Смерть настигла Рёму Такебаяси, японского предпринимателя средних лет, внезапно и без всякого смысла. Жизнь у него была тяжёлая, зато после неё о нём вспомнили трое Великих Богов: они попросили Рёму о помощи и переродили его в ребёнке в мире, полном мечей и магии. Согретый их участием, Рёма решил не искать приключений, а просто пожить одному в лесу. Он прилежно учится колдовать, охотится, но больше всего его затягивают слизни, которых он приручает. Рёма экспериментирует с ними, открывает новые виды и тренирует своих питомцев, и так начинается спокойная фэнтези-жизнь, где вторую попытку встречают добрые люди и много-много слизи.
# Иллюстрации
[[image:/storage/reader-images/8cf4c30e55087ee2438dac82adf2600c6a827a10.jpg]]
Избранный Богами
1
Roy
Иллюстрации: Ririnra
[[image:/storage/reader-images/5eea10c21b818497ad40253d7db1c441579f6cb0.jpg]]
«Пора».
«Похоже, всё готово».
«Береги себя и повеселись от души, ладно?»
Тело Рёмы окутали частицы света. Сияние постепенно становилось всё ярче, и вскоре Рёма уже совсем ничего не мог разглядеть.
«Ага. Понял... Спасибо вам. Огромное спасибо».
Избранный Богами 1
[[image:/storage/reader-images/6144d17236e48073f23e3d5b2fe619baf5bf67b9.jpg]]
Такэбаяси Рёма
Переродился в этом мире после жизни в другом. В прошлой жизни был японским офисным работником средних лет. Начал вторую жизнь в этом мире, получив благословения богов. Увлекается самосовершенствованием и изучением приручённых им слизней.
Элиария Джамиль
Дочь герцога Райнхарта. Жизнерадостная и честная девушка примерно одного возраста с Рёмой. Хорошо к нему относится. Родилась с невероятно большим запасом магической энергии.
[[image:/storage/reader-images/832ef2c148e7c5126d3039267c06cb6796c0c54c.jpg]]
Райнбах Джамиль
Бывший глава герцогского дома Джамиль. Предлагает Рёме отправиться в путь и покинуть лес, где тот жил втайне от всех.
Элиза Джамиль
Жена герцога Райнхарта. Тепло относится к Рёме, зная, что ему пришлось нелегко в детстве.
Райнхарт Джамиль
Нынешний глава герцогского дома Джамиль. Познакомился с Рёмой после того, как тот спас его в лесу.
[[image:/storage/reader-images/3f010bcf1aa84d689b59b7a1c445d8a808702424.jpg]]
И юная госпожа, и её служанка поражены его удивительными способностями!
Новый вид слизней, открытый Рёмой...
# Оглавление
Обложка
Цветные иллюстрации
Пролог 1
Пролог 2
Глава 1, эпизод 1: Три года спустя
Глава 1, эпизод 2: Таинственный мальчик
Глава 1, эпизод 3: Расставание
Глава 1, эпизод 4: Возвращение герцога
Глава 1, эпизод 5: Непоследовательная логика
Глава 1, эпизод 6: Утро отъезда
Глава 1, эпизод 7: В тряской карете
Глава 1, эпизод 8: Первый город
Глава 1, эпизод 9: В городской гостинице
Глава 1, эпизод 10: Происшествие
Глава 1, эпизод 11: Прибытие в Гимул
Глава 1, эпизод 12: Регистрация в гильдии
Глава 1, эпизод 13: После экзамена
Глава 1, эпизод 14: Первая работа в городе
Глава 1, эпизод 15: От одной хорошей работы к другой
Глава 1, эпизод 16: Чтобы выполнить работу ещё лучше
Глава 1, эпизод 17: Во время санитарных работ...
Глава 1, эпизод 18: Встреча лицом к лицу
Глава 1, эпизод 19: Работа с другими авантюристами
Глава 1, эпизод 20: Что понимаешь, лишь оглянувшись назад
Дополнительная история: День перед реинкарнацией
Послесловие
Бонусные короткие рассказы
О J-Novel Club
Авторские права
# Пролог 1
В пустом пространстве одиноко стоял мужчина. По измождённому лицу и заметной седине ему можно было дать около пятидесяти, а то и больше.
Но всё, что находилось ниже шеи, разительно противоречило этому впечатлению...
Под простой футболкой и свободными шортами — видимо, его одеждой для сна — скрывалось крепкое, мощное тело с хорошо развитыми мышцами, ясно говорившими о долгих тренировках.
«Хм?.. Где... я?»
Мужчина заморгал, огляделся по сторонам и пробормотал, не напился ли он до беспамятства в каком-нибудь заведении, — и тут прямо перед ним словно из ниоткуда появились трое.
«Очнулся?»
«Мысли уже прояснились?»
«Будем признательны, если ты ответишь».
«Да, со мной всё в порядке. Просто всё произошло так внезапно, что я не сразу сообразил, что сказать. Меня зовут Такэбаяси Рёма».
«Всё хорошо, всё хорошо. Не нужно такой официальности. Давай-ка выпьем чаю».
Старик с длинной бородой мягко улыбнулся, увидев, как Рёма по привычке представился, и провёл рукой над землёй.
Из воздуха возник низкий столик, а вместе с ним — подушки для сидения и чайные чашки, по одной на каждого.
«Для начала присядем?»
«Хорошо, спасибо».
Среди троих была лишь одна женщина.
Молодая женщина весело улыбнулась Рёме и жестом предложила ему сесть. Он поблагодарил её и устроился на подушке.
Остальные тоже расселись: старик — напротив Рёмы, женщина — справа от него, а оставшийся мальчик — слева.
Когда все четверо заняли места вокруг столика, они принялись пить чай. Сделав глоток, Рёма заговорил.
«Прошу прощения, но я хотел бы кое о чём спросить, если вы не против ответить?»
«Конечно. Для этого мы здесь и собрались. Правда, я примерно представляю, о чём ты захочешь спросить. Может, сначала выслушаешь нас? Тогда часть вопросов отпадёт сама собой».
«Понимаю. Прошу, продолжайте».
Увидев, как Рёма склонил голову, старик кивнул и без обиняков объяснил положение дел.
«Мы — те, кого люди называют богами. Я Гайн, бог-творец. Женщина справа от тебя — Лулутия, богиня любви. Мальчик слева — Куфо, бог жизни. Мы живём в мире, отличном от твоей Земли. И мне очень жаль сообщать тебе, что прошлой ночью ты испустил последний вздох во сне. После смерти мы перенесли сюда твою душу. Сюда — то есть на небеса».
«Понятно. Значит, вот что произошло».
Рёма спокойно кивнул и сделал ещё один глоток чая.
Трое богов растерянно уставились на него.
Особенно ошарашен был Куфо — бог, выглядевший как юный мальчик.
«Погоди, и это всё?! Разве ты не должен кричать что-нибудь вроде: „Не может быть!“ или „Почему я умер?!“»
«Люди, которые попадали сюда до тебя, обычно были... несколько сильнее потрясены».
«Я удивлён и понимаю, что всё это звучит не слишком правдоподобно. Но если это сон, я когда-нибудь проснусь, а если всё происходит на самом деле — люди всё равно рано или поздно умирают. Да и работа в моей компании была довольно изнурительной... Я видел, как множество коллег и новичков увольнялись из-за подорванного здоровья, поэтому всегда думал, что и сам умру рано. Если уж на то пошло, настоящее чудо, что моё тело дотянуло до тридцати девяти, почти сорока лет. К тому же читать истории о таком — моё хобби... Я их обожаю. Ни семьи, ни родственников у меня нет, так что это куда лучше, чем просто превратиться в прах».
Рёма говорил с искренним удовлетворением, но недоумение с лиц богов не исчезло.
«П-правда? Люди вообще должны так рассуждать? Ты точно не достиг какого-нибудь просветления?»
«Не думаю, что увлечения тут при чём. К нам попадало несколько людей с такими же интересами, как у тебя, но они, наоборот, приходили в восторг. Совсем нас не слушали, хлопот с ними было немало... хотя, пожалуй, стоит радоваться, что они хотя бы не впадали в уныние».
«Что ж, выходит, нам не придётся тебя убеждать... Тем для разговора осталось гораздо меньше. Ты хотел о чём-нибудь спросить?»
Рёма на мгновение задумался и не спеша заговорил.
«Тогда... как я умер?»
«Хм? Хочешь начать именно с этого?»
«Да. Сам факт смерти меня не удивляет, просто я совершенно не помню, как умер».
«Ну, такую смерть ты и не мог бы запомнить».
«Ты умер от кровоизлияния в мозг, вызванного травмой головы».
«Что?.. Насколько я помню, я просто лёг спать у себя в комнате».
«Да, ты уснул. Но во сне несколько раз чихнул».
«Четыре раза, если быть точным. После каждого чиха подушка немного сдвигалась, пока после последнего твоя голова не ударилась о пол. Футон у тебя был дешёвый и тонкий, так что почти не смягчил удар...»
«Удар оказался недостаточно сильным, чтобы ты проснулся, но достаточным, чтобы в мозгу лопнул сосуд. Кровотечение продолжалось до рассвета, пока мозг не перестал выдерживать возросшее давление».
Выслушав это, Рёма опустил взгляд, пытаясь уложить услышанное в голове. Затем его лицо внезапно исказилось, и слова пришлось буквально выдавливать из себя.
«Да это же бред... Как я мог умереть такой жалкой смертью?»
«««???»»»
«Мне пьяный начальник бутылкой по голове бил, шпана — металлическими трубами, и ничего! Я уже не сосчитаю, сколько раз отец во время тренировок бил меня по голове кулаками. Так какого чёрта меня в конце концов прикончил какой-то дурацкий чих?!»
Казалось, Рёма забыл обо всех вокруг и наконец выплеснул наружу сильные чувства, но боги наблюдали за ним так, будто именно этого и ожидали.
«Ага, вот оно».
«Собственная смерть и наше существование его ничуть не смутили, а такое выбило из колеи. Странный ребёнок».
«Похоже, он гордился крепостью своего тела. Отец с ранних лет силой заставлял его заниматься боевыми искусствами, а потом он до самой смерти продолжал тренироваться каждый день. Куфо, Лулутия...»
«Да?»
«Что-то не так?»
«Не знаю, проблема ли это, но кое-что в нём меня заинтересовало. Поможете мне, пока он не успокоится?»
Лицо Гайна стало куда серьёзнее, чем во время разговора с Рёмой. Двое других богов уловили его мысль и заговорили словами, недоступными человеческому слуху, не сводя глаз с Рёмы, который мрачно сидел, обхватив голову руками, и совершенно отключился от происходящего вокруг.
«Фух... Ой. Простите, я совсем ушёл в себя».
Прошло некоторое время.
Немного придя в себя, Рёма поднял голову и увидел, что боги, как и прежде, спокойно пьют чай.
«Всё нормально. Обычно мы почти ничем не заняты, да и в другом мире сейчас всё довольно спокойно, так что времени хватает. И люди здесь нередко теряют самообладание. Человеческой душе вообще-то положено быть вместе с телом. Даже если мы поддерживаем её своей божественной силой, без тела она нестабильна, поэтому эмоции легко выходят из-под контроля. Для нас в этом нет ничего необычного, так что и тебе переживать не о чем».
«В божественном мире само ощущение времени немного расплывчато, а души не испытывают ни голода, ни жажды. Вполне бывает, что человек успокаивается настолько, чтобы с ним можно было поговорить, только через четыре года».
«Четыре года?!»
Рёма и не пытался скрыть удивление после слов Куфо, бога в облике юного мальчика. Для самих богов, однако, такое было обычным делом.
«Всё зависит от того, придёт ли человек в себя сам или нам придётся вмешаться и успокоить его. Обычно мы сначала оставляем таких людей в покое: когда они настолько отрешаются от реальности, они всё равно нас не слышат. Да и если человек начнёт нас бояться, хлопот станет только больше, поэтому действовать поспешно нельзя. Некоторые срываются буквально на каждом этапе разговора. Пока ждёшь, когда они успокоятся, четыре года пролетают запросто. Так что тебе не о чем беспокоиться, Рёма. Раз ты уже пришёл в себя, лучше продолжим разговор. Не возражаешь?»
«Да, я понял».
Услышав ответ Рёмы, Гайн кивнул.
«Хорошо. Теперь о том, зачем мы тебя сюда позвали... Может, так тебе будет понятнее? Ну, знаешь, тот самый сюжет».
«Понятно. Значит, я отправлюсь в другой мир. Это будет перенос? Или перерождение, раз я уже умер?»
«А ты и правда быстро соображаешь...»
Рёма слушал объяснения Лулутии, не обращая внимания на лёгкое изумление в её голосе и выражении лица.
«Формально это будет перенос. Ты получишь тело, созданное нами в нашем мире, поэтому родителей и родственников у тебя там не будет».
«Тело на той стороне будет довольно молодым, так что можешь считать это и перерождением. Если есть пожелания насчёт внешности, мы тоже сможем в определённых пределах её изменить».
«А сколько именно лет будет этому телу?»
«Примерно десять. В таком возрасте вполне правдоподобно будет звучать история о том, что ты забрёл в лес и по счастливой случайности выжил. К ребёнку будет меньше подозрений, поэтому сможешь отправиться в город и начать там новую жизнь. Разумеется, мы постараемся защитить тебя настолько, насколько сможем. По положению ты будешь сиротой-простолюдином, но мы выбрали королевство, где общество устроено более свободно и терпимо. В повседневной жизни это не должно тебе мешать».
«Большое спасибо. Пожалуйста, сделайте так, чтобы на той стороне я выглядел более-менее обычно. Кстати, что мне нужно будет делать, когда я попаду в другой мир? У меня будет какая-нибудь миссия?»
«Хм... Формально будет, но она завершится в тот же миг, когда ты попадёшь в наш мир. Так что на практике — нет. Если уж называть это миссией, то сама отправка в наш мир и есть её выполнение».
«Наша цель — переправить магическую энергию Земли в наш мир, где её запасы истощены, отправив туда тебя».
Рёма принял это объяснение, но у него тут же возник новый вопрос.
«А саму магическую энергию отправить нельзя?»
«Именно. Если говорить просто, между нашими мирами есть стена. Обычно магическая энергия через неё пройти не может. Но если мы своей силой откроем в стене отверстие, через него можно переправить магическую энергию. Однако даже для нас, богов, это чрезвычайно трудно. Чтобы удерживать отверстие открытым, нужна сила, и она заканчивается раньше, чем мы успеваем передать необходимое количество энергии. И вот тут нужен ты! Ты этого не почувствуешь, но мы своей божественной силой вдавим твою душу в эту стену и ненадолго используем её как подпорку, чтобы отверстие не закрылось. За это время мы и переправим магическую энергию с Земли».
«В нашем мире широко используется магия, поэтому нехватка магической энергии вызвала бы множество проблем. Пострадали бы не только люди, которые зависят от магии в повседневной жизни: чудовища, питающиеся магической энергией, вымерли бы, выпали из пищевой цепи и нарушили природное равновесие. На Земле же магическая энергия есть, но ею никто не пользуется, да и чудовищ там нет. Даже если она закончится, проблем не возникнет, поэтому мы забираем её себе».
«Понятно... Если особой причины истощения нет, получается, расход просто превышает восполнение?»
«Верно. Причин много, но главная — люди. Я понимаю, магия полезна и развивалась благодаря неустанным исследованиям, но расход энергии всё растёт и растёт...»
«Контролировать потребление магической энергии довольно трудно. К тому же, если потратить слишком много магической энергии внутри собственного тела, можно заболеть. Гораздо проще собирать магическую энергию из окружающего пространства и использовать её для магии, но печально видеть, насколько люди привыкли полагаться на такой безответственный способ».
Пока боги сетовали на магию и людей, Рёма тем временем всё сильнее воодушевлялся.
«Эм... А я тоже смогу ею пользоваться? Магией, я имею в виду».
«Сможешь».
«Да».
«Конечно сможешь».
«Правда?! Ой, простите за невежливость».
«Всё хорошо, всё хорошо. Значит, магия? Ты перенесёшься в тело такого же человека, как те, что живут там. А раз люди в нашем мире способны пользоваться магией, то и ты после некоторой тренировки сможешь».
«И ещё: как мы уже говорили, во время перехода между мирами тебя будет защищать наша божественная сила, поэтому мы можем заодно наделить тебя небольшой силой. Даже если у тебя совсем нет таланта, мы способны поднять твои исходные способности до уровня, на котором ты сможешь в своё удовольствие заниматься магией. Вот если захочешь стать сильнейшим в мире — тогда всё немного сложнее».
Рёме было слегка неловко оттого, что на него смотрели как на милого ребёнка, но сама перспектива пользоваться магией его всё равно радовала.
«Тогда сила, которой мы тебя наделим, будет связана с магией. Для начала сделаем так, чтобы ты мог пользоваться магией всех стихий».
«Эм... Разве это не привлечёт внимания?»
В ответ на вопрос Рёмы трое богов заулыбались.
«Все, кто сюда попадает, обязательно спрашивают об этом! Особенно те, кто читает ранобэ».
«В нашем мире это считается редкостью, но не настолько, чтобы из-за этого поднимали шум».
«Правда?»
«Ага. Некоторые рождаются с такой способностью, а другие могут научиться владеть магией всех стихий при правильных тренировках. Среди рыцарей королевства наверняка найдётся человек десять-двадцать, способных на такое. Но стихий много, и если тренировать все одинаково, на каждую останется меньше времени, поэтому по-настоящему овладеть какой-то одной будет трудно. Если сравнивать мага, который понемногу умеет пользоваться всеми стихиями, с магом, в совершенстве овладевшим одной, выше ценят второго».
«То есть понемногу умеешь всё, но ни в чём не мастер».
«Именно».
«Так что ничего плохого в этом нет, и для человека вроде тебя, который просто хочет получать удовольствие от магии, это даже идеально, Рёма».
«...Понятно. Тогда, пожалуйста, дайте мне все стихии».
«Хорошо. Силы ещё немного осталось. Что бы ты хотел получить вдобавок?»
После этого Рёма и боги продолжили обсуждать способности, пока не остались довольны результатом.
«...Так, пожалуй, это всё, что мы можем вместить. В итоге всё получилось связано с магией. Ты уверен? Боевые искусства из прошлой жизни никуда не денутся, но из-за такого количества видов магии сразу пользоваться сильной магией у тебя не получится».
«Если это не помешает мне нормально жить, прошу, сделайте всё так, как мы обсудили».
«Хорошо. Если ты не передумал, так будет лучше всего. Теперь остался последний шаг».
Приняв твёрдое решение Рёмы, Гайн словно из ниоткуда достал деревянную дощечку, пергамент и перо.
На пергаменте были записаны все подробности их разговора, а в правом нижнем углу оставалось пустое место для подписи.
«Подумать только, даже после смерти приходится подписывать договоры...»
«О? Тебе это не нравится?»
«Нет, не то чтобы. Просто немного неожиданно».
«Вообще-то договор не обязателен».
«А?»
Рёма уже потянулся за пером, но ответ Лулутии и Куфо на это небрежно брошенное замечание заставил его замереть.
«Это всего лишь последняя проверка. Он нужен, чтобы ты подтвердил, что мы выполнили свою обязанность: объяснили тебе наши обстоятельства и условия, в которых ты окажешься. Подписав договор, ты подтвердил бы, что участвуешь добровольно. Поэтому достаточно и устного согласия».
«Правда?»
«Мы меняем способ в зависимости от человека. С детьми помладше проще обойтись устным согласием, чем договором».
Услышав это, Рёма внимательно прочитал договор и, закончив, поставил подпись.
В следующий миг его тело окутало слабое сияние.
«А?!»
«Не волнуйся. Это лишь знак того, что процесс начался. Тебе ничто не угрожает».
«К сожалению, таково правило. После того как все объяснения даны и решения приняты, до отправки на ту сторону остаётся совсем немного времени».
«Интересно, почему неприятные люди всегда задерживаются дольше всех, а те, кто нам нравится, так быстро отправляются в путь...»
Эти слова заставили Рёму понять, что настало время прощаться.
«Понимаю. Это и правда жаль. Я навсегда останусь у вас в долгу».
«Не бери в голову. Это твоя жизнь — живи, как хочешь. Мы отправим тебя в самый безопасный лес, какой только сможем подобрать, так что не тревожься».
«Мы всегда будем за тобой присматривать. Раз уж прощаемся, можешь и ты сказать всё, что хочешь».
«И не обязательно говорить с нами настолько вежливо».
«Раз мы встречаемся в последний раз, почему бы тебе хоть напоследок не побыть самим собой?»
«Да... Ага, вы правы. Спасибо. Значит, вы заметили, что я тут из себя важного строил?»
«Мы всё-таки боги. Конечно заметили. Тем более что во время твоего срыва ты говорил совсем иначе».
«Надо было с самого начала разговаривать с нами так!»
«Не думаю, что смог бы вдруг запросто заговорить с богом...»
«Когда вежливости слишком много, это и правда утомляет, но у тебя всё нормально, Рёма. У меня широкая душа. Я ведь всё-таки богиня».
«Понятно».
«Есть планы на то, чем займёшься на той стороне?»
«Если тебя что-нибудь тревожит, выговорись сейчас».
«Мы тебя выслушаем!»
Рёма попытался хорошенько всё обдумать, но слова пришли почти сразу.
«...Меня беспокоят отношения с людьми. Я прожил тридцать девять лет, но так и не научился нормально общаться. Даже если попаду в другой мир, я останусь собой. Не думаю, что один только другой мир меня изменит. Честно говоря, я настолько устал от общения, что подумывал жить затворником...»
«Если тебе этого хочется — так и поступай. Это тоже образ жизни».
«Но в то же время жалко было бы совсем не исследовать совершенно новый мир. Что же делать...»
«Почему бы тебе какое-то время не пожить в одиночестве, а когда появится желание — не отправиться путешествовать?»
Рёма задумался, действительно ли так можно.
«В любом случае сначала ты окажешься в лесу: если мы внезапно перенесём тебя прямо посреди города, поднимется страшный шум. Поживи какое-то время в лесу, а потом отправляйся в город. Ты ведь всё равно хотел поэкспериментировать с магией, верно?»
«А... Точно».
«Не спеши. Ты словно пытаешься успеть воспользоваться всеми возможностями сразу, но можно заниматься ими по одной, в своём темпе. Ничего страшного, если не попробуешь всё».
«Ты ведь уже однажды умер. Для тебя это действительно будет новое рождение — жизнь, совершенно не похожая на прежнюю. Живи так, как хочется тебе. Тем более на той стороне ты снова будешь ребёнком. Тебе не нужно думать ни о чём, кроме собственной безопасности и удовольствия от жизни. Силы, которыми мы тебя наделили, станут твоей опорой, так что наслаждайся и занятиями магией. Ах да, сразу после прибытия пользоваться всем ты не сможешь, но благодаря знаниям с Земли должен быстро освоиться, так что не торопись, хорошо? Главное — сначала научись как следует контролировать магию».
«Да, так будет лучше всего. Даже с разбойниками ты должен справиться — если, что маловероятно, вообще их встретишь».
«...То есть мне стоит не спешить и заниматься тем, чем хочется? Тогда какое-то время поживу в лесу. Мне теперь намного легче. Спасибо».
«Если всё-таки отправишься в город, время от времени заходи в церковь. Увидеть нас ты не сможешь, но если получишь навык оракула, сможешь ненадолго разговаривать с нами. Чем выше будет уровень, тем дольше и чаще мы сможем общаться».
«Понял. Если доберусь до города, обязательно буду заходить. Не знаю, когда это случится, но обещаю непременно наведываться в церковь».
«Ага, будем ждать. Снова придётся терпеть нашу пустую болтовню».
«Свободного времени у нас и правда много, хо-хо-хо».
Стоило Гайну рассмеяться, как тело Рёмы обвили частицы света.
«...Похоже, пора».
Сияние постепенно усиливалось, застилая Рёме глаза.
«Кажется, подготовка закончена».
«Пора».
«Береги себя и повеселись от души, ладно?»
«Ага, обязательно... Спасибо вам. Огромное, огромное спасибо!»
«Ага! Ну, начинаем! Откройся, путь в новый мир!»
«Даруем тебе наши благословения!»
«Пусть свет озаряет твой путь!»
«Наслаждайся новой жизнью!» — хором произнесли все трое.
Сразу после этих слов Рёму поглотил ослепительный свет.
Когда сияние рассеялось, исчезли и Рёма, и боги.
# Пролог 2
— Надо работать... Табути, отчёт о ходе работ...
В глубине леса, под сенью разросшихся деревьев, Рёма проснулся.
Как и говорили боги, выглядел он теперь совсем мальчишкой — не старше десяти лет. Одетый в льняную одежду, он спал, привалившись к стволу дерева.
Пробормотав слова, совершенно не вязавшиеся с его внешностью, он сощурился от солнечных лучей, пробивавшихся сквозь листву, и сонно огляделся.
— Лес? Это ведь... не сон, да?..
Сидя на земле и вдыхая запах почвы, леса и ветра, он понемногу вспомнил, как здесь оказался.
— Точно. Это другой мир. Хм?
Его взгляд упал на кожаную сумку и книжицу размером с ежедневник, лежавшие рядом.
Взяв книжицу и взглянув на обложку, он увидел слово «письмо», написанное знаками, явно не японскими.
Отправителями были трое богов, пригласивших его в этот мир.
— Гайн, Куфо, Лулутия...
Без труда прочитав вслух написанные там имена, он вспомнил богов.
Они и так были настолько вежливы и заботливы, что перед отправкой снабдили меня всеми знаниями, необходимыми для жизни, а теперь ещё и письмо оставили... Хотя с такой толщиной это уже скорее руководство, чем письмо...
Он перевернул страницу и увидел три пункта.
Во-первых, он находился в мире под названием Сейлфолл, в лесу Гана, что в королевстве Рифолл. Особенно сильных зверей или монстров здесь не водилось, поэтому место считалось сравнительно безопасным для жизни.
Во-вторых, полной безопасности всё же не было, так что ему следовало проверить, как двигается новое тело, а затем перебраться в безопасное место и устроить там жильё.
К письму заботливо приложили небольшую карту.
Последний пункт на первой странице гласил: «Остальное письмо прочитай, когда переберёшься в безопасное место».
От такой обстоятельности наставлений на лице Рёмы появилась слабая улыбка. Но стоило ему попытаться встать, как он сразу ощутил, насколько непривычным стало собственное тело.
— Я и правда теперь ребёнок... Я, Такэбаяси Рёма. Системный инженер. Тридцать девять лет, холост. Словно мои воспоминания пересадили в другое тело... Прямо как у одного маленького детектива.
Хотя объяснение он уже слышал, по-настоящему ощутить перемены оказалось всё равно удивительно. Рёма внимательно проверил, нет ли с телом каких-нибудь проблем.
Убедившись, что всё в порядке, он перевёл дух и начал разминаться.
Сгибал и разгибал руки и ноги, поочерёдно разминая каждую часть тела простыми упражнениями, а затем постепенно усложняя движения.
И лишь после того, как он одну за другой проверил все формы боевых искусств, которые отец безжалостно вколачивал в него в прошлой жизни, Рёма наконец остановился.
— ...
Его взгляд остановился на тонком деревце рядом, и в следующий миг Рёма резко ударил ногой по стволу.
[[image:/storage/reader-images/9de92c946893152857b944aff526f4852d5550b3.jpg]]
— Пи-и!
— Чирик-чирик!
По тихому лесу разнёсся лёгкий треск.
Дерево было живым и здоровым, но ствол ровно переломился надвое и рухнул на землю, вспугнув птиц, отдыхавших среди ближайшей зелени.
Для Рёмы этот результат наглядно подводил итог всему, что он успел проверить до сих пор.
Странно... Силы у меня не меньше, чем в прошлой жизни, а то и больше. Для такого тела это совершенно ненормально. Я настолько лёгкий, что двигаюсь как ветер, да и длина рук и ног, само собой, совсем другая. Чувство дистанции, восприятие и ощущения — всё сбилось. С обычными движениями вроде ходьбы или бега проблем, думаю, не будет, но... придётся понемногу привыкать.
Придя к такому выводу, Рёма вернулся к дереву, у которого спал, и сверился с картой. Он поднял сумку, убрал письмо, заодно нашёл нож и повесил его так, чтобы тот всегда был под рукой, после чего направился к месту, отмеченному богами.
Два часа спустя.
По дороге Рёма несколько раз замечал мелких животных и существ, которых на Земле не водилось, однако все они оказались слабыми монстрами: либо сами убегали, либо вовсе не обращали на него внимания.
Из-за детских ног путь занимал чуть больше времени, но опасным не был. Более того, по дороге Рёма успевал собирать лекарственные травы и съедобные растения, пользуясь знаниями, которыми боги снабдили его заранее.
Так он постепенно забрался в самую глубь сумрачного леса.
Деревья расступились, открывая голую каменную стену утёса.
Рёма осмотрелся, убедился, что поблизости безопасно, быстро сложил вещи и сел читать продолжение письма богов.
— Хм, неподалёку есть река. Для базы — самое то.
Пробормотав это себе под нос, Рёма продолжил читать. Ни малейшего желания идти к цивилизации или вообще покидать лес он не проявлял.
Как он и говорил богам, начать новую жизнь Рёма собирался отшельником в лесу.
— Судя по всему, среди припасов есть палатка, но от монстров пещера защитит лучше...
Надёжность палатки особого доверия не внушала.
С этой мыслью Рёма подошёл к скале, ткнул пальцем правой руки в голый камень и снова перевёл взгляд на письмо, которое держал в левой.
Сверху лежала страница с объяснением, как пользоваться магией.
— Сначала успокойся и сосредоточься на ощущениях внутри тела... Вот так? Такое чувство, будто под кожей водяной шарик... Бр-р...
Несмотря на это «бр-р», в голосе у него смешались возбуждение и восторг, да и лицо слегка смягчилось.
Как бы сильно Рёма ни любил игры и ранобэ, сколько бы фантазий ни прокручивал в голове в редкие передышки между работой, настоящей магией он прежде никогда не пользовался.
Поэтому...
— Эм-м... Когда почувствуешь магическую энергию внутри тела... двигайся, представляя, как она выходит наружу. Ага.
Каждый шаг он тщательно сверял с инструкцией.
Со стороны Рёма был почти точной копией пожилого человека, который держит в одной руке руководство и изо всех сил пытается освоить современную технику. Но стоило ему представить, как магическая энергия вытекает из кончиков пальцев, и она медленно, но верно действительно начала выходить наружу.
Всего существовало двенадцать магических стихий: нейтральная, огонь, вода, ветер, земля, лёд, молния, дерево, яд, свет, тьма и пространство.
По сложности каждую стихию относили к низшей, средней или высшей категории.
Кроме того, стихия магии определялась образом, который человек представлял, выпуская магическую энергию, а само заклинание приводилось в действие произнесением его названия.
Прочитав это, Рёма выбрал одно из заклинаний магии земли, записанных на странице, и решил испытать его.
— Магическая энергия проникает в камень утёса и разрушает его, превращая в землю... «Разрушение камня».
Камень под кончиком его пальца слегка раскрошился, и в скале появилась небольшая выемка.
Шириной она была примерно в три пальца, а глубиной — примерно до первого сустава пальца.
На дыру это пока не тянуло — скорее на вмятину, но Рёма посмотрел на неё и тихо рассмеялся.
Сколько же времени прошло с тех пор, как я чувствовал себя так? Жизнь, где ночные смены и переработки были нормой, где я либо работал, либо сидел дома, либо выпивал с начальством. Не то чтобы совсем ничего приятного не случалось, но... Я так давно не испытывал этого чувства, что уже успел его забыть...
Не забывая следить за окрестностями, Рёма ещё некоторое время с улыбкой применял «Разрушение камня».
Вдоволь насладившись первой в своей жизни магией, он пробормотал:
— Не очень-то эффективно.
Столько возни, а углубление всего-то такое, что в него помещаются обе ладони... Такими темпами я и до заката не закончу. К тому же магическая энергия наверняка не бесконечная.
Рёма решил передохнуть и сходил за водой к ближайшей реке. Вернувшись, он принялся читать следующую часть письма.
Хорошо бы найти что-нибудь полезное... В крайнем случае поставлю палатку. На Земле мне не раз приходилось проводить по две-три ночи подряд без сна, так что столько-то я протяну... О!
Перелистывая страницы в поисках решения, Рёма наткнулся на таблицу, где были перечислены все его нынешние способности и показатели.
Так вот мой статус? Удобно. Можно сразу понять, на что я сейчас способен.
На странице было написано следующее.
Имя: Рёма Такэбаяси
Пол: мужской
Возраст: 8 лет
Раса: человек
Имя и пол те же, что и в прошлой жизни. Только фамилия теперь стоит после имени. И мне восемь... Интересно, каким я был в этом возрасте? Ничего, кроме тренировок с отцом, вспомнить не могу. Ну и ладно. Дальше.
Физическая энергия: 10 486
Магическая энергия: 102 300
Примечание: у среднего взрослого мужчины физическая энергия составляет около 1000. У искателей приключений, солдат и других людей, прошедших подготовку, средний показатель — 2000–3000.
— Ничего себе. Я что, качок?
Я знал, что куда подвижнее начальства и нынешней молодёжи, но неужели разница всегда была настолько огромной? Рост магической энергии ещё можно объяснить переносом в другой мир, но... не помню, чтобы просил сделать меня физически сильнее.
Под магической энергией стояло похожее примечание. У обычного человека её было в среднем 100, у воинов, применяющих вспомогательную магию, — 500–700. У обычных магов показатель колебался от 1000 до 5000, а у королевских чародеев — в среднем от 10 000 до 50 000.
Ну, лишняя сила не помешает. Дальше идут мои навыки и способности?
Повседневные навыки
Ведение хозяйства 10, Этикет 7, Сценическое искусство 3, Пение 3, Счёт 5
Боевые навыки
Рукопашный бой 7, Владение мечом 7, Владение кинжалом 6, Владение скрытым оружием 7, Владение копьём 4, Владение луком 4, Владение посохом 6, Владение цепным оружием 4, Владение метательным оружием 7, Скрытность 6, Установка ловушек 4, Управление телом 5, Медитация энергии 5
Магические навыки
Магия приручения 1, Магия барьеров 1, Магия исцеления 1, Алхимия 1, Магия огня 1, Магия воды 1, Магия ветра 1, Магия земли 1, Нейтральная магия 1, Магия молнии 1, Магия льда 1, Магия яда 1, Магия дерева 1, Магия света 1, Магия тьмы 1, Магия пространства 1, Обнаружение магии 1, Контроль магии 1, Скорость восстановления магической энергии 1
Ремесленные навыки
Медицина 6, Кузнечное дело 1, Архитектура 2, Работа по дереву 2, Лепка 3, Рисование 4
Навыки сопротивления
Сопротивление физической боли 8, Сопротивление душевной боли 9, Здоровье 7
Особые навыки
Усиление жизненной силы 3, Сверхвосстановление 3, Усиление выносливости 6, Концентрация 5, Искусство выживания 3
Титулы
Поднявшийся со дна
Завершивший несчастную жизнь
Ученик бога боевых искусств
Ученик мудреца
Любимое дитя богов
Покровительства
Покровительство Гайна, бога-творца
Покровительство Куфо, бога жизни
Покровительство Лулутии, богини любви
Значит, число после навыка показывает уровень владения им. Первый-второй уровень — освоены основы, третий — навык закрепился, четвёртый — опытный уровень, пятый — первоклассное владение, а шестой и выше — мастерство... Похоже, мои тридцать девять лет опыта не пропали даром. Большинство этих навыков я получил на работе, в школе или на подработках. Способностей вроде программирования в этом мире, видимо, не существует, поэтому здесь их нет... А от титулов и покровительств прямо сейчас, похоже, толку немного... Ладно, посмотрим, как с помощью всего этого выкопать дыру.
Следующие десять минут Рёма буквально впивался взглядом в пояснения к навыкам на следующей странице и внимательно их перечитывал.
И наконец заметил один из них.
Медитация энергии — способность укреплять тело с помощью жизненной силы.
Если сосредоточиться на внутренней энергии и пустить её по всему телу, как магическую энергию, можно повысить физические возможности организма в целом. Этой же энергией можно окутать оружие, увеличивая его остроту и мощь.
Поскольку этот навык естественным образом развивался в ходе долгих физических и боевых тренировок, иногда человек мог пользоваться им неосознанно.
Так вот почему тело двигалось так легко. Если как следует разобраться, навык наверняка окажется полезным. Тут где-то была ещё магия земли... А, вот.
Базовое заклинание магии стихии земли — «Камень».
Заклинание, которое заставляет землю затвердеть, превращая её в камень или скальную породу.
Форму можно менять по желанию заклинателя.
— Камень.
Рёма применил магию к осыпавшейся со скалы земле и мгновенно превратил её в камешек.
— Отлично. Камень, Камень...
Тем же заклинанием он вытянул из земли короткий шип, а затем «Разрушением камня» обработал кончик, придав ему форму звериного клыка.
Закончив, Рёма перехватил шип обратным хватом, снова повернулся к скале и глубоко вдохнул, чтобы применить медитацию энергии.
— Ха!
Он окутал энергией правую руку и острие шипа, а затем изо всех сил обрушил его на поверхность скалы.
От единственного удара усиленным энергией каменным шипом на исполинской скале осталась борозда глубиной примерно до второго сустава пальца.
— Отлично!
Увидев результат, Рёма принялся снова и снова вонзать своё орудие в скалу. Теперь отверстие росло несравнимо быстрее, чем когда он работал одной магией.
— А! Сломался. Камень!
Каждый раз восстанавливая инструмент после поломки, к сумеркам Рёма выдолбил пещеру, где хватало места и ему самому, и его вещам.
Но поскольку он без перерыва пользовался незнакомой силой, Рёма почувствовал лёгкую усталость.
На сегодня, пожалуй, хватит.
Рёма уже собирался занести собранную еду и воду в готовое убежище, как вдруг увидел пейзаж, от которого у него перехватило дыхание.
— Ух ты...
Всё вокруг пылало в огненном свете заката.
Листва на деревьях окрасилась багрянцем, а подлесок и листья, не попадавшие под прямые лучи, сохраняли яркую зелень.
Пока Рёма не мог оторвать глаз от этой красоты, сумерки постепенно уступили место звёздной ночи.
Как красиво... Столько звёзд. Уже очень давно я не видел их в таком количестве. Нет, когда я вообще в последний раз останавливался, чтобы просто посмотреть на пейзаж?
Он смотрел в небо, но ответа так и не нашёл.
И всё же, занося вещи в пещеру, Рёма чувствовал тихое удовлетворение.
Он достал из припасов одеяло, устроил у стены место для сна, а затем снова полез в сумку за едой.
Он собирал только плоды и растения, которые можно было есть сырыми, поэтому запас получился небольшим.
Съев половину собранного, Рёма всё же смог немного утолить голод.
Остальное оставлю на завтра, а сейчас посплю. С завтрашнего дня начну собирать еду и всё остальное, что понадобится для жизни. Дел много, но всё это того стоит.
Ради безопасности он завалил вход в пещеру, оставив лишь небольшое отверстие для воздуха.
— Гайн, Куфо, Лулутия... Я от всего сердца благодарен вам за доброту.
Закончив все дела на сегодня, Рёма завернулся в одеяло и тихо заговорил о своей будущей жизни, высказывая всё, что мелькало у него в голове. Слова эхом ушли во тьму пещеры и растворились в ней.
Через несколько минут его дыхание стало ровным и спокойным.
■ ■ ■
Тем временем из божественного мира за спящим Рёмой наблюдали три пары глаз. Принадлежали они Гайну, Куфо и Лулутии — тем самым богам, которые отправили Рёму в Сейлфолл.
— Пока всё идёт хорошо.
— Да, и силы он получил без каких-либо проблем.
— И жильё на первое время уже устроил. Думаю, всё будет в порядке.
Все трое, стоявшие посреди бескрайнего белого пространства, заметно расслабились.
— Верно. Но давайте ещё какое-то время за ним присмотрим. Даже если он сам согласился, мне было бы больно видеть, как он страдает. Да и, признаться, мне любопытно. Что скажете, Куфо, Лулутия?
— Ага, я согласен с Гайном.
— Я тоже. Но всё-таки о чём думал бог Земли? Без всякой причины вмешиваться в судьбы живых существ.
Куфо поддержал предложение Гайна, а Лулутия, в свою очередь, открыто выразила отвращение к богу Земли.
— Успокойся, Лулутия. Теперь уже нет смысла об этом размышлять.
— Но тебя ведь это тоже задевает, Гайн?
— Разумеется. Он достойный человек, но людей, чью судьбу вот так перекраивали чужой рукой, встретишь крайне редко. Даже бог не стал бы столь легкомысленно вмешиваться в судьбу. Отнимать у человека счастье — откровенно говоря, поступок предосудительный.
— Не понимаю, зачем ради этого намеренно использовать испытания.
Испытания изначально были одной из форм спасения. Боги, управляющие миром, ниспосылали их большим сообществам — например, целой расе или королевству, — когда тем грозила серьёзная и неминуемая опасность. Решение о том, давать ли испытание и когда именно, оставалось за богами конкретного мира, но тот, кто преодолевал испытание, получал соответствующую силу. Именно так многие герои из легенд обретали могущество, с помощью которого затем отражали угрозу.
— Целью было создать трудность, но испытание остаётся испытанием. Преодолев трудность, он всё равно получал силу...
— Похоже, каждый раз всё намеренно сводили к обычной неприятности или невезению, и так продолжалось невероятно долго...
— Как говорится, даже пылинки, если их копить, складываются в гору. А то, что полученная сила никак не помогала ему ни в работе, ни с удачей, было особенно жестоко. Хорошо хоть вместо этого укрепилось тело. Если бы не это...
— Ведь именно благодаря этому мы всё и заметили. А если судить по его воспоминаниям, то и отец у него тоже...
Боги продолжали беседовать, пока ничего не подозревавший Рёма не проснулся.
# Глава 1. Эпизод 1: Три года спустя
Прошло три года с тех пор, как Такэбаяси Рёма уединился в лесу Гана, чтобы посвятить себя тренировкам в боевых искусствах и магии...
Покидать лес он по-прежнему не собирался.
— Так, так... Пора кормиться!
Свою простую пещеру, служившую ему жилищем, Рёма расширил благодаря возросшему мастерству в магии земли, а у входа поставил барьер, чтобы обезопасить дом. Из затвердевшей земли, вынутой при расширении пещеры, он даже сделал мебель.
Лес щедро снабжал его едой, а понять, что можно есть без опаски, помогали знания, полученные от богов, и нейтральная магия «Оценка». В столь удобных условиях у Рёмы не возникало особого желания покидать лес: вместо этого он проводил дни за увлечениями, на которые в прошлой жизни у него не было возможности.
Особенно увлёкся он исследованием слизней. Всё началось с того, что Рёма ради пробы применил дарованную ему «магию приручения» и поймал слизня, а затем почему-то решил оставить его в качестве питомца. Через полгода однажды утром он обнаружил, что слизень изменил цвет. Испугавшись, что тот заболел, Рёма поспешно применил относящуюся к магии приручения «Оценку монстра» и выяснил, что слизень эволюционировал в другой вид — липкого слизня.
С того дня Рёма заинтересовался эволюцией слизней и стал подолгу за ними наблюдать. Первым делом он выяснил, что дикие слизни находятся в самом низу экосистемы. Охотиться на добычу они не могли, и Рёме так ни разу и не довелось увидеть, чтобы дикий слизень нормально поел. Своим же слизням он отдавал остатки собственной еды, а ещё туши зелёных гусениц, которые часто попадались ему на охоте. Иными словами, каждый день слизни Рёмы получали куда больше питательных веществ, чем их дикие собратья.
Кроме того, зелёные гусеницы, которыми он их кормил, умели выплёвывать липкую нить. Рёма предположил, что именно одно из этих отличий и вызвало эволюцию слизня, поэтому поймал новых слизней и стал постоянно кормить их зелёными гусеницами и обычной пищей. Через два месяца все слизни, получавшие только зелёных гусениц, превратились в липких слизней.
А слизни из контрольной группы, из рациона которых зелёных гусениц исключили, эволюционировали в другой вид. С этого момента интерес Рёмы резко возрос: он стал ловить слизней в огромных количествах, кормить их самыми разными объедками и собранными материалами — так у него и появилось шесть видов слизней, которых теперь держал у себя.
Слизень ×13
Самые слабые монстры в мире. Встречаются повсюду. Всеядны, средний диаметр — 20 см. Эти загадочные существа погибают при повреждении ядра внутри желеобразного тела; после смерти всё, кроме ядра, исчезает.
Навыки: Пожирание 2, Поглощение 3, Деление 1
Липкий слизень ×153
Существо того же размера, что и обычный слизень, способное вырабатывать внутри тела чрезвычайно липкий раствор. Оно может либо выплёвывать эту жидкость прямо наружу, либо прятаться и использовать её в ловушках для поимки добычи.
Навыки: Сильный липкий раствор 4, Затвердевающий липкий раствор 1, Выстрел липкой нитью 1, Прыжок 1, Пожирание 3, Поглощение 3, Деление 3
Поначалу у него были только «Сильный липкий раствор» и три базовых навыка — «Пожирание», «Поглощение» и «Деление», но со временем он освоил ещё «Затвердевающий липкий раствор» и «Прыжок». Так Рёма узнал, что монстры тоже могут приобретать навыки тренировками. «Выстрел липкой нитью» обнаружился, когда Рёма, параллельно с исследованиями эволюции, изучал свойства сильного и затвердевающего липких растворов и смешал их, получив нить. Затем он решил проверить, может ли то же самое происходить внутри тела слизня, и в результате таких тренировок тот приобрёл эти навыки.
Кислотный слизень ×100
Слизень с исключительно сильным пищеварением, способный переваривать даже кости животных и другие трудно перевариваемые материалы. Рёма обнаружил этот вид в ходе исследований эволюции, после чего увеличил его численность с помощью деления.
Навыки: Выработка кислоты 3, Сопротивление кислоте 3, Прыжок 1, Пожирание 4, Поглощение 3, Деление 2
Ядовитый слизень ×188
Слизни, которых постоянно кормили ядовитыми растениями. Довольно многие не выдержали яда и погибли, но выжившие эволюционировали. После этого их численность увеличивали с помощью деления.
Навыки: Выработка яда 3, Сопротивление яду 3, Выработка парализующего яда 3, Прыжок 1, Пожирание 3, Поглощение 3, Деление 3
Слизень-чистильщик ×11
Слизни часто пили воду, но некоторые почему-то особенно настойчиво пытались пить воду из ванны после того, как Рёма заканчивал мыться. Не видя в этом ничего плохого, он позволил им делать что им хочется — и в итоге они эволюционировали в этот вид.
Навыки: Очищение 4, Устранение запаха 6, Дезодорирующий раствор 4, Сопротивление болезням 5, Сопротивление яду 5, Прыжок 1, Пожирание 3, Поглощение 3, Деление 1
Слизень-падальщик ×457
Когда Рёме надоел запах из устроенного в пещере туалета и места для отходов, он вспомнил, как слизни любят собираться вокруг гниющих трупов, и бросил туда двадцать недавно пойманных слизней. В результате они приобрели способность переваривать съеденное и выводить питательные вещества в виде удобрения, а заодно стали делиться чаще прочих слизней.
Навыки: Сопротивление болезням 5, Сопротивление яду 5, Пожиратель нечистот 5, Очищение 6, Устранение запаха 6, Дезодорирующий раствор 4, Выделение зловония 4, Преобразование питательных веществ 3, Прыжок 1, Пожирание 6, Поглощение 3, Деление 6
Видов получилось не так уж много: в какой-то момент Рёма переключился с их эволюции на разведение. Зато общее число слизней перевалило за девятьсот.
По характеру Рёма и раньше спокойно переносил простую однообразную работу, а теперь, когда рядом не было никого, кто мог бы его остановить, он совсем потерял чувство меры. Однако именно такая жизнь исцелила его измученное сердце и вернула ему силы. Даже изредка сталкиваясь с разбойниками или крупными зверями, Рёма продолжал размеренно жить дальше: справиться с ними ему помогали собственные силы и целая армия слизней.
Так Рёма и жил бы дальше...
По крайней мере, он так думал — пока однажды в дверь не постучалась судьба.
Во время обычной ежедневной охоты вместо добычи он заметил в лесу пятерых людей в доспехах.
Редко здесь увидишь людей. Снаряжение у них слишком одинаковое для разбойников... Пожалуй, впервые в этом мире вижу людей, которые не похожи на разбойников. Ну да, я ведь затворник, живущий в самой глуши... О, там кто-то ранен?
Спрятавшись в кустах за деревьями, Рёма наблюдал издали и заметил, что один из пятерых опирается на плечо товарища, а вместо доспехов на нём окровавленные бинты.
— У-у-ух...
— Держись, Хьюз!
— Камил, как у тебя с магической энергией?
— Прости, пока ещё...
Выглядит он плохо... На разбойников они вроде не похожи, так что просто пройти мимо я не могу... По крайней мере, можно дать им отдохнуть у меня. А если всё-таки окажутся разбойниками — на такой случай я тоже подготовился.
Рёма вышел из зарослей, где прятался, собираясь окликнуть незнакомцев. Но...
И что им сказать? «Добрый день»? Нет, сейчас не время так беззаботно здороваться. «Эй, вы там!»? Только насторожатся ещё сильнее, да и грубо это. Что же сказать?!
Рёма вышел с намерением помочь, но за последние три года ни с кем не разговаривал. Пока он мялся, не в силах решить, с чего начать, настороженная группа уже успела его заметить.
[[image:/storage/reader-images/ffa11783b82e118e0176bd1c6baa192d5e4885ab.jpg]]
— Эй! Кто там?!
— Постой.
Шедший впереди мужчина мгновенно направил на Рёму меч, но стоявший за ним человек остановил его и медленно вышел вперёд.
— Прошу прощения, что на вас направили меч. Мы немного настороже. Что вы делаете в таком месте? Детям здесь не место. Вы заблудились?
Незнакомец задал Рёме вопрос, но тот всё ещё с трудом подбирал слова.
— Я... охотился.
— Охотился? Один?
Вместо ответа Рёма кивнул.
— Здесь опасно, но... Ладно. Вы что-то хотели от нас?
Рёма указал на раненого.
— Он... ранен.
Свободной рукой Рёма полез в кожаную сумку на поясе. Мужчина с мечом тут же шагнул вперёд и снова выставил клинок, словно заслоняя собой собеседника. Рёма понял, что причиной такой реакции, скорее всего, стал нож, висевший рядом с сумкой. Он отскочил назад, быстро достал самодельное лекарство и протянул его обеими руками, показывая, что не замышляет ничего дурного.
— ...Это лекарство?
Увидев его, мужчина с мечом задал вопрос. Рёма кивнул и с трудом выдавил из себя несколько слов.
— Рана... плохая... Используйте... лекарство.
— Вы предлагаете нам это лекарство?
— Скорее.
Мужчины переглянулись, но худощавый Камил всё же осторожно принял флакон, проверил содержимое и дал лекарство раненому. Когда лицо раненого немного порозовело, отношение остальных к Рёме немного смягчилось.
— Благодарю вас за лекарство. Благодаря ему Хьюз продержится ещё немного.
— Можно... дома отдохнуть. Надо отдыхать. Даже по моим меркам звучит жалко...
Пусть слова давались Рёме с трудом, в конце концов он всё-таки сумел пригласить группу к себе. Он повёл их через лес, сбавив шаг ради раненого. По дороге он слышал, как они вполголоса переговариваются.
— Что ребёнок делает в таком месте?
— Он и правда совсем молодой...
Ну, сейчас мне одиннадцать. Конечно, ребёнок в такой глуши выглядит подозрительно. Но всё равно неприятно, когда тебя вот так подозревают. Хотелось бы, чтобы они меньше настораживались... Может, попробовать завести непринуждённый разговор? Нет, у меня заготовлена только история, объясняющая, почему я здесь... Если начну болтать, ещё сам себе яму выкопаю.
— Впереди и правда есть место, где можно отдохнуть?
— Не знаю. Но то зелье точно подействовало, так что, похоже, враждебных намерений у него нет.
— Некоторые охотники устраивают в лесу укрытия, где можно спрятаться. Возможно, у него есть какой-нибудь лагерь.
Именно! Пока вы на меня не нападаете, я тоже не собираюсь драться. Точно, надо проверить, не попалось ли что-нибудь в ловушки. Пока раненый отдыхает, смогу приготовить еду. Если уж и это для них сделаю, любой разумный человек станет хоть немного дружелюбнее.
Рёма остановился и благодаря действию контракта приручения позвал к себе липкого слизня, которого оставил дежурить возле ловушек. Для остальных же всё выглядело так, будто он просто внезапно замер.
— Что случилось?
— Ловушка... добыча попалась... Скоро будет, — сказал Рёма и как бы между делом стал наблюдать за заговорившим с ним мужчиной.
Он здесь главный? Раньше все выполняли его распоряжения, даже тот мужчина с мечом. Может, остальные — его охрана или что-то вроде того.
Пока Рёма размышлял, трава зашуршала и раздвинулась: показался липкий слизень, тащивший тушку рогатого кролика. Но мужчина рядом мгновенно выхватил меч, не зная, что слизень — фамильяр Рёмы.
Ой!
Рёма метнулся вперёд и подхватил слизня вместе с пойманной добычей.
— ...Этот слизень — ваш фамильяр?
Поступок Рёмы подсказал мужчине, что слизень был фамильяром. Рёма энергично закивал. Незнакомец ещё раз оглядел мальчика и слизня, после чего убрал меч в ножны.
— Прошу прощения. Я не понял, что это ваш фамильяр.
Раз недоразумение прояснилось, всё в порядке. Я и сам говорю слишком мало, чтобы меня можно было понять.
Слизень всё равно оставался монстром, поэтому вполне естественно было принять встреченного в лесу слизня за дикого. Рёма убрал слизня и добычу в сумку и снова двинулся вперёд. На этот раз происшествие само дало повод для разговора.
— А этот слизень навевает воспоминания. Мой первый контракт тоже был со слизнем.
— ...Вы укротитель?
— Бывший. С тех пор как фамильяр, с которым я заключил контракт, состарился и отошёл от дел, новых контрактов я не заключал. А когда-то у меня были красный конь и снежная обезьяна.
— ...Впечатляет...? Я вообще не знаю таких монстров...
— Мой род занимается приручением уже много поколений, поэтому с детства нас учат разным приёмам и техникам. В магии я ни в одной области особенно не преуспел, зато мечом владею неплохо — этим я могу немного гордиться.
Много поколений одной семьи. И личная охрана. Значит, он либо дворянин, либо богатый и влиятельный человек. Или у него такие связи... Стоп, спокойно. Меня заранее предупредили, что в этом королевстве к разнице в положении между дворянами и простолюдинами относятся терпимее. Боги специально выбрали это королевство, потому что жить здесь проще. Судя по тому, как он вёл себя до сих пор, мы вполне можем поладить. Если представить, что это просто деловая встреча на равных... Но расслабляться всё равно нельзя.
Слегка запаниковав, Рёма пытался привести мысли в порядок и по пути проверял ловушки, забирая попавшуюся в них добычу.
Через десять минут они добрались до утёса, где находился дом Рёмы.
# Глава 1. Эпизод 2: Загадочный мальчик
Сторона Райнхарта
— Пожалуйста, подождите, — сказал мальчик, когда мы добрались до утёса.
Вокруг вроде бы ничего не было, и я решил, что мы ждём, пока принесут остальную добычу. Мальчик вышел вперёд, приложил ладонь к голой скале и магией земли раскрошил часть камня. Оказалось, за раскрошенным камнем скрывался проход.
— Заходите...
Так вот какой у него «дом». И правда, монстру или дикому зверю сюда было бы непросто пробраться. Пещера выглядела очень надёжной. Более того, убедившись, что мы все вошли, мальчик наложил на вход барьерную магию. Для отдыха это место подходило как нельзя лучше. Вот только барьерную магию освоить нелегко. Камил, как и я, заинтересовался этим и заговорил с мальчиком, пока тот колдовал.
— Это барьерная магия? Необычная магия. Она создаёт эффект маскировки?
— Уйти... можно в любое время... Не беспокойтесь.
— Понятно. Спасибо...
Мальчик лишь коротко кивнул в ответ, проскользнул мимо нас и направился дальше в глубь пещеры.
— Похоже, мы зря заставили его беспокоиться.
— Похоже на то, господин Райнхарт.
— Эй, вы двое, парень уходит.
— Ага, уже идём.
На оклик Зефа мы двинулись дальше и вскоре оказались в комнате с аккуратно выровненными стенами, обставленной мебелью из дерева и камня. В стены были вделаны магические камни, служившие светильниками, поэтому внутри было довольно светло.
— Это...
— Жилище куда лучше, чем я ожидал.
— Раненого... положите... сюда.
— Спасибо. Потерпи, Хьюз, сейчас уложим тебя.
— Х-хорошо...
— Зелье... принесу.
Когда Хьюза уложили на кровать, мы проводили взглядом мальчика, который ушёл по коридору напротив входа.
— Фух, теперь хотя бы можно перевести дух.
— Да. Этого более чем достаточно, даже лучше, чем я ожидал. Здесь Хьюз сможет как следует отдохнуть.
— Надо будет его отблагодарить.
...
Хм... После того как мы уложили Хьюза, Зеф с мрачным видом оглядывал комнату. Из всей охраны он лучше всех разбирался в скрытых ловушках и незаметном передвижении, поэтому разведкой занимался именно он. Если уж у него такое мрачное лицо, значит...
— Зеф, что-то не так?
— Вам не кажется эта комната странной? Не то чтобы я подозревал ловушку, но следы говорят, что здесь живут уже давно, а мебели — только на одного.
Для временного лагеря скудная обстановка была бы вполне естественна, но, присмотревшись, я заметил на стенах рисунки животных и карту леса, а в углу стояли музыкальные инструменты. Всё было просто и грубовато, но почему-то напоминало детскую комнату. И, как сказал Зеф, мебели действительно хватало лишь на одного человека. Это и правда было странно.
— Неужели этот мальчик живёт здесь один?
— Невозможно. Я и так удивлён, что он владеет магией приручения, барьерной магией и магией земли, но одному жить в этом лесу ему точно не под силу. Наверняка поблизости есть кто-то ещё.
— А может, он старше, чем выглядит. Хотя на эльфа вроде не похож...
Пока Камил и Джилл обсуждали возможные объяснения, появился сам мальчик — со своим слизнем и целой охапкой бутылочек.
— Зелья...
— Спасибо. Мы обязательно отплатим тебе за помощь.
— Не надо... Я сам делаю... Много есть.
После этих слов все разом перевели взгляд с мальчика на бутылочки с зельями и обратно, а первым от удивления вскрикнул Камил.
— Ты сам сделал эти зелья?!
От громкого голоса мальчик вздрогнул, но тут же утвердительно кивнул. Камил, конечно, отреагировал чересчур бурно, однако зелье, которым мы воспользовались раньше, ничуть не уступало тем, что продавались в городских лавках. Вот уж действительно загадочный ребёнок.
— Вот вода.
Пока я размышлял, мальчик принёс каменные кружки с водой. В ней плавали кусочки льда, скорее всего созданные магией, и вода была приятно холодной.
— Спасибо.
— Благодарю.
— Премного благодарен.
— Ещё раз спасибо.
— ...А.
— Хм? Что такое?
— Имя... Рёма.
А ведь мы так и не представились.
— Значит, тебя зовут Рёма? Прости, что так поздно представляюсь. Меня зовут Райнхарт Джамиль, я герцог владений Джамиль. Благодарю тебя за помощь моему подчинённому в минуту опасности.
— Г-г-герц...?! Простите мою дерзость!
Я постарался обратиться к мальчику по имени Рёма как можно мягче, но стоило ему услышать, кто я, как его и без того напряжённое лицо совсем застыло, а сам он низко склонил голову.
Правда, меня немного удивило, как легко и связно он вдруг заговорил...
— Нет-нет, не переживай. Ты наш спаситель, тебе незачем менять манеру речи.
Судя по реакции, он не знал, что я из герцогского дома. Для начала я попросил его поднять голову, но он выглядел слишком растерянным, чтобы продолжать разговор. А ведь, по-моему, он вовсе не проявлял невежливости...
— Эм, я Камил, маг и один из сопровождающих господина Райнхарта. Рад знакомству. Огромное спасибо за помощь. У меня закончилась магическая энергия, поэтому я не мог воспользоваться магией исцеления. Если бы ты не появился, неизвестно, что случилось бы с Хьюзом... А, Хьюз — это тот раненый, которого мы уложили. И правда, не переживай из-за того, как говоришь. Господин Райнхарт не из тех, кто сердится по пустякам.
Камил, который тоже наблюдал за мальчиком, присоединился к разговору.
— Он ведь даже таких, как мы, держит рядом с собой. А, я Зеф, разведчик. Рад знакомству, парень. А вот этот...
— Джилл. Прости, что раньше направил на тебя меч.
— Нет... Осторожность... естественна.
— Спасибо, что так это воспринимаешь. Я тоже дворянин, но твои манеры меня ничуть не задели. Так что... господин Райнхарт с пониманием относится к таким вещам. Просто веди себя как обычно.
— ...Большое спасибо.
Зеф и даже Джилл, который не умел ладить с детьми, говорили мягко, чтобы не напугать мальчика. Тот немного подумал и ответил. Напряжение на его лице чуть ослабло. Речь по-прежнему оставалась скованной и неловкой, но указывать на это не было никакой нужды.
— Это мы пользуемся твоими лекарствами и местом для отдыха. Благодарить должны мы.
— Не проблема. Но... почему?
Он спрашивал, как Хьюз получил рану? Или почему мы забрались так далеко в лес? Хм... Лучше объяснить всё по порядку.
— Мы возвращались ко мне домой, в город Гаунаго, и верхом объезжали лес, когда на нас напали разбойники.
— Разбойники... ранили его?
— Нет, разбойники были не настолько сильны. Из-за срочности я взял с собой только этих людей в качестве охраны, поэтому они, видимо, решили задавить нас числом. На самом деле Хьюза ранил чёрный медведь, вышедший из леса прямо во время боя.
— Хьюзу просто не повезло: медведь напал на него, когда тот уже сражался с другим противником.
— Мы победили, но лошади разбежались, а Хьюза нужно было как можно скорее доставить в город и обработать рану. Поэтому мы отказались от обходного пути и решили идти через лес.
Выслушав наши с Джиллом и Камилом объяснения, мальчик понимающе кивнул.
Отлично. Идеальный момент, чтобы и мне задать несколько вопросов.
— А ты что здесь делаешь? Раньше ты сказал, что охотился, и, похоже, живёшь здесь уже давно. Но охотиться в таком возрасте, владеть столькими заклинаниями, да ещё и самому готовить зелья... Я удивлён.
— Научился... у дедушки с бабушкой. Раньше... авантюристы.
Вот как, значит, у него были дедушка с бабушкой.
— Они сейчас куда-то ушли?
Услышав вопрос, мальчик опустил голову.
— Умерли.
— Понятно... Прости.
— Всё хорошо. Это было... три года назад.
— Три года?! — воскликнули мы вчетвером.
— Сколько же ты живёшь здесь один?!
— Три года назад ушёл... из деревни... Был чужаком... все ненавидели.
Деревня, где не жалуют чужаков? Наверное, он имел в виду что-то в этом роде. Где-то к приезжим относились хуже, где-то лучше, но...
— Перед тем... как умерли... сказали... идти в другой город.
С тех пор он стал нелюдимым: скитался, выживая за счёт навыков, которым его научили дедушка с бабушкой, пока наконец не поселился в этом лесу. И с того дня ни разу из него не выходил. Если он действительно провёл здесь три года, то всё это время вообще ни с кем не общался.
Его речь беспокоила меня с самого начала, но... я слышал о редких случаях, когда преступники, много лет проведшие в заключении, из-за почти полного отсутствия общения начинают терять речевые навыки. Возможно, это одна из причин, почему ему так трудно говорить.
— Я понимаю твою ситуацию. Но не думаю, что тебе стоит и дальше жить в лесу вот так. Здесь водятся сильные звери и монстры. Даже с твоими навыками это всё равно опасно.
— Не беспокойтесь. Живу здесь... три года.
— И всё же...
— Точно! Подождите минутку.
Камил внезапно перебил нас и, порывшись в вещах, достал небольшой кристалл, умещавшийся на ладони.
— Вот он! Это должно помочь.
— Что... это?
— Это миниатюрный идентификационный кристалл! С его помощью можно легко подтвердить личность и проверить четыре навыка с самым высоким уровнем. Если к нему прикоснётся преступник, он засветится красным, иначе — синим. После этого покажет имя, расу, возраст и четыре лучших навыка. Если у тебя есть боевые навыки высокого уровня, я возражать не стану.
Понятно, он решил подкрепить свои слова проверкой навыков. К тому же, если воспользоваться этим...
— Хорошо...
Мальчик согласился и протянул руку к кристаллу, но вдруг остановился, словно что-то вспомнив.
— Раньше, разбойники... Напали, я убил... Это будет... преступление? — спросил он Камила.
— Если это были разбойники, проблем быть не должно.
Похоже, такой ответ его устроил, и он коснулся кристалла. Тот засветился синим. Если не считать убийства разбойников, выходило, что никаких преступлений он не совершал. Строго говоря, истинное назначение кристалла было не в том, чтобы «выявлять преступников», но для нас это всё равно стало ещё одним поводом успокоиться.
......?
Я посмотрел на Камила и заметил, что тот побледнел, глядя на кристалл.
— Ч-что за...
— Что слу—?!
Джилл заглянул Камилу через плечо и тоже ахнул. Затем мы с Зефом тоже заглянули в кристалл — и увидели в списке навыков нечто довольно шокирующее.
На кристалле появились следующие навыки:
Ведение хозяйства 10, Сопротивление психической боли 9, Сопротивление физической боли 8, Здоровье 7
Что это за уровни?! Ведение хозяйства ещё можно было понять — довольно распространённый навык. Но сопротивление физической боли, сопротивление психической боли и здоровье у него были седьмого уровня или выше. В каких же условиях нужно жить, чтобы получить такие уровни... И если сейчас ему одиннадцать, значит, здесь он живёт с восьми лет.
— Что... не так?
— Э-эм... К сожалению, боевых навыков не появилось...
Вот на чём ты решил сосредоточиться?! Я едва не сказал это вслух, но одного взгляда на Камила хватило, чтобы понять: остальные двое реагируют точно так же. Мы переглядывались, но никто не хотел первым нарушать молчание.
Навыки сопротивления боли приобретались лишь по мере того, как человек привыкал к боли, а значит, вывод был один: ему пришлось пережить столько боли, чтобы получить такие уровни. Вероятно, у него были и воспоминания, к которым он не хотел возвращаться. Неосторожными вопросами мы могли причинить ему ещё больше боли. Судя по его поведению до сих пор и по синему свету кристалла, кое-что в нём всё ещё оставалось неясным, но опасным он не казался. Лучше пока отложить этот разговор.
— Простите, можно воспользоваться вашим туалетом?
— Мне тоже надо.
— Я их провожу.
— Туалет сзади... Там много слизней... Не нападайте.
— Всё в порядке, я и сам когда-то был укротителем. Твоих фамильяров не трону.
Так Камил остался присматривать за Хьюзом, а мы пошли за мальчиком...
— Вот это да...
— Ага... Никогда не видел столько слизней сразу.
В задней комнате и соединявших её коридорах свободно копошилось огромное множество слизней. По команде Рёмы они расступались, пропуская нас, но без этого мы наверняка на кого-нибудь да наступили бы.
— Рёма, все эти слизни — твои фамильяры?
— Да... Для исследований.
— Что ты исследуешь?
— Эволюцию... слизней.
Раз уж он об этом заговорил, я заметил: почти все слизни, которых отсюда было видно, отличались от обычных. Липкие слизни, ядовитые слизни и, вероятно, кислотные слизни. Были ещё два незнакомых мне вида. Должно быть, тоже какие-то продвинутые разновидности.
Слизни встречались повсюду. Иногда их продвинутые разновидности обнаруживали в самых неожиданных местах, но о подобных находках в этом лесу уже много лет не сообщали. Как и Джилл, я тоже впервые видел столько продвинутых разновидностей разом.
— В таком возрасте уже заниматься исследованиями — впечатляет. Жаль только, что все они слизни...
— Слизни... плохие?
Лично я считал, что приручить столько продвинутых разновидностей — достижение, достойное похвалы. Однако в глазах большинства людей слизни ценились очень невысоко.
— Не самое приятное объяснение, но даже после эволюции слизни остаются слабыми, поэтому их считают бесполезными. Укротители и призыватели используют их как безопасный способ освоить основы, но... большинство укротителей, научившись базовым приёмам, бросают своих слизней и заводят следующего фамильяра. Даже в качестве питомцев куда популярнее другие монстры, например рогатые кролики.
— ...Суровый мир.
И это мысли одиннадцатилетнего ребёнка?
— Но так считает лишь большинство, не все укротители думают одинаково. По крайней мере, тот, кто недооценит ядовитого или кислотного слизня, поплатится. В бою они даже сильнее рогатого кролика.
— Слизни... очень полезные... Много помогают.
Я думал, его огорчит, что к слизням относятся свысока, но ничего подобного. Казалось, его это совершенно не задело. Само по себе в этом не было ничего плохого, однако дети его возраста обычно куда больше стремятся заслужить одобрение окружающих. Его прошлое оставалось неясным, но опасным он не выглядел.
Скорее уж это был хороший ребёнок, который выручил нас в беде. Но обычным ребёнком его точно не назовёшь. По многим причинам я не мог просто оставить этого мальчика одного.
Именно это я тогда ясно почувствовал...
# Глава 1. Эпизод 3: Расставание
— Угх...! Ха-а, ха-а...
Когда Рёма и остальные вернулись в комнату, Хьюзу стало хуже.
— Хьюз!
— Держись!
— Кровотечение удалось остановить зельями и магией исцеления, но теперь у него жар. И довольно сильный...
— Жаропонижающее... есть.
По раскрасневшемуся лицу Хьюза катились крупные капли пота. Он стонал, слыша, как его окликают, а Рёма, услышав слова Камила, тут же убежал в другую комнату.
— Хорошо, что мы наткнулись на этого мальца, а, босс?
— Да. Не встреть мы его здесь — Хьюза уже наверняка было бы не спасти.
— Расслабляться ещё рано, но без него одной моей магии исцеления не хватило бы. Всё-таки сбить жар она не может.
— В обычном состоянии он, может, и перенёс бы это, но после такой кровопотери...
Обсудив состояние товарища, они заговорили о Рёме.
— И что будем делать? Нельзя же ему одному жить в этом лесу. Здесь опасно.
— Он уже три года тут живёт, так что, думаю, об опасностях знает.
— Как-никак до сих пор выживал... Да и эти его навыки сопротивления. С такими уровнями у него в деревне, должно быть, была совсем уж суровая жизнь. Поймёт ли он, если мы скажем, что в городе безопасно?.. Увидит людей, испугается — ещё вдруг в ярость впадёт.
— Да... Если не ошибаюсь, раньше уже был похожий случай.
— Вы ведь отец, господин Райнхарт. Может, подскажете, как лучше поступить?
— Вы единственный из нас, у кого есть ребёнок, босс. Мы-то понятия не имеем, что делать.
— Я и сам не знаю. Оставить его здесь одного не могу, но и силой уводить — ничего хорошего из этого не выйдет... В любом случае сначала хочу вернуться и обсудить всё с отцом и Элизой.
После этого все умолкли. Спустя несколько минут Рёма вернулся. Следом за ним полз слизень, нёсший кувшин с водой и лекарства, а сам Рёма держал под мышкой меховое одеяло.
— Эм... спасибо.
— Сначала лечение.
С этими словами Рёма укрыл Хьюза одеялом, затем перелил воду из кувшина слизня в чашку и передал её Камилу.
— Наклони... и напои.
Рёма указал на рот Хьюза, и Камил послушно выполнил его указание.
— ...Похоже, он смог выпить.
Услышав это, Рёма протянул следующее лекарство.
— Жаропонижающее.
— Спасибо, именно то, что нужно, — сказал Райнхарт, принимая лекарство и давая его Хьюзу.
Примерно через час состояние Хьюза настолько стабилизировалось, что Райнхарт и его люди смогли немного успокоиться. К тому времени уже темнело, и Рёма предложил им остаться на ночь. За прошедшее время путники убедились, что он настроен дружелюбно, да и состояние Хьюза требовало покоя, поэтому предложение приняли с благодарностью.
На ужин в тот вечер были жареные проростки бобов, которые Рёма выращивал в пещере, и суп из кролика. Для Рёмы такая еда была самой обычной, но спутники Райнхарта были безмерно благодарны и за угощение, и за оказанную помощь, и за лекарства. Так и прошёл тот вечер.
■ ■ ■
На следующий день.
Благодаря лекарствам и уходу за ночь Хьюз восстановился лучше, чем ожидалось. Он уже мог стоять на ногах и к полудню оказался в состоянии покинуть жилище Рёмы вместе с Райнхартом.
— Ух, я уж думал, мне конец! Ты меня спас, малец!
— Ты... точно... в порядке?
— О-о, ты за меня переживаешь? Я слышал, ты ни в деревню, ни в город идти не хочешь, вот и решил, что людей терпеть не можешь!
— Но если кто-то... ранен... переживаю.
— Га-ха-ха! Вот оно что! Тогда извини! Ой...
От смеха Хьюз зашатался и навалился на стоявших рядом Райнхарта и Камила.
— Хьюз, ты в порядке?
— Д-да, просто на секунду голова закружилась. Ничего страшного.
— Ты ещё не оправился, так что не перенапрягайся.
Увидев это, Рёма достал заранее приготовленную бутылочку.
— Пей.
— Хм? А что в этой бутылке?
— Кроветворное средство... Нужно... выработать больше крови.
— Кроветворное средство, значит? Спасибо. Сейчас же выпью— У-у, как воняет! Что это за запах?!
Хьюз резко отшатнулся, и по комнате разнеслась жуткая вонь — смесь запахов лекарственных трав и трупов зелёных гусениц. Досталось не только Хьюзу: стоявшие рядом Джилл и Зеф тоже скривились.
— Старый рецепт... Сейчас не делают. Запах... мешал продавать. Но эффект... гарантирую.
— Ну, ты слышал. Он от чистого сердца тебе его даёт, так что пей.
— Н-но это же...
— Нельзя же, чтобы ты ещё и по дороге свалился.
— Мы ведь тоже за тебя переживали.
Джилл и Зеф схватили Хьюза за плечи, пресекли его попытку сбежать...
— Прости!
Камил переглянулся с ними, схватил кроветворное средство и влил его Хьюзу в рот.
— %#%$!!!
Хьюз издал нечеловеческий звук, несколько раз содрогнулся всем телом, а потом опёрся о стену.
Со стороны казалось, будто его отравили, хотя на самом деле лекарство было совершенно безопасным и действенным.
Просто запах и вкус у него были отвратительными.
— В... вы, идиоты...
— Если лекарство мерзкое на вкус, значит, оно действует, Хьюз.
— Не переживай, у этого мальца лекарства действенные.
— Зелье, которым он тебя лечил, тоже было хорошего качества.
— Чёрт... ар-рх... Думал, сейчас помру... Ургх...
Рёма протянул чашку воды Хьюзу, которого мутило от стойкого лекарственного запаха во рту.
— Доспехи... нужны?
— Фух... Хм? А ведь и правда, мои доспехи тот медведь испортил. И оружия у меня тоже нет.
— Есть снаряжение... Возьми.
— Я был бы благодарен, но ты точно не против?
— Точно.
Ответив Хьюзу, Рёма ушёл в дальнюю комнату и через несколько минут вернулся в сопровождении примерно дюжины слизней. Они тащили пять копий и три комплекта доспехов.
— Это... можно использовать.
— Для трофеев с разбойников вещи у тебя на удивление хорошие. Ты точно хочешь отдать их Хьюзу?
— Оружием надо пользоваться... Лежит без дела... смысла нет...
— Такое копьё стоит пять малых золотых монет, знаешь?
— Возьми.
Удивлённые качеством снаряжения, Джилл и Хьюз ещё несколько раз переспросили, действительно ли Рёма готов его отдать, но тот стоял на своём.
В конце концов первым сдался Хьюз.
— ...Тогда с благодарностью приму. Но не в моих правилах только принимать чужую помощь. Сейчас отплатить тебе не могу, но если когда-нибудь что-то понадобится — рассчитывай на меня. Скажешь привратнику поместья герцогского дома Джамиль в Гаунаго, что хочешь увидеть Хьюза из охраны господина, — сможешь со мной связаться. Не стесняйся обращаться.
— Понял.
Так пятеро путников закончили приготовления и отправились в дорогу. На третьем году жизни в другом мире Рёма наконец-то по-настоящему пообщался с другими людьми. После первого за долгое время такого разговора он чувствовал и усталость, и ностальгию, но всё равно снова отправился на ежедневную охоту.
Он ещё не знал, что эта встреча вскоре коренным образом изменит его жизнь...
# Глава 1. Эпизод 4: Герцог возвращается
С тех пор как герцог со свитой уехал домой, прошло две недели. Рёма проводил дни за охотой и уходом за слизнями, пока однажды к его дому неожиданно не явились четверо гостей.
— Эй! Рёма! Это я! Хьюз! Не враг!
Перед домом кричал тот самый Хьюз, который получил ранение во время прошлого визита две недели назад. Вместе с ним были Джилл, Камил и Зеф — они тоже приходили тогда. Все четверо стояли перед входом в дом, заваленным камнем, и громко звали хозяина, чтобы тот услышал их изнутри... Но Рёма вышел из зарослей у них за спиной.
— Я... здесь!
— Ух ты! А, так ты был снаружи.
— Охотился... Зачем пришли?
— Мы хотели как следует отблагодарить тебя за тот раз. Поэтому привезли подарки... Только их довольно много, так что оставили чуть подальше отсюда. Там же ждут господин Райнхарт с семьёй, две служанки и их дворецкий, который владеет пространственной магией. Извини, что свалились без предупреждения, но ты сейчас свободен? Если занят, можем прийти в другой день.
Рёма ненадолго задумался, но никаких особых дел у него не было, да и прогонять людей, проделавших такой путь, без причины он не собирался. Получив согласие, четверо сопровождающих ушли в лес за остальными. Пока они ходили, Рёма отозвал всех слизней, которых отправлял на охоту, и принялся готовиться к встрече гостей.
Примерно через полчаса всё было готово. Рёма и больше тысячи шумно копошащихся слизней грелись на солнце в ожидании редких гостей. Вскоре показалась группа Райнхарта.
При виде приближающихся людей слизни завибрировали. Рёма ещё раз оглядел свою одежду и только потом всмотрелся в гостей.
Всего их было одиннадцать. За Райнхартом шли незнакомые Рёме красивая женщина и юная девушка. Следом — пожилой мужчина, державшийся прямо и с достоинством, а за ним — две служанки и дворецкий, о которых упоминал Хьюз. Вся группа двигалась между четырьмя сопровождающими.
Судя по одежде, трое за Райнхартом — его семья. Но наряд дворецкого и платья служанок уж очень выделяются... В таком по лесу вообще удобно ходить?
— ...Это тот мальчик?
— Сколько слизней...
— О-хо-хо. Я слышал, что он приручил много слизней, но не ожидал, что настолько много.
— Пусть это всего лишь слизни, но управляться с таким количеством — впечатляющее достижение.
— Чем больше фамильяров, тем сложнее укротителю заключать контракты.
Пока Рёма размышлял, насколько вообще практична одежда служанок, младшая из них поморщилась при виде огромного количества слизней. А вот трое членов семьи Райнхарта, наоборот, с интересом разглядывали их.
Когда группа дошла до площадки перед домом Рёмы, Райнхарт подошёл к нему.
— Прошло две недели, Рёма. Думаю, ты уже слышал: сегодня мы пришли вернуть тебе долг. Мы привезли подарки.
— Большое спасибо.
— Что ты, это всего лишь знак нашей благодарности.
— Милый, может, сначала нас представишь?
Красивая женщина за спиной Райнхарта напомнила ему, что сначала стоило всех представить.
— Позволь представить. Это мой отец Райнбах, моя жена Элиза и дочь Элиария.
— Я Райнбах Джамиль, прежний глава герцогского дома Джамиль. Прошу прощения, что нагрянули без предупреждения. Рад знакомству.
— Элиза Джамиль. Спасибо, что в прошлый раз помогли моему мужу и его подчинённым.
— Элиария Джамиль. Рада знакомству.
[[image:/storage/reader-images/fe4e8004faebe6d2817a82687c10573c5e618302.jpg]]
— Для меня... честь познакомиться... Меня зовут Такэбаяси Рёма... Спасибо, что пришли издалека... Мне нечем вас особенно угостить, но... добро пожаловать в мой дом.
Несмотря на рубленую речь, неожиданно учтивая манера мальчика заставила представителей герцогского дома и их сопровождающих округлить глаза. Первым пришёл в себя Райнбах.
— Не нужно такой церемонности. Говори с нами проще. И хлопотать ради нас тоже незачем. Это ведь мы без предупреждения нагрянули к тебе.
— Большое спасибо. Тогда... проходите внутрь... А.
Рёма решил, что разговаривать будет удобнее в доме, и уже хотел пригласить гостей, когда заметил, что все его слизни перегородили вход. Тогда он первым делом приказал слизням зайти внутрь.
— При свете их и правда невероятно много... Или мне кажется, что стало ещё чуть больше?
— ...После вашего ухода... они делились...
Райнхарт, наблюдавший, как слизни устремляются в дом, не ошибся. Теперь их было столько:
Липкий слизень ×364
Ядовитый слизень ×323
Кислотный слизень ×211
Слизень-чистильщик ×11
Слизень-падальщик ×730
Целебный слизень ×2
Если говорить прямо, расплодились они уже чересчур. В последнее время Рёме становилось всё сложнее поддерживать контракты приручения и кормить такое количество слизней. Поэтому он ограничил их рацион и следил, чтобы питательные вещества не уходили на эволюцию или деление.
Чтобы просто оставаться в живых, слизням требовалось совсем немного пищи. Рёма уже был готов взять ответственность на себя и сократить их численность, если иначе не получится, но, к счастью, за последние две недели в лесу обосновалось поселение гоблинов. Истребив его, он сумел пережить нехватку корма.
Более того, уничтожение гоблинов принесло пользу не только в виде пищи.
Когда Рёма увидел нескольких слизней, тяжело раненных в боях с гоблинами, он в панике применил к ним магию исцеления. На следующий день два выживших слизня эволюционировали в новый вид — целебных слизней, способных пользоваться магией исцеления.
Целебный слизень
Навыки: Магия исцеления 1, Усиление жизненной силы 1, Фотосинтез 3, Пожирание 1, Поглощение 1, Деление 2
Появление целебных слизней вновь разожгло в Рёме исследовательский азарт, но из-за нынешних обстоятельств он сдерживал себя.
— Они все поместятся в комнате?
— Теперь... всё нормально...
— Нормально? Что ты имеешь в виду?
— Смотрите...
В ответ на вопрос Райнхарта Рёма отдал слизням приказ. После массового деления самой серьёзной проблемой стало как раз место для жизни. Однако через три дня эта проблема случайно решилась. Всё началось с безумной мысли, которая вдруг пришла Рёме в голову.
Глядя на слизней, которым уже не хватало выделенного им пространства и которые заполонили пол его спальни, Рёма пробормотал: «Вот бы эти слизни могли как-нибудь объединяться... Ну, как в Drgn Qst...»
В ту же секунду все слизни яростно завибрировали. Представители каждого вида собрались вместе и за считаные мгновения слились — каждый вид в одну особь. Рёма в панике оценил их и увидел следующее:
Большой липкий слизень ×1
Навыки: Сильный липкий раствор 5, Затвердевающий липкий раствор 4, Выстрел липкой нитью 3, Сопротивление физическим атакам 1, Увеличение 2, Уменьшение 4, Прыжок 2, Пожирание 3, Поглощение 3
Большой ядовитый слизень ×1
Навыки: Выработка яда 4, Сопротивление яду 4, Выработка парализующего яда 4, Сопротивление физическим атакам 1, Увеличение 2, Уменьшение 4, Прыжок 1, Пожирание 3, Поглощение 3
Большой кислотный слизень ×1
Навыки: Выработка кислоты 5, Сопротивление кислоте 4, Сопротивление физическим атакам 1, Увеличение 2, Уменьшение 4, Прыжок 2, Пожирание 4, Поглощение 3
Огромный слизень-падальщик ×1
Навыки: Сопротивление болезням 5, Сопротивление яду 5, Пожиратель нечистот 6, Очищение 6, Устранение запаха 6, Дезодорирующий раствор 4, Выделение зловония 5, Преобразование питательных веществ 4, Сопротивление физическим атакам 2, Увеличение 3, Уменьшение 5, Прыжок 2, Пожирание 6, Поглощение 3
Поначалу Рёма был потрясён, но стоило приказать слизням вернуться в прежнее состояние, как они снова разделились на исходное количество особей. Успокоившись, Рёма с воодушевлением повторил опыт. Так он выяснил, что слизни могут по желанию объединяться и разделяться: если особей одного вида не меньше ста, получается большой слизень, а при пятистах и более — огромный. При этом меньше ста слизней объединиться не могли, а название менялось с «большого» на «огромного» ровно на границе между 499 и 500 особями.
К счастью, объединённые слизни могли пользоваться навыком Уменьшение и сжиматься до размеров лишь немного больше обычного слизня. Ели они всё равно в несколько раз больше одной особи, но, учитывая, что в таком теле были собраны сотни слизней, расход пищи фактически сокращался до двух-пяти процентов от прежнего.
Иными словами, удавалось резко сократить и необходимое пространство, и расход пищи. Рёма даже задумался, не является ли это способом самосохранения: слизни приспосабливаются к тесноте и нехватке корма. Доказательств у него не было, но он склонялся к такой мысли.
Кроме того, большие слизни образовывались минимум из ста слизней одного вида и при объединении теряли навык Деление. Поэтому было логично предположить, что и слизни крупнее больших тоже возникают путём объединения множества особей соответствующего вида.
Оставались вопросы — например, куда девается лишняя масса при объединении и уменьшении, — но пока Рёма был просто рад, что проблема места и пищи решилась так удачно.
Решив, что показать будет проще, чем объяснять, Рёма велел слизням объединиться прямо перед Райнхартом и остальными... Трое взрослых из герцогского дома лишь широко раскрыли глаза, а остальные молча уставились на происходящее.
— Большой слизень?!
— Не может быть!
— Нет, ошибки быть не может... Ты приручил большого слизня?
— ...Это... странно?
— Больших слизней ещё никому не удавалось приручить, понимаешь?
— А?
Заметив растерянность Рёмы после слов Элизы, Райнбах решил объяснить.
— Некоторые продвинутые разновидности слизней, в том числе большие, невосприимчивы к контракту приручения, на котором держится вся магия приручения. Их пытались приручать многие, но ни одной успешной попытки не известно.
Услышав это, Рёма понял причину.
— Контракт приручения... Бесполезен... Это же очевидно...
— Почему же?
Все взгляды устремились на Рёму. Он слегка поёжился и начал объяснять.
— Большой слизень... скопление многих слизней... Условия контракта приручения... не выполняются. За раз можно заключить... только один контракт... Сразу со многими невозможно. Из сотни слизней... нельзя точно выделить одного... потому что выглядит как одно ядро... Поэтому контракт приручения... не действует. Я... приручил много слизней... собрал их... и они стали такими.
■ ■ ■
Сторона Рёмы
...Что случилось? У всех такой пугающий взгляд — особенно у взрослых из этой семьи. Я что-то сделал не так?
— Великолепно.
А? Что произошло? Что именно великолепно?
— Это потрясающе, Рёма! Ты разгадал одну из великих загадок приручения в этом мире!
— ?!
Да что с ними такое?! Смотрят так пристально и чересчур уж воодушевились этой темой... Даже страшновато!
— Госпожа, господин Райнбах, прошу, успокойтесь. Вы пугаете господина Рёму.
— Ах! Прости, пожалуйста, не бойся.
— Прошу прощения. Я несколько увлёкся.
— Всё... нормально...
— Объясню, почему они так разволновались. Ты только что назвал причину, по которой больших слизней нельзя приручить. Эту загадку многие укротители безуспешно пытались разгадать. Большие слизни не отличаются невероятной силой, однако сражаться с ними трудно, поэтому многие хотели приручить их и использовать как живые преграды. Некоторые пытаются до сих пор. Но...
— Как я уже говорил, удачных случаев не было. Эту проблему давно исследовали и те, кто сам потерпел неудачу, и гордые укротители, считавшие невосприимчивость к контракту приручения серьёзным изъяном, ведь контракт — основа магии приручения. Но никто не добился результата, исследования постепенно сошли на нет, и загадка оставалась нерешённой до сегодняшнего дня. А потом появился ты — и в одиночку её разгадал.
Ничего себе... Вот это всё завертелось.
— Хм... Какая-то слишком слабая реакция. Тогда скажу иначе. Исследовать причину, по которой больших слизней нельзя приручить, начали ещё тогда, когда магия приручения распространилась по миру. Результатов так и не появилось, и теперь эта тема в исследовательском учреждении — удобное тёплое местечко, где можно спокойно получать жалованье. Давнюю загадку, от которой все уже отказались... разгадал ты! Тут не время сохранять спокойствие!
Неужели всё настолько серьёзно? Я ведь наткнулся на ответ совершенно случайно, но теперь дело, похоже, грозило обернуться лишними хлопотами. Что же делать...
— Что будем делать?
— Зарегистрируем его в Гильдии укротителей и объявим об открытии!
А, значит, существует организация, которая собирает такие сведения? Судя по реакции этих людей, если объявить об открытии, поднимется большой шум, а это звучит хлопотно... Но, может быть, это хороший повод выбраться из леса...
— Город, значит...
На невольно сорвавшиеся у меня с губ слова тут же отреагировали все четверо членов семьи, а также стоявшие позади служанки и дворецкий.
— Прости. Я знаю, что ты не любишь города...
— Мы не станем настаивать, чтобы ты регистрировался и объявлял об этом, но это и правда выдающееся открытие. Пожалуйста, пойми это.
— Понимаю... А...
После объединения слизней вход наконец освободился.
— Пока что... проходите, пожалуйста.
Снаружи водились монстры, поэтому долго стоять на месте было опасно. Я впустил всех внутрь и отправился в глубину дома готовить чай. Буквально на днях среди добычи, оставшейся от напавших на меня разбойников, я нашёл несколько банок с явно дорогими чайными листьями. Выглядели они хорошо и срок хранения ещё не вышел, так что угостить гостей ими должно быть безопасно. Главной проблемой оказались чашки.
Как и стульев с прочей мебелью, чашек на двенадцать человек у меня не хватало, поэтому пришлось наскоро сделать их магией земли. К чаю я поставил мёд, который недавно добыл из улья, а ещё приготовил медово-лимонный сироп из найденных тогда же имбиря и фруктового сока, похожего на лимонный. Ничего другого вместо сахара у меня не было, так что оставалось надеяться, что гостям понравится...
— Простите... что заставил ждать. Чай готов.
— Ох, большое спасибо.
— Как приятно пахнет. Спасибо.
— Хм. Похоже, у тебя довольно хорошие листья.
— Их было много... у напавших разбойников.
— Вот как... О-хо, и правда вкусно.
— Да, весьма достойно.
— Чай отлично настоялся. Где вы научились так его заваривать, господин Рёма?
В прошлой жизни. Только вслух я этого, конечно, сказать не мог...
— Моя бабушка... любила пить чай...
Универсальная отговорка: дедушки и бабушки. Я был очень благодарен богам за то, что они придумали её для меня. В конце концов, я относился к тем людям, которые совершенно не умеют хранить собственные секреты. В прошлой жизни меня называли до глупости честным... Хотя сам я этого за собой не замечал.
Но почему-то заранее заготовленная ложь слетала с языка довольно легко. Более того, в письме богов было написано, что они даже вызвали души тех, кто мог бы стать моими дедушками и бабушками, и получили от них разрешение. За это я был им искренне благодарен.
— Если хотите... добавьте мёда...
— Спасибо.
— Я тоже возьму. Мёд — дорогая вещь, нечасто удаётся его попробовать.
— Х-Хьюз!
— Я достал его из улья... недавно... Бесплатно... Так что вы тоже берите, Камил.
— Правда? Тогда, пожалуй, совсем немного...
— Да ты ничем от меня не отличаешься!
И тут... Элиария, кажется? Юная госпожа отпила чай и что-то заметила.
— О? Это ведь не просто мёд, правда? В нём что-то есть?
Дворецкий тут же проверил смесь. Неужели гигер — корень, похожий на имбирь, — и ламон — фрукт вроде лимона — оказались плохой идеей?
— Сюда добавлен сок ламона. Очень приятный, освежающий вкус. Но, похоже, это ещё не всё.
Слава богу, они не решили, что это яд! Тут лучше просто ответить честно. Яда там ведь действительно не было.
— Я добавил... корень гигера.
— Так вот какой вкус у гигера. Я всегда считал его просто горьким растением, но здесь он раскрывается удивительно хорошо.
— ...Гигер можно использовать в готовке... с мясом... рыбой... Отбивает запах сырого мяса... рыбы...
— Очень любопытно. Когда вернёмся, непременно расскажу об этом главному повару. Большое спасибо, господин Рёма.
— Пожалуйста.
— ...Что ж, из-за всех этих сюрпризов мы немного отвлеклись. Рёма, сегодня я привёз тебе кое-что в благодарность за тот день. Очень хочу, чтобы ты это принял. Себас.
— Немедленно. Хранилище предметов.
Выпив чаю и немного переведя дух, Райнхарт вернулся к теме подарков. Сидевший позади дворецкий поднялся и применил магию: в воздухе возник чёрный круг. Он просунул туда руку и извлёк какой-то предмет.
Хранилище предметов.
Это было одно из базовых заклинаний сложной пространственной магии. Как и следовало из названия, оно создавало отдельное пространство для хранения вещей. Я тоже умел им пользоваться, но... разве подарков не многовато? Стол передо мной быстро заполнялся корзинами с фруктами и свёртками в бумаге и ткани, которые один за другим появлялись из чёрного круга.
— Эм... столько всего?
— Да. Мы не знали, чему именно ты обрадуешься, поэтому привезли понемногу разного. Я хочу, чтобы ты всё это принял.
С этими словами Райнхарт развернул один из свёртков. Внутри были самые разные вещи: от долго хранящейся еды и одежды до письменных принадлежностей и настольных часов, работавших на тех же магических камнях, что использовались для освещения. Всё — полезные вещи, которых у меня дома не было. Похоже, они просто привезли то, отсутствие чего заметили в прошлый визит.
— Размер одежды мы определяли примерно, поэтому, если что-то не подойдёт... Арауне, Лилиан.
— Да, — одновременно ответили обе.
— Обратись к этим двоим, и они сразу всё подгонят.
Я всё гадал, зачем служанки проделали такой путь, и оказалось — ради этого? Мне было немного неловко перед ними, но одежды у меня и правда почти не было, так что я был благодарен. В конце концов я согласился принять принесённые подарки.
— Правда... огромное спасибо. Столько всего... привезли...
— Пустяки. Нам всё равно нужно было в эти края по делу.
— По делу? Теперь вспомнил... что-то про лес.
— Да. Помнишь, я говорил, что в нашей семье уже много поколений рождаются укротители? До сих пор моя дочь Элиария только училась, но теперь ей пора обзавестись собственным фамильяром. Мы приехали сюда, чтобы поймать слизня для её первого контракта.
Вот как, первый контракт. Значит, до сих пор ей не разрешали иметь фамильяра, раз отец говорит, что теперь уже пора. Всё-таки это живые существа, а некоторые монстры могут быть опасны в содержании. Но теперь разрешение у неё было.
— Поздравляю.
Когда я сказал это юной госпоже, которая как раз пила чай, она смущённо улыбнулась и поблагодарила меня. Выяснилось, что контракт она ещё не заключила.
— Мы искали по дороге сюда, но не увидели ни одного слизня.
— Слизни всё-таки монстры... живые существа. Бывают дни, когда они не показываются.
— ...Тогда вот сюда.
Я поднялся и указал на место на висевшей у меня на стене карте леса.
— Река. Слизни... часто туда приходят.
Дикие слизни часто ходили туда пить воду. Если сосредоточить поиски в том месте, одного-двух наверняка удастся найти. К слову, однажды по пути за водой я поймал сразу четырнадцать — это был мой рекорд. Правда, такое случилось всего один раз.
Когда я рассказал ей это, Элиария сообщила взрослым, получила разрешение идти, а потом будто что-то вспомнила и снова повернулась ко мне.
— Можно я буду называть вас Рёма?
— Конечно.
— Тогда, Рёма, если вас не затруднит, не могли бы вы научить меня выбирать слизней?
— Выбирать?
— Да. Мне нужно поймать только одного слизня, поэтому, если в одном месте их будет много, я не пойму, какого выбрать...
А, вот что она имела в виду. Но внешне между слизнями почти не было различий...
— Если выбирать... можно подобрать слизня под желаемую эволюцию... Но это займёт время. Если нужен для боя... лучше другой монстр. Если не собираетесь держать долго... тратить время на выбор незачем... Всё равно хотите выбирать?
— Да. Он станет моим первым фамильяром. Я буду дорожить им всю жизнь.
Какая же у неё чистая улыбка... Наверное, она и правда будет о нём заботиться, так что почему бы не помочь...
Хм? Почему я только что так легко пришёл к такому выводу? Раньше я никогда не умел судить о подобных вещах... Меня обманули? Очаровали? Меня — мужчину, которому мысленно уже за сорок, — так ловко обвёл вокруг пальца ребёнок?
...
...
...Лучше не думать об этом.
— Вы не против?
Вообще-то я не возражал её учить, но с моей нынешней речью... Я и так переживал, что плохо подбираю слова. Вот бы научиться говорить хоть немного плавнее...
— Если вас устраивает... тогда да. Но выбирать можно... только из трёх видов.
— А что не так с остальными?
— Один... условия эволюции неизвестны. Для другого... нет нужной пищи. А для ещё одного... даме трудно выполнить условие... Хотя способности у последнего самые лучшие...
— Простите, можно вас на минутку?
Пока я разговаривал с Элиарией, к нам присоединилась её мать. Лицо у неё было совершенно серьёзное.
— Мама... Сейчас разговариваю я. Это подготовка к моему первому контракту, поэтому прошу не вмешиваться.
— Я понимаю, но кое-что не даёт мне покоя. Рёма, прозвучало так, будто ты знаешь условия эволюции слизней...
— В некоторой степени... да.
После моего ответа Элиза, будто я подтвердил её подозрения, принялась что-то тихо говорить Райнхарту. Тот слегка покачивал головой...
«Я никогда о таком не слышала!»
«Я тоже. Слышал только, что это исследуют!»
...Что-то в таком духе?
— Неужели это... как с большими слизнями...
— Да. Слизни встречаются повсюду, но на самом деле это очень загадочные существа. Поэтому нужно осторожно выбирать, кому рассказывать такие вещи. Понятно?
Мне казалось, что всё довольно просто, но... в современной Японии тоже хватало вещей, которым ещё не нашли объяснения. Если здесь есть кто-то, кто исследует слизней, однажды я бы с удовольствием с ним поговорил.
Но что делать сейчас...? Я немного подумал и довольно быстро решил. Расскажу. Честно говоря, результат был для меня не так важен, как сам процесс. Я начал исследовать слизней потому, что они мне интересны. Именно исследования приносили удовольствие, поэтому сами результаты меня особенно не заботили. И главное — часть того, что знаю, я уже рассказал. Скрывать остальное теперь было поздно.
— Всё в порядке... Условие эволюции слизней... пища. Рацион... определяет вид, в который они эволюционируют... Липкие слизни едят зелёных гусениц... Ядовитые — ядовитые растения... У слизней есть свои предпочтения в еде... они и определяют наиболее подходящую эволюцию. Если постоянно кормить их тем, что им не нравится... эволюция задерживается... а иногда всё заканчивается... смертью...
— Понятно. Значит, вот каково условие эволюции слизня.
Элиария слушала с большим интересом, поэтому я кивнул и продолжил.
— Если питательных веществ хватает, они легко эволюционируют. Чем больше кормить, тем быстрее... Я использую ядовитые травы, зелёных гусениц... очищенные кости животных... Слизни, которые собираются вокруг них... соответственно превращаются... в ядовитых, липких и кислотных слизней...
— А какие виды нельзя выбрать?
— Слизней-чистильщиков, слизней-падальщиков и целебных слизней. Но их способности... исключительны.
Похоже, члены герцогского дома знали только о целебных слизнях: услышав названия остальных, они растерянно переглянулись.
— Что это за слизни-чистильщики и слизни-падальщики?
— Их главные навыки... Очищение и Устранение запаха.
— Очищение и устранение запаха? Никогда о них не слышала.
— По названию ясно, что Устранение запаха избавляет от запахов. Но что делает Очищение?
— Проще... показать... Подождите немного...
Я ушёл в глубину дома, взял на кухне окровавленную тряпку, оставшуюся после разделки кролика, и вернулся в комнату вместе со слизнем-чистильщиком.
— Спасибо, что подождали... Это слизень-чистильщик... Смотрите...
— Окровавленная тряпка? Что ты собираешься с ней делать?
— Смотрите.
Я мысленно отдал слизню-чистильщику приказ. Он втянул тряпку из моей руки в своё тело и начал вращать её вокруг ядра. Я видел это уже много раз, но всё равно не мог отделаться от мысли, что передо мной самая настоящая стиральная машина.
Через десять секунд слизень выплюнул тряпку, подхватил её похожим на щупальце отростком и протянул мне, чтобы все могли хорошенько рассмотреть результат. Четверо членов семьи смотрели с любопытством, а в глазах дворецкого и двух служанок появился особый блеск.
— Крови больше нет, верно? И цвет немного изменился. Она растворилась?
— Слизень просто впитал её, разве нет?
— Нет, госпожа. Не только это.
— Арауне?
На слова Элизы отреагировала старшая из двух служанок.
Кажется, её звали Арауне.
— Господин Рёма, этот слизень питается грязью, верно?
— Верно.
— Что это значит?
— Судя по ткани, прежде на этой тряпке была не только кровь, но и куда больше другой грязи. Сейчас мы видим её первоначальный цвет. Чем дольше накапливается грязь, тем труднее её отстирать. Даже если бы прежнюю тряпку долго стирали вручную, она могла бы уже никогда не вернуть исходный цвет. Иными словами, навык Очищение способен удалять даже самую въевшуюся грязь. Я правильно понимаю?
— Отчасти... Если точнее... он удаляет только грязь...
Я отдал слизню приказ и сунул внутрь его тела руку, в которой держал тряпку.
— Что?!
— Тут и слов не найти...
Обычный слизень переваривал всё, что попадало внутрь его тела. Наверное, они решили, что слизень сейчас растворит мне руку: лица у всех в комнате застыли. Однако через пять секунд я вынул правую руку совершенно невредимой.
— Ты не пострадал?
— Он растворяет только грязь... Это слизень, который ест лишь то, что ему прикажут съесть... хоть человека, хоть мясо животного...
— Значит, бывают и такие слизни...
— Пожалуйста, не пугай меня так. У меня сердце не железное.
— Простите... Для меня это уже привычно... Просто такую тряпку обычно... руками трогать не хочется...
— Верно, чистой эту тряпку точно не назовёшь.
— Раньше это была набедренная повязка гоблина.
После моих слов Элиария скривилась, а служанки, наоборот, заинтересовались ещё сильнее. В этом мире действительно существовала поговорка: «Нет ничего грязнее набедренной повязки гоблина».
— С этим слизнем можно оставаться чистым... в любых условиях. В путешествии... купаться не получается... правда?
— Да, самое большее — можно обтереться. Это моё первое долгое путешествие, и уже после одного дня без ванны я чувствовала себя ужасно...
— Этот слизень... решает такую проблему.
Юная госпожа резко повернула голову ко мне. Страшно! И глаза страшные, и вообще всё выражение лица! Её мать и обе служанки смотрели не менее напряжённо.
— Он съедает... всю грязь и запах... с тела и одежды, так что...
— Вот этот! Слизень-чистильщик! Я хочу его!
...О нет. Зачем я сам устроил рекламу тому виду, про который только что сказал, что его нельзя выбрать?! И ведь именно про него труднее всего объяснять! Эх, похоже, я слишком увлёкся разговором о слизнях... Лучше бы рассказал о слизнях-падальщиках!
— Но критерий выбора для этого вида...
— Нет! Показать мне такого чудесного слизня, а потом так сказать — это жестоко!
— Господин Рёма, моя семья поколениями служит герцогскому дому Джамиль, и как служанка я тоже изучала основы магии приручения. Прошу, научите нас выбирать слизня-чистильщика.
— Я тоже хочу знать!
Похоже, все женщины отнеслись к вопросу очень серьёзно... Наверное, для них это и правда было важно. Мужчины тем временем слегка отступили, а четверо сопровождающих выглядели совершенно безразличными.
— Рёма... Прошу, постарайся не расстраивать женщин...
— Такое трудно сказать... при дамах...
— То есть им нельзя об этом рассказывать?
— Нет, рассказать не жалко. Просто... трудно произнести.
— Если они сами просят, тогда разве не всё равно?
Камил поймал мой взгляд и непринуждённо задал этот вопрос, пытаясь разрядить ситуацию. Я отвёл четверых сопровождающих в угол комнаты и тихо прошептал им способ выбора и то, как сам его обнаружил.
— ...Теперь понимаю, почему ты не хотел это говорить.
— Значит, есть и такой способ...
— Мужчине и правда трудно сказать такое женщине.
— По-моему, женщинам друг другу такое тоже говорить непросто...
— Да ладно, будь что будет.
Так просто заявил Хьюз. Затем он развернулся к женщинам и крикнул: — Юная госпожа! Госпожа! Я знаю способ! Арауне, ты тоже слушай!
Постойте, да о чём этот человек думает?! Может, он знает, как сказать это помягче?
— Правда?!
— Ага! Юная госпожа, вымойтесь! Потом приманите слизней к грязной воде после купания и дайте им её выпить!
Сказал!! Вот так прямо и сказал!! Ах... нежные ладони дам уже встретились с его лицом...
Когда женщины наконец успокоились, Райнхарт объяснил, как они пришли к тому самому выводу, который только что озвучил Хьюз. Если поставить перед обычным слизнем чистую воду и грязную воду после купания, он выберет чистую. Но по какой-то причине слизни, способные эволюционировать в слизней-чистильщиков, любят собираться вокруг воды после ванны...
После эволюции в слизней-чистильщиков они переставали есть обычную пищу и жили только за счёт грязи и воды... Поэтому больше всего им нравилась грязная вода — в ней сочеталось и то и другое.
— Никогда бы не подумала, что существуют слизни с такими особенностями...
— Простите...
— Ах, нет, Рёма, ты тут ни при чём.
— Слизня-чистильщика... женщине, наверное, трудно поймать...
— Рёма.
— А?
— И всё же я хочу слизня-чистильщика.
Похоже, Элиария не собиралась отказываться от слизня-чистильщика.
— Тогда кто-нибудь из сопровождающих...
— Нет. Пусть я пока только учусь, но я собираюсь стать укротителем. Я не могу во всём полагаться на других.
— ...Делать всё одной... не всегда... хорошо...
— И всё же первый шаг я хочу сделать сама.
— ...Решать вам... юная госпожа...
— Я... я...! Я сделаю это! Можно мне немного вашей воды?
От такого заявления у всех вокруг навернулись слёзы. Элиария изо всех сил пыталась скрыть яркий румянец. Не стоило так себя заставлять... И что это вообще за атмосфера? Будто она приняла судьбоносное решение, хотя на деле ей всего-то предстояло... ну, вы понимаете...
Но раз уж всё зашло так далеко, просто выдать ей воды и на этом закончить казалось как-то неловко, поэтому я предложил ей ванну. Как бывшему японцу, мне иногда хотелось как следует погрузиться в горячую воду, и потому я сделал себе настоящую ванну. Никогда бы не подумал, что она пригодится вот для такого.
— Ванна... есть. Можете пользоваться.
— У вас есть ванна? Огромное спасибо!
Я наполнил ванну водой с помощью магии воды, затем нагрел её магией огня. Добавив ещё немного воды и отрегулировав температуру, я сообщил юной госпоже, что всё готово. Подготовка заняла всего несколько минут — магия и правда была невероятно удобной.
После того как Элиария и две её служанки ушли в ванную, я вернулся к остальным. Хьюз сидел там, потирал щёку и стонал.
— Ай-ай-ай... Ну и жестоко же вы со мной.
— Сам напросился.
— Всё-таки это было чересчур...
Деликатности в его словах и правда не было. В прошлой жизни мне самому часто говорили то же самое, но даже я понимал, что такое замечание прозвучало бестактно. Там неосторожные слова могли счесть сексуальным домогательством, поэтому мне приходилось быть особенно внимательным. Иначе я быстро оказался бы изгоем.
— А, Рёма. С возвращением.
— Госпожа... даже не знаю, что сказать...
— Всё хорошо. Она сама так решила. Ты ведь ей не солгал, правда?
— Конечно нет.
— Тогда всё в порядке. Во всяком случае, я рада видеть, что она так серьёзно относится к тому, чтобы стать укротителем. Если бы ей нужен был просто слизень-чистильщик, она могла бы договориться с тобой, чтобы ты отдал ей одного из своих.
...
...
Что... вы сейчас... сказали?
— Прости?
— Что ты мог бы отдать ей одного... Тебе это не приходило в голову?
Ха, ха-ха-ха... Интересно, почему такая простая мысль мне даже не пришла...? Если подумать, разве это не самый простой способ получить желаемое? А я о нём вообще не подумал... Неужели я слишком долго прожил один в лесу?
— Боже мой...
— Ах, молодость. Забавно получилось. Но я и правда рад такому настрою своей дочери, знаешь ли.
— Понятно...
Почему-то я вдруг почувствовал усталость...
После всего этого юная госпожа закончила купаться, собрала воду и отправилась к реке искать слизней, а я тем временем примерял одежду, которую служанки подгоняли по моей фигуре. Ей повезло: к тому моменту, когда я закончил примерять всё привезённое, она уже успешно вернулась. Разумеется, с пойманным слизнем. На глазах у меня и ещё десяти человек Элиария заключила свой первый контракт.
К тому времени стало уже довольно поздно, и было решено, что все останутся у меня на ночь. Я предложил гостям воспользоваться ванной, а сам занялся ужином. Две служанки и дворецкий Себас предложили помочь, но я отказался. Помощь была бы кстати, однако кухня у меня слишком тесная. Трое взрослых там просто не поместились бы, да и вся кухонная утварь была детского размера — её делали специально под меня. Для их спин такая работа была бы мучением.
К слову, на ужин я приготовил нечто вроде жареного мяса с имбирём: использовал мясо дикого зверя и молотый гигер. Райнхарту блюдо особенно понравилось, да и остальным оно тоже пришлось по вкусу, но мне, как бывшему японцу, вкус сперва казался немного не таким. Впрочем, постепенно я к нему привык.
Единственным источником соли служило небольшое количество каменной соли в утёсах, но в ней содержались минералы, которые приходилось отделять и очищать алхимией, иначе соль могла навредить организму. Без алхимии я бы не смог прожить в этом лесу три года. Запас, достаточный, чтобы недостаток соли не угрожал жизни, у меня был, но удовлетворительным я его назвать не мог.
Ну а пока я просто радовался, что гостям понравилось.
# Глава 1, эпизод 5: Непоследовательная логика
После ужина мы сидели за чаем и беседовали, когда Элиза спросила:
— Рёма, ты уже решил, что будешь делать дальше?
— ...Честно говоря... не уверен. Остаться здесь... или перебраться в другое место...
С исследованиями я пока разобрался, а после того, как слизней набралось на целую комнату, голова наконец остыла. Встреча с людьми заставила меня задуматься и о других вещах. Например, об ингредиентах и приправах для готовки.
...Поэтому я и решил, что пора наконец выбраться и посмотреть мир. Но что сказать? Ребёнок, который до сих пор жил нелюдимым затворником, вдруг захотел повидать мир! Слишком уж неестественно... Ладно, придётся воспользоваться всемогущей отговоркой — бабушкой с дедушкой.
— ...Бабушка с дедушкой говорили... жить счастливо в городе... Сейчас мне... хорошо. Но я начал думать... бабушка с дедушкой... наверное, не хотели бы... чтобы я жил здесь...
— Рёма...
В комнате сразу стало серьёзно. Райнбах закрыл глаза и произнёс:
— Тогда... как насчёт того, чтобы покинуть лес вместе с нами?
— А?
А? Что он вообще такое говорит? Мы ведь только сегодня впервые встретились, разве нет?
— Наша семья — герцогский дом. Обеспечить всем необходимым ещё одного человека для нас совсем не трудно. К тому же будет жаль, если такой талантливый укротитель, как ты, так и останется скрыт в самой глуши леса. Возможно, города тебе не по душе, но не хочешь хотя бы ненадолго выбраться из леса?
...Такого приглашения я никак не ожидал. Остальные тоже смотрели на меня по-доброму, и по их взглядам было ясно, что они согласны. Все были так добры, что у меня защемило сердце...
— Завтра мы отправимся в город Гимул и остановимся там, а домой вернёмся через два месяца. Потом ты сможешь вернуться сюда. Не хочешь присоединиться к нашему путешествию?
— Путешествие...
Если задуматься, я почти ничего не знал об этом мире... Да, боги дали мне основные знания, но ведь я не видел всего этого своими глазами. Я даже не представлял, что во внешнем мире думают о слизнях. Наверняка таких примеров ещё множество.
...Эти люди казались хорошими, да и вместе с ними будет лучше, чем одному, верно? А если не уйти сейчас, я наверняка ещё месяца два-три буду тянуть время и никуда не двинусь...
— Это... было бы здорово. Наверное, я доставлю вам хлопоты... но можно мне... пойти с вами?
— Конечно! Значит, ты согласен?
— Я и сам... уже начал думать... что пора покинуть лес...
— Понятно, понятно. Тогда тебе нужно подготовиться к дороге. Давай перенесём отъезд на завтра после полудня. Успеешь собраться?
— До утра хватит. Если использовать Хранилище предметов... смогу взять всё.
— Надо же, в таком возрасте ты уже умеешь пользоваться Хранилищем предметов? Впечатляет.
Правда? А я слышал, что Хранилищем предметов умеют пользоваться многие.
— Бабушка сказала... что это полезно, поэтому я научился. Мне говорили... что так умеют многие.
— Нет-нет. Пусть заклинание и базовое, но это всё-таки магия высшей стихии. Да, Хранилищем предметов умеют пользоваться многие, но для твоего возраста это очень впечатляет.
Опять?.. Я снова чего-то не знал? Или мои знания просто не учитывали возраст? Значит, нужно быть осторожнее, чтобы не опростоволоситься... Но мне ещё очень повезло встретить людей, которые могут вот так восполнять пробелы в моих знаниях.
— Похоже, господин Рёма талантлив не только в магии. Вас ждёт очень интересное будущее.
— Это верно. Если захочешь изучить что-нибудь помимо магии приручения, скажи нам, хорошо? Мы тебя научим.
— Было бы весело учиться вместе с Рёмой.
— Большое спасибо.
Я поблагодарил всех, на чём разговор и закончился. Элиария и слуги герцогского дома предложили помочь, и мы решили начать с самой захламлённой комнаты.
— Ого, что это за комната?
— Тут полно оружия и доспехов.
— Даже просто разобрать всё это будет нелегко...
— Там, в глубине, шкура?
— А что это за мешки в углу? Выглядят как мусор.
Я привёл их в комнату, которую использовал как склад. Здесь лежало всё, что я собрал за последние три года, включая пожитки разбойников и прочее.
Оружие и доспехи я время от времени чистил, поэтому они были более-менее разложены, но всё остальное в основном было просто свалено в кучи.
— Хранилище предметов... всё туда. Всё... уберу. Мешки в углу — добыча с разбойников.
— А что внутри?
— Не знаю...
— То есть ты даже не проверял? Одолеть разбойников и не осмотреть трофеи — всё равно что рисковать жизнью впустую, знаешь?
— Мне было неинтересно.
На слова Хьюза я ответил одной фразой, но причин на самом деле было несколько. Во-первых, пожитки разбойников чаще всего были грязными и вонючими, а ничего особенно ценного среди них не находилось. В худшем случае внутри оказывались только протухшая еда да мусор. Иногда попадались деньги, но без похода в город от них всё равно не было пользы... В итоге затраченные усилия не окупались, и в какой-то момент я перестал как следует проверять добычу: после того как слизни всё очищали, просто бросал её сюда.
— Тогда, может, сначала стоит проверить содержимое?
— Верно. Если внутри один мусор, лучше сразу выбросить. Как насчёт того, чтобы разделить работу: кто-то будет разбирать содержимое, а кто-то сразу убирать вещи на хранение? Тогда оба дела можно делать одновременно.
Я согласился с предложениями Арауне и Джилл, поэтому Элиарии и двум служанкам поручили разбирать пожитки разбойников. Если бы этим занялся я, одновременно выполнять обе работы не получилось бы.
Так мы и принялись забрасывать всё моё добро в чёрную дыру. По ходу дела я услышал, что среди вещей нашлось неожиданно ценное снаряжение, да и шкуры можно было продать за хорошие деньги. Но больше всего удивил мешочек, в котором обнаружилось целых сорок средних золотых монет. Насколько я знал, это была довольно крупная сумма, и теперь, когда я собирался в город, деньги пришлись очень кстати.
И всё же... После истории со слизнями точность моих знаний вызывала сомнения. На всякий случай стоит попросить их объяснить мне, сколько что стоит.
Размышляя об этом, мы продолжили работу, а когда закончили, я поручил слизням-чистильщикам и слизням-падальщикам довести уборку до конца. Затем предложил сопровождающим герцогского дома отдохнуть в уже чистой комнате.
— Ты уверен? Больше ни с чем помочь не нужно?
— Нет, остальное... сам справлюсь. Остались только ингредиенты и лекарства.
— В лекарства дилетантам лучше не лезть. Ладно, позови нас, если ещё что-нибудь понадобится.
— Большое спасибо, Камил.
— Да ладно, не за что. Это нам стоит поблагодарить тебя за комнату. На отдельную закрытую комнату для отдыха мы даже не рассчитывали.
Поблагодарив их, я увидел, что все начали готовиться ко сну. Теперь оставалось собрать только основные вещи, которые дали мне три бога, когда я впервые попал в этот мир, а ещё... Точно, а слизней я могу взять с собой? Оставить их здесь я никак не мог. Надо спросить. В такое время они ещё не должны спать.
— Господин Райнхарт, господин Райнбах.
— Что такое, Рёма?
— Можно мне... взять слизней в путешествие? Всего... будет семнадцать.
— Конечно. Нет ничего странного в том, что укротитель берёт с собой фамильяров.
— В карете просторно, оставим место и для них.
Фух, какое облегчение.
— Большое спасибо.
В ответ они ободряюще улыбнулись. И правда замечательные люди. Если провести аналогию с Японией, это всё равно что, путешествуя автостопом, попросить согласившегося подвезти меня человека взять ещё и семнадцать моих питомцев... Да уж, я бы точно отказался. Один-два — ещё куда ни шло, но семнадцать — явный перебор. Хотя у меня самого даже водительских прав не было. Я был безмерно благодарен герцогской семье... Ах да, перед отъездом надо ещё поприветствовать богов.
С этой мыслью я встал и направился в тренировочную комнату в самой глубине дома. Сама она представляла собой пустое пространство, но на стене напротив входа прямо в камне были вырезаны статуи богов. Почитание изображений богов в этом мире не запрещалось, и собственноручно делать их статуи тоже не считалось преступлением. В некоторых местах это даже поощрялось: самые набожные верующие покупали в церкви маленькую статуэтку, использовали её как образец и понемногу вырезали свою, каждый день молясь за работой.
На всякий случай запечатаю вход магией земли, вдруг кто-нибудь придёт... Вот так.
Я сел перед статуями, скрестив ноги, несколько минут помедитировал, затем открыл глаза и заговорил.
— Ещё один день прошёл благополучно. Вы боги, так что наверняка и без меня всё знаете, но я ненадолго уйду вместе с гостями, которые сегодня к нам пришли. Похоже, мы направляемся в город под названием Гимул... Наконец-то я впервые отправлюсь в путешествие после того, как попал в этот мир. Теперь смогу зайти в церковь и выполнить обещание. Правда, я не знаю, когда получится вернуться, поэтому на всякий случай заберу все свои вещи. Если я всё-таки сюда не вернусь... на новом месте сделаю ещё статуи. Тогда до встречи.
Закончив, я поднялся, снял печать со входа и вышел из тренировочной комнаты.
Похоже, нормально разговаривать я не мог только с другими людьми... Если бы я и со статуями богов не мог говорить как обычно, то заметил бы это гораздо раньше. Может, я просто нервничал? Ну да ладно... Теперь всё было готово. Оставалось дождаться утра и отправиться в путь вместе со слизнями. Пора спать.
И я забрался под одеяло.
Интересно, какой он, этот город?..
Я так увлёкся мыслями о ещё не виденных мною городах, что уснуть оказалось немного труднее обычного.
# Глава 1. Эпизод 6: Утро отъезда
На следующий день.
Хм?
Проснувшись утром, я сразу заметил, что в моей комнате что-то не так. Единственным источником света служил магический светильник у подушки. Я приглушал его на ночь, поэтому вокруг было темно, но всё равно с первого взгляда понял: что-то изменилось.
Не было «вещей».
Если подумать, вчера я всё собрал... На миг я принял это объяснение, но, оглядевшись ещё раз, снова почувствовал неладное. Я влил магическую энергию в магический камень, осветил комнату и увидел, что она совершенно пуста. Вчера я убрал в Хранилище предметов почти все свои вещи, но мебель — столы, стулья, полки и прочее — оставил.
И разбирать её я тоже не помнил. Однако теперь её нигде не было. Исчезла даже кровать, на которой я должен был спать. Что происходит? Неужели всё украли?.. Нет, невозможно. Если бы сюда пробрался вор, я бы заметил, да и слизни подняли бы шум. Прошлой ночью у меня ночевал герцог со свитой, но представить, что они что-нибудь украли, я не мог.
Да и каменная мебель, созданная магией земли, вряд ли чего-то стоила. Какой вор вообще решил бы, что в такой пещере найдётся что-то ценное? У меня были разные трофеи с боёв, но все они лежали в Хранилище предметов.
Оставались только слизни...! Слизни! Где слизни?!
— Уа-а!
Не увидев слизня-чистильщика, которого обычно оставлял у себя в комнате, я попытался вскочить, но вдруг ощутил невесомость, а следом — удар и тупую боль.
— Погодите... а?
Я сел, ощущая боль во всём теле, и снова оказался в темноте. Включил свет — и на этот раз увидел привычную комнату. После вчерашних сборов она выглядела пустовато, но стол, стул и остальная мебель стояли на местах. Похоже, боль была оттого, что я свалился с кровати...
— Фух... просто сон...
Успокоившись, я заметил того самого слизня-чистильщика: он свесился с края кровати и смотрел на меня сверху. Остальные слизни тоже были на месте, в пещере.
Честное слово, нельзя же так пугать... Хотелось это сказать, но в данной ситуации говорить было некому. Кстати, сколько ещё до рассвета? Если не ошибаюсь, вчера...
— ...Вот он.
Часы, которые мне подарили вчера, всё ещё стояли на столе. Циферблат представлял собой тонкую круглую металлическую пластину с цифрами и двумя стрелками, закреплённую на круглой подставке с Y-образной металлической опорой. Подставка, опора и сам циферблат были украшены скромно, но изящно, а никаких видимых механизмов, по которым можно было бы догадаться, что перед тобой часы, не было. Поэтому, впервые развернув подарок, я решил, что это зеркало. Задняя сторона циферблата была отполирована так хорошо, что и правда могла сойти за зеркало.
На самом циферблате, как и на Земле, располагались цифры от одного до двенадцати. Один полный оборот соответствовал двенадцати часам, два — двадцати четырём, то есть целым суткам. А час состоял из шестидесяти минут. Иными словами, пользоваться этими часами можно было так же, как земными, что очень удобно.
Правда, если присмотреться, продолжительность минуты в этом мире, похоже, немного отличалась от земной. Впрочем, продолжительность суток здесь с самого начала меня не смущала. Возможно, за три года вольного распорядка я просто окончательно сбил внутренние часы...
Как бы то ни было, часы показывали половину шестого. Отличить утро от вечера они не могли, но сейчас явно было утро. Будь сейчас вечер, я бы проспал невероятно долго. При желании можно было ещё немного поспать, но не хотелось. Пока я об этом думал, из глубины дома донёсся приглушённый звук шагов.
— Себас...?
— Доброе утро, господин Рёма.
Я повернулся в сторону звука и увидел приближавшегося Себаса, дворецкого герцогского дома.
— Что-нибудь случилось?
— Некоторое время назад я услышал странный звук, а затем из комнаты в коридор пробился свет.
Похоже, он услышал, как я с размаху свалился с кровати.
— Я... разбудил вас?
— Нет, слуги обычно уже на ногах в это время. Арауне и Лилиан тоже проснулись. Остальные, кажется, ещё спят.
— Понятно...
Скоро рассвет, пожалуй, схожу к реке за водой. Просто сидеть без дела смысла не было, но если начать возиться по дому, можно разбудить остальных.
Я сказал об этом Себасу, но тот ответил, что воду можно создать магией воды. Тогда я предложил ему свободно пользоваться ванной и кухней, а сам вышел немного размяться и прогуляться перед отъездом.
— Фух.
Стоило выйти наружу, как кожу обдало прохладным воздухом тихого утреннего леса. С каждым вдохом воздух наполнял лёгкие; прохлада была приятной, а вдали уже поднималось солнце. Было достаточно светло, чтобы идти без фонаря. Я неспешно зашагал по знакомой тропе сквозь траву, покрытую утренней росой. Сколько же раз я ходил по этой дороге к реке и обратно?.. Погрузившись в мысли, я вдруг кое-что понял.
Комната во сне была такой, какой я увидел её вскоре после попадания в этот мир. Некоторые детали уже стёрлись из памяти, но во сне на стенах не было рисунков и не было коридора, ведущего дальше вглубь. Поначалу я только и делал, что расширял жилище, добывал еду и ходил за водой... Точно, вспомнил. Сон перенёс меня как раз в то время, когда я наконец выкопал достаточно места, чтобы нормально жить. И тогда... да, всё случилось именно здесь.
Передо мной, как всегда, текла река, из которой я брал воду. В мелких местах она доходила лишь до щиколоток, в самых глубоких — до колен. Глубиной река не отличалась, зато была очень широкой, и потому успокаивающий шум текущей воды не смолкал ни на миг.
— Камень.
С помощью магии земли я создал кувшин для воды.
С тех пор как я лучше освоил магию воды, всё чаще удавалось обходиться без походов к реке, но в первое время я приходил сюда каждый день. Здесь же мылся, стирал и тренировался, так что почти всё время проводил либо дома, либо у реки. В то утро, когда моё жилище было наконец готово, я тоже пришёл сюда за водой... и подобрал слизня, которого принесло течением. Я и раньше видел, как слизни плывут по реке, отдавшись течению, но именно тогда один оказался достаточно близко, чтобы я мог до него дотянуться. Я зачерпнул его кувшином, принёс домой и по прихоти приручил.
Основа магии приручения — контракт приручения. Для него магическую энергию сплетают в нить и соединяют ею укротителя с монстром. После заключения контракта между ними возникает определённая степень взаимопонимания: монстр может выполнять приказы, а укротитель — чувствовать, где тот находится. Однако, когда я впервые заключил контракт, смутное чувство, исходившее от слизня, можно было описать лишь одним словом — «страх». Глядя, как он дрожит, я решил назвать его Табути. Моё первое впечатление от слизня очень напоминало то, что я испытал при первой встрече с бывшим подчинённым, носившим это имя.
Поначалу слизень Табути двигался медленно: его ослабило то, что его несло вниз по реке. Даже если я протягивал к нему руку, он только дрожал и не пытался убежать. Когда я попробовал кормить его живыми зелёными гусеницами, две из каждых пяти успевали от него улизнуть. Стоило ему подползти к реке попить, как вода снова уносила его течением... Именно тогда я наконец понял, почему по реке время от времени проплывали слизни.
Потом я кормил его и тренировал. После его эволюции проводил один эксперимент за другим — так всё постепенно и дошло до нынешнего состояния. Да уж, сколько воспоминаний... Самого Табути, к сожалению, больше не было, но его ядро осталось у меня.
...Раз уж вспомнились старые времена, интересно, как там сейчас Табути из моей прежней жизни? Он был довольно пухлым отаку и пришёл в компанию уже после меня, сразу после выпуска. Когда нас впервые познакомили и я стал его наставником как более опытный сотрудник, он задрожал при виде моего тогдашнего телосложения. С общением у него тоже было неважно, хотя мне ли говорить. Зато он никогда не опаздывал и, если объяснить, что и как нужно сделать, выполнял работу. Совершив ошибку, искренне раскаивался — другое дело, насколько хорошо умел это показать.
У нас были одинаковые отаку-увлечения, поэтому, несмотря на то что мы были из разных поколений, тем для разговоров находилось много. Работать в команде ему давалось тяжело, но к моменту моей смерти он и это исправил. Со своей работой справлялся более чем достойно, так что надеюсь, к этому времени он уже смог уволиться из той компании и устроиться куда-нибудь ещё... Сейчас, оглядываясь назад, понимаю: хлопот он доставлял немало, но всё-таки был одним из хороших подчинённых. Иначе я бы не назвал в его честь слизня. А вот вспоминать остальных никудышных начальников и подчинённых особого желания не было.
Теперь слизней стало так много, что имён я им больше не давал. Но при необходимости всё равно мог отличить нужного от остальных. Контракт в этом отношении был очень удобен.
— Ой, который час?
Что-то я надолго ушёл в воспоминания. От поверхности воды в глаза уже бил отражённый свет, да и вокруг стало заметно светлее. Я ведь собирался потренироваться... Нет, сегодня у меня планы. Лучше возвращаться. Я наполнил водой кувшин, который так и оставил стоять после создания, взвалил его на плечо и понёс домой.
Когда я вернулся, перед домом стояли Джилл и Зеф. Увидев, как я тащу кувшин, который был выше меня самого, оба заметно удивились. Я поздоровался с ними, зашёл внутрь и увидел, что на часах уже семь. Всё-таки времени прошло немало... Вот же.
— Ты вернулся, Рёма. Доброе утро.
Из дальней комнаты вышел Райнхарт.
— Доброе утро.
— Всё готово?
— Никаких... проблем.
— Хорошо.
Потом меня пригласили на завтрак, и, пока ждал, я покормил слизней. Когда завтрак был готов, поел вместе с герцогским домом, затем собрал слизней и вышел наружу. Запечатал вход магией земли... Всё, дом закрыт.
Ну что ж... Пора в новое путешествие!
Я бережно сохранил дорогие мне воспоминания о последних трёх годах и обернулся. Меня уже ждали одиннадцать человек, с которыми предстояло отправиться в путь.
— Готов?
— Да. Пойдёмте.
— Тогда отправляемся.
— Отлично! В путь! Юная госпожа! Рёма! Если вам что-нибудь понадобится — сразу говорите!
Хьюз пошёл впереди, остальные двинулись следом, а я сделал первый шаг навстречу чему-то новому.
# Глава 1. Эпизод 7: Покачиваясь в карете
Через два часа пути по лесу...
Деревья постепенно стали расти реже, и вскоре впереди показался луг с открытой грунтовой дорогой. Когда мы подошли ближе, я увидел отряд людей в такой же броне, как у наших четырёх сопровождающих. Заметив нас, они тут же прервали работу, окликнули друг друга и отдали честь, прижав руки к груди. Должно быть, это люди герцогского дома.
— Кто они?
— Это солдаты, состоящие на службе у нашей семьи. Они регулярно патрулируют наши владения и следят, чтобы на дорогах было безопасно и спокойно.
— Они прибыли с нами в качестве охраны, а вчера получили задание обследовать лес.
Обследовать?
— Рёма, ты знал, что за последние несколько лет стало больше встреч с монстрами и сообщений о причинённом ими ущербе?
— ...? Нет, впервые слышу.
— Понятно. Такое случается волнами, но в последние годы число случаев растёт. Мы надеемся повысить безопасность, участив патрули. В этих местах монстры и раньше встречались редко, но после того, как недавно мы узнали о тебе...
Узнали обо мне?
— О том, что ты здесь живёшь. И ещё: когда мы приходили в прошлый раз, ты ведь принёс Хьюзу одеяло из шкуры чёрного медведя? Это самое сильное существо в этом лесу. Поэтому мы и задумались: может, это ты незаметно для нас истреблял монстров, которых в последние годы стало больше. На всякий случай вчера я велел им обследовать лес в окрестностях дорог.
Вот оно что, оказывается, здесь творилось такое... Погодите, не поэтому ли вчера мне подарили столько всего?
Я уже хотел спросить об этом Райнхарта, когда от отряда отделился и вышел вперёд мужчина в чуть более нарядной броне, чем у остальных. Райнхарт вместе с Себасом отошёл от нас, чтобы выслушать доклад.
Оставшиеся отошли немного в сторону, чтобы не мешать отряду. Тогда я заметил вдалеке Себаса: он с помощью пространственной магии доставал конную карету. Я слышал, что у них есть карета, но не знал, что её тоже хранят с помощью пространственной магии. Я даже не подозревал, что такое возможно.
Увидев, как Себас сам вошёл в отверстие, созданное пространственной магией, я понял: вероятно, это и есть промежуточное заклинание пространственной магии — «Пространственный дом». Оно представляло собой улучшенную версию Хранилища предметов с куда большим объёмом. Говорили, при желании внутри даже можно жить. Так мне рассказывали боги, но сам я видел это впервые. Пока я об этом думал, Себас вытаскивал одну карету за другой. Да сколько же туда помещается? Увидев, как я таращусь от удивления, Элиария самодовольно хихикнула.
— На этих каретах мы и поедем. Но в Пространственный дом Себаса помещается гораздо больше — там лежат и все наши вещи, знаешь ли.
Туда ещё что-то помещается?! — мысленно воскликнул я, после чего Элиза взяла меня за руку и повела в ту же карету, где разместились четверо членов семьи. Карета была рассчитана на шесть человек, а со мной нас стало пятеро. Немного погодя к нам присоединился Себас. К слову, слизней устроили на багажной площадке на крыше кареты. Обычно туда складывали всякие предметы роскоши — например алкоголь и закуски, которыми можно было наслаждаться в дороге.
Убедившись, что со слизнями наверху всё в порядке, мы стали ждать, пока закончатся общие приготовления и подадут сигнал к отправлению. Раз уж мы ехали в одной карете, я набрался смелости и спросил Себаса о магии, которую он использовал раньше. Оказалось, он был одним из ведущих пространственных магов королевства и, помимо пространственной, специализировался на магии воды. Он сказал, что умеет пользоваться продвинутой пространственной магией, и тогда я задал ещё один интересовавший меня вопрос.
— Продвинутая пространственная магия, «Иной мир»... Вы умеете её использовать?
Себас явно впечатлился моим вопросом.
— О, откуда вы знаете об этом заклинании?
— Фамильяры... легко пугают горожан. Вместо магии призыва... может, можно пространственную... Я спросил бабушку, она рассказала.
— Себас, пространственной магией можно заменить призыв и отзыв?
— Можно. Фамильяры способны жить как в Пространственном доме, так и в Ином мире. Если держать их там, вероятно, получится не причинять горожанам лишнего беспокойства.
Слава богу. Если бы это оказалось невозможно, в будущем у меня возникли бы кое-какие проблемы.
В этом мире существовала магия, очень похожая на мой контракт приручения со слизнями, — магия призыва. Как и магия приручения, она позволяла заключить с монстром контракт, обязывающий его подчиняться, но при этом монстра призывали к себе только тогда, когда он был нужен, поэтому такую магию считали гораздо удобнее. Из-за этого магия призыва постепенно вытесняла магию приручения: её выбирали всё чаще... Впрочем, мне было всё равно.
Я рассудил, что преимущества магии призыва можно заменить пространственной магией, поэтому при перерождении выбрал в качестве навыка магию приручения. Отчасти это было ещё и потому, что из-за каких-то ограничений мне сказали выбрать вдобавок к приручению ещё один вид магии.
— Отношение людей зависит от места, но многие укротители со временем начинают испытывать стыд...
— Однако есть и другая проблема. Во-первых, чтобы заменить призыв и отзыв, нужна пространственная магия промежуточного уровня или выше. Кроме того, монстра, помещённого в Пространственный дом, способен выпустить только тот пространственный маг, который его туда отправил. Неважно, пользуется укротитель пространственной магией сам или нанимает кого-то другого: если по какой-либо причине этот маг больше не сможет применять пространственную магию — особенно если умрёт, — фамильяра уже никогда не получится вернуть наружу. Это относится ко всему, что хранится с помощью любой пространственной магии, независимо от её сложности. Так что всё зависит от самого человека. Кто-то решает пользоваться ею, а кто-то считает риск слишком большим.
...Если подумать, три бога тоже обсуждали между собой этот вопрос.
— Что касается ответа на ваш вопрос, господин Рёма, я умею использовать Иной мир. Однако это заклинание мне не по душе. Это пространственная магия высочайшей сложности, и тех, кто ею владеет, уважают как элитных пространственных магов... но на этом всё.
— Что... вы имеете в виду?
— Это крайне непрактичная магия. Если объяснять по порядку... Для использования Иного мира нужно пройти три этапа. На первом с помощью магии создаётся огромное пространство. Именно этот этап определяет размер Иного мира, а размер зависит от запаса магической энергии самого человека.
— ...То есть у кого больше магии... пространство больше... у кого меньше... меньше?
— Именно. Более того, на первом этапе человек расходует всю свою магию и сильно истощается — иногда после этого приходится несколько дней лежать в постели. А если первый этап не удаётся, созданное пространство пропадает и всё приходится начинать сначала.
То есть все усилия пойдут прахом...
— После успешного первого этапа на втором созданное пространство соединяют порталом с текущим местоположением. Это тоже расходует огромное количество магии, а в случае неудачи всё приходится начинать заново. Эти два этапа — подготовка. На третьем остаётся лишь открыть ворота и пройти через них. Иными словами, одно открытие и закрытие таких ворот в среднем расходует от пяти до десяти тысяч единиц магической энергии. И речь здесь именно о магической энергии: чтобы стать королевским магом, её запас должен составлять не менее десяти тысяч единиц... Даже лучшие маги королевства после одного применения могут лишиться сил и не суметь двигаться. Этим заклинанием нельзя злоупотреблять. К тому же возникает вопрос, что вообще стоит помещать в пространство, созданное такими усилиями, — и это тоже делает заклинание непрактичным.
Тут в разговор вступила Элиария.
— Что вы имеете в виду? Чем оно больше, тем больше вещей туда можно положить, разве нет?
— Можно, но если речь лишь о мебели и вещах для путешествия, промежуточного Пространственного дома более чем достаточно. Если же вы хотите хранить нечто, что поместится только в Ином мире, это должно быть что-то размером с дворец или крепость. И тогда следующей проблемой станет уже то, как вообще такую вещь перемещать. В итоге магия будет потрачена впустую, не принося пользы.
— Об этом я не подумала.
Выходит, недостатков у этой магии хватало. Впрочем, большую их часть я и так уже знал, поэтому пока разумнее было сосредоточиться на освоении промежуточного Пространственного дома. Всё-таки мои фамильяры — слизни.
Пока я размышлял, Себас добавил:
— Однако некоторые крупные монстры вырастают до размеров замка, так что Иной мир может пригодиться, если когда-нибудь вы заключите контракт с таким монстром.
— Вот как... Большое спасибо.
— Не стоит. Пожалуйста, спрашивайте обо всём, что вас интересует.
— Кстати, Рёма, магией каких стихий ты умеешь пользоваться? Ты упоминал землю и пространство, а раз нагрел воду для ванны, полагаю, ещё огнём и водой?
О моих стихиях магии можно было говорить без опасений, поэтому я честно ответил Элиарии.
— Бабушка... сказала... всеми.
— Всеми стихиями? Это необычно. Есть среди них те, которые ты стараешься развивать особенно усердно?
— В основном земля и пространство... немного огня и воды... вообще все понемногу, но только сколько нужно для жизни.
— Хм... И вдобавок ты умеешь пользоваться магией приручения и барьерной магией? Смотри не распыляйся на всё подряд, а то в итоге ни одной стихией толком не овладеешь.
— Понимаю.
Если подумать, боги тоже меня об этом предупреждали.
— ...Я сказала что-то смешное?
— А?
— Ты немного улыбался, Рёма.
Ой, похоже, это отразилось у меня на лице.
— Бабушка... однажды сказала то же... потому что я ещё немного занимался... магией исцеления и алхимией.
— Понятно. А я уже переживала, что сказала что-то странное.
— Но алхимия? Вот уж действительно необычное увлечение...
Если подумать, об алхимии я почему-то мало что слышал. Стоит расспросить.
— Это редко встречается?
— В наши дни алхимика ещё попробуй найди. Их число резко сократилось после того, как расплодились мошенники, обещавшие создавать золото. Давным-давно жил человек, которого называли Королём алхимии. Он сумел получить большую прибыль, но это единственный известный мне успешный случай.
— Некоторые говорят, что основы алхимии заложил Король алхимии, а современную алхимию создали люди, желавшие повторить его успех и разбогатеть. Нынешние методы намного уступают техникам Короля алхимии, поэтому сегодня алхимию считают просто способом мошенничества, а сами алхимики оказались в довольно шатком положении.
— К тому же за алхимиками закрепился образ скрытных и жутковатых людей. В других гильдиях, связанных с магией, тоже не всё принято разглашать, но алхимики заходят в этом слишком далеко.
Райнбах, Себас и Элиария отзывались об алхимиках довольно негативно. Впрочем, это чем-то напоминало и отношение к так называемым алхимикам на Земле.
— Лучше... не говорить... что я учился алхимии?
— Да, так будет лучше.
— Понимаю.
После моего ответа Элиария задала вопрос.
— Рёма, а чем вообще занимаются алхимики?
И как мне на это ответить?..
— Других алхимиков... не знаю, поэтому не уверен. Я умею только... очищать каменную соль.
— Каменную соль? В той местности добывают ядовитую каменную соль, так что она ничего не стоит. И что ты можешь с ней сделать?
— В каменной соли... много минералов... если съесть, они ядовиты. Но если отделить... минералы от соли... её можно есть. Я только... удалил минералы... сделал её съедобной.
— Ты и такое умеешь?!
— Да. Когда вы ночевали у меня... соль в еде... вся была из каменной соли с того утёса.
Райнхарт заметно оживился, но тут же успокоился.
— Это удивительно! Если так можно, эту соль можно было бы продавать... А, нет, забудь. Каменная соль из тех мест уже несколько лет печально известна как несъедобная. Никому и в голову не придёт её покупать.
— Правда?
— Когда-то один авантюрист забрался глубоко в лес, добыл каменную соль, а потом продавал её, выдавая за соль из другого места. За исключением отдельных областей, охотникам и собирателям разрешено свободно добывать природные ресурсы, поэтому жадные дворяне пытались монополизировать залежи каменной соли в своих владениях. Вероятно, тот авантюрист хотел этого избежать и солгал о месте добычи, чтобы оставить всю прибыль себе. В итоге соль разошлась среди множества людей, многие заболели, а авантюриста казнили. Поднялся огромный шум, и теперь всё королевство знает, что каменную соль из леса Гана во владениях Джамилей есть нельзя. К счастью, мы и раньше не продавали каменную соль, поэтому наша торговля от этого не пострадала...
Значит, и в других мирах врут о месте происхождения...
— На том утёсе... каменной соли мало... Спрос не покрыть. Если продавать на рынке... не выдержит конкуренции с местами, где много безопасной соли. Но герцогскому дому Джамиль и ближайшим деревням... для своих нужд должно хватить.
— Понятно. Жаль.
Даже болтая о пустяках, я узнавал всё больше нового. Карета приятно покачивала меня, а я прислушивался к непринуждённой беседе вокруг.
# Глава 1, эпизод 8: Первый город
Карета ехала дальше, время от времени останавливаясь на отдых, пока солнце не начало клониться к закату.
Передо мной в ряд лежали десять монет.
Девять из них делились на три группы: три бронзовые, три серебряные и три золотые. Я держал их на обеих ладонях.
В каждой группе были малая, средняя и крупная монеты. По размеру малая примерно соответствовала японской монете в 5 иен, средняя — в 100 иен, а крупная — в 500 иен.
Кроме того, Элиза держала белую металлическую монету размером примерно с японскую монету в 1 иену.
— Последних двух монет у нас сейчас нет, но те, что лежат у тебя, — бронзовые, серебряные и золотые. А у меня платиновая монета. У каждого из этих четырёх видов есть малая, средняя и крупная монета. Всего двенадцать монет — это вся валюта, которой пользуются в этом королевстве. Отсчёт начинается с малой бронзовой монеты: одна такая монета стоит 1 сут. Средняя бронзовая стоит в десять раз больше — 10 сутов. Крупная бронзовая — ещё в десять раз больше, то есть 100 сутов. С серебряными немного иначе: малая серебряная стоит в пять раз больше — 500 сутов, а средняя серебряная вдвое дороже — 1 000 сутов. Дальше до крупной золотой монеты множители чередуются: в пять раз, затем в два. А у платиновых монет снова каждый следующий номинал в десять раз дороже предыдущего.
Иными словами, получалось так:
Малая бронзовая монета — 1
Средняя бронзовая монета — 10
Крупная бронзовая монета — 100
Малая серебряная монета — 500
Средняя серебряная монета — 1 000
Крупная серебряная монета — 5 000
Малая золотая монета — 10 000
Средняя золотая монета — 50 000
Крупная золотая монета — 100 000
Малая платиновая монета — 1 000 000
Средняя платиновая монета — 10 000 000
Крупная платиновая монета — 100 000 000
— Расходы обычного горожанина начинаются со 100 сутов, поэтому чаще всего в ходу бронзовые монеты. Серебряными расплачиваются в небольших лавках и откладывают их в сбережения, а золотыми в основном пользуются крупные лавки и знать. Платиновая монета в руке миледи даже среди знати встречается нечасто; ею обычно расплачиваются при очень крупных покупках или используют в переговорах между королевствами.
Хорошо, стоимость монет полностью совпадала с тем, что я уже знал. Пока я сверял прежние знания с услышанным, кучер окликнул нас.
— Внимание, впереди показался город Келебан. Скоро прибудем.
Наверное, это и был город, где мы собирались остановиться по пути. А я-то думал, сегодня будем ночевать под открытым небом... Постойте. У меня ведь нет никакого удостоверения личности. Меня вообще впустят?
— Эм...
— Что-то случилось?
— Удостоверения... у меня... нет... Это... нормально?
Успокойся, я! По сравнению с тем, что было две недели назад, у меня ведь уже стало намного лучше! Но стоило запаниковать — и речь снова развалилась на куски...
— Не волнуйся. Тем, у кого нет удостоверения, выдадут временное. Проверка совсем простая, никаких проблем не будет.
Фух, слава богу. Но всё-таки хотелось что-нибудь сделать... с этой моей манерой говорить.
Пока я об этом думал, сам того не заметив, вздохнул. Элиза это заметила.
— Ты в порядке? Не нужно бояться. Что бы ни случилось, мы тебя защитим. Город совсем не страшный, хорошо?
— А...
Похоже, она что-то неправильно поняла. Надо объяснить.
— То, что... сейчас... Это было не... из-за города.
— Правда? Тогда что тебя тревожит?
— Слова... мои. Странно звучат, да? Как я... сейчас... говорю.
— ...Хм...
— Три года... не разговаривал. Потом две недели назад... когда господин Райнхарт пришёл... слова не складывались. Я сам удивился... Поэтому две недели... всё говорил со слизнями... чтобы хоть немного лучше... Но всё ещё странно... Никак не полу— кх!
Что?! Г-госпожа?! Она вдруг обняла меня.
— Всё будет хорошо, Рёма! Не торопись, шаг за шагом. Ты теперь не один... шмыг.
[[image:/storage/reader-images/c8703b7e3eb9f6688c09fed589d818cd42e777af.jpg]]
Она плакала?! ...Оглядевшись, я увидел, что глаза были на мокром месте не только у Элизы, но и у Элиарии и всех мужчин?! Почему... Хотя, если посмотреть со стороны, наверное, я и правда звучал как ужасно одинокий человек.
Три года ни с кем не разговаривал, дошёл до того, что разучился нормально складывать слова, а потом тренировался разговаривать со слизнями...
— Всё хорошо! Я сам... решил... жить в лесу.
После этого все ещё какое-то время ходили мрачные. Мои заверения, что со мной всё в порядке, явно не помогали: Элиза так и не отпустила меня до самых городских ворот.
У ворот Себас и Райнхарт сами заговорили со стражей. После короткого разговора со стражником нас всех провели в служебное помещение. Вообще-то позвали только меня, но Элиза беспокоилась и пошла вместе со мной. И вот теперь... при проверке моей личности и стражник, и его начальник были скованы страхом.
Простите, незнакомые мне люди, что из-за меня вас тоже втянули во всё это...
— Н... Н-н-ну что ж, п-п-пожалуйста, приложите руку к-к-к этому кристаллу.
Он не просто заикался на каждом слове — у него ещё и голос срывался. Впрочем, уж мне-то было не к лицу придираться к чужой речи.
— Да, господин.
Стоило мне послушно приложить ладонь к кристаллу, как тот засветился синим. Стражник ошеломлённо переводил взгляд с меня на кристалл и обратно.
— М-мальчик, пойдём-ка со мной на минутку.
Что-то не так? Синий свет ведь должен означать, что я невиновен... Тут в разговор вмешались Себас и Элиза.
— Возникла проблема?
— Свет был синим. Значит, он ни в чём не виновен, разве нет?
— Д-д-да, синий! Но награда! Здесь есть запись, что он победил разбойника, за которого назначена награда. Мне нужно всё подтвердить и выплатить ему деньги!
Оба взрослых приняли это объяснение. Но запись решили подтвердить и награду выплатить прямо у них на глазах.
— Т-тогда я должен спросить: мальчик, это ты победил того разбойника?
— Да, господин.
— В кристалле записано, что ты победил Мелзена по прозвищу Красное Копьё. Это правда?
Эм-м... Откуда мне знать? Кто это вообще?
— Не знаю... кто... это.
— Если скажу, что это мужчина с багровым копьём и такими же красными доспехами, вспомнишь кого-нибудь?
После этих слов мне вспомнился один человек. Я решил, что копьё — стоящее оружие, поэтому сразу убрал его в Хранилище предметов.
— Вспомнил. Копьё... у меня. Это будет... доказательством?
— Если оно у тебя, я хотел бы его увидеть.
Я достал копьё из Хранилища предметов и протянул ему. Начальник внимательно осмотрел оружие со всех сторон... а затем влил в него магическую энергию. Наконечник тут же вспыхнул красным пламенем.
Что?! Так вот что умеет это копьё... Интересно, у меня тоже получится? Потом надо попробовать.
— Ошибки быть не может. Красное копьё — магическое оружие, способное выпускать пламя. Оно принадлежало Мелзену по прозвищу Красное Копьё. Награду тебе подготовят немедленно.
Начальник отдал приказ солдату, который привёл нас сюда, и тот поспешно выбежал. Я провожал его взглядом, когда начальник снова заговорил со мной.
— Вот уж не думал... Значит, Мелзена всё-таки победили. Он сумел ускользнуть от множества авантюристов и рыцарей и явно был весьма умелым бойцом. Если вопрос не слишком бестактный, можно спросить, как именно ты его одолел?
Даже не знаю, что сказать... Ничего особенного я не делал...
— На меня напал раненый разбойник... Перед смертью бормотал... что напарник его предал. Мне было неспокойно... зная, что такой человек где-то рядом... Я поискал... и нашёл его в пещере. Он там пил.
— И ты напал на него там?
— Нет. Я укротитель. Отправил ядовитого слизня... в бочку с вином.
— А, понятно. Вот как ты его победил. Ясно. Спасибо, что рассказал.
Как раз тогда вернулся солдат с наградой. Я получил её, предъявив временное удостоверение, и вышел из помещения. Сопровождающим велели заранее отправиться к месту ночлега, поэтому снаружи их уже не было. Судя по всему, мы собирались немного прогуляться по городу, чтобы Элиария могла осмотреться.
К слову, награда за Мелзена составила 700 малых золотых монет. Увесистую груду я сразу отправил в Хранилище предметов и в одно мгновение стал богачом.
И что теперь делать...
После трёх лет такой жизни я совершенно не представлял, на что тратить эти деньги. Для начала стоило поблагодарить всех, кто сопровождал меня.
— Большое вам всем спасибо.
— Да ладно, не стоит так скромничать.
— И всё-таки подумать только: именно ты прикончил того Мелзена... Хм...
— Сейчас куда важнее город!
— Элия, успокойся.
— Но я впервые вижу такой большой город!
— Правда?
— Да. Как я и говорила вчера, это моё первое долгое путешествие. Рядом с домом мне негде вот так гулять, а главное — это крупнейший торговый город во владениях дома Джамиль! Не так много мест, где людей было бы ещё больше!
— Вот как...
Людей вокруг и правда было немало, но после Токио толпой это не казалось. По сравнению с толпой на станции метро или в набитом битком поезде здешнее скопление людей казалось совсем небольшим.
...Если подумать, первый город в другом мире не вызвал у меня особых чувств. Старомодные здания выглядели любопытно, но ничего особенно поразительного в них не было, да и представителей других рас — зверолюдей или эльфов — я пока не видел...
Постойте, юная госпожа слишком спешила. Поток людей уже утаскивал её за собой. Сразу было видно, что она не привыкла ходить по таким городам. Это могло плохо кончиться, поэтому я поспешил её догнать.
— Сюда, госпожа.
— Б-большое спасибо. Здесь столько людей, я чуть не столкнулась с кем-то.
Стоило Элиарии заметить что-нибудь интересное, как она тут же останавливалась и глазела. Её неопытность была видна за версту, и она уже привлекла внимание каких-то подозрительных типов. Одна женщина шла сзади прямо на неё, и я оттянул Элиарию в сторону, чтобы они не столкнулись.
— Осторожно.
— Грр... Тц.
Не сумев столкнуться с юной госпожой, женщина раздражённо покосилась на меня и цокнула языком. Наверное, всё-таки карманница.
— Большое спасибо. Ой? А это что?
Только не снова... На этот раз кто-то был в переулке, мимо которого мы вот-вот должны были пройти. Я успел схватить Элиарию прежде, чем она поравнялась с переулком, и притянул к себе.
— Смотрите, куда идёте.
— А?!
— Ой!
Из-за того, что я дёрнул её к себе, мужчина не рассчитал момент и споткнулся, выходя из переулка.
— Из переулков... люди выходят. Осторожнее.
— Б-большое спасибо...
Предупредив Элиарию, я подошёл к мужчине.
— Вы в порядке...? Не ушиблись...?
— Чего тебе надо, сопляк...?!
Мужчина попытался схватить меня за ворот, но я незаметно отклонил его руку вверх и перехватил правой рукой. Одновременно подвёл левую руку ему под локоть и заслонил собой Элиарию, чтобы она не видела, как я выкрутил ему руку и лишил равновесия. Поняв, что сейчас кувыркнётся, мужчина замолчал. Я подхватил его прежде, чем это случилось, и снова посмотрел ему в глаза.
— Я спросил: вы не ушиблись?
— Д-да... Извини. Спасибо, что подхватил...
— Осторожнее впредь.
Когда я отпустил его, мужчина потёр руку через одежду и поспешно ушёл. Вот ведь, сам ошибся — так зачем сразу лезть в драку с ребёнком... Хотя внутри-то я старик. В последнее время я и сам уже не понимал, кто я — ребёнок или старик.
— Рёма! Пойдём теперь вон туда!
Опять?! И преступники тоже за нами тащатся, чёрт побери!
После этого мне ещё какое-то время пришлось изрядно помучиться, защищая юную госпожу от карманников, вымогателей, похитителей и прочих головорезов, замышлявших всякое. Хотя члены герцогского дома были готовы вмешаться в любую секунду, они почему-то решили оставить всё на меня.
Серьёзно, с безопасностью в этом городе всё настолько плохо...?
# Глава 1, эпизод 9: В городской гостинице
Сторона ???
Рёма продолжал присматривать за Элиарией, пока Себас не позвал её обратно в гостиницу. Теперь они снова были в холле и оформляли заселение.
— Ай-ай-ай...
— Миледи, вы в порядке?
— Да, просто ноги немного устали. И ещё после кареты... Рёма, а ты нормально перенёс дорогу?
— Никаких проблем.
Усталость с дороги и слегка побаливавший после тряски в карете зад для Рёмы были сущей мелочью. Поняв, что он и правда так считает, Элиария чуть поникла, невольно сравнив себя с ровесником. Одна из служанок это заметила и тут же заговорила с ней.
— Для первого путешествия это совершенно нормально, миледи.
— Арауне.
— К каретам быстро привыкаешь, если ездишь чаще. Господин Рёма, похоже, перенёс дорогу без проблем. Но для вас это тоже была первая поездка в карете?
— Это была... первая.
— Вот как? Вы выглядели так спокойно, что я решила, будто уже ездили раньше.
— Не ездил... Но я бегал рядом с ними... и раньше их тянул.
В школьные годы Рёма во время ежедневных тренировок бегал рядом с рикшами, которые тянули люди, и не раз их обгонял. В конце концов его даже приметил владелец рикш и предложил работу. Вспомнив с ностальгией, как самому доводилось тянуть рикшу, Рёма и ляпнул эти слова. Однако Элиария и Арауне решили, что его заставляли тянуть кареты вместо лошадей. Из-за внезапного недоразумения разговор оборвался, а воздух словно потяжелел.
...Что? Я сказал что-то странное...?
Если слишком много рассказывать о прошлом, в придуманной истории легко появятся нестыковки. Поэтому Рёма и старался создать впечатление, будто за плечами у него такое прошлое, о котором неловко расспрашивать. Но на этот раз слова вырвались случайно, и он сам не понял, что именно они вызвали внезапно болезненное выражение на лицах Арауне и Элиарии.
Растерявшись, он попытался сменить тему.
— Эм... госпожа, вы раньше... никуда не выезжали? Вы с каретой... будто не очень знакомы... вот мне и стало интересно.
— Нет-нет, я и раньше выезжала. Просто до сих пор, когда нам нужно было попасть в другой город, я ездила верхом на фамильярах мамы или дедушки. В самих городах пользовалась каретами, но только недолго.
— Понятно.
Но человек, который больше сорока лет не умел толком общаться с людьми, не мог вдруг научиться так легко разряжать неловкость в разговоре. Беседа снова постепенно сошла на нет, и воцарилась тишина.
В конце концов молчание нарушил Райнхарт, вернувшийся после обсуждения завтрашних планов с сопровождающими.
— Все сегодня хорошо потрудились. Элия, сегодня ночевать под открытым небом не будем, так что как следует отдохни.
— Да, отец.
— А тебе, Рёма, мне не удалось достать такую же комнату, как у нас. Прости, но придётся переночевать в одной из комнат для слуг постояльцев.
— Мне этого вполне достаточно.
— Комната большая, а Себас сейчас улаживает формальности, чтобы поселить тебя вместе с Зефом и остальными. Думаю, среди знакомых лиц тебе будет спокойнее.
— Большое спасибо.
Поблагодарив его, Рёма ушёл вместе с Себасом, а Элиария с родителями отправилась в их комнату.
■ ■ ■
В комнате, отведённой герцогской семье.
Четверо представителей герцогского дома Джамиль отдыхали в комнате, когда Райнхарт неожиданно обратился к Элиарии.
— Элия, о чём вы с Рёмой говорили в холле? Атмосфера там была какая-то напряжённая.
От этих слов Элиария вздрогнула.
— П-правда в том, что я немного затронула прошлое Рёмы...
— Вот как?
— Да. Рёма так спокойно перенёс дорогу, что я решила, будто он привык ездить в каретах... но... сегодня он впервые ехал в карете. Он сказал, что раньше в них не ездил, зато бегал рядом с ними и сам их тянул...
— Понятно... Но сам он, похоже, не слишком из-за этого переживал. И после разговора вёл себя как обычно. Так что и тебе, Элия, не стоит слишком волноваться.
— Не переживай, дорогая. До гостиницы ты ведь таскала его за собой повсюду, правда? Вот и продолжай вести себя с ним так же.
Когда ей на это указали, Элиария покраснела.
— Это... К-когда теперь вспоминаю, так стыдно... Я слишком увлеклась.
— Согласна. Это и правда было несколько неподобающе.
— И-и-и...
— Хо-хо, быть энергичной — хорошо. Элия ещё ребёнок, и в этом есть своё очарование. Но терять бдительность нельзя. Если будешь так беспечна, только сама привлечёшь внимание всякого отребья, понимаешь? Береги себя.
— Да...
— А теперь иди искупайся и ложись спать. Завтра снова в путь. И снова ночёвка под открытым небом, ясно?
— Понятно. Спокойной ночи, мама, папа, дедушка.
С этими словами Элиария вышла из комнаты и отправилась в ванную. Когда она скрылась из виду, взрослые сменили тему.
— Фух... ну так что вы думаете о Рёме?
— Я сказал Элии не переживать, но, если честно, поводов для тревоги немало.
— Но ребёнок он, похоже, хороший. Да и если бы он что-то замышлял, думаю, наоборот, старался бы вести себя как обычный ребёнок, чтобы не вызывать подозрений.
— Согласен. Но что же за жизнь ему пришлось прожить, чтобы стать таким? Он говорил, что расправился с разбойниками с помощью ядовитых слизней, однако это далеко не всё, на что он способен. Да и сам он весьма силён: Элия таскала его за собой повсюду, а он между делом спокойно её защищал.
— Да, на неё покусились лишь дилетанты, которые даже нас не заметили, но Рёма показал отличные навыки. Нам он сильно облегчил работу.
— Именно.
Райнбах посмотрел на правую руку: из рукава выглядывала маленькая змейка. Она скользнула по его ладони и высунула голову между указательным и средним пальцами, а Райнбах успокаивающе погладил её большим пальцем. Кому-то она могла бы показаться милой, но на самом деле это был монстр ранга B — змея-убийца. Боевые способности у неё были не особенно высоки, однако из-за малого размера, стремительности и чрезвычайной настороженности её было трудно обнаружить и одолеть. Именно эту настороженность Райнбах и использовал, поручая змейке следить за головорезами, приближавшимися к его внучке. Даже если бы Рёма ничего не сделал, Элиарии всё равно не грозила настоящая опасность.
— Если он уже в таком возрасте настолько искусен, значит, наверное...
— Сейчас нет смысла об этом тревожиться. Пока человек жив, в силе нет ничего плохого. Нам лишь нужно за ним присматривать.
— Верно. Однако его реакция на город, как и ожидалось, всё же не радует.
— Да. Не говорю, что он должен радоваться так же бурно, как Элия, но ребёнок обычно хоть немного оживляется.
— Он даже глазом не моргнул ни из-за размеров города, ни из-за количества людей. Будто смотрел на камешек у дороги.
В каком-то смысле Райнбах не ошибался. Только истолковал увиденное совсем не так, как сам Рёма. Рёма действительно смотрел на людские толпы почти как на камешки у дороги, но лишь потому, что прежде жил в таком густонаселённом месте, как Токио, и каждый день находился среди подобных скоплений людей. Он ежедневно видел толпы куда больше, поэтому количество людей в этом городе ничуть его не удивляло, да и местные виды не вызывали особого интереса. Потому он и смотрел на всё без особых эмоций. Но троим взрослым, не знавшим его обстоятельств, казалось, будто в его глазах вовсе нет жизни.
— Тяжело видеть такой взгляд у ребёнка, у которого вся жизнь впереди...
Так в тот день, пока самого Рёмы рядом не было, недоразумений вокруг него только прибавилось.
■ ■ ■
Тем временем — в комнате, отведённой слугам.
Себас привёл Рёму в комнату, где тот должен был провести ночь.
— Простите.
— Прошу прощения.
Поздоровавшись, они вошли и увидели, что Джилл, Зеф, Камил и Хьюз уже внутри. Комната была просторной, но простой: в ряд стояли шесть кроватей, рядом с каждой — небольшой столик.
— О, пришли!
— Добро пожаловать.
— Мы тут всего на одну ночь, но давай поладим.
— Кровать в углу свободна.
— Спасибо. Тогда буду на вас рассчитывать.
После приветствий пятеро остальных обитателей комнаты разговорились и начали расспрашивать Рёму.
— Кстати, чем ты обычно занимаешься?
— А?
— Мы живём в городе, так что вечером можем сходить поесть, выпить, а ты ведь жил в лесу, да?
— О... Обычно я исследую слизней... и тренируюсь в магии. Ещё занимаюсь физическими упражнениями.
— ...И всё?
— Да.
— Тебе не скучно?
— Магия и исследования слизней... это интересно.
— Если тебе нравятся исследования, может, у тебя есть задатки исследователя.
— Мне такое точно не подойдёт.
— Кстати, господин Рёма иногда употребляет довольно сложные слова и очень вежливые выражения. Вы где-нибудь учились?
— Меня учила бабушка. Она говорила, что знания и хорошие манеры... важны, чтобы устроиться в жизни.
— Похоже, бабушка господина Рёмы была замечательным человеком.
— Она умела всё... кроме боя с оружием.
— О? А каким человеком был твой дед?
— Полная противоположность бабушке... Он умел только делать оружие и сражаться. Но с оружием обращался очень хорошо. И оружие, которое он делал... было высшего класса. Мне до него было далеко... и в бою, и в кузнечном деле.
— Ого, так ты ещё и кузнец?
— Я помогал... поэтому основы знаю. Но по-настоящему не учился... и уже больше трёх лет этим не занимался. Смогу выковать разве что тупую бракованную железку.
— В том лесу нормальных инструментов и материалов, конечно, не достать.
— Теперь, когда ты вышел из леса, всё нужное можно просто купить. Но важнее другое: есть что-нибудь, чем тебе хочется заняться? До ужина ещё есть время — можно даже прогуляться.
Тогда Рёма спросил:
— В таком случае... можно узнать, где... церковь?
— Церковь? Извини, но в это время она уже закрыта.
— Церковь в этом городе закрывает ворота ещё до темноты, так что попасть туда нужно пораньше. Кстати, здесь две церкви. Какого учения ты придерживаешься — Творения или Божественности?
— Творения.
— Тогда, к сожалению, на сегодня церковь уже закрыта. Вот если бы это была Церковь Божественности, там за достаточно крупное пожертвование ворота бы открыли...
— Правда?
— Церковь Божественности очень распространена, но среди её священников немало продажных: за соответствующее пожертвование они готовы почти на что угодно.
— Даже среди верующих многие верят в богов, но не доверяют священникам. Говорят, что те, у кого на уме одни деньги, уходят в Церковь Божественности, поэтому в Церкви Творения остаётся больше по-настоящему набожных священников.
— Боги у них одни и те же, да и учения различаются не сильно. Большинство людей выбирает церковь по размеру общины и характеру её прихожан.
— Я этого не знал... большое спасибо.
— Не за что. Но ты, должно быть, довольно набожный, раз церковь — первое место, куда тебе захотелось пойти.
— Правда?
— ...Я и сам придерживаюсь Учения Творения, но в церковь хожу от силы раз в месяц. А в дороге почти совсем не молюсь.
— А до того, как поселиться в лесу, ты часто ходил в церковь?
— С самого рождения... ни разу... не ходил. Просто молился... каменной статуе дома. И в доме в лесу тоже сделал каменную статую... с помощью магии земли.
— Тогда как насчёт того, чтобы купить камень и сделать себе статую? Это гостиница высокого класса, так что у них наверняка найдётся камень, пригодный для резьбы статуй богов.
По предложению Себаса Рёма купил в гостинице три больших каменных блока. Правда, камень там оказался довольно высокого качества, поэтому три блока обошлись в одну малую золотую монету — неожиданно дорого. И всё же Рёма их купил, вернулся в комнату и принялся работать магией земли.
На этот раз статуи получились настолько искусно проработанными, что Камил принялся шумно восхищаться, а Себас похвалил работу Рёмы и сказал, что таким ремеслом вполне можно зарабатывать на жизнь. Такая детализация объяснялась просто: Рёма лично встречался с богами и потому отчётливо представлял их облик. Благодаря навыку «Контроль магии» он мог очень точно управлять магией земли. Наконец, в прошлой жизни он увлекался изготовлением фигурок, так что подобная работа была ему привычна.
Хьюза и остальных эти подробности не особенно интересовали. Рёма же просто наслаждался покоем и улыбался, слушая, как хвалят стоявшую перед ним статую. В этой спокойной, умиротворённой атмосфере он закончил все три статуи, а когда завершил молитву, уже подошло время ужина.
За ужином Рёма снова приятно и спокойно провёл время, а затем лёг спать пораньше, готовясь к новому дню.
# Глава 1, эпизод 10: Происшествие
На следующий день.
В итоге в церковь города Келебан мы так и не зашли. В Гимуле, куда мы направлялись, тоже была церковь, так что схожу уже там. А до тех пор буду молиться каменным статуэткам, которые вырезал вчера.
Так что до Гимула нас ждала спокойная поездка в карете — по крайней мере, я так думал...
— Немного холодно...
— Наверное, из-за дождя.
— Всё же странно, что в это время года льёт так сильно.
— Похоже, нам не повезло, Элия.
Через несколько часов после отъезда из города нас накрыл ливень, который, судя по всему, для этого времени года был необычным. Дорогу сильно развезло, карету трясло сильнее обычного, поэтому двигались мы медленно. Если честно, я уже давно не сталкивался с невезением.
С тех пор как я попал в этот мир, в отличие от жизни на Земле, ни разу не случилось ничего такого, из-за чего я мог бы назвать себя невезучим. К тому же мы сидели в карете — разве какой-то дождь можно считать большой неудачей? Стоило мне об этом подумать, как я тут же убедился в обратном. Карета остановилась, и к нам сразу подошёл один из сопровождающих.
— Господин, похоже, из-за дождя впереди сошёл оползень. Мы проверили дорогу: в ближайшее время проехать там не получится.
— Что? Вы уверены?
— Да, дорога полностью перекрыта. Там ещё лежит немало обвалившихся валунов и поваленных деревьев, так что сейчас не проехать.
— Объезд есть?
— Маршрут ещё уточняют, но объезжать придётся далеко, а на всех возможных дорогах замечали крупные шайки разбойников. По словам одного из наших людей с навыком предсказания погоды, дождь должен прекратиться через несколько часов. Предлагаю разбить лагерь подальше от оползня и переждать дождь, а затем с сегодняшнего вечера до завтра расчистить дорогу, чтобы как можно скорее добраться до Гимула. Если позволите узнать ваше мнение, господин...
Райнхарт ненадолго задумался и ответил:
— Да, пожалуй, так будет лучше всего. Элии тяжело даются долгие поездки — она к ним ещё не привыкла, да и опасных дорог хотелось бы избежать. Сделаем, как ты предлагаешь.
— Большое спасибо. Мы немедленно начнём подготовку.
Карета снова тронулась. Я услышал, как они говорили, что впереди есть дерево, под которым можно укрыться от дождя, но разве во время ливня стоять под деревом не опасно...? Хотя, пока грома не слышно, наверное, ничего страшного. На всякий случай буду держаться хотя бы в двух метрах от ствола. Если ударит молния, так будет хоть немного безопаснее.
Через пять минут карета снова остановилась. Вокруг все засуетились, принимаясь за работу, а Арауне забралась к нам внутрь.
— Мы сейчас спешно разбиваем лагерь. Пожалуйста, подождите ещё немного.
Арауне произнесла это с улыбкой, но я с куда большей тревогой смотрел на сопровождающих, которые за её спиной бегали под дождём. Когда-то на Земле мне довелось работать на фирму, выжимавшую из сотрудников все соки, поэтому я понимал: если дилетант полезет помогать, то лишь будет мешаться. И всё же сидеть без дела, пока остальные работают, было неловко.
Кстати, среди моей барьерной магии ведь есть барьер от дождя. Я так давно им не пользовался, что совсем забыл. Вот это их работе точно не помешает!
— Можно мне использовать барьерную магию?
— Хм? А почему вдруг?
Ой. Слишком внезапно. По одной этой фразе они же не поймут, что я задумал.
— Снаружи люди мокнут... Поставлю барьер от дождя... дождь не попадёт. Работать легче.
— Понятно, это действительно поможет. Думаю, они будут тебе очень благодарны.
Получив разрешение, я достал из Хранилища предметов плащ, который сшил из звериной шкуры. Мех у него был внутри, а снаружи к шкуре крепилась ткань, поэтому с первого взгляда могло показаться, будто плащ вывернут наизнанку. Но носить его следовало именно так. Наружную ткань я промазал клейким раствором липкого слизня; высохнув, он превратился в покрытие вроде смолы, благодаря которому вода скатывалась с поверхности. После того как я сделал этот плащ, охотиться в дождливые дни стало гораздо проще.
Я быстро надел его, подошёл к работавшим людям и активировал барьерную магию.
— Защита от дождя, укрой их и стань щитом от льющегося дождя.
После заклинания над рабочими возник куполообразный барьер, отсекавший дождь. Ни сам барьер, ни магическую энергию нельзя было увидеть, поэтому люди удивились, когда дождь вдруг перестал попадать на них. Камил всё же заметил меня прямо во время работы и благодарно махнул рукой. Остальные последовали его примеру и тоже поблагодарили меня, но я отмахнулся и уже высматривал следующую цель.
К сожалению, одним барьером накрыть всю площадку я не мог, так что оставалось ещё четыре места, где работали люди. Я начал с ближайших и прошёл их по порядку, а напоследок, вернувшись, поставил барьер и над каретой.
— Хорошая работа, Рёма.
— Спасибо... Волна.
Магией воды я смахнул оставшиеся капли, после чего вернулся на своё место пить горячий чай. Тут разговор и переключился на мой дождевик.
— Никогда раньше не видел такого дождевика. Ты сам его сделал?
— Да.
— Воду он отталкивает замечательно. Неужели в лесу Гана водятся звери с настолько водостойким мехом...?
— Я просто... намазал ткань клейким раствором липкого слизня... и высушил. Вода не просачивается. Дождь скатывается.
— У раствора липких слизней есть такое свойство?
Погодите, они не знали?
— Вы не знали?
— Клейкий раствор липких слизней используют только как клей.
Серьёзно? Почему-то в глазах Райнбаха и Элизы словно загорелись искорки. Неужели даже это оказалось новым открытием?! Да насколько же плохо здесь изучены слизни...?
— Позволишь на минуту примерить этот дождевик?
— Только попробовать.
Я достал из Хранилища предметов несколько кусков ткани.
— Вот обработанная ткань. Она тонкая, так что сразу видно: вода не проходит... Правда, ткань старая. Но если до обработки использовать слизня-чистильщика, грязи на ней не останется.
Когда-то это были обрывки одежды разбойников и набедренные повязки гоблинов, так что на их изношенность лучше просто закрыть глаза.
Я протянул ткань, и Райнбах, Элиза, а вместе с ними даже Райнхарт и Себас обмотали ею руки и высунули их из окна, под струи дождевой воды, стекавшей по барьеру.
— О! Вода и правда скатывается!
— И совсем не просачивается внутрь.
— Дождевая вода немного холодит, но если, как в дождевике Рёмы, добавить изнутри мех, это легко исправить.
— Рёма, не хочешь вместе с нами заняться разработкой таких дождевиков как това...
— Прошу прощения. Вы меня звали?
Пока четверо проверяли свойства ткани, Арауне открыла дверь кареты. Оказывается, чтобы позвать её, пока она сидела снаружи, достаточно было высунуть руку из окна.
— Нет, ничего. Рёма просто показывал нам дождевик, который разработал.
— Вот как? Тогда я вас оставлю.
Она уже хотела закрыть дверь, но я успел заметить, что её одежда промокла. Видимо, Арауне тоже приходилось выходить из-под барьера по делам. Я поспешно окликнул её и достал из Хранилища предметов занавеску — когда-то служившую трофеем разбойников, а теперь обработанную так, чтобы не пропускать воду.
— Подождите, пожалуйста... Арауне.
— Да, вам что-то нужно?
— Вот, от дождя... Не промокнет.
— Вы даёте мне это на время?
— Промокнете — замёрзнете. Хотя бы накройтесь.
— Большое спасибо. Тогда ненадолго одолжу.
Арауне с улыбкой поблагодарила меня и ушла, а мы с остальными продолжили с воодушевлением обсуждать водонепроницаемую ткань.
[[image:/storage/reader-images/a0a590e53674ffcab6442163767ec5c24c7b658b.jpg]]
Насколько я понял из разговора, главным средством защиты от дождя в этом королевстве служила кожа. Из-за этого крупные вещи вроде палаток получались тяжёлыми и занимали много места. А чтобы сделать водонепроницаемую ткань, достаточно было нанести клейкий раствор и высушить его, поэтому по сравнению с кожей она выходила гораздо компактнее и легко складывалась.
Кроме того, защитой от дождя пользуются именно под дождём. Вода и грязь неизбежно попадают на материал и пачкают ту же кожу. Ещё на ней может завестись плесень. Конечно, при правильном уходе всего этого можно избежать, но сперва отчищать грязь, затем смазывать маслом, потом снова сушить... хлопот хватает. Водонепроницаемая ткань, напротив, отталкивала и воду, и грязь, поэтому пачкалась гораздо меньше, да ещё её можно было мыть водой. Для очистки достаточно сполоснуть и высушить.
На деле я каждый раз просто смахивал капли магией воды «Волна», а потом вывешивал ткань сушиться. Даже так никаких особых хлопот не было.
Когда основные объяснения закончились, мы перешли к тому, для чего именно можно использовать такую ткань. Я, опираясь на современные знания, предложил дождевики и зонты, а потом послушал, какими приспособлениями пользуются здесь... Наконец-то я почувствовал себя как в типичном ином мире! Вообще-то моей особой силой должна была быть магия... почему же всё будто сворачивает в сторону хозяйственных дел?
Современные идеи и товары ведь в этом мире всё равно что чит-коды, правда?
Пока мы всё это обсуждали, палатки успели установить. Честно говоря, я уже и забыл, что мы чего-то ждём.
— Простите, что заставили ждать! Палатки готовы. И ещё остальные просили передать мальцу спасибо.
— Не за что.
— Сколько ещё до конца дождя?
— Человек с тем навыком сказал, ещё два-три часа. Потом начнём убирать землю после оползня.
— Хорошо. До тех пор отдыхайте посменно и обязательно дайте как следует отдохнуть магам земли.
— Понял.
Мы проводили взглядом Зефа, который ушёл передавать приказ, и вошли в палатку.
К моему удивлению, посередине оказалось большое общее пространство, а по краям от него располагались четыре отдельные комнаты. Палатка была огромной и роскошной.
— Сегодня дорога была куда ухабистее обычного, так что хорошенько отдохни.
— Да, отдохну... чтобы потом хорошо поработать.
Меня и так возили с собой в карете и обеспечивали ночлегом, поэтому хотелось хотя бы чем-то отплатить за заботу. Я так и ответил, но Райнбах озадаченно посмотрел на меня.
— Поработать? Над чем?
— Земля после оползня... Я помогу убрать... магией земли.
— Сопровождающие и сами с этим справятся. Можешь отдыхать, знаешь ли.
— Вы и так столько для меня сделали. Мне и самому это пойдёт на пользу. Пожалуйста, позвольте помочь.
— Хм... Что ж, если настаиваешь, можешь помочь. Но если устанешь, обязательно отдыхай, понял? Ты уже столько раз использовал барьерную магию, а когда магическая энергия заканчивается, это очень болезненно.
А, вот о чём он беспокоился. Я был очень благодарен за такую заботу.
— Большое спасибо. Я буду осторожен.
Через несколько часов после этого разговора...
Как и предсказывали, ливень прекратился, и началась расчистка последствий оползня. Сопровождающих, владевших магией земли, разбили на отряды вокруг меня, и каждый расчищал свой участок. Особенно быстро работал отряд, состоявший в основном из магов земли: «Разрушением камня» они дробили крупные валуны, а «Камнем» превращали землю в камни подходящего размера, поэтому справлялись заметно эффективнее остальных.
Что до меня, то у меня было «Создание блока» — заклинание, которое я придумал, объединив «Разрушение камня» и «Камень», когда выдалбливал свою пещеру в лесу. С его помощью я мог за один раз создавать множество блоков, превращая землю в то, что слизни могли унести.
С самого начала было видно: остальные работали с землёй и камнем по отдельности, а я продвигался гораздо быстрее, потому что обрабатывал и то и другое одновременно. К тому же слизни выстроились цепочкой и передавали блоки друг другу, поэтому мне оставалось лишь пользоваться магией. Работать было невероятно весело, а дело продвигалось быстро.
Увидев, как я работаю, ко мне подошёл один из сопровождающих.
— Есть минутка?
— Чем могу помочь?
— Ты ведь Рёма? Как ты вообще это делаешь? Я в первую очередь мечник, поэтому в магии не особенно силён... Но никогда не видел заклинания, которое одновременно работает и с землёй, и с камнем. Если можно, научишь меня?
— Это заклинание называется «Создание блока». Думаю, им сможет пользоваться любой, кто умеет применять «Разрушение камня» и «Камень»... Вы ведь знаете: «Разрушение камня» превращает камень в землю, а «Камень» — землю в камень?
— Ага.
— Тогда представьте превращение камня в землю и земли в камень как одно заклинание. Если так сделать, все камни в пределах действия магии превратятся в землю... а сама земля пока останется землёй — в камень она превратится уже на следующем этапе. Вот тогда нужно придать камню нужный размер... Я делаю вот такой — слизням его удобно носить.
Мужчина понимающе кивнул и попробовал заклинание на ближайшем валуне. Блоки получились разного размера, но ему удалось превратить и камень, и землю в более удобные для переноски куски камня.
— О! И правда получилось! Похоже, придётся потренироваться, прежде чем я научусь делать камни одинакового размера, зато магической энергии тратится меньше, чем если выполнять обе операции по отдельности. Спасибо, Рёма.
— Нет... Рад помочь.
Он спросил разрешения научить остальных. Я согласился — один-два человека всё равно мало что изменили бы, — и мужчина побежал обучать других «Созданию блока».
Я молча продолжал работать под косыми взглядами сопровождающих. Сам не заметил, как солнце село и прозвучал приказ заканчивать на сегодня.
— С возвращением, Рёма.
Когда я вернулся в палатку, меня вышла встречать Элиза, но...
— Буф!
— Рёма! Ты так усердно работал!
— О-отпустите... ш-шею...
Я уже собирался ответить на приветствие, когда она вдруг сгребла меня в объятия.
Д-дышать нечем! Нос и рот уткнулись ей в грудь! Пожалуйста, отпусти—
— Миледи! Вы его душите! Пожалуйста, отпустите!
— Что? Ах!
— Гх! Ха-а...
— Прости! Ты в порядке?!
— Ха-а... Да, всё нормально. Эм... Лилиан, верно?
— Д-да!
— Большое спасибо. Вы меня спасли...
— Не стоит, я рада, что с вами всё хорошо. Еда уже готова. Хотите поесть сейчас?
— Да, пожалуйста.
После этого она проводила меня к столу во внутренней комнате.
— А, Рёма. Слышал, ты здорово помог. Хорошо потрудился.
— Есть-то можешь? Не перенапрягайся.
— С телом всё в порядке.
— Хо-хо, а мне казалось, ты потратил немало магии?
— Заклинание у тебя впечатляющее. «Создание блока», верно?
— Да.
— Благодаря слизням Рёмы и тому заклинанию, которым ты научил всех магов земли пользоваться, похоже, мы закончим расчистку оползня раньше, чем ожидали.
— Рад это слышать.
Как мне рассказали, один человек сегодня полностью освоил «Создание блока», а ещё трое научились пользоваться им достаточно уверенно, и благодаря этому работа пошла гораздо быстрее. Тем, кто освоил заклинание полностью, оказался Голче — тот самый мужчина, который первым заговорил со мной. Вскоре принесли ужин, все принялись есть, и тут Элиария задала мне вопрос.
— Рёма, Рёма. А сколько у тебя магической энергии?
— А?
Если подумать, сколько у меня сейчас магической энергии? Я слышал, что при постоянном использовании магии её запас должен увеличиваться, но...
— Что-то случилось?
— Я... не знаю.
— Что?! Но обычно в десять лет уже ходят в церковь, чтобы... А, понятно. Рёма ведь жил в лесу... Тогда как ты до сих пор узнавал свой предел?
— По ощущениям тела... и интуиции.
— И этого тебе хватает?
— Я привык, так что проблем нет. Обычно измерение проводят в десять лет?
— В обычных семьях — да. В церкви измеряют статус. По показателю магической энергии тогда и определяют, сможет ли человек в будущем стать магом. А нас, дворян, измеряют уже в пять лет, и мы начинаем тренироваться раньше. Впрочем, раз ты столько времени подряд пользовался магией и совсем не почувствовал истощения, предел у тебя, должно быть, довольно высокий.
После этого разговор ушёл в другую сторону: мы стали обсуждать дальнейшие планы и город, куда направлялись.
После еды мне выделили отдельную комнату в палатке. На сегодня обязанностей больше не оставалось, а завтра сначала предстояло ещё убрать землю, после чего мы снова отправимся в путь. Стоило лечь пораньше и отдохнуть... но одна вещь не давала мне покоя.
За ужином, когда мы говорили о моей магической энергии, Элиария то и дело поглядывала на меня. Вроде бы у неё был задумчивый взгляд? Я замечал, что она смотрит, но совершенно не понимал почему. О магической энергии мы поговорили совсем недолго... и у меня даже начало складываться впечатление, будто тему специально сменили, чтобы не задерживаться на ней.
Я сказал что-то не то? Мне было любопытно, но момент для вопроса я упустил. В следующий раз, когда представится возможность, обязательно спрошу. Хорошо бы найти способ сделать это как бы между делом, а если не получится — подожду, пока мы не станем чуть ближе...
Кстати, сколько я уже так размышляю? Судя по тому, как отяжелели веки, довольно долго.
Не в силах противиться сну, я так и задремал.
# Глава 1, эпизод 11: Прибытие в Гимул
Три дня спустя...
После оползня путь продолжился без происшествий. Последние несколько дней рядом со мной почти постоянно кто-то был, поэтому речь понемногу становилась свободнее. Мне говорили, что говорю я всё ещё немного скованно, но понять меня уже можно без труда. И вот мы наконец добрались до места назначения — города Гимул.
— Приехали. Это Гимул.
— Так вот какой Гимул...
Первое впечатление: спокойный город за высокими внешними стенами, с обилием зелени. Он был немного меньше Келебана, где мы останавливались раньше, и от этого казался только спокойнее.
Мне рассказывали, что неподалёку находятся шахты, а основой местной жизни служит металлургия, поэтому я представлял себе куда больше суеты... Но и так было неплохо.
Правда, по словам Райнхарта, в последние годы производство железа сократилось, и одной из целей этой поездки было осмотреть шахты и решить, не следует ли закрыть нерентабельные шахты...
Хотя Райнхарт сказал: «Шахта не одна, так что как минимум ещё лет десять город серьёзно не пострадает», — и прозвучало это так, будто закрытие одной из шахт уже практически решено.
Может, он просто не считал это темой для разговора с ребёнком... Впрочем, последние три года добыча там и без того была почти нулевой. Похоже, избежать закрытия шахта могла только в одном случае — если найдётся новая рудная жила. С прошлого года шахтёры на ней уже не работали. И понятно: лучше работать там, где есть результат. Особенно когда от этого зависит заработок.
— Хорошо, сначала оставим вещи в гостинице, а потом отправимся регистрироваться в Гильдию укротителей.
Гильдия укротителей была организацией, где регистрировались укротители и призыватели — два вида магов, способных управлять монстрами, — чтобы получать работу и нужную информацию. Кроме того, гильдия помогала укротителям, жившим вместе с фамильярами, находить подходящее жильё, а своим членам позволяла дешевле покупать корм для фамильяров. Были и другие похожие организации: Гильдия искателей приключений, Гильдия магов и Гильдия торговцев. Но в Гильдии укротителей состояло куда меньше людей, потому что население боялось фамильяров укротителей. Поэтому и сама гильдия была меньше, и отделений у неё было немного. Впрочем, в Гимуле одно имелось: здесь требовались укротители для перевозки грузов из шахт.
...Во всяком случае, так объяснила Элиза.
Сегодня она была в прекрасном настроении: напевала песенку и, пока мы шли от гостиницы, куда только что отнесли вещи, держала за руки и меня, и Элиарию. Но меня кое-что беспокоило.
— Сколько информации мне сообщить гильдии?
— Тот, кто первым сделал открытие, сам решает, сколько сведений об открытии сообщать. Так что рассказывай столько, сколько считаешь нужным.
Ну, раз так...
— Тогда только условия эволюции слизня и способ заключить контракт с большим слизнем. Ещё зарегистрирую два новых вида слизней.
— А применение раствора липкого слизня оставишь в секрете?
— Да. Если мы собираемся продавать водонепроницаемую ткань, лучше не допускать появления подделок.
— Верно.
Мы уже собирались сразу идти в Гильдию укротителей, но тут вмешался Райнбах.
— Рёма, ты ведь ещё не был в церкви? Тогда не лучше ли сначала сходить туда и узнать показатели своего статуса?
После этих слов и Райнхарт, и Элиза вспомнили, что следовало сделать в первую очередь. Оказывается, церковь выдавала «доски статуса» — инструменты, с помощью которых можно было видеть собственные показатели и быстрее проходить регистрацию в гильдиях. Например, для вступления в Гильдию укротителей требовалось уметь пользоваться магией приручения или магией призыва. Если это отображалось на доске статуса, человека принимали сразу. А без доски пришлось бы ждать, пока освободится сотрудник, который лично засвидетельствует заключение контракта с заранее подготовленным слизнем.
Так что планы изменились, и первым делом мы направились в Церковь Творения в Гимуле. К слову, слизни остались ждать в гостинице. Если бы мы шли только в Гильдию укротителей, это ещё куда ни шло, но...
В церкви нас встретила пожилая женщина в монашеском облачении с доброй улыбкой.
— Добро пожаловать в церковь. Вы пришли сегодня помолиться?
— Мы хотели бы получить доску статуса для этого ребёнка. Из-за особых обстоятельств раньше у него не было возможности её получить.
— Прошу вас позаботиться обо мне.
— В таком случае прошу за мной. Я провожу вас в комнату крещения.
Посторонним входить в комнату крещения запрещалось, поэтому я ненадолго попрощался со всеми и пошёл за сестрой в глубь церкви.
— Сюда, пожалуйста.
— Прошу прощения.
В комнате, куда меня привели, стоял пьедестал с круглым кристаллом — таким же, какой я видел в служебном помещении в Келебане.
На первый взгляд всё выглядело совершенно одинаково, если не считать того, что в пьедестале была продолговатая вертикальная выемка размером с ладонь.
— Это и будет ваша доска статуса. Вставьте её в пьедестал и прикоснитесь к кристаллу — на этом крещение завершится. Когда вы коснётесь кристалла, появится яркий свет, но он не причинит вам вреда, так что не беспокойтесь.
— Понятно.
Женщина показала мне прозрачную пластину, вставила её в пьедестал и отошла на другую сторону комнаты.
— Теперь прикоснитесь к кристаллу.
— Хорошо.
Немного нервничая, я медленно коснулся кристалла.
В следующее мгновение комнату залил сильный свет, совсем как тогда, когда я впервые попал в этот мир. От яркости я крепко зажмурился.
Свет пробивался даже сквозь веки, окрашивая всё красным, а затем постепенно померк.
— Э... Что?!
Когда свет погас, я открыл глаза и увидел перед собой комнату, которой ещё мгновение назад здесь не было.
...Ошибки быть не могло. Я никогда этого не забуду. Это была та самая комната, где боги...
— Эй! Рёма!
— Мы здесь!
— За спиной!
[[image:/storage/reader-images/445bded8ac67e369956b34da20e01f66a1901107.jpg]]
Услышав сквозь оцепенение голоса, я обернулся и увидел трёх богов, которые отправили меня в этот мир.
Они стояли так, словно ждали меня.
Раз они были здесь, значит, это точно было то самое место.
— Гайн, Куфо, Лулутия... Я опять умер?
— Нет-нет, с тобой всё в порядке. Мы просто ненадолго перетащили сюда твой дух. Скоро ты придёшь в сознание. И времени там тоже не пройдёт.
— Мы и сами не думали, что сможем снова с тобой встретиться, но ты каждый день молился нашим каменным статуям в своём лесном доме...
— Ты ведь на три года заперся в лесу и только тренировался да занимался исследованиями, верно? Едой обеспечивал себя сам и питался просто, так что образ жизни получился очень похожим на монашескую аскезу.
Серьёзно?
— Ты уже встречался с нами лично, поэтому от всего сердца верил в наше существование. И три года каждый день нам молился. Этого оказалось более чем достаточно, чтобы во время крещения выполнились условия для дарования тебе навыка оракула.
— Теперь мы тоже сможем иногда с тобой разговаривать. Правда, совсем понемногу.
— Понятно. В любом случае я рад снова вас видеть.
Вот что мне хотелось сказать больше всего. Я много думал о том, что скажу, если снова смогу с ними поговорить, но сейчас больше ничего не приходило в голову.
— Мы тоже рады. Ты пришёл в церковь, как и обещал.
— Похоже, новая жизнь тебе нравится. Мы всё это время наблюдали за тобой, и скучать нам не приходилось.
— Хотя мы и представить не могли, что ты проведёшь в лесу целых три года. Для нас это короткий срок, но для людей ведь иначе, да? И самое главное: пусть тот лес сравнительно безопасен, опасностей там всё равно хватает. Мы думали, что ты проживёшь там от силы год...
Все трое натянуто улыбнулись.
— Ты использовал все доступные тебе навыки и магию и создал среду, в которой мог без особых излишеств прожить три года — а при желании и дольше.
— Дом с виду был простым, но на деле построен поразительно хорошо. Очень безопасный, просторный и чистый. И обустроил ты его замечательно. Особенно ванну — в этом мире такие есть только у богатых. А твой туалет, пожалуй, вообще самый чистый во всём мире.
— Даже мы не ожидали, что твои исследования слизней приведут к таким результатам. Мало кто вообще исследует слизней по собственной инициативе. Особенно удивили эти два вида — слизень-чистильщик и слизень-падальщик. Ты ведь знаешь, что это новые виды?
— ...О-о. Значит, и правда... Семья укротителей, которую я случайно встретил, о них не знала, поэтому я так и предполагал.
— Именно. Изначально слизней создал я, но всё, что я им дал, — способность приспосабливаться к окружающей среде и размножаться. После этого возможности эволюции были безграничны. Но слизни оказались настолько слабыми, что другие животные постоянно их истребляли, и после появления нескольких новых видов развитие практически остановилось. Теперь разновидность слизня словно определяется условиями местности. Даже я уже забыл, что у слизней вообще могут рождаться новые виды. Это поистине великолепно!
Неужели слизней и правда настолько мало исследовали?
— Даже я, создатель слизней, об этом забыл... Пожалуй, теперь о слизнях ты знаешь даже больше меня.
— Даже если речь только о слизнях, знать больше бога как-то...
— Но ведь у тебя... у тебя ещё полно идей насчёт слизней, верно? Я немного заглянул в твои исследования, и ты додумался до вещей, которые даже мне не приходили в голову. Вообще-то боги не всемогущи. У каждого из нас есть сильные и слабые стороны. Поэтому иногда жители миров, за которыми мы присматриваем, способны удивить даже нас.
— Например, люди не способны навредить нам как богам. Но если бы ты здесь ударил нас, то легко бы нас одолел: боевых навыков у нас нет. Конечно, божественной силой мы можем защититься так, что все твои удары будут промахиваться, но в поединке, где решает техника, нам тебя не превзойти. Вот бог, который специализируется на войне, не проиграл бы.
— Вот как... Надо же.
Для меня это было новостью.
— Ну, у людей сложился определённый образ богов. ...Но больше всего я рад, что тебе весело. Кто бы мог подумать, что судьба сведёт тебя именно с этой семьёй...
Они знали людей из дома Джамиль? Хотя чему удивляться — они же боги.
— Судя по тому, как вы сейчас сказали, в них есть что-то особенное? Я имею в виду с точки зрения богов, а не общественного положения.
На мой вопрос ответила Лулутия.
— Среди их предков были люди из другого мира, которых мы отправили сюда с Земли.
— Правда?!
— Ага. Она была хорошей девочкой. Хотела стать дрессировщицей животных и, кажется, не очень-то понимала, что происходит, поэтому мы исполнили её желание — дали способность управлять животными — и отправили сюда.
— Это случайно не была магия приручения?
— Наполовину угадал. В то время уже существовал похожий навык. Она изучила его, соединила с силой, которую мы ей дали, и создала магию приручения. Когда она довела её до совершенства, король пожаловал ей дворянский титул за заслуги. Она была довольно популярна благодаря красоте, потом влюбилась в другого дворянина и вышла за него замуж. С тех пор в её роду из поколения в поколение появлялись выдающиеся укротители.
— К тому же в семье Джамиль Райнбах находится под моим покровительством, Райнхарт — под покровительством Куфо, а Элиза — Лулутии. А юная Элиария унаследовала черты иномирца, которые несколько поколений не проявлялись в роду. Конечно, мы о них знаем.
— После тебя мы наблюдаем за ними чаще всего.
— Вот как. Значит, у юной госпожи есть талант к магии приручения?
— Талант есть, но эта девочка унаследовала не только магию приручения. Способности укротителя идут от отцовской линии. А такая сильная кровь у неё из-за другого иномирца по материнской линии. Вот тот был классическим отаку. Он изначально ненавидел физические упражнения, поэтому полностью отказался от боевых искусств и вложил всё в магию. И, в отличие от Рёмы, ещё и пожелал стать в ней невероятно сильным, так что магическая мощь и скорость выпуска заклинаний у него были чудовищными. Из-за этого, правда, ему потребовалось немало времени, чтобы освоить все виды магии.
— Слова «самоограничение» в его словаре точно не было.
— Спасало лишь то, что из-за трусости он никогда не совершал зла. Мне как тому, кто дал ему эту силу, наверное, не стоит такое говорить, но мы нервничали почти до самой его смерти.
Что же это был за иномирец такой...? Хотя ладно.
— Судя по вашим словам, иномирцев было довольно много. Я когда-нибудь встречу кого-нибудь из них?
— Когда мы забираем с Земли магическую энергию, переносим сюда только одного человека за раз. Самый короткий промежуток между такими переносами — двести лет, так что нескольких иномирцев в одну эпоху быть не должно.
— Хотя в чрезвычайных обстоятельствах мы переносили людей дополнительно — например, когда во время войны истощение магической энергии усиливалось. Но в обычной ситуации такого не происходит. Сейчас больших войн нет, поэтому при твоей жизни, скорее всего, нужды в этом не возникнет.
— Если хочешь узнать больше об иномирцах, поищи книги о них. Благодаря нашей божественной силе у большинства были навыки высокого уровня или уникальные способности, поэтому многие вошли в сказки и легенды как герои. Например, могущественный маг из рода матери Элиарии жил как раз во время войны, поэтому мы перенесли ещё одного человека, и героями прославились оба. Ещё есть народная сказка об одном высокомерном типе, которого считали королём демонов и в конце концов победили. А о Короле алхимии ты ведь слышал в путешествии?
— Да, когда мы говорили об алхимии. Король алхимии тоже был иномирцем?
— Именно. И чрезвычайно раздражающим!
— В качестве бонуса за перенос он потребовал алхимию, а когда мы сказали, что в другом мире её не существует, велел нам её создать! И Королём алхимии он тоже сам велел подчинённым себя называть — настолько был самовлюблён.
— С ним было совершенно невозможно иметь дело, поэтому я просто соорудил что-нибудь на скорую руку.
— Соорудили на скорую руку... Так вот почему алхимией так странно легко пользоваться...
— Именно. Потому что я собрал её кое-как.
— Я так и знал! Всё казалось слишком простым: нарисовать магический круг, положить на него материалы, пропустить через круг магическую энергию и при этом представить разделяемые компоненты! Во всех остальных видах магии нужно контролировать и регулировать магическую энергию, поэтому это и казалось странным.
— Мне не хотелось тратить время на его эгоистичные требования. Как бы много свободного времени у нас ни было, лучше уж бездельничать, чем терпеть невыносимую компанию.
— С этой частью я согласен, но всё же...
— Вообще-то людям этого мира алхимия даётся довольно трудно. Здесь нет земных знаний о химических элементах. Король алхимии на Земле был студентом, поэтому без труда использовал свои знания как преимущество, но то был золотой век алхимии; после него почти никто не смог воспроизвести прежние достижения. Сам Король алхимии был особенно помешан на золоте и прибыли и до самой смерти никому не передавал свои знания и умения. Современные алхимики — лишь жалкие остатки того, что он после себя оставил.
— Так вот почему...
Вот уж кто делал что хотел...
— А ты среди перенесённых нами иномирцев скорее спокойный. Тебе может казаться, будто обстоятельства сами тащат тебя за собой, но это не так. Решения о собственной жизни ты всё равно принимаешь сам, следуешь собственным правилам и по своей воле пробуешь новое. И для нас, и для самого Сейлфолла именно такие иномирцы и нужны.
— Почему?
— Хе-хе! Мы всё-таки боги. Иногда нам положено говорить что-нибудь по-божественному.
— Вот оно как...
— Не надо слишком об этом задумываться. Даже если в прошлой жизни ты позволял другим нести себя по течению, это не значит, что здесь всё осталось так же. Да и плыть по течению не всегда плохо.
— Разве недостаточно просто жить так, чтобы тебе было весело?
— И то верно. Да. Спасибо.
— Не стоит благодарности. Мы боги, дать совет для нас проще простого.
— С тобой и нам весело, так что считай это знаком благодарности.
— ...Похоже, и здесь твоё время уже подходит к концу. Перед уходом мы просто хотели напоследок немного тебе посоветовать.
— Спасибо. К сожалению, в прошлой жизни красноречием я не отличался, так что большего и сказать не могу.
— Твои чувства до нас дошли.
— Мы все за тобой присматриваем.
— В последнее время и другие боги украдкой заглядывают.
— Что? Другие боги?
От этих неожиданных слов я широко распахнул глаза.
— Заглядывали бог войны и бог магии, хотя для этих двоих, которые не любят иномирцев, это редкость.
— Часто за тобой следим только мы, но время от времени, под настроение, поглядывают самые разные боги.
— Меня об этом никто не предупреждал...
— Тебе ничего особенного делать не нужно, так что всё в порядке. Ах да, бог мастерства и ремёсел даровал тебе своё покровительство. Ничего плохого в этом нет, можешь не беспокоиться.
— Похоже, ему пришлись по душе твои привычки к выпивке из прошлой жизни. Всё-таки он ещё и бог вина. Сам ты, кажется, особого удовольствия от выпивки не получал, зато он похвалил количество, которое ты мог в себя влить. А ещё сказал, что «пьяный кулак», который ты отрабатывал, — довольно занятное боевое искусство.
— Пьяный кулак? В лесу я иногда повторял то, что видел в фильмах. Он и это смотрел? Не думал, что кому-то такое понравится...
— Никогда не знаешь, что случится в жизни. Ну а в прошлом, которое мы для тебя подготовили, тебя растил дед-дворф. Текуну, богу вина, в основном поклоняются дворфы, так что тут всё прекрасно сходится.
— Верно, тогда подозрений это, наверное, не вызовет?
— Всё будет хорошо. А теперь, похоже, на этот раз действительно всё. Время вышло.
Что?! Ах да... Мы так непринуждённо разговаривали, что я и не заметил, как истекло время. Вокруг меня снова засиял свет.
— Только встретились снова, и уже...
— Не расстраивайся так. Теперь, когда будешь приходить в церковь, мы сможем ненадолго разговаривать и снова сможем вот так встретиться. Хотя нынешний результат даже для нас оказался немного неожиданным.
— ...Понятно. Тогда до встречи.
— Ага, до встречи.
— Ты и правда интересный. До следующей встречи мы будем за тобой присматривать.
Гайн произнёс это, и мягкий свет заполнил всё поле зрения, а когда я снова открыл глаза, то уже находился в комнате крещения вместе с сестрой.
— Какой яркий был свет. Говорят, чем он сильнее, тем больше человека любят боги, так что, возможно, один из богов даровал вам своё покровительство. Позже обязательно проверьте доску статуса.
Как и говорил Гайн, здесь время, похоже, остановилось. Но разве она не собиралась спросить о покровительствах?
— Большое спасибо. А вы не будете спрашивать о покровительствах?
— Покровительство даруют боги, поэтому право знать о нём есть только у вас и у бога, который его даровал. Если у вас будут вопросы, я отвечу настолько подробно, насколько смогу, но сама спрашивать ничего не стану. Кроме того, обычно на доске статуса скрывают всё, кроме имени, возраста и расы. Это личная информация. Чтобы скрыть любую отображаемую запись, достаточно мысленно пожелать этого. Попробуйте.
Я посмотрел на сведения, отображавшиеся на доске статуса.
Имя: Такэбаяси Рёма
Пол: Мужской
Возраст: 11
Раса: Человек
Физическая энергия: 11 052
Магическая энергия: 198 000
Повседневные навыки
Ведение хозяйства 10, Этикет 7, Сценическое искусство 3, Пение 3, Счёт 5
Боевые навыки
Рукопашный бой 7, Владение мечом 7, Владение кинжалом 6, Владение скрытым оружием 7, Владение копьём 4, Владение луком 6, Владение посохом 6, Владение цепным оружием 4, Владение метательным оружием 7, Скрытность 7, Установка ловушек 6, Управление телом 6, Медитация энергии 5
Магические навыки
Магия приручения 2, Барьерная магия 2, Магия исцеления 1, Алхимия 2, Магия огня 3, Магия воды 3, Магия ветра 2, Магия земли 4, Нейтральная магия 3, Магия молнии 1, Магия льда 2, Магия яда 2, Магия дерева 3, Магия света 2, Магия тьмы 1, Пространственная магия 3, Обнаружение магии 3, Контроль магии 4, Скорость восстановления магической энергии 2
Ремесленные навыки
Медицина 6, Кузнечное дело 1, Архитектура 3, Работа по дереву 3, Лепка 4, Рисование 4
Навыки сопротивления
Сопротивление физической боли 8, Сопротивление психической боли 9, Здоровье 7, Сопротивление зловонию 3
Особые навыки
Навык оракула 3, Искусство выживания 5, Усиление жизненной силы 3, Сверхвосстановление 3, Усиление выносливости 6
Титулы
Поднявшийся с низов
Преодолевший несчастную жизнь
Любимое дитя богов
Ученик мудреца
Ученик бога боевых искусств
Покровительства
Покровительство Гайна, бога-творца
Покровительство Куфо, бога жизни
Покровительство Лулутии, богини любви
Покровительство Текуна, бога вина
Ещё до переноса я узнал, что при регулярном использовании магическая энергия растёт, но, похоже, уровни нескольких навыков тоже повысились.
И всё-таки, когда я снова посмотрел на список, магических навыков оказалось действительно много... Хм? Два титула ученика соответствовали уровням навыков, записанным в письме, которое я получил сразу после прибытия в этот мир. Покровительства были от трёх знакомых богов и от Текуна, бога вина.
Пока что нужно скрыть всё, кроме имени, возраста и расы... Вот.
— Готово.
— Тогда я провожу вас в комнату, где ждут ваши спутники. Там мы сможем обсудить подробности вместе с ними.
По приглашению женщины мы вышли из комнаты.
И тут снаружи донеслись голоса.
— Стой! Подожди!
— Ха-ха-ха! Я здесь!
Я посмотрел в ту сторону и увидел за окном играющих детей в поношенной одежде.
— Это дети, о которых заботится церковь. Они всегда полны сил и, выполнив свои обязанности, вот так играют на улице.
Я не знал, были ли они сиротами или оказались здесь из-за семейных обстоятельств, но это неважно.
— А теперь пойдёмте.
Так меня привели в комнату, где нас с нетерпением ждали члены герцогской семьи и Себас.
— Простите, что заставила вас ждать. Крещение завершилось без каких-либо проблем.
— Спасибо, что подождали.
— Если больше ничего не требуется, я вас покину. Можете пользоваться этой комнатой столько, сколько понадобится.
— Большое спасибо.
— Не за что. Тогда прошу меня извинить.
Стоило нам встретиться с остальными, как женщина тут же ушла. Я проводил её взглядом, пока она не вышла из комнаты и не закрыла за собой дверь.
— Господин Райнхарт, почему она так торопилась уйти...?
— На доске статуса ведь личная информация. Она просто проявила тактичность.
— Эта комната специально предназначена для того, чтобы люди могли втайне обсудить с семьёй содержимое своей доски статуса.
— Правда?
— Да. Такие сведения не следует раскрывать без необходимости. Когда-то скрывать их было запрещено законом, но со временем ими всё чаще стали злоупотреблять, и теперь держать данные в тайне — обычное дело.
— По навыкам можно в общих чертах догадаться о прошлом человека, а бойцу невыгодно раскрывать свой стиль сражения. Даже запас магической и физической энергии напрямую связан с силой, поэтому сейчас доску показывают только тем, кому доверяют. То же относится и к покровительствам. Обычно открывают лишь имя, возраст и расу, а некоторые ещё показывают титулы.
— Понятно.
— Поэтому обязательно держи свою доску в секрете, хорошо? Если чего-то не понимаешь, можешь спросить нас, но рассказывать то, о чём не хочешь говорить, вовсе не обязан. Понял?
Какие же они всё-таки добрые... Что именно им рассказать, решу потом.
— Понял.
Услышав ответ, Райнбах удовлетворённо кивнул и с серьёзным видом продолжил.
— А теперь, Рёма. Раз уж ты получил доску статуса, я хотел бы сказать тебе одну вещь.
— Что именно?
— Речь о твоих способностях. Судя по тому, что мы видели до сих пор, для ребёнка твоего возраста они развиты необычайно хорошо. Из-за этого к тебе наверняка будут подбираться недобрые люди. Если хочешь этого избежать, придётся либо скрывать свои силы, либо как можно скорее обрести положение, которое позволит тебе защитить себя. Но в твоём случае способности настолько выдающиеся, что скрывать их будет трудно. Поэтому тебе следует поскорее зарегистрироваться в гильдии и заработать статус — точнее, ранг внутри гильдии. Если что-нибудь случится, мы, конечно, поможем, но и ты сам должен помнить об опасности.
— Твои способности настолько выше нормы для твоего возраста, что сразу понятно: у тебя есть божественное покровительство. А в зависимости от того, кто именно его даровал, за тобой и правда могут начать охотиться.
...Сам я об этом как-то не задумывался, но неужели всё настолько необычно? Я ведь перед ними даже ни разу не выкладывался по-настоящему...
— Буду осторожен. ...Хм?
И тут Элиария снова, как раньше, начала посматривать на меня. Сейчас я вроде бы ничего особенного не делал. Может, она хотела что-то спросить?
— Что-то случилось?
— А?!
— Просто показалось, будто вы хотите что-то сказать.
— Ну...
После моих слов Элиария немного поколебалась, но всё же ответила честно.
— На самом деле мне было интересно, сколько у Рёмы магической энергии.
— Моей магической энергии?
— Да. Недавно я видела, как вы использовали очень много магии, но сказали, что до полного истощения вам ещё далеко. Когда я спросила отца, он сказал, что обычный человек к тому моменту уже потерял бы сознание. Вот мне и стало интересно, сколько у вас магической энергии.
Этим людям, пожалуй, можно было сказать. Они и так уже видели, как я израсходовал столько магии, что обычный человек давно бы свалился, так что скрывать запас энергии смысла не было. В лесу я пользовался ею примерно так же, но... А-а, наверное, именно поэтому мне и велели скрывать показатели. Теперь я понял это ещё лучше.
— А... Я только что посмотрел: там было написано 198 000.
Услышав ответ, члены герцогской семьи слегка округлили глаза, а Элиария, похоже, испытывала смешанные чувства. Но и только.
Хм? Реакция слабее, чем я ожидал...
— 198 000. Значит, с таким запасом Рёма может пользоваться столькими видами магии.
— Ну да. Чем больше энергии, тем больше магии можно использовать.
— А? Нет, я не об этом. Я говорю о том, что вы вообще можете нормально пользоваться магией.
— Нормально?
— Эм... Я что-то неправильно понимаю?
Разговор явно не складывался, и озадаченная Элиария посмотрела на Себаса, словно прося помощи.
— Возможно, господин Рёма не знает о последствиях большого запаса магической энергии?
— Побочных последствиях? Они есть?
От моего ответа Элиария опешила, а Себас и остальные взрослые выглядели так, будто именно этого и ожидали. Когда я попросил объяснить подробнее, они сначала подтвердили: большой запас магической энергии действительно даёт магу огромное преимущество. Тут сомнений не было. Однако если энергии в теле слишком много, её труднее контролировать, а значит, и магию осваивать сложнее. Даже при попытке выпустить совсем немного энергия может хлынуть наружу, словно вода из сломанного крана. Обычному магу и так приходится тренироваться, чтобы сдерживать поток, а чем больше запас, тем больше требуется тренировок.
...Теперь, когда они об этом сказали, кое-что пришло мне в голову.
Когда сразу после прибытия в этот мир я впервые применил Разрушение камня, мне с огромным трудом удалось проделать отверстие всего с палец толщиной. Сначала я не обратил внимания, потому что радовался уже самому результату, но без нормального контроля магическая энергия, выходившая из тела, рассеивалась во все стороны. Из-за этого эффект заклинания слабел. Иными словами, тогда наружу уходило много энергии, а на само действие магии приходилась лишь малая часть.
Продолжая пользоваться магией, я понял это и постепенно научился управлять потоком. Когда научился удерживать магическую энергию под контролем, при тех же затратах заклинания стали действовать гораздо сильнее. За три года я настолько в этом продвинулся, что во время оползня уже мог пользоваться магией совсем иначе. Та же магия земли теперь давала куда более мощный эффект, и управлять ею я мог гораздо свободнее. Я начинал с того, что вообще не умел пользоваться магией, и воспринимал это как само собой разумеющееся, поэтому особых трудностей не испытывал — просто постепенно становился лучше. На деле я только и делал, что развивался, но для жителей этого мира ребёнок, способный без проблем управляться с огромным запасом магической энергии, либо очень много тренировался, либо обладал исключительным талантом.
...Немного странно было думать так о самом себе. Но теперь хотя бы понятно.
— До сих пор мне не с кем было себя сравнивать, поэтому я не замечал.
— То, что Рёма так легко пользуется магией, на самом деле потрясающе. Мы одного возраста, а у меня магия получается плохо.
— У вас тоже?
— ...У меня вообще-то 200 000 магической энергии.
— Двести?!
Да у неё больше, чем у меня! Ну конечно, взрослые почти не удивились! Теперь я вспомнил: Гайн и остальные говорили, что в Элиарии очень сильно проявилась кровь её предка-иномирца, могущественного мага. Всё сошлось. Вот почему она то и дело на меня поглядывала. Ей было интересно, как я так легко пользуюсь магией при почти таком же запасе энергии, как у неё.
— Теперь всё понятно.
— Я рада. До сих пор я никогда не встречала человека с таким же большим запасом магической энергии. Если честно, мне хотелось узнать, сколько магии вы способны использовать и как научились так хорошо ею управлять, но спросить было неловко...
— Тогда, может, я покажу вам все записи на доске статуса, связанные с магией? Мне и самому хочется понять, насколько всё это необычно.
Я настроил только что созданную доску статуса так, чтобы всем отображались лишь мои магические навыки.
— Хм... Разновидностей магии у тебя впечатляюще много, и для твоего возраста уровни у всех высокие. Я слышал, что ты владеешь всеми стихиями, но когда видишь это своими глазами...
— Все низшие стихии выше второго уровня, и среди промежуточных есть несколько второго и третьего. Этого более чем достаточно.
— Особенно высоки магия земли и пространства. Я слышал, что пространственную магию трудно развивать, а ты сумел развить её до такого уровня.
— В будущем ты, может быть, даже меня превзойдёшь. У тебя ещё есть Обнаружение магии, Контроль магии и Скорость восстановления магической энергии.
— В лесу я пользовался магией, чтобы выжить, поэтому применял её почти каждый день... Магию огня и воды — для готовки и купания, магию земли и пространства — на охоте.
— Хм, а атакующие заклинания ты применял?
— Нет, обычно охотился с луком и ловушками. Огненный шар использовать могу, но он обжигает мясо, и оно становится несъедобным. А Земляной иглой ставил шипы на дне ям-ловушек.
— Понятно. Значит, до сих пор ты повышал уровни навыков, используя магию только в быту. Тогда неплохо было бы выучить и несколько атакующих заклинаний. Знать их лишним не будет, к тому же встречаются редкие монстры, на которых действует только магия.
Так, значит, такие монстры и правда существуют. Постой, да это же классика ранобэ про другие миры. Я так долго жил отшельником, что совсем забыл. Пожалуй, теперь стоит начать учить атакующие заклинания.
— Вы правы. Хотелось бы попробовать.
— Магию низших стихий освоить сравнительно легко, так что с твоими нынешними уровнями тебе уже должны быть доступны заклинания промежуточной сложности. Магической энергии у тебя предостаточно, поэтому с магией земли, возможно, получится использовать и продвинутые.
— У Рёмы тоже огромный запас магической энергии. Если с помощью Контроля магии сдерживать расход, Скорость восстановления магической энергии повысится ещё больше. А значит, за день можно будет тренироваться ещё больше.
— Для мага это чрезвычайно полезно, так что не растрачивай такой талант впустую.
— Да, буду стараться.
Когда я наконец понял, насколько сильно отличаюсь от обычных людей за пределами леса, до меня донёсся голос Элиарии, которая всё ещё молча смотрела на мою доску статуса.
— Рёма тренировал магию, постоянно пользуясь ею в повседневной жизни. Если и я стану так делать, моя магия тоже...
— Не обязательно применять её в быту. Если в свободное время просто играть с магией, тоже получится.
— Играть... с магией?
Она выглядела заинтересованной, поэтому я рассказал, что делал в лесу, но в ответ получил странный взгляд.
— Разве обычно с базовой магией не пробуют всякие разные вещи?
— Нет. На тренировках всегда отрабатывают точное применение заранее выбранного заклинания.
— Владение магией напрямую связано с заработком и достатком, поэтому почти не услышишь, чтобы кто-нибудь просто играл с ней.
— Например, магию огня используют в кузницах и на металлургических предприятиях, где нужен сильный жар. Магию льда и пространства применяют в ресторанах для хранения и перевозки продуктов. Магию земли и дерева — в строительстве и земледелии, и так далее. Поэтому если человек особенно хорош в одной из них, ему проще получить работу и повышение.
Понятно. Я знал, что религия ничего подобного не запрещает, но к магии здесь в целом относились примерно как к еде: тратить её впустую было не принято. Наверное, поэтому игры с магией и воспринимались как пустая трата энергии. Значит... это всё-таки плохо? Но стоило мне так подумать, как трое взрослых поддержали мою идею.
— Играть с магией... Не самое обычное выражение, но если тебе интересно, попробуй, Элия.
— Верно. Даже если немного потратишь на игры, у Элии всё равно останется предостаточно магической энергии для обычных занятий.
— И как отдых от тренировок это тоже может оказаться полезно.
Я задумался, нормально ли относиться к этому настолько легко, но магической энергии у Элиарии и правда было очень много. Немного ей точно не повредит. А главное, я предложил это сразу после того, как показал свои магические навыки, поэтому они, вероятно, решили дать идее шанс. Они лишь сказали, что сперва нужно убедиться, безопасно ли это, — что было само собой разумеющимся. Тогда я мог бы сам научить юную госпожу играть с магией. Но сейчас мы находились в церкви, так что время и место были неподходящими.
— Если в будущем представится возможность, я немного вас научу.
— Правда?! Я буду очень рада!
Элиария радостно схватила меня за руку.
Речь шла всего лишь о базовой магии, которой мог пользоваться любой маг, но её радость передалась и мне.
— Ну что, пойдём? Здесь мы уже обсудили всё, что нужно, а дел у нас ещё хватает.
Как и сказал Райнхарт, нам ещё предстояло зарегистрироваться в гильдии. Вспомнив об этом, мы все покинули церковь и направились в Гильдию укротителей.
# Глава 1. Эпизод 12: Регистрация в гильдии
Первое, что бросилось мне в глаза у Гильдии укротителей, — повозки и чудовища, привязанные у площадки для отдыха. Гимул был шахтёрским городом, и чудовищ здесь в основном использовали для перевозок, поэтому все, кого я видел, были крупными. Среди них было много существ, похожих на коров и лошадей, попадались и напоминавшие кабанов. Мелких чудовищ разрешалось заводить внутрь гильдии, так что и своих слизней я мог взять с собой, если они применят навык «Уменьшение». Внутри находились в основном люди, но то тут, то там гоблины таскали какие-то вещи. Райнхарт провёл нас к стойке регистрации.
— Добро пожаловать в гимульское отделение Гильдии укротителей. Чем могу вам помочь?..
— Я хотел бы зарегистрировать этого мальчика и мою дочь, а заодно сообщить кое-какие сведения.
— Понятно. Прошу, проходите.
Нас проводили в комнату в глубине здания, где мы стали ждать за чаем. Через несколько минут появился пожилой мужчина в одежде чуть наряднее, чем у остальных работников, с письменной принадлежностью в руке. В его волосах белое и красное сочетались примерно в пропорции восемь к двум, а сама причёска была намертво закреплена каким-то средством. Когда он вошёл, свет блеснул на его волосах. Мужчина посмотрел на нас сквозь очки в золотой оправе и заговорил.
— Давно не виделись, Райнбах. И тебя давно не видел, молодой Райнхарт. Элиза, тебя тоже.
— Рад снова вас видеть.
— Вижу, ты в добром здравии, Тейлор.
Похоже, этот мужчина был знаком с семьёй герцога.
— Да, пока не жалуюсь. А вот этих двоих я прежде не встречал. Меня зовут Тейлор Смит, я глава гимульского отделения Гильдии укротителей. Хотя… Райнбах, у тебя разве двое внуков? Мне почему-то помнится, что один, но в последнее время память меня подводит… Прошу прощения, если ошибаюсь.
— Моя единственная внучка — Элиария, вот эта девочка. А мальчика зовут Рёма. Мы познакомились несколько дней назад по прихоти судьбы. Я хочу, чтобы ты зарегистрировал его в гильдии вместе с моей внучкой. И как можно скорее повысил ему ранг.
Разве о таком вообще можно просить?! — подумал я, взглянув на Райнбаха, но тот оставался совершенно невозмутим.
— Мы с Тейлором старые друзья, и ему можно доверять. Не беспокойся, Рёма.
Тейлор непринуждённо подтвердил его слова.
— Если тебя рекомендует Райнбах, я могу до некоторой степени пойти навстречу. Но для повышения ранга всё равно нужны достаточные способности и достижения. Здесь я не могу сделать исключение.
— С этим проблем не будет. Я прошу об этом лишь потому, что способности Рёмы намного превосходят то, чего можно ожидать от ребёнка его возраста.
— Это нужно лишь затем, чтобы отвадить от него нежелательных людей… Я бы хотел узнать подробности, но сначала разберёмся с регистрацией. С ней никаких проблем не будет.
Тейлор достал из стопки, которую держал под мышкой, два листа бумаги и протянул их мне и Элиарии.
— Для начала заполните здесь сведения о себе. Рёма, тебе нужен кто-нибудь, кто запишет всё за тебя?
— Спасибо за заботу. Думаю, я справлюсь сам.
Я быстро заполнил бланк и вернул его. Требовалось указать имя, возраст, расу и сколько времени я обучался магии приручения или магии призыва.
— Так, юная госпожа заключила свой первый контракт всего несколько дней назад. Поздравляю.
— Большое спасибо.
— Желаю вам в будущем стать прекрасной укротительницей.
Тейлор приветливо улыбнулся Элиарии, а затем перевёл взгляд на заполненный мной бланк.
— А Рёма заключил первый контракт три года назад. Какие у тебя сейчас фамильяры?
— Слизни.
Услышав мой ответ, Тейлор принял озадаченный вид.
— Со слизнями всё несколько сложнее… Основная работа укротителей в этом городе — перевозки между шахтами. Будь у тебя хотя бы гоблины или кобольды, мне было бы проще рекомендовать подходящие заказы. У нас есть правило: через гильдию нельзя предлагать работу, которая заведомо не подходит исполнителю. Для повышения ранга нужны достижения, то есть надо понемногу накапливать успешно выполненные заказы. Но если ты не можешь даже браться за работу, ранг повысить невозможно.
Если заказ не выполнить, пострадает доверие к гильдии, так что тут ничего не поделаешь. А если рассказать ему о моих исследованиях? Подумав об этом, я вопросительно взглянул на Райнбаха и, получив молчаливое согласие, рассказал ему о двух новых разновидностях слизней и собирался перейти к найденному мной способу заключения контрактов с большими слизнями. Сообщение о двух новых разновидностях Тейлор выслушал без особой реакции, но до объяснения способа заключения контракта с большим слизнем дело не дошло: он остановил меня и помрачнел ещё сильнее.
— Хм… В обычных обстоятельствах я бы счёл способ заключать контракт с большим слизнем достижением…
— Есть какая-то проблема?
Глава отделения с горьким выражением лица объяснил:
— В последние годы в Гильдии укротителей всё чаще считают силу фамильяров признаком мастерства укротителя.
— В этом нет ничего нового. Так думали ещё в те времена, когда мы сами были зелёными юнцами.
— Верно. Но в последние годы стало хуже, и среди верхушки Гильдии укротителей сторонников такого взгляда заметно прибавилось. В этом отделении я пока ещё слежу за такими вещами, но сюда постоянно стекаются сильные фамильяры, пригодные для перевозок, так что сторонники подобных взглядов всё равно не переводятся. Нельзя судить о мастерстве укротителя лишь по силе его чудовища и рангу. Печально смотреть, как всё к этому сводится.
Разговор немного ушёл в сторону, но оказалось, что повысить ранг за исследовательские достижения всё-таки можно. Однако при каждом повышении сведения вместе с основанием для него отправляли в столицу. Там проверяли, было ли повышение обоснованным, а при отрицательном решении начинали расследование. Более того, из-за упомянутой Тейлором тенденции сведения, связанные со слизнями, всерьёз почти не воспринимали. Поэтому даже если информацию о больших слизнях признают достижением, велика вероятность, что повышения не будет. А если и будет, ранг всё равно окажется недостаточно высоким, чтобы отпугнуть нежелательных людей. Получалось, обнародовав результаты исследований, я стану лишь немного известнее и наживу больше неприятностей, чем решу проблем. Возможно, лучше отказаться от этой затеи…
— Похоже, со времён моей молодости здесь многое изменилось.
— Времена меняются. Один-другой старожил ушёл на покой, и в руководстве появились молодые лица. Вместе с этим изменилось и отношение к чудовищам. Ах, если продолжу, это уже будет обычное ворчание. Пока давайте закончим с регистрацией. После неё корм для фамильяров можно будет покупать со скидкой, а при необходимости — обращаться за советом. Даже если это вам не понадобится, гильдейская карта служит удостоверением личности, так что лишней не будет. С документами всё в порядке, осталось лишь подтвердить владение магией приручения. Покажите мне навык приручения на своей доске статуса или приручённого фамильяра.
Мы с Элиарией вывели навык приручения на своих досках статуса.
— Хорошо. Тогда положите, пожалуйста, доску статуса на эту каменную плиту.
У каменной плиты, которую он достал, было прямоугольное углубление — совсем как у постамента в церкви. Только на этот раз часть углубления занимала металлическая пластина, а доску статуса следовало класть на оставшееся свободное место. Сначала это сделала Элиария, потом я. Когда я положил свою доску на плиту, на металлической пластине проступили буквы.
— Вот и всё, вы оба зарегистрированы. Добро пожаловать в Гильдию укротителей.
Сказав это, Тейлор снова расспросил меня о моих обстоятельствах — настолько подробно, насколько я сам был готов рассказать. Я поведал ему то же самое, что прежде рассказал семье герцога.
— …В таком случае, может, сделаешь повышение ранга в Гильдии укротителей долгосрочной целью, а пока зарегистрируешься в Гильдии искателей приключений? Если ты сумел в одиночку прожить три года в лесу и способен одолеть множество чёрных медведей, этого должно быть более чем достаточно.
— А я надеялся поручить его тебе.
— Понимаю. Прости, что не сумел помочь.
— Ты здесь ни при чём. В Гильдии искателей приключений Рёма тоже справится.
Гильдия искателей приключений тоже не предлагала работу тем, кто явно не способен её выполнить, однако там судили исключительно по способности выжить и по боевой силе. С этим у меня проблем быть не должно.
— С рангом я помочь не смогу, но если окажешься в беде, приходи ко мне. Я всегда тебя выслушаю.
На этом Тейлор закончил, и мы сразу направились в Гильдию искателей приключений.
И вот мы пришли в Гильдию искателей приключений, где к нам тут же пристали громилы… Ага, как же. Этот затёртый штамп нас миновал, и основные правила нам спокойно объяснили за стойкой. В Гильдии искателей приключений было восемь буквенных рангов: от G до A и, на самой вершине, S. Обычно можно было брать только заказы своего ранга. Однако, объединившись в группу или присоединившись к большому отряду, собранному гильдией, можно было снизить сложность и взяться за задание на один-два ранга выше.
Возрастное ограничение я тоже прошёл: принимать начинали с десяти лет. Но до тринадцати включительно гильдия проверяла способности ребёнка и должна была отдельно одобрять каждый выбранный им заказ, даже если тот соответствовал его рангу. Так детей, переоценивших свои силы, удерживали от безрассудства. С четырнадцати это ограничение снималось, и ответственность за провал заказа полностью ложилась на самого искателя приключений. За нарушение договора полагалось наказание, а иногда на кону могла оказаться и собственная жизнь. Кроме того, если городу грозила опасность, гильдия рассылала всем находящимся в нём членам обязательный вызов. Отказаться можно было, но требовалась уважительная причина или крупная плата за освобождение. Если же человек просто бездействовал, не воспользовавшись ни одной из этих возможностей, или пытался бежать, наказание могло дойти до исключения из гильдии. Выслушав объяснения, я должен был пройти проверку боевых навыков, но…
— Мне нужно выложиться на полную?
— Давайте посмотрим… Думаю, здесь лучше не сдерживаться и показать, на что вы действительно способны.
— Именно. Так будет лучше всего.
— Если что-нибудь случится, мы тебя подстрахуем.
— Постарайтесь изо всех сил!
— Не волнуйся, просто не сдерживайся.
Один за другим все подбодрили меня в углу тренировочной площадки, которую предоставила гильдия. Затем на площадку вышли двое: человек из-за стойки и мускулистый мужчина с суровым лицом.
— Ты сегодня сдаёшь испытание?
— Да. Я Такэбаяси Рёма. Приятно познакомиться.
— Ясно. А это твои сопровождающие?
— Верно. Рад знакомству.
— Смотреть можете сколько угодно, но прошу не вмешиваться в испытание.
— Разумеется.
После этого мужчина снова повернулся ко мне.
— Значит, выбрал лук. Хорошо, начинаем. Для начала у тебя пять выстрелов по тем пяти мишеням. По одной стреле на каждую.
Он указал на пять мишеней, стоявших в один ряд. Следуя его указаниям, я встал перед чертой и прицелился. Расставил ноги на ширину плеч, наложил стрелу на тетиву, натянул её и навёл лук на цель. В движениях не было ни тени колебания: я плавно выпускал одну стрелу за другой, каждый раз переводя прицел на следующую мишень. Без паники и без суеты.
Когда я без лишнего шума закончил стрельбу, в центре каждой мишени торчало по стреле. После попадания в этот мир моё мастерство обращения с луком заметно выросло. Я занимался стрельбой и в прошлой жизни, но тогда и близко не был настолько быстр. К слову, я придерживался не современной стрельбы из лука, а старинной японской школы: в отличие от современных восьми этапов выстрела, она не требовала останавливаться между движениями. При необходимости я мог замереть на любом этапе, но в нашей семье учили прежде всего быстро и точно поражать цель. В прошлом стоило мне задержаться хотя бы на миг — и тут же летели отцовские кулаки и окрики. После стрельбы эти воспоминания сами всплыли в голове, но я тут же вспомнил, что ещё сдаю испытание, и повернулся к экзаменатору. Тот уже успел пройти к мишеням, осмотреть каждую и вернуться.
— Все пять точно в центр. Мишени, конечно, неподвижные, но результат хороший. Теперь будут движущиеся. Посмотри на ту стену.
Мужчина толстым пальцем указал на стену напротив входа. Из стены выступала колонна, а вдоль неё тянулось углубление, похожее на желоб.
— Это магическое тренировочное устройство для стрельбы. Его давным-давно придумал искатель приключений по имени Кэнго. Он прославился тем, что пользовался магическим оружием под названием «дробовик».
Э-э, что? Да он же наверняка был попаданцем! Притащил дробовик в мир мечей и магии?
— Он так и остался на ранге C, потому что в какой-то момент больше не смог пользоваться своим магическим оружием. Но благодаря этому изобретению до конца жизни жил вполне безбедно. Вот насколько ценна эта штука для тренировок.
Не смог пользоваться оружием? Ружьё сломалось или патроны кончились? Да он, наверное, умудрился разозлить Гайна и остальных, так ведь?! Иначе ему дали бы способность восстанавливать оружие и боеприпасы… Прояви он хотя бы элементарную порядочность, они бы без проблем обеспечили его такой поддержкой… Пока в голове у меня проносились эти мысли, объяснение продолжалось.
— Из отверстия в колонне будут вылетать мишени, а тебе нужно их сбивать. Всего вылетит пятьдесят мишеней, и стрел у тебя ровно пятьдесят. Оценка зависит от того, сколько сумеешь сбить.
То есть, по сути, стендовая стрельба из лука…
— Понятно.
— Хорошо. Сигналом будет мой свисток. Постарайся.
С этими словами мужчина протянул мне колчан и отошёл назад. Я взял лук на изготовку и стал ждать сигнала.
# Глава 1. Эпизод 13: После экзамена
Сразу после того, как Рёма закончил стрельбу по пяти мишеням...
Из всех наблюдавших одна Элиария была в восторге, а остальные четверо потеряли дар речи от мастерства Рёмы.
— Невероятно! Правда, папа?!
— Д-да...
— Я думала, из лука надо целиться медленно и тщательно, а Рёма стреляет так быстро.
Себас и Райнбах поспешили поправить Элиарию.
— Нет, миледи. Это благодаря способностям господина Рёмы; обычному лучнику такое не под силу. Конечно, так быстро двигаться с луком смог бы кто угодно — если бы не пытался при этом целиться.
— Элия, не бери Рёму за мерило обычного уровня владения луком. Обычному человеку невозможно одновременно достичь такой точности и скорости. Даже в армии на такое способны немногие.
— Правда? Рёма потрясающий!
— Это верно, но...
— Похоже, мы немного недооценивали способности Рёмы.
Сам Рёма этого не осознавал, но тренировки в прошлой жизни в сочетании с боевым опытом в этой вывели его способности за пределы обычного человеческого уровня.
После стрельбы по неподвижным мишеням началось испытание, имитировавшее стрельбу по тарелочкам. Рёма встал на отмеченную линию с поднятым луком, лицом к стене напротив Элиарии и остальных, так что ни они, ни экзаменатор не видели его лица. Он сосредоточился до предела: в его поведении не было ни нетерпения, ни нервозности, ни возбуждения, ни излишнего рвения. Полностью подавив эмоции, он безмятежно смотрел прямо перед собой. Хотя выглядел Рёма юношей, за этой внешностью стоял мужчина, закалённый почти сорока годами прежней жизни. В повседневности такая способность к сосредоточению нередко пропадала впустую, зато при монотонной и простой работе была незаменима. Даже прежние коллеги и начальство, относившиеся к Рёме скверно, признавали эту его черту и, когда им было удобно, подстёгивали его работать как машину.
Но лучше всего Рёма умел сосредотачиваться вовсе не на работе. В полной мере эта способность проявлялась во время занятий боевыми искусствами, которым он учился с детства. День за днём он повторял одни и те же формы, пока движения не впитались в тело и не стали такими же естественными и плавными, как дыхание. Тело уже само двигалось так, как он хотел, а ум, освобождённый от необходимости контролировать движения, позволял выжать из техники максимум. В этом и заключались истинная сила Рёмы и талант, которым он обладал в прошлой жизни. Ему приходилось подстраиваться под окружающих и подавлять себя: если бы он применял отточенные силы и приёмы в полную меру, люди стали бы его бояться. Но здесь, в ином мире, законы и здравый смысл Земли на Рёму больше не распространялись. Освободившись от оков прошлой жизни, он наконец мог не сдерживать свою силу.
Экзаменатор свистнул, и из правой колонны вылетела мишень. Рёма выпустил стрелу ей наперерез и сбил мишень на землю. Следующая мишень вылетела из левой колонны — ещё одна стрела отправила её следом. Направления менялись, но задача оставалась прежней. Благодаря долгим годам тренировок Рёма читал траекторию летящих мишеней и одну за другой выпускал стрелы. И так снова и снова.
Постепенно скорость и интервалы вылета мишеней начали меняться, и испытание становилось сложнее. Но Рёма подстраивался. Когда одновременно появлялось несколько мишеней, он выпускал первую стрелу, тут же хватал следующую и успевал выстрелить снова, прежде чем цель скрывалась с другой стороны. В конце одновременно вылетели четыре мишени. Рёма разом выпустил все четыре стрелы, зажатые между пальцами, и одним залпом точно поразил все четыре цели. На этом экзамен завершился.
[[image:/storage/reader-images/2624ba9df5b4e7073a1c794316ad31590937829f.jpg]]
■ ■ ■
Со стороны Рёмы
Фух...!
— ...! Земляная игла!
Едва я закончил испытание и опустил лук, как сзади в меня полетел нож. Я рефлекторно поймал его между пальцами и метнул обратно в экзаменатора.
— Тц!
Пока мужчина отбивал нож, я отбросил лук и применил «Земляную иглу». Выросший передо мной тонкий каменный шип я отломил у основания и выставил перед собой как импровизированное копьё.
— Стой! Виноват, виноват. На этом экзамен окончен. Ты прошёл первое, второе и третье испытания, так что убери, пожалуйста, эту опасную штуку.
— ...
Враждебности от мужчины я не чувствовал. Похоже, брошенный нож тоже был частью испытания. Не теряя настороженности, я уничтожил импровизированное копьё «Разрушением камня».
— Прости. Я бросаю такой нож во всех, кто сдаёт испытание с луком. Это своего рода предупреждение. Многие так сосредотачиваются на мишенях, что перестают следить за окружением. Я хочу показать им: будь это лес, а вместо моего ножа — чудовище, они бы погибли. Большинство начинает спорить, мол, на экзамене всё иначе; другие понимают и благодарят. Кое-кто едва успевает увернуться, но чтобы парень твоего возраста ещё и атаковал в ответ — такое у меня впервые. К твоей стрельбе претензий нет, ограничений ставить не буду. Можешь брать любые задания, доступные твоему рангу.
Приглядевшись к упавшему ножу, я увидел, что его остриё закруглено, а лезвие совсем не заточено. Значит, это и правда было частью испытания... точнее, самодеятельностью этого человека. Я перестал держаться настороже и поблагодарил его.
— Большое спасибо.
— Да ладно. Буду ждать, чего ты добьёшься. Только не перенапрягайся. Я Уорган, глава Гильдии искателей приключений в Гимуле. Рад знакомству.
Этот человек — глава гильдии?!
— Рад знакомству. Так вы и есть глава гильдии.
— А? Ну да, конечно.
Мужчина покосился на пятерых моих спутников.
— Не знаю, что тут у вас за история, но человека, которого сопровождают люди герцога, я не мог доверить кому-то ещё.
Понятно... Логично.
— Понимаю.
— Нет, серьёзно, почему с тобой вся герцогская семья?
— Я случайно встретил господина Райнхарта, когда охотился в лесу, а через две недели они пригласили меня путешествовать вместе с ними.
— Что это вообще за ситуация такая...
— Прошу прощения, что прерываю. Если испытание завершено, не могли бы вы огласить результат? — Себас вмешался в наш разговор. Приглядевшись, я заметил, что Элиария тоже напряжённо ждёт ответа.
— Простите, что заставил ждать. Он сдал блестяще, и никаких ограничений на принимаемые задания у него не будет. С его способностями, похоже, проблем нет.
— Тогда примите мои поздравления, господин Рёма.
— Поздравляю, Рёма!
Элиария подбежала ко мне, схватила за руку и закружила. Она и правда радовалась всем телом... и я тоже невольно обрадовался.
— Миледи, прошу отпустить господина Рёму. Ему ещё нужно завершить оформление.
— Ой! Точно, ему же ещё...
— Большое спасибо, Себас.
После этого меня проводили в отдельную комнату... точнее, в кабинет самого главы гильдии, чтобы завершить регистрацию в Гильдии искателей приключений.
— Итак, Рёма. Как я уже говорил, на этой гильдейской карте будет отмечено, что для тебя не действуют ограничения. Ты сможешь брать любые задания своего ранга, но всё равно будь осторожен.
— Да, я постараюсь.
— По способностям ты вполне мог бы начать сразу с ранга E... Но если с самого начала слишком резко вырвешься вперёд, остальные могут настроиться против тебя. Уверен, и с ранга G ты сможешь постепенно подняться выше.
— Спасибо за заботу.
Я хотел поклониться, но Уорган остановил меня взмахом руки.
— Да брось. И со мной не надо так церемониться — морока одна. Кстати, кто учил тебя стрелять из лука? Эльф?
— Мой дедушка. Он был гномом, не эльфом.
— Гном, значит... Гном с луком — редкость, но вообще гномы очень ловки руками. Среди них тоже встречаются мастера стрельбы, хотя и реже, чем среди эльфов... Ну да ладно. Регистрация закончена. Осталось только это.
Глава гильдии протянул мне письмо.
— Что это?
— Рекомендательное письмо к одному знакомому кузнецу. Судя по тому, как ты действовал после того, как я отбил нож, копьём ты тоже владеешь, верно? У кузнеца есть и товар от других поставщиков, так что выбор там немаленький. Подбери себе подходящее оружие. На доспехах он не специализируется, но кое-что приличное всё равно найдётся. Это лучше, чем покупать в незнакомой лавке.
Вот за это я был ему искренне благодарен.
— Большое спасибо. Когда мне понадобится новое снаряжение, обязательно схожу.
Я поблагодарил главу гильдии и вышел из кабинета.
Уже смеркалось. Мы встретились с остальными, которые ждали в другой комнате, и все вместе вернулись в гостиницу. Там я кое-что вспомнил.
— Кстати, Себас. В этой гостинице ведь можно купить камень для изготовления статуй?
— Да, можно. Собираетесь снова что-нибудь сделать?
— Вообще-то сегодня на крещении я получил покровительство бога, которому раньше никогда не молился. Вот и подумал сделать ему статую.
— Понятно. Могу я спросить, чьё именно покровительство вы получили?
— Да. На доске статуса было написано: «Покровительство Текуна, бога вина».
— Текун, бог вина... Человеку редко выпадает его покровительство. Помимо того что Текун — бог вина, он ещё и бог мастерства и ремёсел. Обычно ему поклоняются гномы. Ничего не приходит в голову?
— Дедушка, который меня приютил, был гномом. И я немного помогал ему с кузнечным делом.
Это была отговорка, о которой я заранее договорился с Гайном и остальными богами, и Себас, похоже, её принял.
— Понятно, должно быть, дело в этом. Наверное, что-то в те годы и привлекло внимание Текуна к господину Рёме. Хотя мне интересно, почему вы получили не Покровительство бога мастерства и ремёсел...
— Покровительство бога мастерства и ремёсел?
— Текун может даровать два вида покровительства: одно — как бог мастерства и ремёсел, другое — как бог вина. Их эффекты различаются. Покровительство бога мастерства и ремёсел ускоряет развитие таких навыков, как кузнечное дело, и позволяет легче создавать хорошие вещи. Покровительство бога вина не даёт опьянеть и мучиться похмельем. Кроме того, оно дарит счастливые встречи с хорошим алкоголем и повышает шанс его заполучить. Такому покровительству многие позавидуют, но скрывать его особой необходимости нет.
— Вот как...
— Мы немного отвлеклись. Вы ведь хотели камень для статуи Текуна, верно?
С этими словами Себас достал из «Хранилища предметов» каменный блок, который я сделал из земли, сошедшей при оползне.
— Это...
— Камень, который изготовил господин Рёма. В городе вам понадобятся деньги, а таких блоков одинакового размера было много. Я взял их с собой, подумав, что их можно продать и пополнить средства господина Рёмы. К тому же господин Рёма, похоже, из тех, кто откажется от чужой помощи.
— Спасибо, что позаботились об этом.
— Не стоит. Что касается статуи, говорят, Текун не любит бессмысленной роскоши. Лучше сделать её тщательно и от души. Ещё я слышал, что перед статуей хорошо оставлять вино как подношение. Изображение Текуна и алкоголь можно купить через гостиницу.
— Тогда так и сделаю.
Мы с Себасом подошли к работнику гостиницы и объяснили, что нам нужно. Оказалось, как раз недавно завезли редкий высококачественный напиток под названием «Слёзы Кэроми». Я собирался купить всего три бутылки для подношения, но, увидев, как изменился взгляд Себаса, решил взять вместо этого две бочки. Оказалось, это любимая марка Райнбаха, которую каждый год выпускают лишь в ограниченном количестве, поэтому достать её очень трудно. Себас с широкой улыбкой поблагодарил меня и сказал, что всё это благодаря моему покровительству. Неужели Себас тоже любит эту марку?..
После этого я вернулся в комнату, сделал статую и поставил перед ней подношение, а затем поужинал, принял ванну со слизнем-чистильщиком и лёг спать. Так закончился мой первый день в Гимуле.
# Глава 1. Эпизод 14: Первая работа в городе
На следующий день я один отправился в Гильдию искателей приключений.
В герцогском доме мне сообщили, что сегодня у них дела с губернатором в городской управе, так что идти пришлось одному. Элиза сказала, что я могу остаться в гостинице, если не хочу в одиночку бродить по городу, но раз уж я зарегистрировался в гильдии, я решил лучше выполнить своё первое задание. Для начала, пожалуй, безопаснее всего было бы собрать травы?
Я поправил на плечах специально сделанную корзину-рюкзак со слизнями внутри и стал изучать объявления на доске заданий ранга G. Выбор оказался на удивление широким: от сбора трав до уборки и помощи при переезде. Сначала я подумывал заняться травами, но, как выяснилось, такие задания засчитывались, когда приносишь собранное. Тогда их можно выполнить и по дороге обратно с другой работы.
Пока я искал что-нибудь, кроме сбора трав, среди целой горы бланков на доске мне особенно бросились в глаза два задания. Одно касалось уборки дома, другое — общественных туалетов города. Дом — одно дело, а вот общественные туалеты, пожалуй, можно было очистить с помощью магии, которую я раньше придумал вместе со слизнями-падальщиками. Стоит расспросить сотрудницу за стойкой.
— Простите, можно задать вопрос?
— Добро пожаловать. Чем могу помочь?
— Не могли бы вы подробнее рассказать о двух заданиях вон там?
— О каких? А... об этих. С тех пор, как их вывесили, прошло уже довольно много времени. Там всего лишь уборка, но настолько грязно и воняет, что никто не хочет браться. Да и площадь...
— Площадь большая?
— Очень. Сначала о доме. Дом заказчицы стоит рядом со свалкой. Ей самой это тоже не нравилось, но из-за такого соседства дом продавался дёшево, и она всё-таки его купила. Через несколько месяцев после покупки стена подвала, отделявшая дом от свалки, обвалилась, и мусор хлынул внутрь. Теперь запах пропитал весь дом, и заказчица уже в отчаянии. Даже если всё убрать, без ремонта стены мусор будет сыпаться снова, но стену не починить, пока мусор не убран. Как видите, замкнутый круг.
— Общественные туалеты должна убирать городская управа, нанимая для этого жителей трущоб, но возникли проблемы с оплатой, и те отказались работать. С тех пор их никто не чистил, а прошло уже три месяца. Жалоб на запах стало так много, что задание передали гильдии.
Она любезно всё объяснила, но положение было ужасным. Нет, одного слова «ужасно» здесь было явно недостаточно.
— Тут в первую очередь надо беспокоиться не о жалобах, а о болезнях... в обоих случаях.
— Ого, а вы хорошо разбираетесь. Молодец! Именно так. Говорят ведь, что в нечистых местах таятся зараза и болезни. Поэтому что-то делать нужно, но никто не берётся...
— А насколько велика площадь?
— Дом — двести квадратных метров, а выгребные ямы общественных туалетов — семь метров в ширину и два километра от входа до конца; всего там тридцать кабинок. Каждая кабинка считается отдельно.
— А что входит в мусор? С туалетами я и так понимаю, чего ожидать.
— В основном бытовой мусор, остальное — растительные и древесные отходы.
Тогда слизни-падальщики смогут это съесть.
— Понятно. Тогда можно мне взять заказ на уборку дома?
— А?! Вы возьмётесь?!
— Да. У меня как раз есть заклинание, довольно полезное для уборки. Правда, оно требует чуть больше магической энергии, поэтому, похоже, им мало кто пользуется.
— Вот как! Тогда, пожалуйста, дайте вашу карту. Срока у задания нет, но за отказ от него после принятия полагается штраф.
— Понял.
Сотрудница за стойкой либо была необычайно увлечена своей работой, либо действительно не преувеличивала, когда говорила, что за это задание никто не берётся. Она мигом всё подготовила: взяла мою гильдейскую карту, закончила формальности и отправила меня к дому заказчицы. Дом находился в восточной части Гимула, в дешёвом жилом квартале. Все здания вокруг были довольно старыми, и нужный мне дом тоже оказался обветшалым кирпичным строением.
Я постучал в дверь. Ответа не было... Постучал ещё раз... Снова тишина. Никого нет дома?.. Я попробовал в третий раз, теперь ещё и громко окликнув хозяев.
— Простите! Я из Гильдии искателей приключений, пришёл выполнить заказ на уборку!
Стоило мне это крикнуть, как за дверью послышался быстрый топот по скрипучим половицам, а затем она резко распахнулась.
— Вы правда пришли убираться, ня?!
— !
Вышедшая женщина оказалась кошачьей зверолюдкой: на голове у неё были уши, а сзади — хвост. Я знал, что зверолюди существуют, и мельком видел нескольких в гильдии, но впервые общался с одним из них лицом к лицу. Настроение у меня сразу поднялось... Жаль только, что первое знакомство со зверолюдом происходило на фоне чудовищной вони гниющего мусора. Но... как бывший японец, я не позволю дежурной улыбке дрогнуть!
— Да, я Такэбаяси Рёма, искатель приключений, которого прислала гильдия. Вы заказчица?
— Да! Вы правда пришли всё убрать, ня?! Я уже почти отчаялась!
— Тогда, пожалуйста, проверьте, всё ли верно указано в бланке задания.
— Ага, ага! Всё правильно, ня! Заказчица — я, Мия! Огромное спасибо, что пришли, ня!
— Благодарить лучше после того, как работа будет закончена.
— У-у... Уня-я-я!
Она плачет?!
[[image:/storage/reader-images/8e47c28ad7eee16ff613dfeefa762d98453c7a06.jpg]]
Я всего лишь пытался разговаривать с ней как обычно, но Мия, несколько раз перечитав бланк задания, вдруг разрыдалась. ...Ч-что мне делать?
— Э-эй. Давайте успокоимся, хорошо?
— Простите, ня... Я просто... так рада... Все искатели приключений, которые сюда приходили, были недовольны и всё время жаловались... И все бросали работу на полпути, ня... Некоторые даже запаха у входной двери не выдерживали и сразу уходили... Вы первый, кто взялся за дело с таким настроем, ня...
Нет, тем искателям стоило хотя бы немного постараться. Если бы им стало плохо — другое дело, но уйти прямо от двери — это уже...
— Я бы хотел сразу приступить к работе. Мусор ведь в подвале, верно?
— Ага. Но что вы собираетесь делать, ня?
— Мне сказали, что мусор состоит из кухонных и растительных отходов. Если так, у меня есть подходящее заклинание.
— Правда, ня?
— Да. Оно расходует много магической энергии, поэтому им мало кто пользуется, но такое заклинание есть. К тому же у меня есть фамильяры.
— О, так вы укротитель, ня? Ну... мне всё равно, как именно, лишь бы стало чисто. Оставляю всё вам, ня.
— Понял. Только уточню: в подвале нет ничего, что вам нужно сохранить?
— Нет, я никогда не использовала подвал как кладовую, ня. А даже если бы использовала, всё, что погребено под этой горой мусора, я бы всё равно предпочла выбросить, ня.
Ну да, если там не лежало что-нибудь исключительно ценное, после столь долгого времени под гниющими отходами большинство поступило бы так же. Для меня тем лучше.
— Тогда дело должно пойти довольно быстро. Можно полностью очистить подвал, ничего не сохраняя?
— Конечно, ня. Рассчитываю на вас!
— Тогда приступаю. Где вход в подвал?
— Сюда, ня.
Мия подвела меня к лестнице, ведущей вниз. Я спустился и увидел внизу дверь, за которой громоздилась гора мусора, а вокруг жужжали мухи. Я закрыл дверь, достал из корзины огромного слизня-падальщика, затем снова приоткрыл её, забросил слизня внутрь и тут же закрыл. Я приказал ему разделиться, и вскоре слизни заполнили комнату от пола до потолка. Стоило им испустить немного запаха, как слетались мухи, которых они тут же съедали. Похоже, слизням-падальщикам мухи казались вкусными. После этого оставалось только позволить им съесть как можно больше гниющего мусора, но со стороны могло показаться, будто я бездельничаю, поэтому я скрылся за скрывающим барьером. Просто так.
Примерно через двадцать минут ожидания слизни-падальщики сообщили, что проели мусор до самого пола, и я наконец вошёл в комнату сам. Стало гораздо лучше, чем вначале, но запах всё ещё оставался. И, как описывали в гильдии, в стене действительно была дыра, через которую внутрь продолжал сыпаться новый мусор. Похоже, дом построили на склоне, а свалка находилась выше, так что дом словно удерживал мусор от сползания вниз. Кто вообще додумался строить дом в таком месте?.. К тому же грунт по другую сторону стены выглядел довольно ненадёжно, будто его перекапывали, чтобы закапывать мусор. Но если всё устроено так, слизням будет даже проще съесть мусор полностью.
— Мия.
— А... Что такое, ня?
— Мусор в подвал поступает слева от вашего дома, верно?
— Со свалки? Да, ня.
— Я пойду на свалку, чтобы больше мусора не сыпалось внутрь. Если что-то понадобится, позовите меня.
Предупредив заказчицу, я вышел и выпустил слизней на свалке.
— ......
— Слизень!
— Д-да, похоже на то...
...Проходившие мимо мать с ребёнком посмотрели на меня с недоверием. На всякий случай стоит поставить скрывающий барьер и здесь. Укротителю не запрещено ходить по городу со слизнями-фамильярами, но кому-то это может быть неприятно.
К слову, скрывающий барьер — разновидность барьерной магии, использующая энергию тёмной стихии, чтобы находящихся внутри было труднее заметить. Из-за этого можно, например, ненароком пропустить нужный поворот. Вспомнить только, как поначалу, когда я ещё учился им пользоваться, я постоянно проходил мимо собственного дома. Размышляя об этом и помогая слизням, я провёл примерно час — и за это время они съели всю свалку.
...Интересно, как их тела всё это выдерживают. Слизни не отличались особой прожорливостью; скорее, обычно они ели лишь столько, сколько им давали. Но как бы то ни было, мусора больше не осталось. Стены всё ещё были грязными, так что теперь настала моя очередь. Я вернулся в подвал и отдал распоряжения слизням-падальщикам и слизням-чистильщикам. Я велел им распылить Дезодорирующий раствор с обеих сторон стен подвала, убрать въевшийся запах, а затем промыл всё водой.
— Туманная мойка.
Вода, созданная магией воды, сжималась и вырывалась струёй, как из мойки высокого давления. Когда я исследовал магию в лесу, я пытался воссоздать водяной резак высокого давления, но ничего не вышло. Зато я заметил, что с камня-мишени смыло грязь, и решил, что заклинание можно использовать для уборки. Оно справлялось даже с самыми стойкими пятнами, но требовало непрерывной подачи магической энергии, поэтому на очистку одной комнаты уходило немало сил. Его преимуществом было то, что заклинание можно было поддерживать непрерывно при постоянной подаче энергии, но именно поэтому людям с небольшим запасом магической энергии пользоваться им было трудно.
— Так, этого должно хватить.
Вся грязь со стен смылась. Оставшуюся грязную воду я скормил слизням-падальщикам, так что с ней проблем не было. Теперь, когда комната стала чистой, оставалась дыра в стене. Оставлять её как есть нельзя, так что придётся залатать чем получится. Из земли снаружи с помощью «Создания блока» я сделал каменные блоки, а затем ещё раз применил заклинание, чтобы придать самой дыре квадратную форму. Оставалось только использовать Затвердевающий липкий раствор липкого слизня вместо цемента и заложить проём... С помощью слизней я закончил работу за двадцать минут.
Сделав всё, что мог, я велел слизням-чистильщикам пройтись напоследок, затем убрал всех слизней в корзину и отправился к Мие.
— Мия.
— Ня?! Вы уже переоделись в ту одежду, в которой пришли... Ч-что случилось, ня?.. Только не говорите, что вы сдаётесь...
— Ну, я прекращаю... потому что уже закончил.
— ...Ня? Э-э, что?
Быстрее будет просто показать. Я отвёл растерянную Мию в подвал. Оглядев комнату, она застыла — челюсть у неё чуть не до пола отвисла.
— Ня... Ч-что вы сделали, ня?!
— Убрался.
— Невероятно, ня! Вы правда всё вычистили! Все остальные сдавались, потому что мусор всё время сыпался внутрь! Вы даже дыру заделали, ня?!
— Я не мог допустить, чтобы мусор снова посыпался внутрь, поэтому магией земли сделал каменные блоки и заложил проём. Они довольно сильно отличаются от окружающей кладки, так что, если выглядит некрасиво, я могу убрать их...
— Не надо, ня! Мне всё равно, а после уборки я всё равно собиралась вызвать строителей, чтобы они заделали дыру. Так что я вам только благодарна, ня.
— Понятно. Тогда... работу можно считать выполненной?
— Конечно, ня. Вы так хорошо всё сделали и даже стену починили — придётся увеличить награду!
— Большое спасибо.
Мия с улыбкой подписала подтверждение выполнения на бланке задания. На этом работа была завершена. Оставалось отнести подписанный бланк на стойку гильдии и получить оплату. Мия проводила меня, поблагодарив на прощание, а я лёгким шагом направился в гильдию, ощущая удовлетворение и облегчение от того, что благополучно справился со своей первой работой в этом городе.
# Глава 1. Эпизод 15: От одной удачной работы к другой
Когда я вернулся в гильдию, та самая сотрудница, которая утром объясняла мне задание, всё ещё была на месте.
— Простите.
— О, это вы... Вы приходили утром...
— Я пришёл сообщить, что успешно выполнил задание.
— А? Выполнили? С тех пор, как вы его взяли, и трёх часов не прошло... Вы ведь не решили от него отказаться?
— Я его выполнил.
В подтверждение я протянул ей бланк задания.
— ...Ого, и правда выполнено. Да ещё и дополнительную награду получили. Впечатляет. Само задание было несложным, но запах там стоял ужасный, а мусор всё сыпался из дыры, так что многие в итоге сдавались.
— Мне просто повезло: для такой работы у меня как раз нашлась подходящая магия.
— Что ж, спасибо за работу. Сейчас только закончу оформлять отчёт об успешном выполнении... Готово. Вот ваша награда — тридцать средних серебряных монет.
Сотрудница поставила передо мной блюдце с серебряными монетами. Хм? Здесь гораздо больше, чем было указано в бланке задания...
— Вы сказали, что была дополнительная награда, но разве это не слишком много?
— Люди перестали браться за эту работу, поэтому заказчица — Мия — повысила награду, чтобы кого-нибудь привлечь. А сверх неё ещё положена премия, так что сумма верная.
— А, тогда понятно.
— И ещё: глава гильдии просил вас зайти к нему, когда вернётесь. Не могли бы вы пройти со мной?
— Глава гильдии?
На мой вопрос ответила не женщина, стоявшая передо мной, а мужчина за соседней стойкой, занимавшийся бумагами.
— Да не переживай, ничего особенного. Обычное дело.
— Что вы имеете в виду? А... Меня зовут Такэбаяси Рёма.
— Я Джефф Гранже. Этот старикан то и дело суёт нос в чужие дела, особенно если речь о новичках и таких, как ты, искателях приключений младше тринадцати. Когда я сам был новичком, он и за мной присматривал. Рожа у него, может, и как у заправского бандита, но бояться его не надо.
— Понятно. Большое спасибо.
— Да не за что.
Сразу после этого из-за стойки донёсся голос.
— Вот именно. Нечего его благодарить.
— А, глава гильдии.
— Гх! Старик!
— Кто вообще при виде человека сразу говорит «гх»?! И никакой я не бандит, чёрт побери!
— Да любой, кто увидит твою рожу, примет тебя за бандита!
— Заткнись! Я не виноват, что у меня лицо такое суровое! Но нет у меня этого бандитского, злодейского взгляда!
— Увидела бы тебя девушка ночью на улице — убежала бы с криком...
— Кх... Местные бы не убежали!
— Так они к тебе уже привыкли!
— Гхк! Хватит... Рёма, идём за мной.
Слова Джеффа словно один за другим вонзались в главу гильдии. Прижав ладонь к груди, тот отступил в заднюю комнату, позвав меня за собой.
Я попрощался с Джеффом и сотрудницей и последовал за главой гильдии.
Он привёл меня в тот же кабинет главы гильдии, что и вчера.
— Садись где хочешь. И что это за корзина? Уж больно она бросается в глаза.
— Простите, в ней мои фамильяры.
— О, так ты укротитель? А я был уверен, что ты охотник или вроде того.
— Мои фамильяры — всего лишь слизни, да и сам я пока только укротитель-ученик. Получается, я скорее охотник, который умеет пользоваться магией приручения? Я, например, ставлю ловушки с помощью липких слизней, а в яд ядовитых слизней обмакиваю наконечники стрел.
Услышав это, глава гильдии ухмыльнулся.
— ...Ну и грязные приёмчики ты придумал.
— Правда? Но это же всего лишь слизни.
— Я сам с ними сталкивался, так что знаю. Обычные слизни — ещё куда ни шло, но их более развитые разновидности недооценивать нельзя. Многие искатели приключений валят обычных слизней и их более развитые разновидности в одну кучу. Конечно, большинство таких разновидностей и правда слабые, но попадёт на тебя кислота кислотного слизня — и броня начнёт разъедаться. Если бой затянется, даже новое снаряжение к возвращению домой превратится в лохмотья. А если яд попадёт прямо в организм, можно и жизнью поплатиться. Липкие слизни сами по себе лишь досаждают, но если, пока ты обездвижен, нагрянет другой монстр — считай, тебе конец. Те искатели приключений, кому доводилось попадать из-за слизней в такие передряги, слабыми их уже не считают. А если после такого всё равно продолжают считать... ну, в следующий раз при похожей встрече отправятся на тот свет. Такая у нас работа.
— Понятно... Тогда в Гильдии искателей приключений мне, похоже, будет проще работать. В Гильдии укротителей мне сказали, что из-за использования слизней меня будут считать бесполезным.
— Я про это от тамошнего старика уже не раз слышал. Так вот почему ты пришёл сюда, да?
— Да. Слизни не подходят для тяжёлой работы, поэтому здесь я искал задания, где не требуется грубая сила.
Выслушав моё объяснение, Уорган понимающе кивнул.
— Ясно... А ведь мы собирались поговорить о работе. Слышал, сегодня ты взял первое задание. Всё прошло хорошо?
— Да, заказчица осталась довольна результатом. Я даже получил дополнительную награду.
— Ого, неплохо для первого задания. Я только слышал, что это была уборка. За что именно ты взялся?
— Я убрался в доме заказчицы по имени Мия.
Услышав это, глава гильдии широко раскрыл глаза.
— Ты ходил убирать её дом?
— Вы о нём знаете?
— Конечно. Мия ведь местная искательница приключений. Она часто заходит в гильдию, я её здесь вижу.
— Понятно.
— Но... раз ты выполнил это поручение, значит, ты действительно всё там вычистил, да?
— Да.
— Не думал, что этот дом вообще кому-нибудь удастся отмыть... Как ты это сделал?
— Я знал подходящую для такой работы магию. Она расходует очень много магической энергии, поэтому пользоваться ею трудно. Наверное, поэтому среди обычных людей она почти неизвестна.
— Вот как... Тогда есть ещё одна работа, которую я хотел бы тебе поручить...
Неужели это...?
— Вы имеете в виду задание по уборке общественных туалетов в городе?
— А, так ты уже о ней знаешь?
— Да, утром я выбирал между этими двумя заданиями.
— Отлично, тогда объяснять проще. Городская управа подала в гильдию заявку на уборку, а потом объявила жителям, будто туалеты до сих пор не убраны по вине гильдии. Теперь все жалобы идут к нам. Хотя это они с самого начала поскупились нормально платить людям из трущоб.
— Сотрудница на стойке мне об этом рассказывала, но неужели всё действительно так?
— Ага. Ты ведь знаешь, что последние несколько лет доходы города падают?
— Я слышал, что шахты стали давать меньше руды.
— Именно. Вот городская управа и пытается урезать расходы... В основном сокращает бюджет на содержание города, а расплачиваться за это приходится жителям.
Как оказалось, сильнее всего это ударило по людям из трущоб. Городская управа постепенно сокращала число работников, пока их не стало не хватать. Когда из-за нехватки людей накопившаяся работа осталась невыполненной, чиновники обвинили работников в том, что те плохо трудятся, и насильно урезали им оплату. После того как жители начали жаловаться, управа снова объявила массовый набор. Но теперь управа, прикрываясь предубеждением, будто «люди из трущоб не работают как следует», предложила им ещё меньшую плату. В итоге никто из трущоб на эту работу не согласился.
— Как бы ни было туго с деньгами, даже жители трущоб не станут работать даром. И ведь они не требуют каких-то больших денег. Просто... эти люди и так живут в бедности. Если из-за такой работы подхватят болезнь, лечение станет для них огромным бременем. Риск слишком велик, чтобы работать почти задаром.
Что ж... с этим трудно было спорить.
— Понимаю. Я подготовлюсь и возьмусь за это как можно скорее. Если получится — уже завтра.
— Очень выручишь, спасибо. И награда тебя ждёт приличная.
— Спасибо.
Надо будет поговорить и с Райнхартом, и с остальными. Они здесь самые влиятельные люди, да и наверняка спросят меня, чем я сегодня занимался. Если узнают об этой ситуации, то, скорее всего, предпримут какие-нибудь меры.
— ...О чём задумался, малец?
Неужели всё отразилось у меня на лице?
— Ни о чём. Просто подумал, что сегодня действовал самостоятельно, поэтому люди, которые вчера сопровождали меня на регистрации, наверное, спросят, как прошёл мой день... или что-то в этом роде.
Услышав это, глава гильдии снова ухмыльнулся. При виде этой злодейской ухмылки слова Джеффа и правда невольно вспоминались...
— А ты, я смотрю, умеешь с людьми ладить... Думаешь, они что-нибудь предпримут?
— Думаю, узнав об этом, они что-нибудь сделают.
— С чего ты взял?
— Особых оснований у меня нет. Просто я сирота. Мне некуда было идти, я жил в лесу, и там совершенно случайно встретил их. С тех пор они во многом обо мне заботятся. Хотя я ведь был им совершенно чужим человеком. Понимаю, что они не могут так же помогать каждому жителю трущоб, но уверен: если они узнают, то равнодушными не останутся.
— ...Понятно. Что ж, буду ждать, что из этого выйдет.
— Да. Тогда... можно я на сегодня пойду? Мне ещё нужно подготовиться к завтрашнему дню.
— Конечно. Поручаю это тебе. Когда придёшь, я скажу, чтобы задание в первую очередь отдали тебе. Хотя вряд ли кто-то ещё вообще захочет к нему притронуться.
— Вот именно.
Мы оба рассмеялись, после чего я вышел из гильдии и направился в гостиницу. По дороге я нашёл магазин, где продавали недорогую ткань, и купил её вместе с набором для шитья. Заодно приобрёл пустую катушку.
# Глава 1. Эпизод 16: Чтобы лучше выполнить работу
Вернувшись в комнату в гостинице, я собрал все покупки и принялся за работу.
Сначала я покрыл поверхность ткани липким раствором липкого слизня, а затем с помощью заклинания «Сушка», сочетавшего магию ветра «Бриз» и магию огня «Пламя», принялся в больших количествах изготавливать водонепроницаемую ткань. Стоило потерять контроль над «Сушкой», как ветер раздувал огонь и всё вокруг охватывало бушующее пламя. Получившийся эффект можно было использовать и как атакующее заклинание, извергающее огонь; я назвал его «Огнемёт». Но здесь допускать такое было нельзя, поэтому провозился до второй половины дня.
С двумя заклинаниями одной стихии управляться было легко, а вот управлять сочетанием магии разных стихий — куда труднее... Впрочем, это и так понятно.
Дальше я велел липкому слизню выпустить нить и намотал её на катушку.
Прочность нити липкого слизня зависела от соотношения липкого и затвердевающего растворов, поэтому её легко было подстраивать под нужную задачу. Например, при соотношении семь к трём получалась мягкая нить для тонкого шитья, а при шести к четырём — прочный шнур. При соотношении пять к пяти получалась гибкая нить для ловушек, но если в неё попадал человек или крупный зверь, она рвалась; при четырёх к шести нить становилась достаточно прочной, чтобы задушить крупного зверя.
Когда в лесу я проверял прочность нити с соотношением четыре к шести, то натянул несколько нитей между деревьями и заманил на них чёрного медведя, заставив его броситься вперёд. Нити выдержали первый удар, а тело медведя покрылось мелкими порезами. Тогда я понял, что из этого может выйти довольно опасная ловушка, и в панике решил больше её не использовать. С тех пор я применял такую нить только против огромных скоплений монстров вроде гоблинов. Единственным исключением был случай, когда я подбирал толщину струн для гитары, которую пытался сделать по образцу инструмента из прошлой жизни. Нить была прочной, но не настолько острой, чтобы резать пальцы, так что после дальнейших исследований ей, возможно, найдутся и другие применения. Стоит заняться простой работой — и старые воспоминания сами всплывают... О, а я как раз закончил наматывать нить с соотношением шесть к четырём.
Теперь нужно было раскроить ткань. Я аккуратно разрезал её на несколько деталей. Я хотел сделать рабочую одежду наподобие комбинезона и резиновых сапог, которыми пользовался в прошлой жизни. Завтра мне предстояло чистить выгребные туалеты. И пусть большую часть работы можно было поручить слизням-падальщикам, а потом отмыться с помощью слизней-чистильщиков, идти туда в обычной одежде мне не хотелось. Лучше было подготовиться заранее. Я как раз закончил высокие сапоги, когда в дверь постучали.
— Господин Рёма, я слышал, вы вернулись. Вы здесь?
Это был Себас, и я поспешил открыть дверь.
— Да, я здесь.
— Всё ли у вас в порядке?
— Насколько мне известно, да.
— Понятно. Сотрудник гостиницы сказал мне, что утром вы ушли, вернулись ещё до полудня, а потом заперлись в комнате и даже не пообедали...
А... И правда, я ведь забыл поесть.
— Простите, я слишком увлёкся работой... Вы за меня беспокоились?
— Если у вас есть время, прошу присоединиться к нам. Миледи очень хочет снова вас увидеть. Если вы заняты именно этим шитьём, можете продолжить в комнате миледи, а две горничные вам помогут.
Я и так собирался с ними поговорить, так что момент оказался как нельзя более подходящим. Убрав ткань и инструменты в Хранилище предметов, я вместе со слизнями отправился вслед за Себасом в покои семьи герцога. Стоило нам войти, как Элиария и Элиза тут же подбежали ко мне.
— Вы не пострадали?! Ничего не случилось?!
— Рёма! Ты в порядке? Тебя не ранили?
— Успокойтесь вы обе.
— Если будете так на него наседать, Рёма и слова сказать не сможет.
После слов Райнхарта и Райнбаха обе немного отступили.
— Эм... Простите, что заставил вас волноваться. Хотелось бы сказать, что никаких проблем не было, но... я слишком увлёкся работой и забыл пообедать.
— Ох, какое облегчение.
— Ох, а я уж думала, что что-то случилось!
— Хо-хо. Раз ничего не случилось, значит, всё к лучшему.
— Чем же ты был так занят?
— Шил. Делал рабочую одежду для уборки.
Я достал инструменты из Хранилища предметов.
— Хм... Похоже, ты ещё и сделал всё водонепроницаемым.
— Да. После сегодняшнего задания я провозился с водонепроницаемой тканью до второй половины дня, а всё остальное время шил одежду.
— Почему ты вдруг решил сделать такую одежду?
Я рассказал о том, что произошло сегодня. Мне сказали, что не возражают, если я буду работать во время разговора, и я так и сделал.
— ...Вот так я и взял это поручение на уборку. Было бы ужасно, если бы начала распространяться болезнь, поэтому я и спешил закончить работу.
— Хм...
— Я понимаю, почему ты так поступил. И тоже очень тебе благодарен. Но подумать только, что городская управа творит подобное... Себас.
— Да.
— Отправляйся в город и собери сведения. Нужно выяснить, действительно ли управа поступает так, как мы услышали. Если это правда, административные расходы города должны были снизиться по сравнению с прошлым годом. Однако в отчёте, который мы получили сегодня, указано обратное. Возможно, кто-то присваивает средства.
— Слушаюсь.
Себас сразу же вышел из комнаты.
— Спасибо, Рёма. Благодаря тебе мы, возможно, раскроем преступление.
— Именно. Растрата сама по себе преступление, но присваивать деньги, предназначенные городу и его жителям, так, что из-за этого страдают люди, — непростительно. Плату жителям трущоб установили ещё несколько десятилетий назад. Снижать её недопустимо! И так погубить плоды моих трудов...
Плоды трудов Райнбаха?
— Систему, по которой жителей трущоб нанимают чистить общественные туалеты, создал мой свёкор. Он задумал её как общественные работы для предотвращения болезней и борьбы с бедностью во владениях Джамиль.
— Теперь это уже давняя история, но тогда мне пришлось связываться с главой каждого города и добиваться строительства этих сооружений. Если к моему распоряжению нанимать жителей трущоб относились с недоверием, я, невзирая на попытки меня остановить, сам отправлялся в трущобы и вёл переговоры. Сколько же времени ушло, чтобы договориться с каждым городом об условиях труда и найма... И подумать только, что все эти усилия теперь пропадают даром. Это поистине досадно.
Райнбах произнёс это с неподдельно печальным лицом. Похоже, для него всё это было не просто служебным делом...
— Как бы то ни было, если всё это правда, оставить такое без внимания нельзя. Даже если остальные закроют на это глаза, семья Джамиль этого не сделает.
— Мы действительно очень рады, что ты здесь, Рёма. Благодаря тебе мы узнали обо всём этом, пока находились в городе. По крайней мере одно ясно наверняка: здесь что-то неладно. Если бы система и правда работала так, как я её устроил, такого поручения вообще не появилось бы.
— Не за что.
— Хм. Пожалуй, пусть горничные помогут тебе с этой одеждой. Арауне, Лилиан, помогите ему.
— Слушаемся.
Когда две горничные присоединились ко мне, работу удалось разделить. Лилиан занялась перчатками, Арауне — комбинезоном, а я плёл шнуры, которые пригодились бы для разных целей.
— Господин Рёма, что это за нить? Никогда не видела такой прочной, но при этом тонкой и гладкой нити.
— А, это нить липкого слизня.
— Слизни умеют выпускать нити?
— Только липкие слизни. Да и то, возможно, лишь мои. Я смешивал их липкий и затвердевающий растворы, пытаясь придумать им применение, и однажды смесь превратилась в нить. Тогда я попробовал заставить слизней делать то же самое. В лесу такие нити очень выручали меня, когда приходилось чинить одежду.
Я подозвал большого липкого слизня и велел ему выпустить немного нити.
— Вот так. Прочность нити можно менять, регулируя соотношение двух растворов в его теле.
Я велел слизню сделать несколько нитей разной толщины, чтобы показать их Арауне и Лилиан, и обе попросили меня продать им такую нить.
— Я не могу брать с вас деньги. Вы столько для меня сделали. Пожалуйста, возьмите её просто так.
Услышав это, обе очень обрадовались. Как оказалось, за долгие годы, что Арауне служила семье Джамиль и занималась шитьём, ей ещё не встречалась нить такого качества. Я не считал её чем-то особенным, но, наверное, просто слишком привык к синтетическим волокнам, которые производили на Земле.
После этого я посоветовался с Райнхартом, и мы решили, что эту нить можно будет превратить в товар наряду с непромокаемой одеждой.
Из дальнейшего разговора я узнал, что города и деревни во владениях Джамиль считались очень чистыми благодаря масштабным работам по благоустройству, которые проводил прежний глава, Райнбах. Райнхарт хотел и дальше развивать владения, обустроенные его отцом, и для этого собирался расширять торговлю. Поэтому изделия из слизней, которые я невольно изобретал одно за другим, очень его привлекали. Он низко поклонился, прося меня и впредь сотрудничать с ним, и я ответил таким же поклоном. Все в семье Джамиль были такими хорошими людьми, что мне хотелось помогать им чем только смогу.
Мы продолжали работать и разговаривать, пока моя рабочая одежда не была готова. Я примерил её — с размером всё оказалось в порядке, но... Я натянул перчатки, заправил их края под рукава комбинезона и перевязал запястья шнурами, чтобы внутрь не попадала грязь. Затем надел водонепроницаемый рабочий комбинезон, а поверх — длинные сапоги, соединённые со штанинами, доходившими до самого туловища, и всё закрепил шнурами. Все сошлись на том, что выглядит это странно, зато для работы такая одежда, похоже, очень практична, и Райнхарт решил, что стоит подумать и об этом как о возможном товаре.
# Глава 1. Эпизод 17: Во время санитарных работ...
На следующий день.
Я взял одежду, которую сделал вчера, подготовил всех слизней и сообщил остальным, что ухожу.
— Я тогда пойду.
— Спасибо за старания.
— До встречи, Рёма.
— Постарайся.
— А мы тут тоже со всем разберёмся.
Когда все проводили меня, я отправился в гильдию.
— Доброе утро.
— О, ты тот мальчик, что приходил вчера. Рёма, верно? Снова пришёл.
— Да, я хотел бы взяться за заказ...
— Да, мне уже сообщили. Спасибо, что взялся за эту работу. Мы с ней и правда уже не знали, что делать.
— Не за что. Пожалуйста, оформите всё необходимое.
— Ладно, предоставь это мне... Готово! Возьми этот бланк заказа и обойди западный квартал. А это ключ от входа в выгребную яму. Не потеряй.
— Понял. Тогда я пойду.
— Береги себя!
Я вышел из гильдии и, как было указано, направился в западную часть Гимула.
Выгребная яма общественных туалетов... А, вот она. В кирпичной стене была дверь. Я открыл её доверенным мне ключом и увидел небольшую постройку из того же кирпича, а в ней — ещё одну дверь. Пройдя первую, я попытался запереть её изнутри, но с этой стороны даже не оказалось замочной скважины. Видимо, две двери специально устроили так, чтобы изнутри помещение нельзя было запереть. Что ж, ничего страшного, если первая останется незапертой. Закрыв дверь за собой, я переоделся и открыл вход в яму.
— Угх?!
И тут же захлопнул его обратно. Выгребные ямы не чистили уже несколько месяцев, и оттуда ударила чудовищная вонь. От рези в носу у меня заслезились глаза.
Слизни-падальщики, похоже, чувствовали себя нормально, поэтому я сначала отправил их внутрь и велел разделиться, чтобы заняться уборкой. А вот я никак не мог оправиться от первого потрясения и успокаивался довольно долго. Когда наконец пришёл в себя, я попросил слизня-чистильщика пропитать платок дезодорирующим раствором и обвязал им лицо, чтобы хоть немного защититься от запаха. Глазам тоже досталось, поэтому одного слизня я посадил себе на голову, превратив его в подобие защитных очков. Слизни-чистильщики были почти прозрачными, так что обзору он не мешал. Да здравствуют слизни-чистильщики.
Полностью экипировавшись, я вошёл внутрь. Лестница вела вниз, к огромному подземному коридору. По обеим сторонам прохода копошились целые скопления слизней-падальщиков, старательно пожиравших груды нечистот.
[[image:/storage/reader-images/73de60cd5123502b5ef428bdb3868f46fbed9e7a.jpg]]
Держась позади них, я с помощью «Туманной мойки» смывал грязь с потолка и стен, а своим оригинальным заклинанием молнии «Шквал» нагревал грязную воду и обеззараживал её. Здесь было настолько грязно, что я просто решил попробовать — вдруг получится отмыть получше... И, похоже, сработало. Сначала статус потолка выглядел так:
Нечистый потолок
Потолок, покрытый нечистотами.
Но после применения «Оценки» он изменился:
Каменный потолок
Потолок выгребной ямы общественных туалетов Гимула. Очищен и обеззаражен водой и нагревом.
Результат «Оценки» сменился с «Нечистого потолка» на «Каменный потолок». В подробностях даже было сказано, что он обеззаражен нагревом. Интересно, откуда вообще берётся эта информация? Я давно об этом думаю, но раз до сих пор она всегда оказывалась верной, наверное, можно не беспокоиться...
Иногда я отвлекался на посторонние мысли, но продолжал уборку. В итоге на очистку одной выгребной ямы ушло пять часов, а потом произошло ещё кое-что, что отняло ещё три часа.
— Ну и наелись же они сегодня.
Слизни-падальщики готовились к делению. В других ямах ещё оставалась работа... но, если это позволит трудиться эффективнее, я решил, что лучше дать им разделиться. Мы и так находились вдали от посторонних глаз, поэтому слизни приступили к делению. На это ушло три часа. Зато после него общее число слизней-падальщиков выросло до 1464. До деления их было 730, значит, четверо успели разделиться дважды. Я удивился, сколько же питательных веществ они накопили, но теперь переходить к следующей работе стало проще.
На сегодня оставалось только отчитаться. И, в отличие от прошлой жизни, здесь никто не стоял над душой и не требовал торопиться. Я не спеша проверил, всё ли в порядке со слизнями. Но, заметив изменение в характеристиках одного из слизней-падальщиков, почувствовал, как по спине пробежал холодок.
До уборки их навыки выглядели так:
Сопротивление болезням 5, Сопротивление яду 5, Пожиратель нечистот 5, Очищение 6, Устранение запаха 6, Дезодорирующий раствор 4, Выделение зловония 4, Преобразование питательных веществ 3, Прыжок 2, Пожирание 6, Поглощение 3, Деление 6
А теперь они стали такими:
Сопротивление болезням 7, Сопротивление яду 6, Пожиратель нечистот 6, Очищение 7, Устранение запаха 7, Дезодорирующий раствор 4, Выделение зловония 6, Преобразование питательных веществ 5, Прыжок 2, Пожирание 7, Поглощение 3, Деление 6
Уровни их навыков заметно выросли. Но важнее всего было Сопротивление болезням: оно поднялось сразу на два уровня. С остальными всё было в порядке, так что сами по себе они меня не тревожили. Но если выросло Сопротивление болезням, значит, здесь должен был быть источник болезни. Иными словами... это место было рассадником болезней!
Нет, я и так это знал. Неприятно признавать, но места, где скапливаются нечистоты, становятся очагами болезней. Однако... когда я в прошлый раз спрашивал Элизу о навыках слизней-падальщиков, она сказала, что Сопротивление болезням 5 даёт иммунитет почти ко всем серьёзным болезням — то есть, конечно, опасным для жизни. И если навык поднялся сразу на два уровня с такой отметки... значит, здесь были бактерии, способные вызвать эпидемию! Это очень плохо... Стоп, а что с остальными выгребными ямами?! Нет, нужно срочно кому-нибудь сообщить... Но сначала — дезинфекция! Будет совсем не смешно, если я выскочу отсюда и разнесу бактерии повсюду!
Стараясь успокоиться, я поспешил обратно ко входу и с помощью «Оценки монстра» проверил состояние слизней. Хорошо, сейчас признаков болезни у них не было. Сначала я велел слизню-чистильщику очистить корзину для слизней, самих слизней и меня целиком. Затем тщательно обеззаразил всё вокруг входа и с помощью нейтральной магии «Оценка» проверил все свои вещи и слизней. В подробных сведениях я искал слова «грязный», «нечистый» или «микробы». К счастью, везде значилось «чисто», так что Очищение слизней-чистильщиков и слизней-падальщиков, похоже, действительно сработало.
Я запер вход и на всякий случай поставил барьер, после чего бросился к гильдии. По дороге на меня многие оборачивались: в спешке я так и не переоделся. Но сейчас было не до этого. Нужно было как можно скорее доложить главе гильдии и представителям герцогского дома.
Я думал только об этом, пока бежал, но уже возле гильдии кое-что понял. Если я заговорю об эпидемии прямо у стойки, в лучшем случае поползут дурные слухи, а в худшем начнётся настоящая паника. Поэтому лучше сделать вид, будто я обычный юный искатель приключений, который просто возвращается после работы...
Перед гильдией я перешёл на шаг и спокойно вошёл внутрь. Из-за странной одежды на меня тут же уставились; кто-то даже показывал пальцем и смеялся. Но я не обращал внимания и направился к стойке. Мне было не до них. Я и так изо всех сил старался не показать, насколько паникую.
— Простите.
— Ой, Рёма... Что это за странный наряд?
— Это моя рабочая одежда! Ну как? Не самая модная, зато в ней удобно двигаться и её не жалко испачкать — можно хоть по болоту бродить!
— Ну, раз ты так говоришь...
Несколько человек вокруг тоже согласно закивали.
— Кстати, я хотел бы доложить главе гильдии о сегодняшней работе. У него сейчас найдётся время?
— Что? Главе гильдии?
— Не могли бы вы спросить его? Скажите, что мне нужно кое-что сообщить.
— Правда? Хм... Я спрошу, но сейчас у него гости, так что, возможно, придётся немного подождать.
— Ничего страшного. Спасибо.
После этого пришлось довольно долго ждать, пока из глубины помещения не вернулись с ответом.
— Тебя примут, Рёма. Проходи.
К счастью, оказалось, что дальше ждать не придётся.
Но прежде чем мы дошли до кабинета главы гильдии, меня отвели в сторону.
— Сейчас у главы гильдии в гостях чрезвычайно важные люди, так что веди себя очень вежливо, хорошо? За тебя я особо не беспокоюсь, но всё же на всякий случай предупреждаю.
— Спасибо за предупреждение. Я буду осторожен.
Вскоре мы подошли к кабинету главы гильдии, и в дверь постучали.
— Простите, Рёма здесь.
— Входите.
Услышав голос главы гильдии, мы вошли.
В комнате находились четверо из семьи Джамиль и Себас.
— Хорошо поработал, Рёма.
— Вы все... почему вы здесь?
— Мы пришли послушать, что скажет глава гильдии о том, что ты рассказал нам вчера. Всех наших сопровождающих тоже отправили собирать сведения.
— Понятно...
Я такого не ожидал, но это было даже кстати!
— И...? Что случилось?
— Есть кое-что, что я хотел бы сообщить вам по секрету.
— Что-то случилось? И что это на тебе? Вчера корзина, сегодня эта одежда... Твои наряды становятся всё чуднее, тебе не кажется?
— Это рабочая одежда, которую я сделал для уборки. Я ставил практичность выше внешнего вида, поэтому прошу не обращать внимания на неуклюжий крой... Но сейчас важнее другое: я только что вернулся после очистки выгребной ямы общественных туалетов.
Я довольно резко сменил тему. Глава гильдии и представители герцогского дома, похоже, уловили мой настрой и тоже посерьёзнели.
— Да, это та самая работа, о которой я говорил вчера. Что с ней?
— Я очищаю всё с помощью магии воды и своих фамильяров — слизней-падальщиков. Слизни-падальщики питаются нечистотами вроде испражнений животных и гнилого мяса, а ещё обладают навыком Очищение. Так я и выполнял уборку.
— Никогда прежде не слышал о таких слизнях... Ладно, теперь понятно, как ты всё чистил.
— Но главное начинается сейчас. Нечистоты, разумеется, грязны и становятся рассадником болезней. Если слизень-падальщик ими питается, его Сопротивление болезням естественным образом растёт. До сегодняшнего дня у моих слизней-падальщиков Сопротивление болезням было пятого уровня. Но после сегодняшней работы оно выросло сразу на целых два уровня.
В комнате раздались потрясённые возгласы, и все разом напряглись.
— Что?!
— Это правда?!
— Правда. В той выгребной яме есть источник болезни, способный поднять Сопротивление болезням с пятого до седьмого уровня. К счастью, я заметил это ещё до того, как вышел наружу. Поэтому слизни-чистильщики, обладающие тем же навыком Очищение, что и слизни-падальщики, очистили все мои вещи, а затем я с помощью нейтральной магии «Оценка» убедился, что они чисты. «Оценкой» я также проверил вход и удостоверился, что слизни всё очистили как следует. Я сделал всё, что мог в той ситуации, прежде чем прийти сюда. Уборка закончена, но на всякий случай я запер вход в яму и запечатал его барьером.
— Понятно. Хорошо сработано. Но если внутри действительно свирепствует болезнь...
— Глава гильдии... К счастью, мои слизни, похоже, способны всё очистить как следует. Поэтому я хотел бы продолжить работу. Но не могли бы вы запретить приближаться к выгребной яме, пока уборка не будет полностью закончена, и выставить охрану, чтобы никто не вошёл внутрь?
— Конечно, могу. Но ты правда хочешь продолжать уборку, зная, что внутри вспышка болезни?
— Почему бы просто не оставить работу слизням? Ты ведь можешь отдавать им приказы издалека, верно?
— Очищать место, где распространилась болезнь, слишком опасно!
— Мы возьмём ответственность на себя и отправим туда людей...
Все пытались меня остановить, но я не мог согласиться. Я знал, что способен что-то сделать. А раз так, мне было бы тяжело переложить это на кого-то другого.
— К сожалению, одних слизней недостаточно, чтобы очистить всё полностью. Нечистоты накапливались так долго, что прилипли к стенам и потолку. Если я не смою их магией воды, слизни не смогут их съесть. А если очистить всё не до конца, болезнь распространится. Я очень благодарен вам за беспокойство, но прошу позволить мне продолжить. Если просто направить туда больше людей, можно лишь повысить риск того, что болезнь вырвется наружу. Если же там будем только я и мои слизни, я смогу этот риск контролировать. В любом случае со мной всё будет в порядке... Правда, выполнить работу мог бы кто угодно, но, пожалуй, я — самый безопасный и быстрый вариант.
Сказав это, я достал доску статуса и показал им четыре своих навыка, чтобы убедить их.
Здоровье 7
Усиление жизненной силы 3
Сверхвосстановление 3
Усиление выносливости 6
Все, кто это увидел, — особенно глава гильдии — изумились.
— Что...?!
— Здоровье 7 — навык, защищающий от болезней и ядов, вредных для здоровья. При таком уровне риск заразиться у меня наверняка ниже, чем у других. Даже если я всё-таки заболею, Усиление жизненной силы 3 сделает меня крепче, а Сверхвосстановление 3 поможет быстрее прийти в себя. Усиление выносливости тоже пригодится. Я спокойно могу не спать два-три дня, а значит, справлюсь с работой гораздо быстрее. Вряд ли вам удастся найти кого-то, кто подошёл бы для этой работы лучше меня. Ну как?
После моих слов все в комнате замолчали. Похоже, им было нечего мне возразить. Но если разумом они мои доводы приняли, то сердцем — явно нет: выражения у всех были мрачные. Молчание затянулось, пока Райнбах наконец не заговорил.
— Что ж... после того, что ты нам показал, трудно спорить: более подходящего человека нам, пожалуй, не найти. Выходит, мы перекладываем на тебя всю опасность, но... поручаем эту работу тебе.
Райнбах поднялся со своего места и глубоко поклонился.
— Положитесь на меня.
— ...Я думал, ребёнок должен быть особенно уязвим перед болезнями, но с такими навыками ты и правда самый безопасный вариант. Хорошо. Рёма, охрану оставь мне. Я поговорю с людьми, которые умеют держать язык за зубами и обладают высоким Сопротивлением болезням. Раз уж мы этим занимаемся, лучше не поднимать шума.
— Да. К счастью, общественные туалеты устроены как следует, поэтому пока ничего не распространилось. Хорошо, что мы заметили это рано.
— Согласен. Если бы эпидемия уже пошла по городу, было бы слишком поздно.
— Да. Слизни-чистильщики, которые находились в той же яме, не повысили Сопротивление болезням, как слизни-падальщики. Значит, болезнь в яме не передаётся по воздуху. Если убрать нечистоты, всё должно быть безопасно.
— Что значит «передаётся по воздуху»?
Неужели здесь не существовало самого понятия воздушной передачи? В этом мире ведь были магия и лекарства, невозможные на Земле. Судя по нашему разговору, к болезням здесь относились довольно суеверно. Я слышал, что когда-то и в Японии к кори относились похожим образом, так что, возможно, знания о возбудителях болезней здесь просто были развиты слабее, чем на Земле.
— Вы ведь знаете, как во время эпидемии болезнь очень быстро распространяется? Такое распространение болезни называется заражением. Заразиться можно от другого человека, через пищу или воду, в которые попала зараза, и множеством других способов. Бывает и так, что зараза разносится по воздуху и поражает тех, кто её вдыхает. Тогда эпидемия распространяется особенно легко, а бороться с ней очень трудно. Но на этот раз у слизней-чистильщиков, которые не соприкасались с большим количеством нечистот, Сопротивление болезням не выросло. Поэтому я думаю, что заразиться можно либо при прямом контакте с чем-то нечистым, либо через пищу или питьё, в которые попало что-то ядовитое. Если так, достаточно убрать источник заражения — нечистоты. В общественных туалетах всё устроено в виде ям, и нечистоты сразу падают вниз, не соприкасаясь с другими людьми. Значит, если я буду осторожен и не вынесу заразу наружу на себе, с ней можно справиться. Но я не специалист, так что мои знания неполны.
— Не сказал бы, что эти знания можно назвать неполными. Я вообще впервые о таком слышу.
— Рёма, я... Нет, думаю, все здесь хотят спросить одно и то же. Откуда у тебя такие знания?
Значит, их представления о болезнях и правда были ещё слабо развиты...
— Я узнал это от бабушки. Она занималась исследованием лекарств и хорошо разбиралась в болезнях. Хотя, наверное, говорить, что она меня этому «учила», не совсем верно. В основном я запомнил всё из обычных разговоров, пока помогал ей готовить лекарства.
Похоже, пока что все приняли моё объяснение. А может, меня с самого начала и не собирались расспрашивать дальше: вскоре разговор перешёл к дальнейшим планам.
Мы перебрали несколько вариантов и решили, что к следующему этапу приступим завтра, а сегодня я вернусь в гостиницу вместе с представителями герцогского дома и отдохну. Кроме того, оставалась вероятность, что прямо сейчас я уже заражён. Поэтому я предложил сменить гостиницу, чтобы не подвергать остальных постояльцев риску, но все семеро, включая двух служанок, решительно воспротивились. Они понимали мои доводы и причину такого решения. Но что я буду делать, если появятся симптомы? Мне следует оставаться там, где они смогут быстро помочь. По их словам, это меньшее, что они могут для меня сделать.
...В конце концов я уступил Элизе и её дочери, которые со слезами на глазах сердились на меня, и был очень благодарен за их заботу.
# Глава 1. Эпизод 18: Знакомство
На следующий день рано утром в Гильдии искателей приключений собрались восемь человек — и мужчины, и женщины.
— О, Веланна. Вы тоже здесь?
— А, Джефф. Тебя тоже позвали? Как думаешь, зачем нас сегодня собрали?
— Без понятия. Остальные тоже ничего не знают. У нас ничего общего — ни по рангу, ни по возрасту, ни по расе. Вот и пытались понять, по какому принципу нас выбрали. У вас никаких догадок? Вы единственные, кого позвали всей группой.
— Мы тоже не знаем. Разве что все мы зверолюдки. Но это ведь ни при чём, верно?
— Ага. Я мужчина, да ещё и человек. Остальные — двое людей, гном и драгоньют. Пол и раса тут точно ни при чём.
В этот момент в комнату вошла ещё одна зверолюдка.
— Доброе утро! Ня? Веланну, Мизелию и Силию тоже сюда вызвали?
— Тебя тоже вызвали, Мия?
— Ага, ня. Вчера вечером вернулась, и в гильдии на стойке мне сказали прийти сюда сегодня. Не думала, что вы трое тоже будете здесь, ня.
— Мы тоже... Хм? Слушай, запах от тебя стал гораздо слабее. Ты наконец съехала из того дома-помойки?
— Мы сколько раз говорили тебе оттуда съехать, а ты всё не слушала...
— Наконец терпение лопнуло?
— Нет, ня. Я и сейчас живу в том доме. Да, он был в ужасном состоянии, но я отдала за него немалые деньги. Не жить там — просто расточительство, ня.
— Тогда почему запах стал таким слабым?
— Позавчера кто-то взял в гильдии мой заказ на уборку дома, ня. И всё там начисто отмыл.
— Отмыли тот ад с нескончаемой смертельной вонью? Ничего себе.
— Я сама удивилась, ня. Он меньше чем за два часа всё вычистил, да ещё и дыру в стене заделал. Кажется, убирался магией? Потом вся комната прямо сверкала, ня.
— Уже одно это впечатляет. Кто он такой?
— Похоже, новичок. Наверное, ему ещё и тринадцати нет, а с собой у него была большая корзина, сплетённая из деревянных прутьев и лозы, ня.
Мужчина по имени Джефф отреагировал на это описание.
— А? Младше тринадцати и с большой корзиной? Его случайно не Рёма звали?
— Точно, ня! Именно так он и представился.
— Что, ты его знаешь, Джефф?
— Так, мельком пересекались. На днях старик его вызвал, а пацан выглядел так, будто понятия не имеет, зачем. Вот я и сказал ему, что старик просто суёт нос не в своё дело. А сам пацан, конечно, говорил очень уж вежливо для мелкого.
— Он и правда был очень вежливым мальчиком, ня.
Тут в комнату вошёл ещё один человек. Мия тут же его заметила.
— Прошу прощения, я... — начал представляться вошедший.
— А! Это тот мальчик, ня! — крикнула Мия.
— Мия? Так вы с Джеффом тоже здесь.
— О, здорово. Значит, тебя тоже позвали. Мы как раз о тебе говорили.
— Обо мне?
Тут Веланна подошла к Рёме.
— Так ты Рёма? Рада познакомиться. Я Веланна, зверолюдка из собачьего народа. Мы с Мией давно знакомы и раньше состояли в одной группе.
— Слышала, это ты убрался в доме Мии. Я даже удивилась. Как тебе удалось отчистить такое место?
— Купить-то дом она купила, но потом стена обвалилась... Ты сам видел, до чего всё дошло, да? Для нас, зверолюдей с острым обонянием, запах был просто невыносим, а Мия никак не хотела слушать, когда мы уговаривали её переехать... Ах да, я Мизелия, зверолюдка из тигриного народа. Рада знакомству.
— Я Силия, зверолюдка из кроличьего народа. Рада с вами познакомиться.
— Такэбаяси Рёма. Я тоже рад со всеми вами познакомиться.
— Раньше мы с ними состояли в одной группе. Когда от меня самой стало пахнуть тем домом, я понимала, как тяжело им было — особенно Веланне, ведь она из собачьего народа, — но отказаться от дома так и не смогла, поэтому ушла из группы. Да и вообще я доставила им немало хлопот, ня.
— Мия иногда бывает немного упрямой.
— Кто бы что ни говорил, она твердила, что раз уж купила дом, то будет там жить.
— Если честно, само по себе удивительно, что она прожила там целых пять лет.
— Пять лет в таком месте? Это... должно быть, было нелегко.
Рёма не нашёл, что на это ответить.
Тогда к нему обратился Джефф.
— Кстати, позавчера у тебя тоже была эта корзина, да? Что в ней?
— В этой корзине мои фамильяры. Я укротитель.
— А, так ты укротитель? И кого держишь?
— Несколько разновидностей слизней. Я пока ещё ученик. Слизни медленно передвигаются, поэтому, когда нужно спешить, быстрее посадить их в корзину и нести самому. Да и пугать горожан не хотелось бы.
— Понятно. Логично.
В этот момент вошёл глава гильдии.
— Отлично, похоже, все собрались. Садитесь куда хотите.
После этих слов все расселись по местам.
— А теперь объясню, зачем я вас всех собрал. Но сначала каждый должен поклясться не разглашать то, что сейчас услышит. Кто не готов хранить тайну, может выйти. Сразу предупреждаю: даже выслушав подробности, вы не обязаны брать эту работу. Если не станете рассказывать посторонним о том, что услышали здесь, можете отказаться и после объяснения. Никакого наказания за это не будет.
Услышав это, все без колебаний кивнули.
— Хорошо. Тогда начнём с того, почему выбрали именно вас. Во-первых, вы достаточно надёжны и умеете держать язык за зубами. Во-вторых, у всех вас есть навык «Сопротивление болезням». Есть ведь?
— Ага, есть. Ты сам лучше всех знаешь, старик: я бывший житель трущоб. Кто там жил, у любого «Сопротивление болезням» первого-второго уровня найдётся. У меня, правда, пятый.
— Мы тоже однажды заразились во время эпидемии, когда выполняли заказ за пределами города.
— К счастью, болезнь тогда была не слишком тяжёлой, и мы все вернулись живыми. Тогда и получили этот навык.
— Кажется, у всех был третий уровень, верно?
— А у меня уже четвёртый. Не хочется признавать, но, наверное, из-за жизни в той помойке, ня.
После этого искатель приключений-гном, выглядевший довольно опытным, догадался, о какой работе идёт речь, а другой, ещё молодой искатель приключений, услышав его догадку, запаниковал.
— Если для работы нужно «Сопротивление болезням»... речь об эпидемии?
— Она уже началась?!
— Успокойся, Шер. Гордон угадал: речь действительно об эпидемии, но она ещё не распространилась.
— Ещё? То есть заболели один-два человека?
— Нет. Просто случайно обнаружили заражённое место. Нашёл его вон Рёма, а заболевших пока нет.
Все тут же уставились на Рёму, но глава гильдии Уорган продолжил объяснение: рассказал о свойствах слизней-падальщиков и о том, почему они решили, что речь идёт об эпидемии.
— ...Вот как обстоят дела. «Сопротивление болезням» у слизней-падальщиков поднялось с пятого уровня до седьмого. Значит, шестого оказалось недостаточно для полной защиты, и мы предполагаем, что зараза уже распространилась в части выгребных ям — а возможно, и во всех. Наша задача — остановить эпидемию до того, как она перекинется на город. Кроме того, если горожане узнают об этом, наверняка начнётся большой переполох. Поэтому действовать нужно в строжайшей тайне.
— То есть наша работа — разобраться с эпидемией... иными словами, вычистить выгребные ямы?
— Нет. Вы девятеро этим заниматься не будете. Спускаться в выгребные ямы и чистить их будет только Рёма.
— Погоди! Ты собираешься свалить всю работу на одного ребёнка? Это же безумие, как ни посмотри! Дети легче заболевают, слишком опасно.
— Одному человеку невозможно вычистить все городские выгребные ямы. На одну такую яму требуется десять человек, знаешь?
— Я и сам об этом думал, но так будет лучше всего. Во-первых, вчера Рёма уже очистил со своими слизнями одну яму за день. Во-вторых, даже среди вас девятерых самый высокий уровень навыка «Сопротивление болезням» — у Джеффа: пятый. Если даже шестого уровня недостаточно, чтобы полностью защититься от этой эпидемии, для вас риск всё равно слишком велик. У Рёмы же «Здоровье» седьмого уровня, так что заразиться он рискует меньше всех. Вдобавок у него «Усиление жизненной силы» третьего уровня, «Сверхвосстановление» третьего и «Усиление выносливости» шестого. Даже если он заболеет, из всех присутствующих именно у него самые высокие шансы выздороветь.
После этих слов все девятеро потрясённо посмотрели на Рёму. Силия отвела взгляд и обратилась к Уоргану.
— ...Я понимаю, что он здесь самый подходящий. Но тогда что должны делать мы?
— Пока Рёма чистит, вы по очереди караулите вход и не пускайте никого внутрь. Дверь устроена так, что, пока внутри кто-то есть, её нельзя запирать. Чтобы наверняка исключить все возможные риски, я и собрал вас — тех, у кого есть «Сопротивление болезням». А те, кто владеет нейтральной магией «Оценка», после уборки проверят Рёму и убедятся, что он не вынес заразу наружу.
— Для караула правда нужно девять человек?
— ...По словам Рёмы, если работать без остановки, он рассчитывает закончить за два-три дня. Его навык «Здоровье», как выяснилось, объединяет сопротивление болезням, сну и ядам. Это тоже подтвердили.
— Понятно. Значит, поэтому по сменам. Рёма, кажется? Ты точно справишься?
— Проблем не будет. По две-три ночи подряд работать без сна для меня было обычным делом. А теперь я делаю это по собственной воле, так что даже легче.
— Вот как...
— Если возьмётесь за работу, присматривайте за Рёмой и следите, чтобы он не перенапрягался. Даю вам десять минут. В каком-то смысле эта работа опаснее истребления монстров. Никого не заставляю, и за отказ наказания не будет. Хорошенько подумайте и решите.
Сказав это, Уорган вместе с Рёмой вышел из комнаты, чтобы остальные могли спокойно принять решение. Все молча задумались, пока Джефф не нарушил тишину.
— Эх... Ну что, кто как?
Ответил ему искатель приключений-гном по имени Гордон.
— Я участвую. Это и мой город. Здесь все мои друзья, так что сбежать я не могу.
После него вызвались и остальные.
— Я тоже приму поручение. Эпидемия — угроза, которую надлежит предотвратить во что бы то ни стало.
— Эпидемия в нашем городе, значит... Дело дрянь, но мне будет ещё паршивее, если оставить всё на одного мальчишку.
— Вот именно. Нам-то всего лишь вход караулить. Самая опасная работа достаётся ему одному. Не могу я тут взять и сбежать.
Десять минут для такого решения оказались почти лишними: когда Уорган и Рёма вернулись, все заявили, что готовы участвовать.
Затем Уорган пересказал сведения о болезнях, которые Рёма знал ещё с Земли и выдавал за бабушкины наставления, после чего команду поспешно разбили на отряды.
# Глава 1. Эпизод 19: Работа с другими искателями приключений
Рёма
Всё было готово. Я закончил приготовления перед выгребной ямой ещё до прихода остальных. Вернее, моя одежда и без того слишком бросалась в глаза, а если бы за мной шла целая группа искателей приключений, внимания мы привлекли бы ещё больше. К тому же каждому требовалось подготовиться по-своему, а мне всё равно нужно было заранее проверить, не выбрались ли бактерии наружу.
Теперь оставалось только дождаться первого отряда. О, а вот и они.
Шаги стихли, и дверь наружу открылась. Вошли трое из тех, кто присутствовал на собрании, и посмотрели на меня. Среди них были Мия, заказчица моей прошлой работы, и Джефф, с которым я прежде встречался в гильдии.
— Спасибо за работу.
— Ага. Хотя мы пока ничего и не сделали.
— Два дня не виделись, Рёма. Меня и Джеффа ты вроде уже знаешь, но я всё равно представлюсь ещё раз, ня. Я Мия Кэтт, кошачья зверолюдка. Зови меня просто Мией, ня.
Мия пошевелила покрытыми коричневой шерстью ушами и хвостом, словно подчёркивая, что она кошачья зверолюдка.
— А я, как уже говорил, Джефф Гранже. Сразу предупреждаю: вырос я не в лучших местах. Терпеть не могу церемониться, да и тебе со мной вежничать незачем. Говори как проще.
— Спасибо, но я вовсе не заставляю себя так говорить.
— Тогда ладно. Следующий у нас...
— Стало быть, мой черёд.
Следующим оказался незнакомый мне мужчина с коротко и кое-как остриженными тёмно-каштановыми, почти чёрными волосами. На собрании я как-то не обратил внимания, но говорил он будто персонаж старинной исторической пьесы. Да и оружие у него было — катана... Нет, судя по длине, скорее тати. С тех пор как я попал в этот мир, ничего подобного мне ещё не встречалось. Даже среди оружия разбойников такого не было. Кто же он такой?..
— Имя мне Асаги. Я странник из деревни драгоньютов и путешествую, дабы совершенствовать себя. Ныне обосновался в этом городе и служу искателем приключений. Сказывают, даже случайная встреча способна породить крепкие узы. Надеюсь, и наша встреча положит начало таким узам.
— Я Такэбаяси Рёма. Мне тоже приятно познакомиться. Так вы драгоньют.
Драгоньютов ещё называли драконолюдами. Как следовало из названия, это были люди с драконьими чертами. Но у Асаги я ничего подобного не видел и потому принял его за обычного человека. Похоже, он это заметил.
— Вы, видно, не поняли, что перед вами драгоньют?
— Простите, я встречаю драгоньюта впервые...
— Не стоит беспокоиться. У драгоньютов нет таких общих внешних признаков, как у иных народов, к примеру у кошачьих зверолюдей. У большинства часть тела покрыта чешуёй, у некоторых, хотя и редко, вырастают небольшие рога. В остальном мы ничем не отличаемся от людей. Если чешуя находится в незаметном месте, отличить нас от людей трудно. Как в моём случае.
Говоря это, Асаги распахнул ворот и показал чешую того же цвета, что и его волосы. Но меня куда сильнее занимали его манера речи и оружие.
— Простите, можно задать один вопрос?
Я решил, что спрашивать с ходу о его речи будет невежливо, и поинтересовался родиной Асаги. Оказалось, деревня драгоньютов находилась на далёком острове и была основана человеком, которого я подозревал в том, что в прошлом он перенёсся сюда из другого мира.
— Драгоньюты крепче телом и обладают большим запасом магической энергии, чем люди. Так было и в старину, однако прежние драгоньюты, полагаясь на свою силу, высокомерно считали другие народы куда ниже себя. Но основатель нашей деревни был не только человеком, но и великим мастером меча, способным одолеть драгоньюта. Говорят, одной лишь силой своего клинка он в одиночку положил конец тирании драгоньютов над людьми. И всё же побеждённого им драгоньюта он милосердно пощадил. Поражённые этим драгоньюты стали его учениками. Вместе они переселились на необитаемый остров, подальше от испуганных людских глаз, и основали там поселение, где мы по сей день наследуем самурайский дух. Таково предание о нашем изгнании и основании деревни.
К слову, Асаги был внуком одного из тех драгоньютов-учеников, а его манера речи передавалась в их роду из поколения в поколение. Даже имя Асаги было взято из предания об отряде самураев — кажется, оно обозначало цвет их кимоно. А переселенец из другого мира, по слухам, очень почитал этот отряд или что-то в таком духе.
...Чем дольше я слушал, тем сильнее меня смущали поступки того переселенца. Может, за долгие годы предание просто исказилось, но мне почему-то казалось, будто я слушаю иностранца, который слегка неправильно понимает японскую культуру.
— ...Эй, разговор, конечно, интересный, но вам не пора уже за работу?
— А, и правда.
— Что-то мы заболтались.
Слова Джеффа вернули нас к делу, и мы приступили к работе.
— Сейчас я открою дверь, но сначала возьмите по платку, смочите их вот здесь и обвяжите лицо.
Я приказал слизням-чистильщикам наполнить подготовленную ёмкость своим дезодорирующим раствором.
— Что это?
— Дезодорирующий раствор слизней-чистильщиков. Он очень сильно ослабляет дурные запахи. Так яды и другие вредные вещества не попадут в организм.
— Понятно.
Все трое посмотрели, как я намочил свой платок и обвязал им лицо, а затем повторили за мной.
— Открываю.
И я открыл дверь...
— Я вернусь поз...
— Угх! Кхе...
Я ещё не успел закончить прощальную фразу и отправиться на работу, как Асаги вдруг согнулся от рвотных позывов.
— Вы в порядке?
— Простите. Когда дверь открылась, я приготовился к вони, но ничего не почувствовал и потому утратил бдительность. У драгоньютов обоняние столь же остро, как у зверолюдей. Стоило платку сдвинуться — и вот результат.
А, вот в чём дело. Со мной поначалу было то же самое.
— Ничего не поделаешь. Я человек, а вчера со мной случилось то же самое. Вонь была такая, что даже глаза резало. Если бы не мои слизни, я бы не выдержал. Оставлю здесь дезодорирующий раствор, пользуйтесь им сколько нужно. Ну а теперь я действительно пойду.
Войдя вместе со слизнями в выгребную яму, я обнаружил там такую же жуткую картину, как вчера. Прежде чем начинать уборку, я применил «Оценку», чтобы выяснить, удастся ли определить бактерии. И увидел вот что:
Вирус Идакэ: Патогенная бактерия, которая в редких случаях возникает там, где большие объёмы нечистот долго скапливаются во влажной среде. Чем дольше их не трогают, тем выше вероятность вспышки. Изначально является безвредным обитателем человеческого организма, но после мутации приобретает патогенные свойства. Вспышку можно предотвратить правильной утилизацией нечистот — например, захоронением или сжиганием.
Инкубационный период: Болезнь проявляется в течение десяти часов после заражения.
Симптомы: Возникают в следующем порядке: головокружение, жар, озноб, онемение конечностей, полный паралич тела, ухудшение умственных функций, остановка сердца. Представляет угрозу жизни.
Последствия: Паралич конечностей может сохраниться.
Путь передачи: Заражение через рот.
Примечания: Не переносит высокой температуры и сухости. Существует лекарство.
Так там и правда была опасная бактерия! В прошлый раз я успел всё очистить, прежде чем заметил неладное, поэтому применить «Оценку» уже не получилось. Надо было сделать это вчера! Тогда я смог бы дать более конкретные сведения. И погодите, от болезни есть лекарство?! Стоило мне узнать название болезни, как в памяти сами собой всплыли подходящее лекарство и рецепт — словно я просто вспомнил то, что когда-то знал. Похоже, это входило в знания, которые мне передали. Нужно сообщить об этом наверх.
— Все меня слышат?
— Что случилось, ня?
Я очистил себя и пространство перед дверью, затем чуть приоткрыл её. Мия заметила это сразу.
— Перед началом уборки я применил «Оценку». Оказалось, что находящееся внутри токсичное вещество служит источником эпидемии под названием «вирус Идакэ». Кроме того, от вируса Идакэ есть лекарство. Я вернулся, чтобы сообщить вам об этом.
— Это правда, ня?!
— Да, ошибки быть не может. Для лекарства потребуется несколько дорогих ингредиентов, и, возможно, сейчас уже поздно начинать его готовить, но не могли бы вы всё равно передать сообщение главе гильдии?
— Я схожу. Если скажу старику название болезни и что от неё есть лекарство, он, небось, достанет нам сколько нужно, даже если это дорого. Не знаю, сколько займут приготовления, так что давай побыстрее.
— Подождите. Заодно расскажите ему, как приготовить лекарство. Тогда понадобятся только ингредиенты и аптекарь.
— Ты ещё и знаешь, как его приготовить?!
— Этому меня тоже научила бабушка.
— Весьма обнадёживающая весть. Если поведаете мне способ приготовления, я всё запишу.
Асаги тут же достал заранее приготовленные письменные принадлежности, и я продиктовал ему состав и способ приготовления лекарства. Похоже, не все специальные термины были ему понятны, но, если я подсказывал, как пишется слово, он без запинки его записывал. Я уже очень давно ничего не писал кистью. С тех пор как попал сюда, пользовался только перьями да деревянными ручками. Впрочем, и в прошлой жизни я почти не брал в руки кисть — разве что для новогодних поздравлений.
— Готово. Так сойдёт?
Я один раз перечитал запись, убедился, что всё в порядке, и Джефф тут же умчался с запиской. А я снова спустился в выгребную яму.
Больше мне не нужно было ничего выяснять о нечистотах. Пора было от них избавляться. Рассчитываю на вас, слизни!
По моему приказу слизень у ног раздулся, словно воздушный шар, пока не заполнил собой всё пространство лестницы в выгребной яме. После вчерашнего деления слизней-падальщиков стало больше тысячи. Их объединённая форма теперь называлась «Королевский слизень-падальщик», а не «Огромный слизень-падальщик», и тело стало заметно крупнее, чем вчера. Похоже, тысяча слизней образовывала королевского слизня, но объединяться они могли и дальше, так что форма ещё могла измениться.
До какой ступени это может дойти, я не знал, но... навыки были такими:
Королевский слизень-падальщик x1
Навыки: Сопротивление болезням 7, Сопротивление яду 7, Пожиратель нечистот 8, Очищение 8, Устранение запаха 8, Дезодорирующий раствор 5, Выделение зловония 7, Преобразование питательных веществ 6, Сопротивление физическим атакам 3, Увеличение 4, Уменьшение 6, Прыжок 3, Обжорство 1
«Пожирание» и «Поглощение» исчезли, а вместо них появился новый навык — «Обжорство». Когда я попробовал его использовать, королевский слизень-падальщик увеличился до самого потолка ямы и начал уничтожать нечистоты в несколько раз быстрее прежнего. Благодаря большому телу он доставал до стен и потолка, куда обычные слизни-падальщики не добирались. Возможно, стоило снова разделить его, получить двух королевских слизней и поставить их по концам коридоров, а середину заполнить обычными.
Но... может, дело в том, что навык пока только первого уровня? Один слизень теперь работал во много раз быстрее, однако вчерашние семьсот тридцать слизней, похоже, всё равно справлялись быстрее. Пока, вероятно, выгоднее брать количеством. Придя к такому выводу, я приказал слизням разделиться и продолжить уборку в таком виде, а сам занялся потолком и стенами.
Удвоение числа слизней-падальщиков действительно многое изменило. Я работал без остановки, пока не очистил первую выгребную яму, но сегодня управился на два часа быстрее, чем вчера. Закончив, я очистил одежду и вещи и вышел наружу. И тогда...
— Эй, снова что-то случилось?
— Здесь я закончил. Пожалуйста, проверьте, всё ли чисто, и тогда я перейду к следующей.
— Уже, ня?!
— Разве речь не шла об одной яме в день?
А? Ах! Вот оно что. Вчера за целый день я очистил одну яму. Услышав только это, они трое решили, что больше одной в день я не успеваю.
— Похоже, возникло небольшое недоразумение. На самом деле вчера после окончания уборки слизни-падальщики начали делиться. Я заключал контракты с отделившимися слизнями прямо в выгребной яме, и на это ушло время. Сама уборка одной ямы заняла около пяти часов, но после деления слизней стало вдвое больше, поэтому теперь всё идёт гораздо быстрее.
— Но даже если их стало вдвое больше, один слизень просто превратился в двух, верно? Насколько же быстрее они могут... ну... есть?
— Обычно этот слизень уменьшен с помощью навыка «Уменьшение», но на самом деле это высшая разновидность слизня-падальщика — королевский слизень-падальщик. Вы знаете о больших слизнях?
— Ага. Те здоровенные слизни, да?
— Высшие виды, стоящие над большими слизнями, образуются, когда множество слизней одного вида объединяются. Поэтому то, что выглядит как один слизень, на самом деле представляет собой скопление множества.
Я заставил слизня-падальщика разделиться на двадцать слизней прямо перед ними.
— Ч-ня?!
— Ого... Ты серьёзно?..
— Сие...
— На днях я узнал, что слизней почти никто не исследует, поэтому об этом знаем только я и мои знакомые. Я сам всегда занимался исследованием слизней и, когда рассказывал об этом остальным, считал такие вещи общеизвестными. Простите.
— Нет, если благодаря этому работа пойдёт быстрее, тем лучше. Но сколько же слизней-падальщиков объединено в этом одном слизне?
— Тысяча четыреста шестьдесят четыре.
— Тысяча с лишним...?! Нет, прошу простить... При таком количестве подобная скорость вполне объяснима.
— Пожалуйста, сведения о слизнях тоже не разглашайте. Это конфиденциальная информация по этому поручению.
После этого разговора они подтвердили, что яма вычищена, а я перешёл к следующей выгребной яме... И дальше всё повторялось снова и снова.
# Глава 1. Эпизод 20: То, что понимаешь, лишь оглянувшись назад
Три дня спустя...
Осталась последняя. Три дня я работал почти без остановки. Иногда мы перекидывались парой слов, но практически всё остальное время уходило на работу. И вот, когда наконец подошли к концу эти ночные смены, я сам собой начал вспоминать всё, что произошло до этого...
— С этой тоже закончил. Перехожу к следующей.
— Погоди. Ты сколько часов подряд уже работаешь?
— Солнце уже село, ня.
— Ты уже очистил две ямы. Может, хоть немного отдохнёшь?
— Сил и магической энергии у меня ещё достаточно. А закончить нужно как можно скорее.
— ...Только не перенапрягайся.
— Мне тоже не кажется, что ты себя изнуряешь, но...
— Согласна, ня. Значит, останавливать тебя причин нет, да и торопиться нам действительно нужно...
Когда в первый день я закончил очистку второй ямы, Джефф и двое других искателей приключений согласились, что можно переходить к следующей выгребной яме. А когда я выбрался наружу в следующий раз, караул уже сменился.
— О, вышел.
— Вы подруги Мии...
— Я Веланна.
— Мизелия.
— А я Силия. Мы дежурим с ночи до утра. Рада работать с тобой, Рёма.
— Взаимно. Тогда сразу к делу: с этой я закончил. Пожалуйста, проверьте. Ещё я слышал, что вы принесёте в качестве припасов зелья для восстановления магической энергии...
— Они у меня.
Лекарства этого мира в целом можно было разделить на две категории: обычные — основанные на естественном действии трав и прочих способах лечения, как на Земле, — и магические, в которых использовались ингредиенты с магической энергией или свойства, активируемые магией. Зелья относились ко второй категории и действовали сразу. Пока кроликоухая Силия занималась оценкой, тигроухая Мизелия достала стеклянную ёмкость в форме пробирки. Внутри плескалась водянистая жидкость тёмно-зелёного цвета. Каждая такая пробирка восстанавливала примерно две тысячи единиц магической энергии. Учитывая мой общий запас и то, что чрезмерное употребление могло привести к неприятному состоянию, которое здесь называли «магическим похмельем», я проверил свой статус и выпил десять зелий.
— Спасибо. Теперь могу переходить к следующей.
— Уже? Тебе стоит немного отдохнуть.
— Пока Мия с остальными дежурили, ты ведь тоже ни разу не отдыхал? Может, хотя бы поешь? Вот.
С этими словами Веланна протянула мне корзинку для пикника с сэндвичами.
— Дворецкий заказчика передал их нам. Поешь перед тем, как идти к следующей?
— Дворецкий? Это случайно не Себас?
— Так он и представился. Ты его знаешь, да? Сказал, что, увлёкшись работой, ты можешь забыть поесть. Потом ушёл — у него были другие дела, — но до совсем недавнего времени ждал здесь.
С физическими силами у меня всё было в порядке, но про еду я действительно забыл, поэтому с благодарностью принял корзинку. Заодно я смог побольше пообщаться с девушками.
— Сведения о болезни, которые я передал, дошли?
— Гильдмастер сказал, что через одного знакомого к завтрашнему дню сможет достать достаточно лекарства для нас. Но ты и правда собирался работать всю ночь, да?
— Конечно. Отдыхать я тоже намерен.
— Только недостаточно. Хотя бы после каждой выгребной ямы отдыхай.
— Она права. Если честно, я сомневалась, не слишком ли ты себя загоняешь.
— В своей выносливости я уверен. Но, учитывая мой возраст, сомнения Силии вполне разумны.
— Часто ведь бывает: начинающие искатели приключений берутся за задания не по силам, чтобы покрасоваться, а потом проваливают их.
— Я тоже так считаю. Если бы Рёма не показал эти навыки на доске статуса, я бы точно возражала. Доверить работу, от которой зависит безопасность всего города, только со слов недавно зарегистрированного и неопытного искателя приключений? Ни за что. ...Но теперь мне кажется, что лучше тебя с этим никто не справится.
— Нет, думаю, именно такая реакция и была бы самой разумной. Не беспокойтесь об этом.
Признаваясь в своих прежних сомнениях, Мизелия выглядела немного неловко, но я с самого начала и не ожидал, что люди, с которыми только что познакомился, станут мне доверять. Без такого удобного средства, как доска статуса, я и правда выглядел обычным ребёнком. Тем более что сейчас я действительно был ребёнком.
Так мы закончили есть, и я снова вернулся к очистке.
В следующий раз я прервался на отдых уже на рассвете, когда пришла следующая смена караула.
— Хорошая работа. Мы пришли вас сменить.
— Спасибо, что пришли, Шер, Лейпин, Гордон.
— Спасибо, Силия.
— Как продвигается работа?
— Быстрее, чем мы ожидали. А как там Рёма?
— Работает усердно. С выносливостью проблем вроде нет. Но сейчас работа временно остановилась.
— Что-то случилось?
— Проще один раз показать...
— Что... ого!
— Это ещё что такое... Слизней столько, что пола не видно.
— Я слышал, он использовал слизней, но неужели довёл их до стампида?
— Стампида? Рёма называл это делением.
— Делением? При таком количестве?
Когда пришла следующая смена, я как раз снова заставлял слизней делиться, чтобы повысить эффективность работы.
— Вы из следующего караула? Рад знакомству, я Такэбаяси Рёма. Простите за беспорядок. Слизни начали делиться сами. После этого работа пойдёт быстрее, так что, пожалуйста, смотрите под ноги и не наступите на них.
— Ага... Я Гордон. Рад знакомству.
— Я Шер.
Низкий, но коренастый, с мощными руками и ногами. Половину лица скрывала густая борода. Такое первое впечатление произвёл на меня дворф Гордон. Человек, представившийся Шером, с интересом разглядывал слизней. На вид он был примерно школьником средних или старших классов. А последний... мужчина средних лет в очках, с посохом. Он неотрывно смотрел на слизней.
— Хм... Ослабевшими они не выглядят, значит, наверное, это всё-таки не стампид... О? Прошу прощения. Меня зовут Лейпин. Я искатель приключений и исследую монстров. Если позволите спросить: это ведь не стампид, верно?
— Я Такэбаяси Рёма. Я тоже в свободное время исследую слизней. Простите, что отвечаю вопросом на вопрос, но что такое стампид?
— Так называют внезапное массовое деление слизней. Оно происходит, когда слизни уже готовы делиться, но укротитель раз за разом запрещает им это, пока они не доходят до предела и не начинают делиться вопреки приказам. Считается, что это инстинктивная реакция на то, что им не дают размножаться. Когда начинается стампид, их численность резко взлетает, но и исходный слизень, и отделившийся от него слабеют и начинают пожирать всё вокруг, чтобы восполнить питательные вещества.
— Не знал, что слизни способны на такое.
— Дикие слизни делятся свободно, поэтому в природе такого не происходит. Но однажды из-за такого стампида были уничтожены исследовательские материалы, и после этого ту лабораторию стали сторониться. Сам я стампид ни разу не видел.
— Вы решили, что это он, просто из-за такого количества?
— Именно.
Услышав, что слизней изначально было больше тысячи и что они умеют объединяться в больших слизней и не только, Лейпин заинтересовался. Поэтому, заключая контракты приручения с новыми слизнями и держа в одной руке зелье восстановления магической энергии, я разговаривал с ним об исследованиях слизней и монстров. В итоге, когда я закончил со всеми контрактами, Шер и Гордон уже совершенно перестали понимать, о чём мы говорим.
...Так я и продолжал бесконечную уборку. Раз в день её прерывал Себас, приносивший еду; иногда он даже ждал меня перед дверью. В корзинке для пикника лежало письмо от Элиарии: она просила не волноваться о слизнях, оставленных мной в гостинице, и писала, что хорошо за ними присматривает. При поддержке не только девяти караульных, но и всех остальных я продолжал очистку.
Слизни-падальщики разделились ещё раз, и теперь их стало 3033. Я велел каждой группе из 1011 слизней образовать Королевского слизня-падальщика и выстроил троих в ряд, благодаря чему объём работы заметно уменьшился. Уровни их навыков тоже выросли.
Королевский слизень-падальщик ×3
Навыки: Сопротивление болезням 7, Сопротивление яду 7, Пожиратель нечистот 8, Очищение 8, Устранение запаха 8, Дезодорирующий раствор 6, Выделение зловония 8, Преобразование питательных веществ 7, Сопротивление физическим атакам 4, Увеличение 5, Уменьшение 6, Прыжок 3, Обжорство 4
Сопротивление болезням дальше не выросло. Видимо, седьмого уровня было достаточно, чтобы справляться с вирусом Идакэ. Зато... или, скорее, почему-то выросли Обжорство и Сопротивление физическим атакам. Из-за того, что они постоянно врезались в стены? Или когда сталкивались с соседними слизнями? Причины я не знал, но более высокий уровень навыков мне ничем не мешал.
Я шёл следом за слизнями, обеззараживая стены «Туманной мойкой» и «Шквалом», и вот работа уже близилась к концу.
Мы добрались до последней выгребной ямы. Когда слизни закончили уничтожать всё содержимое, я облил всё водой, нагрел её, а затем с помощью «Оценки» проверил, исчез ли вирус... Всё чисто. На этом однообразная работа, которой я занимался все эти дни, была закончена.
Забрав слизней, я направился наружу, по пути время от времени делая выборочные проверки с помощью «Оценки». Меня ждала утренняя смена: Гордон, Шер и Лейпин.
— Значит, всё?
— Да, всё закончено.
— Отличная работа! Теперь всё позади. Молодец, что довёл дело до конца.
— И ведь действительно справился почти без отдыха.
— По-настоящему ты отдыхал только во время еды.
— Возможно, так и есть. Ах, Лейпин, пожалуйста, проведите последнюю проверку.
— Уже. ...Так, всё в порядке. Одежда, вещи и всё вокруг чисто. Пора возвращаться в гильдию с докладом.
— Спасибо. Тогда пойдёмте.
— Стой. Я нас доставлю. «Варп».
Телепортационным заклинанием пространственной магии средней дальности «Варп» он перенёс нас прямо ко входу в гильдию. Для человека, казавшегося молчаливым и гордым, Лейпин оказался весьма заботливым.
Мы вошли в гильдию, и нас сразу пропустили в кабинет гильдмастера.
— Рёма? Закончил?
— Да. Все тридцать выгребных ям в общественных уборных обработаны как положено. Теперь всё должно быть в порядке.
— Вот как! Отлично... Ладно! Все по домам, сегодня отдыхайте! Я свяжусь с остальными и сообщу, что работа закончена. Завтра после полудня приходите в гильдию за наградой. В этот раз почти всё сделал ты, так что можешь рассчитывать на хорошую оплату.
— Понял. Тогда прошу меня извинить... Ах да, гильдмастер.
— Что такое?
— Были сообщения о случаях заражения? Пока я был внутри, до меня почти не доходили новости из города.
— Всё в порядке. Я попросил о помощи одну старушку, которая здорово разбирается в лекарствах и всяком таком, но сообщений о заражении вирусом Идакэ пока не было. ...Этот вирус проявляется не позднее чем через десять часов после попадания в организм, верно?
— Да. Именно это показала «Оценка» нечистот.
— Тогда всё должно быть нормально. Лекарство, о котором ты рассказал, уже начали готовить, и несколько доз у нас есть. Если заражённые появятся, их можно будет вылечить. Так что поспеши домой и отдохни. Ты ведь вообще не спал? Если кто-то заразится, я тебе сообщу. Но толку от тебя не будет, если ты начнёшь шататься от усталости.
— ...Вы правы. Тогда я пойду.
С этими словами я покинул Гильдию искателей приключений. Попрощавшись с троими спутниками, я остался без собеседников. Я направился к гостинице, а вокруг гулял прохладный ветер, навевая немного ностальгическое чувство одиночества после бессонной ночи.
После такой долгой смены ветер приятно освежал. Когда я неспешно вернулся к гостинице, меня встречала вся герцогская семья вместе со слугами.
— Ты вернулся! Рёма!
— С возвращением, Рёма.
— С возвращением.
— Вижу, вернулся целым и невредимым. Хорошо, хорошо.
— С возвращением, господин Рёма.
— Давайте я это возьму.
— Ты уже ел?
Меня встречали семеро.
Это было... почему-то так знакомо... Если подумать, сколько времени прошло с тех пор, как меня вот так встречали дома?.. Со смерти мамы? Нет, Элиария и остальные уже много раз так меня встречали. Тогда почему именно сейчас на меня нахлынуло это чувство?..
— Что случилось, Рёма? Ты нигде не ранен?
— Нет... с телом всё в порядке. Просто... я вдруг вспомнил прошлое... свою семью...
Семью? Точно... Рядом с этими людьми я чувствовал нечто похожее.
Перед глазами промелькнули воспоминания о прошлой жизни. В самом раннем из тех, что у меня сохранились, я уже умел сжимать кулак. Дом тогда достался нам от дедушки с бабушкой, и в нём был небольшой, но отличный зал для тренировок. Там меня с самого раннего детства учили боевым искусствам. Учителем был отец. Это началось ещё до школы. Наверное, в детстве я проводил в том зале больше времени, чем где-либо ещё. И с отцом, пожалуй, общался чаще, чем с кем бы то ни было.
Отец зарабатывал на жизнь кузнечным делом и ковал мечи. В молодости его высоко ценили, называя живым национальным сокровищем. Несмотря на возраст, любой выкованный им меч поклонники готовы были покупать за огромные деньги. Поэтому я помню, как к нам домой часто приходили взрослые с заказами. Но отец принимал их очень редко. За год можно выковать лишь ограниченное число мечей, и молодым кузнецам едва удавалось прокормиться, даже если они работали без остановки.
Отец же ковал ровно столько, сколько требовалось, чтобы прокормить семью, плюс необходимый минимум, чтобы не портить рабочие отношения, а всё остальное время отдавал моему обучению. Все взрослые, приходившие к нам, говорили мне: «Как же тебя любят». В те годы я был маленьким и радовался этим словам.
...Увы, по мере того как я взрослел, всё изменилось. Когда я пошёл в начальную школу, вокруг меня стало больше людей, а мир расширился. Появились друзья, совместная учёба и множество других перемен.
Но там, где собираются люди, случаются и ссоры. Однажды, когда я учился в младших классах, произошло следующее.
Я и тогда был не слишком общительным, а после уроков почти никогда не ходил играть с друзьями: у меня были тренировки. В классе я выделялся и особой популярностью не пользовался. Уже не помню, с чего всё началось, но однажды пятеро мальчишек прижали меня к стене. Некоторое время они наседали на меня, а я не испугался и несколько раз ответил им. Но слушать меня они не собирались. В ответ звучали только всё более грубые слова. Их было пятеро против одного, поэтому они и не думали прислушиваться, а с каждым моим возражением злились всё сильнее.
Наконец один из них замахнулся. Но благодаря тренировкам отца я машинально уклонился от удара. Именно этот миг всё и изменил. Я стоял спиной к стене, а кулак летел прямо мне в лицо. Иными словами, когда я уклонился, на его пути осталась стена. По инерции мальчик со всего размаху врезался кулаком в неё и закричал. Остальные испугались, увидев, как ему больно. Один из них встревоженно схватил товарища за руку, отчего тот закричал ещё громче; от боли у него выступили слёзы, которые он принялся вытирать. Мы были детьми и ничего не могли сделать, поэтому в конце концов пошли в медпункт, где выяснилось, что у него перелом.
Классному руководителю тут же всё сообщили, и всех, кроме пострадавшего мальчика, вызвали к ней.
— Как это произошло?
Разумеется, нас спросили, что произошло, и я рассказал всё как было. Какие бы у меня ни были трения с окружающими, в его травме я не был виноват. Но учительница в итоге решила, что это я применил силу: якобы повалил другого мальчика и наступил ему на руку. Ведь четверо остальных заявили именно так. Мои отчаянные отрицания ничего не могли изменить: большинство было против меня. То, что меня прижали к стене, сочли обычной детской вознёй, а из-за серьёзности травмы вызвали моих родителей.
После уроков пришёл отец, хотя первой на звонок школы откликнулась мама. Учительница тоже удивилась, увидев его. Отец поздоровался с ней, снова и снова кланяясь. А сразу после этого ударил меня.
Раз, два, три. Тяжёлый кулак раз за разом бил меня по лицу. Когда я прикрыл лицо руками, он начал бить в живот. Бессмысленные удары продолжались, пока учительница не опомнилась и не вмешалась. Стоило отцу остановиться, как он снова принялся кланяться.
— Я слышал, что мой сын применил насилие к другому ребёнку. Прошу простить его поступок.
Он мгновенно перешёл от побоев к искренним извинениям. Думаю, учительница растерялась из-за такой внезапной перемены. Между нами повисло молчание, и тогда я подумал: Это неправда. Не я применил силу. Но едва я попытался это сказать, как кулак отца снова полетел в мою сторону. Вместе с приказом прекратить оправдываться и задуматься над своим поведением. После этого всё закончилось быстро.
— К счастью, перелом лёгкий и должен срастись без каких-либо последствий... Если вы объясните ему, что насилие ничего не решает, на этом вопрос можно закрыть.
После разговора, во время которого казалось, будто время отмотали назад, учительница отпустила нас с отцом. Та самая учительница, которая только что сказала, что насилие ничего не решает, приняла произошедшие на её глазах побои за воспитание. Возможно, дело было в том, что отец считался выдающимся мастером, но, похоже, она считала суровую дисциплину вполне правильным способом воспитания.
Но по дороге домой моё детское сердце не могло так легко смириться с этим исходом. Я немного отстал от отца и всё-таки пожаловался: не я причинил тому мальчику травму. Отец, шедший впереди, остановился. Я приготовился снова получить удар, но...
— Мне всё равно. Я просто не хотел тратить ещё больше времени на бессмысленную ерунду.
Вместо кулака прилетели равнодушные слова. Всё равно? Бессмысленная ерунда? Вместо облегчения от того, что меня не ударили, я почувствовал ещё большее замешательство. Я понимал смысл этих слов — и именно поэтому они сбивали меня с толку ещё сильнее. Пока я стоял как вкопанный, отец взглянул на меня.
— Вернись до начала тренировки. Я хочу заняться мечом, так что пойду домой первым.
Сказав лишь это, отец пошёл дальше, а я смотрел ему вслед. В тот день я впервые усомнился в его любви. Я как раз вступал в пору подросткового бунта. Чем дальше продвигалось моё обучение у отца, тем больше времени он сам отдавал кузнечному делу. Казалось, он выполнил свой долг, и теперь его безразличие наконец вышло наружу. Одновременно я начал замечать в нём то, что раньше он ещё мог от меня скрыть, и постепенно отдалялся.
Трудно сказать, замечал ли это отец. Может, замечал, но ему было всё равно...
Связь между мной и отцом, несмотря на всё расширявшуюся пропасть, поддерживала мама. Когда что-то случалось, отец первым выходил вперёд: мама была не из тех, кто действует открыто. Она предпочитала поддерживать нас из тени. Такой она была. Каких-то особенно ярких воспоминаний о ней у меня не осталось, но всякий раз, когда мне было больно или трудно, она была рядом.
К тому времени, как я поступил в среднюю школу, отец стал гораздо меньше заниматься со мной лично и с головой ушёл в изготовление мечей. Обычно меч не создаёт один человек. Помимо кузнеца, который куёт клинок, над ним работают мастер ножен и полировщик — но отец делал всё сам. Раньше он ходил на занятия к мастерам, чтобы учиться, а теперь уже всерьёз выполнял всю работу самостоятельно. Каждый день я отрабатывал формы и тренировался в одиночку, и единственным временем, когда я наверняка видел лицо отца, был завтрак.
Именно мама настойчиво требовала, чтобы мы завтракали вместе. Она пыталась сохранить связь между нами, когда мы почти перестали разговаривать. Так продолжалось до тех пор, пока не приблизился мой выпуск из средней школы.
Отец всё сильнее отталкивал маму, пока наконец совсем не перестал приходить к завтраку... А потом закончил свой новый клинок. Перед мечом, который он так тщательно отполировал, отец рухнул с выражением торжества и удовлетворения на лице.
Причиной смерти стал сердечный приступ. Никаких хронических болезней у него не было — просто, как бывает со всеми людьми, пришло его время уйти.
После этого наша жизнь изменилась. Отец много зарабатывал, но совершенно не умел обращаться с деньгами и бездумно тратил их на свои занятия. Поэтому сбережений почти не осталось, а школьнику средних классов вроде меня найти работу было трудно. Естественно, решили, что мама пойдёт работать, а дом мы продадим. Домашние дела наряду с тренировками стали для меня нормой. А с самого поступления в старшую школу и до выпуска к ним добавилась подработка. Мама тоже работала допоздна и каждый день возвращалась домой с усталым лицом. Виделись мы лишь ненадолго перед сном. По вечерам рассказывали друг другу, что произошло за день... но мама ни разу не пожаловалась на нашу жизнь.
Теперь, оглядываясь назад, я понимаю: жизнь была нелёгкой, но мы были вполне счастливы.
Потом я поступил в университет. Денег тогда едва хватало, но мама категорически не хотела, чтобы после старшей школы я сразу шёл работать. После долгих споров я уступил. К счастью, по сравнению со школьными годами выбор подработок стал шире, а за работу с некоторым риском — например, на высоте — платили больше. Так мне кое-как удалось окончить университет и устроиться на работу... Всё было бы хорошо, если бы меньше чем через год мне не пришлось уйти из той компании.
Не знаю, можно ли сказать, что обстоятельства от меня не зависели, но, оставшись в компании, я определённо создавал бы другим проблемы. Поэтому я склонил голову перед начальником и подал заявление об уходе. Но в обществе крайне неодобрительно относились к тем, кто увольнялся, не проработав и года. В каждой компании на это указывали, спрашивали причину ухода — и в итоге мне отказывали.
Когда я, не зная, что делать, искал работу, морально и материально меня поддерживала мама. Из-за того, что я только работал и тренировался, друзей у меня не было. В конце концов мне удалось устроиться в компанию, которую современным языком можно было бы назвать эксплуататорской. Рабочие часы стали непредсказуемыми, но хотя бы жизнь на время устоялась. Теперь мама сможет немного отдохнуть.
Стоило мне начать так думать, как мама умерла — от переутомления. Похороны прошли тихо: только я и мамины коллеги. Когда всё закончилось, я остался один. Не думаю, что тогда чувствовал печаль. Скорее, это было ощущение утраты, а не печаль.
На следующий день нужно было идти на работу. Работа безжалостно накапливалась. Я погрузился в неё с головой. Сам не заметил, как это стало обычной жизнью. То, что потеряно, уже не вернуть. Новых связей тоже не обрести. Всё это стало для меня просто недоступным.
...И всё же то, на чём я когда-то поставил крест, теперь было прямо передо мной.
— Рёма?! Что случилось?!
До меня донёсся голос Элиарии. Похоже, я плакал. Я даже не заметил, как выступили слёзы; они стекали с подбородка.
[[image:/storage/reader-images/ad4983bdc9eb48da1b46c8c9361f293b865e09cd.jpg]]
— ...Простите, я в порядке. Просто вспомнил свою семью. Рядом со всеми вами я испытываю похожее чувство... хотя лица у вас совсем другие.
Мою мать нельзя было назвать некрасивой, но и красавицей она не была. Совсем не то что эта компания красивых мужчин, женщин и девочек.
— Ох...
— Для начала зайди внутрь. Тебе уже давно пора отдохнуть.
Пока я думал о такой нелепице, Элиза обняла меня, а Элиария потянула за руку.
— Может, присядешь?
Райнхарт положил руку мне на плечо и усадил в кресло.
— Ты ведь ещё не ужинал?
— Сейчас же всё приготовим. Есть какие-нибудь пожелания?
Райнбах потрепал меня по голове, а Себас и две служанки с теплотой смотрели на меня.
— Вот травяной чай. Он поможет расслабиться.
— Приготовить что-нибудь лёгкое?
— Посмотрим... если это не доставит хлопот, я бы хотел сэндвич.
— Поняла.
Похоже, все поняли, что мне немного неловко из-за слёз, поэтому никто о них не заговорил. Вместо этого каждый старался позаботиться обо мне в мелочах: стоило опустеть чашке — её тут же наполняли снова; стоило мне почувствовать, что стало жарковато, — в комнату впускали ночной ветер...
Особенно усердствовали Элиза и Элиария. Краем глаза я видел Лилиан, оставшуюся без дела: она сосредоточенно следила за этими двумя. Вмешаться и исполнить свой долг или уважить их желание самим обо мне позаботиться? Наверное, её разрывали противоречия. Она выглядела немного беспокойной.
Так обо мне заботились, пока я устало отвечал на осторожные вопросы, и наконец мне в руки попал знакомый сэндвич.
— Спасибо.
Во рту я ощутил вкус свежих овощей и бекона. Точно такой же, как у сэндвичей, которые мне приносили во время работы. Я настолько к нему привык, что сразу почувствовал себя спокойнее.
— Было очень вкусно.
Тарелка опустела в мгновение ока.
— Господин Рёма, ванна готова. Можете спокойно понежиться в воде.
По их совету я отправился в ванную, а когда вышел, все проводили меня до комнаты.
— Ещё раз спасибо за сегодняшнюю работу.
— Нам бы хотелось ещё с тобой поговорить, но сегодня тебе лучше отдохнуть.
— Пусть ты и выдержал все эти ночи без сна, отдых тебе всё равно нужен.
— Если захочешь о чём-нибудь поговорить, скажи завтра. Мы будем рядом.
Наверное, потому что это была моя первая за много лет ночь совсем без сна, голова работала не слишком хорошо... Но ничего неприятного в этом ощущении не было.
Я забрался под одеяло и поднял руку, прощально помахав. Все тихо вышли из комнаты. Я остался один. Но тепло людей, которые сегодня встретили меня словами «с возвращением», всё ещё было со мной.
Когда сознание начало меркнуть, меня наконец настигло запоздалое чувство выполненного дела. С удовлетворением, которое трудно было выразить словами, я отдался уютному сну.
# Дополнительная история: За день до перерождения
— Сколько лет ты уже этим занимаешься?!
С громким окриком чашку с силой опустили на стол; холодный кофе выплеснулся на мужчину.
— Прошу прощения.
— Тц... Переделай. До конца сегодняшнего дня. Убери здесь и возвращайся к работе.
— Прошу меня извинить.
Коротко поклонившись начальнику, бегло просмотревшему документы, мужчина поднял чашку.
— О, слушай. Раз уж пойдёшь убирать, захвати и мне кофе. Я сейчас от работы отойти не могу.
— Пф-ф.
— ...Хе-хе.
— Сахар или молоко?
— Нет.
Мужчина прошёл мимо подчинённого, который только что дал ему поручение, и молча двинулся дальше.
Переодеться в запасную одежду? Нет, неважно. Сегодня мне больше не придётся работать вне офиса.
— Кья?!
Когда он вошёл в офисную кухню, одна из женщин вскрикнула.
— А, что? Уф...
— Прошу прощения. Извините, если напугал вас.
— Нет-нет, ничего...
— Н-начальница, кто это?
— Такэбаяси из третьего отдела.
Поздоровавшись с двумя женщинами, которые уже были там, мужчина по фамилии Такэбаяси принялся готовить новый кофе. За его спиной разговор между ними продолжился.
— Я чуть не умерла со страху. Почему он такой огромный? Выглядит так, будто в одно пальто запихнули двух человек.
— Я же сказала: это Такэбаяси из третьего отдела. Говорят, он занимается какими-то боевыми искусствами и на конкурсе талантов во время корпоративной вечеринки в конце года всегда показывает что-нибудь силовое. Сама ещё увидишь.
— Вот как... Ой, это кофе? Он весь мокрый...
— Как обычно.
— Как обычно? Наверное, он ужасно неуклюжий.
— ...Ты уже могла бы догадаться. И на всякий случай: не связывайся с ним.
— Он опасный человек?
— Сам-то он нет. Скорее уж хороший человек. Но я ведь сказала, что он из третьего отдела? Третий отдел — сборище бесполезных сотрудников, помойка, куда спихивают тех, кто мешает остальным отделам. Ты же знаешь, что мы работаем с компаниями-подрядчиками? Наши важные клиенты то и дело навязывают нам своих детишек — видимо, потому что у родителей в фирмах те только мозолили бы глаза. Всё благодаря родительским связям... Похоже, высшему начальству важнее выглядеть услужливым. Вот из таких людей и состоит третий отдел. Даже должность руководителя группы там ничего не значит — по сути, это разжалование до самого низа. Так что каким бы он ни был, не суйся в дела третьего отдела. Поняла?
— Да...
Женщина, на которую начальница внезапно обрушила целую лекцию, нерешительно смотрела в спину Такэбаяси. Закончив свои дела, начальница добавила ещё одно предупреждение.
— ...Я тебя предупредила. Если с тобой случится что-нибудь ужасное, не прибегай ко мне плакаться.
— П-поняла!
Начальница ушла, бросив эти холодные слова, а вторая женщина поспешно последовала за ней. Оставшись на кухне один, мужчина печально ждал, пока закипит вода.
Могли бы говорить хоть немного тише...
С кофе в руке он вернулся в свой отдел.
— А, руководитель группы. Мы сейчас идём обедать.
— Спасибо, что угощаете, шеф!
— Место отличное, вам понравится!
— Извини, приятель, кофе мне уже не понадобится.
Подчинённый, который просил принести кофе, без малейшего раскаяния вышел из офиса следом за начальником. Мужчина смотрел, как сотрудники один за другим уходят, пока в комнате не остался лишь один человек.
Молодой мужчина, не отрываясь от компьютера, продолжал вводить данные.
— ...Табути, кофе пьёшь? Чёрный.
— А... да, пожалуйста.
Табути одним глотком осушил оставшийся кофе и вздохнул.
— ...Ушли?
— ...Теперь всё в порядке. К счастью, сегодня они были не в таком уж плохом настроении... А, кстати, раньше на кухне я видел, кажется, новую сотрудницу. Девушку.
— Редко от руководителя группы услышишь разговор о девушках. Симпатичная была?
— Ну, она закричала, как только меня увидела.
— А-а, вот в каком смысле.
— Прямо как ты при нашей первой встрече.
— Да ты просто перекачан донельзя. Кто угодно испугается, впервые тебя увидев. А белая рабочая рубашка эти мышцы ещё и совсем не скрывает.
— Немало времени прошло, прежде чем мы настолько сблизились, что ты перестал со мной церемониться. Но я ведь не могу по команде заставить мышцы исчезнуть.
— Если бы мог, это уже была бы другая проблема.
Оба едва заметно улыбнулись.
— Так ты всё-таки из потомственной военной семьи, да? Тебя ведь Рёма зовут.
— Нет, просто в нашей семье из поколения в поколение передают старинные боевые техники. Ничего особо выдающегося в ней нет. Имена тоже выбирают наугад — в честь прославившихся силой людей прошлого. Моего отца звали Мусаси, а деда — Рэнясай.
— Напиши ты такие подробности в профиле где-нибудь в интернете — тебя бы там засмеяли.
— В наше время, пожалуй... но сомневаюсь, что ты сказал бы то же самое, окажись перед знаменитым мастером боевых искусств древности.
— Да-да, можешь меня не слушать. Но погоди, с такой-то тушей зачем тебе вообще прозябать программистом? Лучше бы бойцом стал.
— Даже среди бойцов лишь очень немногие зарабатывают достаточно, чтобы этим жить. Мне хотелось стабильности.
— А работу сменить?
— На бойца?
— Или на что-нибудь другое. Ты правда хочешь работать здесь до конца жизни? И ещё женитьба там всякая.
— Мне уже под сорок; в таком возрасте мало кто захочет брать меня на новую работу. А ты, Табути? Тебе ведь ещё двадцать с небольшим? Что до опыта, я уже научил тебя всему, чему мог. Если справляешься с нагрузкой здесь, то и в другом месте не пропадёшь.
— Ну да, когда-нибудь.
— По-моему, чем раньше уйдёшь, тем лучше. Не жди, что эта компания когда-нибудь исправится.
— ...У них ведь уже однажды не вышло, да?
— А раз ты сейчас здесь, разве ты не оказался примерно в таком же положении?
В тихой комнате раздался вздох.
— Так что советую поскорее сменить работу. Здоровье у тебя слабое — уходи, пока не поздно.
— Не слабое у меня здоровье, начальник. Это ты просто слишком накачанный. Но я подумаю. Кстати... сегодня утром кое-что купил.
— Хм...?! Они выпустили новеллизацию «Договора умирающего мальчика с демоном»?!
— Тебе же это нравилось? Отдам за полцены.
— А сам читать не будешь?
— По сюжету звучало интересно, но рисунки не в моём вкусе.
— Понятно. Тогда беру.
Мужчина средних лет тут же отдал деньги и бережно убрал ранобэ в сумку. Вот таким человеком и был Такэбаяси Рёма.
■ ■ ■
Тем вечером.
Сегодня мне, должно быть, везёт.
На этот раз работа закончилась ещё до последнего поезда, а в сумке лежала только что купленная книга. Уже одного этого хватило, чтобы он почувствовал себя счастливым и направился к станции, а стоило ему выйти на платформу, как тут же подошёл поезд.
— ...?
Благодаря таким маленьким удачам Такэбаяси добрался домой раньше обычного. Перед его квартирой стояла подозрительная фигура, и он окликнул её.
— Добрый вечер.
— Хм?! А, это ты, Такэбаяси.
— Давно не виделись.
Такэбаяси с облегчением узнал в подозрительной фигуре знакомого хозяина дома.
Тот тоже заметно успокоился.
— Ну и ну. С твоими-то габаритами нельзя бесшумно подкрадываться к людям со спины. У меня чуть инфаркт не случился.
Не то чтобы он нарочно подкрадывался... Но если бы со стариком и правда что-нибудь случилось, было бы совсем не до смеха, поэтому Такэбаяси извинился.
— Что вы делаете здесь в такой час? И вы выпили?
— Мм... Выпил немного, но не пьян. Просто сейчас домой возвращаться как-то тяжело... А! Ай-ай-ай...
— Вы в порядке?!
— Ничего страшного. Сегодня за обедом немного спину прихватило. Кажется, со мной уже бывало что-то похожее?
— А? Если подумать, да. Года два-три назад. Вы тогда упали с лестницы во время уборки, а я как раз проходил мимо по дороге домой. Ах да. Вместо того чтобы стоять на улице, не хотите зайти ко мне?
Хозяин был не в рабочей одежде и держал в руке пакет из круглосуточного магазина с выпивкой и закусками. Вдобавок он сам сказал, что не хочет идти домой. Было ясно, что что-то случилось, и Такэбаяси пригласил его к себе.
— ...Пожалуй, воспользуюсь твоим гостеприимством.
Хозяин выглядел немного виноватым, но идти ему больше было некуда.
— Проходите.
— Тогда прошу прощения за беспокойство.
Они прошли в гостиную, где Такэбаяси приготовил чай и поставил его на стол между ними.
— Ай-ай-ай...
— Что случилось?
— Обрезал деревья и свалился со стремянки. Как назло, сын увидел... и теперь без конца твердит, что я уже старик. За ужином опять поднял эту тему, вот я немного и вспылил.
— И поэтому вы ушли из дома.
— И не только поэтому. Этот паршивец... Только потому, что загребает деньги в своей айтишной компании, которая в последнее время пошла в гору, уже и в мои дела нос суёт. Видите ли, мой способ управлять активами безнадёжно устарел. А откуда, по его мнению, взялись деньги, на которые я его вырастил? Да, пустующих квартир много, но нельзя же просто взять, выселить жильцов и устроить здесь парковку. Ничего он в этой работе не понимает... Ай-ай-ай...
Похоже, ему действительно очень больно.
Слушая жалобы хозяина, Такэбаяси заметил, как тот мучается от боли. Он подошёл к холодильнику и достал небольшой контейнер.
— Возьмите. Это мазь от ушибов.
— Этот паршивец... Хм? Это та самая, которую ты давал мне раньше?
Ну и память у него.
Он и правда вспомнил, что давал хозяину эту мазь в прошлый раз, когда тот упал с лестницы.
— Именно. Вы и это запомнили?
— Помню, на следующий день боль как рукой сняло. Память мне пока не изменяет. ...Если не возражаешь, воспользуюсь.
— Вот.
Такэбаяси протянул мазь. Хозяин взял её и принялся щедро втирать в больное место. За этим занятием он и заговорил.
— Где ты купил это лекарство?
— Оно не продаётся, это домашнее средство. Для занимающихся боевыми искусствами ушибы — обычное дело, поэтому рецепт передаётся в моей семье из поколения в поколение.
— Понятно. Просто мой внук почти каждый день возвращается домой с какой-нибудь новой травмой.
— У вас, оказывается, внук есть?
— В начальной школе учится. Озорник тот ещё. Хлопот с ним полно, но оттого он и милее. Ты ведь тоже уже не мальчик, Такэбаяси. О женитьбе не думал? Девушка-то у тебя наверняка есть?
— К сожалению, я слишком занят работой и увлечениями. Сам не заметил, как дожил до этих лет.
— Неужели никто никогда не предлагал тебе познакомиться? ...Если не смотреть на внешность, характер у тебя хороший. И работаешь ты в той же сфере, что мой сын, верно? Ты ведь всё-таки вращаешься среди людей — наверняка знаком хотя бы с парой женщин.
— К сожалению, возможностей с кем-то познакомиться у меня не было. Да и зарабатываю я наверняка меньше вашего сына. Я простой рядовой сотрудник, не руководитель. Живу один и лишь поэтому могу понемногу откладывать.
— А как насчёт знакомства с прицелом на брак? Моя жена хорошо умеет устраивать такие вещи.
— Я благодарен за предложение... но даже если вы устроите мне знакомство, работа отнимает слишком много времени.
— Правда? Ну, в одиночестве тоже кое в чём проще.
— Например?
— Первое, что сейчас приходит в голову... завещание, пожалуй? Сын тоже об этом говорил, да я и сам понимаю, что старею. В любой момент могу взять и умереть. Поэтому думаю, сколько смогу им оставить. Детей у меня несколько, приходится ломать голову, как всё разделить. Послушаешь истории о родственниках, перегрызшихся из-за наследства, — и начинаешь думать: может, лучше вообще всё куда-нибудь пожертвовать. Хотя это лишь одна из забот.
— Да, таких забот у меня точно нет.
— Зато тогда тебе не узнать счастья, которое дают дети. Точно, Такэбаяси. А почему бы тебе не купить этот дом?
...Что?
От столь неожиданного предложения Такэбаяси растерялся. Вслух он ничего не сказал, но в голове теснились одни вопросы.
— Простите, я не совсем понимаю, что вы имеете в виду...
— Я предлагаю тебе купить этот многоквартирный дом. О деньгах не беспокойся. Такая старая развалюха и без того стоит недорого. Отдам настолько дёшево, насколько смогу. Ты уже в том возрасте, когда пора иметь собственное жильё. Оставишь одну квартиру себе на старость, остальные будешь сдавать. Получишь доход. Я могу познакомить тебя с агентом, который поможет всё это оформить и наладить.
— Подождите, пожалуйста, это слишком внезапно. Вы ведь только что говорили, что этот дом тоже входит в наследство?
Услышав это, хозяин фыркнул и достал из пакета банку пива.
— Пф! У моих сыновей есть своя работа. Было бы это в центре города — другое дело, а эта развалюха на окраине им ни к чему. Как я уже говорил, оставь я её по завещанию — они просто снесут дом и сделают парковку. Моя работа им неинтересна. И это меня не волнует. У сыновей своя жизнь. Но... если они унаследуют всё и решат устроить здесь парковку, вас, жильцов, могут выселить. Даже если придётся выплатить компенсацию за выселение, они могут на это пойти, если решат, что в будущем так выгоднее. И связи с хорошими адвокатами у них есть. Законы защищают арендаторов, но судебная тяжба требует огромных сил. Вряд ли кому-то понравится, если его выгонят из дома... А вот если ты купишь здание у меня, сыновья уже ничего с ним сделать не смогут. Если я передам собственность по законному договору и получу оплату, возразить им будет не на что.
— Но всё же... почему я? Простите, но мне не казалось, что мы настолько близки, чтобы вы предложили такое именно мне.
— Возможно. Но я знаю, что ты за человек.
Говоря это, хозяин оглядел комнату.
— Такэбаяси, ты живёшь здесь уже очень давно. Всё это время я наблюдал за тобой как хозяин дома... Сильно ты постарел. Когда только въехал, был молодым парнем лет двадцати с небольшим.
— ...Тогда вы звали меня Рёма.
— Да-да. Теперь у тебя лицо слишком суровое, чтобы так тебя звать. И всё же ты прожил в этой развалюхе столько лет, что успел вот так состариться. По крайней мере среди нынешних жильцов ты здесь дольше всех. А значит, знаешь это место лучше любого другого, верно? По собственной воле помогаешь с садом и уборкой здания. И, насколько я вижу, за своей квартирой тоже хорошо следишь. Думаю, с управлением домом у тебя проблем не возникнет.
— Разумеется, за своей квартирой я слежу, а остальным занимался лишь потому, что всё это рядом с местом моих тренировок...
— Мне всё равно, почему. Как бы скромно ты это ни объяснял, поступки говорят сами за себя. Ты всё это делал — и у тебя получалось. Мне этого достаточно. Я сказал, что ты живёшь здесь дольше всех. К тому же остальные жильцы о тебе ничего плохого не говорят. Буквально на днях говорил с мальчишкой снизу. Он сказал, что ты постоянно чинишь ему игрушки.
— ...А, тот мальчик.
Всё началось, когда Такэбаяси несколько ночей подряд оставался в компании работать сверхурочно и однажды почему-то вернулся домой посреди дня. На лестнице к своей квартире он увидел плачущего мальчика. Окликнув его, Такэбаяси узнал, что тот уронил игрушку с лестницы и сломал её. Он починил игрушку с помощью того, что нашлось у него в комнате. С тех пор, возвращаясь домой, Такэбаяси иногда обнаруживал на дверной ручке сломанную игрушку и письмо.
— Ты ведь чинишь ему вещи всякий раз, когда он просит? Такое я тоже предложил бы не каждому. Если уж продавать дом, мне хотелось бы отдать его человеку, который позаботится и о здании, и о жильцах. Ну как?
Такэбаяси посмотрел на решительное лицо хозяина и почувствовал себя ещё более растерянным. Немного помолчав, он ответил...
— Я очень благодарен за предложение, но сейчас ответить не могу. Мне действительно нравится это место, однако я мало знаю о недвижимости и понятия не имею, какая цена была бы разумной. Я понимаю ваши слова о возможном выселении, но для покупки понадобится немалая сумма наличных. И главное, принимать такое решение сгоряча будет плохо для нас обоих. Предложение очень заманчивое, но немедленный ответ был бы неосмотрительным.
— ...Что ж, пожалуй, ты прав.
— Не знаю, что будет в будущем, но... сейчас этот дом всё ещё принадлежит вам и остаётся ценным имуществом, которое может достаться вашей семье. Поэтому, продадите вы его или оставите, думаю, вам стоит ещё раз всё обдумать. Чтобы потом ни о чём не пожалеть.
— А мне казалось, идея неплохая.
— «Есть счастье, которого не познаешь без детей...» Если вы настолько любите своих детей, что сами так говорите, пожалуйста, подумайте ещё немного.
— ...Ладно. Я и правда выпалил это на месте. Ещё раз всё обдумаю.
— Да, думаю, так будет лучше всего.
Такэбаяси с облегчением подумал, что сумел разобраться с этой ситуацией. Хозяин оставил пустую банку на столе и, бережа больную спину, с трудом поднялся.
— Что-то случилось?
— Пора мне домой. Прости, что заявился так поздно.
— Это не проблема, но куда вы пойдёте...?
— Домой. Наверное, они ещё не спят, попробую немного с ними поговорить. Что-то вдруг захотелось. А после пары глотков спиртного — самое то.
— Тогда я вас провожу.
— Сам дойду. Знаешь, как тебя здесь называют? Человеком, которого вечно нет дома. Забота приятна, но ты лучше отдохни у себя.
Получив решительный отказ, Такэбаяси ограничился тем, что проводил хозяина до двери.
— Прости, что заставил выслушивать мои жалобы. И спасибо за лекарство.
— Да что вы, пустяки. А, вы забыли свои вещи! Подождите минутку.
— О, ничего. Кошелёк при мне, а там только выпивка и закуски, верно? Сам ими и угощайся.
— Я?
— Считай это платой за лекарство и хлопоты. Ну, я пойду.
— Большое спасибо. Берегите себя.
— И всё-таки подумай над моими словами. Сначала я поговорю с ними, но, смотря как всё пройдёт, могу и всерьёз решить продать дом тебе.
Когда хозяин скрылся из виду, Такэбаяси тихо закрыл дверь. Он посмотрел на часы: обычно в это время он ещё не возвращался домой.
— Иногда можно и дома выпить. На завтрак завтра пойдёт то, у чего скоро истечёт срок годности... А ужин приготовлю с запасом, чтобы осталось и на утро. Лучше что-нибудь такое, что легко разогреть...
Пока он перебирал в памяти содержимое холодильника и прикидывал меню, руки уже сами занялись уборкой и стиркой. Уборка, стирка, готовка. Такэбаяси делал всё быстро и умело: занимаясь одним делом, в голове уже планировал следующее. Этот навык он приобрёл за долгие годы жизни в одиночестве.
Так он закончил все домашние дела, поел и даже принял ванну — на сегодня больше ничего не оставалось.
— Ну вот... теперь можно спокойно почитать!
В выкроенное свободное время он принялся читать купленное сегодня ранобэ, и ночь становилась всё глубже.
Хорошая всё-таки книга... Надо сказать Табути, чтобы дал ей ещё один шанс...
Так Такэбаяси в полной мере насладился самым скромным счастьем и с довольным выражением лица уснул. В чём-то ему не везло, а в чём-то — везло.
Не ведая о будущем, навстречу которому уже шагал...
# Послесловие
Если вы сейчас читаете эти строки, значит, возможно, вы купили первый том книги «Избранный Богами» и дочитали его до конца. Большое спасибо за то, что прочли мою работу. А может быть, вы не покупали книгу, а одолжили её у кого-то — в любом случае я очень благодарен, что вы дочитали до этого места.
Этот роман появился на сайте Shousetsuka ni Narou. В 2014 году у меня не было ни опыта, ни знаний о писательстве, а сайтом я пользовался просто как читатель. К тому времени я переехал за границу и мучился из-за языкового барьера и культурных различий. Шло время, я всё больше отдалялся от друзей и чувствовал себя одиноко. Сейчас, оглядываясь назад, понимаю, что можно было просто пользоваться Facebook или какой-нибудь другой социальной сетью. Но почему-то я не делал ничего подобного и вместо этого начал публиковать свои произведения на Shousetsuka ni Narou.
Вот бы кто-нибудь оставил комментарий. Смогу ли я нормально ответить на него по-японски? Именно так я и воспринимал своё произведение — как средство общения. Конечно, романы интересовали меня и тогда, но начал я, если честно, просто из любопытства. Это было всего лишь хобби.
Но чем дольше я писал, тем сильнее мне хотелось писать то, что понравится поддерживающим меня читателям. Сегодня, четыре года спустя, я отношусь к писательству куда серьёзнее, чем тогда. Метод проб и ошибок не раз меня подводил, но читатели давали мне советы и поддерживали меня, и в конце концов благодаря им эта история впервые вышла отдельной книгой.
Без вашей поддержки я не смог бы ни продолжать писать, ни выпустить роман. Я от всей души благодарен всем, кто поддерживал меня и давал мне советы. Я и дальше буду писать, стараясь быть достойным вашей поддержки. Именно с таким чувством я смотрю в будущее и продолжаю писать.
Поэтому и впредь прошу вашей поддержки.
# Дополнительные короткие рассказы
Наблюдающие боги
Однажды в божественном мире...
— Гайн! Куфо! Смотрите сюда!
— Что случилось, Лулутия?
— Что-то настолько срочное...?
— Рёма наконец-то собирается в город?
— Нет! Это связано с Рёмой, но дело не в этом! Просто посмотрите!
— Да о чём ты вообще...
Гайн и Куфо, с сомнением покосившись на грозную Лулутию, взглянули вниз, на мир под ними.
— ...Вроде ничего не изменилось?
— Он, как всегда, просто разглядывает слизней.
— На слизня внимательнее посмотрите.
— Хм? А ведь и правда, такого цвета я раньше не видел. Наверное, он эволюционировал в высший вид.
— А-а, вот почему он так внимательно его изучает. Во что тот эволюционировал? ...А? Гайн, я никогда раньше не видел такого названия вида.
— Что? ...И правда. Слизень-падальщик... разве в этом мире существовал такой вид?
— ...Я только что проверила. Прецедентов нет.
— Значит, это новый вид?!
— Ух ты! Давненько не появлялось новых видов слизней.
— Слизни — слабейшие из живых существ, зато чрезвычайно хорошо приспосабливаются к окружающей среде. Они существовали задолго до появления человечества, так что почти все возможные пути эволюции уже должны были когда-то проявиться.
— Я проверила: чтобы такое произошло сейчас, по сути, требуется чудо. Вот, взгляните.
Лулутия небрежно взмахнула рукой, и перед двумя другими богами возник лист пергамента.
— ...Ого. Если пытаться добиться такого намеренно, разве не потребовались бы колоссальные усилия?
— Нужно собрать в одном месте отходы и остатки растительного и животного происхождения, а затем отобрать слизней, которым такая пища по вкусу. Свою роль играют и микробы, содержащиеся в золе и земле, которые добавляют, чтобы уменьшить запах. В итоге складываются минимальные условия, при которых отходы легко разлагаются и возвращаются в почву. Но даже тогда вероятность эволюции в какой-нибудь другой вид всё равно выше. Сомневаюсь, что Рёма специально к этому стремился.
— А если бы получился не падальщик, во что он мог бы превратиться?
— Вероятнее было бы появление илистого слизня или канализационного слизня. Есть места, где такие высшие слизни — обычное дело.
— Возможен ещё и вирусный слизень. Там ведь полно бактерий и возбудителей болезней. Да и ещё несколько вариантов мне приходят в голову...
В итоге трое богов пришли к выводу, что вероятность рождения нового вида была ничтожно мала.
— Похоже, он и сам не понимает, насколько это редкое событие... Зато, кажется, ему весело.
— Может, расскажем ему, если он когда-нибудь получит навык оракула?
— Ну, зная его, думаю, он будет рад любому слизню.
Трое богов вместе рассмеялись, наслаждаясь приятной беседой.
Однако несколько месяцев спустя...
— Эй, Гайн, Лулутия.
— Хм... Опять родился новый вид, да?
— Не то чтобы это было плохо — скорее даже повод для радости, но... разве раньше такое происходило настолько часто?
Боги смотрели на нового слизня-чистильщика, появившегося под опекой Рёмы.
— Слизень, который питается в основном частицами кожи, телесными жидкостями и продуктами жизнедеятельности живых существ... Есть чудовища, которые выживают за счёт других живых существ. Слизень-чистильщик чем-то на них похож.
— Обычные слизни растворяют всё подряд и погибают раньше, чем успевают сделать что-то подобное.
— Меня и слизни-падальщики в прошлый раз удивили, а тут за столь короткий срок обнаружился ещё один новый вид...
— Слушай, Гайн, разве ты не подправил немного удачу Рёмы, когда мы переносили его сюда? Может, дело в этом?
— Немного подправил, но только затем, чтобы невезение, которым его наградил бог Земли, не перешло вместе с ним в этот мир. Теперь его не должно преследовать откровенно ненормальное невезение, но я не наделял его такой удачей, чтобы он чудесным образом открывал один новый вид за другим.
— Понятно... Тогда, может, ему просто везёт.
— Везёт... Интересно, так ли это? Посмотрите туда.
— А? Ах... разбойники.
— Такими темпами через день-два они доберутся до мест, где он живёт.
— Разве два месяца назад он тоже не столкнулся с разбойниками?
— Похоже, ему то невероятно везёт, то так же сильно не везёт...
— Любопытно, конечно, но встреча с разбойниками вполне укладывается в обычное невезение. Да и эти разбойники для него всё равно не проблема.
После дальнейшего обсуждения боги решили и дальше наблюдать за Рёмой. И так продолжалось до того дня, когда он наконец посетил церковь...
В кладовой
Лес Гана. В кладовой дома, вырубленного прямо в скале, Элиария, две горничные и четверо сопровождающих помогали Рёме собраться перед завтрашним отъездом.
— Господин Рёма. Здесь очень много одежды. Что вы желаете с ней сделать?
— Некоторые вещи уже невозможно починить. Хотите оставить их на тряпки?
Их и правда заносили до полной негодности... Наверное, можно выбросить, — подумал Рёма.
— ...Скормите слизням.
— Понятно. Тогда я положу их к остальным вещам, от которых нужно избавиться.
— Пожалуйста.
— Ну и ну, сколько же тут всего. Неужели это всё действительно осталось от разбойников?
Хьюз спросил, глядя на груду самых разных мешков в кладовой. Их явно набрался не один десяток, и даже не два.
— За три с лишним года.
— Неужели разбойники здесь встречаются так часто, что за это время можно было набрать столько добра?
— ...Наверное, из-за воды поблизости.
— Удобное место для лагеря — наверняка одна из причин. К тому же в здешних краях хорошо известно, что этот лес сравнительно безопасен. Без причины обычный человек так далеко не заберётся, но если это разбойники, которым нужно держаться подальше от чужих глаз, тогда...
— Они вполне могут предпочитать этот путь.
— Так вот почему вещей накопилось столько...
— Хм... Меня больше удивляет, что Рёма победил столько разбойников...
— В основном... из засады. В доме... потайной выход.
— Нет, но даже так...
— Камил. Теперь это уже неважно. Каким бы способом он ни действовал, Рёма действительно победил их и дожил до сегодняшнего дня. Сейчас важнее другое: все продолжайте работать!
— Понял. ...Но вещей и правда ужасно много...
— Стараюсь не тратить зря... то, что добываю...
Как Рёма и сказал, ничего из вещей побеждённых разбойников он не выбрасывал, а оставлял в кладовой. Даже ненужные ему кожаные мешки он по возможности пытался скормить слизням.
— Вот именно. Это самое главное.
С этими словами Джилл взъерошил Рёме волосы и вернулся к работе вместе со всеми.
Стоит также отметить: хотя количество вещей явно говорило о том, что разбойников было побеждено очень много, никто так и не заметил, что не было ни одной могилы...
За кулисами Гильдии искателей приключений
Вечером того дня, когда Рёма зарегистрировался в Гильдии искателей приключений, её сотрудники собрались на первом этаже на итоговое совещание.
— Итак, это последний пункт на сегодня.
Совещание вёл глава гильдии. Уорган обвёл взглядом собравшихся в зале сотрудников и обратился ко всем сразу.
— Уверен, некоторые из вас уже знают. Сегодня днём герцог Джамиль, правитель этих земель, посетил нас вместе с семьёй. Пока они были здесь, в гильдии зарегистрировался ребёнок по имени Такэбаяси Рёма. Я хочу, чтобы вы за ним присматривали.
— Можно задать вопрос? За чем именно нам следует следить?
— Докладывайте мне обо всём, каким бы пустяком это ни казалось. А обращаться с ним можете как с обычным искателем приключений. Никаких поблажек ему делать не нужно.
— Вы уверены?
— Да. Просто он вырос один, в лесу. Если увидите, что ему трудно привыкнуть к жизни в поселении, ненавязчиво помогите. И ещё одно. Если заметите, что кто-то в гильдии к нему цепляется, сразу остановите. Говорите что угодно, лишь бы сами не подставлялись. Если словами вопрос не решить... руками не лезьте.
Слова Уоргана противоречили друг другу, и один из сотрудников недоумённо переспросил.
— То есть, если начнётся драка, нам можно не вмешиваться...?
— Если в ход пошли кулаки — уже ничего не поделать. Тогда немедленно идите за мной, даже если ради этого придётся бросить работу. И не просите о помощи первого попавшегося искателя приключений поблизости. Кто полезет туда сгоряча, только увеличит ущерб.
Уорган сурово продолжил:
— Этот мальчишка Рёма, несмотря на свои одиннадцать лет, весьма умел. И обычный экзамен, и мою личную проверку он прошёл на высший балл.
Среди сотрудников прошёл лёгкий ропот. Само по себе сдать практический экзамен сразу после регистрации было не так уж необычно. Даже среди новичков хватало людей, которые раньше были охотниками или солдатами и уже обладали необходимыми боевыми навыками.
Но высший балл — совсем другое дело. К тому же не предусмотренная правилами дополнительная проверка, которую Уорган устраивал по собственной инициативе, должна была преподать будущим искателям приключений важный урок. Правда, тем, кому доводилось испытать её на себе, самодеятельность главы гильдии — искренне верившего по собственному опыту, что поражение — лучший учитель, — доставляла немало хлопот.
— Этот мальчик и правда настолько силён?
— В том, что он силён, сомнений нет. Просто... я не вижу, где у него предел. С виду обычный, до смешного хрупкий ребёнок, но то, как он держался и двигался на экзамене, — совсем другое дело. Он не похож на тех, кого я иногда встречаю и кто выезжает только на врождённом таланте. Скорее результат тренировок... причём многолетних... Не знаю. Загадочный он. Внешность, способности и аура совершенно не вяжутся друг с другом. Как ни занижай оценку, боевые возможности у него точно соответствуют рангу C или выше.
— По крайней мере, характер у него вроде мягкий, хотя от этого понять его только сложнее... В общем, большую часть времени относитесь к нему как к обычному искателю приключений. Но если кто-то полезет к нему с дракой, в опасности окажется именно задира. Попытаетесь вмешаться — можете пострадать и вы. Поэтому первым делом всегда зовите меня. Если уж придётся полагаться на другого искателя приключений, пусть он будет не ниже ранга B. Ясно?
— Да, господин!
— Хорошо! Руководители, проследите, чтобы об этом знали все в ваших командах. Тем, у кого сегодня выходной, сообщите завтра. ...На этом всё! Хотите — идите домой, хотите — выпивать. Все свободны!
— Спасибо!
— Хорошо сегодня поработали!
— Спасибо за работу!
Собирая вещи и покидая гильдию, сотрудники обменивались друг с другом прощальными словами.
■ ■ ■
На следующий день один из сотрудников зашёл в кабинет главы гильдии.
— Прошу прощения. Я принёс документы.
— Спасибо, положи их вон туда.
— Понял. И ещё...
— Хм? Что-то случилось?
— Я только что видел, как Рёма, тот самый мальчик, о котором вы говорили, брал задание.
— О, уже? Что за задание?
— Кажется, какая-то уборка.
— А? Уборка?
— Да, он именно об этом говорил.
— Понятно... И почему из всего он выбрал именно уборку?
— Может, для первого задания решил взять что-нибудь попроще?
— Он спокойный парень, так что возможно. Но с его способностями и опытом жизни в лесу я думал, что он возьмётся за истребление чудовищ или сбор трав...
— Позвать сюда сотрудника, который выдавал задание?
— Нет, не нужно. Передай, чтобы, когда он вернётся с отчётом, его направили ко мне. Я сам спрошу.
— Да, господин.
Так несколько часов спустя Уорган снова встретился с Рёмой. Он ещё не знал, что предложенная им новая работа обернётся шокирующим происшествием, которое затронет весь город, а заодно принесёт и дополнительную работу...
Незримые усилия
Однажды в Гильдии искателей приключений.
— Ну как там дела? Пока ничего наружу не просочилось?
— Пока ничего.
— А что та старуха из Гильдии торговцев? Сведения о противоядии, которые принёс Джефф, ей передали?
— Я отправил посыльного, но он ещё не вернулся.
В кабинете главы гильдии Уорган с напряжённым лицом разговаривал с одним из сотрудников. И неудивительно. Они оказались в самом центре событий: ситуация была такой, что один неверный шаг мог погрузить весь город в хаос. А справиться с ней доверили единственному юному искателю приключений, который сам вызвался предотвратить бедствие. Не имея возможности лично отправиться на место, они могли лишь мучительно ждать.
— Глава, из Гильдии торговцев—
— Впусти!
Уорган не стал дослушивать и сразу разрешил сотруднице войти и доложить.
— Что сказала старуха? Подтвердили, что противоядие существует?
— Да! Тамошний глава гильдии и двое сотрудников, отвечающих за лекарства, всё подтвердили. Ошибки быть не может: это рецепт противоядия от вируса Идакэ! Гильдия торговцев прямо сейчас созывает изготовителей лекарств, чтобы на случай заражения приготовить запас противоядия!
— Вот как! Они сказали, сколько именно времени это займёт?
— Изготовители готовы приступить уже сегодня, но само приготовление по этому рецепту занимает не меньше суток. Противоядие, похоже, требует довольно сложных процедур — глава гильдии даже сказала, что уже одно знание такого рецепта впечатляет. ...И это не всё: её насторожило, что искатель приключений, разбирающийся в противоядиях, совершенно случайно обнаружил редкую болезнь ещё до вспышки. Она даже допустила, что всё это могло быть подстроено.
— ...Ну, эта старуха ведь ещё ни разу не встречалась с Рёмой лично. Её подозрения понятны, но такого просто быть не может. Не представляю этого мальчишку способным на такую мерзость. Да и рисковать так лишь ради того, чтобы заслужить расположение гильдии, бессмысленно. Он не показался мне расчётливым, но уж это-то должен понимать. ...Если её так беспокоит этот вопрос, пусть как-нибудь встретится с ним и поговорит сама. Лишь бы после того, как вся эта заваруха закончится, — тогда я вмешиваться не стану. Извини, но передай ей и это тоже.
— Вы уверены?
— А какая, по сути, разница? Эта старуха при желании придумает сколько угодно предлогов для встречи с ним — не зря же столько лет прожила. Увидит его своими глазами и поймёт, что просто накрутила себя. Ты ведь сказал ей, что за ним стоит и семья герцога? Даже эта старая карга, зная такое, не станет делать ничего безрассудного. Она вечно всё выворачивает так, как ей удобно. Неплохо было бы хоть раз заставить эту старушенцию немного поволноваться.
— Похоже, сюда уже примешались ваши личные счёты...
— Наш глава гильдии ведь совсем не умеет вести переговоры.
— ...Вернёмся к делу. Пока что лекарство готовят. Составьте список искателей приключений в этом городе, у которых навык «Сопротивление болезням» развит до приличного уровня. Сейчас утилизацией занимается один Рёма, но он одновременно управляет множеством слизней и использует магию. Неизвестно, сколько он протянет в одиночку... Если Рёма больше не сможет продолжать, придётся заменить его другими людьми. И следите за слухами и сведениями, которые ходят по городу. Стоит этому просочиться наружу — начнётся хаос. И ещё... общественные уборные в городе ведь закрыли?
— Да. Мы объявили, что там идёт уборка. План такой: как только уборка закончится, всё проверить и, если никаких проблем нет, снова открыть их.
— Хорошо, продолжайте. Нам тоже нужно выложиться по полной и не дать этой истории стать достоянием публики.
— Да, господин!
Как и отряд, работавший непосредственно на месте утилизации, они тоже делали всё, что было в их силах, чтобы сохранить в городе спокойствие.