Класс жил своей жизнью.

Смех, разговоры, скрип стульев, шуршание рюкзаков — всё это сливалось в один сплошной гул, который Адам давно научился не замечать. Он сидел у окна, подперев голову рукой. Светло-каштановые волосы падали на глаза, почти закрывая лоб. Школьная рубашка была наполовину заправлена, галстук расслаблен, верхняя пуговица расстегнута. Адам смотрел на улицу. Точнее, сквозь неё. Его взгляд был пустым, расфокусированным, словно он находился где-то далеко отсюда.

«Меня зовут Адам. Обычный парень. Ни друзей, ни врагов. Никто не замечает, есть я в классе или нет. Наверное, так и должно быть. Одиночество безопасно...»

Мысль была старой, затёртой, как монета, которую годами крутишь в кармане. Адам не жаловался. Ему действительно так было проще. Люди приносят проблемы. Люди предают. Люди уходят. Лучше вообще не впускать их в свою жизнь.

— Адам.

Голос учителя выдернул его из размышлений. Адам медленно повернул голову. Учитель стоял у двери, держа в руках стопку картонных коробок.

— Поможешь донести? Они тяжёлые, а мне ещё журнал заполнять.

Адам молча поднялся. Одноклассники даже не посмотрели в его сторону — кто-то уткнулся в телефон, кто-то продолжал болтать. Это было привычно.

В коридоре учитель шагал чуть впереди, Адам — за ним, придерживая коробки.

— Спасибо, Адам, — сказал учитель, не оборачиваясь. — Ты всегда такой тихий. Хоть бы друзей завёл.

Адам не ответил. Зачем? Объяснять, что друзья — это лишняя боль, бессмысленно. Учитель всё равно не поймёт.

«Друзья... Это для тех, кому есть что терять. А я просто хочу, чтобы меня не трогали».

После уроков Адам вышел из школы. Школьный пиджак он перекинул через плечо — было душно. Рубашка небрежно заправлена, галстук болтался. В ушах — наушники. Волосы трепал ветер. Он шёл по тротуару, сунув руки в карманы брюк, и смотрел под ноги.

Он шёл домой.

Улица, поворот, ещё улица. Всё по привычному маршруту. Адам уже почти поравнялся с тёмным переулком, когда сквозь музыку пробился странный звук. Приглушённый. Похожий на... крик?

Адам замедлил шаг.

«Не моё дело. Иди домой. Ты же сам решил — ни во что не лезть».

Он сделал ещё шаг. И снова крик. Теперь громче. Отчаяннее. Женский.

Адам остановился.

«Блять... Если я уйду, тот, кто кричит, может пострадать. И это будет на моей совести».

Он вытащил наушники. Тишина ударила по ушам, и сразу стало слышно то, что происходило в переулке.

— Отпусти, ублюдок! — голос девушки дрожал от страха и злости.

— Не сопротивляйся, — ответил грубый мужской голос. — Тебе же больнее будет.

Адам осторожно подошёл к углу и заглянул за него.

Картина была отвратительной. Девушка прижата к стене. Светлые волосы растрепались и прилипли к мокрому от слёз лицу. Дорогая куртка была разорвана, ворот блузки сбит. Она выглядела так, будто её вырвали из другой жизни — ухоженной, дорогой, безопасной. Здоровенный мужик держал её одной рукой, а второй доставал нож. Лезвие блеснуло в тусклом свете фонаря.

— Но сначала немного развлечёмся, — произнёс мужик, и в его голосе послышалась мерзкая ухмылка.

Он приставил нож к горлу девушки. Та замерла, боясь пошевелиться. Мужик начал срывать с неё верхнюю одежду.

Адам почувствовал, как внутри что-то оборвалось.

— Эй! — крикнул он, выходя из-за угла. — Ты что творишь?!

Мужик обернулся. Его лицо было тяжёлым, с грубыми чертами, а глаза — пустыми, как у человека, который уже давно перешёл черту.

— Парень, советую свалить по-хорошему, — процедил он. — Не видишь, люди заняты?

— Вижу, — Адам старался, чтобы голос не дрожал. — Вижу, как ты пытаешься изнасиловать девушку.

— У него нож! — крикнула девушка. — Беги!

— Заткнись, сука! — рыкнул мужик, а потом снова посмотрел на Адама. — А ты, парень, слишком много видел.

Он оттолкнул девушку и направился к Адаму. Нож в его руке смотрелся угрожающе. Обычный человек повернулся бы и убежал.

Адам не побежал.

Вместо этого он быстро оглянулся. Рядом валялась стеклянная бутылка. Адам схватил её и, не раздумывая, швырнул в мужика.

Бутылка разлетелась вдребезги, ударившись о голову противника. Осколки и кровь брызнули на асфальт.

Мужик не упал. Он лишь мотнул головой, словно отгоняя назойливую муху, и снова двинулся вперёд.

«Тяжёлый... Слишком тяжёлый. У меня начинают дрожать колени».

Адам понял: разница в силе слишком огромна. Но бежать было поздно.

Мужик бросился на него. Адам инстинктивно закрылся руками. Первый удар пришёлся по предплечью — обожгло болью. Второй — по плечу. Лезвие вспарывало кожу, рубашка быстро пропитывалась кровью.

«Больно! Хочу убежать! Но если я побегу — он догонит. Или, хуже того, вернётся к ней».

Сквозь боль Адам заставил себя смотреть. Мужик снова замахнулся. Адам уловил момент — и уклонился. Кулак со свистом рассёк воздух там, где только что была его голова.

Адам ударил.

Кулак врезался противнику в челюсть. Голова мужика дёрнулась в сторону. Он пошатнулся, но устоял.

— Ах ты щенок! — взревел мужик и снова атаковал.

Нож мелькал перед лицом. Адам уворачивался, чувствуя, как воздух рассекается в миллиметрах от кожи. Один удар, второй, третий — он уклонялся, отступал, а потом снова бил. В челюсть. Ещё раз. Мужик зашатался сильнее.

Адам сделал подсечку.

Мужик поскользнулся и с грохотом рухнул на землю.

«Он не встанет. Но если встанет...»

Мужик попытался приподняться. Адам не дал. Он бросился на него сверху и начал бить. Снова и снова. Удары сыпались градом. Костяшки горели огнём, но Адам не останавливался. Он уже не контролировал себя. Кулаки врезались в лицо, в кровь, в месиво.

— Стой! — раздался крик. — Пожалуйста, стой! Он уже не двигается!

Голос девушки пробился сквозь красную пелену. Адам замер.

Его руки были в крови. Чужой крови. Он медленно опустил взгляд. Лицо мужика превратилось в кровавую кашу. Грудь противника едва заметно вздымалась — он был жив.

Адам перевёл взгляд на девушку. Та вжалась в стену, прикрывая разорванную одежду. Светлые волосы падали на лицо. Её глаза были расширены от ужаса. Она смотрела не на мужика — на Адама.

— Он... он жив? — прошептала она.

Адам не ответил. Он слез с мужика и выпрямился.

«Это я... Это я сделал? Почему... Почему мне не страшно? Почему я чувствую... облегчение?»

— Ты в порядке? — спросил он, стараясь дышать ровно.

— Д-да... вроде, — девушка всё ещё дрожала. — А ты?

— Тоже. Вызови полицию.

— Да, конечно...

Девушка достала телефон, но руки тряслись так, что она едва могла набрать номер. Адам стоял рядом, глядя на неподвижное тело.

Полиция и скорая приехали быстро. Адаму забинтовали порезанные руки. Он стоял, пиджак висел на плече, рубашка в крови. Медик что-то говорил про швы и больницу, но Адам не слушал. Он смотрел, как мужика грузят на носилки.

К нему подошёл полицейский с блокнотом.

— Парень, ты в порядке?

— Нет... То есть да. Я в порядке, — ответил Адам.

«Странно. Я должен быть в шоке. Но я думаю только о том, выжил ли он. Не потому что боюсь. А потому что... хочу, чтобы он выжил и понял, что проиграл».

Полицейский что-то записывал.

— Хорошо. Мы свяжемся. Ты уверен, что не знаешь эту девушку?

Адам посмотрел на девушку. Она стояла у машины скорой, укутанная в плед. Светлые волосы были всё ещё растрёпаны. Их взгляды встретились. Девушка быстро отвела глаза.

— Впервые увидел, — сказал Адам.

Полицейский хмуро кивнул:

— Понятно...

Адам не стал ждать больше. Он сунул забинтованные руки в карманы и пошёл прочь.

— Тот парень... — услышал он голос девушки за спиной. — Он где?

— Ушёл. Сказал, что ему нужно идти.

Адам не оборачивался. Он шёл вперёд, чувствуя на себе её взгляд. Взгляд, в котором были благодарность, страх и... вина.

«Я даже имени его не успела спросить... Но я его запомню».

Город снова шумел. Всё как обычно. Машины, прохожие, свет фонарей.

Адам шёл домой, игнорируя боль в забинтованных руках.

«Сказал, что свяжутся. Но не спросил мой номер... Забыл? Или...»

Он остановился.

В кармане завибрировал телефон. Адам достал его. На экране — пропущенный звонок с неизвестного номера. И сообщение.

«Ты сделал то, что не должен был. Ты теперь соучастник».

Адам поднял голову.

На другой стороне улицы стоял человек в капюшоне. Он не двигался. Просто смотрел.

«Откуда он знает? Мы были в переулке одни...»

Человек медленно поднял руку и приложил палец к губам: «Молчи».

Телефон снова завибрировал.

«Если расскажешь — она умрёт первой».

Адам сжал телефон. Он хотел закричать, спросить, кто этот незнакомец. Но когда он поднял взгляд, улица была пуста.

Только ветер и тишина.

Ночь. Тишина.

Адам лежал на кровати, не раздеваясь. Школьная рубашка была расстегнута и помята. Галстук снят и брошен на пол. Брюки измяты. Пиджак висел на спине стула. Забинтованные руки он положил на грудь и смотрел в потолок. Телефон лежал рядом. Экран давно погас, но он всё ещё видел перед глазами эти сообщения.

«Ты сделал то, что не должен был. Ты теперь соучастник».

«Если расскажешь — она умрёт первой».

Сон не шёл. Мысли крутились в голове, как заезженная пластинка.

«Что это всё значит? Из-за того, что я спас ту девушку, я стал чьей-то целью? Нет... Так дело не пойдёт. Нужно проветриться».

Он сел на кровати. В комнате было темно и душно. Забинтованные предплечья глухо ныли.

Адам встал с кровати. Снял школьную рубашку и бросил её на стул. Надел тёмную толстовку, чёрные джинсы, старые кеды. Накинул капюшон. Из-под рукавов выглядывали бинты. Он вышел на улицу.

Ночной город встретил его пустотой.

Фонари лили тусклый жёлтый свет. Адам шёл по тротуару, сунув руки в карманы, и слушал, как ветер шуршит сухими листьями. В голове было одно:

«Откуда они узнали мой номер? И кто вообще эта девушка?»

Он дошёл до детской площадки. Пустые качели. Редкие фонари. Ни души.

Адам сел. Цепи тихо скрипнули.

«Ноги сами привели меня сюда. Когда-то я часто сидел на этих качелях. Ещё до того, как понял, что одиночество безопаснее людей».

«Почему я вообще влез? Мог бы пройти мимо. Сделать вид, что не слышал... Но тогда бы я не смог жить дальше. А теперь — не могу спать».

Он откинулся назад и закрыл глаза.

Шорох.

Адам открыл глаза и повернул голову.

К площадке приближалась фигура. Девушка. Та самая.

Теперь она выглядела иначе. Не напуганная жертва в разорванной одежде, а собранная, уверенная девушка. Светлые волосы были аккуратно убраны назад. Дорогая куртка сидела идеально. На лице — ни следа вчерашнего ужаса. Только под глазами залегли лёгкие тени.

Она шла медленно, оглядываясь по сторонам. Потом заметила его и остановилась.

— Эй... — прищурилась она. — Ты же тот парень?

Адам молчал.

Девушка подошла ближе.

— Ну точно. Это ты.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он.

— Я? Ищу тебя.

— Зачем?

— Во-первых, чтобы поблагодарить. Во-вторых, кое-что рассказать.

— Во-первых, мне ничего не нужно, — Адам отвёл взгляд. — Во-вторых, кто ты вообще такая? Уж точно не обычная девушка.

Она усмехнулась. Усмешка вышла невесёлой.

— А ты прав. Я не обычная. Меня зовут Мия. И за мной охотятся. Много людей. Одного из них ты сегодня отправил в неотложку. — Она помолчала. — Но он был не один.

— Я в курсе, — тихо ответил Адам.

Мия резко повернулась к нему.

— В смысле?

Адам прикусил язык.

«Стоп. А стоит ли ей говорить? В сообщении было сказано: если проболтаюсь — она умрёт».

— Да так. Догадываюсь. — Он перевёл разговор. — И всё же... как ты узнала, что я здесь?

— Случайно наткнулась. Кстати, Адам, а ты что тут делаешь?

Адам замер.

— Стоп. Откуда ты знаешь моё имя? Я его не называл.

Мия пожала плечами.

— Узнала. Это не так уж сложно.

— Узнала? Как?

— Полицейский, который с тобой разговаривал. Он назвал тебя по имени. Я слышала.

Адам прищурился.

— И ты запомнила?

— Ты спас мне жизнь. Конечно, запомнила.

«Чёрт. Точно. Полицейский... Кажется, он действительно называл меня. Но всё равно... Она слишком спокойна. И слишком наблюдательна».

— Ладно. Допустим. Но больше так не делай.

— Как? Не узнавать о тебе? — В уголках её губ мелькнула слабая улыбка.

— Не притворяйся, что мы знакомы.

— А мы разве не знакомы?

Адам отвёл взгляд.

— Нет. Мы чужие.

— Пока что, — тихо сказала она.

«Слишком наглая. И слишком... уверенная. Она точно не обычная девушка».

«Случайно наткнулась? В три часа ночи? На пустой площадке? Не похоже на случайность».

Некоторое время они сидели молча. Ветер шевелил листья.

— Так что ты хотела рассказать? — спросил Адам.

— Мой отец... владелец крупной компании. У него много связей. И много врагов.

— И поэтому на тебя напали?

— Да. Возможно.

— Возможно?

— Я не знаю наверняка. Но это было не просто нападение. Это было предупреждение. Мне. Или ему.

Адам откинулся на качелях.

— И что теперь? За тобой будут охотиться?

— И за тобой тоже. Ты вмешался. Ты избил их человека. Они этого не оставят.

Адам усмехнулся.

— Я просто хотел помочь.

— Знаю. Поэтому я здесь. Чтобы предупредить.

Мия встала с качелей.

— Адам, будь осторожен. За тобой могут следить. Я уже видела машину возле переулка. Чёрную. Она поехала за тобой, когда ты ушёл.

Адам напрягся.

— Ты уверена?

— Да.

«Чёрная машина. Я не заметил. Чёрт».

— Зачем ты мне это рассказываешь? — спросил он. — Могла бы просто сделать вид, что не знаешь меня.

— Потому что ты спас меня. И потому что теперь мы в одном дерьме.

Она посмотрела ему в глаза.

— Адам, я знаю, ты не просил втягиваться. Но теперь мы оба в этой игре. И если мы хотим выжить, нам нужно действовать вместе.

— Вместе?.. — медленно повторил он.

— Да.

Он не ответил. Просто смотрел в темноту.

Где-то вдалеке, за деревьями, мелькнули фары. Машина проехала медленно, словно высматривая кого-то.

— Они уже здесь, — прошептала Мия.

Адам поднялся.

— Иди домой. И не оборачивайся.

— Адам...

— Уходи. Я отвлеку их.

— А ты?

— Справлюсь. Беги.

Мия колебалась. Потом кивнула.

— Будь осторожен.

Она скрылась в темноте.

Адам остался один.

Ветер качал качели. Где-то рядом тихо урчал двигатель.

К площадке подъехала чёрная машина. Фары ударили в глаза. Адам прищурился.

Из машины вышли трое. Высокие, в тёмных пальто. Один шагнул вперёд.

— Мистер Кроу.

— Вы кто такие?

— Люди, которые не любят, когда кто-то вмешивается в их дела.

«Чёрт. Он знает, кто я. Но... они не нападают. Значит, им нужно что-то другое».

— И что вам нужно?

— Где мисс Кросс?

Адам напрягся.

— Какая ещё мисс Кросс?

— Не притворяйтесь. Вы были с ней. Здесь. Несколько минут назад.

«Кросс? Это её фамилия? Значит, Мия Кросс. Они знают её. Следят за нами. Чёрт...»

— Я не знаю, о ком вы.

Человек сделал шаг вперёд.

— Мистер Кроу, не играйте с нами. Скажите, где мисс Кросс, — и можете идти. Мы не тронем вас.

— А если не скажу?

— Тогда вы знаете, что будет.

Пауза.

«Если я сдам её — они заберут её. Если не сдам — заберут меня. Нужно выбираться».

Адам медленно поднял руки.

— Ладно. Хорошо. Она побежала в ту сторону.

Он указал в противоположную от того места, куда убежала Мия, сторону.

Человек усмехнулся.

— Думаешь, мы идиоты? Ты бы не сдал её так быстро. Взять его.

«Плохо. Они не купились».

— ПОЛИЦИЯ! СЮДА! — заорал Адам.

Люди в пальто вздрогнули. Обернулись.

Адам рванул с места.

— За ним! — донеслось сзади.

Он бежал, не оглядываясь.

Сердце колотилось где-то в горле. Лёгкие горели. Ветки хлестали по лицу.

Адам сворачивал в переулки, стараясь запутать след. Раз. Ещё раз. Ещё.

Тупик.

Он резко остановился. Впереди — глухая стена. Позади — топот.

Адам развернулся.

Из темноты вышли трое. Те самые. В руках блеснули ножи.

— Парни, может, договоримся? — выдохнул он.

Они молчали. Приближались.

«Они не наёмники. Слишком тупо ведутся. Обычные шестёрки. Но ножи у них настоящие... Чёрт. Ну всё. Мне пиздец».

«Руки болят. Швы разойдутся. Но если я не ударю, меня просто зарежут».

Он прижался спиной к стене.

И вдруг — движение.

Из тени, прямо за спинами преследователей, появилась тёмная фигура. В капюшоне. Без лица.

Она двигалась быстро. Молчаливо.

Удар — первый преследователь рухнул. Второй обернулся — и получил удар в горло. Третий замахнулся ножом, но фигура перехватила его руку и резко вывернула.

Хруст. Крик. Тишина.

Трое лежали на земле.

Адам стоял, прижавшись к стене. Тяжело дышал.

Тёмная фигура выпрямилась. Посмотрела на него.

— Кто... кто ты такой? — спросил Адам.

Фигура молчала.

Потом медленно подняла руку и приложила палец к губам: «Молчи».

В кармане завибрировал телефон.

Адам достал его.

«Мы присматриваем за тобой, Адам Кроу».

Он поднял взгляд.

Фигуры уже не было.

Только ветер и пустая улица.

«Почему он ждал? Почему не вмешался сразу?.. Он наблюдал? Или... проверял меня?»

«Мия... Надеюсь, она успела уйти. Но проверять сейчас — значит выдать себя. Если она попалась, я уже не помогу. Нужно домой. Завтра... будет новый день».

«Кто вы такие?.. И почему вы меня спасли?»

Ответа не было.

Школа жила своей обычной жизнью.

Коридоры гудели. Адам шёл сквозь толпу, не глядя по сторонам. До его ушей долетали обрывки разговоров:

— Слышал, в школе новенькая из богатой семьи?

— Серьёзно? А она красивая?

— Говорят, да.

«Что-то все сегодня какие-то активные. Впрочем, мне всё равно».

Адам прошёл в класс и сел за свою парту у окна. Раздался звонок. В класс зашёл учитель.

— Все по местам! Важное объявление. У нас в классе новенькая.

«Значит, новенькая. Ну да ладно. Нужно думать о более важных проблемах».

В класс зашла Мия. Светлые волосы были уложены волнами. Школьная форма сидела идеально. Она не шла — она появлялась. Как человек, который привык, что на него смотрят.

— Всем здравствуйте. Меня зовут Мия Кросс. Прошу, позаботьтесь обо мне.

«Чего... блять».

Адам почувствовал, как внутри всё сжалось.

— Садись на свободное место, — сказал учитель.

Мия пошла между партами. Все взгляды были прикованы к ней. Адам смотрел в окно, надеясь, что она пройдёт мимо.

Она остановилась рядом с его партой.

«Пожалуйста, просто пройди мимо. Не хватало мне ещё проблем».

Мия наклонилась к нему.

— Рада снова увидеться, Адам.

— Чё?.. — выдохнул он.

Класс взорвался:

— Чтооо?!

По рядам прокатился шёпот. На Адама оборачивались. Кто-то переглядывался, кто-то уже ухмылялся.

«Вот и всё. Теперь я — тема для разговоров. Отлично».

На перемене к Мии выстроилась очередь из желающих познакомиться. Адам сидел за партой, не поднимая головы.

«Ну почему это происходит со мной? Я же просто хотел тишины».

К нему подошёл одноклассник.

— Эй, Кроу, ты откуда знаешь новенькую?

— Не твоё дело.

— Да ладно, не будь таким. Она твоя девушка?

— Я сказал, не твоё дело, — холодно повторил Адам.

Одноклассник поднял руки и отошёл. Но по его лицу было видно: он не отстанет.

«Начинается. Теперь все будут совать нос в мою жизнь. Чёрт...»

К Адаму подошла Мия.

— Пошли, выйдем. Нужно поговорить.

— Ты серьёзно? После того, что ты устроила?

— Именно поэтому. Пойдём.

Они вышли из класса и нашли безлюдное место.

— Здесь, думаю, нам никто не помешает.

— Зачем ты это сделала?! Я никогда не стремился выделяться. А тут приходишь ты и при всех говоришь, что знакома со мной!

— Ты чего такой злой? Разве тебе не нравится внимание?.. А, поняла. У тебя ведь даже друзей нет.

— С чего ты взяла!.. Ну... Хотя в чём-то ты права.

— Я не хотела тебя задеть. Просто так было нужно.

— Нужно? Зачем?

— Если нас видели вместе ночью, теперь у нас есть легенда. Мы знакомы со школы. Ты — мой одноклассник. Ничего странного в том, что мы разговариваем, больше нет.

«А она не глупа. Но всё равно... могла бы предупредить».

— Ладно. Допустим. Но больше так не делай. В следующий раз предупреждай.

— Хорошо. Теперь расскажи, что произошло вчера.

— После того как ты ушла, приехали странные типы. Спрашивали, где ты. Я их обманул, но они быстро поняли. Началась погоня. Меня загнали в тупик. Думал, всё, конец. Но появился какой-то человек и спас меня.

— Что за человек?

— Не знаю. На нём была маска. Или капюшон. Я даже лица не видел.

— Странно. Кто-то неизвестный спас тебя? Может, это человек моего отца? Хотя... откуда он мог узнать? И зачем ему спасать тебя?

— Ты как вообще? После вчерашнего...

— Нормально. Меня встретили. Отец прислал охрану.

— Охрану? То есть ты была под защитой?

— Не сразу. Но теперь да.

«Отец прислал охрану. Значит, у неё действительно серьёзные проблемы. И меня втянули в это дерьмо».

— И всё же. Почему ты перевелась именно в нашу школу? И именно в мой класс?

— Ну... мне интересно, что ты за человек. И чем ты занимаешься. Ну и ещё мы влипли в одно и то же дело, поэтому нам легче общаться.

— Что за дело? Ты так и не объяснила. Кто за тобой охотится?

— Я пока не знаю. Но знаю, что это связано с отцом. Поэтому я и перевелась. Чтобы быть ближе к тебе и...

Она замолчала.

— И?

— И чтобы не быть одной.

Пауза. Адам смотрел на неё. В её голосе впервые слышалось что-то настоящее — не наигранная уверенность, а усталость.

— Ну, тоже верно. Ладно. Скоро звонок. Пошли обратно в класс...

Позади раздались шаги.

Адам не успел обернуться.

Удар в живот.

Он согнулся от боли. Перед ним стоял парень. Выше Адама, с наглой ухмылкой и короткой стрижкой.

— Ну привет, задрот. Давненько не виделись. Вижу, теперь с девушками общаешься. Хорошо живётся?

— Ты что делаешь?! — воскликнула Мия.

— Ооо, это же ты, новенькая! Рад познакомиться. Ты, похоже, знакома с нашим тихоней. А он и не рассказывал, что дружит с такой красавицей.

«Этот придурок... Марк. Он цепляется ко мне с первого года. Раньше я просто избегал его. Но теперь он заметил Мию. Это плохо».

Раздался звонок.

— Считай, что тебе повезло. Ещё увидимся.

Марк ушёл.

— Ты чего так просто спустишь ему это с рук?! Нужно сказать учителям! И почему ты просто не сдашь сдачи?!

— Отвали! Это не твоё дело!

Адам ушёл. Мия осталась стоять в недоумении.

«Она ничего не понимает. Только пришла и уже ставит меня в худшее положение».

Уроки закончились. Адам вышел из школы.

Неподалёку он заметил чёрную машину.

«Чёрная машина. Такая же, как вчера? Или другая? Я не помню номер. Чёрт».

«Это снова они? Или другие? Возможно, у меня уже паранойя».

Он пошёл дальше, стараясь не смотреть в сторону машины.

«Сегодня всё пошло не так. Мия привлекла внимание. Марк снова появился. И теперь за мной, кажется, следят».

Адам ускорил шаг.

«Нужно домой. И подумать, что делать дальше».

По дороге домой Адам снова заметил чёрную машину.

«Чёрт бы побрал эти чёрные машины».

Он свернул в другую сторону. Прошёл немного. Огляделся.

«Вроде бы нет».

Адам прошёл ещё пару метров и свернул за угол.

Внезапно кто-то схватил его за плечо и сжал. Сильно. До боли.

Адам обернулся.

— Снова увиделись, задрот. Пойдём, немного пройдёмся.

Марк.

«Чёрт. Только не он».

Марк потащил Адама в неприметное место. Там его ждали. Трое парней и две девушки. Девушки сидели на старом ящике у стены. У одной — светлые волосы и наглый взгляд. Вторая — темноволосая, молчаливая, с серебряной цепочкой на шее.

— Эй, Марк, кого ты привёл? — спросил тощий.

— Что за чепушила? — добавил здоровый.

— О, свежее мясо, — усмехнулась светловолосая.

Темноволосая ничего не сказала. Просто смотрела.

— Это мой одноклассник. Задрот. Он любезно не против оплатить нам поесть. Верно говорю?

— Нет. Прости, у меня нет денег, — тихо ответил Адам.

— Что? А я думал, мы с тобой по-дружески.

Марк резко ударил Адама в живот.

Адам согнулся.

«Их пятеро. Если полезу в драку — положат. Нужно терпеть».

— Ты меня не понял. Это не просьба. Это приказ. Короче, завтра принесёшь деньги. Мне плевать, где достанешь. Но если до следующего вечера их не будет — пеняй на себя.

Марк ударил Адама в лицо. Адам упал.

Светловолосая подошла. Присела рядом. Улыбнулась.

— Ну что, давай посмотрим, может, он прячет что-то.

Она бесцеремонно обыскала карманы Адама. Достала телефон, какую-то мелочь.

— Пусто. Ни налички, ни карты. Только этот старый хлам.

Она бросила телефон на землю рядом с Адамом.

— Эй, Марк, он реально пустой. Зря привёл.

— Ничего. Отработает. Завтра — крайний срок.

Светловолосая поднялась. Посмотрела на Адама сверху вниз.

— Понял, мальчик? Завтра. Или будешь целовать асфальт.

«Тварь...»

— Пошли. Здесь больше делать нечего.

Банда ушла. Темноволосая на секунду задержала взгляд на Адаме, но ничего не сказала и ушла следом.

Адам поднялся. Вытер кровь с губы.

Поднял телефон. Экран треснул сильнее. Но работал.

«Хоть телефон цел. Если бы он сломался, я бы не увидел их сообщений. Чёрт...»

«Чего она смотрела?.. Ладно. Не важно.»

«Сначала странные мужики, теперь Марк и его стая. Если не принесу деньги — изобьют. Чёрт...»

«Чёрная машина... Марк... Это совпадение? Или он с ними? Нет. Бред. Марк — просто школьный отморозок».

Утро. Адам пришёл в школу. Лицо в ранах.

Он зашёл в класс. Мия сразу заметила.

— Привет, А... Адам! Что с тобой случилось?

— Да так. Упал.

Мия подошла ближе. В её глазах мелькнуло беспокойство.

— Адам, это не «упал». У тебя разбита губа и синяк. Кто это сделал?

— Говорю же, упал.

— Пошли, выйдем.

Они вышли и нашли безлюдное место.

— Говори. Это кто-то из тех странных типов тебя так?

— Нет.

— Тогда кто?

— Я же сказал — упал.

— Боже. За дуру меня не держи. А может, это тот парень, что тебя в коридоре ударил? Я права?

Адам молчал.

— Значит, права.

— Боже, какое тебе вообще до меня дело? Почему ты так стремишься мне помочь?

— Это... Ты же мне помог. А я взамен помогаю тебе.

— Я же сказал, мне не нужно благодарностей. Зачем такой девушке, как ты, помогать такому, как я?

— Я...

Пауза.

— Прости. Просто в последнее время столько всего свалилось. И я срываюсь на тебе.

— Ты меня тоже прости. Я не так часто с кем-то общалась. Приходилось постоянно менять школы. И я нечасто заводила друзей. А когда заводила — быстро расставалась.

Они замолчали. Атмосфера стала мягче.

— Ну ладно. Меня пригласили погулять. И сказали, что я могу позвать кого-нибудь. Пойдёшь?

— Ты же знаешь, я не особо люблю общение. Но ладно, так уж и быть. Если тебе это не мешает.

— Нет, конечно. Я рада, что ты согласился. Тогда договорились: завтра вечером в парке.

— Окей.

— Ну ладно, я в класс.

— Давай.

Мия ушла.

Адам остался один.

«Чёрт. Завтра вечером я должен быть у Марка. И завтра же вечером — встреча с Мией. Если я не приду к Марку — он меня изобьёт. Если не приду к Мие — она поймёт, что я что-то скрываю. Чёрт...»

Вечер. Парк.

Адам стоял у входа и ждал. Прохожие обходили его стороной, не замечая. Он уже привык быть невидимым.

— Привет, Адам.

Он обернулся. Мия подошла быстрым шагом, а за ней — трое незнакомцев.

Светлые волосы были распущены. Одета не в школьную форму, а в лёгкую куртку. Выглядела спокойнее, чем в школе.

— Знакомься, это Алекс, Сара и Эмма. А это Адам. Хотя, наверное, вы знакомы — вы же одноклассники.

— Если честно, не особо, — усмехнулся Алекс. — Адам у нас тихоня.

«На больное ведь давит».

— Ну что, куда пойдём? — спросила Мия.

— Слышала, здесь неподалёку есть интересная кафешка, — предложила Сара. — Можем сходить туда.

— Ну почему бы и нет, — ответила Эмма.

— Согласен, — кивнул Алекс.

— Ну тогда и решили, — улыбнулась Мия.

В кафе было шумно, но уютно. Адам почти не разговаривал, больше слушал. Сара шутила, Алекс рассказывал какие-то истории, Эмма тихо смеялась.

После кафе все вышли на улицу. Адам и Мия немного отстали.

— Ну как тебе? — спросила Мия.

— Никогда особо не гулял с кем-то. Это... интересно.

— Рада слышать.

— Эй, Адам, — обернулся Алекс. — А как ты познакомился с Мией? Если не секрет.

— Ну... мы в детстве познакомились. А потом её семья переехала.

— Аа, вот оно что. Ну ладно.

— Извините, я отойду ненадолго в туалет.

— Да, давай, конечно. Мы будем здесь.

Адам ушёл. Нашёл туалет. Вышел. Прошёл немного вперёд.

И замер.

Чёрная машина.

«Чёрт. Снова эта машина. И она направляется в сторону Мии и ребят. Надо быстро их предупредить».

Адам побежал обратно.

И наткнулся на банду Марка.

«Сука. Снова они. Как не вовремя».

— Ооо, это же наш тихоня, — ухмыльнулся Марк. — Ну как, принёс деньги?

— Прости, Марк, но сейчас не вовремя.

Адам попытался бежать, но его ударили в лицо. Он отлетел.

«Опять он. Опять боль. Но сейчас не до него. Мия...»

— Ты чё, не понял? — Марк подошёл ближе. — Я же говорил: принеси деньги, или тебе пиздец.

— Я знаю. Но сейчас, блять, мне нужно бежать.

— Никуда ты, блять, не убежишь.

Марк ударил его в лицо, потом в живот. Адам еле поднялся. В его взгляде вспыхнула ярость.

— Ну всё, ты меня заебал.

Марк снова замахнулся, но Адам уклонился и со всей силы ударил его в челюсть. Марк отлетел.

— Чё за?! — выдохнул здоровый.

— Что он сделал с Марком?! — охнул тощий.

— Тебе пиздец, — прорычал здоровый и двинулся на Адама.

Адам быстро схватил горсть песка и кинул ему в лицо.

— Ааа! Мои глаза!

Адам заметил на земле стеклянную бутылку. Схватил её и ударил здоровяка по голове. Тот рухнул.

Адам перевёл взгляд на тощего и девушек. Они стояли в оцепенении.

— Кто-то ещё хочет?

Никто не двинулся.

«Они в шоке. Сейчас самое время бежать».

Адам сорвался с места.

— Я... убью тебя... Кроу... — прохрипел Марк с земли.

Адам бежал, не оглядываясь.

— О, Адам, ты чего так долго? — спросила Мия.

— Ага, мы уж думали, ты домой ушёл, — добавил Алекс.

Мия пригляделась к его лицу.

— Адам, что с тобой?! Ты опять с кем-то подрался?!

— Это неважно. Мия, сюда едет чёрная машина. Такая же, как на детской площадке.

— Что?

Подъехала чёрная машина. Из неё вышли четверо мужчин и направились к компании.

Адам встал в стойку.

— Бегите. Я их задержу.

— Нет. Я тебя тут не брошу. Одного раза хватило.

— Что происходит?! — испуганно спросила Эмма.

— Уходите срочно! Мия вам всё объяснит!

«Чёрт. Не думаю, что смогу всех их одолеть. Что же делать?»

Внезапно подъехали две другие машины. Из них вышли люди и сразу напали на тех, кто направлялся к Адаму.

После короткой драки один из мужчин подошёл.

— Госпожа, вы в порядке?

— Да. А вы кто?

— Мы от вашего отца. Он прислал помощь после того, как узнал, что вас собираются похитить.

— А что, если вы тоже хотите её похитить? — спросил Адам.

— Разумно. Но если бы мы хотели — сделали бы это, пока шла драка.

— Да, я узнала его, — сказала Мия. — Это Виктор. Один из лучших охранников моего отца.

— Да, меня зовут Виктор. Если мы разъяснили ситуацию, прошу проехать с нами, госпожа. Отец хочет вас видеть.

— Да, хорошо. Извините, что покидаю вас. Ещё увидимся.

— С тобой всё будет хорошо? — спросил Адам.

— Да, конечно. Это же лучшие люди моего отца.

«Она ему доверяет. Но я — нет. Слишком подозрительно. Они приехали именно сейчас. Случайность? Или ловушка?»

Виктор повернулся к Адаму.

— Парень, а ты не промах. Если что — позвони.

Он протянул визитку. Адам не взял.

— Обойдусь, — холодно ответил он.

Виктор усмехнулся.

— Как знаешь. Но моё предложение в силе.

Мия села в машину. Две машины уехали.

— Что это было?! Кто эти люди?! — выпалил Алекс.

— Адам, ты дрался с ними?! — спросила Эмма.

— Это было страшно... — прошептала Сара. — Они просто вышли из машины и пошли на нас...

— Вот это экшен... Прямо как в кино, — сказал Алекс.

— Это не кино, Алекс, — холодно ответил Адам. — Они хотели похитить Мию.

Алекс замолчал. Повисла неловкая пауза.

«Они смотрят на меня как на чужого. Раньше я был просто тихоней. Теперь — парень, который разбивает бутылки о головы».

— Потом. Сейчас надо уходить.

Адам вошёл в класс и огляделся. Мии не было.

«Почему её нет в школе? Может, опаздывает? Но обычно она приходит вовремя. Или дела в компании?.. Глупо ли с моей стороны было отпустить её с теми людьми? Ладно. Нужно мыслить позитивнее».

— Привет, Адам, — сказал Алекс.

— Привет, Адам, — добавила Эмма.

— П-привет... — ответил Адам.

— А где Мия? Чего её сегодня нет? Адам, ты знаешь? — спросил Алекс.

— Неа.

— Может, это из-за того, что произошло вчера? — тихо сказала Сара.

— Возможно. Её же буквально хотели похитить, — кивнул Алекс.

— Кстати, Адам, — Эмма посмотрела на него. — Ещё до того, как ты к нам прибежал, ты был побитым. Что с тобой произошло?

— Кстати, и правда, — поддержала Сара.

— Да так. Столкнулся с одними ублюдками. Ничего серьёзного.

— Точно? А то стоило бы с ними разобраться, — сказал Алекс.

— Да нет. Всё нормально.

Вдруг телефон Адама завибрировал. Сообщение:

«Неплохо отделал тех двух. Но не думай, что проблемы на этом кончатся».

«Что за чёрт? Это тот же человек, что следил за мной, когда я спас Мию? Или кто-то из банды Марка?.. Что он хотел этим сказать?»

— Адам, ты в порядке? — спросила Сара.

— А? Что?

— Ты выглядишь обеспокоенным. Что-то серьёзное?

— Нет. Ничего серьёзного. Просто задумался.

Телефон снова завибрировал. Новое сообщение:

«Здравствуйте. Вы приглашены в офис Cross Industries. Просим вас явиться сегодня».

«Это же компания, которой владеет семья Мии. Зачем им приглашать меня?.. Это может быть ловушкой. Но если бы хотели похитить, не стали бы присылать официальное приглашение. Или стали бы?.. Ладно. Пойду. Заодно узнаю, что с Мией».

После уроков Адам шёл по улице. Впереди показалось здание Cross Industries.

«Ну что ж. Узнаем, зачем я им понадобился».

Он зашёл внутрь. На ресепшене сидела девушка.

— Здравствуйте. Что вас привело? — спросила она.

— Здравствуйте. Меня зовут Адам Кроу. Меня пригласили сюда.

— Одну минуту. Сейчас проверю.

Девушка защёлкала мышкой.

— Да, вижу. Можете проходить. Вам на 11 этаж, в главный кабинет.

— Хорошо. Спасибо.

Адам прошёл внутрь и поднялся на лифте. Вышел в коридор.

«Главный кабинет? И где мне его найти?»

Рядом проходила сотрудница.

— Здравствуйте. Не могли бы вы помочь?

— Здравствуйте. А в чём проблема?

— Не подскажете, где главный кабинет?

— Да, конечно. Вам прямо и налево. Пройдите до конца — там увидите.

— Спасибо.

Адам пошёл по коридору. Впереди — дверь, охраняемая двумя охранниками.

— Стой. Кто такой? — спросил один.

— Мне сказали пройти сюда. У меня назначена встреча.

— Минутку. Сейчас проверю.

Охранник связался с кем-то по наушнику. Потом повернулся к Адаму.

— Всё в порядке. Можешь проходить.

Адам открыл дверь.

Кабинет был огромным. Панорамные окна выходили на город. За массивным столом сидел мужчина средних лет в дорогом костюме. У него был холодный, изучающий взгляд. Как у человека, который привык всё контролировать.

— Здравствуй, Адам Кроу.

— Здравствуйте... ээ...

— Ах да. Забыл представиться. Меня зовут Ричард Кросс. Глава Cross Industries.

— Рад с вами познакомиться. Но хотел спросить: зачем вы меня пригласили?

— Пригласил тебя по поводу моей дочери.

— Дочери?.. Вы имеете в виду Мию?

— Да. Мию несколько раз пытались похитить, но все попытки были предотвращены. В том числе и тобой. За это я очень благодарен. В знак благодарности можешь попросить что угодно. В пределах разумного, конечно.

— Это большая честь. Но мне ничего не нужно.

— В смысле?

— В прямом смысле. Мне ничего не нужно.

— Хм. Странный ты парень. Любой на твоём месте сразу бы что-то попросил. Но всё равно — как надумаешь, говори. Я исполню твою просьбу. Потому что ты спас мою дочь. И не один раз.

— Хорошо. Кстати, а где Мия? Она даже не появилась в школе.

— Сейчас она дома. Мы занимаемся чисткой в компании. Кто-то сливал информацию о том, где находится Мия. Из-за этого её постоянно находили.

«Вот оно что. Хорошо, что с ней ничего не случилось».

— Кстати, чуть не забыл, — продолжил Ричард. — Как ты, наверно, уже догадался, после того как помог Мии, за тобой тоже начали следить. Поэтому советую быть предельно осторожным.

— Вы знаете, кто за мной следит?

— Пока нет. Но мы работаем над этим.

— Понятно.

— Расскажи, как всё произошло. Я хочу знать, кто именно напал на Мию.

— Они все были с ножами. Но выглядели как шестёрки. Не профессионалы. Особенно те, что были на площадке.

— Исполнители. А заказчик остался в тени.

— Похоже на то.

— И ещё. Если будет совсем опасно — звони. Я не оставлю того, кто спас мою дочь.

— Я учту.

— Ну, теперь можешь идти. Если что-нибудь понадобится — вот мой номер. А где меня найти — знаешь.

Ричард протянул визитку.

— Хорошо. До свидания.

— До свидания.

Адам вышел из здания.

«Ничего себе встреча. Это было что-то с чем-то. Так вот он какой, господин Кросс. И теперь я знаю, что с Мией всё хорошо. Как он сказал, они занимаются чисткой в компании. Потому что среди них предатель. Может, человек в капюшоне и есть тот предатель? Или один из них?.. Ну ладно. Рано или поздно узнаем».

«Визитка Ричарда Кросса. Ещё вчера я был обычным тихоней. А теперь у меня номер главы корпорации. Как всё изменилось...»

На следующий день Адам сидел за партой.

«Мии и сегодня нет. Похоже, дело очень серьёзное».

В класс зашёл учитель.

— Все по местам! Важное объявление. У нас в классе новенькая.

— Новенькая? — донеслось с первой парты.

— Кто на этот раз, интересно? — отозвался кто-то сзади.

«Снова новенькая? Да уж, как будто в последнее время меня перестаёт что-либо удивлять. Хотя...»

В класс вошла девушка с тёмно-каштановыми волосами. У неё был мягкий взгляд, но что-то в нём цепляло. Адам невольно задержал на ней взгляд.

— Меня зовут Лина. Позаботьтесь обо мне.

«Она красивая. И взгляд у неё необычный. Мягкий, но... как будто она что-то скрывает».

В дверь постучали. Она приоткрылась, и в класс заглянула Мия.

— Извините за опоздание. Можно войти?

— Да, проходи, Мия.

Мия вошла и почти сразу посмотрела на новенькую. Потом перевела взгляд на Адама и едва заметно нахмурилась.

«Мия пришла. Значит, в компании уже разобрались с предателями? Нужно будет спросить у неё».

Прозвенел звонок.

Адам подошёл к Мии.

— Привет, Мия.

— Привет, Адам.

— Не против выйти? Нужно поговорить.

— Прости, но сейчас я бы не хотела говорить.

— Ну ладно. Я не настаиваю.

Адам развернулся и пошёл на своё место. Но по пути боковым зрением заметил ту самую девушку из банды Марка — светловолосую, которая тогда обыскивала его карманы.

«Так, а вот это мне уже не нравится».

Она вместе с двумя подружками направилась к Мии.

— Это ты та самая популярная новенькая, что недавно перевелась сюда? Очень интересно. Рада познакомиться.

— Да, я тоже.

— А ещё слышала, что ты очень популярна у парней. Прям не отбиваешься от них.

— Что?!

— Конечно, это всё слухи, но вдруг.

Девушка резко взяла с парты косметичку и будто бы случайно открыла её. Часть содержимого пролилась на одежду Мии.

— Ой, прости. Я не специально.

Мия посмотрела на испачканную одежду. В её глазах мелькнула усталость.

«Пора заканчивать этот цирк».

Адам поднялся и подошёл к ним. Он вырвал косметику из рук девушки.

— Эй, ты что творишь?!

— Ты взяла чужую вещь. И к тому же хотела спровоцировать Мию на конфликт.

— С чего ты это взял, ублюдок?!

— Я видел, как ты специально её открыла. И сейчас ты устроила это при свидетелях. Если не хочешь проблем — уйди.

Девушка зло посмотрела на него.

— Ты пожалеешь об этом.

Она развернулась и пошла прочь, но напоследок бросила:

— Ничего, скоро ответишь за свои слова.

«Да уж, она это так просто не оставит».

— Ничего себе, Адам. Поставил её на место, — сказал подошедший Алекс.

— Эй, Адам. Пошли, выйдем, — тихо сказала Мия.

— Хорошо.

Они вышли в коридор и нашли безлюдное место.

— Тебе не стоило вмешиваться. Так ты только создашь себе ещё больше проблем.

— О чём ты говоришь? Разве я могу просто смотреть, как моего друга смешивают с грязью? Да и у меня и без этого куча врагов, так что как-то пофиг.

Мия опустила взгляд.

— Спасибо... — прошептала она.

— Ты что-то сказала?

— Нет, ничего.

— Ну ладно, возвращаемся в класс.

Адам сделал шаг, но Мия схватила его за рукав.

— Подожди. Ты ведь хотел что-то спросить.

— Но ты ведь сказала, что не хочешь говорить.

— Просто... не хотела при всех. Но сейчас можно.

Адам немного помолчал.

— Ладно. Не знаю, знаешь ты или нет, но недавно я получил приглашение от Cross Industries, где меня встретил твой отец. У нас завязался разговор, в котором я узнал, что в компании есть крыса, и поэтому ты не пришла в школу. Но раз ты пришла, значит, предателя нашли?

— Так это про тебя говорил отец. Он сказал, что встретил интересного юношу. А насчёт крысы — его уже нашли. Им оказался один из работников компании, отвечающих за безопасность.

— Ничего себе. Ну теперь-то всё хорошо?

— Да, вроде да. Но поиски предателей продолжаются, как и уничтожение враждебных группировок.

Тут раздался звук уведомления. Адам достал телефон.

«Сегодня ночью в парке. Нужно поговорить.»

«Что? Он решил сам встретиться и поговорить? Но почему?»

— Адам?

— А? Что?

— Что там? Ты какой-то встревоженный.

— Да так, ничего.

Прозвенел звонок.

— Ну ладно, пошли в класс.

Адам ушёл. Мия смотрела ему вслед с недоверчивым взглядом.

Ночь. Парк.

Адам подошёл ко входу и остановился.

«Ну и где он?»

Телефон завибрировал.

«Обернись.»

Адам обернулся.

Позади стоял человек в капюшоне и маске.

— Вот мы и снова встретились, Адам Кроу.

— Кто ты такой? И почему ты меня преследуешь?

— Я не могу сказать, кто я. Но могу сказать, что мы, возможно, преследуем общую цель.

— Что за цель? Можешь объяснить поконкретнее?

— Мы здесь не одни.

— Что?

Из темноты начали появляться люди. Их было много. У некоторых в руках — биты. Среди них Адам заметил Марка.

— Давно не виделись, задрот.

— Марк? Что ты здесь делаешь?

— Да так. Решил кое-кого избить, чтобы он наконец понял своё место.

— Но как ты понял, что я здесь?

— Одна девушка, которой ты нагрубил, решила за тобой проследить.

«Вот же тварь. И правду говорила Мия — я наживаю себе всё больше и больше врагов».

— Так это о нём ты говорил, Марк? — раздался грубый голос.

Из-за спин вышел накачанный парень. Здоровый, тяжёлый, с наглой ухмылкой.

— А ты ещё кто? — спросил Адам.

— Я? Я глава банды «Стая». Меня зовут Дерек. Ты избил моего кореша, поэтому мы сломаем тебе несколько костей. А после будешь приносить нам деньги, так сказать, за моральный ущерб.

«Чёрт, их тут довольно много. Так ещё и этот здоровяк. Не думаю, что у меня получится всех победить».

Дерек перевёл взгляд на незнакомца.

— А это ещё кто с тобой?

Он подошёл ближе.

«Точно, со мной же был ещё тот человек».

— Ну чё, так ты скажешь, кто ты такой? А ещё снимай капюшончик.

Дерек потянул руку, чтобы снять капюшон. И тут же получил резкий удар в лицо. Затем — в печень. И снова в лицо.

Дерек рухнул на землю.

— Вот же сука... ааа...

«Ничего себе, как он его».

— Эй, чё вы стоите, дебилы! Бейте их! — заорал Марк.

«Дело плохо».

Ночь была тихой. Слишком тихой. Даже ветер будто притаился. И в этой тишине каждый звук казался оглушительным.

Началась драка.

Адам бил одного, уворачивался от второго, ловил третьего. Один из нападавших замахнулся битой. Адам еле ушёл в сторону и контратаковал, выбив оружие.

В какой-то момент они с незнакомцем оказались спиной к спине.

Они переглянулись. Кивнули.

И начали драться как команда.

— Что творите?! Не можете вырубить двух идиотов?! — кричал Марк.

Адам получил несколько ударов. Потом кто-то схватил его сзади, а другой ударил битой по корпусу.

«Кха... бля».

Подбежал незнакомец и раскидал нападавших.

— Спасибо, — выдавил Адам, держась за грудь.

«Кажется, сломал ребро, а может, и два. Как же больно! Но нужно держаться».

Они вдвоём расправились с оставшимися. Потом подошли к Марку.

— Как это возможно?! Как вы двое смогли победить целую банду?!

— Вот так.

Адам ударил Марка в челюсть. Тот упал.

«Марк. Теперь он точно не отстанет. Но это уже завтрашняя проблема».

— Ух, было тяжко.

— Ты неплохо дерёшься для новичка. Ещё встретимся, Адам.

Незнакомец развернулся и скрылся во тьме.

«Постой! А, чёрт, он уже убежал. Мда, до сих пор удивлён, как нам удалось победить так много людей. Но с этим потом разберёмся. Сначала нужно в больницу».

Адам посмотрел на свои руки. Они дрожали. Не от страха — от усталости. И от чего-то ещё. Того, что он пока не мог объяснить.

Он медленно выдохнул и пошёл прочь из парка.

Адам сидел в палате. Врач аккуратно накладывал гипс на его руку.

— Придётся походить так какое-то время. Я бы советовал вам воздержаться от каких-либо физических активностей, — сказал доктор.

— Хорошо. Спасибо.

Адам вышел из больницы и направился домой.

Дома на кухне горел свет. Внутри было тихо. Мать встретила его у входа и сразу увидела руку и свежие синяки.

— Адам... — тихо произнесла она.

Он снял обувь, не поднимая глаз.

— Почему с тобой в последнее время постоянно что-то подобное происходит?

Адам молчал.

Дверь приоткрылась, и из комнаты вышла Алиса. Она посмотрела на брата. Ничего не сказала. Просто стояла и смотрела. В её глазах были усталость и обида.

— Всё нормально, — сказал Адам.

— Нормально? — мать повысила голос. — Ты приходишь домой постоянно избитый! А теперь ещё и с гипсом! И говоришь «нормально»! Если бы только отец был жив...

Адам прошёл мимо.

— Я сам разберусь.

Он ушёл в свою комнату и лёг на кровать.

Мать села за стол и закрыла лицо руками.

Алиса ещё немного постояла, глядя на дверь брата, а потом тихо ушла к себе.

Адам лежал на кровати и смотрел в потолок.

Телефон завибрировал. Сначала он просто лежал, ничего не делая. Потом всё же взял телефон и открыл сообщение.

«Это только начало твоего пути. И одной разбитой рукой ты не сможешь отделаться. Главное — будь осторожен. В следующий раз может не повезти.»

Адам дочитал и убрал телефон.

«А правильный ли выбор я сделал?..»

Утро наступило слишком быстро.

Адам почти не спал. Всю ночь он смотрел в потолок и думал о сообщении. О том, кто мог его отправить. И почему этот человек знает о нём так много.

За завтраком мать молчала. Алиса тоже. Они не смотрели на него, и от этого было только тяжелее.

Адам взял сумку и вышел из дома.

«Они переживают. Но я не могу им всё рассказать. Если они узнают, во что я влез, — станет только хуже. Им и так досталось».

Всю дорогу до школы он прокручивал в голове вчерашний бой. Марк. Дерек. Незнакомец.

«Он дерётся не как школьник. Слишком быстро. Слишком точно. Кто он?»

В школе Адам зашёл в класс, и его сразу заметили.

— Адам, что с тобой произошло?! — первой подлетела Мия.

— Йоооу. Ты об кого сломать успел? — ухмыльнулся Алекс.

— С кем это ты? — спросила Сара.

— Со мной всё нормально. А это так, упал.

— Нечего сказать, круто упал. Синяки, сломанная рука. С горы, что ли, катился? — не унимался Алекс.

— Мог бы хотя бы врать поубедительней, — сказала Мия. — Почему ты постоянно попадаешь в какие-то неприятности? И вечно мне ничего не говоришь. Мы же с тобой договаривались, что мы команда.

— Прости.

Мия вздохнула.

— И вот как на тебя злиться? Пошли, чего-нибудь куплю тебе в столовой.

— А мне чего-нибудь купишь? — влез Алекс.

— Заткнись.

Всё это время за Адамом наблюдала Лина. Она сидела за партой и смотрела на него с заинтересованным взглядом.

После уроков Адам вышел на улицу и сел на лавочку.

«Думаю, Марк так просто не успокоится. Не остановился во второй раз — не остановится и в третий. В таком состоянии я мало что смогу сделать. И, кажется, за Мией стали реже следить. Похоже, у неё всё наладилось. По крайней мере, я на это надеюсь».

К нему подошла Лина.

— Привет. Я подсяду?

— Ну, садись, если хочешь.

Она села рядом.

— Тебя Адам, кажется, зовут?

— Да. А тебя Лина?

— Ага.

— Из-за чего перевелась?

— Скажем, по семейным обстоятельствам.

— Ясно.

Лина посмотрела на его руку.

— Я погляжу, ты любитель драк.

— Нет, вовсе нет. Просто попадаются всякие ублюдки, которые так и хотят тебя избить.

— У тебя, кажется, много друзей.

— Не сказал бы. И я бы не сказал, что люблю общение.

— Странный ты. Но довольно интересный.

Лина встала со скамейки.

— Ну, надеюсь, мы ещё поближе узнаем друг друга. Ещё увидимся.

— Ага, пока.

Лина ушла, улыбаясь.

«Стоп. А в каком это смысле «поближе»?»

Она ушла, а он ещё долго сидел на лавочке.

«Поближе узнаем друг друга... Она странная. Но не опасная. Вроде бы».

На следующий день в школе. Адам стоит у торгового автомата. Он пытается купить батончик, но автомат глючит.

— А, чтоб его. Ну давай же.

— Чё, не работает? — раздался голос сбоку.

Адам обернулся. Рядом стоял парень. Чуть выше Адама. Тёмные волосы, лёгкая небритость. Одет просто — толстовка, джинсы. Но взгляд цепкий, как у человека, который привык замечать всё.

— Привет.

— П-привет.

— Ах да, забыл представиться. Меня зовут Ник. Но все так и зовут — Ник.

— Понятно. Меня Адамом зовут.

— Адам, а ты довольно известным стал. Одолел идиота Марка и даже Дерека с его бандой.

— Да ничего так... Стоп, а откуда ты знаешь?

— Ну, ты ведь виделся с моей сестрой? Она тусовалась с компанией Марка. Такая черноволосая. Она мне про тебя и рассказала, что ты одолел Марка. А после я узнал, что и банду Дерека.

— Вот оно что. Не думал, что это станет известным.

«Хм, так это его сестра. Она правда отличалась от остальных. Думаю, похоже на правду».

— Ага. Хотя я узнал не только от сестры. Я же раньше тоже состоял в банде, в группировке, и у меня остались друзья. И знаешь что?

— Что?

— На тебя нацелились многие важные шишки. Они так просто тебя точно не оставят. А в твоём состоянии, думаю, ты не особо сможешь дать им отпор, если что.

— Мда, уж и без тебя знаю. Но тут ты прав — они меня так просто не оставят.

— Да не волнуйся ты так. Я чего-нибудь придумаю.

— Зачем тебе помогать мне?

— Ну, потому что видно, что пацанчик ты нормальный. Да и у меня свои с ними счёты.

«Не уверен я в нём. Хотя выглядит и ведёт себя нормально. И чувствуется, что он говорит искренне».

— Ну ладно. Как считаешь.

Ник и Адам пожали друг другу руки.

— Ладно, ещё увидимся, пацанчик.

— Ага.

Адам идёт дальше. Его встречают друзья.

— Адам, что делать будешь сегодня? — спросила Сара.

— Может, сходим куда-нибудь? — предложила Эмма.

— Да, кстати, — поддержал Алекс.

— Простите, думаю, не смогу.

— Серьёзно? Жаль.

Мия смотрела в телефон. Она была чем-то взволнована.

Адам вышел из школы. Он шёл по улице. После его встретили какие-то парни и начали потихоньку окружать.

— Вы кто ещё такие?

Из них вышел парень в ничем не примечательной одежде.

— Мы от босса. Решили преподать тебе урок.

«Чёрт. Получил травму — и сразу мухи налетели. Драться против восьми человек, да ещё и со сломанной рукой. Небольшие у меня шансы».

Адам встал в стойку. Один из парней замахнулся, но кто-то бьёт его, и тот отлетает.

— Кто смеет обижать нашего пацанёнка? — раздался голос.

Это был Ник.

— Ага. Ещё и в крысу нападать на покалеченного, — добавил Алекс.

Алекс и Ник встали перед Адамом, закрывая его.

— Парни, вы чего? Уходите быстрее.

— Чегооо? Мы тебе помогаем, а ты ещё и жалуешься? — возмутился Алекс.

Где-то неподалёку раздался звук мигалки. Парни засуетились и разбежались. Алекс, Ник и Адам остались стоять.

— Эй, вы куда, трусы? — крикнул Алекс.

— Пусть бегут. Если ещё раз полезут, так легко не отделаются, — сказал Ник.

— Зачем вы так рискуете? Ради кого-то вроде меня?

— Чё ты такое говоришь, дубина? Разве нужно какое-то условие, чтобы защищать своего друга?

— А он прав. Ты слишком всё драматизируешь и пытаешься тащить всё на себе.

Тут у Адама в кармане раздался звонок. Он вытащил телефон. Звонила Эмма.

— Адам... Тут такое... Мия... Она... — голос Эммы дрожал.

— Эмма, успокойся. Скажи, что случилось? Что с Мией?

— Тут драка. Люди в костюмах дерутся против других людей в костюмах. И тут посреди этой заварухи Мия. Кажется, её пытаются украсть.

«Мия... только не ты. Держись. Я иду».

— Эмма, говори срочно, где ты! Мы сейчас придём.

Адам начал бежать.

— Эй, ты куда?! — крикнул Ник.

— Срочно бежим! Мие и Эмме нужна помощь!

Все трое побежали.

Они добежали до места, о котором сказала Эмма. Перед ними лежало несколько людей в костюмах.

Адам подбежал к одному, который ещё был в сознании.

— Что здесь произошло?!

— Какая-то организация узнала, где находится госпожа, и напала на нас. Они украли госпожу Мию и её подругу.

Адам замер.

Телефон завибрировал.

«Если хочешь увидеть их живыми — приходи один.»

Адам сжал телефон.

— Блядь...

«Я приду. И вы пожалеете».

Адам стоял и смотрел в телефон.

«Как такое могло произойти?! Чёрт, где я мог просчитаться?!»

— Адам, в чём дело? — спросил Алекс.

Адам ударил себя по щекам.

«Так. Нужно собраться с мыслями. Эмму и Мию похитили. Это кто-то, кто знает меня и пытается выманить. Но зачем? Зачем кому-то нужен я? Есть вариант, что я свидетель и меня нужно устранить. А впрочем, какая разница. В сообщении указано, что я должен прийти один. Ну что же, раз они так этого хотят — получат».

— Адам, ты куда? — спросил Ник.

— Спасать девчонок.

— Мы с тобой! — тут же отозвался Алекс.

— Нет.

— Почему? Да и один, со сломанной рукой, ты мало что можешь сделать.

— Знаю. Но они хотят, чтобы я пришёл один. А если мы заявимся туда толпой, вашим девушкам не поздоровится.

— Но... — начал Алекс.

— Не волнуйтесь. У меня есть план.

Адам ушёл.

В это время Мия и Эмма. Мия проснулась связанной. Рядом лежала Эмма без сознания.

«Мы попали. Дело очень плохо. Как же это могло произойти? Они будто точно знали, где и когда мы будем находиться. А это значит... что среди нас есть предатель. Ладно, с предателями разберёмся потом. Сначала нужно выбраться отсюда».

Мия попыталась снять изоленту, но не получилось. Она заметила рядом осколки стекла. Мия подползла к ним и взяла один. Начала резать изоленту. Ей удалось развязать руки, а после и ноги.

«Так, развязаться получилось. Теперь нужно понять, как отсюда выбраться».

Мия подошла к двери и попыталась её открыть.

«Заперто. Хотя на что стоило рассчитывать?»

Она заметила рядом решётку. Подошла и увидела, что та еле держится.

«Так, а если попробовать снять».

Мия сняла решётку. Увидела проход. Подошла к Эмме.

— Эмма, вставай. Нам нужно выбираться.

Эмма не просыпалась.

«Похоже, ей сильно досталось. Что же делать? Нужно привести помощь. Подожди, Эмма. Я скоро вернусь».

Мия ушла по вентиляции и вышла в другую комнату. Открыла дверь и увидела коридоры. Потом заметила, как проходят парни в толстовках с каким-то символом и надписью, которую Мия не смогла разглядеть.

«Так, туда точно не стоит идти».

Мия обернулась и увидела перед собой мужика.

— А ты чего тут забыла, сладкая?

— Отвали от меня!

Мия бросила первое, что попалось под руку, и побежала в другую сторону. Бежала по коридору, увидела надпись «Выход». Как только добежала, открылась дверь, из которой вышел белобрысый парень в очках и в той же толстовке, что и остальные, только с немного другой нашивкой.

— Чёрт!

Мия попыталась побежать обратно, но на пути стоял тот мужик. Сзади подошёл парень и положил руку ей на плечо.

— Ну что, побегала? Пора возвращаться.

Адам шёл. Остановился. Впереди — заброшенное здание, похожее на огромный склад.

У Адама раздался звонок. Номер неизвестен.

— Адам! Мию похитили! Мы сейчас пытаемся их выследить. Ты знаешь что-нибудь об этом? — раздался голос Ричарда.

— Да, знаю. Но пойду туда один.

— Ты что такое говоришь?! Я знаю, что ты в хреновом состоянии, и ты собрался одолеть их в одиночку?! Ты совсем сдурел?!

— Если придёт ещё кто-то, кроме меня, они убьют её. Если вы хотите вмешаться — вперёд. Прошу. Я знаю, что делать. Просто доверьтесь мне.

— Что ты... Ладно. Хорошо. Будь осторожен.

— Хорошо.

Адам зашёл на территорию здания, но никого не увидел. Зашёл внутрь. Пусто.

«Может, все испугались? Или устали ждать».

Он прошёл по коридорам и вышел в большой зал, где стоял телевизор. Вдруг телевизор включился, и на нём показали Мию и Эмму. Мия избита.

— Что за херня?! Кто это, блять, сделал?! Покажись!

— Допустим, это был я. И что же ты сделаешь?

Перед Адамом вышла большая группа людей. Впереди — тот самый парень в очках. Он был худощавым, но жилистым. Белобрысые волосы. Очки с тонкой оправой. Одет в ту же толстовку, что и остальные, но с красной нашивкой на плече. Сзади на входе тоже появились люди.

— Добро пожаловать в нашу крепость, Адам.

— Кто вы такие и что, блять, сделали с Мией и Эммой?

— Кто мы? Мы одна из главных банд Большой Десятки. Называемся «Стервятники». А я их главарь — Рэд. Девушки нужны были, чтобы заманить тебя. Потому что часто видели их с тобой.

— Но зачем? Зачем вам понадобился я?

— Ты в последнее время, Адам, наделал много шума. Разнёс банду Дерека. Дрался со всяким сбродом. И старшие решили тебя утихомирить. И попросили разобраться меня. Смекаешь?

— И что же вы хотите сделать?

— Думаю, ты уже догадываешься.

Он взял биту у рядом стоящего парня и направил её на Адама.

— Заебашить тебя здесь.

Все парни, будто с цепи сорвавшись, бросились на Адама.

«Блять. Дело плохо».

Адам вступил в стычку. Уклонялся от одного удара и бил. Уворачивался от другого и бил. Получал удары, но не отступал. После кто-то попытался ударить битой, но Адам подставил загипсованную руку. А после выбил биту и вырубил прямым ударом в челюсть нападавшего.

— А ты неплох. Но этого мало.

Людей становилось всё больше. Адам получал много ударов. После он поймал флешбэк с Мией и Эммой. И поймал скачок ярости. Теперь он начал бить людей ещё сильнее, несмотря на боль.

«Он бьёт меня... но я не чувствую. Совсем. Как будто это не моё тело».

— Воу...

Адам сражался какое-то время, но со временем упал на колени.

— Хорошая попытка. Но ты всё равно ляжешь здесь. Будут последние слова?

Адам, смеясь и выплёвывая кровь:

— Ага... Пошёл нахуй.

— Ну хорошо.

Рэд замахнулся, чтобы ударить Адама, но тут раздался звук разбитого стекла, и под ноги главаря прилетела световая граната.

— Что за хуй...

Граната взорвалась и ослепила всех. Пока все корчились, кто-то начал вырубать одного за другим. Это был человек в капюшоне. Он вырубил половину оставшихся.

— Этот утырок был не один. Кончайте второго, а я займусь первым.

Только он обернулся, как ему прилетел тяжёлый удар в лицо от Адама, который был весь в крови.

— Что, думал, я так просто сдохну?!

Рэд отошёл и глядел со взглядом, полным ярости.

— Тебе пиздеееееец!!

— Ты не первый, кто мне это говорит!!

Адам, смеясь, начал драться против Рэда. Они отвешивали друг другу удар за ударом. Удары в основном летели в голову. Если Рэд ощущал их, то Адам будто не ощущал.

«Он бьёт меня, но я будто не чувствую. Что же это значит?»

Они разменивались ударами, а после Адам начал уворачиваться от каждого удара.

— Что за бред?! Я не могу попасть по нему!

Адам уворачивался от удара, нырнул и ударил точным апперкотом. Рэд стоял ошарашенный. Не успел опомниться и заблокировать, как получил от Адама прямой удар в голову. После чего упал и не встал.

— Я это сделал.

Ноги у Адама немного подкосились, но он ещё стоял. К нему подошёл человек в капюшоне, который уже расправился с остатками банды.

— Если честно, не думал, что ты придёшь.

Флешбэк.Адам пишет сообщение: «Нужна помощь. Приходи один».Ответ: «С чего бы?»Адам: «Ты сам говорил, что у нас общая цель».

Человек в капюшоне:

— Я, если честно, тоже не думал приходить. Но потом понял, что ты так помрёшь. Хотя мне было пофиг. Но всё же решил прийти, так как мне было в эту же сторону.

— Чё за?.. А пофиг. Спасибо.

Человек в капюшоне ушёл.

— Точно. Мия и Эмма. Нужно найти их.

Адам пошёл по коридору и наткнулся на комнату, где находились Мия и Эмма. Эмма была в сознании, Мия — нет. Адам развязал их.

— Адам, ты пришёл. Мне было так страшно. А ещё они избили Мию, — плача говорила Эмма.

Адам обнял её.

— Тихо. Всё хорошо. Всё закончилось. Нужно вывести вас двоих отсюда. Ты идти можешь?

— Да, я могу.

— Я понесу Мию.

— Ты уверен? По виду ты не в лучшем состоянии. Ты еле стоишь!

— Ничего. Не волнуйся.

Адам взял Мию на руки, и они пошли к выходу.

Они вышли из здания. Их встретило много людей. Вышел Ричард.

— Адам, что с Мией?!

— Они избили её. Она была без сознания, когда я её нашёл.

— А что с теми ублюдками, которые это сделали?!

— Лежат в здании. Я расправился с их главарём. А теперь не могли бы вы забрать Ми...

Адам начал терять сознание. Его поймал Ричард.

«Мия... Эмма... они в безопасности. Теперь можно...»

Адам потерял сознание.

Адам проснулся и увидел перед собой больничную палату. Рядом сидела сестра.

— Алиса? Что ты тут делаешь?

— Адам! Очнулся всё-таки.

Плача, Алиса улыбнулась. Адам приподнялся.

— Давно я тут?

— Пять дней.

— Да уж, немало. А где мама?

— Она вышла купить фруктов.

Адам посмотрел на свои руки. На него навалились воспоминания.

— Адам. Так в итоге что с тобой случилось? Нам с мамой так ничего толком не объяснили. Мама была на нервах, когда пыталась выяснить, кто с тобой это сделал.

— Скажем так. Я попал в ситуацию, когда просто не мог пройти мимо.

— Алиса, ну как ты тут? — раздался голос матери.

В палату зашла мама Адама. Увидев его, она уронила пакет и бросилась обнимать.

— Адам! Что с тобой произошло?!

— Долгая история. Прости, мам, и ты, Алиса, что заставляю вас волноваться.

Они стояли и смотрели на Адама с удивлением. Вскоре в палату зашли Алекс, Ник, Эмма и Сара.

— А вы что тут делаете?

— Это я пригласила, после того как ты проснулся, — сказала Алиса.

— Ну ладно, мы пойдём. Вот, фрукты, — сказала мама.

Все четверо: «До свидания.»

— Адам, нам Эмма всё рассказала. Как ты вообще додумался полезть туда в одиночку? — начал Алекс.

— Да, чувак. Мы могли бы хоть как-то помочь. А если бы ты сдох там? — добавил Ник.

— Но всё же в порядке. Я жив.

— Да уж. Врачи сказали, что тебе офигенно повезло.

— А как Мия? Она в порядке?

— Ей неплохо досталось, но сейчас она в порядке. Идёт на поправку, — ответила Эмма.

— Понятно...

— Адам. Я так и не поблагодарила тебя.

— Ты чего? Не стоит. Любой бы на моём месте так поступил.

— Но всё равно! Огромное спасибо. Если бы не ты, я даже не знаю, что бы с нами сделали.

«Эмма... Ты ведь даже не знаешь, что всё, что случилось с вами, — это как раз из-за меня».

— И кстати, Адам. Ты опять сильно наделал шуму, практически уничтожив «Стервятников». Остались лишь крупицы. Так вот, остальные из Большой Десятки начали на тебя охоту. И в этот раз дело серьёзней. Ты ведь уничтожил десятую банду из списка.

— Почему же тебе постоянно удаётся влипнуть во всякие дела? — спросил Алекс.

— Сам не знаю. А насчёт Большой Десятки — в этот раз я буду готов.

Адам вышел из палаты и в коридоре встретил Мию. Увидев его, она начала плакать.

— Адам, ты жив! Я так переживала. Ведь я во всём виновата.

Адам положил руку ей на голову.

— Ты-то в порядке? Ты же тоже была ранена. А насчёт произошедшего — это не твоя вина. Никто не знал, что подобное может случиться.

— Но...

— Не волнуйся. Можешь на меня положиться.

Адам улыбнулся. Мия опустила голову, вытирая слёзы.

«Она опять винит себя. Но я не могу ей всё рассказать. Так будет только хуже».

Адам подошёл к балкону. Остановился. Смотрел вдаль, на город.

Рядом стоял Ричард.

— Ты снова спас мою дочь. За что я очень благодарен. И опять можешь просить что угодно.

— Мой ответ остаётся тем же.

— Но почему?

— Просто не хочу ни от кого быть зависимым.

Ричард посмотрел на Адама и ухмыльнулся.

— Удивительный ты парень, Адам.

Адам смотрел вдаль.

«Банды объявили на меня охоту. Мне теперь никак не отвертеться. Это ситуация, в которой могут пострадать мои друзья и близкие. Нужно подготовиться самому и дать им отпор. К следующей встрече я буду готов».

«Они объявили охоту на меня. Но это их ошибка. Я не буду ждать. Я сам стану охотником».

Парень бежал по мокрой улице. Дождь закончился недавно, и асфальт блестел в свете фонарей. За ним, не отставая, бежала целая группа людей.

«Быстрее. Ещё быстрее».

Он свернул в переулок. Ещё раз. Ещё.

Тупик.

Парень остановился. Развернулся.

Из-за угла вышли преследователи — все в одинаковых тёмно-красных толстовках.

— Всё, допрыгался, — оскалился один.

— Не дёргайся, и мы тебя быстро отделаем.

Парень молчал.

Они подходили ближе. Но когда зашли вглубь тупика — никого не увидели.

— Что за херня?! Он был здесь!

— Ищите!

Они рассыпались, осматривая углы.

А в следующий миг позади них возник тот самый парень.

Он резко бросился на ближайшего. Удар в челюсть — бандит рухнул, как мешок.

Остальные обернулись.

Парень уворачивался от ударов, отвечая резко и жёстко. Кто-то попытался ударить сбоку — парень поймал его руку и сломал захват. Ещё один бросился — получил ногой в корпус.

— Да зажмите его! — заорал один из бандитов.

Они навалились толпой.

Парень выхватил складную дубинку. Один удар — первый падает. Уклонение — второй промахивается. Кулак в лицо — третий отлетает.

Один из бандитов попытался ударить битой. Парень нырнул под руку и пробил апперкот. Бандит устоял. Тогда парень добавил чётко в печень. Тот согнулся от боли. Удар по голове — и он отключился.

Через минуту весь тупик был усеян телами.

Парень стоял над ними. Снял капюшон.

Это был Адам.

Один из бандитов ещё был в сознании. Он попытался отползти.

Адам подошёл, сел рядом.

— Слушай меня. Ты передашь своим боссам, что теперь они — добыча. И я скоро их поймаю.

Бандит с трудом поднялся и убежал.

Адам посмотрел ему вслед.

«Пусть бежит. Пусть расскажет».

Дома было тихо.

Адам вошёл. Мать стояла у раковины.

— Где был? Снова дрался?

— Пришлось.

— Ты всё больше похож на отца... И это меня пугает, — тихо сказала она.

Адам ничего не ответил.

Алиса подбежала.

— Ты в порядке, Адам?

— Конечно. А как твой брат может быть не в порядке?

Он ушёл в комнату.

Алиса осталась стоять в коридоре. Ей было тревожно.

Мать перевела взгляд на старую фотографию. На ней — отец, Адам и Алиса. Счастливые.

На следующий день Адам пришёл в школу. У входа его ждал Ник.

— Привет, Адам.

— Привет. Как дела?

— Всё гуд. Есть инфа по одной банде из Большой Десятки.

— Рассказывай.

Ник оглянулся.

— «Псы». Восьмое место. Серьёзные ребята. У них несколько заведений. Торгуют дрянью. Ходят в тёмно-красных толстовках. Главарь — Брон. Говорят, сильный.

— Я уже сталкивался с ними.

— Тогда понимаешь, что они не как Стервятники.

— Понимаю.

— У них есть связи. Деньги. Люди.

— Это не спасёт их.

Ник посмотрел на Адама.

— Знаешь, ты меня иногда пугаешь.

— Привыкнешь.

Адам зашёл в класс. Мии не было.

«Опять нет. Возможно, дела в компании».

— Привет, Адам, — сказала Эмма.

— Приветик, — улыбнулась Сара.

— Здорово, Адам, — кивнул Алекс.

— Привет.

— Чем займёшься сегодня? — спросила Сара.

— Есть дела.

— Ясно.

— Пошли в столовку, — сказал Алекс.

— Ага, купишь булочку, — сказала Сара.

— Губу закатай.

Адам смотрел им вслед.

— Адам, ты идёшь? — спросила Эмма.

— А? Да, иду.

После уроков Адам вышел из школы.

«Надо что-то решать».

Он прошёл пару улиц и зашёл в зал.

Через некоторое время он сел на лавочку. Мимо шла Лина в наушниках. Она заметила его.

— О, Адам, приветик.

— Привет.

— Ты чего тут? Занимаешься?

— Да. Привожу форму в порядок.

— Ясно.

— Ты тоже сюда ходишь?

— Ага. Нужно быть в форме.

Лина смотрела на него с интересом.

— Поможешь с парой упражнений?

— Конечно.

— А ты всегда такой немногословный?

— Привычка.

— Понятно. Но мне с тобой комфортно.

Через время они вышли из здания.

— Фух. Спасибо, что помог.

— Пожалуйста.

— Я часто сюда хожу. Поможешь ещё?

— Хорошо.

— Тогда пока, Адам.

— Пока.

Лина ушла. Адам смотрел ей вслед.

«С ней спокойно. Даже не ожидал».

Телефон завибрировал.

«Адам, знаю одно из заведений банды. Завтра встретимся».

Адам прочитал сообщение.

«Ну хорошо. Пора заняться делом. Охота начинается. Теперь я не жертва».

Следующий вечер. Адам пришёл на место встречи. Он смотрел на проходящую мимо семью.

«Когда-то и у меня так было».

Подошёл Ник.

— Привет. Готов?

— Да.

— Тогда пошли.

Они сели за столик около кафе.

— Видишь заведение напротив?

— Да.

— Это оно. Сейчас там встреча приближённых Брона. Охраны много. Ещё говорят, там торгуют наркотой.

— Неплохо они устроились.

— Есть два варианта. Первый — тупой: входим через главный вход и мочим всех.

— Просто блеск. А второй?

— Я отвлекаю охрану у заднего входа. Ты тихо проникаешь. Находишь комнату с главарями, выносишь их и уходишь.

— Этот лучше.

— Тогда вперёд.

Они подошли к зданию. Ник направился к заднему выходу.

— Эй, парни, не подскажете, где тут можно травки понюхать?

— Пошёл отсюда, торчок.

— Не уйду. Иначе обоссу весь вход.

— Пошёл нахер!

Адам наблюдал.

«Ник, ну ты и актёр».

Адам вошёл в здание.

«Они сидят там, пьют, тратят деньги. А где-то рядом люди, которых они сломали».

В ВИП-комнате сидели приближённые Брона. Рядом — девушки.

— Как поставка? Всё хорошо? — спросил лысый.

— Всё отлично, — ответил татуированный.

— Слышал, появился какой-то малец, который разнёс Стервятников, — сказал нервный.

— Ага, слышал.

— Они настолько слабы, что их убрал шкет?

— Говорят, он был не один. Но наши быстро его приструнят.

Дверь с грохотом открылась. В комнату влетел один из бандитов и рухнул на пол. За ним вошёл Адам.

— На выход, дамы.

Девушки с визгом выбежали.

— Ты кто такой, бля?! — заорал лысый.

— Тот, кого вы так отчаянно искали.

Лысый швырнул бутылку. Адам уклонился. Татуированный бросился на него и сразу получил кулаком в лицо. Он отлетел к столу. Нервный разбил бутылку и напал с розочкой. Адам уклонялся и блокировал. Сбоку налетел лысый. Адам перехватил руку нервного и направил её в лысого. Тот заорал. Адам вырубил его ударом в челюсть. Нервному сломал руку. Пока тот кричал, Адам сел рядом и схватил его за волосы.

— Где Брон?

Нервный сплюнул кровь.

— Он до тебя доберётся. Сучёныш.

Адам ударил его.

Потом поднял телефон одного из бандитов. Узнал расположение логова. Позвонил Нику.

— Я всё выяснил.

— Тогда уходи. Хотя шум уже поднялся.

Адам вышел из комнаты. Остановился. Взял бутылку алкоголя. Прошёл по коридору, разлил жидкость по полу и поджёг.

Пламя начало расползаться.

Адам вышел на улицу.

— Я думал, всё будет тихо, — сказал Ник.

— Так было нужно.

— Ладно. Что узнал?

— Бизнес, встречи, и главное — их логово.

— Значит, скоро отправимся.

— В самое пекло.

— Они будут готовы.

— Пусть.

— Ты же понимаешь, что теперь они точно захотят твою голову?

— Пусть попробуют.

Ник усмехнулся.

— С тобой не соскучишься.

— Пойдём. Нужно уйти, пока копы не приехали.

Они растворились в темноте.

Адам пришёл домой. Его встретила Алиса. Матери не было.

Алиса увидела кровь на руке брата.

— Адам! Что случилось?

— Тише. Всё нормально.

— У тебя кровь!

— Заживёт.

Она потянула его к столу. Достала аптечку и начала перевязывать.

— Тебе не больно?

— Уже нет.

— Врёшь.

Адам слабо улыбнулся.

— Маме не говори.

Алиса нехотя кивнула.

— Но если это повторится...

— Не повторится.

Она смотрела на него с тревогой, но ничего не сказала.

Ночью Алиса долго не могла уснуть.

«Он становится другим. Но я всё равно его люблю».

Адам вышел из комнаты в полусонном состоянии.

«Всю ночь не мог уснуть. Всё думал о сегодняшнем дне. Нужно быть готовым встретиться лицом к лицу с целой бандой и её лидером. Из-за моей невнимательности и слабости пострадали Мия и Эмма. Я позволил себе расслабиться. Но в этот раз всё будет иначе».

На кухне его уже ждали мать и Алиса.

— Адам, что с твоими руками?! — сразу заметила мать. — Скажи, когда это закончится? Почему ты постоянно дерёшься?

— Я не дрался. Я...

— Мы с братом готовили ужин, и Адам случайно порезался, — быстро вставила Алиса.

— Да? Ну ладно.

Алиса покосилась на Адама и подмигнула. Адам слабо улыбнулся и подмигнул в ответ.

«Не хочется обманывать маму. Но так ей спокойнее. Остаться в стороне я уже не смогу».

В школе было оживлённо. Адам вошёл в класс. Его сразу встретила Мия.

— Привет, Адам. Что с твоими руками?

— Привет. Да так. С сестрой готовили, я случайно порезался.

— Эй, ребята! Слышали, вчера пожар был? — громко сказал Алекс.

— Говорят, какое-то популярное заведение сгорело, — подхватил кто-то.

— Ага, ещё говорят, что там продавали запрещённые вещества.

— Вроде банда «Псы» это место крышевала.

— Точняк.

Мия молча оглядела класс. Потом взяла Адама за рукав.

— Пошли, выйдем.

— Эй, стой. Куда?

Они отошли в безлюдное место.

— Ты ведь причастен к этому? — тихо, но зло спросила Мия.

— О чём ты?

— Не придуривайся. Я о том заведении. Эта банда «Псы» связана с ублюдками, которые похитили нас с Эммой.

— С чего ты взяла, что это я?

— А разве не очевидно? Кому ещё связываться с Большой Десяткой, как не тебе? У тебя руки забинтованы. Ты постоянно где-то пропадаешь. Слишком много совпадений.

— Даже если это я, какая тебе разница?

— Ты делаешь это из-за того, что нас похитили? Но в этом нет твоей вины. Тебе не нужно так рисковать.

— Как раз есть! Эти ублюдки охотились за мной, потому что я наделал много шума. Вы пострадали из-за меня. И ты говоришь не влезать? Если я ничего не сделаю, они продолжат лезть в мою жизнь. И пострадают близкие мне люди.

Мия замолчала. Она не знала, что ответить.

Адам закрыл глаза рукой. Потом посмотрел на неё.

— Чтобы с вами больше ничего не случилось, лучше перестань со мной общаться. Таким, как вы, не стоит быть рядом с такими, как я.

Мия хотела его остановить. Подняла руку. Но замерла и только фыркнула.

«Дурак. Ты не понимаешь, что я не могу просто так отойти».

Тёмный склад.

На коленях стоял избитый парень. Перед ним в кресле сидел накачанный мужчина со светлыми длинными волосами до плеч. У него были холодные глаза. Он сидел расслабленно, но в каждом движении чувствовалась сила. На руках — шрамы. На шее — цепочка с клыком.

— Значит, этот парень, как его... Адам. Поколотил вас и сжёг наше заведение, — произнёс Брон.

— Да, господин Брон. Всё так.

— Он как назойливая муха. Никак не сдохнет. Ничего. Скоро он перестанет нам надоедать.

Брон поднялся.

— Передайте всем. Этого Адама принесите мне. Живым. Хочу посмотреть ему в глаза.

Адам подошёл к залу. У входа его встретила Лина.

— О, Адам, снова позаниматься пришёл?

— Ага.

Они позанимались. Потом сели на скамейку.

— Ты сегодня какой-то мрачный. Что-то случилось?

— Да так. Ничего интересного.

— Это из-за Мии?

— Что ты имеешь в виду?

— Я видела, как вы спорили в коридоре. Не подслушивала. Это не моё дело. Но это из-за неё?

— Не совсем.

— Тогда расскажи.

Адам вздохнул.

— Ладно. Сейчас я в ситуации, когда моим близким может грозить опасность. И чтобы её предотвратить, мне нужно отдалиться и разобраться самому. Чтобы никто не пострадал.

— Но пострадаешь ты.

— Какая разница?

— Большая! Ты должен заботиться и о себе. Почему ты всё время думаешь о других, но не о себе?

— Я... Не знаю.

Лина вздохнула.

— Просто уделяй внимание и себе. И не отталкивай тех, кто может помочь.

— Хорошо. Спасибо.

— Ладно, пошли. Поможешь.

— Окей.

Адам попрощался с Линой. Через минуту позвонил Ник.

— Эй, чувак. Насчёт дела. Нужно подготовиться. Приходи ко мне.

— Окей. Скоро буду.

Адам пришёл к Нику в гараж. На доске висели записи и фотографии, как в детективных фильмах. На столе лежало разное снаряжение.

— Людей у них много. Отбитые отморозки. Не сказать, что отличные бойцы, но и шестёрками их не назовёшь.

Адам провёл пальцем по одной из фотографий.

— Кто это?

— Правая рука Брона. Жёсткий тип. Если встретишь его — не думай, бей первым.

— Запомню.

Ник усмехнулся.

— Ты вообще когда-нибудь нервничаешь?

— Нет смысла.

— Главное — убрать босса. Остальные разбегутся.

— Согласен. Тогда собираемся.

Оба взяли снаряжение. Адам — складную дубинку и перцовку. Они надели лёгкие защитные жилеты. Не идеально, но лучше, чем ничего.

— Всё взял?

— Да.

— Тогда пошли.

Они подошли к логову «Псов». Сели за кустами и стали наблюдать.

— Ну и как поступим?

— Тихо не получится. Рано или поздно шум поднимется. Будем действовать быстро. Застанем их врасплох.

— Вариант неплохой. Но если не выйдет — нам крышка.

— Нужно рискнуть.

— Ох, куда я полез.

Адам смотрел на логово.

«Они ещё не знают, что я уже здесь».

Адам сделал шаг вперёд.

— Готов?

Ник сжал дубинку.

— Нет. Но пошли.

Они двинулись к логову.

Ночь была тихой. Только где-то вдалеке гудела трасса.

Адам смотрел вперёд. В глазах — холод.

«Они хотели охотиться на меня. Но теперь всё будет наоборот».

Адам сжал рукоять дубинки.

— Начали.

Они переглянулись.

И шагнули в темноту.

Адам и Ник подходят к зданию, похожему на то, в котором находилась банда Стервятников.

Адам осматривается, пытается найти вход. Вдруг его подзывает Ник.

— Эй, Адам, сюда.

— Что-то нашёл?

— Ага.

Ник указывает на пожарный выход. Адам подходит к двери и берётся за ручку. Дверь открылась. Они вдвоём зашли внутрь.

Слышатся шаги. Кто-то идёт в их сторону. Адам и Ник прячутся за стенами. В их сторону идут двое членов банды.

— Босс говорит, что нужно быть настороже. Вдруг кто-то заявится.

— Да вряд ли. Кто вообще осмелится?

— Тоже верно.

Адам начинает показывать Нику жестами, что нужно вырубить их. Ник понимает и соглашается. Они тихо подходят к бандитам со спины и резко бьют обоих по голове. Те падают.

Адам и Ник смотрят друг на друга и кивают. Они проходят дальше по коридорам и натыкаются на группу вооружённых людей. Только пытаются спрятаться, как слева от них выходит один из хулиганов и замечает их.

— Они здесь!! Все сюда!!

— Сука, — шипит Адам.

Толпа собирается на крики. Начинается замес.

Адам и Ник вырубают одного за другим, продвигаясь дальше. Адам использует дубинку. Кто-то пытается ударить Адама битой, но тот проверенным методом уклоняется и бьёт в челюсть. На Адама пытаются напасть со спины, но Ник бьёт нападавшего ногой в корпус.

Спустя некоторое время они одолели нападавших.

— Вроде всё.

— Сюда сейчас ещё сбегутся. Бежим, нужно найти лидера.

Адам и Ник бегут дальше по коридору, но натыкаются на двух парней. Они точно не были обычными шестёрками. Один из них — тот самый парень с фотографии.

— Чёрт. Вот кого не хотелось встретить.

— Так, у нас тут крысы завелись. Нужно убить.

— Я займусь темноволосым. Ты бери другого.

— Окей.

Бандиты бегут в сторону Адама и Ника. На Адама нападает парень с фотографии. Адам замахивается и бьёт парня дубинкой, но тот уклоняется и бьёт Адама в корпус. Адам отлетает. Еле встаёт.

«Бля. Что за сила?! Он точно чем-то занимался и отличается от тех, что были раньше».

Парень снова нападает. Пытается ударить Адама, но тот уклоняется. Однако Адаму резко прилетает удар в голову. Адам в ошеломлении.

— Парни, вы пришли нас одолеть? Да вы даже нас не можете одолеть. Как вы хотите победить нашего босса?

Адам приходит в себя. Переводит взгляд на Ника, но того зажимает бандит. После достаёт нож и бьёт Ника в плечо.

— Ник!!

— Эй, ты не отвлекайся.

Он бьёт Адама, но Адам успевает поставить блок. Парень не останавливаясь нападает. Адам пытается блокировать все атаки.

— И долго ты так можешь продержаться?!

«Нужно терпеть. Нужно, блять, продержаться».

— Ну что, закончим с этим.

Он замахивается, готовя сокрушительную атаку. Наносит, но Адам будто испаряется.

«Что?! Где этот парень?»

Он поворачивает голову в слепую зону, где ему уже наносит удар Адам. Бьёт точно по печени. Парень немного сгибается от боли.

«Что... да как он?!»

Адам, не теряя ни минуты, подбегает и наносит по парню град ударов, нацеленных в основном на слабые точки. Парень пытается контратаковать, но не выходит — Адам уклоняется от всех атак.

«Почему я не могу попасть по нему?!»

Пока парень ошарашен, Адам замахивается и наносит точный прямой удар в челюсть. Парень отлетает.

Другой бандит смотрит на Адама и парня.

— Что за херня?! Да как он?!

Он оборачивается, и ему в лицо прилетает удар от Ника. Тот отходит и только пытается нанести удар по Нику, как Адам бьёт его дубинкой в бок. А после наносит удар в голову. Парень падает.

Адам подбегает к Нику.

— Ник, ты как?!

— Ух... Бывало и лучше.

— Нужно тебя отсюда вывести.

— Нет! Мы должны завершить дело, иначе всё было напрасно.

— Но...

— Беги быстрей! Я справлюсь. Иди. Я тебя догоню.

Адам ещё немного стоит, а после убегает. По пути он расправляется ещё с несколькими хулиганами. Видит стену с большими окнами, через которые видит главаря. Заходит в комнату.

— Наконец-то пришёл. А я уж заждался. Раз ты один смог одолеть моих парней... Ну что ж, поздравляю. Ты нашёл то, что искал.

— И что, просто так сдашься?

— Ха...

Брон опускает голову и начинает вставать. Когда встал, поднимает голову и смотрит на Адама.

— Нет, конечно.

— Так и думал.

Они начинают бежать друг на друга. Отвешивают друг другу удары в голову. Адам отлетает, но всё ещё стоит на ногах. Брон снова наносит несколько ударов. От некоторых Адам уворачивается, но пропускает слишком много.

«Он намного сильнее всех, с кем я дрался до этого».

Адам пытается отвечать, но Брон блокирует. После хватает Адама за горло.

— Слабоват.

Брон берёт Адама в захват, а после кидает его в окно в стене. Адам полулежит, опираясь на руки и ноги.

«Блять, он ещё и искусством каким-то владеет?! Кажется, самбо».

Пытается встать, но его хватает Брон и бросает через себя. Адам корчится от боли. Через силу встаёт. Снова пытается ударить, но Брон кидается ему в ноги, роняет Адама, а после садится на него и начинает наносить удар за ударом.

Адам уже практически вырубается.

Вдруг Брон чему-то удивляется и на секунду останавливается.

И резко ему прилетает удар в лицо.

Он отлетает и встаёт. Перед ним стоит Адам. Лицо в крови. И его будто наполовину не видно.

— Как ты ещё двигаться можешь? Всё равно это ненадолго.

Брон пытается схватить Адама, но резко получает удар в голову. Потом ещё один. И ещё. И ещё.

Брон отходит. Снова подбегает, пытается схватить, но не может. Адам снова наносит сильные удары по слабым местам.

Брон от злости пытается ударить Адама прямым ударом, но Адам уклоняется спиной, хватает его за руку и бросает через себя.

Брон корчится от боли.

«Что за бред, он тоже изучал самбо?!»

Брон встаёт.

«Но ему не победить меня. Я был лучшим среди всех бойцов из секции. Мой талант и силу признали лучшие».

Он бросается на Адама и уже практически берёт его тем же приёмом, что свалил на землю.

«Попался!»

Но получает удар коленом прямо в нос. А после Адам берёт его за кофту и наносит тяжёлый удар. Потом снова берёт за кофту и снова бьёт.

И когда Брон уже еле стоит, Адам замахивается и наносит удар в лицо, бросая Брона на землю.

Брон лежит и не поднимается.

Адам стоит над ним.

Брон лежит и смотрит в потолок.

— Ты... не остановишься, да? — хрипит он.

Адам: «Нет».

Адам (мысленно): «Вторая банда. Осталось восемь».

Адам оборачивается и уходит, хромая.

Адам выходит из здания. Опираясь на стену, он замечает, как рядом убегают бандиты из банды «Псы» и что-то кричат.

— Босс...! — доносится издалека.

Адам не может разобрать криков. Он идёт дальше. Уйдя от здания на приличное расстояние, он на пути встречает Ника.

— Адам! Ты живой!

— Ну а как же. Я же не мог так просто умереть.

— Значит, ты победил Брона. И банда «Псы» уничтожена.

— Значит, так и есть.

Адам делает шаг, но теряет равновесие и чуть не падает. Ему удаётся устоять на ногах.

— Чувак, да ты в охренеть каком состоянии.

— Да не. Я как огурчик.

— Пошли ко мне, там передохнёшь.

— Спасибо за предложение, но мне нужно домой. Увидимся.

— Но Адам...

Адам, хромая, уходит дальше по улице. Ник смотрит ему вслед непонимающим взглядом.

Глубокая ночь. На пустынной улице ни души. Только Адам идёт, держась за бок. С него ещё капает кровь, но он будто не замечает этого и продолжает идти вперёд.

«Как же я устал от всего этого. Хотелось бы, чтобы всё наконец закончилось».

Он поднимает взгляд и видит перед собой Лину. Она встречается с ним взглядом. Одета в обычную повседневную одежду. Её тёмно-коричневые длинные волосы свисают вниз. В руках — пакет, полный каких-то продуктов.

— Адам? Что ты здесь делаешь в такое время? Так ещё и в крови! Тебя кто-то избил?! Нужно срочно позвонить в полицию.

— Ты что, моя галлюцинация? Похоже, сильно башкой приложился.

— Ты чё, совсем сбрендил? Какая галлюцинация?

— А, нет. Кажется, ошибся. И нет, не нужно полиции. Прости за беспокойство. Я пойду.

Адам делает пару шагов. Лина вдруг хватает его за руку.

— Куда ты собрался идти в таком состоянии?!

— Домой.

— В таком состоянии ты даже до дома не доберёшься. Сейчас подожди...

Лина берёт его под руку и помогает идти.

— Стой, ты чего делаешь? Мне не туда нужно.

— Заткнись, пока я тебя прямо здесь не добила.

«Лучше с ней не спорить. Похоже, она и правда не шутит».

Адам и Лина идут вместе. Они доходят до небольшого здания. Поднимаются по лестнице. Лина открывает дверь в квартиру. Они заходят.

«Значит, здесь она живёт?»

— Извини за вторжение.

— Не волнуйся, дома никого нет. Мои родители уехали.

Они проходят в комнату. Лина сажает Адама на кровать.

— Ты подожди немного, я сейчас принесу аптечку.

«А это её комната? Миленько».

Адам осматривается.

Комната была небольшой, но уютной. Светлые стены, книжные полки, пара мягких игрушек. На столе — фотографии. Пахло чем-то сладким.

Приходит Лина с аптечкой в руках. Она садится рядом и начинает обрабатывать раны.

— Так, ну вроде так это делается.

— Ты точно знаешь, что делать?

— Не бойся, я много раз это делала.

— Много раз раненых парней домой водила?

— Совсем охренел! Нет, конечно. Просто я в зале постоянно бываю, да и раньше каратэ занималась. И приходилось ухаживать за собой.

— А родители?

— Они постоянно на работе. Почти не бывают дома. Так что с детства я приучилась делать всё сама. Так, ну вроде закончила.

— Спасибо тебе за то, что помогла.

Лина встаёт и собирает аптечку.

— Ну ладно, а теперь расскажешь, что с тобой произошло?

Ответа не последовало. Она оборачивается и видит, что Адам лежит без сознания. Она подходит ближе.

— Похоже, он очень устал.

Она смотрит на него заинтересованным взглядом, а после усаживается рядом.

Утром Адам просыпается и видит рядом спящую Лину. Он, не понимая, тихонько пытается встать, но Лина просыпается и протирает лицо рукой.

— Ты проснулся.

— Да. Но где я нахожусь?

— У меня дома. Ты что, не помнишь, как сюда попал?

— Подожди... Кажется, припоминаю.

— Ну тогда ладно. Нам бы собираться. Сегодня нужно в школу.

— Ага. Стоп, а ведь точно. Бляяя!

— Ты чего?

— Да так. Понял, что мама будет волноваться. Я же домой вчера не пришёл. И телефон разряжен.

— Ну, думаю, она не будет так уж сильно злиться. Скажи, что переночевал у друга, потому что нужно было доделать домашку.

— А ведь точно. Спасибо.

— А теперь выйди. Мне нужно переодеться.

— А, да, конечно.

Адам и Лина выходят из дома и направляются к школе. У школы они встречают Алекса.

— Эй, ребята, привет. А чего это вы вместе в школу пришли?

— Да просто я у Лины ноче...

Лина сильно наступает ему на ногу, из-за чего Адам замолкает и сгибается от боли.

— Да так, по пути встретились. Ну что, пойдёмте?

— Да, конечно...

Они проходят в класс и наблюдают следующую картину. К Мии подходит какой-то парень в сопровождении нескольких ребят.

— Привет, ты ведь Мия?

— Да. Чего тебе?

— Да так, хотел прогуляться.

— Ну так гуляй.

— Я имел в виду с тобой. Например, дай мне свой номер.

— Нет. Не хочу гулять с тем, кого даже не знаю.

— Ну ты чего. Я же по-хорошему подошёл, а ты так меня прогоняешь. Мало ли что с тобой может случиться.

Он тянет к ней руку, чтобы приобнять, но Мия бьёт его по руке.

— Отвали от меня. Я не хочу иметь с тобой ничего общего.

— Ах ты мразь.

Парень замахивается, чтобы ударить, но его руку ловит подошедший Адам. Все в классе поворачиваются в их сторону.

— Ты что, совсем ебнутый — девушку бить?

— А ты ещё кто? Проблем ищешь? Я могу их организовать. Я член группировки «Псы». Слышал о них?

— Слышал, конечно. Именно босса этой организации я вчера и победил.

— Чё? Ты чё несёшь?

Он толкает Адама, но тот не падает. Через секунду Адам толкает в ответ, и парень падает. Все в классе начинают окружать их и что-то говорить.

Парень оглядывается, а после встаёт.

— Ну всё, тебе пиздец.

Он бьёт Адама, но тот уворачивается от всех ударов.

«Слабак. Обычная шестёрка. Похоже, в драках толком и не участвовал. И он даже не из «Псов»».

На их драку Мия смотрит испуганными глазами, схватившись за лицо руками. Адам уклоняется от очередной атаки и бьёт парня в лицо. Тот мгновенно отлетает.

— Воу, он положил Дэна, — говорит кто-то из толпы.

— А этот парень силён, хоть и тихоня.

— А как его зовут?

Вдруг в класс кто-то забегает.

— Учитель идёт!

В класс заходит учитель.

— Так, что здесь происходит?!

— Вы что творите?! Ты и ты — быстро ко мне в кабинет!

В кабинете учителя. Учитель сидит за столом, а напротив него стоят Адам и Дэн.

— Как вы вообще додумались драться здесь? В школе, куда приходят не драться, а учиться. Ладно, Дэн, ты мог что-то подобное совершить. Но Адам, я считал тебя хорошим и порядочным учеником. Как ты вообще додумался полезть в драку? Ладно, пишите объяснительные, а после идите в классы.

Адам и Дэн пишут за столом объяснительные, а после возвращаются в классы.

Адам проходит в класс и садится за парту. Все смотрят в его сторону. За ним заходит учитель.

— Так, повторюсь, такое поведение недопустимо в стенах школы. Ну ладно, хватит об этом. Скоро в школе пройдёт ежегодный фестиваль, в котором вы можете принять участие. Списки должностей я оставлю у старосты. Можете на них поглядеть и выбрать.

Наступает перемена. Многие ученики подходят к Адаму.

— Ничего себе, как ты ему навалял.

— Ты чем-то занимался?

— Я... Простите, мне нужно идти.

Адам выходит из класса и идёт по коридору.

«Да уж, не хотел доводить до такого, но пройти мимо я не мог. Иначе пострадала бы Мия. А ещё этот ежегодный фестиваль. Ну, думаю, как обычно просто пропущу его».

Вдруг перед ним появляется Мия.

— Пошли, отойдём. Нам нужно поговорить.

Они отходят. Сначала оба молчат.

— Ты... Тебе не стоило вмешиваться.

— И тогда бы он тебя ударил. И кому от этого будет лучше — тебе или ему?

— Ты прав, но ты не должен так подвергать себя опасности.

Адам вздыхает.

— Не волнуйся, со мной всё будет хорошо. Лучше волнуйся, как уберечь себя. А я буду тебя защищать.

Мия смотрит на него и ничего не говорит.

Тёмное помещение. Какие-то люди сидят в разных местах.

— Значит, «Псы» повержены.

— Ну, они были слабаками. Ничего удивительного.

— Это сделал тот, кто уничтожил Стервятников?

— Кажется, да.

— Значит, мы его недооценили. Но теперь должны быть готовы.

— Да какая разница? Мы сильнее тех двух идиотов. Какому-то мальцу нас не победить.

— Согласен.

— Ну что ж, узнаем, что он из себя представляет.

Адам вернулся домой. Он потихоньку, на цыпочках, пытался пройти к своей комнате.

Вдруг позади раздалось показательное покашливание.

— Кхм-кхм.

Адам замер.

Это была мама.

— Адам, ты ничего не хочешь объяснить?!

— Что именно?

— Где ты вчера весь день был?! И даже не пришёл домой! Почему не перезвонил?!

— Прости. Я вчера у друга остался, нужно было доделать один проект. А после мы пошли в школу. А не перезвонил, потому что телефон сел.

Мать вздохнула.

— Я же волнуюсь за тебя. Ты в последнее время очень странно себя ведёшь. Приходишь раненым или только через день. Ладно, иди в комнату.

Адам ушёл в свою комнату и лёг на кровать.

Дверь открылась. Зашла Алиса.

— Привет, Адам. А где ты вчера был?

— Привет, Алиса. У друга остался.

— Ты опять перевязанный. Ты с кем-то дрался?

— Да... — выдохнул Адам.

— А зачем ты дерёшься? Ведь драться — это плохо.

— Да, драться — это плохо. Но не всегда. Я дерусь, потому что это необходимо, чтобы защитить близких мне людей. Если я не буду этого делать, мои близкие могут пострадать.

— Ооо, тогда ясно. Тогда, когда я вырасту, я буду как ты. Тоже буду защищать близких мне людей.

— Ха-ха. Сначала вырасти. А потом посмотрим. А теперь иди спать, уже поздно.

Адам погладил Алису по голове.

Алиса подошла к двери.

— Я не хочу, чтобы ты пострадал. Не хочу тебя терять. Я надеюсь, что мы сможем жить как раньше.

— Я... тоже надеюсь. Не волнуйся, я не пострадаю. Так что можешь не волноваться.

— Спокойной ночи, братик.

— Спокойной ночи, Алиса.

Алиса вышла из комнаты.

Адам посмотрел ей вслед, а после перевёл взгляд на свои руки. Они были перебинтованы, но уже виднелись небольшие шрамы.

«Надеюсь, мы сможем жить как раньше. Возможно, Алиса. Возможно».

Адам ещё долго лежал и смотрел в потолок. В комнате было тихо. Только из-за стены доносился едва слышный голос Алисы — она что-то напевала.

Утро. Кухня.

Мама готовила завтрак. Алиса сидела за столом, болтая ногами. Адам вошёл, сонно потирая лицо.

— Доброе утро, — тихо сказал он.

— Доброе, — ответила мама, не оборачиваясь.

— Адам, а ты сегодня в школе? — спросила Алиса.

— Да.

— Можно я с тобой? — улыбнулась она.

— В школу? Нет уж. Ты в своей учишься.

— Жалко.

Мама поставила на стол тарелку с завтраком.

— Ешь. И будь осторожен.

Адам кивнул.

После завтрака он собрался и вышел из дома.

В школе было шумно. Все обсуждали фестиваль.

Раздался звонок. Зашёл учитель.

— Так, всем здравствуйте. Как вы уже знаете, завтра у нас пройдёт ежегодный школьный фестиваль. Я просил ознакомиться со списком занятий. Кто выбрал, можете сказать мне, что вы будете делать.

Ученики по одному начали подходить.

«Ну, я как обычно просто буду сидеть в сторонке. И если что — просто незаметно уйду».

— Так, кто хотел, мне сказал. Тогда тем, кто не сказал, будем сейчас подбирать что-нибудь.

Адам напрягся.

«Стоп. Что он только что сказал? Похоже, мой план просто отсидеться не прокатит. Блять».

Учитель называл имена, разговаривал с учениками и раздавал роли. Очередь дошла до Адама.

— Адам, ты ничего не выбрал? Тогда можешь присоединиться к...

— Учитель! А может, он к нам присоединится? Нам как раз рук не хватает, — выкрикнул Алекс.

— А, Алекс. Хорошо. Тогда Адам присоединится к группе Алекса.

«Мда, отсидеться не получилось. Но хотя бы к группе Алекса присоединился».

Прозвенел звонок.

Алекс, Сара и Эмма подошли к Адаму.

— Адам, теперь ты в нашей группе. Приветствую.

— Ага, спасибо. А чем занимается наша группа?

— Мы решили, что у нас будет что-то вроде кафе, — сказала Сара.

— С чего это?! Вообще мы решили, что у нас конкурс талантов! — возмутился Алекс.

— Ага, хрен тебе, а не конкурс талантов. У нас будет кафе!

— Нет уж, конкурс талантов!

— Аа... может, косплей-уголок? Это сейчас очень популярно, — тихо предложила Эмма.

— Нет! — хором сказали Сара и Алекс.

Эмма сжалась, прикрыв лицо рукой.

— Вы чего так ругаетесь? Аж Эмма испугалась. Испугалась... А может, сделать комнату страха? — вдруг предложил Адам.

Сара задумалась.

— Идея хорошая, но людей может прийти слишком мало. Нужно ещё что-то.

— Тогда, может, рядом просто поставить кафе? И тогда мы можем поделиться. Одни занимаются кафе, а другие — комнатой страха, — продолжил Адам.

— Слушай... А это офигенная идея! Так мы соберём много людей, — оживился Алекс.

— А ты молодец. А то бы мы тут продолжали спорить и ни к чему не пришли, — сказала Сара.

— Спасибо, Адам, — тихо улыбнулась Эмма.

— Ладно, хватит меня хвалить. Тогда нужно распределиться.

— Ну, давайте я и Эмма займёмся кафе, а Сара и Адам — комнатой страха, — предложил Алекс.

— Ну окей, я согласна, — кивнула Сара.

— Окей, — ответил Адам.

— Так и сделаем, — сказала Эмма.

— Тогда всё решено. Приступаем к подготовке!

Группа разделилась.

Адам и Сара занялись комнатой страха. Они строили декорации, развешивали тёмные ткани, ставили жуткие фигуры.

Алекс и Эмма занимались кафе — закупались продуктами, готовили место, расставляли столики.

К вечеру к ним заглянула Лина.

— О, у вас тут атмосферно. Помочь?

— Да, если можно, — ответила Сара. — Нам с Адамом как раз нужно ещё затемнить углы.

Лина кивнула и принялась помогать.

Чуть позже подошла Мия.

— Я видела, вы разделились. У вас кафе и комната страха?

— Ага, — отозвался Алекс. — Кафе почти готово.

— Может, помогу завтра? — предложила Мия.

— Было бы здорово, — улыбнулась Эмма.

Через время всё было готово.

— Фух, вроде закончили, — выдохнул Алекс.

— Хорошо мы постарались. Ну точно станем самыми лучшими на этом фестивале, — улыбнулась Сара.

— Не загадывай наперёд.

— Пошёл ты.

— Сама пошла.

Алекс и Сара начали возню, больше похожую на избиение Алекса.

— Ребят, ну прекратите, — попросила Эмма.

— Ахах. В вас ещё осталась энергия. Потратьте её лучше на завтрашний фестиваль. А так сегодня все хорошо постарались, — сказал Адам.

Адам вышел с территории школы и остановился.

Вечер был тёплым. Адам вдохнул воздух. Пахло осенью и чем-то сладким с территории фестиваля.

«Сегодняшний день прошёл хорошо. Даже несмотря на то, что я не хотел участвовать, мне понравилось что-то делать вместе с ребятами. Хотелось бы, чтобы и все остальные дни продолжались так же».

Адам поднял взгляд на небо.

«Завтра будет хороший день. Наверное».

Школа гудела, как растревоженный улей. Повсюду — смех, музыка, запах попкорна и сладкой ваты. Яркие флажки трепетали на ветру, а ученики сновали между палатками, зазывая гостей. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая всё в тёплые золотистые тона.

Компания Адама работала без остановки. В палатке-кафе Алекс пританцовывал у входа, завлекая прохожих громкими шутками. Эмма, покусывая губу от напряжения, украшала десерты за стойкой, а Сара носилась между столиками с подносами. В соседней палатке — «Комнате страха» — было темно и прохладно. Адам заканчивал последние приготовления: проверял механизмы, натягивал верёвки, настраивал свет.

— Ребята, сегодня мы должны выложиться на все сто, — объявил Алекс, потирая руки и сверкая белозубой улыбкой.

— Ты же сам хочешь произвести впечатление, — фыркнула Сара, поправляя фартук, но не сдержала улыбки.

— Мы и без твоих речей справимся, — добавила она, но голос прозвучал мягче, чем обычно.

— Ага, — тихо отозвалась Эмма, поправляя салфетки на столиках. — Не подведём.

Адам молча кивнул. Внутри него росло странное, давно забытое чувство — лёгкость. Он не помнил, когда в последний раз просто делал что-то нормальное. Не дрался, не спасал, не убегал. Просто был рядом с друзьями. Это было так непривычно, что даже немного пугало.

Фестиваль набирал обороты. Люди потекли рекой. Кафе Алекса и Эммы моментально заполнилось — очередь выстроилась до самого выхода. В «Комнате страха» тоже было людно: крики, визги, смех. Адам управлял механизмами из угла, заставляя манекены дёргаться и фигуры двигаться в темноте. Сара встречала гостей и провожала их по коридору страха, подбадривая шутками.

В разгар работы в палатку заглянули Мия и Лина.

— Привет! — Мия помахала рукой, улыбаясь. — Как у вас?

— Жарко, — выдохнул Алекс, утирая лоб. — Гостей море, заказов — ещё больше. Мы еле справляемся.

— Мы вам поможем, — тут же сказала Мия. — У нас всё готово.

— Отлично! Тогда разделитесь. Одна — к Адаму с Сарой, другая — к нам.

Мия открыла рот, но не успела сказать ни слова.

— Я к Адаму! — выпалила Лина и, даже не взглянув на Мию, скрылась за пологом соседней палатки.

Мия замерла. В её глазах мелькнуло что-то острое — ревность или обида. Алекс, не заметив её состояния, хлопнул в ладоши:

— Тогда ты к нам! Ты у нас популярная и милая — будешь заманивать гостей. Идёт?

— Идёт, — ответила Мия, но голос прозвучал суше, чем она хотела.

— Адам! Привет!

Лина вбежала в палатку, раскрасневшаяся после бега.

— Привет, — удивился Адам. — Ты чего так быстро?

— Помогать вам, — она перевела дух. — Алекс сказал, вы без рук.

— Как раз вовремя, — обрадовалась Сара. — У нас проблема: гости пугаются, но не по-настоящему. Чего-то не хватает.

Лина оглядела палатку. Задумчиво прикусила губу. Потом перевела взгляд на Адама и улыбнулась.

— У меня идея, — сказала она.

— У тебя всегда идеи, — усмехнулся Адам.

Лина достала из сумки коробку с гримом. Сара ахнула:

— Это же гениально! Давай сделаем Адама зомби!

— Я не подписывался, — Адам попятился.

Но они уже надвигались на него с двумя лукавыми улыбками.

— Стойте... не надо... НЕЕЕТ!

Спустя полчаса Адам стоял в углу палатки, полностью загримированный под мертвеца: бледная кожа, чёрные круги вокруг глаз, искусственные шрамы и капли «крови» на шее. Он выглядел так, что даже Сара вздрагивала, когда он неожиданно появлялся из темноты.

— Ты зловещий, — сказала Лина с довольной усмешкой.

— Я убью тебя позже, — мрачно ответил Адам.

— Буду ждать, — парировала она.

Посетители теперь визжали по-настоящему. Адам двигался бесшумно, выпрыгивал из тени и замирал прямо перед лицами, пугая до икоты.

После трёх часов работы у них наконец появился короткий перерыв. Сара ушла за напитками, а Адам и Лина вышли на свежий воздух, сели на лавочку у школы.

Некоторое время они молчали. Слышно было только далёкую музыку и голоса.

— Ты никогда не участвовал в фестивалях раньше? — спросила Лина.

— Неа. Всегда находил способ избежать, — ответил Адам, разглядывая свои руки.

— Почему?

— Не хотел. Люди... они иногда слишком громкие.

Лина улыбнулась.

— А я всегда мечтала участвовать. Но не с кем было. Родители на работе, а знакомых — почти не было. Я научилась обходиться без людей... но это не значит, что я не хотела их рядом.

Адам посмотрел на неё. Она говорила это, глядя вперёд, будто сама себе.

— Теперь у тебя есть компания, — тихо сказал он.

— Да. Спасибо. — Лина помолчала и добавила чуть тише: — С тобой спокойно. Я могу говорить о чём угодно, и ты не осуждаешь. Это редкость.

Адам не нашёл, что ответить, но внутри стало тепло.

Они ещё немного посидели в тишине. А потом Адам посмотрел на неё чуть дольше, чем нужно.

Лина заметила, но не отвела взгляд.

Издалека, со стороны палаток, на них смотрела Мия. Она видела, как они сидят слишком близко. Как Адам смотрит на Лину мягче, чем на неё.

Мия сжала кулаки и отошла.

Фестиваль закончился. Компания собралась у школьных ворот, уставшая и довольная.

— Я вымотался так, как никогда в жизни, — простонал Алекс.

— Ты всех разбудишь своими стонами, — фыркнула Сара.

— Зато сколько заработали! — мечтательно произнесла Эмма.

— Адам, почему ты не смыл грим? — спросила Мия, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

— Дома смою. Сестре покажу, — коротко ответил он.

— У тебя есть сестра?! — все четверо уставились на него с одинаковым выражением удивления.

— Ну да. Младшая. Зовут Алиса. Она у меня... забавная, — Адам улыбнулся.

— А где Ник? — спросила Сара, оглядываясь.

— Он ушёл раньше, сказал, что у него дела, — ответил Алекс. — Обещал завтра встретиться.

— Ладно, пошли, — сказал Алекс, закидывая рюкзак на плечо. — А то меня дома ждёт нормальная еда, а не школьный хот-дог.

Они засмеялись и пошли по тёмной улице. Впереди — тишина и редкие фонари.

И тут в конце улицы появилась группа людей. Много. Человек тридцать. Они шли не спеша, заполняя собой пространство, как тёмная вода, заливающая берег.

Адам замер.

— Ребята, — сказал он, и голос его изменился — стал жёстче, холоднее. — Слушайте меня. Уходите. Быстро.

— Что? — не поняла Сара.

— УХОДИТЕ, — повторил он, не сводя глаз с приближающихся. — И не оглядывайтесь.

Но было поздно. Группа сомкнулась сзади. Их окружили.

Они выбрали момент, когда улица опустела. Все уже разошлись по домам — теперь никто не помешает.

Из центра вышла девушка. Высокая, короткие пепельные волосы, ледяные зелёные глаза. Она крутила в пальцах тонкую цепочку и улыбалась — холодно и угрожающе.

Адам заметил на ней маленький кулон — серебряный волк с красным глазом.

— Ну здравствуй, Адам. Я тебя сразу не узнала — ты же у нас теперь зомби, — она рассмеялась. — Извини, в моём вкусе мёртвые парни, как и живые, не идут.

— Я не припоминаю, чтобы мы были знакомы, — ответил Адам, сжав кулаки.

— Мы — седьмая банда «Большой Десятки». «Серые волки». А я — Рубин. Ты разнёс «Стервятников» и «Псов». Пришёл твой черёд, — она посмотрела на его друзей и добавила: — Но сначала я хочу, чтобы ты посмотрел, как мы разбираемся с твоими друзьями.

— Нет, — твёрдо сказал Адам. — Это между нами. Отпусти их.

— Ты не в том положении, чтобы торговаться, — засмеялась Рубин.

Алекс переглянулся с Мией и шагнул вперёд.

— Мы не бросим тебя.

— Алекс, защищай девочек! — крикнул Адам. — Я займусь основной частью!

Всё началось в одно мгновение. Люди Рубин бросились вперёд.

Адам двигался как нож по маслу. Уклонялся, контратаковал, отнимал оружие. Одного схватил за руку и, повторив приём Брона, перебросил через себя. Схватил трубу и начал работать ею — жёстко, с расчётом, разгоняя толпу.

Алекс тем временем сражался рядом с девушками. Он дрался с двумя хулиганами, почти успешно, но его прижали числом. Один замахнулся сбоку — Мия подставила ногу, и нападающий полетел на землю. Алекс мельком взглянул на неё — удивлённо, но без слов. Кивнул, и они продолжили драться.

Адам продолжал крушить противников одного за другим, но их было слишком много. Когда он обернулся, перед ним стоял парень. Мускулистый, лысый, в чёрной майке. На костяшках — шрамы.

— Я — Блэк. Вторая рука Рубин, — он усмехнулся. — Боксёр.

Адам не ответил. Он сразу бросился вперёд.

Но удары Блэка были быстрыми и точными. Адам не успевал уклоняться. Он пропустил несколько прямых попаданий, и в голове начало шуметь.

Адам попытался повторить тот самый бросок через плечо, который выручил его в бою с Броном. Он схватил Блэка за руку, дёрнул — но Блэк упёрся ногой в землю, не давая перебросить себя.

— Я знаю этот трюк, — усмехнулся Блэк. — Ты использовал его против Брона. Смотри, как он работает, когда тебя ждут.

Он дёрнул Адама на себя, ударил коленом в корпус — и Адам отлетел, выбив воздух из лёгких.

Адам поднялся, кашлянул. Глаза застилала пелена. Он едва держался на ногах.

— Адам! — крикнула Лина.

Но он уже не слышал её. Он поднял голову, и лицо его словно погрузилось в тень. Глаза стали пустыми, но движения — молниеносными.

В отсветах уличных фонарей его грим смотрелся не как бутафория: бледная кожа, чёрные круги, искусственные шрамы. Он выглядел как настоящий мертвец, который поднялся из земли. Только глаза горели — пустые, но живые.

Блэк и Рубин обменялись взглядами и снова бросились вперёд. Но их удары не достигли цели.

Адам ушёл в сторону, как призрак. Первый удар пришёлся в лицо Блэку. Тот отлетел. Второй — Рубин попыталась ударить ногой, но Адам перехватил её, крутанул и бросил на землю. Она закричала — нога сломалась, и хруст был слышен даже сквозь шум.

— Что за... — успел сказать Блэк, когда Адам начал наносить удары один за другим — прямыми, боковыми, лоу-киками. Он двигался как боксёр, но без правил и без остановки.

— Откуда он знает бокс?! — ошеломлённо пробормотал Блэк. Но прежде чем он успел осмыслить, Адам опрокинул его и вцепился в его лицо градом ударов.

— Адам! — крикнула Мия. — Хватит!

Он не слышал. Кровь, хруст, глухие удары...

— Адам!!! — теперь это была Лина.

Но не голос заставил его остановиться. Он нанёс ещё один удар — и поднял голову. Увидел разбитые лица врагов. Увидел Алекса, лежащего без сознания. Увидел Сару, закрывающую лицо руками. И Эмму, которая плакала навзрыд.

Он не понял, как это случилось. Но он сделал шаг к Мие. Она застыла от страха.

И в тот момент, когда его кулак уже был готов опуститься, кто-то схватил его за руку.

— Хватит, Адам, — тихо сказала Лина.

Она стояла перед ним и держала его запястье. Она не смотрела на него как на монстра.

— Ты справился. Всё закончено. Мы здесь. Я рядом.

Адам всмотрелся в её глаза. И внутри что-то разжалось. Он хотел выдохнуть, сказать что-то — но силы ушли в один миг.

Он рухнул на Лину, и она едва удержала его на ногах, вцепившись в его плечи. Он был без сознания.

Лина медленно опустилась на колени, положив его голову себе на колени. Ей казалось, что он весит тонну.

— Ты здесь, — прошептала она. — Ты не один.

Мия стояла в трёх шагах, замерев. Она видела, как Лина подхватила Адама, как прижала его к себе, как шептала что-то тихо и успокаивающее.

Внутри неё что-то сжалось — не от страха, нет. От осознания.

Она смогла его остановить. А я — нет.

Мия хотела подойти. Хотела тоже коснуться его плеча, сказать, что всё хорошо. Но ноги будто приросли к земле. Она смотрела на них — на Лину, которая держала Адама так, будто делала это всю жизнь, — и чувствовала, как между ними выстраивается невидимая стена.

Сара опустилась на колени рядом с Алексом. Он лежал на спине, глаза закрыты, голова слегка запрокинута. Она тронула его за плечо, потом за щёку.

— Алекс? Слышишь меня?

Он не отвечал. Но дышал — тяжело, но ровно. Сара выдохнула, и только тогда заметила, что у неё трясутся руки. Она подняла голову и посмотрела на Адама — того самого парня, который ещё час назад смеялся с ними на лавочке. Теперь он стоял в чужой крови, с пустыми глазами, и плакал.

Остатки «Серых волков» разбегались кто куда. Кто-то тащил раненого Блэка, кто-то пытался поднять Рубин, которая шипела сквозь зубы, держась за сломанную ногу.

— Мы ещё вернёмся, — прошипела она, глядя на Адама. — Передай ему: он не выиграл войну. Он только разозлил тех, кто стоит за нами.

Её уводили, но она продолжала кричать:

— Он труп! Он не знает, на кого напал! Ему конец!

Лина подняла голову и посмотрела ей вслед. Взгляд её был холодным.

— Передай своему боссу, — сказала она тихо, но так, что Рубин услышала, — что если вы ещё раз тронете его, я лично сломаю вам вторую ногу.

Рубин хотела ответить, но её утащили. Толпа рассеялась. На асфальте остались следы крови, сломанная цепочка и тишина.

Лина осталась сидеть на асфальте, держа голову Адама на коленях. Она гладила его по волосам и смотрела вдаль, где медленно угасали огни фестиваля. Вокруг было пусто, холодно и тихо.

Рядом стояла Мия. Она не знала, что сказать. В голове крутилась только одна мысль: я должна была быть там. Должна была его остановить. Но не смогла.

Она сжала кулаки и выдохнула. Ревность, страх, вина — всё смешалось в одно.

Мия развернулась и пошла к Алексу, который уже начал приходить в себя. Сара держала его за руку.

Она уйдёт. Но спросит. Потом.

А на земле остались следы крови, слёз и тех, кому он не смог помочь вовремя.

Сознание возвращалось медленно, будто кто-то тянул его из глубокой воды. Сначала — звук. Ровный писк аппарата. Потом — запах. Стерильный, больничный. А потом — свет. Слишком яркий, режущий глаза.

Адам открыл глаза и уставился в белый потолок. В горле пересохло. Тело было чужим — тяжёлым, как будто налитым свинцом. Он попробовал пошевелить рукой — и почувствовал, как игла капельницы дёрнула вену.

— Адам?.. Адам! Ты очнулся!

Голос был знакомым. Он медленно повернул голову. На стуле рядом сидела Лина. Волосы собраны в небрежный хвост, под глазами тёмные круги. Она выглядела так, будто не спала несколько дней.

— Ага... — выдавил он. Голос хриплый, как будто он кричал всю ночь. — Кажется, это вошло в привычку. Просыпаться в больнице.

Он попытался сесть. В боку что-то отозвалось тупой болью. Лина привстала, чтобы помочь, но он махнул рукой — сам.

— Что вчера произошло? — спросил он, уставившись на свои руки. — Я ничего не помню.

Лина помолчала. Потом вздохнула и откинулась на спинку стула.

— После фестиваля мы пошли в кафе. Помнишь?

Адам кивнул.

— По дороге мы встретили их. Банду. Они окружили нас. Началась драка. Ты прорывался вперёд. Алекс и Мия прикрывали нас сзади. Сара и Эмма кричали. Я... я пыталась помочь, но меня оттеснили.

Она замолчала. Адам ждал.

— Потом ты начал драться с их главарями. Двое. Один — здоровый, лысый. Второй... я не разглядела. Ты упал. Мы думали — всё. Думали, что нам конец.

Она снова замолчала. На этот раз дольше.

— Но ты встал, — сказала она тихо. — И ты был... не таким, как обычно. Ты не говорил. Не смотрел. Просто бил. Ты сломал одному из них ногу. Я слышала хруст. А второй... ты превратил его лицо в месиво. Алекс подошёл к тебе. Он хотел тебя остановить. А ты...

Она не договорила.

— Что я? — спросил Адам.

— Ты ударил его. Он упал. Не встал.

Адам замер. Внутри что-то оборвалось.

— А потом ты пошёл на нас. На Мию. Я схватила тебя за руку. И ты остановился.

Тишина. Только писк аппарата. Адам смотрел в стену. Перед глазами начали всплывать обрывки. Не картинки — ощущения. Кровь на костяшках. Хруст. Голос Алекса. И пустота. Полная, абсолютная пустота.

Он вспомнил, как его кулак летит в лицо Алекса. Как тот отлетает. Как он делает шаг к Мие. Как её глаза расширяются от страха.

— Адам?

Голос Лины донёсся как будто через толщу воды. Он не мог дышать. Горло сжалось. Воздуха не хватало. Он дёрнул капельницу — игла вышла, по руке потекла кровь.

— Адам, стой!

Он попытался встать. Ноги подкосились. Он схватился за край кровати, но пальцы соскользнули.

— Я ударил его... — прошептал он. — Я ударил Алекса...

— Адам, послушай меня!

Лина схватила его за запястье. Крепко. Так, что он не мог вырваться. Она опустилась перед ним на колени, чтобы смотреть в глаза.

— Никто не умер. Алекс жив. Он в соседней палате. С ним всё в порядке. Ты слышишь меня? Он жив.

Адам смотрел на неё. Грудь тяжело вздымалась.

— Ты не виноват, — сказала она. — Ты не монстр. Ты просто испугался.

Он хотел сказать что-то, но слова не шли. Вместо этого он закрыл лицо руками. Плечи задрожали. Лина не убрала руку. Она просто сидела рядом.

Через какое-то время он вышел в коридор. Медленно, держась за стену. Палата Алекса была в двух шагах. Дверь приоткрыта. Он остановился.

«Я ударил друга. Я мог его убить. Как я могу смотреть ему в глаза после этого? Что со мной не так? Что это было?»

Он сделал шаг назад. Потом ещё один. Но дверь открылась.

Алекс вышел сам. С капельницей, которую он держал одной рукой. Бледный, но на ногах. Увидев Адама, он остановился.

— О, Адам. Ты чего тут стоишь и не заходишь?

Адам не мог поднять голову.

— Я... Алекс, я...

— Слушай. — Алекс подошёл ближе. — Не волнуйся так. Ты не виноват. Я знаю, что ты не хотел. Просто так получилось.

Адам молчал. Горло сжималось.

— Ты спас нас, — сказал Алекс. — Ты спас меня. Я жив. Этого достаточно.

Он положил руку Адаму на плечо. На секунду. Потом убрал и пошёл дальше по коридору, держась за капельницу.

Адам стоял. Не поднимая головы.

«Нет, Алекс. Всё как раз из-за меня. Вы пострадали из-за меня. Я не смог вас защитить.»

Он уже собирался уйти, когда услышал шаги. Быстрые. Кто-то бежал. Он обернулся.

Мия.

Она остановилась рядом, тяжело дыша. Волосы растрёпаны, щёки красные. Она смотрела на него. В её глазах было что-то, чего он не мог прочитать.

— Адам...

Он смотрел на неё. Внутри — вина. Он помнил, как шёл на неё. Как его кулак был готов опуститься. Как Лина остановила его.

— Я хотела быть той, кто тебе поможет, — сказала Мия. — Но это сделала не я.

Она взяла его за руку. Её пальцы были холодными.

— Я больше не буду слабой. Я стану сильнее. И буду помогать тебе.

Адам смотрел на неё. Что-то в её глазах было не так. Но он не понял что. Она убежала, не дожидаясь ответа.

Он вернулся в палату. У двери стоял Ник. Серьёзный. Не улыбался.

— Адам. Ты жив. Это хорошо. У нас проблемы.

— Что за проблемы?

— Остатки «Серых волков» не исчезли. Они присоединились к другим бандам. Кто-то собирает их. Объединяет. Они наращивают силу.

Адам слушал молча.

— Что-то надвигается, — сказал Ник. — Что-то очень опасное.

— Я знаю, — ответил Адам. — К этому всё и шло. Дальше будет сложнее. Но я буду готов.

Ник кивнул. Ушёл.

Адам смотрел ему вслед. Ник никогда не говорил просто так. Если он пришёл — значит, время действительно поджимает.

«Они объединяются. Кто-то собирает их. Кто-то, кто знает, что я жив.»

Он не знал, кто это. Но чувствовал — это только начало. И впервые за долгое время он не был уверен, что готов.

Дом встретил его тишиной. Мать и Алиса сидели за столом. Увидев его, мать встала. Подошла. Обняла.

— Ты всё больше становишься похожим на него, — сказала она тихо. — И меня это пугает.

Адам закрыл глаза. В памяти всплыли обрывки. Мужской голос. Руки. Запах табака. И что-то ещё — слово, которое он не мог разобрать.

«Я вернусь».

Или ему показалось.

— Я не он, — сказал Адам.

Алиса подошла и обняла его с другой стороны.

— Ты мой брат. И мы переживаем за тебя.

Адам посмотрел на сестру. Она выросла. Пока его не было, она стала старше. Взрослее. Но в глазах всё ещё была та же девочка, которая когда-то просила его остаться.

— Я не уйду, — сказал он тихо.

Алиса улыбнулась. Мать отвернулась к окну, чтобы скрыть слёзы.

Адам стоял, не двигаясь. Впервые за долгое время он чувствовал, что он не один.

Адам шёл по тёмной улице. Ни души. Только голоса где-то вдалеке и шум проезжающих машин. Фонари горели тускло, отбрасывая длинные тени на асфальт.

Он не спал третьи сутки. Может, четвёртые. Он уже сбился со счёта. Больница, дом, улица — всё смешалось в одно длинное серое пятно. Единственное, что оставалось чётким, — это цель.

Лицо пустое. Глаза потухшие. Он просто шёл.

«Из-за меня пострадали люди. Те, кого я пытался защитить. Может, это потому что я напал на те банды? Нет. Они начали раньше. Просто я был недостаточно силён.»

Он сжал кулаки.

«Но это больше не повторится. Я всех их уничтожу.»

Последняя мысль прозвучала в голове чужим, искажённым голосом. Но он не заметил.

Вдалеке он заметил группу ребят. Некоторые — в одинаковых толстовках. Они приближались, не замечая его.

— Эй, слышал, «Серых волков» уже разгромили? — спросил один.

— Ага. Я слышал, это сделал тот же парень, что уничтожил «Стервятников» и «Псов», — ответил второй.

— Он этой… как её… ну, главе «Серых волков» — Рубин — ногу сломал. А лицо Блэка, её главного подчинённого, превратил в месиво, — добавил кто-то из толпы.

— Вот псих. А чё с ними произошло после?

— Неизвестно. Вроде залегли на дно. Остатки группировки разбежались по разным бандам.

— Ну это были слабые банды. Такой идиот не сможет справиться с нашей бандой, — усмехнулся один.

— Да ты прав.

Они прошли мимо. Не заметили. Для них он был просто прохожим. Ещё одним человеком в тёмной толстовке.

«Слабые банды. Идиот. Псих.»

Он сжал кулак. Ногти впились в ладонь.

«Посмотрим, что вы скажете, когда я приду к вам.»

Он моргнул. Только что он шёл по улице. Слышал их голоса. А теперь — тишина. И кровь на руках.

Он не знал, сколько прошло времени. Может, минута. Может, час. Солнце уже скрылось за домами, и улица утонула в сумерках.

Он не помнил, как оказался здесь. Не помнил, как начал бить. Просто в какой-то момент что-то щёлкнуло — и всё исчезло. Как будто кто-то выключил свет. А когда включил — он уже стоял над ними.

«Опять. Это опять происходит.»

В висках стучало. Во рту пересохло. Он посмотрел вниз. На асфальте лежали те самые парни. Один из них отползал, оставляя кровавый след.

— Блять, да что тебе от нас нужно?! — прохрипел он.

Адам наступил на его раненое колено.

— Говори, где убежище вашей банды. Быстрее. Моё терпение кончается.

— Кха… наш главарь тебе такого точно не простит. Тебя, блять, убьют нахер.

Адам надавил сильнее. Парень закричал.

— Говори. Где ваше убежище.

— Хорошо, хорошо, я скажу!

Он рассказал всё: где база, сколько людей, кто главные, кто главарь.

— Больше я ничего не знаю. А теперь, пожалуйста, отпусти меня.

Адам молчал. Парень всмотрелся в его лицо. И побледнел.

— Ты… ты тот самый… Адам? Тот, что уничтожил «Серых волков»?

Адам не ответил. Просто нажал на колено ещё сильнее. Раздался хруст. Парень закричал от боли.

Раньше он бы остановился. Раньше он бы почувствовал что-то. Но сейчас — ничего. Только пустота. Холодная, ровная, как бетон.

«Я должен это сделать. Чтобы никто больше не пострадал.»

Он даже не понял, что это была не его мысль.

Здание. Оживлённое место. Везде ходят люди в одинаковых толстовках. В кабинете на кресле сидит важный человек.

Ему было около двадцати пяти. Высокий, широкоплечий. Тёмные волосы зачёсаны назад. На левой щеке — тонкий шрам. Одет в дорогой костюм. На пальцах — перстни. Маркус Дрейк. Глава «Клыков». Шестое место в Большой Десятке.

В кабинет влетает хулиган.

— Босс, простите, что врываюсь, но у нас проблема.

— И что за проблема, раз ты врываешься ко мне в кабинет? Надеюсь, что-то серьёзное. Иначе я тебе голову откручу.

— На наши места стали нападать. Уже уничтожено большое количество групп. И всё ближе к нашей базе.

— Ха… И что это за группа дураков? Уже разобрались?

— В том-то и проблема. Нападавший — один.

— Что? Что ты несёшь? Как — один?

— По словам сбежавших, там действует какой-то псих. И, кажется, это тот самый парень — Адам. Тот, что уничтожил три банды. И следующей целью стали мы.

— Плевать. Мы на шестом месте. Какой-то там парень — один — не помеха. Живо разберитесь с ним. Иначе я сам вас уничтожу.

— Хорошо. Будет исполнено.

В кабинет врывается ещё один.

— Босс, извините, но у нас проблема.

— Блять. Что у нас всё проблемы да проблемы. На этот раз что?

— Какой-то парень стоит около входа к нашей базе. И он уничтожил практически все наши точки где-то за два часа.

— Что?! — Маркус поднялся с кресла.

Адам стоял у входа в здание. Рядом лежали несколько вырубленных людей из банды. Он пошёл внутрь. Не спеша. Не скрываясь. Просто шёл вперёд.

Первая группа попалась на лестнице. Трое. Он вырубил их за несколько секунд. Даже не сбился с шага.

Вторая группа — в коридоре. Четверо. Один попытался ударить его битой. Адам перехватил руку, вывернул, отобрал биту и ударил ею же.

Третья группа — у лифта. Они даже не успели понять, что происходит.

Он шёл дальше. Кровь на руках. Пустота в глазах. Ни ярости, ни злобы. Просто цель.

Кто-то попытался сбежать. Побежал к выходу. Адам даже не обернулся. Просто продолжил идти. Парень сам остановился, обернулся, посмотрел на него — и замер. А потом медленно опустился на пол и закрыл голову руками.

— Я не хочу… я не хочу…

Адам прошёл мимо.

— Босс, он начинает прорываться к главному залу! — крикнул кто-то.

— Его так никто и не смог остановить?

— Его никто не может остановить. Все, кто пошёл его остановить, больше не отвечают и не возвращаются.

— Так. Хотел не напрягаться. Придётся самому с ним разобраться.

Адам прошёл большие расстояния. Дошёл до главного зала, где его встретило большое количество людей. Сверху, на балконе, стоял Маркус.

— И с какой же целью ты пришёл? Уничтожить нас? Значит, ты ещё тот псих, как о тебе и говорят, — Маркус улыбнулся. Спокойно. Уверенно. — Я — Маркус Дрейк. Глава «Клыков». Шестое место в Большой Десятке. И ты, ублюдок, зашёл не в ту дверь.

Адам поднял голову. Глаза пустые.

— Ты не выберешься отсюда живым. Но я дам тебе шанс. Мне нет до тебя дела. Но раз уж ты смог так далеко забраться — могу предложить сотрудничество. Ну что скажешь?

Адам не слушал. Он смотрел на Маркуса, но видел перед собой другое. Лицо Алекса. Кровь на своих руках. Пустоту в глазах Лины. Он видел всё, что сделал. И всё, что ещё должен сделать.

— Мне много кто говорил, что я не выберусь живым. И что же с ними случалось? Сейчас припомню… А точно. Я ИХ ВСЕХ, БЛЯТЬ, УНИЧТОЖИЛ СВОИМИ РУКАМИ!

Голос сорвался на крик. Но это был не его голос. Он звучал ниже. Искажённо. Как будто говорил кто-то другой. Кто-то, кто жил внутри него.

Адам не чувствовал своего тела. Как будто оно двигалось само. Как будто он смотрел со стороны. И не мог остановиться.

— И мне нахуй не нужно твоё сотрудничество. Потому что я вас всех уничтожу. Всех до единого. Чтобы больше никто не пострадал.

Маркус смотрел на него. Впервые за долгое время ему стало не по себе.

— Ну что ж. Я давал тебе шанс. Ребят, кончайте с ним.

Маркус ушёл. Все бросились на Адама.

Маркус шёл по коридору.

— Ну и идиот. Так жалко встретить свой конец. Конечно, успел подпортить нам имидж. Но ничего, всё это можно быстро восстановить.

Вдруг позади он услышал шаги. Обернулся. Адам. Руки в крови. Во взгляде — пустота.

— Не может быть. Ты уже разобрался с моими людьми? Я тебя недооценил. Ну тогда расправлюсь с тобой своими руками, — Маркус снял пиджак.

Адам неспеша направился в его сторону, что-то бормоча.

— Нужно… спасти… уничтожить…

— Ну ты чё там, блять, болтаешь? Подходи.

«Я занимался кикбоксингом. Ему меня не победить.»

Адам подошёл ближе. Маркус начал атаку — и был уверен, что попал. Но Адам просто схватил его кулак.

Маркус начал бить руками. Адам уклонялся от всех атак.

— Что за?..

Маркус понял, что не может достать его кулаками. Тогда он схватил со стола стеклянную бутылку и разбил её о край, оставив острые края. Он бросился вперёд, целясь Адаму в лицо.

Адам уклонился. Осколок рассёк воздух рядом с его щекой. Маркус попытался снова — и снова промахнулся. Адам просто стоял и смотрел.

— Да что ты за хер такой?! — заорал Маркус. Он схватил Адама за плечо, попытался бросить через себя. Напрягся. Дёрнул.

Адам не двинулся. Как будто его ноги вросли в пол.

Маркус отпустил его. Отступил на шаг. Впервые за долгое время ему стало по-настоящему страшно.

— Ты… ты даже не пытаешься уклониться.

Адам молчал. Смотрел на него пустыми глазами.

Маркус попытался пробить ногой по колену. Адам поднял ногу, не давая ударить. А потом пошёл вперёд.

Удар ногой в корпус. Ещё один — в голову. Маркус отлетел, корчась от боли. Из носа хлынула кровь.

— Да что ты за хер такой?! — заорал Маркус. Но в голосе уже не было той уверенности. Только злость. И страх. Тот самый страх, который он привык вызывать у других. — Я один из самых сильных в Большой Десятке! Я глава «Клыков»! И такому, как ты, меня не победить, ублюдок!

Он снова бросился вперёд. Отчаянно. Как загнанный зверь. Адам прочитал его атаки и провёл серию контратак — руками и ногами. Маркус попытался ударить со всей силы. Адам схватил его руку и бросил через себя.

Маркус лежал. Встал. Получил удар коленом по голове. Голова мотнулась. А потом — апперкот снизу в челюсть. Маркус пошатнулся, но устоял.

Адам поднял его и ударил со всей силы прямо в лицо.

Маркус рухнул.

— Это ещё не конец… — прохрипел он выбитыми зубами.

Он встал. И сразу получил удар в живот. Адам стоял над ним.

Маркус попытался ударить его в челюсть. Кулак скользнул по скуле. Адам даже не покачнулся. Как будто не почувствовал.

— Что за… — прошептал Маркус.

Адам шагнул вперёд.

Он зашёл в кабинет. Вылил какую-то жидкость. Кинул зажигалку. Жидкость вспыхнула.

Адам вышел из здания. За его спиной полыхало пламя. Он не обернулся.

Он просто шёл. Куда — не знал. Просто шёл, чтобы уйти от того, что сделал. Но оно шло следом. Внутри него.

Он пришёл на заброшку. Поднялся на крышу. Сел, облокотившись на стену. Посмотрел на небо и на город.

«Кто же я на самом деле?»

Он смотрел на свои руки. Кровь уже высохла. Но он всё ещё чувствовал её — липкую, тёплую, чужую.

В кармане завибрировал телефон. Он не посмотрел. Просто сидел и смотрел в небо.

Вибрация стихла. Потом снова. Потом ещё раз.

Он не ответил.

Где-то внизу горели огни города. Люди жили своей жизнью. Смеялись. Любили. А он сидел на крыше один. И не знал, кто он.

«Может, я и есть монстр?»

Он сжал кулаки. Потом разжал. На ладонях остались следы от ногтей — глубокие, почти до крови.

Ответа не было.

Где-то внизу, на соседней крыше, стояла фигура в капюшоне. Она смотрела на Адама. Долго. Не двигаясь.

Потом фигура исчезла.

Утро. Адам шёл в школу. Медленно. Как будто каждый шаг давался тяжело.

Раньше он шёл быстро. Голова опущена, наушники в ушах, руки в карманах. Он не хотел, чтобы его замечали.

Теперь он шёл ещё медленнее. Но не потому, что не хотел замечать других. А потому, что не мог. Ноги были ватными. Голова — тяжёлой. Как будто он нёс на плечах что-то невидимое. Что-то, что давило.

Он не спал. Третью ночь подряд. Может, четвёртую — он уже сбился со счёта.

Глаза жгло. В висках стучало. Руки дрожали — мелко, противно. Он сжимал их в кулаки, чтобы хоть как-то остановить. Под глазами залегли тёмные круги. Взгляд был пустым, отрешённым. Он смотрел прямо перед собой, но не видел ничего.

«Я ударил Алекса. Я чуть не ударил Мию. Я уничтожил банду. Я сжёг здание. Я монстр.»

Он не заметил, как дошёл до школы. Не заметил, как вошёл в класс. Не заметил, как сел за парту.

Просто сел. И уставился в стену.

Первым заметил Алекс. Он подошёл, хлопнул Адама по плечу:

— Воу, Адам! Ты чего такой? Как будто призрака увидел.

Адам вздрогнул. Как будто его ударили. Плечи дёрнулись. Дыхание сбилось. На секунду перед глазами вспыхнуло — кулак. Кровь. Голос Алекса. И пустота.

Он моргнул. И картинка исчезла.

— А? Что? Нет. Всё нормально.

— Нормально? — Алекс прищурился. — Ты выглядишь так, будто не спал неделю.

— Не выспался.

— Ага. И поэтому у тебя руки трясутся?

Адам посмотрел на свои руки. Они действительно дрожали. Еле заметно. Но дрожали.

— Это... от холода.

— На улице лето, — усмехнулся Алекс. Но улыбка вышла натянутой. Он хлопнул Адама по плечу ещё раз — и отошёл.

Подошёл к Саре.

— С ним что-то не так.

— С кем?

— С Адамом. Он сегодня какой-то... не такой. Будто его здесь нет.

Сара посмотрела на Адама. Он сидел и смотрел в окно. Как будто искал что-то. Или кого-то.

Она заметила: он не двигался. Даже пальцами не стучал по парте. Даже не моргал. Как будто замер. Как будто боялся, что если пошевелится — что-то случится.

«Он смотрит так, будто ждёт, что оттуда кто-то появится. Кто-то, кого он боится.»

— И вправду, — тихо сказала она. — Он изменился. Сильно.

Эмма тоже заметила. Она подошла к нему. Осторожно.

— Адам? Ты голоден? Может, сходим в столовую?

Он посмотрел на неё. Медленно. Как будто сквозь толщу воды. Зрачки расширены. Как у человека, который не спал очень давно.

— Что? Нет. Я не голоден. Спасибо.

Он даже не улыбнулся. Хотя обычно — улыбался. Хотя бы вежливо.

Эмма отошла. И только тогда поняла, что руки у неё тоже дрожат.

«Он даже не улыбнулся. Адам всегда улыбается. Даже когда ему плохо. Даже когда он врёт. Но сейчас… сейчас он даже не пытался.»

Она подошла к Лине. И сказала тихо:

— Слушай. Ты не знаешь, что с Адамом?

Лина смотрела на него. Она видела то же, что и все. Тёмные круги. Опущенные плечи. Дрожь в руках. Пустой взгляд.

— Нет. Не знаю. Но я вижу, что что-то случилось.

— Может, ты спросишь? Он с тобой... он с тобой чаще говорит.

Лина кивнула. И направилась к нему. Села рядом.

— Эй, Адам.

Он повернул голову. Медленно.

— Привет, Лина.

— Что с тобой? Ты не заболел?

— Нет. Просто не выспался.

Она знала, что это не так. Она видела его руки. Видела, как он смотрит. Видела, как дышит — слишком часто, слишком поверхностно.

«Он боится. Чего-то. Или кого-то. Может, себя.»

Она открыла рот. Хотела спросить. Но остановилась.

«Нет. Не сейчас. Если я спрошу — он закроется. Он всегда закрывается, когда его пытаются достать.»

— Ладно. Если что — я рядом.

Он кивнул. И снова уставился в стену.

Мия сидела за соседней партой. Она видела всё. И понимала больше, чем остальные.

«Он сломался. После того, что случилось на фестивале. Он боится себя.»

Она сжала кулаки. Ногти впились в ладони.

«Он сломался. И я знаю почему. Но я не могу подойти. Не сейчас. Не после того, что случилось на фестивале.»

Она смотрела, как Лина сидит рядом с ним. Как он реагирует на неё. Как он не реагирует на других.

И вспомнила. Фестиваль. Кровь. Его пустые глаза. Как он шёл на неё. Как его кулак был готов опуститься.

«Он чуть не убил меня. Тогда. И если бы не Лина…»

Она сжала кулаки сильнее.

«Я не стану сильнее. Сила ничего не исправит. Я должна всё исправить. По-другому. Не так, как раньше.»

Звонок. Учитель вошёл в класс. Улыбался. Но когда его взгляд упал на Адама, улыбка на секунду дрогнула.

Он видел много учеников. И видел тех, кто не спал. Тех, кто боялся. Тех, кто сломался.

Адам был одним из них.

Учитель не сказал ничего. Просто продолжил.

— Здравствуйте, ребята. Поздравляю вас с окончанием учебного года. Этот год был непростым. Но вы справились. Желаю вам хорошо провести каникулы.

— Спасибо, учитель, — хором ответил класс.

Класс взорвался радостными криками. Кто-то хлопал. Кто-то свистел. Алекс уже начал что-то предлагать.

Адам стоял у окна. Смотрел на улицу.

«Каникулы. Лето. Свобода.»

Он не чувствовал ничего.

Ученики начали расходиться. Алекс, Сара, Эмма, Лина и Мия остались. Адам тоже — он уже собирался уходить, но замешкался.

— Эй, а давайте сходим куда-нибудь? — предложил Алекс. — В честь конца года!

— Ага, давайте, — поддержала Сара.

— А куда? — спросила Лина.

— Может, в торговый центр? Там новые места открылись. Интересно посмотреть.

— Ну почему бы и нет, — сказала Мия.

— Мы за, — кивнули Эмма и Сара.

— Я тоже за. Адам, а ты? — Лина посмотрела на него.

Адам уже собирался уходить. Он обернулся.

— Простите. Мне нужно...

— Да чего ты, — перебил Алекс. — Тебе бы не помешало отдохнуть и проветрить мозги. А то вон ходишь как зомби.

Слово ударило. Как током.

Зомби.

Перед глазами вспыхнуло: грим. Кровь. Хруст. Голос Алекса. И пустота. Полная, абсолютная пустота.

Он схватился за голову. Пальцы впились в волосы. Дыхание сбилось.

— Эй, Адам? Что с тобой? — Лина схватила его за руку.

— Ничего. — Он выдохнул. Медленно. Как будто заставлял себя. — Ты прав, Алекс. Мне нужно проветриться. Я с вами.

Он убрал руки. Но пальцы всё ещё дрожали.

— Ура! Значит, всё решено. Ещё Ника спросим. Думаю, он согласится. Встречаемся в центре.

Алекс достал телефон.

— Ща Нику наберу. — Он приложил трубку к уху. — Эй, чувак. Мы тут в центр идём. Отмечать конец года. Ты с нами?

Пауза. Потом Алекс ухмыльнулся.

— Ага. Он согласен. Сказал, что догонит.

Торговый центр гудел. Везде — смех, музыка, запах попкорна и кофе. Дети с шарами. Парочки у витрин. Очередь в кино.

На сцене в центре зала выступал уличный музыкант. Кто-то танцевал. Кто-то просто сидел на скамейках и ел мороженое.

Пахло сладкой ватой и новой одеждой. Где-то играла музыка. Где-то смеялись.

Всё было нормально. Обычно. Спокойно.

Слишком спокойно.

Компания Адама шла по широкому проходу. Алекс спорил с Сарой, куда идти. Эмма смеялась. Лина шла рядом с Адамом. Мия — чуть позади.

Они ходили по разным местам. Играли в автоматы. Ели в кафе. Покупали какие-то вещи. Адам почти не говорил. Но он был здесь. С ними.

Они сидели в кафе. Адам смотрел на свои руки. На костяшки. Шрамы уже зажили. Но он всё ещё чувствовал их. Кровь. Чужую. Липкую.

Он сжал кулаки. Потом разжал.

— Адам? — Лина тронула его за плечо. — Ты в порядке?

— Да. Просто задумался.

Он улыбнулся. Еле заметно. И она улыбнулась в ответ.

Мия смотрела, как Адам улыбается Лине. Как он смотрит на неё. Как он не смотрит на других.

Она отвернулась. И отошла на пару шагов. К витрине. Чтобы не видеть.

«Почему она? Почему не я?»

Она сжала кулаки. Но ничего не сказала.

Они остановились у очередного магазина. Алекс что-то рассказывал. Сара смеялась. Эмма улыбалась. Лина смотрела на Адама.

— А давайте ещё туда сходим, — сказала Сара.

— Ага, там мы ещё не были, — кивнул Алекс.

Адам смотрел на них. И впервые за долгое время что-то в груди отпустило.

Он улыбнулся. Еле заметно. Уголки губ дрогнули. Он даже не понял, что улыбается.

«Я не помню, когда улыбался в последний раз. И почему сейчас?»

Лина заметила. Улыбнулась в ответ.

Мия видела это. И что-то в её взгляде изменилось.

На секунду всё замерло. Как будто мир остановился. Как будто что-то должно было случиться.

И тогда — звуки.

Сначала он подумал — шарики. Кто-то лопнул шарики.

Потом — крик. Женский. Отчаянный.

Потом — ещё. И ещё.

И тогда он понял.

Выстрелы.

Крики. Паника. Люди бросились врассыпную. Кто-то упал. Кто-то закричал. Кто-то замер.

Всё происходило слишком быстро. И слишком медленно одновременно.

Женщина уронила сумку. Ребёнок заплакал. Мужчина схватил его и побежал.

Очередь прошла по витринам. Стекло разлетелось. Кто-то вскрикнул.

Адам завертел головой. И увидел их. Четверо. В чёрном. С автоматами.

Один из них смотрел в их сторону. Поднимал оружие.

— ЛОЖИСЬ! — заорал Адам.

Все упали. Очередь прошла над головами. Стекло витрины разлетелось вдребезги.

Адам вскочил. Он не думал. Просто побежал. В сторону. Подальше от друзей. Подальше от Лины.

Он выманивал их на себя.

Очередь. Ещё одна. Пули врезались в стены, в пол, в вывески. Он сворачивал. Падал. Вставал. Бежал.

Завернул за угол.

И замер.

Зал. Огромный. Люди. Много людей.

И все они лежали.

Кровь. Тишина. И только где-то вдалеке — шаги. Медленные. Спокойные.

На полу лежали люди. Женщина с сумкой. Мужчина в костюме. Ребёнок. Тот самый ребёнок, который плакал. Теперь он не плакал.

Адам смотрел на это. И не мог двинуться.

Он слышал только свой пульс. Громкий. Быстрый. Как будто сердце билось где-то в горле.

«Я не успел. Опять не успел.»

Внутри что-то щёлкнуло.

И где-то на краю сознания прозвучал голос. Чужой. Искажённый.

«Ты знаешь, что делать.»

Адам вздрогнул. Он узнал этот голос. Это был его собственный голос. Но не его.

Адам бежал по коридорам. Тяжело дышал. Но бежал.

«Сука, как это вообще могло произойти?! Что за пиздец тут творится?! Так. Нужно собраться. Для начала найти друзей и вывести всех отсюда. Здесь люди с оружием. Я им не ровня.»

Он завернул за угол. И замер.

Перед ним — двое. С автоматами. Он быстро спрятался обратно.

— Тут вроде всё, — сказал один.

— Кажется, да. Пошли к остальным.

— Окей, пошли.

Они ушли. Адам выдохнул.

«Что же это за ублюдки?! Чтоб они сдохли!»

Он побежал дальше. Ещё немного. И вышел в большой зал. С другой стороны.

И увидел. Толпа людей. Прямо у выхода. И среди них — друзья.

«А вот и они!»

Он рванулся к ним. И замер.

Четверо. С оружием. Шли в сторону выхода. В сторону его друзей.

«Нет. Нет. Только не они! Там же мои друзья! И эти люди! Но что я могу сделать?! Что я могу, блять, сделать?! Думай! Думай! ДУМАЙ!»

Он хлопнул себя по щекам. Больно. Но отрезвляет.

Перевёл взгляд. На террористов. Потом — на кухонный нож. Тот выпал из чьего-то пакета. Лежал на полу. Блестел.

«Что ж. Кажется, выбора нет. Придётся действовать.»

Он добежал до пакета. Схватил нож. Террористы стояли. Готовились.

— Так, вроде там ещё один выход, — сказал один.

— Погнали. Там скорее всего толпа людей идёт.

— Согласен. Идём.

Только они собрались уходить, как Адам вонзил нож в спину крайнего. Лезвие вошло мягко. Слишком мягко. Как в масло.

Террорист вскрикнул. Адам почувствовал, как рукоятка дёрнулась в его руке. Как тело обмякло. Как кровь потекла по пальцам.

«Я убил его. Я только что убил человека.»

Руки дрожали. Но он не остановился.

Он схватил пистолет из кобуры убитого. Выстрелил во второго. Тот упал. Третий начал стрелять. Адам спрятался за первым. Пули врезались в тело. В мёртвое тело.

Адам выстрелил ещё. Убил третьего. Попал в четвёртого. Тот выстрелил в ответ. Адам прыгнул через лавку. Приземлился. Выстрелил. Мимо. Ещё раз. Попал.

Тот упал. Но не умер. Попытался подняться. Адам подошёл. Близко.

— Пожалуйста… — прохрипел террорист.

Адам выстрелил.

Тишина.

Он стоял. Смотрел на трупы. Четыре тела. Кровь. Его руки в крови.

«Я убил их. Но я сделал это, чтобы спасти людей. Теперь нужно идти к выходу.»

Он сделал шаг. И почувствовал боль. В животе. И в ноге.

Он посмотрел на руку. Кровь. Тёплая. Липкая. Его кровь.

«Это моя кровь. Я ранен. Я…»

Он посмотрел на живот. Рубашка пропиталась. Тёмное пятно расползалось. Медленно. Как чернила по бумаге.

— Блять.

Он пошёл. Прихрамывая. Кровь капала. В глазах мутнело.

Он шёл по коридору. Опирался о стену. Кровь текла и изо рта.

«Нужно... найти... ребят... Я... устал... Нужно... прилечь...»

Он прошёл пару метров. До выхода оставалось немного. Но ноги подкосились. Он упал. Плечом. Больно. Но не так, как в животе.

Он попытался встать. Руки скользили по стене. Кровь. Пальцы не слушались.

«Вставай! ВСТАВАЙ! Ты не можешь здесь умереть! Не так! Не сейчас!»

Он дёрнулся. Ещё раз. Ещё.

Тело не слушалось. Как будто оно уже решило. Как будто оно сдалось.

«Лина. Я обещал. Я обещал, что не уйду. Прости. Я не хотел…»

Он не договорил. Глаза закрывались.

— Нет… — прошептал он. — Нет…

И тут он увидел силуэты. Несколько. Приближались.

— Здесь гражданский! Он ранен, но жив! Эй, ты! Помоги ему! Отнеси к выходу!

Кто-то взял его за руку. Потянул.

— Эй, парень, держись. Скоро тебе помогут.

— Эй, стой! Я помогу!

Подбежал парень. В капюшоне. Спецназовец напрягся.

— Я его знакомый. Давай быстрее, понесли!

Они потащили Адама вдвоём. Адам медленно повернул голову. Увидел его. Капюшон. Глаза. Он знал эти глаза.

«Он. Опять он.»

— Это... же ты... — прошептал он. — Тот... человек... что помогает... Что ты здесь делаешь?

— Да так. Мимо проходил, — сказал парень. — А тебя тут уже успели разрешить.

— Ага... долго же тебя не было... Слушай... Я тут хотел спросить тебя о...

Он не договорил. Горло сжалось. Слова закончились.

Голова опустилась. Рука соскользнула.

Глаза остались открытыми. Но взгляд стал безжизненным.

— Эй! — крикнул спецназовец. — Эй, парень! Не смей! Слышишь?!

Парень в капюшоне смотрел на него. Впервые — с шоком. С настоящим, неприкрытым шоком.

«Нет. Нет. Ты не можешь. Не сейчас.»

Он не сказал это вслух. Но его руки сжались сильнее.

— Он умирает, — сказал спецназовец. — Быстрее!

Они побежали. Ещё быстрее. К выходу. К свету. К машинам скорой.

Парень не отставал. Он держал Адама. Крепко. Как будто боялся, что если отпустит — тот исчезнет.

«Ты не умрёшь. Я не позволю. Слышишь? Ты не умрёшь.»

Он не сказал это вслух. Просто держал. И бежал.

— Держись, — прошептал он. — Ты слышишь? Держись.

Адам не отвечал. Глаза были открыты. Но он не видел.

Они выбежали на улицу. Свет. Воздух. Крики. Машины скорой.

И тут — крик.

— АДАМ!!!

Лина бежала первой. За ней — Алекс, Сара, Эмма. Мия — чуть позади. И Ник. Он только что пришёл.

Они видели, как его несли. Видели кровь. Видели, как его положили на носилки.

Лина подбежала. Упала на колени рядом с носилками. Схватила его за руку. Его рука была холодной. Слишком холодной.

— Адам! Адам, ты меня слышишь?!

Он не отвечал. Глаза были открыты. Но он не видел.

Она сжала его руку сильнее. Как будто могла согреть. Как будто могла вернуть.

Лина смотрела на его руку. На шрамы. На кровь. На пальцы, которые ещё недавно сжимали нож. А теперь — просто лежали.

«Ты обещал. Ты обещал, что вернёшься.»

— Что с ним?! — крикнул Алекс. — Что случилось?!

Спецназовец не ответил. Он смотрел на парня в капюшоне.

Но парня уже не было.

Спецназовец смотрел на то место, где тот только что стоял. Никого. Только ветер.

«Кто это был? Он знал его. Он знал, что делать. И он исчез.»

Он нахмурился. Запомнил. И пошёл дальше. Работа не ждала.

Алекс завертелся. И увидел его. Фигуру в капюшоне. Исчезающую за углом.

— Эй! Ты! Стой!

Но парень не остановился.

Ник побежал. Искал. Но того уже не было. Только силуэт. Мелькнул за углом. И исчез.

Но он успел заметить. Не только капюшон. Не только глаза.

Он заметил, как Адам смотрел на него. Как он узнал его.

«Он знает его. Адам знает этого парня.»

Ник сделал шаг. Хотел бежать дальше. Найти. Спросить. Понять.

И остановился.

Потому что услышал. За спиной. Крик. Лина. Её голос. Сломанный. Отчаянный.

— АДАМ!!!

Ник обернулся. И увидел. Адам на носилках. Кровь. Врачи. Лина на коленях. Плачет.

«Какого хера я делаю?»

Он рванул обратно. Быстрее. К носилкам. К Адаму.

Парень в капюшоне? Он подождёт. Всё подождёт.

Потому что Адам умирает. А парень — просто исчез.

— Вам сюда нельзя. Отойдите.

Врачи закрыли двери. Машина рванула с места. Сирена. Свет.

И тишина.

Лина осталась сидеть на асфальте. Смотрела вслед. Руки дрожали.

«Он обещал. Он обещал, что не уйдёт. Он обещал, что не оставит меня.»

Она сжала кулаки. Ногти впились в ладони. Больно. Но она не чувствовала.

«Если ты умрёшь… я никогда тебя не прощу. Слышишь? Никогда.»

Она не сказала это вслух. Просто сидела. И смотрела в пустоту.

Алекс стоял. Смотрел. Не мог двинуться.

Сара плакала. Эмма закрыла лицо руками.

Мия стояла в стороне. Смотрела, как Лина держит его руку. Как Ник ищет парня в капюшоне. Как все плачут.

И думала.

«Я сделала это. Не напрямую. Но я. Если бы я не… если бы я тогда…»

Она не договорила даже про себя. Просто смотрела.

«Я не стану сильнее. Сила ничего не исправит. Я должна всё исправить. По-другому. Не так, как раньше.»

Но в её глазах было что-то другое. Что-то, чего никто не понял. Что-то, что она сама боялась признать.

«Если он умрёт… я никогда себя не прощу.»

А на земле остались следы крови. И тишина.

Больничная палата. Тишина. Только писк аппарата.

Адам лежал без сознания. Лицо бледное. Тело и руки перевязаны. Трубки. Провода. Он не двигался.

Рядом сидела мать. Она не спала. Несколько дней. Может, больше. Глаза красные. Заплаканные. Она смотрела на сына. Не отводила взгляда.

В углу палаты на тумбочке работал маленький телевизор. Кто-то включил. Может, медсестра. Может, мать. Чтобы не было так тихо.

На экране — новости. Срочный выпуск.

«…теракт в торговом центре. Число жертв до сих пор выясняется. Среди нападавших — четверо мужчин среднего возраста. Все были ликвидированы молодым парнем из…» — диктор запнулся, посмотрел в бумаги. — «…из одной из местных школ. По камерам видно, как он вступил в схватку с террористами и этим спас десятки людей…»

Мать посмотрела на экран. Потом — на сына.

— Это ты, — тихо сказала она. Слеза стекла по щеке. — Это же ты.

Она крепко сжала его руку.

«…сам герой получил серьёзные ранения и сразу был госпитализирован. По словам врачей, он находится в тяжёлом состоянии. Имя парня пока не разглашается…»

— Ты не умрёшь, — сказала мать. — Ты не можешь так умереть. Пожалуйста. Не надо.

Она закрыла глаза. Слёзы потекли. Но она не убрала руку. Держала.

Он не слышал. Не видел. Просто тьма. Тишина.

Но где-то на краю — голос. Диктор. Слова. «Теракт». «Герой». «Тяжёлое состояние».

Он не понимал. Просто слова. Как будто из другого мира.

А потом — рука. Тёплая. Мамина. Она сжала его ладонь.

— Ты не умрёшь, — сказала она. — Слышишь? Ты не умрёшь.

И он услышал. Сквозь тьму. Сквозь тишину. Услышал.

Через какое-то время дверь скрипнула.

В неё вошли знакомые лица. Лина. Алекс. Сара. Эмма. И Мия — чуть позже.

Они все стояли у двери и смотрели на Адама. Молчали. Как будто боялись войти.

Мать подняла голову. Кивнула им. Позволила войти.

Лина села рядом с кроватью. Взяла его за руку. Не отпускала.

Алекс смотрел на него и не мог пошевелиться.

— Он… — начал Алекс. Голос оборвался.

— Он справится, — сказала Сара. Но голос дрожал. — Он всегда справлялся. Справится и сейчас.

Эмма плакала. Тихо. Почти беззвучно.

Мия стояла около входа. Смотрела. Взглядом, полным отчаяния. И чего-то ещё. Чего-то, чего никто не понял.

Они все были грустные. Молчаливые. Как на похоронах.

И тут — движение.

Сначала — свет. Слишком яркий. Резал глаза. Он зажмурился. Потом снова открыл. Медленно.

Потолок. Белый. Плитка. Лампа. Писк аппарата.

Тело — чужое. Тяжёлое. Как будто налитое свинцом. Руки — перевязаны. Не согнуть. Не двинуть.

Он попытался повернуть голову. Получилось. Медленно. Как будто через силу.

И увидел их.

Он лежал. Смотрел в потолок. И вспоминал. Обрывками. Как плёнка.

Торговый центр. Смех. Мороженое. Лина рядом.

Потом — выстрелы. Крики. Кровь. Тела.

Потом — нож в руке. Тяжёлый. Лезвие вошло мягко. Слишком мягко.

Потом — боль. В животе. В ноге. Кровь. Своя. Тёплая. Липкая.

Потом — темнота.

Он моргнул. Картинки исчезли. Но остались. Где-то глубоко. Внутри.

«Я убил их. Я убил четверых.»

Он хотел почувствовать что-то. Вину. Ужас. Что угодно.

Но было только пусто. Холодная. Ровная. Пустота.

— Ну и рожи у вас, — сказал он. Хрипло. Но сказал. — Как будто я умер.

Тишина.

Все замерли. В шоке.

Потом Алекс прыгнул. Сара ахнула. Эмма закрыла лицо руками. Лина сжала его руку ещё сильнее.

— Ты… Ты живой! — выдохнул Алекс.

— Ага. — Адам слабо улыбнулся. — А я гляжу, вы меня уже хоронить решили. Спасибо. Приятно.

— Мы не хоронили! — возмущённо сказала Сара. — Мы просто…

— Просто стояли с постными лицами, — закончил Адам. — Как на похоронах. Только цветы почему-то не взяли.

Лина рассмеялась. Слёзы потекли. Но она смеялась.

Остальные тоже смеялись. Алекс хлопал Сара по плечу. Эмма вытирала слёзы. Мия улыбалась. Впервые за долгое время.

— Дурак, — сказала Лина. — Ты дурак.

— Знаю. Но зато живой дурак. А это уже что-то.

Адам на секунду замолчал. Улыбка исчезла. Он посмотрел на свои руки. На бинты.

«Я помню. Кровь. Выстрелы. Тела. Я помню.»

Он моргнул. И снова улыбнулся. Но улыбка была другой. Не такой, как раньше.

Мать встала.

— Я скажу врачу, — сказала она. — Он должен знать, что ты очнулся.

Она вышла. Или просто вышла, чтобы не плакать при всех.

Дверь скрипнула снова. Вошёл Ник. Он остановился. Посмотрел на Адама. Потом — на всех остальных.

— Я смотрю, тут уже весело, — сказал он.

— Ага, — ответил Адам. — Присоединяйся. Мы тут репетируем похороны.

Ник усмехнулся. Но в глазах — что-то другое. Он видел парня в капюшоне. И он помнил.

Он подошёл ближе. Сел на стул. Молчал. Смотрел на Адама.

— Ты как? — спросил он наконец.

— Живой. Пока что.

— Это уже хорошо.

Пауза.

— Ты помнишь, что было? — тихо спросил Ник.

Адам посмотрел на него. Долго.

— Помню, — сказал он. — Не всё. Но помню.

Ник кивнул. Помолчал.

— А того парня? В капюшоне? Помнишь?

Адам замер. Посмотрел на него.

— Помню.

— Кто он?

— Не знаю. Но он не в первый раз. Он уже спасал меня. Раньше.

Ник нахмурился.

— Почему ты не сказал?

— А что сказать? Я сам не знаю, кто он.

Ник кивнул. Но что-то в его взгляде говорило: он запомнил. И найдёт.

Мать вернулась через полчаса. С чаем. С печеньем. С тем самым выражением лица, которое говорит: «Я не буду плакать. Я справлюсь».

Она посмотрела на них. На смеющихся. На сына. И улыбнулась. Впервые за долгое время.

— Пейте чай, — сказала она. — Всем.

— Спасибо, — сказала Лина.

— Спасибо, — сказал Алекс.

— Спасибо, — сказала Эмма.

Мия кивнула. Взяла чашку. Но не пила. Просто держала в руках.

Друзья остались. До вечера.

Алекс рассказывал шутки. Сара смеялась. Эмма улыбалась. Лина держала его за руку.

Мия стояла в стороне. Улыбалась. Впервые за долгое время.

«Он жив. Он смеётся. Он не сломался.»

Она смотрела на него. На его улыбку. На то, как он держится. Как будто ничего не было. Как будто не он только что чуть не умер.

«Я не могу. Не сейчас. Я должна исправить. Но как?»

Она улыбнулась шире. Чтобы никто не заметил. Чтобы он не заметил.

Адам посмотрел на неё. Она стояла в стороне. Улыбалась. Но что-то в её взгляде было не так.

«Что-то не так. Но я не знаю что.»

Он не спросил. Сейчас не время. Сейчас — тишина. И это хорошо.

Мия поймала его взгляд. И на секунду её улыбка дрогнула. Но она отвернулась. И снова улыбнулась.

Мия стояла в стороне. Улыбалась. Но что-то грызло её изнутри.

«А может, я себя накручиваю? Может, всё не так плохо?»

Она посмотрела на Адама. На его улыбку. На то, как он держится. И поняла: нет. Не накручивает.

«Он жив. Но он не знает. Что я…»

Она не договорила. Даже про себя. Просто улыбнулась шире. И отвернулась.

Вечер. Друзья начали расходиться.

— Выздоравливай, — сказал Алекс. — Без тебя скучно.

— Ага, — сказала Сара. — Кто нас будет спасать?

— Я не спасаю, — ответил Адам. — Я просто мимо прохожу.

— Ну да, — усмехнулась Лина. — Мимо. Прямо в огонь.

Она наклонилась. Поцеловала его в лоб. Быстро. Как будто случайно.

Он замер. На секунду. Как будто не ожидал.

Лина уже выпрямилась. Улыбалась. Как будто ничего не произошло.

— Отдыхай, — сказала она. — Я завтра приду.

— Ага… — ответил он. Голос чуть сел.

Она ушла. А он ещё секунду смотрел на дверь. Потом — на потолок.

«Что это было?»

Но он знал. И она знала. Просто пока — молчали.

Они ушли. Все. Осталась только мать.

— Тебе нужно поспать, — сказала она.

— Знаю.

— Я буду рядом.

— Знаю.

Она села на стул. Закрыла глаза. Но не спала. Просто сидела.

— Я знала, что ты очнёшься, — сказала мать. Тихо.

Адам посмотрел на неё.

— Почему?

— Потому что ты — мой сын. А я не воспитывала того, кто сдаётся.

Адам смотрел на неё. Долго. Потом улыбнулся. Слабо. Но искренне.

Он закрыл глаза.

«Я жив. Они рядом. Может, всё не так плохо.»

Но где-то на краю сознания — голос. Чужой. Искажённый.

«Это только начало.»

Он вздрогнул. Пальцы сжались в кулаки. На секунду — боль в животе. Резкая. Как будто что-то внутри отозвалось.

Он выдохнул. Медленно. Боль ушла.

«Что это было?»

Ответа не было.

Он улыбнулся. И закрыл глаза.

Мать сидела рядом. Молча. Смотрела на него.

— Мам.

— Что?

— Я не хотел, чтобы ты видела меня таким.

Она помолчала. Потом взяла его за руку.

— Я твоя мать. Я видела тебя всяким. И буду видеть. Всегда.

— Даже монстром?

Она посмотрела на него. Долго. Потом улыбнулась. Слабо. Но искренне.

— Ты не монстр. Ты просто мой сын. Который слишком много взял на себя.

Адам смотрел на неё. И что-то в груди сжалось. Тёплое. Больное.

— Прости, — сказал он.

— Не извиняйся. Просто живи. Этого достаточно.

Прошло несколько дней. Адам сидел на кровати. Потом начал одеваться. Медленно. Руки ещё слушались плохо. В палату вошёл врач. Лицо у него было довольно хмурое.

— Что ж, можешь идти. Но без нагрузок. Никаких драк. Никаких прыжков. Ещё раз повторяю. Никаких.

— Понял.

Он не понял. И врач это понимал. Но не стал повторять.

Адам вышел из палаты. Коридор. Лифт. Первый этаж. Двери. Воздух. Свет. Город.

Он замер. На секунду. Посмотрел на небо. Яркое. Синее. Живое.

И смог расслабиться. Впервые за долгое время.

Но тело помнило. Ребра ныли. Живот тянуло. Нога отзывалась при каждом шаге. Он не был готов. Но он шёл.

Около входа стоял Ник. Ждал его, прислонившись к стене. Руки в карманах. Он заметил Адама.

— Ну чё как?

— Нормально. Жить буду. А ты чего тут стоишь как статуя? Случилось чего?

— Да случилось. — Ник выпрямился. — Помнишь, я говорил, что остатки «Серых волков» присоединились к другим бандам? Так вот. Кажется, я узнал, к каким. Седьмое место в Большой Десятке. «Гончие».

Он достал телефон. Показал фото. На нём — группа людей. Все в серых спортивных костюмах. С нашивками на рукавах. Нашивка — собака. Злая. Голодная. С оскаленной пастью.

Адам смотрел на фото. На нашивку-собаку. На лица. Он запоминал. Каждое.

«Гончие. Они калечат. Не убивают. Оставляют живыми. Чтобы боялись.»

Он сжал кулаки. Не от злости. От холода. Внутри.

— Они те, кто не убивает, — сказал Ник. — Они калечат. Ломают руки. Ноги. Пальцы. Бывает, что жертвы остаются калеками на всю жизнь. Оставляют живыми. Чтобы другие боялись. Чтобы рассказывали.

— Кто их главарь?

— Его называют Костолом. Бывший борец. Кажется. Говорят, довольно молчалив. Но очень суров. Говорит мало. Но достаточно, чтобы его слушали.

— Ясно. А вторые?

— Вторые — пятое место. «Кукловоды».

Ник перелистнул. Второе фото. Люди в чёрных костюмах. Без нашивок. Без символов. Просто люди. Но что-то в них было не так. Как будто они смотрели сквозь тебя.

— Довольно странные чуваки. Они не то чтобы дерутся. Они те, кто дёргает за ниточки. Другие делают работу за них. Они находят слабость человека. И используют её. Долг. Семью. Тайну. И человек делает то, что нужно. Думает, что он свободен. Но он — марионетка.

— А главарь?

— О нём почти ничего не известно. Называют его Кукольник. Никто не видел его лица.

Адам молчал. Смотрел на фото. Люди в чёрных костюмах. Без нашивок. Без символов.

«Кукольник. Он не бьёт. Он дёргает за ниточки.»

Это пугало больше, чем кулаки Костолома.

— Понятно… Ну что ж. Как-нибудь разберусь.

— Эй, Адам.

— Что?

— Я знаю, что ты хочешь их уничтожить. Но я скажу: ты не в лучшем состоянии, чтобы идти и бить им рожи.

— Не волнуйся. Я справлюсь. Я буду осторожен.

— Тогда я пойду с тобой.

— Нет. Я пойду один.

— Да ты совсем сдурел. Идти не в лучшем состоянии, да ещё и одному.

— Думаю, я справлюсь один. А ещё… у меня к тебе будет особая просьба.

— И какая же?

Адам наклонился. Сказал тихо. Так, что слышал только Ник.

Ник слушал. Молчал. Потом — усмехнулся.

— Да уж, Адам. До сих пор удивляюсь, как ты можешь быть таким безрассудным. Ну ладно. Сделаю всё, что смогу.

Ник помолчал. Посмотрел на него. Как будто хотел что-то сказать. Но не сказал.

— Ничего. Просто… будь осторожен.

— Буду.

Ник кивнул. Но что-то в его взгляде говорило: он знает больше, чем говорит. И он вернётся к этому. Позже.

Ник ушёл. Адам постоял немного. А после тоже ушёл.

Он пришёл к заброшенному спортзалу. Здание старое. Окна выбиты. Стены в трещинах. Внутри — темно. Только где-то в глубине горел свет. Тусклый. Жёлтый.

Он зашёл. Пахло потом. Металлом. Маслом. Старыми матами.

И тишиной. Слишком тихой. Как перед ударом.

Он прошёл в сам зал. И замер.

Перед ним стоял лысый мужик. Огромный. Как шкаф. Плечи — шире дверного проёма. Руки — как канаты. Шея — как у быка. Уши — сломаны. Не один раз. Много.

Он поднимал штангу. Медленно. Спокойно. Как будто она ничего не весила. Мускулы играли под кожей. Как канаты. Как сталь.

Он опустил штангу. Грохот. Металл о бетон. Эхо прокатилось по залу.

Костолом не сказал ничего. Просто смотрел. Молча. Как будто изучал.

Он не торопился. Не злился. Просто ждал.

Это было хуже, чем крики. Хуже, чем угрозы. Молчание.

— Ты ещё кто такой? — спросил он наконец. Голос низкий. Ровный. Как гудок поезда.

— Тот, кто ищет таких, как вы.

Вдруг со всех сторон начали набегать люди. Серые спортивные костюмы. Нашивки-собаки. Бой начался.

Адам двигался. Быстро. Точно. Он читал их. Уклонялся. Бил по слабым местам. Он использовал разные приёмы, которым уже успел научиться сам. На улице. В боях. Хулиганы падали один за другим. Им не помогали ни биты, ни ножи, ни численность.

Как только Адам разобрался с толпой, Костолом вышел вперёд.

Он попытался схватить Адама. Но Адам ушёл в сторону. И ударил. Быстро. Точно. В печень. Костолом даже не дрогнул. В челюсть. Голова мотнулась. Но он стоял.

«Он держит. Как мешок с песком.»

Адам ударил снова. Сильнее. В печень. В почки. В челюсть. Он не давал Костолому опомниться. Не давал схватить себя снова. Каждый удар — точно. Каждый удар — в слабое место.

Но он не использовал ничего особенного. Только то, что знал сам. Уличные драки. Инстинкты. Ярость. И немного везения.

Костолом пошатнулся. Но не упал.

Вдруг он схватил Адама. Крепко. Как клещами. Как тисками. Адам почувствовал, как земля уходит из-под ног. Как ребра трещат. Как воздух кончается.

«Всё. Конец.»

Но он рванулся. На инстинкте. На ярости. На голом желании выжить. Резко. Всем телом. Костолом не ожидал. Адам вывернулся. Чуть-чуть. Но этого хватило, чтобы ударить. Пальцами. В горло. Костолом захрипел. На секунду ослабил хватку. Адам вырвался. И добавил коленом. В пах.

Костолом согнулся. Задыхаясь.

«Повезло. Если бы он держал крепче — я был бы трупом.»

Костолом попытался схватить его снова. Но как только он приблизился, Адам уклонился. И ударил в челюсть. Снова уклонился. В печень. Снова. В почки.

Костолом еле стоял. Адам ударил его лоу-киком. По колену. Костолом рухнул на одно колено. Адам добавил. В голову. Тяжело. Прямо.

Костолом упал. Тяжело. Как мешок. Бетон дрогнул.

Адам подошёл к нему.

— Я победил. А теперь говори. Кто за вами стоит. Вы же не просто обычные бандиты.

— Я не знаю, идиот. — Костолом сплюнул кровью. — Нам платят. Мы работаем. А кто там сверху — не наше дело.

— Ты врёшь.

— Зачем? Мне незачем врать. Ты нас уничтожил. И остальные банды просто от нас избавятся.

Адам смотрел на него. В глаза. Искал. Что-то. Хоть что-то.

Но там было только безразличие. Костолом не врал. Он не знал. Он был пешкой. Такой же, как те, кого он калечил.

«Он прав. Вряд ли он врёт. А даже если так — то кто знает.»

Он отпустил его. Развернулся. И пошёл к выходу.

Адам вышел из спортзала. Ночь. Город. Огни. Люди. Жизнь.

Кто-то шёл по улице. Парочка. Смеялись. Держались за руки. Не заметили его.

А он — один. Снова.

Руки в крови. Костяшки гудели. Не в первый раз. Они привыкли. Загрубели. Окреплu. Но боль никуда не ушла. Просто стала тише. Ребра ноют. Он устал. Очень.

Но он не остановится. Не сейчас. Не после того, что узнал.

«Он ничего не знает. Значит, знают те, кто выше. Скорее всего, из топ-5. Может, кто-то из них.»

Он сжал кулаки.

«Значит, нужно идти выше.»

Он выдохнул. И пошёл. Не зная куда. Но зная зачем.

«Кукловоды. Пятое место. Они — следующие.»

Он шёл. Ночь. Город. Огни. Он знал, куда идти. Просто пока не признавался себе.

И где-то на краю сознания — голос. Чужой. Искажённый.

«Ты идёшь в правильном направлении. Но ты ещё не готов.»

Он вздрогнул. Остановился. Обернулся.

Никого.

Он сжал кулаки. И пошёл дальше.

Адам пришёл в школу. Он шёл по коридору. Обычно. Спокойно. Как всегда.

Но сегодня было по-другому.

На него начали оглядываться. Многие. Шептались. Отводили взгляды. Потом снова смотрели.

И до Адама долетали обрывки фраз:

— Это про него был пост?

— Это он убил людей?

— Я слышала, у него какие-то связи с бандами.

— Он ужасен.

— Да что происходит-то? Я что, на Санта-Клауса похож? — Адам нахмурился.

Он дошёл до класса. И когда вошёл — все обернулись. Молча. Смотрели. С отвращением.

— Что? — спросил Адам.

Они все обернулись обратно. Но продолжали поглядывать. Часто. Украдкой.

— Все какие-то сегодня чересчур странные, — пробормотал Адам.

Он сел за парту. Открыл телефон. Зашёл в паблик. И замер.

Пост. Анонимный. С фото Адама. И текстом:

«Этот парень — убийца. Он был на теракте. Он убил четверых. И он не наказан. Он ходит с нами в школу. Он опасен. Он связан с бандами. Большая Десятка. Он — один из них.»

Адам читал. И чувствовал, как внутри холодеет. Как будто лёд по венам.

Руки задрожали. Еле заметно. Он сжал телефон. Сильнее.

«Это ложь. Всё это ложь. Но они верят.»

— Да что за бред выложили. Кто это вообще сделал? И откуда у него всё это? Вот почему все сегодня на меня так смотрели.

— Это ведь он? — прошептал кто-то.

— И почему убийца спокойно находится с нами? — ответил другой.

Вокруг Адама сгустилась атмосфера. Давящая. Тяжёлая. Как будто все против него. Он сжал телефон в руках. Костяшки побелели.

— Это неправда, — сказал он тихо.

Никто не ответил.

Он встал. И вышел. Не спеша. Хотя внутри всё горело.

Он шёл по коридору. Быстро. Не оглядываясь. Но чувствовал. Взгляды. Спиной. Каждый.

Кто-то шептал. Кто-то смеялся. Кто-то отводил взгляд.

«Раньше я был невидимкой. Теперь — монстр. Забавно.»

Он нашёл отдалённое место. В конце коридора. Где никого не было. Сел на пол. Спиной к стене. Одной рукой держался за голову. В другой — сжимал телефон.

Читал. Медленно. Слово за словом.

«Убийца. Опасен. Связан с бандами.»

Он сжал телефон. Потом — разжал. Положил на колени. Посмотрел в потолок.

«Кто это сделал? И зачем?»

Он сидел. И думал.

«Раньше я хотел тишины. Покоя. Чтобы меня не трогали.»

Он усмехнулся. Горько.

«Теперь у меня есть внимание. Но не то, о котором я мечтал.»

К этому времени в класс зашли Алекс и Сара. Они не поняли, что происходит. Но почувствовали: что-то не так.

Лина проходила по коридору. И слышала разговоры. Про Адама. Про пост. Про убийство.

Она не поверила. Ни на секунду.

Она нашла его. Здесь. В коридоре. В отдалённом месте. Адам сидел на полу. Спиной к стене. Одной рукой держался за голову. В другой — сжимал телефон.

Он не хотел, чтобы она его видела. Таким. Сломанным. Слабым.

Но она нашла. Она всегда находила.

— Адам.

Он поднял голову. Медленно. И увидел её. И что-то в груди сжалось. Тёплое. Больное.

— Я… Я видела те посты, — сказала Лина.

— И? — спросил он. Тихо.

— Я знаю, что это ложь.

Она села рядом. Взяла его за руку. Его рука была холодной.

Она смотрела на него. На его руки. На его лицо. На тени под глазами.

«Он не спал. Опять. Он никогда не спит. Он всегда думает. Всегда борется.»

Она сжала его руку. Крепче.

«Я не могу его починить. Но я могу быть рядом. Пока могу.»

«Он не убийца. Я знаю. Я видела его. Настоящего. Не того, кем его хотят сделать.»

— Ты не убийца. Ты спасал людей. И ты спас меня. И не раз. — Она помолчала. — Мы должны понять, кто написал эти посты. Чтобы кого-то или что-то найти, нужно начать сначала. Понять, что произошло.

Адам замер. Посмотрел на неё. И что-то щёлкнуло.

«Начать сначала. Понять, что произошло. Кто знает обо мне столько? Кто знает про теракт? Кто знает про банды?»

Он вспомнил. Ник говорил. Остатки «Серых волков». Они присоединились. Кто-то собирает их. Кто-то объединяет.

«Кукловоды. Они — сеть. Они — манипуляторы. Они знают всё. Обо всех. И обо мне.»

Он улыбнулся. Впервые за день. Слабо. Но искренне.

— Спасибо. Благодаря тебе я кое-что понял.

— Не благодари. Просто не верь им. Верь мне.

Адам ушёл. Сел в отдалённом месте. Где никого не было.

— Так. Что мы имеем. Кто-то распространяет обо мне слухи. И этот кто-то очень много знает. Но кто же это? — Он замолчал. Думал. — Стоп. А что если это те Кукловоды? Я же уничтожил пять банд из Большой Десятки. Конечно, другие пять заинтересованы тем, чтобы меня уничтожить. И эти Кукловоды как раз работают так. Шантажируют. Манипулируют.

Он открыл банку газировки. Сделал глоток.

— И как же мне против них бороться? Простой грубой силой их не одолеть. Мне нужен способ, как сломать их изнутри.

Он посмотрел по сторонам. И заметил мужика. В костюме. Нервного. Испуганного. Он что-то бормотал. Сам себе.

— Что же мне делать?! Эти ублюдки меня шантажируют! Мне скоро нечем будет кормить семью! Что же мне делать?!

Адам подошёл.

— Эй, здравствуйте.

— Аааа! — Мужик отскочил. Глаза — паника. Руки — трясутся. — Ты ещё кто такой?! Ты пришёл за деньгами?! У меня ничего нет! Пожалуйста, оставьте меня в покое!

— Воу. Спокойно. — Адам поднял руки. — Я просто прохожий. Я не пришёл ни за каким долгом. Вы выглядели так, будто с вами что-то не то. Вы в порядке?

Мужик смотрел на него. Долго. Потом — сломался. Слёзы. Слова. Всё сразу.

— Аа… прости. Просто я уже не знаю, что делать. Я взял в долг, чтобы покрыть лечение дочери. А после они начали требовать всё больше и больше. Пока долг не вырос до космических процентов. Я уже просто не знаю, что делать. Я обращался в полицию, но они ничем не смогли помочь.

— А у кого вы взяли в долг?

— Это было… — Мужик назвал банк. Или место. — А после пришли какие-то люди. Назывались Кукловодами.

Адам замер. На секунду. Как будто током ударило.

«Кукловоды. Я их нашёл. Случайно. Или нет?»

Он посмотрел на мужика. В глазах — страх. Настоящий. Неподдельный.

«Он не врёт. Он боится. По-настоящему.»

— Что Кукловоды? Я кажется могу вам помочь.

— Что? Помочь? Как? И зачем тебе это?

— Скажем так. Я тот, кто хочет их уничтожить. Но мне понадобится ваша помощь.

— Как я могу вам помочь?

— У вас ведь есть их номер?

— Да. Есть. И они часто мне звонят.

— Можете его дать? И можете сказать место, где вам выдали деньги?

— Да, конечно.

Мужик сказал Адаму всё. Информацию. Адрес. Номер.

Адам ушёл. Достал телефон. Набрал номер.

— Алло, кто это? — ответил мужчина на том конце.

— Здравствуйте. Мне сказали, что, позвонив вам, можно получить сумму денег. Мне просто срочно нужны деньги. — Адам говорил писклявым голосом.

— Эээ. Да, конечно. Какую сумму денег вам нужно?

— Три тысячи долларов мне нужно. У вас столько есть?

— Воу. А для чего вам такая сумма?

— Мне нужно для лечения сына. Он попал в аварию, и ему срочно нужна операция. И ещё отправить младшую дочь в школу.

— Хорошо. Мы вас поняли. У нас есть такая сумма. Можете приходить по адресу… Там мы вас не выдадим.

— Ох, спасибо вам. От всего сердца спасибо.

Он сбросил. Сжал телефон. Костяшки побелели.

«Кукловоды. Они думали, что могут сломать меня слухами. Что я сдамся. Что я убегу.»

Он улыбнулся. Холодно. Не как раньше.

— Спасибо, что выдали себя. Уебки.

Он пошёл. Быстрее. Теперь он знал, куда идти.

И он знал, что это ловушка. Кукловоды не дают денег просто так. Они ждут. Они готовятся.

Но Адам тоже готовился. Только не так, как они.

«Вы думаете, что я — тупой качок, который ломает всё кулаками. Вы ошибаетесь.»

Адам пришёл на обозначенное место. Стройка. Заброшенная. Тёмная. Окна выбиты. Стены в трещинах. Внутри — пусто.

Он зашёл. И пошёл по ней. Медленно. Осторожно.

Когда дошёл до центра — замер.

— Ты ведь не думал, что всё будет так просто?

Голос. Сверху. Кто-то кричал ему.

Адам поднял голову. И увидел.

После его начали окружать. Кучи людей. Но… не бандиты. Некоторые из них не были похожи на бандитов. Скорее — обычные люди. И лица у них были шокированы. В них читалась безысходность.

У всех было оружие.

— Что ж, ребятки. Сегодня представление. Как дурака убивает толпа идиотов. Давайте, ребятки. Покончите с ним.

Люди начали подходить ближе. И стали говорить:

— Прости.

— Нас заставили.

— Мы не хотим.

— Прости.

Адам стоял. В ступоре.

«Вот же чёрт. Эти люди. Их тоже обманули. И похоже, теперь шантажируют их. Заставляют убить меня.»

Он смотрел на них. И слышал. Не слова. Мысли. По глазам. По лицам.

«Он не хочет. У него семья. Он боится. Она плачет. Он не спал. Они все не хотят.»

Он сжал кулаки.

«Простите.»

Он двинулся вперёд. Быстро. Не убивая. Только вырубая. Каждого. Аккуратно. Как мог.

Люди приблизились. И начали нападать. Адам уворачивался от ударов. Откидывал их. Не убивал. Только вырубал.

Он увидел рядом стоящий ящик. Побежал к нему. И залез наверх.

Там стоял тот самый человек. Тот, кто кричал. Как только он увидел Адама — побежал.

Адам — за ним.

Парень бежал, опрокидывая всё, что можно. Сворачивал. Менял маршруты. Адам перепрыгивал через препятствия. Быстрее. Злее.

Парень начал спускаться по лестнице. Повернул голову. И увидел. Сверху на него летел Адам.

Удар. Они упали.

Парень попытался встать. Убежать. Но Адам пнул его. Тот врезался в стену. Застонал.

Адам схватил его. И начал бить. Раз. Два. Три. Потом — остановился.

— Так. Сейчас я задаю вопросы. Если ответ мне не понравится — буду бить. Уяснил?

— Пошёл ты, — выплюнул парень.

Адам ударил. Сильно.

— Где находится ваше логово?

— Я тебе ничего не скажу!

Адам ударил ещё. Раз. Два. Три.

— Спрашиваю ещё раз. Говори всё, что знаешь.

— Отвали. — Парень сплюнул кровью.

Адам сжал его руку. Сильнее.

«Я не хочу это делать. Но по-другому он не скажет.»

Он сломал палец.

Дилан закричал.

Адам схватил его за волосы. Поднял голову.

— Я повторяю последний раз. Говори всё, что знаешь.

— Бля… Хорошо, хорошо. Сука, я всё расскажу.

Дилан плача рассказал Адаму всё. Имена. Адреса. Места. Всё.

Адам перевёл взгляд на мобильник, который выронил Дилан. Он направился к нему. И поднял.

— Нет, отдай! — Дилан попытался встать.

Адам пнул его. Тот снова упал.

Адам включил телефон. И нашёл всё больше информации. Контакты. Сообщения. Фото. Адреса.

«Ничего себе, сколько тут всего. Этого даже хватит, чтобы отправить их всех за решётку. Но сначала нужно найти их главаря.»

Он ушёл.

Адам высматривал. Долго. Читал адреса. Сверял с телефоном. И нашёл.

Двухэтажное здание. Неприметное. Обычное. Но в окнах — свет. Поздно. Для обычного дома. Слишком поздно.

И машины рядом. Дорогие. Не для этого района.

Он сжал кулаки. И пошёл к нему.

Он стоял перед дверью. Смотрел на неё. Долго.

«За этой дверью — те, кто разрушил мою жизнь. Те, кто настроил против меня всех. Те, кто знает про меня всё.»

Он сжал кулаки.

«Но я тоже знаю про них. Теперь. И это — моё преимущество.»

Он постучал.

— Кто? — голос за дверью.

— Я от Дилана.

Кто-то приоткрыл дверь.

— Пароль?

— Здаров, ебланы.

Адам выбил дверь. Парень за нею отлетел. Адам ворвался внутрь. И начал драться.

Он шёл через комнаты. Брался с каждым. И с лёгкостью побеждал. Быстро. Точно. Жёстко.

Он пробирался так до второго этажа. Вошёл в просторный зал. Куча мониторов. Камеры. Телефоны. Столы.

И посередине комнаты стоял кто-то в маске.

— Ну поздравляю. Ты нашёл нас, — сказал он. Спокойно. Ровно.

Адам прошёл дальше в зал.

— Ты и есть тот самый ублюдок? Кукольник? Из-за которого у меня появилось многовато проблем.

— А ты — тот самый идиот Адам? Который ходит и уничтожает всех подряд. Слышал, ты даже людей убивал.

— Ага. Убил, чтобы спасти кучу народа. И вас я тоже уничтожу. Как и другие такие же банды.

— Не сравнивай нас с теми идиотами. Те, как ты говоришь, банды с нами даже рядом не стоят. И ты не сможешь нас уничтожить.

— И почему это?

— Потому что если ты побьёшь меня — ты ничего не изменишь. Мы не просто одна организация. Мы — сеть. Нас гораздо больше. И пока твои друзья и близкие будут страдать — ты ничего не сможешь сделать.

Он сделал шаг вперёд. Медленно. Спокойно.

— Или же побьёшь их. Как на фестивале. Как побил парня. Как там его… Алекс, кажется.

Адам замер. Внутри — холод. Как будто лёд по венам.

Кукольник знал. Всё. Про фестиваль. Про Алекса. Про Порог.

Адам злился. Руки сжались в кулаки. Но через несколько секунд он выдохнул. И усмехнулся. Поднял голову.

— Пора заканчивать представление.

— Что? — Кукольник замер.

— Ты серьёзно думал, что я просто так приду? Без ничего? Ты сказал, что я ничего не смогу сделать. Но ваша, как ты говоришь, организация уже считай уничтожена.

— Что? Что ты имеешь в виду?

— До всего этого я дал своему другу задание. Копать под вас. И он очень много чего узнал. Нашёл все ваши точки. Места. Бизнесы. А я поймал одного из твоих дружков. И нашёл его телефон. С помощью которого нашёл немало информации. И этого хватило, чтобы полиция заинтересовалась вами. И скоро вся ваша организация будет уничтожена.

— Нет! Такой ублюдок, как ты, не мог ничего сделать! Ты мне пиздишь!

— Мне незачем врать. Ты уже проиграл.

Кукольник схватил нож. И напал на Адама. Но Адам быстро уклонился. И ударил его. Со всей силы. В лицо.

Кукольник упал. Но не отключился. Он смотрел на Адама. И улыбался. Кровью.

«Он знает, что проиграл. Но не боится. Почему?»

— Ты думаешь, что победил? — прошептал он. — Ты ничего не понимаешь. Я — только часть. Ты уничтожил одну ячейку. Но их десятки. Мы — сеть. И она жива.

Адам замер.

— Что?

— Ты думаешь, что победил. Но ты проиграл. Потому что сеть — жива. И она вернётся.

Он отключился. Но улыбка осталась.

Адам подошёл. Поднял кулак. Хотел ударить. Ещё раз. И ещё.

Но остановился.

«Нет. Он не боец. Он сломан. Убить его — легко. Но это не то, чего я хочу.»

Он опустил руку.

«Мда… Он не слабак. Он знает больше, чем говорит.»

Адам начал шариться по полкам. Быстро. Торопливо.

И нашёл. Папка. Обычная. Но внутри — имя.

Ричард Кросс.

Адам замер.

«Что? Отец Мии?! Он как-то связан с ними?»

Он читал дальше. Спонсирование. Координация. Всё.

И замер.

«Дэвид Кроу. Фамилия — моя. Это… отец?»

Он не знал. Мать никогда не говорила. Только обрывки. Голос. Руки. Запах табака.

«Он был здесь? Он был частью этого?»

Он не успел дочитать. Услышал шорох. Обернулся.

В дверях стоял он. Один. Без оружия.

— Ты ещё кто такой? — спросил Адам.

— Я? Да так. Просто обычный гражданин. И ещё тот, чью организацию ты отчаянно пытаешься уничтожить, Адам Кроу. Сын Дэвида Кроу.

Парень говорил спокойно. Ровно. Как будто читал лекцию.

— Так ты значит главарь банды? Топ-один? И что ты знаешь о моём отце?! Да пофиг. Я выбью всю информацию из тебя.

Адам бросился вперёд. И напал.

Но парень спокойно уклонялся от всех атак. Как будто знал заранее. Как будто читал Адама.

А после — ударил. В живот.

У Адама кончился воздух. В глазах потемнело.

Парень схватил Адама за горло. Поднял.

— Я не убью тебя. Пока что. — сказал он. — Ты ещё нужен кое-кому.

— Кому? — прохрипел Адам.

Парень посмотрел на него. Долго. Потом — улыбнулся. Еле заметно.

— Ты узнаешь. Потом. Когда придёт время.

Он сжал горло сильнее. Адам отключился.

Парень опустил его. На пол. Аккуратно. Как будто Адам был ценным.

Он посмотрел на него. Долго. Потом — достал что-то из кармана. И положил рядом. На пол.

— Прочитай. Когда очнёшься, — сказал он. — Это поможет тебе понять.

Он развернулся. И ушёл.

А на полу рядом с Адамом лежала фотография. Старая. На ней — мужчина. Похожий на Адама. И ребёнок. Маленький. С чёрными волосами.

«Это… отец? И… кто?»

Он не успел подумать. Голова опустилась. Глаза закрылись.

Темнота.

Но где-то на краю сознания — голос. Чужой. Искажённый.

«Ты проиграл. Но ты узнал правду. Это важнее.»

Адам не ответил. Он не мог.

Темнота.

И тишина. Глубокая. Как вода.

А где-то далеко — шаги. Медленные. Спокойные.

Кто-то шёл. К нему. Или от него.

Адам не знал. Он не мог знать.

Он просто лежал. И ждал.

«Кто-то идёт. Или это он идёт ко мне.»

Темнота сгустилась.

Адам проснулся на автобусной остановке. Он не помнил, как добрался сюда. Не помнил, сколько прошло времени. Может, час. Может, больше. Может, целая ночь.

Руки были окровавлены. Костяшки разбиты. Кровь запеклась. Чужая. Или своя. Он уже не разбирал.

Всё тело болело. Как будто его переехали. Или били. Долго. Долго и методично. Спина ныла. Ребра отзывались при каждом вдохе. Нога дёргала. Он не знал, что именно сломано. Но что-то было. Точно.

На улице — поздний вечер. Пустая дорога. Тусклые фонари. Один мигал. Редко. Словно задыхался.

Адам сидел. Смотрел в пустоту. Не мигал. Не двигался. Как будто выключенный. Как будто его здесь нет.

«Я не помню, как здесь оказался. Помню только... его лицо. Спокойное. Холодное. И удар. Потом — темнота.»

Он посмотрел на свои руки. Медленно. Как будто впервые их видел. Кровь. Грязь. Ссадины. Он сжал кулаки. Разжал. Снова сжал. Костяшки хрустнули. Больно. Но он не почувствовал.

«Я проиграл. Впервые. Причём разгромно. Он даже не вспотел. Он просто... смотрел. И бил. Один раз. И я упал. Даже не успел ничего сделать. Даже не коснулся его.»

Рядом — несколько людей. Молодые. Парень и девушка. Может, студенты. Может, просто прохожие. Они видели его. Но не подходили. Боялись. Шептались. Смотрели. Но не подходили.

Адам попытался встать. Медленно. Опираясь на скамейку. Ноги дрожали. Колени подкашивались. Он сделал шаг. И упал. На асфальт. На руки. Больно. Но он не почувствовал.

— Эй! Парень!

Голос. Женский. Молодой. Кто-то подбежал.

— Ты в порядке?! Что случилось?!

Ещё голоса. Мужской. Ещё женский. Люди собрались. Вокруг него. Смотрели. Спрашивали.

— Ты ранен?! Скорую вызвать?!

— Парень, ты меня слышишь?!

— Он весь в крови!

— Может, его избили?!

Адам медленно поднял голову. Посмотрел на них. Молча. Глаза — пустые. Как будто он не здесь. Как будто он далеко.

«Они беспокоятся. Они хотят помочь. А я... я не знаю, что сказать. Я не знаю, что делать. Я просто хочу, чтобы всё это закончилось.»

Он не ответил. Просто поднялся. Медленно. Еле-еле. И пошёл. Опустив голову. Не оглядываясь.

— Эй! Погоди! Ты куда?!

— Может, скорую?!

— Парень!

Он не оборачивался. Просто шёл. В темноту. Опустив голову.

А люди остались стоять. Смотрели ему вслед. Не понимали. И боялись.

«Я не знаю, куда иду. Не знаю, зачем. Просто иду. Потому что не могу стоять. Потому что если остановлюсь — упаду. И не встану.»

Адам пришёл домой. Поздно. Тихо.

Он пытался пройти мимо кухни. Тихо. На цыпочках. Прикрывая кофтой раны на руках. Но мать услышала. Она всегда слышала. Даже когда он не хотел.

Она мыла посуду. Обернулась. Увидела его. Увидела кровь. Раны. Пустые глаза. И замерла.

Она ничего не сказала. Просто подошла. И обняла.

Крепко. Как будто держала. Как будто боялась, что если отпустит — он исчезнет.

«Он весь в крови. Опять. Он не говорит. Опять. Он не плачет. Он никогда не плачет. Он просто... молчит.»

«Господи, если ты есть — не забирай его. Пожалуйста. Не забирай. Он всё, что у меня есть. Он и Алиса. Не забирай.»

Адам не оттолкнул. Просто стоял. Руки висели. Он не мог обнять в ответ. Но и не оттолкнул.

Так они стояли. Пару минут. Молча. Только шум воды из крана. И тиканье часов на стене. И где-то далеко — шум города.

«Она знает. Она всегда знает. И она не спрашивает. Потому что боится услышать ответ.»

— Ужинать будешь? — спросила мать. Тихо.

— Да. Буду.

Они сидели за столом. Адам ел. Медленно. Как будто через силу. Суп. Тёплый. Но он не чувствовал вкуса.

Мать смотрела на него. Не ела. Просто смотрела. Как будто запоминала. Как будто боялась, что это последний раз. Она смотрела на его руки. На бинты. На ссадины. На синяки. И молчала.

— Ты... — начала она. Но замолчала.

— Что?

— Ничего. Ешь.

Она хотела спросить. Хотела узнать. Что случилось. Кто его так. Почему. Но не спросила. Потому что знала: он не ответит. Или ответит чем-то, что ей не понравится. И она боялась услышать это.

Когда Адам доел — он вынул из кармана фотографию. Ту самую. Что дал глава 1-й организации. И протянул её матери.

— Мам. Ты знаешь, кто эти люди на фотографии?

Мать взяла фотографию. Посмотрела. И замерла. На секунду. Еле заметно. Руки дрогнули. Она смотрела на неё долго. Слишком долго. Как будто вспоминала что-то. Что-то, что давно похоронила.

Адам увидел это. По глазам. По рукам. По тому, как она держала фотографию. Как будто узнала.

«Она что-то знает. Что-то, о чём не говорит.»

— Ну... тот, что побольше — это... твой отец. А мальчик... я не знаю.

Но она знала. Адам чувствовал это. Она знала. Но не сказала.

— А ты можешь рассказать, кем был отец? Мне это очень важно.

Мать молчала. Долго. Смотрела в стол. Потом — в окно. Потом — на него.

— Он был... сложным человеком. Прости, но я не хочу об этом говорить. Не сейчас.

Адам расстроился. Но не стал давить. Он посмотрел на фотографию.

«Кем же был мой отец? И что это за парень? Ну, теперь точно знаю, что это был не я.»

Из комнаты вышла Алиса. Она стояла в дверях. Смотрела на него. Молча.

— Ты опять поздно, — сказала она. Тихо.

— Прости.

— Ты всё время уходишь. И возвращаешься таким.

— Каким?

— Таким. — Она не могла объяснить. Просто видела. — Как будто тебя нет.

Адам молчал. Он не знал, что сказать.

— Ты вернёшься?

— Вернусь.

— Обещаешь?

— Обещаю.

Она посмотрела на него. Долго. Потом кивнула. И ушла к себе.

«Я обещал. Я всегда обещаю. И всегда возвращаюсь. Но в этот раз... в этот раз что-то не так.»

Утро. Школа.

Адам зашёл в класс. На него особо не оглядывались. Пара взглядов. Но не больше.

«Вроде хейт в мою сторону поубавился. Или просто всем надоело.»

Он сел за парту. Открыл телефон. Ничего нового. Ни постов. Ни сообщений. Тишина.

Начался урок. Учитель что-то рассказывал. Про историю. Про древние времена. Адам слушал. Но не слышал. Мысли были далеко.

— Адам?

Он поднял голову.

— Да?

— Я спрашиваю тебя третий раз. О чём задумался?

— Простите. Не выспался.

— Постарайся не спать на моём уроке.

Кто-то хихикнул. Адам не обратил внимания.

«Если бы вы знали, о чём я думаю. Если бы вы знали, что я видел.»

— Привет, Адам.

Он поднял голову. Алекс. Улыбается.

— Привет.

— Ты чего такой смурной? Опять не выспался?

— Что-то типа того.

— Ну ты даёшь. Слушай, ты слышал про поездку?

— Какую поездку?

— Школьную! Завтра! На одну ночь! Класс едет! Будет круто!

Адам пожал плечами.

— Не особо люблю такое.

— Да ладно тебе! Там будет весело! Костёр, палатки, всё такое!

— Может быть.

Алекс убежал. Адам снова уставился в телефон.

Мия подошла к его парте. Остановилась. Посмотрела. Долго.

Адам поднял голову.

— Что?

Она молчала. Потом развернулась и ушла.

Адам смотрел ей вслед. Не понимал.

«Что это было?»

Раздалась перемена. Все зашли в класс. Сели по местам. В класс вошёл учитель.

— Здравствуйте, ребята. Как вы уже знаете или не знаете — у нас завтра школьная поездка. На одну ночь. Всем быть готовыми. И ничего не забыть.

— О дааа! — выкрикнул Алекс. И несколько ребят.

— Юхуу, отдохнём! — поддержала Сара.

— Наконец-то! — добавила Эмма.

Все радовались. Обсуждали. Планировали. А Адам — не особо любил такие поездки. Слишком много людей. Слишком много шума. Слишком много всего.

Лина посмотрела на него. Улыбнулась.

— Адам, что думаешь насчёт поездки?

— Если честно — не особо люблю такое.

— Ну, думаю, в этот раз тебе точно понравится. Я тебе обещаю. И тебе как раз не мешало бы отдохнуть. Столько всего произошло.

Она посмотрела на него. Внимательно. Как будто знала что-то. Как будто видела то, что он скрывал.

— Ну, раз ты так говоришь — то ладно.

Лина, улыбаясь, ушла.

«А может, и правда. Мне не мешало бы отдохнуть. Столько всего произошло.»

После школы Адам вышел на улицу. И увидел Ника. Тот ждал его у ворот.

— Я продолжил копать, — сказал Ник.

— И?

— Твоя теория подтвердилась. Ричард Кросс — не просто бизнесмен. Он связан с сетью. Финансирование. Координация. Всё через него.

— Зачем ему это?

— Не знаю. Но это — не всё. Я нашёл ещё одно имя. В документах. Дэвид Кроу. Твой отец.

Адам замер.

— Что?

— Он был частью сети. Давно. До того, как ты родился. Он работал на них. Или с ними. Не знаю точно.

Адам молчал. Долго.

— Значит, вот что мать скрывает. Вот почему она не хочет говорить.

— Похоже на то.

Адам сжал кулаки.

— Я узнаю. Рано или поздно. Я узнаю правду.

Адам шёл домой. Медленно. Ноги еле двигались.

«Дэвид Кроу. Мой отец. Часть сети. Что это значит? Что это значит для меня?»

Он не знал. Но что-то внутри менялось. Как будто пазл складывался. Медленно. Но складывался.

«Может, я не просто так стал тем, кем стал. Может, это в крови.»

Он остановился. Посмотрел на небо.

«Или, может, я сам это выбрал. И это важнее.»

Вечер. Дом.

Адам пришёл. Мать была на кухне. Алиса — в комнате.

Он подошёл к матери.

— Мам. У нас завтра поездка. Школьная. На одну ночь.

Она обернулась. Посмотрела на него.

— Ты едешь?

— Да.

Она помолчала. Потом подошла. Поправила ему воротник.

— Будь осторожен. Пожалуйста.

— Буду.

Она обняла его. На секунду. Крепко.

— Я люблю тебя.

— Я тоже. Мам.

Утро. Кухня.

Мать готовила завтрак. Яичница. Тосты. Чай.

Адам вошёл. Сонный. Медленный.

— Доброе утро.

— Доброе.

Она поставила тарелку. Села напротив. Смотрела, как он ест.

— Ты взял всё? Зубную щётку? Тёплые вещи?

— Взял.

— А телефон зарядил?

— Да.

— А...

— Мам. Всё хорошо. Я справлюсь.

Она замолчала. Потом кивнула.

— Я знаю. Просто... волнуюсь.

— Я знаю.

Он доел. Встал. Пошёл в комнату. Собираться.

Сумка. Зубная щётка. Сменная одежда. Наушники. Телефон. Зарядка.

Он вышел. Мать смотрела ему вслед. Долго. Потом отвернулась. И закрыла глаза.

«Господи. Пусть он вернётся. Пусть он вернётся.»

Утро. Автобус.

Адам идёт к автобусу. Сумка на плече. Наушники в ушах. Руки в карманах. Утро. Серое. Холодное.

Он прошёл. Зашёл в автобус. Сел на место. У окна. Смотрит в окно. На серое небо. На мелькающие деревья.

И к нему подсаживается Лина. Садится рядом. Улыбается.

— А ты почему здесь? — спросил Адам.

— А ты что, против? Не хочешь, чтобы я с тобой сидела? — Лина хитро прищурилась.

— Я-то не против. Где хочешь — там и сиди.

— Ну вот и отлично.

Мия прошла мимо. И остановилась. На секунду. Посмотрела на них. На Лину. На Адама. На то, как они сидят рядом. Как держатся.

Что-то дрогнуло в её глазах. Зависть. Или боль. Или что-то другое.

Она отвернулась. И прошла дальше. Села позади.

Смотрела в окно. И молчала.

«Почему она? Почему не я? Я тоже... я тоже была рядом. Я тоже помогала. Но он смотрит только на неё.»

Она сжала кулаки. Ногти впились в ладони. Больно. Но она не чувствовала.

«Я не буду плакать. Не здесь. Не сейчас. Я сильная. Я справлюсь.»

Она отвернулась. И закрыла глаза.

Автобус едет. Музыка играет. Смех. Шутки.

— Адам! — Алекс подбежал к нему. — Ты поехал? Я думал, ты откажешься.

— Лина уговорила.

— А, ну тогда ясно. Лина — это сила.

— И комары, — добавила Сара, подходя. — Не забудь спрей.

— Заткнись, — отмахнулся Алекс. — Будет весело!

— Ага, — усмехнулась Сара. — Как в прошлый раз. Когда ты упал в озеро.

— Это было один раз!

— И ты промок насквозь.

— Заткнись!

Адам смотрел на них. И что-то в груди сжалось. Тёплое. Как будто нормальное. Как будто обычное.

«Может, всё не так плохо.»

Лина сидит рядом. Иногда поглядывает на Адама. Улыбается.

Адам смотрит в окно. На мелькающие деревья. На серое небо. На реку внизу.

«Может, всё будет хорошо. Может, это просто поездка.»

Автобус ехал. Медленно. По извилистой дороге. За окном — поля. Леса. Горы вдалеке.

Небо серое. Но красивое. Как акварель.

Адам смотрел. Молча. Как будто видел это впервые.

«Красиво. Я забыл, что бывает красиво.»

Лина сидела рядом. Смотрела вместе с ним.

— Ты редко смотришь в окно.

— Что?

— Ты обычно смотришь в телефон. Или в стену.

— А сейчас?

— Сейчас смотришь. Как будто впервые видишь.

Он пожал плечами.

— Может, впервые.

Она улыбнулась. И сжала его руку.

— Адам.

— Что?

Лина посмотрела на него. Улыбнулась.

— Спасибо.

— За что?

— За то, что ты здесь. За то, что поехал. Я знаю, ты не хотел.

Он пожал плечами.

— Ты уговорила.

— Ага. — Она сжала его руку. — И я рада.

Он посмотрел на неё. И что-то в груди сжалось. Тёплое. Он не понял что. Но улыбнулся.

— Я тоже.

Лина смотрела на него. На его профиль. На его руки. На то, как он смотрит в окно.

«Он не здесь. Он где-то далеко. Где-то, где ему больно. Где-то, куда я не могу попасть.»

Она сжала его руку. Крепче.

«Но я буду рядом. Пока смогу. Пока он позволит.»

Они начинают ехать по мосту. Внизу — бурная река. И водопад. Автобус едет медленно. Водитель что-то говорит.

И тут — удар. Громкий. Резкий. Как будто что-то врезалось в автобус.

Взрыв. Огонь. Крики.

Адам услышал голоса. Знакомые. Алекс. Сара. Эмма. Кто-то кричал. Кто-то звал на помощь.

Он не мог ничего сделать. Он не успевал.

Автобус накренился. Стекло полетело внутрь. Кто-то закричал. Кто-то заплакал.

— МАМА!

— ПОМОГИТЕ!

— МЫ ПАДАЕМ!

Адам в испуге.

«Сука, да почему всегда в такие моменты происходит какая-то херня! Я что, проклят?!»

Автобус начинает падать. Адам схватил Лину. Прижал к себе.

— Держитесь! — крикнул водитель.

Автобус рухнул в воду.

Холодная. Ледяная. Вода заполнила салон. Мгновенно. Как будто кто-то вылил ведро.

Адам не отпустил Лину. Даже когда тело пробило воду. Даже когда лёгкие заполнились. Даже когда в глазах потемнело.

«Только бы она выжила. Только бы она...»

Темнота.

Он не чувствовал ног. Не чувствовал рук. Только холод. И боль в груди. Как будто что-то сломалось. Внутри.

Он попытался дышать. Не получалось. Вода. Везде вода. В лёгких. В горле. В глазах.

В темноте. Под водой. Перед глазами вспыхнуло.

Мать. Улыбается. Алиса. Смеётся. Лина. Смотрит на него.

Друзья. Алекс. Сара. Эмма.

И он подумал: «Я не хочу умирать. Не хочу оставлять их. Не хочу.»

«Я не могу умереть. Не сейчас. Не так. Лина... где Лина?»

Он не помнил. Помнил только её руку. В своей. Как он держал её. Как не отпускал.

«Пожалуйста. Пусть она будет жива.»

Адам очнулся на берегу. Он откашливался от воды. Лёгкие горели. Голова раскалывалась.

Он лежал на холодном песке. Вода лизала его ноги. Ветер холодил мокрую одежду. Всё тело болело.

Он не чувствовал пальцев. Руки онемели.

«Я жив. Почему?»

Небо серое. Холодное. А он — один. Мокрый. Разбитый.

«Где я? Где все?»

Он попытался встать. Не мог. Попытался снова. Получилось.

Он посмотрел вокруг. Никого. Только река. И лес. И тишина. Слишком тишина.

И обломки. Автобуса. Везде. На берегу. В воде. Кусок стекла. Кусок металла. Чей-то рюкзак.

И тела. Несколько. На песке. Не двигались.

Адам смотрел на них. И что-то внутри сжалось. Холодное. Как лёд.

«Я не успел. Опять не успел.»

И тут — шаги.

Адам всмотрелся. И увидел. Пару людей. Незнакомых. Мужчины. Один — высокий. Другой — пониже. Оба — в тёмной одежде.

— Эй... Кха... Люди! — прохрипел он.

Он не слышал их. Но видел лица.

И что-то в них было не так. Что-то неправильное. Как будто они не спешили помочь. Как будто они смотрели на него. Как на добычу.

В глазах потемнело. Но он услышал. Голоса. Незнакомые. Мужские.

— Смотри-ка. Живой.

— Хороший экземпляр. Молодой. Сильный.

— Бери его. Этот нам подойдёт.

Адам лежал на песке. Холодном. Мокром.

Он смотрел в небо. Серое. Холодное. Как и всё вокруг.

«Я не знаю, где остальные. Не знаю, живы ли они. Не знаю, найдут ли меня. Не знаю, выживу ли я.»

Он закрыл глаза.

«Но я знаю одно. Я вернусь. Я обещал. И я вернусь.»

Темнота. Снова.

Только теперь — другая. Не как в воде. Не как тогда.

Эта тьма ждала.

А где-то далеко — в городе — мать Адама проснулась. В холодном поту. Как будто что-то почувствовала. Что-то плохое.

Она села на кровати. Посмотрела в окно. На серое небо.

«Господи. Пусть он вернётся. Пусть он вернётся.»

Она не знала, что уже поздно. Что он уже не вернётся. Не сейчас.

Адам открыл глаза.

Первое, что он почувствовал, — холод. Второе — боль. Всё тело ныло так, будто его пропустили через мясорубку. Руки, ноги, рёбра. Каждая мышца кричала. Каждый нерв горел.

Он попытался встать. Ноги не слушались — как будто чужие. Рёбра отозвались резкой болью, голова раскалывалась. Во рту — привкус крови, металлический и тошнотворный. Руки дрожали. Он попытался сжать кулаки — не получилось. Пальцы не слушались. Слабость. Такая, что даже дышать тяжело. Каждый вдох — как одолжение.

Он осмотрелся.

Клетка. Маленькая. Метр на метр. Может, меньше. Металлические прутья. Ржавые. Толстые. Не согнуть. Стены — серый бетон. Потёки. Плесень. В углу — цепь. Ржавая. С кандалами. Кто-то сидел здесь до него. Долго.

На полу — солома. Старая. Мокрая. Пахнет мочой и гнилью. В другом углу — ведро. Для нужды. Переполненное.

«Где я? Что случилось?»

Он попытался вспомнить. События. Лица. Голоса.

Автобус. Он ехал с классом. Лина сидела рядом. Смеялась. Держала его за руку.

Потом — удар. Взрыв. Огонь. Крики. Вода. Холод. Темнота.

А потом — берег. Люди в тёмной одежде. Он попытался позвать на помощь. Но они не спешили. Они смотрели. Как на добычу.

«Они не спасатели. Они...»

Он не успел додумать. Темнота.

А теперь — клетка.

«Где остальные? Лина? Алекс? Сара? Эмма? Ник? Они живы?»

Он не знал. И это было хуже всего. Не знать.

Он вспомнил их лица. Всех.

Алекса. Как он шутил. Как хлопал по плечу. Как говорил: «Ты чего такой смурной?»

Сару. Как она смеялась. Как подкалывала Алекса. Как заботилась обо всех.

Эмму. Как она тихо улыбалась. Как готовила. Как смотрела с тревогой.

Ника. Как он говорил: «Ты не один. Я рядом».

Лину. Как она держала его за руку. Как смотрела. Как верила.

«Они живы? Они выбрались? Или...»

Он не мог думать об этом. Не сейчас. Слишком больно.

«Если они мертвы — я умру здесь. Но если живы — я выберусь. Ради них.»

Он посмотрел на свои руки. Кровь запеклась. Ссадины. Грязь. Пальцы сжались в кулаки. Разжались. Снова сжались. Костяшки хрустнули. Больно. Но он не почувствовал.

«Я жив. Почему?»

Он посмотрел на потолок. Серый. Бетонный. Трещины. Паутина. Паук. Маленький. Чёрный. Сидит в углу. Ждёт.

«Я в клетке. Как животное. Как скот.»

Он вспомнил мать. Как она готовила завтрак. Как улыбалась. Как говорила: «Будь осторожен».

«Прости, мам. Я не уберёгся.»

Он вспомнил Алису. Как она обнимала его. Как говорила: «Ты вернёшься?»

«Я вернусь. Обещаю.»

Он вспомнил Лину. Как она сжимала его руку. Как смотрела. Как верила.

«Я вернусь, Лина. Я обещал.»

Кулаки сжались снова. Больно. Но он не почувствовал.

«Я не умру здесь. Не сейчас. Не так.»

Он прижался спиной к прутьям.

— Эй! Здесь есть кто-нибудь?! — крикнул он.

Голос сорвался. Горло пересохло.

Он обернулся. И увидел.

Двое. Мужчина и женщина. Средних лет. Обычные. Совсем обычные. Как соседи. Как родители одноклассников.

Мужчина — высокий. Худой. В фартуке. Руки в крови. По локоть.

Женщина — полная. В платке. Улыбается. Как будто режет овощи. А не человека.

Они стояли за столом. Что-то разделывали. Ножи. Кровь. Кости.

— Эй, вы! Почему я в клетке?! Откройте её!

Люди обернулись. Чуть отошли от стола.

И тогда Адам увидел. То, что они разделывали.

Труп. Человека.

Он видел смерть. Много раз. На улицах. В бандах. Но это... это другое. Это — не драка. Не разборка. Это — разделка. Как туши. Как мясо.

Его замутило. Но он сдержался.

— Помолчи, — сказал мужчина. Ровно. Без эмоций. — Скоро придёт и твоя очередь.

Они ушли.

Адам смотрел им вслед. Долго. Потом — на труп. На стол. На ножи. На кровь.

«Они убили человека. Разделали. Как свинью. Как корову.»

Он вспомнил улицы. Драки. Кровь. Смерть. Но это — другое. Это — не банда. Это — бойня. Люди для еды.

«Я видел много. Но такого — никогда.»

Он посмотрел на свои руки. Кровь. Грязь. Ссадины. Кулаки сжались. Разжались. Снова сжались.

«Я выберусь. И они ответят.»

— Вы что, совсем ебанутые?! А ну вернитесь и выпустите меня!

— Успокойся. Они так просто тебя не выпустят.

Голос справа. Женский. Тихий.

Адам обернулся.

Соседняя клетка. Девушка.

Она сидела в углу. Колени подтянуты к груди. Худая. Грязная. Волосы свалялись. Чёрные. Но глаза — зелёные. Яркие. Живые. Несмотря ни на что.

— А ты кто? И что ты... мы здесь делаем? И кто эти люди?

— Я Рэй, — сказала она. Тихо. — Что мы здесь делаем? Сидим в клетке. А после нас ждёт судьба, как у того парня на столе.

— Почему ты здесь?

— Меня поймали. На улице. Ночью. Я шла домой. Они подъехали на машине. Я не успела ничего сделать.

— И две недели сидишь здесь?

— Да. Каждый день слышу крики. Каждую ночь молюсь, чтобы не меня.

— Почему тебя не трогают?

— Не знаю. Может, хотят оставить на потом. Может, я им зачем-то нужна.

— Понятно.

— А ты? Как ты здесь оказался?

— Автобус. Авария. Упал в реку. Очнулся на берегу. А потом — они.

— Соболезную.

— Ага.

Он посмотрел на неё. Внимательно. Она была молодой. Может, его возраста. Может, младше. Худая. Грязная. Но глаза — зелёные. Живые. Несмотря на две недели в клетке.

«Она держится. Как?»

— Ты не сдалась, — сказал он.

— Что?

— Две недели. В клетке. Ты не сдалась.

— А какой смысл? — она пожала плечами. — Если сдамся — умру. А я не хочу умирать.

— Правильно.

— А ты? Ты не сдашься?

— Нет.

— Почему?

— Потому что я обещал.

— Кому?

— Сестре. Матери. Друзьям. Себе.

Она посмотрела на него. Долго.

— Хорошо. Тогда я с тобой.

— Хорошо.

— Ты училась? — спросил Адам.

— Да. В университете. На втором курсе.

— Кто ты по специальности?

— Психолог.

Адам посмотрел на неё. Удивлённо.

— Психолог?

— Была. Пока меня не похитили.

— Понятно.

— А ты? Чем занимаешься?

— Школа. Драки. Банды.

— Звучит опасно.

— Так и есть.

— И как тебя занесло в это?

— Долгая история.

— Расскажешь?

— Потом. Когда выберемся.

— Хорошо.

— У тебя есть семья? — спросил Адам.

— Мать. Отец. Младший брат.

— Они знают, что ты здесь?

— Нет. Они думают, что я пропала. Или умерла.

— Ты не сказала им?

— Как? Телефона нет. Связи нет. Я здесь уже две недели.

— Они ищут тебя?

— Надеюсь.

Она замолчала. Долго.

— А если не найдут — я не выберусь. Я умру здесь. Как остальные.

— Нет.

— Что?

— Ты не умрёшь. Я вытащу тебя.

Она посмотрела на него. Долго.

— Ты обещаешь?

— Обещаю.

Адам посмотрел на труп. Снова. Дольше.

— Это семейка каннибалов, — продолжила Рэй. Она говорила тихо. Как будто боялась, что услышат. — Они ловят людей. Содержат здесь. А после едят.

Адам замер. Каннибалы. Он слышал о таких. Но не верил, что это правда. Что такие люди существуют.

— Семейка большая, — продолжала Рэй. — Младшая дочь. Лет двенадцать. Может, меньше. Любит смотреть. Средний сын — здоровый. Бьёт сильно. Старшая дочь — тихая. Но глаза... как у матери. Отец — главный. Самый опасный. Мать — готовит. Дед — сидит в углу. Молчит. Но он страшнее всех.

— Дед — самый страшный? — спросил Адам.

— Да. Он не говорит. Не кричит. Не бьёт. Просто сидит. Смотрит. И всё.

— И что?

— Люди сами себя ломают. От его взгляда.

— Понятно.

— Отец — сильный. Но дед — страшнее. Потому что не предсказуемый.

Адам кивнул. Запомнил.

— Они живут здесь давно? — спросил Адам.

— Да. Дом старый. Дед построил. Он здесь родился. И отец. И дети.

— И все — каннибалы?

— Да. Это семейное. Традиция.

— Традиция?

— Они едят людей поколениями. Для них это норма.

Адам сжал кулаки. Но сдержался.

— Мда уж, — выдохнул Адам. — Ну и ублюдки.

Он осмотрелся. Прутья. Замок. Пол. Кости. И только сейчас заметил, что в комнате за столом никого нет. Каннибалов не было. Они ушли, пока он говорил с Рэй. Тихо. Неслышно. Даже дверь не скрипнула.

«Они вернутся. Надо торопиться.»

— А тебя как зовут? — спросила Рэй.

— Адам.

Он проверил карманы. Пусто. Ничего. Ни телефона. Ни ножа. Ни ключа.

Он посмотрел вниз. На пол. И заметил.

Заколка. Рядом с прутьями. Маленькая. Металлическая.

Он потянулся. Взял. Сжал в пальцах.

— Ты что делаешь? — спросила Рэй.

— Пытаюсь вытащить нас отсюда.

Он вставил заколку в замок. Начал крутить. Медленно. Осторожно. Заколка гнулась. Замок не поддавался.

— Давай же, — прошептал он.

Щёлк.

Замок открылся.

Он вышел из клетки. Ноги дрожали. Он схватился за прутья. Постоял. Отдышался.

Потом — подошёл к Рэй. Открыл её замок. Тоже заколкой.

— Теперь уходим. Ты знаешь, где выход?

— Примерно. Несколько раз меня водили по комнатам. Я видела.

— Где?

— Через кухню. Потом — коридор. Потом — дверь. Она ведёт во двор.

— А собаки?

— Есть. Две. Может, три. Я слышала лай.

— Понятно.

— А ты? Ты уверен, что мы справимся?

— Нет. Но другого выхода нет.

— Хорошо.

Адам подошёл к столу. На нём — нож. Тесак. Тяжёлый. Острый. В крови. Чужой.

Он взял его. Сжал рукоятку. Кровь была липкой. Тёплой. Ещё не высохла.

«Я не люблю оружие. Но сейчас — надо.»

Они вышли из комнаты. Коридор. Тёмный. Узкий. Пахло кровью и дымом.

Здесь стены были ещё бетонные — те же, что в клетке. Серые. С потёками. С плесенью. Где-то капала вода. Где-то скрипело дерево.

Адам шёл впереди. Рэй — сзади.

«Тишина. Слишком тишина. Они готовятся.»

Адам сжимал тесак. Крепко. Готовый в любой момент ударить.

Они шли медленно. Осторожно. Каждый шаг — как по лезвию. Доски скрипели под ногами. Где-то в глубине дома капала вода — мерно, ритмично, как метроном. Кап. Кап. Кап. С потолка свисала паутина, липкая, серая, цеплялась за лицо. Пахло не только кровью, но и чем-то сладковатым, тошнотворным — как будто где-то гнило мясо. Много мяса. Адам старался не думать об этом.

А потом бетон кончился. Стены стали деревянными. Старые доски. Тёмные от времени и копоти. Кое-где — следы ногтей. Царапины. Глубокие. Кто-то пытался выцарапать себе путь наружу. Не получилось.

На стене — крюки. Железные. Ржавые. На них — цепи. Пустые. Но Адам знал, что они не всегда были пустыми. Он видел такие. В подвалах. В заброшенных зданиях. Где держали людей.

Пол был холодный. Каменный. Кое-где — тёмные пятна. Кровь. Старая. Засохшая. Её пытались смыть. Не получилось. Кровь въелась в камень. Навсегда.

Адам старался дышать ровно. Не смотреть. Не думать.

Он шёл и считал шаги. Один. Два. Три. Четыре. Это помогало. Не думать. Просто идти. Просто считать.

Где-то наверху скрипнула половица. Адам замер. Прислушался. Тишина. Только кап. Кап. Кап. И дыхание Рэй за спиной. Быстрое. Испуганное.

— Тихо, — прошептал он.

Они стояли. Долго. Минуту. Может, две. Ничего. Ни шагов. Ни голосов. Только дом. Старый. Скрипучий. Как будто дышал.

— Идём, — сказал Адам.

Они пошли дальше. Медленнее. Ещё осторожнее.

Коридор повернул. Потом ещё раз. Потом — развилка. Две двери. Одна — прямо. Другая — налево.

— Ты знаешь, куда? — спросил Адам.

— Не помню. Кажется, налево.

— Кажется?

— Я была здесь в темноте. Меня вели. Я не считала.

Адам посмотрел налево. Потом — прямо. Прямо — темнота. Густая. Как смола. Налево — тусклый свет. Свеча. Где-то далеко.

— Налево, — сказал он.

Они пошли налево. Коридор сузился. Стены сблизились. Потолок навис. Адам чувствовал, как давит. Как будто дом сжимается вокруг них. Как будто хочет раздавить.

Здесь было холоднее. Сырость пропитала воздух. Стены лоснились от влаги. Под ногами хлюпало. Адам старался ступать тихо, но каждый шаг отдавался эхом. Где-то впереди капала вода. Ритмично. Как часы. Как отсчёт. Как будто дом считал их шаги. Ждал.

На стенах — тени. Длинные. Кривые. От свечи, которая горела где-то далеко. Тени двигались. Жили. Адам знал, что это обман. Просто свет. Просто пламя. Но всё равно смотрел. Не мог не смотреть.

Он чувствовал запах. Не только крови. Ещё что-то. Дым. Дерево. Плесень. И где-то — еда. Жареное мясо. От этого запаха его замутило. Он знал, что это за мясо. Старался не думать. Не думать. Просто идти.

— Ты когда-нибудь убивал? — спросила Рэй.

— Да.

— Много?

— Достаточно.

— И как? Тяжело?

— Первый раз — тяжело. Потом — нет.

— Почему?

— Потому что или ты, или тебя.

Она замолчала. Долго.

— Я никогда не убивала.

— И не надо.

— А если придётся?

— Тогда убей. И не жалей.

Вдруг — рычание. Из тени вышла собака. Большая. Чёрная. С оскаленной пастью. Глаза красные. Слюна капает на пол.

Адам замер. Собака смотрела на него. Рычала. Готовилась прыгнуть.

— Не двигайся, — прошептала Рэй.

Адам не двигался. Собака сделала шаг. Потом ещё один. Мышцы напряглись. Она готова была броситься.

Адам резко бросил тесак. Лезвие вошло собаке в голову. Она упала. Заскулила. Затихла.

Адам подошёл к собаке. Посмотрел. Большая. Чёрная. Порода — бойцовская. Он видел таких. На улицах. В бандах.

«Они держат собак. Для охраны. Для убийства.»

Он вытащил тесак. Кровь. Собачья. Он вытер лезвие о штанину.

— Идём, — сказал он.

Рэй смотрела на собаку. Потом — на Адама. В её глазах — что-то. Не страх. Уважение.

— Идём, — сказал Адам.

Они шли быстро. Тихо. Осторожно.

Развилка.

— Так. Куда дальше? — спросил Адам.

— Вроде налево.

Только они собрались идти налево, как справа возникла фигура.

Девочка. Младшая дочь. Лет двенадцать. Может, меньше. Волосы светлые. Глаза большие. Она смотрела на них с недоумением. Как будто не понимала, что происходит.

— ААААААА!!! ОНИ СБЕ...

Она не успела докричать.

Адам не думал. Тесак вошёл мягко. Как в масло. В горло. Она захрипела. Упала.

Кровь брызнула на стену. На лицо Адама. На руки.

«Или она. Или мы. Или она. Или Рэй.»

Он не чувствовал вины. Только холод.

Он посмотрел на неё. На девочку. На кровь. На тесак.

«Она была ребёнком. Но она бы выросла. И стала бы такой же. Как мать. Как отец. Как все они.»

Он не чувствовал вины. Он чувствовал правоту.

— Идём, — сказал он. — Быстрее.

Рэй стояла. Смотрела. Молчала.

— Рэй!

Она вздрогнула. Кивнула. Побежала за ним.

Вдруг в коридоре начали раздаваться голоса. Шаги. Крики.

Адам схватил Рэй за руку.

— Бежим!

Они побежали. Через несколько коридоров. Налево. Направо. Снова налево.

Выход. Дверь. Они выбежали во двор.

Ночь. Луна. Тени. Ветер. Пахло дымом и кровью.

Двор был большой. Слева — амбар. Деревянный. Старый. Из щелей пробивался свет.

Собаки рвались с цепей. Лай. Рычание. Слюна летела на землю.

Где-то далеко — лес. Тёмный. Густой.

Впереди — высокий забор. Металлический. С колючей проволокой. Ворота. Тяжёлые. Заперты.

Ворота были высокие. Металлические. Тяжёлые. С замком. На заборе — колючая проволока. Ржавая.

За забором — лес. Тёмный. Густой. Свобода.

Но между ними — ворота. Заперты.

Позади — дом. Огни в окнах. Шаги. Крики. Голоса.

Адам остановился. Рэй обернулась.

— Адам, ты чего?! Бежим давай!

Он смотрел на ворота. Потом — на дом. На огонь в окнах. На тени людей.

«Эти ублюдки... Они не заслуживают жить. Они могут сделать и убить ещё многих. Я не могу так просто всё оставить.»

— Убегай. Я разберусь.

— Что?! Ты что, ненормальный?! Они же просто убьют тебя!

— Я должен рискнуть. Я должен достать их всех. Беги. Если что — я догоню.

Рэй схватила его за руку. Крепко. Как будто могла удержать.

— Адам! Пожалуйста! Не надо!

Он посмотрел на неё. В глазах — зелёных — страх. Не за себя. За него.

— Иди, Рэй. Пожалуйста.

Она замерла. Потом — кивнула. Отпустила руку. Побежала.

Адам смотрел ей вслед. Она бежала. Быстро. К воротам. К свободе.

«Хорошо. Она выберется. Она выживет.»

«Она была здесь две недели. Одна. Без надежды. Но не сдалась.»

«Я не могу её подвести. Я должен закончить.»

«Я должен вернуться. К матери. К Алисе. К Лине.»

«Я обещал.»

Он развернулся. Посмотрел на дом. На огни. На тени.

«А я закончу начатое.»

Он вспомнил мать. Алису. Лину. Друзей. Он не может умереть здесь. Но и уйти — не может.

«Я вернусь. Обещаю.»

Он вошёл в дом. Свет погас. Тишина. Только шаги где-то в глубине. И голоса. Каннибалов.

Коридор. Длинный. Тёмный. Стены — дерево. Старое. Скрипит.

Кухня. Стол. Ножи. Кровь.

Комнаты. Клетки. Пустые.

Амбар. Дверь открыта. Свет внутри.

Стены дома — дерево. Старое. Пахло сыростью и гнилью.

На стенах — фотографии. Семейные. Люди улыбаются. Обычные люди.

«Они тоже были людьми. Когда-то.»

Адам отвернулся. Пошёл дальше.

«Вы хотели жрать? Я вам устрою пир.»

Он сжал тесак. Пошёл вперёд.

«Вы убили людей. Разделали. Съели.»

«Теперь — ваша очередь.»

Он улыбнулся. Холодно. Не как раньше.

Он шёл по коридору. Тихо. Медленно. Тесак в руке.

Где-то в глубине — голоса. Каннибалов. Они не знали, что он уже здесь.

«Да начнётся вечеринка.»