Святой рыцарь присвоил себе святую реликвию
바스커빌_991

Я стал Игровым Персонажем.

Каждый перк из игры я знаю заранее.

====================

Пролог

До его ушей донеслось чавканье грязи, разлетавшейся из-под колес. Пожилой торговец протер очки, покачиваясь в экипаже. По мере приближения к городу остатки зыбкой дремоты окончательно улетучились.

Он лишь слегка приоткрыл брезентовый полог кареты, как тепло, скопившееся от дыхания пассажиров, мгновенно испарилось. Остальные попутчики недовольно заворчали:

— Черт подери, ну и холодина!

— Старик, закрой эту штуку!

— Прошу прощения, — отозвался купец. — Мне просто стало любопытно, далеко ли мы уехали.

Высунув лицо из-за полога, он окинул взглядом дорогу впереди.

Вот и он. Железный город.

Ранний утренний воздух кусался от холода. Словно саван, вокруг города клубился густой белый туман, что выглядело весьма символично.

Железный город, затерянный среди бескрайних снегов. Место, сохранявшее статус «города» лишь потому, что вплотную прилегало к рудникам.

Северный пограничный город Бенельда.

Торговец бывал здесь так часто, что мог определить расстояние по одному лишь звуку грязи под колесами. «Не это ли называют житейской мудростью?» — эта мысль позабавила старика, заставив его слегка улыбнуться. Опустив полог, он снова откинулся на спинку сиденья.

От нечего делать купец принялся лениво разглядывать попутчиков. Люди, решившиеся на путешествие в северный пограничный город, обычно оказывались либо искавшими работу шахтерами, либо заблудшими душами, у которых имелись свои причины бежать на край света.

Изредка среди них попадались и беглые преступники.

Пожилой торговец поочередно изучал лица дремлющих пассажиров. Это превратилось в своего рода привычку: за долгие годы купеческой жизни он научился мгновенно оценивать окружающих.

Скользя взглядом по салону, старик внезапно замер. Его внимание привлек юноша, укутанный в нечто, напоминавшее одеяло вместо пальто; парень натянул на себя столько слоев одежды, словно пытался защититься от пробирающего до костей холода.

— ...Хм.

Лицо под нахлобученным капюшоном казалось совсем юным. Не слишком ухоженное, но миловидное — из тех, что со временем обещают превратиться в чертовски привлекательного мужчину.

И все же, как ни странно, на нем застыла глубокая обида. Словно юноша был безумно зол на кого-то конкретного.

Взыгравшее любопытство заставило старика тихо пересесть на свободное место рядом с пареньком.

— Доброго дня тебе.

Юноша вскользь мазнул по нему взглядом, тут же опустил eyes и буркнул недовольным голосом:

— Не такой уж он и добрый.

— И почему же такой молодой господин пребывает в столь дурном расположении духа?

— Я бы предпочел злиться так, чтобы от меня пар шел. По крайней мере, тогда мне стало бы хоть чуточку теплее.

«Надо же. А парень за словом в карман не лезет».

Пожилой торговец усмехнулся и, достав из-под пальто термос, налил горячей воды в крышку-чашку.

Глаза юноши загорелись при виде поднимающегося в воздух пара.

— А вы добрый человек, уважаемый!

— Пустяки. Осторожно, горячо, пей не торопясь. Но скажи... что привело такого молодого господина в этот захолустный городишко?

— Что есть жизнь, если не выживание? Вот и я приехал сюда, чтобы выжить.

— Обычно ради выживания люди не отправляются на север. Неужели ты ищешь работу на рудниках?

— Хм... а вас самих что привело в этот холодный город, господин?

Юноша ловко перевел тему. Намерение было шито белыми нитками, однако купец великодушно подыграл ему:

— Я прибыл, чтобы оценить качество железа, добываемого в Бенельде.

— Разве вы не могли кого-нибудь прислать вместо себя?

— Твоя правда, но... разве не надежнее увидеть все собственными глазами?

— И то верно. В этом мире нет существа, которое любило бы бить в спину сильнее, чем человек.

Дерзкий, да еще и острый на язык.

Старик слегка погладил усы и улыбнулся:

— У тебя весьма занятная манера речи, молодой господин.

— ...Я повел себя грубо?

— Отнюдь. Дорожная беседа — словно галета к кофе, не так ли? Едва ли это подходящее место для соблюдения церемоний.

Поднеся чашку к губам, юноша слегка подул, разгоняя пар.

— ...Должно быть, вы богатый купец, господин?

— Всего лишь бродячий торговец. Едва свожу концы с концами.

— Для того, кто едва сводит концы с концами, ваши побрякушки выглядят чертовски дорогими.

«Надо же. Еще и наблюдательный».

Старик как бы невзначай позволил свету блеснуть на своих карманных часах. Однако парень лишь мельком взглянул на них и сразу отвернулся.

Значит, богатство его не интересует. Пробудившееся любопытство разгорелось еще сильнее.

— Бывают времена, когда важно не то, что ты продаешь, а то, кто именно продает.

— Верно. Покупать у богача куда приятнее, чем у нищего.

— Если ты устроишься на рудники, молодой господин, наши пути могут снова пересечься.

— К сожалению, не думаю, что это произойдет. Рудники — не моя цель.

— Если не рудники... значит, у тебя есть иная причина проделать столь долгий путь до Бенельды?

— На пустой-то желудок?

— Разве в этот рот уже не попало кое-что подходящее?

— Да ладно вам. Вы выглядите так, будто у вас куча денег — подкиньте еще немного.

Пожилой торговец тихо рассмеялся. Юноша не гнался за роскошью, но охотно цеплялся за мелкие радости.

Запустив руку в кошель, старик достал несколько монет и опустил их в ладонь паренька.

— Этого достаточно?

— Имперское серебро... пять тысяч далантов. Хм. Сойдет. На это я смогу хотя бы один раз поесть.

Юноша небрежно засучил рукав. Купец нахмурился, заметив яркую метку, проступившую между складками одеяла.

Странные символы, напоминающие татуировку. С первого взгляда они походили на темно-красные каракули.

«Где-то я это уже видел... Но где?»

— ...Только не говори мне... ты приехал в поисках Культа Ра?

— Именно так.

О боже.

Господи помилуй.

Бедное дитя.

Пожилой торговец сокрушенно поцокал языком. Он едва не сорвался на слова соболезнования, но вовремя прикусил язык, не желая разрушать мечты юноши, когда тот уже почти добрался до цели.

Культ Ра. Также известный как Церковь Бога Солнца.

Религиозная организация, поклонявшаяся солнечному божеству Ра.

Однако, каким бы великим ни было его прошлое, в наши дни влияние различных религиозных течений сильно пошатнулось. Церкви, еще несколько десятилетий назад державшие в узде весь континент, ныне полностью утратили былое величие.

Развитие магии повлекло за собой падение авторитета «богов».

То, что когда-то именовалось чудесами, теперь совершалось одним простым заклинанием. Большинство ран излечивалось с помощью магии и медицины, избавляя людей от необходимости обращаться к культам.

Физическое усиление, которое раньше даровали благословения, затмила магия, а истребление нежити во имя очищения сменилось святой магией, лишь имитирующей священные законы. Жрецы, некогда бывшие символом благородства, лишились права голоса. Паладинов, олицетворявших непоколебимую веру, повсеместно вытеснили рыцари, вооруженные артефактами.

Чемодан без ручки.

И выбросить жалко, и пользы никакой.

У Империи имелись веские причины отвернуться от религиозных орденов. Наступила эпоха человечества.

Богам больше не осталось места в этом мире. Вера людей все еще теплилась, но...

Это была не та вера, ради которой стоило расставаться с монетами. Обычный человек, наделенный силой, теперь мог совершить куда больше, чем любое божество.

— ...Ты собираешься примкнуть к Культу Ра, молодой господин?

— Как видите, я получил Священную Стигму, так что выбора у меня особо нет.

— Я не стану тебя отговаривать, но... позволь дать тебе совет, если ты готов выслушать. Если нет, я промолчу.

— Мне любопытно. Пожалуйста, говорите.

Пожилой купец коротко, сухо кашлянул:

— Культ Ра гораздо беднее, чем ты можешь себе представить. Оказавшись там, тебе, скорее всего, придется привыкать к постоянному голоду.

— Разве верующие не делают пожертвований?

— Сам понимаешь... настроения в Империи сейчас довольно мрачные. В наш век люди скорее потянутся к мечу, чем станут искать утешения в вере. Если у тебя есть лишние деньги, гораздо надежнее нанять на них мечника. Культ держится на плаву лишь благодаря горстке меценатов... но, по слухам, даже их крох едва хватает на жизнь.

— Почему так?

— Когда человечество возвысилось над богами, те утратили интерес к смертному миру. Божественное сияние, некогда освещавшее землю, угасло вместе с ними. Стоило священной силе иссякнуть, как способности жрецов тоже ослабли. Поговаривают, они теперь не могут вылечить больного даже так, как это сделал бы заурядный лекарь-шарлатан.

— Ну... я знал, что дела плохи, но чтобы настолько...

— Рад бы сказать, что шучу, но увы. Культы — это заходящее солнце. Люди стали тверже верить в то, что могут осязать, нежели в невидимое. Магия и сталь. Настал век грубой силы. Можно смело утверждать, что для богов больше не осталось места.

Неудивительно, что молодежь до хрипоты кричала об «Академии». Накопление силы через обучение и презрение к тем, кто стоит ниже тебя, стали общепринятой нормой.

В эпоху, когда сильные владели всем, а на границах Империи то и дело вспыхивали войны, кулаки решали споры быстрее любых слов.

И в этой новой реальности для религии места попросту не нашлось.

— Я глубоко уважаю то, что ты удостоился божественного призвания, молодой господин... но если ты хочешь нормально питаться и заниматься любимым делом, работа на рудниках принесла бы тебе куда больше пользы. К тому же Церковь Бога Солнца в Бенельде... впрочем, нет. Тебе лучше увидеть это самому.

— Увидеть что?

— И все же, почему ты вообще хочешь примкнуть к культу? Если дело только в Священной Стигме, я бы настоятельно советовал тебе передумать.

— Потому что это кажется единственным путем, на котором я смогу жить как... человек.

Юноша вздохнул, а на его лице застыла странная гримаса — не то улыбка, не то слезы.

— Это был не мой выбор — его сделали за меня. Я и сам не ожидал, что все обернется именно так.

. . .

«Glory Fantasia».

Одна из бесчисленных ролевых игр в жанре roguelike.

Оправдывая свое банальное название, она являлась одной из худших игр в истории. Все в ней было сносно, за исключением одного-единственного нюанса.

Эта игра представляла собой форменное недоразумение, снискавшее дурную славу из-за своей зубодробительной сложности. Число людей, прошедших ее до конца, стремилось к нулю, и ни один из них так и не сумел разблокировать все достижения — настолько невыносимой она была.

Но я, черт бы меня побрал, провозгласил себя коллекционером подобного игрового мусора.

Я сутками напролет потел над игровыми ачивками. Каждое прохождение начиналось с новой предыстории, и я не раз сокрушался, что не будь сложность столь беспощадной, игра никогда бы не заслужила клеймо «проходного шлака».

Но, как говаривал кто-то великий, упорство всегда ведет к победе.

В конце концов я добился своего и получил желаемое, закрыв абсолютно все достижения, до которых раньше никто не мог дотянуться.

Вот только одного я не знал...

Что это окажется билетом в один конец прямиком в ад.

[Захад Балтон] [Уровень: 1]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные классовые навыки]

— [Любовь Бога Солнца]: Имеющиеся навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— [Милость Бога Солнца]: Имеющаяся Священная сила восстанавливается стремительно.

— [Благословение Бога Солнца]: Позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— [Молитва Бога Солнца]: Ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Имеющиеся навыки]

— [Священная Стигма (F)]: Дарует незначительное сопротивление любому злу. Сосуд, способный вмещать божественную силу.

— [Божественность (F)]: Позволяет использовать божественную силу Бога Солнца в ничтожно малых количествах.

— [Исцеление (F)]: Позволяет медленно залечивать незначительные раны.

— [Благословение (F)]: Слегка улучшает настроение.

— [Пепельная Корона (EX)]: Принесение подношений колоссально увеличивает эффективность навыков, связанных с Богом Солнца.

Мой собственный, созданный вручную персонаж. Жрец Бога Солнца — класс с наивысшим уровнем сложности среди всех возможных вариантов.

Единственным утешением, если это вообще можно так назвать, было то, что одна из особых способностей перенеслась вместе со мной в неизменном виде.

— ...Ха.

Я оказался внутри.

Внутри этой проклятой богом игры. И не имел ни малейшего представления, почему.

«Почему из всех персонажей мне достался именно этот?..»

Даже с учетом уникальной способности, из всех доступных классов мне достался именно Апостол Бога Солнца.

Это было равносильно тому, как если бы передо мной расстелили ковер из шипов. Выбери я любой другой боевой класс, ситуация не казалась бы столь безнадежной.

Мир «Glory Fantasia» мало чем отличался от других фэнтезийных вселенных. Здесь вовсю бушевала магия, повсюду сновали мастера меча, а сами земли кишели монстрами и дикими зверями.

Однако была одна деталь, на которой разработчики «Glory Fantasia» упорно настаивали: в этом мире культы подвергались гонениям. Местные земли наводняли те, кто лишь притворялся «жрецами», будучи напрочь лишенными истинной божественной силы.

Мир, где авторитет богов рухнул под натиском магии.

Настоящих жрецов можно было пересчитать по пальцам одной руки, да и тех в самом сердце Империи днем с огнем не сыщешь. Теология превратилась в заурядную академическую дисциплину, а культы остались лишь номинальными фракциями.

Даже в Академии в центре Империи — месте, под завязку набитом скрытыми квестами — Отделение теологических исследований едва удерживало свою репутацию лишь на бумаге. По лору игры там училась горстка посвященных жрецов из разных культов, вынужденных терпеть постоянную дискриминацию.

Короче говоря, я наступил на мину.

Я переродился в теле представителя худшего из всех возможных классов.

Культ Ра, Церковь Бога Солнца, не являлся исключением. Тот факт, что мой путь начинался в северном городе Бенельда, говорил сам за себя.

Культ, который уже лежал в руинах. Организация, настолько погрязшая в нищете, что некоторые ее жрецы отправлялись в так называемые паломничества, которые на деле были обычным попрошайничеством.

Тот пожилой торговец оказался абсолютно прав.

Стоило переступить порог, как первой же твоей мыслью становилась забота о том, как бы не умереть с голоду.

Но что я мог поделать?

Пока моим классом оставался Апостол Бога Солнца, это был единственный способ нормально питаться в этом жестоком мире!

Главное — добраться туда. На месте я уж как-нибудь разберусь, как выжить. К счастью, мои общие знания об этой игре должны были остаться в силе.

Если мои прогнозы оправдаются, я, возможно, заживу даже лучше, чем прежде.

Поплотнее запахнув воротник, я побрел вперед, навстречу суровой зиме.

Я мог бы примкнуть к любому другому филиалу. Но у меня имелась веская причина тащиться в такую даль, в саму Бенельду.

Скрытый квест, запрятанный в Бенельде, а также цель поступить прямиком в главный штаб культа, чтобы пройти надлежащее обучение и накопить силы.

К тому же главный штаб должен быть куда лучше заштатного филиала. Там я хотя бы обрету крышу над головой и не буду так сильно голодать.

В животе заурчало. Стиснув зубы, я упрямо зашагал дальше.

Мои стартовые сбережения полностью ушли на дорогу до обители Культа Ра. Все, что у меня осталось — это пять тысяч далантов, которые дал мне старик.

Разумнее было приберечь эти деньги на крайний случай. Не зная дороги к главному штабу, я принялся расспрашивать прохожих, однако их ответы оптимизма не внушали:

— Культ Ра?

— ...И зачем тебе сдались эти убогие?

— Эта свора попрошаек? Они вон там.

— Сверни за угол вон того здания. Это где-то на окраине города.

— Искать этот сброд по собственной воле... они что, выманили у тебя деньги?

Я знал. Знал, что у них дурная репутация. Знал, что к ним относятся как к массовке. Я все это прекрасно знал.

Но все же!

Даже так!

Должен же быть какой-то предел, черт возьми!

Я остановился перед полуразрушенным, ветхим зданием. Огромное строение, лишь отдаленно напоминающее церковь. Миновав покосившуюся железную калитку, которая даже не закрывалась, я замер перед скрипучей дверью. Нижняя ее часть полностью сгнила, а вместо нее от сквозняка спасал лишь наспех прибитый кусок ткани — вот и вся защита.

Изнутри не доносилось ни капли тепла. Лишь ледяной ветер веял оттуда в избытке.

Я мало что понимал, но в одном был уверен твердо.

«Внутри тоже будет собачий холод. Проклятье».

— ...Есть кто-нибудь? — тихонько постучал я, делая свой первый шаг навстречу легендарным приключениям в фэнтезийном мире.

Дверь приоткрылась, явив моему взору изможденное лицо. Окинув меня взглядом, незнакомец принялся шарить по своим карманам.

— ...Прости, дитя, — старик протянул мне одинокую конфету. — Это все, что у меня сейчас есть.

— Нет, я не за этим... — Впрочем, конфету я все равно взял. — Я пришел, чтобы вступить в ваши ряды.

— ...Что?

Я протянул руку тыльной стороной ладони вверх, демонстрируя отпечатавшуюся там Священную Стигму Бога Солнца — неопровержимое доказательство того, что меня избрало само божество. Старик удивленно захлопал глазами:

— Священная Стигма... Бога Солнца... знак, благословленный самим Ра... но...

Он тяжело вздохнул. Казалось, в этом вздохе отразилась вся моя горькая участь.

— Зачем же ты пришел сюда... в этот нищий филиал на окраине мира... вместо того чтобы отправиться в главный штаб?

...Погодите.

«Это не главный штаб?»

----------

Демонический меч Сурт (1)

Подстроившись под шаг старика, я пошел следом. Внутри здания, как и ожидалось, царил холод — унылая пустота, где почти не было мебели.

Единственным утешением служил лишь относительный простор. В проемах между комнатами виднелись дети, дрожащие от холода.

Кое-кто из них толкал что-то себе в рот.

Черствый, высохший хлеб.

«Значит, нормальной еды тут нет».

Остановившись, старик тихо приоткрыл одну из дверей.

— Не каждый носитель Священной Стигмы может стать священником. Для этого требуется провести надлежащий ритуал.

— Ритуал?

— Считай это обрядом посвящения. Церемонией, призванной подтвердить, что твоя Священная Стигма подлинна.

Я переступил порог комнаты.

Это было единственное светлое пятно во всем убогом здании. Сквозь витражное стекло лился свет еще не зашедшего солнца. В то время как остальные части приюта постепенно разрушались, давно утратив всякое сходство с храмом, эта комната оставалась нетронутой.

Аккуратно начищенные стулья выстроились ровными рядами. Солнечный свет, преломляясь, рассыпался на яркие разноцветные блики, и хотя воздух здесь оставался прохладным, сквозняки сюда не проникали.

Удивительно теплое место. Для пограничного города посреди зимы отопление здесь казалось слишком уж хорошим.

...Нет, стоп.

«Неужели это сила Бога Солнца Ра?»

— Проходи сюда.

Взяв меня за руку, старик повел меня за собой. Усадив меня на стул, он скрылся во внутренних покоях.

Вернувшись, он держал в руках небольшую чашу, наполненную водой.

— Дитя.

Старик опустился на стул напротив меня.

— Как твое имя?

— Захад Балтон.

— У тебя есть фамилия. Неужели ты благородного происхождения?

— Не знаю. Моя мать скончалась прежде, чем успела рассказать мне об этом.

— ...Пришлось же тебе натерпеться.

Старик сочувственно погладил меня по голове.

— Меня зовут Миркант. Если пожелаешь, можешь называть меня отцом. Дитя, прежде чем мы начнем ритуал, я бы хотел предложить тебе иной путь.

— Какой еще путь?

— Божественное сияние богов покинуло человечество, оставив нас прозябать в нищете. Любая вера рушится под суровым гнетом реальности. Даже железная решимость и яркое, подобно солнцу, пламя в конце концов угасают под бременем страданий... Те, кто прежде взывал к богам, давно ушли, а нам досталось лишь людское презрение.

— ...Людское презрение?

— Это место... лишь один из нищих филиалов Культа Ра, ордена Бога Солнца.

Услышав то, о чем я и так уже знал, я почувствовал, как навалившееся отчаяние стало вдвое тяжелее.

Ну конечно. Ничто и никогда не шло по моему плану. Даже у культа, находящегося на грани полного краха, где-то все еще имелся целехонький главный штаб. Эта проклятая игра слегка переиначивала собственные настройки и, будучи типичным «рогаликом», крутила сюжет так, как ей вздумается.

— Главный штаб Культа Ра, служащего Богу Солнца, расположен в одном из южных городов.

«Я проехал мимо него?! Да чтоб вас всех...!»

«Знай я об этом с самого начала, сразу бы направился в главный штаб, а сюда заглянул бы как-нибудь потом...!»

— Я... Я понимаю...

— Дитя. Мне искренне жаль, что ты проделал столь долгий путь на север с надеждой в сердце... но положение веры в Бога Солнца куда плачевнее, чем кажется на первый взгляд.

— Что вы имеете в виду?

— Главный штаб беззастенчиво торговал божественным сиянием богов. Поползли слухи, будто они, уподобившись купцам, сосредоточились лишь на наживе и плели интриги с определенными фракциями за спиной Империи... Для нашего культа это стало сокрушительным ударом. Когда появились слухи, что организация существует на грязные деньги, наше влияние упало еще ниже, чем у других конфессий. Нас начали избегать, клеймя священниками, которые прогнулись под изменчивый мир... а также обвиняя в грязном лицемерии и продаже веры за звонкую монету.

Грустно улыбнувшись, Миркант тихо вздохнул.

— К тому же этот филиал в свое время погряз в пороках и даже был сожжен дотла. Теперь я здесь единственный рукоположенный священник... а послушников под моим началом осталось всего двое... Обелить запятнанное имя невероятно трудно. Совершить грех легко, но чтобы смыть это клеймо, приходится трудиться в десятки раз усерднее.

— ...Да как же так. Зачем?

— Дитя, я все понимаю. Твои юношеские иллюзии разбились вдребезги. Но с этим ничего не поделать. Реальность жестока, и порой она ломает людей без остатка.

«Да нет, я о другом...»

«Если уж и проворачивали такое, то надо было делать это без свидетелей, идиоты вы эдакие».

Я не мог этого понять, чувствуя лишь глухое раздражение.

«Если уж решили монетизировать веру, то гребли бы деньги лопатой и строили из себя дурачков! Что плохого в том, чтобы использовать свою силу ради наживы, пока никто не видит?»

«Боже правый. Святоши хреновы. Даже украсть нормально не сумели, умудрившись пустить все по ветру».

Тяжело вздохнув, я привлек к себе внимание старика, который тут же бросил на меня короткий взгляд.

— Дитя. Если ты примкнешь к нашему культу, тебе придется постоянно терпеть косые взгляды. Порой тебя будут унижать. Тебя станут винить в том, чего ты не совершал, и заставят нести ответственность за чужие проступки. Став частью культа, ты будешь искупать грехи наравне с теми, кто их совершил.

— Я понимаю...

— Если направишься отсюда на север, то найдешь гильдию наемников или контору по найму. Прежде чем ты примешь крещение, я хочу, чтобы ты знал: у тебя есть выбор получше.

«Да я и сам не в восторге от этой затеи».

Но что поделать, если все мои навыки намертво привязаны к этому культу?

Самый быстрый и надежный способ выжить лежал прямо передо мной, тогда как альтернативой была каторжная работа в шахтах без каких-либо гарантий на будущее. Выбор очевиден.

Понизив голос, я прикрыл глаза и заговорил благоговейным шепотом, словно истинно верующий, в чьем сердце пылает священный огонь:

— Возможно, в жизни и есть более легкие пути, но это вовсе не значит, что они правильные.

— ...Дитя. Подумай еще раз...

— Бог Солнца избрал меня.

Распахнув глаза, я твердо посмотрел на Мирканта.

— Он призвал меня под свои знамена. И мой долг — исполнить Его волю.

По щекам Мирканта покатились слезы.

— О Господи... за какие заслуги Ты ниспослал нам столь благочестивое дитя...!

Ритуал начался. Проверка Священной Стигмы завершилась на удивление быстро: едва коснувшись воды, знак на моем теле вспыхнул мягким светом, обдав меня приятным теплом.

— Дитя. Навсегда запомни это ощущение. Это божественное сияние, дарованное тебе свыше. Даже когда тьма преградит тебе путь, этот свет станет тем самым лучом, что укажет верную дорогу.

— Благодарю вас, отец.

— Завтра я введу тебя в курс дела и расскажу о твоих обязанностях. Ты, должно быть, изрядно вымотался с дороги, так что ступай отдыхать. Можешь занять комнату по правую сторону коридора. Все живущие здесь дети очень добрые и послушные, так что ты без труда найдешь с ними общий язык.

Ласково погладив меня по голове, Миркант впервые за все время улыбнулся, отчего его изможденное лицо немного посветлело.

— Дитя веры Бога Солнца. Я искренне благословляю твое вступление в наш орден.

— ...Благодарю вас, отец.

Открыв дверь, я уже собирался выйти, но внезапно возникший вопрос заставил меня замереть на месте.

Обернувшись, я посмотрел на Мирканта. Достав какую-то книгу, он увлеченно делал в ней записи — по всей видимости, заполнял бумаги, связанные с моим вступлением в общину.

— ...Отец.

— Что-то не так, дитя?

— У меня есть один вопрос. Почему вы пытались отговорить меня от посвящения? Ведь для угасающего культа важен каждый новый прихожанин, разве нет?

Послушник для священника — это, по сути, бесплатная рабочая сила. Поскольку эти люди изо всех сил стремились заслужить сан, они безропотно сносили любые тяготы, никогда не жалуясь и не пытаясь сбежать.

Настоящий подарок судьбы в виде бесплатных батраков, которые сами идут к тебе в руки.

Именно поэтому я и недоумевал. Зачем прогонять раба, который добровольно приполз к твоим ногам?

Сняв очки, Миркант тепло посмотрел на меня и слабо улыбнулся.

— Разве спасение одной живой души от голодной смерти не важнее, чем приобретение еще одного верующего?

Одна эта фраза расставила все по своим местам.

«Этот старик...»

«Он священник до мозга костей».

Следуя указаниям Мирканта, я прошел по коридору и заглянул в первую дверь справа. Внутри, тесно прижавшись друг к другу, от холода дрожали пять или шесть ребятишек.

Взгляды, которыми они меня одарили, трудно было назвать дружелюбными. Не обращая на них внимания, я направился к свободной койке, но дорогу мне преградил крупный, крепко сложенный парень.

— Ты еще кто такой?

«Классическая защита территории».

Обнажив запястье, я продемонстрировал ему свою Священную Стигму, на что парень лишь презрительно фыркнул.

— Да кому сдалась твоя метка? Это мое место, так что свалил отсюда.

— Оу. Извини.

Отойдя в сторону, я присел на другую свободную кровать, однако наглец не собирался отставать.

— Это место тоже мое.

— Вот это?

— И это тоже.

— ...Ну а здесь-то можно?

— Ха, ты че, совсем тупой?

Угрожающе зарычав, парень со всей силы грохнул кулаком по деревянной стойке двухъярусной кровати.

— Нет здесь для тебя места. Так что проваливай отсюда нахрен.

— Отец Миркант велел мне устроиться в этой комнате.

— Да кто вообще слушает этого старого хрыча? Вякни еще хоть слово, и я тебе челюсть так разукрашу, что до конца дней своих только через трубочку питаться будешь.

«Дешевые понты». Нахмурившись, я мысленно потянулся к своей силе и, словно напрягая скрытую мышцу, окутал тело божественной энергией.

[Навык: Благословение]

[Вы чувствуете себя превосходно.]

«Ах... Лучшее средство для душевного равновесия».

— Ну ладно.

— ...Че?

— Ты ведь сам гонишь меня в другую комнату, разве нет?

Поднявшись на ноги, я без лишних слов направился к выходу. В спину мне полетели отборные ругательства, но я, проигнорировав их, спокойно зашел в соседнюю пустующую комнату.

В этой унылой каморке не было даже намека на подушку или одеяло. Стоило мне присесть на жесткий матрас, как в дверях показался преследовавший меня задира, буравя меня яростным взглядом.

— ...Ты че, мои слова за пустой звук держишь?

— Да что опять не так? Я ведь сделал все, как ты просил, и ушел.

— Ах ты, щенок!..

Хоть он и превосходил меня габаритами, на вид мы были ровесниками — грубые черты лица все еще выдавали в нем подростка.

«В физической силе я ему сейчас явно уступаю... Хм. Если полезть в драку, он меня размажет. Без вариантов».

...Что ж.

«В голову пришла отличная мысль. Немного боли в обмен на возможность подобраться к скрытой квестовой зацепке — вполне выгодная сделка».

— Эй. Как звать-то тебя?

— Разбежался, так я тебе и сказал!

— А, так ты у нас просто безымянная шавка?

— Кого ты шавкой назвал, ублюдок?!

— БАХ!

Тяжелый кулак врезался мне в лицо. Мир перед глазами резко накренился, и в следующее мгновение я уже летел на пол.

«Черт, больно-то как! А у этого ублюдка тяжелая рука».

Впрочем, все складывалось как нельзя лучше: на лице быстро нальется синяк, и следы побоев будут видны невооруженным глазом.

Нарочно задев локтем тумбочку, я с грохотом повалился на бок и покатился по полу, истошно вопя на все здание. Мой крик, призванный заставить задиру вздрогнуть от неожиданности, разнесся по всему приюту:

— А-а-а! Убивают! Помогите!

— Т-ты че творишь?!

— Ой-ой-ой! Как больно!

В комнату гурьбой повалили перепуганные дети, среди которых оказался и сам Миркант. Переведя взгляд с меня, корчащегося на полу, на застывшего в ступоре парня, священник тут же грозно прикрикнул:

— Гектор! Сколько раз я тебе говорил! Угомони свой паршивый нрав!

— Да я... этот урод сам первый напросился!..

— Замолчи! Я больше не намерен терпеть твое самоуправство! Живо отправляйся в карцер и не смей выходить оттуда, пока я сам тебя не позову!

— Но... я не хочу!

— Если ты отказываешься подчиняться правилам этого дома, мне придется выставить тебя на улицу! Живо в карцер, я сказал!

Бережно приподняв меня с пола, Миркант прижал меня к себе. Я же уставился на него жалобным, полным слез взглядом, словно избитый до полусмерти щенок.

— О... отец...

— Ты только переступил наш порог, а уже столкнулся с такой жестокостью. В этом лишь моя вина — я плохо воспитал его.

— Я... со мной все хорошо... но... не только он... остальные ребята просто стояли и безучастно смотрели...

Миркант буквально вспыхнул от гнева. Окинув присутствующих тяжелым взглядом, он заставил всех детей съежиться от страха.

— Малодушные трусы! Разве этому я вас учил — молча взирать на несправедливость?!

Поймав на себе его яростный взор, дети испуганно потупились. Пользуясь моментом, я легонько потянул Мирканта за рукав рясы.

— Мне страшно... я боюсь спать в этой комнате...

— Я переведу тебя в другую спальню.

— Но я боюсь, что все повторится... Отец... если вас не затруднит... можно мне переночевать в молитвенном зале?

— Что?

Слегка отстранив меня, Миркант удивленно покачал головой.

— Это исключено. Правила едины для всех, и еще ни одному ребенку не позволялось спать в святой обители.

— Пожалуйста, разрешите мне побыть там, пока я немного не освоюсь. Одной недели будет вполне достаточно. За это время я постараюсь подружиться с ребятами... Отец... умоляю, помогите мне... Я ведь очень хочу со всеми здесь ладить...

Больно ущипнув себя за бедро под одеждой, я заставил слезы градом покатиться из глаз.

— Если я буду ближе к Богу... мое испуганное сердце поскорее успокоится...

Добродушный старик тяжело вздохнул.

— Но правила нарушать нельзя...

— Отец...

— Послушай меня...

— Синяк так сильно ноет... Мне так не хватает тепла Бога Солнца...

— ...И все же устав приюта...

— Ох... если меня ударят еще раз... я просто не вынесу этой боли...

Миркант обреченно выдохнул.

— Одна неделя. И ни днем больше. Это идет вразрез с церковными догматами, так что даже не надейся выпросить продление срока.

— Благодарю вас, отец.

— Постарайся поскорее освоиться. Я не смогу вечно опекать тебя, а умение находить общий язык с ближними — одна из главных заповедей Бога Солнца.

«Само собой».

«Одной недели мне хватит с головой, чтобы разложить все по полочкам».

Скосив глаза в сторону притихшей детворы, я мысленно ухмыльнулся. «Ну погодите у меня. Пройдет неделя, и я вам устрою сладкую жизнь, мелкие выродки».

----------

Демонический меч Сурт (2)

Каковы способы стать сильнее в ролевой игре жанра «рогалик»?

Во-первых, это уровень.

Во-вторых, снаряжение.

И в-третьих, навыки.

И что бы вы думали?

Удивительно, но в этом месте имелось всё необходимое, чтобы удовлетворить все три условия.

— Хм...

Когда опустилась ночь и в молитвенном зале воцарилась тишина, я бродил по нему в полном одиночестве, освещая себе путь лишь одной-единственной свечой.

[Захад Балтон] [Уровень: 1]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные классовые навыки]

— Любовь Бога Солнца: навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— Милость Бога Солнца: Священная сила восстанавливается невероятно быстро.

— Благословение Бога Солнца: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Доступные навыки]

— Священная Стигма (F): даёт крайне слабое сопротивление любому злу.

— Божественность (F): позволяет в самой малой степени взывать к божественной силе Бога Солнца.

— Исцеление (F): позволяет медленно залечивать лёгкие раны.

— Благословение (F): слегка улучшает настроение.

— Пепельная Корона (EX): принесение подношений многократно увеличивает эффективность навыков, связанных с Богом Солнца.

Какое же жалкое окно статуса, сколько на него ни смотри. Боже правый, и что это вообще такое?

По сути, мне предлагают копошиться в грязи голыми руками, верно?

Но ничего страшного. За кого они меня принимают? Я тот, кто прошёл Glory Fantasia — игру, которую, как говорили, смогли одолеть лишь единицы, — причём сделал это неоднократно. Каждый раз, когда я начинал заново, мелкие настройки и сюжетные повороты менялись, но основной каркас всегда оставался прежним.

К примеру, вот это. Да, точно.

Кое-что здесь есть.

Методично осматривая молитвенный зал, я прочёсывал каждый угол, словно настырный таракан. Ну же, покажись, вылезай наружу!

Оно точно где-то здесь. Давай, не прячься и яви себя миру.

Опасаясь, что звук раскатится по залу, я огляделся по сторонам и слегка постучал по стенам.

Никакой реакции. Значит, дело не в них — возможно, нужно искать в другом месте.

Я бросил взгляд на каменную статую Ра, Бога Солнца, изображавшую женщину с закрытым вуалью лицом. Тот, кто её ваял, явно знал своё дело: фигура получилась отменной, и...

Особенно грудь. Весьма выдающаяся.

Хм. Вполне в духе того, чего ожидаешь от Бога Солнца.

Я вновь огляделся. Никто не проснулся, а значит, никто не мог увидеть то, что я собирался сделать.

«Прошу прощения за вторжение».

Мысленно договорившись с безмолвной статуей, я протянул руку и принялся ощупывать её грудь со всех сторон, проверяя, не спрятано ли внутри чего-нибудь.

Хм.

Ничего.

И здесь пусто.

Если и второй вариант окажется тупиковым...

То остаётся лишь один.

Я заглянул под стол и, слегка приподняв его, хорошенько встряхнул.

Оно обязано быть где-то здесь. Раз первые две догадки не подтвердились, оставался единственный шанс...

Щёлк.

— Нашёл...

Аккуратно разобрав ножку стола, я обнаружил внутри ключ, после чего вернулся к каменной статуе Ра и принялся искать замочную скважину.

...Нашёл.

Замочная скважина.

Я не был настолько глуп, чтобы вставлять его туда прямо сейчас, ведь поднявшийся шум мог переполошить всех вокруг, поэтому я просто спрятал ключ в карман.

Мне предстояло прожить здесь неделю. Нужно лишь дождаться момента, когда здание полностью опустеет, и тогда открыть проход в тайную комнату.

К тому времени мне уже не придётся опасаться, что меня прибьют каким-нибудь внезапным ударом исподтишка.

Да и этот сопляк Гектор тоже окажется трупом.

Тебе конец, мелкий ублюдок.

Я из тех, кто возвращает долги с процентами.

Священник по имени Миркант, за которым я наблюдал последние несколько дней, во всех смыслах являлся образцовым служителем церкви.

Приют при церкви был забит сиротами, которых он дал кров, и некоторые из них из-за нищеты сбились с пути. Кое-кто даже примкнул к культу, но их число оставалось ничтожно малым.

— Чёртов старый хрыч! — именно так его называли дети.

Несмотря на то что он одевал их и кормил, они дружно проклинали его за спиной.

Списать подобное на обычную незрелость было трудно. То, как они относились к священнику, выглядело настолько отвратительно, что невольно возникал вопрос: зачем он вообще возится с этими мелкими паршивцами?

Причина крылась в репутации, которая закрепилась за Культом Ра.

— ...Мой отец погиб из-за Церкви Бога Солнца.

Как выяснилось, филиал Культа Ра в Бенельде не всегда был таким крошечным. Когда-то он обладал куда большим влиянием, чем другие культы в округе.

Но затем, как и следовало ожидать, всё пошло прахом.

Когда верхушка культа, ослеплённая деньгами и властью, погрязла в коррупции, филиал потянуло на дно следом за ней. Бенельдское отделение Культа Ра сгнило из-за цепной реакции этого упадка, а затем, вступив в сговор с ныне несуществующей преступной организацией, по слухам, прибрало к рукам часть торгового квартала Бенельды.

Когда же их поймали с поличным, местный лорд приказал выволочь их на улицу и перебить прямо на месте. После этого еретиков ещё долго преследовали.

Всё это произошло всего несколько лет назад. Родители большинства сирот погибли в столкновениях между силами Культа Ра и войсками лорда.

Честно говоря, было бы странно, если бы у этих детей не поехала крыша.

Я приступил к обучению. Даже в угасающем филиале культа нашлась целая гора вещей, которые следовало усвоить. Двое оставшихся учеников священника, судя по всему, находились в паломничестве, зарабатывая деньги взамен штаб-квартиры, связь с которой оборвалась.

— Тебе понятны учения? — спросил Миркант.

— Проще некуда, — ответил я.

В конце концов, я был студентом Сеульского университета — хотя здесь это и не имело значения. Подобный уровень материала для меня ничего не стоил.

Быстро пробежав глазами текст, я мгновенно запечатлел его в памяти. Сама суть учения не отличалась особой сложностью, так что это не потребовало от меня больших усилий.

Миркант остался под впечатлением. Он часто гладил меня по голове, искренне радуясь моему уму. Это было отношение взрослого к ребёнку, но я не возражал.

Больше всего мне хотелось заполучить сверхъестественную способность под названием «Священный Закон», которой владели священники.

Ради этого я был готов терпеть столько поглаживаний по голове, сколько ему вздумается!

— Подобные вещи невозможно постичь за один день, — наставлял он. — Помни: даже если результат придёт не сразу, ты должен неуклонно двигаться вперёд — только тогда к тебе придёт истинное понимание.

— Разумеется.

Я посмотрел хитрам взглядом на книги, которые протянул мне Миркант. Для любого другого человека Священный Закон стал бы тем, ради чего пришлось бы с трудом пропускать через себя Священную силу, усердно молиться и практиковаться с непоколебимой верой...

Какая жалость.

Ко мне это не относилось.

[Вы получили навык «Тлеющее пламя».]

[Вы получили навык «Молитва огня».]

[Захад Балтон] [Уровень: 1]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные классовые навыки]

— Любовь Бога Солнца: навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— Милость Бога Солнца: Священная сила восстанавливается невероятно быстро.

— Благословение Бога Солнца: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Доступные навыки]

— Священная Стигма (F): даёт крайне слабое сопротивление любому злу.

— Божественность (F): позволяет в самой малой степени взывать к божественной силе Бога Солнца.

— Исцеление (F): позволяет медленно залечивать лёгкие раны.

— Благословение (F): слегка улучшает настроение.

— Тлеющее пламя (F): создаёт тёплое на ощупь пламя.

— Молитва огня (F): молитва слегка согревает тело.

— Пепельная Корона (EX): принесение подношений многократно увеличивает эффективность навыков, связанных с Богом Солнца.

— Хе-хе-хе...

Описания всё ещё жалкие, но это не имеет значения. Я прекрасно знаю, как быстро стать сильнее, так что стоит мне начать тренироваться всерьёз, как ранги моих навыков взлетят в мгновение ока.

Ранг F практически бесполезен. Но начиная с ранга E навыки уже можно применять в реальном бою. Для какого-нибудь «Тлеющего пламени» ранг F — это уровень «ой, тёпленько», но поднимись повыше, и ты сможешь заживо зажарить зверя.

Навыки — это сама суть силы персонажа!

Я выжму из этого места всё до последней капли, а потом рвану в штаб-квартиру культа! Раз уж всё так обернулось, для начала неплохо бы пожить здесь по-королевски!

Да какая разница, коррумпированный это культ или нет! Пока у меня всё идёт отлично, это единственное, что имеет значение!

Я тихонько посмеивался в углу, когда мимо проходили дети, кривя лица так, словно наткнулись на мерзкое насекомое. Поскольку пацан по имени Гектор всё ещё торчал в карцере, никто не пытался целенаправленно донимать меня.

Даже будучи гнилыми до мозга костей, дети оставались всего лишь детьми. Они проводили всё своё время со священником, поэтому не решались подходить ко мне напрямую.

Как бы сильно они ни презирали культ, Миркант был для местных сирот настоящим спасителем. Человек, приютивший тех, кому некуда было идти, дававший им кров и пищу, — было бы странно, если бы они не слушались его.

— Так, посмотрим.

Время освобождения Гектора как раз совпадало с моим уходом из молитвенного зала. Ему оставалось ещё два дня «воспитательного исправления», верно? Поскольку времени оставалось совсем немного, я систематизировал собранную информацию.

Хм. Это сопоставляется вот так. То — вот эдак, а затем...

Время, когда абсолютно все в церкви покидали здание: между тремя часами и половиной четвёртого дня.

— Отлично.

Оказавшись в опустевшей церкви, я в одиночестве направился в молитвенный зал, не забыв прихватить с собой хлеб, который припрятывал, недоедая в последние дни.

Стоило мне вставить ключ в пустую замочную скважину под статуей, как здание глухо застонало и слегка содрогнулось. Сама статуя начала медленно вращаться на месте, поворачиваясь вокруг своей оси.

Всё в точности соответствовало игровой механике. Удовлетворённо кивнув, я ступил на винтовую лестницу, которая открылась передо мной, когда статуя отодвинулась в сторону.

Стены из белого мрамора, украшенные фресками, тускло поблескивали в свете зажжённой свечи, которую я нёс в руке. Каждая из этих записей, вероятно, представляла собой важную историческую ценность.

Но меня это не интересовало. Их чтение не принесло бы мне никаких навыков. У меня не было ни малейшего желания вникать в их историческую значимость, поэтому я просто продолжал спускаться вниз.

Топ.

Винтовая лестница, казавшаяся бесконечной, наконец закончилась. Стоило моим ногам коснуться пола подземного зала, как вокруг вспыхнул свет.

Пустое пространство, в котором не было ничего, кроме одного-единственного объекта. Посреди зала возвышался одинокий алтарь.



Над алтарём парило нечто странное. Багровый шар, излучавший свет подобно миниатюрному солнцу. Мой слух уловил доносившийся неведомо откуда гимн — словно зацикленная аудиозапись, он без конца повторял один и тот же куплет.

Мрачный голос прошептал:



Голос вкрадчиво проникал в разум. Даже сквозь божественный барьер, окружавший сферу, эти мысли долетали до меня.

Всё как обычно.

Одно из девяти орудий, не поддающихся классификации даже в рамках игры.

Божественный артефакт, к которому на моём нынешнем уровне невозможно было даже приблизиться, не говоря уже о том, чтобы использовать.

Демонический меч Сурт.

Я опустил руку, которую порывисто протянул было вперёд. В любом случае, это оружие пока было мне не по зубам. Да и пришёл я сюда вовсе не за ним.

Мне с лихвой хватит и той восхитительной демонической энергии, которую эта штука источала во все стороны!

— Хе-хе-хе...



Я прижал ладонь к барьеру, окружавшему багровый шар.

[ВНИМАНИЕ]

[Священная Стигма отвергает вторжение «Зла».]

[Начинается эрозия.]

[Ваше тело подвергается осквернению.]

Моя Священная Стигма только-только пробудилась. Её сила была крайне ничтожной, ранг навыка — F.

Подвергнуться эрозии от снаряжения ранга EX — вполне ожидаемый исход.

Демоническая энергия, исходившая от Демонического меча, хлынула сквозь кончики моих пальцев. Моя кожа потемнела, приобретая глубокий багровый оттенок, а плоть начала буквально сползать с костей.

Разум пронзила дикая боль. Казалось, будто каждый сантиметр моей кожи разрывают на куски. Но я должен терпеть.

Наряду с повышением уровня Священной Стигмы, этот метод — самый быстрый способ стать сильнее!

Скорость роста уровней и мастерства владения навыками резко возрастает, когда ты сталкиваешься с могущественными противниками!

— Гх-х!..

«Но это чертовски больнее, чем я думал!»

Я резко отдёрнул руку, и эрозия прекратилась, однако моя правая кисть оказалась полностью искалечена.

Демонический меч насмешливо произнёс:



«Заткнись, чёртов меч!»

«У меня всё ещё припрятан туз в рукаве!»

Я поспешно опустил на пол принесённый с собой мешок, в который откладывал недоеденные куски хлеба. Засохшие и жалкие подношения, но это лучше, чем ничего.

Нет.

Судя по моим прошлым экспериментам, этого было более чем достаточно!

— О Боже! Я приношу тебе подношение!

[Активируется Пепельная Корона.]

[Вы можете выбрать навык для усиления.]

Тут и думать нечего.

Всё до последнего очка пойдёт на Священную Стигму!

[Священная Стигма временно усилена.]

[Ранг навыка «Священная Стигма» (F) ==> (E)]

[«Ра» испускает вздох.]

[Она гладит подношение с явным неудовольствием.]

[Ранг навыка «Священная Стигма» (E) ==> (D)]

[Священные Законы, связанные со Священной Стигмой, постепенно укрепляются.]

[Божественность усиливается; вы обретаете способность творить малые чудеса.]

[Священная Стигма отражает «Зло», проникающее в ваше тело.]

Настоящая битва. Я физически ощущал, как демоническая и Священная силы сталкиваются и наносят друг другу удары прямо в моих венах.

— Гр-р-рх!..

Из носа брызнула кровь, но я до боли прикусил изнутри щёку и терпел. Вонзив пальцы в собственное бедро, я из последних сил продолжал дышать.

Терпеть. Просто вытерпеть это.

Нет... нет... но всё же...

«Да ну к чёрту! Это слишком больно!»

— Е-ещё... мне нужно больше подношений...

— А ну соберись, — раздался чей-то голос.

«Кто это ещё...»

— Держи себя в руках. Сопротивляйся изо всех сил, — продолжал таинственный голос. — Я приложил столько усилий, чтобы перенести тебя сюда, а ты играешь со своей жизнью... Похоже, я сильно ошибся в людях. Стойкость, которой восхищался даже я, ты тратишь на дешёвые трюки...

Вспыхнул ослепительный свет, и до моих ушей донёсся скрежет поворачивающейся каменной статуи.

Происходящее нельзя было назвать иначе как чудом. Солнечный свет, проникавший по винтовой лестнице, полностью исчез. Вход в тайную подземную обитель захлопнулся, оставив меня в полной ловушке.

Кто-то положил руку мне на плечо, и стоило мне попытаться обернуться, как таинственный голос остановил меня:

— Не смотри. Ослепнешь. Если хочешь провести остаток дней одноглазым, я мешать не стану. Это последняя помощь, которую я тебе оказываю. Дальше тебе придётся пробивать себе дорогу самостоятельно, пока твоя сила не достигнет небес.

— К-кто ты...

— Тот, кто отправил тебя сюда. Администратор временной шкалы, обречённой на гибель. — Голос испустил тяжёлый вздох: — Твой хозяин, дурак. Сосредоточься, если не хочешь сдохнуть.

----------

Демонический меч Сурт (3)

Голова шла кругом. Я понятия не имел, сколько времени прошло.

Оглянувшись, я посмотрел на свое похолодевшее плечо. То, что находилось там мгновение назад, исчезло. Былое тепло испарилось без следа.

Вероятно, это была Ра.

— ...Ха.

Приподнявшись, я сел прямо. Откуда-то из полумрака до моих ушей донеслись проклятия демонического меча.

【Да как ты смеешь — использовать меня как ступеньку!】

«Значит, соображает».

Опустив взгляд, я осмотрел свои руки и ноги. Кожа была слегка ободрана, но не более того. Никаких других проблем. Никакой странной энергии, струящейся по телу, никаких дурных предзнаменований...

Пошатываясь, я поднялся на ноги и проверил окно статуса.

[Захад Балтон] [Уровень: 6]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные навыки класса]

— Любовь Бога Солнца: навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— Милость Бога Солнца: Священная сила восстанавливается стремительно.

— Благословение Бога Солнца: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Навыки]

— Священная Стигма (D): дает умеренное сопротивление любой демонической энергии.

— Божественность (D): позволяет в умеренной степени черпать божественную силу Бога Солнца.

— Исцеление (F): позволяет медленно затягивать незначительные раны.

— Благословение (F): незначительно улучшает настроение.

— Тлеющее пламя (F): создает теплое на ощупь пламя.

— Молитва огня (D): молитва умеренно согревает тело. Физические характеристики слегка повышаются.

— Пепельная Корона (EX): принесение даров колоссально увеличивает эффективность навыков, связанных с Богом Солнца.

«Что ж, весьма недурно».

Мой уровень подскочил сразу на пять единиц, а Священная Стигма и Божественность достигли ранга D. Более того, Молитва огня, которую я даже не планировал развивать, тоже поднялась до ранга D.

То, на что у обычного жреца ушли бы годы упорного труда, я провернул всего за несколько минут.

— По крайней мере, теперь меня там не забьют до смерти...

【Да как смеет ничтожный человек игнорировать меня!】

— Да успокойся ты. Я слушаю.

Сколько именно времени прошло?

Поднявшись по ступеням, я обнаружил, что тайный проход плотно закрыт. Отлично, значит, никто ничего не заподозрил.

Я никак не мог знать, когда именно стоит выходить. Открыть проход изнутри труда не составляло, но снаружи мог кто-то поджидать. Если мальчишка, прибывший всего несколько дней назад, вдруг объявится, зная местонахождение печати демонического меча...

«Хм».

Даже у меня возникли бы подозрения.

Убрав руку от прохода, я решил пока заняться тем, что было в моих силах.

Подойдя к Демоническому мечу Сурт, я заметил, как вздрогнула и затрепетала красная сфера.

【Ч-что?! Что это за злобный взгляд?!】

— Твои слова ранят.

【Что ты задумал?! Ты!.. Если ты жрец, так и веди себя как подобает, смотри на мир с кротостью!】

— С каких это пор демонический меч учит меня хорошим манерам?

Подняв руку, я заставил Тлеющее пламя с тихим шипением вспыхнуть на ладони.

Теплое. Однако оно все еще оставалось сгустком Священной силы. Будучи проявлением божественного могущества, это пламя являлось естественным врагом демонического меча.

Сурт инстинктивно сжалась от страха. Нити демонической энергии, лениво струившиеся за пределами барьера, мгновенно натянулись струной.

【Убери от меня эту мерзость!】

— Тише, тише, полегче, успокойся. Не переживай...

Чем сильнее противник, против которого применяется навык, тем быстрее накапливается опыт. По той же причине закаленные в боях воины становятся сильнее всех остальных.

Больше всего опыта получаешь от врага, которого тебе никогда не одолеть.

Находящаяся передо мной Сурт была предметом ранга EX. На моем нынешнем уровне у меня не было ни единого шанса победить ее, а если оценивать исключительно уровень угрозы, она без труда превзошла бы ранг S.

Но что она могла мне сделать?

Она ведь не могла двигаться! А раз так, то она была не более чем лучшим в мире тренировочным манекеном!

Идеальная ферма опыта для класса жреца!

— Больно не будет...

【О-оставь меня в покое!】

— Ты ведь только что умоляла меня снять печать.

【Я-я не хочу этого! Не хочу! Прекрати! Убери от меня эту гадость!】

— Твой тон изменился.

Облизнув губы, я усмехнулся:

— Так мне нравится гораздо больше.

【Хи-и-и-и-и-ик!】

【Угх... у-у-у-а-а-ах...】

Стряхнув остатки Священной силы, я закончил. Я исчерпал почти полудневный запас энергии. Уставая, я отдыхал, а затем начинал снова, раз за разом обрушивая Тлеющее пламя на барьер, в котором она томилась.

Будучи запечатанной внутри священного барьера, она все же своими обостренными чувствами ощущала происходящее снаружи. Должно быть, для нее это было сродни тому, как если бы ее тело обливали нечистотами.

Находясь по ту сторону преграды, она отчаянно сопротивлялась. Угрожала мне, требуя остановиться, и пыталась оттолкнуть своей демонической энергией. Но именно этого я и добивался.

Оказавшись в ловушке липкого, вязкого Тлеющего пламени и Благословения, Демонический меч Сурт долго боролась, пока в конце концов не разрыдалась. Лишь когда ее сопротивление окончательно иссякло, я отступил назад.

Красная сфера расплылась, превратившись в дрожащую бесформенную массу.

【Я... теперь я это ненавижу...】

— Удовлетворительно.

Коснувшись экрана, я открыл окно статуса.

[Захад Балтон] [Уровень: 7]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные навыки класса]

— Любовь Бога Солнца: навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— Милость Бога Солнца: Священная сила восстанавливается стремительно.

— Благословение Бога Солнца: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Навыки]

— Священная Стигма (D): дает умеренное сопротивление любой демонической энергии.

— Божественность (D): позволяет в умеренной степени черпать божественную силу Бога Солнца.

— Исцеление (F): позволяет медленно затягивать незначительные раны.

— Благословение (E): заметно улучшает настроение.

— Тлеющее пламя (E): создает обжигающее на ощупь пламя.

— Молитва огня (D): молитва умеренно согревает тело. Физические характеристики слегка повышаются.

— Пепельная Корона (EX): принесение даров колоссально увеличивает эффективность навыков, связанных с Богом Солнца.

Благословение и Тлеющее пламя поднялись на один ранг. Будучи священными искусствами низшего уровня, они в лучшем случае имели предел в ранг C, но даже такое продвижение определенно помогло бы в реальном бою. К тому же получить сразу два повышения ранга за один день — это нечто невероятное.

Скорость роста поражала воображение. Вздрогнув, я осознал это. Благословение было полезным, но Тлеющее пламя нравилось мне гораздо больше.

Раньше оно было просто теплым на ощупь. Теперь же оно обжигало.

— Эх... быть читером — пугающая штука...

Если подумать, Ра ведь говорила что-то до этого.

Что-то о временной шкале, движущейся к гибели... или вроде того...

Что ж. Пока отложу это в долгий ящик. Дело не кажется срочным.

— Сурт.

【Н-не подходи! Держись от меня подальше!】

— Веди себя хорошо. Я еще вернусь за тобой.

【Не возвращайся!!!】

— Я не могу оставить без присмотра кого-то вроде тебя... Я буду наставлять тебя во имя Ра... нежно и тщательно...

【У-у-у-а-а-ах!】

Пусть она и обладала силой, прямо противоположной Священной силе, она все равно оставалась предметом ранга EX. Не было причин со временем не прибрать ее к рукам.

Но это дело будущего. Сейчас у меня не было возможности вынести ее отсюда, да и сил явно не хватало. Оставить ее здесь было лучшим решением.

Проголодавшись, я поднялся по винтовой лестнице. Прижавшись ухом к проходу, я прислушался к звукам снаружи.

Никого не слышно. Если я поспешу, все должно пройти гладко...

«Пожалуйста, пусть там никого не окажется».

— Оп!

Затаив дыхание, я привел в действие механизм. Каменная статуя скрежетнула, поворачиваясь, и тайный проход с глухим стуком распахнулся.

Выскочив наружу, я торопливо вставил ключ обратно в замок и запечатал проход.

Каменная статуя вернулась на свое место. Стояла ночь. Бледный лунный свет пробивался сквозь витражи. Вокруг ни души. Абсолютная тишина.

Безопасно. Никто ничего не заметил.

Топ. Топ.

Скрип.

— ...Кто здесь?..

Резко повернув голову, я замер. Каменная статуя едва успела встать на место, как из внутренних дверей молитвенного зала вышел Миркант.

— ...Захад?

Выражение лица Мирканта менялось ежесекундно. Облегчение сменилось вздохом. Вздох перерос в беспокойство.

Подойдя ко мне широким шагом, он присел и осмотрел меня с ног до головы:

— Ты не ранен? Все в порядке?

— Эм, да, все хорошо.

— Слава богу. Слава богу, — обхватив мое лицо ладонями, он заглянул мне в глаза. — ...Я думал, ты погиб. Где, во имя всего святого, ты пропадал целых три дня?

Три дня?

Так долго?

— А, ну... я заблудился...

— Заблудился? — выпрямившись, Миркант принялся пристально изучать мое лицо со всех сторон. — ...Ты ведь не местный, так что, полагаю, такое возможно. В следующий раз, когда захочешь выйти, иди за другими детьми. Они покажут дорогу.

— Я буду иметь это в виду.

— Ты голоден? Я отложил немного хлеба. Этого должно хватить, чтобы наесться.

Миркант поднялся. Посмотрев на него снизу вверх, я искренне изумился тому, что он так легко поверил в столь нелепую отговорку.

— ...Вы больше ничего не спросите?

Вопрос сорвался с моих губ сам собой — из чистого любопытства. Я пожалел об этом в то же мгновение.

Однако Миркант ничего не ответил. Порывшись в комнате, он просто достал прибереженный хлеб:

— Ешь не торопясь, — улыбнувшись, он едва заметно кивнул. — Если будешь есть слишком быстро, заболит живот.

...Хм.

«Этот человек слишком добр для своего же блага».

Потянувшись, я встретил рассвет нового дня.

К подобному распорядку я уже успел привыкнуть с момента своего прибытия. Три дня пролетели словно один вечер, так что метла в моих руках казалась чем-то совершенно естественным.

И вот, вжик, вжик.

Лениво зевая, я подметал двор. Церковь больше походила на аварийное здание, но работы по уборке здесь всегда хватало.

Например, осыпающаяся стена.

Или наполовину разрушенная статуя, выкрашенная в какой-то нелепый цвет.

Или дорожка из потрескавшегося мрамора.

Или железные ворота, которые покосились набок и не закрывались как следует... в общем, всякое такое.

...Если честно, это место больше напоминало кладбище, чем церковь. Работы было непочатый край. Как я должен справляться со всем этим в одиночку?

«Нужно либо выбираться отсюда самому, либо начинать зарабатывать».

Я не собирался влачить такое существование. Если уж жить, то жить по-человечески — разве можно назвать жизнью то, когда тебе приходится питаться одним лишь черствым хлебом?

Мои цели были предельно ясны. Во-первых, добраться до штаб-квартиры Культа Ра и обосноваться там. Во-вторых, стать полноценным жрецом и прочно закрепиться в их теневых делах, какими бы незаконными они ни были.

Пока ты соблюдаешь правила, даже плохой закон не обязательно будет плохим для тебя. Абсолютно верно. Именно так это и работает.

Чтобы провернуть подобное, мне требовалось произвести хорошее впечатление на официальных жрецов, которые прибудут из штаб-квартиры для проверки филиала...

— Эй.

Метла, которой я усердно подметал, уперлась в чью-то ногу и замерла. Передо мной стоял знакомый мальчишка, ухмыляясь во весь рот, а за его спиной толпилась кучка других сирот.

— Слышал, ты приполз обратно, потому что тебе больше некуда податься?

— Хм. Мелкий ублюдок все-таки здесь.

— Что ты, блядь, только что вякнул?

Гектор. Точно. Его звали Гектор.

Осмотрев его, я отметил, что он был гораздо крупнее своих сверстников, а на его руках отсутствовала Священная Стигма. Каштановые волосы, лицо, больше подходящее наемнику, чем обычному человеку.

Гектор. Я прокрутил это имя в голове еще раз, но так ничего и не вспомнил. В игре я о нем никогда не слышал.

А значит, он был обычным статистом. Скорее всего, каким-нибудь подворотенным отребьем, сгинувшим в канаве.

Опершись на метлу, я посмотрел на него снизу вверх:

— Чего тебе надо?

— Из-за тебя меня на целую неделю заперли в карцере. Ты хоть знаешь об этом?

— Его называют карцером, но по сути это ведь отдельная комната, верно? Тепло, еда по расписанию. Будь я на твоем месте, сам бы туда пошел. Весь день не нужно работать — звучит просто отлично.

— Да что с тобой, блядь, не так?!

— Ты с самого прихода только и делаешь, что материшься. Это все, на что ты способен?

Выбивая метлу у меня из рук, Гектор приблизил свое лицо к моему и прорычал:

— Похоже, тебе больше нечем похвастаться, кроме своего длинного языка.

— Все же лучше, чем пес, который даже лаять толком не умеет, а только скулит и скалится. Не так ли? Гав.

— ...Думаешь, этот старый хрыч прикроет твою задницу, да?.. Но ты ведь не знаешь, что он ушел из церкви сегодня рано утром, верно?

— С чего бы послушнику не знать о таких вещах?

Прихвостни Гектора разразились хохотом.

— О чем он вообще думает?

— Эй! Гектор! Врежь ему!

— Да закопайте его просто на заднем холме!

Ну и семейка маленьких демонов. Скосив глаза, я сосчитал его свиту. Две девчонки, два парня.

Пятеро, включая Гектора.

— Внушительная свита.

— Что? Испугался?

— Испугался? Не смеши. Боится как раз та собака, которая лает только в стае.

Размяв шею, я вздохнул. Тело мальчишки. Я определил свой физический возраст примерно в пятнадцать лет.

Драка казалась неизбежной, так что я решил принять вызов. Но перед этим мне хотелось кое-что спросить.

— Почему ты так отчаянно пытаешься испортить мне жизнь?

— ...Потому что твоя рожа меня бесит.

— Моя рожа тебя бесит? Ну не знаю... она всяко лучше твоей...

Встретившись взглядом с одним из прихвостней Гектора, я заметил довольно симпатичную девушку, которая смотрела на меня и улыбалась. Ту самую, что спросила: «О чем он вообще думает?».

...Ой. Погодите. Это же парень.

Так вот оно что: он пытался показать свою крутизну, опозорился перед девчонкой, а теперь ему нужно поквитаться? И вдобавок ко всему, эта девчонка проявляет ко мне интерес, что буквально сжирает его изнутри?

— Ладно. Погнали.

Сделав шаг назад, я осмотрелся. Никого, кто мог бы мне помочь, и ни одного свидетеля.

— Но погоди. Сначала два условия.

— Ты думаешь, это какая-то...

— Если согласишься на мои условия, я не побежу жаловаться жрецу. Мы оба так или иначе застряли здесь, верно? Раз уж до этого дошло, давай решим все по-мужски.

— Что за бред ты...

— Все, что произойдет здесь, останется между нами. И тот, кто проиграет, не побежит жаловаться.

Скрипнув зубами, Гектор злобно уставился на меня:

— ...Ладно. Но ты сдохнешь прямо здесь.

— Буду считать это согласием.

— Я убью...

— Погоди!

— Да что еще?!

— Пусть по мне и не скажешь, но я послушник. Жрец, служащий Богу Солнца Ра.

Сложив ладони вместе, я слегка склонил голову:

— Перед боем я должен услышать голос Ра. Дай мне минутку помолиться.

— Ты точно сумасшедший.

Я услышал, как они недовольно цыкнули. Да-да, цыкайте сколько влезет. Скоро сами заскулите, когда я вам яйца откручу.

[Активируется Молитва огня.]

[Ваше тело согревается.]

[Физические характеристики слегка повышаются.]

— Услышал. Ра заговорила со мной.

— ...Что?

— Насчет всех вас.

Подняв руку, я медленно провел пальцем по горлу:

— Избей их до полусмерти.

[Ра отрицает, что когда-либо говорила подобное.]

----------

Послушница Айрин (1)

Уровень — это мера силы. Если говорить точнее, это способ свести всю твою боевую мощь к простому двузначному числу.

Первый уровень — всего лишь обычный, ничем не примечательный житель. Зато десятый уровень уже ставил человека в один ряд с опытным солдатом. Конечно, существовали такие переменные, как навыки и снаряжение, но в боевой системе Glory Fantasia более высокий уровень почти всегда гарантировал победу.

Можно сказать и так: уровень являлся прямым показателем физических возможностей. Высокоуровневый маг мог голыми руками забить насмерть солдата гораздо более низкого уровня — именно так здесь всё и работало.

В игре это также выражалось через «карму», но сейчас это не имело значения, так что отложим этот вопрос в сторону.

Я размял кисти рук. Мои физические показатели на седьмом уровне примерно соответствовали уровню солдата, прошедшего базовую подготовку. Ещё не ветеран, но уже крепкий боец рангом чуть ниже.

А парень передо мной, каким бы здоровым он ни казался, оставался всего лишь ребёнком. С точки зрения чистой физической силы я превосходил его с огромным отрывом, ведь разница в росте или телосложении в этом мире не играла роли.

Мой показатель кармы был выше, чем у него.

А значит, я мог просто раздавить его разницей в уровнях! В обычной детской драке!

— Я из тебя всю душу вышибу! — проревел Гектор. Его сжатый кулак, массивный и мясистый, отчётливо хрустнул.

Если подумать, раньше он уже успел меня ударить. Я тогда твердо решил вернуть ему долг в двойном размере, но потом совершенно об этом забыл.

Спасибо.

За напоминание.

— Хватит чесать языком, нападай уже, мелкий ублюдок.

Гектор бросился вперёд. Тяжело дыша, он сделал широкий замах, с резким свистом рассекший воздух, но я без особого труда уклонился в сторону.

Я не обучался боевым искусствам, но сейчас прекрасно всё видел: и открытый живот, и неустойчивые ноги. Его верхняя половина тела была абсурдно массивной, однако низ явно за ней не успевал — все его слабости лежали передо мной как на ладони.

С ростом физических характеристик обострялись и все пять чувств.

«Я всё вижу, щенок. Да у него же развит только торс!»

— Воины с неразвитыми ногами отправляются прямиком в ад! Такова воля Божья!

[Ра прижала ладонь к лбу, отметив, что никогда не говорила ничего подобного.]

Я вонзил кулак в живот Гектора, отчего его глаза округлились так, словно готовы были выскочить из орбит.

Он попятился, задыхаясь, но я не собирался его отпускать. Игнорируя его хриплый кашель, я продолжил осыпать его ударами, после чего подсек ему ноги, повалил на землю и высоко занёс ногу.

— Как ты посмел пнуть мою метлу...

— П-погоди!..

— ...вот так?!

И я ударил. Прямо между ног.

Звук, который он издал, напоминал визг резанной свиньи. Его вопль, честно говоря, прозвучал довольно забавно. Он отчаянно пытался прикрыться руками, но я всё равно ещё несколько раз наступил на него сверху.

— Ра повелевает! Размозжить ему яйца!

— А-а-а! А-а-а! П-прекрати-и-и!!

— Ах ты паршивец! Возомнил себя мужиком?! Ладно, веди себя как мужик! Но как ты посмел втянуть во всё это меня?! С какого перепугу я должен огребать из-за девки, за которой даже не ухлёстывал?!

Его затрясло в конвульсиях, а глаза закатились, но мне этого показалось мало, так что для верности я нанёс ещё несколько топчущих ударов.

Слюна Гектора закапала на землю, его ноги безжизненно вытянулись, и он полностью затих.

Отключился. А я ведь ещё даже не вошёл во вкус.

Я поднял взгляд. Мальчишки, которые ещё минуту назад покатывались со смеху, теперь испуганно пятились назад.

— И куда это вы собрались? — Я широко улыбнулся. — Побежите — получите вдвойне. Живо подошли сюда. Все.

«Если это не истинное деяние священнослужителя, то что тогда? Наставление заблудших детей на путь истинный. Воистину, я рождён для того, чтобы служить Культу!»

[Ра заскрежетала зубами, вопрошая, почему из всех людей ей пришлось призвать именно такого.]

Мои кулаки замелькали в воздухе, и тела посыпались на землю одно за другим.

Девчонки задрожали от страха, а я лишь ухмыльнулся:

— Чего ждёте? Идите сюда.

— А-а?..

— Обучение не имеет гендерных различий.

Я человек, который относится ко всем одинаково.

— Равнодушные свидетели — тоже грешники.

И я столь же щедро уложил девчонок на лопатки.

— ...Атмосфера в церкви заметно изменилась.

— Это всё благодаря вам, отец мой. — Я расплылся в улыбке и слегка пнул по ноге Гектора, который в этот момент усердно подметал двор. — Видишь вон то грязное пятно?

— П-прости...

Миркант нахмурился:

— Ты что, побил детей?

— Конечно нет. Мы просто сблизились. Верно ведь?

— Д-да!

— Мы просто поговорили, и, ну... нашли общий язык...

— З-Захад хороший человек! Правда!

Хорошо, что я бил их аккуратно, только по тем местам, где синяков не видно. Кивнув, я похлопал каждого из них по плечу.

— Вы отлично справляетесь, «друзья». Продолжайте в том же духе. Понятно?

— Д-да!

— П-поняли!

— Подумать только, главные забияки церкви добровольно подметают двор... — Растроганный Миркант смахнул набежавшую слезу. — Как я всегда и говорю, ничто так не меняет людей, как дружба. Это твоя заслуга, Захад.

— Ха-ха, пустяки. Кстати, отец мой, мне показалось, у вас были какие-то дела. Зачем вы вышли в сад?

— Ах, точно. Да, совсем забыл. Иди сюда, Захад. Я хочу кое с кем тебя познакомить.

— Правда? С кем же?

— С твоей старшей соратницей. Она стала послушницей ещё до твоего прихода. Двое из них уходили, но одна уже завершила своё паломничество и вернулась. Думаю, она будет рада познакомиться с тобой.

Я последовал за ним внутрь церкви. Миркант с негромким щелчком приоткрыл дверь в молитвенный зал и вдруг прижал палец к губам:

— ...Она молится, так что потише. Она очень набожна и станет для тебя прекрасной наставницей.

Я выглянул из-за его спины и увидел её.

Женщину, холодную как лёд.

Преломляясь сквозь витражи, солнечные лучи окутывали её мягким светом. Слегка растрёпанные серебряные волосы выглядели поразительно благородно на фоне поношенного жреческого одеяния.

Сложенные в молитве руки... Это простое действие в её исполнении создавало ощущение, будто само время остановилось, а весь мир замер, превратившись в безмолвную картину.

Святая.

Это было единственное слово, пришедшее мне на ум. Опущенные длинные ресницы, тонкие изящные пальцы — всё в ней дышало красотой. Единственным изъяном, пожалуй, казался шрам, пересекавший один глаз.

Но даже он гармонично дополнял её образ, настолько она была прелестна. Чистая и сияющая — любой обычный человек наверняка счёл бы за счастье просто дышать с ней одним воздухом.

Такое лицо казалось слишком роскошным для обычной послушницы из захолустья. Выбери она любой другой путь, помимо служения Богу, она прославилась бы одной лишь своей внешностью.

К тому же, как у жрицы Бога Солнца, её... ну, в этой области формы тоже были весьма впечатляющими...

«...Но почему она кажется мне такой знакомой?»

Она открыла глаза. Миркант тихо зашептал, глядя на этот прекрасный, ещё не распустившийся цветок.

На вид она была примерно моей ровесницей. Миркант сам назвал мне её имя:

— Это Айрин. Она отказалась от своей фамилии, когда вступила в Культ, и с тех пор прошло много времени. Ситуация в её семье довольно сложная, так что расспрашивать не стоит.

«...Айрин?»

Погодите-ка.

Секундочку.

Я резко повернул голову, стряхивая наваждение от её красоты, чтобы рассмотреть её как следует.

Знакомое лицо. Серебряные волосы и синие глаза. Выдающаяся фигура и веющий от неё холод.

Это она.

Точно она!

Что здесь делает Синий Сокол — та самая, которая к концу основного сценария прославится как имперский рыцарь?!

— Зови её «старшей». Айрин, подойди сюда, когда закончишь молиться.

— ...Да, отец мой.

— Это твой младший соратник. Он присоединился к нам в качестве послушника несколько дней назад. Будь добра к нему, он славный малый.

Её голос звучал очаровательно, но вот взгляд, которым она одарила меня при приближении, был совсем иным.

Так смотрят на заклятого врага или на бесполезную обузу, которая будет лишь тянуть на дно.

Слегка наклонив голову, я поспешил поприветствовать её первым:

— О, з-здравствуйте... старшая?

— Минус балл, — раздался её холодный голос. — Не мямли. Расправь плечи. Послушник обязан сохранять правильную осанку всегда и везде.

— А, да.

— Отвечай кратко. Растягивать слова — дурная привычка. В официальной обстановке это может вызвать нежелательную реакцию.

Она вежливо поклонилась, но выражение её глаз осталось прежним:

— Я Айрин.

— Я Захад, но...

— Минус балл.

— ...Я Захад.

Она пристально посмотрела на меня:

— Поскольку отец Миркант очень занят, обучением младшего соратника поручили заняться мне. Но прежде чем мы начнём, я должна кое-что сказать.

Айрин завела выбившийся локон за ухо. Бесшумно подойдя ближе, она склонилась к моему уху.

Я почувствовал её дыхание.

Она цедила каждое слово, словно тщательно пережёвывая его:

— Ещё не поздно. Убирайся из Культа прямо сейчас, паразит.

...Что ж, в одном я был уверен точно: пусть сценарий и полетел ко всем чертям, её характер ничуть не изменился.

Синий Сокол Империи. Законченный рационалист и в то же время...

Женщина, испытывающая глубокое отвращение к мужчинам.

Она отстранилась. На её лице застыло прежнее бесстрастное выражение. Лишь брови едва заметно сошлись к переносице, но не более того.

Сохраняя невозмутимый вид, я намеренно улыбнулся ей в ответ:

— Надеюсь на плодотворное сотрудничество, старшая.

— ...Ты не расслышал моих слов?

— Я прекрасно всё расслышал, старшая.

«Моё место здесь. Я ещё не выжал из этого заведения все соки, а пока тут остаётся хоть какая-то выгода, уходить я не собираюсь. Развить навыки до предела и накопить достаточно сил, чтобы никто не смел помыкать мной, куда бы я нишёл, — вот моя первоочередная цель. А кроме того...»

Когда тебя провоцируют настолько открыто, как тут не проснуться духу соперничества?

«Назвать меня паразитом! Я могу стерпеть оскорбления в адрес Ра, но оскорбления в свой собственный адрес терпеть не стану!»

— Я буду очень стараться. Пожалуйста, научите меня всему, стар-ша-я.

«Так или иначе, я заставлю её признать меня!»

[Ра просит прекратить терпеть оскорбления и в её адрес тоже.]

----------

Послушница Айрин (2)

Глава 5: Послушница Айрин (2)

Айрин оказалась строгой наставницей. Верная своей склонности к перфекционизму, она всегда носила белые перчатки поверх черных и повсюду выискивала недостатки.

— Младший, сад грязный.

— Я же только что всё убрал.

— Штрафной балл. Пререкания недопустимы.

— ...И до какого предела могут опускаться эти штрафы?

— На данный момент у тебя минус тридцать семь баллов. — Айрин оглянулась на меня: — Ты чуть лучше насекомого.

— Ого. Лучше насекомого? Впечатляет.

— Штрафной балл. Следи за языком. Теперь ты на одном уровне с насекомым.

— Потрясающе.

Осмотрев сад, я так и не понял, что еще тут можно убрать.

— Здесь же всё выметено, разве нет?

— А вон там, по-твоему, что лежит? Опавший лист?

— Всего один?

— Не «всего один». Единственная деталь, лежащая не на своём месте, определяет облик всего пространства. Из-за одного такого листика нашу церковь могут счесть запущенной.

— Не слишком ли это притянуто за уши?

— ...

Есть люди, принимающие ледяной взгляд красавицы за награду и радующиеся ему так, словно выиграли главный приз. К сожалению, я к их числу не относился. Честно говоря, подобное отношение меня только раздражало.

Подняв листок, я перебросил его через ограду.

— Теперь довольна?

— Штрафной балл.

— Опять?! За что?!

— За непочтительный тон.

— Ты просто ко мне придираешься!

— Штрафной балл. Пожалуйста, выражайся вежливее, Младший.

Время с ней я проводил в основном днем. Каждое ее слово ранило меня — словно граненый самоцвет, больно бьющий по ребрам.

— У тебя вообще есть глаза, Младший?

— А эти два, по-твоему, что?

— Я думала, так, для красоты. Если они работают, советую вставить новые. Раз ты не способен запомнить даже такую мелочь, рекомендую покинуть Культ при первой же возможности.

— О, какая великодушная забота!

Единственным по-настоящему полезным занятием за день было изучение священных искусств. Верная своему строгому стилю преподавания, она обучала меня по аккуратно составленным теоретическим конспектам.

— Покажи мне [Тлеющее пламя]. Ты учился напрямую у жреца Мирканта, так что это должно быть тебе под силу.

Взгляд, которым она меня одарила, трудно было назвать дружелюбным: в нем сквозила легкая насмешка. Требовать от того, кто только-только стал послушником, сотворить священное искусство — чистой воды издевка. Она говорила это лишь ради того, чтобы подразнить меня, прекрасно зная, что у меня ничего не выйдет.

Сделав максимально невозмутимый вид, я щелкнул пальцами.

Алое пламя, обжигающее при малейшем прикосновении, заплясало на кончиках моих пальцев.

— И всё? Проще простого.

— ...

Впервые ее глаза широко распахнулись от искреннего удивления. Переведя взгляд с меня на огонь и обратно, она быстро сменила изумление на подозрительность.

— Ты учился этому раньше?

— Нет. Просто попробовал, и получилось.

— ...Это невозможно.

— Да ну? Невозможно? — Я пожал плечами. — Если как следует разобраться в теории и подготовиться, разве это не под силу каждому?

— ...

Ее взгляд стал еще острее, и она со стуком захлопнула книгу.

— Перейдем к священным искусствам низшего ранга, дозволенным тебе для изучения. Раз Младший у нас такой гений, то осваивать по одному в день не составит для него труда.

— Разумеется.

Я лучезарно улыбнулся, ведь именно этого я и добивался!

Четыре священных искусства низшего ранга. Настоящий кладезь!

— Тогда не будем терять времени, Старшая.

◇ ◇ ◇

Миркант работал допоздна. Он оставался единственным посвященным жрецом в этом приходе, а редкие проверки из главного храма Культа и вовсе прекратились.

Слово «заброшенный» подходило как нельзя лучше, но Миркант все равно не мог заставить себя оставить службу. Грехи этого прихода и искупление этой вины тоже были его призванием.

Миркант усердно трудился, распределяя по самым важным нуждам средства, которые Айрин собрала во время своего паломничества, и щедро выделяя деньги на отопление, чтобы пережить зиму.

Дыр в бюджете оставалось много, и с этим ничего нельзя было поделать. Ресурсы были ограничены, их вечно не хватало, поэтому приходилось выжимать крохи и буквально выкраивать средства на выживание.

Что ему оставалось делать, когда даже этого катастрофически не хватало?

Миркант опустил руки. Возможность брать в долг у местных торговцев тоже исчерпала себя. Занимать больше было негде, да и обременять больше было некого. До сих пор он справлялся лишь благодаря чужому доброму отношению, но и этому пришел конец. Источников дохода не осталось, и вскоре он, возможно, не сможет купить даже хлеба, чтобы прокормить детей.

— ...Боже. — Сжав висевший на шее священный символ, он тихо прошептал: — Пожалуйста... позволь мне позаботиться о детях... яви чудо...

Раздался стук в дверь. Миркант поспешно смахнул слезы в уголках глаз и заговорил спокойным голосом:

— Войдите.

Дверь со скрипом отворилась, и вошла послушница Айрин — дитя, к которому он уже успел искренне привязаться. Благородная, но одинокая девушка, которую Миркант очень ценил. Зная о ее обстоятельствах, он старался не навязываться и приглядывал за ней с почтительного расстояния.

Израненная душа, пришедшая к Богу в поисках опоры. Налив воды в пустую чашку, Миркант молча протянул ее девушке.

— Присаживайся, где тебе удобно.

— Хорошо.

Ее ответ был краток, и, как обычно, к чашке она не прикоснулась. Сев на стул, она молча уставилась на Мирканта. Глядя в эти притягательные голубые глаза, жрец всегда ощущал странное волнение в груди.

— Что привело тебя сюда?

— Дело в моем младшем.

— В Захаде? Он что-то натворил?

— Нет. Я пришла по другой причине. — Айрин вздохнула, и в этом глубоком вздохе послышались нотки уязвленного самолюбия: — ...Он гений, жрец Миркант. Я бы даже сказала, что он отмечен любовью Ра.

— Насколько?

— Он мгновенно усваивает учение и прямо на моих глазах повторяет священные искусства, которым я его обучаю. Исполнение пока грубое, но... скорость его обучения выходит за рамки обычного.

Миркант широко улыбнулся. Айрин была не из тех, кто лжет. Она презирала и недолюбливала мужчин, но всегда смотрела на вещи объективно. Раз она так сказала, значит, Захад действительно любим Ра. Какое благословение! Кто бы мог подумать, что талант такого масштаба окажется в их скромном приходе?

— Это благодаря твоему хорошему обучению.

— ...Жрец. — Она замялась, прежде чем продолжить. Редкие проявления ее истинных чувств заставляли Мирканта смотреть на нее с теплой, отцовской улыбкой: — Я... не учила Захада хорошо. Напротив, я относилась к нему излишне сурово.

— Зачем же ты так поступала?

— Я хотела, чтобы он ушел. Пребывание здесь не принесет ему ничего хорошего.

И это было чистой правдой. Это походило на попытку взойти на тонущий корабль.

— Я тоже говорил с ним об этом. Но даже так, он сам изъявил желание присоединиться.

— ...Возможно, он был уверен в своем таланте?

— Я и сама не знаю. Айрин, чего же ты для него хочешь?

— Ничего не хочу. Честно говоря, я бы предпочла держаться от него подальше. Но... — Она заговорила с видом человека, принявшего твердое решение: — Ради будущего Культа я считаю правильным отправить Захада в главный храм. Он заслуживает того, чтобы учиться большему в лучших условиях.

— Это значит... — Миркант пристально посмотрел на нее. В его взгляде читалось нежелание соглашаться, но в итоге он уступил: — ...Ты хочешь сказать, что уступишь ему единственный шанс послушника отправиться в главный храм?

— ...Если это возможно. — Ее слова прозвучали чуть медленнее обычного, но в них чувствовалась глубокая искренность: — ...Потому что он гораздо способнее меня.

Миркант знал, что она тоже мечтает попасть в главный храм, где базировался знаменитый Орден Паладинов. Знал, что она хочет примкнуть к Девам Дня. И все же она была готова отказаться от собственного шанса. Славное дитя, способное думать о будущем. Подавить собственные желания ради блага всего Культа — не каждый способен на такое. Да, далеко не каждый. Лишь ребенок с чистым и благородным сердцем мог принять подобное решение.

— ...Айрин. — Миркант мягко улыбнулся. Благородство Айрин так порадовало его, что он не мог сдержать улыбки: — Всё в порядке. Разве ты не можешь позволить себе быть чуточку эгоистичнее?

— Но...

— От каждого прихода в главный храм может отправиться лишь один послушник в год. Но ведь этот лимит обновляется ежегодно, верно? Нет ничего страшного в том, что ты, будучи на год старше Захада, отправишься туда на год раньше. К тому же срок подачи заявок уже не за горами, не так ли?

— Я не думаю, что мой год и год Захада равноценны.

— В моих глазах твой потенциал тоже исключителен. Я верю, что ты сможешь стать прекрасным жрецом — паладином, представляющим Церковь Бога Солнца. — Миркант сделал глоток воды: — Трудись и молись. Если твоя вера крепка, свет озарит путь перед тобой.

— ...Да, жрец.

— Давай отложим этот разговор на потом. К нему никогда не поздно вернуться.

Айрин поднялась с места. Она уже собиралась открыть дверь и уйти, но снова оглянулась на Мирканта.

— ...Кстати говоря.

— Ты хотела сказать что-то еще?

— ...Послушник Беверик... когда он вернется?

— ...Ах.

На ее лице на мгновение промелькнуло отчетливое выражение отвращения. Миркант тихо застонал.

Беверик. Он совсем позабыл о нем. Тот наверняка тоже уже возвращался из своего паломничества. Послушник, присланный из главного храма под предлогом назначения.

До его возвращения оставалось где-то от одного до полутора месяцев.

...Айрин и Беверик. Если им двоим придется жить под одной крышей, неизвестно, чем это обернется. Из-за связей Беверика с главным храмом Миркант ничего не мог поделать — он не имел права неосторожно вмешиваться в это дело. В конце концов, те крохи финансовой поддержки, что они получали, шли именно через него.

— Не волнуйся. — Миркант слабо улыбнулся: — Я что-нибудь придумаю.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Управление рабами (1)

Глава 6: Управление рабами (1)

Мне до смерти надоел черствый, сухой хлеб.

Сидя в саду, я подбросил в воздух хлебную крошку. Да уж. Честно говоря, это полный бред.

Выживание на таких жалких кусках хлеба явно погубит не только мой растущий организм, но и рассудок!

— Эй.

— О, босс. Что такое?

Гектор, лениво латавший садовую стену, неторопливо подбежал ко мне. Я слегка кивнул.

— Чем заняты эти бездельники?

— О-они работают...

— По-твоему, это похоже на работу?

Шайка Гектора медленно и бесцельно слонялась между грядками. Одни возились со сломанными железными прутьями, другие зевали, опираясь на метлы, а третьи то и дело поднимали опавшие листья только для того, чтобы тут же бросить их обратно.

Я понимал, что детям не все под силу. Но даже так, разве они не должны хотя бы делать вид, что стараются?

— Похоже, я был слишком мягок с ними...

— Б-босс... но нам больше просто нечего делать.

И то верно. Они ведь уже все закончили.

Каждое утро они убирались вместо меня, а Гектор всегда первым вызывался выполнять мелкие поручения. Они раздавали еду, а когда я пропускал вечерние молитвы из-за банальной лени, они даже прикрывали меня, говоря, что я отошел в уборную.

«...Если подумать, сейчас они практически мои прихвостни, верно? Полезные ребята».

Я молча уставился на него. Было довольно забавно наблюдать, как этот здоровый детина чешет затылок и глуповато улыбается.

Может, я и правда к ним привязался.

Размышляя об этом, я задумался: что станет с этими детьми, когда я уеду в главный храм Культа? Когда они вырастут и покинут церковь, неужели они просто превратятся в уличных бандитов?

— Эй.

— Да?

— У тебя есть планы на будущее? Чем собираешься заняться, когда уйдешь отсюда?

— Ну, э-э...

Гектор почесал затылок.

— Я подумывал вступить в банду под названием «Черная сталь»...

— И чем они занимаются?

— ...Они вроде как благородные разбойники?

— Обычный бандитский притон, хочешь сказать.

Я подозвал к себе шайку Гектора. Слева направо: Павел, Линдон, Мари. И...

— ...Роташа?

— Вообще-то Наташа?!

— Какая разница.

— В смысле «какая разница»?!

Отодвинув в сторону кипящую от злости девчонку, я окинул их взглядом. Всего пятеро. Будущие преступники. Ну, девчонки, скорее всего, закончат тем, что станут торговать своим телом.

Сироте в этом городе особо не разгуляться. Бегать на побегушках у торговцев, быть проданным в рабство, примкнуть к какой-нибудь банде и выполнять за них грязную работу...

Большинство из них просто влачили жалкое существование на самом дне, пока окончательно не ломались.

— Эй, Гектор.

— Да?

— Хочешь получить частичку моей силы?

Я небрежно призвал огонек [Тлеющее пламя]. Все взгляды тут же устремились на него. Глаза ребят по-детски загорелись ярким, жадным любопытством.

— Н-но это ведь сила бога, верно? Чертов Культ Бога Солнца...

— Че-е-ертов?

— ...К-Культ Бога Солнца. Но... даже если это говорите вы, босс, я не хочу вступать туда.

— А если я не прошу тебя вступать в Культ?

— ...А?

Способ, с помощью которого жрец мог обратить кого-то в веру.

На ранге C навык [Священная Стигма] получал дополнительный эффект: возможность даровать Стигму другим.

Однако существовал лимит на количество людей, которых мог принять один жрец, а дарованная Стигма начиналась с ранга F. Кроме того, у получивших ее отсутствовали навыки «Благословение» и «Исцеление», которыми обладали жрецы с врожденной Стигмой.

Вдобавок ко всему, любые другие навыки, которые уже были у получателя, стирались. Полный чистый лист. В окне навыков не оставалось ничего, кроме Божественности F и Священной Стигмы F, что фактически превращало их в безмозглых болванчиков с сохраненным уровнем.

Можно сказать, этот навык нес в себе кучу странных штрафов.

Но ведь прямо сейчас эти дети и так были чистыми листами, верно?

— Не верьте Культу.

Я сам проложу для вас путь к выживанию.

Азаодно наконец-то покончу с этим черствым хлебом.

— Доверьтесь мне.

◇ ◇ ◇

Поверив мне лишь наполовину, дети собрали свои подношения. Пропуская приемы пищи и выполняя поручения взрослых, они тратили каждую добытую монету на хлеб.

— Босс. Если бы мы просто кого-нибудь обворовали...

— Хотите попасться и умереть? Забудьте. Если вас запрут, вытащить вас будет некому.

— Б-босс бы...

— Я? С чего бы мне так напрягаться?

Спустя две недели накопилась приличная гора хлеба. Достаточно, чтобы доверху набить целый мешок.

Хотя я ожидал как минимум вдвое больше.

Я цокнул языком, отчего сидевшие в ряд дети вздрогнули и сжались. Убедившись, что поблизости никого нет, я посмотрел на них сверху вниз.

— Как только все начнется, пути назад уже не будет.

— Т-тогда мы не...

— Что?! Вы настолько сильно хотите поклясться мне в вечной верности?! Полагаю, у меня нет выбора. Какие же вы преданные крошки.

— Ч-что-то здесь не так...

— Я прекрасно понимаю твои чувства.

Я сжал плечо Гектора, с трудом сдерживая подступившие слезы.

— Босс однажды — босс навсегда... Я искренне тронут.

— Я такого не говорил...

— Отлично. Начнем.

[Активируется [Пепельная Корона].]

[Вы можете выбрать навык для улучшения.]

Священная Стигма.

[Ра вздыхает.]

[Ра заявляет, что категорически отказывается это делать, и приказывает вам убрать подношения.]

[Она держит в руках кусок черствого хлеба и спрашивает, что, черт возьми, ей с этим делать.]

Ой.

«Вообще-то, это было непросто достать, знаешь ли. Ра, просто съешь это, пожалуйста».

Повернувшись спиной к детям, я тихо прошептал:

— Да ладно тебе, просто подними ранг на один уровень!

— Ты сумасшедший!

Голос раздался прямо у меня в голове.

— Хватит с меня! Ты думаешь, божественная власть — это шутка?! Ты и так торгуешь моим именем направо и налево, а теперь что?! Называешь эти хлебные крошки подношением?! Моему терпению к твоим глупостям есть предел!

— Ты сама притащила меня сюда из-за какой-то там обреченной временной шкалы! И если подумать, тебе явно что-то от меня нужно... Раз уж собираешься эксплуатировать меня как раба, то это меньшее, что ты можешь сделать!

— То есть я еще и должна нести за это ответственность?! Дай тебе палец, ты и руку откусишь, наглый мальчишка... Это вопрос причинно-следственной связи! Даже у меня есть пределы! Должна быть хоть какая-то соразмерность, чтобы я могла исполнить твою просьбу, а это... это ничем не отличается от мусора!

— Вот и неси ответственность! Я сказал, неси ответственность! Мне плевать, придумай что-нибудь! Что за бог отказывается от увеличения числа своих верующих?! Невероятно!

— Ах ты... паршивый... мальчишка...!

Ра тяжело и протяжно вздохнула. Все до единого куски черствого хлеба исчезли, и раздался резкий треск.

— ...Это в последний раз. Серьезно, в самый последний раз. Больше никогда. Я больше не стану потакать твоим капризам, и если ты выкинешь нечто подобное еще хоть раз, я лично запихаю каждый из этих кусков тебе в рот.

— Спасибо, Богиня!

— Прояви хоть каплю благочестия, негодник!

[[Священная Стигма] значительно улучшена.]

[Ранг навыка [Священная Стигма] (D) ==> (C)]

[Священные искусства, связанные со Стигмой, становятся сильнее.]

[[Божественность] улучшена; теперь вы можете творить чудеса.]

Окно статуса!

[[Захад Балтон] [Уровень: 7]]

[[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]]

[[Уникальные навыки класса]]

[- [Любовь Бога Солнца]: Навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.]

[- [Милость Бога Солнца]: Ваша Священная Сила восстанавливается стремительно.]

[- [Благословение Бога Солнца]: Вы можете без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.]

[- [Молитва Бога Солнца]: Ментальное осквернение не оказывает на вас никакого эффекта.]

[[Доступные навыки]]

[- [Священная Стигма] (C): Дарует сопротивление всему злу. Позволяет наделять Стигмой других. (5/5)]

[- [Божественность] (D): Позволяет в умеренной степени использовать божественную силу Бога Солнца.]

[- [Исцеление] (F): Позволяет медленно залечивать легкие раны.]

[- [Благословение] (F): Слегка улучшает настроение.]

[- [Тлеющее пламя] (E): Создает пламя, обжигающее при контакте.]

[- [Молитва огня] (D): Молитва умеренно согревает тело. Физические характеристики слегка повышаются.]

[- [Создание святой воды] (F): Очищает воду.]

[- [Священный барьер] (F): Создает крошечный барьер размером с ноготь.]

[- [Благословение оружия] (F): Делает лезвие едва заметно острее.]

[- [Очищение] (F): Заставляет наложенные на тело проклятия приносить дискомфорт.]

[- [Песнь огня] (F): Базовое фехтование веры Бога Солнца. Дает легкий контроль над телом.]

[- [Пепельная Корона] (EX): Позволяет приносить подношения для повышения ранга навыков, связанных с Богом Солнца.]

— Все протяните руки!

Сжав кулак, я резко опустил его на протянутые ладони детей, словно выжигая на них клеймо.

— Ой!

— Б-больно!

— Что это такое?!

На руке каждого ребенка отпечаталось наполовину сформированное клеймо. Ровно пять штук — идеальное совпадение.

Остался последний шаг. Получить их согласие.

— Вы.

Я пристально посмотрел на них. Все-таки в самый последний момент я решил дать им выбор.

— Вы хотите всю жизнь быть чьими-то прихвостнями, ввязываться в азартные игры или войны банд и сдохнуть, не оставив после себя даже имени? Или же предпочтете жить по-человечески, пусть даже поначалу будет нелегко?

— Ж-жить по-человечески, это как...

— Как нормальные люди. Понимаете? Есть то, что хочется, спать, когда хочется, и заниматься тем, к чему действительно лежит душа.

Гектор тупо уставился на меня. Я усмехнулся.

— Вы родились не для того, чтобы всю жизнь жевать черствый хлеб. Выбор за вами.

Гектор посмотрел на тыльную сторону ладони.

— ...Я ненавижу Культ Бога Солнца. Но...

Кап.

Упала одинокая слеза. Вся горечь сиротства и унижение от того, что ему приходилось всю жизнь лизать чужие сапоги, словно стекли на пол.

— ...Я хочу жить как человек.

— Тогда давай попробуем так жить.

Я протянул ему руку.

— Как люди.

— ...Да, босс.

— Вот и славно.

Я коварно улыбнулся.

— Я твой босс на всю жизнь.

На лице Гектора промелькнуло выражение в духе «о нет», но было уже поздно.

Что он мог поделать? Время вспять не повернуть.

Я посмотрел на отчетливую Священную Стигму, отпечатавшуюся на его руке.

— Пошли, мои рабы.

— Р-рабы?

— Кхм. Мои дорогие подчиненные.

Теперь, когда у меня появились рабочие руки, оставалось только заставить их трудиться.

— Мы живем лишь раз, так почему бы не прожить эту жизнь красиво!

— Д-да.

— Похоже, теперь деваться некуда.

— Что нам делать, босс?

— Для начала...

Я хрустнул пальцами.

— Проведем тренировку. Шагом марш.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Управление рабами (2)

Глава 7: Управление рабами (2)

Большинство священных техник можно освоить, просто изучив теорию. С моей прежней башкой это было бы практически невозможно, но меня поддерживала «система».

Какое-то устройство, которое Ра, похоже, встроила в меня. Казалось, будто ИИ помогает мне прямо изнутри черепа.

Другими словами, как только что-то регистрировалось как навык, я естественным образом понимал его принципы. Мое тело не всегда поспевало, но пока хватало грубой силы, я мог применять эти знания с невероятной точностью.

Так что с точки зрения преподавания я был лучшим инструктором в округе.

— Встать прямо. Начали.

Взяв деревянный тренировочный меч, я мысленно оценил его. Хм, отлично лежит в руке. Этот пацан, Гектор, неплохо его выстругал.

Встав перед детьми, я обвел взглядом банду Гектора.

— Этот инструктор обучит вас фехтованию Культа Ра. Именно это изучают будущие паладины на базовом уровне.

— И откуда босс вообще это знает...

— Украл.

Айрин по какой-то причине стремилась вступить в ряды «Дев Дня» Культа Ра — одну из немногих боевых группировок культа.

Исключительно женский Орден Паладинов.

Каждую ночь она усердно тренировалась, закаляя тело и прилагая неустанные усилия.

Персонаж, который и так талантлив, еще и вкалывает как проклятый? Было бы странно, если бы она не развивалась.

Случайно наткнувшись на ее тренировки, с тех пор я наблюдал за Айрин каждую ночь. Конечно, она была красоткой, но моя истинная цель заключалась в другом.

Изучить навык [Песнь огня].

Неуклюже вытянув руку, я повторял ее движения. Потребовалось две недели, прежде чем навык зарегистрировался.

Как только этот тяжкий труд принес плоды, я в общих чертах понял, что вообще из себя представляет фехтование «Песнь огня».

Я даже смог зарегистрировать его как навык!

— Раз уж теперь вы мои подчиненные, вам нельзя шататься по улицам и получать по морде. Почему? Отвечай, Гектор.

— ...Потому что это стыдно?

— Чего?!

Я со всей силы грохнул деревянным мечом о землю.

— Ты отлично это понимаешь. Неплохо. А сейчас время занятий. Обращайся ко мне уважительно. Гектор.

— Т-так точно, господин!

— Во время занятий мой титул — «Инструктор», и это единственное допустимое обращение. Мы живем лишь раз, мы не можем позволить себе жить жалко. Если выйдете отсюда и получите по шее, я изобью вас еще сильнее, чем те ублюдки. Всегда помните, что я стою у вас за спиной.

— Поняли!

— Я лично обучу вас технике меча «Песнь огня». А вы, в свою очередь...

Я едва заметно кивнул.

— Будете учить её так, будто от этого зависят ваши жизни.

— ...И-инструктор, а как же вы?

— Этот инструктор будет тренироваться вместе с вами.

Раз уж выпал такой шанс, можно поднять и ранги собственных навыков. Мой уровень всего седьмой, но если повысить грейды навыков, я смогу одолеть противников уровнем выше.

Нельзя вечно откладывать это на потом, так что буду тренироваться вместе с ними, заодно делая их сильнее.

Я не смогу вечно выкарабкиваться из передряг на одних лишь уловках. Это мое железное правило.

Чтобы трюки сверкали во всей красе... под ними должны скрываться неподдельные усилия!

— Ладно. Для начала...

Я опустил деревянный меч, расслабленно держа его сбоку.

— Начнем с того, что вы будете получать по шее.

◇ ◇ ◇

— Хубэ.

— Да, сонбэ!

— Что именно здесь происходит?

Нахмурившись, Айрин недоумевала. «Какого черта тут творится?»

Сад, который должен был быть чистым, оказался полностью разгромлен. Повсюду валялись едва переводящие дух дети, в которых она узнала церковных сирот.

Дети, нашедшие здесь приют. Но не верующие.

Быстро оценив их состояние, Айрин заметила тут и там ссадины и синяки.

А Захад тем временем весьма удачно прятал за спиной нечто, похожее на деревянный меч.

— ...Ты их избил, хубэ?

— Нет? Они просто добровольно занимались физической подготовкой.

— Физической подготовкой?

— Здоровая вера рождается в здоровом теле, разве не так?

— Они не Послушники. Они даже не члены этого культа. Они не подлежат обучению.

— О? А мне казалось иначе.

Захад расплылся в беззаботной и уверенной улыбке.

— «Учения культа сияют ярче всего, когда направлены на невежд», — разве это не одно из наставлений Ра?

— Обучение — это не насилие.

— Я не применял насилие. Я всего лишь направлял их на путь истинный.

— Это просто игра слов.

Среди распластавшихся на земле детей выделялся один здоровяк. Лица остальных Айрин были не знакомы, но его она узнала.

Один из хулиганов, который постоянно доставлял Мирканту проблемы.

Если подумать, разве все остальные — не его банда?

— ...Хм.

Изящно выпрямившись, Айрин бросила пронзительный взгляд на Захада.

— Не заходи слишком далеко.

— Как скажете, сонбэ!

Непостижимый хубэ. Тем не менее, Айрин без колебаний отвернулась.

Честно говоря, она считала, что эти сопляки давно напросились на хорошую трепку, и если кто-то дисциплинировал их вместо нее, она была только рада.

У нее хватало других забот помимо возни с хулиганами. Девушке нужно было помогать с работой, которую Миркант до сих пор тянул в одиночку.

Собираясь зайти обратно в церковь, она замерла и оглянулась. Теперь, когда она задумалась об этом...

Что-то в этих травмах... они казались какими-то до боли знакомыми...

— ...Хубэ.

— Да?

— Ты случайно не знаешь «Песнь огня»?

— Хм.

Пожав плечами, Захад усмехнулся.

— А это с чем-то едят?

◇ ◇ ◇

Я гонял их до седьмого пота. Но в результате они росли как на дрожжах.

Я и сам с головой бросался в физические тренировки каждую свободную минуту. Мысль о том, что это станет моим спасательным кругом в трудные времена, делала процесс совсем не таким уж тяжким.

Закалять себя в настоящем, чтобы подготовиться к будущему.

Разве не все так поступают? Честно говоря, это немного напоминало учебу.

— Хух.

Сжав кулак, я прислушался к ощущениям. Мое тело еще не сформировалось до конца, но я чувствовал, как с каждым днем растут мои мышцы и рост.

Наверное, можно было бы расти и быстрее, но для этого в первую очередь нужно нормально питаться.

Я бросил взгляд на свое окно статуса.

[Захад Балтон] [Уровень: 10]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные навыки класса]

-Любовь Бога Солнца: Имеющиеся навыки, связанные с Богом Солнца, стремительно развиваются.

-Милость Бога Солнца: Имеющаяся Святая сила стремительно восстанавливается.

-Благословение Бога Солнца: Позволяет безопасно использовать святые реликвии Бога Солнца без риска.

-Молитва Бога Солнца: Ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Имеющиеся навыки]

-Священная Стигма (C): Сопротивление любому злу. Позволяет даровать Священную Стигму другим. (5/5)

-Божественность (C): Позволяет черпать божественность Бога Солнца.

-Исцеление (E): Позволяет довольно быстро залечивать мелкие раны.

-Благословение (E): В некоторой степени улучшает настроение.

-Тлеющее пламя (D): Создает пламя, сжигающее всё при контакте.

-Молитва огня (D): Молитва в некоторой степени согревает тело. Физические характеристики немного возрастают.

-Создание святой воды (E): Насыщает воду небольшим количеством Святой силы.

-Священный барьер (E): Создает небольшую стену размером с палец.

-Благословение оружия (E): Клинок становится немного острее.

-Очищение (E): Возбуждает проклятия, внедренные в чужое тело.

-Песнь огня (D): Базовое искусство фехтования паладинов Культа Ра. Окутывает клинок небольшим пламенем.

-Пепельная Корона (EX): Принесите подношение, чтобы повысить грейд навыков, связанных с Богом Солнца.

Уровень поднялся на единицу, а грейды навыков взлетели по всем фронтам.

Не зря я тренировался без единого выходного.

И то же самое касалось детей.

— Хфф!

Мускулатура Гектора заметно выросла. Его тело стало крупнее и обросло рельефными, точеными мышцами.

Павел и Линдон не отставали. Оба ощутимо окрепли. Я не мог видеть их статусы, но прогресс был налицо.

Мари и...

— Роташа?

— Я Наташа!

Точно. Наташа.

Эти двое стали, как бы это сказать... немного...

— Вы стали симпатичнее.

— Чего?!

Выронив деревянный меч, Наташа коснулась своего лица и прерывисто спросила:

— П-правда?!

— Ага. Ты похорошела.

Если задуматься, исторически это фехтование служило базовой техникой для вступления в ряды Дев Дня.

Ха. Кто бы мог подумать, что махание мечом обладает косметическим эффектом. Теперь, когда я присмотрелся, черты лица Гектора, Павла и Линдона тоже стали утонченнее.

Стоп, значит, мое лицо тоже?!

— ...Впрочем, я и так был красавчиком, так что, полагаю, это не имеет значения.

— И что на босса нашло?

— Не обращай внимания. Он всегда с приветом.

Как бы то ни было, время пришло. Потянувшись до хруста в костях, я приготовился. Моей целью было потрясти местные банды малолетних преступников.

Заткнув деревянный меч за пояс, я окинул взглядом свою команду. Для посторонних мы выглядели как кучка сопляков, но внутри мы стали совершенно другими.

— Начиная с сегодняшнего дня — реальные бои.

— Реальные бои, это значит...

— Гектор. Пригнись.

Взмахнув деревянным мечом по плавной дуге, я нанес удар. Вздрогнув, Гектор едва успел уклониться.

— Ч-что вы творите?!

— О, уже не называешь меня инструктором?

— ...Что вы делаете, господин!

— Шучу. Можешь расслабиться. С сегодняшнего дня с инструктором покончено. Ну как, Гектор? Ты ведь смог уклониться?

— Раз уж вы об этом заговорили...?

Я ударил играючи, но это была «Песнь огня» D-ранга. Полноценный удар среднестатистического мечника.

И Гектор увернулся. Ошеломленный собственным достижением, он заторможенно кивнул.

— Теперь ты не проиграешь обычному уличному головорезу.

— Правда?

— Ты когда-нибудь видел, чтобы я врал? Так что выдвигаемся.

— Куда?

У меня уже в печенках сидел сухой хлеб. Я больше никогда не хотел брать эту дрянь в рот. Размяв шею, я процедил:

— Мы идем выбивать деньги.

◇ ◇ ◇

Сокол из «Черной стали» лениво зевнул, причмокнув губами.

Сегодня добычи не было. Наверное, из-за того, что пошли слухи о темных переулках, где они обычно трясли людей. Никто больше не забредал в глухие места.

Даже соседский пацан, который время от времени объявлялся, куда-то запропастился. Сокол подыхал со скуки. Низкоранговым шестеркам вроде него было абсолютно нечем заняться, пока организация не звала на дело.

Банда Сокола нежилась на солнышке в полудреме. Они бормотали о том, чтобы перебраться в другое место, но решили остаться здесь только на сегодня.

— Кстати, а что насчет тех парней.

— Каких?

— Того сопляка. Здоровяка.

— А-а... Гектора?

— Что-то давненько мы его не видели, да?

Сокол вспомнил пацана, который вечно за ним таскался. Он пару раз избивал его, когда тот начинал раздражать, и вымогал деньги под предлогом долга.

Даже когда он снял с мальчишки штаны и вышвырнул на улицу, стоило лишь поманить его идеей вступления в «Черную сталь», как пацан приползал обратно, словно бродячий пес.

В последнее время он вообще не появлялся. Жаль. Если бы Сокол знал, что так выйдет, он бы просто скрутил его и загнал работорговцу.

— Надо было просто схватить его и продать.

— Ты не в курсе, что этот канал прикрыли? После того как посредники забирают свою долю, на руки получаешь меньше сотни тысяч.

— Карманная мелочь.

— Зато просто отдаешь сопляка, и всю грязную работу делают за тебя, так что... хотя, то, что он приносил сам, было куда прибыльнее, верно?

— Может, его уже кто-то подобрал.

— Пацан был наивен до одури.

— Если он вернется в этот раз, как насчет того, чтобы надеть на него ошейник и заставить ползать на четвереньках?

— Неплохая идея.

Усмехаясь шутке, Сокол краем глаза заметил, как в переулок скользнули тени.

Ниже среднестатистического взрослого. Сокол небрежно осмотрел идущего впереди. Юное лицо, наполовину скрытое тканью — и даже когда их взгляды пересеклись, сопляк не отвел глаз.

Шестеро.

Спрыгнув с мусорного бака, Сокол лениво потянулся и вразвалочку двинулся вперед. Одного короткого взгляда хватило, чтобы его банда перекрыла выход.

— Эй. Мелюзга.

— Это они?

— Ага.

Сокол уставился на малявок, которые беззаботно болтали между собой, как ни в чем не бывало. Какая наглость.

А этот здоровяк...

— Гектор?

— ...Сокол.

— Даже не назовешь меня «хёном»? Ах ты мелкий засранец. Совсем оборзел, пока меня не было.

Окинув пацана взглядом, он мысленно споткнулся. «Что за хрень».

— Ты что, косметикой намазался?

Каким-то непостижимым образом он стал выглядеть... красивее.

— Похоже, он и впрямь изменился.

— С сегодняшнего дня я буду махать мечом без сна и отдыха!

Перешептывающиеся девчонки тоже оказались знакомыми. Приглядевшись, он понял, что все они из банды Гектора.

Не удержавшись, Сокол разразился хохотом.

— Тебе одного раза показалось мало — решили прийти и отхватить всей толпой?

— ......

— Тогда размер дани возрастает... дайте-ка подумать... одним попрошайничеством вы больше не отделаетесь. Похоже, вам придется заняться карманными кражами. Если скажете, что не можете, как раньше, — готовьтесь получать по зубам.

— ......

Сокол почувствовал нечто странное. Его напрягала даже не тишина, а этот пронзительный взгляд.

«Какого хрена. Он не такой, как раньше».

— ...Хули уставился? Жить надоело? Спрячь свои глазки.

— Может, это тебе стоит опустить глаза?

— Чего?

Пацан, стоявший впереди, с громким хрустом размял плечи.

— Сокол. Вымогательство вещей у Гектора, двенадцать раз. Вымогательство денег, двадцать два раза. Принуждение к различным извращенным действиям, тридцать девять раз. Итого: семьдесят три эпизода.

— ...Ты совсем рехнулся?

— Рехнулся? Вряд ли. Гектор. Хочешь, я сам с ним разберусь?

— ...Нет. Я сделаю это.

Гектор шагнул вперед. Сокол презрительно усмехнулся.

— Решил бросить мне вызов? Ты? И чего, мать твою, ты надеешься этим добиться? Сегодня ты труп.

— ...Кусок дерьма.

Дрожащей рукой Гектор поднял кулак.

— Заткнись и нападай. Я размажу тебя.

— Ха... ах ты мелкий ублюдок...!

Сокол тут же рванул вперед. Даже по его собственным меркам, это был безупречный удар ногой в прыжке.

Но по какой-то неведомой причине его поле зрения внезапно рухнуло вниз. В тот момент, когда он почувствовал, что его схватили, мир перед глазами закружился. Неужели земля всегда была так близко? Сокол непонимающе моргнул.

— ...А?

— КРАК!

Раздался жуткий хруст. Боль пришла с запозданием, и Сокол взвыл от агонии. Из его впечатанного в мостовую носа хлынула кровь.

— Ах ты сукин... ебаный... мелкий ублюдок...!

Дрожа всем телом, Сокол поднял лицо. Гектор застыл на месте с все еще вытянутой рукой.

Словно не веря в то, что только что совершил, он широко распахнутыми глазами уставился на свой кулак.

А затем, в одно мгновение — всплеск.

Задрожав, Гектор хищно оскалился.

— Ублюдки! Нападайте все разом!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Управление рабами (3)

Глава 8: Управление рабами (3)

Забравшись на стену, я приготовился наблюдать. Драка между детьми и взрослыми мужиками — зрелище не на каждый день, так что я вполне удовольствовался ролью зрителя.

К тому же не похоже было, что мои ребята собираются проигрывать.

Время тренировок выдалось коротким, но у них было преимущество, с лихвой окупавшее этот недостаток.

А именно — перки, прилагающиеся к моей должности Апостола Бога Солнца!

По сути, это равносильно передаче части моих собственных способностей. Жрецы, заключившие прямой контракт с Апостолом, развиваются куда быстрее обычных священнослужителей, поскольку наследуют долю его божественной ауры и силы.

И пусть я версия слегка неоттесанная, но Апостол остается Апостолом!

Иными словами, эти детишки фактически запрыгнули в бесплатный автобус!

— Посмотрим...

Хм. Да. Гектор весьма неплох.

Каждый раз, когда мелькали его каштановые волосы, кто-то клевал носом землю. Изученная им [Песнь огня] неуловимо преобразилась, подстроившись под его стиль.

Плавные, воздушные движения стали чуть более тяжелыми.

В выброшенном им кулаке не осталось и следа легкости, сменившись чистой первобытной силой. Пусть пока еще слабая, но Святая сила наслаивалась на этот удар, порождая чудовищную мощь, на которую тело ребенка не должно быть способно.

Видимо, не зря я велел ему молиться дни и ночи напролет, не пропуская ни секунды в течение всего месяца тренировок. Обычные дети не смогли бы стать настолько сильными за столь короткий срок — все это исключительно благодаря перку.

Эксклюзивный навык класса Апостола Бога Солнца позволял даже тем, кто находился со мной в прямом контракте, получать частичку этой наслоенной мощи. Это кардинально отличалось от Священной Стигмы, которую раздавали обычные жрецы. И хотя до уровня моей собственной Стигмы было еще далеко, скорость их роста неминуемо возрастала.

Из-за моей нехватки уровней и навыков она пока не раскрылась на полную мощность... но даже так эффект поражает. Перки не зря называют перками.

— Бам! Бам!

Почему от ударов его кулаков раздается грохот пушечного выстрела? Черт, а он хорош. Вы только посмотрите на него — он и Святую силу использует весьма недурно.

Я перевел взгляд. Павел. Этот светловолосый паренек внешне больше смахивал на девчонку, но, честно говоря, «Песнь огня» подходила ему куда больше, чем Гектору.

Его скользящие, текучие движения рук незаметно выводили бандитов из себя. Удары проходили в волоске от цели, заставляя головорезов в бессилии скрипеть зубами.

— Ах ты мелкая крыса...!

А затем, в то самое мгновение, когда они ослабили бдительность — хук.

Идеально выверенный джеб вонзился точно в уязвимую точку, отчего бандит, хрипя, отшатнулся назад. Будь на месте кулака клинок, этот единственный удар оказался бы смертельным.

Настоящий гаденыш.

Оторвав взгляд от блондина, я заметил черноволосого пацана, похожего на меня. Линдон оказался куда тише и собраннее, чем я ожидал.

Его практически эталонные движения неуклонно и методично загоняли стоявшего перед ним бандита в угол. Стоит признать, он просто создан для боев один на один.

Вжавшись спиной в стену, запаниковавший головорез попытался сбежать, но в ту же секунду сокрушительный удар ногой влетел ему прямо в висок.

Чистая работа.

А теперь давайте посмотрим... девчонки.

— Кья-а-а-а!

— Наташа! Заткнись!

— Н-но мне страшно!

Наверное, это их первая подобная заварушка, но уклонялись они вполне неплохо. Мари оказалась ближе к школе Павла — ставила скорость выше разрушительной мощи. Ловко обхватив шею бандита, она начисто перекрыла ему кислород.

Мари справлялась отлично... а вот Наташа, с другой стороны...

— Н-не подходи ко мне!

Она вопила во все горло, но при этом отвешивала невероятно тяжелые удары ногами. Чудовищная сила.

Нет, поистине пугающая мощь.

Тот же самый грохот пушечного выстрела, что исходил от кулаков Гектора, раздавался и при ее ударах. Это можно назвать лишь врожденной грубой силой, невообразимо огромной для обладательницы столь хрупкого телосложения.

Оторвавшись от земли, бандит отлетел назад и, судорожно глотая воздух, покатился по мостовой.

Потирая руки, я расплылся в улыбке.

Хорошо.

Очень хорошо.

Мои наставления были безупречно усвоены!

— Хе-хе-хе.

Теперь коммерция в этом районе перейдет под наш контроль. Деньги за крышу, которые торговцы отстегивали бандам — все это потечет прямиком в мои карманы.

Я в предвкушении потер руки. «Черная сталь»? Да пошли вы к черту!

Отныне эта территория принадлежит Культу Ра!

— Ах ты... ублюдок...!

Сокол, рухнувший первым, дрожа всем телом, поднялся на ноги. Видимо, статус босса означал, что он уже успел оклематься. Глаза Гектора вспыхнули, и он бросился было в атаку, но я удержал его.

— Я сам с ним разберусь.

Спрыгнув со стены, я шагнул прямо к главарю.

— Сокол. Ты ведь здесь не главная шишка, так?

— Ах ты... ублюдок... мелкий... сопляк... у которого еще... молоко на губах не обсохло...!

— О чем ты болтаешь?

Почесав макушку, я медленно опустил руку.

— Там ничего нет.

— А-а-а-а-а-а!

Он рванул вперед. Атака оказалась настолько предсказуемой, что я видел прорехи в его защите абсолютно везде.

[Песнь огня активирована.]

[Физические характеристики возрастают.]

Траектория его выпада читалась как открытая книга. Пусть у меня и не было меча, зато оставались кулаки.

Очевидная брешь. Мне оставалось лишь всадить в нее свой кулак.

— Приятель. У тебя подбородок открыт.

— Хрясь!

Раздробив ему челюсть, я схватил его за голову и, крутнув хрипящего ублюдка вокруг своей оси, впечатал лицом в землю.

— Эй.

Усевшись прямо на него, я схватил Сокола за волосы и задрал его голову. На его залитом кровью лице расцветал неподдельный ужас.

Божечки. Бедняга.

Но это отнюдь не значило, что я собираюсь его жалеть.

— Сколько у тебя с собой денег?

◇ ◇ ◇

— Никто не смеет так оскорблять «Черную сталь»... кх!

— Мелкие выродки возомнили, что могут... ух!

— Эти мелкие засранцы совсем страх потеряли... угх!

Победа за победой.

Я втоптал «Черную сталь» в грязь, начисто размазав их по стенке. Если уж берешься за дело, доводи его до конца.

— Сотрите их в порошок!

— Предоставьте это нам!

Гектор, поначалу действовавший неуверенно, взял инициативу в свои руки. А следом за ним, преисполненные решимости, ринулись и остальные дети.

Мы методично выкашивали членов «Черной стали» одного за другим. Будь они все в одном месте, пришлось бы попотеть, но эти идиоты рассредоточились, так что перебить их поодиночке не составило труда.

— Круши их!

— Убей их!

Похоже, у Гектора накопилось к ним немало претензий. Судя по его рассказам, эти ублюдки успели порядочно ему насолить.

Наблюдая за тем, как он швыряет бандитов в первых рядах, я невольно расплылся в улыбке. Хе-хе-хе. Мои маленькие денежные мешочки.

Валяются на земле специально ради меня!

— Вжих, вжих, вжих!

Обчистив до нитки каждый их кошелек, я направился к последнему оплоту банды.

— Бам!

Выбив дверь пинком, я шагнул внутрь. На данный момент мы уложили уже около тридцати человек.

Внушительная цифра для обычной уличной шпаны. Но это был их последний рубеж.

За распахнутыми дверями таверны обнаружились опешившие члены банды. В отличие от предыдущих неудачников, эти мгновенно повыхватывали дубинки и короткие кинжалы.

— Вы кто такие?!

— Какого хрена вам надо?!

— П-помогите, прошу...

Позволив слезе скатиться по щеке, я незаметно ущипнул себя за бедро, чтобы выдавить еще одну.

— Т-там снаружи... чужаки... они...

— Чего?

— Кто-то буянит на нашей территории?

Мужчина, сидевший на втором этаже, со стуком опустил кубок на стол и бросил взгляд на пару подручных рядом с собой.

— Пойдите проверьте.

— Есть, босс!

Пятеро из десяти человек потянулись к выходу. Пошатываясь, я выпрямился, завел детей внутрь и тихо закрыл за нами дверь.

— Щелк.

Заперев ее изнутри, я повернулся и сунул свое лицо прямо Гектору под нос.

— Как тебе моя актерская игра?

— Это было... потрясающе, босс.

— Босс просто бог актерского мастерства!

— ...Безумие.

— В мире не сыскать лисы хитрее...

— Вы такой крутой, босс!

Ах вы ж мелкие засранцы.

Теперь они меня понимают.

Под их молчаливыми взглядами я сжал в руке деревянный меч. Мгновение спустя из-за двери раздался яростный стук.

— Ч-что, заперто?!

— Какого дьявола? А ну открывай немедленно!

— Бам, бам, бам! — но что они могли сделать? Дверь оказалась на удивление крепкой.

Встретившись взглядом с мужчиной на втором этаже, который явно походил на босса, я заметил, как этот одноглазый ублюдок холодно усмехнулся.

— ...Наглый сопляк. Тебе что-то от меня нужно?

— Я хочу твое место.

— Сдайся. Иначе умрешь.

— Умру я или нет — решать только мне.

Подняв деревянный меч, я приготовился к бою. Оставшиеся члены банды, почуяв неладное, повскакивали со своих мест, сжимая оружие.

Их главарь цокнул языком и небрежно махнул рукой.

— Проделайте в нем пару дырок. Помогите парню прийти в чувство.

Сделав шаг вперед, я бросил взгляд на стоящих позади детей.

— Смотрите внимательно.

Их первый настоящий бой против вооруженных противников.

Живя в подобном месте, с такой стычкой неминуемо придется столкнуться хотя бы раз.

Отличный опыт.

— Вот так нужно избивать людей.

Пару раз хлопнув деревянным мечом себя по плечу, я сделал короткий, резкий вдох.

А в следующее мгновение я сорвался с места.

— Ах ты мелкий...?!

Пропустив его вопли мимо ушей, я полностью сосредоточился, разворачивая корпус и просчитывая, куда и как нанести удар.

[Песнь огня активирована.]

[Физические характеристики возрастают.]

Я вижу их. Бреши в защите. Отбив летящий в меня кинжал в сторону, я перехватил деревянный меч и со всей силы обрушил его вниз, раздробив стопу бандита.

— Г-а-а-а-а!

Крутанувшись на месте, я раскроил ему челюсть. И в тот момент, когда он, отплевываясь кровью, отлетел назад, из-за моей спины со свистом опустилась бейсбольная бита.

Справа.

Я видел все как на ладони.

Но подобные шансы выпадают нечасто. Сколько еще раз мне удастся сразиться с дилетантами и оторваться по полной?

Можно заодно и поэкспериментировать. Нащупать пределы своих возможностей.

[Тлеющее пламя активировано.]

В моей руке вспыхнуло пламя. Уже не то тусклое мерцание, что раньше, а настоящее, обжигающее пекло. Выглядело это настолько впечатляюще, что занесенная для удара бита замерла в воздухе.

— П-пламя?!

— Это магия!

— Это сила Ра!

Взмахнув рукой, я позволил «Тлеющему пламени» коснуться руки бандита. Огонь мгновенно перекинулся на него, и головорез завопил от боли.

— Огонь!!! Горит!!! Воды!!! Дайте мне воды!!!

Королева драмы.

Там едва ли ожог первой степени.

С пламенем, пляшущим на ладони, я с шумом выдохнул и взял Святую силу под контроль. Я закрыл глаза, совершенно не обращая внимания на врагов, которые в страхе жались по углам и не решались напасть.

Я и так достаточно силен, но давайте-ка посмотрим...

А что, если я использую «Молитву огня»?

[Молитва огня активирована.]

[Ваше тело немного согревается.]

[Физические характеристики немного возрастают.]

Все еще недостаточно...!

Мне не хватает самого главного...!

[Благословение активировано.]

[Ваше настроение немного улучшается.]

С заботой о ментальном здоровье!

— Полный бафф!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Управление рабами (4)

Глава 9: Управление рабами (4)

Матьер, главарь «Чёрной стали», протёр глаза. Не веря увиденному, он моргнул и присмотрелся ещё раз.

В воздухе летел человек, отброшенный ребёнком, который был гораздо меньше любого из бандитов.

Мальчишка, ещё даже не достигший совершеннолетия — по крайней мере, так он выглядел: хрупкое телосложение, низкий рост. И всё же каким-то образом...

Почему всё происходящее казалось настолько абсурдным?!

— Э-эй, идиоты! Соберитесь!

Он обнажил оружие, но так и не решился спуститься вниз и присоединиться к потасовке на первом этаже.

Каждый взмах этого деревянного меча калечил его людей: челюсти ломались, головы безвольно запрокидывались назад, а некоторые, схватившись за перебитые, висящие плетьми руки, ползали по полу.

Прошла едва ли минута.

За это время пять взрослых мужчин были полностью повержены.

— Хм. Осадочек неприятный.

«Э-этот сопляк...»

«Он что, какой-то имперский рыцарь?..»

Дрожа всем телом, Матьер выставил перед собой меч и, истошно завопив, принялся дико махать им в воздухе:

— П-паршивец! Ты откуда вообще взялся?! На кого работаешь?!

— Я из Культа.

— И-из Культа?! Какого ещё культа?!

— Призови его имя, и ты спасешься.

Улыбка на лице мальчишки больше походила на демоническую, нежели на жреческую, отчего меч Матьера сам собой выскользнул из его пальцев.

— Ра направит тебя.

— Ч-что ты...

— Умри.

— А-А-А-А-АХ!

◇ ◇ ◇

На самом деле я его не убил. Ну, убийство повлекло бы за собой лишние проблемы.

Я поставил его на колени со спущенными штанами. Если быть точным, штаны с него стянул Гектор, а не я.

— В таком виде эти ублюдки смотрятся просто отлично.

Глядя на ухмыляющегося Гектора, я понимал, насколько сильна была их вражда, но теперь, пожалуй, он отвёл душу.

— Эй.

— Д-да.

— Сколько ты зарабатываешь в месяц?

— В м-месяц, говорите?..

Я буквально слышал, как в его черепушке со скрипом зашевелились извилины, и слегка кивнул Гектору:

— Держи его.

— Без проблем.

— П-погодите секунду?! Что вы делаете?!

Гектор силой усадил главаря на стул, а я не спеша подошёл и встал прямо перед ним.

Набросив руку ему на плечо, я вытянул ладонь так, чтобы он мог хорошенько её рассмотреть.

— Как тебя зовут?

— М-Матьер...

— Матьер. Отлично. Мы ведь с тобой друзья, верно? А моё имя ты знаешь?

— Н-нет...

— Захад. Захад Балтон. Красивое имя, правда? Что думаешь?

— Д-да! Очень красивое имя!

Я щёлкнул пальцами, и на моей ладони расцвёл огонёк [Тлеющее пламя], заставив бандита ощутимо вздрогнуть.

— Что думаешь об этом?

— Я д-думаю, это огонь...

— Верно. Это огонь. Любишь играть с огнём?

— Н-нет! Терпеть не могу! Ненавижу его!

— Какая жалость, — я улыбнулся. — Потому что я его обожаю.

И прижал пламя прямо к его руке.

— Г-А-А-А-А-А-АХ!

Да ладно тебе, не может быть настолько больно.

Оказался ещё большим плаксой, чем я думал. Я увеличил интенсивность, вливая в пламя божественную силу.

— Ну как?! Каковы ощущения?!

— БОЛЬНО! УБЛЮДОК!!! ПРЕКРАТИ!!!

— Расскажи, как тебе моё «обжигающее» пламя! Поделись впечатлениями! Докажи собственным ртом, что мои труды принесли плоды!

— ЧТО ЗА ЧЁРТ! ТЫ СУМАСШЕДШИЙ! ПРЕКРАТИ! ПРЕКРАТИ!!!

— Горячо?! ГОРЯЧО?!

— А-А-А-А-АХ!! ГОРЯЧО! ГОРЯЧО, ГОРЯЧО, ГОРЯЧООО!!!

Я убрал руку. Матьер тяжело хватал ртом воздух, а его кожа сильно покраснела.

— Ах ты... сукин ты...

Любой, кто взглянул бы со стороны, подумал бы, что его подвергли жестоким пыткам огнём, хотя на самом деле пламя было лишь слегка горячим и не могло по-настоящему прожечь плоть.

Я цокнул языком и подал знак Гектору. Тот отпустил его руки, и Матьер, тяжело дыша, прижал к себе ладонь.

— Что... тебе... от меня нужно...

— Вступай в Культ Ра.

— Что за... бред...

— Ты меня не слушаешь. Гектор, держи его снова.

— Н-нет! Нет, умоляю!

— ...Босс, это уже как-то слишком...

— Он не умрёт.

И то правда.

Моё [Тлеющее пламя] на таком уровне не способно никого убить.

Но вот причинить сильную боль — этого у него не отнять.

— Запомни: кто живёт насилием, от насилия и погибает.

— А то, что ты тут устраиваешь, это, значит, мир и любовь?!

— Зришь в корень. А теперь взгляни сюда, заблудшая овечка. Это «нежное» пламя в моей левой руке — мир, а это «обжигающее» пламя в правой — любовь. Что из этого ты выберешь?

— Н-нежное?..

Глаза мужчины забегали, когда он уставился на пляшущие в моих руках огоньки.

— Е-если нужно выбирать, то мирное...

— Какая жалость.

Я позволил пламени вспыхнуть ярче.

— Я уже давно перерос «нежность»! Всё, что у меня осталось — это любовь!

— ТОГДА ЗАЧЕМ ВООБЩЕ СПРАШИВАЛ?! КАКОГО ЧЕЕЕЕРТА!!!

◇ ◇ ◇

Матьер сдался. Он преклонил колени во имя «любви».

— Я... стану верующим...

Одной лишь устной клятвы мне было мало, поэтому я заставил его подписать бумаги. С печатью и всеми делами, чтобы комар носа не подточил.

Настоящий контракт о рабстве.

Я удовлетворенно улыбнулся, ведь теперь мой источник финансирования был надежно закреплён за мной.

— Матьер.

— Д-да, святой отец.

— Да ладно тебе. Зачем эта натянутость между друзьями? Брось официоз и зови меня просто Захадом.

— З-Захад...

— Ты и правда назвал меня так только потому, что я разрешил? Жить надоело?

— П-простите... святой отец...

Я постучал пальцем по документу и любезно зачитал вслух ту часть, под которой он только что небрежно расписался:

— «Матьер, верующий Культа Ра, клянется передавать половину своего дохода Гектору в качестве пожертвования» — ты ведь помнишь этот пункт, верно?

— П-половину?! И как нам прикажете жить?! Вы хотите, чтобы мы с голоду подохли?!

— Хватит ныть. Просто расширьте подконтрольную территорию. Гектор говорил, что вы заправляете лишь каким-то крошечным кварталом по соседству, верно?

— Н-но у нас нет для этого людей! Мы ведь не просто так довольствовались этим районом!

— Ну-ну, заблудшая овечка. Не переживай.

Я небрежно указал на стоявших позади меня ребят.

— Воины Ра будут сражаться плечом к плечу с вами. Я позабочусь о том, чтобы твоя кормушка не опустела. Возможно, она станет даже больше прежней, так что распорядись этим с умом.

— В-вы серьёзно?!

Матьер тяжело сглотнул, и я буквально увидел, как в его голове закрутились шестерёнки: он сообразил, что с поддержкой этих монструозных детишек сможет побеждать в бандитских разборках и загребать ещё больше денег даже после выплаты половины.

— В-в таком случае... для нас это тоже неплохая сделка...

— Вот именно. Котелок у тебя варит что надо.

Ребята вздрогнули.

— ...Что ты только что сказал?

— Мне, должно быть, послышалось.

— Босс! Что это вообще значит?!

Глупые детишки разом накинулись на меня с расспросами, но я лишь отмахнулся, а затем, сжав кулак, громогласно обратился к ним:

— Неужели вы до сих пор не понимаете моих чувств?! Неужели вы готовы довольствоваться малым?!

— А?..

Сдерживая подступающие слёзы, я дал волю переполнявшим меня эмоциям:

— Почему вы не хотите меня понять?! Если уж родился мужчиной, нужно мечтать о великом! Неужели вы действительно хотите всю жизнь прозябать в этом крошечном захолустье?! Хотите закончить как эти отбросы?!

— Вообще-то я девочка.

— Я тоже...

— Мелкие детали, не отвлекайтесь!

— Э-э...

— В любом случае! Я хочу, чтобы вы все росли над собой! Мы не можем оставаться на месте! Подумайте об этом! Гектор! Павел! Линдон! Мари! И... Роташа!

— Я Наташа!

— Миташа! Неважно!

— Я же сказала, Наташа!

Я приобнял Гектора за плечо одной рукой и указал на небо, частично скрытое нависающей крышей:

— Мы все должны помнить... если уж взялся за дело... нужно стать лучшим! Стоит дать слабину и остановиться, как ты тут же покатишься вниз! А что значит падение?! Это значит, что ублюдки, стоящие прямо перед нами, усядутся нам на шею!

— Как-то это слишком грубо...

— Чёрт возьми, не порть момент. Жить надоело?

— П-прости...

— Гектор! Скажи сам. Ты хочешь и дальше терпеть побои от подобных типов? Хочешь пресмыкаться перед ещё более сильными ублюдками, которые будут расхаживать тут с важным видом, как эти олухи?

Взгляд Гектора переменился, и он решительно помотал головой:

— Нет!

— Вот! Именно! Каждый раз, когда вы страдаете, моё сердце буквально разрывается на части... но я терплю это ради вашего же роста! Мы должны стать сильнее, а истинная сила закаляется лишь в трудностях и невзгодах!

— А сам-то ты разве не просто языком чешешь?

— Помолчи, Бекташа.

— Да Наташа я!

— Мы поднимемся на самую вершину! Гектор! И ты должен следовать сразу за мной!

Я с горячей страстью выбросил вперёд кулак.

— Мы ведь... товарищи... верно?..

Гектор, Павел и Линдон бросились ко мне.

— Б-Босс! Я буду пахать изо всех сил! Я никому не проиграю!

— Хнык... подумать только, что вы так переживали за нас...

— Я оправдаю ваши ожидания... Босс...

Мари и Наташа переглянулись.

— У этих придурков с головой совсем беда, да?

— Хоть они и наши друзья... но, честно говоря, смотреть на это больно...

Я расправил плечи. Меня окружали потные мальчишки, но и так сойдёт.

В отличие от меня, у этих ребят не было никакой особой миссии — они будут бегать вместо меня, сражаться бок о бок с «Чёрной сталью» или как там их, и приносить ещё больше денег.

А в контракте стояло имя Гектора!

Если дело запахнет жареным, я смогу просто обрубить концы и сделать ноги!

«Хе-хе-хе».

«Прощай, чёрствый хлеб».

«Как только под именем Ра потекут денежки, мне больше никогда не придётся даже смотреть на подобную гадость».

[[Ра] наблюдает за своим Апостолом глубоко уставшим взглядом.]

◇ ◇ ◇

У Мирканта отвалилась челюсть, а Айрин, сама того не замечая, прикрыла рот обеими руками.

Деньги.

Целая пачка банкнот, свалившаяся на них буквально из ниоткуда!

— Ч-что это такое...!

Миркант снова пересчитал деньги, переданные ему Захадом. В общей сложности десять миллионов далантов. Для богачей это могло показаться сущим пустяком, но для священника заброшенной церкви вроде него это было несметным богатством.

Этого хватит, чтобы нормально кормить детей, покупать припасы и тепло их одевать!

Миркант растерянно переводил взгляд с Захада на деньги и обратно.

— З-Захад, негодник! Что ты, чёрт возьми, натворил?!

Первой его реакцией было подозрение.

Он не хотел злиться, но слова сорвались сами собой, ведь у столь юного ребёнка практически не было законных способов заработать такую сумму.

И если он принёс десять миллионов далантов, то оставался лишь один логичный вариант.

Кража.

Руки Мирканта задрожали. Зажмурившись, он протянул деньги обратно мальчику:

— Немедленно верни это владельцу! Не смей так поступать!

— Что именно?

— К-кражу! Я тебя хвалил и превозносил, а ты перешёл все границы! Немедленно верни деньги хозяину! А потом я решу, как тебя наказать!

— А, это не краденые деньги, отец Миркант.

Захад дважды хлопнул в ладоши. Двери церкви распахнулись, и внутрь гуськом вошли несколько крупных мужчин.

— Видите ли, в свободное время я занимался миссионерской деятельностью. Кое-кто изъявил желание присоединиться к нашему Культу, вот я их и привёл. Матьер, это отец Миркант.

— ...Здравствуйте. Я Матьер. Пожалуйста, обращайтесь ко мне как вам удобно.

Одноглазый мужчина вежливо поклонился, и растерянный Миркант поспешно поклонился ему в ответ.

Миссионерская деятельность? Новые верующие?

Для Культа Ра?

— В-вы действительно пришли, чтобы присоединиться к нам...?

— Разумеется. Я выслушал проповедь отца Захада, и она изменила моё сердце. Отныне я преданный верующий Культа Ра.

Матьер содрогнулся всем телом, словно выдавливал из себя каждое слово:

— ...Я навеки... раб Ра.

— Ну что, отец Миркант?

Захад ухмыльнулся.

— Я же говорил, что деньги не краденые.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Причина (1)

Глава 10: Причина (1)

Знаете, что бывает черным, пахнет гарью и вызывает рвотный позыв, стоит только положить это в рот?

Ах.

Это называется «горелое мясо».

Поверьте, мне тоже не хотелось этого знать.

— Как всё докатилось до такого?!

— Пожалуйста, говори потише... младший.

Айрин вся дрожала, поднося еду, а в ее протянутой руке не было ни капли уверенности.

Лежащее в миске «нечто, когда-то бывшее мясом», буквально молило о пощаде. Даже некромант, бросив на это один-единственный взгляд, медленно попятился бы назад.

— Пожалуйста, ешь.

— Если я это съем, то умру!

— ......

— Не делай вид, будто всё нормально, и не смей это есть! Не ешь! Ты же правда умрешь!

— П-пожалуйста, отпусти.

— Хватит безрассудства, я сказал, не ешь это!

Я едва успел остановить Айрин, собиравшуюся запихнуть это уродливое нечто себе в рот. Достаточно было одного взгляда, чтобы понять, насколько эта субстанция опасна для жизни.

Не прошло и пяти минут с тех пор, как Миркант со слезами на глазах лепетал: «Хе-хе-хе. Мне искренне жаль, что я сомневался в тебе, Захад. Никогда не думал, что на своем веку еще попробую такое вкусное мясо...» — а теперь он лежал лицом на столе, дрожа как осиновый лист!

— Что, черт возьми, ты творила на кухне?!

В конце концов я закатал рукава. Изначально я планировал просто нахаляву поесть, но так дело не пойдет.

Эта старшая абсолютно бесполезна!

Я решительно зашагал на кухню.

— Снаружи это сплошной кусок угля, почему же внутри оно всё еще сырое и склизкое?!

— Я использовала сильный огонь, чтобы избавиться от запаха дичи.

Прямо передо мной вспыхнуло яростное пламя. Я застыл в ошеломлении, глядя на то, как все до единого дрова были свалены в одну кучу и подожжены.

— Да это же бушующий ад! Так можно целую хижину спалить!

— Только великая сила пламени способна очистить этот мир...

— Хватит говорить как заправский поджигатель!

Я открыл кулинарную книгу, быстро перелистывая страницы.

Любые знания в этом мире можно превратить в навыки. Конечно, это возможно только при особых условиях, но...

Для кулинарного навыка, который считается базовым, достаточно просто прочитать поваренную книгу!

[Вы получили навык: «Приготовление мяса» (F).]

Навык получен. Сойдет. Пусть он всего лишь F-ранга, на практике он все равно просто помогает моим рукам.

К тому же в своем прежнем мире я успел знатно поработать на полставки в шашлычной!

Справиться с этим — раз плюнуть, всего-то один обед приготовить!

[Изысканная техника обращения с огнем!]

[Вы получили блюдо: Слегка обжаренное мясо (C).]

[Навык «Приготовление мяса» (F) делает мясо немного нежнее.]

[Ранг навыка «Приготовление мяса» (F) повышается!]

Я снял пробу. Готово!

Да. Вот это я понимаю — мясо.

— Нате, ешьте!

— От него все еще пахнет дичью...

— С каких это пор мясо обязательно должно вонять дичью, чтобы считаться мясом?! Просто ешь!

Гектор проглотил кусочек. Он вздрогнул, а затем его глаза закатились от удовольствия.

— Э-это... настоящее... мясо...?

— Божественный вкус...

— Безумие... это безумно вкусно...!

— П-почему оно такое вкусное?!

Бессильно сползший на стуле Миркант протянул руку и коснулся мяса. Все еще дрожа от психологической травмы, нанесенной стряпней Айрин, он с опаской положил кусочек в рот.

— .......!

Знаете, как выглядит священник, растроганный до слез?

Миркант в это самое мгновение переживал запоздалую встречу с божественным.

— ...Господь.

[Ра недовольна.]

[Она издает сухой смешок, недоумевая, что это за реакция из-за какого-то жалкого куска мяса.]

— Хочешь попробовать?

— ........

Кусочек мяса бесшумно исчез. Возле своего уха я услышал тихое чавканье. Раздалась короткая череда приглушенных звуков.

— ...Еще один...

Голос Ра прозвучал впервые за долгое время.

— Дай мне еще один кусочек!

Так и знал. Ну еще бы, я ведь мастер гриля!

— ......

Айрин нахмурилась, явно недовольная тем, что ее стряпню отставили в сторону. Когда тарелку с мясом отодвинули, я выхватил миску прямо у нее из-под носа.

— Слушай, если не хочешь есть — не надо. Но не стоит корчить такую мину перед едой.

— .......

Айрин сердито уставилась на меня. Затем, словно передумав говорить то, что собиралась, она со стуком притянула миску обратно к себе.

— Я не говорила, что не буду есть.

И сразу же отправила кусочек в рот.

Айрин вздрогнула, словно пораженная молнией. Ее глаза расширились, а руки задвигались быстрее.

— Вкусно, правда?

— ......

С соусом на уголке губ Айрин высокомерно отвернулась.

— ...Сносно.

«Ну-ну. Тебя я тоже приручу. Даже если в этом сценарии ты никогда не станешь Синим Соколом, твой талант к мечу действительно полезен. Еще один раб в мою коллекцию!»

◇ ◇ ◇

Церковь быстро преображалась. Я взял под свое крыло сытых, накормленных мясом сирот.

— Начнем с внешней стены.

Денег на наем рабочих у нас не было, но на покупку материалов вполне хватало.

— Бах! Бум!

Мы заново отстроили обрушившиеся в нескольких местах участки стены. Работа была грубой — все-таки делалась детскими руками, а не профессионалами, — но это было гораздо лучше, чем раньше.

— И покрасьте ее тоже. Густо, не жалейте краски.

— П-почему мы должны заниматься подобными вещами?!

Не все меня слушались. Время от времени кто-то пытался возражать.

Я слегка улыбнулся. Дружелюбно подойдя к пареньку, я похлопал его по плечу.

— Ладно, друг. Подумай сам. То мясо, которым мы набивали животы еще вчера... ты знаешь, откуда оно взялось?

— Н-ну, из пожертвований...!

— Верно. Из пожертвований. Но откуда берутся эти пожертвования?

Я зашептал, словно змей-искуситель:

— Конечно же, от верующих. Чем больше верующих у культа, тем больше у нас еды. Так что же нам нужно сделать?

— ...Привлечь больше верующих?

— Именно! В точку! Но подумай сам. Представь, что ты верующий. Если бы ты увидел такую полуразрушенную церковь, захотелось бы тебе уверовать в нее? Не пошатнуло бы это твою веру?

— ...А... ну...

— Ты ведь подумал бы точно так же, верно, друг?

— Д-да.

С детьми проще, чем со взрослыми. Их мышление устроено несложно, и если разговаривать с ними уважительно, они быстро соглашаются.

— Тогда иди и работай. Завтра нам тоже нужно хорошо поесть.

— А ты что будешь делать?

— Ну, или я могу красить, а ты будешь командовать.

Я выхватил кисть прямо у него из рук и сделал пару шагов назад.

— П-подожди!

«Вот и всё. Так и знал, что он меня окликнет.»

— Я-я сам сделаю! Я просто не знал, что именно нужно делать, вот и не мог начать!

Когда на человека внезапно взваливают какую-то обязанность, он склонен отказываться. Тем более если это то, чего он никогда раньше не делал.

— Так бы сразу и сказал. Больше никаких жалоб?

— Угу...

«Отлично! За работу, рабы! Давайте хоть раз поживем как нормальные люди!»

— Все слушайте! Вычистите кухню до блеска! Сделайте всё на совесть, и сегодня вечером я сам приготовлю ужин!

Под последовавшие за этим радостные крики я перевернул всю церковь вверх дном.

— Приберитесь в саду, мелкие паршивцы! Как вообще можно жить в такой грязи!

Мы выпололи сорняки и выровняли землю, доведя двор до идеальной чистоты.

— Наведите порядок в комнатах! Вытрите пыль! Проветрите здесь всё! Рабы, шевелитесь!

— Р-рабы...

— Он начинает разговаривать как-то странно...

— У кого есть жалобы — проваливайте! Но тогда сегодня останетесь без ужина!

— М-мы всё сделаем!

Комнаты засияли чистотой. Всё убрали так тщательно, что не осталось ни единой пылинки.

После этого марафона уборки здание наконец-то стало пригодным для жизни. Все сломанные части починили, а мозолившие глаза щели внизу дверей аккуратно заделали.

Я вдохнул свежий воздух. Теперь, когда все дыры были заделаны, а ремонт завершен, тепло больше не уходило наружу, полностью оставаясь внутри здания.

Никакого холода, сытый желудок и теплое место для сна.

Потрясенный этим тройным чудом, Миркант проливал слезы глубокого умиления.

— Это... это словно возвращение былых времен... Захад... всё благодаря тебе... Теперь я могу умереть без сожалений...

Глядя в его глаза, я понимал: он поверит мне, даже если я скажу, что могу сделать соевую пасту из навоза. Всё верно. Именно так. Я тебя хорошенько выдрессирую. Хе-хе-хе.

Айрин наблюдала за мной с недоверием во взгляде. Казалось, она собиралась что-то сказать, но в итоге передумала.

— ...Тебе здесь не место, младший.

«Чего? Всё еще моя антифанатка?»

— В главном храме тебе подошло бы куда больше.

«А, нет. Она славная девчонка, которая действительно умеет разбираться в людях!»

— Старшая, хочешь еще кусочек мяса?

— ...Ну, давай. Пожалуй.

Когда грандиозный ремонт завершился, я наконец-то смог вытянуть ноги. Гектор со своими ребятами, как я и велел, пока будут крутиться среди бандитов... а мне нужно лишь встретиться с ними ближе к вечеру и провести тренировку.

«Хм. Можно с уверенностью сказать, что все самые срочные проблемы я уладил. Самое время для того разговора.»

— Ра.

— ......

— Я знаю, что ты слушаешь. Давай поговорим. Зачем ты перенесла меня сюда?

— А ты быстро спрашиваешь, паршивец, — раздался голос Ра.

Я лег на кровать в своей комнате, которая теперь была практически отдельной, и уставился в потолок.

— Ты уже упоминала что-то об обреченной временной шкале или вроде того... только не говори мне, что сейчас толкнешь речь о сказочном герое?

— ......

— Да ладно тебе. Серьезно. Это настолько заезженное клише, что будь я читателем, сразу бы бросил. «Дропаю эту франшизу». И конец.

— ...Этот наглый щенок еще и рот раззявил...

— Это ведь правда? Ну же. Если ты собираешься просить меня о подобном, я лучше просто проживу свои дни здесь. Буду трясти с детишек карманные деньги и похлопывать себя по сытому брюху.

— И почему мне достался именно такой тип...

— «Именно такой тип», говоришь? А кто вообще притащил сюда совершенно нормального человека? Честно говоря, окажись на моем месте кто-то наивный или тугодум, он бы уже давно замерз насмерть.

— Замолчи. Дай мне сказать!

Прямо передо мной вспыхнуло пламя. Я сел на кровати.

— Я слушаю.

— В жизни не видела такой мартышки. Тратить слова на долгие объяснения утомительно, так что я буду кратка.

Перед моими глазами возникло нечто, похожее на планету. Я попытался схватить ее, но рука прошла насквозь. Иллюзия.

— Это место. Мы называем эту планету А-12.

— Ого, сразу космический масштаб?

— Заткнись и слушай молча.

Похожая на планету сфера раскололась. В мгновение ока она разделилась на сотни точно таких же планет, зависших передо мной.

— Каждая из этих планет — ложная временная шкала, отколовшаяся от оригинала. Я называю их Симуляциями. Запускать их и выбирать лучший сценарий из бесчисленного множества вариантов — моя главная работа. Моя роль как администратора этого мира заключается в выборе наиболее правильной временной шкалы.

— ...Разве это не обычный реролл? Выбрать аккаунт с лучшим уловом в гаче и играть на нем.

— Похоже на то. Та игра, в которую ты играл, тоже была частью игровой симуляции, созданной для меня другим богом. Кто-то, видя, что я оказалась в безвыходном положении, забросил ее в свой мир, чтобы проверить, нет ли другого пути.

— Этот кто-то — бог Земли или типа того?

— Историю этого младшего мы пока оставим, она бесконечна. Просто слушай. Игра, в которую ты играл, изначально была непроходимой. Но нашлось несколько человек, которые преодолели невозможную вероятность и прошли ее. Именно их я и выбрала в качестве кандидатов. Из них мне нужно было отобрать того, кто спасет мой мир.

— Значит, это действительно история о герое-попаданце... но почему именно я?

— Потому что ты оказался самым упорным.

— ...Прости, что?

Ра заставила все остальные планеты исчезнуть, а единственная оставшаяся увеличилась в размерах.

— Ты единственный, кто закрыл абсолютно все достижения. Ты преодолел абсурдно мизерные шансы и прошел сценарии, полные опасностей SSS-ранга. Ты раз за разом натыкался на ловушки, которые я намеренно расставила повсюду, но все равно доходил до конца — так что у меня просто не оставалось выбора, кроме как выбрать тебя как обладателя величайшего потенциала.

— Погоди... какого черта?! Так внезапные скачки сложности происходили из-за этого?! Ты хоть представляешь, как тяжело мне было их проходить?!

— Это с самого начала не было игрой! Это было скорее придуманное мной испытание! Скажешь мне еще хоть слово поперек, и я подпалю твою башку!

— ...А. Да, понял.

— Прекрати так дуться. Мне аж ударить тебя хочется.

Ра прокашлялась. Ее голос внезапно стал тише и серьезнее.

— Изначально я управляла этим миром без особых проблем. Но в какой-то момент возникла огромная дыра. С каждым днем она становилась всё шире, пока к настоящему моменту едва не поглотила весь мой мир.

— Можно краткую выжимку в трех предложениях?

— ...Ты действительно напрашиваешься на то, чтобы сгореть?

— Вместо длинного эпоса просто скажи мне вывод. Ты ведь сама говорила, что не хочешь вести со мной долгие беседы? Всякие там «В начале не было ничего» — это как-то скучновато.

— И зачем только я притащила это недоразумение... — Ра вздохнула. — Ладно. Будет по-твоему. Первое: я управляю этим миром. Второе: на оригинальную временную шкалу, а не на Симуляцию, опустился неизбежный сценарий гибели. К слову, это сделала не я. Это пришло «извне». И наконец, третье: ты должен с этим разобраться.

— И как я должен это сделать?

— Результаты Симуляций, которые я запускала, были один хуже другого. Нечто, пришедшее извне этого мира, оскверняет тех, кто должен в нем жить. Я называю их Оскверненными. Согласно результатам Симуляций, осквернению подвергаются... бессмертные, плачущие монахини, королевские рыцари, гончие Астины... все те имена, которые ты уже слышал раньше.

— ...Это ведь всё персонажи из игры, верно? Те, кто порой становятся врагами, порой — союзниками. А иногда... те, кто сами превращаются в финального босса — ключевые NPC?

Ра согласилась.

— Верно. Гибель моего мира непременно наступит из-за кого-то из Оскверненных. Никто не знает, какую форму это примет. Но важно то, что с определенного момента меня ждет лишь бескрайняя пустота. Тебе ведь всегда удавалось побеждать в ситуациях, когда ты не знал, кто предаст, а кто окажется врагом? Вот почему мне нужна твоя помощь. Ты должен направлять тех, у кого есть потенциал стать Оскверненными. Твоя цель — убивать павших во имя мое и спасти этот мир.

— Погоди-ка.

«Хм. Дай мне разложить всё по полочкам.»

— Этот мир реален, верно? Раз это не Симуляция, у меня есть только один шанс.

— Верно.

— Всё будет похоже на игру, так что передо мной будут разворачиваться сценарии, с которыми я никогда раньше не сталкивался?

— Именно так.

— ...И в ситуации, когда я не знаю, кто может ударить меня в спину, я должен выявлять и убивать тех ключевых NPC, которые подверглись осквернению?

— А ты остр на язык. Весьма недурное резюме.

Я усмехнулся.

— И что я получу взамен?

— Бесконечную славу и возможность служить подле меня...

— Не буду я этого делать. Черта с два.

Я плюхнулся на кровать, раскинув руки и ноги звездой.

— За какого дурака ты меня принимаешь?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Причина (2)

Глава 11: Причина (2)

— Ах ты мелкий паршивец! Хочешь сгореть заживо?!

— Ну так убей меня.

«Забросила меня в эту дыру, а дальше что?»

«Бесконечная слава? Честь служить тебе?»

— Послушай, Ра. Похоже, ты не совсем понимаешь, как устроены люди. Сделки так не заключаются. Настоящая «сделка» означает, что ты даёшь человеку то, чего он действительно хочет.

— С чего бы мне опускаться до торгов с простым человеком!

— О, не хочешь — не надо. Но послушай, я ведь не дурак.

Я активно шевелил мозгами. Это умение даёт огромные преимущества, и это чистая правда.

— Ты постоянно называешь меня наглецом и смотришь свысока, но ведь пальцем меня не тронула, верно? Так, пустила пару угрожающих огоньков, и всё. Я ведь прав?

— ...Ты думаешь, я не способна убить тебя?

Голос её прозвучал по-настоящему жутко. Честно говоря, я почувствовал, как внутренности подкатили к самому горлу.

«Но соберись, Захад! Ты — это я, а я — это ты!»

«Нечего пресмыкаться перед похитительницей!»

— Я тут подумал. В прошлый раз ты упоминала причинность, верно? Говорила, что не можешь сделать что-то из-за ничтожного подношения?

Она определённо это сказала, и я отлично всё помнил.

— Иными словами... причинность — это ведь связь причины и следствия, так? Нет причины — нет следствия... Разве нельзя взглянуть на это с такой стороны? Ра. Дорогая наша Ра. Ты подняла такой шум из-за причинности ради повышения ранга всего одного навыка, так ответь мне: можно ли считать существо, заброшенное в этот мир без всякого предупреждения и без малейшей на то причины, частью этой самой причинности?

— Ах ты...!

— Изменение реальности требует соответствующей платы... Похоже, это так работает. Но давай посмотрим с другой стороны: если ты насильно притащила меня сюда, разве ты уже не заплатила за это огромную цену? Я ведь прав?

«Ах, какая безупречная логика.»

«Эй, Ра, или как тебя там — смотри внимательно.»

«Вот оно, человечество!»

«Вершина наглости!»

— Не знаю, как насчёт первого раза, но что насчёт второго? Я к тому, сможешь ли ты найти мне замену, моя дорогая богиня?

— Ах ты, несносный...

Ра тяжело вздохнула.

— Я ошиблась в тебе. Мне следовало призвать кого-то другого, кто стоял в рейтинге ниже тебя...

— Разве ты сама не говорила, что я единственный, кто закрыл все достижения? Неужели есть кто-то ещё, способный справиться с большинством здешних ситуаций?

— ...Если бы ты хоть раз сморозил глупость, я могла бы возненавидеть тебя со спокойной душой.

Ра выдохнула. После недолгого молчания она тихо спросила:

— Чего ты хочешь?

«Отлично. Наконец-то она настроилась на переговоры.»

— Всё просто. Дай-ка подумать...

Даже по самым грубым подсчётам было очевидно: это окажется сложнее любого сценария, который я когда-либо проходил. А поскольку это реальность, в случае провала второго шанса не будет.

Даже если бы я собрал абсолютно все скрытые элементы, всё равно пришлось бы балансировать на грани. К тому же у меня было всего одно тело, так что забрать всё физически не представлялось возможным.

Грубо говоря, реально дотянуться я мог только до тех скрытых элементов, что находились в северной части империи.

— Прежде чем мы заключим сделку, я хочу кое-что спросить.

— Что именно?

— Раз уж ты призвала меня, значит, увидела во мне потенциал, верно? Но в ситуации, когда любой может в любой момент стать Осквернённым, как я должен в одиночку за всеми следить?

— Об этом можешь не беспокоиться.

Перед моими глазами материализовалась голограмма. Большинство имён в этом длинном списке были мне знакомы.

«Красноглазая, помешанная на бедрах... О, и Король Ядов здесь?»

«Они просто запихнули сюда всех ключевых персонажей, да? Каждый, кто имел статус важного персонажа, оказался в этом списке.»

— ...В этом ещё меньше смысла. Их слишком много.

— Ты прав. Их слишком много, чтобы следить за каждым по отдельности. Но у них есть кое-что общее. Посмотри внимательнее. Такой сообразительный парень, как ты, должен сам всё понять.

— Может, просто скажешь мне, вместо того чтобы говорить загадками?

— Тебе полезно немного помучиться.

— Мелочная до мозга костей.

— Молчать!

Она сердито сверкнула глазами, а я принялся прокручивать список имён на голограмме.

— Дам тебе одну подсказку. Время.

«Время? При чём тут оно? У них что, день рождения в один день?»

Поразмыслив над этим, я медленно заговорил. Когда я думал о времени, на ум приходило только одно.

Текущая эпоха. 216-й год по Имперскому календарю.

Если сузить круг поиска, оставался лишь один вариант. Одно из главных событий. Место, переполненное лакомыми скрытыми элементами, которое такая игра в жанре роглайк, как «Глори Фантазия», просто не могла обойти стороной.

— ...Академия, верно?

— Всё-таки моё чутьё меня не подвело.

Ра ответила с явным удовлетворением.

— Ты прав. Большинство имён в этом списке связаны с Академией. У кого-то там учатся дети, кто-то поступил сам, а некоторые уже являются студентами. Лучшее учебное заведение империи. Его устройство гарантирует успех любому выпускнику, и прямо сейчас оно связывает судьбы множества людей.

— 216-й год по Имперскому календарю означает... Набор на начало следующего года я уже пропустил, так что мне нужно целиться на год позже?

— Считай это периодом подготовки. Разве года тебе мало? Время совпадёт идеально. «Золотой век» — когда поступит большинство ключевых фигур — начнётся ранней весной 218-го года по Имперскому календарю.

— Хм-м-м.

«Честно говоря, если использовать все мои знания, это вполне осуществимо. Если собрать все скрытые элементы, разбросанные по северу империи, то всё получится... Но это также означает, что без этих элементов контролировать людей в Академии будет абсолютно невозможно.»

— Есть ли скрытые элементы, которые переместились со своих первоначальных мест?

— Я не могу тебе сказать.

— «Не могу сказать» означает, что такие есть.

— ...Я не буду ни подтверждать, ни опровергать.

«Что ж, ладно. Лишь бы Демонический меч Сурт всё ещё лежал там, где ему и положено.»

Одно это давало мне огромную свободу действий.

— Действовать в Академии — надёжный способ вовремя заметить тревожные знаки, это да... Но сложность просто безумная. Гораздо тяжелее, чем прохождение на истинном уровне сложности «Ад».

— .......

— А-а-а! Это слишком сложно! Чертовски сложно! Я умереть хочу!

— .......

— Меня притащили сюда против воли, я вообще не давал согласия! Никаких сохранений! Если я умру, то всё, игра окончена!

— Хватит! Просто скажи, чего ты хочешь!

— Ну, раз уж ты настаиваешь.

Я слегка улыбнулся. Чего же я хочу...

Что ж, была лишь одна вещь.

— Если ты богиня, для тебя ведь всё возможно? Если я спасу этот мир, сработает та самая причинность, и ты сможешь сделать практически всё, что угодно.

— Верно.

— Тогда сделай для меня кое-что одно.

Я на мгновение прикрыл глаза и задумался. Я жил эгоистично, но ни о чём особо не жалел.

И всё же, если и было на свете то, что не давало мне покоя, так это лишь одно воспоминание.

Что в том мире, что в этом, я оставался круглым сиротой, но было одно отличие. Моя младшая сестра. Единственный человек, который относился ко мне как к настоящей семье.

— Там, в прежнем мире, у меня была младшая сестра. Хан Соа.

— ...И?

— Она погибла. Вместо меня. Глупая смерть, если честно. Директор приюта забил её до смерти вместо меня.

А потом её просто похоронили. Позже я пытался сам прикончить этого директора, но к тому времени, как я вырос и отправился на его поиски, мне лишь сказали, что он уже сгнил от какой-то болезни и умер молодым.

Да. Если в моей жизни и было то, что тяготило душу, то лишь это.

— Верни её к жизни. И сделай так, чтобы она жила в достатке и покое.

— ...И это всё?

— Ну да. Слышать «и это всё» о человеческой жизни довольно забавно. Наверное, в этом и заключается суть богов.

— Странное ты создание.

По какой-то причине показалось, что Ра улыбнулась.

— Я думала, ты всего лишь безрассудный глупец, но в тебе всё же осталось что-то человеческое.

— Перестань. Я ведь не робот. Я всегда забочусь о тех, кто остаётся со мной просто потому, что я им нравлюсь.

— Хорошо. Я исполню твоё желание. Более того, когда всё закончится, ты и сам сможешь вернуться в свой прежний мир...

— Хм. В этом нет необходимости.

— Что?

Если честно, так оно и было.

— Этот мир гораздо веселее.

Да уж.

Разве одной этой причины — того, что здесь весело, — недостаточно?

— Конечно, достаточно.

Ра цокнула языком.

— Ты действительно ненормальный.

◇ ◇ ◇

Я с головой ушёл в тренировки. Первым скрытым элементом, на который я нацелился, был тот, что находился в штаб-квартире Культа.

Получение тамошних священных реликвий позволило бы мне поступить в Академию на самом верху рейтинга — буквально занять первое место. Простой способ обрести силу, не прикладывая слишком много усилий.

Если бы я поднапрягся ещё немного и добился отправки в штаб-квартиру, то сразу же смог бы...!

Готовясь с бешеной отдачей, я как бы невзначай завел разговор об отправке с Миркантом. Он ответил мне широкой улыбкой, а в качестве бонуса потрепал по голове.

В последнее время он баловал меня всё чаще.

Однако сам его ответ меня не слишком обрадовал.

— Хочешь отправиться в штаб-квартиру Культа? Что ж, у тебя острый ум, и ты всегда стремился к знаниям... Полагаю, тебе нужно глубже изучить теологию.

— Всё верно, святой отец. Я хочу узнать больше.

— Но придётся немного подождать. Количество послушников, которых отделение может отправить в штаб-квартиру, строго ограничено. В случае нашего прихода это всего один человек.

— ...Как-то совсем мало.

— Что поделать, ведь наш приход практически лежал в руинах. И тот, кого мы отправим в этот раз, уже определён. Твоя старшая, Айрин, поедет первой.

— А как же я?

— Тебе придётся подождать. Не переживай, это всего лишь на год. В следующем году ты обязательно поедешь.

«Нет.»

«У меня есть всего один год.»

Я потёр лицо руками, а затем тихо подошёл к Айрин. Но, к моему удивлению, её слова разошлись со словами Мирканта.

— Поедет мой младший.

— Прости? Но святой отец сказал...

— Моему младшему не стоит об этом беспокоиться. Пожалуйста, собери вещи до наступления весны. С остальным я разберусь сама.

Айрин посмотрела на меня.

— Моему младшему нужно лишь продолжать совершенствоваться, как он и делал до сих пор.

— ...Что ж, если так.

Я не знал истинной причины, но был искренне рад её словам.

«Как и ожидалось от Синего Сокола! Я знал, что могу на неё положиться! Её имя значилось в списке тех, кому суждено стать Осквернёнными, но, видя её доброту, вероятность этого кажется абсолютно нулевой!»

— Не связывай подобные вещи с вероятностью осквернения!

Я вполоборота проигнорировал голос Ра. Раз уж Айрин дала мне твёрдый ответ, мне оставалось лишь тренироваться с ещё большим усердием.

Однако возникло препятствие, которого я никак не ожидал.

— ...Похоже, Беверик прибыл в город.

Миркант взглянул на меня, и по какой-то причине в его улыбке не осталось ни капли тепла.

— Твой старший возвращается, Захад.

— Тот самый последний послушник, о котором ты говорил раньше?

— Верно. Если точнее, он послушник, направленный из штаб-квартиры Культа в наш приход. Ему осталось около полугода, прежде чем он вернётся обратно.

— Не самое удачное время.

— Он решил задержаться подольше, и я согласился.

— Должно быть, он хороший человек?

— .......

Миркант, самый добродушный человек из всех, кого я знал, промолчал. Он лишь тихо смотрел на Айрин, которая подметала молитвенный зал.

— ...Захад.

— Да, святой отец.

— Знаешь ли ты, что обычно в каждом приходе должен быть епископ? Кто-то выше меня по сану должен был находиться здесь. Но поскольку никто не прибыл, я сам исполнял обязанности епископа.

Миркант посмотрел на меня.

— Разница в положении между священником и епископом огромна. Епископ обладает высоким саном, позволяющим управлять целым приходом. Его знания, его вера — всё это находится на совершенно ином уровне. Отец Беверика — один из епископов в штаб-квартире Культа.

— А священникам можно жениться?

— ...? Большинство священнослужителей могут вступать в брак. Разве ты не знал?

— Не знал.

Я никогда так глубоко не вникал в лор игры. Да и за священника я, собственно, никогда особо не играл.

«Зачем вообще выбирать класс, который накладывает штрафы каждый раз, когда ты кого-то бьёшь?»

— Послушник со связями в штаб-квартире...

«Ах. Кажется, я понимаю, к чему всё идёт.»

— Раз уж ты заговорил об этом, святой отец, значит, человек он не самый приятный.

— Я не хочу, чтобы ты судил о людях заранее. Но, Захад, запомни: если ты впадёшь к нему в немилость, твой талант и потенциал могут оказаться потрачены впустую.

Миркант улыбнулся, и на его лице отразилась глубокая печаль.

— Я... хочу, чтобы ты был счастлив. Прости, что у меня нет большего влияния.

«...За что он извиняется?»

«Этот человек не сделал ничего плохого.»

— Не беспокойся. Нравиться людям — это ведь моя главная специальность, разве нет?

— Ха-ха! Ну конечно! В мире нет никого, кому бы ты мог не понравиться. Наверное, с возрастом я просто стал слишком тревожным. Жалкое зрелище. Не обращай на меня внимания.

Беверик прибыл ровно через два дня. Я встал пораньше, чтобы подмести внутренний двор, и как бы невзначай вытер пот со лба, создавая вид усердной работы.

Перед церковью остановился экипаж. Надо же, у кого-то водятся деньжата.

Дверца распахнулась, и наружу выпрыгнул парень с довольно смазливым лицом. Похожий на альфонса юноша окинул церковь быстрым взглядом.

А затем слегка наклонил голову набок.

— ...Она изрядно изменилась.

Услышав этот ровный, недовольный голос, я поспешил к нему навстречу. Я склонился в вежливом поклоне и улыбнулся во весь рот.

«Этот парень со связями в штаб-квартире Культа.»

«Если я завоюю его расположение, получить священные реликвии станет намного проще!»

— Добрый день, старший! Я Захад, послушник!

— ......

Наши взгляды встретились. Я сиял от дружелюбия, в то время как лицо Беверика медленно каменело.

Даже не удостоив меня ответом, он решительно зашагал прямо в церковь. Он огляделся по сторонам, словно кого-то высматривая, а затем направился к Айрин, которая стояла в молитвенном зале, сложив ладони.

И прямо так — бесцеремонно схватил её за руку.

Прервать священнослужителя посреди молитвы, да ещё и позволить себе схватить её за руку...

— Айрин. Ты ведь ждала меня?

Лицо Айрин заметно исказилось от отвращения, а Беверик расплылся в широкой улыбке.

— Я вернулся, как и обещал. Выходи за меня.

«...Что?»

«Это ещё что за поворот сюжета?»

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Беверик (1)

Глава 12: Беверик (1)

— ...Что это за грубость?

Айрин с резким хлопком оттолкнула его руку. Достав платок, она тщательно вытерла место, которого он коснулся.

Взгляд, который она бросила на него, был полон нескрываемого отвращения.

— Послушник Беверик. Я никогда не давала подобного обещания.

— Ха-ха. Какая скромница. Всё в порядке. Тебе не нужно скрывать свои чувства.

— ......

Всем своим видом показывая, что говорить с ним больше не о чем, Айрин резко развернулась на каблуках и постучала в дверь комнаты священника в глубине молитвенного зала.

— Послушник Беверик прибыл, отец.

— О? Уже?

Миркант открыл дверь. Он улыбнулся Беверику со своим обычным теплом.

— Беверик. Отличная работа.

— А, да. Без разницы.

Ответив с полным равнодушием, он скользнул взглядом по Айрин. Проводив её глазами и шумно сглотнув, он двинулся следом, когда она попыталась покинуть молитвенный зал.

Однако Миркант преградил ему путь. Положив руку на плечо Беверика, он заговорил с мягкостью, не терпящей возражений:

— Нам ведь наверняка есть что обсудить? К счастью, времени у нас предостаточно, поэтому для начала я хотел бы услышать о твоем паломничестве.

— Обязательно прямо сейчас?

— Если не сейчас, то когда?

— Ха, да блядь... Старый хрыч...

Последние слова он едва пробормотал под нос, однако они прозвучали достаточно громко, чтобы их услышали все.

Айрин резко обернулась. Она слегка стиснула зубы, но Миркант покачал головой.

Натянутая улыбка.

Лучезарно улыбнувшись, Миркант взял Беверика за руку и повёл за собой.

— Я уже поставил чай. Пойдём поговорим.

— Да-да. Ладно. Пошли.

Хм.

Я и сам далеко не святой, но этот парень — нечто совершенно иное.

Мерзавец из мерзавцев.

Настоящий кусок человеческого мусора, чей уровень подлости превосходит мой во много раз!

. . .

Мои предчувствия меня не обманули.

Беверик не был нормальным человеком.

— Грязные мелкие ублюдки...

Он регулярно пинал сирот. Открыто плевал в их сторону и презрительно усмехался.

— Если бы не милость Ра, вы бы уже давно сдохли с голоду. Смотреть на меня, когда я с вами разговариваю!

Большую часть времени он проводил, донимая Айрин, пока его не ловил Миркант. В те редкие дни, когда он уходил куда-то, в церкви наконец воцарялся покой. Тем не менее, я всё же попытался завязать с ним разговор.

— Старший. Специально для вас я начистил ваши туфли до блеска...

— Эй. Проваливай. Не разговаривай со мной, приставучий паразит.

Шкала терпения: 1.

— Старший! Здесь есть один момент, который я не совсем понимаю, не могли бы вы мне объяснить...

— Тупица. Даже этого не знаешь? Иди спроси у старика. А если приблизишься к Айрин — тебе конец.

Шкала терпения: 2.

— Старший. Сегодня ужин готовил я... Хотел узнать, пришёлся ли он вам по вкусу...

— Да блядь. Не лезь ко мне во время еды. Меня одно твоё лицо бесит.

3...

3 терпе...

Нет, до трёх я точно не дотерплю!

«Что, чёрт возьми, не так с этим придурком?»

Моё терпение лопнуло. Штаб-квартира Культа?

Да к чёрту всё это. Я лучше вообще откажусь от этой затеи, чем буду пресмыкаться перед таким куском дерьма.

Я решил, что буду пробиваться своими силами. Завоюю я его расположение или нет, мой перевод в штаб-квартиру Культа от этого зависеть не должен.

Однако вскоре события приняли неожиданный оборот. Случайно подслушав разговор между Айрин и Бевериком, я понял: в его воображении всё уже было решено — именно Айрин должна была отправиться в штаб-квартиру Культа.

Никаких романтических отношений между ними не было. Это была односторонняя, крайне омерзительная ситуация, в которой Беверик настойчиво преследовал её.

Поздней ночью я наблюдал за ними через окно, когда они случайно столкнулись в молитвенном зале.

— Я же говорил тебе, разве нет? Мой отец позаботится о тебе. Зачем ты ломаешься? Думаю, мы уже достаточно давно знакомы.

— У меня нет никаких личных чувств к послушнику Беверику. А в штаб-квартиру Культа отправляется мой младший соратник, Захад.

— О чём ты вообще говоришь? Ты должна поехать со мной. Ты ведь знаешь, что единственная причина, по которой я торчу в этой дыре — это ты?

— Как я уже говорила, у меня нет никаких личных чувств к послушнику Беверику...

— Эй.

Посреди молитвенного зала.

Не подозревая, что я наблюдаю за ним из-за окна, Беверик зажал Айрин в углу.

— Мои слова для тебя вообще ничего не значат? Думаешь, раз я был с тобой вежлив, то со мной можно обращаться как с шутом?

— ......

— Подумай хорошенько. Сын епископа Броди — влиятельного человека в Культе — предлагает тебе свою заботу. Женщины в очередь выстраиваются, готовые раздвинуть ноги по первому моему щелчку. Ты ведь это понимаешь?

— Вот и иди к этим женщинам. Зачем ты пристаешь ко мне?

— Потому что у тебя личико красивое. Я люблю тебя, сучка. Почему ты не хочешь принять мои чувства?

— Мне противна твоя пошлость.

— Да блядь.

— Бам!

Он схватил Айрин за руку и с силой прижал к стене, отчего она тихо, болезненно вскрикнула.

Беверик зашевелился. Удерживая Айрин одной рукой, другой он принялся бесцеремонно блуждать по её телу. Его ладонь скользнула вниз и задела грудь.

— ...Охренительно сексуальное тело. Серьёзно.

— После всего этого ты решил применить силу?

— Кое-какая часть меня очень этого хочет...

Беверик глубоко вздохнул. Усмехнувшись, он отпустил её руку.

— Шучу. Я просто шучу. Ты ведь знаешь это, правда? Айрин. Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю.

— .......

— Хватит ломаться, иди ко мне. Ты ведь хочешь стать одной из Дев Дня, верно? Ты даже не представляешь, сколько связей нужно задействовать, чтобы просто подать туда заявку.

Беверик погладил её по щеке.

— Давай решим всё по-хорошему, ладно? Я помогу тебе, а от тебя требуется лишь одно слово. Скажи, что будешь моей.

— .......

— Даже если ты уйдёшь из Культа, тебе ведь некуда податься, верно? Помни, что твоё единственное место — здесь, рядом со мной. Сейчас я проявляю достаточно великодушия, чтобы ждать тебя, но...

Беверик резко повернул голову.

— Я и так ждал слишком долго. Хватит. В день, когда будет отправлен запрос на перевод в штаб-квартиру Культа, тебе придётся выбрать меня. В тот день ты станешь моей.

— Я не поеду в штаб-квартиру Культа.

Айрин произнесла это твёрдо и решительно.

— Тот, кто отправится в штаб-квартиру Культа — восходящая звезда Ра. Мой младший соратник, Захад.

— ...Вот как?

Беверик на мгновение задумался, а затем улыбнулся — холодной, уродливой улыбкой.

— Что ж, тогда я просто изменю условия. Если ты не согласишься стать моей, никто из вас не поедет в штаб-квартиру Культа.

— ...Что ты имеешь в виду?

— Ну, с влиянием моего отца это вполне осуществимо. Этот филиал всё равно практически заброшен.

Беверик тихо свистнул.

— Да, отличный план. Если ты не скажешь, что будешь моей, никто никуда не поедет. Я не только позабочусь о том, чтобы этого парня никогда не отправили в штаб-квартиру Культа, но и сделаю так, чтобы вы оба гнили здесь до конца своих дней.

— ...Ах ты, подлый, бесстыдный...!

— Мне нравится, когда ты так злишься, ты становишься ещё красивее. Злись сильнее.

Он наклонился ближе и прошептал ей на ухо:

— Заставь меня желать сожрать тебя ещё сильнее.

. . .

Я услышал крайне неприятные вещи. Если оставить в стороне Айрин, мой собственный путь в штаб-квартиру Культа фактически оказался заблокирован, поэтому мне нужно было действовать быстро.

Священные реликвии, ожидающие в штаб-квартире Культа Ра, были тем, что я никак не мог упустить. Мне требовалась информация. Информация на Беверика.

Первым делом следовало проверить, действительно ли всё сказанное им — правда.

Когда я пришёл к Матьеру, он встретил меня глубоким поклоном.

— Отец! О боже! Я должен был сам прийти к вам первым!

— Выглядишь более расслабленным. Дела пошли в гору?

— Ха-ха. Мне лишь удаётся сводить концы с концами.

— Твои пожертвования немного отстают от темпов твоего роста.

— .......

— Старайся лучше, Матьер. Не выходи за рамки дозволенного. Всё, что за ними, меня не интересует.

— Во имя Ра!

— Вот и отлично.

Я дал Матьеру простое поручение: раздобыть сведения о Беверике. Он прочесал все закоулки рынка и вскоре вернулся с толстой пачкой собранных документов.

— Послушник Беверик. Довольно известная личность.

— Благодаря своим способностям?

— Да нет же. Он печально известен как отброс, для которого бордели стали вторым домом.

Я бегло просмотрел бумаги и цокнул языком.

Этот ублюдок оказался не просто обычным мусором.

Настоящий, первосортный кусок дерьма!

— Он проиграл в карты пожертвования, которые получала церковь?

— Он определённо внёс свой вклад в формирование репутации Культа Ра.

— И как его вообще пускали в бордели?

— Судя по всему, он открыл там счёт на имя своего отца. И исправно оплачивает его раз в месяц.

— И большую часть времени он ночует вне церкви?

— Тоже за счёт своего отца...

— Человек, живущий исключительно за счёт имени своего папочки.

Значит, сынок из богатенькой семьи. Я тяжело вздохнул. Вот же чёрт.

Ситуация запуталась окончательно.

— Может, мне просто убить его?

— П-пожалуйста, пощадите меня!

— Да не тебя.

Что произойдёт, если я тихо прикопаю Беверика на холмах за церковью? Если это сочтут обычным исчезновением, то... руководство Культа тут же объявит его в розыск. Стоит мне оступиться, и поспешные действия обернутся против меня самого.

«Черная сталь», которую я с таким трудом создавал, и банда Гектора — все они могут оказаться втянуты в это дело.

Это останется на крайний случай. Я потёр переносицу.

Первая по-настоящему сложная ситуация, с которой я столкнулся в этом мире.

— Должна признать, наблюдать за твоими мучениями на редкость приятно.

«Эй».

«Ты вообще-то должна быть на моей стороне».

— ...Пока что.

Попробую ещё немного прогнуться. Приложу ещё немного усилий, а если и это не сработает — просто зафиксирую убытки и пойду другим путём.

На данный момент это казалось лучшим решением. Разумеется, мне следовало начать постепенно готовить запасные варианты.

— Матьер. Собери все записи о посещениях этим парнем борделей и игорных домов. И любую другую информацию о его незаконной деятельности тоже.

— Вы планируете шантажировать его?

— Кем, по-твоему, является священник Культа Ра?

— ...Прошу прощения. И всё же, мне трудно представить, чтобы священник действительно опустился до шантажа...

— А ты чертовски проницателен.

Я пожал плечами. Если до этого дойдёт, начнётся настоящая грязная возня.

Обеим сторонам будет что терять. Попытка прижать его шантажом может в будущем обернуться против меня.

С такими отбросами, как он, никогда не знаешь, чего ожидать и куда они вильнут в следующий момент.

Возможно, просто убить его и спрятать концы в воду — действительно лучший выход.

...Но пока я ещё немного потерплю.

— Мне нужно сделать так, чтобы у этого безнадёжного ублюдка не осталось ни единого шанса. Конечно, я дам ему возможность покаяться.

— Иногда вы меня пугаете, отец.

— Что? Ты только посмотри на него.

Я пристально посмотрел на Матьера.

— Не иногда. Всегда.

— ...Да.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Беверик (2)

Глава 13: Беверик (2)

Я пресмыкался перед Бевериком. Даже когда он меня игнорировал, я изо всех сил старался втереться к нему в доверие.

Говорят же, что упорным трудом можно преодолеть любые преграды, верно?

Но ровно через неделю мое терпение окончательно лопнуло.

— Бесхребетный червяк. И зачем только Айрин вообще беспокоится о таком ничтожестве... Тц.

Всего одна фраза, и она вдребезги разбила решимость, которую я с таким трудом собрал по кусочкам. Ого. Сильно сказано.

Этот кусок дерьма просто безнадежен, его уже ничто не исправит!

— Аха-ха.

Сегодня тебе крышка. Мы оба пойдем на дно. Я замахнулся рукой, на которой вздулись вены, собираясь влепить ему затрещину.

Но Миркант меня остановил. Он встал между нами и, как всегда, улыбнулся.

— Мне бы не помешали лишние руки. Беверик, не поможешь мне?

— Заставь этого парня. Зачем просить меня, когда тут без дела прохлаждается нахлебник?

— Есть вещи, которые под силу только тебе. Разве ты не ученик, которому еще многое предстоит узнать? В вопросах теологии в нашем филиале нет никого способнее тебя, так что у меня просто нет выбора. Пожалуйста, помоги мне.

— ...Ха-ах. Серьезно. Вы все до единого бесполезны.

Миркант подмигнул мне. Я лишь вздохнул, глядя на это подмигивание, которое совершенно ему не шло.

Скажи спасибо, что из-за этого я сдержался и не проломил тебе череп. Ну и фрукт.

Я взял документы, которые передал мне Матьер, и пролистал их. У меня была причина, по которой я до сих пор не взорвал эту бомбу.

Епископ Броди.

Один из настоящих серых кардиналов в штаб-квартире Культа, стоящий за спиной этого безрассудного ублюдка.

Это имя было широко известно. Даже здесь, где к Культу Ра относились как к предателям, его имя то и дело всплывало в разговорах.

По всей видимости, один из лидеров, управляющих разваливающимся Культом Ра. Его поддержка была настолько мощной, что даже если бы я собрал доказательства нарушения Бевериком догматов Культа, существовала огромная вероятность, что все это просто замяли бы.

Я прекрасно знал, как влиятельные детки из высшего общества покрывают свои преступления. В прошлой жизни я насмотрелся на это сполна.

Они бы по-тихому отпустили ему грехи, а затем отправили куда-нибудь «подышать свежим воздухом». Это было очевидно даже без гаданий. Именно поэтому этот парень вел себя так нагло — он и сам все прекрасно понимал.

Чтобы распутать этот клубок, нельзя было просто бездумно тянуть за ниточку. Нужно было дернуть за нее в самый подходящий момент...

«А значит, мне нужно самому создать подходящую ситуацию...»

Я прокрутил в голове несколько сценариев, раз за разом набрасывая и стирая планы.

Ход, который принесет мне наибольшую выгоду.

Даже когда опустилась ночь, я не сдвинулся с места. Сидя в своей комнате при свете свечи, я сделал несколько набросков.

Это был тупик. Чтобы добраться до штаб-квартиры Культа, мне нужно было либо избавиться от этого ублюдка, либо заставить его сотрудничать, но в обоих случаях пришлось бы использовать Айрин как пешку.

Честно говоря, от этого оставался неприятный осадок. Принуждать ее к чему-то казалось неправильным, к тому же этот ублюдок был способен на любую глупость. Вдобавок ко всему, Айрин без всяких просьб тихонько принимала мою сторону.

Это не давало мне покоя. Действительно не давало.

И все же... чтобы пробиться самым простым путем...

Тук-тук.

В дверь постучали.

— Войдите.

Мне даже не нужно было смотреть. Без сомнения, это был Миркант. Он пришел сказать что-то теплое, вроде просьбы войти в положение и понять утреннюю ситуацию.

И ведь это происходило не в первый и не во второй раз — он занимался этим уже дня три подряд.

— Отец, я в порядке...

— Младший.

Я оглянулся. На пороге стояла Айрин, которая до этого ни разу сама меня не навещала.

Она слегка наклонилась вперед и заговорила шепотом — такого поведения я за ней еще никогда не замечал.

— Если ты не занят, не хочешь немного прогуляться?

— ......

Поздняя ночная прогулка.

Что же заставило ее передумать?

. . .

Айрин шла молча. Она пришла к нему перед тем, как принять решение, вовсе не по какой-то конкретной причине.

Ей просто хотелось увидеть его еще раз. Того, кто шаг за шагом, начиная с самых мелочей, изменил эту церковь.

Ребенок с исключительным талантом, далеко выходящим за рамки его юного возраста.

Лунный свет был ярким. Оставленные ими следы отчетливо поблескивали под его лучами.

«...Мы ушли довольно далеко».

Действительно далеко.

— Младший.

— Да?

Она впервые по-настоящему вгляделась в него. В лунном свете его силуэт казался куда более собранным, чем она ожидала. Спокойный и тихий, вопреки обыкновению, он не проронил ни слова, пока она не заговорила первой.

Ребенок, умеющий чувствовать обстановку. Она всегда считала мужчин не более чем животными во время течки, но он был другим. Он никогда не приближался без повода, связанного с учебой, и, хотя порой льстил, всегда держал дистанцию.

Послушник.

Пожалуй, именно он справлялся с этой ролью искуснее всех.

— ...Захад.

Имя тихо сорвалось с ее губ. Айрин остановилась. Налетевший ветерок нежно коснулся ее челки.

— Как тебе жизнь в церкви? Справляешься?

— Ну да. Теперь, когда я сыт и в тепле, мне кажется, что и учеба дается легче.

— Я рада. Похоже, ты хорошо устроился.

— Я из тех, кто приспосабливается в любых условиях.

Захад почесал затылок. Айрин молча наблюдала за ним.

— Ты все еще хочешь отправиться в штаб-квартиру Культа?

— Конечно. Здесь я уже выучил все, что только можно, верно? Если честно, меня больше интересует священный закон, а не догматы. Я хочу изучать его дальше.

— Я знаю. Твой талант поразителен.

— Редкая похвала от тебя. Не припомню, чтобы ты часто делала мне комплименты.

— Один раз можно.

Айрин со спокойным величием посмотрела на луну. Она светила ярко.

Возможно, даже ярче солнца. Нет, пожалуй, это уже слишком.

Почему-то на ее лице появилась улыбка. Теперь, когда решение было принято, бежать казалось некуда.

Да.

Хватит бежать.

Она пришла к Захаду именно для того, чтобы сделать этот шаг.

— ...Я родом из павшего дворянского рода.

Прошлое, о котором она никогда не рассказывала никому, кроме Мирканта.

Айрин посмотрела на Захада. Она не доверяла ему и не дорожила им. Она рассказывала это просто потому, что ей хотелось, чтобы кто-то выслушал ее излияния.

Причину, по которой она так себя вела.

Ей просто не хотелось, чтобы он продолжал пребывать в глупом заблуждении.

— Я потеряла родителей, когда мне было двенадцать. Меня приютил родственник, но обстановка там была далеко не радужной. Моим единственным родственником был мужчина, и он очень меня любил. В самом худшем смысле этого слова.

Наверное, именно тогда все и началось.

Когда все мужчины стали казаться ей отвратительными.

— Я сбежала. Идти было некуда, и по пути мне иногда приходилось уповать на милость трактирщиков. Некоторые были добры, но они составляли меньшинство. Большинство же требовали моего тела, и каждый раз я сбегала.

Ей хотелось иметь меч.

Ей хотелось силы.

Силы, чтобы противостоять уродству этого мира. Но прежде чем она успела познать жизнь наемника, она встретила одного человека.

Благодаря ему она поняла.

Как жить, так и не взяв в руки меч.

— Я встретила отца Мирканта. Именно он вложил книгу в сердце, которое жаждало сжимать рукоять меча. Он мой благодетель. Он помог мне обрести мечту и своими руками спас меня от участи, которая могла превратить меня в обычную блудницу.

— ...И?

— Отец желает возрождения Культа. Для него это еще и искупление — он хотел в одиночку нести бремя грехов своего филиала. Каким человеком он кажется тебе?

— Ну, хорошим человеком.

Захад пожал плечами.

— Из тех хороших людей, которым легко вонзить нож в спину.

— Верно, Младший. И такой человек видит в тебе будущее Культа. Если честно, я тебя таким не считаю.

Из ее груди вырвался тихий смешок.

— В моих глазах ты просто хитрый и жадный человек. Тот, кто неплохо жарит мясо, умен, но при этом скрывает весьма темную сторону.

— Эй, если хочешь оскорбить — оскорбляй. Хочешь похвалить — хвали. К чему все это?

— Не могу. Тот ты, за кем я наблюдала, в точности соответствует моему описанию.

Айрин вздохнула.

— Я не думаю, что ты будущее Культа. Но раз отец Миркант верит в тебя, то и мне надлежит верить в тебя тоже.

— Это вера или просто выплата долга?

— Я верю, что дышу сегодня благодаря тому, что Ра оберегал меня. Но личные желания всегда на первом месте. Я... человек, чья благодарность к отцу глубже, чем моя вера в Ра.

Да.

К такому выводу она пришла.

— Я хочу, чтобы ты отправился в штаб-квартиру Культа и узнал больше. Хочу, чтобы ты стал спасителем Культа, как верит отец Миркант.

— ...Ты ведь только что критиковала мой характер. И все равно делаешь такой выбор?

— Конечно. Порой ты безжалостен, хитер и склонен использовать людей в своих целях, но...

Айрин слабо улыбнулась.

— Если ты тот Захад, в которого верит отец, то и я смогу поверить в тебя.

— ......

Захад промолчал. Он пожал плечами, собираясь что-то сказать, но снова закрыл рот.

Воцарилось молчание. Спустя мгновение он медленно спросил:

— К чему вдруг все эти разговоры? Уже решено, что я отправляюсь в штаб-квартиру Культа?

— Да. Решено.

— ...И какова цена? Что мне нужно сделать?

— Тебе ничего не нужно делать. Просто подожди немного, и ты отправишься в штаб-квартиру Культа.

— Но послушник Беверик и слова об этом не обронил.

— Тебе не нужно о нем беспокоиться. Я сама со всем разберусь.

— Как ты разберешься? Я слышал, что отправить послушника без одобрения Беверика невозможно.

— ......

Был только один способ.

Продать свое тело.

В каком-то смысле это можно было назвать путем блудницы. Но если это позволит вернуть долг...

Если это откроет будущее для одного ребенка, разве нельзя назвать это путем жрицы?

— ...Я уговорю его.

— Как?

— Он тоже послушник. Если я воззову к его вере, дверь откроется.

— Разрешишь все разговорами? Это вообще возможно?

— Возможно.

Айрин пристально посмотрела на него.

— Ты когда-нибудь видел, чтобы я лгала, Младший?

— ...Нет, но, кажется, прямо сейчас я вижу это впервые.

— Я не лгу.

— Зачем заходить так далеко? Не слишком ли высока цена для простой выплаты долга?

Оглядываясь назад, возможно, так оно и было. Но в тот момент Айрин вдруг поняла, почему открывает душу стоящему перед ней Захаду.

Она наблюдала за ним довольно долго. Они разговаривали и учились вместе, и порой она испытывала к нему ревность и зависть.

И в конце концов, она была ему благодарна.

Тому, кто полностью преобразил место, бывшее когда-то сточной канавой.

— ...Я не уверена.

Айрин невольно рассмеялась. Если подумать, она уже солгала.

Дело было вовсе не в том, что она следовала вере Мирканта в него.

Она просто верила в того его, которого видела сама — в того, кто изменил эту церковь.

Зная, насколько это поразительно, ей хотелось подтолкнуть его вперед, вот так просто.

— Кажется, ты мне понравился.

— .......

Захад посмотрел на нее. Спустя мгновение он спросил:

— Ты в последнее время не снимала баллы.

— Нет причин снимать баллы, да и самих баллов больше не осталось.

— Значит, теперь я хуже букашки?

— Я снимаю баллы вслух, но не объявляю о начислении бонусных.

— И какой у меня счет?

— Интересно какой.

Айрин отвернулась.

— Захад. Старайся. Всегда старайся изо всех сил, где бы ты ни был и что бы ни делал. Это единственное, о чем я тебя прошу.

. . .

Во рту остался горький привкус.

Я выслушал слишком горькую историю, и это меня совсем не радовало.

«Черт побери...»

Дело вот в чем.

Я не очень лажу с односторонней доброжелательностью. Сделка куда лучше. Когда есть взаимный обмен, я могу получить желаемое с чистой совестью.

Но просто принимать, ничего не отдавая взамен — честно говоря, это как-то неправильно. Подумайте сами.

Всю свою жизнь я либо побеждал, либо терпел поражение. Честно говоря, моя прошлая жизнь была бурной. Ничто не давалось легко, и удушающих моментов хватало с лихвой.

Никто не проявлял доброту просто так. Поэтому я не доверял людям. А поскольку я не доверял людям, другие доверяли мне еще меньше.

Так что я думал, что и эта жизнь будет похожей...

«Оба они — идеальные мишени для удара в спину».

Разволноваться из-за доверия ко мне только потому, что я привел в порядок одну церковь. Да бросьте вы.

— Что-то не так?

— Ничего.

— Если таково твое решение.

Раз уж все так обернулось, я решил просто закрыть на это глаза и принять как есть. Ладно, плевать. Так ведь даже лучше, верно?

Если подумать, для меня это была отличная сделка. Я мог просто притвориться, что ничего не слышал, и прямиком направиться в штаб-квартиру Культа.

На самом деле, все складывалось просто замечательно. Проблема, над которой я так мучился, разрешилась сама собой наилучшим образом.

Самым важным было очистить этот мир. Истребление всех Оскверненных в конечном итоге пойдет на пользу и Айрин.

Точно!

Именно так я и расплачусь с долгом!

Я насвистывал мелодию. Оставив Айрин, которая ушла вперед, я продолжил свою ночную прогулку. На ходу мысли раскладывались по полочкам, и каша в голове окончательно улеглась.

Да и плевать!

В конце концов, это не моя забота, так какая разница!

Просто забуду об этом! Все устроилось как нельзя лучше, так что на этом и порешим!

Я направился обратно к церкви. Но, к несчастью, в саду я заметил два силуэта — мужчину и женщину.

— Я знал, что ты сделаешь такой выбор.

Тяжело дышащий мужчина и женщина с бесстрастным лицом.

— Сдержи свое обещание.

— Конечно — это же слова моей будущей жены. Не волнуйся. Я отправлю этого мелкого червяка прямиком в штаб-квартиру Культа.

О боже.

Они были в самом разгаре заключения сделки.

Мне, направляющемуся в штаб-квартиру Культа, следовало бы отойти в сторонку! Все ведь улаживалось само собой!

И все благодаря той доброжелательности, которую я взращивал!

Я повернулся спиной к саду. Вслед мне донесся шепот мужчины.

— Наш первый раз в саду — в этом есть своя прелесть, тебе не кажется?

— ...Если собираешься сделать это, давай хотя бы в комнате...

— Нет. Ты согласилась подчиниться мне, помнишь?

...Ха.

— Сделаем это здесь. Прямо тут. Мне так нравится.

Ублюдок-извращенец. Шел бы лучше внутрь и делал это там.

Чтос еще за бред с играми на свежем воздухе.

Боже правый. Мне нужно поскорее убираться отсюда.

— А теперь. Снимай верх.

...Значит, прямо здесь.

— Не забудь назвать меня Хозяином.

Просто уходи...

— Подчинись. Айрин.

Уходи...

Уходи...

— Ты моя.

......

...

...Ах. Черт побери.

«Надо было мне просто жить как этот ублюдок».

Я издал пустой смешок. Развернувшись, я зашагал обратно в сад.

Почувствовав мое присутствие, Беверик резко вздрогнул. Айрин, у которой верхняя одежда была наполовину снята, увидела меня и поспешно поправила вещи.

Я встал перед ними. Беверик взорвался от ярости.

— Ч-что?! Проваливай!

— Старший. Я кое-что забыл тебе отдать. Все собирался передать, но совсем вылетело из головы.

— ...Что еще?

— Да вот это.

Я протянул руку. И со всей силы влепил ему пощечину.

Раздался глухой звук. Айрин резко вдохнула воздух.

Да уж. Черт побери.

Я действительно не могу просто принимать подарки судьбы, ничего не отдавая взамен. Меня это слишком бесит.

Да и пресмыкался я слишком долго, чтобы теперь просто закрыть глаза и уйти в штаб-квартиру Культа как ни в чем не бывало!

— Ну как тебе на вкус?

— Ах ты, паршивец..!

— Ах ты-ы, паршивец..?!

И это вовсе не из-за Айрин.

Абсолютно нет.

— Какой-то сопляк... смеет огрызаться?!

Никто мне не понравился! Я просто терпеть не могу этого ублюдка!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Беверик (3)

Глава 14: Беверик (3)

Его ударили.

Какой-то грязный ублюдок, взявшийся из ниоткуда!

Беверик пошатнулся. Возможно, дело было в эффекте неожиданности, но удар оказался сильнее, чем он ожидал, и пострадавшая щека вспыхнула яростным румянцем.

Какого...

Это была не просто пощечина.

— Ах ты, говнюк мелкий!

Он тут же замахнулся, но стоявший перед ним мальчишка уклонился, лишь слегка повернув голову.

О. Так вот оно что.

Припрятал козырь в рукаве, значит?

Беверик засучил рукав, окончательно растеряв остатки хорошего настроения. Он был так близок к тому, чтобы наконец-то вкусить желаемое, и тут это вмешательство в самый неподходящий момент.

Его гнев перешагнул точку невозврата. Ему нужно было сломать этому ублюдку как минимум одну конечность, чтобы хоть немного успокоиться.

А затем он заберет то, за чем пришел. Беверик перевел взгляд на Айрин.

Цветок на краю обрыва.

Он потратил целый год, чтобы полностью овладеть ею, и был уже на самом пороге...!

Похоть захлестнула его, а ярость вспыхнула еще сильнее и неистовее.

— Я убью тебя!

Послушник из главного штаба Культа. Беверик происходил из набожной семьи — его отец был Епископом.

Естественно, его с детства воспитывали в вере, и он даже унаследовал Священную Стигму от своего отца-Епископа.

Пусть Стигма и была дарованной, но заключенная в ней сила была настоящей. Он служил Ра и за годы регулярных подношений и молитв тоже научился управлять Святой силой.

Силой, которой владели только жрецы этого мира. Святая сила, закружившаяся в руке Беверика, воспламенилась и превратилась в яркий огонь.

— Я сожгу тебя до костей!

Это было пламя. Оно обжигало. Любой разумный человек испугался бы.

Но, как ни странно, стоявший перед ним мальчишка даже в лице не изменился. Его еще не обжигало, поэтому он просто не знал, что нужно бояться.

То, что Беверик держал в руке, было горячим. Достаточно горячим, чтобы прожечь человеческую кожу и повредить плоть под ней.

Беверик был уверен, что преимущество на его стороне.

Исход этого боя был очевиден. Едва прибывший послушник никак не мог владеть священными искусствами.

Он ни капли не сомневался, что сможет начисто сжечь всю кожу с лица этого послушника.

Но.

И все же. Все должно было пройти именно так.

— ...Эй. Что за бред? Послушник из главного штаба, а все, на что ты способен, это [Тлеющее пламя]? Да оно же почти не греет.

Его протянутую руку перехватили, и пламя погасло. Стоявший перед ним мальчишка, который был на целую голову ниже, скучающе вздохнул.

Зажатая в тиски рука не двигалась. Как бы сильно Беверик ни дергался, она не сдвинулась ни на миллиметр.

Казалось, будто его руку сжал хищник совершенно иного порядка.

— Я понял это еще в тот момент, когда ты начал сходить с ума по женщинам... эх... черт...

[Тлеющее пламя] в руке Беверика окончательно погасло, поглощенное в одно мгновение.

Прямо перед ним расцвело куда более мощное пламя. Почувствовав отчетливый жар, поднимающийся от кончиков пальцев, Беверик от удивления приоткрыл рот.

— Это ведь не все, на что ты способен? Верно?

В руке мальчишки полыхало [Тлеющее пламя].

Словно сам огонь Ра — жар, пылающий глубоким, яростным багрянцем.

— Покажи мне все, что у тебя есть, если хочешь прожить хотя бы на секунду дольше.

. . .

Раз уж я начал, то подумал, что с него можно выжать еще немного...

— Ах ты, сукин...!

Беверик беспорядочно замахал руками передо мной.

Никакой дисциплины в движениях, да и выдающейся Святой силы тоже не наблюдалось.

Священные искусства, которые ему удавалось использовать, я перерос уже очень давно. А ведь я слышал, что он пробыл послушником приличное время...

Этот парень просто круглый дурак, верно? У него даже нет священных искусств, которые стоило бы украсть!

— Ах ты, уб... уб...

Он даже не смог закончить оскорбление, лишь тяжело хватая ртом воздух. Ноги его подкосились, и он рухнул от крайнего истощения.

Выносливость на нуле, в голове абсолютная пустота...

Будущее Культа выглядит довольно мрачно. И это сын Епископа?

Наверное, его просто сослали сюда из-за полной бесполезности, не так ли?

— Эй.

Я толкнул его ногой. В ответ полетел слабый кулак, движения которого были настолько медленными, что вызывали лишь жалость.

Я даже не стал его ловить — просто отступил в сторону и пнул его в челюсть, уложив на лопатки.

— На что именно ты рассчитывал, когда устраивал все это? М-м?

— Т-ты думаешь, тебе это сойдет с рук...

— Не умеешь оценивать обстановку? Кто из нас двоих сейчас выглядит так, будто ему ничего не сойдет с рук?

Я с силой наступил ему на грудь. Хрипящий Беверик широко раскрыл глаза, после чего повернул голову и протянул руку к застывшей на месте Айрин.

— П-помоги...

Айрин вздрогнула. Она подбежала ко мне и схватила за плечо.

— Т-ты не можешь так поступать!

— Почему это?

— У Беверика есть связи с Епископом в главном штабе Культа! Если ты сделаешь это, то никогда не сможешь туда попасть! К тому же, если они пришлют инспектора из штаба...!

— Хе-хе...

Плечи Беверика затряслись. Все еще прижатый моей ногой к земле, он посмотрел на меня снизу вверх.

— С-слышал? Ты, тупой кусок... уберешь ногу прямо сейчас? Если ты отступишь, я...

— Отступлю и что?

— П-прощу...

— Простиииииишь?

Я перенес вес на ногу, заставив Беверика забиться в хрипе.

— Ты только что сказал «прощу»? М-м?

— П-прощу...!

— Скажи это еще раз. Ну же. Простишь? Простииишь?

— Д-давай сделаем вид, что этого никогда не...!

— Сделаем вид, что этого никоооогда не было?!

— Ничего не произошло...!

— Ничего не произошло?!

— Ч-что ты хочешь, чтобы я сказал?!

— Что я хочу, чтобы ты сказал?

Я усмехнулся. Раз уж мужчина достал меч, ему стоит что-нибудь отсечь.

И раз уж я вмешался, меньшее, что я мог сделать, это переломать каждую косточку в теле этого ублюдка, верно?

— Моли о пощаде!

— П-прости меня...!

— Слишком поздно!

Я вздернул его вверх и с силой впечатал лицом прямо в окно.

— ХРЯСЬ!

— А-А-А-А-АХ!

Айрин вздрогнула от этого хриплого стона.

— К-как ты планируешь справляться с последствиями?!

— Сонбэ-ним. Раз уж все к этому пришло, давай будем честны.

Глаза Беверика уже закатились. Айрин вздрогнула при виде его лица.

— Ч-что ты имеешь в виду?

— Если честно, неужели тебе не хочется его ударить? Я терпел его всего около двух недель, а ты сносила это больше года, не считая твоего паломничества.

— .......

— Да ладно тебе. Все равно мы уже зашли так далеко...

Я небрежно протянул ей зажатые в кулаке волосы Беверика.

И одарил ее своей самой лучезарной улыбкой.

— Это подарок, сонбэ-ним.

— .......

Айрин осторожно перехватила волосы Беверика. Она переводила взгляд с меня на него, словно безмолвно спрашивая, действительно ли все в порядке.

Ей все еще нужно небольшое напутствие.

Я накрыл ее ладонь своей рукой и без лишних слов...

...впечатал лицо Беверика в уцелевшее окно рядом с нами.

— ХРЯСЬ!

— А-А-А-А-АХ!

— Вот так, сонбэ-ним. Каково это?

— Э-это неправильно...

— Но ты ведь уже сделала это, верно? И к тому же, посмотри на его физиономию...

Я с наигранной жалостью погладил Беверика по лицу.

— Так и просит кирпича. Не находишь?

— ......

— Неужели ты действительно хочешь закончить на этом? Ведь нет же? Ты знаешь это не хуже меня. Мы оба через многое прошли, но ты натерпелась в разы больше моего, в десятки раз больше. Неужели ты действительно отпустишь эту напрашивающуюся на удар рожу просто так?

— Н-но он же может умереть...!

— Сонбэ-ним. Куда подевалась твоя былая дотошность и осмотрительность? Мы ведь жрецы. Пусть пока и послушники, но все же жре-цы.

Я демонстративно призвал свою Святую силу.

— Разве жрец позволит кому-то умереть?

При виде исцеляющей силы, заструившейся в моих руках, выражение лица Айрин изменилось.

— ...Если посмотреть на это с такой стороны.

Что-то пробуждалось внутри Айрин.

— Раз уж он на самом деле не «умрет»... полагаю, можно еще немного.

— Я обеспечу полную поддержку и возьму на себя ответственность за жизнь послушника Беверика.

— Спасибо тебе, хубэ-ним.

С видом человека, решившего просто плыть по течению, Айрин впервые искренне и ярко улыбнулась.

Она прижала лицо Беверика к каменной стене и протащила его вниз.

— Какой чудесный подарок!

Мы провели всю ночь, перемещаясь с места на место и втирая лицо Беверика в каждую поверхность, которую только могли найти.

Время от времени Беверик приходил в себя и испускал истошные вопли, но это были уже его проблемы.

Ему не следовало устраивать ту глупость, если он не хотел подобного исхода.

Карма — прекрасная штука.

. . .

— Аха-ха!

Айрин рассмеялась. Ей было хорошо. Чувствовала ли она себя когда-нибудь настолько прекрасно? Это было похоже на то, как если бы гнилой зуб наконец-то вырвали, а на его месте уже рос новый.

Она отбросила Беверика в сторону. Тот рухнул лицом в грязь и покатился по земле.

Он продолжал дергаться, настолько напоминая насекомое, что Айрин для верности пнула его под зад.

Так вот как звучал голос Беверика, когда он визжал словно недорезанный кабан...

Айрин очнулась от своих мыслей и вернулась к реальности. Прижав руку к вздымающейся груди, она сделала долгий, глубокий вдох.

Это было весело.

Впервые в жизни она почувствовала себя по-настоящему, искренне счастливой.

— ...Спасибо тебе, хубэ-ним.

Было так много дней, когда ей приходилось склонять голову. Так много моментов, когда приходилось подстраиваться под чужое настроение ради других.

Чем больше она так поступала, тем сильнее чувствовала, как растворяется сама, принося себя в жертву ради окружающих.

Притворяясь, будто все в порядке, лишь бы выплатить долг.

Все это копилось и гноилось, пока не превратилось в сплошной нарыв. Если бы не это, она ни за что не почувствовала бы такого облегчения после избиения послушника из главного штаба Культа — после того, как отделала сына Епископа, человека с реальной властью внутри Культа.

Когда этот сон длиною в одну ночь закончится, все наверняка превратится в хаос. Но оно того стоило. Такая радостная ночь определенно стоила того.

Стоила настолько, что ей хотелось назвать его величайшим благодетелем в своей жизни.

— Благодаря тебе я чудесно провела время, хубэ-ним.

— Пустяки.

Айрин посмотрела на него сверху вниз. Мальчишка, который был чуть ниже нее. Послушник, который почти наверняка в скором времени перерастет ее.

Захад.

Она мысленно произнесла его имя. Он был загадочным ребенком. Без него все осталось бы точно таким же, как прежде.

Нет.

Все стало бы только хуже. Определенно.

— ...Прости меня.

— С чего вдруг?

— Тогда, в самом начале... когда я велела тебе уйти из Культа. Прости. Я неверно тебя оценила.

— Да ладно тебе. Я уже давно забыл об этом. К тому же, ты ведь и сама заботилась обо мне, даже не осознавая этого, верно?

— ...Ты знал?

— В моей комнате прибирались каждый божий день, а у двери каждую ночь кто-то оставлял угощения — это ведь была ты, верно? Это точно не мог быть священник. Он тот еще скряга, и в его лексиконе вообще нет слова «угощения». Он скорее сбережет лишнюю монету, чем потратит ее на подобные глупости.

Айрин тихонько рассмеялась.

— Ты так усердно учился. Я видела это. Ты умный, хубэ-ним. Сообразительный и добрый. Было бы странно не присматривать за младшим, который так старается попасть в главный штаб.

— Не уверен, что я действительно добрый.

— Хм. Ты втайне заботился о здешних детях — я все знаю. Будешь отрицать? Ты мог бы оставить все эти деньги себе, но приложил усилия, чтобы поделиться ими со всей церковью.

— ...Это просто потому, что я здесь живу.

— Ты мог бы забрать эти деньги и отправиться прямиком в главный штаб. Но ты этого не сделал и остался здесь...

Айрин подтянула колени к груди. Она села рядом с ним и принялась разглядывать его профиль, пока он молча смотрел в сторону.

— Это ведь ради того, чтобы вернуть долг? Священнику Мирканту.

— ...Тебе кажется.

Его уши слегка покраснели. Неужели из-за того, что она разгадала его истинные чувства?

Мило. Айрин нежно улыбнулась. Эх. Если бы она знала, что все так обернется, ей следовало открыться и поговорить с ним гораздо раньше.

Ей следовало проводить с ним больше времени.

— Не беспокойся о сегодняшнем дне.

— А?

— Это я наказала послушника Беверика. Тебе нужно просто держать рот на замке. Всю ответственность за остальное я возьму на себя.

— ...Что ты имеешь в виду?

— Ты способный. И, что важнее всего, ты явно принесешь священнику Мирканту гораздо больше пользы, чем я. Если ты выйдешь из этого сухим из воды, это, пожалуй, будет ценнее всего, что я когда-либо делала ради уплаты долга.

Кто-то должен понести ответственность.

Айрин посмотрела на луну.

— ...Знаешь, хубэ-ним. Я хотела стать одной из Дев Дня. Я хотела силы. Возможно, сила, приходящая со служением Ра, значила для меня больше, чем сама вера. Ведь обладая силой... можно сделать все что угодно.

— .......

— Поэтому, пожалуйста, продолжи мое дело. Обрети силу, которой никто не сможет противостоять, и помоги священнику Мирканту. Ты ведь не хуже меня знаешь, какой он невероятно сострадательный и добрый человек. Он столько отдал другим. Он заслуживает счастья больше, чем кто-либо еще.

Айрин выдохнула. Из всех вздохов, что она когда-либо испускала, этот принес наибольшее облегчение.

— Обещаешь мне?

— ......

Захад почесал затылок. Затем он отряхнул штаны сзади и поднялся на ноги.

— Сонбэ-ним.

— Да?

— Ты так долго жила подобным образом, взваливая на себя чужие заботы, что это вошло у тебя в привычку... но со мной тебе этого делать не нужно.

Айрин посмотрела на него снизу вверх. Почему-то мальчик, который казался намного ниже нее, в этот момент ощущался невероятно высоким.

— Я возьму ответственность на себя. Тебе это ни к чему. Так что, пожалуйста... не делай такое лицо рядом со мной. Зачем ты заставляешь себя сдерживаться? Если не хочешь сдерживаться, то и не надо.

— ...А?

— Тебе не нужно меня защищать.

Захад улыбнулся. Айрин ошеломленно уставилась на него.

— Я защищу тебя, сонбэ-ним. Так что ни о чем не беспокойся. Я со всем разберусь.

...Он защитит ее?

Айрин неосознанно отвернулась. По какой-то причине ее щеки пылали, и она не могла поднять головы.

Что это вообще такое?

Почему...

Почему он сейчас выглядит настолько круто...?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Судья (1)

Глава 15: Судья (1)

Всё пошло наперекосяк, но это было неважно. За кого они меня принимали? Это даже кризисом назвать нельзя.

Каким бы скверным ни было положение, выход найдется всегда.

— Отпусти меня! Немедленно развяжи!

— Заткни пасть, паршивец.

Одним ударом я отправил его в нокаут, а затем повернулся к Мирканту. Тот уже был в курсе ночных событий, и его челюсть буквально отвисла.

— ...Это мой провал.

— Отец. Сейчас важно другое. Даже если я заявлю, что этот ублюдок пытался напасть на мою старшую, штаб-квартира наверняка попытается замять дело. Скорее, меня самого привлекут за избиение послушника.

— Я стану вашим щитом и защищу вас обоих.

— В этом нет необходимости.

Я ответил решительным отказом. Это был не тот ход, который требовался. Я избил старшего, имеющего связи со штаб-квартирой культа, а значит, в глазах всей организации на мне уже стояло клеймо — и я должен был довольствоваться лишь доказательством своей невиновности?

Стоило этому клейму закрепиться за мной, как любые шансы получить назначение в штаб-квартиру испарились бы. По крайней мере, законным путем. Как бы ни повернулись дела, этот тип, Епископ, приложил бы к этому руку.

Так что я не мог довольствоваться малым. Раз уж всё зашло так далеко, моя цель состояла в том, чтобы так или иначе проникнуть в штаб-квартиру культа.

Как минимум, добраться *туда*.

Большинство священных реликвий я забрать не мог, но была одна, которую я вполне способен прибрать к рукам. Ведь у меня было *это*.

— Раз уж мы зашли так далеко, давайте сыграем по-крупному. Отец.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы потребуем, чтобы культ созвал Священный Суд.

— Что...?

Глаза Мирканта округлились. Затем его плечи поникли, и он покачал головой.

— Захад. Не знаю, откуда ты услышал о Священном Суде, но... ты хоть понимаешь, что это значит?

— Это значит рассудить, кто прав, а кто виноват, как подобает.

— Священный Суд не созывают по таким пустякам. Стычка между послушниками — в лучшем случае мелкое происшествие. Священный Суд рассматривает только те дела, которые затрагивают весь культ.

— А если этот человек совершил нечто такое, что действительно затрагивает весь культ?

— ...Что?

— Взгляните на это.

Я протянул ему записи долгов из игорного дома и борделя.

— Разве этого недостаточно, чтобы созвать Священный Суд?

— Да где ты вообще это взял...

— Сейчас это неважно, отец. Что скажете?

— ......

Миркант погладил бороду.

— ...И всё же этого мало. Епископ Броди — отец Беверика — наверняка всё замять сумеет. Подобные вопросы епископ может решить на своем уровне. В конце концов, это личное дело. Даже если епископ не станет усердствовать, до Священного Суда это не дойдет. Всё закончится обычным дисциплинарным взысканием.

— Справедливо. Одного этого действительно недостаточно, верно?

— Именно. Давай оставим мысли о Священном Суде...

— Отец. Есть кое-что еще.

— О чем ты?

— Деньги, которые Беверик привез после паломничества.

Я бросил взгляд на Мирканта.

— Он ведь не отдал вам ни единой монеты, верно?

— ......

Миркант опешил. Он уставился на лежащего без сознания Беверика.

— Ну... мне сказали, что пожертвования, собранные во время паломничества, были крайне скудными, и даже их он потратил на дорожные расходы...

— Скудными, говорите.

Я пододвинул Мирканту последний документ — черновую отчетность о средствах, собранных им во время паломничества, вместе с показаниями жителей других городов, подтверждавших, что они давали ему деньги.

Мне пришлось изрядно погонять Матьера, чтобы собрать всё это, но усилия того стоили.

— Он лжет, будто потратил всё до копейки. Этот человек определенно собирал пожертвования во время паломничества. И доказательства неопровержимы.

Если бы он просто тратил личные деньги на азартные игры и бордели, это осталось бы дисциплинарным проступком.

Но если он использовал *общественные средства* — пожертвования, предназначенные для местного отделения и штаб-квартиры культа?

Это уже растрата.

— Что думаете, отец?

— ......

Миркант замолчал. Положив документы, он ненадолго задумался.

— ...Захад.

— Да, отец.

— Ты прав. Этих улик определенно достаточно, чтобы начать Священный Суд. Даже Епископ Броди не сможет легко замять такое дело. Но если отбросить это... понимаешь ли ты, что это повлечет за собой?

Миркант тихо пробормотал:

— Это донос. Совсем иная стезя, нежели простое отстаивание справедливости. Даже если виновный понесет наказание... на того, кто выступил ради правосудия, станут смотреть иначе. Культ — это единое тело. А донос означает, что ты отделяешь себя от этого тела.

— Я знаю.

— Твое будущее может оказаться перечеркнуто. Взгляды тех, кто считает тебя предателем, будут преследовать тебя повсюду. Подумай хорошенько. Обвинение в избиении Беверика забудется через несколько лет. Если ты промолчишь, пересуды вскоре утихнут. Но этот донос останется с тобой на всю жизнь.

Через несколько лет этот мир уже может быть уничтожен — и что мне тогда прикажете делать?

Я спокойно сложил ладони и закрыл глаза, словно погрузившись в молитву.

— Всё в порядке, отец. Ра говорил: пусть пламя справедливости и может угаснуть, оно никогда не потухнет.

— ...Ох. Как дитя может быть столь благочестивым...

Миркант тоже сложил ладони и сотворил короткую ответную молитву. Он посмотрел на меня совершенно иным взглядом.

— Хорошо. Но у меня есть одно условие. Подай жалобу от моего имени, а не от своего. Я не могу позволить, чтобы это преградило путь тому, у кого впереди целая жизнь.

— ...От вашего имени, отец?

— С такими доказательствами мы как-нибудь справимся. Я всего лишь управляющий отделением, которое культ и так фактически забросил.

Миркант тепло улыбнулся.

— Одним черным пятном больше, одним меньше — это уже ничего не изменит.

— ......

Да почему все вокруг так отчаянно рвутся принести себя в жертву?

Я тихо вздохнул. Я был благодарен за заботу, но если бы всё закончилось именно так, у меня остался бы неприятный осадок. К тому же я не получил бы того, что мне нужно.

Пока я оставался напрямую связан с инцидентом с избиением, путь в штаб-квартиру был для меня практически закрыт. Если я не воспользуюсь Священным Судом как предлогом для поездки, мне ни за что не удастся переступить порог штаб-квартиры культа.

Мне нужно было туда попасть.

Жалоба обязательно должна быть подана от моего имени. Только так я смогу явиться в штаб-квартиру в качестве истца.

— Отец.

— Возражения не принимаются.

— Если такова ваша воля, я не стану вас удерживать, но... как же старшая Айрин?

Миркант вздрогнул. Почему-то показалось, что за дверью тоже кто-то вздрогнул от неожиданности.

— Что... ты имеешь в виду?

— Вы наш наставник, отец. Если вы окажетесь напрямую втянуты в это дело, это отразится не только на вас — это может навредить и старшей Айрин.

— Это... верно.

— Я этого не хочу. Она столько для меня сделала. Я не могу позволить, чтобы все страдали из-за меня одного.

Я придал своим глазам жалобный блеск. Мой голос намеренно задрожал — достаточно громко, чтобы она за дверью всё услышала.

— Это я натворил дел. Мне самому и нести ответственность. Чтобы больше никто не пострадал.

— Захад... ты...

— Я никогда не забуду, что отец Миркант приютил меня, а старшая Айрин обучала. Никогда в жизни.

Будем считать, что на этом мы квиты. Вся еда и крыша над головой — мы в расчете.

— Пожалуйста, позвольте мне отплатить за вашу доброту, отец.

— ...Я...

Голос Мирканта дрогнул. Он поднялся со стула, подошел ко мне и крепко обнял.

— На склоне лет... я приютил самого невероятного мальчика... Ра, молю тебя... пусть эта сияющая душа наполнится лишь светом...

Пока он сквозь слезы гладил меня по голове, я тихонько вздохнул.

Что ж. С этим мы как-то разобрались.

Отлично. Раз уж я ввязался в это, данный ход был лучшим решением. Забрать одну священную реликвию у культа, прихватить по пути всё, что смогу...

Использовать паломничество как предлог для поездки на север! А после этого сразу рвануть в Академию! Вымести этого паршивца с помощью Священного Суда и навсегда попрощаться с этим отделением!

Я мысленно улыбнулся идеальному плану. Всё верно, именно так.

Любой кризис — это возможность.

◇ ◇ ◇

Миркант вызвал инквизитора. Оставив Айрин, которая почему-то вела себя со мной на удивление отстраненно, я занялся своими делами в ожидании его прибытия.

Мои тренировки практически достигли предела. Я поднял всё, что только мог, и после ночных занятий с Суртом ранги большинства моих навыков заметно выросли.

Полученные уровни стали приятным бонусом.

[Захад Балтон] [Уровень: 16]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные классовые навыки]

— Любовь Бога Солнца: Навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— Милость Бога Солнца: Святая сила восстанавливается стремительно.

— Благословение Бога Солнца: Позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: Ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Навыки]

— Священная Стигма (C): Сопротивляемость любому злу. Позволяет накладывать Священную Стигму на других. (5/5)

— Божественность (C): Позволяет взывать к божественности Бога Солнца.

— Исцеление (C): Позволяет без труда залечивать даже тяжелые раны.

— Благословение (C): Повышает сопротивляемость негативным эффектам и предотвращает легкое волнение. Усиливает физические способности и временно увеличивает Святую силу.

— Тлеющее пламя (C): Создает яростное пламя.

— Молитва огня (C): Молитва поддерживает температуру тела в течение определенного времени. Усиливает физические способности.

— Создание святой воды (C): Наполняет воду Святой силой. Активирует исцеляющие способности организма и повышает сопротивляемость злу.

— Священный барьер (C): Создает барьер. Защищает тело и блокирует проникновение внешних сил.

— Благословение оружия (C): Затачивает клинок. Наделяет его священной энергией и повышает прочность.

— Очищение (C): Изгоняет проклятия и очищает оскверненные вещи.

— Песнь огня (C): Базовое фехтование веры Бога Солнца. Пламя разгорается на кончике клинка.

— Приготовление мяса (C): Позволяет аппетитно жарить мясо на гриле.

— Пепельная Корона (EX): Позволяет принести жертву, чтобы повысить ранг навыков, связанных с Богом Солнца.

— Хе-хе-хе.

Постоянство — это все-таки добродетель! Да, именно так! Как же приятно видеть, что все навыки поднялись до C-ранга!

Чтобы подняться выше C-ранга, обычных тренировок уже не хватало. У большинства боевых навыков был свой потолок при одиночном обучении.

Реальный бой.

Только он был кратчайшим путем к повышению ранга. Одиночные тренировки почти не прибавляли мастерства, стоило перешагнуть порог C-ранга.

Иными словами, я практически уперся в свой нынешний предел. Если бы дело дошло до настоящего сражения, я бы, конечно, справился, но...

Сейчас это не имело особого значения. Лучше не забивать себе голову. Как только я доберусь до штаб-квартиры и получу *ту реликвию*, я все равно полностью перестрою большинство своих нынешних навыков.

К счастью, я уже закрыл достижения Культа Ра... Иначе мне пришлось бы впустую тратить силы на прокачку навыков, которые я вот-воз выброшу, пачкая лицо в грязи ради ничего.

Знание — сила, как говорится. Абсолютно верно.

— Так, посмотрим...

Что еще нужно сделать? Мои мысли вернулись к Черной стали.

Их босс, Матьер, теперь ловил каждое мое слово. То ли потому, что он ощутил колоссальную разницу в нашей силе, то ли по другой причине, но он, похоже, даже не помышлял о неповиновении.

Точнее говоря, он, скорее всего, просто боялся той преданности, которую выказывали мне ребята Гектора.

Спустя долгое время я решил навестить Гектора и остальных. При встрече я заметил, что они сильно изменились. Ребята заметно раздались в плечах, да и одеты были в довольно дорогое боевое снаряжение.

От них веяло духом настоящих наемников.

— ...Босс. Вы пришли.

Гектор поднял взгляд, сидя в таверне. Атмосфера показалась мне на удивление мрачной, поэтому я придвинул стул.

Что это он там потягивал? Мы ведь в таверне, так неужели... алкоголь?! Разве этот пацан не несовершеннолетний?!

— Это что... алкоголь...

— Ячменный чай.

Удивительно сознательный малый.

Рука, наливавшая — нет, не алкоголь, а ячменный чай — двигалась тяжело. Я небрежно спросил его:

— Что-то случилось?

— ...Босс. Что вы делаете, когда упираетесь в стену?

— В стену?

— Всё идет не так, как я ожидал. Раньше я становился сильнее гораздо быстрее... а теперь кажется, будто топчусь на одном месте.

— У меня то же самое.

— Раньше мне нравилось становиться сильнее... но сейчас я словно застрял.

— А? Погодите. Вы тоже?

— Д-да, я тоже...

Ну и детишки.

Значит, у них начался спад.

Я замечал, что в последнее время они выглядели какими-то вялыми, но не думал, что дело именно в этом. Мне хотелось взглянуть на их характеристики, но это было невозможно — для просмотра чужого статуса требовался особый навык.

Впрочем, я и без этого примерно понимал причину. Всё было очевидно. Если они застопорились...

Скорее всего, они подобрались к максимальному уровню мастерства, прямо перед повышением ранга навыка.

— Гектор. Выйди на улицу.

— А?

— Прошу прощения? Ты мне прекословишь?

— И-иду я.

Я вывел Гектора наружу, и мы обменялись парой ударов. Заставив его пару раз поцеловать землю, я примерно определил его уровень.

Около десятого. А его Святая сила... где-то на уровне E-ранга. Еще немного роста, и он поднимется до D-ранга.

Я отряхнул руки. Гектор, которого впервые за долгое время хорошенько поваляли по земле, выплюнул набившийся в рот песок.

— Да уж... давненько такого не было...

— Это точно. Скоро я уеду отсюда насовсем, так что, возможно, это наш последний раз.

— ...Что? Что вы имеете в виду?

— Всем построиться. Прежде чем я передам вам свои учения, ваш инструктор должен кое-что сказать.

Даже после долгой разлуки скорость, с которой они выполняли приказы, ничуть не изменилась. Я окинул взглядом каждое лицо, пока они спешно выстраивались в шеренгу.

— Гектор. Павел. Линдон. Мари. Миташа.

— Я Наташа!

— Вы ведь все еще молитесь трижды в день, верно?

— Вы сами нам велели. Мы молимся.

Я прислонился к стене. После слов Ра моя цель была четко определена.

Контролировать ключевых персонажей, которые могут поддаться осквернению.

Для этого, без сомнения, потребуется посторонняя помощь. Люди, которые станут моими руками и ногами.

Но пойдут ли эти дети за мной так далеко — оставалось под вопросом. Если они хотят просто обустроить свою нынешнюю жизнь...

Мне незачем тащить их за собой. Это было бы равносильно тому, чтобы силой затащить их на поле боя, где им придется балансировать на грани смерти.

— Вы все счастливы?

— ...Вы нагоняете тоску, босс, это вам не идет.

— Вы что, тайно прикарманили наши деньги?

— Да не делал я...

— Я всё слышу. Хватит шептаться, отвечайте. Вы довольны своей нынешней жизнью?

Гектор моргнул. Переглянувшись с остальными, он кивнул:

— Конечно. Намного счастливее, чем раньше. Даже если мой рост замедлился, по крайней мере, мне больше не нужно беспокоиться о голодной смерти.

— Вот как? Значит, собираетесь и дальше жить здесь?

— К чему вы клоните?

— На этот раз я уезжаю очень далеко.

— Вы во что-то влипли?

Я ответил Гектору подзатыльник. От звонкого удара он покачнулся.

— Проявляй уважение к старшему по званию.

— Д-да...

— В общем. На этот раз я отправляюсь в далекие края. Скорее всего, на юг.

— ...Вы не вернетесь?

— Вернусь. Но даже когда вернусь, вскоре снова уеду. А после этого могу и вовсе сюда не возвращаться.

— Почему?

— У меня намечается опасная работенка.

Я окинул взглядом сидевшую передо мной компанию.

— Так что расклад такой — у вас есть два пути. На этот раз, в отличие от прошлого, вы должны решить сами. Поняли? Сразу говорю: никакого наказания за любой выбор не будет.

— Что вы пытаетесь заставить нас сделать...

— Тихо, слушайте.

— Слушаюсь.

— Вариант первый: вы просто остаетесь здесь и живете своей жизнью. По мере роста ваших навыков... со временем вы сможете подмять под себя большую часть этого города. Вы ведь знаете, что у Матьера неплохая деловая хватка? Ему просто не хватало силы. Если вы объедините свои силы с его возможностями, то сможете без лишнего надрыва поглотить все подполье этого города. На это уйдет... года три-четыре?

— А какой второй вариант?

— Второй вариант...

Я ухмыльнулся.

— Вы увидите мир, которого никогда прежде не знали, будете порой есть пищу пополам с грязью, не раз окажетесь на волосок от гибели и станете сражаться со злом, пытающимся уничтожить этот мир.

— ...Что это вообще такое?

— Я и сам толком не знаю, как всё сложится. Но уверен в одном. Враги, с которыми мне предстоит сражаться, безумно сильны.

Каждый ключевой персонаж либо уже был монстром, либо собирался им стать. Они представляли собой стихийные силы. Если кто-то из них поддастся осквернению, фракции, которые они возглавляли, непременно последуют за ними.

Грядет война. Чтобы выжить, придется двигаться быстро, и у нас, скорее всего, не будет ни одного дня нормального отдыха.

Вы можете погибнуть.

И эти ребята передо мной. Смерть не от ножа в каком-нибудь темном переулке, а в безвыходной ситуации, откуда нет спасения — такой момент вполне может наступить.

— Я получил откровение. Мне велено спасти мир.

— ...Серьезно?

— Вполне. С чего бы мне врать? Разве я вам когда-нибудь лгал?

Ребята переглянулись. Я пожал плечами.

— Вы можете выбрать первый вариант. Я не стану жалко цепляться за вас. Я всегда смогу вырастить других людей.

— ...Почему вы нас не заставляете?

— Хм...

Я молча посмотрел на них. Действительно... вот почему человеку нужно быть свободным от привязанностей, чтобы стать поистине совершенным существом.

Но что поделать.

Видимо, я тоже был человеком. Мне было плевать, если кто-то, кого я хотел прибить или избить, замертво падал на улице, но когда умирали люди, которые хорошо ко мне относились... это меня задевало.

— Дайте мне ответ. Каков ваш выбор? К слову, пути назад не будет. Сделав выбор, идите до конца. У меня нет ни малейшего желания отпускать того, кто слишком много знает.

— ......

Гектор заговорил:

— Босс. Знаете что? С тех пор как вы появились, нам пришлось несладко, но мы получили очень много соразмерно всем трудностям. Мы начали жить как *люди*, в отличие от прежних времен.

— И?

— Если бы не вы, мы бы до сих пор жили на улице. Как вы и говорили... мы бы прожили никчемную жизнь в подворотнях и там же сдохли.

Гектор опустился на одно колено.

— Вы изменили мою жизнь. И вы сами сказали — будьте последователями не Ра, а вашими.

— Теперь нас уже не разделить.

— И кого это вы пытаетесь прогнать?

— Если бы не вы, я бы, наверное, уже десятки раз погиб на улице.

— ...И я тоже. Без вас я оставался бы дураком, который даже говорить толком не умел...

Они посмотрели на меня снизу вверх. Гектор ухмыльнулся:

— Вы ведь наверняка снова собираетесь кого-то поколотить, верно? На самом деле, это даже к лучшему. Если вы собираетесь драться с теми, кто пытается уничтожить мир, нам хотя бы не придется чувствовать себя виноватыми, верно?

— ...Ах вы, паршивцы.

Я невольно рассмеялся.

— Воистину достойны быть моими рабами!

— ...А можно изменить обращение?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Судья (2)

Глава 16: Судья (2)

Мне сказали, что судья прибудет через три дня. До тех пор мне нужно было уладить кое-какие дела.

Я попросил Матьера достать мне переносной контейнер — а именно такой, который способен удерживать священный барьер. Выслушав меня, Матьер прищурился.

— ...Вам нужен переносной контейнер? Из тех, что используют для перевозки магического снаряжения или опасных материалов? Зачем он вам, ради всего святого? Вы, случайно... не затеваете еще одно дело?

— Какое еще дело? Он нужен мне для личных целей.

Я понятия не имел, когда вернусь сюда, и ни за что не собирался оставлять Демонический меч Сурт! К тому же, Сурт был мне абсолютно необходим, чтобы получить желаемое!

Матьер закрыл глаза, затем снова открыл их. Он потянулся к счетам и слегка щелкнул костяшками.

— Я могу его достать, но... сами понимаете, подобные вещи стоят дорого. В такие города они попадают редко. Я мог бы заказать его из другого города, но...

Матьер покосился на меня.

— До меня уже дошли слухи, что через несколько дней вы отправляетесь куда-то далеко. Чтобы доставить стоящую вещь из другого города, потребуется как минимум несколько недель. К тому времени, как она прибудет, вас здесь уже не будет, послушник.

— А если он нужен быстрее?

— Чем быстрее он вам нужен, тем выше взлетит цена — в геометрической прогрессии. Любой в этом городе, у кого уже есть подобное транспортное снаряжение, должен быть либо коллекционером, либо специалистом, использующим его в работе. Попытаться вырвать столь ценную вещь из рук таких людей... сами понимаете, на разумную цену рассчитывать не приходится, верно?

Я издал тихий восхищенный вздох. То, как он мгновенно принялся просчитывать варианты, действительно впечатляло.

Изначально я планировал оставить его здесь просто в качестве номинального управляющего, но... это все меняет.

— Матьер. Ты когда-нибудь думал о том, чтобы возглавить торговую компанию? Самостоятельно?

— Торговую компанию... вы имеете в виду?

Матьер моргнул, а затем тихо отвел взгляд.

— Ну... для такого дела нужны деньги, верно? Создание настоящей торговой компании — это не то, что можно провернуть с обычным капиталом. К тому же понадобятся связи с другими купцами. Для такого, как я... думаю, управление игорным притоном — это мой предел.

— И?

— Прошу прощения?

— Оставь эти долгие оправдания и дай мне прямой ответ. Хочешь ты этого или нет?

— ...Разве у мечты нет своей цены?

— Конечно, но мечтать может каждый. Как по мне, у тебя слишком много таланта, чтобы прозябать в каком-то захолустном притоне. Ты больше создан для торговли, чем для роли обычного бандита.

Глаза Матьера расширились. Его голос почему-то слегка задрожал.

— ...Мне еще никто никогда такого не говорил.

— И?

— Вы странный человек, послушник. Иногда, когда я смотрю на вас, вы кажетесь гораздо взрослее своих лет. Даже ваши шутки... почему-то всегда кажется, что за ними кроется какая-то цель.

Матьер щелкнул счетами.

— Я хочу этого. Честно говоря, в последнее время... ворочать деньгами стало для меня куда интереснее. Даже не тратя их особо, сейчас я чувствую себя более живым, чем когда-либо после драки и выпивки.

— Правда? Вот и я о том же. Я не собираюсь всю жизнь довольствоваться ролью какого-то захолустного послушника.

Я налил из стоявшей на его столе бутылки в бокал. Протянув ему наполненный бокал, я приподнял бутылку навстречу.

— Два человека, стремящихся к успеху, нашли друг друга — разве мы не должны играть на более крупной сцене?

— ...Кто из нас сверху, а кто снизу?

— А ты как думаешь?

Матьер вздохнул. Какое-то время он пристально смотрел на бокал, а затем слабо улыбнулся.

— Сколько бы я ни рос... не могу представить, что когда-нибудь смогу превзойти вас, послушник. Возможно, это было предрешено судьбой с того самого момента, как вы избили меня в той таверне.

— Воля Ра.

— ...Прежде чем мы двинемся дальше, я хочу спросить вас об одном. Чего вы на самом деле хотите?

— Я?

Я коротко чокнулся бутылкой о бокал. Что ж, тогда сделаем первый глоток.

Хм.

Сладко.

— Мира во всем мире.

— ......

— Перестань так на меня смотреть. Давай начнем набрасывать бизнес-план. О, и еще кое-что — достань мне этот переносной контейнер, чего бы это ни стоило.

— Это действительно так необходимо?

— Очевидно. Это практически наш стартовый капитал.

— Стартовый капитал... только не говорите мне, что мы собираемся заняться грузоперевозками...

— О чем ты вообще? Мое тело — вот стартовый капитал! Инвестиции в меня — это кратчайший путь к успеху!

— ......

◇ ◇ ◇

Я повернул ключ в притихшей молельне. Поскольку я сам взял на себя управление ею, Миркант не вошел бы сюда, даже если бы посреди ночи поднялся шум. То же самое касалось и Айрин.

Я беззаботно скользнул в потайной проход. Было время, когда я беспокоился о шуме, который мог разноситься по церкви в полночь, но это уже дела давно минувших дней.

В этой церкви нет никого, кроме людей, которые готовы лечь и умереть по одному моему слову! А значит, эта церковь — практически мой личный мир!

[Прекрати сюда приходить! Невыносимый ублюдок!]

Стоило парящей сфере увидеть мое лицо, как она резко вспыхнула ярким светом — словно загнанный в угол зверь, оскаливший клыки. На эту яростную реакцию я ответил тем, что медленно, не торопясь, начал собирать Святую силу.

— Честное слово. Тебе следовало сказать об этом раньше. Хочешь снова оказаться облитой белой жидкостью?

[Угх! Я... я сказала, что хватит! Я же говорила тебе, что мы можем закончить!]

Из сферы скатилась слеза.

[Ты демон... Я... я не прогнусь! Пожалуйста, просто прекрати! Сколько бы раз ты ни осквернял меня, я никогда не отдам тебе свое тело!]

— Это мы еще посмотрим.

Я со щелчком открыл переносной контейнер. Это была большая сумка, похожая на чемодан. Внутри она была абсолютно пуста и покрыта множеством слоев магии.

Подобное снаряжение использовалось только для транспортировки чрезвычайно опасных предметов. Вроде кристаллов маны, способных взорваться от малейшего удара, или проклятых артефактов, оскверняющих все, к чему они прикасались.

Щеки Матьера казались впалыми, когда он передавал мне эту вещь. Он упомянул, что цена выросла в несколько раз из-за того, насколько срочно ему пришлось ее доставать.

Но что я мог поделать.

Это были необходимые расходы!

Я постучал по переносному контейнеру. Прямоугольная сумка мгновенно сжалась до размеров кармана и упала мне на ладонь.

Магия — действительно нечто невероятное. Увидев это своими глазами, я наконец понял, почему магов так высоко ценят.

Если это не чудо, то что тогда! Неудивительно, что священники остаются далеко позади!

Я снова увеличил переносной контейнер. Открыв крышку, я посмотрел на Демонический меч Сурт.

[Что... что ты планируешь делать...?]

— А на что это похоже?

[Я... я не знаю! И знать не хочу! Что бы это ни было, прекрати! Пожалуйста! Просто оставь меня в покое!]

Демонический меч Сурт задрожал.

[Я... я буду вести себя тихо... ладно? Я же сказала, что останусь здесь... я не буду просить выпустить меня... так что, пожалуйста, просто прекрати...]

Надо же, она уже шмыгает носом. Что ж, весьма человечное поведение для демонического меча.

Впрочем, у нее были все основания чувствовать себя несчастной. Во время тренировок я сотни раз обливал ее тело Святой силой. И каждый раз Демонический меч Сурт кричала так, словно ее убивали.

Я медленно поднял руку. И мягко погладил священный барьер. Сурт вздрогнула по ту сторону белого света.

[Что... что ты делаешь?]

— Тебе пришлось несладко, верно?

[Э... это же кнут и пряник! Я знаю этот трюк! Думаешь, я куплюсь на это?! Думаешь, достаточно скорчить эту жалостливую рожу, чтобы я сдалась?! Неужели я похожа на доступную девку, которая поведется на подобное?!]

— Нет?

Но, впрочем.

Мне плевать, расстроена эта штука или нет.

Более того, мне даже больше нравится, когда она злится! Нет никакого удовольствия в том, чтобы мучить то, что никак не реагирует!

— Дальше будет только тяжелее, так что приготовься.

[Чт... что?! Хья-а?!]

— Ну что ж... начнем...?

[Н... не входи! Ха... ах... н... не... входи...!]

Я пробил священный барьер точно так же, как делал это всегда. Темно-багровая мана с треском заискрилась на кончиках моих пальцев.

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[Священная Стигма отвергает вторжение «Демонической» энергии.]

[Начинается эрозия.]

[Ваше тело подвергается осквернению.]

Сурт забилась в конвульсиях.

[Вытащи...! Вытащи его...! Пожалуйста...!]

— Почему? Тебе здесь нравится?

[Н... нет...! Я сказала, нет...!]

— Значит, здесь?

[Угх... хах...!]

Три влево, три вправо!

Я быстро задвигал рукой. Мое тело уже наизусть помнило путь проникновения через священный барьер внутрь Демонического меча Сурт.

К тому же этот священный барьер теперь был мне знаком так же хорошо, как мое собственное тело. Используя эту силу, я мог легко подавить осквернение Сурт.

[Ваше тело стремительно очищается.]

[Эрозия остановлена.]

Кто бы ни создал этот барьер, он проделал чертовски хорошую работу.

Подумать только, благодаря ему я могу вот так забавляться с Демоническим мечом Сурт...

Восхитительно.

Каждый раз как в первый.

Священные барьеры — это лучшее, что есть на свете.

[П... подумать только... этот барьер... для тебя...!]

Сурт, отчаянно пытавшаяся оттолкнуть мою руку, разразилась криком.

[Хватит! Больше не на-а-а-адо!]

— Финальный удар!

[Ха-а-а-ах!!]

Шлеп.

Что-то брызнуло мне на лицо. Тело Сурт яростно задрожало. Просачивавшаяся наружу темная мана растеряла всю свою силу и бессильно осела.

Это мана брызнула мне в лицо? Весьма эффектный финал. Обычно на этом я останавливался, но сегодня ночью мне предстояло сделать кое-что еще.

Сегодняшняя задача заключалась не в тренировке — мне нужно было демонтировать священный барьер.

[Я... я уже никогда не стану прежней...]

— Хе-хе-хе.

Я активно зашевелил руками. Оставив нетронутым только ядро, я деталь за деталью убирал фиксирующий каркас вокруг него.

Цель: сжать его до такой степени, чтобы было легко переносить, а затем придать ему любую форму по моему желанию.

Я сосредоточился. Даже малейшее отклонение могло деформировать структуру и заставить меня начать все сначала, так что я больше не мог позволить себе относиться к этому как к игре.

Так началась работа, за которой я потерял счет времени.

Проработав долгое время, я наконец сумел запечатать сферу Демонического меча Сурт внутри сферического священного барьера. Вновь созданного священного барьера, сохранившего все свои первоначальные свойства.

Это стало возможным благодаря одной из моих привилегий — «Благословению Бога Солнца». Поскольку этот священный барьер сам по себе признавался священной реликвией, он не оказывал мне сопротивления, пока я его не разрушал.

Я подбросил барьер с Демоническим мечом Сурт в воздух и поймал его. Сурт прерывисто вздохнула.

[Ты... ублюдок... ты... ничтожество... хах... хах...]

— И каково это — быть укушенной ублюдком?

[Затк... нись...!]

Ладно.

У меня тоже нет сил на шутки.

Я сразу же опустил ее в переносной контейнер. Уменьшив его, я сунул контейнер в карман.

Вот и все. Теперь мне оставалось только доставить Демонический меч Сурт в штаб-квартиру Культа и с ее помощью вернуть спрятанные мной священные реликвии...

Я повалился ничком на пол. Переведя дыхание, я уставился в потолок.

Я оберу тебя до нитки, штаб-квартира Культа!

◇ ◇ ◇

Судья прибыла.

Карета — редкое зрелище в этом городе — остановилась перед церковью. Кто-то легко выпрыгнул из нее.

— Судья. Вам не следует выпрыгивать из карет.

— Вы слишком опекаете меня. Честное слово. Пытаться контролировать кого-то моего статуса — целого епископа! Возмутительно! Возвращайтесь, когда повзрослеете еще на десять лет!

— Я на пятнадцать лет старше вас, судья.

— Тогда возвращайтесь еще через двадцать!

— Я сдаюсь.

Солнечный свет искрился. Но даже он, казалось, на мгновение утратил свой блеск.

Женщина в парадной форме. Ее движения, полные озорства, были невероятно живыми. И дело было не только в ее изысканном наряде.

Лицо под блестящими платиновыми волосами заставляло на мгновение забыться, заглядевшись на нее. Одно лишь озорство и жизнерадостность не могли объяснить всего ее очарования.

Красота.

Человек, соперничающий с Айрин — словно искусно созданная кукла.

У связанного Беверика по подбородку потекла слюна. Затем он вздрогнул и пришел в себя.

А после все его тело начало дрожать.

— П... почему это должна быть именно она... печально известная Великий инквизитор Димонаас...

Великий инквизитор Димонаас.

Она шла с абсолютной уверенностью. Каждый ее шаг был легким, почти танцующим. Ее алые глаза были прекрасны — словно внутри них полыхало пламя.

Но холод, который я почувствовал, исходил вовсе не от ее красоты. Причина была в совершенно ином. Великий инквизитор Димонаас.

Я знаю ее. Вернее, было бы странно ее не знать.

Она ведь один из главных NPC, верно?

— Хм-м~.

Димонаас подошла к нам в сопровождении своих спутников и окинула взглядом меня и Беверика. Затем она ухмыльнулась. В этой улыбке промелькнул намек на клык.

— Послушник Беверик. Давненько не виделись, верно?

— Д... да, давненько... Великий инквизитор...

Беверик дрожал, как мышь, загнанная в угол кошкой. Димонаас повернулась к Мирканту. В отличие от игривого тона, который она демонстрировала до этого, она почтительно склонила голову.

— Давненько не виделись, священник Миркант.

— Великий инквизитор Димонаас. Как вы поживали?

— Вашими молитвами. Вы совсем не изменились, священник. Я была немного удивлена — вы выглядите точно так же.

— Люди не меняются так легко.

— Это правда. Люди не меняются легко. Полагаю, именно поэтому тот, кто однажды вызвал у меня неприязнь, продолжает ее вызывать.

Димонаас взглянула на Беверика и приятно улыбнулась.

— Я бы хотела поговорить о былом, а также взглянуть на те «улики», о которых слышала — не покажете ли мне дорогу, священник?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Судья (3)

Глава 17: Судья (3)

Великий инквизитор Димонаас окинула взглядом церковь.

Чисто. Кое-где виднелись потертости, но все равно все выглядело иначе, чем раньше. И откуда только взялись деньги?

Димонаас лучезарно улыбнулась.

— Священник Миркант. Церковь прямо-таки преобразилась.

— Благодаря растущему числу прихожан. Регулярные пожертвования увеличились. Полагаю, я указывал это в своих отчетах...

— Неужели?

— Разве я не просил вас действительно читать отчеты?

— Но официальные отчеты такие скучные. К тому же это все равно было вне моей юрисдикции.

Димонаас покосилась на своего ближайшего помощника — мужчину средних лет, инквизитора Раадатука.

Встретившись с ней взглядом, он слегка кивнул, сохранив суровое, неприступное выражение лица.

— Я разберусь с этим.

— Забирай всех с собой.

— И все же нам стоит оставить здесь одного или двух...

— О?

Димонаас склонила голову набок, снизу вверх посмотрев на Раадатука.

— Да брось. Ты забыл, что я здесь самая сильная? Без инквизитора все остальные — пустое место. Забирай всех. Мне нужно немного поболтать с моими милыми и очаровательными младшими коллегами.

— Вы не должны их сломать.

— Сломать? Что за разговоры? Из-за подобных слов ты заставляешь всех меня бояться! Ты ведь знаешь, что отчасти сам виноват в моей дурной репутации?

— Сделаю вид, что я этого не слышал.

Раадатук тут же вышел из комнаты, а его сопровождающие исчезли вслед за ним без следа.

Отлично, все помехи устранены. Димонаас залпом осушила стоявшую перед ней чашку чая.

Как и следовало ожидать от дешевки — вкус совершенно не раскрылся.

Угх. Гадость.

Димонаас тихо отодвинула чашку в сторону.

— Похоже, вы все еще любите чай, священник Миркант?

— Питье чего-то теплого помогает распутать сложные мысли, поэтому я ввел это себе в привычку.

Миркант.

Смотритель пришедшего в упадок прихода. Священник, практически сосланный из штаб-квартиры Культа.

У правителя города, Мамеллана, была причина оставлять его в живых. Его репутация, которую нельзя было списать на простую религиозную преданность, сочеталась с безупречным прошлым.

Он чист. Димонаас знала это. Но она также знала, что излишняя чистота порой может стать проблемой.

Честность и неподкупность.

На первый взгляд это звучит прекрасно, однако мир воспринимает эти качества совершенно иначе.

Люди не особо любят тех, кто безупречно, безоговорочно чист. Чем эгоистичнее и жаднее человек, тем легче он смотрит свысока на праведников.

В этом мире использовать кого-то и выбросить — или тихо вытеснить на обочину — считалось естественным порядком вещей.

Димонаас знала, что Культ уже прогнил до самого основания. Она понимала, что отказ Мирканта примыкать к какой-либо фракции и его упорное нежелание покидать пост смотрителя этого заброшенного прихода исходили из чистоты его сердца.

Но с другой стороны, что ж...

Ей не особо нравился стоящий перед ней тип людей. Она уважала его, но не хотела видеть рядом с собой.

Лишенный всякой жадности человек попросту скучен, ведь он довольствуется обычной жизнью.

— Очень вкусно. И угощения прекрасные. Вам действительно не стоило так утруждаться...

— Вы проделали долгий путь. Подобное гостеприимство вполне естественно.

— Все такой же добрый. Я слышала, вы еще и приютили всех сирот?

Димонаас вздохнула.

— Мне жаль, что я не могу придать больше веса воле Ра. Есть много мест, нуждающихся в деньгах, но наши средства ограничены. Я слышала, в этот раз вы снова не получили средства на содержание?

— Это не входит в ваши обязанности, Великий инквизитор. Со мной все в порядке.

— Спасибо за эти слова. Потоки средств, идущие в приходы Культа, запутаны сложнейшим образом... если уж мне за это браться, то нужно делать все основательно. Но для этого здесь слишком много противодействия.

— Кто же именно...?

— Как вы знаете, в Культе меня не особо жалуют. Независимая фракция — вот и весь мой статус. Даже другие Великие инквизиторы избегают меня. Знаете, однажды мне даже велели прекратить совать нос не в свое дело?

Димонаас лениво помешивала чайной ложкой.

— Причина, по которой меня до сих пор не вышвырнули, несмотря на все это, вероятно, кроется в том, что я все еще полезна.

— ...Это не так.

— Да ладно вам, священник. Мы ведь здесь только вдвоем, верно? Вам не нужно беспокоиться обо мне. Вы и сами знаете, как устроен Культ, священник.

Дзинь.

Чайная ложка звякнула о чашку, издав чистый звук.

— Культ Ра уже не тот, что прежде. Он прогнил насквозь. Изнутри его наводнили люди, пытающиеся запустить лапу в те крохи богатства, что еще остались... а снаружи он отчаянно цепляется за влияние, которое давно утратил из-за собственной некомпетентности... это полный хаос, священник.

— Неужели ситуация действительно настолько плоха?

— Конечно. Поток денег, поступающий в Культ, уменьшается с каждым днем. Все настолько плохо, что это бьет по подконтрольным нам учреждениям. Мы могли бы продержаться какое-то время, сократив расходы, но тогда финансирование урежут еще сильнее.

Порочный круг. Димонаас уставилась на неподвижную гладь чая.

Если бы только внутри Культа все могло быть так же спокойно.

— Вдобавок ко всему, сейчас творится еще больший хаос из-за троих претендентов, борющихся за кресло кардинала. Ну да ладно... вам не о чем беспокоиться, так что опустим это. Но есть кое-что, что меня очень интересует, священник.

Димонаас оперлась подбородком о руку.

— Зная того священника Мирканта, которого я знаю, я думала, что вы подадите прошение о Священном Суде от своего имени.

— ......

— Не нужно ничего скрывать. Я просто спрашиваю. Не как Великий инквизитор Димонаас, а просто как друг. Священник, почему вы указали имя послушника в качестве просителя Священного Суда?

— Он сам этого захотел.

— Хотел он того или нет, но вы ведь понимаете, священник, какой вес несет это имя? Это дело о разоблачении. Все равно что добровольно взойти на трибунал, которому не обрадуется ни один священник. Выиграешь ты или проиграешь, этот суд оставит после себя лишь шрамы.

— Он знал это и все равно подал прошение.

— Зачем?

— ...Мальчик сказал мне.

Миркант слабо улыбнулся.

— Он сказал, что не хочет втягивать в это меня и моих воспитанников.

— ...Ха.

Так вот оно что. Именно так.

Ощущение, будто под крыло неподкупного мастера встал точно такой же ученик.

Димонаас надула щеки. Она-то думала, что это будет интересное дельце, а оно оказалось совершенно заурядным. По мере того как ее интерес угасал, она обмякла, навалившись на стол и лениво постукивая чайной ложкой.

Значит, это была просто безрассудность ребенка, решившего, что достаточно быть правым. А она ожидала какого-то более сложного скрытого мотива.

Как скучно...

Как утомительно...

— Что ж, если так... но все равно удивительно, что вы поверили ему на слово, священник.

— Я посчитал, что так будет правильно.

Миркант отпил чаю.

— Этот ребенок всегда превосходил мои ожидания.

Надо же, целая похвала от Мирканта.

Должно быть, совершенно ничем не примечательный мальчишка.

Димонаас заставила себя выпрямиться. Она понимала, что работа скучная, но не могла просто сидеть сложа руки.

Работа. Пора за работу.

— Я хочу провести допросы, священник. Начнем с послушника Беверика. Пожалуйста, принесите также все собранные доказательства.

— Я немедленно пришлю его.

— И просто чтобы вы знали...

Димонаас мило улыбнулась.

— Даже если это священник Миркант, я не пощажу никого, кого поймаю на уловках.

— ...Строить козни Великому инквизитору, известному как Гильотина?

Миркант плавно поднялся со своего места.

— Я скорее умру.

. . .

Я лениво болтал ногами. Спокойное ожидание оказалось куда более утомительным, чем я предполагал.

Беверик, зашедший в комнату первым, не выходил даже спустя приличное количество времени. Из-за двери изредка доносились испуганные вскрики, но на этом все.

— Не нервничай. Просто расскажи все как есть. Великий инквизитор Димонаас необычна, но справедлива. Она не из тех, кто вешает на людей ложные обвинения. У меня была причина позвать именно ее.

— Со мной все в порядке, священник.

Я прошел эту игру больше раз, чем мог сосчитать. Неужели кто-то думал, что я не знаю характер Димонаас, одного из немногих ключевых NPC в Культе Ра?

Непредсказуемый нрав. К тому же у Димонаас был лишь один настоящий интерес. И я прекрасно знал, какой именно.

Дверь со скрипом отворилась. Беверик выплелся наружу — без физических травм, но его щеки заметно ввалились.

Затем — бам! Он рухнул лицом прямо в пол, судя по всему, лишившись сил от изнеможения. Психологическое потрясение, должно быть, оказалось тяжелым.

— Послушник Захад. Пожалуйста, войдите.

Ну, поехали.

Я поднялся и слегка помахал рукой Мирканту и Айрин, которые провожали меня обеспокоенными взглядами.

— Ступай и делай то, что должен.

Хорошо.

Посмотрим, как все пройдет.

Переступив через Беверика, я вошел в комнату, которая изначально принадлежала Мирканту. Аккуратно расставленные старые книги и практически лишенное мебели помещение.

За единственным столом в комнате сидела Димонаас. Какой бы безумной она ни была, она действительно чертовски красива.

— Послушник Захад.

Она лучезарно улыбнулась при виде меня и указала на стул.

— Присаживайся поудобнее. Это всего лишь необходимая процедура, так что не нужно нервничать.

Я сел на стул. Димонаас, перелистывавшая документы, не проронила ни слова, пока я сидел прямо перед ней.

Так прошло тридцать минут. Я сидел абсолютно неподвижно. Кое-что вокруг, казалось, изменилось, но суть Димонаас, судя по всему, осталась прежней.

Сначала усадить человека перед собой, а затем наблюдать за его реакцией.

Я слегка зевнул. Димонаас лучезарно улыбнулась.

— Я ведь просила тебя не нервничать, но ты и вправду совсем не боишься, верно?

— А есть из-за чего нервничать? Я просто донес на плохого человека.

— ...Вот как ты это видишь?

Димонаас отложила ручку. Переплетя пальцы, она поднесла их к губам и естественным движением подалась корпусом вперед.

Ее голос опустился до шепота, словно она выдавала секрет.

— Послушник Захад. Ты хоть понимаешь, насколько серьезно это дело?

— Понимаю. Это значит получить клеймо доносчика.

— Похоже, священник рассказал тебе, но слово «доносчик» — это не то, чем можно так легко разбрасываться.

Димонаас подняла руку. Красивые руки — изящные и бледные.

— Сосредоточься.

— Ах, да.

— Ну, я ведь красивая, правда? Часто это слышу.

— Когда говоришь это сама, весь шарм пропадает.

— ...Пропадает?

Димонаас разразилась смехом. Ее плечи так сильно тряслись, что на глазах даже выступили слезы.

— Вернемся к делу. Во-первых, это означает, что любой документ, связанный с послушником Захадом, будет намеренно отклонен. Запросы на финансирование, прошения о переводе и все прочее — абсолютно все полетит в корзину.

— Разве Культу позволено так поступать?

— Официально, конечно, причиной будет значиться простое «несоответствие требованиям». Подобное происходит на неофициальном уровне. И это еще далеко не все.

— А что еще?

— Во-вторых, это означает, что в этот приход направят проверку. С этим... ну, полагаю, придется разбираться священнику Мирканту? Наверное, он не даст им зацепок, но они будут совать нос в каждый угол. Они раскопают любую мелочь, чтобы использовать против него.

— Есть и в-третьих?

— Не только в-третьих — последствий куча. Дай-ка подумать... если считать только самые простые...

Димонаас принялась загибать и разгибать пальцы.

— Возможна месть... сплетни со стороны окружающих священников... давление со стороны штаб-квартиры Культа... сумма, которую штаб-квартира ежемесячно сдирает с вас, может немного вырасти. Изгнание из общества — это само собой разумеющееся, и... младшие священники, которые придут после тебя, могут смотреть на тебя свысока... Священник Миркант так не поступит, но приезжие священники из штаб-квартиры могут обращаться с тобой грубо. Иногда дело может дойти и до рукоприкладства. Наверное?

— Ну и бардак.

— Именно так. Полный бардак. Такова участь любого, кто затевает Священный Суд против своего же. Рано или поздно они уходят из Культа. К тому же человек, стоящий за послушником Бевериком, — это епископ Броди.

Димонаас слегка кашлянула.

— Проще говоря... этот епископ плывет в одной лодке с архиепископом Дуэйном. А архиепископ Дуэйн — один из главных кандидатов на пост следующего кардинала. Влияние, которым он обладает, и его заслуги поистине огромны.

— А вы, Великий инквизитор?

— Я? Формально я ношу титул Великого инквизитора, но по рангу примерно равна епископу. При определенных условиях у меня действительно есть власть угрожать даже архиепископу.

Этот легкий наклон подбородка был так в стиле Димонаас. Отлично. Она в точности такая же, как и тот боевой священник, которого я знал.

Я скрестил ноги и непринужденно откинулся на спинку стула.

— Так что именно вы пытаетесь сказать, Великий инквизитор?

— Я дам тебе возможность.

— Возможность?

— Возможность забрать все свои слова назад. Самое лучшее в том, что ты заварил — это то, что пришла именно я, а не какой-то другой Великий инквизитор. Как видишь, у меня полно других дел, помимо подобной работы.

Она шептала, словно змея, будто пытаясь соблазнить меня.

— Разбирательство с таким пустяковым делом мало что мне даст. Но ты — другое дело. Из-за одного этого пустяка ты рискуешь потерять все свое будущее в Культе.

— ...Значит, вы даете мне шанс все вернуть назад?

— Мы оформим это как обычное дело о нападении. Послушница Айрин едва не подверглась насилию, так что мы привяжем это к делу — и ты, и послушник Беверик получите легкое дисциплинарное взыскание, на чем все и закончится. А прошение о Священном Суде спишем на опрометчивую ошибку, совершенную в пылу драки. Как тебе такое?

Димонаас лучезарно улыбнулась. Это была озорная улыбка, в которой проглядывал намек на клыки.

— Это будет лучшим исходом и для тебя, и для Беверика. И для священника Мирканта, разумеется, тоже. Что думаешь?

Она проверяет меня.

Наблюдает за моей реакцией.

Я знал ее. Было бы странно, не знай я ее. Типаж, который играет людьми как вздумается. Взбалмошная женщина, которая донимает невинных людей исключительно ради собственного развлечения.

Но я также знал, как этому противостоять. За ее взбалмошностью скрывалась удивительно наивная сторона, и к тому, кто вызывал у нее интерес, она становилась бесконечно снисходительной.

Я улыбнулся ей в ответ.

— Нет, спасибо.

— ...Прошу прощения?

— Я сказал «нет». Вы кое в чем ошибаетесь, Великий инквизитор. Я донес на Беверика не потому, что посчитал его поступок неправильным. Причина, по которой я потребовал Священный Суд, проста.

— ...И какая же?

— Этот ублюдок полез ко мне драться.

Я широко ухмыльнулся.

— Я не против раздавать тумаки, но терпеть их не намерен. Давайте продолжим как есть.

— ......

Глаза Димонаас округлились. Она окинула меня взглядом с головы до ног.

— Ты ведь помнишь, что я Великий инквизитор? Неужели услышанное шокировало тебя настолько, что у тебя в голове что-то перемкнуло?

— Да нет?

— Ты подал прошение о Священном Суде по столь личной причине? И заявляешь об этом вслух прямо передо мной, Великим инквизитором?

— Вы ведь та, кто несет на своих плечах божественную власть Ра.

Я пожал плечами.

— Мне просто не хочется лгать.

— ......

Димонаас замолчала. Затем она тихо, сдерживаясь, рассмеялась.

Тыльной стороной ладони она вытерла выступившие слезы и с ухмылкой посмотрела на меня.

— Интересно. Послушник Захад. Хорошо. Как ты и просишь, я начну Священный Суд. С этого момента я проведу отдельный допрос, но перед этим — хочешь сказать что-нибудь еще?

— Пожалуйста, исключите из этого дела имя послушницы Айрин.

— ...Что?

Просто не хочу, чтобы все усложнялось.

Хм.

Вот и все.

— Беверик наверняка ведь сказал, верно? Что послушница Айрин тоже была замешана в нападении.

— ...Ты хочешь убрать ее имя? Даже если ты выиграешь Священный Суд, дисциплинарные меры, связанные с нападением, будут рассматриваться отдельно. Если обвиняемым будет один человек вместо двоих, тяжесть обвинений, которые ты понесешь в одиночку, возрастет, понимаешь?

— Какой смысл подставлять чужие головы, если меня в любом случае побьют. Я лучше приму весь удар на себя.

— ...Пфф.

Димонаас расплылась в широкой улыбке.

— Ты мне нравишься, послушник Захад. Не помню, когда в последний раз так смеялась. Я рада, что приехала сюда. Хорошо. Поговорим еще немного? Независимо от моего личного отношения к тебе, допрос остается допросом.

Димонаас с глухим стуком опустила доказательства на стол. Она заправила длинные платиновые волосы за ухо.

— Я проверю абсолютно все: обстоятельства нападения, обычное поведение Беверика и то, действительно ли этот донос был подан тем самым лицом. Возражения есть?

— Никаких.

Вот она, ключевая точка. Я знаю слово, которое она обожает.

— Беверик в любом случае еретик, заслуживающий уничтожения, верно? Я расскажу вам все. Этот ублюдок заслуживает смерти. Предать имя Ра — непростительно.

[— Проявлял бы ты такое почтение в повседневной жизни.]

«Ого. Стучаться надо, прежде чем входить, ладно?»

Димонаас замерла. Она посмотрела на меня, а затем медленно провела языком по губам.

Ее взгляд изменился. Игривый блеск сменился чем-то расфокусированным, словно где-то внутри щелкнул переключатель.

— ...Верно. Если все это правда...

Она садистски улыбнулась.

— Я уничтожу его собственными руками. Именно для этого и существует Великий инквизитор.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Судья (4)

Глава 18: Судья (4)

— Послушница Айрин.

Айрин поднялась со стула. Настал момент, которого она так боялась. Сделав резкий вдох, она медленно выдохнула.

Она не забыла, что должна была сказать. Всё, в мельчайших подробностях, как оно и было — Великому инквизитору.

«Это сделала только я. Я действовала в одиночку!..»

— Послушница Айрин — всего лишь жертва, так что нам понадобятся лишь краткие показания с вашей стороны. Возражения есть?

— ...Что? Но я тоже участвовала в нападении...

— Не совсем понимаю, о чём вы.

Сидевшая напротив неё Великий инквизитор лукаво усмехнулась.

— Единственным, кто не смог стерпеть несправедливость и прибег к насилию, был послушник Захад, не так ли?

— Да что вы такое—!

— Так было записано, послушница Айрин.

Великий инквизитор Димонаас переплела пальцы. Её глаза блеснули, словно она нашла забавное развлечение.

— Независимо от того, что ждёт этого мальчика в будущем — клейма, которое вот-вот на него наложат, — я нахожу его честность и смелость весьма очаровательными. Настолько, что мне захотелось в него вложиться. Так что считайте это одолжением, которое я делаю ради него.

— Тогда позвольте мне стать той, кто—!

— Нет. Так не пойдёт. В отличие от послушника Захада, вы совершенно неинтересны.

Димонаас откинулась на спинку стула и слегка зевнула.

— Давайте закончим с этим побыстрее, послушница Айрин. Как вы знаете, я человек занятой.

◇ ◇ ◇

Великий инквизитор Димонаас ушла.

— Я передам твоё решение. Когда я позову тебя, просто поднимайся вместе с инквизиторами. Раадатук — человек добрый, так что ладь с ним. Понял?

— .......

Пожилой мужчина со свирепым лицом посмотрел на меня сверху вниз. Настоящий медведь, состоящий из одних только мышц. Я пожал плечами.

Его я тоже знал. Как я мог забыть того, кто следовал за Димонаас словно тень? Он не совсем дотягивал до уровня ключевого персонажа, но, по крайней мере, был персонажем второго плана.

Естественно, условия для его разблокировки я тоже знал. Чтобы завоевать расположение Димонаас, сначала нужно было пройти через этого медведя — так что я укрощал его не раз и не два, даже когда казалось, что он никогда не сдвинется с места.

И способ заключался в следующем:

— Инквизитор Раадатук.

— Чего тебе?

— Не хотите ли немного желе из конняку?

— ......

Не говоря ни слова, он тут же выхватил один кусочек. Его свирепое выражение лица ничуть не изменилось, но я всё заметил.

Хм. Складка между его бровей едва заметно разгладилась.

Отлично.

[Уровень симпатии повысился!]

Усердно снабжая Раадатука желе из конняку, я также приглядывал за другими сопровождавшими его инквизиторами. Дело было не только в лидере — чтобы путешествие прошло с комфортом, нужно было завоевать расположение и его подчинённых.

Я намеренно молился у них на виду, а также не забывал практиковать священные техники сразу после того, как получал наставления от Айрин.

Само собой разумелось, что я ненавязчиво готовил для них завтрак. Стоило мне преподнести им свежежареное мясо, как отношение инквизиторов мгновенно изменилось.

— Он на удивление заботлив.

— И, кажется, искренне набожен...

— По крайней мере, на первый взгляд, в нём нет ничего подозрительного.

— У него есть манеры.

— Неудивительно, что Великий инквизитор хорошего о нём мнения.

Источник пожертвований, под которые копал Раадатук, в любом случае никогда бы не всплыл. Благодаря предупреждению, которое я сделал заранее, Матьер из «Чёрной стали» уладил всё чисто.

Я расспросил о группе Гектора и позаботился о том, чтобы его люди держали язык за зубами. Этот город изначально не находился под глубоким влиянием Культа. К тому же здесь уже прошла одна чистка, так что инквизиторы не могли копать слишком глубоко.

Им приходилось вести себя осторожно в присутствии лорда. Тот не жаловал Церковь Бога Солнца, поэтому их действия, естественно, были ограничены. Если бы Раадатук поставил себе цель докопаться до истины, всё бы выплыло наружу — но поскольку этого точно не предвиделось, я был совершенно спокоен.

Сколько лет я угробил на эту игру? Хех. Я же говорю, выход есть всегда.

Я проводил дни в прекрасном расположении духа, когда меня позвал священник Миркант. Он усадил меня за свой стол и поставил передо мной чашку тёплого чая.

— Пей.

— Я мог бы и сам заварить... но с удовольствием выпью.

— Ты дал мне так много. Неужели я не могу предложить тебе хотя бы чашку чая?

Миркант посмотрел на меня с тёплой улыбкой.

— Захад.

— Да?

— Это твоё непоколебимое чувство справедливости — ты получил его от Ра?

Я отхлебнул чай и лучезарно улыбнулся.

— Конечно! Всё, что у меня есть, исходит от неё!

[Ты бы хоть губы для приличия смочил, прежде чем такое говорить.]

Я облизнулся.

[Ну ты и прохвост.]

Миркант поднял свою чашку. Сделав глоток, он внимательно изучил меня взглядом.

Он не сказал ничего конкретного. Просто смотрел. Затем отвёл взгляд, окинув глазами углы комнаты, после чего снова посмотрел мне прямо в глаза.

— Ты дал мне очень многое.

— Я получил от вас гораздо больше, отец. Если бы вы не приютили меня, я, вероятно, сейчас где-нибудь копал бы канавы.

— То, что ты сделал для меня, превращает всё это в пыль. С твоим приходом здесь всё изменилось.

Миркант слегка постучал по столу.

— Старую, сломанную мебель вынесли наружу. Тепло начало наполнять то, что когда-то было холодной, пустой комнатой.

— Да это пустяки, право слово...

— Паутину в углах потолка убрали. Щель под дверью заделали.

— Здесь же живут люди — конечно, это нужно было исправить. Честно говоря, из-за этой щели тут и было так холодно.

— И это ещё не всё. Сироты начали наедаться досыта. Они научились работать и стали смотреть на меня с должным уважением — хотя раньше просто игнорировали. Благодаря этому я смог начать их обучать.

— Да ладно вам. Вы слишком мне льстите.

— Льщу тебе?

Миркант протянул ладонь и сжал мою руку, пристально посмотрев мне в глаза.

— Вовсе нет. Я просто выражаю благодарность за то, что действительно её заслуживает. Захад.

Он смотрел прямо на меня. Из-за этого искреннего взора я почувствовал себя неловко и тихонько высвободил руку.

Если подумать, он всегда был таким.

Этот человек всегда смотрят на всё прямо и честно. Без тени корысти, полностью сосредоточенный на помощи другим.

Типаж, с которым я никогда раньше не сталкивался. Настоящий священник, ценивший чужие жизни больше собственных желаний.

Полная моя противоположность.

— Вам правда не нужно меня благодарить.

Я почесал щёку.

— Всё, что я делал, я делал потому, что мне это было нужно.

— Упрямец.

Миркант залез под рясу и достал письмо.

— Пришёл вызов из штаб-квартиры Культа. Завтра ты отправляешься вместе с инквизиторами.

— Это даже к лучшему. Хотелось бы покончить с этим как можно скорее.

— Тебе не страшно?

— Не столько страшно, сколько азартно. Это ведь значит, что я наконец-то смогу как следует разобраться с тем паршивым ублюдком, верно?

— А клеймо, которое на тебя наложат?

— Ну и пусть клеймят. Я сам решаю, кому позволено видеть меня настоящего. А все остальные, кто этого не видит — пусть болтают сколько угодно. У них просто язык отсохнет.

Миркант рассмеялся — искренне, от всего сердца. Он долго смеялся, а затем вытер слёзы в уголках глаз.

— Захад.

— Да?

— Я рад, что встретил тебя. Без тебя, думаю, я бы уже давно опустил руки.

— Да ладно вам. Вы самый сильный человек из всех, кого я видел.

— Я слаб. Даже в тот момент, когда мы встретились, я был на грани того, чтобы сломаться. Ты помог мне пройти через это. И словно этого было мало, ты сам измазался в грязи, чтобы защитить меня и Айрин. Сильный здесь ты. Ты — моя гордость.

Миркант поднялся со своего места. Запустив руку под рясу, он достал небольшой мешочек.

— Это всё, что я могу тебе дать.

— ...Что это?

— Точно так же, как ты получал наставления от Айрин, когда-то и я учился у одного человека. Тогда мне и подарили это. Если точнее, эту вещь можно считать памятью о нём. Мы были как братья и пообещали друг другу: если для кого-то из нас настанет день смерти, другой сохранит его вещи в безопасности.

Из мешочка показалась маленькая серьга. Я прищурился.

«Кажется, я уже где-то это видел...»

— Это памятная вещь?

— Да, память о нём. Он говорил мне, что эта вещь обладает силой защищать людей. Я не знаю, как ею пользоваться, но... верю, что ты разберёшься.

— И вы отдаёте такую вещь мне? Она ведь драгоценна.

— Конечно, драгоценна. Но разве ты уже не дал мне взамен гораздо больше?

Он вложил серьгу мне в ладонь, а затем сжал мою руку своей.

— Возьми её. Теперь она твоя.

— ...Кажется, это слишком тяжёлая ноша.

— Помни её вес и форму. Он тоже был бы рад.

— Я делал всё это не ради подобных подарков. Вам стоит оставить её себе...

— Точно так же, как эта вещь важна для меня, ты важен для меня.

Хлоп. Рука Мирканта опустилась мне на голову.

— Будь у меня сын, он был бы точно таким же, как ты.

...Ни разу.

Ни разу в жизни никто не говорил мне подобного.

Я тихонько опустил серьгу в нагрудный карман и без особой причины почесал нос.

— Да ладно вам. Сомневаюсь.

Я улыбнулся.

— Он не мог быть таким же умным, как я. Подобный талант даётся далеко не каждому, знаете ли.

— ...Да. Тут ты прав.

Миркант слегка подмигнул. Это не очень ему шло, отчего выглядело немного забавно.

— А теперь ступай.

— Но я ещё даже чай не допил.

— Я бы с радостью подождал, пока ты закончишь, но кое-кто пришёл за тобой раньше, чем ты освободился... Так что поделать? Я не могу единолично занимать всё время такого популярного послушника.

— Кое-кто пришёл за мной?

— Узнаешь, когда выйдешь на улицу.

Миркант слегка подтолкнул меня и сжал кулак в ободряющем жесте.

— Кстати, чтобы ты знал — я болею за вас двоих.

— Что?

Дверь открылась сама по себе. Перед ней, как всегда собранная, стояла Айрин.

Её серебряные волосы красиво переливались в лунном свете, проникавшем сквозь окно. Она молча смотрела на меня, что было совсем на неё не похоже.

Её щёки почему-то слегка порозовели. Айрин заговорила:

— Младший.

— Да?

— Не хочешь прогуляться со мной?

Она отвела взгляд.

— ...Мне нужно кое-что сказать тебе перед твоим уходом. Хотелось бы успеть, пока не стало слишком поздно.

— Вы ведь не собираетесь меня отчитывать?

— Ты невыносим...

Айрин вздохнула и слегка насупилась.

— Я собираюсь тебя отчитать. Так что пойдём. А когда закончу, скажу то, что должна.

— Разве нельзя сказать прямо здесь?

— Нет.

Миркант тихонько отступил назад.

— Идите. О, и возвращаться сегодня вовсе не обязательно, если что.

— Что? Вы двое сговорились?

— Сговаривался тут явно не я.

— Что?

— Иди, Захад.

Миркант заговорщически улыбнулся, что было совсем не в его стиле.

— Разве твоя старшая не зовёт тебя? Младший просто обязан ответить.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (1)

Глава 19: Культ Змеи (1)

Айрин перевела дыхание. Последние несколько дней она намеренно избегала его. Специально держалась на расстоянии, чтобы успокоить сердце и разобраться в том, что должна сказать.

Но затем она услышала, что он уезжает завтра рано утром. именно Миркант сказал ей, что больше откладывать разговор нельзя.

«Ты действительно сможешь вот так просто его отпустить?»

Этого единственного вопроса хватило, чтобы Айрин приняла решение.

Луна светила ярко.

Совсем как в ту ночь, когда она впервые его встретила.

— Старшая?

— Подожди... секунду.

Её сердце билось на удивление быстро. Обычно, когда мужчины заговаривали с ней, сердце замирало в холодной, неподвижной тишине, подобно льду, но сейчас всё было иначе.

Было ли дело в том, что она приняла его помощь? Или в том, что он стал первым человеком, вытащившим её из этого кошмара?

Ей казалось, что её жизнь невозможно исправить, но он протянул ей руку так непринужденно, словно в этом не было ничего особенного. Словно это было самым естественным поступком в мире.

В городе царила тишина. Тропинка, окруженная со всех сторон безмолвным лесом, была уединенным местом, о котором знала только она.

— ...Ты.

Айрин показалось, что её собственный голос звучит как-то непривычно. Она чувствовала, как он предательски дрожит.

— Когда ты прибудешь в штаб-квартиру Культа... что ты планируешь делать?

— Что значит «планирую»? Я просто расскажу им всё в точности так, как произошло.

Он ухмыльнулся с самым беззаботным видом, и Айрин тихонько отвернулась. Почему-то она не могла смотреть ему прямо в лицо.

— У меня есть доказательства того, что он негодяй. Если я сам приду туда и всё четко изложу... всё ведь закончится хорошо, верно?

— Когда ты окажешься в штаб-квартире Культа, там будет Епископ Броди — отец Послушника Беверика.

— Епископ Броди или кто угодно еще — если ты совершил проступок, то заслуживаешь наказания. Может, я и его приплету, чтобы наказать обоих разом.

Айрин сама не заметила, как тихонько рассмеялась. Его мышление порой было настолько прямолинейным, что за ним трудно было уследить.

Какой странный человек. Какой загадочный юноша.

Если так пройдет еще несколько лет, что случится? Каким человеком он станет?

...Каким мужчиной он станет?

— Послушай.

— Да?

— Кое-что не дает мне покоя. Сколько тебе лет?

— ...Ты спрашиваешь об этом только сейчас?

— Ну... разве мне нельзя? Я не знаю возраста других послушников и даже отца Мирканта. Я впервые спрашиваю кого-то о возрасте, так что в этом нет скрытого смысла, просто я...

— Всё в порядке. Правда. Я не обиделся.

Под ногами тихо шуршала трава. Айрин осторожно повернулась и посмотрела на него.

— ...Правда?

— Да брось. Конечно, правда. Стал бы мужчина моего калибра обижаться из-за такой ерунды? Я просто... ну, может, самую малость надулся.

— П-прости. Я правда не имела в виду ничего такого...

Захад рассмеялся.

— Я шучу. А ты бываешь милой, Старшая.

— Ч-что ты только что сказал?

— Поначалу ты ведь была со мной совершенно зажатой, помнишь? Я думал, ты кукла. Разве красота — это всё, что нужно человеку? Должно же быть хоть немного человеческого тепла.

— Человеческого... чего?!

— Вот, другое дело. Злиться ты тоже должна уметь.

Захад слегка ткнул Айрин в бок.

— Ну как? Напряжение немного спало?

— ...А?

Айрин захлопала глазами. Если подумать, её голос больше не дрожал.

Неужели он всё понимал и просто заботился о ней? Айрин почувствовала легкий укол смущения и сердито посмотрела на него:

— И всё же я не могу простить твоих слов. Я значительно старше тебя.

— И как об этом можно догадаться?

— Я-то знаю. Как ни посмотри, тебе не может быть больше пятнадцати.

— ...Уверена? А вдруг я старше?

— Уверена. Будь ты старше, ты был бы хотя бы выше меня.

— К вашему сведению, только вчера я вырос на целых полсантиметра! Дай мне один год. Я планирую смотреть на тебя сверху вниз, так что готовься.

— Хи-хи.

Айрин остановилась. Она посмотрела на Захада, шедшего рядом с ней.

— Мне стоит этого ждать?

— ...Ждать?

— Да.

— Ну, что касается роста... я ведь наверняка еще вырасту, верно? А если нет, мне придется пойти и отругать богиню.

— Это богохульство.

— Я с ней в довольно близких отношениях.

«В близких отношениях», надо же. Скажи это кто-нибудь другой, она бы нахмурилась. Но, как ни странно, Айрин не могла на него злиться.

Она стала мягче. Стоя перед ним, выражение её лица невольно потеплело.

Слова, которые ей нужно было сказать. Слова, которые она больше не могла откладывать.

— ...Спасибо.

Айрин протянула руку и тихонько погладила его по волосам.

— Спасибо тебе, Захад. Я ничего не забуду — ни того, как ты помог мне, ни того, как заступился за меня.

— Я сделал это только потому, что сам захотел. Не переживай об этом. Этот парень просто взбесил меня. За всю свою жизнь я не видел подобного мусора.

— И всё же спасибо. Если бы не ты... я, наверное, всю оставшуюся жизнь проклинала бы тот день.

Черные волосы, ласкавшие кончики её пальцев, были мягкими. Слегка прищуренные глаза, смотревшие на нее снизу вверх, казались невероятно милыми.

Айрин медленно и нежно гладила его по голове.

— Я верну этот долг.

— Я же говорю, это никакой не долг.

— Тогда что же это?

— ...Уважение?

— Уважение?

— Ты ведь многому меня научила, Старшая. Честно говоря, сначала я думал, что ты вообще ничему меня не научишь. Но даже когда я слегка провоцировал тебя, ты оставалась верна своим обязанностям.

Захад сделал небольшой шаг назад. Он посмотрел на Айрин снизу вверх и слегка наклонил голову:

— Мне нравятся такие люди.

— Н-нравятся...?

— Я уважаю таких людей.

— Знаешь, тебе не обязательно было сразу исправляться.

Айрин резко отвернулась. Захад спросил, словно ему только что пришла в голову какая-то мысль:

— Кстати, Старшая.

— Что такое?

— Каков мой балл?

— ...Балл?

— Ну, то, о чем ты говорила в первый день. У меня ведь была куча штрафных очков. В последнее время ты ни разу об этом не упоминала... значит ли это, что я перестал быть букашкой?

— Какая еще букашка? Нет никакой букашки.

Айрин отвесила Захаду легкий щелчок по лбу.

— Тот, кто стоит прямо предо мной...

Нужные слова никак не шли с языка. Ей было почему-то неловко. Но она очень хотела сказать это, поэтому Айрин заставила себя договорить до конца. Посередине фразы её голос слегка дрогнул, но это было неважно.

— ...Всего лишь мой дорогой, драгоценный младший.

— ...Аха-ха.

Захад тихонько отвернулся. Его уши слегка покраснели.

— Это немного смущает.

— Ты смущен?

— Да ладно тебе. Словно мне совсем не может быть неловко.

— Вот как? Правда?

Айрин пристально посмотрела на него.

«О, Ра. В ходе этого разговора я кое-что осознала. Пожалуйста, прости мне это мимолетное прегрешение».

— Так сколько тебе лет на самом деле?

— Пятнадцать, всё верно. А тебе, Старшая?

— Мне восемнадцать, так что между нами разница в три года.

«Я намеревалась прожить всю жизнь, не зная ни одного мужчины... но сейчас это кажется неизбежной самообороной. Пожалуйста, прояви милосердие».

— Это как раз то, что нужно. Удивительно подходяще.

— ...Что именно?

— Просто мысли вслух. В эту предстоящую поездку... скорее всего, отправлюсь я. Я нарушила свое обещание, данное тебе.

— В тот момент, когда твой кулак пошел в ход, я уже знал, что ты никуда не поедешь. Всё в порядке. Я гений, так что смогу учиться где угодно.

— ...Это правда. Ты гений, так что я уверена, ты многому научишься. Я тоже буду усердно учиться — так, чтобы мне было чему тебя научить.

— Неужели в нашем филиале наконец-то появится паладин?

— Я обязательно им стану. Непременно.

Добавилась еще одна цель. Паладин — один из самых обеспеченных жрецов даже в штаб-квартире Культа Ра.

Если я заработаю достаточно денег, то наверняка смогу это устроить. Я обязательно смогу приобрести дом в городе, где находится штаб-квартира Культа. И мы будем жить там только вдвоем, читая Священное Писание вместе каждую ночь.

— Когда всё закончится, я приду за тобой.

— ...Что? Зачем?

— Младший. Ты ведь только что спрашивал о своем балле?

Айрин сделала несколько шагов вперед и резко развернулась к нему лицом. Серебряные волосы развевались на ветру, а в её голубых глазах, сияя невероятной красотой, отражался свет звезд.

Время словно остановилось на мгновение. Посреди ночного пейзажа, казавшегося воплощением самой красоты, она прошептала:

— Высший балл. Поздравляю.

◇ ◇ ◇

...Это что, было предложение?

Да нет, не может быть.

Я забрался в карету. Провожаемый Миркантом, испытывавшим необъяснимое облегчение, и Айрин, я покинул город Бенельда.

Если подумать, в первый раз я ведь тоже приехал сюда в карете? Ха. Ну надо же.

Триумфальное возвращение!

Хотя нет, стоп — у меня ведь нет родного города. Так что, пожалуй, не совсем оно.

— М-может... ослабите это хоть немного...

— Заткнись! Еретик!

Я ударил ерзавшего рядом со мной Беверика. Инквизиторы вздрогнули, но вмешиваться не стали.

— Он еретик... справедливо.

— По крайней мере, ему ногти не вырывают.

— Разве он не был благочестивым братом?

— Для этой порки есть причина. Определенно есть.

Все усилия по завоеванию их расположения окупились с лихвой. Даже дотошный Раадатук не вставил ни единого слова возражения.

Он лишь на мгновение приоткрыл глаза, а затем снова закрыл их. Вот и всё. Всякий раз, когда мне становилось скучно, я бил Беверика. Вспоминая всё, что мне пришлось вытерпеть по его вине, я понимал, что сколько бы я его ни бил, этого всегда будет мало.

Вот это я понимаю — настоящее снятие стресса! Абсолютно!

Карета уверенно катилась вперед. Город, в котором располагалась штаб-квартира Культа Ра, был одним из самых процветающих — город Аинкад.

Расстояние было немалым, поэтому кучер менялся несколько раз. По пути не попадалось деревень, где можно было бы остановиться, так что нам приходилось ночевать под открытым небом.

Кто-нибудь вообще знает, насколько это утомительно — жарить мясо каждую божью ночь?

Я попытался тихонько отложить щипцы, но инквизиторы уставились на меня с самым недвусмысленным намеком.

— Хотелось бы снова отведать мяса, приготовленного братом.

— Да ладно вам, угощайтесь. Я и так уже нажарил для вас целую гору.

— То, что жарят другие, совсем не то на вкус.

Сдерживая слезы, я продолжил жарить мясо. Ну и ублюдки. Просто подождите, пока закончится это дело со Священным Судом.

Я больше никогда в жизни не буду для них готовить!

Шла шестая ночь с тех пор, как мы покинули Бенельду. Я, как обычно, жарил мясо. Эти чертовы инквизиторы, будучи подчиненными Димонааса до мозга костей, до единого были невероятно сильны.

Ночь за ночью они без устали выходили на охоту и ловили дичь — со стороны казалось, что наблюдаешь не за жрецами, а за заправскими охотниками.

Сдерживая слезы, я жарил дикого кабана. Я насадил его на деревянный вертел и крутил по кругу, устроив настоящее барбекю.

Инквизиторы собрались вокруг, сглатывая слюну, как вдруг некоторые из них резко поднялись на ноги.

— ...Чужое присутствие.

— Кто-то рядом.

Я высунул голову из-за широких спин. Моему взору предстал длинный торговый караван. На каретах красовалась эмблема Церкви Бога Солнца.

— ...Торговая гильдия под покровительством Культа?

Но почему они выглядят так, словно только что прошли через ад?

Люди, тащившие полуразрушенные повозки, заметили нас и бросились навстречу. Подбежавший мужчина рухнул ниц прямо на землю.

— О, жрецы! Я был уверен, что мы уже покойники... и представить не мог, что встречу вас здесь!

— ...Что произошло?

— Проклятые разбойники напали на наш караван! Вся дань, которую мы везли для Культа, похищена! Если мы вернемся с пустыми руками, нам не жить! Пожалуйста, помогите нам!

— Мы бы рады помочь, но... у нас самих сейчас срочное дело...

— Н-но, жрец! Во время схватки с разбойниками некоторые из нас видели, что у нескольких врагов были Священные Стигмы!

— Глава каравана! Это же...!

— Ты ведь сам сказал, что видел это! Я верю тебе!

Мужчина отчаянно закричал:

— Это был Культ Змеи! На нас напали эти паршивые гады!

— Если это Культ Змеи, то неужели...

Лицо Раадатука посуровело.

— Культ Нага. Вы о них?

Мое лицо тоже помрачнело. Я выплюнул кусок кабанины, который жевал.

Из всех возможных...

Из всех фракций, с которыми можно было столкнуться, почему это должны быть именно эти фанатики?!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (2)

Глава 20: Культ Змеи (2)

На севере Империи существовало три великих культа.

Старейший и самый почитаемый в Империи — Культ Ра, поклоняющийся богу солнца Ра.

Новая, стремительно набирающая силу и расширяющая свои владения религия — Культ Иссис, почитающий богиню жизни Иссис.

И Культ Искандара, бога воинов, которому массово поклонялись северные варвары.

Но существовал ещё один культ, который никак не мог втиснуться в их число.

Нечто, что даже полноценным культом назвать было нельзя. Именно из-за него люди начали поговаривать, будто все верующие ненавидят змей.

Культ Змеи.

«Нага».

Сборище безумных фанатиков!

— Если это они, то дело принимает совсем другой оборот.

Лицо Раадатука помрачнело, а нахмуренные брови сделали его и без того похожий на медвежью морду облик ещё более свирепым.

— Мы пойдем по их следам. Торговцы отправятся с нами. Однако в пути вы будете беспрекословно подчиняться моим приказам. Возражения не принимаются.

— С-спасибо! Святой отец! Огромное вам спасибо!

Так, стоп. Погодите-ка.

Всё должно было пойти совсем не так. Конечно, торговцев ограбили, но у меня и без того дел по горло.

Мне нужно поскорее разобраться с Бевериком и забрать все скрытые элементы на севере, какие только смогу найти.

— Е-еретики... они еретики...

— Культ Змеи...

— Хе-хе... как удачно, а то у меня уже все кости затекли.

Инквизиторы поднялись, словно зомби, а от жуткого блеска в их глазах становилось не по себе.

— Э-э, прошу прощения?

Нет, нет, нет!

Если мы потеряем время, весь мой план полетит к чертям!

— Господин инквизитор. Если мы погонимся за еретиками и опоздаем на Священный Суд, разве это не станет серьёзной проблемой?

— Если дело касается еретиков, Великий инквизитор всё поймёт.

— ...Тогда, может, отправите нас вперёд?

— В этих краях совершено нападение. Разделяться опасно.

Раадатук одарил меня леденящим душу взглядом.

— ...Брат Захад, неужели ты не хочешь преследовать Культ Змеи?

Я резко вскочил на ноги.

— Эти грязные еретические ублюдки!

«Вы хотите, чтобы я пустил по ветру всё доверие, которое с таким трудом заслужил?!»

«Ни за что — я слишком дорожу им!»

— Этот Захад пойдёт вместе с инквизиторами!

— Вот это наш брат Захад!

— Сразу видно человека, который потребовал Священного Суда!

— Из него выйдет идеальный инквизитор в будущем!

«Ах, чёрт с ним. Ладно».

«Просто быстро разберемся с ними и двинемся дальше!»

◇ ◇ ◇

Глава торговой компании заговорил:

— Место, где на нас напали, — это Ледяные скалы.

— Ледяные скалы, говоришь...

Глава торговцев указал на карту, а я высунул голову из-за спин инквизиторов.

«Ледяные скалы? Погодите-ка... если это там...»

«Разве это не одно из мест, которые я планировал посетить позже?»

— Глава торговцев.

Лицо Раадатука посуровело.

— Ты сейчас что-то скрываешь от меня?

— Ч-что? Как я могу что-то скрывать от святого отца?!

— Откуда выдвинулся ваш караван?

— Из города Лукова...

— Ваша цель — Аинкад, как и у нас, но вы шли из Луковы...

Раадатук провёл пальцем по карте.

— Ни Лукова, ни Бенельда, откуда вышли мы, не требуют прохода через Ледяные скалы, чтобы добраться до места назначения. Почему вы решили пойти именно через них?

— Ну, это...

Раадатук взмахнул рукой, и один из инквизиторов тут же протянул ему документ.

— ...Ты ведь не тот человек, который изначально управлял этой торговой компанией? Ты недавно занял должность главы... это твоя первая торговая поездка?

«Погодите, он только что отдал приказ инквизиторам, а они уже притащили бумаги?»

«Какой жуткий человек!»

— В-всё верно.

— Насколько мне известно, торговые компании под покровительством культа обязаны отдавать часть своих товаров в качестве подношения в обмен на поддержку.

— Да, да.

— Но в реальности повозок оказалось больше, чем указано в отчётах. Полагаю, количество украденных товаров также намного превышает то, что записано в книге. Ты подделал отчётность.

Раадатук отложил документы в сторону.

— Ты пытался присвоить подношение, предназначенное для культа? Пользуясь тем, что в районе Ледяных скал почти никто не ходит?

— Э-это недоразумение!

— Тогда объясни записи в книге.

— Ну, это...

Загнанный в угол, словно крыса, глава торговцев зажмурился.

— Это... дело в том, что...

Я тихонько поднял руку, понимая, что слушать невнятные оправдания — пустая трата времени.

— Инквизитор Раадатук, могу я взглянуть на эти записи?

— ...Ты имеешь в виду себя, брат?

— Кое-что не даёт мне покоя. Буквально на секунду.

Я бегло просмотрел документы. Благодаря заработанному доверию инквизиторы даже не попытались мне помешать.

Боже правый. Чего тут только не было написано. Из людей действительно выжимали всё до последней капли. Здесь даже расписано всё прошлое этого главы торговцев.

— ...А?

«Погодите-ка».

«Это ещё что такое?»

— А этот ублюдок тоже хорош.

— Ч-что, простите?

— Глава торговцев, ты ведь уже не в первый раз останавливаешься у Ледяных скал, верно?

Раадатук вздохнул.

— Брат, видя это, я...

— Нет, вы послушайте. Разве не странно называть это «предварительной разведкой»?

— Что ты имеешь в виду?

— Я имею в виду, что это явно подозрительно. Вы ведь сами сказали, что к Ледяным скалам никто и близко не подходит? Одно название говорит само за себя — это место непригодно для жизни. И вдруг там объявляется Культ Змеи? Точно зная, что там пройдет караван? Не слишком ли много совпадений?

Глава торговцев вздрогнул. Посмотрите на его реакцию. Только взгляните.

«Это же чистой воды признание».

— А не информатор ли он? Похоже на спланированную ловушку... Если мы проверим, то наверняка найдём у него на теле Священную Стигму Культа Змеи.

— Э-этого не может быть! Это клевета! Е-если бы это было так, я бы не стал от них убегать!

— Мы не узнаем, пока не проверим. Кто знает, может, они его просто выбросили за ненадобностью?

Инквизиторы зашептались между собой.

— Ну, вообще-то логично...

— Слишком много совпадений...

— Действительно странно, что Культ Змеи внезапно объявился у Ледяных скал.

— Они ведь тоже люди, они никак не могли там жить.

Инквизиторы хрустнули костяшками пальцев.

— Глава торговцев, не могли бы вы уделить нам немного внимания и посодействовать?

— Н-нет! Если хотите осмотреть моё тело, то хотя бы приведите инквизитора из штаб-квартиры культа...!

— Мы и есть инквизиторы.

— ...Что? Нет, вы с ума сошли?! С чего бы вам...?!

— Давайте проверим.

— Н-нет! Я сказал нет! Не надо! Не делайте этого!

— Стоять смирно!

— Будешь брыкаться — покалечишься!

Глава торговцев отчаянно забился, когда его прижали лицом к столу, но стоило им полностью сорвать с него одежду, как в глаза бросилась одна деталь: маленькая татуировка змеи на груди.

— Он еретик! Этот ублюдок!

— Как еретик посмел занять место главы торговцев?!

— До чего же низко пал культ?!

— Мы должны немедленно доложить об этом Великому инквизитору...!

— Тихо! — резко выкрикнул Раадатук, и попятившиеся было инквизиторы мгновенно вытянулись по струнке, словно лезвия клинков.

Пока избитый в суматохе глава торговцев не мог прийти в себя, я буднично вывихнул ему сустав.

— ХРУСЬ!

— А-а-ах?!

— Приди в себя, информатор.

— Какая же... чёртова неудача... надо же было наткнуться именно на вас...

— Культ Змеи, — Раадатук положил руку на рукоять меча. — Вы устроили ловушку и пытались напасть на нас из засады?

— Мне нечего сказать таким, как вы...!

— ФЬЮХ!

— А-А-А-АХ! Я-я всё расскажу! Всё!

Спустя несколько минут пытки огнём он выложил всё как на духу в бессвязной исповеди. Сразу видно — инквизиторы.

Ни секунды колебаний, когда дело доходит до допроса с пристрастием. Хм. Так вот как работают пытки. Стоит взять на заметку.

— Ну, это...

Информации, которую он выдал, оказалось меньше, чем я ожидал.

— ...Вот как всё было.

Суть была проста.

Глава торговцев являлся последователем Культа Змеи. Он внедрился в торговую компанию под покровительством Культа Ра с целью утаивать часть подношений.

Один из довольно высокопоставленных жрецов Культа Змеи подкупил нескольких членов компании и приказал им содействовать в этом деле.

Официальным предлогом было присвоение подношений, но на деле они просто спонсировали Культ Змеи за счёт средств Культа Ра.

— Но почему ты сбежал?

— Э-эти ублюдки нарушили обещание! Они попытались забрать вообще всё, а не только оговоренную долю! Поэтому...!

«Ну ещё бы. Разумеется».

Потерять часть и потерять всё — совершенно разные вещи. Естественно. Вернуться в штаб-квартиру Культа Ра после того, как лишился всего имущества, которым управляла компания?

Мало того что все с трудом нажитые результаты пошли бы прахом, так ещё и вся вина легла бы исключительно на главу торговцев. Ему бы вмиг отрубили голову.

Ослепленный жадностью Культ Змеи совершил глупость. Они могли бы ещё долго доить эту корову, а в итоге сами же всё и испортили.

Что ж... такое случается. В этом мире полно идиотов.

Достаточно взглянуть на Беверика. Это объясняет всё.

— И всё же кое-что не сходится, — Раадатук зажёг на ладони огонь. Отличное Тлеющее пламя. Так искусно управлять священной техникой низшего ранга — вот что значит опыт. — Если у тебя всё отобрали, ты должен был остаться у Ледяных скал. По какой причине ты сбежал оттуда?

— Ну, это... — глава торговцев зажмурился. — Из-за битвы... на Ледяных скалах, где всегда было так тихо, что-то произошло. Тот жуткий рёв поднял снежную бурю. Мы бежали, чтобы спастись.

— Что это было?

— М-мы и сами не знаем! Только один из местных сказал... похоже, проснулся спящий снежный демон...

— Чепуха.

«Вовсе не чепуха».

«Это действительно снежный демон, инквизитор Раадатук».

«Это одна из целей, на которые я положил глаз. Тварь, призывающая метели, так что всё сходится идеально».

— Времени собирать вещи не было. Некоторые из наших братьев по вере... сорвались с Ледяных скал.

— Не более чем совпадение. Должно быть, обычное стихийное бедствие.

— Н-но все, кто там был, слышали его! Голос снежного демона! М-мы бежали, чтобы выжить. А потом наткнулись на святых отцов... и чтобы как-то избежать ответственности...

— Ты предал Культ Змеи?

— Я... я просто хотел жить больше, чем хранить верность вере...

— Ты продал свою веру. Даже если это Культ Змеи, вера остаётся верой.

Раадатук холодно посмотрел на него.

— Ты именно тот тип людей, которых я презираю больше всего.

Его меч блеснул. Я вздрогнул: взмах клинка оказался настолько быстрым, что я даже не успел его уловить.

Глава торговцев взвыл от невыносимой боли. Схватившись за отрубленную правую руку, он разрыдался:

— Я-я же всё вам рассказал...!

— Я пощажу твою жизнь. Тебе придётся отправиться в культ и дать показания собственным ртом.

Раадатук повернулся ко мне:

— Нам нужно вернуть подношение. Спасибо за помощь, брат.

— Не стоит благодарности. Это лишь то, что обязан делать священник.

На самом деле я был доволен и готов прямо сейчас подгонять инквизиторов в путь.

«Снежный демон, значит. Что ж, надо же».

«Если всё пойдёт гладко, я смогу заполучить скрытый элемент даже быстрее, чем планировал изначально».

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (3)

Глава 21: Культ Змеи (3)

Полуразрушенную торговую компанию снова перевернули вверх дном. Мало того, что торговцев поймали на прикарманивании грязных денег, так еще и наружу выплыли их связи с еретиками, поэтому инквизиторы действовали без промедления.

— Я... я правда ничего не знал!

— Я думал, они просто везут контрабанду...!

— Это несправедливо! Говорю вам, я ничего не знал!

Я трудился бок о бок с инквизиторами, выбивая из торговцев ответы. Заграбастав все до последней монеты, теперь эти мерзавцы заявляли, будто ничего не знают.

Это что, шутка такая?

— Заткнись, крысеныш. Заткнись.

— А-а-ах!

— Прикарманил кучу грязных денег, а теперь хочешь умыть руки? Если бы вы не брали взятки и вели дела честно, разве товар вообще украли бы?

Мне уже порядком наскучило колотить Беверика, так что эта смена деятельности пришлась как нельзя кстати.

Заставив [Тлеющее пламя] вспыхнуть на ладони, я бил их окутанными огнем кулаками.

— Грязные еретики!

Хах.

Вот так и улетучивается стресс.

Инквизиторы были впечатлены.

— Он едва вступил в Культ, а уже использует такие агрессивные священные техники!

— Он наставляет на путь истинный кулаками куда охотнее, чем словами!

— Прирожденный талант для инквизиторской работы...!

«Знаю я вашу каторжную конторку. У меня нет ни малейшего желания менять сферу деятельности».

Я пинал мерзавцев без лишних раздумий, а тем, кто смел смотреть на меня свысока из-за юного возраста, лично даровал благодать, спалив на их головах все волосы до единого.

— А-а-а-а-ах!

— Т-только не волосы...!

— Тупоголовые кретины! Еретики, все до единого — вы даже не способны осознать всю глубину моих намерений!

— Брат Захад. В этом есть какой-то скрытый смысл?

— Разумеется.

Я небрежно указал инквизитору на работника, чья голова теперь представляла собой ярко-красный, блестящий лысый купол.

— Эта гладкость... как по-твоему, что она означает?

— Это просто... лысина...

— Мы — слуги Ра, Бога Солнца! Когда ее благодать изливается с небес, чего она касается в первую очередь?

— ...Головы?

— Вот именно! Поэтому я их всех и побрил! Чтобы эти порочные души могли хотя бы напрямую принимать благодать Ра!

В моей голове раздался ровный, совершенно не впечатленный голос Ра.

[Что за чушь ты несешь.]

— А вдруг это правда?

[Я вообще-то все слышу!]

— ...Ра... ты ведь настоящая Ра, верно?

[А-А-АХ! Из-за тебя я в последнее время на снотворных сижу...!]

Я продолжал наводить суету, и вскоре ситуация благополучно разрешилась. Инквизиторы действовали на редкость эффективно, так что уже совсем скоро все пытавшиеся сбежать работники оказались в кандалах.

Проблема заключалась в том, что им не хватало людей для охраны пленных.

— Если мы запросим подкрепление из ближайшего отделения Культа...

— Оно прибудет еще не скоро. Господин Раадатук, что нам делать?

Инквизитор Раадатук взвешивал варианты, сопоставляя вероятность того, что члены Культа Змеи сбегут с товаром, с риском упустить их из-за малейшего промедления.

Решение пришло быстро.

— Все, за исключением нескольких человек, отправятся к Ледяным скалам.

— Но тогда мы останемся в меньшинстве...

— Солнце Ра не заходит.

Раадатук посмотрел на меня.

— Брат, тебе будет безопаснее остаться здесь.

— Я хочу пойти с вами.

— ...Прошу прощения?

— Вы предлагаете мне трусливо прятаться, когда прямо перед нами бесчинствуют еретики? Я иду с вами!

Инквизиторы зашептались между собой.

— И все же, брать с собой ребенка...

— Но в нем явно видны задатки будущего инквизитора...

— Господин Раадатук, каково ваше решение?

Раадатук посмотрел на меня сверху вниз. В его похожих на медвежьи глазах читалась лишь холодная решимость.

«Взлетай же, моя шкала симпатии! Ты ведь желе из конняку! Покажи мне свою силу!»

— ......

Раадатук заговорил.

— Если начнется бой, клянешься ли ты спрятаться в безопасном месте?

«Да!»

— Разумеется!

— Очень хорошо. Брат, ты можешь пойти с нами. Кажется, ты больше подходишь для инквизиторской работы, чем кто-либо из моих знакомых. Личный опыт, пусть даже под видом тренировки, тебе не повредит. Взгляни на еретиков собственными глазами и прочувствуй, что они за люди.

«У меня нет ни малейшего намерения заходить так далеко».

Я ухмыльнулся, а один из ничего не подозревающих инквизиторов тем временем прошептал Раадатуку:

— И все же, брать с собой ребенка... если мы проиграем, пусть даже шанс и ничтожно мал...

— Мы не проиграем.

Раадатук произнес это так, словно говорил о чем-то само собой разумеющемся, а длинный меч на его бедре выглядел невероятно тяжелым.

— Я — Раадатук.

— Как и ожидалось от Железнокровного Раадатука...!

— Наш, наш капитан...!

— Я же просил меня так не называть.

— Прошу прощения!

Я бросил взгляд в сторону Ледяных скал, представлявших собой огромную белую гору, под которой громоздились друг на друга несколько уступов.

Место, где падение означало верную смерть. Но меня это не волновало.

«Я бывал здесь уже несколько раз! И знаю все тропы наизусть, премного благодарен!»

— Пошли, Железный Медведь!

— Брат.

◇ ◇ ◇

Внутри ледяной пещеры товары были свалены горой, но даже это не могло поднять настроение жрице Культа Змеи, Изабеле.

— Безмозглые куски дерьма!

— Ж-жрица!

Изабела нещадно избивала верных Культа Змеи. Стоило ей ненадолго отлучиться, как эти идиоты умудрились все испортить.

Они разворошили торговую компанию, которую трогать вообще не следовало, из-за чего завязалась драка. Если бы все ограничилось только этим, она могла бы считать себя счастливицей, но, что еще хуже, в процессе кое-кто пробудился.

Все Ледяные скалы в мгновение ока поглотила метель.

Снег валил с ужасающей скоростью, и метель разыгралась настолько, что в шаге ничего не было видно. Изабела чувствовала себя глубоко несчастной: кто же мог знать, что положение, которое она с таким трудом завоевала в Культе, пошатнется из-за подобной глупости?

— Эти... бесполезные... ах... А-А-А-А-АХ!!

Окончательно сорвавшись, Изабела принялась колотить каждого культиста, попавшегося под руку, пока один из них не вцепился в ее ногу.

— Ж-жрица! Пожалуйста, успокойтесь!

— Успокоиться? Ты издеваешься, блядь, надо мной?!

— Н-но мы ведь забрали весь товар?!

— Товар? Точно. Хорошее замечание. Значит, мы забрали товар, и теперь все отлично, да?

Схватив его за шкирку, Изабела потащила бедолагу к выходу и силой высунула его голову наружу.

— Что ты видишь? А?

— С-снег...

— Верно. Снег. А теперь ответь мне за три секунды: по-твоему, мы сможем протащить весь этот груз сквозь такую метель?

— Если у нас будет достаточно людей, мы могли бы как-нибудь справиться...

— Как справиться?! Ну же, скажи это вслух! И вдобавок ко всему, безумный ты ублюдок, разве ты не видел, что выползает из бездны под Ледяными скалами?! Стоит этой твари почуять человеческий запах, как ее огромные, покрытые присосками щупальца тут же полезут наверх!

Они не просто так отсиживались в этой ледяной пещере: снаружи творился сущий кошмар. В воздухе разносился жуткий рев, а огромные щупальца, медленно поднимавшиеся из бездны, уже успели проглотить целиком нескольких культистов.

Снежный демон... Изабела чувствовала, что сходит с ума, ведь происходящее казалось сошедшим со страниц древних легенд. Теперь дело было уже не в товарах — на кону стояло их выживание.

— Я... как же я... как я вообще умудрилась дотащить «Черную Чешую», этот брошенный орден паладинов, до такого состояния...

Ах.

У нее подскочило давление.

Изабела без сил рухнула на землю, заставив паладинов Культа в панике сбежаться и окружить ее.

— Изабела!

— Приди в себя!

— К-кто-нибудь, принесите теплой воды!

— Я еще не умерла, так что поберегите дрова! Мы не знаем, сколько здесь проторчим, нельзя тратить их впустую!

Изабела лежала на земле, тяжело переводя дух. Большую часть захваченных товаров составляли припасы, а греться им приходилось, пуская на дрова обломки разбитых повозок.

Проблема заключалась в том, что никто не знал, как долго снежный демон снаружи будет буйствовать.

— ...Пришлет ли Культ помощь?

— ......

Ни один паладин не проронил ни слова, отчего Изабела лишь горько усмехнулась. Ну конечно. Глупый вопрос.

«Черная Чешуя», один из орденов паладинов Культа Змеи, давно превратился в отработанный материал. Сравнение с брошенным на произвол судьбы ребенком подходило им куда больше.

Помощи ждать не приходилось: это с самого начала была их личная инициатива, отчаянная попытка заслужить признание руководства. Узнай Культ о случившемся, верхушка умыла бы руки без малейших колебаний.

— Черт... проклятье...

У Изабелы снова подскочило давление, и она яростно зыркнула на паладинов.

— Вы... даже не попытались их остановить... вы ведь сами подначивали их драться...?

— Н-ну, это...

Паладины покрылись холодным потом.

— Мы знаем, как тяжело ты трудилась, Изабела...

— Мы думали, что если заберем больше товаров, у нас будет больше шансов заслужить признание...

— И-и вообще, это все равно были товары этой чертовой Церкви Бога Солнца!

— Мы решили, что если заберем все, это нанесет им серьезный удар, и Культ высоко оценит наши заслуги...!

— Вы думаете, эти сумасшедшие старые ублюдки оценят меня за такое?! Да ни за что на свете! Тупоголовые вы кретины!

Она сама их вырастила, о чем теперь горько жалела. Эти идиоты, конечно, стали немного сильнее, но их головы по-прежнему оставались абсолютно пустыми.

Перед глазами Изабелы все поплыло, так что она просто зажмурилась, пытаясь прийти в себя.

— ...Пока что...

Она заставила себя придумать план.

— Пока что... останемся здесь... затаимся и подождем... а когда снежный демон успокоится, мы тихонько выберемся...

— Э-это отличная идея!

— Альбус.

— Да?

— Еще одно слово, и я зашью тебе рот.

— Д-да, госпожа.

— Да чтоб вас всех.

— ......

Раздраженно взъерошив свои черные волосы, Изабела вздохнула. Ладно, возможно, все не так уж плохо. В последнее время она слишком спешила, так что небольшая передышка для перегруппировки сил могла пойти им на пользу.

В конце концов, они находились на Ледяных скалах, где бушевала неистовая метель и свирепствовал снежный демон.

Никто не станет искать их здесь, так что, по крайней мере, на какое-то время они были в безопасности...

— Кто-то идет.

— Что?

Изабела резко вскочила на ноги и вгляделась в метель. Снаружи гремели взрывы и полыхало пламя: какие-то фигуры отчаянно сражались со снежными вихрями и огромными щупальцами.

И это был не обычный магический огонь. От бушующего пламени исходила тревожная, безошибочно узнаваемая Святая сила. Существовал лишь один вид подобного огня.

Культ Ра. Огонь Церкви Бога Солнца.

— Что за чертовщина?! Они выследили нас сквозь эту метель?! Не прошло и двух дней с тех пор, как эти ублюдки выступили в путь?!

— К-капитан!

— Всем приготовиться к бою!

Пока ее люди в панике метались по пещере, Изабела направила Святую силу в глаза и, используя усиленные физические способности, вгляделась в приближающиеся силуэты.

Горящие глаза и совершенно безумный взгляд... Лицо Изабелы исказилось от ужаса, стоило ей разглядеть того, кто возглавлял этот отряд.

— Э-этот медведь?! Какого хера?! Почему этот гризли здесь?!

— Гризли... вы имеете в виду Раадатука?

— Да, идиот!

Как будто дела не могли пойти еще хуже.

Теперь на нее буквально рушился потолок.

— Какого ЧЕРТА здесь делает инквизитор?!!!

Мир Изабелы рухнул вместе с этим осознанием.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (4)

Глава 22: Культ Змеи (4)

Снежный демон.

Его настоящее имя не имело ничего общего со «снежным демоном». Он назывался Бейгнис — вид класса Бедствие. Его прозвали сухопутным осьминогом, потому что выглядел он почти точь-в-точь как этот моллюск.

Но как бы его ни называли — видом класса Бедствие или снежным демоном, — большинство подобных ему Бейгнисов уже давно вымерли.

По одной-единственной причине.

Они умирали от голода прямо во сне.

Бейгнисы обожали холод, поэтому обустраивали свои жилища в заснеженных местах. Они никогда не просыпались, кроме как ради еды. И, по глупости своей, заснув однажды, они больше не поднимались, пока кто-нибудь их не будил.

В столь холодных краях редко случалось что-то достаточно громкое, чтобы их расшевелить. К тому же их средой обитания обычно становились глубокие, уединенные места вроде расщелин и ущелий, куда люди забредали нечасто, да и животные инстинктивно держались от них подальше.

Так эти сони в основном и погибали от голода.

И все же существовала причина, по которой их до сих пор относили к классу Бедствие. Их поистине чудовищные размеры и бездонный аппетит становились для человечества настоящей катастрофой.

Полуголодный и разбуженный кем-то извне, такой монстр не ложился спать обратно, пока не поглощал колоссальное количество пищи. Снежный демон, который только что пробудился, не успокоится, пока не обрушит скалу и не поглотит все окрестные деревни.

Честно говоря, бушевавшая метель и огромные щупальца, медленно ползущие по льду, были всего лишь проявлением его лунатизма. Мы еще даже толком не перешли к первой фазе. Да уж.

Но как только он окончательно проснется, обрушение этого места станет лишь вопросом времени.

— Это снежный демон...!

— Он невероятно силен!

— Им нет конца!

— Но мы можем победить!

— Эти щупальца можно разрубить!

«Да нет же. Это все еще просто легкая разминка, говорю вам».

Инквизиторы с радостными криками поражали щупальца священными техниками, ликуя каждый раз, когда очередное из них с треском разлеталось на куски.

«Берегите силы. Пожалуйста. Они все равно регенерируют. Это всего лишь превью, настоящее чудовище еще даже не проснулось».

Метель с каждой минутой становилась все яростнее, и стоило замереть на месте, как тебя тут же засыпало снегом.

Все до этого момента шло в рамках моих ожиданий. Появление снежного демона, скорость его пробуждения — все это укладывалось в мои прогнозы.

Проблема заключалась в том, что метель разыгралась слишком сильная.

«Что вообще происходит?»

«На этом этапе буря не должна быть настолько мощной».

Что-то шло не так. В сотнях симуляций метель такой силы ни разу не поднималась.

Да и эти гигантские щупальца, взбирающиеся по ледяной скале...

«Они ведь гораздо толще, чем должны быть у обычного снежного демона...?»

— Раадатук! Мы снова нашли след!

— Впереди ледяная пещера!

— Я чувствую, что внутри есть люди!

Инквизитор Раадатук с силой взмахнул мечом, и одним точным ударом священной техники срубил половину щупальца. Направив тяжелый клинок, идеально подходивший его массивному телосложению, в сторону видневшейся неподалеку ледяной пещеры, Раадатук скомандовал:

— Всем приготовиться к бою! Уничтожить еретиков и запечатать снежного де...

Затем, без всякого предупреждения, ледяная скала содрогнулась.

В воздухе эхом разнесся жуткий рев, земля задрожала, а метель в мгновение ока усилилась. Снег швыряло мне прямо в лицо, а падавшие сверху хлопья стали настолько огромными, что больше походили на град.

«Постойте... этот паттерн... неужели...»

— ...Мы еще даже пещеру не увидели, а уже началась первая фаза?!

Огромные щупальца заизвивались над ледяной скалой и с сотрясающим небеса и землю грохотом резко выпрямились.

Они приготовились обрушиться вниз. Именно это в первую очередь делал проснувшийся Бейгнис — снежный демон: набить чем-нибудь свой голодный желудок. А это значило...

— Да вы издеваетесь..!

Это значило, что он собирается проглотить всю эту ледяную скалу целиком.

— Бегите к той ледяной пещере, живо!

— Брат. Что ты...

— Нет времени объяснять, просто бегите!

Подкрепляя слова делом, я со всех ног бросился вперед. Ледяная пещера была нашим единственным шансом. Укрыться в ней — необходимый первый шаг к тому, чтобы одолеть снежного демона!

— Просто бегите, черт возьми! Все, БЕЖИИИИТЕ!!

Застывшие до этого щупальца разом рухнули вниз, и огромные тени накрыли всю округу. Раздался полный ярости рев снежного демона.

Ледяная скала мгновенно обрушилась.

◇ ◇ ◇

В голове немилосердно звенело. Кое-как поднявшись на ноги, я услышал вокруг стоны. Вокруг царила кромешная тьма, поэтому я зажег [Тлеющее пламя].

— Ха-а...

Каким-то чудом нам удалось пробраться внутрь ледяной пещеры. Инквизиторы, судя по всему, успели укрыться здесь примерно в то же время. Нескольких человек завалило при обрушении, и они получили ранения, но, к счастью, никто не находился при смерти.

Хоть в чем-то повезло.

Внезапно потолок содрогнулся, и сквозь мощную вибрацию донесся громкий звук — влажный, скрежещущий хруст.

Это снежный демон пожирал ледяную скалу. Поскольку обычный лед безвкусен, монстр, скорее всего, не торопился. Если мои расчеты верны, ему потребуется около двух недель, чтобы полностью уничтожить скалу. А может, и больше.

Отряхнувшись, я поднялся на ноги и быстро огляделся. Среди инквизиторов виднелось множество незнакомых лиц.

Культ Змеи.

С точки зрения Культа Ра, еретики здесь были повсюду.

Внезапно чьи-то ладони обхватили мое лицо. Вздрогнув, я обернулся — это был Раадатук.

— Брат. Потуши свет.

— Если я потушу его, мы ничего не увидим.

— Лучше ничего не видеть. Если тебя заметят, ты станешь мишенью.

Раадатук, похоже, понимал всю серьезность положения. Я погасил пламя, и нас поглотила тьма, после чего инквизитор тихо прошептал:

— Снаружи что-то есть. Брат. Ты знаешь, что это?

— Снежный демон.

— Кажется, тебе известно то, чего не знаю я.

— Я читал об этом. Легенда о ледяных скалах довольно известна.

— Не мог бы ты рассказать мне?

Змея в теле медведя. Раадатук в своем репертуаре. Каким бы молодым ни был его собеседник, он никогда не позволял гордости мешать получению знаний.

— Снежный демон — это чудовище в облике гигантского осьминога. Он знаменит своей мгновенной регенерацией и бездонным аппетитом.

— Ранее ты кричал о ледяной пещере.

— Она казалась самым безопасным местом. Хотя сейчас так уже не думается.

Земля содрогнулась, и я почувствовал, как мое тело слегка просело вниз. Раадатук выдохнул:

— Не знаю, как ты к этому отнесешься... но, полагаю, в данный момент нас заглатывают целиком.

— Скорее всего, так и есть.

— Нам нужно бежать, пока не стало слишком поздно.

— Невозможно. Если мы повредим хоть одну точку, окружающая нас порода может полностью обрушиться.

— Мы не можем просто позволить сожрать себя.

— Вообще-то, быть съеденными — это как раз лучший вариант.

— ...Что, прошу прощения?

— Подумайте сами, инквизитор. Если этот демон достаточно огромен, чтобы сожрать целую скалу, не логичнее ли разорвать его изнутри?

Позволить поглотить себя намеренно — в этом и заключалась суть стратегии против снежного демона. Пытаться сражаться с такой махиной снаружи — это верная смерть!

— Мы проникнем внутрь, разорвем его внутренности и уничтожим сердце. А затем выберемся наружу.

— Это безрассудно.

— Но разве сама ситуация уже не вынудила нас действовать безрассудно?

Я чувствовал, как Раадатук пристально всматривается в темноту.

— Брат... ты знал, что все этим закончится?

«Конечно, знал».

«Именно поэтому я и пошел с вами! Просто не думал, что все произойдет так быстро!»

— Вряд ли. Стал бы я следовать за вами, если бы знал?

— ...Логично.

Инквизиторы постепенно приходили в себя. Я чувствовал, как они один за другим собираются вокруг Раадатука.

Члены Культа Змеи тоже поднимались. Перешептываясь в темноте, они поспешно отступили в противоположную сторону.

— ...Назовите себя.

— Закрой пасть, еретик.

— Так и знал! Выжили-таки! Грязные отродья солнца!

— Как смеет чешуя паршивой твари открывать свой рот!

Крики! Перепалка!

Поморщившись от поднявшегося шума, я поковырял пальцем в ухе. Ну конечно. Стоило им столкнуться лицом к лицу, как они тут же затеяли ссору.

Но сейчас этого нельзя было допускать. Ни в коем случае. Выскользнув из-за спины Раадатука, я набрал в легкие побольше воздуха и заорал:

— ТИИИИИИИИИХО!!!

Шум мгновенно прекратился.

Я снова зажег огонь. Члены Культа Змеи и инквизиторы испуганно уставились на меня. Обе стороны выглядели плачевно: повсюду синяки и ссадины, а некоторые даже обнажили мечи сидя, поскольку не могли подняться на ноги.

— А ну все заткнулись и слушайте сюда. Какого черта вы орете в такой ситуации?

— Молчать! Мы не станем слушать приказы ерети...

— Да чтоб вас..! Вы что, не чувствуете?! Мы же сейчас все сдохнем!

Как раз вовремя земля снова содрогнулась, и мы просели еще ниже. Идеально. Отличный пас, снежный демон.

— Нас прямо сейчас заживо заглатывают, а вы собрались драться друг с другом?!

— Н-но стоять на одной земле с еретиками...

— Инквизитор. Ты хоть знаешь, что сейчас у нас под ногами? Это снежный демон. Снежный демон! Эта тварь пожирает ледяные скалы как нечего делать.

— Откуда нам знать, что ты не пытаешься нас обмануть...!

— Да ладно вам. Культ Змеи. Да-да, вы. То же самое касается и вас. Вас заглатывают вместе с нами, а вы все еще тычете своими мечами?

Я с силой топнул ногой.

— Когда этот снежный демон покончит с нами, как думаете, что будет дальше? Думаете, он просто уляжется спать обратно? Я читал об этом: в прошлом эта тварь заглатывала целые города. Вот что она делает, когда просыпается.

— Б-брат. Это правда?

«Конечно, вранье».

«Будь это правдой, здесь бы уже давно установили предупреждающий знак».

«Но какая разница!»

«Если никто не знает наверняка, значит, это не ложь! Это чистая правда!»

— Вы когда-нибудь видели, чтобы я лгал? Этот проклятый снежный демон, покончив с нами, поползет к ближайшему городу. Инквизитор. Ты позволишь этому случиться?

— М-мы клялись защищать невинных...

— Мы не можем позволить снежному демону поглотить беззащитных жителей...

— Вот именно. Наша великая Ра сама говорила: «Зажгите огонь для тех, кто дрожит от холода».

«Мои слова они и в грош не ставят, зато священные стихи помнят наизусть».

«Конечно, помнят. Я ведь и сам заучил их специально для таких моментов».

— В общем, драка отменяется. Еретики могут подождать, сейчас главное — остановить демона под нами.

— ...Твои слова звучат разумно, но... — взгляд Раадатука стал острым. — Я не уверен, что эти грязные еретики будут сидеть смирно.

— Будут. Кто у вас тут за главного?

— ...Я. Изабела. Жрица Культа Змеи.

В круг света от пламени шагнула женщина.

«...Изабела?»

«Погодите. Та самая Изабела?»

— Что ты здесь делаешь?

— Ты меня знаешь?

«Какого черта?!»

Изабела. Командир Ордена Паладинов Черной Чешуи. Одна из ключевых фигур Культа Змеи, находящаяся на пике своего могущества!

Я направил пламя в ее сторону. Струящиеся черные волосы, лицо неопрекимой красоты. Татуировка в виде штрихкода под глазом — все в точности соответствовало той Изабеле, которую я знал.

«Какого черта одна из ключевых фигур Культа Змеи занимается здесь грабежом продовольствия?!»

«Как вообще развивается этот сценарий...?»

— ...Да нет. С чего бы мне знать, кто ты такая?

Я поспешил исправиться. Если подумать, так даже лучше. Иметь дело с незнакомым командиром было бы куда хуже, а способная, пусть и слегка безумная паладинша — вариант куда более управляемый!

— Так вот, Изабела. Послушай. Вы ведь тоже хотите выжить, верно? Честно говоря, если дойдет до драки, победим мы — у вас нет ни единого шанса.

— ...Ты правда в это веришь?

— Раадатук подтвердит мои слова.

— Если тебе интересно, я могу продемонстрировать. — Раадатук сделал шаг вперед. Изабела вздрогнула и отступила на полшага.

— На нашей стороне Железный Медведь.

— Брат. Я Раадатук.

— Суть от этого не меняется! И даже если бы вы каким-то чудом победили... большинство из вас все равно бы погибло. Вы этого хотите? Сгнить заживо в этой пещере?

— ...Что конкретно ты предлагаешь?

— Отложите пока свои терки с еретиками, давайте сначала выберемся отсюда. Просто выберемся. — Я протянул руку. — Временный союз. Что скажешь? Раадатук, ты ведь согласен?

— ......

Раадатук промолчал. Прикрыв глаза, он на мгновение задумался, а затем едва заметно кивнул.

— Другого выхода нет... мы не можем оставить снежного демона без присмотра... Культ Ра вложит мечи в ножны, дабы не допустить гибели невинных. Мы предлагаем временный союз, Изабела.

Изабела стиснула зубы. Окинув яростным взглядом стоявших рядом паладинов Культа Змеи, она с резким щелчком убрала меч в ножны.

— Если это единственный способ выжить, у меня нет выбора. Но не принимайте это за примирение, грязные еретики. Как только мы выберемся, я лично вас прирежу.

Кто-то из членов Культа Змеи тихо пробормотал себе под нос:

— Восходящая звезда Культа Змеи Изабела и... Железный Медведь Культа Солнца... Да уж... Ну и опасная же парочка, если спросите меня...

«Да заткнись ты уже».

«Завязывай со своими отаку-замашками. Серьезно».

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (5)

Глава 23: Культ Змеи (5)

Две группы, которые еще недавно были готовы перегрызть друг другу глотки, внезапно оказались вынуждены сосуществовать.

Проходило это отнюдь не гладко — впрочем, как и ожидалось.

— Переступишь эту черту — и ты труп.

— Заткнись и отдавай еду!

Они в буквальном смысле провели на земле черту, через которую паладины Культа Змеи и инквизиторы теперь рычали друг на друга. Численное преимущество было на стороне противников, но по боевой подготовке наша сторона значительно их превосходила.

Я лично взял на себя руководство этими рвущимися в бой силами. Больше некому было этим заняться, а для предстоящего сражения каждая пара рук была на счету.

— Меня тошнит от одного твоего вида.

— Замолчи, змеиное отребье.

Я вклинился между Раадатуком и Изабелой, когда они, сойдясь лицом к лицу, яростно зарычали друг на друга.

— Хватит играть мускулами. Давайте поговорим по делу.

Первым делом мы собрали в кучу все припасы.

Общего количества едва хватало на неделю. Учитывая, что нам нужно было продержаться как минимум две, этого было катастрофически мало. К тому же у нас заканчивались дрова.

— Это наше.

Изабела открыто заявляла права на припасы. Я сохранил абсолютно бесстрастное выражение лица.

— Отдайте нам половину.

— Ни за что.

— Отдайте. Живо. Вы что, хотите, чтобы мы все здесь передохли? Стоит пролиться первой капле крови, и бойня не прекратится, пока одна из сторон не будет полностью истреблена. Ты действительно готова позволить вырезать всех твоих людей?

— Но это изначально принадлежит нам!

— Чушь собачья, Чешуя. Это подношения, которые ваша банда украла у Культа Ра.

— Это товары, изъятые у ничтожеств.

— Вот именно поэтому сосуществование с еретиками невозможно...

— Хватит!

Ну и сборище же безумцев, жаждущих драки. Я понимаю, что слово «еретик» заставляет каждого из них скрежетать зубами, но проявите хоть немного сдержанности. Пожалуйста.

— Прошу прощения, жрица Изабела.

— Что?

— Я понимаю ваше положение, но давайте постараемся вести себя цивилизованно. Вы ведь согласились на временный союз, верно? Я не прошу всё. Половину. Нет, как насчет трети? С этим-то вы наверняка справитесь.

— ......

— Подумайте о выживании. Стоит кому-то схватиться за меч и погибнуть, как начнется война. К тому же мы сейчас находимся под землей, и нас постепенно пожирает Бейгнис. Нет никакого смысла тратить силы друг на друга.

Я с силой ударил кулаком по ладони.

— Прямо перед нами общий враг, так что давайте пока сотрудничать. Если вы не можете уступить даже треть, то учтите: мы тоже не станем сдерживаться.

— ...Ладно. Но дров я вам не дам. Нам самим их не хватает.

— Делайте что хотите. Нам они все равно не нужны.

У нас было [Тлеющее пламя] — уникальное священное искусство Культа Ра. В отличие от врагов, не способных разжечь огонь из ничего, мы могли создавать пламя сами.

— Брат, эта сделка не имеет абсолютно никакого смысла...

— Раадатук, ты ведь сам прекрасно все понимаешь. Самая важная цель находится прямо перед нами. Мы разберемся с этими еретиками, как только выберемся отсюда. Но если Демон-Глаз вырвется на свободу здесь, под землей, люди начнут гибнуть десятками.

Я управлял Раадатуком с помощью кнута и пряника.

— Подумай о Великом инквизиторе Димонаас. Без тебя некому будет защитить ее. Мы должны выбраться отсюда живыми. Нам нужно убить Демона-Глаза и вернуться на поверхность. И кроме того, оставшиеся позади инквизиторы обязательно запросят подкрепление из штаба Культа, как только потеряют с нами связь.

— ...Значит, как только мы выберемся, преимущество окажется на нашей стороне?

— Именно. Так что давай пока вести себя тихо. Мы ведь принесли свои запасы еды отдельно, верно? Возьмем треть с их стороны, растянем вместе с тем, что у нас есть, и сможем какое-то время продержаться без особых проблем.

— Ты прав, брат.

Раадатук поднялся во весь свой внушительный рост.

— Из-за еретиков перед глазами я едва не упустил из виду великую цель. Спасибо тебе.

— Да брось. За что благодарить? Мы ведь в одной лодке, разве нет?

— Истинная правда.

Огромная ледяная пещера разделилась надвое: на инквизиторов и Культ Змеи.

В воздухе висело тяжелое напряжение, но сторонники обоих лагерей вели себя так, словно противников вообще не существовало. Это удавалось благодаря тому, что Изабела и Раадатук жестко контролировали своих людей.

Но тут уж ничего не поделаешь. Если бы нам нужно было просто терпеть холод и ждать, это не называлось бы миссией по уничтожению.

Я поднялся с пола. Земля снова содрогнулась, и пещера опустилась еще на один уровень глубже. Пространство медленно сжималось, а по стенам поползла паутина трещин.

Я намеренно повысил голос, заговорив достаточно громко, чтобы меня услышали все:

— Странно! Кажется, я что-то вижу сквозь трещины в стене!

— Что? Брат Захад, это правда?

— Что ты там видишь?

Инквизиторы тут же столпились вокруг. Члены Культа Змеи, до этого делавшие вид, будто не смотрят, а сами украдкой поглядывавшие в нашу сторону, тоже тихонько потянулись к стене.

Трещины в стене... Внутри виднелись лишь лед и снег. Один из инквизиторов пробормотал себе под нос:

— Ты уверен, что тебе не показалось?

— Нет. Я видел это совершенно отчетливо.

«Самое время вам появиться, паразиты Бейгниса».

Когда он пробуждался, его паразиты двигались вместе с ним. Их называли Сомелье — дегустаторами вин, — потому что, по слухам, они пробовали всё на вкус до того, как Бейгнис поглотит добычу целиком.

Но почему именно Сомелье?

Потому что они питали особую слабость к людям. Говорили, что существа, истекающие алой кровью, скользили по их глоткам, словно изысканное вино — отсюда и пошло это название.

Сквозь трещину в стене дернулся и высунулся острый коготь.

— Ч-что это такое?!

— Что за чертовщина!..

— Фамильяры Демона-Глаза.

Обычные паразиты, но этот термин был куда понятнее для всех присутствующих.

Огромная клешня с треском пробила лед. Существо размером со взрослого человека, напоминающее краба, скользнуло взглядом по инквизиторам.

Первым среагировал Раадатук. Выброшенный вперед меч чисто рассек толстый панцирь ровно посередине.

— Всем приготовиться к бою!

Из рушащихся стен один за другим хлынули новые Сомелье. Я окутал ладони [Тлеющим пламенем].

Отлично. Начнем.

Битва по уничтожению Демона-Глаза!

А заодно и прекрасная возможность поднять уровень!

— Ха-ха-ха-ха!!

— Брат Захад! Ты просто в огне!

— Нельзя позволить тебе превзойти нас!

— Зло очистится пламенем!

Мы уложили целую гору Сомелье, устроив настоящее пиршество. Однако, в отличие от нас, Культу Змеи приходилось несладко.

— Что за?!..

— Почему эти твари такие чертовски прочные?!

Культ Змеи откровенно страдал. Их священные искусства специализировались в основном на засадах и ударах в спину — полная противоположность Культу Ра, который повелевал пламенем и превосходил всех в прямом столкновении.

Их клинки были острыми, но против Сомелье дробящие удары оказывались куда эффективнее режущих. Даже когда они пробивали толстые панцири, большинство атак не наносили тварям смертельных ранений.

— Что вы делаете?! Соберитесь!

Единственной причиной, по которой передовая линия вообще держалась, были паладины Культа Змеи. Под командованием Изабелы их мечи сверкали, заставляя Сомелье издавать гротескные визги и исходить мутной жижей.

Но против хлынувшей лавины врагов это было каплей в море.

Я произнес ровным голосом:

— Мы должны им помочь.

— Брат, но это ведь...

— Раадатук, выслушай меня. Мы заключили с ними временный союз. Каким бы коротким он ни был, это равносильно обещанию стоять спина к спине и сражаться вместе.

— ......

— За каждым нашим словом наблюдает Богиня Солнца, Ра. Я верю, что в ее присутствии мы должны являть лишь истину.

Ра пробормотала:

— [Я прямо вижу, как один бесстыжий смертный сейчас скрывает свои истинные мысли.]

«Помолчи. Это важный момент».

— Пока мы несем ее имя на своих плечах, каждое наше слово должно обладать тем же весом. И кроме того — разве вершить суд над еретиками не всегда было обязанностью инквизиторов и Великого инквизитора?

— ......

— Неужели ты собираешься уступить это право суда монстрам? Неужели ты действительно готов отдать эту священную честь и заслугу кучке крабовых панцирей?

Я вложил в свои слова всю возможную страсть.

— Еретики! Ладно! Я не против вершить над ними суд! Но единственные, кто имеет на это право — это мы!

— [Ты даже не инквизитор.]

— Только мы можем вершить суд над еретиками! Если мы отдадим этот долг и славу монстрам, кто вообще станет доверять инквизиторам? Кто пойдет за вами?

— Но ведь никто не смотрит...

— Вы все сами знаете. Не отводите глаз. Неважно, где мы находимся и что делаем.

Подняв меч, я сделал шаг вперед.

— Мы всегда с Ра.

— [......]

— Солнце шествует со мной, и ее пламя наполняет мое тело.

Я решительно перешагнул через черту, проведенную Культом Змеи.

— Я не отдам нашу миссию подобным тварям. Судить еретиков — это и всегда будет исключительно обязанностью инквизиторов!

— ...Эти слова — истина.

— Мы не можем отдать нашу миссию этим монстрам!

— Только мы должны исполнить ее!

— Это то, что под силу лишь нам!

— Погибнуть от лап чудовищ — бессмысленная смерть.

— Но умереть от наших рук — это истинное покаяние!

— Ра взирает на нас.

— Даже если никто больше не видит, она с нами!

Инквизиторы переступили черту вслед за мной. Раадатук встал рядом со мной, и в его глазах яростно полыхнуло пламя.

— Я был неправ, брат. Я не отдам нашу миссию этим чудовищам.

Ра тяжело вздохнула:

— [Тебе стоит просто вступить в Культ Змеи. Твой язык — самый настоящий змеиный, уж я-то знаю.]

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (6)

Глава 24: Культ Змеи (6)

Изабела разнесла вдребезги летевшую на нее клешню. Ошметки плоти и осколки панциря разлетелись во все стороны. Но на каждую тварь, которую ей удавалось отбросить, приходилось вдвое больше новых, хлынувших нескончаемым потоком.

Их число просто не уменьшалось, а все потому, что атакующая мощь Культа Змеи оказалась ниже ожидаемой.

Их фехтование было отточено для убийства людей, поэтому паладины были до смешного слабы против аномальных монстров. Культ Змеи никогда не вел священных войн и не устраивал регулярных охот на чудовищ.

— Взмахивайте мечами! Держать строй!

Битва была слишком хаотичной для нормального командования, так что ей оставалось лишь проглотить рвущиеся наружу слова и силой заставлять себя двигаться вперед.

Ее меч вспыхнул, и разрубленные клешни разлетелись в стороны. Паладин, которого она спасла в самый последний момент, тяжело дышал, растянувшись на земле.

— Я... прошу прощения! Госпожа Изабела!

— Если есть время извиняться, шевелись!

Аномальные монстры.

Эти клешни обладали огромной силой, превосходящей большинство обычных монстров, и продолжали наступать бесконечными волнами.

Изабела пыталась найти выход из сложившейся ситуации, но, как ни посмотри, это казалось невозможным.

Очередная клешня рванулась вперед. Изабела, скользнувшая в сторону, вздрогнула: позади нее стоял паладин, который все еще не оправился от недавнего падения и едва держался на ногах.

Изабела крепче сжала меч, поспешно меняя траекторию задуманного парирующего удара, однако это означало, что ей придется принять всю силу столкновения на себя.

— БУМ!

Изабелу отбросило назад. Она покатилась по земле, а в ушах грохотал оглушительный шум.

— Командир!

— Пожалуйста, подождите немного!

— Не подходите!

Стоило хоть одному человеку покинуть строй, как весь фронт рухнул бы, приведя к худшему исходу. Изабела отчаянно пыталась подняться на ноги, опираясь на дрожащие руки.

На нее упала тень, и прямо перед глазами опустилась огромная клешня. Изабела стиснула зубы.

Она проделала такой долгий путь, так упорно боролась за успех, и теперь, после всего этого...

После всего этого ее прикончит... какой-то краб?..

— Ах ты, сукин...

— А ты голосистая.

В этот момент навстречу твари полетели языки пламени.

— Береги силы. Не трать их попусту.

Огненные крылья окутали ее тело. Мир мгновенно перевернулся, лишив Изабелу возможности сориентироваться в пространстве, и сквозь запоздалый гул она увидела, как клешня с грохотом обрушилась на то самое место, где она только что стояла.

Кто-то держал ее на руках. Но кто? Не было никого, кто мог бы прибежать ей на выручку.

Никого, кроме этих проклятых еретиков...

Изабела вздрогнула. Руки, державшие ее, оказались мягче, чем она ожидала, и она обнаружила, что полулежит, прижавшись к юноше, которого видела ранее.

Послушник Ра. Его звали Захад... кажется.

— Почему ты...?

— Особая услуга, любезно предоставленная Культом Ра.

Юноша улыбнулся, а за его спиной взвилось пламя. Под яростные боевые кличи инквизиторов ход сражения начал стремительно меняться.

— Мы сами вас прикончим!

— Думаете, вам суждено погибнуть от лап каких-то монстров?!

— Жалкое зрелище! Еретики!

Ошеломленные члены Культа Змеи захлопали глазами, но следом за этим их захлестнула ярость.

— Что это, черт возьми, такое?!

— Что?! Мы погибнем от ваших рук?!

— Что ты, блядь, только что вякнул?!

— Да как какой-то еретик смеет...

Крича от чистой ярости, воины Культа Змеи начали теснить врага, возвращая позиции на передовой.

— Думаете, мы примем помощь от подобных им?!

— Впере-е-ед!

— Мы не можем проиграть каким-то крабам!!

Две группы сражались плечом к плечу. Наблюдая за этим, Изабела ощутила странное чувство: в поле ее зрения паладин Культа Змеи и паладин Культа Ра стояли спина к спине.

Зрелище, которого она никогда в жизни не видела и даже представить себе не могла.

— ...Это... твоих рук дело?

— Ах, черт.

Изабелу бесцеремонно опустили на землю. Захад отряхнул ладони.

— Ты сама недавно говорила: шевелись вместо того, чтобы болтать.

Языки пламени лизали кончик его меча, а под черным одеянием послушника промелькнула усмешка.

— Изабела, жрица Культа Змеи. Так и будешь там сидеть?

— Ха.

Изабела поднялась на ноги.

— ...Я не могу принять помощь от Церкви Бога Солнца.

— Похоже, ты ее уже приняла, и немало.

— Я о ней не просила.

— Какая неискренность.

Она подняла меч, направив его не на Захада, а в сторону монстров.

Странное чувство. Изабела искоса взглянула на стоявшего рядом послушника.

— ...Ты. Ты действительно обычный Послушник?

Его боевые навыки и умение оценивать обстановку были настолько далеки от неопытного новичка, что это казалось абсурдным. Складывалось ощущение, будто в теле юноши заперт закаленный в боях ветеран.

Захад пожал плечами, попутно разрубая летевшую на него клешню.

— Слишком силен, чтобы поверить?

— ......

— Черт. Что же мне делать, если я стану еще сильнее? Это проблема. Настоящая проблема!

— ......

«Что ж. Он определенно не тот, кого я хотела бы держать рядом с собой».

Изабела пришла к этому однозначному выводу.

◇ ◇ ◇

Волна монстров...

А если точнее, волна паразитов подошла к концу. Раз в день, ровно в полдень, наступавшие чудовища начинали медленно отступать.

Они утаскивали человеческие трупы своими клешнями и пожирали павших сородичей прямо на месте. Когда они скрылись среди ледяных осколков, люди недоверчиво захлопали глазами.

— Мы... мы живы.

— Все закончилось...?

«Кто это тут сглазить пытается?»

Впрочем, они все равно вернутся.

Теперь оставалось только восстановить силы. Раадатук быстро оценил обстановку. Проходя мимо Изабелы, он равнодушно посмотрел на нее сверху вниз.

— Не вздумай умереть, Изабела.

— Что?

— Вершить над вами суд — наше право.

— Да вы все безумны.

Изабела с отвращением показала ему язык.

— Ты тоже не умирай, Железнокровный Медведь. Прикончить тебя — моя задача.

— Одни слова.

Затем последовал скромный ужин. Мы решили экономить провизию. Я постучал по куску замороженного мяса, который стал твердым как камень.

Здесь и так было невыносимо холодно. Без циркуляции Святой силы можно было мигом отморозить себе задницу, так что запасы еды никак не могли сохраниться в нормальном виде.

— Почему здесь так...

— Ах, черт...

— Дрова...

Я слышал, как шептались члены Культа Змеи. У этих бедолаг не было нормального огня, поэтому они даже не могли приготовить себе еду.

Нет, так не пойдет. Если они умрут с голоду, кто будет моим живым щитом в битве с боссом?

Я направился к ним, но Раадатук преградил мне путь.

— Что ты задумал, брат?

— Собираюсь приготовить немного еды для этих ребят.

— В этом нет необходимости. Они еретики.

— Но ты ведь согласился с моими словами ранее, не так ли?

— Это не значит, что мы должны нянчиться с ними от начала и до конца. Сберечь Святую силу — вот правильное решение, брат.

Раадатук положил руку мне на плечо.

— Есть люди, которые принимают постоянную доброту за должное. Культ Змеи глуп, а их бог чрезвычайно жесток. Они собрали самых скудоумных людей в мире, так что оказывать им лишнюю помощь — это то, от чего нам лучше вообще воздержаться.

— Но...

— Я восхищаюсь твоим состраданием, брат, но доверься моему опыту. Эти люди подобны змеям: они платят злом за добро. Сейчас у них еще есть дрова, так что нам нет нужды утруждать себя помощью.

«Верно».

«Мне плевать на их злобу. Главное — численность».

Инквизиторы были тронуты.

— Брат, ты слишком добр.

— Но то, как он сражался против этих монстров, показало его огромный потенциал.

— Двигаться так в столь юном возрасте...

— Он более чем достоин стать следующим инквизитором.

— Если не будешь усердно тренироваться, он быстро тебя обойдет.

«...Что-то мне подсказывает, что меня настойчиво продвигают в инквизиторы».

Я снова сел на место. И вовсе не потому, что последовал совету Раадатука. Если подумать, у тех ребят все еще оставались средства, чтобы прокормиться.

— ...Инквизитор Раадатук прав.

А значит, они еще не голодали по-настоящему.

Проявление щедрости к тем, кто еще не испытывает нужды, не принесет мне никакой благодарности. Скорее, это лишь заставит их насторожиться.

Лучше дать им поголодать. Мне нужно было довести их до такого состояния, чтобы, бросив им кость, заставить их перевернуться на спину и показать брюхо. Они принесут пользу в битве с боссом только в том случае, если будут беспрекословно меня слушаться.

— Не будем их кормить.

— Спасибо, брат.

— Да ладно вам. Когда говорит инквизитор Раадатук, я всегда слушаюсь.

Я широко улыбнулся.

— В конце концов, ты здесь самый надежный человек!

Холодное выражение его лица слегка смягчилось. Раадатук отвернулся и прочистил горло.

«Надо же. Он улыбается».

«Похоже, мне даже желе из конняку не понадобится».

— Брат.

— Да?

— ...Хотя неважно. Как только выберемся отсюда, я поговорю с тобой как следует.

«Как следует?»

По моей спине пробежал легкий холодок. Инквизиторы ухмылялись, глядя на меня.

«Погодите-ка».

«Если меня действительно завербуют в инквизиторы, весь мой план полетит к чертям... Инквизиторам ведь даже нельзя посещать Академию, верно?»

◇ ◇ ◇

Шли дни. Второй день, третий — время летело незаметно.

Подъем, битва. Кое-как впихнуть в измученное тело скудный обед и сразу же провалиться в сон. Инквизиторы говорили, что мне не нужно стоять на часах, но я наотрез отказался.

Из-за непрекращающихся сражений я буквально ходил по краю пропасти — по тончайшей грани, где один неверный шаг означал верную гибель.

Моих навыков не хватало, чтобы поспевать за ними, но эта слабость постепенно сходила на нет: я рос достаточно быстро, чтобы компенсировать ее. Подобные места для прокачки встречались нечасто — высокоуровневые монстры с очевидной уязвимостью.

Было бы глупо не выжать максимум из лучшего охотничьего угодья, что я когда-либо видел!

— Простите, инквизитор.

— Хм? Что такое?

— Не могли бы вы обучить меня некоторым священным техникам?

— ...Священным техникам?

Инквизитор, стоявший со мной на часах, огляделся по сторонам.

— К сожалению, священные техники инквизиции — это не то, чему я могу обучать кого попало.

— ......

— Но ты — другое дело, брат! Мы товарищи, сражавшиеся плечом к плечу!

— Я так и знал, что вы это скажете, инквизитор! Я верил в вас!

— Ахаха! Спрашивай о чем угодно, будущий инквизитор!

Я впитывал священные техники с невероятной скоростью. Они делились на три уровня.

Низшие священные техники.

Средние священные техники.

Высшие священные техники.

Паладины обучались средним техникам. Высшие же были доступны лишь избранным даже внутри Культа, так что обучиться им у обычных инквизиторов было невозможно.

Но и этого было более чем достаточно. Я выжал из инквизиторов все до последней капли, благодаря чему несколько моих навыков улучшились до более высоких версий.

[Тлеющее пламя (C) ==> Священное пламя (B)]

[Песнь огня (C) ==> Меч правосудия (B)]

[Благословение оружия (C) ==> Шепот огня (B)]

[Священный барьер (C) ==> Святая стена (B)]

[Захад Балтон] [Уровень: 32]

[Раса: Человек] [Класс: Апостол Бога Солнца]

[Уникальные классовые навыки]

[- Любовь Бога Солнца: Навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.]

[- Милость Бога Солнца: Святая сила восстанавливается с огромной скоростью.]

[- Благословение Бога Солнца: Позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.]

[- Молитва Бога Солнца: Иммунитет к ментальному осквернению.]

[Изученные навыки]

[- Священная Стигма (B): Дарует высокое сопротивление любому злу. Позволяет накладывать Священную Стигма на других. (5/10)]

[- Божественность (B): Позволяет черпать огромную божественную силу Бога Солнца. Священные реликвии реагируют на Святую силу.]

[- Исцеление (B): Позволяет сражаться и исцеляться одновременно. В мире это называют «битвой бессмертных».]

[- Благословение (B): Значительно повышает сопротивляемость негативным эффектам; позволяет сохранять самообладание за исключением особых обстоятельств. Существенно увеличивает физические показатели и временно дает огромный прирост к Святой силе.]

[- Священное пламя (B): Создает священный огонь. Очищает зло и способно частично испепелять даже то, что не горит. Размер и предел пламени зависят от объема Святой силы.]

[- Молитва огня (C): Молитва поддерживает температуру тела в течение определенного времени. Повышает физические показатели.]

[- Создание святой воды (C): Насыщает воду Святой силой. Активирует регенерацию тела и повышает сопротивляемость злу.]

[- Святая стена (B): Позволяет запечатывать определенные области. Можно нанести тонким слоем на кожу, чтобы окутать себя пламенем. Обеспечивает защиту, сопоставимую с доспехами, и полностью поглощает удары ниже определенного порога.]

[- Шепот огня (B): Повышает характеристики оружия. Пламя окутывает клинок, а также может быть наложено на оружие союзников. Дарует сопротивление злу.]

[- Очищение (C): Изгоняет проклятия и очищает все оскверненное.]

[- Меч правосудия (B): Происходит от «Песни огня», базового фехтования Церкви Бога Солнца. Лишен всех лишних элементов; клинок инквизитора издревле славится своей беспощадностью.]

[- Приготовление мяса (C): Позволяет вкусно жарить мясо.]

[- Пепельная Корона (EX): Позволяет принести подношение, чтобы повысить ранг навыков, связанных с Богом Солнца.]

— Хе-хе-хе.

Уровень — это мера силы. О навыках и говорить нечего. Они дополняли друг друга, и повышение обоих показателей колоссально увеличило мою мощь.

Вот она, истинная привилегия главного героя!

Я буквально летал на крыльях успеха. Просыпаясь, я обнаруживал, что моя Святая сила полностью восстановилась, и со временем я начал разносить крабов в щепки еще до того, как инквизиторы успевали до них добраться.

— ...Безумие.

— Раадатук. Разве это... вообще возможно?

— Я вижу это собственными глазами, но все равно не могу поверить.

Раадатук смотрел на меня так, словно гордый отец на своего сына.

— ...В нашем Культе появился невероятный талант. Исключительный гений.

Под тяжестью этого взгляда мне стало не по себе, поэтому я тихонько отвернулся. На седьмой день, когда запасы еды почти иссякли, а губы у всех потрескались от изнурения, ситуация изменилась.

— ДЗЫНЬ!

— Что?!

Один из инквизиторов попятился назад. Краб, которого до этого можно было без труда разнести на куски, только что отразил удар. Это был совсем другой вид — тот, что нам еще не встречался.

— ...Оно здесь.

Я устремил взгляд на существо, которое было гораздо меньше гигантских крабов и отдаленно напоминало человека. Вожак паразитов. Особая особь, стоявшая рангом выше Сомелье — из тех, что обычно просто отсиживаются в тылу и пожирают все, что приносят подчиненные, явилась лично.

— Кр-р-рк.

Тварь поднялась на две задние конечности, и я медленно выдохнул. Значит, мы наконец-то перешли ко второй стадии. Медленнее, чем я ожидал.

— Ну давай. Иди сюда.

Я без тени страха встретил устремленный на меня взгляд черных глаз. У этой высокоранговой особи, стоявшей над Сомелье и источавшей едва уловимый сладковатый аромат, было свое прозвище.

Кокосовый краб.

Я уже позабыл его настоящее имя, но это подходило куда лучше. Его клешня раскрошила лед, после чего монстр перемол осколки и засунул их себе в пасть.

Вечно голодный, вечно жрущий. Свежее мясо было разбросано повсюду, а его прихвостни ничего не приносили — должно быть, он совсем обезумел от голода.

«Он силен».

«Ну и что с того!»

— Я сильнее! Ах ты, тварь...!

«Я уже не тот, что прежде! Я проломлю твою толстую башку!»

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (7)

Глава 25: Культ Змеи (7)

Раадатук обрушил свой меч. Однако расколоть панцирь монстра ему не удалось — лезвие лишь соскользнуло в сторону.

Внешний панцирь твари оказался куда толще, чем у обычных монстров, да и сокрушительную силу её клешней тоже нельзя было недооценивать.

«Значит, особь класса командира». Раадатук раздул свое пламя сильнее, наращивая мощь до тех пор, пока огонь полностью не окутал его тело.

Эпоха мечей и чудес. Железнокровный Медведь из Культа Ра, прошедший через те времена собственной плотью и кровью, неистовствовал на поле боя.

Эра религии угасала, с каждым днем теряя свой былой смысл. Роль Инквизиторов сошла на нет, а по мере того как маги завоевывали все больше влияния, само слово «ересь» утратило прежнюю остроту.

Положение Инквизиторов пошатнулось. Из-за нехватки работы им не оставалось ничего другого, кроме как переключить внимание с охоты на еретиков на иные задачи: истребление монстров, охотившихся на людей, и повсеместное прославление величия Культа Ра.

Вторым прозвищем Инквизитора Раадатука было Мясник Монстров. Когда его огромный тяжелый меч рассек воздух, голова двуногого ракообразного взмыла высоко в небо.

Однако ход сражения оставался мрачным. Особей класса командира оказалось несколько. Раадатук справлялся с ними без особого труда, но для паладинов низших рангов они были жестоким и непосильным противником.

— Что за...?!

— Почему они такие прочные?!

— Вливайте больше Святой силы!

— Но если мы сделаем это, то позже просто рухнем от усталости!..

Битва затягивалась.

И в этом крылась главная проблема. Сражение шло слишком долго.

Постоянное поддержание высокой мощности пламени быстро истощало выносливость. Для Раадатука это не представляло сложности, но для подчиненных ему паладинов стало серьезной угрозой.

Когда Святая сила иссякала, на её восстановление требовалось время. Огни, которые поддерживали наиболее сильные паладины, начали угасать. Инквизиторы, с трудом справлявшиеся с тренировками, ослабли первыми.

— Ах ты, сукин сын!..

Инквизитор, собиравшийся разразиться ругательствами, внезапно обнаружил прямо перед своим лицом двуногое ракообразное. Тупая клешня с силой обрушилась вниз, целясь точно в человеческий череп.

Раадатук вздрогнул. Его внимание было приковано к панцирям прямо перед ним, поэтому он среагировал на мгновение позже, чем следовало.

«Нет».

«Он сейчас погибнет!..»

— Ах, черт.

Вспыхнуло пламя.

— По сторонам не смотрим?

Яростный всполох огня целиком поглотил клешню. Плавным движением меч скользнул точно в уязвимый стык панциря.

Во все стороны брызнула жидкость. Мгновенно рассеченное двуногое ракообразное рухнуло ничком на землю.

Фехтование Инквизиторов.

[Меч Суда].

Даже посреди хаоса битвы Раадатук замер на месте. До этого момента он был слишком сосредоточен на врагах перед собой, чтобы заметить происходящее.

«Когда он успел...»

«Когда он настолько вырос?..»

Захад.

Послушник, ставший разоблачителем.

Поначалу он считал его просто усердным, приятным в общении послушником. Наблюдая за тем, как парень пытается подражать его собственным приёмам, Раадатук порой вспоминал о сыне, которого у него никогда не было.

Но он ошибался. Теперь Раадатук осознал, насколько сильно заблуждался на его счет.

Освоить [Меч Суда] было невероятно трудно. Тот факт, что он происходил от [Песни огня] — базового фехтования паладинов, — вовсе не облегчал задачу. Напротив, один лишь порог вхождения был в несколько раз выше.

Вдобавок ко всему, [Меч Суда] требовал глубокой веры. Без врожденной Святой силы к нему нельзя было даже подступиться.

«Как он умудряется использовать технику, которую выучил всего за несколько дней?»

У Раадатука по спине пробежал холодок. Даже когда он сам постигал искусство меча, он не демонстрировал ничего подобного.

Стремительное усвоение знаний. Широкий обзор. Беспощадный клинок, находивший уязвимые места и вонзавшийся прямо в них. Священное пламя, взрывавшееся ровно в нужный момент.

Раадатук сам не заметил, как издал восхищенный вздох:

— Благословенное дитя!..

Рожденный стать Инквизитором!

Но даже несмотря на яростное сражение Раадатука и Захада, на поле боя по-прежнему царил хаос. Двуногих ракообразных, перемешавшихся с панцирными монстрами, было слишком много, и сдерживать их вдвоем казалось невыполнимой задачей.

Толстые внешние панцири. Им не хватало пробивной мощи, чтобы пробить их насквозь. Сами по себе панцири не отличались высокой прочностью, однако для их пробития требовалась острая, проникающая сила.

«Одной лишь чистой огневой мощи недостаточно...»

— Медведь.

Вспыхнула тьма.

— С дороги.

В головах несущихся на них ракообразных образовались сквозные дыры. Их тела на мгновение замерли, а затем безжизненно повалились на землю.

Чистые, выверенные удары меча. Жрецы Культа Змеи пришли в движение. Они естественно влились в битву, и каждый из них нашел свою цель.

Панцирных монстров — со слабой прочностью, но толстым внешним покровом — сдерживали Инквизиторы Культа Ра.

Двуногих ракообразных — со слабой прочностью, но твердыми панцирями — сдерживали паладины Культа Змеи.

— Вы еще кто такие, черт возьми?!

— Вы с ума сошли?!

— Прочь от нас!

Паладины Культа Змеи пробивали головы ракообразных насквозь. Острая проникающая сила была самой их сутью.

— Мы те, кто вас убивает.

— Кто дал вам, еретикам, разрешение подыхать под нашим присмотром?

— Мы просто возвращаем долг. Вот и все.

Инквизиторы естественным образом встали спина к спине с паладинами Культа Змеи. Линия фронта сместилась, перестраиваясь в максимально эффективный боевой порядок.

— Этот союз продлится ровно один бой! Чешуйчатые!

— Я собиралась сказать то же самое! Еретики!

Раадатук ошеломленно моргнул, глядя на разворачивающийся перед ним причудливый совместный фронт.

«Что, черт возьми, происходит...»

Изабела взмахнула мечом. Движениями, плавными, словно мазки кисти, она методично расчленяла ракообразных.

— Ты застыл на месте, потому что испугался смерти? Медведь.

— ...О чем ты вообще говоришь?

«Ра. Направь меня».

Раадатук выровнял дыхание. Ослабив хватку на рукояти, он мощным ударом отбросил панцирного монстра, который мчался прямо на Изабелу.

— Я ни за что не паду на колени перед лицом Чешуйчатых.

— Взаимно, Медведь.

Изабела и Раадатук стояли спина к спине.

— Не смей умирать, пока я сама тебя не убью.

◇ ◇ ◇

Десятая ночь.

Пока все спали, земля содрогнулась вновь. Инквизиторы, казалось, уже привыкли к этому и даже не проснулись.

Я поднялся. Около четырех часов сна — вполне достаточно. Размяв затекшее тело, я выбрался из спального мешка.

В ледяной пещере воцарилась странная атмосфера. Черта, некогда делившая пространство пополам, незаметно исчезла, и некоторые люди спали прямо там, где упали от усталости, полностью пересекая прежнюю границу.

По сравнению с первым днем это казалось настоящим чудом. Вот почему совместная трапеза действительно имеет значение.

В каком-то смысле так вышло даже лучше. Куда разумнее быть полноценными союзниками, пока мы не выберемся отсюда, чем рычать друг на друга через разделительную черту. Определенно.

Я подобрал свой меч. Все его лезвие покрывали зазубрины. Он походил скорее на кусок железа, чем на настоящее оружие. Но без него я не мог практиковаться в фехтовании.

«Не могу же я просто достать Сурт из ниоткуда...»

«Придется обходиться тем, что есть».

Шорох.

Послышался звук. Я остановил замах и обернулся. Из темного угла на меня устремился чей-то взгляд. Смахнув пот с тела, я заговорил:

— Изабела. Хочешь что-то сказать?

— ......

Изабела вышла из тени. Из-за невозможности помыться она выглядела неопрятно, но её красота никуда не делась. От нее исходил аромат сильной женщины, излучающей ауру опасности.

Однако я знал, что скрывалось за этим фасадом — тихая теплота и легкая непутевость. Жалкая предводительница, которая усердно трудилась, но постоянно оказывалась под каблуком у собственных подчиненных.

— Что это за технику ты отрабатываешь?

— [Меч Суда]. Красиво, правда?

Я небрежно взмахнул клинком. Изабела фыркнула.

— Излишне тяжеловесно. Мощно, но не хватает остроты. Полагаю, для охоты на монстров сойдет.

— Люди тоже умирают, если бить их достаточно сильно.

— ...Не самые подходящие слова для послушника Культа Ра.

Изабела подошла ко мне вплотную и исправила мою стойку в нескольких местах.

— Твоему мечу не хватает точности. Сокрушительная мощь хороша, но пламя не может сжигать все подряд до бесконечности.

— А жрице Культа Змеи вообще дозволено учить меня подобному?

— Помолчи.

Я взмахнул мечом, приняв исправленную стойку. Движение вышло куда более естественным, чем раньше. Словно маленькая шестеренка идеально встала на свое место между двумя большими.

Хм.

Оказывается, клинок движется без малейшего сопротивления. Словно что-то заполнило пустоты, которые невозможно было восполнить одним лишь чистым навыком.

— Отлично. Изабела.

— ...Ты перенимаешь это без малейших колебаний, прекрасно зная, кто тебя учит.

— Почему? Это странно?

— Разве ты не послушник Культа Ра? Большинство людей инстинктивно отвергли бы все, что исходит от Культа Змеи...

— Ну и что с того?

Я усмехнулся.

— Мы ведь не чужие люди. Верно?

— ...Что?

— Мы вместе валялись на одном поле боя, вместе ковыряли одни и те же панцири — разве это не делает нас товарищами?

— Товарищами... хм...

Изабела пристально посмотрела на меня.

— Ты отличаешься от обычных служителей.

— Ты тоже.

— Ничуть. Я презираю вас до глубины души.

— И меня тоже?

— Ты... ну... то есть...

Я видел, как она замялась. Я снова взмахнул мечом. Пламя, затрепетавшее на самом кончике лезвия, принесло чувство удовлетворения.

Изабела, высокопоставленная жрица Культа Змеи. Прославленный паладин и одна из тех, кому суждено было стать истинной опорой Культа Змеи.

Я понятия не имел, почему она оказалась в таком месте, но если мне удастся наладить с ней связь сейчас, это может пригодиться в будущем. К тому же, после столь тяжелых совместных сражений, внезапно прикончить её было бы как-то паршиво.

— Изабела.

— Что?

— Давай перейдем на «ты»?

— Что?!

Изабела поспешно отступила на шаг назад.

— Ты... это серьезно?

— А почему нет? Мы ведь кажемся ровесниками.

— Сближаться с Культом Змеи! Такое мог сказать только еретик!

— Слышать это от тебя довольно забавно.

— Хватит нести чушь, маши мечом!

— Но я ведь серьезно.

Я опустил меч и взглянул на нее.

— Я всегда думал, что было бы здорово иметь старшую сестру.

— Ч-что?

— Мне больше нравится просто Изабела, а не «жрица Изабела».

Она уже несколько раз спасала меня, а это чего-то да стоит.

Раз уж она согласна обучать меня фехтованию, близость между нами уже наметилась. Стоит закрепить этот успех, пока есть возможность.

— Могу я называть тебя Изабела-нуна?

Сменишь обращение — изменятся и отношения!

Золотое правило человеческих взаимоотношений!

— .......

Изабела посмотрела на меня сверху вниз. Вздохнув, она указала на меч.

— ...Просто подними его.

Её тон заметно смягчился.

— ...Я еще никогда не встречала таких служителей, как ты.

— Я всего лишь послушник.

— И что, это изменится, когда ты станешь полноценным жрецом?

— Как бы не так.

Я вздернул подбородок.

— Я просто стану сильнее!

— ...От тебя голова раскалывается.

— Полагаюсь на тебя, нуна.

— ...Не называй меня так при других. Это вызовет недопонимание.

— Почему, нуна?

— Держи себя в руках хотя бы наедине со мной. Это смущает.

— Тебе не нравится, когда тебя называют нуной?

— .......

Изабела молча отвела взгляд.

— Просто тренируйся.

Отлично.

Контакт налажен.

◇ ◇ ◇

Прошло две недели. Наступила третья стадия — момент прямо перед битвой с боссом, когда нам предстояло пробиться во внутренности Бейгниса.

И тут что-то пошло не так.

«Почему?»

«Почему он до сих пор не поглотил нас?»

Я нахмурился. Темп происходящего казался неправильным. Словно Бейгнис сожрал что-то перед пробуждением и теперь не торопясь наслаждался трапезой.

При таком раскладе было неизвестно, насколько еще все затянется. Что еще хуже, наши запасы провизии подходили к концу.

«Кажется, я наткнулся на сломанный маршрут».

«Что здесь вообще происходит?»

— Брат. Раздача еды.

Все Инквизиторы измотались и исхудали. Раадатук протянул мне последний галет.

— Больше есть нечего.

— ......

«Нет».

«Кое-что еще осталось».

Я покосился в сторону Культа Змеи. Судя по всему, у них тоже закончилась еда — они сидели, словно маковой росинки во рту не видевшие.

«Не хотелось бы доводить до этого. Хах».

«Но нам нужно как-то продержаться до битвы с боссом...»

Я посмотрел на панцири. Некоторые трупы все еще лежали здесь. Благодаря холоду они не сгнили.

— ...Давайте съедим их.

— Что, простите?

— Чтобы выжить, нам нужно есть.

Черт, я и сам буду есть такое впервые, но какой у нас выбор?

Сначала нужно выжить.

— Давайте съедим их всех.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (8)

Глава 26: Культ Змеи (8)

— И всё же это как-то...

— Есть монстра...

— Ох, да замолчите вы уже.

Для начала стоило попробовать его сварить. Это было не мясо, а значит, мой навык не сработает как надо.

Я зажёг пламя на ладони и принялся нагревать панцирь краба. Внутри обнаружилось просто ошеломляющее количество внутренностей.

«Для начала... может, хоть воды добавить?»

Знай я, что всё так обернётся, обязательно изучил бы какую-нибудь кулинарную книгу. Я забросил немного льда в закипающий панцирь. Лёд растаял, превратившись в воду, и...

По ледяной пещере пополз жуткий рыбный смрад.

— Угх.

— Брат... Это как-то слишком...

— Это всего лишь прототип, ясно? Мы не можем умереть с голоду.

Я уже собирался украдкой попробовать шкворчащее варево, но вовремя остановился.

Да чтоб тебя...

«Почему оно так воняет?»

— Рыбный запах... нужно перебить этот рыбный запах...

Если бы удалось избавиться от вони, это варево наверняка можно было бы как-то есть.

«Специи... может, они помогут?»

Я покосился на людей из Культа Змеи. Между нами не было чёткой границы, но до этого момента мы практически не разговаривали вне боя.

Впрочем, какая разница?

С Изабелой-то я уже успел полноценно пообщаться!

Поднявшись на ноги, я направился к Культу Змеи. Инквизиторы тут же преградили мне путь.

— Брат! Вы куда это собрались?!

— Эти люди — порочные еретики!

— Единственное, в чём им можно доверять — это прикрывать наши спины в бою!

— Я правда не смогу сделать это съедобным в одиночку, ладно? Отойдите на секунду. Ну и дёрганые же вы все.

Раадатук молча жестом приказал инквизиторам отступить. В его взгляде, устремлённом на меня, читалось безграничное доверие.

— Оставьте брата в покое.

— Н-но... это же опасно...

— У него наверняка есть какой-то план.

Казалось, уровень его одобрения не просто достиг предела, а пробил потолок.

Доверие Раадатука, одной из ключевых фигур.

«Аж мурашки по коже.»

— Прошу прощения.

Растянувшиеся на земле члены Культа Змеи вздрогнули и мгновенно схватились за оружие.

— Кто...?!

Но, разглядев меня, они тихо опустили клинки.

— Кхм. Что тебе нужно?

На этой стороне я тоже успел заработать неплохую репутацию. В отличие от нерешительных инквизиторов, эти люди открыто помогали мне.

— Жрица Изабела здесь?

— ...Зачем тебе командир?

— Пытаюсь сделать это съедобным.

Я протянул панцирь краба. Собеседник отшатнулся и зажал нос рукой.

— Пищевые отходы...?

— Всё не так уж плохо, ясно? Так она здесь?

— Какое отношение к этому имеет командир?

— Самое прямое. У вас ведь остались специи в запасах провизии, верно?

— ......

— Ну же, не жадничайте. Серьёзно, как не стыдно? Мы ведь сражались бок о бок. Я знаю, что у вас специй больше, чем самой еды.

— Откуда тебе это известно?

— Потому что жрица Изабела приносила всем небольшие угощения.

— ...Что?

— В общем, давайте приготовим это, чтобы мы все могли поесть и выжить.

— Но это же монстр...

— Монстр или нет, в желудке всё окажется одинаковым.

— .......

◇ ◇ ◇

Изабела присоединилась к комитету по кулинарным исследованиям.

— Ты действительно...

— Что не так, нуна?

— Неужели нельзя обращаться ко мне уважительно?

Изабела, которая до этого неловко покашливала перед Раадатуком, понизила голос:

— Я поделюсь специями. Но с одним условием: половина туш монстров достанется нам.

— Договорились. Однако...

Раадатук нахмурился:

— Можно ли вообще назвать это готовкой?

В нос резко ударил рыбный смрад. Я достал немного специй — тех самых, что должны были перебить этот ужасный запах.

Первым делом я взял цельный чёрный перец горошком.

— Не слишком ли они крупные, чтобы просто так их бросать?

— Думаю, их нужно растолочь...

— Я сделаю.

Изабела подбросила горошины перца в воздух, и в тот же миг сверкнуло острое лезвие — вжик-вжик-вжик.

Измельчённый перец посыпался прямо в панцирь краба. Когда пряный аромат перебил рыбную вонь, дышать стало гораздо легче.

— Фух.

«Так, ладно, посмотрим...»

— Кто хочет попробовать?

— ......

— ......

Все, на кого падал мой взгляд, тут же отворачивались. Я указал пальцем на одного из членов Культа Змеи:

— Ты. Ешь.

— П-почему я?!

— Потому что тот, кто занимается кулинарными исследованиями, должен выжить до самого конца — только так все здесь смогут наесться досыта!

Зачерпнув немного бульона обломком панциря, я протянул его бедняге:

— Пожалуйста, насладись вкусом перед смертью.

— Перед смертью?! Этот парень только что сказал «перед смертью»?!

— Ой, да ладно тебе. Просто ешь.

— Ты же не умрёшь на самом деле.

— Ах вы ублюдки! Чужая беда вас не касается...?! Нет! Нет! Не-е-ет...!

Я влил бульон мужчине в рот. Глаза члена Культа Змеи округлились.

— Вку... вку...

— Вкусно?

— Вкусно до БЕЗУ-У-УМИЯ!!!

Мужчина закатил глаза. Он задёргался на земле, пуская слюни, а затем потерял сознание.

Всё ещё не то. Проблема заключалась не только в запахе — сам вкус тоже оставлял желать лучшего.

Инквизиторы молча исцелили его. К счастью, угрозы для жизни не было.

— Что же это за вкус такой, от которого люди падают в обморок?

— Одно можно сказать наверняка: это пока нельзя есть.

— Может, там яд?

Мы втроём пошептались между собой и на этот раз добавили другие специи.

— Если мы продолжим смешивать ингредиенты, в конце концов что-нибудь да получится.

Люди начали падать один за другим.

Причём целыми пачками.

◇ ◇ ◇

Голод сводит людей с ума — это было общепризнанным фактом.

Мы постепенно теряли рассудок. Панцири крабов уже казались нам обычными кусками сочной еды.

— Убивайте их!

— Нужно убить побольше, чтобы у нас было больше материала для исследований!

— К чёрту всё! Я лучше умру, чем буду есть эту гадость!

— Раки! Охотьтесь и на раков тоже!

— Они могут оказаться вкуснее!

— Не позволяйте им забирать туши после того, как мы их завалим!

С каждым днём инквизиторы и паладины Культа Змеи всё лучше сыгрывались друг с другом. Теперь они почти инстинктивно прикрывали спины товарищей, действуя как единый отряд.

Я продолжал упорно продвигать кулинарные исследования. К счастью, запасы специй у нас были довольно приличными.

Казалось, я израсходовал уже прорву приправ, но на деле ушла лишь малая часть.

— Подопытный номер сто шестьдесят четыре...

Зачерпнув варево из панциря, я скормил его стоявшему рядом члену Культа Змеи.

Мужчина закатил глаза и рухнул без чувств.

— Рецепт неудачный.

Шёл уже почти двадцатый день, а проклятый третий этап так и не начинался.

Что, чёрт возьми, пошло не так? Неужели кто-то заранее подкармливал этого паршивого гигантского осьминога?

Размышлять над этой загадкой времени не было. Мы выживали лишь благодаря этим отвратительным, омерзительным на вкус панцирям крабов.

Сделать из этого нечто, пригодное для употребления человеком, оставалось первоочередной задачей.

Изабела отрешённо пробормотала что-то себе под нос. Её глаза, привыкшие к безвкусным крабовым панцирям, потеряли фокус.

— Я лучше просто умру...

Раадатук безучастно смотрел на стену. С каждым днём он всё больше времени проводил, повторяя бессмысленные движения.

— Великий инквизитор... вы не должны...

Загадочный вкус крабового панциря был способен сломить даже самую сильную волю.

[Активируется ⟨Молитва Бога Солнца⟩.]

[Психическое загрязнение заблокировано.]

Единственной причиной, по которой я ещё не сошёл с ума, был этот навык. Мой язык онемел, но я всё ещё держался.

— Подопытный... двести двадцать семь...

Я снова изменил рецепт. И наконец-то нашёл нужные пропорции.

— Подопытный номер триста двадцать восемь.

Стоя перед ярко сияющим панцирем краба, я едва сдерживал слёзы.

— Ус... пех...

[Вы получили ⟨Рецепт из морепродуктов (F)⟩.]

[Ранг ⟨Рецепта из морепродуктов (F)⟩ повышается.]

[⟨Рецепт из морепродуктов (B)⟩.]

— Ты смог приготовить нечто подобное из существ, известных своим отвратительным вкусом...? Что это за чудо такое...?

Ра, Бог Солнца, пребывала в полном изумлении. Я медленно положил кусочек еды себе в рот.

Правильные специи и жар такой силы, какую мог воссоздать только я.

Вкус бульона из крабового панциря, приготовленного под точным контролем Святой силы, растёкся по моему рту.

— Это... это...!

Всё моё тело затрепетало, словно готовое взорваться от восторга.

— Это... невероятно вкусно...!

Я тут же принялся раздавать еду. Начал с Изабелы, которая буквально ползала по земле.

— Нуна. Попробуй это.

— Пожалуйста... хватит пыток...

— Да просто ешь, говорю тебе.

Я вложил кусочек ей в рот, и взгляд Изабелы мгновенно изменился. Она вскочила на ноги и набросилась на панцирь краба, жадно поглощая содержимое.

— О боже!! Это БЕЗУМНО вкусно!!!

Раадатук ничем от неё не отличался. Со слезами на глазах он тоже бросился к панцирю.

— Брат.

— Да?

— Что бы ни случилось, я защищу вас.

Всего одно блюдо — и я получил клятву верности. Я действительно чертовски хорош.

Глядя на спасённых мною людей, я ощутил прилив глубокого удовлетворения. Но останавливаться на этом было нельзя.

Улыбаясь с великодушной благодатью святого, я лично жарил панцири крабов для каждого. Члены Культа Змеи, жадно уплетая еду, со временем начали называть меня Жрецом.

Репутация повысилась!

— Жрец... ах-х...

— Да пребудет... свет... со Жрецом...

Ра цокнула языком, глядя на эту странную благоговейную атмосферу:

— Нага пришла бы в ужас, увидь она это.

— Разве она не наблюдает прямо сейчас?

— ...Возможно. Она не может выйти на связь из-за моего присутствия.

Ра прошептала:

— Скорее всего, она хочет выразить тебе благодарность. Эта Нага, вопреки своему грозному виду, на удивление сентиментальна. Должно быть, она с тяжёлым сердцем наблюдала за тем, как медленно умирает Изабела.

— ...И?

— Я ненадолго отступлю в тень. Обратись к Изабеле. Наши культы могут ненавидеть друг друга, но нас это мало волнует. Она тоже наверняка не испытывает к тебе враждебности. Более того...

— Она захочет мне что-то дать?

— Именно.

Ра тихо и зловеще рассмеялась:

— Мы должны выжать из неё всё, что сможем. Чтобы спасти мой мир, нам придётся использовать и других богов, верно?

— Хе-хе-хе. Вот это моя богиня.

— Потребуй всю причинность, которой она располагает. Если мы всё правильно разыграем, то сможем даже выудить у неё священную реликвию.

— Само собой разумеется.

Наблюдение за тем, как Бог Солнца с каждым днём становится всё коварнее, наполняло меня тёплым чувством гордости.

Да!

Вот ЭТО я понимаю — правильный покровитель!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (9)

Глава 27: Культ Змеи (9)

— Эй, сестрица.

Поздней ночью я подозвал Изабелу отдельно от остальных. Она вышла, нервно переминаясь с ноги на ногу и боязливо следя за выражением моего лица. Несмотря на свой грозный вид, вела она себя точь-в-точь как пугливая кошка.

— Ч-что такое?..

— Дай мне руку.

— Р-руку?!

Она посмотрела на свои ладони, а затем тихонько спрятала их за спину.

— Нет.

— Почему?

— Любые... любые непристойности запрещены. Я буду ругаться!

—?.. Да просто дай мне её на секунду. Ничего непристойного в этом нет.

— Н-ну, раз так...

Я перехватил руку Изабелы.

— ...Ах.

Свободной рукой Изабела прикрыла рот. Я внимательно осмотрел её ладонь. Священная Стигма должна быть где-то здесь...

Не на руке — значит, в другом месте?

— Не могла бы ты немного приподнять одежду?

— З-здесь?.. Н-нет! Я правда буду ругаться!

— Не дёргайся.

— Я... я не должна... но... если ты так настаиваешь... мне правда не стоит...

Я закатал её рукав. И здесь пусто...

Может, на спине?

— Сестрица.

— П-понежнее...

— Где твоя Священная Стигма?

— ...М-м?

Она покосилась на меня, а затем медленно приподняла подол своего жреческого одеяния.

Взору открылся аккуратный пупок. Но Священной Стигмы там не оказалось.

— Здесь её нет.

— ...Ниже.

Я уставился ниже её пупка. Понятно. Вот оно как.

«А ты всё-таки хитрый мелкий ублюдок».

Ну и божество-извращенец.

— ...Она ведь не совсем внизу, верно?

— ...В районе низа живота.

— Тогда я просто немного спущу твою одежду.

— Ч-что ты делаешь...

Она сделала вид, будто сопротивляется, но на самом деле не упиралась. Напротив, едва заметно подала живот вперёд.

— О Господи... прости меня...

В её участившемся дыхании сквозило явное возбуждение. На всякий случай я огляделся по сторонам.

Никого. Хорошо. Какое облегчение.

Увидь это кто-нибудь из Культа Змеи, они бы с ума сошли.

— К твоему сведению, у меня нет абсолютно никаких скрытых мотивов.

— ...Даже капельки?

— Ну, я всего лишь человек, так что, возможно, самую малость.

— .......

Изабела тихонько отвернулась. Затем, спохватившись, спросила:

— Но зачем тебе Священная Стигма?..

— Мне нужно кое-что обсудить с твоим божеством.

— ...?

— Просто смотри, и сама всё поймёшь.

Что ж, нанесём визит вежливости.

◇ ◇ ◇

— Эй, старший брат.

Я открыл глаза. Кто-то тряс меня за плечо.

Маленькая, тёплая ладошка. Девочка, которая выглядела гораздо моложе меня.

— ...Хан Соа?

Я не мог забыть это лицо и резко сел. Никаких сомнений. Эти пухлые щёчки.

Это была Хан Соа, прямо перед тем, как её забили до смерти.

— Ты... почему... ты здесь...

Погодите-ка.

Что происходит?

Я нахмурился и потёр лицо. Хан Соа мертва. Её больше нет в этом мире.

А та, кто согласилась вернуть её...

Сделка с Богом Солнца Ра.

— Ох, твою ж мать.

Я сердито уставился на Хан Соа.

— Это не смешно. Устраивать подобные фокусы. Нага.

— Ик!

Хан Соа попятилась. Точнее, попятилось то существо, что нацепило на себя её облик.

— П-прости. Я просто хотела посмотреть на твою реакцию... узнать, кто засел глубже всего в твоих воспоминаниях... и... и потом... я пыталась добавить почтительное обращение в конце...

— Жить надоело?

— Хи-и-ик!..

— Живо сними это. Или я действительно не стану сдерживаться.

— П-прости...

Облик Хан Соа начал таять, извиваясь и меняясь. Зрелище было настолько гротескным, что меня передёрнуло.

Фигура постепенно увеличивалась в размерах. Наконец передо мной предстала невысокая женщина, чей рост был почти на уровне моих глаз.

Одежда едва прикрывала её кожу. Под глазами залегли глубокие, тяжёлые тени. С первого взгляда она казалась мрачной — мрачной, и всё же...

Какого черта. Да это же ходячее оружие массового поражения.

— Н-не смотри...

Она прижала руки к груди. И под «прижала» я имею в виду буквальный смысл — настолько выдающимися были её формы.

— Хм-м-м...

— Ч-что такое...

— Кажется, теперь я понимаю, почему члены Культа Змеи продолжают поклоняться своему божеству, несмотря на то, как с ними обращаются.

— Угх, угх-х-х...

Я хлопнул в ладоши, чтобы разрядить обстановку, и протянул ей руку.

Мягко.

Тёпло.

Пока я не выжму из неё всё до последней капли, режим джентльмена отключать нельзя.

— Не хочешь немного прогуляться?

— А?.. Угх?..

Нага перевела взгляд с моей ладони на комнату, а затем неопределённо указала на окружающее нас пространство.

— Это всё, что я здесь создала... мы не можем пойти на прогулку...

— Тогда мы просто походим кругами по комнате.

— ...?

— Говорят, лёгкое движение помогает думать. Ну же. Давай.

— Н-ну, раз так...

Она взяла меня за руку, и мы принялись неспешно мерить шагами комнату.

— Вживую ты ещё красивее.

— О-откуда ты знаешь обо мне...

— Ра рассказала. Белые волосы — это наследственное?

— У меня вообще нет родителей... они такие с самого начала...

— У тебя очень красивый цвет глаз. Ты из каких-то далёких краёв?

— Я даже не из твоего мира...

Я разрядил обстановку непринуждённой беседой. Заметив, что напряжение наконец спало, я сразу перешёл к делу.

— Как поживает жрица Изабела?

— М-м?

— Мне просто стало интересно, нормально ли связываться подобным образом.

— К-конечно нормально!

В её поникших глазах впервые затеплилась жизнь.

— С Изабелой всё хорошо! Она дитя, которым я очень дорожу! Т-точно... я хотела поблагодарить тебя, поэтому и позвала. Изначально я собиралась призвать тебя через Изабелу, но... ты как-то сам пришёл первым...

— Я хотел увидеть тебя.

— ...Что?

Она застыла.

— Т-т-т-т-ты хотел увидеть... меня?..

— Конечно. Мне тоже было любопытно.

— Н-но... ты ведь последователь Ра...

— Разве это запрещено?

— Н-ну... вообще-то... посягать на последователя другого бога — это... серьёзное преступление...

— Но человеческое сердце устроено гораздо сложнее.

Я слегка провел пальцами по тыльной стороне её ладони.

— Ты мне нравишься.

— Ах, а-а-ах...

Она вздрогнула, продолжая украдкой поглядывать на меня. Я изо всех сил старался не улыбнуться.

Проще простого.

Я выжму её досуха.

— Но, Нага.

— Д-да?

— Ты мне нравишься, но не думаю, что смогу перейти на твою сторону. Ра слишком сильно дорожит мной...

— В-вот как...

Она захлопала глазами, явно не зная, как себя вести. Однако её плечи заметно поникли.

Я крепко сжал её ладони в своих руках, и мой взгляд стал серьёзным.

— Но если взглянуть на это иначе — выход может найтись.

— Д-да?

— Моё тело принадлежит Ра... но я хочу обладать и Нагой тоже.

— Ч-что?..

— Не могла бы ты поделиться со мной хотя бы малой частью своей милости?

— ...А?..

У Наги голова пошла кругом.

— Н-но... Ра ведь точно разозлится...

— Я прикрою тебя.

— Оставление меток двух богов на одном человеческом теле — это нарушение причинности...

— Но я не хочу тебя терять.

— З-зачем тебе заходить так далеко...

— Потому что это первый раз, когда я встретил божество, которое мне настолько сильно понравилось.

И это чистая правда.

Я впервые встретил божество, которое так легко обобрать до нитки.

Ра с самого начала не была из тех, кого можно легко обвести вокруг пальца.

— Мне нужно спасти этот мир. Ты ведь знаешь об этом?

— Я... я впервые об этом слышу.

— ...Потом услышишь от Ра. В любом случае — ты ведь сделаешь это, верно?

— И все же это так внезапно...

— Ах.

Я тихонько отпустил руку Наги.

— Понятно.

— ...Что?

— Да нет. Ничего. Забудь.

Я улыбнулся. Мои глаза улыбались, но губы оставались неподвижными.

— Я просто подумал о том, кто именно спас жизнь жрице Изабеле.

— А... а?..

— Да и члены Культа Змеи, по сути, живы только благодаря мне.

— Ах... а-ах...

— И тем не менее, само божество, чьих последователей спасли от верной гибели, не даёт ничего взамен.

Я покосился на Нагу.

— Полагаю, такое случается. Верно?

— Н-нет...

— Нет, ты права. Я обратился с неразумной просьбой. Чуть было не совершил ужасное неуважение. Наша дорогая Нага ведь так принципиальна! Я едва не прогневал божество! Я! Простой последователь! Верно?!

— Угх... а...

— Я совершил огромную ошибку! Жалкий последователь соперничающего бога едва не оскорбил божество! Полностью моя вина! Абсолютно!

— Я... я вовсе не это имела в виду...

— Нага.

Я медленно погладил её по голове.

— Ты мне нравишься. Ты ведь знаешь это?

— Д-да...

— Поэтому я не хочу расставаться с тобой. Ты ведь тоже это понимаешь?

— ...Да... понимаю...

— К тому же я более чем заслужил награду. Ведь именно я спас последователей, которыми ты так дорожишь. Верно?

— Это... правда...

— С Ра я разберусь сам, а поскольку я спас жизни, причинно-следственных связей более чем достаточно... Значит, единственное препятствие — это отсутствие прецедента, ведь ни один человек ещё не носил две Священные Стигмы одновременно, верно?

— Наверное... так?..

— Но ведь прецеденты и создаются для того, чтобы их нарушать? Если я стану первым подобным случаем, это может просто стать новой нормой. Верно?

— Думаю... да?..

Пока она в замешательстве склоняла голову набок, я обхватил её за плечи. Склонившись к самому уху, я сладко прошептал:

— Нага.

— Д-да?..

— Я не хочу расставаться с тобой.

Я провел пальцами по её щеке и слегка потянул за её змеиный язычок.

— А ты?

Её сопротивляемость мужчинам, судя по всему, равнялась нулю — глаза у неё окончательно поплыли. От неё исходил неописуемый, пьянящий аромат.

— Я... ну... то есть...

— Ну же?

— Я никогда... не испытывала ничего подобного раньше... так что... то есть...

— Я хочу тебя, Нага...

— Н-не надо... шептать так...

Нага вздрогнула. С затуманенным взором она тихонько прижалась ко мне.

— Ты... тёплый... я... ну... быть порознь... я вообще-то... не против, если мы не будем...

— Вот и славно. И что же нам тогда делать?

— Эм... ну...

Она пробормотала, уткнувшись мне в грудь:

— Начертать... Священную Стигму?..

— Одного этого может оказаться недостаточно для оправдания.

— Т-тогда что?

— Назначь меня Апостолом Культа Змеи. Самым приближённым к Наге человеком. Что думаешь?

— ...А? Н-но это ведь...

— Всё в порядке. Я всё равно со временем покину Культ Ра и создам новый, так что это вообще не проблема.

— Д-дело не в этом...

— Нага.

Я приподнял её за подбородок.

— Ты будешь со мной?

— Ах... ха-ах... м-м-м...

Она зажмурилась, а затем тихонько кивнула.

— Д-да...

[Ваш класс меняется.]

[Ваша раса меняется.]

[Священная Стигма (B) ==> Смешанная Стигма (A).]

[Божественность (B) ==> Смешанная Божественность (A).]

[Захад Балтон] [Уровень: 42]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Уникальные навыки класса]

- Любовь Бога Солнца: Ваши навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

- Милость Бога Солнца: Ваша Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога Солнца: Вы можете без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

- Молитва Бога Солнца: Ментальное осквернение не оказывает на вас никакого влияния.

[Уникальные навыки класса]

- Любовь Бога-Змея: Ваши навыки, связанные с Богом-Змеем, развиваются стремительно.

- Милость Бога-Змея: Ваша Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога-Змея: Вы можете без риска использовать священные реликвии Бога-Змея.

- Молитва Бога-Змея: Вы получаете иммунитет к негативным эффектам состояния.

[Имеющиеся навыки]

- Смешанная Стигма (A): Отгоняет всякое зло. Позволяет даровать Священную Стигму другим. Подвластные вам жрецы становятся смешанными, что может вызвать некоторые физические искажения. (5/20)

- Смешанная Божественность (A): Две божественности слились воедино. Использование стало значительно более требовательным, и её невозможно обнаружить обычными сканерами Святой силы.

- Исцеление (B): Позволяет одновременно исцелять и вести бой. В мире это называют «битвой бессмертных».

- Благословение (B): Сопротивляемость негативным эффектам состояния значительно возрастает; позволяет сохранять самообладание за исключением особых обстоятельств. Физические способности значительно возрастают, а Святая сила временно устремляется вверх.

- Священное пламя (B): Создает священное пламя. Очищает зло и способно частично сжигать то, что сжечь невозможно. Размер и пределы пламени пропорциональны Святой силе.

- Молитва огня (C): При молитве температура тела поддерживается в течение определенного времени. Физические способности улучшаются.

- Создание святой воды (C): Наделяет воду Святой силой. Активирует исцеляющие способности организма и повышает сопротивляемость злу.

- Священный барьер (B): Позволяет изолировать определенные области. Может наноситься тонким слоем на кожу, окутывая тело пламенем. Обладает прочностью, сопоставимой с доспехами, и сводит на нет удары ниже определенного порога.

- Шепот огня (B): Повышает характеристики оружия. Пламя нисходит на лезвие, а также может быть наложено на оружие других людей. Дарует сопротивляемость злу.

- Очищение (C): Изгоняет проклятия и очищает то, что осквернено.

- Меч Суда (B): Происходит от «Песни огня», основополагающего фехтования Культа Ра. Все лишние элементы были отсечены; клинок Инквизитора издавна славится своей беспощадностью.

- Приготовление мяса (C): Позволяет вкусно жарить мясо на гриле.

- Пепельная Корона (EX): Позволяет приносить подношения для повышения ранга навыков, связанных с Богом Солнца.

— Ч-что... а?..

Она внезапно открыла глаза. Нага задрожала и пробормотала:

— Моя... причинность, которую я копила... сотни лет... куда же она... вся... исчезла...

И куда же, по-твоему, она делась?

Спасибо за угощение.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (10)

Глава 28: Культ Змеи (10)

— Ах ты сумасшедший сукин сын!

Этот рёв оглушил меня подобно удару грома. Я лениво поковырял в носу, пока белое пространство вокруг медленно прояснялось.

— Хм? Что не так?

— Ты хоть понимаешь, что сейчас натворил?!

— Я, я... Ра, сестрица...

— Закрой рот! Глупая девчонка!

— Хнык...

Я стоял на своём, ни капли не стыдясь:

— Ты ведь сама велела мне выжать всё, что только смогу, разве нет?

— Всему есть предел! У тебя вообще есть чувство меры?! Ты должен быть жрецом, служащим одному богу — и что ты делаешь? Идёшь и принимаешь благословение другого божества?!

— Я, я могу всё объяснить!..

— Я сказала, заткнись!

— Уа-а-а-анг!

Я обнял Нагу, которая была уже на грани того, чтобы разрыдаться.

— Зачем ты так грубо с нашей Нагой?

— Н-нашей Нагой?! Ах... ах... моё давление... моё давление...

— З-Захад...

Она заёрзала и теснее прижалась ко мне. Да. Всё верно.

«Теперь ты моя, так что можешь прижиматься ко мне сколько угодно».

— Ра, вместо того чтобы кричать, давай отойдём и нормально поговорим.

— Это твоё собственное ментальное пространство! Куда, по-твоему, мы можем отойти?!

— Да ладно тебе. Если захочешь, ты способна на всё. Нага, подожди здесь немного. Я успокою Ра и сразу вернусь.

— П-пожалуйста, будь осторожен...

Я отошёл от неё. Стоило мне сделать шаг, как фигура Наги бесследно исчезла.

Но крики Ра и не думали утихать:

— Безумец!

— Я всё прекрасно слышу, так что не могла бы ты убавить громкость?

— Ладно, то, что ты держишь меня за дуру — отложим это пока в сторону! Но ты абсолютно не понимаешь, что натворил!

— И что же это значит?

Перед моими глазами с треском вспыхнули искры. С глухим стуком опустилась огромная классная доска, и горящий мелок начал двигаться сам по себе.

«Она даже диаграммы рисует, чтобы объяснить. Какая заботливая».

— Твоё тело — это сосуд, который я создала лично! Физическая оболочка, полностью сформированная силой Бога Солнца!

— Я заметил, что характеристики у него весьма впечатляющие.

— И это ещё не всё! Ты хоть представляешь, сколько Священных Стигм встроено в тело, которое я создала своими руками?!

— Я думал, есть только одна, на тыльной стороне ладони.

— То, что ты видишь — далеко не всё! Твоё тело буквально усыпано моими Священными Стигмами! Я с нуля создала систему специально для тебя, а затем прогнула под неё весь мир... Ты хоть знаешь, через что мне пришлось пройти...

Мелок задрожал.

— И этот ублюдок берёт и изменяет мне?!

— Способного мужчину невозможно удержать на привязи — такова жизнь.

— Ах ты кусок дерьма! Сдохни прямо здесь! Как ты посмел так меня опозорить?! Что?! Один апостол служит двум богам?! Если об этом прознают другие боги, я стану посмешищем для всего божественного пантеона!

— Ты сама сказала брать всё, что смогу получить.

— Но я не говорила забирать Бога-Змея!

Мелок, до этого яростно дрожавший, бессильно замер.

— Почему... почему это должен был быть кто-то вроде тебя...

— Ладно, ладно. Хватит.

— Мерзавец... паршивый ты мерзавец... И ты вообще понимаешь, как сильно это вредит твоему телу? Это буквально бунт против причинности. Всегда есть причина, почему чего-то никогда не делали раньше. Приведёт ли это к катастрофическим побочным эффектам или повлечёт за собой последствия, которые никто не мог вообразить... всё всегда заканчивается крахом.

Мелок полетел прямо в меня.

— Ты чувствуешь какие-нибудь странности в своём теле?

— В системе появилось какое-то странное сообщение.

— ...И что там было написано?

— Ты сама не видишь, Ра?

— Если бы я вмешалась ещё и туда, мир бы исказился. Мне было достаточно просто показать тебе оцифрованную версию реальности. Если я приложу руку и к системе, всё рухнет.

— Понятно. Ничего особо критичного — просто моя раса сменилась на «???», а некоторые части тела описывались как искажённые...

— .......

Пламя яростно взметнулось. Она принялась лихорадочно ощупывать каждый сантиметр моего тела.

— Это бомба, готовая вот-вот взорваться!

— Моё тело?

— Да, твоё тело! Круглый ты дурак! Разные виды Святой силы отталкивают друг друга! Разве Нага тебе не говорила?!

— Она ничего такого не упоминала.

— Безмозглая девчонка! Мне следовало понять, что у неё в голове пусто, ещё когда я увидела, как она смущается перед собственным последователем!

Ра на мгновение замолчала.

— ...Теперь уже ничего не поделаешь. Ты умрёшь.

— Что, простите?

— Две силы смешались — и никто не знает, к чему это приведёт. Ты можешь взорваться завтра или послезавтра. Твоя человеческая оболочка может полностью разрушиться, и ты превратишься в ужаснейшего, перенасыщенного Святой силой монстра, когда-либо ступавшего по этой земле.

— Да ладно тебе. До этого точно не дойдёт.

— Ты правда думал, что человеческий сосуд способен удержать две конфликтующие Святые силы? Я ожидала, что ты получишь какую-нибудь реликвию Бога-Змея... но эта негодница умудрилась вдобавок ко всему нацепить на тебя титул Апостола...

— ...Если так, то это действительно проблема.

Я мысленно взвесил ситуацию. Святая сила на грани детонации. Два разных вида Святой силы, непрерывно воюющие внутри моего тела и ведущие к взрыву.

Однако была одна деталь, которая заставила меня усомниться, прежде чем я окончательно поверил в этот исход. Система, оцифровывающая и отображающая всю информацию, врать не станет.

— То есть это как если бы внутри меня каждый день взрывалась ядерная бомба?

— Да! Радиационное заражение! Идиот! Война отравляет саму землю! Почва, на которой бушевала битва, обычно разрушается безвозвратно!

— Но система сообщила, что они смешались.

— Это одно и то ж... Погоди. Постой. Что? Смешались?

Пламя снова потянулось ко мне и коснулось моего тела.

— ...Погоди. Что это такое?

— Что происходит?

— Мутация Святой силы... Сгусток Святой силы, какого я никогда раньше не видела... Он... мал, но потенциально может стать сосудом полубога... Если подумать... это тело изначально не было человеческим — оно ведь создано из моих собственных Священных Стигм...

Пламя побледнело.

— Ты... что вообще происходит внутри тебя?

— Без понятия.

— П-пока что оставь всё как есть! Мне нужно хорошенько обдумать это! По крайней мере, в ближайшее время взрыва вроде бы не намечается! Тут требуются дополнительные исследования...

Пламя схватило меня за руку. Откуда-то материализовалась игла для забора крови и вытянула тонкую струйку моей крови.

— Ой.

— Какое-то время я буду очень занята, так что не жди вестей от меня. Если понадобится помощь, обращайся к Наге. Этой девчонке всё равно особо нечем заняться.

— Мне будет немного одиноко.

— И по чьей же, по-твоему, вине?!

Пламя начало медленно угасать. Я протянул руку и поймал его уходящий край.

— Эй, Ра.

— Что ещё?!

— Ты ведь знаешь, что ты для меня важнее всех, верно?

— ......

— Это тело создано тобой. Нас связывают секреты, о которых знаем только мы двое. Ты — божество, которое было со мной с самого начала и останется до самого конца моего пребывания здесь.

Я погладил пламя.

— Ра — самое драгоценное божество в мире для меня.

— ...Ах ты паршивец.

Пламя яростно вспыхнуло.

— Теперь я злюсь ещё сильнее. Двуличный мерзавец! Получай!

— Ой! Ай!

— Я действительно... ну почему это должен был быть именно он...

Пламя исчезло. Я крикнул в пустоту:

— Ра! Я правда очень дорожу тобой!

— Закрой рот! Негодяй!

◇ ◇ ◇

— Захад?

Кто-то тряс меня за плечо. Я распахнул глаза и тут же сел.

Вокруг высились ледяные глыбы. Значит, я вернулся в реальность. В теле ощущалась полная неразбериха. Появилось какое-то странное, незнакомое чувство неправильности, которому я не мог дать название.

«Моё тело... вроде бы такое же, как и раньше».

Но что-то всё же изменилось. Я посмотрел на тыльную сторону ладони. Священная Стигма Бога Солнца оставалась на месте, но почему-то у меня возникло ощущение, что я могу явить и кое-что другое.

— Ты в порядке?

— Сестрица. Хочешь, кое-что покажу?

— Хм?

Я протянул руку. Стигма на ней закружилась, и очертания знака начали меняться.

Узор, напоминавший солнце, перетёк в очертания, указывающие на змея.

— ...А?

Услышав ошеломлённый возглас Изабелы, я тихо всколыхнул свою Святую силу. Не солнечная, а зловещая энергия, похожая на тёмную тень, начала клубиться у моих ног.

— Надо же, действительно работает.

— Ч-что это такое?

— Я тут навестил Нагу, и оказалось, что я ей очень даже приглянулся.

Я лучезарно улыбнулся Изабеле, которая тупо уставилась на меня.

— Она сказала, что сделает меня своим Апостолом. Конечно, я по-прежнему служу и Богу Солнца тоже. Пусть это останется между нами, сестрица.

Изабела тут же лишилась чувств.

◇ ◇ ◇

— Я никогда... не видела ничего подобного, — мрачно произнесла Изабела, единственная, кто разделял этот секрет. — Нага лично избрала Апостола... и им оказался именно жрец веры Бога Солнца. И что на это говорит Бог Солнца?

— Сказала, что рада тому, насколько я способный.

«Пусть даже у неё при этом пена изо рта шла».

— Боги стоят бесконечно выше нас. Но говорят, что люди в конечном счёте — всего лишь копии, созданные по образу и подобию богов. Каким бы способным ни был человек, ему никогда с ними не сравниться. И всё же твои способности признали такие великие сущности...

Она перекрестилась.

— Должно быть, это тоже наставление Наги. Захад, я буду обучать тебя. Выбор за тобой, но теперь, когда у тебя появилась стигма, ты имеешь право приобщиться к учениям Культа Змеи.

— Буду только рад.

Как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло.

Внутри пустоты, где Бейгнис мог поглотить нас целиком в любой момент, я получил возможность тренироваться вместе с Изабелой. Только мы вдвоём, в подземном туннеле, скрытом от чужих глаз.

Разумеется, Инквизиторы и Раадатук заподозрили неладное.

— В последнее время ты проводишь слишком много времени с Культом Змеи.

— Брат. Надеюсь, ты не замышляешь ничего дурного...

— Даже простое общение с ними может привести к осквернению, брат.

Каждый, кто подавал голос, тут же затыкался, стоило ему получить крабовую котлетку.

— У брата наверняка есть свои причины.

— Тот факт, что он способен готовить столь благочестивую пищу, доказывает, что он рождён в вере Бога Солнца.

— Прости, что усомнился в тебе.

— Можно мне ещё одну тарелочку, брат?

В отличие от унылых дней, которые я проводил в одиночестве, теперь, когда у меня появилось конкретное занятие, время летело незаметно.

Изабела была строгим учителем. Но стоило мне пораниться во время тренировки, как она тут же прибегала и осыпала меня исцеляющими заклинаниями.

— З-Захад, ты в порядке? Может, нам стоит немного сбавить темп?..

Её некогда холодное отношение заметно смягчилось. Теперь она вела себя как настоящая старшая сестра.

Но я сам требовал ещё более суровых тренировок. Пусть это и случилось гораздо позже, чем я изначально планировал, упускать шанс освоить яды и теневые священные искусства было нельзя.

— Гоняй меня жёстче, сестрица.

Даже когда я падал от усталости, я тут же поднимался на ноги.

— Если думать об этом как об уроках Наги, то мне совсем не тяжело.

— ...Ты действительно невероятен.

— Захад... ты такой милашка...

Голос Ра теперь был едва слышен. Но пустоту, оставшуюся после неё, заполнил голос Наги.

Мы не общались лицом к лицу, но её характер, казалось, немного изменился. Как бы это сказать... Ну, вы понимаете.

Словно хикикомори-отаку, задыхающийся от восторга при виде любимого тайтла.

— Такой милый... мой последователь такой милый... эти капельки пота... Хочу лизнуть его плечо...

«И почему божество, которое при личной встрече заливается краской от смущения, ведёт себя подобным образом?»

Так прошло больше двадцати дней, затем больше тридцати. Бейгнис, который до этого медленно и неторопливо поглощал нас, внезапно замер.

Члены Культа Змеи и Инквизиторы, которые за это время успели сблизиться и теперь сидели друг напротив друга, играя в карты прямо на тюках с багажом, вздрогнули.

— Что случилось?

— Наконец-то что-то...

Пол под ногами начал крошиться. Сквозь трещины просочилась ужасающая вонь.

Нутро пасти Бейгниса.

Начиналась третья стадия.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (11)

Глава 29: Культ Змеи (11)

Гнилостная вонь. Я зажал нос.

Этот ублюдок. Как я и думал, он даже зубы толком не чистит.

Я тяжело вздохнул. И все же я долго ждал этого дня.

Не зря же я так усердно тренировался!

[Захад Балтон] [Уровень: 47]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Эксклюзивные навыки класса]

- Любовь Бога Солнца: находящиеся во владении навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

- Милость Бога Солнца: находящаяся во владении Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога Солнца: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

- Молитва Бога Солнца: ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Эксклюзивные навыки класса]

- Любовь Бога-Змея: находящиеся во владении навыки, связанные с Богом-Змеем, развиваются стремительно.

- Милость Бога-Змея: находящаяся во владении Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога-Змея: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога-Змея.

- Молитва Бога-Змея: дает иммунитет к негативным статусам.

[Апостол]

- Смешанная Стигма (A): изгоняет любое зло. Позволяет даровать стигмы другим. Подвластные жрецы становятся смешанными, что может вызвать некоторые физические искажения. (5/20)

- Смешанная Божественность (A): две божественности слились воедино. Использование стало значительно более требовательным, и ее невозможно обнаружить обычными сенсорами Святой силы.

- Исцеление (B): позволяет одновременно исцелять и вести бой. В мире это называют «битвой бессмертного».

- Благословение (B): сопротивляемость негативным статусам значительно возрастает, позволяя сохранять самообладание за исключением особых обстоятельств. Физические способности значительно увеличиваются, а Святая сила временно возрастает.

[Культ Ра]

- Священное пламя (B): создает священный огонь. Очищает зло и может частично сжигать то, что сжечь невозможно. Размер и пределы пламени пропорциональны Святой силе.

- Молитва огня (C): при молитве температура тела поддерживается в течение определенного времени. Физические способности улучшаются.

- Создание святой воды (C): наделяет воду Святой силой. Активирует способность организма к исцелению и повышает сопротивляемость злу.

- Священная стена (B): позволяет перекрывать определенные области. Может наноситься тонким слоем на кожу, чтобы окутать себя пламенем. Обладает прочностью, сопоставимой с доспехами, и сводит на нет удары ниже определенного порога.

- Шепот огня (B): улучшает характеристики оружия. Пламя оседает на лезвии и может быть даровано оружию других людей. Дарует сопротивляемость злу.

- Очищение (C): изгоняет проклятия и очищает то, что было осквернено.

- Меч Суда (B): происходит от базового фехтования веры Бога Солнца, «Песни огня». Все лишние элементы были отсечены, а клинок Инквизитора с давних пор известен тем, что не знает пощады.

- Пепельная Корона (EX): позволяет приносить подношения для повышения ранга навыков, связанных с Богом Солнца.

[Культ Нага]

- Плетение теней (C): создает безмолвную тень. Позволяет сливаться с темнотой и бесшумно передвигаться.

- Молитва чешуи (C): при молитве присутствие молящегося исчезает на определенное время. Физические способности улучшаются.

- Выработка яда (C): позволяет вырабатывать в организме яд, вызывающий боли в животе.

- Шепот змея (C): внешний вид объекта частично погружается во тьму. Позволяет скрывать предметы, но только те, что находятся в руках.

- Эрозия (C): проникает в разум и внедряет внушения в чужую психику.

- Черная Чешуя (B): происходит от базового фехтования Культа Змеи, «Песни теней». Все лишние элементы были отсечены, а познавшие этот клинок, как известно, живут во тьме.

[Общие навыки]

- Приготовление мяса (C): позволяет вкусно жарить мясо на гриле.

- Приготовление морепродуктов (B): позволяет сделать вкусными даже те морепродукты, которые кажутся несъедобными.

Что ж, неплохо.

С такими темпами позже я даже прочитать все это не смогу!

Сбросив прицепившегося ко мне морского желудя, я поморщился. Вонь усилилась, а трещины под ногами начали стремительно множиться.

А затем все рухнуло.

— Ч-что?!

— Что за чертовщина?!

— Мы падаем! Сгруппируйтесь!

Земля уходила из-под ног с ужасающей скоростью, а откуда-то снизу донесся странный звук.

Скрежещущий, хрустящий шум — словно что-то пережевывали на мелкие кусочки.

— БЕРЕГИ-И-И-ИСЬ! — закричал я во весь голос, беря на себя командование запаниковавшей толпой. — Под трещинами огромные зубы! Не дайте им себя разжевать!

— К-как?!

— Подождите, пока они один раз сомкнутся, а когда снова широко раскроются — прыгайте! Ошибетесь со временем — превратитесь в кашу, так что будьте осторожны!

Земля снова содрогнулась от глубокого треска, и расщелины разошлись еще шире. Почва полностью разорвалась, обнажив зияющую внизу гигантскую пасть.

— На счет три прыгаем!

— Х-хорошо!

Земля вздрогнула и просела еще ниже, а вонь стала невыносимой. Снизу хлынул тошнотворный, протухший запах.

Почва полностью обвалилась. Да чтоб тебя...

Слишком быстро.

— Раз-два-три-прыгаем!

— СЧИТАЙ МЕДЛЕННЕЕ!

Мы полетели вниз. Инквизиторы и паладины Культа Змеи поспешно хватали более слабых последователей, которые не могли справиться сами.

Свободное падение.

Я бесконечно падал во тьму. Нарастающая вонь, едва уловимый липкий, хлюпающий звук. Коснувшись колышущихся стен из плоти, я почувствовал это — я вернулся.

— ...Ха!

Смех вырвался у меня прежде, чем я успел его сдержать. Этот ублюдок. Как же чертовски давно это было!

Видеть его снова в таком виде — потрясающее чувство! Никогда не думал, что мне представится еще один шанс поиметь эту тварь!

И притом настолько ярким, первобытным способом, о котором я даже помыслить не мог!

— Я сотру тебя в порошок!

Грудь распирало от восторга. Неодолимый прилив ликования захлестнул меня с головой.

Падение в неизведанное пространство.

Для геймера это событие, перед которым просто невозможно устоять!

◇ ◇ ◇

Великий инквизитор Димонаас резко развернула коня, наблюдая за тем, как вздымается земля. Сильнейшая дрожь сотрясала все вокруг.

Ледяные скалы рушились, словно их смывало волной. Возвышающиеся стены, которые должны были хотя бы сохранить форму, полностью уходили под землю.

Это бедствие превосходило человеческие возможности. Даже среди самых известных и могущественных людей континента...

Потребовался бы как минимум сам Папа веры Бога Солнца, чтобы справиться с этим в одиночку.

Снег низвергался водопадом с рушащейся горы, продолжая падать без остановки.

Бесконечно, без малейшей паузы.

В ослепительной метели, поглотившей всю видимость, Инквизиторы тревожно закричали:

— Великий инквизитор!

— Ваши приказания!

— Тихо.

«Что же делать? Раадатук может быть там. Я бросила все дела и примчалась сюда, но...»

«Что дальше?»

«Прыгнуть в этот ад?»

Димонаас колебалась. Будь она одна — или будь здесь только Инквизиторы веры Бога Солнца — она, возможно, прыгнула бы туда без лишних раздумий.

Но здесь присутствовал еще кое-кто нежелательный. Проклятые последователи Культа Змеи.

Они тоже стояли тут, наблюдая за природным бедствием вместе с ней и пребывая в таком же замешательстве.

— Великий инквизитор!

— Я же велела вам замолчать.

«Почему они здесь?»

«Они хотят кого-то спасти или сами устроили все это?»

Интуиция Димонаас подсказывала ей первый вариант. Будь это вторым, у них не было бы причин стоять здесь.

Намеренно оставлять улики, доказывающие их вину? Да еще и ведя за собой отряд такого размера?

Исключено. Димонаас знала: Культ Змеи коварен, но не глуп.

Единственная причина, по которой они отважились прийти в это опасное место, заключалась в том, что у них внутри тоже находился кто-то, кого они не могли позволить себе потерять.

— ...Проклятье.

Раадатук был там. Старший коллега, который стал ей почти родным, товарищ, которого она не могла потерять.

Но она не могла повернуться к врагам спиной. Стоит ей это сделать, и неизвестно, когда они нанесут удар.

Если это случится, все обернется худшим образом. Она может потерять каждого солдата, которого привела с собой.

Отправит ли она всех в пасть смерти ради спасения одного человека?

Или просто продолжит наблюдать?

Обе стороны замерли в безмолвном противостоянии. Два культа, явившиеся спасти своих людей, стояли и смотрели на рушащуюся гору, лишь пытаясь угадать намерения друг друга.

Даже не подозревая, что происходит внутри.

◇ ◇ ◇

— Что за чертовщина?!

— Ч-что... почему их так много?!

— Да что это вообще такое!

Инквизиторы и паладины Культа Змеи в ужасе отпрянули. Я же разорвал пополам гигантского дождевого червя прямо перед собой.

В обычных обстоятельствах было бы достаточно просто посмеяться и растоптать их в кашу. Но, к сожалению, сегодня этот номер не прошел бы.

Потому что гигантского дождевого червя, сочащегося растворяющей плоть жидкостью, нельзя убить, просто наступив на него!

— Используйте раковины морских желудей как щиты! Они не растворяются!

Ключ к покорению Бейгниса заключался в одном.

Любыми средствами прорваться сквозь орду паразитов и добраться до ядра Бейгниса.

Единственным спасением было то, что по пути встречались безопасные зоны для отдыха.

Минусом же, если его можно так назвать, было то, что расстояния между ними были невероятно длинными и изнурительными.

Даже меня, проходившего через это не раз, тошнило от одного только их количества. В глазах Инквизиторов и паладинов Культа Змеи отразилось отчаяние.

Первым выронил меч один из последователей Культа Змеи. Его дрожащие глаза потеряли всякую фокусировку.

— Д-демон... Я, должно быть, попал прямиком в ад... мы все умрем...

Гигантский дождевой червь рухнул прямо на него.

В следующее мгновение на полу осталась лишь густая красная кровь, начавшая сворачиваться.

Черт. Какая жестокая смерть.

Стоило сдаться одному, как остальные начали следовать его примеру один за другим. Элитные солдаты держались стойко, но самые слабые стали бросать оружие.

— А-ах... настал конец света...

— Мы все умрем... выхода нет...

— О Боже... почему ты оставил меня...

Их боевой дух стремительно падал. Не имело бы значения, останься здесь только элита, но паника была заразительна.

Нельзя позволить им впасть в безумие. Использовав раковину морского желудя как точку опоры, я высоко подпрыгнул.

Это отнимает приличную часть Святой силы, но сохранить как можно больше живых щитов — в этом и есть весь смысл покорения!

— О Боже!

[Активируется Священное пламя (B).]

[Священный огонь охватывает все вокруг.]

[Активируется Очищение (C).]

[Окружающая пищеварительная жидкость принудительно оттесняется.]

[Вспыхивает Меч Суда (B).]

[Нечистые создания начинают гореть.]

Неся солнце в своем теле, я взмахнул мечом, и в то же мгновение меня окутало ослепительное пламя.

Падающий метеор. Горящая звезда.

Божественность снизошла на извивающиеся стены из плоти Бейгниса.

— БУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-УМ!

— КРИ-И-И-И-И-И-И-И-И-И!

— ГРИ-И-И-И-И-И-И-И-И-И!

Паразиты, попавшие под удар божественного огня, взорвались все разом. Воздух, наполнявший их изнутри, с силой вырвался наружу, и во все стороны разнеслись истошные крики.

Все, чего касались мои ноги, полыхало. Огромный объем Святой силы покинул мое тело, но я продолжал твердо стоять на ногах.

Шаг.

Еще шаг.

Я взмахнул мечом, высекая искры. Я позволил Священному пламени, окутывающему все мое тело, разгореться как можно ярче и заметнее.

Все в пределах видимости поглотил огонь. Попавшие в него паразиты заживо зажарились.

Представление, на которое был способен только я — благодаря моей стремительно восстанавливающейся Святой силе. Чудо, ставшее возможным благодаря всему времени, что я вложил в тренировки.

Посреди бушующего пламени один из Инквизиторов прошептал, широко раскрытыми глазами созерцая возвращение чуда:

— ...Второе пришествие... Ра.

— Как... обычный Послушник... владеет таким пламенем...

— Боже правый... это... невозможно...

Раадатук запнулся. Я чувствовал, как его спокойный взгляд — взгляд человека, который никогда не колебался, — неотрывно устремлен мне в спину.

— ...О Боже. Неужели именно о нем Ты шептал мне...

Я выпрямил спину. Мне отчаянно хотелось согнуться пополам и тяжело задышать, но я заставил себя сдержаться.

Еще чего! После того как я устроил такое зрелище, любой, кто посмеет сдаться — труп! Я лично прикончу его собственными руками!

— Ра присматривает за мной! — проскрежетал я зубами посреди священного пламени. — Это священная война! Изгоните этих грязных демонических ублюдков!

— Р-Р-РА-А-А-АХ!

— Священная война! Священная война!

— Ра требует священной войны!

— За Ра!

— За Ра!

— Инквизитор Фельсис последует за вами!

— Инквизитор Абель последует за вами!

— Инквизитор...!

— Инквизитор...!

Под лавиной восторженных криков Раадатук пробормотал последним. Его рука, сжимавшая длинный меч, напряглась с яростной решимостью:

— Инквизитор Раадатук...

Пламя, которое почти угасло, вспыхнуло вновь, разгораясь ярче прежнего.

— ...последует за вами.

Последователи Культа Змеи тупо уставились на меня. Затем, один за другим, они начали подбирать брошенное оружие.

Паладины Культа Змеи посмотрели на меня. С широко раскрытыми глазами, словно увидев то, чего не должно существовать в природе, они шагнули вперед и встали плечом к плечу с Инквизиторами.

Паладин Изабела пробормотала:

— ...Если это не воля Бога, то что же тогда.

Меч, покрытый слизью монстра, лежал под углом на руке Изабелы. Ее глаза блестели холодным, острым светом.

— Паладин Изабела. Я последую за верой Бога Солнца, пусть даже только сейчас.

— Капитан высказалась!

— Все, поднимите мечи!

— Изгоните этих грязных демонических ублюдков с этой земли!

— Священная война!

— Все последователи, поднимите мечи!

— За Нага!

— За Нага!

Два культа закричали в один голос:

— СВЯЩЕННАЯ ВОЙНА ПРИЗЫВАЕТ НАС!!!!!!

Я сплюнул на землю. Да уж. Чертовски верно.

— Священная война так священная война, сукины вы дети.

Я ухмыльнулся, глядя на кишащих паразитов:

— Повторяйте за мной: вы все трупы.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (12)

Глава 30: Культ Змеи (12)

Кто такой еретик?

Те, кто отверг Культ. Те, кто нарушил его догматы и бежал. Те, кто угрожал ему и стремился его уничтожить.

Раадатук называл их всех еретиками. Многие из них стали врагами Культа, и большинство пало от его клинка.

Он повидал всякое. Ему доводилось видеть даже единоверцев, оскверненных шепотом демонов.

Руки Раадатука были запятнаны кровью.

Кровью, которую нельзя было ни смыть, ни проигнорировать. Кровью, которая требовала, чтобы он истязал себя от душевных мук.

Но только не сегодня. Сегодня на руках Раадатука не было такой крови. К ним липла лишь мерзкая слизь монстров.

Грязь, не имеющая веса. Грязь, лишенная бездны греха.

Раадатук отбросил прочь все путаные воспоминания и сожаления. Он взмахнул оружием, устремляясь на поле боя.

Меч в руке.

Святая сила, струящаяся по телу.

Раадатук окутал себя пламенем. Все муки, что он нес в себе до сих пор, сегодня потеряли над ним власть.

Перед ним была Ра.

Раадатук видел неиссякаемый огонь богини. Он протянул к ней руку.

Но его рука встретила мальчика, который был гораздо моложе его самого. Маленького апостола, захватившего поле боя своей неутомимой отвагой и искренней верой.

Раадатук закричал. Он не смог сдержать голос, вскипающий внутри него. Отбросив привычную суровость, он ринулся в священную войну.

— ЗА РА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!

Его голос сорвался. Тело, доведенное до предела, содрогалось, словно готовое рухнуть в любой миг.

Но Раадатук упрямо шел вперед. Растаптывая паразитов под ногами, он делал очередной шаг. Он крушил каждую тварь, что бросалась на него, омываясь их кровью и плотью.

Его полностью окутал зловонный запах. Однако он ничего не чувствовал. Напротив, Раадатук искренне улыбался.

Когда в последний раз он так безрассудно бросался в бой?

Иметь четкую цель было прекрасно. Даже когда тело изнывало на пределе возможностей, даже когда казалось, что он вот-вот упадет, он все еще мог двигаться вперед.

Богиня, которой он доверял и на которую полагался, была совсем рядом. Он мог сжечь последние щепки своей души, чтобы доказать свою веру.

«Ра. Смотри на меня. Я не позволю твоему апостолу пасть раньше меня!»

◇ ◇ ◇

Культ Змеи был холодным местом. Изабела помнила его начало.

Момент, когда ее подобрал безымянный жрец. Но то начало вовсе не было спасением.

Это оказалось началом ада.

В Культе Змеи всегда не хватало людей. Поэтому они забирали сирот, которым некуда было идти, и насильно обращали их в свою веру. Клеймили против воли и требовали исполнять обязанности верующих.

Все это было слишком сурово для обычного ребенка. Большая часть каждого дня проходила в голоде, трудах и боли.

Изабела иногда задавалась вопросом: что стало бы с ней, не будь у нее таланта? Не закончила бы она так же, как другие дети, умиравшие в муках?

Нага. О чем вообще думала богиня, оставляя подобный Культ без присмотра?

— ...Ах.

Но сегодня Изабела отложила этот вопрос в сторону. Она вонзила кончик своего клинка в толстый панцирь.

Брызнула слизь. Ее тело испачкалось, но на душе у Изабелы было легко. Рядом с ней находился ребенок, который обладал талантом, но до сих пор ни разу не встречал божество, которому служил.

Странный ребенок. Жрец Бога Солнца, не испытывавший никакой враждебности к Культу Змеи.

Он пробивался вперед. Колебался, но не останавливался; оступался, но держался стойко.

На самом краю его бушующего пламени вплелась незнакомая тень. Все остальные упустили это из виду, но Изабела, отточившая теневые священные искусства до предела, точно знала, что это такое.

Нага. Нага стоит у него за спиной.

Изабела почувствовала, как внутри нее вскипает волна чувств. Сначала это было недоумение. Но оно быстро сменилось восторгом.

Нага ни разу не ответила на вопросы Изабелы. Но теперь, когда она оказалась на самом краю гибели, богиня ответила ей — пусть и с опозданием, через кого-то другого.

Это было спасение. Одинокий луч света, пролившийся на того, кто низвергнулся в преисподнюю.

— ЗА НА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-ГУ!!!!

Ее богиня помогала ей жить. Став свидетельницей чуда, Изабела протянула руку, чтобы ухватиться за него.

Она поддержала за спину собиравшегося упасть мальчика. Встав рядом с ним, она сделала шаг вперед.

«Я не сломаюсь. Я отдам все, чтобы этот ребенок не сломался. Даже если это принесет мне гибель — это величайшая дань, которую я могу принести Наге!»

◇ ◇ ◇

Какого черта! Да их тут просто до хрена!

— Черт побери!

Я сметал раздражающих паразитов. Проблема заключалась в том, что, хотя Святая сила восстанавливалась быстро, выносливость — нет, и именно это тянуло меня на дно.

Мне нужно было перевести дух. Но я упустил эту возможность уже столько раз, что сбился со счета.

Священная война...

Плохой выбор слов. Стоило мне произнести «священная война», как у каждого из них — и у Инквизиторов, и у Культа Змеи — глаза буквально на лоб полезли.

— За Ра!

— За Нагу!

— Да хватит вам уже орать «за кого-то»! Давайте сделаем перерыв!

Когда у них так закатывались глаза, мой голос до них уже не долетал. Я несколько раз пытался остановиться сам, но эти чертовы Раадатук и Изабела продолжали подталкивать меня сзади.

— Брат! Мы никогда не падем!

— Не волнуйся, Захад! Если кто и падет раньше тебя, так это я!

— Нет... падать — это нормально! Пожалуйста!

У меня не оставалось иного выбора, кроме как пойти напролом. Кое-как пробиваясь вперед, я смачивал горло кровью кишащих вокруг паразитов.

Единственным спасением было то, что путь внутри тела Бейгниса оказался в точности таким, каким я его помнил.

Растаптывая паразитов под ногами и пробиваясь сквозь бросавшиеся на меня дрожащие стены плоти, я добрался до первой контрольной точки.

Кровавый бассейн.

Извивающиеся и собирающиеся в нем нитевидные черви образовали колонию. Масса червей, принимающая форму огромной руки...

— Пошли вон!

Некогда ждать! Если я буду медлить, то выбьюсь из сил и сдохну!

— ВЗОРВИСЬ!!!

БА-БАХ!

Я мгновенно разнес ее на куски. Выпустив Священное пламя, я взорвал всю колонию к чертям.

— Ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш-ш...!

Вдыхая едкий запах гари, я рванул прямиком вперед. К черту промежуточного босса! Что за идиот уязвим к огню, но все равно пытается выпендриваться?!

Решив прорываться напролом, я больше не мог колебаться. Я сжигал все на своем пути и топтал ногами. Скрежеща зубами, я наблюдал, как стремительно растут мой уровень и мастерство владения навыками.

«Я больше никогда в жизни не пойду в бой вместе с Инквизиторами и Культом Змеи!»

— Впереди толпа паразитов...!

БУ-У-У-УМ!

— Справа мутировавший бронированный жук...!

БУ-У-У-У-УМ!!

— ...Замечена неопознанная тва...

БУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-УМ!!!!!!!

Среди непрекращающихся взрывов Священного пламени Инквизиторы восторженно взревели:

— Невероятно!

— Как и ожидалось от апостола Ра!

— Давайте сожжем тут все дотла! Брат!

— Да заткнитесь вы все!

Глаза слипались. Нет...

«Если я сейчас закрою глаза, то точно сдохну!»

Стиснув зубы, я упрямо двигался вперед. Я выскребал последние крохи выносливости, оставшиеся на самом донышке. Мы были уже совсем близко.

Прямо перед нами.

Я яростно прорвал стену плоти. Я протиснулся сквозь то, что на первый взгляд ничем не отличалось от любой другой мясной преграды.

Тудум.

Тяжелый удар сердца. Я ступил в тихое пространство, совершенно непохожее на все, что было до этого.

Позади послышалось, как паразиты остановились. С тихим шипением они отступили, и люди начали недоуменно переговариваться:

— Неужели все закончилось...?

— Неужели Демон-Глаз сдох?

Как бы не так. Это лишь начало настоящей финальной битвы.

Я сделал шаг вперед. Но в следующее мгновение земля ушла у меня из-под ног, а зрение резко помутилось.

В один миг все потемнело. Когда я снова открыл глаза, Изабела и Раадатук поддерживали меня под руки.

— Брат! Ты в порядке?!

— Захад? С тобой все хорошо?

«Нет, не в порядке. Это все из-за вас».

Я поднялся на ноги. Времени на спокойный отдых не было. Отступление паразитов означало, что битва с боссом уже началась. Если я промедлю еще немного, то лишусь даже времени на подготовку.

— Изабела. Отведи Культ Змеи в тыл.

— Почему?

— Снизошло откровение.

— Откровение?! — глаза Изабелы округлились.

Раадатук поспешно спросил:

— Ч-что Он сказал?! Брат?!

— Он велел подчинить этого демона. Но, судя по всему, это будет непросто.

Раадатук поднял голову. Он уставился на огромную массу плоти, пульсирующую в ровном ритме.

— ...Разве недостаточно просто покончить с этой штукой, похожей на сердце?

— Если бы все было так просто, Он бы не стал утруждать себя отправкой откровения, верно? — я быстро раздал указания. — Инквизиторы занимают передовую. Понятно? Просто прорывайтесь грубой силой. Неважно, сколько вас там ляжет.

— Разве мы не можем просто взорвать сердце...

— Невозможно. Пока страж жив, эту штуку не уничтожить. Вы же отчетливо видите, что она покрыта какой-то странной черной мембраной? Демона не убить так просто. — Я перевел взгляд на Изабелу: — Среди демонов, которые вот-вот хлынут наружу, будут особенно живучие твари. Культ Змеи берет на себя только их. Остальных можно оставить Инквизиторам.

— Как они выглядят?

— Поймете, как только увидите. Они огромные. Как минимум в два раза больше остальных, так что не промахнетесь.

Стена плоти яростно содрогнулась. Я понизил голос:

— Если никто из вас не хочет сдохнуть, соберитесь прямо сейчас. Все, что было до этого — детские игрушки.

Воздух наполнился низким гулом. Тяжелые удары сердца прекратились.

[Бейгнис (неопределенность) устремляет на вас свой взор.]

Сердце раскрылось.

На его поверхности разом распахнулись десятки огромных глаз.

Глазные яблоки вращались во все стороны. Один из зрачков сфокусировался на мне. А затем, в то же мгновение, все остальные зрачки до единого тоже уставились на меня.

Звук, который затих, раздался вновь. Ровный ритм сбился, и хаотичный стук начал заполнять обширную кровавую площадь.

— А... ах...

Адепты Культа Змеи задрожали при виде этого гротескного зрелища:

— Д-демон...

— Это настоящий демон.

— Демон-Глаз!

— Мы умрем...

— Мы все умрем...

— О боже...

Я расслабил руку, опустив меч. Я заставил себя широко открыть глаза, которые так и норовили закрыться.

«Мне действительно нужно поскорее вырасти. Должно быть, все дело в этом детском теле из новой страны. Спать хочется просто невыносимо».

[Бейгнис (неопределенность) призывает своего стража.]

[Древнее сердце наполняется тоской.]

[Бесконечный голод поглотит даже самого себя.]

[Демон-Глаз Бейгнис (неопределенность), спавший долгое время, полностью пробуждается.]

— Раадатук. Изабела. Я оставляю командование на вас двоих.

— Что ты планируешь делать, Брат?

— Если я тоже останусь здесь, кто будет разбираться с тем, что сейчас вылезет?

Я поднял меч. Устремив взгляд вверх, я зафиксировал его на извивающемся сердце.

Глаза раскололись. Бесчисленные ошметки плоти оторвались от сердца. Под хаотичный стук отделившиеся куски начали скручиваться и менять форму.

— ...Демоны, — пробормотал один из адептов Культа Змеи.

Но, к сожалению, это были не демоны.

Сердечные черви. Точно. Самые могущественные паразиты, которыми владел Бейгнис.

Хрусь. Скрип.

Один огромный глаз оторвался. Из падающей плоти с глухим стуком высунулась массивная конечность.

Шесть залитых кровью ног. Тело, нелепо короткое по сравнению с аномально длинными конечностями, со скрипом развернулось и выпрямилось. Поблескивая в слизи, тварь встала во весь рост.

Среди бесчисленных груд плоти эта выделялась больше всего.

Огромная. Слишком огромная.

Настолько колоссальная, что люди просто застыли, глядя на нее снизу вверх. Не в силах думать о других падающих вокруг паразитах, они безучастно взирали на этого гигантского красного монстра, вновь и вновь скользя по нему взглядом.

Страж Бейгниса.

Финальный босс этого покорения.

— ...Кузнечик, — я сплюнул на землю. — Ну давай, нападай!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (13)

Глава 31: Культ Змеи (13)

Раадатук задрожал при виде демона. Его глаза расширились прежде, чем он успел это осознать.

За все годы службы Инквизитором он никогда не видел подобного чудовища. Уродливое существо внушало ужас одним своим видом, а от одного взгляда на него голос начинал предательски дрожать.

Армия демона хлынула вперед. Вязкая слизь и телесные соки с влажным, ритмичным стуком шлепались о пол. Скорость росла, и земля содрогалась под их натиском.

Раадатук взревел, стараясь кричать как можно громче, чтобы подавить подступающий страх:

— В строй! В строй! Равняйсь!

Он выровнял ряды. Подчиняясь приказам Раадатука, воины зашевелились — на дрожащих ногах, с трудом сглатывая слюну, они подняли оружие.

Раадатук переглянулся с Изабелой. Мечи, поднятые против общего врага, уставились вперед.

— Поднимите клинки! Приготовиться к последней битве!

Инквизиторы, испачканные кровью и ошметками плоти, подняли горящие глаза. Они целиком проглотили свой страх, бросив его, словно хворост, в Священное пламя.

Один человек стоял впереди всех. Он первым сделал шаг навстречу опасности, без устали поддерживая пламя Ра.

Захад.

Послушник Захад.

— О Боже...

У одного из инквизиторов задрожали руки. Задрожали ноги. Все его тело сотрясала дрожь.

Рука, сжимавшая рукоять меча, тряслась как осиновый лист, но он не разжал пальцев.

Страх превратился в мужество.

Мужество — в пламя.

— Ибо ее пламя подобно моему собственному...

Стих, прошептанный одним воином, подхватил другой:

— И я тоже стану хворостом, как она.

Один.

Двое.

Затем десятеро.

Под этот тихий шепот поднялся каждый клинок. Воины выскребали последние крохи Священного пламени, еще теплившиеся на самом дне их резервов.

Пламя окутало инквизиторов. Огонь, опережавший Культ Змеи на шаг, выжигал путь сквозь стену плоти.

— Когда молишься, войди в свою келью один и созерцай свечу, — Раадатук произнес последнюю строку стиха: — И да станет она твоим миром.

Тяжелые мечи пришли в движение.

— ...О Ра. Присмотри за мной.

◇ ◇ ◇

Что нужно сделать? Изабела прокручивала этот вопрос в голове. Враги перед ней бесконечным потоком изливались из огромного сердца.

Страж.

Захад говорил об этом. Он четко сказал: страж.

Пока эта тварь жива, сердце невозможно уничтожить.

Но путь к демону был долог. Бесчисленные твари добровольно преграждали дорогу, становясь препятствием на пути.

— ...Нам нужно прорубить путь... Все сводится к этому?..

Культ Змеи дрожал. Изабела знала эту дрожь лучше, чем кто-либо другой.

Она и сама дрожала, но все равно должна была идти вперед. Такова ее судьба. Пасть здесь означало лишить свою жизнь всякого смысла.

Паладины ничего не спрашивали.

Но верующие Культа Змеи не молчали:

— Мне страшно, Жрица. Что нам делать?

— Возьми свой меч.

— В моих руках нет сил. Я не могу ничего поднять.

— Возьми свой меч.

— Даже если мы сделаем это, мы умрем. Чего мы вообще можем достичь здесь... в их аду?

Культ Змеи состоял как из простых верующих, так и из паладинов. И далеко не все они обладали одинаково глубокой преданностью.

Люди были разными. Изабела оглянулась на верующих Культа Змеи. Они дрожали. Все, кто не принадлежал к числу паладинов, пребывали в ужасе.

Это были обычные боевые верующие. Их силы были ограничены, и они уже повидали слишком много смертей.

То, что они еще не сошли с ума окончательно, уже можно было считать милостью.

Ей хотелось дать им передышку, если бы только позволяла обстановка. Но Изабела отдала приказ:

— Возьмите свои мечи. Вспомните, с чего мы начинали.

— С чего же?

— С Нага. Мы рождены от Змея и однажды вернемся к чешуе. Это не конец. Это новое начало.

Изабела верила в эти слова. Она видела Нага за спиной Захада и точно знала, что божество рядом.

Она наблюдала за ней, а та в ответ смотрела на нее.

— Демоны, выползшие из преисподней, смотрят на нас. Даже эти жалкие еретики подняли свои клинки.

Верующие Культа Змеи посмотрели в сторону инквизиторов. Один за другим они начали поднимать брошенные мечи.

— Если эти твари выберутся отсюда, наши близкие окажутся в опасности. Мы единственные, кто может их остановить.

— Значит, мы сражаемся просто ради того, чтобы защитить их?

— Да.

— Но кто защитит нас? Кто присмотрит за нами в этом аду?

Изабела промолчала. Собственная вера подвергала ее испытанию.

Поэтому она должна была ответить:

— ...Нага.

Изабела окутала свое тело тенью. Собрав Святую силу, она устремила взор на приближающуюся массу плоти.

— Помните о нашей миссии.

Верующие Культа Змеи притихли. Один из паладинов пробормотал:

— Нести учение Змея... по всему миру.

— Отвергать всех неверующих.

— Искоренить ересь в этом мире.

Верующие Культа Змеи все еще боялись. От этого страха невозможно было избавиться в одно мгновение.

Но Изабела знала, как подавить страх. Как превратить веру в фанатизм.

С помощью ужаса.

— Возьмите свои мечи.

Учение, диаметрально противоположное вере в Бога Солнца.

Изабела ненавидела эти слова, но понимала, что они поразительно эффективны.

— Любому, кто этого не сделает, любому, кто откажется следовать учению, мой клинок снесет голову раньше, чем до него доберутся когти демона.

Верующих Культа Змеи затрясло от ужаса, но абсолютно каждый из них поднял оружие.

Приближалась последняя священная война.

Изабела крепче сжала меч. Ее рука дрожала, но она смотрела только вперед.

Нага наблюдала.

«Я должна дать ей ответ».

◇ ◇ ◇

Миг столкновения.

А затем во все стороны полетели брызги крови и ошметки плоти.

— Убейте их всех до единого!!

— За Ра!

— За Нага!

Настоящая бойня. Кровь хлестала в таких количествах, что невозможно было отличить своих от чужих. Я цокнул языком, поражаясь масштабам происходящего.

Слово «уродливый» даже близко не описывало эту картину. Любой человек со слабым желудком обделался бы прямо на месте.

Я поднял меч и двинулся напролом сквозь стоящих впереди врагов. Мне нужно было прорубить дорогу.

Кузнечик.

Эта огромная саранча не сдвинется с места, пока кто-нибудь не войдет в определенную зону. Если бы я попытался атаковать сердце из-за пределов ее территории, пищеварительный сок Бейгниса мгновенно поглотил бы всех присутствующих.

А значит, мне нужно добраться туда.

Одолеть эту тварь, взорвать сердце, и дело в шляпе — так что самым разумным решением было покончить со всем побыстрее.

— Расчистите дорогу! Живо!

— А-А-А-А-Х!!!

Раадатук высвободил бурный поток яростного пламени. Сокрушительный удар. Секретная техника Инквизитора Бога Солнца воплотилась в мире через его двуручный меч.

[ВНИМАНИЕ.]

[Осторожно: экстремальный жар.]

[Инквизитор Раадатук активирует «Вечное пламя» (А).]

— О Ра! Узри меня!

Опыт — это то, что накапливается слой за слоем. Расцвет воина угасает с годами, сила и тело дряхлеют под тяжестью времени, но опыт продолжает расти бесконечно.

Инквизитор Раадатук.

Грозный опыт, накопленный им за всю жизнь, снизошел на этот мир. Путь, отмеченный бесчисленными битвами и чудесами, воплотился в реальности благодаря его двуручному мечу.

Жар.

Огневая мощь.

Концентрированное пламя, превосходящее все, что я мог представить на своем нынешнем уровне, заполнило все поле зрения.

— Отродья зла! Я сожгу вас всех до единого!

— Фью-ю-ух.

Звук разгорающегося пламени был тихим.

Но порожденное им явление оказалось совсем не таким.

— ФУ-У-У-У-У-УХ!

Гигантские паразиты закричали. Огненный зверь бушевал вокруг них, и даже мимолетного прикосновения хватало, чтобы расплавить их на месте. Атака по площади. И к тому же невероятно мощная!

В мгновение ока открылся проход. Сквозь расплавленную плоть и обжигающий жар пролегла прямая дорога к Кузнечику.

Я тихонько свистнул:

— Охренеть! Раадатук, ты просто легенда!

— Вперед, брат!

Я тут же рванул вперед. Коридор был широко открыт, но паразиты уже хлынули обратно с боков, подобно приливу.

Они заполняли брешь слишком быстро. Я не прошел и половины пути, как дорога снова закрылась. Оказавшись отрезанным посреди этого месива, я цокнул языком.

Черт. А я ведь пытался сберечь силы.

Я окутал свой меч пламенем, но взмахнуть им так и не успел.

[ВНИМАНИЕ.]

[Осторожно: Эрозия.]

[Паладин Изабела активирует «Эхо бездны» (А).]

— О Нага! Я пою для тебя!

Раздался звук. Паразиты замерли. В этой каскадной резонирующей волне тени тварей начали извиваться.

Удары клинков в спину. Из теней, рожденных под Вечным пламенем, вырвались мечи. Клинки Изабелы.

Десятки, сотни скопированных мечей одновременно вонзились в уязвимые места паразитов.

Брызнула кровь, полетели во все стороны телесные соки. Но все не ограничилось простым уколом — по каждому лезвию поползла тень. Маленькая змейка, стремительно скользящая по кромке.

Теневые змеи проникли в тела паразитов через раны и быстро поползли по внутренностям. Пожирая кровь и плоть, они добрались до самого мозга.

Головы паразитов одновременно задергались в конвульсиях. То, что служило им глазами — бесформенные комки плоти, — закатилось, и наружу хлынула густая, зловонная черная жижа.

Бесшумное убийство. Удар, от которого практически невозможно уклониться, если только у тебя нет глаз на затылке.

Паразиты, сгнившие изнутри, рухнули на пол. Заблокированный путь снова открылся. Я тут же перемахнул через трупы и устремился вперед:

— Спасибо, сестрица!

— Я прикрою тыл! Вперед, Захад!

Благодаря двум ключевым персонажам я добрался до Кузнечика, не потратив ни капли собственной энергии.

Десятки уродливо разделенных глаз. Ненормально вытянутые конечности. Толстый внешний панцирь находился на совершенно ином уровне по сравнению с креветкоподобными и лобстероподобными тварями, которых я видел раньше.

А-а. Да уж, нет.

Мне его не одолеть.

Я знаю. Прекрасно знаю, что с моими нынешними силами мне до него не дотянуться.

...Но.

Но тут такое дело.

У меня в рукаве припрятан козырь.

— Хе-хе-хе.

[П-погоди, Захад?.. Откуда это у тебя?..]

Услышав в ушах голос Нага, я полез в нагрудный карман. Даже прежний я мог ненадолго воспользоваться этой штукой.

А теперь, когда у меня есть Смешанная Стигма (А), я смогу использовать ее еще дольше!

— Волей богов я прикончу тебя! Чертова переросшая саранча!

[Ч-что вообще сейчас происходит?!]

— Фшух.

Первоклассное средство перемещения — демонический меч, который я вытащил из кармана. Самая мощная вещь из всех, что у меня были. Предмет наивысшего ранга в моем распоряжении.

— Жизнь — это чит-код!

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[Священная Стигма отвергает вмешательство «Демонического».]

[Начинается Эрозия.]

[Ваше тело подвергается осквернению.]

[Смешанная Стигма полностью отвергает вмешательство «Демонического».]

[Активация предмета «Демонический меч Сурт (EX)».]

[Доступное время действия: 10 сек.]

[Сурт идет с юга]

[С пагубой ветвей]

[Солнце богов, что гибнут и убивают]

[Сверкает на его клинке.]

[Мне от этого не по себе еще больше, чем раньше...?!]

Десять секунд?!

Да мне и одной секунды хватит с головой!

— Гр-р-р-р-р...

— Заткнись!

Я выставил меч вперед. Свет Демонического меча Сурт материализовался в мгновение ока, обвивая мою правую руку.

Хоть он и зовется демоническим мечом, форму он может принимать любую, какую я пожелаю.

Я напряг разум до предела. Мой мозг буквально плавился. Мир побелел, словно готовый вспыхнуть в любую секунду.

«Держись».

«Нужен всего один удар!»

— А-А-А-А-А-А-А-А-Х!!!!

[Активируется «Леватейн (EX)».]

Жуткий, потусторонний огненный двуручный меч.

Я протянул руку и сжал кулак. Из-за отдачи Демонического меча Сурт моя правая рука полностью обуглилась и почернела.

Но цена полностью оправдывала полученный результат.

Кузнечик вздрогнул и поднял голову. В огромном пустом пространстве рядом со мной материализовался огненный двуручный меч, превосходящий размерами самого монстра, и затрепетал в воздухе.

«Поздно, ублюдок».

Я изо всех сил взмахнул парящим в воздухе гигантским огненным мечом. Воздух со свистом разошелся в стороны, а от одной лишь ударной волны казалось, будто наступает конец света.

Вот какой силы был этот удар. Что-то вроде божественного гнева, ни больше ни меньше.

Обычному монстру такое не остановить.

— Получи прямо по башке, кусок дерьма!

Огненный двуручный меч вонзился в череп Кузнечика. Бедная саранча пыталась сопротивляться.

Но что она могла сделать?

Разве способен какой-то Кузнечик заблокировать навык EX-ранга?

Пламя взревело. Частица древнего бога, некогда безжалостно поглотившего мир богов, захлестнула Кузнечика.

[Я не хочу-у-у-у-у-у-у-у-у этого-о-о-о-о-о-о!!!!]

Сурт тоже оказался полностью поглощен моей Святой силой.

Какое великолепное завершение.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (14)

Глава 32: Культ Змеи (14)

Демонический меч Сурт.

Опасное оружие, обладающее смертоносной силой.

Но я не мог вводить его использование в привычку. И вот почему.

— Что за...?!

Из меня выкачало колоссальное количество Святой силы, а на теле проступили глубокие раны.

[ВНИМАНИЕ.]

[ВНИМАНИЕ.]

[Часть сосуда треснула.]

[Пожалуйста, будьте осторожны и не перенапрягайте тело, достигшее своего предела.]

Каждый раз, когда я его использовал, я словно превращался в бракованное изделие. Так будет продолжаться до тех пор, пока я не обзаведусь телом соответствующего калибра. Несколько дней постельного режима — обычное дело.

К тому же существовал еще один минус: Сурт поглощал весь боевой опыт до последней капли. Я должен был подняться на несколько уровней только за убийство Кузнечика, но до моих ушей не донеслось ни единого приятного системного звона.

Все, что я слышал, — это жалкий, тихий плач Сурта:

«Хнык... Меня... о-опять осквернили...»

Засунув рыдающего детским голоском Сурта обратно в карман, я растянулся на земле лицом вниз и уставился на Кузнечика.

Голова и туловище монстра были полностью уничтожены. Обычный верхний предел силы навыка для человека изначально ограничивался S-рангом, а все, что находилось за этими рамками, попросту выходило за пределы человеческих возможностей.

Высвободи я полную мощность, это было бы сопоставимо с ядерным взрывом. То, что я только что выпустил, даже близко с этим не стояло, но этого вполне хватило, чтобы стереть с лица земли небольшую деревню.

[Вы победили Кузнечика.]

[Сердце Бейгниса медленно останавливается.]

[Способности паразитов, потерявших своего стража, резко снижаются.]

Его абсурдно длинные лапы наконец с глухим стуком повалились на землю, а сметенные взрывом паразиты липкими, блестящими комьями облепили пол.

Но проблема заключалась в том, что кое-какие дела еще оставались. Именно ради этого я и притащил с собой эту группу: чтобы даже после того, как я одолею Кузнечика, они смогли разобраться с уцелевшими остатками врагов.

— Нуна!

— А? Что?..

Раздался ошеломленный ответ. У меня не было сил даже повернуть голову, поэтому я просто закричал, продолжая лежать плашмя:

— Я не чувствую своего тела! Кажется, я умираю!

— Что?! Нет, тебе нельзя умирать...?!

Я слышал, как приближаются уцелевшие паразиты, но чьи-то шаги, оказавшиеся гораздо быстрее их, затихли прямо передо мной.

— Ты в порядке?!

Перед глазами появилось лицо Изабелы. Протянув руку, я ощутил глубокое облегчение от мысли, что наконец-то выберусь из этого мерзкого, зловонного места.

Улыбка появилась сама собой, и я прислонился к Изабеле.

— Если я умру, похорони меня в каком-нибудь солнечном месте.

— ...Ну ты и впрямь.

Изабела приподняла меня и, обнажив меч, свирепо уставилась на приближающихся паразитов.

— Прекрати заставлять людей так за тебя волноваться.

— Я постараюсь.

— ...Легко сказать.

◇ ◇ ◇

Раадатук быстро завершил битву. Оставшаяся работа оказалась сравнительно легкой: теперь, когда монстр, на которого было страшно даже поднять глаза, исчез, уцелевшие демоны лишь спотыкались и ползали по земле.

Их панцири размякли и утратили былой блеск, так что мечи, которые раньше едва пробивали их, теперь рассекали плоть без всякого труда.

Раадатук был с ног до головы залит кровью. Содрогание плотяных стен прекратилось, и вокруг воцарилась тишина.

Он почувствовал, что наступил конец. И в самом центре этого финала стоял один человек.

Послушник Захад.

...Тот, кого вел за собой Бог.

Он видел это посреди бушующей орды демонов: огромный огненный меч и спину, которая казалась маленькой, но в то же время превосходила по величине любого другого.

Но то было не пламя Ра. То было демоническое пламя, несущее гибель даже собственному владельцу.

Подобную силу не мог породить ни один человек. Обрести ее было невозможно, даже если бы кто-то продал душу демону.

Что же это такое? Как вообще подобное возможно?

«О Боже. Неужели и на это есть Твоя воля?»

Перепоручив оставшихся паразитов Инквизиторам, Раадатук подошел к юноше. Он посмотрел сверху вниз на молодого Послушника и коротко спросил:

— Брат. Что это было за пламя только что?

— Пламя гибели. И это также причина, по которой Ра выбрала меня.

— Что ты имеешь в виду?..

— Это злобная сущность, которую я обнаружил в одном из филиалов Культа. И я унаследовал священный ранг, что запечатывал ее.

Глаза Раадатука широко распахнулись. Если это правда, значит, в теле этого юноши прямо сейчас спало древнее зло?

— Значит, именно тогда ты и связался с Ра?

— Верно. Она выбрала меня, и я тоже решил принять эту миссию. Моя роль заключается в том, чтобы защитить всех вас от древнего зла.

— О Боже... возложить столь тяжкое бремя на это юное тело...

— Это путь, который я выбрал сам.

Захад с трудом приподнялся и ухмыльнулся.

— Я не сомневаюсь, что даже вы, Раадатук, на моем месте сделали бы точно такой же выбор.

Эта искренняя улыбка сокрушила Раадатука. Он проклял себя за то, что усомнился в нем хотя бы на мгновение.

«О чем я только думал... Пытался принизить этого молодого, сильного жреца».

— ...Но, Брат.

Раадатук опустился на одно колено и встретился с ним взглядом.

Время было выбрано неудачно. Ужасно неудачно. Родись он на десять лет раньше, возможно, положение Культа не ухудшилось бы до такой степени.

— Сейчас в Культе царит смута. Укоренившиеся силы слишком велики, чтобы все исправить. Появление Апостола в Культе Ра — не редкость. Такое случалось уже несколько раз. Даже сейчас живы трое Апостолов.

— И?

— Изначально их было четверо, но теперь осталось трое. В настоящее время мы считаем Архиепископа Дуэйна, кандидата в Кардиналы, главным подозреваемым в деле об убийстве Апостола.

— Неужели убить Апостола действительно так просто, как вздумается?

— Священная Стигма устроена так, что угасает в тот же миг, когда убиваешь единоверца. Но если использовать кого-то другого в качестве орудия, дело принимает совсем иной оборот.

Он был талантливым и молодым юношей, но уже успел стать разоблачителем и нажить себе врагов внутри Культа.

Архиепископ Дуэйн.

Один из нынешних кандидатов в Кардиналы — не было ни единого шанса, что он благосклонно посмотрит на стоящего перед ним юношу.

— Чего ты действительно желаешь, Брат?

— Распространить учение Ра повсюду.

— И это все?

— Нет.

Он заговорил со своей обычной уверенностью:

— Я хочу вычистить всю гниль изнутри сверху донизу, а затем встать на самой вершине.

Встать.

Встать на вершине, значит.

На первый взгляд это могло прозвучать как амбициозное заявление, жажда власти, но именно по этой причине Раадатук нашел его на удивление обнадеживающим.

Ему показалось, будто он мельком увидел истинное, честное сердце этого человека. И все это время он сам убеждался в том, какой он человек.

Тот, кто протягивал руку милосердия даже другим Культам.

Тот, кто лично готовил еду для голодных.

Тот, кто пожертвовал собой в кромешном аду, казавшемся безнадежным, чтобы проложить путь для остальных.

Он был человеком, олицетворявшим самопожертвование. Если бы кто-то подобный встал во главе, разве любой Культ не преобразился бы?

— ...Инквизитор Раадатук приносит вам присягу.

Над ним стояла Димонаас. Он дорожил ею, относился к ней как к дочери и всегда хотел оставаться рядом.

Но стоящий перед ним юноша был другим. Он не был тем, кого нужно защищать.

Он был тем, за кем следовало идти.

— Я буду молчать о сегодняшних событиях. Я не отвернусь перед лицом любых трудностей. Клянусь следовать за вами целиком и полностью.

— А как же Великий инквизитор?

— То и это — разные вещи.

— ...Ха-ха-ха.

Захад рассмеялся.

— Разница между подчиненным и телохранителем, верно?

— ...Если выражаться точнее, то да.

— Мне это нравится. Железнокровный Медведь Культа Ра.

— Этот титул немного...

— А что с ним не так?

Захад протянул кулак. Раадатук тупо уставился на него.

— Звучит круто. Железнокровный Медведь.

Раадатук ненавидел это прозвище. Ему казалось, что оно запятнано кровью невинных, и он никогда не хотел, чтобы его так называли.

Но почему же тогда...

...услышав его из уст юноши, он ощутил к нему привязанность, которой никогда прежде не испытывал?

— ...Вот как.

Раадатук заколебался, но в конце концов медленно протянул свой кулак навстречу.

— Спасибо. Жрец.

— Мы закончили с «Братом»?

— Разве я не должен обращаться к вам с уважением?

Раадатук улыбнулся в ответ, последовав его примеру.

— Я клянусь вам в верности. Жрец.

◇ ◇ ◇

Открылся портал. Точнее говоря, когда трепет сердца прекратился, само пространство разорвалось на части.

По ту сторону разлома падал снег. Мы медленно наблюдали за этим. Раадатук пробормотал:

— ...Культ Ра, вероятно, ждет снаружи.

Они с Изабелой обменялись взглядами. Изабела цокнула языком:

— Враги в тот же миг, как мы выйдем наружу.

— ...В тот момент, когда кто-то из нас выйдет, мы станем врагами.

Раадатук сделал шаг назад.

— Уходите. Еретики. На этот раз я вас отпущу.

— Что?

— Вам лучше исчезнуть, пока я не передумал.

Раадатук бросил на меня взгляд, и я улыбнулся.

Какое прекрасное отношение, Раадатук. Едва став подчиненным, он уже научился понимать обстановку без слов!

Небо и земля по сравнению с типами вроде Гектора!

— Пойдем, нуна. Было весело.

— ......

Выжившие члены Культа Змеи и паладины наблюдали за нами. Изабела опустилась на колени передо мной и встретилась со мной взглядом.

— Ты в порядке?

— Больно. Но по дороге я поправлюсь. Наверное.

— ...Ты снова собираешься сделать что-то опасное?

— Если на то будет воля Ра.

Она нежно погладила мою Священную Стигму.

— Не забывай, что для тебя существуют и другие возможности. Если когда-нибудь запутаешься, приходи ко мне в любое время. Двери Культа Змеи всегда открыты для тебя.

— Эй! Уходите, пока он вас отпускает!

— Ты с кем разговариваешь, это наш Жрец?!

— Да ладно тебе! Наша Командир может говорить все, что хочет!

— Почему ты ведешь себя так мелочно?!

— Что?! Мелочно?!

Паладины и Инквизиторы злобно уставились друг на друга, но затем, словно по команде, все дружно расхохотались.

— Проваливайте уже, еретики.

— Берегите себя.

— В следующий раз встретимся — вам крышка.

— Это вам крышка.

— А ты неплохо играешь в покер.

— В следующий раз сыграем на реальные ставки.

— Ага. Неудачники. Проваливайте.

— Жить надоело?! Давайте еще один раунд перед уходом!

Изабела наблюдала за тем, как два Культа смеются и препираются. Ей было искренне приятно видеть эти две группы, сблизившиеся в совместном бою, и она никак не могла сделать первый шаг, чтобы уйти.

Но настал момент расставания. Она прижалась своим лбом к моему.

— ...Если... Просто если когда-нибудь настанет день, когда эти два Культа объединятся... я пойду за тобой. Мой маленький друг.

— Я буду скучать по тебе, нуна.

Расставляет флаги до самого конца. Какая наглость. Готовит почву так, словно мы больше никогда не увидимся.

Ты будешь моей, пока не выплатишь все до последнего долга! По сути, ты шпион, которого я заслал внутрь Культа Змеи!

— Н-не говори так прямо... это смущает...

— Ты ведь не забудешь меня?

— Как я могу?

Покопавшись у себя на груди, она вытащила поношенную, полуразрушенную брошь.

— Это действительно важная для меня вещь. Верни ее когда-нибудь.

— Я не верну ее.

— Что?

«Потому что мне нужно продолжать выжимать из тебя все соки!»

Но я не мог сказать этого вслух, поэтому вместо этого наклонился и прошептал ей на ухо:

— Если она останется у меня, мы ведь продолжим видеться? Верно?

Лицо Изабелы вспыхнуло пунцовым цветом. Она покосилась на меня, а затем разразилась смехом:

— Ты действительно... невероятен.

Чмок.

Ее губы на мгновение коснулись моего лба. Окружающие нас паладины одобрительно засвистели. Изабела с покрасневшим лицом зарычала:

— Всем заткнуться и на выход! Приготовиться к бегу! Как только выйдем, сразу же уносим ноги! Избегайте боя любой ценой!

Окровавленный плащ Изабелы взметнулся. Прямо перед тем, как шагнуть в пространственный разлом, она в последний раз оглянулась на меня:

— ...Еще увидимся.

— Береги себя, нуна.

Она исчезла в разломе. Члены Культа Змеи хлынули вслед за ней, один за другим проваливаясь в проход.

— Бывайте, придурки!

— Надеюсь, больше не увидимся!

— Проваливайте!

Под крики Инквизиторов, которые свистели и улюлюкали, последний паладин скрылся из виду. Внутри Бейгниса, где теперь остался только Культ Ра, воцарилась полная тишина.

Ивентовый босс, победа над которым зависела в основном от количества участников — вот почему зачистка оказалась возможной. Я потянулся, протяжно зевнув. Каждый поврежденный сустав невыносимо ныл, заставляя меня чувствовать себя дряхлым стариком.

Мне хотелось отдохнуть. Из-за того, что моя Святая сила не восстанавливалась должным образом, раны тоже не затягивались как надо.

Но оставалось еще одно дело. Самое важное из всех!

— Жрец. Если вы плохо себя чувствуете, возможно, вам стоит немного отдохнуть перед...

— Пожалуйста, зовите меня просто Братом. Я беспокоюсь, что люди могут неправильно нас понять.

— Понял.

— Остальные Инквизиторы ведь тоже согласны? Вы сохраните в тайне то, что я использовал в конце.

Инквизиторы переглянулись между собой, а затем все разом закричали:

— Конечно, Брат!

— А, не беспокойся об этом!

— Наши рты на замке!

— Я вообще подумываю перейти на сторону Жреца!

— Кто это только что сказал?

— Я?

— Хорошо сказано, ублюдок!

Я чувствовал себя знаменитостью. Словно я уже пустил корни в самой штаб-квартире Культа.

В таком случае посмотрим, что мы сможем откопать. Причина, по которой я хотел подчинить Бейгниса.

— Раз уж мы все равно здесь, почему бы нам немного не осмотреться внутри Демона-Глаза?

Время наград!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Культ Змеи (15)

Глава 33: Культ Змеи (15)

Бейгнис.

Монстр, также известный как Демон-Глаз.

Судя по одной лишь продолжительности жизни, он существовал уже тысячи лет. Тварь, которая пожирала и переваривала абсолютно всё.

Но даже у такого создания имелись свои предпочтения. Пожирание обычного ландшафта и горных пород отличалось крайне низкой эффективностью — порой на их переваривание уходило больше энергии, чем удавалось получить.

Что же давало больше всего энергии при наименьшем объеме?

Мясо. И среди всех его видов оно больше всего предпочитало человеческую плоть.

Топ. Топ.

Шаги эхом разносились во тьме. Я направлял Священное пламя в каждый темный угол.

Один из инквизиторов нерешительно спросил:

— Эм... Брат... разве внутри такого монстра можно найти что-то ценное? Не лучше ли нам просто подождать на месте, а потом выбраться наружу?..

— Хм. Я так не думаю.

Кругом не было ничего, кроме остывающей плоти и высохших следов паразитов.

Однако внутри явно скрывалось нечто большее. За этими пищеварительными трактами и сосудами определенно находилось кое-что еще.

И этим «кое-чем» был желудок.

Место, которое, по сути, составляло основу всего тела Бейгниса.

Подумать только. Это ведь Демон-Глаз. Он жил тысячелетиями, периодически пожирая всё на своем пути. Тварь, которая засыпала лишь после того, как набивала брюхо до отказа — сколько же людей она поглотила за всё это время?

Бельмо на глазу человечества. Для людей он ничем не отличался от стихийного бедствия. Однако существовало одно отличие, выделявшее Бейгниса на фоне обычных природных катастроф.

Его можно было увидеть.

А видимость означает наличие возможности. Если бы тварь, поглотившая друзей, товарищей, а порой и спасителей, оставалась неосязаемым бедствием, люди могли бы просто смириться с горем и жить дальше.

Но что, если её можно увидеть? Что, если она огромна, но её всё же можно убить?

Люди непременно бросились бы на неё в атаку. И не абы кто, а самые прославленные рыцари своей эпохи.

Бейгнис. Демон-Глаз.

Это существо накопило столько же врагов, сколько и дурной славы. И среди этих врагов...

...хватало личностей героического класса.

— ...Угх.

— Что это такое...

— Черт возьми... ну и вонь...

Инквизиторы недовольно ворчали. Перед нами стремительно убывал желудочный сок. Похожая на лаву жидкость, бурлившая без остановки, медленно вытекала наружу сквозь тело, унося с собой полурастворенные трупы и обломки скал.

В воздухе повис удушливый смрад. Пахло гниющим мясом и медленно перевариваемой породой. Ушедшее глубоко на дно обледенелое дерево полностью растворялось, начиная с корней.

Желудочный сок Бейгниса растворял абсолютно всё. Лишь считанные предметы могли ему противостоять.

Я присел на корточки. Жидкости скопилось огромное количество. Если оставить всё как есть, на её уход потребуется вечность.

— Раадатук.

— Да.

— Не мог бы ты пробить там дыру? Чуть ниже уровня жидкости.

— Но зачем вам...

— Сделаешь — поймешь.

На лице Раадатука отразилось недоумение, однако его руки пришли в движение без промедления.

— КРРРРРРРА-А-А-АНГ!!

Поверхность взорвалась, словно от детонации бомбы. Желудочный сок хлынул наружу с бешеной скоростью. Глядя на закручивающийся водоворот жидкости, я невольно зевнул.

Спать. Как же хотелось спать. Но сейчас было нельзя. Наступал самый важный момент.

Мне нужно было собрать всё, что только возможно.

— П-погодите.

— Что это там?

— В этом желудочном соке... есть вещи, которые не растворяются?

Инквизиторы заволновались. Я спустился туда, откуда ушла кислота, приземлившись с глухим стуком. Подошвы моих сапог слегка оплавились.

Но лишь слегка, они не растворились полностью. Я зашагал вперед, направляясь к погребенным внизу сокровищам.

Каждый герой, павший от рук Бейгниса, был проглочен целиком. Это были люди, чьи имена гремели в ту эпоху.

Естественно, их оружие и доспехи являлись столь же легендарными реликвиями своего времени. Большинство из них растворилось, но некоторые «настоящие» шедевры уцелели и лежали здесь.

Это было кладбище героев.

Настоящая награда, ожидавшая победителя Бейгниса!

— Хм. Какой благородный аромат.

— Этот запах. Кажется, я понимаю, о чем вы.

Раадатук подошел и встал рядом со мной. Он издал удивленный возглас, завидев оружие, вонзенное в плоть прямо перед нами.

— Как же вы... узнали об этом?

— В хрониках упоминалось, что Демон-Глаз поглотил бесчисленное множество героев. Вот я и подумал, что их оружие должно было где-то здесь остаться.

Клинки пострадали от желудочного сока и деформировались, но даже так они не утратили своего сияния.

Золотой век. Эпоха, закончившаяся за сотни лет до основания нынешней империи.

И лучшее оружие тех времен во всевозможных формах было разбросано по всему желудку Бейгниса.

Топоры. Копья. Двуручные мечи. Стрелы. Луки. И многое другое.

Я почуял запах денег. Пользоваться ими прямо сейчас было нельзя, но попади они в руки искусного мастера — и каждая вещь превратится в целое состояние.

Но главная награда ждала впереди. Всё это было лишь разминкой по сравнению с тем, что лежало дальше.

— Чего вы ждете? — Инквизиторы повернулись ко мне. Я усмехнулся: — Нам ведь нужно собрать трофеи, верно, братья?

Одной лишь верой людей не удержишь. Чтобы они стали по-настоящему преданными, нужно дать им что-то осязаемое.

К тому же эти вещи уже утратили свой первозданный вид. Даже после починки они никогда не вернут былого величия.

Раз уж я всё равно собирался их продать, почему бы не проявить щедрость?

— Н-нам правда можно это взять?

— Вы упорно сражались и заслужили эту победу. А эти вещи... — Я слегка пнул один из мечей. — Не слишком ли глупо просто отдать их Культу? Архиепископ Дуэйн наверняка конфискует всё и раздаст своим любимчикам, разве нет?

— .......

Один из инквизиторов поднял меч, который я к нему пододвинул. Осмотрев затупившееся лезвие, он осторожно окутал его Священным пламенем.

Меч ярко вспыхнул. Высокая магическая проводимость позволяла ему с легкостью принимать Святую силу. Все дороги ведут к одного: хорошо выкованное оружие будет отличным инструментом для любого, независимо от его происхождения.

— Да вы шутите?! Это же невероятный клинок!

— Э-этот топор тоже просто нечто!

— Даже утратив сияние, он сохранил такое качество... Представьте, что будет, если его как следует восстановить...

— О-о... сокровища... кругом одни сокровища...

Инквизиторы рухнули передо мной на колени.

— Брат! Мы клянемся тебе в верности!!!

Я ответил со смиренной скромностью:

— На всё воля Ра.

— О! Все мы едины под сенью Ра!

Вдобавок к уже завоеванному авторитету я окончательно закрепил свой успех. Теперь они были твердо уверены, что верность мне приносит щедрые плоды, а значит, риск предательства сводился к нулю.

Раадатук подошел поближе и негромко спросил:

— Брат. Могу ли я тоже взять себе что-нибудь?

— Если уж наш самый ценный союзник ничего не возьмет, то кто тогда? Возьми два, бери сколько пожелаешь.

— Благодарю!

В глазах Раадатука снова вспыхнул огонь жизни.

Все инквизиторы были воинами. А для воина оружие — словно возлюбленная, с которой невозможно расстаться.

Пока отряд с азартом обыскивал желудок, я незаметно отделился от них и спустился еще глубже. Местное оружие меня не интересовало. Все эти потускневшие побрякушки я планировал пустить с молотка.

То, что нельзя было просто продать, истинное сокровище, покоилось в самом низу. В самой глубокой части желудка. Герой, который выживал здесь десятилетиями, пока его медленно разъедал желудочный сок.

— ...Ах.

Вот оно.

Силуэт, сидевший прямо и сохранивший свой первозданный вид.

Доспехи. А внутри них...

На пространстве вокруг него не осталось и следа желудочного сока. Кости были абсолютно сухими. Великий герой войны, затаивший смертельную обиду на Бейгниса. Паладин веры Бога Солнца, которого когда-то звали Негаснущим Солнцем.

Величайшая Святая среди Дев Дня, фигура, ставшая легендой.

Останки Беатрис.

Она была, как бы это выразиться... Святой.

Если говорить о лоре... нет, стоп. Этот мир реален, и всё происходящее здесь происходит на самом деле, так что глупо называть это просто «лором».

Она жила как Святая, умерла как Святая и оставила свой след здесь, в этом месте, тоже как Святая.

Бескорыстная. Самоотверженная. Её путь был полон чистоты и искренности.

Я поднял дневник, лежавший перед её останками, и быстро пролистал его. Содержимое в точности соответствовало тому, что я видел в игре — ни единого отличия.

Не совсем ЕХ-ранг, но она владела оружием СС-ранга, одним из тех немногих, что существовали в Золотом веке. Я протянул руку и взялся за копье, зажатое в руках скелета.

[Негаснущая комета.]

[Познанию нет конца.]

[Весь свет пронзит тьму во имя Ра.]

[Вы обнаружили останки «Святой Беатрис».]

[Вы получили «Копье Света, Брюнак».]

[Вы получили «Дневник Беатрис».]

[Вы получили «Искаженный Священный Грааль».]

Я убрал за пазуху все реликвии Святой, служившей Ра. Затем дважды слегка постучал по копью.

Брюнак тут же превратился в небольшой браслет. Одной из причин, почему я хотел заполучить его в первую очередь, было как раз удобство переноски.

К тому же это священная реликвия. Одна из самых ценных даже в самом Культе Ра. Одно лишь обладание ею в сочетании с убийством Бейгниса уже было...

— ...А это еще что?

Я покрутил в руках Искаженный Священный Грааль. Этот предмет я видел впервые. Для чего он использовался? Пока что я просто припрятал его. Где-нибудь да пригодится.

Я получил всё, за чем пришел. И слегка коснулся останков Беатрис.

Доспехи осыпались. Вместе с костями они с тихим шорохом превратились в прах. Для финала великой героини войны Беатрис это выглядело как-то обыденно.

Впрочем, это не было её истинным концом, так что, полагаю, не имело значения.

Я уставился на браслет. На конце золотого украшения с тихим звоном покачивалась подвеска в форме копья.

— Брат. Вы искали что-то конкретное?

— А, Раадатук. — Я улыбнулся. — Да нет. Оказалось, мне ничего и не нужно.

— Если вы не против, я приметил тут кое-что... Не хотите взглянуть?

— Раз уж сам Раадатук рекомендует, я посмотрю. К тому же мне всё равно не помешал бы меч.

— Отлично. Позвольте мне показать вам.

◇ ◇ ◇

Великий инквизитор Димонаас в панике металась из стороны в сторону. В воздухе без всякого предупреждения возник портал. Она поспешила вперед со своими силами, но обнаружила, что Культ Змеи уже на месте.

Напряжение достигло предела. Все уже держались за оружие, когда центр портала пошел рябью. Словно выплевывая людей, из него начали появляться силуэты.

Димонаас потеряла самообладание. Культ Змеи.

Значит, инквизиторы, возможно, уже...

— ...Они вернулись.

— Эстель?! Почему ты здесь?!

— Я ждала.

Женщина со штрихкодом под глазом медленно перевела взгляд на Димонаас. У той по спине пробежал холодок.

Сильный боец. К тому же женщина с известным именем в Культе Змеи.

Эстель.

Одна из Апостолов Нага.

— ...Уходим.

К сожалению, битва не завязалась. Поддерживая Изабелу, она тут же развернулась. Для Культа Змеи, известного своей беспощадностью, это было довольно странное решение.

Димонаас вглядывалась вглубь портала. Пришедшие с ней паладины заволновались.

— Великий инквизитор! Мы действительно просто так отпустим Культ Змеи?!

— Нам нужно немедленно преследовать их!..

— Тихо.

Димонаас ненавидела еретиков. Но она не ожидала, что прямо перед её глазами окажется кто-то гораздо более важный.

— Не забывайте о нашем долге. Мы пришли сюда, чтобы спасти инквизиторов.

— Но!..

— Они ведь уже там!..

— Кто-нибудь видел это своими глазами?

Холодный ветер растрепал волосы Димонаас. Она сделала шаг к порталу.

— Все ждите здесь. Я войду и сама всё проверю.

— Нельзя!

— Остановите её немедленно!

— Кто знает, что там внутри!

— Отпустите меня! Отпустите! Эй!

Димонаас и паладины покатились по земле.

— Ведите себя разумно!

— Я и так вела себя достаточно разумно!

— Оттуда только что вырвался Культ Змеи! Большинство из них были по локоть в крови! Что бы там ни находилось, вам категорически нельзя туда входить!

— И вы предлагаете мне просто стоять и ничего не делать?!

— Великий инквизитор гораздо важнее горстки инквизиторов!

— Каждый из них определенно следовал воле Бога!

— Великий инквизитор Димонаас! Пожалуйста, успокойтесь!

— Отпустите! Я сказала, отпустите!

— Несите веревку, свяжите её!

— Живее!

Толпа паладинов навалилась на неё и связала ей руки. Они прижали её сопротивляющееся тело к земле, крепко удерживая.

— Отпустите! Отпустите меня!

— Нгх!..

— Да что она за монстр такой!..

— Держите её! Не отпускайте!

После долгой борьбы из глаз Димонаас хлынули слезы. Её платиновые волосы, рассыпавшиеся по снегу, намокли.

— ...Отпустите... меня...

Когда Великий инквизитор — всегда игривая, всегда брызжущая энергией — расплакалась, все паладины замолчали. Они удерживали свою сломленную предводительницу, тяжело вздыхая.

— ...Раадатук... Раадатук...

Посреди этого горького плача портал пошел рябью.

— ...Великий инквизитор Димонаас?

Из портала вышли залитые кровью инквизиторы. Паладины вздрогнули от неожиданности: каждый из прибывших тащил на себе по несколько орудий, превосходящих их самих по размеру.

Израненные, взъерошенные инквизиторы широко улыбнулись. Но затем их лица посуровели.

Великий инквизитор Димонаас лежала связанной лицом в землю. А сверху её прижимали к земле несколько паладинов.

Взгляд Раадатука мгновенно обледенел.

Оружие, которое он нес, с грохотом посыпалось на землю.

— Что... здесь... черт возьми, происходит?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Священный Суд (1)

Глава 34: Священный Суд (1)

— Как эти ублюдки посмели сотворить такое с Великим инквизитором?!

— Кто, черт возьми, эти люди?!

— У-успокойтесь!

— Нет, вы не понимаете, это же...

«Хм. Ну и бардак».

Отодвинувшись от двух препирающихся фракций, я посмотрел вдаль. Никаких трупов членов Культа Змеи — лишь множество свидетельств того, что они поспешно отступили.

«Хорошо. Очень хорошо. Похоже, моя дорогая Изабела успела уйти достаточно далеко. Уходи как можно дальше и возвращайся, когда ты мне понадобишься. И не забывай, что ты передо мной в долгу».

Недоразумение разрешилось быстро. Димонаас, все еще шмыгая носом, вцепилась в Раадатука.

— Я... я думала, что Раадатук... у-умер...

Она разрыдалась как ребенок, некрасиво и безудержно. Это было совершенно не похоже на ту расчетливую интриганку, которой я ее знал. Даже Раадатук, казалось, растерялся — его глаза слегка округлились.

Затем он медленно поднял руку и погладил ее по волосам, не сводя с меня пристального взгляда.

— Я выжил благодаря брату Захаду.

— ...Брату... Захаду?..

Вытерев слезы, Димонаас повернулась и посмотрела на меня. Раадатук улыбнулся — широкой, совершенно не вязавшейся с его суровым обликом улыбкой.

— Ты не поверишь, даже если я расскажу. Давай обсудим все подробности по дороге.

— Я бы тоже не отказался поспать. Устал так, что готов умереть.

Кажется, теперь я наконец-то мог закрыть глаза.

Я рухнул лицом прямо в снег. Эх, да и плевать.

«Кто-нибудь меня донесет. Я действительно на пределе».

— Раадатук.

— Да, брат.

— Я спать.

— Конечно.

Он ловко закинул меня к себе на спину.

— Приятных снов, брат.

◇ ◇ ◇

Когда я открыл глаза, все уже уладилось. Судя по всему, я проспал три дня подряд.

Великий инквизитор никак не могла поверить в то, что произошло внутри. Она пришла навестить меня, едва я проснулся, и сразу же спросила:

— Послушник Захад. Правда ли, что тебя избрали новым Апостолом Бога Солнца Ра?

— Прошу прощения.

— Да?

— Можно мне сначала поесть? Я умираю с голоду.

Инквизиторы молча поднялись и принесли еду. У Димонаас отвисла челюсть.

— Эти люди никогда не слушали никого, кроме меня и Раадатука... Как тебе удалось...

— Брат Захад спас наши жизни.

— Он помог нам во многих вещах.

— То, что мы получили от него, огромно как гора. Нам и целой жизни не хватит, чтобы отплатить за это.

Я скользнул взглядом по поясам инквизиторов — там висело то самое оружие, которое они вынесли из пещеры. К нему еще не прикасалась рука ремесленника, и они использовали его в первозданном виде.

«Крючок заглочен полностью. Хм. Мясо тоже отличное. Не такое вкусное, как мое, но все равно объедение».

Я закончил легкую трапезу в лагере, кивнув на совет Раадатука не переедать.

Рот Великого инквизитора Димонаас все это время так и оставался приоткрытым от изумления.

— Инквизитор Раадатук... действительно заботится о ком-то, кроме меня?

— Брат Захад — выдающийся человек.

— У Раадатука и правда наметанный глаз.

— Я уже вообще ничего не понимаю.

Димонаас потерла лицо. На ее хорошеньком личике, вопреки обычному, отразилось неподдельное замешательство.

— Итак... послушник Захад?

— Да.

— Ты действительно столкнулся с древним злом в филиале культа и был избран его преемником — Апостолом?

— Именно так.

— Можешь это доказать?

— Могу, но... прямо здесь?

Большинство людей, которых привела с собой Димонаас, не были похожи на инквизиторов. Знаки отличия на их одежде отличались — похоже, они принадлежали к какому-то другому подразделению.

Поняв мой намек, она кивнула и отвела меня подальше от остальных.

— ...Покажи мне.

— Вот.

Я обнажил Сурт и поднял его. Глаза Димонаас расширились от шока.

— Что это за зло такое...?! Это невозможно! Оно находилось в филиале культа, и никто об этом не знал?!

— Оно было запечатано глубоко под землей.

— Как ты его нашел?

— Ра ниспослал мне откровение. О том, что в подземелье филиала культа томится древнее зло, чья печать вот-вот рухнет. И что кто-то должен принять эту ношу на себя.

— Но... это же...

Димонаас заметила странную нить, связывающую меня и Сурт.

— Ты никогда в жизни не сможешь освободиться от этого зла! Это ничем не отличается от проклятия! Если ты продолжишь носить его с собой... твое тело осквернится, и в один прекрасный день ты умрешь!

— Значит, такова моя судьба.

Стоило мне хоть раз использовать Сурт, как стало практически очевидно, что теперь я его владелец.

Односторонние отношения хозяина и слуги, возникшие без согласия самого Демонического меча Сурт.

Это явно должно было оказать на меня негативное влияние. Моя Святая сила время от времени беспокойно бурлила, и я чувствовал, как мое тело — пусть и едва заметно — оскверняется демонической энергией.

«Да, конечно. Вот только моя скорость прокачки куда выше».

Я добавил ложку правды поверх той гладкой лжи, которую плел до этого, и мягко улыбнулся:

— Я справлюсь. Я пообещал Ра, что выдержу. Но даже если не смогу, я намерен позаботиться о том, чтобы перед моим уходом у меня появился достойный преемник.

— Зачем тебе...

Димонаас нахмурилась и тяжело вздохнула. Затем она посмотрела на меня и склонила голову с искренним почтением:

— Прежде всего... я слишком затянула с приветствием. Великий инквизитор Димонаас выражает тебе свое искреннее уважение. Спасибо, что спас инквизитора Раадатука. И остальных инквизиторов тоже.

— Я лишь сделал то, что должен был.

— ...Ты ведь не думаешь, что эта дежурная фраза сработает со мной?

— Конечно. Ты ведь отличаешься от тех людей.

Передо мной стояла настоящая лиса. Ветеран среди ветеранов, выжившая в жерновах внутренней политики культа. Невероятно молодая по сравнению с Раадатуком, но ее политическое чутье было не шуткой.

Я расправил плечи и стер мягкую улыбку со своего лица. Димонаас уставилась на меня.

— Чего ты хочешь, послушник Захад?

— Пока что я хочу только одного. Это шаг, к которому я в любом случае пришел бы со временем, но сейчас он самый важный.

— ...И что же это?

— Пропуск на поступление в Академию.

Наконец-то я почувствовал, что стою на стартовой линии.

— Я хочу получить пропуск на поступление в Академию на следующий год.

Ответ Димонаас последовал с небольшой задержкой. И это было далеко не согласие.

— Че-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-е-го?!

◇ ◇ ◇

— Нет, ну серьезно. Человек, который только что стал Апостолом... и все, чего он хочет, это какой-то пропуск в Академию...

— Что за... нет, даже если это просто ступенька... но почему не элитный путь продвижения, а обычный...

— После всех трудов, приложенных ради того, чтобы сделать меня своей должницей... просить пропуск в Академию, который может достать даже захудалый епископ...

Пока она бормотала себе под нос, я ткнул ее пальцем в щеку.

— Ты слишком шумишь. Может, прекратишь?

— Ничего не могу с собой поделать, я просто не понимаю! — Димонаас ощетинилась. — С моим влиянием я могла бы сделать для тебя гораздо больше! Например... точно! Я могла бы превратить весь корпус инквизиторов в твою личную фракцию! Что-то в этом роде!

— Ты бы этого не сделала.

— ...Откуда тебе знать?

— С моей точки зрения, Великий инквизитор Димонаас не похожа на ту, кто станет подчиняться чьим-либо приказам... — Я пожал плечами. — В таком случае, разве быть коллегами не лучше, чем подчиненными?

— ...О?

Димонаас улыбнулась, обнажив клыки.

— Ты, случайно, не собирал обо мне сведения заранее?

— Вряд ли. У меня просто наметанный глаз на людей.

— Странно. Этого не должно быть. Ты словно слишком хорошо меня знаешь.

— Я из тех, кто заботится только о себе. Зачем мне обращать внимание на других, когда я и сам по себе настолько способный?

— Ахаха. Ты задрал нос довольно высоко, не так ли? Смотри, как бы он не сломался.

— Пфухаха. С чего бы вдруг? Высоко задранный нос — лишь доказательство исключительности, кто вообще сможет его сломать?

— ...Пожалуйста, прекратите оба.

Вмешался Раадатук, пытаясь нас примирить, и мельком взглянул на меня.

— Прежде всего, брат. Самый насущный вопрос — это внутренняя жалоба.

— Ах да. Я совсем забыл об этом. Давайте просто быстро с этим покончим.

— Быстро покончить с этим уже не получится. Нас не было целый месяц. Великий инквизитор рассказала мне все напрямую.

— Инквизитор прав. Все запуталось самым странным образом. Я не ожидала, что архиепископ Дуэйн вмешается лично — похоже, он заключил какую-то закулисную сделку с епископом Броди, отцом послушника Беверика.

Димонаас помахала документами туда-сюда.

— Все это превратилось в бесполезные клочки бумаги. Все улики были скрыты. Пока мы были заняты перемещениями инквизиторов, архиепископ Дуэйн лично прибрал все дочиста.

— ...Серьезно?

«Погодите-ка. Минутку. Я приложил столько усилий, чтобы подать внутреннюю жалобу, и теперь все сойдет на нет из-за недостатка улик? При том, что клеймо позора в итоге останется на мне?»

— Ты ведь шутишь, правда?

— К сожалению, нет. Мы могли бы связать все воедино, используя дело о сексуальных домогательствах к послушнице Айрин... но одного этого недостаточно. Это дело не того уровня, чтобы дойти до Священного Суда.

— Да ладно тебе. Не может быть, чтобы великая Димонаас была настолько бессильна.

— ...Не могу понять, комплимент это или оскорбление.

— Комплимент. Конечно же, комплимент.

Димонаас одарила меня резким взглядом и вздохнула. Затем она залезла во внутренний карман пальто и достала еще одну пачку документов.

— ...Разумеется, у меня все подготовлено. Включая все следы попыток уничтожить улики.

«Как и ожидалось!»

Раадатук уставился на Димонаас как пес, которого только что предал собственный хозяин.

— Т-ты мне ни слова об этом не сказала...

— Мне приходилось держать это в секрете. Ведь здесь собрались только те, кому я могу доверять, верно? Послушник Захад все еще фигура неоднозначная, но, по сути, мы уже плывем в одной лодке.

— Троекратное ура в честь нашего способного Великого инквизитора Димонаас!

— Не льсти мне, послушник Захад. От этого у меня мурашки по коже. Я хотела посмотреть на твою реакцию, но ты даже не удивлен, так что это совсем не весело.

Вообще-то я удивился. Просто у меня были и другие варианты...

Я был готов перевернуть весь стол, если бы до этого дошло. В конце концов, теперь у меня был Брюнак.

Но раз уж она утверждала, что оставаться здесь все еще имеет смысл, казалось разумным пока побыть в культе. Даже если здесь были те, кто меня недолюбливал, теперь на моей стороне появились и союзники.

К тому же поглотить то, что уже существует, гораздо быстрее, чем строить новую организацию с нуля. А у меня не так много свободного времени.

— Великий инквизитор Димонаас.

— Что?

— Ты ведь знаешь, что я люблю тебя, правда?

— Инквизитор. Не мог бы ты выбросить этого человека из кареты?

— Ха-ха. Какая шутка.

— Я не шучу.

Димонаас одарила меня пронзительным взглядом.

— Я доверяю словам инквизитора. Но даже это доверие станет полным только после моей собственной проверки. Послушник Захад. Если ты действительно хочешь моей помощи, докажи мне свою ценность. Сделай это, и я встану на твою сторону — от лица каждого инквизитора.

— Как подчиненный?

— Как коллега.

— Какая жалость.

— Ты сам это только что сказал.

Игривые нотки в ее голосе полностью исчезли. До того, как мы покинули город, она забавлялась со мной с позиции абсолютного превосходства.

«Эта обиженная версия Димонаас на самом деле довольно очаровательна. Хм. Прелестно. Очень прелестно».

Людям действительно нужно сначала стать способными.

— Не беспокойся.

К тому же я уже обеспечил себе путь к тому, чтобы стать сильнее. Одиночная серьга в моем ухе покачивалась и поблескивала.

— Я докажу это с лихвой.

Мы неуклонно продолжали путь к штаб-квартире культа. Если считать время, проведенное во сне, и время внутри Бейгниса, прошло почти полтора месяца — и вот, наконец, я смог ступить на землю города, где располагалась штаб-квартира культа.

Город Аинкад.

Путешествие, начавшееся в морозном конце зимы, теперь встречало весну. Я глубоко, полной грудью вдохнул аромат Аинкада.

«Ах. Чудесно».

Было бы еще лучше, если бы нас не ждали нежелательные лица.

— ......

Навстречу нам вышла группа из культа. Беверик — послушник, чье лицо вызывало у меня непреодолимое желание засунуть его головой в выгребную яму, — и его отец, епископ Броди.

Они поприветствовали нас в сопровождении небольшой свиты последователей.

С такими выражениями лиц, словно они только что откусили кусок чего-то мерзкого.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Священный Суд (2)

Глава 35: Священный Суд (2)

Я спрыгнул с кареты, и Беверик вздрогнул.

— Послушник Беверик. В чем дело?

— Т-ты... ты, ты, ты...

То, как он заикался, говорило о том, что уроки пошли ему на пользу. Впрочем, так и должно быть: после всего, через что я его провел, было бы странно, если бы он всё забыл.

На меня свирепо смотрел мужчина средних лет с аккуратно подстриженной бородой и тяжелым выражением лица, представляя собой полную противоположность неряшливому Беверику.

— ...Ты и есть послушник Захад?

— Это я. А вы, должно быть, епископ Броди?

— Верно. Я Броди, отец Беверика, и...

Он посмотрел на меня сверху вниз, оказывая нешуточное давление. Надо же, посмотрите на него: он еще и позволяет своей Святой силе изливаться наружу.

«Угрожает мне прямо в лицо, значит?»

— ...человек, который очистит имя Беверика от этих ложных обвинений.

— Ложных обвинений?

Я небрежно отмахнулся от угрожающей волны огненной Святой силы.

— Не слишком ли сильно вы его опекаете только потому, что он ваш сын? Давайте начистоту: будь этот мелкий паршивец моим сыном, я бы уже раздел его догола и сбросил с моста.

— ......

Глаза епископа Броди слегка расширились, и он шумно вдохнул, увидев, как его Святую силу просто развеяли в воздухе. Его взгляд стал еще острее, а сам он весь напрягся.

— Ты... ты непростой послушник!

— Очевидно.

— Раскрой свою личность!

— Моя личность...

Я сложил ладони вместе и вознес короткую молитву.

[Активируется Молитва огня (C).]

[Ваше тело наполняется теплом.]

[Физические способности временно повышены.]

Я ярко улыбнулся.

— Верующий в Ра, стремящийся стать жрецом, без пяти минут жрец — на самом деле всего лишь обычный «послушник».

— Не играй со мной в слова!..

— Игры не игры, неважно.

Я понизил голос, переходя на шепот, который мог услышать только он:

— Если у вас с этим проблемы, увидимся перед судьей. А теперь прочь с дороги, лысый. Вы что, приватизировали эту улицу?

— Ах ты, паршивец!..

— Фьюх!

Вспыхнуло пламя. Несмотря на то что он был епископом, сотворенный им огонь — силой лишь немногим уступавший моему нынешнему уровню — заплясал прямо у меня под подбородком.

Я мог бы легко заблокировать его, но не стал этого делать. Почему?

Потому что на моей стороне был верный медведь.

— Бум!

Раздался взрыв, и епископа Броди отбросило назад. Он быстро поднялся на ноги, так что урон вряд ли оказался серьезным, однако размазанная по лицу грязь изрядно подпортила его тщательно ухоженный вид.

— Что это значит, инквизитор Раадатук?!

— Я собирался спросить вас о том же, епископ Броди, — Раадатук шагнул вперед, заслоняя меня и одаривая епископа холодным взглядом. — Что именно вы пытались сделать с братом Захадом, который является всего лишь послушником?

— Преподать урок хороших манер сопляку, который не умеет уважать старших!..

— Он является истцом на Священном Суде. Никто не имеет права прикасаться к нему до завершения процесса. Если же вы хотите тронуть его...

Железнокровный Медведь Раадатук сделал шаг вперед. Беверик пискнул и попятился назад.

— ...вам придется сначала пройти через меня.

— ...Гр-р-р!

Броди поднялся на ноги, отряхивая одежду, после чего свирепо уставился на меня и заскрежетал зубами:

— Ах ты, мелкий негодяй... твои дни, когда ты ходил с высоко поднятой головой, сочтены. Ты проиграешь это дело, и даже Бог втопчет в грязь те крохи чести, что у тебя остались!

— Ага, конечно.

— Ах ты, дерзкий!..

— Епископ Броди, — Раадатук положил руку на эфес своего меча. — Второго предупреждения не будет.

— ...Черт бы все побрал!

Броди в ярости развернулся на каблуках и поспешно удалился. Раадатук проводил взглядом его удаляющуюся группу и тяжело вздохнул:

— Ты намерен продолжать наживать себе врагов, когда их у тебя и так предостаточно?

— Наши отношения и так были испорчены. С какой стати мне перед ними кланяться? Я не испытываю особого удовольствия от пресмыкательства перед людьми, от которых мне нечего получить.

Вспоминая все те разы, когда мне приходилось склонять голову перед этим жалким Бевериком, я, честно говоря, чувствовал, что задолжал им куда больше неприятностей.

Я решительно зашагал вперед, направляясь к штаб-квартире Культа Ра.

Перед моими глазами предстал собор, расположенный в городе Аинкад. Одно это величественное сооружение по своим масштабам вполне могло соперничать с целым небольшим городком.

Угасающий, но еще не полностью лишенный своего величия — один из величайших культов империи.

Культ Ра раскинулся передо мной во всей красе.

— ...Ух.

Все, на что падал мой взгляд, было пропитано святостью. Ни единой пылинки вокруг; чистейший белый цвет и оттенки пламени гармонично переплетались на каждой поверхности.

Величие и чудо. Казалось, будто я исследую самый прекрасный уголок древнего спящего города.

Я попытался унять свое трепещущее сердце: увидев все это воочию, я просто не мог сдержать волнения, и моя грудь бешено вздымалась.

«Черт. А это действительно нечто потрясающее».

«Ладно».

«Давай покончим с этим Священным Судом, а потом устроим себе отличную прогулку».

◇ ◇ ◇

Великий инквизитор Димонаас заговорила:

— Приготовления к суду уже завершены.

— Значит, я могу пойти осмотреть достопримечательности?

— ...Перед этим информатор должен быть помещен в изоляцию. Все контакты с внешним миром будут временно прекращены.

— Какая утомительная система.

— Почему ты настолько спокоен?

— Потому что я не чувствую, что проиграю.

Да и если бы проиграл, я был полностью готов перевернуть весь этот стол и просто уйти.

А если бы ни один из вариантов не сработал, что ж...

Я всегда мог положиться на Нагу!

[Э-это нельзя делать просто так, по первому капризу...]

— Ты не сделаешь этого ради меня?

[Н-ну, старшая сестра будет меня ругать...]

— Нага. Я рассчитываю на тебя, — я прошептал ей. — Ты ведь сможешь сделать для меня хотя бы это? Мне это в тебе и нравится. Божество, которое прикладывает усилия ради меня.

[Т-т-т-т-тебе н-нравится...]

Ее голос задрожал, и она мгновенно растаяла от этих слов.

[Я... то есть... я не могу... но... ух... н-но... что же мне делать... что делать...]

— Я верю тебе.

[Угх... ха-а... я не могу... правда не могу... но... если Захад так говорит...]

— Прошу прощения. Чем это ты занимаешься там, в углу?

— Думаю о том, чтобы стать еретиком.

— Что?!

— Шучу.

Я переступил порог входа в обитель культа, естественным образом отделяясь от инквизиторов.

— Теперь мы должны пойти и доложить нашему руководству, — Раадатук пожал мою руку. — Моя клятва останется в силе даже после того, как мое тело сгорит дотла.

— Я верю тебе, Раадатук.

— Да пребудет солнце в вечности.

Остальные инквизиторы дружно закричали:

— Брат! До скорой встречи!

— В следующий раз, когда будет дело, пойдем вместе!

— Если когда-нибудь захочешь стать инквизитором, найди меня!

— Я буду относиться к тебе с полным уважением, как к своему старшему брату!

— Он же младше тебя, а ты зовешь его старшим братом? Разве так можно?

— Для меня — вполне!

— И для меня тоже! Брат Захад! Обязательно заходи к нам в гости!

Раздался дружный, теплый мужской гул.

Взоры присутствующих в обители обратились в нашу сторону, но меня это ничуть не беспокоило. Напротив, я почувствовал гордость. Хм, как и ожидалось.

Искренность всегда приятна.

— ...Сделай лицо попроще, когда идешь.

— Куда мы направляемся?

— Больше встречать некому. Как Великий инквизитор, я несу единоличную ответственность за истца. Но ты...

Она окинула взглядом мой растрепанный вид: одежда была покрыта засохшей кровью и гноем, и даже быстрая стирка не отменяла того факта, что это были сущие лохмотья. Мы мчались сюда без остановок, не заезжая ни в одну деревню, так что сейчас я выглядел не лучше нищего.

— Давай сначала приведем тебя в порядок.

— Это слишком хлопотно.

— ...Ты серьезно?

— Нет? Шучу.

На самом деле я и сам больше всего хотел хорошенько вымыться, смыв с себя всю грязь в чистой ванне.

— Ты ведь покормишь меня после того, как я помоюсь?

— Смотря как будешь себя вести.

— Да ладно тебе. Я знаю, что покормишь.

— ...Почему ты такой раздражающий?

◇ ◇ ◇

Плюх!

Я нырнул прямо в воду. Это была огромная золотая ванна, в которую непрерывным потоком, подобно водопаду, каскадом лилась вода.

— А-а-а-ах...

«Это просто рай».

«Настоящий рай на земле».

Я откинулся на мраморную спинку. Погрузив тело в теплую воду, я почти сразу почувствовал приятную сонливость.

— Послушник Захад. Я оставлю твою одежду здесь, у двери.

Слуга, приставленный присматривать за мной, заговорил из-за двери. Я невнятно буркнул что-то в ответ и полностью погрузил голову под воду.

Буль-буль-буль-буль.

Игры в воде — это всегда весело, уж поверьте.

Я с плеском вынырнул на поверхность и поднялся, после чего сразу же наткнулся на что-то твердое.

Это была крепкая мужская грудь.

Я медленно поднял взгляд.

— Привет.

— ...И кто ты такой?

— Разве так важно, кто я?

Длинноволосый мужчина сел рядом со мной, погружая свое тело в воду, и с его губ сорвался томный вздох.

— Важно лишь то, что здесь есть теплая вода, в которую можно погрузиться. Тебе так не кажется?

— Не особо. Так кто ты?

— ...У тебя напрочь отсутствует чувство атмосферы.

Красивый мужчина. Его лицо приковывало взгляд, но все тело было покрыто шрамами. Небрежно плеснув водой себе в лицо, он запустил руку в волосы и покосился на меня.

Изумрудные глаза, слегка загорелая кожа и мускулистое, но без излишеств, телосложение.

Тело, закаленное в боях, на которое мягко спадали длинные темные волосы.

«Мне кажется, я должен его знать... Кто же это?»

— Ты ведь тот самый информатор, верно?

— Кто ты?

— ...Можешь сначала ответить на мой вопрос?

— Ты и так все знал еще до того, как пришел сюда. Зачем тогда спрашивать?

— Справедливо, — мужчина ухмыльнулся. — Фабиан. Это мое имя.

— ...Фабиан?

О.

Фабиан?

Один из Апостолов Ра?

Я еще раз вгляделся в его лицо. Да, все верно: он выглядел в точности как на иллюстрации. Посмотрите на него.

«И обязательно им было делать его настолько красивым?!»

Я медленно поднялся, глядя на Фабиана сверху вниз.

Взгляд Фабиана опустился, и он удивленно моргнул.

— Ого... а ты весьма впечатляющий, парень. У тебя многообещающее будущее.

— Вы и сами не обделены.

Мы мгновенно поняли друг друга и обменялись поднятыми вверх большими пальцами. Я развернулся и сел рядом с ним.

— Зачем ты сюда пришел?

— Ты знаешь, кто я такой?

— Конечно. Нужно жить в пещере, чтобы не знать. Фабиан, один из Апостолов Ра.

— ...И зная это, ты так спокоен?

— На Священном Суде наверняка соберется самая разная публика, верно? Удивляться так рано было бы пустой тратой сил, так что приберегу эмоции на потом.

— Хм... — Фабиан ухмыльнулся. — А ты интересный малый.

Фабиан, один из Апостолов Ра.

Командир ордена паладинов, известного как «Следы пепла».

Он славился своим непредсказуемым характером и привычкой поступать исключительно так, как ему вздумается. Единственным спасением было то, что по своей природе он оставался в основе своей хорошим человеком, поэтому никогда не переходил черту слишком сильно.

Но даже при этом он являлся одним из Апостолов Ра — одной из абсолютных вершин военной мощи культа, человеком, стоящим на одном уровне с кардиналом и папой.

Передо мной стоял один из сильнейших людей этого мира. Я продолжал улыбаться, словно меня это не волновало, но, честно говоря, внутри я был слегка потрясен.

«Черт».

«Он все еще слишком сильный противник, чтобы мне сейчас с ним связываться. Если я как-то умудрюсь ему не понравиться, он ведь сотрет меня в порошок?»

Он окинул меня взглядом, задумчиво хмыкнул и снова ухмыльнулся.

— Информатор и послушник Захад.

— Да?

— Все остальное я могу понять, но есть одна вещь, которую я никак не могу уразуметь, — он наклонился ко мне и тихо прошептал: — С чем именно ты смешан?

«...А я-то думал, что мы пройдем через это гладко. Черт побери».

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Священный Суд (3)

Глава 36: Священный Суд (3)

Я отвел взгляд от Фабиана.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь.

— Ты смешанный. И даже не пытаешься это скрыть — от тебя буквально разит. Любой, у кого есть нюх на подобные вещи, сразу бы все понял.

— …Любой — это кто?

— Такие, как я. Хм… Дуэйн? Арпина бы тоже заметила…

Загибая пальцы один за другим, Фабиан в итоге сжал обе руки в кулаки.

— …Их больше, чем пальцев на двух руках?

— Да проклятье!

Вот почему от таких глазастых ублюдков одни проблемы.

Тихо плеснув водой, я соскользнул поглубже в ванну. Наблюдая за выражением лица Фабиана, я смотрел, как вокруг меня поднимаются пузырьки. Поймав мой взгляд, его красивое лицо озарилось коротким смешком, и он брызнул в меня водой.

— Ты вошел сюда так нагло, что я уж было подумал, у тебя припрятан туз в рукаве. Только не говори мне, что у тебя и правда ничего нет?

— ……

У меня кое-что есть.

Можно устроить хаос с помощью Сурта. Мое тело почти полностью восстановилось, но смогу ли я на самом деле одолеть Фабиана Демоническим мечом Суртом, если не способен вытянуть даже десять процентов от максимальной мощи Леватейна? …Без шансов. Да. Абсолютно никаких шансов.

Я с самого начала совершил ошибку. Слишком уж сильно поверил одной строчке в описании искаженной Святой силы: «не обнаруживается стандартными сенсорами Святой силы».

Даже я иногда оступаюсь. Так уж бывает.

Но одна оплошность — и вот я уже смотрю в лицо весьма неприглядному концу.

— …Что ты собираешься со мной делать?

— Хороший вопрос, — лениво протянул Фабиан. — И что же мне с тобой сделать? Для начала я хотел бы узнать, с чем именно ты смешан.

— ……

Подбирай слова осторожно. Захад. Не позволь всему этому рассыпаться.

— Однажды, во время боя с Демоном-Глазом, меня окатило огромным количеством его крови.

— Эта тварь и правда была демоном?

— Что?

— Ничего. Просто мысли вслух. В любом случае, хочешь сказать, что смешался с этим?

— Это единственное, что приходит в голову…

Неужели он видит следы Наги?

— Дай сюда руку.

Послушно протянув руку, я позволил ему перевернуть мою Священную Стигму и рассмотреть её со всех сторон.

— Будет немного жечь, — предупредил он, когда его ладонь вспыхнула огнем.

— Угх.

Пламя впечаталось в мою Священную Стигму. Боль обожгла меня на мгновение, а затем сошла на нет. Когда огонь погас и стигма слабо мерцала, Фабиан скрестил руки на груди.

— Опознать не могу… но стигма Ра по-прежнему активируется чисто… даже при смешивании божественная сила остается нетронутой… будь это демоническая эрозия, Ра бы отвернулась от тебя, но она этого не сделала, а значит… — пожав плечами, Фабиан подытожил: — Что ж. Похоже, ты в порядке.

— …Серьезно?!

— Да. Вполне. Попробуй использовать какую-нибудь святую технику.

Я призвал Священное пламя.

— Тот факт, что святые техники работают как надо, означает, что Святая сила течет правильно. Я уж гадал, не осквернено ли твое тело демоном, но, похоже, это не так… твоя вера по-прежнему считывается как нетронутая… ничего критически страшного. Наверное.

— …Фух.

— Тем не менее, у многих ты всё равно вызовешь подозрения. Димонаас ничего не заметила?

— Кажется, ей было всё равно.

— Вот как? Ну, пусть Димонаас и талантлива, она пока не на том уровне, чтобы уловить подобное, — подавшись вперед, Фабиан посмотрел на меня. — Значит, на данный момент я единственный, кто знает?

— …Именно так.

— Хочешь, я скрою это?

— …Правда?

— Конечно. Я же Апостол. Самый выдающийся из сыновей Ра.

Медленно и непринужденно улыбнувшись, Фабиан поднял руку и прижал её к моей Священной Стигме.

Меня пронзила еще одна короткая вспышка боли. Когда он убрал ладонь, внешне ничего не изменилось.

Сжав и разжав кулак, я не почувствовал никаких перемен. Что он вообще сделал?

— И это всё?

— Ага. Пока ты не вытягиваешь слишком много Святой силы за раз, никто ничего не заметит. Это простая иллюзия, так что особо на нее не полагайся.

— …Почему ты мне помогаешь?

— Потому что ты кажешься интересным, — поднявшись на ноги, произнес Фабиан. — В Культе сейчас слишком тихо. Всё, чего они хотят — это забиться по норам, как мыши. Это невероятно скучно, тебе не кажется?

— ……

— Так было не всегда. Раньше мы не следили за каждым шагом Империи. Скорее наоборот, Империя следила за нашими. Мы были Империей, а Империя была нами.

Священное пламя охватило тело Фабиана. Тихо горящий огонь испарил с него все следы влаги, а затем бесследно исчез.

— Но всё изменилось. Мы пали на самое дно.

— …Чего ты хочешь?

— Всего, — пробормотал он. — Я хочу всего.

Между нами повисла тишина.

Фабиан снова посмотрел на меня. Тяжелое молчание, давившее на комнату, исчезло так же внезапно, словно его никогда и не было.

Широко и непринужденно ухмыльнувшись, он щелкнул меня по лбу, пока я сидел в ванне.

— Захад, Послушник и разоблачитель. Мне нравятся перемены, которые ты спровоцировал. Наблюдать за тем, как содрогается этот гнилой Культ — одно удовольствие.

— Мои плечи вдруг потяжелели.

— Неси этот груз. Для того я и сделал тебе подарок. Буду с нетерпением ждать, что же ты мне покажешь. Увидимся на Священном Суде. Мой праведный маленький Послушник.

Подмигнув, он открыл дверь и вышел.

— Г-господин Фабиан?! Почему вы были в купальне… кья-я-я! Вы голый?!

— Я принимал ванну, поэтому естественно, что я голый.

Откинувшись на край ванны, я понял, что он ничуть не изменился. Это был ровно тот Фабиан, которого я знал. Высокомерный. Делает всё, что ему вздумается, плевать желая на чужое мнение.

Но в то же время я не мог избавиться от чувства, что что-то не так.

Нельзя терять бдительность. Какова бы ни была его цель — я использую его раньше, чем он использует меня. В моем мире не бывает такого, чтобы играли мной.

А пока…

Я найду хорошее применение этому подарку. Апостол Ра.

◇ ◇ ◇

— …Ты встречался с Апостолом Фабианом? — внимательно оглядев меня, спросила Димонаас. — Он тебя нигде не ударил? Ты не ранен?

— Неужели Апостол и правда стал бы избивать жреца?

— Ещё как стал бы. Он непредсказуем. Я думала, что с твоим характером ты бы точно получил по лицу хотя бы раз… но ты выглядишь на удивление целым.

— За кого ты меня принимаешь?

Димонаас окинула меня острым взглядом.

— Теперь, когда мы на одном уровне, ты проявляешь всё меньше и меньше уважения.

— Если мы на одном уровне, неужели мне действительно нужно разводить церемонии?

— Технически ты прав, но это всё равно почему-то раздражает.

— И что с того, — ухмыльнулся я. — Мы же друзья.

— …Друзья?

— А разве нет?

Взгляд Димонаас стал тусклым и ледяным.

— Ты такой молодой, да что ты вообще…

— Я только снаружи так выгляжу. На самом деле я куда старше, чем кажусь.

— Тебе шестнадцать.

— Только физически.

— А по умственному возрасту я тогда бабушка, — фыркнула Димонаас.

— Похоже на то.

— Почему ты такой невыносимый?! — толкнув меня в спину, возмутилась она. — Иди внутрь и отдыхай. У меня есть официальные обязанности, так что я буду довольно занята.

— Останься, давай еще немного поболтаем.

— Я же сказала, что занята.

— Если бы я был в компании Великого инквизитора, то, наверное, смог бы и снаружи осмотреться… Знаешь, мне так любопытно взглянуть на штаб-квартиру Культа.

Есть вещи, на которые мне нужно взглянуть. Например, на расположение скрытых святых реликвий.

Сложив ладони вместе, я сделал свой взгляд ярким и полным искренней мольбы.

— Могу ли я попросить об одолжении? О, великая и святая Великий инквизитор Димонаас?

— Хм… — лучезарно улыбнулась Димонаас. — Нет.

— Хлоп!

Меня заперли в комнате. Бессердечная женщина.

Уединенная комната без единого окна. Вдобавок ко всему, она находилась в самом конце коридора — чтобы сбежать, пришлось бы пройти через несколько других помещений.

Комнатой это называлось лишь одно название; на деле же это была настоящая камера. Хорошо хоть кровать имелась. Я забрался на стул.

— …Ха-а.

Комфортно. После умывания, сытного ужина и возвращения в комнату это место казалось чем-то максимально близким к раю. Суд должен был начаться через три дня.

До тех пор мне оставалось лишь ждать. Димонаас уладит мелкие детали, а все доказательства уже были у нас в кармане.

Вероятно, обойдется без сюрпризов.

Редкий миг свободного времени. При желании я мог бы насладиться им, но было кое-что, что мне необходимо сделать.

— Эй.

【……】

— Я знаю, что ты меня слышишь.

【……】

— Так и будешь отмалчиваться?

Я легонько постучал по серьге. Копье Света, Брюнак. Оружие, превращенное в серьгу благодаря Трансформации формы.

При обычных обстоятельствах это была бы просто святая реликвия. Но эта конкретная очень долго мариновалась в желудке Бейгниса.

Потеря ею ценности как святой реликвии стала бы вполне закономерным исходом. И тем не менее, Брюнак оставался в утробе монстра, не утратив своего света.

Каким образом?

Причина была проста. Её предыдущая владелица продолжала оберегать реликвию.

Нет. Слово «оберегать» здесь не совсем подходит. Точнее будет сказать: «сделала её своим новым телом».

— Святая Беатрис.

Серьга вздрогнула.

— Я знаю, что ты там.

Серьга задрожала. Эта дрожь была слабой, но я услышал её предельно четко.

【…Ох.】

Раздался короткий, резкий вдох. В одинокой камере прозвучал голос, которому здесь совершенно нечего было делать.

— Здесь только мы вдвоем, так что можешь смело говорить.

【……】

— Если ты продолжишь молчать, мне останется сделать только одно.

【……】

Святая Беатрис. Одна из сильнейших Святых, сражавшаяся с Бейгнисами вопреки воле Культа.

В игре я пересекался с ней несколько раз. Божественное копье Брюнак, как правило, само находит путь к игроку, даже если тот не прикладывает к этому никаких усилий. Все потому, что один из почитающих её жрецов Бога Солнца в итоге покоряет Бейгниса.

Впрочем, это не так уж важно. Главное — я знаю её, и знаю наверняка, что именно она ненавидит больше всего на свете.

Щелкнув пальцами, я призвал Священное пламя. В этом не было ничего сложного. Легкого щелчка оказалось более чем достаточно.

Яркое пламя. Красная святая техника замерцала на кончиках моих пальцев.

— Уж ты-то должна знать, не так ли? Что за сила таится внутри моего тела.

【……】

— Тогда смотри внимательнее.

Я поднял свою Святую силу. К краям Священного пламени начали цепляться тени.

— Смотри, — прошептал я. — Наблюдай за тем, как пламя Ра — пламя, которое ты так горячо любишь — оскверняется.

Медленно, ползуче.

Тени, вцепившиеся в кончик пламени, начали дюйм за дюймом ползти вверх. Серьга, до этого лежавшая совершенно неподвижно, резко дернулась.

— 【…Как ты смеешь…!】 — серьга буквально брызгала кровью. Её голос зазвенел, словно колокол: — 【…Как ты смеешь называть себя верующим Ра и при этом осквернять её пламя тьмой!!】

— Видишь? Ты могла говорить всё это время. Так почему молчала?

— 【Мне не о чем разговаривать с предателем!】

— Предатель, говорит. Обидно такое слышать.

Я вытянул теневую Святую силу еще сильнее. Половина священного пламени оказалась поглощена тьмой.

— 【Прекрати! Прекрати немедленно! Э-это богохульство! Немедленно прекрати это мерзкое действо!】

— Раскаиваешься?

— 【Я сказала, хватит! И ты еще смеешь называть себя жрецом Ра…!】

— Ах, — прошептал я. — Мало?

Тень в одно мгновение целиком проглотила пламя. Серьга аж зашлась пеной гнева.

— 【А-а-а-а-а!! Убери от меня этот мерзкий огонь! У меня от одного его вида мурашки по коже бегут!】

— Что ж, если ты так настаиваешь, — произнес я и потушил пламя. Серьга судорожно выдохнула.

— 【Мне нечего тебе сказать!】

— Вот как?

Только посмотрите, как она снова осмелела, стоило пламени исчезнуть. Но что я мог поделать?

Ночь была длинной, а времени — предостаточно.

Беатрис, презиравшая богохульство превыше всего. Образцовая Святая, также известная как фанатичка, без остатка поглощенная верой в Ра. Женщина, почитавшая пламя сильнее кого бы то ни было. Она была настолько одержима огнем Ра, что некоторые даже называли её поджигательницей.

Я ухмыльнулся и зажег пламя на всех десяти пальцах.

— Ну что ж… Полагаю, мне тоже нечего сказать.

— 【Т-ты не посмеешь.】

— Хе-хе. А давай проверим.

Я медленно, но верно наращивал теневую Святую силу.

— Интересно, на каком по счету пальце Святая Беатрис наконец-то соизволит со мной побеседовать?

— 【А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!】

Пламя поглощалось тенью, затем восстанавливалось, затем снова поглощалось — и так раз за разом. Слушать крики Беатрис было весьма приятно.

К тому же, крики молоденькой девушки…

Просто невозможно устоять!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Священный Суд (4)

Глава 37: Священный Суд (4)

Беатрис уступила. Если быть точным, она лишь согласилась поговорить.

— ...Грязный предатель...

— Завязывай с этим «предателем» и давай просто поговорим.

— Ладно. Тебе ведь любопытно, не так ли? Почему я оказалась в желудке Демона-Глаза.

— Нет.

— ...А?

— Меня интересует Святая Беатрис, которая сейчас стоит передо мной.

Серьга яростно задрожала.

— П-погоди... у тебя что, какая-то... тяга к оружию...?

— Скажешь еще какую-нибудь глупость, и я повторю то, что только что сделал.

— Тогда говори прямо. Что ты имеешь в виду?

— Все просто. Мне нужны твои священные искусства, Беатрис.

Назвать Беатрис сильнейшей среди всех Святых Огня в истории не было бы преувеличением. Конечно, она была безумицей, совершенно помешанной на пламени, но ее чистая сила была неоспорима.

Я произнес это прямо, без тени смущения:

— Научи меня! Я даже позволю тебе сделать это бесплатно — особое предложение!

— Ха-а-а-а-а-а-а-а-а-ах?!

С негромким хлопком из серьги вырвалась духовная форма, словно ожившая милая чиби-иллюстрация.

Похожий на куклу призрак мягко опустился на письменный стол. Струящиеся алые волосы пылали подобно пламени, как и подобало Святой Огня, сочетаясь с изящными очертаниями ее фигуры.

Она была облачена в мантию, излучавшую благородное величие. Выражение ее лица казалось высокомерным — так смотрят на тех, кто стоит гораздо ниже.

И все же, почему-то...

— А ты красивая.

— Как будто мне приятен комплимент от предателя!

Сказав это, она, тем не менее, слегка вздернула подбородок.

Я посмотрел сверху вниз на миниатюрную Беатрис. Зарычав, она бросилась на меня, тыча в кожу крошечным копьем, которое достала неизвестно откуда.

Но духовное тело оставалось духовным телом. Лишенное физической оболочки, оно не причиняло никакой боли.

— Угх...! Будь у меня еще тело, я бы давно испепелила такого, как ты...!

— Хватит думать о поджогах и выслушай меня.

— Думаешь, я стану обучать своим священным искусствам предателя?

Она заявила об этом с гордым высокомерием:

— Я — Беатрис! Та, кого Ра ценил больше всех в истории! От одного взгляда на тебя мне хочется бросить тебя в костер!

— Тебе просто хочется посмотреть, как что-то горит, верно?

— В-все ради Ра...!

— Больше похоже на личную прихоть.

Беатрис яростно осыпала меня упреками. Но что она могла сделать? Она даже не могла на меня повлиять.

— И вообще, с какой стати тому, кто отмечен благословением Ра, связываться с Культом Змеи!

— Я связан с ними примерно так же, как и с тобой.

— Предатель! Худший! Ничтожество! Человеческий мусор! Извращенец! Мерзавец! Отродье! Хлам!

— Ты переходишь черту.

Направив Святую силу в руку, я слегка щелкнул Беатрис.

Кувырк, кувырк, кувырк.

Миниатюрная Беатрис покатилась по столу и поспешно вскочила на ноги. Ее взгляд задрожал, словно она не могла поверить в случившееся.

— К-как ты только что коснулся меня?!

— Я использовал Святую силу.

— Я... я не могу ни к чему прикоснуться, так почему ты можешь?!

— Если тебе это не нравится, вырабатывай свою собственную.

— Вырабатывать собственную...?

— Это значит, что ты просто обычное оружие, которое даже не способно самостоятельно черпать Святую силу. Поняла?

Беатрис поникла. Она принялась колотить по столу руками, драматично причитая:

— Какое унижение — от рук того, кто настолько младше меня! Я хочу умереть! Я сейчас умру!

— Ты уже мертва.

— Это образное выражение! А-а-а-а-ах!!! Как же это бесит!!!

Я приблизил свое лицо к Беатрис. Вздрогнув, она попятилась назад.

— О поцелуях даже не думай!

— У меня и в мыслях такого не было.

— Любые непристойности строго запрещены! Я никогда этого не позволю! Предатель! Мерзкий извращенец! Чтоб ты сдох!

— Я же сказал, что не собираюсь.

Протянув руку, я схватил Беатрис. Скрежеща зубами, она отчаянно задергалась, пока я притягивал ее к себе.

— Отпусти! Отпусти меня!

— Хватит устраивать истерики, давай поговорим, Святая Беатрис.

— Думаешь, если ты сильнее меня, я так просто подчинюсь?!

— ...Мы ходим по кругу. Позволь мне сначала прояснить мою позицию.

Я указал на себя:

— Кто я такой? Тот, кто убил Демона-Глаза, которого даже великая Беатрис не смогла одолеть, и тот, кто спас тебя из этой адской желудочной кислоты. Верно?

— ......

— Ты называешь меня предателем, но ведь и сама это понимаешь, верно? Что я могу использовать Святую силу Ра. Я только что это продемонстрировал. Ты ведь чувствуешь, что я не обычный предатель, и во мне скрыто нечто большее?

— Я... я ничего не знаю!

— О, неужели.

Я пощекотал Беатрис под ребра.

— Кья-ха-ха! Пре-прекрати! Грубиян! Мусор!

— Хватит меня оскорблять и взгляни на реальность. Я практически твой благодетель. Неужели великая Святая — та, кого называли сильнейшей среди Апостолов Ра, его истинная представительница — не способна отличить долг от обиды?

— К-конечно, я способна...!

— Если тебе оказали услугу, ее нужно вернуть. Верно?

— Н-ну, это правда, но...!

— Самый быстрый способ вернуть этот долг — обучить меня своим священным искусствам. Стать моим учителем. Понимаешь?

— Н-но предателю я ничего не дам...!

— Опять ты за свое «предатель»... Послушай, Святая. Ты ведь видела, как я использую священные искусства Ра. Разве нет?

— Н-ну да, но...!

— Способность использовать священные искусства Ра означает, что она тоже доверяет мне. И все же... неужели ты хочешь сказать, что личная представительница Ра не может доверять тому, кому доверяет сама Ра?

Я ухмыльнулся, глядя на Беатрис.

— Ты что, выше Ра?

— Н-нет...?

— Ты более всеведуща, чем она? Умнее ее?

— К-конечно нет! Это было бы богохульством!

— Тогда тебе стоит доверять тому, кому доверяет Ра. Должна ты или нет? Скажи сама.

— ...Я... должна доверять...?

— Вот именно. Раз уж решено, что я жрец Ра, то тебе остается сделать только одно. Что именно?

Глаза Беатрис завертелись по кругу.

— Эм... эм... вернуть... долг...?

— Правильно. А еще ты должна признать меня своим господином.

— Э-это правда? Должна?

— Конечно. Я спас тебя оттуда, а теперь еще и продолжу твое наследие, не так ли?

— Д-да.

— Тогда, раз уж я преемник, наследующий все твое имущество, кому должно достаться оружие, которым ты владела?

— ...Тебе?

— А душа, обитающая в нем?

— Н-ну, естественно, она станет твоей собственностью...

Щелк — взгляд Беатрис мгновенно прояснился.

— Смерти ищешь?! Какая еще твоя собственность! Единственное, на что я согласилась — это обучить тебя священным искусствам! То, что Брюнак и я станем твоим имуществом — совсем другое дело!

— Эх, какая жалость. Тогда хотя бы обучи меня священным искусствам.

— Да! Именно это я и сделаю! Я только обучу тебя священным искусствам, так что даже не мечтай о чем-то большем!

— Как и ожидалось от опытной Святой Огня. Я признаю свое поражение.

— Хмф. Как будто кто-то вроде тебя вообще способен меня одолеть.

Беатрис торжествующе скрестила руки на груди. Затем, с опозданием, она удивленно моргнула.

— ...Почему-то мне кажется, что меня только что обманули...?

— Обманули? Это я здесь остался в невыгодном положении.

— Х-хмф! Для предателя это вполне естественно! Это моя победа!

Боже правый.

Вот именно поэтому она и пошла на Бейгниса в одиночку. Глупая женщина.

Как бы то ни было, я получил то, за чем пришел. Брюнак... что ж, я смогу постепенно приручить его, и со временем он станет моим оружием, так что тут все в порядке. На самом деле мне требовались священные искусства Беатрис, и теперь они были практически у меня в руках.

Отлично!

Просто замечательно!

Это стоило каждого мгновения из тех полутора месяцев, что я потратил на подготовку!

— Хе-хе-хе.

— Э-хе-хе-хе.

Мы оба рассмеялись.

◇ ◇ ◇

Дверь отворилась. Я уже успел переодеться в одежду, приготовленную слугой.

Однако за дверью стояла вовсе не Великий инквизитор Димонаас. Это был инквизитор Раадатук.

Он вежливо склонил голову — мы не виделись какое-то время.

— Давно не виделись, брат.

— Взаимно, Раадатук.

Человек, заслуживающий уважения. К тому же, преданный до глубины души, словно верный медведь — не было причин не проявить к нему должную вежливость.

Мы вдвоем вышли за дверь и неторопливо направились к Священному Трибуналу. Раадатук по пути объяснял общий ход процесса.

— Димонаас будет председательствовать и как Великий инквизитор, и как Священный Судья, занимая самое высокое место. Вы не сможете обратиться к ней напрямую или попросить принять вашу сторону.

— Тогда как быть с доказательствами обвинения?

— Все они при мне.

Раадатук мельком показал мне бумаги.

— Как представитель обвинителя, я возьму на себя большую часть процесса.

— Обнадеживает. И кто же выступает с другой стороны?

— Защитник. Епископ Броди, отец послушника Беверика, будет вести защиту. Нас ждет ожесточенная словесная перепалка. В конечном счете исход, скорее всего, окажется за нами, но это определенно превратится в грязную возню.

— Почему?

— Даже при наличии очевидных обвинений они не сдадутся без боя. Они притащат всех мыслимых свидетелей и будут драться зубами и когтями. Таков уж епископ Броди. Человек, способный состряпать улики буквально из воздуха.

Раадатук остановился перед массивной дверью. Он повернулся и посмотрел на меня.

— Вы нервничаете?

— С чего бы нервничать тому, кто не совершал ничего предосудительного?

— ...Как и ожидалось, брат, вы отличаетесь от обычных людей.

Раадатук слабо улыбнулся.

— Что ж, пойдемте, брат.

— Раздавим их окончательно.

Дверь отворилась.

Огромная створка бесшумно поползла назад. Перед нами предстали бесчисленные места для присяжных и зрителей. А прямо перед ними сиротливо высились всего два стула.

Кое-кто уже находился внутри. Послушник Беверик уже сидел на своем месте. Стоявший рядом с ним епископ Броди повернулся в мою сторону.

— ......

Мы не обменялись ни единым словом, но его взгляд так и сочился враждебностью. Я лишь слегка вздернул подбородок, словно безмолвно спрашивая: «Ну и что с того?».

Хруст.

На его лбу вздулась вена.

Епископ Броди глубоко вздохнул. Вокруг стоял гул. Место председателя, должно быть, находилось наверху. Я поднял глаза. Единственным освещенным участком оставался тот, где стояли наши с Бевериком стулья.

Все остальное тонуло во мраке. Я смутно различал движение множества людей, но не мог с уверенностью сказать, кто есть кто.

— ...внутреннее... обвинение...

— ...Захад...

— ...Демон-Глаз...

— ...как же так...

Мимо проносился шепот. Я посмотрел еще выше. Самое высокое место. Там стояли три кресла.

Однако два из них пустовали. На крайнем левом сидела знакомая мне фигура — Великий инквизитор Димонаас. Я слегка помахал ей рукой. Заметив мое движение, Димонаас чопорно отвернулась.

Щелчок ее ручки послужил единственным ответом. Она явно была полна решимости сохранять исключительно официальный вид.

— Эй.

Сверху раздался голос. Я поднял голову. Там, свесившись с перил, лениво махал мне рукой Фабиан.

— Победи в этом деле, Захад.

— Само собой.

— Фабиан. Кажется, я ясно дала тебе понять. Разговоры с обвинителем до начала Священного Суда запрещены...

— Да-да, я понял. Хватит ворчать. В общем, увидимся позже.

Подмигнув, он скрылся в темноте. Великий инквизитор Димонаас стукнула судейским молотком.

— Тишина! Прошу всех соблюдать тишину! Священный Суд начнется с минуты на минуту! Пожалуйста, соблюдайте тишину!

Шумная толпа затихла. Я молча прошел вперед, опустился на отведенный мне стул и посмотрел на нее снизу вверх.

Стоявший рядом епископ Броди прошептал:

— Твоему краснобайству сегодня придет конец...!

— Заткнись.

— Ах ты, паршивец...!

— Личные разговоры во время процесса запрещены. Епископ Броди, пожалуйста, отойдите назад.

Под суровым взглядом Раадатука Броди заскрежетал зубами и отступил. В воцарившейся тишине Димонаас заговорила.

— Прежде чем открыть Священный Суд, я должна объявить, что Его Святейшество Папа, который изначально должен был председательствовать на этом процессе, отсутствует. Я, Димонаас, Великий инквизитор, настоящим объявляю себя высшим авторитетом данного разбирательства.

Дверь позади нее распахнулась. Димонаас произнесла пониженным тоном:

— Входит кардинал Арпина. Прошу всех присутствующих встать и выразить свое почтение.

В отсутствие Папы — глава Церкви, фактически наивысшая власть.

Кардинал Арпина.

Я поднялся на ноги, чтобы взглянуть на нее, одного из ключевых неигровых персонажей. Посреди глубокого безмолвия все те, кто тихо встал со своих мест, прижали руки к сердцу.

Цок.

Шаги эхом разнеслись по залу. Мои глаза широко раскрылись.

Ослепительно белые волосы. Половина ее лица была скрыта вуалью, но даже так ее красоту невозможно было утаить.

Хрупкость настолько утонченная, что казалось, будто даже лунный свет может разбиться о нее. Кожа, превосходящая белизной чистейший снег. Длинные ресницы и багровые глаза, с холодным спокойствием взиравшие на меня сверху вниз.

Эта красота выходила за рамки простого очарования — она могла убивать. Будь эта женщина обычным человеком, половина мира с радостью пролила бы кровь ради шанса обладать ею.

— ...Боже правый.

В игре ее рейтинг красоты значился как «высший», но... не слишком ли это?

Почему ангел спустился в обитель Церкви, которой должны были управлять обычные люди?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Священный Суд (5)

Глава 38: Священный Суд (5)

Кардинал Арпина.

Элита среди элиты, начавшая свой путь совсем не так, как остальные. Будучи дочерью архиепископа, она поднялась до ранга кардинала — фактически стала королевской особой в жреческой иерархии.

Ни единого пятна в её послужном списке.

...Ну. Нет.

Теперь одно пятнышко всё же появилось, но она тщательно его скрывала.

Я пристально посмотрел на неё. Она была старше меня, но при этом настолько миниатюрной, что в это верилось с трудом.

Помимо невероятной красоты, её телосложение отличалось поразительной хрупкостью. Стройная и благородная. Прекрасная, но в то же время беззащитная — казалось, она может разбиться в любой момент.

Священная чистота, превосходящая обычную миловидность.

Красота, затмевающая само изумление.

Я отвёл взгляд. Сделав глубокий вдох, я зажмурился, а затем снова открыл глаза.

[Активируется ⟨Молитва Бога Солнца⟩.]

Да уж, как и ожидал.

Меня на миг околдовало её очарование.

Я размял плечи. Как бы то ни было, сейчас мне не стоило связываться с кардиналом Арпиной. Она занимала слишком высокое положение, чтобы к ней мог приблизиться простой послушник. Если бы я каким-то образом смог склонить её на свою сторону, моя жизнь в культе изменилась бы самым невероятным образом, но это было нереально. Мне нужно дослужиться как минимум до уровня епископа, чтобы просто удостоиться аудиенции.

Журавль в небе. Пока что лучше просто проигнорировать её присутствие. Скорее всего, её появление здесь — чистая формальность.

— Перед началом суда я бы хотела прояснить несколько процедурных вопросов.

Священный Суд проходил без происшествий. Всё шло довольно рутинно, и у меня почти не было возможности вставить слово.

Инквизитор Раадатук знал своё дело. Словесные баталии велись ожесточённые, но он бил точно по самым уязвимым местам.

«М-м. Как же удобно!»

— Я хочу представить доказательства, ваша честь.

Глаза послушника Беверика и епископа Броди округлились. До этого они всё отрицали и требовали доказательств, а теперь начали паниковать.

— К-как это вообще уцелело?!

— Я... я же был уверен, что это уничтожили!..

— Разрешаю.

Димонаас неторопливо изучила улики. С моего места это выглядело почти комично.

По сути, она рассматривала доказательства, которые сама же и собрала.

Ого. Ей бы в актрисы пойти. Действительно впечатляет.

— Послушник Беверик, — слова Димонаас прозвучали резко, словно удар клинка. — Это полностью противоречит показаниям, которые вы предоставили. Кто же из вас говорит правду?

— В-ваша честь! В этих доказательствах кроется грубейшая ошибка!..

— И в чём же она заключается?

— ......

Епископ Броди промолчал, лишь мелко дрожа. Приоткрыв рот, он так и не смог выдавить ни одного внятного возражения.

В конце концов из него вырвалось лишь отчаянное, жалкое оправдание:

— Э-это сфабрикованные улики! Я уверен в этом!

— Это не фальшивка. Я представлю дополнительные доказательства.

Раадатук поднял кристалл видения.

«О. А это дорогая штучка».

Я был впечатлён. Не зря он ключевой НПС.

Меня немного тревожило отсутствие Раадатука, но, похоже, он успел сделать всё, что требовалось.

— Я же говорю. Беверик давно известен своими выходками.

Записи, хранящиеся в кристалле видения, начали воспроизводиться одна за другой. Беверику и епископу Броди больше нечего было сказать.

Присяжные зашептались. Димонаас негромко и выразительно кашлянула.

— Прошу тишины. Епископ Броди, вам есть что добавить?

— ......

Броди резко обернулся и уставился на меня. Его лицо исказилось от отчаяния, словно весь его мир рухнул в одночасье.

— Ты... ты... из-за тебя... мой... мой сын...

Беверик вскочил на ноги. Брызжа слюной, он бросился в мою сторону:

— Я убью тебя!

— Воу, полегче.

Из кресла вырвались цепи. Они обвили Беверика и с силой швырнули его обратно на сиденье. Судя по всему, сработала встроенная система безопасности.

Отличная деталь. Всё-таки это главная штаб-квартира культа, так что место действительно напоминает передовой магический город.

Я взглянул на Беверика. В моей памяти всплыли сцены прошлого, наложившись на вид его сгорбленной спины.

В каком-то смысле его даже можно было пожалеть. Он жил припеваючи, присосавшись не к тому человеку, а теперь всё пошло прахом.

«Дай-ка подумать... Будь у меня хоть одно хорошее воспоминание, связанное с ним, я бы, может, и посочувствовал ему секунду...»

«...Но нет».

— Ага, — я лучезарно улыбнулся и тихо прошептал: — Прощай, послушник Беверик. Хнык-хнык. Я буду скучать.

— Отпустите! Отпустите меня!

Небольшая суматоха утихла. Присяжные и Димонаас удалились на короткое совещание.

Она вела процесс безупречно. Приговор прозвучал без единого лишнего слова:

— Помимо растраты государственных средств и нанесения ущерба репутации культа, включая попытку сексуального насилия над находящимся в его подчинении послушником, присяжные сочли характер этих преступлений чрезвычайно гнусным.

Шёпот на верхних трибунах усилился. Теперь, когда ситуация в корне изменилась, епископ Броди смертельно побледнел.

— В-ваша честь...

Его голос был едва слышен. Священные фонды — все официальные пожертвования, используемые культом — являлись подношениями, отмеченными милостью Ра.

Присвоить их означало обмануть само божество. Одно из самых тяжких преступлений в иерархии святотатства.

— Это недоразумение... всё это... сплошное недоразумение... мальчик... мальчик просто не подумал...

— ......

— Лишь раз... умоляю, проявите снисхождение хотя бы в этот раз... он хороший ребёнок... уверяю вас, он действительно хороший мальчик...

Великий инквизитор Димонаас на мгновение замолчала. Со вздохом она плавно поднялась со своего места.

— Прежде чем огласить приговор, я должна сказать: мне глубоко стыдно. Если бы Ра сейчас смотрела на нас, как думаете, что бы она сказала?

— ......

— Епископ Броди. По какой причине вы лично взялись за защиту послушника Беверика?

— Это... ну...

— Кровь. Кровные узы действительно сильны. Но прежде всего мы должны чётко осознавать, ради чего занимаем свои посты, — Димонаас говорила твёрдо и без обиняков. — Мы — жрецы. Мы — слуги божества, и порой должны быть готовы безжалостно разорвать даже кровные узы, чтобы доказать свою веру. Те, кто совершает злодеяния, должны понести наказание, а посягнувшие на священные средства обязаны быть наказаны без каких-либо исключений.

— Ваша честь... прошу вас...

— Если вы хотели снисхождения, то не должны были скрывать всё с самого начала, не так ли?

Услышав последующий вердикт, Беверик судорожно вдохнул воздух. На его лице, отражавшем расплату за все накопившиеся грехи, проступил неподдельный ужас.

— Послушник Беверик приговаривается к десяти годам заключения в подземной тюрьме Аинкада.

— Не-е-е-е-е-е-ет!!

Загремели цепи. Кресло затряслось.

— Этого не может быть! Этого не может быть! Архиепископ Дуэйн! Эй, вы же о-обещали! Вы обещали, что ничего не случится!

— Беверик! Прекрати! Немедленно прекрати!

— Отец! Это несправедливо! Деньги, которые мы заплатили — да ты хоть представляешь, сколько там!..

— Я сказал, замолчи!!

Началась потасовка. Я поднялся со своего места и обменялся с Раадатуком крепким рукопожатием.

— Блестящая защита, Раадатук.

— Вполне закономерный исход. Однако... — мы с Раадатуком бросили взгляд в сторону верхних трибун, где царил полумрак. — ...Брат, по сути, теперь ты нажил себе врага в лице архиепископа Дуэйна. Тебе стоит это понимать.

— Не переживай. Я не настолько слаб, чтобы меня сожрала кучка старых ископаемых.

Мой план состоял в том, чтобы убраться отсюда до того, как что-то случится, и вернуться к прежней жизни. Точно. Стоит мне поступить в Академию, как я окажусь под её юрисдикцией, так что до тех пор, пока я не окрепну, мне не придётся иметь с ними дела.

Но моё будущее не всегда шло по намеченному руслу.

— ...Великий инквизитор Димонаас.

Раздался тяжёлый, звучный голос. Послышался шаркающий шаг хромого человека — одна нога ступала уверенно, другая волочилась следом.

Голос был тихим. Не слишком громким. Но в нём чувствовалось такое величие, что всё вокруг мгновенно затихло.

От одного этого звука у меня побежали мурашки по коже. Я поднял глаза к верхним трибунам. Из тени вышел грузный, внушительный мужчина и опёрся о перила.

— Теперь, когда суд завершён, я хотел бы озвучить ещё одну просьбу.

— ...Прошу прощения?

— Так вышло, что здесь собрались все ключевые фигуры культа. Если мы упустим этот момент и не признаем заслуги должным образом, в будущем будет трудно вознаградить за это достижение. Я счёл наиболее уместным решить этот вопрос прямо сейчас.

Его взгляд встретился с моим. Хоть он и не назвал своего имени, я интуитивно понял, кто передо мной.

Архиепископ Дуэйн.

— Кое-кто проявил смелость, доложив о проступке послушника. Разве мы не должны вручить ему заслуженную награду?

— .......?

Димонаас удивлённо моргнула. Она переспросила с таким выражением лица, будто совершенно не понимала, к чему он клонит:

— ...Вы хотите сказать, что мы должны наградить послушника Захада?

— Именно так.

«Он настаивает на награде для того, кто покусился на его людей? Зачем?»

Ответ на мой вопрос последовал незамедлительно:

— Он также проявил себя с наилучшей стороны в битве против Демона-Глаза. Младший собрат, обладающий как обострённым чувством справедливости, так и недюжинными способностями — просто грех оставлять такого человека в ранге обычного послушника.

«Оу».

— Мне кажется, что звание послушника — слишком тесный сосуд для Захада.

«Да ладно».

— Поэтому, пользуясь случаем...

«Ах ты ж сукин сын...?!»

— Я хотел бы предложить возвести послушника Захада в сан полноценного жреца.

...

Послушник и жрец.

Послушник, по сути, являлся лишь кандидатом в жрецы. У него не было никаких конкретных обязанностей по сравнению с полноценным жрецом — если разобраться, он мало чем отличался от обычного верующего.

Отсутствие обязанностей означало отсутствие какой-либо ответственности.

Но со жрецом всё обстояло иначе. У жреца была работа, и если она выполнялась ненадлежащим образом, за этим неизбежно следовали соответствующие наказания.

Вероятно, именно этого архиепископ Дуэйн и добивался.

◇ ◇ ◇

Я уставился на Димонаас. Сидя в своём кабинете, она глушила вино прямо из горлышка.

— Скользкий ублюдок!

Бах! Бах!

Письменный стол содрогнулся.

— Он не просто работает на публику, строя из себя великодушного человека — он твёрдо намерен уничтожить тебя! Ты хоть это понимаешь?!

— Нальёшь мне тоже?

— Ты же несовершеннолетний?!

— Ну и что. У меня внутри всё так и горит.

Предложение архиепископа Дуэйна приняли без лишних споров. С самого начала Дуэйн, похоже, и не рассчитывал выиграть сам судебный процесс.

Димонаас и Дуэйн, по сути, вели друг с другом войну. И всё же он предвидел своё поражение, а это значило...

Он признавал в ней достойного противника. Прекрасно зная пределы возможностей Димонаас, он с самого начала планировал пожертвовать Бевериком и Броди как разменными фигурами.

— Дуэйн... — Димонаас шумно выдохнула. Она пододвинула мне бокал. — Дуэйн чертовски расчётлив. Все, кто перешёл ему дорогу, мертвы. Если точнее, он славится тем, что никогда никого не прощает — каждый раз он безжалостно избавляется от людей.

— То есть, по сути, это смертный приговор.

— ...Обязанности для новоиспечённого жреца определяю не я. Это прерогатива пяти архиепископов. И, к сожалению, в обычной ситуации мой ранг лишь немногим ниже их.

— А закуска есть?

— Да послушай ты меня! Дуэйн наверняка отправит тебя в один из подконтрольных ему регионов! Он планирует стереть тебя в порошок! Или просто повесит на тебя ложное обвинение и убьёт на месте!

— Не думал, что ты будешь так переживать за меня... Уж не влюбилась ли ты?

— Я сейчас вылью на тебя всю эту бутылку.

Всё определённо усложнилось. Один год. Я планировал провести этот подготовительный период перед поступлением в Академию в статусе послушника. Так мне было бы проще перемещаться и улаживать дела.

Но теперь ситуация стала щекотливой. Став полноценным жрецом, я начал сомневаться, смогу ли вообще поступить в Академию как студент.

— Дай-ка подумать... Академия, верно?

— Академия? Почему ты постоянно о ней говоришь?

— Может, сначала чокнемся?

— ...Ты просто невыносим. Серьёзно.

Бокалы соприкоснулись с тихим звоном.

— В Академию ведь могут поступить только послушники по программе обмена, верно?

— Именно так. Твой план практически разрушен.

«О Ра... Кажется, я по уши в дерьме, да?»

Я осушил бокал. Алкоголь, которого я не пил уже давно, разлился по телу приятной тяжестью.

Нет. Надо подумать. Нестандартное мышление. Прагматичный подход.

Что для меня важно?

Спасти мир от Оскверненных.

Почему я хотел поступить в Академию именно как студент?

Потому что большинство ключевых НПС связаны с этим местом — это лучшая точка, чтобы следить за ними.

А значит...

Обязательно ли мне поступать туда именно в качестве студента?

Главное — попасть в Академию, а каким образом — неважно.

— ...Ха.

Точно. Я усмехнулся. Димонаас посмотрела на меня так, словно окончательно во мне разочаровалась.

— Ты свихнулся от осознания того, что надежды нет?

— Стал бы такой гений, как я, сходить с ума. Великое древо не гнётся.

— Оно ломается. С громким треском.

— Не-а. Не сломается.

— Ты что-то больно дерзко заговорил.

— Ага. Не сломается.

— Да почему ты так бесишь?!

Я постучал пальцами по столу.

— Великий инквизитор Димонаас. В таком случае, какие ещё есть способы попасть в Академию, помимо студенческого билета?

— Хм... Ну. Вообще, почему ты так зациклился на этой Академии?

— А. Ну...

Я зашевелил мозгами. Придумать отговорку на ходу было делом нехитрым. Академия всегда оставалась местом, окутанным тайнами.

— ...Там ведь есть библиотека, где хранятся запретные тексты? Я хочу получить доступ к этим знаниям.

— Ты что, действительно метишь в еретики?

— Я хочу узнать больше о Ра. Там наверняка хранятся знания, которые вера Бога Солнца давно утратила, верно? А я... как тебе известно, выполняю миссию по её сохранению.

— ...Только не говори мне, что...

— Именно. Барьер постепенно слабеет. Мне нужны знания. Знания, чтобы восстановить священный барьер. И этой информации, скорее всего, нет даже здесь, в штаб-квартире культа. По сути, это древний священный закон, который уже давно утерян.

Димонаас шумно выдохнула.

— Если причина в этом... то способы попасть в Академию не в качестве студента существуют. Но чтобы получить доступ к библиотеке с запретными текстами... тебе придётся стать там своим человеком.

— И как же?

— Ты ведь понимаешь, что наш культ клонится к закату? В наши дни маги на подъёме. Даже если жрец силён, стоять перед магом или рыцарем для него — всё равно что гусенице пытаться читать нотации бабочке. В Академии то же самое. Она полностью перестроилась под это направление, так что можешь считать, что среди её сотрудников духовенства почти нет.

— «Почти нет» означает, что всё-таки кто-то есть.

— ...Твоя дерзость в сочетании с умом раздражает ещё сильнее, — Димонаас кивнула. — Верно. Там есть преподавательские должности. Любой рукоположенный жрец культа может подать заявку. Но чтобы получить это место, нужен послужной список. Тебе придётся накопить определённые достижения в качестве жреца, прежде чем твою кандидатуру вообще начнут рассматривать.

— В таком случае...

— О следующем годе не может быть и речи. Четыре, пять лет? Это, пожалуй, минимум. Наработать послужной список — задача не из лёгких, к тому же для получения должности преподавателя требуется пройти тщательную проверку со стороны самой Академии...

«Попасть туда в качестве преподавателя, значит».

Я зашевелил мозгами. Если загвоздка в достижениях жреца, разве нельзя решить эту проблему?

Я уставился на Димонаас. Под моим многозначительным взглядом она невольно вздрогнула:

— Ч-что ты так смотришь?

— Слушай, а ведь...

— Сразу предупреждаю: как Великий инквизитор, я должна больше сосредоточиться на своих официальных обязанностях...

— Точно. Великий инквизитор. А инквизиторам под твоим началом ведь гораздо проще накапливать достижения, верно?

— Что?

— Учитывая специфику должности, там ведь всё измеряется раскрытыми делами? Вне зависимости от выслуги лет — если у тебя за плечами достаточно дел, твои заслуги растут. Разве не так?

— П-погоди... ты к чему это клонишь...

— Решено.

Я широко улыбнулся. Точно. Даже когда рушится потолок, всегда найдётся выход!

— Я стану инквизитором!

Лицо Димонаас исказилось. На нём отразилась вся горечь, которую только способен преподнести этот мир.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Теологическая академия (1)

Глава 39: Теологическая академия (1)

Димонаас закричала. Она выглядела так, словно мгновенно протрезвела:

— Нет!

— Да ладно тебе, в этом мире нет ничего, от чего стоило бы так категорично отказываться.

— Нет! Я сказала «нет»! Ты хоть представляешь, о чем вообще просишь?!

Она жадно припала к бутылке, словно пытаясь вернуть мгновенно улетучившийся хмель.

Воцарилось долгое молчание. Димонаас молча полоскала горло алкоголем, после чего тяжело вздохнула:

— ...Ладно, слушай. Давай я разложу тебе все по полочкам. Ты явно не понимаешь всей серьезности ситуации, так что я объясню все максимально доступным языком.

Димонаас вытащила чистый лист бумаги и принялась что-то быстро набрасывать пером.

— Церковь Бога Солнца — то, что люди называют Культом Ра, — состоит из одной главной фракции и четырех независимых организаций. Главная фракция — это, по сути, стандартная иерархия во главе с Его Святейшеством Папой. Ее также называют Папской курией. Сейчас архиепископ Дуэйн держит ее в железной хватке. Можно сказать, она и есть сама Церковь Бога Солнца.

Она провела небрежную линию поперек листа.

— Остальные четыре — это независимо управляемые структуры. Вместо того чтобы подчиняться напрямую Папской курии, они берут у нее заказы, не ввязываясь в политические интриги. Считай это сделкой: мы держимся в стороне от грязных политических игр верхушки в обмен на автономию.

— Что это за организации?

— Во-первых... вот. Следственный отдел Инквизиции. Мы отвечаем за суд над еретиками, а иногда выполняем работу за других паладинов. В последнее время чаще происходит второе. Поскольку влияние религии ослабло, само понятие ереси изрядно размылось.

— А остальные?

— Еще одна — Девы Дня. Личная военная сила Папы. Туда берут далеко не каждого, только элиту из элит. Ходят слухи, что двое или трое из них могут на равных сражаться с настоящим Апостолом. Но какими бы опасными они ни были, они не сдвинутся с места, пока под угрозой не окажется сам Его Святейшество. Так, посмотрим... еще одна называется «Часы Ночи» — коммерческая организация. Она управляет большей частью финансовых потоков Церкви Бога Солнца. По сути, это крупный торговый конгломерат, состоящий из десятков мелких компаний. Даже когда в Церкви вспыхивают внутренние распри, они никогда не несут убытков.

Димонаас провела последнюю линию.

— И последняя — Отдел исполнения наказаний. Он занимается еретиками и предателями. Поскольку там содержатся опаснейшие преступники, их военная мощь не уступает нашей Инквизиции. К тому же эта контора полностью оправдывает звание независимой организации — они упрямо отказываются подчиняться чьим-либо приказам. Физически они находятся далеко от главного штаба культа, так что вмешательства в их дела почти нет.

— Хм...

— Вот именно. А теперь вопрос. Мы ведь независимая организация, верно? Так почему, по-твоему, я так не хочу тебя принимать?

Что ж, это довольно очевидно, если просто сопоставить факты:

— Ты сама сказала, что вы берете у них заказы. Даже если вы называете себя независимыми, полностью разорвать связи невозможно. В конце концов, вы все еще часть Церкви Бога Солнца — так не потому ли, что вы все равно зависите от влияния Папской курии?

— Именно. «Независимая организация» — это просто вывеска. На деле мы ничем не отличаемся от подчиненных. Нам якобы предоставляют определенную автономию, но... в конечном счете нам приходится плясать под их дудку.

Лицо Димонаас резко помрачнело:

— К тому же у архиепископа Дуэйна с нашей Инквизицией натянутые отношения.

— Почему?

— Да без особой причины. Честно говоря, архиепископ Дуэйн умен и силен, но человек он гнилой. Если судить чисто по его поступкам, он сам ничем не отличается от еретика. Я бы с радостью упекла его за решетку, но он слишком влиятельная фигура, чтобы к нему подступиться. И вдобавок ко всему...

Димонаас тяжело выдохнула:

— Я ведь не единственный Великий инквизитор. Всего нас пятеро... и трое из них уже пляшут под дудку архиепископа Дуэйна. Понимаешь? Враги повсюду: и снаружи, и внутри. Единственная причина, по которой за мной сейчас не следят слишком пристально, — это то, что я отлично выполняю свою работу... Но когда я вижу, как эти продажные ублюдки тычут в меня пальцами, называя некомпетентной и высокомерной, мне просто хочется их придушить... Ха-а-а...

— И какой из этого вывод?

— Я и так хожу по тонкому льду в отношениях с верхушкой, а если приму тебя, это будет равносильно объявлению открытой войны архиепископу Дуэйну. Знаешь, что тогда произойдет?

Димонаас приподняла бутылку:

— Мало того что на меня повесят всю самую грязную и неблагодарную работу... так еще и все мои подчиненные инквизиторы окажутся под ударом. Им и так приходится несладко из-за жуткой нехватки людей... а ты хочешь, чтобы я собственноручно загнала их в смертельную ловушку? Да ну к черту. Я лучше сама повешусь.

— Не думал, что ты так заботишься о своих людях.

— Слышь, жить надоело? Я просто забочусь о тех, кто за мной идет. В конце концов, вся эта политика сводится лишь к защите того, что имеешь.

Проблема действительно существовала. Если я вступлю в ряды инквизиторов обычным рядовым, архиепископ Дуэйн явно будет вставлять мне палки в колеса на каждом шагу.

Но для меня это все равно оставалось лучшим вариантом. Димонаас, с которой я уже успел сойтись, не выставит меня за дверь. К тому же служба инквизитором позволит мне быстро заработать необходимый авторитет и заслуги.

Поскольку сейчас самым важным было вовремя попасть в Академию, этот путь оставался самым быстрым, если не считать полного выхода из культа. Да и к тому же — пытаться покинуть культ, когда я еще даже не накопил достаточной силы?

Стоило мне применить Святую силу за пределами Церкви, как меня тут же объявили бы еретиком — беглым отступником, использующим Святую силу Ра. В итоге я мог оказаться врагом Димонаас. А сильный союзник доставляет куда больше хлопот, когда оборачивается против тебя.

В конечном счете остаться здесь было лучшим решением.

Я протянул руку и забрал у нее бутылку. Лицо Димонаас тут же перекосило от недовольства:

— Верни выпивку.

— Зачем пить в одиночку? Давай выпьем вместе.

— У меня нет ни малейшего желания пить на равных с малолеткой. Если что-то не нравится, возвращайся через год, когда подрастешь.

— Великий инквизитор Димонаас.

Я понизил голос. Димонаас тут же зажала уши ладонями:

— Ничего не слышу! Ничего не слышу! И не надо так понижать голос, на меня это не подействует.

— Я ведь еще даже ничего не сказал.

— Раадатук мне все рассказал. Сказал, у тебя язык как у змеи. Что ты своими сладкими речами заставил два культа заключить временное перемирие — так с какой стати мне тебя слушать? Ты ведь сейчас попытаешься меня переубедить, верно?

— Ну, вообще-то да...

— Слушай сюда. Скажу прямо, — Димонаас выхватила бутылку из моей руки. — Принять тебя — это огромный риск. Возможно, используя свое влияние, я бы и смогла как-то это уладить, но это все равно что собственноручно растоптать свое и без того туманное будущее. Так что нет. Я не хочу тебя брать.

Я молча смотрел на Димонаас. Это был самый быстрый путь, но далеко не единственный.

С самого начала я был уверен, что смогу выжить под началом архиепископа Дуэйна. И то, что я все равно выбрал ее, объяснялось исключительно ее личными качествами.

Я задал вопрос, желая проверить, совпадает ли реальность с игрой:

— Великий инквизитор Димонаас.

— Что еще?

— Почему Великий инквизитор Димонаас не принимает взятки, которые предлагает архиепископ Дуэйн?

— ......

Димонаас сделала большой глоток, осушив бутылку до последней капли:

— ...Если бы я их брала, то пила бы сейчас алкоголь куда лучшего качества, чем это пойло.

— Тогда почему не берешь?

— А сам как думаешь? — Димонаас сердито уставилась на меня. — Это последние крохи совести, которые у меня остались как у служительницы Церкви. Доволен?

— ...Пф-ф.

Что ж, она совсем не изменилась.

Из тех людей, которые никогда не предадут, если однажды доверят тебе свою спину. Идеально.

Если уж выбирать того, кто будет стоять с тобой плечом к плечу, нужно делать это с умом. То, что человек силен и умен, еще не делает его хорошим. Мир устроен иначе.

— Чего ты лыбишься?

— Великий инквизитор Димонаас, как насчет пари?

— Нет.

— Да ты просто выслушай.

— Ля-ля-ля-ля. Ничего не слышу. Ничего не слышу. И слушать не собираюсь.

— Да ничего особенного — как насчет того, чтобы дать мне один шанс?

— ...Что? — Димонаас удивленно моргнула.

Я ухмыльнулся:

— Твои подчиненные инквизиторы ведь наверняка в курсе ситуации? Так вот, я предлагаю: объясни им все как есть и спроси, согласны ли они на мое вступление. Что скажешь?

— ......? — Димонаас наклонила голову набок, искренне недоумевая. — И ты думаешь, это сработает? Мои подчиненные — не дети... В нынешней ситуации разумным выбором, очевидно, будет отказ... Они не станут рисковать жизнями только потому, что задолжали тебе услугу, они не настолько высокого мнения о тебе, чтобы...

— Я прошу всего об одном шансе. Сама ведь понимаешь. Если меня отсюда вышвырнут, мне идти некуда. Хнык-хнык. Архиепископ Дуэйн меня до смерти пугает. Он же мне башку снесет. О нет... Я умру... Человек, спасший Раадатука, погибнет в одиночестве, даже не успев дать отпор...

— ...Да чтоб тебя! — Димонаас сорвалась. — Я спрошу их! И все! На этом точка! Понял?!

Меня это вполне устраивало.

Что ж, для меня игра уже была выиграна.

«Тебе не понять, ведь ты только слышала об этом. О том, что произошло там, внутри!»

«Каждый из них теперь на моей стороне!»

— Хе-хе-хе.

— Боже, как же мне хочется врезать по этой довольной роже.

◇ ◇ ◇

Димонаас вернулась два дня спустя:

— Нет, серьезно?! Ты вообще кто такой?!

Обращение на «вы» испарилось без следа. Я не спеша потягивал чай:

— Что случилось?

— Это... это какая-то шутка... Что ты вообще с ними сделал?!

— Может, они прониклись моей искренностью?

— Аргх, серьезно?! — Димонаас прижала ладонь ко лбу и с силой провела ею по лицу. — ...Ты оказался прав. Каждый инквизитор, работавший с тобой, проголосовал «за».

— А что сказал Раадатук?

— Раадатук... тоже проголосовал «за». Из всех людей именно этот похожий на медведя детина, который заботится обо мне больше всех, проголосовал за то, чтобы принять тебя. Вы что, связаны какой-то клятвой верности? А?!

— Не то чтобы клятвой верности, скорее они просто знают.

— Знают что?

— Что если следовать за мной... — я очертил пальцем круг в воздухе, — ...то это принесет свои плоды.

— ...А-А-А-РГХ!!! Если бы я знала, что все так обернется, мне следовало самой отправиться в то логово с демоном-глазом..! Из-за того, что я не видела всего своими глазами, я понятия не имею, что там на самом деле произошло!

Димонаас принялась методично биться головой о письменный стол. С ее характером мысль о том, что она лично не убедилась, заслуживаю ли я доверия и стою ли таких вложений, причиняла ей настоящие мучения.

По сути, она являлась лидером своего отряда. Ей приходилось быть осторожной, ведь она не могла бездумно подвергать людей опасности.

К тому же она не принадлежала к числу тех, кто полагается лишь на чужие слова. Она привыкла действовать только после того, как увидит все собственными глазами.

— Великий инквизитор Димонаас.

— Что еще?!

— Ну так что? Мы ведь заключили пари, верно?

— Шанс?! Ах, точно! Тот самый шанс!

— Только не говори мне, что собираешься нарушить свое слово...

— Еще чего! Я Димонаас! Великий инквизитор!

— Я знал, что на тебя можно положиться.

— Угх! Серьезно! Подвинься! — Димонаас бесцеремонно уселась на мою кровать и сунула мне под нос стопку документов. — Подпиши это!

— Что это?

— Тебя официально рукоположили в жрецы, но твое обучение еще не завершено, верно? Поэтому я от своего имени устроила так, чтобы тебя зачислили напрямую в Теологическую академию при Папской курии.

— Ты хочешь отправить меня за парту, когда у меня каждая минута на счету?

— В любом случае тебе светит только ускоренный курс. Случаи, подобные твоему — когда жрецом становятся вот так, — крайне редки, поэтому архиепископ Дуэйн сократил срок обучения до одного месяца. Специальные инструкторы будут гонять тебя день и ночь без отдыха. Он наверняка планирует поскорее протащить тебя через официальное рукоположение, просто чтобы потом превратить твою жизнь в сущий ад. — Димонаас протянула мне перо. — Подпиши здесь, и тогда я озвучу свои условия.

— А нельзя сначала рассказать?

— Просто подпиши. Чтобы не делать тебя полноценным жрецом прямо сейчас, мне пришлось извернуться и найти весомый предлог, чтобы выбить для тебя этот дополнительный месяц. Вот ради чего все это.

Я подписал не колеблясь. Мне действительно хотелось улучшить свои навыки. Священных искусств, которые стоило изучить, хватало с избытком, так что наведаться в Академию было отличной идеей.

— Держи.

— Отлично. Мое условие предельно простое, — она протянула мне еще один лист бумаги. — Ты будешь изучать в общей сложности двенадцать предметов. И по каждому из них ты должен получить такие оценки, чтобы все инструкторы остались в полном восторге.

— Без проблем. Это проще простого.

— Я знаю, это звучит невыполнимо, но тебе нужно хотя бы... Что? Что ты только что сказал?

— Это не так уж сложно. Скорее, твое условие даже слишком легкое, нет?

Работать головой — что ж, в этом я всегда был хорош. Запоминать информацию и вовремя воспроизводить ее я умел отлично еще в прошлой жизни.

А уж о практической стороне и говорить нечего. Чисто по уровню боевой мощи я уже находился на уровне епископа. Я был уверен, что не проиграю ни в одном поединке. Изучение различных высокоранговых священных искусств сделало бы задачу еще проще, но я вполне справлюсь и с тем, что имею.

А изучение новых священных искусств?

Да это вообще моя главная специальность!

Лицо Димонаас снова скривилось:

— По-моему, ты глубоко заблуждаешься... Это вовсе не так просто, ясно? Тебе, по сути, придется усвоить двухлетний объем знаний за один присест. Ты хоть понимаешь это? И по всем предметам нужно получить высший балл. Круглые пятерки с плюсом — вот планка, которую я перед тобой ставлю.

— Я могу позволить себе даже немного побездельничать и все равно справлюсь.

— ...И откуда только берется эта самоуверенность? Ты всего лишь послушник. Каким бы талантливым ты ни был, всему есть предел.

— Вообще-то я Апостол.

— Да будь ты хоть трижды Апостолом, вся разница сводится лишь к общему объему Святой силы. К забиванию головы знаниями это не имеет никакого отношения.

— Сама увидишь, — я мельком взглянул на Димонаас. — Если я сдам все экзамены, ты примешь меня?

— ...Аха-ха. Ну попробуй. Даже у меня, которую все называли гением, на это ушло полгода — а ты называешь это легкой прогулкой? Мне прямо интересно посмотреть, что будет через месяц. Как с твоей самодовольной физиономии сползет эта спесь.

— Мне тоже безумно интересно, Великий инквизитор Димонаас, какое выражение лица будет у тебя через месяц.

— ...Ровно через месяц. Сюда же. Я вернусь.

— И не забудь прихватить с собой приказ о моем назначении. Сама понимаешь, о чем я.

Димонаас зарычала, став похожей на разозленную кошку:

— Предупреждаю сразу! Если провалишься — на этом все кончено! Я и пальцем ради тебя не пошевелю, так что даже не надейся! И учти, я и так уже фактически ввязалась в драку с архиепископом Дуэйном! Я уже взяла на себя все возможные риски!

— Да-да, конечно. Можешь идти. Мне нужно учиться, так что провожать не буду.

— Угх, серьезно! Ты никогда не даешь мне оставить последнее слово за собой!

Я сладко потянулся, издав долгий зевок. Что ж, приступим.

Все предметы на высший балл?

Проще простого. Раз плюнуть. Я разнесу эти экзамены в пух и прах! Ведь все это, в конце концов...

...материал, который я уже досконально изучил, когда играл в эту игру!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Теологическая академия (2)

Глава 40: Теологическая академия (2)

Что значит получить абсолютно все достижения в игре?

Это значит, что ты помнишь о ней абсолютно всё. Становишься человеком, который буквально сошел с ума по одной-единственной игре. К тому же я угробил на неё годы своей жизни.

Я знал кучу самых малоизвестных фактов. По сути, я полностью контролировал весь игровой процесс. И пусть точные определения и практическое применение терминов слегка менялись от прохождения к прохождению, общая структура оставалась неизменной.

Вдобавок ко всему я полностью прошел игру за каждый класс жрецов. Сюда входил и элитный путь жреца, начинавшийся в главной обители Культа.

И какой из этого напрашивается вывод?

Всё, что мне только предстоит здесь выучить, я уже знаю! Ведь одним из тех чертовых забегов ради достижений была сдача экзамена в Теологической академии на идеальные сто баллов!

— Захад, Послушник.

Преподаватель с таким видом, будто он родился с невыносимым характером, со щелчком поправил очки.

— Предмет, который я веду, — древняя история. Поскольку он изучает сложные языковые системы и забытые хроники, я не питаю к вам особых иллюзий.

— И?

— Надеюсь, вы усвоите хотя бы десятую часть моих лекций. На занятиях можете заниматься чем угодно, но так, чтобы я этого не видел.

Его взгляд так и говорил: «Я вообще ничего от тебя не жду».

Я усмехнулся. У каждого преподавателя, с которым я сталкивался до сих пор, на лице было написано ровно то же самое.

— Да без проблем. Как-нибудь справлюсь.

— ...И впрямь доносчик. Какое убожество. Полагаю, вы так и прожили всю свою жизнь: когда вас что-то не устраивает, вы просто жалуетесь вместо того, чтобы попытаться это преодолеть.

Преподаватель взял кусочек мела.

— Начнем урок. Если встретится то, чего вы не понимаете, просто пропускайте. Даже если я объясню, вы всё равно ничего не поймете.

— Ага. Да, конечно.

Занятие началось.

«Я со всем разберусь».

Двенадцать предметов.

Каждый из них казался дикостью. Древние хроники, от одного упоминания которых кружилась голова, углубленное богословие и всё в таком духе.

К сожалению, учебная программа по священным искусствам состояла исключительно из уже пройденного мной материала, так что пользы от неё было мало. С другой стороны, Послушница Айрин обладала более чем достаточными способностями, чтобы уже давно стать полноценным жрецом.

Я уже выжал из неё всё до последней капли, так что было бы странно, не достигни я к этому моменту уровня жреца.

Я небрежно призвал [Священное пламя]. Преподаватель священных искусств едва не выпрыгнул из собственной шкуры от неожиданности.

— Что за...?! Вы пробыли здесь от силы полгода и до сих пор остаетесь Послушником?!

— Хотите, покажу кое-что еще?

Придав Священному пламени форму маленького дракона, я заставил преподавателя священных искусств закатить глаза от изумления.

— Боже правый! Что за гений...?! А-а-ах!! Мне больше нечему вас учить! Вы гений среди гениев!

— Хе-хе-хе.

Разомлев от редкой похвалы, я почувствовал, как раздувается мое эго. Поиграв со Священным пламенем еще немного, я воссоздал на драконе чешую.

— А как вам такое?!

— Ах! Если бы сама Ра увидела вас, она бы зааплодировала самому факту вашего сотворения!

Вот это я понимаю!

Я так и затрепетал от восторга. Похвалы действительно никогда не бывает много!

Преподаватель священных искусств понизил голос.

— Эм, послушайте, Послушник Захад... не хотите ли вы изучить другие священные искусства?

— Правда?

— Н-ну, это выходит за рамки официальной программы. Но видя ваш талант, Послушник Захад... мне просто хочется обучить вас хотя бы еще одной вещи...

— Какой именно?

— Это священное искусство, которое я исследовал втайне. Небольшое улучшение одного из низших священных искусств — Исцеления...

Взглянув на труды преподавателя, я ощутил искреннее восхищение.

— А это хорошо. То есть идея в том, чтобы соединять поврежденные участки нитями и иглами из Святой силы... верно? Если сшивать их таким образом, раны будут затягиваться гораздо быстрее. И не придется постоянно вводить Святую силу через равные промежутки времени.

— Я знал, что Послушник Захад сразу всё поймет!

Только тогда я по-настоящему разглядел преподавателя. Типичный ботаник — фанатичный исследователь священных искусств до мозга костей.

— Эм, кстати, как вас зовут?..

— А? Я забыл представиться. Прошу прощения. Обычно я так сильно увлекаюсь чем-то одним, что ничего вокруг не замечаю. — Он почесал свою лохматую голову. — Я Рейя, прикомандирован к отделению исцеления департамента исследований священных искусств.

«......?»

Что здесь забыл человек, которому суждено стать величайшим целителем Культа Ра?

— Что касается меня... — Я расплылся в широкой улыбке. Надо же, обзавестись такой связью! Какая удача! — Я только рад! Было бы странно не проявить интерес к столь выдающемуся священному искусству. Вам так не кажется, учитель Рейя?

— О-огромное вам спасибо!

Скрыв коварную ухмылку, я примерил на себя роль добродушного парня.

Это определенно пригодится мне в будущем!

— Но вместо того, чтобы делать это вот так... если вы выведете формулу вот эдак...

— ...Боже правый! Вы действительно...!

◇ ◇ ◇

Обожаю смотреть, как ломаются самоуверенные люди. Абсолютно. Честно говоря, разве это не приносит удовольствие?

— ...Далее у нас раздел древних королевств.

— Я уже всё это знаю.

Высокомерные, напыщенные лица преподавателей вытянулись. Мои губы невольно расплылись в улыбке.

Ах. До чего же это чертовски приятно.

Непередаваемый восторг!

— Скоропись Эль Примо...

— Вот так?

Скрип-скрип-скрип.

Преподаватель проверил мои записи. Он несколько раз сравнил их со своими собственными набросками, словно не веря своим глазам.

— Э-это верно.

Потребовалось меньше двух недель, чтобы преподаватели, взиравшие на меня свысока со всем своим высокомерием, пали ниц. Под конец они смотрели на меня буквально сияющими глазами.

— Ч-что вы думаете по этому поводу?!

— Здесь небольшая ошибка. Фавис не стал бы рассуждать подобным образом. Он придавал больше значения врожденному трудолюбию человечества, так что...

— А-а как насчет этого художественного стиля?!

— Если смотреть с точки зрения другой школы... это должно было олицетворять более нереалистичную фантазию...

Шух.

Проскользнувшая в класс Димонаас буквально взорвалась от возмущения:

— Что здесь происходит?!

Преподаватель, сидевший вплотную ко мне, едва не подпрыгнул на месте.

— В-Великий инквизитор Димонаас? Что привело вас сюда...

— Я просто заглянула по пути! Совершенно случайно! Но что это, черт возьми, такое?! Даже для доносчика это переходит все границы...

Димонаас решительно вошла в класс и вырвала книгу из рук преподавателя.

— На доске ничего не написано! Преподаватель, который должен вести урок, просто сидит и молча что-то строчит! Что это такое?! Даже если вам неохота преподавать, могли бы хоть для вида постараться!

— Э-это недоразумение! Великий инквизитор Димонаас!

— Какое еще недоразумение! Не то чтобы я хотела, чтобы этот парень получил высокие баллы, но... тем не менее, нужно же соблюдать хоть какие-то приличия!

— Я уже всё выучил, так что мы просто повторяли пройденное.

— ...Что?

Димонаас вздрогнула и принялась быстро перелистывать толстую книгу.

— Ты... закончил всё это? Меньше чем за две недели?

— Я закончил всё за десять дней, и мы пошли по второму кругу. У преподавателя возникли трудности с некоторыми моментами, вот я ему немного и объяснял...

Димонаас скривилась, явно не в силах переварить услышанное.

— Да не вешай ты мне лапшу на уши. Преподаватель учится у тебя? Что за бред? Наверное, гордость не позволяет признаться... Можешь сказать мне прямо. Я сама соберу этих учителей и устрою им такую головомойку...

— Э-это правда!

— Что?

— Послушник Захад — гений! Если уж на то пошло, это я у него учусь!

— ...Вы, Эбиан, которому якобы нет равных в теории священной литературы, учитесь у него?

— О-он гений! Он переосмысляет литературу под такими углами, о которых я даже не задумывался...!

Хм.

Я просто поделился с ними знаниями, которые слегка менялись в разных прохождениях, только и всего.

— Встреча с Послушником Захадом заставила меня кое-что осознать!

— ...Что именно?

— Что я был лишь лягушкой на дне колодца!

Димонаас цокнула языком и развела руками с видом искреннего раздражения.

— Ах, ну конечно. Вы тут все сговорились, чтобы поиздеваться надо мной. Так ведь? Ладно, валяйте. Но результаты экзаменов в любом случае покажут правду!

Тц. Какая гордость.

Интересно, какое лицо у неё будет через две недели...

Я едва сдерживал предвкушение. Хе-хе-хе.

◇ ◇ ◇

— С-сегодняшнее занятие отменяется.

— Что?

— Ну, эм... — Рейя почесал щеку. Обычно он влетал в класс, полный энтузиазма, но сейчас нервно топтался у двери, то и дело поглядывая в коридор. — К нам пришел приглашенный лектор... Послушник Захад. Я искренне надеюсь... что ничего плохого не случится.

Дверь отворилась, и вошел мужчина. Он снисходительно взглянул на Рейю и пару раз слегка похлопал его по плечу.

— Спасибо за работу, Жрец Рейя. Дальше я сам.

— Ах, понял. Архиепископ Дуэйн.

Рейя буквально пулей вылетел из класса. Дверь закрылась, и воцарилась тишина.

Я откинулся на спинку стула и посмотрел на вошедшего снизу вверх.

Мужчина, от которого веяло тяжелой, торжественной аурой. Его седые волосы и белая борода производили сильное впечатление.

Архиепископ Дуэйн.

— Не ожидал, что вы лично придете навестить меня во время учебы.

— Какой предмет ты изучал?

— Общий раздел священных искусств. А что? Собираетесь меня поучить?

— Похоже, ты уже знаешь всё необходимое. Не уверен, что мне есть чему тебя учить.

Дуэйн встал за кафедру и небрежно отодвинул книги в сторону.

Его взгляд, устремленный на меня, казался невероятно тяжелым. Исходящая от него Святая сила полностью подчинила себе атмосферу в комнате.

Я мысленно цокнул языком. Тяжело. Какое колоссальное давление.

Смог бы я победить, если бы обнажил Демонический меч Сурт?

...Скорее всего, нет.

— Послушник Захад. До окончания всех занятий осталось всего десять дней.

— И?

— Когда обучение завершится, Послушник Захад станет жрецом. Ты займешь положение, которое принесет тебе как власть, так и ответственность.

— Власть, от которой одно название. А вот ответственность будет просто непомерной.

— Именно так.

Архиепископ Дуэйн стер написанные на доске формулы и взял кусочек мела.

Тук. Тук. Тук.

Единственное слово, которое он аккуратно вывел, гласило:

«Территория».

— Послушник Захад. Что ты думаешь о Послушнике Беверике?

— Мусор.

— Верно. Я тоже не жалую мусор. Однако у меня была причина принять его сторону.

— Из-за Епископа Броди.

— Епископ Броди — исключительно способный человек. В отличие от своего бездарного сына. К тому же Епископ Броди пользуется весьма хорошей репутацией в своем окружении.

— Этот лысый старик?

— Епископ Броди возглавляет департамент культурного образования. В основном они занимаются искусством. А в искусстве талант важен, но личные связи значат куда больше.

— Звучит так, будто это говорит торговец.

— Каждый из нас что-то продает. Страсть, любовь... Эмоции, которые человек дарит другому, мало чем отличаются от обмена товарами. Все мы торговцы.

— Не самые подходящие слова для священнослужителя.

— Времена изменились. Изрекать старомодные банальности можно было лишь несколько веков назад, когда наша организация была гораздо меньше, а люди верили в богов с чистым сердцем. — Архиепископ Дуэйн положил мел. — Но сейчас иная эпоха. Мы — организация, и мы мало чем отличаемся от тех, кто держит в руках бразды правления.

— К чему вы клоните?

— Епископ Броди — мой человек. И поскольку я являюсь его покровителем, порой мне приходится действовать решительно. — Архиепископ Дуэйн посмотрел на меня сверху вниз. — Послушник Захад. Ты вторгся на мою «территорию». И я намерен сделать из тебя наглядный пример для остальных.

— ...Что вы сказали?

— Я пришел сюда сегодня лишь потому, что мной руководила капля жалости. Разве ты не должен хотя бы знать, почему тебе суждено погибнуть? — Архиепископ Дуэйн прошептал: — Я велю сослать тебя в самое захолустное место, какое только можно представить. Я лишу тебя всего и обреку на голодную смерть. За тобой установят строжайший надзор, чтобы ты не смог вырваться из своего жалкого положения.

— Какое извращенное хобби. Серьезно.

— Твоих способностей не хватит для побега. Даже после твоей смерти я выставлю твое тело на всеобщее обозрение и объявлю тебя еретиком. Твоим останкам не позволят мирно покоиться в земле.

— Вот как?

— Так что если тебе есть что сказать мне, лучше сделай это прямо сейчас. Если хочешь покаяться — падай на колени. Тебе стоит умолять меня изо всех сил. Если желаешь сойти с этого гибельного пути, я предлагаю тебе приложить усилия прямо здесь и сейчас.

— ......

«Ничего не поделаешь, он типичный психопат — этот ублюдок просто обожает мучить людей».

Очевидно, что даже если бы я умолял, ничего бы не изменилось. Мировоззрение Дуэйна — хаотично-злое. Как ни анализируй его характер, вывод один: он безумец.

Из тех, кто вонзит нож в спину в ту же секунду, как это станет выгодно, даже если мгновение назад вы стояли плечом к плечу.

Что ж, прекрасный характер. Как раз такой, с которым можно преуспеть в бизнесе.

Но это не мой путь. И у меня нет ни малейшего желания склонять голову перед тем, кто заведомо собирается меня предать.

Вздохнув, я медленно поднял руку.

А затем вытянул средний палец.

— Пошел ты на хер.

— ......

Выражение лица архиепископа Дуэйна изменилось, но тут же вернулось к прежнему безмятежному, святому спокойствию.

— Бежать в Инквизицию бесполезно. Я поручу тебе самые изнурительные обязанности, какие только можно вообразить. Я задействую всю Папскую курию, чтобы раздавить тебя.

— Вам заняться больше нечем? Чего вы так ко мне привязались?

— Доносчикам не место среди нас. Тем более тем, кто смеет трогать моих людей. Когда рушится колонна, содрогается всё здание.

— Отлично. Тогда я вырву все колонны до единой.

— ...Ах ты. — Архиепископ Дуэйн прошептал: — Ты падешь. И Димонаас, помогавшая тебе, тоже падет. И каждый инквизитор из твоего отряда падет вместе с вами.

— Ого, как сурово. И это всё?

— Из-за тебя одного всё обратится в прах. Даже те, кто пытался тебя защитить. Все до единого.

— Понятно. Ну, попробуйте. Но у меня тоже есть пара слов. — Я зажал пальцами нос. — Вы сегодня зубы чистили? Сходите почистите, прежде чем выходить. Воняет просто невыносимо.

— ...Интересно, надолго ли хватит твоей дерзости, Послушник Захад. — Архиепископ Дуэйн отвесил безупречный, сдержанный поклон. — Я буду молиться, чтобы ты провел оставшееся время в счастье.

— Да идите уже. Провожать не буду — лень.

— ......

Он вышел из класса.

Дверь закрылась. Я медленно размял затекшие плечи.

«Что ж. Давай, попробуй».

«Посмотрим, кто из нас падет первым».

Нага прошептала:

— Эм... Захад... Если станет слишком тяжело... ты всегда можешь прийти в Культ Змеи...

— ...А как же Ра?

— Ах... угх... Я... я что-нибудь придумаю... как-нибудь...

— ...Это мило. Правда.

Честно говоря, когда о тебе кто-то заботится, это приятно. Было бы странно чувствовать себя иначе.

Нет никаких причин не любить того, кто готов помочь тебе бескорыстно.

— Ч-что-о?! М-м-мило...?!

— Это я сам с собой разговариваю. Ничего не поделаешь. Всё в порядке. Я дал обещание, так что сдержу его.

Уйти из Церкви Бога Солнца означало бы растоптать гордость Ра.

Раз уж я пообещал, то спасти мир, находясь здесь, будет самым правильным решением.

К тому же мне только что объявили войну. Всё, что мне нужно сделать, — это ответить тем же.

Священных реликвий в обители Культа Ра изначально немного. Большинство из них, вроде Брюнака, который был у Беатрис, спрятаны в опасных местах по всему миру.

Я знаю местонахождение каждой из них. И это еще не всё — мне известно, где спрятаны практически все сокровища и реликвии в этом мире!

Я соберу их все до единой и разнесу этот Культ изнутри! Я не просто подниму свои характеристики — я переверну тут всё вверх дном!

Мне нужно лишь путешествовать по континенту, попутно выполняя миссии инквизитора!

Тебе конец, Дуэйн!

◇ ◇ ◇

Димонаас грызла ногти. Раадатук негромко произнес:

— Великий инквизитор. Почему вы так взволнованы...

— Сегодня день экзамена Послушника Захада! Ч-что, если он действительно сдаст?! Что, если он вернется со всеми оценками «отлично»?!

— ...Честно говоря, каким бы способным ни был наш брат, это практически невозможно. Условия, которые вы поставили, изначально были слишком жестокими.

— Но какой у меня был выбор?! Если мы собираемся вкладывать в него силы, он должен представлять хоть какую-то ценность. Нам нужен не просто перспективный талант, а тот, кто уже полностью готов к делу. Вы ведь и сами это понимаете, инквизитор? Знаете, в каком тяжелом положении мы находимся? Финансирование в этом месяце оказалось еще меньше, чем раньше! — Димонаас сползла со стула прямо на пол. — А-а-ах... но ведь он не сможет сдать, правда? Как я изначально и планировала, я задействую связи и отправлю его в какой-нибудь штрафной изолятор в глуши... это всё равно лучше, чем работать под началом архиепископа Дуэйна.

— Так это и был ваш план с самого начала?

— Этот парень слишком высокого о себе мнения. Ему нужно знать свое место. Его необходимо немного потрепать и сбить спесь, чтобы он понял, где на самом деле находится. Какая польза от таланта, если под твоим началом никого нет?

— Великий инквизитор, вы... — Раадатук слегка улыбнулся. — Впрочем, неважно.

— Что значит «неважно»? Хм?

— Сядьте прямо. Вдруг кто-нибудь увидит.

— Угх. Серьезно. Я и так на взводе, а тут еще вы со своими нотациями... вечно пилите...!

Димонаас с ворчанием выпрямилась. В этот момент дверь с грохотом распахнулась.

Послушник Захад.

Нет — в комнату вошел юноша, который теперь был уже просто Жрецом Захадом.

Он пришел.

Димонаас прикусила губу и быстро оценила его состояние.

Поникшие плечи. Спина, лишенная сил. Походка, будто он согнулся пополам.

«Он провалился!»

Димонаас расплылась в широкой улыбке.

— Ну разве я не говорила? Ничто никогда не идет так, как хочется. Честное слово. Тебе следовало проявить хоть каплю скромности в своих речах.

— ......

— И всё же ты постарался, да и наших людей спас, так что я уберегу тебя от худшего. У меня есть знакомый в одном штрафном изоляторе. Он находится далеко отсюда, так что влияние архиепископа Дуэйна туда не дотянется. Иными словами, выход есть. Благодарен? Наконец-то признаешь мое величие?

— ......

— Не расстраивайся ты так. В жизни бывают горькие моменты — такова уж её суть. Считай, что ты просто раньше времени прошел через унижение, с которым тебе всё равно суждено было столкнуться. Все ведь когда-нибудь терпят неудачу, верно? В отличие от меня, Великого инквизитора Димонаас, большинство людей безнадежно бездарны. Ах, это не в твой адрес. Ты ведь понимаешь, да? Аха-ха! Я просто в целом говорю! Да не кисни ты, кому говорю!

Захад протянул ей документ. Димонаас, не в силах сдержать ухмылку, с улыбкой взяла бумагу.

Шорох-шорох.

Стоило ей развернуть лист, как лицо Димонаас окаменело. Захад медленно выпрямился.

Его плечи расправились, спина натянулась как струна, и он встал во весь рост.

Захад лениво поковырял пальцем в ухе.

— Хм? Что вы там говорили?

Документ выскользнул из рук Димонаас. В лучах света, льющихся из окна, на листе отчетливо виднелись оценки, сплошь состоящие из «А+».

— Откуда это доносится собачий лай? Хм-м-м? Ах да. Великий инквизитор Димонаас. Разве у нас не было небольшого пари? У меня в последнее время с памятью туговато... что же там было... кажется, зачисление в Инквизицию?..

— Это... как это...

— Странно. Не думаю, что речь шла о штрафном изоляторе. Должно быть, я ослышался. Ах, для начала — покажите-ка мне свое лицо. Отсюда плохо видно. Вы расстроены? Хм? Ну, если да, то... — Захад тонко улыбнулся. — Попробуйте получить сплошные «А+» за месяц. Справитесь с этим, о способная и великолепная Ве-ли-кий ин-кви-зи-тор Димонаас?

Бах!

Димонаас сгребла всё, что лежало на столе, и швырнула через всю комнату.

— ДА КАК ТАКОЕ ВООБЩЕ ВОЗМОЖНО?!!!!!!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (1)

Глава 41: Пятая инквизиция (1)

Димонаас заскрежетала зубами. Она несколько раз перепроверила табель успеваемости, прежде чем швырнуть его на пол.

Но, несмотря на всю свою безграничную уверенность, она всегда держала слово.

— Ладно!.. Ничего не поделаешь! Ладно! Мне просто придется подписать это, да?! Но запомни раз и навсегда: с этого дня я твой начальник! И чтобы вел себя с подобающим уважением!

— Вас понял, Великий инквизитор Димонаас. Клянусь быть вашим верным псом и рабом. Не прикажете лизнуть вам ноги?

— Да чтоб тебя!.. Ах ты, паршивец!.. Просто веди себя нормально!

— Что ж, полагаю, это действительно звучит абсурдно. Гений, который сдал все экзамены на отлично всего за месяц, добровольно лезет под чье-то крыло...

— А-А-А-А-А-А-РГХ!!!

Димонаас злилась всю дорогу до офиса Инквизиции, таща меня за собой. Пролетев мимо двери с цифрой «1», она выставила меня перед дверью с цифрой «5».

Это место выглядело настоящей катастрофой. Часть двери насквозь проржавела. Я устало провел рукой по лицу.

«Почему каждое место, где я оказываюсь, такое нищее?»

— Это 5-й отдел Инквизиции, где ты будешь нести службу.

— Великий инквизитор. Мы что, нищие?

— Разве я не объясняла? 5-й отдел Инквизиции в немилости у Папской курии. Нас ущемляют как тайно, так и вполне открыто.

— По-моему, это выглядит слишком уж открыто.

— ...Наше финансирование урезали из-за того, что показатели успеваемости оставляют желать лучшего.

— У нас меньше людей, чем в других отделах Инквизиции?

— Не совсем так... — Димонаас вздохнула. — Честно говоря, людей у нас маловато, но не катастрофически. Проблема в другом.

— ...Только не говорите, что сюда ссылают весь бесполезный балласт.

— Именно. Инквизиторы 5-го отдела делятся на Первый и Второй корпуса. Первый корпус — это ветераны, которых можно хоть сейчас отправить на передовую. Второй корпус по сравнению с ними относительно слабее: это резервные силы, еще не готовые к развертыванию. Иными словами, паладины, которые все еще проходят обучение.

Опершись спиной о стену, Димонаас медленно сползла по ней вниз.

— Численность Первого корпуса тает с каждым днем, а приток талантов из Второго корпуса смехотворно мал. Папская курия продолжает присылать нам людей, которые либо не подчиняются приказам, либо попросту бездарны. Это гробит наши показатели, из-за чего урезают финансирование, а это значит...

— ...что на обучение Второго корпуса не остается средств.

— Замкнутый круг, — Димонаас лучезарно улыбнулась и протянула руку. — Добро пожаловать в 5-й отдел Инквизиции.

— Пожалуйста, просто отправьте меня на каторгу.

— Ну уж нет. Ты уже по уши увяз в немилости у архиепископа Дуэйна, так что останешься здесь. Я решила вложиться в тебя, а значит, намерена выжать из тебя все соки до последней капли. Имей это в виду.

— Кажется, я вляпался в дерьмо, — я тяжело вздохнул. — Нет, Великий инквизитор Димонаас. Давайте начистоту. Если честно, вы ведь способная, верно?

— Все верно.

— Так почему все пришло к этому?

— Я способная, но у меня нет покровителей. За моей спиной никого нет. Человека, который всего добился сам, постоянно осаждают на каждом шагу — это ведь обычное дело, не так ли?

— ...Справедливо, но все же...

В большинстве игровых сценариев она представала как умелый манипулятор, подмявший под себя добрую половину Культа!

— У вас есть какие-нибудь тайные сбережения? Может, Великий инквизитор — это лишь ваша официальная должность, а втайне вы являетесь Апостолом или кем-то в этом роде?..

— Неужели я выгляжу настолько подозрительно? И все же, разве это не лучше, чем та церковь, в которой ты жил? Нам не нужно беспокоиться о еде, сне или отдыхе. Пока что у нас все хорошо. Ключевое слово — пока что.

— А что будет через десять лет?

— Надеюсь, Димонаас из будущего через десять лет со всем этим разберется.

— Думаю, Димонаас из будущего вернется в прошлое и просто изобьет вас.

Я ожидал определенных трудностей, но ситуация оказалась куда хуже, чем я думал.

Это напомнило мне о том времени, когда я только попал в этот мир. Тогда в церкви тоже царил полный хаос. И что же я предпринял? Первым делом я нашел источник финансирования.

«...Боже».

Что ж, ладно. Первым делом нужно завоевать доверие. Мне необходимо точно понять, как именно устроена эта организация. Если хочешь построить что-то надежное, нужно досконально изучить саму структуру.

— Великий инквизитор Димонаас.

— Что такое?

— Назначьте меня послушником.

— ...Я и так собиралась это сделать, но почему именно сейчас? Есть какая-то причина?

— Я хочу избежать выполнения заданий примерно на месяц. Вы ведь сможете прикрывать меня все это время?

— Что ты задумал?

— Как думаете? — я засучил рукава. — Я собираюсь разнести это место в щепки и перестроить его с нуля.

Эти люди станут моим фундаментом внутри Культа. Архиепископ Дуэйн нацелился на меня, поэтому мне нужно укрепить их настолько, чтобы они могли послужить хотя бы щитом. Иначе при таком раскладе мы все дружно пойдем ко дну, а это меня совершенно не устраивает.

◇ ◇ ◇

Дела закрутились. Димонаас чувствовала, как лавинообразно растет объем работы.

Другие отделы Инквизиции начали вовсю сваливать на нее свои обязанности, придумывая всевозможные предлоги, чтобы переложить на ее плечи свои задачи.

В основном это были мелкие, пустяковые дела, похожие на первый залп перед началом полномасштабной травли. Должно быть, Папская курия оказала серьезное давление, раз уж ее собственные коллеги так охотно ополчились против нее.

Димонаас улыбалась. Она где-то слышала, что умение улыбаться сквозь трудности — признак настоящего профессионала.

Однако пустые бутылки на ее столе говорили совсем о другом, и их количество продолжало неуклонно расти.

Войдя в кабинет с отчетом, Раадатук тут же зажал нос рукой.

— ...Сколько же вы выпили?

— Не так уж и много.

Раадатук молча принялся убирать пустые бутылки. Быстрый подсчет показал четырнадцать штук.

Димонаас отличалась крепким здоровьем, но даже при этом от такого количества алкоголя любого бы начало пошатывать.

— Великий инквизитор.

— Угх. Нравоучения. Инквизитор, избавь меня от лекций. У меня и так голова раскалывается. Я ведь неплохо справляюсь, правда? Сама разгребаю большую часть работы, которую на нас сваливают. Все, что можно решить за письменным столом, я улаживаю прямо на месте.

— Я не говорю, что вы делаете что-то не так, — Раадатук вздохнул. — Не слишком ли сильно вы себя изнуряете?

— У меня нет другого выбора, кроме как пахать на износ. В наш отдел только что заявился ходячий источник проблем — как я, по-твоему, должна расслабляться?

— Я не об этом. Великий инквизитор, вы не одна. Пожалуйста, помните, что я тоже здесь.

— Знаю. Знаю, но что поделать? Раадатук, если я еще и тебя завалю бумажной работой, что тогда будет? Ты единственный, на кого я могу положиться в полевых операциях, так что я не могу позволить себе тратить твои силы на эту писанину.

Она была права. Раадатук и сам это понимал.

5-й отдел Инквизиции. Димонаас остро не хватало способных людей. Не то чтобы все здесь были абсолютно бездарны. Проблема заключалась в том, что те, у кого действительно имелся талант, чаще всего оказывались совершенно неуправляемыми.

— ...Я что-нибудь придумаю.

— Не утруждайся. Я сама выберу день и проведу тренировки для инквизиторов. Если мы сделаем это спустя рукава, то просто дадим Папской курии или другим отделам лишний повод вцепиться нам в глотку.

Из носа Димонаас потекла струйка крови. Достав салфетку, она привычным движением вытерла ее.

— Я в порядке. Еще держусь.

— ...Выглядите вы совсем неважно...

Тук-тук.

Раздался стук в дверь. Раадатук обернулся. Никто не давал разрешения войти, однако незваный гость уже переступил порог.

Мужчина с тяжелой, внушительной аурой. Заклятый враг 5-го отдела Инквизиции и главная причина, по которой у Димонаас шла носом кровь.

В кабинет вошел архиепископ Дуэйн.

— Великий инквизитор Димонаас. Похоже, вы по уши погрязли в служебных делах.

— Я занята. Зачем вы пришли?

— Я просто хотел навестить свою уважаемую коллегу.

— Странно. Не думала, что мы настолько близки.

Архиепископ Дуэйн окинул взглядом комнату. Его взор ненадолго задержался на пустых бутылках, которые Раадатук отставил в сторону.

— В комнате довольно неопрятно.

— Уж не вы ли к этому приложили руку?

— А ты стала весьма острой на язык.

— Я решила, что скрывать это больше нет никакого смысла.

Архиепископ Дуэйн мельком взглянул на Раадатука. Лицо Раадатука напряглось, но Димонаас махнула рукой.

— Выйди. Инквизитор, со мной все в порядке.

— ...Я подожду снаружи.

Дверь закрылась. Архиепископ Дуэйн осмотрел кабинет. Воцарилось молчание, которое Дуэйн нарушил первым.

— Твой пес на редкость верен.

— Скорее медведь, чем пес. Вы знаете разницу между медведем и собакой?

— Не знаю.

— Медведи разрывают людей на части. Если не хотите быть разорванным, не смейте называть Раадатука собакой.

— ......

Дуэйн откупорил еще не начатую бутылку спиртного и налил себе бокал.

Димонаас прошипела:

— Вы хоть знаете, сколько она стоит?

— Как невежливо с моей стороны. Этого хватит, чтобы покрыть стоимость выпивки? — достав бумажник, Дуэйн положил на стол чек.

Димонаас вздрогнула. Сумма была колоссальной. Слишком много для простой бутылки вина — фактически годовой бюджет всего 5-го отдела Инквизиции.

— ...Вы пришли сюда, чтобы похвастаться своим богатством?

— Вряд ли. Я просто подумал, что пришло время провести четкую черту, — Дуэйн пригубил бокал. — Великий инквизитор Димонаас. Ты, несомненно, способна — этого у тебя не отнять. Я не ожидал, что ты в одиночку справишься с таким объемом работы. Человек, который по одним лишь боевым навыкам мог бы претендовать на место среди «Дев Дня», но при этом обладает столь же выдающимся административным талантом... это редкое сочетание.

— И что с того?

— У тебя есть все, что мне нужно. В то время как остальные в других отделах Инквизиции — сплошная посредственность, ты — настоящее сокровище.

— Мне не интересна лесть от мужчины за пятьдесят.

— Буду предельно прям, Великий инквизитор Димонаас, — Дуэйн посмотрел на нее сквозь стекло своего бокала. — Неужели тебе не хочется иметь надежного покровителя?

— ......

— Есть должность, полностью соответствующая твоим способностям. Просто протяни мне руку, и ты сможешь подняться гораздо выше этого захолустья. Власть, деньги, престиж — все это будет твоим. Ты могла бы занять высочайшее положение в Культе, уступая лишь мне. Сам я не намерен довольствоваться креслом простого кардинала.

— Метите на место Папы?

— Возможно, даже выше.

— ...Выше этого может быть только...

— Прими мою сторону, и я расскажу тебе все подробности, Великий инквизитор Димонаас. Скажи честно, разве тебе здесь не душно? С твоими-то способностями, разве уровень окружающих тебя людей не кажется тебе ничтожно низким? — наклонившись ближе, Дуэйн прошептал: — Твой талант зарывают в землю именно те вещи, которые ты пытаешься защитить. Они приковывают тебя к месту, связывают по рукам и ногам, не давая двигаться вперед. Великий инквизитор Димонаас, я не верю, что твой потенциал ограничивается лишь этим титулом. И я уверен, что ты думаешь так же.

— ......

— То, что я предлагаю — это уникальный шанс. Я никогда не прощал тех, кто шел против меня, но ради тебя одной готов сделать исключение. Я жажду заполучить твои таланты. Не сомневаюсь, что с твоими возможностями ты поможешь мне достичь еще больших высот.

— ...Ха, — Димонаас коротко усмехнулась. — И что дальше? Продолжайте. Что произойдет, если я приму ваше предложение?

— Для начала я обеспечу полную финансовую поддержку, а затем поработаю над тем, чтобы изменить мнение Папской курии. Доказав состоятельность 5-го отдела Инквизиции, я намерен сделать тебя следующим архиепископом.

— Ого. Какое стремительное продвижение по службе. Неплохо.

— Великий инквизитор Димонаас. Не говори так легкомысленно, подумай серьезно. Это последняя соломинка, которую я тебе протягиваю. Неужели ты намерена отказаться? — бокал опустел до дна. — Даже зная, что в конце тебя ждет лишь крах?

Между ними повисло долгое молчание. Димонаас выдохнула и, навалившись грудью на стол, лениво подтолкнула пальцем пустую бутылку.

— ...Если честно, — произнесла она, — если честно, мне действительно хочется пить более дорогое вино.

— Вполне естественное желание для любого человека.

— И подняться выше я тоже хочу. Хочу, чтобы в моем подчинении было больше людей.

— Все этого хотят.

— Я хочу, чтобы люди смотрели на меня снизу вверх. Хочу вести их за собой и чтобы одного моего слова хватало, дабы сломить их убеждения.

— Это и есть власть — причина, по которой мы занимаем свое положение.

Дуэйн кивнул.

— Ты можешь получить все, что пожелаешь. В залог этого обещания... тебе нужно лишь выдать мне послушника Захада.

Рука Димонаас дрогнула, и бутылка, опрокинувшись, покатилась по полу.

— Но, — Димонаас приветливо улыбнулась, — но нет.

— ......?

— Мне вот все было интересно, когда же вы наконец заговорите о Захаде. Ведь он и есть ваша настоящая цель, верно? Я знаю вас. Вы презираете любого, кто ставит под сомнение ваш авторитет, и хотите растерзать его подобно зверю, на чью территорию посмели вторгнуться.

— ......

— И я ведь тоже не исключение, правда? Даже если бы я перешла под ваше начало, рано или поздно вы бы избавились от меня. Ведь нет никаких гарантий, что тот, кто поднялся один раз, не попытается взобраться еще выше.

— Это твой окончательный ответ?

— Неважно, ответ это или нет... — Димонаас на мгновение задумалась, а затем непринужденно подняла средний палец. — Как только кто-то переходит под мое начало, он становится моим человеком. А я — глава этих людей. И вы называете тех, кто идет за мной, обузой? Идите к черту. Какая еще обуза? Они — столпы, которые меня удерживают. И Захад теперь один из моих столпов.

— ...Глупый выбор.

— Глупый? Невероятно. Я гений, окончивший Теологическую академию за шесть месяцев. За всю жизнь я встретила лишь одного человека, который умнее меня, и сейчас этот человек находится в моем подчинении. Вы хоть понимаете, что это значит? — уголок губ Димонаас пополз вверх. — Это значит, что у меня нет причин бояться вас, ослепленный властью старик.

— .......

Дуэйн поднялся на ноги. Прежде чем дойти до двери, он в последний раз обернулся, и на его бесстрастном лице не отразилось ни единой эмоции.

— Я был искренен, Великий инквизитор Димонаас. Если бы ты решила перейти под мое крыло, я бы тебя не тронул.

— Я тоже была искренна, — Димонаас зевнула. — Идите к черту.

— ...Ты пожалеешь об этом.

— Это вы будете жалеть, — Димонаас пренебрежительно махнула рукой. — У этого мальчишки нет манер, но он чертовски способен. Возможно, даже больше, чем я.

Дверь открылась и снова закрылась. В кабинет тихонько вернулся Раадатук. По какой-то причине его глаза слегка поблескивали.

— ...Великий инквизитор, — ее подчиненный — и наставник — шмыгнул носом. — Вы выросли в поистине удивительного человека.

— Ой, прекрати разводить тут сырость. Честное слово. Серьезно. — Димонаас вытерла кровь, которая снова начала сочиться из носа. — Кстати говоря...

С тех пор как прибыл Захад, пролетела уже целая неделя.

— Чем вообще занимается этот малец?

— Ну, насчет этого... — Раадатук замялся.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (2)

Глава 42: Пятая инквизиция (2)

Великий инквизитор Димонаас пришла разыскать меня.

— Что ты сейчас делаешь?

— Сама не видишь?

Я небрежно указал на швабру, которой только что возил по полу.

— Мою пол.

— Нет!.. Я не это имела в виду!..

Димонаас с силой сдавила пальцами переносицу. Из её носа побежала тонкая струйка крови.

Я быстро протянул ей бумажную салфетку.

— Я же только что там помыл!

— Ах ты, мелкий... Обо мне сначала побеспокойся!

Димонаас бессильно опустилась на свободный стул, словно из неё разом выкачали всю энергию.

— Почему... почему ты моешь пол? Ты ведь говорил так, будто у тебя есть грандиозный план перевернуть всё с ног на голову... Так почему ты моешь пол?..

— Потому что пол был грязным.

— Ты думаешь, я привела тебя сюда, чтобы смотреть, как ты машешь шваброй?!

— Ты мне так барабанные перепонки порвешь. Успокойся. Хочешь, воды принесу? Или вот, я тут как раз готовлю особый напиток — не желаешь попробовать?

— Особый... что?

Я сменил фартук, пока Димонаас хваталась за затылок.

— Я приглашала сюда не... домашнюю прислугу... не... я...

— Вообще-то то, что я готовлю, пользуется большим спросом. Попробуй.

— ...Почему это так вкусно?!

— Правда ведь?

Хм. Может, у меня и правда талант к кулинарии.

Димонаас осушила стакан залпом и буквально растаяла. Уткнувшись лицом в стол, она тихонько зашмыгала носом.

— Я... я ведь говорила, что продержусь... я стараюсь... а этот смутьян, ради которого я из кожи вон лезла, просто... играет в домохозяйку...

— Там же нет алкоголя. Странно.

— Я говорю это, чтобы ты услышал! Я не пьяна!

— Ладно-ладно. Успокойся.

Отставив швабру, я снял фартук.

— Я и сам прекрасно со всем справлялся. Зачем ты пришла искать меня?

— Зачем?! Да потому что я услышала, что ты тратишь время впустую! Ты же Апостол! Избранник Ра! И всё, чем ты занимаешься — это играешь в домохозяйку?!

— Кто вообще заговорил о домохозяйке? Кто конкретно это сказал?!

— Ну... ну так то, что ты делал...

— Димонаас.

Я посмотрел на неё с чувством, близким к жалости.

— Ты действительно не знаешь, чем я занимался на самом деле?

— ...Т-только не говори мне!..

Димонаас резко вскочила на ноги.

— Я так и знала! У тебя с самого начала был какой-то план, верно? Ну конечно. Пусть у тебя напрочь отсутствуют элементарные манеры, но голова-то на плечах варит!

— Я тут ещё и новый рецепт напитка разрабатываю — не хочешь тоже попробовать?

— Ах ты, сукин сын!..

Ладно, хватит её дразнить.

— Наш способный Великий инквизитор Димонаас.

— Что?

— Ты знала, что во Втором корпусе Пятой инквизиции формируются фракции?

— ...Что, прости?

Вот оно.

Если она даже не знает, что творится в её собственной организации, неудивительно, что у неё не получается вырастить достойных паладинов Первого корпуса.

— Вот. Взгляни.

Я протянул ей блокнот, который потихоньку заполнял всё это время.

— Что это?

— Как думаешь? Мои наблюдения, которые я вел, притворяясь безобидным зверьком.

Всё это время я не просто убирался и готовил. Выполняя мелкие поручения, я незаметно наблюдал за внутренней обстановкой.

Слухи обо мне расползлись повсюду. Вполне естественно, что не знавшие меня лично инквизиторы относились ко мне с настороженностью.

Но что, если я добровольно вызвался быть мальчиком на побегушках?

Подозрительные взгляды один за другим исчезли. Те же, кто попробовал мою стряпню и остался под впечатлением, и вовсе начали расхваливать меня при каждой встрече.

Завоевание доверия.

Это было первым, что я сделал. Все инквизиторы, работавшие со мной раньше, состояли в Первом корпусе, так что это оказалось не так уж сложно. Обо мне ходили исключительно лестные отзывы.

Настоящей проблемой были паладины Второго корпуса — будущее Пятой инквизиции, а ныне её мертвый груз.

— Во Втором корпусе подобрался весьма колоритный состав, не находишь? Такое ощущение, будто туда нагребли всех подряд: банда северных варваров, зверолюди, помешанная на деньгах монахиня и кучка действительно бесполезных изгоев.

— И ты выяснил всё это за неделю?

— Проще простого.

— Ты вообще человек или монстр...

Быстро пролистав блокнот, Димонаас уставилась на меня загоревшимися глазами.

— И что дальше?

— Очевидно, остается только одно.

Я окончательно отбросил фартук в сторону.

— Они делятся на три фракции. Можно назвать их трудными детьми Второго корпуса. Первый — Норд, выходец из племен северных варваров. Вторая — Изабела, прибывшая из регионального отделения Культа. Третья — фракция под предводительством Остина, который формально является бессильным изгоем, но пользуется искренним расположением окружающих.

— И что ты планируешь с ними делать?

— В каком смысле «что планирую»?

Я ухмыльнулся.

— Дам им то, чего они хотят.

◇ ◇ ◇

Норд, северный варвар. Классический громила с пустой головой.

Причина, по которой его считали проблемным во Втором корпусе, крылась в том, что он постоянно распускал кулаки против своих же товарищей-паладинов. Судя по всему, его неоднократно предупреждали, но ничего не менялось.

Парень, который верил, что насилие — решение всех проблем. От этого с ним было только проще управиться.

Подавлять кого-то грубой силой — моя специальность!

— Что тут забыл поваренок? — спросил Норд.

— Нападай, сопляк, — ответил я.

— ...О? Ты вызываешь меня на дуэль воинов?

— Что ты несешь? — Я размял кулаки. — Это называется «неподчинение»!

Мне потребовалось меньше минуты, чтобы уложить Норда на лопатки. Когда брызнула кровь и захрустели кости, Норд завопил:

— Х-хватит! Стой! Я сдаюсь!

— Сдаешься? Ты переломал три сотни костей паладинам, которых избил! Давай сегодня сойдемся на ста пятидесяти для тебя!

— Я не хочу остаться полумертвым!

— Ладно, я убью тебя только на четверть!

— Ты с ума сошел?!

Норд подчинился мне. Закон был далеко, кулак — далеко, а мой сапог — совсем рядом.

Истекая кровью и рыдая, Норд вцепился в мою ногу:

— Пожалуйста... пощади меня...

— Ладно. Я пощажу тебя.

Я огляделся по сторонам. Приспешники Норда вздрогнули, стоило нашим взглядам встретиться.

— У кого-то есть возражения?

— М-мы не собираемся бояться кого-то вроде тебя...

— Хрясь!

— Мы будем следовать за тобой!

Поглощение фракции Норда заняло меньше половины дня.

◇ ◇ ◇

Изабела, прибывшая из регионального отделения Культа, была монахиней с глубокой любовью к деньгам. Большинство её последователей были связаны с ней финансовыми обязательствами.

Похоже, даже во Втором корпусе они продолжали получать жалованье. Изабела использовала его как стартовый капитал, чтобы подмять под себя часть корпуса.

— Я люблю деньги. Деньги решают всё.

— Значит, ты действительно так сильно любишь деньги.

Я пододвинул к ней подготовленный документ. Изабела, прищурившись, принялась его изучать.

— ...Что это?

— На что похоже? Коммерческое предложение.

Страницы шуршали. Глаза Изабелы округлились.

— Э-это... что... неужели такое вообще возможно... п-погоди, нет! Начнем с того, что этого просто не может быть!

— Почему же?

— Чтобы это сработало, понадобится огромное количество базового ингредиента... но в этом мире ничего подобного просто не существует...

— Существует. — Я широко улыбнулся. — Я могу это устроить.

— ......

Изабела пристально посмотрела на меня. На её лице отразился напряженный мыслительный процесс — она явно просчитывала шансы. Я же непринужденно откинулся на спинку стула.

— Если тебе это неинтересно, забудь.

— ...А какая мне с этого выгода?

— Всё просто. Я высоко ценю твои способности. Ты любишь деньги, а значит, у тебя острый нюх на коммерцию. Если честно, большинство жрецов абсолютно безнадежны в делах бизнеса.

— ...И это при том, что другие жрецы смотрели на меня и называли вульгарной?

— Кто это сказал? Денег много не бывает. Ты мне нравишься, Изабела. Если такая способная девушка, как ты, будет работать со мной, мне и желать больше нечего. — Я протянул ей руку. — Что скажешь? Будем деловыми партнерами. Мы объединим мой капитал и твои навыки, чтобы сколотить целое состояние... Ты будешь купаться в горах золотых монет... И после этого ты всё ещё не пойдешь за мной?

— ...П-погоди секунду. Звучит заманчиво... безумно заманчиво... но где доказательства, что у тебя действительно есть это сырье?

— Я покажу тебе, так что перестань сомневаться. Мне нужно лишь раздобыть его, верно? А ты просто займешься продажей всего, что я тебе передам.

— .......

Изабела снова уставилась на документ, словно завороженная.

— ...Хорошо, — она пожала мою руку. — Я буду работать под твоим началом. Деньги не врут. И... и...

Изабела смущенно затеребила пальцы:

— Ты первый, кто сказал мне, что я на что-то способна...

— Отличный выбор.

Поглощение фракции Изабелы заняло меньше половины дня.

◇ ◇ ◇

Штаб-квартира Культа время от времени принимала детей. Но далеко не все из них становились высокопоставленными жрецами.

Люди со средними способностями... Выбросить их жалко, но и держать при себе как-то неловко.

Такова была история Остина. Он поднялся благодаря весьма посредственному таланту, и когда никто не смог придумать, куда его пристроить, от него фактически избавились. Собравшаяся вокруг него фракция состояла из таких же бедолаг.

— ...Я слышал слухи. Но почему ты пришел именно к нам?

— Потому что вы мне нужны.

— Мы бездарны. У нас нет силы. Мы не блещем умом, да и физические способности у нас самые заурядные, — Остин горько улыбнулся. — От нашего присоединения ты ничего не выиграешь.

— Ничего? С чего ты это взял?

Я призвал Священное пламя. Остин уставился на священный огонь, словно завороженный.

— Это же...

— Продвинутая форма Тлеющего пламени. Но ведь ты и сам можешь использовать Тлеющее пламя, верно?

— Но уметь что-то делать и уметь искусно этим пользоваться — разные вещи. Нас оттеснили в сторону именно потому, что мы не справлялись.

— И всё же ты хотя бы трезво оцениваешь свои силы. Да и характер твой проходит проверку. Отлично.

С этой третьей фракцией работать оказалось проще всего. Если не считать отсутствия мотивации, они были весьма полезными ребятами.

— Неужели вы не хотите стать сильнее?

— ...Мы уже оставили эту надежду. Даже когда мы прилагаем столько же усилий, сколько и все остальные, мы добираемся лишь до половины пути.

— Оставили? А ну-ка поднимите её обратно. Возможность сама упала к вашим ногам — и вы действительно собираетесь пройти мимо?

— Возможность?

— Я и есть эта возможность. И ваш спаситель.

Я усилил Священное пламя, заставив его обвиться вокруг моей руки подобно змее.

Остин побледнел:

— Боже правый... как ты это делаешь?! Даже учителя, которых я видел, не могли так управлять священным пламенем!..

— Ты хоть знаешь, на кого смотришь? Перед тобой гений, рождающийся раз в столетие, который прошел Теологическую академию всего за один месяц. — Я протянул руку Остину. — Я лично буду вас обучать. Если хотите этого — берите. Если, конечно, не желаете и дальше прозябать в этом углу.

— ...Неужели... неужели кто-то вроде меня... — прошептал Остин. — ...Неужели даже кто-то вроде меня... сможет стать настоящим жрецом?..

— Сможет. До тех пор, пока ты готов трудиться. Конечно, легко не будет. Дней, когда тебе захочется сдохнуть, будет куда больше, чем обычных. — Я ухмыльнулся. — Но если ты готов умереть в процессе, то что вообще может тебе помешать?

— ...Ты веришь в меня?

— Если ты веришь в меня.

— ......

Остин со слезами на глазах сжал мою руку.

— Я... я... — Остин опустился на колени. — Я хочу стать... достойным инквизитором!..

— И ты им станешь.

Приготовления были завершены.

— Что ж, начнем.

◇ ◇ ◇

— Что это такое... — У Димонаас перехватило дыхание. Она уставилась на выстроившийся для тренировки Второй корпус и несколько раз ущипнула себя за щеку. — Как ты... нет... какого черта... То, над чем я ломала голову месяцами, ты просто...

— Для тебя это тоже было бы возможно, не будь ты Великим инквизитором.

— Что ты имеешь в виду?..

— Есть такое выражение: «должность красит человека», верно? Титул неизбежно влияет на того, кто его носит, в лучшую или худшую сторону. Когда приближается кто-то высокопоставленный, это вызывает дискомфорт, не так ли? Естественно, люди надевают маски и не раскрывают душу. — Я указал на себя. — Но что, если с тобой заговаривает тот, кто выполняет черную работу? Открыться кому-то, кто стоит ниже по иерархии — это просто человеческая природа.

— А... ахаха... — Димонаас провела рукой по лицу, расплываясь в улыбке. Она пыталась скрыть радость, но у неё ничего не выходило. — Хе-хе-хе... Я была права... Я была права... Я не ошиблась, когда привела тебя сюда!..

— Ты ведь не сходишь с ума, верно?

— Кто тут сходит с ума?! И что теперь?! Мне просто обучить их так, чтобы они подходили под стандарты Первого корпуса?!

— Они будут слушаться. Я уже поговорил с каждым из них. Просто натаскай их как следует.

— А ты?

— Я...

Пришло время заняться делом, которое я откладывал на потом.

— Мне нужно раздобыть финансирование.

Это была одна из причин, почему я вообще пришел сюда. У меня припрятана одна священная реликвия — пора по-тихому её забрать.

Ну погоди у меня! Я уже иду!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (3)

Глава 43: Пятая инквизиция (3)

Беатрис проворчала:

[— Ты говорил, что хочешь обучиться моим священным искусствам — так когда именно ты собираешься это сделать?]

— Похоже, ты сама горишь желанием меня обучить.

[— В-вовсе нет?! Это просто способ вернуть долг...!]

Оставив ворчащую Беатрис наедине со своими мыслями, я погрузился во тьму. Теневые священные искусства.

Я пробудил Святую силу Наги, и мое присутствие мгновенно растворилось.

Беатрис вздрогнула.

[— Как ты смеешь использовать священные искусства змея в святилище Ра...?! Да ты... ты...! Какая же я дура, раз хоть на миг подумала о тебе хорошо!]

— Я делаю это, потому что нужно.

Я проскользнул между тенями. На дворе уже стояла ночь. Причем глубокая.

Священная реликвия, за которой я пришел, находилась в Молельной комнате № 3. Огромный собор. Лунный свет просачивался сквозь бесчисленные витражи, раскрашивая пол разноцветными бликами.

— ......?

Патрулировавшая коридор жрица резко обернулась.

— Там... кто-то есть?

— .......

— Мне показалось?

Дождавшись, пока она уйдет, я медленно шагнул из темноты. Как и ожидалось от главного штаба Культа — здесь все были начеку.

Говорят, даже разорившийся благородный род сохраняет величие на протяжении трех поколений. От штаба Культа веяло именно этим.

Но это не имело значения. Я уже добрался до нужного места. Теперь оставалось лишь забрать священную реликвию.

[— Э-это место...]

Беатрис вздрогнула.

[— Только не говори мне, что ты... знаешь о Вечном фонтане?]

— А ты сообразительнее, чем я думал.

[— Н-но почему тогда здесь...]

Она склонила голову на моем плече, словно не в силах осмыслить происходящее.

[— Почему здесь вообще нет охраны?]

— Они забыли о нем.

[— ...Забыли, где находится Вечный фонтан? Как такое возможно? О такой драгоценности? Это же практически символ Культа Ра!]

— Сейчас другие времена, не то что в твою эпоху. Те люди мертвы уже сотни лет — Культ растерял больше священных реликвий, чем у него осталось. Это видно хотя бы по Брюнаку.

[— И все же... забыть о Вечном фонтане...]

Беатрис оглянулась на меня.

[— Они что, идиоты?]

«Надо же. Вас только что назвала идиотами ваша собственная глупенькая святая».

— Ну что, обчистим это местечко?

[— И вообще, откуда ты об этом знаешь?! Ты же говорил, что забыл все остальное!]

— Я самое любимое и прелестное дитя Ра.

[— Это вообще-то мой титул...?!]

— В эту эпоху он принадлежит мне.

Я плотно прижался к стене. Три шага влево, три вправо. Просунув руку в потайную нишу, я повернул скрытый механизм.

Раздался тихий скрежет. В полу с глухим стуком распахнулся лаз. Я нырнул туда прежде, чем он успел закрыться.

Ощущая падение в бездонную подземную шахту, я окутал тело Святой силой. Сделав короткий вдох, я активировал священное искусство.

[Активируется Священное пламя (A).]

Кстати говоря, как там сейчас поживают мои характеристики? Кажется, я довольно давно их толком не проверял.

[Захад Балтон] [Уровень: 54]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Уникальные навыки класса]

- Любовь Бога Солнца: Навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

- Милость Бога Солнца: Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога Солнца: Позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

- Молитва Бога Солнца: Ментальное осквернение не оказывает никакого эффекта.

[Уникальные навыки класса]

- Любовь Бога-Змея: Навыки, связанные с Богом-Змеем, развиваются стремительно.

- Милость Бога-Змея: Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога-Змея: Позволяет без риска использовать священные реликвии Бога-Змея.

- Молитва Бога-Змея: Дарует иммунитет к негативным эффектам состояния.

[Апостол]

- Смешанная Стигма (A): Отгоняет всякое зло. Позволяет накладывать стигмы на других. Подчиненные жрецы становятся смешанными, возможны некоторые физические искажения. (5/20)

- Смешанная Божественность (A): Две божественности слились воедино. Использование стало гораздо более требовательным, навык невозможно обнаружить стандартными сканерами Святой силы.

- Исцеление (B): Позволяет вести бой, одновременно исцеляя себя. В мире это называют «битвой бессмертных».

- Благословение (B): Сопротивляемость негативным эффектам состояния значительно увеличена; позволяет сохранять хладнокровие за исключением особых обстоятельств. Физические способности значительно повышены, а Святая сила временно возрастает.

[Культ Ра]

- Священное пламя (A): Создает священный огонь. Очищает зло и способно частично сжигать то, что сжечь невозможно. Размер и пределы пламени масштабируются от Святой силы. Эффективность значительно увеличена; теперь возможен точный контроль над формой пламени.

- Молитва огня (B): Молитва поддерживает температуру тела в течение длительного времени. Физические способности значительно повышены.

- Создание святой воды (C): Наполняет воду Святой силой. Активирует исцеляющие способности организма и повышает сопротивляемость злу.

- Священная стена (B): Позволяет изолировать определенные области. Может наноситься тонким слоем на кожу, окутывая тело пламенем. Обеспечивает защиту, сопоставимую с доспехами, и сводит на нет удары ниже определенного порога.

- Шепот огня (B): Повышает характеристики оружия. Пламя окутывает клинок; также может накладываться на оружие союзников. Дарует сопротивляемость злу.

- Очищение (C): Изгоняет проклятия и очищает оскверненные вещи.

- Меч Суда (A): Происходит от «Песни огня», базового стиля фехтования веры в Бога Солнца. Все лишние элементы отсечены; клинки инквизиторов издавна славятся своей беспощадностью. Оружие, закаленное в бесчисленных схватках со смертью, теперь вершит суд над врагами.

- Пепельная Корона (EX): Позволяет приносить подношения для повышения ранга навыков, связанных с Богом Солнца.

[Культ Нага]

- Плетение теней (C): Создает бесшумную тень. Позволяет сливаться с темнотой и передвигаться без единого звука.

- Молитва чешуи (C): Молитва заставляет присутствие пользователя исчезнуть на определенное время. Физические способности повышены.

- Выработка яда (C): Позволяет вырабатывать внутри организма токсин, вызывающий сильные боли в животе.

- Шепот змея (C): Часть формы предмета растворяется в темноте. Позволяет скрывать предметы; применяется только к вещам, которые пользователь держит в руках.

- Эрозия (C): Проникает в разум и внедряет внушения в чужую психику.

- Черная Чешуя (B): Происходит от «Песни теней», базового стиля фехтования Культа Змеи. Все лишние элементы отсечены; те, кто овладел этим клинком, известны тем, что живут во тьме.

[Общие навыки]

- Приготовление мяса (C): Позволяет невероятно вкусно жарить мясо.

- Приготовление морепродуктов (B): Позволяет сделать вкусными даже самые несъедобные морепродукты.

- Создание напитков (C): Позволяет готовить восхитительные напитки.

«Я уже практически наступил одной ногой на порог верхнего среднего эшелона этого мира».

«Я ведь пробыл здесь совсем недолго, а уже достиг такого уровня».

Я тихонько свистнул. «По сути, я уже смотрю на ранг Архиепископа с высоты ранга Епископа, верно?»

«Если продолжу в том же духе — бам! Я сотру в порошок все преграды! Дуэйн! Тебе конец!»

[— Я вижу дно.]

Беатрис оказалась права. Готовясь к удару, я окутал тело Святой силой.

[Священная стена (B) окутывает ваше тело.]

[Удары выше определенного порога нейтрализуются.]

— БУМ!

Пыль взметнулась во все стороны. Отряхнув одежду, я вздохнул. Полет вышел знатным. К счастью, внизу имелся выход — если бы пришлось карабкаться обратно наверх, это обернулось бы катастрофой.

Посмотрим.

Я осветил пространство Священным пламенем. Посреди просторного зала виднелась единственная дверь, над которой красовалась простая надпись.

— «Докажи свою ценность»... хм.

Довольно просто.

— Святая Беатрис. Не возражаешь, если я одолжу твое оружие?

[— Ах—?!]

Дух, восседавший на моем плече, яростно затрепетал. У нее вырвался короткий вздох.

[— Э-эта... какая отвратительная Святая сила... грязная... грязная!]

— Хочешь, я волью в тебя еще больше?

[— Что ты сказал?!]

— Оговорился. Я хотел сказать: хочешь, я затоплю тебя ею?

[— Ах ты извращенец! Мерзавец! Подонок! Сади—!]

— Оп-ля.

[— Хнгх?!]

Серьга шевельнулась. В мгновение ока она превратилась в копье и легла мне в руку.

Копье Света, Брюнак. Я легонько постучал им по двери.

— Скреееж.

Дверь отворилась. Беатрис растеклась лужицей.

[— Меня... осквернили...]

«В глубине души она точь-в-точь как Сурт. Дразнить ее — сплошное удовольствие».

Я внимательно осмотрел внутреннее пространство. Зал заполняли исполинские каменные статуи.

Любой, кто не сумел бы доказать свою ценность, или явился бы сюда с чуждой силой, мгновенно пробудил бы этих истуканов. Созданные в Золотой век, в одиночку они едва ли уступали по силе Епископу. Оказаться зажатым толпой таких монстров означало верную смерть.

Однако статуи лишь вздрогнули, так и не начав двигаться по-настоящему. Их каменные глаза повернулись в мою сторону.

Один истукан ткнул другого локтем под ребра. Они переглянулись, явно пребывая в замешательстве.

— Воу, воу! Я законный жрец Ра! Вот, глядите!

Я призвал на ладонь Священное пламя. Статуи, до этого колебавшиеся и подергивавшиеся, замерли. «День едва не закончился очень скверно».

[Вы вошли в Святилище Ра.]

[Поврежденная плоть стремительно восстанавливается.]

[Все ваше тело наполняется Святой силой.]

[Перед вами вершится малое чудо.]

Откуда-то издалека донесся едва слышный шум воды. Ориентируясь на него, я медленно пошел вперед.

Красный ковер.

Стоило мне осторожно ступить на него, как мир вокруг преобразился. В конце бесконечно изящного коридора в воздухе разлился тонкий цветочный аромат.

Сад.

Все вокруг, насколько хватало глаз, пестрело прекрасными цветами. Место превратилось в уголок неописуемой изысканности — из тех, где благородные дамы устраивают послеполуденное чаепитие. Поверить, что подобное находится в мрачном подземелье, было решительно невозможно.

Это был сад и святилище Ра. Священное место, за которым она ухаживала лично, пропитав его своей божественностью.

Я замер в восхищении, созерцая его истинный облик, явившийся из-под скрывавшей его иллюзии. Когда я впервые наткнулся на это место в игре, у меня невольно вырвался вздох изумления.

Защебетала красная птичка. Она опустилась мне на плечо. Беатрис шмыгнула носом.

[— Раматникс! Сколько же лет прошло!]

Я медленно погладил красную птицу. Ее пылающие перья тихо зашуршали.

Она являлась одной из священных реликвий Ра. Но забрать ее отсюда было невозможно.

По сути, это был питомец Ра. Огненная птица Раматникс, спустившаяся в мир смертных, служила вестницей богини.

Что-то вроде ангела, приносящего божественные откровения.

Огненная птица опустила мне на ладонь зажатый в клюве клочок бумаги. Я развернул его.

— Потребуется еще немного времени.

[— Откровение?! Что бы это могло значить...?]

— По-моему, все предельно ясно.

«Должно быть, все еще разбирается с искаженной стигмой».

Скомкав записку, я небрежно бросил ее за спину. Беатрис тут же взорвалась от негодования.

[— Как ты смеешь швырять священное откровение Ра на землю!]

— Я уже прочитал. К тому же она все равно сейчас сгорит.

[— И все равно! Мог бы отнестись к этому с большим почтением!]

— Да-да, конечно.

Я пошел на звук бегущей воды. Сад оказался огромным. Все, что здесь росло и благоухало, по сути, являлось божественным эликсиром.

Мне хотелось набрать немного прямо сейчас, но пришлось сдержаться. Без позволения Ра я не мог ни к чему прикоснуться. А поскольку связаться с ней в данный момент не представлялось возможным, получить разрешение я тоже не мог.

Впрочем, у меня была другая цель.

— ...Нашел.

Источник журчания. Фонтан, казавшийся нелепо маленьким на фоне колоссальных размеров сада.

Из него непрерывным потоком струилась фиолетовая жидкость. Беатрис пробормотала, поддавшись нахлынувшим чувствам:

[— Напиток богов... Нектар... как же давно я его не видела.]

[Обнаружен «Вечный фонтан».]

[Обнаружен Нектар.]

[Вера переполняет вашу душу.]

[Вы опьянены этим ароматом.]

[«Молитва Бога Солнца» подавляет этот эффект.]

Мое сознание, едва успев помутиться, мгновенно прояснилось. Мощная штука, ничего не скажешь. Не зря его зовут Нектаром.

Напиток богов. Лишние объяснения тут ни к чему — его сила говорит сама за себя.

Выпей его в чистом виде — и твои внутренности растворятся, а тело попросту разорвет на части. Судя по всему, когда первый обнаруживший его жрец воочию узрел, как его коллега заживо взорвался, духовенство Культа Ра в панике объявило этот источник ядовитым.

Но его истинный эффект — при условии, что организм способен его «усвоить» — соответствовал величайшему эликсиру. Иными словами, если разбавить его и пустить в продажу, получится средство, на фоне которого обычная святая вода и зелья покажутся дешевой подделкой.

И этот Вечный фонтан был местом, где тот самый Нектар бил неиссякаемым ключом. Его не просто так величали священной реликвией.

[— Даже не думай пить его. Он раскрывает свою истинную ценность только в разбавленном виде. Если выпьешь его чистым, погибнет даже Апостол.]

— Ты за меня переживаешь?

[— Ч-что?! Просто я еще не до конца вернула свой долг, так что тебе пока нельзя умирать...!]

Пропустив ворчание Беатрис мимо ушей, я наполнил Нектаром заранее припасенную флягу.

Аромат оказался настолько приторно-сладким, что в голове на секунду помутилось. Не будь у меня иммунитета к ментальному осквернению, эта святая вода заставила бы меня жадно пить ее до тех пор, пока мозг буквально не взорвался бы.

Придется проявить крайнюю осторожность, когда буду разбавлять его позже.

Я наполнил одну флягу, но на душе остался какой-то осадок неудовлетворенности. Пробираясь сюда тайком, я не мог взять с собой много тары, однако... уходить вот так казалось слишком скромной добычей.

И тут мне в голову пришла мысль.

Если подумать... разве я не подобрал странную вещицу возле трупа Беатрис?

Покопавшись в пальто, я извлек Искаженный Священный Грааль. Беатрис так и подпрыгнула.

[— Откуда он у тебя?!]

— Подобрал рядом с твоим телом.

[— В-выброси его немедленно! Это проклятая священная реликвия, которую я так и не смогла уничтожить, поэтому таскала с собой! Этот «Искаженный Священный Грааль» превращает любую жидкость, соприкасающуюся с ним, в неизлечимый смертельный яд — я конфисковала его у Культа Змеи...!]

[«Искаженный Священный Грааль» реагирует на напиток богов.]

[«Вечный фонтан» резонирует со своей давно утерянной половиной.]

Хм-м.

Вечный фонтан задрожал, и Нектар хлынул вверх. Он вырвал Грааль из моих рук и с плеском увлек его в свои глубины.

— Это еще что такое...

[— Нектар сейчас осквернится! Нет, нет, нет, нет, нет!!]

— Не думаю, что происходит именно это.

Бурлящая гладь постепенно успокоилась. В наступившей тишине с тихим всплеском разошлась легкая рябь.

Нектар, бивший из Вечного фонтана, иссяк. Жидкость, скопившаяся на его вершине, тоже начала медленно исчезать.

[«Вечный фонтан» возвращает свой истинный облик.]

Кубок и напиток.

Когда они воссоединились, на вершине Вечного фонтана предстала по-настоящему единая священная реликвия.

Она походила на прежний Искаженный Священный Грааль, но...

Кое-что в ее форме изменилось. Смятый, уродливый кубок исчез, а на его месте теперь покоилась длинная цилиндрическая фляга.

[«Вечный кубок» ожидает вашего выбора.]

«...Вечный кубок?»

«Здесь была скрытая деталь, о которой я даже не подозревал?»

[— В-Вечный фонтан исчез... и вместо него эта крошечная...?]

Под растерянные вопросы Беатрис я взял флягу в руки. Внутри сосуда, именуемого «Вечным кубком», колыхался Нектар.

[Вечный кубок]

Жрец, возжелавший славы и божественности Ра, похитил ее кубок и сбежал. Но никто не осознавал, что это была лишь половина от единого целого.

Шло время, Вечный фонтан сохранял свой первозданный вид, но кубок, лишившийся наполнявшего его напитка, утратил свою святость.

В пустующее пространство просочилась лишь обида на того, кто стал причиной их разлуки.

Так родился Искаженный Священный Грааль, превращавший все, что в него наливали, в смертоносный яд. Но теперь он вернул свой истинный облик.

Вечный фонтан больше не отпустит свою вторую половину. Пусть его святость и сияние уже не те, что прежде, он поклялся остаться со своей половинкой навеки.

Вечный кубок выражает вам свою благодарность.

- Вечный кубок производит 100 мл Нектара в день.

- Максимальный объем, который может хранить Вечный кубок, составляет 100 мл.

- По желанию владельца любое необходимое количество Нектара может распыляться в виде спрея.

- При первом употреблении Нектара сосуд души расширяется.

- При первом употреблении Нектара душа расширяется.

- При первом употреблении Нектара стигма становится глубже.

- Нектар вызывает мощный гипнотический эффект.

- Нектар вызывает мощный эффект афродизиака.

- Нектар оказывает мощное восстанавливающее действие.

- Нектар оказывает мощный стимулирующий эффект.

- Нектар обладает мощным противоборствующим злу эффектом.

- Нектар оказывает мощный допинговый эффект.

- Передозировка Нектара может привести к смерти.

- Использование 10 мл или более Нектара в день может позволить высшим существам обнаружить его присутствие.

- Использование Нектара позволяет находящимся поблизости демонам почувствовать его присутствие.

- Рекомендуется соблюдать крайнюю осторожность при использовании Нектара.

— ...Да ладно.

«Портативный Вечный фонтан?!»

«Что это вообще за невиданная щедрость?!»

◇ ◇ ◇

Я поставил перед Изабель флакон, наполненный 9 мл Нектара. Изабель осторожно вытащила пробку.

— ...Х-х-х!

Ее зрачки расширились. Рука обмякла, и она выронила флакон. Я вовремя перехватил его и защелкнул пробку.

— Ну как?

— Э-это действительно... то, о чем ты писал в коммерческом предложении...

— Нектар.

— Напиток богов... согласно записям... даже разведения один к тысяче достаточно, чтобы создать превосходное Высшее зелье...

— !

Изабель резко вдохнула. Возбуждение еще не отпустило ее, и я буквально видел, как в ее голове бешено крутятся шестеренки.

— С таким количеством... я смогу приготовить девяносто Высших зелий... процесс производства... обычная фабрика зелий тут не подойдет... мне понадобятся ингредиенты, достойные Высших зелий... стартовый капитал...

— Стартовый капитал — это то, что нам еще только предстоит найти.

— Нет. В этом нет необходимости.

Капля слюны сорвалась с ее приоткрытых губ.

— Я справлюсь. У меня есть сбережения. Этого хватит. Х-х-х... х-х-х... да... да... З-Захад. Хочешь заняться этим со мной?

— Успокойся.

— Ах... мое тело... мое тело прямо горит...

Я положил руку ей на плечо. Негоже набрасываться на собственного делового партнера.

[Активируется Очищение (C).]

[Эффект Нектара ослабевает.]

— Я... что я такое говорила?

— Ну так что?

— ......

Изабель прищурилась.

— На данный момент... само производство — это полбеды, с этим я как-нибудь разберусь. Я знаю нескольких алхимиков. Если заплатить им достаточно, на них можно положиться.

— Ты ведь не собираешься просто выбросить его на аукцион?

— Нет. Я составлю список клиентов, которые обычно скупают дорогие лоты на аукционах. Это легко. Ничего сложного. Но...

— Но?

— Нам понадобится организация для отмывания денег, чтобы источник происхождения лекарства не всплыл наружу. Надежная организация. И крупная. Сила, достаточно могущественная, чтобы нам не пришлось беспокоиться о преследовании.

— Организация, значит.

Я откинулся на спинку стула, слегка покрутился на нем и потер ладони.

— Как удачно совпало. Я знаю как раз подходящих людей.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (4)

Глава 44: Пятая инквизиция (4)

Карета остановилась перед штаб-квартирой Культа. Я наблюдал, как из нее один за другим выбираются бойцы передового отряда.

Шедший впереди парень отличался внушительной комплекцией. Капюшон его плаща был натянут так низко, что лица было не разглядеть, но я инстинктивно понял, кто это.

В конце концов, нас связывала Священная Стигма.

— Эй, Гектор.

Я ухмыльнулся. Лицо под капюшоном расплылось в ответной усмешке.

— Давно не виделись, босс.

С ним пришли и остальные ребята.

Мы стукнулись кулаками.

Карета тронулась и уехала. Прибыли только те пятеро воспитанников приюта, которых я когда-то обучал. Я покосился на штаб-квартиру Культа. Все-таки это место не слишком подходило для приватных разговоров.

Я и так находился под наблюдением Дуэйна, ощущая чей-то пристальный взгляд издалека.

Пора было стряхнуть хвост.

— Надеюсь, вы тут не бездельничали?

— Пока вас не было, у нас тут шла война за территорию — из тех, что решают, кто будет править изнанкой Бенельды, — Гектор сжал руку в перчатке и хрустнул костяшками пальцев. — Мы сражались не на жизнь, а на смерть. И, возможно... я теперь посильнее вас буду, босс?

— Да неужели?

Я быстро окинул его взглядом, а затем посмотрел на остальных, стоявших позади.

Они действительно стали сильнее, заметно изменившись по сравнению с прошлым. Это были люди, закаленные моими навыками, а затем брошенные в горнило кровавой войны банд.

И все же.

Я-то сражался с монстрами, которые вообще не поддавались никакой логике.

— Если думаешь, что сможешь поспеть за мной, то давай, попробуй.

Пожалуй, впервые за долгое время стоит показать им каплю серьезности.

[Используется [Благословение (B)].]

[Сопротивление негативным эффектам значительно увеличено.]

[Ментальная стойкость укреплена.]

[Физические способности значительно повышены.]

[Максимальный запас Святой силы временно значительно увеличен.]

[Используется [Молитва огня (B)].]

[Физические способности существенно повышены.]

Мой шаг налился невероятной тяжестью.

— БУМ!

Земля под моей ногой пошла трещинами, образовав кратер. Ребята Гектора, еще мгновение назад ухмылявшиеся, застыли как вкопанные.

Я небрежно взмахнул рукой.

— Б-босс?

— Явились тут спустя столько времени и строите из себя крутых... Ну-ка, давайте посмотрим...

— Я-я не это имел в виду!..

— Как только вы упустите меня из виду, сразу вспомните, что случилось, когда мы впервые немного повздорили. — Я приподнял уголок рта в усмешке. — Начинаем прямо сейчас.

— Б-босс?!

◇ ◇ ◇

Я мгновенно оторвался от слежки вместе с ними. Мне даже пришлось намеренно замедляться несколько раз.

Возможно, они и стали сильнее, но все еще не дотягивали до уровня жрецов, оставаясь всего лишь послушниками Ордена Паладинов. Честно говоря, даже такое определение было слишком щедрым.

Паладины второго эшелона из Пятой инквизиции справились бы в сто раз лучше этих детишек.

Подобрав веточку, я потыкал ею развалившегося на пустыре Гектора.

— И это ты называешь «стал сильнее»?

— П-пожалуйста... пощадите...

— И почему ты до сих пор в капюшоне? Пора бы его снять...

Капюшон соскользнул с его головы.

Я осекся, заметив, что из лба Гектора растет нечто странное.

Маленький рог.

— В подворотнях теперь по первому требованию рога раздают?

— Да если бы! Сам вырос. Но... с его появлением я стал немного сильнее, так что особо не жалуюсь.

Я осмотрел остальных.

Линдон, Павел, Мари, Наташа — у каждого из них красовался свой, особенный рог.

— ...Ох.

Неужели это из-за той штуки?

[Смешанная Стигма (A): Отгоняет всякое зло. Позволяет даровать стигмы другим. Подчиненные жрецы становятся смешанными, а части их тел могут искажаться. (5/20)]

«Части их тел могут искажаться...»

Но почему это проявилось именно в виде рогов?

— Нага, ты что-нибудь об этом знаешь?

— [Ч-что? Я... я тоже не уверена... н-но... я разузнаю.]

Раздался грохот, а следом за ним — тихий вскрик. Похоже, она споткнулась, куда-то торопясь.

Ну и растяпа. Отложив эти мысли в сторону, я внимательно осмотрел каждого из ребят.

Рога были настоящими, но никаких других отклонений не наблюдалось. Напротив, они служили своего рода фокусными точками, позволяя их Святой силе течь гораздо плавнее.

Разница между подделкой и оригиналом — вот как это можно было назвать. Я изначально был сосудом, созданным для принятия божественной силы, в то время как они оставались обычными людьми.

Их тела не могли вместить переполнявшую их Святую силу, поэтому некоторые части их тел видоизменились, чтобы компенсировать эту нагрузку.

— Вас это не беспокоит?

— Меня нет. — Лицо Гектора слегка покраснело. — Вообще-то, многие девчонки говорят, что это выглядит круто, так что...

— Босс, а вы знали? Гектор в последнее время кое с кем встречается.

— З-закрой рот!

— Они вдвоем просто невыносимы. Боже... — Мари тяжело вздохнула. — Нам уезжать из Бенельды всего на несколько месяцев, а они устроили такую сцену, будто прощаются навсегда: вешались друг на друга, ревели в три ручья... Детский сад какой-то.

— Я же сказал, заткнись! Ах ты мелкая!.. Ничего такого не было! И кто вообще плакал?!

— О как...

Отношения, значит. Рад за него. Но все же...

— Ваш босс слишком занят, чтобы даже мечтать о романтике... а его подчиненный умудряется обойти его на этом поприще?

— Б-босс?

— Ахаха. Да нет, ничего. Поздравляю, Гектор. Искренне. — Мои глаза недобро блеснули. — И все же, мы так давно не виделись... Нам стоит провести небольшую тренировку, вам не кажется? Обнажите мечи. Время оценить ваши навыки.

— ...У босса только что взгляд стал совсем безумным.

— Да неужели? Вовсе нет. О, Гектор, встань-ка вот сюда.

— З-зачем?

— Потому что я собираюсь преподать тебе особый индивидуальный урок. И это абсолютно никак не связано с завистью, так что даже не думай отказываться.

— Босс... вы такой мелочный...

— Помолчи, Миташа.

— Я Наташа!

◇ ◇ ◇

Оценка навыков завершилась через час. Я разочарованно цокнул языком.

Моя скорость роста была просто абсурдной. Я и не ожидал, что они смогут сравниться со мной, но надеялся, что они пройдут хотя бы половину этого пути...

Я посмотрел на кучу тел, распластанных на земле. И почему они всегда падают ровно туда, куда я и предполагал?

В конце концов, именно в этом и крылась неоспоримая пропасть между обычными людьми и игроком. Разница между простым пониманием и реальным усвоением.

Я слегка пнул под зад тех, кто еще пытался ползти по земле.

— В строй.

— В-в строй!

Наблюдая за тем, как они торопливо выстраиваются в шеренгу, я отметил про себя, что с дисциплиной у них все в порядке. Поманив их к себе, я достал из-за пазухи книгу — ту самую, над которой корпел всю ночь.

— Знаете, что это?

— ...Что это?

— Дневник святой.

— Вы украли чужой дневник?

— Я знал, что босс тот еще мерзавец, но чтобы настолько...

— Открывать чужой дневник без разрешения — это преступление.

— Полный подонок.

«Ах вы мелкие...»

Серьга тихо загудела и качнулась, после чего из нее выпорхнул дух Беатрис.

— [Т-т-ты—?! А я-то думала, на что ты пялился всю ночь, а ты переписывал мой дневник?!]

— ...Босс. А что это рядом с вами?

«О. Они ее видят?»

Я схватил Беатрис за шкирку и вздернул в воздух.

— Вы видите это?

— ...Это... кукла...?

— Должно быть, они видят ее из-за связи через Священную Стигму. Но это неважно. Итак, приготовьтесь выразить почтение. Великая и сиятельная Святая, которая станет вашим учителем — леди Беатрис.

— Ого... она двигается.

— Она полупрозрачная.

— Выглядит забавно.

— [Прекрати устраивать из меня зрелище!]

Я усадил святую на ладонь и тихо прошептал ей:

— Леди Беатрис. Вы знали?

— [Ч-что?]

— Эти дети потеряли родителей на войне. Они сироты.

— [И-и что? Что ты хочешь, чтобы я сделала?!]

— Их приютил сиротский дом при филиале нашего Культа. Они едва могли поесть раз в день...

Я начал сгущать краски. Беатрис, которая изо всех сил старалась казаться равнодушной, не сдержалась, и из ее глаз покатились слезы.

— [К-как грустно...]

— ...И я помог им дойти до этого уровня. Но эти ребята хотят расти дальше. Они не довольствуются тем, что имеют, и стремятся стать лучше.

— [Стремление к самосовершенствованию вполне естественно для последователя Ра... Ох... какие достойные дети...]

— Поэтому... — Я поднял книгу — краткое учебное пособие, которое я составил, выписав самые важные части из дневника Беатрис. — Мне нужна помощь Святой Беатрис.

— [Н-ну, раз так... там ведь нет ничего личного, верно?]

— Я убрал ту часть, где вы хотели сжечь Кардинала заживо из-за того, что она вас раздражала.

— [А! А! А!]

Я протянул книгу Гектору. Он пролистал ее, и его глаза округлились от удивления.

— Здесь... в основном картинки?

— Большая часть — это иллюстрации. Так ведь проще понимать, верно? Здесь описано все: от управления Святой силой до обращения с различным оружием. Леди Беатрис мастерски владела почти любым оружием, благодаря чему это и стало возможным.

— [Воин всегда должен предполагать худшее! Ты обязан уметь сражаться любым оружием, какое только окажется под рукой!]

Гектор дошел до конца книги. Вместо того чтобы отталкивать остальных, которые уже рвались заглянуть внутрь, он низко поклонился мне.

— Босс, мы... мы ведь только и делаем, что принимаем от вас помощь...

— Что значит «только принимаем»?

— ...А?

— Ты забыл, зачем я вас сюда позвал? — Я хрустнул костяшками пальцев, отчего лицо Гектора мгновенно побледнело.

— Матьер сказал нам просто идти вперед, вот мы и пришли... Ч-что происходит?

— Это ваша новая отправная точка. — Я указал на себя. — Я — солнце. — Затем я указал на Гектора. — Вы — тень. Понятно?

— ...Только не говорите мне, что...

— Твои инстинкты обострились, Гектор. — Я ухмыльнулся. — Это место. Мы заберем его себе.

◇ ◇ ◇

Город Аинкад.

Место, где пустила свои корни штаб-квартира Культа.

По сравнению с Бенельдой это был невероятно огромный мегаполис — практически средоточие всей культуры. О среднем уровне жизни горожан не стоило и говорить: город процветал настолько, что голодающие здесь были редкостью.

Но богатство всегда притягивает мух.

Чем сильнее расцветал Аинкад, тем длиннее становилась его тень. Так называемая «Черная дорога» — улицы, где процветали незаконные сделки, — просочилась во все уголки города.

Босс группировки «Жасмин», одной из банд, отхвативших себе кусок этого теневого мира, был человеком, безумно любившим цветы. Он отличался мягким нравом и подумывал когда-нибудь отойти от дел, чтобы открыть собственный цветочный сад. Он контролировал всего один район — не более того, будучи человеком скромных амбиций и довольствуясь малым.

Как и каждый день, ухаживая за своими цветами, он услышал какой-то шум, доносившийся с нижнего этажа. Мужчина вздохнул, решив, что его буйные подчиненные снова устроили драку.

Отложив садовые ножницы, он накинул пальто и сделал шаг вперед.

Но в следующее мгновение дверь слетела с петель.

— БАХ!

Из-за дверного проема вырвалось пламя, переплетенное с тенями. В комнату вошел настоящий великан, с хрустом расправив плечи.

— Подумать только, ты и здесь занимаешься тем же самым.

— Но это привычное дело, так что так даже удобнее, разве нет?

— И то верно. Что ж... за словами босса всегда следовала награда, еще с прежних времен.

— Ч-что?! Вы еще кто такие?!

— Мы?

Стоявший впереди мужчина откинул капюшон, явив миру тускло поблескивающий красный рог на голове.

— ...Воззови. И спасешься.

Великан широко улыбнулся.

— Босс укажет тебе путь.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (5)

Глава 45: Пятая инквизиция (5)

Матьер сошел со ступеней экипажа. Город Аинкад. Этот величественный мегаполис, один из самых процветающих городов севера, оставался прекрасным, сколько бы раз он его ни видел.

— ...С Бенельдой не сравнить.

Он бывал здесь несколько раз по делам, но каждая поездка лишь подтверждала, какой он на самом деле деревенщина.

Казалось, даже сам воздух здесь был другим. Матьер медленно выдохнул.

Кто бы мог подумать, что обычный главарь банды из приграничного городка когда-нибудь заберется так далеко.

— Вид у тебя довольный.

— ...Отец.

Он прибыл.

Его спаситель. И человек, которого он боялся больше всего на свете.

Матьер посмотрел на юношу, который был ниже его ростом. Неужели он немного подрос с их последней встречи? Он еще даже не повзрослел окончательно, но уже внушал такой трепет — какую же силу он будет излучать, когда вырастет?

Люди Матьера гурьбой посыпались из экипажей.

— Приветствуем старшего босса!

— Это еще что? Почему вас так много?

— Пока вас не было, Отец, наши ряды значительно пополнились, — ответил Матьер.

— За такой короткий срок?

— Пришлось пролить немало крови, уж поверьте. Я получил ваше деловое предложение. Хотелось бы обсудить кое-какие детали. Прогуляемся?

— Неплохая мысль.

Захад, Послушник.

Нет — теперь он был уже полноценным Жрецом.

Матьер никогда не видел, чтобы кто-то продвигался по службе так быстро. Впрочем, скорость его роста вполне соответствовала его способностям.

Послушник и Жрец — это небо и земля. Теперь это был не просто пустой титул: можно с уверенностью сказать, что он находился под подлинной защитой самого Культа.

Тронуть Жреца означало бросить вызов всему Культу.

Матьер присел за столик на террасе кафе и взмахом руки заказал простые напитки.

— Вы изрядно изменились с нашей последней встречи.

— Растущий организм.

— То, что вы все еще растете... пугает.

— Целюсь в три метра роста.

Он понимал, что это шутка. Но когда ее произносил этот человек, слова почему-то не казались шутливыми.

Непредсказуемый путь. До Матьера дошли слухи, что Захад стал доносчиком внутри Культа. И все же, вместо того чтобы затаиться от страха, этот человек уже вовсю думал о заработке.

Человек, превзошедший собственный потенциал. Матьер понизил голос:

— Откуда взялся Нектар?

— Нашел.

— ...Позвольте перефразировать. Такое количество действительно доступно каждый месяц?

— Именно так. Ровно девять миллилитров, ни больше ни меньше. Если попытаться добыть больше, могут возникнуть сложности.

— ......

Гипо-зелье.

Легендарное зелье, которое можно было сварить с использованием Нектара — вещь, которую доводилось мельком увидеть лишь в руках высших чинов, да и то ненадолго.

Его создавали путем разбавления Нектара водой с добавлением различных целебных ингредиентов. Первозданная мощь основы смягчалась первоклассными материалами, что ускоряло восстановление и снижало риск привыкания.

Его называли Гипо-зельем, но оно представляло собой гораздо больше, чем обычный исцеляющий отвар. Для тех, кто владел магической силой, оно ценилось на вес золота.

Причина, как говорили, крылась в том, что оно выводило из организма остаточные нечистоты. Считалось, что одна доза способна избавить тело от большинства накопившихся токсинов.

Буквально жидкость, полученная путем разбавления божественного напитка. Зелье, которое продавалось по любой цене, какую только пожелаешь назвать.

И каждый месяц их должно было поступать по девяносто штук. Если бы каждое продавалось по цене от десяти до двадцати миллионов далантов...

— ...Только ежемесячный доход составит около двух миллиардов...

— Ну как? Заманчиво, правда?

— От такого дела я просто не имею права отказываться.

В годовом исчислении выходила астрономическая сумма.

— Какова наша доля?

— Столько, сколько стоят твои вложения.

— ...Десять процентов?

— Матьер. Друг мой. Почему ты так скромничаешь? М-м?

Захад постучал по столу пальцами и, наклонившись вперед, тихо прошептал:

— Забирай сорок процентов. Как тебе такое?

— ...За обычное распространение? Вы готовы отдать нам столько?

— Я же говорил тебе. Мы партнеры в одной лодке. Я забочусь о своих людях. По крайней мере, я их не обделяю.

— .......

В это невозможно было не поверить. Кровь Матьера закипела, и в нем невольно пробудилась жажда.

От одних только цифр его мысли слегка спутались. Дрожащей рукой Матьер поднял чашку.

Он задал вопрос, который давно намеревался озвучить:

— Значит, оставшиеся шестьдесят процентов идут вам, Отец?

— Вовсе нет. Двадцать процентов откладываются для поставщика, который производит Гипо-зелья. И еще десять уходят тому, о ком нужно позаботиться. Посреднику.

— А что, если бы вы вместо этого вложили эти тридцать процентов в меня?

Вот она, суть. Матьер поставил чашку на стол.

— Я возьму на себя все дела за двадцать процентов, Отец.

— Мне вот интересно было, к чему ты клонишь, а оно вон как?

Захад цокнул языком.

— Двадцать процентов... ладно. То есть ты хочешь забирать шестьдесят?

— Полагаю, такие инвестиции более чем оправданы. Больше денег означает, что я смогу нанять больше бойцов. Причем куда более высокого качества. Вполне возможно, мне удастся создать силу, способную угрожать даже самому Культу.

— Хороший аргумент. Неплохо. Но вот в чем штука...

Раздался частый стук пальцев по столу.

— Я не вкладываю все яйца в одну корзину.

— ......

— Матьер. Запомни одну вещь. Не ты ведешь эту игру, а я. Не забывай, кому именно ты служишь.

Атмосфера вокруг резко изменилась.

Плечи Матьера словно налились свинцом. Он опустил взгляд на свою кофейную чашку, которая в какой-то момент начала мелко дрожать и скользить по столу.

Напротив него сидел самый настоящий зверь. Монстр, сбросивший человеческую шкуру — существо, которое никогда не удастся приручить.

— Знай, когда стоит жадничать, а когда нет. Договорились?

— .......

Матьер едва заметно кивнул. Он просчитался.

Перед ним сидел Захад.

Чудовище, не поддающееся здравому смыслу. Человек, с которым невозможно вести переговоры на равных.

◇ ◇ ◇

Организации из подворотен ликвидировались одна за другой. Люди Гектора действовали быстро, уничтожая их поодиночке.

Матьер занимался зачисткой. Работа продвигалась гладко, и мне тоже нужно было двигаться дальше.

Обещания, которые я дал.

Моей первой остановкой стала Изабель.

— Что с производственной линией?

— Мы работаем над прототипом. Как только все будет готово, я принесу его тебе. Ты ведь выплатишь мне мои десять процентов отдельно, как мы и договаривались?

— Нет причин нарушать сделку, если она надежна.

Прототип был готов. Я сделал небольшой глоток.

[Вы выпили Гипо-зелье.]

[Первое употребление: объем Святой силы увеличен.]

[Первое употребление: вместимость Сосуда увеличена.]

[Первое употребление: вместимость Души увеличена.]

[Нечистоты выведены из организма.]

[Сила исцеления значительно возросла.]

[Все характеристики временно повышены.]

[Священная энергия окутывает вас.]

[Частота пульса увеличилась; вы можете использовать силу за пределами своих возможностей.]

[Активирован легкий эффект афродизиака.]

[Активирован легкий гипнотический эффект.]

[Активирован легкий стимулирующий эффект.]

[Внимание.]

[Остерегайтесь привыкания.]

[«Молитва Бога Солнца» рассеивает ментальное загрязнение.]

— У-ух...

Мое зрение на мгновение сузилось. Сердце бешено заколотилось, и показалось, будто кровь во всем теле закипела.

Я слегка размял плечо, после чего с силой впечатал кулак в стену рядом с собой.

— БАХ!

Кирпичи раскрошились и посыпались вниз, хотя я даже не задействовал Святую силу.

Усиливающее средство и исцеляющее зелье, способное поднять характеристики в полтора раза выше их обычного значения.

Это было практически то же самое, что положить запасную жизнь в нагрудный карман. А священная энергия, которая, как утверждалось, укоренялась в теле — не что иное, как благословение.

Против нежити его ценность возрастала почти вдвое.

— Отлично сработано.

— Правда ведь?

— Со стороны тех ребят никаких проблем не возникло?

— Они остались довольны.

— Довольны двадцатью процентами?

— Они всего лишь субподрядчики.

— Сомневаюсь, что все так просто.

Я ожидал, что они потребуют как минимум тридцать. Гипо-зелья было нелегко производить. Формула отличалась необычайной сложностью, и без преувеличения можно сказать, что этот процесс требовал руки мастера.

Раз уж они согласились на двадцать, значит, Изабель провела переговоры на высшем уровне.

— Спасибо, Изабель.

— Что?

— Ты действительно очень способная.

Я вложил в эти слова всю искренность, на какую только был способен.

— Продолжай помогать мне и дальше. Я рассчитываю на тебя.

— ...Угх... угх-х...

Она окинула меня взглядом с ног до головы.

— Тебе действительно шестнадцать?

— В конце этого года исполнится семнадцать.

— Честно говоря, страшно представить, каким ты станешь, когда вырастешь. Ты ведь не собираешься очаровывать всех подряд этим своим лицом?

— Трудно найти женщину, которая бы в меня не влюбилась.

— ...Если бы не твоя последняя фраза, я бы и сама могла влюбиться. Какая жалость.

Изабель фыркнула, отвернувшись, и подобрала пустой флакон.

— Действуем по этому плану?

— конечно. Только пока не выпускай его на рынок. Организация еще окончательно не сформирована.

— ...Притащил какую-то непонятную банду невесть откуда... Кем ты вообще был до всего этого?

— Я?

Я ухмыльнулся.

— Преданным Жрецом Ра.

С делом Изабель было покончено. Но оставались и другие проблемы, требующие решения.

Проблема со Вторым корпусом.

После того как их приструнили, люди Изабель и Норда вполне успешно втянулись в тренировки.

Но фракция Остина совершенно не справлялась с упражнениями. Только эта группа постоянно отставала, то и дело останавливаясь, чтобы перевести дух.

— Ха-а... ха-а...

Им явно не хватало таланта. Да и усердием они это компенсировать не стремились.

Эта группа рано осознала собственную бездарность и просто плыла по течению. Единственным, кто действительно трудился, был Остин, но ему изначально не хватало харизмы, поэтому он даже не мог нормально руководить своими людьми.

Все сводилось к личному обаянию. В этом заключалось абсолютно все.

Я вздохнул. Разве один только Остин был проблемой?

Далеко не так.

— Безмозглые громилы, поклоняющиеся насилию.

— Здоровенные идиоты, которые даже собственным телом управлять не умеют.

Изабель ставила во главу угла деньги и жреческие знания.

Норд же боготворил грубую силу и мощь, из-за чего его характер оставлял желать лучшего.

Как лед и пламень. Стоило мне отлучиться, как они тут же вцеплялись друг другу в глотки — мне требовалось найти другой подход.

«Они те еще смутьяны. И подумать только, что это ростки будущего Культа...»

— Как бы вы поступили на моем месте, госпожа Беатрис?

«Я бы, наверное, закопала их за горой».

— Вот как?

«Т-ты ведь не собираешься делать этого на самом деле, верно?»

Прежде чем разбираться со Вторым корпусом, я переключил внимание на то, что требовалось уладить в первую очередь.

Кое-что, доступное мне лишь до тех пор, пока я носил звание послушника-паладина — и это не производство Гипо-зелий и не Второй корпус Пятого отдела Инквизиции. Что-то, предназначенное исключительно для меня самого.

В конце концов, единственное, что всегда остается со мной — это мое собственное тело!

— Ну что, начнем?

«Начнем что?»

— Если тратить все время на заботы о покровителях и забывать о развитии собственной силы, в решающий момент можно остаться у разбитого корыта.

Точно. Пора начинать.

Ключ к решению всех проблем!

— Научите меня всему. Всем священным искусствам, которые обещали преподать.

Время прокачивать навыки!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (6)

Глава 46: Пятая инквизиция (6)

Дух Беатрис слегка крутанул копье.

— Прежде чем ты чему-то научишься, я должна кое-что спросить.

— Что именно?

— Тебе нужны мои священные техники?

Направленное на меня копье замерло.

— Или же всё, чем я владею?

— Очевидно...

Стояла глубокая ночь. Солнце давно зашло, и тренировочный зал пустовал.

Пятый отдел Инквизиции погрузился в глубокий сон. Я остался здесь совсем один.

Сделав вдох, я посмотрел вперед.

Усилия.

Стирание себя в порошок.

Как бы усердно я ни прокладывал себе путь с помощью уловок, от этого я отказаться не мог. Чтобы выжить, мне приходилось продолжать бороться. Чтобы стоять выше других и достигать своих целей, я должен был выжимать из себя все соки.

Всего лишь что-то одно?

Этого ничтожно мало.

Я хочу всё. Если бы я довольствовался малым, то вообще не стал бы начинать.

Да.

Я жаден. Как и всегда.

— Я хочу всё.

— Тогда даже не думай сдаваться на полпути. Я стою здесь вовсе не для того, чтобы нянчиться с тобой. Если скажешь, что сдаешься, я тут же прекращу обучение. Но учти, если это случится... — Дух Беатрис вспыхнул. Священное пламя хлынуло по всему ее телу. — ...тогда и «возвращение долга» на этом закончится.

— Тебе лучше поберечь себя, Беатрис. — Я подобрал тренировочное копье. — Потому что я собираюсь выжать тебя досуха.

◇ ◇ ◇

— Мои священные техники в основном заложены в искусстве владения оружием.

После краткого объяснения ее тело пришло в движение. Я последовал за движениями Беатрис.

— Оружием, которым я в основном владела, был Брюнак, но, по правде говоря, в мире не существовало оружия, с которым я бы не справилась.

— Как и ожидалось от Огненной Шлюхи.

— Не мог бы ты оставить свои шуточки на потом? — Беатрис произнесла это со всей серьезностью, а в ее глазах разгорелось пламя. — Будь серьезнее, Захад. Если ты пришел сюда учиться, то прими подобающую позу.

— Подобающую позу?

Тело Беатрис взмыло в воздух. Двигаясь подобно молнии, она рассекла пространство перед собой.

— Сможешь повторить?

Я тут же попытался последовать за ней, но мои ноги запутались, и я покатился по полу.

— ...Конечно.

Это было на совершенно ином уровне по сравнению с любым искусством владения оружием, которое я изучал ранее.

Беатрис являлась одной из вершин Золотого века. Паладин, которая со смертельными ранами сражалась против Бейгниса и все же усыпила этого монстра на сотни лет.

С точки зрения чистого уровня, она должна быть выше девяностого. Если учесть, что те, кого в эту эпоху называют сильнейшими, колеблются в районе семидесятого, это абсурдная пропасть.

Чем выше уровень, тем шире разрыв. Разница между восьмидесятым и девяностым несопоставимо больше, чем разница между первым и десятым.

— Можешь сдаться, если станет слишком тяжело.

Это было боевое искусство, с легкостью выполняемое персонажем девяностого уровня.

Тот, кто находился в районе пятидесятого, очевидно, не мог повторять его без перенапряжения. Да и лежащие в основе принципы были слишком глубоки, чтобы уловить их с одного взгляда.

Но это не означало, что всё совершенно безнадежно.

Превозмогая боль, я поднялся. Снова встал на ноги и крепко сжал копье.

Выпад, прыжок, удар.

Я повторял эти три действия бесконечно. Вслед за ними раздавались резкие команды Беатрис.

— Шагай точнее! Словно вырезаешь точные отпечатки своих шагов на земле!

Я с силой топнул ногой, окутав всё свое тело Святой силой.

Я компенсировал недостающие характеристики Святой силой. Нога опустилась на пол.Я нанес удар копьем.

Раздался резкий треск!

Я почувствовал руками, как воздух разлетается во все стороны. Но даже этого пока не хватало. Одно лишь копирование движений сжигало колоссальное количество выносливости.

Это напомнило мне о былых временах, когда я довел свое тело до абсолютного предела внутри плоти Бейгниса.

Не поспевавшие за движениями мышцы рвались. Плоть разрывалась изнутри, а кожа трескалась во всех направлениях.

Я поспешно прогнал через себя Исцеление. Получить столько урона от одной лишь отдачи — поистине достойно высокорангового навыка.

— Устал?

— Ни за что.

Это тяжело. И именно поэтому я улыбался.

— Мне весело.

Навык столь высокого ранга, что освоить его за один раз казалось почти невозможным.

Но именно поэтому это и приносило удовольствие. Прямо передо мной находилось умение, которое я мог получить, если бы только приложил достаточно усилий — и я должен был отказаться от него просто потому, что это трудно?

Настоящий игрок так не поступает!

— Продолжим.

Я сжал копье. Ночь отступала. Наступил рассвет, и бледный свет окутал окна.

Стекавший со всего тела пот скапливался на полу. Я сделал вдох.

Я стоял на ногах. Всё еще стоял.

◇ ◇ ◇

Беатрис цокнула языком. На ее глазах разворачивалось нечто невозможное.

Жрец. Причем новоиспеченный. Она думала, что его талант и сила совершенно не похожи на чьи-либо еще, но это переходило все границы.

Чудовищная скорость обучения.

Стоило объяснить ему одно, как он схватывал два. Объяснишь два — и он понимает уже десять.

Направляемое им копье двигалось увереннее, чем прежде. Беатрис сама не заметила, как ее голос задрожал.

— Е-еще немного быстрее!

Он танцевал. Даже разлетавшиеся капли пота рассекались острием копья. Вращающееся тело. Опускающаяся нога.

Рассекаемый воздух издавал резкий свист. Беатрис не успела опомниться, как ее взгляд оказался прикован к самому кончику оружия.

Всё еще грубо. Всё еще беспорядочно.

Но почему? Откуда это странное предчувствие, что он вот-вот догонит меня?

Что-то переполнило сердце Беатрис. Глядя на слабый свет зари и рвущегося вперед Захада, она почувствовала, как из глубины души поднимается странное чувство.

Он явно боролся изо всех сил. Его старания были очевидны. Мышцы рвались, а плоть трескалась, пока он пытался повторить форму, которую пока не мог освоить. Он едва держался, исцеляя себя Святой силой.

Почему? Ему ведь должно быть больно. Так почему он терпел это?

— ...Ах.

Внезапно Беатрис почувствовала чей-то взгляд из-за двери тренировочного зала. Остин.

Жалкий послушник-паладин, обделенный талантом.

Беатрис вздрогнула. Ее тело слегка затрепетало.

«П-подожди, неужели... Чтобы показать им путь вперед? Чтобы показать собственным телом, что они не должны сдаваться?»

— Э-этого не может быть. Ты безнадежный, жалкий человек. К тому же еретик со Святой силой змея... ты ни за что не стал бы делать ничего подобного...

— Показывай действием, а не словами, Беатрис.

Беатрис вздрогнула. В памяти всплыло далекое воспоминание. Ее предшественница. Слова прежней Святой Огня, которая мягко наставляла ее, когда та только стала Девой Дня.

— Не пустыми словами... но действием...

Он был человеком, у которого часто срывались с языка легкомысленные слова. Она предполагала, что и истинная его натура была такой же.

Но... оглядываясь назад, разве это не странно?

Захад помогал сиротам. Смог завоевать абсолютное доверие окружающих. Как столь легкие слова могли иметь такой вес?

Вопрос за вопросом. Беатрис искала ответы на них.

Копье пришло в движение, и воздух взорвался. Первая форма. Капли пота разлетались из-под растрепанных волос.

— ...Первая стадия.

Беатрис поймала себя на том, что украдкой наблюдает за ним. Промокший от пота юноша казался прекрасным. Он улыбался так искренне и ярко, как никогда прежде на ее памяти.

— Всё ведь правильно, Беатрис?

Вздрогнув, Беатрис сама не заметила, как кивнула. Но в следующий же миг поспешно исправилась:

— Э-этого всё еще недостаточно! Повтори сначала!

— Какая требовательная.

«Нет. Это неправильно. Неужели... неужели у меня появился интерес к такому легкомысленному мужчине?.. Это же абсурд?! Это просто... это всего лишь любопытство! Ничего больше!»

◇ ◇ ◇

Время шло. Остин всё это время наблюдал за ним из-за приоткрытой двери предрассветного тренировочного зала.

Прошла уже неделя. Захад приходил в зал, не пропуская ни единого дня. С глубокой ночи до раннего утра он ни разу не выпустил копье из рук.

Прекрасно. Внушающее трепет зрелище.

Остин нашел в нем тот идеальный образ, который так долго искал. Пылающая страсть, разгоравшаяся в его сердце, сама вела его вперед.

Он открыл дверь. Впервые за неделю решительно шагнул ему навстречу.

— ...Остин?

Копье замерло.

Остин спросил:

— Захад. Могу я встать рядом с тобой?

Он и сам не знал почему. Просто спросил, повинуясь зову сердца. Его голос дрожал, но он лишь крепче сжал древко копья.

Он хотел стать сильнее. Хотел доказать кое-что тем, кто над ним насмехался.

— Даже такому, как я... позволено ли стоять рядом с тобой?

Захад посмотрел на него. Капля пота упала на пол. Взгляд, до этого спокойно наблюдавший, скользнул в сторону.

— Зачем ты меня об этом спрашиваешь?

— ......

— Ты ведь уже всё для себя решил, верно? Иначе не пришел бы сюда и не встал бы передо мной. — Копье опустилось. В отличие от прежних резких выпадов, теперь оно замерло в покое. — Остин. — Захад заговорил, ухмыльнувшись: — Сможешь не отставать?

— .....!

Остин крепко сжал копье. Нет. Это было невозможно. Он ни за что не смог бы угнаться за этой спиной.

На каждый его шаг вперед этот человек делал два. Вероятно, он проведет всю жизнь, пытаясь догнать его.

Но даже так...

— ...Я буду идти следом.

Даже если ему достанется лишь крошечная искра этого бушующего пламени!

— Тогда не отставай.

— Да!

Остин покрепче перехватил копье. Он больше не колебался.

◇ ◇ ◇

В предрассветном тренировочном зале стало на одного человека больше. Я не возражал. Я и так планировал обучить Остина после того, как перейму всё у Беатрис.

Но когда он вообще начал там стоять?

Отбросив лишние мысли, я взмахнул копьем. Мастерство постепенно росло. Казалось, еще немного, и я полностью его освою.

Рассечь, нанести удар, отступить. Отклонить, парировать, закрутить.

Спиральный выпад копьем.

Скручивающаяся Святая сила огня втягивалась подобно водовороту.

— Что за...?! — Беатрис была ошеломлена. — Ты уже заложил основу?! Э-этого не может быть?! Слишком быстро, невероятно быстро?! Ты хоть представляешь, сколько времени у меня ушло на создание этого?!

— Я ведь говорил тебе с самого начала.

Я описал широкую дугу окутанным пламенем копьем. Стена тренировочного зала, укрепленная священными техниками, полностью деформировалась.

Грянул взрыв!

Оказавшись посреди бушующего пламени, я выпрямился во весь рост.

[Вы познали суть огня.]

[Вы частично постигли секретные техники владения копьем Беатрис.]

[Вы получили «⟨Пожирающее свет пламя — Луин (A)⟩».]

— Я же твержу тебе, что я гений.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (7)

Глава 47: Пятая инквизиция (7)

Норд, инквизитор Второго корпуса Пятого отдела Инквизиции, слышал эти слухи.

С ночи до самого рассвета Захад обучал Остина и его людей.

Поначалу он лишь отмахивался. Конечно, этот парень поднялся выше него благодаря чистой силе, но он всё ещё оставался имперцем, ничем не отличаясь от остальных.

Совсем не такой, как Норд и другие, кто перебрался через северный горный хребет. К несправедливому отношению им было не привыкать — подобное случалось уже не раз и не два.

Это было в порядке вещей.

Он привык к такому обращению...

— Эй.

Норд вздрогнул и поспешно отложил топор, который полировал в своей комнате.

Оружие варваров. Культ никогда не утруждал себя обучением технике владения топором. Они лишь насмехались над ним, называя дикарским и лишённым всякого благородства.

Но Норд всё ещё помнил, как холодно и свирепо сверкало лезвие среди замерзшего горного хребта.

И как топор ни разу не уступил мечу. Ни единого раза.

Но прошлое осталось в прошлом, а настоящее — в настоящем. Другие паладины не разделяли его любви к топору, изрядно потрепав ему нервы и заставив затаить глубокую обиду.

Норд небрежно задвинул топор ногой под кровать, однако окликнувший его человек уверенно подошёл и заглянул под неё.

— Топор, значит?

Чья-то рука небрежным движением вытащила его наружу. Это был младший, прибывший позже него — тот самый, который не так давно одолел его.

Послушник-паладин Захад.

— ...Зачем ты пришёл?

Попытка перевести тему ни к чему не привела. Захад поднял топор и молча оглядел его, после чего легко подбросил в воздух.

— Дорог тебе?

— ...Даже если это ты, тронешь его — и я...

— Что? Покусаешь меня?

Это оружие хранило его воспоминания. Оно не раз спасало ему жизнь в северных горах. Больше чем просто оружие — оно было его верным товарищем.

Норд оскалился, сжав кулаки:

— Положи на место.

— Ого. Ты и правда готов меня ударить. А скажи-ка...

Захад перехватил топор поудобнее.

— Ты вообще умеешь правильно его держать?

— ...Что?

— Я спрашиваю, знаешь ли ты, как его держать. Какой толк полировать лезвие, если ты не можешь применить его в настоящем бою? Культ ведь никогда толком не обучал технике владения топором, верно? Их заботят только мечи и копья, а всё остальное они считают второсортным хламом.

«О чём он вообще говорит?»

Норд удивлённо моргнул, а Захад ухмыльнулся:

— Ну так что, хочешь научиться? Правильно держать топор.

— ...Откуда тебе знать хоть что-то об этом?

В этом вопросе крылось множество других.

Почему такого паладина, как ты, вообще волнуют топоры? Откуда тебе известна техника владения ими? И почему ты не отчитываешь меня за его хранение, как сделал бы любой другой старший паладин?

Захад ответил на всё одной-единственной фразой:

— Если мне что-то интересно, я это изучаю. Что может мне помешать?

— ...Но ведь топор — оружие варваров...

— Тот, кто на поле боя думает о подобных глупостях, всегда погибает первым. Так каков твой ответ?

— ...Ты действительно меня научишь?

— Разумеется.

Захад протянул вперёд сжатый кулак:

— Мы ведь одна команда.

«Команда».

Норд беззвучно шевельнул губами, в оцепенении глядя на кулак. Этих слов он никогда не слышал ни от кого, кроме своих собратьев-варваров.

Норд сжал ладонь в кулак, опустил на него взгляд, а затем протянул руку в ответ.

Стук.

Звук соприкосновения кулаков вышел негромким, но его оказалось более чем достаточно, чтобы разжечь в груди Норда тёплое пламя.

◇ ◇ ◇

Изабель нахмурилась, услышав предложение Захада. Она совершенно его не понимала.

— Ты собираешься обучать нас... техникам владения оружием? Каждого отдельно?

«Зачем?»

Именно этот вопрос не давал Изабель покоя. Он не просил ничего взамен, а просто ни с того ни с сего заявил, что станет их учителем.

Чего он добивался? Какую выгоду рассчитывал получить?

Изабель принялась подсчитывать всё в уме, но цифры никак не сходились.

— ...Зачем? Только не говори, что я тебе нравлюсь...

— Конечно нравишься. Но я уже предложил то же самое Остину и Норду.

— Ты собираешься учить нас всех?

Действительно ли стоящий перед ней доносчик обладал способностями, чтобы подкрепить свои слова делом?

Изабель окинула его оценивающим взглядом. Она уже убедилась в его остром уме, но ещё не проверяла его физические возможности.

Она слышала, что он участвовал в покорении Демона-Глаза. Но совершил ли он там хоть что-то значимое?

Исключено. Возможности простого послушника имели свои пределы, так что инквизиторам, скорее всего, пришлось тащить его обратно на собственной спине.

Пускай до неё и доходили слухи, будто он одолел Норда грубой силой, но всё же...

Могла ли эта сила сравниться с мощью инквизитора Первого корпуса — оставалось большим вопросом. Норд находился на вершине Второго корпуса, но к Первому даже близко не приближался.

— И всё-таки, какова истинная причина?

Из всех её вопросов этот был самым главным.

— Тебе кто-то заплатил? Или тебя кто-то надоумил?

— Нет.

— Если мы станем у тебя учиться, мы будем тебе что-то должны? Это превратится в долг, который придётся возвращать позже?

— Я был бы признателен, но особо на это не рассчитываю.

— Тогда почему ты хочешь нас учить?

Весь мир держался на расчёте. Человеческие чувства могли лишь слегка приправить его, но даже в этом случае приходилось вести строгий учёт прибылей и убытков.

Изабель нахмурилась, а воображаемые счёты в её голове продолжали непрерывно щёлкать.

— Ты пытаешься... купить наше расположение?

Но даже когда она произнесла это вслух, слова прозвучали нелепо.

Какую пользу могло принести ему расположение таких посредственностей, как они?

Захад щёлкнул её по лбу.

— Ай?!

— Хватит всё просчитывать, лучше разуй глаза. Я прямо вижу, как у тебя из головы дым идёт.

— Н-но это же бессмысленно! Это совсем не похоже на ситуацию с высокоранговыми зельями!

— И в чём же разница? Как по мне, всё абсолютно то же самое.

— ...Что? Но ведь твоя выгода практически равна нулю...

— Выгода есть.

Захад ухмыльнулся:

— Я хочу купить ваше доверие.

— ...Доверие? Но зачем тебе вообще нужно именно наше доверие...

— Потому что вы способны на большее.

«Способны».

Изабель замерла. Это слово обладало удивительной силой. До сих пор её называли лишь женщиной, которую не интересует ничего, кроме денег.

Ещё в прошлый раз, когда Захад произнёс нечто подобное, она едва не поддалась порыву прямо на месте. Изабель откинула голову на спинку стула, изо всех сил стараясь сохранить бесстрастное выражение лица и сдерживая готовую расплыться улыбку.

Стоящий перед ней мужчина был моложе неё. Причём значительно моложе.

«Нельзя позволять ему и дальше так легко влиять на меня!»

— С чего ты взял, что мы способны на большее?

— Вы переполнены талантом. Просто у вас никогда не было достойного учителя.

— Откуда тебе это знать...

— Я знаю.

Его твёрдый взгляд был устремлён прямо на неё:

— Я ведь уже однажды убедился в твоих способностях, не так ли?

Изабель подавила волнение, бушующее в груди.

Чтобы выжить, Изабель всегда приходилось быть расчётливой. Чтобы жить хоть немного лучше окружающих, ей требовалось мгновенно просчитывать любые варианты.

Так она и жила, из-за чего культ в итоге отверг её. Она лишь смеялась в ответ тем, кто называл её образ жизни глупым.

Но именно поэтому она оставалась одинокой.

У неё не было ни одной искренней связи с кем-либо из окружения. Любые её отношения строились исключительно на деньгах.

— ...Я... я...

Её голос дрогнул:

— Я не способная. Возможно, я гораздо бесполезнее, чем ты думаешь.

— Принижаешь себя перед сделкой? Это совсем не похоже на тебя, Изабель.

— Н-но...

«Сделка».

«Сделка».

Единственное, из чего состоял этот мир.

Но даже несмотря на это, где-то глубоко в душе Изабель отчаянно желала иного. Отношений, в которых не нужно ничего просчитывать, где можно оставаться собой, не взвешивая каждый шаг.

— ...Я...

Возможно, это и было отправной точкой. Способом вырваться из замкнутого круга, где приходилось каждый вечер заливать сложные мысли алкоголем, вечно томясь по чему-то, чему она даже не могла дать названия.

Странный мужчина.

И в то же время — человек, который действовал вопреки всем её прогнозам.

«Если это он, то, возможно...»

— ......

Он мог бы стать ей другом.

Изабель подняла голову и глубоко вздохнула. Она не любила азартные игры, но невозможно прожить всю жизнь, так ни разу и не сделав ставку.

И если уж ставить, то на собственных условиях — в выбранный ею момент и на выбранного ею человека.

— ...Ты сказал, что хочешь купить наше доверие?

«Что ж, поверим ему».

Посмотрим, что этот человек покажет ей на самом деле.

— Хорошо. Давай попробуем. Только не забывай — это всё ещё сделка.

Пускай пока это и называлось просто «сделкой».

Но, возможно, когда-нибудь оно перерастёт во что-то большее.

Изабель запрятала эту надежду поглубже. Ей не хотелось разочаровываться ещё до того, как всё начнётся.

◇ ◇ ◇

[П-правда...]

Беатрис затрепетала.

[У меня... ушли годы только на то, чтобы освоить это...]

— Нам ещё предстоит долгий путь.

[И всё равно! Это слишком быстро!]

[Вы познали Сущность Огня.]

[Вы частично постигли секретную технику владения топором Беатрис.]

[Вы получили навык ⟨Пламя, взбирающееся на утёс — Гильотина (A)⟩.]

[Вы познали Сущность Огня.]

[Вы частично постигли секретную технику владения двуручным мечом Беатрис.]

[Понимание навыка Меч Суда (A) растворяется в искусстве владения мечом.]

[Навык Меч Суда (A) изменён на ⟨Сокрушительная тяжесть, карающая тьму — Топот (S)⟩.]

Все три основные боевые техники были освоены в полной мере. Искусство владения мечом даже перешло в специализированную подкатегорию владения двуручным мечом и достигло S-ранга.

Уникальный уровень навыка. Подобное сокрушительное умение могло в одиночку стереть с лица земли целый отряд.

— Хе-хе.

Смех невольно сорвался с моих губ. Вот оно. Именно это!

Что нужно настоящему мужчине?!

Двуручный меч!

Я сделал несколько широких взмахов изготовленным на заказ двуручным мечом, заставив тренировавшихся неподалёку поспешно разбежаться в стороны. Норд, Изабель и Остин, которые теперь стали ко мне гораздо ближе, сбились в кучу и зашептались:

— Почему босс вдруг так себя ведёт?

— Да он и раньше бормотал что-то, глядя в пустоту, разве нет?

— У н-него наверняка есть на то причины... наверное...

«Ну и ну».

Я бросил на них короткий взгляд. Каждому из них я преподал то, что лучше всего соответствовало их склонностям.

Норду — технику топора ⟨Пламя, взбирающееся на утёс — Гильотина (A)⟩.

Изабель — технику двуручного меча ⟨Сокрушительная тяжесть, карающая тьму — Топот (S)⟩.

Остину — технику копья ⟨Пожирающее свет пламя — Луин (A)⟩.

Они ещё даже не освоили основы, но эти боевые искусства и священные техники ценились превыше всего ещё во времена Золотого века, когда вера в Бога Солнца переживала свой величайший расцвет.

Их навыки совершенствовались с поразительной скоростью.

Стоило Норду сделать движение, как тренировочный манекен разлетался на куски, катившиеся по полу.

Когда двигалась Изабель, манекен раскалывался ровно надвое и с грохотом врезался в стену.

При движении Остина манекен оказывался испещрён дырами и бессильно оседал на землю.

Что касается Остина, то его упорство явно превзошло врожденный талант. Он тренировался дольше всех, катаясь по полу до поздней ночи, так что было бы странно, если бы он не делал успехов.

Его люди поступали точно так же. Наблюдая за тем, как их лидер подаёт пример и как на глазах оттачивается его мастерство, они постепенно начали следовать за ним и тренироваться вместе.

Баланс между тремя группами постепенно выравнивался. Все они неуклонно росли, сдерживая друг друга и одновременно подстегивая к новым высотам, что создавало идеальный круг взаимного развития.

Я стоял позади всего этого процесса и довольно потирал руки.

Хорошо. Очень хорошо. Просто продолжайте расти. До тех пор, пока ваше доверие и преданность не окрепнут настолько, что вы сами сделаете шаг вперёд и станете моим щитом, когда запахнет жареным.

Посреди всех этих тренировок пришли и добрые вести. Ко мне явился посланник от Матьера.

— Он просил передать, что все приготовления завершены. Если вы передадите мне товар...

— Передай Матьеру, пусть приходит сам. Я не стану доверять никому, кроме него.

— Слушаюсь.

Значит, дела в теневом мире улажены. Интересно, какое лицо будет у Димонааса, когда на него внезапно свалится целая гора денег?

Я облизнул губы.

Мне не терпелось это увидеть.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Пятая инквизиция (8)

Глава 48: Пятая инквизиция (8)

Весна была в самом разгаре. Еще немного, и она тоже закончится. Приближалось лето — пора Ра.

Димонаас открыла окно. Застоявшийся воздух выветрился, освежая ее голову. В дверь постучали — ритмично и уверенно. Не оборачиваясь, Димонаас произнесла:

— Войди, Инквизитор.

— Прошу прощения за беспокойство.

Дверь со скрипом отворилась. Вошел Раадатук, держа в руках целую гору документов. Димонаас, до этого безучастно смотревшая на улицу, обернулась. Нахмурившись при виде такого объема работы, она вместо слов лишь тяжело вздохнула:

— И это все на сегодня?

— Есть еще одна точно такая же стопка.

— Мелкие прошения от горожан, всевозможная бумажная волокита — и мы должны разгребать все это... Дуэйн — мелочный человек. У меня просто слов нет.

— Я помогу вам, Великий инквизитор.

— В обычных обстоятельствах я бы отказалась, но только не сегодня. Инквизитор, не мог бы ты начать вот с этой стопки?

— Слушаюсь.

Заскрипели перья. Димонаас вытерла тонкую струйку крови, побежавшую из носа. Нагрузка продолжала расти, а бессонные ночи копились одна за другой.

Когда она в последний раз нормально спала? Димонаас отчаянно хотелось отдохнуть, но она прекрасно понимала: стоит ей дать слабину, и все рухнет.

Когда же это закончится?

Когда она наконец станет свободной?

Этот вопрос уносил ее назад по волнам памяти, обвивая своими путами и увлекая наверх. Старые воспоминания. Запах ушедших дней.

Тот самый первый раз, когда она оказалась здесь.

— ...Раадатук и тогда был весьма надежным.

— Простите?

— А, это я вслух. Просто вспомнилось кое-что из прошлого.

Димонаас не была идеальной с самого начала. Скорее наоборот: она была всего лишь послушницей-паладином, чьи амбиции сильно опережали способности, из-за чего она совершала одну ошибку за другой.

— Знаешь, когда меня только направили в подобное место... я была совершенно раздавлена. Ты знал об этом?

— Знал.

— Что? Серьезно?

— У вас все на лице было написано. В те времена Великий инквизитор еще не умела скрывать свои чувства.

Раадатук погрузился в раздумья:

— Тогда вы были гораздо меньше.

— Прошу прощения. Я и тогда не была такой уж маленькой.

— Бельштейн даже ходил в Папскую курию, чтобы высказать недовольство тем, почему к нам прислали такого ребенка.

— ...Бельштейн так поступил?

— Он был праведным человеком. Он думал, что вы погибнете в первый же день на передовой, поэтому и пошел спорить.

Наставник.

Бельштейн.

Человек, который когда-то служил Великим инквизитором Пятого отдела Инквизиции. Ее предшественник.

Димонаас отложила перо. Развернув кресло, она посмотрела в окно.

Когда они встретились впервые, он точно так же смотрел в окно, безучастно созерцая теплые солнечные лучи.

— ...Оба они — сплошная гора мышц, абсолютно ничего не соображающая насчет человеческого роста.

Димонаас надула щеки:

— Вообще-то, у меня средний для женщины рост, ясно?

— Насколько я знаю, рост Розмари перевалил за сто семьдесят.

— Это она высокая! А не я маленькая!

— Понимаю.

— Твое спокойствие просто бесит.

Бельштейн.

Раадатук.

И Розмари.

Единственные люди, которым она когда-либо могла доверять в Пятом отделе Инквизиции.

— ...Гений.

Димонаас слегка оглянулась назад. Там стояла женщина, которая когда-то считала себя гением — непреклонная, уверенная в том, что ей все по плечу.

Женщина, которая просто шла вперед с высоко поднятой головой.

Но...

Все изменилось. Димонаас стала другой. Она похоронила прежнюю себя и повзрослела. Возможно, ей этого и не хотелось.

Но обстоятельства вынудили ее.

Но подчиненные подтолкнули ее к этому.

Но то, что она держала в своих руках, не оставило ей выбора.

Димонаас пришлось стать взрослой. Воля и убеждения Бельштейна — его несгибаемая вера — медленно разрушали Пятый отдел Инквизиции. Его добрые дела обернулись против него самого, превратившись во врагов и навалившись тяжким грузом на весь отдел.

То, что она делала сейчас, Бельштейн делал до нее. Он укрывал и защищал слабых, которых выбросила Папская курия, и из-за этого медленно угасал. Димонаас была одной из них — талантливой, но отвергнутой за спасение жизней вопреки приказам Культа.

Из-за того, что он защищал слабых, сильные мира сего сломали его.

Человек, помогавший другим, в итоге оказался всеми покинут.

Он тоже был гением. Совсем как она.

И когда он пал, никто не смог ему помочь. Это было выше их сил.

— ...Раадатук.

— Да.

— Когда мы закончим с этим, на нас ведь хлынет новая гора бумаг?

— ...Скорее всего.

— А после нее — еще одна?

— Именно так.

— Это вообще когда-нибудь закончится?

— ......

— Смогу ли я и дальше разгребать все это, не сломавшись?

Димонаас подняла один из документов:

— Если однажды я настолько выбьюсь из сил, что просто рухну... закончу ли я так же, как Бельштейн?..

— ...Этого не случится.

Услышав преданный голос Раадатука, Димонаас тихонько рассмеялась:

— Все в порядке. Просто минутная слабость.

Бельштейн говорил это.

Что жрецы — это те, кто должен укрывать слабых и всегда являть сострадание Ра.

Пустые слова, думала тогда Димонаас. Да и сейчас ее мнение не сильно изменилось. Пустые слова так и остаются пустыми словами.

Но даже так... ради тех людей, которых она решила защитить...

Как когда-то делал Бельштейн... пусть даже самую малость...

— Дуэйн недооценил меня. Я заставлю его лично увидеть, как справлюсь со всем до единого листа.

— ...Великий инквизитор.

— Все хорошо. Я справлюсь. Я ведь Димонаас, не так ли? Самый способный Великий инквизитор за всю историю Пятого отдела Инквизиции! Ха. Единственное, чего мне катастрофически не хватает — это денег. Раадатук, не мог бы ты разузнать, где мы можем их достать? Будь у меня средства, все стало бы намного проще, а то невозможность нанять людей — вот наша главная беда. Сократить ненужные расходы... немного сэкономить на бюджете... может, заодно и мебель в жилых комнатах постепенно заменить?

— Это было бы излишеством.

— Ну и пусть. Иногда нужно себя хоть немного побаловать.

Димонаас закатала рукава. Она храбрилась, но где-то в глубине души отчаянно надеялась.

Было бы так хорошо, если бы кто-нибудь помог. Действительно хорошо.

...Но этого не случится. Я должна сделать все сама. Потому что больше некому.

— Я покажу Дуэйну, кто такая Великий инквизитор Димонаас...!

Стук.

Дверь отворилась. Димонаас посмотрела на жреца, вошедшего без стука. Он стал выше на целую ладонь с тех пор, как она увидела его впервые.

Послушник-паладин Захад.

Димонаас вскрикнула:

— Стучись! Сначала нужно стучаться!

— Тук-тук.

— Не ртом же!

И что ей, ради всего святого, делать с этим смутьяном?

Димонаас вздохнула. Захад снова прикрыл за собой дверь.

Способный, но абсолютно непредсказуемый. Он был еще хуже, чем она сама в его годы — из тех людей, которые заставили бы даже Бельштейна в бессилии развести руками.

«Он, несомненно, полезен. Но я не могу его просчитать. Не знаю, что он выкинет в следующий миг».

— ...Захад. До меня тут дошли кое-какие слухи. Говорят, показатели Второго корпуса резко взлетели?

— Это потому, что я, пользуясь своей выдающейся компетентностью, уделил время их обучению.

— Но чему именно ты их научил? Один орудует топором, другой копьем, а третий — каким-то двуручным мечом, о котором я слыхом не слыхивала? Это совершенно не похоже на стандартные оружейные техники Инквизиции.

— Я покопался в библиотеке Культа и нашел несколько стоящих оружейных техник. Они показались мне подходящими для этих ребят, так что я попробовал обучить их — и все подошло даже лучше, чем я ожидал.

— ...И ты думаешь, я в это поверю? В нашей библиотеке просто не могут пылиться книги с настолько полезными техниками...

— Может, мне просто посчастливилось наткнуться на тайник. Кто знает.

Димонаас потерла лицо руками. Ну и безрассудный же идиот. Ладно. Хорошо. В конце концов, это пошло на пользу. Оружейные техники, которые она мельком увидела у инквизиторов Второго корпуса, явно не несли в себе ничего зловещего. Напротив, они настолько естественно сочетались со священными искусствами, словно всегда были частью веры в Бога Солнца. Глядя на то, как пламя само собой разгорается от их движений, мастерство владения мечом остальных инквизиторов на их фоне казалось просто жалким зрелищем.

— ...Слушай. А ты не мог бы обучить еще и инквизиторов Первого корпуса?

— Без проблем.

— ...Спасибо.

— Да ладно вам. Нам с Великим инквизитором Димонаас ни к чему эти формальности. Раадатук, как поживаешь?

— Очень хорошо. А вы как, брат?

— Да как обычно, сам понимаешь. Ого... откуда здесь столько бумаг? Если все это сжечь, костер будет гореть дня три, не меньше.

Захад принялся рыться в кабинете и вытащил один из документов:

— Почему этот запрос не одобрен? У нас ведь явно хватает возможностей, чтобы с ним разобраться.

— Потому что денег нет.

— Совсем туго?

— Не то слово — нам и близко не хватает. Перебиваемся с хлеба на воду на те крохи, что выделяют. Большинство прошений приходится отклонять. Ты что, опять собираешься сбежать в тюрьму, как в прошлый раз?

Димонаас надула губы. По какой-то причине ей было действительно трудно сказать хоть одно теплое слово жрецу, стоявшему перед ней.

Все дело в том, что...

Димонаас редко встречала людей, которых могла бы считать равными себе. Все вокруг либо помогали ей, либо опирались на нее, либо защищали.

Среди способных людей она практически не встречала тех, с кем могла бы общаться на равных. У нее никогда не было друзей. Все были либо подчиненными, либо начальством.

Димонаас быстро высморкалась. Остатки крови пропитали салфетку. Шмыгнув носом, она потянулась за чистой, но та лежала чуть дальше, чем нужно.

Захад перехватил коробку с салфетками, вытянул одну и оторвал:

— На. Сморкайся. Давай же.

— ...Ты меня за ребенка держишь?

— Просто сделай это.

Угх. Раздражает.

Димонаас высморкалась. Да так громко, что, казалось, задрожал весь кабинет. Захад вытер ей нос, а затем преспокойно развернул салфетку, чтобы рассмотреть содержимое.

— З-зачем ты туда смотришь?!

— А там немало...

— Да замолчи ты уже!

Наблюдая за их перепалкой, Раадатук тихо улыбнулся:

— Приятно посмотреть.

— И что тут приятного?! Эй! А ну положи!

— Интересно, уж не весь ли твой рост вышел через нос?

— Ах ты, паршивец...!

— Воу, воу. Полегче. Димонаас, а ты знала?

Захад бросил салфетку в корзину и вплотную подошел к Димонаас:

— С сегодняшнего дня я больше не послушник-паладин. Верно?

— Иди и сгинь где-нибудь на передовой.

— Боже мой. Как можно говорить такие жестокие вещи? Мне так грустно, что я сейчас... расплачусь.

— Угх, да ну тебя! У меня и так дел по горло...!

Димонаас осеклась на полуслове. Ее глаза округлились от изумления.

Захад держал прямо перед ее лицом какую-то бумагу. Чек. И сумма на нем была просто астрономической.

Двести миллионов далантов. Димонаас отшатнулась. Ее стул со скрипом отъехал назад и перевернулся.

— Ч-ч-ч-ч-ч-ч-что...?!

— Эх, пролитых слез уже не вернуть... ха...

Захад со вздохом пододвинул чек к ней:

— Хочешь?

— Д-да, да, да?

«П-подождите, он фальшивый?»

Димонаас лихорадочно выхватила чек и перевернула его. Однако оттиск печати на нем безошибочно принадлежал Имперскому банку.

Настоящие двести миллионов далантов. Подлинные деньги.

— Ч-что... ч-что... ч-что... ч-что?

Димонаас словно закоротило, и она сдулась, как проколотый воздушный шарик.

◇ ◇ ◇

— Ч-что... ч-что... ч-что... ч-что... ч-что... ч-что.

— Хе-хе-хе-хе-хе.

— Хны-ы-ы-ык.

— Ы-ы-ы-ы-ы.

Выражение лица Димонаас менялось со скоростью молнии. Шок сменился бурной радостью, затем она разрыдалась в три ручья, а после снова залилась смехом.

«Вот это я понимаю. Вот это реакция!»

Довольный произведенным эффектом, я с удовольствием пожал плечами. В этом доме умеют удивляться!

— Брат? Откуда такие деньги?

— Это не грязные деньги. Все получено законным путем. Это официальная валюта, признанная Имперским банком, так что беспокоиться не о чем.

— З-Захад...

Голос Димонаас дрожал, а в глазах блестели слезы:

— Я... я правда могу забрать их себе?

— Я и принес их для того, чтобы ты их забрала.

— Но почему? Зачем?

— Как зачем? Я видел, как ты бьешься из-за нехватки средств, вот и пошел раздобыть немного.

— Н-но как?

— Способ секретный. Я просто продал кое-что из своих запасов, так что не забивай себе голову.

— И что же ты продал?

— Да так...

Не мог же я сказать, что у меня был Нектар.

— Кое-что довольно дорогое.

— Ах... а-а-ах...

Димонаас несколько раз посмотрела на чек, прижала его к груди и закружилась на месте. А затем резко вскочила.

Она бросилась прямо на меня, крепко обняла, и мы повалились на пол.

— С-с этими деньгами я смогу сделать все что угодно! Захад! Начну с того, что найму помощника для бумажной работы...! Отремонтирую полуразрушенные помещения Пятого отдела Инквизиции... Я все смогу!

— Твоя поза выглядит не слишком пристойно.

— З-Захад... но ведь это твои деньги... неужели я правда могу их взять? Точно...?

— Мои деньги?

— Ну да?

Я рассмеялся, лежа под ней:

— Это деньги, присланные «анонимным благотворителем».

— ...О-о-ох.

Димонаас шмыгнула носом, и слезы одна за другой покатились по ее щекам.

— Почему... почему ты так сильно мне помогаешь? Какая тебе от этого выгода?

«Как какая! Да потому что я сделал вас всех своей опорой!»

Я подавил свои истинные мысли. Боже правый, ей, должно быть, пришлось несладко, раз она так разрыдалась. Я протянул руку и стер слезы с лица Димонаас:

— Ты помогла мне, Димонаас.

— ...А?

— Помогать только в одну сторону — это как-то мелко. Не люблю оставаться в долгу.

— Н-но как же... ты ведь помог и остальным инквизиторам...

— Я посчитал, что этим мы поквитались за историю со Священным Судом. Ну так что, не жалеешь, что приняла меня к себе?

Она расплылась в широкой улыбке:

— Да как я вообще могла об этом пожалеть! Ни капельки!!

Тук-тук.

Раздался стук в дверь. Раадатук подмигнул мне:

— Я посмотрю, кто там.

— Хе-хе-хе. Захад... Захад... а можно мне взять отсюда совсем чуть-чуть, чтобы купить шелковый отрез? Ничего сверхдорогого... просто капельку приличного...

— Трать как пожелаешь. Я знаю, что ты распорядишься ими с умом.

— П-правда?! Ура!

Димонаас с абсолютно затуманенным взором прижалась лицом к моей груди, полностью обезоруженная.

Великий инквизитор Димонаас полностью покорена!

Раадатук вернулся, но по какой-то причине его лицо сделалось хмурым.

— Великий инквизитор Димонаас.

— Да?

— Полагаю, вам нужно действовать без промедления.

— Что случилось?

— Кое-что произошло.

Раадатук произнес:

— Похоже, Культ Змеи подал прошение о признании его Империей. Судя по всему... Культ Змеи пытается получить статус официальной религии.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Змея и Солнце (1)

Глава 49: Змея и Солнце (1)

Архиепископ Дуэйн посмотрел в окно. Жрец, закончив свой доклад, склонил голову.

— Что прикажете делать?

— Переговоры с советом старейшин Культа Змеи уже завершены. Культ Ра поддержит их признание в качестве государственной религии.

— Но если мы так поступим, трения с оппозицией...

— Это необходимая жертва. Выгода от привлечения совета старейшин Культа Змеи на нашу сторону гораздо выше. Это определенно поможет сдерживать Кардинала и единственного архиепископа, который её поддерживает.

Над этим вопросом не стоило размышлять. В любом случае всё было решено заранее.

Дуэйн повернул голову и посмотрел на жреца сверху вниз:

— Каково положение дел в Пятом отделе Инквизиции?

— Мы взвалили на Великого инквизитора Димонаас объем работы, с которым она не в силах справиться в одиночку. Перевели на её имя различные обязательства, включая платежные долги — одна лишь накопленная сумма превышает сто миллионов.

— Отлично. А что жрец Айрин?

Дуэйн вспомнил прошлое. Предыдущего Великого инквизитора Пятого отдела Инквизиции, Бельштейна, низвергли точно так же.

Возложить на кого-то ответственность за то, чего он никогда не совершал. Свалить на него все самые тяжелые задачи. Раздавить под весом давления, пока он не сломается.

В конце концов вся вина падет на Великого инквизитора Димонаас. И едва она рухнет, он сможет заняться уничтожением Захада.

Это было лишь вопросом времени.

— И все же это поразительно... Великий инквизитор Димонаас. Подумать только, она терпит такую убийственную нагрузку уже больше месяца.

— Она справляется с делами на уровне десяти писарей, работающих одновременно. Даже с помощью Раадатука... это за пределами человеческих возможностей.

— Она способна. Именно поэтому я пытался переманить её на нашу сторону. Пусть возможность и упущена, она, без сомнения, остается талантом, который я жаждал заполучить.

Досадно, конечно. Но Дуэйн был не из тех глупцов, что меняют свои решения.

Она открыто оскалилась на него. И он без всяких колебаний сотрет её в порошок.

— А что насчет инквизитора Захада?

— Я слышал, что вчера он избавился от статуса послушника-паладина.

— Значит, исчезла даже защищавшая его ширма. Принеси мне задания, которые еще никто никогда не выполнял. Я лично отберу их и направлю в Пятый отдел Инквизиции от имени Папской курии.

— Слушаюсь, архиепископ Дуэйн. Да пребудет воля Ра во всем...

Тук. Тук.

Кто-то постучал в дверь. Лицо Дуэйна помрачнело: он был абсолютно уверен, что приказал не беспокоить его.

— Что там еще?

— А-архиепископ Дуэйн, господин... М-мне очень жаль! Мне нужно срочно доложить вам кое о чем...

Жрец, назначенный его секретарем, вбежал в кабинет, прижимая к себе стопку документов. Заметив другого жреца, находившегося в комнате, он резко замер:

— О, эм...

— Не обращай на него внимания. Докладывай.

— А, да! Дело в том, что...

Документы посыпались на пол. Жрец поспешно собрал их и подхватил один лист:

— Тот... тот долг в сто двадцать миллионов далантов, выставленный Пятому отделу Инквизиции... он полностью выплачен.

— ...Что ты сказал?

— Тот долг в сто двадцать миллионов далантов...

Бах!

Письменный стол, по которому Дуэйн ударил кулаком, раскололся ровно пополам. Архиепископ переспросил:

— Объясни мне в точности... что это значит.

— С-сто двадцать миллионов далантов, все до единого... — секретарь зажмурился. — Ни единой монеты не осталось неоплаченной... Вся сумма внесена...

— Как?

— По-видимому, нашелся анонимный покровитель...

«Анонимный покровитель?»

Лицо Дуэйна окаменело. С чего бы это? Кто и по какой причине?

Он следил за каждым шагом Пятого отдела Инквизиции и прекрасно знал, что они не совершили ничего выдающегося.

И все же кто-то их поддержал? Заходящее солнце? И не какой-то другой отдел Инквизиции, а именно Пятый?

— Этот анонимный покровитель... кто он?

— У н-нас нет возможности это выяснить...

— Выследите его. Немедленно!

Кто бы это мог быть?

Кто посмел бросить пепел на доску, которую он так тщательно расставил?

◇ ◇ ◇

Димонаас посмотрела на меня.

Я посмотрел на Раадатука.

Раадатук посмотрел на Димонаас.

Мы нацепили дешевые солнцезащитные очки, купленные под влиянием момента. Перед нами высилось то, что в этом мире заменяло универмаг — Черный рынок.

— Ну что ж. Может... — Димонаас ухмыльнулась. — Пойдем за покупками!

— Эм, но как же ситуация с Культом Змеи...

— Да брось ты! Инквизитор! Забудь об этом! Папская курия сама со всем разберется! Мы пришли сюда тратить деньги! Думать о чем-то другом прямо сейчас — непозволительная роскошь! Согласен, Захад?

— Деньги имеют ценность только тогда, когда их можно потратить.

Я обменялся улыбкой с Димонаас.

— Все долги закрыты! Давайте спустим всё до копейки, Великий инквизитор!

— Мне нравится этот настрой!

Мы ворвались на Черный рынок. Димонаас было не остановить.

— Всё отсюда и дотуда!

— П-простите? У-уважаемый покупатель? Вы ведь не шутите, вы серьезно...

— Я похожа на шутницу?

Продавец, получив легкий шлепок банкнотой по щеке, низко поклонился:

— Огромное вам спасибо, уважаемый покупатель!

— К-какой восторг!

Димонаас буквально задыхалась от возбуждения. Начав с тренировочных манекенов, она скупала вещи так, словно собиралась полностью перестроить все хозяйственные помещения с нуля.

— А-а-а-ах!! Так вот почему все вечно твердят о деньгах! З-Захад! Можно мне купить хотя бы одну бутылку вина, как я и хотела?

— Я же сказал, покупайте всё, что пожелаете.

— П-правда? Тогда... тогда я куплю что-нибудь действительно дорогое?

Димонаас вернулась, бережно прижимая к себе бутылку вина стоимостью в сто тысяч далантов.

— Превосходный винтаж... сто тысяч далантов... хе-хе-хе...

Мне стало жаль её, поэтому я купил ей бутылку за миллион далантов.

Димонаас вздрогнула всем телом. Она несколько раз моргнула, а затем прижала бутылку за миллион далантов к груди и разрыдалась:

— Хны-ы-ы-ык... Кажется, я могу умереть счастливой прямо сейчас...

— Вы её еще даже не откупорили.

— Я откупорю её, а потом умру... хны-ы-ы-ык...

Раадатук прокашлялся:

— Брат... если это не будет слишком дерзко с моей стороны, возможно...

— Желе из конняку, верно?

Я протянул ему три больших контейнера. Раадатук отчаянно пытался сдержать улыбку, рвущуюся наружу.

— Брат. Спасибо.

Димонаас загрузила товарами целых три повозки. Она тщательно сверила количество каждой позиции.

— С таким количеством, думаю, мы сможем полностью пересмотреть наше меню.

— Это значит, что в гарнир наконец-то добавят мясо?

— Оно и так там было, просто низкого качества. Но отныне вся еда будет питательной!

Несмотря на хорошие новости, Димонаас вздохнула:

— И все же... как жаль. Мы потушили все срочные пожары, но осталась хроническая проблема. Что нам делать со счетами, которые Дуэйн будет выставлять нам в будущем?

— Что вы имеете в виду?

— Хм? О, я вовсе не пыталась взвалить это на тебя. Не беспокойся об этом, Захад. Я уже получила от тебя более чем достаточно — теперь тебе нужно думать лишь о том, что ты будешь получать отныне. Доверься мне.

— Нет, я не об этом.

Я пожал плечами:

— Я планировал выделять вам по двести миллионов в месяц.

— ...А?

Димонаас застыла. Я мысленно пересчитал цифры еще раз.

Мой общий ежемесячный доход составлял примерно пятьсот миллионов. Из них я планировал каждый месяц инвестировать двести миллионов в отдел Инквизиции. Еще двести миллионов уходили на мой личный счет, а оставшиеся сто миллионов имели свое особое назначение.

— Д-д-д-двести миллионов в месяц...?

— Не беспокойтесь о будущих платежах, — я демонстративно проявил великодушие. — Великий инквизитор Димонаас... у вас ведь есть я, верно?

— ......

Димонаас вознеслась. Она повалилась набок, словно душа покинула её тело.

— Великий инквизитор?! Великий инквизитор?!!

— Оставь её, Раадатук. Она улыбается. Хорошая смерть.

Как бы то ни было, теперь, когда я избавился от статуса послушника, Дуэйн, вероятно, вскоре начнет действовать против меня напрямую.

...Или нет. Сначала ему придется тушить собственные пожары.

Признание Культа Змеи государственной религией — огромная проблема. Он сосредоточится на ней, прежде чем браться за всякие мелочи.

Как же всё обернется? Если подумать, интересно, как там поживает Изабела. Я слышал, она ушла вместе с Апостолом...

С ней наверняка всё в порядке.

◇ ◇ ◇

Священное пламя Культа Змеи взметнулось вверх. Пять масок проступили сквозь бледно-зеленый свет, душивший черный огонь.

— Работа близится к завершению.

— Наконец-то и Культ Змеи займет свое место среди Тринадцати Культов.

— Отличная работа, все вы постарались. Это была непростая задача.

— Больше нет никаких препятствий для распространения воли Нага.

— Но мы все еще должны довести дело до конца.

Совет старейшин. Пять древних столпов, на которых держался Культ Змеи.

Их взгляды сошлись в одной точке. В центре круглого стола стояла Апостол, избранная Нага.

Юное тело. Черные волосы. Глаза опасного фиолетового оттенка.

— Эстель. Прими зов Нага.

— Отправляйся в северные земли Империи и провозгласи, что учение Нага выползло на свет.

— Мы соберем для тебя делегацию, Эстель.

— Мы выделим тебе элиту. А также предоставим любого, кого ты пожелаешь.

— Если потребуется, мы пообещаем тебе и священную реликвию.

— Мне ничего из этого не нужно. Я хочу лишь одного, — словно змея, сворачивающаяся кольцами вверх, Эстель посмотрела на совет старейшин и произнесла: — Отдайте мне Черную Чешую для делегации.

Совет старейшин заволновался:

— Черную Чешую?

— Ты хочешь, чтобы мы передали тебе Изабелу?

— Из всего прочего — этих бесполезных?

— Глупые создания. Они не стоят даже того, чтобы давать им приют.

— Эстель. Мы уже говорили тебе. Не связывайся с бесполезным мусором.

— С кем мне общаться — мое личное дело, — прямо заявила Эстель. — Я заберу Изабелу с собой. Первым местом, которое мы посетим, станет Культ Ра. Возражения не принимаются.

Какое-то время продолжались споры. В конце концов совет старейшин уступил:

— Это будет опасное путешествие.

— Ты также навлечешь на себя враждебность других культов.

— Не будет недостатка в тех, кто откажется признавать нас.

— Культ Ра благосклонен к нам. Но остерегайся Искандара и Иссис.

— Эстель. Вернись живой. Мы всегда будем ждать тебя.

— Я не умру, — Эстель погрузилась во тьму. — Потому что я — чешуя Нага.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Змея и Солнце (2)

Глава 50: Змея и Солнце (2)

Империя официально признала Культ Змеи государственной религией. События развивались стремительно, и вскоре пришла весть, что делегация Культа Змеи уже отправилась в путь.

Лицо Димонаас тоже помрачнело.

— Делегация Культа Змеи...

— Разве это не просто визит вежливости по случаю признания их государственной религией?

— Отчасти да, но... всё не так просто.

Димонаас посмотрела в окно. Официальное признание Культа Змеи не предвещало ничего хорошего.

Две фракции, которые на протяжении всего своего существования только и делали, что грызли друг другу глотки.

И речь шла не только о вере в Бога Солнца — Культы Искандара и Иссис тоже были замешаны. Каждая официальная религия на севере Империи в тот или иной момент скрещивала клинки с Культом Змеи.

— ...Надеюсь только, что обойдется без драк. Теперь, когда Культ Змеи стал официальной религиозной организацией, даже мелкая стычка может перерасти в полномасштабную войну.

— Раадатук, не поделишься желе из конняку? А то во рту пусто.

— Нет.

— Ого. Удар в спину от того, кому я доверял!

— Даже ради брата я не могу пойти на это.

— Вы меня вообще слушаете?! — сердито зарычала Димонаас. — Эту делегацию официально закрепили за нашим Пятым отделом Инквизиции. Чтобы предотвратить любые непредвиденные инциденты, на время их пребывания на ногах придется быть абсолютно всем.

— Снова Дуэйн? Упорный, ничего не скажешь.

— Именно. Раз уж он не может придушить нас напрямую, то ищет любой повод, чтобы поймать на ошибке. Инквизитор Раадатук, я рассчитываю, что ты возьмешь под контроль инквизиторов Первого корпуса. Справишься?

— Разумеется, Великий инквизитор.

— Захад. Ты должен удержать инквизиторов Второго корпуса от глупостей. Надеюсь, ты с этим разберешься.

— Я сделаю всё, что в моих силах.

— «Всё, что в силах» — этого мало! Ты обязан это сделать. Любая оплошность во время этого визита ляжет несмываемым пятном на Пятый отдел Инквизиции.

Глаза Димонаас яростно блеснули.

— Я покажу Дуэйну, насколько мы сильны и сплочены!

Тук-тук.

Раздался стук в дверь. Димонаас резко обернулась:

— Войдите.

Шорк, шорк, шорк.

Дверь отворилась. По полу что-то волокли. Димонаас нахмурилась, но стоило ей разглядеть лицо вошедшей, как она мгновенно побледнела.

Почему именно сейчас, из всех возможных моментов?

— Великий инквизитор! Я вернулась!

— Ро... Розмари?

Из копны розоватых волос торчали кошачьи ушки. На ее ярком, энергичном лице виднелись капли крови, а то, что она волокла за собой, с глухим стуком повалилось на пол.

То, что Димонаас поначалу приняла за труп, шевельнулось. Великий инквизитор испуганно вскрикнула:

— Что... что ты сюда притащила?

— А, да это просто инквизитор, который ходил со мной на задание. Не знал своего места и полез на рожон, так что я преподала ему небольшой урок.

— Ты с ума сошла?! Зачем ты так с коллегой...

— Да ладно вам. Старший просто «воспитывает» младшего. Остальные тоже уже на подходе, спешат изо всех сил! Я просто побежала вперед, потому что соскучилась по вам, Великий инквизитор.

Розмари слизнула кровь с губы. Она окинула взглядом комнату и остановила взор на Захаде.

— Какое-то незнакомое лицо... Раадатук! Сколько лет, сколько зим!

— Давно не виделись, Розмари. Миссия завершилась без происшествий?

— Естественно! Сам ведь знаешь, да? Из нас двоих я все-таки сильнее.

— Это пока лишь предположение.

— Можем выяснить прямо сейчас, если хочешь. Хотя, зная тебя, ты просто откажешься. Я даже ни на что не рассчитываю.

Розмари шагнула вперед и приблизила свое лицо вплотную к лицу Захада. Заметив знаки различия на его плече, она расплылась в широкой ухмылке:

— Наш миленький послушник-паладин...

В то же мгновение ее взгляд помрачнел.

— Видишь старшего по званию и даже не удосужился поклониться как следует? М-м?

Димонаас потерла лицо руками. Она ожидала, что Розмари вернется чуть позже — ну почему всё должно было совпасть именно так?

Розмари. Надежная в работе, но в личном плане — последний человек, с которым захочется иметь дело. Самый невыносимый тип консерватора старой закалки.

Эта банда вернулась. После миссии, длившейся почти целый год.

◇ ◇ ◇

Часть паладинов Первого корпуса, уходивших на задание, вернулась.

Однако атмосфера в Пятом отделе Инквизиции была далека от праздничной. Пожалуй, она стала даже мрачнее, чем прежде.

Мне оставалось лишь выдавить из себя сухой смешок. Они в открытую растаптывали то доверие, которое я так долго и упорно выстраивал.

Розмари была сущим воплощением зла.

— Младший, не мог бы ты пересесть за другой стол? Когда я ем рядом с такими северными дикарями, как ты, я не могу понять, что у меня во рту — суп или понос...

Обыденный расизм, преподнесенный с таким видом, будто это самая естественная вещь на свете.

— Когда видишь старшего, кланяйся как подобает... Кто тебя учил просто кивать головой?

Постоянные нотации, сыпавшиеся на ровном месте.

— Я вернулась и увидела, что дисциплина полностью развалилась... Может, мне устроить для всех внеочередную тренировку?

И в довершение всего — ночные подъемы ради изнурительных наказаний.

— Какого черта...

— Сукин сын...

— Разве это жизнь?!

Жалобы лились рекой. Я стоял в первых рядах этого хора недовольных, но, стиснув зубы, терпел. Потому что Димонаас искренне умоляла меня об этом.

— Потерпи еще немного, Захад. Прости меня. Но... Розмари здесь дольше, чем даже Раадатук. Она — реальная сила в этом месте. Те, кто идет за ней, составляют тридцать-сорок процентов от нашей общей численности. Я знаю, что у нее отвратительный характер... но мы не можем позволить себе устраивать разборки перед лицом столь важных событий.

Терпеть. Терпеть.

Розмари была именно таким типом NPC. Она даже намеренно избегала меня, так что возможности столкнуться с ней лицом к лицу не представлялось... да и если бы я это сделал, ничего хорошего бы не вышло.

Чтобы заслужить ее уважение, мне нужно было хотя бы раз поставить ее на место. Она признавала только тех, кого считала способнее себя. Но на пути к этому стояло одно огромное препятствие.

По силе она почти не уступала Раадатуку. Смогу ли я одолеть ее физически — большой вопрос. Сам Раадатук был из тех, кто мог бы стать Великим инквизитором, но просто отказался от этой должности.

Священные реликвии использовать нельзя, так что они отпадают... Демонический меч Сурт тоже мимо... яды и теневые священные искусства тоже под запретом...

По сути, это был бы бой со связанными за спиной руками.

К тому же со дня на день должна была прибыть делегация Культа Змеи. С этим ничего не поделаешь. Главное — не устраивать никаких инцидентов до их приезда. Если я дам Дуэйну повод зацепиться, это навредит только мне самому.

— Этот ублюдок еще и улыбается?

— Эй. Какого черта. Тебе смешно, что ли?

— Он совсем страх потерял?

«Улыбка терпения! Улыбка терпения!»

— Ха-ха.

Люди Розмари расхаживали с таким же высокомерным видом. Я оказался зажат посреди них, принимая на себя весь удар.

Даже Беатрис цокала языком:

«И сколько им лет, по-твоему, чтобы заводить эту волынку в духе „а вот в наше время“?»

Нага прошептала:

— З-Захад... может, просто перебежишь в Культ Змеи? Я сотру в порошок весь этот мелкий мусор...

— Тсс. Ра будет ругаться.

— Н-но... даже так, это уже слишком...

ПЛЮХ!

Мне в лицо плеснули водой. Люди Розмари разразились хохотом.

— Ну как? Сразу взбодрился?

— Нам стало жаль тебя, когда мы увидели, как ты разговариваешь сам с собой, так что считай это услугой от старших.

— Уберешь здесь все позже.

...Терпение.

Терпение! Ради всего святого — терпение!

— А... ха-ха...

Я стиснул зубы и терпел. Терпение было лучшим, что я мог сейчас сделать.

Норд, Изабель и Остин собрались вместе. Глубокой ночью, сгрудившись вокруг одинокой свечи, они перешептывались.

— Босс. Просто позволь мне размазать ее.

— Мы должны сдерживаться.

— Это вопиющая несправедливость!.. Она знает, что вы — ядро Второго корпуса, и целится именно в вас!

— Мы должны сдерживаться.

— Босс.

— Сдержи...

— Нет. — Остин резко вскочил на ноги. — Я больше не могу сдерживаться!

— Эй?! Остановите этого идиота!

Пятый отдел Инквизиции превратился в пороховую бочку, готовую взлететь на воздух в любую секунду. Видя, как я с каждым днем становлюсь все более изнуренным, Нага прошептала мне:

— Эй, Захад. Потерпи еще совсем немного. Я... я приготовила для тебя подарок.

— Подарок?..

— Это... п-просто потерпи еще чуть-чуть, и сам все увидишь... т-так что держись...

Подарок, значит.

Мне стало любопытно.

Как раз в тот момент, когда я собирался расспросить Нагу, меня кто-то окликнул. Это был один из людей Розмари — инквизитор.

— Вставай. Живо.

Меня увели силой.

— Розмари хочет тебя видеть.

Неделя издевательств подошла к концу.

Розмари, которая все это время намеренно избегала меня, наконец-то вызвала меня к себе.

◇ ◇ ◇

Розмари развалилась за своим столом и потянулась по-кошачьи.

Пятый отдел Инквизиции, в который она вернулась после столь долгого отсутствия, совершенно распустился. Первый и Второй корпуса ладили как старые друзья, а некоторые из них, судя по всему, даже общались на «ты».

Уму непостижимо.

Это военное подразделение. Оно ничем не отличается от поля боя, а нечеткая субординация на поле боя приводит к гибели людей.

Вот и в этот раз погиб еще один. Прямо перед самым окончанием миссии он потерял бдительность, попал в засаду противника и пал в бою.

Если бы он слушал ее как следует, то остался бы жив. То же самое произошло и на обратном пути. Задание еще даже не было полностью завершено, а он уже хотел расслабиться и пить пиво, будто у него не было никаких забот.

Поэтому она его избила. Вот и все. Несколько ударов — это лучше, чем смерть.

Розмари сделала глоток теплого черного чая. Дверь распахнулась.

— Розмари. Я привел его.

— Хорошо. Можешь идти.

Розмари поставила чашку. Захад, инквизитор. Новичок, который пробыл здесь всего чуть больше месяца.

Но его послужной список впечатлял. Всего за месяц он сплотил вокруг себя инквизиторов Второго корпуса и стал практически правой рукой Великого инквизитора Димонаас. Даже печально известный своей суровостью Железнокровный Медведь, судя по всему, признал его.

В чем же причина? Что он скрывает?

Розмари скрестила руки на груди и откинулась на спинку кресла.

— Инквизитор Захад. — Она дружелюбно улыбнулась. — Прошла неделя. Как поживаешь?

— Разумеется, Розмари. Лучше и быть не может.

Спокойный взгляд ответил ей взаимностью. Розмари мгновенно раскусила стоящего перед ней человека:

«Скользкий тип! Совсем не похож на Раадатука!»

— Я позвала тебя без какой-то особой причины, просто хотела поближе познакомиться. Выпить чаю, провести время вместе... понимаешь?

— Конечно. Я только рад.

— Что ж. Прежде чем мы перейдем к приятной беседе... — Она сделала легкий жест рукой. — Почему бы нам не начать с должного приветствия — того самого, которое ты пропустил в прошлый раз?

Установление четкой иерархии. Розмари тихо произнесла:

— Согнись в пояснице. Так низко, чтобы твоя голова почти касалась пола. И делай это медленно. Я зачту тот раз, когда ты проявил неуважение, и отпущу тебя всего после двух поклонов.

— Всего два? Ого... что ж, ладно...

Маска спокойствия на лице Захада, который все это время продолжал улыбаться, дала трещину.

— Ладно... ладно... ладно... — Захад повторил эти слова, словно заевшая пластинка, а затем расплылся в широкой хищной ухмылке. — Знаешь что? К черту все это.

— ...Что, прости?

— Старость, видать, еще и слух у тебя отняла. — Захад хрустнул костяшками пальцев. — Давай выясним, кто здесь сверху, а кто снизу. Рейтинговый матч. Сумасшедшая ты сука.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Змея и Солнце (3)

Глава 51: Змея и Солнце (3)

Розмари запнулась.

— Т-ты хоть понимаешь, что сейчас сказал?! Это же неподчинение!..

— Неподчинение или нет — ты ведь меня тоже терпеть не можешь, верно?

Я с силой ударил кулаком по столу.

— Если я тебе так ненавистен, давай решим всё напрямую. Забудем о званиях и выясним, кто здесь главный. Что? Испугалась?

— ...Что?

Растерявшаяся было Розмари застыла на месте. Она уставилась на меня своими щелевидными зрачками.

— Ты только что спросил, испугалась ли я? Меня, Розмари?

— Да нет, всё нормально. Я понимаю. Бояться — это вполне естественно.

Я указал на себя пальцем.

— Суперновичок, лучший среди паладинов второго эшелона. К тому же я близок с великим инквизитором Димонаас, так что ты, должно быть, почуяла неладное и решила пойти на попятную, да? Разве нет?

— Ха. Думаешь, сможешь одолеть меня в честном бою?

— Нет. Не просто одолеть.

Я наклонился прямо к её лицу.

— Я думаю, что просто вытру тобой пол.

— Ха-а-а-а-а-а-а?

Розмари рассмеялась, хотя её глаза оставались абсолютно холодными.

— Не знаю, на что ты надеешься, но я твоя начальница. Среди всех инквизиторов именно я занимаю должность «главы». Я стою на одном уровне с Раадатуком. Мы не просто рядовые инквизиторы, мы — ветераны из ветеранов. И ты утверждаешь, что можешь противостоять кому-то вроде меня? Какой-то зелёный новичок?

Розмари вальяжно закинула ногу на ногу, выставив вперед стройные голени.

— Возьми свои слова обратно прямо сейчас. Оближи мои туфли, как преданный пес. И кто знает? Возможно, я не стану докладывать об этом великому инквизитору и прощу дерзость наглому младшему коллеге.

— Испугалась?

— Что?!!

Розмари рассмеялась, словно не веря собственным ушам, и небрежно откинула волосы назад.

— Испугалась? Ты сказал «испугалась»?

— Да. Ты боишься.

— Я... бо-боюсь? Какого-то желторотого юнца?

— Я-то думал, ты из себя что-то представляешь... а ты всего лишь пустышка, верно?

— ...Ах ты ничтожество. Ты совсем не понимаешь своего места.

Выражение её лица мгновенно изменилось. Розмари с грохотом ударила по столу, обнажив острые клыки.

— Я собиралась пощадить тебя, раз уж ты на хорошем счету у великого инквизитора... но ты сам перешел черту. Ладно. Но у меня есть условия.

— Какие условия?

— Проигравший исполняет одно желание победителя. Если выиграю я, то подвешу тебя голышом посреди рыночной площади. О твоей глупости еще полдня будет судачить весь город.

— Ого. Как страшно. От одной мысли мурашки по коже. Но...

Я усмехнулся.

— Не слишком ли это мелко?

— ...Что ты сказал?

— Давай сделаем всё проще и честнее. Забудем о желаниям и прочей ерунде.

Я указал пальцем в пол.

— Проигравший становится псом победителя.

В глазах Розмари промелькнуло подозрение. На мгновение она лишилась дара речи, явно не понимая, откуда во мне столько уверенности.

— ...Правила?

— Никаких особых правил. Кто сильнее, тот и победил.

— Без постороннего вмешательства?

— Раразумеется. Зачем бы я вообще это затевал, если бы хотел вмешательства? Если тебе нужны гарантии честности, свидетелем может выступить инквизитор Раадатук. Как тебе такое?

— Ха. Идет. Он не потерпит жульничества.

Стол, в который вцепилась Розмари, с треском раскололся пополам.

— Наедайся кормом заранее. Если я выиграю, то первым же делом посажу тебя на голодный паек на целую неделю.

— Ой-ой, как жестоко. А я вот не собирался морить тебя голодом.

Я хрустнул шеей.

— Я всего лишь хотел заставить тебя исполнить голышом догэдза. Что ж, придется добавить к этому еще кое-что.

◇ ◇ ◇

— Ты с ума сошел?!

Димонаас сорвалась на крик. Я поковырял пальцем в ухе. Ой, моя барабанная перепонка чуть не лопнула.

— Всё уже решено — мы деремся завтра. Разве это не идеальный вариант, раз уж мы разберемся со всем до прибытия Культа Змеи?

— Да разве на этом всё закончится?! Поверить не могу... Я так переживала, что два неуправляемых тарана окажутся в одном месте, а они уже успели натворить дел?..

Димонаас покачнулась и бессильно опустилась в кресло.

— Ты ведь сам знаешь, Захад. Мы сейчас в изоляции. Мы не можем дать архиепископу Дуэйну ни единого повода вцепиться в нас. Этот человек злопамятен и мелочен. Стоит ему заметить хоть малейшую трещину, и он сделает всё, чтобы расколоть нас до конца.

— Считай, что мы просто ускорили то, что всё равно должно было случиться.

— И что же должно было случиться?

— Вы и сами прекрасно знаете, великий инквизитор. Розмари. Эта инквизиторша. У неё несносный характер.

Димонаас вздрогнула. Я продолжил говорить спокойным тоном.

— Это столкновение произошло бы в любом случае. Розмари... эта кошка шипит так, словно кто-то осквернил её территорию. Она ведь служит здесь гораздо дольше Раадатука, верно? Очевидно, что она не способна приспособиться к новому Пятому отделу Инквизиции и пытается вернуть всё к прежним порядкам — и вы собираетесь просто закрыть на это глаза?

— Но...

— Расовая дискриминация, принудительные сборы в выходные дни ради «дисциплины»... Вы знали, что она даже не дает им нормально поесть? Заставляет вылизывать подносы дочиста, если они капризничают с едой? Как бы вы себя чувствовали, если бы вам запретили отдыхать, пока вы не съедите ненавистные огурцы, великий инквизитор Димонаас?

— Это действительно переходит все границы.

— Вот именно. Она перешла черту, так что я выбью из неё всю дурь.

— Нет. Нет. Погоди секунду.

Димонаас легонько постучала пальцами по столу.

— Хорошо. Ладно. Я тоже не хочу возвращения к старому. Только-только сплотившийся второй эшелон развалится, а едва наладившиеся отношения между первым и вторым эшелонами снова испортятся. Но выбранный тобой метод неверен. Драка — это не единственный выход.

— Зато самый быстрый.

— Быстрый, но безрассудный. Розмари — закаленный в боях ветеран. Ветеран среди ветеранов. Она способна сражаться на равных с самим Раадатуком. В Пятом отделе Инквизиции нет никого, кто мог бы усмирить её, не получив при этом увечий. Даже мне пришлось бы получить тяжелые раны.

Димонаас тяжело вздохнула.

— ...Ты ни за что не сможешь её победить, инквизитор Захад. Зачем ты сделал столь безрассудный выбор?

— Я смогу её победить.

— Что?

Она удивленно захлопала глазами. Молча слушавший до этого Раадатук негромко произнес:

— Простите, что вмешиваюсь, великий инквизитор... но мой названый брат, по крайней мере, так просто не проиграет.

— Что значит... нет, о чем вы оба вообще говорите? Я слышала, что он отличился в битве с Бейгнисом, но даже при этом он всё еще остается на уровне послушника, разве нет?

— Разве я не говорил вам? Он сражался на передовой.

— Да я думала, ты шутишь! Это было взаправду? Захад тогда был всего лишь послушником. Я знаю, что он неплохо владеет Мечом Суда, но... ты хочешь сказать, что он шел в авангарде и крушил черепа демонам?

Димонаас задумалась. Она пробормотала что-то себе под нос, а затем резко вскинула голову.

— Ох. Понятно. Так вот в чем дело. Ну надо же, вы меня не на шутку напугали! Как некрасиво с вашей стороны.

— ...?

— Хватит паясничать. Довольно!

Димонаас рассмеялась, слегка промокнув уголки глаз.

— Ну надо же. Вы двое сговорились, чтобы разыграть меня, верно? Такого просто быть не может. Боже мой. Ладно, вся эта история с поединком против Розмари — тоже ложь, ведь так? Ха. Я ведь почти поверила. Захад, у меня сердце чуть в пятки не ушло. Не пугай меня так больше. Если повторишь подобное, я тебя накажу.

— ...?

— Я же сказала, прекрати. Это уже не смешно. Совсем не смешно. Быстро признавайся, что это шутка.

Я переглянулся с Раадатуком и пожал плечами.

Стул Димонаас с грохотом опрокинулся навзничь.

— Э-это правда?! Раадатук не преувеличивал твои заслуги, чтобы выгородить тебя?! И ты действительно собираешься драться?! С Розмари?!

А.

Так вот откуда исходило то едва уловимое недоверие, которое я постоянно ощущал.

Что ж, слова излишни. Я докажу всё делом.

— Раадатук. Будешь свидетелем?

— Ты уверен в своих силах?

— Конечно.

На мне висит куча штрафов, но я не чувствую, что проиграю. Меня также не беспокоило, что кто-то может заметить мою искаженную Святую силу во время боя.

Апостол Ра ведь лично поручилась за это, верно? Никто ниже уровнем, чем Дуэйн или Арпина, ничего не заподозрит. Пока я держу Димонаас под контролем, никакого вмешательства не будет. Да и сама Димонаас в любом случае окажется слишком занята работой, чтобы присутствовать на поединке.

— В последнее время я многое осознал, так что тебе не стоит беспокоиться о моем поражении.

Я и так знал большинство приемов Розмари. Главное — вовремя среагировать, когда её меч трансформируется в топор, и тогда я смогу закончить всё быстро и чисто.

Конечно, оставались переменные. Мой уровень, скорее всего, ниже её, к тому же не стоило забывать про её владение оружием и священные искусства.

Но нельзя всю жизнь участвовать только в тех битвах, где победа гарантирована. К тому же для меня это было в новинку.

Настоящий бой против противника равного уровня.

Мое сердце забилось чуть быстрее. Неужели я наконец-то испытаю вкус настоящего сражения?

Перед ПвП просто невозможно устоять!

◇ ◇ ◇

Розмари сделала глубокий вдох. В тренировочном зале, где свидетелем выступал Раадатук, воцарилась тишина. Вдоль стен сидели паладины первого и второго эшелонов, но никто не проронил ни слова.

Святая сила давила сверху, делая атмосферу тяжелой и неподвижной. Розмари осмотрела свое оружие — затупленный тренировочный меч. Впрочем, если ударить им достаточно сильно, исход всё равно окажется смертельным.

Стоит ли ей сдерживаться? Или просто избить его без всякой жалости?

— Что так долго?

Она выбрала второе.

Розмари поднялась, навострив кошачьи ушки. Её сузившиеся от напряжения глаза впились в стоявшего перед ней инквизитора.

Говорят, пришлый камень выбивает тот, что пролежал на месте веками.

Розмари любила Пятый отдел Инквизиции. Она накопила достаточно заслуг, чтобы стать великим инквизитором, но так и не ушла, поскольку считала это место своим домом.

Своей территорией. Местом, где она проведет всю свою жизнь. И вот теперь перед ней стоял тот, кто пытался всё изменить.

Северные варвары, вонючие, отвратительные и склонные к предательству.

Бесполезные твари, лишенные талантов, но открывающие рты лишь для того, чтобы что-то требовать.

Недоделанные горе-жрецы, оценивающие всех ради собственной выгоды и следующие за этим человеком.

С точки зрения Розмари, паладины второго эшелона были семенами зла, которые следовало выполоть. А человек, за которым они шли, наверняка был столь же гнилым.

Одним этим ударом она поставит стоящего перед ней мальчишку на колени.

Она заставит его лизать землю до конца дней своих и сотрет в порошок.

Чем больше она думала об этом, тем сильнее закипала её ярость.

Как он смеет...

Как ты смеешь бросать мне вызов в Пятом отделе Инквизиции?!

Я вырву твой поганый язык!

— Начнем.

— Что ж, обойдемся без лишних церемоний, верно?

— Ты прав. Отойди, Раадатук.

Розмари шагнула вперед. Буйная Святая сила вспыхнула пламенем, охватившим всё её тело.

— Бой уже начался.

Оружие её противника — двуручный меч. Грубое, тяжелое оружие, совершенно не подходившее телосложению юноши.

Она понятия не имела, о чем он думал, выбирая такой клинок, но это не имело значения. Розмари крепче сжала рукоять меча.

Что бы это ни было, она сокрушит его лобовой атакой!

— Вжух!

Вспыхнуло яростное пламя. Святая сила раскалила лезвие так, словно оно вот-вот расплавится.

Рассекающий удар меча.

Лязг столкнувшейся стали.

Удар.

И столкновение.

— КРРРРРРРА-А-А-АНГ!!!

Розмари двигалась стремительно, непрерывно следя за противником взглядом. Она анализировала слабости врага и предугадывала его действия.

Её меч опустился с такой силой, что мог бы разрубить двуручник пополам. Последовавший за этим обмен ударами на мгновение окрасил тренировочный зал в багровые тона.

Меч Суда — Третья форма

[Белое перо]

Клинок на мгновение вздрогнул, и бушующее пламя испустило яростный рев.

— КРРРРРРРА-А-А-АНГ!!!!

Двуручный меч отбросило назад. Яростный шквал огненных ударов пробил его защиту. Розмари стиснула зубы.

Силен. По крайней мере, его навыки соответствовали дерзким речам. Подумать только, её «Белое перо» сумело лишь пробить его блок!

Но этого всё равно слишком мало!

Меч Суда — Седьмая форма

[Вращающийся выпад]

Её пальцы скользнули по рукояти, меняя хват. Меч, удерживаемый лишь за самый край, двигался с невероятным изяществом, а искры пламени разлетались подобно звеньям движущейся цепи.

Окутанный огнем выпад. В тот самый миг, когда она направила клинок ладонью вперед, пламя взорвалось.

Стоящего перед ней инквизитора поглотило багровое зарево.

— КРРРРРРРА-А-А-АНГ!!!

Говорят, когда жрецы Культа Ра сражаются друг с другом, взрывы и пламя не утихают ни на секунду. Прямо как сейчас.

Находясь в самом центре бушующего огненного вихря, Розмари выпрямила свой меч.

Это еще не всё. Этого мало. Следующий удар, немедленно!..

— Неплохо.

Пламя на миг рассеялось. Торс Захада, которого до этого теснили назад, замер и резко качнулся вперед. Двуручный меч пришел в движение. Из положения, в котором замах казался физически невозможным, его нога вместо этого сделала шаг вперед.

Обрушился стремительный удар меча.

По спине пробежал холодок.

В то же мгновение Розмари предпочла уклонение контратаке. Удар лишь слегка задел её, но к нему тут же прицепилось пламя. Последовавший за этим запоздалый взрыв на секунду лишил её слуха.

— КРРРРРРРА-А-А-А-А-А-АНГ!!

Всё перед глазами залило красным. От одной лишь взрывной волны её окутанное Святой силой тело отбросило назад.

Ч-что?

Что это за безумная разрушительная мощь?

Розмари мгновенно восстановила равновесие. Звериные инстинкты отчаянно предупреждали её об опасности.

Здесь крылось что-то еще. Что-то, о чем она даже не подозревала.

Он посмотрел на неё. Огромный меч покоился на его плече, совершенно не сочетаясь с его невысоким ростом. Горящий взгляд. Воздух вокруг него налился свинцовой тяжестью.

— Вот это я понимаю, настоящее ПвП.

Он улыбнулся.

— Ну что? Нападать собираешься?

Ощутив перемену в атмосфере, Розмари вместо ответа лишь крепче сжала свой меч.

Ей пришлось пересмотреть свою оценку. Стоящий перед ней противник не был обычным инквизитором.

Невероятная стойкость. Аномальная разрушительная сила. Огромный радиус поражения.

«...Да он ничем не отличается от объятого пламенем демона?!»

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Змея и Солнце (4)

Глава 52: Змея и Солнце (4)

Раадатук знал. Он знал, что Захад был Апостолом Бога Солнца Ра.

Он знал, что Захад действовал на совершенно ином уровне, нежели другие инквизиторы.

Любой, кто хоть раз поднимал меч бок о бок с ним, почувствовал бы это. Именно он прорубил путь вперед сквозь того адского Демона-Глаза — монстр, который размахивал своей Святой силой целыми днями напролет, не зная усталости.

Его способность трезво оценивать ситуацию, возможно, все еще уступала навыкам самого Раадатука. «Но ненадолго», — подумал Раадатук. Он не сомневался, что через год или два Захад полностью его нагонит.

Талант, бросавший вызов любым условностям.

Непревзойденный гений.

Раадатук часто считал своих подчиненных способными. Но с того момента, как он встретил Захада, все они перестали выдерживать какое-либо сравнение.

Талант, способный изменить само восприятие мира — так как же он мог так легко проиграть Розмари?

Он ожидал захватывающего дух столкновения. Даже выступая в роли свидетеля, он думал, что развернется битва, за которой стоит понаблюдать — та, у которой можно чему-то научиться.

И все же...

— БАХ! БАХ! БАХ! БАХ! БАХ!!!

— Почему... почему?! Почему ты просто не сдохнешь?!

— РОЗМАРИИИИИИИИИ!!

— КЬЯЯЯЯЯЯЯ!! Отойди от меня! Демон! Чудовище! Раадатук! С ним что-то не так?! Он принял какой-то допинг?!

— Еще один шаг!

— БА-БАХ!!!

— ХГИИИИИИИИИК?!!!

Раадатук нахмурился.

«Это... несколько отличается от того яростного столкновения, которого я ожидал».

«В таком темпе... разве это не превращается в одностороннее избиение?»

◇ ◇ ◇

Сила столкнулась с силой. Я приготовился принять на себя обрушившуюся волну бушующей Святой силы.

Искры разлетелись во все стороны. Ударная волна сотрясла все мое тело.

[Используется Исцеление (B).]

[Священная стена (B) разрушена.]

Удар прошил меня с головы до ног. Разрушенный священный барьер разлетелся, подобно осколкам стекла.

Я тут же отступил назад, укутывая себя новым барьером. Не успел я и вздохнуть, как ее меч снова устремился ко мне.

Удар, от которого в голове едва не помутилось, пронесся по моему телу.

— БА-БА-БАХ!!!

— Почему... почему ты не сдыхаешь?!

«Почему, спрашиваешь?! Да потому что я рожден для такой драки!»

Я мгновенно сделал широкий замах двуручным мечом, и колоссальная Святая сила обвила кончики моих пальцев.

— БУМ!!!

Земля под моим ударом раскололась, заставив содрогнуться весь тренировочный зал. Розмари едва успела уклониться и теперь тяжело ловила ртом воздух.

— Ты с ума сошел?! Если бы это попало в меня, я бы точно сдохла!

— Тогда нападай так, будто готова к этому!

Я распалялся.

Медленно, но верно во мне разгорался азарт.

Казалось, я вернулся в те дни, когда играл в игру — когда обожал бросать вызов неигровым персонажам.

Сила, бурлящая во мне, и разум, работающий быстрее мысли, стоило лишь оказаться зажатым в угол.

Инстинкт, опережающий разум всего на полшага!

Нахлынувшая грубая сила отбила ее летящий меч вверх, и я, развернув плечо, с размаху впечатал локоть прямо в живот Розмари.

— БУЭ-Э-ЭП?!

Барьеры, которыми она себя окружила, разлетелись один за другим. Ее тело, неспособное поглотить силу удара, с грохотом врезалось в стену.

Нельзя сказать, что я сам не получал урона. В перерывах между яростными контратаками Розмари я сплевывал кровь, скапливающуюся во рту.

Исцеление — не панацея. Внешние раны затягивались быстро, но с внутренними повреждениями все обстояло иначе. Накапливающийся урон опережал скорость моего восстановления.

Но в то же время я продолжал расти. Мое владение мечом, до этого слегка неуверенное, теперь буквально сливалось с телом, словно рука наконец нашла идеальный хват.

Это выходило за рамки простого использования навыка — это было полное освоение его сути.

Я закинул двуручный меч на плечо. Отлично. Раз уж мы зашли так далеко, тебе самое время показаться!

Ну же! Трансформация формы! Секретная священная техника Розмари!

— ...Ах ты ублюдок! Тварь! Чтобы кто-то вроде тебя! Кто-то вроде тебя!

Вот оно!

Я устремил взгляд на меч Розмари, рассекающий пыль. Раскаленный металл и запах железа!

Ее козырь! Последняя секретная техника, которую она держала взаперти!

Вращающаяся... пила...?

— ......?

«Что-то не так».

«Почему меч не превращается во вращающуюся пилу?»

«Неужели она считает, что все еще увидела недостаточно, чтобы раскрыть свои карты?»

Я тут же сменил стойку. Значит, она не покажет свой скрытый прием, пока не получит подавляющее преимущество — вот как!

Сила хлынула в замах моего двуручного меча. Впервые по-настоящему яростно взревела Святая сила, вспыхнув с искренним намерением.

[Он поднял ногу и посмотрел вниз —]

[Все, что осталось, было пеплом.]

[Используется Сокрушительная тяжесть, карающая тьму — Топот (S).]

— ...А?

Розмари застыла на месте. Каждый волосок на ее теле, от макушки до кончика хвоста, встал дыбом.

— Э-э-э-это...?!

Пламя уплотнилось. Каждая разлетевшаяся искра втянулась обратно в двуручный меч, меняя его форму.

Благословение, дарованное богом. Величие навыка S-ранга, доступное лишь тем, кто перешагнул черту.

Трансформация формы.

Оружие, сотканное из Святой силы, снизошло на двуручный меч. Это ничем не отличалось от временного воплощения священной реликвии. Священная техника, созданная исключительно из Святой силы.

Это было не чем иным, как чудом, превосходящим обычные священные искусства.

Сгустившееся пламя окутало двуручный меч. С тихим шипением вырвался небольшой язычок огня, заставив Раадатука тяжело сглотнуть.

Я шевельнул рукой. Раадатук поспешно выкрикнул:

— П-подождите! Инквизитор Захад!

— Не беспокойся об этом, Раадатук! — я широко ухмыльнулся. — Она ведь тоже так умеет, так что все честно... верно...?

Розмари выронила меч. Ее глаза, лишенные всякой воли к борьбе, уставились на реальность, которую она отказывалась принимать.

— Почему... почему... как... кто-то вроде тебя... что за...

— ...Только не говори мне. Ты...

Я опешил. Погодите — неужели дело в текущем моменте временной шкалы? Обычно Розмари была сильнее Раадатука, разве нет?

Неужели в этой временной шкале...

— Ты ведь не умеешь использовать Трансформацию формы, верно?

«Она гораздо слабее той Розмари, что была в большинстве сценариев?»

— ...На что именно ты рассчитывала, когда ввязывалась в этот бой?

Розмари не ответила. Она лишь стояла на месте, дрожа всем телом и глядя перед собой абсолютно пустым взором.

Я отбросил двуручный меч в сторону. Кошка, уже потерявшая всякую волю к сопротивлению, дрожала, не смея даже встретиться со мной взглядом.

«Ах, черт. Зря только распалился. Значит, все решено. Какое разочарование после стольких ожиданий».

...Но мое раздражение все еще никуда не делось.

— Эй, кошечка.

— А... а?

— Зубы сожми.

Я окутал руку Святой силой и лучезарно улыбнулся:

— Давай для начала я тебя пару раз ударю.

◇ ◇ ◇

Брови Димонаас озабоченно поползли вверх, когда она выслушала доклад Раадатука.

— ...Прошу прощения? Он действительно победил?

— Да.

— Нет. Погоди-ка.

«Он действительно победил? Розмари? Эту закаленную в боях воительницу, прошедшую через огонь и воду?»

— Ты ведь... не шутишь?

— Я не шучу. — Раадатук вздохнул. — Великий инквизитор. Его невозможно оценивать по обычным меркам. На данный момент он овладел «Чудом».

— ...Инквизитор Раадатук. Эта шутка совсем не смешная.

Димонаас откинулась на спинку кресла, бессильно опустив плечи.

Она знала. Она знала, что Раадатук не из тех, кто шутит или лжет.

Но сейчас все было иначе. Вес этих слов был совсем другим. Пропасть между священной техникой и чудом была огромной.

— Ты хоть понимаешь, что такое «Чудо», прежде чем говорить подобное?

— Понимаю.

— Без одной лишь чистой Святой силы для этого нужно быть как минимум на уровне архиепископа. Я знаю, что он Апостол, но одной лишь чистой Святой силы здесь недостаточно.

На кончиках пальцев Димонаас заплясал огонек.

— Контроль над Святой силой... сплетение бесчисленных высокоранговых священных техник воедино... это означает выход за пределы человеческих возможностей. И тем не менее — этот мальчишка, который еще даже не стал совершеннолетним, сотворил Чудо?

— Я видел это своими глазами.

— Как далеко он зашел? На каком уровне он находится прямо сейчас?

— Пламя уплотнилось, и форма оружия изменилась. Багровый двуручный меч. Он походил на оружие, описанное в священных писаниях.

— Это оружие...

— Меч, который, как говорят, был выкован из пламени, использованного Ра, чтобы растоптать демона. — Капля холодного пота скатилась по лицу Раадатука. — ...Это был Топот.

Димонаас с размаху опустила лоб на письменный стол.

— О боже, о боже, о боже, о боже, о боже, о боже, о боже, о боже, о боже, о боже, о боже...

Это было событие, которое следовало встретить с распростертыми объятиями. И все же Димонаас не могла унять пробежавшую по спине дрожь.

Если этот клинок таланта когда-нибудь повернется против нее — что тогда?

— Г-где он сейчас?! Мне нужно поговорить с ним лично!..

— Он должен быть... уже на подходе.

Тук-тук.

Никогда в жизни Димонаас не находила стук в дверь столь пугающим. Подавив дрожь в голосе, она постаралась ответить как можно спокойнее:

— Войдите.

Дверь отворилась. Вошедший был не один.

Если быть точным... Их было «двое».

— Воу, полегче.

Нечто вползло в комнату на четвереньках. Захад восседал на нем верхом. Димонаас перевела взгляд. В его правой руке был поводок.

И то, на чем он ехал верхом, было не зверем, а «человеком».

— ...Захад?

— Да?

— На чем именно ты едешь верхом?

— А. — Он похлопал то, на чем сидел. Лицо этого существа превратилось в сплошное месиво. Оно все распухло, словно по нему хорошенько прошлись кулаками. — Мой питомец. Только что завел — как тебе?

— Как мне?! Это же Розмари, не так ли?!

— Хм? Вовсе нет. Это моя собака.

— Что это еще за собака?!

— ...Кошка?

— С-слезь немедленно! Кто-нибудь может увидеть! Розмари?! Ты в порядке?!

Розмари подняла голову. Ее глаза были абсолютно пустыми. Ответ оказался столь же лаконичным:

— ...Мяу.

— Хорошая девочка. Молодец.

— Что, во имя всего святого, ты с ней сделал?!

— Да ничего особенного. Вообще ничего такого. — Захад пожал плечами. — Отныне на любые вопросы отвечать только «мяу», поняла?

— Ты обращаешься с ней как со скотиной?!

— Я же сказал, она мой питомец. Разве ты не видишь поводок? К тому же Раадатук изначально выступал свидетелем.

— Инквизитор?!

Раадатук молча отвел взгляд.

— ...Я собирался доложить об этом.

— На твоем лице написано, что ты бы и слова не сказал, если бы я не спросила!

Димонаас поспешно зашевелилась. Она наложила исцеляющую технику на распухшее лицо Розмари.

— Д-для начала отпусти поводок! Розмари! Розмари! Приди в себя!

— ...Мяу.

— Ха-ха! Она уже сломлена и телом, и душой! Ничем не отличается от ходячего трупа!

— Прекрати толкать речи как третьесортный злодей! У нас срочное дело! Делегация Культа Змеи прибыла к окраинам города! — Димонаас взвизгнула. — Нам нужно немедленно отправиться на встречу с ними! А ты оставил Розмари в таком состоянии — и что нам теперь делать?!

— Интересно, как там поживает Изабела.

— Послушай меня!

Димонаас осознала. Сейчас было не время пугаться дарованного богом таланта.

Этот парень просто круглый сумасшедший!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Змея и Солнце (5)

Глава 53: Змея и Солнце (5)

Апостол Культа Змеи Эстель подняла взгляд на раскинувшийся перед ней сияющий город, один из немногих великих мегаполисов на северных рубежах империи.

Слегка покачивая ногами, которые едва доставали до пола, она вздохнула. Карета оказалась куда менее удобной, чем она ожидала: из-за низкого роста ступни повисли в воздухе, и ноги уже начали ныть.

— Эстель, может, тебе стоит немного прилечь...

— Прическа испортится. Нет.

Та, кто наносила визит в Культ Ра, не была «Апостолом Эстель».

В Культ Ра прибыло «лицо Наги».

Она не могла позволить себе ни единого изъяна. Ей надлежало выглядеть благородно, источая истинное изящество, чтобы никто не посмел смотреть на нее свысока или отнестись без должного почтения.

Это была их первая официальная аудиенция, на которой они выступали не как мелкая секта, а как одна из признанных государственных религий империи, встречающаяся с другой на равных.

Эстель, как и Изабела, разоделась в пух и прах. В отличие от привычных скромных жреческих одеяний, сегодня они обе сияли, словно звезды на ночном небе.

Ехавшая с ними охрана то и дело бросала на девушек украдкие взгляды, отчего Изабела обреченно опустила плечи.

— Я ведь всего лишь страж, не было никакой нужды так наряжаться...

— Ты выглядишь прекрасно. Все в порядке.

— Н-но... даже так... чтобы простая начальница стражи так вырядилась...

— Ты сама говорила, что хочешь его увидеть.

— Ха, ха-ха-ха, но...

Она запнулась, не найдя, что ответить.

— Если точнее... не то чтобы я прямо хотела его видеть... мне просто немного любопытно, как у него дела... вот и все...

— А разве это не одно и то же?

— Я-я просто имела в виду, что мне хватит и взгляда издалека!..

— Если хочешь кого-то увидеть — нужно смотреть. Я чуть не потеряла тебя, потому что все время откладывала это на потом.

Эстель легонько прислонилась головой к плечу Изабелы.

— ...Я до сих пор сожалею. О том, что оставила тебя тогда одну.

— ...Эстель.

Осторожно приобняв девушку за плечи, Изабела прикрыла глаза.

— Я в порядке. Разве я не вернулась целой и невредимой?

— ...

— Мое место рядом с тобой, Эстель. Я никуда не уйду, так что тебе не о чем волноваться.

Их связь тянулась с самого детства — два человека, которые вновь обрели друг друга в стенах Культа Змеи.

Эстель взяла Изабелу за руку.

— Я тут подумала.

— ...О чем?

— Тебе ведь нужен этот мужчина, верно? Тот самый спаситель, о котором ты постоянно говорила. И по совместительству — тот, кто, судя по всему, стал Апостолом Наги.

Апостол слегка запрокинула голову.

— Как бы мне переманить его в Культ Змеи?

— ...А? Ч-что ты имеешь в виду...

— Ты ведь хочешь его увидеть, Изабела.

Прижимаясь щекой к руке Изабелы, Эстель посмотрела на нее снизу вверх.

— Я приведу его к тебе. Ведь именно это сделает тебя счастливой, да?

— Эстель?!

— Предоставь это мне.

Она все для себя решила.

— Я сделаю тебя счастливой, Изабела.

◇ ◇ ◇

Голос Димонаас разнесся над толпой:

— Всем проверить форму! Осмотрите друг друга! Чтобы ни единой складки! Захад! А ну немедленно сними этот ошейник!

— А-а?

— Перестань издавать эти нелепые звуки и живо снимай!

Тяжело выдохнув, я смахнул одинокую слезу, скатившуюся по щеке.

— Розмари. Не грусти. Даже без ошейника ты все равно остаешься моим питомцем.

Окончательно сломленная Розмари безропотно отозвалась:

— ...Мяу.

— А ну прекратили этот цирк и сосредоточились! Боги, за что мне это! Эй, ты! У тебя форма перекошена!

Нас, в общей сложности десять человек, выстроили у главных ворот штаб-квартиры Культа, чтобы лично встретить делегацию. Я же оказался здесь только потому, что донимал Димонаас до тех пор, пока она не сдалась.

«Заранее предупреждаю — только попробуй устроить неприятности!»

Неприятности? Умоляю.

Я всего лишь пришел проверить, как там поживает моя лучшая инвестиция.

К главным воротам Культа подъехало несколько карет, и их дверцы распахнулись.

Собравшиеся Инквизиторы резко и синхронно вдохнули. Даже у меня от удивления округлились глаза.

Что вообще значит «принарядиться»?

Развернувшаяся передо мной картина заставила глубоко задуматься над этим вопросом. Первой из кареты вышла знакомая — Изабела. Знакомая и в то же время совершенно чужая.

— ...Какого черта.

Выругалась Димонаас, чья вечная маска невозмутимости треснула в одно мгновение. Я же поймал себя на том, что щипаю собственное бедро, проверяя, не сплю ли.

Мы вместе прошли через пекло передовой, но я совершенно не помнил такого лица. Утонченный макияж, мягкие, приглушенные тона. Надетые на нее одежды доводили ее очарование до абсолютного максимума, ничуть не нарушая присущую ей спокойную ауру.

От одного взгляда на нее мое сердце пустилось вскачь, а в горле пересохло так, словно его внезапно сдавило спазмом.

[«Молитва Бога Солнца» блокирует ментальное заражение.]

Серьезно?

Теперь обычная красота считается ментальным заражением?

Следом, держа Изабелу за руку, спустилась еще одна фигура. Девушка значительно ниже нее ростом. Если Изабела излучала сексуальность и эффектность, то эта незнакомка казалась до безумия милой и очаровательной — прямо как маленькая куколка.

В ней словно переплетались черный и глубокий фиолетовый цвета. Но в тот момент, когда ее ноги коснулись земли, я невольно сделал шаг назад.

От нее естественно исходила аура жажды убийства, подкрепленная темной Святой силой.

Апостол Наги. Эстель из Культа Змеи.

— ...Великий инквизитор Культа Ра, Димонаас, свидетельствует свое почтение дочери Наги.

Склонив голову, Димонаас приложила руку к груди и отдала официальный салют.

— Я немедленно провожу вас.

— ...Будьте любезны.

Больше не было произнесено ни слова. Воцарилась густая тишина.

Эстель и Димонаас зашагали впереди бок о бок. Между охраной Культа Змеи и Инквизиторами повисло едва уловимое напряжение.

Но мне-то какое дело.

Что я вообще должен был с этим делать?

Я резко подался вперед, заглядывая Изабеле прямо в лицо.

— Сестренка.

Мазнув по мне взглядом, она плавно отвернулась. И продолжила идти вперед, как ни в чем не бывало.

Эй. Моя лучшая инвестиция.

Смеешь меня игнорировать?

— Сестренка?

— ...

— Сестренка? Изабела? Сестренка?

— ...

— Ты что, меня не видишь?

— ...Смотри вперед, — едва шевеля губами, прошептала она. — Смотри вперед. И не смей делать вид, что мы знакомы.

— Это еще почему, мы ведь знаем друг друга?

— Ммм-м-м...

— Почему?

Как только мы завернули за угол, Изабела схватила меня за шкирку, обменявшись быстрым взглядом с идущим рядом паладином сопровождения.

Тот коротко кивнул и, мгновенно заполнив брешь в строю, последовал за Эстель, будто ничего и не произошло.

Только убедившись, что они скрылись из виду, Изабела накинулась на меня:

— Ты! Тебе нельзя так делать!

— Как «так»?

— Как ты вообще додумался заговорить со мной на официальном мероприятии?! Люди ведь точно возненавидят тебя за это! Пусть Культ Змеи и признали одной из тринадцати государственных религий империи, их отношение к нам ни капли не изменилось!

— Они и так меня ненавидят.

— ...Что? Кто вообще смеет тебя ненавидеть? Только не говори мне, что прямо сейчас...

Взгляд Изабелы помертвел.

— Мне их убить?

— Шучу-шучу. Расслабься, сестренка.

Чуть до инфаркта меня не довела. А я-то уж подумал, что она напрочь забыла долг жизни.

— Давненько не виделись, сестренка. Разве ты по мне не скучала?

— ...

Вместо ответа Изабела молча сжала меня в объятиях. Ее хватка стала крепче, а волосы щекотнули мне кончик носа.

— ...Я так скучала, — прошептала она.

— Я рад. А то я уж было начал думать обратное.

— К-как я могла забыть. Я бы никогда не забыла. И не забуду. Но Захад... ты в порядке? Ничего не стряслось?

Тревожно оглядываясь по сторонам, она пробормотала с расфокусированным взглядом:

— Я ведь сама только что видела. Почему люди в твоем же Культе смотрят на тебя так?

— Ты о ком?

— Все, от наблюдателей в окнах до случайных прохожих. Даже те, кто выглядят как истинные верующие — все они таращились на тебя с явным презрением.

— А-а, это, наверное, из-за моего доноса?

— Доноса? В каком смысле?

Я вкратце обрисовал ей ситуацию, отчего рука Изабелы тут же скользнула к эфесу меча.

— ...Где этот ублюдок Беверик?

— Он уже под замком.

— А как же его отец? Что случилось с этим Епископом Броди?

— Хм. С тех пор я с ним не пересекался, так что даже не знаю.

— ...Мне его убить?

— Нет, сестренка. Если устроишь сцену, все обернется большими проблемами.

Я ей явно пришелся по душе. Отлично растешь, моя лучшая инвестиция. Да еще и служишь самому Апостолу.

Широко улыбнувшись, я ответил:

— Больше всего на свете я сейчас рад нашей встрече, сестренка.

— ...Угх.

Изабела снова стиснула меня в объятиях.

— ...Слушай. Захад. Эстель кое-что сказала.

— Хм? И что же?

— Она сказала, что хочет забрать тебя в Культ Змеи.

— ...Прошу прощения?

Погодите-ка.

Что-то тут не сходится.

— И-и?

— Я ответила отказом. Сейчас твое место здесь. Но...

Приблизившись, она зашептала мне прямо на ухо:

— Судя по ситуации, вокруг творится полный бардак. Похоже, здесь у тебя одни враги. Я права?

— А, нет. Есть тут и парочка союзни...

— Ты спас меня, так что... в этот раз я спасу тебя.

Изабела ласково погладила меня по голове.

— Пойдем со мной. Тебе незачем здесь оставаться.

— Чего?

◇ ◇ ◇

Обратно на свое место меня буквально несли на руках — Изабела не желала меня отпускать. Поймав мой взгляд, Димонаас впала в ступор.

«Что ты, черт возьми, творишь?»

«Все сложно.»

«Почему ты не вырываешься?»

«Она оказалась сильнее, чем я думал. Уровень Раадатука.»

«Плевать, Раадатук там или кто, почему ты не вырываешься?!»

«Не стоит волноваться. Выполнению миссии это не мешает.»

«Меня это бесит, так что живо выбирайся оттуда!»

После нашего немого обмена жестами Димонаас решительно зашагала в нашу сторону. Она встала прямо перед Изабелой, спиной к двери, за которой скрылась Эстель.

— Приветствую. Начальница стражи Изабела, наслышана о вас.

Димонаас лучезарно улыбнулась, вот только ее глаза при этом оставались абсолютно холодными.

— Кажется, «мой подчиненный» доставил вам некоторые неудобства... Я накажу его отдельно, так что, может, пока отпустите его?

— Никаких неудобств. Более того, мы как раз разделяем радость долгожданного воссоединения.

Изабела притянула меня еще ближе.

— Нас связывают личные отношения. Я его не ругаю, так что вам незачем беспокоиться.

— ...Аха-ха. Учитывая, что это официальное мероприятие, не лучше ли соблюдать должные приличия? Начальница стражи?

— Эстель дала свое разрешение. Она сказала, что я могу провести немного времени отдельно. Если это не доставит хлопот, я заберу Инквизитора Захада с собой.

Меня потащили прочь, но тут Димонаас мертвой хваткой вцепилась в мою руку.

Почему-то на ее улыбающемся лице отчетливо пульсировала вздувшаяся венка.

— Нет. Нет-нет-нет. Кажется, произошло какое-то недопонимание... Инквизитор Захад сейчас находится на задании. Вы не можете просто взять и увести его.

— У вас ведь есть и другие Инквизиторы.

— Есть вещи, с которыми может справиться только он.

— Звучит сомнительно — он все это время просто таскался хвостиком за Великим инквизитором Димонаас.

— Аха-ха.

Димонаас дернула меня на себя.

— Не соизволите ли вы отпустить моего подчиненного?

Изабела дернула меня обратно.

— Нет.

Я тоже решил подать голос:

— Вы мне сейчас руки оторвете.

И это не было шуткой — они реально собирались вырвать мне руки!

◇ ◇ ◇

Официальный визит Эстель означал лишь одно.

Официальное признание Культа Змеи государственной религией и вручение императорского эдикта, провозглашающего этот статус.

Внутри Культа Ра поднялась настоящая буря. Представители разных фракций собирались в группы и ожесточенно перешептывались между собой.

С какой стати жалкая еретическая секта получила статус имперской государственной религии?

Как можно позволять этим змеям вот так беспрепятственно ползать по территории Культа Ра? Это же верный признак конца света! И все в таком духе.

Разумеется, репутация Пятого отдела Инквизиции, принимавшего Культ Змеи, также оказалась под ударом. Поползли слухи, что они с самого начала состояли в сговоре со змеепоклонниками.

Но Димонаас даже бровью не повела. Напротив, она лишь пренебрежительно фыркала у всех на виду.

— Похоже, Дуэйн трудится в поте лица.

— Но эти слухи...

— Забей, Раадатук. Это просто беспочвенные сплетни. Со временем они сами собой утихнут. И даже если общественное мнение обернется против нас, у нас ведь есть собственный независимый источник финансирования, не так ли?

С этими словами Димонаас лениво перебирала мои волосы.

— Все, что нам нужно — это Захад!

И с каких это пор она заделалась моей преданной фанаткой?

Задумчиво жуя кусочек фрукта, я размышлял о том, что Дуэйн вел себя подозрительно тихо. Он был не из тех, кто просто распускает слухи и на этом успокаивается.

Наверняка он что-то готовит...

Интересно, связано ли это с моей первой официальной миссией в качестве Инквизитора?

— Захад. Держись от Культа Змеи подальше.

— С чего бы это?

— А сам как думаешь? Мне это не нравится.

— Что именно? Это же новая, набирающая силу организация. Чем ближе мы к ним подберемся, тем больше выгоды сможем извлечь...

— Хрусь!

— Ай!

— Может, ты просто молча сделаешь, как тебе сказано? Мм? Захад. Ты ведь не забыл, что являешься моим подчиненным? Извлекать выгоду из контактов с Культом Змеи — это моя работа, так что не лезь не в свое дело.

Димонаас приторно улыбнулась.

— Или, может, устроим небольшой рейтинговый матч?

С Розмари или Раадатуком я бы еще потягался, но с Димонаас — без вариантов. Не сейчас... да, пока не сейчас. Во всех виденных мной временных линиях она играючи преодолевала семидесятый уровень.

Придется встречаться с Изабелой втайне.

— Тук-тук.

В дверь постучали. Не удостоив ее и взглядом, Димонаас отозвалась, продолжая небрежно заплетать мне волосы с одной стороны:

— У нас сейчас время отдыха. Пожалуйста, возвращайтесь в рабочие часы, после часа дня...

— Это Эстель.

— ...А?

Послышался из-за двери детский голосок.

— Мне сказали, что Инквизитор Захад здесь. Пожалуйста, откройте дверь.

Зачем Эстель сюда пришла?

Только не говорите мне...

— ...Почему она тебя ищет?

— Э-э...

Почесав в затылке, я ответил:

— Кажется, она пришла меня вербовать. Зазывает в Культ Змеи.

— Что-о?!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Змея и Солнце (6)

Глава 54: Змея и Солнце (6)

— Я одолжу его ненадолго.

Эстель была абсолютно непреклонна. Димонаас до крови закусила губу, но не смогла выдавить из себя ни слова.

Апостол против Великого инквизитора.

Говорят, дома и стены помогают, но пропасть между этими двумя титулами оказалась слишком огромной. Улыбаясь сквозь едва сдерживаемые слезы, Димонаас отпустила меня, шепнув напоследок, что я ни в коем случае не должен перебегать на сторону врага, и пообещав удвоить мне жалованье.

Но что я мог поделать?

Я и так уже зарабатывал в несколько раз больше за один месяц.

Впрочем, я все равно не собирался никуда перебегать. Я уже выстроил прочный фундамент внутри Культа Ра. Не было никаких причин прыгать за борт.

Я молча разглядывал сидевшую напротив особу. Маленький ребенок, болтающий ножками в ожидании заказанного в кафе мороженого.

Разумеется, она была взрослой. По правде говоря, даже старше меня. Маленькая и милая на вид — но не просто милая, отнюдь нет.

Она виртуозно владела искусством политических интриг и проводила жесткую грань между союзниками и врагами. Стоило ей решить, что союзник больше не приносит пользы, она избавлялась от него без малейших колебаний.

Законченная рационалистка. И в игровых сценариях ее единственным истинным союзником почти всегда выступала Изабела. Если мне не изменяет память, они выросли в одном сиротском приюте.

Примечательно, что старшей сестрой из них двоих была именно Эстель.

— Ммм.

Эстель отправила в рот ложку мороженого прямо у меня на глазах. То, как она жевала, выглядело до невыносимости очаровательно.

В процессе она даже умудрилась перепачкать все лицо. Протянув салфетку, я осторожно вытер ей губы. Девушка слегка вытянула губки, словно для нее это было в порядке вещей.

— К слову, я не собираюсь переходить в Культ Змеи.

— Я знаю.

— ...? Тогда зачем ты пришла за мной?

— Мне было любопытно, что ты за человек.

— И каков твой вердикт?

— ...Ты. Ты идеально впишешься в Культ Змеи.

— Это ведь комплимент?

— Это оскорбление.

Эстель прикончила порцию мороженого, возвышавшуюся тремя ярусами, словно каменная пагода.

— Зачем ты сблизился с Изабелой?

— Честно говоря, просто случайно наткнулся.

— Ты с самого начала охотился на Демона-Глаза?

— Нашу торговую компанию ограбили, и я столкнулся с ней, пока преследовал преступников.

— Тогда зачем ты написал донос?

— По зову праведного сердца, которое просто не могло стерпеть несправедливость.

— Правда?

— Правда.

Изящные брови Эстель слегка нахмурились, когда она закончила донимать меня вопросами.

— Ни злодей, ни святой. Кто-то посередине.

— А кто вообще бывает идеальным воплощением одного или другого? Все меняется в зависимости от ситуации и точки зрения.

— Это верно. Тогда позволь задать тебе еще один вопрос.

Облизав ложку, Эстель собрала последние капли мороженого.

— Если Изабелу когда-нибудь изгонят из Культа Змеи — что ты будешь делать?

— ...Изгонят?

Мою лучшую инвестицию?!

— Гипотетически. Я хочу услышать ответ.

— Наверное, просто... помог бы ей, чем смог?

— Затянул бы ее в Культ Ра?

— Ни за что. Да брось. Это даже отдаленно невозможно.

— Сколько раз в месяц ты бы ее навещал?

— ...Может, три раза?

— Я бы навещала тридцать один раз. Я победила.

То, как она распушила перья от гордости, выглядело довольно забавно. Тот факт, что она демонстрировала эту совершенно иррациональную сторону своей натуры ради одного конкретного человека — в этом и заключалось ее очарование, не так ли?

Я сделал глоток принесенного кофе.

— И что? Ты получила ответы, которые искала?

— Некоторые из них. И я должна тебе кое-что передать.

— Кое-что передать мне?

— ...Подожди.

«Н-ну, я ведь говорила, что приготовила подарок... Ты все это время слишком сильно изматывал свой организм, Захад, поэтому я подумала, что должна хотя бы позаботиться о тебе...»

Какая прелесть!

— И что же это?!

— Прежде чем я это сделаю, хочу сперва кое-что проверить.

— ...Что именно?

— Твой уровень.

Поднявшись со своего места, она резким движением схватила меня за воротник.

— Хочу узнать, на что ты сейчас способен.

◇ ◇ ◇

Проверка уровня.

Иными словами, это больше походило на одностороннее избиение.

— Угх?!

Навык ⟨Сокрушительная тяжесть, карающая тьму — Топот (S)⟩ разлетелся вдребезги. Каждая священная техника, которую я наложил на свое тело, была разбита на куски и разбросана по полу.

Теневая Святая сила стекала с тела Эстель. Взмахнув мечом, она стряхнула с себя все еще цепляющиеся остатки Святой силы.

— ...Впечатляет.

В ее обычно безэмоциональном тоне проскользнула слабая нотка удивления.

— Ты сильнее, чем рассказывала Изабела.

— Ты избила меня до полусмерти, а теперь заявляешь такое.

Моя истощенная Святая сила начала восполняться, но я уже достиг своего предела. Я сражался больше половины дня, и в моем теле не осталось ни унции сил.

Если бы не Священный барьер, возведенный Эстель, шум от нашей драки точно дошел бы до ушей Дуэйна.

Раскинув руки и ноги в стороны, я рухнул на спину, тяжело глотая воздух.

«А я-то думал, что накопил достаточно опыта и характеристик... но до Апостола мне все равно не дотянуться, да?»

Что ж, Эстель была ветераном, годами варившимся в котле бесчисленных сражений. Думаю, вполне закономерный результат.

— Ну и?

Эстель легонько щелкнула меня по носу.

— Ты прошел.

— И что именно я прошел?

— Когда ситуация станет безвыходной, стань щитом для Изабелы. Сделай это, и я отдам тебе подарок.

— Ну... Я и так собирался за ней приглядывать... но неужели у Изабелы действительно так много врагов?

— Много. В лоне Наги большинство считает ее некомпетентной. Проблема даже не столько в ней самой, сколько в ее подчиненных.

Глаза Эстель сузились.

— Я не раз говорила ей избавиться от них, но она и слушать не хочет. Я не могу сломить упрямство Изабелы.

— Значит, в худшем случае ее могут изгнать из Культа?

— Такому сценарию не суждено сбыться. Я остановлю это. А ты — страховка.

Засунув руку в нагрудный карман, Эстель принялась там что-то искать.

[Теневой самоцвет]

Эликсир, пригодный для приема внутрь.

Согласно легенде, древнейший из когда-либо живших змеев носил с собой единственный драгоценный камень. Но когда злобный зверь похитил его, змей потратил все свои силы до последней капли, пытаясь воссоздать нечто подобное.

То, что родилось из этих усилий, оказалось неудачей. Неудачей по божественным меркам — но по человеческим стандартам оно ничем не уступало величайшему сокровищу.

Его можно создать лишь в самых темных, лишенных солнечного света пещерах, и только один самоцвет формируется раз в сто лет. В нынешнем Культе Змеи местонахождение пещеры и сам факт существования Теневого самоцвета покрыты мраком неизвестности.

При употреблении Теневого самоцвета могут возникать аномальные явления. Рекомендуется принимать его в присутствии человека, которому вы доверяете.

— При употреблении Теневого самоцвета возникнут сильные галлюциногенные эффекты.

— При употреблении Теневого самоцвета возникнут мощные эффекты потери контроля.

— При употреблении Теневого самоцвета пределы тела будут принудительно расширены.

— При употреблении Теневого самоцвета пределы Святой силы будут принудительно расширены.

— При употреблении Теневого самоцвета циркуляция Святой силы станет значительно более плавной.

— При употреблении Теневого самоцвета будет получен навык ⟨Черное болото — Фавела (A)⟩.

Охренеть!

И эта штука просто так достается мне?! Я уже давно чувствовал, что мои теневые священные искусства необычайно слабы, и это был мой шанс наверстать упущенное! По сути, я получал еще один козырь в рукав!

— У меня есть вопрос.

— Ч-что?!

— Почему ты не использовал священные искусства Наги во время нашего боя?

— Потому что... мои навыки владения теневым священным искусством просто ужасны?

— Используй их, и они улучшатся. Применяй то, чему тебя научила Изабела. Ты не станешь сильнее, если не будешь пускать их в ход.

— Это верно, но... технически я Инквизитор Культа Ра... использовать их в открытую было бы немного...

— Пока ты способен скрывать Святую силу, остальное не имеет значения, верно?

Она подняла свой меч, все еще находящийся в ножнах.

— Сначала немного поспи.

— А?

— Хрясь!

Она врезала мне по голове.

◇ ◇ ◇

— Просыпайся.

— Вугх?!

Я резко подскочил на месте. Прямо передо мной стояла Эстель. Солнце, ранее клонившееся к горизонту, уже полностью скрылось, уступив место взошедшей луне.

— Что за человек бьет кого-то по голове без всякого предупреждения?

— Но благодаря этому все уже готово.

Готово?

Призвав свою Святую силу, я зажег Священное пламя на кончиках пальцев — и слабый след теневой Святой силы, который мог засечь любой, кто был сильнее меня, бесследно исчез.

— ...Ого.

Значит, мне больше не нужно беспокоиться о том, что меня раскроют? Вдобавок ко всему, теневая Святая сила и Святая сила солнца, ранее так неловко разделенные, теперь слились воедино. Красное пламя, горевшее на кончиках моих пальцев, на мгновение поглотила чернота.

Переключение между Святыми силами также происходило удивительно плавно. Вскоре теневое пламя угасло, и Эстель заговорила:

— Постарайся научиться использовать их в смешанном виде.

— ...Разве такое вообще возможно?

— Раз уж они уже перемешались, то должно быть. Уровень сложности: максимальный. Это даже хитрее, чем та Трансформация формы, которую ты провернул. Но это определенно станет твоим преимуществом. Священная техника, доступная лишь тебе одному — избранному как Ра, так и Нагой — будет завершена.

«Подобного я никогда не видел в игре.»

«Если я действительно смогу завершить и ее... насколько же сильным я тогда стану?..»

— Я уже сам начинаю себя бояться...

— Ты что, душевнобольной?

— Спасибо, Эстель. Благодаря тебе я стал чуточку сильнее.

Эстель отряхнула руки. Присмотревшись к ней, я заметил крошечные бисеринки пота, выступившие на ее миниатюрном личике.

— Я выполнила все указания Госпожи Наги.

«Эстель... такая хорошая девочка... этот прекрасный изгиб ее шеи, и этот сладкий аромат... хаа... хаа...»

Я проигнорировал голос Наги.

— Значит, на этом наши дела закончены?

— Еще кое-что.

— Что теперь?

— Ты...

Она стояла, освещаемая лунным светом со спины.

— Ты действительно уверен, что не хочешь присоединиться к Культу Змеи?

— Да. Я уверен.

— Прямой ответ. Мог бы хотя бы подумать для приличия.

— Похоже, даже сама Эстель положила на меня глаз. Боже-боже...

— Я ухожу.

— П-подожди, я же пошутил.

Тяжело вздохнув, Эстель подняла меня на ноги и стряхнула с меня пыль.

— Не забудь о своем обещании защищать Изабелу.

— Не волнуйся. Но неужели это и есть конец твоей вербовочной речи?

— Разочарован?

— Нет. Просто судя по тому, как об этом говорила Изабела, казалось, будто ты перетащишь меня к вам несмотря ни на что.

— Если бы ты согласился, я бы в конце концов забрала тебя. Просто не сейчас. В данный момент лоно Ра куда безопаснее, чем Наги. Я сделаю тебе нормальное предложение, как только укреплю свои позиции.

«Значит, она не сдалась.»

«Что ж, это не имеет значения. Я все равно не собирался к ним присоединяться.»

— В любом случае, спасибо за помощь, Эстель. Если такой момент один на десять тысяч когда-нибудь настанет, я защищу Изабелу.

— ...Хм.

Эстель повернулась ко мне спиной.

— В обмен на твое обещание, я дам свое.

— И какое же?

— Только один раз. Если это будет в моих силах, я исполню любое твое желание, о котором ты попросишь.

Обернувшись, она посмотрела на меня. В ее фиолетовых глазах отразился лунный свет, засияв потусторонним свечением.

— Обещание Апостола Культа Змеи. Оно имеет вес — так что распорядись им с умом.

◇ ◇ ◇

Члены Культа Змеи отбыли. Изабела с грустью провожала их взглядом, но быстро взяла себя в руки.

— Я буду довольна, если при следующей встрече нам не придется скрестить мечи.

— Ох, ничего себе. Посмотри на себя. Совсем взрослая стала, Изабела.

— Н-не обращайся со мной как с ребенком...

Наше прощание с Эстель завершилось единственным обменом взглядами. Полагаю, это было напоминанием не забывать о данном мной обещании.

В Отделе Инквизиции, где еще недавно кипела жизнь, вновь воцарилась тишина. Среди инквизиторов первого ранга те, кто успел сблизиться с паладинами Культа Змеи, задерживались, затягивая прощание.

— Вот же ублюдок... а он и правда отлично играл в покер.

— Уехал, обобрав всех до нитки.

— Проклятые ублюдки...

Сражаясь плечом к плечу, они быстро избавились от неловкости в общении. И посреди всей этой суматохи, которая то возникала, то утихала, нечто совершенно неожиданное настигло и меня.

То, о чем я всегда знал: рано или поздно это обязательно произойдет.

— ...Из Папской курии спустили приказ.

Лицо Димонаас смертельно побледнело.

— Поисковая миссия в разрушенном городе Парамир... Твое имя и имя Розмари значатся в списке участников. Захад.

Поисковая миссия в Парамире. Задание по поиску пропавших без вести граждан Империи.

Самое важное заключалось в том, что...

Это была миссия, на которую Империя раз в год по регулярному графику отправляла небольшой отряд, и славилась она тем, что еще ни один человек оттуда не возвращался.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (1)

Глава 55: Поисковая операция в Парамире (1)

Димонаас была в ярости.

— Это всё равно что просто выставить тебя за дверь на верную смерть! И они хотят засунуть вас в имперский поисковый отряд?!

— Разве мы не должны делать то, что нам велят? В конце концов, закон на их стороне. К тому же это приказ императорского двора. Разве Культ сейчас не в ином положении, чем раньше? Насколько я понимаю, мы обязаны выполнять любые их требования.

— Ты прав! Всё так, но это же полнейший абсурд — требовать отправки именно тебя и Розмари!

Я взял в руки оружие. Хм. Качество вполне приличное, но... честно говоря, чего-то ему всё же не хватало.

«Нужно поскорее собрать все эти разбросанные по миру особые предметы. Главный приоритет — священные реликвии Ра. Помимо Брюнака, где-то на севере империи есть ещё примерно четыре... Может, забрать одну из них на обратном пути, когда закончу с этим заданием?»

— Эй, Захад! Ты вообще меня слушаешь?! Почему ты так поразительно спокоен?! Разве ты не слышала? Туда уже отправлялись пять поисковых отрядов, и ни один человек не выжил — выживаемость нулевая! Это же самоубийственная миссия!

— Ну, это потому что...

Поисковая операция в Парамире.

Без сомнения, задание было непростым. Нам предстояло отправиться в город, который стёрли с лица земли по совершенно непонятным причинам. И всё же мне не о чем было беспокоиться.

Почему?

Да потому что я проходил его кучу раз! Я знал наизусть каждую тактическую деталь!

— Потому что я гений?

— Это необоснованная уверенность! Абсолютно ничем не подкреплённая!

— Уверенность, подкреплённая фактами?

— Уверенность без единого на то основания!

Димонаас, кипевшая от злости, резко развернулась.

— Я направлю официальное прошение в Папскую курию! Я откажусь от этого нелепого!..

— Мы не можем отказаться.

Я взял Димонаас за руку.

— Дуэйн обязательно найдёт к чему придраться. Он попытается обесценить заслуги Пятого отдела Инквизиции и использовать это как предлог, чтобы как-то надавить на нас. Возможно, они только и ждут нашего отказа. Именно этого они и добиваются.

— Но это же не значит, что мы должны безропотно со всем соглашаться?!

— Я и не говорю, что мы должны безропотно соглашаться.

Как только эта миссия завершится, я прославлюсь как паладин, совершивший невозможное.

Подобной репутации с лихвой хватит, чтобы перекрыть дурную славу доносчика. Когда общественное мнение изменится, Папская курия уже не сможет так просто от меня отмахнуться.

И тогда, само собой, у меня за плечами будут не только выдающиеся заслуги — должность преподавателя в Академии достанется мне сама собой.

— Нам просто нужно победить, причём сделать это триумфально. Разве я не прав?

— ...Нет, но такие вещи нельзя решать в одиночку...

— Великий инквизитор Димонаас. Кто я такой?

Я широко улыбнулся.

— Разве я не тот, у кого получалось всё, что ты считала невозможным?

— ...Признаю, будь ты моим врагом, я бы пришла в ужас.

Напряжение покинуло тело Димонаас, и она, расслабившись, прислонилась спиной к стене.

— Ты ведь уже всё для себя решил, верно?

— Конечно.

— ...Тогда я подготовлю всё необходимое.

Димонаас прищурилась.

— Я не могу отпустить тебя одного.

◇ ◇ ◇

Платиновые волосы Димонаас покачивались в такт её движениям. Приняв решение, она начала действовать с пугающей скоростью.

— Тебе делать ничего не нужно. Просто отдыхай, пока не настанет время отправляться.

Работа с документами буквально кипела. Покончив с бумагами всего за полдня, она отправилась обходить кузницы.

— У тебя ведь есть при себе пространственный карман?

— Тот, в котором я храню демонический меч?

— Тебе понадобится ещё один. Я закажу два в виде браслетов. Вместимость у них поменьше, зато они позволяют свободно складывать вещи — так ведь будет удобнее?

— А деньги...

— Не беспокойся об этом. Я плачу из собственного кармана. И вообще, начни уже копить деньги, а не разбрасывайся ими направо и налево.

— Но ведь ты не кто-то там.

Она бросила на меня выразительный взгляд.

— Язык у тебя подвешен что надо.

Сумка, которую принесла Димонаас, начала постепенно наполняться вещами.

— Три зелья. Десять сухих пайков на крайний случай — я взяла качественные, так что ешь их только при крайней необходимости. Каждый стоит по пятьдесят тысяч далантов.

— И это говорит та самая Димонаас, которая дрожала над покупкой шёлка за сто тысяч далантов!..

— Не говори глупостей. Снаряжение для миссии и мои личные расходы — это разные вещи. Двуручный меч, топор и копьё, изготовленные на заказ, доставят отдельно. Они сделаны из даска — имперской стали, — так что будут гораздо легче и прочнее того двуручника, который ты таскаешь с собой.

— За них ты тоже заплатила из своего кармана?

— Не спрашивай. Мне больно об этом думать.

Она принялась читать мне нотации.

— Понял? Вот это сбоку — восстанавливающая вода. В отличие от обычной, она усваивается гораздо быстрее. Тоже не пей её просто так, только при необходимости. Если выпьешь всё разом просто потому, что она вкусная, у тебя ничего не останется в действительно важный момент.

— А это что?

— Спрей от насекомых. Я сама его пробовала — отлично работает. К тому же он немного маскирует неприятные запахи. У тебя наверняка не раз возникнет ситуация, когда негде будет помыться, так что время от времени опрыскивайся им.

— ...А это?

— Бинты. Ты, конечно, можешь использовать Святую силу, но для мелких порезов лучше обойтись бинтом. Если будешь тратить Святую силу по пустякам, её может не хватить в действительно критический момент.

— Я же Апостол Ра... У меня Святой силы хоть отбавляй...

— Не спорь. Вот ещё бинты, а это антисептик, который нужно наносить под них... а это сухие лакомства, они становятся сладкими, если их разжевать...

Я смотрел на её затылок, пока она увлечённо перебирала вещи одну за другой.

— Всё понял, жёнушка.

— Ч-что?!

— Шучу.

— Ох, ну правда! Прекрати так глупо шутить! Жить надоело?!

Тому, кто в итоге женится на Димонаас, крупно повезёт — он будет окружён заботой до конца своих дней.

В отличие от меня, вовсю готовившегося к отъезду, Розмари сидела в кабинете, напоминая полуживой труп. После того как её гордость была растоптана, инквизиторы, которые раньше ходили за ней хвостиком, начали тихо её избегать.

Сила, подкреплявшая её непомерную гордость, оказалась сломлена, а фракция распалась — Розмари превратилась в бледную тень самой себя.

— Привет, киска.

— .......

— Чем занимаешься?

Я подошёл проверить её состояние. Нам предстояло отправиться вместе, так что я не мог позволить ей окончательно зачахнуть.

В конце концов, она ведь мой питомец!

Она вяло подняла на меня взгляд. Её глаза были затуманены.

Голова девушки снова поникла.

— ...Мяу.

— ......

Бедняжка.

Я присел на корточки, чтобы наши глаза оказались на одном уровне.

— Обидно?

— ......

— Тебя ведь это злит, правда? Ну же, скажи. С хозяином нужно быть предельно честной.

— ......

— Хочется разнести всё в щепки? Но понимаешь, что даже это ничего не исправит, а потому сдерживаешься?

— ......

— Знаешь, Розмари, мне вот стало любопытно...

Я спросил:

— А ты вообще способна победить Раадатука?

— .......

Её отсутствующий взгляд мгновенно сфокусировался и стал острым.

— ...Что ты сейчас сказал?

— Я спросил, сможешь ли ты одолеть Раадатука, Розмари.

— Да я, конечно же!..

— Не сможешь.

Раадатук тоже не владел Трансформацией формы. Я видел это во время битвы с Бейгнисом. Всё, на что он был способен — это высвобождать Святую силу грубой мощью.

Собственно, Розмари считали примерно равной Раадатуку только потому, что в большинстве ситуаций она могла использовать Трансформацию формы.

Но без Трансформации формы...

Её чистые боевые навыки, скорее всего, сильно уступали его силе.

— Ты каждый день бросаешь ему вызов, потому что хочешь победить. Но в глубине души ты ведь никогда не желала драться с ним по-настоящему, верно?

— Заткнись...

— Ты боялась, что если дело дойдёт до реального боя, ты проиграешь. Именно поэтому ты становилась всё более колючей и агрессивной. Это же так очевидно: слабые всегда выпускают когти. Зачем лгать о том, что я вижу насквозь?

— Закрой рот!..

— Надо же, похоже, я оказался прав.

Я рассмеялся.

— Ты находишься в этом отделе Инквизиции гораздо дольше Раадатука и до смерти боялась, что все увидят твою несостоятельность по сравнению с ним. Я ведь угадал?

— Я СКАЗАЛА, ЗАТКНИ-И-ИСЬ!!!

В мою сторону полетел кулак. Слегка наклонив голову вбок, я уклонился.

По комнате пронёсся резкий порыв ветра, отчего задрожали оконные стёкла.

С негромким треском кожа на моей щеке слегка лопнула. Я смахнул выступившую кровь рукой.

— Хочешь убить меня?

— Ах ты... ублюдок...

— Отлично. Звучит весело. Что ж, давай договоримся... если Розмари будет послушной девочкой, я дам ей награду.

Поисковый отряд в Парамире.

Пожалуй, единственным человеком в этом отряде, с кем я мог нормально общаться, была Розмари. Обычно в поисковые группы в Парамире набирали либо пушечное мясо, либо безрассудных идиотов, жаждущих прославиться.

— Если на протяжении всей этой миссии ты будешь беспрекословно выполнять мои приказы, я научу тебя, как стать сильнее. Настолько, чтобы одолеть не только Раадатука, но даже меня. Что скажешь?

Розмари подняла полные ярости глаза и уставилась прямо на меня. Я отвесил ей лёгкий щелбан по лбу.

— Отвечай.

— ...Я убью тебя. Обязательно.

— Прекрасно. Именно этот огонёк мне и нужен. Значит, договорились?

Вот и славно.

Не было никакого смысла оставлять её сломленной. Она — один из моих ценных активов.

Я знатно проехался по её гордости, задев за живое. И оставил след настолько глубокий, что ей его уже не стереть.

— Рассчитываю на тебя, инквизитор Розмари.

— ...Грх.

Она была из тех людей, чья гордость никогда не позволит нарушить однажды данное обещание.

А значит, удара в спину можно было не опасаться.

◇ ◇ ◇

Перед отъездом я передал Изабеле девяносто миллилитров Нектара, которые набрал заранее.

— Возможно, меня не будет какое-то время, Изабела.

— Поняла.

Она вздохнула, словно провожала человека на верную смерть.

— Главное, вернитесь целым и невредимым, босс.

— Думаешь, я там погибну?

— Не то чтобы... но эта миссия и правда выглядит как прямая дорога на кладбище.

— Станет ли она могилой или возможностью — решать только мне.

Я легонько постучал Изабелу по голове.

— Производи побольше и продавай активнее. Если по возвращении на моём счету не окажется нужной суммы, я подвешу тебя вверх тормашками.

— ...Пф-ф. Слушаюсь, босс.

Также я встретился с Матьером. Он бросил на меня короткий взгляд и пожал плечами.

— Отправляетесь на верную смерть, отец?

— Уже прослышал?

— Чтобы выжить в этом мире, нужно быть быстрее всех. Птицы слышат то, что говорят днём, а я — то, что шепчут ночью.

— Для человека, говорящего подобные вещи, твоё дело всё ещё довольно скромное.

— Я пока прячу когти. Мне даже приходится платить за покровительство Скорпиону, одной из крупнейших фракций.

— Зачем?

— Жду, пока окрепнут Пять Когтей. Они — наша главная боевая мощь.

— ...Пять Когтей? Только не говори мне, что это Гектор и остальные?

— Именно так.

— Весьма громкое название. И как они поживают?

— С каждым днём они превращаются в настоящих монстров. Сейчас, даже если на них навалиться толпой, никто не сможет и пальцем их тронуть. Но этого всё ещё недостаточно.

Матьер ухмыльнулся.

— Если уж браться за дело, то идти до самого конца, не находите? Когда вы станете королём дня, я стану королём ночи. Вся торговля теневого мира окажется в моих руках.

— Мне нравятся твои амбиции. Пока каждый из нас защищает свою территорию, нам незачем переходить друг другу дорогу.

— В том числе и поэтому я следую за вами, отец.

Особой необходимости лично навещать команду Гектора — Пять Когтей — не было.

— Передай им, пусть продолжают в том же духе. И скажи, что при нашей следующей встрече я жду от них заметных перемен.

— Не беспокойтесь, отец. Надеюсь, всё пройдёт гладко.

— Ты же меня знаешь. Я не из тех, кто легко расстаётся с жизнью.

Матьер кивнул.

— Я буду верить в вас и ждать, отец.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (2)

Глава 56: Поисковая операция в Парамире (2)

Через ворота штаб-квартиры Культа въехала карета. Выбравшись из нее в полном одиночестве, монахиня в белом одеянии тяжело и устало вздохнула.

Путь выдался полным хлопот. Она уже сбилась со счета, сколько мужчин пытались попытать с ней счастья, однако отвергла их всех, одного за другим, и теперь наконец прибыла в штаб-квартиру Культа Ра.

И все ради одного-единственного человека.

Монахиня в белом — послушница Айрин — отвела взгляд от уезжающей кареты.

Последний шаг перед тем, как стать полноценным жрецом.

Будучи направленной в Теологическую академию, она молча посмотрела на величественное здание Культа.

Тихое, но изысканное. Святость, казалось, пропитала здесь каждый уголок.

Фонтан. Скульптуры. Перешептывающиеся верующие и жрецы, шагающие с безупречно прямой, строгой осанкой.

Айрин подняла голову, выпрямила подбородок и расправила плечи, чтобы ни в чем не уступать местным.

Он находился здесь, в штаб-квартире Культа. Ее гордость, ее младший соратник — тот, кто ради нее не побоялся запятнать себя грязью.

Захад.

Закончив со всеми бумагами для перевода в штаб-квартиру Культа, Айрин первым же делом спросила о нем. Жрица, оформлявшая документы, нахмурилась.

— ...Вы имеете в виду того доносчика, инквизитора Захада?

— Инквизитора?.. Вы сказали «инквизитора»?

Он ушел вместе с инквизитором, а спустя совсем немного времени и сам им стал?

Айрин растерянно моргнула, постепенно, крупица за крупицей, восстанавливая в голове всю картину. Жрица же вставляла в каждое предложение колкости о его доносительстве, скверном характере и о том, что из-за близости к Культу Змеи его можно считать чуть ли не еретиком.

— Уверена, в филиале он тоже вел себя из рук вон плохо. Я ведь права?

— ...Нет. — Она холодно вырвала готовые документы из рук женщины. — Абсолютно нет.

Айрин верила лишь тому, что видела собственными глазами. Она помнила, насколько честным и бесконечно добрым он был, и никогда не забывала проявленное им великодушие.

Но...

В ее опущенном взгляде сквозила едва заметная тень чувства собственной неполноценности.

Ей казалось, что она трудилась не покладая рук, чтобы сократить этот разрыв, но он каким-то образом отдалился еще сильнее. Дни, проведенные ею в филиале, теперь казались совершенно напрасными.

Покорение Демона-Глаза.

Окончание Теологической академии всего за один месяц.

Официально одобренное сопровождение Культа Змеи, а теперь, в довершение всего, еще и участие в поисковой операции в Парамире.

Ей одновременно и хотелось увидеть его, и было страшно. Она злилась на себя за собственное бессилие и стыдилась одной лишь мысли о том, чтобы встать с ним плечом к плечу.

И все же Айрин сделала шаг вперед, направившись прямиком к Пятому отделу Инквизиции.

Великий инквизитор Димонаас.

Платинововолосая красавица, с которой они уже встречались ранее, поприветствовала ее.

— Давно не виделись, послушница Айрин. Как ваше самочувствие?

— Вашими заботами, все хорошо. А у вас все в порядке?

— Всякое случалось. Но в итоге все разрешилось. Благодаря помощи одного человека.

Айрин сразу поняла, о ком идет речь, но так и не решилась произнести это вслух.

Димонаас сама заговорила о том, о чем Айрин смолчала.

— Вы пришли повидаться с Захадом?

— ...Да.

Никакого уважительного обращения к его имени. Айрин слегка нахмурилась.

Они уже общались на «ты»? Что вообще произошло между этими двоими?

Димонаас лениво помешивала чай ложкой, отчего чашка тихонько звякала.

— Позвать его? Время как раз идеальное. Уже завтра Захад покидает Аинкад ради своей миссии. Вы приехали очень вовремя.

— ......

— ...Хм. — Димонаас перестала мешать чай. — Колеблетесь?

— ...Что? Ой, нет, дело не в этом...

— ...А. Понятно.

Великий инквизитор Димонаас оставалась столь же невозмутимой, как и при их первой встрече. Словно подчеркивая разницу в их положении, на ее лице играла легкая, почти забавляющаяся улыбка.

— Послушница Айрин, все в порядке. Не нужно спешить. Вы можете идти своей дорогой в собственном темпе.

— ......

Она видела ее насквозь. Айрин крепко сжала пальцами ткань своего одеяния.

— ...Где он сейчас?

— Он ушел довольно далеко. Но, судя по всему, этого ему мало — похоже, он намерен зайти еще дальше.

— Смогу ли я хоть чем-то помочь ему?

— Чего бы вам хотелось больше: приятной, согревающей лжи или горькой, но точной правды?

— Я выбираю последнее.

Димонаас сделала глоток чая.

— Послушница Айрин. В вашем нынешнем состоянии вы ничем не сможете ему помочь, как бы сильно ни старались.

Айрин опустила глаза. Смутные мысли, крутившиеся в голове, наконец обрели четкие очертания.

«Все верно. Сейчас я ничем не способна ему помочь».

«В конце концов... даже в филиале мне так и не удалось толком поддержать его. Скорее уж это он постоянно выручал меня».

— Так что вы решите? Хотите его увидеть? Честно говоря, я бы не рекомендовала. Он нажил себе врага в лице архиепископа Дуэйна.

— ......

— Простая связь с ним может навлечь на вас гнев Папской курии. Может, для начала наберетесь сил, станете полноценным жрецом, а уже потом встретитесь? К тому времени вы сможете поступать так, как вам заблагорассудится. Разумеется, и последствия придется нести вам самой.

В словах Димонаас крылась колкость. Она давала понять, что не против позвать его, но не собирается брать на себя никакой ответственности за последствия.

Вежливый отказ.

Айрин поднялась. Выслушав все это, она ощутила странную, кристальную ясность.

Она отставала от него, и в нынешнем положении, даже пожелай она вернуть долг, у нее просто не было такой возможности.

— Благодарю вас, великий инквизитор Димонаас.

— ...Постойте, вы действительно уходите? Неужели даже не повидаетесь? Если хотите, я могу позвать его без лишнего шума...

— Да. Я пойду.

Но это вовсе не означало, что она сдалась. В глазах Айрин вспыхнула яростная решимость, способная затмить любое чувство неполноценности.

Она не собиралась опускать руки только из-за того, что пропасть между ними увеличилась. Она была сильной. Ее тело оставалось хрупким, но дух не покорялся никому.

Она дала обещание.

Обещание, что придет за ним. А значит, ей нужно лишь стать достаточно сильной, чтобы сокрушить даже эту слабость внутри себя.

— Когда я буду готова, я приду за ним.

— ...Хм. — Димонаас подперла подбородок рукой. — Что-то я не припомню, чтобы соглашалась так просто его отдать.

Значит, между ними действительно что-то было.

Взгляд Айрин мгновенно похолодел.

— Я приду за ним. Потому что мы дали друг другу обещание.

— Даже если для этого придется сделать врагом меня?

— В обещании, данном наедине, нет места третьим лицам.

— ...О, надо же. — Уголок губ Димонаас пополз вверх. — А я-то думала, что передо мной котенок. Оказывается, ты тигрица.

◇ ◇ ◇

Перед отъездом я набил огромное количество еды в карманы сшитого на заказ рюкзака. Пришедшая проверить мои сборы Димонаас от увиденного напрочь лишилась дара речи.

— ...Ты серьезно берешь с собой столько? Ты вообще сможешь все это съесть?

— Я не знаю, сколько времени проведу внутри.

— Ты оказался куда предусмотрительнее, чем я думала.

«Да нет, вовсе нет».

Я тащил столько припасов лишь потому, что прекрасно знал, насколько ужасно там обстоят дела, и, честно говоря, даже этого могло не хватить.

Я закинул рюкзак на плечи, но Димонаас придержала меня за воротник.

— Кое-что я должна тебе рассказать. Сама я отказала, но ты можешь отнестись к этому иначе.

— ...Что такое?

— Угх... Мне ужасно не хочется этого говорить... но придется. Иначе кусок в горло не полезет. — Димонаас тяжело вздохнула. — Послушница Айрин приходила повидаться с тобой.

— ...Правда?

Значит, ее уже направили сюда. Если подумать, мы не виделись целую вечность.

Обрадовавшись этой новости, я поставил рюкзак и огляделся по сторонам, но ее нигде не было видно.

— И где она?

— Ушла в Теологическую академию. Если хочешь, можешь встретиться с ней. До твоего отъезда еще есть пара часов.

— ...? Разве Айрин не говорила, что хочет меня видеть?

— Говорила-то говорила, но... — Димонаас пожала плечами. — Сказала, что пока не готова.

— К чему не готова?

— Сказала, что сама придет за тобой... Вы действительно давали такое обещание?

— ...Да.

«Вроде бы да, было дело».

— Вот только... я так и не услышал, куда именно она собирается меня забрать.

— ...Хм. Вот оно как. Значит, пообещала сама себе.

— Что, простите?

— Ладно, Захад. Так ты собираешься с ней увидеться или нет?

Я немного подумал и быстро пришел к решению.

— Думаю, лучше не стоит.

— Я так и думала.

— Да. Встреча сейчас наверняка лишь плохо на ней скажется.

Даже если бы мы встретились тайно, слухи могли дойти до ушей архиепископа Дуэйна. Возможно, он и не стал бы размениваться по мелочам, но лучше перестраховаться на один случай из десяти тысяч.

— Она говорила что-нибудь еще?

— Спросила, не ты ли отправил сто миллионов далантов в филиал.

— ...И как только догадалась. Да, это был я. Что-то еще?

— Кое-что она просила передать тебе лично. — Димонаас уселась на ограждение, покачивая ногами. — Сказала, что скоро тебя догонит.

— ...О как?

— Ну, это, очевидно, невозможно.

— Почему же? У нее вполне может получиться.

— Что?

— Просто еще в филиале она впитала в себя абсолютно все знания, какие только могла...

Один из сильнейших NPC на поздних стадиях игры.

Синий Сокол — та, кого называли одной из сильнейших среди рыцарей Империи. С точки зрения чистого уровня, она была одним из тех редких NPC, кто перешагнул за 80-й уровень, что считалось почти немыслимым показателем даже для неигровых персонажей.

— Она ведь тоже гений, знаешь ли.

— А?

◇ ◇ ◇

Мы с Розмари закончили приготовления к отъезду из Аинкада. Уложив дополнительные припасы, я вскочил на лошадь рядом с ней — точнее, взобрался позади нее. В конце концов, навыка верховой езды у меня не было.

— Как и ожидалось от моего питомца. Полезна во всем.

— Угх...

Обхватив руками талию Розмари, выражавшей всем своим видом крайнее недовольство, я оглянулся назад. Димонаас и Раадатук.

А за их спинами собрались абсолютно все инквизиторы из Пятого отдела Инквизиции.

— Босс. — Норд шмыгнул носом. — Надеюсь, мы еще увидимся.

— Не говори так, будто провожаешь покойника.

Изабель вздохнула.

— Возвращайся целым и невредимым.

— Просто сдержи свое обещание, Изабель. Я ведь бессмертен.

— От таких слов мне становится только тревожнее...

Остин стиснул зубы.

— Я буду трудиться еще усерднее, чтобы стать полезным для вас, босс!

— Не перенапрягайся. Если будешь усердствовать сильнее прежнего, то точно протянешь ноги.

— Я буду стараться еще сильнее!

— ...Делай что хочешь.

Инквизиторы первого ранга развернулись и вскинули свои мечи.

— За инквизитора Захада!

— Салютуем вам!

— Возвращайся невредимым, брат!

— Мы будем скучать!

— Вернись с триумфом!

Не считая людей Розмари, которые неловко переминались с ноги на ногу, все остальные дружно махали мне руками. Я покосился на Димонаас.

— Твоих рук дело?

— Моих рук? Да они сами все пришли. Посмотри, Захад. Каково это? Разве сердце не сжимается от трепета?

— Да какой еще трепет, умоляю...

Восходящее солнце ярко освещало ворота штаб-квартиры Культа. Сидя верхом на лошади, я пристально смотрел на махавших мне людей.

Я ведь хорошо относился к ним лишь для того, чтобы заручиться надежной поддержкой. Никаких иных мотивов за этим не крылось.

Я отвернулся.

И все же.

Ощущение было не из худших.

— ...Я поехал.

Слова прозвучали сухо, и тут же, словно по команде, все вокруг дружно рассмеялись. Димонаас и вовсе покатилась со смеху, схватившись за живот.

— Береги себя, Захад.

Раадатук слегка похлопал лошадь по крупу. Он тоже не смог сдержать улыбку, и уголок его рта едва заметно приподнялся.

— Счастливого пути, брат.

«И чего они все ржут?»

Стыдоба какая-то.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (3)

Глава 57: Поисковая операция в Парамире (3)

— Розмари.

Я окликнул её.

Нашей целью была Меланса — приграничная деревня, где собирался поисковый отряд для отправки в Парамир.

Однако добраться туда одним махом было невозможно: даже верхом путь занимал больше двух недель.

Стоило использовать это время, чтобы немного поднять уровень ее благосклонности. К тому же мне всё равно нужно было кое-чему её научить, так что я решил убить двух зайцев одним выстрелом.

— Розмари.

— ......

— Кхм.

— ......

— Ты что, не слышишь, когда твой хозяин говорит?

— ...Гр-р.

Лошадь резко остановилась, и девушка повернулась ко мне:

— Чего тебе?

— Повежливее.

— ...Зачем?

— Разобьем лагерь.

— Уже?

Розмари взглянула на небо. В её словах был смысл: солнце всё ещё стояло высоко над головой.

Но спешить было некуда. Даже прибудь мы раньше времени, нам всё равно пришлось бы ждать остальных участников поисковой операции.

А значит, не имело никакого смысла добираться до деревни раньше срока, и куда разумнее было обучить её всему необходимому прямо в пути.

Спрыгнув с коня, я слегка похлопал Розмари по ноге, пока она всё ещё сидела в седле.

— Ты не собираешься разбивать лагерь?

— ......

— Не хочешь учиться? «Трансформация формы».

— ...Угх!

Скрежетнув зубами, Розмари всё же принялась обустраивать стоянку, а я уселся в тени и стал наблюдать.

Ах!

Вот это жизнь!

Именно таким и должно быть настоящее путешествие!

Впрочем, я решил немного помочь, ведь ужин, приготовленный собственными руками, в любом случае будет вкуснее.

Поднявшись, я выследил и заколол пробегавшего неподалеку зверя, после чего вернулся назад. Моя безразмерная сумка ломилась от припасов, но я их не трогал: у них было своё назначение, так что пока оставалась возможность, лучше добывать пищу самостоятельно.

Я принялся жарить мясо, и к тому времени, как я закончил бездельничать, солнце уже начало клониться к закату.

Поднимающийся дым смешивался с багровым сиянием заката, а легкий ветерок ласково ерошил мои волосы.

Горящее полено с негромким треском раскололось, и я задумчиво уставился на огонь.

Если подумать, Ра так и не вышла.

«— Ра всё ещё заперта в своей комнате?

— Она всё ещё изучает Священную Стигму?

— Да... на самом деле, кажется, она исследует нечто совершенно иное.»

«Нечто иное, значит.»

Ну, она сама во всём разберется.

Я перевернул жарившегося целиком оленя и посыпал его приправами. К этому моменту я приготовил уже столько мяса, что мог бы делать это с закрытыми глазами.

[Навык «Приготовление мяса (C)» развился до «Приготовление мяса (B)».]

«...Похоже, я и правда слишком часто торчу у костра.»

Оторвав заднюю ногу, я бросил её Розмари.

— Держи.

— ......?

— Яда нет. Ешь.

— ...Я не буду это есть.

— Как хочешь.

Я с аппетитным хрустом вгрызся в сочное мясо. М-м, да. Походные пайки и близко не стояли: какими бы качественными они ни были, им никогда не сравниться со свежеприготовленной дичью. Я обглодал кость дочиста.

— М-м. Объедение. И почему это так вкусно? Кто вообще это приготовил?

— ......

— У меня даже руки дрожат... Ха-ха... Неужели я случайно добавил туда какой-то секретный ингредиент, сам того не заметив?..

— ......

— Если ты откажешься, то будешь жалеть об этом до конца своих дн...

— Да чтоб тебя... Ладно! Я съем!

Вот так-то лучше.

Я бросил ей вторую ногу. Вопреки всем своим протестам, едва мясо оказалось у неё в руках, она впилась в него зубами так, словно не ела несколько дней.

— Розмари. Начнем с главного — выброси меч.

— ...Что?

— Слушай и ешь. Вот. С сегодняшнего дня это твоё оружие.

Я залез в браслет-хранилище и достал оттуда предмет. Тяжелый топор, изготовленный по моему особому заказу, с глухим стуком упал на землю.

Одноручный топор. Точно такой же, каким пользовался я сам.

Полная противоположность тому оружию, к которому привыкла Розмари.

— ...Топор?

Она брезгливо поморщилась:

— Ты хочешь, чтобы я сражалась оружием, достойным лишь дикарей?

— Членам Культа Искандара было бы обидно это слышать.

— Этот культ изначально и был основан дикарями! Я не прикоснусь к нему! Я буду тренироваться со своим мечом!

— Он конфискован.

— Да к-кто дал тебе такое право?!

— Розмари. Наша очаровательная домашняя кошечка вообще понимает, к какому типу бойцов она относится?

— Хватит меня так называть!

Я поворошил угасающие угли веточкой.

— Ты немного заблуждаешься... Твоя сила кроется вовсе не в скорости или технике. То, чем владеет Раадатук, тебе не скопировать.

— Перестань упоминать этого человека!

— Нет, я упоминаю его не просто так. Ты подсознательно пытаешься идти по стопам Раадатука. Но зачем?

Пламя ярко вспыхнуло.

— Ты ведь завидуешь Раадатуку, верно?

— Закрой свой рот!

Розмари бросилась на меня, словно дикий зверь, но я лишь спокойно поднял ветку, которой ворошил угли.

И слегка щелкнул её по голове.

— Тук!

— Ой!

Розмари схватилась за макушку, а я погрозил ей веткой:

— Правило первое: никаких нападений без предупреждения. Розмари, довольно. Моему терпению тоже есть предел.

— Д-да ты сам меня спровоцировал!..

— Если тебе так не терпится меня ударить, мы будем устраивать спарринги раз в день — тогда и попробуешь. Но никаких драк во время еды, это портит аппетит.

Я прожевал остатки мяса. М-м, эта часть оказалась немного жестковатой.

— Раадатук, должно быть, нанес тебе глубокую душевную травму. Но послушай меня, глупышка: твоя сила совсем в другом. Зачем желать того, чем ты не обладаешь?

— ...Что?

— Перестань гнаться за недостижимым и научись пользоваться тем, что у тебя уже есть. В чём твоя главная сила? Неужели ты сама не знаешь?

— ...Святая сила?

— Тук!

— Ай, больно же!

— Так и задумывалось. «Святая сила», надо же. Твоя Святая сила примерно на том же уровне, что и у Раадатука. Но единственное исключительное преимущество, которым обладаешь только ты...

Я указал веткой на топор:

— Физическая мощь. Ты ведь настоящий танк. Так что сядь и подними это оружие. Забудь про изящную работу ног и ненужные приемы. Даже во время нашего боя: не пытайся ты выпендриваться, твои шансы на победу были бы хоть немного выше.

◇ ◇ ◇

Интенсивные тренировки продолжались, и я не собирался давать ей поблажек. Розмари оставалась собой: пусть она и была слабее своей игровой версии, её база была невероятно прочной.

Я обучал её одному из своих навыков — «Пламя, взбирающееся на утес — Гильотина» (A). Навык «Трансформация формы», который она со временем должна была освоить самостоятельно, был напрямую связан с топором и отлично сочетался с её выдающейся техникой физического усиления.

В игре бывали моменты, когда игрок сближался с Розмари, и тогда можно было услышать её особый монолог:

«Интересно, какой бы я стала, если бы с самого начала знала свой истинный путь? Я могла бы стать намного сильнее, чем сейчас... Я так жалею об этом. Правда жалею.»

Это сожаление я исправлю для настоящей Розмари. Закинув топор на плечо, я подумал, что мне и самому есть над чем поработать.

«Нужно поскорее поднять этот навык до ранга S... Да и технику владения копьем тоже пора бы довести до S...»

Впереди лежал долгий путь. Ко всему прочему, мне ещё предстояло освоить уникальную технику Беатрис. И когда я только успею со всем этим разобраться?

«...Сейчас не время рассиживаться без дела.»

— Я... я тренируюсь с оружием дикарей...

— Если тебе так противно, можешь бросить прямо сейчас.

Я легко взмахнул топором. Хм, отлично. Уровень действительно решает всё: когда переваливаешь за пятидесятый, любое оружие кажется легким, словно перышко.

— Но если ты сдашься, то никогда не победишь меня. И Раадатука тебе тоже никогда не одолеть.

— ......

— Хочешь, чтобы я вернул тебе меч?

— ...Гр-р.

Розмари схватила топор и резко выдохнула:

— С чего мне начать?!

— Сначала хват.

Я обхватил её ладони своими руками, отчего её кошачьи ушки от удивления мгновенно встали торчком.

— Ч-что ты делаешь?!

— Ты держишь его неправильно, я просто поправляю. Возьмись вот так. Ну как? Что чувствуешь?

— ...Он стал казаться легче, чем раньше?

— Правильный хват меняет абсолютно всё. Сначала отработай его, затем научись твердо удерживать оружие, а после — правильно двигаться с ним.

— А как же удары?

— Это в самую последнюю очередь.

Я подбросил топор в воздух, поймал его на лету и молниеносно взмахнул им.

Огромное дерево со стоном треснуло и с оглушительным грохотом рухнуло на землю.

— Когда ты всему научишься, сможешь проделывать такое даже без использования Святой силы. Ну что? Появился интерес?

— ......

Розмари беззвучно приоткрыла рот, а затем опустила взгляд на топор в своих руках.

Она всё ещё хмурилась, но молча сжала рукоять крепче.

Вечно ворчит, но в итоге всё равно делает. Девчонка, просто одержимая желанием стать сильнее.

Что ж, тогда и мне пора приниматься за дело.

Призрак Беатрис со слабым мерцанием соткался в воздухе и опустился мне на плечо, прошептав:

[Мне помочь?]

— Буду признателен, если ты проследишь за моей стойкой.

С какого-то момента Беатрис начала сама проявлять инициативу и предлагать помощь.

«Хм. Может быть, у меня...»

«...есть талант к обучению людей?»

◇ ◇ ◇

В маленьком трактире обычно всегда было шумно: крестьяне, возвращавшиеся после тяжелого трудового дня, любили выпить на пустой желудок.

Однако сегодня здесь царила тишина, и хозяин таверны в Мелансе то и дело бросал косые взгляды на своих посетителей.

Это была далеко не привычная ему публика, а весьма странное сборище, какое нечасто встретишь в этих краях.

Рыцари, молча жующие свои закуски.

Маги, увлеченные бурным спором.

Наемники, которые сначала громко переговаривались, а затем разом повалились головами на стол.

Эльфы, с любопытством оглядывающиеся по сторонам.

И жрецы, которые беспокойно ерзали на стульях и с тревогой поглядывали друг на друга.

Притаившийся за стойкой трактирщик вспомнил, что Парамир находится совсем неподалеку.

«Если подумать, даты сходятся. Значит, это жертвенные ягнята нынешнего сезона.»

Эта мысль заставила его посмотреть на них с жалостью, и, тяжело вздохнув, он принялся готовить бесплатное угощение.

— ...Какая-то жалкая секта, а заставляет нас ждать... — грубый голос донесся из-за стола, за которым сидели рыцари.

— Заставлять ждать имперских рыцарей?

— Может, они просто сбежали.

— Я бы не удивился. Поисковые отряды в Парамире славятся своей высокой смертностью.

— Отправьте почтового голубя в Культ Ра...

— БУМ!

Кружка с грохотом опустилась на стол наемников.

— А вы и сами-то не особо спешили, верно, господа рыцари?

— ...Что ты сейчас вякнул?

— Да ладно вам, разве я не прав? Срок назначен на полночь, так? Технически никто ещё не опоздал.

— Остался всего час.

— Рыцари вечно придираются к какой-то ерунде.

— Ах вы, паршивые ублюдки... распустили языки, будто хозяева жизни...

Один из магов резко вскочил со своего места:

— П-пожалуйста, успокойтесь! Обе стороны! Здесь нельзя устраивать драки!

— Хочешь, чтобы мы вышли на улицу, маг?

— Я-я не это имел в виду! Просто не нужно драться, вот и всё!

Эльфы презрительно фыркнули:

— Люди.

— Когда придет время, нам лучше просто бросить их, Флора.

— Устроить междоусобицу ещё до прибытия на место... поистине жалкое зрелище.

Жрецы хранили молчание, лишь испуганно переводя взгляд с одного спорщика на другого.

Один из рыцарей поднялся на ноги.

— БАХ!

Стол наемников перевернулся.

— Выходи на улицу.

— Какого черта. Даже собак не беспокоят во время еды.

— Похоже, вы стоите ниже собак.

— ...Ах ты, грязный...!

— Я же просил, деритесь в другом месте!

Обстановка накалилась до предела. Трактирщик молился лишь о том, чтобы в его заведении не разнесли слишком много мебели.

Ему было всё равно, какому богу молиться, лишь бы произошло чудо.

— БУМ!

И чудо действительно распахнуло дверь, войдя внутрь.

Вошедший первым юноша небрежно стряхнул пыль со своего плеча. Его одежда была изорвана в клочья и не подлежала восстановлению.

Атмосфера мгновенно заледенела. Все разговоры стихли, и присутствующие уставились на последнего прибывшего участника поискового отряда.

— ...Всё точно так, как я и думал.

Темноволосый юноша тяжело вздохнул, и его негромкие слова отчетливо прозвучали в наступившей тишине:

— Полный бардак, как и всегда.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (4)

Глава 58: Поисковая операция в Парамире (4)

— ...Что?

Внезапно застывшая атмосфера заставила меня осознать, что я озвучил свои мысли вслух. Черт бы все побрал!

Сцена разыгралась в точности так, как я и ожидал, и именно из-за этого я ляпнул лишнего!

— Аха-ха. Я просто хотел сказать, что здесь какой-то бардак. Надо же. Разве вы убираетесь не по расписанию?

— ......

Неужели слишком поздно пытаться все замять?

Вздохнув, Розмари сделала шаг вперед, заслоняя меня, и вежливо поклонилась:

— Младшие часто бывают излишне прямолинейны. Прошу отнестись к этому с пониманием.

— ...А ты еще кто такая?

— Я Розмари. Из Культа Ра.

В зале поднялся гул.

— Розмари? Кажется, я слышал это имя.

— Разве это не та женщина, про которую говорят, что она чего-то да стоит среди жрецов?

— Культ Ра настроен серьезно. Отправить один из своих немногих ценных талантов на операцию в Парамире, когда они едва сводят концы с концами...

— Разве это не дурной знак?

Ни одного нормального комплимента среди всего этого шепота.

Как бы то ни было, Розмари оправдала ожидания: ее имя обладало достаточным весом, чтобы даже простые наемники узнавали его.

Благодаря ей внимание переключилось. Отлично! Я поспешно склонил голову, чтобы поставить точку в этом инциденте:

— Прошу прощения.

— Кхм.

— Хм-м.

Существовала причина, по которой они замяли это дело с мыслью «ну что с него взять». Внутри я был уставшим от жизни взрослым, но внешне, как ни посмотри, оставался лишь юным мальчиком.

Возраст — это действительно оружие. Я тихонько скользнул обратно на свое место, а рычавшие и красовавшиеся друг перед другом наемники и рыцари вернулись на свои места в теперь уже неловкой атмосфере.

«Пока что мне все еще нужно вести себя тихо. Не знаю, как будет дальше, но в данный момент необходимо оставаться скромным. Эти сорвиголовы обязательно перегрызутся друг с другом, так что я просто подожду, пока они побьют друг друга, а затем заберу все, что останется».

— ...Двадцать три. Все в сборе.

Один из имперских рыцарей поднялся со своего места. Шрам, пересекавший его лицо над легкими доспехами, сразу бросался в глаза.

— Всем членам поискового отряда Парамира — внимание. Я Иан Памель, командующий десятым поисковым батальоном.

Довольно высокомерно. Ни приветствия, ни дежурного «рад сотрудничеству».

Он просто продолжил говорить так, словно это было самым естественным делом на свете:

— Командование находится исключительно в руках имперских рыцарей. Прошу всех подписать документы, которые сейчас раздадут.

Поднявшись со своего места, женщина-рыцарь обошла столы, раздавая бумаги.

Волна возмущения поднялась незамедлительно.

— В условиях военного времени беспрекословно подчиняться приказам командующего? В противном случае — обвинение в государственной измене?

— Что это за хрень? И мы должны помнить, что все сокровища, найденные в Парамире, принадлежат Империи?

— Мне это чудится... или я правильно прочитал?

— Что это вообще такое... сколько тут невыгодных пунктов?

— Да какого черта — этого не было в первоначальном контракте, который нам прислали!

— Это официальные документы Империи!

— Заткнитесь и подписывайте!

Рыцари выкрикивали приказы, наемники яростно сопротивлялись. Эльфы наблюдали за происходящим так, словно их это вообще не касалось, а один из магов пытался выступить посредником.

Ну и бардак.

На этот раз я промолчал. Фух. Пробежав глазами по документу, я углубился в чтение.

Империя. Империя. Империя.

Одно и то же слово бросалось в глаза снова и снова, а означало это лишь одно.

Каждая строчка была написана исключительно к выгоде Империи.

— Как вы хотите поступить?

Я обратился к Розмари в уважительном тоне, ведь мы находились в официальной обстановке, так что это было естественно. Прочитав документ, Розмари разорвала его в клочья.

— С такими условиями нет никакого смысла участвовать.

Решительно. Очень решительно.

Разумеется, рвали бумаги не только мы.

— Да эти ублюдки грабят нас средь бела дня!

— Мы рискуем своими жизнями добровольно, и вот что получаем взамен?!

— Ни единой награды для нас — вы просто собираетесь заграбастать все себе!

Протест наемников звучал громче всех, и даже маги, пытавшиеся до этого сгладить углы, теперь тихо встали на их сторону.

— Как ни посмотри, это уже слишком...

— Господа рыцари. Вы уверены, что эти односторонние условия действительно исходят от Империи?

— Чтобы подписать подобные пункты, вам нужно официально направить запрос в Башню Магов...

Возможно, рыцари думали, что маги примут их сторону, поэтому лицо Иана Памеля помрачнело.

Он слегка сменил тон:

— Разумеется, вы не обязаны подписывать. Но если вы откажетесь, прошу не рассчитывать на то, что имперские рыцари будут прикрывать ваши спины.

Все именно так, как я и думал.

Он провернул эту схему, чтобы присвоить всю славу себе.

Хаотичное начало. Я незаметно пододвинул свой документ к Розмари:

— Не могли бы вы порвать и мой? Кажется, я и так уже у кого-то на плохом счету.

— ......

Розмари разорвала мой документ пополам.

Что ж.

Эта миссия тоже обещает быть непростой, но тут уж ничего не поделаешь — работу все равно нужно выполнить.

◇ ◇ ◇

— Город, в который мы войдем, — это Парамир.

Начался инструктаж магов. Перед нами стоял мужчина примерно моего роста — невысокий, но явно гораздо старше, с глубокими морщинами, прорезавшими его лицо.

Имперские рыцари отсутствовали. Похоже, они с самого начала не собирались заводить дружеские отношения и просто покинули заведение. Возможно, ушли спать пораньше, поскольку уже темнело.

Впрочем, они все равно слишком шумные, так что без них даже лучше.

— Я Хадсон Бабель из Синей Башни Магов. Я занимаю должность заместителя командира отряда и проведу краткий инструктаж перед тем, как мы войдем в город.

Взглянувшее на нас лицо лучилось спокойной мудростью человека, прожившего долгую жизнь.

— Все согласны?

— Мы были бы признательны за объяснения.

— Честно говоря, нас очень злило отсутствие информации.

— Спасибо вам, господин маг.

Даже наемники, которые только что враждебно относились к рыцарям, вели себя перед магом как послушные щенки. Довольный таким приемом, Хадсон слегка улыбнулся:

— Десять лет назад Парамир окутал черный туман. Было установлено, что войти в него снаружи можно, но выйти изнутри — невозможно.

На карту города был нанесен набросок черного тумана.

— Разглядеть то, что находится внутри, трудно даже невооруженным глазом. При вдыхании этот черный туман вызывает психическую нестабильность, а также часто приводит к головным болям, диарее и другим физическим недомоганиям.

— ...Разве это не значит, что ты труп в ту же секунду, как зайдешь туда?

— Не обязательно. К счастью, черный туман обладает слабой проникающей способностью, поэтому достаточно просто прикрыть нос и рот тканью, чтобы предотвратить его вдыхание.

Маг Хадсон поднял вверх носовой платок.

— Даже платка такого размера вполне достаточно для защиты. Если вы увидите, что ваш спутник — или выживший, застрявший в городе, — наглотался черного дыма, первым делом прикройте ему рот и нос. К счастью, бред проходит вскоре после восстановления нормального дыхания, так что об этом можете не беспокоиться.

— Без этой информации нам действительно пришлось бы туго.

— Есть что-нибудь еще?

— И правда нет никакого способа выбраться изнутри?

Хадсон терпеливо отвечал на хлынувший поток вопросов один за другим:

— Ни разу не было замечено, чтобы хоть одно живое существо выбралось из Парамира. Что касается остального... черный дым закрывает даже небо, так что внутри, скорее всего, будет кромешная тьма. Я настоятельно рекомендую взять с собой источники света.

Хадсон прикрепил к доске сложный чертеж, который, судя по всему, подготовил заранее.

— Как вы знаете, до своего падения Парамир был одним из великих северных городов. Его здания расположены очень плотно друг к другу, из-за чего его часто называли лабиринтом. Я принес несколько копий карты Парамира и раздам их вам. Одной на группу должно хватить.

— Вот это я понимаю, Башня Магов.

— Маги действительно мастера своего дела.

— Вы слишком добры. Но помимо этого...

Сняв шляпу, Хадсон широко улыбнулся, отчего его морщины разгладились.

— Прежде чем мы войдем в Парамир, не стоит ли нам хотя бы узнать, кто здесь собрался и откуда? Я рассчитываю, что внутри мы будем помогать друг другу, а не враждовать. Думаю, нам не помешает хотя бы вкратце представиться. Как насчет того, чтобы лидер каждой группы коротко рассказал о себе и своих людях?

— ...Что ж, неплохая идея.

— Мы понятия не имеем, откуда взялись эти эльфы и чем они занимались.

— Эй, красотка. Не хочешь поразвлечься перед тем, как мы войдем?

— Закрой рот, человек.

— Ого. Какая дикая.

— А ну завязывайте, парни.

С громким кряхтением один из наемников поднялся со своего места. Подойдя к Хадсону, он уважительно склонил голову:

— Даниэль Родбичи, капитан отряда наемников «Синий панк».

— Бичи! Бичи!

— Не называйте меня так. Прибью.

Даниэль добродушно и непринужденно усмехнулся:

— «Синий панк» — это, ну, просто наемники. Нас нанял один важный человек. Мы здесь исключительно ради денег. Трое в авангарде, двое в арьергарде. Мы прошли через огонь и воду, а вон тот самый громкий парень, Дилан, мастер по обезвреживанию ловушек и всему такому. И в темноте видит отлично.

— Да ладно тебе, капитан, не слишком ли ты приукрашиваешь?

— Можете пропускать большую часть его слов мимо ушей. Мы не собираемся враждовать ни с кем, кроме имперских рыцарей, так что не переживайте. Особенно это касается прекрасных дам-рейнджеров — мы вам всегда рады.

Эльфийки вздрогнули и тихо сделали шаг назад.

Хадсон перехватил инициативу после Даниэля так естественно, словно только этого и ждал:

— Как я уже упоминал, мы из Синей Башни Магов. Наша причина участия в поисковом отряде связана с магическими исследованиями. Инцидент в Парамире — уникальный случай, представляющий собой объект, окутанный множеством магических теорий. Нас четверо из Синей Башни Магов, и каждый владеет магией на достойном уровне или выше. Мы можем справиться с любыми вопросами, от мелких до самых сложных, так что если обнаружите что-то необычное, пожалуйста, сразу обращайтесь к нам.

Когда представление Синей Башни Магов закончилось, все взгляды устремились на эльфов. Эльфийка, до этого сидевшая в тишине, глубоко нахмурилась:

— Что?

— .....

— Что?

— .....

— Боже правый.

Эльфийка поднялась. Наемники разразились восторженными криками при виде ее длинных ног и статной фигуры.

— Да вы просто нечто, госпожа!

— Заткнитесь, люди.

Эльфийка потерла лицо, и ее представление оказалось предельно кратким:

— Мы из Эльфийского леса. Четыре рейнджера. Наше оружие — ножи и арбалеты. Поскольку запас болтов ограничен, мы будем признательны за помощь в их сборе.

— Госпожа! Наступите на меня!

— ......

— Этот взгляд, полный абсолютного презрения... как же возбуждает...

«В этом „Синем панке“ нет ни одного нормального человека».

Вздохнув, эльфийка вернулась на свое место. Настала очередь религиозных групп, однако остальные начали один за другим подниматься, собираясь уходить.

Их бормотание было достаточно громким, чтобы его услышали все присутствующие:

— Люди из культов, ну, может, пригодятся для исцеления и восстановления.

— Разве мы не можем просто использовать их вместо зелий, чтобы магам не приходилось перенапрягаться?

— В этом есть определенная взаимная выгода.

— Как и ожидалось, госпожа!

Ого.

Отношение к культам здесь просто поразительное. Совсем другой уровень по сравнению с магами.

Даниэль поднял руку:

— Господин маг, хотите добавить что-нибудь еще?

— Я планировал провести еще один краткий инструктаж перед самим Парамиром, прежде чем мы войдем... но представители культов еще не представились...

— Тогда пускай жрецы представятся на месте. Уже поздно, так что лучше сейчас пойти поспать.

Стоило Даниэлю подняться, как эльфы последовали его примеру. Помещение мгновенно опустело, оставив позади лишь жрецов и магов.

Хадсон неловко смахнул пот со лба:

— ...Прошу прощения. Боюсь, мне немного не хватает харизмы...

— А, все в порядке. Не вчера же люди начали выказывать неуважение к верующим.

Так уж все устроено: внутри культа и за его пределами — совершенно разные миры. Разве жрец Миркант не повторял это раз за разом? Что жрецы — это заходящее солнце.

Сладко зевнув, я потянулся и огляделся.

Большинство верующих, участвующих в поисковой операции в Парамире, были зелеными новичками. Организации всегда отправляют свои расходные карты на подобные миссии. Ни одна группа не станет посылать свои ценные силы туда, что открыто называют смертным приговором.

Тем не менее, познакомиться между собой нам бы не повредило.

— Розмари.

— Да?

— Давайте представимся, пока мы остались наедине. Будет правильно, если Розмари, наш самый способный член отряда, пойдет первой, верно?

— ...Что?

Я дружелюбно улыбнулся:

— Ведь так? «Старшая» Розмари?

— ...Ах ты, мелкий змееныш.

Розмари поднялась. Окинув взглядом собравшихся, она коротко представилась:

— Я Розмари из Культа Ра. Мое основное оружие...

Она запнулась и тяжело вздохнула:

— Топор. Пожалуйста, учтите, что я боец авангарда, а не арьергарда, и я паладин, а не жрица.

— Топор?

Двое мускулистых лысых мужчин, до этого тихо сидевших в стороне, резко вскочили на ноги:

— Разве это не мужское оружие!

— Боже правый! Я был предвзятого мнения об инквизиторе Розмари!

— Топор — это символ воина!

— Рад знакомству! Я Лукас!

— Я Маркус!

— Паладины Культа Искандара!

...?

«Почему Лукас и Маркус появились здесь?»

Они не были ключевыми персонажами, но определенно относились к числу примечательных. Полноценные бойцы Культа Искандара.

И их используют как расходный материал для поисковой операции в Парамире?

Почему?

— Почему вы двое здесь?

— О, похоже, это наш младший братишка.

— Довольно неплохо натренирован.

— Умеешь махать топором?

— Сколько бревен ты можешь расколоть за день?

— О, я уже сбился со счета.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

— Отличный младший брат!

Паладины из Культа Искандара поиграли мускулами:

— Мы вызвались добровольцами!

— Искоренение зла — долг паладина!

...Вполне ожидаемо от этих чудаков. С другой стороны, в игре они действительно несколько раз присоединялись к поисковой операции в Парамире.

И все же, бросаться сломя голову туда, где ждет верная смерть...

Благородные идиоты до мозга костей.

Мужчина, который до этого настороженно наблюдал за происходящим, медленно поднялся. Он проворчал тихим, нерешительным голосом:

— Зачем вообще знакомиться, если мы идем туда на верную смерть...

Хадсон выдавил улыбку:

— И все же, разве не лучше тем из нас, кто остался, хотя бы обменяться именами?

— Я Пабло. Из Культа Ру... и мне, собственно, больше нечего сказать. На этом все.

Культ Ру — Богиня Луны. Самый известный культ на юге, являющийся аналогом Культа Ра.

Но... даже с первого взгляда было ясно, что у этого парня напрочь отсутствуют манеры.

Я повернул голову. Оставался еще один культ, представитель которого не представился. Мальчик в белых одеждах — юноша, выглядевший примерно моего возраста.

Он подбежал к нам вприпрыжку и поклонился с яркой улыбкой:

— Привет! Меня зовут Ноа, я из Культа Иссис!

«...Ноа?»

«Ноа?»

«Почему здесь Апостол Иссис, Богини Жизни?»

Моя голова пошла кругом, но, если подумать, нараставшая головная боль внезапно полностью утихла.

«Так, стоп».

Апостол Иссис, братья Лукас и Маркус... два туза-инквизитора из Культа Ра...

Даже если не брать в расчет этого Пабло или как там его...

С таким составом разве это не сильнейшая элита, собранная во всем поисковом отряде?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (5)

Глава 59: Поисковая операция в Парамире (5)

Ночь прошла. С наступлением дня поисковый отряд собрался вновь, и для них провели краткий инструктаж по плану штурма Парамира.

Он мало чем отличался от вчерашнего. Единственным изменением стало подробное объяснение маршрутов входа по карте.

— Цель поискового отряда — установить источник черного дыма и выяснить, остались ли выжившие.

Выслушав доклад Хадсона Бабеля, имперский рыцарь Иан Памель, возглавлявший поисковый отряд, кивнул.

— Мы должны осмотреть все, взяв за ориентир центральную городскую часовую башню.

— ...Простите? — Хадсон Бабель возразил: — Но тогда нам придется охватить слишком большую территорию. Это может занять гораздо больше времени, чем запланированные нами две недели...

— Разве вы только что сами этого не сказали? Что приоритетом является поиск выживших и обнаружение источника черного дыма. Чтобы докопаться до сути, нужно собрать как можно больше сведений.

— Но это не значит, что мы можем обойти абсолютно все...

— Мы разделимся на три группы.

— Что, простите?

Лицо Иана Памеля резко помрачнело.

— Если мы хотим охватить большую площадь, чем планировалось изначально, разделение на три группы вполне логично. Мы разобьем территорию на три сектора. Во-первых...

Начерченная на земле круглая карта города разделилась на три части, словно разрезанная пицца.

— Северный сектор — наш. Синяя Башня Магов и имперские рыцари зачистят его.

— ...Ха?

Даниэль Родбичи из наемников «Синего панка» недоверчиво усмехнулся:

— И что конкретно будет со второй группой?

— Обращайся ко мне подобающим образом, наемник.

— ...Что будет со второй группой, сэр?

— Следопыты и отряд наемников пойдут вместе. Вы берете на себя юго-восточный сектор. Есть возражения?

— Конечно, есть. Я молча наблюдал за всем этим, но теперь... Вы серьезно собираетесь забрать Синюю Башню Магов себе? Нашу главную боевую силу? Вы в своем уме?

— Разумеется, до ворот мы дойдем вместе. Разделение произойдет уже внутри. Расчистка пути — это совместные усилия. К тому же это поисковая миссия. Избегание боя и сбор информации стоят на первом месте. Вам ведь выделили эльфов? Следопыты полезны, их ценность в поисковых операциях неизмерима. И самое главное...

Имперский рыцарь Иан Памель положил руку на эфес меча, и в воздухе вокруг него начала разливаться аура, которой никто из них прежде не видел.

— Третьего предупреждения не будет, наемник. В следующий раз я сдерживаться не стану.

— ...Это чистой воды безумие. «Поисковая миссия», «приоритет информации» — все это лишь пустые слова. Любому дураку ясно, что там нас ждет сплошной бой. И вы предлагаете нам прорываться в одиночку? — Даниэль Родбичи пожал плечами. — Ладно, плевать. Нам же лучше, если честно. Не видеть ваши рожи — уже облегчение. Да и путешествие с эльфийками вряд ли можно назвать каторгой.

— Мы начнем действовать независимо, как только войдем внутрь.

— Да ради всего святого!..

— Не смейте идти за нами.

Вся эта ситуация выглядела настолько абсурдной, что я не удержался и подал голос:

— С вашего позволения, господин рыцарь.

— Что такое?

— Юго-западный сектор... предполагается, что члены культов зачистят его вместе? Нас ведь меньше всех.

Все взгляды устремились на меня. Я посмотрел на Иана Памеля, изо всех сил изображая человека, который совершенно не понимает, что происходит. Тот кивнул.

— Что бы ни скрывалось внутри, это, без сомнения, нечто нечестивое. А значит, для таких жрецов, как вы, там вдвойне опаснее. Я бы назвал это подходящим испытанием для малого элитного отряда.

Ну да. Пустые слова.

Какая же чушь. Я едва не поперхнулся, пытаясь сдержать смех.

Значит, он прекрасно знает, что там таится, и намеренно выталкивает членов культов вперед. Это было равносильно прямому заявлению: вы бесполезны, и тратить на вас ресурсы я не собираюсь.

Что ж, ладно.

Пусть сами разбираются. Не моя забота.

Однако Розмари, не подозревавшая о моих мыслях, нахмурилась и повысила голос:

— Что именно вы творите?

— Командую.

— Командуете? Посылать людей на верную смерть теперь называется «командовать»? Сэр Иан Памель?

— Именно. Как еще назвать распределение нужных людей по нужным позициям?

Лицо Иана Памеля ожесточилось.

— У нас есть задачи, которые необходимо выполнить внутри. Мы обязаны установить причину и раскрыть тайны Парамира. У нас нет времени нянчиться с теми, кто отстает. Члены культов знали, на что шли, когда соглашались явиться сюда, не так ли?

— ...С меня довольно этого дерьма!..

— Не забывай, что Культ Ра подчиняется Империи. А что касается таких новичков, как ты... — Иан Памель наполовину обнажил меч из ножен. — Помни, что тебе не одолеть Имперский Меч.

— ......

Розмари прикусила губу. Она огляделась по сторонам, но не нашла ни единого человека, готового принять ее сторону.

Наемники молча отвели взгляды. Маги смотрели с чем-то похожим на сочувствие, но никто из них не протянул руку помощи. Эльфы же демонстративно и пренебрежительно фыркнули.

Да уж.

Ну и бардак. Полнейший хаос.

Иан Памель произнес:

— Выступление в полдень. К этому времени пусть каждый разберется со своим снаряжением. План остается в силе. Убедитесь, что вы полностью готовы.

Ого.

Значит, любого, кто может ослушаться его приказов, отсеивают с самого начала, пока он прибирает к рукам основные боевые силы. И вдобавок ко всему, благодаря предварительной разведке магов, он уже захапал себе сектор с наименьшим количеством монстров.

Впервые вижу командира, который настолько открыто жаждет присвоить себе всю славу. Это настолько шито белыми нитками, что даже забавно.

Но ничего не поделаешь.

Группа, которую он списал со счетов, по чистой случайности скрывает в себе самую сокрушительную огневую мощь.

◇ ◇ ◇

— ...Что нам делать?

— Что значит «что делать»? Старшая Розмари.

— Прекрати это свое «старшая». У меня от этого мурашки по коже.

— Да ладно вам. Вы ведь спасли мне жизнь, старшая Розмари. Вы же не станете теперь притворяться, будто мы не знакомы?

Я наклонился к ней и прошептал медленным, вкрадчивым тоном:

— Мы ведь практически в одной лодке... Если бы мне пришлось описать наши отношения одним словом...

— ...Одним словом?

— Товарищи... разве нет?

— А-А-А-А! А-А-А-А-А!!

Розмари зажала уши руками, словно услышала нечто омерзительное. То, с какой искренней неприязнью она реагировала, меня даже забавляло.

— Просто купите маску. Потому что мои слова — чистая правда.

— У меня уже есть платок.

— Он слетит в разгар боя. Маска лучше. Благодаря завязкам она держится на месте.

Лично мне не стоило беспокоиться о безумии, но со всеми остальными дело обстояло иначе. Меньше всего мне хотелось столкнуться с тем, что прикрывающий твою спину товарищ внезапно набросится на тебя.

— Тебе тоже.

Кто-то вздрогнул.

Апостол, следовавший за нами по пятам, высунул голову из-за угла.

— Ой... когда ты заметил?

— Ты пялился на нас практически в упор. Купи маску.

Апостол. Еще совсем зеленый, но неоспоримо Апостол — что он здесь забыл, оставалось загадкой.

Что ж, его наверняка втянули во все это, как и Айрин. Не стоит слишком глубоко задумываться об этом.

Я протянул ему маску. Налаживание связей лишним не будет. Апостол есть Апостол — рано или поздно он окажется полезен.

— Огромное спасибо!

Я замечал это еще в игре, но он действительно...

— Ты очень жизнерадостный.

— Хм? О, мне часто это говорят.

Этот его легкий смешок... он и правда казался ребенком. Совсем не похож на меня, носящего детское лицо, но являющегося кем угодно, только не ребенком.

— Розмари.

— Что еще.

— Хе-хе.

— Да за что мне все это... Что я тебе сделала?

Мир глубоко несправедлив.

Я пошел и купил все необходимое. Точнее, набрал местных деликатесов.

Честно говоря, я и так пришел во всеоружии. Мне мало что требовалось докупать.

— А изюм здесь вкусный.

— ...Тебе нравится изюм?

Розмари посмотрела на меня с ужасом. Я небрежно протянул ей изюмину, которую выковырял из местного фирменного рулета.

— Двойная сладость?

— Фу... Терпеть это не могу...

— Ноа. Хочешь?

— Хм? О! Спасибо!

Мы втроем побрели по небольшому рынку. Городок был скромным, но здесь на удивление нашлось на что посмотреть. Учитывая, как часто искатели приключений и маги проходили тут по пути в Парамир, это место, несмотря на свои размеры, обзавелось неплохой туристической торговлей.

— ...О.

Я столкнулся с Даниэлем Родбичи. Наемники «Синего панка» обступили нас.

— Ну... В общем, да, — Даниэль Родбичи почесал затылок. — Извини за то, что произошло раньше, жрец.

— Не переживайте об этом. Вы ведь не сделали ничего плохого. Мы сами виноваты в том, что бесполезны. Забудьте.

Ого. Колко. Невероятно колко. Отличная работа, Розмари.

Эта острая шпилька лишила Даниэля Родбичи дара речи. Все, на что его хватило, — это легкий кивок головы.

И все же у него хотя бы есть совесть. Специально подошел, чтобы извиться.

Они ушли. Розмари, несмотря на свои резкие слова, выглядела искренне обеспокоенной.

— Что же нам делать?

— На, съешь это. Поможет.

— ...Ам... О боже, да чтоб тебя! Это же то же самое, что и раньше! Рулет с изюмом! Тьфу, тьфу, тьфу.

— А по-моему, очень вкусно!

— Правда ведь? И как это может кому-то не нравиться. Тебе, случайно, не нравится мятный шоколад?

— Вообще-то нравится.

— Полное отсутствие вкуса.

— Что, простите?

Уж не знаю насчет всего остального, но мятный шоколад — это преступление против человечества.

— В любом случае, не волнуйтесь. У вас есть я — ваш младший и великий мастер, Розмари.

— ...Если честно, от этого мне становится только тревожнее.

Розмари тяжело вздохнула. Я откусил кусок хлеба и принялся один за другим выковыривать изюмины, передавая их Ноа.

Мальчишка безропотно принимал каждую штуку. По крайней мере, я нашел ему применение.

«Теперь ты утилизируешь мой изюм. Я обожаю рулеты, но вот изюм не выношу напрочь».

◇ ◇ ◇

Мы выступили без промедления. Больше никаких споров не возникало. Атмосфера между группами едва ли не граничила с открытой враждебностью.

Все кипели от злости из-за высокомерных выходок имперского рыцаря. Даже эльфы, державшиеся в стороне от человеческих дел, открыто усмехались, заявляя, что никогда еще не встречали подобного человека.

Показался Парамир — город, поглощенный черным туманом. Даже на внешней границе клубы черной дымки уже медленно расползались наружу.

— ...Мы ненадолго остановимся здесь.

Город Парамир. Место, окруженное огромной внешней стеной.

Если быть точным, стену возвели уже после уничтожения Парамира — по сути, это был сдерживающий барьер, построенный Империей. Маг Хадсон Бабель собрал образец черного тумана, медленно сочащегося по внешней стене, и запечатал его в стеклянный флакон.

Даниэль Родбичи с любопытством спросил:

— Маг. Разве вы не собрали уже достаточно этой дряни? Я слышал, Башня Магов наведывается сюда довольно часто.

— Все верно. Но образец, собранный давно, и тот, что взят прямо сейчас, принципиально отличаются. К тому же это послужит важным материалом для исследований.

— И что конкретно вы исследуете?

— Секрет Башни Магов.

— Создаете оружие войны или что-то в этом роде?..

Случайно брошенная фраза Даниэля Родбичи заставила Хадсона Бабеля напрячься. Он твердо ответил:

— Башня Магов ни при каких обстоятельствах не участвует в разработке оружия войны. Даниэль Родбичи, я был бы признателен, если бы вы тщательнее выбирали выражения.

— Ах, прошу прощения. Язык мой — враг мой.

— Молчать.

Имперский рыцарь Иан Памель привязал лошадь у входа. Перед массивными воротами он поймал взгляд Хадсона Бабеля.

— Открывай, маг.

— Понял. Все готовы? Как только ворота откроются, мы сразу же входим. Пожалуйста, помните, что на закрытие ворот уходит примерно одна минута.

Хадсон Бабель оглядел собравшихся.

— Всем... желаю удачи.

Ворота открылись. Парамир. Сдерживающая стена, запечатавшая павший город, медленно поползла вверх.

Что ж. Посмотрим, что нас ждет.

Поисковая операция в Парамире началась.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (6)

Глава 60: Поисковая операция в Парамире (6)

Густой чёрный туман казался непроглядным. Стояла такая темень, что невозможно было разглядеть собственную ладонь.

Раздался голос Даниэля. Лица его не было видно — дым стоял настолько плотный, что трудно было понять, кто где находится.

— Маг?! Мы вообще туда идём?!

— Нам нужно просто преодолеть этот участок. Чёрный дым постоянно стремится вырваться наружу, поэтому прямо у внешней стены его концентрация огромна. Не снимайте повязки. Ни при каких обстоятельствах.

— И всё равно это уже слишком... О-о-о-а-а-а?!

Даниэль закричал. Что-то с грохотом повалилось на землю.

— Капитан, что происходит?

— Да нет, тут что-то есть...

Послышался скрежет вынимаемого из ножен клинка, а сразу вслед за этим по земле покатилось что-то глухо стучащее.

— ...Ха-а. Напугало-то как, чуть богу душу не отдал. Это просто пустой ящик.

— Осторожнее! Ты меня чуть не задел!

— Эван, ты где?

— Прямо за вами, капитан! Смотрите, куда прёте!

— Да я ни черта не вижу!

Боже, сколько от них шума. Видимость вот-вот прояснится, к чему вообще эта паника?

— Мы все умрём... мы все умрём...

Кто-то бормотал рядом со мной. Судя по дрожащему голосу, это был тот самый желторотый юнец из Культа Ру. Кажется, его звали Пабло.

Один раз я бы ещё пропустил это мимо ушей, но он ныл без остановки с самого момента, как мы вошли. Этот непрекращающийся скулёж начинал действовать мне на нервы.

— Хлоп!

Я замахнулся рукой в сторону звука, и Пабло испуганно вскрикнул.

— Меня что-то ударило!

— Должно быть, где-то рядом притаился монстр.

Всё равно ничего не видно, так что вышло очень даже кстати.

Шедший впереди Хадсон подал голос, после чего послышался стук его посоха о землю.

— ...Видимость улучшилась. Все, пройдите немного вперёд.

Поисковый отряд, не дожидаясь остальных, поспешил вперёд, и первым, на что они наткнулись, оказался ряд огромных дилижансов. Хозяев поблизости не наблюдалось — внутри лишь громоздились горы брошенного груза.

В нос ударил запах гнили. Он исходил не из какого-то конкретного места — зловонием разложения веяло отовсюду. Пабло замутило, и он зашёл с сухим кашлем. Я положил руку ему на плечо.

— Если тебя сейчас вырвет, не мог бы ты отойти в сторонку?

— Ах ты... да ты...

— Подумай об окружающих.

Я и раньше был о нём не лучшего мнения — ходячий сборник жалоб. Было бы куда приятнее, если бы он просто исчез с моих глаз. Пройдя мимо него, я заглянул внутрь дилижансов.

Всё именно так, как я и ожидал. Как и всегда. Заблокированный дилижансами вход — первое, с чем сталкиваешься во время поисковой операции в Парамире.

Если точнее, это место всё ещё считалось безопасной зоной. Но стоило протиснуться сквозь щель, в которую едва мог пройти один человек, как ты сразу же оказывался на поле боя.

— ...Действуем по плану.

Имперский рыцарь Иан Памель положил руку на эфес меча и кивнул в сторону наемников из «Синего панка».

— Выступайте первыми.

— Ха. Чёрт. С какой это стати? Хотите сделать из нас пушечное мясо, потому что сами боитесь соваться в неизвестность?

— Это неповиновение?

— Хочешь прямо здесь силами помериться?

Имперский рыцарь и наемники препирались по любому поводу. Пока они увлечённо лаялись друг с другом, я проскользнул мимо них и протиснулся в щель между дилижансами.

— Захад?!

Игнорируя оклик, я пробрался на ту сторону. Тьма рассеялась, уступая место тусклому, призрачному свету, который, как я теперь видел, окутывал весь Парамир.

Давненько не виделись, Парамир.

Увидеть его вживую — совсем иное ощущение. Стоя у входа, я посмотрел вниз. Под внешней стеной, расположенной чуть выше окрестных равнин, раскинулся мёртвый город.

Сквозь чёрный туман пробивались слабые солнечные лучи. Стояла безветренная, мёртвая тишина. По внешним стенам зданий сползал тёмный, сажистый дым, а откуда-то издалека доносилось едва слышное тиканье часов на башне.

Улицы пустовали. Ни единой души. От этого становилось ещё более не по себе. Трупов тоже не было видно, а значит, здесь определенно кто-то обитал.

...Причём нечто по-настоящему омерзительное.

— Здесь безопасно. Выходите все.

В конце концов, сейчас был полдень. Посреди дня монстры встречались редко — они впадали в неистовство лишь глубокой ночью, так что пока всё шло нормально.

Розмари вздохнула. Словно и не она только что кричала, она сразу же последовала за мной. Проходя мимо наемников и рыцарей, она одарила их презрительным взглядом.

— Да вы все трусливее этого мальчишки. До единого.

— .......

— .......

Мы все собрались у входа. Расположенная в самом центре часовая башня виднелась вдали. Она была настолько окутана дымкой, что с такого расстояния её едва удавалось разглядеть.

Иан Памель заговорил:

— Мы разделяемся на группы и немедленно выдвигаемся. Не забывайте: на седьмой день мы все собираемся у часовой башни.

Имперские рыцари и маги двинулись первыми, держа курс на север. Группа, направившаяся в глубь павшего города, почти мгновенно скрылась из виду.

— ...Ублюдки паршивые.

Даниэль цыкнул сквозь зубы и повернул голову. Посмотрев на эльфов, он протянул руку.

— Тут явно творится что-то неладное — давайте хоть пойдем вместе. Без всяких глупостей. Вам ведь тоже нужен авангард, верно?

— ......

Эльфы, похоже, уже почуяли неладное. Даже если они не могли разгадать тайны, дремавшие в этом городе, они как минимум поняли, что здесь кто-то есть.

Наемники и эльфы тоже ушли. Они бросили короткий взгляд на оставшихся священнослужителей, но даже не замедлили шаг.

Я опустился на ступени у входа и лениво зевнул.

— И правда взяли и ушли. А я-то думал, они хоть немного присмотрят за нами, вопреки своим словам... Просто бросили нас, потому что мы кажемся самой слабой группой? Бесстыжие ублюдки.

— ...Что нам делать?

— В каком смысле «что делать»? Старшая Розмари должна взять командование на себя. Вы ведь у нас опытная, верно?

— ......

Розмари присела рядом со мной. Её взгляд стал тяжелым. Без сомнения, она тоже это почувствовала.

Тайны, которые скрывал этот павший город, оказались куда более жуткими, чем она себе представляла.

— ...Ты сам это сказал. Что во время поисковой операции в Парамире нам придется следовать за тобой. И теперь ты собираешься просто сидеть сложа руки?

— Но у вас ведь куда больше опыта, чем у меня, старшая Розмари.

— Это так. Но... с этим местом что-то не то. Ни одного трупа. Всё пусто, но откуда-то постоянно доносится запах гнили. И город, в котором стоит такая тишина...

Инстинкты зверолюдей действительно очень остры. Поднявшись на ноги со вздохом «ну ладно», я окинул взглядом оставшихся священников.

— Братья Лукас и Маркус.

— Звал, младший брат!

— Что случилось!

— Видите ли, здесь довольно опасно. Но, к счастью, я кое-что знаю об этом месте. Я гораздо моложе любого из вас, но согласитесь ли вы следовать за мной?

Если бы они отказались, я бы просто оставил их здесь. Я всё равно считал, что одной Розмари будет вполне достаточно.

Лукас и Маркус переглянулись и, не теряя ни секунды, одновременно напрягли мускулы.

— Пока мы можем очищать зло, методы не имеют значения!

— Я слышал, что инквизитор Розмари очень опытна! Раз уж она ручается за тебя, значит, ты действительно на что-то способен!

Что ж, это уже кое-что. Иметь этих двоих в поддержке куда лучше, чем оставаться только с Розмари.

Я перевел взгляд на Ноа. Апостол Иссис внимательно следила за выражением моего лица.

— У меня нет возражений, брат Захад.

Все согласились. Однако в их словах сквозило сомнение. Они не высказывали его напрямую из уважения к Розмари, но недоверие было очевидным.

Пока я решил не обращать на это внимания. Добиться хотя бы формального согласия уже было неплохо.

— Отлично. И последнее...

Пабло. Одного взгляда на него хватало, чтобы понять: с ним будут проблемы.

Он весь дрожал. Уставившись на мёртвый город сквозь тусклый свет, он без умолку бормотал:

— Проклятье... думаете, я тут сдохну? Я буду жить... я буду жить...

Мне действительно нужно тащить его с собой?

Я посмотрел на Розмари. Она вздохнула и покачала головой.

— Мы берём его с собой.

— Это правильное решение.

Если бы все увидели, как легко я бросаю людей на произвол судьбы, остальные священники точно перестали бы мне подчиняться.

— Старшая Розмари.

— ...Можно просто Розмари.

— Розмари. Могу я взглянуть на карту?

Я разложил карту и окинул взглядом юго-западную часть. Я уже знал, куда именно мы направимся.

Источник всего этого находился в часовой башне. Но простой поход к ней не открывал путь к битве с боссом.

По всему Парамиру были разбросаны пять скрытых локаций. В каждой из них нужно было уничтожить обитавшее там «нечто». Без этого, даже если добраться до часовой башни, битва с боссом начнется на максимальной сложности.

В полную силу одолеть его не мог никто. А я сейчас и близко не обладал достаточной мощью. Сначала мне нужно было зачистить все пять локаций и ослабить босса Парамира.

Расположение этих мест всегда определялось случайно. Чтобы выяснить, где прячется каждое «нечто», придётся собирать подсказки... так что начнём с этого. За один день нам всё равно не управиться, поэтому... по пути мы пройдём через безопасную зону...

Я набросал на карте примерный маршрут.

— Мы заглянем в таверну Винсмоука, отмеченную на этой карте, соберем немного информации, затем зачистим ближайший двухэтажный особняк и проведём там ночь. А дальше решим по обстоятельствам. Как вам такой план?

— Мне подходит. Так и сделаем.

— Отлично!

— Прекрасный план!

— Я буду следовать только за тобой, брат Захад.

Пабло резко вклинился в разговор:

— П-почему мы должны делать именно так?

— ...Что?

— Если уж мы собираемся идти, разве не лучше сделать вот так? Я... я думаю, что держаться как можно ближе к внешнему краю будет гораздо безопаснее.

Пабло запинался, но упрямо гнул свою линию:

— Внешний край проходит прямо вдоль городской стены, так что там безопаснее! И вообще... другие группы всё равно не ждут от нас никаких подвигов, верно?! Так что лучше просто тихо отсидеться в зданиях у внешней стены!..

— И что, ты хочешь прятаться там целыми днями?

— Думайте рационально! Мы здесь ничего не сможем сделать! Если мы будем бездумно бродить по улицам, то просто погибнем!

— ...Погоди, тогда зачем ты вообще вызвался участвовать в поисковой операции в Парамире? Если изначально не собирался ничего делать?

— М-меня заставили пойти! Я не хочу здесь находиться! Не хочу нигде бродить! В-выжить — это ведь главное, разве нет? Разве плохо искать безопасное место? И вообще... с этим местом что-то не так... всё гораздо хуже, чем я думал... здесь кто-то есть...

Я тяжело вздохнул. На внешнем краю безопаснее? Вот поэтому дилетанты и остаются дилетантами.

Хорошая затрещина могла бы вправить ему мозги...

— ......

...Хотя нет.

Ладно. Пусть будет по-твоему. На самом деле это отличный шанс развеять недоверие, которое зрело в нашей группе.

— Раз уж ты так уверен, веди нас.

Когда опустится ночь, здесь всё равно начнется хаос. Каждое место, кроме безопасных зон, превратится в сущий ад.

Будет полезно, если все увидят это своими глазами хотя бы раз. Поймут, что это за место.

Во что превращается Парамир с наступлением темноты.

◇ ◇ ◇

— Сэр Иан, я не понимаю. Зачем вы так внезапно разделили отряды...

— Это просто сброд, который всё равно не станет нормально выполнять мои приказы, когда начнется бой. Использовать их в качестве живого щита, чтобы выведать хоть какую-то информацию, — самое верное решение.

Было темно.

Имперский рыцарь Иан Памель взглянул на небо. Сквозь чёрный дым в Парамир пробивались лишь жалкие крохи солнечного света.

Здесь стоял полумрак даже посреди дня, словно они шли сквозь вечную тень. Если уж сейчас так темно, то что же начнется с приходом ночи?

— Маг, ты уверен, что мы идём верным путём?

— Да.

Маг Хадсон кивнул. Он тоже выглядел встревоженным, то и дело озираясь по сторонам.

Гнетущее отсутствие звуков могло свести с ума любого. В крайних проявлениях подобную тишину использовали даже в качестве пытки.

Тишина. Неестественная, звенящая тишина.

Слышался лишь глухой стук армейских сапог.

— Стой.

На самом деле перед Ианом стояла лишь одна конкретная задача. Империя уже пришла к выводу, что выживших здесь нет. Тем не менее Иан прибыл сюда, намереваясь полностью возродить Парамир.

В нейтральных землях под Парамиром таились колоссальные залежи полезных ископаемых. Их объемы были настолько огромны, что некоторые шептались, будто это дело рук демонов, — такое богатство даже Империя не могла проигнорировать.

Прибрав эти ресурсы к рукам, он обеспечил бы себе такие заслуги, которые никто не посмел бы оспорить. Иан стремился к продвижению по службе. Он жаждал получить еще больше власти.

Для этого ему требовалось что-то раздобыть. Или, как минимум, разузнать хоть какие-то достоверные сведения.

Хадсон заговорил, не скрывая своего беспокойства:

— До того как зайдёт солнце, нам нужно найти укрытие на ночь. Сэр Иан, по ночам здесь пробуждаются неведомые твари. Стоит проявить крайнюю осторожность.

— Время ещё есть. А это место...

Он пинком распахнул подгнившую деревянную дверь, подняв в воздух целое облако пыли.

Изнутри потянуло удушливым запахом гнили. Иан зажал нос рукой. Внутри здания, лишённого источников света, царил кромешный мрак, усугубляемый дневными сумерками снаружи.

— Свет.

Один из подчинённых поднял факел. Иан окинул взглядом помещение: сломанная мебель и обвалившийся потолок.

Ни звука. Полная тишина. Иан слегка провел пальцем по полке, и на его руке остался толстый слой пыли.

Это был не обычный жилой дом. Скорее всего, какая-то лавка.

— Обыскать здесь всё.

— Сэр Иан...

— Я бы советовал тебе помалкивать, маг. Командование здесь принадлежит мне. Если хочешь выбраться отсюда живым, просто подчиняйся моим приказам.

Иан искал трупы. То, что здесь вообще ничего не было, казалось подозрительным. Найди они хоть одно тело, маг наверняка смог бы извлечь из него какую-нибудь информацию.

— Здесь ничего.

— Тут тоже пусто.

Первый и второй этажи оказались абсолютно пустыми. Значит, тупик. Иан уже развернулся, собираясь уходить, но перед тем как сделать шаг к выходу, уловил какой-то звук.

Что-то зашевелилось, нарушив мертвую тишину. Рыцари замерли. Стоявший на втором этаже маг указал пальцем вниз.

— Звук донесся снизу.

Лестницы, ведущей вниз, не было видно. Иан отпихнул ногой скомканный ковёр, под которым обнаружился люк в подвал.

Звук повторился. Иан переглянулся со стоявшим рядом рыцарем. Тот тяжело сглотнул, шагнул вперёд и медленно протянул руку.

Его пальцы коснулись крышки люка. Шум внизу становился всё громче. Иан обнажил меч.

Там кто-то есть.

— ...Открывай.

Рыцарь изо всех сил рванул крышку люка вверх. Иан заглянул внутрь, чтобы увидеть источник шума. На мгновение с его губ, всегда плотно сжатых в суровом выражении, сорвалось ругательство:

— Что за чертовщина?!

До Хадсона донесся запах гнили.

Это было настолько омерзительное зловоние, что любого человека тут же вывернуло бы наизнанку от подкатившей к горлу тошноты.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (7)

Глава 61: Поисковая операция в Парамире (7)

День угасал. Павел, который шёл впереди, побледнел ещё сильнее.

— К-как насчёт того, чтобы зайти сюда?

Я взглянул на дом, который он выбрал. Неплохо. Обычное одноэтажное здание, но на окнах установлены железные решётки. Вполне сойдёт.

— Ты хочешь, чтобы мы провели здесь ночь?

— Т-ты, замолчи! Почему кто-то твоего возраста постоянно пререкается?!

— ...Что ты себе позволяешь в разговоре со жрецом Культа Ра...

— Я... я не с вами разговаривал, инквизитор Розмари! Просто этот мелкий ублюдок постоянно...!

Я похлопал Розмари по спине.

— Всё в порядке. Не обращай внимания. Но ты ведь на самом деле заботишься обо мне, верно? А я-то думал, что не нравишься тебе.

— Так и есть, не нравишься. Но оскорбление Культа Ра — совсем другое дело. Вне зависимости от моих личных чувств к тебе, ты — инквизитор Культа Ра.

Она сильно нахмурилась.

— Я просто соблюдаю надлежащие границы.

— Какая же ты цундэре.

— Что, простите?!

— Потише. Они нас услышат.

Ноа тихо вклинился в разговор. Его платиновые волосы были действительно прекрасны, а преданные, словно у щенка, глаза с любопытством смотрели на нас.

— Эм, брат. Что именно здесь находится, раз ты так себя ведёшь?

— Трудно сказать. Лучше увидеть всё своими глазами — это не так-то просто объяснить словами.

— Увидеть своими глазами? Они придут за нами сюда?

— Ну... как-нибудь справимся.

Сначала мне нужно было провести их через экстремальную ситуацию. Тогда они сами послушно встанут в строй. Я последовал за Павлом внутрь дома.

Значит, здесь мы и закрепимся. Довольно забавно. Кругом одно дерево, которое разлетится в щепки от первого же хорошего удара.

К тому же этот парень понятия не имеет, что на самом деле бродит снаружи. Посмотрим, заговорит ли он так же, когда опустится ночь.

— З-здесь мы будем в безопасности! Я уверен в этом!

— А-а. Конечно.

Я нашёл подходящее место и устроился поудобнее, сбросив рюкзак и сев на пол.

Розмари искоса наблюдала за мной. Она тихонько пододвинулась ближе и прошептала:

— Если на нас что-то нападёт... не лучше ли соорудить хоть какую-то защиту? Хотя бы укрепить те погнутые железные прутья впереди...

— Нам придётся прорываться, а не держать оборону.

— Что?

— От починки решётки не будет никакого толку.

Создание хлипкой баррикады лишь усугубит положение, она только путаться под ногами будет.

Не просто так безопасной зоной считается второй этаж.

Если остаться на первом этаже, твой запах просочится наружу. Как бы тщательно ты всё ни запечатывал, время от времени кто-то из них будет пробираться внутрь. Но со вторым этажом всё иначе. Если полностью его изолировать, завесить окна тканью и рассыпать маскирующий порошок, они даже не подумают лезть наверх.

— Розмари.

— ...Что?

— Если на тебя что-то бросится, первым делом отрывай конечности. Это самый эффективный способ. Лишение рук и ног обездвижит их гораздо надёжнее, чем отсечение головы.

— Что? О чём ты вообще говоришь?

— Просто... там снаружи кое-кто есть.

Ох. Скоро они проснутся. Я взглянул на небо и зажёг [Священное пламя] на своей ладони.

Оторвав несколько досок от стен дома, я поджёг их, освещая погружающееся во мрак помещение.

— Брат Павел.

— Ч-что? Что такое?

— Ничего.

Я пожал плечами.

— Просто хотел, чтобы ты воочию увидел последствия собственных слов.

Тихий город начал медленно наполняться шумом. Раздались гротескные завывания. Что-то задвигалось по стенам, оставляя за собой мерзкую грязь.

Громче всего раздавалось принюхивание. Звук яростно втягиваемого воздуха доносился со всех сторон. На первый взгляд это походило на дыхание — словно какое-то огромное существо бесконечно вдыхало зловоние гнили.

— Ч-что... что это такое...?

В руках Павла заструилось священное заклинание. Лёд, холодный, как лунный свет. Что ж, по крайней мере, он не совсем бесполезен. Если он способен так быстро сотворить заклинание, в нём есть какой-то прок.

Лёд здесь на вес золота. Огонь в этом месте скорее помеха. Эти твари продолжают двигаться, даже когда горят. Лучше заморозить тело и замедлить его.

Если я смогу правильно им воспользоваться и сделать полезным, это будет куда лучше, чем просто выбросить его.

Раздался внезапный, противоестественный влажный звук. Что-то вцепилось в железные прутья у входа. Розмари прищурилась.

— ...Плоть?

Нечто, похожее на расплавленную плоть, слегка затрясло решётку. Нас накрыло резким зловонием гнили — худшим из всего, что я когда-либо чувствовал.

— Грррк...

Ужасающий звук. Влажный шлепок гниющего мяса, прилипшего к полу. Кто-то просунул голову сквозь прутья. По форме она напоминала человеческую.

Но это был не человек.

У людей не бывает шести глаз.

— При... вет?

— Ч-что?! Что ты, чёрт возьми, такое?!

— Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет? Привет?

Одно и то же слово, снова и снова. Тело, следовавшее за головой, имело четыре руки. С их кончиков капали куски гниющей плоти. Три ноги топтали отвалившиеся ошмётки и впитывали их обратно.

Шесть глазных яблок вращались в разные стороны. Поры, покрывавшие каждый дюйм кожи, издавали резкий шум — тонкие, свистящие звуки, похожие на беспорядочную игру на флейте.

Звук прекратился. Рот возле лба приоткрылся.

— Привет?

И затем...

Гнильцы — Раттен — бросились в атаку.

— Какого...!

Розмари выругалась. Топор, который она сжимала за спиной, описал широкую дугу. Голова полетела в сторону.

Я цокнул языком. Я же говорил ей не целиться в шею.

Оно всё равно продолжит двигаться. Сначала нужно переломать все конечности.

Розмари схватили. Тело монстра с треском раскололось, и наружу высунулась уродливая пасть.

— Сестра!

— Я в порядке!

Топоры Искандара вспыхнули. Братья Лукас и Маркус бросились вперёд, их оружие рассеивало синий свет.

Чистые срезы. Конечности монстра мгновенно посыпались на пол. Несмотря на весь ужас его внешнего вида, усмирить тварь удалось быстро.

Розмари тяжело задышала. Она содрала со своего тела грязные куски плоти.

— Ч-что это такое?! Я в жизни не видела подобных монстров!

— Это ещё не конец.

Влажные, хлюпающие звуки доносились со всех сторон. Я всё ещё сидел.

— Они идут.

Самым ужасным в Гнильцах — Раттен — было не то, что они продолжали двигаться, сколько бы их ни резали.

А их невообразимое, чудовищное количество.

— Привет?

— Привет?

— Привет?

— Привет?

— Привет?

Начало истины, скрытой в этом городе. Слова, которые кто-то когда-то произнёс при первой встрече с кем-то другим.

Раттен хлынули вперёд. Железные прутья погнулись. Стена, не выдержав натиска огромной массы, начала рушиться.

Павел закричал. Его руки ярко вспыхнули.

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Священное заклинание Ру. Прекрасные осколки льда пронеслись по воздуху широкой дугой.

Но, увы...

Этого было смехотворно мало против такого полчища врагов.

Лёд со треском ударил по ним — и был поглощён. Несколько тварей замедлились, но они составляли лишь ничтожную часть от общего числа.

— П-простите! Простите! Простите! Простите!

Павел схватился за голову. Он дрожал и повторял свои извинения, обращаясь в пустоту.

Топор Розмари воспламенился. ⟨Пламя, взбирающееся на утес — Гильотина (A)⟩ — навык, которому она училась у меня, изрыгнул поток яростного огня.

— БУМ!!

Взрыв разбросал наступающих Раттен во все стороны.

Но их было слишком много. Абсурдно много. Это... это напоминало мне внутренности Бейгниса.

— Сгнившие до мозга костей!

— Они не твёрдые! Но это уродство — нечто совершенно иное...!

Лукас и Маркус неистовствовали под эхо непрекращающихся приветствий. Их топоры полностью сокрушили тела Раттен.

Но их было слишком много. Абсурдно много. Я зевнул, всё ещё продолжая сидеть.

— Эти существа... ни мертвы, ни живы... какое-то неопределённое промежуточное состояние...

Ноа полностью побледнел. Святая сила, собранная в обеих его руках, снизошла через молитву на паладинов.

Защитное священное заклинание, уникальное для Иссис, Богини Жизни. Барьер, окутавший их тела, отбросил Раттен, цеплявшихся за их конечности. Одна вспышка света — и Раттен потеряли свою форму.

Однако отсечённые конечности сами по себе прикреплялись к оставшимся Раттен. Бесконечная регенерация. Не заботясь о том, чьему телу раньше принадлежали эти части, они поглощали конечности, подобно колониальному организму, и снова бросались в атаку.

Я медленно поднялся. Послышался запах мочи. Источником был жрец, который полностью распростёрся на полу и отчаянно пресмыкался.

— Брат Павел.

— Пожалуйста, спаси меня! Пожалуйста, спаси меня! Пожалуйста, спаси меня! Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста! О Ру... о Ру... д-дай мне сил... пожалуйста... только в этот раз... пожалуйста...

— Тебе нужно поднять голову и посмотреть.

Паладины отчаянно сражались. Ноа без остановки изливал священные заклинания.

Я схватил Павла за волосы и силой заставил поднять голову.

— А-а-ах!

— Видишь это? Вот что произошло из-за того, что ты настоял на том, чтобы остаться здесь. Ты понимаешь?

— О Ру... о Ру...

— Тебе не кажется, что призывать бога уже поздновато? В такое время нужно говорить только одно.

— Ч-что именно...

Я повернулся спиной к Раттен и указал на себя.

— Твой спаситель, который ближе к тебе, чем Ру. Прямо здесь.

— А... а-ах...

— Жрец Павел. Я спрошу тебя в последний раз.

Я широко улыбнулся.

— Ты пойдёшь смирно или нет?

Павел разрыдался.

— Я пойду за тобой! Я пойду! Пожалуйста... пожалуйста, спаси меня! Прости! Прости меня!

— Чтобы больше никаких пререканий.

Я отпустил его волосы, ослабив хватку.

Розмари закричала:

— Почему ты не помогаешь?! Ты с ума сошёл?!

— Угх...! Я действительно не хотел использовать это здесь!

Тяжёлый топор показался из моего кармана и развернулся. Полное уничтожение против Раттен гораздо эффективнее, чем рубящие удары двуручным мечом.

Я ухмыльнулся. Узрите священное заклинание, которое я освоил всего за две недели!

Священное заклинание, выкованное путём сокрушения Розмари каждый божий раз, когда она бросалась на меня с намерением убить!

Духовная форма Беатрис внезапно появилась передо мной.

«Не забывай, что это благодаря мне!»

«Очевидно. Я никогда не забываю долгов».

Я крепче сжал топор. Пламя, начавшее охватывать его лезвие, принялось сгущаться.

— Если люди узнают, что я способен на такое... они все начнут твердить мне, чтобы я стал Великим инквизитором!

— О чём ты, чёрт возьми, болтаешь! Чёрт подери!

— Смотри внимательно! И никому не рассказывай!

Сгустившееся пламя разрослось. Оно окутало топор, приняв форму чудовищного однолезвийного тесака.

Глаза братьев Лукаса и Маркуса расширились.

— Какого...?!

— Брат! Как, чёрт возьми, ты умудряешься использовать Трансформацию формы в твоём возрасте?!

Ноа сильно вздрогнул.

— Б-брат?! Как ты вообще это делаешь?!

— Навык!

[Клинок опустился, но кровь не пролилась.]

[Голова демона моргала даже после потери тела.]

[Активация: Сокрушительная тяжесть, карающая тьму — Топот (S)]

У Розмари отвисла челюсть при виде снизошедшего божественного облика.

— М-мы ведь тренировались абсолютно одинаково! Почему результаты настолько разные?!

— Эй. Розмари.

Я шагнул вперёд, заслоняя её, и опустил однолезвийный тесак перед бесчисленными Раттен.

— Думаешь, сможешь не отставать?

— Смогу ли я?! Ещё как!

— БУМ!!

Пламя, которое на мгновение можно было принять за дневной свет, обрушилось на орду Раттен.

◇ ◇ ◇

Наступил день. Взошло скрытое тучами солнце, ставшее хоть каким-то источником света в абсолютной тьме.

— Ах... а-ах...

Ноа, Апостол Иссис, с глухим стуком повалился на землю. Он сидел в оцепенении, его ноги окончательно ослабли.

— Я... жив, правда?

— Ты жив, младший брат.

— Это была ночь выживания.

Братья Лукас и Маркус сдирали со своих тел куски гниющей плоти. С приходом дня Раттен поспешно уползли обратно в ночную тьму. Оставшиеся гниющие ошмётки корчились и продолжали двигаться, спасаясь от солнца.

Розмари, выглядевшая совершенно измотанной и грязной, поморщилась. Она наступила на шевелящийся кусок гнили.

— Мы не можем избавиться от этого?

— Попробуй сжечь их.

Вспыхнуло пламя, но куски не исчезли. Они просто продолжали двигаться. Павел, который всё это время дрожал и абсолютно ничего не делал, издал хриплый смешок.

— Я... выжил... я выжил... чёрт... я выжил... выпустите меня... выпустите меня отсюда...

Он был наполовину не в себе. Розмари подошла к нему широким шагом и влепила звонкую пощёчину.

Павел покатился по полу.

— За что?! За что?!

— Чтобы привести тебя в чувство. Моё терпение не безгранично, чёрт возьми. Мой соратник только и делал, что дрожал в углу половину ночи?!

Глаза Розмари стали абсолютно холодными.

— Я бы сама разорвала тебя на части. Будь благодарен, что ты из другого культа, жрец Павел.

— А... а-ах...

Я опустил топор и протяжно выдохнул. Всё моё тело пропиталось зловонием гнили. Именно поэтому я ненавижу сражаться здесь. Даже когда всё заканчивается, этот запах никуда не исчезает.

— ...Что ты собираешься делать теперь? — спросила Розмари.

Я медленно повернулся. Братья Лукас и Маркус склонили головы с благоговением.

— Мы увидели тебя в новом свете, старший брат!

— Ты воистину лик Ра!

Глаза Ноа сияли:

— За всю свою жизнь я не видел паладина сильнее тебя, брат!

— Угх... именно поэтому я и не хотел его использовать...

— Хватит нести чушь, выкладывай план. Монстр ты этакий.

Я оглядел их. Мой взгляд встретился со взглядом Павла. Он заколебался, но в конце концов низко склонил голову:

— Я... был неправ. Прости меня, брат.

Что ж. Значит, он всё-таки не совсем безнадёжен.

Я развернул карту и наметил маршрут точно так же, как и вчера, после чего спросил ещё раз для подтверждения:

— Возражения есть?

Тишина. Все смотрели на меня так, словно это было самым естественным делом в мире.

Как я и думал...

Нужно позволить людям поползать в грязи, прежде чем они возьмутся за ум.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (8)

Глава 62: Поисковая операция в Парамире (8)

Иан стряхнул остатки плоти со своего меча. Это была жестокая ночь. Из тех, что больше никогда не хотелось бы переживать.

Но он лучше кого бы то ни было знал, что за один день всё не закончится. Если спасения нет, оставалось только приспособиться.

К счастью, за прошедшую ночь никто не погиб.

— ...Что это, чёрт возьми, такое...

— Неубиваемая нежить. Никогда о подобном не слышал.

— Мы жгли их, а они не исчезали — наоборот, нападали с ещё большей яростью.

Хадсон наклонился. Отодрав кусок гниющей плоти, пытавшийся уползти под землю, он запечатал его в стеклянный флакон.

— Маг. Что это вообще такое?

— Я не уверена... Однако ясно, что они активны по ночам. Этих существ невозможно было заметить снаружи, потому что ночью здесь становится так темно, что не пробивается ни единый луч света. Или, вернее, можно ли вообще назвать их существами... В любом случае, они не боятся огня. Свет им тоже не противен. Похоже, у них просто ночной образ жизни, не более того.

Один из рыцарей застонал, силой вырывая кусок гниющей плоти, глубоко впившийся в его руку.

Маги столпились вокруг него, один за другим накладывая исцеляющие чары. Хадсон покосился на Иана.

— Мы провели ночь без единой минуты отдыха, сэр Иан. Было бы разумно сделать хотя бы короткий перерыв.

— Это исключено.

Иан окинул взглядом Парамир. Когда ночь закончилась, эти гниющие твари разбежались, словно крысы.

Единственная возможность провести расследование была днём. Сейчас, когда сквозь мглу пробивался слабый свет, настал самый подходящий момент для действий.

— Мы осмотрим город. Маг, веди. Начнём с тех мест, которые ты называла подозрительными.

— ...Но...

— Отдохнёте позже. Даже если мы поспим на обратном пути после завершения расследования, у нас всё равно будет часа три.

— Вы... вы слишком жестоки!

— Молчать, маг. Мы пришли сюда не развлекаться. Наша цель — спасти город Парамир.

— ...Н-но всё же, это чересчур...

— В обычных обстоятельствах я бы сказал, что оставлю тебя здесь, если ты откажешься...

Но это был Парамир. Маги ценились на вес золота, так что бросать кого-либо не следовало.

Иан положил руку на эфес и наполовину обнажил клинок.

— Но не сегодня. Если не пойдёшь сама, я потащу тебя силой.

— ......

Молодая волшебница наконец кивнула, а Хадсон тяжело вздохнул.

— ...Судя по всему, остальные группы уже практически уничтожены.

— Вторая группа, скорее всего, ещё жива. Хитрые эльфы всегда держат козырь в рукаве.

— ...Тогда группа со священнослужителями...

— Уже мертвы, все до единого.

Иан с щелчком вернул меч в ножны.

— Выдвигаемся. Мы — единственная надежда Парамира.

◇ ◇ ◇

Даниэль выругался, не в силах сдержать эмоции.

— Дилан! Приди в себя! Дилан!

— Он уже практически труп.

Эльф выдернул стрелу из стены, и пригвождённая к ней гниющая тварь рассыпалась в прах.

— Тварь, которую даже убить нельзя... Что это за дрянь?

— Благословенные стрелы не действуют... Даже духи отказываются приближаться к ней.

— Похоже, сковать их движения — это лучшее, что мы можем сделать.

Единственная женщина среди эльфов, носившая капюшон, шагнула вперёд. Остановившись перед павшим наёмником, она медленно протянула руку.

Вспыхнул яркий свет, и обвившийся вокруг её руки дух зашептал, словно запел песню.

Но наёмник, хрипевший и харкавший кровью, в конце концов закрыл глаза. Больше он их не открывал.

...Он был мёртв.

Даниэль уставился прямо в глаза Дилана. Зрачки расширились, тепло покидало тело.

— Почему... почему именно ты...

— Госпожа Флора!

— Вам нельзя приближаться к нему!

— Там может быть яд!

Эльфы тут же оттащили назад свою соплеменницу в капюшоне. Даниэль со скрежетом стиснул зубы.

— Мы для вас что, какие-то... разносчики чумы, чёрт подери?! Если бы вы с самого начала нормально прикрывали нам спины!..

— Ты сам настоял на том, чтобы пойти за нами. Мы бы отказались.

— Ах ты, ушастая дрянь... что ты сейчас сказала...

Эльфийка положила руку на стрелу. Один из наёмников вздохнул.

— Босс, остынь. Взаимная грызня ничего не решит.

— Но... Дилан...

— Отпусти его. Мёртвых не вернуть.

Даниэль медленно убрал руку от тела. Прижавшись спиной к стене, он устало провёл ладонью по лицу.

— ...Чёрт возьми.

Воцарилось молчание. Даниэля переполняло сожаление.

Плата за контракт. В десять раз больше обычной ставки.

Он почуял неладное ещё тогда, когда увидел сумму. Но, согласившись принять заказ, он уже не мог отказаться от участия в поисковой операции в Парамире.

И всё же он надеялся, что раз в отряде собрались только закалённые ветераны, прошедшие огонь и воду наёмничьей жизни, никто не погибнет...

Но когда дело дошло до дела, Парамир оказался куда более кошмарным местом, чем он предполагал. Полный хаос, и совершенно непонятно, с чего вообще начинать.

— ...Босс.

— Знаю.

Даниэль глубоко вздохнул, втягивая носом зловоние гнили. Запах был настолько отвратительным, что его едва не вывернуло наизнанку.

Но поделать ничего было нельзя. Таков уж мир наёмников. Каким бы ценным ни было то, чем ты дорожишь, ты можешь лишиться этого в один миг.

— ...Дайте мне минуту.

Пять лет они были вместе. Дилан прошёл с ним путь с самых первых дней его наёмничества. Даниэль залез в карман и достал монету. Следуя древнему обычаю наёмников, он вложил её между губ покойного и сомкнул их.

— ...Ступай первым, ублюдок.

В глазах Даниэля вспыхнул яростный огонь.

— Я сожгу этот проклятый город дотла.

Эльфы ушли. Даниэль медленно вернул обнажённый меч в ножны. Наёмный маг, который говорил с ним ранее, осторожно спросил:

— Что будем делать?

— Идти за эльфами. Выбора нет. Даже если эти ублюдки невыносимы, им тоже понадобится наша помощь, так что они нас не прогонят.

— Неужели нам обязательно заходить так далеко...

— Ты сам видел, насколько ужасна здешняя ночь. Нам нужны союзники. Если только ты не думаешь догонять первую группу в такой поздний час.

Маг кивнул.

— Если пойдём за тем имперским рыцарем, нас просто используют как пушечное мясо.

— Эльфы всё же лучший вариант.

— Чёрт... и почему мы вляпались в такое дерьмо...

— Хватит болтать.

Даниэль последовал за удаляющимися спинами эльфов. Игривый и беззаботный блеск в его глазах сменился тяжёлым, мрачным выражением.

— ...Пошли.

Вдруг один из наёмников с любопытством спросил Даниэля:

— Интересно, что случилось с первой группой?

— Живы. У них есть рыцарь и маги, так что они точно не могли погибнуть.

— А третья группа?..

— Священники...

Даниэль молча двинулся вперёд.

— ...Мертвы. Все до единого. Это испытание им было не под силу.

◇ ◇ ◇

Я поковырял пальцем в ухе. Розмари оглянулась на меня.

— Что ты делаешь?

— Да ничего, просто показалось, будто кто-то где-то несёт чушь.

Всё утро мы занимались именно тем, о чём говорили — обыскивали таверну Винсмоука. Из подвала доносились странные звуки. Я придержал Пабло прежде, чем он успел пойти проверить.

— Не суйся туда. Не трогай его, и оно тебя не укусит.

— Неужели это...

— Раттен. Те твари, которых мы хорошенько рассмотрели прошлой ночью. Просто не спускайся в подвал, а всё остальное обыщи сверху донизу.

— А что мы ищем?

— Неси мне всё, что покажется подозрительным. Я сам посмотрю и решу.

Весь день мы переворачивали таверну вверх дном. Перерыли бутылки с выдержанным алкоголем, перевернули мебель. Ко мне подбежала розовая макушка, изрядно покрытая пылью.

— Как насчёт этого?

Обычная бумага. В содержании тоже ничего примечательного. Обычный чек.

Я забросил его себе за спину.

— Не такую ерунду. Принеси мне что-то действительно необычное.

— А что считается необычным?

— То, что с первого взгляда кажется явно странным.

— Нет, ну что конкретно это значит?

— Я же говорю тебе, там должно быть что-то необычное!

— Что за бред ты несёшь!

Я не мог этого объяснить. Ну, то есть, там действительно должно быть что-то, что выглядит по-настоящему странно, ясно?

Я похлопал Розмари по плечу.

— Доверься своей интуиции.

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь!

Розмари вернулась к поискам, продолжая ворчать под нос. Я одним махом свалил целую полку книг со второго этажа.

И здесь ничего... и там тоже пусто...

Здесь точно должно быть что-то стоящее. Может, не в этом месте, а где-то ещё?

В итоге в таверне Винсмоука ничего не нашлось. Розмари тихонько чихнула.

— Апчхи.

— Мило чихаешь.

— Заткнись.

— Идём дальше. Похоже, здесь ничего нет.

— Какая напрасная трата сил...

— Кошачьи потуги.

— Да ну тебя!

Братья Лукас и Маркус бесшумно пристроились рядом со мной.

— Ты не устал, брат?

— Битвы битвами, но отдых тоже необходим, я считаю.

— Уже выдохлись?

— Не мы.

— Мы из-за брата, что плетётся позади.

Пабло едва волочил ноги в самом хвосте. Его голова была практически опущена к земле, а спина никак не разгибалась.

— Похоже, ментальная усталость накопилась настолько, что начала сказываться на теле.

— Не все такие выносливые, как вы двое.

Сказано как истинные паладины — всегда в первую очередь заботятся о других.

Что ж, они были правы. И дело было не только в Пабло — остальные просто скрывали это, но под их глазами тоже залегли тени. Как и у меня.

— Осталось обыскать всего одно место.

Если в таверне Винсмоука ничего не нашлось, мы могли бы заглянуть в кафе Бельштейн неподалёку.

Где-то обязательно должна быть зацепка. Так было почти в каждом сценарии.

Мы тщательно обыскали заведение. К счастью, на этот раз поиски увенчались успехом.

Розмари с недовольным видом принесла обрывок письма.

— ...Это была единственная вещь, на которой не было пыли. К тому же от неё исходила странная аура. Письмо было спрятано в ящике стола на втором этаже.

— Ну разве я не говорил? Что здесь обязательно найдётся что-то особенное.

— Откуда, чёрт возьми, ты вообще мог знать о таком?

— ...Интуиция?

— Это не может быть серьёзным ответом.

— Я вообще довольно иррациональный и необъяснимый человек.

— Да я тебя сейчас...

[Вы получили «Первое письмо».]

Я развернул обрывок письма. Отлично, оно первое. Не придётся искать их вразнобой.

«Привет. Меня зовут ###.»

Имя было зачёркнуто. Почерк был кривым и неровным, но каждая буква была выведена с таким нажимом, словно писалась с огромным трудом и старанием.

— Привет?..

— Разве не это постоянно твердило то чудовище?

— Тсс. Тише.

Я прочитал письмо сверху донизу.

«Давно не виделись. У меня всё хорошо. Хотя, возможно, совсем не хорошо. Я знаю, что даже если напишу это письмо, ты его не увидишь — и всё же мне хотелось написать. У меня полно времени, но я не знаю, как долго ещё смогу писать письма.

Сегодня было немного солнечно. Чуть яснее, чем вчера. Хотя, по правде говоря, мне интересно, всегда ли небо, на которое я смотрю отсюда, чистое. Под землёй было ужасно темно, и всё, что я видел, когда поднимал глаза, — это земля.

Прошло совсем немного времени с тех пор, как я пришёл в себя. Разум вернулся ко мне только после того, как я немного поел. Проснувшись после столь долгого сна, я был ужасно голоден. Поэтому у меня не оставалось другого выбора, кроме как протянуть руку. Прости меня. Я пытался не есть, но ничего не мог с собой поделать.

Сегодня я видел маленького ребёнка, сажавшего цветы. Он своими крошечными ручками ухаживал за клумбой, так усердно трудясь. Это было очень мило. Я хочу съ#ть е# Прости меня. Похоже, я всё ещё голоден. И всё же я намерен держаться столько, сколько смогу.

Есть одна причина, по которой я пишу это письмо. Даже зная, что ты мертва, даже зная, что ты не сможешь этого увидеть, сегодня я увидел нечто странное. Возможно, я ошибся. На вершине башни стоял кто-то, кто выглядел в точности как ты. На самой вершине Парамира. Там, где находятся эти впечатляющие тикающие часы.

Но это было не так. Она была не тобой. Да и я уже не был прежним собой. Она испугалась, а я убежал.

Я знаю, что подобной связи у меня больше никогда ни с кем не будет. Сегодня я собираюсь посетить место, где впервые встретил тебя. То, что когда-то было пустырём, теперь стало кладбищем под названием „Амельда“. И всё же я планирую пойти и найти его.

Я знаю, что не могу вернуться к тому, что было раньше. Но... на этом я пока закончу. Я допишу остальное, когда вернусь.»

— ...Амельда?

Я отыскал на карте единственное упомянутое название места. Вот оно. Амельда.

Именно там будет находиться первое.

— Пойдём прямо...

Нет. Мы не можем пойти туда прямо сейчас. Я оглянулся на своих измотанных спутников. Солнце ещё не зашло, но было бы неплохо подыскать место для ночлега чуть пораньше.

— Давайте пойдём отдохнём.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (9)

Глава 63: Поисковая операция в Парамире (9)

Розмари согласилась.

— Хорошо. Если мы будем спать в две смены, каждый из нас сможет поспать хотя бы по два часа до наступления темноты.

— О чем ты говоришь?

— Хм?

— Если уж спать, то спать нормально. Всем вместе. Никаких дежурств.

Я повел всех к двухэтажному дому, который заранее отметил на карте. Розмари с тревогой осмотрелась по сторонам.

— Не слишком ли это опасно? Мне кажется, может повториться то же, что и вчера...

— Эй, Розмари. Ты сомневаешься в Великом Мастере?

— Не переходи так внезапно на «ты». Вчера мы ведь останавливались в точно таком же доме, разве нет?

— Сегодня всё иначе. Это второй этаж. А вчера был первый.

— Но...

— Просто смотри, что я делаю, и помалкивай.

Подняв всех на второй этаж, я разрушил часть лестницы, полностью обрушив средний пролет, чтобы бродящие внизу твари не смогли забраться наверх.

— Что ты делаешь?

— Не даю им подняться сюда.

— Но если они нас обнаружат, то всё равно поднимутся, разве нет? Вчерашние твари при необходимости карабкались бы даже по трупам своих сородичей...

— До тех пор, пока они не узнают, что мы здесь, всё будет в порядке.

Я опустил свою безразмерную сумку на пол. Достав принесенный с собой длинный кусок ткани, я плотно обмотал им дверь, тщательно заделывая все щели.

— Зачем ты это делаешь?..

— Чтобы наружу не пробивался свет. Держи, Розмари. Расстели это на полу.

— ...Что это?

— Магический предмет. Он поглощает любые звуки выше определенного уровня. Обращайся с ним осторожно. Каждая такая штука стоит десять миллионов далантов.

— О-откуда у тебя такие деньги? Ты их украл?!

— Я заработал их законным путем, большое спасибо.

Завесив вдобавок все окна, я хмуро посмотрел на неловко переминающихся с ноги на ногу спутников.

— Чего стоите? Отдыхайте.

— ...Брат. Я ценю твои усилия, но не могу убедить себя в том, что этого достаточно для безопасности.

— Нам стоит хотя бы выставить часового...

— Если не будете слишком шуметь, этот магический инструмент поглотит все звуки. Просто не выламывайте дверь, и всё будет в порядке. Свет наружу не проникает, так что увидеть нас они тоже не смогут. Остался последний фактор — запах.

Я подвесил к потолку ароматическую свечу, которую прихватил с собой заранее.

— Это «Ранлиф». Отпугивает всякую неестественную нечисть.

Пабло удивленно моргнул.

— Э-это же изделие нашего культа. Откуда оно у тебя...

— Листья, вымоченные в лунном свете, также отлично нейтрализуют запахи. Смотрите. Видите, как рассеивается этот слабый черный дым, что оседал в комнате?

Я демонстративно снял маску. Прежде чем Розмари успела среагировать, я протянул руку и стянул маску и с нее.

Апостол Иссис, выжидавший удобного момента, осторожно последовал моему примеру и тоже снял свою.

— Э-это правда. Всё в порядке! Я чувствую себя совершенно нормально!

— Говори тише.

— П-прости... Но всё действительно хорошо. Братья. Брат Захад, откуда ты всё это знаешь?

— Предупрежден — значит вооружен.

Я небрежно достал из кармана маску для сна и беруши.

— Подготовься ко всему, и ты сможешь преодолеть любые трудности.

— Это уже слишком, так что убери их обратно.

— Я верю, что Розмари разбудит меня, если что-то случится.

— Я тебе не будильник.

Мы все постепенно улеглись. Пол был жестким, но не настолько, чтобы помешать уснуть.

В воцарившейся тишине раздался голос Ноа:

— ...А что, если они каким-то образом поднимутся на второй этаж?

— Дверь заперта. Этого не случится.

— Но что, если они прорвутся?

— Думаю, мы просто скормим им нашего брата и сбежим. Как-нибудь прорвемся.

— Хнык. Это так жестоко.

— Не ной. Ты уже взрослый мужчина.

Пабло пробормотал себе под нос:

— Интересно, что случилось с другой группой...

— Да ладно, они наверняка и сами прекрасно справляются.

Я закрыл глаза.

— Как думаете, они считают нас мертвыми?

◇ ◇ ◇

Я открыл глаза. Снаружи, пусть и слабо, уже брезжил рассвет. Лениво зевнув, я потянулся, а братья Лукас и Маркус поприветствовали меня с добрым утром так же естественно, как дышали.

— Доброе утро, брат.

— Благодаря тебе мы смогли нормально отдохнуть.

— Похоже, ты сам и глаза не сомкнул. Ты в порядке?

— На поле боя такое в порядке вещей.

— Я рад, что мне удалось поспать хотя бы немного. И теперь, когда мы убедились в твоей правоте... лучшего утра и желать нельзя, верно?

Значит, они не спали всю ночь из-за беспокойства. Я размял шею и плечи, разгоняя затекшие мышцы. Всё тело ломило от неудобной позы.

— Розмари.

— М-м-м-пх...

Я протянул руку и убрал прядь волос у нее изо рта.

— Просыпайся. Пора завтракать.

— ...Уже... утро?.. Я так устала... сейчас умру...

Она села, взъерошенная, и растерянно захлопала глазами. Вся ее привычная колкость бесследно испарилась.

Я наблюдал за ней уже две недели, и иначе как катастрофой ее поведение по утрам назвать было нельзя. Достав из кармана кружку, я слегка окутал термос Священным пламенем, чтобы подогреть воду до нужной температуры.

Налив ей теплой воды, я протянул кружку. Из уст Розмари прозвучали единственные слова благодарности, которые от нее вообще можно было услышать по утрам:

— ...Спасибо...

Честно говоря, в такие моменты она выглядела довольно мило. Повернувшись к братьям Лукасу и Маркусу, я слегка встряхнул термос.

— По чашечке?

— С благодарностью примем.

— Эта сумка ведь представляет собой карманное измерение, верно?

— Что там внутри?

— Всякая всячина. Например, та вчерашняя ткань.

— Понятно.

— И вы с Розмари...

Лукас и Маркус переглянулись и одновременно заулыбались:

— Вы двое встречаетесь?

— Кхм-пф-ф...

— Розмари. Не вздумай выплевывать воду. Выплюнешь — заставлю выпить обратно.

— Кхе-кхе... Я услышала то, от чего меня чуть не вывернуло наизнанку... Мне нужно помыть уши...

— Я же сказал, не трать воду впустую.

Эх. Я не мог позволить себе разбрасываться припасами.

Собрав все разложенные по комнате вещи и закинув сумку на спину, я повернулся и столкнулся лицом к лицу с заспанным Пабло, который только что поднялся.

Тот вздрогнул.

Он поспешно отвел взгляд, а я присел перед ним на корточки.

— Брат Пабло.

— ...Д-да.

Я неторопливо налил теплой воды и протянул ему кружку.

— Выпей. Это поможет согреться.

— ...Ох.

Он осторожно взял кружку и сделал маленький глоток.

На его глаза тут же навернулись слезы.

— Прости... Мне так жаль... Я был таким глупцом, я просто... как идиот...

Пабло разрыдался, а я тепло улыбнулся.

— Всё в порядке. Все совершают ошибки.

«Сейчас! Самый подходящий момент для своевременного великодушия!»

— Я верю, что с этого момента брат Пабло больше не будет от нас отставать.

Кнут и пряник — классический метод дрессировки в действии. Пабло вытер слезы.

Пустой, расфокусированный взгляд в его глазах сменился стальной решимостью — так смотрит человек, твердо намеревающийся вернуть долг во что бы то ни стало.

— ...Я отплачу тебе за спасение моей жизни. Клянусь.

Розмари, еще не до конца проснувшись, лениво зевнула:

— Я хочу почистить зубы.

— Невозможно.

— Ну-у-у-у...

Ноа, проснувшийся последним, потер глаза:

— Брат... можно мне тоже кружечку...

— Держи. Все ведь взяли с собой завтрак?

Я пока не собирался распечатывать свои запасы еды из сумки. Они пригодятся мне позже.

— Быстро перекусите, и выдвигаемся. Сегодня у нас будет насыщенный день.

◇ ◇ ◇

Днем в Парамире царила тишина. Город замер, точно так же, как и в момент нашего прибытия. Однако все в группе были предельно напряжены.

Зная, что скрывается за этим безмолвием, иначе вести себя было просто невозможно. Я бросил взгляд на указатель с надписью «Амельда».

Потрепанная, рассохшаяся деревянная табличка держалась на честном слове и могла рухнуть от любого порыва ветра.

Я с глухим стуком опустил топор на землю.

— Захад?

— У меня такое предчувствие, что здесь кто-то есть. Давайте займем боевое построение.

— Построение?

Я указал на Розмари.

— Мы с Розмари встанем в авангарде. Идет?

— Я не против... но как же остальные?

— Братья Лукас и Маркус, пожалуйста, прикройте остальных двоих.

— Возражений нет...

— Вы двое сможете удержать передовую в одиночку?

— Беспокоиться стоит о тыле, а не о передовой. Эти твари на удивление умны — они наверняка сначала нападут сзади. А вы, братья Ноа и Пабло, поддержите нас с тыла своими священными искусствами. Справитесь?

— Конечно!

— Я... я сделаю всё, что в моих силах!

Отлично. Они хорошо ладят друг с другом.

Закинув топор на плечо, я оглянулся на Розмари.

— Нервничаешь?

— Ха? Я? Еще чего.

— Да ну? А я уж испугался, что ты дрожишь от страха, как маленькая девочка.

— Что, прости?!

Я слегка похлопал Розмари по плечу.

— Не переживай. Просто делай то, чему научилась. Как по мне, ты уже совсем близка к освоению Трансформации формы.

— ...П-правда?

— Да. Ты уже на пороге, так что расслабься. Излишнее напряжение тоже вредит. Давай насладимся этим. Повеселимся от души.

— В таком месте просто невозможно веселиться.

— Почему нет? В конце концов, жизнь похожа на игру. Победитель забирает всё.

Со стороны Амельды раздался леденящий душу скрежет. Под аккомпанемент этого скрежещущего звука нечто огромное медленно поднималось во весь рост.

Четыре ноги. Тело, источающее зловоние гнили. Две руки только с правой стороны. Слева — абсолютно ничего.

Оно было огромным. Невероятно огромным. Его туловище размером с целый дом лоснилось от разлагающейся кожи и плоти. Вокруг него, там, где тьма казалась особенно густой, медленно растворялись оскверненные надгробия.

В его правой руке было зажато какое-то оружие, похожее на массивную каменную плиту, вырванную из какого-то склепа. В месте, где пальцы сжимали камень, плоть твари гнила заживо, источая едкий дым вместе с тошнотворным смрадом.

— Ч-что это, черт возьми, такое...

— Оно еще хуже тех Гнильцов...

— ...Значит, вожак.

— Оно выглядит куда сильнее тех, с кем мы столкнулись прошлой ночью.

На его голове красовался далеко не один глаз. Пять зрачков разного размера хаотично вращались сами по себе, пока одновременно не сфокусировались на мне.

Из его пасти медленно повалил черный дым. Я сделал шаг вперед и оглянулся на Розмари.

— Эта тварь тоже бессмертна. Сосредоточься на расчленении.

— Руки выглядят крепкими. Лучше целиться по ногам.

— О. Схватываешь на лету... Умница моя.

— Хватит паясничать, смотри вперед.

Розмари встала рядом со мной. Вскинув оружие, она проворчала:

— Но почему именно я? Тебе так нравится издеваться надо мной? Ты ведь знаешь, что я совсем недавно взяла в руки этот топор. Те двое, что стоят позади нас, принесли бы куда больше пользы...

— О чем ты говоришь? Кому еще мне доверять, кроме Розмари?

— ...Что ты сказал?

— Ты ведь сама говорила, что лично убьешь меня. Раз уж такая гордая особа заявила подобное, ты ведь не позволишь какому-то монстру прикончить меня раньше времени? И кроме того...

Я пожал плечами:

— Ты единственная, в паре с кем я уверен на все сто.

— Ха?

Лицо Розмари исказилось от изумления. Она оскалила клыки, тихо зарычав, и наконец выдавила из себя лишь одно слово:

— ...Темп?

— На полтакта быстрее обычного.

Вдоль лезвия топора вспыхнуло пламя.

— Погнали.

◇ ◇ ◇

Даниэль поднял голову. Его лицо осунулось от многодневного недосыпа.

Обещанная неделя прошла. Этот день настал. Наемники и эльфы, добравшиеся до часовой башни, хранили молчание.

Несколько дней назад они крупно поссорились, после чего и вовсе перестали разговаривать друг с другом. Они держались вместе лишь потому, что нуждались друг в друге — и ни по какой другой причине.

Ноги казались налитыми свинцом. И, честно говоря, дело было не только в ногах.

Ни наемники, ни эльфы ни разу толком не выспались. Последние дни превратились в череду кошмаров, когда они едва успевали сомкнуть глаза, как уже приходилось их открывать. То, что они всё еще оставались в живых, казалось настоящим чудом.

С трудом подняв утомленный взор, Даниэль посмотрел на темное небо. Впереди виднелась часовая башня.

Под ней пока никого не было. Похоже, они пришли первыми.

Силы культа к этому моменту наверняка уже погибли... но что стало с имперским рыцарем и магом?

За эти семь дней Даниэль не сумел собрать вообще никакой информации. Парамир был огромен, а времени оказалось слишком мало, чтобы обнаружить хоть какие-то зацепки. По правде говоря, они почти ничего не успели сделать, ведь светлое время суток приходилось делить между отдыхом и поисками.

К тому же Даниэль не был магом. Даже сталкиваясь с чем-то странным, он не мог понять, действительно ли это аномалия или нет. Он замечал, как эльфы шептались, сгрудившись над какими-то обрывками бумаги, но они не делились с наемниками никакими сведениями.

Из-за отсутствия слаженности каждый бой сопровождался разногласиями, и наемникам раз за разом приходилось принимать удар на себя. Эльфы впоследствии исцеляли их, но лишь тот, что носил капюшон, делал это добровольно.

«...Если честно, я хочу их убить. Вонзить клинок прямо им в спины».

Он находился на пределе. Даниэлю хотелось бросить всё и убраться из этого проклятого города. Численность наемников и следопытов пока не сократилась, но это оставалось лишь вопросом времени.

— ...

Но уйти он не мог. Он пытался убедить эльфов вернуться тем же путем, каким они вошли, но они не смогли пробиться сквозь туман. Свиток телепортации, который он прихватил с собой на всякий случай и который стоил несколько миллионов далантов, тоже не сработал.

Даниэль больше не мог отпускать шуточки. У него не осталось сил даже на то, чтобы стряхнуть с себя черный туман, заполнивший его душу до самых глубин.

Вот так... всё просто закончится вот так.

Шаги.

Он услышал их. Кто-то шел сквозь тусклый дневной свет. И не один человек, а несколько.

Даниэль поднял голову и прищурился.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (10)

Глава 64: Поисковая операция в Парамире (10)

Иан Памель добрался до часовой башни, где уже собрались остальные — эльфы и наемники.

Их лица осунулись, а выглядели они гораздо хуже, чем его собственный отряд. Иан презрительно фыркнул.

«Болтали они знатно, но ситуация оказалась даже хуже, чем я ожидал».

Маг Хадсон поспешил к ним и сразу же применил исцеляющее заклинание на сильно исцарапанного Даниэля.

— Т-ты в порядке?!

— ...Просто царапины, маг. Я в порядке.

Наемник поднял голову, под его глазами залегли темные тени. Даниэль — кажется, так его звали. Иан быстро пересчитал людей по головам.

«Одного не хватает. Бесполезный сброд», — коротко цокнув языком, он протянул руку:

— Надеюсь, вы вернулись не с пустыми руками?

— ...Это все, что ты можешь сказать?

— А я должен сказать что-то еще? Ах да. Ты потерял одного из своих людей. — Иан слегка кивнул. — Мои соболезнования.

— ...Ты...

— Грррк! — послышался скрежет зубов. — Если бы ты не забрал мага!..

— Ты винишь меня?

— Да, ублюдок! Он погиб из-за тебя!

Глаза Даниэля яростно блеснули, и его меч в мгновение ока вылетел из ножен.

Иан среагировал мгновенно, с непринужденной легкостью отбив лезвие, летевшее ему в грудь.

Раздался звонкий лязг!

— И в чем же тут моя вина?

Меч Иана обрушился на противника стремительным вихрем, и удар, который Даниэль не успел отразить, пришелся ему прямо в бок.

— Гхк...?!

— Ты оказался некомпетентен. Вот почему он погиб, наемник.

— Г-господин Иан! Что это значит?!

— Самооборона, маг. — Иан убрал меч в ножны, пока Даниэль согнулся пополам, харкая кровью. — В условиях военного времени с теми, кто идет против своего командира, нужно обходиться строго.

— Н-но это уже слишком!..

— Есть жалобы?

— ......

Стиснув зубы, женщина-маг обхватила Даниэля руками, и исцеляющая магия в ее ладонях окутала его раны.

«Бессмысленная трата сил», — Иан цокнул языком и перевел взгляд на эльфов, которые отступили назад и яростно сверлили его глазами.

— Вы будете полезнее этих бестолковых наемников. Какую информацию вам удалось собрать?

— ...Мы поделимся ею только на условиях обмена.

— Не неси чушь. Я здесь командующий. Вся информация сначала будет всесторонне изучена мной, а затем распределена между вами. Эльф, отдай все, что принес. Живо.

— А если мы откажемся?

— Казнь на месте.

Эльфы положили руки на арбалеты.

— С чего бы нам тебе верить?

— Я — единственная надежда Парамира, длинноухие. Хватит тянуть время, отдайте информацию. Засуньте свою жалкую гордость подальше. Неужели за неделю вы так и не поняли, что важнее всего выбраться отсюда живыми?

— ...И ты хочешь, чтобы мы поверили на слово человеку, который только что проткнул мечом своего же наемника? — Эльф презрительно усмехнулся. — Докажи, что ты не сбежишь из Парамира в одиночку, бросив нас здесь, имперский рыцарь.

— Пообещайте беспрекословно подчиняться моим приказам, и я заберу вас с собой.

— Откуда нам знать, что ты не используешь нас как живой щит?

— Верьте или нет — выбора у вас все равно нет. Эльф, отдай информацию. Мне надоело играть в словесные игры. Что вы разузнали? Раскрыли секрет Парамира? Что это за черный туман? Если вы не станете сотрудничать... — Его меч наполовину показался из ножен. — Помните, что у нас тоже не так много вариантов, длинноухие.

— ...Ах ты, сукин...

— Грк...

Кто-то схватил эльфа за рукав. Эльфийка в капюшоне покачала головой, призывая остановиться.

Скрипнув зубами, эльф швырнул ему клочок бумаги.

— Это единственная информация, которую мы нашли. Одно-единственное место в городе, где ощущалась какая-то странная сила — лавка под названием «Магазин Брутуса».

Иан поймал письмо и молча развернул его.

{Привет. Я ###.}

{Я посетил место, где мы впервые встретились. К сожалению, там ничего не осталось. Время — это чудовище, пожирающее все вокруг. Хотел бы я, чтобы оно поглотило и меня вместе со всем остальным, но я до сих пор не понимаю, почему меня оставили здесь одного.}

{Я скучаю по тебе, ###. Почему я потерял тебя? Почему ты оставила меня? Разве ты не говорила, что мы всегда будем вместе, сколько бы времени ни прошло?}

{Иногда мне кажется, что девушка на вершине часовой башни — это ты. Возможно, ты заперта там, потеряв память. Я знаю это. От нее исходит запах, похожий на твой.}

{Я хочу, чтобы ты принадлежала только мне. Хочу содрать кожу и зарыться носом в то, что скрывается под ней. Ах, ###. Почему? Почему ты оставила меня? Я не могу этого понять. Я обязательно # тебя #. Прости меня. Прости. Я не должен, но в последнее время я так #олоден, так #олон...}

{Я... Я смогу это вынести. Я собираюсь снова попытаться закрыть глаза. Планирую украсть лекарство со склада аптеки под названием «Баратир». Если я приму достаточно снотворного, то наверняка снова усну.}

{Я все еще помню слова, которые ты мне сказала. Я сдержу наше обещание. Не волнуйся, ###. Я не чудовище. Как ты и говорила мне — разве для тебя я не человек?}

{Я напишу снова. Даже если ты не сможешь прочесть, я продолжу отправлять письма. Чтобы, даже если я однажды все забуду, я мог оглянуться назад и вспомнить.}

Каждое письмо указывало на определенное место. В том месте, которое он уже посетил, действительно обитало чудовище.

Грозный враг — настолько сильный, что едва не одолел двух рыцарей. Но в конце концов Иан поверг его, заставив собиравшего образцы мага искренне изумиться.

Класс магии, не похожий ни на что виденное ранее. Одно это уже было сродни подвигу, достойному награды, но Иан не мог этим удовлетвориться.

«Больше. Мне нужно больше».

Достаточно, чтобы полностью изменить свою жизнь. Достаточно заслуг, чтобы заявить, будто именно он освободил весь Парамир.

Это письмо было необычным, он чувствовал это интуитивно. Если пойти по следу, скрытая тайна Парамира обязательно выйдет наружу.

«Это единственная зацепка. Нужно собрать остальные».

— ...Раз уж там написано, что автор напишет снова, значит, где-то есть и другие письма.

— У тебя тоже есть одно?

— Вопросы здесь задаю я, длинноухие. Вы посещали место, указанное в этом письме? Что вы сделали с тамошним монстром?

— ...Мы лишь наблюдали издалека и не приближались. Внутри склада ощущалось странное присутствие. Оно реагировало на наше приближение, поэтому мы решили его не провоцировать.

— Логика трусов.

Иан убрал письмо в пальто. Оставалось зачистить еще одно место, и лучше было выдвигаться немедленно.

Усталость давила на плечи, но он все еще держался на ногах благодаря наметившемуся прогрессу и надежде, что, собрав все эти письма, он наконец раскроет тайну Парамира.

Иан протянул руку:

— То, что вы все еще живы, доказывает наличие у вас хоть какой-то компетентности. Если вы готовы отныне подчиняться моим приказам, я возьму вас с собой.

— ......

— Нет времени на раздумья, эльф. Ты ведь понимаешь, что мы — ваш единственный выход? Пока вы теряли своих людей, мы стоим здесь целыми и невредимыми. Обещаю, что не стану использовать вас как живой щит, но только при условии беспрекословного подчинения моим приказам. — Иан медленно скользнул взглядом по телу эльфийки. — Как днем, так и ночью.

— ...Ах ты, грязный!..

Не в силах сдержаться, эльфийка вскинула арбалет. Иан лишь повернул голову.

— Переговоры сорваны. Сгиньте с глаз моих, длинноухие.

— Верни письмо!

— Повысь голос еще раз, если хочешь умереть. Учти, мне ничего не стоит прирезать даже следопыта. Хочешь закончить так же, как этот корчащийся на полу наемник?

— Нгх!..

— Выдвигаемся, маг. Мы направляемся к месту, указанному в этом письме.

— Но раны Даниэля еще не затянулись!

— Он все равно бы умер. — Иан схватил женщину-мага за плечо. — Оставь его. Длинноухие и наемники все равно погибнут, ведь это их собственный выбор. Вполне заслуженно для бездарностей — умереть бессмысленной смертью, соответствующей их решениям.

— Думаешь, мы просто так позволим тебе уйти?

— У вас нет выбора.

С грохотом из тела Иана вырвался мощный поток маны.

— Разве у вас есть другие варианты, длинноухие?

— .......

Иан потащил женщину-мага за собой.

Единственными людьми, которых он изначально планировал оставить в живых, были имперские рыцари. При первой же возможности от магов тоже следовало избавиться без малейших колебаний.

Все они были лишь картами, которые следовало использовать и выбросить. Иан шел вперед.

Тем временем тот, кто заслужит славу и прослывет героем Парамира, будет только он один.

Никто другой ему не нужен. Как только он выберется отсюда, никто — ни единая душа — больше никогда не посмеет смотреть на него свысока.

◇ ◇ ◇

— Я вижу часовую башню!

Я надавил на голову Ноа.

— Потише, я же просил.

— П-прости... старший брат...

Мы подошли достаточно близко, чтобы услышать тихое тиканье. Имперский рыцарь и наемники тоже должны были собраться там.

Интересно, какие у них будут лица, когда они нас увидят? Надеюсь, их спесь уже немного поубавилась.

Мы вышли на широкую центральную площадь. Полдень уже миновал, но людей, которых я ожидал здесь увидеть, не оказалось. Ну, точнее, кое-кто был, но гораздо меньше, чем я предполагал.

Истекающий кровью и тяжело дышащий наемник, а также еще трое, не знающих, что делать. Вот и все.

Наши взгляды встретились, и наемники вздрогнули, словно увидели призраков.

— Ж-жрецы...?

— Как вы выжили...?

— Неужели этот проклятый город теперь показывает нам галлюцинации...?

Я высоко вскинул руку:

— Добро пожаловать к нам в аааад!

— Иииик!

— Хватит паясничать.

— Ой.

Розмари вздохнула, после чего подошла ближе и посмотрела на наемников сверху вниз.

Ее взгляд не выражал дружелюбия. По сути, их уже однажды бросили, так что причин для теплых слов не было.

— Где остальные?

— Т-ты человек? Или призрак?

— Ты намекаешь, что жрица погибла и вернулась в виде мстительного духа, чтобы мучить живых? — Розмари холодно улыбнулась. — Хочешь проверить?

— П-прости! Просто... в это трудно поверить...

Один из наемников, до этого боязливо косившийся на нее, вцепился в ногу Розмари.

— Сестра! Пожалуйста, спасите нашего капитана!

— Он же умрет такими темпами!

— Н-наша магия и близко не стоит с уровнем Башни Магов, мы способны лишь на простейшее исцеление! Пожалуйста, сжальтесь!..

— ...Отойди. — Розмари протянула руку. — Ты мешаешь.

Хлынула сияющая Святая сила. Братья Лукас и Маркус тихонько ахнули от восхищения.

— Как и ожидалось от инквизитора Розмари.

— Искусна как в исцелении, так и в бою.

«Ну еще бы. Как-никак, чья она домашняя кошечка!»

Розмари убрала руку, и Даниэль, лежавший без сознания на земле, медленно открыл глаза.

Его голос прозвучал слабо и безжизненно. Исцеление не панацея — оно истощает не только Святую силу лекаря, но и выносливость самого пациента.

— К-как...

— Капитан! Вы в порядке?!

— Черт, я думал, что мне крышка...

— И зачем нужно было так дерзить...

— А что, мне нужно было просто молчать...? Если бы я тогда промолчал... Дилан бы мне этого никогда не простил, я в этом чертовски уверен...

Даниэль приподнялся, усаживаясь. Он поднял свое изможденное лицо и посмотрел на Розмари.

— ...Сестра.

— Хм?

— Спасибо. Я не забуду этой доброты. — Даниэль взял ее за руку. — Я... я обязательно как-нибудь отплачу вам. Простите, что мы оставили вас. У нас просто не было другого выбора...

— Выбор у вас был. Но вы нас бросили, и на этом все. Будь мы слабее, мы бы вообще сюда не добрались. — Розмари оттолкнула его руку. — Все нормально. Я сделала это не ради благодарности.

— ......

— Где остальные?

— ...Они ушли.

— Говорили, что направляются к месту, указанному в письме.

— Мы толком не знаем куда... Эльфы не захотели нам показывать...

— А эльфы?

— Как только имперский рыцарь и маги скрылись из виду, они тут же покинули площадь.

— Сказали, что будут действовать отдельно.

— Добрая эльфийка в капюшоне перед уходом дала нам немного лекарств — только благодаря этому капитан Даниэль и продержался.

«Черт. Мы опоздали на шаг».

Я достал из пальто письмо и помахал им перед лицом Даниэля.

— Ты видел что-то подобное?

Даниэль тяжело кивнул.

— ...Эльфы передали его имперскому рыцарю.

— Что там было написано?

— Не знаю. Но среди зданий, у которых мы останавливались вместе с эльфами по пути, было одно странное. Даже средь бела дня казалось, будто весь склад содрогается и шевелится.

— Вы убили его?

— Мы его не трогали. Но, судя по словам этого ублюдка Иана, он направился туда, чтобы уничтожить тварь.

— ...Хм.

— Судя по тому, что он знал содержание, у него уже было как минимум одно письмо.

«Если он движется к тому месту, можно предположить, что как минимум с двумя письмами уже разобрались».

«Я-то думал, он просто гонится за славой, а он оказался способнее, чем я предполагал. Надо же, зачищает мини-боссов».

— ...Что будем делать?

— В смысле «что делать»?

Наоборот, это же просто подарок судьбы. Разве это не значит, что с тремя из пяти писем уже покончено?

Вдобавок ко всему я вытащил еще одно письмо, которое носил с собой.

{Привет. Я ###.}

{Даже после приема лекарства я все еще бодрствую. Я не могу снова уснуть. Проснувшись однажды, мне приходится продолжать кормиться.}

{Но я сдерживался. Иногда я прихожу в себя в местах, которых не узнаю. Хорошая новость в том, что я не был сыт. Гордилась бы ты мной за это? Я не уверен. Подавление инстинктов — невыносимо трудная вещь.}

{Я вернулся к часовой башне. И снова встретил ее. Она — это не ты. По крайней мере, она ничего не помнила. Но вскоре она стала относиться ко мне как к другу.}

{Разговаривая с ней, я ловил себя на мыслях о тебе. Где ты сейчас? О чем думаешь?}

{Я не стану ее есть. По крайней мере, ее. Я не съем ее. Ее запах приятен. Твой запах приятен. Она — это ты? Ты — это она?}

{У меня кружится голова. Я должен найти Баха. Бах наверняка что-то оставил для меня. В конце концов, твой слуга был и моим слугой тоже.}

{Я скучаю по тебе, ###.}

{...Пожалуйста, молись, чтобы я не вернулся к тому, кем был прежде.}

Бах. Это имя указывало на одно — на семью, правившую Парамиром.

Больше не было причин задерживаться у часовой башни — следовало двигаться в том направлении. Все улики буквально кричали о том, что нужно отправляться в поместье лорда Парамира.

— Значит, мы идем туда же, куда и собирались?

— Похоже на то.

Я поднялся на ноги. Я не стал останавливать наемников, которые молча пристроились за нами. Они не станут бить в спину после того, как мы их спасли. Да и если бы попытались, они были далеко не того уровня, с которым я бы не справился.

Но что-то казалось странным. Взгляд Даниэля неотрывно следовал за спиной Розмари.

— ......

Эти глаза... Я уже где-то видел подобный взгляд. Влажные, блестящие глаза. Взгляд, который каким-то образом проникает прямо под кожу.

«...Охо-хо, надо же. Посмотрите-ка на это».

«Розмари, конечно, красотка, но... влюбиться в такой ситуации?»

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (11)

Глава 65: Поисковая операция в Парамире (11)

Нарисовалось кое-что интересное. Я как бы невзначай спросил Розмари:

— Розмари.

— Чего?

— Если бы нашелся парень, которому ты нравишься, как бы ты к этому отнеслась?

— А?!

Лицо Розмари скривилось, и она незаметно отстранилась от меня.

— Ты ведь сейчас не о себе говоришь, верно?

— А?!

Я тоже незаметно сделал шаг назад.

— Скажи что-нибудь вразумительное.

— И почему это у тебя на лице еще большее отвращение?!

— В любом случае, просто ответь на вопрос.

— ...Ну, смотря что это за человек. И к твоему сведению, за мной и так бегает куча парней!

— Хм.

Я покосился на Даниэля. Выглядел он вполне прилично: платиновый блондин, красавчик, да и сложен крепко. Немного грубоват, но сойдет.

Он был командиром отряда наемников «Синий панк». В финансовом плане проверку прошел. Конечно, публика там собралась суровая, но раз уж он возглавлял наемников, его боевые характеристики наверняка были на высоте. Думаю, где-то на уровне обычного инквизитора.

— Он симпатичный.

— И?

— Характер у него... пожалуй, неплохой. Боевые навыки тоже наверняка на высоте. Тебе нравятся парни типажа «преданный щенок»?

— Нет.

Розмари отрезала как ножом:

— Терпеть не могу такой типаж. Ты ведь о тех, кто смотрит только на тебя и постоянно липнет, верно?

— Ну... вроде того. Так какой тип тебе по душе?

— ...Кошачий?

— Кошачий?

Как ни посмотри, она совсем не походила на любительницу «кошек».

— Попробуй пойти на компромисс.

— Как можно идти на компромисс, когда речь идет об идеале?

— Тогда какие у тебя еще условия?

— ...Хм.

Она подняла палец:

— У него должно быть собственное жилье в столице, оформленное на его имя. У меня оно есть, так разве мы не должны быть хотя бы на одном уровне?

— И?

— Я не люблю игроков. Выпивка и курение меня тоже не привлекают.

— Разборчивая какая. Что еще?

— Думаю, мне бы хотелось, чтобы он хорошо готовил. Кое-кто, знаешь ли, завысил мою планку.

— Хм...

Шедший следом Даниэль понурил плечи, а стоявшие рядом наемники сочувственно похлопали его по спине:

— Держись, босс.

— Идеальный типаж — это еще не все.

— Говорят, стоит женщине влюбиться, как все ее идеалы летят к чертям.

— П-правда?

— Больше всего на свете я ненавижу грубых мужланов.

— ......

— ......

— ......

— ...Может, кто-нибудь скажет хоть слово?

Даниэль — симпатичный, но грубоватый — тяжело вздохнул, а я тихонько отступил назад:

— Держись, Даниэль.

— ...Ты специально спросил? Какая же у тебя паршивая душонка.

— Это было из лучших побуждений.

— Хах... ладно, я искренне благодарен тебе. Никогда в жизни бы не подумал... что потеряю голову из-за жрицы...

Даниэль окинул меня взглядом:

— Но как тебе удается выглядеть так опрятно?

— Я весь перемазан гнилой плотью, и тебе кажется, что я выгляжу опрятно?

— Я не об этом... У тебя нет синяков под глазами, и ты выглядишь так, словно каждую ночь крепко спал. У тебя было где укрыться?

— Ну, это потому что...

Ноа резко вклинился в разговор и напыщенно прокашлялся:

— Брат Захад просто невероятен! Честное слово! Я никогда не видел такого паладина, как он!

— ...Прошу прощения? Что вы имеете в виду... Он ведь выглядит таким молодым...

— Следи за языком, Даниэль.

Глаза Пабло мрачно блеснули:

— Если будешь болтать лишнее, Культ Ру не станет стоять в стороне.

— Что, простите?

— Если бы мы попытались выразить достижения брата Захада словами, их набралось бы не меньше трех с половиной миллионов... И если назвать хотя бы одно из них...

Ноа пустился в страстную речь, а Пабло то и дело поддакивал ему со стороны.

Даниэль вытер с лица брызги слюны и с кислым видом спросил:

— И он сам во всем этом разобрался и провернул в одиночку?

— Именно поэтому он и невероятен!

Взгляды, устремленные на меня, были полны сомнения, однако времени на объяснения не оставалось.

Розмари остановилась перед огромным, полуразрушенным зданием.

Вход в то, что когда-то было внутренней цитаделью Парамира, полностью обвалился. Я встал рядом с Розмари:

— Почему ты раньше спрашивал про мой идеальный типаж?

— Хм? Ты все еще думаешь об этом?

— Ч-ч-что, мне уже и подумать нельзя?!

— Чего ты кричишь? Я задел тебя за живое?

— Нет? Вовсе нет. Не мог бы ты отойти немного назад?

— Почему в каждом твоем слове столько вопросительных интонаций?

Я с глухим стуком опустил топор и оглянулся на Даниэля:

— Тебе ведь любопытно, Даниэль?

— ...О чем именно?

— Если честно, ты настроен скептически, верно? Он молод, не выглядит сильным, а они так его превозносят — смахивает на какую-то секту... Ты ведь думал о чем-то подобном?

— ...Не стану отрицать, но так далеко мои мысли не заходили.

— Значит, все-таки думал. И вообще, разве ты не должен принести нам отдельные извинения? Будем честны: ты с самого начала смотрел на нас свысока и игнорировал, да еще и наше представление пропустил мимо ушей. Сам ведь понимаешь, что сейчас не в том положении, чтобы вот так просто идти с нами плечом к плечу?

— ...Перед жрицей Розмари я извинюсь отдельно.

— А как же остальные?

— ......

Даниэль промолчал и отвел взгляд, все еще цепляясь за свою гордость, хоть толку от нее и не было.

Я усмехнулся:

— Смотри во все глаза.

Из глубины внутренней цитадели Парамира донеслись отголоски монструозных криков. Я переглянулся с Розмари.

Даниэль вздрогнул и резко вскочил на ноги, обнажая меч:

— Назад! Сейчас не время для...

— Я же сказал: смотри во все глаза.

— Н-но вы ведь все это время убегали и прятались от монстров! В такой момент те из нас, кто обучен бою, должны...

— Ты действительно ничего не знаешь. Заткнись.

Раздраженно цыкнув, Розмари зажгла пламя сразу на обоих топорах:

— Тебе говорят смотреть и запоминать, что из себя представляют жрецы, на которых ты смотрел свысока. Чего ты так расшумелся?

— Ж-жрица Розмари! Это опасно!

— Чья бы корова мычала, слабак. Потише там.

Ох.

«Кто еще о ком беспокоится?»

Вот она, моя домашняя кошечка.

◇ ◇ ◇

Меч Иана пришел в движение, пробив стену склада и вонзившись в правую лапу твари, от которой разило гнилью.

— Сэр Иан! Я поддержу!

Магия Хадсона вспыхнула ярким светом. Стоило ногам Иана оторваться от спины гниющего чудовища, как поднялся яростный вихрь.

Острые, как бритва, лезвия ветра искромсали конечности монстра. Иан перевернулся в воздухе, и его меч вспыхнул алым, словно объятый пламенем.

Меч Маны.

Сфера, достичь которой могли лишь единицы среди рыцарей.

— КРА-А-А-АНГ!!!

Под грохот оглушительного взрыва тело монстра забилось в яростных конвульсиях.

— Сейчас!

Рыцари ринулись в атаку со всех сторон, оттаскивая отрубленные конечности подальше от туловища, пока маги читали свои заклинания.

Конечности запечатали. Из пасти огромного чудовища хлынула рвотой гнилая кровь, и Иан вонзил меч прямо в его вращающийся, безумный глаз.

— Мерзость.

Покопавшись в мозгу внутри черепа, он проверил внутренности твари. После полудня изнурительных усилий Иан наконец нашел то, что искал — мерзкую черную сферу, засевшую глубоко в теле монстра.

Ядро. Когда он впервые убил это чудовище, то искренне поверил в его бессмертие и перепробовал все мыслимые эксперименты.

Иан силой вырвал ядро монстра. В тот же миг туша, заполнявшая весь склад, начала гнить и осыпаться на пол прахом.

— Запечатай его, маг.

— ...Да.

Хадсон запечатал ядро монстра в стеклянный флакон. Теперь у них было уже два.

Что еще оставалось? Нужно ли им обыскивать другие части города? Иан достал письмо, которое нашел перед схваткой с этим монстром, и перечитал его еще раз:

«Привет. Я ###.

Я отправился на поиски Баха, но его уже не было. Вместо него управлять этим городом остались его потомки. Подумать только, человек, который когда-то был слугой, теперь правит городом вместо тебя. Какая нелепая история.

Я встретился с лордом города. Сначала я удивился, но он выслушал мою историю с большим интересом. Он сказал, что у него есть дневник предка, и принес его со склада.

В дневнике Баха было много записей. Это казалось странным. Твоя история разворачивалась перед моими глазами так же живо, как картина. Но в самом конце был рисунок, который я не смог понять.

Почему? ###. Ты оставила меня похороненным под землей — так почему же ты вышла замуж за Баха? Почему в дневнике нет ни единого слова обо мне?

Ты обманула меня? Ты бросила меня под землю после того, как я пожертвовал ради тебя всем, а сама все это время кувыркалась в постели с Бахом, который преданно тебе служил?

Разве ты не говорила, что любишь меня? Разве не обещала, что будешь скучать по мне всю оставшуюся жизнь?

Неужели все твои слова были ложью? Неужели ты... обманывала меня с самого начала?

...Я отправлюсь на пивоварню в Эльвиче. Я только что вспомнил, что мы закопали там капсулу времени, о которой знали только мы двое. Ты когда-то говорила, что мы вернемся, чтобы вместе взглянуть на нее... но теперь, когда остался только я, думаю, будет не лишним проверить.

Я предпочту верить, что Бах написал в своем дневнике ложь. Я все еще люблю тебя.

...Надеюсь, ты тоже меня любила. ###.»

Иан нахмурился:

— Сколько у нас осталось припасов?

— Мы взяли с собой щедрый запас на месяц... так что еще продержимся.

— Сэр Иан.

Хадсон подошел к нему поближе:

— Рыцари, может, и в порядке, но мои ученики уже на пределе. Продолжать слишком опасно. Нам нужно отдохнуть, пусть даже недолго.

— Отдых? Мы идем дальше.

— Сэр Иан!

Хадсон сорвался на крик:

— Моему терпению есть предел! Я говорю как командир, присланный Синей Башней Магов! Прекратите загонять моих учеников до полусмерти! Это предупреждение!

— ......

«Прикончить его прямо сейчас?»

Иан силой подавил подступавшую жажду убийства. Ему нужно было сдерживаться, ведь маг все еще был ему полезен.

— Одного дня должно хватить. Маг.

— ...Спасибо, сэр Иан.

Хадсон с облегчением выдохнул. И тут Иан заметил, как прямо за этим вздохом на заднем плане кто-то проскользнул.

Нечто, прятавшееся за зданием, следило за ним. Оттолкнув Хадсона в сторону, Иан выхватил кинжал и метнул его.

— ТУК!

Из места, где кинжал глубоко вонзился в стену, вырвался крик:

— А-А-А-АХ!

— ...Крик?

Не монстр?

Иан приблизился к фигуре, ползущей за стеной здания. Она была маленькой. Если не считать того, что от нее остались лишь кожа да кости, она походила на человеческого ребенка.

Но кое-что отличалось. Кое-где кожа ребенка почернела, покрываясь пятнами.

От него исходил тот же запах гнили, что и от монстров, бродящих на поверхности.

— Ты кто такой?

— Больно... больно... больно...

Имперское наречие.

Иан схватил ребенка за ногу, притащил его и швырнул перед Хадсоном:

— Подлечи его, маг.

— ...Что это за ребенок? Как он выжил в Парамире?..

— Больно... больно...

— Потерпи. Сейчас все пройдет.

Исцеляющая магия окутала ребенка. Иан окинул взглядом окрестности. Если подумать, он ощущал присутствие, которого не замечал раньше.

Там что-то было. Нечто, не являющееся ни монстром, ни человеком.

Иан поднял ногу и наступил на горло ребенка, которого как раз исцеляли:

— Ч-что вы делаете, сэр Иан?!

— Отвечай мне, мелкий.

Иан прошептал:

— Откуда ты вылез?

— П-пожалуйста... пощадите...

— Я сказал: говори.

Два пальца были отрублены. Ребенок закричал:

— Сэр Иан!

— Заткнись, маг. Это необходимая процедура. Мелкий, отвечай мне. Живо.

— Д-дверь открылась... поэтому... я пришел искать еду...

— Откуда ты поднялся?

— И-из-под земли... из-под земли... под часовой башней...

Ребенок прерывисто зарыдал:

— Я был... заперт там все это время... поэтому...

Хадсон вздрогнул и оглянулся на Иана.

Иан убрал меч в ножны:

— Веди. Живо.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (12)

Глава 66: Поисковая операция в Парамире (12)

В этом мире бывают вещи, которые видишь своими глазами, но никак не можешь в них поверить. Даниэль потер глаза. Одного раза показалось мало, поэтому он протер их снова.

— Еще один удар!!!

— Да отнесись ты к этому серьезно!

Во все стороны полетели искры. И не просто пара искорок — они целиком заполнили всё поле зрения. Жар был таким сильным, словно собирался заживо сжечь лицо. Воздух сделался настолько тяжелым, что грозил раздавить легкие.

Даниэль икнул. Когда в последний раз он пугался настолько сильно, чтобы начать икать? Должно быть, еще в глубоком детстве.

В те времена, когда он был совсем маленьким и бесконечно грезил о героях и их подвигах. Сейчас ему казалось, будто его забросило обратно в ту пору.

Ведь то, что разворачивалось перед его глазами, не имело ничего общего с реальностью — это было нечто, явившееся прямо из снов.

— БУМ!!!

Топор крушил абсолютно все на своем пути. Буквально. Он просто стирал в порошок все, что попадало в поле зрения. Остальным оставалось лишь стоять с разинутыми ртами и завороженно наблюдать.

Розмари. Ее топор разрывал сам воздух. Пламя нелепой, почти оскорбительной мощи порождало мощнейшие взрывы. Голова огромного Гнильца, дремавшего внутри поместья лорда, отлетела в сторону, а на месте среза вспыхнул яростный огонь.

— БА-БАХ!!

Невероятно. Даниэль спешно пересмотрел все свои представления о том, какими должны быть жрецы. Она без проблем могла бы сражаться на равных с имперским рыцарем, тут и сомневаться не приходилось.

И все же даже она не была главным действующим лицом. Ведь рядом бушевал другой топор, пылающий еще более дикой, первобытной яростью.

Топор, превосходящий размерами тело своего владельца, с грохотом рассек воздух. Гнилец испустил истошный визг.

— КИ-И-И-И-И-И-Е-Е-Е-Е-К!

...Постойте, разве они вообще умеют так кричать?

— КРА-КА-БУМ!!!

Если топор Розмари все крушил, то топор этого человека являл собой нечто совершенно иное. Он не просто ломал вещи — он их стирал. Гнилая плоть, которая должна была разлететься ошметками, вместо этого превратилась в ничто, не оставив после себя и следа.

Разрушение. Аннигиляция. Воплощенный ужас.

Даниэль не знал, какой титул добавить к этому имени. Но одно он понимал наверняка.

«Ха. Черт. Как-то слишком просто. Да это вообще ни капли не похоже на жреца! Даже близко не стояло!»

◇ ◇ ◇

Я вырвал ядро из тела монстра. Прелесть топоров заключалась в том, что они с грубой эффективностью перемалывали все подряд, благодаря чему найти точное местоположение ядра не составляло никакого труда.

Розмари сплюнула кусочек плоти Гнильца, залетевший ей в рот.

— Прямо в рот попало. Тьфу, тьфу!

— Розмари, ты стала еще сильнее, чем раньше.

— ...Правда?

— Ты из тех, кто расцветает в реальном бою, Розмари. Умница. Моя маленькая кошечка.

— Хватит гладить меня по голове!

Я убрал добытое ядро в карман. Теперь их было два. Группа рыцаря к этому моменту, вероятно, тоже раздобыла парочку.

Оставалось только прорваться под землю. Стоило сделать это, и все встало бы на свои места. Последнее ядро должно находиться под часовой башней — в подобных местах это было неписаным законом. Нужно лишь отыскать его.

Скоро они покажутся. «Беженцы». Когда погибали трое или более «стражей», наружу выходили определенные личности. Хотя можно ли было назвать их людьми — вопрос спорный.

Именно так их именовали в игре. Весьма подходящее название, если подумать.

Сразу после трагедии, постигшей замок Парамир, все представители высшего сословия бесследно исчезли. Единственными, кто гибли толпами, оказались простые жители Парамира.

Так что же стало с этой знатью?

Они укрылись в подвале часовой башни — бункере, построенном на случай войны. Среди них находились и те, в чьих жилах текла кровь Баха. Там же хранился и дневник, содержащий все тайны.

И внутри этого подвала имелся один узкий, тесный проход, ведущий на самую вершину часовой башни.

Проход настолько маленький, что протиснуться туда мог разве что крошечный ребенок. Именно там и обитал последний мини-босс.

Стоило убить его, и верхушка часовой башни почти наверняка открылась бы. Затем оставалось лишь прикончить ослабленного босса, и дело в шляпе. Собрать все награды!..

А архиепископ Дуэйн окажется позорно размазан носом по полу!

— Брат Захад!

Ноа вцепился в меня, сверкая своими мягкими, похожими на щенячьи глазами.

— Брат Захад, те письма, что ты подобрал... Они тебе еще пригодятся?

— Не особо. Мне нужно было лишь узнать из них координаты.

— Тогда не мог бы ты отдать их мне? По правде говоря... я очень люблю подобные истории.

«Ах, точно...»

Ноа, Апостол Иссис, питал глубокую страсть к романтике.

Причин отказывать не было, и я протянул ему оба письма.

— Спасибо!

— Тебе они настолько нравятся?

— Конечно! Даже просто прочитав эти два письма, можно все понять. Несбывшаяся любовь... разве это не само воплощение святости жизни?

Ноа прижал письма к груди.

— Мне так нравится эта история! Просто безумно!

Улыбка Ноа так и сияла.

«Так вот как выглядит чистая душа... совсем не то, что я, потрепанный жизнью старик...»

Я покосился в сторону и встретился взглядом с Даниэлем. По какой-то причине по его щекам катился холодный пот.

...Хм?

— Даниэль?

— Д-да? Да?!

— Ну и как тебе?

— Э-это... ну... это... — Он запнулся, подбирая слова. — П-потрясающе...

— И это все?

— Н-невероятно...

— И все?

— Угх... — Даниэль рухнул на колени. — Я чуть не обмочился... Простите, что сомневался в вас... Отец... Я был идиотом! Такое больше никогда не повторится, пожалуйста, простите меня на этот раз! Я был неправ!!

— Так и быть, прощаю.

Я ухмыльнулся. Да. Вот это правильный порядок вещей между нами!

— Да как вы смеете! Святотатство!

— К-как кто-то может быть настолько сильным?.. Даже тот имперский рыцарь и в подметки не годится тому, что я только что видел... Разве это вообще... возможно?

— Верь в Ра и неси ее слово окружающим. Вера сильнее того, что видят глаза.

— Это просто чистый талант, вот и все. Не ищи тут скрытого смысла.

— Святотатство!

— Святотатство? Ты твердила мне это каждый божий день. Что люди должны рождаться разными.

— И их усилия — это тоже своего рода чудо...

— Тебе правда шестнадцать? Серьезно?

— Ш-шестнадцать?! Серьезно?!

— Если судить только по боевым навыкам, она практически закаленный ветеран, прошедший бесчисленное количество сражений...

— Она, пожалуй, могла бы сражаться на равных с первоклассными наемниками...

Шепотки становились все громче. Я украдкой взглянул на Ноа, который был полностью поглощен чтением писем.

Его глаза сияли.

— Мне правда шестнадцать!

— ......

— ......

— ......

Встретив эти холодные, безразличные взгляды, я все понял.

Эх.

Пути назад, к образу чистого и невинного ребенка, больше нет.

◇ ◇ ◇

Мы выбрались наружу. В тот самый миг, когда мы ступили на площадь, я почувствовал на себе чей-то взгляд.

Я знал, кто за нами наблюдает. Кто-то пристально следил за нами из-за стены. Я тихонько вытащил из кармана немного еды.

— Ой. Что это? Надо же, случайно выронил!

Стук.

Сухой паек с глухим стуком упал на землю. Наблюдавший за нами человек невольно сглотнул слюну.

— Что ты делаешь?

— Разве не очевидно? — Я открыл коробку с едой. — Выманиваю кое-кого.

Изнутри донесся аппетитный аромат. С помощью Священного пламени я подогрел еду, и запах разнесся на удивление далеко.

— Извините. Может, хватит подглядывать и вы выйдете?

— ......

— Если вы сейчас же не выйдете, я просто съем все сам.

— ......!

Из-за стены, тяжело дыша, выбежал мужчина. Сквозь его свободную одежду на коже виднелись темные пятна.

— Ч-что это такое?

— Это человек?

Я потряс коробкой с едой.

— Есть будете?

— Я... я буду!

Мужчина бросился ко мне. Его тело явно было не в порядке — он споткнулся и покатился по земле, но тут же поспешно вскочил на ноги и буквально зарылся лицом в коробку.

Хватая гарнир обеими руками, он без остановки запихивал его в рот. Он ел настолько жадно, что Розмари поморщилась.

— Как долго... он голодал?

— Полагаю, очень долго. Раз уж его тело не почернело полностью, должно быть, он из тех, кто сумел сохранить человечность.

— Что? Что это значит?

— Спроси у него сама. Разумеется, после того как он закончит есть.

Всхлипывая и продолжая запихивать остатки еды в рот, мужчина вцепился в меня.

— О-отец! Мне ужасно неловко просить, но не могли бы вы нам помочь?! Моя жена умирает от голода! Если у вас есть хоть какая-то еда, пожалуйста, умоляю, хотя бы немного!

— Я понял, так что отпусти меня. Я дам тебе столько, сколько нужно.

Ключом к зачистке Парамира была победа над тварью, спящей в часовой башне.

Однако награды за это разнились. То, что ты получал, зависело от количества беженцев, которых удавалось спасти из-под часовой башни.

Спасешь хотя бы на одного человека больше — и награда возрастет. Особенно если спасти семью лорда Парамира, ведь за это полагалась просто невероятная награда.

А поскольку все происходило наяву, они, вероятно, дадут еще больше. Я улыбнулся с теплотой, достойной святого.

— Ра заповедовал: щедро делись с теми, кто нуждается.

— ...О-отец!..

— Еды хватит, чтобы накормить всех.

Я помог мужчине подняться на ноги и отряхнул пыль и грязь с его одежды.

— Пожалуйста, отведи нас туда, где прячется твоя семья.

— Спасибо... спасибо... о... Господи... Спасибо вам!..

Наемники зашептались между собой.

— Черт.

— Быть жрецом дано далеко не каждому.

— Куда делся тот человек, который только что рвал монстров на куски, и откуда взялась эта милосердная улыбка...

— Что вообще представляет собой этот Культ Ра?

Розмари тихонько попятилась назад, стараясь скрыться от устремленных на нее взглядов.

— Я не знаю этого человека, так что, пожалуйста, не смотрите на меня так...

Розмари резко осеклась. Почувствовав дрожь под ногами, она быстро огляделась по сторонам.

— Ч-что это еще такое внезапно...

Что-то пошло не так.

Грохот, грохот, грохот, грохот.

Парамир содрогнулся без всякого предупреждения. Части зданий начали рушиться, а снизу хлынула отвратительная гнилостная вонь.

Земля пошла трещинами. Спокойная атмосфера, царившая здесь еще мгновение назад, бесследно испарилась — все вокруг, куда ни кинь взгляд, погрузилось в хаос.

Что-то происходило. Люди с трудом удерживали равновесие на содрогающейся земле.

— Ч-что это?

— Землетрясение?..

Погодите-ка. Это не просто землетрясение.

Раздался резкий звук. Пронзительный скрежет, достаточно громкий, чтобы заполнить собой весь Парамир.

— ГРОХОТ!

Стена стоявшего перед нами здания обрушилась. Гнилая плоть, сочившаяся из нее, словно срезонировала на этот звук, высвобождаясь из обломков и поднимаясь во весь рост.

— Ах. Черт подери.

Подобное могло произойти лишь по одной-единственной причине.

Кто-то вскрыл сокровищницу Парамира! Какой законченный безумец посмел это сделать?!

Одно дело, если бы они полностью взломали ее. Но они явно лишь наполовину активировали защиту, запустив часть магической системы безопасности.

Этот режущий слух пронзительный звук — тревога, способная расшевелить каждого Гнильца в городе и накрыть собой все вокруг — служил тому подтверждением!

Да как они вообще нашли это место?! Оно же зарыто так глубоко!

— Ч-что нам делать?!

— Что делать?! Шевелитесь! — Я схватил мужчину за шкирку. — Бегите к часовой башне!

Преждевременное открытие сокровищницы Парамира до финала вело лишь к одному исходу.

Одно из правил, разделявших Парамир, окажется нарушено. Граница, поддерживающая цикл дня и ночи, исчезнет, и из-за непрекращающегося шума весь Парамир наводнят Гнильцы.

А если после этого потерять еще немного времени, то проснется и монстр в часовой башне.

Иными словами, Гнильцы начнут двигаться даже при дневном свете, и посреди всего этого хаоса нам вдобавок ко всему придется сражаться с боссом.

Я должен остановить эту тревогу прямо сейчас! Иначе все пойдет прахом!

А пока нужно загнать всех бесполезных внутрь часовой башни! Не было никакого смысла тащить их за собой, чтобы их просто смело волной хаоса!

— Все за мной!

Я рванул прямиком к подвалу часовой башни — месту, где затаился последний мини-босс.

Гнильцы, пробившие стены зданий, повернули головы в нашу сторону. Даниэль обнажил меч с решимостью человека, готового к последнему бою, и смело заслонил собой Розмари.

— Отец Розмари! Я задержу их! Не беспокойтесь ни о че...

Из рушащихся одна за другой внешних стен зданий бесконечным потоком хлынули Гнильцы.

Даниэль, только что обнаживший меч, тихонько убрал его обратно в ножны и тут же повернул голову назад.

— Б-бежим!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (13)

Глава 67: Поисковая операция в Парамире (13)

— КРА-А-А-А-А-БУМ!!!

Высотное здание с грохотом рухнуло. Пылевая завеса поглотила дорогу впереди.

Я тут же свернул в сторону. В одиночку я бы выбрался без особых проблем, но позади меня бежала группа людей, которые за мной едва успевали.

— Сюда!

Сквозь щели между рушащимися зданиями выползали куски гниющей плоти. Гнильцы — Раттены — хлынули вперед все разом.

Волна Гнильцов накатывала, подобно приливу, а земля под ногами продолжала непрерывно содрогаться.

— Розмари! Лови!

— Бросай его!

— Чего-о-о-о?!

Человек, покрытый черными пятнами, взмыл в воздух, и Розмари мгновенно поймала его.

Я резко развернулся.

Волна Гнильцов наступала быстрее, чем мы бежали. При такой скорости нас поглотят еще до того, как мы доберемся до часовой башни.

Сложность словно подскочила с обычной до адской всего за секунду! Черт подери!

Времени на то, чтобы укрыть всех в часовой башне, не оставалось. Разделиться прямо сейчас — единственное верное решение!

— Розмари! Забирай всех и беги к часовой башне!

— Что?! А как же ты?!

— Просто уходи! Не оглядывайся!

Я выронил топор. Сделав глубокий вдох, я сосредоточился и начисто расколол череп бросившегося на меня Раттена.

Духовный облик Беатрис выскочил наружу, и она победно вскинула кулак, содрогаясь всем телом от возбуждения.

[Как героически! Захад! Пожертвовать собой в одиночку...! Настоящий образец святого рыцаря!]

«И не думай растрогаться тут сама по себе! Думаешь, я собираюсь умереть?! В моем словаре нет слова «самопожертвование»!»

«Я прорвусь сквозь любые преграды и заберу с собой всё! Вот мой девиз!»

— Розмари! Я сказал, уходи!

— Н-но...!

Я оглянулся на нее:

— Внутри часовой башни есть еще один монстр, ясно?! Мне нужно, чтобы ты с ним разобралась! Я немного задержусь!

— И как я должна сделать это в одиночку...?!

— Ты справишься! Ты единственная, кто на это способен!

— ...Гх!

Розмари прикусила губу:

— ...Только попробуй не прийти быстро, и я клянусь, что сама тебя убью!

Развернувшись, она бросилась бежать, и наемники со жрецами тут же последовали за ней.

— Т-ты ведь придешь за нами, верно?! Брат!

— Ты не должен опаздывать!

— Не оглядывайтесь, просто бегите!

Да. Убирайтесь все отсюда. Я и сам справлюсь.

Огромная армия Гнильцов приближалась, без исключения хлынув изо всех уголков города. Натиск этой колоссальной массы был слишком велик, чтобы сдержать его в одиночку.

...Трансформация формы? Пожалуй, даже этого будет мало.

Я посмотрел на топор и убрал его обратно в карман.

Я подумал было обнажить Демонический меч Сурт, но если я потеряю контроль, некому будет разгребать последствия.

И все же... нашлось кое-что, идеально подходящее для этого момента. Я поднес руку к своей сережке. Прильнувший к моему плечу дух Беатрис округлил глаза.

[Неужели...? Наконец-то...?!]

Раз никто не смотрит, значит, я могу выложиться на полную.

— Беатрис.

[Жажда и голод.]

[Отчаяние окутало мир.]

[И все же, несмотря на это, свет остался.]

[Люди назвали этот последний свет «Брюнак».]

[Все твое тело наполняется верой.]

[Утраченный свет Ра снисходит на мир.]

[Святая сила заполнена до максимума.]

[ОЗ заполнены до максимума.]

[Выходная мощность Святой силы удваивается.]

— Тебе нравится поджигать города?!

[ДА-А-А-А-А-А-А-А!!!!]

Я использовал это по-настоящему впервые, но это не имело значения. Я и так прекрасно знал, на что оно способно.

Изначально это было оружие SS-ранга. Но после того как им овладела Беатрис, собственный «калибр» Святой поднял его еще на один уровень — редчайший случай, когда священная реликвия переросла свой собственный ранг.

Серьга Копья Света, Брюнака — предмета SSS-ранга — рассыпалась подобно пыли.

Черное небо с резким, раскатистым треском раскололось надвое.

[«Копье Света, Брюнак» являет свой истинный облик.]

Растворившаяся в сиянии серьга взмыла высоко в небеса.

И в следующее мгновение огненный столп обрушился прямо на Парамир.

— КРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-БУМ!!!

Появление вышло куда более зрелищным, чем прежде. Брюнак, поглотивший каждую каплю моей Святой силы, окутал Парамир пламенем, подобным божественной каре.

Одним лишь своим появлением он испепелил всех Гнильцов поблизости. Изливающаяся Святая сила образовала временный барьер, сжигая дотла любого Гнильца, который осмеливался приблизиться.

Величие предмета SSS-ранга. Я протянул руку к Брюнаку, вонзившемуся в расколотую землю.

Святая сила хлынула сквозь мою ладонь. Моего уровня и навыков не хватало, чтобы раскрыть весь его потенциал, но даже так оно находилось на совершенно ином уровне по сравнению с любым обычным оружием.

[Ты ведь впервые используешь Брюнак в реальном бою?! Влей в него свою Святую силу! Это основа для правильного владения Копьем Света!]

Я так и поступил — влил Святую силу напрямую. Беатрис, связанная с Брюнаком, вздрогнула.

[Хн-н-нгх...! Мне нужно сдерживаться... Я прямо сейчас вижу, как сжигаю все дотла... Я не должна поддаваться этому странному ощущению Святой силы...!]

Как и ожидалось, прирожденная поджигательница. Поразительная сила воли.

Я взмахнул Брюнаком, стряхивая цеплявшиеся за него языки пламени. Мне уже доводилось держать это оружие в руках несколько раз. Конечно, не в реальности, а в игре, но...

А это значит, что я уже знаю все, на что оно способно!

[Активирован навык «Золотой дождь (SSS)».]

Из разорванного огненным столпом неба начал падать свет. Алые копья, точные копии Брюнака, разом вонзились в землю.

Их были десятки. Учитывая, что обычно этот навык призывает тысячи копий, число казалось смехотворно малым. Моя Святая сила и тело просто не могли поддерживать навык на полной мощности.

Но прямо сейчас этого было достаточно.

Я поднял копье, отступил на шаг назад и всем телом замахнулся для броска.

[Активирован навык ⟨Пожирающее свет пламя — Луин (A)⟩.]

Идеальная стойка для броска. Пламя обвило наконечник Брюнака. Вонзенные вокруг меня алые копья одно за другим поднялись в воздух, окутанные бушующим огнем.

Беатрис тяжело задышала.

[Откуда ты знаешь, как это делать, если используешь его впервые?!!!!!]

— Инстинкт!

[Это же бессмыслица?!!!]

Я снял напряжение в теле. На острие спирального копья сжатое пламя взорвалось.

Брюнак — непростое копье. Его истинная ценность раскрывается именно при броске.

[Активирован навык «Одновременный обстрел (SSS)».]

— ХРА-А-А-А-А-АХ!!!!

Брошенное копье прочертило в воздухе алую дугу. Следом за ним бесчисленные копии Брюнака разом пронзили небо.

Волна Гнильцов была мгновенно разорвана на части. Сквозь огромную брешь вырвалось бушующее пламя.

— КРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-БУМ!!!

Часть Парамира была стерта с лица земли в бушующем огне.

Пожар разгорался, здания начали рушиться. Беатрис, сияя в отсветах пламени, злорадно потерла ладони.

[Ахахахаха!!! Давай сожжем тут все дотла!!! Очистим каждую крупицу этого места, Захад!!! Как и подобает Апостолу Ра!!!!!]

Это звучало не столько как слова Апостола Ра, сколько как бред безумного поджигателя.

◇ ◇ ◇

Услышав рев сирены, разнесшийся по всему Парамиру, эльфы побледнели как полотно. Они допустили ошибку, пытаясь взломать систему безопасности.

Они поспешно попытались снова запустить механизмы, но тревога не прекращалась. Напротив, она зазвучала еще громче.

— П-пока что уходим!

— Мы должны закончить взлом защиты!

— Защита Флоры — наш главный приоритет!

Эльфы пришли сюда лишь по одной причине: чтобы вернуть утраченное сокровище.

Глубоко внутри сокровищницы Парамира, в самой ее сокровенной палате, покоилось принадлежавшее эльфам сокровище. Благословение, дарованное Мировым Древом, что когда-то росло в самом сердце синего леса.

Слеза Игдрасиля.

Они явились сюда лишь для того, чтобы забрать то, что украли человеческие руки. С его помощью они могли бы восстановить свои угасающие земли и возродить увядающее Мировое Древо. Они скрывали свои намерения, притворяясь, что сотрудничают с поисковым отрядом, но затем увидели истинное лицо имперского рыцаря — эгоистичного человека. В тот момент, когда эльфы передали ему письма, они приняли окончательное решение: завладеть Слезой Игдрасиля и сбежать отсюда любыми путями.

Но все пошло наперекосяк. Магический барьер вокруг сокровищницы был ультрасовременным — за пределами того, что эльфы могли разрушить, — и стоило им прикоснуться к нему, как взвыла сирена.

И этот сигнал тревоги пробудил ото сна Гнильцов.

— Монстры спускаются!

— Сдерживайте их!

— Не подпускайте их к Флоре!

— Я... я тоже могу помочь...!

— Пожалуйста, оставайтесь сзади, Флора!

— Мы сами со всем разберемся!

Им приходилось взламывать защиту с помощью магии, одновременно сдерживая Гнильцов, валящихся с лестницы.

Арбалеты стреляли, и стрелы находили свои цели. Завывания Гнильцов усыплялись магией, но они пробуждались вновь и вновь.

Лица эльфов побледнели. Все было кончено. Стрелы подходили к концу.

Изнурительная битва тянулась без конца, пожирая те крохи магической энергии, что у них оставались.

При таком раскладе они все погибнут!

Предводительница эльфов выхватила нож и рассекла тело бросившегося на нее Гнильца.

— Забирайте Флору и уходите!

— Н-нет! Как я могу оставить тебя...!

— Уходите, я сказала, прямо сейчас!

Гул, гул, гул.

Раздался гул. Лицо эльфийки побледнело. Сверху, прямо по аварийной лестнице, по которой они спустились, начали валить Гнильцы.

— ...Ах... нет...

Их единственный путь к спасению оказался отрезан. Хлынувшие Гнильцы до отказа заполнили подземную площадь. Плоть, которая не умирала от порезов и продолжала двигаться даже с вонзившимися в нее благословенными стрелами, наступала на эльфов со всех сторон.

— Нет... нет...

— Духи... пожалуйста, помогите нам... пожалуйста, помогите нам...

— Взгляните на меня... прошу вас...

Эльфийка в капюшоне шагнула вперед. Связанный с ее рукой дух явил свою колоссальную силу, но даже этого оказалось недостаточно.

Рогатый голем поднялся из грязи, но был тут же разъеден Гнильцами. Его руку оторвало, и он снова погрузился в жижу.

Эльфийка в капюшоне отчаянно протянула руку, призывая духа снова и снова.

— ...Нет, все не может так закончиться... не здесь, не так... мы не можем умереть...

— Да уж. Чертовски верно. Смерть — не вариант.

Раздался голос.

Прогремел взрыв. Эльфийка в капюшоне невольно повернула голову к входу.

Внутрь ворвалось пламя. Гнильцы мгновенно вспыхнули яростным огнем. Обжигающий жар был настолько сильным, что даже на расстоянии ее щеки обдало теплом.

Шаг. Шаг.

Кто-то шел. Она увидела черную сутану жреца, ступавшего прямо по горящим Гнильцам. На ней красовался символ Культа Ра.

Жрец, который по всем законам логики должен был погибнуть в первый же день, каким-то образом оказался здесь. Неужели ей это чудилось?

Глаза эльфийки в капюшоне расширились. Объятый пламенем мужчина держал в руках копье, превосходящее по длине его собственный рост. Его пылающий наконечник излучал священную силу — силу настолько мощную, что у нее на мгновение перехватило дыхание.

— Э-это же...

— Вам нельзя подыхать от рук этих куч пепла. Понятно? Мелкие вы тролли.

Объятый пламенем жрец — Захад — сплюнул на землю.

— Если вам и суждено умереть, то только от моей руки. Я ведь прав?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (14)

Глава 68: Поисковая операция в Парамире (14)

Я без колебаний метнул копье. Оно пробило Гнильца насквозь и глубоко вонзилось в защитное устройство.

— Беатрис! Сожги эту штуку!

[Предоставь это мне!]

Пламя охватило Брюнак, который я метнул, вложив Святую силу в каждый его дюйм. Копье пробило магический барьер и испепелило часть микросхем.

— Только первый уровень защитного барьера! Сожги только его!

[Что еще за первый уровень?!]

— Всё, что прямо там — просто сожги дотла! Но не трогай то, что рядом!

Раздался гул пламени. Обыкновенный поджог, проще некуда. Магический барьер оказался прочным, но это не значило, что он прочнее Брюнака.

[Р-Р-РА-А-А-АХ!!!]

Вспыхнуло яростное пламя, и грохот мгновенно стих. Микросхемы обуглились — первый уровень барьера был уничтожен.

Как только разрывающий город на части гул утих, Гнильцы начали отступать. Объятые пламенем, они бросились наутек, исчезая в ночной тьме.

Я размял шею:

— О чем вы только думали, вытворяя подобное?

— М-мы...

Я протянул руку, и Брюнак прилетел обратно. Слегка встряхнув его, чтобы сбить пламя, я почувствовал, как дух Беатрис прильнул к моему плечу.

[Ха-а... ха-а... Я хочу сжечь... еще...]

— Угомонись.

Я превратил в пепел целый район города. Количество зданий, которые я спалил по пути сюда, даже считать не стоило.

Если кто-нибудь когда-нибудь узнает, что это сделал я, то за уничтожение стольких построек меня затаскают по судам, когда Парамир наконец отстроят заново.

Честно говоря, мне казалось, что Беатрис успокоится только тогда, когда я сожгу целую страну.

Я протянул руку и схватил за шиворот ближайшего эльфа в капюшоне. Эльфы разом вздрогнули и закричали в один голос:

— О-отпусти!

— Да как ты смеешь...

— Понятия не имею, кто вы такие. Я просто хочу посмотреть на твоё лицо.

Я силой сорвал капюшон.

— Кто ты такой...

Наши глаза встретились.

Великолепные платиново-светлые волосы. Оттенок немного отличался от волос Димонааса, но это была всё та же ослепительная красота, от которой захватывало дух.

Эльфийка. Намного красивее среднестатистической представительницы своего народа, но в остальном мало чем от них отличающаяся. Если лица у них так похожи, зачем вообще было его прятать...

...А?

На ее платиново-светлой макушке что-то росло. Белый цветок.

Я ухватился за него и слегка потянул.

— Ой, больно!

— Ч-что ты творишь?!

— Немедленно отпусти ее!

— Только не говорите мне, что это...

Я сильно нахмурился. О боже, за что мне это...

Цветок, паразитирующий прямо на голове. Существовала лишь одна причина, по которой эльфийка могла ходить с цветком на макушке, словно лишившись рассудка.

— И что забыла дочь Королевы Фей в такой глуши?

— ......!

Девушка, которую я держал, уставилась на меня широко раскрытыми от испуга глазами:

— Т-ты знаешь, кто я?

— Я знаю о Духовном цветке. Как тебя зовут?

— Ф-Флора.

Да чтоб тебя. У меня было предчувствие, что это лицо мне знакомо.

Еще один ключевой NPC — и почему она здесь?!

— Флора... ладно, Флора. Зачем ты сюда пришла? М-м? Ты хоть представляешь, насколько все были близки к гибели из-за твоей глупости?

— Я-я не знала...

— Не знала! И это всё? Всё, что ты можешь сказать в свое оправдание?!

— Ик!

— Немедленно отпусти Флору!

— Ах ты ублюдок!

Эльфы вскинули арбалеты. Я прищурился:

— Опустите игрушки, у вас даже болты не заряжены. Эй, вы...

Если они проделали весь этот путь, то пришли лишь за одной вещью. Эльфы, где бы и когда бы они ни появлялись, всегда жаждали заполучить именно этот предмет.

— Вы пришли за Слезой Игдрасиля?

— ...К-как ты...

— Неважно как. Слушайте меня внимательно. Вам не вскрыть это хранилище. Думаете, Парамир — это какое-то захолустье на окраине? Это крупный город с многовековой историей. Речь идет о сотнях лет накопленной защиты. Неужели вы думали, что такое подземное хранилище можно взломать за одну ночь?

Им повезло, что их остановили на первом уровне защиты. Если бы они нарушили второй, отключить тревогу было бы уже невозможно.

Хорошо, что я добрался сюда так быстро. Я прижал лезвие Брюнака к горлу Флоры. Часть меня хотела прикончить ее, но...

Я не мог ее убить. Она была связана с Мировым Древом. На мне останется метка, и Мировое Древо объявит меня врагом общества, после чего мне придется всю оставшуюся жизнь бегать от эльфов.

Но и просто так спустить это с рук я тоже не мог. После всего, через что мне пришлось пройти, я собирался преподать ей урок, который она запомнит надолго.

К сожалению, существовало бесчисленное множество способов наказать кого-то, не прибегая к убийству. Я мог с закрытыми глазами перечислить сотни методов, как уязвить эльфийскую гордость.

Остановимся на этом.

— Встаньте на четвереньки.

У эльфов едва пена изо рта не пошла от ярости:

— Закрой пасть и отпусти Флору! Живо!

— О? Не слушаетесь? Не хотите вставать?!

— Ч-что ты такое несешь...

— На колени! Все! Повернитесь ко мне задом! Или девчонка лишится головы!

— Ч-что ты говоришь?! Т-только не говори, что ты собираешься осквернить нас...!

— Да я ведь и правда могу это сделать. А ну встали раком и выставили свои задницы так, чтобы я их видел! Живо! Или драгоценная наследница Королевы Фей...

Я злобно расхохотался, демонстративно прижав Брюнак еще сильнее к горлу Флоры:

— Как думаете, что тогда произойдет? М-м?

— ...Ты... чудовище...!

— Богатый словарный запас для жреца. Заткнитесь и ложитесь! Живо!

Издавая приглушенные стоны, эльфы опустились на землю и повернулись ко мне спиной.

Я медленно подошел ближе. Флора задергалась в моих руках:

— Ч-что ты собираешься делать! Пожалуйста, не надо!

— Ты совершила глупость. Теперь плати по счетам.

Я взял Флору за руку.

Эльфы обладают невероятной гордостью. Их верность столь же глубока — непоколебима и тверда.

А значит, шок от сокрушения этой гордости будет еще сильнее.

Это практически то же самое, что пережить смерть!

— Итак, Флора. Раскрой ладонь вот так.

— А? А? А?

— Непослушных детей нужно наказывать, верно?

Я перехватил ее руку и с силой опустил на задницу одного из эльфов.

Раздался звонкий шлепок. Спина эльфа выгнулась дугой.

— Ой?! Ф-Флора?!

— Н-нет?! Я не хотела... это не я...?!

Я широко ухмыльнулся:

— По сто ударов каждому, и сделает это рука госпожи, которую вы так нежно любите. Вопросы есть?

— Н-не-е-ет!

— Ой! Ай!

— Хнгх!

Идеальное наказание как для того, кто бьет, так и для тех, кого бьют.

Лучший метод в искусстве воспитания эльфов!

◇ ◇ ◇

Подземелье часовой башни. Место, где оказались заперты беженцы.

Розмари вошла внутрь. Здесь царила слишком глубокая тишина. Шум сверху не доносился до этих глубин.

— С-сюда.

Незнакомец, который ранее передал ей коробку с обедом, шел впереди. Следуя по канализационным туннелям под Парамиром, она вышла к открытой двери, покрытой толстым слоем вековой пыли.

Место, которое когда-то было наглухо запечатано и которое никто не мог открыть.

— М-меня зовут Аидил Доор, — словно пытаясь нарушить тишину, незнакомец представился. — Я был старшим государственным служащим Парамира и отвечал за администрацию.

— Что это за место?

— Подземелье часовой башни изначально строилось как бункер на случай войны. О нем знали только лорд и несколько чиновников... Когда в Парамире вспыхнула чума, мы сразу же бежали сюда.

— ...Чума?

— Я до сих пор не знаю, болезнь это была или проклятие. В один из дней, под странный заунывный вой, весь город погрузился во тьму. Из часовой башни хлынул черный туман, затопивший весь Парамир.

Тело Аидила задрожало:

— Э-это был ад. Люди нападали друг на друга, повсюду поднимались монстры, смердящие гнилью... Настоящий ад. Мы бежали. Спустились под землю и ждали, пока всё закончится. Но...

— И вы были заперты здесь десять лет?

— ...Да. Как только дверь захлопнулась, она больше не открывалась, что бы мы ни делали. Аварийные запасы провизии, которые мы накопили, иссякли через три года. Мы голодали. И поэтому...

Воздух стал тяжелым. Розмари шумно выдохнула.

Замкнутое пространство, где совершенно нечего есть. Существовало лишь одно объяснение тому, как они умудрились выжить.

— ...Вы опустились до каннибализма.

— ...Я-я не знаю. Мои воспоминания смутны. Мы просто хотели выжить. Жрица, пощадите... умоляю, пощадите... еды, пожалуйста...

Аидил разрыдался. Розмари молча шла вперед.

Их положение вызывало жалость, но мысли девушки были заняты совсем другим. У нее не хватало душевных сил думать о чем-то еще.

Паладин, который остался прикрывать их спины и первым делом эвакуировал остальных. Ее младший соратник — и ее заклятый враг, — который всё еще находился там, на поверхности.

Розмари вздохнула.

Она поклялась убить его собственными руками. Но теперь, когда он добровольно шагнул в пасть смерти, почему на душе у нее стало еще паршивее? Она никак не могла понять, почему продолжает беспокоиться о нем.

...Нет. Это всё пустяки. Просто наваждение. Розмари подавила чувство, готовое вырваться наружу. В ее голове прозвучал шепот Захада:

«Ты ведь скучаешь по мне, правда?»

«Вовсе нет! Заткнись!»

Ее нога, которой она раздраженно взмахнула, за что-то зацепилась.

Раздался стук.

Розмари удержала равновесие, едва не упав. Путь подошел к концу.

Темная площадь. Люди с черными пятнами на коже испуганно прижимались к стенам.

А на другом конце площади кто-то стоял.

— ...О?

Еще одна группа людей с факелами в руках. И это были вовсе не несчастные с черными пятнами — эти люди безжалостно топтали их.

Доспехи, тускло поблескивающие в свете факелов. Атмосфера абсолютного превосходства и спокойствия.

Имперские рыцари и маги, которые, судя по всему, добрались сюда первыми, повернулись в ее сторону.

— Удивительно. Значит, ты выжила. Сброд из культа.

— ...Иан Памель.

Имперский рыцарь улыбался. В неверном свете факелов тень от его улыбки казалась зловеще длинной.

— Как тебе удалось остаться в живых? У этих Гнильцов есть какая-то слабость? Весьма примечательно. Похоже, культ прислал кого-то на удивление способного.

— ...Ах ты сукин сын...!

— Ты тоже выжил, наемник. А ведь я был уверен, что нанес смертельный удар. Ты спасла ему жизнь? Должно быть, ты весьма искусна, жрица. Впрочем, теперь это уже не имеет значения.

— Я убью тебя...!

Розмари схватила Даниэля за шиворот. В воздухе витало странное напряжение.

Маг Хадсон молчал. Остальные тоже не проронили ни слова. Имперские рыцари спокойно стояли, положив руки на эфесы мечей.

— Что значит «не имеет значения»?

— Именно то, что я сказал. Это больше не важно.

Иан взмахнул рукой. То, что он держал, было похоже на дневник.

— Поиски в Парамире окончены.

— ...Что?

— Мы достигли своей цели. Мы раскрыли тайну Парамира, и теперь эта тайна в наших руках. Поздравляю, культовый сброд. Вы выжили. Можете праздновать.

— О чем, черт возьми, ты говоришь?!

— Объяснись! Что здесь происходит?!

— Всё просто.

Рыцари обнажили мечи. В руках магов начала концентрироваться магия.

Иан негромко произнес:

— Тайна Парамира у меня в руках. С этим мы сможем двигаться дальше. Я больше не опозоренный командир павшего ордена.

— Что ты собираешься делать?

— Знаешь что? На самой вершине часовой башни живет чудовище. А прямо под ним находится девушка. Единственная среди Гнильцов, кто не сгнил. Ее разум чист — она способна вести беседу. И самое главное, она может контролировать монстра, обитающего на вершине башни. Это оружие. Оружие и единственное средство заставить двигаться чудовище, спящее в этой башне.

— ...Что?

— Источник всего этого черного тумана — монстр в часовой башне. Убей его, и туман рассеется. Но мы решили его не убивать.

— Чтобы использовать его как оружие? Хадсон... ты согласился на это?! Эта тварь принесла катастрофу в Парамир! Это монстр, погубивший бесчисленное множество жизней! И вы собираетесь... приручить его?! Это безумие!!!

Хадсон отвел взгляд и слегка кивнул:

— Синяя Башня Магов пришла сюда ради одной цели. Получить исследовательский образец, подобного которому у нас никогда не было.

— И ради этого ты согласился на этот безумный план? Просто ради исследовательского образца?

— ...Это не «просто». Это наш спасательный круг.

Хадсон стиснул зубы. Словно сорвав маску, которую носил слишком долго, он обнажил свою злобу:

— У нас тоже нет другого выбора, инквизитор Розмари. Синяя Башня Магов практически бросила нас на произвол судьбы. Я пришел сюда в поисках возможности. Я обязан показать результат, чего бы мне это ни стоило. Я никогда не собирался довольствоваться простым возвращением Парамира. Если мы сможем подчинить древнего монстра, моя фракция вернет себе лидерство в Синей Башне Магов. Мне... мне плевать, что будет со мной, но я должен обеспечить будущее своим ученикам. Я не могу допустить, чтобы детей, которых я вырастил, выбросили на улицу.

Даниэль взорвался от ярости:

— Разве вы сами не говорили, маг?! Что Башня Магов не участвует в создании оружия войны!

— ...Сэр Иан сказал, что даже если что-то превращено в оружие, но никогда не используется, оно им не является. Разве нельзя рассматривать это просто как «силу», предотвращающую войну до ее начала? Разница в восприятии.

— И ты поддался на этот бред?!

— М-мы тоже этого не хотим! — девушка-маг издала звук, похожий на крик. — Н-но у нас нет выбора! Всё финансирование магических исследований урезано, а Башня отправила нас сюда перед тем, как официально исключить за отсутствие результатов!

— ...Разве вы не пытались мне помочь?

— У каждого... у каждого свои обстоятельства. Я-я тоже этого не хочу. Но какой у нас выбор? Если мы будем сотрудничать, у нас появится будущее... нам не придется довольствоваться пустыми обещаниями. М-может быть, мы даже сможем построить здесь собственную Башню Магов...

— Именно так. Мы все могли извлечь из этого выгоду. Как только мы увидели возможность контролировать монстра, мы решили довести дело до конца вместе.

Розмари крепче сжала топор:

— ...Думаете, наши культы будут спокойно стоять и смотреть, как вы пытаетесь приручить мерзкое чудовище, погубившее столько жизней?

— Эпоха богов прошла. Настала эпоха людей. Мы просто добавляем к ней еще одного древнего монстра. Что смогут сделать культы, даже если узнают? Вы всего лишь прихвостни империи.

Иан расправил плечи:

— Розмари, верно? Жрица Культа Ра. Культ, которому ты служишь — тот самый, которого никто не боится, — даже не узнает об этом. Вы будете похоронены здесь, и на этом всё закончится. Если сдашься без боя, я подарю тебе легкую смерть.

— ...Ха.

Розмари оскалилась. На поднятом топоре вспыхнуло пламя:

— Что бы ни случилось дальше, вы сами это заслужили.

Переполнявшая ее Святая сила хлынула бурным потоком:

— Вините только себя, когда я перебью вас всех до единого.

— Болтай сколько угодно, — меч Иана раскалился докрасна. — Потому что твоя болтовня прекратится прямо сейчас.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (15)

Глава 69: Поисковая операция в Парамире (15)

У эльфиек, которых уже какое-то время шлёпали, раскраснелись щёки. Звуки, которые они издавали при каждом ударе, изменились до неузнаваемости.

— Ах... ух... хн-н...

— Ха-а... хи-и...

Что-то в этих звуках определённо стало странным.

— Р-рука Флоры постоянно попадает мне по попке...

— М-мне становится как-то странно...

Что ж, каков хозяин, таков и слуга, полагаю.

— П-пожа-алуйста... мы больше не бу-удем...

Я остановил руку Флоры, которая уже выплакала все глаза. Терзаемая чувством вины, она шмыгнула носом и посмотрела на меня снизу вверх.

— Это... это моя вина, что я оказалась такой бесполезной... пожалуйста, прекратите...

— О? Значит, это твоя вина, что ты бесполезна?

— ...А?

— Тогда наклоняйся.

— Н-нет! Флора!

— Позвольте мне принять это вместо неё!

— Кхм. Отойдите в сторону.

Я усадил Флору себе на колено и отвесил ей крепкий шлепок.

— Шлёп!

— Хи-и!

Флора вздрогнула.

— Раз уж вы собирались ограбить сокровищницу, могли бы и подождать немного. Зачем было устраивать весь этот беспорядок? М-м?

— Шлёп!

— Ха-ах!

— Если уж взялись за дело, то надо было делать его как следует. Сигнализация была прямо на виду, но вы решили, что справитесь, и просто попёрли напролом, верно? А?

— Н-ну, это...

— Шлёп!

— Хи-ик?!

— Скажи, что тебе жаль. Тебе жаль или нет?

— М-мне жа...

— Совсем без раскаяния.

— Шлёп!

— Ха-а-а-анг!!

Дрожащая Флора хрипло вздохнула, и в её дыхании послышались странные томные нотки.

— М-мне о-очень жа-аль...♡

— Ты собираешься тихо сотрудничать или нет?

— Н-нет! Флора!

— Наша миссия должна быть на первом месте!..

— Шлёп!

— Хнги-и-и-и-ит?!

Флора содрогнулась с головы до ног, а в её глазах заплясали крошечные сердечки.

Как и ожидалось от Флоры, ключевого персонажа. Поистине эльфийка, рождённая с мазохистскими наклонностями.

— Я бу-уду сотрудничать...♡

Я отбросил Флору в сторону, и остальные эльфийки поспешили её поймать.

— Ч-что вы себе позволяете!

— Разговаривай вежливо. Если, конечно, не хочешь умереть.

— ...В-вы думаете, мы боимся смерти?!

— Эй. Вы.

Слеза Игдрасиля — благословение Мирового Древа.

Без сомнения, это было редкое сокровище, однако для меня оно не представляло особой ценности, будучи лишь предметом, помогающим молодым саженцам быстрее расти.

— Когда я позже открою сокровищницу, я достану для вас одну Слезу Игдрасиля, так что ведите себя тихо и сотрудничайте. Понятно?

— С-Слеза Игдрасиля?! Что вы имеете в виду?!

Эльфийки заколебались, и их отношение едва заметно изменилось.

— В-вы ведь... не лжёте?

— Вежливее.

Я небрежно приподнял Брюнак, заставив эльфиек, которые уже воочию узрели колоссальную разницу в силе, испуганно вздрогнуть.

Их тон сразу стал уважительным.

— ...В-вы ведь... не лжёте, господин?

— Само собой, только не вздумайте трепаться, что это я вам её дал. Я вынесу её втайне от остальных.

— Н-но ведь вы человек...

— Человек или нет, но я жрец Ра.

Я небрежно улыбнулся.

— Эльфы тоже живые существа. Должно быть, у вас есть веская причина желать Слезу Игдрасиля, раз уж вы проделали весь этот путь до Парамира из-за острой нужды в ней.

— ......

— Не переживайте. Клянусь именем Ра, я добуду вам Слезу Игдрасиля. Так что сотрудничайте со мной.

Сначала нанеси рану, а потом предложи лекарство!

Да и что может быть приятнее, чем проявлять щедрость за чужой счёт!

Эх, хорошая порка отлично помогла снять стресс.

Я слегка провёл ладонью по ягодицам эльфиек, направляя Святую силу в разгорячённые места.

Их отшлёпала собственная госпожа на глазах у чужого мужчины, так что их гордость наверняка была растоптана в пух и прах. Я нежно погладил их, исцеляя ушибы.

— Было довольно больно, правда? Так что в следующий раз сначала думайте, а потом делайте.

— ...Угх... м-м...

Должно быть, они осознали разницу в силе, потому что их голоса стихли до едва слышного шёпота. Я щедро излил Святую силу, исцелив каждую из них до единой.

Что ж, теперь пора разобраться с последним оставшимся монстром, а затем направиться к чудовищу в часовой башне.

Эх, финал уже близок. Это было долгое приключение, от которого я изрядно устал, так что давайте поскорее со всем покончим!

Последний мини-босс изначально был практически заперт в подвале часовой башни. Пока мы не вступали с ним в прямой контакт, его можно было убить без особых хлопот. Он, конечно, посопротивляется, но ничего выдающегося не покажет.

С ним справилась бы даже Розмари, ещё не освоившая Трансформацию формы. А с помощью отряда наёмников и других культов мне и вовсе не придётся вмешиваться.

Его милая внешность могла на мгновение ввести в заблуждение, но стоило ему явить свой истинный облик, как пощады ждать не приходилось — головы летели с плеч без исключения.

Так что оставалась лишь битва с боссом.

— ...Ну, эм...

— Зови меня Захад.

— Жрец... З-Захад.

Одна из эльфиек украдкой взглянула на меня.

— Слеза Игдрасиля... вы правда отдадите её нам?

— Мужчина слов на ветер не бросает. Зачем? Хочешь, чтобы я составил контракт?

— Н-нет, дело не в этом... просто... даже если мы получим Слезу Игдрасиля... отсюда, кажется, невозможно выбраться...

— О чём ты говоришь? Мы уже почти у цели.

— Прошу прощения?

Пока об этом знал только я, но совсем скоро узнают все.

— Первопричина бедствия Парамира находится на вершине часовой башни. Сейчас она спит. К этому моменту они, вероятно, уже подавляют последний осколок монстра.

— Что вы имеете в виду...

— Это просто предсказуемая история. История любви. Рассказ о монстре, которого обманул человек.

— Любви... говорите?

— Именно так. Любви.

История, которую я читал столько раз, что меня уже тошнило от неё. Я помнил её наизусть, слово в слово.

— Давным-давно...

Я продекламировал это нараспев, словно песню:

— Жил-был монстр, который полюбил человека.

◇ ◇ ◇

Девочка подняла голову, и железная цепь на её шее негромко звякнула.

Шестерёнки вращались, маленькие и большие сцеплялись друг с другом, издавая чарующий звук.

Мерное тиканье идущих часов.

Этот звук обладал чётким ритмом, и его знакомый, нежный стук постепенно, удар за ударом, заставлял биться остановившееся сердце девочки.

Ей не нужно было есть, чтобы не испытывать голода, и не нужно было спать, чтобы не чувствовать усталости.

Когда же всё это началось?

Когда её тело стало таким — похожим на тело монстра?

Возможно, в тот самый день, когда она впервые увидела монстра. День, когда она встретила существо, принявшее человеческий облик, но в котором с первого взгляда угадывалось нечто чуждое.

Впервые...

День, когда она впервые обрела имя.

«Арис».

Девочка поднялась на ноги и, как делала всегда, вытянула ногу вперёд.

Один шаг под тиканье. А затем ещё один.

Она медленно кружила по подвалу часовой башни, и движение в такт тиканью часов оставалось её единственным развлечением.

Часовая башня была для неё целым миром. С того самого дня, как её продали, она проводила здесь каждую секунду своей жизни.

Чьё имя было Арис? Почему тот монстр просил её отдавать ему приказы?

Даже теперь, по прошествии стольких лет, девочка не могла этого понять, но имя Арис ей очень нравилось.

«Я — Арис».

«Рабыня, присматривающая за часовой башней».

Арис закружилась на месте, вскинув руки вверх, словно в танце.

«Сотрудничай со мной, монстр», — человек, которого она встретила после столь долгого времени, сказал ей эти слова. Он обещал исполнить любое её желание, если она согласится помочь.

Девочка желала лишь свободы — сбросить все оковы и обрести истинную волю.

Девочка приняла его руку, и цепи, сдерживавшие её, пали под воздействием силы этого человека.

Теперь оставалось совсем немного.

Приготовления к выходу наружу были почти завершены.

Мир девочки вот-вот должен был стать шире. Оказавшись снаружи, она снова прижмётся к нему и ласково погладит по голове этого дорогого, милого монстра.

— Пьер. Конец уже близок.

Звук вращающихся шестерёнок медленно затих.

◇ ◇ ◇

— ЛЯЗГ!

Металл заскрежетал, магия хлынула потоком, а пламя охватило всё вокруг.

Розмари, столкнувшаяся с противником лицом к лицу, отлетела назад, на мгновение покачнувшись.

— Гхк!

Силён. Он был несравнимо сильнее остальных рыцарей. Иан Памель осыпал её градом ударов, рассеивая пламя и высвобождая мощные потоки магической силы.

Топор, принявший на себя удар, треснул, и Розмари снова отступила под натиском.

«Это не обычный командир рыцарей! Это... мастерство, достойное высших эшелонов Имперских Рыцарей!»

— Так вот откуда столько спеси, жрица. Должно быть, ты пользовалась немалым влиянием в культе.

— Ах ты... сукин сын!..

— Но это весомо лишь на уровне культа.

Земля под ногами Иана сжалась.

Его меч двигался быстрее звука.

— С точки зрения Империи вы не более чем «слабаки».

— ЛЯЗГ!

Непрерывные взрывы пламени вздымались и колебались, но Розмари, стиснув зубы, упрямо удерживала позицию.

Если она падёт, битва будет проиграна. Их уже теснили: вражеские маги превосходили чародеев из отряда наёмников, а рыцари загнали паладинов в угол.

Апостол Иссис пела, выкрикивая благословения, однако Имперские Рыцари были достаточно сильны, чтобы разрушить их в мгновение ока.

Священные техники рушились одна за другой. Правую руку Лукаса отбросило назад, и вражеский клинок, воспользовавшись брешью в защите, вонзился ему в бок.

— ХРЯСЬ!

— Гхк?!

— Брат!

Топор Маркуса рассекал воздух, круша землю и заставляя содрогаться всё подземелье. Сила удара была колоссальной, но так и не достигла тела рыцаря.

Плавные, отточенные движения. Имперские Рыцари были элитой, отобранной из бесчисленного множества кандидатов. Благодаря систематическим тренировкам даже самый неопытный из них превосходил любого паладина.

— Эпоха религии уже пала. Славное сияние угасло, оставив после себя лишь пепел.

Иан обрушил свой клинок вниз, и его раскалённый магический меч глубоко вонзился в топор Розмари.

— Вы больше не тот великий культ прошлого.

— Скре-е-ет.

Под скрежещущий звук топор Розмари раскололся надвое, и сквозь разлетающиеся осколки металла клинок вонзился ей в плечо.

Магическая энергия хлынула в её тело, и столкнувшаяся с ней Святая сила взорвалась, отчего Розмари отлетела в сторону, истекая кровью.

— Исчезни.

Розмари врезалась в стену, и обломки, посыпавшиеся с потолка, погребли её под собой.

— ХРУСЬ.

Сломанная нога отозвалась дикой болью, а плоть была разорвана. Розмари лежала ничком, тяжело дыша. Недостаточно. Ей всё ещё не хватало силы.

Зрение затуманилось.

— ...Сукин... ты... сын...

«Лягушка на дне колодца».

— ...Я знаю...

Она знала это. Знала, что была лишь лягушкой на дне колодца. Что, несмотря на долгие годы службы, она сильно уступала даже Раадатуку, который пришёл гораздо позже неё.

Продолжительность жизни зверолюдей была велика. Возможно, именно поэтому она никогда никуда не спешила. Их век длился в разы дольше человеческого, так что её голос всегда имел больший вес, чем её дела.

Ей хотелось, чтобы другие смотрели на неё снизу вверх, восхищаясь накопленными ею достижениями.

Паладин.

Причина, по которой она стремилась возвыситься над остальными в роли Инквизитора, не была чем-то особенным.

Она любила меч, любила силу. Ей хотелось превосходить других и пользоваться уважением окружающих.

Тщеславие и высокомерие составляли саму суть Розмари. Она смогла достичь своего нынешнего положения лишь благодаря мирским желаниям, которые жрец Ра никогда не должен был испытывать.

...Но...

Розмари стиснула зубы, захлёбываясь кровью. Проникшая в тело магическая энергия мешала нормальной работе исцеления.

Она подняла взгляд. Паладины Искандара стояли на коленях, поверженные жрецы лежали ничком на полу, а тела наёмников пронзали мечами и выжигали дотла магией молний.

Они умирали. Все вокруг гибли.

Ей нужно было двигаться. Превозмогая слабость, она заставила своё дрожащее тело подняться и тяжело вздохнула.

В затуманенном сознании Розмари всплыл образ Захада. Она и сама не знала, почему вспомнила о нём. Капля крови скатилась по лезвию её полуразрушенного топора и упала на каменный пол.

Сбросив с себя обломки, она поднялась и сделала шаг вперёд.

Её тело было в ужасном состоянии.

Её Святая сила иссякла.

Розмари горько усмехнулась. Кто мог подумать, что её последний миг настанет в глубинах Парамира? Она и представить не могла, что погибнет от рук того, кого считала союзником.

Начало ведь казалось таким многообещающим, так где же всё пошло наперекосяк?

Может, когда она узнала, что паладин, которому она уделяла особое внимание из-за отсутствия таланта, распускал сплетни у неё за спиной?

Или когда одержимый деньгами Инквизитор вонзил ей нож в спину?

Или когда варвар-паладин, которому она доверяла до самого конца, безрассудно нарушил план и погубил половину товарищей?

Оглядываясь назад, всё её прошлое казалось сплошным хаосом. Этот хаос породил в ней презрение и заставил забыть о долге паладина.

...Когда-то давно...

Когда-то давно она тоже взывала к Ра, как и все остальные. Было время, когда она бралась за оружие не ради мирских амбиций, а ради великой цели.

Тогда она была ещё совсем зелёной и ничего не знала о мире.

Почему эти мысли пришли к ней именно сейчас? Неужели перед смертью перед глазами действительно проносится вся жизнь?

Пламя факела дрогнуло. Иан Памель повернулся к ней и спросил с искренним недоумением:

— Ты могла бы умереть спокойно, если бы просто продолжила лежать. Зачем ты поднялась?

— ...Хороший... вопрос...

Зачем она поднялась?

Розмари спросила себя об этом и вдруг заметила, что пламя на её топоре всё ещё не угасло.

Священная Стигма.

Источник всего сущего.

Если она о чём-то и жалела, так это о том, что не стала сильнее. И в этот миг Розмари наконец поняла, почему вспомнила о Захаде.

Время, проведённое с ним, было недолгим, но для Розмари оно значило больше, чем вся её прошлая жизнь.

Тогда она забыла о тщеславии, высокомерии и презрении. В то время она была сосредоточена лишь на том, чтобы превзойти его.

Может, именно поэтому?

— Потому что это было весело...

Когда она только стала паладином. Когда впервые взяла в руки меч.

Чувство, забытое за десятилетия бесчисленных миссий, вновь вернулось к ней.

Время, когда она взмахивала мечом с чистым сердцем. Дни, когда спасение людей было для неё естественным долгом.

Кем она стала теперь по сравнению с теми днями? Стала ли она сильнее? Действительно ли она превзошла себя прежнюю?

Розмари задала этот вопрос, и ответ пришёл от оружия, сжатого в её руке.

«Розмари справится».

— Не хотелось мне этого признавать...

Глаза Розмари вспыхнули пламенем, а всё её тело начало наполняться бушующей, всепоглощающей силой.

— В конце концов... я паладин до мозга костей!..

Меч и топор.

Мир непрекращающегося движения и неустанного стремления к воинскому искусству.

Свет собрался вокруг угасающей Священной Стигмы, и сузившееся зрение начало медленно проясняться.

Почему же она осознала это только сейчас, почему заметила лишь в этот миг?

— Ра однажды сказал...

Полуразрушенный топор пришёл в движение. Окутывающее его пламя постепенно утихло, принимая отчётливые очертания.

Строки, которые она когда-то читала в священном писании Ра. Мир, сиявший бесконечным светом.

«Идёмте с радостью. С радостью».

На её губах появилась улыбка, хранившая в себе надежды тех дней, когда она умела лишь мечтать. Расправив плечи, она двинулась вперёд, медленно расслабляя тело.

Сделав шаг навстречу едва заметным переменам, Розмари устремилась вперёд.

Забытое чудо снизошло на сломанный клинок.

— Искореняйте... гниль...

Пламя.

— Спасайте... невинных!.. Ибо так повелел Ра!..

Огонь вспыхнул с новой силой.

— ...Боже правый... сестра!..

— Да сколько же талантливых людей скрывается в Культе Ра!..

Лукас и Маркус простонали в один голос.

Розмари протянула руку и крепко сжала рукоять.

Клинок, сотканный из чистого огня. Длинное древко и шестерёнка на самом кончике нестабильно мерцающего лезвия.

— Трансформация формы!..

— Э-это не тот уровень, которого может достичь обычный паладин!..

Лежащая ничком на полу Ноа изумлённо приоткрыла рот, а Пабло задрожал всем телом.

Священная Стигма Розмари ярко вспыхнула. Наконечник объятого огнём оружия начал обретать устойчивую форму, а прежний полуразрушенный топор полностью растворился в пламени.

Спокойный выдох. Весь мир вокруг погрузился в глубокую тишину.

Все звуки стихли. Никто не мог проронить ни слова, заворожённо и безмолвно наблюдая за тем, как внезапно снизошло божественное сияние.

В уголках глаз Розмари заплясали искры пламени.

— Молитесь... Ра.

Пусть она осознала это слишком поздно, но у неё ещё оставалось время всё исправить.

Глаза Иана слегка расширились, а его магический меч вновь раскалился докрасна.

— ...Так ты, оказывается, прятала клыки.

— Ты ошибаешься.

Окутавшее её тело пламя заставило сломанные кости срастись. Когда остатки огня рассеялись, явленная Трансформация формы Розмари начала бешено вращаться.

— Я просто слишком поздно поняла, что у меня тоже есть клыки.

Зубчатый топор яростно вращался, изрыгая потоки пламени, которые окрасили всё вокруг в багровые тона.

Священная Стигма Розмари окрасилась в пунцовый цвет, стремительно расширяясь и окутывая всё её тело.

Время, казавшееся застывшим, вновь пришло в движение. Паладины, жрецы и наёмники, ставшие свидетелями чуда Инквизитора, вновь подняли своё оружие.

Иан Памель цыкнул языком.

— Ты лишь ненадолго продлила свою жизнь.

— Чёрта с два.

«В последнее время её язык стал куда острее. И во всём виноват только ты. Так что будь готов понести за это полную ответственность, от начала и до самого конца, Захад».

— Ра прошептал мне кое-что, Иан Памель.

— И что же сказал твой мёртвый бог?

— Похоже, он велел стереть грешников в порошок.

Пламя взметнулось ввысь.

— Я не оставлю от тебя ни единого клочка плоти, падший рыцарь.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (16)

Глава 70: Поисковая операция в Парамире (16)

Даниэль, командир отряда наемников «Синий панк», в шоке отпрянул. Не раздумывая, он попятился назад сквозь ливень искр.

Красиво. Таково было первое впечатление Даниэля. Пилообразное лезвие вращалось на огромной скорости, и везде, где проходил этот дисковый топор, земля раскалывалась надвое, а камни с визгом разлетались во все стороны.

— КРРРРРРРРРРРРРНГ!!!!

Сквозь оглушительный грохот взметнулось пламя. Сокрушительная разрушительная сила не оставляла после себя ничего: она начисто вырывала все на своем пути и перемалывала, словно сам огонь делал глубокий, голодный вдох.

— Поразительно! Какая-то жрица переступила порог истинной «грани»!

— Какая-то «жрица», которая чуть не сняла с тебя скальп!

Равновесие сил, которого прежде никогда не существовало, теперь стойко удерживалось. На протяжении десятков столкновений воздух вокруг них сотрясал резкий металлический лязг.

Это было слишком ожесточенное сражение, чтобы в него вмешиваться, — захватывающее зрелище, приковавшее к себе все взгляды вокруг.

Слыша звон собственного сердца в ушах, Даниэль заставил себя подняться. Выдернув меч из плеча, он замахнулся им на рыцаря.

— Гх?! Ах ты, паршивец...

Чудом возникла единственная брешь, и Даниэль высвободил остатки своей скрытой силы. Он, без сомнения, поплатится за это позже, но сначала нужно было выжить.

— РА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!

Перемены порождали перемены.

Выставленный вперед меч Даниэля отбросил рыцарей назад, пусть и на мгновение. В эту крошечную брешь маги отряда наемников, которые до этого были прижаты к земле, разом обрушили шквал огня.

— БУУУУМ!!

Грянул взрыв. Посреди бушующей магии Апостол Иссис молитвенно сложила ладони.

— Молитесь! Во имя святости жизни!

Священная магия вырвалась наружу подобно взрыву, окутывая всех вокруг. Ливень из розовой пыльцы Святой силы покрыл их тела, и раны Даниэля мгновенно затянулись.

Это было масштабное исцеляющее заклинание. Наемники поднялись на ноги, а Даниэль расправил плечи.

Почему-то ему захотелось рассмеяться. Он и сам не знал почему. То ли из-за того, что ход битвы переломился, то ли потому, что его спасали те самые жрецы, которых он с презрением отвергал с самой первой минуты, как они вошли в Парамир.

«Ах, черт с ним! Как только выберемся, я сделаю огромное пожертвование этому культу!»

— Неужели культы и правда вымирают? Это же все ложь, верно?!

— Мы и сами не знали, что способны на такое!

— Искандар благословит ее!

Даниэль покосился на паладинов Искандара.

Те обменялись ухмылками. Посланники Искандара крепче сжали свое оружие.

— Брат, ты еще можешь двигаться?

— Воин движется, даже когда от него остаются одни кости, брат.

Божественность снизошла на Лукаса и Маркуса. Их священное сияние было несравнимо тусклее, чем у Розмари, но они все еще оставались паладинами бога воинов.

Глубокие порезы на их телах медленно затягивались, а изнуренные до предела фигуры постепенно выпрямлялись. Священная магия, поддерживающая их угасающие силы, разгорелась ярким пламенем.

— Это монстр, который уничтожил весь Парамир.

— Если его выпустить, последствия будут неисчислимы.

— Брат, напряги ноги.

— Я прикрою твою спину, брат.

— И это тоже будет руководством Искандара.

— Мы сражаемся до конца.

Топоры скрестились.

— Вальгалла.

— Брат... Вальгалла зовет.

— Ради лучшего исхода — худший выбор.

— Свалить его прежде, чем он свалит нас, — такова воля бога.

В хаосе меняющейся битвы паладины, которые до этого не могли сражаться в полную силу, в унисон взмахнули топорами.

Словно сжигая последние искры жизни, их хриплые крики были до краев наполнены душой воина.

— Искандар! Взгляни на нас!!

— Гх?!

— БУУУУМ!!!

Рыцаря, который сдерживал их обоих, с силой впечатало в стену.

Поле боя живет импульсом. Атмосфера изменилась, и рыцари, которые до этого наступали благодаря чистому мастерству, начали колебаться.

Наемники с пробитыми животами и безвольно висящими руками снова поднимались на ноги. Принимая священную магию Иссис и чувствуя, как затягиваются их раны, они подбирали брошенное оружие.

— Черт... если мы будем просто сидеть, эти ублюдки нас прикончат...

— Шевелитесь! За командиром!

— Если я выберусь отсюда, то обязательно уверую!

В бою один на один их мастерства не хватало.

Даниэль это понимал. Меч, который он сотворил из остатков маны, неуверенно дрожал, будучи далеко не таким эффектным или тяжелым, как у Иана Памеля.

Но когда собирается достаточно людей, все меняется!

Остатки его скрытой силы вырвались наружу. Ноги Даниэля оторвались от земли, когда он оттолкнулся от почвы, преодолевая сопротивление рассекаемого воздуха.

В кружащемся перед глазами мире на кончиках пальцев Даниэля сформировалось слабое лезвие маны.

— БУУУУУУУУУУМ!!!

— Назад их!!!!

Прямо сейчас! Вот он, переломный момент!

— Вперед, ветер!

— Выложитесь на полную!!!

Наемники пошли в яростную атаку. Рыцари попятились, с трудом сдерживая натиск.

Маги Синей Башни Магов подняли руки, и концентрирующаяся мана начала сжиматься в одной точке.

Это было масштабное заклинание, призванное вернуть утраченную инициативу. Мана, собиравшаяся вокруг Хадсона, творившего заклинание, светилась синим.

— П-почему, почему вы продолжаете мешать?!

— М-мы тоже просто хотим жить!

Капля воды задела лицо Даниэля. Помимо маны, которая уже приняла форму, влага в воздухе стремительно испарялась.

Собравшаяся вода сгустилась. Непрерывно вращаясь по кругу, она с огромной скоростью закружилась над головой Хадсона, готовясь выпустить бесчисленные водяные пули.

— ...У нас тоже нет выбора.

Маны было достаточно, чтобы заставить подземелье содрогнуться. Хадсон, приняв решение, вонзил свой посох в землю.

Грянула ударная волна. Наступавших наемников разом отбросило назад.

— Гх?!

— Черт подери!

Однако не только маги готовили смертельный удар.

— О Иссис.

Ноа, Апостол Иссис, протянула руку. Как и подобает прирожденному апостолу, на кончиках ее пальцев сконцентрировалась колоссальная Святая сила.

— Ты ласкаешь нас нежным прикосновением, и лишь позже отшельники осознали, что это все время было благословением.

Одновременно с движением Ноа в руках Пабло поднялся лед.

— Во имя Ру, колыбельная для детей, что не могут уснуть.

Луна и жизнь переплелись. В тот самый момент, когда завершилось совместное великое заклинание магов, бурлящая масса из бесчисленных водяных пуль, больших и малых, обрушилась на голову Хадсона.

Это был сгусток колоссального давления.

Взгляды Ноа и Пабло встретились. Одновременно протянув руки, они объединили два священных заклинания в одно.

Несовместимые силы отталкивали друг друга, но именно поэтому они породили еще более мощный взрыв.

Бомбу в форме льда.

— Боже! Прости наше нечестие!!!

Поверхность запущенной ледяной глыбы разом треснула.

— ТРЕСК!

— Что...?!

Осколки.

Разлетевшиеся осколки льда были слабы. Против разрушительной силы летящих на высокой скорости водяных пуль они казались свечами перед солнцем.

Но у них были свои преимущества: быстрая активация и широкая зона поражения.

Один из рыцарей поспешно заслонил Хадсона, чтобы заблокировать удар, но ледяные осколки нашли лазейки. Они проскользнули сквозь зазоры в защите меча и посыпались на Хадсона.

— Гх?!

— ТРЕСК!

Брызнула кровь, и Хадсон пошатнулся.

Это был незначительный удар — разрушительная сила осколков была несравнимо слабее водяных пуль.

Но это изменило все. Мана, которую Хадсон собирал для масштабного заклинания, нестабильно заколебалась. Для закаленного в боях боевого мага это была бы пустяковая травма, над которой можно лишь посмеяться.

Но Хадсон не был магом, прошедшим поля сражений. Он был всего лишь исследователем, посвятившим всю свою жизнь лаборатории.

— М-моя мана...!

Мана, вырвавшаяся из-под контроля из-за боли, выскользнула из его рук. Одна из формул заклинания, которую он готовил, начала путаться.

Заклинание рухнуло, и магия начала детонировать по цепной реакции. Проваленное великое заклинание накрыло площадь. Синяя волна, вырвавшаяся из эпицентра взрыва, без разбора поглотила всех — и друзей, и врагов, — пощадив лишь самого заклинателя.

— Идиот безмозглый!

Иан Памель яростно взмахнул своим мечом маны. Нарушив равновесие Розмари, он развернулся лицом к надвигающемуся великому заклинанию.

— КРРРРРРРРРРРРРНГ!!!

Меч маны рассек синюю волну, и брызги воды разлетелись по лицу Иана.

— Смыло собственной же магией! Неудивительно, что Синяя Башня Магов вышвырнула тебя!

Вращающаяся пила Розмари яростно задвигалась, а полыхающее пламя воздвигло массивную стену.

— Все за меня!!

Розмари, рванувшись вперед сквозь панически разбегающихся наемников, с грохотом обрушила свою вращающуюся пилу на надвигающуюся волну.

— Гггх?!

Ноги Розмари потащило назад.

«Давление воды слишком высокое!»

Дело было не только в весе воды. Великое заклинание оставалось великим заклинанием. Синяя волна, подготовленная магами Синей Башни Магов, обладала достаточной силой, чтобы расколоть железо.

— Нгх!

От вращающейся пилы Розмари полетели искры. Святая сила, противостоящая мане, начала стремительно иссякать.

Вращение пилы постепенно замедлялось.

Трансформация формы была своего рода «чудом», которого могли достичь лишь немногие избранные.

Но Розмари обрела ее впервые в жизни. Она еще не освоила эту технику и не знала, как ею пользоваться, поэтому трансформация оставалась нестабильной.

— Е-если так пойдет и дальше...

Все погибнут!

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!

Розмари, которую упрямо теснило назад, взмахнула вращающейся пилой по широкой дуге. Она вонзила ее в бурлящий поток воды и навалилась на нее изо всех сил.

Вспыхнуло пламя, и вращающаяся пила яростно задрожала.

Нагрузка тянула ее руки вниз, а в воздухе стоял удушливый запах маны.

В этом противостоянии один на один с великим заклинанием уголок губы Розмари лопнул, и сочившаяся кровь обжигала словно огонь.

«Еще... Еще... Еще совсем немного!»

Монолог, который никто не мог услышать, эхом отдавался внутри Розмари. Ее выставленная вперед нога рассекала яростный поток.

В пламени, где, казалось, сгорало даже время, ладонь Розмари разорвалась до крови.

Кровь закапала на землю.

◇ ◇ ◇

Заклинание, которое, казалось, никогда не прекратится, подошло к концу. Когда поток воды наконец ослаб, Даниэль тяжело сглотнул.

— В-все... закончилось...?

— Командир, я же сколько раз просил вас не говорить подобных вещей.

— Твой язык! Черт подери! Это единственное, чего нельзя было говорить!

Яростно вращавшийся дисковый топор остановился. Розмари покачнулась, и оружие, выскользнув из ее рук, с глухим стуком упало на пол.

Капала кровь, а угасающее пламя окончательно затихло.

Трансформация формы рассеялась. Божественное пламя, окутывавшее ее, медленно угасло, и оружие вновь превратилось в прежний, наполовину сломанный топор.

— ...Черт... подери.

Будь она одна, возможно, все обошлось бы, но она растратила слишком много сил, защищая остальных.

Розмари тяжело опустилась на колени, тяжело дыша. Тело наотрез отказывалось слушаться.

Но Иан Памель был совсем в другом состоянии.

— Глупая женщина.

Он взмахнул мечом. Иан Памель поднял голову: все его соратники-рыцари были впечатаны в стены, превратившись в груды плоти.

Маги Синей Башни Магов закончили так же. Все они, за исключением Хадсона, лежали промокшие и скрюченные, словно изувеченные трупы.

Иан Памель не стал блокировать удар. Он намеренно позволил волне смыть всех остальных.

Он понимал, что если выживет один, то сможет забрать себе гораздо больше. Одного мага было вполне достаточно — Хадсон вполне подходил.

— Помогать слабым, заботиться о жалких... Достойный выбор для жрицы. Но с точки зрения результата — глупейший поступк. Теперь, когда ты повержена, кто сможет меня остановить? Тебе следовало в первую очередь ценить собственную жизнь. Это был твой единственный выход.

На мече Иана Памеля вспыхнула мана. Наемники задрожали, паладины Искандара стиснули зубы, а жрецы молитвенно сложили ладони, из последних сил пытаясь продолжить молитву.

Но все это было бессмысленно.

— Маг, пробуди монстра в часовой башне. К этому моменту он уже должен был сам разорвать все свои цепи.

— ...Я... мои ученики...

— Вини себя за то, что провел всю жизнь в лаборатории, раз уж потерял самообладание из-за нескольких жалких осколков льда в теле.

Иан Памель презрительно усмехнулся.

— Если не хочешь сдохнуть, снова открой подвал. Это твой единственный шанс выжить, Хадсон. Ты всегда сможешь вырастить новых учеников. Разве ты сам не говорил, что с помощью этого монстра сможешь открыть новый путь в магии?

— А... а-ах...

— Шевелись, маг Хадсон. Или ты хочешь, чтобы смерть твоих учеников оказалась совершенно напрасной?

Хдсон, дрожа всем телом, зашевелился и, хромая, побрел в темноту.

Иан Памель сделал шаг вперед, холодным взглядом окинув дрожащих наемников.

— Жалкие мечи. Магия хуже, чем в захудалой башне магов. Типичные слабаки. Никто из вас не в силах меня остановить.

Он скользнул взглядом по паладинам Искандара.

— Хорошая выносливость — ваша единственная добродетель. Вы сильны, но вам не хватает гибкости. Вы не умеете ничего, кроме как переть напролом, а этого недостаточно, чтобы противостоять моему мечу.

Он посмотрел на жрецов и вздохнул.

— Все, на что вы способны, — это швыряться осколками льда и ставить барьеры. Религия прогнила насквозь, как я и думала. Совершенно бесполезная вещь в наши дни.

Напоследок он перевел взгляд на Розмари.

— Но ты была другой. Ты была их единственной надеждой, их лидером. А теперь ты не более чем пепел, выгоревший дотла. Ты оказалась довольно полезной. Жрица, назови свое имя. В плату за то, что застала меня врасплох, пусть и ненадолго, я лично запомню твое никчемное имя.

— Ха.

Розмари посмотрела на него снизу вверх и слабо улыбнулась.

— Я... лидер?

Лицо Иана помрачнело.

— Ты лишилась рассудка оттого, что не осталось надежды?

— Лишилась рассудка, как же... Кто тут еще лишился рассудка? Мне просто смешно.

— И что же тут смешного?

— Потому что ты кое в чем сильно ошибаешься, Иан Памель. Ты ведь говорил, что хочешь приручить монстра? Но какая жалость...

Уши Розмари дрогнули. Словно уловив какой-то звук, она резко насторожилась.

— На нашей стороне тоже есть монстр.

— ...Что за бред ты несешь?

Иан Памель презрительно фыркнул. Точно лишилась ума, причем окончательно. Бредит какими-то монстрами — должно быть, Святая сила, которую она выжала до предела, расплавила ей мозги.

— Не стоит больше тратить время на эти бредни.

Иан Памель поднял меч, и раскаленное докрасна лезвие пришло в движение.

— Прощай, безымянный паладин. Ты была отличным развлечением.

— Да неужели?

Раздался голос.

— И насколько же отличным?

Вспышка света пронзила воздух.

— Гх?!

— КРРРРРРРРРРРРРНГ!!!

Взметнулось пламя. Меч Иана Памеля, среагировавшего в мгновение ока, отлетел в сторону. Его запястье вывернулось, а прилетевшее из воздуха копье пронзило ему плечо.

— ГА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!!!

— Хочешь, чтобы следующее вошло тебе прямо в горло? Может, так будет еще вкуснее.

Розмари резко обернулась, и ее полумертвые глаза ярко засияли.

Иан Памель пошатнулся, схватившись за плечо.

— Т-ты, трус... Напал исподтишка!..

— И это говорит ублюдок, который пытался вырезать всех подчистую, чтобы избавиться от свидетелей.

Копье вырвалось из раны и вернулось в руку незнакомца, а в темноте на мгновение вспыхнуло пламя.

И в этом свете открылось лицо пришельца.

Совсем юное лицо и рост, говорящий о том, что он еще не достиг совершеннолетия.

Но улыбка... Эта улыбка, расплывшаяся на лице юноши, была поистине демонической.

— Во имя Ра.

Священное копье лениво описало круг, и тупой конец древка мягко стукнул о землю.

— Тебе конец.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (17)

Глава 71: Поисковая операция в Парамире (17)

— Т-ты опоздал!

— Опоздал? Да я бежал сюда изо всех сил.

Из часовой башни донесся странный звук — громкое тиканье, от которого содрогнулся весь город.

Это был совсем не тот сценарий, который я знал. Непредвиденное обстоятельство, шанс на которое составлял один на миллион. Подобный абсурд случается лишь тогда, когда какой-то чертов идиот решает выкинуть глупый фокус.

Хорошо, что я доверился интуиции и не опоздал. Весь этот безумный спринт полностью себя оправдал.

Я прошел мимо Розмари и потрепал ее по кошачьим ушкам.

— Не какой-то там случайный слабак, а действительно сильный ублюдок, и ты умудрилась продержаться против него?

— ...Я вообще-то не из тех, кто так просто сдается, ясно?

— Конечно нет. Как-никак, кто тебя тренировал?

— Угх... нх... прекрати меня гладить!..

— Оу. Хорошая девочка. Моя маленькая домашняя кошечка.

— На н-нас же люди смотрят!..

Я убрал Брюнак. Каким бы полезным оно ни было, я не мог сражаться им бесконечно. Розмари вздрогнула при виде копья, но, похоже, так и не поняла, что это такое.

— Что это была за штука?

— Копье, подобрал по дороге.

— И сколько у тебя секретов?

— Тридцать-сорок пять.

Я достал топор, заставив Иана Памеля заскрежетать зубами.

— Ты... кто ты такой? Как тебе удалось пробить мою территорию и нанести удар?

— Я жрец Ра, вообще-то.

— Ты скрывал свою истинную силу?

— Я ничего не скрывал. Ты сам все додумал и обманул себя. Идиот.

Иан поднес руку ко рту и одним резким глотком осушил зелье.

Стеклянный флакон разлетелся вдребезги, когда он отбросил его в сторону, а рана на его правой руке начала стремительно затягиваться.

— ...А? Это же...?

— Гипо-зелье?

— Не думал, что мне придется его использовать, но я больше не могу позволить себе ошибаться.

— Ого. Я выставил его на продажу, и теперь, похоже, каждый встречный-поперечный его скупает.

«А мой товар отлично продается, надо же».

Будь я обычным торговцем, то, возможно, почувствовал бы гордость, но столкнуться с собственным зельем в руках врага — совсем другое дело. В будущем придется потребовать список покупателей.

Изо рта Иана Памеля повалил белый пар — признак перегретого воздуха внутри его тела.

В отличие от прежнего, его сила возросла почти в полтора раза.

Но... и что с того?

Что мне прикажете с этим делать?

Я небрежно опустил сумку на землю и достал из кармана Гипо-зелье.

Иан Памель вздрогнул.

— О-откуда оно у тебя?! Это же лимитированный товар, его не может купить кто попало! Как обычный жрец умудрился достать штуку стоимостью в пятьдесят миллионов за флакон?!

— Так я его создатель.

— Ч-что?!

— Ра поведал мне...

Я опрокинул Гипо-зелье в рот.

— Ответим на допинг допингом!

— Что за чушь ты несешь?!

[Вы выпили Гипо-зелье.]

[Примеси в вашем теле выводятся.]

[Сила исцеления значительно увеличивается.]

[Все характеристики временно повышаются.]

[Священная аура окутывает вас.]

[Сердцебиение ускоряется. Вы можете превзойти свои обычные пределы.]

[Активируется легкий эффект афродизиака.]

[Активируется легкий гипнотический эффект.]

[Активируется легкий стимулирующий эффект.]

[Предупреждение.]

[Остерегайтесь привыкания.]

[«Молитва Бога Солнца» рассеивает ментальное загрязнение.]

— Ха-ах.

Нахлынула волна кипящего возбуждения. Навык тут же подавил ее, но я все еще чувствовал, как бешено колотится сердце в груди.

Для жреца Гипо-зелье, по сути, являлось зельем, сваренным из Нектара — величайшего божественного эликсира. Естественно, его усиливающие эффекты были разработаны так, чтобы приносить максимальную пользу именно паладинам.

[Активируется Сокрушительная гильотина — Гильотина (S).]

Топор вспыхнул пламенем. Иан Памель заскрежетал зубами, глядя на бушующие языки огня.

— Опять то же колдовство! Думаешь, я попадусь на это дважды?!

— «То же самое»? Вряд ли.

Розмари показала ему средний палец вместо меня.

— По-твоему, это выглядит так же? Придурок.

Хорошо воспитанная домашняя кошка действительно стоит десятка обычных!

— Эй. Послушай, имперский рыцарь, у тебя ведь в запасе только этот трюк с допингом, и больше ничего...

Я размял плечи.

[Активируется Благословение (B).]

[Сопротивляемость негативным эффектам значительно возрастает.]

[Вы сохраняете хладнокровие в бою.]

[Физические способности значительно возрастают.]

[Святая сила временно значительно возрастает.]

Но это еще не все.

— Я ведь не рыцарь, а «паладин», понимаешь?

[Активируется Молитва огня (B).]

[Температура тела поддерживается на постоянном уровне в течение длительного времени.]

[Физические способности значительно возрастают.]

— О пресветлый Ра. Сегодня, как и всегда, пред нами предстал заблудший агнец, не знающий своего места...

[Активируется Шепот огня (B).]

[Дополнительное пламя окутывает ваше оружие.]

[Разрушительная сила возрастает.]

— И я снесу его башку к чертям собачьим.

[Активируется Священное пламя (A).]

— Ламень.

— Что еще за «Ламень»?!

Переполняющая меня Святая сила хлынула наружу. Священное пламя вспыхнуло прямо на моей коже. О да!

Вот это я понимаю — КАЙФ! Вот каким должен быть настоящий допинг!

Глаза Иана Памеля расширились. Он заговорил, брызжа слюной от подступившей паники:

— Т-такого уровня Святой силы просто не может существовать! Т-ты... ты что, Апостол?!

— Ого, отличная интуиция.

Я закинул на плечо Гильотину — топор в его измененной форме.

— Готов лечь и сдохнуть?

— Я... я имперский рыцарь! Если ты отступишь прямо сейчас, я пощажу твою жалкую жизнь!..

— Пошел нахер.

Куда этот ублюдок собрался бежать?

— Думаешь, я прощу парня, который попытался вставить мне палки в колеса как раз тогда, когда все наконец-то начало складываться?

◇ ◇ ◇

Флора, дрожа всем телом, произнесла:

— К-кто этот человек?

— Э-э... ну...

Даниэль замялся, пытаясь подобрать слова. Он начал было говорить, но тут же осекся.

— Он просто... кажется безумцем...

— КХР-Р-Р-Р-РЯ-Я-Я-Я-ЯНГ!!!

— Гхк?!

— Да что ты творишь?! Черт возьми! Это же скукотища!!!

Это было совсем не похоже на бой с Розмари. С каждым обменом ударов стойка Иана Памеля — та самая прочная, несокрушимая форма, которую никто не мог пошатнуть — рушилась на глазах. Он буквально катался по полу. Каждый раз, когда топор опускался и врезался в землю, вся подземная полость содрогалась от мощного удара.

Дрожь.

Даже не знаю, как это выразить...

Даниэль безуспешно пытался подобрать нужные слова, но в итоге смог лишь повторить все ту же фразу:

— Он действительно... сумасшедший...

Если бы сама Ра снизошла в мир смертных, это выглядело бы примерно так.

— Р-Р-Р-А-А-А-А-А-АХ!!!

Раздался рев, и огромный топор, глубоко вонзившийся в землю, взорвался пламенем. Одно лишь легкое прикосновение этого огня начисто расплавило кожу Иана Памеля.

— Г-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!!!

То ли из-за принятых им снадобий, он регенерировал почти мгновенно, но именно это и делало его положение еще ужаснее. Иану Памелю приходилось сражаться, превозмогая непрекращающуюся, бесконечную боль.

Это походило на попытку человеческого тела противостоять природному бедствию. Розмари, сама того не замечая, пробормотала себе под нос:

— Лучше бы он просто погиб от моей руки.

Жалость.

Та самая жалость, которую испытывают к поверженному врагу. Положение Иана Памеля выглядело настолько жалким.

— И-И-И-И-И!!!! И-И-И-И-И-И-И-И!!!!

— Да что за чертовщина?!

Топор оборвал его крик на полуслове, расколов меч надвое. Иан Памель яростно заскрежетал зубами.

— Я НЕ УМРУ В ТАКОМ МЕСТЕ!!!!!

Подобную фразу обычно выкрикивают главные герои подростковых историй. Клинок маны, вырвавшийся из обломков его меча, идеально соответствовал этим пафосным словам.

Но...

Ноа взмолилась:

— О пресветлая Иссис, пребывающая на небесах...

— Г-А-А-А-А-А-АХ!!!

— Молю, даруй спасение этому человеку.

— Гх... угх...

Даниэль положил руку на плечо Ноа и покачал головой.

— Уже слишком поздно.

— БАХ!

— ТУДУМ-ТУДУМ-ТУДУМ-ТУДУМ!!!

— Гх... угх... нх...

Иан Памель, на теле которого не осталось ни единого волоска из-за ожогов, покатился по полу. Захад наступил ему на голову.

Он покосился на Розмари.

— И ты мучилась в бою вот с этим?

— Д-да ты и сам только что дрался с ним на равных?!

— И кто сейчас валяется на земле? Кто на кого наступает?

— С-сейчас дело вообще не в этом!

Розмари поспешно поднялась на ноги. Кое-что, о чем она забыла в пылу жестокого сражения, внезапно всплыло в ее памяти.

— Ты же говорил, что под часовой башней находится девушка! И сказал, что она может управлять монстром часовой башни!..

— Она все еще заперта. Мы можем не торопиться.

— Маг! Маг Хадсон отправился за ней!

— ...Что? Оу! Черт побери! Почему ты говоришь мне об этом только сейчас?!

Вся часовая башня содрогнулась. Спокойное и невозмутимое до этого момента лицо Захада исказилось.

— ...Нам крышка.

Раздался гротескный вопль.

Розмари почувствовала, как по всему ее телу побежали мурашки. Это был причудливый, завывающий крик существа, чей сам ранг живого организма находился на совершенно ином уровне.

— Угх... хе... хе...

Иан Памель, превратившийся в жалкое подобие человека, содрогнулся под ногой Захада, прерывисто вздыхая.

— Это... конец... жрец... каким бы... сильным ты ни был... неужели ты думаешь... что сможешь одолеть... бедствие... Парамира?..

Словно угасающее пламя, внезапно вспыхнувшее вновь, Иан Памель взмахнул мечом, который все еще сжимал в руке. Захад с легким раздражением цокнул языком и отступил на шаг.

— Живучий ублюдок, прямо как таракан.

— Закрой... пасть!.. Я не... остановлюсь на этом!..

Изуродованное ожогами лицо медленно начало восстанавливаться. Сквозь заново отрастающие волосы Иан Памель сжал кулак.

— Оно идет! Бедствие Парамира! Я подчиню его себе и стану единственным, кто держит поводья — я прославлю свое имя на всю Империю! Я истинный рыцарь! Единственное имя, которое потрясет мир рыцарей, скованных узами крови и связей! Больше никто не посмеет надо мной смеяться! Я бу... будущее Империи!..

— ХРУСЬ!

— ...Бу... бу... дущее?..

Слова Иана Памеля оборвались. Он прижал руку к груди.

В ней зияла сквозная дыра. Кровь хлынула горлом, переливаясь через губы.

— Ч-что...

Иан Памель поднял голову, протягивая вперед дрожащую от ужаса руку.

— Почему... все так...

— Думаешь, этой тварью может управлять кто угодно? Даже прежние правители Парамира не смогли с ней совладать, именно поэтому они и запечатали ее в подземной жиле.

Захад тяжело вздохнул. Он устремил взгляд в темноту, откуда потянулись черные щупальца.

В пространстве эхом отдались шаги. Глаза Розмари расширились.

Кто-то приближался к ним.

— ......

Девочка, которой явно было не место на поле боя, залитом кровью и объятом пламенем.

Захад посмотрел на ее лицо и выдохнул. Он перевел взгляд на Розмари.

— Розмари.

— Ч-что такое?

— Времени на объяснения нет, так что просто слушай. Забирай всех и уходи. Черный туман над Парамиром к этому моменту должен был полностью рассеяться, так что вы сможете спокойно выйти. Если по пути встретите Гнильцов, не вступайте с ними в прямой бой. Сведите сражения к минимуму и спасайтесь любыми способами. После этого сообщите обо всем не только Культу, но и всей Империи.

Захад убрал топор. Двуручный меч, который он все это время держал скрытым, с тяжелым глухим стуком опустился на пол.

— Передай им, чтобы немедленно запечатали Парамир. И говорю тебе заранее — во что бы то ни стало приведите подкрепление. Найдите способ. Вы обязаны это сделать.

— А... а как же ты?

— Я? Ну...

Двуручный меч вспыхнул пламенем.

— Постараюсь не сдохнуть.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (18)

Глава 72: Поисковая операция в Парамире (18)

— Н-нет!..

Я ударил её по затылку. В обычных обстоятельствах Розмари невозможно было бы так вырубить, но сейчас, когда её силы иссякли, это оказалось вполне выполнимо.

Точный удар — и Розмари рухнула лицом на пол. Я перевёл взгляд на братьев Лукаса и Маркуса.

— Вы меня слышали. Не оглядывайтесь — просто уходите. Живо.

Должно быть, они почувствовали перемену в воздухе, потому что кивнули без лишних споров.

— Эта тварь... не человек. Удачи тебе, брат.

— ...Надеюсь, мы ещё встретимся.

Наёмники выглядели так, словно хотели что-то сказать, но смолчали. Побледнев как смерть, они поспешно бросились вон из подземного перехода.

Девочка наклонила голову набок, и в её пустых зрачках ничего не отражалось.

Буквально мёртвые глаза.

Её пальцы шевельнулись.

— Нет.

Из темноты вырвались чёрные щупальца. Десятки острых чёрных копий устремились в спины отступающей группы.

Я тоже пришёл в движение.

— Что значит «нет»?

[Активируется навык «Сокрушительная тяжесть, карающая тьму — Топот (S)»]

— ХРЯСЬ!

Вспыхнуло пламя. Я раздавил щупальца своим двуручным мечом. Брызнула чёрная кровь, и девочка слегка вздрогнула.

Впервые её взгляд встретился с моим. Чёрные волосы. Пустые глаза. Лицо, покрытое ранами.

...Точно.

Это определённо «Арис, Рабыня часовой башни».

— Ты ведь другой, верно?

— Да. Я другой, призрак.

— ...Арис — призрак?

— Ты такая же, как и всё вокруг. А значит, ты призрак. Будь хорошей девочкой и проваливай в ад.

— ...Нет, — пробормотала девочка. — Арис — не призрак.

— Ты мертва, так что да, ты призрак. Твоей свободы здесь нет. Ты уже сгинула в аду.

— Арис будет свободна.

— Не будешь. Так что сиди смирно.

— Арис уйдёт. За пределы Парамира. Она будет свободна.

— Чушь собачья.

Я опустил двуручный меч, держа его наготове.

— Тебя приковали к часовой башне вместе с тем монстром. Даже если ты уйдёшь отсюда, ты не найдёшь того, что ищешь. Парамир изменился, а свобода, которой ты так отчаянно жаждала... всё это погибло, пока ты была взаперти.

— ......

— Тот имперский рыцарь нашептал тебе сладких речей? Всё это чушь. Думаешь, какой-то обычный человек способен подарить тебе настоящую свободу? Это лишь бредни глупца.

— Он не обычный человек.

— А кто тогда? Недоучка-маг, которого вышвырнули из Синей Башни Магов?

— Отойди от неё!

Голос. Я вздрогнул. Голос, которого я давно не слышал.

Это была Ра, которая взволнованно кричала:

— Ты появляешься из ниоткуда и что несёшь?

— Моё суждение было ошибочным! Система этого мира уже осквернена до самого основания!

— Что?

— То, что искажённая стигма адаптировалась к апостолу, изначально было невозможно! Сама структура мира подверглась эрозии — всё уже погрузилось в хаос!

Голос Ра дрожал:

— «Оскверненные», о которых я тебе говорила, знали, что я вмешаюсь! Ещё до того, как ты сделал свой ход, они уже начали действовать!

— ...Что ты сказала?

Оскверненные.

Причина, по которой Ра призвала меня в это место. Те, кого я должен был вернуть на истинный путь.

Девочка прошептала:

— Захад, Апостол Ра.

Она произнесла моё имя — имя, которое никак не могла знать.

— Тот человек сказал это. Что ты обязательно придёшь сюда.

— ...Кто?

— Арис — не призрак.

[Ошибка]

[Ошибка]

[Ошибка]

[Ошибка]

[Ошибка]

Красное статусное окно, которого я никогда раньше не видел, замерцало перед глазами.

Она заговорила:

— Арис... человек.

[«Арис, Рабыня часовой башни» возвращает свой истинный облик.]

[«Арис» зарегистрирована в списке основных NPC.]

[Вы столкнулись с Пожирательницей «Арис».]

[Список Оскверненных: ??? ??? ??? ??? ??? ??? «Пожирательница Арис»]

Воздух мгновенно похолодел. На долю секунды показалось, будто весь свет вокруг превратился в кромешную тьму.

Перед глазами всё поплыло. В бледную кожу Арис в одно мгновение хлынула жизнь.

Тело, которое я принял за призрака, налилось настоящей плотью и кровью.

— ...Что?

Босс-монстр... становится NPC?

Арис, Рабыня часовой башни, посмотрела на меня и ухмыльнулась. Её покрытое ранами лицо исказилось в гротескной гримасе.

Последний железный ошейник на её шее со звоном лопнул и разлетелся на куски.

— Каково это?

Я попытался сохранить спокойствие. Несмотря на то, что мои навыки удерживали разум в равновесии, руки почему-то дрожали.

Ну и чертовщина.

— Тебя освободили не имперский рыцарь и маг. До нашего прихода здесь уже кто-то побывал. До тебя добрались Оскверненные?

— Меня освободили уже очень давно. Оковы были лишь уловкой. Цвет кожи — фальшивкой. Арис завершена. Она всегда была такой. Пьер и Арис вместе. Всегда вместе.

— ...Тогда почему ты оставалась здесь?

— Тот человек сказал: если мы начнём буйствовать сами по себе, ты спрячешься и будешь копить силы.

— Значит, это с самого начала была ловушка?

— Арис — это кол. Пьер — молот. То, во что они его вобьют, — твоё сердце. Таково обещание.

Тень Арис странно и неестественно вытянулась. Мои глаза расширились от удивления.

— ...Ох, блядь.

В этой тени виднелись бесчисленные глаза. Монстр часовой башни. Его истинный облик, который должен был быть запечатан.

Тот странный крик, что я слышал с вершины часовой башни... неужели он был фальшивкой? Всего лишь пустой оболочкой?

Неужели всё это с самого начала было лишь уловкой, чтобы заманить меня сюда?

— Ты уже... была связана с этим монстром. Всё, что я делал, оказалось совершенно бессмысленным. Вы провернули столько схем только ради того, чтобы завлечь меня.

— Арис сдержала обещание, так что теперь Арис может покинуть Парамир.

— Твоё обещание — убить меня здесь?

— Нет. Достаточно просто поглотить тебя.

— ...Что?

Тень с треском раскололась надвое, явив бесчисленные зубы, усеивавшие её изнутри.

— Колу нужно лишь пронзить сердце.

Зубы тени впились во всё моё тело.

— Беги!..

Я отчаянно вскинул двуручный меч, но тень Арис прошла сквозь лезвие и пронзила меня насквозь.

Накатило леденящее чувство, словно сквозь меня пролетел призрак. И в то же мгновение голос Ра оборвался.

[Пожирательница «Арис» поглощает вашу силу.]

[Святая сила Бога Солнца исчезает.]

[Связь с Богом Солнца разорвана.]

[Священная Стигма теряет свой свет.]

Голос Ра затих.

— Вот и всё.

Я упал на колени, чувствуя, как на моё тело навалилась непреодолимая усталость.

Святая сила, что бурлила в каждой частичке моего тела... теперь я совершенно её не ощущал. Словно что-то внутри сломалось, и свет моей Святой силы угас.

Казалось, будто у меня поглотили половину души.

Арис прошла мимо меня.

— Парамир больше не удержит Арис. Арис свободна.

— Ах ты... сука... мелкая...

— Ты ведь назвал Арис призраком?

Арис остановилась у двери и оглянулась на меня. Она окинула взглядом разбросанных вокруг «беженцев», после чего её губы расплылись в гротескной улыбке.

— Теперь Захад станет призраком. Прощай.

Дверь подвала начала закрываться. Я тупо уставился на угасающий свет.

Всё пошло наперекосяк.

Намного хуже, чем когда-либо прежде.

— ...Блядь, — я рассмеялся. — Нам хана.

Дверь в подземную комнату захлопнулась.

Тьма полностью поглотила меня.

◇ ◇ ◇

Чёрный туман рассеивался. Братья Лукас и Маркус бежали изо всех сил.

По их спинам пробежал холодок. Даже когда чёрный туман поредел, что-то продолжало идти не так.

Нечто ещё более гротескное и искажённое подбиралось всё ближе. Весь Парамир содрогался, а зловоние гнили становилось всё более удушающим.

Стоял день. Совершенно точно день. Тихий, безмолвный полдень.

Но внезапно внешние стены зданий начали рушиться. Из-под земли полезли полчища Гнильцов.

— Что за?!

— С чего вдруг это началось?!

— БУМ!

— БУМ!

— БУМ!

Они хлынули все разом, словно прорвало засорённую трубу. Лукас и Маркус замахнулись топорами. Наёмники отчаянно сражались, пробивая себе дорогу.

Но даже когда они приблизились к внешней стене, легче не стало. Было видно, как Гнильцы цеплялись за стены и грызли их. Монстры, до этого сидевшие тихо, взбесились в то же мгновение, как рассеялся чёрный туман.

— ...Боже правый, — невольно пробормотал Даниэль.

Конец.

Казалось, будто наступает конец света.

Впереди показался выход. Братья Лукас и Маркус протиснулись между припаркованными сменными экипажами и изо всех сил толкнули баррикаду.

— Бегите вперёд!

— Мы их задержим!

— Не мели чушь и беги с нами!

— Сдерживать их уже поздно!

Наплыв гниющей плоти поглощал весь Парамир. Стражники заметили спасающуюся бегством группу и взволнованно закричали:

— Ч-что там происходит?!

— Мы и сами не знаем!

— Просто посадите нас в карету! Живо!

— Д-да, пожалуйста, садитесь скорее!

Экипаж тронулся. Перепуганные лошади понеслись как безумные. Даниэль, едва переводя дух, осторожно приподнял плотный брезентовый полог кареты.

— ...Боже.

Город Парамир.

Нечто цеплялось за окружавшие его внешние стены. Огромный зверь. Монстр, от которого разило гнилью, отчётливо возвышался над внешними стенами Парамира.

Он был колоссален. Тело, состоящее из бесчисленных Гнильцов, медленно шевелилось. Гротескное существо, на которое даже издалека приходилось смотреть, высоко задрав голову, открыло пасть.

Сгнивший и сросшийся воедино монстр издал долгий, протяжный вой:

— ГР-Р-Р-О-О-О-О-О-О-О-О-О-О!..

— Что... за... — пробормотал Даниэль. — Что... это, чёрт возьми, такое?..

Больше никто в карете не проронил ни слова, но все присутствующие и так всё понимали.

Бедствие Парамира, случившееся десять лет назад.

И то, что на этот раз всё не ограничится одним лишь городом.

◇ ◇ ◇

Я открыл глаза. Вокруг царила тишина, нарушаемая лишь всхлипами беженцев, которые сами мало чем отличались от призраков.

— ...Есть... так хочется есть...

— Я хочу жить... пожалуйста... хотя бы мой ребёнок...

— Я не хочу так умирать...

Их души были живы, но тела давно умерли. Они сохраняли свой облик лишь благодаря слепой одержимости.

Арис, Рабыня часовой башни, была точно такой же. Но теперь всё изменилось. Она слилась с Монстром часовой башни и обрела настоящее физическое тело.

На данный момент её практически можно было назвать Владыкой Гнильцов.

Я потянулся. По крайней мере, я остался жив, и это уже радовало. Пока ты жив, всегда можно найти выход. Но что-то казалось странным.

Моему затылку было мягко. А рядом крутилось что-то похожее на крошечную фею.

Наши взгляды встретились. Сверкающие золотистые глаза. Взгляд, устремлённый на меня с явной тревогой. Я нахмурился.

Я не удержался от резких слов:

— ...Почему вы не ушли?

Эльфы.

Я же ясно велел им убираться, а они всё ещё торчали передо мной.

Флора вздрогнула и поспешно отвела взгляд.

— Н-ну, дело в том, что...

— Только не говорите, что вы струсили и упустили момент. Это было бы по-настоящему жалко.

— Это довольно грубо!

— Извинись перед госпожой Флорой!

Они и правда были жалкими.

Я приподнялся. Благодаря мягким коленям, служившим мне подушкой, затылок совсем не болел.

В теле ощущалась лишь пустота. Словно оборвалась какая-то связь. В тот миг, когда привычная сила исчезла, меня покинули все силы.

— Ра.

— .......

Она не ответила. Священная Стигма полностью угасла. Отлично. Значит, вся накопленная сила Бога Солнца просто... испарилась.

Нам крышка. Полная крышка.

Ситуация хуже некуда. Флора нерешительно спросила:

— Эм... Захад.

— Что?

— Ты потерял всю Святую силу Бога Солнца? Ты больше не сможешь показать прежнюю мощь?

На меня уставились испуганные глаза.

— Мы... больше не сможем выбраться отсюда?

— Эй.

— Д-да?

— Хватит полагаться на других, делайте что-нибудь сами. Я вам что, мамочка, которая должна разжёвывать и класть еду в рот?

Я посмотрел на потолок. Весь Парамир содрогался. Я попытался открыть дверь подвала, но она даже не шелохнулась.

Что-то удерживало её снаружи. Должно быть, Арис приложила к этому руку.

В ловушке.

Намертво заперты в замкнутом пространстве. Неужели она решила превратить нас в настоящих призраков? Словно ребёнок, который вырос, но ума не набрался — Арис услышала то, что ей не понравилось, и теперь пыталась отплатить мне той же монетой.

Но именно это меня и спасло. Кто бы ни заключил контракт с Арис, они явно не учли её детские капризы.

Нет.

Более того, они явно не знали, что моя сила не ограничивается лишь ролью «Апостола Бога Солнца». Так что кем бы ни был враг, он, по крайней мере, не всеведущий бог.

— Нага.

— ...Да!

Голос, которого я давно не слышал. Сейчас, в этой яме, куда я угодил, он прозвучал словно голос небесной девы.

— Ты можешь связаться с Ра?

— Нет... мы могли общаться только через Священную Стигму Захада... к тому же у богов изначально очень мало способов связаться друг с другом напрямую...

— Что ж, тут ничего не поделаешь. Даже если бы ты могла, сейчас всё равно нет способа вернуть Святую силу.

Эльфы косились на меня с подозрением и перешёптывались между собой:

— Разговаривает сам с собой в пустоту...

— Думаешь, он сошёл с ума?

— Может, нам стоит держаться от него подальше...

— Н-нельзя так поступать с нашим спасителем!

Я проверил карман. К счастью, походная сумка, которую я оставил перед боем, уцелела. Огромное количество еды, что я туда запихал, всё ещё было на месте, да и воды хватало.

Как говорится: «На безрыбье и рак рыба». Теперь, когда Святая сила Бога Солнца была заблокирована, у меня осталась лишь Святая сила Наги — гораздо слабее прежней.

Но этого вполне достаточно. Ведь чего здесь было в избытке, так это призраков.

— Честное слово. Арис, глупая ты девчонка...

Я ухмыльнулся. Есть ещё одна поговорка: кризис — это возможность. Культ Нага по своей сути обладал Святой силой, связанной с тенями и тьмой.

А в этом сущем аду искажённые призраки сами по себе являлись воплощением тьмы. Изначально я думал о них как о награде, которую стоит оживить и забрать с собой, но теперь всё изменилось.

Земля горела под ногами, так что об их оживлении не могло быть и речи. Да и спасать их всё равно не имело смысла. Я планировал вернуть их к жизни и забрать сокровища, но раз уж я сам едва не погиб, не получив никакой награды, этот вариант подходил куда лучше.

Поглотить их всех и выбраться отсюда. Если взглянуть на это с другой стороны, ситуация складывалась даже в мою пользу.

Бесконечное время.

Полно еды.

И бесчисленное множество призраков.

— Ты сама вырыла себе могилу.

Это идеальное место, чтобы взрастить силу Наги.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (19)

Глава 73: Поисковая операция в Парамире (19)

[Захад Балтон] [Уровень: 66]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Уникальные навыки класса]

- Любовь Бога-Змея: Навыки, связанные с Богом-Змеем, развиваются стремительно.

- Милость Бога-Змея: Святая сила восстанавливается стремительно.

- Благословение Бога-Змея: Позволяет без риска использовать священные реликвии Бога-Змея.

- Молитва Бога-Змея: Дарует невосприимчивость к негативным эффектам.

[Апостол]

- Смешанная Стигма (A): Отгоняет всякое зло. Позволяет накладывать стигмы на других. Подчиненные жрецы становятся смешанными, а некоторые могут подвергнуться физическому искажению. (5/20)

- Смешанная Божественность (A): Две божественности были смешаны. Использование стало более требовательным, но оно остается незамеченным для окружающих. Позволяет свободно переключаться между двумя божественностями и менять природу Святой силы по своему желанию.

- Исцеление (B): Позволяет одновременно исцелять и вести бой. Мир называет это «битвой бессмертных».

- Благословение (B): Сопротивляемость негативным эффектам значительно возрастает, позволяя сохранять самообладание за исключением особых обстоятельств. Физические способности значительно увеличиваются, а Святая сила временно возрастает.

[Культ Нага]

- Плетение теней (C): Создает бесшумную тень. Позволяет сливаться с темнотой и передвигаться беззвучно.

- Молитва чешуи (C): При молитве присутствие молящегося исчезает на определенное время. Физические способности улучшаются.

- Выработка яда (C): Позволяет вырабатывать внутри тела яд, вызывающий боли в животе.

- Шепот змея (C): Часть формы объекта просачивается в темноту. Позволяет скрывать предметы, но только те, что находятся в руках.

- Эрозия (C): Просачивается в разум, внедряя внушения в чужую психику.

- Черная Чешуя (B): Происходит от базового стиля фехтования Культа Змеи — «Песни теней». Все лишние элементы были отсечены; познавшие этот клинок, как известно, обитают во тьме.

- Черное болото — Фавела (A): Суть техник владения кинжалом, которым, как говорят, могут обучиться лишь избранные из числа прямых последователей Нага. Окутано тайной и передается лишь единицам. Также известно под другим названием: Клык Змея.

[Общие навыки]

- Приготовление мяса (B): Позволяет сделать вкусным даже то мясо, которое невозможно приготовить.

- Приготовление морепродуктов (B): Позволяет сделать вкусным даже те морепродукты, которые невозможно приготовить.

- Приготовление напитков (C): Позволяет создавать вкусные напитки.

— Ну и дела...

Я посмотрел в воздух. Все навыки, связанные с Апостолом Бога Солнца, бесследно исчезли.

Особый навык Арис, рабыни Часовой башни. Способность полностью запечатывать целую силу.

В игре это было не более чем временным эффектом, и там даже не упоминалось о поглощении. Обычно запечатанная сила возвращалась по прошествии времени.

Но сейчас... то, что она исчезла насовсем, наводит на мысль, что эффект стал постоянным.

Впрочем, паниковать не стоило: со смертью рабыни Часовой башни ее запечатывание развеется вместе с ней.

Главное — убить ее, а пока придется как-то справляться с той половиной сил, что у меня осталась.

Я слегка сжал и разжал ладонь, убедившись, что из нее струится теневая Святая сила.

— Ур-р-р.

Заурчало не у меня. Я перевел взгляд на эльфиек, и те, прижимая руки к голодным животам, отчаянно замахали руками:

— Э-это не мы!

— Нас несправедливо обвиняют!

— Я ведь еще слова не сказал.

— ......

Две недели — примерно столько должно было продлиться их изначальное задание. Даже если они и взяли с собой припасы, то ровно на этот срок, не больше.

К тому же эльфы — существа гордые, предпочитающие путешествовать налегке, так что тяжелые мешки они собирать не стали бы.

Неудивительно, что еда у них подходила к концу, а признаться в этом им мешала пресловутая эльфийская гордость.

Покопавшись в карманах, я достал сухой паек и протянул им:

— Держите.

— Ч-что? Но...

— Просто возьмите. У меня припасов с избытком.

Изначально я нес эту еду призракам. Их можно было вернуть в прежнее состояние, если накормить досыта.

Жизнь и смерть — призраки застряли где-то посередине. Элиту Парамира, которую затянуло сюда во время запечатывания рабыни Часовой башни Арис, можно было снова сделать людьми, просто накормив до отвала.

Вернув человеческий облик, они бы в знак благодарности щедро меня вознаградили. В обычных условиях правильнее всего было бы воскресить их всех ради этой выгоды...

Но теперь ничего не поделаешь — ситуация пошла наперекосяк.

Сейчас мне нужны были не сокровища, а сила, и только сила. Чтобы выбраться отсюда, лучшим решением было собраться с духом и пробиться сквозь недра Парамира.

Так или иначе, раз уж я отказался от идеи их воскрешения, у меня образовался избыток провизии. По сути, я мог сам съесть все, что предназначалось для призраков.

— Я сказал, берите.

— Но...

— Конечно, это не бесплатно.

Стоило мне поднять руку, как эльфийки с писком отпрянули.

— Т-только не говори, что собираешься сделать то же самое, что и раньше...?!

— Раньше? Это что?

— Ну... это... снизу...

— ...О?

Я пошевелил пальцами:

— Хотите?

— Да с чего бы нам этого хотеть?!

— М-мы гордые эльфийки!

— Каким бы благодетелем ты ни был, если зайдешь так далеко, мы разозлимся!

Эльфийки закричали, но одна из них молчала.

Флора, в чьих глазах буквально плавали сердечки, тяжело сглотнула. Встретившись со мной взглядом, она демонстративно отвернулась, густо покраснев и почему-то слегка выпятив зад.

Ну кто еще, кроме этой эльфийки-мазохистки, мог так себя вести. Хотя, если честно, у остальных тоже прослеживались подобные наклонности.

Задницы у них определенно были упругими — в таких можно и потеряться. Но только не сейчас.

— Просто окажете мне услугу позже.

— У-услугу?

— Да. Ничего сложного.

Я мысленно обратился к Нага:

«Нага».

«Да. Я слушаю».

Я посмотрел на беженцев, сгрудившихся у стен:

«Что будет, если я поглощу их всех?»

«...Честно говоря, я не уверена. Это колоссальный объем негативной энергии. Даже если ты поглотишь ее, сможешь ли полностью усвоить — совсем другой вопрос. Это может даже навредить твоему телу».

«И что тогда делать?»

«Что если ты... притворишься, будто выслушиваешь их истории? Если высвободится хотя бы часть их обиды, они сами пойдут навстречу. Мирный покой... они ведь и сами этого хотят...»

Она предлагала мне разыграть великодушного благодетеля, якобы избавляющего их от мук голода. Это в точности совпадало с моими планами.

«Знаешь, Нага, а ты на удивление коварна, если подумать».

«Э-это... комплимент?»

«Конечно. Сейчас ты единственная, на кого я могу положиться».

«Угх... Я... я постараюсь...!»

Что ж, тогда выслушаем их истории.

С кого бы начать? Я посмотрел на мужчину, забившегося в угол и обнимавшего женщину, по всей видимости, свою жену. Он был первым беженцем, которого я встретил наверху. Я присел перед ним: его кожа немного порозовела после того, как он съел сухой паек.

Он вздрогнул и поднял на меня взгляд:

— С-священник... моя жена... моя жена...

Женщина, которую он обнимал, выглядела скверно. Вся ее кожа почернела, и она без конца бормотала что-то невнятное:

— Угх... угх... угх...

Верно. Это их обычное состояние.

Если не считать его, кожа большинства беженцев полностью почернела. Лишь у немногих чернота проступала отдельными пятнами.

— З-запах гнили...

— Тсс.

Я зажал Флоре рот.

То, что их тела почернели лишь частично, доказывало: они не ели чужую плоть. А если и ели, то совсем немного.

В каком-то смысле это можно было назвать относительной добросовестностью — они предпочли страдать сами, а не обрекать на муки других.

Но это не означало, что я мог посмотреть на сидящего передо мной беженца и счесть его хорошим человеком.

...Разумеется, нет.

Все здешние беженцы изначально были ненормальными. Каждый из них бросил других умирать ради собственного спасения.

Элита Парамира. Люди, которые вышвырнули миллионы жителей Парамира на улицу ради безопасности собственных семей.

И на этом их преступления не заканчивались. Большинство представителей элиты прекрасно знали, как именно работает часовая башня в центре города.

Иными словами, худшие из худших. Обыкновенные лицемеры. Даже если бы я воскресил их, они все равно закончили бы плохо и сгинули сами по себе.

— Брат мой, — я мягко прошептал, — чтобы понять ситуацию, не расскажешь ли ты мне, что здесь произошло? Я хочу выслушать твою историю.

Я и так все знал. Но я притворюсь, будто слушаю и сопереживаю.

И все ради того, чтобы выжать их до последней капли!

Мужчина разрыдался, его голос сорвался на едва слышный шепот:

— Я... я так голоден... священник... я так ужасно голоден...

— Давай помолимся вместе. — Я положил руку ему на голову. — Нага присмотрит за тобой.

— ...Кажется, бог как-то изменился...?

«Помолчи».

◇ ◇ ◇

Флора захлопала глазами, наблюдая за тем, как священник молча слушает чужую исповедь.

Сострадательное выражение лица, редкие кивки — со стороны он казался образцом набожного и искреннего служителя.

Однако чем дольше Флора вслушивалась в рассказ, тем сильнее искажалось ее лицо. Эта история вызывала такое отвращение, что ее едва можно было выносить.

— ...Что ты сказал?

Ей хотелось заткнуть уши и выплюнуть все, что она только что услышала. Флора искренне желала этого.

— Вы заталкивали детей, которым не исполнилось и десяти лет, в эту огромную часовую башню? И даже толком не кормили их?

— Д-дети постарше могли застрять в шестеренках. Это была необходимая мера. В конце концов, они были рабами, а не гражданами Парамира...

— Рабы — не люди?

Мужчина всхлипнул:

— Н-но часовая башня... как я уже говорил... была практически символом Парамира. Внутри нее скрыты сложнейшие механизмы... взрослым туда просто не пролезть. Только дети могли выполнять эту работу.

— Тогда вам следовало снести ее! Или вложить больше денег и придумать другой способ!

— Но при ограниченном бюджете Парамира... это было самым эффективным...

— Что за чушь вы несете!..

Захад схватил Флору за плечо и покачал головой. Получив знак молчать, Флора прикусила язык, но все еще не могла этого понять.

Почему? Да почему же?

Какой еще символ стоил того, чтобы перемалывать детей ради поддержания работы этой башни?

— П-Парамир... Парамир... был практически символом имперских технологий, — мужчина продолжал бормотать о своих грехах, дрожа так, словно его заставили пойти на то, чего он никогда не желал. — Часовая башня стояла здесь еще до расцвета Парамира. Для нас это было сродни традиции. Даже когда технологии шагнули вперед, и люди перестали осознавать важность башни... она оставалась тем, что просто обязано было существовать.

— Я понимаю, брат мой.

Флора взглянула на профиль Захада. Его губы произносили слова понимания, но глаза оставались абсолютно холодными. Так смотрят на мусор.

— И что же произошло дальше?

— Ч-часовую башню... как я уже говорил... нужно было как-то поддерживать, ведь она символ Парамира. Поэтому мы закупали малолетних рабов на городском уровне. Чтобы управлять этой огромной башней и чистить ее... требовалось не меньше сотни детей. Ах... священник... я не соглашался на это... я голоден... я так голоден... моя жена... моя жена...

— Когда ты все расскажешь, голод тоже отступит. Брат мой, говори не спеша, по порядку.

— Ч-часовой башней Парамира... управляли дети-рабы. Арис была одной из них. Если точнее... сначала ее звали иначе. Она была всего лишь безымянной рабыней... я и имя-то это впервые услышал той ночью.

Мужчина принялся грызть свои пальцы и с привычной легкостью сглотнул содранную плоть.

— Внутри башни... были не только сложные механизмы... там было полно опасных шестеренок. Дети легко могли погибнуть во время работы. Когда ребенок умирал... покупали нового... и поскольку детей заставляли убирать трупы других детей... та девочка по имени Арис тоже оказалась в башне. Я помню, как надзиратель за рабами... она была, кажется... тысяча семьсот двадцать первым... ребенком...

Флору замутило от отвращения, и она с трудом сдержала подступившую к горлу желчь.

Безумные ублюдки.

Захад вздохнул, протянул руку и погладил мужчину по голове:

— Значит, весь Парамир согласился на это.

— Д-да... я... я был против... но... мой голос был слишком слаб...

— Понимаю. Значит, ничего нельзя было поделать. Брат мой, а ты знаешь... сколько лет было той девочке, Арис?

— Я... я знаю. Ее продали в десять лет... а то злодеяние она совершила ровно семь лет спустя... нет... сколько ей сейчас... который сейчас час... сколько времени?

— Брат мой, все хорошо. Сделай глубокий вдох. Когда Арис обрела свою силу?

— А-Арис... Арис... — Мужчина судорожно вздохнул. — В тот день... это случилось в тот день... черный туман окутал весь Парамир. Люди сходили с ума и грызли друг друга. Мы с женой бежали в это убежище, приготовленное заранее, но... здесь тоже было небезопасно. Там была девочка. Источник всего этого... она... Арис помахала нам рукой.

— ......

— Тьма заколыхалась, и оттуда хлынули странные когтистые твари. Н-но, к счастью, нашлись те, кто смог дать отпор. Элита Парамира... нас было кому защитить. Но даже они сумели лишь запечатать Арис в подземелье часовой башни. Большинство погибло, выжили немногие. Мы с женой... едва уцелели. Но... почему-то...

Раздались рыдания. Флора впервые осознала, что человеческий плач может вызывать такое омерзение.

Как мог тот, кто без зазрения совести относился к рабам как к вещам, теперь корчить из себя невинную жертву?

— Дверь заперли... мы не могли выбраться... когда запасы еды подошли к концу... есть стало нечего... и тогда... некоторые... начали есть друг друга... о... Боже... я никого не ел! Я никого не ел!

— И что произошло потом?

— М-мы... хоть мы и пожирали друг друга... как ни странно, мы не умирали. Напротив, на месте откушенных кусков отрастала гнилая плоть. И мы слышали, как Арис смеется над нами. Нас ели... мы голодали... сколько бы мы ни ели, сытость не приходила... поэтому... еда... нам нужна была еда...

— А потом дверь открылась.

— Д-да... открылась. И тогда я встретил вас, священник... ах... священник... что же мне делать... не дадите ли вы моей жене чего-нибудь поесть... — Мужчина пополз на коленях по полу, непрестанно бьясь лбом и шепча: — Пожалуйста, дайте моей жене поесть... священник... прошу вас... умоляю...

«Не надо!» — хотелось закричать Флоре. С какой стати кормить тех, кто выбрасывал чужие жизни, словно поношенную обувь?

К тому же это были дети. У принесенных в жертву детей не было права голоса — им оставалось лишь безмолвно сносить все, что с ними делали.

Флора повысила голос. Сбросив удерживающую ее руку Захада, она обратилась напрямую к мужчине:

— Т-тогда та девочка по имени Арис... нет, те дети-рабы... как они жили? Все эти семь лет? Им гарантировали свободу? Давали время на отдых? А как насчет платы?

— ...Что? — Мужчина недоуменно склонил голову, искренне не понимая вопроса. — Рабы... жили в часовой башне. Мы держали их там, чтобы они не сбежали.

— Нет, я имею в виду другие условия, вроде...

— Б-бюджет Парамира был ограничен...

— Тогда что насчет тебя? Ты сказал, что был против — и что же ты для них сделал?

— Я... я... — Мужчина отвел взгляд. — У меня... не было времени...

...Ах.

Флора все поняла. Ее рука потянулась к арбалету.

Эта мразь лишь сотрясала воздух пустыми словами о том, что ничего нельзя было поделать!

Чертов сукин сын!

— Вы... вы... вы чудовища!..

— Не дергайся, Флора.

— Н-но! Как я могу оставаться спокойной, когда—!..

Захад выставил руку вперед. Его голос прозвучал тяжело:

— Ты ведь тоже пыталась меня убить. Разве у тебя есть право говорить подобное?

— Э-это было...!

— Все дело лишь в разнице взглядов. Для кого-то мы всегда остаемся лицемерами. И ты, и я. Люди, готовые убивать других ради собственной выгоды. — Захад привычно пожал плечами. — Жизнь — это ад. А в аду живут одни лишь демоны. Разница лишь в том, кто из них хуже, а кто лучше.

— Н-но...

— Все в порядке. — Захад наклонился и прошептал ей на ухо: — Потому что я не собираюсь оставлять все как есть.

Захад крепко сжал плечо дрожащего мужчины:

— Брат мой, все хорошо, — он улыбнулся. — Все совершают ошибки. Я и сам не исключение. Если оглянуться назад, мою жизнь тоже вряд ли можно назвать праведной.

— Ах... священник... я... я правда...

— Тебе стало немного легче после того, как ты выговорился?

— Д-да... теперь если бы только... голод... утолить... священник... священник... пожалуйста, дайте еды...

— Рад, что тебе полегчало. О голоде можете больше не беспокоиться. — Его пальцы глубоко вонзились в плечо мужчины. — Потому что ты больше не будешь голодать.

— ...Что?

— Когда ты вернешься в объятия Нага, голода больше не будет. Это мир, наполненный лишь покоем и свободный от вечных страданий. Те, в ком нет греха, обретут вечный покой. Ты, брат мой, и твоя жена — теперь все будет хорошо.

Шепот Захада напоминал змеиное шипение. У Флоры по коже побежали мурашки.

«Кто же он такой?»

«П-погодите. Разве бог, которому он изначально служил... не был Богом Солнца...?»

— Ты славно потрудился, брат мой.

— Ах... ах...

— Давай отправимся в мир без боли. Я укажу тебе путь.

— Мир... без боооли...

Беззвучный крик мужчины потек через кончики пальцев Захада. Гниющая груда плоти рассыпалась прахом, и колышущаяся черная тьма втянулась в тело Захада.

— ...Ха-а. — Он причмокнул губами, словно только что отведал изысканное блюдо, а затем расплылся в широкой улыбке. — Угх. Черт. Как же утомительно притворяться, будто я ему сочувствую.

— Ч-что ты только что... сделал...?

Захад оглянулся на нее и задумчиво склонил голову набок. Ответ последовал незамедлительно:

— ...Справедливость?

Флора застыла на месте, лишившись дара речи.

Любому было очевидно, что злодеем здесь был именно он.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Поисковая операция в Парамире (20)

Глава 74: Поисковая операция в Парамире (20)

Парамир пришел в движение.

Гнильцы зашевелились.

Весть принесли несколько разведчиков, вернувшихся в карете, однако Империя не спешила действовать.

Чиновники твердили одно и то же: пока угроза внутри не подтвердится, они не могут мобилизовать войска.

Разведчики спорили до хрипоты, но это ничего не изменило.

— Я же говорю вам, там сейчас заперт один-единственный жрец!

— Мы не можем жертвовать бесчисленными жизнями ради одного человека.

— Нет!.. Дело вовсе не в этом! Там внутри что-то есть! Гнильцы! Твари, которых невозможно убить!

— Имперские рыцари и маги, которых мы туда отправили, так и не вернулись, а вот жрецы и наемники смогли...

Имперский чиновник вежливо улыбнулся:

— Это дело требует дальнейшего расследования. Просим вас отнестись к этому с пониманием.

«Им вообще не верят?»

Розмари стиснула зубы. Круто повернувшись на каблуках, она направилась прямиком в Культ. Империя была бесполезна. Ей нельзя было доверять. Они понятия не имели, с чем столкнулись, наивно полагая, будто смогут сокрушить Парамир в любой момент, стоило лишь черному туману рассеяться.

Даже не зная, что на самом деле скрывается внутри!

— ...Розмари?

Не желая ждать, пока весть о возвращении разведчиков разнесется повсюду, Розмари первой прибыла в штаб-квартиру Культа. Пыль покрывала каждый сантиметр ее тела, а глаза запали от многодневного недосыпа.

— ...Великий инквизитор!

Из ее груди вырвался кашель. Розмари заставила себя затаить дыхание. Каждая секунда была на счету, ведь времени и так уже было упущено безмерно много.

Две недели ушло на то, чтобы вырваться из тисков имперской бюрократии. Еще десять дней — чтобы добежать до штаб-квартиры.

В общей сложности двадцать пять дней. Вот сколько времени он в одиночку держался в этом аду под названием Парамир.

— Немедленно соберите архиепископов!

— О чем ты говоришь?

— Инквизитор Захад в опасности!

— ...Инквизитор Захад?

Димонаас схватила ее за плечи и бросила быстрый взгляд на Раадатука.

Раадатук тут же задернул шторы. Он запер все двери и наложил божественные барьеры в каждом углу комнаты.

— Что там произошло?

Розмари почувствовала, как пальцы впились в ее плечи. Для внешнего мира Димонаас казалась способной, милой молодой девушкой, но под этой маской скрывалось нечто совершенно иное.

Лицо Великого инквизитора Димонаас, стоявшей плечом к плечу с величайшими архиепископами в истории, стало холодным и суровым.

— Расскажи мне всё. По порядку. Ничего не скрывая.

◇ ◇ ◇

— Честно говоря, я не понимаю... почему мы должны так страдать?

Тот, кто не способен понять.

— Конечно, они должны жертвовать собой ради нас! Святой отец! Одна наша жизнь стоит гораздо больше, чем десяток этих низкорожденных ублюдков!

Откровенный мусор.

— Один слуга начал бросаться на другого. Так что я убил обоих. Никогда ведь не знаешь, когда они могут предать тебя.

Психопат.

Одним плавным движением я поглотил их всех без остатка.

«М-м! Вкуснотища!»

Флора зажала рот рукой. Шатаясь, она отошла в угол, и ее стошнило.

— Неужели люди... неужели все люди — просто мусор?!

— Прекрасное место для трапезы!

Оставив эти мысли в стороне, я почувствовал, как сильно насытился. Мое окно статуса росло с бешеной скоростью.

Я не поглотил еще и половины, а Святая сила уже переполняла всё мое тело. Настоящее пресыщение Святой силой.

Культ Нага.

Причина, по которой Святая сила Нага — именуемая теневой Святой силой — когда-то была клеймена как ересь, была проста. Кровь и плоть. Она черпала силу из порочных вещей, рожденных во тьме.

На первый взгляд они ничем не отличались от демонопоклонников. Но, говоря простым языком, сила Нага была самой настоящей «тьмой», рожденной из хаоса.

Двойственная природа человечества. Порочность, которую каждый человек хотя бы раз в жизни носит в своей душе.

Полная противоположность учению Ра, озарявшему всех ярким солнцем. Неудивительно, что они были заклятыми врагами.

«Пора прибрать к рукам остатки! А после мне нужно будет пустить всю эту накопленную Святую силу на усердное повышение уровня моих навыков!»

— Вы... вы слишком...

На глазах Флоры выступили слезы, и она резко вскрикнула:

— Слишком... слишком мирный конец! Эти люди должны страдать сильнее! Даже если вы наш благодетель, это слишком несправедливо!

— Но это еще не конец.

— ...А? Н-но они ведь мертвы? Вы же сказали, что они обретут покой?

— Кто тебе такое сказал? Когда души настолько искажены, даже боги смерти не желают иметь с ними дела.

В игре большинство этих беженцев можно было спасти. Но даже если их спасали, это вовсе не означало, что они жили долго и счастливо.

В качестве побочного эффекта от пребывания в облике призраков у них развивалась тяга к человеческой плоти. Большинство в итоге скатывалось к каннибализму, пока охотники на монстров не выслеживали и не убивали их.

И что же — смерть ставила на этом точку?

Далеко не так.

— Как думаешь, что происходит, когда умирает душа, искаженная десятью годами страданий?

— А разве она не... не обретает покой?

— Нет. Искаженную душу легче всего вытащить обратно из подземного мира. Знаешь, что такое нежить? Твари, которые не могут ни умереть, ни жить, и лишь молят о том, чтобы их убили.

— ...Н-не может быть.

— Большинство этих людей после смерти превращаются именно в это. Они становятся нежитью. Если их полностью очистить, они исчезнут, не оставив после себя даже крупицы души. Но если очищение провести небрежно и они сумеют сбежать, то уже не смогут вернуться в подземный мир и будут скитаться, пока снова не обратятся в нежить.

Ужасающий порочный круг.

Наказание, которому не подвергались даже самые отъявленные злодеи, совершавшие свои преступления открыто.

— Они страдают при жизни и страдают после смерти. Большинство из тех, кто уже погиб, вероятно, просто ждут своего превращения в нежить. Низшая нежить... говорят, для них каждый вздох — это сущая агония. Гораздо хуже голода.

— О-откуда вы это знаете?

— Наша милая, прекрасная и добрая госпожа Нага рассказала мне.

— Ха-а... э-это... если вы так говорите... — Флора наклонила голову набок. — П-подождите, вы же изначально были жрецом Бога Солнца! Так как же вы можете использовать силу Нага?!

— Разве есть правило, запрещающее владеть двумя силами одновременно?

— Н-нет... не то чтобы... но... всё равно это как-то странно...

— Такой гений, как я, способен на всё.

— Гений?..

— Именно. И я могу делать, например, вот так. Держи.

Сплетя теневую змею, я щелчком отправил ее в сторону Флоры. Та взвизгнула и покатилась по полу.

— А-а-а! З-змея?! О-отпусти! Отпусти меня!!! Она заползает... в какое-то странное место... ах... а-ах... хн-н..!

— Не нужно совать ее в странные места.

Ее тонкий намек был виден невооруженным глазом. Она откровенно приподнимала бедра и извивалась.

И что мне было делать с этой мазохисткой?

Пока что стоит просто поглотить остальных. Я снова перевел взгляд на призраков. Беженцы — духи, едва цепляющиеся за существование, — медленно плыли ко мне, собираясь вокруг.

— Пожалуйста... пожалуйста, пощадите... святой отец...

— Я больше не хочу голодать... а-ах...

— Избавьте нас от этой ужасной боли...

Теперь, даже без единого моего слова, они все сами тянулись ко мне. Они жаждали смерти сильнее, чем продолжения этих мук.

И всё благодаря моим прежним усилиям по упокоению призраков. Какая удача.

Что ж, поглотим и остальных. Спасибо за угоще...

— Святой отец.

Я остановил руку и взглянул на того, кто обратился ко мне столь натянутым тоном.

Довольно крупное телосложение. Гораздо крупнее меня. Должно быть, при жизни он был статным мужчиной. Половина его тела была покрыта темными пятнами, но вторая половина оставалась чистой.

Человек, похожий на первого поглощенного мною призрака. Я узнал его лицо. Довольно важный NPC среди этих беженцев.

Лорд Парамира.

Феодал Пер Бах.

— Я наблюдал за вашими действиями.

— Мне следовало отправить тебя первым?

— ...У вас холодный взгляд. Вы видите в нас грешников?

— Хм. Даже не знаю.

Пер Бах пристально посмотрел на меня. Его глаза глубоко запали, а от истощенного долгим голодом тела исходил отчетливый запах гнили.

И все же Пер Бах, казалось, сохранял рассудок. Он не умолял о еде, а его слова звучали взвешенно.

Всё еще лидер в каком-то смысле. Похоже, он отличался от остальных.

Отодвинув призраков в сторону, я сел перед Пером Бахом. У него всё равно не было сил отказать мне, как не было и возможности переубедить остальных лишившихся разума духов.

Всё, что он мог делать — это говорить.

Это было последнее, на что Пер Бах был способен. Да и мне не было особой нужды скрывать свои мысли.

— Часовая башня была символом города Парамир.

— Я слышал это столько раз, что у меня уже мозоли на ушах.

— Для поддержания работы часовой башни требовались детские руки.

— Да ладно тебе. Скажи прямо. Всё потому, что их труд был самым дешевым, верно? Дети-рабы доставались за бесценок, ко всему прочему.

— Это был неизбежный выбор ради сохранения традиций Парамира.

— Это был произвол высшего сословия, пытавшегося впихнуть лишнюю монету в свои кошельки. Назови вещи своими именами.

— ......

Пер Бах молча смотрел на меня.

— Будь вы на моем месте, святой отец, неужели вы поступили бы иначе?

— Нет? Я бы, наверное, сделал нечто подобное.

— ...Прошу прощения?

— Но, по крайней мере, даже если бы это принесло меньше денег, я бы не стал использовать детей.

— Звучит в точности как слова жреца.

— О чем ты говоришь? Я такой же, как и все. Для меня важны лишь те, кто рядом со мной, а на жизнь и смерть незнакомцев мне плевать. Если бы кто-то встал у меня на пути, я бы скорее перерезал ему глотку.

Я пожал плечами.

— Но даже при этом есть черта, которую я не переступаю. От этого ведь остается мерзкое послевкусие, не так ли? Перемалывать детские жизни ради работы одного здания... Человек так не поступает. Тебе так не кажется?

— ...Это лицемерие.

— Лицемерие или нет, но я вижу это именно так. А вы, люди, действительно пошли на это.

— При управлении всей часовой башней отказ от использования рабов потребовал бы в несколько раз больше средств. С ограниченным бюджетом это было невозможно...

— Тогда вам следовало просто снести ее.

— Как я уже говорил, традиции Парамира...

— Перемалывать детей заживо ради сохранения какой-то традиции... Вам нельзя позволять называть себя гражданами Империи. Так поступают лишь первобытные дикари. Чем это отличается от человеческих жертвоприношений демонопоклонников? Просто признай это честно. Вы совершили то, что недостойно звания человека.

Пер Бах тяжело вздохнул. Между нами воцарилось молчание.

Нарушил его тихий смешок.

Плечи Пера Баха задрожали. Он прижал ладонь к лицу и медленно провел ею вниз. Когда он убрал руку, выражение его лица изменилось.

Это было лицо человека, услышавшего слова, которых он так долго ждал. Лицо, с которого словно спало тяжкое бремя.

— ...Каждое ваше слово — правда.

— Теперь признаешь?

— Я просто хотел спросить. Здесь больше не осталось никого, кто был бы способен на нормальный разговор, так что... возможно, я пытался облегчить собственную вину. Что стало с Парамиром? Что произошло во внешнем мире?

— Все мертвы. С того происшествия прошло уже больше десяти лет — неужели ты думаешь, что кто-то мог выжить?

— ...Мы мертвы?

— Скоро будете.

— Что происходит, когда мы умираем? Это конец?

— Об этом тебе придется молиться собственному богу.

— ...Будет ли ошибкой помолиться Нага?

— Наша богиня слишком прекрасна и благородна, чтобы являться такому мусору, как вы.

— Захад... ннх... л-люблю...

Пер Бах приподнялся. Из трупа Иана Памеля, погибшего с дырой в груди, он извлек нечто.

Книгу. Всего одну книгу. Пер Бах повернул голову в мою сторону.

— Это дневник, написанный моим предком, Бахом. Не первый том, который показывали монстру, а настоящий дневник, погребенный в капсуле времени. Я и сам узнал об этом слишком поздно. Монстр хранил его у себя, а я забрал его здесь.

Флора вмешалась в разговор:

— Дневник разделен на два тома? Почему?

— Первый том — это дневник, который Бах часто давал читать монстру в качестве меры предосторожности на случай, если его раскроют. Скрытие истины за приманкой. Его жена, Арис, велела ему поступать так, пока он писал. Умная женщина. Но... приманка тоже не была идеальной. В отличие от Арис, Бах был крайне эмоциональным человеком.

Дневник Баха. Я протянул руку и взял его. Внутри также лежало последнее письмо, в котором была написана вся правда.

{Привет... дела совсем плохи. Ты помнишь меня? Я спрашиваю, помнишь ли ты меня. Я — ###. Монстр, который любил тебя.}

{Зачем ты говорил, что любишь меня? Ты ведь никогда по-настоящему не любил меня. Неужели ты всё это время действительно лишь пытался использовать меня?}

{Это ужасно. Я знаю, что меня обманули, но всё равно не могу покинуть тебя. Вы все были заодно. От начала и до конца... вы просто играли со мной.}

{Если бы я провел всю свою жизнь монстром, если бы никогда не встретил тебя, я бы не сломался вот так.}

{Я хочу стереть это время. ###. Но я не смогу. Я ненавижу тебя. Но я люблю тебя. Я хочу поглотить тебя. Я жажду.}

{Я не хочу есть людей. Потому что ты просил меня этого не делать. Но... но что мне тогда делать?}

{Мои мысли путаются. Они не прекращаются. Я голоден. Я голоден, ###.}

{Дай мне... дай мне приказ... думать самому слишком тяжело. Я истощен. Я хочу просто закрыть глаза.}

{###...###...###...}

{#..##...Я... Я...}

{Часовая башня... к...}

{Место, где мы... проводили время вместе...}

{...Потому что ты.}

{Потому что ты там.}

Слова письма оборвались. История, которую я уже знал. Пер Бах бессильно улыбнулся.

— Возможно, демоническая природа — это нечто вроде зла, передающегося в нашем роду из поколения в поколение.

— Хватит оправдываться родословной и семейной историей. Просто молча сбрось это бремя и уходи.

— Понимаю. Святой отец. Но могу ли я узнать ваше имя?..

— Тебе ведь незачем это знать, верно?

— ...Это тоже верно.

Флора снова вмешалась:

— Что же здесь всё-таки произошло?

— Всё началось с монстра. В те времена, когда имя Бах было лишь личным именем, а не фамилией. Когда человек по имени Бах всего лишь служил слугой при юной дочери богатого купеческого дома... Эта история началась несколько сотен лет назад.

Пер Бах забрал дневник обратно и раскрыл его посередине.

— Это история семьи, о которой я сам узнал лишь недавно. Содержимое мрачное — прежде чем читать его, вам лучше подготовиться. Бах был человеком, который не мог скрыть своих эмоций даже в фальшивом дневнике. Настоящий же дневник гораздо мрачнее. Даже мне, его потомку, было тяжело его читать — он полон пугающе откровенных записей.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (1)

Глава 76: Карательный поход в Парамир (1)

Я закончил поглощать последних призраков. Всех до единого. Это был изнурительный период. Целый месяц ушел только на поглощение.

По крайней мере, мое состояние было на пике. Я расправил плечи и проверил свое тело — от одного лишь движения ног на земле оставались глубокие борозды.

Теперь наступала важная часть.

— Фу-ух.

Сделав медленный вдох, я выдохнул. Достав меч из кармана, я слегка взмахнул им.

Я чувствовал это. Само движение клинка. Сила Нага, разжиревшая на всех этих поглощенных призраках, сворачивалась во мне кольцами, словно готовая вот-вот взорваться.

Если бы мне пришлось описать мое нынешнее состояние, то оно было именно таким:

Шкала опыта уже так давно была заполнена до предела, что вышла за рамки всех графиков, но повышение уровня все никак не происходило.

Стоило выполнить условия, как каждый навык начал бы стремительно расти. Одного лишь освоения основ фехтования хватило бы, чтобы без особых проблем достичь S-ранга.

Но этого было мало. Далеко не достаточно. У меня и раньше были навыки S-ранга, но их не хватало, чтобы справиться с Арис.

Так что мне нужно было выйти за эти пределы. А пока начнем с того, что я могу сделать.

Накапливать силу.

Продолжать копить.

И в конце концов я снова смогу твердо встать на ноги.

— Всем подъем.

Эльфы, которые до этого бездельничали и уплетали любую еду, что я им давал, поспешно вскочили на ноги. Глаза Флоры загорелись.

— М-мы наконец-то уходим?!

— Не глупи. Мы все умрем в ту же секунду, как выйдем наружу. Там творится полный хаос. Гнильцы кишат повсюду, а вдобавок ко всему прямо посреди этого безумия, словно финальный босс, сидит тварь по имени Арис.

— Тогда как же нам...

— Еда у нас есть. С призраками, которые поднимали весь этот шум, покончено. Осталось сделать только одно.

Я взмахнул рукой.

— Мы будем копить силы. Нападайте на меня так, словно пытаетесь убить.

— ...Что?

— Н-но как мы можем напасть на нашего благодетеля...

— Даже если это тренировка, это как-то слишком...

Ну да. Я так и думал, что они не станут серьезными так просто.

— Раз в день... тот, кто победит, сделает проигравшего своей собакой. Как вам такое?

— ...Простите?

— Да что это вообще значит...

Флора резко вскочила на ноги. Слова посыпались из нее так быстро, что она едва ли не брызгала слюной.

— Э-э-э-это значит, что все по-настоящему?! Мы можем заставить делать все что угодно?!

— Конечно. Все что угодно.

— Я согласна! К-конечно, не в каком-то странном смысле... просто нам тоже нужно стать сильнее благодаря тренировкам!.. Исключительно чистые намерения! Вы ведь понимаете, да?!

— Но учти: даже не думай поддаваться. У меня нет ни малейшего намерения делать то, что ты захочешь.

— О ч-чем, по-твоему, я вообще могла бы попросить?!

— Ты попросишь меня отшлепать тебя.

— Н-н-н-нет, вовсе нет?! Н-ну, то есть мне немного... любопытно... но как гордая эльфийка из благородного рода фей... это чисто... э-экспериментальное любопытство!..

— Слишком много болтаешь.

[Используется навык Черная Чешуя (B).]

— Я уже сказал. Если победите, я сделаю все, что попросите. Понесу на спине, приготовлю еду, что угодно. Будьте честны — вы ведь все хоть раз хотели поставить меня на место. Разве нет?

Эльфы переглянулись.

Они медленно потянулись к своему оружию.

— ...Назад дороги нет.

— Очевидно.

— ...Эм. Но есть один вопрос.

Подал голос один из эльфов, который совершенно не умел читать атмосферу.

— Даже если мы будем так тренироваться и накопим столько сил, сколько позволяет наша еда... сможем ли мы действительно победить монстров снаружи? В дневнике говорилось, что это чудовище копило силу сотни лет... как мы должны его одолеть?

— На чистом упрямстве и злости.

— Прибудет ли... подкрепление?

— Нет.

Я был на плохом счету у Дуэйна, да и на Розмари произвел ужасное впечатление.

Папская курия никогда не протянет мне руку помощи первой.

А Димонаас... Великий инквизитор Димонаас была практичной женщиной. Сколько бы очков симпатии я ни накопил у нее в игре, это ничего бы не изменило.

Если подумать о других вариантах...

Был еще Культ Змеи. Изабела. Но она тоже не придет. Дойдут ли до нее вообще вести — это еще пятьдесят на пятьдесят, но даже если дойдут, она не явится. Мы не были настолько близки.

«Черная сталь», расквартированная неподалеку от главного штаба Культа — та же история. Матьер был умным парнем. Он не полезет в смертельную ловушку по собственной воле. Как и остальные мои люди под его началом.

Ни у кого не было причин соваться в зону смерти. Все они прекрасно понимали, что это верная гибель.

Все люди одинаковы.

Они не ставят чужую жизнь выше собственной. Даже если они помогают из добрых побуждений, как только это начинает превышать их возможности, они не протянут руку.

— С чего бы кому-то идти туда, где их ждет очевидный смертный приговор? Они могут кружить по окраинам, но стоит Гнильцам укусить их хоть раз, как они больше не ступят в город.

— ...Н-но... ведь можно же хоть немного надеяться, правда?

— Никто не станет рисковать собственной жизнью ради поисков того, кто, возможно, уже мертв.

Такого человека просто не существовало.

— В конце концов, единственный, на кого я могу рассчитывать — это я сам.

— ...Вы действительно в это верите?

— Конечно. Все, чего я достиг к этому моменту, я сделал своими собственными руками.

Так было всегда.

И сейчас, и раньше.

Был лишь один человек, который когда-либо пожертвовал ради меня своей жизнью. Тот ребенок из приюта, который погиб, когда я был маленьким.

С тех пор я ничего подобного не видел.

— ...Почему вы говорите об этом с такой уверенностью?

— Потому что я уже знаю, как все устроено.

Я уже прожил все это. Испытал каждую мелочь в игре.

Шансов один на миллион не существовало. И это место не станет исключением.

Поэтому я ничего не ждал.

— Хватит болтать, нападайте. Сюда не придут дураки, готовые спасать нас, так что мы должны справиться сами.

◇ ◇ ◇

Папская курия официально отклонила это предложение.

За исключением кардинала Арпины, которая сидела там лишь для вида, каждый архиепископ проголосовал «за». Решение было принято: Культ Ра не станет вмешиваться в дела Парамира.

Империя бездействовала, а значит, у Культа Ра тоже не было причин предпринимать какие-либо шаги — таков был консенсус. И ко всему этому, естественно, примешивалась ухмылка архиепископа Дуэйна.

— Я слышал, что это ужасное место. Похоже, даже имперская армия не может с легкостью подобраться к центру Парамира. Если кто-то удерживает позиции в таком месте уже больше месяца... скорее всего, он уже...

От этих недосказанных слов Димонаас едва не перевернула стол. Однако она сдержалась, собрав в кулак последние остатки терпения.

На этом произвол Папской курии не закончился. Они вынесли отдельное предупреждение Великому инквизитору Димонаас.

— Надеюсь, вы не станете тешить себя странными мыслями, Великий инквизитор Димонаас. Отдел Инквизиции по-прежнему является законным достоянием Культа. Если вы начнете действовать без разрешения, вас привлекут к ответственности.

— ......

— В худшем случае вас снимут с должности, Великий инквизитор Димонаас. Если вы хотите продержаться на своем месте еще хоть немного, не разумнее ли будет оставаться именно там, где вы сейчас находитесь?

Каждое слово, слетавшее с губ архиепископа Дуэйна, вызывало отвращение от начала и до конца.

Но ей оставалось лишь признать, что он был прав.

— ...Что вы будете делать?

— Что значит «что делать»? Буду делать то, что делала всегда.

Димонаас посмотрела в окно. Среди множества инквизиторов один просто пропал без вести.

— Пятый отдел Инквизиции не сдвинется с места.

Реальность.

Такова была реальность.

Она не могла брать на себя бесчисленные риски ради спасения одного человека. Чтобы сохранить жизнь Пятому отделу Инквизиции, ей нужно было прямо сейчас закрыть на все глаза.

Сверкающее солнце.

Повседневная жизнь Культа, текущая своим чередом.

Будни Пятого отдела Инквизиции — ничто из этого не изменилось бы только из-за того, что один человек исчез.

...Да.

Это был правильный выбор.

Димонаас выдохнула. Ей нужно было думать о будущем. Пятый отдел Инквизиции и так занимал последнее место среди всех пяти отделов.

Она не могла позволить себе нажить здесь открытого врага. Прямое столкновение с Папской курией... обернулось бы гарантированным поражением.

Не каждый мог действовать.

— Раадатук.

Но я — это не все.

— Я оставляю Пятый отдел Инквизиции на тебя.

Великий инквизитор Димонаас собрала свое снаряжение. Она оглянулась на Раадатука.

Странно. В этот раз он не стал ее останавливать. Напротив, он собирал собственное снаряжение.

— ......? Ты разве не слышал, что я сказала?

— Я слышал вас.

Раадатук застегнул ремень тяжелого палаша на бедре.

— Эй. Тогда для начала тебе нужно отложить этот меч.

— Вы планировали отправиться в одиночку?

— .....

— Туда, куда идет Великий инквизитор, должен следовать и инквизитор. Разве не вы сами установили это правило?

— ...Ты только и делал, что читал мне нотации через день. А теперь так удобно принимаешь мои слова близко к сердцу, когда тебе это выгодно. Это совсем не похоже на того рассудительного инквизитора, которого я знаю.

— Я и поступаю рассудительно.

Раадатук произнес это своим ровным, лишенным прикрас голосом.

— Возвращать долги — вот как поступают взрослые.

Димонаас коротко и безрадостно усмехнулась. Она хотела было возразить, но осеклась.

Если подумать... разве не эти слова в точности объясняли ее собственное необъяснимое поведение?

— ...Что ж, справедливо.

Димонаас взялась за рукоять своего меча. Она обнажила его наполовину, проверяя лезвие.

Священный меч Лунатис.

Подарок предыдущего Великого инквизитора.

Обнажив его полностью, она сделала легкий взмах. Оружие приятно легло в руку. Святая сила скользнула по рассеченному воздуху, оставив чистую линию разреза.

Ее навыки не заржавели. Она оглянулась на Раадатука.

— ...Ну что, пойдем?

— Пойдемте.

Битва, шансы в которой были явно не в их пользу.

Они оба это чувствовали. Даже если они отправятся туда, возможно, они ничего не смогут сделать. Они могли вернуться, не увидев ничего, кроме трупа инквизитора Захада.

В худшем случае существовала огромная вероятность, что они лишатся жизни. Ходили слухи, что нынешний Парамир стал местом, куда не могут пробиться даже высокоранговые имперские рыцари.

Но они все равно должны были идти.

Она не могла просто сидеть сложа руки, зная, что ничего не предпринимает.

— ...Это совсем на меня не похоже.

— Никто не может всегда оставаться самим собой.

Димонаас понимала, что ведет себя необычно. Правильным решением было бы составить план, а уже потом действовать. Но когда она думала о Захаде — одиноком и запертом в том проклятом городе, который описывала Розмари, — ее сердце реагировало быстрее разума.

В груди было тяжело. Слишком тяжело, чтобы вынести.

Поэтому она зашагала вперед, ведь ноги казались сравнительно легкими. Просто потому, что чувствовала: она обязана это сделать.

— ...Я получила слишком много, Раадатук.

— Как и я. Слишком много.

— Кто-то со стороны наверняка скажет, что я не права.

— Но, по крайней мере, прямо сейчас вы правы.

Переглянувшись с Раадатуком, Димонаас слабо улыбнулась. Не сговариваясь, они заговорили одновременно:

— «Во имя Ра».

Они открыли дверь. Пятый отдел Инквизиции. Длинный коридор, ведущий к кабинетам.

Но хотя ночь уже почти опустилась на землю, здесь не было тихо. Напротив, стоял сильный шум.

Вдоль коридора выстроились люди.

Каждый из них был одет для дальнего пути.

— ...А?

Димонаас удивленно моргнула.

Почему инквизиторы Пятого отдела Инквизиции...

— Я ведь... никого не вызывала...?

Как это понимать?

— ...Мы услышали обо всем от капитана Розмари.

— Что вы собираетесь спасти нашего брата?

— Капитан Раадатук, я разочарован. Решили отправиться на такое интересное дело без нас?

Инквизиторы Первого отряда ухмыльнулись.

— Позвольте нам пойти с вами! Мы как раз хотели повидаться с нашим братом — все складывается просто идеально!

— Я слышал, что в Парамире нет ничего, кроме монстров — лучше и быть не может! Самое время размять кости!

— Это ведь обычная работа для инквизиторов. Считайте, мы просто выходим на смену.

— Если честно, мне уже не терпится снова послушать его колкости.

— Очевидно. К тому же я соскучился по еде, которую он готовил. А вы нет?

Димонаас растерянно моргнула.

Подали голос инквизиторы Второго отряда.

— ...Мы прослышали, что босс оказался там в ловушке.

— Он говорил, что вернется на своих двоих... кто же знал, что он там застрянет.

— Это был первый раз, когда кто-то отнесся ко мне и моему напарнику подобным образом.

Те, кого она считала обычными смутьянами, подняли головы. Они смотрели прямо перед собой.

— Вы, ребята...

Тот, кого считали бездарным, но кто в итоге встал плечом к плечу с инквизиторами Первого отряда — Остин заговорил:

— Босс для меня практически благодетель. Если вы потребуете поставить на кон мою жизнь, я сделаю это. Пожалуйста, возьмите меня с собой, Великий инквизитор.

Та, что была ослеплена деньгами и ни с кем не могла ужиться, но чьи таланты теперь признали, и кто помогал общему делу — Изабель заговорила:

— Он непростой человек. Устроил весь этот переполох, а потом сбежал. Мне придется пойти и притащить его обратно. Пожалуйста, возьмите меня с собой, Великий инквизитор.

Та, что держалась особняком, словно острый осколок камня, но со временем обрела гордость за топор, который носила — Норд заговорила:

— Он был первым, кто признал меня. Ради босса мне не жалко отдать жизнь. Даже если вы попытаетесь меня остановить, я все равно пойду. Пожалуйста, возьмите меня с собой, Великий инквизитор.

Перемены и узы.

Движение Пятого отдела Инквизиции, который до этого стоял на месте.

...Что, черт возьми, здесь происходит?

Что вообще творится?

— ...Аха-ха.

Прошло всего несколько месяцев.

Такой смехотворно короткий срок. Любой, кто не знал всей предыстории, подумал бы, что они все сошли с ума.

— Аха-ха!

Димонаас рассмеялась. Из нее вырвался чистый, беспомощный смех, словно у дурочки.

Что же он за человек такой на самом деле? Хитрый и нелепый, но при этом... как он умудрился заслужить такую преданность?

Ох.

Она-то думала, что прекрасно разбирается в людях, но, как оказалось, ничегошеньки не понимала. Они с самого начала не могли отправиться лишь вдвоем.

Точно.

Настоящей дурой была я сама.

— ...Вы ведь все понимаете, что не должны этого делать?

— Великий инквизитор, разве не вы первая нарушаете правила?!

— Да ладно вам, не жадничайте!

— Вот что бывает, когда пытаешься уйти, не сказав ни слова!

Впереди всех стояла Розмари. Женщина, которая слишком устала от постоянных стычек, чтобы даже просто поддерживать разговор. Та, что рычала каждый раз, когда сталкивалась взглядом с Раадатуком.

В руках Розмари держала топор. Прикрыв глаза, она тут же открыла их и заговорила медленно, отчетливо:

— ...Пожалуйста, возьмите меня с собой, Великий инквизитор.

В ее глазах вспыхнул огонь.

— Я лично схвачу этого паршивца за шиворот и притащу обратно.

Даже эта кошка с острыми когтями. Та, которую, как все думали, невозможно изменить — она тоже изменилась.

Да кто же ты такой на самом деле...

Димонаас закрыла глаза. Как так вышло, что Пятый отдел Инквизиции оказался забит одними лишь дураками?

Но даже так.

...Даже так!

— Все, кто идет со мной, — за мной.

Димонаас положила руку на рукоять меча. Она глубоко вздохнула.

— Я не несу ответственности за то, что будет дальше. Каждый сам за себя.

Собравшиеся инквизиторы подняли головы. В их глазах заплясали искры пламени.

Движение паладинов вспыхнуло ярким пламенем. Каждая тень в коридоре рассеялась без следа.

— «ВО ИМЯ РА!!»

Димонаас высоко подняла голову и шагнула вперед.

Раадатук, тяжело ступая, последовал за ней.

Розмари закинула топор за спину и пошла следом.

Инквизиторы Первого отряда.

Инквизиторы Второго отряда.

Все, кто когда-либо встречал Захада, — все они последовали за ней.

Шаги накладывались на шаги. Дрожь в ее теле утихла.

Димонаас подняла голову и посмотрела вперед. Она устремила взгляд сквозь пустоту пространства куда-то далеко вглубь.

Она не знала, что ждет их впереди. Возможно, там их поджидала смерть.

Но они все равно пойдут.

На поле боя.

— ...Я уже иду. Захад.

К человеку, от которого она получила слишком много — к человеку, долг которому она обязана была вернуть во что бы то ни стало.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (2)

Глава 77: Карательный поход в Парамир (2)

— ...Ты слышала? О поисковой операции в Парамире.

— Да. Слышала.

— Что ты собираешься делать?

— Думаю, правильнее спросить не о том, что я собираюсь делать, а о том, когда я ухожу, Эстель.

Эстель вздохнула. Прислонившись к стене, она молча уставилась на Изабелу.

— Когда ты туда прибудешь, там может уже ничего не остаться.

— Я знаю.

— Велика вероятность, что он уже мертв.

— Знаю.

— Уйти прямо сейчас — все равно что пойти против Культа Змеи. Ты действительно готова к этому?

— ...Да.

— Зачем? Зачем заходить так далеко?

— Я и сама толком не знаю. Он однажды спас мне жизнь, но не думаю, что дело только в этом. Просто...

Изабела прижала руку к груди, опустив взгляд.

Слеза сорвалась и мягко упала ей на колено.

— Просто... я ни о чем другом не могу думать, кроме того, что должна пойти и спасти его...

— ......

Кто мог остановить влюбленную девушку?

Эстель выдохнула и потянулась к своему мечу.

— В одиночку тебе не справиться.

— ...Я все равно пойду.

— Но вдвоем у нас может получиться.

— ...Что?

— Я дала ему обещание. Сказала, что исполню одну его просьбу от имени Апостола. Если тот, кому я это обещала, умрет, то и обещание потеряет смысл — так что, полагаю, у меня нет выбора. И кроме того...

Эстель открыла дверь.

— Я не могу отправить столько паладинов Культа Змеи в пасть к смерти.

Темное пламя заколыхалось, и глаза Изабелы широко распахнулись.

— ...Что?..

Они стояли в ряд. Бесчисленные тени. Орден паладинов Изабелы.

Черная Чешуя заполнила весь коридор, выстроившись плечом к плечу.

— ...Командир.

— Вы все... почему?..

— Мы идем с вами.

Заговорили паладины:

— Он тот, кому мы обязаны своими жизнями.

— Возможно, мы родились в трущобах и мало видели человеческой доброты, но мы умеем ценить то, что для нас сделали.

— И самое главное...

— Мы не можем отпустить нашего Командира одну.

— Даже когда в Культе нас клеймили никчемными, вы всегда защищали нас.

— Прогоняйте нас, если хотите, — мы все равно пойдем за вами.

— В этом мрачном Культе Змеи, Командир, вы были нашим светом.

Игра в чувства. Минутный юношеский порыв.

Но в то же время нечто гораздо большее.

Эстель покосилась на Изабелу. В Культе Змеи подобное было редкостью. Здешние люди ценили деньги выше принципов, а выгоду — выше обещаний.

И все же, раз они пошли за Изабелой, не означало ли это, что ее путь с самого начала был верным? Ее привычка никогда не отворачиваться от тех, кто приходил к ней, в конечном итоге привязала к ней людей.

Путь, который она считала ошибочным, на деле оказался единственно правильным.

— Изабела.

— ...Да.

— Знаешь... — пробормотала Эстель с непроницаемым лицом. — Захад. Если мы спасем его заодно, как думаешь, может, он перейдет на нашу сторону?

Это неожиданное замечание заставило Изабелу беспомощно рассмеяться. Она смахнула слезы, незаметно покатившиеся по щекам.

— Он обязательно придет. Пойдем, Эстель.

— Да, Изабела. Пойдем.

Эстель протянула руку и нежно стерла красноту в уголках глаз Изабелы.

— В этот раз я не отпущу тебя одну.

◇ ◇ ◇

— Это авантюра.

Матьер из трущоб заявил об этом прямо, но каждый из Пяти Когтей покачал головой.

— Даже если это авантюра, мы должны идти.

— Как думаешь, благодаря кому мы оказались там, где находимся сейчас?

— ...Мы возвращаем долги.

— Босс ведь поступил бы так же, верно?

— Именно. Мне страшно, но все равно!..

Матьер прижал руку ко лбу. Это был критический момент, способный лишить их всего, чего они с таким трудом добились в этом городе.

— Мы говорим о Парамире. Это место погубило целый город. Это ничем не отличается от войны.

— Война? Разве мы не воюем каждый божий день?

— Это совсем не похоже на драки в подворотнях. Ты лучше кого бы то ни было знаешь, как мы зубами выгрызали себе путь наверх, Гектор. Ты действительно готов все это выбросить?

— Знаю. Я все знаю, но...

Гектор усмехнулся, и эта ухмылка до боли напомнила одного человека.

— Босс все равно на первом месте, Матьер.

— Зачем делать это ради того, кто, возможно, уже мертв?!

— Он тот, кто изменил наши жизни. И теперь пришло время платить по счетам.

— Он наверняка устроит нам взбучку за то, что мы не пришли раньше, когда вернется живым и самодовольным.

— ...Босс именно такой человек.

— Я бы предпочел избежать нотаций, так что хочу выйти пораньше и ждать его там.

— Очевидно же, Матьер.

— Нет!..

Матьер разразился пылкой тирадой:

— Если вы все сейчас уйдете, это разрушит сам фундамент организации!

— Мы быстро закончим и вернемся, разве нет?

— Там совсем другие масштабы, именно об этом я вам и толкую!

— Если дело касается босса, он сможет свести все к привычным масштабам.

Гектор поднял руку, и из его Священной Стигмы просочилась странная тьма.

— Я впервые использую эту силу, но... она кажется знакомой. Солнце зашло, но тень все еще осталась.

— Какая польза от верующего, который не следует за своим жрецом?

— ...Нас бесполезно останавливать.

— Мы идем, Матьер.

— Так оно и будет, Матьер. Знаешь почему?

Наташа лучезарно улыбнулась:

— Потому что мы верующие босса!

Матьер мысленно взвыл.

«Этот чертов ходячий хаос...»

«Даже застряв там, откуда невозможно выбраться, он все равно умудряется доставлять проблемы!»

Пять Когтей были фактически символом Черной стали. Черную сталь без них невозможно было представить.

Матьер шагнул вперед, преграждая им путь.

— ...Я не могу вас отпустить.

— Тебе придется.

— Не в таком виде.

— ...Хм?

Матьер быстро прикинул все в уме, подсчитывая шансы.

Возможно, это была главная авантюра в его жизни. После того как они с таким трудом взобрались на вершину, этот шаг мог лишить их всего.

Но что произойдет, если Пять Когтей уйдут? Сможет ли он по-прежнему называть то, что останется, Черной сталью?

Захад.

Если ты... если ты действительно сможешь вернуться из этой преисподней!..

— ...Гр-р-р.

Тогда тебе лучше вернуться живым. Ты просто обязан это сделать.

— ...Одной романтикой сыт не будешь.

Когда рушится опора, рушится и вся организация.

Когда рухнет организация, каждая монета, которую он вложил, превратится в мусор.

Меньшее зло во избежание худшего.

— Я соберу столько наемников, сколько смогу.

Пора выдвигаться.

Чтобы сделать главную ставку в жизни.

— Пять Когтей пойдут не одни.

— Это значит?..

— Я открываю казну.

Сокровищница Матьера, которую он оберегал со всей скупостью человека, никогда не тратившего лишней монеты, распахнулась.

— В этом мире нет ничего, что нельзя было бы исправить с помощью денег.

◇ ◇ ◇

— ...Дерзко.

Тиельра, Дева Дня, открыла глаза и медленно повернулась.

На полу на коленях стояла покрытая ранами женщина. На ее лицо было больно смотреть, да и на всем теле не осталось живого места.

Руки были превращены в лохмотья, а сломанных костей было не счесть.

И все же она продолжала держать голову высоко. Ее взгляд оставался точно таким же, как и в тот момент, когда она только вошла, — непреклонным, без тени стыда.

«Что это, черт возьми, такое?»

«Неужели это первый столь одаренный "монстр", которого я вижу в таком состоянии за всю свою жизнь?»

Тиельра поднялась на ноги.

— Закончить Теологическую академию всего за одну неделю...

— ......

— Одолеть послушника-паладина всего за две недели...

— ......

— Привлечь внимание Гримуар, Девы Дня, стать кандидатом, а теперь...

Тиельра улыбнулась.

— Ты хочешь одолжить Тарнхельм, священную реликвию Ра? Чтобы найти инквизитора, который то ли жив, то ли мертв в Парамире?

Женщина даже не шелохнулась. Она просто смотрела на нее снизу вверх, держа спину прямо.

Этот взгляд. Эта несокрушимая воля.

— Что, черт возьми, заставило тебя так отчаяться?

— ...Связь.

Ответ прозвучал весомо, и именно поэтому Тиельре он показался абсурдным.

О какой связи можно говорить с таким спокойствием, перенеся всю эту боль?

В конце концов, это лишь мимолетное чувство. Дева Дня должна устремлять свой взор только на спину Ра и ни на что больше.

Любые личные чувства сверх этого — непозволительная роскошь.

— Разве ты не сама говорила, что хочешь стать Девой Дня?

— Говорила.

— И все же ради одного мальчишки... ты готова броситься в пасть смерти? Туда, с чем не смогла совладать даже имперская армия?

— Да.

— Неужели эта твоя связь действительно так важна? Стоит ли она твоей жизни? Достаточно ли она ценна, чтобы отказаться от мечты стать Девой Дня?

Упала капля воды.

Айрин, покрытая ранами, подняла голову.

Она заговорила спокойным тоном, словно в этом не было ничего особенного, словно все так и должно быть:

— Да.

— Почему?

Взгляд Айрин расфокусированно устремился в пустоту.

Ее голос звучал тихо.

Но он не дрожал.

— Потому что я обещала... что приду и заберу его.

«Приду и заберу его...»

Какой нелепый ответ.

— ...Ха-ха.

— С-сестрица... Думаю, она уже все поняла, тебе не кажется?..

— Замолчи, Гримуар.

Гримуар, Дева Дня, вздрогнула и вжалась в угол.

Тиельра шагнула к Айрин и прижала кончик меча к ее израненному телу.

Ни стона, ни крика. Даже когда лезвие надавило на переломы, лицо Айрин ни разу не дрогнуло.

Решимость.

Воля.

— ...Кто бы ни был этот парень, он чертовски везучий дурак.

«Когда-то давно...»

«Когда-то давно я тоже была такой».

Тиельра убрала меч, сняла с пальца кольцо и бросила его перед Айрин.

— Возьми.

— ...Спасибо.

— С-сестрица?! Ты серьезно отдаешь его ей?!

— Если ты хотела исправить ее характер, тебе следовало сделать это самой, Гримуар. Ты ведь привела ее ко мне в тайной надежде на это, верно?

— Д-да, но я и подумать не могла, что ты действительно отдашь его ей! Это ведь одна из священных реликвий Ра, дозволенная только Девам Дня!..

— Айрин.

Айрин подняла взгляд. Тиельра наклонилась и посмотрела ей прямо в глаза.

— Ты еще не Дева Дня.

— ...Нет.

— Естественно, ты не можешь одолжить и Тарнхельм. К тому же это священная реликвия, совладать с которой тебе пока не под силу.

— ...Я знаю.

— Но если ты все же хочешь забрать его, то поклянись. Поклянись, что как только покончишь со своими былыми привязанностями, ты вернешься сюда.

Тиельра слабо улыбнулась.

— Ты мне нравишься. Такие упрямицы, как ты, всегда держат свое слово. Уверена, ты станешь достойной Девой Дня. Если у меня появится толковая младшая, возможно, я наконец-то смогу немного отдохнуть.

— С-сестрица! И все же, решать такое в одиночку!..

— Ты можешь пообещать, что вернешься?

Айрин подобрала кольцо. Держась за покалеченную руку, она поднялась на ноги.

— ...Я вернусь.

Ее голубые глаза холодно и чисто блеснули.

— Я вернусь и снова встану здесь, Тиельра.

— Тогда скройся с моих глаз, упрямая дура. Гримуар, подлечи ее как следует и отправь в путь.

— Ч-что?! Сестрица?! Айрин?! Да что здесь вообще происходит?!..

Айрин крепко сжала пальцы вокруг кольца — священной реликвии, дозволенной только Девам Дня.

Абсолютный доспех — Тарнхельм.

Айрин подняла взгляд и посмотрела на улицу. Солнце все еще ярко светило. Смотрел ли он сейчас на это же солнце там, в Парамире?

«Я сказала, что приду и заберу тебя, так что я иду».

«Где бы ты ни был, там мое место».

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (3)

Глава 78: Карательный поход в Парамир (3)

— ...Ужасно.

Командующий своей армией маркиз Асваль Хальц цокнул языком, глядя на гниющую плоть, стекающую по внешним стенам Парамира.

Она извивалась, бурля словно нечто живое. Вся внешняя стена оказалась покрыта этой мерзостью, и время от времени внутри нее угадывался силуэт какого-то огромного существа.

Никто не знал, что происходит внутри. К стене можно было приблизиться, но стоило войти, как наружу лавиной хлынули бы монстры — ужасающие твари, которые продолжали возрождаться, сколько бы их ни убивали.

Поджигать плоть было бесполезно, и даже бомбардирующие заклинания не приносили вреда — она попросту регенерировала. Сам Парамир превратился в неприступную крепость.

Единственным утешением было лишь то, что, пока стену не провоцировали, она никак не реагировала.

Асваль поднял голову и оглянулся на свое войско.

Две тысячи солдат в гарнизоне, меньше сотни рыцарей и всего тридцать магов.

Личные солдаты, набранные из его собственных владений, — люди, последовавшие за ним и готовые умереть, но их численность была слишком мала.

Так пусто здесь было не всегда. Не только он, но и другие дворяне привели свои частные отряды, однако затем последовал внезапный имперский указ, и остальные отступили. Все они ушли под предлогом того, что за последний месяц не наблюдалось никаких серьезных аномалий.

Единственной армией, оставшейся здесь под знаменем пограничной стражи, было войско Асваля Хальца.

— ......

Пограничная стража лишь на бумаге, а на деле — армия, которую в случае чего первыми бросят на растерзание монстрам. Асваль Хальц прекрасно понимал, почему так произошло.

«...Потому что я следую за Третьей имперской принцессой».

Значит, наследный принц вознамерился полностью искоренить то немногое, что осталось от ее фракции.

Вернувшись в свою палатку, Асваль задернул полог и погрузился в раздумья.

Крайне затруднительное положение. Это ничем не отличалось от сидения на пороховой бочке, которая могла взорваться в любой момент. Как подтвердили результаты нескольких разведывательных вылазок, твари внутри Парамира были фактически бессмертными чудовищами.

Вступишь с ними в бой — и погибнешь. Пробиться внутрь невозможно.

Но и веских причин для отступления тоже не имелось.

Империя будет сохранять статус-кво до тех пор, пока внешняя стена не рухнет и он, последний символ дела Третьей принцессы, не сгинет.

«...Смерть меня не пугает. Если это ради Империи, то принесение в жертву этой единственной жизни оставит после себя лишь славу».

«Единственное, что ранит мою душу — это мысль о госпоже, оставшейся в одиночестве».

Сделав долгий, медленный вдох, Асваль Хальц отпил немного воды, чтобы успокоиться.

Дозоры несли службу без перерыва, днем и ночью. Армия приходила в движение всякий раз, когда за слоем плоти шевелилось массивное существо, а число дезертиров постепенно росло.

— Это... это безумие...

— Нам нужно бежать, пока эта тварь не выползла наружу!

Две тысячи солдат сократились до тысячи восьмисот. Даже несмотря на жесткие меры со стороны рыцарей, дело дошло до этого.

К тому же активность покрытых плотью стен постепенно усиливалась. Огромное существо, видневшееся за ними, замечали все чаще и чаще.

Что бы это ни было, все указывало на то, что нарыв вот-вот прорвется.

— ...Неужели конец уже близок?

— Вовсе нет, Ваше Превосходительство!

— Рог, который никогда не умолкает, огласит эти равнины!

— Имя Асваля Хальца навсегда останется в истории Империи!

— Даже если что-то случится, Ваше Превосходительство, умоляем, используйте нас как свой щит и выживите, чтобы продолжить борьбу!

Услышав слова своих верных рыцарей, Асваль горько улыбнулся.

— ...Я благодарен вам, но у меня нет желания выживать столь постыдным образом.

Позади линии фронта располагалось несколько деревень. Жившие там люди наотрез отказались уходить, даже получив предупреждение об опасности.

Причина их упрямства была довольно проста: они не могли бросить землю, на которой построили свою жизнь, из-за того, что еще даже не произошло.

Жизнь аристократа и жизнь простолюдина — совершенно разные вещи.

Асваль Хальц был обязан защитить их. С того самого момента, как он принес рыцарскую присягу, он всегда был готов обнажить меч ради народа Империи.

По крайней мере, если все пойдет прахом, он должен выиграть для них время на эвакуацию.

Если уж ему суждено умереть в этом месте, то пусть это случится с честью. Асваль Хальц поднялся на ноги.

— Пусть солдаты отдыхают. Я сам встану в дозор.

— Ваше Превосходительство!

— Вам незачем делать это...!

— Эти люди отдали за меня свои жизни. Меньшее, что я могу сделать...

Полог палатки распахнулся. Внутрь ввалился солдат и рухнул на одно колено.

— Ваше Превосходительство!

«Значит, этот час все-таки настал».

Асваль крепче сжал рукоять меча.

— Внешняя стена рухнула? Монстры наступают?

— Н-нет, господин! Мы заметили вооруженных людей, приближающихся к позициям нашей армии!

— ...Сколько их?

— Где-то от пятидесяти до шестидесяти человек, господин!

Неопределенное число. Неужели наследный принц передумал?

— При них были какие-нибудь знамена?

— Знамен нет, господин, но... — Солдатик запнулся и продолжил, заставив Асваля растерянно захлопать глазами: — Судя по их облачению и знакам отличия на одежде... похоже, это паладины Ра!

— ...Что?

Зачем им быть здесь?

Что, черт возьми, могло привести их сюда?

◇ ◇ ◇

— Я Димонаас, Великий инквизитор Культа Ра. Для меня большая честь встретиться с вами, маркиз Асваль Хальц.

— Да осветит ваш путь милость богов.

Асваль принял приветствие с кислым выражением лица, переводя взгляд на выстроившихся позади нее паладинов.

Особый знак отличия, выделявшийся даже среди символики Ра.

Инквизиторы. Те, кто вершит суд над демонами и еретиками.

Но зачем они явились в Парамир?

— Вас призвала Империя? Я не получал никаких предварительных уведомлений.

— Нет.

— Тогда зачем вы здесь?

Ответ оказался на удивление простым.

— Внутри Парамира удерживают инквизитора.

— ...Одного человека? — Они привели пятьдесят человек, чтобы спасти всего одного? — Должно быть, это кто-то очень важный.

— Обычный инквизитор.

— ...Он владеет какими-то жизненно важными сведениями?

— Нет. Просто паладин, участвовавший в поисковом отряде в Парамире.

— ......?

Они идут на такие трудности ради спасения одного ничем не примечательного паладина?

Асваль бросил взгляд на стоявших позади Димонаас паладинов — на лице каждого из них читалась железная решимость.

Словно они уже примирились со смертью.

«...Я слышал, что среди инквизиторов полно безумцев, но... неужели они все коллективно лишились ума?»

Отправить пятьдесят человек в смертельную ловушку ради спасения одного?

— Парамир, как вы сами видите, находится далеко не в обычном состоянии.

— Я знаю.

— Стоит войти внутрь, как оттуда хлынут монстры.

— Я знаю.

— Они не умирают.

— Я знаю.

Асваль все понял. Они действительно просто-напросто сошли с ума!

— ...Что ж... если вы действительно твердо решили войти... я не стану вас останавливать, но... — Асваль с силой почесал затылок. — Не могли бы вы показать мне документы, подтверждающие, что вы из Культа?

— У меня их нет.

— ......? Вы дезертировали?

— Верно.

— Чтобы спасти одного товарища... все вы?

— Да.

Определенно сумасшедшие, все до единого!

— Я могу расчистить вам путь, но буду признателен, если вы поймете: я не несу ответственности за то, что произойдет дальше. Моя армия останется здесь.

— Все в порядке. Мы уже приготовились к этому. Достаточно того, что вы не станете нам мешать.

— Ну... раз уж так...

— Ваше Превосходительство!

В палатку снова влетел солдат. Ощутив дежавю, Асваль небрежно спросил:

— Внешняя стена ведь не рухнула?

— Нет, господин! Однако... — Солдат взволнованно заговорил: — Группа примерно из сорока человек сейчас приближается к позициям нашей армии!

— ......? — Асваль нахмурился. — Неужели Культ Ра?

Димонаас заметно вздрогнула.

— Неужели уже отряд преследования...?

— Судя по их одежде и знакам отличия... — Последовавшие слова солдата заставили Асваля в недоумении сжать свой кубок: — Мы полагаем, что это Культ Змеи, господин!

А этим-то что здесь понадобилось?

◇ ◇ ◇

— Я Апостол Эстель.

Тяжеловес. В палатку только что вошла по-настоящему влиятельная фигура. В религиозной иерархии Апостол Культа Змеи приравнивался к герцогу.

— Асваль Хальц. Что привело вас в это место...?

— Пожалуйста, освободите дорогу, чтобы мы могли войти в Парамир.

— Это из-за инквизитора, который находится внутри? — спросил Асваль, повинуясь интуиции.

— ......? Откуда вы знаете?

— У вас есть предшественники.

В палатку вошла Великий инквизитор Димонаас. Встретившись взглядом с Эстель, она вздрогнула:

— П-почему ты здесь?

— А ты почему...?

Между ними проскочила искра напряжения. Изабела, стоявшая рядом с Эстель, взволнованно спросила:

— В-Великий инквизитор Димонаас! Инквизитор Захад жив?!

— Я и сама не знаю, потому и пришла... Только не говорите мне, что Культ Змеи действительно направил силы на спасение Захада?

— Нет. Это мое личное решение.

«И эта тоже дезертир!»

Асваль потер лицо руками. Что же это за человек такой, этот инквизитор Захад, ради которого сразу два разных культа бросаются в смертельную опасность?

Он явно не казался простой фигурой... Может, он владеет каким-то секретом об этих монстрах? Или даже способом вернуть Парамир в нормальное состояние...?

— ...Раадатук.

— Изабела.

Два паладина обменялись взглядами и коротко пожали друг другу руки.

— Рад снова встретить тебя в качестве союзника.

— Взаимно. Я уже доверяла тебе свою спину однажды — доверюсь и сейчас.

— С тобой спокойнее.

— Прошу прощения... нет... не думаю, что сейчас подходящее время для столь непринужденного воссоединения...

Под вздох Димонаас солдаты в очередной раз распахнули полог палатки.

Асваль даже не стал больше спрашивать:

— Кто на этот раз?

— Д-да, господин? Ч-что ж, на этот раз масштабы куда внушительнее! Подтверждено пятьсот солдат! Пять рыцарей в авангарде!

— Пятьсот? Не церковники?

— Никак нет, господин! Судя по наблюдениям, разношерстное вооружение указывает на то... что это, скорее всего, наемники!

Наемники? С чего бы здесь появляться наемникам?

◇ ◇ ◇

— ...Вы кто такие?

Розмари захлопала глазами. Даниэль, встретившись с ней взглядом, широко раскрыл глаза:

— Сестра! Почему ты здесь?!

— Могла бы спросить тебя о том же.

— Нас нанял один человек. За весьма щедрую плату. И, кроме того... мы просто не могли перестать думать о том, что оставили там младшую сестренку... — Даниэль ухмыльнулся Розмари в своей обычной вкрадчивой манере. — То, что мы снова встретились — разве это не похоже на судьбу?

— Закрой рот, пока я сама его тебе не закрыла.

— ......

Пятеро человек, ехавших во главе наемников, спешились.

— Черт. Что нам делать?

— Я никогда раньше не встречал аристократов.

— Как там у них с этикетом...?

— Давай ты!

— Я... я лучше здесь постою...

После недолгой перепалки один из них шагнул вперед. Крупный мужчина неловко прокашлялся:

— Э-э, д-доброго дня вам, Ваша Светлость. Меня зовут Гектор, и причина, по которой мы пришли, ну...

— Вы пришли за Захадом?

— А? Откуда вы узнали...?

— Этот его друг... — Асваль цокнул языком. — Что же он за человек такой?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (4)

Глава 79: Карательный поход в Парамир (4)

Асваль Хальц откашлялся, пытаясь подобрать слова посреди этого противостояния четырех сторон.

Он пытался разобраться в происходящем, но чем больше старался, тем сильнее все запутывалось.

— Ваша сторона... то есть... Великий инквизитор Димонаас из Культа Ра. Вы прибыли с пятьюдесятью четырьмя инквизиторами... и в данный момент являетесь дезертиром... верно?

— Верно.

Димонаас коротко кивнула. Стоявшие за ее спиной инквизиторы зашептались между собой:

— Я понимаю, почему здесь Культ Змеи, но кто эти наемники?

— Как далеко простираются связи Брата?

— Средства, которые в последнее время лились рекой... неужели это все... из-за Брата?

— Охренеть. Ни за что бы не подумал.

Асваль вздохнул и перевел взгляд на сторону Культа Змеи.

— Значит, эта группа... Апостол Эстель из Культа Нага. Под вашим началом сорок шесть паладинов. Вы утверждаете, что привели весь Орден Паладинов Черной Чешуи? И вы тоже дезертиры?

— Верно.

Эстель подтвердила это со своим обычным бесстрастным выражением лица. Стоявшие за ее спиной паладины зашептались между собой:

— Слыхали, инквизиторы дезертировали?

— Почему?

— Без понятия. Похоже, они собирались бросить жреца Захада.

— Бросить такой талант? Кучка слепых идиотов.

— Давайте предложим забрать его к нам, раз уж на то пошло.

— И что нам делать с кем-то из Церкви Бога Солнца?

— Если это он, думаю, он отлично справился бы даже с ролью экономки.

— Согласен.

Повернув голову, Асваль взглянул на последнюю группу.

— Отряд наемников... цель задания — спасение людей внутри Парамира. Общая численность — пятьсот двенадцать человек. Верно? И ты здесь за главного, Гектор?

— Д-да, господин.

— Можешь не церемониться, если тебе неловко.

— О, спасибо.

Стоявшие за спиной Гектора наемники зашептались между собой:

— Такое ощущение, что мы приперлись сюда зря.

— Заплатили хорошо, вот мы и явились, но тут уже у внешней стены творится какой-то кошмар.

— Слышал, внутри еще и монстры водятся.

— Очевидно же, что там все мертвы, верно?

— Просто сделаем вид, что ищем, и повернем назад.

Асваль потер лицо. Он думал, что все закончится обычным дезертирством членов Культа Ра, но масштабы разрослись до невероятных размеров.

Бессмысленная жертва. Даже если они войдут туда, у него не было причин их останавливать, но пока Асваль решил выступить посредником.

— Я не знаю, кто такой этот Захад, но внутри Парамира творится сущий ад. Не думаю, что там остался хоть один выживший.

— А, насчет этого... он жив.

Все взгляды устремились на него. Гектор, натянув капюшон, неловко поднял руку:

— Мы, э-э... заключили своего рода контракт, так что можем по крайней мере подтвердить, жив ли другой. Командир Захад еще не умер, но...

Димонаас рухнула. Она буквально сползла со своего стула.

— Я-я так и знала! Я же говорила! Этот человек выживет, как таракан, даже если небо рухнет на землю!

Изабела молитвенно сложила ладони:

— Спасибо... спасибо тебе... Нага...

Инквизиторы и паладины Культа Змеи расплылись в широких улыбках:

— Конечно же он справился, мы ведь говорим о нем!

— Естественно! Он из тех, кто выберется даже из глубин преисподней!

— Я понял это еще в тот момент, когда он оказался внутри тела того монстра...

— Если честно? Я ни разу не подумал, что он мертв. Такие люди просто так не умирают.

Асваль прищурился:

«Да что же он за человек такой, этот Захад?»

— Что ж... ладно. Возможно, он и жив. Но войти внутрь — это совсем другое дело. — Асваль откашлялся, привлекая к себе внимание. — Прямо сейчас внутри все кишит монстрами, которые не умирают. Разрубишь их мечом — они восстанавливаются. Сожжешь — им хоть бы хны. Ударишь магией — и они вскоре приходят в себя. Идти в место, полное бессмертных тварей, откровенно говоря, самоубийство.

— ...Возможно, вы и правы. Идти туда в нашем нынешнем состоянии, откровенно говоря, самоубийство.

Димонаас взобралась обратно на свой стул.

Асваль кивнул:

— Так что давайте прекратим эти бессмысленные попытки и отступим...

— Тогда почему бы нам не выкрасть монстра из-за внутренней стены?

— ...Прошу прощения?

— Схватим одного целиком и препарируем. Это живое существо, так что если мы найдем слабое место, оно сдохнет. К счастью, у нас есть Раадатук и Розмари, которые всю жизнь провели на полях сражений, а также Апостол Эстель, которой нет равных в использовании Святой силы. Ну и я тоже здесь. — Димонаас хрустнула костяшками пальцев. — Если мы объединим усилия, то сможем найти выход. Изначально я собиралась пробиваться напролом вслепую, но теперь, зная, что есть способ получше, почему бы нам не скооперироваться, пусть даже временно? В конце концов, цель у нас одна, верно?

Эстель слегка кивнула:

— Согласна. Великий инквизитор Димонаас, Культ Змеи окажет полное содействие.

Гектор цокнул языком:

— Я не совсем понимаю, что тут происходит, но... пока это помогает вытащить командира, мне подходит любой вариант.

— Погодите, секунду...

Не успел он их остановить, как эта троица уже заключила сделку. Они столь же стремительно направились к внутренней стене, чтобы похитить монстра.

Растерзанного еще при жизни монстра связали и доставили обратно в лагерь. У Асваля отвисла челюсть от методов, о которых он сам даже боялся подумать:

— Но... когда мы пытались поймать хотя бы одного, они нападали толпой, и мы каждый раз терпели неудачу... как вам это удалось?..

— Да проще простого. Они разваливались на части гораздо легче, чем я ожидала. — Димонаас подняла покрытую гнилой кровью руку, копаясь в извивающейся массе плоти. — Хм... тут нет ничего, что можно было бы назвать ядром. Просто обычный кусок мяса.

— Запах слишком отвратительный для обычной гниющей плоти. Здесь кроется другая причина.

— Я думаю, что движущая сила этого существа кроется не в теле, а в душе...

Паладины склонили головы друг к другу и зашептались. Вывод напросился быстро:

— Проблема в душе.

— ...В душе?

— То, что движет этой гниющей грудой плоти — искаженная душа. Точнее, осколок души. Словно души, наполовину переваренные в чьем-то желудке, вырвались обратно наружу.

Эстель подобрала кусок гнилой плоти и подняла его повыше:

— Организм, движимый силой души. О внутренних органах и говорить не приходится. Он движется лишь в соответствии с заложенными в него командами.

— Разве это не означает, что у него нет слабостей?

— Способ справиться с этим есть. — Димонаас омыла руки водой. — Апостол Эстель. Помоги мне. Нам нужно создать новую священную технику. Я хочу взять формулу очищения, немного изменить ее и создать нечто, что будет напрямую очищать оскверненную душу.

— Особая священная техника... это вполне осуществимо.

— Может, попробуем нанести ее прямо на само оружие?

— Потребуется более сложная формула, но давайте попробуем.

Паладины зашептались:

— Неужели это действительно возможно?

— Переделать стандартную священную технику прямо на ходу?

— Это безумие. Даже если бы мне дали десятилетия, я бы не справился.

— Называть это «переделкой» легко, но по сути это то же самое, что создавать совершенно новую священную технику с нуля.

— И вдобавок ко всему, нанести ее прямо на оружие?

— С ума сойти.

— Неужели существует человек, способный на такое?

Два гения склонились друг к другу. Асваль захлопал глазами:

«Я понятия не имею, что происходит, но дело движется полным ходом».

«Да что это вообще за люди?»

◇ ◇ ◇

Эльфы разлетелись в стороны от взмаха меча. Флора тяжело задышала:

«Что это за монстр такой?!»

Скорость его роста была слишком высокой. В первый день один эльф, сражавшийся с ним, шел примерно на равных. Теперь же все изменилось кардинальным образом.

Даже втроем они не могли победить. Напротив, скорость, с которой их сбивали с ног, только росла.

И вдобавок ко всему...

«Одежда становится все теснее».

Стремительный рост.

Его тело словно расширялось, соответствуя переполнявшей его силе. Телосложение, явно принадлежавшее маленькому мальчику, теперь превращалось в фигуру статного юноши.

Не прошло и трех месяцев с момента его заточения, а перед ней предстала такая картина. Жрец, которого теперь вполне можно было назвать мужчиной, потянулся, вскинув руки над головой.

Черные волосы.

Крупное телосложение.

И вдобавок к этому мускулистая спина.

То, как он похлопывал мечом по плечу, больше не выглядело мило.

«Он потрясающе крут!»

В последнее время Флора все чаще ловила себя на том, что избегает взгляда Захада. Это было трудно объяснить, но...

От одного лишь взгляда этих непостижимых глаз ее задница невольно сжималась. Она ловила себя на том, что инстинктивно начинает наклоняться вперед, даже не осознавая этого.

«Ах...»

«Я... я хочу, чтобы меня ударили».

«Получить удар этой большой ладонью... хрюкая, как свиноматка...»

«Но я не могу сказать это вслух... во мне течет кровь гордой Королевы Фей...»

— Что ты делаешь?

— Нгх...

Победить его изначально было невозможно. Чтобы заставить его отшлепать ее, ей пришлось бы его одолеть, а это было невыполнимо.

Даже когда Флора призывала духов и создавала фамильяров, все они рассыпались в прах.

— Ты мне больше не соперница...

— Все еще недостаточно.

— Разве ты уже не можешь одолеть монстров снаружи?

— Кто, я? Это все равно что бросать яйцо в скалу. Я отлечу, а скорлупа разлетится вдребезги.

Захад лениво рассек мечом воздух, подняв порыв ветра, от которого растрепались волосы Флоры.

— ...Если даже на таком уровне ты все еще не можешь победить... насколько же силен противник?

— Эта тварь в одиночку разрушила целый город. Было бы странно, окажись она слабой, верно?

— Ну... это правда, но...

Арис.

Каждый раз, когда это имя всплывало в ее мыслях, Флора чувствовала укол меланхолии. Любой, кто прочитал дневник до конца, не мог не почувствовать то же самое.

— Она ведь жалкое дитя...

— Не поддавайся сантиментам. Она — противник, которого мы обязаны убить.

— Неужели... нет другого пути?

— Есть.

— П-правда?!

— Но я собираюсь убить ее.

— Почему?!

— Это раздражающе сложно. Убить ее гораздо проще. В идеале я бы сначала шарахнул по ней из Магической осадной пушки внутри Парамира, а затем пронзил бы ее сердце клинком.

Его взгляд, устремленный в пустоту, был абсолютно серьезен. Флора покачала головой:

— Е-если есть способ спасти ее... разве мы не должны попытаться? Она ведь тоже жертва. Дитя, которое провело всю свою жизнь на цепи в часовой башне...

— Хочешь цепляться за дешевое сочувствие и умереть из-за этого?

— Н-но ведь способ есть...

— Хочешь, я расскажу тебе, в чем заключается этот сложный метод?

— И в чем же?

Захад плавно опустился на пол. Их взгляды встретились, и Флора поспешно отвела глаза.

— Первый шаг — сдержать монстра Арис. Когда мы выберемся наружу, нас, скорее всего, будет ждать огромное чудовище. Нам придется связать все его конечности и полностью обездвижить.

— ...А потом?

— Если проделать дыру в районе груди, то внутри окажется Арис. Придется силой вытащить ее оттуда.

— Это звучит проще, чем я думала?

— После этого придется сразиться с самой Арис напрямую. Гигантский монстр — это лишь половина силы, которой она владеет. Вторая половина все еще при ней. Это будет жестокий бой.

— Разве мы не можем просто победить?

— Думаешь, это так просто? И это еще не конец. Чтобы спасти Арис, тебе придется полностью отделить ее от монстра, удерживая ее в подчинении. Можно назвать это вторичным разделением. — Захад с глухим стуком бросил меч на пол. — Для первого разделения требуется помощь извне. Ее нужно поддерживать непрерывно... а чтобы достичь второго разделения, придется удерживать Арис в течение долгого времени. Вдобавок ко всему понадобится помощь третьей стороны. Все сведется к битве на выносливость. Думаешь, разорвать слияние душ так просто? Даже Апостол едва ли справился бы с этим, а уж такой человек сюда точно не придет.

— ...Угх... и все же...

— И помимо всего прочего, самой Арис понадобится воля к жизни. Подумай об этом. Если отобрать у нее все, включая монстра, как думаешь, захочет ли она жить? По сути, это то же самое, что лишить ее единственного шанса на свободу.

— У-у-угх...

— По целому ряду взаимосвязанных причин смертный приговор Арис окончателен. Даже не думай о ее спасении. Мы выживем только в том случае, если убьем ее. Ты ведь обязана вернуть Слезу Игдрасиля на свою родину, верно?

— Это правда, но... — Флора прижала дневник к груди и вздохнула. — Тогда... гипотетически. Чисто гипотетически... если бы все эти сложные условия каким-то образом были выполнены... ты бы все равно убил Арис?

— Да как такое вообще возможно. Очевидно же, что подкрепления не будет.

— Но всегда есть один шанс на миллион. Что, если ты ошибаешься? Что, если люди снаружи изо всех сил пытаются спасти тебя?

— Не говори глупостей.

— Н-не говори так! Я просто прошу тебя рассмотреть гипотетическую возможность! Т-точно! Давай заключим сделку! Со мной! Если все условия будут выполнены... как насчет того, чтобы попытаться спасти Арис?

Захад молча уставился на нее. Он замер, словно в растерянности, а затем яростно почесал затылок:

— Ну... то есть... если бы обстоятельства сложились удачно... у меня нет особых причин убивать ее... к тому же, если бы Арис спасли, ее можно было бы использовать как полезную карту... — Захад, прервав свои размышления, устремил на Флору острый взгляд. — И что ты дашь мне взамен?

— А... эм... — Флора неловко улыбнулась. — К-как насчет... меня?

— Проваливай.

— Почему-у-у-у-у?!

— Даже сделка должна быть финансово выгодной... и что мне делать с эльфийкой-мазохисткой, которой нравится, когда ее шлепают?

— М-м-мне не так уж сильно это нравится?!

— Вот именно. Сделки не будет. — Захад пожал плечами. — В любом случае, это гиблое дело. Это настолько невозможно, что я бы отказался, даже если бы сама Королева Фей попросила. Не то чтобы снаружи собиралась хлынуть целая армия... этого просто не может произойти.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (5)

Глава 80: Карательный поход в Парамир (5)

Священная техника, которую она разрабатывала, взорвалась. Внезапная взрывная волна сбила Димонаас с ног.

— Великий инквизитор?!

— Назад!

Буря чистой силы разорвала воздух. Пыль хлестала её со всех сторон. Лишь после того, как её тело оказалось иссечено в десятке мест, Димонаас наконец закашлялась.

Одежда её превратилась в лохмотья. Из многочисленных порезов на коже струилась кровь.

Каждая священная техника, которую изучали паладины, была стандартизирована — единственная успешная формула, выведенная из сотен и тысяч неудачных попыток. Создание новой священной техники с нуля приравнивалось к посягательству на владения кардинала Арпины. Даже если не принимать во внимание побочные эффекты, подобные вещи не создавались экспромтом на месте.

Стоило святой силе пойти вспять или формуле запутаться, как всё мгновенно взлетало на воздух. Бывали люди, которые погибали от взрыва, пытаясь разработать новые техники.

Но Димонаас не остановилась. Она вытерла кровь, сочившуюся из рассеченной щеки.

«Я всё ещё могу это сделать».

«Ещё немного...!»

— ...Великий инквизитор Димонаас, — негромко произнесла Эстель с бесстрастным лицом. — Отдохните, если вам тяжело. Я справлюсь и одна.

— Если я остановлюсь, темп замедлится.

— ......

— Захад наверняка взял с собой кучу припасов, когда отправлялся туда. Но сколько он сможет на них продержаться — я не знаю. Прошло уже четыре месяца. Он там, держится совсем один.

Святая сила вновь замерцала вокруг рук Димонаас.

— Он из тех, кто может справиться со всем в одиночку. А значит, если он не может выбраться... это значит, что один он не справляется. Если я не помогу ему в такой момент, то кто поможет?

— ...Великий инквизитор Димонаас. Кем для вас является Захад?

— Он подчиненный, о котором я забочусь. Молодой человек, которому я доверяю.

— Но ведь это ещё не всё, верно?

— ......

Захад.

Инквизитор Захад.

Димонаас молча зашевелила руками. Она накладывала формулу за формулой, выстраивая очередную священную технику. На этот раз немного иначе. Структура отличалась от предыдущей.

— ...Захад.

На кончиках её пальцев заплясали огоньки пламени.

— Он справлялся с вещами, которые я считала невозможными, будто в них не было ничего особенного. Я никогда не видела ничего подобного. Даже представить себе не могла.

— ......

— К тому же он спас моих подчиненных. В таком-то возрасте. Разве это укладывается в голове?

— ......

— Он вытащил Пятый отдел Инквизиции из грязи, в которую его втоптали, и сплотил инквизиторов, чьи судьбы были разрушены.

— ......

— ...И... и знаете что?

Димонаас резко вскинула голову. Слова посыпались из неё быстрее.

— А самое главное — он первый человек, который когда-либо покупал мне выпивку! Вы хоть представляете, что это значит?! И не какую-то дешевку, а бутылку стоимостью в миллионы! Я всегда возвращаю долги! Вот кто такая Великий инквизитор Димонаас!

— Сплошные оправдания.

— Ч-ч-ч-что?! Вовсе нет!

— Давайте вернемся к работе.

Апостол Эстель тихо вздохнула. Привычным жестом она сплела сложную формулу священной техники.

Основой было очищение, структурированное так, чтобы по кусочкам пожирать растерзанные души.

Она не могла поддерживать свой эффект бесконечно, но за счет резкого сокращения времени активации её сила многократно возросла. Ещё месяц, и структура священной техники будет полностью завершена.

...Но.

— ...Конкуренция обещает быть жесткой.

Розмари, которую она видела ранее, во время ожидания тренировалась с почти маниакальным упорством. И мотивы её вряд ли были чисто невинными.

Эстель была проницательной. Ей хватало одного взгляда, чтобы прочесть женское сердце.

— Изабела.

Изабела, стоявшая неподалеку на страже, быстро подошла к ней.

— Вы звали меня?

— Похоже, впереди тебя ждут тяжелые времена. Держись.

— ...Прошу прощения?

◇ ◇ ◇

Асваль Хальц сжал пальцами переносицу.

Снаружи было шумно. Явилось пятьсот наемников — с этим количеством они едва справлялись, но прими они хоть немного больше, прокормить всех стало бы невозможно.

Прошло уже почти полгода с тех пор, как они прибыли сюда.

Время летело быстро, слишком быстро, чтобы за ним поспевать. Солдаты тревожно наблюдали за тем, как с каждым днем разрастается гниющая внешняя стена, и от жары сбрасывали куртки, изнывая в душном зное.

Запасы провизии не были бесконечными. Но у него имелась причина продолжать раздавать еду этим незваным гостям.

— ...Оружие.

Та, кого звали Апостолом Эстель, и та, кого звали Великим инквизитором Димонаас, склонив головы друг к другу, что-то исследовали.

Священные техники. То, что некоторые называли благословениями.

Каждый раз, когда они проводили эксперимент, гниющие груды плоти яростно содрогались. Некоторые из них исчезали без следа.

Если эта штука будет завершена... его армия не просто погибнет бессмысленно — они действительно смогут выстоять и сразиться с полчищами Гнильцов.

Асваль намеренно позволял им копить долг перед ним, гарантируя, что взамен они согласятся сотрудничать.

Как только всё закончится, они по крайней мере не окажутся беспомощно сметены монстрами.

Полог палатки шевельнулся. Асваль поднял взгляд.

— Войдите.

— Прошу прощения за вторжение.

Полог приподнялся, и в палатку вошла молодая женщина.

На ней не было живого места. Тело, на котором она испытывала разрабатываемые священные техники, было покрыто ранами с головы до ног.

— ...Великий инквизитор Димонаас. Вы усердно трудились.

— Это ничто по сравнению с вашими собственными усилиями, Ваше Превосходительство.

«А она умеет подбирать слова». Человек, который бросил собственную организацию и примчался сюда — и всё ради одного-единственного мужчины.

— Присаживайтесь.

Асваль налил простой воды в стакан.

— Благодарю.

— Из Культа пришел указ. Они предупредили, что если вы немедленно не вернетесь, вас лишат должности. Боже правый. И все же я в страшном сне не мог представить, что вы без разрешения притащите с собой половину организации.

— Все в порядке. Я уже была готова к подобному исходу.

— ...Насколько я понимаю, пост Великого инквизитора — весьма высокий ранг. Вы, должно быть, обладаете немалым влиянием в Культе. Должно быть, нелегко было подняться так высоко.

Асваль коротко оглядел её. Маленькая. Хрупкая.

Но сильная. Он наблюдал за её возможностями на протяжении последних нескольких месяцев.

Уровень силы, который не оставил бы шансов большинству имперских рыцарей.

— ...Разве вы не могли просто не делать этого выбора?

— Разве это не относится и к Вашему Превосходительству?

За эти месяцы дистанция между ними сократилась. Димонаас заговорила чуть более непринужденно.

— Ваше Превосходительство тоже стоит здесь ради кого-то.

— ...Справедливое замечание. Но если выразиться иначе — неужели этот Захад настолько важен для вас?

— Разумеется.

— Значит, романтические чувства.

Её бесстрастная маска мгновенно дала трещину.

— Н-н-н-н-нет, вовсе нет?!

— Забудьте. Друг мой, стареть — сомнительное удовольствие. Все вокруг меня в самом расцвете юности... и только я один остался позади.

— Я вам с-с-с-серьезно говорю, всё совсем не так!

— Человеку не стоит совершать поступков, о которых он потом пожалеет. Они будут вечно тянуть тебя назад за лодыжку. Я и сам такой же. Если бы я отказался прийти сюда... и бросил её... я бы жалел об этом даже после смерти.

Воцарилось молчание. Асваль плавно покачал стакан в руке.

— Священная техника завершена?

— ...Да.

— Я так и думал. Есть причина, по которой вы пришли ко мне лично. Вы собираетесь войти в Парамир прямо сейчас?

— Мы как раз наносим новую священную технику на оружие. Все инквизиторы и паладины трудятся над этим сообща, так что... думаю, до конца этой ночи всё будет готово.

— Вот как...

Значит, они все-таки собираются шагнуть прямо в пасть смерти.

— ...Удачи вам.

— Помимо этого, я хотела выразить свою признательность Вашему Превосходительству. Спасибо, что поддерживали нас всё это время.

— Надеюсь, вы заплатите цену за наше соглашение.

— Разумеется. Я намерена нанести священную технику на каждое оружие, которое носят ваши солдаты.

— Священная техника, которую можно наносить в таких масштабах... Я слышал о подобном раньше, но... действительно ли это возможно?

— Будь она постоянной, это было бы невозможно. Но этот эффект угасает в течение двенадцати часов после нанесения.

— Что?

Асваль уперся руками в стол и резко поднялся на ноги.

— Тогда какой вообще смысл её наносить?!

— Это не совсем так, Ваше Превосходительство.

Димонаас сделала глоток воды.

— Внешняя стена рухнет менее чем через сутки. Все обстоятельства явно указывают на это. Это то, что обязательно произойдет.

— Ч-что?! Почему вы не сказали нам раньше...?!

— А что бы изменилось, если бы я сказала? Ваше Превосходительство знает, что вы не можете покинуть это место, даже если внешняя стена рухнет.

— ......

— Мы и сами узнали об этом совсем недавно. Ваше Превосходительство, прошу вас, усмирите свой гнев.

Завершение священной техники и момент, когда монстры должны были хлынуть из Парамира, совпали с поразительной точностью.

Асваль пристально посмотрел на Димонаас тяжелым взглядом.

— ...Вы подгадали время намеренно?

— Оно едва совпало. Мы и сами чуть было не опоздали.

— Если внешняя стена рухнет... Гнильцы, запертые внутри, хлынут наружу бурным потоком.

— Имперские силы, дислоцированные здесь, тоже окажутся сметены этим потоком.

Димонаас подняла руку и осушила стакан до дна.

— Перед Вашим Превосходительством стоит один выбор: быть сметенным здесь — или двинуться вперед вместе с нами.

— В обоих случаях нас ждет смерть. Разве это не одно и то же?

— Мы ставим всё на призрачную возможность выжить. Ваше Превосходительство, вы ведь знаете, что мы изучали Гнильцов?

На поднятой руке Димонаас вспыхнуло пламя Ра. Асваль шумно выдохнул.

— Знаю, но...

— Согласно нашим отдельным исследованиям, внутри Парамира находится сущность, которая отдает приказы всем этим гниющим душам. Ваше Превосходительство, если уничтожить это единственное существо, гниющие души лишатся своего хозяина и покинут тела — это абсолютно точно.

Асваль с тяжелым стуком опустился обратно в кресло. Он прижал пальцы к вискам.

— Это... правда? Мы действительно можем своими руками усмирить то, что творится в Парамире?

— Шансы, конечно, ничтожно малы. Одной лишь волей невозможно одолеть превосходящего вдесятеро врага. Как вы думаете, сколько солдат находится внутри Парамира?

— ...Миллионы...

— Верно. Что ж, даже если сделать скидку на преувеличение, там по меньшей мере сотни тысяч. Сотни тысяч против жалких двух тысяч.

Даже простое число подавляло своей тяжестью. Пусть смерть уже и была принята, колоссальная разница в численности, казалось, сокрушала и тело, и дух.

Смерть уже была принята. Но столкнуться с ней лицом к лицу в реальности — совсем другое дело.

Асваль почувствовал, как тяжесть опускается на его плечи. Время, оставшееся тем, кто стоял здесь, глядя лишь ему в спину, стремительно истекало.

— ...Вы использовали меня.

Асваль откинулся на спинку кресла, словно обессилев.

— Вы намеревались использовать меня с самого начала, Великий инквизитор Димонаас. С того самого момента, как вы прибыли сюда... Вы не просили о помощи лишь потому, что заранее знали: мы все равно поможем вам.

— Использовала Ваше Превосходительство? Мы просто обмениваемся тем, чего хочет каждый из нас. Если вы хотите жить, вам придется взять в руки меч и ринуться в Парамир. Вы должны пробиться сквозь армию Гнильцов и повергнуть то огромное существо, что кажется их хозяином.

Это было безумием. И все же он не мог подавить то, как при этих словах встрепенулся его дух.

— Значит, пан или пропал.

Битва против невозможного. Чтобы одолеть монстров-Гнильцов, придется сжечь дотла каждую оставшуюся жизнь.

Большинство погибнет. Те же, кто выживет, будут едва дышать.

Разницу в численности невозможно преодолеть одной лишь силой воли.

Но даже так...

— Вы предлагаете мне ринуться навстречу смерти?

— Когда впереди пойдет ушедший на покой герой войны Асваль Хальц, остальные обретут мужество надеяться.

— Вы хотите, чтобы я сжег менее двух тысяч солдат ради призрачной неопределенности?

— Две тысячи триста, если быть точной. Наемники тоже пойдут с нами.

Погибнуть беспомощно.

Или ринуться в Парамир, неся в руках хрупкую нить надежды.

Асваль провел ладонью по лицу. Единственная свеча, оставшаяся на столе, опасно заколыхалась.

— ...Ответ уже был предрешен, Великий инквизитор Димонаас. С того самого момента, как вы впервые прибыли сюда... Вы не просили о помощи лишь потому, что с самого начала знали: мы все равно поможем вам.

— С той секунды, как я покинула Культ, я решила использовать всё, что только можно использовать. Я думала об этом на протяжении всего пути сюда. Ваше Превосходительство, который не может уйти, даже зная о приближении смерти, — и я, которая обязана проникнуть в Парамир во что бы то ни стало.

Димонаас протянула руку и накрыла своей ладонью руку Асваля.

— Даже если наши цели различны... если дорога, по которой мы должны идти, одна и та же, разве мы не можем назвать друг друга соратниками?

Она шептала при колеблющемся свете свечи.

— Ваше Превосходительство Асваль Хальц. Я верю, что вы тоже не хотите пасть здесь. Если Ваше Превосходительство погибнет, кто останется подле Третьей имперской принцессы?

— .......

— Пойдемте со мной. Мы войдем в рушащийся Парамир и станем героями. Я отдам вам всю славу до последней капли. Мы преодолеем невозможное и сожжем Парамир дотла.

Её тень, покачиваясь, словно змея, вторила её шепоту.

— Давайте покажем этим гниющим тварям, что лев Империи ещё не состарился, Ваше Превосходительство.

— ...Вы, случайно, не из Культа Змеи вместо Культа Ра?

— О боже, какое недоразумение. Я — Великий инквизитор Димонаас.

«Ужасающая женщина».

Асваль Хальц молча посмотрел на её руку, сжимающую его ладонь.

— ...Я-то думал, что вы все просто сборище безумцев...

— Вы так думали?

— Но их предводитель — безумнее всех.

— Приму это за комплимент.

Асваль тихо рассмеялся. Сам того не заметив, он уже полностью успокоился.

Если подумать, её вины здесь не было. Внешняя стена в любом случае рано или поздно рухнула бы, и гарнизон неизбежно оказался бы втянут в это бедствие.

Не было никакой нужды вымещать на ней свою досаду.

Напротив, ему следовало быть благодарным.

Она бросила ему спасательный круг в битве, где у него не было ни единого шанса на победу.

Бросить вызов невозможному, значит.

Ухватиться за призрачную нить надежды и прорубить путь к выживанию. Броситься наперерез катастрофе, готовой хлынуть из Парамира?

О-о.

Сердце рыцаря вспыхнуло пламенем, достаточно жарким, чтобы сжечь любые доводы разума, удерживавшие его до этого.

Для старого, ушедшего на покой солдата — разве не такое поле битвы он заслуживал?

— ...Неплохо. В самый раз для моего последнего боя.

Асваль поднялся на ноги. Он застегнул ремни снаряжения, которое до этого отложил в сторону.

— Каковы шансы?

— ...Процентов пять?

— Боже правый...

Асваль Хальц крепко сжал рукоять меча.

— Не слишком ли щедрое поле битвы для старого рыцаря на покое?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (6)

Глава 81: Карательный поход в Парамир (6)

Внешняя стена Парамира яростно содрогнулась. Осыпались и рухнули вниз куски зданий, объеденных и затянутых плотью.

Развязка приближалась. Асваль Хальц осмотрел свои войска, подтягивая строй и выслушивая доклады о положении дел.

— Апостол Эстель, вы закончили благословение оружия?

— Как раз наношу последние штрихи.

Зловещий свет заструился от клинков и копий, испещренных сложными руническими узорами. По крайней мере, они не сгинут без боя.

— Сэр Свалантс, вы отправили людей в окрестные деревни?

— Да, господин! Прямо сейчас они руководят эвакуацией!

— А весть в Империю?

— Голуби отправлены, господин! Весть дойдет вовремя.

— Отлично.

Асваль сел на коня и, слегка пришпорив его, повернулся спиной к Парамиру.

Бесчисленные взоры устремились на генерала — глаза тех, кто не покинул его даже перед лицом надвигающейся гибели.

Высокогорный ветер выл. Под ритмичный стук копыт и тяжелое фырканье коней все вокруг сливалось в единое целое.

«Ах... Дует».

Поднявшийся ветер принес вонь гнили.

«Скоро. Еще совсем немного».

Асваль Хальц заметил в строю дрожащего юного солдата, чье лицо покрылось холодным потом, а пальцы побелели оттого, как крепко он сжимал оружие.

— Солдат.

— Д-да, господин!

— Тебе страшно?

— Н-нет, господин! Вовсе нет!

Голос мальчишки дрожал, выдавая охвативший его ужас. Асваль Хальц спрыгнул с коня прямо перед ним, поправил и затянул ослабший ремешок его шлема, а затем ободряюще похлопал по плохо подогнанному доспеху.

— Ты можешь бежать. Ты еще молод, никто тебя не осудит.

— Я... я не побегу, господин!

Юный солдат сглотнул слезы и еще сильнее сжал рукоять меча.

Он посмотрел на генерала с такой искренностью, что Асваль не удержался от вопроса:

— Почему?

— В-Ваше Превосходительство позаботились о моей матери! Вы помогли нам пережить зиму, когда есть было совершенно нечего!

— Я этого не помню.

— Зато я помню, Ваше Превосходительство! Меня учили, что платить добром за добро — долг каждого! По крайней мере... так говорила мама!

Голос юноши срывался от волнения, но он не замолкал:

— Пожалуйста, позвольте мне сражаться позади вас, Ваше Превосходительство! Я обязательно верну долг!

— ...

Асваль пристально вгляделся в лицо юного солдата.

— Как тебя зовут?

— Б-Балкен, Ваше Превосходительство!

— Балкен. Видишь вон ту шевелящуюся стену?

— Вижу, Ваше Превосходительство!

— Скоро она рухнет, и оттуда хлынет орда. Ты и тогда откажешься бежать?

— Я не отступлю даже перед лицом смерти, Ваше Превосходительство!

— ...

Асваль отпустил плечо парня и отступил на шаг.

Он ощущал на себе их взоры. Сотни, тысячи глаз. Каждый солдат, последовавший за ним из родовых земель Хальцев и вверивший ему свою судьбу, смотрел сейчас на своего генерала.

— Балкен...

Внешняя стена содрогнулась снова. Асваль взлетел в седло и посмотрел на юного солдата сверху вниз:

— Если намерен вернуть долг — не смей умирать.

— В-Ваше Превосходительство!

— Выживи и оставь после себя то, что действительно важно, Балкен.

Обнаженный клинок тускло блеснул зловещим светом. Асваль прикрыл глаза.

«Я обязан сохранить жизнь всем этим людям. Неподъемная ответственность давит на плечи...»

И все же, вопреки невыносимому грузу, его сердце пылало. Чувство, которому командующий не должен поддаваться на поле боя — рвение, отзывающееся эхом на каждый удар копыт, напоминающее ему, что он прежде всего рыцарь.

«Ах... Оно приближается. Поле битвы зовет меня».

— Трубите в рог.

Знаменосец приложил рог к губам и сделал глубокий вдох.

Бу-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у-у...

Тихая равнина потонула в этом гуле, а копошащаяся стена содрогнулась от мощной звуковой волны.

— Началось...

Наемники, проверявшие оружие, вскинули головы.

— Ра, защити меня...

Инквизиторы завершили молитвы и взмыли в седла.

— Во имя Наги...

Воины Черной Чешуи тяжело вздохнули.

Построение было завершено. Асваль Хальц повернулся к стоявшей рядом Великому инквизитору Димонаас:

— Инквизитор, передаю вам командование всеми отрядами, кроме имперских войск.

— Вы уверены?

— Я никогда прежде не командовал этими силами. Лучше разделить руководство, чем сеять хаос. Только не вздумайте лезть в мои дела.

— У меня нет подобных намерений.

— Посмотрим. Трудно доверять такой скользкой особе, как вы.

Димонаас чуть усмехнулась и обнажила меч:

— Значит, обойдемся без речей?

— Ну уж нет. Возможно, это моя последняя битва, так что проведу я ее достойно.

Внешняя стена окончательно рухнула. Сплотившись вокруг исполинского чудовища, бесконечный поток тварей ринулся на равнину.

Они накатывали подобно гигантской гнилой волне. Из-за обломков рухнувшего камня поднялась голова колоссального монстра.

Гро-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о...

— Ч-что это, черт возьми, такое?..

— Дерьмо...

— Пожалуйста... Всемогущий Боже...

Сначала один.

Затем десять.

Сотня сменяется тысячей, а следом рушится еще одна.

Тысяча затоптана, а десять тысяч воют.

Монстры.

Монстры, першие бесконечным потоком.

— А... ах...

Глядя на приближающуюся орду, солдаты задрожали от ужаса. Асваль Хальц поднял голову.

Он тоже дрожал. Да и кто не задрожал бы перед армией подобного размаха?

Для любого человека это естественная реакция.

— Воины! Поднимите головы!

Но настоящий человек способен перебороть и этот страх.

— Растопчите свой страх! Мы идем вперед!

Седой генерал выпрямил спину. Один из величайших воителей континента — рыцарь, прорубивший себе путь через сотни полей сражений, — вскинул свой меч.

Зачарованный клинок взметнулся ввысь. Мышцы Асваля вздулись, едва не разрывая доспехи.

— Если нам суждено пасть, я паду первым! Трубите в рог! Пусть эти гнилые твари узнают, кому принадлежит эта земля!

Боевой конь встал на дыбы, а в глазах Асваля Хальца вспыхнуло пламя.

— Покажите тварям Парамира величие человечества! Выжгите имена лучших воинов Империи на их костях!

Черный туман затянул небо, но даже сквозь него пробивался свет.

Солнце не заходит. Даже за непроглядной пеленой оно продолжает сиять.

— Мы не падем! Мы — солнце Империи!

Вновь взревел рог.

— Явите им наш свет, воины! Вселите страх в сердца монстров Парамира!

Из сотен глоток вырвался яростный клич.

Боевой дух, дремавший в груди каждого воина, вырвался наружу.

Громче!

Еще громче!

— Слушайте волю Асваля Хальца, воины!

Солдаты, еще недавно дрожавшие от страха, сжали рукояти оружия. Им все еще было жутко, но они больше не оглядывались.

— Отдайте свои жизни ради чести!

Солдаты закричали, срывая голоса в неистовом вопле.

Всеми фибрами души они скандировали имя человека, прославленного генерала Империи. Имя льва, чья слава гремела среди сильнейших рыцарей континента:

— Асваль Хальц!

— Асваль Хальц!

— Асваль Хальц!

Война.

Карательный поход в Парамир начался.

◇ ◇ ◇

Бег.

Натиск. Прямо вперед. Стремительный таранный удар, способный смятенно растоптать любого гнилого монстра на пути.

Димонаас стиснула зубы и вскинула меч, испещренный рунами.

В авангарде шли рыцари. Под командованием Асваля Хальца они держали копья наперевес.

Боевые кони неслись во весь опор. Всадники с наполненными маной копьями были подобны живым снарядам, готовым пробить и сокрушить что угодно.

Но одного этого мало. Солдаты все еще сомневались, им требовался мощный первый удар.

Решающий порыв, способный подхватить их падающий дух.

«Я должна показать им пример прямо сейчас...»

— Инквизитор!

Кто-то поравнялся с Димонаас. Это была Розмари, несущаяся во весь опор. Ее розовые волосы развевались по ветру.

— Розмари?..

— Предоставьте это мне! Я расчищу путь, а вы поберегите силы, инквизитор!

— Но...

— Я справлюсь!

Розмари стиснула зубы и выхватила топор.

— Доверьтесь мне, инквизитор.

— ...

Выкладывалась ли Розмари когда-нибудь так сильно?

Захад... Очевидно, совместное путешествие с ним изменило ее. Димонаас едва заметно кивнула.

Она не знала, что затаилось в глубинах города, но беречь силы перед схваткой с тем гигантским чудовищем казалось разумным.

Святая сила не бесконечна. Как и выносливость, при чрезмерном расходе она быстро иссякнет.

И все же...

— Ты правда справишься, Розмари?

— Доверьтесь мне. — Розмари слабо улыбнулась. — Отныне я буду доказывать все не языком, а делами!

Димонаас подалась ближе и прошептала:

— Звучит... весьма двусмысленно.

Розмари едва не выронила поводья:

— Ч-что вы такое говорите?!

— Я просто пытаюсь тебя разрядить, Розмари. Покажи, на что способна. — Димонаас от души хлопнула ее по спине. — Кто тут сильнейшая из всех инквизиторов?

— ...

В глазах Розмари вспыхнуло яростное пламя.

— Да!

◇ ◇ ◇

Рабыня.

Именно с этого на невольничьем рынке началась история Розмари.

Очнувшись, она обнаружила, что затерялась среди толпы рабов-зверолюдей. Ее племя уничтожили, а она, дочь вождя, оказалась низведена до жалкой пленницы, которую таскали за собой люди.

Она не таила обиды.

То, что сильный подчиняет слабого, было незыблемым законом этого мира.

Но история Розмари на этом не завершилась. Случайно проходивший мимо жрец разглядел на ее теле Священную Стигму.

Когда ее уводили — полусилой, полулаской, — Розмари оглянулась, поймав на себе завистливые взгляды оставшихся рабов.

«Я...»

«Я действительно отличаюсь от них».

Этот случай стал поворотным моментом, заставившим Розмари, привыкшую быть дочерью вождя, окончательно поверить в свою уникальность.

Выдающиеся физические данные зверолюдей вкупе с врожденной Святой силой приносили невероятные плоды. Сверстники, принявшие веру одновременно с ней, быстро отстали, не в силах выдержать ее темп.

Уверенность Розмари не знала границ — пока она не встретила его.

— Не впечатляет. Думал, ты новичок, за которым стоит приглядеть, а ты обычная посредственность.

Скучающий вздох. Колени, не знавшие поражений.

Когда она потрясенно подняла глаза, Апостол Фабиан лишь равнодушно плечами пожал:

— Ты — ничтожество.

Тот день растоптал ее веру в собственную исключительность. Упершись в невидимую стену, которую ей казалось невозможным преодолеть, Розмари сдалась.

Но уязвленная гордость не исчезла. Не делая попыток стать сильнее, она лишь плодила оправдания:

«Я другая. Он же Апостол, с ним не сравняться».

«Я и так сильна. Мне этого вполне хватит».

Эта самообманная иллюзия рухнула при встрече с Раадатуком. Младший соратник, поступивший на службу на годы позже, незаметно перерос ее.

Упущенное время, за которое она даже не попыталась побороться.

Она знала, что ступила на неверный путь, но избегала упорного труда, предпочитая оттачивать ораторство и язвительность.

Она язвила в адрес молчаливого Раадатука и держала в ежовых рукавицах паладинов. Обладая потенциалом, чтобы стать Великим инквизитором, она добровольно застряла в Пятом отделе Инквизиции.

Потому что боялась.

Боялась снова столкнуться с недосягаемым небосводом и окончательно сломаться — а потому отсиживалась в тихой гавани.

Но...

Теперь все иначе.

— Нгх...

Розмари вскинула взор. Прямо перед ней возвышался разлагающийся, гнилой монстр.

Она занесла топор, позволив пламени объять лезвие. Но одного этого мало.

Она непрерывно оттачивала мастерство. Даже прибыв в штаб-квартиру Культа, она не отдыхала ни дня.

Она изнуряла себя до полусмерти ради спасения инквизитора Захада.

Тренировка за тренировкой. Превозмогая предел физических сил, она рвалась вперед. Все дальше и дальше.

И сквозь эти изнурительные труды Розмари наконец осознала: ее боевой дух не угас.

И даже глядя на недосягаемый небосвод, у нее больше нет причин отступать.

— Вы... гнилые куски плоти!..

Ей было невыносимо стыдно за свой прошлогодний побег, когда она бросила его.

«Поэтому я больше никогда не испытаю подобного позора».

Пламя, когда-то затухшее в сердце Розмари, вспыхнуло вновь, разгораясь без преград.

Оно полыхало ярче, чем она могла вообразить.

Форма топора исказилась. Искры разлетелись во все стороны под резкий, оглушительный скрежет вращения.

Казалось, этот скрежет раскалывал сам воздух надвое.

— Я разнесу вас всех до единого-о-о-о-о-о!!!!!

Трансформация формы — рубеж, которого способны достичь лишь единицы среди величайших паладинов.

Ошеломительно вращающееся пилообразное лезвие пронеслось сквозь ряды врагов.

А затем...

Прогремел взрыв.

— БУ-У-У-У-У-У-М!!!!!

— Ч-что?!

— Что это было?!

Солдаты, бежавшие следом за рыцарями, вскинули головы. Они увидели, как десятки, нет, сотни гнилых монстров взмыли в воздух.

Небо на миг потемнело. Удушливая вонь гнили развеялась от мощнейшего порыва раскаленного воздуха.

Разорванные на части туши осыпались на землю кровавым дождем.

Дождь из трупов.

Обугленные дочерна, смердящие куски плоти.

Один натиск.

Один удар.

Потоки пламени затопили равнину. Почва выгорела настолько беспощадно, что даже гнилые твари Парамира в ужасе отпрянули.

Авангард армии гнили был полностью сметен.

Усилием одного-единственного паладина!

— А?..

Глаза Великого инквизитора Димонаас расширились от изумления.

— Ч-что?..

Путь, пробитый ударом, которого она никак не ожидала от Розмари, оказался чудовищно широк.

Слова сами собой сорвались с ее губ:

— Чему ты ее научил, Захад?! Что за чертовщина тут происходит-т-т?!!!!!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (7)

Глава 82: Карательный поход в Парамир (7)

Пора было уходить.

Но причина, по которой я всё ещё не сдвинулся с места, была проста: я понятия не имел, что ждёт меня снаружи.

Я поправил то, что осталось от моей изорванной жреческой рясы. Моё тело так сильно выросло, что одежда больше не налезала — даже близко.

Ростом я, должно быть, перемахнул за 180 сантиметров... а может, и больше. Точно сказать трудно.

«Не арестуют ли меня за непристойный вид в первый же миг, как я выйду наружу?»

— ...Тц.

Я обмотал уцелевшие обрывки рясы вокруг пояса. Мой торс остался полностью обнажённым, но я решил не обращать на это внимания. В конце концов, это было тело, закалённое тренировками.

Сияющее, словно мраморная статуя, оно казалось настоящим произведением искусства. Этого вполне хватало, чтобы эльфийки украдкой косились на меня и пускали слюни.

— Ха-а... ха-а...

— Почему он... с каждым днём становится всё прекраснее?..

— Он сейчас буквально на пике своей красоты...

— Кто поверит, что это тело принадлежит шестнадцатилетнему юноше?..

Эти пристальные взгляды начинали немного пугать. Но поделать я ничего не мог. Я забил бункер едой под завязку, а из одежды взял лишь один сменный комплект — который теперь не налезал, так что я просто накинул его на себя и решил больше не париться.

Я поднялся на ноги. По какой-то причине весь Парамир содрогался. Неужели время пришло?

Марш Гнильцов, берущий начало в Парамире и призванный истребить весь континент.

Арис была трусихой. Трусихой от рождения. Даже когда её армия Гнильцов хлынет за внешние стены, сама она останется в часовой башне. Она не сдвинется с места, пока не исчезнет последний человек. Однако её завоевание континента в конечном итоге обречено на провал. Достигнув пика сил, она станет невероятно могущественной, но в конце концов её всё равно уничтожат.

Империя не была слабой. Напротив, она обладала достаточной мощью, чтобы считать кого-то вроде неё лишь досадной помехой.

Даже если я останусь запертым здесь, при быстром раскладе она, скорее всего, падёт в течение пяти лет.

Но пять лет — это слишком долго. Мои запасы провизии подходили к концу, и держаться мне было больше не на чем.

Сейчас самый подходящий момент, чтобы уйти.

Мне нужно было подловить момент в движении Парамира и выскользнуть наружу.

Весь вопрос заключался в том, когда именно совершить побег...

«Стоит мне открыть это... и она сразу узнает».

Я взглянул на запечатанную дверь под землёй. Дверь, которую заперла сама Арис. Естественно, она была неразрывно связана с ней: стоит открыть её силой, и та мгновенно это почувствует.

Армия Гнильцов тут же бросится за мной, стремясь убить единственного человека, который не превратился в призрака. Войско Гнильцов было практически бесконечным. Без особой магии или священных техник, способных уничтожать тела, оживлённые осквернёнными душами, их можно рубить вечно, но они так и не умрут окончательно.

Если они погонятся за мной, останется только бежать. Размахивать мечом против бесконечно регенерирующей стены плоти бессмысленно.

Первым делом мне нужно было как-то добежать до скрытой сокровищницы в Парамире. На полной скорости я, возможно, справлюсь с этим.

Проблема заключалась в эльфийках позади меня.

— Хм-м...

— Ах-х...

— Благодетель смотрит на меня...

Чтобы заставить их слушаться, я несколько раз поколачивал их во время спаррингов, когда побеждал. Но это привело к совершенно противоположному результату.

Теперь они тяжело дышали всякий раз, когда наши взгляды встречались. А некоторые даже призывно раздвигали ноги.

Они же не собаки во время течки. Что с ними вообще не так?

— Куда подевались гордые, полные достоинства эльфы?

Эльфийки — за исключением Флоры — ответили в один голос:

— ...Гав ♡

«Я сейчас с ума сойду».

Какими бы бесполезными они ни были, я больше не мог их здесь оставить. Я потёр лицо руками.

Так или иначе, я к ним привязался. Я всё ещё оставался человеком. Человеком...

Бросить этих ветреных девиц здесь означало обречь их на верную смерть. К тому же их меткость была действительно полезной. Когда придёт время управлять Магической осадной пушкой, они точно пригодятся.

— Ха-ах.

Я пробыл в этой ловушке почти полгода. Какое сейчас время года снаружи? Неужели уже наступил конец лета?

...Пора принимать решение. Доработать план и немедленно прорываться.

— Флора.

— Да..!

Я начертил мечом карту на полу. Я помнил весь маршрут наизусть — бесчисленное количество раз изучал внутриигровую карту, и реальная местность не сильно отличалась от моих воспоминаний.

— Я отвлеку их внимание на себя. Вы идите вперёд и откройте сокровищницу. Запомни: двигайтесь по этому маршруту, и если монстры — Гнильцы — начнут наводнять улицы, немедленно отступайте. Срезайте через боковой переулок.

— А если и он будет заблокирован?

— Сворачивайте направо. Вот здесь и здесь. Можете пройти насквозь через здания. С этим-то вы справитесь, верно? Если всё станет совсем плохо, призывайте голема. Но не тратьте его силы впустую — он понадобится вам, когда дело дойдёт до самого важного.

— Я буду помнить об этом!

Мастерство эльфов в обращении с духами действительно впечатляло. Полностью экипированный эльф — с луком и духами — по силе был примерно равен Инквизиторам, которых я тренировал лично.

К тому же за всё это время совместных тренировок они заметно выросли. Пока я буду отвлекать на себя основное внимание, они без особого труда доберутся до сокровищницы.

Одна из эльфиек подняла руку.

— Благодетель... то копьё, которое мы видели раньше — вы можете им воспользоваться?

— Нет.

Я полностью потерял связь с Беатрис. После того как она укрылась в серьге, она затихла и больше не подавала знаков. Возможно, она что-то и говорила со своей стороны, просто я её не слышал.

Тот факт, что Святая сила Ра полностью исчезла, означал, что любая реликвия, связанная с этой силой, теперь превратилась в бесполезный хлам.

Единственным моим козырем оставался Демонический меч Сурт, который продолжал глухо рычать на меня. Оружие, после каждого использования которого я оставался лежать без сил на спине.

Я скользнул взглядом по своему окну статуса.

[Захад Балтон] [Уровень: 71]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Уникальные навыки класса]

— Любовь Бога-Змея: навыки, связанные с Богом-Змеем, развиваются стремительно.

— Милость Бога-Змея: Святая сила восстанавливается стремительно.

— Благословение Бога-Змея: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога-Змея.

— Молитва Бога-Змея: дарует невосприимчивость к негативным эффектам состояния.

[Апостол]

— Смешанная Стигма (A): изгоняет любое зло. Позволяет накладывать стигмы на других. Подчинённые жрецы становятся смешанными, возможны некоторые физические искажения. (5/20)

— Смешанная Божественность (A): две божественности слились воедино. Использование стало значительно более требовательным, но остаётся незаметным для окружающих. Позволяет свободно переключаться между двумя божественностями и по желанию изменять природу Святой силы.

— Исцеление (A): позволяет одновременно исцелять и вести бой. Позволяет залечивать больше ран с меньшими затратами Святой силы. Бой можно вести до тех пор, пока не иссякнет Святая сила.

— Благословение (A): сопротивляемость негативным эффектам состояния резко возрастает, хладнокровие сохраняется в любых обстоятельствах. Физические способности значительно усиливаются, а Святая сила временно возрастает.

[Культ Нага]

— Плетение теней (A): позволяет сливаться с тенями. Позволяет перемещаться из тени в тень; присутствие невозможно обнаружить, за исключением существ с выдающимся восприятием.

— Молитва чешуи (A): молитва заставляет пользователя сливаться с окружающей средой на определённое время. Звук взмаха клинка исчезает, физические способности значительно усиливаются, а движения становятся абсолютно бесшумными.

— Выработка яда (A): позволяет вырабатывать внутри тела яд, причиняющий мучительную боль. Концентрированный яд полностью растворяет плоть и вызывает сильнейшие страдания.

— Шепот змея (A): форма объекта полностью растворяется во тьме. Расстояние до него становится невозможно определить, и объект сохраняет своё состояние независимо от внешних воздействий.

— Эрозия (A): проникает в разум и внедряет внушение в чужую психику. Цель не приходит в себя без особых раздражителей, а эффект сохраняется в течение длительного времени.

— Поглощение тьмы — Санаджех (S): Чешуя возжелала этого. Я шёл беззвучно. Кровь текла по тропе, высеченной во тьме. Кровь без конца.

— Черное болото — Фавела (S): Чешуя возжелала этого. Два конца, что я вытянул, были остры. Моё дыхание перехватило. Я медленно открыл рот и поглотил. О Нага. Оберегай меня.

[Общие навыки]

— Приготовление мяса (B): позволяет сделать восхитительным на вкус даже то мясо, которое невозможно приготовить.

— Приготовление морепродуктов (B): позволяет сделать восхитительными на вкус даже те морепродукты, которые невозможно приготовить.

— Приготовление напитков (C): позволяет создавать вкусные напитки.

Великолепное окно статуса!

Великолепный результат великолепных усилий! Поднять мастерство владения оружием до S-ранга без чьего-либо руководства... это доказательство того, что я проливал кровь за каждое очко характеристик...

Я должен был использовать эту силу, чтобы довести план до конца.

Сначала отправить эльфиек к сокровищнице...

Самому отвлечь внимание, а затем присоединиться к ним...

Продержаться в сокровищнице, куда они войдут первыми, отыскать Магическую осадную пушку...

Пробить голову Дворцу Гнильцов...

А затем как-то выковырять оттуда Арис и прикончить её!

— Уф.

План, по крайней мере, выглядел безупречно.

Каждый его шаг представлял собой проблему, но тем не менее.

Самым важным было как-то добраться до сокровищницы. Магическая осадная пушка, о которой говорил Пер Бах, имела значение, но в сокровищнице хранилось кое-что ещё — кое-что более важное.

Священная реликвия, которую я изначально должен был получить после победы над Арис. Причина, по которой я вообще добровольно пришёл сюда.

Если бы я только смог заполучить её, у меня появился бы реальный шанс. Ведь там была не одна реликвия, а целых две.

Но ещё до того, как я доберусь до них, существовала проблема: нужно было выиграть достаточно времени для эльфиек, чтобы те дошли до сокровищницы, и одновременно в одиночку справиться с монстром, который медленно начинал пробуждаться...

Даже с обеими реликвиями в руках мои шансы на победу составляли от силы процентов десять.

...Честно говоря, это было ещё щедрой оценкой.

Единственным моим оружием сейчас были клинки из имперской стали, которые я принёс с собой. 71-й уровень. Этого едва хватало, чтобы обмениваться ударами с бойцами высшего ранга, но было совершенно недостаточно, чтобы на равных противостоять Арис.

С такими характеристиками... я, пожалуй, мог бы сцепиться с Димонаас. Схватить её за шиворот и устроить грязную драку.

...Нет.

Она всегда была где-то на уровне выше семидесятого. Я пока не мог с ней сравниться. Мне нужно набрать ещё несколько уровней, прежде чем я смогу по-настоящему соперничать. Да и разница в количестве навыков тоже не шла на пользу.

«Почему я такой слабый?»

...Хотя нет, постой. Я ведь занимаюсь этим ещё меньше года. Для того, с чего я начинал, это абсурдно огромная сила.

Как бы то ни было, я скучаю по ним. По всем.

Если подумать, мы неплохо ладили.

Я тихонько рассмеялся, поднялся на ноги, крепче сжал меч и выдохнул.

Ладно. Пойдём навестим их. Я могу просто выйти наружу и встретиться с ними. О чём тут вообще переживать?

Пойдём с улыбкой! Весело!

— ...Пошли.

Это авантюра.

Но в жизни не бывает дня, когда не приходится рискнуть хотя бы раз.

Я положил руку на дверь и оглянулся на эльфиек. Флора вскинула арбалет и глубоко вздохнула.

— Благодетель. Перед тем как мы выйдем... я хочу кое-что сказать.

— Что?

Флора опустила взгляд, выглядя почти смущённой.

— Ну... если мы выберемся отсюда...

— Стой.

— А?

Я открыл дверь. Плоть, запечатывавшая её, разорвалась с влажным, скрежещущим звуком.

— Это смертельный флаг.

◇ ◇ ◇

Арис подняла голову. Она услышала волну беспокойства, прокатившуюся по армии Гнильцов, которая хлынула за пределы внешних стен Парамира.

Там что-то было.

— Пьер. Покажи мне.

Демон, таившийся в тенях, активировал экран из плоти. Сквозь извивающийся пучок нервных волокон начало транслироваться текущее состояние армии Гнильцов.

Арис склонила голову набок.

— ...Хм-м?

Среди гниющей плоти, устилавшей землю, виднелось нечто странное.

Отряд, численность которого казалась ничтожной песчинкой по сравнению с её армией.

Сверху они казались размером не больше кулака.

Человеческое войско. Люди, которые будут поглощены и погибнут в течение часа.

Но что-то было не так. Несмотря на их явно малую численность, в передней части колонны, если смотреть сверху, непрерывно гремели взрывы.

— ......?

Их отбрасывало назад.

Гнильцов теснили и раскидывали в стороны. Те, кто в мгновение ока превращался в прах, разлетались во всех направлениях.

Брови Арис дрогнули.

Маленький. Явно маленький отряд, но сила, которой они обладали, превосходила все ожидания.

Уровень мощи, который по-настоящему раздражал. И вдобавок ко всему у неё возникло отчётливое ощущение, что связи разрываются каким-то странным образом.

Гнилая плоть, поражённая клинком, осыпалась и распадалась прямо на месте. Те, кто не должен был умирать, обращались в ничто, рассеиваясь по земле.

— ...Почему?

Она разглядела нечто на оружии, которое они держали. Клинки солдат, показанные на экране, были окутаны священным белым светом.

Вот оно что.

Именно это их и убивало.

Этого нельзя допустить. Гнилая плоть должна продолжать двигаться, пока все не погибнут. Я не могу создавать её бесконечно. Существует предел душ, которые Пьер способен изрыгнуть.

— ...Арис. Я выступлю.

Поднимаясь из Дворца Гнильцов, Арис вдруг почувствовала неладное.

Человеческая армия, несмотря на мощное оружие, продвигалась вглубь Парамира. Обладая силами для бегства, они жертвовали солдатами ради того, чтобы идти к ней.

Зачем?

Арис склонила голову. Зачем они пытались войти в Парамир? Здесь не было ничего, кроме гниющей плоти.

Они все погибнут ещё до того, как приблизятся... так почему же?..

— ...Хм?

Арис резко повернула голову. Одна из связей оборвалась. Это могло означать лишь одно.

— ...Он не... превратился в призрака?..

Апостол Ра, Захад, выбрался наружу.

Тот, кто к этому времени уже должен был стать призраком, способным лишь выть от голода, взломал её печать и выполз на свободу.

Как?

Прошло довольно много времени.

У него не должно было остаться сил. Как он разрушил её печать? Сила Ра, которую она забрала, всё ещё находилась здесь.

Арис нахмурилась. Она взглянула на монстра, поднявшегося из теней.

— Пьер. С кем разберёмся в первую очередь?

— ......

Монстр поднял руку в ответ.

— Мм. Поняла.

Арис кивнула. Владыка Гнильцов подняла руку.

И в тот же миг колоссальный гигант из Гнильцов, в котором она находилась — Дворец Гнильцов, — начал подниматься.

Это исполинское движение разогнало облака. Часть внешней стены, попавшая под удар, рухнула, и небо потемнело.

Тело, слишком огромное, чтобы уместиться в великом городе Парамире.

Само бедствие пришло в движение.

— Сначала я раздавлю эту армию. Апостол Ра, лишённый сил, теперь не более чем пугало.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (8)

Глава 83: Карательный поход в Парамир (8)

Асваль Хальц кое-что осознал.

Сила культов.

Она оказалась куда могущественнее, чем он когда-либо воображал — настолько, что у него кружилась голова!

— РА-А-А-А-А-А-А-АХ!!!!

Из его груди вырвался боевой клич, и монстры-Гнильцы разлетелись во все стороны. Костяные копья разлетались в щепки прямо в полете, превращаясь в пепел под воздействием пламени, пропитанного Святой силой.

Авангард: Розмари.

Розовая кошкодевочка-зверолюд, прорубавшая путь в самом авангарде, с дикой силой взмахнула своим топором. Стоило вращающемуся пильному диску соприкоснуться с плотью, как голова огромного монстра превратилась в кровавое месиво.

— БУМ!!!

Асваль лишился дара речи, глядя на бушующий огненный шторм.

«Это... всего лишь обычный инквизитор?»

«Да ведь большинство имперских рыцарей и близко не стояли рядом с таким уровнем?!»

Другие инквизиторы, следовавшие за ней, ничуть ей не уступали. Каждый из них обладал силой уровня рыцаря. Бушующее пламя несло в себе непоколебимую веру, а оружие, которое они устремляли вперед, было пропитано божественностью.

Легион трупов Гнильцов, преграждавший им путь, разлетался подобно обрывкам бумаги. Все, что упускала кошкодевочка, инквизиторы разрывали на куски своими руками.

— ВЖУХ!

— Как смеют эти вонючие твари...?!

— Раздавите их всех!!!

— Во имя Ра!!!

— Я обращу вас всех в ничто!!!!

Инквизиция Культа Ра. Даже внутри самого культа она считалась одной из самых выдающихся боевых сил.

Но он считал их лишь заходящим солнцем. Любой имперский рыцарь подумал бы так же. И Асваль не был исключением.

Он полагал, что внимания заслуживают лишь единицы. Остальных же он считал просто сбродом, сильным только по меркам религиозного мира.

Но что это было?!

Их сила практически не уступала целому рыцарскому ордену!!

По сравнению с ними его сторона выглядела...

— Раздражает.

— ХРЯСЬ-ХРЯСЬ-ХРЯСЬ-ХРЯСЬ-ХРЯСЬ-ХРЯСЬ!!!

Одно короткое, брошенное ровным тоном слово — и в мгновение ока трупы Гнильцов разорвало на части. Огромный черный хлыст начисто снес саму землю под ними.

Асваль молча опустил меч, который собирался обрушить на монстра перед собой. Ему даже не пришлось атаковать. Невероятная мощь всего одного человека в одиночку сокрушала удушающую волну Гнильцов.

Если в Культе Ра сильны были все без исключения, то с этой стороны выделялся лишь один человек.

Струящиеся черные волосы. Стоило скуке отразиться в этих фиолетовых глазах, как целый фланг армии Гнильцов неизбежно стирался с лица земли — безжалостное уничтожение.

Это был совсем другой уровень, нежели просто крушить, рвать и резать.

Обычное растаптывание.

Подавляющая мощь, превращающая численность врага в пустой звук.

— ...Апостол Эстель.

Он слышал о ней. Говорили, что причиной, по которой Культ Змеи выжил на севере Империи, несмотря на клеймо еретиков, были два Апостола.

Апостол Эстель была одной из них. Мясник города Адалан.

Но Асваль полагал, что ее широкая известность — не более чем преувеличение верующих. Подобно тому, как они спорили между собой о том, кто сильнее, а кто слабее, он думал, что ее считают могущественной только в рамках религиозного мира.

Но увидеть это воочию... не слишком ли это?!

Перед такой силой склонили бы головы даже самые прославленные воины континента. Мощь, которую даже он, прошедший через бесчисленные поля сражений, видел крайне редко.

Почти... на уровне Святого Меча...

— Есть, есть надежда...!

— Неужели мы вот так просто все сметем?!

— Следуйте за лордом Асвалем!

— Лев Империи свирепствует!

«Нет».

«Я вообще не свирепствую».

Асваль проглотил эти слова. Он еще даже толком не взмахнул мечом, но расправил плечи и сделал невозмутимый вид.

То, что боевой дух солдат резко возрос, несомненно, было хорошим знаком. Обретение надежды посреди столь жестокого и кровавого поля битвы наверняка станет той опорой, которая поможет им продержаться до самого конца.

Попытка исправить это недоразумение только все испортила бы.

Асваль высоко поднял свой меч, бесстыдно выкрикнув:

— Мы движемся прямо в самое сердце Парамира! Мы не падем!

— ДА-А-А-А-А-А-А!!!!

— Асваль Хальц! Асваль Хальц!

— За Империю!

Димонаас покосилась на него:

— Вы удивительно бесстыдны, ваше превосходительство.

— Я думал, что это будет моя финальная сцена, но, присмотревшись, понял, что я всего лишь второстепенный персонаж. Мой пыл угас. Когда огонь погас, я пытаюсь выжить, а не сражаться.

— Вполне точная оценка.

— Хотя великий инквизитор тоже, кажется, сидит сложа руки... только не говорите мне... что инквизитор Розмари на самом деле сильнее великого инквизитора?

— Я просто берегу силы, ваше превосходительство. Потому что...

В мгновение ока черная тень поглотила армию. Димонаас посмотрела вверх:

— У меня было предчувствие, что подобная ситуация возникнет.

Асваль поднял глаза. Солнце скрылось из виду. Клубы пыли взметнулись вокруг исполинского монстра, поднимавшегося из самых глубин Парамира.

— Это... что такое...?!

Сквозь обрушившуюся внешнюю стену виднелась гниющая плоть. Словно бесчисленные трупы сшили вместе на скорую руку, с поверхности гиганта-Гнильца доносились истошные крики.

Ощущение чуждости было таким, словно из легких выкачивали сам воздух.

В одно мгновение нечто столь огромное, что могло затмить солнце, повернуло голову. Куски плоти, падавшие с его тела, крушили здания под собой.

Огромный.

Настолько огромный, что у него невольно отвисла челюсть. Он просто не осознавал этого, пока чудовище сидело, но теперь, когда оно поднялось во весь рост, оно оказалось нелепо, невероятно гигантским, соперничая размерами с целым королевским дворцом!

— Это... нечто настолько огромное... может двигаться?!

Голос Асваля Хальца задрожал.

С подобным видом монстров Асваль Хальц, повидавший бесчисленное множество полей сражений, никогда прежде не сталкивался.

Чудовище, двигавшееся сквозь вязкую, текущую кровь, подняло руку. Масса, способная раздавить все две тысячи солдат одним лишь своим весом, заслонила небосвод.

— ГРХ-ГРХ-ГРХ-ГРХ...

Поднятая исполинская рука замерла.

А затем медленно... начала опускаться.

— Чт... Что?!

— Что это, черт возьми, такое...?!

Лошади в панике заржали. Солдаты, сами того не замечая, выронили оружие.

Раздался свист рассекаемого воздуха.

Под медленно опускающейся тяжестью неистово завыл ветер. Волосы Димонаас яростно развевались на шквальном ветру.

— ...Как я и думала, все не могло закончиться так просто.

Розмари, до этого разбрасывавшая пламя, посмотрела вверх. Впервые из ее приоткрытого рта вырвался крик:

— Это... безумие... как мы вообще должны это остановить?!

Раадатук, только что разорвавший Гнильца пополам, вытер кровь с лица. Его суровое лицо исказилось:

— ...Проделки дьявола.

Изабела стряхнула гнилую плоть со своего меча, стиснув зубы:

— Я думала, что забрезжила надежда, а теперь появилось еще и это...!

Апостол Эстель цокнула языком. Она вернула свое оружие — цепной меч. Скучающее выражение на ее лице сменилось серьезным. Но прежде чем она успела что-либо предпринять, вперед выступила Димонаас:

— Предоставьте это мне, леди Эстель.

— ...Хм?

— Я берегла свои силы как раз для подобной ситуации. Существом такого размера невозможно управлять на расстоянии. Это потребовало бы колоссального количества энергии. Любой монстр понимает, что контролировать нечто подобное издалека — глупость. Тем более если используются искаженные души.

Услышав эти слова, Асваль Хальц все понял:

— Вы хотите сказать, что первопричина бедствия Парамира находится внутри этого монстра?!

— По крайней мере, внутри должно быть нечто равноценное. Леди Эстель, пожалуйста, займитесь напрямую тем, что находится внутри этой твари.

Димонаас подняла свой меч. Вихри алого пламени начали собираться на лезвии.

— Я разберусь с этой рукой... и с этой армией.

Эстель ровным тоном произнесла:

— Невозможно.

Она решительно покачала головой:

— С такой силой не совладать обычному паладину, великий инквизитор.

— Любой другой великий инквизитор не смог бы. Но я смогу.

— Да сделайте же уже хоть кто-нибудь что-нибудь?! Нас же сейчас всех раздавит!

Димонаас приняла стойку. Она глубоко вогнала меч в ножны, устремив взгляд в небо.

— Ведь я...

Уголок ее губ изогнулся в ухмылке, до боли напоминавшей кое-кого:

— ...все-таки гений!

И затем...

Из ножен неистово вырвалось алое пламя.

◇ ◇ ◇

Я крутанул меч, оглядевшись по сторонам.

Как и ожидалось, гнилая плоть так и липла ко мне.

Но что-то было...

...не так. Их было слишком мало.

— И почему вас тут так мало?

Волна Гнильцов, конечно, накатывала, но она была довольно редкой. Как бы выразиться... их было гораздо меньше, чем я предполагал.

Я отправил эльфиек вперед, но, честно говоря, при таком раскладе я уже начал сомневаться, стоило ли вообще отсылать их первыми.

«Почему они действуют так вяло? Неужели они все хлынули за пределы стен Парамира?»

«Но ведь Арис обычно не отходит далеко от часовой башни...»

«Так почему же она оказалась там, у внешней стены?»

Вопросы продолжали цепляться один за другой. Я небрежно отмахивался от наседавших на меня монстров-Гнильцов.

С таким количеством я мог бы справиться, даже не отвлекаясь от обеда.

Что ж, раз все складывается удачно, я просто направлюсь прямиком к сокровищнице...

— БУМ!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

Где-то прогремел взрыв. В мгновение ока пронесся яростный порыв ветра.

Давление. Словно где-то сработал мощный заряд, весь Парамир содрогнулся. Я повернул голову.

Руку гиганта-Гнильца, тянувшуюся за пределы города, разорвало надвое. Причиной тому стал столб пламени, взметнувшийся откуда-то снизу.

— ...........?

«Так, стоп... неужели это...»

«Разве это не пламя Ра?»

— ...Да быть не может.

Пламя бушевало. В культе было крайне мало тех, кто мог владеть Святой силой на таком уровне.

Уровень архиепископа или выше. Как минимум, должен был явиться кто-то такого калибра. И единственный человек уровня архиепископа, который решился бы сунуть нос в этот Парамир...

— Димонаас?

«Она действительно... действительно пришла?»

Я сорвался с места прежде, чем успел все обдумать. Так нельзя. Если она здесь, одна Димонаас не справится с Арис.

Этот гигант-Гнилец — Дворец Гнильцов — далеко не прост. Его колоссальное тело само по себе является оружием, но это монстр, чьи достоинства с лихвой компенсируют любые недостатки.

Масса, выходящая за рамки разумного. Бесконечная регенерация, которую невозможно остановить даже священными техниками, предназначенными для борьбы с искаженными душами.

Монстр, который сам по себе является ядерной бомбой!

— Ах, черт возьми! Что ты тут делаешь?!

Я побежал. Оставив попытки действовать скрытно, я просто рванул вперед на полной скорости.

«Димонаас. Зачем ты пришла сюда? Ты действительно добровольно шагнула в эту смертельную ловушку?»

«...Только ради меня?»

Моя нога с силой опустилась на землю, сминая почву. Оттолкнувшись от стены здания, я полетел вперед, словно стрела.

Впереди показались эльфийки, ушедшие раньше. Я подхватил ту, что отставала сильнее всех.

— Кья-а-а?! К-кто... кто вы... мой спаситель?!

— Планы меняются! Бегите изо всех сил!

— Ч-что... изменилось?

— Снаружи великий инквизитор! Она отвлекает внимание Арис! Нет времени, просто молчи и беги!

Флора, поспешно подстраиваясь под мой темп, взглянула мне в лицо:

— Но, благодетель.

— Я занят, что еще?!

— Почему... вы улыбаетесь?

«...Я улыбаюсь?»

Я поднял свободную руку и коснулся губ. Они и правда расплылись в улыбке.

«И с чего бы это?»

— ...Не спрашивай, просто беги!

Сокровищница была прямо перед нами. Я рванулся вперед, выхватил ключ у Флоры и вогнал его в замочную скважину.

— КЛАТЦ-КЛАТЦ-КЛАТЦ-КЛАТЦ!!!

Дверь сокровищницы с тяжелым грохотом распахнулась.

Оно приближается.

Время суда!

«Жди меня, Арис».

С присоединением к битве великого инквизитора Димонаас шансы на победу стремительно росли.

Десять процентов?

Нет... теперь они составляли почти двадцать пять процентов! Один шанс из четырех! Теперь у нас определенно была возможность победить!

«Тебе конец, Арис, рабыня часовой башни».

«Пришло время преподать тебе хороший урок!!»

— Хе-хе.

— Посмотрите на лицо благодетеля.

— Он выглядит по-настоящему жутко...

— ...Но вообще-то довольно горячо.

— Кто это сказал «довольно горячо»?!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (9)

Глава 84: Карательный поход в Парамир (9)

Димонаас сделала выпад мечом. Она почувствовала, как сила Ра забурлила в каждой жилке ее тела.

Тяжесть. Ноги, руки — все налилось свинцом. Тело едва сдерживало мощь, извергаемую клинком.

Но ей приходилось выжимать из себя еще больше сил, иначе эту исполинскую тушу было не пошатнуть.

Вперед.

Еще дальше, вперед!

Раздувай пламя, Великий инквизитор Димонаас!

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!!

Она погнала боевого коня выше.

Упершись ногами в осыпающуюся внешнюю стену, она рванулась вперед.

Димонаас обрушила меч.

— КР-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-Н-Г!!!!!!!

Исполинское тело гиганта резко накренилось.

— Что за чертовщина?!

— Вот она, сила Великого инквизитора!

— Монстр, которого признает сам Культ!

«Вот же идиоты!»

— Хватит глазеть, расчищайте дорогу! — гаркнула она.

Спрыгнув с коня, Димонаас помчалась по внешней стене. Плечи нещадно ныли. Как бы она ни старалась выглядеть невозмутимой, руки и ноги мелко дрожали.

Сметя преградившего путь Гнильца, она разрубила его надвое и пробилась дальше по полуразрушенной стене. Вперед. Только вперед.

Куски гнилой плоти летели прямо в лицо, пачкая кожу, пока она упрямо прорывалась дальше. Все ее тело покрылось липкой кровью.

Когда же это было в последний раз?

Когда она так неистовствовала, выкладываясь на полную?

«Все в порядке, Димонаас».

Бельштейн.

Мой учитель.

В каждый выпад клинка она вкладывала всю волю. Пламя Ра ревело и вздымалось. В пустоте, куда был устремлен ее взор, медленно проступало горькое сожаление.

Она тренировалась как безумная, посвящая этому каждую свободную от службы минуту.

Будь она тогда хоть немного сильнее...

Ей бы не пришлось видеть ту горькую улыбку.

Великая сила сопряжена с ограничениями. Но существует цена, способная сокрушить любые оковы и оставить после себя нечто большее. Когда Бельштейн лишился своего поста, Димонаас была безнадежно слаба — всего лишь рядовой инквизитор.

Но теперь...

Теперь все иначе.

Сила приливала к ее рукам. Было тяжело, но она все еще могла двигаться вперед.

«В этот раз я смогу его спасти».

Ра шептал ей: «Идем, Димонаас».

«Навстречу тому, чего ты желаешь всем сердцем».

— Ы-ы-ы-ы-ы-ы-х!

Боевой клич разнесся по внешней стене, и весь Парамир содрогнулся.

— Захад! А ну живо выходи! Если ты покажешься прямо сейчас...

Гигант тяжело приподнялся. На клинке Димонаас вновь вспыхнуло яростное пламя.

Мощность на максимум!

Так, чтобы пути назад уже не осталось!

— За то, что заставил мое сердце пройти через этот ад... я прощу тебя, только если ты напишешь сто страниц извинений!

Семя, подобного которому Ра еще никогда не видел. В бушующем огне талант Великого инквизитора раскрылся на самом пике.

Вперед. Только вперед.

Подавляя воспоминания, запечатленные в памяти словно мантра, она рвалась вперед, стремясь избавиться от сожалений, которые так и не смогла отпустить.

Каждый ее шаг выходил за рамки возможностей обычного инквизитора. Святая сила Архиепископа перетекала в обнаженный клинок, и на мгновение она превзошла собственный предел...

Перешагнув ранг Архиепископа, она приблизилась к порогу Кардинала.

Клинок, дерзнувший посягнуть на владения Апостола, с ревом вырвался на волю.

— КР-Р-Р-Р-А-А-А-А-А-Н-Г!

◇ ◇ ◇

Пламя двигалось. Апостол Эстель не могла скрыть своего изумления.

Она наблюдала за фигурой, стремительно бегущей по внешней стене. Сила, полыхающая подобно пожару, непрерывно мешала движениям гиганта.

Мощь, которую человеческое тело просто не должно быть способно выдержать. Сила Ра, заключенная в каждом сокрушительном ударе, буквально вырывала куски из самого города.

«Это же...»

Сила, соперничающая с могуществом истинного Апостола.

Культ Ра.

Зачем они заживо похоронили такой талант на столь скромной должности Великого инквизитора?

Эстель крепче сжала меч, с бесстрастным лицом взглянув на исполина.

Повреждения, несомненно, были. Поверхность его изувеченного тела пылала ярко-красным огнем.

Но что-то было не так. Даже ее особое священное искусство, предназначенное для очищения искаженных душ, не наносило ему существенного урона.

Раны затягивались с такой скоростью, на какую не должно быть способно ни одно живое существо.

— ...Мутировавший вид.

Даже обладая такой силой, она не могла нанести решающий удар. Все, что ей оставалось — это откалывать куски с его поверхности и минимизировать ущерб.

Это должна быть она. Только ей это под силу.

Эстель подняла меч и, поддавшись порыву, огляделась по сторонам.

Боевые кони несли всадников во весь опор.

Солдаты, тяжело дыша, изо всех сил старались не отставать.

Инквизиторы окутывали свое оружие пламенем.

Наемники, внимательно следя за каждым шагом, безжалостно рубили монстров.

И даже Черная Чешуя из Культа Змеи.

— .......

Все эти люди сражались ради одного-единственного человека. Но почему?

Захад.

Она тихо произнесла это имя. Что он за человек такой, раз сумел собрать здесь столько людей, даже не прося их об этом?

Она лично скрещивала с ним клинки и с искренним азартом избивала его.

И все же...

Если честно, он казался тем еще наглецом.

— ......

Однако Эстель, если быть до конца честной с самой собой, прекрасно все понимала. Как бы она ни пыталась это отрицать, она знала.

На каждом его пути на кону стояли чужие жизни. А во взгляде, которым Изабела смотрела на него, читались восхищение и тоска.

Подобное доверие никогда не смог бы завоевать тот, чья природа была изначально порочна. Он казался эгоистом, пекущимся лишь о собственной выгоде, но при этом втайне заботился о тех, кто его окружал. Именно потому, что он был таким хорошим человеком, здесь и собралось столько людей.

— ...Идиот.

Идиот, который разбрасывается своей жизнью ради других.

Точно. Идиот.

Все здесь были идиотами. Все, кроме нее самой.

— Эстель!

Раздалось ржание боевого коня. Изабела отразила костяное копье, пролетевшее сквозь облако гнилой пыли.

Ее тело было испачкано кровью и плотью, но взгляд оставался твердым и живым.

Ее глаза все еще сияли. Ослепительно ярко.

— Если ты истощена, побереги силы! Я удержу эту позицию!

Было очевидно, кто из них вымотался сильнее. Эстель безучастно посмотрела на тяжело вздымающуюся грудь Изабелы.

«Понятно».

«Я ведь тоже идиотка, верно?»

— Довольно, Изабела. Отдохни.

Тьма окутала поднятый ею простой меч. Честно говоря, все эти разговоры о Захаде не слишком ее трогали.

Но если кто-то посмеет тронуть ее младшую сестру — единственную союзницу, на которую она привыкла полагаться...

— Я сама разрублю эту тварь.

Она сожжет каждого из них дотла.

◇ ◇ ◇

Отдельный отряд под предводительством Розмари отчаянно мчался по подземелью.

Гнильцы цеплялись за них со всех сторон. Топор в ее пальцах, сжатых до скрежета зубов, вспыхнул пламенем.

— Дорогу!

— КР-Р-Р-Р-А-А-А-А-Н-Г!

Она прорвалась сквозь взрывную волну. Куски плоти, налипшие на ее сапоги, издавали влажные, хлюпающие звуки.

Прямо по курсу. Осталось совсем немного.

Окутав себя пламенем, Розмари ступила в подземную пещеру, где оставила его.

— Заха...!

Но его там не было.

Никого не было.

В пустом подземелье царила мертвая тишина. Абсолютный покой.

— ...Что?

Розмари замерла на месте. Инквизиторы, послушно следовавшие за ней, тоже остановились.

— Розмари! Это тупик!

— Похоже, бежать больше некуда...

— Брата Захада нигде нет!

— Обыщите каждый угол! Он точно был здесь!

Голос Розмари задрожал:

— Он точно... точно был здесь...

Но как бы тщательно они ни искали, Захад бесследно исчез. Остались лишь обрывки одежды и глубокие борозды, прочерченные на полу.

К слову, беженцы, которых она видела раньше, тоже пропали. Перемещение такого количества людей должно было оставить хоть какие-то следы...

— ...Розмари.

Кто-то коснулся ее плеча. Розмари растерянно обернулась.

Инквизитор покачал головой:

— Брата Захада здесь нет.

Слишком поздно.

Они опоздали.

— ...Гх.

Розмари не упала без сил и не разрыдалась. Она просто выпрямилась, заставляя свое слабеющее тело повиноваться.

Ведь она только сегодня утром во всем убедилась, верно? Он определенно был жив. Наемник, с которым он заключил контракт, подтвердил это.

Должно быть, он перебрался в другое место. Наверняка так и есть. А значит, сейчас им нужно лишь как-то одолеть этого монстра в Парамире...

— ...Розмари.

— Всем приготовиться к бою, выдвигаемся!

Розмари глубоко вздохнула. Медленно втянула воздух и выдохнула.

Когда она снова открыла глаза, в ее взгляде больше не было сомнений. Она не стала плакать и не позволила усталости сломить себя.

Она зашла слишком далеко, чтобы сдаваться. Дать слабину сейчас — лишь обуза для остальных.

— Захад точно жив.

Только вперед.

— Как только мы покончим с тем, что засело в самом сердце Парамира, он откуда-нибудь да выберется. Чтобы этот человек погиб? Ха. Такой нелепости просто не может случиться.

Цепляясь за эту призрачную, тонкую нить надежды.

— ...Уходим. Здесь ничего нет.

Только вперед.

...Вперед.

◇ ◇ ◇

Изабела стиснула зубы. Широкий круговой удар рассек руку гиганта, издав звук, похожий на пронзительный визг. Под этот оглушительный грохот боевые кони испуганно взвились на дыбы.

Войска, прорвавшиеся в Парамир, выстроили круговую оборону. Сплотившись вокруг Апостола Эстель, они сдерживали натиск армии Гнильцов, пытаясь сокрушить исполинского монстра.

— ДАВИ ИХ!

Клинки, выставленные в отчаянной попытке защититься, сталкивались с полчищами Гнильцов. Раздавалось хлюпанье, а в нос бил невыносимый смрад.

Изабела взмахнула мечом. Раадатук, стоявший с ней спина к спине, покосился в ее сторону:

— Устала, паладин?

— Ничуть, инквизитор.

Изабела наблюдала за Димонаас, бегущей по внешней стене. Она видела, как Апостол Эстель, взмыв в воздух, нанесла глубокую рану на теле гиганта.

«Я хочу стоять с ними плечом к плечу. Хочу достичь того же уровня и смотреть на всех с высоты».

Но сейчас это было невозможно.

Изабела понимала, какую роль должна сыграть в этот момент. Держать оборону и помогать отряду под командованием Асваля Хальца.

Оборонительный рубеж угрожающе зашатался. Один из Гнильцов прорвался сквозь частокол выставленных копий, схватил солдата и утащил его за собой.

— А-а-а-а-а-а-а-а-ргх!

Брызнула кровь. Куски разорванной плоти разлетелись во все стороны.

Один за другим. Их пожирали одного за другим.

— Хуже некуда, — пробормотал Раадатук.

Изабела была с ним молча согласна.

Ситуация складывалась скверно. Гигант продолжал неумолимо подниматься, а Святая сила Эстель и Димонаас постепенно иссякала.

Удары Апостола Эстель были невероятно мощными, но по какой-то причине они не могли пробить плоть гиганта насквозь. Не имея возможности нанести решающий удар, им оставалось лишь лихорадочно защищаться.

Если битва перерастет в войну на истощение, исход будет предрешен.

— Розмари!

Часть инквизиторов, отделившихся ранее, вернулась к основным силам. Но того, кого Розмари так отчаянно искала, рядом с ней не было.

— ...Неужели...

Меч Изабелы задрожал. Розмари стиснула зубы:

— Тела там не было! Значит, он еще жив! Оружие к бою!

Розмари крепко сжала топор. Пламя на нем слабо заколыхалось.

— Он точно жив!

Ситуация была слишком серьезной, чтобы смотреть на нее с простым оптимизмом. Изабела почувствовала, как небо снова потемнело. Опускающаяся ладонь гиганта заволокла небо над Парамиром непроглядной тьмой.

С вершины внешней стены обрушился поток пламени. Удар Димонаас пришелся прямо по руке исполинского Гнильца.

Но рана оказалась неглубокой. Разрубающий удар рассек ладонь лишь наполовину.

— ...Гх!

Эстель, сосредоточенная на попытках пробить защиту гиганта изнутри, резко развернулась. Она оттолкнулась от воздуха, но опоздала на долю секунды.

Рука гиганта стремительно падала. Этот удар должен был раздавить всех людей под ней.

Под чудовищный рев Изабела подняла меч, но так и не смогла сделать выпад.

Если она отразит этот удар, что будет дальше?

Если она каким-то чудом заблокирует следующий... и тот, что за ним...?

До нее доносились звуки. Звуки мечей, пронзающих Гнильцов. И среди них — другой звук.

Крики людей, которых протыкали костяными копьями.

— .......

Повсюду эхом отдавалось отчаяние. Те, кто до последнего цеплялся за надежду, теперь гибли. Они оказались в полном окружении, без единого шанса на спасение или прорыв.

Рыцарь, чьи силы иссякли, рухнул на колени. Магия волшебников была на пределе.

Наемники кричали, пока кровь, хлынувшая из их глоток, не заставила их замолчать навеки.

Пламя инквизиторов колебалось, готовое вот-вот угаснуть. Руки паладинов Культа Змеи непрестанно дрожали.

Смерть подступала со всех сторон. Сверху, с боков, спереди, сзади — отовсюду, без единого исключения.

Конец.

Конец уже близок.

— Изабела!

До ее ушей донесся чей-то приглушенный, далекий зов. Собрав последние крохи сил, она взмахнула мечом и стиснула зубы.

Изабела отчаянно ждала ответа. Но ответа не было.

Еединственным, что отозвалось на ее внутренний крик, был вопль отчаяния.

— ...Ах.

Угасающая воля унесла с собой последние крупицы решимости. Она неосознанно прошептала:

— ...Ты вообще... жив...?

И в тот самый миг, когда в ее решимости, которую она так долго удерживала, притворяясь, что все в порядке, появилась трещина...

— Да.

Раздался ответ, которого она так отчаянно ждала.

— ...Что?

Что-то вцепилось в полуотрубленную руку гиганта. В мгновение ока все взгляды устремились туда.

Чик.

Звук был тихим и коротким. Но его последствия оказались ошеломляющими. Черная Святая сила взметнулась ввысь, целиком поглотив руку монстра.

Кто-то ахнул, удивленно раскрыв рот и моргая:

— ...Ч-что...?!

Один удивленный возглас повлек за собой лавину других.

— ...Что это... такое...

— Что это за невероятная мощь...?

— Кто это?! Неужели Апостол Эстель?!

— Да нет же, она вон там стоит!

Среди нарастающего шума снизу вверх взметнулся сокрушительный удар.

Вперед и только вперед. Под дикий, искаженный вопль гиганта на поле боя обрушился дождь из кусков плоти, засыпая всех вокруг.

Бушующая Святая сила в один миг накрыла все поле боя безмолвием. Сквозь грязные, слипшиеся пряди волос Изабела растерянно подняла глаза.

Правая рука гиганта осыпалась прахом. Разрез, начавшийся у самой ладони, разрывал кожу на мелкие лоскуты, полностью уничтожая ее.

Черная звезда рухнула вниз. Здание, на которое пришелся удар, содрогнулось от глубокого, глухого рокота.

Что это? Что, черт возьми, происходит?

Изабела лихорадочно выискивала глазами силуэт мужчины, стоявшего на крыше здания.

Знакомое лицо. Но что-то в нем изменилось.

Тело, бывшее когда-то мальчишеским, возмужало, и теперь перед ней стоял воин, чье боевое мастерство достигло своего пика. Изабела прошептала:

«Не может быть».

«Этого просто не может быть».

— ...За...хад...?

Ряса жреца Ра, повязанная на поясе приземлившегося на крышу мужчины, развевалась на ветру. Зловещая Святая сила струилась по мечу, который он держал на плече.

Подул ветер, принеся с собой единственный чистый и прохладный аромат посреди удушливого смрада гнили.

— Изабела-нуна.

Мужчина, который вывел из города всех выживших и остался один, окинул взглядом поле боя. Его глаза встретились со взглядом Изабелы.

В его непринужденном приветствии скользнула легкая усмышка:

— Давно не виделись.

Ход битвы изменился.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (10)

Глава 85: Карательный поход в Парамир (10)

[Захад Балтон] [Уровень: 71]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Эксклюзивные навыки класса]

— Любовь Бога-Змея: Навыки, связанные с Богом-Змеем, стремительно развиваются.

— Милость Бога-Змея: Святая сила быстро восстанавливается.

— Благословение Бога-Змея: Позволяет без риска использовать святые реликвии Бога-Змея.

— Молитва Бога-Змея: Дарует невосприимчивость к негативным статусам.

[Апостол]

— Смешанная Стигма (A): Отталкивает любое зло. Позволяет даровать стигмы другим. Подчиненные жрецы становятся смешанными, некоторые могут подвергнуться физическим искажениям. (5/20)

— Смешанная Божественность (A): Две божественности слились воедино. Использование стало значительно сложнее, но теперь оно незаметно для окружающих. Позволяет свободно переключаться между двумя божественностями и по желанию менять природу Святой силы.

— Исцеление (A): Позволяет одновременно исцелять и сражаться. Можно залечить больше ран, затрачивая меньше Святой силы. Позволяет продолжать бой до тех пор, пока Святая сила не иссякнет.

— Благословение (A): Сопротивление негативным статусам кардинально возрастает, позволяя всегда сохранять хладнокровие. Физические характеристики значительно усиливаются, а Святая сила временно возрастает в разы. «Тот, кто разорвал цикл» и…

[Культ Нага]

— Плетение теней (A): Позволяет просачиваться в тени. Дает возможность перемещаться от одной тени к другой; присутствие невозможно обнаружить, за исключением тех, кто обладает выдающимися сенсорными способностями.

— Молитва чешуи (A): После молитвы позволяет слиться с окружающей средой на заданное время. Звук от клинка исчезает, а физические способности существенно возрастают. Тело не издает ни звука даже при движении.

— Выработка яда (A): Позволяет вырабатывать внутри тела яд, вызывающий мучительную боль. Экстремальный токсин целиком растворяет плоть и причиняет невыносимую агонию.

— Шепот змея (A): Внешний вид объекта полностью поглощается тьмой. Расстояние становится невозможно определить, и состояние сохраняется даже при прилипании внешних субстанций.

— Эрозия (A): Просачивается в разум и внедряет в чужую психику эффект промывания мозгов. Цель пробуждается только при определенных стимулах, эффект сохраняется в течение длительного времени.

— Поглощение тьмы — Санаджех (S): Чешуя возжелала этого. Я ступал беззвучно. Кровь текла по пути, высеченному во тьме. Бесконечная кровь.

— Черное болото — Фавела (S): Чешуя возжелала этого. Два обнаженных конца оказались остры. Я задыхался. Я медленно открыл пасть и пожрал. О, Нага. Пригляди за мной.

[Общие навыки]

— Приготовление мяса (B): Позволяет сделать вкусным даже несъедобное мясо.

— Приготовление морепродуктов (B): Позволяет сделать вкусными даже несъедобные морепродукты.

— Приготовление напитков (C): Позволяет создавать вкуснейшие напитки.

Я тяжело выдохнул.

Деревянный меч с черным клинком, вырезанный из ветвей омелы, мучительно впился мне в плечо.

[Мистилтейн разрушает ваше тело.]

[Уровень эрозии: 16%]

[ВНИМАНИЕ]

[Полная эрозия Мистилтейном может привести к потере рассудка.]

[Гипо-зелье подавляет рост уровня эрозии.]

Мистилтейн — святая реликвия Нага, добытая из сокровищницы.

Святыня, ничем не отличающаяся от демонического меча, пожирающая тело владельца, и одновременно лучшее оружие, которое я сейчас мог использовать.

Небрежно закинув его на плечо, я подставил лицо ветру. Такого прохладного бриза я не чувствовал уже очень давно.

— Ха-а…

Открыв глаза, я посмотрел вперед. Я физически ощущал, как массивная, оцепеневшая громадина пялится на меня.

— 【К… как?..】

Голос. Голос Арис, эхом разнесшийся в воздухе. Она заговорила впервые?

Вполне объяснимо — она-то думала, что надежно заперла меня, а я взял и раздробил ей руку.

— В смысле, как?

Я бросил взгляд вниз. Инквизиторы и Культ Змеи. Среди наемников можно было разглядеть даже Гектора с его командой.

Какая явка. Действительно, внушительная толпа.

Я без особого повода отвел взгляд. Совершенно не ожидал, что заявится так много людей.

…Если честно, я вообще не думал, что кто-то придет.

…Что ж.

Неплохо.

Поднявшись на ноги, я подставил лоб порывам ветра. Порой даже смрад гнили становился почти терпимым.

Смахнув со щеки кусок чужой плоти, я брезгливо скривился.

Омерзительно. Этот город, Парамир, а теперь еще и эта гниющая масса.

— Ну что ж…

Я опустил острие меча.

— Пора с этим покончить. Не находишь, Арис?

— 【А… а-а-а-а-а!!】

Пронзительный вопль накрыл весь Парамир.

— 【Не мешайте Арис… не мешайте Ари-и-и-ис!!!!!】

— Стой там.

Появилась возможность, которой попросту не должно было быть. И всё благодаря этим людям, добровольно шагнувшим в пасть смерти — абсолютно безумный поступок.

Но если есть шанс сорвать куш, грех им не воспользоваться. К тому же, это отличный повод заставить Флору задолжать мне по-крупному!..

Теперь, когда все условия сошлись — я накину поводок на шею этой твари!

— 【Сдохни-и-и-и-и!!!!!!】

Рев, словно пропущенный через мегафон, вырвался из глотки гиганта. Стремительно регенерировавший кулак заслонил небо и рухнул вниз, намереваясь раздавить меня всмятку.

— З-Захад! Берегись!

Аватар богини-змеи Нага, обитающий внутри Мистилтейна, пополз вверх по моей руке. Свернувшись кольцами на правом предплечье, белая змея прошептала:

— Разруби его!..

— Нет.

Нет смысла тратить на это силы.

Сделав глубокий вдох, я до отказа наполнил легкие воздухом.

А затем резко выдохнул всё без остатка.

— ФЛОРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!!!

Крик, пронзивший Парамир, ровно надвое расколол поместье лорда, расположенное в самом сердце внутренних стен города.

Вращающиеся шестеренки. Квинтэссенция Парамира — истинная вершина магической инженерии.

Магическая осадная пушка, о которой мне рассказывал Пер Бах, предстала во всем своем великолепии. Гладкий железный каркас. Длинный ствол, до краев накачанный концентрированной магической энергией, размером походил на дом.

Голос Флоры — отсюда она казалась крошечной песчинкой — раздался через магический усилитель:

— Первый снаряд, ручная зарядка!!!!

Голоса эльфов грянули в унисон:

— Первый снаряд, ручная зарядка!

— Первый снаряд, ручная зарядка!

— Первый снаряд, ручная зарядка!

Да. Черт возьми, да!

Надеюсь, предварительные тренировки того стоили!

Что-то с тяжелым стуком опустилось в длинный ствол. Массивная пушка натужно застонала и пришла в движение.

Процеженный сквозь стиснутые зубы голос Флоры потряс Парамир до самого основания:

— ОГО-О-ОНЬ… КЬЯ-А-А-А-А?!!!

Небо над городом в одно мгновение разлетелось вдребезги.

— БАБА-А-А-А-А-А-А-А-АХ!!!!!!!!!!!!!!!

Грохот был таким, что у меня едва не лопнули барабанные перепонки. Ударная волна ветра. Одно лишь чудовищное давление раскидало трупы гниющих монстров во все стороны.

Взрыв прогремел прямо на голове гиганта. Монстр замер как вкопанный, лишившись доброй половины черепа. Из дула Магической осадной пушки повалил густой дым.

Затем ствол совершил полный оборот вокруг своей оси.

Стоп.

Этого не было в плане.

— А-а-а! Как этой штукой управлять?!!!!

— БАБА-А-А-АХ!!!!

Второй взрыв разнес целую секцию внешней стены. Голос Флоры закружился вместе со стволом, когда она выстрелила в совершенно противоположном направлении:

— Что я творю?!!! Прости-и-и-ите!!!!!!!!

…Боже правый.

Ладно. По крайней мере, один раз она попала.

— ЭЙ!!!!!

Голос прилетел ко мне из ниоткуда. Вздрогнув, я скосил глаза.

Что-то врезалось в меня на полном ходу, и я кубарем покатился по крыше.

Я невольно рассмеялся, увидев знакомое лицо девушки, оседлавшей меня. Перепачканное до неузнаваемости лицо. На глазах, покрытых коркой гнилой крови и ошметками плоти, наворачивались слезы.

Великий инквизитор Димонаас громко шмыгнула носом.

— Это ты, да?! Это правда ты?!!!

— Мы что, уже перешли на «ты»?

— Почему… почему ты такой… — бормотала Димонаас, поспешно ощупывая мою грудь. — Почему ты стал таким огромным?!!

— Переходный возраст.

— Какой еще переходный возраст завершается за шесть месяцев?!

— Мой сосуд расширился, а тело просто подстроилось под новые габариты.

— И-и вдобавок ко всему… почему… следы Ра исчезли… т-только не говори мне… — Димонаас вцепилась мне в плечи, а в ее полных слез глазах вспыхнуло пламя. — Ты что, переметнулся в Культ Змеи?!!!!

— Нет, успокойся. Та тварь внутри украла ее у меня.

— Украла?! Силу Ра?! Р-разве такое вообще возможно?..

— Сам не знал, но, судя по всему, да. Так что я здесь, чтобы забрать ее обратно.

Поднявшись на ноги, я посмотрел на нее сверху вниз. Теперь линия моего взгляда находилась значительно выше макушки Димонаас. Разница составляла больше целой головы.

— Инквизитор.

— Д-да?

— А ты стала ниже, не так ли?

— Жить надоело?!

[Мистилтейн разрушает ваше тело.]

[Уровень эрозии: 18%]

Хотелось поболтать еще, но на этом наши любезности заканчивались. Времени не было.

По мере роста уровня эрозии мои физические показатели стремительно улучшались. Но если он превысит критический порог, «Семя злобы», дремлющее внутри Мистилтейна, прорастет сквозь мое тело.

Безумный навык, полностью лишающий рассудка и одновременно разгоняющий организм до абсолютного предела.

Но сейчас, лишившись перков Бога Солнца, у меня не осталось навыков для сохранения здравомыслия. И из-за этого побочного эффекта — потери контроля над разумом — навык превращался в абсолютный мусор.

Край поля зрения исказился, а затем вернулся в норму. Нужно действовать быстро. Если бой затянется, шансов на победу не останется вовсе!..

— Димонаас, с этого момента слушай очень внимательно.

Я вкратце обрисовал план. Во взгляде девушки поселилось глубокое подозрение.

— Т-ты хочешь, чтобы я это сделала? Я имею в виду, мы же физически не сможем стащить эту громадину вниз, разве нет?!

— Она будет периодически впадать в состояние оглушения. У нас есть один надежный стрелок. Да и оружие в моих руках тоже поможет.

— БАБА-А-А-А-АХ!!!

— Я разобралась! Честно! Благодетель! Я серьезно!!!!

Димонаас заморгала. Ее голос был пропитан густым скептицизмом:

— …И ты хочешь, чтобы я в это поверила?

— …Наверное?

— Эй!

— В любом случае, командование на земле оставляю на тебя. Мне нужно провести приватную беседу.

[Используется Черная Ветвь (SSS).]

— Дзынь.

Черная цепь сорвалась с острия Мистилтейна и рухнула на землю. Уникальный навык, дремлющий внутри реликвии.

«Черная Ветвь (SSS)».

Цепь, насильно запечатывающая силу противника. Настолько мощная, что даже вскользь задев приличного рыцаря, мгновенно повергнет его наземь.

Предел длины цепи, которую я мог вытянуть, зависел от лимита моей теневой Святой силы. В моем нынешнем состоянии ее запасы казались поистине бесконечными.

С ее помощью я свяжу гиганта. Сброшу другие концы цепей на землю и заставлю людей тянуть.

Абсолютно критическая часть плана — извлечь Арис из этого гниющего ублюдка!

— БАБА-А-А-А-АХ!!!

— ДА-А-А-А-А!!!! Я же говорила, что разобралась!!!!!!!

С оглушительным залпом регенерирующая правая рука гиганта разлетелась на куски. Фух. Если бы я знал об этой пушке еще тогда, когда всё было лишь игрой, жизнь стала бы намного проще.

Пер Бах удосужился рассказать мне о ней, вероятно, только потому, что этот мир реален. Чувство вины — привилегия исключительно живых людей. При обычных обстоятельствах он унес бы эту тайну с собой в могилу.

И всё же… почему-то…

Теперь это не просто мир внутри игры.

Я оглянулся. Мой взгляд встретился с глазами Димонаас. Стоя среди падающих кусков массивной плоти, я смущенно почесал щеку.

— …Знаешь, я правда не думал, что кто-то придет.

— Что за слова! А ведь мы из кожи вон лезли, чтобы…!

— Поэтому…

Слова застряли в горле. Резко отвернувшись, я выдохнул:

— …Спасибо.

Это уже во второй раз?

Второй человек, поставивший свою жизнь на кон, чтобы спасти меня.

— Спасибо тебе. Димонаас. Искренне.

◇ ◇ ◇

Димонаас отрешенно смотрела ему вслед.

— К… какой милый.

Она прижала ладонь ко рту в ту же секунду, как слова сорвались с губ. Спина, ставшая такой высокой, теперь казалась поистине необъятной.

Сначала она его почти не узнала. Нет, люди, конечно, меняются, но должны же быть пределы…

Куда делся тот смазливый мальчишка, и кто этот до нелепости роскошный мужчина?!

Но изменилась не только внешность. В пустоте, оставшейся после ухода Ра, клубилась лишь подавляющая аура Нага.

Он стал другим. Совершенно другим. Что бы ни произошло за эти шесть месяцев, сам сосуд его личности стал невероятно масштабным.

Но сейчас не время для этого.

Не время поддаваться сентиментальности. Спрыгнув с крыши здания, Димонаас одним ударом разрубила надвое гниющего монстра, бросившегося на Асваля Хальца.

— Ваше Превосходительство!

— Д-Димонаас, Великий инквизитор?! Что с тем монстром… почему вы спустились сюда?!

— Теперь всё изменилось! Ход битвы вот-вот перевернется! Нам нужно укрепить внешний периметр! Остальные — бросайте оружие и смотрите в небо!

— О чем вы говорите?! Прибыло подкрепление?!

— Именно! Всего один человек, но какой!..

Задрав голову, Димонаас устремила взор в небеса. Она провожала взглядом силуэт, сжавшийся до размеров крошечной точки.

Девушка улыбнулась, сама того не осознавая. Улыбка возникла непроизвольно, посреди этой ужасающей, абсолютно безнадежной ситуации.

Человек, ничем не отличающийся от чуда.

Настоящее бедствие, не поддающееся никакому сравнению, неслось прямо по колоссальному телу гиганта.

— Истинный… истинный гений прямо сейчас бросит нам спасательный круг! Шанс, который может стать нашим последним!

Инквизиторы подняли головы. Они увидели бесчисленные цепи, опутывающие тело гниющего монстра.

Паладины Черной Чешуи опустили мечи. Они увидели черные канаты, спускающиеся с самых небес.

Под пронзительные вопли исполина его уцелевшая голова окончательно раскололась надвое. По черепу пролегли глубокие борозды, а затем он разлетелся на мириады осколков, окрасивших небо в багровый цвет. Ошметки разорванной плоти хлынули вниз кровавым ливнем.

Димонаас перехватила один из падающих черных канатов. Черную цепь. От нее исходила странная сила, но никакой иной необычной реакции не последовало.

Всего две тысячи. Учитывая, что больше трехсот человек уже пали в бою, цепи ливнем обрушились прямо перед глазами оставшихся сил.

Возможно, это была авантюра. План, который, исходи он от кого угодно другого, сочли бы за абсолютный бред.

Но Димонаас отбросила все сомнения так далеко, как только могла.

Разве не этот человек всегда пробивал путь вперед? Человек, превращавший невозможное в триумф!

— Все!!! Все хватайте цепи!!!!

Обмотав звенья вокруг ладони, она намертво вцепилась в них и потянула изо всех сил.

В одиночку это было невозможно. Но вместе — совсем другое дело.

— Ч-что, черт возьми, происходит?..

— Оставьте в охранении только минимум людей и беритесь за цепи!!! Настало время нанести ответный удар!!!!

Димонаас яростно скрипнула зубами.

— Своими собственными руками…!! Давайте поставим эту тварь на колени!!!!

Некоторые инквизиторы побросали оружие. Двумя руками вцепившись в цепи, они потянули на себя, вкладывая в рывок всю свою мощь.

— Тяните!!!!

— Выполнять приказы Великого инквизитора!!!

— Тащите его вниз!!! Прямо сейчас!!!!

— Несколько человек, поддержите внешний периметр!!! Мы удержим его здесь!!!

Асваль Хальц спрыгнул с коня. Обмотав цепь вокруг всего тела, он резко потянул на себя:

— Я не знаю, чего именно мы пытаемся добиться…! Но у вас ведь есть план, верно?! Великий инквизитор Димонаас!!

— Есть! Говорю же, есть! Все хватайте цепи! Вцепитесь в этот последний шанс мертвой хваткой!!!!

— Всем силам!! Хватайте цепи!!! Все, кроме держащих внешний периметр, беритесь за цепи!!!!

Солдаты один за другим вцеплялись в черные канаты. Изабела всем телом рванулась вперед, перехватив сразу пять цепей:

— Черная Чешуя! Берем прямо сейчас!!! Это цепи Нага!!!

— Ц-цепи Нага?!

— Если подумать…! Сила этого человека — это же…!

— Только не говорите, что наш брат и правда примкнул к Культу Змеи?!

— Хватит нести чушь, просто тяните!!!!

Колоссальный гигант медленно начал оседать на колени. Он занес руку, чтобы смахнуть жалких, похожих на тараканов людишек.

— БАБА-А-А-А-А-АХ!!!!!

— ДА-А-А-А-А!!!! Сто выстрелов, сто попаданий!!!!!!!

Под звонкий боевой клич эльфийки левая рука гиганта разлетелась в крошево. Тело ошеломленного монстра бессильно обмякло.

Глаза Димонаас полыхнули огнем. Она выскребла до дна каждую последнюю каплю Святой силы, что у нее оставалась.

Сейчас!

Прямо сейчас!

— ВАЛИ-И-И-И-И ЕГО-О-О-О-О-О-О!!!!!!!!!!!!!!

Вторя этому взрывному крику, люди слили свои голоса в единый рев.

Боевые кличи и неистовый рык. На напряженных руках вздулись вены — воины тянули изо всех сухожилий, отдавая последние силы.

Один человек может быть слаб.

Но один становится множеством, а множество превращается в сотни.

Цепи, вгрызающиеся в плоть гиганта, натянулись струной. Эрозия Мистилтейна ослабила монстра, а Магическая осадная пушка подавила любые попытки сопротивления.

Маленькие перья собрались воедино, образовав крылья. А расправившиеся крылья подняли ветер перемен.

Это было настоящее чудо.

Истинное чудо — череда совпадений, воплотившаяся в абсолютную невозможность!

— Гра-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а..........

Леденящий кровь вой гиганта начал падать вниз вместе с ним.

Вниз с небес, казавшихся навсегда недосягаемыми.

К земле, куда могли дотянуться человеческие руки.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (11)

Глава 86: Карательный поход в Парамир (11)

КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-М-М-М-М-М...

Этот звук не оборвался сразу — он катился волна за волной, отдаваясь эхом в воздухе. Рука гиганта лишь коснулась земли, но целый квартал города с грохотом провалился под землю, и густое облако пыли взметнулось вверх, застилая небо.

Мимо со свистом проносился ветер. Я крепко стоял на спине гиганта, высоко над землей.

Широкая.

Невероятно широкая спина. Если бы не слабое покачивание под ногами, её вполне можно было принять за кусок зловонной суши.

— Хоп.

Я глубоко вонзил Мистилтейн. Клинок ушел в плоть и принялся разъедать гигантского Гнильца изнутри — пуская корни и отравляя всё вокруг черной скверной.

[Связывание Дворца Гнильцов...]

[Дворец Гнильцов сопротивляется.]

Гигант отчаянно сопротивлялся, но его силы явно были на исходе. Поскольку Магическая осадная пушка стреляла с равными интервалами, можно было с уверенностью сказать, что тварь почти усмирили.

Но это был еще не конец.

Из рукояти Мистилтейна, прочно укоренившегося для поддержания оков, распустился цветок. Семя, пожирающее свою цель, обрело форму благодаря поднимающейся черной Святой силе.

[Использование навыка «Семя злобы (SSS)».]

[Семя злобы пробуждается.]

[Священный домен накрывает окрестности.]

Подобно обрушившейся волне, поток темной энергии одним мощным порывом пронесся по спине гигантского Гнильца.

Растекающийся по области бафф окутал мое тело. Будучи священной реликвией Наги, этот навык даровал могущественные благословения тем, кто владел теневой Святой силой.

[Скорость регенерации ОЗ увеличивается.]

[Скорость восстановления Святой силы увеличивается.]

[Сила увеличена.]

[Чувства обострены.]

[Вход во временное состояние Берсерка.]

[Уровень Эрозии: 32%]

Я отпустил Мистилтейн, сделал глубокий вдох и силой заставил плывущее перед глазами зрение сфокусироваться.

Нахлынула резкая боль. Я почувствовал, как по моим венам ползет нечто чужеродное.

С трудом выровняв дыхание, я дрожащей рукой вытащил из кармана дорогой кинжал, который припрятал заранее.

Кинжал А-ранга из сокровищницы — не совсем S-ранг, но выглядел он вполне пригодно.

— З-Захад... Уровень Эрозии растет слишком быстро!.. Как я уже говорила, если он достигнет ста процентов, ты можешь не вернуться!..

Белая змея, обвившаяся вокруг моей правой руки, взволнованно зашептала. Я тихо рассмеялся.

Я знаю. Мне прекрасно известны побочные эффекты от столь стремительного усиления тела в реальном времени.

Но ведь у меня есть Нага, верно? Аватар Наги, проявившийся здесь вопреки всей той нагрузке, которую ей приходится терпеть.

— Помоги мне, Нага.

— Н-но...

— Я верю тебе.

Я погладил змею по голове, едва слышно прошептав:

— Потому что знаю: ты обязательно что-нибудь придумаешь.

Белая змея вздрогнула.

Словно пытаясь сдержать черную эрозию, ползущую от кончиков моих пальцев, она впиталась в мою кожу. Глаза змеи налились багровой кровью.

— ...Я что-нибудь придумаю!..

Белая змея принялась бороться с черными корнями, взбирающимися по моему телу. Рост уровня Эрозии немного замедлился, но так и не прекратился полностью.

С Нагой действительно очень легко иметь дело.

За это она мне и нравится. Когда-нибудь я верну ей все долги.

Я из тех людей, которые всегда платят по счетам!

[Змея прошептала.]

[Запястье рассечено для подношения крови.]

[Использование навыка «Черное болото — Фавела (S)».]

Трансформация формы снизошла на два зажатых в моих руках кинжала. Священное писание Наги. Очертания божественной техники, передававшейся из уст в уста на протяжении бесчисленных эпох, легли на кончики моих пальцев.

Я спросил:

— Мне самому подойти к тебе, или ты соизволишь выйти?

Она ответила:

— ПОЧЕМУ!!!! ПОЧЕМУ-У-У-У-У-У!!!!!!

Кожа гиганта с треском лопнула. Из брызг гнилой крови и плоти появилась девочка, чьи глаза пылали яростью.

Под этот истошный крик со скрежетом начали подниматься солдаты Гнильцов. Рыцари Гнильцов — совершенно иной класс по сравнению с теми, что копошились внизу.

В их костяном стуке чувствовалась настоящая, прочная структура. Сгнившие очертания лиц осыпались прахом, а поднятые костяные мечи остро поблескивали.

В самом конце этого строя высился трон из костей. Арис, полулежа на нем, тяжело дышала. Покрытая ранами черноволосая девочка прошептала:

— Всё, чего хочет Арис... это просто... быть свободной... Ты... Меня тошнит от тебя... Я ненавижу тебя...

Вторая фаза. Настоящий бой начинается прямо сейчас.

— Закрой рот.

Я перехватил кинжал поудобнее.

— Это меня уже тошнит от всего этого!

◇ ◇ ◇

«Это человек, избранный Ра. Но в то же время... лиши его этой силы, и от него ничего не останется. Точно так же, как случилось с "тем самым"».

Поэтому она поступила именно так. Поглотила его силу, а затем загнала в угол.

Изначально она собиралась убить его. Но ей не понравилось то, что он сказал. Поэтому она захотела, чтобы он умирал медленно, корчась в муках.

...Но.

Но она определенно забрала её — она была уверена в этом!..

— Как?!

Под крики Арис рыцари Гнильцов поднялись во весь рост. Они занесли свои мечи, готовые защитить госпожу.

Однако они разлетелись вдребезги. Происходящее шло вразрез со словами того человека, утверждавшего, что у этого парня не будет никаких способностей, кроме силы Апостола Ра.

Кинжалы вспыхнули. Там, где колыхались тени, рыцари Гнильцов мгновенно лишались голов.

Быстро.

Насколько быстро, что его ноги двигались стремительнее, чем взмахи клинка.

— Не приближайся ко мне!!!!

Арис с силой опустила руку. Из спины гиганта выросли гнилые руки, начавшие рассекать воздух.

Захад произнес:

— Паттерн один-один. Фронтальный удар гнилой рукой.

— ......?!

На волосок.

Ровно настолько разминулся с ним этот удар.

Он скользнул внутрь, словно предвидел это заранее. Огромная гнилая рука промахнулась, пролетев мимо.

Лезвие клинка впилось в тело Арис.

Как?!

«Я ведь явно быстрее... Я должна быть быстрее!..»

Пьер взвыл. Монстр часовой башни окутал Арис, точно тень. От удара Арис покатилась по земле, но ничто не задело её напрямую.

— З-защитить Арис!

Рыцари поднялись. Арис тоже не бездействовала. Она вытянула руку, собирая воедино плоть Гнильцов.

Случайность бывает лишь однажды. Дважды — никогда. Так что в этот раз!..

— Паттерн три-четыре!

Мимо.

— КАК?!?!?

— Я предсказал всё до единого шага! Дальше ты скажешь: «Это невозможно»...

— Э-это невозмо...!

Арис вздрогнула. Кинжал, проскользнувший сквозь хаотично мечущиеся гнилые руки, блеснул в воздухе.

Расстояние сократилось в мгновение ока. Головы рыцарей покатились по земле.

Толстая шкура Пьера лопнула от одного-единственного удара!

— Я... я не хочу этого... Я ничего этого не хочу...!

Крики Пьера больно вонзились ей в уши. Арис неистовствовала. Она стянула огромное количество гнилой плоти и обрушила вниз гигантское шипастое щупальце.

— Не подходи ближе!!!

— Ну уж нет!

Шипастое щупальце задело тело Захада. Но в тот момент, когда его ноги оторвались от земли, его тело изогнулось под невероятным углом.

Шипы, усеивавшие поверхность щупальца, прошли в считанных миллиметрах от него. Брызнула кровь, но это была лишь царапина.

Вместо этого тело Пьера рассекло еще глубже. Каждая предпринятая атака летела мимо цели.

Словно видя будущее, он проскальзывал сквозь любые бреши по тончайшей грани.

— Нет... нет...

Арис свела ладони вместе. Словно разрывая само пространство, она резко развела их в стороны.

— Оставьте Арис в покое!!!!!!

Это была суицидальная техника, взрывная волна которой накрывала и её саму.

Сжатая плоть взорвалась с оглушительным грохотом.

◇ ◇ ◇

Этого я не предвидел.

Я отскочил назад, восстанавливая равновесие.

Арис, рабыня Часовой башни.

Её паттерны атак уже были запечатлены в моей мышечной памяти. Паттерны, которые я видел сотни раз в игре. Перенести это в реальное физическое исполнение — совсем другое дело, но отточенные навыки и инстинкты помогли мне справиться.

Но даже с учетом этого, смогу ли я победить на самом деле — оставалось совершенно иным вопросом.

После взрыва дождем посыпалась гнилая плоть. Тяжело дышавшая Арис повернула голову. Безумное выражение её лица начало сменяться обычным.

— Арис... Арис хочет... свободы.

Сорванный, хриплый голос. Из разодранного горла вырывались странные звуки.

Она протянула руку. Плоть, которая до этого разлетелась в стороны, вновь устремилась к ней, окутывая тело Арис.

Началось.

Третья фаза.

Рыцари Гнильцов опустились на колени. Словно только этого они и ждали, они без малейшего сопротивления подчинились ей.

Рыцари рассыпались. Кости раскалывались и сжимались, обволакивая тело Арис. Она поднялась из глубин уродливой плоти, которая её поглотила.

На гнилой плоти, покрывавшей её тело, проступили бесчисленные глаза. Словно раненый Пьер брал управление на себя, эти глаза задвигались в унисон.

Оболочка Пьера облепила тело Арис. Облик монстра, поглотившего реки крови и бесчисленное множество душ — существа, которое так сильно любило людей, что отреклось от самого себя, — явился миру.

Бесчисленные взгляды устремились на меня.

— ...Ха.

Владыка Гнильцов.

Как и всегда, он прошептал:

— ...Ваши приказания.

Звук доносился глухо, будто из-под воды. Это был не голос Арис.

Голос Монстра часовой башни Пьера, который наконец-то полностью перехватил контроль.

Владыка Гнильцов протянул руку.

Плоть сжалась, и в руках Арис материализовался странный, искривленный меч.

Не просто огромный — он был невероятно тяжелым. Глаза, усеивавшие лезвие, дико вращались во все стороны.

Голос Арис пробился откуда-то изнутри тела Владыки Гнильцов.

— ...Убить.

Скрытый босс, которого мне удавалось одолеть лишь считанные разы в игре, открыл глаза.

— Убить апостола Ра!!! Свобода!!! Дай мне свободу!!! Пье-е-е-е-р!!!!!!

Под этот искаженный крик Владыка Гнильцов поднял голову.

Пьер.

Пустая оболочка монстра, прожившего жизнь марионетки и в конце концов отказавшегося от способности мыслить, согласилась:

— Как пожелает Арис.

Сразу после этого...

Воздух взорвался.

— Гх?!

Я знаю. Я знаю все паттерны. Но это происходит быстрее, чем я ожидал.

Ударная волна от одного лишь взмаха распорола мне кожу. Сила совершенно иного уровня, нежели прежде. Я тут же извернулся и восстановил стойку.

Столкновение. Взмах. «Черное болото — Фавела» яростно взвыло.

Лязг! Лязг! Лязг!

Бесчисленные обмены ударами. Но этого мало. Я взвинтил свою скорость еще выше.

Упереться и рвануть вперед. Сжать землю под ногами и совершить рывок.

Отлететь, получить удар, снова подняться на ноги.

— Захад?!

— Тсс! Я не могу сосредоточиться!

Снопы искр летели во все стороны. Жалкие остатки моей одежды развевались на ветру. Моя тень, не поспевая за движениями, разрывалась и распадалась на куски.

Непостижимая пропасть в чистой силе.

«Черное болото — Фавела» стонало так, словно вот-вот разлетится вдребезги.

— Гхк?!

Глаза Владыки Гнильцов задвигались. Зрачки, усеивавшие поверхность плоти, разделились, отслеживая каждое мое движение.

Главная проблема третьей фазы, которую невозможно преодолеть никакими характеристиками: почти предвидящее будущее сверхчувствительное восприятие, неприступная крепость, сквозь толстый панцирь которой не могла пробиться ни одна атака, и сокрушительная мощь, обращающая в прах любой выпад.

Тройное комбо из имбовых характеристик — такое же читерское, как и всегда, сколько бы раз я это ни видел.

— Черт возьми!

Все мои атаки отскакивали. Я пытался пробиться сквозь бреши, сражался изо всех сил, но тяжелый двуручный меч с силой впечатал меня в землю.

— Захад! Слева!

Я резко повернул голову на тревожный крик Наги. Перекатившись, я вскочил на ноги и заскользил по земле, рассеивая черную тень среди вздымающейся плоти.

Кинжалы становились все острее по мере того, как разгоралась теневая Святая сила. Но даже это не помогало. Абсурдно огромный двуручный меч неотступно следовал за каждым моим шагом.

Крах наступает мгновенно.

Нисходящий удар разорвал землю в клочья.

— Гр-р-рх?!

Глубокий порез. Из верхней части моего тела хлынула кровь. Я попытался тут же исцелить рану, но гнилая плоть уже начала проникать внутрь.

Двуручный меч блеснул. Словно не собираясь давать мне ни секунды передышки, Владыка Гнильцов вновь занес оружие.

— Арис... Арис...

Быстро вращающиеся глаза замерли.

— Приказ... приказ...

— Убей его!!! Убей его!!!!

Под переплетающиеся голоса двуручный меч устремился вниз.

Использовать это сейчас?! Но если я сделаю это сейчас, всё пойдет прахом!..

Секундное колебание стоило мне времени на реакцию. Когда я пришел в себя, двуручный меч уже завис прямо над моей головой.

Ох.

Черт.

Слишком поздно...

— Захад.

С неба обрушился ослепительный свет.

К-р-р-р-р-р-р-р-р-р-м-м-м-м-м!!!!!

Раздался оглушительный взрыв. Меня отбросило назад. Владыку Гнильцов тоже откинуло в сторону.

Белый двуручный меч вонзился глубоко в землю. Из облака разлетающихся искр кто-то шагнул вперед.

Тяжелые доспехи. Фигура в глубоко надвинутом шлеме излучала непреодолимую ауру святости. Алые языки пламени, охватившие её то тут, то там, яростно бушевали, словно предвещая конец света.

Облик, казалось, воссоздавал сошествие ангела на землю.

Пламя Ра предало этот мир огню.

[Приди, дитя мое.]

[Я выковал это только для тебя.]

[Провозгласи мое величие повсюду.]

[В крепости, что никогда не падет, пусть горит твое пламя.]

[Вы узрели божественную власть Тарнхельма (SSS).]

[Раны стремительно затягиваются.]

Плоть осыпалась прахом, а огонь продолжал неудержимо разрастаться.

Я покачнулся, поднимаясь на ноги. Почему... почему это здесь?..

— ...Тарнхельм?

Почему священная реликвия Культа Ра оказалась здесь?

Единственный предмет, который может использовать только глава Дев Дня — почему?..

Из белых доспехов развернулись крылья. Сияние Ра. Из глубин бушующего пламени кто-то прошептал:

— ...Я верила, что ты жив.

Я поднял глаза. Передо мной стоял человек, которого я никак не ожидал здесь увидеть.

Среди расступающегося пламени женщина сняла шлем и улыбнулась. Белые волосы развевались на ветру.

Филиал культа, где я когда-то впервые начал свою вторую жизнь.

Нить связи, которую я там завязал, теперь шептала прямо передо мной.

— Я обещала, что приду за тобой. И я здесь, чтобы сдержать это обещание, Младший.

Та, кто когда-то была моей старшей — та, кого я защищал.

Человек, которого я был уверен, что никогда больше не встречу в подобном месте, стоял прямо передо мной.

Послушница Айрин.

Нет...

«Дева Дня» посмотрела на меня. Глазами, столь же твердыми и решительными, как и прежде, она произнесла:

— Давай вернемся. Вместе.

Словно она пришла, чтобы возвестить о конце всего этого кошмара.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (12)

Глава 87: Карательный поход в Парамир (12)

— ...Как?

— Я пришла спасти тебя.

— Но ведь эта вещь принадлежит кое-кому другому...

— Я одолжила его.

— Даже гению нужно время, чтобы освоить такой артефакт...

— И всё же я заслужила его признание. Признание Тарнхельма. Позже, чем хотелось бы, но у меня получилось.

У меня не нашлось слов. Вместо этого вырвался беспомощный смешок.

Что это такое? Что это вообще такое?!

Люди, о появлении которых я и помыслить не мог, приходили один за другим. И где? В самом сердце Парамира — города, повсеместно известного как смертельная ловушка!

— Тебе не было страшно?

— Страшно.

— Тогда почему ты пришла?

— Потому что ты здесь.

Айрин обняла меня, и красное пламя, охватившее её белые доспехи, совсем не причиняло боли.

От него веяло лишь приятным теплом.

Айрин искоса взглянула на меня.

— Я бы хотела как следует отругать тебя на правах старшей... но ситуация, похоже, этого не позволит.

Я заставил себя подняться на ноги.

Владыка Гнильцов уже поднимался. Поверхность его массивной туши горела, но он, казалось, совсем не ощущал урона.

Точно. Эта тварь — неприступная крепость, бесконечно регенерирующий кошмар.

Если не получается раздавить его превосходящей силой, остается лишь один способ победить.

Пьер и Арис... Их нужно разделить.

Владыка Гнильцов издал низкий рокот и сквозь это глухое рычание крепче сжал свой двуручный меч.

— Старшая.

— Да, Младший.

— Видишь тот самоцвет, вживленный в его грудь?

— ...Да. Вижу.

Единственная деталь на теле Владыки Гнильцов, мерцавшая черным светом — одинокая сфера.

— Нам нужно разбить его.

Это ключ к срыву одной из его особых атак!

Айрин не возразила ни словом.

Она не стала задавать вопросов, а просто кивнула, словно это было самым естественным делом на свете.

— Предоставь это мне.

Белый двуручный меч Айрин вспыхнул пламенем.

— Я как-нибудь справлюсь.

Айрин, несомненно, была гением, но даже у гениальности есть пределы, а скорость роста человека ограничена.

Если бы она пришла сюда одна, я бы точно отговорил её.

Но теперь всё иначе. С ней был Тарнхельм — священная реликвия, которую я жаждал получить больше любого другого артефакта Ра, но от которой отказался в самом начале, опасаясь гнева Дев Дня.

С этим артефактом я мог ей доверять. Я крепче сжал кинжал, пока Владыка Гнильцов поднимал свой двуручный меч, лезвие которого извивалось и расщеплялось, становясь зазубренным, словно пила.

Он стал еще сильнее, чем прежде.

— Старшая.

Это мгновение должно было быть наполнено чистым напряжением, но я почему-то всё равно пробормотал:

— Мы впервые сражаемся вот так, плечом к плечу.

— ...Всё в порядке. Отныне мы будем вместе.

— Хм?

— Сосредоточься.

Белый двуручный меч Айрин яростно запылал.

— Он идет.

Владыка Гнильцов взревел.

◇ ◇ ◇

Апостол Эстель оглянулась через плечо на меч, вонзенный в спину гниющего гиганта.

Священная реликвия Нага, без сомнения. Откуда она здесь?

Неужели Захад откопал её где-то в тайниках Парамира?

Чем дольше она наблюдала, тем более странным казался ей этот мужчина. Эстель быстрым движением руки убрала растрепанные ветром волосы назад.

Владыка Гнильцов взмахнул своим двуручным мечом, и невиданная доселе мощь буквально расколола пространство вокруг него.

Раздался короткий треск: падающее лезвие поглотило всё вокруг, спровоцировав взрыв красных костяных шипов, разлетевшихся во все стороны.

Настоящий монстр. Эстель не была уверена, что сможет сойтись с этой тварью лицом к лицу и победить в одиночку: попытайся она прорубить эту толстую шкуру и нанести урон изнутри, её бы просто раздавили в ответ.

И всё же, к ее изумлению, двое мечников, уступавших ей в чистой силе, сохраняли строй: кинжал неумолимо разил врага, а двуручный меч крушил с неистовой мощью.

«...Культ Ра».

Эстель медленно выдохнула.

«Они скрывали свои когти».

Тяжелые доспехи приводились в движение, и всякий раз, когда из шлема вырывалось пламя, белый двуручный меч вспыхивал с новой силой.

Чистая огневая мощь, переплетенная с безупречной техникой.

Владыка Гнильцов.

Монстр, с которым она сама не могла совладать — а эти двое противостояли ему удар в удар.

БАМ!

Каждое столкновение заставляло само пространство содрогаться и по швам расходиться в стороны; пламя оттесняли назад, это правда, но они держались.

И более того...

Кинжал, выискивающий бреши.

Захад двигался совершенно бесшумно, совершая свои странные маневры. Подобно змеиному клыку, подбирающемуся без единого звука, он целился в каждую обнаженную уязвимость.

Удар и разрез. Он приковывал к себе взгляды бесчисленных глаз, словно намеренно дразня их; ни одно прямое попадание не достигло цели, но Владыка Гнильцов раздраженно рычал, явно видя в нем серьезную помеху.

Всенаправленная атака по площади.

Гниющие мускулы вздулись с тошнотворным скрипом, накапливая силу, и рушившийся сверху двуручный меч рассек спину гниющего гиганта до самых костей.

ХР-Р-Р-Р-Р-РЯСЬ!

Плоть брызнула наружу, и во все стороны хлынул кровавый дождь. Эстель крепче сжала свой сегментированный меч.

Кто бы мог в это поверить.

Что это зрелище — то, что все считали угасающей эпохой — на самом деле было битвой между культами.

— ...Ха.

Сегментированный меч, треснувший на каждом стыке, вытянулся подобно хлысту, и одно легкое движение руки заставило его резко метнуться вперед.

Атака монстра грозила обрушиться на Айрин под углом, который та не могла заблокировать, но Эстель ударила плашмя по клинку вражеского двуручного меча, изменив его траекторию.

Лезвие, нацеленное в плоть, вместо этого вонзилось в землю, и в то же мгновение они обрушили свои удары на Владыку Гнильцов.

БАХ!

Тройная совместная атака.

Скоординированные усилия бойцов уровня апостола.

Эстель вернула свой сегментированный меч в исходное положение, выжидая бреши, словно змея, выслеживающая добычу; её задачей была поддержка с тыла, и ничего более.

Захад ведь сказал: «Береги силы». Значит, у него точно был какой-то план.

Она и подумать не могла, что против этой твари удастся продержаться так долго, но этот мужчина наверняка что-то задумал.

«...Покажи мне, Захад».

«Стоит ли этим людям ставить свои жизни на тебя».

◇ ◇ ◇

— Гх!..

Земля раскололась, и я пошатнулся от ментальной усталости; из-за сравнительно низких характеристик я не мог просто пробиться напролом, поэтому не сумел полностью уклониться от хлынувших костяных шипов и пропустил удар.

— Кха!..

Изо рта с силой брызнула кровь, а от удара возникло ощущение, будто мои внутренние органы разорвало в клочья.

Я покатился по земле, на долю секунды полностью потеряв контроль над израненным телом.

— Захад?!

— Не подходи!..

Мне кое-как удалось ответить сорванным голосом, заставляя себя подняться, пока Нага тоже покачивалась.

«Сдерживать скорость эрозии... я уже на пределе!..»

[Скорость эрозии: 72%]

Мой разум затуманивался, зрение расплывалось, и я судорожно хватал ртом воздух.

Я изо всех сил пытался взять себя в руки и каким-то образом продолжал смотреть вперед.

Владыка Гнильцов.

Белый двуручный меч — продолжение Тарнхельма — треснул.

— Угх!..

Колено Айрин подогнулось, и я отбросил свой кинжал в сторону.

Рванувшись вперед, я вырвал Мистилтейн из спины гниющего гиганта.

— Захад?! Это же прямой контакт, скорость эрозии возрастет ещё быстрее!..

[Скорость эрозии: 81%]

«Знаю. Знаю: если потеряю сознание сейчас, всё кончено».

Но чем глубже эти черные корни проникали в мое тело, тем большая сила вливалась в меня; Мистилтейн был обоюдоострым клинком.

Принимая урон на себя, я мог заставить и врага страдать от него.

[Семя злобы (SSS) пробуждается.]

Я уперся ногами в гниющую плоть и позволил клинку свободно повиснуть, отчего Владыка Гнильцов вздрогнул и резко повернул голову в мою сторону.

Рука сжалась со скрежетом, и раздутые гниющие мускулы мгновенно яростно напряглись.

Невиданная ранее мощь.

Величайшая сила, с которой я когда-либо сталкивался, смотрела на меня в упор.

Это невозможно отразить обычным путем — именно эта комбинация атак убивала меня раз за разом.

Будь это в игре, я бы точно здесь погиб.

...Но!

— Нгх!..

Сквозь стиснутые зубы Айрин вырвался стон, и колено, которое только что подгибалось, снова выпрямилось, а на кончике зажатого в её руках белого двуручного меча вновь заплясали языки пламени.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!..

Этот крик словно вырывался из самых глубин её исчерпанных сил; белый двуручный меч обрушился вниз, и на мгновение траектория удара меча Владыки Гнильцов сместилась в сторону.

Удар невероятной силы пронесся вплотную со мной, начисто срезав мою правую руку по самое плечо и отбросив её назад, но я тут же извернулся всем телом и перехватил отскочивший Мистилтейн левой рукой.

Превозмогая кричащую боль, я потянулся вперед для финального удара: поднявшаяся до предела скорость эрозии едва позволила пробить эту толстую внешнюю оболочку.

— Я пронжу тебя насквозь!

Черный самоцвет.

[Поглощение тьмы — Санаджех (S) активируется.]

Мистилтейн глубоко вошел в уязвимое место, в которое мы оба целились всё это время.

«......»

«......»

«......»

Тишина поглотила всё вокруг, и трещины, начавшиеся на поверхности черного самоцвета, вскоре полностью покрыли его.

Осколки посыпались вниз, и черный самоцвет рассыпался в прах.

Арис рассмеялась изнутри тела Владыки Гнильцов, прошептав достаточно громко, чтобы её тихое хихиканье донеслось до меня:

— Арис... не умрёт от этого... всё бесполезно...

Мистилтейн в моей руке задрожал, и я кивнул.

— ...Да. От этого ты не умрёшь. Но теперь начнётся совсем другая история!

Из обрубка на месте моей правой руки ручьем лилась кровь.

Но вместе с тем...

Святая сила, дремавшая во мне всё это время, вспыхнула ярким пламенем.

[Пожираемая Святая сила Ра возвращается.]

[Смешанная Стигма (A) пробуждается.]

[Смешанная Божественность (A) пробуждается.]

[Усиленная теневая Святая сила и огненная Святая сила сливаются воедино.]

[Смешанная Стигма (A) и Смешанная Божественность (A) сливаются.]

[Получено: Иная возможность (S)]

[Эрозия Мистилтейна прекращается.]

[Скорость эрозии: 100%]

[Разум утерян.]

[Молитва Бога Солнца отвергает это.]

[Мистилтейн яростно воет.]

[Семя злобы реагирует.]

[Цветок злобы (SSS) расцветает в полную силу.]

Святая сила запылала из глубины моего тела, а теневая Святая сила поднялась, чтобы поддержать её.

[Заха-а-а-а-ад!!!]

Голос, который я потерял.

— Наконец-то у тебя получилось, чертов дурак!

Шепот, который я, возможно, больше никогда бы не услышал.

— ...А?

Под дрожащий голос Арис оторванная рука начала регенерировать.

Новая плоть проросла там, где пламя охватило рану, и я медленно выдохнул воздух, который, как мне казалось, уже никогда не вдохну.

— Арис.

Серьга, молчавшая всё это время, покачнулась.

[Жажда и голод.]

[Отчаяние охватило мир.]

[Но даже так свет остался.]

[И люди дали этому свету имя «Брюнак».]

[Всё твое тело наполняется верой.]

[Утраченный свет Ра снисходит на мир.]

[Святая сила заполнена до максимума.]

[ОЗ заполнены до максимума.]

[Выход Святой силы удваивается.]

[⟨Пожирающее свет пламя — Луин (A)⟩ активируется.]

[Луин (A) реагирует на огромный боевой опыт.]

[Сила вливается в пронзающее копье.]

[⟨Пожирающее свет пламя — Луин (A)⟩ меняется на ⟨Священное разрушение — Луин (S)⟩.]

Я отпустил Мистилтейн, неглубоко вошедший во внешнюю оболочку, и развернулся всем телом.

Проявился Брюнак, и на кончиках моих пальцев запылало копье света; наконечник копья налился багрянцем, и в то же мгновение вспыхнувший свет отбросил тьму назад.

Все глаза Владыки Гнильцов разом застыли.

Я усмехнулся.

— Давай покончим с этим.

От начала и до самого конца.

Я протянул руку, чтобы поставить точку в затянувшемся путешествии по Парамиру.

— Э-это невоз...

Я оборвал её слова на полуслове и вонзил оружие еще глубже.

Мимо места, где раньше находился самоцвет, сквозь толстую внешнюю оболочку.

Я с силой обрушил пылающий наконечник копья на рукоять Мистилтейна.

«Цветок злобы (SSS)», расцветший из «Семени злобы (SSS)».

Разрушительная мощь Мистилтейна, расцветшая благодаря доведенной до абсолютного предела скорости эрозии, пронзила Владыку Гнильцов насквозь.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Карательный поход в Парамир (13)

Глава 88: Карательный поход в Парамир (13)

— Ах... а-ах...

Арис задрожала, и её стоны смешались со стонами Пьера.

— Этого... не может быть...

— Я должен... выполнить приказ...

— Мы были так близки... так близки...

— Арис... Арис... новый приказ...

— Арис... Арис... не падёт... ещё нет...

Владыка Гнильцов рухнул на колени, пошатнувшись от неожиданного удара.

Но даже в таком состоянии его внешний панцирь оставался прочным, так что, несмотря на этот удар, одолеть его в лоб я всё ещё не мог.

Я не мог — но с Эстель всё было совсем иначе!

— Прочь с дороги, Культ Ра.

Я тут же схватил Айрин, увлекая нас обоих назад.

— КРА-А-АК!!!

Личный меч Эстель с грохотом разверз землю и, словно при точнейшем анатомическом вскрытии, один за другим срезал безвольные слои плоти.

Медленно обнажалась сердцевина — брешь, которой мы никогда не смогли бы воспользоваться, будь ядро изначально хоть немного сильнее.

Под градом безжалостных ударов меча содрогающуюся всем телом Арис отбросило в сторону.

— Ах... а-ах...

Рана, пронзившая её живот, уже затянулась, но объятая ужасом Арис продолжала пятиться назад.

— Я... Арис не может умереть здесь... только не здесь...

— Арис... Арис...

Придя в себя, Пьер с трудом поднялся на ноги, однако лишившийся своего хозяина Владыка Гнильцов оказался жалок и слаб.

Эстель без труда подавила оставшуюся массу плоти, с силой наступив на неё и намертво придавив к земле.

— Нет. На этом всё.

Её тихие слова прозвучали как абсолютный приговор.

— Всё кончено. Источник проклятия Парамира уничтожен.

...Да.

Всё действительно закончилось.

Мои руки дрожали. Боже правый, сколько раз я сегодня был на волосок от смерти?

Особенно в тот последний раз: я увернулся, но всё равно лишился правой руки, а если бы замешкался хоть на миг, то гарантированно отправился бы на тот свет!

[Захад... Заха-а-ад...]

Дух Беатрис потёрлась лицом о мою щёку. Я был истощён. «Прекрати липнуть ко мне. Я так устал, что готов умереть».

[Я знала, что у тебя всё получится, Захад! Просто знала!]

Ага. Конечно.

— Ты действительно... — прошептал Ра, — мой очаровательный, драгоценный маленький негодник!

«Если хочешь оскорбить — оскорбляй, а если хвалишь — просто хвали».

Я тихонько усмехнулся. Ладно, неважно...

Всё кончено.

Действительно кончено.

— Арис.

— Хи-и-и-ик!!!

Тело Арис, отделившись от Пьера, начало стремительно распадаться, начиная с конечностей. Она вскинула руки, и её пронзительный, отчаянный визг разрывал воздух — она до безумия не хотела умирать.

— Пьер!!! Пье-е-ер!!!!

Её беспорядочно мечущиеся руки судорожно царапали спину гиганта.

— Ты обещал подарить мне свободу! Пьер! Почему... почему... почему всё так обернулось?! ПОЧЕМУ-У-У!!!!

— Успокойся. Я не собираюсь тебя убивать.

— Все взрослые — лжецы! Я тебе не верю! Арис никому не верит!!!

Рассыпающаяся на глазах Арис изо всех сил вонзила пальцы в спину гиганта.

...А?

Погоди.

Да ладно... Неужели?!

— Арис...

Под её истошные вопли огромное тело гиганта начало затягивать Арис внутрь.

— Арис будет СВОБОДНО-О-ОЙ!!!!!

Массивное тело гиганта содрогнулось в конвульсиях. Я мгновенно рванулся вперёд, но разминулся с Арис буквально на волосок.

Голос Арис громким эхом разнёсся вокруг, когда её окончательно поглотил Дворец Гнильцов.

[СДОХНИТЕ ВСЕ-Е-Е!!!!!!]

Оно шевелится.

Это колоссальное тело... опять!

— Почему?! Цепи ведь должны были...

Я резко обернулся и увидел лежащий на земле Мистилтейн. Чёрт побери!

Точно, я же сам вытащил его ранее! К тому же я выскреб все остатки Святой силы, чтобы активировать его, так что сдерживающие цепи тоже исчезли!

— Да вы издеваетесь!

Огромный гигант начал подниматься, из-за чего пол мгновенно превратился в отвесную стену, и я, соскользнув, полетел вниз.

— Мы же были в шаге от победы! Какого чёрта ты всё ещё сопротивляешься?!

— Захад!

Белые доспехи с грохотом оттолкнулись от стены, и она поймала меня прямо в полёте. Совершенно не ожидая, что меня подхватят на руки, словно принцессу, я смущённо отвёл взгляд.

— Э-э... спасибо?

— Разумеется.

Айрин посмотрела на меня с нежным, затянувшимся выражением лица, которое совершенно не соответствовало моменту.

— Я буду ловить тебя снова и снова, сколько бы раз ты ни падал, Захад.

— Сейчас не время для этого!

Эстель, словно это было самым естественным делом в мире, оттолкнулась ногой от спины гниющего гиганта и устремилась вслед за нами.

— Это тоже входило в твой план?

— По-твоему, это похоже на план?!

Чёрт возьми!

Если честно, я сам едва знал эту часть подземелья! В игре, когда я оставлял Арис в живых ради получения достижения, я держал её намертво заблокированной, чтобы она не выкинула ничего подобного!

— Эстель! Сможешь пока сдержать эту тварь?! Если она снова полностью сольётся с ней, нам конец!

— Без проблем.

Эстель одной рукой уцепилась за панцирь Владыки Гнильцов, после чего оттолкнулась от стены и прыгнула в пустоту.

Сквозь накренившуюся спину гиганта внизу показалось поле боя, где всё ещё бушевало сражение. Я покрепче перехватил Мистилтейн и прошептал Айрин:

— Старшая! Сможешь спустить нас прямо в самый центр?!

— Смогу.

Белые доспехи с тяжёлым глухим стуком приземлились на землю, заставив ошеломлённую толпу обернуться в нашу сторону.

— Держит на руках, как принцессу...?

— Да кто эти двое такие...

— А?

— Погодите... это же братик?!

— Да ладно?! Быть не может?!

— Этот мелкий шкет так вырос?!

Да. Вырос.

Я высвободился из объятий Айрин и растолкал обступивших нас людей.

— Всем разойтись.

Какой-то незнакомый мне старик окинул меня оценивающим взглядом.

— Так ты и есть тот самый инквизитор Захад...

— Я сказал: дорогу!

— Каков грубиян. И зачем только спасать кого-то вроде...

— У меня нет времени на уважение к старшим, так что прочь с дороги! Всем назад!

Гниющий гигант занёс ногу для удара, и когда он уже собирался раздавить нас, приземлившаяся рядом Эстель вскинула свой личный меч.

— Я...

— Не утруждайся.

Откуда-то издалека донёсся звонкий голос Флоры:

— А-а-а-а!!!! Благодетель!!!! У меня закончились патроны!!!!

— С тобой всё в порядке, так что заткнись!

Что ж.

Мне и самому казалось, что финал выходит каким-то смазанным. Ничего не поделаешь.

Раз уж это самый последний момент, устроим ему достойные проводы!

И заодно пускай все присутствующие воочию увидят, кто я такой на самом деле!

Мне надоело скрывать свою силу! Я тренировался до седьмого пота, так с какого перепугу я должен сдерживаться?!

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[Священная Стигма отвергает вторжение демонической энергии.]

[Начинается Эрозия.]

[Ваше тело подвергается осквернению.]

[Смешанная Стигма полностью отвергает вторжение демонической энергии.]

[Активирован «Демонический меч Сурт (EX)».]

[Доступное время действия: 1 мин.]

[Сурт идёт с юга]

[Вместе с тем, что губит ветви]

[Солнце богов, что убивают и гибнут]

[Вспыхивает на его клинке.]

Зловещее чёрное пламя вырвалось из моего кармана, заставив Эстель вздрогнуть.

— Это...?

[Не-е-ет!!!! От этой Святой силы мне ещё хуже!!!!]

Давненько я не слышал этого пронзительного визга. Эх, я даже соскучился по тебе, Сурт.

Божественная сила уничтожения хлынула в мой сжатый кулак.

— Вперёд, напарник!

[Я тебе НЕ напарник!!!!]

[Активирован навык «Леватейн (EX)».]

Колоссальный огненный двуручный меч, превосходящий своими размерами всё, что было раньше, обрушил мощь навыка EX-ранга на землю.

Я отклонился назад и, чувствуя, как горит кожа на правой руке, вытянул её вперёд со всей силы.

— Я разорву тебя НА ЧАСТИ!!!!!

Кара уничтожения, сорвавшаяся с моей правой руки, насквозь пробила стопу падающего гиганта.

Раздался оглушительный взрыв, смешавшийся с криками попавших под ударную волну людей, пока даже Эстель спешно возводила барьер.

Всё смешалось в едином хаосе, когда разрушительная мощь навыка EX-ранга начисто оторвала ногу гиганта.

Она взорвалась.

Весь мир содрогнулся.

— БУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-УМ!!!!

◇ ◇ ◇

Арис открыла глаза.

Что-то произошло: адское пламя, куда более ужасное, чем обычный огонь, полностью поглотило гиганта.

А затем... а затем...

В одно мгновение всё, чем она владела, бесследно исчезло.

Арис с трудом приподнялась, обнаружив, что лежит на крыше какого-то здания.

Она чувствовала, как её плоть рассыпается в прах, начиная с кончиков пальцев.

Она умирала.

Пьер исчез... а вся её бывшая сила была утрачена.

Словно всё это было лишь мимолётным сном.

— Угх... угх...

Ей хотелось жить.

Но если жить без силы, то чем это будет отличаться от прежнего существования в часовой башне?

Её снова будут использовать другие, и она вернётся к своей жалкой роли трусихи, которая боится даже помыслить о сопротивлении и изо дня в день ищет, на кого бы опереться.

Жизнь рабыни.

Нет. Нет. Если всё сведётся к этому...

То смерть... куда лучше...

Слёзы покатились по её щекам, орошая землю под ней, и Арис отчаянно захотелось спросить.

О такой жизни. Обо всех страданиях, что ей пришлось пережить.

Какой во всём этом был смысл?

— Эй.

— А...?!

Что-то скользнуло ей в рот.

— Ешь.

Кто-то присел рядом с ней, и Арис повернула голову.

Это был Апостол Ра — тот самый человек, которого она пыталась убить. Увидев его знакомое лицо, Арис неосознанно зашевелила губами.

Сладко.

Так сладко, что у неё едва не закружилась голова.

— М-м... м-м...

— Вкусно, правда? Привёз прямо из Аинкада, жутко дорогая штука. Она немного залежалась, так что вкус слегка изменился, но... я держу температуру в кармане ниже нуля, так что она вполне съедобна. Если заморозить, то хранить можно сколько угодно.

— М-м... м-мм...

Поверхность была твёрдой, поэтому Арис принялась слизывать её языком, медленно растворяя сладость во рту и глядя на него снизу вверх.

Позади него скорчился пылающий гигант, а то, что когда-то было её дворцом, теперь лежало в руинах.

Почему?

Это был первый вопрос, который возник у неё в голове.

— Почему... Арис...

— Забудь об Арис. Арис умерла там, внизу.

Что-то с лёгким стуком опустилось ей на голову.

— Это плохое имя, так что больше его не используй. Это имя непревзойдённой злодейки, имя гнилой, разлагающейся твари, которая в конце концов лопнула.

— Н-но Арис — это Арис...

— Я дам тебе новое имя.

Арис захлопала глазами.

Имя...

Он даст ей имя?

— Арис... имя...?

— Да. Имя. Не то, старое, а настоящее имя.

Захад легонько щёлкнул её по лбу.

— Хочешь жить?

— Ах... угх...

Она хотела жить.

Но она не хотела жить рабыней.

— Ты говорила, что хочешь быть свободной.

— .......

— Я дам тебе эту свободу. Делай всё, что пожелаешь.

— Я не хочу... быть рабыней...

— Ты не будешь рабыней. Мы заключим сделку как равные. Что скажешь?

...Сделку?

Арис моргнула и удивлённо наклонила голову набок.

— Сделку...?

— Да. Я дарую тебе свободу, а взамен ты пойдёшь со мной.

Мужчина перед ней внезапно протянул ей что-то.

— Я официально нанимаю тебя на работу!

— ......?

Что это вообще должно было значить...?

— Пять миллионов далантов в месяц. Разумеется, премии выплачиваются отдельно! В зависимости от проделанной работы ты сможешь зарабатывать гораздо больше своего оклада — имей это в виду. Жильё и питание предоставляются, дорожные расходы оплачиваются. Ты будешь моим телохранителем!

— ...А?

— Как только наберёшься опыта, я подниму тебе зарплату. И на этом льготы не заканчиваются: отпуск по мере необходимости, ежегодный оплачиваемый отпуск...

О чём вообще говорил этот человек?

— Арис... нанимают?

— Да.

— Арис... не будут обижать?

— С чего бы мне тебя обижать?

— Я ведь пыталась убить тебя...

— Это была история «Арис».

Его палец коротко и легко коснулся её лба.

— Отныне ты — «Маая». Выбрось Арис из головы. Она погибла в Парамире вместе со всем остальным.

— ...Маая?

— Да. Маая. Твоё имя. Я хорошенько подумал, и это лучший вариант. Это имя, которое приносит золото. Тебе подходит — ты ведь станешь моим талисманом на удачу, верно? Это имя создано специально для тебя, так что прими его с благодарностью.

— Талисман... Маая...

Арис несколько раз тихо повторила это имя, а затем медленно лизнула сладость в своей руке.

Маая.

Первое имя, которое она получила от другого человека. Не чужое имя, а то, что предназначалось только ей одной.

— ...Нанята...

Какой странный человек. Какой взрослый в здравом уме станет нанимать того, кто только что пытался его убить?

Но то, что это не было рабством, глубоко тронуло сердце Арис, заронив в её душу робкое желание пожить ещё немного.

Не рабство, а честная сделка.

Настоящая работа, где её не будут избивать за каждую ошибку. Не жизнь рабыни, а жизнь человека.

— ...Маая...

Услышав это имя, уже не Арис, а Маая подняла голову.

— Но Маая... если она нарушит обещание, то умрёт... она не сможет оставаться рядом с Захадом...

— Вот уж не думал. Значит, ты умрёшь вопреки собственному желанию выжить, если только не убьёшь меня?

— ...Таково было обещание, которое Маая дала тому человеку...

— Вот как? Но что, если в дело вступит это?

Захад поднял руку.

— Одна из священных реликвий Ра, украденная из сокровищницы! Не что иное, как «Кольцо связи»!

— ......?

Это была пара колец. Одно лежало на ладони Захада, а второе уже красовалось на его пальце.

Он ухмыльнулся.

— Я подарю тебе вторую жизнь, Маая. Пойдём со мной. Используй всю свою безграничную силу ради меня, а взамен я дам тебе свободу. Что скажешь?

— ......

Это были слова взрослого. Она знала, что верить им нельзя, но, несмотря на это, Маая приняла кольцо.

Она рассеянно повертела его на ладони, и слова сами сорвались с её губ:

— Маае... не придётся быть рабыней...?

— Не придётся.

— ...Почему?

— Относиться к кому-то по-человечески гораздо лучше, чем держать раба, верно? Это делает отношения куда более надежными. Деньги ведь не предают.

Захад улыбнулся.

— Если сомневаешься, понаблюдай за мной какое-то время со стороны, а потом решишь. Если что-то пойдёт не так, ты всегда сможешь сбежать. Как тебе такой вариант?

— ......

Его слова звучали легко — настолько легко, что она даже не могла понять, ложь это или правда.

Но это был первый раз, когда кто-то дал ей имя лично. Не чужое, а созданное только для неё одной.

— ...Ма... а... я...

Тогда... быть может... если существовал хоть малейший шанс...

Если это была последняя возможность, которую ей когда-либо предоставят...

Если она могла обрести новую жизнь — не рабыни, а свою собственную...

— Маая...

Силуэт рассыпающегося гиганта раскинулся над городом Парамир, и лёгкий порыв ветра взъерошил волосы Мааи.

Среди пыли Парамира Маая подняла голову, и в тусклом, подёрнутом дымкой солнечном свете слёзы, скопившиеся в уголках её глаз, покатились вниз.

Маая знала. Она знала, что сотни тысяч жизней оборвались ради её свободы.

Она была чудовищем.

И даже если ей даруют новую жизнь, это уже ничего не изменит.

И потому она спросила, протягивая руку взрослому, словно ребёнок, ищущий опору:

— Можно ли мне... жить...?

Это был сложный вопрос, в котором переплелось слишком многое, а скрытый в нём смысл оказался непомерно тяжёлым.

Но Захад лишь улыбнулся и непринуждённо сжал её протянутую ладонь.

— Если уж мне нужно ответить...

Он притянул её к себе и в лучах медленно угасающего заката заключил Мааю в объятия.

— Живи ради меня, Маая.

Маая закрыла глаза и, перебирая пальцами, надела подаренное кольцо на руку.

...Тепло.

Тепло, которого она так долго ждала и которое больше никогда не хотела терять, теперь согревало её ладонь.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Эпилог (1)

Глава 89: Эпилог (1)

Маая подписала документы. Они были испещрены ловушками, но юная девочка ничего в этом не смыслила и без малейших подозрений заключила контракт.

«Хе-хе-хе!»

«Крупная рыбешка попалась! Теперь у меня есть на нее отличный поводок!»

«И на этом гарантии безопасности не заканчиваются!»

[Использование Кольца связи (S).]

Одна из священных реликвий Ра. Щедрое кольцо, которое значительно повышает характеристики, стоит только его надеть.

Но его сила не ограничивалась простым увеличением Святой силы. Кольцо связи идет в паре. Один человек не может носить оба кольца одновременно — второе обязательно должен надеть кто-то другой.

Чем ближе владельцы находятся друг к другу, тем сильнее возрастают их характеристики. Повышаются как регенерация, так и защита, но самой примечательной особенностью было то, что пока жив один, жизнь другого не угаснет.

Конечно, я стремился вовсе не только к этому.

— Маая.

«Связь», иными словами, означает ограничение!

Это значит, что кольцо невозможно снять без согласия второго владельца!

Каждый, кто носит Кольцо связи, может отслеживать местоположение другого, где бы тот ни находился. И это еще не все. Владельцы теряют способность убить друг друга и даже частично разделяют эмоции друг друга.

Идеальная священная реликвия для того, чтобы держать кого-то рядом и заставлять пахать до седьмого пота! Для реликвии Ра это довольно специфическая вещь. Связь, созданная силой.

Разве это не восхитительно извращенно?

— Полагаюсь на тебя.

— ...Хорошо.

Распад моего тела прекратился. Маая посмотрела на меня снизу вверх.

Я чувствовал это. Эмоции Мааи. Любопытство и волнение. И легкую тревогу.

Я поднялся на ноги, аккуратно сложил документы и убрал их в карман. Торговый контракт класса А, который я вытащил из сокровищницы Парамира.

Сам факт его подписания обладал подавляющей силой — это послужит дополнительной страховкой на случай, если Маая вообще когда-нибудь задумает меня убить. Впрочем, с Кольцом связи этот день все равно никогда не настанет!

— Полагаюсь на тебя, Маая.

— ......

Маая заколебалась, но вскоре взяла меня за протянутую руку и поднялась. Подхватив ее, я спрыгнул с крыши здания.

— ...Захад... этот ребенок...

Заметив Мааю, окружающие напряглись. Но я покачал головой:

— Этого ребенка просто использовал тот, кто стоял за трагедией Парамира.

— Но даже так...

— Предоставьте это дело мне. Позже я все подробно объясню. Сейчас есть более насущные вопросы.

Когда Владыка Гнильцов пал, а трупы монстров превратились в обычных мертвецов, солдаты, копошившиеся в останках, подняли головы. Мой взгляд встретился со взглядом командовавшего ими ветерана.

Асваль Хальц, если я правильно помнил.

Один из довольно важных NPC. Старый Лев Империи, верно?

Маркиз Асваль Хальц посмотрел на меня:

— ...Ты.

Возможно, из-за того, что я исчез сразу после окончания битвы, его глаза были полны подозрения.

— Если ты обладал такой силой, почему не сбежал раньше?

— Это был риск, ваше превосходительство. Как вы понимаете, с такой силой нельзя обращаться неосторожно. Я и сам едва не погиб, знаете ли.

— Разве ты не называл меня стариком чуть ранее?

— Конечно же нет. Вам, должно быть, послышалось.

Я приятно улыбнулся. Асваль Хальц взглянул на Мааю, прижимавшуюся ко мне.

— А этот ребенок?

— Единственная выжившая. Благодаря ей нам удалось устранить того, кто стоял за событиями в Парамире.

Ловкая увертка. Глаза Асваля Хальца все еще были полны подозрений, но вскоре, словно махнув на все рукой, он глубоко вздохнул:

— Нам нужно многое обсудить.

— Нет, ваше превосходительство. Нам почти нечего обсуждать.

— Что ты имеешь в виду?

— Вместо того чтобы просто говорить об этом... — я усмехнулся и очертил пальцем круг в воздухе. — Не лучше ли увидеть все своими глазами?

Старый Лев Империи, хм...

Идеальный кандидат на роль покровителя!

◇ ◇ ◇

Перед нами раскинулась скрытая сокровищница Парамира. Асваль Хальц тяжело сглотнул.

— Это...

Несметные богатства громоздились горами. Чрезвычайные резервы семьи Бах, копившиеся поколениями правителей Парамира.

Одного лишь ошеломляющего масштаба этого зрелища хватило, чтобы даже не отличающийся жадностью Асваль Хальц схватил меня за плечо:

— Что, черт возьми, все это значит?!

— Ваше превосходительство, вы ведь сами знаете, как устроена жизнь. У всего есть своя цена. А я из тех, кто не забывает доброту. Вы помогли мне, и теперь моя очередь помочь вам.

— Но это гораздо больше, чем то, на что я...

Я поднял золотую монету и вложил ее в руку Асваля Хальца:

— Конечно, это много. Это колоссальная сумма. Ох! Как же много! Мне даже немного жаль расставаться с этим. Нет, на самом деле мне безумно жаль! Боже, как же больно это отдавать!

Асваль, придя в себя, уловил мой намек:

— ...Чего ты хочешь?

— Все просто. Одну десятую часть того, что находится в этой сокровищнице. Только и всего.

— Ты отдаешь мне оставшиеся девять десятых? — переспросил Асваль.

Я кивнул:

— Вы понесли немалые потери, сражаясь с тем, кто стоял за трагедией Парамира, ваше превосходительство. Солдаты — тоже люди. Они заслуживают достойной компенсации. Деньги не могут исправить все, но... — я отвернулся с видом горького смирения. — Полагаю, это меньшее, что мы можем предложить. Считайте это моей личной благодарностью вашему превосходительству.

— ...Священник все-таки остается священником.

Глаза Асваля покраснели от искреннего, казалось, волнения.

— Тогда что ты намерен делать со своей одной десятой?

Я прижал Мааю к себе:

— Этот ребенок пережил нечто ужасное. Мне сказали, что она больше десяти лет выживала, питаясь крысами, которых ей удавалось поймать.

— Какая жестокость...

Полная ложь, разумеется. Я бросил на Мааю едва заметный взгляд.

Растерянная Маая уткнулась лицом мне в грудь.

Отличная работа над имиджем!

— Поэтому, пусть даже и поздно, я хочу позаботиться об этом ребенке своими руками. Полагаю, одной десятой более чем достаточно, чтобы компенсировать все, что ей довелось пережить.

— ...Ты священник до мозга костей. Теперь я понимаю, почему другие бросились спасать тебя. И все же, не слишком ли много — одна десятая? Учитывая размеры этой сокровищницы, это будет...

— Ваше превосходительство Асваль, вы не единственный, кому я должен выразить благодарность, — на моем лице играла благожелательная улыбка. — Я хочу лично отблагодарить Пятый отдел Инквизиции и паладинов Культа Змеи, которые поспешили мне на выручку. Как я уже говорил, если ты что-то получил, то правильно будет отплатить тем же, не так ли?

— ...Я неверно оценил тебя. Я принял тебя за дерзкого священника. Но ты совсем не такой... Тем, кто стоит рядом с тобой, действительно повезло. Иметь столь надежного союзника, умеющего платить добром за добро.

Димонаас хлопнула себя ладонью по лбу:

— Он видит его насквозь, но все равно ничего не понимает...

Раадатук усмехнулся:

— Повзрослев, ты стал еще более искусен, не так ли?

«Да потише вы там. Я же все слышу».

Асваль кивнул:

— Я передам тебе одну десятую. Обо всем остальном не беспокойся. Я, Асваль Хальц, лично возьму на себя ответственность и составлю реестр. Если тебе что-то приглянется, бери без стеснения.

— Я безмерно благодарен вашему превосходительству за щедрость.

Благодаря этому я произвел благоприятное впечатление на Асваля Хальца. В будущем он послужит мне отличным щитом, если что-то пойдет не так.

— В таком случае, ваше превосходительство, могу ли я сам выбрать свою десятую часть из сокровищницы?

Асваль махнул рукой:

— Делай как знаешь. Уверен, ты возьмешь лишь то, что позволит тебе совесть.

Ну да. Полная чушь.

Я выберу только самое лучшее!

Я тут же зашевелился. Инквизиторы из Пятого отдела Инквизиции последовали за мной. Культ Змеи тоже не отставал.

Димонаас тихо спросила:

— Каков план?

— А ты как думаешь? — я без колебаний отдал приказ: — Я буду выбирать лучшие вещи одну за другой, а вы забирайте их все. То, что мы передадим Асвалю Хальцу, будет состоять исключительно из золотых монет и драгоценных камней. Все самое ценное мы заберем себе!

— Но без оценщика...

— Я сам могу все оценить.

— А есть хоть что-то, чего ты не умеешь?

— Да нет, пожалуй.

— ...Бесит. Но постой... если мы заберем только дорогие вещи... разве это не мошенничество чистой воды?

— Мошенничество? Полно тебе. Знание — сила.

— Обалдеть. Забираешь все полезные вещи, выставляя себя при этом щедрым благодетелем...

Димонаас уставилась на меня безжизненным взглядом. Но что я мог сказать?

Такова жизнь!

Я потер ладони. Одна десятая. На первый взгляд доля могла показаться скромной. Но если исключить предметы рангов B и C и учитывать только реликвии рангов A и S, это составляло ровно десятую часть от общего объема.

К тому же я помнил весь инвентарь наизусть! Я грабил это место десятки раз!

— Третье оружие слева. То, что погребено под золотыми монетами, — тащи сюда.

— Вот это?

— Именно. И вон то копье. Ржавое. Его тоже.

— Но оно же заржавело.

— Очисти его, и оно засияет. Неси тот щит и кинжал. О, и тот магический камень.

— Не мелковат ли?

— Эта штучка стоит раз в десять больше своего веса в драгоценных камнях. Хватит спорить, тащи давай.

— Слушаюсь!

Выгребли все дочиста. Косясь краем глаза на Асваля Хальца, я распихивал все по карманам. О-о-о. Вот это отличные вещицы.

Вот ради чего стоит фармить!

Но оставались и другие дела. Я незаметно передал отложенную ранее «Слезу Игдрасиля» эльфам, которые шли следом за мной.

— Держите. Как и обещал.

— А-а-а-а-ах!

— Она... она настоящая... истинное сокровище эльфов...

— Б-благодете-е-ель...

Я отпихнул повисших на мне эльфов. К слову... когда мне уже дадут какую-нибудь одежду?

— У кого-нибудь есть запасная сутана священника?

— У меня есть.

Раадатук достал запасной комплект одежды. Я накинул его на себя на скорую руку. Одеяние оказалось великовато, ведь оно принадлежало Раадатуку, но, учитывая то, как сильно я вырос, село оно вполне сносно.

Инквизиторы наперебой принялись комментировать:

— Ого! Брат! Ты носишь это так, словно в ней и родился!

— Его лицо полностью изменилось. Разве это вообще человеческое лицо?

— У тебя появится свой фан-клуб, брат.

— А с таким телосложением в придачу... Культ Ра теперь будет расти со скоростью света.

Перебарщивают. Я оглянулся назад. Айрин, встретившись со мной взглядом, поспешно отвернулась.

— ...Они не ошибаются.

Если даже моя суровая старшая говорила подобное, значит, так оно и было. Что ж, привлекательная внешность еще никому не вредила.

Если подумать, в прошлой жизни я тоже не был обделен внешностью.

— ...Она на уровне суккуба. Демонический класс, говорю вам.

— Это лицо действительно опасно...

— Изабела, огромные неприятности.

— Ч-ч-ч-что?!

Я проигнорировал перешептывания и посмотрел вниз на Мааю, которая ковыляла рядом, вцепившись в мою талию.

Ее одежда тоже превратилась в сущие лохмотья. Порывшись в куче сокровищ, я вытащил один предмет.

[Проклятие чумы (A)]

Одеяние темного мага, которое вполне должно было подойти. Я протянул его Маае. Нельзя же позволить ей ходить в лохмотьях.

В конце концов, она первый официальный сотрудник моего стартапа-каторги!

— Держи, Маая.

— ...Хм?

— Приветственный подарок.

Маая наклонила голову набок и осторожно протянула руку. Мутная черная сфера на мгновение вспыхнула светом.

Лохмотья исчезли, сменившись струящимися одеждами. Красная лента шла ей на удивление хорошо.

Отлично. Сойдет.

— Не забывай, что ты, по сути, мое лицо.

— ...Твое лицо?

— Я к тому, что не стоит ходить как замарашка с грязным лицом.

Я поднял руку и вытер лицо Мааи. Она прикрыла глаза, послушно принимая заботу, а затем слегка кивнула.

— ...Хорошо. Маая... будет осторожна.

— Вот и славно.

Буду поднимать уровень ее симпатии по одному очку за раз. Так я смогу разыграть ее как стратегическую карту, когда придет время!

К тому же мне хотелось о многом ее расспросить. Придется заняться этим на обратном пути. Было много людей, с которыми нужно поговорить, и некоторые, с кем я еще не успел перекинуться ни единым словом.

Я повернул голову. Кошка, с которой я встретился взглядом, вздрогнула и тут же скрылась в толпе.

Посмотрим... первым делом...

Может, начать с той хитрой кошечки, которая всем видом показывала, что не желает иметь со мной ничего общего, а сама прибежала первой?

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Эпилог (2)

Глава 90: Эпилог (2)

— Розмари.

Шурх, шурх.

— Розмари?

Шурх, шурх.

— Розмариииии?

Шурх, шурх, шурх, шурх — фьють!

Ночь уже полностью вступила в свои права. В самом сердце Парамира, стоило только раскупорить последние запасы провизии, вовсю разгорелся пир, а я был занят тем, что преследовал убегающую Розмари.

«И куда это ты собралась бежать?»

— Я всё слышал от Великого инквизитора Димонаас.

— ......

— Она сказала, ты плешь ей проела, умоляя пойти и спасти меня?

— ......

— Как и ожидалось от моей домашней кошечки. Отличная работа.

— ......

— Так почему же ты продолжаешь убегать? М-м? М-м? М-м? М-м? М-м?

Погоня наконец-то подошла к концу, и я перехватил Розмари за запястье.

Кошачьи ушки, до этого стоявшие торчком, уныло прижались к голове, а в обернувшихся на меня глазах больше не было прежней ядовитой злости.

— Ч-что тебе? — Её голос заметно дрожал. — Я... я ничего такого не делала.

— Правда?

— Я с-серьёзно! Спасать кого?! Я просто сказала, что мне нужно вернуться, потому что я кое-что здесь забыла!

— Неужели?

— Да говорю тебе, это правда! Стала бы я когда-нибудь... ч-что, думаешь, я бы предложила спасать тебя?! Ни за что на свете! Я пришла сюда, чтобы положить конец кошмару Парамира!

— Пря-а-ам-таки?

— Да чтоб тебя... да, правда! Я абсолютно серьёзно!

Розмари смахнула мою руку и закрыла лицо ладонями.

— Не смотри на меня.

— Почему?

— Я сказала, не смотри. Отвернись в другую сторону. Боже, как же это раздражает... почему... почему ты должен так выглядеть...

— ...Только не говори мне. — Я ткнул себя пальцем в щеку. — Моё лицо в твоём вкусе?

Кошачьи ушки мгновенно отреагировали. Они задергались с невероятной скоростью.

— А-а-а-аргх! Терпеть тебя не могу!!!

Розмари рванула прочь, да так быстро, что на этот раз её было не догнать. Впрочем, мне и самому не хотелось тратить силы — я и так уже достаточно над ней поиздевался.

Я поднял голову и столкнулся взглядом с Эстель, которая выпивала неподалеку.

Мы просто смотрели друг на друга. Эстель опустила взгляд на свой кубок и пододвинула его ко мне.

— Угощаешь?

— Взятка.

— За что?

— Я видела, на что ты способен. Вступай в Культ Змеи. — Эстель резким жестом указала на себя. — Я возьму тебя под своё крыло как личного младшего ученика.

— Спасибо, откажусь.

— Почему?

— Я Апостол Ра.

Из деревянного кольца на моём среднем пальце выполз Мистилтейн — белая змейка, которая тут же высунула раздвоенный язычок.

Эстель вздрогнула, переводя взгляд с меня на змею и обратно.

— ...Только не говори мне...

— Э-Эстель... видеть тебя такой... впервые в жизни...

Белая змея — Нага — прошептала:

— Ха-а... ха-а... ты такая очаровательная...

Эстель упала на колени.

— Мой господин. Почему вы там...?

— ...Потому что это Захад.

— ......?

Эстель захлопала глазами, не понимая ответа. Она бережно взяла Нагу в ладони, а затем быстро отдернула руку.

Но Нага осталась сидеть на моей руке. Она приоткрыла крошечную пасть, словно капризничающий маленький зверёк.

— Н-нет! Ты пыталась утащить меня тайком! Не так я тебя воспитывала, Эстель!

— ...Я совершила дерзость.

Эстель пошевелила пальцами с выражением едва скрываемой тоски, а затем её глаза внезапно заблестели.

— Захад. Кое-что я всё-таки поняла.

— И что же?

— Я заберу тебя себе. Чего бы мне это ни стоило. Ведь Нага принадлежит мне.

— Пожалуйста, не втягивай меня в ваши любовные разборки.

Я схватил бутылку и сделал глубокий глоток прямо из горлышка.

Горько. Но хорошо. Давно забытое жжение, прокатившееся по горлу, ослабило напряжение, сковавшее моё тело.

Эстель зашептала, подражая змее:

— Вступление в Культ Змеи сулит множество преимуществ.

— Например?

— Я подарю тебе священную реликвию.

— У меня уже есть одна.

— Верни её обратно.

— С чего бы? Зачем мне отдавать то, что я честно заслужил?

— ...Я дам тебе денег.

— М-м. Не продаётся.

— Угх.

Эстель посидела, раздумывая, а затем резко поднялась на ноги. Она куда-то скрылась и вскоре вернулась.

Рядом с ней стояла Изабела, которая так и застыла на месте, едва завидев моё лицо.

— Секретное оружие.

— ...Э-Эстель?!

— Вступай в Культ Змеи, и Изабела пойдёт в комплекте.

— О-хо. — Я погладил подбородок. — А вот это уже звучит заманчиво.

— Правда ведь?

— О-о чём вы двое вообще говорите...

— Давай же, Изабела.

Эстель подхватила свою бутылку и поспешила скрыться. Перед тем как окончательно исчезнуть из виду, она подбадривающе сжала кулак.

— Старшая сестра болеет за тебя. Соблазни его и приведи в Культ Змеи.

— Ч-ч-ч-что?!

Эстель испарилась. Я усмехнулся и приподнял свою бутылку.

— Выпьем, Изабела?

— ...Угх... н-нх...

Точно так же, как и Розмари, она почему-то не могла встретиться со мной взглядом. Хотя раньше смотрела совершенно спокойно.

Я тихонько пододвинулся и сел рядом с ней.

— Я сильно изменился?

— А...? Ой...?

— Внутри я остался прежним. Странно всё это. Кажется, все начали меня дичиться. — Я непринужденно взял её за руку и посмотрел на неё сверху вниз под небольшим углом. — Раньше мне всегда приходилось смотреть на тебя снизу вверх. Теперь всё иначе.

— Ах... ах...

— Что тебе больше нравится? То, что было раньше, или то, что сейчас?

Изабела окончательно растерялась, и её слова смешались в невнятное бормотание:

— Мне... мне н-нра...

— Что, прости?

— Н-нет... мне нра... то есть... не смотри на меня та-ак...

Изабела поспешно закрыла лицо руками. Её уши, пылавшие так ярко, словно вот-вот взорвутся, то и дело прижимались к голове, пока она в панике не сбежала прочь.

«Да они тут все мастера побегов. Боже мой. Ладно. Буду пить в одиночестве».

Однако, вопреки моим ожиданиям, стоило мне устроиться поудобнее, как ко мне потянулась вереница людей.

Инквизиторы первого ранга чокались своими бутылками о мою.

— Брат! Я так и знал, что ты выживешь!

— Выпей с нами! Ты так вытянулся, пора бы тебе и пить научиться по-взрослому!

— Значит, теперь мы в расчете, верно?

— В следующий раз? Конечно, мы поможем друг другу! Ты ведь поступил бы так же ради нас, правда, брат!

Шумная толпа быстро пронеслась мимо. Они уже успели сдружиться с паладинами Культа Змеи и теперь вместе куда-то убрели.

Я не пошёл за ними, ведь стоило уйти первой волне, как тут же нахлынула вторая.

Инквизитор Остин беззвучно плакал, и слезы катились по его лицу.

— Б-босс... я всегда верил, что вы живы... но увидеть вас настолько изменившимся... это слезы искреннего трепета...

— Со стороны подумают, что это я тебя довёл.

Инквизитор Изабель старательно избегала моего взгляда.

— Ты принял какое-то зелье роста? Но даже для этого измениться до неузнаваемости всего за полгода — это как-то чересчур.

— Мне не идет?

— Да нет, дело не в том, что не идет... просто... ты так сильно изменился, что это непривычно... н-не смотри на меня так...!

Инквизитор Норд ухмыльнулся.

— Вы стали настоящим воином, босс.

— Неужели у меня наконец-то прибавилось мышц, чтобы поговорить о топорах?

— Вы и раньше были круты, но теперь мне кажется, что я за вами даже не угонюсь. Как-нибудь обязательно померимся оружием.

— Договорились.

Не только командиры отрядов, но и остальные инквизиторы второго ранга вдоволь наговорились со мной и тоже разошлись.

Ночь становилась всё глубже и глубже. И как раз в тот момент, когда разговоры, казалось, начали утихать, кубки зазвенели вновь, а костер, озаренный лунным светом, разгорелся с новой силой, обещая пылать до самого утра.

Кто-то присел рядом со мной. Я скосил глаза вбок.

— Эй. Босс.

Ко мне протянулся кулак, и я слегка стукнулся о него своим.

— Гектор.

— А ты популярен, да?

— Я не из тех, кто уступает кому-то, куда бы ни пришёл.

— ...Всё такой же заносчивый.

Гектор пожал плечами. Павел, Линдон, Мари и Наташа тоже тихонько устроились вокруг нас.

— Не думал, что вы все придёте.

— Куда идет босс, туда и мы.

— А что? Ты думал, мы из неблагодарных?

— ...Обижаешь.

— Плохое прошлое — это всё равно прошлое. Без босса мы бы всё равно остались без гроша в кармане, так что, конечно, мы должны были прийти.

— Ты гордишься нами? Гордишься ведь, да? Ну же, гордишься?

То, как они настойчиво совали свои головы мне под руку, выглядело довольно забавно, и я шутливо прижал их макушки ладонью.

— В следующий раз я займусь вашими тренировками лично. Как вам такое?

— Серьёзно?!

— Естественно. Я щедр к своим людям. И... — Я окинул их взглядом. — Тренируйтесь усерднее. Думаю, скоро я начну кое-что создавать.

— Создавать что?

— Свою собственную полноценную фракцию. Я ведь говорил вам, помните? Неужели ты забыл ту пламенную клятву, которую мы принесли тогда, Гектор? — Я указал пальцем вверх. — Раз уж принял решение, целься в самое небо! Думаешь, я приютил вас только для того, чтобы вы гнили в каком-то захолустном переулке?! Мы поднимемся на самую вершину!

Всё тело Гектора затрепетало.

— Д-да! Вот это наш босс! Не зря мы пришли тебя спасать!

— Конечно! За кого вы меня принимаете! А теперь пейте! Сегодня мы едим и пьем так, словно завтрашний день никогда не наступит!

Гектор и его банда принялись пить прямо из горлышек.

«А это весело».

«Да. Действительно».

Хотя их стойкость к алкоголю оказалась слабее, чем я думал. Неужели они уже отрубаются от такого количества?

— У-у-угх...

— М-меня сейчас стошнит...

Я оставил захмелевшую компанию разбираться со своими проблемами и отправился на поиски выпивки. Наверняка ведь что-то ещё осталось...

— ...Держи.

Что-то коснулось моей щеки. Холодный алкоголь. В месте, где почти вся выпивка уже успела нагреться, лишь эта бутылка, прижатая к моему лицу, оставалась ледяной.

— Великий инквизитор.

Димонаас, встретившись со мной взглядом, звякнула бутылкой.

— Не элитное пойло, но тоже неплохое. Напиток немного горьковат, но ведь чем он горше, тем быстрее хмелеешь, верно?

— Да ты можешь выпить хоть десять таких бутылок, и ни в одном глазу не будет, Димонаас.

— Всё дело в настроении. В настроении.

Цокнув языком, Димонаас парировала мой выпад и уселась рядом. Она откупорила бутылку и осушила её одним долгим глотком.

— А-ах!

Ну и алкоголичка. Настоящая пьянчуга. Я усмехнулся. Впрочем, сам я был не намного трезвее — я уже приговорил больше трех бутылок, но в голове по-прежнему оставалась идеальная ясность.

— Выпьем?

— ...М-м.

Димонаас помедлила. Она окинула меня оценивающим взглядом, а затем медленно протянула свою бутылку.

Дзинь.

Стекло тихонько звякнуло, и я наклонил свою бутылку.

Горько.

Но сладко.

— ...Знаешь, я верила, что ты выживешь. Но никак не думала, что ты так изменишься. Что, черт возьми, ты там делал?

— Я же говорил, трудности роста.

— Решил нести чепуху?

— А что в этом плохого? — Я подцепил кусок мяса и отправил его в рот. — Только перед тобой я и могу молоть всякий вздор. Перед кем-то другим я бы себе такого не позволил.

Ведь остальные принимают любую шутку за чистую монету. Особенно инквизиторы. Если не считать некоторых из них...

Единственная, с кем я могу вот так перекидываться шутками — это Димонаас.

Но что-то пошло не так. Димонаас икнула, и её острый взгляд, устремленный на меня, вдруг смягчился.

— ...Только со мной?

— ...Ну да?

«Что происходит?»

Димонаас придвинулась ближе и протянула ко мне руку.

— Правда? Ты имеешь в виду только меня?

— Ты, случайно... не пьяна...?

— Я в полном порядке. Абсолютно. Так что отвечай мне. Прямо сейчас.

— Ч-что ответить?

— Что ты имел в виду, когда сказал «только со мной». И самое главное... — Димонаас нежно коснулась ладонью моей щеки. — Почему ты такой краси—

Шлёп!

Раздался звонкий шлепок. Димонаас вскрикнула, глядя на свою мгновенно покрасневшую руку.

— Ч-что ты творишь...?!

— Это был не я.

— Великий инквизитор Димонаас. Вы изрядно пьяны.

Я резко обернулся. Позади стояла девушка с холодным, застывшим выражением лица.

Кандидатка в Девы Дня Айрин буравила Димонаас пугающе тяжелым взглядом.

— Не заметить даже комара на собственной руке... Думаю, вам лучше пойти к себе и отдохнуть.

— ...Надо же, кто пожаловал. Разве это не Айрин, «Послушница»?

— Нет. Теперь я полноправный паладин. Если быть точнее, «Кандидатка в Девы Дня».

Айрин присела рядом со мной и бесцеремонно забрала бутылку из моих рук.

— Эй.

— С тебя хватит. Младший.

Её голос мгновенно потеплел. Включился режим «дере», предназначенный исключительно для Захада.

Зато по отношению к сопернице...

— Великий инквизитор, возможно, вам тоже пора закругляться. Я, Айрин, которая была рядом с младшим Захадом ещё со времен филиала культа, сама позабочусь о нём.

— ...Захад — мой подчиненный. Он числится в Пятом отделе Инквизиции. И я не понимаю, какое отношение к этому имеет посторонняя особа.

— Если уж мериться глубиной нашей связи, то моя, полагаю, куда прочнее.

— Мою тоже не стоит недооценивать.

Атмосфера вокруг накалилась так, словно мы находились на поле боя, хотя никто даже не обнажил меч. Я начал тихонько отползать в сторону. Стоило разгореться пламени ссоры, как обе они напрочь забыли обо мне, продолжая яростно препираться.

— Какая поразительная наглость.

— Что?! Нарываешься, что ли?!

— ...Как вульгарно.

— Вульгарно?! Да ты, желторотый птенец, ещё недавно мне в глаза взглянуть боялась!

— Потише, Великий инквизитор. Пожалуйста, соблюдайте приличия. Я кандидатка в Девы Дня, и я не та, кем вы можете так просто пренебрегать.

— Но при этом ты сама сейчас пренебрегаешь мной! Ах ты пигалица!

«Пора сваливать».

Придя к этому однозначному выводу, я быстрым шагом выскользнул из лагеря. Прогуляться на свежем воздухе казалось куда более разумным решением.

— Да что ты такое творишь, заставляя священную реликвию принимать форму сосуда? Только не говори мне, что ты на самом деле... действительно...

— У-эм, сестрица... насчет этого...

— Сегодня мы со всем разберемся.

— Кья-а-а-а!

«Я один, но в то же время не один. Что тут скажешь. Весело у нас».

[Захад. Посмотри туда.]

Дух Беатрис соткался из воздуха и прошептал мне на ухо. Я проследовал взглядом туда, куда она указывала.

Девочка, которая ранее заявила, что пойдет спать пораньше, и скрылась в палатке, сейчас в одиночестве брела в стороне.

Шаг. Ещё шаг.

Она медленно удалялась от света костра, как вдруг резко обернулась.

— ...Захад.

— Зови меня боссом.

Это была Маая.

Я подошёл к ней и пошёл рядом, подстраиваясь под её шаг.

— Что ты делаешь?

— Просто... чувствую себя как-то... непривычно... — Маая оглянулась через плечо. — То, чего Маая никогда раньше не видела. Так выглядит свобода?

— Трудно сказать. Смотря что ты под этим понимаешь.

— ......

— Хочешь присоединиться к ним?

— ...Я не знаю.

Девочка, которая видела в людях лишь запчасти в то время, когда должна была просто общаться с ними.

...Что ж. Считай это бонусом. У у меня хорошее настроение, так почему бы не подбодрить её.

— Оп-ля.

— Что...?

Я подхватил Мааю и усадил её к себе на плечи, после чего медленно пошёл вперед.

— Ну как?

— Высоко.

— И как ощущения?

— М-м... Хорошо.

— Рад слышать.

Ра, которая до этого была занята тем, что поджаривала аватар Наги пламенем своей Святой силы, поспешно заговорила:

— Захад! Спроси её! Где остальные Оскверненные? Что они замышляют!

«Ах. Точно, совсем забыл».

Я передал её вопрос слово в слово. Ответ Мааи оказался прост:

— Не знаю. Мааю просили сделать только одно.

— Убить меня?

— Да. И Маая не смогла сдержать обещание. Маая плохая.

— Но со мной-то ты хорошая.

— ...Правда?

— Конечно. Зачем мне лгать?

Ра тяжело вздохнула.

— Что ж... они бы не стали посвящать в свои планы ещё не созревшее дитя... Так близко, и всё же...

«Да и ладно. Какая разница».

Одно из существ, именуемых Оскверненными, было повержено. Само по себе это уже являлось практически историческим достижением.

Маая пробормотала:

— Маая... Знаешь.

— Что?

— Из-за одного слова Мааи погибли сотни тысяч людей.

— И что с того?

— ...Тебе всё равно?

— Хм-м... — Я пожал плечами. — Меня это устраивает.

— ...Почему?

— Потому что Парамир сложно назвать чистым городом.

Человеческие жертвоприношения, отношение к людям как к запчастям — этот город высасывал все соки из своих жителей, похоронив человечность где-то глубоко под землей.

Об этом можно было судить хотя бы по общественному сознанию. Большинство прекрасно знало о рабах, трудящихся в часовой башне, но никто даже не попытался их спасти.

Парамир — порочный город, ослепленный деньгами.

В конце концов, именно так его и называли.

— Люди заперли тебя в том месте, чтобы самим жить припеваючи, верно? Разве не так?

— ......

— Это мир, где либо ты ешь, либо едят тебя. Система, в которой сильный пожирает всё. Маая оказалась сильнее, поэтому она поглотила их сама.

— Маая не плохая?

— Дело не в том, плохая ты или хорошая...

«Я эгоист».

Я прекрасно это знаю. Я уж точно не из тех героев, что бросаются грудью на амбразуру ради спасения других.

Круг тех, о ком я забочусь, строго ограничен «моими людьми».

— Всё это было совершено руками «Арис», так что это её вина.

Карма, которую Парамир копил годами, просто взорвалась в один миг. И меня это совершенно не касается.

— Для меня Маая — это Маая, так что всё в порядке. В этом и заключается суть обретения нового имени.

— ...Это сложно понять.

— Просто живи ради меня.

— Хорошо.

Маая продолжила играть с моими волосами.

— Маая всё ещё... скучает по Пьеру.

— Хочешь, я покажу его тебе?

— ...А?

Для Мааи Пьер был чем-то вроде... любимой игрушки. Тайным другом, если угодно. Даже лишенный сознания, он был дорог ей просто как пустая оболочка.

В конце концов, он и так пребывал в состоянии бездушной куклы на протяжении последних десяти лет.

Я протянул ей пустую оболочку Пьера, которую забрал у Эстель. После пережитой трепки в ней не осталось и следа сознания. Теперь это был не более чем инструмент, пожирающий человеческие души по воле своего владельца и использующий их в качестве оружия.

[Монстр часовой башни Пьер (SSS)]

Словно в подтверждение этого, Пьер уже превратился в предмет. Судя по всплывшему системному окну, он стал чем-то вроде легендарного оружия.

— Держи.

— О-ох... о-ох...

Монстр часовой башни просочился в тень Мааи. Девочка захлопала глазами, когда в её тени проступили бесчисленные очи, уставившиеся на неё.

— Маая... Маая может оставить это себе...?

— Это тоже мой приветственный подарок. Ну как? Отличные ведь условия труда, правда?

— ...Чтобы Маая предала тебя...

«Ага, так она и предала. С двойным-то контрактом».

— Не предаст.

— ......

Маая прижала мою голову к себе, обнимая.

Упала одинокая слеза.

— ...Спасибо. Босс...

«Ты забыла добавить вежливое обращение в конце».

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Эпилог (3)

Глава 91: Эпилог (3)

Уборка заняла несколько дней, но в конце концов с этим было покончено. Обыскав Парамир в поисках хоть каких-то полезных сведений, мы собрали вещи и приготовились к отъезду.

Димонаас бросила резкий взгляд на Мааю:

— Ты обещал дать мне нормальное объяснение насчёт этой девчонки.

— Её просто использовали. Сделали сосудом для монстра, и она страдала больше десяти лет.

— Но даже так...

Не совсем правда, но близко к той версии, о которой мы договорились. Я подмигнул Маае, и та едва заметно кивнула.

— Маая. Обидели.

— Это правда?

— Конечно. К тому же я решил её приютить.

— Что?! Зачем?!

— Ну...

Обхватив лицо Мааи обеими ладонями, я приподнял её в сторону Димонаас, точно подношение:

— Разве это дитя не выглядит... «жалко»?! Неужели ты, будучи жрицей Бога Солнца Ра, не испытываешь ни капли сострадания?!

— Угх.

— Маая. Жалкая.

— У-у-угх.

Димонаас до этого отводила взгляд, но теперь оскалилась:

— Не увиливай от темы! Если этой девчонкой манипулировал виновник трагедии в Парамире, исходящая от неё опасность никуда не исчезла!

— Я справлюсь с этим.

— Как?

— Та-да.

Мы одновременно протянули руки. Увидев пару одинаковых поблёскивающих колец, Димонаас едва не поперхнулась:

— П-п-п-п-п-п-парные кольца?!

— Парные носят на безымянном пальце. А это скорее... кольца дружбы?

— Кольца дружбы. Символ контракта между боссом и Мааей.

Маая крепко потянула меня за рукав:

— Босс. Дом Мааи. Ходячий замок.

«Это уже перебор».

Молча наблюдавшая за нами Айрин повернулась ко мне с ледяным, полным враждебности взглядом:

— Не соизволишь объясниться, младший?

Она смотрела так, словно готова была сожрать меня заживо, но у меня имелся козырь в рукаве.

— Действуй.

— Хорошо.

Точно по сигналу, как я и наставлял её заранее, Маая осторожно потянула Айрин за край плаща:

— Прости, что ударила тебя.

Её умоляющий взгляд снизу вверх был невыносимо милым. Она и прежде радовала глаз, но теперь, отмытая и прилично одетая, выглядела просто очаровательно.

Айрин молча подняла Мааю на руки. Покрутив малютку так и этак, она внимательно её осмотрела, после чего крепко прижала к себе.

«Сдалась под напором милоты».

— Приёмная дочь — не такая уж плохая идея.

«Я так и знал — она судит исключительно по внешности!»

Димонаас взорвалась:

— Да о чём вы вообще говорите?!

— Разве вам не жаль это дитя, Великий инквизитор?

— Не тебе об этом говорить!

Димонаас схватилась за голову. Затем она схватила меня за руку и уставилась на кольцо:

— ...Это ведь тоже священная реликвия, верно? Вот почему ты был так уверен.

— Раскусила.

— Вернёшь её Культу?

— Но она ведь моя?

— ...Ладно. Хорошо. Забирай всё.

Димонаас тяжело вздохнула. Едва мы более-менее уладили вопрос с Мааей этим сумбурным разговором, к нам подошёл Асваль Хальц:

— Инквизитор Захад.

— Ваше Превосходительство.

— Примите мою благодарность за разрешение ситуации в Парамире. Это моя личная награда.

Старый Лев Империи протянул мне небольшой кулон.

— ...Что это?

— Мой знак отличия. Если вам когда-нибудь понадобится помощь, возьмите его и приходите в мои владения в любой момент.

«Что ж, это настоящая удача».

— Если я приду, вы и денег мне одолжите?

— Ха. Набожный жрец с отличным чувством юмора.

Асваль Хальц сжал моё плечо. Окинув взглядом разрушенный Парамир, он удовлетворённо выдохнул:

— ...Я и не надеялся выжить в этой бойне, но теперь, когда всё позади, понимаю: я получил куда больше, чем рассчитывал. Мало того что слава спасителя Парамира достанется мне, так я ещё и укреплю шаткие позиции Третьей имперской принцессы. Этот подвиг позволит принцессе остаться в борьбе за престол.

— Рад это слышать, Ваше Превосходительство.

— И всё благодаря вам. Но самое главное... — Асваль окинул меня жадным взглядом. — Вы не из тех, чьему таланту стоит пылиться в стенах Культа.

— Прошу прощения?

— Не желаете ли вы поступить на службу к Её Высочеству принцессе?

Хорошее настроение испарилось в то же мгновение:

— Нет.

Третья имперская принцесса София Прама Никс. Женщина, у которой почти не было поддержки и которая держалась в борьбе за трон исключительно на личном обаянии, — настоящая пустышка с ветром в голове!

С чего бы мне идти к ней на службу? Вступить к ней во фракцию окажется куда более изнурительным делом, чем вся моя нынешняя жизнь.

— Я ограничусь кулоном, Ваше Превосходительство.

— Не стоит отказываться. Хотите вы того или нет, но вы уже по уши увязли с нами в деле спасения Парамира.

— Ха-ха-ха! Это было не более чем чередой случайных совпадений — чудо Ра! Можете со спокойной душой забыть об этом!

— Случайное столкновение плечами — уже судьба! А уж если сражались на одном поле боя, мы считай в одной лодке! Ха-ха!

«Скользкий старый змей».

Настроение испортилось окончательно. Какая наглость — попытаться вот так, шито-крыто, втянуть меня в свою фракцию.

«Чёрт возьми. Не стоило строить из себя героя».

Мой тон невольно стал резким, а всякое желание оставаться вежливым мгновенно улетучилось:

— Мы уходим.

— Я провожу вас.

— В этом нет необходимости.

— За одну ночь ты стал колючим. Но в этом есть своё очарование! Сильный человек и должен вести себя подобающе! Ты напоминаешь мне меня самого в молодости.

— Отойдёте по-хорошему или нет?

— К чему такая холодность между нами!

— И что же это за «между нами» такое?!

На этом суматоха не закончилась. Раздался стук каретных колёс: кто-то въезжал в Парамир, ещё недавно погружённый в тишину.

Карета с гербом в виде змеи остановилась, и соскочившие с неё культисты тут же преклонили колени:

— Приветствуем благороднейшую чешую.

Эстель едва заметно кивнула:

— В чём дело?

— Если дело завершено, передаём послание от Совета старейшин: возвращайтесь в Культ.

— Они следили за нами?

— ......

Ответа не последовало. Эстель перевела взгляд на Изабелу:

— Пойдём, Изабела.

— ...Да.

Её полны́й тоски взгляд скользнул по мне. Наклонившись к ней, я прошептал:

— Изабела-нуна.

— Ч-что... что такое...?

— Если тебя уволят, приходи ко мне. Я буду хорошо к тебе относиться.

Изабела вспыхнула до корней волос. Бросив на меня смущённый взгляд, она ткнула меня локтем под рёбра:

— ...Ой, да замолчи ты...

После этого Эстель уехала. Когда я упомянул, что позже пришлю обещанную плату, она лишь слегка кивнула, словно дав понять «делай как знаешь», и разговор завершился.

С учётом её обещания исполнить одну просьбу и получить сокровище, наши счёты были равны.

«Никаких долгов. Какое облегчение».

Наёмники, выжидавшие удобного момента, тоже поспешили откланяться:

— Аванс мы получили, так что...

— Чуть не сдохли там.

— После такого наши расценки точно взлетят.

— Спасители Парамира... Ханс Быстрый Клинок... чёрт возьми, да! Разве звучит не круто?!

— У того, кто чуть не сдох первым, рот шире всех раскрывается.

— Что, прости?! Какого чёрта?! Напроситься захотел?!

Даниэль подошёл ближе. Он уставился на Розмари влажными, полными надежды глазами:

— Жрица.

Розмари зарычала:

— Чего тебе.

— Когда я снова удостоюсь чести лицезреть вас?

— Никогда. Я с тобой видеться не собираюсь.

— Я сам тебя найду.

— Ага. Проваливай.

— ......

За спиной понурого Даниэля наёмники зашептались:

— Любовь — штука сложная, капитан.

— Помни: нет такого дерева, которое не упадёт, если долго рубить.

«Вот только Розмари не дерево. Она кошка».

Даниэль перевёл взгляд на меня и глубоко поклонился:

— Спасибо тебе. Юный жрец.

— Я не такой уж и юный.

— ...Пф-ф. Моя ошибка. Раньше я думал, что все жрецы бесполезны, но я ошибался.

— И?

— Я буду делать пожертвования. Регулярно.

Весьма удовлетворительный ответ. Наклонившись к нему, я прошептал:

— Если не трудно, жертвуй именно от моего имени.

— Я буду иметь это в виду.

Даниэль помахал рукой и направился прочь. В его походке сквозило нежелание уходить, а у самых ворот он решительно обернулся:

— Жрица Розмари! Когда-нибудь я вернусь за тобой!

Розмари сплюнула на землю:

— Тьфу.

— Он тебе не нравится?

— Терпеть не могу такой типаж. Угх.

Люди Гектора взобрались на лошадей. Держались они неуклюже, словно только-только научились верховой езде:

— Капитан. Что ж, до встречи...

— Ага. Увидимся позже.

Они тоже отбыли. Наконец осталась лишь группа эльфов.

— У-у-у-у-у...

Флора прижалась ко мне. Прошлой ночью её нигде не было видно, а теперь под её глазами залегли тёмные круги — видимо, она всю ночь возилась со Слезой Игдрасиля.

— Мы расстаёмся... когда же я снова увижу тебя...?

— Увидишь? Рано или поздно мы всё равно пересечёмся.

— Нет...

— Иди лучше восстанавливай своё Мировое Древо. И не забывай удобрять его.

— ...Кто угодно со стороны подумал бы, что Мировое Древо — это какой-то дворовый саженец.

— Ну, по сути, так оно и есть, разве нет?

— ...Хе-хе.

Флора рассмеялась и, подступив вплотную, потёрлась головой о мою грудь.

— Да она же...

— Ах ты, мелкая...

— Гр-р...

Позади меня творилось что-то странное.

Флора посмотрела на меня снизу вверх. Остальные эльфийки, желавшие сделать то же самое, но стеснявшиеся, робко подступили ближе:

— Благодетель. Мы никогда не забудем эту доброту.

— Мы будем скучать по тебе.

— Пожалуйста, приходи в гости в любое время. Я... я буду ждать...

«Арвен. Муна. Вишия... или как-то так».

Я по очереди погладил каждую из них по голове. Эльфийки затаили дыхание, словно жаждали большего.

Повернувшись, я собрался уходить:

— ...Просто идите.

— Ну нет.

Флора подошла вплотную. Приподнявшись на цыпочки, она слегка прикоснулась губами к моей шее.

— ...Хм?

Я почувствовал, как там запечатлелось нечто особенное.

«Дух... наверное?»

— Я оставила здесь маленького духа. Благодетель. Пока он с тобой, ни один эльф, которого ты встретишь в лесу, не проявит к тебе враждебности.

— Да она же...!

— Говорят же, что самая порядочная эльфийка первой натягивает тетиву!

Димонаас чуть не задохнулась от возмущения. Розмари зарычала.

Щёки Флоры порозовели:

— Для эльфов время тянется невероятно долго. В сравнении с людьми мы живём почти вечность. А поскольку ты Апостол... думаю, ты будешь шагать сквозь вечность так же, как и я.

— ...И что с того?

— Я буду ждать. Благодетель. Если захочешь увидеть меня, просто спроси дорогу у духа. Уверена, он приведёт тебя ко мне.

Флора ярко улыбнулась и мягко помахала рукой:

— Я буду скучать по тебе, Благодетель...

— Хватит тосковать, иди уже.

— Какой холодный. М-м-м... но мне всё равно это нравится...

Эльфы ушли. Неужели теперь все разошлись? Я шумно выдохнул.

Фух. Даже прощание превратилось в целое представление. И всё же, учитывая все обстоятельства, вышло неплохо.

«Связи — действительно сложная штука».

Я повернулся к нашей группе:

— Что ж, нам тоже пора...

Внезапно в Парамир вошла группа людей в одеяниях жрецов Ра. На их плечах поблёскивали знаки отличия, присущие исключительно инквизиторам. Димонаас всмотрелась в лица прибывших всадников, и выражение её лица резко помрачнело:

— ...Третий отдел Инквизиции.

Один из ехавших впереди всадников спешился. С его лицом я уже был знаком — аккуратно подстриженные усы придавали ему солидный вид:

— Великий инквизитор Димонаас. Не ожидал встретить коллегу при таких обстоятельствах. Прими мои глубочайшие соболезнования.

— Взаимно. Великий инквизитор Пинрод. Что привело тебя сюда?

— Ну, причина ведь только одна, не так ли? Димонаас — преступница, которая пошла против приказов Культа и самовольно притащила сюда паладинов Инквизиции.

Человек по имени Пинрод обнажил свой меч:

— Настоящим я объявляю, что ты отстранена от своей должности и направлена на Священный Суд. Я объявляю себя председательствующим судьёй этого процесса и приказываю тебе сдаться без сопротивления.

Я медленно выдохнул.

«Архиепископ Дуэйн... ублюдок, до самого конца гнёт свою линию».

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дева Дня (1)

Глава 92: Дева Дня (1)

Ситуация складывалась непростая. Даже с учётом того, что они спасли Парамир, факт неповиновения Димонаас приказам Культа и её самовольного отбытия оставался неоспоримым.

То, что всё закончилось благополучно, вовсе не означало, что ей удастся избежать ответственности.

Димонаас невозмутимо пожала плечами:

— Что ж, ничего не поделаешь. Я уходила, прекрасно понимая, на что иду...

Но это не означало, что я мог просто бросить её на произвол судьбы. Долг платежом красен — таково правило!

Я загородил её собой. У Великого инквизитора Пинрода дёрнулась бровь.

— Отойди в сторону, инквизитор Захад.

— Подумать только, вы помните столь неприметное имя. Я польщён, Великий инквизитор.

— У меня нет времени на словесные игры. Немедленно отойди, иначе я тебя прирежу.

Взгляд, которым он меня одарил, дружелюбием не отличался. На его лице читалась готовность убить любого в ту же секунду.

Димонаас схватила меня за плечо, явно тронутая моим поступком:

— Нет, не надо, Захад. Я ценю твой порыв, но если ты станешь выгораживать меня здесь...

— Ваше Превосходительство.

— А?

Асваль, с интересом наблюдавший за происходящим, плавно выступил вперёд. Старый лев Империи. Даже после отставки его авторитет ничуть не угас, так что Пинрод поспешно опустился на одно колено.

Разница в могуществе между Империей и Культом изначально была колоссальной. Титул маркиза давал власть, примерно равную статусу кардинала Культа.

— Великий инквизитор Пинрод приветствует Его Превосходительство маркиза Асваля Хальца!

— Рад видеть вас, Великий инквизитор Пинрод.

Асваль покосился на меня. Я плавно достал подвеску.

Ого. Значит, он просит меня пустить её в ход?

«Что ж, сейчас я воспользуюсь подвеской».

«Хотя немного жаль тратить её на такое...»

«Даже не думай торговаться».

«Это долг?»

«Ты просто хочешь сказать, что мы квиты!»

«Если условием будет благополучное разрешение этого дела, то, пожалуй, справедливо назвать это долгом, не так ли? Инквизитор действительно получил мою помощь — это факт. К тому же, вмешиваясь напрямую в дела Культа, я тоже иду на риск, разве нет?»

«Какая же ты хладнокровная бестия!»

«И что с того?»

«...Ладно. Буду должен! Теперь ты доволен?!»

«Великолепно».

Заметив этот безмолвный обмен взглядами и жестами, Асваль тихо усмехнулся:

— У вас есть ещё какие-то дела к Великому инквизитору Димонаас?

— Это внутреннее дело Культа.

— Мне, как сражавшемуся с ней плечом к плечу соратнику, довольно трудно просто стоять и безучастно наблюдать. И уж тем более негоже так обращаться с Великим инквизитором, которую я призвал лично.

Пинрод вздрогнул:

— Что значит... призвали лично?..

— Именно то, что я сказал. Я сам призвал Великого инквизитора Димонаас. Она отказывалась, но я всё равно вытащил её оттуда. Это ведь была битва практически без шансов на победу, верно? Так что у меня не оставалось иного выбора, кроме как обратиться к своим знакомым. И Великий инквизитор Димонаас оказалась одной из них.

— ...Это правда?

— Если пожелаете, я выступлю свидетелем на Священном Суде. Я поручусь за это именем Асваля Хальца. Или, быть может...

Старый лев вмешался в кошачью грызню:

— Вы хотите сказать, что мои слова — ложь?

Пинрод испуганно пискнул:

— Н-нет, разумеется, нет... Просто... если вы собираетесь сопровождать нас в качестве свидетеля... вам придётся проделать с нами весь путь до Аинкада...

— Естественно, я поеду с вами. Мне в любом случае нужно заглянуть в ближайший город, чтобы перегруппировать свои силы. И самое главное, у меня там, позади, скопилась весьма внушительная гора трофеев, которую необходимо как следует разобрать.

Сокровищ там хватало, чтобы доверху забить десяток карет, да ещё и место оставалось.

Пинрод оглянулся назад, тяжело сглотнул и кивнул, словно у него не оставалось иного выбора:

— В таком случае... по крайней мере... можем ли мы хотя бы связать её...

— Вы хотите связать моего близкого друга? Если кого и винить за то, что её призвали, так это меня, верно? Если хотите кого-то связать, свяжите меня.

— ......

Пинрод испуганно закивал:

— ...Мы сопроводим вас в Аинкад, Великий инквизитор Димонаас. И я бы не советовал вам даже думать о побеге.

Димонаас лучезарно улыбнулась:

— С чего бы мне это делать, Великий инквизитор Пинрод?

Мой взгляд пересекся со взглядом Асваля. Он отчётливо произнёс одними губами: «Ты вернёшь этот долг».

...Угх. Серьёзно!

«Да верну я, ладно!»

◇ ◇ ◇

— Отличная карета. Если посмотреть с этой стороны, Культы живут не так уж и плохо. Вам не кажется, инквизитор?

— Мне-то откуда знать.

— Мне нравится, какая она просторная. Вы не против, если я вытяну ноги?

— А это будет прилично?

Мы с Асвалем реквизировали карету исключительно для себя двоих. Другие тоже хотели присоединиться, но Асваль им отказал.

— Разве нам не нужно кое-что обсудить с глазу на глаз, инквизитор?

— Что вы пытаетесь заставить меня сделать?

— Назовём это просьбой старика.

— Могу я отказаться?

— То, что было дано, должно быть возвращено, не так ли?

Эх. Ладно.

— Чего вы хотите?

— Всё довольно просто. Поддержка Третьей имперской принцессы...

— Отклонено. Это грабёж средь бела дня. Сколько вы планируете из меня выжать?

— Ну, я так и думал. Тогда как насчёт кое-чего другого?

— Чего именно?

Асваль ухмыльнулся:

— Я заметил, что раньше ты был в хороших отношениях с эльфами.

— ...Это действительно так.

— Полагаю, ты в курсе, что сейчас за императорский престол борются четыре кандидата? Третьей имперской принцессе едва удаётся удерживаться в этой гонке.

— Зачем вообще упираться? Пусть просто выйдет из игры.

— Выйдет — и погибнет. Кто в здравом уме пойдёт на такое? Подумай сам. Был ли в истории хоть один император, который оставил бы в живых своих братьев и сестёр? Абсолютно каждый из них, взойдя на трон, без лишнего шума казнил кровных родственников, чтобы полностью искоренить саму возможность мятежа.

Что ж, резонно.

Эта страна тоже не совсем нормальная.

— И что дальше?

— Титул спасителя Парамира, безусловно, ценен. Можешь считать, что налёт на сокровищницу обеспечил надежное политическое финансирование. По сути, это заложило основу для создания армии и формирования прочной базы поддержки.

— Значит, всю работу сделал я?

— Разве мы не договорились, что моё спасение твоей жизни и сокровищница уравновесили друг друга?

— Полно вам. Сокровищница стоила гораздо больше.

— Возможно, и так. Но, вмешавшись на этот раз столь глубоко в дела Культа, я полагаю, что чаша весов теперь склонилась в мою пользу.

— ......

— Я позабочусь о том, чтобы Великий инквизитор Димонаас сохранила свой пост. Я гарантирую, что Пятый отдел Инквизиции не понесёт никаких последствий из-за этого инцидента. Что скажешь?

— Что конкретно вы хотите от меня получить?

— Всё просто, — произнёс Асваль. — Возьми на себя сопровождение делегации, которая отправится открывать торговый путь с Эльфийским лесом. Я не прошу тебя возвращаться назад. Просто доставь их в целости и сохранности до Эльфийского леса. Обратный путь они смогут проделать под эльфийским конвоем. Если спаситель Парамира к тому же откроет торговый путь с Эльфийским лесом, который сейчас практически отдалился от нас, положение Третьей имперской принцессы станет куда более прочным. Это абсолютно необходимое предприятие.

— Нет, погодите. Это уже наглость. Вы хотите, чтобы я сопровождал делегацию до самого Эльфийского леса?

Было очевидно, что посыплются всевозможные помехи. Наследный принц и другие имперские принцы наверняка станут открыто саботировать эту миссию.

Это было практически то же самое, что получить квест А-ранга и квест S-ранга одновременно!

— Курс обмена не сходится! И когда мне прикажете туда тащиться?! У меня куча дел!

— Разумеется, я обещаю и соответствующую компенсацию. Если пожелаешь, я дарую тебе собственную территорию от имени Империи.

— Нет, земля — это совсем не то, что мне сейчас нужно...

...Погодите-ка.

— Простите, Ваше Превосходительство Асваль.

— ...К чему вдруг такая официальность?

— Земля мне не нужна, но если бы вместо неё я захотел кое-что другое... вы могли бы мне это предоставить?

— И чего же ты хочешь?

— Всё просто.

Превратить кризис в возможность. Это определённо пригодится в будущем.

Полной уверенности не было, но, просто глядя на то, как сейчас идут дела в Культе, я мог сказать...

«Лучше уволиться из этой шарашкиной конторы!»

«Уйти из Культа Ра и основать собственный — это вполне рабочий вариант!»

— Просто исполните позже одно моё желание.

— ...Какое ещё желание?

— Ну, чисто в качестве примера...

Я пожал плечами:

— Например, признание новой религии государственной?

◇ ◇ ◇

Герои Парамира вернулись в Аинкад. Однако приём в штаб-квартире Культа оказался далеко не тёплым.

Это ничем не отличалось от ситуации, когда дезертиры самовольно уходят, совершают подвиг и возвращаются назад. К тому же они притащили с собой внешние силы.

Архиепископ Дуэйн, вышедший навстречу при получении новостей, выглядел недовольным. Он вежливо поприветствовал Асваля Хальца, но его движения казались несколько скованными.

— ...Архиепископ Дуэйн приветствует Его Превосходительство маркиза Асваля Хальца.

— Рад видеть вас, архиепископ. Давненько не виделись. Как поживает кардинал Арпина?

— Её здоровье оставляет желать лучшего, поэтому она редко появляется на передовой. Что привело Ваше Превосходительство в эту скромную обитель?

— Похоже, произошло небольшое недоразумение. Я пришёл, чтобы прояснить ситуацию. Димонаас мне как дочь. Я сам призвал её — как я мог позволить ей пострадать из-за этого?

— ...Ваше Превосходительство... Я ведь лишь выполнял то, что мне было велено...

— Не беспокойтесь. Я сам улажу это недоразумение.

Я подготовил это заранее, но оба они оказались превосходными актёрами. Возникало ощущение, будто передо мной стоят два хитрых лиса.

Стоя позади Асваля Хальца, я лениво зевнул. Мой взгляд встретился со взглядом Дуэйна.

Его и без того натянутая мимика исказилась ещё сильнее, стоило нашим взглядам пересечься.

— ...Ты изрядно изменился с нашей последней встречи, инквизитор Захад.

Именно так.

Я тот самый человек, которого ты с лёгкостью швырнул в пасть смерти.

И я же вернулся целым и невредимым! Да ещё и стал сильнее, стоит заметить!

Я лучезарно улыбнулся:

— Давненько не виделись, архиепископ. Вы выглядите изрядно постаревшим. Не подцепили ли вы случайно какую-нибудь гадость?

— ...Что ты только что сказал?

— Ой, прошу прощения. Я так долго торчал в Парамире, что мои манеры слегка подпортились. Вы ведь понимаете меня, верно? В конце концов, сердце архиепископа Дуэйна безгранично, словно открытое море. Уверен, любое моё слово просто канет в нём и исчезнет без следа. Пожалуйста, сделайте вид, будто ничего не слышали. В любом случае...

Я приподнял уголок губ:

— Думаю, будет лучше для начала провести Священный Суд? Я переживаю, что Его Превосходительство — человек занятой, у него много дел, и нам не хотелось бы тратить его время впустую.

— ...Да как ты смеешь!..

— Справедливое замечание, инквизитор. Я действительно весьма занят. Как и ожидалось, ты единственный, кто по-настоящему меня понимает.

— Ха-ха. Вы мне льстите.

После этого лёгкого обмена любезностями лицо архиепископа Дуэйна приобрело глубокий, гнилостно-чёрный оттенок.

Ну и что с того?

Что ты собираешься с этим делать, корча свою недовольную мину?

Что ты вообще можешь сделать, кроме как строить эту уродливую гримасу? Жалкий неудачник.

За моей спиной стоит маркиз Асваль Хальц! Имперский аристократ, между прочим!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дневная жрица (2)

Глава 93: Дневная жрица (2)

Димонаас увели. Хотя слово «увели» казалось на удивление неточным, учитывая, что всё это время она улыбалась.

— Это суд, который мы совершенно точно выиграем!

Имя Асваля Хальца обладало огромным весом. Стоило ушедшему на покой ветерану обосноваться в штаб-квартире Культа, как все перешептывания о Димонаас тут же утихли.

— Подумать только, Великий инквизитор Димонаас знакома с маркизом Хальцем...

— Если ты впадешь в немилость у Империи, то окажешься не на той стороне, независимо от твоего положения в Культе...

— Всё серьезно... давайте пока просто помалкивать...

Взгляды открытого презрения, которые я то и дело ловил на себе, исчезли так же быстро. Напротив, люди теперь не могли нахвалиться.

Если подумать, это было практически возвращение героя. Димонаас оказалась напрямую причастна к спасению Парамира.

А ведь отправилась она туда в первую очередь ради того, чтобы спасти меня — человека, которого Культ, по сути, выбросил на произвол судьбы.

Звание «начальницы, жертвующей собой ради подчиненных», прочно закрепилось перед именем Димонаас.

— ...Невероятно.

— Вот уж действительно Великий инквизитор Димонаас.

— Разве не она по-настоящему заслуживает того, чтобы стать архиепископом?

— Кажется, Отдел Инквизиции слишком мал для такой фигуры.

Общественное мнение могло измениться в мгновение ока, что и произошло.

Но как бы там ни было, я был невероятно занят.

— Матьер.

— Вы здесь, господин! Отец!

То, как он потирал руки, выглядело почти умилительно. Я устроился в кресле и один раз прокрутился на нем.

— Не ожидал, что ты действительно напьешь наемников и придешь меня спасать.

— Разве мы не в одной лодке, Отец? Я подумал, что проявление преданности в такой момент укрепит доверие между нами.

— И вовсе не потому, что ты испугался потерять еще и Гектора с остальными?

— ...Ха-ха! Конечно нет! Вы не из тех людей, кто может просто так взять и погибнуть где-то.

— Верно? Именно за это ты мне и нравишься, Матьер.

— Я ваш вечный слуга, Отец.

Сквозь его неловкий смех я пододвинул к нему припасенный Нектар.

— Используй это как карманные расходы.

Лучше сразу четко разграничить поощрения и наказания — это окупится в будущем.

Лицо Матьера мгновенно просияло. Я тихонько усмехнулся.

— Ты, должно быть, спустил все свои сбережения до последней монеты, верно? Пятьсот наемников — это не та сила, которую можно нанять за бесценок. К тому же, когда ты сказал им, что они направляются в Парамир — а это практически равносильно смертному приговору, — тебе наверняка пришлось заплатить по двойному тарифу.

— Значит, мой выбор был верным. В этом весь вы, Отец.

— Награды и наказания должны быть четкими. Ну, если бы Матьер не пришел...

Я пожал плечами.

— Кто знает, что бы я натворил.

— ......

— Шучу. Я шучу. Улыбнись. Ну же?

— Ха... ха-ха! Это была очень смешная шутка, господин!

Даже после того, как я отдельно отблагодарил Матьера, оставалась еще целая гора дел.

«Спасибо, что пришел» или «Без тебя я бы погиб»...

Я был не из тех, кто отделывается одними словами. Отделив часть сокровищ, которые принес с собой, я передал их Матьеру.

— Э-это?!

— Да.

— Я знаю, что совершил нечто достойное похвалы, но чтобы столько!..

— Отправь это в Культ Змеи.

— Прошу прощения?

— Если они скажут, что пропала хоть одна вещь из тех, что я отправил, тебе конец. Изабела из Культа Змеи, командир Ордена Паладинов Черной Чешуи. Запиши всё четко и отправь. Понял?

— ......

Отложив то, что предназначалось для Культа Змеи, я обосновался в Пятом отделе Инквизиции.

Шесть человек погибли на службе в Отделе Инквизиции. Я лично выплатил компенсации их семьям.

— .......

— С-спасибо... Отец.

Они погибли, пытаясь спасти меня.

Если бы я не позаботился о них, никто бы этого не сделал.

Но мертвые остались в прошлом, а живым нужно было жить дальше. Усилием воли я подавил подступающую тоску.

Ладно. Раз есть дела, нужно ими заняться.

— Раадатук. Не возражаешь, если я одолжу твой кабинет?

— Хм?

— Остин. Приводи людей, которых я назову, по одного.

— Понял!

Инквизитор Остин пулей вылетел из кабинета. Я оглянулся на Раадатука и Розмари.

— Не могли бы вы оба на секунду достать свое оружие?

— Зачем...

— Просто достаньте.

Раадатук обнажил свое оружие. Тяжелый полуторный меч. Рукоять была затерта до гладкости от долгих лет использования.

Розмари держала в руках оружие из имперской стали, которое я недавно ей раздобыл. Оружие B-ранга. Сносные характеристики, но ничего выдающегося.

Сойдет, не более того.

— Посмотрим...

Пожалуй, начну с Раадатука.

[Близнецы Солнца (A)]

Творение великого мастера. Похож на тот полуторный меч, что он носит. К чуть большему размеру, возможно, придется привыкнуть, но в целом неплохо.

Я пропустил через него тонкую струйку Святой силы. С тихим треском вспыхнули языки пламени.

Хорошо.

Очень даже недурно!

— Держи, Раадатук.

— Э-это...

Раадатук принял оружие. Вспыхнувшее пламя заставило его растерянно переводить взгляд с меня на меч.

— Мне... правда можно им пользоваться?..

— Конечно. Кто еще будет им пользоваться, если не ты?

— Но...

— Ты проделал весь этот путь, чтобы спасти меня. Если я не сделаю хотя бы этого, люди начнут судачить. Пожалуйста, прими его.

— ......

Раадатук медленно взмахнул мечом по дуге. Он завороженно уставился на обнаженное лезвие.

— ...Я делал это не ради награды.

— Но ведь получать подарки все равно приятно, верно?

— Этого я отрицать не стану.

Раадатук расплылся в широкой улыбке.

— Спасибо, брат.

— Иди опробуй его. К новому оружию нужно привыкнуть.

— Понял.

Раадатук отступил назад. Розмари отчаянно пыталась сдержать улыбку, изо всех сил поджимая губы.

— Хм. Хм-хм. Хм.

Тихие звуки все равно вырывались наружу. Я взглянул на нее.

— Розмари.

— Да?

— Спасибо, что пришла спасти меня. Честно говоря, я был тронут.

— Ну... я ведь не то чтобы специально шла тебя спасать, но... если ты так ставишь вопрос...

— Прийти ради добычи и заодно спасти меня — это все равно считается за спасение.

— Хм. Хм-хм. Верно ведь? Наконец-то ты понял, о чем я говорила.

— Да.

— ...Хм?

— Теперь можешь идти. Я просто хотел сказать спасибо.

Розмари застыла. Она то и дело косилась на дверь, за которой только что скрылся Раадатук.

— И?..

— Что?

— Н-нет, я имею в виду... с-спасение — это ведь все равно спасение, так?

— Так.

— Тогда почему...

Слишком гордая, чтобы сказать об этом прямо, Розмари просто указала пальцем на дверь.

— Это дверь.

— Д-да, и что?

— А. Точно. Это выход.

— Угх... нгх... хрм...

Думаю, с нее хватит дразнилок.

[Сияющий вес (A)]

— Бам!

Топор опустился. Я слегка взмахнул им в воздухе.

Тоже работа великого мастера. Строго говоря, сделан он был не в Империи. Это было оружие, отобранное у северных варваров.

Рукоять из кости зверя, а лезвие — зазубренное и неровное. И тем не менее, это был А-ранг.

Почему?

Потому что внутри оружия обитала душа зверя.

— Держи.

— ......

Розмари приняла оружие и оглядела топор. Она сморщила нос при виде щербатого, неровного лезвия.

— ...Это ведь... оружие, да?

— Оно самое. Но даже не думай его точить — оставь как есть.

— Что?

— Волку внутри это не понравится.

— Гр-р-р-р.

Услышав утробный звериный рык, Розмари резко обернулась. Силуэты пяти волков парили в воздухе, пристально наблюдая за ней.

— Д-духи?

— Скорее просто души, а не духи. Постарайся их приручить. Они будут невероятно полезны.

Топор, который при определенных условиях мог достичь S-ранга. Если приручить его как надо, он может даже стать священной реликвией.

Розмари, поглаживавшая оружие, повернулась и сердито уставилась на волков. Как кошка с собакой, кто бы сомневался.

Уже борются за лидерство.

— ...С-спа... си...

— Спасибо?

— ...Угх! Ладно! Не знаю! В общем, я найду ему хорошее применение! Я превзойду тебя в мгновение ока, так и знай!

Честное слово, она совершенно не умеет быть искренней.

Розмари громко хлопнула дверью, уходя. Я взял документы.

Так, посмотрим...

Пора распределить остальное между другими инквизиторами.

◇ ◇ ◇

— Боже правый.

— В-вы правда отдаете это мне...

— Брат! Я люблю тебя!

Кажется, я выслушал признания в любви уже десятки раз. Я спокойно перебирал бумаги. Сверив список распределенных вещей, я убрал оставшиеся обратно в карман.

Осталась лишь четверть от того, что я принес, но эй — этого все равно более чем достаточно, чтобы безбедно прожить всю жизнь!

— Тук-тук.

— Войдите.

Это был даже не мой кабинет, но я все равно ответил. Дверь со скрипом отворилась, и вошел последний человек.

Кандидатка в Девы Дня, Айрин.

— ...Младший.

— Старшая!

Я поспешил к ней навстречу. Человек, который заслуживал наибольшей благодарности за всю эту битву.

И тот, кто раз за разом преодолевал смертельные опасности лишь ради того, чтобы оказаться здесь. Одно только ментальное напряжение от слияния с Тарнхельмом было жестоким испытанием. И вдобавок ко всему, получить статус кандидатки в Девы Дня всего за шесть месяцев...

Насколько же сильно она себя истязала, будучи готовой умереть ради этого? Даже для гения это было чересчур.

— Что бы ты хотела выпить? Проси всё, что угодно.

— Это кабинет Великого инквизитора...

— Раз ее здесь нет, значит, он мой. Плюс-минус. Так чего бы тебе хотелось? Располагайся поудобнее.

— Тогда, пожалуй, для начала чаю...

— Я заварю!

Напевая под нос, я вскипятил воду. Поставил чашку и налил чай.

Айрин сделала глоток. Ее глаза слегка округлились.

— Вкус...

— Ужасный, правда?

— .....

— Едва ли лучше обычной воды. В кабинете только такой чай.

— Разве это не чай Великого инквизитора Димонаас?

— Она на удивление скупа по отношению к себе. Говорит, что если у нее есть лишние деньги, она лучше лишний раз накормит своих инквизиторов.

Айрин молча посмотрела на меня.

— Вы двое довольно сильно сблизились.

— Да, есть такое. Издержки работы — мне приходится постоянно быть рядом с ней.

— .......

Атмосфера мгновенно похолодела. Айрин похлопала себя по коленям.

— Подойди сюда.

— ...Что?

— Быстрее.

— Я могу просто сесть рядом...

— Подойди сюда, Захад.

Ее холодная улыбка пугала настолько, что я невольно сделал шаг навстречу. Однако я понятия не имел, куда себя деть, и просто растерянно замер перед ней.

— Это ведь не... ты ведь не предлагаешь мне сесть туда, верно?

— Ложись рядом со мной.

— ......?

Я послушно сделал то, что мне велели. Лег.

Ее бедро. Я положил голову на его внутреннюю сторону. Кожа была невероятно нежной. Но что-то казалось странным.

Даже когда я поворачивал голову, я не мог разглядеть ее лица. Всё, что попадало в поле зрения — это ее грудь.

Какое... грозное оружие...

— ...Захад.

Голос, пропитанный вздохом, донесся откуда-то сверху, из невидимой мне зоны.

— Ты слишком неосторожен.

— Не думаю, что я настолько...

— Неосторожен, и слишком легко подпускаешь к себе людей.

— Вообще-то моя защита довольно крепка...

— Помолчи.

— Хорошо.

Нежные руки зарылись в мои волосы.

— ...Может, мне и правда стоит однажды запереть тебя в каком-нибудь особняке.

— Что?

— Мысли вслух.

Рука, гладившая мои волосы, замерла.

— Захад, нам нужно кое-куда сходить вместе.

— Куда?..

— К Деве Дня. Женщина, которая станет моей старшей, хочет встретиться с тобой. Ее зовут Гримуар. Она добрая и мягкая.

— Зачем ей видеть меня?

— Мм... ну...

Айрин снова принялась перебирать мои волосы, словно смутившись.

— ...Человек, ради спасения которого она рисковала жизнью... она хочет лично увидеть, что он из себя представляет...

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дневная жрица (3)

Глава 94: Дневная жрица (3)

Качнув двумя хвостиками, девушка, значительно уступающая мне в росте, свирепо заскрежетала зубами.

— Ты Захад?!

— Он самый.

Гримуар, Дева Дня, сжимающая Айрин в объятиях, злобно оскалилась.

— Мерзавец, соблазнивший мою очаровательную младшую!.. Абсолютное ничтожество из ничтожеств, окруживший себя пятью тысячами женщин!..

— Если брать по одной в день, на это уйдет несколько десятилетий.

— Все мужчины — мусор! Бабники без единой капли порядочности, низшие из низших! Угх! Ненавижу вас!

Настоящая мужененавистница.

Скользнув вперед, я уселся прямо перед Гримуар, откровенно разглядывая ее.

— Ну так что? Зачем ты хотела меня видеть?

— Я! Гримуар, Дева Дня! Прояви хоть каплю уважения!

— Сей скромный слуга не ведает, ради чего милостивая госпожа призвала его.

— Что ты вообще несешь?!

Резко ткнув в меня пальцем, Гримуар вспылила.

— Я вызвала тебя, потому что хотела своими глазами увидеть того, ради кого моя очаровательная младшая рискнула жизнью!

— И как первые впечатления?

— Н-ну, внешность у тебя сносная! Но манеры просто невыносимы! Отвратительно! Худший! Мусор! Ты явно из тех мерзких жрецов, что сидят на шее у женщин!

— К чему такие слова. — Небрежно опустив руку на плечо Гримуар, я хмыкнул: — Хочешь, чтобы я соблазнил и тебя?

Гримуар буквально взорвалась:

— Ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ч-ЧТО?!!!!!

Точно такая же реакция, как у Розмари, когда я впервые ее поддразнил. Я обменялся взглядами с Айрин.

Вздохнув, Айрин ласково погладила Гримуар по голове:

— Старшая Гримуар. Я благодарна вам за заботу, но я правда в порядке.

— В п-порядке?! В каком еще порядке?! Отвечай честно! В каких ты отношениях с этим мужчиной?!

— .......

Айрин незаметно отвела взгляд, отчего Гримуар буквально задышала огнем.

— Ч-что ты все это время творил с моей милой младшей?!

— Я ничего не делал.

— Непростительно! Она Кандидатка в Девы Дня! Талант из талантов, которой в будущем предстоит взять на себя невероятно важную работу! Знаешь ли ты, скольких трудов мне стоило перевести ее сюда из Теологической академии?!

Резко выхватив оружие, Гримуар выставила вперед острую косу, заставив меня ухмыльнуться.

— Что, хочешь подраться?

— Я мигом исправлю твое поведение! Начиная с этого высокомерного взгляда!

— Я смотрю на тебя сверху вниз, потому что ты мелкая.

— К-к-к-кто тут мелкий?! Я вообще-то чертовски высокая, ясно?!

Вальяжно развалившись на полу, я протянул:

— Ух ты, и правда высоченная.

— СДОХНИ!!!

— Бам! Бам! Бам!

Перекатившись в сторону, я уклонился от обрушившейся на пол цепи. Учитывая полное отсутствие жажды крови, она явно не пыталась меня убить.

Выставив руку навстречу косе, летящей мне прямо в лицо, я скомандовал:

— Стой.

— П-почему это?!

— Ну, то есть... Я поборюсь, раз ты так просишь, но... — мне и самому было любопытно. На каком уровне я сейчас нахожусь. Смогу ли одолеть Деву Дня — элитную гвардию Папы, чьи боевые навыки не уступают Архиепископу. — Разве мне не стоит сначала немного подготовиться?

— ...И что ты собираешься делать?

[Захад Балтон] [Уровень: 79]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Эксклюзивные навыки класса]

— Любовь Бога Солнца: Навыки, связанные с Богом Солнца, стремительно развиваются.

— Милость Бога Солнца: Святая сила быстро восстанавливается.

— Благословение Бога Солнца: Позволяет без риска использовать святые реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: Ментальное осквернение не оказывает эффекта.

[Эксклюзивные навыки класса]

— Любовь Бога-Змея: Навыки, связанные с Богом-Змеем, стремительно развиваются.

— Милость Бога-Змея: Святая сила быстро восстанавливается.

— Благословение Бога-Змея: Позволяет без риска использовать святые реликвии Бога-Змея.

— Молитва Бога-Змея: Дарует невосприимчивость к негативным статусам.

[Апостол]

— Иная возможность (S): Маленькое перышко, рожденное из череды совпадений. Пусть начало скромно, конец будет великим.

— Исцеление (A): Позволяет одновременно исцелять и сражаться. Можно залечить больше ран, затрачивая меньше Святой силы. Позволяет продолжать бой до тех пор, пока Святая сила не иссякнет.

— Благословение (A): Сопротивление негативным статусам кардинально возрастает, позволяя всегда сохранять хладнокровие. Физические характеристики значительно усиливаются, а Святая сила временно возрастает в разы.

[Культ Ра]

— Священное пламя (A): Создает священный огонь. Очищает зло и способно частично сжечь то, что не поддается горению. Размер и пределы пламени пропорциональны Святой силе. Эффективность значительно возросла, позволяя формировать детальные структуры.

— Молитва огня (B): После молитвы температура тела поддерживается в течение длительного времени. Физические способности значительно усиливаются.

— Создание святой воды (C): Наполняет воду Святой силой. Активирует способности тела к исцелению и повышает сопротивление злу.

— Священная стена (B): Позволяет блокировать определенные зоны. Можно нанести тонким слоем на кожу, чтобы окутать себя пламенем. Обладает прочностью, сопоставимой с броней, и нейтрализует удары ниже определенного порога.

— Шепот огня (B): Улучшает характеристики оружия. Пламя оседает на клинке и может быть передано чужому оружию. Дарует сопротивление злу.

— Очищение (C): Изгоняет проклятия и очищает оскверненное.

— Сокрушительная гильотина — Гильотина (S): Взови. И она ответит. Юнайт сказал, что гильотина, казнящая зло, ни разу не знала покоя.

— Священное разрушение — Луин (S): Взови. И оно ответит. Эронимус сказал, что гнев света оставил неизгладимый след глубоко в скале.

— Сокрушительная тьма — Топот (S): Взови. И она ответит. Эйнсвальт сказал, что число демонов, разорванных на куски поступью Ра, достигло шестидесяти двух тысяч.

— Пепельная Корона (EX): Принесите дань, чтобы повысить ранг навыков, связанных с Богом Солнца.

[Культ Нага]

— Плетение теней (A): Позволяет просачиваться в тени. Дает возможность перемещаться от одной тени к другой; присутствие невозможно обнаружить, за исключением тех, кто обладает выдающимися сенсорными способностями.

— Молитва чешуи (A): После молитвы позволяет слиться с окружающей средой на заданное время. Звук от клинка исчезает, а физические способности существенно возрастают. Тело не издает ни звука даже при движении.

— Выработка яда (A): Позволяет вырабатывать внутри тела яд, вызывающий мучительную боль. Экстремальный токсин целиком растворяет плоть и причиняет невыносимую агонию.

— Шепот змея (A): Внешний вид объекта полностью поглощается тьмой. Расстояние становится невозможно определить, и состояние сохраняется даже при прилипании внешних субстанций.

— Эрозия (A): Просачивается в разум и внедряет в чужую психику эффект промывания мозгов. Цель пробуждается только при определенных стимулах, эффект сохраняется в течение длительного времени.

— Просачивающаяся тьма — Санаджех (S): Чешуя возжелала этого. Я ступал беззвучно. Кровь текла по пути, высеченному во тьме. Бесконечная кровь.

— Черное болото — Фавела (S): Чешуя возжелала этого. Два обнаженных конца оказались остры. Я задыхался. Я медленно открыл пасть и пожрал. О, Нага. Пригляди за мной.

[Общие навыки]

— Приготовление мяса (B): Позволяет сделать вкусным даже несъедобное мясо.

— Приготовление морепродуктов (B): Позволяет сделать вкусными даже несъедобные морепродукты.

— Приготовление напитков (C): Позволяет создавать вкуснейшие напитки.

Характеристики прямо перед достижением восьмидесятого уровня. Выдающееся окно статуса, одной ногой уже шагнувшее в царство трансцендентного.

— Ладно. Я готов.

Подняв наручный карман, давно превратившийся в портативную сокровищницу, я активировал навык.

[Двуручный меч палача (A)]

[Используется Сокрушительная тьма — Топот (S).]

Двуручный меч, покрытый коркой засохшей крови, с лязгом рухнул на пол.

— Нападай.

◇ ◇ ◇

Тиельра, предводительница Дев Дня, неторопливо потягивала кофе.

Первая чашка ранним утром всегда была особенной. К тому же сегодня она оказалась отнюдь не привычно горькой — несмотря на строгую диету, Тиельра бросила туда не меньше трех кубиков сахара!

— ...Сегодняшняя я просто пугает.

Но с этим ничего нельзя было поделать. Кандидатка в Девы Дня, на которую она положила глаз, благополучно вернулась, а Тарнхельм был возвращен без малейших инцидентов.

Вдобавок ко всему, пришли вести о полном очищении Парамира.

Поскольку Айрин участвовала в операции неофициально, ее имя не фигурировало в формальных отчетах. Но даже так, блестящие результаты заставляли уголки губ Тиельры ползти вверх.

Сплошные посредственности и пограничные бездарности — Тиельра уже начала думать, что в орден поступают лишь сомнительные кадры, как вдруг, наконец, появилась действительно полезная девушка.

Как говорится, одна хорошо воспитанная дочь стоит десятерых сыновей. Разве можно с чем-то сравнить радость от взращивания истинного таланта?

Чему бы ее сегодня научить? Прокручивая эту мысль в голове, Тиельра толкнула дверь в тренировочный зал Дев Дня.

— Бам! Бам! Бам!

Несмотря на ранний час, столкновения Святой силы звучали на удивление оживленно. Неужели новости об успехах Айрин так их раззадорили? Хороший знак?.. Хм?

— ...Что это такое?

Моргая, Тиельра уставилась на пылающую огнем косу Гримуар.

— Нгх!..

Дева Дня буквально впала в неистовство. Тренировочный зал, укрепленный множеством слоев священных барьеров, ходил ходуном, словно от землетрясения.

Элитная гвардия Папы. Минимальный боевой порог для Девы Дня равнялся уровню Архиепископа. Саму Тиельру можно было смело отнести к уровню Кардинала.

И вот эта самая женщина металась по залу. Размахивая пылающей косой, она покрывалась Трансформацией формы, пока пламя Ра дико вырывалось наружу.

Но...

Но...

— ...Хм?

Там был кто-то, кто на равных сдерживал ее натиск.

Нет.

Он... на самом деле подавлял ее?!

Прищурившись, Тиельра вгляделась в бой. Сила, от которой само пространство, казалось, шло кругом. Высвобожденный объем Святой силы был настолько колоссален, что обычного паладина просто размазало бы одним лишь давлением.

Такое количество не имело никакого смысла, если только этот человек не находился на уровне Апостола. А затем последовал замах двуручным мечом.

Грубый. Властный. Каждый взмах нес в себе такую разрушительную мощь, словно боец двигался вообще без задней мысли о том, что будет дальше.

Однако в его технике невозможно было найти ни единого изъяна. А всё потому, что пространство вокруг уже рассыпалось в прах, и ему действительно не нужно было думать о последствиях!

— БАБА-А-АХ!!!!

— Э-это нечестно!..

— С каких это пор в драке есть правила?!

— О-обращение на «вы»!..

— Хочешь уважения — не лезь в драку!

Черные волосы развевались на ветру. Тиельра проводила взглядом спину мужчины.

Высокий. Где-то под метр девяносто. Рельеф мышц, угадывающийся под одеждой, был идеально пропорционален. Тело, отточенное изнурительными тренировками. Монолитное телосложение без единой капли лишнего веса.

И его лицо. Утонченное. Даже самые привлекательные мужчины культа не годились ему в подметки.

Лицо, которое она видела впервые. Обладай он таким уровнем боевого мастерства, она бы точно о нем знала — но он не попадался ей нигде.

Это могло означать лишь одно. Подойдя к Айрин, которая тупо пялилась на сражающуюся парочку, Тиельра сделала глоток кофе:

— Это Захад?

— Т-Тиельра. — Айрин кивнула.

Почесав затылок, предводительница вздохнула:

— ...И зачем ты вообще пошла его спасать?

— Простите?

— Нет, я имею в виду... с таким-то уровнем... «Не похоже, что он вообще способен где-то помереть».

◇ ◇ ◇

Святая сила лилась через край. Участница Дев Дня, чьи силы приравнивались к уровню Архиепископа.

Я сошелся с Гримуар в поединке. Появляющиеся на коже царапины мгновенно затягивались исцелением, пока я с размаху обрушивал на нее двуручный меч.

Воздух разрывался от взрывов. Коса постоянно искала бреши в моей защите, но я втаптывал ее в пол, а затем в прыжке обрушивал клинок прямо ей на голову.

— БАБА-А-АХ!!!

— Кья-я-я!!

Гримуар отшвырнуло назад. Не упуская возможности, я ринулся в атаку.

Девушка тут же извернулась, но ее стойка пестрела дырами. Заблокировав падающую по диагонали косу своим мечом, я намеренно разжал пальцы на рукояти, гася отдачу, бьющую в плечо.

— Что?!

А затем мощно протаранил ее в корпус плечом!

— БАХ!!

— Гк-кх?!

Гримуар кубарем покатилась по полу. Выпавшее оружие со звоном рухнуло рядом. Настроение стремительно ползло вверх. А-а! Как же весело!

— Может, теперь перейдем к рукопашной и... ммф?!

— Бам!

Мою голову буквально впечатали в землю.

Чего? Что сейчас вообще произошло...

— Достаточно.

Потирая ушибленный затылок, я поднялся на ноги. Обернувшись, я наткнулся на незнакомое лицо. Слегка резкие черты придавали ей смелый, львиный вид. Однако эта львиная аура ничуть не умаляла ее истинной женской красоты.

С такой внешностью и подобной силой... среди Дев Дня под описание подходил лишь один человек.

— ...Тиельра?

— О? Так ты меня знаешь?

Бинго.

Предводительница Дев Дня.

Одна из немногих Апостолов, оставшихся сейчас в Культе Ра!

Голова предательски заныла. Я вернул двуручный меч обратно в пространственный карман. Без вариантов. Я пока совершенно не мог ее прочесть. Победить ее грубой силой было невозможно — ее уровень крутился где-то в районе восьмидесяти с лишним. Вдобавок ко всему, изначально Тарнхельм принадлежал именно ей. Наверняка он и сейчас лежал у нее в кармане.

— Тот, кто не знает Тиельру, вряд ли может называть себя последователем Культа Ра.

— Для простого последователя ты кажешься слишком хорош.

— Именно поэтому я работаю Инквизитором.

— Ты бы недооценивал себя, даже будучи Великим инквизитором. Завидная мощь.

Взяв меня за подбородок, Тиельра мимолетно скользнула взглядом вниз:

— Часть меня так и жаждет отрезать тебе кое-что лишнее и забрать к себе в Девы Дня, но...

— Н-нет! — в панике вцепившись в меня, выкрикнула Айрин.

Тиельра ухмыльнулась:

— Я шучу. Оставим это, так что ты здесь делаешь?

— Меня тоже вызвали.

— Вызвали? Кто?

Лежащая на полу и тяжело хватающая ртом воздух Гримуар медленно ползла к выходу. Тиельра безжалостно поставила ногу прямо ей на спину.

— Сестренка?! Мой позвоночник! Мой позвоночник сейчас сломается!

— Я ведь говорила тебе не своевольничать, не так ли. Гримуар.

— А-а-а! Прости! Прости! Спасите! Помогите! Айрин! Младшая! Спаси меня!!!

— Если не перестанешь дергаться, он и вправду сломается. Гримуар.

— Ау-ау-ау-ау-ау-ау-ау-ау!!

Пожав плечами, Тиельра повернулась ко мне, и ее лицо лучилось интересом.

— Я всё гадала, почему Айрин нашла тебя таким занятным... похоже, ты скрываешь очень многое. Инквизитор Захад.

— Да бросьте. Мне нечего скрывать. Я на мели.

— По тебе и не скажешь. Возможно, если это ты... — бормоча себе под нос, Тиельра обхватила ладонью мою щеку. Она была почти такого же роста, как и я, и сейчас пристально вглядывалась мне в глаза. — Какая у тебя сейчас должность? Только Инквизитор и всё?

— Хм, простите?

— У тебя есть еще какие-нибудь обязанности, к которым ты привязан? Раз уж с делом Парамира покончено, тебе дадут немного свободного времени.

— Ну... полагаю, да?

— Значит, Великий инквизитор Димонаас — твое начальство. Я слышала, в Пятом отделе Инквизиции служит много выдающихся паладинов.

— И это... тоже верно. Раадатук и Розмари оба весьма способны...

— Тогда не будет ничего страшного, если один человек будет отсутствовать.

— Простите?

— Идем со мной. — Тиельра властно ухватила меня за шкирку. — Кое-кто захочет на тебя взглянуть.

— Т-только не говорите мне, что это Его Святейшество Папа?!

— Скажешь тоже. Каким бы огромным потенциалом ты ни обладал, в моих глазах ты всё еще птенец. У Его Святейшества нет ни единой причины желать встречи с тобой.

— ...Тогда кто?

— Кто же еще.

Апостол Ра потащила меня за собой.

— Моя единственная близкая подруга. Я отведу тебя к Кардиналу Арпине. Уверена, как только она тебя увидит, ей точно будет что сказать.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дневная жрица (4)

Глава 95: Дневная жрица (4)

Глубоко внутри Папской курии — в самом сокровенном святилище.

Тиельра ступила на запретную территорию — место, куда не дозволялось входить никому, кроме Дев Дня, нескольких избранных архиепископов и самого Папы.

Я, которого она тащила за собой, тоже ввалился туда, спотыкаясь.

Это был прекрасный сад. Цветы цвели так пышно, словно здесь царила вечная весна, а зелень простиралась во все стороны. Особенно выделялось обилие красных бутонов — несомненная дань уважения Ра.

Тихий коридор. В пустом зале колыхался и мерцал лишь багровый свет. Это был всего лишь проход, но витражи, преломлявшие свет на радужные осколки, придавали ему невероятно священную атмосферу.

— Позволительно ли столь ничтожному человеку ступать в такое место?

— Что это ещё за тон?

Тиельра рассмеялась, явно забавленная моими словами.

— Я сама привела тебя сюда. Никто не посмеет сказать и слова против.

Воистину, прирожденная владычица всего поднебесного!

Я уже прекрасно понимал, что именно она заставит меня делать, и мне жутко не хотелось здесь находиться!

Тук-тук.

Тиельра постучала в дверь. Ответ последовал лишь после долгой паузы.

— ...Кто там?

— Открой дверь, Арпина.

— Тиельра.

Дверь отворилась, и раздался тихий голос, сопряжённый с тяжёлым вздохом:

— Тебе не обязательно было идти сюда лично... или...

Наши взгляды встретились.

[Активируется ⟨Молитва Бога Солнца⟩.]

Надо же, системное окно выскочило само по себе.

Она всё так же прекрасна. Серебристые волосы мягко струились, а наряд выглядел скромно, но элегантно. И это ещё не всё. Стоило мне взглянуть на её бесстрастное лицо, как показалось, будто я могу забыть обо всём на свете и отдаться чувствам без остатка.

Соберись, Захад. Нельзя на это покупаться.

— Приветствую.

— .......

Хлоп!

Дверь снова захлопнулась.

— Т-Т-Т-Тиельра?!

— Что?

— Ты не говорила, что приведёшь ещё одного гостя!

— Собственно говоря, я и о своём приходе не предупреждала.

— Это тоже правда, но! Е-ещё один жрец! Этого не было в планах...!

— Планы-шманы.

Тиельра протянула руку и начисто сорвала дверь с петель.

— Не нужно церемониться, когда приходишь в гости к подруге.

Дверь пролетела по воздуху и с грохотом рухнула в коридоре. Я тихонько присвистнул.

Смелый шаг, предводительница Тиельра. Оказывается, возглавлять Дев Дня дано далеко не каждому!

— Встань ровно.

— Слушаюсь.

Я вежливо поклонился, на этот раз сделав всё по правилам.

— Я Захад, инквизитор Пятого отдела Инквизиции.

— Ах... Я кардинал Арпина. Ничего выдающегося, но я служу Гласом Культа.

Её растерянный взгляд встретился с моим в ответном приветствии, после чего она поспешно ткнула Тиельру локтем в бок.

— Я же просила тебя не врываться вот так просто...!

— Это всего лишь дверь. Разве ты не можешь поставить её обратно?

— Её уже не вернуть на место...!

Хрусь.

Дверь наполовину вошла в стену. Тиельра отряхнула руки.

Она удовлетворенно вздернула подбородок.

— Идеально.

— Ничего не идеально! Вообще ни капли не идеально!

Арпина обречённо опустила плечи, явно привыкшая к подобному. Она взглянула на меня, а затем повернулась к Тиельре.

— ...Тиельра. Зачем ты привела сюда инквизитора Захада?

— Ты ведь слышала о нём, верно?

— Хочу я того или нет, но слухи до меня доходят. Ветры, гуляющие по Культу, в любом случае доносят всё до моих ушей.

— Тогда это не займёт много времени.

Тиельра распахнула сломанную дверь.

— Поговорите вдвоём. Вот и всё.

— Что?! Т-Тиельра?!

— С этой дверью явно что-то не так, Арпина. В следующий раз замени её на нормальную.

— Да потому что ты постоянно их ломаешь?!

Тиельра вышла размашистым шагом. Застрявшая в стене дверь жалобно скрипнула.

Арпина закрыла лицо ладонью и искоса взглянула на меня.

— Зачем... ты пришёл?

— Пришёл, потому что мне велели идти следом?

— ...Ты ведь несерьёзно.

Арпина оглядела меня с ног до головы. Выражение её лица, когда она оценила моё состояние, мгновенно застыло.

— ...Даже простое излучение молитвы, исходящее от тебя, находится на уровне архиепископа или даже выше...! И-инквизитор Захад. Разве вам не шестнадцать лет?!

— Всё верно.

— Неужели вас избрала Ра? Неофициальный Апостол... или что-то в этом роде?

Остра на язык, как и всегда. Я кивнул. Скрывать это не было причин.

— Ра питает ко мне особую слабость.

— ...Хмф.

Ра фыркнула, но отрицать не стала. Какая же она цундэрэ.

— Т-так это правда? Значит, скрытый талант, который ещё не явил себя миру...

Арпина поспешно похлопала по стулу, предлагая присесть. Оглядевшись, я понял, что в комнате царил полнейший хаос.

Повсюду валялись книги. В углу сиротливо лежал пустой пакет из-под закусок, а кровать была усыпана хлебными крошками.

Арпина слегка съёжилась.

— Т-тут немного не прибрано, да? П-пока присаживайся сюда! Я принесу чаю!

Что ж, я ожидал чего-то подобного, но...

Приди я чуть позже, это место превратилось бы в настоящую свалку.

Классическая проблема человека, страдающего от депрессии.

◇ ◇ ◇

Арпина глубоко вздохнула, изо всех сил стараясь вернуть своё привычное бесстрастное выражение лица.

Ей нужно было успокоиться. Возможно, это последний шанс, который сам пришёл к ней в руки.

Успокойся.

Думай о хорошем, а не о плохом... думай о хорошем, а не о плохом...

— Я принесла чай...!

Она зацепилась ногой за порог и полетела вниз.

Чай, который она так старательно заваривала, пришёлся точнехонько по голове Захада.

Плеск...!

Кап. Кап.

— ......

Инквизитор Захад поднял руку и слегка вытер лицо рукавом.

— ...Освежает.

— П-прости... Мне так жаль... К-как же мне теперь...

Она бросилась вытирать пролитое. Ну почему она снова всё испортила? Действительно.

Это просто беда. Она ходячая катастрофа. Платок, которым она судорожно размахивала, постоянно промахивался, вытирая совершенно не те места.

Захад перехватил платок.

— Я сам.

— ...Ох.

«Я даже вытереть нормально ничего не могу».

— Мне так жаль...

Она почувствовала, как сжимается изнутри. Перед незнакомцами всегда было хуже всего. Она становилась излишне восприимчивой, тревожной и взвинченной.

Она не всегда была такой. Раньше она отличалась смелостью, а уверенность в себе буквально била через край.

Эта уверенность строилась на том, что она была избранной.

Но теперь всё изменилось. Её тело, лишённое всей силы, казалось настолько хрупким, что готово было рухнуть в любой момент, и ей приходилось заставлять себя казаться собранной лишь для того, чтобы обмануть окружающих.

Каждое мгновение превращалось в пытку. Чем сильнее она притворялась спокойной, тем быстрее рушился её внутренний мир.

Если он треснет ещё раз, вот так...

— Прости, прости, прости, прости...

Копившаяся внутри неё депрессия хлынула наружу.

— Проститеятакглупакто-товродеменянезаслуживаетжитьнезаслуживает.

— Погоди...

— Проститечтодоставилахлопотяпостираювашуодеждуячто-нибудьпридумаюпроститепростите.

— Да что ты такое...

— Еслияобиделавасяискуплювинукакпожелаетемнеправдаоченьжальпожалуйстанесердитесь.

Слова сыпались из неё, словно из пулемета. Слезы, которые она так отчаянно пыталась сдержать, упрямо пробивались наружу, катясь по щекам.

Ей нужно было взять себя в руки. Она стояла перед незнакомцем. Нужно держаться.

Но раз уж Тиельра привела его сюда... возможно, всё в порядке.

«Что значит в порядке? Просто держи себя в руках. Хватит вести себя так слабо».

Но... но...

Спутанные нити её мыслей завязались в тугие узлы. Арпина окончательно сломалась.

— ...Прости.

В конце концов, всё всегда заканчивалось извинениями. Точно так же, как и во время разговоров с Тиельрой.

◇ ◇ ◇

Что ж, мне и самому казалось странным, что она ещё держится.

Мои предположения оправдались на все сто процентов. Кардинал Арпина страдала от глубокой депрессии. Женщина, лишившаяся всей своей силы и живущая в постоянном страхе перед тем днём, когда её выбросят на улицу.

Сломленный жрец — подавленная, с медленно прогрессирующим процессом вампиризации.

Моя одежда насквозь промокла. Я воззвал к своей Святой силе.

Фьють...

С лёгким облачком пара облачение Культа Ра мгновенно высохло. Я слегка усмехнулся.

— Ваше Высокопреосвященство, кардинал Арпина. Вот, посмотрите. Я уже совершенно сухой.

Арпина, которая до этого тихо всхлипывала, медленно подняла голову.

— Н-но кто-то вроде меня, просто мусор...

— Хотите убедиться сами?

Я взял её за руку и приложил к своей одежде.

— Сухо, верно? Ни капли не влажно, правда ведь?

— ...Ик... Да...

— Со мной всё в порядке, так что, может, вернёмся к нашему разговору? Для начала присядьте. Пол холодный, так что вам нужно подняться.

Я направился к небольшой кухоньке, примыкавшей к комнате. Сполоснул чайник и заварил свежую порцию.

Попутно я выложил несколько простых закусок. Налив ей чаю, я аккуратно поставил чашку на блюдце.

Затем поднял одеяло, небрежно свисавшее с её плеча, встряхнул его и снова укутал её. Чёрные шторы я оставил задернутыми. Солнечный свет явно пошёл бы во вред её коже.

— Чувствуете себя немного лучше?

Арпина шмыгнула носом. Вытерев слёзы, она низко опустила голову.

— ...Да. П-простите. За то, что показала вам такое постыдное зрелище.

— Нет, всё в порядке. Я и сам частенько впадаю в уныние. Например, когда ударяюсь мизинцем об угол стола — каждый раз крою всё трёхэтажным матом. Такое случается со всеми. Ломаться, когда происходит что-то плохое — это естественно.

Я ненавязчиво забросил наживку. Арпина заглотила её без секундного колебания.

— ...Вы правы. Когда случается что-то плохое... люди неизбежно ломаются.

— Должно быть, с вами недавно произошло что-то плохое?

— Не недавно. Прошло уже несколько лет. Около четырёх лет... кажется.

Арпина сделала глоток чая и медленно, протяжно выдохнула. Она подняла маленькую ладонь и принялась крутить чашку пальцами.

— Инквизитор Захад. Думаю, у Тиельры были определённые намерения, когда она привела вас сюда. Я... ошибаюсь?

— Тиельре это известно лучше, чем мне.

— То, что будет сказано здесь, не должно покинуть эту комнату. Поэтому...

Арпина внимательно посмотрела на меня.

— Не могли бы вы принести клятву... Богу Солнца?

Её маленькие руки заёрзали. Арпина заговорила быстрее.

— К-конечно, я понимаю, что просить о подобном невероятно грубо. Но это дело чрезвычайной важности...

— Перед лицом Ра, свидетельницы моей, клянусь, что не расскажу о том, что здесь обсуждается, никому постороннему.

Что в этом сложного?

Я пожал плечами.

— Достаточно?

— ...Вы действительно ни секунды не колеблетесь, инквизитор Захад.

Арпина замялась. Она сделала медленный, глубокий вдох.

Впервые в этих нерешительных глазах промелькнула искра жизни.

— Причина, по которой Тиельра привела вас сюда, связана со мной. Если быть точной... всё из-за проблемы с моим телом.

— Вы страдаете от какой-то неизлечимой болезни?

— К-как вы узнали...?

— Да нет, просто... с того самого момента, как вы вошли, вы казались такой скованной, да и выглядело всё так, будто вы не можете должным образом использовать свою силу.

— ...Э-это настолько очевидно?

— На Священном Суде это не бросалось в глаза.

— ...Уф.

Арпина выдохнула. Она едва заметно кивнула.

— Вы правы, инквизитор Захад. В настоящее время я страдаю от неизлечимой болезни. Если быть точнее, это скорее проклятие.

Она сняла вуаль с головы и слегка опустила плечи.

На внутреннем изгибе её ключицы виднелись ровно две отметины.

Раны, которые никак не затягивались. Проклятие, оставленное самым свирепым из всех вампиров.

— ...Прародитель всех вампиров. Те, кого называют Истинными Предками.

Я и так всё знал, но намеренно подыграл ей.

— ...Неужели!

— Да. Всё верно.

Арпина крепко сжала свою одежду.

— Моё тело сейчас... подвергается вампиризации. Моя участь — в скором времени стать рабыней Истинного Предка.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дневная жрица (5)

Глава 96: Дневная жрица (5)

— Это... это...

Лицо архиепископа Дуэйна исказилось в гримасе. Его маска бесстрастия дала трещину.

— Как всё докатилось до такого?

Он-то полагал, что всё идёт гладко, но так казалось лишь поначалу.

Все его тщательно выстроенные планы рухнули, обратившись в прах, и теперь он всей душой желал повернуть время вспять.

— Я спрашиваю тебя, как всё докатилось до такого, епископ Броди.

— ......

Епископ Броди. Отец послушника Беверика, которого сослали в Отдел исполнения наказаний.

Среди всех твердолобых епископов Дуэйн считал его одним из самых полезных подчинённых...

Но, судя по всему, это было ошибкой.

Дуэйн молча уставился на него.

Сначала отправить эту занозу в заднице, Захада, в Парамир, а затем надавить на Пятый отдел Инквизиции. Используя епископа Броди как ширму, постепенно ослаблять внутреннюю оппозицию с помощью паладинов, полученных от Культа Змеи — таков был план.

Несчастные случаи.

Внезапные кончины.

Естественные смерти.

Смерти от болезней и всё в таком духе.

Все эти многочисленные инциденты, начавшие происходить внутри Культа, были операциями, рождёнными в голове епископа Броди, чтобы нейтрализовать внешние силы и расширить сферу влияния самого Дуэйна.

В отличие от самого Дуэйна, предпочитавшего действовать не торопясь, епископ Броди настойчиво продвигал свои идеи, заявляя, что сможет покончить со всем на день раньше. Дуэйн прислушался к нему, поддавшись этой бьющей через край уверенности...

И всё пошло прахом.

Более того, это лишь поспособствовало укреплению сил противника, а день, когда он сможет полностью прибрать Культ к своим рукам, отдалился ещё сильнее.

— Вопреки твоим заверениям, что всё пройдёт гладко, всё развалилось.

Асваль Хальц вмешался в дела Культа.

Инквизитор Захад, чьей смерти он так ждал, вернулся.

Великий инквизитор Димонаас, действовавшая по собственному усмотрению, стала героиней, спасшей Парамир — причём с официального одобрения Асваля Хальца.

Её авторитет в глазах общественности стремительно рос.

Общественное мнение кардинально изменилось в её пользу благодаря героическому поступку, когда она поставила жизни подчинённых превыше всего.

Пошли даже разговоры о возведении Великого инквизитора Димонаас в сан архиепископа. Ситуация обернулась наихудшим из возможных исходов.

— Епископ Броди.

— ...Да.

— Я говорил, что если всё пройдёт успешно, то смогу вытащить послушника Беверика из Отдела исполнения наказаний, но...

Дуэйн закрыл папку.

— Теперь, когда всё обернулось подобным образом, нам придётся притвориться, будто этого разговора никогда не было.

— Н-но, Ваше Высокопреосвященство!

Броди прижался лбом к полу.

— Это была лишь незначительная оплошность! Я всё ещё могу всё исправить!

— ...Правда сможешь?

— Да! Пока оставим Великого инквизитора Димонаас в покое и сначала разберёмся с Захадом — с этим ублюдком. Разве это не вариант?

— И как именно ты предлагаешь с ним разобраться?

— Отряд убийц, полученный нами от Культа Змеи, до сих пор не раскрыт внутри нашего Культа. Все погибшие жертвы были преподнесены как умершие естественной смертью или в результате несчастных случаев. Мы можем использовать их — всё ещё остающихся в тени — для устранения инквизитора Захада, тем самым послав предупреждение Великому инквизитору Димонаас. Разве это не сработает?

«Паладины Культа Змеи, значит...»

Дуэйн слегка постучал по столу. Профессиональные убийцы, полученные в качестве платы за его переговоры с Культом Змеи. Паладины Культа Змеи были грозной силой, особенно искусно устраивая засады под покровом ночи.

Они без особого труда устраняли паладинов Культа Ра, которые вставали у него на пути. В этом предложении был смысл.

А чтобы иметь возможность избавиться от них в любой момент, он общался с этими паладинами исключительно через подчинённых ему епископов. Карта, которую легко разыграть и от которой так же легко избавиться.

Он ведь выделил около шести человек в распоряжение епископа Броди. Дуэйн ненадолго задумался.

«Хм...»

— Предоставьте это мне, Ваше Высокопреосвященство! Я всё исправлю! К тому же Асваль Хальц — имперский аристократ, который рано или поздно покинет этот город, так что вам не стоит о нём беспокоиться!

Инквизитор Захад.

Если бы удалось избавиться хотя бы от него, это уже было бы неплохим результатом.

Ещё несколько месяцев назад он был всего лишь послушником, а теперь превратился в кого-то вроде ближайшего доверенного лица Димонаас.

Дуэйн слышал, что его боевые навыки тоже весьма высоки — судя по всему, слишком высоки, чтобы называть его обычным инквизитором.

Но даже так, этот инквизитор Захад...

«Как, чёрт возьми, ему удалось выжить? Ведь Парамир, по всем прикидкам, должен был стать для него верной могилой».

«...Странно. Очень странно».

Он размышлял, но вскоре Дуэйн прервал свои думы.

От простого сидения и размышлений ничего бы не изменилось. Раз уж всё так обернулось, правильным шагом было действовать, каков бы ни был исход.

В любом случае, его возвышение до следующего кардинала было не за горами. Арпина лишилась голоса, и поддерживающий её фундамент постепенно рушился.

Если он сможет удерживать под контролем Великого инквизитора Димонаас, никаких неожиданностей не возникнет. Он не знал истинных пределов силы инквизитора Захада, но...

Паладины Культа Змеи наверняка окажутся ему не по зубам. Даже если в прямом столкновении существовала вероятность поражения, паладины Культа Змеи были, в буквальном смысле, змеиными отродьями, рождёнными для скрытных убийств.

Отряд убийц, действующий под покровом ночи, ещё ни разу не терпел неудач. Даже Димонаас, славящаяся своими способностями, неизбежно понесла бы урон от столкновения с такой силой.

— Что ж, епископ Броди.

Дуэйн кивнул.

— Я поверю тебе ещё раз.

— Да пребудет с нами слава света Ра!

Дуэйн бросил взгляд в окно, за стеклом которого мерцал слабый закат.

Свет всё равно сиял для него, лишь слегка замедлив свой ход.

Все остальные огни были не более чем искрами, которые вспыхнут на мгновение и тут же угаснут.

Изначально он намеревался сделать смерть инквизитора Захада куда более мучительной. В плату за то, что тот посмел пойти против него, он планировал заставить этого человека познать все мыслимые виды страданий.

Но смерть от рук Культа Змеи...

«...Тоже не так уж плохо».

Клинки паладинов Культа Змеи были покрыты смертоносным ядом — опаснейшим составом, вырабатываемым внутри тела с помощью священных искусств.

Любой, кого они ранят, будет корчиться в муках, харкая кровью до самой последней секунды своей жизни.

Одного этого было достаточно для сурового наказания. Что ж, пожалуй, он мог удовлетвориться и этим.

«Твоя собственная дерзость погубила тебя, инквизитор Захад».

Дуэйн закрыл глаза, мысленно рисуя картину.

Это самоуверенное лицо, искажённое предсмертной агонией.

◇ ◇ ◇

— ...Итак, подведём итог.

Всю эту информацию я уже знал, но изложил её предельно ясно, чтобы убедиться, что всё понял правильно.

— Кардинал Арпина, вы получили ранение в битве с повелительницей вампиров — Истинным Предком, и...

— Да.

— Эта рана превратилась в проклятие, пытающееся обратить вас в вампира, и вы сдерживали его силой с помощью Святой силы? Но теперь этот барьер на пределе?

— ...Всё верно.

— И вы испробовали все доступные способы исцеления.

— Каждое ваше слово — правда.

Я скрестил руки на груди.

— Тогда чего именно вы от меня хотите?

— Н-ну, дело в том, что...

Арпина заколебалась, робко взглянув на меня снизу вверх.

— Как вы знаете, вампиры — это разновидность нежити, пожирающая человеческое тело изнутри. Говорят, что они — абсолютное зло, сила, полностью противоположная Святой силе.

— И?

— Я не смогла сама разрушить проклятие Истинного Предка. В лучшем случае мне едва удавалось сдерживать его. Это состояние сохранялось лишь потому, что раненый мною Истинный Предок тоже получил серьёзные увечья.

— ...Хм. И?

— Но в последнее время проклятие начало бушевать всё сильнее. Скорее всего... Истинный Предок, проклявшая меня, идёт на поправку.

Арпина нервно затеребила пальцы.

— Я умираю прямо сейчас. Когда наступит день, и вампиризация завершится, я окончательно погибну. Тело жреца не может стать нежитью.

— Значит, на кону ваша жизнь.

— Но, к счастью, выход есть. Вот только осуществить его чрезвычайно трудно...

— И какой же?

— ...Убить Истинного Предка, сотворившего это с моим телом.

«Как я и думал. Вот так просто подсовывает мне очередной квест S-ранга. Именно поэтому я и не хотел сюда приходить».

— И я единственный, кого вы можете об этом попросить?

— Если о моём состоянии станет известно, архиепископ Дуэйн непременно начнет действовать. Это всё равно что самой вручить ему повод избавиться от меня — занозы в его глазу. Но и мобилизовать Дев Дня я тоже не могу. Крупный зверь шумит при движении... к тому же они — личная гвардия Его Святейшества Папы, так что не могут просто так покинуть Культ по своей прихоти.

— Значит, больше некому, кроме меня?

— Вы единственный, кто обладает достаточной силой и при этом занимает столь низкий ранг, что ваши перемещения не привлекут внимания. П-пожалуйста, помогите мне. Я сделаю всё, что угодно, в качестве награды... умоляю...

— Но ведь Истинный Предок наверняка будет не одна?

— К-конечно нет, но... если я одолжу вам священную реликвию, которой владею, вы сможете пробиться без особых трудностей.

В руке Арпины покачивался золотой крест.

Ого.

Это же...

[Священный меч Аскалон (EX)]

Величайшее оружие Культа Ра и священная реликвия, которой может владеть только кардинал Арпина.

Один из девяти божественных артефактов в игре, находящихся вне классификации.

«Священный меч Аскалон. Что ж, весьма недурно. Я хочу его. Действительно хочу».

【Откуда-то несёт тухлятиной...!】

«Тсс. Тихо».

Я проигнорировал голос Сурта, пробившийся из моего кармана. Я хочу этот меч. По сравнению с Суртом им гораздо проще управлять, к тому же это подлинный божественный артефакт, переполненный куда более мощными святыми эффектами.

Если бы я начал с ним, жизнь была бы сущим пустяком. Меня бы точно прозвали имбой.

Но, к сожалению, это лишь журавль в небе. Пока владелец не сменится, божественный артефакт не проявит свою истинную силу.

Единственные способы полностью завладеть им — если предыдущий владелец искренне передаст его тебе или если ты убьёшь предыдущего владельца.

Убийство Арпины несло в себе слишком много рисков. Да и выгоды от этого было мало. Моя репутация рухнула бы на самое дно, а все отношения, которые я выстраивал до сих пор, могли пойти прахом.

Вдобавок ко всему, эта штука — практически символ самой Ра. Даже если я выполню просьбу Арпины, она не передаст мне права владения Аскалоном.

Это священная реликвия, которая имеет такое же значение, как Глас Культа — символ кардинала.

Я мог бы нацелиться на него позже, когда переверну здесь всё вверх дном, но... сейчас, честно говоря, покушаться на него кажется преждевременным.

В таком случае, посмотрим.

«Смогу ли я на самом деле одолеть раненую Истинную Предводительницу Скарлет Хельсинг?»

«...Нет. Ни за что. Исключено. Может быть, когда я перешагну за 80-й уровень. Сейчас это слишком рискованно. Это авантюра, в которой мне пришлось бы поставить на кон собственную жизнь, к тому же Скарлет — один из скрытых боссов.

При смерти она даже проводит атаку самоуничтожения. Я бы скорее согласился ещё раз отправиться в Парамир. Попадание под этот взрыв, по идее, должно довести до предсмертного состояния даже персонажа за 80-й уровень».

Да уж!

Определённо не тот квест, который мне стоит принимать!

— Кардинал Арпина. Вы искренне верите, что я смогу убить Истинного Предка?

— Она наверняка ранена, так что если это будете вы, то всё должно получиться...

— Не слишком ли это безрассудно? Кто знает, какие ловушки приготовил Истинный Предок?

— ......

— Вы ведь понимаете, что это неразумно? Это всё равно что сказать мне идти прямиком в смертельную ловушку. Истинный Предок — далеко не глупый силач. Она определённо подготовилась.

— Н-но...

Арпина крепче сжала золотой крест, и по её лицу покатились слёзы.

— Е-если всё так и останется, я умру... Я просто хотела ухватиться хоть за какую-то надежду... нет... нет, я снова это сделала, мне пришла в голову такая отвратительная мысль. Простите... простите меня... Я увидела крошечный лучик надежды и снова потеряла голову...

— .....

— Яничтожествояполныймусорразвеядолжнапытатьсяпродлитьсвоюжизньзасчётчужойяпойдуиумрупрямосейчасявыпрыгнувокно—

Её безжизненный взор скользнул к окну. Но прежде чем она успела подняться, я отвесил ей щелбан по лбу.

— Ой...?

— Придите в себя, кардинал Арпина. Давайте взглянем на это с другой стороны.

Я не ожидал, что всё обернётся именно так, но это не значило, что выхода нет.

Всё просто стало немного сложнее. Существовал способ вылечить её, при этом не убивая Скарлет.

Мне придётся заняться этим и заодно вернуть долг, который повесил на меня Асваль. От мысли о том, что мне снова придётся какое-то время гриндить, у меня голова шла кругом, но...

Ничего не поделаешь.

Я сделал вид, что раздумываю, хотя решение уже было принято.

— Вы слышали об Эльфийском лесе?

— ...Хм? Я... слышала о нём...

— Весь Эльфийский лес защищает Мировое Древо. И ходят слухи, что плоды, которые оно приносит, способны исцелить любое проклятие или рану.

— Я... я слышала об этом. Но...

Арпина заколебалась.

— Не то чтобы я не думала об этом. Но сейчас Мировое Древо гниёт. Я слышала, что оно не может поддерживать свою жизнь. Остался лишь молодой саженец, но... до меня доходили слухи, что даже он не может нормально расти из-за нехватки питательных веществ...

— А что, если всё уже изменилось?

— ...Прошу прощения?

Ещё недавно это действительно было так. Но теперь всё изменилось.

Кое-кто ведь ушёл, унося с собой Слезу Игдрасиля, не так ли? То самое питательное вещество, которое позволит саженцу Мирового Древа вырасти огромным!

Конечно, как только мы туда доберёмся, возникнет ещё куча проблем, но...

Если я смогу заручиться поддержкой Арпины, то ради этого можно и потерпеть. Это всё равно что получить самую мощную опору внутри Культа Ра!

— Не так давно эльфы лично забрали с собой питательное вещество для саженца. Как только саженец Мирового Древа как следует укоренится в земле, появление плодов не заставит себя долго ждать.

— П-правда?!

Лицо Арпины озарилось радостью, но тут же снова поникло.

— Н-но говорят, что путь к Эльфийскому лесу чрезвычайно опасен. К тому же в хрониках записано, что плод начинает увядать в тот самый миг, когда его срывают... учитывая моё физическое состояние, я никак не смогу отправиться туда сама...

— Вы отправитесь со мной.

— ...П-правда?

Арпина беззвучно открывала и закрывала рот. Взгляд, который она устремила на меня, был полон недоверия.

— Н-но зачем вам заходить так далеко...

Я широко улыбнулся.

— Помогать нуждающимся — долг жреца. Разве это не естественно для того, кто верует в Ра?

«Ага. Наглая ложь».

Кто знает — может, она просто отдаст мне Аскалон в знак благодарности! Даже если она вручит какую-нибудь другую священную реликвию, это уже будет более чем желанно!

И если на моей стороне окажется полностью исцелённая Арпина...

То это практически то же самое, что подчинить себе всех здесь присутствующих!

◇ ◇ ◇

Наступила ночь. Огни гасли один за другим.

Все уже спали, за исключением горстки совершающих обход жрецов. Настал час, когда солнце теряет свой свет, а пустоту заполняет тьма.

Паладин Культа Змеи сверился со временем в темноте.

Стояла глухая ночь — час, когда все наверняка крепко спали. Он также лично убедился, что свет в комнате погас.

— ...Выдвигаемся.

Паладины Культа Змеи заняли позиции под окном цели. Обменявшись знаками руками, они также заблокировали дверь.

Им оставалось только нанести удар. Целью был Захад, верно?

Тот мог обладать неожиданными боевыми навыками, но паладин Змеи был уверен в успехе. Они были специалистами по скрытным убийствам.

Под покровом ночной тьмы они могли одолеть даже цель уровня архиепископа. Темнота всегда была союзником змеи, в то время как паладины Солнца не привыкли к ночи.

— ...Входим?

— Стоять.

Паладин уже собирался подать сигнал, но резко сжал кулак. Присутствие. Кто-то ещё не спал.

Окно распахнулось. Сверху высунулась милая девочка и слегка зевнула.

— Ха-а-ах~

Этот ребёнок — та самая девочка, которую, по слухам, привёл с собой инквизитор Захад.

Паладины на всякий случай затаили дыхание. Но почему-то, даже закончив зевать, девочка не закрыла окно.

Вместо этого она пробормотала:

— ...Ночные гости.

Их заметили.

«Как?»

Отбросив лишние вопросы, паладин тут же подал сигнал.

«В конце концов, она была всего лишь маленьким ребёнком».

Избавиться от неё не составит труда. Срезать её на месте, а затем добраться до цели, ждущей позади неё —!

— Босс. Спит.

Девочка моргнула. Услышав этот прошептавший голос, паладин почувствовал неладное.

— Шуметь запрещено.

«Что это такое?»

Этот гнилостный запах —

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дом наказания (1)

Глава 97: Дом наказания (1)

Наступило утро. Но это было не то утро, которое приносит ощущение свежести.

Протерев заспанные глаза, я лениво зевнул и перевел взгляд на Мааю:

— Маая.

— Да.

— Ты говорила, что были незваные гости? Где они?

— В кладовой.

Тень с влажным треском разошлась в стороны. Из прорехи огромного, уродливо искривленного рта что-то тяжело вывалилось наружу.

— Гх... а-аух...

— Только один из них пытался покончить с собой — я его остановила. Остальные превратились в черную жижу.

Человек был местами полурастаявшим. Одежда черная, никаких знаков отличия.

Но это не означало, что его нельзя опознать. Лоскут гнилой искусственной кожи отслоился и упал, обнажив скрытый под ним знак змеи.

«О, любопытно».

— Маая.

— Да.

— Ты о-о-очень хорошо постаралась.

— ...Правда?

— Истинно так. Лучший работник месяца.

Я взъерошил ей волосы. Маая прикрыла глаза и затрепетала от удовольствия, словно счастливый щенок.

— ...Босс. Поглаживания. Нравятся.

— Ах ты моя... да ты просто лучшая!

— М-мпф.

Как следует приласкав Мааю, я повернулся к еще живому паладину Культа Змеи.

Пятеро покончили с собой, плюс один выживший — всего шестеро.

— Никто не ушел?

— Никто.

Я потер ладони друг о друга. С чего бы начать? Я ухмыльнулся:

— Ты ведь хочешь умереть, верно?

Полурастаявший человек яростно закивал.

— Да уж. Запомни это чувство. Ты пришел сюда, чтобы совершить убийство — неужели ты не смирился с подобными последствиями еще до того, как явился?

— Гхр-р-ргх...!

— О боже. Твои голосовые связки расплавились. Надо же, какая жалость...

Я засунул руку ему в горло:

— Дай-ка я взгляну!

— Гх... н-ннгх...!

— Батюшки, сколько же тут гнили. Это сколько у тебя кариеса? Ты что, зубы регулярно не чистишь?

«Посмотрим... Какую информацию он в себе таит?»

— Позволь мне помочь тебе! Боль, уходи!

— ГКРА-А-А-А-АГХ!!!

◇ ◇ ◇

Я извлек из него примерную картину происходящего.

«Епископ Броди, значит?»

Разве он не был родителем Послушника Беверика? Худшего человека из всех, кого я встретил, когда только прибыл сюда.

«...Хм.»

Он подослал паладинов Культа Змеи? Неужели у него действительно есть такая власть?

Нет... стоп, нет...

Очевидно, кто-то дергает за ниточки из-за кулис. И если этот кто-то близок к Епископу Броди и стоит выше него в иерархии, то кандидат только один.

— Дуэйн... ублюдок.

«Что же с ним делать?»

— Убить его? — спросила Маая.

— Нет. Не стоит, — ответил я.

Пока что я бросил выжившего в гнилую кладовую, где Монстр часовой башни Пьер проглотил его целиком.

«Надо подумать...»

Это отличный козырь. Оружие, способное лишить Епископа Броди его положения.

Но одного этого мало. Дуэйн поступит так же, как ящерица — отсечет хвост в лице Броди и притворится, что никогда его не знал, прямо как в прошлый раз.

Я уже видел этот спектакль на Священном Суде. Нет причин думать, что сейчас будет иначе.

«В таком случае...»

Я прокрутил это в голове. Если хорошенько подумать, многое здесь не сходилось.

Почему Епископ Броди снова пошел за Дуэйном после того, как тот избавился от него в самый критический момент?

Если вопреки этому у него все еще оставалась причина следовать за ним... деньги?

Нет, мимо.

Главный ресурс Дуэйна — не деньги, а власть. И что эта власть может дать Броди?

Дело не просто в том, что переходить дорогу Дуэйну было опасно... да и Броди всегда казался человеком не без гордости.

«Ах... Вот оно что.»

Причина, по которой он продолжает принимать его сторону даже после удара в спину.

Послушник Беверик. Этот мелкий паршивец. Кусок мусора, который пытался напасть на Айрин.

Броди пытается вытащить этого мальчишку. Виляет хвостом перед хозяином, который его выбросил.

— Босс. О чем ты думаешь?

— Кое о чем очень сложном.

Точно.

Если посмотреть на это с такой стороны, все обретает смысл. То, что Беверика отправили в исправительное учреждение, по сути, приравнивает его к особо опасным преступникам внутри самого Культа. Его невозможно вытащить оттуда при обычных обстоятельствах.

Он должен оставаться под замком до тех пор, пока не истечет весь срок его наказания. К тому же эти места построены на бесплодных, заброшенных землях — одни лишь условия содержания делают их неотличимыми от живого ада.

Если речь идет о твоей собственной плоти и крови, ты сделаешь все, чтобы вытащить его. Вот почему Броди продолжает следовать за хозяином, который когда-то его выбросил. Если Дуэйн поднимется до сана Кардинала, он обретет такую власть, которая позволит ему тихо вызволить кого угодно, даже если он не сможет сделать это открыто.

Причинно-следственная связь здесь практически безупречна.

Я примерно понял его мотивы. А там, где есть мотивы, обычно появляются и трещины.

Доверительные отношения, которые могут рухнуть в любой момент. Собака, которую однажды уже бросили. Хвост, виляющий от отчаяния ради собственного ребенка.

А это означало, иными словами... что эти отношения развалятся от малейшего толчка.

Какая прекрасная сцена. Я ухмыльнулся.

Я решил, что нужно сделать. Я решил, какого актера выпустить на эту сцену. Поскольку мне нужно было прямо сейчас отправиться в Эльфийский лес вместе с Арпиной, не стоило тащить на себе лишний риск.

Давай разберемся с Дуэйном перед уходом. Это самый чистый вариант. Устранить внутреннего врага, и все, что последует за этим, пойдет как по маслу.

— Ладно. Давай позовем Димонаас.

— Зачем?

— Наша милая, надежная Великий инквизитор однажды кое-что мне упоминала.

Я произнес это небрежно, но помнил отчетливо:

— Она сказала, что знает кое-кого в исправительном учреждении!

Стоит пойти и посмотреть, как выглядит самый важный актер в этой пьесе.

К тому же мне просто любопытно, как у него дела. Действительно ли он должным образом расплачивается за свои преступления.

Маая потянула меня за рукав и посмотреть снизу вверх:

— ...Маая тоже милая и надежная?

— ...Пф-ф. — Я хорошенько взъерошил ей волосы. — Само собой разумеется! Ты просто лучшая!

Поистине величайший телохранитель в мире.

Все усилия, потраченные на то, чтобы завоевать ее доверие, того стоили. Стоит ей заявить права на свою территорию, и даже сильный Апостол не сможет сравниться с ней в ее пределах.

Пусть она и ослабла, она все еще Владыка Гнильцов. С точки зрения чистого уровня, она перешагнула за 80-й.

Ее можно назвать полноценным высшим хищником. Я спас ее не зря.

По сути, это все равно что иметь секретное оружие в заднем кармане.

— Поможешь мне кое с чем для начала?

— С чем?

— Мне нужно сыграть роль больного.

Есть старая поговорка: кажись слабым там, где ты силен.

— Если хочешь заставить врага ослабить бдительность, притвориться беспомощным — самый прямой путь.

◇ ◇ ◇

Суд Димонаас завершился. Результатом стала чистая победа.

И сразу после этого она ворвалась в Пятый отдел Инквизиции, где я бездельничал.

— Что здесь, черт возьми, происходит?! Нападение?! Ты тяжело ранен — почему ты не в лазарете Культа, а отсиживаешься в Пятом отделе Инквизиции...?!

Я играл роль тяжелобольного пациента, одновременно поедая сладости, когда наши взгляды с Димонаас встретились. Маая, читавшая рядом комикс, пихнула меня ногой:

— Босс.

— Хм?

— Сигнал опасности.

Я и без ее слов понимал, что дело пахнет жареным.

— Ты... ты... ты... — Димонаас взорвалась: — Жить надоело?!

Бах, бам, грохот!

По комнате пронесся ураган в лице одной разгневанной женщины. Оставшись с растрепанными в пух и прах волосами, я бросил взгляд на Раадатука:

— Ты ей не сказал?

— Ты велел мне никому не говорить.

— ...Не думал, что инквизитор Раадатук настолько непонятливый.

Раадатук молча отхлебнул чай:

— Вина лежит на брате, который явился на работу весь в крови.

Он платил мне той же монетой за то, что я его напугал.

Димонаас сползла по стене:

— Ха-ах... ты меня не на шутку напугал... другие инквизиторы без умолку твердили, что ты выглядишь так, будто вот-вот испустишь дух, отчего становилось только хуже...

— Я думал, Раадатук тебе расскажет.

— Что посеешь, то и пожнешь.

— Ты хоть знаешь, кто купил тебе это желе из конняку, которое ты держишь? Оно только появилось в продаже — его было трудно достать.

— Я с благодарностью им полакомлюсь, брат.

Раадатук зажевал желе из конняку. Тихо и беззастенчиво, в своем репертуаре.

Димонаас опустилась на пол и заскрежетала зубами. Взгляд, который она мне адресовала, был убийственным.

— Итак. В чем дело? Что вообще происходит такого важного, что ты обманываешь весь Культ и разыгрываешь из себя калеку?

— Нападение было настоящим.

— ...Настоящим? И кто же на тебя напал? Хотя постой, секунду... вау. Под этими бинтами нет ни единой раны. Ты просто измазался кровью, да? Я бы тебя прямо сейчас...

— Есть поговорка: чтобы обмануть врага, сначала обмани своих союзников. Вот я и обманул всех. Единственные, кто знает правду — это ты и Раадатук.

— ...А как же остальные?

— Посещения запрещены, само собой. Никто из них не знает. На самом деле благодаря этому я понял, что пользуюсь большей популярностью, чем думал.

— Что вообще могло случиться, раз ты пошел на такие крайности?

— Архиепископ Дуэйн нацелился на меня.

— ...Что? — Димонаас вскочила на ноги. — Это правда? Не говори мне, что вчерашние нападавшие тоже были...

— Он всегда был врагом.

— Это... это правда, но... тем не менее, я не ожидала, что он напрямую нападет на жреца того же Культа! Дуэйн ведь знает, что убийство собрата-жреца лишает Священную Стигму света...? Он нанял убийц?

— Он одолжил паладинов Культа Змеи. Похоже, между их советом старейшин и Дуэйном с нашей стороны есть какая-то связь.

— ...Что ты сказал?

— Убийство жреца другого Культа ведь не запрещено, верно?

— Это... правда, но... Дуэйн настолько одержим устранением соперников? Он зашел так далеко? — Димонаас пробормотала, словно не в силах была это осмыслить. — Неужели он действительно сошел с ума от власти...? Если подумать, я и правда слышала в последнее время о каких-то странных происшествиях...

— Ну, можно сказать и так. Появилась помеха, готовая обрушить башню, которую он так долго строил. К тому же я — идеальное предупреждение для Великого инквизитора Димонаас, не так ли?

— «Не высовывайся, если не хочешь закончить так же» — вот... что это значит.

— Вот видишь, Великий инквизитор Димонаас всегда понимает меня с полуслова.

Димонаас опустилась на кровать и тяжело вздохнула:

— И?

— Что «и»?

— Ты не из тех, кто будет просто сидеть и терпеть. Роль больного нужна, чтобы отвести глаза Дуэйну, верно? Чего ты добиваешься?

— Да нет. Я просто планирую впервые за долгое время как следует отдохнуть.

— Решил соврать мне прямо в лицо?

— Угх.

Что ж, шутки в сторону.

— Великий инквизитор Димонаас. У меня к тебе просьба. Но перед этим я должен кое-что рассказать. Первое — это своего рода отчет о положении дел. Второе — простая просьба.

— Что там? Говори.

— Перед нападением леди Тиельра призвала меня к себе.

— ...Что? — Димонаас захлопала глазами. — Леди Тиельра?

— Да.

— ...Золотой Лев Культа Ра? Легендарный паладин? Божественный посланник, которую называют сильнейшей даже среди Апостолов Ра?

— Примерно так.

— Глава Дев Дня, секретное оружие Культа, которая даже лица своего не показывает, если на кону не стоит что-то чрезвычайно важное?

— Точная формулировка. Плюс пятьсот очков.

Димонаас схватила меня за воротник:

— Что ты натворил на этот раз?!!!

Не то чтобы я целыми днями только и делал, что искал неприятности.

— Ничего особенного — Кардинал Арпина просто сказала, что у нее есть ко мне дело.

— К-К-К-Кардинал Арпина?! Та самая Безмолвная Святая, которая почти никогда не появляется на публике?!!!

Глаза Димонаас неистово задрожали. Она повернулась к Раадатуку:

— Что нам делать, Раадатук? Э-это же грандиозное событие. Нападение тут вообще отошло на второй план!

— Я тоже слышу об этом впервые... — Раадатук потер лицо, продолжая усердно жевать свое желе из конняку. — Дело серьезное.

— Да прекрати ты жевать! Я сейчас все выброшу! Захад! Что ты сделал?! Живо говори!

— Там много чего переплелось, но важная часть заключается не в этой истории. Я ведь сказал, что у меня есть просьба. То, что я только что рассказал — лишь отчет о ситуации. Суть в том, что мы просто встретились — на самом деле мы мало что обсуждали. Ей в основном было просто любопытно взглянуть на меня.

Я принес клятву Ра, поэтому не мог раскрывать подробности. Впрочем, у меня и так не было подобного намерения.

Причина, по которой я вообще заговорил об этом, заключалась в том, чтобы заранее подготовить почву. Чтобы, когда я позже внезапно отправлюсь в Эльфийский лес, никто не оказался застигнут врасплох.

— Если даже это не самая важная часть... то о чем же, черт возьми, ты собираешься заговорить...

Ее лицо омрачилось ужасом. Я плавно перешел к делу:

— Великий инквизитор. Ты ведь однажды пыталась перевести меня в исправительное учреждение, верно?

— ......? Это было целую вечность назад.

— Ты упоминала об этом тогда. Что знаешь кое-кого в исправительном учреждении.

— Я... говорила что-то подобное...

Подозрения усилились. Димонаас вздохнула:

— То, что ты заговорил об этом, наводит на мысль, что дело как-то связано с исправительным учреждением?

— Именно. Ты случайно не знаешь, в какое именно исправительное учреждение отправили Послушника Беверика?

— Я действительно устроила так, чтобы его отправили под надзор моего знакомого, но... почему ты спрашиваешь о Послушнике Беверике?

— Я подумывал заглянуть туда, чтобы взглянуть на его лицо, а заодно, возможно, по-тихому вытащить его оттуда.

— ...Прошу прощения? Ты с ума сошел?! Ты думаешь вызволить заключенного, чей срок наказания еще даже не истек?! Это не просто нарушение устава Культа — это тяжкое преступление!

— Именно поэтому ты мне и нужна, Великий инквизитор. Пожалуйста, познакомь меня со своим тамошним связным. Проникну ли я в исправительное учреждение, чтобы вытащить его, или договорюсь о его освобождении — мне нужно выбрать один из этих вариантов.

— Ч-ч-ч... ч-ч-что...

Запинающаяся Димонаас отвесила мне сильный подзатыльник:

— Этот ублюдок совсем рассудок потерял?! Инквизитор, чья работа — сажать преступников под замок, открыто заявляет, что собирается совершить преступление?!

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дом наказания (2)

Глава 98: Дом наказания (2)

Я потёр макушку. А это действительно было больно. Она вложила в этот удар всю душу.

— Ты не сделаешь этого?

— Да как я вообще могу такое сделать?! Какой начальник позволит своему подчинённому совершать преступления по первому капризу?! Нет! Категорически нет! И ты вообще знаешь, где содержится послушник Беверик?

— Понятия не имею.

— В пограничном городе на севере! Он заперт в исправительном учреждении № 1 в Танталосе! Ты хоть представляешь, насколько опасна местная начальница тюрьмы?! И вдобавок ко всему — что за бред?! Ты хочешь устроить побег заключённому?! Меня аж трясёт от злости, стоит только снова об этом подумать!

Схватив меня за воротник, она принялась трясти меня, словно тряпичную куклу.

Ох, аж голова закружилась. Я без сил повалился на кровать.

— П-погоди?! Захад?!

— Угх... угх...

— Т-только не говори, что тебе действительно больно?! Неужели я попала по ране...?!

— Угх-х-х...!

Я разжал ладонь.

— Шучу.

— Убью-ю-ю-ю!!!

На моей голове красовались две новые шишки. Было больно, но я не стал исцелять их у всех на виду. Не стоило давать ей лишний повод поколотить меня снова.

Димонаас бушевала. Тем не менее на всякий случай она очень осторожно ощупала мои бинты.

— Паладины Культа Змеи напали на тебя, а ты вернулся посреди ночи без единой царапины? Где у тебя настоящая рана? К тому же клинки Культа Змеи всегда смазаны ужасным ядом — лечить такое сущий кошмар...!

— Да говорю же, ничего нет. Моя способная подчинённая со всем разобралась. Думаю, тебе больше не нужно беспокоиться о моём здоровье.

Маая с хлопком закрыла свою мангу.

Уперев руку в бок, она слегка вздёрнула подбородок.

— Маая. Способная. Любимица босса. Лучший работник месяца.

— О! Моя малышка! Умница! Отличная работа!

— Кхм.

Я похлопал Маае, которая от гордости задрала нос до самого потолка, и усмехнулся.

— Ну, просьба есть просьба... мне нужно всего лишь одно письмо. В нём должно быть написано, что я тайно отправляюсь в исправительное учреждение. Со всем остальным я разберусь сам.

— ...Нет... нее-е-ет!!!

Димонаас схватилась за голову и сердито уставилась на меня.

— Во-первых, ты действительно нигде не ранен, верно?

— Да в полном я порядке, сколько раз повторять. Мало кто вообще способен меня одолеть. Сейчас я один из сильнейших в Культе.

— ...Ты стал настолько силён? Нет... постой... вообще-то, это вполне правдоподобно... угх... пригрела я змею на груди... понятия не имею, что он выкинет в следующий миг, от этого стресса голова уже раскалывается...

Зажмурившись от пульсирующей головной боли, Димонаас снова открыла глаза.

— Зачем тебе вообще вытаскивать послушника Беверика?

— Чтобы использовать его как оружие.

— Оружие для чего?

— У меня есть план. Оружие, чтобы шаг за шагом разрушить всё изнутри. Остальное расскажу позже. Ну так что? Ты мне не поможешь?

— ...Если я запрещу тебе, ты действительно этого не сделаешь?

— Ну...

Я лучезарно улыбнулся.

— Тогда мне придётся сделать это тайно!

— Ах ты, мелкий...!

Димонаас тяжело вздохнула и потёрла переносицу.

— ...Ладно. Я напишу тебе письмо. Но пообещай мне кое-что.

— Что именно?

— Моя тамошняя знакомая — начальница исправительного учреждения № 1. Если она не даст разрешения, ты не станешь устраивать ему побег. Категорически, ни при каких обстоятельствах не уводи его тайно. Если не пообещаешь, я ни за что тебя не отпущу.

— Хм... ладно, это я могу пообещать.

— Пообещай мне. Прямо сейчас.

— Обещаю.

В любом случае существовали способы склонить начальницу тюрьмы на свою сторону и без тайного побега. Начальница исправительного учреждения № 1 была одним из ключевых NPC, которых я знал.

— Я категорически, ни при каких обстоятельствах не буду уводить его та-а-айно, Великий инквизитор Димона-а-аас.

— Не растягивай слова. Мне сразу хочется врезать тебе ещё раз.

Резко поднявшись на ноги, Димонаас сердито проворчала:

— Ты ведь планируешь ускользнуть по-тихому? На бумаге ты должен числиться здесь. С этой стороной вопроса я тоже разберусь.

— Моя любимая начальница, как и всегда.

— ...Не говори так, будто дразнишь меня. Оставь бумаги и слухи на меня. Маршрут отхода я тоже выберу сама, так что сиди смирно и жди.

Выходя из комнаты, Димонаас пробормотала себе под нос:

— То ли талисман на удачу, то ли ходячее бедствие...

— Первое.

— Дай мне хоть самой с собой поговорить!

◇ ◇ ◇

Тук. Тук.

Перо легко скользило по бумаге. Из окна доносился аромат осени.

Архиепископ Дуэйн закончил с последними бумагами. Отложив их в сторону, он бесстрастно посмотрел на епископа Броди, который дрожал на полу.

— Значит, покушение провалилось.

— Н-нет, Ваше Высокопреосвященство!

Броди прижался лбом к полу.

— Инквизитор Захад как минимум тяжело ранен! Поступают непрерывные сообщения от свидетелей, которые видели его, истекающего кровью, когда он пробирался к Пятому отделу Инквизиции!

— Но убить его вы не смогли.

— Среди очевидцев были те, кто утверждал, что он харкал кровью! Ваше Высокопреосвященство! Подумайте сами! Насколько ужасен яд, который используют паладины Культа Змеи!

— ...Хм.

Дуэйн кивнул. В этом была доля правды. Яд паладинов Культа Змеи действительно отличался жестокостью. Говорили, что они покрывают свои клинки ядом, созданным непосредственно из святой силы внутри их собственных тел.

Даже лёгкая царапина приводила к тяжёлым последствиям. А при глубоком ранении, как он слышал, с ядом не мог совладать даже высокопоставленный жрец.

Раз уж он был весь в крови, значит, завязалась ожесточённая борьба. А если он харкал кровью менее чем через сутки после нападения, то яд уже проник глубоко в его тело.

— ...Живой мертвец.

Это была справедливая оценка. По крайней мере, сейчас о нём можно было не беспокоиться. К тому же это послужит отличным предупреждением для Великого инквизитора Димонаас.

Всё прошло не совсем по плану, но и такой исход был неплох. В конце концов, явная угроза врезается в память гораздо сильнее, чем невидимая.

— Что стало с шестью паладинами, которые напали на него?

— Я слышал, что возле комнаты инквизитора Захада обнаружили много зловонной кровавой жижи. Похоже, остальные, испугавшись плена, покончили с собой... хотя это ещё не подтверждено...

— Значит, уверенности нет?

— А-ах, нет! Их с самого начала готовили именно к этому! Если возникала угроза раскрытия информации, они должны были принять яд, спрятанный в полом коренном зубе! Никаких следов не останется! Я уверен в этом, Ваше Высокопреосвященство!

Дуэйн откинулся на спинку кресла.

Значит, о всплытии улик можно было не беспокоиться.

Что ж, даже в маловероятном случае их разоблачения единственным именем, которое они назовут, будет имя епископа Броди. Хвост, который можно отсечь в любой момент.

— Что ж. Довольно, епископ Броди. Твой план сработал, пусть и частично, — давай удовлетворимся этим.

— Э-это значит...

— Когда придёт время, я вызволю послушника Беверика из исправительного учреждения. А пока веди себя тихо.

— С-спасибо! Спасибо вам!

Дуэйн обдумывал дальнейшие шаги. План продвигался постепенно. Великий инквизитор Димонаас вернулась, но он не собирался останавливаться.

Он сделал ей недвусмысленное предупреждение — даже если внутри Культа начнутся странные шевеления, она не станет совать туда нос. Напротив, она наверняка предпочтёт промолчать, чтобы сохранить собственную жизнь.

Пора действовать. Пришло время поглотить весь Культ и занять пост кардинала.

Как только Арпина будет устранена, всё закончится. Девы Дня, несомненно, доставят хлопот, но пока закон на его стороне, они не станут вмешиваться.

Больше всего на свете они ценили Папу Римского.

Эти люди не заботились ни о чём, кроме безопасности Папы. Даже если Тиельра и Арпина были старыми подругами, Тиельра не из тех, кто станет переносить личные отношения на государственные дела.

Кем в конце концов были Девы Дня? Организацией, которой запрещено использовать личную силу для чего-либо, кроме защиты Папы по своему усмотрению.

— .......

Приготовления к осуществлению заветной мечты, к которой он так долго стремился, близились к завершению.

Оставалось сделать лишь один шаг вперёд.

— ...Возможно, ещё до того, как закончится эта зима.

Дуэйн оглянулся через плечо.

— Всему придёт конец.

◇ ◇ ◇

Димонаас действовала быстро. От организации моей транспортировки до подделки медицинской карты с описанием моего ухудшающегося состояния — она взяла на себя абсолютно всё.

Жизнь со способной женщиной действительно облегчает существование. Всё, что мне оставалось делать — это бездельничать вместе с Мааей, наслаждаясь долгожданным вкусом свободы.

Если мне что-то требовалось, я просто просил своего верного слугу Остина принести это.

Я притворно закашлялся, отчего глаза Остина тут же наполнились слезами.

— Б-босс! Что бы вы хотели съесть?

— Маая. Что ты хочешь съесть?

— Маая...

Маая посмотрела на принесённую Остином листовку и провела пальцем линию.

— Всё отсюда и досюда.

Я протянул Остину кошелёк с монетами.

— Иди купи. И себе тоже что-нибудь возьми.

— Мне ничего не нужно, господин!

Праздник живота. Именно так я решил это назвать. Маая хотела свободы в качестве платы за то, что нанялась ко мне, и это включало в себя возможность есть всё, что ей вздумается, и в любых количествах.

— Вкусно?

— М-м-м, угу.

— Запей тоже чем-нибудь.

Мне было искренне интересно, как всё это помещается в её крошечном теле. Маая ела без остановки, а наевшись, ложилась вздремнуть. Проснувшись, она небрежно открывала мангу, которую купил Остин.

Судя по тому, как время от времени на её обычно бесстрастном лице проскальзывала улыбка, сейчас она была вполне довольна жизнью. Я небрежно спросил:

— Маая. Тебе здесь удобно?

— Всё отлично. Босс. Это место — просто рай.

И где она только набралась таких слов?

Комфортные дни летели один за другим. Димонаас, кажется, велела мне подождать около недели.

Сегодня я, как обычно, открыл мангу. Оказалось, что здесь довольно приличный выбор книг с картинками.

«А ведь читать их действительно весело...»

— Отойди, Раадатук.

Из-за двери донёсся холодный голос. Следом раздался тяжелый бас Раадатука:

— Розмари. Сюда нельзя врываться просто так. Пожалуйста, помни, что брат сейчас тяжело ранен и нуждается в покое.

— Именно поэтому я и говорю, что хочу проверить его состояние. Я тоже инквизитор и знаю основы исцеления.

— Даже Великий инквизитор Димонаас сказала, что пока нужно просто наблюдать за его состоянием. Твой визит ничего не изменит.

— Я сама посмотрю и решу.

— Нет.

«Розмари...?»

Но что-то изменилось. В отличие от своего обычного резкого и язвительного тона, сейчас она звучала глубоко опечаленной. В её голосе даже слышалась едва заметная дрожь от слёз.

— Я просто... я просто хочу увидеть, как он. В каком он состоянии, если даже священные искусства исцеления не помогают? Его поразил яд Культа Змеи?

— ...Розмари.

— Я сама на него посмотрю, и если ему что-то понадобится, я это достану. Я давно не тратила деньги, так что у меня много скопилось. Я могу купить лекарств сколько угодно. Если потребуется магия, я найму отдельного мага-целителя.

— ...Приводить мага внутрь Культа противоречит доктрине...

— Тогда мы приведём его тайно! Я что, ходячая зараза какая-то?! Я продезинфицировала всё перед приходом! Моя одежда полностью очищена! Отойди! Я больше не могу это терпеть! Я сама его проверю!

«О нет.»

Я тут же прошептал Маае:

— Маая! Построение А!

Маая мгновенно вскочила и юркнула под кровать.

— Построение А выполнено.

— Вот это мой лучший работник месяца! Потрясающая мобильность!

Я тут же вытянулся на кровати. Буквально через секунду дверь с грохотом распахнулась.

— Розмари! Врываться вот так...!

— Отойди! Я хочу увидеть...

Розовые кошачьи ушки замерли. Я встретился взглядом с кошкой, чьи щёки почему-то были мокрыми от слёз.

Я сухо закашлялся. Благодаря крови, которую я заранее размазал по бинтам, моя подготовка была идеальной.

— ...Розмари. Давно не виделись.

— Ах... ах...

Я тут же бросил взгляд на Раадатука. Тот тяжело кивнул.

— ...Я подожду снаружи.

Дверь закрылась. Розмари присела на стул рядом со мной, но тут же вздрогнула и вскочила на ноги.

Вишнёвый напиток, который пролила Маая. Сладкий запах, исходивший от жидкости, испачкавшей её сзади, заставил голос Розмари задрожать.

— Э-это...

Я тяжело закашлялся. Дело плохо. Если она сейчас всё поймёт, мне конец.

— Когда меняли бинты... я случайно... оно смешалось с лекарством...

— Н-насколько сильно ты ранен?! Кто это с тобой сделал?!

— Засада... я не видел, кто... н-но всё в порядке... Розмари...

Я улыбнулся так, словно стоял на пороге смерти.

— Я в полном... порядке... скоро поправлюсь... и мы снова... сможем быть вместе... так что тебе лучше уйти...

Шлёп.

Что-то упало на пол. Розмари опустила голову. То, что начиналось как одиночные капли, вскоре превратилось в непрерывный поток.

— Хнык... хнык... всхлип...

Звук того, как кто-то отчаянно пытается сдержать слёзы.

«Эй. Ты что, действительно плачешь?»

Я медленно протянул руку. Приподнявшись, я обнял Розмари. Дело плохо. Я искренне не думал, что она действительно расплачется.

— Я-я в порядке, правда? Думаю, если я просто потерплю месяца два, то полностью поправлюсь!

— ...Всхлип... всхлип...

— С-смотри, смотри! Видишь, я уже в порядке! Совсем здоров! Т-так что перестань плакать!

«Чёрт возьми! Я попал!»

«Я понятия не имел, что она будет так сильно переживать!»

— Р-Розмари...?

Плач прекратился. Слёзы тоже высохли. Когда она подняла голову, взгляд Розмари почему-то казался расфокусированным.

Она что-то тихо бормотала себе под нос, словно обдумывая какую-то мысль. Я не смог разобрать слова и наклонился поближе, чтобы прислушаться.

— ...Отдыхай.

Она молча подняла свой топор.

— Кто бы ни напал на тебя — я заставлю их жалеть об этом до конца своих дней.

«...Неужели я только что...»

«...наступил на мину?»

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Особое: Экстра-история, не связанная с основным сюжетом (при желании можете пропустить) — Глубокая ночь Розмари (Добавлена иллюстрация, прош

Глава 99: Особое: Экстра-история, не связанная с основным сюжетом (при желании можете пропустить) — Глубокая ночь Розмари (Добавлена иллюстрация, прош

За окном куковала кукушка. Бездомная кошка припала к земле у садовой ограды.

Наступила глубокая ночь, и большинство огней в Культе уже погасло.

Розмари, запершись в своей спальне, ворочалась с боку на бок. Сон почему-то никак не шел.

Тишина. Розмари резко села на постели. Кровать была мягкой, но почему-то казалась ей неудобной.

«Почему мне так не по себе?»

«...Это из-за того, что я ходила к нему?»

— ...И почему кто-то настолько сильный позволил так просто себя одолеть?!

Раздраженная, она изо всех сил ударила кулаком по подушке. Снова и снова, вкладывая в удары всю свою злость.

Из-под погрузившегося в ткань кулака мягким облачком вылетели перья. Розмари устало опустила плечи.

Порой тишина начинает давить на нервы. Как, например, сейчас.

Обняв порванную подушку, Розмари перекатилась на другой край кровати.

В последнее время ее мысли почему-то путались. Кое-кто всплывал в ее памяти все чаще и чаще.

Черные волосы. Высокий силуэт. Его глаза, когда-то находившиеся на одном уровне с ее собственными, в какой-то момент оказались выше. Взгляд на него снизу вверх вызывал у нее странное чувство, и она осознала, что то, что когда-то было крошечным, едва зародившимся ощущением, незаметно переросло в нечто гораздо большее.

Кто-то сильный, но никогда не смотревший из-за этого на других свысока.

Кто-то, кто, несмотря на ее неповиновение, в итоге научил ее владеть топором.

— ...М-н-н...

Розмари снова перевернулась и сердито пнула стену обеими ногами.

В груди было как-то тяжело. Раздражало. Раньше она никогда себя так не вела.

Зияющая пустота в ее сердце — та самая, которую так и не удалось заполнить весельем и удовольствиями, — оказалась занята чем-то странным. Чувство опустошенности полностью исчезло, но вместо него в груди стало щемить гораздо чаще.

Трепещущее сердце. Розмари это не нравилось. Она снова поднялась на ноги и зажгла лампу на письменном столе.

— ...Уф-ф.

«Нужно привести мысли в порядок». Розмари открыла свой дневник. Но даже держа в руке перо, она понятия не имела, что писать.

Тем не менее она все же набросала несколько слов:

«Кто напал на инквизитора Захада».

«...М-м-м».

Яд.

Это была первая зацепка. Разве Великий инквизитор Димонаас не собрал всех инквизиторов и не объявил им об этом?

Что это был яд. Что инквизитор Захад был поражен на редкость коварным ядом, и его жизнь висела на волоске. И что любые посещения были строжайше запрещены.

К счастью, когда она пробралась к нему, его состояние уже значительно улучшилось. На его лице застыло такое выражение, словно он мог испустить дух в любую секунду, но когда она сама прикоснулась к нему, его тело было в порядке.

Он не умрет. Он не лжет. В конце концов, он зубами вырвал себе жизнь в том проклятом Парамире.

И кроме того...

Она ведь сама обнимала его и убедилась в этом лично...

— ...Угх.

Лицо Розмари мгновенно вспыхнуло пунцовым румянцем. Она со всей силы пнула письменный стол обеими ногами.

«П-почему это вдруг пришло мне в голову?!»

«В-в том, чтобы обняться, нет ничего такого! Э-это вообще пустяк. Верно. Два взрослых человека вполне могут обнять друг друга разок, разве нет? Ну ведь правда же?»

«Я-я даже не особо растерялась! Мне было абсолютно все равно! Если уж на то пошло, это все из-за его плачущего лица...»

— ...Его плачущего лица?

Розмари захлопала глазами. Ее кошачьи ушки, и без того раскрасневшиеся, налились еще более густым багрянцем.

— А-А-А-А-А-АХ!!!

Подавив крик, который рвался наружу лишь в ее мыслях, Розмари повалилась на пол и покатилась по нему, прижав колени к груди.

Перед глазами все плыло. Если подумать... она ведь тоже показала ему свое плачущее лицо. Дура. Что он только о ней подумал?

«И-и вдобавок ко всему... я... я точно...»

— О-ошейник...

Розмари вздрогнула. По ее телу пробежала невольная дрожь.

Она робко потянулась рукой к ошейнику. К той самой вещи, которую он лично застегнул на ее шее.

Она не снимала его ни разу — ни перед сном, ни во время купания. Поначалу она видела в нем лишь символ своего поражения. Глядя на эту жалкую полоску кожи, она клялась себе, что не сдастся, какими бы изнурительными ни были тренировки.

Но теперь?..

Она взглянула на свое отражение в зеркале. Простой ошейник. Без каких-либо узоров, точь-в-точь как обычный собачий ремешок.

Розмари принялась рыться в ящике стола. Там хранилось ее единственное хобби, о котором она никому и никогда не рассказывала.

Она достала жестяную коробочку с украшениями собственного изготовления. Выбрав несколько штук, она приложила их к ошейнику.

— ...Это... и вот это...

Не подходит. Может, что-то другое?

Она бережно прикладывала их по очереди, пока ее рука не замерла над маленьким колечком в форме сердечка. Поколебавшись мгновение, она взяла его дрожащими пальцами.

Стоило ей примерить его к ошейнику, как в голове промелькнула мысль, что оно смотрится на нем на удивление хорошо. Да. Определенно подходит. С этим, пожалуй...

Ошейник станет чуточку симпатичнее...

— О-о чем ты только думаешь, Розмари?!

Розмари похлопала себя по щекам.

— Возьми себя в руки! Хватит забивать голову глупостями, просто ложись спать!

Но пока она отчаянно убеждала себя в этом, ее руки уже вовсю продевали колечко-сердечко в ошейник. Сама работа не представляла сложности. Нужно было лишь зацепить кольцо за пряжку.

Раздался тихонький щелчок.

Все было готово. Розмари зажмурилась, а затем медленно открыла глаза.

Кольцо в форме сердца теперь красовалось на ошейнике.

— М-н-н...!

Розмари плотно прижала кошачьи ушки к голове. Закрыв лицо руками, она сползла в сторону, пытаясь скрыться от собственного отражения в зеркале.

Она то подглядывала сквозь пальцы, то снова пряталась. И так раз за разом.

— Ха-а... ха-а...

Розмари отодвинула зеркало и ничком упала на кровать. Она крепко зажмурилась, клянясь себе, что на этот раз точно уснет.

Однако сон улетучился еще дальше, чем прежде. Сердце колотилось так бешено, словно готово было вот-вот выпрыгнуть из груди.

Если он увидит это сердечко, как он отреагирует? Спросит ли, зачем она нацепила украшение на ошейник?

Если бы это был он... если бы это был он... что, если...

— О? Что-то новенькое, чего я раньше не видел?

— Я-я ошиблась... — Розмари закрыла лицо руками. — Ошиблась... вам показалось...

Вкрадчивый голос прошептал у нее в голове — она и сама не понимала, галлюцинация это или реальность.

— Ну же, не упрямься, дай взглянуть. Зачем прятать такую красоту?

— О-оно вовсе не красивое...

— Я сказал, покажи!

Он силой разведет ее руки в стороны, и она не сможет сопротивляться.

А когда он увидит его своими глазами... вот так просто...

— ...Хм-м.

Усмехнется ли он своей привычной ухмылкой? Наклонится ли к ней, чтобы прошептать что-то на ухо, глядя на нее тем самым лицом, на которое она больше не могла смотреть прямо?

— Сердечко, значит?

— О-оно просто... подошло...

— Ты без конца твердила, как ненавидишь его... а на самом деле он тебе все это время нравился?

Рука Розмари коснулась ошейника. Она слегка потянула за колечко.

— ...Угх.

Горло на мгновение сдавило. Это должно было принести удушье, но вместо этого принесло удовольствие. Странное чувство.

Ее горло... ее горло сжимали... почему от этого так хорошо?..

— А ты ведь очень дорожишь им, верно? Этим ошейником?

— А-а... вовсе нет...

— Ты не снимаешь его ни на секунду... а теперь еще и украшаешь, так что...

Острый взгляд. Широкая ладонь, сильнее сжимающая ошейник.

Взгляд, направленный на нее сверху вниз. Голос, опустившийся до презрительного шепота.

— Неужели тебе так приятно осознавать себя домашней зверушкой?

— Хн-н... хнгх...

Ее рука опустилась ниже. Ладонь Розмари скользнула под тонкую ткань нижнего белья.

Она едва коснулась сосков, ненадолго задержалась у пупка. Поколебавшись, погладила низ живота и медленно пробралась глубже под белье.

Еще немного дальше...

Еще чуть-чуть ниже...

— Ха-а...?!

Тихий стон сорвался с ее губ прежде, чем она успела его сдержать, и Розмари поспешно зажала рот ладонью.

«Ч-что я сейчас делаю?! П-почему я себя так веду?»

«Я ведь ни разу в жизни этого не делала, так почему же...?!»

— Остановиться?

Голос, который она никак не могла услышать наяву. Очевидная фантазия. Не более чем плод воображения.

Но почему-то она не могла ослушаться этого приказа. Она просто двигалась так, как он ей велел.

Ее взгляд задрожал. Розмари принялась медленно двигать ласкающей себя рукой.

— Хн-н... хнгх... хи-и...

Влага смешивалась с движениями пальцев, и ее белье постепенно становилось мокрым. Голова шла кругом. Казалось, будто все ее тело плавится.

— Тебе хорошо?

— Н-нет, вовсе нет... н-ни капельки...

— Тогда почему ты здесь так промокла?

— Я-я не промокла... э-это потому, что...

Язык заплетался. Все тело почему-то обмякло.

Ее хвост, до этого лениво покачивавшийся, начал нервно подергиваться и дрожать.

— Только не говори мне, что ты... — прошептал голос Захада. — Возбудилась от того, что я потянул за ошейник?

— Н-нет, это не так... клянусь, нет... н-не смотрите...

Что-то было не так.

Ее рука не останавливалась.

Она сделала пальцем полный круг внутри себя. Пошевелила им. Ее бедра слегка приподнялись. На мгновение она не могла вымолвить ни слова.

— ...Хн-нгх?!

Из ее приоткрывшегося с опозданием рта вырвался звук, который нельзя было назвать ни криком, ни стоном. Бедра Розмари резко выгнулись дугой. Ее вставший трубой хвост мелко и часто задрожал.

— Ч-что-то не так... мои бедра...

— Кончить только от того, что потянули за ошейник... какая же ты похотливая.

— Н-нет... это... это не так...

Рука под бельем продолжала двигаться. Одного пальца уже не хватало — она протолкнула внутрь второй, проникая глубже.

Там было тесно. Но... но...

Хотелось большего...

«Когда я представляю, как он берет меня... он ведь наверняка гораздо больше этого».

— Т-там уже... так тесно... больше н-не поместится...

— Не ври мне, Розмари.

— Д-да... п-простите...

Она сама не знала, за что извиняется. Перед глазами все побелело.

Нет.

Нет.

Что-то приближалось. Она больше не могла этого выносить...

Рука, сжимавшая ошейник, теперь обхватила ее грудь. Разум полностью помутился. Из приоткрытого рта потекла тонкая струйка слюны.

— Н-нет... я больше не могу... — слова, которые она до последнего пыталась сдержать, сорвались с ее губ прежде, чем она успела опомниться. — Х-хозяин... только не... не туда...

— Да.

Тело Розмари одеревенело.

Ее бедра полностью оторвались от кровати. Вытянутые струной ноги зашлись в безмолвном крике.

— ...!......!......!!!

Ее пальцы раз за разом судорожно сжимали простыни. Из закрытых глаз покатились слезы.

Один оргазм сменялся другим. Ее пальцы, потерявшись в бесконечном водовороте удовольствия, продолжали двигаться внутри нее.

— Угх... хнгх... ха-а-а...♥

Она вытащила руку из белья. Не задумываясь, Розмари слизнула выделившуюся изнутри влагу.

Она не была горькой. Напротив, казалась сладкой. Слабый фруктовый аромат. Что-то похожее на клубнику.

Еще немного.

Ей хотелось еще немного.

— Х-хозяин...♥ — ее только что облизанные пальцы снова скользнули вниз. — Еще чуть-чуть... сильнее... потяните за ошейник... пожалуйста...♥

Ночь Розмари тянулась бесконечно долго.

Она закончилась лишь тогда, когда взошло солнце.

◇ ◇ ◇

— Капитан Розмари.

— ...Да?

— Вы сегодня выглядите особенно уставшей.

— Я-я понятия не имею, о чем вы. Я такая же, как обычно.

— О... это колечко-сердечко на вашем ошейнике... вы сами его повесили? Раньше я его не видел...

— Эй.

— Д-да?

— Иди и ложись лицом в пол в коридоре.

— П-почему?

Инквизитор Розмари холодно улыбнулась:

— У тебя есть какие-то возражения?

Так возродились карательные тренировки: один из инквизиторов второго ранга, сглотнув слезы, прижался лицом к полу в коридоре.

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дом наказания (3)

Глава 100: Дом наказания (3)

— Убей их вс...

— ПОДОЖДИ СЕКУНДУ!

Я тут же схватил Розмари и перекатился. Внезапно оказавшись под одним одеялом, она принялась отчаянно вырываться.

— П-подожди...

— Эй, хватит брыкаться. Мне больно. Я вообще-то больной. Буквально умираю.

— ......

Сопротивление утихло. Вот и славно. Веди себя потише.

Я потратил столько сил, притворяясь тяжеленьким, и если ты сейчас всё испортишь, мои труды пойдут насмарку. Сейчас мне нужно казаться слабым и усыпить бдительность врагов, так что ты вообще...

Кошачьи ушки, торчащие из-под одеяла, дрогнули. Моя грудь почти сразу же намокла от ее слез.

— Угх... ик... угх...

Черт возьми.

Может, рассказать ей?

Нет, не стоит. Если я начну рассказывать всем по очереди, об этом узнает каждый. Я даже Остину ничего не сказал, когда отправлял его по делам — как я могу рассказать ребенку?

— Розмари.

— Ик... всхлип...

— Да в порядке я, говорю же. Я правда не собираюсь умирать.

— ...Н-но... я слышала...

Ее ушки поникли.

— Даже жрецы-целители не смеют лечить тебя безрассудно... Всё настолько серьезно... И вдобавок ко всему, твое тело пожирает какой-то неведомый яд...

— Ну, это правда, но... на самом деле мне не так уж и больно.

— Не лги мне!

Но мне ведь и правда не больно.

— Почему... почему...

Розмари вцепилась в мои бинты.

— Почему ты вечно ранишься... и всегда пытаешься вытерпеть всё в одиночку?..

— ...Розмари?

— Я... я тоже сильная... я тружусь не покладая рук каждый божий день...

Впервые она подняла голову. Ее полные слез глаза совсем не походили на то, какими они были обычно.

В них не было прежней колкости. Они казались хрупкими — готовыми вот-вот разбиться вдребезги.

— Пожалуйста... обопрись на меня... тоже...

Ох, черт.

Это задело за живое.

Задело *очень* сильно. Боже!.. Я едва не выболтал всё прямо на месте!

Почти попался. Вид этих обычно свирепых глаз, которые сейчас так дрожали, произвел невероятный эффект. Я чуть было не ляпнул, не подумав, что со мной всё в порядке.

Так... спокойно... спокойно...

Я протянул руку и с легким стуком опустил ладонь на голову Розмари.

А затем просто взъерошил ее волосы.

— О-о-о. Неужели ты так разволновалась за своего хозяина?

— ...Я не шучу.

— Умница. Наша маленькая кошечка. Какая же ты милая.

Невозможно было смотреть на это лицо и не перевести всё в шутку. Я потянулся к ней и смахнул слезинки, застывшие в уголках ее глаз.

— Я правда в порядке. Пара месяцев отдыха, и буду как новенький. Ты же знаешь, кто я. Бессмертный, который выживал целых шесть месяцев в этом чертовом Парамире! И не просто выжил — лично уничтожил сам источник заразы. Это ведь практически уровень героя, верно?

— .......

— Сама Ра сказала, что я не умру.

[— Как будто ты вообще был ранен.]

Ушки Розмари медленно приподнялись. Совершенно прижатые до этого, они мгновенно встали торчком.

— ...Правда?

— Правда. Так что перестань плакать.

— ......

Вытерев слезы, Розмари поднялась на ноги. Она всё еще шмыгала носом, но сумела отвернуться.

Она даже расправила помятое одеяло и заботливо подоткнула его под меня.

— ...Я буду приходить каждый день.

— Не стоит. Говорят, яд может распространиться, так что мне положено оставаться в строгой изоляции.

— ...Тогда я вернусь ровно через два месяца.

— Договорились.

Глубоко вздохнув, Розмари медленно выдохнула и посмотрела на меня сверху вниз.

И даже погладила меня по голове.

— ...Ты должен поправиться. Понял?

Ее голос звучал настолько непривычно, что я почувствовал настоящий укол совести.

— Само собой. Ты вообще знаешь, кто я такой?

— ...Мой хоз...

— Что?

— Ничего. Сама с собой разговариваю.

Если подумать, на шее Розмари всё еще оставался ошейник. Тот самый, который я надел на нее, когда впервые победил.

— Поправляйся скорее...

Она резко отвернулась, набросив волосы на лицо, чтобы скрыть его.

Ее едва слышный голос донесся до меня:

— Когда поправишься... можешь тянуть за этот ошейник... сколько твоей душе угодно.

...А вот это было мощно.

Ну ты и даешь, Розмари...

◇ ◇ ◇

Посетители на этом не закончились. Тиельра и Гримуар тоже время от времени прохаживались мимо моей двери.

— Хм... серьезные ранения...

— Он не казался мне настолько слабым человеком...

— То, что было перед его комнатой, несомненно, кровавая вода. Зловещий след. Видно, что кто-то пытался его убрать, но осталось достаточно, чтобы я смогла его распознать.

— Это дело рук Культа Змеи. Но даже если так, зачем им...

— Это дело Отдела Инквизиции, а не наше.

— И всё же...

Из-за двери донесся тихий ропот Гримуар:

— Просто... я вижу, как моя милая младшая целый день ходит сама не своя из-за этого парня... Не мог бы он просто помереть как следует и исчезнуть с глаз долой?

Ну и дрянь.

В следующий раз я сотру ее в порошок. Надо будет как-нибудь приструнить ее и научить хорошим манерам.

— Ты рассказала Айрин? Что это дело рук Культа Змеи?

— Нет смысла тревожить ее понапрасну. Ей и так сейчас нелегко... Если я скажу, кто это сделал, она наверняка попытается докопаться до тех, кто за этим стоит.

— Хм.

Тиельра и Гримуар ушли. Но они были не последними гостями.

Кардинал Арпина тоже заглянула ко мне. Я спешно велел Раадатуку открыть дверь.

От нее я не мог скрывать правду.

Даже если отбросить опасения, что Арпина может случайно проговориться — если она ошибочно поверит, что едва забрезживший проблеск надежды угас, она ведь и правда может покончить с собой!

— Я... вижу... Ты притворяешься больным, чтобы обмануть архиепископа Дуэйна...

Арпина с облегчением прижала руку к груди. Она нежно взяла меня за руку, а в ее глазах заблестели слезы.

— Я думала, ты пострадал из-за встречи со мной.

— Да ладно вам. Это уже слишком. В любом случае, это секрет. Вы ведь понимаете?

— Что ты замышляешь, пока прикован к постели?

— Архиепископ Дуэйн ведь пытается сместить Ваше Высокопреосвященство, верно?

— Не может быть!..

— Я не могу представить на этом месте никакого другого кардинала, кроме Вашего Высокопреосвященства. Если этот человек займет пост, кто знает, как изменится Культ.

Я ухмыльнулся Арпине.

— У меня есть отдельный план. Вашему Высокопреосвященству нужно лишь вести себя тихо и продолжать жить как обычно. Когда придет время, я приду за вами. Это займет не больше двух месяцев.

— З-Захад...

Судя по наворачивающимся слезам, она была полностью покорена.

Да! Бонусный прирост симпатии получен, успех!

— ...Я буду ждать. Только... пожалуйста, не перенапрягайся...

Арпина тоже ушла. Но главной проблемой оставалась Айрин.

Она приходила каждый божий день. Но в отличие от Розмари, она не врывалась в комнату без предупреждения.

Она просто прислонялась к двери и тихо молилась — вот и всё. Если Розмари не могла сдержать бушующие эмоции, то Айрин, казалось, держала свои под холодным, абсолютным контролем.

— ...Она пугающая женщина.

Раадатук вздрогнул, произнося это.

— Я никогда не видел столь холодных глаз, брат. Ты не можешь просто оставить ее в покое.

— Что ты имеешь в виду?

— Таково мое предчувствие. По меньшей мере, она явно что-то замышляет... Если ее никто не остановит, случится беда. Непременно.

На следующий день я спешно позвал Айрин войти. Она молча уставилась на меня, лежащего в бинтах, а затем тихо присела на стул.

Разговора не клеилось. Молчание казалось слишком тяжелым, поэтому я намеренно кашлянул и заговорил первым:

— ...Айрин. Я в порядке.

— .......

— Ты ведь не замышляешь ничего странного, правда?

Айрин безмолвно ухаживала за мной, меняя влажную ткань на моем лбу.

— ...Тебе очень больно?

Услышав первые произнесенные ею слова, я кивнул. Эх, грудь и правда побаливает.

Но я не могу ничего сказать. Нужно лишь потерпеть еще немного.

— Я в порядке. Думаю, пара месяцев, и мне станет лучше. Ты ведь знаешь, насколько я силен?

— ......

— Ты ведь не... планируешь ничего дурного?

— Я прислушивалась к тому, что говорят люди.

Айрин тихо заговорила:

— Я размышляла о том, что тебя отравили на редкость коварным токсином. Сотни раз думала о том, какой смертоносный яд способен на подобное. Культ Ра славится своими исцеляющими священными искусствами. Большинство ядов можно нейтрализовать на месте. Тот факт, что даже они бессильны, означает, что это либо сложный токсин, состоящий из нескольких ядов, либо нечто, созданное особым методом.

— Ч-что?

— Я слышала, что недавно здесь проходили члены Культа Змеи. Если подумать о высококлассных убийцах, они — наиболее вероятные кандидаты.

— А-Айрин?..

— Но я никак не могу понять, зачем Культу Змеи подсылать к тебе убийцу. Я пыталась осмыслить это, но так и не смогла.

Айрин медленно подняла свои пугающие глаза.

— У Культа Змеи нет причин охотиться за тобой. Заслуга в спасении Парамира в основном приписывается Асвалю Хальцу. Культ Ра сыграл свою роль, да, но внешнему миру это преподнесли лишь как второстепенную помощь.

— А-Айрин?

— Апостол Эстель была благосклонна к тебе. Командир паладинов Изабела тоже. Они бы не стали упоминать твое имя перед Культом Змеи. Но даже если бы упомянули, расстояние слишком велико, чтобы те добрались сюда так быстро. В таком случае... у меня есть одна гипотеза. Виновниками являются либо паладины Культа Змеи, либо люди, действующие не от имени Культа Змеи, а в интересах кого-то другого.

Ее шепот становился всё быстрее:

— В день нападения на тебя было установлено, что следов взлома священного барьера извне нет. Это значит, что паладины Культа Змеи с самого начала находились внутри Культа. Почти наверняка они проскользнули вместе с предыдущей делегацией. Они всё это время были в Культе Ра, поэтому их и не обнаружили. И более того... пока тебя не было, произошло несколько подозрительных смертей. Все они были признаны несчастными случаями или естественной кончиной.

— О чем ты вообще сейчас говоришь...

— Если подумать об этом сейчас, моя гипотеза о причастности паладинов Культа Змеи к тем инцидентам обретает больший вес. Старшие рассказывали мне, что они — мастера скрытных убийств. Клинок Культа Змеи, разивший из тени, славится тем, что не оставляет следов. Если предположить, что они маскировали убийства под естественную смерть или несчастные случаи, то они — самые вероятные кандидаты.

Гипотеза, становящаяся истиной.

— У погибших людей тоже было много общего. Они отличались необычайной праведностью. Они повышали голос против кого-то. Они просто не могли молчать.

— ......

— Всех их объединяло то, что они были врагами Дуэйна. И в этом они схожи с тобой. Учитывая, что великий инквизитор Димонаас не провела никакого расследования, несмотря на твое ранение... и что паладинам Культа Змеи понадобился бы сообщник, чтобы оставаться внутри...

Глаза Айрин блеснули пугающим светом.

— Тот, кто направляет паладинов Культа Змеи и управляет ими — это архиепископ Дуэйн. Никто, кроме человека его уровня, не смог бы укрыть паладинов Культа Змеи внутри нашего Культа. Нападение на тебя было своего рода предупреждением, отправленным великому инквизитору Димонаас. Покушение на саму великую инквизиторшу напрямую несет слишком много рисков, и шансы быть раскрытым слишком высоки.

По моей спине пробежал холодок.

Не слишком ли хорошо у нее соображает голова?! Вывела всё это из одного только факта отравления?!

— ...Я.

Айрин крепко сжала мою руку.

Ее глаза казались безжизненными.

— Я коплю силы, Захад.

— Тебе это ни к чему.

— Моя цель — стать главой Дев Дня. Я превзойду даже Тиельру.

— Думаю, ты могла бы продвигаться чуть медленнее...

— Не волнуйся. Я не на взводе. Я умею контролировать свои эмоции. Я способна отличить то, что должно быть сделано, от того, чего делать нельзя.

Айрин медленно погладила меня по волосам.

— Я сделаю так, чтобы никто не смог причинить тебе вред. Я создам условия, при которых ты больше никогда не пройдешь через подобное.

— ......

— Я... встану на самую вершину.

Ее шепчущий голос был невероятно, беспросветно темным.

— Ради тебя одного.

Кажется...

У меня возникло предчувствие, что я пробудил нечто такое, чему лучше было бы спать вечным сном.

◇ ◇ ◇

— Вот твои разрешения на поездку.

Димонаас протянула мне несколько документов, а также небольшую идентификационную карту.

— Я отправила письмо начальнице исправительного учреждения № 1. Но... имей в виду, есть вероятность, что это не сработает.

— С ней настолько трудно иметь дело?

— Она на удивление груба и неотесанна. Одним своим поведением она ничем не отличается от бандитки. Обожает азартные игры, упивается насилием... но в глубине души она строгая и непоколебимая сторонница правил. Ты ведь знаешь, что посторонние не могут просто так завалиться в исправительное учреждение, верно?

Димонаас неловко повела плечом.

— Я не знаю, что она может выкинуть. Так что будь осторожен. Если почуешь неладное, просто уходи и зови меня.

— Тогда нет никакого смысла пробираться туда тайно.

— Тайное проникновение — это еще полбеды. Начальница исправительного учреждения № 1 — печально известная надзирательница Вероник.

Это-то я и сам знал. Но я иду по личному представлению — она ведь не станет швырять меня из стороны в сторону в ту же секунду, как я появлюсь.

Если только там внутри уже что-то не происходит.

— Имей это в виду. Не вздумай злить надзирательницу Вероник. Это чрезвычайно опасно.

— Не беспокойся.

Я приобнял Мааю за плечи. Исправительное учреждение № 1 находится в Танталосе — городе, где лютый холод наступает даже в разгар лета.

— Со мной мой лучший работник!

— Кхм.

Маая положила руку мне на плечо. Димонаас поникла.

— От этого мне тревожно вдвойне...

◇ ◇ ◇

Переводил: Afmos

Редактировал: Afmos

----------

Дом наказания (4)

Мы выскользнули из штаб-квартиры Культа, никому не сказав ни слова. Только мы вдвоем — я и Маая, отправившиеся в небольшое путешествие.

Как только мы покинули Аинкад, мы укутались в плотные меховые шубы. Я заказал их заранее по размеру, так что сидели они идеально.

— ...Босс и Маая. Одинаковая одежда.

— Тебе нравится черный?

— Нравится всё. Путешествовать — лучше всего.

Маая прижалась к окну кареты. Она пыталась казаться равнодушной, но просидела взаперти в той комнате так долго, что уже едва не сходила с ума от скуки.

«Так, посмотрим... времени у нас предостаточно... спешить особо некуда...»

— Хочешь ехать не торопясь?

— Да!

Вот для чего нужны служебные привилегии — как раз для таких моментов.

Я тут же достал карту и составил подробный план.

— Если поднажать, мы сможем добраться до Танталоса за десять дней...

— Выдержат ли лошади?

— Выдержат. У нас есть Святая сила.

Стоило им только начать валиться с ног, как я просто вливал в них немного Святой силы. Принудительный допинг, способный поддерживать их бесконечно.

Я высунул голову из окна кареты, отчего кучер вздрогнул.

— Ч-что такое, господин?

— О, ничего серьезного.

Я протянул ему карту.

— Есть ли поблизости какие-нибудь хорошие места для отдыха?

— Места для отдыха?..

Кучер удивленно моргнул.

— Разве вы не на секретном задании?

— Мы думаем заехать в пару мест по пути. Это не так уж срочно.

— А... понятно...

Он взял карту, отметил несколько мест и вернул её обратно.

— Самое известное из мест, что я обвел, — это Филамон, недалеко от пограничного города Танталос. Рядом есть вулкан, и, говорят, даже в самую суровую зиму там бьют горячие источники. Город расположен у замерзшего моря, так что они славятся своими морепродуктами на гриле. Особенно жареными кальмарами — я слышал, они там просто исключительные.

«.......!»

«Событие с горячими источниками?!»

«И вдобавок к этому... шанс отогреться в горячей воде?!»

— Маая. Пункт назначения определен.

— .......!

Маая энергично закивала.

— Маая. Крайне взволнована.

— Взаимно.

«Ах. Просто погрузиться в воду горячего источника и выпить ровно один стаканчик.»

«Ни больше, ни меньше — всего один!»

◇ ◇ ◇

Исправительное учреждение № 1.

В тихом коридоре эхом раздавались шаги. Старшая надзирательница Моника поправила стопку отчетов, которые собиралась отнести.

Если бы она не разложила их в строгом порядке, начальница тюрьмы Вероник даже не взглянула бы на них.

Ленивое начальство, выезжающее за счет прилежного подчиненного. Удивительно распространенное явление. Но Моника не особо возражала.

На первый взгляд начальница могла показаться бездельницей, но в важные моменты она всегда справлялась со своими обязанностями.

Работа в исправительном учреждении была почетным трудом. Контролировать преступников и вершить наказание — дело, которое под силу далеко не каждому.

Моника гордилась своей профессией. Наставление грешников и еретиков на путь истинный казалось ей миссией, которую доверила ей сама Ра.

«...Что ж, сегодня нужно выложиться на полную.»

Однако не прошло и десяти минут после того, как она настроилась на работу, как прямо перед ней возникло первое за день испытание.

— Моника.

Моника нахмурилась. Она выдохнула и заставила себя улыбнуться.

— Старший надзиратель Лупес.

В любом коллективе всегда найдется паршивая овца.

Тот самый человек, который мутит воду на прежде спокойном и мирном рабочем месте.

Старший надзиратель Лупес. Недавно переведенный, он не проявлял ни малейшего интереса к своим непосредственным обязанностям. Вместо этого у него был наметанный глаз на всякого рода бессмысленные занятия.

Например, флирт с охранницами или несанкционированные контакты с женщинами-заключенными.

Моника бросила взгляд туда, откуда он только что пришел.

Пятый блок.

Женский сектор. Блок для заключенных-женщин, за которым она лично присматривала.

Моника вздохнула.

— Старший надзиратель Лупес. Я совершенно уверена, что доступ в женский сектор ограничен.

— Да ладно тебе. Чего ты так напряглась? Там стало немного шумно, вот я и пошел проверить. Я просто пытался помочь. Или... только не говори мне, что ты ревнуешь?

Лупес ухмыльнулся, излучая непринужденное обаяние.

— Мои глаза смотрят только на тебя, Моника, ты же знаешь? Я ведь постоянно говорю, что ты можешь отбросить формальности — почему ты этого не сделаешь?

— Мы при исполнении, старший надзиратель Лупес.

— А чем займешься после службы?

— Я занята.

— Занята чем? Да и чем вообще можно заняться в Танталосе?

Лупес пошел с ней в ногу. Моника одарила его свирепым взглядом.

Она четко и ясно говорила ему «нет», и не раз. Она просила его прекратить.

Но он продолжал вести себя так, словно ничего не замечал, без колебаний сокращая дистанцию. Эта навязчивая близость вызывала у нее глубокое отвращение.

— Старший надзиратель Лупес.

— Что?

— ...Вы слишком близко.

— Да неужели?

Он небрежно протянул руку и коснулся её волос.

— По-моему, вполне нормальное расстояние.

— ......

— Как тебе удается сохранять волосы такими мягкими, Моника? Как это вообще возможно?

— Не трогайте меня.

— Какая холодность.

Лупес убрал руку и взглянул на документы, которые она несла.

— Направляешься в кабинет начальницы?

— Да. У вас там тоже какие-то дела, старший надзиратель Лупес?

— Хм...

Его шаги затихли. Лупес тихо отступил назад.

— Не особо. Не против, если я взгляну на эти отчеты?

— Ах...

Он выхватил их прежде, чем она успела возразить, и несколько листов разлетелись по полу. Лупес небрежно сгреб их в кучу, перемешав разные отчеты с аккуратно отсортированными важными письмами, и быстро пролистал.

— Как и ожидалось от Моники! Ты действительно дотошна. Ты даже привела в порядок всё, что касается сектора, которым должен управлять я.

— .....

— Сегодня снова оставлю это на тебя. А сам займусь своими делами. Заходи ко мне в любое время — необязательно по работе. Я всегда рад тебя видеть.

Лупес ушел. По крайней мере, он, похоже, побаивался начальницы тюрьмы, даже если всё остальное его не смущало.

Полезное качество в такие моменты. Моника спокойно рассортировала отчеты, которые он сунул ей обратно.

— ...В такие моменты хочется бросить всю эту миссию к чертям собачьим.

Она пробормотала слова, которые до этого сдерживала, и снова двинулась в путь. Но не успела она сделать и нескольких шагов, как внутреннее пространство тюрьмы озарилось красным светом.

[Внимание. Внимание.]

[Обнаружен сбежавший заключенный.]

[Всем охранникам немедленно вооружиться и собраться в пятом блоке.]

Пятый блок — тот самый блок, из которого только что вышел Лупес...

— Угх! Серьезно?!

Самообладание Моники окончательно лопнуло.

— Ни одного спокойного дня! Лупес, клянусь Ра, я тебя—!

◇ ◇ ◇

— М-м-м-м...

Таю. Полностью таю. Мы прибыли раньше, чем ожидалось, а значит, свободного времени стало еще больше. Имея в запасе целые дни, которые я мог при желании провести на этом горячем источнике, я не спеша потягивал свой напиток.

Я погрузился в горячий источник. Напитки, покачивающиеся на поверхности, были приятно прохладными...

Подул ветерок. Достаточно холодный, чтобы лицо буквально заледенело. Но на контрасте с этим остальное тело было настолько теплым, что, казалось, вот-вот растворится.

Гармония горячего источника и зимней прохлады...

«Это просто безумие! Неудивительно, что это место считается достопримечательностью. Конечно же, люди едут сюда!»

— ...Хех.

И вдобавок ко всему, деньги не имели значения. У меня их было так много, что я мог делать все, что душе угодно.

Даже за вычетом всех расходов мои личные средства, которыми я мог свободно распоряжаться, исчислялись сотнями миллионов. А ведь был еще священный артефакт, производивший бесконечный запас Нектара, — практически сундук с сокровищами сам по себе...

«Рай...»

Аренда всего горячего источника на день стоила каждой монеты. Дневная плата за бронирование исчислялась сотнями, но какая разница.

«Счастье — вот что важнее всего!»

— Босс. Ты там?

Из-за стены донесся голос. Я погрузился глубже в воду.

— Ты там~?

— Маая. Банановое молоко.

— А как насчет клубничного молока?

— ...Раз уж ты об этом заговорила, я тоже хочу.

— Устала плавать?

— Нет. Я хочу еще немного поплавать перед едой. Можно мне перейти на твою сторону? Одной скучно.

— Никто не запрещает, но...

Она все-таки была девушкой, так что мне следовало проявить деликатность.

— Давай встретимся, когда выйдем. Хорошо?

— ...Ладно.

Её голос прозвучал немного разочарованно, но вскоре она снова начала плескаться. Похоже, горячий источник ей действительно пришелся по душе.

Как щенок, этот ребенок. Как бы выразиться... в её воспитании есть определенное удовольствие.

Я мог бы использовать её исключительно как оружие, но она была такой милой в повседневные моменты, что вызывала еще большую симпатию.

Надо будет купить ей и клубничного, и бананового молока, когда мы выйдем.

*Тук-тук.*

Снаружи раздался стук.

— Да?

— Вы всем довольны?

Голос владельца горячего источника. Когда я сказал, что хочу арендовать все заведение на день, его лицо расплылось в широчайшей улыбке. Я ответил непринужденно.

— Никаких жалоб. Очень комфортно.

— Пожалуйста, не стесняйтесь звать, если что-нибудь понадобится.

— О — не могли бы вы приготовить для нас ужин? Чтобы мы могли поесть сразу, как выйдем.

— Конечно!

Хозяин удалился. Я допил остатки своего напитка.

«Ах... вот это жизнь...»

«Можно хоть сейчас умереть, ни о чем не жалея...»

【...Подглядываю.】

Я почувствовал на себе взгляд. Сквозь клубы пара я мельком заметил дух Беатрис, наблюдавший за мной.

— Беатрис.

【Д-д-д-д-да?!】

— Куда именно ты смотришь?

【Я-я никуда не смотрела?!】

Она закрыла лицо руками, но её глаза были отчетливо видны между пальцами. Раздался весьма отчетливый звук сглатывания.

【...Он... большой.】

Из кольца высунулась змея.

— Ха-а... ха-а... я больше не могу сдерживаться—

— А ну полезай обратно.

— Угх... Ра-онни...~

— Если ты еще хоть раз высунешь свой отвратительный язык в сторону моего апостола!

«Я думал, что нахожусь здесь один, но, оказывается, у меня было целых три зрителя.»

«...Пора вылезать.»

【...Кья-а-ах!..】

— З-Захад... это действительно... пугающе...!

— Я сама вылепила это тело своими руками, но... и представить не могла, что оно вырастет настолько..!

«Пожалуйста, замолчите уже все.»

Я накинул одежду, затянул пояс и открыл дверь — и в тот же миг столкнулся нос к носу с изрядно распаренной Мааей, выходившей в то же самое время.

— Босс. Маая — готовое мясо.

— Вот, пояс завязывается вот так.

Я поправил её растрепанный вид. Маая стояла полусонная, опустив голову.

— Спать хочешь?

— Нет, есть хочу.

— Хорошо. Сначала молоко, а потом сразу перейдем к—!

*БАБАХ!*

Стена взорвалась без всякого предупреждения. Деревянные щепки и обломки разлетелись во все стороны.

Поднялось облако белой пыли, испачкав мое только что вымытое лицо. Я прищурился.

— Ха-а... ха-а... ха-а... добралась досюда... теперь должна быть в безопасности...

Женщина в тюремной робе. Довольно симпатичная, но её явно выраженное мускулистое телосложение было не в моем вкусе.

Слишком уж широкая в плечах. И вообще, с какой стати она вваливается сюда, проламывая стену?

Я тупо уставился на нее.

Она замерла как вкопанная, когда наши взгляды встретились. Она окинула меня взглядом и медленно расплылась в улыбке.

— Ну надо же... а ты выглядишь аппетитно...

Голодный взгляд скользнул по мне с головы до ног.

— В качестве первого перекуса после побега из тюрьмы... ты подходишь просто идеально!..

Тюремная роба. Судя по её словам, она действительно была сбежавшей преступницей...

Я вздохнул. Что за очередной бред.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (5)

Моника, главная надзирательница исправительного учреждения, немедленно направилась в пятый блок. Массовый побег заключенных.

К тому моменту, когда она прибыла на место, там уже творилась настоящая катастрофа. Надзиратели и заключенные смешались в полном хаосе.

Охранная сигнализация сработала с опозданием. Большинство узников уже сбежали; лишь одного заключенного поймали совершенно случайно.

Все толстые железные решетки были распахнуты настежь, а жестокие преступники столпились в центральном атриуме, пытаясь вырваться из исправительного учреждения.

Это стало совершенно беспрецедентным событием в истории исправительного учреждения № 1. Моника заскрежетала зубами.

— Лупееееес...!

Это точно был он. Иного объяснения его оплошности просто не существовало!

Пока это оставалось лишь гипотезой, но сейчас подавление бунта было важнее её закипающей ярости.

— Ах вы мелкие ублюдки!

— Лежать! Я сказала, на пол! Все до единого!

Атриум уже превратился в сумасшедший дом. Крики и вопли раздавались со всех сторон.

— А ну живо НА ПОЛ!!!!

Надзиратели заорали. Они обрушили свои дубинки на заключенных. Звуки лопающейся кожи раздались из каждого угла.

— Агх! Агх!

— Держать строй!

Заключенные отбивались. Некоторые из них разворачивались и бросались прямо на надзирателей.

Заключенные превосходили их числом. Даже в кандалах каждый запертый здесь узник оставался жестоким преступником.

Вдобавок ко всему, соотношение надзирателей и заключенных составляло почти один к десяти. Подавленные подавляющим численным преимуществом, даже охранники с трудом сдерживали натиск.

— Вы, грязные ублюдки!

— Жить надоело?!

— Давай, попробуй!

— Чем гнить в этой дыре — я лучше сдохну!

— Прорываемся! Давай! Навалились!

— ДАВИ!

Надзиратели, блокирующие единственный выход, дрогнули. Один охранник, получивший удар по лицу, споткнулся и уткнулся носом в грудь Моники.

— Г-госпожа Моника, главная надзирательница! Прошу прощения!

— ...Запечатайте вход. Не пропустите ни единого человека.

Моника тяжело вздохнула. Почему всё это происходило?

День ото дня качество надзирателей падало. Даже с учетом крупномасштабного бунта...

Позволять закованным в кандалы заключенным помыкать собой? И это надзиратели исправительного учреждения № 1?

— ...Что не так с нынешней молодежью?

Похоже, ей придется вмешаться лично.

Моника позволила своему кнуту размотаться с бедра.

Вжух.

— ...А?

Кнут обвился вокруг шеи одного из заключенных, и тот с размаху рухнул лицом в землю. Из его разбитого носа брызнула кровь, а голова яростно затряслась от удара.

Моника втянула кнут обратно. Она угрожающе щелкнула им по полу. Резкий свист хлестнул по камню.

— Всем вернуться в свои камеры.

— О-она уже здесь, Моника—

— Да ради—!

Заключенные замялись. Несколько человек с напрочь отсутствующим инстинктом самосохранения все равно бросились на нее.

В основном это были новички. Узники, которые пробыли здесь совсем недолго.

— Ах ты сука!

— Я собирался однажды сделать тебя своей женщиной...!

— Хватайте её! Давайте! Наваливаемся!

— Эй, эй!!!

— Эти идиоты что, серьезно?!

— Вы вообще мозги у входа оставили?!

Моника вздохнула.

Неисправимо вульгарно.

Рука, сжимающая кнут, пришла в движение.

— Вы все подлежите наказанию.

Кнут изогнулся подобно змее. Святая сила окуталась пламенем, и из каждого звена хлыста вырвались шипы.

Даже простая царапина могла нанести серьезную травму. Он сдирал кожу подчистую — инструмент, созданный исключительно для боли.

ХРЯСЬ!!!!

С пяти заключенных одновременно содрали кожу.

Оторванная плоть шлепнулась на пол. Фонтаны крови забрызгали землю.

— АААААААААГХ!!!!!

— А... аах...?!

— Какого—какого черта...

Крики эхом разнеслись по атриуму. Ноги каждого заключенного замерли как вкопанные.

Лица побледнели от ужаса. Тела оцепенели, спотыкаясь и отступая назад.

Ах.

Моника вздрогнула. Она прижала пальцы к своей щеке.

Пусть они и были неисправимым мусором, но ощущение кнута — вот что было по-настоящему важно. Острые ощущения от сдираемой кожи. Абсолютно законное исправление пролитием крови!

— Хааааах...

Выдох, который она издала, был полон головокружительного восторга, а выражение ее лица, застывшее до этого словно лед, начало таять.

Уголки губ вечно старательной главной надзирательницы изогнулись в глубоко удовлетворенной улыбке.

— Кто-нибудь еще?

Почти соблазнительный тон её голоса заставил каждого заключенного безмолвно опуститься на колени.

В этом мире существовали определенные типы людей, с которыми просто нельзя было затевать драку.

И на самой вершине этого списка находилась сумасшедшая женщина, притворяющаяся нормальной.

— ...Хмпф.

Моника втянула кнут с легким оттенком разочарования. Шипы, торчащие из зазубренных звеньев, отступили обратно в укрытие.

Румянец на её лице остыл так же быстро. Главная надзирательница, вновь обретя самообладание, начала отдавать приказы.

— Проверьте списки. Убедитесь, что никто не сбежал, а затем рассадите всех заключенных обратно по камерам. Не забудьте установить уровень ограничения на десятку.

— Д-да, мэм! Вас понял! Главная надзирательница Моника!

К счастью, центральный коридор не был прорван. По всей вероятности, никто так и не смог выбраться.

Тем не менее, на случай, если кто-то все же проскользнул, Моника вместе с остальными надзирателями стала заталкивать узников обратно в их камеры и пересчитывать по головам.

— ...Хм?

Моника моргнула. Она присмотрелась еще раз.

Одна камера оказалась пуста. Моника шагнула через открытую дверь в голую темницу.

— Вы уверены, что все заключенные были благополучно возвращены?

— Да, да. Абсолютно.

— ......

Моника оглянулась назад. Она была уверена. Никто не проходил через центральный коридор — единственный выход из исправительного учреждения.

Единственным человеком, с которым она столкнулась, был главный надзиратель Лупес. Больше никого.

— ...Когда вспыхнул бунт?

— Во время переклички заключенных — мы проводим её каждые тридцать минут. Судя по всему, надзирателя, которого переводили в лазарет, схватил один из узников и украл у него ключи...

— Какой именно заключенный?

— Э-этого я... мне не доложили...

Моника приложила руку к большому плакату, висящему на стене. Гламурное фото красивого мужчины.

Но она ясно чувствовала это. Это был не просто плакат. Из-за него дул сквозняк.

Ощущение, которого никогда не получишь от монолитной стены.

— ...Ох. Вы, должно быть, шутите.

Моника провела рукой по своему лицу. Она сорвала плакат со стены.

Повеяло порывом воздуха.

Тоннель.

Дыра, вырытая заключенным и ведущая на поверхность, находилась прямо перед ней.

— Невероятно.

Бунт послужил отвлекающим маневром. Тот, кто вырыл этот тоннель, намеренно освободил остальных узников, чтобы выиграть себе время для побега. Иного объяснения не было.

— Заключенная в этой камере... Эвелин? Убийца с аномально сильной хваткой?

— Да, да! Все верно!

— Значит, она вырыла тоннель голыми руками. Но на ней же должны были быть кандалы...

Моника резко распахнула шкаф. Снятые оковы валялись там в полном беспорядке.

Кандалы, которые невозможно снять в одиночку. Но тот факт, что они были сняты, означал... что кто-то оказал ей услугу.

Она была женщиной с миловидным личиком. Соблазнила надзирателя? Нет. Такого не могло быть. Охранники в основном работали парами — если только она не очаровала сразу двоих, это было слишком рискованно. Да и надзирателями, прикрепленными к женскому блоку, изначально были только женщины.

В таком случае, подозреваемым с наивысшей вероятностью оказался...

Человек, которого она случайно заметила выходящим из пятого блока.

Главный надзиратель Лупес, у которого был универсальный ключ.

— ...Лупес... этот сукин сын... он действительно... потерял голову из-за женщины... и снял с убийцы кандалы...?

Моника, чья ярость достигла своего пика, шагнула в тоннель. Она обернулась и окинула надзирателей пронзительным взглядом.

— Я отправлюсь в погоню одна — подкрепление мне не нужно. До моего возвращения выполняйте приказы главной надзирательницы Синтии. И немедленно — доложите обо всем, что здесь произошло, Начальнице тюрьмы.

— Г-госпожа Моника!

— Даже в таком случае, преследовать сбежавшего убийцу в одиночку крайне опасно!

— Мне нужно двигаться быстро. И никто из вас не сможет за мной угнаться.

Когда сбегал убийца, было лишь одно место, куда он мог направиться.

Ближайший городок — местечко под названием Филамон, славящееся своими горячими источниками.

Жестокий, опасный убийца. Её нужно было поймать до того, как появятся жертвы среди гражданского населения.

Ей придется бежать быстрее лошади. Моника начала ползти вверх по тоннелю.

Пожалуйста.

Пожалуйста, пусть она не опоздает.

◇ ◇ ◇

— Прошу прощения... если вам нужна еда... меня?

— Именно. А кто же еще?

Женщина облизнула губы.

— Ты даже одет во что-то тонкое, что так легко съесть. Хочешь снять это ради меня, чтобы я могла попробовать? Или мне сделать это самой?

— .......?

Ну, в смысле.

Я, технически, мужчина. Конечно. Я мог понять, почему подобная ситуация может показаться привлекательной.

Но с какой стороны ни посмотри, ситуация была немного странной. К тому же Мая смотрела на нас.

Вдобавок ко всему, я был не из тех, кто заводится от первой встречной женщины. К сожалению, у меня были свои стандарты. Вот о чем я говорю.

Я искренне не хотел ничего делать с женщиной, которая мне не нравилась.

А еще эта тюремная роба...

— Ты сбежала из Танталоса?

— О-откуда ты узнал?

— На тебе тюремная роба, и ты стоишь прямо передо мной. Было бы страннее, если бы я не узнал.

Какая головная боль. Воистину.

Мне действительно нужно было туда в конечном итоге добраться. Но впутываться во что-то подобное мне хотелось меньше всего.

Самостоятельно тащить туда сбежавшую заключенную. Любой бы счел это подозрительным.

В данной конкретной ситуации самым выигрышным ходом было выглядеть безобидным, порядочным человеком. Только так можно было расположить к себе Вероник, Начальницу исправительного учреждения № 1.

Азартную наркоманку и боевую маньячку. Женщину, которой все казалось скучным и которая вечно гналась за новыми острыми ощущениями.

Но в глубине души она была женщиной, погрязшей в тоске — той, кто осознал, что как бы усердно она ни работала, ничего не меняется.

Она любила стимуляцию, но по-настоящему её тянуло к чистоте. Ей нравилась незапятнанная добрая воля. Она была женщиной, которой нравились маленькие, безобидные создания. Я стал немного выше, но внешность — это еще не всё.

Если я прикинусь маленьким, возможно, я придусь ей по вкусу. Придется ходить сгорбившись или типа того.

В любом случае, выглядеть как чистый, беспомощный жрец — это абсолютно лучший способ заслужить её расположение.

Но если я появлюсь, волоча за собой беглую преступницу... как это будет выглядеть, кроме как демонстрацией моей силы?

Это бы полностью разрушило мое прикрытие невинного человека. Я небрежно махнул рукой.

— Прошу прощения, но, может, деньги подойдут?

— ...Что?

— Я имею в виду, деньги — это всё, что у меня с собой есть.

Я достал свой бумажник. Женщина выхватила его с глазами, полными подозрения.

Она открыла его. Её глаза расширились.

— ...Ты что, какой-то богатенький сынок или вроде того?

— Просто нувориш. Это всё, что у меня есть. Ты ведь отпустишь нас, верно?

— Нет.

Боже милостивый.

Жадная.

— Говорю же, у меня действительно больше ничего нет. Если хочешь, можешь забрать всё вон в той сумке.

Важные вещи всё равно лежали у меня в кармане. Всё, что находилось в сумке, было лишь сувенирами, которые я купил поблизости.

Вещами, которые я мог бы заменить в случае кражи. Если отдача этих безделушек означала бы, что она отпустит нас с миром, то это был совершенно нормальный исход.

— Босс, Мая—

— Тшш. Стой смирно.

Нет, нет, нет.

Впутываться в это могло обернуться неприятностями. У Начальницы исправительного учреждения № 1 была на удивление острая интуиция — оставаться в стороне было лучшей политикой.

— Ты нас отпустишь?

— ...Хмм.

Женщина двинула рукой. Она голыми руками вырвала кусок стены прямо рядом с собой.

Хрусь.

Облако пыли поднялось в воздух. Я безучастно наблюдал за этим. У неё действительно была сильная хватка. Это врожденный талант?

— Как видишь, я довольно сильна. Но знаешь что — в глубине души я хороший человек. Когда кто-то подходит ко мне вот так покорно, даже мне хочется его отпустить.

— Какое облегчение.

— Но сначала... дай-ка подумать... вон ту мелкую я отпущу. А ты останешься.

— Прошу прощения?

— Я же сказала тебе. Я хочу попробовать. Дай мне один раунд. От этого ты не износишься. К тому же ты оказался как раз в моем вкусе...

Женщина широко ухмыльнулась. Она дернула бедрами.

— Я покажу тебе рай. Хм? К слову, это не предложение. Другого выхода нет. Это требование.

— ...Да ёб твою мать.

Чем это вообще отличалось от прямого заявления, что она собирается меня изнасиловать?

Мая оскалила зубы. Её глаза загорелись более глубоким оттенком красного.

— Если ты прикоснешься к боссу...

— Тшш. Мая.

Ох, к черту всё это.

Именно поэтому жадность, зашедшая слишком далеко, превращалась в яд. Стремление к роскоши не по статусу — вот что привело к этому.

— Я сделаю это.

Я шагнул вперед. Я встал прямо перед ней.

Женщина улыбнулась. Она протянула руку и скользнула ладонью мне под рубашку, чтобы проверить.

Раздался тихий свист.

— О... отличное тело. Ты качался только ради того, чтобы я тебя съела?

— Нет.

Я ударил её ногой по голени.

Хрусть.

Для звука ломающейся кости это прозвучало на удивление жалко.

— А?

С глухим стуком женщина осела на пол. Я поставил ногу ей на голову, когда она падала. Я издал долгий, тяжелый вздох.

— Эй... тупая ты сука.

Я надавил. Лицо женщины глубоко впечаталось в деревянные половицы.

ТРЕСК!

— Ннгх?!

Она попыталась поднять голову. Я снова вдавил её обратно. Её голова зарылась еще глубже, отчаянно дергаясь.

Но попытки были слабыми. Она что, думала, что я нарастил эту силу лишь для того, чтобы меня одолела такая мелкая сошка, как она?

Теперь я находился на таком уровне, когда мог идти лоб в лоб с известными тяжеловесами этого континента.

Царство подавляющей силы.

Я вступил в него, более или менее!

— Тебе следовало уйти, когда я дал тебе шанс. Хм? Как можно быть такой безмозглой?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (6)

Надзирательница Моника острым взглядом выслеживала след. На промерзшей земле остались едва заметные отпечатки.

Босые ноги, характерные для заключённого. Кровавый след тянулся за отпечатками — кто бы это ни был, в спешке беглянка где-то порезалась.

Следы вели, как и ожидалось, в сторону города Филамон. Чем дальше она шла, тем слабее становился след, но, к счастью, Моника не была обычным человеком.

Снежная лисица. Притом чистокровная — с самыми острыми чувствами среди своего вида.

Шаг её был твёрд. В мгновение ока она добралась до Филамона и принюхалась.

Едва уловимый запах крови.

Он вёл куда-то вглубь. Но для маленького городка здесь было слишком много людей, и запахи постоянно перемешивались.

«Направо... нет... налево?»

Моника начинала тревожиться. Сбежавшая заключённая была непростой добычей.

Кто-то с невероятной силой хвата, способной разрывать камень голыми руками. Заключённая, убившая двадцать семь человек одними лишь голыми руками — без магии, без Святой силы, исключительно на чистой, чудовищной физической мощи.

Чем дольше это затягивалось, тем выше становилась вероятность жертв. С точки зрения чистой боевой мощи эта беглянка не уступала послушнику-паладину.

«Мне нужно схватить её прямо сейчас... но где...»

Моника хватала прохожих за рукава:

— Извините, вы не видели кого-нибудь в тюремной робе?

— А? Н-нет, не видел...

Мужчина, которого она схватила, быстро окинул её взглядом. Его глаза, мгновение назад бывшие пустыми, загорелись масляной ухмылкой:

— Могу я вам чем-нибудь помочь?..

— Тогда ты бесполезен!

Она расспросила ещё нескольких человек, но абсолютно все ответили, что ничего не видели.

«Где же она? Куда делась? Разумеется, никто не станет разгуливать у всех на виду в тюремной робе. Даже самый круглый дурак сначала попытался бы где-нибудь украсть одежду. В таком случае...»

Моника посмотрела наверх. Здание, стоявшее особняком от остальных. Место с большим потоком людей, где всегда можно найти оставленную без присмотра сменную одежду. К тому же оно находилось в отдалении от жилых домов — идеальное место, чтобы совершить преступление средь бела дня.

— ...Купальня?

Моника поспешила туда. Она взлетела по лестнице почти кубарем и на одном дыхании добралась до купальни на горячих источниках, построенной возле вулканических расщелин.

«Это точно здесь. Часть стены разрушена. Следы взлома совершенно свежие!»

— Попалась!

Моника ворвалась внутрь и застыла перед сюрреалистичной картиной.

Женщина неистово дрожала, уткнувшись головой в пол, а прямо на ней преспокойно сидел мужчина и обедал.

Их взгляды встретились. Мужчина проглотил кальмара, которого жевал.

— ...Боже правый, — пробормотала Моника прежде, чем успела себя остановить.

Эти золотые глаза были необычайно красивы. А чёрные волосы... они завораживали настолько, что она на мгновение лишилась дара речи. Лицо, на фоне которого любой признанный красавец показался бы жалким любителем.

Этот мужчина практически достиг эстетического совершенства. Моника, встретившись с ним взглядом, инстинктивно отвернулась. Но тут же взяла себя в руки, вспомнила о долге и резко повернула голову обратно:

— Я... я из исправительного учреждения № 1! Вы как-то пострадали?!

— А. Ну... Полагаю, я подвергся сексуальному насилию...

Заключённая, уткнувшаяся головой в пол, задрожала ещё сильнее. Мужчина пожал плечами:

— Но я решил это отпустить. В конце концов, я добрый и чистосердечный человек.

«...Что-то не очень похоже».

◇ ◇ ◇

— Ч-что?! Вы Инквизитор, направленный с секретной миссией?!

— О? Вы не получали письмо? Полагаю, его видела только надзирательница.

Я похлопал заключённую по плечу:

— Вернись в исходное положение.

— С-сейчас же!

— Чего ты так дрожишь? Только что хвасталась своей силой, а теперь уже устала?

— Н-нет! Всё в порядке!

Обе её ноги подкашивались всё сильнее. Должно быть, из-за того, что я переломал их чуть раньше.

Не то чтобы я собирался их лечить. Сексуальные насильники заслуживают всего, что с ними происходит. Абсолютно.

— Секс только по взаимному согласию — какое у нас правило?

— Я... я больше никогда так не поступлю!

— Очень хорошо. Молодец. Какая послушная маленькая заключённая. Вот тебе кусочек кальмара в награду.

— М-можно мне уже сменить позу...

— Неужели стул только что заговорил? Говорят, неодушевлённые предметы ведут себя прилично, только если их хорошенько поколотить...

— П-простите!

Я дружелюбно улыбнулся:

— Жуй тщательно.

Моника захлопала глазами. На её слегка покрасневшем лице отразилось выражение человека, открывшего для себя нечто новое.

— Т-так людей тоже можно мучить...

«Ах, точно. Я почти забыл. Всё верно. Она... просто обожает заставлять людей страдать».

— Надзирательница Моника.

— Д-да?!

— Я передам заключённую вам. Но взамен... — я изложил своё условие. — Не упоминайте о том, что я помог.

— Ч-что? Но это ведь...

— По сути, это то же самое, что вмешательство третьей стороны в официальную операцию, верно? Это испортит и ваш послужной список, надзирательница Моника. Вы ведь сами управляете большей частью женского блока?

— Откуда вы это знаете...

— Я же говорил, я здесь с секретной миссией. Мне известна структура должностей большинства сотрудников. К тому же на бумаге я практически призрак. А раз официально меня не существует, то и претендовать на заслуги я всё равно не могу.

— Но я всё равно могла бы доложить об этом отдельно надзирательнице Вероник.

— В этом нет необходимости. Я ведь всё равно столкнулся с заключённой случайно... — я слегка подмигнул Монике. — Произвести хорошее впечатление на надзирательницу для меня важнее, чем копить очки заслуг.

— ...Угх. Е-если вы так говорите...

Она резко отвернулась. Её пальцы нервно теребили кнут на бедре.

Прилежная надзирательница беспокойно переминалась с ноги на ногу. Вырвавшийся у неё тихий голосок слегка дрожал:

— У меня появляется небольшое... желание... кого-нибудь помучить...

«......?»

«О нет. Я слишком сильно поднял шкалу симпатии! Нет! Нужно остановиться, пока у неё переключатель не щёлкнул!»

— Надзирательница Моника?!

— Д-да?!

— В общем, вы ведь выполните мою просьбу?

— О... Ох! Конечно!

Моника быстро закивала. Я попытался утихомирить испуганное сердце.

«Нельзя пробуждать её садистскую сторону. Когда она впадает в крайнее возбуждение, она начинает размахивать своим кнутом, не разбирая, где друг, а где враг. Нужно быть осторожным. Очень осторожным».

— Что ж, тогда сначала... — Моника порылась в своей плотной меховой шубе и достала кандалы. — Позвольте мне сковать заключённую... а затем мы сразу же выдвинемся?

— Нет. Я пойду в своём темпе. Вам следует немедленно вернуться, надзирательница Моника.

— Полагаю, придётся. Если я задержусь слишком долго, надзирательница может подумать что-то не то... — она бросила на меня сомневающийся взгляд. — В таком случае... я составлю отчёт, как вы и просили, опустив имя Инквизитора Захада.

— Пожалуйста, заставьте и заключённую помалкивать. Если пойдут лишние слухи... — я наклонился и прошептал достаточно тихо, чтобы услышала только заключённая: — Я найду тебя лично.

— ......!

Заключённая задрожала всем телом.

Так тебе и надо за то, что буянила.

◇ ◇ ◇

Наша неторопливая поездка на горячие источники с Маей подошла к концу. Она выглядела немного разочарованной, но я успокоил её:

— В следующий раз мы отправимся в другое место. Скоро я планирую поехать туда, где находится Эльфийский лес.

— ...Мая тоже может поехать?

— Конечно. Куда идёт босс, туда идёт и работник. Ты ведь говорила, что хочешь увидеть много нового? И море тоже хотела увидеть, верно?

— Да.

— Не такое замёрзшее море, как это — позже я покажу тебе тёплое южное море. Там действительно можно залезть в воду.

— Правда?

— Зачем мне врать Мае? Верно?

Она слегка кивнула. Затем привычно забралась ко мне на колени и прижалась лицом к моей груди:

— Босс. Мне нравится. Дом Маи.

Хм. Какая милашка. Должно быть, именно это чувствуешь, когда у тебя есть дочь.

— Господин... тогда мы едем прямиком в Танталос?

— Да. Пожалуйста.

Экипаж двигался в размеренном темпе. Нанятый мной кучер оказался более разговорчивым, чем я ожидал.

— Если не секрет, почему вы направляетесь в Танталос?

— А почему вы спрашиваете?

— О, я вовсе не лезу не в своё дело. Просто Танталос — ужасное место для путешествий. Там почти не на что смотреть и нечем наслаждаться. Его можно назвать маленьким городком заключённых... как вы знаете, именно там Культ Ра управляет своими исправительными учреждениями. Даже Империя умыла руки. Изначально там было всего одно исправительное учреждение, но из мастерских заключённых начали поступать дешёвые товары, и люди постепенно, один за другим, потянулись туда, пока город не превратился в сегодняшний Танталос.

Логично.

У заключённых нет прав, а это, по сути, означает бесплатный рабочий труд.

Тысячи людей одновременно содержат это место. Исправительные учреждения действительно получают бюджет от Культа, но, как я слышал, сумма эта крайне мала. Большинство предметов первой необходимости производится прямо там силами самих заключённых.

Это одна из причин, почему исправительные учреждения настолько изолированы от влияния Культа.

— От фермерства до горного дела... они также производят одежду достойного качества, да и время от времени среди них попадаются искусные ремесленники. В конце концов, заключённые — тоже люди, верно? Я слышал, там немало по-настоящему талантливых личностей. Но талант — это всё, что у них есть. Что же касается характера, то все они — отъявленный мусор.

— В любом случае, внутрь самого исправительного учреждения ведь не попасть?

— Танталос, построенный вокруг учреждения, мало чем отличается. Как говорится, мусор притягивает мусор. Карманные кражи процветают, а мелкие преступления происходят постоянно.

— И исправительное учреждение ничего с этим не делает?

— Исправительное учреждение — это ведь тюрьма, верно? Это место для наказания преступников, а не для поимки и заключения новых. — Кучер оглянулся на меня и понизил голос: — Конкретно вам, господин... я бы посоветовал быть особенно осторожным.

— Почему?

— Вы довольно миловидны, а в наши дни женщины ведут себя ещё хуже... это, ну... кхм... в общем, больше я ничего не скажу.

Что ж, полагаю, он желает мне добра.

Я лениво откинулся на спинку сиденья. Кто вообще посмеет тронуть меня пальцем? У меня ведь прямо здесь сидит мой лучший работник.

Мая тихонько зашевелилась. Услышала она слова кучера или нет, но в тенях вокруг неё один за другим начали открываться глаза.

— ...Кто-то хочет тронуть босса?

— Никто меня не тронет.

— Босс. Дом Маи. Маи. — Мая с мягким стуком снова прижалась лицом к моей груди. — Тронут его — убью.

— Мы не можем просто так убивать людей.

— Я оценю обстановку и убью.

— Отличный ответ, Мая.

Верно. Сначала оцени обстановку, а потом убивай. Нельзя же убивать кого попало!

— Огромное спасибо, господин!

Я оставил чаевые примерно в двойном размере за приятную беседу. Небрежно махнув рукой кланяющемуся кучеру, я направился прямиком к исправительному учреждению.

Довольно плотная городская застройка. Несколько пар глаз провожали меня взглядом, пока я шёл, но никто не приближался — лишь бросали скользкие взгляды и проходили мимо.

Видя мою уверенную походку, они, должно быть, решили, что со мной лучше не связываться. Я откашлялся перед массивными воротами, ведущими внутрь исправительного учреждения.

Я подозвал одного из дежурных охранников и, понизив голос, тихо произнёс:

— Не могли бы вы передать сообщение надзирательнице?

— ...Надзирательнице Вероник, господин?

— Да. Скажите ей, что кое-кто прибыл с секретной миссией — она поймёт, о чём речь.

Охранник кивнул и скрылся внутри.

Он вернулся меньше чем через тридцать минут, но выражение его лица было на редкость кислым:

— Прошу прощения... ваше имя, господин?

— Захад.

— Я не знаю, какое у вас здесь дело, но... — Охранник покачал головой: — Надзирательница передала, что понятия не имеет, о чём вы говорите. И если вы немедленно не уберётесь, она прикажет арестовать вас как преступника...

...Что?

Что это вообще должно означать?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (7)

— Этого не может быть.

— Уверяю вас, это так.

— Но этого действительно не может быть.

— ...Я не лгу.

— Но этого действительно, действительно, действительно не может...

— Я же ясно сказал вам, что это не так.

Что здесь вообще происходит?

Нет, Димонаас ведь говорила, что отправила письмо... И оно никак не могло прибыть позже меня, учитывая, что я выехал спустя приличное время после его отправки.

— Прошу прощения, но не могли бы вы сходить еще раз? На этот раз назовите имя. Скажите им, что прибыл инквизитор Захад.

Охранник ушел и вскоре вернулся. Его форма оказалась измята, словно кто-то грубо схватил его за воротник.

— Если вы не уберетесь немедленно, вас запрут здесь как настоящего преступника... Хватит докучать...

— Вы упомянули имя великого инквизитора Димонаас?

— В-великого инквизитора Димонаас? Прошу прощения, но вы... случайно не знакомы с ней лично?

— Можно сказать, мы друг без друга жить не можем.

«От таких слов у Димонаас наверняка случился бы инсульт».

Охранник заколебался. Он с трудом заставил себя сдвинуться с места, волоча ноги, словно налитые свинцом.

Он развернулся, но тут же повернул обратно.

— М-мне безумно жаль, но... если я пойду туда еще раз, то точно умру.

— Тогда могу я просто пройти?

— ...Этого я позволить не могу.

— И что же мне тогда делать? Может, кто-то другой...

Второй охранник, стоявший на посту вместе с ним, поспешно шмыгнул в сторону и запер дверь караулки изнутри.

— М-Мартин! Ты что творишь?!

— Странно. Зима на носу, а комары все еще так громко жужжат.

— Я правда не могу! Не могу, говорю тебе! Надзирательница Вероник меня точно убьет! Меня только что чуть не ударили!

— Да не станет она тебя бить. Иди давай.

— Тогда сам иди!

— И правда, шумные нынче комары...

Охранник, безуспешно дергавший запертую дверь, оглянулся на меня. В его глазах читалось такое жалкое отчаяние, что мне почти захотелось его остановить.

Но я не мог тратить весь день на эти препирательства.

— Я... я правда думаю, что мне не стоит идти...

— Тогда я сам пойду и все скажу.

— ...Я схожу.

Охранник так и не вернулся.

Вместо этого мгновение спустя дверь с грохотом распахнулась.

В нос ударил резкий запах алкоголя. С белого пальто, наброшенного на ее плечи, посыпался мех.

Пронзительный взгляд. Она окинула меня взором, который казался свирепым, даже когда она просто смотрела на человека.

Она была красива. Безусловно красива, но... слегка пугала.

Настоящая бунтарка от рождения, это было видно без лишних слов.

— ...Это ты?

— Прошу прощения?

— Это ты прервал мое драгоценное время выпивки?

Я вежливо склонил голову.

— Добрый день, надзирательница Вероник. Я инквизитор Захад...

— Закрой рот. Эй!

Второй охранник пулей выскочил из караулки.

— Д-да, госпожа!

— Тот другой идиот ведь ясно передал мои слова, верно? Хм? Отвечай мне. Что я обещала сделать с тем, кто продолжит тянуть время и откажется уходить?

Зажатый в локтевом захвате охранник прохрипел:

— Ч-что вы запрете его как преступника...!

— Верно. Именно так. Иди. Арестуй его.

— В-вы серьезно, госпожа?

— Чего ты ждешь? Не собираешься этого делать? Или сам хочешь отправиться за решетку?

Охранник нерешительно подошел ко мне и протянул кандалы.

— Н-не могли бы вы надеть это...?

— С чего бы вдруг?

— Н-ну... пожалуйста...?

Боже правый.

Работа под началом такого человека, должно быть, превращает каждый день в сущий кошмар.

Я почесал затылок. Изначально я планировал втереться в доверие, разыгрывая из себя прилежного и благопристойного парня, но...

Письмо так и не пришло, и вся ситуация окончательно запуталась. Пора менять планы.

— Надзирательница Вероник.

— Чего?

Она приблизила свое лицо к моему. Высокая. Она ведь действительно немного выше меня?

В игре указывалось, что ее рост превышает сто девяносто сантиметров, но вживую она казалась еще выше. Что за женщина может быть настолько огромной? Пожалуй, она превзошла даже Тиельру.

В итоге я инстинктивно слегка задрал голову, чтобы посмотреть на нее. Однако уступать ей в харизме я не собирался.

— Вы не получали письмо?

— Письмо? Какое еще письмо? Что за чертово письмо, о котором ты без умолку трещишь?

— Великий инквизитор Димонаас...

— Димонаа-а-а-а-а-ас?

Вероник протяжно выговорила имя и подалась вперед. Так близко, что наши носы едва не соприкоснулись.

Мне в лицо ударила волна перегара и застоявшегося табачного дыма.

— Да кто ты такой, чтобы разбрасываться именем Димонаас?

— ...Инквизитор Захад.

— Захад?

Вероник покосилась на охранника.

— Н-не знаю такого имени, госпожа...

— Прошу прощения? Вы не знаете, кто я?

— А к-кто вы...?

— Мое имя было в списке поискового отряда в Парамире! К тому же я довольно известен как самый молодой выпускник Теологической академии...!

— О чем этот парень вообще лопочет?

— Похоже, он говорит о делах внешнего мира...

Ну и деревенщина, честное слово.

Я достал из-под пальто свой жетон инквизитора. Хорошо, что я прихватил его на всякий случай.

— Этого достаточно?

— Хм-м...

Вероник потерла подбородок. Она прищурилась, разглядывая жетон инквизитора, а затем подозвала стоявшего рядом охранника.

— ...Это настоящий жетон инквизитора?

— Я... я не уверен... Я знаю только знаки отличия исправительного учреждения...

Ну и дремучая же глушь!!

— Надзирательница Вероник, уж вы-то должны его узнать!

— Да откуда мне знать. Я торчу в этой дыре уже много лет — думаешь, я помню каждую мелочь? Как там тебя... За... как-то там?

— ...Инквизитор Захад.

— Точно. За-кто-то-там.

Вероник бесцеремонно схватила меня за шкирку и потащила за собой.

«Значит, все-таки впускает». Я облегченно вздохнул. Все верно, я сказал достаточно, чтобы она уловила суть.

— Но вы действительно не получали письмо?

— Понятия не имею, о чем ты толкуешь.

Она уверенно зашагала по коридору и почему-то повела меня в саму тюрьму, после чего бесцеремонно швырнула в камеру.

— ...А?

— Я всегда держу свое слово. Так что сиди тихо, преступник.

— Погодите, одну мину...!

Вероник без предупреждения сгребла в охапку Мааю. Секунду она пристально разглядывала ее, а затем уткнулась лицом в ее мягкую шерстку.

— Я забираю этого плюшевого мишку себе!

— ...Хрусь.

— Нет! Маая! Держи себя в руках!

— Маая... будет держать себя в руках...

— Никого не убивать! Я серьезно!

— Идеальный размер для подушки-обнимашки!

Вероник зашагала прочь, а я вцепился в тюремную решетку.

Что за чертовщина!

Почему все обернулось именно так?!

◇ ◇ ◇

— И-инквизитор Захад.

— Нет. Я не Захад. Я заключенный номер один.

— М-мне так жаль... Простите меня, пожалуйста...

Моника пришла с опозданием и освободила меня из-за решетки. Она взволнованно зашептала, нервно переминаясь с ноги на ногу:

— Похоже, сегодня госпожа надзирательница выпила даже больше обычного...

— Она всегда столько пьет?

— ......

Судя по всему, она предпочла промолчать. Что ж, я и сам примерно представлял положение дел.

Я вздохнул и последовал за ней по коридору.

— Технически сейчас я беглый преступник.

— Мне так жаль...

— Я шучу. В любом случае, есть ли шанс нормально поговорить с надзирательницей, когда она протрезвеет?

— Я сделаю все возможное, чтобы устроить это.

Моника вернулась, тяжело отдуваясь под тяжестью ведра с водой.

— Только не говори мне, что...

— Пожалуйста, подождите минутку.

Моника вошла в кабинет надзирательницы.

Раздался сочный всплеск воды.

— Пф-ф-ф-ха?! М-Моника?! Ты что творишь?!

— Придите в себя! Пожалуйста! Я же просила вас не пить, когда у нас гости!

— Это не алкоголь, это эликсир моей жизни...!

— Да какой еще эликсир?!

Моника снова открыла дверь. Внутри царил полнейший хаос.

Ее взгляд стал заметно более осмысленным. Вероник дунула на свои мокрые волосы, убрала челку назад и уставилась на меня.

— Чего тебе? Ты же заключенный.

— Старший надзиратель Моника. У вас найдется еще одно ведро?

— Сию минуту.

— П-погодите! Остыньте! Остыньте!

Вероник зажмурилась и открыла глаза только после того, как на нее вылили второе ведро воды. Легкая невнятность в ее речи полностью исчезла.

— ...Итак? Что это еще за глупости?

— Письмо... Вы действительно его не получали?

— Да о каком письме ты постоянно талдычишь?

— Нет, я имею в виду...

Ладно, забудьте. Объяснять бесполезно.

— Раз уж вы не получили письмо, скажу напрямую. Разве среди местных заключенных нет послушника по имени Беверик?

— Разве есть?

— Секунду...

Моника перерыла стопку документов и вытащила один из листов.

— Да, есть. Заключенный в восьмом блоке. Послушник Беверик. Обвиняется в растрате пожертвований, изнасиловании и... за ним числится еще немало мелких проступков.

— Мусор. И? Зачем он тебе?

— Мне нужен послушник Беверик. Отдайте его мне.

— Ха?

Вероник поковыряла пальцем в ухе и перевела взгляд на Монику.

— Что этот парень несет?

— ...Вы просите выдать вам заключенного, чей срок еще не истек? Инквизитор Захад, это секретная миссия Папской курии?

— Нет. Это по моим личным причинам.

— Пытаешься забрать заключенного, который еще не отбыл свой срок... да еще и не от имени всей Папской курии...

Вероник откинулась на спинку стула.

— Ты с ума сошел?

— В какой-то степени. Но я безумец, у которого есть четкая цель.

При обычных обстоятельствах я бы сначала завоевал доверие, а затем постепенно закинул наживку. Но сейчас все иначе.

У меня не было настроения разыгрывать спектакль, а поскольку письмо где-то затерялось, я, по сути, оставался лишь подозрительным незнакомцем, возникшим из ниоткуда.

Так что прямая сделка была лучшим решением. К тому же наши цели все равно совпадали.

— Надзирательница Вероник. Передайте мне послушника Беверика, и я выживу архиепископа Дуэйна изнутри. А также обеспечу вам возвращение на прежнюю должность. Что скажете?

— ...Что? Дуэйн? С чего вдруг всплыло имя этого ублюдка?

Еще бы ему не всплыть.

Ведь именно он упрятал ее в эту глушь — в исправительное учреждение № 1.

— Разве вам здесь не душно? Зверь, запертый в клетке, надзирательница Вероник.

— ......

— Позвольте мне вытащить вас. Помогите мне. Отдайте мне послушника Беверика, и я освобожу вас из этой клетки под названием исправительное учреждение № 1.

— ...О?

Взгляд Вероник переменился. Она выпрямилась в кресле.

— А ты забавно болтаешь, инквизитор.

— Ну, как умею.

— Слишком сладко, аж зубы сводит. Но я не доверяю первому встречному. В таком месте слишком много сладкоречивых ублюдков.

— И?

— Я свяжусь с Димонаас отдельно. Письма я, как видишь, не получала. Да и, честно говоря... ты ведь понимаешь, насколько подозрительно выглядишь? Появляешься из ниоткуда, требуешь выдать заключенного и заявляешь, что сокрушишь Дуэйна.

Что ж, если она хочет, чтобы я подождал.

Если она отправит почтового голубя прямо сейчас, ответ придет довольно быстро. Я пожал плечами.

— Я не против. Переписка не займет много времени. Отправите почтового голубя?

— Разумеется. Но до тех пор... у меня ведь нет причин доверять тебе, верно? Так что я бы хотела провести небольшую проверку...

— Проверку?

— Мне нужно знать, действительно ли ты способен на дело или только языком чесать горазд. Независимо от того, что скажет Димонаас, я должна убедиться, что ты держишь свое слово.

Вероник ухмыльнулась.

— Ты. Когда-нибудь работал охранником?

— ...Нет.

— Тогда попробуй. Десятый блок. Худший блок из всех существующих. Там мы содержим самых жестоких и опасных преступников. И обычные охранники, и старшие надзиратели давно умыли руки. Семнадцать охранников погибли, пытаясь там навести порядок. А число раненых перевалило за сотню.

— ...Вы ведь несерьезно.

— О, я предельно серьезна.

Вероник сунула в рот сигарету. Щелчком пальцев она высекла искру и прикурила.

— Поруководи этим блоком в одиночку три месяца. Я даже не прошу тебя перевоспитывать их. Просто корми вовремя, держи блок в чистоте и следи за нуждами заключенных. Ну как?

— Г-госпожа надзирательница! Но это уже слишком...!

— Помолчи, Моника.

Сигаретный дым поплыл по комнате и рассеялся. Вероник стряхнула пепел.

— Этот парень пытается заставить меня нарушить мой «принцип». Он хочет забрать заключенного, который еще не отбыл свой срок, так что меньшее, что он может сделать, — это рискнуть собственной жизнью, чтобы доказать свою полезность. Тебе не кажется?

Я разочарованно опустил плечи. Если бы письмо Димонаас пришло вовремя, все решилось бы гораздо быстрее. Вместо управления десятым блоком дело закончилось бы быстрой сделкой, пари или тренировочной дуэлью.

Все усложнилось. Но, полагаю, мне стоит радоваться, что дело ограничилось лишь этим. Ведь с десятым блоком у меня уже был опыт в прошлом.

— Хорошо, надзирательница Вероник. Но у меня есть условие.

— Ты в том положении, чтобы ставить условия?

— Три месяца — это слишком долго. Давайте сойдемся на одном.

— Ты что, вздумал играть со мной...

— Взамен я действительно перевоспитаю заключенных десятого блока. Сделаю их послушными. Как вам такое? Думаю, ради этого стоит пойти на сделку.

Уверенное выражение лица Вероник помрачнело. Взгляд, который она устремила на меня, был полон подозрений.

— ...Из одних только рук охранников, которые они потеряли, пытаясь исправить этих людей, можно сложить небольшую гору.

— Вы просите меня пойти против вашего важного принципа, госпожа надзирательница. Я должен пойти на соразмерный риск.

— О-о...?

— И-инквизитор?! Вы хоть понимаете, насколько абсурдно это звучит?! Эти заключенные — неисправимые, закоренелые преступники! Каждый из них заперт там за убийство сотен людей...!

— Довольно, Моника.

Вероник потушила сигарету и выдохнула остатки дыма.

— Ты сказал, инквизитор Захад?

— Все верно.

— Ты мне нравишься. Ладно. Я даю тебе один месяц. Но если за этот месяц ты не перевоспитаешь их так, как меня устроит...

Надзирательница исправительного учреждения № 1 Вероник медленно провела пальцем по своему горлу.

— Даже если ты к тому времени останешься жив, ты умрешь от моей руки. За то, что посмел обмануть меня.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (8)

Плечи Моники поникли.

— Зачем вы обратились с такой просьбой...

— Потому что я в себе уверен?

— Вы еще не видели это место, Инквизитор. Оно битком набито по-настоящему опасными заключенными.

— Неужели? Должно быть, вам пришлось нелегко, Старший надзиратель Моника.

— Н-ну, все было не так уж плохо... эхе-хе... Я ведь даже не была здесь управляющей, так что просто иногда помогала.

Моника рассмеялась в своей очаровательной манере, и я последовал за ней вглубь тюремного блока.

Самая глубокая часть исправительного учреждения, скрытая за десятками толстых железных решеток, и даже еще дальше.

Моника обернулась ко мне, и улыбка на ее лице быстро сменилась серьезным выражением.

— Инквизитор Захад, вы уверены, что не хотите повернуть назад?

— Полагаю, там довольно жестко?

— Слово «жестко» даже близко не описывает ситуацию. Десятый блок — это тюрьма, в которой содержатся только приговоренные к смертной казни пожизненно. Там всего пятеро заключенных, но... все они настолько серьезные преступники, что даже Империя не захотела иметь с ними никаких дел. Обычно надзиратели заходят туда группами по пять человек, а идти в одиночку — и вовсе немыслимо.

— Хм... вот как?

— Я думаю, что перевоспитать их за месяц просто невозможно. Почему бы вам сейчас не взять свои слова обратно и не вернуться? Если вы станете умолять и найдете другой путь, Надзирательница Вероник может сжалиться над вами...

— Она не показалась мне таким человеком.

— ...Вы ведь правы, не так ли? Надзирательница Вероник берет свои слова обратно... Это какая-то нелепая мысль.

Моника тяжело вздохнула.

— Находясь в исправительном учреждении, вы никогда не должны перечить Надзирательнице Вероник, ведь ее слово здесь — закон.

Тяжелая железная дверь распахнулась, и металл с неприятным скрежетом прошелся по полу.

— Надзирательница сказала не оказывать вам вообще никакой помощи, кроме передачи информации. Я хочу помочь вам, Инквизитор, но... у нее есть свои пунктики... приказы, которые она отдает в здравом уме, никогда не должны нарушаться. Она из тех, кто ценит правила и принципы превыше всего...

— Вы за меня беспокоитесь?

— А? Ах... н-ну, конечно? Десятый блок чрезвычайно опасен. Если бы вы поранились без веской причины...

— Вам не о чем беспокоиться.

Я шагнул в погруженный во мрак тюремный блок.

— Хоть я и выгляжу грубовато, но мне доводилось жить в местах, которые были настолько опасны, что Империя влепила им запрет на въезд.

— То место, о котором вы упоминали ранее... Парамир...

— Да, совершенно верно, это я!

Наконец-то хоть кто-то узнал! Да! Я так и думал, что хотя бы один человек слышал мое имя!

— Я слышала о Парамире. О том, что это невероятно опасное место...

— Ну, все было не так уж и слож...

— Благополучно выбраться оттуда... это потрясающе! Просто вернуться живым — уже само по себе чудо!

Судя по тому факту, что она по-прежнему считала его просто опасным городом, а не местом, которое я спас, Моника была такой же деревенщиной, как и все остальные.

Лучше промолчать.

Я хрустнул костяшками пальцев. Значит, Десятый блок...

Аж воспоминания нахлынули. Я никогда не был здесь будучи жрецом, но посещал это место в игре за другого персонажа. Должно быть, это было во время криминального прохождения.

За исключением одного, все они были сумасшедшими — но зато полезными. Как только ты набирал достаточно очков репутации, они становились сумасшедшими, которыми можно было реально управлять.

— С чего мне начать?

— Как насчет того, чтобы начать с раздачи еды?

Моника плавно подкатила тележку для раздачи. Внутри находилось большое количество воды и еды.

Слишком много для пайка всего на пятерых человек.

— Заключенным Десятого блока запрещена любая активность на свежем воздухе. Никаких трудовых повинностей они тоже не выполняют. Но есть одна необычная деталь.

— И какая же?

— Все питание заключенных должно контролироваться закрепленным надзирателем. Заключенные не могут двигаться из-за своих смирительных рубашек, поэтому единственный способ для них нормально поесть — это если надзиратель будет кормить их.

Моника пересекла помещение, которое было слишком большим всего для пяти человек, и первой остановилась перед первой камерой.

Она подняла планшет с зажимом и сделала короткую пометку.

— Заключенный номер ИС-01. Балкан. Зверолюд-волк. Его зубы особенно острые, так что будьте осторожны.

Я пристально вгляделся в темноту. Что-то по ту сторону теней повернулось и посмотрело на меня в ответ.

Смирительная рубашка, закрывающая все его тело, немного отросшие пепельно-серые волосы и длинный шрам, пересекающий правый глаз, который делал его и без того поразительное лицо еще более резким.

— Его преступление — каннибализм по отношению к своим сородичам. У него развит своего рода чрезмерный аппетит. Даже пока на нем смирительная рубашка, не теряйте бдительности, ведь его физические возможности исключительны. Число надзирателей, которым он оторвал уши и разодрал глотки, не поддается счету. Одному из них он вырвал сонную артерию укусом в шею, и его пришлось срочно доставить прямо в лазарет.

Я открыл дверь камеры и шагнул внутрь. Наряду с затхлым запахом, по всему помещению скопились целые горы грязи.

Увидев это лично, я понял, что все еще хуже, чем я представлял. Даже загон для животных был бы в лучшем состоянии.

— Разве это место не убирают?

— ...Дело не столько в том, что они не хотят, сколько в том, что не могут. Время от времени вывозить отходы — это почти все, с чем они справляются. Он настолько яростно сопротивляется и непредсказуем, что...

— Ну тогда ладно.

Я достал суп из тележки для раздачи. Налил его в миску, а затем опустил туда ложку.

— И-Инквизитор?! Вы не можете просто так действовать без...

— Балкан, кажется?

Он покосился на меня. Поскольку все его тело было связано, свободно двигались только глаза, и они пристально смотрели в мою сторону.

Я протянул руку и стянул кляп, закрывающий его рот. В тот же момент, когда обнажились эти острые зубы, тут же раздалось низкое рычание.

— Я Захад. Открывай рот. Я тебя покормлю.

— ......

— В нем нет яда. Держи.

Я протянул ложку. Балкан с мгновение понаблюдал за мной, а затем открыл рот.

Он стиснул челюсти с такой силой, что чуть не перекусил саму ложку. Должно быть, он умирал с голоду.

— Как долго они морили его голодом?

— Н-ну, Десятый блок управляется подчиненными Старшего надзирателя Лупеса...

— Одного взгляда достаточно, чтобы понять, что его морили голодом. Не кормить кого-то только из-за того, что ты его боишься, это...

Я плавно отдернул руку назад, и острые зубы Балкана со щелчком сомкнулись в пустоте.

Ну надо же. Укусил в ту же секунду, как я ослабил бдительность.

— На вкус я так себе, знаешь ли? Сиди смирно и ешь свою еду.

Я силой впихнул суп ему в рот. Хорошо. Вот мы и закончили с первой встречей. Я дочиста выскреб миску, скормив ему все без остатка, а затем перешел к следующей камере.

— ...А вы весьма искусны в этом деле.

— Ничего особенного.

Во второй камере пахло еще хуже. Количество грязи было ошеломляющим, а под углом в ней распласталась огромная фигура ящера, который мог бы сойти за маленького гиганта.

Моника прикрыла нос, и даже она не смогла сдержать гримасу отвращения.

— Как Старший надзиратель Лупес вообще управлял этим блоком...?!

— Разве Старший надзиратель Лупес управляет всеми мужскими блоками?

— Нет. Всего здесь десять блоков. Лупес — из тех, кто ходил и твердил, что не хочет работать, поэтому Надзирательница Вероник лично упрятала его куда подальше с глаз долой. Но даже при всем при этом... это практически оставление на произвол судьбы...

Посмотрим. Я поднял планшет.

— ИС-02. Лакеум. Возраст неизвестен. Раса: Ящер... в качестве преступления указана ересь?

— Он уникальный случай даже среди еретиков. Лакеум. Он принадлежит к тем, кто исповедует народную религию племени Ящеров. Я слышала, что он принадлежит к роду вождя, которого притащили сюда после сопротивления Империи.

— Удивительно, что они не убили его сразу.

— Он один из немногих, кто случайно выжил при смене надзирателя исправительного учреждения. Его казнь была отложена на неопределенный срок по административным причинам, а срок исполнения приговора прошел так давно, что предыдущие надзиратели, по-видимому, просто оставили его в покое. Ходят также слухи, что когда умирает Ящер, появляется ужасный дух, и некоторые говорят, что именно поэтому казнь была отложена. Он единственный, кто хорошо себя ведет в Десятом блоке.

Моника постучала по решетке, и лежащий ящер поднялся на ноги.

Грязная чешуя зашуршала с сухим звуком. Лакеум слегка зевнул и повис на решетке.

Издалека он казался большим, но вблизи выглядел еще крупнее. Ого. Должно быть, в нем почти три метра роста.

— Старший надзиратель Моника.

— Лакеум. Ты в порядке? Когда ты в последний раз получал еду?

— Три дня назад. Давненько это было. Я по-прежнему не могу выйти?

— ...Да.

— Понятно. Не могла бы ты передать мне еду? Молодой надзиратель.

Я отвесил легкий поклон.

— Я Захад.

— ...У этого надзирателя есть манеры. Но я Ящер. С вашей точки зрения, я всего лишь заключенный. Нет никакой нужды проявлять ко мне вежливость.

— Какое это имеет значение. Я просто проявляю уважение к старшим, как и подобает младшему.

Глаза с щелевидными зрачками посмотрели на меня, а уголки его рта поползли вверх.

— Ты мне нравишься. Молодой надзиратель. Захад. Не мог бы ты передать мне мою еду?

— Конечно.

— Кормить меня не нужно. Я справлюсь сам.

Единственный заключенный без кляпа во рту.

Лакеум все такой же, как и всегда. Единственный нормальный среди всех запертых здесь. Ну что ж, посмотрим.

Проблемный случай. Номер три.

— ......

Кто-то бормотал в темноте. Сама камера была сравнительно чистой, но вся белая комната от стены до стены была покрыта неразборчивыми записями.

Нашел ее. Сумасшедшая шаманка. Преступница, которая до небес взорвала целое отделение культа с помощью взрывного проклятия.

Шаманка в восточном стиле, которая выжила, угрожая тем, что в случае ее убийства сработает проклятие автодетонации и все взлетит на воздух.

— Заключенная номер ИС-03. Необычный человек, как говорят, прибывший из-за моря. Ее зовут Цубаки, и...

Внезапно что-то с силой ударилось о решетку. Расфокусированные зрачки. Грязные черные волосы.

Слюна капала с кляпа и падала на ее сдавленную грудь, делая и без того грязную смирительную рубашку еще грязнее.

Я протянул руку и снял кляп, из-за чего слова тут же полились потоком.

— Новый надзиратель. Интересно. Что? Взрывы. Тебе нравится?

— Нравятся.

— Правда? Смирительная рубашка. Неудобная. Сними. Я помогу.

— Хватит нести чушь и ешь.

Я просунул руку сквозь решетку и запихнул хлеб ей в рот.

— Сначала поешь.

— М-м-м, м-м.

Черные, довольно длинные волосы, покрытые грязью от валяния на полу, и зубы, жадно вгрызающиеся в хлеб, которые были дьявольски острыми.

Сточенные зубы. Можно сказать, акульи. Наблюдая за тем, как она уплетает хлеб, я понимал, что она была именно той женщиной, которую я помнил.

Сумасшедшая шаманка, которая абсолютно обожала взрывать человеческие тела. Изгнанная с восточного континента, она пересекла запад и совершала свои преступления уже здесь.

Взрывная маньячка, Цубаки.

Ее определяющая черта: если она не взрывала кого-нибудь через регулярные промежутки времени, то впадала в состояние безумия. В те времена, когда я еще не знал, как с ней справляться, брать ее с собой всегда означало навлечь на себя неприятности.

Но сейчас я знаю. Я мог бы процитировать гайд по ее прохождению с закрытыми глазами.

Не то чтобы прямо сейчас у меня были для этого инструменты, так что в данный момент я мало что могу сделать.

Я выпрямился. Моника смотрела на меня глазами, полными подозрений.

— Неужели... это не первый ваш раз в качестве надзирателя?

— Почему вы спрашиваете?

— Вы удивительно хорошо справляетесь с заключенными. Несмотря на то, что все они смертники, заслуживающие быть убитыми в любой момент, вы не выказываете ни капли страха.

— Какой же инквизитор станет бояться заключенных?

— Это правда, но...

Четвертая камера.

Я заглянул сквозь решетку, и женщина посмотрела на меня в ответ. Ее смирительная рубашка была чистой, и даже отходы внутри камеры были аккуратно сложены в одном углу.

Необычным было разве что то, что нижнюю половину ее лица полностью закрывал намордник. В отличие от кляпа, он обхватывал всю ее челюсть, словно собачий намордник.

Она открыла рот, но оттуда не вырвалось ни звука.

Она улыбалась, но звук не доносился.

— Заключенная номер ИС-04. Ева. Преступление: организация массового самоубийства. Прямой связи установлено не было, но Культ считает, что она, несомненно, была вдохновителем этого плана. Прямых доказательств нет, но... каждая деревня, через которую она проходила, переставала существовать, и это было использовано в качестве доказательства.

Ее волосы представляли собой смесь черного и белого. Она посмотрела на меня и ухмыльнулась. Она что-то говорила, но это было неслышно.

— Ее голос обладает каким-то неведомым свойством. Намордник полностью блокирует ее голос еще в самом источнике.

— Как же вы даете ей еду?

— Переднюю часть намордника можно повернуть, чтобы открыть. Но вы не должны забывать вставлять беруши, прежде чем давать ей еду.

Она достала беруши из тележки для раздачи и сама вставила одну пару.

— Хотите попробовать дать ей еду самостоятельно?

— Конечно.

Я повернул и открыл намордник. В то же мгновение Ева прошептала целый поток слов.

Но поскольку беруши были вставлены правильно, большая часть ее голоса оказалась заблокирована. И даже если бы я все услышал, ментальное заражение все равно не коснулось бы меня.

Я сунул мясо ей в рот. Она остановилась на полуслове, ее глаза загорелись, и она начала пережевывать и глотать мясо маленькими, неторопливыми кусочками.

Самая опасная здесь, несмотря на свой покорный вид. Она действительно была виновницей инцидента с массовым самоубийством.

Причина, по которой не осталось никаких улик — ее гипнотический голос, с которым она родилась.

Ева была человеком, который искренне верил, что только смерть была спасением, способным выручить каждого.

Ее оружие заключалось в том, чтобы докапываться до слабых мест в разуме человека и убеждать его покончить с собой. Но и к ней есть свой подход. Нужно просто перевернуть ее извращенные убеждения и переубедить ее в обратном.

С этим я могу разобраться позже... ладно.

Пора идти знакомиться с последней.

Решетка загремела. Я уставился на висящую на ней женщину.

Роскошная фигура, грудь, которая, казалось, была готова вырваться наружу, и глаза, смотрящие на меня сверху вниз и наполненные сердечками.

Рога, растущие на ее макушке, у которых была отрезана половина. Ее белые волосы слабо мерцали в темноте, словно в них растворился лунный свет.

Что-то парило над ее головой. Ангельский нимб — то, чем демон никогда не должен был обладать.

Нимб.

— ...Вид демонов, который исправительное учреждение № 1 когда-то исследовало, но чья полезность с тех пор была отвергнута.

Настоящий демон.

Гетероморфное существо, которое перебралось из другого измерения.

— Мы называем «ее»... Амар.

Амар, демон любви.

Что ж. Все, что мне нужно, находится здесь.

Тогда, может... начнем как следует?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (9)

— ...Даже выпивка на вкус как дерьмо.

Какое богом забытое место. Лупес поставил стакан. Кабинет тонул в бездонном безмолвии.

Он выставил всех помощников. Комната была настолько тесной, что иначе ему не удалось бы побыть наедине с собой ни минуты.

«Я прикрываю тебя в последний раз, Лупес».

Слова Вероник то и дело всплывали в его памяти. Вот же сука! Словно она только и делает, что следит за ним, лишь бы не дать развлечься с заключенными женщинами. Вечно всё усложняет.

Танталос был унылым городом. Даже если выйти наружу, ловить там было абсолютно нечего: захудалые игорные притоны да проститутки, на которых даже смотреть не хотелось.

Старший надзиратель Лупес налил себе еще стакан водки. Подтаявший лед тихонько звякнул о край.

Он прибыл сюда ради великой цели, но приспособиться к местным условиям оказалось совсем другим делом.

Женщины. Азартные игры. Наркотики. Роскошь.

В мире существовало слишком много удовольствий, которыми стоило насладиться. Конечно, когда приспичивало, он всегда мог позабавиться с пленницами, но...

Этого было мало.

В конце концов, те, что выглядели прилично, никогда не давались добровольно.

Если бы ему пришлось выбирать ту, которую он желал больше всего, это, пожалуй, была бы она. Лупес сделал глоток водки.

Монстр, которого едва ли можно назвать человеком. Безумная бомба замедленного действия, готовая взорваться в любой момент. Если не считать ту немую, которая наверняка сделала бы его калекой, посмей он к ней прикоснуться...

Старшая надзирательница Моника и Вероник.

Эти двое бесспорно были самыми красивыми.

— ...Но.

Вероник сразу отпадала. Сколько бы он ни прокручивал это в голове, он не мог представить сценарий, при котором действительно смог бы ею овладеть. Она была не из тех, кто покорно ляжет под мужчину. Она скорее откроет рот и начисто откусит ему всё, что ниже пояса.

По сравнению с ней...

Моника.

Вот она выглядела аппетитно. Это сочное тело, готовое вот-вот лопнуть от спелости, эти невинные глаза — ему хотелось мучить её всякий раз, когда он её видел.

Она всегда уклонялась от его ухаживаний, но именно это и делало процесс забавным. Что произойдет, если он возьмет её силой?

Когда настанет «тот самый день», будет неплохо прижать её к полу посреди всеобщего хаоса. Он уже наметил пути отхода и досконально, шаг за шагом, изучил работу системы безопасности.

Единственное, о чем ему оставалось беспокоиться — что делать после побега. Даже если покровитель пообещал устроить его на хорошую должность, то, как он будет вести дела, касалось только его самого.

Он наверняка получит колоссальную награду. За выполнение столь великолепной работы его, без сомнения, продвинут на важный пост.

А если вдобавок к этому он прихватит еще один «подарочек», разве ему не гарантировано место еще лучше?

— ...Посмотрим.

Он выдвинул ящик стола и достал письмо, которое тайно стащил.

Его носила с собой Моника, затеряв среди отчетов.

Внешняя переписка здесь была редкостью. Он стянул документ, повинуясь интуиции, и сорвал настоящий куш.

Изначально Лупес хотел проверить, не было ли это письмом от его собственного покровителя, но содержимое оказалось совершенно иным.

Почерк был ему незнаком, но имя, выведенное в конце, он слышал уже не раз.

— Великий инквизитор Димонаас, значит.

Надзирателя, приставленного к Десятому блоку, временно отстранили на месяц, причём был получен отдельный приказ не вмешиваться.

Замена: инквизитор Захад.

Он являлся прямым подчиненным Великого инквизитора Димонаас. Лупес не знал цели его прибытия, но было ясно, что этот человек станет врагом его собственного покровителя.

Судя по содержанию письма, полному витиеватых оправданий и просьб позаботиться о делах, этот человек должен быть весьма важной персоной.

Письмо было написано не кем иным, как самой Великим инквизитором Димонаас. Хотя она была женщиной, строго разделявшей общественную и личную жизнь, тот факт, что она зашла так далеко, добавив неуклюжие любезности, превращал это предположение в неоспоримый факт.

Лупес развернулся на стуле.

Хорошо. Очень хорошо. Как раз в тот момент, когда его план близился к идеальному завершению, он мог заодно избавиться от прихвостня Великого инквизитора Димонаас.

Он уже составил отчет и отправил самого быстрого почтового голубя, чтобы известить своего покровителя.

Тот наверняка будет в восторге. Тем не менее, чтобы подстраховаться на случай непредвиденных обстоятельств, пожалуй, стоит провести небольшую разведку.

Возможно, удастся разузнать то, о чем он пока даже не догадывался.

Лупес осушил стакан до дна.

Тот парень сказал, что возьмет на себя управление Десятым блоком. Если повезет, он просто сдохнет там сам по себе, и Лупесу даже пальцем шевелить не придется.

Это место было территорией Лупеса. Существовала веская причина, по которой он намеренно взял под свое крыло сектор, которого все остальные избегали.

Человеческая злоба имела свойство накапливаться слой за слоем. Он уже воочию видел, каких масштабов может достичь этот счет.

Ничего неожиданного не произойдет. Даже если снизойдут ангелы Ра, ничего не изменится.

Мимолетное проявление доброй воли не способно перекрыть всю эту глубокую, гноящуюся злобу.

◇ ◇ ◇

— Просто докладывай мне отдельно раз в день. Понял?

— Всё в порядке. Иди занимайся своей работой.

— А? Что ты собираешься делать...

— В каком смысле «что»?

«Разве здесь вообще могут жить люди? Прежде чем говорить об их исправлении или перевоспитании, нужно сначала прибраться».

— Я собираюсь разнести здесь всё к чертям и переделать заново.

Я спровадил Монику и хорошенько потянулся. Так, посмотрим. С чего бы мне начать?

Абсолютно всё было в ужасном состоянии. Внешние стены покрывала плесень, кое-где проступали пятна ржавчины, да и сам тюремный блок оказался довольно просторным.

Справиться в одиночку было бы тяжело, но в моем распоряжении имелось то, что практически заменяло целую мобильную армию.

Ведьма Черной Смерти, Маая, подняла голову и ухватилась за край моего рукава.

— Маая помочь?

— Конечно. Я рассчитываю на тебя.

— ...Правда?

— Если уж я не могу доверять своему лучшему работнику, то кому тогда верить?

Я засучил рукава и широко улыбнулся Маае.

— Начнем генеральную уборку!

— Пойдем.

Тень Мааи вытянулась. Причудливые твари, которых я видел раньше, начали сочиться из бесконечной пустоты.

Их было немного — совсем не те сотни тысяч, что когда-то заполняли Парамир на пике его могущества. Я призвал всего несколько тысяч.

Но этого хватало с лихвой.

Пусть они и ослабли, это все еще были Монстры часовой башни — по сути, пустые оболочки бесконечного источника злобы.

Гнильцы — Раттен — поднялись на ноги. Они извивались и сбивались в великанов, после чего с глухим стуком опустились на пол и взяли в руки инвентарь для уборки.

Я тоже высвободил свою Святую силу, направляя «Очищение» на слои въевшейся грязи.

— Отмойте всё до блеска!

◇ ◇ ◇

Лакеум услышал шум за железной решеткой. Что-то происходило. Все еще облаченный в смирительную рубашку, он поднялся со своего места и прижался к прутьям.

Двигались причудливые великаны. В его ноздри ударил гнилостный запах — странный аромат, с которым он ни разу не сталкивался в исправительном учреждении.

Тела передвигались так, словно не имели собственной воли, и просто повторяли одни и те же действия. Они терли, отмывали и в мгновение ока заставляли сиять любую поверхность, которой касались.

— Давайте наберем сюда еще немного воды.

Впереди стоял новый надзиратель, представившийся на днях — человек, который разговаривал с ним, заключенным, вежливо и уважительно.

Захад продолжал таскать откуда-то огромные кувшины, выливая на пол немыслимое количество воды, смывая грязь и вычищая всё вокруг до безупречной чистоты.

Грязь сходила. Плесень, въедавшаяся неизвестно сколько времени, исчезала.

Обои заменялись новыми полотнами, и по тюремному блоку, где раньше витал лишь спертый, затхлый воздух, начал разноситься едва уловимый аромат.

Ящер Лакеум тупо уставился на огоньки, цеплявшиеся за стены. Пламя, вспыхивавшее то тут, то там, вдыхало жизнь в тюрьму, так долго пребывавшую во тьме.

*Шорк, шорк, шорк.*

Услышав этот бодрящий звук мытья полов, Лакеум поймал себя на том, что глупо улыбается. Что это вообще такое?

Разве бывал когда-нибудь надзиратель, который начинал бы с уборки в первый же день своего назначения?

Все остальные выказывали лишь страх: они избегали зрительного контакта и пытались отвести взгляд. Был ли этот парень бесстрашным или просто заботливым?

Лакеум не знал ответа, но, по крайней мере, запах ему нравился.

Это продлится недолго, но чистота — это хорошо. Если подумать...

«Прошло уже много времени с тех пор, как я в последний раз чистил свою чешую. И еще дольше — с тех пор, как мне меняли эту смирительную рубашку».

— .......

Люди всегда приспосабливались к окружению, но это вовсе не означало, что подобные обстоятельства приносили им счастье.

Обращение, недостойное человека. Обращение, которого не заслуживал даже скот — Лакеум давно опустил руки. Старшая надзирательница Моника изредка заглядывала к нему и заговаривала, но, по правде говоря, он уже и не надеялся выбраться отсюда.

И все же причина, по которой он тихо сидел в этой камере, крылась в его сородичах, которые могли оставаться на свободе.

Один терпит, чтобы выжили десять. Лакеум понимал, что его пребывание здесь снижает опасность для племени ящеров.

Герой племени не поднимал свое копье потому, что его покорность могла спасти больше жизней. Он не мог спасать собственную шкуру ценой втягивания сородичей в битву, в которой у них не было ни единого шанса на победу.

Но даже так, теперь, когда он уловил запах перемен...

Совсем чуть-чуть.

Совсем чуть-чуть ему захотелось пожить по-человечески.

Если бы он мог снять эту грязную смирительную рубашку и жить в более чистом месте, это было бы прекрасно.

Лакеум тихонько приподнял ногу. Вода, мощным потоком хлынувшая из кувшина, вкатилась небольшой волной и просочилась сквозь прутья решетки прямо в его камеру.

Смирительная рубашка все еще сковывала его, но если до него доберется хоть немного воды, возможно, скрытая под ней чешуя станет чище. Лакеум осторожно опустил ногу в воду. Его тело вздрогнуло от ощущения, которого он не испытывал уже очень давно.

— ...Вода.

Верно. Вода. Вода, пробуждавшая воспоминания о ловле рыбы в реке.

Лакеум впервые за долгое время вспомнил пейзажи своей родины. Под знакомый запах воды и всплески он предался воспоминаниям о былых временах.

Его нога медленно погружалась. Вода, потемневшая от скопившейся грязи, вытекала обратно. Лакеум медленно закрыл глаза, чтобы насладиться этим хоть немного, пока есть возможность...

*Лязг.*

Железная решетка отворилась. Лакеум вздрогнул.

— Чего ты там стоишь?

— ...Молодой надзиратель.

Их взгляды встретились. Надзиратель. Лакеум тихонько отдернул ногу.

Всякий раз, когда заключенный делал резкое движение, надзиратели первым делом тянулись к усмиряющим дубинкам. Это было едва ли больнее щекотки, но его чешуя, размякшая за годы заточения, порой отслаивалась.

Это было невероятно болезненно. Возможно, этот надзиратель ничем не отличался от остальных. Он творил странные вещи с самого момента своего прибытия, но в глубине души все еще оставался тем, кто управляет преступниками.

Лакеум склонил голову. Тот, кто склонил голову однажды, всегда сможет склонить ее еще ниже.

— Прошу прощения. Мои ноги были грязными, поэтому я решил немного их обмыть.

— И что с того?

— ...Простите за самоуправство. Я вернусь и встану лицом к стене.

— Да нет, зачем тебе это делать?

Захад наклонил голову набок.

— Хватит нести чепуху и развернись.

— ......

Лакеум вздохнул. Он опустился на колени и тупо уставился в стену.

«Опять то же самое. Телесное наказание. Ничего не поделаешь, в этот раз я тоже приму его безропотно».

Лакеум закрыл глаза. Он приготовился к боли, которая должна была вот-вот последовать. Его гниющая чешуя наверняка будет сильно болеть, но другого выхода, кроме как терпеть, у него не оставалось.

Ему оставалось лишь надеяться, что этот момент закончится как можно быс...

*Щелк.*

— ...Хм?

Его руки оказались свободны. Смирительная рубашка была разрезана, и Лакеум с хрустом размял затекшие суставы.

Прошло много времени. Его скованные руки снова двигались как положено. Лакеум повернулся с недоумевающим выражением лица.

«Насколько же этот парень молод? Неужели он новобранец, который просто не понимает, насколько я опасен? Он освобождает меня — сильнейшего воина племени?»

— Молодой надзиратель.

— Хватит пялиться, держи.

Что-то с глухим стуком приземлилось перед ним. Швабра, слишком маленькая для его размеров. Лакеум неуклюже взял ее, вертя в руках.

— Зачем мне...

— Ты ведь хочешь помыться, верно? Но потерпи еще немного. Я помогу тебе, как только мы закончим здесь. Прибраться в комнате, а потом принять ванну — так ведь гораздо приятнее, тебе не кажется?

— Что вы имеете в виду под...

— Или ты планировал и дальше жить в такой грязи? Брось. Уж лучше сдохнуть, чем так существовать. Человеком можно называться только тогда, когда живешь в чистоте.

Человек.

Прошло слишком много времени с тех пор, как он слышал эти слова из чьих-то уст. Так давно, что он почти забыл их значение, словно это была легенда из глубокой древности.

Лакеум моргнул. Он молча принялся тереть пол шваброй, которую держал в руках.

— ...Вы меня не боитесь? Я ведь могу сбежать отсюда. Молодой надзиратель, неужели вы забыли, насколько я опасен?

— Опасен? Самый опасный здесь я.

Захад тер пол точно так же, как и он.

— Нам нужно убраться на совесть, так что потолок я оставляю на тебя. Я до него не дотягиваюсь.

— ...Пфф.

Плечи Лакеума затряслись. Какая нелепость!

Но почему-то именно это ему и понравилось. Лакеум кивнул.

— Осторожнее, не испачкайте голову грязной водой, молодой надзиратель.

— Тебе помочь помыться, когда закончим?

— ...Было бы неплохо.

Лакеум медленно зашевелился. Становилось чисто. Комната, которая так долго утопала в грязи, преображалась.

Какое странное чувство.

«Я и не думал, что когда-нибудь снова испытаю нечто подобное».

— Я рассчитываю на вас, молодой надзиратель.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (10)

Я закончил отмывать внешние стены Десятого блока. Заглушил затхлый запах хлоркой и повсюду распылил дезодорант.

Поскольку мне нужно было прибраться и внутри камер, я направился прямиком к первому заключенному, с которым меня познакомили.

Первым заключенным оказался Балкен, зверолюд-волк. Он с самого начала вел себя крайне агрессивно, и стоило мне расстегнуть его смирительную рубашку, как он бросился на меня, словно собирался откусить мне голову.

Но, что ж... Агрессии ему было не занимать, вот только на этом все и закончилось. Я огрел его рукоятью швабры по черепу, отчего он содрогнулся и весь задрожал.

— Потише. Ладно? Потише.

Утихомирив Балкена, я заодно заново обклеил потолок бумагой. Выгреб всю грязь, рассортировал ее и вынес наружу.

По сути, я просто работаю уборщиком. Может, установить им позже нормальные туалеты?

«...Хотя стоп. В этих смирительных рубашках они даже нужду нормально справить не могут».

«Пожалуй, пока я ими управляю, можно просто переодеть их в другую тюремную одежду. И заодно установить туалеты — убью двух зайцев одним выстрелом».

Со второй камерой оказалось проще, чем с первой. Лакеум, ящер, как я и ожидал, проявил поразительную готовность сотрудничать.

Когда я протянул ему швабру, он действительно помог мне с уборкой. Вместе с ним мы вычистили вторую камеру, пройдясь по каждому углу. Потолок за решеткой оказался довольно высоким, так просто не дотянуться, но он вызвался помочь и с этим.

Отличный работник. Оставлять его без дела казалось пустой тратой сил, поэтому я сам вывел его из камеры. Ящер огляделся по сторонам и растерянно пробормотал:

— Я впервые оказался по ту сторону решетки.

— Даже не думай о том, чтобы сбежать из блока.

— Мне вполне достаточно и такого побега.

Вместе с Лакеумом я вошел в третью камеру. Обитель Цубаки, безумной подрывницы. Я оттолкнул ее, когда она попыталась повиснуть на мне, и срезал с нее испачканную смирительную рубашку.

Цубаки захлопала глазами. Она посмотрела на свои освобожденные руки и тут же крепко обняла меня.

— М-м-м, м-м-м, м-м-м!

Ах да. На ней же еще был кляп.

Первым делом я вытащил его. Глаза Цубаки засияли, и слова посыпались из нее безудержным потоком:

— Побег?! Сейчас! Наружу! Цубаки! Свободна!

— Нет, так что потише. Мы здесь, чтобы прибраться, ясно?

— ...Прибраться? — озадаченно спросил Лакеум. — Неужели это нормально — вот так просто отпускать ее? Здесь ведь сидят опасные люди.

— Тебя я тоже отпустил. И, кажется, я уже говорил: самое опасное существо здесь — это я.

Я отвесил Цубаки подзатыльник, когда она попыталась незаметно начертить заклинание прямо у меня на руке. Применив Святую силу, я отразил проклятие.

*Бум!*

Воздух взорвался. Я схватил Цубаки за шиворот и швырнул в стену, а когда она сползла на пол, с силой наступил ногой прямо рядом с ней.

*Хрусь.*

Посыпались мелкие камешки. Я ухмыльнулся, глядя на нее:

— Сотрудничество. Пожалуйста. Договорились?

Цубаки задрожала:

— Поняла.

Отлично. Давайте закончим с этим побыстрее!

Я протянул ей швабру. Каждый раз, когда я ловил ее на попытке начертить заклинание, я отвешивал ей подзатыльник. Получив пару раз по голове, Цубаки сгорбилась и принялась усердно тереть пол тряпкой.

Лакеум остался под впечатлением:

— Поразительно. Молодой страж. Неужели слухи о том, что ты монстр, правдивы? Изумительная сила.

— Это моя секретная техника — карающий подзатыльник.

— Достойно звания воина.

С третьей камерой было покончено. Я перешел к четвертой.

Заключенная Ева.

Она приоткрыла рот и что-то прошептала. Я расстегнул ее смирительную рубашку.

Ева безучастно уставилась на меня, а затем медленно потянулась к замку на своем наморднике. Я перехватил ее руку:

— Поговорим позже, сначала уборка.

— ......

— Я выслушаю тебя позже. Все до единого слова. Клянусь Ра.

Она вздрогнула. Услышав клятву именем Ра, Ева тихонько кивнула. И даже сделала жест, словно спрашивая, что ей нужно делать.

В смысле «что»?

Халявить не получится!

Я протянул ей швабру. Она растерянно взяла ее освобожденными руками. Затем оглядела свою камеру и вскоре принялась усердно тереть пол.

Хорошо. Очень хорошо. Четвертая камера убрана.

В том, почему они не сопротивлялись, не было никакой загадки. Никому не нравится жить в грязи — это общее правило, каким бы безумным психопатом ты ни был.

Но последняя камера отличалась от остальных. Я запер каждого заключенного обратно в камеру и открыл последнюю дверь.

Это место не было особенно грязным. И предназначалось оно не для обычного узника, а для существа совершенно иной природы.

Фигура, до этого безучастно смотревшая в стену, резко развернулась. Я слабо улыбнулся, заметив сердечки, плавающие в ее глазах.

Она была одним из моих самых любимых персонажей. И все же видеть ее вживую казалось немного странным.

— Амар... Ничего, если я буду так тебя называть?

Она нерешительно подползла ко мне и потянулась головой вперед, словно просила, чтобы ее погладили.

Я знал. Знал, что это не просто жажда ласки.

Что это не более чем «защитный механизм» ради выживания.

Я медленно погладил ее по волосам. Слабо светящиеся белые пряди были мягкими, несмотря на то, что их давно не мыли.

Я старался не задевать ее рога. Ими она дорожила больше всего, так что прикасаться к ним вообще не следовало.

Встреча с любимым персонажем в реальности вызывала странно противоречивые чувства. Наверное, это похоже на встречу с айдолом, которым ты восхищался издалека.

Меня привлекла ее трагическая история. Борьба за выживание. В каком-то смысле эта демоница была лишь очередной жертвой, принесенной на алтарь исследований культа.

Хотя нет... Если подумать о том, насколько все это было извращено, возможно, все пошло наперекосяк с самого начала.

Я встретился с Амар взглядом. Глядя в ее зрачки-сердечки, я тихо прошептал:

— Амар.

— ......

— Я могу снять твой кляп?

Она наклонила голову набок, словно недоумевая, зачем я вообще спрашиваю. И потянулась лицом вперед, будто говоря: «Делай что хочешь».

Я медленно вытащил кляп. Слегка выдохнув, Амар заговорила.

Милый голосок. Смертельно сладкий голос, от одного звука которого мог расплавиться мозг:

— Давай займемся чем-нибудь непристойным.

— ......

— М-м? Как тебе? Звучит заманчиво, правда? Хорошо? Ты можешь использовать меня как пожелаешь. Это порочное тело. Оно принадлежит тебе от макушки до кончиков пальцев.

Она обвивается вокруг меня. Прижимается всем телом, словно упираясь в меня своей пышной грудью.

Несравненная красавица. А этот ее жалобный, умоляющий тон... Любой мужчина оказался бы перед ней бессилен.

Но я отстранил ее. Усадил как следует, а затем взял швабру, как и планировал изначально:

— Амар.

Правило первое.

Имея дело с ней, никогда нельзя действовать опрометчиво. Обо всем спрашивай, выслушивай ответ и только потом делай.

Особенно важно было улавливать нюансы в ее согласии. Иногда ее ответ сочетал в себе утвердительные и отрицательные жесты. В такие моменты следовало проявлять предельную осторожность.

Если бы я самовольно истолковал это как «да» и начал действовать, уровень стресса Амар вырос бы. Это ничем не отличалось от заполнения шкалы ее буйства на одно деление.

Я должен был взглядом показать, что уважаю ее. Именно так следовало подходить к Амар, демонице любви.

— Амар. В комнате немного грязно. Ничего, если я здесь приберусь?

— М-м? Конечно. Делай все, что захочешь. Очисти и мое грязное тело тоже. Делай со мной все, что угодно, своими грубыми руками.

Я проигнорировал последнюю фразу. Окинув взглядом ее лицо, я не спеша принялся за уборку.

Десятый блок изначально создавался как лаборатория. Когда-то это место было забито сложным экспериментальным оборудованием и всевозможными исследовательскими данными.

Но когда бюджет иссяк, а правда об Амар всплыла наружу, она обесценилась.

Просто демоница, которая оказалась красивой и которой всего-то требовалось не испытывать эмоцию под названием «любовь».

В тот момент, когда выяснилось, что в этом и заключается вся ее ценность, лабораторию закрыли.

Нынешний Десятый блок был всего лишь переоборудованной под тюрьму бывшей лабораторией.

Я зашагал по комнате. Амар послушно следовала за мной по пятам.

Ах да. Я кое-что забыл:

— Амар.

— М-м?

— Мне снять с тебя смирительную рубашку тоже?

— ...М-м?

Амар замерла на месте. Впервые в ее глазах-сердечках промелькнуло нечто похожее на искреннее недоумение.

Но ее ответ все равно остался утвердительным:

— Да. Сними ее. Разорви смирительную рубашку и запятнай меня своим цветом.

Снова согласие. В нем сквозила легкая тень подозрения, но это было отчетливое «да». Я срезал с нее смирительную рубашку. Рукава с треском освободились, и Амар захлопала глазами.

Она соблазнительно прижала пальчик к губам и прошептала мне на ухо:

— Иди ко мне.

Голос, жаждущий любви, сладок. Но вместо того чтобы заключить ее в объятия, я крепче сжал швабру:

— Мне нужно убираться.

Несмотря на это провокационное тело и слова, способные околдовать любого мужчину, Амар все еще оставалась девственницей. Если ее вообще можно было назвать человеком.

Причина была проста.

Чем больше физического контакта происходило у человека с Амар, тем сильнее он испытывал эмоцию под названием «любовь». И когда это чувство достигало пика — еще до того, как они успевали сойтись, — человек погибал.

Любовь, которая в своем апогее ведет к гибели. Словно плюс, порождающий минус.

Я выдохнул. Уборка была закончена.

— Амар. Позже я принесу тебе нормальную одежду. Она будет гораздо удобнее той, что на тебе сейчас.

— Не утруждай себя этим. М-м? Ты можешь прикасаться ко мне как пожелаешь.

— Я вернусь позже.

Я взглянул на нее. Ее тело тоже было грязным. Впрочем, как и у всех остальных заключенных без исключения.

Раз уж с уборкой покончено, следующим шагом должны стать водные процедуры.

Может, начать с Балкена?

◇ ◇ ◇

— Банные принадлежности. Есть. Маая, ты хорошо справилась с поручением?

— Идеально. Ты, как всегда, лучший работник.

Маая вернулась с кошельком, который я ей дал. Поразительно, но она действительно справилась с поручением!

Хотя, конечно, Моника все это время была рядом с ней.

Старший надзиратель Моника наблюдала за мной с беспокойным, ерзающим видом. Она заглянула внутрь теперь уже чистого Десятого блока, не в силах скрыть своего изумления:

— Т-ты закончил уборку всего за один день... И разве это место вообще когда-то было настолько чистым...?

— Как старший надзиратель может этого не знать?

— Я не управляла этим блоком.

Я забрал новую тюремную одежду у Моники, которая жалобно захныкала.

В отличие от старых смирительных рубашек, это была удобная одежда.

— Н-неужели действительно можно надеть это на них...?

— Я ведь назначен управляющим на месяц. В течение этого времени я буду делать все по-своему. Надзирательница Вероник ведь разрешила мне, верно? Рабочие, которых я просил прислать, уже прибыли?

— Насчет туалетов... да. Они здесь.

Поправив очки, какой-то мужчина отвесил поклон:

— Добрый день, господин. Можете звать меня Антон, Жрец.

— Зовите меня просто Захад, Антон. Во сколько примерно обойдутся работы?

— Установка магических приспособлений, которые мы разработали отдельно, обойдется в несколько сотен. Если объединить все пять камер, у вас будет система сжигания отходов, не требующая отдельной очистки, но проще всего рассчитывать примерно на пять тысяч.

Моника прижала свои лисьи ушки:

— Бюджет исправительного учреждения ограничен, так что... я не смогу выделить на это отдельные средства. Инквизито-о-ор...

— Все в порядке.

— Что?

— Я оплачу это из собственного кармана!

Флекс!

Пять тысяч за месяц без чистки туалетов? Да это же даром!

— Сколько времени займет установка?

— Совсем недолго. Нужно просто раскопать землю и установить оборудование. Около часа или около того.

— Я накину сверху еще тысячу. Я сам выведу заключенных наружу, так что не могли бы вы управиться, пока они будут там?

— ...Честно говоря, это немного опасно...

— Полторы тысячи.

— Я сделаю это.

Деньги действительно способны решить любую проблему. У Моники глаза пошли кругом, когда огромная сумма в мгновение ока перешла из рук в руки.

— Э-это ведь не из бюджета отдела Инквизиции, случайно?

— Нет? Это мои личные деньги.

— О-откуда у тебя вообще такая сумма разом...

— Деньги — это практически все, что у меня есть.

— ...И-идеальный кандидат в мужья...

— Что?

Моника тяжело сглотнула. Она взяла себя в руки и выскользнула наружу.

— Я пока пойду доложу обо всем отдельно Надзирательнице!

— А, да, конечно.

Я взял банные принадлежности, которые принесла Маая. План был идеален: пока рабочие устанавливают туалеты, я искупаю заключенных за пределами блока.

Я сам нагрею воду в огромном одолженном чане, а затем хорошенько отмою их там, где у них чешется!

А заодно завоюю расположение узников за непринужденной беседой.

Воистину... безупречный план!

Метод, который под силу провернуть только мне, знающему каждую деталь их жизненных обстоятельств!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (11)

Балкен прищурился. Люди появились словно из ниоткуда и переворачивали всю тюрьму вверх дном.

В теперь уже чистой камере они что-то устанавливали. Тюремную робу, сковывавшую его тело, сменили на другую одежду.

Одежду с широкими рукавами, которая позволяла нормально двигать затекшими руками. Балкен зарычал от столь невероятных перемен:

— Чего вы добиваетесь?

— Хе-хе-хе. Всего лишь одной вещи.

Стоявший перед ним надзиратель ловко поднял щетку.

— Для начала давай-ка распутаем эти колтуны!

— ...?

Его вытащили силой. Он увидел теплый пар, поднимавшийся от огромного чана.

«Горячая вода. Неужели они собираются... сварить меня заживо?!»

— Хватит зыркать по сторонам, залезай.

Он получил крепкий пинок под зад. Балкен кубарем полетел прямо в чан.

Но что-то было не так. Вода оказалась вовсе не горячей, а скорее приятно теплой.

Первая баня за долгое время. Его спутанные волосы начали медленно расправляться. Балкен тупо уставился на воду и зачерпнул ее обеими руками.

Чистая вода. Балкен отчаянно заглотил ее. Надзиратель щелкнул его по лбу и оттолкнул назад.

— Питьевую воду я дам тебе позже отдельно, так что не пей это. Зачем тебе пить воду, полную грязи?

— Что ты... пытаешься сделать... со мной...?

— Что значит «что»? Сам же видишь.

На щетку нанесли белую жидкость. Надзиратель потер ладони друг о друга, и поднялась густая пена. На его лице расплылась ухмылка.

— Готов?

— Ч-что ты делаешь?!

— Да что значит «что»!

*Шорк. Шорк. Шорк.*

Жесткие волосы начали промываться. Въевшаяся в тело грязь соскабливалась слой за слоем.

— ...?

— Угх. Ну и грязища. Повернись спиной.

— Что это такое...?

— Ты повернешься наконец или нет?

— А, что?

Балкен рефлекторно повернулся, подставив надзирателю спину.

Жесткая щетка заходила взад-вперед. Было не так уж и больно. Скорее, даже приятно.

Тело стало скользким, грязь медленно сходила. Покрытое коркой грязи тело становилось чистым. Сколько же лет прошло с его последнего купания?

Хвост Балкена слегка вильнул. Но тут он внезапно осознал, что происходит, и мгновенно отпрянул. Пена разлетелась брызгами.

— Что, по-твоему, ты делаешь?!

— Что значит «что»? Мы моемся. Честное слово, с тобой столько хлопот. А ну иди сюда.

— Зачем ты... моешь меня...?

— Потому что ты грязный, вот я тебя и мою. Или ты хочешь и дальше так жить? Зверолюди что, не моются?

— Нет! Мы даже чистоплотнее людей...!

— Тогда иди сюда. Если хочешь быть чище людей, тебе придется помыться, верно?

«Нет, нет. Дело ведь совсем не в этом, верно?»

Надзиратель подошел вплотную к растерянному Балкену. Он взял мочалку и принялся энергично оттирать грязь с его спины.

— Приятно, правда?

— ...

Честно говоря, это действительно было приятно. Было бы странно, если бы нет. Но Балкен никак не мог понять причину всего происходящего.

— ...Политика содержания заключенных изменилась?

— Нет.

— Пришел приказ сверху?

— Нет.

— Тогда почему? Зачем ты меня моешь?

— Потому что ты грязный.

Щетка усердно двигалась.

— Все хотят быть чистыми. Разве ты не такой же?

— Но...

Он проглотил оставшиеся слова. Балкен не мог заставить себя произнести их вслух. Еще вчера он пытался перегрызть этому человеку горло. Он был готов выместить на нем свою бесцельную ярость.

Но почему... тот, кого он пытался убить, в ответ проявлял к нему доброту?

— Почему ты... помогаешь мне?

— Разве для того, чтобы один человек помог другому, действительно нужна причина?

На него вылили воду, и пена смылась.

— Ну как?

— ...Что «ну как»...?

— Я спрашиваю, приятно ли тебе.

Балкен неохотно кивнул. Его хвост мягко вильнул.

— Приятно... но...

— Ну вот и славно. Держи. Вытереться-то сам сможешь?

Он поймал брошенное полотенце. Балкен вытирался как в тумане. А затем, повинуясь внезапному порыву, спросил:

— Как тебя зовут?

— Я же говорил тебе в прошлый раз. Уже забыл?

— Я и не собирался запоминать.

— А в этот раз все иначе?

— Иначе.

Молодой надзиратель слегка ухмыльнулся:

— Захад.

«Захад».

Балкен зачесал мокрые волосы назад:

— ...Я запомню.

◇ ◇ ◇

— Как температура воды?

— Ах. Рай на земле.

— Я вообще-то про температуру воды спрашивал.

Толстый хвост Лакеума медленно покачивался. Он чувствовал себя превосходно. Въевшаяся под чешую грязь отслаивалась, а кожа под ней омывалась свежей водой.

Чешуйки, которые так долго оставались без ухода и сгнили, теперь отваливались. Было немного больно, но так даже лучше. Когда сойдут гнилые, на их месте вырастут новые.

Захад, устроившись у него на спине, усердно тер щеткой:

— Почему эта штука не оттирается?

— Ты усердно трудишься, молодой надзиратель.

— И это все, что ты можешь сказать?

— ...И что же мне тогда сделать?

«Значит, он все-таки чего-то добивается». Лакеум горько усмехнулся.

Сверху раздалось недовольное ворчание:

— Повернись налево. Нужно помыть бок.

— ...?

Лакеум покатился со смеху. Что за чертовщина?

«Ах. Непредсказуемый. Так даже веселее». Лакеум покосился на это странное существо, ворвавшееся в его унылые, однообразные будни. Он не мог понять, чего хочет этот парень. Переодел его в свободную тюремную одежду, прибрался в камере, а теперь еще и моет его тело.

— Чего ты добиваешься?

— Пытаюсь оттереть грязь под третьей чешуйкой на твоем левом боку. Вот эта конкретная никак не поддается.

— Просто сковырни ее, молодой надзиратель. То, что не оттирается — не грязь. Это сгнившая чешуйка.

— О. Отлично.

Раздался хруст. Захад заговорил:

— Эй, Лакеум.

— Что?

— Выдергивать эти чешуйки... как-то безумно приятно, тебе не кажется?

— Гнилые чешуйки сгнивают до самого корня. Их можно вытащить без малейшего сопротивления. В этом есть особое ощущение — у нас в деревне был врач-специалист, который только этим и занимался.

— Я могу подсесть на это дело.

— Только не выдергивай новые чешуйки. Те так просто не поддадутся.

— Раскусил меня.

«Раскусил на чем именно?» Какой забавный человек. Лакеум почему-то не смог сдержать улыбки.

— Молодой надзиратель. Откуда ты родом?

— Из штаб-квартиры Культа.

— Твое основное призвание?

— Жрец, очевидно же.

— Понятно... жрец...

Возможно, это был деликатный вопрос, но Лакеум хотел спросить:

— Народная религия... что ты о ней думаешь?

Задать столь щекотливый вопрос жрецу, поклоняющемуся другому божеству, было для Лакеума своего рода защитным механизмом. Попыткой удержать дистанцию. Сказать: «Я вот такой человек, так что не лезь ко мне больше».

— Народная религия? — Захад сковырнул очередную гнилую чешуйку. — Ну, те, кто хотят верить, будут верить.

— ...? — Лакеум моргнул. — Разве ты не считаешь, что ее нужно искоренить?

— Не особо.

— ...Но ведь эти люди не верят в Ра?

— И такое бывает.

— К тому же ящеры довольно опасны...

— А кто не опасен? Все просто живут, пряча свои когти.

Ответ, которого он никак не ожидал. Лакеум медленно поднял голову и оглянулся на него:

— ...Разве жрецу пристало говорить подобные вещи?

Он и сам не ожидал, что эти слова сорвутся с его губ. Захад легонько постучал Лакеума по голове:

— Жрец я или нет, сейчас нужно сделать только одно.

— Что?

— Перевернись. Нужно ободрать правый бок.

— ...

Лакеум послушно повернулся.

— Молодой надзиратель. Ты... странный жрец.

— Прошу прощения. «Стррранный» — это ты говоришь человеку, который тебя моет?

— Я беру свои слова назад. — Лакеум ухмыльнулся. — Очень странный жрец.

◇ ◇ ◇

Вода взметнулась и брызнула во все стороны. Цубаки захихикала.

Ее руки были свободны. Намордник сняли, и она снова могла беспрепятственно использовать свои заклинания. Свобода после стольких дней. Она наконец-то избавилась от сводящей с ума ломки.

Но последнее, самое сильное желание все еще оставалось неутоленным. Простых взрывов было недостаточно, чтобы утолить эту жажду.

«Ах. Хочу взорвать человека. Хочу разнести его голову в щепки и покопаться в том, что внутри».

Мимолетная искра. Взрывной крик.

Цубаки обожала это. Просто обожала. Иначе это чувство было не описать.

Как сбежать отсюда? Стоит ли дождаться подходящего момента и взорвать стену? Ее навыки подрастерялись, но если немного потренироваться, то как-нибудь...

*Плеск!*

Вода хлынула ей на голову. Цубаки выплюнула попавшие в рот волосы.

— Что ты делаешь? Мыться-то собираешься?

— ...

Она оглянулась на молодого надзирателя. Цубаки не знала, как вести себя с ним. Она ведь точно наложила заклинание, но оно срикошетило. Заклинания, которые она бормотала одно за другим, взрывались прямо в воздухе.

Тот, кого она не могла одолеть силой. Словно дикий зверь. И все же... Она совершенно не понимала, зачем он все это делает.

— Имя. Любопытно. Какое?

Она плохо знала язык западного континента. Из-за того, что ее рот был насильно запечатан, она не могла практиковаться. Ее уровень владения языком остался таким же, как и в день прибытия на этот континент.

Другие надзиратели терпеть не могли ее ломаную речь. Они упорно игнорировали любые ее попытки заговорить, словно смотрели на готовую взорваться бомбу замедленного действия.

Но стоявший перед ней надзиратель был другим. Он усердно оттирал покрытую коркой грязи кожу и спокойно отвечал ей:

— Захад. Можешь поднять руку? Так мыть немного неудобно.

— Сама. Могу.

— Да знаю я, что не можешь. Ты хоть представляешь, сколько мест человек не способен помыть сам? У меня нет никаких скрытых мотивов, так что просто подними руку. Ты уже третья по счету, и я начинаю уставать.

Цубаки послушно подняла руку. Освежающее чувство после стольких дней не вызывало у нее никакого отторжения. Напротив, это было приятно.

Она ведь тоже была человеком. Ей хотелось жить в чистоте, есть много вкусной еды. Хотелось заниматься любимым делом и спать в уюте.

Единственное, что отличало ее от остальных, — это одно-единственное желание. Цубаки не могла найти радости в вещах, которые приносили счастье другим.

Только когда она управляла взрывами, только когда ощущала вкус пламени — лишь тогда она чувствовала себя по-настоящему живой. Она была готова поставить на кон собственную жизнь ради мимолетного удовольствия взорвать человека.

В руках Цубаки затрещали крошечные взрывы. Захад вздохнул:

— Эй.

— ...Да?!

«Неужели он снова меня ударит?» Цубаки вздрогнула. Захад порылся в кармане и что-то вытащил:

— Хватит устраивать взрывы, лучше подержи вот это.

— ...Вещь?

Белая, похожая на винил штуковина с небольшими выпуклыми пупырышками. Она выглядела так, словно пленку наполнили воздухом и разделили на ячейки.

Цубаки с подозрением уставилась на этот предмет, а затем тихонько взяла его в руку.

— Что это?

— Это называется воздушно-пузырчатая пленка... или просто пупырка? Я проделал весь путь до города Филамон, чтобы сделать ее, так что тебе должно понравиться.

Руки Захада мягко намылили ее волосы. Накапливавшаяся долгое время грязь смывалась.

— Я слышал, Цубаки любит что-нибудь взрывать?

— ...

— Пока просто лопай их. Позже я дам тебе кое-что другое.

*Чпок* — из-под ее пальцев вырвался воздух. Цубаки вздрогнула, когда давно забытое чувство удовлетворения окутало кончики ее пальцев.

Приятное ощущение.

«Что это такое, почему это так весело?!»

*Чпок. Чпок. Чпок.*

Цубаки лопала их одну за другой, когда вдруг тихонько подняла голову и спросила почти шепотом:

— Цубаки. Взрывы. Любит. Странная. Согласен?

— И что тут странного? Мне тоже нравится их лопать. — Захад цокнул языком. — В конце концов, не могут же все любить одно и то же, верно? Полно людей, которым не нравится лопать пупырку.

— Люди. Смерть. Цубаки. Виновна.

— Да все и так знают, что ты взрывала только худших из худших. У тебя была хоть какая-то совесть — ты убивала лишь тех, кто, по твоему мнению, заслуживал смерти, верно? Кого ты пытаешься обмануть? Подними правую руку. Я устаю.

— Все равно убийство. Ненависть. Не чувствуешь? Захад. Жрец. Надзиратель исправительного учреждения.

— Ненависть? Да брось.

Поднялась пена.

— Люди, которых убила Цубаки, в любом случае заслуживали смерти, так что если когда-нибудь сбежишь отсюда, убей еще хотя бы одного такого же. Договорились?

Цубаки тихонько поджала ноги и послушно вытянула руку.

Пена снова смылась. Омываемая водой, Цубаки подумала:

«Никаких моральных устоев. Он странный человек, который совершенно не подходит на роль жреца!»

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (12)

*Щёлк.*

Намордник соскользнул. Ева подняла глаза, избавившись от удушающего давления.

Перед ней кто-то стоял. Надзиратель. Высокий, но ещё «зелёный» — она это чувствовала. Внешне он казался взрослым, но по физическому возрасту был ещё совсем юн.

Она повидала немало людей, а потому могла определить это интуитивно. Человек перед ней, скорее всего, ещё не достиг совершеннолетия. Его тело просто выросло быстрее разума, который за ним не поспевал.

«Бедняжка. Ему предстоит прожить ещё так много лет, и все их он проведёт, погрязнув в страданиях. Я должна помочь ему».

— Мне нужно кое-что сказать...

— Секунду. Да почему эта штука не мылится?

Он тёр сетчатую мочалку друг о друга с таким видом, словно она его лично оскорбила. Ева послушно ждала.

Теперь, когда она снова могла говорить, подождать ещё немного не составляло труда. Стоило завязать разговор, и всё будет кончено.

— О, пошло дело. Я Захад. Можешь звать меня просто Захадом, без лишних формальностей.

На мочалке наконец взбилась пена. Стоявший перед ней мужчина протянул её вперёд:

— Хочешь поговорить, пока моешься? Ты не против?

— ...Да.

Она медленно провела ею по своей коже.

— ...М-м.

У Евы вырвался тихий, невольный стон. Странное ощущение.

Старая, въевшаяся грязь начала сходить. Мягкая мочалка нежно скользила по её огрубевшей коже.

Казалось, будто её тело, до этого медленно гнившее, теперь пробуждалось. Ева неторопливо мылась.

Мир обретал покой в смерти, но умирать было ещё слишком рано. Ей следовало постепенно смыть с себя всю гниль, чтобы спасти как можно больше людей от страданий, именуемых жизнью. Чтобы принести спасение жалкому человеческому роду, который продолжал грезить о своих бессмысленных чудесах.

«Терпи боль. Глупому человечеству нужен мудрый учитель».

— Приятно?

— ...Да.

Ева ответила не задумываясь, но тут же осеклась. Её руки замерли.

Прежде чем начать разговор, она хотела спросить. Ей было любопытно.

«Зачем он это делает? Он надзиратель, а мы преступники».

— Зачем ты убрался в камере?

— Потому что там было грязно.

— ...И зачем ты моешь преступников?

— Если мне всё равно придётся на них смотреть, я бы предпочёл, чтобы они были чистыми.

— ......

«Что? Что это вообще за ответ?»

Ева опустила плечи. Она почувствовала себя глупо из-за того, что так сильно напряглась.

Но это не имело значения. Главное — завязать разговор. Она начала издалека, обратившись к нему тихим шёпотом:

— Захад. Ты когда-нибудь чувствовал, что в жизни нет абсолютно никакого смысла?

— Вообще-то да, бывало.

— ...?

— Ну, в конце концов, когда ты умираешь, всё исчезает. Верно?

— То есть... да, но... — Ева захлопала глазами. — Это правда, но...

— Тебе стоит получше потереть вот там, с внутренней стороны.

— О. Да.

Ева послушно потёрла указанное место, а затем снова подняла голову. Постойте... «о, да» — это ведь совсем не тот ответ, который она должна была дать, верно?

Она спросила снова, на этот раз придав своему голосу чуть больше твердости:

— Ты думаешь так же, и всё же... почему ты решил продолжать жить? Я не понимаю, зачем тратить силы на то, что не имеет смысла.

— Чтобы получать удовольствие.

— Получать удовольствие?..

— Все эти мгновения в любом случае исчезнут. Поэтому я живу, чтобы насладиться ими ещё немного, пока могу. Это опыт, который я не смогу прочувствовать после смерти. Если все мы рано или поздно умрём, я бы предпочёл испытать то, что другим так и не удалось.

— ...?

«Нет, то есть это не то чтобы неверно, но...»

— ...Радость от жизни ничтожно мала по сравнению с той болью, которую приносит само существование.

Вырезанное на её языке клеймо тускло засияло. Змеиный язык, с которым она родилась.

Однако Захад без малейших колебаний отмахнулся от силы, вплетённой в её голос:

— Хотя радости здесь тоже предостаточно.

— Что?

Что-то маленькое и белое пролетело по воздуху и покатилось по полу. Ева тупо уставилась на этот предмет.

«Что это? Что... Кто этот человек? Как он умудряется сохранять рассудок, выслушав мои слова? И с каких это пор мою силу вообще можно вот так отразить?»

— От безделья меня уже в сон клонит. Хочешь, помогу тебе потереть спину?

— Я имею в виду, что пытаюсь сказать...

— Дай сюда. Почему ты так медленно шевелишься?

Он забрал у неё мочалку. Не успела Ева опомниться, как уже повернулась к нему спиной.

*Шорк, шорк, шорк.*

По мере того как слои грязи сходили с её тела, Ева лишалась дара речи. «Что происходит? Как всё докатилось до такого?»

Она ещё ни разу не встречала человека, на которого не действовала бы её сила. Даже бесчисленные инквизиторы Культа Ра поддавались её речам — разве они не обращали мечи против самих себя?

Если бы они не проткнули ей барабанные перепонки и не схватили её прежде, чем она успела заговорить, она никогда бы здесь не оказалась. Она верила, что пока способна говорить, проиграть невозможно.

И тот, кто сейчас тёр ей спину... что это за чудовище, выходящее за рамки всякого здравого смысла?..

— Ты... не обычный человек.

— Да где ты найдёшь обычных людей в этом мире? Каждый по-своему особенный.

— ......?

— Ты тоже необычная. У тебя эта сила с самого рождения?

Обычный разговор. Тот самый, которого у неё не было уже очень давно.

Ева машинально кивнула. Она тихо приоткрыла рот и ответила:

— Наверное... да?..

— Ты с самого начала использовала эту силу, чтобы убеждать людей?

— ...Нет. Совсем нет. Напротив, я неохотно открывала рот.

Общаться с людьми ей всегда было не по себе.

Возможность подчинять людей своей воле по первому желанию оказалась куда более неприятной штукой, чем она ожидала. Стоило ей вплести в свои слова крупицу желания, как собеседник перед ней превращался в марионетку.

Она могла получить всё, что хотела, но это не приносило никакой радости. Скорее, вызывало лишь дискомфорт.

Потому что её собственные родители относились к её дару как к табу. Как к чему-то грязному.

«Дитя дьявола...» — вот как они её называли.

Примерно в то же время она поняла, что книги, которые никогда не возражали ей в ответ, были ей куда ближе.

— Книги мне нравились... чуть больше, чем люди.

Знания приносили тем больше удовольствия, чем больше их накапливалось. Даже те знания, что не имели никакого отношения к магии или непосредственной силе — она просто любила учиться ради самого процесса.

— Какая книга была твоей любимой?

— ...«Сто рецептов Ариадны»...

— Сто рецептов? Ты хорошо готовишь?

— Нет. Но меня завораживало то, как столь незначительные различия всегда приводили к совершенно разным результатам...

Сверху на неё хлынул поток воды, смывая остатки грязи.

— Когда же ты перестала интересоваться книгами?

— ......

Ева заколебалась с ответом.

При обычных обстоятельствах она ни за что не стала бы говорить об этом. Но долгое одиночество размягчило стены вокруг её сердца.

Вода идеальной температуры, мягко поднимающийся пар. Влажная мочалка, приятно массирующая тело.

— ...Наверное. — Ева заговорила прежде, чем успела это осознать. — Думаю, это случилось, когда я учила детей.

— Детей?

— Когда-то у меня было несколько учеников. В одной деревне жили дети, которые хотели научиться читать... Я собиралась лишь обучить их паре слов, но...

Ева тихо, невольно рассмеялась. Всякий раз, когда она вспоминала тех детей, она забывала даже о своей миссии и улыбалась.

«Они были такими милыми ребятишками. Больше я их никогда не увижу».

— Что с ними случилось?

— Они все погибли.

— .......

Последовало молчание. Еве было слишком хорошо знакомо это молчание.

Стоило ей закрыть глаза, как она всё ещё слышала её — песню, которую пели дети, собираясь вокруг неё.

Но она больше никогда её не услышит. Война унесла жизни тех детей, похоронила их под грудами земли... и навсегда заставила их замолчать.

Как же быстротечна человеческая жизнь.

Знания, казавшиеся вечными, обратились в ничто, когда люди погибли. Песни, которые они весело напевали, больше никто не услышит.

Это были дети, раздавленные нищетой. Иногда они улыбались, но если удавалось накормить одного, другому приходилось голодать.

Так было со всеми ними. А потом они умерли.

— ...Я учитель.

Обучение детей приносило ей радость. Направлять их на верный путь было так приятно.

Вот почему она должна была научить людей этого мира. Показать им, что жизнь — это страдание, и насколько мимолётна надежда, о которой грезят те, кто вечно борется с нищетой.

Как же глупо цепляться за надежду, которую ты никогда не сможешь удержать в руках, бесконечно страдать и находить покой лишь тогда, когда становится уже слишком поздно.

— Моя миссия — наставлять людей на истинный путь. Это работа, которую не может выполнить никто другой. Работа, которую должна делать только я.

— Понятно.

— ...И ты даже не станешь спорить с этим?

— Тут нечего особо отрицать. Хотя, пожалуй... есть кое-что, чему я хотел бы научить тебя.

— Научить... меня? Сколько бы ты ни нашептывал мне свои мысли, я не изменюсь.

«Всё верно. Я не изменюсь. Я продолжу учить людей. Я выйду отсюда и приведу ещё больше жизней к спасению. Если жизнь — это ад, то по ту сторону смерти их ждёт рай. Люди жалки, и им всегда нужна чья-то помощь».

Захад пожал плечами:

— Это не то, что можно сделать с помощью обычного разговора, так что потребуется немного времени.

— Я не понимаю, о чём ты.

— Люди часто ошибочно полагают, будто знают всё на свете. И разрушает это убеждение всегда то, что они беспечно упустили из виду.

Он протянул ей брусок мыла:

— Потри и руки тоже. Тщательно.

— ......

— У нас ещё полно времени для разговоров, так что не переживай.

На её голову снова полилась тёплая вода. Ева кивнула.

«Верно. Если я отвечу искренностью на искренность, он тоже всё поймёт. Мне даже не понадобится змеиный язык. Мне просто нужно научить и его тоже. Тому, насколько на самом деле быстротечна жизнь».

◇ ◇ ◇

Я потянулся, шумно выдохнув, и рассеянно уставился на Амар, плескавшуюся в ванне.

Белые волосы рассыпались по поверхности воды. Её глаза, закрытые до этого от удовольствия, распахнулись и встретились с моими.

Она тут же перевернулась. Опасное оружие покачивалось на водной глади, заставив меня тяжело вздохнуть.

— Хочешь обнять меня?

— Я воздержусь.

С неё почти не сошло грязи. Она была чистой. То, что на ней скопилось, являлось не более чем обычной пылью.

Она ела, но не испражнялась. По её телу также никогда не тёк пот.

Существо, чистое по своей природе. Тогда откуда взялась грязь в её камере? Всё было предельно просто.

Остатки еды, которые она оставляла после себя. Всё, что она поглощала, мгновенно преобразовывалось в магическую энергию. Уникальная способность расы демонов.

Одного лишь приёма пищи было достаточно, чтобы увеличить её силу.

Я вылил воду на голову Амар. Она, словно щенок, повернула голову и взглянула на меня.

— Мне не обязательно мыться.

— Знаю. Но иногда полезно дать телу расслабиться.

«Она отличается от остальных. Мне нужно действовать не торопясь. Чем сильнее я спешу, тем больше всё запутывается».

Без спешки. Именно с таким настроем следовало иметь дело с Амар.

— ...Разве ты меня не хочешь?

— Хочу.

— Тогда почему ничего не делаешь?

— Если бы я делал всё, что вздумается, только потому, что мне этого хочется, я бы ничем не отличался от животного.

— Ты меня не любишь?

— Этот вопрос пока остаётся открытым.

Амар нахмурилась, явно не понимая моих слов. Я слегка щёлкнул её по носу:

— Расслабься. Я ничего не собираюсь делать, так что просто наслаждайся купанием.

— Я бы предпочла, чтобы ты набросился на меня.

— Это вредно для моего здоровья.

Я оставил её в покое, пока купание не закончилось. Пока она сама не заговаривала со мной, я тоже молчал.

Просто ненавязчиво проявлять небольшую заботу, словно это самая естественная вещь в мире. Вот и всё.

Я вытер её и одел. Амар озадаченно наклонила голову, разглядывая свободную тюремную робу.

— А как же смирительный костюм?

— Он неудобный.

— Я опасна.

— Я тоже.

На этом разговор был окончен.

Все пятеро были вымыты.

Я медленно выдохнул. Прошёл целый день. Я расплатился с наёмными рабочими, которые закончили свои дела, и размял затекшие плечи.

Мои плечи затекли от монотонной работы, которой я занимался весь день. Особенно Балкен поначалу оказывал яростное сопротивление, из-за чего отмыть его оказалось невероятно трудно.

Никогда в жизни я не думал, что мне придётся собственноручно мыть тело взрослого мужчины.

А теперь нужно немного передохнуть. Я выключил свет в тюремном блоке.

Я поднял Мааю на руки и вынес её из блока, заперев за собой дверь. Так, теперь мне и самому не мешало бы помыться...

— Уже освоился в Десятом блоке?

Кто-то преградил мне путь. Незнакомое лицо. Тот факт, что он обращался ко мне на «ты» без всякого уважения, сразу насторожил меня, и я вздохнул.

Очевидно, он пришёл сюда ради неприятностей. Это было понятно по одному лишь его лицу. Выражение человека, у которого так и чесались руки затеять драку.

Пёс, на чью территорию посмели наступить. Судя по его виду, он был не просто надзирателем — он больше походил на старшего надзирателя.

Дай-ка подумать. Старший надзиратель, который снизошёл до личного разговора со мной... тот, кто изначально был прикреплён к Десятому блоку...

Он что, какой-то статист?

— ...Вы, должно быть, старший надзиратель Лупес?

— Брось эти формальности. Зови меня как хочешь. Расслабься.

Он ухмыльнулся своей скользкой, маслянистой улыбкой. В отличие от Вероник, от него несло дешёвым алкоголем, который он пытался скрыть, смешанным с каким-то гнилостным зловонием.

— Мы ведь оба не совсем обычные люди, верно?

— ...Прошу прощения?

— Я знаю твой секрет. Так что давай говорить начистоту. Инквизитор Захад.

Из уст этого человека сорвалось звание, о котором ему никто не сообщал.

Лупес прислонился спиной к стене:

— Зачем великий инквизитор Димонаас отправила тебя сюда?

— ...Что?

— Да ладно тебе, всё нормально. Можешь сказать мне. — Он оскалился. — Я тоже один из тех людей, которых великий инквизитор внедрила в исправительное учреждение.

«...О как».

Эта единственная фраза заставила мои мысли завертеться на бешеной скорости. Вывод напросился сам собой.

«Так это он».

Тот самый человек, который перехватывал письма Димонаас.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (13)

— ...

Я молчал. Вместо того чтобы отвечать поспешно, я решил выиграть немного времени.

Димонаас доверяет мне. Если бы она подослала сюда доверенное лицо, то непременно предупредила бы меня заранее.

Кто-то, кто скрывается здесь тайно? Исключено. Будь она из тех, кто утаивает подобные вещи, то не отправилась бы в такую даль, в Парамир, чтобы спасти меня.

А значит, этот парень врёт о том, кто он такой...

Но откуда он знает, кто я?

Единственные, кто в курсе моего положения здесь, — это Вероник и Моника. Ни одна из них не стала бы сливать сведения посторонним.

Обе они неразговорчивы от природы и не будут делиться непроверенными фактами с незнакомцами.

Тогда остаётся лишь один вариант.

Единственное объяснение, идеально описывающее ситуацию: этот ублюдок перехватывал письма.

— ...

— Не нужно так подозревать меня. Можешь говорить откровенно. Есть ведь только одна причина, почему я знаю, кто ты, верно? Великий инквизитор заранее предупредила меня, чтобы я хорошенько позаботился о тебе.

Я молча уставился на старшего надзирателя Лупеса, быстро прокручивая в голове мысли.

«Он прощупывает мои намерения, чтобы узнать, чего я добиваюсь... Но зачем? Зачем подходить ко мне и плести ложь, которая неизбежно рассыплется? Вся эта брехня раскроется в ту же секунду, стоит лишь свериться с Димонаас. Разве это не худший из возможных ходов? Ни один человек с мозгами так не поступит. Пока понаблюдаю за его реакцией, как и он за мной. В процессе что-нибудь да прояснится».

— ...Старший надзиратель Лупес.

Я понизил голос:

— Вас действительно подослала Великий инквизитор Димонаас?

Лупес расплылся в широкой ухмылке:

— Я ведь именно это и твержу! Что ты за человек такой, почему никому не веришь, а?

До чего глупое выражение лица. Гримаса ублюдка, возомнившего себя умником.

Он что, и правда идиот?

— Но даже если так... — я намеренно оборвал фразу на полуслове.

То, что он из кожи вон лез, пытаясь выведать мои намерения, означало: за его спиной кто-то стоит.

Начать с того, что Культ сейчас расколот на две фракции.

Тающее меньшинство во главе с кардиналом Арпиной.

И большинство, сплотившееся вокруг стремительно набирающего силу архиепископа Дуэйна.

Великий инквизитор Димонаас на первый взгляд казалась нейтральной, но на деле склонялась к стороне кардинала Арпины. Тот факт, что этот парень лгал ради того, чтобы узнать мои цели, намекал: скорее всего, он из людей Дуэйна...

Уверенным ни в чём быть нельзя, но представление о стоящем передо мной типе я уже составил.

Ему дали приказ, который даже Дуэйн велел бы не выполнять. Нет... Приказ, от исполнения которого его отговорил бы любой здравомыслящий человек. Кто в уме пытается открыто выуживать сведения прямо перед врагом?

Хотя он и вправду выглядит идиотом...

Что ж, понаблюдаю за ним ещё немного, как и он за мной. В процессе что-нибудь да прояснится.

— Вы можете это доказать?

Я изменил тон, перейдя на тихий шёпот и подмешав каплю враждебности, словно наотрез отказывался верить его словам.

Лупес вздрогнул:

— До-доказать? Да что тут доказывать? Раз уж я знаю, кто ты, то разговор окончен, разве нет?

— Порученная мне Великим инквизитором Димонаас миссия носит особый характер. Я не могу говорить о ней с тем, чья личность не подтверждена должным образом.

— Особая миссия?.. Ч-что за миссия? Она мне ничего о ней не говорила!

— Должен ли я объяснять причины?

— Но ведь я могу помочь! Я тебе тоже нужен, верно?

Лупес с самоуверенным видом ткнул себя пальцем в грудь:

— В конце концов, я один из старших надзирателей этого исправительного учреждения! Я тебе не какая-то шестёрка. Можно сказать, всё заведение, включая надзирательницу Вероник, пляшет под мою дудку.

— У вас действительно столько власти?

— Именно! Разве не очевидно? Я не из тех, кому место в этой дыре. Я здесь временно. И могу вернуться в штаб-квартиру Культа в любой момент, когда только захочу!

Из него так и пёрло бахвальство. Лицо излучало абсолютную уверенность, словно он искренне верил в собственное враньё.

Он и правда в это верит? Да быть не может.

Тот самый трус, который перед Вероник и слова пикнуть не смел?

— Так что признавайся. А? Если смогу помочь — помогу. Я ведь и так всё знаю! Понимаю, что именно ты пытаешься сделать.

— Раз уж вы и так всё знаете, мне не о чем рассказывать, верно?

— Н-ну, оно конечно так, но... т-точно! Миссия, которую тебе дали, может оказаться совсем другой! Верно? Я просто хочу убедиться, смогу ли действительно чем-то помочь.

Топорное оправдание. Это звучало настолько неубедительно, что я едва не зевнул.

Всё ясно.

Он обычный идиотина с едва работающими мозгами.

Должно быть, захотел выслужиться. Просто обнаружить меня и доложить показалось ему мало, вот он и решил раздуть свой куцый отчёт. Скорее всего, так и было.

Глупое решение. Будь я на его месте, молчал бы и просто наблюдал. Не знаю, кто пристроил его сюда, но теперь понятно, почему он застрял на этой должности.

Человек, чей потолок по уровню способностей — среднее звено. Вот он кто такой.

Завершив свои умозаключения, я смерил его полным подозрения взглядом.

— Неужели... Великий инквизитор Димонаас рассказала вам об *этом*?

Я набросал ему пару зацепок — ровно столько, чтобы дать волю его воображению, — и вплёл в свои слова дезинформацию.

Меня всё равно раскрыли, так что прятаться бессмысленно. Лучше обратить ситуацию в свою пользу.

Тот, кто получит ложный отчёт, гарантированно запутается. Не знаю, что они замышляют, но, заглотив эту наживки, они могут совершить ошибку.

К тому же, чтобы скрыть мою реальную цель, лучше всего сделать вид, будто здесь происходит нечто чрезвычайно важное.

— Что именно?..

— Наблюдение за тем, что находится за пределами города Танталос... А, нет. Она не стала бы раскрывать так много.

— О-она рассказала! Всё мне рассказала! Так что давай выкладывай!

— ...Неужели она упомянула даже то, что расположено к западу от Танталоса?.. Нет, забудьте.

Ну да.

За пределами Танталоса ничего нет — и никакой слежки тоже. Точнее, кое-что там всё-таки есть...

Строго говоря, заснеженная пустошь.

Лупес перешёл на торопливый шёпот:

— Ты можешь сказать мне! Я же говорил! Я прямой подчинённый Великого инквизитора, она лично припрятала меня здесь!

Пища для ума заброшена. Пора дать простор его фантазии.

— Я проверю это отдельно.

— Н-не нужно ничего проверять! Я сам доложу Великому инквизитору Димонаас, так и знай!

Лупес поспешно удрал. Судя по тому, как он бубнил под нос что-то про наблюдение, наживка сработала.

По крайней мере, временная передышка обеспечена. Теперь, заглотив ложную информацию, тот, кто стоит за этим человеком, наверняка отправит ищейки в окрестности Танталоса.

Я не знал, кто такой Лупес и кто дёргает его за ниточки, но если идти по следу из крошек, картина рано или поздно вырисуется.

Впрочем, разбираться с этим — не моя забота.

Пусть у Великого инквизитора Димонаас голова болит.

Я спустил Мааю с рук на пол.

— Маая, у меня к тебе просьба.

— Просьба?

— Доставишь для меня письмо? Димонаас.

Письма, приходящие в исправительное учреждение, уже перехватывали. Было бы странно, если бы письма, отправляемые отсюда, не перехватывали в штаб-квартире Культа.

Надёжнее отправить человека лично. А самым доверенным человеком оставалась именно Маая.

Путём назад я уже не располагал. Я проделал весь этот путь не для того, чтобы уйти ни с чем.

Раз уж я заварил такую кашу, то должен довести дело до конца. Если я просто сбегу, Вероник проклянёт Димонаас за компанию со мной.

— Я подготовлю экипаж... Сможешь отправиться в штаб-квартиру Культа?

— ...Не хочу уходить от босса.

Тихий ропот.

Я погладил Мааю по волосам:

— Сейчас ты единственный человек, которому я могу довериться, Маая. Помоги мне, совсем чуть-чуть.

— ...Только мне?

— Да. Потому что ты самая сильная и потрясающая из всех, кого я знаю.

Я протянул руку, и мы сцепились мизинцами, скрепляя обещание.

— Обещаю: я вернусь до того, как станет слишком поздно. И когда я вернусь, мы больше не расстанемся.

— ...Вместе?

— Конечно. Я ведь дом для Мааи, верно?

— ...

Слегка надув губы, Маая едва заметно кивнула. Я добавил:

— Как доставишь письмо, слушайся Димонаас. Пока я не прибуду.

— ...С платиново-золотыми волосами?

— Именно. Прочитав письмо, Димонаас, скорее всего, попросит тебя о помощи. Помогай ей во всём, что будет в твоих силах. Подождёшь меня терпеливо?

— Да... Маая постарается. Не волнуйся. Босс, расслабь лицо.

Маая погладила меня по щеке.

— Маая предана только боссу. Если у босса неприятности, то и у Мааи неприятности. Поэтому Маая поможет боссу.

— ...Умница.

Маая зажмурилась и замерла, пока я ласкал её волосы.

Её рука слегка поддрагивала, но она взглянула на меня, будто собираясь с духом.

— ...Маая будет ждать. Не задерживайся долго, хорошо?

— Конечно.

Я улыбнулся:

— Я приду за тобой, Маая. Не волнуйся.

◇ ◇ ◇

Дуэйн скомкал письмо. Инквизитор Захад... Его заметили в Танталосе?

— ...

Лупес был дураком. Косая сажень в плечах и абсолютная пустота внутри.

Сплошная показуха, никакого ума. Погрязший в азартных играх и выпивке, склонный к ошибкам — он был тем, кого Дуэйн отправил к надзирательнице для простого наблюдения. По любым меркам эффективности этот человек находился на самом дне.

Но даже при этом он не принадлежал к числу тех, кто станет открыто вплетать ложь в отчёты. Он был из тех, кто без устали виляет хвостом перед каждым, кто его кормит.

Вероятность предательства с его стороны была настолько мала, что его внедрение в Танталос в итоге принесло столь неожиданную пользу.

— ...Но.

Что это такое?

Дуэйн развернул следующее письмо. Там было написано нечто совершенно непостижимое.

— К западу от Танталоса... что-то есть... миссия по наблюдению?..

Правда это или ложь?

Сказать невозможно. Но великий замысел был уже совсем близко. Любой неверный шаг мог привести к катастрофе.

Сердцем этого плана, помимо всего прочего, являлся Танталос. Он не мог привести всё в движение, не зная, чего добивается Великий инквизитор Димонаас.

— ...Инквизитор... Захад...

Говорили, что эту информацию мужчина слил сам. Дуэйн заскрежетал зубами.

Будь он на его месте, то вообще не стал бы вступать в контакт. Он просто последовал бы за ним и понаблюдал за его действиями.

Это было всё равно что навлечь на себя неприятности на ровном месте. Чёртов болван!

— ...Все до единого абсолютно бесполезны!..

Сведения, полученные из уст самого врага, не отличались надёжностью. Поверить в них безоговорочно было бы верхом глупости.

Но даже при этом великий замысел был уже на пороге. Услышав подобное, он не мог просто проигнорировать это.

Дуэйн призвал своих прямых подчинённых.

— Отправляйтесь на окраины Танталоса.

— Ваше Высокопреосвященство. Что там находится?

— Я и сам не знаю, потому и велю вам пойти и разузнать. И прежде чем вы вернётесь...

Дуэйн наклонился к командиру Ордена Паладинов и прошептал:

— В назначенное время сам зажги сигнальный огонь. Разборку со старшим надзирателем Лупесом я оставляю на тебя. Не забудь также убить всех свидетелей. Помни, что «мы» не должны иметь к этому делу никакого официального отношения.

— ...Понял, Ваше Высокопреосвященство.

Командир Ордена Паладинов тяжело кивнул.

— Да пребудет свет Ра над всем сущим.

◇ ◇ ◇

— Прошу прощения, Ра.

— Что ещё такое?

Я лежал на кровати и взывал к ней.

— Эти непокорные, неблагодарные люди... Разве ты не можешь просто лишить их всей Святой силы?

— Невозможно.

— Тогда зачем ты вообще даровала им Священные Стигмы?

— Я никогда ничего им не даровала. Они просто родились с ними.

— ...Что?

— Это всего лишь совпадение. Частица моей силы просочилась в их души, и в результате они родились со Священной Стигмой. Не более того.

— Тогда к чему все эти разговоры? Утверждение, будто когда жрецы одного Культа сражаются друг с другом, Священная Стигма теряет свой свет?

— Игра слов. Даже если ты убьёшь собрата-жреца, Священная Стигма всё равно продолжит сиять. Это не более чем сказка, выдуманная Культами, чтобы контролировать жрецов. Убийство жреца того же Культа в любом случае считается тяжким преступлением — смертным грехом, не оставляющим места для снисхождения. Если посмотреть под другим углом, это равносильно угасанию света Стигмы.

— Как-то это слишком безалаберно.

— Разве люди не все такие?

М-да. Даже спорить не стоило.

Я перевернулся на кровати. Поздней ночью, подальше от посторонних глаз, я усадил Мааю в экипаж.

Я записал большую часть того, что узнал, и отправил вместе с ней. Кто-то вроде неё отлично справится со всем самостоятельно. Она способная девушка. Честно говоря, даже без моего участия она наверняка прекрасно решала бы собственные дела.

К тому же она сильна в бою. Рядом с ней были Розмари, которую я усилил, и Раадатук, усердно пытавшийся её догнать.

И это ещё не всё. Средний уровень способностей Пятого отдела Инквизиции намного выше, чем у любого другого отдела.

Даже без моего прямого вмешательства эта сила способна функционировать сама по себе. Так что беспокоиться не о чём.

— ...Дайте мне просто поспать.

Я сел на кровати и выключил свет. Но стоило мне устроиться поудобнее, как в дверь постучали.

Заброшенные жилые помещения для персонала неподалёку от Десятого блока, которыми не пользовался ни один надзиратель. Место, где спал я один, — никто не пришёл бы сюда без причины.

...Неужели Лупес?

— Кто там?

— Ты всё ещё не спишь, как я погляжу.

До меня донёсся знакомый голос из-за двери:

— Это Моника. Могу я войти?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (14)

В неловком молчании я покосился на Монику. Зверолюдка-лисица примостилась на краю кровати, нервно перебирая пальцами.

Если так пойдет и дальше, мы просидим всю ночь. Я тихо вздохнул.

— Надзирательница Моника, зачем вы пришли?

— Ну... то есть...

Моника ловко перевела тему:

— Как продвигаются дела с управлением Десятым блоком?

— Прошло всего два дня.

— И-и все же... Я подумала, что как старшая по званию могла бы дать вам пару советов. Поначалу ведь всем приходится нелегко, верно?

— Если надзирательница Вероник узнает, что вы мне помогаете, она наверняка сама засадит меня в камеру.

— ...И то верно.

Я прислонился спиной к стене.

— Так что вы на самом деле хотите сказать?

— ...Н-ну... ничего особенного, правда...

Моника робко подняла взгляд:

— Инквизитор, что вы думаете о своей работе?

— Да особо ничего не думаю.

— ...Разве вы не испытываете гордости? Чувства долга?

— Не особо.

В ее глазах промелькнуло недоверие. «И чего ты от меня хочешь? Это же правда».

— Раз уж вы завели об этом разговор, значит, дело в вашей работе, верно?

— ...Если честно, я довольна своей работой. Знаешь, ведь далеко не каждый может стать надзирателем. Наставлять людей на путь истинный, делать их полезными для общества — это невероятно важная роль.

— Так и есть.

— Но... но в последнее время кажется, будто все больше людей даже понятия не имеют о чувстве долга. Вот сегодня, например!..

Стоило плотине прорваться, как жалобы полились рекой. Я расслабился, откинувшись назад.

Так вот в чем дело. Ей просто нужно было выговориться.

Самое забавное, что когда я начал слушать, мне действительно стало интересно. Вживую выслушивать ворчание Моники было странным, сюрреалистичным опытом — ведь раньше я видел это только на экране игры.

В игре она была из тех, кто копит все в себе, пока в один прекрасный момент не взорвется. Я мягко принял ее сторону:

— Согласен. Чтобы работать надзирателем, нужен хотя бы базовый уровень навыков. Позволять помыкать собой заключенным, которые к тому же закованы в кандалы — это действительно серьезная проблема.

— Вот именно! Видишь, не я тут придираюсь! Это они виноваты, что вообще не тренируются, и даже не понимают этого — еще и шепчутся за моей спиной в уборной!..

Моника выговорилась от всей души. Она сделала глубокий вдох, а затем удовлетворенно фыркнула.

— ...Спасибо. За то, что выслушал.

— Пустяки.

— Я, я, я... в общем, насчет этого... может быть...

Моника слегка подалась лицом вперед:

— Мне кажется, мы действительно отлично ладим, Инквизитор... Может, как-нибудь еще поговорим?

— Похоже, у вас много чего накопилось на душе. Если моя компания вас устраивает, то конечно.

— Я-я, конечно же, не буду надоедать! Совсем чуть-чуть, этого достаточно. Вам ведь тоже нужно личное время, Инквизитор.

— Это так, но вам не обязательно быть настолько тактичной.

Почему бы и не заработать несколько очков расположения. Укреплять доверие никогда не помешает.

Да и честно говоря, это действительно было забавно. Живой, искренний разговор.

— Мне нравится слушать вас, Моника.

— .......!

Моника расплылась в широкой улыбке:

— Спасибо, Инквизитор! За то, что стал моим другом!

— ...Для дружбы у нас все-таки приличная разница в возрасте.

— А сколько тебе лет? На первый взгляд ты выглядишь примерно моего возраста... Ой, в человеческих годах, конечно! Зверолюди живут в несколько раз дольше людей, так что я имею в виду физический возраст. Я немного старше, но... по человеческим меркам мне все еще около двадцати пяти!..

— Мне шестнадцать.

— А?

◇ ◇ ◇

Наставить заключенных на путь истинный и заслужить одобрение надзирательницы Вероник. Но «исправление» было лишь словом — на практике же все сводилось к тому, чтобы просто сблизиться с ними.

Пока они не нападали на охранников и не устраивали беспорядков, это уже считалось исправлением. Ничего сложного.

Мне нужно было лишь ослабить то, что заставляло их проявлять враждебность к людям.

Я посмотрел на Балкена.

У заключенных имелись свои причины нападать на стражу. В случае Балкена причина была проста: ненависть к себе, рожденная неспособностью защитить хоть что-то. Ярость, которой некуда было деться, изрыгаемая в виде слепой жажды убийства.

Значит, мне оставалось лишь дать этому порыву иное направление.

— Балкен.

— ...Что?

Я оглядел камеру и медленно размял плечи. Затем достал из кармана меч — обычный, настоящий клинок. Бросил его перед ним, а после взял еще один для себя.

— Ты ведь умеешь обращаться с мечом? Пока не обнажай его. Я все вижу.

— ...Зачем ты даешь мне это?

— Нам нужно как-то убить время. Что еще делать, просто сидя без дела? С тем же успехом можно чему-нибудь научиться.

Я поднял свой меч. В нем не было Святой силы — обычной мускульной силы вполне хватало.

— Не хочешь сразиться?

— ...Вручить оружие заключенному. Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Я знаю, что ты сдерживаешь себя лишь силой воли. На самом деле тебе прямо сейчас хочется разорвать меня на части, верно?

— ......

— Давай же. Выложись на полную.

— Чего ты добиваешься?

— С тобой так тяжело, ты в курсе? Тебе наверняка часто говорят, что ты слишком упрямый.

Балкен сжал рукоять меча.

— Тяжело... говоришь.

Его глаза налились багрянцем. Между губ показались острые клыки.

— Да что ты вообще знаешь... чтобы так распускать язык?

— Разговаривать словами — это хорошо, но говорить на языке тела — куда лучше.

Я взмахнул рукой и ухмыльнулся:

— Я уступлю тебе первые три удара. Идет?

— Наглец!..

Воздух огласил звон стали.

◇ ◇ ◇

— ...Молодой страж. Что это такое...

— А на что похоже?

Я неторопливо протянул ему удочку. Перед этим я нанял подрядчика, чтобы тот вырыл небольшой пруд и запустил туда рыбу.

— Рыбалка.

— Подобным не занимаются в тюрьме.

— Да ладно тебе. Я здесь главный — кто посмеет мне возразить?

Лакеум взял удочку с легким недовольством на лице.

— Молодой страж. Я не могу понять ход твоих мыслей.

— Просто расслабься и плыви по течению.

— Какова твоя цель?

— Я хочу узнать тебя получше. Мне всегда были интересны ящеры. Но просто болтать — это скучно, верно? Так что я придумал для нас отличное развлечение.

Лакеум в каком-то смысле уже исправился. Он не испытывал особой враждебности к людям. Но оставлять его в стороне казалось неправильным. Будем считать это совместным досугом. Надежного взрослого, готового пожертвовать собой ради других, встретишь нечасто.

Лакеум уставился на удочку, а затем забросил крючок с наживкой в воду. Рыба клюнула мгновенно. Лакеум ошеломленно рассмеялся:

— Надо же...

— Ну как, чувствуешь натяжение?

— Ничего я не чувствую. Никакого сопротивления. Это не рыбалка.

— А как должно быть?

— Ты что, никогда раньше не рыбачил?

— Никогда особо этим не интересовался. Но раз уж ты заговорил об этом, мне стало любопытно. Я устроил все это только потому, что слышал, будто ящеры едят много рыбы. Неужели это так сильно отличается от настоящей рыбалки?

— ...Хм.

Ящер впился зубами в пойманную сырую рыбу, с хрустом разжевывая ее вместе с костями. Проглотив кусок, он поднял на меня взгляд и ухмыльнулся испачканной в крови пастью:

— Хочешь, чтобы я тебя научил?

— Было бы неплохо. Мне всегда хотелось узнать, как живут ящеры.

— ...Что ж, хорошо. Я расскажу тебе. Слушай внимательно, молодой страж. Видишь ли, ящеры...

Лакеум заговорил теплым, неторопливым голосом. Он прикрыл глаза, словно предаваясь старым воспоминаниям.

◇ ◇ ◇

— Что думаешь о пупырчатой пленке?

— Скучно. Удовольствия. Ноль. Ха-а-ах.

Цубаки зевнула и перевернулась на кровати. Однако ее руки продолжали усердно работать — тело оказалось куда честнее слов.

Хлопок за хлопком, без остановки. Я присел рядом с ней.

— Цубаки.

— Да.

— Язык Западного континента. Хочешь, я тебя научу?

— ......?!

Благодаря телу, которое мне досталось, я свободно владел языком Западного континента. Я мог писать на нем и прекрасно понимал все правила грамматики. Так что обучение не составит для меня никакого труда.

Цубаки медленно села, и ее глаза заблестели:

— Правда?

— Конечно. Тебе ведь уже надоело просто выкрикивать отдельные знакомые слова?

— Да! Скучно! Разговаривать! Целыми предложениями! Хочу!

— Хорошо. Я обучу тебя как следует. А что касается этого...

Я посмотрел на пупырчатую пленку, лопающуюся с бешеной скоростью. Ее руки двигались так, словно она пыталась подавить симптомы ломки.

Ей хотелось лопать людей. С этим желанием она родилась, оно было для нее столь же естественным, как дыхание. Человек, рожденный непохожим на всех остальных. Тот, кого из-за этого никто и никогда не сможет понять.

Я не собирался отрицать ее сущность. Найти замену людям было возможно, но для этого требовалась помощь Мааи. А пока ее не было, пупырчатая пленка оставалась лучшим, что я мог предложить Цубаки.

— Потерпи еще немного, и я дам тебе то, что можно лопнуть.

— То, что можно лопнуть? Еще пупырки?

— Кое-что другое. Это лишь временная мера. Если будешь прилежно учиться, я дам тебе это в качестве награды. Так что старайся. Договорились?

— ...Да!

Цубаки энергично кивнула, а затем тихо спросила:

— Цубаки... Ты меня не боишься?

— Не знаю, сколько еще раз мне придется это повторить... — Я достал блокнот, который принес с собой. — Самый опасный человек здесь — это я.

◇ ◇ ◇

— ...Ты пришел.

Заключенная Ева подняла взгляд. Я кивнул. Она аккуратно сидела на своем одеяле и жестом указала на стул, приглашая к разговору.

Я сел. Не произнося ни слова, я приготовился слушать то, что она скажет.

[Молитва Бога Солнца отражает ментальное заражение.]

— В этом конечном времени нет ничего, кроме страданий.

— ......

— Как бы ты ни боролся, этому нет конца. То, чем ты дорожишь, однажды исчезнет. Даже радость, которая кажется вечной — не более чем мимолетное мгновение.

Она говорила, пытаясь переубедить меня.

— Захад. Жизнь лишена смысла. Это лишь пустота, которая однажды рассеется.

— Возможно, и так.

— ...Тогда почему ты продолжаешь жить? Зачем цепляешься за этот ад, когда истинное спасение совсем рядом?

Ева взяла меня за руку и прижала ее к своей щеке.

— Пойдем с нами. Все мы. Одному тебе может быть страшно — ведь ты не знаешь, что ждет впереди. Но вместе все иначе. Мы будем поддерживать друг друга на той стороне. Мы сделаем этот шаг вместе, и те, кто ушел раньше, встретят тебя. В вечном раю, где нет никаких страданий.

Ее шепот лился подобно змеиному шипению. В сочетании с прекрасным лицом это выглядело как откровенная попытка соблазнения. Кто-то мог бы принять ее за последовательницу Наги.

Я раскрыл ладонь и нежно погладил ее по щеке.

— ...Хм?

— Да без причины. Просто ты очень красивая.

— Что?

У Евы произошло короткое замыкание. «На кого это ты тут вздумала наседать?» В искусстве обольщения я всегда на шаг впереди.

— Ева. Тогда позволь спросить в ответ. Если жизнь полна страданий — если от них невозможно сбежать, как бы ты ни боролся, — тогда почему люди продолжают жить?

— Потому что они невежественны. Вот почему они нуждаются во мне. Только я могу пробудить тех, кто пребывает в неведении.

— Почему ты так думаешь?

— Я учительница. Педагог. Я чувствовала это, когда учила детей. Каждому нужен первопроходец. Всегда должен быть кто-то, кто пойдет впереди и укажет путь. Только тогда люди смогут идти по верной дороге, не спотыкаясь и не совершая ошибок.

Женщина, которая сама провозгласила себя учительницей. Я тихо рассмеялся.

— Хорошо. Возможно, ты права. Жизнь действительно может быть полна страданий, и, возможно, у нас нет иного выбора, кроме как бежать от них.

— Ты понимаешь, о чем я говорю!

— Это не такой уж сложный аргумент.

— Вот именно! Так что, Захад! Пока не стало слишком поздно!..

Я с грохотом опустил на стол кухонную утварь.

— Но кулинария — совсем другое дело! Она полна невероятно сложных вещей!

— А?

Из моих карманов одна за другой посыпались кулинарные книги.

— Ты ведь говорила, что тебе нравятся кулинарные книги? Я купил кое-какие ингредиенты за пределами Танталоса. И все кухонные принадлежности тоже здесь!

— ...Что? Что?

— Кулинарный класс Захада объявляется открытым. Набор ограничен — всего одно место. Желаешь записаться?

— Нет. Подожди. Это... Э-э...

— Да ладно тебе, не ломайся. Я же знаю, что ты хочешь.

Я слегка подмигнул ей.

— Я ведь говорил тебе тогда, помнишь? Что лучше покажу то, чего ты не знаешь, чем буду просто рассказывать. Но чтобы дойти до этого, нужно немного времени. Сидеть сложа руки действительно скучно, так что давай применим на практике те знания, которые ты хранишь в своей голове.

— Да что это вообще... Я не понимаю..?

— А чего тут не понимать?

Я взял ее за руку и потянул вверх, заставив подняться. Она встала, издав тихий вскрик:

— Ах!..

— Знания сияют гораздо ярче, когда ты их используешь, а не просто держишь в голове.

Ева посмотрела на меня с крайним недоумением. Я всучил ей в руки кастрюлю.

— Давай попробуем. Прежде чем ты испугаешься и сбежишь, начни с нарезки ингредиентов. Кто знает? Может, в процессе готовки что-то изменится.

◇ ◇ ◇

Я открыл дверь. За железной решеткой меня ждала демоница любви — женщина, истощенная человеческой злобой. Я протянул руку к ее ослепительно сияющим белым волосам и медленно погладил по голове. Прикрытые глаза Амар приоткрылись.

— ...Секс?

— Нет, мы здесь не для этого.

— Почему? Я не понимаю. Захад, почему ты не хочешь взять меня? Мне нравятся пошлые вещи. Я лучше всех в мире умею двигать бедрами.

— Этим занимаются с теми, кого любят.

— Разве ты меня не любишь?

Позади нее что-то всколыхнулось. Я покачал головой, глядя на угрожающе колеблющуюся ману.

— Слишком рано говорить о любви. Я ведь совсем ничего о тебе не знаю.

— Можно любить кого-то, даже ничего о нем не зная. Меня всегда любили именно так.

— Ты уверена, что это любовь, а не просто похоть?

— Уверена. Это любовь.

— Вот как? Но моя любовь устроена иначе.

Амар наклонила голову набок:

— И чем же она отличается?

— Моя любовь начинается с того, что мы проводим время вместе.

Я сел позади нее, и мы прижались друг к другу спинами. Между нами разлилось тепло. Я закрыл глаза и замолчал. Она, до этого слегка тершаяся обо меня, замерла.

— ...Хм, — пробормотала Амар за моей спиной. — Я не понимаю. Почему ты ничего не делаешь? Так действительно можно?

— Можно. — Я кивнул. — Вполне нормально вообще ничего не делать.

— .......

Амар ничего не ответила. Она просто тихо прислонилась своей спиной к моей, в точности как я и просил.

◇ ◇ ◇

Димонаас подняла взгляд от своего стола и отложила в сторону письмо, которое принесла ей Маая.

«...Хм».

Она не стала произносить свои мысли вслух, продолжая напряженно размышлять про себя.

Она не собиралась просто сидеть сложа руки и безропотно принимать удары судьбы. Было кое-что, что она расследовала втайне от всех: используя инквизиторов второго ранга — тех, кто не привлекал к себе столько внимания, сколько перворанговые, — она выслеживала перемещения Дуэйна.

Мелкие зацепки постепенно накапливались, и теперь из них складывалась масштабная картина. В нити дела, которые ей едва удалось нащупать, было вплетено шокирующее откровение.

Она не была некомпетентной. Напротив, она обладала выдающимися способностями. Распутав одну ниточку, она смогла смутно разглядеть весь замысел и теперь отчетливо видела, чего добивается противоположная сторона.

— ...Спасибо, Маая. Это все подтверждает. Не так давно большое количество паладинов покинуло штаб-квартиру Культа под предлогом выполнения миссии. Это был орден паладинов под командованием Дуэйна.

— Что должна сделать Маая?

— У меня есть одна просьба.

Если они что-то замышляли, она просто нанесет ответный удар. Димонаас задействовала все карты, что были у нее на руках.

— Маая, пожалуйста, присмотри за кардиналом Арпиной.

— ...Хорошо?

— Если мои предположения верны, сейчас она находится в крайне опасном положении. И единственным, кто способен ей помочь, может быть лишь тот, кто обладает боевой мощью уровня Апостола.

Димонаас пристально посмотрела на Мааю:

— Ты ведь сильна, не так ли? Я знаю. Ты не растеряла всю свою силу.

— ......

— Разумеется, я не собираюсь делать из этого проблему. Захад гарантировал твою безопасность. Я доверяю ему. Он не из тех, кто бросает слова на ветер.

Димонаас разложила документ и быстро пробежала по нему глазами.

— Я не могу просто продолжать принимать удары... Полагаю, пришло время действовать.

Великий инквизитор Димонаас начала тайно приводить свои силы в движение. Тихо, там, где даже архиепископ Дуэйн не мог этого обнаружить.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (15)

Его тело горело. Балкен тяжело, прерывисто выдохнул.

Выставленная вперед нога заплелась. Пытаясь увернуться от меча, он в итоге просто рухнул лицом в пол.

— Пф-ха-ха.

— Не смейся!

Он яростно вскочил на ноги. Проклятое тело. Слишком сильно искалечено, слишком запущено.

Он отдыхал достаточно долго. Он должен был взмывать подобно молнии и обрушиваться подобно грому — но когда он взмахнул мечом, раздавшийся свист не шел ни в какое сравнение даже со взмахом крыла колибри.

Так было не всегда.

Рыцарь-телохранитель, служащий своей единственной госпоже... надежда низших воинов... почему все пришло к этому!..

— Обидно?

— Будь я прежним, кто-то вроде тебя уже давно бы!..

— Хватит цепляться за прошлое, сосредоточься на мне. Тебе нужно достать того, кто стоит прямо перед тобой. Какой толк винить тело, которое уже не вернуть?

Захад лениво крутанул меч по кругу. На его лице снова появилась эта невыносимо раздражающая ухмылка.

— Что если... я поддамся тебе на пять ходов?

— Ах ты... паршивец!..

— Паршивец здесь точно не я.

— Заткнись!

Балкен снова топнул ногой. Он бросился вперед, навстречу грохоту нарастающего грома.

Почему-то один лишь взгляд на него заставлял ярость закипать в жилах. В груди словно вспыхнул пожар.

Чувство, будто он выкладывает все, что у него есть.

Может, дело в том, что он держал в руках меч? Тело казалось чуточку легче, чем раньше. Посреди грохочущего грома Захад поднял свой клинок.

— ...Ого.

Балкен двинулся с места.

Грянул гром.

◇ ◇ ◇

— Ты так камеру разнесешь.

— Да ладно тебе. Не все так плохо. Ты преувеличиваешь.

— Я не преувеличиваю.

И чем он только занимался каждый день в соседней камере?

Лакеум привычным движением насадил наживку на крючок. Рыбалка в пруду, который наполнялся каждое утро, стала его хобби.

Его можно было даже назвать роскошным увлечением. Кому еще доводилось наслаждаться рыбалкой прямо в тюремной камере?

«Так, посмотрим. Какую бы историю рассказать сегодня...»

— ......

Ящер Лакеум оборвал свои мысли и замер.

«...Ох».

«Когда это оно успело прокрасться?»

— О чем задумался?

— Молодой тюремщик.

Лакеум слегка дернул вздрогнувшую удочку. Из воды выпрыгнула рыба.

— Почему ты относишься ко мне... ко всем нам так хорошо?

— Почему я хорошо к вам отношусь? Хм...

Захад прижал удочку к груди. Он сонно зевнул.

— Я не отношусь к вам как-то по-особенному хорошо.

— ......?

— Я просто отношусь к вам как к людям. Что в этом такого? Деньги у меня есть. Подобное я могу позволить себе без лишних раздумий.

— Тебе ведь нет от этого никакой выгоды.

— Да нет, выгода огромная. Я могу провести здесь месяц в полном покое — это уже чистая прибыль.

— Месяц?

— Ага. Один месяц. Через месяц меня вышвырнут. Ну... технически я уйду сам, но все же.

Прошло уже десять дней с тех пор, как он впервые увидел его. Хм. Один месяц.

Лакеум снова повернулся к удочке.

— ...Жаль.

— О чем ты?

— О том, что наслаждаться рыбалкой остался всего месяц.

— Ну, можно посмотреть на это и так, но...

Захад ткнул его локтем в бок.

— Ты ведь не думаешь, что я уйду и больше никогда не вернусь?

— Молодой тюремщик. Когда ты уйдешь, ты не вернешься. Я знаю это. Исправительное учреждение — не то место, куда возвращаются, словно в родные края.

— Это... правда. Отрицать не стану. Место и впрямь не самое веселое. Да и вокруг Танталоса ничего нет.

Захад пожал плечами.

— Скучное место. Незачем сюда возвращаться.

— Я не виню тебя. Я бы поступил так же.

— О. Какая поразительная честность.

— Воин не лжет.

— Точно. Лакеум ведь был воином. Но и я не из тех, кто станет лгать тому, кто мне нравится.

По водной глади пошла рябь. Захад вытащил рыбу.

— Место скучное, но я буду иногда заглядывать.

— Зачем?

— А ты как думаешь? Разве мы не друзья? Эта камера — единственное место, где я могу просто посидеть и ничего не делать.

— .......

— Да и, честно говоря, это довольно весело. Рыбалка эта.

Чешуя тихо зашуршала. Лакеум поймал рыбу голой рукой.

«Друзья».

Он мысленно повторил это слово и засунул рыбу в рот. Сырая все же лучше, чем приготовленная. С чувствами, наверное, то же самое.

Естественное лучше искусственного. Чем больше времени проводишь с кем-то, тем глубже становится связь.

Всего один месяц.

Кто-то мог бы сказать так и просто пожать плечами. Но какое значение имеет время на самом деле?

Важнее всего то, насколько сильно вы сблизились.

— ...Друзья.

Лакеум медленно и широко улыбнулся. Захад тихо усмехнулся в ответ.

— Ладно, хватит сентиментальностей — расскажи мне лучше про рыбу. Ты правда думаешь, что есть ее сырой — лучший вариант? На вкус она как обычное мясо.

— Из нее так и брызжет сок. Ты еще молод, молодой тюремщик.

— Вообще-то я не такой уж и молодой.

— Тебе не хватает горького вкуса жизни.

— Что, простите?!

◇ ◇ ◇

— Каузативные глаголы...

Цубаки сморщила носик. Она всегда гордилась тем, что не была глупой.

Но стоило ей сесть за учебу, как ее давно бездействовавший мозг наотрез отказался сотрудничать. Словно заржавевшая шестеренка, которая со скрипом и скрежетом то и дело застревала на полуобороте.

— Сдаюсь.

— Да ладно тебе. Еще и получаса не прошло.

— Цубаки. Сдается.

Импульсивная. Цубаки прекрасно знала свой характер. Она легко загоралась чем-то и так же легко остывала.

Единственное, что она искренне любила — это взрывы. Но даже это было не более чем погоней за простым удовольствием.

Если ей что-то не нравилось, она просто убегала. Никто никогда не учил ее терпеть. Она родилась сиротой, и единственными людьми, которые когда-либо протягивали к ней руки, были те, кто хотел ее осквернить.

Цубаки повалилась на кровать. Кто-то уселся ей на спину.

— М-мф?!

— Ты правда не собираешься продолжать?

— Тяжело. Тяжело. Тяжело. Помогите. Помогите. Помогите.

— От этого не умирают. Считай это наказанием.

Раздался шелест переворачиваемой страницы. Цубаки потерлась щекой об одеяло.

— Трудно. Цубаки. Больше не может.

— Вчера ты говорила то же самое. Но все равно ведь справилась, верно?

— Заставили. Мозг взрывается.

— О, отлично. Какое затейливое выражение. Видишь? От этой учебы уже есть толк.

— ...Хмф.

Уголок рта Цубаки дрогнул.

— Цубаки. Потрясающая?

— Потрясающая. Серьезно. Я еще не видел, чтобы кто-то учился так быстро.

— ...Правда?

— Зачем мне врать? Если бы я тебя не учил, мне самому было бы проще.

Захад поднялся. Он с глухим стуком опустился рядом с Цубаки.

Их взгляды встретились. Почему-то ей стало неловко, и она натянула одеяло, прикрывая половину лица.

— Хочешь закончить?

— ......

Он спрашивал ее мнение. В его глазах не было страха. Ни дискомфорта, ни настороженности.

Он просто смотрел на нее. Даже зная, кто она такая и чего хочет, он не держался от нее на расстоянии.

Цубаки что-то пробормотала. Она едва заметно покачала головой.

Захад улыбнулся.

— Хорошо. Сначала сядь. Возьми ручку.

— Голова. Дым. Идет.

— Без труда не выловишь и рыбку из пруда. Давай. Начнем отсюда.

Она заскребла ручкой по бумаге. Цубаки тихонько напевала себе под нос какую-то мелодию.

Она бесконечно жаловалась, капризничала — но рядом был тот, кто спокойно все это принимал. Тот, кто относился к ней как к человеку, а не как к монстру.

Острые углы ее скверного настроения сгладились. Цубаки подняла ручку и вывела предложение.

— Спа-си-бо... за то... что учишь... меня?..

— Да! Вот это наша Цубаки! Величайший гений этой эпохи!

— Хе-хе-хе.

◇ ◇ ◇

— Значит, здесь... это означает...

У Евы голова пошла кругом. Вместо соуса, который нужно было добавить, она налила соевый соус.

— Ч-ч-ч-что?!

Она поняла это только после того, как уже все вылила. Ева задрожала и искоса взглянула на Захада.

Он ухмыльнулся.

— Время дегустации.

— Угх...

Вышло ужасно. Какая это уже по счету неудача? Плечи Евы поникли.

Она понятия не имела, зачем вообще этим занимается. Как все докатилось до такого?

— Плохо получилось, да?

— М-м...

— Не плачь. Скажи честно. Каково на вкус?

— Солено.

«Солено. Язык немеет».

— Вот что бывает, когда бахаешь столько соевого соуса.

Захад порылся в специях, разложенных на столешнице. Он попробовал что-то на вкус, а затем принялся бросать туда то одно, то другое.

В рецепте ничего подобного не было. Ева надулась.

«Теперь точно станет еще хуже. Зачем он это делает?»

— На. Попробуй.

— ...Тут слишком много приправ. Сладкое, соленое, горькое... Твоей изначальной целью было меня помучить?

— Вовсе нет. Я планирую гонять тебя до тех пор, пока у тебя не выйдет нормальное блюдо.

— Но почему, зачем?

— На то есть причина. Просто съешь это.

Ева зажмурилась. Она попробовала то, что он ей протянул.

Горько и невыносимо солено...

— ...А?

«Вкусно?»

— Почему... почему это вкусно?

— Когда кажется, что уже слишком поздно, на самом деле это самый быстрый путь. Даже в безвыходной ситуации всегда найдется способ все исправить.

— Да что это вообще значит...

— Но ведь вкусно же, правда?

— ...Да.

Захад слегка кивнул.

— Тогда давай вернемся к основам. Приготовь еще раз, строго по рецепту.

— О-опять?!

— Эй, полегче. Я тут даже посуду за тебя мою, а ты еще и жалуешься?

— Я... я не понимаю, зачем ты все это делаешь...

— Ты ведь говорила, что дети, которых ты раньше учила, жаловались на твою стряпню?

— Э-это правда, но...

— Подумай об этом. Ладно? Представь, что ты отправилась на тот свет и встретила их там. Скажи честно — разве тебе не хотелось бы хоть раз угостить их чем-то по-настоящему вкусным?

— Что за глупости ты говоришь?

— Просто представь. Чисто гипотетически. Если вы все равно встретитесь, будете смеяться и болтать, разве не приятнее делать это за хорошей едой?

— ......

В этом был смысл. Ева слегка кивнула. И все же она никак не могла понять, зачем ей это нужно.

— Я ведь не собираюсь умирать прямо сейчас... Не знаю, зачем я этому учусь.

— Это приносит удовольствие. Сам процесс и его результат.

— Это совсем не весело. Ты пытаешься меня переубедить?

— Вовсе нет. Я просто учу тебя готовить. Заодно мне нужно повысить уровень собственного мастерства.

Захад начисто вымыл кастрюлю. Он зажег Священное пламя и слегка разогрел масло на сковороде.

— Хватит ворчать, чисти лук. Если переведешь половину, как в прошлый раз, я тебя отругаю.

— ......

Ева надула губы. Она молча взяла луковицу.

Ее руки двигались уже чуть более уверенно, чем раньше.

◇ ◇ ◇

Проведя время как обычно за болтовней с Амар, я закончил смену — и обнаружил Монику, которая ждала меня в моей комнате.

Она развалилась на кровати в просторной домашней одежде и уплетала сладости. Наблюдать за тем, как она потягивает сок из пакетика, было, честно говоря, довольно забавно.

Чувствовала она себя здесь как дома. Абсолютно.

Не то чтобы мне хотелось упрекать ее в этом. Моника была прилежной и трудолюбивой, но всегда настолько напряженной, что в ней постоянно сквозила некоторая рассеянность. Вероятно, так она сбрасывала стресс, накопившийся во внерабочее время.

Но почему именно здесь?

— В один прекрасный день я просто останусь здесь спать.

— А так можно?

— Ты меня совсем не боишься? Я ведь тоже мужчина, знаешь ли.

— Захад не смотрит на меня похотливым взглядом!

— А как насчет женщин?

— Женщины еще хуже. Они постоянно меня лапают. Везде. Особенно тут...

Моника слегка приподняла свою грудь, отчего та мягко колыхнулась.

— ...Я вообще-то тоже мужчина.

— Хочешь потрогать?

— Моника. Прекрати.

— Раньше я терпеть не могла, когда меня с возрастом начинали называть «сестрицей», но когда это говорит Захад, мне приятно.

Она уже вовсю валялась на кровати. Освоившись окончательно, Моника болтала без умолку.

— О, кстати, сегодня я прошлась патрулем по близлежащим городам и нашла кое-что безумно интересное.

— Что именно?

— Штуковина, созданная с помощью магии света... та-да!

Моника вытащила что-то из-под своей кофты.

...Полароид?

Одноразовый фотоаппарат. Неужели здесь существовало нечто подобное?

— Если направить его и нажать вот так... кажется, получается снимок?

— Такого и следовало ожидать от Башни Магов... Как тебе удалось...

— Вообще-то, фотографировать — это мое маленькое хобби.

*Щелк.*

Моника подняла снимок, который выполз из фотоаппарата. Тусклые цветные чернила медленно проступали на бумаге.

— ...Ого, ничего себе. Качество снимка просто отличное. Захад, иди сюда! Давай сфотографируемся вместе!

— Хм.

«Подожди-ка. Надо подумать».

«Если у меня будет эта вещь, она может очень помочь в операции по приручению Амар».

— Не могла бы ты отдать его мне?

— Это?

— Думаю, он мне пригодится. Я заплачу.

Моника немного подумала, а затем лучезарно улыбнулась.

— Деньги мне не нужны, у меня их и так навалом. Я купила его только потому, что это была новая модель — просто хотела опробовать. Так что вместо денег...

Она тихонько обхватила мою ногу и взобралась на меня.

— Я бы предпочла кое-что другое.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (16)

— ……

— ……

Прижатый ею, я посмотрел снизу вверх на Монику. Она медленно провела пальцами по моей груди — нежно, словно касалась драгоценного фарфора.

Внезапно её пальцы остановились и ткнули меня в пупок:

— Пип-пип-пип-буп.

Я был почти уверен, что это совершенно не вяжется с её образом.

С лёгким хлопком я перехватил руку Моники.

— Прекрати дурачиться. Ты отдашь мне эту камеру или нет?

— Я ещё думаю.

— Ну же, мы ведь близки. Разве мы не друзья? Эй, мы же практически семья!

— Друзья, когда тебе это выгодно. Ну конечно. А всё остальное время ты постоянно зовёшь меня «нуна, нуна».

— Ну, в самом начале ты определённо была прилежной надзирательницей.

— Я и есть прилежная надзирательница. По крайней мере, в рабочее время.

Моника с тихим стуком уронила голову мне на грудь.

— Ну так что. Ты выслушаешь меня или нет?

— О чём ты?

— …Ты ведь пробудешь здесь всего около месяца, верно, Захад? — Моника потёрлась щекой о мою грудь, словно пытаясь оставить на мне свой запах. — Даже когда ты вернёшься в штаб-квартиру Культа… будешь писать мне? Ну, как друзья по переписке?

— Это проще простого.

— …Правда?

— Думаешь, я бы отказался?

Между нами воцарилось молчание.

— Есть люди, которые дают обещания, но не сдерживают их, — тихо пробормотала Моника и крепко вцепилась в край моей одежды. Её лисьи ушки поникли. — Перевоспитывать заключённых, конечно, приятно, но лучше всего, когда они уходят отсюда «нормальными» людьми. Перед уходом они всегда благодарят меня. Говорят спасибо за заботу, обещают когда-нибудь обязательно навестить. Но на деле возвращаются лишь единицы.

— ……

— Работа надзирателя куда более одинокая, чем кажется. Ты привязана к одному месту и постоянно провожаешь уходящих людей. Я ведь тоже человек. Бывают заключённые, с которыми я сближаюсь, иногда мы разговариваем. Но даже это — лишь мимолётная связь, верно?

— А ты не можешь сблизиться с другими охранниками?

— Я должна постоянно подавать пример подчинённым. А другие надзиратели… им здесь не особо нравится. Оправдывая название «исправительное учреждение», они считают это место ссылкой. Я сама вызвалась на эту должность, а всех остальных сюда просто сослали за проступки. Если я одна буду ходить и улыбаться, на меня начнут косо смотреть.

Так вот почему во время службы она всегда так усердна и держится слегка отстранённо… У этого была причина.

— Будешь писать? — тихо прошептала Моника.

— Буду.

— И это не ложь?

— Конечно нет. Я всегда держу своё слово. Но если честно, если тебе так одиноко… разве ты не можешь просто подать прошение о переводе?

— Мне действительно нравится сама работа по перевоспитанию. Да и, ну, в этом есть свой азарт… а главное, среди тех, кто ушёл отсюда с благодарностью, есть те, кто сейчас живёт по-настоящему хорошо.

Моника резко подняла голову и приблизила своё лицо так близко, что наши губы едва не соприкоснулись.

«О. Я вижу их. Клыки. И зубы у неё такие белые. Она что, так тщательно их чистит? Кто бы мог подумать, что мне доведётся так детально рассмотреть рот красавицы».

— Думаю, эта работа подходит мне идеально! За исключением того, что у меня совсем нет друзей!

— У тебя есть друг.

— Что?

— Прямо здесь, — я усмехнулся. — Разве я тебе не друг?

— …Друг. Захад, иногда ты кажешься мне кем-то старше меня.

— Я и есть старше.

— П-погоди, правда?!

— Только душой. Внутри я глубокий старик.

Моника шутливо поскребла мой пупок:

— Хватит надо мной издеваться!

◇ ◇ ◇

— Что это?

— Камера.

— Снимок?

Амар наклонила голову набок. Я нажал на спуск и сделал быстрый кадр.

Полароидный снимок проявился прямо у неё на глазах. Демоница вздрогнула.

— Это зеркало?

— Застывшее зеркало. С его помощью можно мгновенно запечатлеть момент.

Амар явно заинтересовалась и осторожно положила руку на камеру. Покрутив её так и сяк, она уставилась на меня. Её полные сердечек глаза буквально кричали, насколько сильно она хотела эту вещь.

— Это подарок, Амар, — я кивнул. — Теперь она твоя, так что пользуйся ею как хочешь.

— Правда?!

Амар обняла камеру, покатилась с ней по полу и принялась беспорядочно нажимать на кнопку спуска. Снимки посыпались один за другим.

— Ого…!

— У тебя закончится плёнка.

— Плёнка? Что это? Есть предел тому, сколько снимков можно сделать?

— Максимум пятьдесят штук на один рулон, но… у меня есть поставщик, так что снимай сколько душе угодно.

— Сколько душе угодно?

— Сделать снимок — значит запечатлеть важный момент, который хочется сохранить в памяти чётким.

— Важный момент…

Амар прижала камеру к себе и искоса взглянула на меня:

— …А люди когда-нибудь фотографируют себя во время непристойных занятий?

«Какая поразительная проницательность!»

— Как ни странно, находятся и такие.

— Это пошло.

— Тебе ведь нравятся пошлые вещи.

— Но тебе-то нет.

— Нравятся.

Амар вздрогнула и принялась лихорадочно вглядываться в моё лицо, словно на неё только что обрушилось небо.

— Тебе нравится, так почему ты до сих пор на меня не набросился?!

— Потому что я всё ещё узнаю тебя поближе?

— …Значит, как только узнаешь всё, ты набросишься на меня?!

— И это тоже не так.

— Как всё сложно.

— А что в этом мире вообще просто?

Я протянул руку Амар. Мы сблизились достаточно, чтобы я мог просить её о чём-то напрямую, без лишних церемоний. Медленно, но верно наши отношения улучшались, и это был хороший знак.

Я хотел научить её настоящим человеческим эмоциям: радоваться, когда весело, и грустить, когда грустно. Если бы я смог научить её не зацикливаться на любви, она наверняка перестала бы соблазнять охранников.

— Дай мне камеру.

— Забирать подарки обратно нехорошо.

— Я сразу же верну её, просто дай мне ненадолго. Я хочу сделать кое-что другое.

— Кое-что другое?

— Амар должна оставаться здесь, но ведь камере это делать необязательно, верно? — я поднял камеру повыше. — Я пойду и сделаю снимки. Очень много снимков.

Амар моргнула:

— Зачем?

— Потому что я хочу показать тебе кое-что.

— ……

Амар тихонько кивнула.

◇ ◇ ◇

— Что это?

— Камера.

— Это я и сам знаю, я не об этом спрашиваю, — Балкен нахмурился, пытаясь сдержать недовольство. — Я спрашиваю, почему ты тычешь ею мне в лицо.

— Да ладно тебе. Почему ты так со мной разговариваешь?

— Что значит «со мной»! Мы враги!

— Враги, которые скрещивали мечи сотни раз — практически старые друзья. Давай же. Перестань ломаться и иди сюда.

— ……

«Что это за парень. По-настоящему невыносим, правда?»

— Делай что хочешь.

Подумать только, что на свете существует настолько своенравный человек.

Балкен взмахнул мечом в воздухе, и раздался раскат грома. Гром отряда наёмников «Ликос» — воинов-зверолюдей, присягнувших на верность Культу Ра, — возвращался. Пройдёт совсем немного времени, и он вернётся к своей пиковой форме.

— Балкен. Я… я не вижу пути впереди.

Он взмахнул мечом. Когда всплывали старые воспоминания, гром становился яростнее.

— …Ты, — Балкен остановил свой меч. — Почему ты помогаешь мне?

— Я не помогаю тебе, я тебя тренирую.

— Это мог бы делать любой охранник.

— Потому что я здесь белая ворона.

— Пожалуй, это правда.

— Что, простите?! Вообще-то у меня полно друзей!

Балкен тихонько рассмеялся, а затем, сам того не замечая, коснулся своего лица.

«Я рассмеялся? Я? Тот, кто даже не нашёл причины жить, кто живёт лишь по принуждению — я рассмеялся?»

— …Я, должно быть, схожу с ума.

Общение с безумцем, должно быть, свело с ума и его самого.

Балкен со свистом взмахнул мечом и плашмя ударил Захада по голове:

— Это твоя вина!

— Почему ты срываешься на мне?!

*Щёлк.*

Снимок был сделан.

◇ ◇ ◇

— Фотография… у цивилизации ящеров не было ничего подобного.

— У вас не было ничего похожего?

— У нас были настенные рисунки. В основном их рисовали шаманы. У меня самого был к этому некоторый интерес, но… воины должны держать копья.

Лакеум покрутил камеру в руках. Она была маленькой — человеческие вещи вообще такие крошечные. Приложи он чуть больше усилий, и она бы сломалась. И всё же эта вещица мгновенно запечатлевает картину…

— Человеческий прогресс поистине ужасает. Упадок ящеров был вполне естественным.

— Но ведь ящеры в какой-то степени переняли цивилизацию, верно?

— Лишь ничтожную часть. Большинство из них подобны слепцам, ведущим слепцов. Они как кипарисы, которые мнят себя крепкими.

— То есть они легко ломаются?

— Ты внимательно слушал мои слова.

— Конечно. С кем, по-твоему, ты разговариваешь?

Лакеум лёгким движением вернул камеру и слегка взмахнул удочкой. Честно говоря, рыбалка с ним не была особенно захватывающей, но это была та часть дня, которой он невольно ждал с нетерпением. Куда лучше, чем есть сырую рыбу. Даже без лишних слов это было по-настоящему приятно.

— …Молодой охранник.

— Да?

— Ты чист и ясен. Ты скрываешь свою доброту, даже когда притворяешься, что у тебя её нет.

— Вряд ли. Я из тех, кто и глазом не моргнёт, если кто-то умрёт прямо у меня на глазах.

— Только если это чужие люди. Но стоит тебе связать себя с кем-то узами, как ты становишься тем, кто ставит жизнь друга выше собственной.

— Да я законченный эгоист!

— Твои инстинкты говорят об обратном.

Люди, готовые отдать жизнь за других, встречаются редко — настолько, что можно сказать, их почти не существует. Доброжелательность была не более чем ценностью, которая менялась в зависимости от чьих-то стандартов: доброта одного человека могла обернуться злом для другого.

В этом мире нет ничего абсолютного. Точно так же, как сам Лакеум был героем для ящеров, но стал преступником здесь. Поэтому, если бы ему пришлось выбирать человека, которого он хотел бы видеть рядом с собой, такой кандидат был бы идеален: тот, кто чётко отличает врагов и крепко держит союзников на своей стороне.

— …Люди многогранны.

— Это верно.

— Тот, кто хорош для одного, может быть плох для другого.

— Это очевидно.

— И всё же, несмотря на это, мы доверяем тем, кто рядом. Мы проявляем доверие и создаём узы. Молодой охранник, ты проявил ко мне доверие.

— Всё, что мы делали — это просто ловили рыбу вместе.

— Но с точки зрения рыбы, разве мы не выглядим как братья, идущие плечом к плечу с копьями наперевес? — Лакеум ухмыльнулся. — Я рассказал тебе о себе всё, язык уже заплетается. Так что теперь твоя очередь, брат.

— …Прошу прощения?

— Расскажи мне свою историю. Мне стало любопытно услышать историю друга.

— Да рассказывать особо нечего.

— Расскажи лишь то, чем готов поделиться.

— ……

Захад покрутил камеру в руках и тихонько рассмеялся:

— Ну… раз уж ты просишь меня рассказать… мне действительно есть что сказать.

— Настолько много?

— Моя жизнь была довольно насыщенной событиями, — Захад пожал плечами. — Я расскажу тебе, Лакеум.

*Щёлк.*

Снимок был сделан.

◇ ◇ ◇

— Что это? — спросила Цубаки.

Её речь всё ещё была немного неуклюжей, но предложение получилось законченным. В ней всё ещё оставалось много пробелов, но Цубаки находила это весьма удовлетворительным — один из немногих успехов в её жизни, заслуженный упорным трудом. Произнесение слов вслух приносило ей удовольствие, и девушка просияла.

Захад, согласившись отбросить формальности, ответил непринуждённо:

— Это? Камера.

— Камера?

— Она делает снимки. Вот так.

С тихим щелчком Цубаки оказалась запечатлена на снимке. Она взяла фотографию, и её глаза широко распахнулись:

— Какая невероятная технология!

— Это магия. Магия.

— Я… я хочу попробовать…

— Держи.

— Да!

Цубаки принялась увлечённо фотографировать всё вокруг. Тюремная камера была довольно просторной, но вещей в ней было немного: спортивный инвентарь, который она выпросила у Захада, сладости, которые она просила его пронести тайком, кровать с чистыми простынями и граффити, покрывавшие стены.

И даже маленькие потрескивающие взрывы, которые она создавала своими руками.

— ……! Захад! Посмотри на это! Взрыв запечатлён на фотографии…!

— Красиво, правда?

Это действительно было красиво. Совсем не так, как видеть собственными глазами — ощущение было странным.

Некоторое время увлечённо фотографируя, Цубаки тихонько прекратила взрывы. Было кое-что ещё, что она хотела сфотографировать — всё то, ради чего она так упорно трудилась.

— ……

Она сглотнула и протянула руку, сфотографировав время, запечатлённое на страницах одна за другой, где каждый лист был наполнен тяжестью пера.

Она не опускала руку, пока бумага не почернела от чернил. Благодаря человеку, который мягко подбадривал её, она не остановилась на полпути. Поначалу было трудно, но по мере того как она продолжала, дело пошло на лад. Когда стало получаться лучше, ей захотелось большего, а когда захотелось большего, это стало приносить удовольствие. Совсем как тогда, когда она впервые научилась создавать взрывы — она просто не могла остановиться.

Из-за одного человека. Из-за единственного человека, который смотрел на неё прямо, видя её настоящую. Всё это стало возможным.

— …Эй, — Цубаки сжала в руке фотографию тетради, которая только что вышла из камеры. — Тебе правда… не страшно рядом с Цубаки?

— Не страшно, — рука Захада мягко опустилась ей на голову. — Я же говорил тебе. Я в несколько сотен раз опаснее тебя.

Даже эта слабая шутка была ей дорога. Цубаки рассмеялась:

— …Хе-хех.

*Щёлк.*

Снимок был сделан.

◇ ◇ ◇

— …М-м?!

Вкусно! Глаза Евы широко распахнулись, и она невольно запрыгала на месте:

— П-попробуй! Захад! Это вкусно!

— …О? — глаза Захада расширились. — И правда. Очень вкусно.

— П-правда же?! Я теперь довольно неплохо готовлю!

Прилив гордости переполнил её, и она поймала себя на том, что глупо улыбается.

— Что мне попробовать приготовить дальше?

— Как насчёт мясного блюда?

— Мясо?

— Растущие парни обычно без ума от мяса.

— Это для тебя?

— Нет. Его будет есть кое-кто другой.

Всё те же туманные ответы, как и всегда. Ева опустила взгляд на кулинарную книгу.

— …Эй.

Мысль пришла к ней из ниоткуда — без какой-либо особой причины, просто пришла. Половник, который она положила, соскользнул в кастрюлю с тихим стуком.

— Зачем ты учишь меня всему этому, Захад?

— Позже поймёшь.

— …Ты никогда мне ничего не рассказываешь…

— Со временем сама всё поймёшь. Ну так что? Ты собираешься бросить?

— ……

Ева молча подняла половник:

— Посуду сегодня помою я.

— ……?! Ева наконец-то взрослеет…!

— Что ты такое говоришь, ты ведь намного моложе меня!

*Щёлк.*

Снимок был сделан.

◇ ◇ ◇

Амар, демоница любви, посмотрела на стену.

Сначала один. Затем два. Снимки, которые постепенно накапливались, теперь плотно облепили всю стену.

— …Оборотень.

На одной фотографии было запечатлено хмурое лицо, но на другой он улыбался. На некоторых он широко ухмылялся, отчего его шрамы забавно морщились.

— …Ящер.

Чешуя выглядела немного пугающе, но выражение лица было мягким. Он лениво улыбался, словно умиротворённый старик, познавший дзен, а то, как он заглатывал рыбу целиком за один укус, выглядело довольно забавно.

— …Убийца.

Удачных снимков оказалось немного, но среди них определённо были те, что делались с особым трепетом: яркое великолепие взрывающихся фейерверков — и, в противовес ему, безмолвный покой исписанных тетрадей.

— …Мученица.

Вид со спины на кого-то, кто готовит еду. Снимок руки, машущей в знак протеста, мол, не надо меня фотографировать. То, как она краснела от смущения, было очень мило.

А затем… И в самом конце…

— ……

Амар тупо уставилась на фотографии. Она протянула руку и коснулась последней, что висела на стене: лицо улыбающегося мужчины, а рядом — её собственный снимок.

— …Я не понимаю.

Амар лёгким движением сняла фотографию со стены. Что-то казалось неправильным: смотреть на саму себя было крайне непривычно. Красивая… Но хоть и красивая, будто чего-то не хватает. Почему она это чувствует?

— Когда я чего-то не понимаю… что мне делать?

Тьма за спиной демоницы заколыхалась чёрными волнами. Амар хотела спросить. Снимки на стене были самыми разными, но тот, к которому она неизменно возвращалась взглядом, всегда оставался одним и тем же.

«Можно вообще ничего не делать».

Она делала всё возможное и невозможное, чтобы её любили. Даже если это причиняло боль, она подчинялась. Если существовал другой путь… если это действительно было возможно… какой была бы настоящая любовь?

«Я не знаю. Я ничего из этого не понимаю».

Амар подтянула колени к груди. Она закрыла глаза и, как всегда, освободила разум от мыслей. Когда она представляла, как растворяется, мир вокруг неё затихал. Прежде чем она успевала это осознать, все исчезали, и оставалась только она одна.

Перед её глазами было лишь одно.

— ……

Амар решительно шагнула в ментальный мир, который могла видеть только она, и прижала руку к огромному чёрному сердцу, готовому взорваться в любой момент.

Цепи, выкованные из чувства любви, обвивали его. Они сдерживали биение чёрного сердца, способного разорваться без предупреждения — второго сердца демоницы, раздувшегося от злобы и враждебности, ненависти и страха.

Амар хотела, чтобы оно не взрывалось, потому что знала: в тот миг, когда оно взорвётся, она тоже разлетится на куски.

— …Я не хочу… умирать.

Чёрное сердце сделало один мощный, тяжёлый удар.

Амар опустошила себя от эмоций. Как и всегда, чтобы выжить, она пыталась любить всё вокруг. Потому что любовь была единственным чувством, способным придать всему смысл.

◇ ◇ ◇

— Ваше Высокопреосвященство.

Кто-то звал его. Дуэйн поднял голову и открыл сомкнутые глаза.

На улице было светло: за окном вставало солнце, и, как всегда, пели птицы.

— Ваше Высокопреосвященство.

Голоса взывали к нему снизу. Дуэйн сделал глубокий вдох и отрешённо посмотрел на восток. Оно придёт. Время его прихода уже близко.

— Ваше Высокопреосвященство.

Семь паладинов, стоявших на коленях, отчаянно звали его, прижавшись лбами к полу.

— Время пришло.

— …Я знаю.

Вся подготовительная работа была завершена, оставалось лишь дождаться сигнального огня.

Он торопил события. Опасаясь, что непредсказуемый Инквизитор Захад и стремительно растущая репутация Димонаас всё испортят, он наспех возвёл несовершенную башню. Но фундамент всегда оставался прочным, так что никаких серьёзных проблем не предвиделось — этот план вынашивался годами с самого начала.

Теперь, когда время пришло, нужно было лишь привести его в исполнение. Если что-то стояло на пути, это следовало просто убрать.

— Филамон сгорит. Необходимая жертва. Все, кто там находится, умрут. Это можно назвать даже мученичеством, — пробормотал Дуэйн, и уголок его рта пополз вверх. — Исправительное учреждение в спешке отправит людей. Их и так немного. Надзирательница Вероник лично примет командование. Как только они покинут исправительное учреждение, мы начнём действовать.

— ……

— Сигнальный огонь лично зажжёт командир паладинов Паблос, которого я отправил в Танталос. Амар начнёт действовать. Монстр, десятилетиями впитывавший человеческую злобу всем своим телом…! Накапливающая эмоции демоница взорвётся! Всех затянет в этот водоворот! Разверзнется ужасающее зрелище!

Пламя окажется столь огромным, что пронзит весь север. Когда этот миг настанет, оправдание будет получено.

— Оправдание, чтобы свергнуть Кардинала Арпину! Оправдание, чтобы очистить ряды оппозиции внутри Культа!

Жреческие одежды Дуэйна развевались на ветру. Залитый потоками света, архиепископ широко улыбнулся, и его восторженный голос выдал истинные чувства:

— Разве она не приближается?! Новая эра!

Угасающее величие Ра воссияет вновь — благодаря чуду, рождённому его собственными руками!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (17)

Обещанный месяц подошел к концу. Я сладко потянулся всем телом.

Последний день. Моника спала рядом со мной. Я и сам не заметил, когда именно это началось, но с какого-то момента она повадилась пробираться в мою постель.

— Эй.

— М-м-м...

Моника, пускавшая слюни во сне, со стоном потянулась.

— Хва-а-а-ах...

— Я же просил тебя не ложиться в мою постель.

— Тут удобно... это место... самое лучшее...

Моника причмокнула губами. В её животе громко заурчало.

— Я хочу есть...

— Ты действительно делаешь всё, что тебе вздумается.

Я состряпал гримасу и достал из кармана кухонную утварь.

— Ладно! Смотри и учись!

*Вжух!*

Вспыхнуло Священное пламя.

— Сейчас приготовлю тебе поесть. Держи!

Я поджарил хлеб и слегка подрумянил бекон, сделав его хрустящим. Рядом выложил яйца всмятку и немного салата.

— Я приготовил и на свою долю с запасом, так что налетай!

*Клац.*

Поставленная мной тарелка блеснула чистотой. Моника потерла глаза.

— ...Кажется, с каждым днем я становлюсь всё ленивее. Неужели именно так чувствуешь себя в браке?

Я отвесил ей легкий щелчок по лбу. Моника зевнула:

— Куда ты уходишь?

— У меня есть дела.

— Но сейчас всего шесть утра...?

— Сегодня предстоит тяжелый день.

Мне нужно было закончить все дела. И заодно вручить кое-какие подарки.

— Протри глаза. Ну и вид у тебя.

— Сделай это за меня.

— Ты за кого меня принимаешь, за своего слугу?

— Вот видишь, ты уже общаешься со мной совсем простецки!

Ну и девчонка, честное слово.

◇ ◇ ◇

Балкен взглянул на меня.

— Сегодня последний день.

— Именно так.

— ......

Балкен крепче сжал меч и выдохнул. Энергия молнии затрещала на его чистом, лишенном магии теле. Первозданная сила, отточенная благодаря расовым особенностям.

— Решил выложиться на полную под конец?

— Ты сам всё это начал.

— Ну, тут и не поспоришь...

Я усмехнулся и поднял меч, встречая его клинок.

— Давай. Я составлю тебе компанию.

— ...Высокомерный мальчишка... — Балкен коротко рассмеялся. — Я покажу тебе всё, на что способен!

Прогремел гром. Энергия молнии хлынула потоком, и от железных прутьев решетки полетели снопы искр.

При каждом столкновении клинков вспыхивали синие всполохи. В мгновение ока мы обменялись десятками ударов.

В какой-то момент я понял, что перестаю поспевать за ним на одной лишь физической силе, и мне пришлось задействовать свою Святую силу. Неужели он действительно превосходил меня, полагаясь исключительно на мощь собственного тела?!

— ...Еще немного...! — сквозь зубы процедил Балкен. Его окруженные шрамами глаза вспыхнули золотом. — Еще совсем чуть-чуть!

— Хватит ныть!

Пламя обрушивалось вниз, а гром теснил его назад.

*БА-БАХ!!!!*

Раздался взрыв. Часть тюремной стены разлетелась вдребезги, осыпая всё вокруг каменной крошкой. Вся камера застонала и содрогнулась.

Сквозь град обломков и пыльную завесу я взмахнул рукой, чтобы разогнать туман.

Из него проступил силуэт Балкена — он стоял на одном колене. Его сотряс судорожный кашель, и изо рта хлынула кровь.

Я поднес руку к своей щеке: на пальцах остался алый след. Он ведь даже не дрался в полную силу, но всё равно умудрился преодолеть разницу в уровнях и пустить мне кровь?

Балкен действительно невероятен. Он достоин своего звания командира отряда наёмников «Ликос».

Поникнув, он испустил долгий вздох и посмотрел на меч, который едва удерживал в пальцах.

— Ну и монстр же ты, парень...

Я ухмыльнулся:

— Полегчало?

— Так вот чего ты добивался.

— Когда внутри человека копится злость, она сводит его с ума. Её нужно как-то выплескивать. А так упрямо держать всё в себе... ты слишком непреклонен.

— ...Непреклонен. Раз уж ты заговорил об этом... Она тоже часто мне это повторяла.

Меч с тихим звоном выпал из его рук. Балкен прислонился спиной к полуразрушенной стене.

— ...Отряд наёмников «Ликос»... Я скучаю по нему. Но пути назад нет.

— Что произошло?

— После войны с Империей я собрал выживших из племени Мороза и создал отряд наемников. Так появился «Ликос». Нам нужны были деньги, поэтому мы подчинились Культу. У нас не было связей среди людей, и нам приходилось брать заказы через них. Но это означало, что порой приходилось брать контракты, к которым мы вообще не должны были прикасаться.

— ......

— Я сделал глупый выбор. Этот контракт с самого начала был невыполним. Когда остальные поддались азарту, мне следовало стоять на своем до конца... но я этого не сделал. К тому времени, как мы уничтожили врага, все мои товарищи тоже были мертвы. Ни одного живого не осталось. На моих руках умирала последняя наследница вождя нашего племени, — горько пробормотал Балкен. — Её кровь остывала. Я пытался умереть вместе с ней. Но она велела мне жить — и за неё тоже. И поэтому... я должен был похоронить их как подобает, по нашим обычаям. Я должен был отнести мертвых обратно на родину. На родину, которую мы покинули, чтобы выжить. В место, которое мы оставили позади.

— Разве нельзя было просто похоронить их там...

— Мы — дети Мороза. Мы — волки, и мы не меняемся даже после смерти. И больше всего... этого хотела юная госпожа. Последняя наследница вождя умоляла вернуть её домой. Умирающие воины просили о том же. — Балкен покрутил меч в руках. — Командир ведет, а солдаты следуют за ним. На мне лежал долг. Долг вернуть их домой. Но наша родина уже превратилась в пепел. Империя сожгла всё до последнего дерева и травинки. Не осталось ничего, кроме пепелища. И тогда...

— Ты съел их?

— Это еще один погребальный обряд племени Мороза. Съесть усопшего — значит нести в себе память о павшем. Говорят, что те, кого съели, прожили жизнь, достойную признания соратников, и потому они отправляются в чертоги предков. Старая легенда... настолько древняя, что о ней уже никто не помнит. Я был дотошным и непреклонным: пока остальные развлекались, я ходил к шаману племени и просил обучить меня, тогда-то и услышал эту историю.

— Тебе не кажется, что это было неправильно?

— Не знаю. Не могу сказать. Мой разум почти помутился от череды неудач, у меня не оставалось сил на здравые мысли. Так продолжалось до недавнего времени. Я должен был стать вождем своего народа... но вместо этого обрек их всех на гибель. — Балкен посмотрел на меня. — Я почувствовал это во время нашей битвы. Я совершил ошибку и не собираюсь забывать об этом. Но даже так, они велели мне жить... поэтому я обязан исполнить их волю.

— Что ты планируешь делать дальше?

— Вот теперь я начну об этом думать. Меня поколотили достаточно сильно, чтобы ко мне наконец вернулась способность здраво мыслить. — Балкен резко отвернулся. — А теперь убирайся отсюда, Захад. Я устал от того, что мной помыкает такой эгоист, как ты. Оставь меня в покое.

— ......

На языке боевых искусств это, пожалуй, назвали бы искажением ци. Ярость достигла пика, завязавшись узлом в его груди и превращая всё вокруг в мишень.

Я принял весь этот удар на себя и помог ему выпустить пар. Как бы горько это ни было, я дал ему возможность нести свое прошлое и продолжать жить.

— Ворчишь до самого конца.

— Хмф.

— Забери это, прежде чем я уйду.

Я залез в карман и достал ожерелье, которое принес с собой.

— Держи.

— ...Что это?

— Купил на рынке. Говорят, любимая добыча волков-зверолюдей — красногривый зверь, верно? Это ожерелье из его клыков. Прощальный подарок.

Он ворчал всё время, но послушно следовал за мной. Это был мой способ отплатить ему добром. К тому же я и сам как-то привязался к нему.

Балкен взял костяное ожерелье и перевел взгляд с него на меня.

— Ты даришь это... мне?

— Не лезь в неприятности, Балкен. Я поговорю с Культом отдельно — посмотрю, можно ли как-то сократить твой срок.

— ......

— И еще, Балкен. — Я сел перед ним. — Если бы я был одним из твоих подчиненных, уверен, ты бы мне понравился. Быть непреклонным — не всегда плохо, верно? Твои люди, должно быть, чувствовали то же самое, что и я.

— ......

— Выпрямись, Балкен. Ты был хорошим командиром. И они тоже это знали.

Балкен ошеломленно уставился на меня. Я протянул ему сжатый кулак.

— Никто не станет просить вождя, которого не уважает, жить ради них.

Костяное ожерелье задрожало в его руке. Затуманенный взор Балкена опустился на мой кулак. Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но осекся. Уголок его губ дрогнул вверх.

Слова, которые он выдавил из себя, прозвучали грубовато, но я отчетливо их расслышал:

— ...И как только язык повернулся сказать такую дерзость.

*Тук.*

Наши кулаки соприкоснулись. И в тот же миг покатились слезы, которые он так отчаянно пытался скрыть.

— ...Спасибо тебе, Захад.

◇ ◇ ◇

— Вот как. Значит, ты уходишь.

— Время вышло.

Лакеум протянул мне удочку. Я сделал резкий взмах и вытащил рыбу.

— Ну как? Теперь я неплохо справляюсь, правда? Уверен, я смогу выжить где угодно.

— Рыбалка в пруду и рыбалка в реке — совершенно разные вещи.

— Да они практически одинаковы. Не пытайся меня запугать.

— Брату еще многому предстоит научиться, — Лакеум ухмыльнулся. Он поднялся и взболтал воду в пруду рукой. — Брат, что ты планируешь делать, когда выберешься отсюда?

— Сначала... хм... дай подумать... проучить одного невыносимого человека...

— А потом?

— Еще мне нужно отправиться в Эльфийский лес. И в конце концов устроиться инструктором в Академию.

— У тебя грандиозные планы.

— Способным людям приходится трудиться. Ничего не поделаешь.

— И то верно.

Лакеум ловко выхватил рыбу прямо из воды. Он занес острый коготь и вспорол ей брюхо.

— Я рад, что ты не похож на меня, брат.

— И в чем же разница?

— Меня учили, что великая сила налагает великую ответственность. Поэтому я взвалил на свои плечи заботу о многих людях. Всё остается так же и по сей день.

— Ты знаешь, что происходит снаружи?

— Нет. Но я знаю: если я сбегу отсюда, ящеры, которые могут быть там, окажутся в еще большей опасности.

— ......

— Но даже такому, как я, порой хочется действовать исключительно ради себя. Брат... возможно, я несу ответственность, которой никогда по-настоящему не желал. Возможно, я просто боюсь осуждения и потому пытаюсь казаться хорошим в чужих глазах.

Чешуя полетела в стороны. Широкая ладонь замелькала быстрыми, точными движениями, и сашими было готово в мгновение ока.

— Мой путь может быть верным. Но если посмотреть иначе, твой путь — брать на себя ответственность только тогда, когда сам того пожелаешь, — тоже может оказаться правильным. Единственного верного ответа не существует.

— ...Ну, все люди разные.

— Именно так, как ты говоришь. Но когда вы вместе, вы многому учитесь друг у друга. — Лакеум протянул мне сашими: — Угощайся. Моя первая попытка приготовить еду.

— Ты ведь обычно заглатываешь всё целиком, верно?

— Но брат ведь предпочитает другое, не так ли? Я мало чем могу тебе помочь, поэтому хочу сделать хотя бы это.

— ......

Я взял кусочек сашими, разжевал и проглотил.

— ...Вкусно.

— Брат, ты не очень умеешь лгать.

— Я лгу просто превосходно.

— Вовсе нет.

Наши взгляды встретились. Могучий воин-ящер широко ухмыльнулся.

— Это было прекрасное время. Если бы я мог, я бы вернулся в самое начало. Спасибо тебе за все эти чудесные истории. Твои странные рассказы были настолько... настолько увлекательными, что...

— Почему ты говоришь так, будто мы больше никогда не увидимся?

— Кажется, с годами я стал мягкотелым. Я так давно не бегал по болотам, что, кажется, уже позабыл, каково это — жить как воин. — Лакеум поднялся на ноги и положил руку мне на плечо. — Глядя на тебя, я пусть и поздно, но осознал: я хочу сделать что-то для себя, а не для племени.

— Я искренне считаю, что это к лучшему... но с чего ты начнешь?

— Я как раз размышляю над этим.

— Хочешь, я решу за тебя?

Я достал то, что принес с собой, и протянул ему. Лакеум в замешательстве спросил:

— ...Что это?

— Моя благодарность за то, что ты проводил со мной время.

Лакеум принял подарок. Он посмотрел на разноцветные краски, кисти и бумагу, а затем снова перевел взгляд на меня.

— Для чего это...?

— Ты ведь говорил, что тебе нравятся настенные рисунки. Здесь некому тебя судить, так что рисуй в свое удовольствие.

Его вертикальные зрачки расширились. Дрожащие пальцы сжали кисть.

Он слегка обмакнул её в черную краску и провел по бумаге. Его движения были немного неуклюжими, но в этих руках невозможно было скрыть переполнявшую его радость.

То, что поначалу выходило неуверенными мазками, обрело четкие очертания. Маленькое озеро и удочка. Один ящер и... один человек, стоящие рядом.

— ...Брат. — Лакеум отложил кисть и крепко обнял меня.

— Ч-что... Лакеум?

— ...Брат. Куда бы ты ни направился, пусть душа воина сопутствует тебе. Даже если ты забудешь меня, я никогда тебя не забуду. — Он отстранился и широко, искренне улыбнулся. — Встреча с тобой стала одним из немногих благословений в моей жизни.

— Обязательно вгонять меня в краску такими словами?

— Каждое мое слово искренне. Брат, не забывай моего имени. Я — Лакеум, величайший воин племени, которое когда-то правило болотами. — Шершавая ладонь легла мне на голову. — Я всегда буду прикрывать твою спину. Счастливое время, счастливый подарок и счастливый друг. Не забывай. Я — Лакеум. Я — твой брат. Иди так далеко, как только сможешь. Я буду наблюдать за тобой. Ты... думай только о том, чтобы двигаться вперед до самого конца. А я удержу тыл.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Дом наказания (18)

— ...Итак...

Прошел всего месяц, но неловкое произношение уже выправилось. Кое-где она еще запиналась, но слова лились плавно — словно она всю жизнь прожила на Западном континенте.

— Я... сейчас хорошо справляюсь?

— Ты отлично справляешься.

— Правда?

— Правда.

— Хва-а-а-а...

Цубаки старательно выводила в блокноте слово за словом. Почерк был кривым, а в некоторых словах посредине закрались ошибки, но в целом все было правильно.

— Если я сделаю... вот так...

— Хорошо. Хорошо.

— Готово!.. Спасибо! Учитель языка!

— Вот это наша Цубаки!

Я похлопал в ладоши. Выучить целый язык всего за один месяц.

Усердие сыграло свою роль, но она и сама по себе была невероятно умна. Неудивительно, что она шаманка. Чтобы запомнить такие сложные ритуальные формулы, требовался интеллект явно выше среднего.

— Впечатляет, Цубаки. Как и ожидалось от гения номер один Восточного континента.

— Эхе-хе-хе.

Цубаки заерзала, а затем бросилась на меня.

— Заха-а-ад.

— Да?

— Спасибо... правда...

Ее руки дрогнули и затрепетали, но никаких искр из них не полетело.

Ощущение чего-то насильно подавленного. Я слабо улыбнулся.

— Хочешь выпустить это наружу?

— ......

— Без увиливаний.

— ...Да.

— Хорошо.

В последнее время она хотя бы слушается. Да и все чаще делает что-нибудь милое.

Она больше не убегала, когда сидела за столом. Я мысленно улыбнулся.

Она была хорошей ученицей, так что пришло время дать ей кое-что еще. Позже мне нужно будет купить Маае что-нибудь вкусненькое.

— Держи.

Я залез в карман и вытащил кое-что. Маленький плюшевый кролик с мягким стуком упал на пол.

— ......?

Цубаки подняла куклу. Она повертела маленького кролика в руках.

— Это подарок для меня?

— Верно. Знаешь, что это?

— Плюшевый кролик?

— Кукла ручной работы, созданная специально для Цубаки. Та, к которой лично приложила руку «неординарная» волшебница.

Я попросил Мааю сделать ее. Снаружи была ткань, но внутри все состояло из плоти. Нечто, что мог создать только Владыка Гнильцов.

К тому же кукла была сделана так, чтобы максимально соответствовать человеческим пропорциям. Вытянутый кролик по размеру напоминал маленького ребенка.

Похожая на ткань человеческая кожа, обтягивающая ее, должна была сгладить чувство отвращения. Форму куклы выбрали такой, чтобы ее было удобно носить с собой.

Маая сделала все в точности так, как я просил. Создание плоти — это действительно совершенно иной уровень.

— ...Захад. Знаешь, я не смогу удовлетвориться, просто взрывая кукол.

— Не гладь ее — почувствуй.

— ...Хм? Ощущается немного... странно.

— Можешь взорвать ее.

— Ох... эм...

Кукла взорвалась в руках Цубаки. Плоть и кровь разлетелись во все стороны.

— ...А?

Ее руки задрожали. Уголки рта Цубаки, теперь измазанного кровью, поползли вверх. Словно охваченная непреодолимым приливом экстаза, она прерывисто выдохнула:

— Ах... а-ах...

— На одной дело не закончится.

Эта кукла, несмотря на свой внешний вид, была такой же, как Гнилец. Точнее, она была одним из фамильяров Мааи.

Кукла, созданная с крошечной душой внутри, способная бесконечно возрождаться. Нечто подобное можно встретить разве что в страшных сказках.

Разлетевшиеся ошметки плоти снова собрались воедино. Окровавленное тело обрело форму, и ткань вновь обернулась вокруг него.

Плюшевая кукла восстановилась. Цубаки перевела взгляд с меня на куклу и обратно.

— У... у нее есть органы. И мозг. Ч-что... это такое...?

— Подарок.

— Н-не надо...

Цубаки запнулась. Возбужденное выражение лица медленно угасло.

А затем с глаза скатилась слеза.

— У Захада... нет таких вкусов...

— Ну, это правда.

— Тебя это не смущает...?

— Не особо.

Зрелище, конечно, гротескное. Но в Парамире я тоже убил немало тварей. Бывали времена, когда я истреблял их целыми роями. Эх. Славные были деньки. Как же давно это было.

— Мне это не нравится, но и отвращения не вызывает.

— Но... но...

— Так, ну-ка. Смеешь пререкаться со своим учителем?

Я протянул руку и поднял восстановившуюся куклу-кролика, после чего протянул ее Цубаки:

— Тебе нравится мой подарок?

— ...Я... не знаю.

Цубаки взяла куклу. Она тупо уставилась на нее.

— Если мне это нравится... это ведь странно, правда?

— И что же в этом странного?

— Но... но... мне нравится взрывать людей, и я радуюсь, получая такую странную куклу, так что...

— Хм.

Я наклонился. Встретившись с ней взглядом, я прошептал:

— Что ты почувствовала, когда взорвала куклу?

— ...Приятно.

— Это сняло напряжение? Думаешь, сможешь обойтись без взрывов людей?

— ...Да.

— Ну вот и решение, разве нет? Тебе больше не придется причинять вред кому-то другому и не придется выслеживать преступников одного за другим.

— ......

— И что тут странного? Люди не могут быть одинаковыми.

Я поднял руку и нежно вытер уголок ее глаза.

— Цубаки достаточно просто быть Цубаки. Тебе не нужно подстраиваться под чужие шаблоны.

— ...Правда?

— Конечно. Не ручаюсь за других, но, по крайней мере, ты сама не должна себя отвергать. Ведь единственный, кто всегда будет по-настоящему на твоей стороне — это ты сама.

Цубаки прижала куклу к груди и взглянула на меня снизу вверх:

— ...Спасибо.

— У меня неплохой вкус на подарки, верно?

— Невероятный!

Цубаки расплылась в широкой улыбке.

— Невероятный! Невероятный-преневероятный!!

◇ ◇ ◇

— Сегодня ведь последний день? Наконец-то мы закончили с уроками готовки...

Ева осеклась на полуслове. Она замерла, тупо глядя перед собой. Точнее, ее взгляд был направлен вовсе не на меня.

Особый гость.

Трость обо что-то стукнула. Мужчина, только что осознавший, что перед ним железная решетка, вздрогнул:

— Эм, госпожа жрица... вы сейчас здесь?

— Да. Пожалуйста, заходите осторожнее. Мне помочь вам?

— Нет. Все в порядке. Я справлюсь сам.

Его глаза были открыты, но сами зрачки были белыми, словно в них подмешали что-то молочное.

Слепец, ничего не видящий вокруг. Он нерешительно зашаркал в камеру.

— Госпожа жрица... так, эм... учитель...

— Ты ведь только что слышал голос?

— ...На самом деле со слухом у меня тоже не очень. Мне нужно быть близко, чтобы хоть что-то расслышать.

Я сделал шаг назад. Здесь я был всего лишь сторонним наблюдателем.

Ева отложила лопатку и медленно пошла вперед. Она остановилась перед мужчиной и посмотрела на него сверху вниз с застывшим выражением лица.

Поднятая рука Евы коснулась его щеки.

Тот вздрогнул.

Тело мужчины задрожало. Затем, поняв, что враждебности нет, он выронил трость. Протянув руку, он наощупь сжал ее ладонь:

— ...Учитель?

— Ри...д...? Как... как... я, я была уверена... была уверена, что ты погиб...

— Жрица была права! Это действительно вы, учитель!

Мужчина — Рид — расплылся в широкой улыбке. Его лицо просияло, как у ребенка.

— Как вы поживали, учитель?

— Я, ну...

Ева оглянулась на меня. Я пожал плечами:

— Его было трудно найти. Но в конце концов мы его отыскали.

Честно говоря, я с самого начала знал, где он находится, а отправка людей с деньгами ускорила поиски еще сильнее.

— Мне оставить вас наедине?

— Ах, нет... у меня столько вопросов... так что, эм...

Ева осмотрела Рида. Она оглядела его с головы до ног, и когда поняла, что одна из его ног — протез, ее лицо исказилось от боли.

— Почему... почему...

— Учитель. Со мной все в порядке. Протез двигается отлично. Он такой же удобный, как моя собственная нога.

— Н-но...

— Я потерял ее, когда попал под магический обстрел. Зрение почти пропало, да и слух теперь подводит, но я в порядке.

Рид принюхался:

— Нос у меня все еще отлично работает. Пахнет чем-то вкусным. Это еда, которую вы приготовили, учитель?

— Я... ну... эм...

Растерявшись, Ева усадила Рида и попыталась налить рагу дрожащими руками, но раз за разом терпела неудачу, проливая бульон.

Ее руки, судорожно пытавшиеся собрать пролитую еду, замерли. Она потрясенно пробормотала:

— Как... как... я была уверена, что все погибли...

— Меня завалило обломками. Между двумя колоннами осталась небольшая щель. Я застрял там, а потом... позже мне помог выбраться один солдат.

— Н-но...

— Учитель. Я голоден. Вы ведь тоже голодны, жрица?

— Я в порядке.

— Давайте поедим вместе. Рагу учителя не то чтобы супервкусное, но очень теплое.

— ...Не знаю. Возможно, сейчас все иначе, чем раньше.

— Правда? Я с нетерпением жду.

Перед Ридом поставили миску. Он поднял руку и осторожно нащупал ее.

— ...Оно теплое.

Ева открыла рот, затем закрыла. Ее руки дрожали, когда она наливала воду в чашку и ставила ее рядом с ним.

— Оно горячее, так что... ешь медленно.

— ...Хорошо.

Рид сделал глоток рагу. Он попробовал бульон, а затем расплылся в широкой улыбке:

— Учитель... вы совсем не изменились!

— Я... я изменилась, — пробормотала Ева. — Я изменилась. Я больше не тот учитель, которого ты помнишь, Рид.

— Но вы все еще теплая. Учитель всегда была такой умной. Вы бы везде преуспели. И это тоже очень вкусно. Даже лучше, потому что в этом блюде все еще чувствуется вкус былых времен.

— То, что я готовила раньше... действительно было не очень вкусным...

— Но они были теплыми. Все, что вы нам давали, всегда было теплым.

Рид осторожно отставил еду и взглянул в ту сторону, где стоял я:

— Госпожа жрица. Вы знали? Учитель была гордостью нашей деревни. Даже самые отпетые хулиганы сразу затихали, стоило им встать перед ней.

— Вот как.

— Да. Потому что учитель так много знает. Она всегда нас учила. У нее было так много книг. Я... на самом деле я думал, что учитель погибла.

Рид заерзал руками:

— Поэтому я записал так много вещей, которые хотел сказать. Тот солдат — мужчина, который теперь стал мне отцом — иногда даже писал для меня письма. Но когда я услышал, что учитель ждет меня, я просто пришел без всего этого.

— ...Почему...?

— Я хотел сказать вам это лично.

Его рука слегка скользнула по столу. Кожа была огрубевшей от ожогов, но все еще чистой.

— Я потерял глаза и научился чувствовать вещи, которых раньше не замечал. Ощущение цветов. Запах ветра. На самом деле мне сейчас даже больше нравится быть слепым, чем когда я мог видеть.

— ......

— Весной цветы распускаются. Зимой они снова опадают, но это потому, что цветы спят. Учитель ведь говорила мне это, правда? Что цветы опадают, но... со временем они расцветают снова. Еще красивее, чем прежде. Я помню это. Все, чему меня учила учитель. И... и знаете что? Гордость нашей деревни — цветок под названием «Синий щебет». Я слышал, что он невероятно красив. Я не могу его видеть, но аромат у него потрясающе сладкий. Если я проведу по нему рукой, то смогу понять, как он выглядит.

— ......

— Я тоже хотел показать его учителю, поэтому сорвал один. Вот...

Перед ней появился синий цветок, помятый и деформированный.

— Конечно, путь сюда был долгим... он, наверное, пострадал, но... ведь не слишком сильно, правда?

— ......

Ева в оцепенении взяла цветок. Она гладила его снова и снова, словно баюкала что-то драгоценное.

— Рид...

Короткий кашель вырвался из ее груди, словно горло перехватило.

— Рид... ты когда-нибудь думал о том, что хочешь умереть...?

— Да.

— Думал ли ты о том, что было бы проще просто бросить все...?

— И об этом тоже! Учитель действительно понимает меня.

— Если бы ты все отпустил... было бы легче... так почему же ты проделал весь этот путь...?

Слеза скатилась по ее щеке.

— С таким телом, почему... зачем заходить так далеко... зачем проделывать весь этот путь, чтобы увидеть меня...

Ее слова смешивались.

— Я ничего не смогла для тебя сделать... ни единой вещи... почему, во имя всего святого...

— Вы плачете, учитель?

— Н-нет... я не плачу. Я не плачу... правда...

— Пожалуйста, не плачьте, учитель. Мерри всегда говорила одну вещь. Учитель, наша деревня ведь была бедной, правда? Такой бедной, что мы едва могли поесть раз в день. Но еда, которую вы иногда готовили для нас, была очень вкусной. Даже когда все ворчали, что она невкусная, они всегда съедали все до последнего кусочка.

— ...Почему...

— Потому что учитель учила нас.

Рид протянул руку. Он поводил ею в воздухе перед собой, пытаясь нащупать ее ладонь:

— Что учеба — это скучно и трудно, но... она обязательно поможет нам когда-нибудь. Что когда-нибудь бедность отступит, и наступит день, когда мы сможем наесться досыта.

— ......

— Учитель. Мой отец беден. Я тоже часто не могу нормально работать. Но я не забыл ни единой вещи, которой меня учила учитель. Даже если сегодня я съел мало, возможно, завтра я наемся досыта. Даже если сегодня я плакал, возможно, завтра не буду.

— ......

— Благодаря тому, чему меня учила учитель, я все еще могу подняться. Я голоден, и мир вокруг достаточно темен, так что я больше не вижу его, но... я все еще ищу счастье. И иногда мне удается удержать его.

Его рука соприкоснулась с ее рукой. Рид ярко улыбнулся:

— Разве этот цветок не невероятно красив? Я подумал, что хочу, чтобы учитель увидела его и обрадовалась.

— Ах... ох...

— Это благодаря учителю. Причина, по которой я все еще могу быть счастливым — это то, чему меня учила учитель.

Молодой и хрупкий, казалось, он мог сломаться в любой момент. Но он так и не сломался.

Помятый и истерзанный синий цветок говорит:

— Спасибо... за то, что научили меня жить.

Ева крепко сжала его руку. Слезы, начавшиеся с одной-двух капель, теперь текли не переставая.

— Прости...

Она изо всех сил пыталась сдержать вырывающиеся рыдания. Она подняла руку и вытерла слезы. Но даже так не могла остановиться, и ее слова смешивались. В конце концов все растворилось в слезах, и одно уже нельзя было отличить от другого.

— Я так... благо...дарна... я... я...

Ева попыталась улыбнуться. Она приподняла уголки губ и, с полностью заплаканным лицом, прижала его к себе.

— Я так рада... что ты вырос таким хорошим... я так...

— Пожалуйста, не плачьте, учитель. Вам не нужно быть благодарной.

Рид обнял ее в ответ. Крошечная слезинка скатилась из его невидящих глаз.

— Тот, кто должен быть благодарен... это я. Другие дети сказали бы то же самое. Потому что учитель учила меня... я могу стоять здесь.

Всхлип вырвался вместе с этим тихим шепотом. Ева прижалась к нему и прошептала, не один раз и ни к кому конкретно не обращаясь:

— Прости... прости...

— Учитель. Пожалуйста, не плачьте. Я голоден. Давайте поедим вместе, хорошо?

— ......

Ева дрожащими руками взяла ложку и отправила приготовленную еду себе в рот.

— Хм... кх... ик...

Ее улыбка рухнула. Слезы не прекращались. Но даже так Ева продолжала отправлять еду в рот. Она заталкивала ее через силу, старательно пережевывая.

Рид пошевелил рукой. Слезы капали из его глаз, но выражение лица было открытым и светлым. Его голос дрожал, но, словно пытаясь притвориться, что все в порядке, он отправлял еду себе в рот и спросил:

— Эй... вы... сейчас тоже счастливы, учитель?

— ...Да, — ответила она. — Я счастлива... правда счастлива...

◇ ◇ ◇

Я двинулся, чтобы открыть камеру Амар, но она заговорила, не оборачиваясь:

— Не открывай дверь.

— ...Хм?

— Не входи.

Это отличалось от всех предыдущих разговоров. Что-то казалось неправильным. Я остановился по другую сторону решетки:

— Что-то случилось?

— ...Когда я с тобой, я становлюсь странной, — пробормотала Амар. — Я становлюсь странной и больше не могу понять, что к чему. Захад. Не входи. Прямо сейчас я в наибольшей безопасности.

— ......

— Просто уходи. Все равно это последний раз. После сегодняшнего дня мы больше не увидимся.

— Я вернусь, чтобы навестить...

— Не возвращайся. Не приходи ко мне. Для этого нет причин. Я... я не хочу видеть людей, которые меня не любят.

— Что ты имеешь в виду под...

— Тогда позволь спросить.

Амар повернулась и посмотрела на меня искоса. Выражение ее лица было предельно серьезным:

— Ты любишь Амар?

— .......

Это не был праздный вопрос. Я промолчал. Амар слабо улыбнулась, словно все поняла.

— Уходи. Не делай меня странной.

— ...Я вернусь.

— Мне это не нужно.

Амар повернулась ко мне спиной.

— Я собираюсь верить в то, во что верила всегда. Когда ты здесь, я больше не могу в это верить. Так что не приходи. Пожалуйста.

◇ ◇ ◇

Финал развалился на куски и оставил горький привкус во рту, но ничего нельзя было поделать. Пока Амар отказывалась, единственным выходом было вернуться позже.

К тому же сейчас у меня не было времени. Нужно было разобраться со всем как можно быстрее. Арпина ждала, да и все в главной обители Культа, должно быть, безумно за меня волновались.

Для начала я заберу послушника Беверика и...

*Лязг!*

Дверь распахнулась. Надзирательница Вероник торопливо вышла широким шагом. Во всеоружии. От привычного алкогольного угара не осталось и следа.

— Надзирательница?

— ...Инквизитор. Сейчас дело срочное. Поговорим позже.

Такого выражения лица я у нее еще никогда не видел. Я быстро пошел следом, чтобы не отставать:

— Что-то случилось?

— Случилось.

Вероник толкнула дверь в центральный коридор:

— Пришла весть из Филамона. Крупномасштабное нападение. Кто бы это ни был, они вырезают жителей города Филамон.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (1)

Необходимая жертва.

Жертва, абсолютно необходимая ради великого дела!

Паладины скрежетали зубами. Они подняли мечи и закричали.

Пламя плавило их глаза. Из-под черных масок, низко надвинутых на лица, просачивался белый пар.

— Убейте их!..

Массовая бойня, чтобы выманить сотрудников исправительного учреждения.

— Убейте их всех!!!!!

Паладины, прочесывавшие окрестности Танталоса по приказу Дуэйна, развернулись и двинулись к городу Филамон.

Стук копыт слился в грохот, подобный грому. Те, кто остался без лошадей, бросились вперед пешком и накинулись на мирных жителей.

— А-а-а-а-а-а-а-а!!!!

Бежавшие мать и дитя повалились на землю и были растоптаны копытами.

— П-пожалуйста... стойте... стойте... — умолял мужчина с пронзенным животом.

Клинок с силой выдернули, снося ему голову.

— Н-нет... нет... пожалуйста... пожалуйста...

Спина юноши, вцепившегося в штанину солдата, вспыхнула пламенем. Воздух, вырывавшийся из его горящих легких, рассеивался в пустоте.

Картина ада.

Настоящая картина ада. Но даже это — все это — было необходимым процессом.

Молодой паладин выровнял дыхание. Буйный свет вырвался из его Священной Стигмы. В голове, словно при промывке мозгов, повторялась одна и та же мантра:

«Все ради Его Высокопреосвященства кардинала Дуэйна. О Ра, присматривай за мной. Я взлечу еще выше».

— Убейте их всех!!!!

Двести паладинов во главе с молодым паладином. А за ними следовал скрытый козырь Дуэйна — пять тысяч фанатиков.

Боевые кони топтали город. Обезумевшие верующие наступали, оскалив зубы. Бегущих беженцев захлестнул этот людской прилив.

— Э-эвакуируйтесь..!

— Туда..!

— А-а-а-а-а-а-а-а!!! Моя нога!! Моя нога!!!!!

Стражники, кричавшие от страха, были растоптаны. Размещенные здесь имперские солдаты гибли под ударами копыт.

Пламя Ра сжигало оставшиеся улики. Паладины истребляли людей, прикрываясь именем бога.

Глаза молодого паладина полыхали красным. Словно впав в неконтролируемое безумие, он выплевывал все более грубые слова:

— Рвите плоть! Убейте их всех! Жертвы! Принесите жертвы!

У паладинов, опьяненных кровью, лихорадочно блестели глаза.

— Жертвы для новой эпохи!

— Он снизойдет!

— Убейте их всех!!!!!

Крики и вопли. Агония и резня.

Мечи паладинов пылали Святой силой. Руки, которые должны были спасать людей, вместо этого убивали их.

Священный авторитет Ра рухнул на землю. Бушующее пламя приобрело синеватый оттенок. Чем больше невинных жизней уносил этот огонь, тем более оскверненным он становился, а цвет его становился все более мутным.

— ...А... а...

Ребенок, прятавшийся за полуразрушенной стеной, неистово дрожал. Прижимая к себе младшего брата, он отползал назад. Он зажал ладонью рот младшего, чтобы их не обнаружили, изо всех сил стараясь не дать братишке издать ни звука.

Их мать погибла прямо у них на глазах. Отцу отсекли голову, когда он попытался вмешаться.

«Мне нужно выжить. Н-но как... как...»

Ребенок поднял взгляд. Люди гибли. Женщине, которая еще вчера с улыбкой отвечала им, отсекли правую руку. В воздухе летала лишь кровь. Плоть, катящаяся по земле, рушащиеся охваченные огнем здания — настоящая картина ада.

Вновь резко раздалось ржание боевого коня. Глаза ребенка расширились от ужаса. Звук был близко. Все ближе.

— Все это... все это... необходимая жертва...

Голос, повторявший слова словно заученную мантру, приближался. Совсем рядом раздались человеческие крики. Ребенок крепко обнял младшего брата и затаил дыхание.

Но один звук все же сорвался — сквозь пальцы прорвался тихий, безудержный всхлип.

Шаги стихли. Горящий меч протиснулся в щель приоткрытой двери.

— ...Нашел вас.

Молодой паладин разнес дверь в щепки и приставил меч к горлу мальчика. Ребенок задрожал и, обнимая младшего брата, отчаянно взмолился:

— П-пожалуйста, дяденька... пощадите нас... пощадите... мы больше не будем... простите нас...

— .......

На мгновение в глазах паладина что-то промелькнуло. Но затем вспыхнула Священная Стигма, и пламя вновь застелило его взор. Огонь, миновав синий цвет, окрасился в омерзительный зеленый оттенок.

Из его уст вырвалось рычание. Он пробормотал неразборчивые слова:

— По-о... е-его-о... во-оле...

Слюна капала из его дрожащего рта. Колеблющаяся рука резко взметнулась вверх.

— Необходимая... жертва... это же-ертва... повинуйся... повинуйся...

Меч, больше не колеблясь, обрушился сверху вниз. Ребенок зажмурился и отвернул младшего брата.

*Лязг!*

Раздался звон металла.

— ...А?..

Ребенок открыл глаза. Пламя взметнулось вверх. Огненные шлейфы, окутавшие дитя, принялись исцелять ожоги.

— Я немного опоздал.

Раздался тяжелый голос. Массивный меч с глухим стуком опустился на пол. Взгляд, устремленный на ребенка, был грозным, словно у медведя. Но протянутая им рука не сжала горло ребенка — он лишь мягко похлопал его по плечу.

— ...Прости меня.

— Ч-что...

— Ты защитил своего брата. Храбрый малыш. Предоставь остальное мне.

Из двуручного меча вырвалось ревущее пламя. Настоящий паладин, повернув свое суровое лицо вперед, сделал шаг навстречу врагу.

Пламя начало разгораться. По всему маленькому городку Филамон запылал не фальшивый, а истинный огонь. Это был дальновидный и точный ход Димонаас — силы, направленные на то, чтобы положить конец безжалостной резне.

— Тот, кто судит ересь... — Медведь Культа, двуручный меч инквизитора Раадатука, разнес доспехи молодого паладина в щепки, — ...это долг инквизитора.

◇ ◇ ◇

Раадатук, отправленный в город Филамон, подал сигнал по дальней сети связи.

Одноразовый кристалл замерцал, после чего мгновенно разлетелся на осколки. Это означало лишь одно: нападение. Как и ожидалось, в Филамоне вспыхнуло сражение.

Димонаас прикусила губу. Она ожидала этого, однако все началось гораздо быстрее, чем она предполагала. Настолько быстро, что невольно возникал вопрос: должно ли это вообще происходить с такой поспешностью?

К тому же атака не отличалась ни точностью, ни изяществом. Казалось, будто кто-то в спешке набросал краски на холст.

«Странно. Разве он всегда был настолько нетерпелив? Мне так не казалось».

Но дело уже было сделано, и ей следовало действовать немедленно. Тот факт, что Филамон подвергся нападению, означал, что Дуэйн уже завершил свои грубые приготовления.

Димонаас с грохотом опустила документы на стол и отдала приказы инквизиторам:

— Передайте весть всем из этого списка. Пусть собираются на Первой площади штаб-квартиры Культа. Приготовимся противостоять тем, чей разум поглотила Стигма.

— Поглотила, говорите...

— Мерзкая священная техника, которая внедряется в Священную Стигму Ра и лишает рассудка. Полная противоположность учению Ра. Я не знаю принципа ее работы, но это выходит за рамки обычного промывания мозгов — она подчиняет саму душу.

Архиепископ Дуэйн перешел черту. Димонаас знала об этом уже какое-то время, но не могла разоблачить его. Раскрой она очевидную правду слишком рано, ее бы тут же остановили — Дуэйн мог скрыть истину и выкрутиться. Случись такое, это было бы хуже, чем вообще ничего не предпринимать.

Лучшее, что она могла сделать, — это тихо поведать правду тем, до кого Дуэйн еще не успел дотянуться.

Но даже этого оказалось достаточно. Силы, которые ей удалось спасти, составляли лишь четверть от общего числа. Ничтожно мало, однако к их делу примкнул один архиепископ, а также на их сторону встал Первый отдел Инквизиции.

В конце концов, они были жрецами. Верные слуги Ра, они не склонились перед силой. Они не выходили вперед, чтобы высказаться открыто, но и не были среди тех, кто принял сторону Дуэйна.

Бесчисленное множество людей направилось к Первой площади. К ним присоединилась часть Ордена Паладинов, а также молодые жрецы и священнослужители из филиалов, искавшие наставления.

Не стоило беспокоиться о том, что архиепископ Дуэйн наблюдает за ними. Он и так следил за Димонаас и ее сторонниками. Дуэйн вошел в Папскую курию в самом центре главного комплекса Культа, за барьером, и наглухо запер за собой двери.

«Он не выйдет, пока все не закончится. Значит, этот барьер необходимо прорвать. Мы должны проникнуть внутрь и помешать им захватить то, что они хотят».

— О чем, черт возьми, думает Дуэйн...

— Подумать только, что до этого действительно дойдет...

Примчавшийся после получения известия архиепископ провел рукой по лицу. Великий инквизитор Первого отдела скрежетал зубами:

— Осквернить имя Ра!

— Непростительно!

— Но как ни посмотри, наших сил недостаточно...

— Нам не хватает мощи, чтобы пробить барьер и предать их суду.

Димонаас подняла глаза с тяжелыми темными кругами под ними. Она обвела всех взглядом:

— ...Все в порядке. Если нам не хватает сил, мы привлечем еще.

— Ба, надо же. Так вы все собрались здесь.

Имперский аристократ, оставшийся ждать Захада, вошел в штаб-квартиру Культа:

— Я наслышан о ситуации. Внутренние дела Культа определенно полны запутанных историй.

— Ваше Превосходительство.

— Я протяну вам руку помощи. Димонаас, великий инквизитор — надеюсь, вы не забыли об обещании заключить союз с Третьей имперской принцессой отдельно, позже.

— Не беспокойтесь. Я никогда не забываю сказанных мною слов.

Имперские солдаты пополнили их ряды. Рыцари обнажили мечи, а маги, сдерживавшие дыхание, принялись настраивать свои заклинания.

Разница в численности начала сокращаться. Димонаас, которая все это время преодолевала трудности именно ради этого дня, подняла свое изнуренное тело.

«Делать шаг вперед, даже когда тяжело. Это единственное решение».

— ...Мы должны спасти кардинала Арпину.

Они находились внутри барьера — в Папской курии, главном учреждении Культа. Архиепископ Дуэйн стремился перекроить весь Культ Ра по своему вкусу. И в самой глубокой точке внутри находилась кардинал Арпина.

Целью Дуэйна явно была она. Поскольку Папа официально был прикован к постели, оставалась лишь одна должность, обладавшая властью управлять Культом. Если бы ему удалось возвыситься до нее, он смог бы перестраивать Культ как ему заблагорассудится. Более того, захватив место кардинала, он получил бы в свое распоряжение величайшее оружие Культа Ра — Священный меч Аскалон.

Случись это, разыгрался бы худший сценарий. Это было бы равносильно тому, чтобы дать крылья и без того грозной силе.

— ......

Было время, когда Димонаас думала, что Девы Дня могут принять их сторону. Но они, в конце концов, являлись личной гвардией Папы. Какой бы могущественной ни была эта организация, ее силу нельзя было задействовать где угодно. Они не могли вмешиваться в частные дела — их сила могла быть использована только в вопросах, непосредственно связанных с Папой.

Уже было общеизвестно, что Девы Дня и кардинал Арпина близки, но официально они не могли действовать. Тот самый случай, когда многовековая традиция превратилась в оковы.

Димонаас была уверена: Тиельра не сдвинется с места. Как и находящиеся под ее началом Девы Дня.

При таком раскладе Арпина, запертая в самой глубине Папской курии, явно подвергнется сосредоточенной атаке. Ходили слухи, что Арпина сильна в бою, но даже она не сможет выстоять под бесконечным натиском.

— То, чего они добиваются, — это очевидный предлог. Вы и сами это понимаете, великий инквизитор.

— Как вы и предсказывали, они напали на город. На них были маски, но мы-то знаем правду. Их намерение явно состоит в том, чтобы возложить на нее вину за неспособность защитить город Филамон!

— Филамон — это автономный округ, официально признанный Империей и управляемый Культом!

— Если там произойдет массовая резня... Империя непременно обвинит нас в том, что мы не смогли его защитить. Это, естественно, станет предлогом для свержения кардинала Арпины!

— ......

Среди шума голосов Димонаас размышляла:

«Все в порядке. Арпина сильна, и не просто так ее выбрали Гласом Культа. К тому же, разве я уже не подстраховалась? До того, как барьер будет пробит, еще достаточно времени».

— Кардинал Арпина не пострадает. Она сможет продержаться как минимум до тех пор, пока мы не прорвем барьер.

— Почему вы не вывели ее раньше...

— Вы хоть представляете, сколько глаз за нами следит? Так даже лучше. Рядом с ней находится тот, кто идеально подходит для осады.

— Что вы имеете в виду?

— Да так... В общем, я разместила рядом с ней мага, повелевающего бессмертными. Того, кто специализируется на войне на истощение.

Приготовления уже были завершены. Если и оставалось что-то, что не давало ей покоя, так это лишь одно.

— ...Действительно ли обвинение кардинала Арпины в резне в Филамоне — это все, чего добивается архиепископ Дуэйн?

— А что еще это может быть?

— Вы не хуже меня знаете, великий инквизитор, что больше здесь не на что нацеливаться.

В ее голове царил хаос. Времени было в обрез, и она не успела разузнать все до конца, ухватив лишь общие очертания.

На данный момент намерения противника были ясны. Вместо того чтобы официально предать кардинала Арпину суду, они схватят ее и казнят на месте под предлогом возмездия. И в тот миг, когда она погибнет, Культ Ра изменится в угоду вкусам Дуэйна.

— Пятьсот шестьдесят два, — пробормотала Димонаас.

— Что вы сказали?

— Пятьсот шестьдесят два. Столько людей Дуэйн тайно убил за кулисами. Каждый из них был чьим-то родственником или преданным жрецом. Ни один из них не совершил преступления, заслуживающего смерти. Пятьсот шестьдесят два — это число тех, кто погиб лишь потому, что отказался принять сторону Дуэйна.

Димонаас взглянула на барьер, укрывавший Папскую курию. Прихвостни Дуэйна плотно заполнили его вершину.

Те, кто хранил верность Дуэйну, были поглощены его священной техникой. Но поглощение никогда не бывало полностью односторонним — их поглотили потому, что они согласились с ним.

В каком-то смысле это можно было назвать сделкой. Эти люди отдали свои тела в обмен на богатство и славу. Они закрывали глаза на порочность, предавали доверительные отношения. Люди, которые ради собственной выгоды прямо в лицо отвергли волю Ра, — именно они собрались в том месте.

— ...Настоящим я заявляю.

За спиной Димонаас жрецы шептали слова благословения. Бесчисленные паладины накладывали священные техники на свое оружие.

Солдаты Асваля Хальца пришли в движение. Война, разгоравшаяся внутри огромной штаб-квартиры Культа — комплекса размером с небольшой город, — готовилась поднять свой занавес.

Цель: прорвать барьер. Вызволить кардинала Арпину, раскрыть всю правду и... свергнуть мерзкого архиепископа Дуэйна. Это означало лишь одно.

— Те, кто осквернил имя Ра, с этого мгновения... — Пламя собралось на мече Димонаас. Ее глаза засияли яростным, опасным блеском. — ...объявляются еретиками, и я предам их суду.

Великий инквизитор двинулся вперед.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (2)

Исправительное учреждение № 1 опустело. Все отправились в Филамон, оставив позади лишь горстку дежурных.

В путь выступило множество всадников. Даже с учетом того, что большая часть стражников отправилась на спасение Филамона, их общее число едва достигало четырехсот.

Слишком мало. Катастрофически мало.

К тому же исправительное учреждение никогда не являлось военной организацией — это была лишь тюрьма, в которой содержались несколько тысяч заключенных.

И именно сейчас на Филамон напали? Но кто именно?

— Надзирательница Вероник!

Я поравнялся с ней. Вероник повернулась ко мне с нескрываемым раздражением:

— Я же велела тебе оставаться в исправительном учреждении!

— Как я мог не поехать за вами?!

Я торопливо погнал коня вперед. Честно говоря, изначально я действительно собирался остаться, но затем мне в голову внезапно пришла мысль.

Время выбрали слишком уж удачно. Стоило кому-то узнать, что я здесь, как в Филамоне разразился кризис.

«Что-то здесь не так. Как минимум эти два события связаны между собой. Это наверняка дело рук архиепископа Дуэйна. Этот ублюдок точно стоит за происходящим, так что мне нужно увидеть все своими глазами. Неужели... он тайно напал на Филамон, чтобы свалить вину на Арпину? Филамон — особый город в империи, где Культ Ра обладает признанной автономией. Если там устроят массовую резню, повесит ли он ответственность на Арпину? Но это слишком рискованная ставка... разве нет?»

В моей голове промелькнула мысль, и перед глазами возник образ Амар, демоницы любви.

«......»

Однако я быстро отбросил эти размышления. Никто в мире не знает о ней. Ее будущий срыв — не более чем взрыв накопившегося за пять лет стресса. Бомба замедленного действия. Демоница, изголодавшаяся по любви.

Поскольку все это время она держала рот на замке, никто не знал, что творится у нее на душе. Разве даже Мудрец Воды, славившийся в игре своим выдающимся умом, не признавал, что так и не смог ее разгадать?

«Но если кто-то нацелился на Амар... если дело в этом...»

— ...Ах, черт побери!

Я никак не мог понять, чего добивается враг. Сейчас мне нужно просто добраться до Филамона и увидеть все своими глазами.

В любом случае уровень стресса Амар еще не достиг предела. В запасе оставалось целых пять лет, так что до критической точки ей было далеко. Даже если бы кто-то захотел использовать Амар, она сейчас находилась не в том состоянии, чтобы ею можно было манипулировать.

А значит — сначала Филамон!

— Я выдвигаюсь вперед!

— Что?! Не ломай строй! Идиот! Это опасно!

— Вообще-то самое опасное здесь — это я!

— Что ты несешь?!

Я направил святую силу прямо в коня, влив в него все благословения, что у меня были.

[Используется навык «Благословение» (A).]

Конь яростно зафыркал. Высвобожденная Святая сила раскрылась подобно крыльям.

— Что за...?! — Вероник в шоке отпрянула.

Огромный прилив Святой силы целиком поглотил коня. Его грива вспыхнула пламенем, а копыта с невероятной силой ударили по земле.

Земля вздыбилась, а развевающаяся грива запылала алым.

Вероник заикнулась:

— Ч-что за чертовщина?! Ты! Ты непростой Инквизитор!

— Эта Святая сила... она колоссальна...

— Почти на одном уровне с надзирательницей Вероник!..

— А может... может, даже превосходит ее...

Проигнорировав раздавшиеся вокруг изумленные возгласы, я склонился к самому уху коня и прошептал:

— Вперед.

Конь яростно зафыркал, и само пространство вокруг сжалось.

*КРА-КРА-КРА-КРА-КРА-А-АК!*

Расстояние сократилось в мгновение ока. Ветер ударил в меня, словно стена.

Клубы пыли взметнулись вверх. Смешавшийся с ней снег проносился мимо. Я выровнял осанку. В обычных условиях этот путь занял бы полдня. Но подобные ограничения ко мне не относились.

— Беги!

*ФР-Р-Р-Р-Р-РХ!*

Снег, мимо которого мы проносились, таял позади нас. Даже ледяной ветер потеплел.

Боевой конь Ра.

В глазах одаренного благословением коня разгорелось пламя. Его мощные копыта растаптывали все на своем пути.

Прошло чуть меньше двух часов, прежде чем впереди показался город Филамон.

Я натянул поводья на вершине холма и посмотрел на город сверху вниз. Зеленое пламя, вырывающееся наружу, и алое пламя, сдерживающее его натиск — два цвета сошлись в яростной битве.

Человеческие крики, звон металла и звуки священных заклинаний заполняли каждую щель.

Филамон горел. Здания вспыхивали и рушились одно за другим. Даже горячий источник, в котором я когда-то побывал, попал под удар и превратился в руины. От прежней мирной жизни не осталось и следа.

И вдобавок ко всему...

— ...Что это такое?

Оно мерцало зловещим светом — зеленое пламя, пожирающее улицы и окрашивающее здания. Разве нечто подобное существовало?

Цвет огня, смешанного с ядом. Нечто настолько приметное я определенно должен был помнить. Но ничего подобного не всплывало в памяти, несмотря на весь мой многолетний игровой опыт.

— Что, черт возьми, здесь происходит?

Я спешился. Конь, тяжело и прерывисто дышавший, уже израсходовал все свои силы до последней капли. Он доставил меня на место и больше не требовался.

— Отдыхай.

Мне бы тоже не помешало отдохнуть, но... выбора нет.

*Клац!*

[Двуручный меч палача (A)]

— КЬЯ-А-А-А-А-АХ!!!

Я бросился в сторону крика. На женщину напали, а рядом с ней дрожал ребенок. Стоявший над ними нападавший замахнулся мечом, вдоль лезвия которого яростно вспыхнуло зеленое пламя.

«Это же...!» — раздался в моей голове голос Ра, но я уже двигался.

Схватив рукоять двуручного меча, я нанес глубокий удар. Предав свое тело пылающему Священному пламени, я пронзил нападавшего насквозь.

— Гх-кх?!

Из его горла вырвался хриплый крик. По лезвию медленно потекла струйка крови.

Отвратительное ощущение, но меня это особо не задело: мне и раньше доводилось резать плоть.

— Кто ты такой?

— Угх... н-гх... угх...

Зеленый огонь вспыхнул поверх черной перчатки нападавшего. Странный свет пробивался сквозь плотную ткань, и его очертания показались мне настолько знакомыми, что я стянул с него перчатку.

— ...Что за чертовщина.

Священная Стигма Ра горела, будто крича в неописуемой агонии.

— Ра. Что это значит?

«Это Оскверненный!» — воскликнула Ра.

— Оскверненный?

«Вне всяких сомнений! Черт бы все побрал! Осквернить мое пламя... Кто, во имя всего...?!»

Я сорвал с него маску — незнакомое лицо. Но, судя по наличию Священной Стигмы, я примерно понимал, кому он служил.

Тот, кто устроил подобное организованное безумие именно в этот момент, должен был занимать высокое положение в Культе. К счастью, у меня имелось предостаточно подозрений. Это определенно было связано с ним.

— Ты один из людей Дуэйна?

Ответа не последовало. Мужчина, который только что бился в конвульсиях, обмяк. Мертв.

Я стряхнул кровь с двуручного меча, оставив труп лежать там, где он упал, и слегка подтолкнул застывшего на месте ребенка:

— Иди. Не отходи от мамы.

Ребенок не мог пошевелиться, лишь испуганно смотрел на меня широко раскрытыми глазами и дрожал. Вздохнув, я сам перенес за шкирку болтающегося в воздухе ребенка к женщине. Возможно, из-за того, что она только что увидела убийство прямо у нее на глазах, женщина неистово задрожала, даже не удосужилась выдавить слова благодарности и поспешно сбежала.

Что ж, ее можно понять.

Я повернулся и окинул взглядом окрестности. Полнейший хаос, напомнивший мне о Парамире.

Сгоревшее здание рухнуло, обломки стен осыпались, а крики людей эхом отдавались от каждой поверхности. Звуки рыданий поглощали весь город.

— Пожалуйста, помогите... пожалуйста, помогите...

Отчаянный плач детского голоса — ребенку было от силы лет десять. Голос, который еще даже не успел сломаться... От этого выражение моего лица резко помрачнело.

— Да твою же... Это уже переходит все границы. Серьезно.

Я поднял голову и опустил двуручный меч с плеча под углом.

— ...Не совсем в моем стиле.

Зеленое пламя вспыхнуло со всех сторон. Из-за зданий показались Оскверненные паладины. Фанатичные фигуры, в облике которых явно сквозило нечто неправильное, кружили неподалеку, словно выжидая подходящего момента для атаки.

Я с хрустом расправил плечи. Сначала нужно взять ситуацию под контроль — это первоочередная задача.

— Что ж, побуду немного героем.

Двуручный меч заскрежетал по земле, и я сделал шаг навстречу бегущим паладинам.

Пламя взорвалось.

◇ ◇ ◇

— Черт возьми!.. — выругалась Розмари.

Она устроила засаду неподалеку от Филамона и из-за этого прибыла с небольшим опозданием. Жизни, которые она могла спасти... спасти не удалось.

К тому моменту, как она добралась сюда, ситуация уже превратилась в катастрофу. Количество паладинов оказалось гораздо больше, чем она ожидала. Сотня? Нет, две сотни?

Если считать только паладинов, против такого числа она едва могла держаться на равных. Но паладины были далеко не единственной проблемой: верующие, в чьих глазах полыхало зеленое пламя, тоже бросались на Инквизиторов. Необученные, недисциплинированные, они, словно дикие псы, игнорировали боль и вгрызались в них.

Их оружие было жалким — ржавые кинжалы или мечи, любые инструменты, которые они смогли где-то раздобыть. Но по-настоящему ужасало то, что даже будучи разрубленными пополам, они продолжали ползти по земле и нападать.

Это были солдаты, выдрессированные с помощью какой-то особой подготовки. Боль для них ничего не значила, и они продолжали размахивать оружием до самой смерти.

Один не пугал. Десять не пугали. Но их число превышало несколько тысяч! Если учесть, что население небольшого города едва достигало десяти тысяч, это была совершенно безумная цифра.

«Сколько же сил накопил этот безумный архиепископ...?!»

Неужели это войско тайно взрастили и скрывали внутри Культа Ра? Как ему удалось подготовить врагов такого масштаба так, чтобы никто ничего не заметил? И что вообще это за отвратительно грязное зеленое пламя?!

Паладины прорвались сквозь пыль и взмахнули мечами. Не один... а трое!

Розмари поспешно двинулась им навстречу. Раздался звон металла, и здания, которых она касалась в пылу боя, рушились одно за другим.

Трое нападали одновременно, двигаясь в хаотичном унисоне. Каждый целился в место, которое она не могла защитить в тот же миг, тесня ее с идеальной координацией. Казалось, будто один человек разделился на троих. Неужели у них был общий разум?!

Розмари перехватила топор обратным хватом и уперлась ногами в землю:

— Хватит с меня, ублюдки!

Из топора посыпались искры, и из ниоткуда возник волк. Его клыки столкнулись со звуком, готовым разлететься вдребезги. Появившийся волк обвился вокруг топора, и в мгновение ока его вес стал колоссальным.

*Клац!*

Сокрушительная тяжесть накрыла Розмари с головы до ног, но она резко вдохнула, подкрепив свою недостаточную физическую силу Святой силой.

Еще больше. Ей нужно было выжать из себя максимум. Если она этого не сделает... он снова окажется в подобном положении. Так что ни за что!

«Я... я должна стать сильнее!.. Я не могу остановиться на этом!»

Священное пламя перекинулось с оружия на ее руки. Глаза Розмари налились кровью. Пламя вырывалось наружу, а божественная энергия нисходила на нее.

Трансформация формы, пробуждающаяся внутри, поглотила тяжесть топора. Всё больше. Всё алее.

— Я ВАС ВСЕХ В ПОРОШОК СТЕРУ!!!

Земля раскололась от ее крика, и паладинов унесло бушующим пламенем.

*КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-АНГ!!!!!*

Лишь поглотив три здания, топор наконец успокоился. Волк жалобно заскулил и растворился в воздухе. Почувствовав, что оружие снова стало легким, Розмари выдохнула.

Она могла справиться и подавить их, но сколько жертв успеет накопиться, прежде чем ей это удастся? Сейчас было не время размышлять — нужно двигаться и спасти как можно больше людей!

— Угх?!

Под звук крошащегося под ногами камня Розмари резко развернулась. Пятеро паладинов прорвались сквозь пыль и оказались прямо перед ней. Сверкнули мечи, и зашептало пылающее зеленое пламя. Смерть. Опасность.

— Ох, черт!..

Она выругалась и поспешно вскинула топор, но оказалась на долю секунды медленнее. Топор яростно взмахнул и отбил четыре меча, но один пропустил.

Меч проскользнул сквозь брешь, и зеленое пламя яростно вспыхнуло. Розмари стиснула зубы, приготовясь к неминуемой боли, но та так и не пришла.

Вместо этого голова паладина была раздавлена двуручным мечом.

*КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-АНГ!!!!!*

Пламя взорвалось. Часть здания рухнула, а Оскверненный паладин, собиравшийся нанести удар, был полностью уничтожен.

Выбитое глазное яблоко покатилось по земле. Сила удара заставила даже безмозглых паладинов на мгновение вздрогнуть.

Катящийся глаз остановился. Кто-то с силой наступил на него, и он лопнул с влажным хлопком.

Фигура, поднявшая испачканный сапог, закинула двуручный меч на плечо.

— ...Розмари.

Бело-черная жреческая ряса заколыхалась. Символ Ра. Высокий. Невероятно высокий — теперь ей приходилось смотреть на него снизу вверх.

Спина того, к чьей двери она подходила несколько раз с момента их последней встречи, но так и не решилась войти...

Человек, который должен был находиться в штаб-квартире Культа, сейчас стоял прямо перед ней.

— Почему ты здесь?

— ......?

Розмари захлопала глазами и, сама того не осознавая, мысленно выругалась: «Что за чертовщина».

— Почему это ТЫ здесь?!!!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (3)

Барьер, отделяющий Папскую курию от внешнего мира.

Шквал ударов обрушился на него один за другим. Земля задрожала, а священный барьер срезонировал, казалось, готовый рухнуть в любой момент.

Но он выстоял. Он не падет так быстро. Свет оставался ровным, продолжая полыхать белым цветом.

Сколько же усилий было вложено в то, чтобы он не рухнул — ни изнутри, ни снаружи — именно ради этого дня. Он был не настолько хрупок, чтобы рассыпаться в одно мгновение.

Дуэйн стоял на вершине башни, возведенной внутри Папской курии, и смотрел вниз на дрожащую землю.

Пламя Ра пылало. В нем смешались многочисленные заклинания сопротивления. Значит, Асваль Хальц тоже стал врагом.

Собранные силы были внушительными. Подобной мобилизации невозможно было достичь за одну ночь.

...Значит, они знали.

Среди врагов снаружи был лишь один, за которым стоило следить.

Великий инквизитор Димонаас.

Она была единственной среди его врагов, кто был способен провернуть нечто подобное.

— ......

Глаза Дуэйна встретились со взглядом женщины, стоявшей невероятно далеко. Она подняла руку и медленно провела ею по своему горлу.

Предупреждение, адресованное лично ему. Она приказывала ему ждать именно там?

— ...Как всегда компетентна, я погляжу.

Раскусить часть плана и подготовиться соответствующим образом — она и впрямь была проницательной женщиной. Ему хотелось бы переманить ее на свою сторону, если бы это вообще было возможно.

Но в конечном счете, похоже, она затронула лишь верхушку айсберга. Арпина все еще находилась в его руках, а самый важный план по-прежнему приводился в действие.

Сигнал из Филамона содержал весть о том, что внутрь проскользнул незваный гость. Но город Филамон был не более чем приманкой.

Настоящей фигурой была Амар, демоница любви. Только она позволит ему достичь своей цели.

— Выглядишь так, будто наслаждаешься происходящим. Дуэйн.

— ...Апостол Фабиан.

Орден паладинов, прославленный даже внутри Культа.

Командир «Следов пепла» криво усмехнулся.

Один из немногих оставшихся Апостолов веры Бога Солнца — избранный самой Ра.

Фабиан, опираясь на копье и откусывая яблоко, спросил:

— Ну и? Каково это, когда момент, которого ты так жаждал, находится прямо перед тобой?

— .......

Дуэйн не ответил. Стоящему перед ним мужчине нельзя было доверять. Они просто поднялись на борт одного корабля на какое-то время, потому что их пути случайно пересеклись.

Он получил помощь, но каковы были истинные намерения этого человека — оставалось загадкой.

— Апостол Фабиан... чего ты хочешь?

— Отвечать вопросом на вопрос. Скучно. Я? Ничего. Я просто... наслаждаюсь этой перепалкой. Вот и все.

Фабиан отбросил в сторону недоеденное яблоко.

— Видишь? Разве это не забавно? Жрецы, которые пререкались, но никогда бы не дошли до рукоприкладства — теперь сражаются друг с другом.

— Боюсь, я не вижу в этом ничего забавного.

— Да брось, Дуэйн. Давай будем честны, хорошо? Мир длился слишком долго, и ты тоже хотел его нарушить. Ты заварил всю эту кашу, потому что не мог вынести зрелища того, как Культ медленно идет по пути к разрушению. Не так ли?

Верно.

Но дело было не только в этом.

— ...Без надежной опоры Культ попросту сметут. И я намерен стать этой опорой. Силой, достаточной, чтобы бросить вызов даже приказам Империи.

— Звучит как настоящая травма.

— Апостол Фабиан. Тогда позволь мне спросить в ответ. Чего хочешь ты? Что ждет нас в конце всего этого, ради чего ты готов помогать мне?

Каждая крупица информации исходила от Фабиана. Именно поэтому он смог подготовиться.

Священный Закон, который насильно контролировал верующих Ра. Существование Амар, демоницы любви. Тайное собрание сил, готовых к развертыванию в любой момент.

Без него ни о каком плане не могло быть и речи. Все стало возможным лишь благодаря ему.

Именно поэтому этот вопрос так сильно грыз его изнутри.

Что, черт возьми, двигало этим человеком, побуждая его помогать ему?

— Я же говорил тебе. Мне нравится хаос.

— ......

— Ты просто делаешь то, что хочешь делать. Сходи с ума. Подставь Арпину, перережь всех до единого людей Димонаас там снаружи — мне абсолютно плевать.

Фабиан ухмыльнулся.

— Разве делать то, что хочешь — это не главное? Как и любой другой, я просто честен в своих желаниях. Хаос. Беспорядок. И все, что из этого вытекает.

— ...Едва ли Апостол должен говорить нечто подобное.

— «Апостол должен говорить»... Я вообще наткнулся на этот титул совершенно случайно.

— Это богохульство.

— У меня есть кое-кто поважнее любого бога. То, чего хочет она — это путь, которого хочу я.

Фабиан лениво уперся ногой в окно башни.

— Ну что ж, Дуэйн. Я буду наблюдать с самой вершины. Прошу тебя — покажи мне. Стоил ли ты тех инвестиций, которые я в тебя вложил.

— Об этом можешь не беспокоиться. Худший из узников, когда-либо рождавшихся в Танталосе, скоро окажется в моих руках.

— Это мы еще посмотрим.

— ...Прошу прощения?

— Знаешь. Даже самое всеведущее существо не может предвидеть абсолютно все. Взять, к примеру...

Тело Фабиана вспыхнуло и исчезло.

— Кого-то, кто выжил вопреки всем твоим прогнозам.

Глаза Дуэйна устремились на то место, где исчез Фабиан.

Существование, которого он не предвидел?

На эту роль подходил лишь один человек.

— ...Инквизитор Захад.

Но разве он и вправду обладал силой, способной разрушить каждую деталь этого плана?

Нет. В этом он мог быть уверен.

Демон, взбесившийся в Танталосе, сожрет все на своем пути, и несколько городов на севере Империи будут стерты с лица земли в одно мгновение.

И это было не концом. За всем этим скрывалась ситуация, которой он так желал.

Власть, позволяющая подчинить все своей воле.

К этому моменту командир паладинов Паблос наверняка уже направлялся в исправительное учреждение. Времени оставалось в обрез.

Приготовления были безупречны. Он многократно проверял свою способность контролировать этого монстра, и как только он оседлает его, то встанет плечом к плечу с самой Империей — в этом он был уверен.

Больше никогда ему не придется глотать собственную некомпетентность и затаивать дыхание в тишине.

Он не повторит ошибок прошлого. Он пойдет по выбранному им пути.

— ...Власть.

Да.

Это было всем, к чему он когда-либо стремился. Именно это и привело его сюда.

Дуэйн обернулся. Епископ Броди, который все это время дрожал и нервно наблюдал за происходящим, в панике вскрикнул:

— В-Ваше Превосходительство! Я... я все слышал! Сделать нечто подобное в Танталосе! Т-тогда что станет с исправительным учреждением № 1?! Мой сын... что будет с моим сыном Бевериком?!

— Успокойтесь, Епископ Броди.

Дуэйн направился к нему. Он положил руку на плечо Броди.

— Для достижения своей цели иногда необходимо мириться с жертвами.

— В-вы... вы никогда...

Броди задрожал.

— Вы никогда не собирались спасать моего сына...?

— Разве не вы сами в первую очередь втянули меня в это из-за какого-то пустяка?

— Я... я ведь ясно доказал вам свою преданность...

— Я действительно ценю преданность, Епископ Броди. Но мое определение подчиненного отличается от вашего.

Карта, которую нужно разыграть.

Карта, которую нужно использовать.

Карта, от которой можно избавиться в любой момент.

— Епископ Броди.

Дуэйн дважды похлопал его по дрожащим плечам.

— Радуйтесь. Смерть вашего сына послужит краеугольным камнем, который приведет нас к славе.

— В-вы... вы безумец! Что вы пытаетесь сделать?! Уничтожить четверть севера Империи... чего же вы, черт возьми, добиваетесь?!

— Разве это не очевидно?

Дуэйн прошел мимо него.

— Распространить имя Ра повсюду.

Епископ Броди издал вопль и бросился вперед. Но паладины мгновенно среагировали, повалив его на пол.

Дуэйн коротко цокнул языком. Какой глупец.

Вот почему он так и валялся там. Если бы он просто принял зеленое пламя, как остальные, то не терзал бы себя подобными идиотскими сомнениями.

— Нам убить его?

— Оставьте его. Он не имеет никакого значения. У нас есть более важные дела.

Время беспомощных воплей от собственного бессилия подошло к концу.

Оставалось лишь сокрушить тех, кто насмехался над Ра, под тяжестью этой власти.

— Как продвигается демонтаж священного барьера над кабинетом Арпины?

— Осталось совсем недолго!

— ...Хорошо. Тогда давайте нанесем ей визит.

Шестеро паладинов, которых он воспитал лично — не совсем уровня Дев Дня, но принадлежавших к высшему эшелону внутри Культа.

Дуэйн шагнул вперед, в осыпающийся священный барьер.

— Пойдемте встречать новую эру, братья.

◇ ◇ ◇

— Это все было ложью?!

— Следи за правой стороной.

Я расколол головы наступающих верующих. Вырвал позвоночник и отшвырнул его в сторону.

Розмари взмахнула своим топором по дикой дуге. Она вырвала череп бросившегося на нее паладина, а затем с упреком обернулась ко мне.

— Почему... почему ты солгал и мне тоже?!

— Это была засекреченная операция.

— Ты мог бы мне сказать! Ты хоть представляешь, как я волновалась?!

— Знаю. Конечно, я знаю.

Я обхватил ее, словно заключая в объятия, и, развернувшись вокруг своей оси, обрушил ногу на верующего, который приближался к ней со спины.

Брызнула кровь. Разлетелась плоть. Я мягко подхватил ее за талию.

— Ты плакала по мне. Я до смерти хотел тебе все рассказать — у меня язык буквально чесался.

— Угх... не могу поверить, что ты думаешь, будто это... вот так просто...

— Но ведь теперь ты срываешься на меня не так сильно, верно?

— Да заткнешься ты наконец?!

Розмари протянула руку. Она схватила за голову верующего, который скалил зубы мне в спину, и впечатала его в пол.

Покрыв свою испачканную руку Священным пламенем, она прорычала:

— Если в следующий раз утаишь от меня секреты, то умрешь от моей руки!

— Понял. А теперь не могла бы ты доложить мне обстановку?

Мы встали спиной к спине. Их было много. Отвратительно много.

— Чьих это рук дело?

— Того проклятого ублюдка Архиепископа Дуэйна!

Как я и подозревал. Значит, это все-таки был он.

— Он пытается убить всех свидетелей и свалить вину за провал защиты города на Арпину.

— Великий инквизитор сказала абсолютно то же самое! Но это тревожное пламя...

— Оскверненная божественность. Не вздумай позариться на нее.

— Да кто тут вообще на что-то зарится?!

Наши ноги пришли в движение в одно и то же мгновение. Вспыхнуло Священное пламя.

Пламя хлынуло наружу, словно прилив, целиком поглощая оскверненных.

Мы бушевали, словно аватары разрушения. Словно живые воплощения гибели, мы разбивали мечи вдребезги.

Мы ломали шеи паладинам.

Ломали клинки и разрубали туловища.

Гасили зеленый огонь и высекали поверх него малиновый свет.

Ослепительные взрывы. Находясь в самом центре пламени, мы оба развернули наше наступление в одну и ту же секунду.

Идеально синхронное движение. Встретившись взглядами, мы вонзили наше оружие в паладинов, бросившихся нам навстречу.

[Активирован навык: ⟨Сокрушительная тьма — Топот (S)⟩.]

КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А-А-АХ!!!

Наложившийся друг на друга взрыв уничтожил всю прилегающую территорию. Стоя в образовавшемся глубоком кратере, я закинул двуручный меч на плечо.

— Ты стал сильнее?

— Ну и монстр... как долго ты еще будешь продолжать расти...

Розмари, которая с трудом поспевала за мной, жадно хватая ртом воздух, обмякла. Я протянул руку и потрепал ее кошачьи ушки.

— Разве ты не знаешь, что бывших учителей не бывает?

— Угх... в один прекрасный день я собью это самодовольное выражение с твоего лица...

— Ну-ну. Не дерзи.

— Я вообще-то старше тебя, знаешь ли?!

Пока мы пререкались, верующие вновь хлынули в нашу сторону. Возможно, из-за шума.

Лиц, появлявшихся между зданиями, было куда больше, чем прежде.

Но почему-то...

— ...А ведь это весело, не так ли?

Эта пульсация. Эта битва.

Безответственная, безнаказанная резня против оскверненных!

Мое тело содрогнулось. Мне хотелось размахивать мечом еще хотя бы немного дольше.

Резня с использованием накопленных характеристик — главное правило любой РПГ!

— Давайте еще раунд!

КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А-АХ!!

Где-то в другом месте прогремел взрыв. Верующие, свирепо пялившиеся на меня, в одно мгновение попали в засаду.

Пламя вырвалось наружу. Я позволил двуручному мечу свободно повиснуть. Как раз в тот момент, когда я подумал, что огонь наконец-то зажегся...

— Ты пришел не один?

— Думаешь, я настолько безумна, чтобы прийти одной?!

Полуторный меч взревел и расколол череп паладина. К падающему клинку льнуло нечто, что явно превосходило обычное Священное пламя.

Полуторный меч странной формы. Неужели он уже достиг Трансформации формы?

Ну надо же. Если подумать, это должно быть самая грозная сила во всем Культе.

Раадатук, с ног до головы залитый кровью, зарычал, словно медведь.

— Я убью вас всех до единого... еретики... я никогда не прощу...

Наши взгляды встретились.

Рычащий мужчина поспешно спустился вниз.

— Брат?! Почему ты здесь?! Разве ты не должен был отправиться в исправительное учреждение...?!

Глаза Розмари сверкнули. Ее голова повернулась с медленным, скрежещущим скрипом.

— Засекреченная операция... так ты сказал, верно? Я не знала... так откуда же об этом известно Раадатуку...?

Ах.

Я влип.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (4)

Димонаас стиснула зубы. «Он прочнее, чем я ожидала. Этот барьер...»

«В несколько раз сильнее прежнего священного барьера».

Асваль Хальц погладил бороду:

— Похоже, с ходу нам его не пробить. Это займет немало времени.

— Вы правы.

— Иного пути внутрь нет?

— Нет. Священный барьер раскинулся куполом, накрывая всё вплоть до подземных глубин. Ваше Превосходительство, у нас остался лишь один выход.

«Мне бы хотелось поберечь силы, но выбора нет».

Трещина.

Пробить брешь — лучший путь вперед.

— Я сама прорвусь сквозь него.

— ...Не слишком ли вы себя изнуряете?

— Придется. Судя по всему, они планировали это очень долго, а мы слишком отстаем с подготовкой.

— Но когда барьер падет и мы прорвемся... Разве вы не говорили, госпожа Великий инквизитор, что лично займетесь архиепископом Дуэйном?

— Я сделаю и то и другое.

— Но разве это возможно?

— Бросим все силы и проверим.

Разве кто-то не научил её этому?

«Если просто стоять на месте, ничего не изменится!»

Святая сила потекла по обнаженному клинку. Глаза Димонаас вспыхнули алым.

Энергия, окутывавшая всё её тело, неистово забурлила, и инквизиторы, пытавшиеся пробить барьер, шокированно вздрогнули:

— Что за...?!

— Эта ужасающая Святая сила...!

Глаза Первого Великого инквизитора расширились. Голос одного из архиепископов дрогнул:

— Невероятно...! Это почти на уровне Апостола...!

— Столько силы не должно быть у обычного жреца...!

Сила вздымалась. Пламя Святой силы хлестало по ветру, неистово взрываясь.

Окутанный Священным пламенем меч изогнулся, его структура начала полностью перестраиваться.

Трансформация формы.

Способность превращать оружие в руках в то, что описано в священных писаниях Ра.

Но она шагнула еще дальше. Димонаас знала, насколько беспомощной была в Парамире, где лишь отчаянно билась, не в силах ничего изменить.

«...Еще».

Она истязала себя тренировками до полусмерти.

Даже после окончания службы она отказывалась спать.

Вернувшись к тем временам, когда только стала инквизитором, она стискивала зубы и тренировалась глубокой ночью.

Она использовала ночь так же, как и день. Двух часов сна в сутки ей вполне хватало.

Чтобы в худший миг больше никогда не оказаться беспомощной.

Чтобы защитить всё, что поклялась оберегать.

Сила, которую она оттачивала ради Пятого отдела Инквизиции, поглотила Трансформацию формы. Из высвобожденной ею мощи над головой Димонаас соткался слабый, но отчетливый «ангельский нимб».

Сила, превосходящая Трансформацию формы — сфера, о которой даже Апостолы не смели легкомысленно мечтать.

Частичное обожествление (部分神格化).

Бог не избирал её, но сила, взращенная благодаря собственному гению и изнурительному труду, коснулась небес. Преграждавшая путь стена, которую она никак не могла одолеть, рухнула, и накопленный за годы опыт взорвался в единое мгновение.

Сила, способная изменить и переписать предначертанную судьбу.

— Э-это... что вообще такое...

Асваль отступил на шаг назад. Он широко раскрытыми глазами уставился на бушующий вихрь пламени.

— Да сколько же Апостолов у Культа Ра?!

— Я не Апостол.

Радужки, налившиеся красным, вспыхнули ярким огнем. Пламя сгустилось, обвилось вокруг меча и на мгновение замерло в безмолвной тишине.

Совсем иное ощущение по сравнению с Парамиром, где она просто выплеснула всю имеющуюся Святую силу без остатка.

Димонаас шагнула вперед:

— Я Великий инквизитор.

Меч мягко, с едва слышным стуком коснулся священного барьера, покрытого сотнями Священных Законов — барьера, который казался вечным.

Меч для искоренения ереси. Меч для защиты того, что принадлежит ей.

*Хрусь.*

Звук был тихим, едва различимым — словно в шкуру огромного зверя вонзили зубочистку.

Но появившаяся трещина вскоре должна была поглотить всё.

Димонаас подняла взгляд и сильнее надавила на меч, оставивший на барьере лишь крошечную точку.

Клинок безмолвного пламени вошел внутрь, словно плавя преграду, и погрузился по самую рукоять.

Барьер из бесчисленных Священных Законов — нерушимая стена, на создание которой сотням жрецов потребовались бы годы. На ней что-то запечатлелось.

Начавшись с одной точки, изменение поглощало всё вокруг.

Димонаас вытащила меч. Пламя угасло, а парящий над головой нимб медленно рассеялся.

Красные радужки вернулись к своему обычному спокойному багровому оттенку. Она снова стала прежней Димонаас.

Но Асваль Хальц позабыл даже о том, как шутить:

— ...Боже правый.

Вслед за его пораженным шепотом сотни Священных Законов начали рушиться. Подобно зданию с рухнувшим фундаментом, лопающиеся чары посыпались дождем сверху вниз.

*Крошатся...*

Снег из Святой силы закружился в воздухе. Глаза Асваля Хальца расширились.

Видел ли он когда-нибудь столь прекрасное зрелище? Папская курия. Силой одного человека пробиты высшие из Священных Законов, призванные защищать святилище.

— ...Ты вообще человек?

Димонаас не ответила. Окинув взглядом последовавших за ней людей, она молча смахнула выступивший на коже холодный пот.

Она перенапряглась. Честно говоря, она выжгла Святую силу до дрожи в конечностях.

Но это был самый быстрый путь.

Чтобы настичь Дуэйна, который планировал всё так долго, оставалось лишь продолжать переступать через свои пределы. Димонаас не жалела о выборе.

Она просто предпочла двигаться дальше.

— ...Пошли.

Меч со щелчком скользнул в ножны.

— Разобьем его ублюдскую рожу.

◇ ◇ ◇

Дуэйн шел вперед. Разорвавшиеся защитные Священные Законы расступались по обе стороны от него.

Один, два. Три, четыре.

Десятки Священных Законов рушились один за другим. Окутанные зеленым пламенем верующие механически выкрикивали:

— Осталось совсем немного, Ваше Высочество!

— Наступайте!

«Ваше Высочество».

Как же долго он ждал этих слов. Лицо Дуэйна исказилось от восторга.

Желанная сила была прямо перед ним. Неважно, если Димонаас будет сопротивляться. Неважно, что произойдет.

Стоит лишь устранить Арпину, и весь Культ окажется у него в руках.

Вместе с захватом власти он заберет и Священный меч Аскалон. Зайдя так далеко, он достигнет высот, превосходящих любого Апостола.

Обладание величайшей реликвией Культа Ра и одновременное владение «силой», что поднимется из исправительного учреждения...

Это означало, что он сможет встать в один ряд с сильнейшими воинами империи исключительно благодаря своей боевой моще.

Возможно, даже войти в число «Двенадцати Звезд Континента (大陸十二星)» — вершины из вершин. Он вполне мог достичь этого уровня.

К тому же у него оставались подготовленные силы. Отправленное в Филамон — лишь малая часть. В Папскую курию уже проникли десятки тысяч фанатиков и более тысячи паладинов, готовых к действию.

— ...Всё кончено.

Он действительно поглотит Культ без остатка. Даже те ничтожества, что скулят снаружи, вскоре будут ползать на коленях, рыдая и умоляя перед лицом его силы.

В отличие от огромной выгоды, риски были ничтожны. Папа Римский — калека, не встающий с постели, а Девы Дня остаются подле него из-за возникшей чрезвычайной ситуации.

Для Папской гвардии это естественно. Внутри не осталось никого, кто мог бы ему помешать. Говорили, Арпина сильна, но...

Дуэйн смутно предчувствовал: у нее больше нет прежней мощи. И даже если осталась, та явно уступает её пиковому состоянию.

— Кардинал Арпина, Ваше Высокопреосвященство.

Звук его шагов эхом разносился по коридору. Защитные чары, касаясь тела Дуэйна, рушились одна за другой — они были намного слабее предыдущих.

«Ах».

«Моя догадка подтвердилась. Подумать только, она опустилась до того, что развернула столь жалкие Священные Законы прямо перед дверью собственной комнаты».

Она умирала. Арпина. Как же сильно ей пришлось страдать, скрывая это так долго.

Теперь ей больше не нужно прикладывать усилия. Она может отказаться от всего.

«Передай всё мне и упокойся навеки, кардинал Арпина, Ваше Высокопреосвященство».

— Я пришел проводить вас.

Дуэйн остановился перед дверью. Арпина находилась внутри — в роскошной комнате, которую использовала под кабинет.

Стоило его руке коснуться двери, как вокруг ладони мгновенно сплелись защитные чары. И здесь то же самое.

— ...Отчаянные меры.

Он взмахнул рукой и с усилием разорвал их.

*Скрип...*

*БУМ!*

Осколки Священного Закона разлетелись во все стороны, а окислившаяся Святая сила вместе со слабым свечением закружилась в воздухе.

Это был конец. Дуэйн медленно отворил дверь и лучезарно улыбнулся:

— Ваше Высокопреосвященство. В этот последний миг я лично...

Дуэйн застыл как вкопанный.

«Что это?»

«Этот запах гнили...?»

Из приоткрывшейся двери с влажным, хлюпающим звуком хлынула река гнилой крови и плоти.

Дуэйн вгляделся в необычайно темное помещение. Там кто-то был — присутствие, с которым он никогда прежде не сталкивался.

Перед Арпиной, которая сидела в кресле, зажав пальцами нос, высился черный силуэт.

Черноволосая девушка, которую он никогда раньше не видел. Кто-то, с кем он ни разу не сталкивался в Культе.

Куски плоти выползали наружу, извиваясь в гнилой крови. Принявшие форму гротескные сущности подняли копья из костей.

«...Черная магия? Это такая сила?»

— ...Кто ты такая?

— Маая.

— Что ты здесь делаешь? Как вообще сюда попала?

— Я была здесь всё время. Жила тут. — Черноволосая девушка наклонила голову набок. — Не подходи ближе.

— ......

— Умри.

Маая хрустнула костяшками пальцев.

Арпина не выдержала и разразилась рвотным позывом:

— Кхэ-э-э! Да от тебя воняет просто невыносимо...!

— Тепличный ребенок.

— Д-да никто этого не выдержит...! Говорю тебе, никто...!

— Не выходи наружу. Будь рядом с Мааей. Маая защитит тебя. Босс попросил Мааю.

От легкого движения её руки плоть сползлась воедино. Маая со стуком создала костяной посох и сжала его в ладони.

Владыка Гнильцов. Расползающаяся позади неё тень поглотила всю комнату. Сотни глаз задвигались сами по себе, после чего уставились на Дуэйна.

Маая крепко обняла Арпину:

— Маая защитит тебя. Арпина.

— Да я прямо сейчас умираю... от этой вони... кхэ-э-э-э!

У Дуэйна дернулась бровь. Это не шутки. Ощущаемая разница в силе заставляла его кожу покрываться мурашками.

«Что за чертовщина? Что за безумный монстр?»

«Откуда, черт возьми, она взялась?»

Прежде чем сделать шаг в комнату, Дуэйн спросил:

— Кто... тебя прислал?

— Босс.

— И кто же это?

— ...... — Маая наклонила голову. — Захад.

В тот миг, когда он услышал это имя, рассудок Дуэйна окончательно помутился от ярости:

— Этот... сукин сын...

Его вежливый тон мгновенно испарился, уступив место кипящей, ядовитой злобе:

— Да есть хоть одно место, куда он не сует свой нос?!

◇ ◇ ◇

Моника взволнованно мерила шагами коридор. В исправительном учреждении № 1 сейчас царил настоящий хаос.

Заключенных было много, а стражников для их контроля катастрофически не хватало. Раздачу еды сорвали, и некому было усмирять узников, вымещавших свое недовольство.

Пользуясь ослабевшим надзором, заключенные свободно переговаривались с соседними камерами и тихо выжидали, высматривая удобный случай:

— Стражников слишком мало...

— Неужели это наш шанс...?

Одно лишь число заключенных исчислялось тысячами. Оставшиеся несколько десятков стражников физически не могли уследить за всеми.

Узники зашевелились. Они скребли по железным прутьям взявшимися невесть откуда предметами и громко кричали, привлекая к себе внимание:

— Откройте дверь, ублюдки!

— Что там снаружи происходит?!

— Живо откройте! Выпустите нас!

Моника металась из стороны в сторону, не приседая ни на секунду. Как один из двух оставшихся старших надзирателей, она несла колоссальную ответственность:

— Отойти от решеток!

— Любое нарушение порядка будет немедленно караться!

— Назад! Живо!

*Хлысь!*

Плеть безжалостно рассекала воздух. Лишь благодаря тому, что Моника не давала себе передышки, порядок удавалось поддерживать хотя бы на грани.

Она прекрасно знала, что на стражников нельзя было положиться и в мирное время, но происходящее выходило за любые рамки.

Охрана в панике слишком боялась заключенных, чтобы заходить в блоки, а некоторые из перепуганных трусов и вовсе дезертировали.

— Е-если хоть один заключенный сбежит...

— М-мы все трупы... Посмотри, сколько их! Нам их всех не усмирить...!

«Идиоты!»

У неё даже не было времени проклинать их. Вместо этого Моника безжалостно избивала заключенных, пытавшихся вырваться, ломала пальцы, цеплявшиеся за решетки, и угрожала, что следующей будет шея.

Благодаря жестким мерам ситуация на короткое время стабилизировалась. Моника едва сумела прислониться к стене, чтобы перевести дух.

Но как долго могло продолжаться подобное положение дел? Ещё и единственным оставшимся старшим надзирателем был бесполезный и некомпетентный Лупес. Моника потерла лицо рукой.

«Такое чувство, будто у меня враг за спиной...»

Когда вернутся ушедшие стражники? Справляется ли со всем Надзирательница Вероник?

Всё оставалось под вопросом. Моника тяжело дышала — от усталости и голода её не прекращала мучить жажда.

— Моника.

Услышав голос, Моника повернула голову. Старший надзиратель Лупес протягивал ей стакан холодной воды:

— Полегче. Не нужно так спешить.

— ......

Хитрая ухмылка на его лице напомнила непринужденную улыбку Захада, но вызывала совершенно иные чувства.

«Отвратительно».

Зачем этот человек так себя ведет? Моника выпрямилась — ей не хотелось принимать от него абсолютно ничего.

Вместо этого она резко ответила:

— Похоже, старшему надзирателю Лупесу живется весьма вольготно. А я тут вкалываю до полусмерти.

— Я тоже усердно трудился, знаешь ли.

— Что-то незаметно. Я этого не видела.

— Это потому, что ты слишком неистово металась. Расслабься. Всё ведь на мгновение утихло, верно? Ну же, выпей воды. — Лупес снова протянул ей холодную воду. — Давай вести себя вежливо. Я тоже не хочу ссориться с тобой, особенно в такой ситуации. Если не хочешь пить, не заставляю. Ну... мне будет немного обидно, но не более того.

— ......

Видя его настойчивость, Моника опустила плечи и выхватила стакан из его руки.

*Глоть.*

Она залпом осушила его. Мучительная жажда отступила, и к истощенному телу, казалось, вернулись силы.

— ...А ты не такой уж и плохой человек.

— Конечно нет. Я ведь говорил тебе об этом раньше, разве нет?

Моника сделала шаг вперед, но в следующее мгновение повалилась на пол.

— Мой взор всегда был устремлен лишь на тебя, Моника.

Зрение мгновенно помутилось. Лишь когда её лицо коснулось пола, Моника осознала: руки дрожали, а ноги совершенно не слушались.

«Снотворное...? Он что-то подсыпал в воду?!»

Святая сила, которую она поспешно попыталась призвать, рассеялась в воздухе. Её Священная Стигма замерцала, так и не сумев разгореться ярким светом.

— Ч-что... ты... творишь...!

— Он подал сигнал, а значит, план практически на завершающей стадии. — Откуда-то сзади донесся звук сглатывания слюны. — Тогда ведь нет ничего плохого в том, чтобы я забрал себе одну из наград, верно? Скажи, Моника?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (5)

— ...Мы разберемся с этим, когда всё закончится.

Розмари улыбнулась. Никогда прежде я не видел настолько жуткой улыбки.

Инквизиторы молча отвернулись. Те, кто шёл в мою сторону, развернулись и направились обратно в гущу сражения.

— Если я сейчас его признаю, то, кажется, умру.

— Притворись, что не знаешь его. Не встречайся с ним взглядом.

— Э-эй, разве это не инквизитор Захад?..

— Считывай обстановку!

«Вот же ублюдки».

Я вздохнул. Даже если взбучка на потом мне уже была обеспечена, всё равно нужно было делать то, что должно.

— Раадатук, какова обстановка?

— Полный хаос, брат. Их слишком много. Великий инквизитор разгадала их замысел и отправила сюда половину Пятого отдела Инквизиции, но нас всё равно сильно превосходят числом.

— Похоже, не все они паладины.

— Верно. Некоторые не лучше обычных обученных солдат. Но их фанатизм ужасает — со счетов их сбрасывать нельзя.

— Вы их всех убиваете?

— Те, кто убивает невинных жителей, не последователи Ра.

Раадатук одним движением руки вытер кровь с лица. Его глаза блеснули свирепым, опасным огоньком.

— Они всего лишь еретики.

— Отлично.

Что ж, пора возвращаться к работе.

Я с глухим стуком положил двуручный меч на плечо.

— Их много, и да, всё это козни Дуэйна... Но мы ведь ни за что не проиграем, верно?

— Разумеется, нет.

Я протиснулся сквозь ряды инквизиторов и вышел на передовую.

Я увидел их — бесчисленных осквернённых паладинов. Их мечи были наготове, объятые зелёным пламенем.

— О-о... а-ах...

— Дуэйн... Кардинал... Ваше Высокопреосвященство...

— Жертва... там, где нужно... жизни, где они нужны...

Уродливо искажённые голоса. От одного лишь этого убожества я невольно цокнул языком.

«Дуэйн, этот ублюдок перешёл все границы... И зашёл слишком далеко».

Я оглянулся назад. Вперемешку с инквизиторами первого ранга стояли и инквизиторы второго ранга.

— Б-босс?!

Остин тоже был здесь...

— Вы в порядке, босс?!

Норд тоже был среди них. А вот Изабелы видно не было — она не пришла.

И надо же этим ублюдкам именно сейчас делать вид, будто мы старые знакомые.

Находясь в крайнем раздражении, я отвесил каждому по подзатыльнику.

— Угх!

— Ой!

— Хватит ныть. Это всё?

— Да, брат.

Раадатук встал рядом со мной. Розмари, до этого тихо рычавшая, тоже присоединилась к нам.

— Я вырежу их всех до единого.

Её топор словно искал, на ком бы сорвать злость. Я хрустнул шеей.

Осквернённые паладины нацелились на меня. Бесчисленные клинки ринулись в мою сторону, возглавлявшие атаку осквернённые фанатики размахивали грубым оружием и пускали слюни.

Я слегка выставил ногу вперёд.

— Во имя Ра.

Двуручный меч объяло пламя.

— Я изобью каждого из вас как собаку!

— «Разве ты сейчас не просто выпускаешь пар?» — безучастно заметила Ра. Я благополучно её проигнорировал.

Выпускаю пар? Да бросьте.

«Я вовсе не злюсь из-за этих ублюдков! И я уж точно не думал о том, что не будь их здесь, мне не пришлось бы выслушивать нотации от Розмари!»

«Ни капельки! Ни единой подобной мысли у меня не было!»

— Я разнесу вас всех!

Пламя взметнулось вверх.

◇ ◇ ◇

Начальница Вероник с задержкой прибыла в город Филамон и перевела дух. Лошадь, которую она загнала до полусмерти, рухнула на землю.

Слишком поздно. Чертовски поздно.

Начальница Вероник стиснула зубы и оглянулась. Она посмотрела на стражников, задыхавшихся только от того, что наложили Благословение на своих лошадей.

— ...Это просто сводит с ума.

Конечно, она и сама халатно относилась к своим обязанностям. Не выполняла работу как следует, спихнув почти всё на старшего надзирателя и убивая дни за выпивкой и азартными играми.

Но даже так она соблюдала основы: в свободные минуты поддерживала боевую дисциплину и постоянно тренировалась, не давая заржаветь своим навыкам паладина.

И кем, чёрт возьми, были эти подчинённые?

Служившие гораздо активнее неё — и задыхавшиеся после поддержки священной техники всего в течение пары часов?

— Вставайте. Эй, вы. Вы сюда на экскурсию приехали?

Вероник действовала решительно. Прежде чем войти в город Филамон, она обошла повалившихся стражников, заставляя их подняться на ноги ударами и пинками.

— Если вы разляжетесь здесь, погибнут невинные мирные жители. Пошевелиться, когда пришло время действовать, — не такая уж невыполнимая просьба.

— Н-но, начальница... наши тела не слушаются...

— Т-так тяжело... кажется, я сейчас умру...

— ...Может, мне просто перебить вас всех?..

В чём заключается долг паладина?

Даже когда подкашиваются ноги от усталости, ты поднимаешься, если в тебе нуждаются. Твой меч должен защищать невинные жизни, а спина — служить щитом для угнетённых.

А эти идиоты не способны соответствовать даже этому элементарному стандарту!

Единственными, кто ещё стоял как следует, была горстка старших надзирателей. Но и они находились в ужасном состоянии. Их Святая сила казалась полностью исчерпанной, а на лицах не было ни кровинки.

Один из старших надзирателей пробормотал:

— Н-начальница Вероник... р-разве не правильнее нам подождать здесь?

— ...Что?

— Н-но взгляните на ситуацию!

Город Филамон пылал. Зелёное пламя охватило здания.

Отовсюду доносились взрывы. Крики людей долетали до самого холма.

— С-ситуация уже катастрофическая! Нас слишком мало! Да и разве наша задача изначально — не следить за заключёнными?

— ......

— Мы ничего не сможем сделать, даже если пойдём туда! Отсюда видно, что захватчиков явно не одна сотня...

Вероник широким шагом подошла к нему и схватила болтливого стражника за воротник.

Её кулак рассек воздух. Получив удар в лицо, стражник повалился на землю.

— З-за что, почему...

— Чёртово «почему». Эй, как тебя зовут?

— А-Адин... начальница...

— Адин... хм? Точно, Адин.

Вероник присела перед ним на корточки и постучала пальцем по его лбу.

— Я прекрасно знаю, какой я отброс. Пью в рабочее время... спускаю всю зарплату в казино при первой же возможности. Я лучше кого бы то ни было знаю, что я худший мусор на свете.

— ......

— Но даже я до такого не додумываюсь. Потому что подобные мысли — удел самых ничтожных подонков.

Вероник сунула в рот сигарету и прикурила.

В воздух поднялся дымок.

— Адин. И все остальные. Прежде чем стать стражниками, вы ведь прошли подготовку послушников-паладинов, не так ли?

— Д-да, начальница.

— Чему вас тогда учили? Что вам говорили о долге паладина? Что вы клялись делать, становясь мечом Ра?

Адин опустил голову, его руки задрожали.

— ...Н-но это... даже если так...

— Вы ведь всё это время прохлаждались, верно? Скажете, нет? Я знаю, что некоторые из вас таскались за мной по игорным притонам. И знаю, что большинство брало взятки у заключённых и помогало проносить контрабанду.

Вероник стряхнула пепел.

— Раз уж повеселились, то работайте, когда пришло время работать. Катастрофа у вас прямо перед носом — и куда это вы, мать вашу, собрались бежать?

— ......

— Мы взяли в руки мечи не для того, чтобы просто жрать да развлекаться.

Вероник поднялась и обвела стражников взглядом.

— Даже когда страшно, ты рискуешь жизнью. Даже когда не знаешь, что ждёт впереди, берешься за меч. Вот кто такой паладин. Запомните это, олухи. Невинные мирные жители гибнут там, внизу. И где? В автономном округе под управлением *нашего* Культа!

— ......

— Я не прошу вас с ходу жертвовать жизнями. Но хотя бы... разве вы не должны хотя бы сделать вид, что сражаетесь? А? Бестолковые идиоты.

Вероник сделала долгую, глубокую затяжку и отбросила окурки.

— Всё, разговоры окончены. Заткнитесь и идите за мной. Пока я лично не залезла вам в грудины и не вырвала ваши сердца.

Стражники исправительного учреждения тяжело зашагали вперёд. Вероник, подгонявшая подчинённых угрозами, пошла во главе.

Зелёное пламя, подобного которому она никогда в жизни не видела. Откуда оно взялось? Вероник протянула руку и слегка коснулась зелёного огня, охватившего стену здания.

— ...Хм.

Она слабо ощущала Святую силу, но та была совершенно не похожа на силу Ра. Искажённая Святая сила. Вероник поморщилась.

Она тут же взяла командование на себя, разделила отряд на две группы и двинулась вглубь города.

Одна группа — для спасения мирных жителей, другая — для выигрыша времени. Стражники, отправленные на передовую, дрожали. Их ноги подкашивались, готовые подломиться в любой момент.

— Д-даже сейчас... если мы просто сбежим...

— Вы ещё даже врага не видели, а уже... Заткнитесь.

«Боже. Как же я хочу убраться отсюда».

«Именно поэтому я и пыталась уйти из исправительного учреждения».

Вероник подняла огромный обломок здания и отбросила его в сторону. Расчистив путь, она ступила на поле боя.

Улицы были усеяны трупами. Кровь текла рекой, заливая землю. Настоящий живой ад, где повсюду валялись куски горящей плоти.

Некоторых стражников вырвало. У других подогнулись колени, и они сползли на землю.

«...Они правда настолько бесполезны?»

Вероник потёрла лицо. В таком случае ей было бы проще действовать в одиночку...

— ...Хм?

Из обломков здания кто-то поднялся. Мужчина, сплошь покрытый пылью, но не издавший ни звука кашля, с хрустом размял шею.

Его правая рука казалась вывихнутой — она болталась при каждом движении, однако он не выказывал ни малейших признаков боли. Он не кричал и, словно всё в порядке, сделал шаг вперёд.

— Угх... н-нгх...

Зелёные языки пламени лизали его тело. Бормотание невозможно было разобрать.

Единственным его оружием был грубый ржавый меч.

Вероник прищурилась. Он не выглядел сильным, но...

Что-то было не так. Стражники, похоже, тоже почувствовали неладно и поспешно обнажили оружие.

— К-кто ты такой?! К кому принадлежишь?!

Взгляд мужчины резко метнулся к ним. Голова, наполовину охваченная зелёным пламенем, дёрнулась.

И в следующее мгновение...

Подобно зверю, он одновременно оттолкнулся от земли всеми четырьмя конечностями.

*Хрусь!*

— А-А-А-АРГХ?!

Даже когда его собственная шея была наполовину перерублена мечом, мужчина вонзил ржавый клинок в горло стражника. Несмотря на хлещущую кровь, он продолжал проворачивать лезвие в чужой плоти.

Два разных потока крови смешались на земле. Вскоре оба тела замерли, но все стояли, цепеня от ужаса.

Вероник грязно выругалась.

— Что за чертовщина тут творится?!

Из разрушенных зданий донеслись звуки шагов и шорохов. На заваленных обломками улицах замелькали человеческие тени.

Бесчисленная толпа шла вперёд, шагая по трупам. Зелёное пламя объяло их тела — точно так же, как и у того безумца.

— Угх... а-ах...

— Смерть... страх...

— Я... я...

Едва ли среди них оставался хоть кто-то невредимый. На каждом виднелись раны, большие или малые.

Но вопреки этому они неумолимо продвигались вперёд. Их глаза хищно блестели.

Вероник отбросила ножны и тихо произнесла застывшим стражникам:

— Держать оборону.

Сигарета в её зубах с хрустом согнулась от сжатия.

— Они идут.

◇ ◇ ◇

Я поднял голову. Посреди усердной резни с противоположного конца города внезапно донеслись крики.

Оттуда, откуда доносился шум, пробивались отблески пламени Ра. Раз они пробивались сквозь здания, значит, там использовали немалый объём Святой силы...

Солнце, взошедшее ранним утром, уже склонялось к закату. Наступал вечер, предваряющий ночь. Светило висело над самым краем города, из-за чего всё вокруг стремительно погружалось в сумерки.

С тех пор как я прибыл сюда, прошло немало времени. А значит, отряд из исправительного учреждения, шедший следом, уже должен был войти в город.

— ...Хм. Посмотрим.

Я задал себе пару вопросов, подытоживая ситуацию.

1. Были ли стражники исправительного учреждения высококлассными бойцами?

Нет. Ни в коей мере. На них больно было смотреть.

2. Много ли их было в этом походе?

Мало. Невероятно мало. Абсурдно, смехотворно мало.

3. Сможет ли Вероник сдержать толпу фанатиков в одиночку?

Исключено. Вероник не всемогущий титан... Сама она, может, и выживет, но драться и одновременно защищать бесполезных стражников — задача почти невыполнимая.

Что ж, решение принято.

Я остановился и перевёл взгляд на Раадатука.

— Раадатук, оставляю всё на тебя на некоторое время.

— У тебя появились другие дела?

— Похоже, кое-кому там пригодится помощь.

Я неторопливо зашагал прочь, миновав гору трупов, которую аккуратно сложил у обочины, чтобы расчистить проход.

— Я пойду вперёд.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (6)

— Первый ряд, вперед!

— Д-да, выдвигаемся...!

Стражники двинулись с места. Однако их скованные, нерешительные движения совсем не походили на то, что представляла себе Вероник.

Сплошные бреши в обороне. Поднятые мечи заметно дрожали. Фанатики, бросавшиеся вперед подобно диким зверям, вцепились в щиты стражников.

В мгновение ока все превратилось в хаотичную свалку.

Вероник яростно зарычала. Она лично сразила бросившихся на нее безумцев и сорвалась на крик:

— Вперед! Держите щиты ровно, идиоты! Не сметь застывать! Замрете — и все здесь сдохнете!

— А-а-а-аргх!

— О-отвали! Отцепись от меня!

— Тупые ублюдки! Не опускать щиты! Давите вперед! Второй ряд! Колите сквозь щели первого ряда! Убейте тех, кто вцепился!

Второй ряд зашевелился неуклюже. Они ткнули мечами в сторону фанатиков, облепивших щиты.

*Х-хииик!*

Под этот жалкий писк выставленные мечи никого не убили — в лучшем случае они лишь слегка задели плоть.

Безрассудный напор врагов и их ярость, не знающая боли, до смерти напугали стражников.

Таившийся в душах страх сковал их движения. Один из стражников зажмурился и сделал выпад, но противник просто перехватил его клинок голыми руками.

Потребовалось лишь мгновение, чтобы бедолагу утащили в просвет между щитами.

— А-а-а-а-а-аргх!

Еще одно тело, разорванное заживо, рухнуло на землю.

— Проклятье! Бесполезные куски дерьма! Даже с этим справиться не можете!

Вероник взмахнула мечом, перерезая глотки фанатикам. Она оставалась единственной, кто стойко держал оборону.

Повсюду раздались крики. Едва сформированный строй рухнул в одно мгновение, и лицо Вероник помрачнело.

Она мысленно проклинала себя за то, что из-за одного неверного слова оказалась сослана в это захолустье. Все это время она глушила тоску выпивкой и азартными играми, мечтая лишь о дне своего возвращения. Место, где она задержится ненадолго, — вот и все, что она думала об этой тюрьме.

Из-за этого она совершенно забросила тренировки стражников. Вероник оттачивала собственную силу в одиночку, задвинув обязанности на задний план и сосредоточившись исключительно на себе.

Она и подумать не могла, что сейчас это выйдет ей боком.

«Я думала, они хотя бы основам обучены... но эти ублюдки абсолютно ни на что не годны!»

— Отступайте! — Вероник стиснула зубы. Она прорубила себе путь сквозь облепивших ее фанатиков, а затем резко вскинула залитое кровью лицо. — Я разберусь сама! Живо убирайтесь отсюда на улицу!

Войско, которым она не могла нормально командовать, приносило лишь вред. Лучше бросить их, чем возиться с этой обузой. Чем больше людей ей приходилось защищать, тем сложнее становилось действовать.

Подобное решение не подобало командиру, но это был лучший выход из имеющихся. Отношения между Надзирательницей и ее подчиненными изначально не строились на доверии.

Раньше она компенсировала слабость командной цепочки своей подавляющей силой, но теперь даже это перестало работать.

Рычащие безумцы перед ними пугали стражников куда сильнее, чем любые приказы их предводительницы.

— А-а-а-ах!

— Ш-шевелитесь! Дорогу, черт возьми!

— Не хватай меня! Отпусти!

Начался настоящий хаос. Те, кто пытался сбежать, и те, кто, стиснув зубы, продолжал сражаться, перемешались в одну кучу.

Вероник лихорадочно двигалась в бою. Она оглянулась назад — капитанов стражи уже давно проткнули паладины, превратив их в подобие кебабов.

«Черт... черт возьми!.. Если бы здесь был хоть один человек, способный сражаться со мной в унисон! Тогда этого проклятого кошмара не случилось бы... Это моя вина. Отрезав себя от реальности, я все это время держалась особняком. Сама во всем виновата».

— ...Тц.

Паладины прорвались сквозь суматоху и ринулись на Вероник. Сверкающие клинки молниеносно устремились к ее жизненно важным точкам.

Острые выпады свидетельствовали о бесчисленных реальных сражениях. В ходе завязавшегося обмена ударами Вероник крепче сжала рукоять своего оружия.

Парируя и отклоняя удары, она собирала Святую силу под оглушительный звон металла.

— Хмф!

Вспыхнуло Священное пламя, и Святая сила хлынула бурным потоком. Она полностью поглотила оружие, сформировав длинный, острый тати.

Уклонившись от вражеского меча на волосок, она мгновенно обнажила скрытый в ножнах клинок, который со свистом устремился вперед.

*Вжик.*

Звук оказался коротким. Паладин замер. Он стоял на месте, содрогаясь всем телом, а затем от макушки до паха пролегла тонкая красная линия.

Человеческий силуэт разделился надвое. Внутренности и плоть с глухим стуком повалились на землю. Хлынувшая кровь мгновенно окрасила пальто Вероник.

— ...Черт возьми.

Она прикончила одного, но враги продолжали наступать бесконечным потоком. Паладинов насчитывалось немного, однако фанатики значительно превосходили их числом.

Вероник вернула тати в ножны и окинула взглядом окрестности. Стражников вырезали в одностороннем порядке. Безумных фанатиков прибывало все больше и больше.

Сверкающие глаза неумолимо приближались. Некоторые твари даже бежали на четвереньках, напоминая охотящихся на добычу хищников.

— ...Неужели это кара за то, что я немного увлеклась азартными играми? — Вероник коротко усмехнулась, сменила стойку и влила силу в руку, сжимающую рукоять. — И все же... проклятье... я должна спасти тех, кого смогу.

Глаза Вероник блеснули. Ее рука, окутанная Священным пламенем, смазалась в быстром движении.

*ВЖИ-И-И-ИХ!*

Веер разлетающихся ударов меча накрыл землю. Вырывающиеся лезвия пламени сокрушили все пространство вокруг.

Острые разрезы поглотили стоявшее впереди здание. Десятки бегущих фанатиков оказались разорваны на сотни кусков и рухнули наземь.

Обломки рушащегося строения подняли густое облако пыли. Порыв ветра всколыхнул волосы Вероник.

Один мощный прием. Шаг, призванный спасти стражников и привлечь все внимание врагов к себе.

Однако за сокрушительную технику пришлось заплатить соразмерную цену. Ее Святая сила мгновенно иссякла, и Вероник покачнулась. Паладины, не упустив этот шанс, подобрались на расстояние удара.

Перед ее глазами вспыхнуло зеленое пламя. Вероник цокнула языком.

«Мое тело все еще плохо слушается. Придется пожертвовать рукой?»

Она приготовилась к грядущей боли. В тот миг, когда ее руку отсекут, она собиралась обменять ее на сердце паладина.

Но кое-что опередило врагов.

— Я знал, что у стражи дела плохи, но все оказалось даже хуже, чем я думал.

Словно красная комета рухнула с небес.

*БУ-У-У-У-УМ!*

Разразилась настоящая буря. Земля, не выдержав разрушительной мощи, вздыбилась. Полыхнуло яростное пламя. Фанатиков разом смело ударом этого исполинского двуручного меча.

Огонь. Глаза Вероник широко распахнулись. Какое устрашающее появление.

Описать это словами было невозможно. Никто бы не поверил, не увидь он это собственными глазами. Простой удар оружия о землю породил бурю, способную заставить содрогнуться все тело.

Чудовищная разрушительная сила. Словно песнь уничтожения. Вероник прищурилась.

Не зеленый, а красный.

Мужчина, которому закинутый на плечо двуручный меч подходил как никому другому.

Заметив знакомое облачение Жреца, Вероник шумно выдохнула и небрежно спросила:

— Ты вообще кто такой... какое-то секретное супероружие, которое Культ тайно взрастил?

— И не взращенный Культом, и не секретное супероружие, но... — Мужчина, который только что размозжил ногой голову фанатика, слегка улыбнулся: — Я ведь на твоей стороне, не так ли?

Вероник вытерла лицо и выплюнула кусочек плоти, попавший ей в рот.

— ...Что ж, это чертовски успокаивает.

◇ ◇ ◇

Вероник, Надзирательница исправительного учреждения № 1.

С точки зрения чистой боевой мощи она находилась на одном уровне с Димонаас. Единственной причиной, по которой она так и не попала в число Дев Дня, было ее поведение.

С каждым взмахом ее тати гибли десятки фанатиков. Ее визитной карточкой являлся тихий удар меча, далекий от взрывов или пламени.

Когда тати приходил в движение, само пространство рассекалось надвое. Стоило этой почти мгновенной скорости бесшумно пронестись по воздуху, как восемь паладинов оказались разорваны одновременно.

Выжила бы она в одиночку, даже если бы я не пришел?

...Нет. Скорее всего, нет. Она из тех, кто обладает молчаливым чувством ответственности. Если уж она за что-то берется, то расшибется в лепешку, но доведет дело до конца.

Этот раз не стал исключением. Она слепо рванулась вперед, не нашла выхода, попыталась отступить, но даже этого не смогла сделать как надо, а потому сама вызвалась служить щитом — я был в этом уверен.

Если бы я не вмешался, она бы лишилась руки прямо на месте.

Я облизнул губы. Браслет на руке Вероник — «Искаженное безмолвие (S)» — являлся на редкость притягательной священной реликвией.

Эта священная реликвия доводила режущую способность любого экипированного оружия до абсолютного предела.

Она была семейной реликвией, которой Вероник владела всегда, но сама девушка даже не осознавала ее истинной ценности.

Прибери я ее к рукам, нашел бы ей отличное применение. Однако это не то, в чем я так уж сильно нуждался.

Если подумать о реликвиях, которые я соберу в будущем, зацикливаться на этой не имело смысла. Прямо сейчас она выглядела невероятно заманчиво, но... если поискать в других местах, можно найти реликвию, которая превосходила ее по всем параметрам.

В конце концов, у Культа Змеи имелось куда больше реликвий с подобными свойствами, чем у Культа Ра.

Лучше раздобыть одну из их реликвий. К тому же я уже знал, где они спрятаны.

Ах... если подумать... я был настолько завален работой, что даже не собрал реликвии, разбросанные по всему континенту.

Когда мне вообще прокачиваться...

— Берегись!

Я уклонился в сторону. Меч, пролетевший вплотную со мной, вонзился в землю.

Я с глухим стуком наступил на него ногой.

— Они не из тех противников, ради которых стоит напрягаться.

*Бах!*

Голова паладина раскололась надвое.

Я взмахнул двуручным мечом по широкой дуге. Это угрожающее движение заставило паладинов вздрогнуть.

В отличие от фанатиков, оскверненные паладины, похоже, сохранили остатки рассудка. Словно в подтверждение этого, они полностью игнорировали меня, неумолимо нацелившись на Вероник.

Из рядов паладинов выступил один, облаченный в особенно дорогие доспехи. Пятеро элитных паладинов, вооруженных священными техниками, бросились на Вероник.

Вероник взмахнула своим тати, но впервые ее удар заблокировали. Трое из них вцепились в клинок, запечатав ее оружие, а двое оставшихся одновременно нацелились ей в горло.

— Кх?!

Она откинула голову назад, уклоняясь от удара. Вероник лихорадочно уворачивалась от последующего шквала атак, двигаясь словно в танце. Высвобожденный тати с треском рассек воздух, но пятеро элитных паладинов уже успели разорвать дистанцию.

Зеленое пламя поглотило их оружие. Трансформация формы начала обретать смутные очертания. В руках элитных паладинов появилось разное оружие. Нестабильное, готовое рассыпаться в любой момент, но оно безошибочно являлось символом силы.

— Какого черта!.. Откуда вы, ублюдки, вылезли?! Зачем вы разрушили Филамон?!

— ...

— Отвечайте! Проклятые еретики!

«Вообще-то, это наш Культ».

Зеленое пламя взметнулось вверх. Оскверненная Священная Стигма Ра ярко вспыхнула, и элитные паладины молча бросились в новую атаку.

Вероник стиснула зубы. В ходе последовавшего столкновения один за другим раздавались звуки ударов, от которых закладывало уши.

*Дзынь! Дзи-и-инь! Дзынь! Дзынь! Дзынь!*

Искры пламени разлетались во все стороны, а полуразрушенные здания начали рушиться прямо на глазах. Хм. Хорошо сражаются. Я слегка похлопал в ладоши.

Пятеро против одного, а она не уступает им ни пяди. Весьма недурно держится против врагов, которые используют пусть и незавершенную, но все же Трансформацию формы.

— Как и ожидалось от Надзирательницы!

— Помоги мне, ублюдок!

— Ах. Что-то у меня с ушами не то. Наверное, потому что я умею только языком чесать... — Я непринужденно облокотился на воткнутый в землю двуручный меч. — Похоже, мои уши тоже умеют только чесать. Все в одно ухо влетает, в другое вылетает.

— Ах ты ж, паршивец...?!

— Береги фланг.

— Кх?!

Вероник сбили с ног, и она покатилась по земле. Она резко вскинула испачканное в грязи лицо:

— Сумасшедший ублюдок! Помоги мне!

— Забираешь свои слова про «только языком чесать» обратно?

— Забираю! Черт тебя дери! Забираю!

— А как же экзамен?

— И его тоже! Я все забираю обратно! Просто помоги-и-и!

— А что насчет Послушника Беверика?

— Я отдам его тебе! Отдам, клянусь!!!

Что ж, пожалуй, издевательств на сегодня хватит.

Я поднял двуручный меч. Проносившегося мимо элитного паладина я бесцеремонно схватил за шкирку. Тут же в меня полетело копье, но я уклонился в сторону и перехватил древко.

— Вы обучились этому самым поверхностным образом. Никакой сути. Розмари бы просто посмеялась над вами.

*Хрусь.*

Трещина, начавшаяся от моей ладони, расползлась и поглотила все древко. Трансформация формы элитного паладина мгновенно разлетелась вдребезги.

Священная техника осыпалась и рассеялась. Глаза элитного паладина широко распахнулись. Впервые в этом взгляде, который прежде никогда не колебался, расцвело чувство под названием «страх».

Но это не значит, что я проявлю к вам жалость.

— Раз уж вы здесь главные... — Двуручный меч пришел в движение. — Если я сверну вам всем шеи, здесь станет немного потише, верно?

*БУ-У-У-У-УМ!*

Окутанный пламенем клинок разорвал тело элитного паладина на куски. Одного мне показалось мало, и я сокрушил еще двоих.

Я позволил себе отдаться волне гремящих взрывов. Я не обладал такой же точностью, как Вероник. Чистые, выверенные разрезы были не по моей части.

Однако, отказавшись от этого, я обрел нечто иное.

— А-ха-ха-ха-ха-ха!

Ослепительные взрывы.

Захватывающий дух радиус поражения.

Чудовищная огневая мощь!

Поле боя перевернулось с ног на голову. Сметенные здания уносило прочь с громоподобным ревом.

На поле битвы, превратившемся в огненный ад, у Вероник отвисла челюсть.

— ...Какого черта. Серьезно, кто ты вообще такой?

— Кто я? Очевидно, единственный в своем роде герой, который положит конец этому чертову тер...

Я уже собирался выпалить свою привычную шутку, как вдруг осекся.

Что-то взорвалось. Нечто внезапно пробило землю, пронзило облака и заволокло все небо.

*Гр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р...*

Накатила мощная дрожь земли. Сильный порыв ветра пронесся мимо моего тела. Летящие птицы замертво падали на землю, а из расколотого неба донесся рев, похожий на истошный крик.

Землетрясение. Громоподобный гул. Ураган.

Три бедствия, разразившиеся одновременно, намекали на то, что случилось нечто непоправимое.

Я поднял голову. Я тупо уставился на небо, окрашивающееся в темно-багровый цвет.

Еще один луч света пронзил небеса. Пылающий столп темно-багрового сияния.

— ...Тоже мне, герой выискался.

Я закрыл глаза и снова открыл их. Я прикинул местоположение столпа света, который был виден настолько отчетливо, что сомневаться не приходилось.

Вопреки моей отчаянной надежде на ошибку, направление оказалось именно тем, о котором я и думал.

[Шкала буйства демоницы любви Амар приблизилась к своему пределу.]

[Оставшееся время до полного буйства: 12 ч.]

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[ВНИМАНИЕ]

[В северной части Империи обнаружена колоссальная магическая энергия.]

[В случае ее единовременного высвобождения четверть северной части Империи будет стерта с лица земли.]

[Священные реликвии реагируют на колоссальную магическую энергию.]

Священные реликвии сами собой вылетели из моего кармана и жалобно завыли. Копье Света яростно задрожало, а Мистилтейн начал интенсивно вибрировать.

Магическая энергия оказалась настолько мощной, что заставила среагировать даже реликвии, запечатанные в подпространстве. И это при том, что источник находился на значительном расстоянии.

Все-таки рвануло.

Причем самым зрелищным образом из всех возможных.

— ...Дуэйн... сукин ты сын...

Десятилетиями копившаяся человеческая злоба зашевелилась в исправительном учреждении № 1.

«Как он узнал то, о чем мог знать только игрок...?»

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Перепутье (7)

Из-за прорванного ими барьера хлынули вооруженные солдаты. Димонаас сохраняла невозмутимое выражение лица.

Количество войск внутри барьера оказалось куда больше, чем ожидалось. Одни лишь те, кого она видела собственными глазами, уже насчитывали тысячи.

«Этот скользкий ублюдок... где, черт возьми, он прятал всех этих солдат?!»

Верующие, набившиеся так плотно, что негде было вздохнуть, хлынули вперед, словно прилив. На каждый труп, через который она переступала, продвигаясь вперед, нахлынывало вдвое больше новых.

Неприятное зеленое пламя. Святая сила, оскверненная и запятнанная именем Ра, бушевала со всех сторон.

Но это не означало, что боевой дух паладинов Культа Ра был сломлен.

Великий инквизитор выплюнула проклятие. Скрипя зубами, она прорубалась сквозь фанатиков своим мечом.

— Осквернить волю великой Ра! Архиепископ Дуэйн совершенно, абсолютно спятил!

Вышедший вперед Архиепископ с выражением чистого отвращения развернул защитную священную технику. Он сокрушил цеплявшихся за него фанатиков, вдавливая их в землю до тех пор, пока они не лопнули.

— Этот поступок нельзя простить ни под каким предлогом! Как смеет жрец, служащий божественному, творить подобное!

Численный перевес врага был подавляющим. И все же жрецы пришли в ярость.

Даже если их руки и ноги слегка дрожали от страха, в своей основе они оставались жрецами, служившими священному «божественному».

Загнанность в угол не изменила эту основу. Если на то пошло, она лишь еще сильнее вернула их к собственным корням.

Открытое осквернение божественности Ра, за которой они следовали и которую почитали всю свою жизнь.

Даже Димонаас почувствовала, как внутри закипает гнев при виде фанатиков, которым, судя по всему, насильно промыли мозги. Жрецы выжимали из себя каждую каплю Святой силы для сопротивления, а мечи паладинов разрывали врагов на части.

— Мерзкие еретики!

— Я разрублю вас на куски!

— Как вы смеете осквернять мою богиню!

Накопившаяся ярость подавила страх и выковала решимость рваться вперед. Временами они вцеплялись во врагов более свирепо, чем сами фанатики, сокрушая их тела.

Разрывая, будучи растоптанными, вгрызаясь в плоть друг друга — жестокое, безжалостное поле боя.

Но в войне один лишь боевой дух не мог решить все проблемы. Давление подавляющего числа врагов было не единственной бедой.

Димонаас сжала пламя в руке. Хоть ей и следовало беречь силы, постоянно возникали ситуации, вынуждавшие ее их тратить. Мастерство врага оказалось значительным.

Как и подобает чему-то давно готовившемуся, уровень этих паладинов превосходил обычных, а упорство фанатиков было настолько велико, что от этого могло свести язык.

Асваль Хальц поднял свой меч. Отправив в полет голову бросившегося на него фанатика, он срочно крикнул:

— Инквизитор! Неужели это конец плана?!

— Конечно, нет!

Она взмахнула рукой. Кончик меча Димонаас чисто отсек руку паладина. Развернувшись, она топнула по его доспехам и добила ударом в горло.

Не обращая внимания на брызнувшую кровь, Димонаас устремила свой взгляд на Папскую курию.

— Сейчас они появятся!

Хрустальная сфера в ее руке разбилась вдребезги.

Сигнал был подан. Сейчас все начнется.

Отвлекающий маневр — давление на врага как с фронта, так и с тыла.

— Кошмар Парамира!

Гр-р-р-р-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о...

Странный звук, словно кто-то скреб по голосовым связкам.

Шумное поле боя мгновенно стихло. Сражавшиеся паладины Культа Ра на мгновение замерли.

Жуткая неправильность, о которой вопил инстинкт. Даже фанатики перестали размахивать своими грубыми мечами и уставились на Папскую курию.

Огромное здание. Что-то корчилось в багровом свете, запятнанном заходящим солнцем.

Движение, возникшее под покровом тишины, было очень тихим, но при этом слабо, безошибочно шевелилось.

А затем изменения начались разом.

Гр-р-р-р-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о-о...

Вновь странный звук неизвестного происхождения окутал Папскую курию. Стон, казалось бы, поднимавшийся с самого дна ада, начинался из места, которое должно было быть самым священным.

Тьма начала расширяться. Тени, вырвавшиеся из огромного здания, словно разбивающиеся волны, поглотили каждый проблеск света.

Закат почернел. Во тьме, поглотившей Папскую курию, один за другим начали открываться огромные глаза.

Взгляды, двигавшиеся независимо друг от друга, словно оглядывая войска. Инквизитор из Пятого отдела Инквизиции в ужасе отшатнулся от глаз, внезапно появившихся у него под ногами и начавших извиваться.

— Ч-что за...?! Что это, черт возьми, такое!

— Не колите их! Они союзники!

Земля покрывалась пятнами. Каждый дюйм оказался покрыт черным, не оставляя места, куда можно было бы ступить.

Трупы начали исчезать во тьме. Тонкий голосок, похожий на песню, пронзил тени.

Тихий и тонкий, но достаточно отчетливый, чтобы его услышал каждый на поле боя.

— Просьба Босса.

Тресь.

Гротескное извивание плоти начало поглощать поле боя. Гнильцы восстали по всей территории Папской курии.

Их количество, даже на первый взгляд, исчислялось десятками тысяч.

Это не шло ни в какое сравнение с их численностью в Парамире — но никто не мог отрицать, что их количество уже приближалось к масштабам «легиона».

Численный перевес изменился.

Вместе с голосом Мааи, Ведьмы Чумы, Королевы Гнильцов.

— Маая. Я постараюсь изо всех сил.

◇ ◇ ◇

Арпина неудержимо дрожала. Она перестала испытывать позывы к рвоте, потеряв дар речи.

Что же, черт возьми, стояло перед ней. Маленькая девочка. Ее звали Маая. Но то, что находилось внутри нее, вырвалось за рамки шаблона любой «обычной» девочки.

— Что... что ты за... человек...?

Когда ей сказали, что это сопровождение, она просто отмахнулась от этого со смехом. Даже когда Великий инквизитор Димонаас велела ей быть осторожной, она лишь ухмыльнулась.

Пусть она и потеряла свою силу, но все еще могла примерно оценить способности жреца. Она ясно различала, кто был сильным, а кто — слабым.

Поэтому в какой-то момент она незаметно проверила Мааю. Но внутри нее не было ничего. Пустота — вот подходящее слово.

Она уловила слабую нить связи от Кольца связи, но и только. Если только на другом конце не был подключен какой-то монстр, перебравшийся из иного мира, это было явно не более чем простым фамильяром — поэтому она не стала копать глубже.

«Но это... к-как я не заметила...»

«Может ли быть так, что эта отвратительная тень внизу — ее истинное тело...?!»

— Ч-что именно ты ко мне привязала?! Димонаас?!

— Маая. Громкие вещи раздражают.

Маая неспешно шагнула вперед и взмахнула своим посохом.

Тьма, поглотившая пол, качнулась и изрыгнула плоть в огромных количествах.

— Для начала давайте зачистим обстановку.

ТРА-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!!!!

Волна гниющей плоти, не делавшая различий между своими и чужими, поглотила всех целиком. Мясные солдаты, фанатики и паладины — все были сметены без разбора.

— Вжих. Вжих.

Под звуки, похожие на напевание, жрецы в одно мгновение превратились в куски мяса. Паладины сопротивлялись изо всех сил, но Гнильцы, сохранившие свою форму даже внутри волны плоти, пробивали копьями бреши в их доспехах.

Массовая бойня. Безжалостный штурм.

Кровь, вытекшая из трупов, пропитала все вокруг.

Кровь отхлынула и от лица Дуэйна.

— А-А-А-А-А-АРГХ!!

— О-о, Боже!!!

— Ваша Милость! ВАША МИЛОСТЬ!!!

Дуэйн издал беззвучный крик. «Что это. Что это за сила, специализирующаяся на массовой резне по площади?!»

«Такими темпами, все...!»

«Все погибнут!»

— Это проклятое...

Дуэйн поднял руку. Священная техника вспыхнула — и в одно мгновение разлетелась вдребезги.

Волна гниющей плоти поглотила фанатиков и вытолкнула их наружу. Взрыв гниющей плоти взметнулся перед Дуэйном.

«Сильна! Это не обычный жрец!»

«Сила, соперничающая с силой Апостола...!»

— Ваша Милость!

Шестеро паладинов, которых он отобрал лично, тут же двинулись, чтобы преградить ему путь. Эти паладины, чья сила была близка к силе апостолов и которые были практически его собственными конечностями, обнажили мечи.

Они оттеснили гниющую плоть ради него. Но даже они не могли сдержать ее полностью — руки, сжимавшие мечи, яростно дрожали.

Защитная священная техника разлетелась вдребезги за считанные мгновения. Острота в глазах паладинов потускнела, а звук их жизней стал едва различимым.

Дуэйн срочно снова протянул руку. Он силой вытянул Святую силу, чтобы противостоять волне гниющей плоти.

— О Ра!

Он выкрикнул имя богини, от которой, по сути, уже отказался. На этом месте вспыхнуло зеленое пламя, и оскверненный огонь в одно мгновение заполнил его зрение.

Прогремел взрыв. Здание раскололось на части с оглушительным грохотом.

БУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-УМ!!!!

В разлетающемся пламени Дуэйн увидел это. Две из шести конечностей, стоявших перед ним, были сметены.

«Нет. Это не те люди, которых я вырастил, чтобы потерять в подобном месте!»

Дуэйн спешно протянул руку, но огромный кулак из плоти оказался быстрее. Словно подтверждая убийство, гниющий гигант, восставший из плоти, разорвал тело павшего паладина.

БАЦ! БАЦ! БАЦ!

Непрерывные удары, которые не ограничились одним. Он колотил без остановки даже тогда, когда плоть и кости слились воедино.

— Это... это...

Глаза Дуэйна округлились от безумия.

— Ты, абсолютный кусок грязи!

Священные техники в одно мгновение заполнили все вокруг. Талант, возвысивший его до Архиепископа в столь раннем возрасте, был не пустяком.

Он не был рожден Апостолом, но он компенсировал свою ограниченную Святую силу чистым мастерством.

— Я разорву тебя на КУСКИ!!!

Вырвавшееся копье огня пронзило тело гиганта. Взрыв заполнил комнату.

БУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-УМ!!!!!

Вздымающееся пламя. Дрожащее здание.

Одного было недостаточно. Дуэйн довел свою Святую силу до предела. Он вложил в удар все, что имел, пока это огромное тело не превратилось в подушечку для иголок, утыканную огненными копьями.

БАЦ! БАЦ! БАЦ!

Гигант с пронзенной головой коротко зевнул. Он подошел и встал рядом с Мааей. Пылающее пламя было схвачено огромной рукой и выдернуто из его тела с глухим стуком.

Шурх-шурх.

Гниющий гигант, удалив раздражающие шипы, почесал свой зад.

Дуэйн опустил руку.

— Это... безумие...

«Даже пламя Ра не может его убить? Неужели у него практически нет предела регенерации?»

Беды Дуэйна на этом не закончились. Трупные гиганты продолжали восставать из гниющей плоти. Монстры, повергшие его элитных паладинов, заполнили комнату.

— ...В-Ваша Милость!

— П-пока что, бегите!

Элитные паладины двинулись, чтобы преградить путь. Дуэйн пустым взглядом уставился на дыру в потолке. Лучи заходящего солнца лились вниз, и красный свет заливал весь мир.

— ...Захад... ты мерзкий ублюдок...

С того самого момента, как их взгляды встретились впервые, он почувствовал, что этот парень был непростым человеком. Когда юнец открыто бросил ему вызов, он понял, что это человек, которого необходимо раздавить.

Но подумать только, что все зайдет так далеко. Кто мог знать, что он привлечет таких невозможных людей и в тот самый момент, когда победа казалась гарантированной, загонит его в угол?

«Как, черт возьми, он завербовал такого темного мага. Кто-то настолько абсурдно могущественный... он должен быть, как минимум, главой фракции».

«Проклятый ублюдок... как он смеет...!»

Дуэйн, побагровев от ярости, внезапно закрыл лицо руками. Он провел по нему несколько раз, словно смывая гнев.

— Хе... хе-хе...

Дуэйн рассмеялся. Его плечи затряслись, когда он разразился смехом.

Маая ровным тоном произнесла:

— ...Ты свихнулся?

— Я не могу позволить себе свихнуться на данном этапе.

Дуэйн прижал руки к лицу. Он успокоил кипящую ярость.

Все развалилось в одно мгновение, но это было лишь минутным нарушением порядка вещей.

«Оно приближается. Час обещания. Неважно, сколько переменных возникает, этот факт остается неизменным».

Это не было чем-то, что мог остановить один человек. Это должно было произойти несмотря ни на что.

Все, что ему нужно было сделать — это потянуть время.

— Ведьма... да... полагаю, называть тебя Ведьмой Чумы будет более уместно. О Королева Гнильцов.

— Ты мусор.

— ......

— К-кто тебя этому научил?! Маая?!

— Никчемный нуб. Босс научил меня.

— З-Захад?! С какой стати...?!

— ......

Дуэйн силой подавил вновь нахлынувшую ярость. Главным было самообладание. Он не мог позволить себе потерять еще больше.

«Уже скоро. Ход победы изменится в одно мгновение».

Ему нужно было потянуть время. Его элитные паладины, почувствовавшие его намерение, подняли мечи.

Они следили за фронтом, как вдруг вздрогнули и резко обернулись.

Сзади приближалось огромное количество присутствий. Дуэйн стиснул зубы.

Срочно прибежавшая группа, насквозь промокшая от крови. В самом начале шла Великий инквизитор Димонаас.

— Дуэйн! Бежать больше некуда! Немедленно прекрати промывку мозгов и сдавайся!

— ...Ты прорвалась через этот барьер? Тиельра нарушила свою клятву, что ли?

— Я сама через него прорвалась?! Так что закрой свою пасть, и если не хочешь умереть, тихо ложись на землю!

Сквернословящая Великий инквизитор Димонаас. Неужели и она превзошла его ожидания?

«Ах. Все пошло прахом. Абсолютный бардак».

«Но даже посреди этого хаоса все еще есть то, что ярко сияет».

Даже в мире, наводненном жалкими женщинами и жалкими мужчинами, его план был тем, что он выстраивал годами.

Он не был настолько слаб, чтобы рухнуть в одно мгновение.

— Великий инквизитор Димонаас. У меня есть вопрос.

Дуэйн зашагал. Пока священные техники и гниющая плоть сталкивались, он остановился под пробитой брешью.

Свет падал вниз. Он слышал звук заходящего солнца. Звук, который мог слышать только он.

Звук, который никогда не услышат непропеченные, непредусмотрительные глупцы.

— Культ — это заходящее солнце, и эпоха, когда мы сияли ярче всего, прошла. Теперь мы не более чем цепные псы Империи. Те самые существа, которые когда-то следили за каждым нашим шагом — теперь мы следим за их.

— ...И что ты хочешь, чтобы я с этим сделала?

— Учения Ра священны. Ты тоже должна знать, что мы обязаны стоять превыше всего.

— Я знаю, что стоять выше кого-то — не важнее, чем убийство бесчисленного количества людей.

— Это необходимая жертва. Если мы не возвысимся сейчас, в будущем могут быть принесены в жертву еще больше верующих. Ты знаешь, как с нами обращается Империя. Я потерял дорогого друга из-за приказа, спущенного Империей. Это было равносильно жертве, принесенной ради Культа.

Баркан. Так его звали. Он все еще помнил.

Коллега, который вступил в Культ вместе с ним. В то время как Дуэйн захватил кресло Архиепископа, этот человек смог дослужиться лишь до Епископа.

Но недостаток способностей не означал недостатка привязанности. Влияние, которое он оказал на восхождение Дуэйна на пост Архиепископа, было огромным.

И этот человек погиб. Выступив в одиночку, чтобы завершить имперскую миссию, за которую никто другой не желал браться.

— Он тоже говорил, что это была необходимая жертва. И только пережив эту жертву, я понял, что должен был сделать.

— И это «то, что ты должен был сделать» сводится не более чем к мести?

— Мести? Все не так мелочно. Это ответственность. Димонаас. Только когда я взойду на место Кардинала, все встанет на свои места. Имя Ра снова распространится повсюду, а Церковь Бога Солнца расцветет, став величайшей религией в истории человечества!

«Ах».

«Я чувствую это».

«Он приближается. Звук конца. Осколки жалкой агонии просачиваются сквозь трещины в потолке».

Дуэйн поднял голову. Он увидел огромный портал, сверкающий далеко в небе.

— Он доверил ее мне! Он доверил Церковь Бога Солнца мне, так что я лишь выполняю просьбу умершего человека! Великий инквизитор Димонаас! Разве ты не почувствовала нечто странное по пути сюда? Такая проницательная женщина, как ты, должна знать, что именно невозможно увидеть! Причина, по которой ты не стала немедленно размахивать мечом, кроется в том, что у тебя все еще есть ко мне вопросы!

— ......

Димонаас обнажила свой меч. Побледнев, она прорычала:

— ...Где остальные Архиепископы? Жрецы, принявшие твою сторону? Где паладины, которые последовали за ними? Почему я не вижу ни одного знакомого лица?!

— Все именно так, как ты говоришь! Да! Все они до единого заняли свои места глубоко в подземельях Папской курии — ради великого замысла, ради этого единственного момента!

Небо вспыхнуло. В мгновение ока издалека накатилась мощная буря.

Гр-р-р-о-о-о-м-м-м...

Ветер пришел в движение. За этим последовало безошибочное предзнаменование. Истинное божественное откровение, гласящее: больше никаких сомнений.

Конец.

Истинный конец.

Дуэйн стиснул кулак. Его тело дрожало.

«Да».

«Это не более чем обещание. Обещание, которое он дал ему, и которое тот дал ему в ответ».

— Великий инквизитор Димонаас.

Смех Дуэйна резко оборвался. Сквозь закрывавшие лицо пальцы ухмылялись зеленые глаза.

— Тебя тоже никогда не выбирали зовом Апостола. Святая сила имеет свои пределы, и как бы ты ни старалась, тебе не превзойти пределы человека. А эта Империя — место, переполненное теми, кто превзошел человеческие границы — небеса за небесами, вершины за вершинами. Знаешь ли ты, что их целых двенадцать?

— ...Что ты сказал?

— Я говорю спасибо за то, что выслушали. Инквизитор. Благодаря вам я выиграл время. Ведьма Чумы. Твоей силе, кажется, нет конца. Это мощь, приближающаяся к бесконечности. Пока твое истинное тело не будет побеждено, эти создания из плоти будут возрождаться.

Дуэйн вытянул руку к небу над собой. Димонаас, почувствовавшая неладное, тут же оттолкнулась от земли. Маая мгновенно взмахнула своим посохом.

Кулак гниющего гиганта понесся на Дуэйна. Меч Димонаас вспыхнул пламенем.

Момент абсолютного кризиса.

Дуэйн улыбнулся.

— Но все это больше не имеет значения.

Подземелья Папской курии.

Из самой глубокой их точки раздался священный гимн. Он пронзил сотни метров здания наверху и соединил пространство с пространством.

Исправительное учреждение № 1 и Папская курия. Эти два пространства, разделенные непостижимо огромным расстоянием, слились воедино в одно мгновение.

Дуэйн поднял руку. Он слегка взмахнул ею, словно дирижируя песней.

Столб темно-багрового света обрушился вниз. Чистая концентрация силы поглотила все тело Дуэйна.

ТРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-АХ!!!

Плоть отслаивалась, и на ее месте вырастала новая.

Кожа отслаивалась, и под ней появлялась более твердая шкура.

Кости отслаивались, и теперь обретал форму не поддающийся описанию экзоскелет.

— ...Аскалон... место... Кардинала... все это... было лишь... притворством...

Сила Амар, демоницы любви, начала выходить из-под контроля.

И Дуэйн, напрямую связанный с ней, сбросил свою человеческую оболочку.

Злоба человечества, накапливавшаяся десятилетиями. Черная сила, расцветшая из массы отвратительных эмоций, поглотила Священную Стигму. Пламя Ра погасло полностью, а яростно пылавшая зелень окрасилась в темно-багровый цвет.

Кожа Дуэйна отпала. Плоть облезла, и «нечто», покрытое костями, подняло голову.

Все гниющие гиганты разлетелись на куски в одно мгновение. Плечо Мааи оказалось пробито насквозь. Димонаас впечатало в стену.

— Я... только я... могу сделать... то, что должно быть сделано... ради Культа...

Изо рта Дуэйна распространился сернистый дым.

— ...Я Дуэйн.

Сломанный голос вернулся в норму.

Заговорил демон.

— Тот, кто встанет превыше небес.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (1)

Паблос, командир паладинов и специальный посланник Дуэйна, вошел в исправительное учреждение.

Стоявший на страже охранник вздрогнул.

— Кто вы...

*Вжих.*

Его голова покатилась по полу. Паблос тихо прошептал:

— Убейте всех.

Черные тени разлетелись в стороны.

— А-А-А-АРГХ!!

— К-кто...

— ВТОРЖЕНИЕ!!!

Охранников оставалось немного, так что расправа не заняла много времени. Паблос зашагал прямо по трупам, продвигаясь вперед.

Один из его сопровождающих спросил:

— Что нам делать с главным надзирателем Лупесом?

— Не к спеху. Разберемся с ним, когда закончим дело.

— Но мы зашли уже так далеко, а он до сих пор не показался. Это значит...

— Побег его не спасет. В любом случае его ждет только смерть.

Паблос схватил еще живого охранника за горло и потащил за собой, пробираясь вглубь исправительного учреждения.

— Где Амар?

— По-пожалуйста, пощади...

*Хруст.*

— А-А-А-АРГХ!!!

— Дважды повторять не стану. Где Амар?

— В-внутри... в п-подвале...

Паблос без колебаний перерезал ему горло. Рука, лишившая жизни собрата по вере, даже не дрогнула.

Все, кто не служил Его Высокопреосвященству кардиналу Дуэйну, были не более чем еретиками.

Его оскверненная Священная Стигма мерцала зловещим светом. Паблос воспользовался украденным ключом, чтобы отпереть дверь в самый темный угол исправительного учреждения.

— ......

Чисто. Совсем не так, как он помнил. Паблос вошел в место, которое уже посещал однажды.

Из железной клетки на него уставился странный взгляд. В прошлый раз она определенно была в смирительной рубашке, а теперь на ней была обычная тюремная роба.

Надзирательница Вероник что-то предприняла?

...Ну и ладно. Это не имеет особого значения.

Паблос пошел вперед. Миновав странно вытянутый коридор, он остановился перед железной решеткой.

Амар, демоница любви.

Это причудливое существо находилось внутри клетки. Лицо, куда более чистое, чем во время их прошлой встречи, резко повернулось к нему.

— ......

Тишина затянулась. Бровь Паблоса дернулась.

Странно. Она не пыталась открыто соблазнить его, как раньше. Не бросалась на решетку и не кокетничала.

— Амар.

— .......

— Ты ведь Амар, демоница любви?

— ......

Амар снова резко отвернулась. Нимб над ее головой слегка вздрогнул, словно мужчина прервал ее мысли.

Паблос положил руку на прутья. Он попытался раздвинуть их изо всех сил, но его руки отбросило назад.

Как и ожидалось. Это непростая тюрьма.

— Мне привести главного надзирателя Лупеса?

— Нет необходимости.

В руке Паблоса вспыхнуло пламя.

— Я просто расплавлю ее.

Жажда силы. Именно Дуэйн избавил его от отчаяния, когда тот уперся в тупик. Кто мог подумать, что простая клятва верности способна так поразительно развить чужие способности.

Яркое пламя медленно плавило железные прутья. Связывающий Священный Закон, к которому он раньше не мог даже прикоснуться, теперь был полностью им разрушен.

— Схватите ее.

— Слушаюсь.

Сопровождающие бросились вперед и схватили Амар. Ее вытащили наружу без особого сопротивления. Амар медленно подняла взгляд на Паблоса.

Тихая, тлеющая враждебность. Поведение, бесконечно далекое от чего-то, хотя бы отдаленно похожего на любовь.

— Отпустите меня.

— ...В тебе что-то изменилось?

— Я сказала, отпустите.

— Крики тебе не помогут. Мы уже все знаем. Ты всего лишь сосуд. Оболочка, хранящая в себе силу. Среди наук, которые мы изучаем, есть и закалка разума. Нас не так-то просто подчинить. Мы не испытываем чувства под названием «любовь» к подобным тебе тварям. Демон.

Сопровождающие зашевелились. Они начертили на полу сложный ритуальный круг.

Нужные люди на нужных местах.

В мгновение ока замысловатый круг был завершен, и Амар оказалась заперта в самом его центре. Паблос схватил ее за плечи и швырнул на пол.

*Бах.*

— Создайте портал.

— Слушаюсь.

Зеленое пламя прожгло дыру в воздухе. Аномалия, начавшись с одной точки, стала соединяться с каким-то другим местом.

Послышалось едва различимое пение гимна. В такт его куплетам паладины начали подпевать.

Амар забилась в путах. Паблос прижал ее к полу.

— Больно, демон?

— Нгх... н-нгх...

— Что ж, полагаю, так и должно быть. То, что живет внутри тебя — чистейшее зло. Само уродство, несравнимое со святостью Ра. Ты родилась грязью, сосудом, который мог умереть в любой момент, и никто бы не удивился.

— ......

— Но этого все еще недостаточно. Слишком мало. Его Высокопреосвященство кардинал Дуэйн тоже это знал. Он лично приготовил кое-что для тебя.

Паблос силой раскрыл ей рот.

— Видишь это?

— М-м-м! М-м-м-м!!

— Эта черная пилюля — запал. Словно спичка, брошенная в камин, доверху забитый хворостом. Стоит тебе проглотить ее, как ты начнешь пожирать себя изнутри. Из-за твоей ужасающей силы все вокруг станет медленно искажаться и рушиться.

— М-м-м-м-м!!!!

— Сопротивление бессмысленно, демон. Разве ты не была дефектным существом с самого своего рождения? Ни человек, ни монстр. Из-за того, что ты застряла где-то посередине, тебя отвергли и те, и другие. И в конце концов тебя просто используют.

Паблос засунул пальцы в рот Амар. Надавив на корень языка, он заставил ее проглотить пилюлю.

— А теперь ступай. На ту сторону сна, демон. Бесконечно прокручивай в голове свое прошлое. Страдай от своих травм и сходи с ума еще сильнее. Возможно...

Паблос прошептал:

— На той стороне ты будешь счастливее.

◇ ◇ ◇

Амар, демоница любви.

Существо, которое десятилетиями подавляло злобу к людям, хороня ее глубоко в своей груди.

Что такое любовь? Это чувство, которое ближе к «пониманию», чем к чему-либо еще. Во имя любви можно простить практически любой грех.

Но случай Амар был иным. Любовь служила для нее лишь удобным оправданием. На самом деле она никогда не любила людей. Исследователи, которые приютили ее в детстве и изучали, просто промыли ей мозги, чтобы добиться послушания.

Фальшивая любовь, полезная лишь как инструмент. И все же, несмотря на это, она терпела все. Она ни разу не усомнилась в том, что чувство, которое она несла в себе, было любовью.

Ведь если бы эта враждебность означала отрицание ее собственной ценности — если бы она осознала, что ни одно существо в мире никогда не сможет ее полюбить...

Вот тогда бы и начался ее истинный ад.

— ......

Я устремил взгляд в ту сторону, откуда бил столб темно-багрового света, а затем раздавил и разорвал на части бросившегося на меня фанатика.

Стекающая по руке кровь немного прояснила мысли. Время еще оставалось.

До буйства оставалось двенадцать часов, верно?

Сообщение, которого я никогда раньше не видел. Обычно подобные вещи взрывались без предупреждения. Но на этот раз все было иначе — вероятно, именно поэтому и появилось это предупреждение.

Другими словами, способ остановить это существовал. В обычных обстоятельствах я бы сказал, что лучше отправиться туда самому, но...

С Филамоном еще не было покончено. Бросить этих людей сейчас было бы слишком безответственно.

Ничего не поделаешь. Сейчас лучший вариант — как можно быстрее разобраться со всем здесь, а затем отправиться...

*Хруст.*

Голова нападавшего на меня фанатика разлетелась вдребезги. Раадатук, раздавивший плоть, словно мягкий тофу, покосился на меня.

— Иди, брат.

— Что?

— Не знаю, что стряслось, но, судя по твоим колебаниям, появились неотложные дела, верно?

Этот похожий на медведя здоровяк из Культа Ра взмахнул двуручным мечом по широкой дуге. Вспыхнувшее пламя сорвало с паладина доспехи вместе с кусками плоти.

— Предоставь это нам.

— ...Вы справитесь?

— Мы тренировались ради этого и пришли сюда ради этого. Если я задержу тебя сейчас, Великий инквизитор будет в ярости.

Раадатук закинул двуручный меч на плечо и прошел мимо меня.

— Ты ведь не забыл, что я выше тебя по званию?

— ......

— Иди, брат. Это приказ твоего командира.

Я тихонько усмехнулся. Что ж, раз он так ставит вопрос, ничего не поделаешь.

Но даже так я не мог просто уйти. Я ткнул Вероник в бок.

— Что?!

— Раадатук. Надзирательницы Вероник ведь должно хватить, верно?

— Ты согласна сотрудничать?

— Какое еще сотрудничество, к черту! — фыркнула Вероник. — Раз уж все до этого дошло... если я буду просто стоять в сторонке, меня тоже сочтут еретичкой. Идиот. Но у меня есть условие, Медведь.

Вероник с хрустом расправила плечи.

— Командование никогда не было моей сильной стороной. Мне следовало с самого начала не жадничать и остаться просто инквизитором. Командуй всем сам. А я буду просто все крушить.

— Надеюсь, гражданских ты крушить не станешь?

— Жить надоело?

Вероник зарычала, а затем покосилась на меня и тяжело вздохнула.

— Эй.

— Да?

— Проваливай. Что бы там ни было, раз Медведь так говорит, значит, у тебя действительно есть дело, верно?

Вероник бросила взгляд на столб темно-багрового света.

— ...Я и без объяснений все вижу. Все перевернулось с ног на голову. Боже правый. Не знаю, как насчет остальных, но Монику ты обязан защитить.

— Ты действительно очень дорожишь ею.

— Из всех охранников она была единственной, у кого голова работала как надо. Если бы я когда-нибудь ушла на покой, то сделала бы ее своей преемницей. Она не из тех, кто должен умереть в таком месте.

Вероник ворча двинулась вперед.

— Запиши это тоже на мой счет. Я сама все верну.

— Договорились! Позже я заставлю тебя работать на меня как рабыню.

— Тебе конец.

◇ ◇ ◇

Моника забилась в путах. Лупес зажал ей рот рукой.

— Тсс!

Холодный пот катился по его лицу. Слова, которые он лихорадочно бормотал, было трудно разобрать.

Снаружи не смолкали крики. Бойня, казалось, была призвана не оставить в живых ни единой души в этом здании.

Прошло уже довольно много времени с тех пор, как она оказалась заперта здесь с Лупесом. Мужчина, который поначалу испытывал лишь похотливое возбуждение, теперь дрожал от страха.

— Черт... эти сумасшедшие ублюдки... почему они всех убивают?.. П-подождите, они и от меня хотят избавиться? Этого не было в планах... какого черта происходит?..

Лупеса трясло. Кровь сочилась из ногтей, которые он искусал до мяса.

— Сейчас мне нужно спрятаться... нет, стоп... может, попытаться сбежать?.. Но снаружи паладины... гончие кардинала Дуэйна... мне ни за что не сбежать...

— М-м! М-м!

— З-заткнись!

*Хлест!*

Голова Моники мотнулась в сторону. Повязанный на рот платок ослаб. Моника сплюнула окрашенную кровью слюну и вцепилась зубами в руку Лупеса, когда та оказалась возле ее лица.

— Ах ты, дрянь!..

*Хлест! Хлест! Хлест!*

От града быстрых пощечин Моника обмякла. Ее тело все еще отказывалось подчиняться. Святая сила не реагировала, затихнув, словно угасающая искра.

— М-мне вообще не следовало приходить в такое место... м-может, попытаться выбраться сейчас?.. Или... мне следовало принять то пламя, пока была возможность... я был так глуп, что отказался... не нужно было нести ту чушь о доказательстве верности тогда!..

Лупес, без умолку бормотавший в панике, покосился на нее. Он прерывисто вздохнул, словно нашел оазис посреди пустыни.

На его лице отразилась решимость. Его рука медленно поползла к ней.

— У-уйду я сейчас или позже, разницы, наверное, нет... т-так что пока позволь мне закончить то, что я...

Его штаны непристойно натянулись. Глаза Моники расширились от ужаса. Собрав последние крохи сил, она поползла вдоль стены.

— И куда это ты собралась?.. М-м?..

Лупес медленно последовал за ней. Он вытянул ногу и наступил на подол ее пальто.

— Тебе не сбежать, Моника. Ты же говорила, что любишь меня... говорила, что любишь, дрянь!..

— Кх... кх...

Лупес сдавил горло Моники сзади. Резким рывком он стянул с нее плотное пальто и облизнул губы.

Его взгляд уже блуждал где-то далеко. Словно парализованный страхом и похотью, он поспешно возился с ремнем на поясе.

— У м-меня есть опыт, понимаешь? Больно будет только в первый раз... а потом совсем не больно.

— М-м! М-м! М-м!

— Все хорошо. Я буду нежен. Черт... но если ты не перестанешь дергаться... я действительно убью тебя, поняла?

*Хлест!*

Получив еще один удар по лицу, Моника забилась изо всех сил. Даже когда ее пинали в живот и наступали на спину, она не прекращала сопротивляться.

— Ах ты, грязная...

Моника сжалась в комок. Она стиснула зубы, твердо решив тянуть время любыми способами.

— Просто... убей меня!..

— Заткнись!

Лупес обнажил меч. Наступив ей ногой на горло, он поднес лезвие так близко, что оно едва не коснулось ее глаза.

Его тяжелое дыхание вырывалось частыми, прерывистыми выдохами. Обезумевший взгляд говорил о том, что он окончательно потерял контроль над собой.

— Дернешься еще раз, и я начисто отрублю тебе правую руку... затем левую... Если хочешь остаться без конечностей, но все равно быть взятой силой, то давай, двигайся.

— Угх!..

— Похоже, мои слова для тебя ничего не значат...

Глаза Лупеса хищно блеснули.

— Думаю, тебе нужно прочувствовать это на себе, чтобы прийти в се...

— Эй.

Дверь со скрипом отворилась. Моника с огромным трудом повернула голову.

Промокший от пота мужчина зачесал волосы назад. Его тело, прислонившееся к дверному косяку, казалось, вот-вот упадет от усталости, а на одежде то тут, то там еще мерцали слабые искры Священного пламени.

На его лице застыло непривычно серьезное выражение. Слова, которые он тихо произнес, прозвучали как-то искаженно.

— Ты... что, по-твоему, ты делаешь?

Никакого почтения.

Его голос тоже угрожающе понизился.

Даже зная, что он союзник, Моника в этот миг не смогла сдержать пробежавшую по телу дрожь.

Он был в ярости.

Он — Захад — был в ярости.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (2)

— Ты... ты... как ты...

Лупес попятился. Я медленно повернул голову.

Опухшее лицо, раны по всему телу, из которых струилась кровь... Моника лежала ничком на полу и, содрогаясь от дрожи, снизу вверх смотрела на меня.

На ней не осталось ни единого живого места, одежда превратилась в рваные тряпки, а слюна, которую она выплёвывала, запеклась сгустками крови.

Даже имя, сорвавшееся с её губ, едва дрожало:

— За... Захад...

Я снял плащ, шагнул мимо Лупеса и накинул его на девушку.

Лупес обнажил меч и панически выкрикнул:

— К-как ты сюда проник...

— Заткнись, — я поднял руку. — У меня в голове звенит.

*БАМ!!!*

— М-МФ-Ф?!

Первым делом я впечатал его голову в стену, рассчитав силу так, чтобы не убить на месте.

Он должен жить. Ему ещё рано умирать. Тебе нужно жить, чтобы прочувствовать ещё больше боли. Ведь так? Прямо сейчас мне нужно на ком-то сорвать всю свою злость.

— ...О-отпусти...

Святая сила, которой он окружил себя как надзиратель, уберегла череп от раскалывания. Он задергался и вцепился в мою руку.

Я медленно поднял свободную руку, обхватил его пальцы и с хрустом вывернул их назад. Из горла Лупеса вырвался странный хрип:

— Гх... кх... угх...

— Эй.

Я сломал ему все пять пальцев, а не удовлетворившись этим, выкрутил и запястье.

*Хрусь.*

С отвратительным звуком правая кисть Лупеса превратилась в месиво.

— А-А-А-А-А-А!!!

— Я же велел тебе закрыть пасть.

Послышались шаги — прибежавшие на крик люди распахнули дверь. Это были не охранники, а их враги: паладины, перебившие надзирателей и теперь рыскавшие по исправительному учреждению.

Я окинул их взглядом. Мне казалось, по пути сюда я перебил большинство, но кое-кто всё же остался.

— Ах ты ублюдок!

— Ты ещё кто такой!

— Подождите секунду.

*БАМ!*

Я снова с силой впечатал лицо Лупеса прямо в стену. Посыпались каменные обломки. Убедившись, что обмякшее тело всё ещё дышит, я слегка размял запястье.

— У меня сейчас паршивое настроение. Очень паршивое.

По всему исправительному учреждению эхом разносились крики. Жалкий, рыдающий плач, который я улавливал через магический резонанс, принадлежал Амар. Она умирала прямо сейчас — точнее, её разум медленно рушился.

Этот плач можно было отчётливо расслышать даже без магической силы, и у любого он вызвал бы сострадание. И всё же эти ублюдки даже не вздрогнули.

— Вы, ничтожества...

Из моего кармана выскользнул кинжал. Прежде чем он коснулся пола, я перехватил его обеими руками.

— Не думайте, что отделаетесь лёгкой смертью.

*Бум!*

Воздух взорвался, и в мгновение ока холодный пол с треском ушёл из-под ног. С секундным опозданием взметнулось облако пыли. Трое паладинов вздрогнули и выставили вперёд свои мечи, но оказались слишком медлительны.

Я проскользнул между ними, и кинжал завертелся на кончиках моих пальцев.

*Вжух.*

— Что за...?!

На пол упала правая рука. Следом покатилась нога, а хлынувшая кровь залила всё вокруг.

Я раздробил запястье, державшее меч, и вогнал лезвие прямо в ухо противника. Отразив летевший в меня клинок простым взмахом, я схватил другого паладина за голову и впечатал в пол.

Десять секунд — столько времени потребовалось, чтобы усмирить врагов.

Я убрал кинжал. Полуискалеченные паладины рухнули на пол, извиваясь подобно насекомым. Их тела медленно восстанавливались благодаря Святой силе, но я не собирался оставлять их в покое.

— Лежать.

Я наступил на спины ползающих по полу паладинов и методично, один за другим, переломал им позвоночники.

*Хрусь.*

— Развели тут грязь.

— А-А-А-А-А-А!!!

— О-остановись!!!

— Ваше Высочество!!! ВАШЕ ВЫСОЧЕСТВО!!!!

Меня уже тошнило от этого «Ваше Высочество». Насколько бы тщательно он ни промыл им мозги, имя «Архиепископ Дуэйн» даже не слетало с их губ. С их точки зрения это, должно быть, казалось неизбежным будущим.

Оставив полутрупы корчиться на полу, я вернулся к Лупесу. Тело, впечатанное в стену, дернулось.

— Думал, если притворишься мёртвым, я тебя отпущу?

— По... пожалуйста, пощади...

— Пощадить? Да я ещё даже не начинал.

Я вытащил лицо Лупеса из стены, прижал его к полу и с силой протащил по камням.

*Скре-е-еж.*

— М-МФ-Ф?!!!

Брызнула кровь. Кожа и плоть сдирались с его лица, перетираясь о каменную крошку и потрескавшийся пол. Я давил медленно, крайне осознанно, с предельной аккуратностью снимая кожу с его лица.

— По... пожалуйста, хватит...

— ......

— Я... прости меня... я... я...

— ......

— Гх... угх... кх...

— ......

— ...ах...

Наконец крики прекратились. Я перевернул Лупеса на спину. Осколки камней вонзились в его глаза, которые едва не вываливались из глазниц. Нос и рот полностью потеряли форму, превратившись в сплошное месиво.

Но он всё ещё был жив. Я медленно приподнял его и заметил, как дёрнулась его рука. Та самая рука, что безжизненно свисала до этого, притворяясь мёртвой, внезапно шевельнулась и вцепилась в моё предплечье.

В этой хватке чувствовалась сила — он напрягся всем телом, словно пытаясь сломать мне руку. Отчаянная контратака, его последняя попытка.

Но это была глупость. Тупой ублюдок.

*Вспых.*

Вспыхнуло Священное пламя. Его левая рука, которая до этого оставалась целой, оказалась объята огнём. Его горло, похоже, было разорвано: рот беззвучно открывался, но не издавал ни звука.

Медленно, очень медленно Священное пламя пожирало тело Лупеса. Словно насекомые, терзающие труп, оно пядь за пядью расползалось внутрь.

В этой неспешной агонии тело Лупеса непрерывно содрогалось. Чтобы он прочувствовал всё как можно лучше, я сосредоточил исцеление исключительно на его мозге.

Мучительная боль... Спустя десять минут хрипов голова Лупеса наконец безжизненно повисла. Я отпустил его, и тело с глухим стуком повалилось на пол.

Бесполезный кусок мусора. Тебе следовало знать, к чему нельзя прикасаться.

Я наступил на труп, чья кожа полностью сгорела, оставив лишь пепел, и окончательно стёр его в порошок. Затем сразу приложил ладонь к лицу Моники.

[Используется Исцеление (A).]

Её изуродованное лицо начало медленно восстанавливаться. Моника, судорожно хватавшая ртом воздух, вздрогнула всем телом:

— За... Заха...

— Тс-с. Лежи смирно. Это лишь первая помощь.

Исцеление — не панацея. Оно расходует не только Святую силу, но и выносливость того, кого лечат. Моника, словно одурманенная ядом, не могла даже удержаться на ногах, поэтому ей требовался отдых.

— К-как ты...

— Я искал тебя.

Она зашлась в сильном кашле, отплёвывая кровь, и искоса посмотрела на меня:

— Зачем... почему...

— Если я не приду за тобой, то кто тогда? — буркнул я сквозь зубы.

Мой гнев всё ещё не утих. Я был в такой ярости, что едва сдерживал себя.

«Почему я так зол? Из-за чего?»

Я поднялся на ноги. Прежде чем спасать Амар, я чётко осознал, что должен сделать в первую очередь: перебить всех этих чёртовых паладинов до единого и заставить тех, кто это устроил, заплатить сполна.

— Отдыхай здесь, Моника.

— Это о-опасно... Ты даже не знаешь, что там, снаружи...

— Всё в порядке.

Я убрал кинжал обратно в карман. Кольцо на моем пальце тихо загудело, и Мистилтейн, шептавший о смерти, трансформировался в чёрный меч, легший прямо мне в руку.

— Я обо всём позабочусь.

Перед уходом я вонзил Мистилтейн в грудь стонущих от боли паладинов. Когда чёрный клинок вошёл в их плоть, они захрипели и забились в конвульсиях.

Из меча проросли мелкие корни. Жестокая Эрозия Мистилтейна была, по сути, ядом. Она разгоняла физические возможности до предела, но в сочетании с моей Выработкой яда порождала смертоносный токсин, сопоставимый с S-рангом.

Скрытая фишка, на которую я случайно наткнулся в игре. Я вытащил Мистилтейн из их тел, и из пробитых лёгких со свистом вырвался воздух.

Они будут медленно умирать от яда: Эрозия Мистилтейна не позволит им даже использовать Святую силу. У них не оставалось ни единого шанса выжить, и теперь им предстояло мучиться в агонии до самой смерти.

— Кто знает? Может, если будете усердно молиться, выживете. Попробуйте, дерзайте, — я перешагнул через них и отправился на поиски новой добычи. — Хотя бога, способного услышать вас, здесь больше нет.

◇ ◇ ◇

Командир паладинов Паблос поднял голову. Исправительное учреждение № 1.

Он привёл тайный отряд, чтобы полностью зачистить это место. По численности группа, напавшая на город Филамон, превосходила их, но по качеству бойцов эта сторона имела явное преимущество. Это были основные силы — особый отряд Дуэйна, которым лично командовал Паблос.

Но что вообще происходит? Он привёл с собой только элиту из элит... так какого черта сейчас творится?

— Первый отряд?

— Связь потеряна.

— Второй отряд?

— Связь потеряна.

Раздались сухие, механические ответы. Паблос резко положил ладонь на рукоять меча.

Внутри исправительного учреждения кто-то есть. Неизвестная сила. Он предполагал, что большинство охранников к этому моменту уже мертвы, так кто же там остался?

Паблос нахмурился. Он допустил мысль, что вернулась надзирательница Вероник, но быстро качнул головой: она никак не могла вернуться так быстро. Силы, с которыми она столкнулась, невозможно подавить за полдня, и она наверняка задержится в городе Филамон как минимум на двое суток, чтобы предотвратить новые жертвы. К тому моменту, как надзирательница Вероник вернётся, здесь всё уже будет кончено.

Паблос помрачнел и покосился на Амар, которая извивалась и корчилась в муках.

— Сколько времени осталось до полного буйства?

— Примерно десять часов.

— Разум Амар стабилизировался?

— Ещё нет. Она всё ещё на пороге сна и не погрузилась в него окончательно. Мы используем Святую силу, чтобы запечатать её сознание, но... похоже, потребуется ещё немного времени.

Паладины суетливо двигались, изливая всю свою Святую силу, чтобы стабилизировать ритуал, поглощающий разум Амар.

Паблос потёр переносицу, приводя мысли в порядок. Он потерял часть сил и не знал, кто рыщет снаружи, но план был уже практически выполнен. Бояться нечего: исправительное учреждение № 1 падёт, а кардинал Его Высочество Дуэйн воцарится на его руинах — таков был естественный порядок вещей.

Как только Священный Закон завершится, никто не сможет вернуть тело Амар в прежнее состояние. Когда этот момент настанет, Паблос просто заберёт своих паладинов и покинет тюрьму.

До завершения великого ритуала оставались считанные мгновения, и что бы ни происходило снаружи, это ничего не изменит. Всё пойдёт по плану.

— ...Хе-хе-хе.

Раздался тихий смех. Волк-зверочеловек, который молча сидел в своей камере и наблюдал за происходящим, заговорил:

— Вы совершили ошибку. Вы тронули того, кого трогать ни в коем случае не следовало, дурачьё.

— Жить надоело, преступник?

— Я бы сказал, что преступники ближе к вашей братии, чем к моей.

Ящер, безмолвно следивший за ситуацией из своей камеры, поднялся на ноги:

— Бегите, пока наш брат не вернулся. Это ваш единственный шанс спастись.

— ...Брат?

— Брат. Человек более стойкий и сильный, чем любой воин в степях. Я впервые увидел его не так давно. Мы знакомы всего месяц, но...

— Он силен! — внезапно в разговор вклинился голос из глубины камеры. Черноволосая женщина, вцепившись в решётку, ухмыльнулась: — Эй. Вы ведь плохие парни, да? Те самые, что перебили стражу и вломились сюда. Почему бы вам просто не взорваться в моих руках? Амар — это монстр, которым дорожит Захад. Когда он придёт, вы всё равно все умрёте... Так не лучше ли взлететь на воздух от моих рук?

— Захад?

Он слышал это имя. Паладин, сыгравший роль в спасении Парамира. Зелёный юнец, который совсем недавно попал в отдел Инквизиции. Тот, о ком кардинал Его Высочество Дуэйн особо предупреждал. Но Паблос тогда не поверил этой информации, полагая, что тот лишь везунчик, чьи успехи — череда совпадений, и человеку его уровня не о чем беспокоиться.

Но... неужели это не так?

— Что ты имеешь в виду?

— Что я имею в виду? — из-за решётки донёсся вкрадчивый голос, и змеиный язык затрепетал за губами. — Просто умрите прямо сейчас. Если не хотите закончить ещё более жалко.

*Дзинь.*

Паблос пошатнулся, ухватился за ускользающее на мгновение сознание и вскинул голову.

«Ментальная атака?!»

Схватившись за голову, он зарычал и ударил по решётке:

— Заткнись, преступница. Кем бы ты ни была, если ещё хоть раз шевельнёшь языком, я разорву тебя на куски живьём.

— На тебя уже наложено куда более сильное внушение. Кто бы это ни сделал, он сработал на совесть, — прошептала женщина, прислонившись к стене. — Но и этому приходит конец. Разница в силе будет подавляющей.

— Я же велел тебе за...

— Он идёт.

Женщина подняла голову, и Паблос тоже услышал это: шаги, разрезающие тишину.

Ящер пробормотал:

— Тихие шаги. Пугающие. Насколько бы сильно он ни был зол... таких шагов я ещё никогда не слышал.

Волк-зверочеловек тяжело сглотнул:

— Говоришь, он зол? Я бы предпочёл этого не представлять. На наших тренировках он всегда лишь валял дурака. Но если такой человек станет серьёзным...

— Всё взлетит на воздух. Бабах.

Черноволосая женщина сделала шаг назад от решётки:

— Я ничего плохого не сделала. Не хочу, чтобы Захад меня ругал, так что отойду подальше.

— Я тоже.

— Аналогично.

— Столкнуться с ним лицом к лицу... Я бы даже воображать этого не хотел.

Приговорённые к смерти преступники один за другим отступили от решёток, скрывшись в темноте. Паблос понимал происходящее всё меньше. Да кто вообще такой этот Захад? Кто он, если даже эти смертники боятся его?

— Чего вы... боитесь?

Эти люди были худшими из худших, теми, кто когда-то унёс бесчисленное множество жизней. Уровень их опасности был настолько высок, что их содержали отдельно от остальных — разве нет?

— Это не страх, — пробормотал ящер, отступив на шаг от решётки. — История, которой ты не знаешь: мы его «уважаем».

Размеренные шаги становились всё громче. Они затихли перед дверью, а затем послышался глухой звук падения чего-то тяжёлого.

— ......

Дверь отворилась, и внутрь что-то закатилось — голова подчинённого, лицо которого Паблос узнал.

Нога, вошедшая мгновением позже, раздавила её. В дверях показался залитый кровью мужчина.

— Как много здесь голов.

Чёрный меч свисал под углом. Паблос невольно вздрогнул: глаза, блестевшие на вымазанном кровью лице, были пугающе, немыслимо свирепыми.

Хищник. Из тех, кого ни в коем случае нельзя провоцировать. Из тех, кто содрёт с тебя кожу и повесит сушиться за вторжение на его территорию.

— Для начала я немного прорежу ваши ряды. Чтобы разговаривать было проще.

«Захад... Это и есть Захад?»

Паблос поймал себя на том, что лихорадочно обнажает меч, даже не осознавая этого. Хотя его сила возросла ещё на один уровень в качестве платы за контракт с Дуэйном, он не мог сдержать пробежавшую по коже дрожь.

Здесь явно что-то не так. Этот человек, который вырезал паладинов до тех пор, пока его жреческое одеяние не окрасилось в багровый цвет... У него определённо было нечто ужасающее!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (3)

Папская курия рушилась. Клубы густой пыли вздымались к небу.

Димонаас подняла голову посреди этого хаоса. Все вокруг грохотало. Звуки доносились до нее глухим, приглушенным эхом, словно ее барабанные перепонки лопнули в одно мгновение.

Что-то произошло. Разрушение и гибель. Внезапный взрыв.

Едва выжившие паладины поднимались на ноги вокруг нее.

— Что за... чт... о...

— Там была... вспышка света... а потом...

Густое облако пыли и обломков рассеялось в мгновение ока. Поднявшийся ветер обнажил представшую картину во всех деталях.

— ...Хах.

Самое высокое здание Папской курии. Полуразрушенное, но еще не рухнувшее — и на нем кто-то стоял.

Взгляд, который смотрел на все свысока, словно так и должно быть. Незнакомец медленно шагал. Экзоскелет, лишенный всякого намека на человечность, задел сломанный стул.

*Клац.*

Он медленно повернулся. Усевшись на стул, он выдохнул пропитанный серой воздух, словно переводя дух.

Даже с огромного расстояния Димонаас уловила это зловоние.

Запах существа, которое пожертвовало даже собственной человечностью ради достижения своей цели.

Кто-то пробормотал. Дрожь распространилась подобно заразе, и страх медленно закрался в сердца каждого.

— Д... демон...

— Боже правый... что за...

— Ч-что это такое...

Димонаас тоже это почувствовала. Ощутила собственной кожей.

Зловоние злобы. Словно человеческий порок копился и копился, пока наконец не обрел плоть.

— ...Наконец-то, — пробормотал он.

Звук его голоса оказался достаточно громким, чтобы его услышали все. Демоническая сила, естественным образом вплетенная в каждый слог, целиком поглотила даже Святую силу и заняла ее место.

Противоречивое существование. Демоническая сила и Святая сила не могут сосуществовать. Две противоборствующие силы всегда должны конфликтовать — так почему же...

Как...

Как они смогли так смешаться?

Димонаас, пошатываясь, поднялась на ноги. Быстрым движением она смахнула кровь, сочившуюся со лба.

Это существо больше нельзя было назвать человеком. Все было именно так, как и говорили.

Демон.

...В самом чистом смысле этого слова.

— Наконец-то я свободен от всех оков, — произнесло существо, которое больше нельзя было назвать даже жрецом.

Он поднял руку и уставился на высеченную на ней Священную Стигму.

Священная Стигма, вырезанная на тыльной стороне его ладони, медленно окрашивалась демонической силой. Под его сжатым кулаком она переписывалась, принимая совершенно иной, чуждый вид.

Перевернутая Священная Стигма Ра. Дуэйн, слившийся теперь с демоном, расправил плечи. Он вытянул руку в сторону, словно испытывая собственное тело.

*КРРРРРРРА-А-А-АНГ!!!!*

Одним небрежным жестом он отправил целое здание в полет. Несущий каркас строения, преграждавшего ему обзор, полностью перекрутился и разлетелся на куски.

Обломки пронеслись по полю боя. В мгновение ока появились сотни раненых и убитых.

Димонаас и сама не заметила, как ее руки задрожали.

— Ч-что...

Это в корне отличалось от того, что было раньше. Сила совершенно иного измерения. Область, которой не мог обладать ни один человек.

Что... что, черт возьми, только что произошло?

Откуда вдруг взялась эта сила?..

Гимн, доносившийся из глубокого подземелья, продолжал звучать без остановки. В противовес его священной атмосфере, на поле боя воцарилась тишина, предвещающая скорый взрыв.

Димонаас крепко сжала меч. Она изо всех сил прижала к себе дрожащую руку, пытаясь унять дрожь.

«Все в порядке. Я справлюсь. Даже если все изменилось, сам источник никогда не меняется. Гимн. Да. В этом непрекращающемся звуке и крылась проблема. Все перемены начались с того момента, как раздалось это пение. Если я смогу как-то прервать его, то сумею повернуть ход битвы вспять!..»

— Димонаас.

Дуэйн, сидевший на полуразрушенном стуле, поднял руку.

— Не торопись. Я позволю тебе жить до самого «завершения».

Его вытянутая рука сжала пустоту. Димонаас заметила, как пространство на мгновение пошло рябью.

Оно движется.

Реальность перешагнула черту, колоссально меняясь, словно переписываясь заново.

— Что?!

Димонаас почувствовала, как земля под ее ногами пришла в движение. Камни и гравий плавились с ужасающей скоростью, уступая место прочному железу.

Странное ощущение, будто идешь сквозь сон. Все, что она считала реальным, рушилось. Цвета хаотично перетекали один в другой, а затем все поглотила тьма.

Каркас здания перекрутился. Стены выросли там, где, как она думала, было открытое пространство, а сама гравитация перепуталась — то, что было верхом, в мгновение ока стало низом.

*БАХ! БАХ! БАХ!*

Здания вырастали из ниоткуда и соединялись в лабиринтное сплетение. Они сцеплялись друг с другом, превращая все поле боя в лабиринт и оставляя нетронутым лишь то строение, где восседал Дуэйн.

Домен, воссоздавший твердую почву из пустоты. Дуэйн, истощенный этими усилиями, глубоко откинулся на величественно воздвигнутом железном троне.

Его зловеще светящиеся красные глаза уставились на Димонаас. Но затем и они скрылись за стеной, исчезнув из виду.

— Я буду развлекать вас, пока работа не завершится. Видите ли, связь еще не совсем установилась.

— Дуэйн!

— Ради одного этого дня я обманывал даже самого себя. Скрывал свою истинную сущность, облекал слова в вежливые речи и склонялся так низко, как только мог.

Бормотание Дуэйна теперь эхом разносилось по всему пространству, принявшему форму гигантского куба.

— Сегодня этому придет конец. Я обрету целостность, и Культ станет поклоняться новому богу в моем лице. Фантазия станет реальностью, а в небесах над небесами родится новая звезда.

*Клац.*

Элитный паладин, приземлившийся перед Димонаас, снял шлем. Тела четырех оставшихся были искажены, каждое по-своему.

Кожа слезала, словно сбрасываемая шелуха. Будто подражая своему господину, их тела снаружи покрылись экзоскелетами, порождая новый вид существ.

— Его Святейшество... только Его Святейшество...

— Станет новым солнцем...

— Я последую за ним... и встану подле него...

— Я предлагаю свой меч... дабы разжечь пламя жертвы...

Густой серный смрад заполнил поле боя. Зеленое пламя охватило тела последовавших за ним фанатиков.

— Я.

Все услышали этот шепот. Одно-единственное пробормотанное слово было на удивление простым — совсем не под стать тому, кто скрывался в тени на протяжении десятилетий.

Но его воздействие оказалось каким угодно, только не обычным.

— Стану солнцем сегодня.

Расползающийся ужас поглотил всех без остатка. Под черным потолком, заслонившим даже небо, пламя человечества колебалось, готовое угаснуть в любую секунду.

Подавляющая разница в силе. Живой ад, из которого нет выхода.

Бессилие от необходимости противостоять существу, которое было практически богом.

— Ах... а-ах...

Жрецы завыли. Дрожа от страха, они позволили своему Священному пламени угаснуть.

— Боже, поми... луй...

Паладины задрожали. Выпавшие из их рук мечи с резким звоном ударились о пол.

— Что это такое?!

— Это был не просто обычный внутренний раскол?!

— В какую вообще битву нас втянули?..

Солдаты Асваля Хальца отступили. Даже когда их спины уперлись в возвышавшиеся позади конструкции, они продолжали лихорадочно искать выход.

Все рушилось. И все же, даже посреди этого хаоса, фанатики продолжали сражаться. Они прорвали ряды войск Мааи, а затем хлынули мимо них, демонстрируя свою возросшую силу.

Отчаянный момент не на жизнь, а на смерть.

Димонаас перевела дыхание. Вместо того чтобы бросить меч, она сжала его еще крепче.

— Невероятно... серьезно!.. — прорычала Димонаас.

Она заставила свое слабеющее тело выпрямиться и твердо направила меч вперед.

Ей было страшно. Было бы странно, если бы это было не так. Реальность перевернулась с ног на голову прямо у нее на глазах, а фантазия обратилась явью.

Сила, достаточная для создания целого нового мира. Он ушел так далеко вперед. Настолько далеко, что она не могла разглядеть даже его спину.

Но...

Ну и что с того?

Вопрос стоял не в том, справится она или нет. Это было просто то, что необходимо сделать.

Она уперлась дрожащими ногами в землю и сделала шаг вперед. На один шаг ближе.

Она родилась паладином и твердо решила умереть им. Разве она не приносила эту клятву в тот день, когда стала Великим инквизитором?

— ...Мое тело — явленная слава Ра, — сорвался с ее губ тихий шепот.

Димонаас подняла голову.

Сейчас.

Именно сейчас настало время доказать это.

Там, где пали все остальные, пришло время сжечь себя в собственном пламени —!

— Я освещу этот мир, став растопкой...

Перед ней стоял еретик, осквернивший Священную Стигму Ра. Это больше не было обычной борьбой за власть внутри Культа.

Как человек.

Как обычный паладин, она просто будет сражаться с демоном, угрожающим человечеству.

— Пламенем...

Захад всплыл в ее памяти. Тот мужчина, что бросился в кошмар Парамира, предстал перед ее мысленным взором.

Она прошептала его имя, тихонько воссоздав его образ в своих мыслях.

Поначалу это была лишь простая благодарность. Она просто радовалась тому, что он жив.

Но чувства, пришедшие следом, оказались далеко не столь радужными.

Почему она не накопила больше сил?

Почему она не смогла помочь, когда это было действительно необходимо?

Неужели ей всегда придется лишь смотреть вслед его удаляющейся спине, когда наступает подобный момент?

Неужели она...

Неужели она должна довольствоваться тем, что просто стоит позади него?

— Пламенем!..

Она отвергла эти мысли и высвободила свою Святую силу до абсолютного предела.

Она вскрикнула. Сделала еще более твердый шаг вперед, словно шепча самой себе:

«Нет! Я стою здесь вовсе не ради этого! Я — Великий инквизитор Димонаас! Та, кто возглавляет Пятый отдел Инквизиции, та, кто существует ради спасения людей! Помни о том, что доверил мне мой учитель! Помни о временах, когда мне приходилось прорубаться сквозь бесконечную, непроглядную тьму! Ради чего!.. Ради чего я заношу этот меч!»

— Пламенем!..

Она задрожала. Дрожь, зародившаяся в груди, целиком поглотила Димонаас. Она устремила взгляд на место за нагромождением конструкций, где скрывалось великое зло, теперь невидимое глазу.

Святая сила, которую она пробудила, окутала ее тело пламенем. Ее дыхание было горячим. Волна обжигающего жара прокатилась по ее телу.

«Этого мало. Всего этого слишком мало», — ее тело задрожало так, словно готово было рухнуть в любую секунду.

Но она не собиралась сдаваться из-за этого. У нее была только она сама.

В этом месте, где ничего не осталось, она была единственной, кто мог вести за собой людей.

— Пламенем... я вернусь!..

Тоска по Захаду.

Ненависть к самой себе.

Эти два чувства смешались воедино, сломав что-то внутри Димонаас. Они превратились в надежду, позволившую ей подняться из бездны отчаяния.

Святая сила мощно отозвалась на человеческую надежду. Раскаленная докрасна Священная Стигма запульсировала, отчаянно пытаясь преодолеть человеческие пределы.

Что такое вера?

Судьба гения, рожденного таковым с самого начала. Если ей чего-то и не хватало, так это того, что она не была сосудом для Апостола.

Но она превзошла даже это. Священная Стигма отчаянно боролась, чтобы компенсировать нехватку Святой силы. И в то время как ее несокрушимая решимость достигала своего предела, дух, отказывавшийся признавать поражение, преображал ее тело.

Это стало возможным, потому что она была гением.

Это стало возможным, потому что она отказалась сдаваться.

Ее врожденный талант расцвел. Кокон, так долго остававшийся плотно свернутым, треснул.

Великий инквизитор, мечтавшая сама стать символом, возвысила голос. Она заговорила шепотом — чистым и непоколебимым.

— Пламенем!..

По мере того как пламя надежды продвигалось вперед, все взгляды устремились к нему. Те, кто наблюдал за происходящим, завороженно уставились на ее спину.

Димонаас сделала шаг вперед.

Какой-то жрец выдавил из себя слова:

— Пламенем...

Димонаас сделала еще один шаг вперед.

Один из паладинов подобрал свой меч.

— Пламенем...

Димонаас сделала еще шаг вперед.

Те, кто не верил ни в какого бога, смотрели на эту благородную поступь и стискивали зубы. Запинаясь, они начали вторить звучащей молитве.

— Пламенем...

Вера переплеталась. Каждая по отдельности могла быть ничтожно малой, но веры, собранные воедино, превращались в великое пламя, сходясь в одной точке.

Вперед. Еще дальше вперед.

Тихо пробормотанные слова слились в единый гул. Взирая на одно и то же место, шагая к одной и той же цели...

Словно завороженные, они следовали за спиной одного-единственного человека.

«Та, кто ведет за собой».

И...

«Те, кто следует за ней».

— Боже правый... — глаза Арпины расширились. Дрожащими руками она неосознанно прошептала: — Глас Культа!..

Решимость и вера поддерживали ее спину. По мере того как последователи продвигались вперед вместе с ней, «Глас Культа» обретал силу, чтобы подняться вновь.

Использование веры других людей для преодоления пределов собственных способностей.

Власть, которую мог осуществлять только Кардинал, именуемый Гласом Культа!

Но как? Ведь для этого требовались годы тренировок?! Тот факт, что она смогла сделать это, никогда не обучаясь подобному, означал...

— Что же она... за человек такой?..

Арпина смотрела ей в спину. Недостаточный сосуд. Поскольку она не была Апостолом, существовал врожденный предел для объема Святой силы, который мог вместить ее сосуд.

Но теперь все изменилось. Содержимое ограниченного сосуда заполнялось тем, что принадлежало другим. Малые голоса собирались воедино, восполняя сосуд, который теперь никогда не иссякнет.

Святая сила сходилась воедино. Она струилась из тел паладинов. Молитвы, звучавшие в голосах жрецов, окутывали тело Димонаас.

Один человек слаб.

Но когда их много, все меняется.

Подобно самой вере, подобно божеству, которому кто-то служит... Святая сила вливалась в ее тело.

Великий инквизитор шла вперед. Она встретила четырех демонических последователей лицом к лицу.

Слабый нимб материализовался над ее головой. Уголки ее глаз горели огнем, а кончики волос окрасились в красный цвет.

[Частичное обожествление]

Истощенная Святая сила вновь восполнилась благодаря Гласу Культа. Под влиянием «тех, кто следует за ней», она обрела — пусть лишь на мгновение, но непрерывно — бесконечный запас Святой силы.

Она прошептала. Переведя дыхание, она вспомнила слова, которые должна была произнести, и расслабила руку, державшую меч.

Ее охрипший голос прошептал. Звук был тихим, но достаточно отчетливым, чтобы его услышали все.

— Ра взирает на меня.

Маая встала рядом с ней. Она подняла свое костяное копье и отдала приказ войскам.

Первый Великий инквизитор подняла свой меч. Она обнажила свою недостаточную силу и бросила вызов смерти.

Архиепископ выдохнула. Она развернула свой Священный Закон со всей силой, что у нее оставалась.

— ...Бесполезно.

Рот оскверненного элитного паладина открылся. Из его уст полился голос Дуэйна:

— Бесполезная борьба, Димонаас.

— Не неси чушь, — Димонаас подняла руку. — Я знаю. Я знаю, как разрешаются вещи, которые казались мне невозможными. Тот человек пришел, и я изменилась. Я начала мечтать вместо того, чтобы мириться с реальностью.

Она вытянула один палец.

— В этом мире нет ничего невозможного. История меняется в зависимости от того, насколько сильно ты готов рискнуть своей жизнью. Дуэйн, твоя история заканчивается здесь.

— Вот это действительно чушь.

— Кто из нас несет чушь — мы еще посмотрим. Мне нужно сказать лишь одно.

Димонаас презрительно усмехнулась.

— Пошел ты к черту, грязный демон. Готовься гореть, мерзкий кусок растопки, который я бы даже для дров не использовала!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (4)

Я крепко сжал Мистилтейн. Эрозия продолжала расползаться, но мой разум оставался ясным.

Это совсем не походило на Парамир. По сравнению с тем временем сейчас я был практически на пике своих сил.

С теми предметами, что имелись у меня под рукой, я мог с трудом, но противостоять Тиельре — сильнейшему бойцу культа.

Если я доведу скорость эрозии Мистилтейна до предела, то, возможно, смогу продержаться довольно долго. Достаточно долго, чтобы скрестить мечи с Эстель, которая раньше всегда лишь побеждала меня.

— ...В атаку.

По знаку Паблоса — командира паладинов, которого я уже видел однажды, — паладины ринулись вперёд все как один. Я наклонил Мистилтейн под углом.

[Поглощение тьмы — Санаджех (S) активируется.]

Моё присутствие бесследно исчезло. Остриё Мистилтейна поглотила тень.

Клинок убийцы из писания Наги.

Безмолвная смерть заструилась сквозь мои руки. Сделав всего один шаг — *так* — я заставил шестерых паладинов рухнуть на землю, а из их перерезанных глоток брызнула кровь.

Глаза Паблоса широко распахнулись.

— Это... невозможно... Ты... — Он прорычал сквозь брызги крови: — Ты Захад.

— Всё верно. Это я.

— По какой причине ты противишься кардиналу Дуэйну? Зачем ты мешаешь нашему делу?

— Вы сами всё это начали.

— Его Высокопреосвященство несёт бремя дурной славы исключительно ради блага культа! Он видит будущее настолько далёкое, что такой недоумок, как ты, не способен даже вообразить!

— Избавь меня от этого.

Я бросил взгляд мимо него. Амар. Я видел её.

Судя по колышущейся тьме, она ещё не полностью впала в состояние буйства.

Но это было ещё не всё. Позади неё что-то разрасталось. Словно трещина в самом пространстве — кромешная тьма пожирала колоссальную магическую силу, исходящую от Амар.

Вот почему здание всё ещё стояло, хотя по всем законам одна лишь ударная волна должна была превратить исправительное учреждение в руины.

Большая часть силы куда-то перенаправлялась, уходя на ту сторону через пространственный разлом.

Куда именно она текла, я сказать не мог.

Но у меня имелось вполне логичное предположение.

— ...Только не говорите мне.

Я сохранял бесстрастное выражение лица.

— Этот ублюдок Дуэйн ведь не использует Амар как источник силы, верно?

— Не смей произносить имя Его Высокопреосвященства столь легкомысленно, скудоумный инквизитор.

— Что это за портал? И этот огромный священный круг...

Я обвёл взглядом пол. Сложно переплетённый ритуальный узор, судя по всему, был начертан для контроля над потоками силы.

И это был не просто портал. Сила, затягиваемая в пространственный разлом, фильтровалась, отсеивая лишь чистейшие элементы из чего-то глубоко чужеродного.

Очищаемая снова и снова, словно ток, извлекаемый из бесконечной батарейки. Будто кто-то намеревался использовать её прямо здесь и сейчас.

— ...Вот же сукины дети.

Я крепче сжал рукоять меча.

— Они действительно используют Амар как живую батарейку?

— А ты сообразительный.

Паблос медленно двинулся вперёд. Зелёное пламя окутало поднятый им меч.

Слабо, но на нём проступала Трансформация формы. Однако очертания были совершенно неправильными.

Клинок, состоящий из зазубренных зубьев, казался каким-то странным, почти сломанным.

Я вызубрил писание Ра от корки до корки, но оружие с подобным силуэтом не упоминалось ни на одной из его страниц.

«Я думал, Трансформация формы способна воплощать лишь божественное оружие... так что же это такое?»

— Ты точно паладин Ра?

— Я служу солнцу. Но теперь существует лишь одно истинное солнце. — Паблос медленно и зловеще улыбнулся. — Его Высокопреосвященство обретает целостность прямо сейчас, пока мы говорим. Когда его сияние достигнет пика, родится истинное солнце — то, на которое придётся снизу вверх взирать даже Папе. Эпоха мифов возвращается. Имя культа возвеличится, а Церковь Бога Солнца станет истинной верой под предводительством живого бога.

— ...Что за чушь несёт этот идиот? — Ра зарычала. — Он думает, что обретения силы демона достаточно, чтобы претендовать на божественное сияние? Вздор! Это невозможно! В лучшем случае он станет твоей жалкой копией, Захад. Люди никогда не смогут стать богами!

— Она говорит, что ты ошибаешься.

— О чём это ты вдруг заговорил?

— Ах да, точно — ты ведь её не слышишь. Ну... полагаю, еретикам это и не дано.

— ...Ты действительно можешь говорить с Ра?

— Она, по сути, моя ручная пташка. Мы постоянно шепчем друг другу всякие нежности.

Нага, поднявшись из зажатого в моей руке Мистилтейна, тихонько высунула язык:

— Я... завидую...

Ра яростно зарычала. Её голос зазвучал так громко, что зазвенело в ушах:

— П-прекрати нести чепуху и убей его наконец! Пока эта демоница продолжает поставлять силу, Дуэйн подпитывается демонической мощью! Единственное решение — разорвать связь и прикончить демоницу вместе с ним!

Я размял шею. Даже если я решу, что делать с Амар, позже...

Сначала мне нужно перебить всех этих паладинов до единого.

— Если сдашься прямо сейчас, я позволю тебе...

— Продолжай болтать. — Я рванулся с места. — Так мне будет проще вырвать твой язык.

Мелькнула тень. Паблос в панике вскинул руку.

Вспыхнуло пламя. Я растворился в тени и скользнул мимо него. Он был здесь сильнейшим, но поймать меня у него не оставалось ни единого шанса.

Моими первыми целями стали паладины, суетливо двигавшиеся по ритуальному кругу.

Сначала разрушить построение. А затем разобраться с этим раздражающим типом.

— Гх!

— Ч-что?!

— Я даже не вижу его...!

Горло. Голова. Сердце. Лёгкое.

Кровь хлестала из каждой жизненно важной точки, в которую я целился. Паладины пытались сопротивляться, но они просто не поспевали за мной.

Развернулась односторонняя бойня. Паладины кричали. Паблос ревел:

— Трусливый ублюдок!

— Трусливый? Думаешь, это мой первый бой?

— Только языком чесать и умеешь!

— Другие части тела у меня тоже отлично работают.

Паблос бросился на меня, и мы столкнулись в схватке, но больше половины его паладинов уже лежали мёртвыми.

*Бах! Бах! Бах!*

Зелёное пламя неоспоримо подавляло. То, как оно бушевало, представляло нешуточную угрозу.

Однако моя тень с ювелирной точностью находила каждую брешь. Я избегал прямых столкновений — не было никакого смысла лезть на рожон.

Моей единственной целью было убийство. Я отражал его разрушительную силу и наносил мелкие раны по всему телу Паблоса. Клинок сверкал, и кровь брызгала во все стороны.

Рассекаемая плоть и плетущийся танец стали. Паблос вздрогнул, когда его тело покрылось глубокими порезами:

— Да что это за... что это за невозможный меч?!

Под натиском непрекращающихся ударов зелёное пламя опасно заколыхалось. На мгновение его стойка нарушилась.

Я не упустил этот шанс и, подобно змее, нанёс удар в открывшуюся брешь.

Острый клинок вонзился ему в плечо. Из его груди вырвался дикий крик:

— А-А-А-ГХ! Ты... ты непростой инквизитор!

— Ты не смог догадаться об этом, пока всех твоих людей снаружи вырезали?

[Выработка яда.]

Смертоносный яд, покрывавший лезвие клинка, проник через плечо Паблоса и начал пожирать его изнутри. До моего носа донёсся запах горящей живой плоти.

Паблос судорожно хватал ртом воздух. До моих ушей донеслось шипение растворяющейся плоти.

— Э-это... яд?! Откуда у тебя священные искусства Культа Змеи?!

— Ты поразительно тугодум.

Оставалось лишь нанести добивающий удар.

Я тут же сократил дистанцию. Выдернул клинок из его плеча и развернулся всем телом.

Перенаправление Святой силы.

Пылающее пламя!

Огонь Ра — сокрушительный в прямом столкновении — охватил Мистилтейн. Нага закричала:

— КЬЯ-А-А?! З-Захад! Зачем ты используешь это на мне?!

— Потерпи, даже если больно!

— Да дело не в этом...!

*Хрусь.*

Пламя Ра, смешанное с тенью, начисто оторвало правую руку Паблоса. Оно в щепки разнесло его Трансформацию формы, полностью лишив его способности сражаться.

Мгновенная победа. Паблос, отлетевший в стену, выплюнул полный рот крови. Он дрожал, уставившись на свою оторванную руку:

— Не... невозможно... эта сила была в моих руках... а ты так просто...

— Высунь язык.

Я сам залез к нему в рот и вытащил его. Наконец-то наступила тишина.

Я протащил бьющегося в конвульсиях Паблоса по полу и швырнул его перед паладинами, которые отчаянно пытались активировать свои священные круги:

— Всем замереть. Если не хотите смотреть, как умирает ваш командир, бросайте всё, чем занимаетесь.

— .......

— .......

Паладины не остановились. Напротив, они, казалось, лишь ускорились, с отчаянной поспешностью зачитывая заклинания для своих построений.

Что ж, ладно.

Я наступил на Паблоса. Чтобы он не сопротивлялся, я глубоко вонзил меч ему в грудь.

Яд Мистилтейна начал свою медленную эрозию. Из раны в груди Паблоса стали прорастать чёрные корни.

Его смерть предрешена. Теперь нужно прикончить остальных.

Я двинулся вперёд, окутав клинок Святой силой, чтобы собрать оставшиеся головы.

Но сделав всего шаг, я замер.

Кое-кто зашевелился. Женщина, которая всё это время безмолвствовала.

Демоница любви открыла глаза.

Амар, до этого беззвучно дрожавшая, подняла голову:

— Нет... я не хочу этого...

Пробормотанные слова прорезали всё вокруг. Словно шёпот, поднимающийся из самой глубокой тьмы, она заплакала.

Покатились слёзы. Её лицо исказилось от невыносимого горя:

— Нет... нет... я не хочу этого...

Паблос, испускающий дух позади меня, рассмеялся:

— Всё... кончено... всё... кончено... Захад... ты... опоздал...

Тень всколыхнулась.

*Кр-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р-р...*

Раздался глубокий, крайне неприятный скрежет.

Тьма, начавшая подниматься из-за спины Амар, поглотила всё вокруг. Уютная, но в то же время холодная пустота. Глубокий мрак, в котором ничего не существовало.

Глаза Амар были широко открыты, но в то же время она блуждала внутри сновидения.

Тьма, расползающаяся позади неё, была пространством, где её фантазия и реальность слились воедино.

Это место не было наполнено счастьем. Это был мир грёз, сотканный из ужасающих воспоминаний.

Позади неё, словно панорама, замелькали воспоминания. Эмоции, чувства и пережитый опыт слились воедино — подобно повреждённой видеозаписи, — демонстрируя всю её жизнь.

Зрелище, предвещающее полный выход силы из-под контроля. Феномен, возникающий, когда всё достигает своего апогея.

...Слишком поздно.

— Прекрасно.

Я стиснул зубы. Начиная с этого момента, пошла территория, которую я хорошо знал.

Это был тот самый причудливый феномен, предшествующий масштабному магическому взрыву, который должен был разнести всё в щепки.

В игре приходилось проникать в этот мир напрямую. Чтобы не попасть под взрыв, единственным выходом было убить Амар внутри её внутреннего мира.

Но это было возможно только при наличии определённых реликвий. Мир грёз являлся царством чистого духа — ни одна из священных реликвий, что были при мне, там не сработала бы.

А значит...

Если я войду туда сейчас, то погибну. В том мире Амар фактически была богом. Это всё равно что пытаться одолеть босса уровня этак восемьдесят пятого без какого-либо снаряжения.

Если я не смогу убить её, то не выберусь. Я буду вечно блуждать в её мире.

Я сделал шаг назад. Раз уж всё уже началось, правильным решением было отступить и составить план на потом. Сначала выбраться отсюда, а затем уже что-нибудь придумать...!

— ...А?

Наши взгляды встретились. Я переглянулся с приговорёнными к смерти, наблюдавшими за происходящим из своих камер.

Балкен, зверочеловек-волк.

Лакеум, ящер.

Цубаки, безумная подрывница.

Ева, проводник духов.

Из-за спины Амар вырвались щупальца. Они швырнули молящихся паладинов в тень, расширяя её владения. Поглощения десятков людей оказалось недостаточно — щупальца потянулись в камеры.

— Что это за...?!

Балкен в шоке прижался к стене. Лакеум приподнялся.

Железные прутья раздвинулись под напором. Священные круги, сдерживавшие пленников, разрушались один за другим. В мгновение ока весь тюремный блок поглотила тьма.

Мир Амар — войдя туда однажды, выбраться уже невозможно.

Приговорённых к смерти схватили щупальца. Не успев даже оказать сопротивления, они оказались затянуты в её мир.

Лакеум, оставшийся последним, в панике повернулся ко мне. Он отчаянно закричал:

— Беги! Брат!

Не «спаси нас». А «беги».

— Он прав! Беги пока что! Захад! — Шёпот Ра донёсся до меня откуда-то из странной дали. Я прекрасно понимал, что она права.

Но мои ноги словно приросли к полу. По какой-то причине я не мог так просто сдвинуться с места.

Ра закричала:

— Ты ведь лучше кого бы то ни было знаешь, что «это» такое! Насколько оно опасно!

Я знаю.

Знаю, но...

— Нет... нет...

Я услышал плач. Сквозь тьму я видел, как рыдает Амар.

— Пожалуйста... не надо... прошу...

Позади неё я разглядел это. Мрачную лабораторию из её воспоминаний и...

Силуэт женщины, крепко прижимающей её к себе.

Зная всё то, что знал я, от этого зрелища у меня переворачивалось всё внутри.

— ...Хах. — Я выдохнул и сделал шаг вперёд.

— Захад!

— Знаю. Знаю, что сложность прохождения здесь просто зверская, но... — Я пошёл вперёд.

Тьма поглотила меня.

— Я просто не хочу, чтобы меня и дальше водили за нос по чужому плану.

— Ты с ума сошёл?! Ты сам придумываешь повод, чтобы добровольно шагнуть в преисподнюю?!

Поймала-таки.

Но ничего не поделаешь.

Не знаю, чем всё обернётся, но... что ж...

Честно говоря? Меня это бесит. Бесит, когда меня используют, да и просто постоянно терпеть удары мне тоже не по душе.

Раз уж дошло до этого, я лучше попробую совершить невозможное. Решу то, что все считают неразрешимым, прямо у них на глазах, и ткну этим в морду ублюдку Дуэйну — только это принесёт мне удовлетворение.

И больше всего на свете...

Меня это раздражает.

Терпеть не могу мысль о том, чтобы просто бросить этих людей. Слишком уж противно уходить.

— ...Жди меня, Амар.

Зрение помутилось. Я бросил на неё последний взгляд и протянул руку к рыдающей Амар:

— Я вытащу тебя оттуда.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (5)

Амар подняла маленькую ручку и указала на книжку с картинками.

— Рубия.

Одна из немногих книг, что у неё были. Один из редких подарков, полученных с тех пор, как она попала в исследовательский центр.

— Что такое любовь?

В отличие от остальных сотрудников, уходивших сразу после окончания работы, засидевшаяся допоздна исследовательница опустила взгляд. Она прижала Амар к себе и тихо прошептала:

— Как ты сама думаешь, Амар?

— Я спросила, потому что не знаю.

— ...Иногда нужно думать самой.

— Рубия и так обо всём мне рассказывает. Мне незачем о чём-то думать.

Когда она хотела есть, кто-то приносил ей еду.

Когда она сидела в оцепенении, ей задавали вопросы.

Когда с её телом что-то шло не так, её всю опутывали проводами.

Ей ничего не приходилось делать. Достаточно было просто жить — это было уютное место, где этого вполне хватало.

Да и к тому же разве остальные не говорили ей то же самое?

— Баббл говорил, что если я буду сидеть смирно, то этим помогу.

— Кто это сказал?

— Баббл.

— ...Вот же идиот.

Исследовательница Рубия вздохнула и аккуратно забрала книжку с картинками из рук Амар.

— Что здесь нарисовано?

— Рыцарь.

— А это?

— Принцесса.

— Хорошо. Тогда почему рыцарь изо всех сил пытается спасти принцессу?

— ...Богатство и власть?

— И кто тебя этому научил?

— Баббл.

— Ах он мелкий...

Рубия перевернула страницу.

— Посмотри. Путь между ними преграждает дракон, верно?

— Да. Преграждает.

— Но ведь этот дракон ужасен, правда? Смог бы рыцарь победить его в одиночку?

— ...Нет?

— Именно. Это заведомо проигрышный бой. Почти невозможный. Но рыцарь всё равно бросается на дракона. Почему?

— Чтобы спасти принцессу?

— Почему?

— Из-за богатства и власти...

— Но разве не странно рисковать жизнью ради того, что потеряет всякий смысл, если ты умрёшь?

Если подумать, это действительно так.

Амар задумалась. Она долго прокручивала это в голове, а затем бессильно обмякла.

— Разве всем не стало бы лучше, если бы рыцарь просто умер?

— ...Не делай поспешных выводов только потому, что тебе лень думать.

— Но ведь Рубия думает за меня.

— Как я уже говорила, ты должна думать сама. Только так ты научишься поступать правильно в нужный момент.

— Здесь? — спросила Амар.

Здесь ничего не было. И у неё не было ни единой причины когда-либо выходить наружу.

Баббл и другие исследователи — все они твердили об этом. О том, что она невероятно опасное существо.

Что ей ни в коем случае нельзя выходить во внешний мир.

Она не понимала, что это значит. Но Амар знала, что жизнь внутри гораздо уютнее, чем то, что ждало её за этими стенами.

Здесь ей не приходилось отчаянно бороться за выживание. Достаточно было просто сидеть смирно, и обо всём заботились за неё.

И кроме того...

Амар вытянула руки и прижалась лицом к груди Рубии.

— Вот это — правильный поступок.

— Ах ты ж.

Рубия ущипнула Амар за щёку и слегка потянула её.

— Ты милая, но этого мало. Ну же. Думай дальше. Почему рыцарь рискует жизнью ради спасения принцессы?

— ...Потому что она ему дорога?

— Верно. Ты уже близко. То, что кто-то тебе дорог — это очень важно. Посмотри на меня, Амар. Как думаешь, почему я остаюсь здесь допоздна?

Приятное тепло разлилось в груди. Глаза Амар засияли.

— ...Потому что я тебе дорога?

— Правильно. Давай немного перефразируем. Если выразить слово «дорога» как чувство, что бы это было?

Обнимавшие её руки были тёплыми. Амар пробормотала:

— ...Любовь?

— Именно. Это любовь. Ведь любовь — это чувство, которое позволяет понять всё что угодно.

— Понять... значит...

— Амар, ты ведь отличаешься от нас, верно? И к тому же я жрица Ра и состою в Отделе исследований ксенотипов.

Медленно.

Очень медленно она погладила Амар по волосам.

— Обычно мы никогда не смогли бы быть вместе. Но сейчас мы здесь, вдвоём. Счастлива ли ты рядом со мной, Амар?

— Да. Очень счастлива.

— Я тоже. Я счастлива рядом с тобой. Вот что значит, когда кто-то тебе дорог, — и именно это называют любовью.

Амар мягко прикрыла глаза. Даже в темноте за опущенными веками она чувствовала присутствие Рубии.

Нежное прикосновение. Приятное ощущение пальцев, перебирающих её волосы.

— Любовь способна понять всё. Даже когда двое совершенно разные, любовь может понять всё до конца.

— ...Да.

Амар едва заметно кивнула.

«Значит, любовь — это понимание».

Она подумала: «Любовь — это чувство, которое позволяет понять всё...»

◇ ◇ ◇

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-Х!!!!!

Амар судорожно вздохнула. Её тело обмякло, лишившись всех сил.

Перед глазами всё завертелось. Голова кружилась так сильно, что её вот-вот могло стошнить.

— Прекратите! Она ещё не адаптировалась!..

— Время потакать её капризам прошло, Рубия.

Послышались шаги. Амар с трудом приподняла голову.

Перед ней кто-то стоял — человек, одетый совсем не так, как остальные.

— Но, ваше превосходительство!..

— Амар — ценный экземпляр. Демонов, которых удаётся захватить живыми, крайне мало. Ксенотипы — особенно те, что рождаются в человеческом обличье, — большая редкость.

Чья-то рука грубо заставила её поднять лицо. Она ничуть не походила на руку Рубии.

В ней не было ни капли нежности.

— Чем больше мы изучаем это существо, тем больше узнаем о демонах. Мы сможем исследовать её магическую силу и разработать соответствующие священные техники.

— Но должен же быть другой способ!..

— У демонов нет прав человека. Жрица Рубия, знай своё место. Ты исследователь ксенотипов. Твоя роль — анализировать и добывать информацию о наших врагах.

Рука, сжимавшая её лицо, сдавила кожу ещё сильнее. Амар забилась от боли.

В неё вливалось нечто чужеродное. Что-то крайне неприятное.

— БУ-У-У-У-У-У-У-У-Э-Э-Э-Э!!!!

Амар стошнило изо всех сил. Всё, что она съела, оказалось на полу.

«Больно».

«Больно».

«Больно так, что невозможно терпеть».

Амар с трудом повернула голову и посмотрела на Рубию.

Их взгляды встретились. Рубия, стиснув зубы, открыла рот, собираясь что-то крикнуть.

Но стоило стоявшему перед ней мужчине заговорить, как все её движения замерли.

— Подумай о своей младшей сестре, Рубия. Разве не ради неё ты здесь оказалась?

— ......

Глаза Рубии расширились. Её сжатый кулак неистово задрожал.

Амар протянула к ней руку. Но Рубия отвернулась, отвела взгляд и закрыла лицо руками.

Затем она развернулась и вышла.

Шаги затихали вдали. Амар била крупная дрожь.

«Почему...?»

Слова, которые она так и не смогла произнести, застряли в горле. А спокойный голос зазвучал вновь:

— Второй эксперимент. Начать.

◇ ◇ ◇

В теле не осталось сил. Аппетита не было. Амар свернулась калачиком.

Она была дурой. Да. «Я была дурой. Почему я так слепо шла за ней? Она ведь чужая — зачем я взяла её за руку?»

Рубия. Рубия.

Всё это было ложью. Она с самого начала привела меня сюда ради этого.

Амар дрожала. В холодной темноте ничего не было. Она лежала на боку, безучастно уставившись в противоположную стену.

Там кое-что лежало. Книжка с картинками, небрежно брошенная в сторону.

История о рыцаре.

Раньше она ей нравилась. Она перечитывала эту историю столько раз. Но теперь она её возненавидела. Ей совсем не хотелось её читать.

Потому что ей было страшно оставаться одной.

Потому что если она прочитает её, то почувствует, будто её снова одурачили, как последнюю дуру.

Поэтому...

Поэтому...

— Амар.

Амар вздрогнула. Вместе со звуком открывающейся двери послышались приближающиеся шаги.

Она не оборачивалась. Она молча сглатывала слёзы, которые начали капать сами собой. Кто-то присел позади неё.

Она знала.

Кто это.

Но смотреть ей не хотелось.

— ...Амар. Ты спишь?

— ......

Потянулось неловкое молчание. Амар шмыгнула носом и тихо прижала колени к груди.

— ...Лгунья.

— ......

— Ты меня не любила.

— ......

— Дура. Мусор. Чтоб ты сдохла.

— ...Прости меня.

Голос позади неё натянуто усмехнулся. Услышав этот вымученный звук, Амар медленно приподнялась.

Она повернулась. Рубия сидела там, безучастно глядя в пустоту и о чём-то думая.

Слова сорвались с её губ. Рубия пробормотала:

— ...Я.

Слова, которые она никак не решалась произнести, покрутились на языке, а затем, когда она набралась смелости, сорвались наружу:

— У меня была... младшая сестра.

— ......

— У меня была младшая сестра, и... понимаешь... её больше нет. В мире так много людей, Амар. И среди них полно тех, у кого нет сил защитить себя.

В её голосе совсем не было сил. Амар удивлённо моргнула, увидев её с той стороны, с которой никогда не знала прежде.

— Иногда мне снятся сны. Сны, в которых моя сестра всё ещё здесь. Но конец всегда один и тот же. Мою сестру что-то пожирает, и я просыпаюсь.

— ...Почему?

— ...Потому что моя младшая сестра сейчас там, где я больше никогда не смогу её увидеть.

Рубия опустила взгляд и безучастно посмотрела на Амар.

— Понимаешь, Амар. Я хочу лишь одного. Мира, в котором даже бессильные смогут жить в безопасности. А величайшая опасность в таком мире... это демоны. Даже если их число сократилось, они всё ещё опасны. Средств для борьбы с ними не хватает, а те, кто сражается, гибнут толпами.

— ......

— Н-но, Амар. Послушай. Я правда люблю тебя. Я ведь говорила, что любовь — это понимание, верно? Амар. Ты мне дорога. А я дорога тебе?

Она подползла к ней по полу. Рубия. И смотрела на неё глазами, которых Амар никогда раньше у неё не видела.

— Амар. Ответь мне. Ты... ты любишь меня?

Амар открыла рот. Она попыталась сказать «нет». Но почему-то в этих глазах было столько отчаяния, что слова просто застряли в горле.

Она видела книгу, упавшую позади Рубии. Книжку с картинками. Историю, которую та читала ей столько раз.

...Рыцарь сразил дракона.

Ради той, кого любил. Он преодолел все невзгоды.

Он отдал жизнь ради того, чтобы понять. Потому что верил, что в этом и заключается любовь.

— ...Я, я...

Амар моргнула и выдавила из себя слова.

«Это страшно. Те эксперименты причиняют боль. Боль, которую невозможно выразить словами».

Но даже так, она была ей дорога. Стоявшая перед ней Рубия была единственным человеком, который за всю её жизнь проявил к ней теплоту.

Ребёнок прижался ко взрослому. Она долго прокручивала это в голове, а затем выдавила из себя слова, которые должна была произнести.

Чтобы её не бросили.

Слова, которые нужно было сказать, чтобы её снова полюбили.

— Я... л-люблю... Рубию...

— Правда ведь? — прошептала Рубия. — Тогда потерпи ещё немного. Амар. Пожалуйста. Всё это...

Голос Рубии доносился до неё словно издалека.

— ...Ради бессильных и слабых.

«Было ли это правдой?»

«Разве она... не входила в их число?»

Амар не спросила. Она просто молча прижалась к ней.

Это было куда менее уютно, чем она ожидала. Не так тепло, как раньше. Тепло угасло, а объятия почему-то казались удушающе тесными.

Но всё было в порядке.

Потому что в них всё ещё оставалась капля тепла.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (6)

— А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-аргх!!!

Боль усилилась. Эксперименты стали еще жестче. Кровавые слезы покатились из глаз Амар и закапали на пол.

— Двенадцатый эксперимент завершен.

Ровный, лишенный эмоций голос исследователя эхом разнесся по комнате. По ту сторону стекла Рубия слегка помахала рукой. Ее губы зашевелились в шепоте.

— Ты хорошо справляешься.

Правда? Она правда хорошо справлялась? Амар стиснула зубы и продолжила держаться.

«Верно. Нужно держаться. Тогда Рубия снова меня обнимет. Она обязательно принесет новую книжку сказок и почитает мне.»

«Рубия любит меня.»

«И я тоже люблю Рубию.»

«Поэтому... поэтому... я смогу вытерпеть...»

— Результаты становятся все более небрежными.

Мужчина, одетый не так, как остальные, встал перед Амар. Он ткнул ее ногой.

— Давайте попробуем другой метод.

Внутрь привели заключенных. Они начали лапать ее тело и тяжело дышать. Несмотря на то, что она была еще мала, они разорвали на ней одежду и стали облизывать ее кожу.

— Н-нам правда позволено делать все, что мы захотим?

— Существуют результаты экспериментов, показывающие, что реакция маны варьируется в зависимости от эмоционального состояния.

Исследователи руководили процессом из-за стекла.

— Делайте, что вам угодно.

— Ну тогда!

Ощупывания. Облизывание ее груди, сопровождаемое зловонным дыханием.

Липкое, мерзкое ощущение окутало все ее тело. Руки мужчины торопливо зашарили по ее талии.

Амар закричала.

«Нет. Нет.»

«Зачем... зачем вы со мной так поступаете...»

«Нет...»

«Нет, нет, нет, нет, НЕТ!!!!»

— Гх-х-х-к?!!!

Тело заключенного начало сминаться и складываться внутрь себя. Вырвавшаяся на свободу мана вытянула кровь прямо из него.

Спрессованный кусок плоти покатился по полу. Насквозь промокшая от крови Амар судорожно хватала ртом воздух.

«Грязно.»

«Все... все такое... мерзкое...»

«Рубия...»

«Рубия-я-я...»

Амар в оцепенении подняла голову. Ее взгляд встретился со взглядом Рубии сквозь стекло.

Нерешительный взгляд. Глаза, которые всегда говорили ей, что она хорошо держится — по какой-то причине они отвели взгляд.

«Почему...?»

«Да почему же...?»

◇ ◇ ◇

— Амар. Почему ты не хочешь сотрудничать во время экспериментов?

— Я не хочу. Я ненавижу, когда незнакомцы прикасаются к моему телу.

— Но все это необходимо...

Амар резко повернулась к Рубии. Ее голос задрожал, когда она заговорила:

— Рубия... ты думаешь... то, что со мной происходит — это... правильно?

— ...Нет. Я не это имею в виду.

— Я этого не хочу. Я это ненавижу. Почему я должна просто сидеть и терпеть то, что мне ненавистно?

— ......

Амар попыталась зарыться в объятия Рубии, как она делала это всегда.

Но ее остановили.

Рубия схватила ее за плечи.

Ее пальцы глубоко впились в плечи Амар. Эта хватка оказалась сильнее, чем когда-либо прежде, и Амар вздрогнула.

— Р-Рубия...?

— ...Неужели ты не можешь пожертвовать собой ради тех, кто бессилен?

В ее глазах не осталось ни капли тепла. Они были наполнены лишь холодом — взглядом, которым одаривают омерзительное существо.

— Н-но...

— Амар. Подумай. Это ради всех остальных.

— А как же... я? Разве я не вхожу в их число?

— Это бремя, которое кто-то должен нести. И, Амар — только ты способна его вынести.

Раньше она никогда не говорила подобных вещей. Раньше она шептала таким нежным голосом.

— Я... не хочу...

«Я не хочу этого. Я не хочу, чтобы незнакомцы ко мне прикасались.»

«Я не хочу терпеть ужасную боль или глотать лекарства, которых никогда раньше не видела.»

«Я ничего из этого не хочу.»

— Я не хочу этого... Рубия... я ничего из этого не хочу...

— Ты должна.

Прошептала Рубия.

— Только ты можешь это сделать. Амар. Ты обязана.

Она казалась совершенно другим человеком. Та, что стояла перед ней, не была той Рубией, которую она знала.

Амар задрожала. Боль в плечах была невыносимой.

— Ты... ты...

Слезы покатились из глаз Амар.

— Ты... любишь меня...?

— ......

Она не ответила. Она отвела взгляд.

Ее рука соскользнула с плеча девочки. Пробормотанные слова упали на пол.

— ...Помоги мне любить тебя.

Рубия поднялась на ноги.

— Если ты будешь очень стараться, возможно, я снова смогу полюбить тебя.

— ......

— Ты убила человека. Теперь ты демон... Амар. Когда я смотрю на тебя, я вижу, как мертвое лицо моей младшей сестры накладывается на твое. Я тоже хочу забыть. Н-но оно никак не хочет исчезать как следует. Поэтому...

Рубия отвернулась.

— Покажи мне... что ты отличаешься от них.

◇ ◇ ◇

Амар пустым взглядом смотрела на приближающегося к ней заключенного. Тошнотворное дыхание и омерзительные пальцы соприкоснулись с ее кожей.

«Грязно. Отвратительно. Я хочу умереть.»

«Но...»

«Но Рубия смотрит.»

Язык лизнул ее шею. Она не хотела, чтобы ее целовали, поэтому заставила себя отвернуть голову. Должно быть, это послужило стимулом — заключенный неистово расстегнул свой ремень.

— Черт возьми... ты выглядишь такой... аппетитной...

Даже слова, вылетающие из его рта, были вульгарными. Человек, которого она попросту не могла принять.

Ей хотелось отстраниться. Но она не могла.

Она заставила свое дрожащее тело замереть. Она должна была это принять.

«Но... как?»

Ее запутавшийся разум с трудом пришел к какому-то выводу. Чтобы принять этого мужчину, она должна была его понять.

Если бы она смогла понять источник этого желания, возможно, ее тело приняло бы его. Чтобы Рубия снова полюбила ее, она должна была найти какой-то выход из этой ситуации.

«Понять...»

«Понять...»

«Лю...»

«Любовь...»

Амар осторожно притянула его ближе. Ее все еще тошнило, но она подавила это чувство. Она зарылась им глубоко в свое плечо и прошептала.

— Ты...

Слова, которые она никогда не хотела произносить.

Но слова, которые она должна была сказать несмотря ни на что.

Маленькая слезинка навернулась на глаза Амар. Она скатилась по ее щеке.

Амар улыбнулась. Она не хотела плакать, поэтому силой заставила уголки своих губ приподняться.

«Я хочу быть любимой.»

«Еще разок, ею.»

«Я не хочу, чтобы Рубия смотрела на меня вот так.»

— Ты любишь меня...?

◇ ◇ ◇

— Проклятье... мерзкая сука... какая же чертовски горячая...

«Я понимаю.»

— Мы не можем зайти до самого конца. В момент проникновения субъект умирает... возможно, это минимальный защитный механизм. Поразительно.

«Я понимаю.»

— Большая часть исследовательских данных все равно уже извлечена... как нам задокументировать смерти заключенных...

«Я понимаю.»

— Просто забейте. Она все равно демон, так что это не имеет значения.

«...Я... понимаю.»

— Она даже не человек, так какая разница.

Амар подняла голову. В полумраке лаборатории она безучастно устремила свой взгляд вверх.

Кто-то стоял прямо перед ней. Она протянула руку. Но фигура отступила назад.

С расстояния, которое она не могла преодолеть, фигура пробормотала.

— ...Амар.

Этот голос. На краткий миг жизнь вернулась в глаза Амар. Она поспешно вскочила на ноги и вцепилась в нее.

— Р-Рубия... я очень старалась.

— Я знаю.

— Т-ты все еще любишь меня? Я люблю Рубию. Я не хочу проводить ночь в одиночестве. Останься со мной. Пожалуйста.

— ...Амар.

То немногое, что оставалось от ее сердца, Рубия отмахнула в сторону. Она сделала еще один шаг назад.

— Мои исследовательские результаты были признаны. Меня переводят.

— А...? Т-тогда как же я?

— Ты остаешься здесь.

Амар моргнула. Ее тело затряслось. Ее разбитое сердце отчаянно взмолилось.

— Почему, почему ты меня бросаешь? Куда ты уходишь? Почему? Как же так? Я, я люблю Рубию... Р-Рубия меня не любит? Почему? Я-я же делала все.

Она ломалась на части.

— Я все делала! Я сделала все это! Я позволяла им прикасаться к моему телу так, как они хотели! Я вытерпела все виды пыток! Я проглотила столько странных лекарств... почему! Почему ты оставляешь меня здесь?! Почему, ПОЧЕМУ, ПОЧЕМУ-У-У!!

Ребенок, выросший телом.

Брошенный, но все еще демон, который хочет быть любимым.

— Ру... бия...

Амар поползла по полу. Она ухватилась за носок ее обуви.

— Ты все еще... не любишь меня...?

Рубия не обняла ее. Она посмотрела на нее сверху вниз холодными глазами, словно разглядывая очередного подопытного.

— ...Ты убивала людей. Амар.

— Н-но...

— И все же, я дам тебе шанс. Даже если ты убьешь сотни людей, я все равно дам тебе шанс. Заставь меня полюбить тебя.

— К-как... мне это сделать...?

— Веди себя тихо, пока я не вернусь. Запрись здесь и просто сиди смирно. Тихо. Не доставляя проблем.

Последняя просьба, сковавшая ее движения.

Рубия испустила вздох.

— Сможешь ли ты сделать это ради меня?

«Понять.»

«Я должна понять.»

«Потому что только так я смогу продолжать жить.»

Амар лучезарно улыбнулась. Слеза скатилась и разбилась о пол.

— Смогу.

«Еще разок...»

«Еще разок, любовь.»

— Потому что я люблю Рубию.

«Пока она не вернется, я буду держаться.»

«Вот так...»

«Вот так... долгое, долгое время...»

◇ ◇ ◇

Мои ноги коснулись земли. Я слегка вытер лицо.

Омерзительные времена. От увиденных сцен к горлу подкатила тошнота.

Рубия.

Эта чертова женщина в итоге так и не вернулась за Амар. Она попросту исчезла.

Суть заключалась в том, что первая смерть, свидетелем которой она стала во время экспериментов, заставила ее воспринимать Амар не как человека, а как «демона».

Она пыталась полюбить ее, но не смогла.

А вместо этого она была занята тем, что использовала это чувство в качестве рычага для ее эксплуатации.

Последнее, что я увидел, был последний образ Рубии, который запомнила Амар. И после этого ее время было разорвано.

Даже за более чем десять лет исследований она так и не была спасена. А после их завершения она осталась запертой в этом жалком исправительном учреждении.

Она позволяла надзирателям, которые тянулись к ней из-за ее внешности, делать все, что им вздумается. Она покорно принимала их, пытаясь полюбить.

Для нее любовь означала понимание.

Я прорвался сквозь черный туман. Я не слышал голосов Беатрис, Наги или Ра. В этом оторванном пространстве были только я и она.

Все остальные, должно быть, блуждали по этому темному миру. Я шел. Хоть я и не видел, что впереди, я продолжал идти.

Я верил, что передо мной что-то есть.

Потому что она прошла тот же путь. Потому что даже когда надежда была невидимой, она верила и все это время ждала одного человека.

— ......

Стучащее сердцебиение. Огромное сердце пульсировало во тьме.

Иногда тихо.

Иногда бешено.

Там находилась злоба человечества, накопленная за десятилетия. Люди, возжелавшие ее тело, и боль, которую она едва смогла вынести.

Отвратительная еда, которую ей приходилось есть в качестве подопытной, и ядовитые слова Рубии, накрепко сковавшие ее.

Этой боли было достаточно, чтобы свести с ума любого обычного человека.

И все же она выстояла.

Ожидая.

Веря, что однажды настанет день, когда Рубия снова полюбит ее.

Веря, что женщина, покинувшая исправительное учреждение... однажды вернется к ней.

— ...Меня... люби меня...

Она подняла голову. Я увидел свою собственную колеблющуюся душу.

Причина, по которой она не сломалась и не слилась с окружением, вероятно, заключалась в том, что я был телом, которое Ра выковала лично.

[Активируется ⟨Молитва Бога Солнца⟩.]

Никакого оружия. Ничего в моих руках. Святая сила едва мерцала. То, что меня затянули сюда, ничем не отличалось от прибытия в виде духа.

Бесконечно далеко от моего настоящего тела. Но даже так, я поднял кулаки.

Я принял боевую стойку. Пламя Ра было тусклым, а тень Наги отсутствовала, но я поднял голову.

Какое дерьмовое чувство.

Какое дерьмовое ощущение.

Погребенная в липкой тьме, Амар спросила.

— Ты... любишь меня...?

Я выровнял дыхание. Я направил свой истощенный разум вперед и сделал шаг.

— Нет.

Я хрустнул костяшками пальцев.

— Тебе не нужно заставлять себя любить кого-либо.

Мое собственное отражение наложилось позади нее. Мы с ней не были одинаковыми. Но даже так, я не мог смыть это мерзкое чувство.

Жизнь, отвергнутая с момента рождения.

Я вспомнил, почему сделал ее своим любимым персонажем. То, что было у нас общего.

То, что мы оба прожили абсолютно дерьмовые жизни.

Я шумно выдохнул.

Шансы на победу...

Ноль.

Но я все равно сделаю это. Потому что я никак не могу просто оставить все как есть.

— ...Я вытащу тебя оттуда, так что жди спокойно. Дурочка.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

По ту сторону сна (7)

— А... а...

Мир погрузился во тьму.

Амар подавила рвущийся наружу крик, содрогаясь всем телом и судорожно хватая ртом воздух.

— Нет... Я не хочу этого...

Затрещали и заметались электрические разряды. Травма, что дремала, свернувшись клубком в самых глубинной памяти, проявилась здесь, на Обратной стороне сна.

Во все стороны полетели искры. Возникла огромная сфера синего света, настолько яркая, что на неё было трудно смотреть напрямую.

От одного лишь её присутствия перед глазами по коже побежали мурашки. Я не мог дышать — мне приходилось осознанно заставлять себя делать каждый вдох.

— ...Ха.

Этот мир, Обратная сторона сна, устроен именно так. Это место, где реальность искажается по воле её воображения. И пусть возможностям её воплощения существовал предел, внутри своего мира Амар была невероятно сильна.

Настолько сильна, даже не умея толком пользоваться своей силой.

И это чёрное сердце — сгусток негативных эмоций, копившихся десятилетиями. Чистая, первозданная мощь. Словно прямо перед тобой лежит ядерная бомба, готовая взорваться в любую секунду.

Победить здесь невозможно. Оружия нет, всё, что у меня осталось — лишь крупица Святой силы.

— ......

...И всё же.

В груди всё клокотало. Я подавил подступившую от крайнего отвращения тошноту, превратив её в нечто вроде воли.

Это чувство, когда тебе насильно навязывают воспоминания, которые ты никогда не хотел видеть. Я знал, откуда берётся эта бесконечная тошнота.

Она похожа на меня. Так же, как и меня, её раз за разом предавали.

Моя прошлая жизнь была сплошным кошмаром. Жизнь, похожая на попытку выкарабкаться с самого дна ада.

Я думал, что смогу безразлично смотреть на кого-то похожим на меня. Но когда увидел всё это своими глазами, сердце дрогнуло.

Я не мог просто уйти. Я знал, каково это — когда тебя используют снова и снова... Пожалуй, именно поэтому я в конце концов и последовал за ней сюда.

Это удушающее чувство. Эта безжалостная жестокость...

Я знал, насколько сильно она пожирает человека изнутри.

— Нападай!

Затрещали молнии. Амар вытянула руку и сжала кулак. Поле боя заполнил непрерывный дождь из электрических разрядов.

Гром полностью поглотил всё вокруг.

*КРАКАБУУУУУУУУУМ!!!!!!*

Перевёрнутая тьма взревела. Разряд задел моё плечо. Электрический удар прошил всё тело, и я покатился по земле.

— Гх-х!..

Быстро. И даже скользящий удар оказался не шуткой. На долю секунды в глазах потемнело.

Священная Стигма слабо засияла. Она исцеляла меня, но медленно. Возможно, из-за того, что это был другой мир, моя связь с Ра оказалась невероятно тонкой. Во мне циркулировал лишь самый минимум Святой силы, необходимый для поддержания жизни.

Слабое присутствие. Большая часть моей силы была лишь заимствована у Ра, не более того. Поскольку она работала иначе, чем мана, при ослаблении связи слабел и я сам.

Нахождение в другом измерении, по сути, ничем не отличалось от полного отсечения от той, кто дарует мне силу.

Единственным выходом было подобраться ближе к Амар — той, кто фактически служила проводником, связывающим меня с внешним миром.

Но прямо сейчас...

Я не мог к ней даже приблизиться.

«Смогу ли я победить?»

Я подавил этот вопрос. Поднялся. Сжал кулак и восстановил равновесие.

Держись крепче.

Ещё крепче.

Всё уже решено. Очисти разум. Сделай ещё шаг вместо того, чтобы тратить время на размышления.

Вперёд.

— ...Нгх.

Я стиснул зубы и изо всех сил побежал сквозь бьющие сверху молнии.

Вперёд.

Затрещало электричество. Моё тело приняло прямой удар. Кожа обуглилась. До меня донёсся запах палёной плоти.

На мгновение сердце остановилось.

Всё равно вперёд.

Сжатые пальцы вонзились в ладонь. Потекла кровь. Святая сила слабо мерцала в обожжённом теле. Я чувствовал, как умираю, ещё оставаясь в живых.

Руки и ноги дрожали, отказываясь повиноваться.

Вперёд.

Синяя молния ударила прямо в голову. На миг в разуме образовалась пустота. Обожжённые глаза лишились зрения. Крик застрял в горле.

Я упёрся руками в землю, попытался заставить ноги двигаться, но даже это не получалось.

...И всё же.

И всё же я рвался вперёд.

— ...Зачем заходить так далеко?

Кто-то спросил. Возможно, этот голос доносился из самых глубин памяти. А может, это была галлюцинация.

Я подавил крик и смахнул катившийся по лицу пот.

Одной лишь боли не под силу остановить меня. Ментальным атакам меня не удержать.

Почему я спасаю её?

Всё просто.

Я не герой.

Я знаю, что никогда им не стану.

Я важнее всего для самого себя. Я всегда на первом месте, впереди всех остальных.

Ради собственной выгоды я могу выбросить кого угодно. Отворачиваться в сторону и забирать всё себе — для меня естественное поведение.

Но...

Но вот в чём дело: даже у такого человека, как я, есть вещи, которые имеют значение.

Даже у этой эгоистичной версии меня всё же появились связи, которыми я смог обзавестись.

— ......

Время.

Я проводил время с Амар.

Всё отличалось от игры. Время, проведённое с ней... на самом деле было неплохим. Даже приятным.

С остальными то же самое. По идее, они должны быть великими преступниками, но когда сталкиваешься с ними лицом к лицу, понимаешь, что они не такие уж и плохие люди.

В их словах проскальзывали шутки, а интонации были полны жизни.

Они были живыми.

И это время принадлежало исключительно мне. Время, которым я мог обладать, время, которое мог прочувствовать только я один.

А потому...

Это *моё*. И никому не позволено это ломать.

— Я...

Я ответил. Выдавил слова из сдавленного горла. Заставил дрожащие ноги подняться.

Я упал. Поднялся снова. Синяя молния в очередной раз вонзилась в землю, и меня отбросило назад с того клочка земли, который я с таким трудом успел отвоевать.

Я покатился по полу. Голова обо что-то сильно ударилась, в ушах зазвенело, и тело окончательно отказалось подчиняться. Зрение, едва восстановившееся благодаря остаткам Святой силы, снова пропало.

Надежды не было.

Но зная это, я всё равно пришёл сюда.

Голова раскалывалась.

Но чем сильнее была боль, тем яснее становились мысли.

— Потому что я... слишком жадный...

Мне это не нравится.

Вот почему я пришёл.

Я с силой сжал кулак и кое-как оттолкнулся от пола.

Я встал.

Не уверен, что стоял ровно, но всё равно поднялся.

Выдохнул. Осторожно выбрал место и твёрдо упёрся ногами в землю.

— Смотреть на то, как ломают принадлежащее мне...

В эту долю секунды я озвучил причину, по которой продолжал двигаться. Хватая ртом воздух, я заставил обожжённые уголки губ приподняться.

Да.

Этого достаточно.

— ...Это то, на что я не могу спокойно смотреть со стороны!

Я не герой.

Я просто терпеть не могу видеть, как уничтожают то, что принадлежит мне.

Человек, которым движет исключительно жадность.

Это я.

Инквизитор Захад.

Вот и всё... только и всего.

И дело вовсе не в каком-то там чёртовом рыцарском благородстве.

— ......

Голос умолк. Затем издал тихий, едва слышный смешок.

— Ты не просто сумасшедший... Ты безумен по-особенному.

*Тук.*

Раздались шаги. Кто-то прорвался сюда, на Обратную сторону сна.

Амар взмахнула рукой. Обрушилась синяя молния. Яркий свет поглотил всё вокруг.

Но она промахнулась.

*БУ-У-У-У-М!!!*

Молния содрогнулась. Рука, разорвавшая само пространство, вытянулась вперёд и с глухим хлопком изменила траекторию разряда.

Голос зазвучал прямо рядом со мной.

Прогремел гром.

— Сколько же всего у тебя отняли, раз ты тянешься даже к тому, чем не можешь обладать? Какую вообще жизнь ты вёл... честное слово.

Перевёрнутая тьма расступилась. В пространство силой прорвался мужчина.

Покрытый ранами мужчина выдохнул. Молния в его руке затрещала и со стоном начала менять форму.

Из молнии — в синий меч.

Рука мужчины, насильно сжимавшая трескучее электричество, покраснела от ожогов.

Но он не разжал пальцы. Он крепко сжал грозовой меч, словно доказывая что-то.

— Не стой как идиот — поднимись нормально. Открой глаза и смотри вперёд.

Рядом со мной стоял волк-зверочеловек. На Обратной стороне сна он воплотил своё тело одной лишь силой воли.

Пепельно-серые волосы колыхались. Клыки хищно поблёскивали.

— Раз уж ты сделал шаг вперёд, держись до конца, даже если придётся сдохнуть. Ты ведь не хочешь закончить так же, как я?

— Ты...

Глава отряда наёмников «Ликос».

На его шее покачивалось ожерелье из клыков.

— Пошли.

Волк-зверочеловек, Балкен, сжал моё плечо.

— Пора двигаться вперёд.

◇ ◇ ◇

Дуэйн вздрогнул. Что-то пошло не так. Количество поступающей энергии уменьшалось.

Что-то изменилось, но он никак не мог понять что именно.

Он судорожно сжал дестабилизировавшуюся связь, однако проверить обстановку на другом конце не мог.

«Что это такое?»

«Что происходит?»

«Что за переменная?»

— ......

Он замолчал, а затем поднялся на ноги.

В обычных обстоятельствах он оставался бы неподвижным, пока тело не стабилизируется. Но раз всё пошло не так, лучше было действовать самому.

Неважно, насколько серьёзные внутренние повреждения он получит, — со временем он сможет всё исцелить. Сила, которой он обладал, была почти безграничной. Стоит завершить связь с Амар, и это будет равносильно обретению бесконечного могущества.

Даже сейчас он, по сути, уже захватил почти половину контроля.

Дуэйн силой распахнул двери здания. План пошёл наперекосяк, так что в первую очередь следовало избавиться от костей в горле.

Великий инквизитор Димонаас.

Та, за кем он до сих пор наблюдал лишь издалека — теперь он смотрел на неё напрямую. За пришедшими в движение стенами и широко распахнувшимися проломами стояла именно она.

Яростное пламя. Запах гари. Фанатики, которых раз за разом сметало прочь, не давая им удержать позиции.

— ...Прекрасно.

Дуэйн не стал этого отрицать. Она стояла посреди бушующего огня, неистовая, словно святая света.

Вся её мощь была сопоставима с силой Апостола. Бушующее без всяких ограничений пламя казалось настолько священным, что его тело невольно содрогалось.

Сильна. Дуэйн прищурился. Частичное обожествление (部分神格化). Он думал, что это не более чем слухи.

Царство, которого могли достичь лишь единицы среди Апостолов. Он слышал, что даже большинство Апостолов из других культов были не способны на такое.

По-настоящему редкая сила. Вершина, на которую благодаря нечеловеческим усилиям мог взойти лишь гений среди гениев.

Дуэйн пристально посмотрел на неё. Сосуд Димонаас, говоря простым языком, оставался сосудом обычного человека. Превосходящим остальных, да, но она не была Апостолом.

У любого сосуда есть предел, и как только вместимость исчерпывается, он просто сгорает. Если Апостолы Ра походили на бесконечно горящие брёвна, то она была скорее свечой, которая гаснет, стоит лишь расплавиться всему воску.

Но то, что она всё ещё продолжала двигаться, означало... Святая сила непрерывно восполнялась...

— ...Арпина. Неужели она чему-то её научила?

Глас Культа.

Это единственное логичное объяснение.

Подлокотник трона, который он сжимал, треснул под его пальцами. Из рта Дуэйна повалил серный дым.

— Даже когда я был рядом, она выбрала её. Она с самого начала даже не рассматривала меня как вариант.

Дуэйн поднял руку. Каким бы ни было прошлое, теперь это не имело значения. Всё заканчивалось прямо сейчас.

Завладев этой силой, он обрёл мощь, на фоне которой даже Кардинал культа выглядел смехотворно.

И это при том, что процесс ещё не завершился. Что же произойдёт, когда он получит её целиком?

Как высоко он сможет подняться?

— ...Ничего из этого не нужно. Ничего не нужно.

Перерождённый Культ Ра. И он сам, возвышающийся над всеми.

Он больше никогда не будет раздавлен чужой силой. Он больше никогда не почувствует себя беспомощным.

— Ибо только я один стану совершенным.

Сжатая им рука изменила сам мир.

— Глас Культа умолкнет сегодня навсегда.

◇ ◇ ◇

— ...Что?!

Глаза Димонаас широко распахнулись. В мире, где она уже практически завладела преимуществом...

...что-то пришло в движение. Подобно тени, накрывающей мир, поле боя заполнила кромешная тьма.

Димонаас подняла взгляд к небу. Огромная конструкция, которую она считала потолком, пришла в движение, и над ней начало что-то формироваться.

Бесчисленные священные формулы, сотканные из священного закона. Но они отличались. Священный закон был искажён, а его свет уже угас.

Ужасающее проклятие, подвластное демону, высекалось прямо на небосводе. Медленно опускаясь подобно звезде, оно стремилось пронзить всё это бескрайнее поле боя.

— Узрите.

Раздался голос Дуэйна. Изнутри конструкции, что неприметно распахнулась, он негромко заговорил, слегка приподняв руку:

— Вы, глупцы, сделавшие неверный выбор. Это ваш конец.

Огромная звезда, объятая зелёным пламенем, медленно опускалась вниз. Зелёный огонь, готовый поглотить весь мир, опасно и ярко сиял.

Огромная.

Слишком огромная.

Настолько гигантская, что, казалось, вообразить её размеры не хватило бы ума — она собиралась целиком проглотить всё поле боя.

— ...Ох... да вы, должно быть... издеваетесь надо мной...

Димонаас выругалась. Меч в её руке задрожал.

Пламя веры неровно заколыхалось.

— Это уже чересчур, вам не кажется?..

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Последний сон (1)

— Оно приближается.

По пространству прокатился рокот грома. Балкен шагнул вперед.

— Гр-р-ргх!

Вздувшиеся мускулы перехватили молнию. Разряд отскочил в сторону, и синий меч издал резкий звон.

— Шевелись! Безмозглый ты человек!

— ...Вечно ты жалуешься.

Мои ноги все еще не слушались. Но каким-то образом я выжал из себя последнюю крупицу Святой силы.

Я двинулся вперед. Почти сразу же рухнул, но снова вытянул ногу.

Перед глазами вспыхнул свет. На мгновение синяя молния устремилась прямо мне в лицо.

Но Балкен бросился всем телом вперед и отразил удар.

— Не думай о том, что вокруг! Я беру это на себя и протащу тебя сквозь все это!

Я положился на эти слова. И решил продолжать двигаться вперед.

— А-а... а-а-а-ах...

Крики Амар эхом разносились во всех направлениях. Синие молнии вспыхнули разом, но Балкен прорубил путь.

Его волосы поглотил синий свет. Оскаленные клыки потянулись сквозь гром и захватили само сияние.

Их слаженные шаги отозвались резонансом. Мускулы Балкена напряглись и вздулись, когда он совершил прыжок.

— Ликос!

Позади него слабо промелькнул чей-то силуэт. Девушка-зверолюд. Лицо, которого я никогда раньше не видел.

Но я интуитивно понял. Она была той, кого он ценил больше всего на свете.

Последняя кровь вождя.

Женщина из сна подставила ему плечо. Балкен, принимавший синие молнии на все свое тело, сделал еще один шаг вперед.

И в этот самый момент.

Мой взор прояснился.

— Беги! Захад!

Я побежал. Я прорвался сквозь коридор из синих молний.

Земля содрогнулась. Крики Амар стали громче. Какая-то сила толкала меня назад.

То, с чем я столкнулся, преодолев путь молний, было далеко не мирным.

Омерзительная пищеварительная жидкость, которую невозможно было охватить одним взглядом, заполнила все мое зрение.

— Нет, нет, нет, нет, нет, нет!!!

Травма, порожденная ужасающими воспоминаниями о том, как меня сожрали, а затем изрыгнули обратно.

Кислота, способная растворить все, чего коснется. Я оттолкнулся от земли. Мне едва удалось взмыть в воздух, но часть ступни, задевшая жидкость, начала растворяться.

Боль на мгновение затмила разум. Мне удалось приземлиться на кусок пищи, плавающий на поверхности кислоты, но тело наотрез отказалось слушаться.

Медленно растворяясь. Даже этот кусок еды не мог сохранить форму, уходя под воду прямо подо мной.

«Нужно двигаться. Но ноги... проклятье...»

«Я не могу остановиться здесь!..»

— Разве не в такие моменты полагается это говорить?

Мимо меня пронеслось пламя. Оно ударило прямо в самый центр пищеварительной жидкости.

*КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А-А-А-А-НГ!!!!!*

Взрывная волна разнесла поток кислоты в клочья.

— Едва успела!

Пространство исказилось. Женщина, вырвавшаяся из черных теней, с резким стуком опустилась рядом со мной.

Повернувшееся ко мне лицо улыбалось. Она тоже явно какое-то время пребывала в собственном кошмаре — от ее прежнего вида мало что осталось.

Ее тело покрывали раны, из множества порезов сочилась кровь. Одежда превратилась в лохмотья, а в слюне, которую она выплевывала, тяжело дыша посреди кошмара, виднелись ошметки плоти.

Но она улыбалась ради меня. Она подняла окровавленную руку и твердо запечатлела свое присутствие на этой Обратной стороне сна.

Оглушительный взрыв. Магия, достаточно мощная, чтобы не быть поглощенной травмой.

Осужденная женщина стояла рядом со мной. Она приподняла меня и закинула мою руку себе на плечо.

— Что ты здесь делаешь?

— Цу... Цубаки?..

— Тебе нужно подняться. Захад научил нас этому. Если не сдаваться, со всем можно как-нибудь справиться.

Мое сердце сделало один тяжелый удар.

Я улыбнулся.

— ...Это... верно...

Святая сила снова начала прибывать. Недостаточная вера. Я, полагавшийся лишь на способности, впервые выпрямился во весь рост.

Расстояние все еще оставалось огромным. Но оно постепенно сокращалось.

Если я не сдамся, то смогу добраться.

Святая сила медленно возвращалась. Растворившаяся ступня восстановилась, и я снова смог твердо стоять на ногах.

Цубаки слегка подтолкнула меня.

— Иди.

Взрыв, без колебаний разметавший пищеварительную жидкость, на короткое мгновение открыл проход.

— Не оглядывайся!

Я побежал. Я устремил вперед укрепленные Святой силой ноги и ринулся по тропе, прорубленной в этом море.

Вперед.

Еще дальше вперед.

[Ты... справишься...]

Тихо, но я услышал его. Голос Ра.

Все медленно возвращалось.

Но еще не время.

Я преодолел зону пищеварительной жидкости. Но перед моими глазами тут же выросли черные тени.

До меня донесся шепот. Бесчисленные черные руки, хватавшие меня одна за другой, пытались затащить меня в Черное болото.

— Демон... из-за тебя...

— Мы... не можем... любить тебя...

— Это чудовище...

— Ты... останешься... один... навсегда...

Я тонул. Слова, которые так ненавидела Амар, лились из глубин Черного болота.

Мусор.

Все это было мусором.

Я силой высвободил свое тело. Я не колебался. Я никогда не был настолько слаб, чтобы меня могли задеть подобные слова.

Но их было слишком много. В этом и заключалась проблема — слишком много. Сколько бы я ни отрывал от себя черных теней, они цеплялись вновь. Они бросались на меня, пытаясь утянуть на самое дно.

Я окутал свое тело Священным пламенем. Но даже сгорая, они не останавливались.

Шепот.

Шепот, который сломил Амар, бесконечно цеплялся за меня. Я стиснул зубы и протянул руку. Я пытался хоть как-то ухватиться за землю и вытащить свое тело.

Но у меня не хватало сил.

«И как мне, черт возьми, это сделать!..»

— Остановитесь.

Все замерло.

Бесчисленные руки, тянувшие меня вниз, остановились. Пространство исказилось, и явилась она. Женщина, манипулировавшая людьми с самого своего рождения, прошептала свои слова. Ее шепот был настолько глубоким и плотным, что голоса всех остальных заглушились, пусть даже на мгновение.

— Отпустите его. Он не тот, кого могут удерживать такие лицемеры, как вы.

Вслед за ее голосом черные тени поднялись. Руки, что тянули меня вниз, вместо этого подхватили меня и подняли над Черным болотом.

Женщина стояла передо мной. Она протянула руку и оторвала вцепившиеся в мои плечи обрубки рук.

— ...Ну и вид у тебя.

Миссионерка Ева ярко улыбнулась.

— Ты в таком ужасном состоянии, что мне становится тревожно, когда меня нет рядом.

— ...Ева?

— Но сейчас я тебя отпущу. Иди. Отец. У тебя ведь есть дело, которое нужно закончить?

Из уголка ее губ струилась кровь. Черные фигуры затрепетали.

Словно полный контроль был ей не под силу, голос Евы дрогнул.

Она прошептала.

— Предоставь это мне. Я расчищу путь. Точно так же, как ты когда-то сделал это для меня.

Черное болото расступилось. Я кивнул. Вместо того чтобы колебаться, я решил двигаться дальше.

Я пошел. Я продолжал идти, пробиваясь сквозь Черное болото. Никто больше не хватал меня. Когда я оглянулся, Ева уже скрылась за черными тенями, и ее больше не было видно.

Последний рывок.

Уже совсем близко.

Шаг.

Я опустил ногу. И остановился перед рыдающим ребенком.

Амар подняла голову. Из ее глаз катились кровавые слезы.

Она прошептала:

— Ты... любишь меня?..

— ...Я...

Я не любил ее. Да и вообще никогда толком не понимал, что такое любовь.

Я никогда ни с кем не встречался. Никогда не обнимал кого-то по-настоящему близкого.

Просто такая вот жизнь. Жизнь, в которой я был слишком занят заботой о самом себе.

Я обнимал женщин прежде. Но это и все. Любовь.

Любил ли я... хоть кого-то на самом деле?

Я попытался ответить. Попытался открыть рот. Но чья-то ладонь зажала его.

— Брат.

Чешуя зашуршала.

— В такие моменты нужно говорить «я люблю тебя». Позволь мне, как старшему, научить тебя.

Ящер, сжимавший свое копье, искоса взглянул на меня. Его глаза, встретившись с моими, сощурились в усмешке.

— Я ведь велел тебе бежать, а ты шел за мной до самого конца.

— ...Мои ноги...

Почему-то в горле встал ком.

Я улыбнулся.

— Мои ноги просто не хотели уходить.

— Мужская любовь мне не по вкусу.

— Мне тоже, ясно?!

Амар поднялась. Ее покачивающееся тело с огромным трудом потянулось вперед.

— Ты... любишь меня... Амар?..

Пространство пошло рябью от ее прошептанных слов. Лакеум прижался своим плечом к моему.

Он тихо прошептал:

— А ты тот еще негодяй, брат.

— ...Все совсем не так.

— Ну да неважно. Даже если ты мусор, раз уж я признал кого-то братом, он останется им до самой смерти.

— Я не мусор.

— Брат.

Ящер Лакеум протянул руку к воздуху. Он с непринужденной легкостью закинул на плечо материализовавшееся копье.

— Пришло время вместе промчаться по равнинам. Ты готов?

Я тоже протянул руку. До меня донесся голос Ра.

[Безрассудный ты дурак!]

Узы, которые не рвутся даже на другом конце света. Голоса, что шептали мне даже в мире, сотканном из грез.

Я очертил силуэт в воздухе. Оружие, наиболее знакомое мне — форма, которую я знал лучше всего, облик, который я носил дольше всего.

Пламя охватило мою руку.

«Демонический меч Сурт».

Конечно, не оригинал. И без каких-либо его способностей.

Но именно эту форму оружия я чаще всего использовал в игре, и именно оно стало самым первым оружием, которое попало мне в руки.

Все началось с нее.

И когда-нибудь, когда эта история подойдет к концу, именно она поставит в ней финальную точку.

Пламя заструилось по моей руке. Вырвавшийся наружу багрянец окутал все мое тело.

Вырисовывался силуэт.

Силуэт массивного двуручного меча.

Я закинул пылающий двуручный меч на плечо. Сделав долгий выдох, я поднял голову.

— Побежали?

— Давай.

Амар, начавшая подниматься, закричала на нас. Густая черная жидкость превратилась в копья, преграждая нам путь.

— Ты... любишь меня?

Черное сердце громко забилось. Чудовище, поднявшееся вместе с ней в самом центре, издало дикий рев.

Размеры его были таковы, что приходилось задирать голову, чтобы разглядеть. Символ травмы, который бесконечно регенерировал, сколько бы раз его ни убивали.

Чудовище, поглотившее Амар, зарыдало. Остался лишь его эхо разносившийся голос.

— Посмотри на меня... пожалуйста...

Я сделал шаг вперед.

— ...Я люблю тебя, Амар.

Я последовал совету Лакеума. Поднял голову. И посмотрел ей прямо в глаза.

— Я смотрю прямо на тебя. Так что выбирайся оттуда. Живо.

◇ ◇ ◇

Я.

Я продолжаю ждать тебя, Рубия.

Я знаю, что ты когда-нибудь вернешься. Поэтому я буду послушной и подожду.

Я буду вести себя хорошо. Буду делать все, что скажут мне другие охранники.

Что бы кто ни говорил, я сначала выслушаю. Мне нужно тихо ждать тебя.

Поэтому...

— Амар!

...А?

Амар моргнула. Что-то пробивалось внутрь черного пространства.

Голос. Мужской голос. Тот самый голос, который всегда подавлял ее, всегда пытался осквернить ее.

Но что-то было иначе. Голос, который она узнала, отчаянно звал ее.

— Ответь мне! Черт возьми! Живо выходи оттуда!

Пространство треснуло. Амар потерла глаза. Пламя, прорвавшееся сквозь одиночество, заколыхалось.

Но оно тут же закрылось. Исчезло без следа. Погребенный под стуком черного сердца, голос потерял свой свет.

Черное бедствие началось вновь. Травма, корчащаяся так, словно готова была взорваться в любой момент, поглотила Амар.

Вниз.

Еще глубже вниз.

Но что-то было странно. Амар прокручивала это в голове.

Размышляя.

Она думала.

Она перестала бездействовать и задумалась о том, чей это был голос.

Мужской голос. Но не вызывающий отвращения.

Голос, который ей не нужно было заставлять себя терпеть. Голос, который оставался рядом и ничего не требовал.

Кто это был? Чей это был голос?

Она думала и думала снова. Внезапно в памяти всплыло воспоминание о том, что ей когда-то сказали.

Еще тогда, когда ее тепло было настоящим.

Слова, которые она ей прошептала.

«Как я уже говорила, ты должна думать сама. Только так ты сможешь принять верное решение в нужный момент».

В нужный момент.

Верное решение.

Амар попыталась заговорить. Но ее горло словно пережало, и не донеслось ни звука.

Ей хотелось прошептать. Ей всегда хотелось сказать это.

Ей хотелось сказать что-то, кроме слова «любовь».

— Я...

Из темноты вырвалась черная рука. Звук биения сердца раздался с новой силой.

Ее затягивало вниз. Амар сопротивлялась. Она отчаянно закричала, следуя за голосом.

— Я... здесь!..

Ей хотелось сказать это.

Ей всегда хотелось сказать это.

Что я здесь.

Что я всегда была здесь.

— Рубия!.. Я здесь!..

Она закричала. Она собрала воедино все осколки своей души и закричала. Закричала изо всех сил.

Она знала, что Рубия не придет. Но все равно хотела увидеть ее.

Знаешь.

Я хочу, чтобы ты любила меня. Ты, и никто другой.

Но...

Но теперь я знаю, что этому больше не бывать.

Вечной любви не существует. Единственная любовь, о которой я могу кричать — фальшивка.

Какой человек в этом мире полюбит демона?

Какой грешник в этом мире полюбит сам грех?

Так что я... вполне естественно, что я нахожусь здесь, но...

...И все же.

Я.

— Я... здесь...

Я хочу спастись.

— ...пожалуйста...

Возьми меня за руку.

— Спаси... меня...

В голове всплыло имя.

Лишь на мгновение, но оно промелькнуло отчетливо. Единственный человек, который никогда ничего от нее не требовал.

Тот, кто одним лишь своим присутствием заставлял что-то меняться... делал все вокруг странным.

Она отпустила Рубию. Она поплыла сквозь хватающие ее теневые руки.

— За...

Она закричала.

Она отрывала от себя черные руки и тянулась вперед. Она не видела ничего, кроме тьмы, но все равно протягивала руку.

— Захад!..

◇ ◇ ◇

Лакеум грубо отразил копье. Огромная тьма, ничем не отличающаяся от бедствия, поглотила все пространство.

— Мы не сможем продержаться вечно! Брат!

[Беги, пока можешь!]

Я перевел дыхание.

Я чувствовал это. Биение черного сердца. Я отчетливо ощущал, что Амар находится где-то внутри этого чудовища, содрогающегося от тьмы.

Я выставил ногу вперед. И крепче сжал Демонический меч Сурт.

Огромная тьма обрушилась на меня. Словно пытаясь вбить меня в землю, она с подавляющей силой загнала меня в угол.

— Брат!

*КР-Р-Р-Р-Р-Р-Р-Р-РА-А-А-А-А-А-А-А-НГ!!!*

На мгновение в моей голове воцарилась полная пустота. Но я тут же выровнял свое пошатнувшееся тело.

Я воспламенил Святую силу. Предположительно, я был связан с Ра, но высвобождение всех сил все еще давалось с трудом.

Физическое состояние: истощение.

Психическое состояние: разбитое.

Но я улыбнулся.

Я услышал его.

Лишь на мгновение, но я услышал его. Голос, зовущий меня по имени.

— Вот ты где.

Я со скрипом сжал рукоять меча. Черные копья, взмывающие вверх, целились мне в горло.

Я растоптал их. Сломал и разнес в щепки. Я разжег пламя и устремился по ним вперед.

Я наступал на них. Шел. Я взобрался по руке огромного чудовища и побежал прямо по ней.

С шага на бег.

С бега на стремительный рывок.

Я окутал пламенем все свое тело. Демонический меч Сурт взревел огнем, готовым вот-вот взорваться.

Я отвел материализованный двуручный меч назад до упора. Прыгнув в воздух, я занес тело для широкого замаха.

Стойка готовности, чтобы вложить все силы в один-единственный удар.

Чудовище не упустило брешь, открывшуюся на это краткое мгновение. Оно оскалилось и подняло свою массивную руку.

Но удар был заблокирован.

Чешуя зашуршала, и копье ящера Лакеума блеснуло в воздухе.

Брошенное копье. Одинокий луч света пронзил руку чудовища. Это нарушило его движение и освободило для меня пространство, чтобы обрушиться вниз.

— Брат! Вперед!

Этот крик подтолкнул меня в спину. Я сжал меч еще крепче.

— Да. Вот так...

Пространство исказилось. Святая сила, хлынувшая на полную мощность, воспламенилась.

— Если ты подашь хоть какой-то знак, я буду знать, где ты. Дура!..

Полное высвобождение.

Пламя заколыхалось на Обратной стороне сна. Святой силы все еще было недостаточно.

Но выдох, который я сделал, нес в себе тяжесть. Я двинулся вперед. Навстречу тому, что ждало впереди.

Навстречу Обратной стороне сна, которая должна была быть недосягаемой.

[«Иная возможность (S)» преодолевает свои пределы!]

[Пламя в Бездну.]

[Проблеск Затмения.]

[«Иная возможность (S)» трансформируется в «Божественный фрагмент (SS)».]

Я почувствовал это.

Поток изменился.

Сотни смертельных ударов, нанесенных внутри тела Амар. Сосуд, насильно расширенный за счет того, что принимал каждый из них на себя и бесконечно регенерировал.

[Э-это...]

Говорящая Ра задрожала. Я сжал меч.

Пламя вырвалось наружу. Пламя греха, переплетенное с черной тенью, поглотило мир.

Демонический меч Сурт издал яростный вой.

Не заимствуя — сжигая самого себя.

Тьма рассеялась.

Звуки стихли.

Даже пламя скрыло свой облик.

И тогда.

Демонический меч пронзил Обратную сторону сна.

Пробиваясь сквозь тьму, устремляясь вперед и, наконец, захватывая ее.

— Амар.

На Обратной стороне сна.

— Я пришел за тобой.

Рука того единственного человека, которого я искал все это время.

==================================================

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Последний сон (2)

Чья-то рука схватила её за руку.

Амар приоткрыла рот, попытавшись что-то сказать, но снова закрыла его.

Она рассеивалась — окутывавшая её тьма. Руки, без конца тянувшие её вниз, теперь окончательно отпускали.

Черное сердце все еще пульсировало за её спиной. Это было её первоосновой — тем, что невозможно разрушить, как ни старайся.

Но теперь все было иначе, чем прежде.

Просто... что-то стало другим.

Неправильным настолько, что это казалось чем-то колоссальным.

Она растерянно уставилась на стоявшего перед ней Захада. Амар заговорила сбивчиво, слова сыпались сами собой, словно она была обязана что-то сказать, но затем быстро опустила взгляд.

— Я... я...

— Только не влюбляйся.

— Мпх.

Её схватили за щеку. Амар захлопала глазами.

Захад, встретившийся с ней взглядом, был весь покрыт ранами. На его теле не осталось ни одного живого места. Он выглядел так, словно мог рухнуть в любой момент: силы покинули его, а тяжелое, прерывистое дыхание едва вырывалось из груди.

И все же он улыбался. Улыбался, несмотря на то, что его израненный вид делал эту улыбку совершенно необъяснимой.

— Ты в порядке?

— ...А... угх.

Она попыталась ответить, но горло перехватило. Крупные слезы покатились по лицу Амар.

Потому что её грудь переполняло нечто, чему она не находила названия.

Потому что она не могла выдавить из себя ни единого слова.

— Давай выйдем отсюда вместе.

— Я... могу... выйти наружу?..

— Можешь.

— Но... я ведь...

«Я не могу выйти. Я чудовище».

К тому же, Рубия велела ей послушно ждать.

Но его рука без спроса схватила её и потянула за собой, увлекая наружу.

— Хочешь остаться здесь навсегда?

— ...Но... я должна...

— Шептать слова любви тем, кого даже не любишь?

— ......

— Скажи честно. Это ведь бесит, правда? Не иметь возможности сказать то, что действительно хочешь, и склонять голову против своей воли.

На его лице, освещенном отблесками пламени, играла слабая улыбка.

— Ты не грешница. Тебе незачем склонять голову. Наоборот, это ты должна нанести ответный удар.

— ...Какой удар?

— Показать этому паршивому миру, насколько хорошо мы можем жить. Не хочу хвастаться, но... мне тоже изрядно доставалось в этой жизни.

— ......?

— Я тоже был болен. Чем-то вроде болезни. Родился не таким, как все, был брошен... получал удары в спину, куда бы ни пошел. И все лишь потому, что отличался от остальных.

Рука, что тянула её, теперь привлекла её к нему. Он бережно обнял её со спины и крепко прижал к себе.

— Амар.

Прошептал он.

— Ты ни в чем не виновата. Тебе не нужно винить себя. Ты имеешь полное право держать голову высоко. Потому что мы заслужили это право.

Эти слова.

Слова, которые она так отчаянно хотела услышать.

— Ах... угх...

Руки Амар задрожали. Тепло. То самое тепло, которое она уже когда-то ощущала, без сомнения.

Но в то же время ей стало страшно. Страх, что и это тепло может покинуть её, был невыносим.

— Я... я...

«Я не хочу отпускать то, что люблю. Хочу, чтобы они всегда были рядом».

— Все... все... ушли...

Поэтому она и шептала слова любви. Чтобы её не бросили.

— Я... но... даже так... я все равно хочу удержать...

Даже так...

Даже зная, что она — та, кого невозможно полюбить...

Потому что ей было одиноко. Потому что она не могла вынести этого одиночества...

— Я... чудовище... демон... меня нельзя любить... я знаю, что Рубия не вернется... но все равно...

Она ждала все это время. Ждала её.

Она верила, что если вытерпит и не умрет, Рубия когда-нибудь снова обнимет её. Что она сможет прильнуть к этому теплу, как прежде.

Она понимала, что это, скорее всего, неправда. Но все равно верила.

Потому что вера — это все, что у неё оставалось. И она продолжала верить.

— Меня... ты...

Амар крепко прижала его к себе.

— ...Ты любишь меня?

Он ответил не сразу, медленно и протяжно выдохнув.

Амар вздрогнула. «Точно. Ты такой же, как и все остальные».

«Как и все они, ты видишь во мне лишь демона...»

— ...Честно говоря, я не особо в этом разбираюсь. Во всей этой любви.

— ...А?

— Говорю же, не знаю. Довольна? У меня даже нормальных отношений никогда не было.

Он отвел взгляд, словно смутившись.

— Я не знаю, как любить кого-то. Это совсем другое чувство, нежели просто считать кого-то милым или красивым. Но я умею идти рядом. Умею быть рядом.

— ...Ох.

— Да и любовь тут ни при чем. В конце концов, другие люди — это другие люди. Когда оглянешься назад, единственным, кто останется стоять, будешь ты сам.

— Ты уходишь от ответа, братец.

— Да помолчи ты. В общем...

Он яростно почесал затылок.

— Я ничего не знаю о любви, но могу быть рядом с тобой. Любовь это или нет, ясно одно: людям нужны люди.

— ......

— В итоге останешься только ты сама, но до тех пор я буду с тобой. Так что...

Пробормотал Захад.

— Давай начнем как... друзья.

— Мой братец действительно настолько безнадежен?

— Я же сказал, помолчи?!

— ...Пфф.

Амар рассмеялась прежде, чем сама это осознала. Она прикрыла рот, пытаясь сдержаться, но все равно покатилась со смеху.

— А... ахаха...

— Что смешного?!

— Это... это просто забавно...

Амар вытерла кровавые слезы, струившиеся по лицу, но на их месте тут же появились новые.

Её лицо превратилось в полнейший кошмар, но это было неважно.

Ведь тяжесть спала, и на душе стало так легко...

— Я... приняла решение.

— ...Какое?

Она еще раз крепко обняла его. Это тепло. Это чувство.

Она не знала точно, что это такое. Оно отличалось от того, что она чувствовала к Рубии. Но если бы ей пришлось выразить это словами...

Да.

Возможно, на этот раз она действительно сможет сказать это.

Не вымаливая это сначала у других, а выражая сама.

Чувство, которое она испытывала к тому, кто первым протянул ей руку во тьме.

Рядом с ним она чувствовала себя странно... словно больше не будет прежней...

Но она все равно хотела быть с ним.

Навсегда.

На этот раз она его не отпустит.

— Я люблю тебя... Захад.

Прошептала Амар, чувствуя, как её сердце переполняется эмоциями.

— Я так сильно люблю тебя... пожалуйста, останься со мной.

— Ты неисправима.

— Да ладно тебе!

◇ ◇ ◇

— Похоже, пока что все улеглось...

Лакеум окинул взглядом заполненное тьмой пространство.

— И каков теперь план?

— Хороший вопрос.

Я попытался отцепить от себя Амар. Но она все равно продолжала виснуть на мне, вцепившись мертвой хваткой, словно панда в бамбуковый стебель.

— Не отпускай.

— Да ладно тебе, не сейчас.

— Нет.

И с каких это пор она стала такой упрямой?

Я вздохнул. Откуда-то издалека, спотыкаясь, к нам подошли Балкен, Цубаки и Ева.

Все они выглядели ужасно. Даже будучи ментальными проекциями, а не реальными телами.

Их измотанный вид по сути отражал ухудшение их физического состояния в реальности. Каждому из них знатно досталось.

Цубаки взглянула на меня. Она посмотрела на Амар, прильнувшую к моей груди, а затем нахмурилась, словно не могла понять происходящего.

— ...Почему мне так досадно?

— Из-за чего?

— Ничего. Забудь.

В отличие от растерянной Цубаки, реакция Евы была предельно ясной. Скрежет её зубов раздавался так громко, что его невозможно было не услышать.

Кровь, капавшая из её рта, явно указывала на то, что говорить ей дается с трудом. Однако безмолвный крик, который она упрямо повторяла раз за разом, делал её намерения предельно понятными.

Ей это очень не нравилось.

Она схватила Амар за волосы и попыталась силой оттащить её в сторону. Амар резко повернула голову.

— ...Я больше не намерена это терпеть. Не смей трогать мое тело без разрешения. Я убью тебя. Я вообще тебя не люблю — ни капельки.

Тьма со скрежетом взметнулась вверх. «И правда. Кого, по-твоему, ты трогаешь?»

Она ведь тоже уровня Апостола. По силе сопоставима с Маей. Если Мая — командир легиона, то эта — демон, насильно переписывающий реальность.

Строго говоря, она великий маг, управляющий иллюзиями. Проблема в том, что эти иллюзии несут в себе не меньшую угрозу, чем сама реальность.

Она из тех противников, с которыми хлопот не оберешься. Единственная причина, по которой мне удалось её усмирить, заключалась в том, что её силы были истощены — при обычных обстоятельствах она бы просто раздавила меня на месте.

То, что Дуэйн откачал часть её силы, на самом деле сыграло мне на руку. Я перевел дух. Сначала нужно разобраться с текущей задачей.

Дел еще хватало. Даже сейчас черное сердце продолжало вырабатывать силу. Оно явно не собиралось останавливаться, пока не высвободит всю накопившуюся энергию.

Открыть шлюзы легко. Но остановить хлынувший поток гораздо труднее.

Этой силе нужно было дать выйти наружу. Не всей, но ровно столько, чтобы можно было снова закрыть дверь.

Так будет лучше и для самой Амар. Как только она высвободит определенное количество сдерживаемых эмоций и силы, её самосознание не разрушится.

— Но...

Я не могу просто так делать Дуэйну одолжения.

Я мысленно разложил по полочкам все, что требовалось сделать, и в итоге пришел к решению.

Я поднялся на ноги и оглянулся на заключенных.

— Вам всем еще не надоела тюремная жизнь?

— ...Хм?

— Ты это к чему клонишь?

— Я... я хочу выбраться, если это возможно!

— ......

Согласие получено, тут все ясно. Теперь оставалось только пойти и помешать тому, кто все это устроил.

— Давайте все вместе заработаем себе помилование. Если поймать крупного террориста, на свободу могут выйти даже самые отпетые преступники.

Я хрустнул костяшками пальцев и обнял Амар за талию.

— Помоги мне, Амар.

— ...Хорошо.

Амар лучезарно улыбнулась.

— Я помогу тебе. Просто скажи, что нужно сделать. Я сделаю все, что в моих силах.

— ...Если быть настолько преданной, тебя просто начнут использовать.

— А ты собираешься меня использовать?

— Нет. Так что... забудь.

Обычно туда было не пробиться. Но прямо сейчас портал был открыт, и, если слегка надавить в направлении, противоположном потоку силы, мы могли войти.

Использовать пространственную расщелину, чтобы устроить внезапную контратаку.

Амар протянула руку. Со скрежетом и треском открылась пространственная расщелина, сквозь которую виднелись наши настоящие тела.

Физическое тело Амар тоже было там. Оно опиралось на мое плечо, словно ждало именно этого момента.

— ...Эй. Ты же знаешь. Я демон.

— И что?

Амар оглянулась на меня. В её нерешительных движениях все еще сквозило легкое сомнение.

— Это... ничего, что я демон?

— Все нормально.

— Даже несмотря на то, что я убила кучу людей?

— Я тоже убил немало людей.

— ...Правда?

— Меня всю жизнь обманыва...

Ох.

«Я всю жизнь прожил в обмане».

— Хочешь, я составлю для тебя контракт?

— ...Правда?

— Если хочешь.

— Т-тогда я принесу его позже. Я читала об этом в одной книге.

— О чем именно ты читала?

— О брачном контракте...

Ева шагнула вперед, встав прямо между мной и Амар.

— Пошли... уже...

Её голос прозвучал так, словно что-то скрежетало по голосовым связкам. Выдавив из себя эти слова, она впилась в Амар яростным взглядом.

Амар тоже не собиралась отступать. Я заметил, как ожесточился её взгляд.

Да что с вами обеими не так?

— Прекращайте свои гляделки, пора двигаться.

Я протянул руку к своему физическому телу.

— Пойдем наведем там порядок.

◇ ◇ ◇

Конец.

Катастрофа, надвигающаяся, чтобы положить конец всему.

Огромная звезда, падающая сверху, и люди на земле, у которых нет никакой возможности её остановить.

Кульминация манипуляции реальностью.

Словно переживая кошмар наяву в этой жестокой реальности, Димонаас стиснула зубы. Она силой выжимала из себя Святую силу, которая уже достигла своего предела.

Существовал предел огневой мощи, которую она могла выдать за один раз, но если бы она выложилась без остатка, то смогла бы выжить.

Но это было верно лишь в том случае, если бы она защищала только себя.

— ...Нгх.

Позади неё находились бесчисленные верующие. У них не было никакой возможности спастись от этой падающей звезды.

Даже если бы она расколола её, осколки все равно посыпались бы дождем. И каждый крошечный осколок стал бы для них смертельным ударом.

Она должна была что-то предпринять. Ей нужно было как-то справиться с этим самой.

Но... как?

— Это конец...

Пробормотанные Дуэйном слова резко оборвались. Он внезапно схватился за голову и пошатнулся.

Он сжимал голову, словно его вот-воз вырвет, и истошно кричал от боли.

Что-то с силой прорывалось наружу из его тела. Из бурлящей черной тьмы начали появляться несколько силуэтов.

— Понеслась!

— Где мы, черт возьми, очутились?!

— ...Братец? Это выглядит совсем не так, как я ожидала.

— П-почему мы в воздухе?!

— ......!

Люди в тюремных робах посыпались наружу один за другим. Вслед за ними из черной жижи вырвался еще кто-то и полетел вниз.

— ...А?

Глаза Димонаас расширились. Среди незнакомых преступников отчетливо выделялось одно лицо — лицо Инквизитора, которого она отправила в исправительное учреждение № 1.

— З-Захад?!

Какого черта он только что оттуда вылетел?!

***

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Конец (1)

— ...Ого.

Я посмотрел на небо. Ну и бардак. Полнейший хаос.

Я догадывался, что что-то пошло не так, но всё оказалось гораздо хуже, чем я ожидал. В небе падал огромный метеор, а внизу кипела жестокая битва, зациклившись в бесконечной петле.

Значит, Дуэйн всё-таки решился и начал действовать открыто. С того самого момента, как мы вырвались наружу, сам воздух превратился в сплошной хаос.

Мельком увиденный мною во время падения облик Дуэйна выглядел гротескно.

Демон.

Он утратил человеческий облик. Неужели напрямую поглотил силу Амар? Если так, то всё сходилось.

Он и изначально был силён. Не совсем уровень Апостола, но он обладал силой Архиепископа примерно семидесятых уровней.

И вдобавок ко всему он украл силу Амар. Человек, который уже умел обращаться с силой, теперь, по сути, получил её бесконечный источник.

Теперь он мог бы без особых усилий сокрушить большинство боссов.

Я крепко прижал к себе Амар. Мы падали сквозь пустоту, и зацепиться было совершенно не за что.

Балкан стиснул зубы:

— Держитесь крепче!

По небу прокатился раскат грома.

Невероятный трюк — извернувшись всем телом прямо в воздухе, он высвободил ману, которая высекла опоры в пустоте. Вспыхнувшие молнии окутали всех пленников.

*Бах! Бах! Бах!*

Череда громовых ударов замедлила наше падение. Но мы всё ещё летели слишком быстро и на полной скорости врезались в приближающееся здание.

Огромный ящер Лакеум обхватил всех собой. Используя свою толстую чешую в качестве амортизатора, он рухнул на крышу.

*Гро-о-охот!*

*БАБАХ!*

Звук разрушения от удара оглушал. Ящер, вспахавший мордой крышу без единого элемента защиты, поднялся как ни в чём не бывало.

— ...Я уже выбился из сил, брат.

— Тебе даже не больно. Хватит ныть.

Зацепившись ногой за перила здания, я устремил взгляд вдаль, туда, где находился Дуэйн.

Наши взгляды встретились. Он был достаточно близко, так что я практически слышал скрежет его зубов.

— ЗАХА-А-А-А-А-АД!!!

Надо же. А у него лужёная глотка.

Я поковырял пальцем в ухе:

— Мы ведь даже не любовники. Чего он так надрывается, выкрикивая моё имя?

— ...Любовники?

Амар и Цубаки одновременно повернулись и уставились на меня. Ева молча сжала моё плечо.

— Да что с вами двумя?

— ТЫ!!! ОПЯТЬ ТЫ!!!!

— А-а. Боже мой. Мои барабанные перепонки.

Сообщение Священной Стигмы о преодолении лимитов. Вместе с ним возвращённое тело запылало жаром сильнее прежнего — оно горело чем-то совершенно иным.

Священная Стигма, растянутая за пределы своих возможностей. И благодаря этому я чувствовал, что сам мой сосуд претерпел фундаментальные изменения.

Я чувствую это. Там, где я сейчас стою.

[Захад Балтон] [Уровень: 80]

[Раса: ???] [Класс: ???]

[Уникальные навыки класса]

— Любовь Бога Солнца: навыки, связанные с Богом Солнца, развиваются стремительно.

— Милость Бога Солнца: Святая сила восстанавливается стремительно.

— Благословение Бога Солнца: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога Солнца.

— Молитва Бога Солнца: ментальное заражение не оказывает никакого эффекта.

[Уникальные навыки класса]

— Любовь Бога-Змея: навыки, связанные с Богом-Змеем, развиваются стремительно.

— Милость Бога-Змея: Святая сила восстанавливается стремительно.

— Благословение Бога-Змея: позволяет без риска использовать священные реликвии Бога-Змея.

— Молитва Бога-Змея: дарует иммунитет к негативным эффектам состояния.

[Апостол]

— Божественный фрагмент (SS): божественность, пустившая глубокие корни. Её осколок слаб, но в один миг он способен затмить даже солнце.

— Исцеление (A): позволяет исцелять, одновременно ведя бой. Позволяет залечивать больше ран с меньшими затратами Святой силы. Пока Святая сила не иссякнет, бой может продолжаться.

— Благословение (A): сопротивляемость негативным эффектам состояния резко возрастает, а хладнокровие сохраняется в любых обстоятельствах. Физические способности значительно усиливаются, а Святая сила временно устремляется вверх.

[Культ Ра]

— Священное пламя (A): создаёт священное пламя. Очищает зло и способно частично сжигать то, что сжечь невозможно. Размер и пределы пламени пропорциональны Святой силе. Эффективность значительно возросла, и теперь возможен точный контроль над его формой.

— Молитва огня (B): молитва поддерживает температуру тела в течение длительного времени. Физические способности значительно усиливаются.

— Создание святой воды (C): наполняет воду Святой силой. Активирует исцеляющие способности организма и повышает сопротивляемость демоническому влиянию.

— Священная стена (B): позволяет изолировать определённые области. Может наноситься тонким слоем на кожу, окутывая тело пламенем. Обеспечивает защиту, сопоставимую с доспехами, и сводит на нет удары ниже определённого порога.

— Шепот огня (B): повышает характеристики оружия. Пламя оседает на клинке и может быть также даровано оружию союзников. Дарует сопротивляемость демоническому влиянию.

— Очищение (C): изгоняет проклятия и очищает то, что было осквернено.

— Сокрушительная гильотина — Гильотина (S): призови её. И она ответит. Юнайт провозгласил, что гильотина, карающая зло, не знала отдыха ни единого раза.

— Священное разрушение — Луин (S): призови его. И оно ответит. Эронимус провозгласил, что гнев света оставил неизгладимый след глубоко в скале.

— Сокрушительная тьма — Топот (S): призови её. И она ответит. Эйнсвальт провозгласил, что число демонов, раздавленных под поступью Ра, достигло шестидесяти двух.

— Пепельная Корона (EX): принесите подношение, чтобы повысить ранг навыков, связанных с Богом Солнца.

[Культ Нага]

— Плетение теней (A): позволяет сливаться с тенями. Позволяет перемещаться из тени в тень; присутствие невозможно обнаружить, за исключением тех, кто обладает исключительным восприятием.

— Молитва чешуи (A): молитва заставляет тело сливаться с окружающей средой на определённое время. Звук клинка исчезает, а физические способности значительно усиливаются. Движения не производят шума.

— Выработка яда (A): позволяет вырабатывать внутри тела яд, причиняющий мучительную боль. Сильнейший токсин полностью разъедает плоть и наносит невыносимые страдания.

— Шепот змея (A): внешний вид объекта полностью растворяется во тьме. Расстояние становится невозможным определить, и объект сохраняет своё состояние, даже когда к нему прилипают посторонние вещества.

— Эрозия (A): проникает в разум и внедряет подчинение в чужую психику. Цель не приходит в себя, кроме как под воздействием определённых стимулов, и эффект сохраняется в течение длительного времени.

— Поглощение тьмы — Санаджех (S): чешуя возжелала этого. Я ступал бесшумно. Кровь текла по тропе, высеченной во тьме. Кровь без конца.

— Черное болото — Фавела (S): чешуя возжелала этого. Два острия, что я извлёк, были остры. У меня перехватило дыхание. Я медленно открыл рот и поглотил. О Нага. Оберегай меня.

[Общие навыки]

— Приготовление мяса (A): позволяет воссоздавать изысканные мясные блюда.

— Приготовление морепродуктов (A): позволяет воссоздавать изысканные блюда из морепродуктов.

— Приготовление напитков (A): позволяет воссоздавать вкус изысканных напитков.

Я больше не псевдо-Апостол.

Истинный Апостол.

Я воззвал к своей Святой силе. Тень перетекла в пламя. Чёрный огонь взметнулся вверх и окутал меня.

Но этого мало. Этого недостаточно.

Я сделал шаг вперёд. Опираясь на свою возросшую божественность, я устремился к следующей стадии Трансформации формы.

[Используется Священное разрушение — Луин (S).]

[Материализуется Копье Света Брюнак (SSS).]

Мою ладонь заполнило копьё.

[Используется Поглощение тьмы — Санаджех (S).]

[Материализуется Мистилтейн (SSS).]

Другую руку заполнил меч.

[Тело достигло состояния перегрузки.]

[Внимание.]

[Внимание.]

[Внимание.]

Я смахнул в сторону застилающие обзор системные окна.

Две священные реликвии резонировали в унисон. Я крепко сжал в руках эти свирепые орудия, пожиравшие колоссальное количество Святой силы, пока их удерживали.

Моё тело горело. Даже достигнув уровня Апостола, полноценно использовать две священные реликвии одновременно было колоссальной нагрузкой.

Но прямо сейчас всё было иначе.

— Амар.

— ...Да!

Амар протянула руку. Хлынувшая тьма расступилась, извергая бесчисленные груды сокровищ.

Фальшивые сокровища, которые исчезли бы в тот же миг, как иссякла бы её мана. Но сейчас, в это самое мгновение, они были «настоящими». Настоящие сокровища, сотворённые из маны и подпитываемые её силой.

Я протянул руку и ухватился за навык, которым до сих пор почти не пользовался. Силу, которую я не применял даже в сокровищнице Парамира.

Точнее говоря, «не мог использовать» — так было бы вернее. Та сокровищница не принадлежала мне, пока я не одолел Арис.

Но теперь всё изменилось.

— Забирай всё, Захад. Я могу дать тебе всё, что угодно.

Её слова сделали это реальностью. Все эти сокровища в конечном счёте принадлежали мне.

Золотой дождь, укрывающий мир, менял своего владельца по воле Амар.

А это значит... я могу использовать бонус, полученный мною с самого начала!

[Активируется Пепельная Корона (EX).]

— Но ведь это фальшивые подношения!

— Они почти не нарушают причинно-следственную связь! Прямо сейчас они «настоящие»!

— Как всегда, всё решаешь сам!

Священная Стигма полыхнула. Она горела так, словно сошла с ума.

Я опустил оружие и поймал в воздухе одну-единственную падающую золотую монету.

Рассыпающиеся искры. Осколок золотой монеты, сгорающий без остатка.

В это мгновение, прямо сейчас...

— ...До абсолютного предела.

Я сотворил чудо.

— Вперёд!

[Подношения сыплются рекой.]

[Количество золота и сокровищ: 326 285 436]

[Эффект снижен из-за временной природы сокровищ.]

[Эффект снижен из-за временной природы маны.]

[Усиленный навык: Священное разрушение — Луин (S)]

[Усиленный навык: Поглощение тьмы — Санаджех (S)]

[Усиленный навык: Сокрушительная тьма — Топот (S)]

[Святая сила взрывообразно возрастает.]

[Божественность укреплена; вы можете творить чудеса, которые должны быть невозможны.]

[Ра содействует Пепельной Короне (EX).]

[Причинность инвертирована.]

[Из одного выбора рождаются бесчисленные исходы.]

[Пламя устремляется в Бездну По Ту Сторону.]

[Божественный фрагмент (SS) вопит.]

Брюнак, падавший сквозь воздух, замер на месте. В мгновение ока его поглотило пламя, и из этого бушующего огня соткался женский силуэт.

Струящиеся алые волосы. Окутанная пламенем святая размяла плечи:

— И представить не могла, что получу вторую жизнь вот так... Но я не против! Ну что, сожжём тут всё дотла?!

Она встала рядом со мной. Искры пламени разлетались в стороны, и всё, чего они касались, мгновенно вспыхивало.

Величайшая Святая Огня в истории.

Беатрис, освобождённая от своей духовной формы и временно получившая плоть, крутанула Брюнак и крепко перехватила его.

[Чудо, которое должно быть невозможно.]

Мистилтейн пришёл в движение. Пара мертвенно-бледных рук бережно поймала падающий чёрный меч.

— Ах... передовая... так давно я здесь не была... и сил, что я могу призвать, совсем немного... справлюсь ли я... Но... я очень постараюсь...!

Тихий шёпот дрожал от беспокойства. Поймав несколько соскользнувших и упавших чешуек, она встала подле меня.

Аватар божества. Сила, которую она могла проявить, ограничивалась лишь горсткой чешуек. И всё же это было существо, способное ввергнуть мир в хаос.

Нага, богиня-змея, насильно вверившая себя Мистилтейну, прижала чёрный меч к груди.

[Чудо, которое должно быть невозможно.]

Отодвинув всплывающие системные окна, я извлёк последний предмет.

[Используется Сокрушительная тьма — Топот (S).]

[Внимание]

[Внимание]

[Внимание]

[Священная Стигма отвергает вторжение «Демонической (魔)» энергии.]

[Начинается Эрозия.]

[Тело подвергается осквернению.]

[Божественный фрагмент (SS) полностью отвергает вторжение «Демонической (魔)» энергии.]

[Используется «Демонический меч Сурт (EX)».]

[Доступное время использования: 10 мин]

[Сурт идёт с юга]

[Вместе с тем, что вредит ветвям]

[Солнце богов, что гибнут и убивают]

[Сверкает на его мече.]

【Ч-что это... ты, ты что творишь...】

— Вперёд, напарник!

【К-какой ещё напарник, с чего ты это взял! Ты действительно...!】

Демонический меч Сурт, окутанный пламенем, насильно пробудился. Преодолев Трансформацию формы, Святая сила, усиленная Пепельной Короной, перешла на следующую ступень.

Прямо сейчас я способен на это. Сосуд, преодолевший свои пределы, заставил разум интуитивно «осознать» этот навык.

Вперёд. Ещё дальше вперёд.

Слова, прошептанные словно мантра, воплотились в реальность. Сквозь пылающий Золотой дождь я устремился к самому абсолютному из всех пределов.

[Чудо, которое должно быть невозможно.]

[Насильственное извлечение просветления.]

[Тело окутано Священным пламенем.]

[Получена Опалённая Божественность (SS).]

Облик тела, воссозданный согласно писаниям Ра, в котором она сама когда-то снизошла в этот мир.

Облик тела, воссозданный согласно писаниям Нага, в котором она сама когда-то снизошла в этот мир.

Над моей головой начертался нимб. Из макушки проросли рога змея, живущего вечно.

Переполняющая меня божественность зажгла на моём теле слабые языки чёрного пламени. Сотканный из теней огонь окутал мою одежду, заставляя и без того подавляющее присутствие сиять ещё ярче.

Но. Ещё не всё. Я выдохнул.

До самой последней капли, которую я только способен выжать. Всё до единого.

[Используется Благословение (A).]

[Используется Молитва огня (B).]

[Используется Шепот огня (B).]

[Используется Плетение теней (A).]

[Используется Молитва чешуи (A).]

[Используется Выработка яда (A).]

[Используется Шепот змея (A).]

До самого абсолютного из всех пределов. Я высвободил всё.

Тень окутала моё тело, но она не могла скрыть всю ту Святую силу, которую я высвободил на полную мощность. Напротив, она лишь ещё отчётливее выталкивала её наружу из глубин мрака.

Сокрушительная мощь, которую невозможно утаить, как ни старайся.

Облик Демонического меча Сурт целиком поглотило чёрное пламя. Я поднял голову.

Последний штрих.

[Использовано Гипо-зелье.]

[Примеси в организме удалены.]

[Способность к исцелению резко усилена.]

[Все характеристики временно увеличены.]

[Священная аура ласкает вас.]

[Сердцебиение ускоряется; вы можете проявлять силу, превосходящую пределы.]

[Активируется лёгкий эффект афродизиака.]

[Активируется лёгкий гипнотический эффект.]

[Активируется лёгкий стимулирующий эффект.]

[Внимание.]

[Опасайтесь привыкания.]

[«Молитва Бога Солнца» рассеивает ментальное заражение.]

Стеклянный флакон, который я выронил, разлетелся вдребезги. Я сделал короткий, горячий выдох.

Я поднял голову. Глаза Дуэйна расширились — так, словно он увидел нечто, чего никогда не должен был видеть.

— Это мой...

Я крепко сжал Демонический меч Сурт.

— Полный бафф!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Конец (2)

Жрец Ра, сражавшийся с фанатиками буквально перед лицом смерти, поднял голову.

Надвигающаяся погибель никуда не исчезла, но страха он больше не чувствовал.

В его груди внезапно разлилось тепло, она вздымалась от яростного, накатывающего восторга. Откуда, черт возьми, взялся этот внезапный прилив сил?

Его Святая сила тоже изменилась — она стала совсем не такой, как прежде. Она бурлила, стремительно расширяясь.

Возникло ощущение, будто кто-то насильно раздувал пламя, которое вот-вот должно было угаснуть, побуждая его выплеснуть всё без остатка, не думая о последствиях и ничего не взвешивая.

Что-то изменилось. Огромная тень в мгновение ока пронеслась по полю боя, и...

Даже те, кто пал, начали подниматься.

— ...Откуда...

— Что это... что, во имя...

Не он один почувствовал эти перемены. Все, даже те, кто сражался не щадя жизни, подняли головы и посмотрели на небо.

Их взгляды были устремлены не на метеор. Они смотрели на здание, на которое тот падал.

Там кто-то был.

Фигура, окутанная черным пламенем. А позади нее кто-то едва различимый давал жизнь чему-то новому.

Споры, распускающиеся из черного цветка. Крошечные пылинки, похожие на глаза, усеяли всё поле боя и медленно опускались на головы жрецов.

— ...А?

Он уже чувствовал это раньше. Эта сила определенно принадлежала не Ра, это была Святая сила Культа Змеи.

Как только эта мысль пришла ему в голову, жрец запутался еще сильнее.

«Почему... почему Культ Змеи вдруг помогает нам?»

Нет, даже более того...

«Тот человек, окутанный Святой силой... тот человек, обладающий столь колоссальным могуществом... кто он вообще такой?..»

◇ ◇ ◇

Глаза Димонаас расширились. Огромная зеленая звезда находилась уже в считанных мгновениях от столкновения с землей.

Приближающееся бедствие оставалось неизменным. Но что-то сдвинулось. Атмосфера на поле боя всколыхнулась, и по нему прокатилась мощная волна Святой силы.

Абсурдное количество мощи. Благословение по площади, слишком невероятное для того, чтобы им мог обладать один человек.

Она знала это чувство, это ощущение.

Благословение змея — то самое, что укрепило ее тело тогда, в Парамире!

— ...Невероятно.

Жизненные силы начали возвращаться в ее изможденное тело, и Димонаас крепко сжала кулак.

Даже ощущая это снова, она не могла поверить. Благословение, способное охватить такую огромную территорию за один раз...

Но это было еще не всё. Когда она подняла взгляд, двуручный меч в руках Захада полыхал.

От одного взгляда на него по коже пробегали мурашки. Дыхание перехватило, сердце бешено заколотилось, и ей показалось, что колени вот-вот подогнутся сами собой.

Конец, превосходящий всякий разум.

Разрушительная сила, которая, казалось, возвещала о гибели мира.

— Сколько же силы ты скрывал...

Нет.

«Сейчас не время думать об этом!»

Она подняла голову. Сначала нужно было что-то сделать с этой падающей звездой. Димонаас влила силу в свой меч. Она собрала все крупицы Святой силы, что у нее оставались, намереваясь направить свой клинок, заряженный Частичным обожествлением (部分神格化), прямо в звезду.

Но не успела.

Прямо перед тем, как она попыталась сделать выпад, с крыши здания взмыла вверх черная комета.

— Что за?!

Одинокая черная звезда устремилась навстречу зеленой звезде, падавшей на землю — смехотворно крошечный огонек по сравнению с чудовищной массой падающего метеора.

Но кое-что отличалось. Внутри колеблющегося черного пламени находился Захад.

А на его теле проступили пылающий нимб и рога, которых она никогда раньше не видела.

Глаза Димонаас расширились так, словно готовы были вылезти из орбит.

— Частичное обожествление (部分神格化)!

«Он уже достиг этого уровня...?! Но постойте — помимо этого горящего нимба, откуда взялись рога?! И почему они черные?!»

Частичное обожествление (部分神格化) по своей сути являлось сферой подражания своему господину — сбором всей своей Святой силы ради того, чтобы скопировать хотя бы малейшую грань божественного величия.

Неизбежно оно принимало облик бога, которому служил верующий. Но одновременное проявление двух форм означало...

Неужели та сила, которую она видела в Парамире, тоже не была просто заимствованной...

— Н-неужели... ты... тоже Апостол Змея... — пробормотала Димонаас, отрешенно глядя в небо.

За летящей вперед черной кометой тянулись два шлейфа света.

Красное пламя, несущее копье, поддерживало его сзади. Сила, управлявшая этой пылающей Святой силой, была незаурядной.

Черная тень скользила по воздуху, словно паря. Черный меч в ее руке был оружием, которое Димонаас уже видела раньше.

«Кто эти двое?..»

Пока она все еще ломала над этим голову, два света столкнулись.

И затем...

Зеленое бедствие целиком поглотило Захада.

— ...Ах!

Димонаас вздрогнула. Ну конечно!

Это и не могло сработать! Разница в массе изначально была абсурдной — такое просто не могло увенчаться успехом!

Нужно помочь ему, прямо сейчас!..

*Треск.*

— ......?

Что-то произошло. Она услышала какой-то звук.

Димонаас моргнула и снова посмотрела на зеленую звезду.

Она не ослышалась. Поверхность массивной звезды частично раскололась. Осколки разлетелись в стороны, а по зеленому пламени поползли трещины.

Она разрушалась.

...Нет.

«Ее пожирают?!»

— КРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-НГ!!!!!

Мощный взрыв сотряс поле боя. Даже расколотые, разлетевшиеся осколки были полностью поглощены черным пламенем.

Невозможное чудо. Причудливое зрелище, в которое нельзя было поверить, даже наблюдая его воочию.

Зеленое пламя, окутывавшее звезду, сменилось черным. Начавшись с одной точки, оно поглотило все до единого следы зеленого света.

Эрозия.

Звезда сжалась, словно ее затягивало внутрь. Окутанная черным пламенем, она была полностью уничтожена.

Чудо, произошедшее в мгновение ока. Когда бедствие полностью исчезло, у Димонаас отвалилась челюсть.

— Да ну нафиг... Что за бред...

Один-единственный человек остановил бедствие. Он начисто очистил небо, на которое все остальные боялись даже взглянуть.

Что это... Что это за чувство?

Результат прекрасный, но...

Откуда эта беспомощность?

Если все должно было закончиться вот так...

— Это уже слишком... ах ты сукин сын!..

«Ради чего я вообще так усердно старалась?!»

◇ ◇ ◇

Дуэйн поднял руку. Связь держалась. Он все еще был соединен с силой, которую накопила демоница любви.

Сила, способная убить каждого, все еще окутывала его тело.

Но что-то было не так.

Даже когда он перекраивал мир и обрушивал грозное оружие, он не мог подавить терзавшую его тревогу.

Сила, подобная божественной. Сила, обретенная ценой отказа от человечности.

И все же...

И все же что это такое?!

Да что это такое, я спрашиваю?! Проклятье!

— Заха-а-а-а-а-а-а-д!!!

Огромные копья заполонили небо. Бесчисленное их множество разрывало воздух, пронзая пустоту, чтобы поразить одного-единственного человека.

Но все они разлетелись вдребезги. И не от двуручного меча Захада — стоявшая позади него женщина просто взмахнула своим копьем, и каждое из них превратилось в пыль.

Пылающее красное пламя. Ее величие соответствовало уровню Апостола. Кто, черт возьми, эта женщина...?!

Откуда она взялась?! Лицо, которого он никогда раньше не видел!

— Кто ты такая, женщина?!

— И это твой тон при разговоре с гораздо, гораздо более старшей коллегой?

Копье закружилось. Все вокруг нее было охвачено пламенем.

Женщина шумно выдохнула через нос. Уголки ее пропитанных безумием глаз расплылись в широкой ухмылке.

— Огонь! Пламя! Обстрел! Я испепелю всё пламенем Ра!

Безумная Взрывница буйствует.

— КРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРРА-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-НГ!!!

Безжалостный шквал огня, от которого негде было укрыться.

Дуэйн заскрежетал зубами так, что они едва не раскрошились, и поспешно выставил руку вперед. Со скрежетом поднявшаяся перед ним толстая стена яростно задрожала.

Толстые железные плиты прогнулись, и атака просочилась внутрь. Когда пылающее огненное копье задело его щеку, ярость Дуэйна вспыхнула с новой силой.

«Верно. Значит, вот как.»

«Если все, что имеет форму, будет стерто в порошок...»

«Я просто призову то, что формы не имеет!»

Он воззвал к своей силе. Собрал ее воедино и сквозь непроглядную тьму призвал пламя.

Зеленое пламя. Огромный огненный вихрь, который не могло рассечь ни одно копье.

— Это невозможно остановить!..

Но он рушится.

Нет.

Его поглощает черное пламя.

И снова это был не Захад. Это было чудовище, стоявшее с ним плечом к плечу.

Женщина. Но не человек. Он чувствовал это: данное существо превзошло человеческую природу на неизмеримое расстояние.

— У-угх...

Черный меч неуверенно взмахнул, и пламя погасло. Огонь, который, казалось, был готов поглотить всё, исчез, словно детская забава.

Сотни тянущихся цепей. Черные цепи, вырвавшиеся из глубин черного меча, приняли очертания змея.

Эрозия, которая разрушала даже то, что не имело материальной формы.

Белые волосы качнулись. Она прошептала:

— Э-это... Захад... все в порядке?

Захад.

Захад.

Это проклятое имя!!!

— Да ты!.. Кто ты вообще такой?! Почему ты вечно!..

Ярость вспыхнула с новой силой. Дуэйн выплеснул всю свою силу без остатка.

«Верно!»

«Ему нужно было просто убить этого человека! Судя по тому, что он видел, сила этих женщин исходила от него!»

«Если он разорвет эту связь, исчезнут даже их тела. Так что он разорвет ее сам!»

«Эту проклятую связь, своими собственными руками!»

Дуэйн сжал кулаки. Тьма, которую он собрал обеими руками, вспыхнула зеленым огнем.

Огромный двуручный меч, чтобы увидеть острие которого приходилось запрокидывать голову далеко назад. Зеленое пламя, слишком драгоценное, чтобы тратить его на уничтожение одного человека, окутало мир.

Больше любого здания.

Длиннее любого шпиля.

Бедствие.

Иная форма звезды, окрашенной в зеленый цвет.

Доведенный до предела, Дуэйн чувствовал, как его кожа трескается и лопается. Но даже несмотря на это, он упрямо двигался вперед.

— Не смей вмешиваться! Ничтожное создание! Все это — кульминация долгих лет, которые я вложил, предначертанный финал! Не пытайся изменить то, что уже решено!

Яростно закричал он, напрягая мышцы, казавшиеся готовыми лопнуть.

— Я! Я стою выше всего этого! Сильнее и решительнее любого!.. Я один — истинный Глас Культа! Под моим началом Культ узрит истинный свет славы!!!

Сорванным, хриплым голосом он устремил меч вперед. Колоссальная сила, призывающая разрушение. Зеленое пламя, заставляющее смотреть в далекую высь, накрыло поле боя.

Меч, несущий конец. Сила, способная уничтожить что угодно.

Самый огромный и разрушительный удар, который только мог вообразить Дуэйн.

Воздух был смят. Черное пламя Захада заколебалось, словно готовое угаснуть в любой момент.

Но...

Пламя не погасло.

Черное пламя вспыхнуло вновь, переполняемое силой.

Огненный нимб и белые рога встретили надвигающееся бедствие лицом к лицу.

— И что с того?

Слова прозвучали ровно.

Но их последствия были какими угодно, только не ровными.

— Да уж, без шуток...

Оно рушится.

Глаза Дуэйна расширились. Зеленый двуручный меч разлетелся вдребезги, сила, взиравшая на всё свысока, раскололась, и...

Вспыхнуло пламя.

Огромное пламя гибели, поглотившее даже черное пламя и взмывшее вверх.

— Кто разрешал тебе выпендриваться?

Разрушение.

И конец.

Дуэйн понял. Конец должен был принести не он. И возвестить о финале всего сущего тоже предстояло не ему.

«Эта невозможная сила! Этот голос, призывающий погибель!»

«Это не просто Апостол!»

«Это демон!»

— Что за!..

Огромное пламя, способное мимоходом поглотить целый город.

Сконцентрированное разрушение накрыло Дуэйна.

◇ ◇ ◇

Козырная карта Демонического меча Сурт — [Леватейн]. Его колоссальная мощь оставалась неизменной.

Что ж. Это вымело всё начисто. Один удар — и всё это фальшивое пространство разлетается на куски?

— Не... воз... мож...

Дуэйн, обугленный дочерна, словно уголь, полз по земле. Он попытался подняться, но его ноги подкосились, и он снова рухнул.

— Я... я никогда...

«И чего ты пытаешься подняться, как какой-то горячий главный герой?»

Я наступил на него. Сломал ему руки, уничтожил каждую часть его тела, пытавшуюся приподняться.

Отсек ему конечности и полностью поверг его.

Дуэйн, от которого остались только туловище и голова, издал жалкий звук. Но, как ни странно, вскоре он хрипло засмеялся — влажным, булькающим смехом.

— Хе... хе-хе... ты... не можешь убить меня... если ты убьешь меня... это отразится и на той демонице...

— О, неужели.

— Ты привел ее сюда... значит, она должна быть тебе дорога... человек, продавший душу демону... ты и есть само зло...

— Чья бы корова мычала.

Но он не ошибался. Из-за их связи неосторожное убийство Дуэйна отразилось бы и на Амар.

Тем не менее, оставлять его связанным вот так было чревато слишком многими проблемами. Амар, выплеснувшая сотни миллионов единиц силы, отчаянно пыталась перекрыть этот поток, но Дуэйн мешал ей.

Ощущение двух командиров в одном войске.

Пока связь не была разорвана, Дуэйн мог продолжать использовать силу. В подтверждение этого, даже с уничтоженным телом, он регенерировал.

Неуничтожимое пугало. Что же с этим делать?

К слову говоря...

Гимн ведь всё ещё звучит, верно?

Беатрис подошла ко мне. Ее уши дернулись.

— Это древний Священный Закон. Священный Закон, связывающий двух разных существ. Редкая штука — впечатляет, что ему удалось его найти.

Дуэйн вздрогнул.

— К-как ты узнала...

— Нет ничего такого, чего бы не знала великая старшая коллега.

— Значит, нам просто нужно убить всех ублюдков, поющих этот гимн, верно?

— Н-но даже это не пройдет так, как ты хочешь!

Дуэйн задергался.

— Они спрятаны там, где их никто не найдет! И вдобавок ко всему, внутреннее пространство защищено несколькими слоями защитного Священного Закона!

— Думаешь, я не смогу пробиться сквозь это?

— Нет? Наверное, смог бы. Но...

Дуэйн ухмыльнулся. Его тело, от которого остался лишь обрубок, внезапно начало раздуваться.

Голос, причудливо ломающийся и почуявший смерть, насмехался надо мной:

— Успеешь ли... ты... вовремя?..

О, поглядите-ка.

Этот ублюдок пытается самоликвидироваться?

— Если это не достанется мне... то никому... не достанется!..

Я крепко сжал Сурт. Но не решался нанести удар.

Проблема была в Амар. Она уже выплеснула слишком много силы, и ее и без того нестабильное самосознание могло быть полностью разрушено сильным потрясением.

Дилемма. В такие моменты...

— Э-это... извините...

О!

Нага была здесь!

Я резко обернулся к ней. Беловолосая красавица в тот же миг, как наши взгляды встретились, начала медленно пятиться за спину Беатрис.

— ......? Почему Бог-Змей прячется за спиной Святой Огня?

— Н-ну, поблизости нет никаких укрытий... а разговаривать лицом к лицу неловко...

— В любом случае, у вас ведь есть решение, верно?! Госпожа Нага!

— Просто... это не я...

Нага указала пальцем вниз.

— Кое-кто уже... занимается этим...

*Щелк.*

Звук прекратился. Гимн оборвался резко и окончательно, и на поле боя воцарилась тишина.

Дуэйн моргнул.

— ...А?

— Хрен тебе, а не «а».

Не знаю, кто это был, но дело сделано.

Экзоскелет Дуэйна начал осыпаться. Изможденный, похожий на скелет человеческий облик, скрывавшийся внутри, обнажился под зеленым пламенем.

Дуэйн задергался. Он завопил во всю глотку:

— Как... как такое возможно... кто это вообще!..

— Понятия не имею, кто это был, но я знаю кое-что другое.

Я с силой наступил ногой прямо на рот Дуэйна.

— Похоже, тебе крышка.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Конец (3)

Самая глубокая часть культа — место, о котором никто не должен был знать.

Разорванная на куски плоть была разбросана по тайной комнате.

— К-как...? — заикался архиепископ.

Последователи Дуэйна широко раскрытыми глазами смотрели на колышущуюся божественную ауру Тарнхельма.

— Почему Девы Дня... почему они вмешиваются в наши дела?!

Не говоря ни слова, носительница Тарнхельма протянула руку, сжимая двуручный меч, и тела присутствующих превратились в кровавое месиво. Несколько паладинов, стиснув зубы, бросились в атаку, но сгорели так же беспомощно, как мотыльки, летящие на огонь.

Сильна. Но не настолько, как ожидалось. Архиепископ Парселин, который лично видел подавляющую мощь Тиельры, широко раскрыл глаза.

Эта сила уступала тому, что он зрел ранее, техника казалась слегка грубой, да и в движениях то и дело проскальзывали изъяны.

Однако проблема заключалась не в самой силе, а в непреодолимом щите, который отражал любое священное искусство.

Тарнхельм внушал трепет одним своим существованием: атаки архиепископа рассеивались впустую, а каждое священное искусство обращалось в ничто.

Священная реликвия.

Нечто, ломающее саму суть мироздания одним своим бытием.

Голос архиепископа неистово задрожал, когда он озвучил догадку, попавшую в самую суть:

— Т-ты! Ты не Тиельра!

— Нет. Не она.

Из-под Тарнхельма раздался голос, которого архиепископ Парселин никогда прежде не слышал. Спокойный и рассудительный, он веял леденящим холодом.

— Госпожа Тиельра отдала приказ. Она сказала, что может оказать такую помощь ради дорогого друга.

— Девы Дня нарушили табу! Если вы открыто отвергаете учение Ра, то в чем тогда смысл дисциплины...?!

— Я не нарушала ни табу, ни дисциплины.

Тяжелые латы сделали шаг вперед.

— Я всего лишь Кандидатка в Девы Дня, а не сама Дева Дня.

— Софистика...!

— Чья бы корова мычала, особенно из уст тех, кто все еще следует за превратившимся в демона архиепископом.

Айрин, Кандидатка в Девы Дня, взмахнула двуручным мечом.

— Я просто выполняю приказ.

Плоть рвалась, кровь лилась ручьями. Айрин молча продвигалась вперед, сжигая на своем пути лохмотья жреческих ряс.

Это было убийство. Совсем не такое, как в Парамире.

Ее доспехи окрасились кровью живых людей, но клинок, который она направляла вперед, ни на миг не дрогнул.

Все они были врагами. Те, кто повиновался Дуэйну, являлись не кем иным, как врагами Захада.

Изрубить их. Убить. Преследовать до самого конца и содрать с каждого мясо до костей.

Вопреки словам о простом исполнении приказа, в каждый удар ее двуручного меча были вложены сильные чувства, а ярко полыхающее пламя Ра сметало все на своем пути.

— ...Это лишь справедливость.

Резня продолжалась. Под жалкие вопли архиепископа холодное лезвие меча глубоко вонзилось в его плечо.

«Копи силу. Продолжай копить ее. Всю до капли. Чтобы убить каждого, кто посмеет прикоснуться к тому, что принадлежит мне».

◇ ◇ ◇

*Фш-ш-ш.*

Тело Дуэйна с вонзенным в грудь двуручным мечом начало рассыпаться в прах, и его уцелевшая голова слабо пробормотала:

— Еще нет... еще нет... я не могу... пасть здесь...

— Хватит жалких зрелищ, просто исчезни.

— Варианты... что-то... осталось... один... последний... ход...

Взгляд Дуэйна метнулся в сторону. Словно встретившись с кем-то глазами, ошметки его распадающейся плоти вытянулись в длинную полосу.

— Ф-Фабиан...! — отчаянно завопил он.

Услышав знакомое имя, я резко повернул голову.

Иллюзии рассеялись, и реальность вернулась на свое место: магическая энергия таяла, обнажая прежние очертания строений.

Там, куда указывал взгляд Дуэйна, возвышался шпиль.

Черно-белая жреческая ряса шевельнулась. Я встретился взглядом с Апостолом Фабианом, который все это время подпирал стену и с праздным любопытством наблюдал за происходящим.

Дуэйн закашлялся кровью и закричал:

— С-спаси меня... еще разок... прошу, еще один единственный раз...! Я смогу... я все еще могу со всем справиться...!

— Ты и так неплохо справился. К чему теперь эта жадность?

— Я могу лучше...! Прошу... умоляю...!

*Хрусь.*

Прежде чем он успел вымолвить хоть слово, я наступил ему на голову и раздавил ее. Довольно жалкий конец для архиепископа, который пытался прибрать к рукам весь культ.

Я закинул Сурт на плечо.

Даже после использования Леватейна мое тело держалось отлично, что явно свидетельствовало о моем росте.

Но... Что это за парень? У меня нет ощущения, что я смогу легко его одолеть. Он не похож на обычного апостола.

— ...Фабиан.

— Смешанный. Захад.

Мы обменялись взглядами, и Фабиан пожал плечами:

— Расслабься. Я не ищу драки. Я уже получил все, за чем приходил.

— Так это ты все здесь заварил?

— Хм. Разве «заварил» — это не слишком мелко для случившегося? Ну, если тебе обязательно нужно на кого-то это повесить, то пусть так. Это я компенсировал Дуэйну недостаток способностей.

Фабиан поднял глаза и посмотрел на разрушенное поле боя, где все еще сражались фанатики и жрецы.

— М-м-м. Восхитительно. По-настоящему восхитительно. Хаос таит в себе все удовольствия, которые только может предложить этот мир.

— Если у тебя какие-то извращенные наклонности, то хотя бы постарайся их скрыть.

Беатрис, которая до этого играла с огоньком, вздрогнула и поспешно его потушила.

— Ч-что?! Что это я скрываю?!

— Я не о тебе, Беатрис.

— Это явно предназначалось мне! И как только у тебя язык поворачивается говорить такое великой предшественнице...!

— Да говорю же, нет!

Фабиан тихо рассмеялся, его плечи затряслись, и он смахнул выступившие от смеха слезы.

— Беатрис. Святая Огня. С момента ее реинкарнации прошло несколько сотен лет, так что она находилась внутри Брюнака. Должно быть, она временно обрела физическую форму, задействовав абсурдное количество Святой силы. Примечательно. По-настоящему превосходно. А рядом с ней...

*Тресь.*

Глаза Фабиана лопнули. Он без особых эмоций вытер кровавые слезы и ухмыльнулся:

— Женщина, которую я не могу опознать... что ж, она, должно быть, что-то вроде аватара. Другой калибр, но ее физическое тело ничем не отличается от живого. Не особо угрожающий уровень.

— Не смей трогать нашу госпожу Нагу.

— З-Захад...

Я спрятал за спину Нагу, чьи глаза уже наполнились слезами, а Фабиан поднял обе руки и оттолкнулся от стены, которую все это время подпирал.

— В любом случае, сейчас у меня нет намерения сражаться. Я ведь все еще на твоей стороне, понимаешь?

— На моей стороне, как же. Тогда зачем ты все это устроил?

— Дуэйн оказался способнее, чем я думал. Он хорош в обучении людей, да и скрытых сил у него накопилось немало, верно? Я просто взял себе долю. Всего лишь немного подтолкнул его, вот и все.

Что ж, справедливо. Он действительно был способным человеком. Проблема заключалась в том, что его способности увели сюжет в совершенно иное русло, которого не было в оригинальной истории.

В руке Фабиана вспыхнула Священная Стигма.

— Если Культ Ра разрастется слишком сильно, это доставит мне некоторые неудобства.

[Ошибка]

[Ошибка]

[Ошибка]

[Ошибка]

[Ошибка]

Предупреждающие уведомления заполонили мой взор.

[Апостол Ра «Фабиан» разражается смехом.]

[Апостол Ра «Фабиан» раскрывает свой истинный облик.]

[Управитель Хаоса, Фабиан.]

[Список Оскверненных обновлен.]

[Список Оскверненных: ??? ??? ??? ??? ??? «Управитель Хаоса, Фабиан», «Пожирательница, Арис»]

*Вжух.*

Вспыхнуло пламя. Священное пламя, охватившее все тело Фабиана, горело ярко-зеленым цветом. Зеленый огонь, добравшийся до самого его лица, соткался из оскверненного хаоса. Окутанный им с ног до головы Фабиан слегка кивнул мне.

— Захад. Ты действительно достоин быть апостолом, которого выбрала сама Ра. Не думал, что ты справишься с этим, а уж тем более спасешь ту «демоницу любви».

— Собрался бежать?

— Раскусил. Я сделал то, ради чего пришел, так что мне пора. Штаб-квартира Культа Ра полностью разрушена, а теперь еще и Империя начнет давить. Это смертельная рана. Филиалы культа, очевидно, тоже отвернутся от него.

— А кто тебе разрешил уходить?

— Ну... еще слишком рано. Хм. Слишком рано. К тому же, если я свяжусь с тобой прямо сейчас, мне хорошенько достанется. Все это в любом случае было моей личной самодеятельностью.

Фабиан махнул рукой и начал медленно растворяться в бушующем зеленом пламени.

— Терпеть не могу нотации, так что я пошел. Захад. Еще увидимся. К тому времени...

В угасающем зеленом пламени послышался смех.

— Мы встретимся вновь уже как «соперники».

«...Соперники?» Что это вообще значит...

Фабиан бесследно исчез. Я опустил взгляд на фанатиков, которые продолжали сражаться. Даже после падения своего предводителя они бились не на жизнь, а на смерть, задыхаясь и кашляя.

— Слава Ра и Его Высокопреосвященству кардиналу Дуэйну!

— Я приношу это тело в жертву, чтобы разжечь пламя!

— Смерть и резня! В этом единственная моя цель!

Я с хрустом расправил плечи. Фабиан действительно оставил после себя полнейший разгром.

Но это не значит, что ситуация совсем уж плоха. По сути, это то же самое, что вырезать гноящуюся рану из места, частью которого я собираюсь стать в будущем.

— Посмотрим...

Вопросов накопилось еще больше, но сейчас я все равно не мог их разрешить.

Фабиан, значит. Тебе вынесен смертный приговор. Как только я соберу все священные реликвии, которые только можно собрать, я приду за твоей головой.

Первым делом нужно разобраться с текущим положением дел.

— Раз уж с суматохой покончено...

Я подал знак приговоренным к смерти узникам.

— Пора выпустить заключенных!

Беатрис посмотрела на меня холодным и безучастным взглядом.

— Послушать твои речи, так любой решит, что злодей здесь именно ты.

— П-пожалуйста, не говори так о Захаде...

Нага, тихо прижавшись к моей спине, уткнулась лицом мне в шею.

— *Ха-а... ха-а...* Пахнет так приятно...

Беатрис цокнула языком:

— Неужели все боги такие? Если госпожа Ра, которую я так нежно люблю, на самом деле тоже ведет себя подобным образом, это может слегка разрушить ее образ в моих глазах...

— Нет! Беатрис! Я совершенно не такая!

— Ну, как бы то ни было...

Беатрис расправила плечи. В ее глазах вспыхнул огонь пироманки, опьяненной безумием.

— Сожжем остальных?! Ахахаха!

◇ ◇ ◇

Дуэйн был мертв, но битва продолжалась.

Число жертв росло. Фанатики яростно сопротивлялись, изо всех сил рубя жрецов и паладинов.

— А-А-А-А-А-Х!

— КАРДИНАЛ ДУЭЙН, ВАШЕ ВЫСОКОПРЕОСВЯЩЕНСТВО-О-О!!!

— УЗРИ МЕНЯ-Я-Я!!!

Крики и стоны эхом разносились в воздухе. Посреди этого абсолютного хаоса Димонаас изо всех сил взмахнула мечом.

На одном из участков рушащегося поля боя врагами тоже были верующие и паладины. На телах, что ползли вперед даже со смертельными ранами, мерцали исцеляющие священные искусства.

— Эти тараканы...!

«Где Захад?! Почему он не идет...?!»

*БУМ!!!*

Раздался раскат грома, и один из флангов поля боя буквально смело.

— Весьма эффектное возвращение. Я хотел навсегда порвать с этим проклятым культом, но...

Пыль улеглась. Показавшийся серый зверочеловек скрежетнул зубами и подобрал один из валявшихся неподалеку мечей.

— Если это цена за освобождение из той богом забытой тюрьмы, у меня нет выбора.

Удар молнии.

Синяя молния в мгновение ока пронеслась по полю боя. Оковы спали с него еще до того, как он прибыл сюда.

Глаза Димонаас расширились от хлынувшей потоком магической энергии. Она знала этот облик. Как она могла не знать эту силу?

— Балкан, командир отряда наёмников «Ликос»...!

Почему здесь преступник уровня Великого инквизитора?!

На этом потрясения не закончились. Один из углов поля боя провалился под колоссальной тяжестью. В клубах пыли зашевелилась чешуя, и ящер, бывший на целую голову выше любого из жрецов, с хрустом расправил плечи.

Ящеры. Раса, которая вела с культом бесконечные территориальные войны, пока это всем не опостылело. Их едва удалось оттеснить, но их боевая мощь оценивалась как поистине устрашающая.

Димонаас вздрогнула. Стоявший впереди ящер был особенным даже среди своих сородичей — воином, который сдался в плен ради блага своего племени.

— Великий воин Лакеум?!

Почему и его освободили?!

Пока она, дрожа, наблюдала за ним, Лакеум небрежно подобрал копье, сделал им пару легких взмахов и пожал плечами.

— Человеческие копья и впрямь никуда не годятся. Но это лучше, чем ничего.

Сила и ловкость. Ящер, рожденный прирожденным хищником, безжалостно топтал фанатиков.

— Я разорву вас на части. Бездушные твари.

Двое приговоренных к смерти узников были на свободе, и тем не менее они помогали этой стороне теснить врага.

Почему?

Прежде чем она успела найти ответ на этот вопрос, зазвучала песня. Прекрасный голос, от одного звука которого тело невольно содрогалось.

Змеиный язык. Рожденная ведьмой запела, и фанатики, попавшие под влияние ее голоса, застыли на месте. Союзникам эта песнь помогала раскрыть их пределы, для врагов же она была проклятием, облеченным в слова.

— ...Место, где Он обосновался, — тихо прошептала миссионерка Ева с крыши одного из зданий, — оно нуждается в очищении.

Эти люди уже лишились рассудка. Стоило отнять у них слепую веру, как оставались лишь голые инстинкты.

Уровень верующих был невысок. За исключением некоторых паладинов, все они поддались этому голосу.

Фанатики развернули свои мечи и вонзили их себе в глотки. Массовое самоубийство под сладкие звуки.

*Гх. Кх. Кх-х.*

При звуках этих хрипов глаза Димонаас сузились:

— Что за чертовщина...!

И при этом ни один союзник не пострадал. Лишь те, кто был окутан зеленым пламенем, вонзали клинки в собственное горло.

С какой стати... Почему преступники помогают нам?

*БУМ!!!*

Мощный взрыв пронесся по полю боя, прервав ход ее мыслей. Огромная сфера взрывной силы, обрушившаяся прямо в центр вражеских рядов, устроила прекрасный танец.

Взрыв был настолько яростным, что частично опалил тюремную робу узницы. Димонаас отпрянула при виде той, кого лично упрятала за решетку.

— Цубаки, Безумная Взрывница?!

Нет. С этой девицей точно не все в порядке. Она в буквальном смысле сумасшедшая, которая разрывает людей на части и трепещет от удовольствия!

Однако что-то было не так. Прогремевшие взрывы намеренно обходили союзников стороной. Они проносились по полю боя, сокрушая вражеские построения и концентрируясь исключительно на тушении зеленого пламени.

— Ха-а... ха-а-а...♥

Цубаки, неистовствуя и издавая прерывистые стоны, пускала слюни. По какой-то причине кукла-кролик, которую она сжимала в руках, непрерывно разрушалась и восстанавливалась.

Димонаас замигала. Эта кукла-кролик... эта плоть... ей показалось, что она уже видела нечто подобное...

— ...Кошмар Парамира?

Мысли связались воедино. Они цеплялись одна за другую, пока не сошлись в одной точке. Ей даже не пришлось додумываться до этого самой — приговоренные к смерти узники все высказали сами.

— Сдержи свое обещание! Захад!

— Я верю своему брату.

— Ах! Он единственный жрец... нет, глава культа, который может спасти всех!

— Захад! Смотри на меня!

Хаос. И посреди всего этого — имя, которое неизменно всплывало раз за разом.

— Да неужели ты не можешь просто... — Димонаас схватилась за голову. — Что это, черт возьми, за бардак?!

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Конец (4)

Кровь и разрушение.

Падающие ошмётки плоти и угасающее зелёное пламя фанатиков.

— Угх... хе-хе...

Я пожал плечами.

— Да пребудет лишь кровь и конец!

Беатрис посмотрела на меня похолодевшим взглядом. С глухим стуком её нога, занесенная в воздух, устремилась вниз.

— Сначала я сама испробую это!

Пылающее Священное пламя. Огонь разгорелся над этой жуткой чистотой и вскоре поглотил всё её тело.

Разящий символ очищения. Извергающийся Брюнак сотряс мир.

Десятки, сотни клонов Беатрис разделились и обрушились на поле боя.

*БА-БА-А-А-АХ!!!!!!*

Ослепительная вспышка и жар, который ощущался даже издалека. При виде того, как поле боя в мгновение ока превратилось в огненный ад, я скрестил руки на груди.

Хм. Как и ожидалось от Беатрис. Настоящая Святая Огня.

— Мне и вмешиваться не нужно.

Фанатики сгорали заживо. Они кричали и метались во всех направлениях.

Живой ад. Место, наполненное лишь хаосом и безумием.

Улавливая запах горящих врагов, я начал немного понимать Фабиана.

«Когда эти вечно досаждающие типы дохнут сами по себе — это так удобно!»

Нага прижалась лицом поближе и обнюхала меня.

— Шмыг-ха. Шмыг-ха. Шмыг-ха.

— ...Что ты делаешь?

— Н-ну... я имею в виду... мне хотелось вдохнуть твой запах, пока ещё есть возможность... ну, ты понимаешь...

Нага заёрзала и протянула мне кое-что. Прозрачный пакетик.

Её дыхание было слегка прерывистым.

— Можно мне... собрать образец пота...? На память...

Ещё чего.

Я уселся на крышу и заболтал ногами. Хм. Впечатляющее зрелище.

Когда пламя Беатрис пронеслось по полю боя, жрецы культа, потерявшие своих врагов, застыли в оцепенении. Выронив оружие, они лишь провожали взглядом спину Святой Огня.

Подавляющая мощь. Опыт, накопленный на бесчисленных полях сражений. Невероятное боевое чутьё в сочетании с её высокоранговой святой магией.

Триединство силы. Разумеется, они не могли ничего противопоставить.

Даже со своим израненным телом она противостояла бесконечной армии Бейгниса. Я слышал, что она сражалась в одиночку больше шести месяцев.

Она блуждала в лабиринте, пока не выбилась из сил в войне на истощение и не была сожрана. Но если бы она сражалась лицом к лицу, то могла бы в мгновение ока превратить привратника Бейгниса, Кузнечика, в фарш.

Бейгнис знал это и постоянно заманивал её на ложный путь. В конце концов, она оказалась лишь глупым апостолом, погибшим от ран из-за его уловок.

Если я смогу компенсировать её излишнюю доверчивость и некоторую легкомысленность, то смогу использовать её очень долго. Я даже мог бы вернуть её с помощью Амар и Пепельной Короны.

— Какое прекрасное зрелище.

— Хаа... хаа...

— Довольно.

Я решительно оттолкнул Нагу. Белокожая красавица, заворчав от того, что её отодвинули, шмыгнула носом.

— Ау-у-у... даже сейчас... мне нужно оставить след...

[Отойди от моего апостола! Проклятая змеиная баба!]

— Хнык... но ведь он и мой апостол тоже...

[Жить надоело?]

— Н-ну, раз уж ты даже не можешь стать воплощением...!

На этот робкий бунт голос Ра исказился от гнева.

[…О-хо.]

Нага вздрогнула и поспешно исправилась:

— Я-я просто оговорилась...! П-правда...!

[Захад! Мы немедленно отправляемся на поиски оставшихся священных реликвий! Первая цель — то самое место!]

— У меня вообще-то куча дел, знаешь ли? Сначала мне нужно разобраться с делом Асваля.

Я бросил взгляд на землю. Среди раненых союзников затесались и имперские солдаты.

Они бы не стали помогать бесплатно... наверняка снова выдвинут кучу требований. Этот старый хрыч.

Что ж, ничего не поделаешь. Тот факт, что они продержались до моего прибытия, — заслуга этих имперских сил.

— Посмотрим...

Я посмотрел вниз на поле боя. Фанатики, чьё подавление было почти завершено, оказались погребены в пыли и больше не могли выбраться наружу.

Пресный финал.

Но именно поэтому он приносит такое облегчение!

— Ну что, закончим с этим?

◇ ◇ ◇

Димонаас испустила вздох. Она прислонила своё готовое рухнуть тело к мечу.

Ситуация постепенно улаживалась. Осталось совсем немного. Это было поле боя, где ей уже не требовалось двигаться.

Поднимался свет. После целого дня непрерывных сражений брезжил рассвет.

Погибших было много.

Но выживших оказалось тоже немало.

Священная война.

Конец долгой войны был уже не за горами. Не в силах больше держаться под лучами восходящего солнца, Димонаас плюхнулась на землю.

— Ой-ой... всё тело ломит...

— Кряхтишь так, словно помираешь.

*Стук.*

Стоявший перед ней мужчина усмехнулся. Он накинул пальто поверх жреческого облачения, превратившегося в лохмотья во время яростной схватки.

— Что произошло?

— ...

Димонаас свирепо уставилась на него.

— Это я должна спрашивать, вообще-то! Кто вообще такие эти великие грешники? Что натворил Дуэйн? Почему ты выбрался изнутри того тела? Ты ведь говорил, что теневая святая сила в прошлый раз была из-за эффекта оружия, которое ты держал?! Ты что, на самом деле какой-то странный человек, служащий двум богам?! И ещё...

Нет.

Кое-что беспокоило её сильнее всего.

К спине Захада кто-то прижимался. Какая-то женщина тёрлась лицом о его спину, словно получая от этого огромное удовольствие.

Были видны рога. В то же время над её головой парил нимб.

Существо, запрещённое даже внутри культа. Представительница иного мира и демоница, Амар.

Та, кто должна быть заперта в исправительном учреждении, нагло разгуливала на свободе. Да ещё и так плотно прижавшись к нему!

«И она чертовски красива! Чёрт! Почему у неё ещё и грудь такая огромная?!»

— И зачем ты притащил её с собой?!

— Потому что она моя.

— Что за бред ты несёшь?!

Рассеявшиеся великие грешники собирались один за другим. Лидер отряда наёмников «Ликос», Балкан, проворчал:

— Мне надоело быть на побегушках у других.

— Это сделка. Но что ты собираешься делать, когда тебя освободят?

— Мне осточертел культ, так что я подумываю уйти.

— А потом?

— ...О том, что будет дальше, я подумаю со временем.

— Если тебе нечем заняться, иди ко мне. Официальное приглашение. Как тебе?

— Я же сказал, что мне осточертел культ.

— Не в культ — думай об этом как о независимой группе под моим руководством. Я планирую создать такую.

— ...Я подумаю.

Великий воин ящеров, Лакеум, размял кости:

— Я не могу вернуться в племя. Для меня лучше остаться в культе.

— Лакеум, не хочешь тоже присоединиться ко мне?

— Неплохо. Было бы славно, если бы давали несколько отпусков в год.

— Эй, я гарантирую, что буду выплачивать жалованье вовремя.

Безумная Взрывница Цубаки прильнула к боку Захада.

— А как же я? Я?

— А тебе есть куда идти, Цубаки?

— Нет! Раз уж мне всё равно придётся работать, быть рядом с Захадом кажется веселым делом. Будешь платить жалованье?

— Добро пожаловать в компанию Захада.

— А сколько сейчас человек?

— Если не считать тех двоих, кто решил присоединиться... один?

— Кто?

— Та, что подарила тебе ту кулку.

— Я буду работать на тебя всю жизнь.

Миссионерка Ева тихо встала позади Захада.

— Жрец... нет, Глава Культа.

— ...Ты ко мне обращаешься?

— Можно мне тоже присоединиться? К компании Захада.

— Да нет, это была шутка...

— Можно мне присоединиться. Было бы здорово, если бы я могла. Я хочу присоединиться.

— Ну... если ты так настаиваешь...

Димонаас не выдержала и взорвалась от гнева:

— Кто дал тебе право освобождать великих грешников?!

— Эти люди спасли бесчисленное множество верующих, так неужели мы не можем хотя бы даровать им помилование?

— Э-это нельзя делать по собственному желанию! Помилование даруется только после прохождения сложных процедур и систем...!

— Сложный процесс. Всё верно. Система тоже не ошибается. Но...

Захад смело шагнул вперёд. Он крепко сжал руку Кардинала Арпины, которая тихо следовала за Димонаас.

— А?

— Кардинал, способная решить всё это, на моей стороне!

— Ау-у-у?!

Под устремлёнными на неё взглядами Арпина тихо выпрямилась. Она расправила плечи и приняла тот вид, который обычно демонстрировала на официальных мероприятиях.

— Это нельзя делать по собственному желанию.

— Но ведь это возможно, верно?

— ...Ну, вообще-то...

— Даже когда герой, спасший культ, просит об этом?

*Фссс.*

Арпина тихо кивнула.

— Э-это вполне возможно.

— С чего вдруг это возможно?!

«Ах, ну и бардак! Серьёзно!»

«С тех пор как этот человек появился, весь культ превратился в сущий хаос!»

Но больше всего её злило вовсе не это.

— Госпожа Димонаас.

— Что ещё!

Чья-то ладонь с глухим стуком опустилась ей на голову. Захад, взъерошив её волосы, ухмыльнулся:

— Ты отлично потрудилась.

— Угх... у-у-у...

Тот факт, что она не могла сопротивляться.

Был очевиден.

— Раздражаешь!

◇ ◇ ◇

Священная война закончилась. Долгий день подошёл к концу, и пришло время подвести итоги.

Все последователи Дуэйна лишились жизней, но и потери среди защитников оказались немалыми.

Назрел кризис, способный вырвать Культ Ра с корнем. Вдобавок к этому усилилось давление со стороны империи.

Когда выяснилось, что виновниками, устроившими погром в городе Филамон, также были жрецы веры Бога Солнца, общественное мнение начало стремительно ухудшаться.

— ...Прибывает инспектор, присланный империей. Негласное правило хотя бы уважать территории друг друга полностью кануло в лету.

На этом плохие новости не заканчивались.

— Кое-что произошло. Похоже, во всех Тринадцати Культах, назначенных государственными религиями империи, вспыхнули внутренние распри. Наш пострадал сильнее всех, но я слышала, что и остальные понесли значительный ущерб.

Этот Фабиан. Устроил-таки грандиозный переполох.

«Неужели он настолько любит хаос?»

— И что в итоге произошло?

— Ни в одном из них лидер не сменился. Но репутация и влияние культов сильно пострадали. Из-за этого... я слышала, что присланные империей инспекторы будут какое-то время следить за всем культом. На этот раз они попытаются перекроить его под вкусы империи.

— Кардиналу Арпине придётся нелегко.

— В-всё в порядке... Я привыкла... Но...

Арпина украдкой взглянула на меня.

— Захад... ты ведь не забыл о своём обещании?

— Конечно. Так почему бы нам на этот раз не назначить заместителя кардинала?

— А? О чём ты говоришь?

— Кардинал Арпина больна. Ей нужно на время оставить свой пост, чтобы подлечиться...

Теперь, будучи официально назначенным апостолом, я ярко улыбнулся.

— Как насчёт того, чтобы «Архиепископ» Димонаас взяла на себя роль заместителя кардинала?

— ...Вообще-то я Великий инквизитор, знаешь ли?

— Просто сделайте её архиепископом. Главная причина, по которой мы смогли победить в священной войне, и герой, спасший бесчисленное множество жрецов — если не она станет архиепископом, то кто?

— Н-но как же тогда Пятый отдел Инквизиции?

— Раадатук и Розмари могут занять по одной должности инквизитора. Им уже давно пора получить повышение. И...

Теперь!

«Перестроим культ под наши вкусы!»

— Раз уж инцидент уже произошёл, почему бы нам полностью не зачистить оставшуюся мелкую сошку? Давайте на этот раз проведём тщательную кадровую перестановку. По-чистому.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Кошачья драка (1)

Революция архиепископа Дуэйна провалилась.

Культ погрузился в хаос.

Маман, жрица Культа Ра, дрожала всем телом во время работы. Она пришла ни свет ни заря и сразу же принялась уничтожать записи.

Таких, как Маман, было много. Людей, которые не были глубоко связаны с архиепископом Дуэйном, но с жадностью принимали всё, что он предлагал, закрывая глаза на его бесчинства.

Маман лихорадочно суетилась, пытаясь разобрать записи и уничтожить гроссбухи. В спешке она не заметила стоявшую на пути мебель и больно ударилась пальцем ноги.

— Ай!..

В уголках глаз Маман выступили слёзы. От досады она со злостью пнула мебель, отчего та с грохотом повалилась на пол.

«И почему он вообще должен был проиграть?!..Как, чёрт возьми, великому инквизитору Димонаас и... остальным архиепископам удалось победить?!»

Небоевой персонал — жрецы, не участвовавшие в борьбе за власть, — понятия не имели, что произошло внутри Папской курии за барьером. Им просто сообщили обо всём в одностороннем порядке, когда всё уже было решено.

Поражение Дуэйна. Смерть его последователей.

Результат того, что они затаили дыхание и плыли по течению, лишь бы сохранить жизнь, теперь стоял прямо перед ней. Маман была трусихой. Все, кто когда-то полагался на Дуэйна и пользовался его покровительством, теперь дрожали от страха.

Новую власть захватили кардинал Арпина и последовавшая за ней великий инквизитор Димонаас.

Маман подняла голову. Ей нужно было уничтожить все записи до единой, пока не стало слишком поздно. Только тогда она сможет хотя бы вздохнуть с облегчением...

— Сестра Маман.

*Щёлк.*

Дверь открылась. При виде вошедшего инквизитора лицо Маман мгновенно побледнело.

Она едва сумела вымолвить:

— Д-да? П-почему вы пришли за мной?..

— Я хотел бы взглянуть на записи ваших внешних сделок.

— О-они хранятся отдельно...

— Мы сами с этим разберёмся.

Маман оглянулась на выроненный гроссбух. Что угодно, только не это.

Она быстро протянула руку. Тлеющие угольки пламени коснулись кончиков её пальцев, но в то же мгновение её ладонь пригвоздил маленький кинжал.

— А-А-А-А-АХ!..

Инквизитор прижал Маман к полу. Он с лёгкостью связал её, после чего поправил растрёпанные волосы.

— Я Лукан, инквизитор Пятого отдела Инквизиции. Я арестую вас в экстренном порядке по обвинению во взяточничестве и уничтожении записей в гроссбухах. С этого момента любые ваши действия могут быть использованы против вас на Священном Суде.

Инквизитор Лукан вытащил кинжал из тыльной стороны её ладони.

— Надеюсь, вы будете вести себя благоразумно.

Когда её уводили, Маман увидела, что таких, как она, было просто не счесть.

— Э-этого... не может быть...

Стон сорвался с её приоткрытого рта. «Они сошли с ума! Эти люди абсолютно безумны! Они прямо сейчас перерывают всю штаб-квартиру Культа! Они вырезают каждого, кто хоть раз брал деньги у Дуэйна! И неважно, сколько их окажется!»

◇ ◇ ◇

Арпина подняла голову. Даже лишившись возможности использовать свою силу, она всё ещё оставалась кардиналом Культа Ра.

Она не только управлялась с делами с привычным мастерством, но и задействовала все доступные ей знания.

Командуя каждым подчинённым солдатом, Арпина искореняла любого, кто имел хоть малейшее отношение к Дуэйну, словно вырезала гноящуюся рану. Она приказывала безжалостно связывать их и собирать в одном месте.

Людей скопилось столько, что ими можно было до отказа заполнить несколько зданий. Арпина без устали разбирала хлынувший поток записей.

— Архиепископ Дуэйн... Я знала, что он был человеком непомерного честолюбия, но чтобы настолько...

Это была не половина. И даже не большинство. Почти каждый жрец был как-то связан с ним — по крайней мере единожды каждый из них брал у него деньги.

Арпина прилежно перелистывала записи. Гроссбухи сделок сохранились не только для независимых отделов Инквизиции, но и для нескольких исправительных учреждений. Дуэйн намеренно выделял средства одним и урезал их другим.

Самой заметной жертвой стал Пятый отдел Инквизиции. Как они вообще умудрялись выживать на такое жалкое жалование?

Это также объясняло, почему Арпина не заметила, как вооружённые силы проникли внутрь Культа. От журналов посещений до записей транзакций, от торговых компаний под управлением Культа до источников его финансирования — не было места, куда бы не дотянулась рука Дуэйна.

Культ пребывал в полном упадке. Хотя она и была кардиналом, каждый отчёт, который она получала до сих пор, оказывался сплошной ложью.

Плечи Арпины поникли. Она смахнула слезу.

Она отступила с передовой, потому что ей не хватало сил. И вот каков результат. Она была так сосредоточена на собственном слабом теле, что не смогла уследить за всем Культом.

Какое же бесполезное тело! Могла ли она после этого вообще называть себя кардиналом?

— Мне так стыдно...

*Стук.*

Кто-то поставил чашку перед её замершими руками. От неё тонкими струйками поднимался пар.

Арпина подняла заплаканное лицо.

Захад, инквизитор, плывший с ней в одной лодке, облокотился о письменный стол.

— Тебе и так нездоровится, зачем же ты так надрываешься? Побереги себя.

— Н-но... я до сих пор ничего не сделала как следует...

— Это не твоя вина, Арпина. Во всём виноват вампир, из-за которого твоё тело заболело. Каждый ставит себя на первое место — такова жизнь. Давай для начала позаботимся о твоём здоровье.

— Но если я отойду от дел... кто будет управлять этим рушащимся Культом?..

— Вместо того чтобы пытаться починить то, что сломано, как насчёт того, чтобы сначала найти подходящего «человека», который всё исправит?

Арпина моргнула:

— Ты хочешь сказать, что нам следует как можно скорее повысить великого инквизитора Димонаас до архиепископа?

— Это лишь часть, но есть кое-что ещё. Первый великий инквизитор ведь тоже участвовала в этой священной войне? С другой стороны, одного того факта, что она рисковала жизнью, выступая против архиепископа Дуэйна, более чем достаточно, чтобы заслужить это место. В конце концов, она возглавляла целый отряд.

— А ты?..

— Я? — Захад сделал глоток кофе. — Что касается меня...

Он на мгновение замолчал, а затем широко улыбнулся:

— Я не собираюсь становиться архиепископом!

— Что?

— Ну, в смысле... Столь высокая должность кажется слишком обременительной, да и, честно говоря, она лишь ограничит мои действия. К тому же это сплошная головная боль, не так ли? Быть архиепископом означает нести огромную ответственность... угх. Подобное мне совсем не подходит.

— Н-но ведь это должность, приносящая славу и власть...

— Наличие власти не даёт мне ничего полезного. О, кстати, не могла бы ты создать одну независимую организацию, которой я мог бы свободно руководить?

«О чём он вообще говорит?» — Арпина склонила голову набок:

— Независимую... организацию? Вроде исправительного учреждения или отдела Инквизиции?..

— Именно. Просто предоставь мне общую структуру, а со всем остальным я разберусь сам.

— Н-но у вновь созданной организации влияние неизбежно будет ограниченным. Без какой-либо истории за плечами мало кто её признает... К тому же есть опасения, что даже внутри Культа на неё будут смотреть косо... Это всё равно что начинать с самых низов.

— Мне особо нет дела до того, что думают другие. Да и влияние мне тоже не нужно. Начинать с низов — дело для меня вполне привычное.

Арпина не могла этого понять. Зачем ему отказываться от должности, сулящей богатство и власть, и вместо этого хотеть построить нечто подобное?

«Неужели...»

— Твоя цель — более высокая должность... кресло кардинала?

— Я только что отказался от поста архиепископа, с чего бы мне метить в кардиналы?

— А... Пожалуй, верно...

Честно говоря, в его словах был смысл. Если бы он питал амбиции, подобные Дуэйну, то мечтал бы лишь о том, чтобы взобраться ещё выше.

— Заходить так далеко ради... создания независимой организации... Что ты планируешь с ней делать?

— Я? — Захад на мгновение задумался, а затем небрежно бросил: — Бороться за мир во всём мире?

— .......

◇ ◇ ◇

Великий инквизитор Димонаас шла быстрым шагом. Огромное количество преступников и абсурдно колоссальный объём работы по исполнению наказаний требовали непрестанного участия.

Ни одному инквизитору не давали передышки — все они лихорадочно носились туда-сюда.

Это были преобразования исторических масштабов. Решимость Арпины использовать эту возможность, чтобы вырезать все гноящиеся раны до единой, была непоколебима. И именно поэтому у Димонаас не оставалось иного выбора, кроме как подчиниться.

— Несите всё! Записи! Гроссбухи! Документы! Прочие вещи! Мы должны прочитать всё, даже если на это уйдёт вся ночь, а вдобавок к этому нам нужно провести Священные Суды!

Каждый раз, когда проводился Священный Суд, огромные группы осуждённых массово отправлялись в исправительные учреждения.

Шла масштабная внутренняя чистка. Наряду с этим пришла весть о том, что в скором времени в штаб-квартиру Культа прибудет имперский инспектор.

Кем бы он ни был, всё должно быть закончено до его прибытия. По крайней мере, следовало упорядочить все материалы — только так они могли доказать, что сами не были напрямую замешаны в злодеяниях Дуэйна.

Империя была подобна льву, тихо наблюдающему за всем издалека. По сравнению с ней Культ в его нынешнем состоянии ничем не отличался от дрожащего воробья.

Разница в масштабах была разительной, а полномочия даже одного имперского инспектора считались почти равными полномочиям кардинала. Одной лишь их власти хватило бы, чтобы разнести весь Культ в пух и прах.

День пролетел быстро. Димонаас, под глазами которой залегли тёмные круги, устало подняла голову:

— ...Почему... их не становится меньше...

*Стук.*

Димонаас прижалась лицом к столу и уставилась на мерцающее пламя свечи.

Ей хотелось спать. Хотелось просто рухнуть без сил. Но она не могла: жрецов и так не хватало, и если она забросит работу, всё окончательно развалится.

Димонаас с мрачной покорностью взяла перо. Дверь с грохотом распахнулась.

Внутрь хлынула толпа инквизиторов из Пятого отдела Инквизиции. Те, кто вернулся из города Филамон, принесли с собой огромную стопку отчётов, составленных в исправительном учреждении.

Среди них были и незнакомые лица. Димонаас подняла глаза и уставилась на зверолюдку-лисицу.

— Кто вы?..

— Здравствуйте, великий инквизитор. Меня зовут Моника, я старшая надзирательница. Я пришла лично, чтобы передать отчёт о ходе расследования инцидента в исправительном учреждении, а также дать несколько советов касательно текущей ситуации.

Исправительное учреждение. Независимая организация.

— ...А что насчёт надзирательницы Вероник?

— Надзирательница передала, что явится на Священный Суд позже, так как в данный момент занимается комплексными вопросами, связанными с текущей ситуацией. Она также просила узнать, можно ли немного перенести дату Священного Суда касательно нападения на Филамон.

— Хорошо. Пожалуйста, пришлите мне желаемые дату и время отдельно.

Димонаас неопределённо кивнула и снова переключила внимание на бумаги. Но что-то казалось странным.

Моника, закончив свой доклад, не ушла. Она лишь оглядела комнату и осталась стоять на месте.

— ...Хотите сказать что-то ещё?

— Я, эм, ну... — Щёки Моники залил румянец. — Я-я слышала, что инквизитор Захад находится здесь... и мне стало интересно, не знаете ли вы, где он...

— ...Что?

— П-просто мне нужно кое-что ему вернуть, и я хотела поблагодарить его лично...

— В каких вы с ним отношениях?

— Хм? Н-ну, это... — Моника прикрыла щёки ладонями. — Я-я не могу сказать...

На лбу Димонаас вздулась вена. Розмари, слушавшая их разговор неподалёку, распахнула дверь и вышла.

— Говори, — Димонаас мило улыбнулась. — Прямо сейчас.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Кошачья драка (2)

Неспешное наслаждение чашкой кофе.

М-м. Хорошо. Очень хорошо. К тому же Арпина положительно отнеслась к идее создания независимой организации.

В Культе навели образцовый порядок, а заодно я вырезал всю гниль до последнего очага... В конце концов, уходить из Культа больше не было никакой необходимости!

Я широко улыбнулся.

Кофе оказался сладким. Невыносимо сладким — настолько, что аж язык сводило. Словно в нём растворили добрых три кубика сахара.

Так и должно быть. Жизнь обязана быть сладкой!

— Бумага совсем безвкусная, когда её жжёшь.

Беатрис, увлечённо сжигавшая какие-то документы, томно зевнула, будто это занятие ей изрядно наскучило.

— Вку... вкусно...

Нага, откусившая кусок печенья, жевала с надутыми щеками.

В отличие от времён, когда они пребывали в духовной форме, теперь обе обрели физические тела размером с куклу и вовсю разгуливали по моему письменному столу. То, что они могли материализоваться без особых усилий, объяснялось заметным ростом как качества, так и количества моей Святой силы.

Меня это особо не обременяло, поэтому я предоставил их самим себе. В конце концов, тела у них крошечные, так что энергии требовалось совсем немного. Сейчас ведь не военное время... на таком уровне поддерживать их не сложнее, чем просто дышать.

— Угх... Захад! Мы немедленно отправляемся на поиски священных реликвий! Это должно быть самым первым делом!..

— Это довольно далеко отсюда. Как ты себе представляешь «немедленно отправиться»? Я же повторяю, сначала нужно разобраться с внутренними делами.

— Ах ты, несносный... Говорю же тебе, сначала мы должны покарать Культ Змеи!

Я поковырял пальцем в ухе. Она оказалась на удивление ревнивой.

Я провёл утро за неспешным чаепитием. Покой, которого я не чувствовал уже очень давно. Стоило насладиться им, пока была возможность...

*Щелчок.*

Дверь отворилась. Розмари вошла без стука и резко замерла как вкопанная. Её взгляд — настолько острый, словно она собиралась наброситься, — устремился на стол. Беатрис и Нага, лениво бездельничавшие до этого, переглянулись.

— Разве ты не должен их прятать?

— Ну... даже не знаю... как-то не задумывался...

— Да забудь. Какой смысл что-то скрывать на данном этапе?

Я улыбнулся и поприветствовал её:

— Добро пожаловать, Розмари. Вижу, ты вернулась в целости и сохранности...

— Э-это там, на столе... неужели это...

Запинаясь на каждом слове, Розмари прижалась к столу. Совершенно позабыв о том, что собиралась злиться, она осторожно протянула руку к Беатрис.

— Это голем, созданный по образу Святой Огня, Беатрис?! Боже правый! Как тебе вообще удалось его заполучить?!

— Хмф.

— О-он даже разговаривает?! И эта Святая сила, тихо переполняющая его... что это вообще такое?.. Т-ты тоже поклонник госпожи Беатрис?!

Носик Беатрис заносчиво приподнялся.

— Похоже на то, младшая?

— Ну, вообще-то, я не то чтобы поклонница.

— Что, простите?!

— Скорее... историческая личность, которую я уважаю?..

— ...Хм.

Розмари, бережно прижав к себе Беатрис, пока та размышляла, радоваться ей или нет, принялась вертеть её во все стороны, внимательно разглядывая. Она даже попыталась приподнять подол её облачения.

Из крошечной ручки Беатрис вырвалась искра пламени.

*Бах!*

Розмари повалилась на пол, а Беатрис легко приземлилась обратно на стол.

— Как смеет младшая, стоящая так низко, пытаться выставить свою старшую дурой?!

— Что?..

Розмари, потирая покрасневшую щеку, захлопала глазами.

— К-как... погодите, нет, это же было священное искусство...

— Та-да. Удивлена, Розмари? — Я представил ей Беатрис: — Познакомься, настоящая «Святая Огня».

— ......?

Розмари ущипнула себя за щеку. Словно проверяя, не спит ли она, она оттянула кожу несколько раз и моргнула.

— Н-настоящая Святая Огня?

— Именно так.

— Та самая, что в одиночку очистила десятки тысяч нежити... та самая Святая Огня?

— Она самая.

— Возвышенная святая, которая, несмотря на тяжелые раны, бросилась на снежного демона, чтобы спасти целую деревню?..

— Не знаю насчёт «возвышенной», но... ну, в общих чертах, да.

— К-как?

— Просто так сложились обстоятельства...

Розмари распростёрлась ниц на полу. Слова, посыпавшиеся из неё градом, совершенно не походили на её обычную колючую манеру общения:

— Я... я нижайше приветствую вас, Святая Огня, госпожа Беатрис!

Беатрис оглянулась на меня.

— Видишь?

— Что именно?

— Вот как тебе тоже следует ко мне относиться. Измени своё отношение прямо сейчас, пока ещё есть возможность.

Я отвесил Беатрис щелчок пальцем. Святая Огня покатилась по столу и вцепилась в мою руку.

— Что ты творишь?!

— Твой нос задрался слишком высоко. Решил немного сбить с тебя спесь.

— Ты не на ту напал, чтобы так шутить!

— Тогда, может, мне лучше поиграть с тобой вот так?

Беатрис снова покатилась по столу. Поваленная Святая Огня тихонько шмыгнула носом.

— Угх... и почему только я умудрилась влюбиться в такого человека...

— Влюбиться в такого, как я, говоришь?

— Замолчи! Хмф! Я пойду пожгу опавшие листья, вот и всё!

— П-погодите, я с вами! Госпожа старшая! Пожалуйста, позвольте мне сопровождать вас!

— Хмф, так и быть, я дарую тебе эту привилегию в качестве исключения!

Розмари, с величайшей осторожностью баюкая Беатрис на руках, выскользнула из комнаты. В наступившей тишине я шумно вздохнул. Я ожидал, что Розмари устроит мне взбучку, но каким-то образом всё... обошлось. Хорошо. Очень даже хорошо.

Мой безмятежный покой остаётся непотревоженным...

*Стук.*

«Да перестанут люди уже приходить без конца?»

— Босс! Вы нигде не ранены?!

— Я слышал о Священной войне. Пропустить такое поле битвы... мой топор оплакивает эту утрату.

— Говорят, вы забрали голову Дуэйна... для человека, прошедшего через такое, вы выглядите на удивление бодро.

В комнату хлынули инквизиторы. Я поднял взгляд на вошедшего Раадатука.

— В Филамоне всё благополучно завершилось?

— Всё улажено. Доблесть директора Вероник в отчётах была даже несколько преуменьшена. На протяжении всей битвы мне казалось, будто я наблюдаю за самим Великим инквизитором.

— Она бывает грубоватой, но в решающий момент никогда не подводит.

Слишком ценный кадр, чтобы оставлять её гнить в исправительном учреждении. Интересно, смогу ли я под шумок переманить её к себе? К тому же она в хороших отношениях с Димонаас, так что назначение её на должность архиепископа могло бы стать отличным решением.

Раадатук быстро окинул меня взглядом, а затем посмотрел на Нагу, которая застыла на столе как вкопанная.

— ...Это...

— Пожалуйста, не трогайте её. Она для меня очень дорога.

Нага тихонько обвилась вокруг моей руки и прижалась к ней лицом с самодовольной ухмылкой.

— Очень дорога... хе-хе-хе...

Инквизиторы переглянулись:

— Очень дорога?..

— Похоже, он играет с куклой...

— Хотя она выглядит на удивление живой...

— Разве мы не должны уважать его предпочтения?

— Что ж, у столь способного человека просто обязан быть хотя бы один необычный интерес.

Не выдержав пристальных взглядов, Нага вскочила на ноги, уцепилась за моё облачение и исчезла в Мистилтейне.

Сбежала.

Я откинулся на спинку стула.

— В любом случае, отличная работа, ребята.

— Это вы трудились усерднее всех, брат!

— Подумать только, что Дуэйн решится на столь дерзкий шаг прямо у всех на виду.

— Я слышал, это была грандиозная битва — силы ударов хватило, чтобы обрушить весь барьер!

— Мы бы очень хотели услышать эту историю из ваших уст, брат.

Глаза инквизиторов загорелись.

...Точно. Я и сам прибыл ближе к развязке, так что толком не знаю, что там стряслось.

— Ну, э-э...

Пока я раздумывал, что ответить, в комнату кто-то торопливо вбежал. Это была Маая, получившая несколько ранений во время Священной войны. Её тело не поглощало Святую силу, поэтому ей приходилось полагаться на естественное исцеление. Всё ещё обмотанная бинтами, она с разбегу бросилась в мои объятия. Жрец-целитель, вбежавший следом за ней, попытался её удержать:

— М-Маая?! Твои раны ещё не до конца затянулись, так что двигаться опасно!..

— Маая. Почему ты не приходила ко мне?

— Я ведь приходила вчера, разве нет?

— Ты должна быть со мной весь день.

Маая прижалась ко мне лицом, словно сонная кошка. Когда она подняла голову, инквизиторы разразились восторженными криками:

— Госпожа Маая! Мы обо всём прослышали!

— Говорят, вы рисковали жизнью, чтобы поддержать её высочество Арпину!

— Очевидно, все, кто был на том поле боя, видели это своими глазами!

— Боже правый! Подумать только, что человек с таким хрупким телосложением совершил столь великое деяние!

Репутация Мааи разнеслась по всему Культу. Её знали как грозного тёмного мага. И всё же она получала немало похвалы. Возможно, потому, что очень многие были обязаны жизнью её фамильярам — Гнильцам.

Оказавшись в воздухе, когда её принялись подбрасывать, Маая посмотрела на меня сверху вниз. Судя по всему, уже привыкнув к подобному обращению, она показала пальцами знак победы.

— О.

— Госпожа Маая сказала «о»!

— А-ах! Да здравствует тёмный маг!

— Да пребудет с вами благословение Культа!

Не самые подходящие слова для верующих людей.

Инквизиторы ещё какое-то время шумно болтали и притихли лишь тогда, когда в комнату вошла Димонаас. Из-за явной нехватки людей Димонаас выставила всех инквизиторов наружу.

— Даже не думайте об отдыхе.

— Н-но мы ведь только что вернулись с задания...

— Почему брата оставляют одного?!

Димонаас оглянулась на меня. Её взгляд почему-то казался холодным.

— Разве Захад такой же, как вы? Да, и ещё... Инквизитор.

Инквизитор. Кажется, ко мне впервые обратились подобным образом. От этого слова веяло каким-то странным чувством.

— Да?

— К тебе пришёл посетитель. Навести его при первой возможности.

— Что ещё за посетитель...

— Выясни это сам.

*Бах!*

Дверь захлопнулась. Я с кислым видом пригубил кофе. Что это с ней стряслось?

Даже после ухода инквизиторов в комнате не сразу воцарилась тишина. Сюда начали заходить те, к кому, несмотря на статус осуждённых преступников, относились как к почётным гостям.

Вскоре потянулись те, чьё помилование уже вступило в силу. Балкан отхлебнул горького кофе, который я налил, и поморщился.

— Горько. Передай сахар.

— Ты его здесь оставлял, что ли?

Лакеум залпом осушил чашку. Он со стуком поставил её на стол, совершенно не смутившись горечи.

— Брат. Что там с независимой организацией, которую ты собирался подготовить?

— Предложение уже подано. Одобрение гарантировано практически на сто процентов.

— Что это за организация?

— Считай это независимым вооружённым формированием. Скоро меня признают Апостолом, так что структура будет похожа на орден паладинов.

Глаза Цубаки засияли. Она крепко прижала к себе свою куклу-кролика.

— А я могу стать паладином?

— Хочешь им стать?

— Хотелось бы попробовать. Мне любопытно. Нужно ли мне для этого изучать священные писания или что-то в этом роде?

— У тебя проснулся вкус к учёбе?

— Это весело. Стремиться к знаниям. К тому же Ева многому меня учит.

Ева вздохнула:

— Только потому, что ты постоянно ко мне липла, и у меня не оставалось выбора.

— В глубине души тебе это нравилось.

— ...Возможно, это моё призвание. Я ведь привыкла повышать голос.

Взгляд Евы остановился на мне. Некоторая холодность в её глазах смягчилась.

— Владыка Культа.

Это обращение я уже слышал раньше. Значит, мне не послышалось.

— ...Что вообще должно означать это «Владыка Культа»?

— Владыка Культа есть Владыка Культа. Тот, кто перевернул даже мою веру. Я ошибалась. Счастье кроется в том, чтобы жить, а не умирать.

— Что?

— Владыка Культа теперь, можно сказать, моя религия. Я буду нести величие Владыки Культа — его сострадание — повсюду и каждому. Немного неуклюжего, тайно принуждающего и довольно озорного, но...

— Это ведь не комплимент, верно?

— Не будет преувеличением сказать, что моя судьба существует ради этого самого мига. Я вознесу своего неуклюжего, несовершенного Владыку Культа на самую вершину этого мира. Благодаря моему присутствию Владыка Культа обретёт полноту. До конца своих дней... до конца своих дней я буду служить только вам.

Что ж. Она превратилась в фанатичку. Полагаю, преданность — это хорошо, но...

— Если это означает возвысить Владыку Культа над всеми остальными... меня не испугает никакой тернистый путь.

Хорошо ли это?

Я кивнул, пребывая в некотором замешательстве. Осуждённые преступники пообещали присоединиться к нам, как только будет создана независимая организация.

Насколько я знал, Амар сейчас проходила несложные обследования. Не ради исследований, а чтобы стабилизировать её бушующую магическую силу. Проверив всё несколько раз, я убедился, что её не подвергают никакой опасности. Узнав, что сможет остаться со мной, она безропотно согласилась на все последующие процедуры. Вероятно, её освободят в ближайшее время. На ней всё ещё будут ограничители, но их можно будет снять по моему приказу. Так что она была практически свободна.

Можно сказать, все вопросы были более-менее решены. Оставалось лишь решить, кто займёт пустующую должность архиепископа и места жрецов, совершивших преступления.

*Тук-тук.*

Кто-то постучал в дверь. Услышав первый за весь день нормальный стук, я кивнул.

— Войдите.

Дверь отворилась, и с сияющей улыбкой вошла старшая надзирательница Моника.

— Захад!

Её нога, сделавшая шаг вперёд, дрогнула. Она оглядела осуждённых преступников и тихонько опустила протянутую было руку.

— Р-рада тебя видеть...

— ......

Воцарилось неловкое молчание. Я осмотрел Монику. К счастью, никаких следов ранений не осталось — она выглядела совершенно невредимой.

— Ты нигде не ранена?

— Нет! Всё хорошо! Благодаря Захаду... хе-хе...

Улыбающаяся Моника подошла поближе к столу и слегка наклонилась вперёд. Её глаза заблестели.

— Захад! Я слышала новости! О том, что ты собираешься создать независимую организацию!

— Ну да.

— И где ты собираешься её разместить?

— Хм?

Моника наклонила голову набок.

— Ты ещё не решил? Каждой независимой организации нужна штаб-квартира, понимаешь? И место выбирается при самом основании! Если ты ещё не определился... как насчёт того, чтобы расположиться рядом с исправительным учреждением?

— Над этим мне ещё нужно подумать...

— Ну, полагаю... такой человек, как Захад... — Моника тихо пробормотала: — Каждому захочется, чтобы ты был рядом. Тот, кто окажется ближе всех... сможет видеть Захада чаще остальных.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Кошачья драка (3)

Айрин пришла навестить меня и уложила мою голову к себе на колени.

— Ты основываешь независимую организацию?

— Да, ну, что-то вроде того?..

— И где ты её разместишь? Независимая организация означает, что тебе придётся строить все необходимые помещения с нуля, а это куча работы. Самое важное для начала... решить, где именно основать базу.

Нежные кончики пальцев поглаживали мою щеку. Айрин тепло улыбнулась.

— Ты ведь построишь её рядом со святилищем, которым управляют Девы Дня, верно?

— Прошу прощения?

— Рядом с ним, верно?

— Да нет, я...

— Рядом, верно?

— ...Конечно.

— Рядом, верно?

Навязчивые интонации в сочетании с этим улыбающимся взглядом выглядели крайне жутко.

Я откашлялся. Я ещё ничего не решил. Честно говоря, я вообще подумывал о том, чтобы покинуть город.

Чем дальше независимая организация находится от города, тем меньше она попадает под его сферу влияния. Это стало бы отличным способом сбежать от утомительной борьбы за власть.

Свобода!

Для кого-то вроде меня, обязанного очищать Оскверненных, такой вариант выглядел куда более привлекательным. Деньги и власть могли и подождать.

Мне и так не хотелось связывать себя какими-то жёсткими обязательствами. Особенно должностью, которая заставит меня делать то, чего я не хочу.

Достаточно взглянуть, сколько идиотов развелось в Культе Ра.

Но я не мог просто ответить «нет», когда в меня впивался этот пронзительный взгляд. Если бы я отказался, у меня возникло стойкое ощущение, что она задушит меня своей огромной грудью.

— Эм... Старшая... Я имею в виду...

— Рядом, верно?

— Я... немного подумаю над этим...

— А в чём проблема?

— Да тут много причин... то есть...

В её давящем тоне я уловил намёк на то, каким должен быть правильный ответ, и попытался приподняться.

Айрин схватила меня за плечо и уложила обратно. Я снова оказался лицом вверх на её бёдрах.

— Лежи смирно.

— Слушаюсь.

Прошло всего пять минут с тех пор, как меня отчитали. Сейчас лучше просто слушаться. Когда она поймала меня на лжи о ранении, Айрин стала холодной, словно ледяной северный ветер.

Потребовалось немало усилий и уговоров, чтобы растопить этот лёд, и я не собирался сводить весь прогресс на нет.

Я быстро перебрал возможные варианты. Для начала стоило выдвинуть какое-нибудь оправдание.

— За моей спиной пошли слухи.

— Слухи... за твоей спиной?

— Жрецы, которые видели мою силу, в недоумении. Они говорят, что Святая сила Змея и Святая сила Солнца смешались воедино.

— ...Но ты ведь объяснил это силой священной реликвии...

Верно. Я замял эту тему чем-то подобным.

Якобы Нага обратила на меня внимание и позволила использовать священную реликвию. Все отнеслись к этому скептически, но замяли вопрос.

Те, кто воочию видел мою божественную власть, держали язык за зубами. В конце концов, было бы странно, если бы избранника одного бога не пытались переманить соперничающие божества.

Можно сказать, я просто задавил их чистой силой. Было очевидно, что любая попытка пойти против меня сейчас ничем хорошим для них не закончится.

И всё же подозрительные взгляды никуда не делись. Даже если это была сила священной реликвии, я оставался тем, кто воспользовался мощью чужого культа.

Ересь.

Это клеймо следовало за мной по пятам. Не то чтобы меня это сильно волновало.

Но в качестве оправдания это подходило идеально!

— Даже если правда откроется, найдутся те, кто в неё не поверит.

— ......

— Не лучше ли и для них, и для меня держаться на небольшом расстоянии?

Отлично.

Идеальная отговорка.

Я слегка повернул голову, чтобы посмотреть на лицо Айрин. Она глубоко задумалась.

Наконец, она произнесла:

— Скоро я официально стану Девой Дня.

— Правда? Это впечатляет, Старшая.

— Дева Дня не должна втягиваться в борьбу за власть внутри Культа.

— Вот именно.

— С твоей репутацией я ничего поделать не могу.

— Точно!

— Однако.

Хм?

— Если независимая организация, которую основывает Захад, будет тесно связана с Девами Дня, это всё меняет.

— Прошу прощения?

— Мы сможем заранее пресечь любую критику в твой адрес. Сделаем независимую организацию дочерней структурой Дев Дня, и проблема решена.

— Но тогда сама суть её создания как независимой...

— Всё в порядке. Девы Дня, в конце концов, это организация, которая защищает Папу. Не более того. Они — лучшие элитные рыцари, но на деле всё, чем они занимаются, это тренировки целыми днями. Никакого вреда для Захада от этого не будет.

— Нет, всё не так просто...

— Обо всём остальном я позабочусь сама. У меня получится. Я даже смогу завершить переговоры с госпожой Тиельрой, к тому же я на пути к тому, чтобы в кратчайшие сроки возглавить Дев Дня.

Айрин обхватила мою щеку ладонью. Она нежно приподняла меня и прижала к себе.

— Не волнуйся, Захад. Я обо всём позабочусь.

— ...Я, я бы всё же хотел сначала выслушать мнения других людей.

Это заманчиво. Определённо заманчиво.

...Но как бы это выразить.

Причина, по которой я всё ещё отказывался, крылась именно в том, что предложение было слишком хорошим.

Было в этом что-то...

Если я соглашусь, у меня возникнет чувство, что я попался на крючок до конца своих дней.

◇ ◇ ◇

— Место для независимой организации?

Димонаас коротко и насмешливо фыркнула.

— Что ты опять задумал?

— Да так, всякое разное, ради спасения мира?

— ...Когда это говоришь ты, звучит уже совсем не как шутка. Ты действительно планируешь спасти мир?

— Что-то вроде того.

— Воля Ра?

— И это тоже, да.

Димонаас сползла пониже в своём кресле.

— Угх... У меня бы не осталось больше желаний в жизни, если бы я могла сама поговорить с госпожой Ра... Я совершенно не понимаю, о чём она думает...

— И?

— Что «и». Это Айрин тебе такое сказала? Сделать её независимой в качестве дочерней организации под началом кандидатки в Девы Дня?

— Да.

— Исключено.

Димонаас отрезала это без колебаний.

— Нет никаких прецедентов создания дочерних организаций под началом Дев Дня. Даже если отбросить вопрос традиций, найдётся уйма мелочей, к которым люди станут придираться. К тому же возникнет слишком много проблем, которые придётся решать.

— Тогда как?

— Ты уже выбрал название для независимой организации?

— Э-э...

Я прокрутил варианты в голове.

— ...Агенты Ра?

— Слишком пафосно.

— Но ведь это правда.

— Отклонено. Я не собираюсь это одобрять. Пусть будет... «Выжженный пепел».

— Звучит так, будто название придумал какой-то подросток.

— Подросток? Не знаю, что это значит, но такова традиция. Что-то связанное с огнём. Что-то связанное с солнцем. Название, связанное с Ра — таковы условия для именования новосозданной организации. Это способ подтвердить веру. Поскольку все выжившие из Следов пепла всё равно были собраны и приняты нами, использовать название, связанное с «пеплом», вполне уместно.

— «Выжженный пепел»... а вообще, не так уж и плохо.

— Я подготовлю для тебя все необходимые документы. Там куча сложных формальностей, но я улажу это со своей стороны.

— Как и ожидалось от Димонаас.

— Взамен у меня есть одно условие.

Димонаас покосилась на свои бумаги.

— ...Ты ведь знаешь, что скоро я стану Архиепископом?

— Да, я в курсе.

— Когда я стану Архиепископом, я перееду в новую резиденцию. Поскольку я буду Первым Архиепископом... на меня возложат координацию всего Культа в целом. Это значит, что мне выделят одно из зданий на территории Папской курии.

— И?

— Обустраивайся рядом с ним.

— Прошу прощения?

— К-кто знает, каких глупостей ты ещё натворишь?! За тобой с самого начала нужен глаз да глаз!

Димонаас проворчала:

— Так что я возьму на себя личную ответственность за руководство тобой. Место выберу я, так что имей это в виду.

— Ну... как бы...

Я тихонько попятился к двери.

— Я бы хотел выслушать ещё несколько мнений со стороны.

— Просто делай, что тебе говорят!..

Я выскользнул за дверь. Куда ни глянь — везде проблемы.

Условия неплохие, но... прямо под боком у Димонаас...

У меня было предчувствие, что она меня попросту заездит своими придирками.

◇ ◇ ◇

— Независимая организация, говоришь?

Сидящий в кресле Раадатук погладил свою жесткую бороду.

Его ответ был прост:

— Почему бы не построить её рядом с отделом Инквизиции?

— Димонаас сказала основать её поблизости от Папской курии.

— Великий инквизитор права во многих вещах, но тут я не соглашусь. Нахождение на территории Папской курии чаще всего будет втягивать тебя в борьбу за власть против твоей воли.

— О. Наконец-то разумное мнение.

— Я понимаю чувства Великого инквизитора, но, учитывая твой характер, брат, Папская курия тебе не подходит. Построить её рядом с отделом Инквизиции было бы куда лучше. Это в стороне от Папской курии, но мы довольно быстро собираем информацию.

Раадатук пожевал желе из конняку и покосился на меня.

— ...Странное чувство.

— Какое именно?

— Что тот, кто ещё несколько месяцев назад был всего лишь послушником-паладином, теперь возглавит независимую организацию.

— Это потому, что я талантлив.

— Это правда, но...

Раадатук откинулся на спинку кресла.

— Я и сам никогда не думал, что стану Великим инквизитором.

— Ты ведь уже отказывался от этого один раз, верно?

— Мне больше нравилось помогать Великому инквизитору. И я предпочитаю сражаться на передовой. Но... ничего не поделаешь. Теперь, когда открылось столько вакантных мест, если не я, то кто?

— Тут ты прав.

Розмари, которая осторожно потягивала горячий кофе, высунула свой кошачий язычок.

— Ой. Горячо.

Я молча поменял свой полностью остывший кофе на её чашку. Розмари тут же придвинула свой стул вплотную к моему.

— Построй её рядом с отделом Инквизиции, Захад.

— Почему?

— Потому что... потому что...

Розмари надулась.

— Так я смогу видеть тебя... чаще...

— Что?

— Я смогу чаще тебя колотить! Ты что, сбежать пытаешься?! Так, да?!

— Да нет же, я ведь не собираюсь пропадать насовсем.

Значит, таково мнение отдела Инквизиции. Если подумать...

Если уж выбирать место, то расположиться рядом с Отделом исполнения наказаний тоже было бы неплохо, верно?

◇ ◇ ◇

— Именно так, Захад!

Лисица-зверолюд Моника завиляла хвостом.

— В городе Филамон сейчас полный хаос! Имперский инспектор, скорее всего, потребует приказа о восстановлении напрямую от Культа. Если ты воспользуешься этой возможностью и обоснуешься в Филамоне, то сможешь в кратчайшие сроки создать полноценную независимую организацию! К тому же это отлично скажется на имидже Культа, который сейчас пробил дно!

Верно. В этом и была суть.

Независимая организация. Не просто место для свободной деятельности, а уголок, где я смогу создать собственную базу влияния.

Достаточно вспомнить Фабиана. Масштаб угрозы Оскверненных, свидетелями которого мы стали, был не шуточным, так что мне требовалось собрать собственные силы, способные их остановить.

— Филамон... хм...

Если я помогу восстановить город и в процессе естественным образом подчиню его себе, то смогу стать его главой.

Развивать там свою базу влияния казалось вполне разумным шагом.

Меня это привлекало. Очень привлекало. Но риски, которые мне придётся взять на себя взамен, тоже были немалыми — в этом и заключалась проблема.

Это ничем не отличалось бы от начала с чистого листа... и чем быстрее я рос, тем больше врагов неизбежно наживал бы.

Ни одна фракция не посмотрит благосклонно на быстро развивающегося новичка.

Моника вцепилась мне в плечо.

— Великий инквизитор Димонаас упомянула, что директора Вероник скоро переведут в другое место!

— Куда именно?

— В этом я не уверена... но пока можно с уверенностью сказать, что должность директора Отдела исполнения наказаний освободится, верно? Сейчас так много пустующих постов, что уже работающих людей продвигают по службе с бешеной скоростью. И я, конечно же, в их числе!

— Да ладно!..

— Именно! Это ещё не подтверждено официально, но...

Моника расправила плечи.

— Человек, которого рассматривают на пост следующего директора Отдела исполнения наказаний — не кто иная, как сама Моника!

Я поаплодировал. Это был ещё один повод сделать выбор в пользу Филамона.

Это всё равно что иметь союзника на максимально близкой позиции.

Что ж. В таком случае я пока внесу этот вариант в список кандидатов.

Есть ли другие варианты...

— Брат.

Позвал меня Раадатук. То, что он произнёс следом, оказалось неожиданным поворотом событий.

— К нам прибыл Апостол из Культа Змеи.

— Эстель?

— Нет.

Раадатук потёр лицо руками.

— Неофициальный визит... то есть... не со стороны «Черного Змея», а со стороны «Белого Змея».

Белый Змей?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Кошачья драка (4)

Белый Змей и Черный Змей.

Два Апостола Культа Змеи были известны под этими именами. На самом деле внутри Культа Змеи только этим двоим дозволялось носить титул «Змея».

Черный Змей, Апостол Эстель, и...

Белый Змей, Апостол Камилла.

— Хм-м~?

Раздвоенный язык, только что лизавший мороженое, скользнул обратно в рот. Белоснежные волосы и глубокие багровые глаза.

Маленькая. Гораздо меньше, чем в игре. Ростом она не доставала мне даже до груди — совсем ребёнок.

«Хотя нет, постой... Внешность Камиллы изначально менялась с каждым прохождением. Искательница знаний, использующая в качестве подопытного даже саму себя».

Белый Змей Камилла посмотрела на меня и широко улыбнулась. Её выступающие клыки мило блеснули.

Она протянула мне мороженое:

— Хочешь?

Странно взрослая манера речи. Тело, произносившее эти слова, было настолько крошечным, что ситуативно это выглядело почти непристойно.

«Вокруг столько инквизиторов, а она во всеуслышание предлагает угоститься... Всё прямо как в игре».

— У тебя стальные нервы.

— Люди не обращают внимания на муравьёв, милый.

— Даже для Апостола подобное пренебрежение Культом может быть опасным!

— Возьми свои слова обратно!

Инквизиторы зарычали. Я вмешался, чтобы разнять стороны:

— Дальше я сам.

— Но, брат..!

— Всё в порядке. Пожалуйста, отступите.

Колеблющаяся толпа в конце концов отступила. Когда люди разошлись, перед Камиллой открылся вид на целые ряды выстроенных стаканчиков с мороженым.

Она действительно заказала много. Причмокивавшая во время еды Камилла небрежно отодвинула в сторону едва начатые порции:

— Они мне надоели.

— Какое расточительство.

— Одной пробы достаточно, чтобы узнать всё. А вот ты... — Камилла ухмыльнулась. — Даже вкусив тебя, я всё ещё не могу тебя разгадать.

— Зачем ты пришла?

— Следы Наги. Пропавшая священная реликвия. В Культе ходят слухи о чёрных корнях. Выжившие в Парамире говорят, что видели чёрные споры.

Взгляд Камиллы опустился на мою руку:

— Глядя на то, как всё это смешалось в тебе, сомнений не остаётся. Как ты укрощаешь две силы одновременно?

Её зрачки вытянулись в узкие щели. Улыбка стала ещё шире:

— Я вижу это. Отчётливо вижу. Смешались, причём идеально. Поразительно. Как ты это сделал? Хм? Как ты соединил две противоположные силы?

— Иди лучше мороженое своё мешай.

— Знания — это то, что заставляет тебя испытывать жажду, сколько бы ты ни узнавал. Но ты и есть само знание. Ты — тьма. Заглянуть в тебя труднее, чем постичь любое знание, с которым я когда-либо сталкивалась...

Камилла смахнула стаканчики с мороженым в сторону. Даже не взглянув на покатившуюся по полу посуду, она с ухмылкой высунула длинный язык:

— Я решила.

— И что же ты решила?

— Я буду изучать тебя. Это самый эффективный подход. Ахахаха. Нас ждёт восхитительное исследование.

— ...Не могла бы ты уйти?

— Нет, милый. Если я что-то решила, то уже не отступлюсь.

Ко мне прицепилась какая-то странная пиявка. Я небрежно спросил:

— Ты не собираешься требовать Мистилтейн?

Ответ был прост:

— Зачем он мне, если ты гораздо интереснее?

«Только посмотрите на эту безумную фанатку исследований».

◇ ◇ ◇

Церемония повышения продолжилась.

Великий инквизитор Димонаас была возведена в сан Архиепископа.

Айрин, которая была кандидаткой в Девы Дня, официально вошла в их состав.

Раадатук и Розмари стали Великими инквизиторами Второго и Третьего отделов Инквизиции соответственно.

Вероник стала Великим инквизитором Четвёртого отдела, а освободившееся после неё место заняла Моника.

— ......

Все, кто был связан с инквизитором Захадом, заняли ключевые посты в Культе Ра.

Исторический сдвиг — не что иное, как полная смена режима.

Архиепископ Джейд, который до войны занимал пост первого Великого инквизитора и передал своё место преемнику, был предельно напряжён.

Захад, назначенный Апостолом, и близкие к нему люди фактически управляли Папской курией.

Священный совет.

Джейд с трудом сглотнул в тяжёлой атмосфере, воцарившейся в глубинах Папской курии.

— ...Следующий пункт повестки дня...

Архиепископ Димонаас вела заседание с поразительной лёгкостью. С разрешения Кардинала Арпины длинный список вопросов решался один за другим в стремительном темпе.

Невероятная скорость. То, как она обобщала большинство мнений и намечала новые пути развития, заставляло задуматься, не была ли она рождена Архиепископом с самого начала.

Джейд тихо вздохнул с облегчением. Священный совет проходил гораздо более гладко, чем он ожидал.

Он предполагал, что всё склонится в пользу Захада, но это оказалось не так. Общественный долг и личные интересы — и то, и другое соблюдалось должным образом...

«Так даже лучше. Гораздо лучше, чем когда Дуэйн держал Священный совет в своей железной хватке!»

В те времена все планы утверждались исключительно по слову Архиепископа Дуэйна, а все остальные были не более чем марионетками.

Теперь же каждый имел право голоса, и, поскольку это было полноценное заседание, на нём присутствовали главы всех фракций:

Командиры каждого ордена паладинов.

Епископы, занимающие важные посты.

Архиепископы и Великие инквизиторы.

Девы Дня и первый директор Отдела исполнения наказаний.

И даже «Часы Ночи» — фракция, контролирующая казну.

Священный совет в самом истинном смысле этого слова, где присутствовали лидеры всех групп. Джейд сжал кулак.

Возможно, это был тот самый шанс. Шанс разрушить Церковь Бога Солнца, гниющую изнутри, и вернуть её истинный свет!

Джейд преисполнился предвкушения. Архиепископ, поймавший его взгляд, чувствовал то же самое.

Наконец-то пришло время для всех объединиться и нести учение Ра..!

— Следующий пункт повестки дня... — слова Димонаас резко оборвались, — ...это поданный Апостолом Захадом запрос на создание независимой вооружённой организации «Выжженный пепел» и вопрос о месте её размещения.

В зале воцарилась тишина. Никто не произнёс ни слова. Жаркие споры, наполнявшие комнату мгновение назад, словно испарились — все просто замерли.

Тиельра, представительница Дев Дня, заговорила:

— Этот пункт предельно прост.

— В каком смысле?

— Апостол Захад признан самой Ра и стал героем, выступившим против преступлений Дуэйна. Он имеет полное право возглавить вооружённую группу под названием «Выжженный пепел». Все присутствующие в этом зале согласятся с этим.

Тиельра вытянула ноги на стол. Даже не думая поправлять жреческое одеяние, которое опасно сползло, она лениво зевнула:

— Однако его сила слишком велика, чтобы её игнорировать, поэтому держать его на поводке просто необходимо. Думаете, законы и дисциплина подействуют на человека с такой мощью? Нет. Только сила, способная сравниться с ним, сможет его контролировать.

— К чему именно ты клонишь?

— Девы Дня сделают исключительное предложение. Единственное, что может совладать с ним — это чистая военная сила. В качестве меры предосторожности на случай непредвиденных обстоятельств...

Тиельра обменялась быстрым взглядом с Айрин:

— «Выжженный пепел» будет основан в непосредственной близости от нас — Дев Дня, сильнейшей силы внутри Культа, после чего я лично буду присматривать за ним.

*Треск.*

В последовавшей тишине Димонаас медленно подняла голову. Архиепископ Джейд сглотнул, увидев вену, отчётливо проступившую на её лбу.

«Что за... Что-то не так».

Атмосфера резко изменилась по сравнению с той, что была секунду назад. Неужели это затишье перед бурей?

— ...Слова Тиельры, главы Дев Дня, безусловно, имеют смысл. Однако как первый Архиепископ я должна затронуть некоторые вопросы, — её тон был спокоен. Только тон и был спокоен. — Апостол Захад добровольно сразился с преступником Дуэйном и доказал свою преданность. В сочетании с инцидентом в Парамире и воспитанием многочисленных талантливых людей в Пятом отделе Инквизиции он за короткое время добился выдающихся успехов.

— Именно поэтому поводья нужно натянуть потуже.

— Он способный человек. Но что произойдёт, если мы насильно наденем поводок на кого-то вроде него? Ни одна сук... прошу прощения. Ни одна собака не любит сидеть на привязи. Люди ничем не отличаются.

Холодные глаза блеснули:

— В тот момент, когда вы пытаетесь насильно обуздать чистую волю, она может ожесточиться. Поскольку силы Культа сейчас значительно ослаблены, Апостол Захад представляет собой важнейший актив. Предоставление ему большей свободы кажется мне более важным выбором для Культа. И прежде всего, сама попытка посадить на цепь того, кто фактически является благодетелем Культа, кажется в корне неверной.

— И что же ты тогда предлагаешь?

— Тем не менее мы не можем просто оставить его без присмотра. К счастью, у меня есть опыт совместной работы с ним. Будет справедливо сказать, что я провела с ним больше времени, чем кто-либо другой в этом зале. Думаю, я смогу направлять его и сдерживать, когда это необходимо.

Димонаас приподняла уголок губ. Выражение её лица говорило: «Ну давай, попробуй, если посмеешь».

— Я лично буду курировать «Выжженный пепел».

— ...У тебя и так полно официальных обязанностей. Хочешь сказать, что справишься с этим вдобавок ко всему остальному?

— Моих способностей более чем достаточно. К тому же это кажется лучшим решением, так что тут ничего не поделаешь.

Тиельра улыбнулась. Выражение её лица так и говорило: «Надо же, посмотрите на неё».

Оказавшись между двух огней, Джейд задрожал. Вновь созданная организация — конечно, «Выжженный пепел» был важным делом, но...

Если посмотреть на то, из-за чего они на самом деле спорили, всё сводилось лишь к одному: они просто решали, где будет располагаться здание.

И эти двое так яростно сражались всего лишь из-за этого?

*Скрип.*

Кто-то поднялся со своего места. Слегка напряжённая Розмари заговорила запинаясь:

— М-можно мне... высказаться...?

— Не надо.

— Простите?

— Вырвалось случайно. Великий инквизитор Розмари, пожалуйста, говори свободно.

— Д-да! Хорошо!

Глубокий вдох. Кошачьи ушки навострились и задёргались:

— ...Апостол Захад долгое время жил и работал в Пятом отделе Инквизиции. Я считаю, что эффективность работы и рабочая обстановка тесно связаны. Когда окружение резко меняется, многие люди не могут выдать и половины своих обычных возможностей.

— ......?

Димонаас уставилась на Розмари пристальным взглядом. Розмари тихо добавила ещё один аргумент:

— Я слышала, что должность Архиепископа чрезвычайно загружена официальными делами. Сейчас, когда происходят все эти перемены, забот станет гораздо больше, чем раньше. К тому же я, имея различные связи с Апостолом Захадом, считаю наиболее уместным контролировать его, находясь рядом с ним.

— Великий инквизитор Розмари?

— Я считаю, что есть разница между тем, чтобы наблюдать сверху, и тем, чтобы наблюдать рядом. Даже если у него возникнут глупые мысли, находясь прямо у него под боком, я смогу заметить это незамедлительно. Как правило, именно коллеги, а не начальство, первыми замечают, когда с товарищем что-то не так. Я предоставлю несколько тематических исследований по этому поводу.

Розмари выложила целую стопку документов. Бровь Димонаас дёрнулась.

Их взгляды встретились. Даже под откровенно свирепым взором Розмари не стушевалась. Напротив, она заговорила ещё смелее:

— Я согласна с тем, что за человеком, способным сорваться в любом направлении, нужен постоянный присмотр. Как и сказала Архиепископ Димонаас, лучше наблюдать за ним со стороны, чем насильно сажать на цепь. Но я считаю, что эту роль должен выполнять коллега, а не начальник.

— У Великих инквизиторов ведь не меньше официальных обязанностей, не так ли?

— Великий инквизитор Раадатук также пообещал помочь с работой. В одиночку этого может быть недостаточно, но вдвоём, я верю, мы полностью справимся.

Димонаас метнула взгляд на Раадатука. Раадатук тихо отвёл глаза.

Ситуация накалялась. В этот хаос робко вставила свой голос новая директор Отдела исполнения наказаний Моника:

— Э-эм, город Филамон сейчас находится в состоянии почти полного разрушения. Если там обоснуется новая организация, думаю, это поможет восстановить город и одновременно вернуть рухнувшую веру в Ра. Оказание помощи беднякам также будет очень полезно для формирования имиджа новой организации под названием «Выжженный пепел»...

— ......

— И-ик.

Моника, поймав взгляд Димонаас, тут же вжала голову в плечи. Архиепископ Джейд потёр лицо из-за зашедшего в тупик заседания.

Он ошибался. Ошибался самым грандиозным, катастрофическим образом.

«Да этот бардак ещё хуже, чем был при Дуэйне?!»

— В любом случае, Апостол Захад должен быть под присмотром Дев Дня...

— Нет. Я лично...

— Великие инквизиторы ближе всех к нему...

— Д-для плана восстановления Филамона абсолютно необходимо, чтобы...

Среди яростной перепалки Кардинал Арпина призвала всех к порядку:

— Этот вопрос... пока отложим. Прежде чем принимать решение, мы выслушаем мнение самого заинтересованного лица.

Глаза женщин хищно блеснули.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Кошачья драка (5)

К тому времени, как я отправился на встречу с Камиллой, до меня дошли слухи, что Священный совет уже завершился. Я и не планировал на нём присутствовать — лишь попросил Димонаас получить разрешение на основание от моего имени, — но...

Что-то пошло не так.

Статус «ордена, который служит последней линией обороны культа во время кризиса» утвердили без каких-либо проблем, но затем внезапно нахлынула толпа людей, подняв жуткий шум.

Причиной спора стало местоположение штаб-квартиры «Выжженного пепла».

Моё мнение в этих дебатах вообще никто не учитывал. Все, кто приходил якобы спросить меня, просто кричали мне прямо в уши, так что я и слова вставить не мог.

— Прямо рядом с отделом Инквизиции — это же очевидный выбор! — взвизгнула Розмари. — Никогда не знаешь, когда он натворит делов, так что мне, естественно, нужно держать его поближе и приглядывать за ним!

Димонаас лишь с глухим рыком оскалилась.

— Если оправданием служит слежка, то у меня сравнительно больше свободы передвижения, — спокойно подала голос Айрин, — так что для этой задачи лучше подхожу я.

— Г-город... Филамон опасен... Захаду было бы... лучше там... — едва слышно прошептала Моника.

— Хм... — Раадатук с кислым видом почесал затылок. — Не думал, что ситуация ухудшится до такой степени.

— Я тоже.

Если быть точным, это было не то, от чего можно было просто отмахнуться фразой «я тоже». Я всё ещё не выплатил долг Асвалю. Следующий год был не за горам, а значит, мне нужно было действовать быстро.

Если я что-то скажу, всё это закончится быстрее. Так что хотя бы одно слово...

— Я...

*Бах!*

Димонаас с силой пнула стену прямо рядом со мной. Осколки разрушенного камня посыпались вниз.

— Он будет рядом со мной, ясно?

— Нет, это... — Айрин лёгким движением оттолкнула ногу Димонаас в сторону. — Пожалуйста, воздержитесь от угроз, архиепископ.

— Ха? Ты только что тронула меня?

— Любая угроза в его адрес будет расцениваться как угроза в мой.

— Это не было угрозой! Это просто небольшое...

Розмари протиснулась между ними двумя и встала прямо передо мной, плавным движением достав поводок. Её лицо так сильно покраснело, словно вот-вот лопнет, но она всё равно выдавила из себя:

— М-мой... мой... мой... мой хо... хозяин...

— У тебя сейчас лицо взорвётся.

— В-в общем, раз уж так вышло, я думаю, что строить прямо рядом с отделом Инквизиции разумнее всего! Ты ведь согласен?! Ответь мне, Захад!

— С точки зрения расположения, я действительно считаю это разумным. Хотя само место не так уж важ...

— Заткнись! Предатель!

Раадатук тихо отступил назад. Моника, которая пыталась протиснуться вперёд, получила пинок от Розмари и покатилась по полу.

— Не смей зариться на место питомца!

— Ч-что это вообще значит... ай... Я, я просто говорила... может, вместо этого... — Моника зажмурилась и закричала: — П-почему бы нам не решить всё спором на пари?!

— Прошу прощения?

— Спор?

— ...О? — Тиельра, наблюдавшая со стороны, довольно усмехнулась, явно забавляясь происходящим. — Неплохо.

— В таком случае я бы тоже хотела... — Арпина протиснулась сбоку. — Думаю, было бы... хорошо... если бы Захад был поблизости...

Атмосфера мгновенно изменилась.

Архиепископ Димонаас.

Кардинал Арпина.

Тиельра и Айрин из Дев Дня.

Великий инквизитор Розмари и Раадатук.

И даже Моника, директор Отдела исполнения наказаний.

Сформировалось пять фракций. Димонаас зарычала, а затем медленно повернула голову:

— Погодите, Ваше Высочество! Вы-то почему вмешиваетесь?!

— Я... я думала, что у меня тоже есть... право голоса... — Арпина вздрогнула, и по её щеке покатилась слеза. — ПроститеменяябылаглупойябыласлишкомсамонадеяннойконечноябесполезнапоэтомуестественнодумалачтонедолжнавообщевмешиватьсянопребываниесЗахадомделаетменясчастливойияпростохотелапоговоритьхотябыещечуть-чутьоябылатакойидиоткойпроститепроститепростите...

— В-Ваше Высочество? — Тиельра обняла Арпину за плечи. — Архиепископ Димонаас. Не думала, что вы способны на такое...

— Я... я не это имела в виду! В-в общем, ладно! Пусть будет так! Решим всё спором! — Димонаас зарычала и объявила собрание закрытым: — Тот, кто победит, заберёт Захада себе! Никаких возражений по поводу результата я не приму!

— А как же моё мнение?

— Ты думаешь, оно у тебя есть?

Я молча закрыл рот.

В конце концов, это база организации, которую я возглавляю — почему именно мне нельзя высказаться?

— Я бы тоже хотел кое-что сказать...

— Младший. — Айрин хрустнула костяшками пальцев. В её голубых глазах вспыхнул тревожный блеск. Жажда битвы уже полностью поглотила её. — Предоставь это мне.

«Нет, ты ничем не лучше остальных».

— Я обязательно... заберу его...

— Я тоже... Захада...

Розмари скрежетала зубами, а Арпина тихо поддавалась жадности.

— Угх... Я выиграю, Захад! Силой наших общих воспоминаний! — Моника дала клятву, а я лишь вздохнул.

Что ж... в принципе, нет особой разницы, где всё закончится... Делайте что хотите.

◇ ◇ ◇

— Клеймо беспокойной судьбы.

— Это научный вывод?

— Не пытайся отвести взгляд, дорогой. Разве это не очевидно, стоит лишь посмотреть? — Камилла облизнула губы, прихлебывая кофе с тихим причмокиванием. Её раздвоенный язык мелькнул снаружи. — Так кто же она?

— О чём ты?

— Я про твою первую жену.

«Первую жену», надо же.

Я пожевал угощение, которое протянула мне Маая. Камилла ухмыльнулась:

— Это та девочка?

— Маая мне как младшая сестра.

— Младшая сестра...? — Маая поникла, опустив голову. — Маая... Просто... младшая сестра?

Я тут же исправил свои слова:

— Дорогая спутница, самая ценная моя подчинённая и в то же время самый близкий человек, которому я могу доверять.

— ...Хе-хе.

— Тяжело тебе, да?

— Это твоя вина.

— Я лишь сказал правду, а ко мне так относятся... — Камилла слегка похлопала меня по плечу и улыбнулась: — Ей ведь больно, знаешь?

«И откуда у неё только силы на эти игры».

Я стряхнул Святую силу Змея, которая медленно ползла по моему телу. Камилла отвернулась с лёгким разочарованием на лице.

— «Выжженный пепел»... довольно интересно.

— Тебе больше нечем заняться? Разве Культ Змеи не даёт тебе поручений?

— Можно сказать, я дитя, от которого они отказались. «Неуправляемая» — пожалуй, более точное описание. Нет такой организации, которая могла бы меня удержать, и они это прекрасно знают, — пробормотала Камилла. — Великий воин Лакеум... Балкан, последний выживший из отряда наёмников «Ликос»... миссионерка Ева и Безумная Взрывница Цубаки.

— Откуда ты их всех знаешь?

— Даже если знания этого мира безграничны, я могу гордиться тем, что знаю больше большинства. Имена нескольких преступников? Проще простого. Но кроме этого... дорогой, ты ведь скрываешь довольно много, не так ли? Откуда ты знаешь этих осуждённых преступников?

— Не знаю. Это всё мои карты.

— Как мило.

— Прошу прощения? Что именно?

— Мне нравятся люди со множеством секретов, а у тебя их, похоже, предостаточно. — Камилла восхищённо прищелкнула языком. — Тебе не кажется, что мы бы... отлично поладили?

Когда она так лукаво улыбается, даже тот, кто мог бы поддаться искушению, передумает.

Я отвернулся.

Значит, всё как в описании: Искательница знаний. Она действительно знает очень много.

Я опустил плечи. Она была одной из основных NPC, но из-за того, что о ней было так мало известно, даже в игре к ней относились лишь как к фоновому персонажу. Кроме того, что она была странницей, информации о ней почти не имелось; примерное представление о её характере — вот и всё, чем я располагал.

Не видя никаких зацепок, я не мог понять, чего она добивается. Честно говоря, казалось, будто рядом со мной сидит настоящая змея.

— К-кулинарный поединок...?!

— Здесь вообще есть кто-то, кто умеет готовить?

— Походная кухня, немного...

— ...Да и вообще, разве есть кто-то, кто сможет победить Захада в подобном состязании...

— Угх... Я выпила много алкоголя, но... смените категорию! Это несправедливо!

Категория сменилась. От всех этих криков у меня уже начинала болеть голова.

«Мне нужно немного исцеления. Разве нет поблизости кого-то похожего на очаровательного щеночка?»

Амар подошла бы идеально. Где она сейчас? Всё ещё стабилизирует свою ману?

В любом случае, если оставить всё как есть, шума вокруг меня будет слишком много. Да и плыть по течению — не в моих правилах. Лучше выбрать самому, пока они действительно не подрались.

Прежде чем встать, я небрежно спросил:

— Извините.

— Что?

— Что думаешь, Камилла?

— Ты о том, где основать «Выжженный пепел»? — Камилла ухмыльнулась и посмотрела на меня с явным интересом. — Не думала, что об этом стоит спрашивать апостола другого культа.

— Я хочу услышать твоё мнение, прежде чем приму решение.

— Хм. Ладно. Неплохо. В таком случае... — Секундное раздумье, во время которого она склонила голову набок, и Камилла улыбнулась по-змеиному: — Построй его рядом с Культом Змеи.

— Прошу прощения?

— Уверена, ты расслышал меня правильно.

...Дай хоть спросить почему.

— Почему?

— Это близко к моей исследовательской лаборатории, так что я смогу изучить тебя как следует...

— Забудь.

Боже мой. Забудь об этом. И на что я только надеялся?

Пока я размышлял, кричащие женщины наконец определились с категорией.

— Давайте сыграем в камень-ножницы-бумага!

Ра испустила горестный вздох.

«Они решают судьбу организации, призванной защитить светлое будущее, с помощью подобной игры?»

— Это твои жрецы.

«С сегодняшнего дня у меня нет жрецов...»

— Негоже божеству говорить такие вещи.

Матч в камень-ножницы-бумага, который должен был определить судьбу мира, начался со всеми вытекающими: чтением движений соперниц и проверкой рук.

— Я ставлю на камень!

— Угх. Это так подло!

— Эй! Отключи свою Святую силу! Кто разрешал тебе обострять чувства!

— Давайте играть честно! Честно!

В дело вступила даже психологическая война.

Наблюдать за этим со стороны было действительно забавно, но я не мог просто оставить всё как есть. Кто бы ни победил, этот спор явно закончился бы дракой: они обязательно подняли бы шум и нашли к чему придраться.

Дай-ка подумать... в любом случае, определённо лучше обосноваться где-нибудь за пределами главной штаб-квартиры культа.

Мои мысли уже склонялись к Филамону. Если я построю базу там, то смогу наращивать свои силы, ни на кого не оглядываясь. Врагов там будет предостаточно, да и вмешательства не избежать, но, по крайней мере, мне не придётся ни перед кем ходить на цыпочках, что уже облегчало задачу. Некоторое отдаление от главной штаб-квартиры культа также означало меньше внимания со стороны Папской курии.

Финансирование строительства базы меня не беспокоило: продажа Нектара означала, что о деньгах можно не волноваться. Раз уж на то пошло, может, стоит спросить о переводе ребят из «Чёрной стали» в Филамон? Гектор и остальные... у них ведь всё хорошо, верно?

*Тук-тук.*

Раздался стук в дверь. Прежде чем игра в камень-ножницы-бумага успела завершиться, кто-то открыл дверь и вошёл внутрь.

Асваль Хальц.

Человек, который был мне многим обязан, завидев меня, понизил голос:

— Захад. Та услуга, о которой я просил тебя раньше... она понадобится мне прямо сейчас.

Его взгляд, устремлённый на меня, был предельно серьёзен. Я поднялся со своего места и последовал за ним в коридор.

Пока мы шли по коридору, он провёл рукой по лицу:

— Времени нет. Дело чрезвычайной важности. Ситуация изменилась, так что нам нужно действовать. Прости, но у нас нет времени ждать, пока у тебя всё уладится.

— Что ты имеешь в виду?

— Мне нужно, чтобы ты немедленно выполнил обещание, которое дал мне ранее. Нет времени на неспешные ожидания. Ситуация в Империи изменилась. — Асваль вздохнул: — Готовься к немедленному отбытию. Следуй за делегацией, которая прибудет в ближайшее время, и отправляйся в Эльфийский лес. Сейчас самый подходящий момент... и последний шанс.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (1)

— Я лично решу, где обоснуется «Выжженный пепел», когда ситуация с культом немного уляжется.

— Ч-что?! Почему?!..

— Я его глава, так что вполне естественно следовать моему решению. Возражения не принимаются. Я разберусь со всем сам. Похоже, у нас нет времени рассиживать без дела, так что давайте прекратим споры.

Я отложил это решение на потом. Появились новые дела, так что ничего не поделаешь.

Время для игр закончилось. Асваль Хальц в общих чертах обрисовал ситуацию. Суть сводилась к следующему:

— Положение Третьей принцессы стремительно пошатнулось. Наследный принц и Второй принц начали действовать. Четвертая принцесса тоже не осталась в стороне.

— Жизнь Императора в опасности?

— ...Соблюдай приличия. Впрочем, ты не далек от истины.

Поскольку жизнь нынешнего Императора подходила к концу, различные фракции начали приходить в движение.

И среди них меньше всего ресурсов было у Третьей принцессы Софии, которой и служил Асваль.

— У нее нет ни законных оснований, ни опоры в виде власти. Она ненадолго прославилась как спасительница Парамира, но этого и близко недостаточно.

— Значит, нам нужно как можно скорее создать предлог, чтобы сплотить людей вокруг нее?

— Личный врач Императора высказался. Говорят, ему осталось жить меньше года. Все приготовления должны быть завершены в течение этого срока. Я уже запустил несколько процессов — чтобы наладить связи и доказать, что Третья принцесса достойна императорского трона. И среди них самое важное — возобновление торговли с эльфами.

Империя на пороге потрясений, а за этим неизбежно последует междоусобная борьба.

Члены императорской семьи, которым не удавалось занять трон, погибали. Это было общим правилом для любого сценария.

Можно было спасти тех, кто не добрался до престола, но обычно они влачили жалкое существование. В императорской крови не было особого смысла, если ее лишали всякой поддержки.

Асваль взял меня за руку.

— Я знаю, что в культе сейчас неразбериха. Но мне нужно, чтобы ты взялся за работу прямо сейчас. В данный момент из столицы в этот город направляется делегация — немедленно присоединяйся к ней. Принцы и другая принцесса, разумеется... а также нанятые ими убийцы нацелятся на эту делегацию. Я уже нанял известных бойцов, но мне нужен именно ты. С твоим участием успех миссии практически гарантирован.

— Что ж... Я действительно твой должник, так что сделаю это, но...

Так или иначе, чтобы вылечить болезнь Арпины, мне в любом случае пришлось бы отправиться в Эльфийский лес. С этим проблем не возникало, однако...

— А открыть торговый путь вообще возможно?

— Возможно.

Асваль ответил без колебаний.

— Мы тоже кое-что подготовили со своей стороны. С этим все наверняка получится.

— И что же это?

— Это секрет. Не то чтобы я тебе не доверял, но... надеюсь, ты понимаешь, что это крайне важное дело, требующее максимальной осторожности.

Я потер переносицу. Чего-то подобного я и ожидал.

После битвы с Дуэйном прошло совсем немного времени, но мне нужно было идти. Помимо моего долга, жизнь Арпины тоже висела на волоске.

Ну, если судить щедро, у нее оставалось от силы года два... но если я мог разобраться с этим сейчас, следовало сделать это немедленно.

Настало время действовать. Думая о будущей жизни в Академии в следующем году, было бы правильно разобраться со всем, с чем я мог справиться прямо сейчас.

Откладывание дел на потом лишь создавало лишнюю головную боль в будущем.

Как бы это ни раздражало, работа есть работа.

Я разберусь с этим делом без лишнего шума, заложу основу для «Выжженного пепла», а в следующем году отправлюсь прямиком в Академию!

А затем воспользуюсь своими связями с основными NPC, чтобы выследить оставшихся Оскверненных!

— Нельзя вечно жить в долгах.

— О!

— Раз уж ваше превосходительство так усердно помогали мне...

Я изобразил улыбку святого. Если уж мне все равно придется это делать, то почему бы не устроить небольшое представление.

— Проблема лишь в том, что мне придется тащить свое «истощенное», «измученное» и «совершенно обессиленное тело» в такую даль...

— Ближе к делу. Чего ты хочешь?

— Ценю прямоту. Мне не нужны никакие подтверждения для новой организации, о которых мы говорили ранее. Я вырезал всю гниль, так что теперь желаю лишь одного.

Императорская сокровищница.

Забитая до отказа настоящими сокровищами — там же покоились и священные реликвии. И больше всего мне хотелось заполучить одну из священных реликвий Ра.

— В обмен на списание долга позволь мне войти в императорскую сокровищницу. Всего за одной вещью. В качестве священной реликвии для нашего культа. У вас ведь припрятано несколько штук... по-тихому отложенных в сторону, верно? Я возьму лишь одну из них.

— ...Это находится в ведении Его Величества...

— Если Третья принцесса станет Императором, разве она не сможет взять на себя эту ответственность? Считай это авансом за то, что вы все равно собирались дать.

— Хм-м-м...

Асваль задумался, а затем тяжело кивнул.

— Как только это дело завершится... я смогу привлечь на нашу сторону одного из герцогов, так что наша фракция тоже вырастет. Если делегация выполнит свою миссию и благополучно вернется, твой вклад будет огромен — тебе даже не придется беспокоиться о законных основаниях...

После затянувшейся паузы Асваль небрежно спросил:

— А нельзя оформить это как заем?

— Просто отдай ее мне.

— Я понимаю, что для любого человека, не принадлежащего к духовенству, священная реликвия — не более чем пылящийся антиквариат... но даже так, само ее имя имеет огромную ценность...

— Ваше превосходительство. Разве мы не должны помогать друг другу?

Я перехватил его руку, когда он попытался тихонько отстраниться.

— Мы ведь не на день или два встретились, верно? К тому же теперь я глава «Выжженного пепла». Возможно, мне и придется следовать указаниям культа, но у меня также есть полномочия действовать независимо — так что, я бы сказал, здесь есть постоянная взаимная выгода для нас обоих, не находишь?

— ......

Асваль вздохнул и тяжело кивнул:

— Но ты обязан добиться успеха.

— Да. Что ж, это само собой разумеется. Этот ваш подарок — что бы это ни было — ведь настоящий, верно? Стоит его вручить, и эльфы будут полностью на нашей стороне?

— Пока он цел, никаких проблем не возникнет.

— ...Звучит так, будто эта штука легко ломается... только не говори мне, что следить за ее сохранностью — тоже моя работа?..

— Священная реликвия стоит недешево, верно? Тебе придется отработать ее стоимость.

Асваль снова тяжело кивнул:

— Это дело чрезвычайно важно. Я рассчитываю на тебя, Захад.

— ......

Атмосфера стала тяжелой. Я пожал плечами:

— Понял, так что расслабь лицо. Выглядишь так, будто у тебя кто-то умер.

Ну что ж, пора отправляться.

Такое ощущение, будто у меня не было ни минуты отдыха... но что поделать!

◇ ◇ ◇

Императорская делегация прибыла. Они добрались даже быстрее, чем инспекторы, а их отряд оказался весьма внушительным по размеру.

Огромная процессия, соответствующая масштабу делегации. Одних только солдат насчитывалось около трехсот человек. И среди них затесалось несколько известных отрядов наемников.

Командиром, возглавлявшим эту внушительную силу, был граф. Высокомерный высокопоставленный имперский рыцарь, служивший напрямую герцогу.

Блейкен Мирад.

При виде него лицо Асваля Хальца исказилось.

— Надо же, именно он. Граф Блейкен.

— Кто он такой?

— Подожди пока здесь.

Асваль Хальц поехал вперед. Я, последовав за ним, наблюдал за ними со спины.

С точки зрения реальной численности войск преимущество было на стороне Асваля. Но высокомерие графа Блейкена ничуть не поколебалось.

Они служили разным господам, так что и их преданность принадлежала разным людям.

Герцог, которому служил Блейкен, был тем самым человеком, который заключил сделку и согласился встать на сторону Третьей принцессы — но только после успеха делегации. Они плыли в одной лодке, но не были настоящими союзниками.

Лошадь пронзительно заржала. Асваль понизил голос:

— Давно не виделись, сир Блейкен.

— Действительно, ваше превосходительство.

— Почему вы здесь? Где Ребекка?

— Она поехала с нами. Но командование принадлежит мне. Герцогиня Валентина отправила меня лично. Она велела напрямую возглавить те элементы делегации, которым не хватает опыта.

— .....

— Третья принцесса также согласилась на это соглашение.

Согласилась.

На самом деле это было больше похоже на принуждение. Это было равносильно открытой демонстрации амбиций встать за спиной Третьей принцессы даже после того, как она станет Императором, и править империей из тени.

Лицо Асваля потемнело. Его и без того тихий голос зазвучал еще более угрожающе:

— Ребекка тоже способна командовать в полевых условиях. Я не думаю, что вам нужно утруждать себя помощью, сир.

— Вы можете думать так, ваше превосходительство, но герцогиня Валентина считает иначе. Как и я. Недавно получившая звание высшего рыцаря девица, у которой еще молоко на губах не обсохло — она ведь ни за что не сможет правильно провести отряд через Древний лес, верно?

— Я уже нанял проводника. Одной Ребекки вполне достаточно.

— Я уважаю ваше мнение, ваше превосходительство, но герцогиня сказала, что шансы на успех будут выше под моим командованием, учитывая, что я уже однажды проходил через Древний лес. Пожалуйста, поймите, что я просто следую приказам.

Блейкен перевел взгляд и мельком посмотрел на меня:

— В войске затесались незнакомые лица. Жрец Бога Солнца... зачем вы взяли этого человека с собой, ваше превосходительство?

— Он окажет помощь делегации. Так называемый...

— Не нужен, ваше превосходительство.

— Я еще не закончил говорить.

— Кем бы он ни был, он не нужен. Делегация отправляется прямо сейчас. Мы остановились лишь для того, чтобы предоставить вам отчет о продвижении, ваше превосходительство. У нас нет намерения добавлять жреца Бога Солнца в наш отряд. Нам более чем достаточно собственных сил.

— Вы не понимаете, насколько важно это дело?

— Понимаю. Но потеря бесполезного жреца — невелика беда.

— Тот, кто пытается нам помочь — Апостол! Вершина веры Бога Солнца!

— Апостол, говорите?

Блейкен издал насмешливое фырканье.

— Даже если и так, лягушка на дне колодца все равно остается лягушкой. Существует предел тому, насколько сильным можно быть. В конце концов, жрец — это всего лишь жрец, не так ли? Нам не нужна помощь. Ваше превосходительство, пожалуйста, скажите жрецу возвращаться. У нас впереди долгий путь, так что мы откланиваемся.

— Я еще не закончил!..

— Нам нужно кормить пятьсот ртов, ваше превосходительство. Полноценная делегация с повозками на буксире. Жалованье наемникам должно выплачиваться за каждый прошедший день. Чем дольше мы тянем время, тем тяжелее бремя ложится на принцессу.

Блейкен крепко сжал поводья и направил коня вперед:

— Вашему превосходительству лучше поскорее вернуться назад, чтобы позаботиться о Третьей принцессе. Вы в курсе, что совсем недавно на нее было совершено покушение?

— Ч-что?!

— Я откланиваюсь, ваше превосходительство. Надеюсь, при следующей встрече мы будем полностью на «одной стороне».

Блейкен уехал. Делегация, ненадолго остановившаяся, снова пришла в движение.

Я почесал щеку. Я предложил свою помощь, а они отказались...

— Значит ли это... что сделка отменяется?

— Ни в коем случае!

Асваль заскрежетал зубами:

— Этот дурак! У него совершенно нет чутья на таланты!

— Ну, это естественная реакция. В этом мире рыцари и маги встречаются на каждом шагу. Учитывая скрытую мощь империи, было бы странно, если бы он не фыркал.

— Проклятье... раз уж все так обернулось, у нас нет выбора.

Асваль взглянул на меня:

— Теперь, когда я услышал о покушении на Третью принцессу, мне нужно немедленно возвращаться в столицу. Я не могу оставить ее одну.

— Понимаю. Тогда я тоже пойду своей дорогой.

— Куда это ты собрался?

— Прошу прощения?

Погодите. Они ведь только что сказали, что не хотят видеть меня в своем отряде.

— Я ведь отчетливо слышал, как они сказали мне не следовать за ними?

— Это было мнение графа Блейкена. Не мое.

— ...Что?

— Следуй за ними. Но держись на расстоянии — ровно настолько, чтобы тебя не заметили.

— Что?

Я моргнул. Мне ведь не послышалось?

Не может быть...

— Ты хочешь, чтобы я... тайно охранял делегацию из тени... словно какой-то... темный рыцарь?

— Именно так.

— А если меня обнаружат?

— Если тебя обнаружат, тогда...

Асваль вздохнул:

— Беги со всех ног. Ты не должен допустить, чтобы твоя личность была раскрыта. Блейкен — грубый человек. Если он узнает, что все пошло не по его плану, он попытается убить тебя. Он захочет заставить тебя заплатить за то, что ты его опозорил.

— Это с твоей стороны крайне безответственно.

— Взамен я увеличу количество священных реликвий, которые ты сможешь забрать из сокровищницы, до трех.

О-хо. Погодите-ка.

А это действительно заманчиво.

— ...И никаких отказов от слов назад?

— Конечно нет.

— Может, сначала составим контракт?

— ...Нам действительно нужно это делать?

— Потому что если ваше превосходительство умоет руки и притворится, будто ничего не произошло, я останусь ни с чем, кроме красивой пустышки.

Я ухмыльнулся:

— Ты ведь сделаешь это, верно?

— ...У меня нет выбора. Ради Третьей принцессы...

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (2)

Я рассказал Димонаас обо всём.

— ...Асваль Хальц. Это правда, весь Культ у него в долгу.

Димонаас выглядела озабоченной. Поскольку штаб-квартира Культа лежала практически в руинах, выделить дополнительные силы было совершенно невозможно.

Я просто изложил свою позицию:

— Мы отправимся сами.

— Ты имеешь в виду... пойдёт только «Выжженный пепел»?

— Да. Никого больше приставлять не нужно. К тому же я и сам перед ним в долгу.

— Возможно, но если подумать, мы ведь тоже ему помогли. Если бы не мы, они бы тоже погибли.

— Но это не отменяет того факта, что он помог нам, верно? Долг, который возник из-за Дуэйна, стал только очевиднее. Лучше уладить всё вчистую, пока есть возможность, а то излишние связи с Империей принесут лишь головную боль.

Димонаас вздохнула и с силой почесала затылок.

Атмосфера изменилась. Её полуприкрытые глаза остановились на документе, который она взяла со стола.

— ...Раз уж мы за это берёмся, нужно извлечь из этого максимальную выгоду.

— Что ты имеешь в виду?

— Мы сделаем это первым официальным достижением новообразованного «Выжженного пепла». И раз уж на то пошло, думаю, пришло время чётко определить, что вообще представляет собой «Выжженный пепел».

— Что за организация?

— Простой вооружённой группе не хватает легитимности. Чтобы наращивать влияние, обычно нужна соответствующая роль. Ты ведь пытаешься чего-то достичь, верно? Если тот, кто мог бы справиться со всем в одиночку, всё же решил создать группу... значит, тебе нужна соразмерная сила. Но новообразованная группа не сможет завоевать влияние без чёткой цели. Влияние напрямую связано с репутацией внутри организации. Каким бы сильным ты ни был, есть вещи, которые нельзя делать просто так, по своему усмотрению.

— Наращивать влияние — это хорошо, но втягивать сомнительных личностей не стоит. Люди, которые могут погибнуть в любой момент, оставят лишь неприятный осадок.

— Когда организация растёт, способные люди тянутся к ней сами собой. Сильные бойцы, которые тебе нужны, будут подавать заявки в «Выжженный пепел» в ещё большем количестве. В любом случае, если ты хочешь создать элитную организацию, сначала нужно нарастить массу — это самый быстрый путь.

Рука Димонаас быстро забегала по бумаге.

— «Выжженный пепел»... давай поступим так. Весь Культ беден, поэтому нам нужен источник финансирования. Нашего независимого торгового крыла, «Часов Ночи», самих по себе недостаточно. Так что эту роль возьмёт на себя «Выжженный пепел».

— И как именно?

— Просто. Будем делать то, что и делали: «официально» принимать заказы от клиентов и брать за это плату. То же самое, что делают авантюристы, — наш Культ тоже будет этим заниматься.

— ...А Гильдия авантюристов ничего против иметь не будет?

— В имперском законе это не прописано, так какая разница? Очевидно одно: сейчас мы не в том положении, чтобы привередничать. Пожертвования из филиалов Культа иссякли. Они выжидают, чтобы посмотреть, как пойдут дела. В той или иной степени все они кормились за счёт денег Дуэйна, так что в каком-то смысле это естественный исход. Прежде чем разбираться с ними, нам нужно потушить пожар прямо перед собой... поэтому мы покроем эти расходы за счёт внешних источников.

Димонаас выпрямилась:

— Я устрою временный штаб «Выжженного пепла» рядом со своим кабинетом. Буду принимать заявки от твоего имени и временно руководить им. К тому же, если эта миссия увенчается успехом, мы сможем использовать достижение в виде выполненного заказа от имперской знати как знамя, чтобы привлечь больше добровольцев из самого Культа. Когда доверие будет установлено, последуют заказы и от других дворян. Проделать весь путь до Эльфийского леса, связь с которым полностью оборвана, — задача не для каждого.

— Но ведь эта миссия должна оставаться в тайне, разве нет?

— Я обращусь с отдельной просьбой к маркизу Асвалю. Вместо того чтобы указывать это как дипломатическую миссию в Эльфийский лес, мы представим всё как расследование дела эльфов, проведённое по просьбе Асваля Хальца. Одно лишь упоминание о том, что вы побывали в Эльфийском лесу, уже звучит достаточно внушительно. В каком-то смысле можно утверждать, что это было более сложное поручение, чем простое сопровождение.

Сплошные хорошие новости, каждое слово. Но...

«Не слишком ли тщательно она меня прикрывает?»

У Димонаас и так дел хватало. А теперь она говорила, что вдобавок ко всему будет управлять «Выжженным пеплом»...

— Ты совсем выбилась из сил?

— Да. Чувствую себя так, словно умираю. Но это необходимо сделать. Я заняла кресло Архиепископа не с легкомысленным настроем.

— Тебе ведь ещё нужно исполнять обязанности доверенного лица Кардинала.

— Другой Архиепископ — третий — сказал, что поможет. К тому же у меня самой практически нет опыта работы Архиепископом. Так что...

Димонаас чопорно отвернулась:

— Я просто усердно тружусь на благо Культа. Не беспокойся об этом.

— Спасибо тебе, Архиепископ Димонаас.

— ...Просто Димонаас достаточно.

— Спасибо, Димонаас.

— Я... я вовсе не говорила, что ты можешь отбросить формальности!..

— Мне вернуться к вежливому тону?

— Забудь! Общайся просто так!

Это была доброжелательность. Другого слова и не подобрать — чистая, несомненная доброжелательность.

Я тихонько рассмеялся и взъерошил её волосы, превратив их в полный беспорядок.

— Вот почему мужчине нужна хорошая жена.

Димонаас взорвалась:

— К-кто твоя жена?! Да кто вообще!..

Нравилось ей это или злило, я, честно говоря, так и не понял.

◇ ◇ ◇

Розмари не могла скрыть своего нежелания оставаться. Она то и дело вела себя так, словно собиралась увязаться следом, но в конце концов сдалась:

— Угх... дел слишком много... Я гораздо лучше подхожу для поля боя...

— Я тоже.

Под глазами Раадатука тоже залегли глубокие тёмные круги.

— Я истощён, брат.

— Но тебе всё равно нужно работать.

— ...Возможно, мне следовало остаться Инквизитором.

Айрин тихо вздохнула и посмотрела на меня снизу вверх:

— Ты снова уходишь далеко.

— Я тоже буду скучать по этому месту, старшая.

— ...Всё в порядке. Я справлюсь.

Это прозвучило не столько как слова, обращённые ко мне, сколько как фраза, которую она сказала самой себе.

Айрин протянула руку и нежно коснулась моей щеки ладонью:

— Не поранься.

— Не поранюсь.

— Всегда будь осторожен. Где бы ты ни был... что бы ни случилось... я всегда буду первой, кто придёт тебе на помощь.

— То же самое касается и меня, старшая.

— ...Почему?

— Ты рискнула жизнью и проделала весь путь до Парамира ради меня.

Я тихонько притянул её к себе, обнял и прошептал на ухо:

— Я бы тоже рискнул жизнью ради тебя.

— ......

Айрин, смутившись, слегка оттолкнула меня и подняла руку, чтобы закрыть лицо.

Кончики её ушей, торчащие наружу, стали ярко-красными. Её рука хаотично задвигалась в воздухе, словно у неё произошло короткое замыкание:

— Т-так внезапно... подкатывать вот так... это нечестно...

— Старшая?

Айрин глубоко вздохнула. Успокоившись, она медленно и уверенно кивнула:

— Возвращайся целым и невредимым, младший. Я буду ждать. На ещё большей высоте.

— Я вернусь, старшая.

Моника, надзирательница исправительного учреждения, посмотрела на меня с тоской в глазах:

— Захад. Ты всегда так занят.

— Способность и занятость всегда идут рука об руку.

— Я знала, что ты способный, но не думала, что ты Апостол, которого скрывал Культ. И ещё...

Моника, которая до этого нервно перебирала пальцами, приподнялась на цыпочки.

*Чмок.*

— ...Приезжай в Филамон. Понял?

Моника бросилась наутёк. Димонаас обнажила меч, но Айрин заблокировала его с резким стуком:

— Всё в порядке, Архиепископ.

Глаза Айрин блеснули пугающим светом:

— Я разберусь с этим «лично» позже.

— ...Я могу тебе это доверить?

— Я вырву ей все зубы до единого.

Розмари резко вмешалась:

— А я вырву язык.

— Никто ничего вырывать не будет. Прекратите это.

Внезапный поцелуй из ниоткуда — довольно бурное прощание, если уж на то пошло.

Я повернулся и оглянулся назад.

Люди выходили один за другим со снаряжением в руках. Сначала Балкан, затем Лакеум, Цубаки и Ева.

Весь «Выжженный пепел» собирался воедино. Первые члены отряда — люди, которых вполне можно было назвать осуждёнными преступниками. Они были не из тех, кто мог занимать высокие посты, ведь с их прошлым на них никогда не стали бы смотреть как на обычных жрецов.

Но в качестве моего личного подразделения всё менялось. Это была особая боевая группа в составе «Выжженного пепла», никак не связанная с Культом и состоящая исключительно из чужаков. Личная гвардия, учреждённая властью Апостола — особенная даже для «Выжженного пепла» и подчиняющаяся только мне. Командовал ими исключительно я, и они не стали бы выполнять ничьих чужих приказов.

— Босс!

Маая подбежала ко мне и уткнулась лицом мне в грудь. Я закружил её и поднял повыше, показывая собравшимся преступникам.

— Равнина Наджу... мелкая заноза... чихуахуа...

— Маая. Львёнок.

— Смотрите все. Настоящая тайная королева Компании Захада.

Я слегка встряхнул Мааю:

— Пока меня не будет, она за главного — относитесь к ней хорошо.

— ...Ты ведь шутишь.

— Я серьёзно.

Осуждённые преступники, стоящие перед Мааей, переглянулись. Под их скептическими взглядами я с лёгким стуком опустил её на землю:

— Маая. Ты ведь слышала? Все они — твои подчинённые.

— Подчинённые Мааи.

— И что делает хороший босс?

— Маая всех защищает.

— Правильно. Молодец.

Оставался ещё один человек, который пока не вышел. Я спокойно ждал — уже должно было подойти время.

*Щёлк.*

Раздался звук открывающейся двери. На площадку вышла женщина с толстым сдерживающим ошейником на шее — демоница, к которой Культ относился как к опасному объекту. Но теперь она была просто той, чьё право владения перешло ко мне.

Она безучастно озиралась по сторонам, но, заметив меня, расплылась в широкой улыбке и подбежала ближе:

— Захад!

Она бросилась мне в объятия и стала тереться лицом о мою грудь, точь-в-точь как щенок.

— Захад... Захад... Захад... хе-хе-хе... Захад...

— Ничего не случилось, пока меня не было?

— Нет! Ничего не случилось. Вообще ничего. Было так уютно! А ещё я ела много вкусного, гораздо больше, чем когда сидела в тюрьме.

Демоница, жадно вдыхавшая мой запах, — Амар, — улыбнулась с мягким, блаженным выражением лица:

— Но рядом с Захадом всё равно лучше всего. Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я так сильно тебя люблю! Люблю до безумия. Я та-а-ак сильно тебя люблю!

— Успокойся.

— Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя-а-а...

Айрин сжала кулак. Димонаас тихонько положила руку на эфес меча. Розмари потянулась к топору, закреплённому на спине. Из рук Цубаки посыпались искры. Ева медленно приоткрыла рот. Маая настойчиво потянула меня за рукав.

Ситуация оказалась на грани взрыва.

Я вскочил на ноги:

— Выдвигаемся! Пока не стало слишком поздно!

Арпина, скрывавшая свою личность под глубоко надвинутым капюшоном, тихо кивнула:

— ...В Эльфийский лес.

Она протянула руку и слегка ухватилась за подол моей мантии:

— Захад.

— Да?

— Честно говоря... мне страшно. Я не знаю, что ждёт нас в Эльфийском лесу. Даже если мы доберёмся туда, возможно, я не смогу снять проклятие со своего тела.

Она вздохнула, но в следующий миг с тихим спокойствием посмотрела вперёд:

— И всё же... мы должны идти, верно?

— Конечно, должны, дорогая моя.

Арпина вздрогнула, и её плечи задрожали. В этот момент Камилла, Апостол Змея, как ни в чём не бывало пристроилась шагать рядом со мной:

— Если тебе нужна сила Мирового Древа, то поход к нему — очевидный ответ. Другого пути нет.

— ...И почему ты снова здесь?

— О боже. Разве есть какая-то причина, по которой мне не следует здесь быть?

— Вообще-то довольно много.

— Как странно. Я ведь точно говорила тебе, что буду изучать «тебя».

Камилла с кряхтением закинула на спину свой объёмистый рюкзак и ухмыльнулась:

— Куда бы ты ни пошёл, я буду там. Отныне и навсегда.

— Не могла бы ты не говорить подобных вещей? Это жутко.

— Как мило.

— Что именно здесь милого?!

Наш отряд вырос. К нам привязалась неожиданная попутчица, но, несмотря на это, приготовления к путешествию были завершены.

Я оглянулся на Культ. Почему-то казалось, что я почти не провёл здесь времени. И всё же это место казалось знакомым. Теперь это был мой дом — настолько, насколько это вообще возможно.

После возвращения я тоже буду какое-то время занят, но в конечном итоге именно сюда я вернусь.

— ...Что ж.

Я попрощался простыми словами:

— Я пошёл.

Эльфийский лес. Место, где уже давно не ступала нога человека, — именно туда мы и направились, чтобы снять проклятие Арпины и выполнить просьбу Асваля.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (3)

Эльфийский лес.

Это место, где когда-то обосновались древние эльфы, находилось невероятно далеко даже от северных окраин Империи. Расстояние было настолько огромным, что без использования «портала» — одного из крупномасштабных устройств пространственного перемещения, установленных Империей в некоторых крупных городах, — о подобном путешествии нельзя было даже мечтать.

Я уже получил от Асваля более чем достаточно средств. Их хватало, чтобы снять все вопросы о непомерной плате за пользование порталом, и при этом оставался внушительный излишек. Впрочем, денег у меня и так водилось в избытке. Я прибрал к рукам самые ценные сокровища из сокровищницы Парамира, да и доход от продажи Нектара продолжал поступать стабильным потоком.

Существовала лишь одна проблема.

Нам предстояло преодолеть немалое расстояние в экипаже, чтобы добраться до Мамета — крупного города, в котором находился портал.

— Артефакт работает исправно.

Поисковый компас, который мне вручил Асваль, продолжал указывать направление. Стоило расстоянию сократиться до определенного предела, как он начинал светиться красным.

Для вещицы, созданной на скорую руку, качество оказалось впечатляющим. Ну, отчасти это объяснялось тем, что с другой стороны активно передавали сигнал.

Ребекка, кажется, так её звали. Имя рыцаря, которого приставил Асваль.

Тот факт, что я совершенно её не помнил, говорил о том, что она не входила в список основных НПС. Обычная приближенная Асваля, одна из его старших рыцарей — кто-то, кто не играл особой роли в игре.

Именно она непрерывно посылала сигналы через этот компас. Получив весточку от Асваля с почтовым голубем, она оставляла за собой след из хлебных крошек, чтобы я мог идти по её следу.

К счастью, двигались они не слишком быстро. Благодаря ровному темпу погони мне удавалось держаться позади них примерно в полудне пути, не теряя следа.

Прошло несколько дней и ночей. Делегация продвигалась усердно, время от времени останавливаясь на ночлег в небольших деревушках по пути.

Но мы, разумеется, не могли останавливаться в тех же деревнях. Поскольку нам приходилось следовать за ними на отдалении, ночевки под открытым небом стали обычным делом.

Каждую ночь мы расстилали спальные мешки и ложились прямо на увядающую траву. Единственным плюсом во всем этом, если это вообще можно так назвать, было отсутствие необходимости выставлять ночной дозор.

Стоило нам разбить лагерь, как Маая тут же расставляла Гнильцов по периметру. Подобно фамильярам, они бродили по окрестностям и всю ночь охраняли лагерь, повинуясь приказам своей хозяйки.

— Маая. Охранять подчиненных. Охранять босса тоже.

— ...Странное чувство. Запах гнили. Неужели это...

Цубаки крепко прижала к себе куклу-кролика.

— Ты... сама сделала эту куклу?

— Верно.

— А-а-а! Спасибо! Огромное тебе спасибо!

Цубаки, которая до этого стабильно раз в день разрывала куклу на части, бросилась Маае на шею. Она даже каталась по земле, обнимая её.

Маая слегка оттолкнула её, словно ей это докучало. Но, похоже, она не была совсем уж против — в итоге они с Цубаки тихонько заболтались.

— Знаешь что, Маая? На Восточном континенте есть такие штуки, называются талисманами.

— Талисманы?

— Вот такие. Пока у тебя есть бумага и магическая энергия, их можно делать где угодно. По ощущениям это похоже на свиток, в котором хранится магия.

Они выглядели как близкие сестры. Наблюдать за тем, как эти двое держатся вместе, было искренне приятно.

Ева и Амар в каком-то смысле вели себя точно так же. Поначалу они рычали друг на друга, но неожиданно быстро нашли общий язык.

— Что это?

— Это азалия.

— А это?

— Это гипсофила.

Амар, которая всю жизнь провела в тюрьме и обладала уровнем знаний ребенка.

Ева, которая всегда любила детей и обожала учить.

Пока Амар шла с ней в ногу, расспрашивая обо всем подряд, Ева терпеливо и искренне отвечала на каждый вопрос. С каждым днем было заметно, как их дружба становится все крепче.

Лакеум и Балкан не отставали от остальных. Эти двое вели спокойные, но глубокие беседы.

— Понятно... значит, племя Мороза.

— Я слышал о клане Скалы. Говорили, они были свирепыми воинами.

— Мои соболезнования.

— Благодарю.

Атмосфера в пути была неплохой. Кем бы вы ни были, совместное валяние в грязи неизбежно сближало.

Но была одна, кто не разделял этого веселья. Арпина нервничала на протяжении всего пути. Словно она впервые ушла так далеко от дома, девушка то и дело испуганно озиралась по сторонам.

— А-а вдруг что-то пойдет не так? Что, если на нас внезапно нападут разбойники?

Стоило Арпине договорить, как перед ними возникла банда разбойников.

— Ха-ха-ха! Бабы на землю, мужики отдают все добро и проваливают!..

*Бум!*

Их расплющило в мгновение ока.

— О-они даже не дали мне договорить реплику!..

Арпина задрожала от страха, глядя на разбойников, катающихся по земле.

— В-вот! Видите! А что, если вдобавок к этому погода испортится!..

*ГРРР-БАБАХ!*

Разразилась гроза с громом и молниями. Нам пришлось сушить промокшую одежду внутри пещеры.

— А если внутри этой пещеры окажется медведь!..

Появился медведь.

— ГРРР-А-А-АР!..

— Да угомонись ты уже. Серьезно.

— Гррр...

На ужин нам пришлось довольствоваться медвежатиной. Камилла, которая обычно сохраняла хладнокровие практически в любых обстоятельствах, выглядела сытой по горло.

— Кардинал Арпина, не могли бы вы держать рот на замке?

— Ваше Высочество. Пожалуйста, просто посидите смирно. Хватит поднимать флаги.

— Н-но... даже в такой спокойной обстановке сюда может внезапно забрести монстр и...

*ГАВ! ГАВ! ГАВ!*

Бродившая неподалеку адская гончая почуяла запах медвежатины и с лаем ворвалась внутрь.

Мы без труда прикончили её и вывесили тушу наружу.

— Я... прошу прощения...

Арпина низко склонила голову.

Я честно пытался найти слова утешения, но просто не смог себя заставить.

Что это вообще такое. Серьезно.

У неё что, какой-то скрытый атрибут невезения, которого не было в игре?

◇ ◇ ◇

Мирная деревня Полтон.

Пелакан, выросший там мальчишка, уже какое-то время пребывал в унынии.

Будучи сыном простого крестьянина, он не мог не восхищаться рыцарями — облаченными в доспехи фигурами, о которых он читал лишь в сказках.

И вот сотни таких людей прошли мимо него разом. Глядя на их сверкающие мечи, он почувствовал, как в его груди разгорается пламя амбиций.

И вдобавок ко всему...

Деревенские старейшины, которые всегда держались с таким высокомерием, не смогли вымолвить ни слова — они лишь кланялись и пресмыкались. Они даже собственноручно наливали гостям выпивку, из кожи вон лезя, чтобы угодить.

— ...Как же это круто. «Я хочу стать таким же. Я хочу стать таким же рыцарем! Почему я родился сыном крестьянина? Если бы я родился сыном рыцаря, мне не пришлось бы торчать в этой глуши».

Пелакан надулся и тяжело вздохнул. Он оттолкнул подбежавшего к нему друга и нахмурился.

— Я... я все решил!

— О чем это ты?

— Я стану рыцарем! Прямо с этого дня я начну усердно тренироваться с мечом и...

*Шурх.*

Пелакан моргнул. Что-то упало ему на голову. Пыль.

Дом задрожал. Мебель затряслась, а земля под ногами затрепетала.

— Ч-что... что происходит?..

Пелакан выбежал наружу. Дрожал не только его дом.

Это отличалось от того момента, когда мимо проходила делегация. Тогда топот множества лошадей тоже заставил его сердце трепетать, но земля не содрогалась с такой силой.

Что-то приближалось. И в огромном количестве.

Пелакан поднял голову. Он прищурился, вглядываясь в бесчисленные точки, показавшиеся на горном хребте.

Они были огромными. Даже с такого расстояния они казались крошечными пятнышками, но с каждой секундой стремительно увеличивались в размерах.

Стадо разъяренных быков. Но их размеры не шли ни в какое сравнение с обычным скотом.

Все их тела были покрыты бугристыми мышцами, а мощные ноги так неистово вбивались в землю, что комья грязи разлетались во все стороны.

Поднялась плотная завеса пыли. Надвигающаяся лавина была настолько колоссальной, что, казалось, искажала саму линию горизонта.

— Это же... — пробормотал один из деревенских старейшин. — Чернокопыты... верно?

— В это время года они определенно должны быть по ту сторону горы...

— Погодите-ка. Кажется, они подходят все ближе и ближе...

— Ч-что? Да подождите секунду!..

— Почему эти мирные создания так себя ведут?!

Чернокопыты.

Пелакан захлопал глазами. Огромные по размеру, но кроткие нравом. Он сам когда-то расчесывал им шерсть.

Он помнил, как невольно насвистывал себе под нос, глядя в их послушные, добрые глаза.

Но те существа... и эти похожие на монстров твари — одни и те же создания?

Что-то. Что-то здесь не так. Произошло нечто ужасное.

Они приближались. Скорость, с которой они сокращали расстояние, неуклонно росла.

Пылевая завеса подступала все ближе. Направленные на деревню рога зловеще поблескивали на солнце.

Их было слишком много.

«Их... их тут как минимум десятки?..»

— Ч-что... ч-что?..

— Б-бегите! Бегите!

— Сначала спасайте детей!

— Не прячьтесь в домах! Это Чернокопыты!

— Они достаточно опасны, чтобы считаться монстрами!

— Пелакан! Где ты! Пелакан!

Пелакан услышал голос, зовущий его по имени. Голос матери. Но по какой-то причине его ноги словно приросли к земле.

До его ушей донеслось тяжелое, хриплое дыхание. Дома начали рушиться. Все, что еще недавно стояло целым, разносилось в щепки мощными рогами, а твари с горящими черными глазами безжалостно вытаптывали все на своем пути.

— М... Мама...

Пелакан не стал исключением.

Тяжелые копыта обрушились прямо на него.

◇ ◇ ◇

— А-А-А-А-А-А-Х!!!

— Нет! Нет, нет, НЕТ!!!

— О-остановитесь! ОСТАНОВИТЕСЬ!!!

— Пожалуйста, помогите нам!!!

В воздухе эхом разносились истошные крики. Деревня, мимо которой недавно прошла делегация... Там без всякого предупреждения появилось целое стадо монстров.

— ...Значит, Чернокопыты.

— О-они опасные монстры?

— Обычно это довольно смирные создания. Я охотился на них пару раз. Но...

Лакеум окинул взглядом раскинувшуюся внизу деревню.

— Не могу понять, почему они так взбудоражены. Если подумать, разве до этого не было странностей, брат?

— Та адская гончая, которую мы поймали ранее... она ведь тоже была на удивление взвинченной, верно?

— А ты внимателен.

Я закинул двуручный меч на плечо. Сзади раздался взволнованный голос Арпины:

— М-мы должны их спасти!

Амар в недоумении склонила голову набок:

— Зачем?

— П-потому что они такие же люди, как мы! Люди гибнут прямо у нас на глазах! Для жреца действовать в такой ситуации — совершенно естественно!

— Захад. Она права?

Хм. Сам я так особо не считаю.

Я постучал двуручным мечом по плечу. Поразмыслив немного, я кивнул.

Так или иначе, сейчас я выступаю под именем «Выжженного пепла».

Протянутая рука помощи, преисполненная доброты, определенно поможет нам заработать немного репутации.

Что ж, решено.

— Выдвигаемся.

Я с хрустом расправил плечи и озвучил вымышленное название, которое заготовил на случай, если нас кто-нибудь опознает:

— Моя личная гвардия... «Огненный Змей»! Вперед!

Все члены «Выжженного пепла» тут же недовольно застонали:

— Какое безвкусное название.

— Назови это лучше на иностранный манер — «Файер Снейк»!

— Разве так не еще безвкуснее?

— Маая. «Файер Снейк» лучше, чем «Огненный Змей».

— «Файер Снейк», вперед!

— Не слишком ли ты уступчив, когда просит Маая?

И почему у каждого свое мнение на этот счет?

— В любом случае, вперед! Живо спускайтесь туда!

Это всего лишь кучка жалких монстров. Я облизнулся.

Интересно, каково мясо монстров на вкус.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (4)

Пелакан закашлялся кровью. Слюна, стекавшая с его губ, была испещрена красными прожилками.

Что-то произошло. Он просто не мог понять, что именно. В ушах звенело, зрение затуманилось, а тело отказывалось повиноваться.

Он попытался подняться, но не смог: что-то придавило его ногу.

Сквозь пелену поднимающейся пыли Пелакан увидел, что на его правую ногу рухнула опорная балка разрушенного здания. Он напряг все свои силы, но она даже не шелохнулась. Ни на миллиметр.

Поборовшись какое-то время, Пелакан в конце концов сдался и приоткрыл рот, чтобы позвать на помощь:

— Кто-нибудь...

Он осёкся. Слова «помогите мне» застряли в горле и никак не желали выходить наружу.

Пыль немного улеглась, и проясняющийся взор начал являть ему то, чего он не мог разглядеть раньше.

Трупы.

Истекающие кровью взрослые.

— Угх... Бле-э-э!!

Пелакана вывернуло наизнанку. Тела... Куда ни глянь, повсюду лежали тела.

Обычно пустовавшая конюшня, мимо которой он иногда проходил, рухнула, а на её обломках покоился разорванный пополам труп взрослого. Голова друга, с которым он разговаривал всего несколько мгновений назад, раскололась и покатилась по грязи.

Мозговое вещество смешивалось с грязью, растекаясь по земле. Пелакан неудержимо задрожал. Разум отказывался работать нормально, а мысли путались.

— Ма...

Ему оставалось только плакать.

— Мама... Мама...

Его рыдания разнеслись вокруг, прорезав пыль и достигнув ушей Чернокопытов.

Разъярённые копыта заскребли по земле. Разрушение и первобытный инстинкт. Попробовав однажды вкус крови, Чернокопыты снова принялись вытаптывать разрушенную деревню.

Земля вновь содрогнулась. Пелакан заметил, как на него упала тень.

— Ма...

Пелакан дрожал, а его руки и ноги, неподвластные воле, судорожно скребли землю.

Он поднял глаза и услышал тяжёлое, фыркающее дыхание.

Стоявший перед ним чёрный бык заскрёб копытом по земле, а его рога, нацеленные прямо на мальчика, зловеще блеснули на солнце.

— А... а...

Смерть.

Всё, что мог сделать Пелакан, — это зажмуриться. Дрожь поглотила его целиком, оказавшись слишком глубокой даже для крика.

Расстояние сократилось в мгновение ока. Зверь, оттолкнувшись копытами от земли, шумно фыркнул.

Тот же жестокий таран, который уже однажды растоптал деревню.

— Хм. А он здоровый.

Но это тяжёлое дыхание так и не достигло Пелакана.

Вспыхнуло пламя, и висевшая в воздухе пыль рассеялась в одно мгновение.

Пелакан резко открыл глаза. Путь преграждал человеческий силуэт — ужасающая, испепеляющая сила рассекла раскалённый воздух надвое.

Воздух стал невыносимо горячим, пересохшие губы Пелакана сами собой потрескались до крови.

Мужчина, пылающий словно живой огонь.

Высокий мужчина, спустившийся с небес, твёрдо опустил ногу на землю.

Чернокопыт оказался разрублен ровно пополам.

*Хлысь!*

Хлынула кровь, и полетели куски плоти. Разлетевшиеся внутренности шлёпнулись прямо на Пелакана. Их было так много, что у него помутилось в глазах; он закашлялся и выплюнул кровь, попавшую ему в нос.

— Я надеялся, что здесь будет больше съедобных частей... но тут одни мышцы, так что мясо, скорее всего, окажется довольно жёстким.

Пелакан захлопал глазами, услышав это бормотание, и выдавил из себя хриплым, пересохшим голосом:

— К-кто вы...

— Оу.

Мужчина резко обернулся, явив невероятно красивое лицо.

Даже его улыбка казалась непринуждённо-хладнокровной. Он с лёгким стуком опустил свой двуручный меч на плечо.

— Культ Ра, подразделение «Выжженный пепел».

Позади него раздались истошные вопли бесчисленных Чернокопытов. Орда чудовищ, пронёсшаяся по деревне, была истреблена в мгновение ока.

В воздухе парили брызги крови и ошмётки плоти.

— Теперь вы можете спать спокойно. Всё сущее вершится по воле Ра.

Пелакан закрыл глаза. Образ спины рыцаря, который так долго теплился в его памяти, бесследно исчез.

На его месте теперь стоял этот мужчина.

«Если бы я только мог... если бы это было возможно...»

«Стать таким же, как он...»

◇ ◇ ◇

Ситуация разрешилась в мгновение ока. Элита среди элиты. Против отряда, где даже самый слабый член был как минимум уровня Инквизитора, у обычного стада рогатых тварей не оставалось ни единого шанса.

— Давненько я не испытывал подобного чувства.

Лакеум эффектно крутанул копьё. Похоже, ему очень приглянулось длинное копьё, извлечённое из сокровищницы, и он с довольным видом протёр его лезвие.

— Хорошее копьё.

— Хм, вполне сносное.

Балкан не отставал. Он ухмыльнулся, явно довольный демоническим мечом, который потрескивал от энергии молний.

Цубаки и Ева тоже не скрывали радости. Обе были в восторге: Цубаки — от полуперчатки, помогающей циркуляции маны, а Ева — от барьера маны, способного защитить её тело в экстренной ситуации.

— Взрывать теперь намного проще!

— Мне всегда не хватало средств защиты... Это здорово, Господин.

Я не стал давать Амар ничего особенного: её тело и без того само по себе являлось оружием.

К тому же она ни на секунду не отходила от меня, так что дарить что-то не имело смысла.

— Захад. Я хорошо справилась?

За этим невинным лицом тянулся огромный огненный меч. Бесчисленное множество оружия парило в воздухе само по себе.

Настоящие воплощения фантазий смели оставшихся Чернокопытов.

*БА-БА-А-АХ!*

Редкие взрывы были лишь приятным бонусом. Опалённые пламенем и скованные льдом твари ползали по земле.

Демоница, один лишь шаг которой оборачивался стихийным бедствием. Даже если её сила была уже не той, что прежде, она всё ещё представляла огромную угрозу. Примерный уровень — 80-й... или около того. Идеально подходит для массовой резни.

— Ты отлично справилась.

— Хе-хе-хе.

Она потёрлась обо меня, словно щенок. Маая, словно не желая уступать, принялась одну за другой затаскивать оставшиеся туши в тени.

— Маая занимается уборкой.

— Нет! Подожди! Оставь парочку!

— Зачем?

— Хочу проверить, съедобны ли они.

— Невозможно.

Камилла ответила категоричным тоном:

— Дорогой, монстров нельзя употреблять в пищу. Твари, в чьих телах циркулирует мана, после смерти становятся отвратительными на вкус.

— Но с моими кулинарными навыками это вполне реально.

— Только не объешься до смерти, милый.

Арпина, которая так и не смогла ничего предпринять, сидела понурившись до самого окончания битвы.

— Я... ничего не смогла сделать...

Её упаднический тон так и сквозил унынием. Я приобнял Арпину за плечи, прижав к себе.

— З-Захад?

— Ну же, Глас Культа не должен так себя вести. Держись бодрее. В конце концов, ты ведь всё равно вернёшь свою силу, верно? Нет нужды так расстраиваться. Пойдём поприветствуем людей вместе со мной.

— Это... нормально?

— Конечно. В любом случае, я всего лишь мальчик на побегушках у Вашего Высочества.

— Угх... пожалуйста, не говори так...

После того как я применил простейшие исцеляющие священные искусства на выживших, жители деревни пали перед нами ниц.

— О! Святой Отец!

— Спасибо! Огромное вам спасибо!

— Вы спасли наши жизни! Как мы сможем отплатить за такое милосердие...

Я дружелюбно улыбнулся:

— Ха-ха. Не стоит говорить о милосердии. Мы просто случайно заметили беду и помогли. Разве это не воля Ра?

— Вау. Ну он и даёт.

— Двуличный человек...

Оставив своих спутников перешептываться, я поравнялся со старостой деревни.

Вокруг царил полнейший хаос. Мы расправились со всеми монстрами, но это не могло вернуть то, что уже было утрачено.

Глаза Арпины блестели от слёз. Она молитвенно сложила руки перед грудой собранных тел.

— Пусть все они... вернутся в объятия Ра...

У неё не было Святой силы. Но один её вид казался священным. Её фигура была почти полностью скрыта под просторным одеянием, однако даже её молитвенная поза обладала свойством притягивать к себе людей.

Человек, рождённый быть жрецом. Кардинал, переполненный состраданием.

— ...О Боже.

— Пожалуйста, упокой души ушедших...

— Мама... Мама-а-а...

— Хнык... хнык...

Послышались звуки капающих слёз. Те, кто только что безутешно рыдал, принялись молиться вместе с ней.

Староста деревни тяжело вздохнул:

— К счастью, выживших оказалось больше, чем погибших... но что нам делать дальше...

«О, вы только посмотрите на него».

«Мы спасли их, а теперь они хотят, чтобы мы ещё и оплатили их счета?»

— Ра присмотрит за всеми вами.

— Нам нужны практические решения...

— Если вы будете следовать её учениям, всё наладится.

— Вытоптанные посевы... ущерб зданиям колоссален...

— Всё сущее вершится по воле Ра.

«Я вам не дойная корова. Я ещё раньше заметил, что продовольственные склады остались абсолютно целыми».

Староста, прощупывавший почву в надежде хоть чем-то поживиться, тяжело кивнул.

— Мы... справимся сами.

«Вот именно. Справляйтесь сами. С какой стати люди, которые даже не верят в Ра, выдвигают какие-то требования?»

— С-Святая дева...

Кто-то поспешно подбежал к ним. Маленькая девочка. Она крепко вцепилась в рукав Арпины и склонила голову.

— Спасибо... что помогли нам...

— ......

Арпина встретилась взглядом с ребёнком и нежно погладила её по голове.

— У тебя что-нибудь болит?

— М-нет...

— ...А где твоя мама?

— Там... н-но...

На глазах девочки навернулись слёзы.

— Папа... Папа...

Услышав эти всхлипывания, Арпина молча крепко прижала ребёнка к себе. Она оглянулась на меня.

— Захад.

Её тон был холодным.

— Могу я одолжить немного денег?

— ...?

— Даже те, кто не верит в существование Ра, имеют право на жизнь. Этот ребёнок... и все здешние люди обречены на медленную голодную смерть.

— Ну, это...

— Я не могу просто так уйти. Я намерена помочь им хотя бы встать на ноги.

«Какая же она простофиля».

— С нашей стороны было уже более чем достаточно просто спасти их, Ваше Высочество.

— Доброта в конце концов всегда возвращается. Я не прошу отдавать их даром. Я напишу долговую расписку. Пожалуйста, одолжи мне денег. Нам нужно выиграть для них время, чтобы они хотя бы не голодали.

— С продовольствием у этих людей всё в полном порядке...

— Захад. Это то, что обязан делать жрец.

«Хм».

Пройдя исключительно путь элиты и не зная реального мира, она, судя по всему, совершенно не представляла, насколько ценны деньги.

— ...Хорошо. Ваше Высочество Арпина. Я дам вам столько, сколько пожелаете. Можете не возвращать.

Суровое выражение лица Арпины сменилось широкой улыбкой. Я вытащил из кармана кошель с монетами.

— Но есть одно условие.

— ...Какое?

— Я бы хотел, чтобы Ваше Высочество извлекла из этого опыта определённый урок.

Я вложил кошель с монетами в руки девочки. Ребёнок убежал и протянул кошель старосте деревни.

Она не понесла его сначала родителям. Учитывая, что она сразу отдала его старосте, эта девочка была фактически подослана им.

«Хитрый старикашка. Явно что-то замышляет».

— Доброта редко возвращается добротой, Ваше Высочество.

◇ ◇ ◇

Староста деревни Полтон собрал оставшихся жителей и наспех подлатал дома. Добиться прежнего вида было невозможно, но восстановить основные постройки вполне удалось.

Число жителей деревни несколько поубавилось, но на душе у него было спокойно. Продовольственные склады остались нетронутыми, а осенний сбор урожая уже завершился.

Поскольку ртов, которые нужно кормить, стало меньше, пережить зиму теперь даже казалось более простой задачей. Вдобавок ко всему, он получил увесистый кошель с монетами.

«Люди, способные отдать столько денег и глазом не моргнув...»

«Кто же они такие? Какая-то паломническая святая дева из Церкви Бога Солнца?»

Староста оживлённо потёр ладони. Он приложил все усилия, чтобы принять почётных гостей по высшему разряду.

— Позвольте нам принять вас сегодня вечером!

Святая дева, которая, судя по всему, возглавляла эту группу, сообщила ему, что в целях предосторожности они останутся здесь на ночь. Староста последовал её указаниям и предложил всё, что только мог.

Он приказал налить вино из уцелевших дубовых бочек и немедленно приготовить еду. Жители деревни ворчали, недоумевая, зачем прикладывать столько усилий, но староста резко оборвал их:

— Идиоты! Подумайте головой: чем лучше мы их примем, тем больше сможем от них получить!

Если он сообщит об ущербе Империи, им выделят средства на восстановление. В сочетании с тем, что у него уже было на руках, этого практически хватило бы, чтобы благополучно пережить не только эту зиму, но и следующую.

Староста суетился. Он отвесил подзатыльники деревенским парням, которые так и застыли на месте при виде спутниц святой девы.

— Шевелитесь!

— Н-но...

Парни тяжело сглотнули.

— Чёрт... посмотри на неё... она просто нереальная...

— Видишь её? Вон ту? Боже... какая же она красотка...

— Никогда не видел такой одежды... неужели в столице сейчас так модно одеваться...?

— Господи, я бы не отказался...

— Ах вы бездельники!

Только после того как староста отругал их, деревенские парни наконец зашевелились. Роскошный пир казался неуместным в ночь, когда погибли люди.

Едва закончив вечерние приготовления, староста решил перевести дух. Он уставился в тёмное ночное небо и поднёс к губам самокрутку.

— ...Чёрт бы всё побрал.

Вне зависимости от выгоды, которую он мог получить, на душе у него было паршиво. Погибли люди — такое нельзя было просто так проигнорировать.

Он зажёг самокрутку и сделал глубокую затяжку.

— Староста.

— ......

Староста медленно обернулся. Из тени кто-то вышел.

Это был рядовой член банды разбойников, которой деревня периодически платила дань в обмен на защиту.

При виде знакомого лица староста поморщился.

— В деревне полный разгром. Мои соболезнования.

— ...Ты наблюдал за нами?

— Естественно. Как я мог пропустить такой переполох? Но... что ты планируешь делать с данью?

— Приходи в другой раз. Тогда и заплачу.

— Нет. Так не пойдёт. Срок ведь уже подошёл, верно? Я хочу получить её сейчас. И кроме того... здесь объявились весьма привлекательные особы, которых мне очень не хотелось бы упускать.

— ...Разве ты не видел, как они сражались?

— Видел. Но человек, одурманенный нужным средством, вряд ли сможет показать себя во всей красе, тебе не кажется?

Мужчина махнул рукой. Люди, скрывавшиеся в тени, вышли вперёд и бросили небольшой ящик.

— Внутри зелье. Подмешай его в вино и напои их. Они проваляются без сознания целый день.

— ...Ты собираешься убить их всех?

— Решил прикинуться добряком? Они ходячие мешки с золотом и серебром. Я видел, как они только что отвалили огромную сумму денег. На первый взгляд... там было явно больше десяти миллионов далантов. Как насчет дележа восемьдесят на двадцать? Я не буду брать дань ни за этот месяц, ни за следующий. Разве это не выгодная сделка?

— ......

Староста открыл ящик и осмотрел его содержимое.

— Как долго действует эффект...?

— Убойная штука — всего одной капли достаточно, чтобы усыпить дикого зверя. Тебе не о чем беспокоиться.

— ......

Староста захлопнул крышку. Он долго колебался, прежде чем наконец кивнуть.

Риск был велик, но выгода перевешивала все опасения.

Он сам видел подобное в свои наёмнические времена.

Даже самые могущественные воины оказывались бессильны перед ядами и наркотиками.

— ...Согласен.

Конечно, он был обязан им жизнью, но прямо перед ним лежала возможность сорвать огромный куш.

Разве он не заметил у того жреца кое-что интересное? Пространственное хранилище.

Что бы там ни находилось, это явно превосходило по ценности полученный кошель с монетами.

И кроме того...

Староста оглянулся назад. Внутри оживлённого здания мелькали лица женщин, и все они, без исключения, были неопански прекрасны.

Такие лица вряд ли встретишь хотя бы раз в жизни.

Было бы настоящим кощунством просто так отпустить их.

— Если всё выгорит...

Староста уже не скрывал своей алчности.

— Провернуть такое крупное дело было бы очень недурно.

— Вот теперь ты говоришь дело.

— Я соберу людей. Ты ведь не против?

— И сколько человек ты планируешь привлечь?

— Я уговорю деревенских парней.

Староста поднялся на ноги.

— Как только они узнают, что можно заполучить сокровища и забрать себе женщин... пусть и не все, но большинство точно согласится. К тому же иметь под рукой больше копий на крайний случай снижает риск. Разве это не отличная страховка?

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (5)

Ночь окончательно вступила в свои права. Все, кто наелся досыта, крепко спали.

Я тихонько уложил Амар, которая сжимала мою руку и что-то бормотала во сне. Укрыв её рядом с Маей, я вышел за дверь.

На пятачке, расчищенном от обломков рухнувшего здания, стояла Арпина. Она задумчиво смотрела на луну посреди двора, но, заметив меня, обернулась.

— ...Захад.

Её голос прозвучал натянуто. Значит, она уже обо всём догадалась.

Алкоголь.

В него что-то подмешали. Я втайне применил Очищение, чтобы нейтрализовать его, но Арпина заметила, как я воспользовался святой магией.

Я ожидал от них какой-нибудь подлости, но не думал, что они обнаглеют настолько. И где они вообще раздобыли это зелье?

Звери. Хуже зверей. Пытаться обобрать тех самых людей, которые их спасли.

Я полагал, что в худшем случае они из жадности начнут намекать на прибавку к награде, но они превзошли все мои ожидания.

— Уже поздно, Ваше Святейшество. Почему вы здесь, а не спите?

— ...Как думаешь, почему они так поступили?

— Им захотелось забрать то, что принадлежит нам.

— Я не могу этого понять, — тихо прошептала Арпина.

— Они ведь что-то подмешали в выпивку... верно? Но зачем...? Неужели деньги действительно стоят так дорого, что ради них можно зайти настолько далеко?

— Возможно, вы этого не знаете, Ваше Святейшество, но там, за этими стенами, дети умирают от голода просто потому, что не могут найти ни единого кусочка хлеба.

— Но ведь эти люди уже забрали деньги, которые мы им дали. Да и тот продовольственный склад, что мы видели сегодня... он выглядит полным.

— Говорят, чем больше у человека есть, тем ненасытнее его алчность.

— ......

Арпина умолкла. Лунный свет нежно ласкал её волосы.

— ...Почему люди...

Слова сорвались с её губ, словно камень, брошенный в стоячую воду:

— Почему люди... так поступают?

— ......

— Неужели можно найти оправдание такому поступку... даже по отношению к тем, кто тебя спас?

— Ваше Святейшество.

Я крутанул кистью. Копье Света, Брюнак, привычно легло в мою ладонь.

— В этом мире есть люди, с которыми можно договориться, и те, с кем это невозможно. Именно поэтому я никогда не рвусь кого-то спасать.

— .......

— Вытащи человека из реки, и он потребует, чтобы ты достал и его узел с вещами. А некоторые и вовсе сразу же полезут в карман своего спасителя.

— Но ведь такие люди...

— Редки. Да, редки. Вот только не настолько, чтобы говорить об этом без содрогания. Честно говоря, я встречал мало тех, кто отличался бы от них. Люди, искренне благодарные за чужую доброту — это исключение, а не правило.

Тени начали сгущаться. Я вонзил Брюнак в землю.

Арпина тихо прошептала:

— Я выросла в Культе. Если не считать сражений... я всегда находилась в его стенах. Я родилась в роскоши и воспитывалась в окружении одних лишь привилегий.

— ......

— Когда видишь только хорошее, то и думаешь лишь о добром. Значит ли это, что они видели в своей жизни только зло, и потому их помыслы черны? Неужели для них действительно нет надежды на искупление?

— Не знаю насчёт искупления. Но кое-что другое мне известно наверняка.

— ...Что именно?

— Стоит лишь раз позволить кому-то смотреть на тебя свысока, и они уже никогда не остановятся.

Лунный свет лился мягко и ровно. Стояла ясная ночь без единого облачка.

Я прислонился спиной к колонне полуразрушенного здания.

— Ваше Святейшество.

— ...Да.

— Давай обсудим всё остальное, когда закончим.

Силуэты, перемахнувшие через стену, внезапно замерли на месте.

Их было довольно много. Кое-какие лица показались мне знакомыми, другие я видел впервые.

Человек, шедший впереди, был тем, с кем я уже разговаривал сегодня.

Тело старосты деревни мелко задрожало:

— К-как...? Я же своими глазами видел, как ты выпил это...?

— На меня подобные зелья плохо действуют.

Я неторопливо шагнул из тени и приветливо улыбнулся:

— Что привело вас сюда в столь поздний час? Да ещё и с оружием в руках...

Я с хрустом размял пальцы:

— Весьма шумный ночной визит. Для всех вас.

◇ ◇ ◇

Староста затрясся, лихорадочно пытаясь придумать оправдание:

— Э-это... то есть...!

Мысль, внезапно пришедшая ему в голову, показалась вполне убедительной даже ему самому:

— Мы пришли проверить, не грозит ли жрецам какая-нибудь опасность!

— Вот как? Какая трогательная забота.

— Раз уж мы получили от вас помощь, это меньшее, что мы могли...!

Староста переглянулся с бандитами, которые прибежали вместе с ним. Один из разбойников едва заметно кивнул.

Кто-то из них попытался тихонько ускользнуть. Староста низко, до самого пояса, поклонился:

— Убедившись, что всё в порядке, мы, пожалуй, пойдём. Жрец. Желаем вам спокойной ночи...

— Стоять.

Под этим мягким голосом клубилась леденящая душу жажда убийства.

— Не двигаться. Я пока говорю по-хорошему. Любого ублюдка, который попытается сбежать, я прикончу на месте.

Голос звучал тихо, едва громче шёпота.

Но никто не смел пошевелиться. Излучаемая мной жажда убийства буквально парализовала их — обычные люди не могли противостоять такому давлению.

Тяжёлая, удушающая аура заставляла их ноги неметь, а дыхание — застревать в горле.

Староста задрожал всем телом. Он беззвучно кричал от ужаса.

Раздались приближающиеся шаги.

— Староста.

— Д-да.

— Это зелье весьма необычное. Не та вещь, которая должна храниться в захудалой деревушке. Вы ведь... занимаетесь подобным не в первый раз, верно?

— Н-нет! Что вы, ни в коем случае!

— Нет? Что ж, тогда я спокоен. Вижу, здесь собрались не все жители. Людей пришло немало, но тех, кто остался дома, всё же больше. Значит, у кого-то совесть ещё осталась.

Мой взгляд скользнул по толпе. Мои золотые глаза, казалось, проникали в самые потаённые уголки человеческой души, заставляя старосту чувствовать, что он вот-вот сойдёт с ума.

«Что это за взгляд? Он словно видит меня насквозь, до самого дна души».

— Вам нужны были наши ценности?

— ......

— Решили, что если убьёте нас, то сможете забрать всё наше имущество?

— ......

— Отвечай. У тебя ведь есть рот? Разве он не для того, чтобы говорить? Если ты не можешь им пользоваться, возможно, он тебе и вовсе не нужен... Хочешь, я его тебе оторву?

— Н-нет...!

Староста судорожно хватал ртом воздух. Он не мог нормально дышать.

— Э-это просто... то есть...

— Скажи мне правду, и я сохраню тебе жизнь. Я никогда не нарушаю своего слова.

— Э-это...

В воздухе блеснуло лезвие. Кинжал, пущенный из толпы, мгновенно оказался зажат в моей руке.

Раздался тихий щелчок языком:

— Дёшево.

Моя рука метнулась в обратном направлении. В то же мгновение раздался сдавленный крик.

Староста резко обернулся. Брошенный кинжал теперь торчал прямо изо лба разбойника, который его и запустил.

Человек, считавшийся лучшим метателем ножей среди бандитов, лишился жизни от одного лёгкого взмаха моей руки.

Разница в силе была колоссальной. Выхода не было.

— Второго шанса не будет.

Я снова с хрустом размял пальцы:

— Староста. Ну же. Давай начистоту. Зачем вы пытались нас убить?

— У-убить... мы не собирались заходить так далеко...

— Тогда что же вы планировали сделать? М-м?

— М-мы просто... ценности...

— И это действительно всё?

Я скользнул взглядом в сторону. Молодой деревенский парень, на которого я указал, вздрогнул:

— В-вы говорите... обо мне?

— Именно. О тебе. Расскажи мне лучше ты. Что вы собирались с нами сделать?

«Молчи!» — староста бросил на него отчаянный взгляд. Но юноша, подавленный моим лицом, оказавшимся в опасной близости от него, затрясся и заговорил:

— Э-это просто...

— Говори. Расскажи мне всё, и я сохраню жизнь хотя бы тебе.

— Я-я не хотел этого делать! Это всё с-староста...! Он сказал убить всех мужчин, а... женщин продать в рабство...!

— О? Значит, тебя втянули в это против твоей воли?

— Д-да! Староста заставил нас!

— Ах ты, паршивец...!

— Я же говорил, что не хочу этого делать!

— Да когда ты такое говорил?!

Лица тех, кто ещё недавно дрожал от страха, исказились отчаянием. Оружие, которое они держали в руках, одно за другим посыпалось на землю.

— Н-нас и правда просто втянули в это, потому что он так приказал! Жрец!

— Я-я не хотел, чтобы всё зашло так далеко! Мне просто велели стоять на шухере...

— Пожалуйста, пощадите нас! Жрец! Мы совершили ошибку!

— Э-этот ублюдок сам всё это затеял!

— И вообще, это бандиты нас подговорили!

— Сукины дети! Мы же договаривались поделить добычу, разве нет?!

— Восемь к двум, кусок дерьма... Да у тебя вообще совести нет?!

— Ах вы, твари...!

Сокрушительная, неодолимая сила.

И перед ней — крысы, дрожащие от ужаса.

Стрелы обвинений полетели друг в друга. Они топили и рвали друг друга на части, отчаянно пытаясь выжить.

Настоящий хаос. Посреди всего этого безумия староста прижался лбом к грязной земле.

«Всё кончено. Не нужно было мне жадничать. Одна ошибка, и всё привело к этому...!»

— Ж-жрец! — он повысил голос, стараясь говорить отчётливее всех остальных. — Я уйду отсюда и больше никогда не попадусь вам на глаза!

— Староста.

Я тяжело вздохнул и слегка наступил ногой на голову старосты, которая и так была уткнута макушкой в землю.

— Я ведь говорил тебе, не так ли? Говорить правду.

— Д-да...

— А теперь выкладывай. Если хочешь, чтобы твоя голова осталась на плечах, расскажи мне всё от начала и до конца.

*Хруст.*

Давление на его голову усилилось. Лицо старосты медленно погружалось всё глубже в землю.

— Что вы собирались с нами сделать? Как ты собрал всех этих людей? Неужели их действительно заставили?

— Я-я... кхг... кхг-кхг-кхг-кхг...!

— Готов говорить?

— Д-да! Я готов всё рассказать!

— Тогда говори.

Староста оторвал окровавленный лоб от земли. Слова посыпались из него градом.

«Верно. Лучше сказать правду. Так появится хоть какой-то шанс выжить».

— Я-я сговорился с бандитами. Жрецы... то есть, я хотел сказать...

— Ошибёшься хоть в одном слове — и ты труп. Если из чьих-то ещё уст прозвучит другая история — ты труп.

— Мы собирались убить жрецов... и забрать их вещи.

— И это была исключительно твоя идея?

— ...Д-да, моя.

— Хорошо. Очень хорошо.

Атмосфера вокруг слегка разрядилась. Я дружески похлопал старосту по плечу:

— А потом? Что планировали делать дальше?

— Я-я собрал молодых парней из деревни. И убедил их.

— Как именно?

— Я сказал им, что если они ограбят жрецов, то получат кучу денег... а потом... когда мы схватим женщин...

— А-а. Понимаю. В конце концов, наши спутницы весьма привлекательны. Разве нет? Было бы странно, если бы у вас не возникло грязных мыслей. Верно?

— Д-да, всё верно!

Мой голос звучал дружелюбно. Неужели я действительно собирался простить их?

На лице старосты расплылась широкая улыбка облегчения.

— И что же дальше? Что планировалось после этого?

— Итак... подмешав зелье в напитки... мы решили убить жрецов и связать женщин.

— И все, кто стоит там, согласились на это?

— Д-да! Все согласились...!

— Ты сам нас заставил!

— Ах ты, тварь...! Решил свалить всё на нас после всего, что было?!

— Эй.

Мои глаза опасно блеснули:

— Закройте рты.

Вокруг мгновенно воцарилась гробовая тишина.

— Зачем вы это сделали?

— П-почему мы это сделали...

— Я спрашиваю, что именно подтолкнуло вас к этому. Какова была причина, по которой вы попытались нас убить?

— Н-ну, как я уже говорил...

— Нет. Назови мне более точную причину. Посмотри на меня.

Я указал на себя пальцем:

— Мы спасли ваши жизни. И вдобавок дали вам денег. Даже когда мы сказали, что не нужно устраивать пир, вы всё равно настояли на своём — это был ваш выбор. Разве нет? Мы ничего от вас не требовали.

— Э-это правда.

— Мы планировали уйти на рассвете. Не тронув никого из вас пальцем. Я совершенно точно говорил об этом за столом. И именно вы настояли на том, чтобы мы ночевали в доме, а не на улице. Разве нет?

— Д-да, всё так...

— Мы пытались навязать вам свою веру? Сделали хоть что-то, что могло вас разозлить?

— Н-нет...

— Тогда почему вы это сделали?

Староста с трудом выдавил из себя слова. Потому что, чёрт побери, ответ был только один:

— Я... поддался жадности...

— Насколько ослеп от жадности, что решил причинить вред тем самым людям, которые вас спасли?

— Д-да... всё... верно...

— Вот, значит, как.

Из тени здания кто-то вышел. Это была Святая, которую они видели днём.

Она откинула капюшон, который до этого низко надвигала на лицо. В лунном свете её облик предстал во всём своём великолепии, и все присутствующие лишились дара речи.

Прекрасна.

Нет, даже больше чем прекрасна. Завораживающе великолепна.

Лицо, способное лишить дара речи. Сияние, подобное искусно высеченной скульптуре, доведённой до совершенства.

Она встала рядом со жрецом. Святая тихо прошептала:

— Захад. Довольно. Остановись.

— Слушаюсь.

Я отступил назад. Староста продолжал пресмыкаться на земле:

— С-Святая госпожа.

— ......

— М-мы были глупы... простите нас... умоляем, простите...

— ......

— П-пощадите нас... ах... Ра... да пребудет с вами величие Ра...

Он бормотал имя богини, которое услышал сегодня утром, толком ничего о ней не зная. Он не имел ни малейшего представления о догматах веры, но продолжал раз за разом биться лбом о землю, отчаянно пытаясь пережить этот кризис.

— Е-если бы вы дали нам всего один шанс...

— ...Да, — отозвалась Святая.

На лице старосты расплылась широкая улыбка:

— К-как и ожидалось от Святой... с-спасибо вам...

— Людям можно давать шансы искупить содеянное, снова и снова. Все совершают ошибки. Захад.

— Как скажешь.

Я пожал плечами. Лицо старосты просияло.

«Глупая баба! Но какое счастье! В отличие от этого жреца, с ней, похоже, можно договориться!»

— Однако, — её голос внезапно стал ледяным. — Действительно ли это просто ошибка — подняться посреди ночи, взять в руки оружие и толпой в несколько десятков человек напасть на тех, кого вы считали спящими?

— ...С-Святая госпожа?

— Могут ли люди, которые взяли в руки оружие и пошли следом, услышав приказ осквернить женщин и разграбить их имущество... действительно надеяться на искупление?

— Ах... ах...

— Я не знаю. Староста. Я до сих пор не могу понять, почему вы так поступили.

Она подняла руку и указала прямо перед собой:

— Причина, по которой мы не можем понять друг друга, вероятно, кроется в том, что мы просто не принадлежим к одному виду «людей».

— С-Святая госпожа?! Святая госпожа!

— Захад. Я отдаю тебе приказ как Глас Культа.

Лунный свет собрался на кончиках пальцев Святой. Я крепче сжал копьё, вонзённое в землю.

— Я поняла, что если проявлять лишь милосердие, твой голос никогда не будет услышан должным образом. «Стоит лишь раз позволить кому-то смотреть на тебя свысока, и они уже никогда не остановятся»... Похоже, эти слова верны. Я вижу это по тому, как они умоляют меня, а не тебя. Изрыгать ложь ради спасения собственной шкуры в сиюминутной ситуации... человек так не поступает. Звери, не заслуживающие звания людей, должны заплатить цену, соответствующую их истинной природе.

Я пожал плечами:

— И что же вы прикажете мне сделать, Ваше Святейшество?

Арпина холодно объявила:

— Призови их к ответу. Всех до единого.

— Как велит Глас Культа.

Я двинулся вперёд. Староста икнул от ужаса и судорожно сжал ладони вместе:

— Ж-жрец! Ты ведь обещал?! Ты сказал, что сохранишь нам жизнь, если мы расскажем всё честно!

— Всё верно. Я обещал сохранить вам жизнь. Но видишь ли...

Копьё в моей руке пришло в движение.

— Я лишь сказал, что не убью вас. Но я никогда не говорил, что отпущу вас на свободу.

Раздались истошные крики. Некоторые потянулись к оружию.

Начался бой.

Раздался звон сталкивающейся стали. Те, кто не участвовал в заговоре, забились в свои дома, дрожа от страха.

Ужасные звуки длились недолго и вскоре стихли. Деревня погрузилась в мирную ночь, как это бывало всегда.

Тихо.

Бесконечно тихо.

— ...Правильно ли мы поступили?

— В этом мире нет правильного или неправильного.

Даже их слова были поглощены завыванием ветра.

— Они пытались укусить, но в итоге сами оказались укушены. Вот и всё.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (6)

За стенами раздались крики. Амар плотнее укуталась в одеяло.

Она проснулась посреди ночи, и сон больше никак не шел. От алкоголя, который она попробовала впервые в жизни, голова шла кругом, но опьянение прошло быстрее, чем думалось.

Даже с закрытыми глазами уснуть не получалось. Напротив, разум становился лишь острее.

Человеческие крики.

Не то чтобы она их ненавидела — девушка понимала, что они неизбежны. Но прислушиваясь к этим звукам, она снова и снова возвращалась памятью к временам, когда над ней проводили эксперименты.

Ее собственные крики в те дни... Смешавшись со слабыми остатками алкоголя, нахлынувшие эмоции утянули ее настроение на самое дно бездны.

— За... хад.

Когда же он вернется? Амар подтянула колени к груди под одеялом и тихо ждала его.

И тут кто-то забрался под одеяло.

— М-м.

Что-то маленькое и мягкое. Девочка, хлопая глазами, скользнула прямо в объятия Амар.

Безэмоциональное лицо, но плечи почему-то дрожали.

— ......

Их глаза встретились под одеялом. Амар слегка приоткрыла рот.

Эти щечки почему-то выглядели очень аппетитно.

— Ам.

Она взяла мягкую щечку в рот и легонько прикусила.

Забравшаяся под одеяло девочка — Мая — сильно сморщилась:

— Не надо. Подчиненная.

— ...Подчиненная?

— Да. Подчиненная. Босс сказал это Мае. Настоящий начальник защищает своих подчиненных.

Мая протянула руку и погладила по голове Амар, которая повернулась на бок.

— Хорошая девочка. Хорошая девочка.

— ......

«Она пришла, потому что я дрожала?»

Глаза Амар округлились, а затем она медленно прижала Маю к себе.

Ощущения отличались от объятий с Захадом. Мягкая и миниатюрная, Мая идеально помещалась в руках — словно обнимаешь плюшевую игрушку, которая пришлась как раз впору.

Почувствовав легкую дрожь девочки, Амар тихо спросила:

— Ты ведь... Мая, верно?

— Да. Все верно.

— Мая, ты знаешь мое имя?

— Подчиненная. Амар. Помнить имя подчиненной — это тоже часть работы начальника.

— Мая... тебе не страшно?

— ...Немного, — пробормотала Мая, уткнувшись в объятия Амар. — Раньше тоже так было. Всегда слышались только крики. В памяти остаются лишь болезненные воспоминания.

— ...О чем ты?

— Друзей перемалывало в механизмах. Мне приходилось убирать это кровавое месиво собственными руками. Мая была... рабыней.

Рабыней.

Амар посмотрела на Маю сверху вниз. Маленькая головка дрожала, но даже так, упрямо напрягая тело, девочка пыталась не показывать этого.

— Но теперь все иначе. Мая — начальник. Номер два в Компании Захада.

— ......

— Крики — это не самое страшное. Самое страшное — только одно.

— ...Что именно?

— Когда босса нет рядом.

Амар моргнула и прижала Маю к себе еще крепче:

— ...У меня так же.

Потому что он протянул ей руку — и она была спасена. Потому что он был рядом — и она стояла здесь сейчас.

Ела вдоволь вкусной еды, спала в мягкой постели, мылась, когда только пожелает... Всё это он сделал для нее.

Но материальные вещи не имели значения. Пока она рядом с Захадом, даже грязная канава сойдет, а мокнуть под дождем посреди ночи — пустяки. Дом с дырой в потолке можно вытерпеть, да и есть мясо лишь раз в неделю — неважно.

Только он. Лишь бы он был рядом.

— ...Ты... — прошептала Амар. — ...Похожа на меня.

— Мая и Амар?

— Да. Похожи. Я тоже была демоном. Меня все время держали взаперти в тюрьме. Если не считать смутных обрывков, все мои воспоминания — оттуда, из этой тюрьмы.

— ...Бедная подчиненная.

— Но Захад рядом со мной. Он протянул мне руку. Я точно так же... точно так же.

Крики прекратились. Амар погладила Маю по волосам.

— ...Начальник Мая.

— М-м?

— Позаботься обо мне.

— ...Да!

Мая потерлась лицом о щеку Амар. Это зрелище было настолько милым, что Амар тихонько рассмеялась.

Короткий миг взаимного тепла закончился в тот самый момент, когда Захад открыл дверь и вошел внутрь.

— Все еще не спите?

— Захад!

Брошенная Мая покатилась по полу, врезалась в стену и уставилась на Амар, которая уже вцепилась в Захада.

— Хе-хе. Я люблю тебя... так сильно люблю...

— Что-то случилось? На тебе лица нет.

— Ничего не случилось! Я в порядке. Пока ты здесь, я... в порядке.

Мая потерла покрасневший лоб:

— Мая не в порядке.

— Мая? Почему ты не спишь?

— Босс, Мая станет тираном. Мая поняла, что быть доброй бесполезно.

— О чем ты вообще говоришь?

— Мир уродлив.

◇ ◇ ◇

Пелакан проснулся рано утром. Он вскочил, открыл дверь и вышел наружу.

Утро, которое он встретил, протирая глаза, казалось самым обычным, но что-то было не так. Деревенских взрослых, которые всегда вставали в одно и то же время в одних и тех же местах, нигде не было видно.

— ...Странно...

Пелакан поспешил вперед, проверяя каждый уголок деревни. Там было много пустых домов — после того как по этим местам прошлись монстры, это было неизбежно.

Но в отличие от погибших, те, кто выжил, тоже куда-то подевались. Большинство молодых мужчин деревни исчезли. Даже когда он стучал в едва державшиеся двери и спрашивал, ответа не следовало. Все просто зарылись под свои одеяла с бледными лицами.

Пелакан, который накануне лег спать рано, не знал всей истории. Пока остальные крепко держали рты на замке, он в одиночку направился к деревенской площади перед домом старосты.

На широком открытом пустыре собрались все жители деревни, которых он искал. И все они были искалечены.

— Угх... угх...

— Гх... а-а-ах...

Повсюду была разбрызгана запекшаяся кровь. Те, кто не мог даже вымолвить слова, корчились в агонии. Их тела промокли от утренней росы, а во влажном воздухе торчащие, сломанные на концах кости выглядели так, словно их уже никогда не удастся вправить.

Пелакан задрожал, глядя на них: еще вчера эти люди были в полном порядке.

Кто-то сидел перед ними. Лицо скрывала тень от здания, но одного силуэта было достаточно, чтобы узнать его — выдающиеся черты лица, высокий рост. Он держал другое длинное копье, не то, что вчера, но ошибки быть не могло.

— Эй, малыш.

Это был жрец, спасший его.

— Иди позови всех взрослых деревни. Всех, включая тех, кто забился в своих домах.

— А... а...

— Дважды повторять не стану, — он наклонил голову. Его безэмоциональное лицо оставалось совершенно неподвижным. — Иди.

Пелакан побежал. Он закричал изо всех сил и, обходя дом за домом, хрипел сквозь слезы:

— Жрец... все... все...

Это было совсем не похоже на тот образ, о котором он мечтал. Взгляд, устремленный на молодых мужчин деревни холодными глазами, не принадлежал герою. Беспощадный тиран. Само наказание.

Деревенские взрослые нерешительно потянулись наружу. Подталкивая друг друга вперед, они вышли и остановились перед площадью. Большинство не смогли сдержать подступившую к горлу тошноту, и их вырвало. Некоторые цеплялись за стены зданий и рыдали.

— Боже правый... Боже правый...

— О нет... что же это такое...

Жрец поднялся на ноги, вонзил длинное копье в землю и вознес молитву:

— О Солнце, взгляни на нас с милостью.

За этой ясностью скрывалось нечто непреклонное, а его тон не был мягким ни на йоту:

— Эти люди прошлой ночью напали на нас с намерением украсть наши деньги и навредить нашим спутникам.

Все замерли. Ни единого слова не сорвалось с губ. Пелакан протиснулся сквозь толпу взрослых и сделал шаг вперед.

— Напасть на члена группы Культа. Какая дерзость. Обычно по принципу коллективной ответственности мне следовало бы похоронить всех вас рядом с ними... — Жрец облокотился на копье. — Но как жрец Ра, разве я не должен следовать учению Ра? Я проявлю милосердие. Однако не могу обойтись без предупреждения... поэтому с этого момента прошу вас всех внимательно следить за тем, что сейчас произойдет.

Один из деревенских взрослых подал голос. Мужчина, не принимавший участия в событиях прошлой ночи, сильно дрожал, хотя был еще далеко не стар:

— Ч-что... вы имеете в виду...?

— Именно то, что я сказал. Смотрите, слушайте и наблюдайте. Закройте детям глаза и уши, а взрослым нужно лишь стоять и смотреть. Вот и все.

Искалеченные, но все еще живые... Пелакан, протиснувшийся сквозь толпу взрослых, тяжело дышал. Он только что видел это, но картина все еще стояла перед глазами, а от непонятных слов голова закружилась еще сильнее.

Словно говоря от лица мальчика, один из деревенских взрослых спросил в дрожащем страхе:

— Ч-что вы имеете в виду под...

— Я намерен довести наказание до конца.

— П-прошу прощения?

— Вы думали, что сможете поднять руку на жреца Культа и уйти невредимыми? Мы проявили милость, а в ответ получили клинок. Похоже, староста деревни лично возглавил эту группу. Полагаю, большинство из вас знали об этом.

— Н-но...

— Я знаю. Что ж, у меня нет намерения привлекать вас к ответственности за то, что вы просто стояли и смотрели. Но то, что было сделано против нас, сделано. Разве вы не должны также понести ответственность? Даже если вы отвели глаза, я не могу просто позволить вам отступить теперь, когда все закончилось.

Голос жреца стал еще тише:

— Если бы хоть один человек прошлой ночью предупредил нас, я бы не зашел так далеко. Но то, что случилось, уже случилось. Все вы — а теперь откройте глаза пошире. Те глаза, которые вы отвели прошлой ночью, на этот раз вы не отведете. Вот и все.

— Ч-что вы собираетесь с ними сделать...?

— Ра сказала, — он спокойно зачитал догмат. — Заботиться о несчастных, но не принимать даже зверей. Для зверя, который пытается укусить человека, есть только один конец. Я забью их, разрублю на куски и выброшу их плоть в поле.

— Э-это жестоко...

— Жестоко по отношению к животным, которые не смогли даже узнать человека, проявившего к ним милость? Или, быть может... — Мужчина вытянул ногу. Староста деревни, раздавленный под ней, издал хриплый крик. — ...Вы считаете, что их поступок был праведным?

— А... а...

Из толпы одна за другой бросились вперед женщины. Они вцепились в жреца и взмолились, сложив ладони:

— Ж-жрец! Жрец! Пожалуйста...! М-моего мужа просто утащили с собой!

— Н-не надо! Не надо... Я... я сделаю все что угодно... только не моего мужа...

— О боже! Только не моего сына! Жрец! Пожалуйста! Умоляю вас!

— П-просто пощадите его жизнь! Пожалуйста! В душе он хороший человек!

Жрец вздохнул. Холод в его словах слегка растаял:

— ...Что ж.

Перед молящими о пощаде возникла спасительная соломинка.

— Если вы просите столь искренне, полагаю, ничего не поделаешь.

— Э-это правда?

— Однако я не могу не исполнить учение Ра. Что станет с моим положением жреца, если я нарушу догмат, гласящий не терпеть несправедливость?

— Э-это значит...

— Учитывая состояние, в котором они находятся, даже если мы сочтем это уже свершившимся суровым наказанием... — Среди тех, кто был немногим лучше полукалек, жрец выделил людей с относительно целыми телами: — Эти четверо — те, кто изначально все спланировал.

Показались лица старосты деревни и троих бандитов, и выражения лиц жителей стали свирепыми.

— Чертовы сукины дети!

— О, жрец! Эти гнусные ублюдки — те, кто заманил наших невинных сыновей в это дело!

— М-моего мужа просто втянуло во все это! Н-нашей вины в этом нет!

Среди криков взрослых Пелакан шумно сглотнул. Что-то здесь было не так. Общественное мнение перевернулось в один миг, и негодование, направленное на жреца, целиком переключилось на этих четверых.

— Никто не может уйти, не понеся ответственности.

Жрец слегка подтолкнул в спину старосту деревни, которого придерживал. Староста, открывший рот с хриплым звуком, оказался с наполовину отрезанным языком — рана на месте среза уже затянулась, не позволяя произносить слова.

— Если вы боитесь гнева Ра, вам нужно лишь самим сделать шаг вперед.

Из-за спины жреца вышла женщина. Из её прекрасного рта высунулся длинный змеиный язык, шепчущий:

— Докажите свою невиновность перед Богом. Замарайте собственные руки, чтобы спасти чьего-то мужа, чьего-то сына. Поступив так, вы сможете полностью доказать, что на вас нет вины. Поднимитесь. Смойте грех того, что вы отвели глаза, осквернив свои руки.

Пелакан тупо уставился на нее. Повернувшиеся жители деревни задрожали и забормотали:

— Д-да, все верно... на нас нет вины...

— Э-этот краснобай-ублюдок — тот, кто сбил нас с пути...

— П-перед Ра... чтобы доказать нашу невиновность... жрец проявил к нам милость...

— Мы... мы должны сделать шаг вперед...

Руки подобрали сломанное оружие. Жители деревни хлынули вперед, к старосте.

Тот задергался, но жрец слегка толкнул его в спину, отправляя в толпу:

— Ибо все сущее вернется в пламя.

Староста деревни и бандиты были поглощены тенями.

— Как велит Ра.

Криков не было: с отрезанными языками они не могли издать ни звука.

Пелакан попятился назад. Сила и шепот.

Протиснувшись сквозь толпу взрослых, Пелакан бросился прочь. Зажав уши, чтобы не слышать этих тошнотворных звуков, он бегом покинул деревню.

Ра. Имя, которое несло в себе одновременно милосердие и ужас.

Мальчик дрожал от страха и дал клятву: прожить всю свою жизнь фермером и никогда не ступать за пределы этого странного внешнего мира.

◇ ◇ ◇

— Культ напал на нас? Какой еще Культ?

— Ну...

— Я слышал, все люди, которых мы отправили в Полтон, мертвы.

— Мой брат мертв! Босс!

— Из того, что мне удалось разузнать, говорят, это был невероятно сильный паладин.

— Судя по всему, мужчина.

— Все говорили так, словно их околдовали.

— Божественный посланник, который истребил бесчисленное множество монстров.

— Все они несли какую-то чушь, поэтому я схватил ребенка и расспросил его.

— Ответ всегда был один и тот же.

— И что же они сказали?

В штабе великой бандитской организации «Кальвид» ее лейтенант прошептал:

— «Лишь пламя Ра очистит все зло» — вот что они постоянно твердили.

Тишина поглотила всех присутствующих.

— ...Культ Ра? — пробормотала глава «Кальвида», Берни. — Эта проклятая Церковь Бога Солнца устроила переполох на моей территории?

— Босс, и без того ходят слухи, что наемники в последнее время смотрят свысока на нашу банду.

— Я слышал, те, кто пытался ограбить торговую компанию, тоже все попались.

— Репутация «Кальвида» запятнана.

Берни провела рукой по лицу, задев пальцем шрам на правом глазу, и сплюнула:

— Кто-нибудь узнал имя?

— Ну... все просто твердили «жрец, жрец», будто под гипнозом...

— Упоминали нечто под названием Выжженный пепел.

— Выжженный... что? Это еще что такое?

— Мы тоже не знаем. Никогда раньше не слышали об этой группе.

Впрочем, копаться в этом не было особой нужды. В конце концов, в Церкви Бога Солнца есть только один абсурдно сильный паладин-мужчина.

— ...Собирайте снаряжение.

«Кальвид» пришел в движение.

— Надо же, Церковь Бога Солнца. Я убью их всех до единого. Да еще и абсурдно сильный паладин-мужчина... есть только один ублюдок, который это может быть. Помяните мое слово, я разрублю его пополам.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (7)

— ...Это было слишком жестоко.

— Жестоко? Я просто сдержал своё обещание.

— Они будут бояться Ра до конца своих дней.

— И отлично. Каждый раз, когда они задумают совершить грех, имя Ра будет висеть над ними. К тому же, даже если Империя попытается докопаться до истины, они сами слишком глубоко увязли, чтобы раскрыть рот, верно? Хэппи-энд, я бы сказал. Есть небольшой побочный эффект: из-за силы Евы воспоминания слегка затуманились, но... честно говоря, нам это только на руку. Дети быстро забудут эти ужасные сцены.

Арпина, до этого молча сидевшая в карете, пробормотала:

— Неужели это... и правда воля богов?

— Это моя воля.

— Прошу прощения?

— За всё нужно платить в десятикратном размере. Вырывать проблемы с корнем — мой девиз. А воля Ра... не знаю. Если подумать, богам, скорее всего, плевать на людей. Они смотрят на нас с непостижимой высоты.

— Н-но...

— Человеческие законы в конечном счёте созданы людьми. Моральный компас у каждого свой. Даже великое писание Ра — не более чем каракули тех, кто вкусил божественной силы и записал всё так, как им было удобно.

— Э-это богохульство!

— Богохульство или как там ещё...

Я погладил Амар по голове, когда она прижалась ко мне.

— Я не прощаю тех, кто трогает моё. Я убиваю их всех.

— ...Захад как-то странно... одержим «своими вещами».

— Мне надоело, что у меня что-то отбирают. Никто не сможет забрать то, что я однажды сделал своим.

— Что же заставляет тебя... до такой степени бояться потерь?

— Дело не столько в том, что я боюсь потерять...

Всплыло неприятное воспоминание. Бесчисленные разы, когда я терпел неудачу. Отчаяние от того, что меня обманули другие, лишив всего, что у меня было.

— Я просто не потерплю, чтобы кто-то другой распоряжался моей жизнью по своему усмотрению. Никогда.

— ......

Арпина замолчала. Амар, которая тёрлась щёчкой о мою ладонь, тихо спросила:

— Захад. Ты злишься?

— Хм? Нет.

«Кажется, я слишком разгорячился». Я повернул голову к окну кареты.

Но Амар тут же обхватила моё лицо руками и повернула обратно к себе. На её лице сияла улыбка.

— Посмотри на меня.

— Зачем?

— Если смотреть на что-то красивое, то и мысли будут красивыми.

— Пф-ф!

Камилла выплюнула воду, которую пила. Похоже, она подавилась от смеха, закашлявшись и отплёвываясь.

— Это ты... ты её этому научила?.. Она же не какая-нибудь девица, которая только и делала, что читала любовные романы...

Лицо Евы покраснело.

— Э-это совершенно рабочая фраза!

— У Евы есть глуповатая жилка.

— Вовсе нет! Цубаки! Я не воспитываю людей подобным образом! Я умная! Я мудрая!

Пока они препирались, Амар пристально смотрела на меня, ни на секунду не отводя глаз. Она даже надула губки.

— О нет, даже не думай! — вскрикнула Арпина. — Что ты творишь на глазах у всех!

— Маая. У меня уши болят, — цокнул языком снаружи кареты Балкан. — Ну и бардак. Скажи же, Лакеум?

— Молодость. Вот она какая. Кстати говоря... Захад.

— Да?

— Там впереди что-то есть.

Лакеум резко натянул поводья, и дорогие чистокровные лошади, за которых мы выложили целое состояние, медленно остановились.

Перевёрнутая карета заблокировала дорогу. Люди, пребывавшие в растерянности, резко повернулись в сторону Лакеума.

— ...Ящер?

— Ого. Впервые вижу такого.

— Какая необычная раса...

— А рядом с ним разве не зверочеловек-волк?

Пока люди перешептывались между собой, сквозь толпу к нам протиснулся мужчина болезненного вида.

— О, здравствуйте!

Его длинные уши настороженно дёрнулись.

...Эльф?

Я высунул голову из кареты:

— Что случилось?

— Как видите, наша карета перевернулась. Одно из колёс отвалилось... М-мы не просим многого! Не найдётся ли у вас каких-нибудь деталей для колеса? Мы, разумеется, заплатим.

Я спрыгнул с кареты. Люди, похожие на наёмников, шумно выдохнули.

— Чёрт. Ну и лицо.

— Невероятно.

— Кто это? Эй, подвинься, мне не видно его лица.

— Рядом с ним я выглядел бы как кальмар. Эй.

— Да заткнёшься ты или нет?

Я взглянул на колесо кареты. Спицы были полностью сломаны. Не похоже, чтобы их повредили намеренно, — скорее, они просто треснули от старости... Значит, это не засада, устроенная специально для нас.

— Лакеум, что думаешь?

— Я не умею чинить колёса.

— Отойди. Я немного разбираюсь. Я как раз на такой случай прихватил в багаж несколько запасных деталей.

Балкан, который до этого рылся в сумках, закреплённых на крыше кареты, принялся стучать молотком по спицам колеса, исправляя поломку.

Эльф облегчённо вздохнул и широко улыбнулся:

— Спасибо вам огромное! Ах, я забыл представиться. Меня зовут Пеллит. Ничего выдающегося, но... я занимаю должность в Красной Башне Магов.

— Кажется, по этой дороге мало кто ездит... Вы из местных краёв?

— А, нет. В данный момент мы направляемся в Эльфийский лес.

— О. Решили навестить родину?

— Родина... Скорее, моя кровь слишком разбавлена. Я практически мутант. Настоящей эльфийской крови во мне совсем мало. Полуэльф, как принято говорить.

Тот, кто смешался с людьми и почти не унаследовал эльфийской крови.

Мужчина, протиснувшийся сквозь наёмников, посмотрел на меня снизу вверх под углом. Он был довольно низкого роста, но его острый взгляд словно кричал: «Я наёмник».

— И кто ты такой, чтобы задавать все эти вопросы?

— Я жрец Церкви Бога Солнца.

— Культ Ра? Зачем они забрались в такую глушь? И я знаю, что Культ Ра принимает зверолюдей, но никогда не слышал, чтобы они брали к себе ящеров. Почему ты путешествуешь с тем, кто даже воевал против Империи?

Довольно агрессивный тон. Лакеум фыркнул:

— Это тоже не твоё дело. Лысый.

— Я не лысый! Разве ты не видишь, что у меня есть несколько волосков?! К тому же ты сам такой же гладкий!

— Вообще-то, я нахожусь на более чешуйчатом конце спектра. С человеческой точки зрения это всё равно что иметь длинные волосы.

— Что за бред ты несёшь?!

Огрызающийся наёмник вздохнул и посмотрел на меня:

— ...Могу я взглянуть на твоё удостоверение личности? Прошу отнестись с пониманием. Нам уже не раз и не два вонзали нож в спину.

Особых причин для отказа не было, поэтому я показал ему своё удостоверение. Только увидев доказательство принадлежности к Культу Ра, наёмник почесал затылок.

— Прошу прощения за это. По дороге сюда на нас несколько раз нападали бандиты. Чёртовы ублюдки из Кальвида.

— Кальвид?

— Ты не слышал? Эта область — территория крупной бандитской организации под названием Кальвид. Проблемная банда. Они настолько неуловимы, что даже имперская армия, судя по всему, не может их поймать.

Кальвид. Я знаю их. Если я правильно помню, это банда разбойников во главе с некоей Берни.

— И вам удалось выжить?

— Ну, по правде говоря, их основные силы редко приходят в движение. В лучшем случае это просто мелкая сошка. Твой ящер выглядит так, будто умеет постоять за себя... он наёмный помощник?

— Спроси меня напрямую.

— Тебя наняли?

— Я состою в Культе.

— Что? Серьёзно? Культ Ра... действительно принял ящера?

Лысый наёмник несколько раз перевёл взгляд с меня на Лакеума и обратно.

— Только не говори мне, что это... какая-то запретная любовь или... что-то в этом роде?..

— Брат. Могу я убить его?

— Сиди смирно, Лакеум. Я сам его убью.

— Это шутка! Шутка! Боже правый. В общем, я Рококо, капитан отряда наёмников «Железный молот». Во мне течёт кровь полукровки-дварфа.

— Я так и подумал, что ты мелковат.

— Мои мышцы плотнее. Если мерить от неба, то я самый высокий. То же самое касается и остальных моих парней.

Если подумать, все они в целом были довольно низкорослыми. Отряд наёмников-дварфов.

Я слегка поклонился:

— Я Захад, жрец Церкви Бога Солнца.

— Понятно. Сколько человек в вашей группе, если не секрет?

— Включая меня, всего восемь.

— Вы тоже направляетесь в Эльфийский лес?

— Почему ты спрашиваешь?..

— Хм. Я думал, вы из тех же, что и мы, но, похоже, ошибся? — спросил в ответ Рококо. — Я имею в виду делегацию во главе с Третьей имперской принцессой, которая направляется в Эльфийский лес. Ну, о том, что другие тоже пытаются урвать свой кусок. По твоему лицу вижу, что ты не слышал. Начиная с торговых компаний, куча народу пытается по-тихому примкнуть к делегации. Народу набралось столько, что отряд из пятисот человек разросся примерно до двух тысяч.

— ...И делегация это позволила?

— Я слышал, что они, конечно же, берут плату за участие. На данный момент это практически крупномасштабная экспедиция под прямым командованием Империи. Мы тоже спешим туда, чтобы присоединиться.

Человек, который из кожи вон лез, чтобы избежать поддержки со стороны Культа Ра, теперь собирает экспедицию?.. Неужели по пути что-то пошло не так?

Я обменялся взглядом с Лакеумом, и ящер прошептал:

— Это может даже облегчить нам задачу.

— Ты прав.

Если мы естественным образом присоединимся к экспедиции, то сможем выполнить просьбу Асваля законным путём. Но в подобном случае имя Культа Ра на самом деле станет помехой. Из-за встречи с Асвалем моё лицо уже было раскрыто.

Думаю, всё будет в порядке, пока мы не столкнёмся друг с другом напрямую, но... Само имя Культа Ра может заставить их заподозрить причастность Асваля.

— Рококо, каковы условия вступления в экспедицию? Дело только в деньгах?

— Вряд ли. Деньги — лишь сопутствующий фактор. Чтобы присоединиться к экспедиции, нужно как минимум доказать, что вы являетесь «группой» и обладаете «силой», способной защитить себя. Вот почему торговцы, желающие нажиться на Эльфийском лесе, массово нанимают наёмников, чтобы примкнуть к делегации.

— Наёмники.

Разве это не самый простой способ получить документы в этом мире?

— Это музыка для моих ушей.

— И что же тут хорошего...

*Тюк.*

Стрела вонзилась у моих ног. Рококо, вздрогнув, тут же укрылся за перевёрнутой каретой.

— Засада!

— Сукин сын!..

— Стоит только заскучать, как из кустов лезут бандиты!

— Кто на этот раз!

Я поймал рукой стрелу прямо в воздухе, когда она летела мне в голову, и не забыл высвободить свою Святую силу мощным импульсом. Священная энергия пронеслась по воздуху. Глаза Рококо расширились при виде разлетающихся искр пламени.

— Ч-что это за невероятная...

«О, он почувствовал это. Значит, он воин, пробудивший ману».

Я быстро оценил численность нападавших. Десятки... почти сотня.

Лакеум выпрямился:

— Я разберусь с этим, брат.

— Нет, всё в порядке.

Надо же, посмотрите-ка. На наконечниках стрел яд. Это... тот же самый яд, что был на том кинжале, который я видел раньше, верно? Тот, что использовали те бандитские ублюдки.

— Похоже, за нами увязался преследователь.

Я опустил тяжелый топор, а затем закинул его на плечо. Священные реликвии — слишком большая роскошь для подобных ничтожеств.

— Я быстро с этим покончу. Не беспокойтесь.

Бесчисленные стрелы затянули небо. Рококо отчаянно закричал:

— В-укрытие!

— О ком именно ты беспокоишься? — усмехнулся Балкан.

Я крепче сжал топор. Полетели искры.

— Этот парень — монстр, лысый. Он не из тех, кто вписывается в рамки нашего здравого смысла.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (8)

Кальвид.

Крупная бандитская организация, безраздельно властвовавшая на северных окраинах Империи.

Один из её офицеров, Альбион, исполнял приказы босса быстрее всех. Отделившись от основных сил, не двигавшихся с места уже много лет, он в одиночку выслеживал след.

Будучи лишь мелким офицером, Альбион жаждал отличиться сильнее кого бы то ни было. Он мечтал встать подле Берни, предводительницы Кальвида, и сосредоточить в своих руках хоть немного власти — подняться из простого разбойника до правой руки королевы бандитов.

Альбион трудился не покладая рук и ни капли не сомневался, что именно это дело вытащит его наверх.

Ровно до тех пор, пока не увидел, как раскололось небо.

— ...А?

Один взмах топора — и половины леса как не бывало: все, кто попал под удар, превратились в пыль. Деревья вспыхивали и рушились, а от одного лишь жеста некоего человека весь горный склон объяло пламенем.

Сила, подобная божественной, — абсурдная мощь, ничем не отличающаяся от стихийного бедствия.

— ...Ч-что... к-как...

Альбион хрипел под падающими стволами. Он полз по земле, с трудом протискиваясь сквозь щели между рушащимися деревьями.

Он не мог до конца понять, что произошло. Стоявший выше мужчина просто чем-то взмахнул, и всё вокруг разлетелось на куски.

Сам воздух загорелся. Альбион понятия не имел, как воздух вообще может гореть, но тот пылал. В горле у него пересохло, а жар вокруг был настолько иссушающим, что, казалось, сдавливал трахею.

Задыхаясь и кашляя, Альбион услышал приближающиеся шаги и слишком поздно осознал, что тиран беспощадного насилия остановился прямо перед ним.

— Твоя одежда отличается от остальных?

То, что чистый, приятный мужской голос может звучать настолько жутко, Альбион понял слишком поздно. Ему нужно было заговорить прямо сейчас, чтобы успеть рассказать обо всём королеве бандитов Берни.

Человек перед его глазами... Тот, на кого они посмели покуситься, был...

— Ты здесь за главного?

...Демоном. Настоящим демоном во плоти.

◇ ◇ ◇

Рококо сухо спросил:

— Да кто вы такие? Какая-то легендарная нечисть?

— Насчёт демона ты почти угадал.

Миловидная девушка перед ним склонила голову набок. Каждое её мимолётное движение так и сочилось очарованием, и Рококо с трудом удерживал себя от того, чтобы не потянуться к ней.

Он окинул взглядом окрестности. Катастрофа, разразившаяся прямо у него на глазах, превратила часть леса в бушующий пожар.

— ...Да что это вообще такое...

Уж так устроены люди: когда сталкиваешься с чем-то совершенно непостижимым, слова застревают в горле, а в голове воцаряется пустота, словно всё происходит во сне.

Адепты культов и жрецы — классические классы, всегда ассоциировавшиеся со слабостью. Даже среди тех, кто сражался на передовой, они считались слабейшими: их боевые навыки уступали рыцарским, а уловки не шли ни в какое сравнение с магией чародеев.

Но были ли они хотя бы полезны? Тоже мимо. Жрецы относились к числу тех, с кем наёмники старались не иметь никаких дел. В мирное время они без умолку твердили о догматах, расхаживая с таким важным видом, будто им всё по плечу, но стоило начаться настоящему бою, как большинство из них просто заливалось слезами. За редчайшим исключением, они ничем не отличались от обычных мирных жителей.

Рококо прекрасно знал, что действительно способный жрец — огромная редкость. Даже среди тех служителей веры, с которыми он сталкивался лично, реально приносивших пользу можно было пересчитать по пальцам одной руки. И большинство из них в итоге оказались отлучены от своих культов.

Вот что представляли собой боевые жрецы: люди, становившиеся нормальными бойцами только после того, как оставляли культ позади.

— Вы ведь тоже не из Культа Ра, верно? Вас отлучили?

— О чём ты вообще говоришь?

— Да так, забудь.

Рококо посмотрел на притащенного разбойника с чем-то похожим на жалость:

— Не на тех вы напали. Хуже цели и придумать нельзя было.

Он впервые в жизни сочувствовал врагу. Подняв взгляд на пылающий лес, Рококо добавил:

— Если оставить всё как есть, начнётся лесной пожар.

— Не беспокойся.

Раздался резкий щелчок пальцев, и всё пламя разом погасло. Словно в доказательство того, что это был необычный огонь, бушевавшая в округе священная энергия исчезла вместе с ним.

Рококо спросил со всей искренностью:

— Ты вообще человек?

— Возможно, и нет.

— Всё-таки демон.

— Вообще-то единственная демоница здесь — я.

— ...Тогда кто ты, бог какой-то, что ли?

— Это богохульство.

Девушка, укутанная в мантию, подошла ближе к Захаду:

— Захад. Возмездие — это хорошо, но... я бы всё же попросила тебя проявить немного сдержанности. Мы ведь можем позволить себе уделить время и выслушать то, что они хотят сказать, верно?

— Именно поэтому я и оставил одного в живых.

— ...Я не об этом... — Девушка вздохнула и нежно погладила Захада по голове, когда тот наклонился. — Совсем чуть-чуть... прояви хоть каплю милосердия, пожалуйста. Захад, у тебя достаточно сил, чтобы позволить себе это. Я прошу тебя по-хорошему.

— ...Ну ладно. Раз уж ты просишь так вежливо.

«Значит, есть женщина, способная управиться с этим монстром. Неужели именно она здесь главная?»

— Капитан...

— Что это за люди... чем они вообще занимаются?

— По мне, так сборище каких-то сумасшедших ублюдков.

— За все свои годы я никогда не видел никого подобного...

— Впечатляет не только этот жрец — остальные даже бровью не повели! Они наверняка одного поля ягоды, верно?

— ...Отряд монстров?

— Чего они добиваются?

На этот шёпоток у Рококо был лишь один ответ:

— Не вздумайте крутиться возле этих женщин только потому, что они красотки.

Рококо был мудрым человеком.

— Один неверный шаг — и, уверяю вас, вы все трупы.

◇ ◇ ◇

— К-Кальвид... охотится за вами.

— Почему?

— В... в качестве примера. Чтобы проучить остальных.

Я вытер лезвие своего топора тряпкой.

— Говори яснее.

— Д-да просто...! К-Кальвид — самая известная банда разбойников в этих краях! Но в последнее время наши потери внезапно начали расти! Уровень тех, кто вступает в эти проклятые экспедиции, стал слишком высоким... всё, что мы пытались разграбить, заканчивалось провалом...!

— И какое отношение это имеет ко мне?

— Э-это... — Разбойник Альбион зажмурился. — В-вы убили... младшего брата одного из офицеров, господин...

— Разбойник, которого я убил, был братом офицера?

— Д-да. Надо же было вам задеть родственника именно восьмого по рангу... Он поднял жуткий шум, настаивая на том, чтобы сделать из вас показательный пример, господин...

— И в этом есть хоть какой-то смысл?

Кальвид — крупная бандитская организация. А их босс, королева бандитов по имени Берни, соображает достаточно хорошо. Она относится к своим подчинённым как к расходному материалу и не станет действовать, если это не принесёт ей выгоды.

— Не может быть, чтобы это была единственная причина... верно?

— Э-это...

— Говори прямо.

— Е-если бы это был любой другой культ, возможно, это не имело бы значения, но надо же было вам оказаться жрецом Культа Ра...

— Что ты имеешь в виду?

— У н-нашего босса когда-то была стычка с Культом Ра!

Хм? Впервые об этом слышу.

— Босс Кальвида... это ведь Берни?

— Д-да.

— Симпатичное личико, сражается ручным топором.

— Д-да!

— С чего бы ей охотиться на Культ Ра?

— У н-неё есть шрам! Я слышал, что этот шрам оставил паладин Культа Ра... С тех пор она люто ненавидит Культ Ра... И в этот раз, похоже, она посчитала это отличной возможностью и решила действовать...

— Шрам? У Берни? Из-за чего?

— Я-я и сам не знаю подробностей.

О такой причине я никогда раньше не слышал. Значит, Берни затаила обиду на Культ Ра.

Она умная женщина, и с ней было бы хлопотно иметь дело как с врагом. Если бы она осознала подавляющую разницу в силе, то наверняка попыталась бы измотать нас войной на истощение. Впрочем, если бы я захотел их уничтожить, то мог бы сделать это одним махом. Проблема в том, что это потребует времени.

— ...Хм.

Задача, которая передо мной стоит, по сути своей заключается в защите экспедиции по просьбе Асваля. Связываться с Кальвидом — лишняя головная боль, ведь в зависимости от того, как повернутся дела, это может связать меня по рукам и ногам. Их ведь невероятно много — не просто пара тысяч, а скорее десятки тысяч.

Рококо сухо спросил:

— Эй, господин монстр. Колёса мы починили... можем ехать?

Он пришёл спросить. Ему не нужно было разрешение, но он всё равно пришёл за ним, потому что напуган. Совершенно точно напуган. Глядя на него, мне в голову внезапно пришла одна мысль.

Наёмники.

Я вернулся к размышлениям, на которых прервался ранее, а затем ухмыльнулся:

— Рококо.

— Ч-что?

— Ты ведь знаешь это правило у наёмников: если кто-то представляет тебя как знакомого, твоя личность подтверждается, и зарегистрироваться становится гораздо проще.

— ...Только не говори, что ты...

— Да ладно тебе. Я же не прошу делать это бесплатно — подкину деньжат. Что скажешь?

— Нет, если ты натворишь дел и сбежишь, весь удар придётся держать мне! Да ни за что на свете я не...

Я похлопал Рококо по щеке пачкой банкнот.

— Конечно, я с радостью это сделаю!

— Вот и славно. Люблю честных людей.

— Разберёмся с этим в следующем городе. Офисы наёмников есть не только в мегаполисах — их полно и в обычных городках.

— Но ведь Кальвид охотится за вами... как быть с этим?

— Мы просто сотрём здесь наши следы.

— Сотрём следы? Как? Мы ведь не можем ходить и затирать колею от колёс повозки.

Услышав вопрос Рококо, я перевёл взгляд на Амар. Демоница, лакомившаяся чем-то неподалёку, удивлённо захлопала глазами. Она широко улыбнулась, подбежала и с ходу бросилась прямо мне в объятия. Её глаза-сердечки заискрились.

— Тебе нужна моя помощь?

— Да. Поможешь мне?

Амар просияла:

— Я сделаю всё что угодно! Ведь об этом просит Захад!

◇ ◇ ◇

— Да что это вообще такое...

— Выследить их!

— Это ничем не отличается от стихийного бедствия... и тем не менее граница пожара настолько чёткая...

— Словно пламя потушили в одно мгновение...

— С насколько же крупной фигурой мы имеем дело?

Среди суетящихся подчинённых королева бандитов Берни протянула руку и отломила обугленную ветку. Та рассыпалась в прах в тот же миг, едва она к ней прикоснулась, словно вся влага внутри была высосана до последней капли.

Ни в одном культе не найдётся много людей, способных обладать силой подобного масштаба. И среди них лишь один был мужчиной.

Берни прикрыла правый глаз:

— Всё-таки это ты. Фабиан.

Королева бандитов тут же отдала приказ: продолжить преследование.

— Б-босс! — закричали её подчинённые.

Берни, спустившаяся по лесу, слегка кивнула:

— Что такое?

— С-следов нет!

— Что? Нет следов?

Берни окинула взглядом дорогу: колея от колёс повозки резко обрывалась.

Значит, магия. Берни расширила зону поисков. В конце концов, у магии есть свои пределы. К тому же заклинания, стирающие следы, относятся к высокоуровневому колдовству, в котором переплетено множество сложных факторов: его трудно поддерживать и невозможно исполнить безупречно без остаточных флюидов.

Берни закинула ручной топор на плечо:

— Прочешите всё. Найдите любые зацепки.

Разбойники наводнили окрестности. Они вели поиски всю ночь, прочесывая расширенную территорию, но так ничего и не нашли.

— Б-босс... ничего нет...

— ...Что?

Что это значит?

Берни подняла взгляд к небу. Неужели она должна поверить, что катившаяся по дороге повозка внезапно растворилась в воздухе?

— ...Найдите их, жалкие ублюдки, — прорычала Берни. — Найдите их во что бы то ни стало. Иначе вы все умрёте от моей руки.

На лицах разбойников отразилось глубокое отчаяние.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (9)

Рококо тяжело вздохнул и покосился в окно кареты.

Привычная тряска, сопровождавшая любую поездку в экипаже, исчезла — окружающий пейзаж просто проносился мимо на бешеной скорости.

Движущей силой служебных взмахов были крылья.

Бесчисленные крылья окутали карету, удерживая её в воздухе. И не только их экипаж: с каретой следовавшего позади отряда Жреца происходило то же самое.

Они двигались так, словно скользили по воздуху, не оставляя на земле абсолютно никаких следов.

Рогатая женщина сотворила всё это небрежным взмахом руки. Рококо никогда не слышал о подобной магии, не говоря уже о том, чтобы видеть её воочию.

Чудо, ломающее привычный здравый смысл.

Это, несомненно, был отличный способ оторваться от преследователей. Отличный-то отличный, но...

— Монстры, все до единого — что мужчины, что женщины.

Что это вообще за люди?

— Жрец, способный сожечь лес одним взмахом руки...

— Маг, прицепивший крылья к карете...

— Да и у остальных наверняка припрятан какой-нибудь козырь в рукаве, верно?

— Босс, может, смоемся?

— У меня нехорошее предчувствие. Не стоит нам больше с ними связываться.

— И куда ты собрался смываться? Спрыгнешь с кареты, летящей на полной скорости?

Рококо провел ладонью по лицу. Даже если бы они сбежали, оставалась проблема: маг-полуэльф, для сопровождения которого их наняли, перебрался в карету другой группы.

Для наемника репутация важна так же, как и жизнь. Если они бросят клиента и сбегут, то больше никогда не получат ни одного контракта.

К тому же...

— Мы уже взяли предоплату.

Рококо засунул пачку банкнот в нагрудный карман.

Наемники недовольно сощурились.

— А поделиться с нами не хочешь?

— Что? Вы вместо меня будете выплачивать неустойку в случае чего?

— И все же, босс, мы тут тоже рискуем. Рядом с этими людьми у меня волосы клочьями выпадают от одного только страха.

— И это говорит парень, который только что лыбился до ушей, поглаживая эти крылья.

— Мы в одном отряде, босс. Если есть доход, его нужно делить.

— Эти деньги выплатили лично мне, а не отряду.

Рококо хрустнул костяшками пальцев.

— Если у кого-то есть претензии, милости прошу, попробуйте оспорить.

— Ну что ж...

— Не откажусь от приглашения.

Карету резко качнуло.

◇ ◇ ◇

Прицепить крылья к карете было глупой идеей, которая на деле оказалась куда эффективнее, чем ожидалось. Это не оставляло следов на земле, а легкие взмахи несли их по воздуху быстрее любого колесного транспорта.

Единственное, что заставляло меня сомневаться — это запасы маны Амар. Однако она с размаху вскинула руку, выглядя совершенно бодрой.

— Я в порядке. Ни капельки не устала.

— Правда?

— Это пустяки. Я даже счастлива. Пользуйся мной почаще!

Амар потерлась лицом о мое плечо. Маг-полуэльф Пеллит резко выдохнул:

— К-как вообще работает эта магия?! Я никогда не слышал ни о чем подобном!..

— Ты сказал, тебя зовут Пеллит?

— Д-да! Все верно!..

— Не лезь не в свое дело.

— Прошу прощения?

Пеллит ошеломлённо захлопал глазами.

— Н-но магия такого масштаба и столь грандиозная формула... Само её существование могло бы стать величайшим вкладом в развитие всего человечества...

— Я же сказал: не лезь не в свое дело.

— Н-но... даже если так...

Лицо Амар мгновенно стало холодным.

— Довольно.

— ...Да, госпожа.

Пеллит поспешно отвернулся. Впрочем, уныние, заставившее его понурить плечи, улетучилось почти мгновенно.

— О! У этой девушки тоже выдающийся талант! Защитная формула, окутывающая её тело... она отличается от любых стандартных заклинаний. Может быть... вы из каких-то далеких краев?

— Как ты узнал? Потому что ты маг?

— Я так и знал! Если не брать в расчет других, маги из Красной Башни Магов обычно предпочитают простые, линейные формулы. Но то, что соткано вокруг вас, невероятно сложное — оно закручивается спиралью. Неужели это... — Пеллит потянулся к Цубаки и прошептал: — ...формула, связанная с пламенем?

— Именно так.

— О! Какое необычайное волшебство! Я... я... если это не покажется слишком дерзким... быть может, позже вы уделите мне немного времени и научите хотя бы основам...

— Ты слишком шумный.

Ева, которая молча наблюдала за происходящим, тяжело вздохнула:

— И чего ты так раздухарился?

— Ах, я... прошу прощения.

— Я понимаю твое любопытство к незнакомцам, но, пожалуйста, соблюдай приличия. Ты находишься в присутствии Владыки Культа.

— Владыки Культа?..

Я ущипнул Еву за щеку. Она обиженно надулась, но послушно последовала за мной.

— Но ведь я не ошиблась. Каждый человек — всего лишь верующий, обязанный служить Владыке Культа.

— И кто это сказал?

— Миссионер, вещающий от имени Владыки Культа. То есть я, Ева. Раз уж Владыка Культа молчит, я буду говорить вместо него.

— Я никогда не просил тебя об этом.

— Не беспокойтесь, Владыка Культа. Я все улажу наилучшим образом от вашего имени... м-м-мф!

У этой девчонки иногда явно шарики за ролики заезжают, честное слово.

— О. Мы почти приехали.

Впереди показался город, превосходивший размерами любое из поселений, что мы проезжали до этого.

◇ ◇ ◇

Город Амелин.

Не сказать чтобы очень большой — он и в подметки не годился крупным мегаполисам. И все же, если оценивать весь прилегающий регион, любой согласился бы, что это место вполне заслуживало названия «город».

Пусть и скромный по масштабам, он располагал всем необходимым, включая Гильдию авантюристов и контору наемников.

Разумеется, качество услуг тут уступало столичным стандартам. Тем не менее возможность свести счеты и пополнить запасы посреди долгого пути делала его весьма привлекательным.

Наемник Сокол облизнулся. Он поспешно слизнул дорогой алкоголь, перелившийся через край кубка.

— Ты что, пес шелудивый?

— Сам ты пес. Знаешь, сколько это стоит? И если уж обращаешься ко мне, зови Капитаном.

— Капитан отряда наемников из пяти калек. Тоже мне, авторитет.

— Мы вообще-то отряд B-ранга, со своим именем и репутацией. Проявляй уважение, щегол.

— Да я сам скоро стану капитаном.

— Пасть закрой.

Сокол помрачнел. В последнее время подчиненные все чаще огрызались и лезли на рожон.

Впрочем, в настоящем бою, сколько бы глупостей они ни болтали в мирное время, они затыкались и беспрекословно выполняли приказы.

«Ладно. Я здесь самый умный и взрослый».

Сокол глубже откинулся на спинку стула. Он разделил плату за последний контракт в соответствии с уговоренными долями.

— ...Ладно. Расчеты точные, копейка в копейку.

— Наш капитан тот еще раздолбай, но в дележке денег к нему не придерешься.

— Капитан только тогда, когда это выгодно. Ага. А еще тут вот какое дело.

*Бах!*

Стол содрогнулся. Выпивка расплескалась, и наемники разразились ругательствами.

— Аккуратнее клади!

— Это еще что?

— ...Экспедиция в Древний лес?

— Разве это не то место, через которое нужно пройти, чтобы добраться до Эльфийского леса, где живут эльфы?

— Так это та самая экспедиция, которую собирала Третья имперская принцесса? О которой ходили лишь слухи?

— Погоди, разве у нее не репутация абсолютно бесполезной пустышки?

— Думаешь, это предприятие вообще может увенчаться успехом?

Пока остальные галдели, Сокол неторопливо отхлебнул из своего кубка:

— Посмотрите на цифру в самом низу.

— Так, посмотрим... Наниматель...

— Торговая компания «Бикон»?

— О. Это имя имеет немалый вес... Погоди, ты серьезно?!

— Эта... эта сумма реальна?!

Сумма была огромной. Да, просто баснословной. Такая реакция подчиненных была вполне оправданна.

В несколько раз выше обычной ставки.

Если пройти сквозь Древний лес и достичь Эльфийского леса, можно раздобыть плоды, которые выращивают сами эльфы. Покрытые особым составом, благодаря которому они никогда не вяли, эти фрукты ценились аристократами на вес золота.

Говорили, что они также шли на изготовление эликсиров. И это далеко не все: Эльфийский лес был, в самом буквальном смысле, сокровищницей, запечатанной на протяжении веков.

Все прекрасно понимали: если удастся проникнуть внутрь, нажива превзойдет любые ожидания.

— Логично, что они готовы выложить такие деньжищи. И если подумать... дело ведь не только во фруктах. По сути, это открытие первого торгового пути с Эльфийским лесом после десятилетий полного отсутствия контактов. Одно лишь участие в таком деле прославит наши имена на весь континент.

— ...Хм. Оно-то так, но...

— Честно говоря, один только Древний лес пугает до чертиков...

— Да, там опасно. Но разве в нашей работе когда-нибудь бывало иначе? Что-то я не припомню.

— ......

— Давайте воспользуемся этим шансом, сорвем куш один раз, а потом устроим себе заслуженный отдых. Так будет разумнее всего. И к тому же...

Сокол окинул взглядом таверну:

— На этот контракт уже многие нацелились. Места быстро закончатся. Нам нужно принять решение, пока Торговая компания «Бикон» еще здесь. Я слышал, они отбывают через два дня.

— ...Ладно, по рукам.

— Если мы сможем загрести такую кучу денег за один раз...

— Пока нас кто-нибудь другой не опередил...

*Бах!*

Дверь заведения, служившего одновременно и конторой наемников, и таверной, распахнулась настежь. Внутрь хлынула толпа.

Группа людей в глубоко надвинутых капюшонах, а рядом с ними — существа, похожие на низкорослых дворфов.

Сокол скользнул по ним взглядом. Лица, которых он никогда раньше здесь не видел. Среди облаченных в робы фигур выделялся один особенно крупный гигант.

Из-под одежды виднелся хвост. Движение чешуи — Сокол сразу все понял.

— ...Ящер?

— Что? Ящер?

От его бормотания один из наемников злобно зарычал и резко поднялся на ноги. Его походка была угрожающе шаткой — парень явно перебрал с выпивкой.

— Ах ты сукин сын... Здесь ящер?.. Проклятье... Из-за вас... моя рука, ублюдок чешуйчатый...

Наемник, воевавший против ящеров, пошатываясь, направился прямиком к великану.

— Дорогу.

— Дорогу?! Да черта с два я!..

Занесенная для удара рука дрогнула. Он споткнулся сам по себе и вместо того, чтобы ударить стоявшего перед ним великана, случайно сорвал капюшон с его соседа.

Обнажились черные волосы. Глаза, формой напоминавшие ленивые кошачьи очи, мгновенно сузились.

*Хрусь.*

Раздался звук ломающихся костей. Пьяница рухнул лицом на пол, издав глухой, хриплый звук.

— Что за!..

Клерк, собравшийся было закричать, застыл на месте. Все звуки разом стихли. Сокол с ужасом уставился на собственную поднятую руку, которая мелко дрожала.

— Что это такое...

Тишина.

Абсолютная тишина.

Черная мана в мгновение ока окутала все вокруг. Он не мог нормально дышать. Все, что ему оставалось — это издавать такие же хриплые, удушливые звуки.

— Э-это...

Это была всего лишь черная мана, расползавшаяся по помещению. И все же одного этого оказалось достаточно, чтобы приковать его к месту, словно на шею набросили тугую петлю.

Невообразимое количество маны. Такого человека просто не может существовать!..

— О-о-о!.. Что за чудо!..

Раздался восторженный вздох. Некто, до этого тихо потягивавший свой напиток в углу таверны, расплылся в широкой улыбке.

Он прошел прямо сквозь плотную завесу маны, словно её и не было, и остановился прямо перед Мааей.

И даже зааплодировал:

— Великолепно! Абсолютно великолепно! Никакой техники, никакого изящества — но какой же прекрасный талант!

— Успокойся, Маая.

Стоило мужчине встать перед ней, как бушующая черная мана мгновенно рассеялась. Сокол, судорожно хватая ртом воздух, с огромным трудом поднял голову.

Он увидел, как мужчина в черной робе прошептал:

— Отдай её мне.

В одном из его глаз была выжжена гротескная метка в форме черепа.

— Я заплачу любую цену, какую попросишь. Если возможно, я бы предпочел решить все мирной беседой. Мы ведь цивилизованные люди, не так ли? Не вижу никакой необходимости прибегать к насилию.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------

Древний лес (10)

— Слухи хорошо расходятся?

— Да, господин. Идея намеренно выпустить тех почтовых голубей себя оправдала.

— Всё больше желающих присоединиться. Торговые компании тоже подписывают контракты одна за другой.

Граф Блейкен, предводитель экспедиции в Эльфийский лес, оглянулся через плечо.

Число людей, следовавших за ними, росло. Отличные новости.

Взимание скромной платы за участие было практически тем же самым, что и наём дополнительных живых щитов. В подобной ситуации увеличение численности отряда шло только на пользу. Изначально он планировал прорваться через Древний лес небольшим элитным отрядом, но...

Кто же мог знать, что даже просто добраться туда окажется настолько трудно.

— ...Всё пошло не по плану, но тут уж ничего не поделаешь.

— Всё гораздо свирепее, чем мы ожидали.

— Превзошло любые ожидания.

— С каждым днём становится только хуже.

— Похоже, часть запечатывающего барьера разрушена, и восстановить её невозможно...

— Подумать только, эльфы считают подобное сокровищем... Я просто не могу этого понять.

— Мне плевать на обстоятельства этих остроухих. Если это откроет торговый путь, тем лучше.

Магические звери взвыли, и началась очередная битва со скопившимися стаями.

Атаки не прекращались. Не только люди — среди монстров затесались и другие твари. Поддаваясь инстинктивной жестокости, находившиеся в постоянном возбуждении звери без конца бросались на экспедицию.

Из-за непрерывных сражений времени на сон совсем не оставалось. Блейкен двигался сквозь хаос, запятнанный кровью. Он вонзил меч в череп зверя и переступил через вытекающие мозги.

Темп, который поначалу замедлился, снова ускорился по мере роста численности отряда.

«Мы всё ещё укладываемся в график».

— Двигаемся дальше, пока не стало слишком поздно. Не хотелось бы даже представлять, что произойдёт, если эта штука случайно сработает посреди пути.

Блейкен устремился вперёд.

— Всё по воле Его Светлости герцога.

◇ ◇ ◇

Мужчина с глазами, в которых виднелся узор в виде черепов...

Длинные чёрные волосы, скрытые под капюшоном мантии, обрамляли лицо, которое я тоже узнал. Я бы понял, кто это, с первого взгляда по одним лишь радужкам с выгравированными черепами. Существовал лишь один человек с такой примечательной внешностью.

Владыка Черной Башни Магов.

Адреил — один из девяти великих магов, некромант.

— ......

Маая крепко вцепилась в мою талию. Её тело почему-то дрожало. И дело было не в том пьянице, что домогался её раньше, а в словах этого человека. Неужели её так задело то, что кто-то пообещал купить её за деньги?

— М-Маая... — голос девочки задрожал. — Мааю... ты... продашь Мааю...?

Это всколыхнуло её ужасные воспоминания о рабстве.

— ...Не волнуйся, Маая.

Я протянул руку в воздух. Копье Света, Брюнак с глухим стуком опустилось на пол.

— Я никому тебя не отдам.

— О... боже...! Какое сияние! Да ты жрец Ра!

Адреил мрачно улыбнулся. Он оглядел меня с ног до головы, а затем облизал губы.

— Хм... поразительно... Ты высокопоставленный жрец? Уровня Епископа? Даже угасающий культ обычно держит при себе парочку сильных бойцов. То, как естественно ты достал оружие... Должно быть, ты паладин, специализирующийся на ближнем бою. Копьё, значит... отличное оружие. Но сможешь ли ты управиться с ним в таком тесном помещении?

Позади Адреила один за другим начали подниматься люди. Больше десяти человек, и каждый был одет в чёрную мантию.

Значит, все они из Черной Башни Магов.

— Что у Черной Башни Магов за дела в таком месте?

— О? Ты узнал меня? Тогда наш разговор пойдёт быстрее.

— Быстро или медленно — решать мне.

Я крутанул копьё. Моя Святая сила обострилась до предела, и красное пламя охватило наконечник лезвия. Глаза Адреила расширились.

— Даже не уровня Епископа? Такой яркий красный! В нём даже примешано золото... Поразительно... поистине удивительный цвет пламени... О ком-то твоего уровня я точно должен был слышать... Может, ты Раадатук? Или Розмари? Нет... нет... я слышал, что Розмари — женщина... Должно быть, ты из Инквизиторов боевой направленности, верно?

— Я спросил первым.

— И то верно. Что ж, для меня всё довольно просто. Мне нужно забрать кое-что из глубин Эльфийского леса, и так совпало, что как раз собиралась экспедиция. И не я один такой — сразу несколько башен магов положили на это глаз. Если уж владыки башен не проявят интерес к месту, переполненному магией, то кто тогда? Но прибывать слишком рано было бы скучно, поэтому я изучал экологию местных магических зверей. К тому же здесь происходит аномалия, что весьма кстати. Ну а теперь... Ты...

Его рука небрежно качнулась, указывая в сторону от меня. Полуэльф-маг Пеллит вздрогнул.

— ...из Красной Башни Магов.

— К-как вы узнали...?

— Красная Башня Магов несёт в себе красную магическую энергию. Из-за этого, когда маг достигает определённого уровня, его радужка слегка краснеет. Мана, которую я ощущаю в тебе, также насыщена Сущностью Огня.

— Вы поняли всё это с одного взгляда?!

— Я шучу. На самом деле я просто мельком увидел подкладку твоей мантии. К тому же ты, похоже, всё равно ещё не достиг этого уровня.

Адреил снова перевёл взгляд на меня.

— А теперь отдай мне этот образец, жрец Ра. Ты ведь не хочешь устраивать потасовку в таком месте? Да и мнение этой малышки тоже ведь имеет значение, не так ли? Дитя — я не знаю, сколько тебе лет, но ты выглядишь очень юной.

Адреил опустился на одно колено и встретился взглядом с Мааей:

— Если пойдёшь со мной, тебя ждёт блестящее будущее и великие награды. Я помогу тебе. Я возвышу тебя над всеми остальными.

— ...Нет.

— Ты ещё мала, так что, возможно, не совсем понимаешь...

— Довольно. — Я положил копьё на плечо. — Если ты остановишься прямо сейчас, я позволю тебе уйти с миром.

— Разве это не моя реплика?

— Эта реплика принадлежит тому, кто сильнее.

— Хм? Хм-м-м? — Адреил наклонил голову набок, словно не мог этого осмыслить. — Ты, кажется, не знаешь, какое положение я занимаю в Черной Башне Магов?

— Ты её владыка.

— О? И ты всё ещё уверен в себе? Уверен, что сможешь победить одного из девяти самых прославленных магов Империи?

— Последний шанс, Адреил, владыка Черной Башни Магов.

Лакеум крепче сжал копьё. Balkan обнажил свой меч. Слабое пламя поднялось от рук Цубаки. Ева слегка приоткрыла губы. Пять стихийных сил начали вращаться кольцами за спиной Амар.

Я прижал Мааю к себе.

— Проваливай.

— ...О... о... — Адреил расплылся в широкой улыбке. — Это просто безумие! Какое великолепие! Да кто вы вообще такие? Хм?

— Владыка Башни. Я...

— Тсс. Тиана. Помолчи. Это противники не твоего уровня. — Адреил облизал губы. — Верно... да... у тебя есть все основания так говорить. У меня здесь нет шансов на победу. За себя-то я не переживаю, но все остальные здесь погибнут. А это не годится. Эти ребята, как бы они ни выглядели, мои ученики. Я слишком многому их научил, чтобы позволить им умереть.

— Тогда убирайся.

— Позволь мне изменить предложение. Кто-то твоего уровня заслуживает того, чтобы говорить со мной на равных. И прежде всего...

Адреил скользнул взглядом по Камилле, которая стояла на шаг позади, наблюдая за развитием событий.

— ...Здесь ведь прячется чудовище, не так ли?

Камилла лениво улыбнулась:

— Всё такой же проницательный, малыш.

— Почему Белый Змей здесь?

— О боже, неужели мне действительно нужно отчитываться перед тобой о своих делах?

— Не обязательно. Но я слышал, что Культ Змеи в последнее время был занят... Присутствие здесь змеиного отродья заставляет меня нервничать, понимаешь?

— Культ — всего лишь гнездо, через которое я прохожу мимо.

— Справедливо... да и кто вообще сможет остановить Белого Змея. Ответь только на один вопрос. Ты ведь не планируешь вмешиваться?

— Я всего лишь сторонний наблюдатель. Разбирайтесь сами.

— Надеюсь, Белый Змей дважды не повторяет.

Рука Адреила дрогнула. Его взгляд снова вернулся ко мне.

— Куда вы сейчас направляетесь?

— Нет причин говорить тебе.

— Ну же, скажи. Разве мы оба не можем извлечь из этого выгоду? Мы можем решить всё мирной беседой.

— Не можем.

— С тобой трудно. По-настоящему трудно... Неужели совсем нет места для компромисса? Ладно. Просто позволь мне пойти с вами. Древний лес, Эльфийский лес — мне без разницы. Ради такого образца стоит пойти на любые жертвы. Я хочу раскрыть секрет, скрытый в этом маленьком теле.

Каждое слово, слетавшее с его губ, раздражало меня. Я тяжело вздохнул:

— Адреил.

— Хм? Неужели ты наконец решил договориться?

Брюнак вспыхнул. Брошенное копьё пробило несколько слоёв барьеров один за другим.

— Что?!

Пока Адреил в панике пятился назад, осколки разрушенных барьеров посыпались на него дождём. Я влил в атаку ещё больше силы.

— Я сказал: проваливай.

Святая сила ярко вспыхнула снаружи. Опускающееся лезвие Трансформации формы окутало копьё света.

Огненное копьё взорвалось с громоподобным грохотом. Вспышка света на мгновение сотрясла всё вокруг и разом выбила все окна в таверне.

*БДЫЩ!!!!!!*

Адреил врезался в стену. Я призвал копьё обратно. Фигуры в чёрных мантиях начали концентрировать магию в своих руках.

— Не утруждайтесь, — я вонзил копьё в пол. — Я его не убил.

Сквозь пыль послышался кашель. Адреил, пошатываясь, поднялся на ноги и недоверчиво пробормотал:

— Даже с учётом того, что я ослабил бдительность... ты пробил все пять слоёв моего барьера..? Ты... ты Апостол..?

— Второго раза не будет, старик. — Я хрустнул шеей. — Уходи по-хорошему. Если, конечно, жить не надоело. Она моя. Я никому её не отдам. И никому не позволю заставить её плакать.

— ......

— Тронь её ещё раз, и я раскрою твою башку. И головы всех твоих прихвостней заодно.

— Да что я-то сделал не так?!

— Отряд наемников «Железный молот». Уходите. Если не хотите умереть.

— С-спасибо..?

Адреил похлопал себя по телу. Осознав, что на нём нет ни единой раны, он облегчённо выдохнул:

— Маг сильнее всего, когда он подготовлен. Но на моём уровне я всегда готов настолько, насколько это вообще возможно... Поразительно. Контроль просто изысканный — ровно столько силы, сколько нужно, чтобы пробить мою магию. Как твоё имя?

— У меня нет имени для тебя.

— ...Думаю, теперь я понимаю, почему Белый Змей наблюдает за тобой. На сегодня я отступлю.

— Я же сказал тебе не возвращаться.

Группа в чёрных мантиях поспешно покинула помещение. Я не убирал копьё до тех пор, пока последний из них не вышел из таверны.

— Хозяин.

— Д-да?

— Этого должно хватить, верно? За разгром.

Я бросил ему мешочек с деньгами и опёрся о стойку. Возникли небольшие трудности, но мне всё ещё нужно уладить дела.

— Я бы хотел зарегистрировать отряд наёмников. Вот поручитель.

— Я Рококо из отряда наемников «Железный молот».

— Я знаю, кто такой господин Рококо, но... это... эм... — Владелец таверны, который также заведовал гильдией наёмников, окинул взглядом заведение. — Сначала мне нужно, чтобы вы поклялись, что это заведение и мы сами не имеем абсолютно никакого отношения к тому, что только что произошло...

— Я не собираюсь возлагать ответственность на кого-либо за то, что начал сам.

— В таком случае... пожалуйста, пройдите сюда и заполните бумаги.

Наёмники, которые до этого тихо выпивали, незаметно выскользнули из таверны. В наступившей тишине Амар прижала Мааю к себе:

— Старшая Маая, хочешь присесть вон там?

— ...Хорошо.

Заполнение бумаг не заняло много времени. Оставалось только одно.

— Как вы назовёте свой отряд наёмников?

— Название...

Подойдёт любое. Это всего лишь имя, которое я использую и выброшу, как только эта экспедиция закончится.

— «Огненный Змей».

◇ ◇ ◇

— Ты слышал об этом?

— Говорят, какой-то парень, утверждавший, что он владыка Черной Башни Магов, устроил драку в гильдии наёмников?

— Да ну. Наверняка самозванец.

— И всё же там было не до шуток.

— Жрец Ра? Слышал, он из тех краёв...

— Скорее всего, беглый жрец.

— Ну да. Все нормальные боевые жрецы состоят в культах, разве нет?

— В общем, что там на самом деле произошло?

— Мало кто успел что-то разглядеть.

— Просто взорвалось что-то вроде вспышки света...

— Раздался грохот.

— И все окна тоже вылетели.

— Слышал, там всё разнесло к чертям? Знаешь того парня, как его... Вивида.

— А, того, что мастерски владеет копьём?

— Он видел это своими глазами и сказал, что даже не смог уследить за наконечником копья.

— И вдобавок ко всему, это безумие — от одного только порыва ветра Джеку прилетело по затылку.

— Этот парень всегда был немного тормознутым.

— Короче, вот насколько всё было серьёзно. Даже люди, не способные чувствовать ману, говорили, что им буквально нечем было дышать.

— Но что конкретно произошло?

— Без понятия. В общем, барьеры или что там этот маг установил — несколько штук разлетелись вдребезги разом...

— А маг заскулил и сбежал.

— Ну надо же. Маг проиграл жрецу?

— Даже если это беглый жрец... магам теперь здесь лучше не показываться.

— Схватка между слабейшим и сильнейшим...

— Что случилось с магом?

— Похоже, никто толком не знает.

— Наверное, сбежал от позора.

— Да? А как называется их отряд?

— Вот это я знаю. Любой в этом городе знает. Слушайте сюда.

Адреил поднялся на ноги:

— Кажется, «Огненный Змей».

Он задёрнул занавеску, которую до этого приоткрыл, и взмахнул рукой.

Троих наёмников, которые громко болтали под окном, расплющило. Изуродованные куски плоти затянуло в сточную трубу.

— ...Утомительно. — Адреил размял плечи. Тёмные круги залегли под глазами, не знавшими сна три ночи подряд. — И всё же приготовления завершены.

Город гудел от слухов о новообразованном отряде наёмников «Огненный Змей». Адреил был не из тех, кого волнуют пустые сплетни, но даже так у него имелось достаточно причин, чтобы преследовать человека, который так спешно покинул город.

Сокровище среди сокровищ, которое, как говорят, появляется раз в тысячу лет. Обладательница столь колоссального таланта, что ради неё стоило поставить на кон всё, что у него было.

Маая, кажется. Он обязан заполучить её.

— ...Три ночи без сна, и моё тело уже в ужасном состоянии. Неужели я старею? — Адреил, владыка Черной Башни Магов, двинулся в путь. — Тем не менее, теперь я смогу провести «беседу».

Маги Черной Башни Магов медленно привели в действие то, что они создали по приказу Адреила.

— Мне любопытно, какое лицо ты скорчишь, когда мы встретимся вновь.

***

Переводил и редактировал — Afmos

Телеграм-канал (выход новых глав, новости): https://t.me/+jYXxwTXNepkwZTIy

Читать новые главы раньше всех тут: https://t.me/AfmosNovels_bot

----------