакс подошел следующим с выражением человека, полного решимости выиграть спор против процентной метки.
— Ладно, — пробормотал он. Он шлепнул по порогу, и серый мел распространился по его руке.
60% / 100%
Валдриас последовал немедленно, как будто отказываясь позволить Джаксу монополизировать концепцию прикосновения к светящимся поверхностям. Он прижал ладонь к раме. Угольная марка прижалась плоским, широким пятном к тыльной стороне его руки в латной перчатке, широкая и сухая, края размытые там, где мел соприкоснулся с металлом.
65% / 100%
Рен шагнул последним среди очевидных переменных.
Он приложил руку к порогу с выверенным контролем, ноги установлены на точном балансе, тело выровнено так, как будто даже дверь заслуживала правильного ма-ай. Влажная краска поднялась над его рукой немедленно, та же переливающаяся янтарь и синий, что и у Жердева и Вами, поднимаясь до запястья медленными, безнапорными течениями, одна подвешенная капля образовалась на краю его ладони, прежде чем раствориться, не упав.
80% / 100%
Число зависло там.
Группа уставилась на него.
Тишина снова опустилась, тяжелее на этот раз.
Рейд из десяти человек. Девять подписей учтены. Восемьдесят процентов.
Финн взглянул между панелью и списком группы. — Подождите.
Он произвел расчет вслух, потому что ужас явно требовал свидетелей.
— Если десять Обычных классов дают только по пять каждый... — Он сглотнул. — Это было бы пятьдесят.
Рот Зары сжался. — Верно.
Джакс посмотрел на метку. — Тогда обычная группа не пройдет.
— Или обложена налогом, — сказал Каге.
Все посмотрели на него.
Он продолжал смотреть на порог.
— Скрытый рейд. Городской доступ. Дорогой ключ. Если состав не дотягивает, система вычитает разницу из группы.
Лицо Финна побледнело. — Вычитает что?
— То, что больнее всего, — легко сказал Вами. — Что-то вроде сырых характеристик. Максимального здоровья. Уровней. Постоянной потери прочности. Чего-нибудь поучительного.
Джули бросила на него взгляд. — Почему ты говоришь это так, будто это очаровательно?
— Потому что садизм с сильной внутренней логикой — это очаровательно.
Зара один раз кивнула, мрачно и одобрительно. — Он прав. Прямая блокировка тратит ключ. Штраф, подобный этому, сохраняет дизайн.
Жердев прижал свою светящуюся руку к груди. — Эта игра продолжает изобретать новые способы грабить меня.
— Ты заплатил за грабеж, — сказал Каге.
— Это звучит как я.
Лили взглянула на все еще зависшее 80% / 100%, затем на Каге.
Все остальные проследили за ее взглядом.
Перемена произошла сразу. Фаза анализа закончилась. Началась фаза ожидания.
Каге стоял там с Мумьё на боку, и весь рейд тихо оценивал его.
Все они видели «Поэта» в интерфейсе. Никто в здравом уме не думал, что «Поэт» — это его настоящий класс. Не здесь. Не после всего, что он сделал.
Зара первой озвучила математику комнаты.
— Обычный дает пять. Необычный дает десять. Редкий дает пятнадцать. — Ее взгляд оставался прикованным к нему. — Уникальный должен давать двадцать.
— Это заполнит шкалу точно, — сказал Финн.
Джули скрестила руки. — Красиво и чисто.
Улыбка Вами стала шире на долю. — Предполагая, что он только Уникальный.
Жердев немедленно оживился. — Братан, Каге — премиум-контент. Самый премиум-контент.
Джакс скрестил руки. — Что бы это ни было, просто прикоснись к штуковине.
Рен ничего не сказал. Он просто наблюдал за Каге с тихим, дисциплинированным вниманием.
Каге почувствовал, как вес их взглядов опустился на его плечи.
Двадцать было бы удобно.
Это также было бы ложью.
Он знал, каким был его класс. Он знал с тех пор, как система передала его ему со всей тонкостью автомобильной аварии. Панель в его собственном интерфейсе никогда не скрывала от него это слово.
Легендарный.
Уровень класса, который игра должна была заблокировать за месяцами прогрессии, несколькими международными инцидентами или божественным вмешательством.
Он шагнул вперед.
Недостроенная рама нависала над ним теперь, обсидиан и золото и голодный свет. При восьмидесяти процентах у нее было достаточно субстанции, чтобы отбрасывать реальную тень через поле оттенков серого. Сам порог мерцал, как лак, наложенный слишком толстым слоем на картину.
Воздух вокруг него давил на его кожу, гул от рамы проходил через подошвы его ботинок и вверх через его кости, струна, натянутая на один полный оборот за пределом, для которого инструмент был построен, чтобы его держать.
— Отойдите, — сказал он.
Это вышло ровным и тихим. Он не повышал голос. Ему не нужно было. Все равно все отошли.
Вами остался ближе всех. Конечно.
Каге поднял руку.
На полсердцебиения он увидел свое отражение в пороге. Серые глаза. Черные волосы. Лицо, которое он построил, чтобы быть незабываемым.
Затем его пальцы коснулись света.
Мир схватился.
Шок прошел вверх по его руке, острый и глубокий, как будто он погрузил руку в замерзающие чернила. Черный текст расцвел под его кожей.
Нет. Он поднялся с его кожи.
Архаичные буквы закрутились по тыльной стороне его руки и вверх по запястью, тонкие и точные, как мазки пера. Каждый символ парил на волосок над ним, оторванный от гравитации, дрейфуя на медленной орбите, как будто его тело стало страницей, а шрифт отказывался оставаться плоским.
Метка взлетела.
Она прорвалась сквозь ожидания, сквозь чистый дизайн, сквозь каждую вежливую догадку в комнате.
130% / 100%
Панель заикалась.
Числа глючили, удваивались, рвались, затем держались.
Каждый звук в поле отключился.
Ветер стих.
Сияющее золото дверного проема резко изменилось на вызывающий, зараженный красный.
Обсидиановая рама закричала.
Сначала все произошло в тишине — дрожь всего тела неописуемого напряжения, затем звук настиг в пронзительном треске, от которого Финн зажал уши обеими руками. Поле оттенков серого замерло. Набросанная трава перестала качаться. Нарисованные облака над ними застыли плоскими.
Вами уставился на метку.
Впервые с тех пор, как Каге встретил его, его высокомерное самообладание — та особая дорогая самоуверенность человека, который поддерживал ее как преднамеренный текущий проект — треснуло полностью. Сразу.
— Знал это, — выдохнул он.
Он посмотрел от цифр на парящий текст вокруг руки Каге.
— Легендарный, да? Какого черта у тебя уже есть легендарный класс?
Джакс выругался себе под нос.
Глаза Зары один раз широко распахнулись, резко. Затем вычисление вернулось, ревя сильнее, чем раньше.
Жердев засиял от оправдания. — БРО, Я ГОВОРИЛ, ЧТО ОН ПОСТРОЕН НЕЛЕГАЛЬНО.
Джули схватила его за плечо, прежде чем он успел попытаться дать пять преследующей архитектуре.
Каге открыл рот.
Небо разорвалось на части, прежде чем он успел сказать слово.
Безупречная синяя живопись над полем разорвалась со звуком гигантского холста, рвущегося от угла до угла. Рваная белая рана распространилась по небосводу. За облаками ждала слепящая пустота каркасной геометрии. Линии и узлы горели в странной перспективе, скрытый слой конструкции за картиной мира.
Весь вестибюль дернулся. Затем прибыл голос.
Он исходил отовсюду. От рамы. От поля. Изнутри разорванного неба. Культурный, элегантный и срывающийся, когда он говорил, каждое предложение цеплялось за одержимость, как шелк, волочимый по битому стеклу.
— Линии пересекаются. Чернила текут. Несанкционированная правка... нет. Нет. Подпись...
Обсидиановая рама забилась в конвульсиях.
Ритм начался под их ногами.
Тук.
Тук.
Тук.
Земля пульсировала с массивным, преднамеренным ударом печатного пресса, штампующего страницу за страницей. Каждый удар проходил вверх по ногам Каге и в его ребра. Буквы вокруг его руки закрутились быстрее. Синестезия затопила его чувства влажными чернилами, старой телячьей кожей, горячим металлическим шрифтом, ламповой сажей, пылью с забытых полок.
Ястреб Финна взлетел с его плеча в панике, крутанулся один раз и врезался в невидимый воздух над группой, как будто все поле стало герметичной коробкой.
— Эм, — сказал Финн, голос быстро поднимался. — У меня есть опасения.
— Все, готовьте оружие, — резко сказала Зара.
Голос упал ниже.
Он проскользнул мимо ушей и погрузился в кости.
— Черновик пересмотрен. Строфа возвращена.
Пауза, последовавшая за этим, ударила сильнее, чем слова.
Каге почувствовал это в мозгу своих рук. В суставах своих пальцев. В том месте, где черный шрифт парил над его кожей и отвечал на какой-то более старый зов.
Затем пришел шепот.
— Мастер... ты наконец вернулся за стол?
Каждый глаз снова повернулся к Каге.
Он ненавидел это.
Он ненавидел, как мир продолжал находить новые способы прикрепить к нему прожектор и называть это судьбой.
Фантастика, подумал он. Подземелье — фанат.
Поле уступило. Никакого взрыва. Никакого вежливого перехода.
Земля сложилась. Нарисованная трава смялась внутрь со всех сторон одним плавным, решающим движением, геометрия пространства сжалась к двери и сжалась, кусок неудавшегося пергамента, сжатого в большом кулаке. Текстура травы исчезла. Небо исчезло. Багровая дверь и разорванная пустота каркаса схлопнулись в одну точку и расширились во тьму без цвета, без текстуры, ничего, кроме ощущения десяти человек, ускоряющихся в одном направлении на скорости.
Гравитация передумала.
Земля исчезла под всеми десятью. Финн закричал первым. Жердев закричал громче. Джакс выругался с большой самоотдачей.
Джули ухватилась за рукав Вами на одно сердцебиение, прежде чем они оба провалились сквозь схлопывающееся поле. Рен повернулся в воздухе инстинктивно, уже пытаясь найти опору на мире, который перестал ее предлагать. Лили потянулась к тому, кто был ближе всех. Валдриас держался за свой щит, как за моральный принцип. Лицо Зары оставалось твердым и сосредоточенным до самого момента, когда свернувшаяся земля схлопнулась под ее ботинками.
Каге падал вместе с остальными.
Разорванное небо поднялось вокруг них. Или вниз. Направление покинуло чат.
Мумьё ударил по его ладони, когда он выхватил его рефлекторно, клинок вспыхнул мертвенно-черной линией. Маленький пульс в его стали бился быстро сейчас. Готовность. Преданность.
Над ними сжатое поле съежилось в скомканный обрывок света.
Под ними ждала темная пустота, полная движущихся рам.
Тьма поглотила их всех.
Тьма поглотила падение.
Она взяла ветер первым. Затем направление. Затем поле над ними, которое сложилось в сжимающийся осколок нарисованной зелени и исчезло, как страница, смятая в кулаке.
Система наконец прибыла.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вход в рейдовое подземелье: Сдвигающиеся Галереи
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Уведомление вспыхнуло перед всеми десятью игроками.
Для Каге чистые блочные буквы держались полсекунды. Серебряный филигрань пустил корни через края. Слова смягчились, кровоточили и переписали себя штрих за штрихом тонкой чёрной каллиграфией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вход в архивный экземпляр: Вторая Строфа — Черновик 4 (заброшен)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Изменённый текст нёс текстуру. Мокрые чернила. Сухой веллум. Пыль, застрявшая между старыми страницами.
Отлично, подумал Каге. Рейд идёт со специальным обслуживанием.
Пустота внизу посветлела.
Остров из полированного чёрного стекла устремился вверх навстречу им. Он парил в бесконечной тьме, гладкий и круглый и достаточно широкий для небольшой площади. Поверхность отражала падающую группу искажёнными серебряными размазами. Давление поднялось под сапогами Каге за удар сердца до удара, так же, как лифт ловит себя на последнем этаже.
Он приземлился в низком приседе, одна ладонь на обсидиане, Муме уже в руке.
Вокруг него остальная группа разобралась с разной степенью достоинства. Финн приземлился неуклюже и схватил Рена за руку, чтобы не завалиться набок. Джакс ударил по обсидиану, как будто упал с лестницы, воткнул одно колено и поднялся с уже наполовину вытащенным мечом. Жердев шлёпнулся животом со звуком человека, падающего с дока.
— Я это планировал.
Он подтолкнул себя вверх. Витражная панель исчезла. Исчезла так, как исчезают квестовые предметы, когда их цель исчерпана. Его латная перчатка была пуста, Приглашение Хранителя поглощено где-то между вестибюлем и падением.
Несколько секунд никто снова не говорил.
Место заслужило тишину.
Пол под его сапогами был обсидианом, отполированным до финиша, который ловил свет, который не имел права ловить. У света не было источника. Он просто существовал, распределённый и мягкий, исходящий откуда-то архитектурно невозможного, как будто сама пустота решила, что эта конкретная платформа заслуживает освещения.
Платформа была не большой. Метров сорок в поперечнике, примерно круглая, сцена, парящая в абсолютном ничто. Ничто простиралось во всех направлениях, вниз и вверх и в стороны, пока не перестало быть концепцией и стало фактом.
Через эту пустоту дрейфовали вещи.
Рамы.
Массивные позолоченные картинные рамы размером со здания, некоторые больше, скользящие через черноту по своим собственным медленным и частным путям. Некоторые держали картины настолько яркие, что они читались как окна. Одна рама, может, в двухстах метрах слева и медленно опускающаяся, содержала шторм. Молния внутри неё стреляла в абсолютной тишине. Облака двигались. Дождь падал внутри интерьера рамы, ударяя в ничто, падая в свою собственную замкнутую глубину. Другая рама держала горящий город. Огонь смещался внутри своих границ, что-то живое и ужасное, и всё же всё зрелище дрейфовало через пустоту с неторопливым весом облака, проходящего над полем.
Колоссальные формы заполняли то, что сходило за небо. Смятые шары пергамента, огромные, как луны, ловили безысточниковый свет на каждой морщинистой поверхности и бросали длинные тени вниз в пустоту под ними. Некоторые из них поворачивались, очень медленно, с ленивым вращением небесных тел. Каждая морщина в бумаге держала свои собственные тени. Каждая тень содержала бездну.
Ястреб Финна уселся на его плечо и замер полностью.
Где-то далеко что-то издало сухой, терпеливый звук.
Как страница, переворачивающаяся в пустой библиотеке.
Финн запрокинул голову и на секунду забыл бояться.
— О, — сказал он.
Слово вышло маленьким и честным.
Даже лицо Зары расслабилось.
Лили шагнула близко к краю острова и посмотрела на дрейфующие рамы. Их свет нарисовался на её доспехах и разбился вдоль серебряной отделки.
— Красиво.
— Ага, — сказал Джакс почти против воли.
Вами издал короткий смешок под нос.
— Вот теперь это больше похоже на дело.
Жердев медленно поднялся на ноги. Плащ позади него струился королевским фиолетовым и каким-то образом оранжевым по чёрному зеркальному полу. На этот раз даже он держал голос тихим.
— Брат, — прошептал он. — Я… Я это купил?
Каге встал.
Отражение, поднявшееся с ним, выглядело неправильно. Слишком длинное. Слишком резкое по краям. Чёрное письмо с порога всё ещё вилось над его рукой и запястьем в дрейфующих линиях, как будто воздух над его кожей принял почерк и отказался его отпустить. Он сжал пальцы один раз. Буквы затянулись, затем ослабли.
Он снова посмотрел на пергаментные луны.
Красиво, подумал он, и слово раздражало его при контакте.
Оно всё ещё подходило.
Это раздражало его больше.
Джакс разрушил чары первым.
— Ладно. — Он указал на Каге рукой, которая не была на его дорогом мече. — Прежде чем мы войдём в какой бы то ни было кошмарный музей, мы поговорим о голосе.
Тишина сместилась к Каге одним движением.
Финн кивнул немедленно.
— Ага. Э-э. Это. Оно назвало тебя Мастером.
Зара скрестила руки.
— На случай, если формулировка ускользнула от кого-то, подземелье узнало его прежде, чем узнало рейд.
Лили посмотрела на Каге, осторожно и прямо.
— Ты знаешь почему?
Жердев поднял обе руки.
— Я хотел бы заявить для протокола, что это самый крутой возможный исход и также, может быть, худший.
Взгляд Джули осел на парящем письме Каге, затем поднялся к его лицу.
Рен ничего не сказал. Его внимание держалось устойчиво в той тихой манере, которую имели дисциплинированные люди. Он наблюдал, как будто ждал первого настоящего удара в дуэли.
Вами улыбнулся.
Каге выдохнул через нос.
— Есть простой ответ, — сказал он. — Я очевидно не был здесь раньше. Игра запустилась типа, даже не неделю назад. Этот рейд, вероятно, одна из первых попыток в мире. Так что если я не подсаженный разработчик, это класс.
Никто не спорил с этим.
Логика приземлилась чисто. Проблема осталась точно там, где была.
Джакс уставился на него.
— Значит, у тебя действительно легендарный класс.
— Красная дверь, голос с неба и часть, где порог сошёл с ума, вероятно, уже ответили на это, — сказал Каге.
— Всё равно приятно услышать вслух, — ответила Зара.
Каге оглядел парящую тьму ещё раз, выигрывая полсекунды. Секрет уже умер снаружи двери. Нет смысла играть в собственника над трупом.
— Когда я получил класс, — сказал он, — система назвала его наследием Первого Творца.
Слова повисли в пустоте.
Даже Жердев замолчал на полную секунду.
Лили моргнула.
— Первого Творца?
— Это всё, что у меня есть, — сказал Каге. — Титул и головная боль. Так что моя лучшая догадка — это место имеет к этому какое-то отношение.
Глаза Зары сузились.
— А название твоего класса?
Он взглянул на неё.
— Архитектор Стиха.
Жердев действительно схватился за грудь.
— Это так отвратительно круто.
Джули посмотрела на Вами, не поворачивая головы.
— Ты затащил меня в рейд с человеком по имени Архитектор Стиха и решил, что светящийся принц-берсерк — самый странный человек здесь.
Вами развёл руки.
— Я принимаю эффективные решения.
— Ты точно принимаешь, — сказала Джули.
Финн посмотрел с Каге на пергаментные луны, затем обратно.
— Погоди. Значит, подземелье назвало тебя Мастером, потому что твой класс принадлежит тому, кто сделал… всё это?
— Может быть, — сказал Каге.
— Это плохое «может быть», — пробормотал Джакс.
— Полезное плохое «может быть», — поправила Зара.
Рен наконец заговорил.
Его голос вышел спокойным и ровным.
— Наследуемый класс.
Каге дал маленький кивок.
Взгляд Рена дрейфовал к дрейфующим рамам, затем к руке Каге снова. Он отложил информацию без другой видимой реакции.
Вами шагнул ближе.
— Каковы были условия?
Каге посмотрел на него.
— Для твоего класса, — сказал Вами. — Мой потребовал работы. Много работы. Требования были жестокими, маршрут был хуже, и финальная часть была… творческой. — Он помолчал, затем добавил с полной честностью: — Я читерил концовку.
Джули закрыла глаза на момент, как будто слышала эту исповедь раньше.
Каге почти улыбнулся.
— Уважение, — прошептал Жердев.
Вами проигнорировал его.
— Так что открыло твой?
Каге прокатил одно плечо.
— Хотел бы я знать.
— У тебя должна быть теория, — сказала Зара.
— Несколько. — Он смотрел, как далёкая рама дрейфует мимо с пойманной внутри метелью. Снег кружился вечно вокруг одной и той же наклонённой сосны. — Большинство из них плохие.
— Это весёлые, — сказал Вами.
Каге позволил мысли осесть в слова.
— Я построил полное наступление в начале. Урон, скорость. Я оставил Искусство на полу, потому что решил, что это мёртвый стат для всего, что платит. Затем меня втянуло в цепочку, которая явно ожидала настоящего ремесленника. Где-то там что-то пошло наперекосяк.
Финн моргнул.
— Наперекосяк как?
— Я думаю, я протолкнул квестовую линию через дверь, для которой она не была построена, — сказал Каге. — Она хотела кого-то с настоящим Искусством. Я появился с базовыми обрывками, мечом и тем видом плохого суждения, который держит больницы в бизнесе.
Жердев кивнул, как будто это подтвердило что-то священное.
— Это звучит как ты, ага.
Каге продолжил.
— Может, я забагал это. Может, игре понравилось противоречие. Может, Морфеус увидел дешёвую шутку и подписал это. — Он приподнял помеченную руку немного. — Затем это превратилось в это.
Ухмылка Вами расширилась.
— Значит, ты грубой силой выбил класс художника.
— В основном.
— Это потрясающе.
— Это была глупая инвестиция, — сказал Каге, затем добавил: — сначала.
— Это тоже весело, — ответил Вами.
Джули изучала Каге в тишине. Она носила выражение человека, перестраивающего диагноз после новых результатов тестов.
Рен остался неподвижен.
Лили выглядела задумчивой. Зара выглядела оправданной. Джакс выглядел раздражённым тем, что объяснение каким-то образом сделало ситуацию одновременно яснее и хуже.
Затем Зара заговорила снова.
— Для человека, который провёл день запуска, отвечая на каждый вопрос одним словом, ты стал гораздо более разговорчивым.
Каге посмотрел на неё.
Финн кивнул немедленно.
— Ага. В шахтах ты был типа страшным.
— Это преуменьшение, — сказал Джакс.
Лили слабо улыбнулась.
— Ты действительно кажешься другим.
Он ничего не сказал.
Она продолжила всё равно, мягко.
— Твой взгляд задерживается на вещах теперь. Пейзаж. Люди. Ты действительно реагируешь. — Её глаза скользнули мимо него к дрейфующим рамам и обратно. — Мне нравится эта версия тебя больше.
Джакс хмыкнул.
— Он раньше ходил так, будто мир был ему должен время.
— Факты, — сказал Жердев немедленно. — До этого? Брат. Я отправлял ему целые панические эссе, и получал обратно одно «ок» и, может, хмык. Он вёл себя так, будто дыхание стоит денег, и я тратил его кислород.
Финн сделал беспомощный маленький жест.
— Это… ты всё ещё интенсивный. Просто… меньше похоже на то, что ты вот-вот исчезнешь в стену.
Валдриас переложил щит на плечо.
— Ты держишь себя легче.
Это удивило Каге достаточно, что он действительно посмотрел на него.
Валдриас предложил маленькое пожатие плеч.
— Что? У меня есть глаза.
Вами скрестил руки и наблюдал с открытым интересом, его выражение заострялось так, как это бывало, когда разговор переставал быть социальным и начинал выявлять структуру.
Каге стоял там, и все они смотрели на него, и у него не было полезного ответа.
Был ли я действительно…
Вопрос пришёл быстро и тяжело.
Он искал чистое объяснение и нашёл беспорядок.
Деньги помогли. Эта часть была очевидной. Непосредственный долг перестал пытаться перегрызть ему горло каждое утро. У его матери было время теперь. Шесть месяцев. Простор для дыхания. Будущее достаточно далеко, чтобы планировать. Ему всё ещё нужно было больше. Гораздо больше. Лекарство сидело на горизонте с ценником достаточно большим, чтобы заставить святого ограбить банк. Но давление изменило форму.
Раньше каждая потраченная минута имела зубы.
Она кусала, когда он говорил слишком долго. Она кусала, когда он смотрел на пейзаж. Она кусала, когда он позволял разговору стать человеческим. Она кусала всякий раз, когда что-то внутри него пыталось остановиться и почувствовать что-либо кроме срочности.
Продолжай двигаться. Продолжай зарабатывать. Продолжай держать её живой.
Этот приказ жил под всем.
Теперь команда всё ещё существовала. Он мог чувствовать её, тусклую и тяжёлую в центре груди, как старый синяк, сжатый погодой. Она всё ещё говорила. У неё просто было меньше рычагов. Старая выкручивающая боль, которая раньше заставляла его руку, ослабла. Чувство осталось. Власть из него ушла.
Он заметил это у Песни Камня.
Он заметил это в Грейвотере, стоя перед картинами Лиры дольше, чем оправдано.
Он заметил это с NPC. В том, как он вручил Лили книгу навыков. Даже с Жердевым, что было откровенно инкриминирующим.
Он продолжал делать вещи, которые старая версия его отрезала бы по колени.
И самая странная часть была в том, что некоторые из этих вещей чувствовались правильными.
Не эффективными или безопасными. Правильными.
Ответ сидел где-то между его классом, его облегчением, его истощением и той трещиной, которая открылась в нём, когда выживание перестало кричать достаточно громко, чтобы заглушить всё остальное.
Никакой чистый ярлык не подходил.
Каге посмотрел на Лили сначала, затем на Зару, затем на остальных.
— Я… — Слово застряло на выходе.
Одно это купило ему десять полных очков социального урона.
Он всё равно закончил.
— Я не знаю.
Никто не перебил.
Звук переворачивающейся страницы вдалеке прошёл один раз через темноту.
Честность этого приземлилась где-то в пространстве между ним и остальными, и он смотрел, как она приземляется, и она осталась там, и никто не заполнил её чем-то лёгким.
Удар.
Он выпрямился.
— Ладно. Мы не пришли сюда обсуждать мою личность, — сказал он. — Сосредоточьтесь на рейде.
Зара приняла поворот немедленно. Благослови её повреждённую маленькую душу таблицы.
Никто не давил. Джули дала маленький кивок, который признал обе вещи одновременно, то, что он сказал, и то, что он не сказал, и повернулась обратно к окружению. Вами уже смотрел наружу. Рен двинулся к краю платформы и посмотрел вниз в пустоту, измеряя падение так, как кто-то думает в терминах падения и того, что последует.
Группа распространилась по обсидиановому острову и провела инвентаризацию ситуации.
Рамы дрейфовали по своим собственным орбитам. Смятые пергаментные луны поворачивались над головой, медленные и огромные. Безысточниковый свет держался устойчиво.
И затем геометрия решила, что была терпеливой достаточно долго.
Лестница возникла из края платформы в двадцати метрах справа от них. Каменные ступени, функциональные и обычные, поднимающиеся под разумным углом ко второй платформе выше. Примерно четыре секунды она выглядела как начало.
Затем ступени расплющились. Каждая ступень повернулась горизонтально, гладко и намеренно, пока лестница не стала пандусом. Жердев шагнул на первый переформированный камень рефлекторно и немедленно потерял опору. Финн поймал его за руку.
— Э-э, спасибо, — сказал Жердев.
— Не делай так, — сказал Финн.
Через платформу материализовался мост из текста. Буквы почерневшего, архаичного письма устроились в доски и перила, целая структура из чистого языка, подвешенная между обсидиановым островом и вторичной платформой на севере. Она держалась три секунды. Затем буквы перераспределились, перестраиваясь в другие слова, и две доски растворились на середине пролёта, когда буквы, образующие «пол», стали «потолком» и переместились соответственно.
Вами шагнул к краю обсидианового моста и посмотрел вниз в темноту под ним с открытым восторгом.
— Я люблю это место.
— Ты говоришь это о каждой локации, которая выглядит так, будто может убить нас за неверный шаг, — сказала Джули.
— Потому что это хорошие.
Фиксированных коридоров не было. Фиксированного ничего не было. Геометрия переписывала себя по циклу, который Каге не мог вычислить из одного наблюдения. Каждая поверхность несла неявную сноску временности. Смятый пергамент над головой бросал смещающиеся тени, пока луны поворачивались, и каждая новая тень производила новую конфигурацию на платформах внизу. Пандус, видимый только когда свет падал на него слева. Текстовый мост, собирающийся в тени и растворяющийся, когда тень проходила.
Каге смотрел, как одна из массивных рам дрейфует мимо на уровне платформы, может, в пятнадцати метрах, содержащая то, что выглядело как наполовину отрендеренный берег. Краска на её самой правой трети отсутствовала. Голый холст, белый и ждущий.
Заброшен, сказало обозначение. Черновик 4.
Всё в этом месте было оставлено незаконченным.
Муме мурлыкал в его ладони.
Десять человек на парящем острове. Никаких фиксированных путей. Постоянно пересматриваемая архитектура. Рамы, дрейфующие через пустоту, которые могли вести куда-то или могли быть просто декорацией из мысли, которая никогда не завершила себя.
Каге посмотрел на текстовый мост, собирающий новую конфигурацию, на переформированные ступени, снова решающие между пандусом и лестницей, на вторичные платформы, вращающиеся на разных высотах без очевидных связей между ними.
Вопрос был достаточно простым.
В бесконечной пустоте, полной парящих рам и перестраивающегося языка, где именно было начало?
Вопрос пришёл от Джакса.
Он стоял у центра обсидиановой платформы с одной рукой на оружии и другой поднятой в свободном, саркастическом жесте на пустоту, дрейфующие рамы, пергаментные луны, весь архитектурный нервный срыв вокруг них.
— Так, — сказал Джакс, — разве ты не должен быть мастером этого подземелья?
Несколько голов повернулись к Каге.
Жердев выглядел искренне заинтересованным в ответе. Вами выглядел развлечённым. Зара выглядела так, будто уже пожалела о том, что находится в рейде с ними обоими.
Каге не дал Джаксу ничего. Ни взгляда. Ни ответа. Он пошёл к краю платформы и смотрел, как лестница решает, что хочет стать пандусом в третий раз меньше чем за минуту.
Геометрия сдвинулась снова. Буквы потекли вместе в воздухе, образуя мост. Пятно тени скользнуло по структуре, и половина глифов перестроилась в другое предложение. Мост провис, исправился, затем потерял две доски вообще.
Эта часть значила больше, чем Джакс.
Он присел на краю обсидиана и смотрел на тайминг. Подземелье уже говорило. Рейды всегда говорят. Хорошие никогда не замолкают. Игроки просто умирают, потому что продолжают пытаться взломать это грубой силой.
— В этой комнате есть ответ, — сказал он.
Это привлекло внимание всех быстрее, чем если бы он щёлкнул пальцами.
Он держал глаза на смещающихся путях.
— Рейды загружают механики в начале. Особенно скрытые. Первая комната учит теме, движению, давлению или взаимодействию. Если мы пропустим это здесь, это убьёт нас позже.
Зара скрестила руки.
— Согласна.
Финн шагнул ближе к краю и посмотрел в темноту внизу.
— Значит, решение где-то на платформе.
— Или на нас. — Каге встал и повернулся обратно к группе. — Единственные вещи, которые это место дало нам напрямую, — это метки.
Это приземлилось немедленно.
Все посмотрели вниз на свои руки.
Подписи всё ещё выделялись против странного света Галереи. Носители обычных меток носили свои мелово-серые размазы через костяшки и запястья, матовые и сухие, как будто кто-то набросал поверх их кожи и решил оставить это там. Чёрные геометрические линии Джули оставались линейно-прямыми и чёткими, элегантные углы обёрнуты вокруг её рук с суровой чистотой чертёжной архитектуры. Вами, Рен и Жердев несли светящуюся мокрую краску до запястья, цвет собирался и сворачивался над собой в медленных течениях. Собственное письмо Каге парило над его кожей в отцепленных чёрных буквах, которые вращались вокруг его предплечья, как послушные обломки.
Каждая метка принадлежала этому месту. Каждая метка имела цель.
— Разошлись, но оставайтесь на платформе, — сказал Каге. — Никто не тестирует ничего в одиночку у края. Называйте любую реакцию. Движение, тепло, звук, притяжение, визуальное изменение. Что угодно.
Жердев поднял помеченную руку и уставился на неё с театральным подозрением.
— Моя ручная слизь всё ещё глубоко тревожна.
Вами рявкнул смехом.
Каге проигнорировал всё это и начал организовывать по типу метки, потому что хаос с десятью людьми становился комедией ровно на четыре секунды, а затем становился вайпом.
— Обычные метки вместе первыми, — сказал он. — Лили, Зара, Финн, Джакс, Валдриас. Двигайтесь вокруг краёв. Медленно. Редкие метки. Джули и я последними.
Джакс указал на себя.
— Ты уже помещаешь меня в категорию расходников?
— Ты вызвался в момент, когда начал говорить.
Это заработало короткий смешок от Финна. Даже рот Зары дёрнулся.
Они двинулись.
Лили пошла налево, осторожная и легконогая, взгляд метался между краем платформы и висящими структурами за ним. Зара направилась направо с тем размеренным темпом, который предполагал, что она мысленно уже строит график. Финн дрейфовал за ней, пока Валдриас взял ближнюю сторону с готовым щитом, а Джакс взял дальнюю сторону, бормоча что-то под нос о скрытых любителях искусства.
Каге повернулся к трём носителям редких меток.
Вами уже держал руку вытянутой на уровне груди, изучая светящиеся капли, свисающие с его костяшек. Они были красивы агрессивным способом. Жидкий белый с нитями бледного золота, почти слишком яркий, чтобы смотреть прямо.
— Когда мы получили эти, — сказал Вами, — капли падали вниз.
Он наклонил запястье. Толстая бусина собралась на его указательном пальце, потянулась от кожи и зависла. Она наклонилась за вертикаль.
— Теперь они падают куда-то ещё.
Каге шагнул ближе.
Капля вытянулась в чистую линию к открытому воздуху, не к платформе внизу. Она выглядела почти как стрелка компаса, сделанная из мокрого света.
Вами повернул торс на десять градусов. Капля качнулась с движением, затем исправилась, оттягиваясь обратно к той же точке в пространстве.
Рен уже повторял тест без просьбы. Его глубокий кобальтовый пигмент собрался на краях его пальцев и вытянулся в тонкие нисходящие нити. Он повернул руку через несколько углов, терпеливо и точно. Каждая нить скорректировалась и осела к тому же далёкому вектору.
— Он держит фиксированную ориентацию относительно окружения, — тихо сказал Рен. — Не относительно тела.
Каге кивнул один раз.
— Жердев.
Жердев вытянул руку с выражением, обычно reservированным для ядовитой дикой природы. Багровая и янтарная краска вилась над его кожей в роскошных, дорого выглядящих течениях. Тяжёлая капля сформировалась на его большом пальце, потянулась вбок и указала в пустоту.
— О, это глубоко проклято, — заявил Жердев.
Каге шагнул между тремя носителями редких меток и посмотрел наружу вдоль линии, которую указывали их метки. Капли все наклонялись к одному и тому же общему сектору пустоты. Не прямо вперёд. Слегка вверх и влево относительно текущей платформы.
Интересно.
Недостаточно само по себе. Хорошие рейды наслаивали механики. Направление без опоры просто означало, что игра хотела, чтобы они оценили гравитацию по пути вниз.
Он повернулся.
— Редкие метки указывают. Продолжайте отслеживать вектор.
— Указывают на что? — крикнул Финн.
— Позже, — сказал Каге.
— Ободряюще, — пробормотал Джакс с дальнего края.
Рама дрейфовала мимо ниже уровня платформы, неся изображение городской улицы, нарисованной широкими мокрыми мазками. Одно здание на холсте никогда не было закончено. Голый лён просвечивал в белом блоке там, где должна была быть стена. Когда рама прошла под ними, её ложный солнечный свет бросил новый угол тени через пустоту. Лестница справа от них скрутилась в существование в ответ, каждая ступень возникала из тьмы, как будто проявленная в химической ванне.
Лили остановилась.
— Погодите, — сказала она.
Все повернулись к ней.
Она стояла у текстового моста на левой стороне платформы, одна нога на шаг от края. Смещающиеся буквы ближе к ней замедлились. Каге увидел это немедленно. Письмо, которое скользило, переписывалось и переупорядочивалось каждые несколько секунд, осело на место вокруг неё.
Ближайшая доска держала форму.
Затем следующая.
Лили подняла помеченную руку. Бледный серый уголь на её пальцах углубился, сухой размаз стал ярче по краям со слабой мелово-белой вспышкой.
— Моя метка что-то делает, — сказала она.
Шепчущий звук моста изменился. Раньше буквы шипели друг над другом, как бумага, тёртая о бумагу. Вокруг Лили шум расплющился в сухую неподвижность.
Каге пересёк платформу немедленно.
— Пока не двигайся.
Он подошёл рядом с ней и посмотрел вниз. Мост простирался на шесть метров от обсидианового края, прежде чем снова раствориться в смещающемся письме. Секция ближе всего к Лили стояла твёрдо, каждая буква слилась в жёсткие чёрные штрихи с бледной пылью, собранной в швах.
— Что изменилось? — спросил он.
— Я просто подошла близко, — сказала Лили. — Оно нагрелось. Затем мост перестал… делать это.
Зара подошла со стороны, глаза сужены.
— Можешь отступить на один шаг назад?
Лили сделала.
Эффект угас почти мгновенно. Буквы задрожали. Одна из досок размылась по краям и начала распадаться на отдельные глифы.
Каге поднял руку.
— Вперёд снова.
Лили вернулась на своё прежнее место. Доска устоялась. Буквы застыли. Серая пыль поднялась с её метки мягким сухим завитком и опустилась в мост.
Вот оно.
Финн наклонился, интерес пересилил осторожность.
— Стабилизация на основе радиуса.
— Похоже на то, — сказала Зара.
Джакс подошёл, скептицизм всё ещё цел, но терял позиции.
— Или подземелью просто нравятся целители.
— Иди встань там и докажи, что твоя личность имеет значение, — сказала Зара.
Джакс открыл рот, передумал и пошёл на место Лили, когда она отступила.
Мост дестабилизировался во время перехода. Глифы отслоились и крутанулись один раз в темноте. Затем меловая метка Джакса вспыхнула над его рукой и запястьем. Буквы ближе к нему застыли на месте.
Его брови поднялись.
— Хм.
Валдриас взял следующий черёд. Тот же результат. Секция ближе к нему заблокировалась твёрдо, достаточно широкая для осторожной опоры. Финн последовал. Затем Зара. Каждый носитель обычной метки производил тот же эффект. Точные узоры пыли варьировались, вспышка выглядела немного по-разному на каждой руке, но результат держался.
Каге смотрел каждый тест с той же отрывистой сосредоточенностью, которую приносил в бой. Комната наконец отдала один из своих зубов.
— Обычные метки стабилизируют нестабильную геометрию, — сказал он.
Никто не спорил. Доказательство сидело перед ними как мост, который продолжал решать, верит ли он в себя.
Жердев засветился.
— Мы полезны.
Джули дала ему косой взгляд.
— Ты полезен уже минуты. Постарайся не делать это странным.
— Я делаю всё странным. Это брендинг.
Каге проигнорировал это и двинулся к новоявленной лестнице на правой стороне платформы. Она была в середине очередного кризиса идентичности, ступени расплющивались в скользкий уклон и затем делились снова. Он жестом указал Валдриасу.
— Тестируй эту.
Валдриас шагнул вперёд, щит на руке, поза устойчива. Мелово-серая метка на его руке вспыхнула. Секция лестницы ближе к нему заблокировалась в правильные ступени сразу. Чистые подступенки. Жёсткие края. Твёрдый камень.
Он поставил вес на первую. Она держалась.
Затем он поднялся на три ступени. Лестница стабилизировалась вокруг него в движущемся пузыре уверенности, каждая ступень застывала на месте за момент до того, как его сапог касался её, пока секция над ним продолжала примерять новые формы.
Зара наблюдала внимательно.
— Локализованный эффект. Структура остаётся нестабильной вне радиуса.
— Значит, мы можем создавать путь по мере движения, — сказал Финн.
— И терять его, когда покидаем, — добавил Джакс.
Каге отложил это. Важно. Комната хотела активного участия, не одноразовой активации. Хорошо. Раздражающе, но хорошо. Такой вид правила обычно масштабировался по всему рейду.
Он посмотрел обратно на носителей редких меток. Вами всё ещё держал руку вытянутой, краска капала к той же далёкой линии через пустоту. Метка Рена тоже указывала туда. Метка Жердева следовала, хотя его рука слегка дрожала, потому что он очень старался не стоять слишком близко к любому краю.
— Куда? — спросил Каге.
Вами наклонил подбородок к лево-переднему квадранту Галереи.
— Всё то же. Слегка выше нашей платформы. Может, через ту цепь рам.
Рен проверил снова и кивнул.
— Последовательно.
Каге повернулся к Джули.
— А твоя?
Она изучала свои руки, а не окружение, брови сведены в концентрации. Вблизи чёрные линии её метки выглядели невозможно точными. Никакого размаза. Никакого растекания. Просто чистая геометрическая точность, положенная на кожу, как строгий в мире набросок.
Джули медленно сжала пальцы.
— Ничего очевидного.
— Чувствуешь что-нибудь? — спросила Зара.
Джули рассмотрела, затем покачала головой.
Она подняла одну руку к смещающемуся мосту. Чёрные линии на её запястье остались идеально неподвижными. Мост продолжал шептать и переупорядочиваться за стабилизированной секцией.
— Присоединяйся к клубу, — сказал Каге.
Все посмотрели на него.
Он взглянул вниз на архаичные буквы, вращающиеся вокруг его предплечья. Его собственная метка была активна с момента, когда они вошли. Это было очевидно. Письмо двигалось постоянно, медленно и отцепленно, кружа вокруг него, как будто его рука была хребтом крошечного чёрного шторма. Оно реагировало на окружение способами слишком скользкими, чтобы пришпилить. Когда он повернулся к мосту, несколько букв дрейфовали к смещающемуся тексту. Когда он посмотрел на лестницу, некоторые символы потянулись к её швам. Ответ чувствовался широким. Концептуальным. Полезным позже. Бессмысленным сейчас.
Он шагнул к краю моста и поднял помеченную руку над меняющимся письмом за стабилизированной секцией Лили.
Буквы вокруг его руки поднялись.
Несколько сломали орбиту и потянулись к мосту тонкими чёрными следами, как будто пытаясь прочитать что-то, написанное внутри самой структуры. На полсекунды смещающиеся глифы под ними заострились. Он поймал фрагмент архаичного текста. Три слова. Затем мост переписал себя, смысл ускользнул, и его собственные вращающиеся буквы вернулись к его руке.
Это всё. Ни пола. Ни дверного проёма. Просто намёк. Раздражающе в своём стиле.
— Ну? — спросил Джакс.
Каге посмотрел на мост.
— Позже.
Джакс развёл руки.
— Ты продолжаешь говорить это так, будто это план.
— Это он и есть.
Зара вмешалась прежде, чем разговор мог деградировать во что-то громче.
— У нас достаточно, чтобы двигаться. Это приоритет.
Она была права.
Каге бросил ещё один долгий взгляд на комнату и сложил кусочки вместе.
Обычные метки создавали опору. Редкие метки обеспечивали направление. Одна группа говорила им, где им позволено стоять. Другая предлагала, куда рейд хочет, чтобы они шли. Это решало непосредственную проблему. Это также кричало о философии дизайна. Подземелье разделило рейд на функциональные роли до первого пула. Основание. Ориентация. Что-то ещё для Джули. Что-то ещё для него.
Место было машиной из незаконченных идей, и оно уже начало сортировать их на части.
Хорошо, подумал он. Мы можем с этим работать.
Он заговорил громче, чтобы все могли ясно слышать.
— Вот что мы знаем. Обычные метки стабилизируют смещающиеся структуры в локальном радиусе. Редкие метки указывают последовательное направление. Мы используем оба. Носители обычных меток создают пол. Носители редких меток держат нас на цели.
Джули посмотрела с моста на парящие рамы и обратно.
— Какой порядок?
Каге ответил немедленно, затем остановился.
— Ва— Нет. Если мы сложим обычные метки впереди, мост растворится под задней половиной. — Он указал вдоль пролёта. — Серые метки стабилизируют локальный радиус. Мы идём вперемешку. Якорь, пассажир, якорь, пассажир.
Каге продолжил.
— Валдриас первый. Он танк, и если мост отреагирует, я хочу, чтобы щит ел это. Вами второй. Лили третья. Рен четвёртый. Зара пятая. Джули шестая. Финн седьмой. Жердев восьмой. Джакс девятый. Носители обычных меток держат структуру стабилизированной по всей длине. Редкие метки продолжают вызывать направление.
— Эй, — сказал Жердев. — Я могу сражаться.
— Да, — сказал Каге. — Где-то в середине между двумя стабильными секциями.
Лили действительно улыбнулась этому.
— А ты? — спросила Зара.
Каге посмотрел ещё раз на своё парящее письмо.
— Тыл, — сказал он. — Если что-то сдастся, я хочу задний конец.
Джакс указал на него.
— Это звучит выдуманным.
— Это рейдовый план, — сказал Каге. — Он всегда выдуман, пока не сработает.
Это, раздражающе, заткнуло его.
Они собрались на левом краю, где текстовый мост формировался и переформировывался над пустотой. Вблизи эта вещь чувствовалась страннее. Каждая доска состояла из сжатого архаичного письма, вплетённого в поверхность, достаточно широкую для сапога. Некоторые слова были неполными. Некоторые имели слишком много штрихов. Другие выглядели как один и тот же символ, скопированный кем-то, чья память начала рваться. За ближайшим радиусом стабилизации перила рябили, и поверхность моста текла, как язык, пытающийся вспомнить форму дерева.
Падение под ним исчезало в тёмной дали. Рамы дрейфовали внизу, как отрезанные окна, каждая содержащая какую-то отдельную незаконченную сцену. Берег. Бальный зал. Поле под зелёным небом. Библиотека с отсутствующей задней стеной.
Жердев посмотрел вниз один раз и сделал лицо.
— Я ненавижу высоту.
— Смотри вверх, — сказала Джули.
Он подчинился мгновенно.
Валдриас поднял помеченную руку. Мелово-серый размаз через его пальцы стал ярче, и первый пролёт моста зафиксировался на месте с сухим шипением. Камень чувствовался бы более обнадёживающим. Языку придётся подойти.
Он оглянулся на Каге.
— Готов?
Каге посмотрел мимо него на направление, которое указывали редкие метки.
Краска Вами наклонялась к сломанному коридору рам, дрейфующих в далёкой тьме. Метка Рена совпадала точно. Капля Жердева тянулась так же, качаясь от его дыхания. Три компаса. Один ответ.
Он всё ещё не знал, что делает его собственная метка здесь. Он всё ещё не знал, что делает метка Джули. У него было очень сильное подозрение, что обе станут проблемой всех позже.
Пока подземелье дало им пол и направление. Этого было достаточно.
— Двигаемся медленно, — сказал он. — Называйте каждое изменение. Если вектор сдвинется, говорите. Если мост изменится, говорите быстрее.
Каге шагнул в сторону и дал Валдриасу полосу.
Он поставил сапог на первую стабилизированную доску.
Мост держался.
Второй шаг. Ещё одна вспышка бледной пыли от его метки. Письмо перед ним высохло в твёрдость.
Вами последовал.
Затем Лили.
Затем Рен.
Мост писал себя твёрдо под их ногами, одна безопасная секция за раз, пока за ними остальная Галерея поворачивалась и пересматривалась и ждала.
— Якорь, пассажир, якорь, — сказал Каге снова.
Его голос остался плоским. Мост уже нёс достаточно драмы для десяти человек.
Валдриас продвинулся первым с башенным щитом высоко и мелово-белой меткой, светящейся через его руку, как свежий уголь. Каждый шаг высушивал ближайший пролёт письма в твёрдость. Буквы под его сапогами перестали течь и зафиксировались на месте со слабым шёпотом, как будто страница решила затвердеть из злобы.
Вами последовал близко позади, одна рука слегка приподнята от бока. Светящаяся белая краска, виющаяся над его кожей, наклонялась вперёд в устойчивом притяжении, всегда указывая глубже в пустоту. Жердеву пришлось держать свою светящуюся руку вверх, как человек, проверяющий дождь, потому что его другая рука продолжала вертеться всякий раз, когда мост дёргался.
Лили двигалась осторожно, точно туда, куда Джули сказала ей ставить ноги.
— Короткие шаги, — крикнула Джули вперёд, спокойно, как будто они пробегали нормальное подземелье, а не шли через предложение над бесконечной смертью. — Держи вес по центру. Не борись с качанием. Позволь бёдрам делать коррекцию.
Джакс посмотрел через край один раз и резко вдохнул.
— Круто. Ненавижу это.
— Тогда смотри на спину Финна, — сказала Зара.
Финн продолжал двигаться.
— Я беру дополнительную плату за это.
Мост прогнулся.
Целая секция в трёх метрах позади Джакса размоталась и распалась на парящие символы. Они отслоились чёрными лентами и дрейфовали вниз мимо сотни висящих рам, мимо разорванных пергаментных лун и наполовину нарисованных пейзажей, мимо расстояний слишком глубоких, чтобы глаз мог доверять. Каге смотрел на обрушение с тыла и чувствовал, как кожа между его плечами стягивается.
Если один человек паникует и бежит, вся эта штука рушится.
Он двигался с намеренной медлительностью, сапоги приземлялись точно в след стабилизированного пути. Парящее письмо вокруг его собственной руки держало свою ленивую орбиту. Тихое. Терпеливое. Метка не дала ему ничего полезного в поле входа. Ему это не нравилось. Скрытые механики ему нравились ещё меньше, когда они принадлежали ему.
Впереди редкие метки продолжали соглашаться. Белый отблеск Вами тянулся к одному пункту назначения. Глубокий кобальт Рена зеркалил его. Багровые и янтарные капли Жердева тянулись за той же невидимой точкой и оставляли маленькие хвосты света, висящие в воздухе, прежде чем они исчезали.
Каге держал глаза на мосту, затем на пустоте, затем на спинах своей группы.
Якорь, пассажир, якорь.
Формация работала.
Где Валдриас, Лили, Зара, Финн и Джакс проходили, мост держался. Их метки холста заставляли реальность держать один ответ за раз. Нестабильные секции между ними рябили, как мокрые мазки кисти, затем высыхали под следующей обычной меткой. Вами, Рен, Джули и Жердев шли через эти временные коридоры уверенности и несли направление группы с собой. Каге шёл последним и смотрел, как дорога умирает позади него.
Галереи сдвигались вокруг них, пока они пересекали. Лестница слева от них сложилась в ленту каллиграфии и унеслась в темноту. Далёкая рама повернулась и вылила стаю бумажных птиц в пустоту. Мраморный балкон появился на три вдоха, собрал лунный свет, затем растворился обратно в графитовые линии.
Никто не говорил некоторое время после этого. Дыхание взяло верх. Сапоги звенели мягко по письму. Плащ Жердева шипел всякий раз, когда задевал нестабильные перила.
Затем Вами остановился.
Движение рябью прошло назад через линию.
— Вектор заканчивается здесь, — сказал он.
Рен поднял свою помеченную руку и взглянул к той же точке.
Они достигли парящей рамы больше городских ворот.
Она висела вертикально в пустоте с одним нижним углом, утопленным в темноту, и противоположным углом, исчезающим в незаконченном линейном рисунке. Позолоченные края окружали картину. Вода собиралась вдоль нижней кромки и падала медленными стеклянными каплями, которые исчезали до того, как достигали бездны. Одна сторона рамы несла толстую, безупречную орнаментацию. Другая сторона показывала только графитовые строительные метки, измерения и несколько заброшенных штрихов, как будто художник потерял терпение на полпути через границу.
Внутри рамы океан застыл в середине катастрофы.
Волны восьмидесяти футов высотой вздыбились в шторм, как сапфировые стены. Молния разветвлялась через побитое небо и держалась идеально неподвижно. Дождь висел в воздухе миллионами твёрдых прозрачных бусин. Половина морского пейзажа держала абсурдную детализацию. Пена гребневала индивидуальными завитками. Отражения мерцали слоями. Половина сцены ломалась в каркасную геометрию, пустые белые плоскости, обнажённые перспективные сетки и сырой подмалёвок.
— Мокрый, — тихо сказал Финн.
— Ага, — ответил Джакс. — Это один термин.
Каге шагнул мимо остальных и изучил раму.
Холод излучался от неё устойчивым давлением. Его дыхание затуманило нарисованную поверхность. Океан внутри нёс движение без движения, точно так же, как нарисованный клинок нёс насилие до того, как он взмахнул. Муме пульсировал один раз в его хвате. Маленький, почти любопытный сигнал.
Ты тоже это чувствуешь, да.
Он протянул руку и коснулся позолоченного края. Рама ответила низким резонансом, который прошёл вверх по его пальцам и в метку на запястье. Архаичные буквы вокруг его руки шевельнулись, затем снова осели.
— Порядок тот же, — сказал Каге. — Валдриас первый. Один шаг внутрь. Тест опоры. Все остальные ждут.
Валдриас кивнул один раз, затем шагнул через картину.
Рама приняла его чисто. Ни всплеска. Ни искажения портала. В один момент он стоял на мосту. В следующий он стоял внутри шторма на гребне волны, сделанной из полупрозрачного синего стекла. Он воткнул щит, посмотрел вниз и дал Каге большой палец вверх.
— Стабильно, — крикнул он.
— Стабильно рядом с тобой, — поправила Зара.
— Достаточно близко, — сказал Вами и шагнул через.
Остальные последовали быстро после этого.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Ты вошёл в Черновик Шторма и Воды
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Холод ударил Каге в момент, когда он пересёк.
Он укусил внутренность его носа и срезал каждое дыхание тонко. Его сапоги ударили по волне яркой звенящей нотой, соборно-чистой, и звук убежал через стекло под ногами. Он остановился на инстинкте и позволил окружению ударить его всё сразу.
Они стояли на замёрзшем гребне волны выше башни. Сапфировое стекло изгибалось в обе стороны и плюхалось в прозрачную глубину. Далеко внизу, мили под поверхностью, реки светящегося синего и серебряного текста вились длинными спиралями, стайками и поворачиваясь, как рыба. Каждое течение выглядело наполовину закончившим писать подводное течение.
Небо раскололось на две части. Слева штормовые облака сбились в глубокие побитые фиолетовые и индиго, достаточно плотные, чтобы чувствоваться. Справа белый холст растянулся до горизонта, покрытый графитовыми линиями сетки и точными перспективными метками. Зубчатые вилки молний висели между этими половинами, зафиксированные в воздухе и гудящие пойманным напряжением. Стеклянные капли дождя парили везде вокруг них, невесомые и совершенные, каждая ловила свет шторма и отбрасывала его обратно холодными искрами.
Жердев огляделся с открытым ртом.
Лили обхватила себя руками один раз, больше от реакции, чем от фактического управления температурой.
— Пожалуйста, скажи мне, что пол не растает.
— Стекло, — сказала Зара, приседая для лучшего обзора.
Джакс уставился вниз через волну.
— Я больше никогда не буду шутить над студентами-художниками.
Впереди них, за ещё тремя замёрзшими волнами и широкой областью, где черновик уступал белому ничто, тёмная форма висела внутри шторма. Ещё одна рама, может быть. Может, выход. Редкие метки все хотели туда.
Проблема жила в промежутке между здесь и там.
Гребень, на котором они стояли, сужался после двадцати ярдов, затем ломался в незаконченные плоскости и открытый белый холст. Следующая волна поднималась за этим белым разрезом. Никакой мост не связывал их. Никакие лестницы не предлагали маршрут.
Валдриас повернулся что-то сказать и задел одну из парящих капель дождя углом своего щита.
Капля упала.
Она ударила стеклянную волну у их ног и разбилась, как хрустальная бусина под молотом.
Каждый глаз метнулся к ней.
Звук прозвенел через шторм.
Буквы Каге двинулись.
Архаичное письмо, вращающееся вокруг его руки, ускорилось в тёмный размаз, и небо над ним распаковалось. Берега облаков ослабли в штрихи. Вилки молний стали пунктуацией. Через замёрзший шторм линия огромного чёрного текста появилась между подвешенными болтами, каждый символ высотой с дом, висящий слегка над миром вместо того, чтобы покоиться внутри него.
Затем строка изменилась.
Он смотрел, как слова отсекаются и переписывают себя в реальном времени.
и град падал как кинжалы
Предложение несло намерение, как поднятый клинок.
Кожа головы Каге стянулась.
— Никто не трогает дождь.
Валдриас застыл.
— Я извиняюсь.
— Что? — сказал Джакс. — Почему?
Каге снова посмотрел вверх. Слова остались подвешенными через шторм, механика, ждущая триггера.
— Это пишет опасность над головой, — сказал он. — Одна капля разбилась. Строка обновилась.
Тишина взяла это на секунду.
Затем Зара посмотрела вверх в явно пустое небо, не нашла ничего и всё равно приняла это.
— Какая строка?
Каге процитировал её.
Джули резко вдохнула.
Все повернулись к ней.
Чёрные геометрические линии вокруг её запястий начали светиться. Резкие углы прорисовывались ярче через тылы её рук. Она уставилась мимо плеча Каге, мимо видимой волны, в секцию белой пустоты над штормом и справа от них.
— Там корабль, — сказала она.
Жердев немедленно посмотрел туда, куда она указывала, и не увидел абсолютно ничего.
— Есть?
Джули приподняла помеченную руку немного выше.
— Огромный. Форма галлеона. Сломанный хребет, сломанные мачты. И… — Она моргнула сильно. — Риф. Массивный риф. Всё это всё ещё там, как… как будто под черновиком. Как будто кто-то оставил набросок.
Каге почувствовал, как что-то холодное и острое осело на место в его голове.
Корректор. Набросок.
Поле снаружи было комнатой ожидания. Это была настоящая комната. Подземелье наконец начало использовать их метки.
— Опиши позиции, — сказал он.
Джули быстро посмотрела на него, благодарная за отсутствие спора.
— Риф поднимается снизу справа от нас. Он режет вперёд и вверх через ту белую секцию. — Она указала снова, прочерчивая диагональный путь через воздух. — Корабль сидит пойманным на нём. Корпус расколот. Нос наклонён к тому, к чему тянет метка Вами.
Голова Вами повернулась.
— Значит, маршрут существует.
Финн сделал один осторожный шаг к белому краю волны. Его метка холста вспыхнула. Стекло под ним осталось твёрдым на два фута дальше, чем имело право, затем смягчилось в бледные линии сетки и прозрачную неопределённость.
— Обычные метки могут держать край немного, — сказал он. — Только немного.
Рен двинулся рядом с Вами и изучил угол его мокрой краски.
— Линия Джули совпадает с вектором.
— Хорошо, — сказал Каге.
Он снова посмотрел вверх.
Шторм добавил ещё один фрагмент дальше, сначала слабый и незаконченный, затем темнеющий, пока черновик решал, чего он хочет.
корпус застрял крепко на рифе
Он выдохнул через нос.
Отлично. У подземелья были патчноуты в небе.
— Что ты теперь видишь? — спросила Зара.
Каге указал.
— Риф подтверждает. Корпус подтверждает. Маршрут хочет оба.
Джакс посмотрел между ним и Джули.
— Извините, мы теперь занимаемся групповыми галлюцинациями?
— Мы рейдим, — сказал Вами. — Постарайся успевать.
Джули шагнула к белому краю и подняла руку к невидимой структуре. Её пальцы остановились в воздухе. Сопротивление встретило их. Она вздрогнула, затем наклонилась внутрь.
— Я могу чувствовать линию, — сказала она тихо. — Как… проволоку.
— Попробуй короткий сегмент, — сказала Зара немедленно.
— Привяжите её, — сказал Каге.
Лили двинулась без необходимости повторять и подошла рядом с Джули.
— Я тебя держу.
Валдриас воткнул башенный щит и держал точку опоры. Финн взял противоположную сторону. Их серые метки распространили немного пыли по стеклу и затвердили ближайшую область во что-то, что черновик не мог сбросить.
Джули коснулась воздуха снова.
Затем она нарисовала.
Острейшая чёрная линия протянулась от её кончика пальца в пустоту. Она прорезала аккуратную диагональ через пустое пространство, линейно-прямую, элегантную, точную. На секунду остальные могли видеть то, что видела она. Неоново-зелёный и чёрный каркас вспыхнул вокруг этого штриха. Углы умножились. Скрытое ребро обнажило себя.
Черновик ответил.
Синий кристалл хлынул по линии. Коралловый отрог размером с ось телеги вытолкнулся из ничего и зафиксировался на месте с резонансным звоном. Он выдавался из волны, полупрозрачный и гребнистый, затем держался.
Жердев издал звук чистого восторженного ужаса.
— Это было больно.
Джули опустила руку, дыша немного тяжелее.
— Ладно. Ага. Это было больно.
Каге увидел, как чёрные линии на её запястье отступили на долю. Только немного. Достаточно, чтобы иметь значение.
Он отложил это немедленно.
Ограниченный ресурс. Никакой полосы. Визуальное истощение.
— Можешь сделать весь маршрут? — спросила Зара.
Джули посмотрела в скрытую геометрию и поморщилась.
— Весь? Ни шанса. Части, может быть. Хребет рифа ближе всего к нам. Может, достаточно корпуса, чтобы сделать опору.
Вами шагнул ближе, глаза сужены на пустом шторме.
— Нам нужна эффективная линия. Не трать заряд на декорации.
Джули бросила на него взгляд через плечо.
— Я собиралась слепить фигуру на носу для морали. Спасибо, что спас нас.
Джакс хмыкнул против воли.
Затем Джули добавила:
— Ты можешь отплатить мне, убрав салон позже.
Вами выглядел лично раненым.
— Посреди рейда?
— Тайминг — часть искусства.
Жердев указал между ними.
— Цели.
— Сосредоточьтесь, — сказала Зара, хотя её рот дёрнулся.
Каге посмотрел вверх ещё раз. Небо подчинилось.
Третий фрагмент собрался между замёрзшими вилками молний.
люди взобрались по сломанному хребту и достигли штормовых врат
Он указал через белую секцию.
— Джули рисует риф первым. Целься в хребет, который ведёт к корпусу. Нам не нужен полный корабль.
Рен двинулся первым и остановился точно в точке, где невидимый угол носа Джули, казалось, сходился. Вами совпал с ним на несколько шагов дальше, белый мокрый свет тянулся от его запястья, как натянутая нить. Жердев пошаркал на место и очень старался перестать звенеть.
Каге шагнул достаточно близко, чтобы видеть напряжение в пальцах Джули и слабую дрожь, бегущую через геометрические чернила на её руках. Класс Нежной, ветеран-целитель, и теперь, по-видимому, аварийный архитектор группы. Хорошо.
Чёрные линии выстрелили из кончиков пальцев Джули чёткими углами, один за другим, вбивая форму в пустоту. Скрытый каркас рифа зажгся зелёным и тенью. Она прочертила восходящую диагональ через белый разрез между волнами. Домен схватил эти штрихи и устремился завершить их. Сапфировый коралл взорвался из пустоты, гребнистый и зубчатый и достаточно широкий для сапог. Он взмыл вверх в хребте кристаллического роста и зафиксировался против следующей волны с гулкой нотой, которая прозвенела через каждую подвешенную каплю дождя.
Она продолжала.
Линия повернула.
Второй кластер штрихов обрисовал нижние кости корпуса. Массивные рёбра призрачного дерева вспыхнули в поле зрения, затем утолщились в реальность. Стекло и тёмная древесина хлынули поверх геометрии Джули. Сломанный галлеон вышел из отсутствия по секции и по предложению. Его разбитый борт застрял против новоявленного рифа. Палубные балки сформировались. Наклонный ряд досок появился вдоль расколотого хребта точно там, где строка неба обещала, что люди взберутся.
Затем рука Джули упала.
Геометрические чёрные линии на её запястьях выгорели драматически. Целые секции поблёкли. То, что осталось, цеплялось за её кожу более тонкими, более слабыми углами, как чертёж после слишком многих стираний.
Вами поймал её плечо.
— Сколько осталось? — спросил он, весь дело теперь. Беспокойство заострило его голос во что-то более чистое.
Джули сжала пальцы, нахмурилась и посмотрела на уменьшенную метку.
— Достаточно для чего-то маленького. Может. Две— нет, одна платформа. Я могу чувствовать, как остальное пытается восстановиться, медленно.
Впереди них новоявленный риф поднимался через сломанный океан сияющей диагональю.
Каге посмотрел на путь, который она сделала, затем вверх на следующее предложение, собирающееся в небе.
Маршрут впереди был хорош. Лучше, чем хорош. Это был дар, брошенный в их колени механикой, которую они не понимали, и целителем, у которой, по-видимому, были скрытые архитектурные привилегии. Проблема сидела в руках Джули.
Если место похоронило набросок под черновиком, тогда метка Джули могла воспринимать его.
Мог ли он вынудить остальное в реальность, не сжигая её заряд?
Идея приземлилась в его голове и осталась там.
Вероятно, нет. Что означает, я должен проверить это немедленно.
— Погодите секунду, — сказал Каге.
Валдриас застыл на месте во главе новоявленного пути. Джакс остановился на середине жалобы. Зара повернулась немедленно.
Джули моргнула.
— Что?
Каге шагнул к краю белого промежутка, который Джули не заполнила. Пустое черновое пространство ждало там.
— Я пробую кое-что, — сказал он.
Джакс скрестил руки.
— Это знаменитые последние слова в рейдах.
— Только если провалится.
— Это не помогает.
Проблема была в нацеливании. Намерении. У него был белый разрез в маршруте и желание, чтобы он перестал быть белым. Что, в игровых терминах, переводилось в мышление желанием с дополнительными шагами.
Всё равно стоит каста.
Он поднял два пальца к промежутку.
— Проход, — сказал он.
Титул осел над пустым пространством.
Затем он произнёс двустишие.
— Сформируй отсутствующую опору из пустого потока.
Память, позови невидимый путь и дай ему показаться.
Слова покинули его рот чисто. Рифма приземлилась. Авен ушёл.
Ничего не произошло.
Белый промежуток остался белым.
Единственная подвешенная капля дождя дёрнулась. Движение остановилось там.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен −100
Стих провален.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге цокнул языком один раз.
Ага. Конечно.
Финн выдохнул с тихим облегчением, что означало, что он абсолютно ожидал, что провальный стих сдетонирует погоду.
Жердев наклонился из середины формации с тихо дымящими эффектами на плече.
— Брат, я всё ещё верю в тебя.
Каге проигнорировал его и посмотрел мимо провала, а не на него. Стих был расплывчатым. Слишком расплывчатым. Он в основном сказал реальности сделать ему одолжение. Система ненавидела лень, если она не была обёрнута в совершенную истину.
Он посмотрел на Джули.
— Скажи это снова, — сказал он.
Джули нахмурилась.
— Какую часть?
— Что ты видишь.
Она открыла рот, закрыла, затем сфокусировалась за видимым путём в белый разрез. Её метка стала ярче на оттенок.
— Риф поднимается снизу справа от нас, — сказала она медленно. — Он режет вперёд и вверх через ту белую секцию. Корабль сидит пойманным на нём. Корпус расколот. Нос наклонён к тому, к чему тянет метка Вами.
Вот оно. Не «сделай мне дорогу». Больше как «эта дорога уже существует в черновике. Перестань лгать о ней».
Каге почувствовал, как форма правильного каста оседает на место с уродливой, удовлетворительной точностью. Он шагнул ближе к промежутку. Чёрные буквы вокруг его руки ускорились, их орбита сжалась.
Истина сначала. Поэзия второй. Та же афера, лучшая упаковка.
Он поднял руку снова.
— Скрытый Переход, — сказал он.
Титул поймался.
Затем он произнёс второе двустишие, и на этот раз каждое слово несло реальный объект за собой.
— Память, подними риф, что взбирается из глубины.
Форма, восстанови расколотый штормовой корпус и дай его сломанным брёвнам показаться.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен −210
Лексикон поэта: Резонанс ключевого слова [Форма] повышен. (22% → 23%)
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Черновик ответил мгновенно. Белый промежуток закричал.
Это было единственное слово для этого. Пустота разорвалась по длинной диагонали. Зелёно-чёрные каркасы взорвались к жизни внутри незаконченной пустоты, затем затопились материей. Сапфировые хребты рифа взорвались вверх последовательными гребнями, каждый фиксировался в следующий с колокольными, соборно-яркими нотами. Скрытое крушение вырвалось вслед за ними, целые секции корпуса врезались в существование в цепной реакции древесины, тёмных лаком рёбер, разбитых палубных балок и сломанных пеньков мачт, застывших в акте разрушения.
Путь протянулся далеко за нарисованный сегмент Джули.
Волна за волной приобретали свой погребённый маршрут. Риф пронзил их в восходящей дуге. Галлеон растянулся дальше вперёд, его расколотое тело застряло против кристаллического роста, как туша, пойманная на зубах. Даже далёкий нос вышел наконец из чернового пространства и указал на тёмную цель за штормом.
Над ними Каге увидел, как гигантское чёрное предложение между молниями пересматривает себя.
сломанный путь вспомнил себя
Никто не говорил полную секунду.
Затем Жердев сказал очень ясно:
— Ладно, это на самом деле, блин, сломано. Что за хрень, брат.
Каге посмотрел на новоявленный маршрут и почувствовал быструю злобную вспышку удовлетворения.
По-видимому.
Джули скрестила руки и сделала раненое лицо.
— Я внезапно чувствую себя бесполезной.
— Ты единственная причина, почему это сработало, — сказал Каге.
Она взглянула.
— Утешительная попытка. Шесть из десяти.
Он указал на маршрут.
— Я кастовал с твоего описания. Ты видишь, что под черновиком. Я нет. У меня был авторитет, чтобы вынудить это на место, потому что ты дала мне ключ к ответам.
Надутость Джули смягчилась немного.
— ...Ладно, это лучше.
Вами посмотрел с Джули на Каге, затем на путь, прогоняя математику в реальном времени.
— Значит, взаимодействие слоистое. Она находит скелет. Ты материализуешь его.
— Похоже на то, — сказала Зара. Её глаза остались на маршруте, хищные и раздражённые в равной мере. — Это отвратительное количество утилиты.
— Спасибо, — сказал Каге.
— Это не было восхищением.
— Это засчиталось.
Валдриас приподнял щит немного.
— Я верю, что скрытый путь принял его правило.
Каге потёр один раз висок.
— Пожалуйста, никогда больше не говори это так.
— Понял. Должен ли я вместо этого сказать, что ты доминировал над маршрутом?
Джакс рявкнул смехом. Даже Зара издала короткий задавленный звук.
Каге вздохнул.
— Двигаемся.
Они двинулись.
Валдриас взял точку с гигантским светящимся щитом высоко, точно там, где танку место, его метка холста высушивала ближайшую неопределённость под каждым шагом. Джакс двигался немного правее с дорогим мечом свободно. Вами пошёл налево, белая краска текла по его коже медленными, светящимися течениями. Джули осталась near Лили на момент. Финн занимал более высокую опору всякий раз, когда риф предлагал её. Зара разместилась там, где могла видеть большую часть комнаты и эффективно ненавидеть всё это. Рен шёл с тем спокойным управлением дистанцией, каждый шаг измерен против угрозы, которую никто ещё полностью не засёк.
Жердев дрейфовал к краю линии, привлечённый видом и своими ужасными инстинктами.
— Середина, — сказал Каге, не глядя на него.
Жердев щёлкнул обратно в безопасную зону немедленно.
— Середина. Ага. Отличное место. Люблю середину.
Они взбирались по рифу.
Материализованный кристалл чувствовался холоднее стеклянной волны под ним, грубее тоже. У него была текстура чего-то на полпути между кораллом и гранёным драгоценным камнем, гребнистый достаточно для сцепления, острый достаточно, чтобы наказать плохое приземление.
Каге держал взгляд движущимся.
Впереди шторм темнел вокруг далёкой цели. Вокруг них наполовину законченный океан продолжался вечно внутри рамы, волна за волной прозрачного синего изгибались в жестокую неподвижность. Под этими стеклянными вздутиями двигались формы.
Он увидел первую стаю near вторым подъёмом рифа.
Длинные тела. Большие. Слишком большие для комфорта. Они путешествовали под прозрачной волной в поворачивающейся косе серебряно-синей массы, каждое существо часть рыба и часть фрагмент предложения. Некоторые имели полные плавники из светящегося пигмента. Некоторые несли только графитовые контуры там, где должна была быть плоть. Когда они поворачивались, буквы струились за ними короткими растворяющимися следами, как чернила, стряхнутые с их хребтов.
Финн заметил это в тот же момент и остановился.
— Там, — сказал он тихо.
Все посмотрели вниз.
Стая прошла под ними в полной тишине, массивные тени, скользящие через замёрзшую воду, которая каким-то образом всё ещё позволяла движение внутри себя. Одно из существ слегка перекатилось и обнажило глаз, сделанный из пустого пергамента, растянутого через глазницу без зрачка вообще.
Джакс отшатнулся на долю.
— Ненавижу это. Глубоко.
— То же, — сказала Лили.
Каге посмотрел дальше и нашёл больше движения в волнах по обе стороны. Не одна стая. Несколько. Большие беспокойства глубже. Формы, которые вообще не стаились, просто дрейфовали, как терпеливые проблемы.
Он поднял глаза к шторму.
Что-то летело там.
Несколько чего-то, на самом деле. Он поймал один силуэт, пересекающий между подвешенными вилками молний. Крылатый. Широкий. Затем исчез в побитом облаке. Другая форма скользила через шторм дальше, её нижняя сторона вспыхивала мокрыми серебряными линиями.
Вами проследил его линию взгляда.
— Воздушные тоже.
— Хорошо, — сказал Джакс. — Потому что одна экосистема, пытающаяся убить нас, показалась бы слишком лёгкой, да.
Каге ответил бы, но буквы вокруг его руки шевельнулись.
Затем воздух над ближайшей движущейся стаей написал себя.
Линия появилась тонкой сначала, призрачные чернила, подвешенные чуть над волной, затем потемнела в читаемость.
и под сломанным морем длинные спины катились
Он остановил ходьбу.
Предложение парило на вдох. Существа внизу повернулись точно как описано.
Глаза Каге сузились.
Другая линия всплыла выше в шторме.
и в стропилах грома охотники кружили
Крылатая форма пересекла берег облака в точный момент, когда последнее слово осело.
Его рука сжалась вокруг Муме.
Всё, что двигается, получает нарратив?
Он не сказал это ещё. Он хотел ещё один образец. Два могли быть совпадением. Три были механикой.
Ответ прибыл быстрее, чем ожидалось.
Стеклянная волна прямо впереди Валдриаса выпучилась наружу. Тонкие трещины белого света пронзили поверхность. Риф под сапогами Каге задрожал один раз, предупреждающая нота. Затем новая строка врезалась в существование над точкой прорыва, больше и темнее других.
и из разрезанного моря вышли рифовые зубы
Волна взорвалась.
Девять существ вылетели из стекла в брызгах кристаллических осколков и жидкого света.
Они приземлились по рифу и сломанной палубе в шатком полумесяце, крича голосами, которые звучали как мокрый сланец, тащимый по камню. Красные заголовки вспыхнули.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Рифопись Альфа — ур. 27
Здоровье: 6500/6500
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 26
Здоровье: 3900/3900
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 26
Здоровье: 3900/3900
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 25
Здоровье: 3800/3800
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 25
Здоровье: 3800/3800
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 25
Здоровье: 3800/3800
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 24
Здоровье: 3700/3700
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 24
Здоровье: 3700/3700
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 24
Здоровье: 3700/3700
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Они выглядели так, будто кто-то попытался спроектировать акул после того, как услышал о волках от пьяного скульптора. Длинные передние четверти. Сгорбленные кораллово-тяжёлые плечи. Задние тела, построенные для воды и плохих намерений. Их шкуры чередовались между законченными чешуйками кобальтового стекла и обнажёнными черновыми линиями, которые показывали рёбра, сухожилия и незаконченные плавники в движущемся графите. Челюсть лидера раскололась слишком широко и обнажила слоистые зубы, как белые ручки кистей, сломанные в острия.
Один меньший рвач ударил по наклонному корпусу и заскрёб для опоры. Другой приземлился на хребет рифа и опустился в пружинящий присед. Альфа держал центр, больше других, с короной из зубчатого стекла вдоль спины, где черновик, по-видимому, решил, что тонкость — пустая трата времени.
Группа отреагировала без указаний.
Валдриас шагнул вперёд и воткнул свой башенный щит с абсолютной убеждённостью. Белый уголь расцвёл через его руку и в точку опоры под ним. Джакс качнулся вправо, занимая более низкий угол, который защищал полосу Зары по инстинкту или удаче. Вами скользнул влево и прокатил плечи один раз, уже голодный. Финн отступил на пень балки для высоты, перья ястреба подняты туго. Лили и Джули сместились вместе в задний центр, мышечная память целителя приняла решение до того, как мысль догнала. Зара поставила один сапог против расщеплённого ребра палубы и начала оценивать линии огня.
Рен двинулся на один шаг.
Этот шаг поставил его точно вне первой чистой досягаемости Альфы.
Каге видел всё это. Отложил всё это. Сырой референс. Естественные привычки. Порог паники. Уверенность. Никто ещё не нуждался в микроменеджменте. Хорошо. Он мог работать с хорошим.
Он держал свой рот закрытым.
Приказы могли прийти после того, как комната покажет свою руку.
Он всё же заговорил с Жердевым.
— Середина, — сказал он снова.
Жердев, который каким-то образом дрейфовал назад к боковым перилам, пока пялился в ужасе-восторге на рыб-волков, щёлкнул прямо.
— Середина. Ага. Я живу там теперь.
Буквы вокруг руки Каге ускорились.
Над Альфой свежее письмо собралось в жестокой спешке.
и первая пасть прыгнула на держателя линии
Предложение закончилось.
Альфа ещё не двинулся.
Пульс Каге подскочил.
Вот оно.
Телеграф. Не комментарий. Не атмосфера.
Тварь прыгнула на удар сердца позже.
Валдриас приготовился к удару. Джакс начал резать поперёк. Каге почти выкрикнул это, затем остановил себя.
Он хотел одно чистое прочтение всех, прежде чем стать неоплачиваемым дирижёром оркестра рейда.
Рен двинулся первым.
Удивительно быстро. Тихо тоже. Никакого лишнего размаха. Никакого игрового вращения. Никакой показной редкоклассовой ерунды.
Давление вошло в его стойку на долю до удара, невидимое для кого-либо, кто не жил внутри дистанции и центральной линии годами. Его ведущая нога вошла на идеальном тайминге. Его бёдра выровнялись. Его меч поднялся и опустился в чёткой, жестоко экономной линии, которая несла безошибочную грамматику удара мен, переведённого через сталь и другую оружейную систему.
Каге увидел семе в этом. Заявку пространства. Отказ.
Он увидел ма-ай. Точный. Красивый.
И он увидел форму.
О.
Настоящая улыбка коснулась его рта.
Это будет интересно.
Меч Рена встретил Альфу за шарниром челюсти.
Свет воды рябил по его клинку в момент контакта. Эффект класса прибыл как слабое круговое мерцание, плоский пруд, потревоженный одним камнем. Он исправил финальный угол парирования на волосок.
Выпад Альфы скользнул в сторону.
Его зубы щёлкнули по пустому воздуху достаточно сильно, чтобы высечь искры из его собственных стеклянных клыков.
Рен шагнул внутрь с отдачей парирования, уже мёртвой под его ногами. Его запястья повернулись. Изогнутый длинный меч рассёк вниз через мягкую черновую линию под горлом монстра.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −624 здоровья
Рифопись Альфа — ур. 27
Здоровье: 5876/6500
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Улыбка Каге осталась на полсекунды дольше, чем он ожидал.
Национальная категория.
Мысль прибыла чисто и раздражающе уверенно.
У Рена были ноги. Бёдра. Руки. Важнее, у него была часть, которую большинство игровых мечников никогда не изучали, потому что игры прощали уродливое движение, если числа урона выходили достаточно большими. Рен контролировал центральную линию.
Класс Дуэлянта Стоячей Воды помогал ему. Каге видел это теперь. Маленькие ряби у лодыжек, когда Рен смещал вес. Мягкая синяя коррекция на клинке, когда он ловил атаку. Бафф стойки осел на его плечах, как спокойная вода на камне.
Системная сила, оформленная как дисциплина.
Раздражающе.
Красиво.
Альфа отшатнулся с мокрым стеклянным визгом. Восемь рвачей хлынули.
Каге поднял руку.
— Рейдовая Линия.
Титул распространился по группе, как натянутая нить.
— Усиль руки, что держат линию.
Пусть Рост течёт тепло через сердце и хребет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен −260
Общий стих: Бронированный Каденс применён.
Физический урон группы +7%.
Магическая мощь группы +7%.
Получаемое лечение +5%.
Длительность: 45 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тепло щёлкнуло через руку Каге и перетекло в остальных. Щит Валдриаса вспыхнул ярче, что было впечатляюще, потому что эта штука уже выглядела так, будто была спроектирована маяком с проблемами самооценки. Дорогой меч Джакса оставил более толстый след. Мороз Зары собрался в более тугую спираль. Финн натянул лук с меньшей дрожью в пальцах.
Вами взглянул вниз на свечение через свои белые доспехи и ухмыльнулся.
— О, это абсолютно имба.
Вами исчез вперёд.
Он двигался как плохая идея со статом скорости. Белая кожа вспыхнула через формацию рвачей, слишком яркая против чёрного крушения и синего рифа. Его первый разрез открыл бок Стеклоплавника. Его второй прорезал под его передней лапой. Его третий пришёл сзади после того, как он шагнул через собственную поворотную дугу существа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
−208 здоровья
−204 здоровья
Критический удар! −700 здоровья
Стеклоплавник Рвач — ур. 26
Здоровье: 2047/3900
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Люкс собирался над ним тонкими линиями сначала, затем широкими штрихами. Белые доспехи пили движение и отдавали блик. Каждое уклонение, каждый разрез, каждый безрассудный полушаг внутри убийственного угла окрашивал его ярче.
Два рвача повернулись к нему одновременно.
Третий последовал на полсекунды позже.
Магнит агро. Хороший потолок. Ужасный страховой полис.
Валдриас воткнул новый башенный щит и врезал ободом в риф.
Импульс прокатился из щита.
— УЗРИТЕ, — проревел Валдриас, голос нёсся чисто через крушение, — ТИРАНА, КОТОРЫЙ ПОПЫТАЛСЯ БЫ ПРИКОВАТЬ ОКЕАН К СВОЕМУ ТРОНУ.
Рвачи, не имея мнений о тирании, прыгнули всё равно. Насмехание удержало их.
Три рвача щёлкнули головами к Валдриасу. Глаза Альфы снова фиксировались на нём. Угольная метка через его руку дымила бледной пылью в риф, и нестабильная опора вокруг него затвердела в тусклую серую уверенность.
Джули уставилась на него на долю слишком долго.
— Что?
Валдриас поправил стойку с серьёзной искренностью.
— Каге научил меня, что тирания генерирует угрозу.
— Я не делал ничего такого, — сказал Каге.
Рвач прыгнул на Джакса.
Джакс ответил вместо спора. Его меч поднялся в чистом блоке, латные сапоги упёрлись против наклонного корпуса. Удар оттолкнул его на полшага назад. Он держал полосу.
В день запуска Джакс выкрикнул бы что-то глупое и погнался за уроном.
Теперь он взял угол, который был нужен Заре.
Прогресс. Уродливый, громкий, оплаченный прогресс.
Зара наказала удержанного рвача немедленно. Морозно-прошитые подолы хлестали вокруг её ног, когда она подняла обе руки. Лёд сформировался под когтями существа, пополз вверх по его суставам и заблокировал обнажённые графитовые сухожилия.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач замедлен. Скорость передвижения −35%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Держите их там, — сказала Зара. — Я могу сделать эту область жалкой.
— Это вся твоя личность, — хмыкнул Джакс.
— Заткнись.
Ястреб Финна закричал сверху сломанной мачты. Птица спикировала, круто накренилась и отметила рвача, взбирающегося по дальнему краю крушения. Финн последовал стрелой. Выстрел не пошёл в голову. Он ударил полупрозрачную мембрану за передней лапой, где законченное стекло существа не смогло прикрыть черновые линии.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −251 здоровья
Стеклоплавник Рвач кровоточит.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Финн сглотнул, затем крикнул:
— Правый использует балки. Он избегает серых пятен.
Каге посмотрел.
Финн был прав.
Рвач справа отказывался ступать там, где метка холста Валдриаса стабилизировала палубу. Он кружил через незаконченные секции, когти находили белые промежутки и наполовину отрендеренные доски с отвратительной уверенностью.
Экологическое предпочтение. Они двигаются лучше в черновом пространстве. Обычные метки лишают преимущества местности.
Это имело значение.
Много.
Воздух над правым рвачом начал писать себя.
и узкий проскользнул мимо нарисованной стены к мягким рукам
Предложение отдавало солью и сырой бумагой в задней части горла Каге. Он указал до того, как оно двинулось.
— Тыл, справа. Он идёт за целителями.
Лили развернулась немедленно. Джули двинулась с ней, спокойная, как будто кто-то попросил её передать чашку, а не выжить против рыбы-убийцы с локтями.
— Лили, пре-щит Валдриасу, — сказала Джули.
— На этом.
Посох Лили опустился. Золото-белый свет обернул плечи Валдриаса точно тогда, когда Альфа восстановился от разреза Рена и врезался в него.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Священная Защита применена.
−118 здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Урон прошёл смягчённым дебаффом Каге, блоком Валдриаса и защитой Лили. Всё ещё кусок. Альфа бил как телега, полная ножей, катящаяся под уклон.
Джули щёлкнула двумя пальцами к правому рвачу.
Её чернильно-чёрная геометрическая метка вспыхнула.
Тонкая линия появилась между ведущим когтем рвача и отсутствующей секцией палубы. Она потянула.
Линия стала углом.
Угол стал баррикадой высотой по пояс, набросанной в реальность с точными линейными краями. Рвач врезался грудью первым в неё и перевернулся набок с задавленным скрежетом.
Затем её класс сделал что-то ещё.
Люкс Вами взметнулся, когда он прорезал раненого рвача. Он вывалил откаты и какую бы самоубийственную экономику ресурсов его класс ни считал образом жизни. Яркий выхлоп струился с него лентами.
Джули повернула запястье и поймала следящий свет и скрутила потраченное движение в привязь, которая щёлкнула на спину Джакса бледной линией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Привязь Импульса применена к Джаксу.
Следующий блок или парирование даёт Барьер.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Джакс моргнул.
— Это была ты?
— Ага.
— Предупреди человека.
— Заблокируй что-нибудь и скажи спасибо.
Замедленный рвач прыгнул на плечо Джакса.
Он заблокировал.
Привязь вспыхнула. Полупрозрачная оболочка щита расширилась над его латами и поглотила укус.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Получен барьер: 210
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Джакс уставился на исчезающую оболочку.
— Спасибо.
Джули дала ему солнечный взгляд.
— Видишь? Рост.
Вами закричал слева:
— Она ужасающа, когда начинает быть поддерживающей!
Джули крикнула в ответ:
— Помой посуду, когда выйдем!
Каге почти рассмеялся.
Почти.
Альфа попытался снова раздавить Валдриаса.
Над ним появилась другая строка.
и коронованная тварь сломала щит нисходящим приливом
— Валдриас, высокий удар, — сказал Каге. — Угол влево. Рен, накажи после удара.
Валдриас сместился до того, как Альфа поднялся. Он поднял светящийся башенный щит высоко и наклонил его влево. Корона из стекла Альфы врезалась вниз, скользя по лицевой стороне щита вместо того, чтобы пробить прямо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
−74 здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рен вошёл на отдаче.
Его работа ног осталась маленькой. Эффективной. Кендо через игровое тело, носящее редкий класс, как формальный пиджак. Он ударил сустав передней лапы Альфы чистой линией коте, адаптированной для монстра с слишком многими запястьями.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −588 здоровья
Сухожилие Рифописи Альфы подсечено. Скорость атаки −5%.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Каге сузились.
Система применила дебафф через класс Рена, но выбор цели пришёл от Рена. Он увидел перерастяжение. Он прочитал восстановление. Класс дал словарь. Рен поставил грамматику.
Определённо национальная категория.
Может, выше.
Альфа смёл хвостом через риф.
Валдриас имел фронт. Джакс имел право. Вами имел лево. Проблема пришла отовсюду остального.
Восемь мобов в полумесяце создавали больше углов, чем один танк мог покрыть. Даже с обычными метками, стабилизирующими территорию, даже с Зарой, замедляющей двух, и Джули, блокирующей одного, формация начала растягиваться.
Рвач проскользнул вокруг щита Валдриаса и щёлкнул в сторону Лили.
Каге поднял два пальца.
— Бродячий клык.
Связь.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Авен −55
Стеклоплавник Рвач связан.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Чёрное письмо хлестнуло вокруг ног рвача на удар сердца. Лили отступила. Финн застрелил существо через открытый рот.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −248 здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Спасибо, — сказала Лили.
— Счёт позже, — ответил Каге.
— Конечно.
Она звучала развеселённой. Это, вероятно, было плохо для его бренда.
Другая строка написала себя над рвачами на корпусе.
и стеклянные глотки открылись вместе, чтобы спеть расщепляющую ноту
Плечи Каге стянулись.
— Прервите глотки. Сейчас.
Зара отреагировала первой. Она щёлкнула рукой закрытой, и мороз сдетонировал вокруг челюстей двух рвачей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач заглушён.
Стеклоплавник Рвач заглушён.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Финн вогнал стрелу в третью глотку. Джакс врезал рукоятью в четвёртую. Жердев, стоящий в середине точно как приказано, увидел, как последний вдыхает.
На одну славную секунду он выглядел как игрок.
Он установил ноги.
Он ждал, пока голова рвача выровняется с промежутком между Валдриасом и Джаксом.
Затем он взмахнул гигантским двуручником со своей спины горизонтальным разрезом, который сбросил искры, фиолетово-плащовый свет и, возможно, несколько финансовых преступлений.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −1044 здоровья
Стеклоплавник Рвач заглушён.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рвач отлетел вбок и врезался в сломанный корпус.
Жердев застыл с вытянутым мечом. Его магмовое плечо шипело. Теневой дым просачивался вверх самодовольными маленькими завитками.
Затем он прошептал:
— Брат.
Каге уставился на него. Грязная полоса. Поздняя полоса. Полоса.
Всё же.
Это считается.
Каге почувствовал маленькое, неудобное удовлетворение, оседающее в его груди.
Гордость? Нет. Слишком чисто. Слишком сентиментально.
Чувство имело более грубые края. Как видеть тупой инструмент, наконец держащий край после слишком многого шлифования.
Раздражающе. Он ненавидел этот ответ.
— Хороший замах, — сказал Каге.
Всё тело Жердева засветилось ярче его снаряжения.
— Вы, ребята, слышали это? Он сказал хороший замах.
— Сосредоточься, — рявкнула Зара.
— Сосредотачиваюсь с моралью!
Прерванная песня рухнула в безвредные осколки звука. Они звякнули против рифа и растворились.
Каге вдохнул один раз. Комната была читаемой.
Строки были каст-барами. Сценическими указаниями. Иногда вызовами цели. Подземелье писало намерение в воздух до выполнения. Это означало, что рейд имел преимущество.
— Все, — сказал Каге, голос разрезал хаос. — Плавающие строки, которые я вижу, — это подсказки. Если предложение называет цель, эта цель следующая. Если оно описывает действие, это действие следует.
Джакс парировал рвача и хмыкнул.
— Значит, ты будешь читать поэзию посреди боя?
— Да.
— Я ненавижу это подземелье.
Вами промчался мимо него, достаточно яркий теперь, чтобы оставлять послеобразы.
— Я прекрасно провожу время.
Три рвача отслоились от Валдриаса и погнались за Вами.
Вот оно.
Доспехи Вами достигли магниево-белой яркости. Воздух вокруг него искажался от блика. Рвачи щёлкали и прыгали, все линии агро гнулись к сияющему идиоту, который превратил себя в ходячий рейдовый маркер.
Валдриас втянул вдох, когда давление на его щит упало.
Вами танцевал левую сторону рифа.
Его урон нарастал с каждым движением. Он резал поджилки, шарниры челюстей, обнажённые черновые линии. Рвач попытался прыгнуть сверху. Он шагнул внутрь вместо того, чтобы уйти, плечо скользнуло под грудью существа, кинжал вспыхнул вверх через шов живота.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −1138 здоровья
Стеклоплавник Рвач — ур. 26 побеждён.
Получен опыт: +620
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Оставшиеся два рвача сошлись на нём с противоположных сторон.
Предложение написало над ними.
и двойные зубы сомкнулись на украденном солнце
— Вами, пинцер, — крикнул Каге.
— Очевидно.
— Тогда перестань любоваться собой. — рявкнула Зара.
Вами рассмеялся и позволил обоим рвачам вложиться.
В последний момент он сдетонировал.
Вспышка ударила так, будто кто-то открыл белую печь в середине шторма. Каге отвёл глаза по инстинкту. Даже так послеобраз горел через его зрение чистым прямоугольником.
Рвачи врезались друг в друга.
Джули поймала вспышку. Конечно, поймала.
Её класс Нежной зацепил следящий край вспышки и сложил его в широкую ленту бледного света. Она отправила его через группу в волне, которая осела в их ногах.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Броня группы +6%. Длительность: 10 секунд.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Зара уставилась на Джули на долю секунды, глубоко оскорблённая эффективностью.
— Этот класс хорош.
Джули пожала плечами.
— Он вознаграждает командную работу.
Вами появился позади одного рвача и вогнал оба клинка в его хребет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
−206 здоровья
−244 здоровья
Стеклоплавник Рвач — ур. 25 побеждён.
Получен опыт: +600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Бой наклонился.
Как только первые тела упали, полумесяц потерял свои зубы. Валдриас вернул Альфу и одного рвача. Джакс и Зара раздавили правую сторону. Финн продолжал называть движение сверху, голос всё ещё напряжён, но его стрелы приземлялись в слабые точки с растущей уверенностью.
— Левая волна, — сказал Финн. — Больше теней под ней, но они остаются глубоко.
— Текущая стая первая, — сказал Каге.
— Ага. Да. Текущая стая.
Его ястреб кружил над крушением и кричал всякий раз, когда рвач пытался использовать высокие балки. Финн начал стрелять на вдох до того, как существо двинулось, доверяя птице вместо интерфейса.
Хорошо.
Версия Финна из Гоблинских Шахт паниковала под давлением. Финн из Танглвайна научился смотреть на мир. Этот Финн делал это, пока стеклянная акула пыталась съесть его целителя.
У прогресса был запах в Сдвигающихся Галереях. Сухая угольная пыль, мокрая краска и острое минеральное жало разбитого кристалла.
Рвач прорвался через защиту Джакса, челюсти щёлкали к боку Зары.
Джакс развернулся и толкнул его плечом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
−89 здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Укус скользнул по его латам. Он отдал землю и держал меч между Зарой и рвачом.
Глаза Зары метнулись к нему.
— Приемлемо, — сказала она.
— Вау. Замри, моё сердце.
— Я могу это устроить, если ты двинешься.
Он двинулся.
Она кастовала через промежуток и пронзила передние лапы рвача льдом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −702 здоровья
Стеклоплавник Рвач заморожен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Взгляд Каге скользнул к Лили.
Она улучшилась тихим способом, который люди склонны пропускать. Её лечения приходили раньше теперь. Меньше панических сбросов. Она смотрела на плечи, ноги, дыхание. Она ловила Валдриаса до того, как его здоровье становилось проблемой, и позволяла Джаксу сидеть на безопасном недостающем куске вместо того, чтобы тратить ману на то, чтобы сделать полосу красивой.
Джули пробормотала ей что-то.
Лили кивнула и скорректировала позицию на два шага влево, открывая более чистую линию к Вами, не подставляя себя правому лучу.
Ветеран-целитель коучил. Вживую. В рейде. Во время боя с монстрами.
Полезно.
Группа стала нелепой кучей несовместимых частей, но у кучи теперь были края. Края могли резать.
Другой рвач попытался перепрыгнуть Валдриаса.
Текст появился.
и тощий голод перепрыгнул серую стену
— Прыжок, — сказал Каге. — Валдриас, щит вверх. Жердев, после приземления.
Валдриас поднял.
Рвач ударил в поднятый щит, отскочил и приземлился плохо в точной средней полосе, которую Жердев защищал с интенсивной серьёзностью человека, которому доверили священный стол с закусками.
Жердев поднял свой двуручник.
Он почти взмахнул слишком рано.
Каге увидел начало плеча.
Затем Жердев остановил себя. Или скорее… он споткнулся.
Ноги рвача коснулись рифа.
Меч Жердева упал вперёд вместе с ним.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −1088 здоровья
Стеклоплавник Рвач — ур. 24 побеждён.
Получен опыт: +560
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Жердев издал крошечный звук, который звучал как чайник, достигающий просветления.
Каге не знал, должен ли он кивнуть или покачать головой.
— ВЫ ЭТО ВИДЕЛИ, — закричал Жердев никому. — КТО-НИБУДЬ ЭТО ВИДЕЛ.
— Я видел это, — сказал Каге.
Жердев почти упал в обморок на месте.
Альфа взревел.
Его оставшееся здоровье упало под половину через устойчивые разрезы Рена, счётчики щита Валдриаса и случайный урон от всех, кто мог выделить удар.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Рифопись Альфа — ур. 27
Здоровье: 2874/6500
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Корона вдоль его спины вспыхнула синим.
Строка над ним написала медленно на этот раз, каждое слово вдавлено в воздух тяжёлыми чернилами.
и риф-король позвал незаконченное море вспомнить свой голод
Кожа Каге закололась.
Медленная строка означала большую механику. Слова дали куски. Риф-король. Море. Вспомнить. Голод.
Стеклянная волна вокруг группы завибрировала.
Под их ногами новоявленный риф щёлкнул и заскрипел. Белое черновое пространство просочилось между кристаллическими хребтами.
— Обычные метки, стабилизируйте опору, — сказал Каге. — Финн, Джакс, Зара, Лили, Валдриас. Прижмите руки или сапоги. Джули, береги свою метку.
Они двинулись.
Хорошо. Немедленно.
Финн упал с балки и шлёпнул помеченную руку на риф. Джакс затопал в серое пятно размаза. Зара прижала помеченную углём ладонь против наклонного корпуса с видимым отвращением. Лили опустилась на колени у ребра мачты и стабилизировала исчезающую доску. Валдриас заякорил центр.
Белые утечки замедлились.
Зов Альфы притащил вздутие вверх из замёрзшего моря. Оно поднялось как полупрозрачная стена, полная силуэтов в форме зубов.
Вами, свечение снова собирается, посмотрел через плечо.
— Могу я это порезать?
— Вероятно, — сказал Каге. — Плохая идея.
— Я коллекционирую такие.
— Коллекционируй позже. Рен, прерви зовущего. Зара, заморозь основание. Финн, глаз. Джакс, прикрой Зару.
Рен уже двигался.
На этот раз Каге смотрел усерднее.
Рен приблизился к Альфе по диагонали, которая заставляла его челюсть выбирать между Валдриасом и им. Его меч остался низко. Его плечи остались тихими. В последний момент мерцание Дуэлянта Стоячей Воды распространилось вокруг его ног.
Смена стойки?
Альфа щёлкнул.
Клинок Рена поднялся.
Класс расширил тайминг. Каге увидел, как система разместила слабую синюю дугу через путь укуса.
Рен всё равно должен был встретить его.
Он встретил.
Сталь поцеловала стекло на финальной четверти движения. Голова Альфы отклонилась. Меч Рена скользнул вдоль линии челюсти и рассёк в светящееся горло, где собирался зов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Идеальное парирование.
Критический удар! −646 здоровья
Рифо-зов прерван.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Поднимающаяся волна рухнула в свободный дождь.
Зара заморозила основание всё равно. Стрела Финна ударила глаз Альфы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −489 здоровья
Рифопись Альфа ослеплён: правый глаз.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Монстр заметался.
Валдриас поглотил первый удар. Джакс поймал случайный коготь, предназначенный Заре, и выругался. Лили вылечила его быстрым пульсом. Джули превратила избыточное лечение этого лечения в тонкую нить, которая щёлкнула на руку Финна с луком.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стабилизирующая Нить применена.
Шанс критического удара следующей дальнобойной атаки повышен.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Финн моргнул вниз на свою руку.
— О. Это, э-э, мило.
— Используй до истечения, — сказала Джули.
Он использовал.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −303 здоровья
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Альфа пошатнулся назад по рифу, кровоточа светом и графитом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Рифопись Альфа — ур. 27
Здоровье: 1136/6500
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Осталось только два рвача. Один низкий. Один свежий достаточно, чтобы быть раздражающим.
Вами взял свежего, потому что Вами имел духовную аллергию на умеренность. Жердев, Джакс и Зара прижали раненого. Валдриас держал Альфу. Рен стоял точно вне его досягаемости, клинок под углом, дыхание устойчиво.
Каге чувствовал, как ритм оседает.
У них был бой.
Он мог продолжать смотреть. Он мог позволить группе закончить и назвать это хорошей игрой.
Муме пульсировал один раз в его руке. Маленький. Нетерпеливый, как будто ждал, есть ли у нового подкласса зубы.
Хорошо.
Он шагнул вперёд.
Поле битвы изменило текстуру немедленно.
Старая часть его мозга, та, которую он морил голодом и похоронил под счетами и больничными квитанциями, проснулась с тихим щелчком.
Дистанция сначала.
Досягаемость Альфы. Ширина щита Валдриаса. Линия Рена. Цикл вспышек Вами на левой стороне. Обратный замах Джакса. Полоса каста Зары. Путь стрелы Финна. Лили и Джули в безопасном тылу. Жердев в середине, всё ещё каким-то образом живой и гордый этим.
Каге двинулся через доступное пространство.
Муме весил ничто, пока это не имело значения. Клинок скользнул из низкой защиты в короткий разрез через заднее сухожилие раненого рвача. Каге держал движение компактным, чтобы поберечь плечо.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 24
Критический удар! −316 здоровья
Муме: Эхо Преданности (стак 1/5)
Действие Схождения зарегистрировано: Чисто.
Схождение +2
Схождение: 2/100 | Состояние: Обострён
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Уведомление ударило как маленький колокол за его глазами.
Рвач рухнул. Джакс закончил его тяжёлым диагональным разрезом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 24 побеждён.
Получен опыт: +560
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге продолжил мимо падающего тела и вошёл в правую слепую сторону Альфы.
Рен увидел, как он входит.
Каге чувствовал это внимание, как давление между лопатками.
Альфа смёл коготь к открытому флангу Валдриаса. Каге рассёк сустав снизу, не достаточно сильно, чтобы отсечь, достаточно точно, чтобы испортить угол.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
−168 здоровья
Муме: Эхо Преданности (стак 2/5)
Действие Схождения зарегистрировано: Чисто.
Схождение +2
Схождение: 4/100 | Состояние: Обострён
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Коготь ударил по щиту Валдриаса вне линии и скользнул.
Справедливо.
Альфа повернулся к Каге.
Каге шагнул внутрь, потому что шаг назад поставил бы его в полосу Рена и ещё потому, что монстр ожидал, что добыча побежит. Муме щёлкнул вверх прямым вектором, разрез, который выглядел слишком резким для нормального меча. Его рука всё равно заплатила за это. Жар укусил в плечо, когда он остановил движение и перенаправил.
Клинок нашёл черновой шов под нижней челюстью Альфы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −329 здоровья
Муме: Эхо Преданности (стак 3/5)
Действие Схождения зарегистрировано: Чисто.
Схождение +2
Схождение: 6/100 | Состояние: Обострён
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Хорошо.
Метр вознаграждал тайминг под угрозой. Правило разнообразия действий сидело в задней части его ума, как коллектор с превосходной осанкой. Разрез сухожилия. Порча сустава. Удар по шву вверх. Достаточно разные.
Голова Альфы щёлкнула вниз, чтобы укусить его.
Текст сформировался над ней.
и сломанная корона пожрала руку, что писала
Каге почти улыбнулся.
Грубо.
Он видел больше, чем текст.
Он видел Рена, сдвигающегося, готового перехватить.
Он видел Валдриаса, пытающегося повернуть щит, на пол-вдоха поздно.
Он видел путь укуса Альфы. Широкий, жестокий, уверенный, простой.
Он видел пространство под челюстью, где собственная инерция монстра протащила бы его горло через клинок, если кто-то встанет в глупое место в глупое время.
Пульс подскочил. Дыхание заострилось.
Реакция на угрозу.
Неправильно.
Его тело чувствовало себя проснувшимся. Раздражённым. Ярким.
Предвкушение. Всё ещё ненавижу это.
Каге позволил укусу прийти.
В финальный момент он скользнул ведущей ногой на ладонь внутрь, плечо складываясь точно внутри закрывающихся зубов. Муме поднялся в короткой, плоской линии. Никакого блеска. Никакого лишнего движения. Разрез, размещённый там, где шея вложилась, а челюсть заблокировала собственное восстановление.
Клинок коснулся.
Масса вернулась.
Удар пробил через обнажённую черновую линию с чистым, уродливым звуком, как толстый пергамент, рвущийся под ножом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −356 здоровья
Муме: Эхо Преданности (стак 4/5)
Действие Схождения зарегистрировано: Идеально.
Схождение +7
Схождение: 13/100 | Состояние: Обострён
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Укус Альфы захлопнулся рядом с его ухом.
Единственный стеклянный зуб задел край плюмажа его берета и срезал бордовое волокно.
Каге приземлился уже разворачиваясь наружу.
Рен стоял замороженный на другой стороне Альфы.
Вами промелькнул слева и рассёк оба клинка через открытое горло.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Критический удар! −812 здоровья
Рифопись Альфа — ур. 27 побеждён.
Получен опыт: +1000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тело рухнуло в мокрую краску, кристалл и разматывающееся чёрное письмо. Оставшийся рвач потерял нерв или свой путь. Трудно сказать. Он прыгнул на Вами, промахнулся после очередного шага-вспышки и съел комбинированную стрелу, морозный шип и замах перекомпенсации Жердева.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Стеклоплавник Рвач — ур. 25 побеждён.
Получен опыт: +600
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тишина щёлкнула на место.
Дождь снова висел неподвижно. Стеклянное море вернулось к замёрзшему насилию. Разбитый риф блестел под сапогами группы. Чёрные сценические указания над ними исчезали строка за строкой, чернила истончались в шторм.
Каге выдохнул и проверил свою руку.
Буквы снова дрейфовали лениво.
Его плечо горело от резких смен вектора. Локоть тоже. Муме мог обмануть инерцию. Его тело всё равно должно было оплатить счёт.
Тринадцать Схождения с четырёх действий.
Низкое число. Полезное число.
Он кивнул один раз себе.
— Это работает.
Джакс опёрся на меч, тяжело дыша.
— Рад, что твой частный эксперимент сработал во время части, где король-акула пытался съесть тебя.
Вами появился из оптического мерцания с восхищённым вздохом. Его доспехи потускнели обратно до просто вызывающих.
— У этой группы есть потенциал.
Джули подошла и ткнула его в грудь двумя пальцами.
— У тебя минус тридцать процентов здоровья.
— Я управлял агро.
— Ты флиртовал с зубной аварией.
— Одно и то же, солнышко.
Лили тихо рассмеялась, пока добивала Валдриаса. Финн сел на пень балки и дал своему ястребу дрожащий большой палец вверх. Жердев попытался положить двуручник на плечо, вспомнил об искрах и осторожно держал его подальше от плаща.
Валдриас повернулся к Каге, щит всё ещё поднят.
— Моё танкование было достаточным?
Каге посмотрел на мёртвых монстров, затем на стабилизированную опору вокруг них.
— Достаточно близко. Работай над формулировкой. — Каге отвернулся. Он обнаружил, что не может смотреть ему в глаза. — Начинайте лутать.
Выражение Валдриаса стало торжественно сияющим.
Каге взглянул на Рена.
Рен опустил меч.
Его поза осталась идеальной, но неподвижность изменилась. Раньше он стоял как дисциплинированный боец, экономящий энергию. Теперь он стоял как кто-то, услышавший голос из-за запертой двери.
Его глаза фиксировались на последнем шаге Каге.
Нет. На работе ног.
На разрезе.
На тайминге.
Лили заметила первой, потому что конечно же заметила. Она подошла ближе, посох всё ещё слабо светился в одной руке.
— Рен?
Рен моргнул один раз.
Лили наклонила голову.
— Всё в порядке?
Пальцы Рена сжались вокруг рукояти меча.
Его взгляд остался на правой руке Каге, где теневое лезвие Муме пило свет шторма.
И впервые с момента прибытия Дуэлянт Стоячей Воды выглядел потрясённым.
Рен моргнул один раз, затем второй, как будто это движение давалось ему с трудом.
— Это ничего, — сказал он.
Ужасная ложь. Чистая подача, плохой материал.
Каге годами продавал ложь и похуже больничным клеркам и сборщикам долгов. Он уважал ложь с душой. У лжи Рена была осанка, но не было хребта.
Лили посмотрела на них обоих. — Рен?
Рен наполовину вложил меч в ножны, затем остановился. Его пальцы покоились на гарде. — Каге.
Каге поднял глаза.
— Ты раньше занимался кэндо?
Вопрос прозвучал достаточно легко. Но тяжесть под ним сгустила воздух.
Джакс, который делал вид, будто разглядывает царапину на своем нагруднике, а сам слушал всей душой, поднял взгляд. Зара сделала то же самое, только с меньшим стыдом. Финн замер с рукой внутри окна добычи. Жердев наклонился вперед так сильно, что с его горящего наплечника на мокрый риф посыпались искры.
Каге один раз вращал кистью.
— Немного, — сказал Каге.
Лицо Рена оставалось спокойным. Его хватка сжалась на полпальца.
— Насколько немного?
Каге задвинул Мумё в ножны. — Баловался немного несколько лет назад.
Лили щелкнула пальцами. — О, точно. Я знала, что твои движения выглядят знакомо. Ноги, то, как ты держишь дистанцию, эта странная штука со спокойствием, когда все вокруг пытается нас убить.
— Странная штука со спокойствием, — сказал Джакс. — Технический термин?
— Должен им быть, — сказала Лили. — Рен тоже занимается кэндо.
Рен посмотрел на нее.
Улыбка Лили стала самоуверенной именно так, как улыбаются добрые люди, когда случайно собрали компромат. — Он просто скромничает. Он только что выиграл крупный квалификационный турнир перед запуском. Вот почему он пропустил поход в Гоблинские Шахты.
Она продолжила. — В общем, Рен сейчас одно из громких имен. Комментаторы продолжают называть его «новым вундеркиндом».
Выражение лица Рена изменилось.
Это произошло быстро. Вспышка в стоячей воде. Гнев, настоящий, пробивший чистую поверхность до того, как дисциплина заглушила его.
— Лили, — сказал Рен.
Тепло ушло из ее улыбки. — Извини. Я просто хотела сказать, что ты очень хорош.
— Я просил тебя прекратить меня так называть. — Голос Рена оставался тихим. Это каким-то образом делало только хуже. — Я не «вундеркинд».
На риф опустилась тишина.
Замерзший дождь висел вокруг них сверкающими точками. Чернила мертвого Альфы собирались в неглубоких желобках между кристаллическими костями. Где-то под видимым миром незавершенные волны стонали, словно сминаемый черновик.
Каге наблюдал за Реном.
Фальшивая скромность обычно заворачивалась в мягкие оговорки. Рен выглядел оскорбленным. Лично. Глубоко.
Интересно.
Значит, первоначальная оценка подтвердилась. Рен находился где-то на вершине современной сцены кэндо. Сильная механика тела. Чистая дистанция. Турнирное давление. Редкий класс, который укреплял то, что он уже знал, вместо того чтобы заменять это шаблонными анимациями.
И слово вундеркинд ударило по нему как обвинение.
Каге отложил это в памяти.
Лили погладила себя по затылку. — Я не хотела задевать за живое.
Рен выдохнул. — Я знаю.
Вами посмотрел на них обоих с блестящими глазами, наслаждаясь близостью к открытому огню. — Это стало слишком интенсивно для спортивной викторины.
Джули пнула его локтем.
— Оу.
— Дай людям иметь одну неразрешенную вещь без того, чтобы втыкать в нее флаг.
— Я просто ценил э...
— Ты сунул нос не в свое дело, просто используя слова получше.
Жердев прошептал: — Бро, мы что, все тайно знамениты? Потому что я доступен для того, чтобы быть тайно знаменитым.
Зара повернулась к добыче. — Ты видимо дорогой. Это твоя категория.
— Все еще категория.
Каге хлопнул в ладоши один раз.
Звук треском пронесся по разрушенному рифу.
— Добыча. Затем двигаемся.
Все вернулись к движению с облегченной эффективностью людей, которым дали задание после социальной накладки.
Хорошо. Задачи были полезны. У задач были грани. Эмоции протекали повсюду.
Каге сделал шаг к останкам Альфы.
Труп развалился на слои. Стеклянные плавники разбились на бледные полупрозрачные ножи. Более крупные кости выглядели как рифовые кораллы, нарисованные углем, а затем вымоченные, пока линии не поплыли. Под всем этим черная жидкость просачивалась в трещины. Она двигалась против гравитации тонкими нитями, ползя обратно к угасающим ремаркам в воздухе.
Эта часть заслуживала внимания.
Финн присел корточки возле рейкера и ткнул одну из стеклянных пластин наконечником стрелы. Его ястреб сидел на сломанной мачте над ним, нахохлив перья и отказываясь касаться мокрой черной жижи.
— Немного серебра, — сказал Финн. — Немного осколков. Э-э... И... чернила?
Джакс посмотрел на него. — Чернила?
— Ага.
— Почему из рыбы выпали... чернила?
Вами поднял палец. — Технически, мы находимся внутри музея убийств, сделанного из нестабильных черновиков.
Джакс уставился на него.
Вами опустил палец. — Вообще-то справедливый вопрос.
Настройки добычи группы распределили между ними тонкую долю серебра. Количество имело меньшее значение, чем тот факт, что в рейде использовался автоматический раздел. Никто не спорил.
Окно добычи Альфы расширилось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Повязка Рифового Скрипта]
Качество: Необычное
Тип: Кожаная Броня для Запястья
Требования: Уровень 25, 35 ловкость
Защита: +9
Ловкость: +4
Искусство: +2
Пассивный Эффект: [Запас Хищника]
Атаки по врагам, которые в данный момент читают заклинание, поддерживают навык или выполняют видимую подготовку к атаке, наносят +10% урона.
Описание: Узкая повязка на запястье, сшитая из полупрозрачной мембраны стеклянного плавника и чернильно-темного сухожилия. Тонкие линии плывут по поверхности, всегда указывая на момент перед тем, как существо совершит действие.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Глаза Финна расширились.
— Это, э-э.
— Твое, — сказал Каге.
Финн вскинул голову. — Что?
— Ты озвучивал подсказки атак, отмечал слабые места и стрелял в горло. Подходит.
— Я пока не могу это надеть. Требование по уровню.
— Тогда качайся.
Финн открыл рот, закрыл его, затем кивнул, получив одновременно и похвалу, и домашнее задание. — Понял. Ага. Уровень. Легкотня.
Его ястреб щелкнул клювом.
— Не соглашайся с ним, — пробормотал Финн наверх.
Второй предмет завис рядом с первым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Застежка Подола Штормовой Глазури]
Качество: Необычное
Тип: Тканевое Застежное Крепление
Требования: Уровень 25, 25 Интеллект
Защита: +4
Интеллект: +4
Искусство: +3
Пассивный Эффект: [Удержанная Линия]
Эффекты замедления, удержания и заморозки, примененные к врагам, стоящим на нестабильном или незавершенном ландшафте, длятся на 0.5 секунды дольше.
Описание: Полумесячная застежка из замерзшего стекла, пронизанная черными письменами. Она цепляется за ткань, как знак препинания, отказывающийся дать предложению закончится.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Выражение лица Зары обострилось.
Каге указал на нее. — Зара.
Джакс поднял руку. — Мы бросаем кубик?
Каге посмотрел на тканевую застежку. Затем на полированный нагрудник Джакса.
— Ты хочешь это?
Джакс опустил руку. — Я за эффективное распределение.
Зара приняла предмет с видом человека, берущего под стражу улику. — Это вознаграждает контроль ландшафта. Это сделано для меня.
— Также делает твой характер на полсекунды дольше, — сказал Джакс.
Зара убрала застежку в инвентарь. — У моего характера есть сокращение перезарядки против идиотов.
Затем пошел мусорный лут.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Осколки Стеклянного Плавника] x18
[Запекшийся от Краски Хрящ] x11
[Сплинетры Рифового Скрипта] x7
[Чернила: Черный Мокрый Галерейный] x9
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге сосредоточился на последней строчке.
Система развернула перед ним панель поменьше, каллиграфический интерфейс свернулся вокруг текста серебряными корнями.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Чернила: Черный Мокрый Галерейный]
Качество: Обычное
Тип: Ремесленное Вещество / Поврежденные Боеприпасы для Пера
Объем: 1 Использование на единицу
Эффект: [Мутная Синтаксис]
Написанные стихи, составленные с помощью этих чернил, получают +5% к мощности внутри Вращающихся Галерей. Стабильность вне домена неизвестна.
Описание: Чернила, пролитые из существа, которое должно было обладать кровью. Шероховатые, разбавленные и пронизанные фрагментами незавершенных стихов. Они плохо принимают Авен, но принимают.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился на описание.
Чернила, пролитые из существа.
Отлично. У подземелья были органы, сделанные из грамматики.
Он снова посмотрел на лужу под Альфой. Она продолжала ползти к угасающему боевому тексту. Часть ее достигла полувидимого слова, коснулась нижнего штриха и исчезла в букве, как вода в сухой почве.
Зара встала рядом с ним. — Ты тоже это видел?
— Движение чернил?
— Да.
— Трудно проглядеть.
— Большинство добычи с монстров следует анатомической логике. Шкура с зверей. Руда с конструктов. Эссенция с элементалей. — Она присела, держа свои одежды подальше от черной лужи. — Эти вещи были вписаны в комнату. Чернила могут быть структурными.
Вами наклонился с другой стороны. — Значит, мы убили предложение.
Жердев поднял руку. — Можно мне чернила? Это звучит проклято и круто.
Каге протянул ладонь.
— Нет.
— Понимаемо. Ты же чернильный парень.
— Я... я ненавижу этот титул. Можешь забрать чернила.
— Слишком поздно.
Рейд передал чернила Каге. Ни у кого больше не было пера. Никто больше не хотел, чтобы поврежденная кровь монстра лежала у них в инвентаре, кроме Жердева, чьи стандарты явно проиграли бой с его кошельком много лет назад.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
Вы получили: Чернила: Черный Мокрый Галерейный x9.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Предметы улеглись в сумку Каге со странной тяжестью. Синестезия притянула его взгляд вниз на мгновение не потому, что чернила были ценными, а потому что они казались плотными от незавершенного использования. Дешево. Грязно.
Плохой инструмент.
Полезные инструменты часто начинались именно оттуда.
Каге проверил строчку опыта, пока остальные сортировали материалы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Опыт: 8932/62500]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Двадцать пятый уровень требовал шестьдесят две тысячи пятьсот опыта. Игра открыла для себя арендную плату.
Он смахнул панель и вызвал журнал боя.
Секция Схождения сидела под обычными записями урона, чистая и раздражающе осуждающая.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Схождение: 13/100 | Состояние: Заточенный]
[Журнал Недавнего Схождения]
[Зарегистрировано Чистое Действие. +2 Схождение.]
[Зарегистрировано Чистое Действие. +2 Схождение.]
[Зарегистрировано Чистое Действие. +2 Схождение.]
[Зарегистрировано Идеальное Действие. +7 Схождение.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Его рот дернулся.
Каждый удар был хорош. Разрез сухожилия на рейкере пришелся ровно туда, куда нужно. Удар по суставу Альфы спас Валдриаса от урона. Удар по восходящему шву попал в уязвимую линию во время хода монстра. В любой нормальной боевой системе эти действия считались бы высокоточными. В большинстве рейтинговых VR-игр люди выкладывали клипы с движениями похуже с подписями, содержащими слово «бог».
Система назвала три из них Чистыми.
И только счетчик укусов достиг Идеального.
Каге потер большой палец о боковую сторону указательного, чувствуя, как вращающиеся черные буквы смещаются вокруг его руки.
Порог существовал выше его стабильности.
Это было ново.
Он промахивался по проверкам урона. Ему не хватало характеристик. Он проигрывал из-за плохого снаряжения, плохого пинга, плохих товарищей по команде, плохих схем монетизации, разработанных людьми, заслуживающими эргономичные кресла с одной короткой ножкой.
Механические пороги исполнения были другими.
Они всегда были его собственностью.
До сих пор.
Каге снова прокрутил до всплывающей подсказки.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Идеально: Действие в последний возможный момент, запас менее 10%. +7 Схождение.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Последний возможный момент. Запас менее десяти процентов.
Формулировка имела значение. Система измеряла относительно входящей угрозы в реальном времени. Быстрая угроза, узкое окно. Выше потенциальный прирост.
Он посмотрел на следующий ранг.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Грань: Действие с запасом, который система классифицирует как теоретически невозможный при текущих характеристиках. +15 Схождение.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился.
— Как, черт возьми, попасть в невозможное? — пробормотал он.
Голова Рена слегка повернулась.
Каге проигнорировал его.
Ответ всплыл без подсказки.
Мушин.
Слово пришло холодным и знакомым, соскользнув под ребра, как старый клинок, находящий свои ножны.
Старики в додзё заворачивали это в благовония и чинно-важную чушь. На практике же тело решало поединок до того, как осознанная мысль успевала догнать его. Никакого планирования. Никаких вздрагиваний. Никаких «мне следует». Разрез происходил потому, что позиция требовала этого разреза, а разум приходил позже, чтобы приписать себе заслугу, как менеджер после успешного проекта.
Подлинный «разум без разума» в реальном мире принадлежал крошечной популяции. Десяткам, может быть. По всей планете. Полно чемпионов касались грани один раз и потом гонялись за этим отпечатком всю оставшуюся карьеру. Большинство людей использовали это слово после одной хорошей спарринг-сессии и мотивационной цитаты.
Морфей наблюдал за его боевыми журналами.
Морфей разблокировал Самурая после анализа его поведения.
А затем подкласс использовал Мушин как свой пиковый порог.
Вариант один, драматическое наименование. Система любила театральность. Она называла меч Преданной Тенью и создавала снаряжение, из-за которого Жердев заставлял мебель нервничать.
Вариант два, реальное измерение.
Второй вариант заслуживал правительственных слушаний.
Пальцы Каге сжались.
Если Морфей взял истинный Мушин за основу для потолка класса, подкласс был абсурден. На грани вредительства. Он просил игроков попадать в тайминги, которые человеческое сознание обычно портило одним своим участием.
Чисто означало умело.
Идеально означало элитно.
Грань означала, что тело двигалось в щели до мысли.
Мушин означал, что щель становилась миром.
Каге вдохнул через нос.
Воздух пах дождем, пойманным перед падением, мокрой бумагой и пыльным мелом меток Холста, вдавленных в кристаллы. Его сердце забилось слишком сильно на мгновение, и у этого ощущения были грани, которые он не хотел исследовать. Что-то с большим горизонтом внутри. То самое, что заставляло руки двигаться до того, как разум что-либо решил.
Он знал, что это было.
Снова предвкушение.
Хуже того, надежда.
Он ненавидел надежду. Надежда носила дружелюбное лицо и подавала людям ножи лезвием вперед.
И все же его рот искривился.
У под класса был потолок, достаточно высокий, чтобы сломать ему шею.
Отлично.
Вами заметил это немедленно, потому что хищники узнавали голод, даже когда он носил угольное длинное пальто.
— О, — сказал Вами. — Ты нашел что-то глупое.
Каге закрыл панель. — Несколько вещей.
— Оцени их.
— Нелегально.
Вами сложил ладони. — Прекрасно.
Джули посмотрела на Каге, затем на Вами. — Мне не нравится, как легко вы двое понимаете друг друга.
— Мы ничем не похожи, — сказал Каге.
Вами сказал одновременно: — Мы братья по оптимизации.
Каге одарил его плоским взглядом.
Вами оскалился. — Отчужденные братья.
— Так лучше.
Каге открыл запись Бессловесного Удара следующей.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Древо Навыков: Бессловесный Удар]
[Разблокированный Навык: Одно Дыхание]
[Физический Лексикон включен.]
[Допустимые выражения физических ключевых слов могут быть распознаны во время боя.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он резал, ослаблял, контролировал и прерывал.
Система не дала ему ничего.
Это сужало набор правил.
Обычные действия мечом, даже отличные, не считались словами. Физический Лексикон требовал большего, чем просто форма. Либо намерение несло больший вес, что слишком хорошо подходило классу Поэта, судя по его текущему опыту, либо каждое ключевое слово требовало специфического физического выражения, более жесткого, чем естественное боевое движение.
Возможно, и то, и другое.
Его класс любил намерение. Он относился к «тому, что он имел в виду» как к топливу, а к «тому, что мир принял за правду» как к спусковому крючку. Стихам требовались Титулы. Стихам нужен был синтаксис. Физические стихи пропускали Титулы, но тело должно было говорить достаточно четко, чтобы система могла это прочесть.
Разрез, который наносил урон, был просто разрезом.
Разрез, который означал [Удар], нуждался в грамматике.
Разрез по суставу, снижающий функцию, был тактикой.
Разрез, который означал [Ослабление], нуждался в точном физическом аргументе.
Вот и ушел дешевый абуз.
Улыбка Каге расширилась на малую долю.
Прекрасно.
Бесплатная сила всегда приходила со скрытыми сервисными сборами. Механика без вариантов для злоупотребления обладала глубиной. Глубина означала, что люди будут от нее отскакивать. Глубина означала, что инвестированное время могло превратиться во что-то, за чем стоит гоняться.
Его плечо заныло в протесте.
Рен подошел ближе, остановившись на том самом расстоянии, где Каге потребовался бы полный самоотверженный шаг, чтобы ударить его. Идеальный ма-ай. По-прежнему.
— Ты правда только «баловался»? — спросил Рен.
Каге мельком глянул на него. — Ты задаешь вопросы как человек, который уже ненавидит ответ.
Рен впитал это.
Лили кружила неподалеку, беспокойство все еще читалось на ее лице. Она явно хотела исправить ранний комментарий про вундеркинда и у нее не было безопасной зацепки за ситуацию.
Взгляд Рена метнулся к ногам Каге. — твой последний шаг был... странным. Старым.
Каге почувствовал, как его выражение лица застыло. Это было опасное наблюдение. Не «хорошим». Не «быстрым». Старым. Такое слово использовал тот, кто знал школу по форме ступни, скользящей по половицам.
Каге пожал плечами. — Старые привычки.
— Привычки требуют повторения.
— Получение ударов учит быстро.
Джакс прошел мимо, неся охапку осколков. — Как ведущий эксперт пати по получению ударов, я могу подтвердить.
Зара не подняла глаз от своего инвентаря. — Твоя экспертиза обширна.
— Спасибо.
— Не за чт— что?
— Я выбираю рост. Видишь?
Валдриас стоял возле стабилизированного рифа, водрузив свой светящийся башенный щит. Он тихо испытывал край серого эффекта Холста, двигая одним сапогом на полупрорисованную доску и с нее. Каждый раз, когда его отмеченная нога касалась, доска обретала текстуру. Каждый раз, когда он поднимал ее, дерево размывалось в набросок.
Каге оглядел группу.
Послебоевая администрация почти закончилась.
HP группы снова было полным. Броня Вами светилась на приемлемом уровне, из-за чего он все еще выглядел как аристократический нож в лавке свечей. Геометрическая метка Джули потеряла часть своего твердого черного блеска во время боя, линии вокруг ее запястья стали блекло-серыми по краям. Они темнели по мере того, как она отдыхала, медленно и уверенно, словно чернила сохли в обратную сторону.
Зара убрала застежку и стояла рядом с Финном, обсуждая подсказки атак.
— Сначала птица, потом крик Каге.
— Так лучше.
Джакс делал вид, что его не интересует разговор. Его голова наклонилась ровно настолько, чтобы слушать. Жердев пытался соскоблить чернила со своего плаща украшенным драгоценностями кинжалом, потерпел неудачу, а затем решил, что пятно выглядит как «ограниченное издание».
Рен оставался рядом с Каге.
Это могло стать проблемой.
Каге предпочитал любопытство у врагов и равнодушие у союзников. У Рена была неправильная смесь. Слишком наблюдательный. Слишком дисциплинированный. Слишком лично задетый. Слишком близкий к жизни, которую он похоронил.
Каге мог справиться с подозрительностью Зары. Ее подозрительность приходила с таблицами и четкими углами. Подозрительность Рена исходила от тела. От узнавания.
Гораздо хуже.
Каге сжал и разжал отмеченную руку.
Черные буквы вокруг его руки дрейфовали, каждый символ парил на волосок над кожей. Они никогда не касались его. Они вращались, как крошечные птицы-падальщики, сделанные из чернил, терпеливые и грамотные.
Другие метки показали свои роли.
Метки Холста стабилизировали незавершенную геометрию. Финн, Валдриас, Джакс, Зара и Лили могли превратить набросанную чушь в реальную опору одним своим существованием. В бою их контакт лишал монстров их предпочитаемого пространства черновика. Просто. Мощно. Фундаментальная работа.
Редкие метки указывали. Вами, Рен и Жердев все несли мокрую светящуюся краску, которая тянула к пути через пустоту. Они еще не изучили полное использование, но в метку было встроено направление. Эстетическая власть, возможно.
Метка Наброска Джули раскрывала структуру. Она видела скрытый риф и галеон под незавершенным черновиком. Она могла рисовать временные баррикады и платформы с точными углами. Метка расходовалась, когда она ее использовала, а затем восстанавливалась со временем.
Каждая метка действовала.
Каге снова посмотрел на свою руку.
Его метка позволяла ему читать плавающие ремарки. Это имело значение. Он видел текст, который никто больше не видел.
Пассивная ценность. Сильная пассивная ценность.
Слишком чисто. Слишком неоконченно.
Это место требовало подписей. Оно выжгло в них роли. Якорь. Направляющий. Чертежник. Его скрипт сделал больше, чем просто красиво сидел. Порог среагировал на него. Небо разорвалось. Что-то в пустоте назвало его Мастером голосом, сделанным из рвущейся бумаги. Инструмент пассивного чтения не оправдывал такой реакции.
Одна из угасающих ремарок все еще висела возле трупа Альфы, наполовину стертая.
и рифовый король призвал незавершенное море...
Последние слова истрепались до завершения. Черные чернила истончились в воздухе.
Каге поднял отмеченную руку не думая.
Вращающиеся буквы сместились.
Один символ отделился от медленной спирали и наклонился к умирающему предложению.
Каге остановился.
Буква зависла там, жаждущая, на расстоянии волоска от того, чтобы покинуть его.
Его пульс ударил один раз, тяжело.
Голос Вами раздался сзади, тише обычного. — Ты что-то видишь?
Каге уставился на букву. Подземелье дало каждому способ коснуться его незавершенных правил. Его рука была покрыта словами.
Конечно, у нее была активная функция.
Чернила вокруг его запястья задрожали по направлению к сломанной линии, и Каге понял следующую проблему с чистой, раздраженной уверенностью человека, видящего, как счет приходит до того, как открыли конверт.
Его метка не только читала комнату.
Она ждала, чтобы отредактировать ее.
Оторвавшаяся буква натянулась с запястья Каге.
У нее не было веса, не было физической причины удерживать позицию, и все же она тянулась к умирающей ремарке, как собака на конце поводка. Остальной черный скрипт вокруг его предплечья продолжал свой медленный оборот. Спокойный. Терпеливый. Ужасно довольный собой.
Каге держал руку неподвижно.
Угасающая линия возле трупа Альфы продолжала растворяться.
и рифовый король призвал незавершенное море...
Последнее слово истрепалось в тонкую черную пыль.
Каге опустил руку на дюйм.
Оторвавшаяся буква последовала за движением, неохотно.
Так вот где эта кнопка.
Он ненавидел кнопки без подписей. В играх немаркированные кнопки открывали тайные двери, активировали энрейдж боссов или сбрасывали группу в лаву, потому что какому-то дизайнеру захотелось почувствовать себя умным, и его никогда не бил танк в голосовом чате.
Буква продолжала тянуть.
Золотые стрелки вверх появились рядом с большинством портретов группы. Маленькие сияющие индикаторы. Восемь получили уровень. Каге и Вами остались там, где были.
Разумно. Полоса двадцать пятого уровня Каге была голодной ямой. Шестьдесят две тысячи пятьсот опыта сидели перед ним, как домовладелец с идеальной осанкой. Вами тоже был 25 уровня.
Каге посмотрел назад на свою руку.
Оторвавшаяся буква все еще ждала.
Лили подошла ближе. — Каге?
— Проверяю кое-что.
Жердев оживился: — Насколько это опасно?
— Здесь? — Каге посмотрел на незавершенный шторм, висящий над ними. — Хороший вопрос.
Это заслужило тишину.
Даже Вами одарил его взглядом, хотя во взгляде Вами было больше азарта, чем беспокойства. Человек, вероятно, слышал «неизвестные последствия» и видел множитель добычи.
Каге отвернулся от угасающего текста Альфы и оглядел небо.
Черновик Шторма и Воды простирался вокруг рифа странными слоями. Море застыло на полувсплеске. Дождь висел в воздухе яркими бисеринами, каждая капля содержала искаженное отражение сломанного корабля. Далеко вверху штормовые тучи размазались по сводчатой тьме, как уголь, растертый небрежным большим пальцем.
Плавающие ремарки изменились после боя.
Боевые линии растворились. Несколько более крупных линий остались вкрапленными в небо, дальше, написанные тем же архаичным скриптом, который, казалось, мог читать только Каге. Они двигались вместе с окружением. Некоторые оборачивались вокруг облачных гряд. Некоторые погружались в замерзшие волны. Некоторые цеплялись за далекие рамы, полувидимые сквозь дождь.
Каге позволил своим глазам расслабиться.
Синестезия подтянула текст ближе через ощущение до того, как зрение полностью уловило его. У слов была текстура. Старые чернила на сыром пергаменте. Слабый скребок, словно перо зацепило волокно. Более крупные линии несли больше давления, тяжелее для взгляда.
Там.
Что-то длинное двигалось внутри шторма.
Сначала это выглядело как бледная трещина в облачном покрова. Затем оно изогнулось. Тело, тонкое и огромное, скользило сквозь серые слои над подвешенным морем. У него не было нормальной чешуи. Его поверхность вспыхивала сегментами, словно стеклянные пластины ненадолго ловили скрытый свет. Хребет из сломанной каллиграфии пролегал вдоль его спины, буквы рассеивались каждый раз, когда оно поворачивалось.
Форма плыла сквозь облако так, словно шторм был водой.
Финн тоже увидел это, хотя, вероятно, как движение вместо текста. Его голова вздернулась. — Э-э. Что это за штука в небе?
Джакс проследил за его взглядом. — Пожалуйста, определи штуку в небе так, чтобы я ненавидел это меньше.
— Длинная, — сказал Финн. — Над нами. Двигается за облаками.
Каге проигнорировал их и сосредоточился на линии, обернутой вокруг облачного змея.
Буквы распознались.
и Змеезмей из Стекла проходил между незавершенными дождями, его бледный голод прикалывал глубины под рифом
Змеезмей из Стекла. Бледный голод. Прикалывая глубины.
Хищник, вероятно. Или бродячая опасность. Линия подразумевала, что он удерживал что-то подавленным под рифом, хотя «прикалывание» могло означать давление, территорию, гравитацию, страх, дюжину мутных концептов дизайна в одном пальто.
Хорошая цель для теста? Нет. Доступная цель для теста. Каге поднял отмеченную руку. Вращающиеся буквы сжались.
Голос Зары прозвучал резко. — Может, объяснишь, прежде чем что-то сделаешь.
— Я думаю, моя метка редактирует линии, которые я вижу.
Джакс уставился на него. — Редактирует подземелье?
— Возможно.
— Это звучит... сломанно.
Вами поднял руку. — Для протокола, я голосую за.
Каге указал на Змеезмея из Стекла, и оторвавшаяся буква рванула вперед. Она остановилась в футе от его кончика пальца, дрожа. Ожидая.
Каге вдохнул один раз. Он выбрал небольшую правку.
Убрать сущность из активной линии. Оставить шторм. Оставить дождь. Оставить остаток предложения, если возможно.
Каге заговорил.
— И Змеезмей из Стекла покинул поля.
Слова казались обычными в его рту. Они не были таковыми. Каждая черная буква вокруг его руки сорвалась с орбиты.
На полсекунды его предплечье превратилось в разорванный улей чернил. Символы устремились вверх в жестоком потоке, настолько быстро, что выглядели как черное лезвие, расщепляющееся на насекомых. Они ударили по небесной линии вокруг Змеезмея из Стекла и обернулись вокруг существующего текста.
Первоначальное предложение сопротивлялось. Каге чувствовал это через свою ладонь. Давление. Трение.
Линия в шторме стала ярче.
и Змеезмей из Стекла проходил между незавершенными дождями, его бледный голод прикалывал глубины под рифом
Его буквы облепили первую часть. Некоторые вычеркивали слова аккуратными черными штрихами. Другие втискивались между существующими символами. Несколько свернулись вокруг имени Змеезмей из Стекла и потянули.
Змей в облаках изогнулся.
Его бледное тело выгнулось дугой сквозь шторм. Стеклянные пластины вспыхнули. Его пасть открылась, не показывая зубов, только длинную белую внутренность, заполненную падающими буквами.
Затем правка завершилась.
Небесный текст переписал себя в реальном времени.
и Змеезмей из Стекла покинул поля
Остальная часть предложения отслоилась.
его бледный голод прикалывал глубины под рифом
Эти слова висели на один удар сердца, оторванные от своего предмета.
Затем они осыпались черным дождем.
Змеезмей из Стекла исчез. Облако просто потеряло форму. Длинная бледная линия ушла из мира так, словно кто-то перевернул страницу.
Рука Каге опустилась.
Орбита вокруг его руки поредела почти на треть. Большие пропуски открылись там, где мгновения назад кружился плотный скрипт. Оставшиеся буквы вращались медленнее, почти сытые. Насыщенные — вот слово, которое подобрал его мозг.
Крошечный новый символ сформировался возле его запястья. Он поднялся из ниоткуда, завис на волосок над кожей и присоединился к орбите. Медленная перезарядка. Отдельный ресурс.
Голос вернулся.
Он пришел отовсюду внутри штормового черновика. Из мокрых ребер сломанного корабля. Из замерзших капель, висящих вокруг них. Культурный голос с треснувшим бумажным хрипом, достаточно благоговейный, чтобы Каге захотелось вымыть руки.
— Интересная правка, Мастер.
Каждый игрок замер.
Жердев прошептал: — Бро.
Уведомления развернулись.
Для Каге панели пришли в каллиграфии с черными рамками, более острыми и украшенными, чем обычный системный текст.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Чернила Автора: 37%]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Второй набор панелей упал под первым.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Накопленный Слоговый Долг: 18.]
[Долг будет выражен через компенсационные правки активного черновика.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Живот Каге сжался.
Остальная часть рейда среагировала на свое собственное сообщение поменьше.
Джакс прочитал вслух, голос повышался. — УВЕДОМЛЕНИЕ РЕЙДА: Автор изменил строфу. Автор? Почему с большой буквы?
Вами указал на Каге обеими руками. — Потому что наш маленький поэт-убийца только что изменил что-то в рейде.
Глаза Зары быстро двигались по панели, которую видела только она. — У меня написано Экология Черновика изменилась.
Финн сглотнул. — У меня тоже.
Каге прочитал следующее уведомление. Это было видно всем.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Удалена Экологическая Линия: Змеезмей из Стекла Верхнего Дождя.]
[Давление хищника удалено из фауны погруженного черновика.]
[Фауна погруженного черновика больше не подавляется.]
[Строфа компенсирует.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился на слова.
На одну чистую секунду никто не произнес ни слова.
Затем Джакс сказал: — Это звучит плохо.
— Верно, — сказала Зара.
Глаза Вами сияли. — Это звучит невероятно.
Джули повернулась к нему. — Вами.
— Я имею в виду ужасно. Ужасно невероятно.
Каге снова сжал руку. Недостающие буквы оставили его руку странно холодной, словно кожу обнажили после снятия перчатки. Еще один символ сформировался возле его костяшки и поднялся на орбиту с мучительной медлительностью.
Одна правка потратила больше половины ресурса. Медленная перезарядка.
Он посмотрел на замерзшее море вокруг них. Риф под их ногами издал низкий стон.
Я отредактировал хищника.
Риф застонал снова, глубже на этот раз.
Значит, добыча становится смелой.
Ястреб Финна закричал.
Звук прорезал подвешенный дождь. Финн повернулся к птице, затем к воде под сломанным кораблем. Его лицо потеряло краски.
— Каге.
Каге уже видел это.
Под кристаллическим рифом, под слоем, который Джули раскрыла, а он узаконил, что-то двигалось.
Скрытое море оставалось замерзшим до этого. Волна паузировалась на полупадении. Дождь паузировался на полупадении. Рыба паузировалась внутри стекла. Теперь тьма под рифом смещалась с густой, мускулистой целью.
Вода вспоминала движение.
Жердев сделал один осторожный шаг назад. Его плащ зацепился за осколок корабельного ребра. — Ребята, мой плащ говорит отступать.
Зара рявкнула: — Твой плащ также говорит, что оранжевый и фиолетовый сочетаются.
— Мода субъективна во время чрезвычайных ситуаций.
Валдриас водрузил свой светящийся башенный щит. Его свет разлился по рифу твердыми полосами.
Каге наблюдал, как поверхность снизу набухает.
Люкс Вами начал строиться от мелких движений, белая кожа становилась ярче, пока он менял стойку.
Риф треснул.
Длинная трещина промчалась между сапогами Каге и сломанной мачтой. Метки Холста вспыхнули, когда Лили и Джакс прижали руки, заставляя пол держаться. Меловая пыль струилась из их меток и оседала в кристалл. Трещина замедлилась, затем разошлась вокруг стабилизированного круга вместо того, чтобы пройти насквозь.
Скрытое море вздулось рядом с ними.
Гора незавершенной плоти вытолкнулась вверх сквозь замерзшую волну.
Сначала Каге увидел тупую голову, широкую, как повозка, набросанную грубым углем. Затем мокрый пигмент затопил контур. Серая шкура обретала цвет пятнами. Костяные пластины проступили вдоль ее черепа, каждая пластина покрыта перечеркнутыми абзацами. Ее пасть висела низко и кругло, связанная толстыми черными линиями, словно кто-то нарисовал челюсть слишком много раз и оставил каждую неудачную попытку.
Больше тела последовало за этим.
Две передние конечности грохнулись на риф. Каждая конечность заканчивалась плоскими копательными когтями, сделанными из слоистого пергамента и стекла. Когти пробили кристалл. Вся платформа качнулась.
Джакс ругнулся и поймал Лили за плечо до того, как она поскользнулась. Рен двинулся в тот же такт, одной рукой удерживая Зару, не отводя взгляда от существа. Финн упал на одно колено, уже заряжая стрелу дрожащими пальцами. Его ястреб взлетел с рея и круто пошел вверх, перья резали подвешенный дождь.
Зверь вытащил себя еще дальше.
Он пах как прудовая грязь, запертая в запечатанной банке.
Новая линия написала себя над существом.
и пасть под рифом поднялась, чтобы съесть тишину, оставленную змеем
Рука Каге дернулась.
Оставшиеся буквы вокруг его руки наклонились к предложению, затем улеглись, почти капризно.
Панель системы врезалась в поле зрения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Отверстопастый Черновик-Бегемот - Ур 28 (Мини-Босс)]
HP: 38000/38000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Второе сообщение последовало.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Применена Компенсационная Правка: Освобожденная Добыча]
[Эффект: Отверстопастый Черновик-Бегемот получает +15% к Макс HP и повышенную агрессию, пока Змеезмей из Стекла Верхнего Дождя отсутствует.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге уставился на полосу HP.
— Тридцать восемь тысяч, — сказала Зара плоским голосом. — С компенсационным баффом.
Джакс поднял меч. — Так мы вернем небесную змею обратно?
Каге посмотрел на свою истощенную руку.
Вращающиеся буквы ползали вокруг его предплечья со слишком большим пустым пространством между ними.
— Конечно, — сказал он. — Дай моей руке десять минут.
Бегемот открыл свою круглую пасть.
Внутри ряды полунаписанных зубов вращались, как печатные блоки. Воздух потянулся внутрь. Замерзший дождь задрожал по направлению к пасти. Всплывшие чернила с мертвого Альфы скользили по рифу, утягиваемые всасыванием.
Валдриас поднял свой башенный щит.
Каге обнажил Мумё.
Разумный клинок замурлыкал. Готов. Возможно, осуждающе. Трудно сказать с мечом.
Каге сделал шаг вперед, глаза на монстре, рожденном из его правки.
— Валдриас, — сказал он.
Страж вдохнул с пугающей искренностью.
Каге добавил: — Таунт.
Валдриас грохнул своим светящимся щитом о риф и взревел: — УЗРИ, ЗВЕРЬ. ТВОЯ СВОБОДА ЗАКАНЧИВАЕТСЯ ПОД МОИМ НЕИЗБЕЖНЫМ ПРАВЛЕНИЕМ.
Множество перечеркнутых глаз бегемота впились в него.
Каге выдохнул.
Подземелье отредактировало в ответ.
И у этой правки были зубы.
Отверстопастый Черновик-Бегемот рванулся к Валдриасу, круглая пасть расширялась, полунаписанные зубы вращались в его глотке. Всасывание потащило подвешенный дождь вбок. Одиночные щепки поползли по кристаллическому рифу. Лента черных чернил отслоилась от трупа мертвого Альфы и исчезла в пасти.
Валдриас уперся за своим новым светящимся башенным щитом с торжественной преданностью человека, защищающего империю, которая существовала исключительно внутри его собственного непонимания игровых механик.
Бегемот врезался в него.
Щит вспыхнул. Валдриас проехал шесть дюймов, сапоги скребли по кристаллу. Его метка холста взорвалась сухим меловым светом по его пальцам, и риф под ним затвердел круглым пятном.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-112 HP]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Валдриас хмыкнул.
Глаза Каге отслеживали линию, формирующуюся над монстром.
и освобожденная пасть метнулась на самый громкий призыв, перемалывая щит и имя одинаково
— Валдриас, держи. Джули, закрепи его право. Обычные метки, стабилизируйте трещину.
Лили, Джакс, Финн и Зара ударили по рифу отмеченными руками. Мел растекся с их ладоней матово-серыми пятнами. Кристалл перестал прогибаться под ногами группы.
Чернильно-черные геометрические линии Джули стали ярче. Она провела двумя пальцами по воздуху рядом с Валдриасом, набрасывая угловую распорку. Тонкая черная архитектура встала на место. Треугольная опора сформировалась под нижним краем щита, аккуратный маленький клин чертежа.
Бегемот укусил снова.
На этот раз клин взял часть силы на себя.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-61 HP]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Лучше, — сказала Джули.
— Гораздо лучше, — сказал Валдриас.
Джули посмотрела на Лили. — Он всегда так разговаривает?
Лили улыбнулась с легким истощением человека, принявшего побочный квест случайно. — В последнее время.
Вами двинулся.
Он прорезал риф белой полосой, сапоги скользили по кристаллу, один кинжал тянул свет. Его броня становилась ярче с каждым шагом. Белая кожа подхватывала скрытое свечение шторма и выбрасывала его обратно сильнее, делая его контур достаточно острым, чтобы резать глаз.
Перечеркнутые глаза бегемота последовали за ним.
Агро сместилось в воздухе, как зацепленная цепь.
Каге почувствовал это через глупый интерфейс с высоким Искусством. Горькая дождевая вода и сожженная бумага. Угроза, внимание. Сенсорный перевод оставался сомнительным дизайнерским выбором, но он работал.
— Вами, строй широкий. Сними его с Валдриаса на третьем укусе.
— Уже делаю.
Конечно же, он сделал.
Рен двинулся к левой передней конечности, размеренные шаги ставили его ровно за пределами размаха когтя. Его изогнутый длинный меч освободился с чистой экономией. Никаких лишних взмахов. Никакой косметики. Весь билдинг этого парня выглядел так, словно кто-то взял каждый плохой инстинкт ММО, положил его в мешок и утопил в тренировочном зале.
Каге сделал свое движение меньше.
Эффективно. Достаточно уродливо.
Рен мог видеть хорошего игрока. Рен мог видеть парня, абузящего странный меч и гиммики класса. Эта версия вызывала меньше проблем.
Бегемот поднял одну переднюю конечность.
Свежая линия написала себя над когтями.
и освобожденный вес добычи треснул риф там, где собрались малые метки
— Рассредоточиться от общей кучи, — сказал Каге. — Два шага только. Держите перекрытие.
Джакс потащил Лили назад. Зара сдвинулась влево, ровно на два шага, лицо напряжено от концентрации. Финн почти перешагнул, поймал себя и снова шлепнул отмеченной ладонью. Его ястреб закричал сверху.
Коготь врезался в риф между их меловыми зонами. Кристалл взлетел вверх острыми осколками.
Никто не упал.
Хорошая пати. Странное предложение для применения к этой коллекции расстройств личности, но точное.
Зара выбросила обе руки вперед. Мороз прошил атакующий сустав бегемота, ползя в швы между пергаментными пластинами.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Цель Замедлена! Скорость Движения -18%.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Стрела Финна последовала, пробивая темную линию под суставом.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-96 HP]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рен прибыл на ту же рану мгновением позже.
Его меч прорезал замерзший шов.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Критический Удар! -312 HP]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Бегемот взревел, мокрый звук, полный порванных страниц.
Каге наблюдал за отскоком конечности. Узкое отверстие показало, где пергаментная мышца складывалась над стеклянным сухожилием.
Мумё запульсировал в его руке.
Ладно. Маленький тест.
Он шагнул внутрь.
Второй коготь зверя смахнул низко, небрежный бэкхенд, направленный в его колени. Каге опустил центр тяжести и встретил атаку плашмя Мумё возле внутреннего крюка когтя.
У Каге все еще была рука, плечо, позвоночник и аватар с совершенно нормальными жалобами на внезапный крутящий момент. Он направил клинок в контакт, затем позволил силе бегемота соскользнуть по углу.
Парирование пришло в последний полезный момент.
Слово появилось внутри движения.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Связывание]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он почувствовал это скорее, чем увидел. Слог заперся под его ребрами. Край Мумё зажал коготь против осколка рифа, и тело Каге тяжелело на полдыхания, словно система налила камень в его стойку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Физический Лексикон распознан: Связывание.]
[Открывающий Слог: Связывание.]
[Схождение +7.]
[-75 Авен]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Коготь дернулся. Каге держал.
Его плечо горело. Клинок ничего не весил. Его кости несли аргумент.
Он повернулся вокруг застрявшей конечности и надрезал сухожилие, которое отметил Финн.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Ослабление]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Второе ключевое слово попыталось соскользнуть. Оно хотело более чистую линию точности, более глубокое понимание, лучшее предложение, написанное мясом и сталью. Каге скорректировал запястье на долю и позволил Мумё укусить самую мягкую складку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Физический Стих Завершен: Связывание / Ослабление.]
[-150 Авен]
[Цель Ослаблена! Стабильность Левой Передней Конечности -12%.]
[-141 здоровье]
[Схождение +2.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге вышел из боя до того, как монстр раздавил риф вокруг него.
Странное удовлетворение открылось в его груди.
Это казалось чище, чем полезно. Словно разрез, уложенный ровно через бамбук. Словно старая дверь, открывающаяся в доме, в который он поклялся не входить.
Отлично. Поэтическо-мечевая чушь приносит удовольствие.
Он ненавидел это.
Он любил это.
Взгляд Рена поймал обмен.
Каге почувствовал это с десяти футов, так, как один фехтовальщик чувствовал внимание другого на дистанции и тайминге. Рен видел связывание. Возможно, постановку ног. Возможно, корректировку.
Приемлемо?
Глаза Рена сузились.
Не повезло.
Бегемот подался назад. Его пасть открылась снова, шире на этот раз. Внутренность ее вращалась с плотным черным текстом.
Линия расползлась по воздуху, тяжелее предыдущих атак.
и так зверь проглотил мелом отмеченные якоря, и риф забыл вес, который нес
Живот Каге сжался.
Вот эта имела значение.
Если она ударит по обычным меткам, пол уйдет. Риф существовал, потому что Джули раскрыла его, а Каге узаконил, но Метки Холста удерживали нестабильные части от превращения обратно в плохие идеи. Позволить бегемоту съесть эти метки звучало как отличный способ превратить десяти игроков в статистику урона от падения.
Его скрипт автора зашевелился вокруг предплечья.
Оставшиеся буквы поднялись с его кожи, жаждущие.
Текущая опасность: удаление пола. Стоимость правки: неизвестно, вероятно добавятся враги или сдвиг ландшафта. Ресурс: низкий. Последствие: выживаемо, если меньше гравитации.
Каге поднял отмеченную руку.
Зара увидела его. — Ты снова редактируешь?
— Маленькая правка.
— Твоя предыдущая правка породила эту штуку.
— Пожелай мне удачи тогда.
Он коснулся линии двумя пальцами.
Черные буквы вокруг его руки рванули вверх. Меньше, чем раньше. Тоньше поток. Они ударили по фразе мелом отмеченные якоря и обернулись вокруг нее, как пропитанная чернилами проволока.
Каге заставил изменение произойти с намерением.
— Сломанная мачта.
Фраза вычеркнула сама себя.
На секунду подземелье воспротивилось. Ремарка согнулась под давлением. Пасть бегемота задрожала между целями, тянулась к отмеченным игрокам, затем к расщепленному корабельному ребру, лежащему полузарытым возле края рифа.
Линия переписалась.
и так зверь проглотил сломанную мачту, и риф забыл вес, который нес
Каге цыкнул языком.
— Все еще плохо.
— Обычные метки, укрепить пол. Живо.
Бегемот рванулся вбок и сожрал сломанную мачту.
Дерево, холст и старые гвозди исчезли в круглой пасти. Его глотка забурлила. Риф содрогнулся, и секция под мачтой растворилась в серые линии наброска.
Лили и Джакс грохнули руками вниз. Финн скопировал их, лицо белое. Зара упала на одно колено и добавила свою метку с гримасой. Пол вокруг них стал мелово-белым и удержался.
Секция под мачтой провалилась.
Дыра открылась в рифе, открывая темную воду далеко внизу.
Уведомления появились.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Чернила Автора: 24%]
[Накопленный Слоговый Долг: +6.]
[Всего Слогового Долга: 24.]
[Применена Компенсационная Правка: Проглоченная Мачта Помнит Свой Экипаж.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Бегемот поперхнулся.
Жердев указал пальцем. — Босс тошнит лором!
— Враги, — сказала Зара. — Это слово — враги.
Пасть монстра открылась и выплюнула четыре гуманоидные штуки на риф. Они были сделаны из мокрого дерева, парусной ткани и чернильно-черных суставов. Их головы несли грубые угольные лица, каждое нарисовано поверх предыдущего лица, пока каждое выражение не стало выглядеть истощенным.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Проглоченный Палубный Матрос - Ур 24]
HP: 3100/3100
[Проглоченный Палубный Матрос - Ур 24]
HP: 3100/3100
[Проглоченный Палубный Матрос - Ур 24]
HP: 3100/3100
[Проглоченный Палубный Матрос - Ур 24]
HP: 3100/3100
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вами рассмеялся.
Джули сказала: — Дорогой.
— Я знаю, я знаю.
Его Люкс вспыхнул тяжело.
Каждый матрос повернулся к нему. Бегемот тоже повернулся. Белая броня Вами сияла магниевым бликом, каждый шов на коже проводил свет в более яркие линии. Тени подземелья отползали от него.
— Зара, останови их, — сказал Каге.
— Уже кастую.
Мороз треснул по рифу полумесяцем. Ноги матросов прикипели к кристаллу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Цель Удержана! Длительность: 3.0 секунды.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Джакс бросился на ближайшего врага, меч поднят. — Наконец-то что-то моего размера.
Матрос взмахнул рукой из паруснины. Джакс заблокировал, впитал удар и рубанул по его плечу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-184 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Жердев влетел с противоположной стороны со своим гигантским мечом, поднятым слишком высоко. Искры летели с ножен на его спине. Его светящиеся наплечники зацепили подвешенную каплю дождя, которая звякнула как стекло.
— УЗРИТЕ ВЕЛИЧИЕ ЖЕРДЕВА НЕОСТАНОВИМОГО.
— Угол вниз, — сказал Каге.
— Я знаю углы.
— Ты застрял на тележке с фруктами час назад.
— Я знаю недавние углы меньше.
Жердев опустил двуручный меч ровно настолько, насколько нужно. Клинок врезался в удержанного матроса и вгнал его боком в цель Джакса.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Критический Удар! -721 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Бегемот рванулся к Вами.
Вами позволил ему приблизиться.
Его свечение достигло пика. Белая броня стала почти больно яркой. Пасть бегемота захлопнулась там, где он стоял.
Вами исчез во вспышке.
Очищение детонировало с твердым белым взрывом. Зрение Каге вымылось дочиста на мгновение, весь риф свелся к черным контурам и послеобразам. Матросы пошатнулись. Голова бегемота дернулась в сторону.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-544 здоровья]
[-588 здоровья]
[-601 здоровья]
[-820 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Большее число принадлежало бегемоту. Его полоса HP просела ощутимым куском.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Отверстопастый Черновик-Бегемот - Ур 28]
HP: 32214/38000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вами reappeared позади монстра, оптическое мерцание спадало с его плеч.
— Чисто, — крикнул он.
— Не празднуй пока, — сказала Джули.
Каге двинулся снова.
Он хотел еще один физический тест до того, как бой превратится в службу доставки лута. У бегемота были сильные подсказки атак, медленные конечности и рейд, грызущий его бока. Практический манекен с проблемой с зубами.
Он вошел справа, подальше от чистой линии Рена. Нижняя челюсть монстра волочилась по рифу, оставляя мокрые чернила там, где скребла. Маленькая обнаженная канавка открылась за костяной пластиной.
Каге рассмотрел [Удар] в [Ослабление].
Логическая причинно-следственная связь работала. Завершенная атака создавала доступ к слабой точке. Тематическая совместимость казалась приличной. Насилие, раскрывающее хрупкость. Уродливое предложение, солидная механика.
Он сделал выпад.
Мумё прошел по прямой векторной линии, никакой дуги, никакого читаемого веса. Клинок ударил в край костяной пластины.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Удар]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Открывающий слог прошёл через его руку. Край Мумё заточился в понимании системы, пробивание брони умножилось против контакта.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Физический Лексикон распознан: Удар.]
[Открывающий Слог: Удар.]
[-128 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он сместился к канавке за пластиной и надрезал.
Слишком поздно.
Голова бегемота дернулась, и канавка исчезла под складывающейся шкурой. Мумё царапнул поверхностный пергамент вместо сухожилия под ним.
Второе слово так и не зацепилось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Физический Стих не удался: Связность нарушена.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге отступил, губы сжались.
Сложнее, чем я ожидал.
Система требовала, чтобы тело понимало слово. Первое действие создавало путь, но второе нуждалось в правде. Небрежное продолжение превращало поэзию в дорогое тыканье ножом. Классическое поведение ремесленного класса. Брать премиум, наказывать за неведение, называть это красотой.
Бегемот смахнул хвостом. Хвост выглядел как запоздалая мысль, толстая линия серой массы, заканчивающаяся кисточкой из чернильной кисти. Он прорезал подвешенный дождь и нацелился на заднюю линию.
— Хвост, низ право.
Рен перехватил первым.
Его стойка опустилась. Его меч встретил хвост под неглубоким углом и перенаправил достаточно силы, чтобы Джакс смог плечом отбить оставшийся замах подальше от Лили.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-38 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Джакс хмыкнул. — Это все, что у тебя есть?
Бегемот ответил, плюнув в него струей черного растворителя.
Чернильная метка Джули вспыхнула.
Она нарисовала прямоугольник в воздухе.
Чертеж-баррикада встала на место, тонкая и точная. Растворитель сплеснул по ней, проедая намеченную стену дымящимися дырами.
— Джакс, — сказала Джули сладко, — может, хватит просить у рейд-босса фидбек?
— Честно.
Ястреб Финна камнем пошел сквозь дождь, пронзительно крича над раненой конечностью бегемота. Финн выстрелил в ту же линию, что и пролет птицы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Открыта Отмеченная Слабая Точка.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ледяное копье Зары пронзило открытый шов.
Рен ударил.
Вами ударил сзади, Люкс снова строился, каждый удар увеличивал блик вокруг него.
HP падало быстро.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Отверстопастый Черновик-Бегемот - Ур 28]
HP: 18402/38000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге снова шагнул в ритм, более осторожно.
Бегемот замахнулся на него когтем. Он использовал короткий шаг в сторону, позволил когтю пройти мимо и надрезал перетянутый сустав запястья.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Ослабление]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Односложное физическое действие зацепилось на полдыхания.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Физический Лексикон распознан: Ослабление.]
[Цель Ослаблена! Сила Атаки -4%. Длительность: 8 секунд.]
[-119 здоровья]
[Авен : 1180/1420]
[Схождение +2.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Маленький. Надежный. Низкие обязательства.
Значит, одиночные ключевые слова проще. Комбинациям нужно, чтобы тело говорило грамматикой.
Бегемот опустил пасть к Валдриасу снова. Валдриас восстановил большую часть раннего урона под устойчивым лечением Лили и сфокусированными привязками Джули. Золотой свет от священнического заклинания Лили сплетался с аугментацией класса Джули.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Валдриас исцелен +180 HP.]
[Валдриас исцелен +96 HP.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Валдриас поднял щит. — Я остаюсь несокрушим.
Каге моргнул.
Джакс посмотрел на него. — Ты научил его этой фразе?
— Нет.
— Звучит как ты.
— Не звучит.
Бегемот укусил. Валдриас заблокировал. Ослабленная челюсть скребнула по его щиту вместо того, чтобы раздавить его.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-73 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вами снова достиг полной яркости.
На этот раз он остался там.
Внимание бегемота заперлось на нем настолько жестоко, что даже Синестезия Каге вздрогнула. Сожженная бумага, горький дождь и давление за зубами. Вами стоял в центре этого, оскалившись, как человек, открывший легальный способ жонглировать ножами в больнице.
— Вами, — сказал Каге. — Очищение после слэма.
— Буду сидеть на капе еще три секунды.
— Зачем?
— Больше выхлоп.
Джули вздохнула. — Потому что ему нравится делать мою работу ужасной.
Бегемот обрушил обе передние конечности вниз на Вами.
Каге увидел линию за такт до удара.
и так освобожденная добыча раздавила самого яркого нарушителя под обеими переписанными руками
— Сейчас.
Вами подождал еще одну долю.
Глупая доля. Прекрасная доля. Тот самый тайминг, который превращал хилеров в вдов, а логи DPS — в религиозные тексты.
Затем он сделал Очищение.
Вспышка детонировала под обоими когтями. Вами исчез. Бегемот ударил по пустому кристаллу. Свет детонировал вверх сквозь его конечности.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Критический Удар! -1460 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Обе передние конечности треснули.
Рен и Джакс ударили по левой. Зара заморозила правую. Финн крикнул: — Шарнир челюсти, открытая линия!
Каге вошел.
На этот раз он забыл сделать это уродливо.
Только на один обмен.
Он вошел на полу-такте, созданном детонацией Вами, Мумё низко, плечи тихие. Пасть бегемота висела открытой от отдачи. Каге шагнул на внешнюю линию, подрезал шарнир с помощью [Удар], позволил клинку отскочить невесомо и превратил то же движение во второй разрез через размягченную складку.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Удар]
[Ослабление]
[Физический Стих Завершен: Удар / Ослабление.]
[Критический Удар! -286 здоровья]
[Цель Ослаблена! Целостность Челюсти -15%.]
[Авен: 1060/1420]
[Схождение +7.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Тень Мумё тянулась за клинком.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Эхо Преданности (Стаки 5/5)]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Фантом отделился на следующем базовом разрезе, темный послеобраз кусал мгновением позже стали.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-149 здоровья]
[Эфирный Урон -74 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Челюсть бегемота раскололась вдоль переписанного шва.
Рен видел это.
Каге почувствовал и это.
Добавьте это в список будущих проблем.
Вами появился над сломанной челюстью, один кинжал обратным хватом, белая броня гасла после очищения.
— Мое.
Он вогнал оба кинжала в обнаженное горло и рванул вниз.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-312 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Ледяное копье Зары ударило в открытую рану.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-440 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Стрела Финна последовала.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Критический Удар! -304 здоровья]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Валдриас ударил щитом по растрескавшейся челюсти.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[-76 HP]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
HP бегемота обрушилось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Отверстопастый Черновик-Бегемот - Ур 28]
HP: 0/38000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Мини-босс обмяк.
Его тело потеряло цвет первым. Пигмент вытекал из шкуры медленными струями, собираясь по рифу перед тем, как кануть в кристалл. Угольный контур держался на три секунды дольше, дрожа, затем распался на отдельные эскизные штрихи. Его костяные пластины упадали одна за другой, каждая покрыта перечеркнутыми словами.
Одна пластина приземлилась возле сапога Каге.
Большая часть текста была вычеркнута столько раз, что слова превратились в черное поле. Одиночная фраза оставалась видимой вдоль края.
держи голод внизу пока змей не станет финальным
Каге уставился на нее.
Змеезмей из Стекла удерживал бегемота. Бегемот охранял нижний маршрут или блокировал его, или представлял черновиковую заметку, которую подземелье так и не прибрало. Удаление змея освободило пасть. Убийство пасти открыло риф.
Повествование через окружение посредством плохих решений.
Эффективно, в враждебной манере.
Скрытое море под рифом перестало бурлить. Дыра, где мачта растворилась, расширилась в гладкий, круглый проход. Далеко под ней наклоненный коридор из рам спускался сквозь темную воду, которая двигалась, никого не намочив. Позолоченные края мерцали вдали.
Редкие метки среагировали первыми.
Мокрая краска Вами поползла по его запястью, капли висели на его костяшках и вытягивались вниз. Пигмент Рена сделал то же самое в глубоком синем и янтарном. Метка Жердева светилась так ярко, что соперничала с его плащом, что было предложением, которое ни один вменяемый визуальный дизайнер никогда бы не разрешил.
Все три указывали сквозь дыру.
Вниз.
Панель добычи открылась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Получена Добыча]
[Чернила: Бездонный Черновик-Сепия] x1
[Наручи Отверстопастого Якоря] x1
[Заклятая Нить Стеклянного Рифа] x1
[Челюстная Пластина Черновика-Бегемота] x4
[Валюта: 3 Золота, 80 Серебра]
[Вы получили 4800 ОПЫТА.]
[Опыт: 13732/62500]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Каге забрал чернила до того, как Жердев успел спросить, светятся ли они.
Описание поменьше развернулось.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Чернила: Бездонный Черновик-Сепия]
Качество: Редкое
Тип: Ремесленное Вещество / Боеприпасы для Пера
Эффект:
[Погруженный Синтаксис]: Увеличивает общую мощность Стихов на 35%. Стихи, взаимодействующие с водой, тенью, памятью или погруженными структурами, получают дополнительный малый бонус к стабильности.
Описание: Чернила, полученные из существа, которое ждало под незавершенным морем. Они цепляются за страницу как секрет, пытающийся остаться утопленным.
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
— Мое, — сказал Каге.
Зара одарила его взглядом. — Шокирует.
— Ты хочешь чернила для поэзии?
— Я хочу, чтобы игра перестала так сильно тебя вознаграждать.
— Тоже, вообще-то, — сказал Каге в ответ.
Он бросил панель наручей Валдриасу.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Наручи Отверстопастого Якоря]
Качество: Редкое
Тип: Тяжелая Броня для Рук
Защита: +80
Выносливость: +20
Сила: +20
Пассивный Эффект:
[Заякоренный Защитник] Во время активного блока щитом сопротивление принудительному перемещению увеличено на 15%.
Требования: Уровень 25, 30 силы, 40 выносливости
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Валдриас уставился на панель так, словно она содержала королевский указ.
Джакс махнул рукой. — Бери. Если тебя сбросят с платформы, мне придется таковать, а этого никто не хочет.
Каге отправил [Заклятую Нить Стеклянного Рифа] Заре. Она бустила ледяной урон и контроль заклинаний против кристаллических целей, и Зара приняла ее с выражением лица человека, получающего подарок на день рождения от вражеской нации.
Челюстные пластины ушли в общие материалы. Жердев предложил купить все четыре «для крафта», и рейд проигнорировал его с наработанной скоростью.
На тридцать секунд рейд перевел дыхание.
Метки померкли. Исцеление подтянуло людей до максимума. Джули проверила позиционирование Валдриаса по привычке, затем скорректировала стойку Лили легким касанием к плечу и тихой заметкой об удерживании открытых линий выхода. Лили слушала, кивая. Финн кормил своего ястреба полоской чего-то из своей сумки руками, которые почти перестали дрожать.
Почти.
Каге наблюдал за собственной рукой.
Чернила Автора возвращались по одному символу за раз. Орбита оставалась тонкой. Двадцать четыре процента после правки, чуть больше сейчас. Достаточно медленно, чтобы спам правок убил группу последствиями до того, как спасет их.
Раздражающе хороший дизайн системы.
Джакс посмотрел на Вами, который разминал пальцы, пока последний свет стекал с его брони.
— Ладно, я должен спросить. Эта броня кастомная под твой класс? Потому что она продолжает делать странные солнечные преступления.
Вами просветлел, на этот раз эмоционально. Опасный знак.
— Хах. Нет. Пассивка класса. Сияющий Голорез накладывает сетку Люкса на любую броню, которую я ношу. Каналы батарей, отражаемость, захват кинетического заряда, сброс тепла, вот это все. Белый цвет принудительно задается классом.
Каге снова осмотрел броню. Асимметричная белая кожа казалась тщеславием на первый взгляд. Теперь он видел логику. Швы расположены для движения. Усиленные точки напряжения вокруг бедер и плеч. Поверхности наклонены так, чтобы ловить движение и свет. Двигатель класса, носящий шкуру невыносимого модного заявления.
— Значит, базовый шмот все еще имеет значение, — сказал Каге.
— Абсолютно. Плохая броня означает плохую вместимость, плохой перенос. Пассивка модифицирует свойства. Она не превращает мусор в эндгейм. — Вами постучал по груди. — Более высокая редкость дает лучший потолок Люкса и более чистый разряд. Материалы тоже важны. Отражающие, гибкие, термостойкие, легкие. Данжевый шмот обычно бьет городскую моду.
Зара уставилась на него. — Твой класс абсурден.
— Спасибо.
— Это была не похвала.
— Я оптимизировал интерпретацию.
Финн поднял руку наполовину. — Значит, ты разбойник... который хочет агро?
Вами ухмыльнулся. — Не совсем, я хочу десрапшн. Агро — это чек, так сказать. Чем больше врагов фокусируются на мне, тем больше значения Люкса я могу конвертировать. Мой бурст скалируется от сохраненного Люкса и накопленного давления угрозы. Мои инструменты стелса скалируются от Люкса тоже. Выше метр, сильнее разрезы, лучше репозиция, больше Очищение.
Джакс нахмурился. — Так зачем очищаться вообще? Оставайся ярким и коли сильнее.
— Иногда да, — Вами перекатил один кинжал по костяшкам. — На полном Люксе мой роговский кит бьет как ненормальный. Я могу сидеть на капе и держать множители. Проблема в том, что каждый моб в комнате решает, что мое дальнейшее существование оскорбительно. Очищение сбрасывает метр, роняет агро, ослепляет все неподалеку и дает мне стелс.
Зара присела возле дыры и изучила спускающиеся рамы внизу. — Итак. Что мы вообще должны делать в этом подземелье?
Жердев поднял один палец. — Традиционно, а у меня обширный опыт в этом, поверьте мне, мы находим самого большого враждебного арт-сноба и уменьшаем его до лута.
— Это самый худший правильный ответ, который я слышала за сегодня, — сказала Зара.
Джакс размял плечи. — Обычно надо найти босса и убить его, так?
— Обычно, — сказал Каге.
Все посмотрели на три редкие метки.
Мокрый пигмент Вами поплыл по его запястью к открытию. Метка Рена указывала с более спокойным давлением, компас из краски. Метка Жердева практически орала вниз в малиновом, кобальтовом и золотом.
Под рифом скрытый коридор ждал.
Рамы спускались сквозь темную воду, как шаги в утопленный музей. Далеко внизу бледный свет мелькнул за массивным позолоченным прямоугольником, затем исчез, словно что-то прошло перед ним.
Каге задвинул Мумё в ножны.
— Формация, — сказал Каге. — Метки Холста первые и уступами. Редкие метки направляют. Джули рисует, если маршрут ломается. Никто ничего не редактирует, если только альтернатива не хуже.
Зара посмотрела на его руку. — Эта последняя часть адресована тебе?
— Да.
Вами шагнул к краю, ухмыляясь вниз в темноту. — Настоящий босс ниже.
Рука Рена покоилась на рукояти меча. Его взгляд оставался на коридоре, но его внимание задело Каге снова, остро и вопрошающе.
Каге проигнорировал это пока.
Коридор под рифом был сделан из рам.
Они спускались сквозь наклоненные прямоугольники позолоченного дерева, каждый висел в темной воде, которая вела себя как театральное стекло. Она расступалась вокруг сапог и брони, оставляла кожу сухой и закрывалась за ними с медленной рябью, полной полуготовых мазков кисти.
Валдриас пошел первым, потому что у него был башенный щит, метка холста и выживательные инстинкты очень искренней двери.
Его новый щит светился достаточно, чтобы превратить ближайшие рамы в зеркала. Каге мог видеть всю группу, отраженную в изогнутом сусальном золоте. Десять игроков спускаются сквозь утопленный музей под замерзшим штормом, следуя за пятнами краски на трех запястьях.
Обычный вторник, судя по всему.
— Наступайте только туда, куда наступает Валдриас, — сказал Каге. — Если рама гнется, стоп.
Джакс следовал за Валдриасом, меч наготове, доспех отполирован до твердого блеска. — Я ненавижу, что мы используем «рама гнется» как нормальный коллаут опасности.
Зара двигалась на два шага позади него, одежды темно-синие и серебряные, подшитые морозом подол задевал воду, которая отказывалась цепляться. — Ты предпочитаешь «пол взрывается»?
— Пол взрывается — это честно.
Ястреб Финна попытался лететь вперед, затем круто заложил вираж и приземлился на его плечо. Когти птицы сжали его кожу с видимым раздражением.
Финн сглотнул. — Здесь внизу нет воздушного потока.
Каге оглянулся.
Финн побледнел в свете черной воды. Ребенок открытого неба вошел в тоннель, сделанный из утопленных картин и предложений. Плохой сетап. И все же его глаза продолжали двигаться. Края. Тени. Интервалы рам. Крошечные дрожи в висящей воде.
Полезная паника.
— Что ты видишь? — спросил Каге.
Финн моргнул. — Э-э. Рамы не случайны. Они поворачиваются немного до того, как мы на них наступаем.
— Хорошо.
Финн кивнул быстро. Его дыхание выровнялось на полделения.
Лили одарила Каге взглядом сзади. Теплым. Раздражающе проницательным. Тем самым взглядом, который говорил, что она заметила, как он делает что-то почти достойное, и планирует запомнить это на потом.
Каге посмотрел вперед.
Абсолютно трагично. Одно поддерживающее предложение, и вдруг я у руля благотворительности для тревожных рейнджеров.
Следующая рама прогнулась под сапогом Валдриаса.
Его мелово-белая метка вспыхнула по его руке там, где она сжимала щит. Серая пыль пролилась из его костяшек, канула в золотую раму и сделала прогибающийся прямоугольник жестким.
Валдриас шагнул полностью на нее. — Держит.
— Потому что ты приказал ей, — сказала Зара.
Валдриас обдумал это с суровым вниманием. — Я не говорил.
— Она имеет в виду метку, — мягко сказала Лили.
— А-а-а.
Плащ Жердева дрейфовал за ним в королевском пурпурном и оранжевом, каким-то образом ловя драматический подводный бриз, который не влиял больше ни на что в подземелье. Одно плечо горело магматической пластиной. Другое подтекало теневым дымом.
Он всматривался через край пути из рам. — Если я упаду, кто меня поймает?
— Гравитация, — сказал Каге.
— У гравитации и меня плохая история.
— Тогда заключите мир.
Вами расхохотался сзади, двигаясь легко, несмотря на темноту. Его белая броня померкла после боя с бегемотом, но слабые линии Люкса все еще ползали под швами кожи. — Если упадешь, ори. Я посмотрю.
Коридор сузился.
Золотые рамы стали тоньше. Темная вода потеряла свои нарисованные отражения. Шторм вверху выродился в серую помарку, затем исчез. Риф, сломанный корабль, замерзший дождь — все это отслоилось позади них, как задник, снимаемый со сцены.
Только рамы оставались.
Затем рамы начали растворяться тоже.
Сначала резные углы распутались в изогнутые буквы. Затем позолоченные бока распались на предложения, каждое висело в темноте со пробелами там, где должны быть существительные. Путь под Валдриасом становился все менее деревом с каждым шагом. Менее объектом. Больше инструкцией.
Линия сформировалась возле плеча Каге бледным скриптом.
под мокрым черновиком было оставлено поле для голода, который удержит раму запечатанной
Джакс остановился. — Пожалуйста, скажите мне, что все видят это криповое предложение.
— К сожалению, — сказала Зара.
Лили подняла руку. — Я вижу его.
Финн кивнул слишком быстро. — Тоже.
Каге наблюдал, как линия скручивается.
Слова существовали как описание окружения, дизайнерская заметка, написанная в комнате, потому что у комнаты закончились стены.
Значит, подземелье озвучивает свою собственную плохую идею.
Больше линий появилось по мере их спуска.
оно должно ждать там, где свет отказывает
оно должно свернуться вокруг нарушения и вернуть его в тишину
оно должно сглотнуть незавершенное, ибо незавершенное должно оставаться внизу
— Должно, — сказала Зара.
Каге мельком глянул на нее.
Она указала на ближайшее предложение. — Оно продолжает говорить должно.
Рен ответил до того, как это сделал Каге. — Язык черновика.
Глаза Зары пробежались по нему. — Ты теперь читаешь дизайнерские заметки?
— Я читаю осанку, — сказал Рен. — У этого места осанка чего-то незавершенного.
Каге ненавидел то, насколько ему понравился этот ответ.
Вами наклонился вбок, чтобы прочитать линию вверх ногами. — Так мы идем к прототипу босса?
— Вероятно, — сказал Каге.
Джакс вздохнул. — Прототип звучит слабее.
— В играх прототип означает, что его никто не балансил.
Финальная рама под сапогом Валдриаса развалилась на буквы.
На один вдох весь путь исчез.
Валдриас провалился на полдюйма в темноту. Его щит грохнулся вниз. Мел вырвался из его отмеченной руки и растекся по ничему. Буквы под ним сжались в твердый белый диск.
Он замер там, колени согнуты, щит водружен, дышит тяжело.
Каге остановился с одной ногой на последней выжившей полоске рамы. Позади него остальные замерли в неровной линии.
Темнота впереди расширилась.
Ни стен. Ни пола. Ни потолка. Ни... ничего, на самом деле. Просто темнота, заполненная плавающими нарративными линиями, и все они вращались вокруг огромного круглого пространства. Линии формировали купол подтекстом. Они изгибались кольцами, накладывались друг на друга, предложение за предложением, пока пустой воздух не обрел форму.
В центре плавал левиафан.
Первой мыслью Каге был масштаб.
Второй — зубы.
Штука сворачивалась в кольца через середину словесного купола, длиннее городской улицы и шире, чем любое существо имело право быть в разумном подземелье. У его тела был незавершенный вид наброска, брошенного после того, как художник решил, что первый черновик стал дорогим. Некоторые секции держали чешую, сделанную из пергаментных пластин. Другие секции растворялись в черные штрихи. Плавники тянулись с его боков длинными, рваными лентами чернил, каждый край дрожал между тканью, тенью и языком.
Его голова висела низко, поджатая к центру собственного кольца.
Закрытый глаз размером с тележное колесо сидел под бровью из слоистого скрипта.
Вокруг него нарративные линии двигались медленно.
оно должно быть достаточно огромным, чтобы сделать храбрость маленькой
оно должно держать финальную дверь под своим языком
оно должно наказывать руку, которая редактирует глубину
Каге прочитал это последнее. Его Чернила Автора зашевелились вокруг его руки.
Тонкие черные буквы поднялись с его кожи в медленной орбите, жаждущие так, как нож был жаждущим, когда его клали возле веревки.
Конечно, у него есть пункт против меня.
Это казалось похожим на стояние перед оппонентом, который может реально подрезать его, если он моргнет не так. Каге цыкнул языком.
Валдриас стоял один на мелово-белом диске впереди них. Пол существовал только вокруг него, и край угасал в черные буквы, которые отказывались нести вес.
Каге вытянул Мумё и постучал по границе плашмя клина.
Меч встретил сопротивление на три дюйма, затем канул сквозь дрейфующий текст.
— Пол генерируется метками, — сказал Каге. — Метки Холста делают опору. Все с мелом, рассредоточиться.
Лили шагнула с пути из рам на диск Валдриаса. Пол стал ярче под ее сапогом. Она встала на колени и прижала свою отмеченную ладонь к поверхности. Серая пыль пролилась наружу.
Джакс последовал влево, кладя руку вниз с гримасой. Зара взяла право с выражением лица человека, подающего жалобу на грамматику. Финн двигался медленнее, глаза метались по пространствам между предложениями, затем водрузил ладонь возле тыла.
Еще четыре меловые зоны растеклись.
Темнота сжалась в круглую платформу под ними, блекло-серая по краям и темнее к центру. Пол выглядел как плотный уголь поверх стекла. Слова все еще двигались под ним, запертые, как рыба под зимним льдом.
Каге шагнул на новый пол.
Держит.
— Пять якорей, — сказала Зара. — Перекрытие радиусов дает стабильную платформу.
Каге присел и коснулся края, где меловая зона Лили встречалась с зоной Финна. Текстура изменилась под его пальцами. Стабильно там, где метки перекрываются. Мягко там, где одиночная метка истончается. За краем купол предложений ждал со всей добротой падающего лифта.
— Оставайтесь рассредоточенными, — сказал Каге. — Перекрывайте ваши круги. Если кто-то из вас двигается, сначала оглашайте это.
Джакс посмотрел на спящего левиафана. — Значит, арена существует до тех пор, пока мы продолжаем касаться пола.
Каге указал Мумё. — Валдриас центр-фронт. Джакс тыл-лево. Лили тыл. Зара право. Финн лево, мобилен только тогда, когда другая метка закрывает твою точку.
Финн кивнул. — Значит, я могу двигаться, но пол надо передавать.
— Именно. Относитесь к платформе как к групповому проекту, где гравитация ставит оценки всем.
— Это ужасающе понятно, — сказала Лили.
— Хорошо.
Джули шагнула вперед следующей.
Ее геометрические черные линии оставались четкими вокруг ее запястий и рук, угловатые и точные. Там, где Метки Холста делали топорную реальность, метка Джули выглядела так, словно принадлежала чертежнику с линейкой.
Она уставилась на пол арены, затем за его пределы.
— О, — сказала она тихо.
Каге посмотрел на нее. — Что ты видишь?
— Структуру. — Она подняла руку. — Под полом. Вокруг купола. Там есть пути опор, я думаю. Спицы, кольца, ребра якорей.
— Покажи мне дешевый тест.
Джули подарила ему быструю улыбку. — Дешевый тест. Обожаю их.
Вами открыл рот.
Джули указала на него, не глядя. — Ты причина, по которой я знаю, как выглядят дорогие тесты.
Он закрыл рот.
Джули провела двумя пальцами по воздуху между меловой зоной Лили и зоной Финна. Черные чернильные линии огрызнулись в существование, точные, как маркерная метка на велени. Линия коснулась обеих зон, затем уплотнилась в узкий мост из полупрозрачного серого.
Джули согнула пальцы. Черные линии на ее запястье померкли на малую величину. Каге шагнул на мост. Твердо. Узко. Достаточно хорошо для движения и плохо для паники.
— Ты можешь сделать укрытие?
Джули повернула руку и нарисовала короткую вертикальную плоскость возле позиции Валдриаса. Низкая баррикада появилась, повернутая под углом к левиафану. Она напоминала чистое стекло с чернильными краями, незавершенное и функциональное.
Баррикада продержалась три секунды, замерцала, затем улеглась.
Джули нахмурилась. — Укрытие жрет ресурс быстрее, если только не цепляется к ребру опоры.
— Используй только на атаках, которые мы не можем уклонить.
— Поняла.
Она глянула в сторону левиафана.
Ее глаза сузились, осведомленность хилера сместилась в внимание к механикам рейда. Она подняла руку и набросала маленький контур вокруг дрейфующего плавника возле бока существа. Черные геометрические линии сорвались с ее кончиков пальцев и обернулись вокруг части плавника, как каркасная сетка.
Плавник обрел четкость.
Чешуя распозналась. Слабое мерцание цели поползло по контурированной секции, затем угасло.
Закрытый глаз левиафана дернулся.
Рука Каге переместилась на эфес Мумё.
— Стоп здесь.
Рен изучил контурированный плавник с острым вниманием. — Его тело не имеет постоянного кайфа. Во время боя некоторые части могут существовать только после того, как она их определит.
— Отлично, — сказал Джакс. — Босс с условной анатомией.
Зара сложила руки. — Это объясняет больший пул здоровья, который мы абсолютно точно увидим.
— Мы не видели его здоровье, — сказал Финн.
Зара посмотрела на левиафана. — Финн.
— Понял. Глупое предложение. Извините.
Каге повернулся к игрокам с редкими метками.
Мокрая метка краски Вами сместилась с нижнего тяга на боковой дрейф. Цвета на его запястье свернулись к трем огромным позолоченным рамам, вкрапленным в словесный купол вокруг арены. Метка Рена сделала то же самое в более спокойных потоках глубокого синего и янтарного. Метка Жердева светилась с героическим перебором.
Три рамы висели на разной высоте вокруг спящего левиафана. Пустые внутренности. Массивные резные бордюры. Каждая сидела на слабом круглом рельсе, сделанном из золотой пыли и знаков препинания.
Каге указал. — Редкие метки. Коснитесь этих рам.
Вами двинулся первым, потому что сказать ему взаимодействовать с опасным неизвестным объектом было, судя по всему, приглашением сделать это немедленно.
Джули поймала его рукав.
Он сделал паузу.
Она улыбнулась, и у улыбки были грани. — Если оно взорвется, я расскажу всем твое любимое занятие вне игры.
Вами обдумал свои приоритеты, пока пот выступал на его лице. — Я... я убедюсь, что оно не взорвется. Ага. Не взорвется.
Джули продолжала улыбаться, не торопясь.
Вами достиг ближайшей рамы и коснулся сусального золота своей отмеченной рукой. Мокрая белая краска поползла с его запястья в раму. Массивный прямоугольник скользнул по своему рельсу со стоном, похожим на то, как старое дерево гнется в холодном синтоистском храме.
Ухмылка Вами расплылась. — О. Это мило.
Рама повернулась вокруг левиафана. Везде, где ее пустой центр проходил над спящим существом, эта секция тела затачивалась в законченную деталь. Чешуя обретала цвет. Плавник становился доступным для цели. Затем рама двигалась дальше, и деталь снова размывалась.
Каге наблюдал за эффектом.
— Рама кадрирует босса в реальность, — сказал он. — Вероятно, раскрытие цели или механика щита.
Губы Зары сжались. — Вероятно.
— Хочешь определенности, спроси у кита.
— Я лучше попарсу логи.
Рен двинулся ко второй раме размеренными шагами. Он коснулся позолоченного бордюра. Его краска потекла в глубоком синем и янтарном, менее броско, чем у Вами, но более устойчиво. Рама подчинилась с чистой точностью, скользя по рельсу и останавливаясь ровно там, где её ставил Рен.
Взгляд Рена отслеживал угол рамы, затем секцию тела, которую она проясняла. — Рама может удерживать зону цели. Она сопротивляется дрейфу, если моя рука остается на ней.
— Ты можешь ее запереть?
Рен сместил запястье. Краска уплотнилась по углу рамы. Прямоугольник щелкнул на место на один вдох, затем снова начал скользить.
— Накоротко, — сказал Рен. — Стоит пигмента.
Жердев тяжелым шагом направился к третьей раме со своим двуручным мечом, стучащим по спине, и плащом, развивающимся как патриотическая авария.
— Позвольте мне. Жердев Великолепный имеет обширный опыт перемещения дорогого искусства.
Зара уставилась. — В играх или после покупки ИРЛ?
— Да.
Он шлепнул своей светящейся рукой с краской по третьей раме.
Рама пролетела десять футов по рельсу, зацепила плавающее предложение и отправила рябь по куполу. Край пола Джакса размяк под его сапогом.
— Жердев, — сказал Каге.
— Я узнал, что у рамы есть ускорение.
— Узнавай медленнее.
— Мудрость принята.
Жердев уперся обоими сапогами, схватил раму обеими руками и потащил ее обратно грубой силой. Его метка мокрой краски вспыхнула в малиновом, кобальтовом и золотом. Рама улеглась на место с грацией люстры, приземляющейся на обеденный стол.
Новый набор объектов развернулся из словесного купола.
Три неглубоких бассейна поднялись вдоль внешнего кольца арены, каждый сделан из черного камня и позолоченного обода. Один заполнился темно-синей краской, которая двигалась как глубокая вода. Один держал бледную, перламутровую белизну. Третий держал красный, настолько плотный, что он, казалось, тянул за глаз.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Открыты Источники Пигмента.]
[Пигмент может быть собран отмеченными игроками.]
[Несмешанный Пигмент дестабилизируется через 30 секунд, если не применен к Раме или Узлу Палитры.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Вами обмакнул два пальца в белый бассейн.
Краска взобралась по его отмеченной руке и зависла на его костяшках светящимися каплями. Капли вытянулись вниз, затем всплыли обратно и растворились в свет.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Собран Пигмент: Бледный След.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Рен коснулся синего бассейна.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Собран Пигмент: Кобальтовая Глубина.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Жердев сразу потянулся за красным.
Каге уставился на него.
Жердев замер с рукой в одном дюйме над бассейном. — Что?
— Не пей это.
— Я не собирался.
Джули наклонила голову. — Ты выглядел весьма решительно.
— Я ценю изысканные жидкости.
— Написано пигмент, — сказала Зара.
— Он красный и мощный.
Каге потер переносицу. — Собери его. Примени к раме. Постарайся избежать изобретения новой медицинской категории.
Жердев зачерпнул красный. Он хлынул по его руке, достаточно яркий, чтобы конфликтовать со всеми остальными светящимися катастрофами на его модели персонажа.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Собран Пигмент: Киноварный Голод.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он уставился на него с трепетным ужасом. — Это чрезвычайно мой бренд.
Три отмеченных игрока протестировали бассейны под руководством Каге. Пигмент можно было переносить вдоль внешнего кольца. Примененный к раме, он окрашивал бордюр и менял секцию левиафана, видимую через нее. Синий делал кадрированную область clearer и медленнее, штрихи укладывались в отчетливые слои. Белый заставлял скрытые линии светиться под чешуей. Красный заставлял кадрированную секцию пульсировать, агрессивно и ярко, как рана, ждущая разрешения.
Зара делала заметки в воздухе жестом. — Синий раскрывает структуру. Белый раскрывает скрытый скрипт. Красный усиливает что-то жестокое.
— Фаза урона, фаза прерывания, фаза уязвимости, — угадал Джакс.
— Возможно, — сказал Каге.
Вами повернул свою раму с примененным белым пигментом. Пустой центр прошел над закрытым глазом левиафана. Под рамой предложение засияло под веком.
глаз должен открыться только тогда, когда арена вспомнит вес
Каге прочитал это вслух.
Все перестали двигаться.
Слова оставались, яркие и спокойные.
Джакс посмотрел вниз на меловой пол. — Арена помнит вес. Это означает нас.
— Обычные метки сделали пол, — сказала Лили.
Ястреб Финна взъерошил перья. Финн уставился на внешний купол. — Линии изменились после того, как третью раму подвинули. Они кружат быстрее.
Каге отследил их.
Финн был прав. Нарративные кольца сжались вокруг центрального кольца. Раньше линии дрейфовали как ленивый дым. Теперь они двигались с ритмом. Медленно, затем быстро, затем снова медленно. Паттерн дыхания.
Анимация сна для словесного монстра. Прелестно.
Каге проверил свои собственные ресурсы.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Чернила Автора: 43%]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Авен полный. Чернила Автора меньше половины. Достаточно для маленького спасения. Ужасный выбор для переписывания босса, явно разработанного, чтобы наказывать за правки.
Вращающиеся буквы вокруг его руки потянулись к светящейся линии под кадрированным глазом левиафана.
Он подошел ближе.
Скрипт в куполе среагировал. Пустое поле открылось возле предложения, тонкое и манящее. Такое пустое пространство, которое заставляло плохие решения казаться элегантными.
Каге почувствовал цену через свою кожу.
Тяжело. Больше, чем правка, которая перенаправила укус бегемота. Меньше, чем удаление Змеезмея из Стекла. Все еще уродливо.
Он потянул руку назад.
Зара наблюдала за ним. — Ты можешь изменить это?
— Вероятно.
— Вероятно условие пробуждения. Могло бы предотвратить активацию.
— Могло бы также превратить всю арену в суп.
Джакс посмотрел на пол. — Пожалуйста, избегайте супа.
Каге указал на окружающие линии левиафана. — Здесь два вида текста. Ремарки, вроде атак. Я могу редактировать их. Определения окружения, вроде условий пробуждения или того, чем является босс. Дорого. Линии основной цели кажутся хуже.
Глаза Рена сместились к предложению: оно должно наказывать руку, которая редактирует глубину.
— Эта линия относится к тебе, — сказал Рен.
— Да.
Вами перегнулся со своей рамы. — Ты можешь отредактировать эту?
— На текущих чернилах мы, вероятно, получим похороны с лучшей пунктуацией. — Каге оглядел арену.
Механики обрели форму теперь.
Метки Холста создавали и поддерживали опору. Без них пол возвращался в нескомпилированный текст. Метка Наброска Джули соединяла ребра опор, делала мосты и укрытия и определяла незавершенные хитбоксы. Редкие Метки Пигмента контролировали рамы, собирали цвет и применяли пигмент, чтобы менять то, какие части левиафана становились реальными или уязвимыми. Метка Автора Каге могла редактировать активные линии и, возможно, читерить механики, с подземельем, ждущим, чтобы прописать ему за высокомерие.
Завершенная арена босса, написанная кем-то, кто ненавидел чистые всплывающие подсказки. Каге почти уважал это. Почти.
— Позиции, — сказал он.
Группа сместилась.
Валдриас взял центр-фронт, щит водружен. Его меловая метка растеклась в широкий стабильный диск. Свечение от щита-подарка Жердева омывало угольный пол устойчивыми пульсациями.
— Ты держишь середину, — сказал Каге. — Если босс двигается, ты делаешь пол под ним достаточно реальным, чтобы остальные могли стоять.
Валдриас кивнул. — Я буду держать.
Каге ждал речи про тиранию. Валдриас просто скорректировал свою стойку и проверил угол щита.
— Джакс, тыл-лево якорь. Помогай Лили, если заспавнятся враги.
Джакс двинулся без жалоб. Это оставалось странным. — Понял.
— Лили, тыл якорь. Держи себя внутри двух меловых перекрытий. Если пол падает, ты кричишь первой, хилишь второй.
Лили кивнула. — Я могу это сделать.
— Зара, право якорь. Ты получаешь и коллауты рам тоже. Все, что с цветовой кодировкой, ты орешь до того, как Вами прыгнет в это.
Губы Зары дернулись. — С удовольствием.
— Финн, лево якорь и слежение за движением. Твоя работа — дрейф, швы, скорость линий, все, что меняется до того, как изменится очевидная вещь.
Финн занял свою позицию, посмотрел в купол и медленно вдохнул. — Окей. Я могу отслеживать это.
Его ястреб стартовал с его плеча и скользнул по узкому кругу над меловой платформой. Его крылья били по воздуху, который технически существовал только потому, что арена согласилась принимать птиц.
— Джули, — сказал Каге.
— Мосты и укрытия, хитбоксы по вызову, — ответила она.
— Экономь метку. Заякоривай свои линии к зонам Холста.
— Вами, Рен, Жердев. Рамы и пигмент. Вами рулит быстрыми свапами. Рен держит точные замки. Жердев двигает все, что заклинивает.
Жердев отдал салют рукой, покрытой Киноварным Голодом. Красные капли плавали с его пальцев, как крошечные фонарики убийства. — Я аварийный грузчик искусства.
Вами крутанул кинжал один раз. — А когда оно нацелится на меня?
— Попробуй свою ротацию после того, как мы увидим механику. Один тест.
Джули сложила руки. — Я поддерживаю этот план.
Вами выглядел преданным. — И ты, солнышко?
— Ты стоял в трех перекрывающихся кливах прошлым данжем, потому что хотел «почувствовать математику».
— Это было познавательно.
— Для моего кровяного давления.
Рен оставался у своей рамы, одна рука на позолоченном бордюре, другая возле меча. Он наблюдал за Каге через угол глаза. Каге чувствовал вопрос там снова. Старая постановка ног. Старый призрак.
Он отвернулся.
Панель на всю группу появилась в воздухе, написанная острой серебряной каллиграфией.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Калибровка Арены Босса]
[Стабилизация Холста: 5/5]
[Власть Рам: 3/3]
[Непрерывность Наброска: 2/3]
[Авторское Поле: Открыто]
[Калибровка не завершена.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Джули посмотрела вверх. — Ей нужна еще одна линия структуры.
— Дешевую, — сказал Каге. — Внешнее кольцо к центр-фронту.
Джули кивнула и нарисовала.
Ее пальцы проследили чистую дугу от меловой зоны Финна к центральному диску Валдриаса, затем еще одну короткую угловую распорку от Валдриаса к Заре. Метки встали на место как полупрозрачные пути, тонкие, но стабильные. Внешний край пола расширился на три фута.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Непрерывность Наброска: 3/3]
[Калибровка Арены Босса]
[Стабилизация Холста: 5/5]
[Власть Рам: 3/3]
[Непрерывность Наброска: 3/3]
[Авторское Поле: Открыто]
[Калибровка завершена.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Купол изменился.
Каждое плавающее предложение замерло на одну совершенную секунду. Затем слова переписали себя в унисон.
когда арена помнит вес
Меловой пол стал ярче.
когда цвет возвращается в раму
Три позолоченные рамы вспыхнули белым, синим и красным.
когда черновик получает поле
Чернила Автора Каге поднялись с его руки, орбита расширилась в черном воздухе.
голод под строфой может быть прочитан вслух
Тело левиафана дало медленный импульс.
Пергаментные чешуйки поднялись вдоль его хребта. Чернильные плавники развернулись. Закрытый глаз под кадрированной линией Вами натянулся, затем раскололся. Звук был подобен переворачиванию страницы под водой. Золотой свет заполнил глаз.
Полоса здоровья врезалась в существование над свернутой формой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Левиафан Ненаписанной Глубины - Ур 30]
HP: 130000/130000
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Левиафан посмотрел на Каге.
Над его открывающейся пастью первая линия его атаки начала писать себя.
Первая линия написала себя быстро.
ненаписанная глотка открывается, и то, что она не может закончить, она глотает
Каге прочитал это вслух до того, как глагол приземлился. — Атака глоткой. Конус перед головой.
Валдриас водрузил свой щит, не спрашивая, что означает конус. Джакс шагнул влево на инстинкте, который удивил всех, включая Джакса. Лили потянула меловой пол на ширину ладони плотнее под свой сапог.
Левиафан открыл челюсть.
Черный жидкий скрипт хлынул из щели. Он омыл переднюю треть арены и прошел сквозь грудь Вами так, словно Вами был страницей, которую кто-то забыл напечатать.
Вами не умер. Вами даже не вздрогнул.
Он посмотрел вниз на скрипт, который съел его ребра, затем обратно на левиафана. — Он промахнулся.
— Он не промахнулся, — сказал Каге.
Он наблюдал за рифлением бока босса там, где синяя рама Рена зацепила секцию тела в фокус. Эта секция обладала текстурой. Чешуей. Краями. Остальная часть левиафана оставалась эскизом. Дрейфующим намеком на существо.
— Удары не приземляются вне рам, — сказал Каге. — Как и его атаки. Арена считает только то, что находится внутри нее.
Глаза Зары ушли вбок и оставались там два полных секунды. — Значит, ближний бой бесполезен без рамы неподалеку.
— Ближний бой декоративен без рамы неподалеку. Вами, Рен, Жердев, двигайте рамы. Выберите секцию. Держитесь на ней.
Вами уже бежал. Мокрая краска на его запястье свернулась к ближайшему позолоченному бордюру. Рен двигался с меньшим спектаклем и большей экономией, скользя по дуге Джули к своей раме и укладывая ладонь плашмя на сусальное золото. Жердев прибыл к третьей раме на два такта позже, дыша тяжело.
— Киноварь на моей, — объявил Жердев, шлепая красный пигмент на бордюр с энтузиазмом вывешивания флага.
Кадрированная секция над серединой кольца левиафана запульсировала багровым. Чешуя обрела цвет, затем еще цвет. Тело подопечным видимо напряглось, словно плоть, осознающая, что стала целью.
Окно уязвимости. Короткое.
— Вами, — сказал Каге. — Красная рама. Бурст по моему звонку.
— Сделаю.
Вами пересек мост Джули, белый Люкс вбирался в швы его брони на бегу, костюм просыпался. Он hit кадрированную секцию на спринте, кинжалы размывались, и воздух вокруг него стал хромово-ярким, пока свет вытекал с его плеч.
Кадрированный бок открылся в красных линиях.
Киноварный Голод, подумал Каге. Он кормит его, пока длится.
Левиафан повернул голову к самому яркому объекту на арене, которым теперь, предсказуемо, был Вами.
— Захват агро, — сказал Каге. — Валдриас, держи центр. Не гоняйся.
Валдриас не гонялся.
Левиафан ударил по полу.
Его голова нырнула, и секция тела, которая ранее была намеком, сжалась в реальную массу и грохнулась вниз сквозь ткань арены возле мелового якоря Финна. Текст под рукой Финна размяк. Его сапоги погрузились на ширину пальца.
— Пол уходит, — сказал Финн. Спокойно. Почти. Ястреб над головой кричал за него.
— Передай Джаксу, — сказал Каге. — Сдвигайся вправо. Не поднимай, тащи.
Финн протащил ладонь по полу вместо того, чтобы поднять ее, серая пыль тянулась под его пальцами, как просыпанная мука. Джакс шагнул в шов, водрузил свою отмеченную руку, и мел поймал до того, как шов смог открыться.
— Пол живой, значит, — сказал Джакс сквозь зубы. — Хорошо. Ненавижу это. Рад, что мы это делаем.
— Добро пожаловать в искусство, — сказал Каге.
Рама Рена скользнула синим.
Кадрированная секция над хребтом левиафана замедлилась видимо. Время вытянулось внутри прямоугольника. Чешуя там распозналась в своего рода бронированный гребень, который был только пятном секунду назад.
— Окно замедления на моей, — крикнул Рен. — Шесть секунд, может, семь.
— Бери его. Одиночный точный удар, затем сброс.
Рен шагнул сквозь свою собственную раму.
Его длинный меч прорезал замедленный гребень чешуи одним чистым движением. Никаких украшательств. Клинок вошел, прошел линию, вышел. Рана закровоточила золотыми чернилами. Левиафан дернулся.
Его хвост развернулся через заднюю половину купола и смахнул раму Жердева на скорости. Позолоченный прямоугольник слетел с рельса, красный пигмент опасно плескался к краю купола.
— Моя рама, — возопил Жердев. — МОЯ РАМА.
— Лови ее, — сказал Каге.
Жердев притащил раму обратно на позицию обеими руками и звуком, который был либо боевым кличем, либо грыжей. Киноварный Голод удержался.
Каге наблюдал за циклом так, как он наблюдал за ротацией у любого хорошо разработанного босса. Синий для окон. Красный для спайков. Третья рама ждала.
— Вами, меняй белый на своей, когда Бледный След перезарядится, — сказал Каге. — Я хочу видеть, что спрятано под головой.
— Перезаряжается.
— Зара, следи за кольцами.
— Слежу.
— Лили, Джули, глаза наверх. Все, что я пропущу, орите.
— Всегда, — сказала Джули, сухо.
Бой улегся в петлю. Рамы скользили. Пигмент окрашивал. Вами горел, исчезал в своем собственном свете и появлялся где-то еще, не делая ничего из этого выглядящим сложным. Рен выбирал свои моменты и делал их значащими. Вклад Жердева был во многом архитектурным, но архитектура держалась, что было большим, чем Каге ожидал от человека, который однажды поджег свои собственные штаны специально.
Каге оставался на центральной платформе, озвучивая корректировки. HP босса падало кусками по несколько сот за разрез Рена, более крупные спайки за бурст Вами внутри красного. Медленно. Честно. Тот вид урона, который предполагал, что бой не был, в любом нормальном смысле, про урон.
— Вами. Белый.
Вами бросил пригоршню Бледного Следа по своей раме на следующем проходе.
Кадрированная секция переместилась над опущенной головой левиафана. Пигмент впитался в золотой бордюр, и чешуя под рамой стала полупрозрачной.
Скрипт засиял снизу.
Старый скрипт. Не написанный для этого боя. Написанный до.
финальная дверь ждет в темноте под языком
Линия была там с тех пор, как босс был набросан. Возможно, дольше. Подземелье не добавило ее. Подземелье просто перестало прятать ее.
Убийство не есть убийство.
— Смена, — сказал он. — Мы не убиваем эту штуку. Мы открываем ее пасть.
Джакс держал руку с мечом ровно, но повернул голову на долю. — Извини, что.
— Под языком дверь. Урон по здоровью заставляет пасть открываться. Это всё, для чего нужен урон. Мы открываем пасть достаточно широко, чтобы обнажить то, что под ней.
— Это, вероятно, самая двусмысленная догадка о рейд-боссе, которую я слышал.
— Будешь жить.
Зара уже реорганизовала математику в своей голове. Каге мог видеть, как это происходит за ее глазами, таблица перестраивается вокруг новой цели. — Значит, бурст-окна Вами смещаются на шарнир челюсти. Синий замки Рена — то же самое. Нам нужно распереть челюсть открытой в ту секунду, как она треснет, иначе она закроется и мы перезапустим цикл.
— Джули распорет, — сказал Каге. — Чертежная рама через нижнюю челюсть по сигналу.
— Поняла. — Джули уже набрасывала геометрию в воздухе, пальцы двигались по невидимым углам. Черные чернильные линии на ее запястье истончились, когда-то четкий паттерн истрепался по краям. — У меня есть одна хорошая распорка во мне. Может, одна с половиной, если ты будешь милым.
— Я буду милым.
— Обещания.
Левиафан двинулся снова.
Он сбросил свое тело сквозь пол возле Лили на этот раз. Не против ее мелового якоря, рядом с ним. Текст под точкой переписал себя на середине атаки. Якорный диск Лили размяк на внутреннем крае, ее сапог наклонился, ее баланс пошел на долю не так.
Каге увидел это до того, как Джули сделала это.
Ни рамы возле нее. Недостаточно времени для наброска. Лили была хилером, а не специалистом по постановке ног, и пол под ней был в трех секундах от превращения в мнение.
Он двинулся.
Мумё очистил ножны в том же движении, что и его шаг. Он пересек дугу Джули, не думая об этом, взял угол, который тело левиафана вырезало, и встретил переписывающую силу там, где она касалась мелового шва.
Его ноги нашли правильную дистанцию сами по себе.
Старая дистанция. Та самая, которую зал измерял для тебя за достаточное количество лет, чтобы тело перестало измерять вообще. Пятка ставилась первой, вес укладывался сквозь свод, бедра открывались ровно настолько, чтобы позволить мечу прибыть.
Два удара. Может, три. Он перестал считать, потому что счет был вещью, которую ты делал, когда думал, а он не думал.
Мумё запульсировал один раз на запястье, удивленный в маленькой и тихой манере.
Первый разрез перехватил падающий вес тела в его самой медленной точке. Второй повернул переписывающую линию в сторону плашмя. Третий был едва ли разрезом вообще. Удержанная позиция. Давление против текста, который хотел продолжать двигаться и остановился, потому что Каге отказался пропустить его дальше.
Мел под Лили затвердел.
Сапог Лили снова нашел пол.
Каге вышел.
Он шагнул назад по той же линии, по которой шагнул внутрь, вес уложился без украшательств, меч вернулся к низкому отдыху до того, как его плечо догнало. Его Схождение тикнуло вверх в углу его зрения в трех маленьких инкрементах, и он не посмотрел на число.
Обмен занял меньше трех секунд.
Лили выдохнула. — Спасибо.
— Сдвинь свой якорь внутрь на шесть дюймов.
— Сдвигаю.
Каге глянул вбок из привычки. Рен был на ближайшей раме. Он смотрел на ноги.
Затем на то, как разрез завершился, низко и вперед, клинок возвращается в свое положение отдыха до того, как бедра закончили укладываться. Школа учила этому. Школа учила этому в день один, и школа не учила ничему другому, похожему на это, и Каге не думал о школе долгое время.
Рен не сказал ничего.
Рама под рукой Рена начала дрейфовать, и Рен скорректировал ее, не глядя вниз.
Каге отвернулся. — Вами. Красный на челюсть. Сейчас.
Цикл ускорился.
Вами пересек два моста и край рамы в одном движении и детонировал свой Люкс ровно в тот момент, когда достиг нижней челюсти левиафана. Кадрированная секция запульсировала красным. Челюсть раскололась там, где пигмент сказал, что она должна расколоться. Золотые чернила восплакали из угла пасти босса.
— Рен, синий на шарнир. Держи его.
— Держу.
Рен сменил пигмент одним мокрым мазком и положил ладонь плашмя. Шарнир замедлился. Челюсть, частично открытая, осталась частично открытой.
— Жердев, третью раму, бери белый из бассейна для верхнего нёба. Мне нужно видеть, что держит ее закрытой.
Жердев бросил свой красный, зачерпнул Бледный След с степенью заботы, которая предполагала человека, уясняющего, медленно, что объем и компетентность были отдельными характеристиками. Кадрированная секция над верхним нёбом раскрыла узел скрипта, удерживающий челюсть частично закрытой. Три линии, сплетенные, заякоренные над языком.
— Джакс, — сказал Каге. — Ты можешь дать мне пять секунд давления на правую сторону нижней челюсти? Визуальное укрытие для распорки Джули.
— Пять секунд давления на существо размером с баржу. Конечно. Почему нет.
Джакс пошел, потому что Джакс уже решил, что спорить с Каге было худшим использованием его времени, чем просто сделать штуку и жаловаться потом. Он упер меч в нижнюю челюстную пластину и надавил. Край меча канул в секцию, которую красная рама Вами сделала реальной. Голова босса дернулась на дюйм. Дюйма было достаточно.
— Джули.
— Распорка.
Руки Джули двинулись.
Две длинные чертежные линии выгнулись дугой через разрыв между верхней и нижней челюстью левиафана, затем перекрестно распороли себя сзади. Линии snapped твердо, стеклянно-чистые с чернильными краями, удерживая пасть открытой против попытки босса закрыться.
Черные чернила на ее запястье поблекли на половину. Ее челюсть сжалась.
— Распорка не продержится, — сказала она.
— Не нужно.
Пасть открылась достаточно широко.
Под языком левиафана, частично спрятанная пергаментной чешуей и чернильной слюной, дверь сидела вкрапленной в плоть глотки. Позолоченная. Огромная. Левиафан издал звук и... его тело начало терять деталь.
Чешуя размякла обратно в штрихи. Плавники истончились. Целевые секции, аккуратно кадрированные части его, угасали одна за другой, пока подземелье отпускало их.
Панель открылась в серебряном скрипте над платформой.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Левиафан уступил поле.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Полоса HP не закончилась. Число застыло на значении, на которое никто из них не посмотрел, затем померкло и исчезло.
Левиафан погрузился. Он спустился мимо платформы, его глаз закрывался по мере движения. Арена, как оказалось, не держала монстра. Она держала дверь под языком, обнаженную теперь.
Джакс опустил меч. — Извините. Где экран лута?
— Его нет, — сказал Каге.
— Он должен быть. Мы только что потратили вроде десять минут на эту штуку.
— Его нет.
Вторая панель распозналась.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Фрагмент Ключа Редактора 1/5]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Это было всё.
Вами уставился на панель на долгий момент. — Никакого опыта.
— Никакого опыта, — сказал Каге.
— Никакого золота.
— Никакого золота.
— Никаких дропов.
— Никаких дропов. Фрагмент ключа.
— Вместо... чего? — Финн вступил. — Пятой части ключа. Которую мы получили, бив рыбу десять минут. И... к какой двери?
— Скорее семь, — Зара скорректировала.
— Казалось, что десять.
Жердев издал подавленный звук, который предполагал человека, которому обещали броские предметы, а вместо этого он получил объект, который даже не светился. — Меня эмоционально ограбили.
— Хорошо, что ты богат.
— Я восстановлюсь. Медленно. С дорогими покупками.
Зара была уже за пределами протеста. Она сложила руки и смотрела на позолоченную дверь, вкрапленную там, где был язык. — Пять фрагментов. Пять рам, вероятно.
Лили подошла к месту, где стоял Каге, и сжала его плечо один раз. Сжатие сказало спасибо без использования слова, что Каге предпочитал. Он кивнул на долю.
Он переместился к краю кадрированной двери и присел. Скрипт вокруг рамы был мокрым. Свежим. Кое-что все еще сохло. Он вытянул свою отмеченную руку, и плавающие Чернила Автора на его руке наклонились к маленькой лужице чернил, которая собралась в складке скрипта возле угла двери.
Он зачерпнул то, что смог.
╭━─━─━─≪✠≫─━─━─━╮
[Прилежащий к Пигменту Вещество Получено: Сепия Глотки.]
╰━─━─━─≪✠≫─━─━─━
Он убрал это в карман без комментариев. Затем, потому что подземелье казалось местом, где всегда стоит проверять то, на что не смотрят, он глянул через плечо.
Рен сошел со своей рамы.
Он стоял отдельно от группы. Меч в ножнах, рука покоится на сая так, как Мастер Джин укладывал руку на сая, когда думал о чем-то, что не собирался говорить. Рен не двигался. Его глаза следовали за Каге по платформе, затем опустились, затем снова поднялись к месту, где закончилась постановка ног Каге.
Лили уже переходила к нему.
— Эй. — Тихо. — Ты в порядке? Ты тихий уже какое-то время, знаешь. С тех пор как мы вошли в раму? Тихий для тебя тихого.
Рен не ответил немедленно.
Он наблюдал за Каге у края двери. Затем, низко, осторожно:
— Кое-что из постановки ног. Я практически уверен на данном этапе. Это принадлежит школе. Школа... у школы нет имени и нет активных учеников. У нее всегда был только один. И того одного не видели годами. Так что это не имеет смысла.
Бровь Лили сошлась. — Какая школа?
Рен выдохнул. Выдох был длиннее, чем нужно.
— Джин, — сказал он.
Выражение Лили сместилось. Она знала имя. Каждый знал имя. Люди, которые никогда в жизни не поднимали синай, знали имя. Десять последовательных национальных титулов, все выигранные с слишком большой легкостью. Ушел в отставку до того, как возраст смог сделать это решение за него. Отказался от спонсорств, комитетов, дуэлей знаменитостей, команд документалистов и каждого богатого родителя, который пытался купить своему ребенку близость к величию.
Старик относился к славе как к грязи на полу. Реальный случай, когда кто-то становился больше, чем спорт.
— Джин, — сказала Лили. — Мастер Джин.
— Да.
— Разве ты не пытался стать его учеником? Какое-то время.
Рен не смотрел на нее. — Не только я. Каждый серьезный пытался. Ответ всегда один и тот же. У меня есть один ученик. Я не возьму другого. И ученик. Клейд. Никто не видел, как он соревнуется, годами. Никто даже не знает, тренируется ли он все еще.
Пауза.
Голос Лили смягчился так, что означало, что она уже сделала математику и проверяла ее дважды до того, как сказать это вслух. — И ты думаешь. — Она не закончила.
— Я не знаю. — Рука Рена сжалась на сая. — Это не имеет смысла. Это не имеет смысла, как бы я ни смотрел на это.
Что-то прошло по его лицу. Что-то близкое к виду, который носил человек, когда он потратил годы, взбираясь на стену, а кто-то прошел мимо него, идя в другую сторону и неся стену на своей спине.
Каге слышал это.
Он слышал большую часть этого. Он мог переместиться. Он мог закрыть панель инвентаря, которую открыл, и шагнуть на дальнюю сторону платформы и позволить разговору закончится без него. Он делал это раньше.
Он не двинулся.
Он закрыл панель инвентаря медленно. Он посмотрел на позолоченную дверь под тем местом, где был язык. Рама была огромной. Один фрагмент из пяти. Что-то уже ждало на другой стороне ее, и комната после этого, и так далее, и подземелье не потрудилось скрыть, что путь впереди был длинным.
Он не повернулся. Он не сказал ничего Рену. Он не сказал ничего Лили. Он не сказал ничего вообще, потому что штука про меч в ножнах была в том, что ножны были самой громкой частью меча, и единственным человеком, который слышал это, был человек, носящий его.
Позади него Рен не сказал больше ничего.